Annotation

Otherworldly Evil Monarch

Цзюнь Се был наёмным убийцей №1 на современной Земле, но во время одной из миссий, что-то пошло не так... И теперь он в теле Цзюнь Мосе, 16-летнего безответственного распутника и единственного наследника почти исчезнувшей семьи Цзюнь. Из благородной семьи остались лишь старый дедушка, неспособный ходить дядя и пакостник Цзюнь Мосе...

Но несмотря на холодные взгляды и критику, его новое путешествие начнётся! Он будет сам вершить свою судьбу!

Файл был сгенерирован проектом Ranobehub.org. Ranobehub.org - ранобэ на русском онлайн

- Том 1

- Глава 1. Злой Монарх Цзюнь Се.

- Глава 2. Цзюнь Мосе.

- Глава 3. Цзюнь Вуй.

- Глава 4. Второе поколение, третье поколение.

- Глава 5. Луч надежды.

- Глава 6. Суань Ци.

- Глава 7. Изысканная пагода Хонцзюнь.

- Глава 8. Искусство разблокировки Небесной Удачи.

- Глава 9. Раздирающий внутренности очиститель меридиан.

- Глава 10. Дедушка Цзюнь поднимает бурю.

- Глава 11. Трансформация "Сброса".

- Глава 12. Молодой Господин Танг.

- Глава 13. Кто строит заговор против меня?

- Глава 14. Дугу Сяо И.

- Глава 15. Внутри Дома Тысячи Золотых.

- Глава 16. Ли Юран.

- Глава 17. Очень большая удача.

- Глава 18. Выигрывая деньги.

- Глава 19. Перчатки сняты.

- Глава 20. Да ты настоящий Бог Игр!

- Глава 21. Возвращаясь с победой.

- Глава 22. Убедительный Соблазн.

- Глава 23. Реакция семьи Танг.

- Глава 24. Дилемма Дедушки Цзюня.

- Глава 25. Операция.

- Глава 26. Пять Ингредиентов.

- Глава 27. Покажи мне свою настоящую силу.

- Глава 28. Разве вы не мусор?

- Глава 29. Максимальная провокация.

- Глава 30. Строгость.

- Глава 31. Всё новые унижения.

- Глава 32. Тоска по дому.

- Глава 33. Маленький магазинчик под проливным дождём.

- Глава 34. Неприятные слова.

- Глава 35. Встреча под дождём.

- Глава 36. Эксперт.

- Глава 37. Убийство и Грабёж.

- Глава 38. Чистое совпадение.

- Глава 39. Гуан Куинхан.

- Глава 40. Суань Ядро.

- Глава 41. Абсолютный переворот.

- Глава 42. Ад.

- Глава 43. Должен быть силён, чтобы ковать металл.

- Глава 44. Ещё один шаг.

- Глава 45. Снова встречая Танг Юаня.

- Глава 46. Ходить вокруг да около.

- Глава 47. Кровавые сопли.

- Глава 48. Прямое попадание!

- Глава 49. Вымогательство.

- Глава 50. Я - плохой парень.

- Глава 51. Может, ты хочешь...?

- Глава 52. Тайный доклад Танг Юаня.

Том 1

Глава 1. Злой Монарх Цзюнь Се.

Цзюнь Се внезапно проснулся.

Его правая рука инстинктивно ударила по земле, намереваясь ударить ещё раз, но тут он открыл глаза. Это опасное место, где жизнь была на волоске от смерти. Он должен быстрее уйти отсюда!

Это была первая мысль, которая пришла к нему после пробуждения, подобное мышление стало частью его инстинктов, как первоклассного убийцы.

Когда его рука поднялась в воздух, он вдруг почувствовал слабость и не смог выдержать вес своего тела. Пэнг! Он рухнул на пол.

Цзюнь Се на мгновение впал в состояние шока. Что происходит? Затем он осознал, что его тело лежит на мягкой кровати. Осмотревшись по сторонам, он заметил, что находится в роскошно оформленной комнате. Однако, кроме квадратного стола и того, где он лежал, больше ничего из мебели не было. А лежал он на огромной и дорогой кровати. Эта кровать была поистине огромна, поскольку может вместить в себя, как минимум, семь или восемь человек, при этом им совсем не будет тесно.

["Что произошло? Разве я не должен был находиться посреди боя? Как я попал на эту кровать?"- Цзюнь Се быстро начал вспоминать, что случилось до того, как он оказался в постели… Или точнее, его последние воспоминания о прошлой жизни.]

Цзюнь Се был профессиональным убийцей, и не простым, а ассасином золотого ранга. Его дебют произошёл 5 лет назад, и с тех пор не было ни одного места, куда бы он не смог проникнуть, а успешность его заказов была 100%. Это было тем, чего ни один из его предшественников не смог достигнуть.

Таким образом он стал убийцей номер один в рейтинге ассасинов. В то же время имя «Злой Монарх» поднялось на первое место в преступном мире кого стоит опасаться. Кроме того, он занял почётное первое место с самой щедрой наградой за его голову. Фактически, награда за него занимала первое место в рейтинге охотников за головами всего мира добрых три года.

Не то чтобы никто не хотел браться за работу по его убийству, просто-напросто никто не был способен убить его! Никто не обладает такими способностями, чтобы на равных сражаться против легендарного убийцы, и тем более смочь его убить.

Однажды, бесчисленное количество первоклассных убийц смело взялось за эту работу, но в награду все получили лишь смерть, а «Злой Монарх» продолжал жить.

Один состоятельный человек из страны «А» однажды предложил шокирующее вознаграждение за голову «Злого Монарха», целых 100 миллионов долларов. Те, кто принял заказ, были двое ассасинов, которые тоже были известны, как и «Злой Монарх», лучшие из существующих ассасинов… Они умерли через три дня.

С тех самых пор никто не хотел браться за такое самоубийственное задание. Даже после увеличения награды в несколько раз, всё равно никто не собирался зазря умирать.

Какое имеют значение деньги, если ты уже мёртв? Только живые могут пользоваться всеми благами денег. С другой стороны, имя «Злой Монарх» стало настоящим табу среди списка преступного мира охотников за головами.

Имя «Злой Монарх» стало олицетворением страха у всех преступников в каждой стране. Было много тех, кто знал о существовании «Злого Монарха», но никто не знал внешности Короля Ассасинов. Какого он пола? Что он за человек? Какой у него характер?

Цзюнь Се – это его настоящее имя. Если описать его одним словом: «Зло»! Двумя словами: «Кровавое зло»! Тремя словами: «Истинный злой Бог»!

(п.п. на китайском языке, если писать по Палладию, то «Злой Монарх Цзюнь Се» будет «Се Цзюнь Цзюнь Се». «Се» значит злой/хитрый/дьявольский/еретический, а «Цзюнь» монарх/правитель/владыка/господин.)

Он всегда действовал в одиночку, не желая с кем-либо работать. И естественно, что у него не было друзей. При выборе задания, он всегда был крайне придирчив не только к клиентам, но и к цели!

Если ему клиент покажется отвратительным человеком и предложит, пусть даже за баснословные деньги, убить беззащитного нищего, он без колебаний откажет. Однако, если он увидит на улице того, кто заслужил умереть, он добровольно убьёт его. После чего он находит врагов того человека и требует с них вознаграждение. Но ему платили лишь сущие гроши! Ведь эти люди не нанимали его, а некоторые из них даже не слышали о нём…

По слухам… Однажды он убил работорговца, но не смог найти ни одного платёжеспособного раба. Не видя другого решения, он переключился на маленькую девочку, которую похитили, и он потребовал от неё монету. Одну монету! Он как-то страстно заявил: «Я никогда не оказываю услуги бесплатно, абсолютно без исключений!»

Его характер и поведение со своим учителем и его учениками просто так и не описать…

По слухам… Он забрал всю туалетную бумагу в туалете перед тем, как его учитель пошёл испражняться. После того, как его учитель осознал проблему, он попросил Цзюнь Се принести туалетной бумаги...

А тот воспользовался этим, чтобы вымогать 500 тысяч долларов за эту просьбу у собственного учителя! И его учитель… Сдался.

Что касается причины…

В тот день Цзюнь Се позвал всех красивых учениц ко входу в туалет…

Однако, он горячо верил, что самой большой его слабостью было то, что он был слишком любвеобильным человеком. Учитывая, что он был лучшим убийцей с руками по локоть в крови, на такое заявление многие люди презрительно фыркали или смеялись.

Но всё же его заявление не было безосновательным.

Будучи в своей родной стране, он не оставался в стороне, когда богатые угнетали бедных, особенно он не любил чиновников, которые угнетали простых граждан. Будучи в зарубежных странах, он так же не оставался в стороне, когда народ его страны угнетали! И этот его «патриотический» характер постоянно приводил к немалому количеству страшных катастроф.

Но даже с таким характером многие клиенты выстраивались к нему в очередь.. Спросите, почему?

Он обладал превосходной меткостью и зрением, а также знал неизмеримо сильные боевые искусства. Его сила в кулачном бою и в бою на мечах достигала небывалых высот. Однако, самой главной причиной такой популярности у клиентов были 100% шансы на успех! Такое достижение поистине беспрецедентно!

Он был лучшим убийцей в сообществе ассасинов!

Он также был единственным среди высококлассных убийц с безупречной репутацией!

Однако, этот ассасин золотого ранга был ещё слишком импульсивным молодым человеком!

Его последняя миссия была одной из «добровольных», он узнал, что секретная организация страны «Б» тайно раскопала в горах Куньлунь бесценное сокровище страны «В». Затем они контрабандой отправили сокровище в свою страну, до того, как страна «В» прознала об этом. Как и подобает вспыльчивой молодёжи, Цзюнь Се просто взорвался от ярости!

В эти мирные времена, как он может позволить национальному сокровищу попасть в чужую страну «Б»?!

Цзюнь Се в одиночку расправился со всеми, кто стоял у него на пути к сокровищу, гордо столкнувшись с сотней агентов секретной организации страны «Б». Он использовал внезапные атаки, ловушки и боевые искусства, чтобы убить более семидесяти агентов, прежде чем наложить свои руки на сокровище. В этот момент мужество агентов разлетелось на куски. И если бы Цзюнь Се пожелал, он бы мог легко выскочить оттуда. Касательно этого вопроса, у Цзюнь Се была абсолютная уверенность!

Но в тот момент, когда он дотронулся до сокровища – изысканной пагоды размером с ладонь, внезапно произошло что-то сверхъестественное. В такой критический момент его тело парализовало. Не то что двигаться, он даже моргнуть не мог! И он не заметил, как кровь из его раны потекла в маленькую пагоду. В изящную, совершенную и выглядящую необычно маленькую пагоду…

Его последним воспоминанием было то, как в его сторону летело не меньше пятидесяти гранат, а также, как в него стреляли не менее двадцати автоматов. Имея силу и умения, чтобы уничтожить этих людей одним махом, он мог лишь с горечью наблюдать за этим действом, будучи парализованным.

[Как же это бесит!

Я и подумать не мог, что сегодня умру в такой глупой ситуации! Тем не менее, я прожил хорошую жизнь! Коррумпированных чиновников, различных тиранов и других преступников я убил, по крайней мере, не меньше тысячи! Оно того стоило! Жизнь прожита не зря!

Другие умирающие умиротворённо улыбаются, зная, что они попадут в рай, а я улыбаюсь так, зная, что попаду в глубины ада!]

[Я прожил захватывающую и грандиозную жизнь! Я ни о чём не жалею! Моя совесть чиста!

Хоть я и убил кучу людей, но они были отбросами, которые заслуживали смерти! Так чего же мне бояться? Даже если после смерти я попаду в ад, ну и что с того?!]

[Убить! Убить! Убить! Убить! Убить! Истребить всех грязных подонков! Очистить мир ото зла! Даже если весь мир будет презирать меня, и что с того?!

Был ли кто-нибудь в этом мире, кто прожил такую же шикарную жизнь? Я полностью доволен собой!]

"Хахаха!..." -Цзюнь Се не смог сдержать своего громкого смеха.

"Юный господин… С вами всё хорошо?" -робкий голос прозвучал рядом с ним, будучи в ужасе от его действий. Чувствовалось, что обладательница голоса вот-вот заплачет. Холодная маленькая рука лежала на его лбу.

[Молодой господин? Так это не сон? Да и не ад к тому же?]

Он очнулся, быстро открыв глаза. И вдруг множество незнакомых воспоминаний хлынуло из его сердца, заполняя разум! Цзюнь Се словно молния поразила!

Он был в чужом теле? Или он уже переродился? Но почему он отлично помнит свою прошлую жизнь? Неужели я не выпил суп богини Мэн-по после смерти? Или я правда оказался в чужом теле?

(п.п.: Мэн-по – это богиня, которая готовит суп забвения, по китайскому поверью, этот суп стирает воспоминания умершей души, перед перерождением)

[Я переселился в другое тело?

Или это всё же телесное перерождение?]

Цзюнь Се, не двигаясь долгое время, холодно размышлял, но он всё никак не мог понять, что же с ним произошло.

Когда он увидел маленькую руку перед своими глазами, Цзюнь Се засмеялся, как ненормальный: "Охренеть! Добрые дела действительно вознаграждаются! Никогда бы не подумал, что со мной такое случится! Похоже, что великий я сделал немало хорошего в прошлой жизни и даже больше, да я просто образец благодетели! Му-ха-ха-ха!.."

Вдруг завопила девочка, стоящая рядом с ним, на вид ей было примерно 10 лет, она также задрожала от страха и забилась в угол. Её большие красивые глаза моргнули в растерянности и страхе перед «Юным господином». Её всю трясло, а лицо было невозможно бледным, в этот момент она походила на испуганного птенца перепёлки.

Тут же раздался другой крик, это был несчастный крик, а кричал сам Цзюнь Се. А всё потому, что его голос оказался слишком высоким, похожим на женский.

[Неужели?! Я лишился того самого?! НЕЕЕТ!]

Игнорируя присутствие маленькой девочки, Цзюнь Се сразу же схватился за промежность.

Когда он нащупал знакомые части мужского тела, Цзюнь Се вздохнул с облегчением.

[Небеса оказались довольно щедры! Я всё ещё могу завести детей!]

[Я действительно ужасно перепугался! Думал уже, что стал девушкой…]

Цзюнь Се вытер холодный пот со лба. Спустя некоторое время, Цзюнь Се принялся осматривать своё новое тело.

[Меридианы в застое, мышцы атрофированы, суставы малоподвижны…

Что это за человек такой? Его тело слишком хилое и слабое! Просто ужасное тело!]

Подумал Цзюнь Се.

[Но всё это не имеет значения, покуда меридианы не разрушены, всего-то через 3-7 лет и великий я снова буду на вершине!]

Приняв решение, Цзюнь Се кое-что осознал. Сейчас он находился в совершенно другом мире!

Сколько бы он не смотрел, но это не была знакомая с детства Земля! Теперь он одинок в этом мире, он ничего не знает и ничего не понимает! Какие законы действуют в этом мире? Да и вообще, что это за мир?

Собрав все факты воедино, даже такой хладнокровный убийца, как Цзюнь Се почувствовал себя разбитым.

Осмотрев мебель, похожую на антикварную, а также окинув взглядом постельные принадлежности и одежду, надетую на него, он понял, что всё это не принадлежит его эпохе. Сначала, осознав, что не умер, он начал успокаиваться, а теперь его душа была в смятении…

[Похоже на правду… Мне был дарован второй шанс…]

Это должно быть очень захватывающе, ведь это (реинкарнация) уникальная возможность для любого человека, но внезапно его охватило ужасное чувство потери и боли, вырвавшись из глубины его сердца. От этих чувств у него защипало в носу и глазах, а в груди сжалось сердце. Его рот скривился, и Цзюнь Се чуть было впервые в своей жизни не заплакал.

[Оказаться вдали от своей родины и планеты слишком тяжело! Перед смертью я думал, что чувствую свободу и легкость, и легко распрощаюсь с прошлым. Но когда всё это случилось, я вдруг понял, что не могу отпустить свою жизнь и своё прошлое, просто не могу!]

[А ведь раньше я думал, что меня ничего не заботит, но сейчас вдруг осознал, что меня столько всего волнует, что и сосчитать невозможно!

Самое важное, что на этой чужой земле я не чувствую, что принадлежу этому миру! Чувство принадлежности…

В душе я всегда чувствовал себя посторонним…]

Цзюнь Се закрыл глаза, осторожно склонив голову набок. И когда никто не видел, слеза бесшумно скатилась по щеке…

Это была первая слеза человека из двух миров!

Никогда не принижайте плачущих мужчин, у каждого есть моменты в жизни, когда им очень больно!

Посмотрев в бронзовое зеркало, он увидел молодое и немного детское лицо, оно было немного худым, тонкие губы, длинные косые брови, вздёрнутые вверх ближе к виску, и немного косые глаза смотрели довольно остро. Цзюнь Се горько усмехнулся и пробормотал: "Стоит заметить, у этого паренька симпатичная внешность, даже красивая я бы сказал, но лицо через чур смазливое, а голос слишком женоподобен"

Его прошлая внешность впечатляла и источала убийственную энергию! Хотя ему своя прежняя внешность не особо нравилась, его глаза были немного меньше и немного уже, а нос находился ниже. Его внешность была довольно обычной, но он был эталоном мужчины! Хотя и среди смазливых красавчиков встречаются настоящие мужчины, но лично он смотрел на них свысока. Он и подумать не мог, что когда-нибудь окажется в теле красавчика, которых презирает… Не говоря уже о том, что он был очень красивым…

"Так это ты меня привёл сюда, приятель?" – его правая рука нежно гладила левое запястье, на котором был виден рисунок малой пагоды. Этот рисунок пагоды был похож на татуировку. Лицо Цзюнь Се стало гордым, даже умирая, он сумел спасти это сокровище от лап преступников!

Рисунок пагоды был той самой изящной пагодой, на которую Цзюнь Се променял свою жизнь. Хотя она и превратилась в небольшую татуировку на руке, но Цзюнь Се с уверенностью мог сказать, что эта пагода была той самой! Он не мог объяснить, почему он так уверен в этом, однако нутро подсказывало ему, что это таинственное чувство было реально.

Увидев башню, он внезапно ощутил невиданное чувство комфорта, что пришло прямиком из его прошлой жизни, в разуме Цзюнь Се начался настоящий хаос. Он не мог определить, что это за чувство. Но не смотря на это, он сохранял спокойствие и собранность, не показывая эмоций, бушующих в нём.

Ему нужно сохранять невозмутимость! Спокойствие!

Когда он поглаживал рисунок пагоды, из него вдруг возник жёлтый туманный свет, от которого у Цзюнь Се закружилась голова. Он почувствовал, как будто что-то вошло в его сознание, после чего рисунок на запястье исчез…

"Странно!" -поражённо покачал головой Цзюнь Се. Эта игрушечная пагода действительно странная, сначала она была пагодой размером с ладонь, потом превратилась в татуировку на руке, а затем вообще исчезла.

Может быть, эта штука действительно легендарное сокровище?

"Юный господин, ваш дедушка велит вам прийти к нему" -в тот момент, когда Цзюнь Се собирался выяснить, что это за чувство он ощутил ранее, как рядом прозвучал голос.

"Велит?" Цзюнь Се нахмурил брови: "Зачем?"

[Да за кого его держит этот старый хрыч, что велит встретиться с ним? Неужели он думает, что я его внук или ещё что-то?! Прежде чем он успел хоть что-то сказать, он проглотил эти слова. Он подумал о том, что этот старик, скорее всего, действительно его дед, по крайней мере, дед предыдущего владельца тела…]

"Э… Я не знаю" -маленькая девочка посмотрела на него с испуганным выражением, прежде чем опустить голову, она в панике моргнула своими длинными ресницами. Одна нога у неё была впереди другой, а тело слегка наклонено, она выглядела так, словно готова была вот-вот убежать.

(п.п.: кличка Цзунь Се Злой Монах пришла от “邪君” или "Се Цзунь", где "Се"-зло,злой., а "Цзунь"-монарх. Так же "Се" означает "демонический, злобной")

Глава 2. Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе, 16-летний подросток, единственный наследник младшего поколения семьи Цзюнь в  Королевстве Тянсян; ленивый, праздный, бестолковый любитель халявы, сверхразвратник и отброс общества-попросту говоря, он является паразитом, единственной целью и стремлением которого является выживание.

Вот в теле этого индивидуума и очнулся после перемещения Цзюнь Се.

[Неудивительно, что я выпихнул тебя из этого тела. Мое имя Цзюнь Се, а мое прозвище- Злой Монарх, а у тебя? Мосе? И тебе не стыдно? Ужас какой..]

(п.п.: «Мосе» с китайского означает «не причиняющий зла»)

Просматривая воспоминания Юного Господина Цзюнь и видя все его поступки в прошлом, Цзюнь Се не удержался от  тяжкого вздоха. Встреть он подобную мразь в прошлой жизни, он бы прихлопнул его даже «добровольно». Из всех тел, почему же он попал именно в этот отстойник общества? При этом сама собой всплыла фраза Будды по поводу законов причины и следствия: « человек, убивший много свиней, в последующей жизни и сам станет свиньей.» Похоже, в этих словах было зерно истины, все же Цзюнь Се убил неисчислимое количество мерзавцев в прошлой жизни.

Дед этого развратника, Цзюнь Чжан Тиан, является высокопочитаемым Великим Герцогом и мощным военным деятелем королевства. Его отец, Цзюнь Ву Хи был великолепным генералом, но пал в бою более 10 лет назад, а его мать не выдержала потери и скончалась от депрессии спустя год. Оба его брата, Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу, погибли смертью храбрых на войне три года назад.

Его дядя, Цзюнь Вуй был серьезно ранен в этой войне десятилетней давности и, хоть и выжил, был парализован ниже пояса…

Вот так великий клан, славящийся когда-то своими доблестными героями, пришел в столь плачевное состояние, потеряв почти всех наследников своего рода. Тело Цзюнь Мосе, единственного преемника, занял Цзюнь Се. По счастью, хотя бы гены никуда не делись - если у Цзюнь Се когда-нибудь будут дети, по факту они будут являться кровными продолжателями династии Цзюнь. Возможно, это был дар самих Небес семье Цзюнь.

[Раз уж такова воля небес, я не буду противиться свершившемуся и просто приму все как есть] -пожал плечами Цзюнь Се, ухмыльнувшись

[Но откровенно говоря, все это мне претит. Представляю, как я еще настрадаюсь из-за этого слабого тела и дерьмовой репутации.]

Открыв дверь, Цзюнь Се вышел на улицу, подставляя лицо сияющим лучам солнца, он вздохнул.

[Солнце навсегда останется все тем же солнцем, а вот я уже не я. Цзюнь Мосе не Цзюнь Се!]

[Но, с другой стороны, мое сердце все еще принадлежит мне, сердце «Цзюнь»! Хоть я и нахожусь в другом мире!]

Две горничные перед дверью поприветствовали его: "Юный Господин."

Цзюнь Се слегка кивнул головой в ответ. Глядя на других четырех горничных, чем-то занятых неподалеку, он смог лишь досадливо покачать головой.

Цзюнь Се оглянулся: он-то думал, что «Юного Господина» должны окружать очаровательные прелестницы, а не эти престарелые тетушки! Единственным исключением была та одиннадцатилетняя Лолита. Отмотав воспоминания, он понял, что все эти горничные были наняты его дедом. У этих горничных была одна общая особенность, все они были крепко сбитыми и прямо таки пылали здоровьем, только взгляните на эти накачанные ноги, да они своей шириной посрамят даже стволы деревьев…

"Что они делают?" -спросил Цзюнь Се, кивком головы указав на горничных в отдалении.

"Они… помогают Юному Господину кормить птиц, собак и других его бойцовых зверей…" -ответила с поклоном старшая горничная.

"Да?" -Цзюнь Се подошел ближе.

Хм, необычное зрелище. Семь или восемь клеток стояли в своеобразном саду, а в них оживленно прыгали разноцветные птички. Неподалеку, несколько огромных собак развалились на земле, свесив шершавые языки, по виду, довольно безмозглые и дурные. Поодаль, слышалось стрекотание сверчков, кажется, довольно редкой породы, судя по звукам…

[Интересное у этого Юного Господина было увлечение, даже пара ярко окрашенных змей нашлась.]

Цзюнь Се смотрел на окружающее его с неприкрытым отвращением: "Продайте все это кому-нибудь, да поживее. Кого не продадите, выкиньте прочь, или пустите на мясо! Как они вообще могут здесь находиться, это жилой человеческий район, а не зоопарк!"

Что?!

Услышав это заявление, шесть горничных и маленькая Лолита впали в ступор, выпучив глаза от удивления! У всех в голове вертелась одна мысль: "Юный Господин сошел с ума? Все они куплены за невероятные деньги! Это же ваши драгоценные сокровища! Или что, вы хотите их сегодня продать, а завтра выкупить?"

"Хотя, не продавайте змей... Я сделаю из них суп"- и Цзюнь Се ушел вперед, не оглядываясь.

И тишина!

Он продолжил свой путь: пройдя сад, несколько павильонов, обошел огромный пруд, перешел на другую половину и, спустя два часа, вышел на дорогу между двумя рядами деревьев, ведущую к резиденции дедушки Цзюнь. Интересно, что резиденция Цзюнь Се и его деда расположены на юге и севере соответственно, если провести прямую линию от одного участка к другому, она будет составлять около 6 ли (п.п.: 1 ли равен примерно 500 метрам)

Похоже, клан довольно большой и далеко не бедствует! Судя по воспоминаниям, это столица королевства. Не каждая семья могла бы иметь резиденцию площадью в несколько десятков мю в самой столице, не считая императорского дворца, конечно.

(п.п.: 1 мю – примерно 666,6 квадратных метров)

Дедушка Цзюнь сидел за своим столом.

Несмотря на свои 60, у него были черные блестящие волосы, ему нельзя было дать больше 40 лет. И надо было видеть, как его величественный лик перекосился, глядя на то, как ленивой поступью зашел его хилый внук, казалось, он еле себя сдерживает.

Цзюнь Чжан Тиан родился в бедной семье, став в юности генералом, он вел свои войска по всему миру, военные силы всех королевств приходили в ужас при одном упоминании его имени. Мало того, что он был великолепным военным стратегом, он еще и был одним из немногих в королевстве Тянсян, обладающим уровнем культивации Суань ранга Земли. Благодаря своему уравновешенному характеру, он может оставаться невозмутимым, вне зависимости от того, что он испытывал – радость или гнев.

Тот факт, что бедняк смог стать генералом, да еще и в юном возрасте, доказывает его одаренность. Многие ли смогут повторить такой подвиг? Сколько времени понадобиться обычному воину, чтобы дослужиться до генерала? А он смог это сделать в столь юном возрасте!

Понадобилось более сорока лет, чтобы, выбившись «Из грязи в князи», стать высокочтимым Великим Герцогом. И вот теперь, этот человек чувствовал себя беспомощным, глядя на своего единственного внука, приносившего одни разочарования.

Дедушка Цзюнь искренне не мог понять, как с его наследственностью и с уровнем его управления могло родиться такое ничтожество!

[Этот паршивец не сведущ ни в литературе, ни в боевых искусствах, чуть ли не теряет сознание, взяв в руки книгу и удирает быстрее волшебного кролика, лишь услышав слово «практика». В других семьях внуки идеальны, делают себе имя еще в юном возрасте, их уровень культивации Суань Ци как минимум пятый, а то и выше...

В отличие от моего собственного внучка, от которого сбежали пятеро учителей и у которого всего лишь жалкий третий уровень Суань Ци...]

[Не смотря на такие низкие показатели, он таки кое в чем преуспел: он был просто гением в плане где бы пожрать, выпить и снять проститутку!]

Дедушка Цзюнь был героем своего времени, и вот, так сказать, итог его жизни- его внук…

Дедушка Цзюнь, вздыхая, вспоминал своих двух других внуков; если бы только они были живы… Он рассмеялся над самим собой: если бы они были еще живы, стал бы он вообще задумываться о необходимости сохранить линию крови?

Когда-то, услышав, что его сын погиб в битве, он стойко это перенес, даже не заплакав, и похвалялся тем, каким его сын был отважным героем. Когда двое его внуков также пали на поле боя, он снова сдержал свои слезы, ведь его внуки были доблестными героями! И впервые слезы выступили на его глаза, когда Вуй стал калекой на всю жизнь. Тем не менее, его сердце могло радоваться тому, что у него все еще есть надежда, есть продолжатель династии – его внук… правда, он самую малость ублюдок, просто ошметок на стене без шанса на какое-либо развитие!

[И что же мне делать?]

"Слышал, ты упал с кровати ночью? Теперь еще и обмороки? Это правда?!" -пренебрежительно спросил Цзюнь Чжан Тиан.

"Да?" -с сомнением спросил, подняв голову, Цзюнь Се, но потом он начал соображать.

Так как все воспоминания этого тела остались при нем, он мог ответить на любые вопросы, кроме одного, постоянно и так крутящегося в его голове. Проснувшись утром, он не нашел ничего ненормального в этом теле, тогда как же он в него переместился? Теперь же он смутно догадывался, что этот идиот упал во сне с кровати и умер от удара...

Да этот парень и правда победитель по жизни, раз умудрился откинуться, свалившись с кровати!

Сердце Цзюнь Се переполнялось искренним восторгом, профессионалы, как он, не могли относиться к такому без уважения!

"Что да да?" -дедушка Цзюнь стукнул по столу, глядя на этого лентяя он не мог удержаться от крика.

"Засранец, ты хоть осознаешь, что кто-то пытался тебя убить?! Если бы не моя защита, ты бы уже беседовал с Королем Яма! Только взгляни на себя, тебе что, совсем нечего мне сказать?"

(п.п.: Король Яма- король Ада)

Оказывается, этого ребенка убили! Цзюнь Се незаметно скривился: ваша так называемая «защита» так себе, скажу я вам, ваш драгоценный внук уже отошел в мир иной, находясь под оной.

Наблюдая за реакцией Цзюнь Се, дедушка Цзюнь был весьма удивлен, учитывая его трусливую душонку, как он может оставаться таким спокойным? Какой бы шум он поднял раньше, узнав, что его пытались убить! Теперь же, он просто стоял, немного бледный, но с виду абсолютно спокойный и кроме того…от него исходила какая то холодная аура.

[Это не галлюцинации?]

Дедушка Цзюнь поверить не мог, как от тела столь разочаровывающего внука могла исходить такая пугающая аура!

Глава 3. Цзюнь Вуй.

"Достаточно! Подумать только, хоть мы и одна семья, ты предпочел жить в самом южном особняке… Приходи завтра, ты переедешь ко мне!" - но, вглядываясь в Цзюнь Се, Цзюнь Чжан Тиан почувствовал, как тупая боль затопила его изнутри. Неважно, каким бы негодяем и развратником он ни был, сколько разочарований бы не принес, он все равно оставался его внуком. Более того, он – последний наследник родословной семьи Цзюнь…

Хотя нынешняя ситуация в стране и заграницей довольно стабильная и мирная, несколько принцев уже выросли для того, чтобы побороться за власть. Цзюнь Чжан Тиана, как важнейшую военную фигуру, многие захотели бы заполучить в союзники.

Это покушение на его единственного наследника было, вероятно, одной из их схем для создания внутренней катастрофы. Если Цзюнь Се не переедет под его защиту сейчас, таких попыток в будущем будет становиться только больше.

"Но мне там совсем неплохо жилось, нет необходимости переезжать!" - наотрез отказался Цзюнь Се.

Шутите? Упустить такой шанс узнать о техниках убийц этого мира? Услышав рассуждения Дедушки Цзюнь на эту тему, сердце Цзюнь Се зашлось в волнительном трепете.

Убийства… то, что сейчас так далеко от него, но все так же остается самой сокровенной частью его воспоминаний…

"Ты!... Негодяй!" - взорвался дедушка Цзюнь и занес руку для пощечины, но, в последний момент, прямо перед лицом Цзюнь Се, остановил свою ладонь. Некоторое время он вглядывался в его лицо, но затем произнес: «Ты… просто уходи.»

Этот ребенок впервые мне отказал? Он… и правда посмел сказать мне "нет"? Более того, это был категоричный отказ!

Цзюнь Се церемонно склонился в поклоне, выпрямился и пошел прочь.

"О, и еще кое что, с сегодняшнего дня прекращай ухлестывать за Принцессой Линг Мэнг. И это не обсуждается, и точка!" - голос дедушки Цзюнь был холодным и подавленным.

В последние годы семья Цзюнь, казалось, была способна на все, даже покорить само небо, как будто они были единственными повелителями королевства, но в их семье был допущен фатальный изъян: у них не было достойного наследника! А единственный потомок третьего поколения, Цзюнь Мосе – просто мелкий распутник!

Дедушка Цзюнь, выглядящий так же, как и в свои 40, с умом и телом не ослабшими под разрушительным течением времени, глубоко в душе понимал, что если он ничего не сделает, то клан Цзюнь будет стерт с лица земли, в ближайшем будущем. Зная, как относится к делам его внук, это было неизбежно. По сути, он уже почти видел сей неутешительный исход.

Поэтому, Цзюнь Чжан Тиан переступил через себя и попросил Императора одарить Цзюнь Мосе браком, с самой любимой принцессой Его Величества, Линг Мэнг. Если все прошло бы как надо, даже после его смерти Цзюнь Мосе смог бы иметь надежный тыл и защиту. Как муж принцессы, он стал бы вхож в королевскую семью. И пока не наделал бы каких-нибудь неподобающих глупостей, династия Цзюнь была бы сохранна.

Принц- Консорт, звучит, казалось бы, грандиозно и великолепно, но на самом деле это самый ужасный из постов в правительстве. Получить приказ Императора женить своего сына на принцессе – ночной кошмар всех министров, наделенных какой-либо силой и властью. Принцесса всегда будет выше глав семей, в которые она войдет, а кому это понравится?

Кроме того, существует правило, которым необходимо неукоснительно следовать: Принцу- Консорту категорически нельзя взять ни одной наложницы. Если принцесса будет недовольна или расстроена, или ее сердце наполнится ревностью – спокойного житья не будет никому из семьи. Но все же, это лучший выход для этакого обалдуя, как Цзюнь Мосе, чтобы сохранить династию Цзюнь.

Так что, Цзюнь Чжан Тиан с удовольствием предложил этот брак без тени сомнения и сожаления.

Его Величество Император, естественно, понял мотивы и попытался войти в положение своего старшего товарища, который был ему как брат. Он был тронут затруднительным положением Цзюнь Чжан Тиана, но после изучения истории Цзюнь Мосе и рассмотрения информации о его поступках, да и принцесса отказалась от этого брака, после долгих размышлений он вынужден был отринуть это предложение.

"Брат Цзюнь, твой младший брат очень хотел бы тебе помочь, но я так же еще и отец, а Линг Мэнг - моя любимая дочь. Как я могу отдать свою драгоценную дочь этому…эх!" - Его Величество не смог закончить фразу и опустил голову, видя, как расстроился и едва сдерживался Цзюнь Чжан Тиан.

[Отец? Ради своей дочери? Да поступи это предложение в те времена, когда семья Цзюнь процветала и бед не знала, ты бы с ума сошел от счастья! Как же изменчивы человеческие отношения!]

"О, я понял." - ответил Цзюнь Се, стоя в дверях. В его голосе не было ни шока, ни радости. И он сразу же вышел.

С момента, когда Цзюнь Мосе узнал, что станет Принцем-Консортом Принцессы Линг Мэнг, он стал чуть ли не преследовать ее, бесконечно этим досаждая. Но сейчас Цзюнь Се поразил своего дедушку, восприняв эту новость абсолютно безразлично. Вот если бы он разозлился или впал в истерику, дедушка Цзюнь нисколько бы не удивился. Но это его отношение просто шокировало старика.

"Это он после падения с кровати так переменился?!" - подумал дедушка Цзюнь, поглаживая свою бороду и глядя вслед уходящему внуку.

Позже, Цзюнь Чжан Тиан хлопнул в ладони и отдал распоряжение: "Выделить еще больше охраны для защиты Юного Господина по ночам, и больше никаких промахов! Увидите кого-то подозрительного – убивайте без сомнений и колебаний!!"

[Даже не вздумайте повторить свою попытку! Вы думаете, что так просто сможете забрать жизнь внука Цзюнь Джан Тиана?] -глаза дедушки Цзюнь сверкнули холодом.

Казалось, что дедушка Цзюнь разговаривает с воздухом в пустой комнате, но вдруг откуда-то возник едва слышимый и расплывчатый человеческий голос: "Будет исполнено!"

Цзюнь Се вышел наружу, подставляя лицо теплым солнечным лучам, и направился к своему двору. По пути он постоянно встречал слуг, которые в страхе и трепете склонялись перед ним, но он не обращал на них никакого внимания, так как был погружен в свои мысли.

--"Кто есть ассасин?"

--"Следуя из названия, это тот, кто убивает! Мы - руки тьмы! Всегда помнить это слово - тьма! Ассасин всегда незрим, появляется словно ветер и исчезает в никуда!"

--"Кого можно назвать успешным ассасином?"

--"Если до самого дня его смерти никто не узнает, что он ассасин с руками по локоть в крови, то он успешный ассасин!"

"В таком случае, кто же такой супер ассасин?"

"Это тот, кто сможет приспособиться к любой обстановке и ситуации! Среди литераторов он станет поэтом, в кругу живописцев – художником; среди воров и разбойников – он превратится в плута; в высшем свете он – дворянин и джентльмен; если нужно войти в доверие к сексуальным маньякам – он станет сексуальным хищником, а среди героев станет образцовым победителем!!"

"В пустыне, он - ящерица, в прерии – вожак волков! В горах, он -царь зверей – тигр! Проплывая над морями, он тот, кто приносит прилив – дракон! Таков успешный ассасин! "

"Тот, кто умеет просто убивать – в лучшем случае, мясник! Только тот, кто сохраняет ясный ум во время убийства и не терпит поражений, может называть себя хорошим ассасином!"

"Убийство – это само по себе искусство! И никто, ни один ассасин, не имеет права осквернить это искусство!"

Этот разговор состоялся когда-то давно с его учителем, в его прошлой жизни.

Думая об этом, губы Цзюнь Се растянулись в улыбке, и он прошептал: "В настоящее время я – это всего лишь бесполезный лентяй, наследник второго поколения, ждущий, когда получит наследство!"

Внезапно, послышался голос, наполненный льдом: "Ошибаешься! Наследник второго поколения это я, а вот ты – наследник третьего!!!"

Глава 4. Второе поколение, третье поколение.

Перед Цзюнь Се выехал мужчина средних лет за тридцать на инвалидной коляске, его ноги были укрыты толстым слоем сатина.

Взгляд светлых глаз мужчины был направлен на него; его брови были похожи на мечи, своими остриями устремляясь к вискам. Его тело излучало убийственно-холодную ауру! В глубине его соколиных глаз мелькало презрение; мелькало слабо, но вполне очевидно.

Если бы этот человек не потерял свои ноги, он был бы мужчиной, подобным нефритовому дереву! Выдающийся, бесстрашный..воплощение истинного героя!

Судя по остаткам ауры силы, когда-то он наверняка был решительным и сильным генералом армии, ведущим за собой десятки тысяч на кровавые войны.

(п.п.: нефритовые растения являются символом процветания)

«Третий дядя?» -остановился Цзюнь Се. Он порылся в воспоминаниях и обнаружил, что, по мнению Цзюнь Мосе, этот дядя мог лишь бездельничать, сидя в своей коляске, то есть это обычный халявщик, живущий за счет других.

Но нынешний Цзюнь Се мог почувствовать, что этот самый Третий Дядя, живущий уже много лет лишь с помощью коляски, испускал очень знакомую ауру, от которой пробегали мурашки по спине!

Жажда убийства!

Желание, настолько выраженное, что даже у Цзюнь Се сердце вздрогнуло.

Для того, чтобы обладать таким уникальным боевым духом, нужно пройти сквозь огонь тысячи сражений, и быть ветераном войны с железной волей, пробивающимся через горы трупов и моря крови!

Эта аура сродни острию несравненно острого клинка, который нельзя выбросить, даже если он будет сломан, ведь его сияние отражается по всему небу!

Однако, сейчас этот острейший клинок был спрятан в ножны.

За всю свою жизнь Цзюнь Се видел всего двух или трёх человек подобного класса, и все они занимали очень высокие посты в армейской службе. И он по-настоящему восхищался этими железными доблестными генералами!

Вообще то, дедушка Цзюнь тоже является такой личностью, однако, он уже закаленный ветеран, который умеет сдерживать свою ауру, не демонстрируя окружающим свою силу. И встреча Цзюнь Се с дедушкой Цзюнь стоило того: ведь он смог обнаружить это!

А вот Цзюнь Вуй еще не достиг такого уровня мастерства, чтобы держать свою ауру в узде; вся его сущность была подобна несравненному мечу. Даже не смотря на то, что этот меч спрятан в ножны, эта невероятная энергия Ци вытекала наружу.

Естественно, только знающие люди, как Цзюнь Се, способны это заметить, простые люди вроде Цзюнь Мосе не поймут этого, даже если их изобьют до смерти!

И хотя этот великолепный меч был отложен в сторону и повешен на стену, он все равно испускает драконоподобные вопли посреди ночи! Это крики жажды крови; жажды, которая пропитала его до мозга костей!

"Не часто же ты меня называешь своим Третьим дядей"-

Цзюнь Вуй поднял голову, цинично глядя на своего племянника: "Мосе, с каких это пор ты решил стать наследником второго порядка?" -сказав это, он вдруг вздохнул, не понимая, что это с ним сегодня происходит. И с чего вдруг ему захотелось поговорить с этим безнадежным ошметком на стене?

Цзюнь Се долго смотрел на него, но его глаза были сфокусированы на дядиных парализованных ногах: "Ты, наверное, шутишь, дядя, ты подлинный наследник второго порядка, а я, в лучшем случае, пойду третьим. Но мирная и счастливая жизнь третьего наследника меня вполне устраивает."

[Э? Почему этот парень говорит сегодня таким тоном? Его слова не лишены колкости, но в них нет того обычного высокомерия и пренебрежения, как было раньше.]

Услышав ответ Цзюнь Се, в глазах Цзюнь Вуя словно сверкнула молния, рассекающая тьму ночного неба!

Вдруг, он громко рассмеялся и, качая головой, спросил: "Ты вообще знаешь разницу между наследниками второго и третьего порядка?"

"А разве оба этих наследника не являются бесполезными нахлебниками до конца своих дней?" -поднял брови Цзюнь Се.

Смотря на уважаемого и хладнокровного Цзюнь Вуя, чья слава могла затмить любую другую с громом и молнией, находящегося в таком состоянии, Цзюнь Се мог испытывать лишь грусть!

В глазах Цзюнь Вуя плескались горечь вперемешку с нежеланием, но они сразу рассеялись. Положив руки на колени, он поднял голову и сказал: "Это высказывание в корне не верно, как это нет никакой разницы? Да между этими наследниками лежит целый мир!"

Наследники второго поколения - это отцы, которые потом и кровью заложили фундамент, чтобы их сыновья могли просто сидеть и наслаждаться плодами их трудов. И пока у них есть рот, чтобы есть, они не умрут и смогут наслаждаться жизнью в роскоши. Но совсем иначе обстоят дела с третьим поколением!»

Он взглянул в глаза Цзюнь Се, рассмеялся и продолжил: "Так называемые наследники третьего поколения, это необязательно те, кто родился в третьем поколении, но те, кто стали преемниками третьего поколения. То есть: дед заложил все основы, но его линия была разделена в середине пути твоим отцом, и вот так образовалось третье поколение! Я иду из поколения деда, а ты из поколения своего отца, вот в чем разница."

"Твой дед уже стар, а ты, даже если решишься стать родоначальником третьего поколения, не сможешь удерживать свои позиции долгое время. У тебя нет другой защиты, кроме твоего деда. Твоя жизнь в качестве наследника третьего поколения будет очень трудна и жестока! Бездарные и нерешительные никогда не смогут стать третьим поколением. Вот почему я в этом плане гораздо удачливее тебя."

Всё это Цзюнь Вуй высказал в ответ на «бесполезных нахлебников», но, закончив говорить, он почувствовал печаль, затопившую его сердце.

[Неужели это и правда конец великой династии Цзюнь? Семьи, поднявшейся столь высоко и так оглушительно упавшей!]

Его старшие братья погибли в битве, сам он парализован; двое его племянников, на которых он возлагал надежды, также закончили свою жизнь на поле боя, даже их тел не нашли; а единственный оставшийся наследник семьи Цзюнь – это идиот Цзюнь Мосе!

В этот момент на него навалилась апатия, он даже не нашёл в себе сил сказать что-нибудь ещё.

Цзюнь Се помолчал немного, чтоб затем сказать с усмешкой: "Вообще-то, я тоже могу быть наследником второго поколения."

То есть, Цзюнь Се совсем не понял слов Цзюнь Вуя?

Цзюнь Вуй закашлялся, но снова обретя интерес, он напоказ лениво произнес: «Да?»

"Если Третий Дядя станет «древом», и подберет мне местечко покомфортнее, почему бы мне не стать наследником второго поколения?" -улыбнулся Цзюнь Се.

В глазах Цзюнь Вуя блеснула ярость, и он тихо спросил: "Мосе, ты что, издеваешься над своим дядей?"

Глядя на него, Цзюнь Се вдруг спросил: "Ваши ноги хоть что-нибудь чувствуют?»

"Нет!" -отвернулся Цзюнь Вуй, его племянник все больше его раздражал.

Цзюнь Мосе прекрасно знал, как неприятны, дяде, слова о его инвалидности, и раньше доводил его до белого каления этими намеками. Сейчас же он и вовсе высказал ему все в лицо.

[Потомок, который не знает словосочетания «уважение к старшим», лучше бы его и вовсе не было!]

«У Вас когда-нибудь ломался позвоночник?»

"НЕТ!" -взорвался Цзюнь Вуй: «Чертово отродье, как бы я мог жить с поломанным позвоночником?»

"То есть, в лучшем случае повреждены только меридианы?" -у Цзюнь Се загорелись глаза.

[Похоже, кто-то разорвал меридианы Цзюнь Вуя, или закупорил их с помощью какого-то коварного яда, заставляя их сморщиться и засохнуть. Если причина в этом, до тех пор, пока к ним есть приток крови или Ци - значит есть надежда.]

С его познаниями лекарств, есть шанс на восстановление. В конце концов, этот мужчина-его кровный родственник в этом новом мире, и так же тот, кто сумел впечатлить Цзюнь Се..железный человек с невероятным боевым духом.

Он должен помочь Цзюнь Вую встать на ноги, пусть он и не его родной дядя!

Цзюнь Се посмотрел на него и медленно спросил: "Слышал, Вас ранили в бою, но сделать подобное на поле боя куда сложнее, чем просто убить. Зачем же они сделали это? Видимо, Ваши враги хотели обречь Вас на жизнь, которая хуже смерти?"

Он ударил этими словами по самому больному месту, заставляя Цзюнь Вуя сжать зубы так, что вены выступили у него на лбу.

Заставив себя сделать несколько глубоких вдохов, Цзюнь Вуй с трудом взял себя в руки и ответил: "Даже если и так, тебе-то что с того?"

Поняв, что попал в точку, Цзюнь Мосе, улыбнувшись, оперся на инвалидную коляску: "Третий Дядя, а как на счет мести?"

"Посмотри на меня! Как я могу даже думать об этом?" -лицо Цзюнь Вуя покраснело и задергалось, ненависть бурлила в его глазах: "Сейчас я всего лишь калека!"

Цзюнь Се мягко улыбнулся: "А если я смогу поставить вас снова на ноги, а, Третий Дядя?"

Эта фраза была словно взрывом в ушах!

Глава 5. Луч надежды.

Цзюнь Се произнес эти слова тихо, но для Цзюнь Вуя они были словно гром, сотрясший небеса!

Вдруг, Цзюнь Вуй широко распахнул глаза, из его тела полились струи желтого свечения, настолько яркие, что невозможно было смотреть.

Дав волю необыкновенной силе выйти из него, он вдруг схватил за руку Цзюнь Се и нетерпеливо спросил: "Мосе, ты хочешь сказать, что сможешь излечить меня?"

Оказывается, за все эти годы он не бросил развивать свою энергию Суань Ци. Этот слой желтого света символизирует силу Суань Земли уровня эксперта. Хоть он пока что лишь на ранних стадиях, в его возрасте добиться подобного - большая редкость!

Во всем Королевстве Тянсян, скольких экспертов Суань Земли можно найти?

Да, Цзюнь Вуй, в свои тридцать с лишним лет был просто гением! Не говоря уже о том, что все меридианы на его нижней части тела были дефектными. Если бы они были в норме, ещё неизвестно, каких высот он смог бы добиться!

Рука Цзюнь Се захрустела от сжатия Цзюнь Вуя, однако, на его лице не проявилось ни одной эмоции, как будто это не его рука затрещала в железных тисках руки Цзюнь Вуя, он улыбнулся и повторил: "Не могу сказать наверняка, но попытаться стоит"

Похоже, Цзюнь Вуй вдруг пришёл в себя и быстро отпустил свою руку.

Глядя на собственную руку, тень сомнения легла на его лицо, и он, повернувшись к Цзюнь Се, спросил: "Тебе разве не было больно? Почему ты не закричал?"

"Да, больно было" - легко ответил Цзюнь Се.

"Но, даже если б я и закричал, боль бы прекратилась? Если бы это помогло, я бы сразу закричал изо всех сил. К сожалению, это не так работает"

Видя безразличие на лице Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй был просто поражен. Пристально вглядевшись в него, Цзюнь Вуй вдруг громко рассмеялся: "Хаха! Теперь тебе и в самом деле удалось убедить меня, что ты и правда мог бы меня вылечить"

[Такой племянник отличается от самого себя прежнего] -подумал про себя Цзюнь Вуй.

"Конкретно сейчас тебе нужно будет делать массаж каждое утро, день и вечер. По возможности, этим должен заниматься слуга, знакомый с боевыми искусствами, чтобы массировать по ходу меридианов. Не пропускай ни единого сеанса! Так же, каждый вечер принимай горячие ванны в течение двух часов, перерывы не допустимы. Когда же приготовления с моей стороны будут закончены, мы приступим к самому лечению, идет?" -улыбнулся Цзюнь Се.

Цзюнь Вуй взял свои эмоции под контроль, затем сказал серьёзно: "Хорошо! Мосе, в этот раз, я полагаюсь на тебя!"

Его руки сжались в кулаки, и он медленно произнес: "Если ничего не получится, я приму и это."

Он решил оставить невысказанным то, что даже если Цзюнь Мосе будет просто возиться с ним, его это устроит в неменьшей степени.

Слабая надежда всё же лучше, чем ничего!

"Я полагаю, за столько лет дядя обошёл не один десяток врачей?"

После повторной оценки тела Цзюнь Вуя, Цзюнь Се понял, что его нынешнее состояние оставляет желать лучшего.

[Все меридианы от талии и вниз были полностью перекрыты, в добавок, там был какой-то еретический препарат, медленно разъедающий его меридианы. Если бы не хороший уход и поддержание формы, его мышцы были бы подвержены атрофии. В этом случае, он точно не смог бы рассчитывать на какое-либо восстановление! Пусть эти высококвалифицированные врачи были не в состоянии излечить его, но это-то они должны были бы заметить...]

"Даже больше! Практически все известные врачи королевства были приглашены, чтобы обследовать меня. Я не только был поражен коварной атакой, запечатавшей мои меридианы, но и ещё был отравлен каким-то непонятным и токсичным ядом, вынудившем меня прозябать в жизни хуже, чем смерть…" -ответил Цзюнь Вуй с лицом, полным ненависти.

"Отец потратил кучу времени на попытки открыть мои меридианы, и все без толку... Что касается того безымянного яда, не нашлось лекарства, способного одолеть его. Единственным шансом излечить меня было использование чрезвычайно мощной энергии Суань Ци"

"В таком случае, почему…" -спросил Цзюнь Се, но остановился.

"Заговорщики являлись экспертами Суань Неба... Чтобы разблокировать их печать и вытеснить яд, мы бы попросили Верховных Божественных экспертов о помощи... Но они те, кто просто мистически-недосягаемы для простых людей; они же принимают только глав организаций, а не тех, кто снизу.. И к тому же, излечив мою травму, даже эксперт Верховного Божественного ранга потерял бы половину своей силы без шанса восстановления, и всё из-за пагубного воздействия яда!»

Он горько улыбнулся: "Какой Верховный Божественный эксперт пойдёт на такое ради простого меня? Мосе, достижение подобного уровня мастерства трудно так же, как восхождение на Небеса! Кто в здравом уме согласиться выбросить половину своих с трудом заработанных сил, на развитие которых он потратил всю жизнь, ради меня?"

"Вот ведь подонки! Бросить Вас в таком состоянии, где Вы знаете способ, как можно излечиться, но не имеете возможности использовать эти знания…" -Цзюнь Се покачал головой.

"Похоже, эти мерзавцы больше, чем просто ненавидят Вас! Терзать Вас таким ужасным способом, не давая возможности ни жить, ни умереть!"

Цзюнь Се умолк, а затем вдруг спросил: "Эти люди - кровные враги нашей семьи?"

"Мосе, ты… Откуда у тебя этот способ излечить меня?"

В глазах Цзюнь Вуя плескалась боль, вызванная вопросом племянника. Но он не ответил, вместо этого оценивающе разглядывая спросил: "Сегодня, ты словно совершенно другой человек!"

"Честно говоря, недуг Третьего Дяди никогда не выходил у меня из головы, ни днем, ни ночью" -Цзюнь Се покрылся холодным потом.

"Этот способ лечения я нашел случайно, но он выглядит довольно эффективным, так что я решил попробовать. Третий Дядя, мы всё же не чужие люди, и моё желание, чтобы ты поправился, вполне естественно. К тому же, в этом и для меня есть выгода. Я предпочитаю быть под твоей защитой и жить припеваючи в качестве наследника второго поколения, что поделать, вот такой я! Хаха!"

"Вот ведь засранец!" -произнес Цзюнь Вуй, усмехнувшись, а затем, торжественно произнес: "Мосе, в независимости от успеха или неудачи, я очень ценю твою доброту ко мне!". Его голос звучал громко и ясно.

"Дядя, жду не дождусь того дня, когда смогу нырнуть под Ваше тёплое крылышко и стать нормальным наследником второго поколения, хаха…»

[После того, как я повышу уровень своей внутренней энергии хотя бы на малую долю того, что у меня было в прошлой жизни, в сочетании со знаниями в акупунктуре и лекарствах, я буду в состоянии использовать три действенных метода лечения Цзюнь Вуя]

Назначая массаж Цзюнь Вую, он просто пытался выиграть время. В нынешнем теле у Цзюнь Се не было ни капли внутренней энергии. А для акупунктуры она просто необходима!

Глаза Цзюнь Вуя просияли, когда он услышал немалую уверенность в этих словах, улыбаясь, он сказал: "Мосе, твой уровень Суань Ци всего лишь на третьем уровне, что ненамного превосходит уровень среднестатистического простолюдина. И тем не менее, ты выдержал мою стальную хватку, даже глазом не моргнув! С таким характером и выносливостью, ты точно не сможешь быть просто наследником второго поколения."

Хоть захват Цзюнь Вуя был и не в полную силу, всё же, как мог обычный человек вытерпеть хватку эксперта Суань Земли? Ведь даже эксперты Золотого ранга морщились при таких «рукопожатиях», и все же Цзюнь Се, обладая всего лишь третьим уровнем, фактически смог это выдержать. При чем, даже не используя свою собственную энергию Суань Ци для сопротивления!

Цзюнь Вуй прекрасно осознавал, какую боль пришлось испытать Цзюнь Се, особенно если учесть, что он явно был к ней не готов, и все же его лицо не дрогнуло! Вот это самоконтроль…

Какая жалость! Глядя на Цзюнь Се, он снова вздохнул.

[Как жаль, что Цзюнь Се уже слишком взрослый. В его возрасте, даже если ты можешь выносить подобную боль, даже если посвятишь всю свою жизнь улучшению потока своей энергии Суань Ци - это всё безнадежно...

Если бы не это, в семье Цзюнь мог бы появиться ещё один ужасающий эксперт!]

Глава 6. Суань Ци.

"Третий Дядя, касательно твоей болезни.. Для массажа тебе нужно отобрать тех, кому ты действительно можешь доверять. Будет лучше, если о нашей попытке вообще никто не будет знать, тогда, в случае провала, нам удастся сохранить лицо." -немного подумав, сказал Цзюнь Се.

"Хах, да даже если лечение сработает, я всё равно об этом никому не расскажу! Твой дядя не идиот! Ты боишься, что это может навлечь неприятности, верно? Кроме того, если ты действительно сможешь поставить меня на ноги - мы оба станем тузами в рукаве семьи Цзюнь! Разве я мог не подумать об этом? Ты, дьяволеныш, еще и лицо мое приплел в качестве аргумента..»

Цзюнь Вуй расхохотался, а затем закрыл руками лицо. Он вдруг осознал невероятную мысль: ведь этот паршивец когда-то был его самым любимым племянником. И тем не менее, сколько времени прошло с тех пор, когда они были близки? Может быть, как раз из – за того, что они так сильно отдалились, именно поэтому у него возникло то странное чувство, когда он встретил его сегодня.

Мог ли облик развратника, которого из себя изображал племянник, все эти годы быть маской, под которой скрывалось истинное лицо?

Цзюнь Вуй смотрел в спину собирающегося уходить Цзюнь Се, и его сердце замерло в предвкушении.

Он с нетерпением ждал, поможет ли ему лечение и, более того, он жаждал понять, действительно ли его племянник… скрывал свое истинное лицо?

"Третий Дядя, ты уже достиг Суань уровня Земли, верно?" -спросил Цзюнь Се со смешком.

"Любопытство кошку сгубило!" -хихикнул Цзюнь Вуй, испытывая необычайную легкость в душе, и ответил: "Я достиг этого ранга только в этом году, сила ещё не стабилизировалась"

"Ты скромничаешь" -скривил губы Цзюнь Се: "Разве есть что-то выше Суань уровня Земли ?"

Цзюнь Вуй выглядел поражённым, он ответил: "Развитие энергии Суань Ци начинается с девятого уровня, затем идет Серебряный, Золотой и Нефритовый уровни. Выше этих уровней стоят Суань ранга Земли, затем Неба, и выше всех Верховная Божественная Суань."

"С первого уровня и по третий высвобожденная энергия Суань Ци будет иметь окраску тускло красного, розово-красного и густого красного цветов. Цвет с четвертого по шестой уровень - фиолетовый с теми же стадиями. С седьмого по девятый, энергия черного цвета! Мосе, вне своего дома будь осторожен и внимательно следи за этими признаками, неверное распознание цвета Суань Ци может повлечь за собой катастрофу!"

“Я понял, Дядя" -улыбнулся Цзюнь Се, хотя его лицо осталось равнодушным.

Цзюнь Вуй же страстно продолжал: "Серебряный - это начало, Золотой - развитие, Нефритовый - сулит прогресс, а Девятый и ниже - не больше, чем муравьи. Сила Суань Земли разрушает все на своем пути, Суань Неба оставляет после себя один лишь воздух, Верховная Божественная Суань не имеет определенной формы, сравнима с Девятью Небесами, превращающимися в парящего дракона!"

"Я кратко описал тебе уровни энергии Суань Ци. Только после приобретения Серебряной Суань ты можешь считаться новичком! Что же касается тебя…" -Цзюнь Вуй взглянул на Цзюнь Се и искры нежности появились в его глазах: "Тебе придется самому выбирать свой путь. Если кто-то родился простым человеком, это не значит, что он должен использовать для убийства свои руки."

Цзюнь Се ухмыльнулся: "Понял, я не из тех, кто просто убивает людей каждый день."

А про себя добавил:

[Без вознаграждения, по крайней мере....естественно, если никто сам не нарвётся.]

В настоящее время Цзюнь Се абсолютно не интересовала эта так называемая "энергия Суань Ци", так что он особо не вникал в её суть.

Когда Цзюнь Вуй отправился в свою комнату, Цзюнь Се продолжил свою неспешную прогулку. Примерно на полпути он развернулся и направился в сторону библиотеки.

Причина, по которой он решил наведаться в сие здание, заключалось в том, что предыдущий Юный Господин Цзюнь практически ни черта не знал и не умел.

За исключением информации касательно плотских утех, азартных игр и возлияний, по сути, его голова была забита всяким бесполезным мусором. И сколько бы ни пытался Цзюнь Се почерпнуть хоть что-то полезное из его воспоминаний – все было без толку.

Поэтому необходимо было посвятить некоторое время на то, чтобы навести хотя бы какой-то порядок в его голове, как-то всё организовать. С помощью его (Цзюнь Мосе) воспоминаний можно было хотя бы разобраться с положением семьи Цзюнь.

Цзюнь Се зашел в библиотеку и пробыл там весь день, вообще не покидая её пределов.

"Господин, после ухода от Вас Юный Господин некоторое время беседовал с Третьим Господином. Третий Господин выглядел счастливым, что, в последние годы, с ним бывает очень редко."

Перед Цзюнь Чжан Тианом возник старик, докладывая о местонахождении Цзюнь Мосе.

"Что?" -на этом лице, выражавшем годами непоколебимое спокойствие, проявился неподдельный шок.

[Эти дядя с племянником всегда были несовместимы, как огонь и вода, при каждой их встрече один насмехался над другим... Чем чаще они видели друг друга, тем больше раздражения появлялось в их глазах. С чего бы вдруг им сегодня вздумалось так мило беседовать? И то, что после этого разговора Цзюнь Вуй выглядел счастливым, определенно нельзя было назвать нормальным явлением.]

"О чем они говорили?" -попивая свой чай, как можно обыденней спросил Цзюнь Чжан Тиан.

"Несмотря на свое состояние, Третий Господин развивается в достаточно быстром темпе, из-за его молодого Суань уровня Земли я не смог подойти ближе, чтобы подслушать. Я смог только увидеть, что они оба наслаждались приятной беседой, пока не разошлись каждый в свою сторону.» -почтительно ответил старик.

"Приятной?" - Цзюнь Чжан Тиан удивленно поглаживал свою бороду: "Как такое возможно? Да чтобы они пробыли так долго наедине и при этом никто не умер - это очень удачное стечение обстоятельств. И вот так вот «наслаждались» ПРИЯТНОЙ беседой?"

"Это чистая правда! Господин, после того, как они разошлись, Юный Господин направился в библиотеку и до сих пор не вышел оттуда! Но библиотека не так важна, но вот его разговор с дядей меня удивил, потому я и поспешил доложить об этом Вам.»

"Ты все правильно сделал, но, ты сказал, что этот ребенок пошел в … библиотеку?" -от удивления у Цзюнь Чжан Тиана задрожала борода и глаза вылезли из орбит: "Ты уверен? Этот маленький ублюдок пошел в библиотеку? Вместо Дома Тысячи Цветов, Дома Благоуханий и тому подобного… в библиотеку?"

(п.п.: Дом Тысячи Цветов и Дом Благоуханий - бордели)

Старик твердо кивнул: "Точно в библиотеку! Ошибки быть не может!"

Цзюнь Чжан Тиан быстро вскочил со своего места и принялся расхаживать взад-вперед по комнате. Его обычный облик спокойствия исчез, сменившись на хмурое выражение лица: "Старик Панг, ты не знаешь, что этот гад собирается делать в библиотеке?" -он внезапно остановился.

"Он же не собирается ее поджечь?"

"Юный Господин читал книги внутри. Судя по тому, как он затих, я предположил, что он там надолго и спокойно ушел докладывать вам." -ответил Старый Панг, едва сдерживая смех.

"Читал книги?!" -дедушка вскрикнул от неожиданности, резко дернув себя за бороду: "Он действительно ЧИТАЕТ книги?"

"Именно так, Господин."

Немного подумав, Цзюнь Чжан Тиан махнул рукой.

"Чтение — это хорошо. Раз так, не беспокойте его. А когда он покинет библиотеку, принеси мне прочитанные им книги, хочу взглянуть на них. Мне действительно любопытно, что же он задумал? Может быть, он искал эротические картинки? Ну… это, в принципе, нормально в его возрасте. Я и сам себя помню в этом периоде жизни… Хехе, старый Панг, вели никому не беспокоить этого ребенка!"

"Будет сделано, Господин."

Цзюнь Чжан Тиан походил ещё из стороны в сторону, затем поднял голову вверх.

Постепенно успокаиваясь, он размышлял: "Если это всё же не эротика… какова вероятность того, что этот ребенок решил взяться за ум?"

Он покачал головой и протяжно вздохнул: "Если это действительно так, надо будет сжечь целый мешок благовоний и помолиться духам предков…"

Когда наступила ночь, дворецкий Старик Панг собрал все книги, которые читал Цзюнь Се; в общем их было несколько десятков.

Цзюнь Чжан Тиан разложил книги на столе и нахмурился.

«Текущая ситуация континента Суан Суан, География континентальная, Список людей года, Записи о Странных Цветах и Экзотических травах, Войны континента, Искусство Войны Суан Суаня…"

Дедушка Цзюнь всю ночь просматривал книги, которые читал его племянник, и выражение его лица постоянно менялось от замешательства и удивления, до счастья. Он вздыхал, пыхтел, качал и кивал головой. За ночь на его лице проявилось эмоций больше, чем за пол его жизни…

Глава 7. Изысканная пагода Хонцзюнь.

В последующие дни Цзюнь Се практически перестал бывать на улице: проснувшись утром, он шел в библиотеку и просиживал за книгами весь день. И так день за днем. И все прочитанные им книги отправлялись на проверку к дедушке Цзюнь, после чего дедушка Цзюнь качал и кивал головой, вздыхал и фыркал, на лице попеременно отражались разочарование, шок и приятное удивление…

Слуги семьи Цзюнь обнаружили, что у молодого хозяина появилось новое странное хобби: на весь день он запирался в библиотеке, зато по наступлению ночи он выходил во двор и усаживался в самом темном месте, туда куда не доставал свет… ну просто как еретик какой-то!

На самом деле, слуги не сильно переживали по поводу его нового хобби, все же, это было куда лучше его прошлых «увлечений».

Этим вечером, Цзюнь Се в очередной раз сидел под цветущим деревом, наслаждаясь глубокой атмосферой ночной темноты. В такой тьме собственного носа не видно. В этом месте Цзюнь Се чувствовал себя в безопасности, под защитой покрова ночи. Цзюнь Се, который когда-то стал непобедимым королем ассасинов всего мира, чувствовал себя в безопасности только в кромешной тьме. Ночь всегда была его самым лучшим и надежным партнером!

Глядя на звезды в ночном небе, Цзюнь Се вдруг почувствовал, будто ему все это снится. За последние дни он прочел все книги, содержащие информацию об этом мире. Он более-менее понял текущее положение вещей на этом континенте, однако, чем больше он понимал, тем больше ему казалось, что он окончательно запутался.

Если бы не все то, что было написано черным по белому в книгах, Цзюнь Се мог бы предположить, что он переместился назад во времени, к временам древнего Китая. Народ, диалекты, культура и одежда идентичны тем, которые были в эпоху династий Тан и Сун. Просто один в один!

Цзюнь Се застонал и уткнулся головой в колени, уперев руки в затылок. Он лихорадочно думал. Почему? Почему я не в одной из древних эпох Китая? Я бы тогда оказался в весьма выгодном положении: я знаю достаточно полезной информации для того времени. Пусть я не стал бы менять историю, но, умея «предвидеть» события, смог бы избежать массы проблем и вполне себе неплохо устроиться!

Континент Суан Суан, откуда он вообще взялся, чёрт его подери? Серебряный Суань, Золотой Суань, Суань Земли, Суань Неба… Суань Ци… Суань твою мать!!! Почему это не просто внутренние боевые искусства?!

(п.п.: внешние и внутренние: внешние-это тело, внутренние это разум.)

Пожалуй, единственное, что оставалось прежним, были древние и вечные солнце с луной. и нежные ласки ночи. Только это и оставалось для него родным.

Лицо Цзюнь Се превратилось в каменную маску, его мышцы затвердели в болезненном спазме и ему стоило огромных усилий, чтобы не закричать во всю глотку, проклиная все на свете!

В этот самый момент, когда Цзюнь Се был охвачен эмоциями, он вдруг почувствовал ужасную головную боль, которая заставила скривиться его лицо в болезненной гримасе, несмотря на всю его выносливость. Внезапно головная боль перешла в нахлынувшее головокружение…

Перед его глазами, казалось, весь мир закружился с невероятной скоростью. Даже ночное небо слилось в единую воронку безумия. Окружающий мир начал терять реальность…

В течение всей это пытки, Цзюнь Се сжимал зубы, закусывая губы, кровь стекала из прокушенных ранок, глаза его свирепо и напряженно были устремлены вперед, но он не позволил ни одному звуку вырваться из него, наружу.

[Я пришел в этот мир один, и одному мне предстоит принять эту боль! В этом странном мире, я могу полагаться только на себя! Я никогда не буду зависим от других!]

[[Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Используя все свои умения для убийства, я орошу землю кровью! Уничтожу небо! Опустошу земли! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей!]]

Цзюнь Се был словно потерян в густом тумане, когда почувствовал что-то странное в море его сознания. Это была искра, казалось бы, далекого света; однако, оказалось, этот свет двигался к нему. С приближением он становился все ярче, крупнее и яснее.

В конце концов, он превратился в сияющую всеми цветами радуги,пагоду. Пагода продолжала вращаться в его сознании, и с каждым оборотом она сияла все больше.

Его тело уже давно затекло, руки и ноги были парализованы, а сознание медленно расплывалось, и тем не менее Цзюнь Се продолжал без остановки смотреть вперед своими налитыми кровью глазами.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда в лицо Цзюнь Се подул ветер, заставляя его ощутить холод.

Ночи в начале осени были довольно прохладными. Осознав это, Цзюнь Се вдруг понял: если ему стало холодно, значит, его ощущения вернулись к нему. Но, я же уже был не… он резко встал и понял, что с него стекает холодный пот. Его одежда вся промокла, причиняя неудобства.

Было чувство, будто он только что заново родился.

Цзюнь Се переселился в тело, разум и душу Цзюнь Мосе.

Тем не менее, Цзюнь Се оставался Цзюнь Се.

Но, пережив эту мучительную боль, похоже, он полностью слился с этим телом. Цзюнь Се стал Цзюнь Мосе, истинным хозяином этого тела!

Проигнорировав плачевное состояние своего тела и одежды, Цзюнь Се сел, скрестив ноги и закрыв глаза. Чтобы понять, он оттолкнул свое духовное сознание в глубины подсознания. Цзюнь Се уже понял, что причиной боли была маленькая пагода внутри него. Он понимал, что эта пагода что-то сделала с ним, иначе, неужели простое слияние души и тела могло причинить столько боли? Он был уверен, что произошло что-то еще. Если он не разберется с этим, покой ему будет только сниться.

В своем подсознании Цзюнь Се чувствовал, как будто бы «видел» своими глазами, изящную пагоду, сияющую блеском семи цветов, медленно кружащую на вершине его подсознания.

Цзюнь Се отчетливо понял, что эти вращения напрямую связаны и синхронизированы с током крови и энергией Ци его тела.

Что же происходит? Цзюнь Се смотрел с удивлением на маленькую пагоду. Возможности этого элемента не укладывались в здравом уме, Цзюнь Се просто поверить не мог, он только все больше запутывался.

"Интересно, если бы я мог подобраться к ней поближе и рассмотреть получше?"- лишь подумав об этом, Цзюнь Се осознал, что пагода постепенно увеличивается, и двери в самом низу вдруг открылись, из них потоком вышел густой белый туман и все сознание Цзюнь Се вмиг пропиталось им. Туман был настолько густым, что казалось, что Цзюнь Се может зачерпнуть его рукой..

Цзюнь Се сделал глубокий вдох и почувствовал необычайное чувство спокойствия и комфорта, казалось, что душа вот-вот запоет от счастья…

Осмотревшись, Цзюнь Се понял, что он каким-то образом оказался прямо перед пагодой.

Над его головой висела надпись: "Пагода Хонцзюнь!"

Внутри оказалось пусто, только густой туман плавал вокруг. Неожиданно туман сгустился в одном месте, формируя две строки: "Девятиуровневая Восхитительная Пагода, Первозданное Вечное Искусство!"

Туман закружился вокруг Цзюнь Се, преобразуясь в символы и формулы.

Мгновенно, он почувствовал огромный поток информации, направившийся в его сознание.

По ощущениям, это было словно скоростной поезд ворвался в крохотную хижину, но не разрушая ее, а заполняя полностью…

Он почувствовал ужасное головокружение, казалось, его голова сейчас взорвётся, он не смог удержаться на ногах и упал на землю.

Открыв глаза, он понял, что так и лежит на том же холодном и мокром месте. Тем не менее, в его сознании закрепилась формула развития.

Там же были рисунки, изображающие все каналы и пути в человеческом теле, так же к ним прилагались формы и действия.

«Искусство разблокировки Небесной Удачи!» - бормотал Цзюнь Се, его глаза лихорадочно блестели, а руки были судорожно сжаты в кулаки!

Глава 8. Искусство разблокировки Небесной Удачи.

Цзюнь Се понял, что это его новое открытие предоставляет ему множество загадочных возможностей! Это «Искусство Разблокировки Небесной Удачи» - невероятно таинственно и не очень понятно, но определенно эффект превзойдет все ожидания.

Что же касается Девятиуровневой Восхитительной Пагоды, он не сомневался, что это невероятное сокровище!

Насколько бы ни был Цзюнь Се невежественным, даже он слышал мифические легенды о Хонцзюнь Лаоцу. Говорят, этот Великий Бог является Хозяином трех Мудрейших Великих Богов: Тайсянь Дао Цзюнь (уважаемый Лорд Дао и его силы), Юнши Тяньзунь (достойный Лорд происхождения) и Тоньтянь Джишу (Небесный Гроссмейстер). Они легенды небес и поднебесья! Раз уж пагода названа в честь Хонцзюнь Лаоцу, нет необходимости сомневаться в ее способностях.

Цзюнь Се буквально рвался немедленно испытать искусство Разблокировки Небесной Фортуны, но все же смог сдержаться. Успокаивая самого себя, он произвел осмотр собственного тела и был просто поражен.

Поверхность его кожи была покрыта черной и зеленовато – мутной жидкостью. Отвратительная донельзя мутная жидкость тошнотворно воняла. И слой этой жидкости был очень толстым!

В подсознании Цзюнь Се внезапно всплыло легендарное по качеству и происхождению название: [Раздирающий внутренности очиститель меридианов? Может ли такое быть? После всей этой единовременной боли, мое тело очистилось от всяких нечистот?]

Цзюнь Се был в полном восторге! [Если бы я раньше узнал, что за этой болью последует столь замечательный эффект, то я бы не отказался от еще одной порции этих мук!]

В самом деле, никакая боль не сравнится с возможностью повысить силу своего тела. Что есть простая боль, если на другой чаше весов стоит мощь собственного тела? Как бы невыносима ни была эта мука, оно того стоило!

Чтобы избавиться от этого стойкого зловония, Цзюнь Се стремительно побежал к пруду и, не колеблясь, нырнул со звонким «Бульк!».

Вдруг, несколько голосов раздались, одновременно спрашивая: «Кто это?»

Цзюнь Се, отфыркиваясь, ответил: «Я! Молодой Хозяин изволит принять ванну, никому не беспокоить!»

«А, так это Молодой Хозяин» - и больше ни звука не было слышно.

Дедушка Цзюнь сморщил брови: «Что это было?»

Дворецкий Панг быстро вышел проверить и вскоре вернулся, отвечая с поклоном: «Это молодой хозяин, он нырнул в пруд, чтобы, по его словам, принять ванну.»

«Ванну? Он прыгнул в пруд Лу Юе посреди ночи чтобы накупаться?» все больше раздраконивался дедушка Цзюнь и, достигнув пика, он закричал срывающимся голосом: «Этот проклятый щенок!» - и, злой как сто чертей, отправился спать.

В течение последующих нескольких дней, он ожидал, что же еще вытворит его внучок. Все его ожидания и чаяния снова были разбиты на миллионы осколков. Осталось лишь раздражение, противно пульсирующее в его груди.

Такова жизнь, чем больше надежда, тем сильнее разочарование. В этот момент дедушка действительно хотел втащить за шкирку это проклятое отродье и надавать ему по заднице палкой, чтобы она зацвела аки персик по весне. Чтобы он на себе прочувствовал, почему же эти цветы такие красные…

Цзюнь Се спокойно купался в пруду. Он сбалансировал движения рук и ног так, чтобы не погружаться полностью в воду, а просто лежать на ее поверхности.

Смыв этот ужасный слой грязи, он почувствовал, будто только что вылез из огромной кучи дерьма. Его тело было полностью обновлено. Единственная проблема заключалась в том, что, не смотря на то, что его разум и душа теперь были полностью одним целым, его силе в этом теле было еще очень далеко до уровня в его прошлой жизни. Однако, после очищения, нынешнее состояние его телосложения:

мышц и костей, должно значительно улучшиться, верно? При этой мысли, его губы невольно расползлись в довольной улыбке.

В отдалении, охранники увидели, как их Молодой Хозяин плавает на поверхности воды. Они очень удивились, увидев, что он неподвижно лежит на глади воды и не тонет!

[Какие божественные техники он использует? Подумать только, кто-то может вот так плавать на поверхности воды. Наверное, необходим как минимум Нефритовый уровень Суань Ци для подобного!]

Поотмокав таким образом некоторое время, Цзюнь Се был вынужден быстро выбраться на берег, так как он стал испытывать невероятную слабость! С учетом того, как запустил свое тело Молодой Хозяин Цзюнь Мосе, да прибавить болезненную процедуру Очищения, не упасть до сих пор в обморок было сверхчеловеческим подвигом для Цзюнь Се.

Усилием воли Цзюнь Се заставил себя вернуться в комнату. После того, как он переоделся в белый халат, нежная Лолита, Малышка Ке принесла ему тарелку бульона с мясом птицы, на ее губах сверкала игривая улыбка.

Неважно, в каком бы мире ты не оказался, сила остается всегда на первом месте! Без влияния жить можно, а вот с нехваткой силы будет беда!

Даже в своей прошлой жизни Цзюнь Се не был невероятно нетерпелив в своей жажде приобрести мощь и силу!

В этом мире Цзюнь Се может полагаться только на себя, и только обретя силу он сможет более-менее успокоиться.

Силу, настолько могущественную, чтобы он мог держать в своих руках жизни и смерти множества людей.

Сейчас, Цзюнь Се был рад тому, что он стал обладателем еще одного сокровища - таинственной пагоды, ведь именно она была его главным козырем в этом мире.

Он полагал, что сила этой пагоды заключается не только в искусстве Разблокировки Небесной Удачи, в ней таится еще масса полезных секретов! И он собирался, не торопясь, раскрыть их все, в свое время.

В добавок, Искусство Разблокировки Небесной Удачи наверняка не просто так было названо «Первозданно Вечным Искусством», Цзюнь Се был убежден, что это искусство было не из разряда заурядностей.

Цзюнь Се начал медленно воспроизводить первую часть Искусства Разблокировки, «Великолепное Озарение, бьющее через край», он уселся со скрещенными ногами на земле: разум и тело единое целое, выровнять дыхание, медленно начать…

«Аура движет естество, великое озарение переполняет, дабы превзойти Девять Небес, чтобы продавить небесный Фонтан, понять вселенную; сердце становиться сокровищем горы, Девять благословений великого духа, никогда не пасть в Жёлтый Источник…»

Начав мысленно практиковаться в соответствии с методикой, как ни странно, он ничего не почувствовал. Ни малейшего потока энергии Ци, но все же это не сильно обескуражило Цзюнь Се. Он продолжал снова и снова, без передышки, все время контролируя свое тело.

Но даже после двухсот повторений, реакция не последовала! Его меридианы так и оставались неактивными. Кроме того, из-за долгого сидения в столь неудобном положении ноги Цзюнь Се стали затекать.

Хоть он и выдержал болезненный процесс Очищения, возможности его тела нужно еще разрабатывать. Сейчас же, у него начала кружиться голова и вероятность обморока маячила на горизонте.

Цзюнь Се снова глубоко вздохнул, чтобы сохранить ясность своего ума, решимость исходила из его сердца: «Я не верю в то, что я не смогу высвободить энергию Ци! Не стоит бесить Злого Монарха! В этот раз все получится!»

И он начал все сначала. Через некоторое время, он почувствовал, что его тело больше неподвластно ему, каждая его мышца напряглась. Он уже пытался более трехсот раз, и до сих пор ничего не чувствовал!

Цзюнь Се зажмурился, силой воли отодвигая чувство усталости на задний план, в его голове пульсировала лишь одна мысль: [Еще один раз… еще раз… еще раз… еще… еще…]

Некоторое время спустя, Цзюнь Се вдруг почувствовал легкую перемену в его Дворце Нивань внутри головы.

(п.п.: Дворец Ниван – один из энергетических центров тела, находится в голове)

Затем последовало легкое дуновение тепла, чувствовалось какое-то изменение в меридианах. Но это ощущение было слабым, почти ничтожным, если не контролировать каждую клетку тела и не заметишь.

Тогда, поток Ци был тонок, словно паутинка, как будто его почти и не было, это чувство было совсем ненормальным. Этот поток Ци абсолютно сбивал с толку.

В тот самый момент, когда появился этот ненормальный поток Ци, миниатюрная семицветная пагода внезапно возникла из подсознания Цзюнь Се. Она стала медленно вращаться в воздухе, с каждым поворотом выпуская все больше белого тумана, бесчисленные белые нити которого начали сгущаться на поверхности тела Цзюнь Се.

Затем эти нити стали проникать под его кожу, направляясь по телу вниз, к его меридианам...

Глава 9. Раздирающий внутренности очиститель меридиан.

Цзюнь Се оставался в этом полубессознательном состоянии; ни удивления, ни радости нельзя было прочитать на его лице. Он просто продолжал практику, контролируя свое тело и, казалось, даже не замечая произошедшее.

Это Искусство Разблокировки Небесной Удачи действительно безмерно таинственно, ничто не превзошло подобное с незапамятных времен. Это искусство словно бросает вызов самим Небесам, испытывая силы человека. Начальную часть этого умения действительно невероятно трудно практиковать, для этого необходимо не только упорство и несгибаемая воля, но и немалая толика божественной удачи!

Из – за этого даже у тех, кто таки получил знания и возможность практиковать это Искусство, шансы на успешный исход были мизерными. Если сердце человека еще не достаточно окрепло, он просто бросит эту затею после первой же сотни неудач.

Не каждый человек захочет что-либо продолжать, не видя никаких результатов своих действий. Если же человек духовно слаб – вряд ли он сможет выдержать это испытание.

С точки зрения развития, такой упрямый осел, как Цзюнь Се, способный повторять все сотни и тысячи раз – является чуть ли не единственным в своем поколении!

Даже если кто-то будет обладать подобной настойчивостью, не имея достаточно сильной духовной сознательности, в конечном итоге они попросту пострадают от отклонения цигун!

(п.п.: цигун – упражнения, «отклонение»- если выполняющий не соблюдает технику и приступает к занятиям с чувством «страха перед этими же отклонениями»- возможны разные физические нарушения организма, вроде как )

Цзюнь Се как раз обладал всеми необходимыми характеристиками, для того, чтобы освоить Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Он всегда был крайне упрямым, наметив свой путь, он никогда с него не сворачивал. Если рассматривать это с положительной точки зрения, Цзюнь Се является невероятно стойким и упорным человеком.

Рассматривая же это с негативной точки зрения… он подобен безмозглому зомби, который будет биться головой в стенку, но не свернет назад. Но он все же не простачок, он Монарх всех безмозглых зомби, так что, ему осталось лишь ждать, пока стенка не сдастся под напором его солдат.

Кроме того, Цзюнь Се был обладателем не только нужных черт характера и склада ума, но и удачей был не обделен.

Взять хотя бы тот факт, что он заполучил в единоличное пользование Пагоду Хонцзюнь - без нее у него не было бы и шанса в этой игре.

В добавок, раз уж его душа смогла переселиться в это тело, слабой ее назвать уж точно нельзя. Благодаря Пагоде, состояние тела Цзюнь Мосе было восстановлено, а его дух стал даже сильнее прежнего.

И в сумме, все эти факторы позволили ему прорваться сквозь первый тяжелый барьер всего за одну ночь!

Возможно, такое достижение неповторимо в своем роде!

Дворец Нивань в его сознании стал пульсировать все сильнее и сильнее, пока не приобрел определенную амплитуду. Он становился все горячее и горячее, бледная кожа Цзюнь Се становилась красной…

В этот момент небо начало проясняться, близился рассвет. Цзюнь Се чувствовал, что его энергия Ци, которая была тонкой, словно паутинка, становится живее и мощнее, постепенно сливаясь с другими каналами в единое целое.

Когда все потоки собрались в один, полностью объединившись друг с другом, Цзюнь Се вдруг почувствовал яркое свечение, оживающее перед ним. Свечение было наполнено красочными разнообразными пятнами, как будто все цветы мира расцвели перед его глазами.

Слияние всех семи цветов вращалось вокруг него. В то же время, оглушительный рев вырвался из его головы, сопровождаясь бликами молний. Загрохотали гром и молнии.

Но глаза Цзюнь Се оставались закрытыми, значит, все это происходило в его подсознании! Это было первое испытание Искусства Разблокировки: Спокойствие Сердца!

Хоть Цзюнь Се и правда мог "видеть" все происходящее, он все же помнил, что, начав практику, он закрыл глаза. Он никак не мог видеть все эти образы, но он видел! И что же это значит? Получается, это просто иллюзия!

Осознав данный факт, Цзюнь Се решил просто игнорировать, продолжая упражнения; его лицо было закрыто маской равнодушия.

«Бум!» Взрыв, словно бомба, прозвучал в сознании Цзюнь Се. Его тело содрогнулось, как будто оно потеряло какую-то часть себя. Его дух пошатнулся, Цзюнь Се сплюнул полный рот крови в сторону и затем потерял сознание.

Этот сгусток крови попал на белые простыни, но какое-то твердое, казалось, вещество черного цвета вышло из него. Оно не стекало, как должно бы, и было похоже на древесный уголек.

Цзюнь Се рухнул на землю, его тело бессознательно подергивалось. И все та же черная субстанция выделялась из пор его кожи, медленно, сантиметр за сантиметром, окрашивая светлое одеяние Цзюнь Се черным цветом…

Вот он, истинный результат Раздирающего Внутренности Очистителя Меридианов!

То, что вышло из него раньше – было всего лишь по большей части грязью из его кожи и мышц. Сейчас же, вышли все нечистоты из его скелета и внутренних органов. А выплюнутая Цзюнь Се кровь – грязь из пяти органов, самых трудных для очистки во всем теле!

Нынешнее состояние Цзюнь Се, с точки зрения развивающих Путь Дао, является ничем иным как процесс «сброса»!

То есть, по сути, он сбросил оковы мирских пережитков и желаний и официально вступил на путь культивации!

Для практикующих Дао, стадии «сброса» предшествуют длительные и весьма болезненные упражнения. Многие потратили на это месяцы, годы и даже десятилетия. А кто-то провел всю жизнь в этих упражнениях и так и остался ни с чем.

И все же, Цзюнь Се достиг ее всего за одну ночь! Вот уж и правда, чудо из чудес. Даже если кто об этом и узнает, все равно не поверит!

Разумеется, это не из – за того, что Цзюнь Се так крут сам по себе, вероятно, причина кроется в том загадочном белом тумане. Он является самым важным фактором, так как олицетворяет собой наичистейшую форму духовного Ци Неба и Земли. Однако, Цзюнь Се еще лишь предстоит узнать это.

В своей прошлой жизни, Цзюнь Се был экспертом в сфере боевых искусств и никогда не сталкивался с областью развития Ци.

По его мнению, всё это так называемое «развитие» с целью обретения бессмертия – полная, абсурдная чушь! Так что, даже если он и поймет, что случилось с его телом, он решит, что ему просто невероятно повезло.

Очнувшись, Цзюнь Се понял, что находится в большой бочке с теплой водой и две маленькие мягкие руки прилежно стараются очистить его тело.

Открыв глаза, он увидел молоденькую служанку, Малышку Ке.

Она вся раскраснелась от жара и пот капал с ее волос. Ее маленькие ручки сжимали край мягкого полотенца, которым, судя по окраске, она его и мыла. Ее крошечные губки были плотно поджаты, а на лице разливалась краска смущения, казалось, она вот-вот расплачется.

Она старалась все время смотреть вверх, опуская глаза лишь по необходимости, когда переходила на другую часть тела. Лишь мельком взглянув, она снова отводила взгляд…

"Эта смущенная моська выглядит ну просто жутко милой!" -размышляя об этом, Цзюнь Се вдруг осознал, что он полностью обнажён.

Не в силах освободиться от противного чувства смущения и неловкости, он сухо прокашлял и сказал, потянувшись за полотенцем в руках Малышки Ке: «Я лучше сам.»

Удивленно взвизгнув, Малышка Ке отскочила от Цзюнь Се, продолжая сжимать полотенце. Она вся тряслась, глядя на Цзюнь Се, в ее глазах плескалась паника: «Момомолодной Хозяин, вы… вы проснулись?»

Цзюнь Се беспомощно вздохнул и ответил: «А что, я, по-твоему, разговариваю во сне? Или ты сейчас с призраком тут болтаешь?»

«Призрак? Ааа!» - снова завизжала Малышка Ке, у нее волосы встали дыбом, а лицо мертвенно побледнело, будто она и правда призрака увидела.

Цзюнь Се снова вздохнул: «Прекрати ор, думаю, даже если призраки и существуют, они вряд ли выглядят страшнее тебя в данный момент, твое представление действительно достойно аплодисментов.»

Бабах! С треском распахнулись двери резиденции, и рослая фигура зашла внутрь, чеканя свои огромные шаги.

«Мосе, ты не спишь? Что случилось?» это был не кто иной, как дедушка Цзюнь; за ним шли несколько телохранителей.

Голос дедушки звенел от ярости, он только закончил отчитывать этих 36 телохранителей, приставленных к Цзюнь Се. Произошедшее вчера еще можно было назвать несчастным случаем, но кто бы мог предположить, что это повториться снова сегодня? Дедушка Цзюнь готов был взорваться от переполнявшего его гнева.

[Что? Семья Цзюнь кажется вам легкой мишенью? Думаете, нас так легко запугать? Похоже, пора старшему показать, на что он способен! Если каждый решит, что в праве третировать моего внука, то как нам дальше вообще жить-то?]

Дедушка Цзюнь предположил, что обморок Цзюнь Се был следствием покушения…

Глава 10. Дедушка Цзюнь поднимает бурю.

Разумеется, дедушка Цзюнь и предположить не мог, что ночной инцидент был на самом деле невероятное небесное благословение для его внука, и вовсе не было никаких убийц! И все же он как-то умудрился объединить эти два несвязных факта воедино. Узнав, что Цзюнь Се решил поплавать в пруду Лу Юе, он, взбешенный, пошел спать. Он крепко спал, пока вдруг не подскочил, проснувшись, его сердце было переполнено необъяснимым страхом. Узнав, что с его внуком опять что-то приключилось, он просто взорвался от ярости.

«Я в порядке, все хорошо, правда, все просто замечательно,» - неосознанно Цзюнь Се пытался прикрыться полотенцем, его лицо сгорало от стыда. Он был полностью обнажен и ему оставалось лишь смущенно прикрываться, оказавшись на виду у всех этих мужчин. Хоть Цзюнь Се и был достаточно толстокож и рационален, такое положение все же вгоняло в краску даже такого, как он.

«Да что ты там прячешь? Как будто я тебя никогда не видел голышом. Когда ты был совсем крохой, ты особо не задумывался о приличиях.» - слова дедушки заставили Цзюнь Се почти задыхаться от чувства неловкости.

А за его спиной, телохранители буквально раскраснелись от усилий, чтобы не заржать. Они даже стали украдкой перемигиваться, как будто сравнивали…

«Кто это был?» - помрачнело лицо Цзюнь Чжан Тиана, его взгляд заледенел, в нем светилась лишь жажда убийства.

«Что?» - Цзюнь Се не сразу сообразил, о чем речь, но потом додумался состроить лицо, полное стыда и раскаяния: «Я упал до того, как смог хоть что-то разглядеть.»

«Недоумок!» - выругался дедушка Цзюнь; его голос был полон разочарования. Убедившись, что его внук в полном порядке, у него больше не было никакого желания смотреть на его голое тело. Как этот хиляк может происходить из семьи военных? И кожа белее, чем у красных девиц! Вот ведь… он неохотно кивнул: «Хорошо, тогда отдыхай.» После чего, развернулся и вышел в сопровождении телохранителей. И только после его ухода Цзюнь Се смог спокойно вздохнуть, опуская полотенце, которое он судорожно сжимал все это время.

На следующий день, старый Цзюнь Чжан Тиан таки выпустил пар в золотом императорском зале. Он обрушил шквал проклятий на нескольких лордов, министров, родственников императора и даже на главного канцлера. А достигнув пика, высказал, что если хоть кто-нибудь снова попытается убить его внука, с каждой семьи он возьмет по одной жизни в качестве компенсации!

В последние несколько лет он всегда был абсолютно спокоен, так что этой неожиданной вспышкой был потрясен весь королевский двор, никто и пикнуть не смел в его присутствии. Даже самому Императору пришлось неоднократно лично успокаивать дедушку Цзюнь.

Но были и те, кто не прониклись.

Например, сторонник Старшего Принца, королевский доктор, Сонг Ши Юи, которому недавно пожаловали дворянство. С помощью влияния Старшего Принца он смог подняться так высоко, но он ни черта не знал об этом старом герцоге.

Рассчитывая на протекцию Старшего принца, он посмел возразить Цзюнь Чжан Тиану и собирался воздействовать на него с помощью Императора, и в итоге отделался сравнительно легко: всего лишь расквашенная физиономия и пара выбитых зубов.

Старший Принц набрался-таки смелости и сам попытался отговорить Цзюнь Чжан Тиана, и схлопотал удар под дых, отлетев в сторону. После этого все вокруг пошевелиться боялись. Пришлось самому Императору успокаивать дедушку Цзюнь и заверять его в том, что он лично гарантирует безопасность Третьему Молодому Господину Цзюнь. Только после этого Цзюнь Чжан Тиан соизволил уйти, с выражением полного негодования на лице. Но перед уходом, он окинул пристальным взглядом всех присутствующих, да так, что у всех поджилки затряслись и ноги задрожали…

Этот старый герцог и так сдерживался целых десять лет. И вот, после этого десятка, он наконец впал в истерику, напугав до дрожи всех гражданских и военных лиц королевского двора. Если уж он посмел ударить принца прямо в золотом императорском зале, мало ли, на что он еще способен?

И только Его Величество Император искренне сочувствовал гордо вышагивающему Цзюнь Чжан Тиану. Хоть он и показал свою внушительную мощь сегодня, встав на защиту своего внука, Император прекрасно знал, что этот единственный наследник приносил одни лишь разочарования старому генералу. Он вспомнил, как Цзюнь Чжан Тиан пришел с прошением о браке своего внука с его любимой дочкой, Принцессой Линг Мэнг; скорее всего это была его отчаянная попытка сохранить кровную линию семьи Цзюнь.

Но все же, Его Величество безжалостно отказал ему в этой просьбе.

Возможно, Цзюнь Чжан Тиан никогда бы так не поступил, если бы не страх за будущее семьи Цзюнь. Враги династии Цзюнь неисчислимы как снаружи, так и внутри, а после смерти Цзюнь Чжан Тиана они уж точно не будут милосердны к его внуку.

Вот причина, заставившая старого герцога выйти из себя!

[Кто бы ни осмелился причинить вред моей семье Цзюнь, моему внуку, я сам нанесу упреждающий удар! Наша семья и так в критическом положении, так чего же еще остается бояться?]

Когда-то семья Цзюнь была величайшей династией, и неужели теперь ей суждено кануть в небытие? Император тяжело вздохнул, его сердце было полно сожаления…

После демонстрации силы старого герцога, впечатлившей всех военных чиновников, все, кто замышлял недоброе, решили повременить со своими планами. Даже избитый, и опозоренный Старший Принц не показывал своего недовольства. В конце концов, во всем можно обвинить этого докторишку. Неужели он не заметил, что этот старик пришел не в своем уме?

Конечно, многие так же затаили обиду в своих сердцах.

[Старикашка, не думаешь же ты, что сможешь жить вечно? В день твоей смерти погибнет, и семья Цзюнь!]

Однако, так думать они могли только про себя, глубоко в душе. Не нашлось еще такого храбреца во всем королевстве Тянсян, который смог бы противостоять старому герцогу в открытую!

Вот только…

Королевский Наставник, Главный Канцлер Ли Шанг не произнес ни единого слова, но, как только дедушка Цзюнь ушел, незаметно для всех улыбнулся. Как сильно, оказывается, Цзюнь Чжан Тиан заботится о своем внуке. В таком случае, может, Цзюнь Мосе и есть слабость стального генерала? А зная слабость человека, каким бы сильным и устрашающим он бы не был, можно его уже не бояться…

В углу незаметно для всех, напротив Ли Шаня, стоял капитан дворцового войска, Менг Ру Фей. Они смотрели друг на друга и загадочно улыбались.

...Резиденция семьи Цзюнь, комната Цзюнь Се.

Двери были закрыты, лицо Малышки Ке полыхало красным, казалось, ей очень хочется сбежать отсюда куда подальше.

«Ты боишься меня?» - Цзюнь Се вытирался.

Раз уж эта малявка уже видела его голое тело, потерпит и еще немного. Да и, кажется, ее это не особо волнует, тогда чего ему париться?

«Боюсь,» - не задумываясь, Малышка Ке быстро кивнула головой, но потом одумалась и: «Нет, нет, не… боюсь.»

Цзюнь Се заливисто рассмеялся и вылез из ванной… голый. Малышка Ке снова вскрикнула, быстро закрыв глаза.

Цзюнь Се быстро оделся и встал перед Малышкой Ке, улыбаясь: «Уже можешь открывать глаза, все в порядке.»

Малышка Ке медленно открыла небольшую щелочку между пальцами и посмотрела через нее с опаской. А когда поняла, что Цзюнь Се и правда уже оделся, а она успокоилась, опустила руки вниз. Ее лицо все еще немного алело, и выглядела она крайне трогательно.

Цзюнь Се просто не смог сдержаться и нежно погладил ее по голове. Малышка Ке была очень удивлена, подняв голову, она обнаружила, что глаза Цзюнь Се были наполнены теплом, его взгляд был похож на взгляд старшего брата, устремленный на свою маленькую сестренку.

И по непонятной причине ее сердце успокоилось совсем, она больше не чувствовала страх. Она подумала: «Вот сейчас на Молодого Хозяина прямо приятно смотреть.»

Она вдруг вздрогнула от этих мыслей: «Как я могу даже думать о подобном? Ведь он наверняка все тот же похотливый, развратный и отвратительный злодей! Я не позволю ему осквернить мою невинность! А если он попытается взять меня силой, уж лучше я умру!» - и она сделала шаг назад, лицо ее выражало настороженность и готовность ко всему.

Глава 11. Трансформация "Сброса".

Цзюнь Се – житель двух миров; в своей прошлой жизни он был лучшим убийцей, он повидал мир и прочувствовал на себе все его трудности. С первого взгляда он смог прочитать мысли, копошащиеся в голове этой маленькой девочки. Он издал беспомощный вздох, проклиная первоначального владельца этого тела. Даже собственная служанка боялась его, какая досада. Он сказал: "Тебе здесь больше нечего делать, можешь идти."

Малышка Ке поклонилась, подумав про себя: [Пока я смогу держать Вас на расстоянии, вы ничего не сможете мне сделать. А с вашим то физическим состоянием, Вы и догнать то меня не сможете] и ушла.

Цзюнь Се подошел к окну и глубоко вздохнул. Затем он проверил состояние своего тела, заставив течь энергию Ци.

Когда он проснулся, он понял, что между ним нынешним и тем, кем он был пару дней назад существует большая разница; к сожалению, у него не было времени, чтобы это хорошенько проверить. Теперь же, сосредоточившись и проанализировав свое состояние, он был очень удивлен. Его глаза могут видеть дальше, чем прежде, приблизительно в пределах трех чжан. Теперь он мог сосчитать лапки муравья на полу. В его глазах весь мир переменился: деревья и трава стали зеленее, в них просвечивалась жизненная энергия.

(п.п.: 1 чжан – 3.04 метра)

Цзюнь Се поднял глаза на восходящее солнце, даже по прошествии долгого времени он не ощутил никакого жжения в глазах. Для него это было просто ощущение тепла…

Даже его слух изменился. Он мог отчетливо различить копошение мелких насекомых в траве и звуки дождевых червей, прорывающих землю. Он вдруг остро ощутил, что мир действительно прекрасен.

По опыту прошлой жизни он вспомнил, что такое чудесное чувство он испытал, лишь достигнув ПредБожественной стадии развития; и даже тогда, это ощущение не было настолько острым. Его настроение подскочило до небес: «Возможно ли, чтобы я за одну ночь практики вновь достиг ПредБожественной стадии? Не слишком ли это быстро?» Он снова проверил свое тело, чтобы отследить поток энергии Ци, и буквально впал в отчаяние.

Поток был очень и очень слаб, хоть и стал более выраженным. Такая сила энергии сгодится разве что овощи резать, ни о каком реальном бое и речи идти не может. Если бы он действительно достиг ПредБожественной стадии, его поток энергии Ци явно не был бы таким хилым.

Но, с другой стороны, как тогда он приобрел все эти замечательные способности? Должно быть, здесь приложило руку Искусство Разблокировки Небесной Удачи! Придя к этому выводу, его настроение, только что рухнувшее в пучины ада, снова воспрянуло.

Закатав свои рукава, Цзюнь Се вдруг остолбенел: вот эти вот руки могут называться мужскими? Нежная, белоснежная кожа с розоватым оттенком вполне могла сравняться с женской. Цзюнь Се бросился к зеркалу, его сердце разбивалось о ребра в диком ритме: черты лица остались прежними, однако, они стали значительно мягче и белее. Такой тип лица Цзюнь Се просто презирал в своей прошлой жизни. Мальчик – цветочек! Мальчик – цветочек, белый, словно молоко и хрупкий, как тростинка!

Это и правда выглядело сродни встречи с призраком. Цзюнь Се рассмеялся и пробормотал: «С учетом того, как я сюда попал, я бы не удивился, встреть я живого призрака. Глядя на все происходящее, вообще мало что может уже удивить.»

И все же, вчера он прошел Раздирающее Внутренности Очищение Меридианов, успешно приоткрыв, таким образом, «дверцу» в искусство Разблокировки Небесной Удачи. И вот как его тело может оставаться все еще таким слабым?

Он еще раз проверил состояние своего тела, и в этот раз результаты его приятно удивили. Хоть с виду он и оставался таким же задохликом, его мышцы и плоть были реорганизованы с перспективой стать очень мощными и жесткими. Конечно, с его предыдущим телом это не сравниться, но уж что есть, то есть.

И плюс ко всему никто не сможет заподозрить в таком хилом теле профессионального убийцу, да лучше маскировки и не придумаешь!

С такими мыслями, Цзюнь Се занялся упражнениями с еще большим рвением, он хотел восстановиться как можно скорее.

В течение последующего месяца что-то невероятное произошло в доме Цзюнь: первый развратник королевства, Юный Господин Цзюнь Мосе фактически заперся в четырех стенах своей резиденции. Он не выходил на свои игры в разбойника, не посещал Ночной Дом Цветов, не ходил ни на петушиные, ни на собачьи бои, не было на нем ни одного поджога или подозрения в убийстве. Он просто либо сидел в своем домике, либо не выходил из библиотеки; он даже прекратил распускать руки по отношению к горничным!!!

Он даже стал вежливо обращаться к прислуге!

Из – за этого весь дом Цзюнь был как не в себе, никто не мог понять, что же происходит. Неужели, солнце взошло с запада? Или, может, с севера или с юга? Но уж никак не с востока!

Святые угодники! Неужели, этот оболтус решил начать все с чистого листа?!

Даже дедушка Цзюнь слегка успокоился. Кажется, этот ребенок наконец взялся за ум!

Спустя месяц Цзюнь Се наконец удалось пройти первый этап Искусства Разблокировки Небесной удачи и немного укрепить свой уровень культивации.

И даже смог более-менее разобраться в этом Суан Суан континенте.

Во всяком случае, по сравнению со знаниями Цзюнь Мосе в этой области, Цзюнь Се мог считаться профессором! Можно сказать, что разница между ними была словно между небом и землей.

Единственное, чем был недоволен Цзюнь Се, это семицветная Девятиуровневая Восхитительная Пагода Хонцзюнь, покоящаяся в море его сознания. После месяца тяжелейшей работы он не продвинулся дальше первого уровня.

Он множество раз пытался пробиться на второй, но каждый раз, когда ему казалось, что вот-вот, и он справится - дикая боль, как тысяча иголок впивались в его мозг. А ведь даже первый уровень дал ему такие способности, что же тогда ждет его за вторым и третьим? Несомненно, за ними сокрыты невероятные возможности, но… отказано в доступе!!!

Если он не может попасть внутрь, что же ему делать?

И он пытался снова и снова, и каждый раз терпел неудачу. Даже такой упрямый осел, как Цзюнь Се может сдаться. В конце концов, ему пришлось смириться с тем, что, используя обычные методы, он ничего не добьется. Он решил, что сможет открыть второй уровень тогда, когда сама Пагода предоставит ему такую возможность, а до тех пор нечего расшибать голову – она ему еще может пригодиться.

Конечно, Цзюнь Се так же немало внимания уделял энергии Суань Ци семьи Цзюнь. Он понял, что эта энергия схожа с его собственной в прошлой жизни. Это было что-то вроде Боевой энергии Ци. Переходя на новый уровень, энергия Ци будет изменяться, и ее цвет также будет становиться иным. Именно этот аспект и напоминал Искусство Пяти Отрав в его прошлой жизни.

Но с высоты искусства разблокировки Небесной Удачи, у Цзюнь Се были все основания смотреть свысока на так называемую энергию Суань Ци. Тем не менее, чтобы обмануть общественность, он решил для вида поизучать Суань Ци. Он с трудом сумел достичь четвертого уровня, и решил, что этого будет вполне достаточно.

На континенте Суан Суан, Суань Ци берет начало с первого по девятый уровень, затем идут Серебряный, Золотой, Нефритовый, Суань Земли, Неба и Высшая Божественная Суань.

Первые три уровня обозначены красным оттенком: светло – красным, розово – красным и насыщенно красным. С четвертого по шестой уровени находятся в фиолетовом спектре: светло – фиолетовый, фиолетовый и насыщенно фиолетовый. С Седьмого по девятый уровни спектр – черный, Серебряный уровень представлен серебряным цветом, Золотой – золотым, Нефритовый – зеленым, Суань Земли – желтым, Суань Неба – голубым. Уровень Высшего Божественного Суань бесцветен.

Перейти на новый уровень очень сложно, так как сопровождается этот переход дикой болью, словно с тебя сдирают куски мяса заживо.

На данный момент цвет Цзюнь Се – светло фиолетовый, Четвертый уровень Суань Ци. Для его статуса это очень низкий результат!

Глава 12. Молодой Господин Танг.

Сегодня, Цзюнь Се было нечего делать, кроме как болтать с Малышкой Ке. За прошедший месяц, значительные перемены, произошедшие с Цзюнь Се, заставили Малышку Ке меньше его бояться.

Но, несмотря на это, она без особого желания шагала рядом с ним, по крайней мере не показывая особого отвращения, слушая истории его “похождений”. Все время за прошедший час, эта маленькая девочка в своих руках несла горшок с ладаном и внимательно слушала его историю. Не пропустив ни одного предложения, она сидела перед Цзюнь Се.

Она следила за горем и счастьем персонажей истории, за их смехом и плачем… А когда появился прекрасный принц, она стала бесконтрольно скакать от радости!

Цзюнь Се однажды рассказал историю о маленькой русалке; она заставила Малышку Ке плакать так сильно, словно реки начали течь из её глаз. С того дня, Цзюнь Се поклялся себе никогда не рассказывать трагичные истории девушкам.

Ох, эти слезы…они могут затопить кого-нибудь до смерти!

«Молодой Хозяин, Юный Господин Танг прибыл.»

Цзюнь Се как раз рассказывал историю о мартышке по имени Солнце, которую поймали в Печь Восьми Диаграмм, а маленькая Лолита снова стояла с горшком благовоний в руках и слушала его историю. От избытка чувств, её глаза моргали, не переставая, когда охранник неожиданно вошел с докладом.

«Юный Господин Танг?» -Цзюнь Се поднял голову, чувствуя себя смешанно. Затем он вспомнил всё, что знал об этой персоне. «Пригласите его.»

Из далекого угла внутреннего двора, похожий на шар из мяса, человек “вкатился” и закричал: «Третий Молодой Господин, Братец Мосе, Спаси меня! Это ужасная проблемаа!»

Цзюнь Се широко раскрыл глаза, его рот сам собой раскрылся от удивления при виде этой кричащей тефтели. Это просто невообразимо, как эта тефтеля могла говорить! Только после того, как она подкатилась ближе, он осознал, что это человек!

У него определенно не было шеи, ну или её просто не было видно. Его плечи были широкими, руки маленькими и пухлыми, а голова вертелась, возвышаясь над всем этим. Обе его ножки были маленькие и толстые! Когда он двигался, его волнистые бока завораживали, как волны на реке Янцзы. В общем, его можно было описать как угодно, но не “тростинкой”. Так или иначе, он был мало похож на нормального человека…

Войдя в двери внутреннего двора, пройдя пару шагов он начал задыхаться, потея и, видимо, очень устав. Эта персона была ни кем иным, как Молодым Господином семьи Танг, чья позиция и слава на одном уровне с семьей Юнь: Танг Юань!

«Да, он такой же, каким его помнит Мосе, но он словно даже больше, чем обычно» -подумал Цзюнь Се.

«Ух… Юный Господин Танг, что случилось? Что такого могло произойти, что бы Вы кричали о помощи? Какой слепой глупец спровоцировал Вас на этот раз?» -спросил Цзюнь Се у лучшего друга Цзюнь Мосе, еле сдерживаясь от смеха.

«Грязные поганцы! Кто же ещё, как ни эти придурки из семьи Ли и семьи Мэнг!» -Юный Господин Танг был в ярости; он был зол настолько, что его глазные яблоки вот-вот вылетят из глазниц, а его самого хватит удар. «Брат, несколько дней назад, я был внутри Дома Тысячи Золотых, и проиграл там сто пятьдесят тысяч серебряных ляней! Третий Молодой Господин, Вы должны мне помочь! Иначе… когда я приду домой, мой старик забьет меня до смерти!»

(П.П.: Лянь – местная форма валюты)

«Сто пятьдесят тысяч серебряных ляней?!» -Цзюнь Се был шокирован- «Как ты смог потратить столько денег? Нет, погоди, откуда вообще у тебя такая сумма?!»

Танг Юань громко вздохнул. «Поначалу, я вообще-то выигрывал. Я выиграл в общем-то пятьдесят тысяч…»

«Если они не позволили тебе выиграть, почему ты продолжал ставить? Во что ты именно играл, что смог столько потерять? Да уж, яйца у тебя стальные!» -Цзюнь Се почти кричал на него.

Танг Юань не посмел ответить на это, и промямлил: «В прошлом месяце, разве не ты проиграл сто тысяч серебряных ляней? Моя сумма не так уж и далека от твоей, и ты все же…»

«И какой толк мне это говорить? И к тому же, сто пятьдесят тысяч ляней это не то, с чем твоя семья не справиться. Разве была такая уж нужда приходить сюда и умолять о помощи?» -Цзюнь Се неожиданно понял, что таких людей нельзя оценивать, используя здравый смысл. Этих молодых господ можно назвать транжирами!

«Даже если это твой старик, он ни за что не убьет тебя за сто пятьдесят тысяч ляней. Не то что бы ты раньше не терял столько…»

«Но, после того, как я потерял все деньги, я сказал что пойду домой взять еще немного. Тогда-то Ли Бо и сказал, что все уже устали и уже бы разошлись, если бы не я… Я разозлился, и…» -Танг Юань посмотрел на Цзюнь Се с жалостливым выражением, его лицо показывало сожаление.

«И что?» -Цзюнь Се озарило нехорошим предчувствием.

«Можно потерять кого-то, но нельзя терять себя…Я разозлился, и..поставил на кон свой любмый меч и нефритовые ножны, поставил за триста тысяч серебряных ляней... Я думал, я смогу отыграться, быстро выиграю и верну его, но… Я не думал… Я не знал… Я проиграл всё.» -лицо Танг Юаня все больше грустнело, пока он говорил.

«Ты посмел поставить этот меч?! Я все ещё помню, как твой отец потратил целое состояние, чтоб купить тебе этот знаменитый Меч Бушующих Снегов! Этот ужасающе прекрасный меч, который мог резать железо как масло! А эти ножны к мечу, они же были сделаны самим Нефритовым Червем! Да эти два сокровища вместе стоили не меньше одного миллиона серебряных ляней, разве не так? И, несмотря на это, ты поставил их на кон за жалкие триста тысяч? Да даже на распродаже эти меч и ножны не ушли бы по такой маленькой цене!» -Цзюнь Се потерял дар речи. Да этот человек… Он само воплощение расточительности!

«Эй, я вообще-то не человек без каких-либо ограничений! Это просто… Мой разум внезапно оцепенел! Я даже не знаю, как это объяснить, мой рассудок превратился в месиво из путаницы…» -Вновь пробормотал Танг Юань.

«Но, даже если ты все-таки проиграл эти два бесценных сокровища, у тебя была спасительная ниточка. Ты мог их выкупить обратно, верно? Учитывая, насколько твой дед любит тебя, он бы крепко побранил тебя, но точно не убил бы. И к тому же, чего еще много у твоей семьи, как не денег? Примерно один миллион, разве это большая проблема для кого-то, вроде вас?» -сказал Цзюнь Се, вздыхая.

«Вздор, эти два сокровища были абсолютными! Как я мог не захотеть выиграть их обратно?» -произнес Танг Юань с гордостью. «Как будто ты не знаешь моего деда… В прошлый раз ты сам видел, чего я натерпелся благодаря ему… Подобная порка может запросто поцарапать кожу!»

«И, ты продолжил играть? Что было на кону на этот раз? Я знаю, у тебя есть много разного ценного барахла, но я уверен, что ни одна из этих вещей не будет стоить один миллион ляней.» -Цзюнь Се был человеком, наученным опытом, особенно в таком деле, как психология азартных игр. Этот толстяк не был бы так расстроен, если бы не сыграл на то, на что играть абсолютно не стоит.

«Д-да, тогда я не имел при себе ничего с подобной ценностью. Под конец… Под конец… Я-я-я… Я поставил на кон свою жену…» -лицо Танг Юаня было отчаянным, это было лицо человека, желавшего пойти на самоубийство. «Я ведь все еще должен был сыграть с ней свадьбу.»

«А?» Малышка Ке была той, кто издал этот звук. Её глаза смотрели прямо на Танг Юаня.

Она была глубоко шокирована, внутри нее было даже отвращение. Про себя она подумала: [Моему Господину было не легко стать хорошим, и тут заявляется этот плохой друг!]

«Что? Ты поставил на кон свою жену? Ты действительно втянул её в это?» -Цзюнь Се почти упал со стула. Это было слишком шокирующим! Просто немыслимо!

Невеста Танг Юаня была не просто его будущей женой, она была дочкой Сун Ченг Хе, заместителя Министра в Министерстве Юстиций! Красотка из престижной семьи, и послана в Дом Тысячи Золотых! Если новости об этом разойдутся, тогда поток насмешек и шуток будет неизмерим.

Сын Министра Государственной Казны пошел играть в игорный дом, и проиграл дочь заместителя Министра Юстиций… Если это станет известно, Дедушка Танг выкачал бы из своего внука весь жир и использовал бы его как топливо для бумажных Небесных Фонариков!

«Я… Я не тащил её туда…» -сказал Танг Юань, почти рыдая. «Но я написал расписку, и записал её как залог стоимостью в миллион серебряных ляней… Это было написано, белым по-черному, там и там… С моей подписью…»

«СВИНЬЯ! Какая же ты свинья!» Одна является дочкой заместителя Министра Юстиций, а другой сын Министра Государственной Казны. Подобные связи влияют на будущее и репутацию двух престижных семей! И всё-таки, он поставил её на кон за один миллион серебряных ляней! Цзюнь Се закончил кричать на тефтельку и катался по полу от смеха. «Да, ты действительно подписался здесь… А что случилось с миллионом ляней?»

«Проиграл…как всегда…» -Танг Юань упал на колени, заставив землю трястись, и начал скулить и выть. «Они сказали, что если я не принесу миллион и пятьсот тысяч серебряных ляней в течении трех часов, тогда им не будут нужны мои деньги, и моя жена тоже, они расскажут всем о расписке…»

«Ого!» -Цзюнь Се опять потерял дар речи. «Как один миллион превратился в миллион и пятьсот тысяч?»

«Это… это цена за три часа ожидания…» -пробормотал про себя Танг Юань. «Юный Господин, Вы должны спасти меня! Я… Мне некуда больше пойти!»

«Ты хочешь, чтобы я спас тебя? Как ты предлагаешь мне это сделать? Что заставило тебя думать, будто я имею такую огромную сумму?» -размашисто отказал Цзюнь Се.

[Вы смеетесь? Этот парень не имеет того желания убийства подобных парней…, и он просит у меня денег, словно я свинья-копилка с монетами из серебра внутри? Да и забыв тот факт, что у меня нет подобной суммы, я не одолжил бы этой свинье ни монеты, даже если бы купался в роскоши!]

«Тебе не нужно одалживать мне денег!» -дух Танг Юаня поднялся, его маленькие поросячьи глазки заморгали. «Ли Фэнг и Мэнг Хайцзоу поставили условие, что если я приведу Третьего Молодого Господина Цзюнь, и он сыграет с ними парочку раз, то они отдадут мне расписку просто так!»

«Я действительно так известен?» -Цзюнь Се потряс головой, приняв во внимание недавно произошедшее. Его слава в игорном мире скорее всего так себе… но в прошлой жизни, его злобное имя боялись произносить во всех казино!

Глава 13. Кто строит заговор против меня?

«Это - абсолютная правда, Третий Молодой Господин!» -Танг Юань схватил его руку. Цзюнь Се внезапно почувствовал, словно его руки намазали маслом. «Они правда обещали мне это! Они сказали, что как только Третий Молодой Господин придет, они отдадут мне расписку и больше ничего не сделают!»

«О? Они фактически сказали это?» Лицо Цзюнь Се хмурилось; его глаза сверкнули на мгновение.

[Что-то тут было не так. Как это дело внезапно приняло такой оборот? Это должно было быть историей толстяка о потере его жены, но при чем тут я? Видимо тут был какой-то трюк, и целью с самого начала был я?]

Это, вне всяких сомнений, была подстава!

Рассматривая супер-идиотский характер оригинального Цзюнь Мосе, как только он услышал бы о том, как с его братом поступили, он, конечно, разозлился бы. Затем, услышав, за кого его принимают, он дошел бы до кипения от злости. Дерзость Мосе понесет его, без всяких размышлений и обдумывания, прямо в ловушку, которая устроена его врагами.

Если эта ловушка была настроена так, чтобы подставить Цзюнь Мосе, то интриганы позади этого сценария, очевидно, очень хорошо изучили характер своей жертвы!

Нет, этот заговор только на первый взгляд предназначается для Цзюнь Мосе, никто не интересовался бы установкой такой подробной ловушки для поимки такого неопасного распутника. Его или ее истинная цель не кто иной, как Дедушка Цзюнь! Может также быть, возможно, что за этими преступниками стоит еще и тайный лидер. В конце концов, и семья Цзюнь, и Дедушка Цзюнь не были чем-то, с чем простые люди могут играть.

Цзюнь Се изучал толстяка перед ним, тайно задаваясь вопросом, какую роль эта тефтелька играет в такой схеме.

[Действительно ли он – друг, или всё же заодно с ними?]

Наблюдая текущее выражение лица Танг Юаня, который почти наложил в штаны, Цзюнь Се понял: если толстяк не разыгрывает это, то он должен быть абсолютным сосунком! Если бы этот толстяк действительно отыгрывал сейчас роль, то он был бы богом среди актеров. И не только это, он также являлся бы очень опасным человеком, истинное лицо которого очень хорошо скрыто.

Должен ли он идти в ловушку? Или нет?

Цзюнь Се принял решение немедленно, как он может пропустить такое веселое событие?

[С моими игорными навыками, мог ли я действительно проиграть? Кроме того, если бы я принял решение не пойти, как я узнаю, кто пытался составить заговор против меня?]

Цзюнь Се не был тем, кто позволит его врагам составлять заговор против него, скрываясь в тенях. Вытащить их на свет и убить их! Это всегда было его стилем ведения дел.

Тайно вспоминая божественное искусство Небесной Удачи, рот Цзюнь Се слегка изогнулся в улыбке.

[Даже если бы это была игра на деньги, то я все равно не проиграл бы. С таким видом внутренней энергии в моем распоряжении, для меня слишком легко обмануть любого игрока…]

«Сколько серебра мы имеем?» -спросив, Цзюнь Се повернулся к Малышке Ке.

Услышав, как Цзюнь Се задает вопрос, используя слово «мы», сердце Малышки Ке было переполнено чувствами и позора, и радости; ее сердце, необъяснимо чувствовало немного счастья. Она ответила с румянцем: «После того, как Старый Господин выяснил расходы Молодого Господина в прошлый раз, серебряная коробка в настоящее время насчитывает сто двадцать тысяч лян серебром, тридцать тысячах лян золотом, триста лян в золотых листах, сотня слитков белого золота, фрагментного серебра…»

«Достаточно. Этого вполне достаточно. Я не собираюсь использовать так много» -слушая, как Малышка Ке быстро отвечает с такой точностью, Цзюнь Се остановил ее. Иначе, эта упрямая маленькая девочка могла бы подсчитать, сколько это все в медных монетах…

«Достань пятьдесят тысяч серебряных лян, и подготовь еще сотню кусков фрагментного серебра» -сказал Цзюнь Се.

«Как такой маленькой суммы может быть достаточно?» -Танг Юань практически подпрыгнул, его лицо плакало пока он просил- «Брат, Третий Молодой Господин, этого даже не достаточно, чтобы покрыть часть долга! Ты не пытаешься послать меня на смерть, нет? Я прошу тебя, брат!»

«Толстяк, разве ты не говорил до этого, что, как только я появлюсь, то твоя проблема с распиской будет улажена? Мы собираемся сделать ставку, а не собираемся отдавать им деньги! Молодой Господин Танг, почему же ты хочешь взять так много денег с собой? Разве это не стало бы обременительным и избыточным багажом? У тебя что, нет веры в мое игорное умение, которое непревзойденно в мире?» -Цзюнь Се ответил.

«Твоё игорное умение, которое непревзойденно в мире?» -пара тонких глаз глупо пялилась, пока не стала круглой от удивления. Этот подвиг было не легко исполнить на лице Танг Юаня, это был несомненно очень трудный маневр. Рот Юаня дергался; но если бы его сердце не было б в настоящее время заполнено страхом и депрессией, то он бы, вероятно, рассмеялся вслух.

Он в душе произнёс: [Твое так называемое игорное умение, которое непревзойденно в мире… Я, кажется, не припоминаю и момента, когда бы ты выигрывал… Если только ты не говоришь о количестве раз, когда проигрывал. Если смотреть так, то и вправду, твое игорное умение непревзойденно никем в мире!]

Но, чуть серьезнее, добавил: «Без разницы! Как только ты придешь, то всё сработает! Пока я могу возвратить расписку, чего мне бояться? Сукин сын! Как я мог так сильно увлечься, чтобы так далеко зайти? Заложить свою собственную будущую жену? Это действительно сумасшествие. Взять меньшее количества денег будет более правильно, по крайней мере потери будут ограничены!»

Цзюнь Се положил деньги в одежды, и затем приказал, чтобы были подготовлены две лошади. Танг Юань уже стал нетерпеливым; его пухлое тело “покатилось” к двери, а его маленькие глаза, нервно бегающие по всему вокруг, выглядели чрезвычайно напуганными.

Цзюнь Се смеялся, когда запрыгнул на лошадь:

«То, что я вижу перед собой сейчас… Вы, кажется, не так сильно испуганы сейчас»

В момент, когда Танг Юань забрался сверху на свою лошадь, он сел на неё всем своим весом, заставляя ее недовольно заржать вслух. Все четыре копыта словно стали мягкими, почти дотронувшись до земли. Чуть больше напрягшись, конь смог встать нормально.

Лошадь наверняка удивилась: «Я несла много людей. Неся генералов, одетых в полную броню и держащих оружие в руке,и я могла бежать свободно, но почему этот человек настолько тяжелый? Один просчет, и я потеряю мое переднее копыто!»

Цзюнь Се не смог остановить себя и засмеялся; тогда он двинулся вперед. Позади него следовали восемь телохранителей с крепкими телами, неся мечи на своих спинах.

Лошадь Танг Юаня также начала двигаться, но с трудом. Она сильно ржала, ведь на ней был толстяк.

Они вышли на улицу Великого Донгфэнга, которая рассматривалась как самая экстравагантная улица в городе Тянсян. Улица постоянно шевелилась, активность на ней была высока, и она постоянно была заполнена непрекращающимся потоком людей. Танг Юань не думал о лошади, и рванул вперед всей колонны. Он помчался далеко вперед, постоянно оглядываясь назад, и его лицо заполнилось беспокойством, очевидно опасаясь, что Цзюнь Се двигался слишком медленно.

После поворота с улицы Великого Донгфэнга есть ресторан, расположенный не далеко на севере, известный как ресторан Аромат Тысячи Миль. Семья Ли управляет этим рестораном; позади ресторана находится большой неиспользуемый внутренний двор, это – Дом Тысячи Золотых, упомянутый Танг Юанем. Эта тайная область - место для молодых господ из благородных семей, где можно потратить большие деньги! Ведь там нет никаких пределов тому, что они поставят на кон; пока воображение позволяет сделать ставку, она будет принята!!

Цзюнь Се как раз собирался вывести свою лошадь вперед, когда несколько человек внезапно появились со стороны обочины. Во главе была молодая девушка, она шла впереди, надувшись, и сердито кричала: “Хватит следовать за мной! Вы надоедаете мне до смерти!” Другой человек пытался переубедить ее, не прекращая двигаться за ней. Сразу позади обоих ,двигаясь за ними, было восемь телохранителей. Девушка походила на дочь из богатой семьи.

Цзюнь Се бросил короткий взгляд на неё; девушка дулась, но была одарена симпатичной внешностью. Молодая девушка, которая уже была в гневе, заметила Цзюнь Се, уставившегося на нее, глубоко вздохнула и начала проклинать его: “На что Вы смотрите? Вы развратник!” Девушка уже была очень раздражительной. Но, увидев печально известного плейбоя - Цзюнь Мосе, который к тому же уставился на нее, она внезапно решила использовать его в качестве выхода для ее гнева.

Глава 14. Дугу Сяо И.

Сердце Цзюнь Се было поражено, поскольку ему внезапно напомнили о его прошлой жизни. Тогда, он также блуждал по главной улице, вдруг увидев "её". Она была так красива, что он неосознанно повернулся, чтобы посмотреть на нее снова. Вдруг, та молодая дева также, словно и сейчас, была в гневе, она обернулась и заорала на него. "На что Вы смотрите? Разве Вы не видели красоты прежде, Вы, гнилой негодяй?" Неожиданно, они словно стали знакомыми. Как наемный убийца, Цзюнь Се всегда старался избегать любых неприятностей в любом виде до дня, когда он переселился; теперь они были отделены двумя мирами. Думая об этом, Цзюнь Се не мог не испытать чувство потери.

Нынешний же Цзюнь Се чувствовал, как будто оглядывается назад во времени, его сердце испытало нестерпимое чувство теплоты. Взгляд молодой девы возвратил то же самое чувство в его сердце. Он улыбнулся и сказал: “Миледи, мы встречались прежде? Вы кажетесь знакомой”.

Молодая дева, стиснув зубы, уставилась на него. “Фу! Эта миледи хорошо знает, кто Вы, Вы подонок! Третий Молодой Господин Цзюнь, в какие безумства пуститесь сегодня? Играть с первым встречным?

"Чего? Ну, видимо, она точно знает кто я." Цзюнь Се быстро получил доступ к воспоминаниям, чтобы узнать информацию об этой непослушной девчонке. Неспособный перестать чувствовать себя смущенным, он слегка засмеялся, и неосмотрительно ответил: “Думать, что мы только что познакомились, это должно быть судьба, мисс Дугу”.

"Это судьба? Что за чушь он несёт?"

Мисс Дугу смотрела ошеломленными глазами; один из ее телохранителей женского пола внезапно не смог сдержаться и засмеялся. Что касается Танг Юаня, после того, как он понял, что Цзюнь Се не успевал за ним, он вернулся назад и услышав слова Цзюнь Се… Уважуха! Третий Молодой Господин Цзюнь был действительно профессионалом, когда дело доходит до ухлёстывания за женщинами. Однако его храбрость была еще более достойна уважения. Ведь той, кто говорила сейчас с Цзюнь Се, была неблагоразумная женщина номер один в королевстве Тяньсян , мисс Дугу Сяо И

Дугу Сяо И пялилась прямо на Цзюнь Се с негодованием, переростающим в ярость: “Цзюнь Мосе, могло случиться так, что Вы думаете, что боль от того последнего избиения была недостаточна? Так произошло, что эта леди посреди плохого настроения, и я могу выручить Вас, немного поломав Вам кости!”

Цзюнь Се был поражен и наконец вспомнил, что эта Дугу Сяо И - самый страшный для Цзюнь Мосе человек. Короче говоря, он сделал что-то такое, что заставило Дугу Сяо И избить его до потери сознания. После этого он только через полмесяца смог выползти из кровати...

“Мисс Дугу, я надеюсь, что у Вас всё хорошо. Ахах... Что я действительно хотел сказать, так это то, что этот маленький брат (п.п.- толстяк) все ещё имеет дела, нуждающиеся во внимании. Увидимся”. Цзюнь Се подготовился убегать, смотря на своё угрожающее положение. Маленький огонёк разгорался на лице Дугу Сяо И, она была готова прямо сейчас начать избиение. В воспоминаниях Цзюнь Мосе, даже при том, что эта маленькая вспыльчивая девушка был все ещё молода, ее мастерство сражения было очень уважаемо. Даже если бы было несколько Цзюнь Мосе, то они все еще не шли бы ни в какое сравнение с ней. Нет нужды говорить, что Цзюнь Се не боялся её, но в данный момент, было крайне важно, чтобы он скрыл свою истинную силу. Естественно, нужно было избежать рискованных действий. Ведь хорошие парни не бьют женщин!

“Остановись сейчас же!” Дугу Сяо И подняла свой подбородок высоко в воздух, посмотрев затем на Цзюнь Се с высокомерным лицом: “Куда Вы планируете пойти? Вы планируете пойти, делать что-то плохое? Цзюнь Мосе! Так как Вы налетели на меня, Вы можете забыть о выполнении любых плохих дел! Просто подъезжайте ко мне спокойно и позвольте этой леди выразить свой гнев, после я позволю Вам уехать!”

Лицо Танг Юаня истекало потом, он шагал без удовольствия, его сердце непрерывно выкрикивало: “Третий Молодой Господин Цзюнь, люди обычно убегают и прячутся, когда они видят эту "тетушку", почему Вы должны были заговорить с ней вместо этого? Независимо от того, насколько она красива, это не стоит Вашей жизни."

Смотря в большие и яркие глаза Дугу Сяо И, когда она делала высокомерный и властный вид, у Цзюнь Се внезапно появилась идея. Стараясь быть очень скрытным, он зашептал: “Мисс Дугу, место, куда мы идем... Хехе, ходить туда довольно неуместно для девочек”.

“Что? Вы, парни, планируете посетить бордель?” Она была, несомненно, смелым человеком, чтобы говорить подобные слова так открыто!

Дугу Сяо И выдавила холодное "хах", впиваясь взглядом в этих двух мужчин с презрением. “Бесстыдный мусор!”

“Кто сказал, что мы собирались посетить бордель? Вы думаете, что все походят на Вас?” Цзюнь Се немедленно сделал "несправедливо обвинённое" выражение лица. “Мы просто направлялись в Дом Тысячи Золотых, мы идем на нескольких партий азартной игры...а?” По-видимому, понимая, что он ошибся, Цзюнь Се быстро закрыл рот.

“Дом Тысячи Золотых? Азартные игры?” Услышав первую часть предложения Цзюнь Се, она стала еще более сердитой. Неожиданно, услышав последнюю часть, ее глаза сверкнули. Прищурив глаза, она улыбнулась, показав пару милых белых зубов. “Я никогда не была там прежде! Проведите меня!” Командный тон, который не терпит возражений. Действительно замечательно, то расстояние и скорость, на которые может переместиться ход мыслей женщины, был просто удивителен!

“Мисс...” Одна из сопровождающих женщин, потянула рукав Сяо И, пытаясь препятствовать ей. Это её действие было очень разумно, ведь место, куда два крупных распутника города Тяньсян направлялись, не могло быть хорошим местом. Как самый драгоценный человек в её семье, как она может болтаться с ними?

Дугу Сяо И ни сколько об этом не заботилась, и она сказала взволнованно: “Не волнуйтесь, эти два моих братца говорят о Доме Тысячи Золотых каждый день. Это должно быть совершенно особое место. На этот раз эта леди пойдет и хорошенько там всё посмотрит!” Сказав это, она потянулась и схватила ухо Цзюнь Се. “Проведите меня туда, быстро! Как только Вы сделаете это, тогда я позволю Вам уйти сегодня!”

Цзюнь Се мог легко избежать всего этого, но думая о его плане, он выбрал не избегать её. Он просто сделал огорченное выражение, позволив ей тащить его за ухо, пока они шли вперед.

Восемь телохранителей сзади горько улыбнулись; смотря друг на друга, они просто следовали за хозяевами. Что касается восьми телохранителей Дугу Сяо И, они также пошли, в основном потому, что не имеет значения, согласны они или нет. Эти шестнадцать телохранителей застряли в одной ситуации. Те, кто следовал за Молодым Господином Цзюнь Се, должны были оставить все личное, как и телохранители Дугу Сяо И. Каждый из них должен был себя сдерживать, но каждый винил другую семью.

Танг Юань вздохнул с раздражением- "Почему же тигрица внезапно появилась на нашем пути? Если она случайно увидит эту расписку... Она же способна разнести эту новость повсюду в городе в течение половины дня. Через пару дней все важные персоны в королевстве будут знать... Когда это произойдет, я просто вынужден буду совершить самоубийство".

Группа людей прибыла в ресторан Аромат Тысячи Миль, пройдя через внешний внутренний двор, затем вступив в большой внутренний двор сзади. Танг Юан нетерпеливо помчался внутрь, крича во все горло: “Третий Молодой Господин Цзюнь здесь! Быстрее! Дайте мне рас...отдайте мне её!”

Вслед за краткой вспышкой смеха, шесть молодых людей появились в дверном проеме. Прежде чем любой из них смог сказать что-либо, они увидели, что Дугу Сяо И вошла, таща за ухо Цзюнь Се. Выражения их лиц немедленно изменились, а цвет их стал как у земли. (п.п.: коричневый)

На данный момент, лишь две семьи остались нейтральными к битве принцев: одной из них была семья Цзунь, а другой была именно семья Дугу. Эти две семьи занимали главнейшие места как и в военном, так и в судебном деле.

Маленькая мисс Дугу Сяо И была единственной дочерью в семье Дугу. Семья Дугу была довольно процветающей, с, в общей сложности, семью сыновьями и одной дочерью. Как единственная дочь, она стала драгоценным наследием и была сильно избалована, будучи испорченной до грани тщеславия... Однако эта маленькая девочка была очень талантлива. Даже в ее молодом возрасте, ее уровень культивирования в Суань Ци уже достиг Превосходного уровня. Она была также наделена сильным чувством справедливости. Ее имя знали повсюду в городе Тяньсян и было известно, как "Немезида Распутников". Все молодые господа, присутствующие здесь сегодня, все они имели честь страдать от её рук.

Говорили, что старый дедуля Семьи Дугу - Дугу Цзунхэн - был очень способным экспертом Суань Ци, который, как считают, достиг Небесного уровня Суаня. Он был единственным в королевстве, кто мог бросить вызов Цзюнь Чжань Тиану из семьи Цзюнь. Что касается его (Дугу Цзунхэна) положения, он также был Великим герцогом; что касается отца Дугу Сяо И, Дугу Уди и ее трех дядей, все они были великими генералами королевства, ее семь братьев также служили в пределах вооруженных сил. Если нужно было провести сравнение, то охватывающая небо власть и влияние семьи Дугу были только несколькими шагами позади семьи Цзюнь.

Глава 15. Внутри Дома Тысячи Золотых.

Все члены семьи Дугу имеют специфическую привычку, и это чрезвычайная опека по отношению к их "слабому звену". Особенно это относится к Дугу Вуди, отцу Дугу Сяо И. Его гипер-опека, став до крайности безумной, создала ему прозвище первый "твердолобец" в королевстве.Если кто-то потревожит его единственную дочь, то, несомненно, он мобилизует всю подчиненную ему армию.

"Твердолобый", который может опрометчиво мобилизовать армию, игнорируя правила; кто в здравом уме посмел бы провоцировать его? Даже при том, что Цзюнь Мосе находится под защитой Цзюнь Джан Тиана, Дугу Сяо И все еще смела давать ему оплеухи. Это не означало, что Дедушка Цзюнь был неспособен справиться с Великим генералом Дугу Вуди. Факт был в том, что, если бы Дедушка Цзюнь мобилизовал бы свою собственную армию, то Дедушка Дугу определенно сделал бы свой ход.

И причина этого состояла в том, что гипер-опекунский характер Великого генерала Дугу Вуди был унаследован ни от кого иного, как от старого Прадедушки Дугу! Вот поэтому человек, которого в воспоминаниях Цзюнь Мосе боялся больше всего, был Дедушка Цзюнь, а за ним Дугу Сяо И!... А, нет. Всё наоборот. Внушающей наибольший страх личностью, была Дугу Сяо И, в то время как его Дедушка Цзюнь занимал второе место. В конце концов, большее, что его дед бы сделал с ним, так это прочел проповедь, а не наказывал его. Однако такое не могло случиться с этой ужасающей "тётушкой". Если бы он попал в её руки, он был бы превращен в мусор...абсолютно без причины!

Если такой балбес, как Цзюнь Мосе, не смел его провоцировать, то другие "нарушители спокойствия" могли даже не упоминаться.

А теперь, этот "бесценный бриллиант" семьи Дугу пришла сюда лично...

"Мы с этим ничего не можем сделать..."

Цзюнь Се, наклонил голову, показывая всем нежную белую руку, держащую его за ухо.

"Просто взгляните, могу ли я что-то с ЭТИМ сделать? Если у кого-нибудь есть идеи, то вперёд! Просто не втягивайте меня в это!"

“Что не так? Разве Вы не собираетесь приветствовать меня? Или Вы думаете, что у этой леди нет денег?”

Дугу Сяо И уставилась на них, вытащив свой кошелек и самодовольно встряхнула его. Хмуря брови, она сказала: “У этой уважаемой леди есть много денег!”

Вся группа мажоров колебалась, почти гадя в штанах. Так, у Вас есть много денег? Но проблема: Кто посмеет выиграть Ваши деньги? Кто бы ни выиграл их у Вас, получит "гостей" в виде Вашего старика и его армии, пришедших, чтобы взыскать долг. И это - лучший вариант развития событий! Если Вашему старому дедушке случиться быть в плохом настроении, да ещё и вздумается совершить поездку сюда... Не будем ли мы потом трупами?

Танг Юан не заботился о том, что они думали, его глаза сверкали пламенным светом: “Давайте не потеть над несерьезными вещами, просто верните мне мою вещь! Третий Молодой Господин Цзюнь здесь, и он не убежит! Вы все обещали мне! Настоящий человек - человек доверия! Те, кто ненадежен, не имеют никакого права быть между Небесами и Землей!”

Выслушав слова "фрикадельки", даже кто-то с ледяным спокойствием как у Цзюнь Се почти взорвался. Ты фактически смеешь утверждать, что ты - настоящий человек? Пожалуйста, не ухудшай ценность настоящих мужчин!

Среди этих шести молодых людей всё-таки был тот, кто оставался спокойным. Этот человек - Ли Фэнг, внук Великого Наставника Ли Шана. Двое других позади него - Ли Чжэнь и Ли Лин соответственно; все три были братьями. Стоящий сбоку от него - худой молодой человек. Поглаживающий пару тонких усов, парень с парой глубоких глаз - Мэнг Хайцзоу, старший сын Министра Персонала, Мэнга Цзянху. Он, как считают, является человеком высокого таланта. Позади них всех стоят еще два члена семьи Мэнг,: Мэнг Лян и Мэнг Фэй.

Ли Фэнг был воплощением улыбки когда сказал:

“Ох, мисс Дугу, Вы лично пришли, как я могу не поприветствовать Вас? Пожалуйста, входите”

После этих слов, он повернулся и приказным тоном прокричал:

“Служите мисс Дугу должным образом! Если мисс Дугу станет раздосадованной, то я спущу с вас шкуры!”

Он повернул голову, на этот раз он снова улыбался, когда он подмигнул Мэнгу Хайцзоу.

“Так-как Третий Молодой Господин Цзюнь здесь, то мы должны завершить нашу небольшую шутку. Посмотрите на этого толстяка Танг Юаня, он уже весь вспотел. Настоящий мужчина рождается между Небесами и Землей, как можем мы быть ненадежными. Дайте ему эту вещь”

Мэнг Хайцзоу кивнул и повернулся к Танг Юаню.

“Господин Танг, я могу дать Вам вашу вещь. Однако, один миллион пятьсот тысяч серебряных ляней не может быть забыт!” Танг Юань пришел сюда только для того, чтобы вернуть расписку. Что касается полутора миллионов серебряных лян, он не заботился об этом ни в малейшем степени, даже при том, что это не была маленькая сумма. Как только он услышал слова Мэнга, он неоднократно закивал.

Спокойно наблюдая со стороны, Цзюнь Се глумился в своём сердце. Не было сомнений, что Танг Юань осознанно боялся, но и те двое могут быть сами испуганы. Даже если бы Танг Юань не пригласил Мосе сюда, то они не набрались бы мужества предать гласности детали этой расписки. Сделав это, они бы только вызвали гнев у семьи Танг, и семьи Сан, возможно заставив эти две семьи рассматривать их как кровных врагов.

В конце концов, результатом огласки был бы абсолютный погром! Если узучить все подробности, то можно было бы понять, что эти запугивания Танг Юаня не имели смысла...

Заключительной целью был никто иной, как сам Цзюнь Мосе!

Однако, все возможные последствия опубликования расписки исчезнут, как только Танг Юань заберёт саму расписку.

После этого, они, конечно, начнут распространять слухи о содержании расписки, и используя эти сплетни,для того чтобы нанести удар по семье Танг. Этот вопрос был из разряда тех, что Цзюнь Се мог предвидеть.

“Какая же вещь может сделать Молодого Господина Танга настолько взволнованным? Позвольте мне взглянуть! Позвольте мне открыть глаза на эту проблему!”

Дугу Сяо И ясно не хотела быть не у дел, её любопытство взлетело. Видя, что Танг Юань внезапно стал гораздо спокойнее после получения этого листка бумаги, она крайне заинтересовалась и потянулась за листком маленькой, белой рукой.

Лицо Танг Юан стало несчастным. Он быстро пихнул листок бумаги в рот и проглотил его, дважды прожевав. Его лицо стало абсолютно невинным, как только он сомкнул губы. Это действие произошло со скоростью молнии, а его толстая шея фактически вытянулась,как у жирафа!

“Ах ты...жирный кусок... ты смеешь тягаться со мной? У тебя, видимо, кишка не тонка!”

Дугу Сяо И подбежала в гневе. Она схватила воротник Танг Юаня, фактически подняв приблизительно 400 джинов веса в воздух и закричала: “Быстро выплюнь это!”

[ 1 джин = 0.60479 кг. Она подняла 241 килограмм!]

Семь человек, включая Цзунь Се, не контролируя себя, вздернули брови в удивлении. Они несколько раз сглотнули, их губы изогнулись и посинели, а лица побелели.

“О, мисс Дугу, этот вопрос не имеет в себе ничего особенного. Всё это началось с Третьего Молодого Господина Цзюня. Так как его дедушка запер его дома, Третий Молодой Господин Цзюнь был неспособен выйти из дому, заставив нас скучать по нему. Так, мы сделали ставку в игре с Господином Тангом ранее. Мы написали на листке следующие слова 'придешь или нет?'. Если Третий Молодой Господин Цзюнь не приходит, то я обещал съесть бумагу. Но если Третий Молодой Господин Цзюнь действительно пришел бы, то Господин Танг съел бы эту бумажку. Да, это всё действительно настолько просто. Господин Танг - и вправду настоящий мужчина,человек слова, ха ха!”

Мэнг Хайцзоу засмеялся дважды, когда быстро выступил, чтобы смягчить обстановку. Этот человек действительно обладал некоторым талантом для того, чтобы быть в состоянии создать эту абсолютно лживую историю сразу же. Если бы Толстячок Танг позволил себе выплюнуть бумагу, и она попала бы в руки Дугу Сяо И, то эта ложь бы быстро развеялась!

Цзюнь Се поднял бровь, тайно наблюдая за Мэнгом Хайцзоу и думал.

Этот человек смог придумать такое идеальное оправдание за такой короткий период времени, да и смог сказать это с невозмутимым видом и без дрожи в сердце. Человек с сильной натурой, развитым рационально мыслительным процессом и способностью действовать без промедления... он действительно исключительный талант. По правде сказать, у Цзюнь Се лишь на мгновение, было желание тайно заставить Толстяка Танга выблевать бумажку. Принимая во внимание силу Дугу Сяо И, этот вопрос превратился бы в кровавый шторм. Однако, даже при том, что Толстяк Танг был не достоин таких хлопот, он все ещё был лучшим другом для Цзюнь Мосе. Кроме того, у Цзюнь Се была абсолютная уверенность в своей способности легко обуздать этих распутников. В конце концов, он вынужден был неохотно отбросить эту идею. Но... Но я действительно хочу... Я действительно хочу... ... ... Эээх!

Дугу Сяо И скептично посмотрела на всех, и они все стремительно начали кивать. "Да-да, так и есть, всё правда так и было" После этого, она отпустила Танг Юаня.

Лицо Танг Юаня было уже фиолетового цвета, он громко начал дышать, заглатывая воздух. Боясь выплюнуть записку, он задержал дыхание и не дышал всё это время.

"Дорогие гости, прошу, проходите внутрь" Как владелец ресторана, Ли Фэнг пригласил их.

Излучая высокомерную и властную ауру, Цзюнь Се с улыбкой вошел внутрь. Он сел на роскошный стул и начал слегка раскачиваться на двух ножках. Его поза так и говорила всем, что он типичный жулик со стандартным развратным отношением к жизни.

Брови Дугу Сяо И нахмурились сами собой. Один только вид такого Цзюнь Мосе подстегивал её врезать ему ногой пару раз.

"Ну, Вы, ребят, по мне скучали? Раз так случилось, то и я скучал...по Вашим деньгам" Цзюнь Се улыбнулся дьявольской улыбкой. "Во что же мы будем играть?"

Глава 16. Ли Юран.

“Третий Молодой Господин действительно прямолинеен!” Мэнг Хайцзоу похвалил, поднимая большие пальцы вверх.

“Как ожидалось от Третьего Молодого Господина семьи Цзюнь, Ваш героизм проникает в сами Небеса! Ваша аура напоминает ауру Вашего дедушки в его лучшие дни!”

Даже при том, что это замечание казалось почтительным, оно было наполнено сарказмом. Однако оригинальный Цзюнь Мосе не был в состоянии понять это!

Мэнг Хайцзоу глядел на Танг Юаня, пока он говорил. “Ранее, мы играли в кости с Молодым Господином Тангом, но Молодой Господин Танг больше не смог продолжать. Как насчет того, чтобы продолжить с игрой в кости? Интересно, есть ли у Третьего Молодого Господина мужество для этого?” Услышав это, лицо Танг Юаня покраснело. Издав несколько «хех», он стал тихим.

“В кости?” Цзюнь Се думал вслух. “Чего этот Молодой Господин должен бояться при игре в кости?” Он внутренне вздохнул: А вот и ещё одна провокация!

Если бы оригинальный Цзюнь Мосе услышал это, и его при этом не обдурили бы, это было бы очень счастливым совпадением!

“Я тоже буду решать!” Дугу Сяо И счастливо вмешалась, внезапно заставив выражение борьбы появиться на лице Мэнга Хайцзоу.

"Быстро, принесите гостям чая!" Ли Фэнг закричал, приказывая.

Несколько чашек чая немедленно принесли к столу, каждую чашку поставили перед каждым из гостей. Танг Юань быстро закончил пить свою чашку одним большим глотком. Вытирая рот, он сказал: “Третий Молодой Господин, Ваш брат рассчитывает на Вас. Вы должны помочь мне выразить свой гнев!”

Цзюнь Се властно посмеялся и потянулся за чашкой чая. Делая это, его глаза осмотрели лица всех присутствующих.

В данный момент Цзюнь Се мог ясно заметить, что Ли Фэнг и Мэнг Хайцзоу стали восхищенными. Его сердце не могло не почувствовать что-то подозрительное. Посмотрев вниз на чашку чая, он поднес её близко ко рту и вдохнул. “Вы фактически используете такой плохой тип низкокачественного чая, чтобы обслужить Ваших клиентов? Ваше обслуживание действительно неутешительно”. Он хлопнул чашкой вниз по столу.

Одного вдоха для Цзюнь Се было достаточно, чтобы обнаружить присутствие какого-то психоделического препарата в чае. Этот странный аромат был немного похож на аромат опиума; эффект, вероятно, был тем же самым. Потребление его может не нанести ущерб телу, но это, вероятно, затронуло бы разум человека.

Обратив своё внимание на одежду Мэнга Хайцзоу, он отметил, что она была яркой-яркой, и дизайн рисунка на ней был очень беспорядочен. Кроме того, она так же источала странный аромат. Нормальные люди были бы сконфужены такой странной одеждой, но этот набор из самой одежды и ее странного аромата, вместе с эффектами галлюциногена в чае, ужасно повлияли бы на разум человека.

Казалось, что проблема была не только с чаем, но также и с одеждой и её ароматом! Кроме того, они были все связаны. За этими мужчинами стоял, вероятно, очень квалифицированный фармацевт.

После этого не удивляет, что Танг Юань даже поставил свою жену на кон в игре, причина стала очевидной!

Посмотрев вокруг чашки чая в руках Дугу Сяо И, он заметил, что чай было совершенно прозрачен, без любого признака наркотиков внутри. Рассматривая обстоятельства, казалось, что они боялись провоцировать семью Дугу.

“Чего же Вы ждете? Поторопитесь и поменяйте чай для Третьего Молодого Господина!”

выкрикнул Ли Фэнг. Видя Цзюнь Се, отказывающегося пить, он немедленно решил сделать повторный шаг.

“Ох, забудьте, это только причинит Вам ненужные неудобства! Я здесь, чтобы играть, а не распивать чай. Если бы я хотел наслаждаться чаем, я бы пришел не сюда” -вяло сказал Цзюнь Се- “Нет никакой необходимости менять этот чай”, Подняв свою голову, он одним глотком проглотил весь чай.

"Поторопитесь и начинайте игру, мне уже не терпится"

Лица Ли Фэнга и Мэнга Хайцзоу засияли.

“Что ж, тогда мы будем следовать Вашим желаниям, Третий Молодой Господин”. Сказав это, они приказали, чтобы слуга шел впереди. Они были все проведены в обширный пустой зал. В зале единственной вещью в поле зрения был большой каменный стол и несколько дюжин стульев. На всём пути сюда, они не встретили никого вообще! Похоже, что они приостановили свой бизнес сегодня именно для того, чтобы иметь дело только с Цзюнь Мосе...

На пути сюда, Цзюнь Се внезапно чихнул, распылив его слюну на Танг Юаня и намочив его одежду. Танг Юань завопил вслух и быстро вытер всё это...

Цзюнь Се почесал нос, выплюнув оставшуюся часть слюны. “Странно, почему у меня так голова кружиться? Я также очень хочу чихать”

Ли Фэнг и Мэнг Хайцзоу поглядели на друг друга, их лица, светились и ликовали: лекарство начало оказывать свой эффект, ва-ха-ха!

...тем временем...

...В Резиденции Великого Наставника

Великий Наставник Ли Шанг прилег на мягкий диван и прикрыл глаза. Пока он упоённо слушал мелодичную песню певца за занавесом, он спросил с улыбкой.

“Насчет решения нашего вопроса, почему Вы поручили его этим неспособным товарищам? Если они провалят его, то мы пропустим хорошую возможность. Этому отродью семьи Цзюнь ничего бояться, но Старик Цзуюь не тот, кого мы можем легко спровоцировать... Даже если мы его не боимся, то этот вопрос сам пригласит проблемы к нам, если Старик узнает об этом!”

Его слова, казалось, содержали упрек, но его тон был мягким и расслабленным. Даже при том, что он поднял щекотливый вопрос, его лицо показывало доверие и уверенность к человеку напротив него.

Стоящий напротив него был красивым парнем в белых одеждах. Красные губы, белые зубы, тонкие черты и высокий рост. Этот красивый человек сидел как гора, любое его движение было неторопливо, показывая благородную элегантность. Услышав вопрос, он улыбнулся и ответил:

“Дедушка всегда очень осторожен во всем, что он делает, это чувство восхищения Вашего внука. Однако этот Цзюнь Мосе - глупый распутник. Послать наших наиболее способных людей против кого-то, как эта мелочь, дало бы ему слишком много чести. Рассматривая его характер, даже если этот план потерпит неудачу, у нас все еще будут другие возможности. Нет никакой потребности думать слишком много об этом. Кроме того, если бы мы послали наших наиболее способных людей, для них было бы неуместно знакомить себя с такой мелкой целью. Это могло бы вызвать раскрытие наших планов, что привело бы к упущению редкого шанса."

“Даже при том, что Цзюнь Мосе - распутник, его самомнение слишком высоко. Если бы мы послали какого-нибудь очень способного и изобретательного человека, чтобы разобраться с Цзюнь Мосе, то план имел бы неприятные последствия для нас”

Он поднял брови, и его рот изобразил след иронии: “Даже при том, что Ли Фэнг и Ли Чжэнь не достойны, они очень похожим образом мыслят с Цзюнь Мосе. Это - та ситуация, где "для каждого найдется применение"! Используй распутника, чтобы иметь дело с распутником, особенно глупым распутником, как Цзюнь Мосе.

С двумя из них в ролях главных героев мы могли бы даже получить неожиданный сюрприз. Если бы мы были вынуждены послать наших основных участников, чтобы иметь дело с Цзюнь Мосе, я боюсь, что даже он не попался бы на такую уловку. Кроме того... ха-ха-ха...”

Он слегка улыбнулся. Его невысказанные слова и без произношения вслух были понятны: кто будет использовать тесак для разделки говядины, чтобы зарезать цыпленка?

Эксперт должен быть послан, только чтобы иметь дело с экспертами! Хорошее лезвие должно использоваться мудро! Если бы эксперт был послан, чтобы иметь дело с беззащитным и обычным человеком, то он почувствовал бы себя оскорбленным!

Если песню ‘Белый Снег В начале Весны’ сыграть перед мясником, мало того, что исполнитель песни будет чувствовать себя сбитым с толку, даже мясник будет хотеть спать.

“Хорошо сказано!” Ли Шанг посмотрел на своего старшего внука, Ли Юрана с выражением одобрения. Он был полностью убежден и удовлетворен его заявлением.

Его внук Юран - ведущая фигура своего поколения в семье Ли. Его манера речи и жестов, выражения и стиля руководства просто прекрасна! И его уровень усилий и изобретательность не отставали.

Он - также гений среди гениев в культивировании Суань Ци, достигнув сферы Золотого уровня в очень молодом возрасте - в двадцать пять. Он - единственный с этим уровнем скорости культивирования во всем королевстве Тяньсян!

Но наиболее ценным аспектом, которым обладал Ли Юран, являлось его спокойствие и устойчивый ум, к тому же он не был тщеславен и вспыльчив, но очень сдержан в своем поведении. Он также был очень талантлив в разработке стратегий, принимая всё во внимание.

Даже в молодом возрасте, он начал создавать стратегии, который позволяли ему побеждать на расстоянии в тысячи миль.

Даже Ли Шанг не выдерживал сравнения, когда он был в этом молодом возрасте. Он мог видеть, что, если семья Ли хотела взлететь, то надежда на следующее поколение лежит на плечах Ли Юрана!

С таким способным внуком Ли Шанг чувствовал себя исключительно гордым!

Самым большим достоинством Ли Юрана было то, что он никогда никого не недооценивал. Осуществляя план, проанализируй каждый аспект плана; двигаясь против человека, проанализируй каждый шаг этого человека.

Имея дело против кого-то, как Цзюнь Мосе, Ли Юран сохранял равнодушное отношение, не показывая ни малейшую часть презрения, обсуждая его.

Такая фигура была бы немедленно признана лидером, независимо от того, куда она была бы помещена.

“Эту стратегию можно считать полной, но мы должны также предотвратить любую возможность "а что, если...". Было бы идеально, если бы мы могли преуспеть сразу!”

Они полагали, что для Цзюнь Мосе было абсолютно невозможно сбежать из подобной ловушки. В конце концов, Ли Юран лично разработал этот план.

Всё было начато через окольный путь, используя Танг Юаня; если Цзюнь Мосе смог бы избежать этого... тогда, что-то, конечно, шло не так, как надо!

Но пока Цзюнь Мосе попадает в эту ловушку, вторая фаза плана будет приведена в действие, делая его абсолютно неспособным убежать! Когда бы это произошло, даже если Цзюнь Чжань Тиан все еще не служил бы им, то он развалился бы на части из-за разочаровавшего его внука и больше не представлял бы угрозы!

“А что, если...” Ли Юран нахмурился, но каждый аспект плана был немедленно повторно просчитан в его уме, и он покачал головой: “Нет никаких других возможностей! Не стоит и упоминать, что среди них был Мэнг Хайцзоу. Даже при том, что Мэнга Хайцзоу нельзя считать талантом, его более чем достаточно против кого-то, как Цзюнь Мосе! Цзюнь Мосе не сможет избежать моего плана!”

"А что если он всё-таки выскользнет из твоих рук?" -пошутил Ли Шанг.

"Выскользнет?" Он серьезно обдумал вопрос перед тем, как засмеяться. Ли Юрэн спокойно посмотрел на дверь и сказал: “Если это произойдёт, то этот человек не Цзюнь Мосе!”

Глава 17. Очень большая удача.

Стратегия Ли Юрана против Цзюнь Мосе была идеальной, она полностью учитывала характер Мосе и любые неожиданности были обдуманы. Этот план был безупречен, но Небеса могут играть волей людей, словно игрушками. Несмотря на план, внезапно появился уникальный дефект. Если целью является Цзунь Мосе, этот план должен сработать в 100 случаях из 100!

Однако, сегодняшний Цзюнь Мосе - это Цзюнь Се, так что может ли этот план сработать так же идеально?

.......

...Дом Тысячи Золотых

"Должны ли мы продолжать играть с Третьим Молодым Господином с такими же низкими ставками, как обычно? Может начнём с тысячи лян? Или...может ещё немного увеличим?" спросил Ли Фэнг у всех перед тем, как сесть.

"С одной тысячи ляней?" Дугу Сяо И вскрикнула от удивления, ее лицо из бледного превратилось в красное. "Вы действительно поставите так много?"

Она была единственной дочерью в семье Дугу. Все обычные нужды, как еда, одежда и другие подобные были всегда приготовлены для нее заранее. За исключением покупок разных украшений из серебра и золота, её растраты на месяц были невелики. Она думала, что сотня ляней, которые она принесла с собой, и так были большой суммой; как она могла представить, что кто-то сделает минимальной ставкой такую огромную сумму, как тысяча ляней! Вся сумма в её кошельке была лишь одной десятой от ставки...

И этот факт был нормальным. Тысяча серебряных ляней весит порядка несколько дюжин жинов (1 жин=0.60479 кг). Не каждая даже ужасно богатая семья сможет вынести такую сумму, даже если им захочется. Всё же, в этом мире есть кое-что под названием счета...

"Тысяча ляней? Игра с такой ставкой займёт слишком много времени. У Молодого Мастера нет времени на пустые действия. Давайте сделаем так: каждую игру начинаем с десяти тысяч, без верхнего лимита." Цзюнь Се засмеялся "Этот Молодой Мастер довольно богат! Настолько мелкая сумма не стоит даже упоминания!"

Танг Юань был в шоке. "Тысяча ляней для начальной ставки это уже довольно большая сумма, Третий Молодой Мастер." Он к тому же знал, что у Цзюнь Мосе с собой имелось лишь пятьдесят тысяч ляней; если бы игра началась с подобной начальной ставкой в десять тысяч, то Мосе мог потерять абсолютно всё за минуты, при определенном невезении.

Но, обдумав всё ещё раз, он понял, что потерять всё за минуты для Мосе не так уж и плохо... Ведь он сам и так потерял сегодня слишком много. Он не мог подталкивать своего брата к пропасти ещё ближе. Потеря пятидесяти тысяч была бы легко принята. Подумав об этом в такой манере, он решил не вмешиваться.

"Третий Молодой Господин действительно прямолинейный человек! Игра в кости моя любимая, игра удачи! Обе стороны могут увидеть результаты броска кубиков, что делает игру честной и обоснованной!" засмеялся Мэнг Хайцзоу

"Ну хватит чепухи, как будем играть? Малейшее число выигрывает или наибольшее? Или будем угадывать число?" Цзюнь Се смотрел так, словно больше не может ждать. Если бы внимательный человек посмотрел на него, то он бы заметил, что глаза Цзюнь Се слегка покраснели, показывая что препарат в чае начал действовать.

Нужное время почти пришло!

Мэнг Хайцзоу молча посмотрел на глаза Цзюнь Се и произнёс: "Давайте поступим просто и будем ставить или на наибольшее выпавшее на костях, или на наименьшее. Как думаете?"

Цзюнь Се произнёс "Принято!"

Если начистоту, то игроки сначала должны принести определённое количество серебряных ляней, а затем бросать кубик. Тот, кто выбросит наибольшее число на кубике, становиться банкиром. В зависимости от количества человек меняется и количество кубиков. Если участвуют семь человек, то будет семь кубиков. Если шесть, то шесть соответственно. После того, как все бросили свои кубики, тот, у кого выпало наибольшее число,выигрывает и становиться банкиром.

п.п.: слегка...непривычные правила, так скажем

На данный момент, Цзюнь Се, Мэнг Хайцзоу, Мэнг Фэй, Ли Фэнг и Ли Чжен начали играть. Танг Юань уже проиграл всё, что мог, и мог лишь наблюдать со стороны. Что до Дугу Сяо И, которая пришла с нестерпимым желанием, то у неё просто не хватило денег на минимальную ставку. Имея слишком мало денег, даже Император был бы безликим, и мог бы сидеть в стороне в роли наблюдателя. Её лицо было красным и всё больше покрывалось стыдом.

Шестеренки в голове Цзюнь Се заскрипели, и выдали замечательную идею - почему бы не воспользоваться таким преимуществом, как подмога в случае чего? "Мисс Дугу же девушка, вполне нормально, что Вы не играете с нами. Почему бы Вам не сыграть на выигрыш?"

"Сыграть на выигрыш? Как это?" Дугу Сяо И моргнула.

"Сыграть на выигрыш значит делать независимую ставку на результат игры. Это значит, что Вы, даже не участвуя в игре, можете сделать ставку! Например, Вы можете поставить пять серебряных ляней на то, что я выиграю. Если я проиграю, то потащу Вас за собой и Вы потеряете свою ставку. На этом пути обе стороны проиграют. Но, если я выиграю, то Ваша ставка выиграет тоже, и Вам вернется десять серебряных ляней." дотошно объяснил Цзюнь Се.

"Что же, тогда хорошо!" -слегка приободрившись, сказала Дугу Сяо И- "Я поставлю пять... Пять ляней на Вашу победу!"

Цзюнь Се громко засмеялся: "С этой красоткой, ставящей на меня, ко мне придет большая удача!"

Ли Фэнг, наблюдавший за этой речью, в душе пробормотал: "Давай, смейся, ты очень скоро будешь плакать!"

Все уже бросили свои кости, остался только Цзюнь Се. В лидерах раунда оказался Мэнг Хайцзоу, с шестью очками на первом кубике, и пятью очками на втором и третьем кубиках, в сумме набрав шестнадцать. Это было почти максимально возможная комбинация! Единственным способом выиграть сейчас было бы выбросить в сумме семнадцать или восемнадцать очков.

Ли Фэнг изобразил победоносное лицо. Пока Мэнг Хайцзоу - банкир, шансы на выигрыш у Цзюнь Мосе минимальны. Они-то убедятся, что Цзюнь Мосе проиграет всё, вплоть до своих штанов! Как только он дойдёт до точки кипения, то дальнейшие планы можно будет продвигать далее.

Цзюнь Се взял в руку три кубика, и его лицо стало сплошной улыбкой, но вот в душе он проклинал всех и вся. "Они не только что-то в чай подмешали, они и над кубиками потрудились! У кубиков внутри точно что-то есть, баланс и ощущение в руке однозначно не такие..."

Субстанция внутри кубиков однозначно не была свинцом, иначе кубики весили бы больше с одной стороны. Однако, кубики однозначно весили как обычно. Единственным веществом, которое могло бы вот так подействовать на кубики, была ртуть. И лишь кто-то, очень знакомый с этими кубиками, мог извлечь из этого прибыль. Даже если раскрыть этот мошеннически грязный обман, то сделать и обвинить конкретно кого-то не получиться. Но Цзюнь Се, с другой стороны...

Цзюнь Се выровнял дыхание, и повернув запястье, бросил три кубика в стаканчик, куда они упали с характерным звуком. В то же время, правая рука Цзюнь Се лежала на столе, концентрируя Ци в нить, толщиной меньше, чем игла. Эта нить вытягивалась, не вызывая внимания, и тянулась она к стаканчику с кубиками...

Все затаили дыхание и смотрели широко открытыми глазами.

Три кубика перевернулись, перед тем как окончательно упасть.

"Это...как это возможно?" -вскрикнул Ли Чжен, смотря на происходящее с депрессивным видом.

Группа Мэнга Хайцхоу издала всхлип разочарования. Танг Юан был единственным, кто радовался, смеялся и счастливо танцевал.

Шесть очков на двух кубиках и пять очков на ещё одном! Это было в сумме на одно очко больше, чем у Мэнга Хайцзоу.

Группа Мэнга смотрела на кубики как на осколки своих надежд, а Цзюнь Мосе смог их шокировать; этот ублюдок, Цзюнь Мосе, должно быть наступил в счастливую какашку по пути сюда!

Цзюнь Се восхищенно вскрикнул: "Хаха, Мисс Дугу и вправду принесла мне удачу! Вы одарили меня процветанием, воистину Небеса дали мне своё благословение! Сегодня, я начну кровавую баню!"

Затем он схватил стаканчик, и тряс его, пока говорил: "Делайте Ваши ставки, делайте Ваши ставки, скорее делайте Ваши ставки!". Нетерпение было ясно и четко написано на его лице.

"Па!" Цзюнь Се ударил стаканчиком с кубиками по столу, сразу же убирая руку. Другая его рука уже лежала на столе, а его лицо казалось напряженным. Однако, невидимая энергия уже достигла стаканчика, готовая к действию!

Глава 18. Выигрывая деньги.

Ли Фэнг и остальные повернулись к Мэнг Хайцзоу. Среди них всех, именно Мэнг Хайцзоу был самым профессиональным игроком. Его умение прислушиваться к движениям кубика было очень высоко, особенно в тех случаях, когда он сам подготавливал кубики к игре. Все сидели в предвкушении того момента, когда они смогут обобрать Цзюнь Се до нитки

Глаза Мэнг Хайцзоу закрылись и сразу же открылись; он быстро произнес: "Большая!".

Его руки взяли пятьдесят тысяч серебряных ляней и передвинули их на секцию ставки. Ли Фэнг и остальные поступили так же, их лица выражали нетерпение того, что же будет дальше.

Смотря на всё это, Танг Юан был шокирован. Он знал, что у Цзюнь Се с собой было лишь пятьдесят тысяч. Если он проиграет этот раунд, то не смог бы со всеми попросту расплатиться... Дело плохо!

Внутренняя энергия Цзюнь Се переместилась, заставив кубики тихо перевернуться. Цзюнь Се лениво закричал: “Ставки сделаны, ставок больше нет! Я открываю”. Он поднял стаканчик, чтобы показать один кубик с двумя очками и два с одним, в общем всего только четыре очка. Мало!

Лицо Мэнга Хайцзоу побледнело. Как это было возможно? Он точно услышал движение кубика, указывающее, что по крайней мере у одного из этих кубиков было шесть очков. Шанс выпадения больших результатов составлял по крайней мере девяносто процентов. Однако, когда результат был открыт, ни у одного кубика не было шести очков. Мог ли он сделать ошибку и неправильно расслышать движение?

Без каких-дибо церемоний, Цзюнь Се подвинул все серебряные ляни к своей стороне. Он дал Дугу Сяо И десять серебряных ляней, прежде, чем добавить дополнительно ещё одну тысячу ляней. “Мисс Дугу, мои поздравления! Как выражение моей Вам признательности за Вашу удачу, пожалуйста, возьмите эту тысячу ляней в качестве премии!”

Дугу Сяо И взяла серебряные ляни своими маленькими руками; ее большие глаза сужались в тонкую линию от того, что она улыбалась. Она погладила плечо Цзюнь Се с чрезвычайно справедливым выражением: “Хорошо сделал! Маленький Цзюнь, я буду ставить на Вашу победу снова в следующем раунде! Я поставлю уже тысячу ляней!” Она полностью забыла, что этот человек перед нею был тем, кого она пылко не могла терпеть, супер-распутник...

Ли Фэнг сухо улыбнулся. “Удача Третьего Молодого Господина действительно хороша, чтобы начать игру с таких хороших результатов.” Однако он тайно стрелял глазами в сторону Хайцзоу Мэнга. Лицо Мэнга поплыло в тот момент, когда он покачал головой, абсолютно не уверенный из-за того, что происходит!

Цзюнь Се уже принял наркотик, в то же время эти кубики - то, с чем он наиболее знаком, кубики с "жидким нефритом". Это могло быть просто совпадением? Рассматривая факт, что его умение в слушании движения кубиков должно было все же достигнуть очень высокого уровня, для него всё-же было возможно сделать ошибку. В конце концов, это случилось лишь один раз. Все, что он должен был сделать - просто победить в следующих раундах. У него все еще было много времени и денег...

Однако, Цзюнь Се удалось выиграть следующие несколько раундов легко. Побеждая снова и снова, его серебряные ляни, собранные в пирамидку, стояли высоко, как будто они проводили конференцию, всего было три миллиона ляней! Дугу Сяо И, которая лишь ставила на его победу, также выиграла двадцать тысяч серебряных ляней. Лица братьев Ли и Хайцзоу были все выкрашены цветом земли.

“Ты... Т-ты... Ты - лжец! Ты мошенник!” Ли Чжэн подпрыгнул с красным горячим выражением. Его ставки были самыми большими, и теперь его капитал в виде семьсот тысяч плюс листовое серебро уменьшились до буквально нескольких несчастных кусочков. Он тыкал пальцами в Цзюнь Се, гнев был написан на его лице.

И так сделал не только он, даже Мэнг Хайцзоу становился всё более скептичным. Как он мог угадывать неправильно снова и снова? Глаза Цзюнь Се, с другой стороны, стали ещё более красными. Но почему он побеждал снова и снова, как будто Бог Богатства внезапно решил присоединиться к нему? Одно или два совпадения могут быть возможными, но для такого количества совпадений, это было просто немыслимо!

“Если Вы не имеете больше денег, то уходите! Если Вы не можете позволить себе терять деньги, то не играйте!” Цзюнь Се даже не потрудился посмотреть на него. Он высокомерно говорил, пока его нос поднимался до небес: “Когда ловишь воров, нужно также найти и украденное; когда ловишь обманщика, нужно также поймать двух человек. Вы видели, чтобы я мухлевал? Мисс Дугу, Вы - высоко оцениваемый эксперт. Вы видели, что бы я сделал что-нибудь?”

Ли Чжэн злобно уставился на него, как будто он хотел съесть его целиком. Но как только Цзюнь Се представил Дугу Сяо И на сцену, стало фактом, что они все испугались что-либо продолжать.

У Дугу Сяо И не было подсказки, какие вообще были правила, и она точно не была так называемым "высоко квалифицированным экспертом", каким её назвал Цзюнь Се. Однако она постоянно побеждала, когда ставила на победу Цзюнь Се, выиграв уже в общей сложности двадцать тысяч ляней. Она была так счастлива, что она не смогла не ответить.

“Какие же Вы все хлюпики. Когда Вы побеждали, Вы смеялись. Вы даже вынудили беднягу пойти за подмогой. Но когда Вы проигрываете, Вы обвиняете людей в обмане. Вы, парни из семьи Ли, имеете стальных яиц, чтобы делать что-то вроде этого! Я была около Малыша Цзюнь всё это время. Всё, что он делал, это бросал кубики, как он мог сделать что-либо нечестное? Как он может мухлевать?”

“Кого... мы вынудили обратиться за помощью?” Ли Чжэн спросил, почти падая.

“Его!” -Дугу Сяо И указала на Танг Юаня.

“Он пошел, чтобы привести Цзюнь Се сюда. Было бы действительно странно, если бы он не позвал его на помощь! Кроме того, с такой азартной игрой, как здесь, знаменитый игрок Танг Юань только наблюдает. Это может означать только, что он уже проиграл всё! Он бы принял решение не играть на деньги только, если бы он все свои деньги проиграл! Вы принимаете эту леди за дуру?”

Все были удивлены, как такая обычно взбалмошная девчонка могла так трезво мыслить.

Резиденция Великого Наставника

"Докладываю, Цзюнь Мосе уже вошел в здание Дома Тысячи Золотых. Однако, он так же привел с собой госпожу из семьи Дугу, Дугу Сяо И." -доложил телохранитель.

"Дугу Сяо И? Почему она пошла в Дом Тысячи Золотых?" -сдавленно удивился Ли Юран.

“Это, видимо, было не преднамеренно. Они одновременно встретились на дороге, и мисс Дугу фактически проклинала Цзюнь Мосе. В конце она вынудила Цзюнь Се провести её в Дом Тысячи Золотых.” -Телохранитель наблюдал все из тени и ясно видел всё, что произошло.

“Даже если это не было специально, но переменная всё-же появилась. Цзюнь Мосе! Удача этого маленького ублюдка - действительно что-то!” -Ли Юран глубоко вдохнул и улыбнулся.

“Если это так, Вы должны быстро сообщить Ли Фэнгу, Ли Чжэню и Мэнг Хайцзоу чтобы отменили план, приготовленный на сегодняшний день. Скажите им придумать оправдание и уйти, даже если они должны будут потерять немного денег в процессе. Они должны также установить другую встречу с Цзюнь Мосе. Идите же!”

"Да!" -охранники мягко побежали после сказанного.

“Хорошо! Быстрое решение, и действительно изобретательно” -Ли Шанг хихикал.

“Если Цзюнь Мосе попадет в нашу ловушку, когда Дугу Сяо И будет рядом, тогда она, конечно, расскажет всем о том, что видела, когда вернется домой. И эти старые пни из семьи Дугу были бы в состоянии раскусить всё. Избивать траву, чтобы поразить змею, это глупо и не правильно. Отказ является правильным выбором! Кроме того, дать ему немного денег - не так уж и плохо. Это только накачало бы его уверенностью и сделало бы следующий шаг легче."

[ Избивать траву, чтобы поразить змею: одна из 36 стратегий в Искусстве Войны. Двоякая стратегия, когда ты делаешь что-то, что бы удивить противника, и действуешь далее, исходя из его действий. Удивил-проанализировал-ответил. ]

Ли Юран безразлично улыбнулся. Он внезапно задумался, мог ли Цзюнь Мосе сознательно привести Дугу Сяо И туда? Думая об этом, он чувствовал желание смеяться. Этот тупоголовый Цзюнь Мосе, как у этого идиота мог бы быть такой проворный ум?

Было похоже, что этому прохвосту сегодня действительно везёт!

К этому моменту, Ли Юран ещё не знал, что уже было слишком поздно!

Отделаться малыми потерями недостаточно, чтобы просто умыть руки!

...Дом Тысячи Золотых

Из-за протестов, правила игры были изменены трижды. Цзюнь Се в наглую всех обдирал; остальные игроки кипятились, словно чайники, вплоть до пара из ушей. Его рот произносил ядовитые слова, и все же он продолжал побеждать. Он неожиданно подвел их к пункту, где их рот изогнулся, а глаза заслезились; их карманы полностью опустели!

Триумфатор Цзюнь Се и радостно смеющаяся Дугу Сяо И были напряжены, деля их выигрыш. Видя груду серебряных ляней, проигравшие могли только смотреть в ступоре.

Когда они видели, что Цзюнь Мосе пересчитывал серебряную горку один лянь за другим, да ещё и очень высокомерным способом, их печень заболела от гнева.

Ведь это принадлежит нам!

В то время, как Цзюнь Се не обращал внимания, глаза Дугу Сяо И смотрели слегка бешено, её руки резко схватили горстку ляней. Достоинством они были, по крайней мере, оценены в сто тысяч ляней; это чувство доставило её в Рай на скорости молнии. Она завижжала и сказала: “Цзюнь Мосе, Ваша победа сейчас произошла из-за моего присутствия, ведь я повышала Вашу удачу. Я возьму еще немного, Вы не будете возражать, не так ли?”

Вы уже прижали всё это к своей груди, если я попытаюсь забрать это, то разве я не стану извращенным жуликом?

Почесав нос, он горько улыбнулся: “Конечно, я не возражаю! Почему бы я возражал? Если бы для удачи не было мисс Дугу, как бы я мог победить? Абсолютно естественно, что Вы можете взять больше”.

Дугу Сяо И подняла глаза, и её кроличьи зубки показались в улыбке: "В таком случае, Вы не будете против, если я возьму ещё?"

Цзюнь Се был в шоке. Его глаза слезились, пока он говорил: "Мисс, Вы уже получили свой выигрыш, вы так же приняли и бонус от меня. Как люди, мы не можем быть такими бесчестными!"

“Хехе... Я лишь дразню Вас. Это же всего-навсего немного денег, посмотрите на своё скупое лицо!” -выкрикнула Дугу Сяо И счастливо, чувствуя, что ее решение прийти сюда сегодня было правильным.

Мало того, что она прочувствовала азарт от игры, но и также она получила такую огромную прибыль! Её безоговорочный выигрыш, в дополнение к тому, который она выиграла ранее, в настоящее время, всё вместе было почти в двухстах тысячах ляней! Это было действительно счастье!

Немного денег? Сто тысяч ляней для неё это немного денег? Толстяк на стороне также чувствовал желание получить свою долю, но он не имел такого нахальства чтобы сделать так, и потому мог только беспомощно смотреть на Цзюнь Се. Но Цзюнь Се даже не потрудился смотреть на него в ответ.

Танг Юан внезапно почувствовал себя подавленным. Независимо от всего, я - всё еще мужчина.

Я не могу следить за леди и силой потом отобрать деньги себе.

АРГХ! Почему я не женщина!

У Цзюнь Се сжалось сердце: "Ты - четырёхсотжинный толстяк. (1 жин=0,6 кг) Ты думаешь, что у тебя получиться такой же жалостливый взгляд, как у невесток на свадьбах?

Это точно так же, как и тренировать свинью выполнять команды... Сначала я хотел дать тебе немного денег, но после такого...забудь!"

Глава 19. Перчатки сняты.

Цзюнь Се поднялся, почесываясь, пока фривольно улыбался. "У Вас, ребята, что, совсем денег не осталось? Если у Вас совсем ничего нет, то самое время для меня пойти домой и вздремнуть! А жаль..я так немного выиграл, пока играл с Вами, вот невезение! Вы согласны, мисс Дугу?"

Цзюнь Се был хорошо осведомлён о том, что он уже подпортил своим врагам планы. А сейчас, так они и вовсе могут сами себя раскрыть!

"Вы не можете уйти!" -Ли Чжен впал в беспокойство. В данный момент их умы стали массой липкой грязи, включая Мэнг Хайцзоу. Они не понимали, как проиграли; их потеря была тем, что абсолютно удивляло!

Их умения играть должны были быть выше, чем у Цзюнь Мосе, и все же они, даже объединившись против него, фактически потеряли всё! Даже не стоило упоминая факты, что Цзюнь Мосе точно выпил галлюциногенный чай, который они подготовили; используемые кубики были теми, что они подготовили; одежда Мэнга Хайцзоу опрыскалась уникальными духами, предназначенными, чтобы стимулировать умы тех, кто принял галлюциноген, отдавая их полностью перепутанные умы во власть другим..

Но, взамен, четверо из них проиграли все, кроме своих штанов. Какое же объяснение могло быть дано?

Могло ли так случиться, что удача у Цзюнь Мосе сегодня так высока? Однако, очки на кубиках у него выпадали всегда чуть выше, чем у остальных! Ни одно совпадение не могло повторяться так часто!

Но, если они хотят поймать его на жульничестве, то как он это делает? Для человека, принявшего чай с их препаратом, и его умением играть, было бы точно невозможно мошенничать; это всё равно, что встретить в повседневной жизни призрака!

Их хорошо-подогнанный план, сперва вовлекший Танг Юаня, проходил без помех. Но, как тлько их настоящая цель (Цзюнь Мосе) появился, они вдруг поняли, что не могут преступить к следующей части плана.

Потеряв всё, как они могли хотя бы заикнуться о завершении плана?

Так или иначе, последствия провала заставляли их самих дрожать, а их глаза источать страх.

Для этих людей, ухоженный вид лица Ли Юрана был более страшен, чем улыбка на лице демона, вылезшего из Ада! И это потому, что лицо Ли Юрана оставалось безмятежным, отдай он даже приказ на чьё-то убийство или резню целой деревни!

Он был созданием, чьё существование было более демоническим, чем у самих демонов!

"Я всё ещё хочу сыграть с тобой! У меня всё ещё есть, что поставить!" -Мэнг Хайцзоу снял своё нефритовое украшение с пояса и бросил на стол со звуком "па!"

"Хаха, Вы что, думаете, что я приму такие поврежденные товары в ставку?" -Цзюнь Се презрительно улыбнулся.

"Вы хотите играть со мной, используя настолько дешёвое барахло? Я лучше пойду домой и отосплюсь хорошенько!"

Цзюнь Се потряс головой и развернулся, попросту собираясь уйти!

"Постой!" -закричал Мэнг Хайцзоу; он уставился на Ли Чженя и остальных: "Тащите всё, что у нас есть!"

Ли Чжен и остальные также боялись тех последствий, что могли быть в случае неудачи. Они немедленно сняли с себя все ценные вещи: украшения, драгоценности из жемчуга и нефрита.

"Это любимый меч господина Танг Юаня и нефритовые ножны! Я готов их поставить, вместе! Их настоящая цена примерно полтора миллиона ляней, но я их поставлю как один миллион!"

Мэнг Хайцзоу смотрел прямо на Цзюнь Се: "Цзюнь Мосе, ведь Вы бы хотели их отыграть для него обратно, не так ли?"

Дугу Сяо И смотрела, не моргая. Она тоже знала историю о Танг Юане и его любимом мече и нефритовых ножнах. Как умная персона, она подметила тот факт, что это слишком для ставки. Однако, она абсолютно не боялась, и так же не собиралась оставлять это без внимания. Подобная ситуация была просто слишком интересной!

"Он это он, а я-это я! Какое отношение его вещи имеют ко мне и к нашим ставкам?" -Цзюнь Се смотрел на него, как будто бы он столкнулся с идиотом.

"Если я выиграю, это вещи станут моими вещами, моей собственностью. Если захочу выбросить их в мусор-выброшу в мусор! Если захочу отдать их кому-нибудь, то отдам! Какое до этого дело Танг Юаню? Выиграть их для него? Вы, ребята, действительно глуповаты...Танг Юань поставил эти меч и ножны вместо денег, это его дела, не мои! Позднее, когда Танг Юань принесет деньги и выкупит их, то и это тоже будет не моей заботой!"

Пока он говорил, Цзюнь Се окинул взглядом меч и нефритовые ножны. Его сердце радостно смеялось - это были непростые вещички!

Цзюнь Се выдал дьявольскую улыбку: "Молодой господин Мэнг, Вам не кажется, что я все верно подметил?"

Услышав слова Цзюнь Се, всех как громом поразило, включая Танг Юаня и Дугу Сяо И! Танг Юан ранее выражал самое довольное лицо в мире, а теперь же он порядком погрустнел.

Лицо Мэнг Хайцзоу стало серым. Он точно понял, что имел в виду Цзюнь Мосе под своими словами. Точнее, он осознал, что сейчас он на перепутье, где есть два выхода: продолжать или нет!

Если этот меч и ножны будут сегодня проиграны Цзюнь Мосе, а завтра придет Танг Юань с деньгами и попросит выкупить их... Что он ответит ему?

Слова Цзюнь Мосе звучали правильно, но, по правде, тут были некоторые правила. Ценности, поставленные на кон вместо денег, могли быть выкуплены обратно после определенного периода времени. Если бы они их сейчас продали, то их действия были бы несправедливы!

Танг Юань и так сегодня достаточно проигрался, разве допустил бы он такое? Судя по его мстительной персоне, он бы точно поднял шумиху из-за того, что не получил свои драгоценности при выкупе! Более того, возможность развести такой скандал возникла из-за него самого.

Так или иначе, мысль пронеслась через его голову: текущее препятствие передо мной уже слишком сложное, как я могу задумываться о будущем? Кроме того, я не обязательно должен проиграть!

"У нас есть свои собственные способы договориться с господином Танг Юанем! Нет повода для беспокойства Третьего Молодого господина Цзюнь! Более того, Третий Молодой господин Цзюнь может и не выиграет эти вещи!" -Мэнг Хайцзоу подтолкнул все драгоценности и украшения из жемчуга и нефрита к центру стола. Сжимая зубы, он перешёл сразу к делу.

"Третий Молодой господин Цзюнь, этот нефрит Рю был подарен мне самим Его Величеством Императором, это самый любимый меч моего дяди, эта Сверкающая Жемчужина была подарена Ли Фэнгу самим Великим Наставником Ли... Всё это-самые выдающиеся вещи с безграничной рыночной ценой! Я думаю, что стоит все их оценить, и выйдет сумма в миллионы ляней! Учитывая, сколько у Третьего Молодого господина сейчас денег, ставка выглядит несоразмерной... Но, если Третий Молодой господин пожелает играть, то я могу сделать исключение и позволю поставить что-нибудь другое на кон!"

"Тогда, что же Вы хотите чтобы я поставил? Вы же не собираетесь попросить меня поставить на кон своё тело, м? Или Вы собираетесь попросить меня взять в жены Вашу милую младшую сестру, которую никак не можете сосватать? Просто я никогда не слышал, что у Вас есть младшая сестра" -глаза Цзюнь Се невинно моргнули, когда он это говорил.

Дугу Сяо И была не в состоянии сдержаться и громко засмеялась, но сразу же после приняла каменное выражение лица. Под столом, она пнула Цзюнь Се жесточайшим образом, заставив его сжать челюсти и улыбнуться.

Мускулы лица Мэнг Хайцзоу свело в гневе, он почти дошел до точки кипения.

Заставив себя сдержаться, он произнес: "Третий Молодой господин любит шутить, но ставка очень проста. Если я проиграю, то всё, что находится на столе, принадлежит Третьему Молодому господину. Но если выигрываю я, то Третий Молодой господин пообещает мне исполнить одну мою просьбу и помочь кое в чём. Это приемлемо?"

"Вы что, шутите? Как такое может может быть приемлемо!?"

В своих мыслях, Цзюнь Се кричал. Шоу начинается!

Должно быть, им всем было очень трудно сдерживать себя всё это время. Он не мог ничего с собой поделать, кроме как усмехнуться и отказать.

"А если Вы предложите мне самоубиться, то я должен буду пойти и умереть? Если Вы попросите меня отдать Вам все ценности семьи Цзюнь, я должен буду отдать их Вам? Эти условия... Вы меня за идиота держите?"

"Я могу Вас заверить, что ни одного из описанных Вами сценариев не будет. Эта просьба не потребует от Молодого Третьего господина ни монеты. Она также не принесет никакого вреда Третьему Молодому господину! Взамен, эту просьбу Вы точно сможете исполнить! Если Третий Молодой господин почувствует, что выполнить эту просьбу невозможно, то Вы можете забыть, словно никогда таковой и не было!" -Мэнг Хайцзоу был почти не в состоянии себя удержать от того, чтобы избить отвратительного засранца Мосе и пнуть ещё разок под финал.

"Вот так просто? С другой стороны, почему бы и нет?" -согласился Цзюнь Се. "На что будем ставить?"

"Мы будем ставить на кости!" Отчаянный вид был написан на лице Мэнг Хайцзоу, прямо как у обычного игромана.

Насупив лицо, он сказал: "Эта игра будет только между нами! Будем ставить на количество очков за одни бросок, без банкира! Тот, у кого больше очков-выиграл! Цзюнь Мосе, ты готов сыграть?"

"Хаха, стоит ли мне бояться твоих неудачливых рук? Игра в кости! Ты думаешь, что сможешь меня обыграть? Да ты шутник!" -Цзюнь Се изображал наглеца с полным отсутствием интереса, хотя сам был почти у входа в Рай.

Было вполне возможно, чтобы он взлетел, если бы не его якорь между ног.

[п.п.: ОСТОРОЖНО: Свободный перевод! :)

Но в английском не "между ног", а "под ногами"; смысл последнего предложения- "вся планета Земля-якорь, и если б не гравитация, он бы взлетел"]

Глава 20. Да ты настоящий Бог Игр!

“Террор, в его истинном значении, - это не статическое состояние, а динамическое. Это момент, когда надежда превращается в отчаяние”. Литейщик (Судьба Ноль)

Ли Чжэн, Ли Фэнг и остальные были в восторге. Их глаза сверкали, ведь они были хорошо осведомлены, что Мэнг Хайцзоу крайне хорош в игре в кости. Он никогда не проигрывал при нормальных обстоятельствах.

Более того, кости были теми, что Мэнг подготовил для игры сам. Если Мэнг Хайцзоу и с этим не смог бы выиграть, то они бы в тот же момент превратились в призраков! Все присутствующие здесь были осведомлены об игровых способностях Цзюнь Мосе. Даже не зная, как он выигрывал до этого..эта игра была между ним и Мэнг Хайцзоу! Шансы Цзюнь Мосе на победу были просто несуществующими!

"Итак, кто кидает первым?" -спросил Цзюнь Се, тряся ногой. Она до сих пор болела от того смачного удара от Дугу Сяо И.

"Я буду первым!" -Мэнг Хайцзоу схватил кости в свои руки одним широким взмахом. Он держал кости в руках, взвешивая их и попутно успокаиваясь. Он старался успокоить бушующую кровь в груди, закрыв глаза; он что-то еле слышно шептал, словно моля Богов о чём-то. Бросок этих костей затронет судьбы всех присутствующих!

Если же он проиграет, то последствия будут катастрофичны!

Цзюнь Се вздохнул, слегка постукивая по столу. Затем он прошептал Дугу Сяо И: "Как думаешь, он что, собирается призвать духов своих предков на помощь? Я чувствую вокруг странную атмосферу,так жутко. Мне даже не по себе.."

Разговаривая, он подтянул рукава: "Смотри! У меня уже вся кожа в мурашках!"

Дугу Сяо И, сохранявшая серьёзнейшее лицо, после этой своеобразной шутки не смогла сдержаться и громко засмеялась. Она раньше не обращала внимания на то, что этот дебошир довольно интересен.

Ли Фэнг и его группа начали злобно пялиться на Цзюнь Се. Он определенно пытался сбить настрой Мэнг Хайцзоу своей издёвкой; Цзюнь Се и Танг Юань однако, отказались отступать и уставились на них.

По прошествии большого периода времени, Мэнг Хайцзоу издал крик. Он поднял обе ладони и опустил их к столу, раскрывая. Сделав несколько движений, три кубика покатились по столу, крутясь.

"Шесть! Шесть! Выпадай же!..." Ли Фэнг и остальные кричали, нервно вглядываясь в крутящиеся кубики. Воздух вокруг них раскалялся, словно они ждали большой куш в большом казино, полном людей.

Первый кубик остановился..и это было шесть! Следуя за ним, второй кубик тоже остановился..и снова шесть!

Ли Фэнг и компания ликовали. Каждый из них радовался так, словно победитель уже определился, а третий кубик остановился. У каждого из них глаза были полны фанатизма, пока они кричали "Шесть! Шесть!..."

Если третий кубик остановиться на шести, то Цзюнь Мосе точно проиграет. Единственным исключением была бы ничья, если бы Цзюнь Мосе тоже выкинули три шестёрки. Остальное бы приравнялось к проигрышу!

Но появятся ли три шестёрки так легко? Некоторые уже смотрели на Цзюнь Мосе с явным триумфом во взгляде.

Последний кубик наконец начал замедляться. Судя по скорости и нынешней манере вращения, выпадет скорее всего...шестёрка!

Мэнг Хайцзоу громко выдохнул. Этот бросок превысил все его ожидания: обычно и две шестёрки считались редкостью. На этот раз, победа была точно за ним!

Кто же мог предположить, что кубик неожиданно остановиться, врезавшись в две другие кости.

Крутясь между кубиками, третий кубик толкнул первый, переворачивая его. Затем, третий кубик, замедляясь, зацепил второй кубик, врезавшись в него и переворачивая. И только после этого кубики перестали вертеться...

Комната неожиданно стала мертвецки мёртвой!

Ли Фэнг, Ли Чжен, Мэнг Хайцзоу и другие смотрели, не моргая. Выражения их лиц застыли мгновенно, а глаза стали красными. Младшие Ли Лин и Мэнг Фей кусали свои губы, чуть не плача.

Три кубика застыли, один, два и три очка! По правилам, будь Мэнг Хайцзоу банкиром, это был бы полный проигрыш! Это значит, что он проиграл, независимо от того, что выкинут остальные игроки.

Это конец! Глаза Мэнг Хайцзоу закрылись, как будто он теряет сознание. Оставшиеся пятеро были поникшими и без эмоций, как на похоронах. Они смотрели на три кубика с пустыми выражениями лиц, но каждый ощущал желание зарыдать и свернуться на полу калачиком.

"Хах...хах"

Танг Юань подпрыгнул, заставляя других удивляться, как такой парень как он мог сделать нечто подобное.

Он в чувствах схватил Цзюнь Се за плечи: "Третий Молодой Господин, Ваша удача сегодня воистину безгранична! Сам Бог Богатства лично спустился к нам, ахаха!"

"Что значит Бог Богатства спустился? Да это же сам Бог Игр пришёл! Теперь моя очередь!" -Цзюнь Се изобразил испуганное выражение лица.

"Вы действительно испугали меня до смерти до этого! Не удивительно, что Братец Мэнг так долго готовился к броску. Выходит, что ты действительно хотел выбросить так много очков! Ты и вправду удостоен похвалы!"

Дважды хихикнув, он продолжил: "С этими правилами, в игре в кости вы можете выкидывать любое количество очков, какое только захотите! Всё должно подчиняться зову сердца, как невероятно! Такой уровень умения и техники - это не то, что могут освоить простые смертные. Вы, вы... Вы действительно Бог Игр!"

"Что значит сейчас Ваша очередь? Третий Молодой Господин, Вам нет нужды бросать кубики! Вы уже выиграли! У него один-два-три, Полный Проигрыш!"

Танг Юань снова подпрыгнул, его толстое тело снова всколыхнулось. После прыжка, его жирки, тряслись вверх и вниз некоторое время, после остановились.

"Что за бред! Вы не выиграли! В этой игре нет разделения на банкира и игрока!" -прокричал Ли Фэнг с красными глазами и дрожащим телом. "Что если Вы тоже выбросите один-два-три?"

"Вы думаете, что это возможно?" -Танг Юань с презрением взглянул на него. [Он что, действительно посмел задать такой вопрос? Как я смог проиграть настолько слабоумному человеку?]

"В Ваших словах есть смысл." -рассмеялся Цзюнь Се.

"Тогда, позвольте мне показать Вам мою непревзойденную в мире всемогущую технику игр! Также, кто-нибудь, приведите в чувства Молодого Господина Мэнга. Что я буду делать, если он бесстыдно будет клясться, что не видел результат моего броска? Верь, если увидишь сам." -подвёл Цзюнь Се.

[Вот чёрт! С каких пор этот ублюдок такой умный?!]

Ли Фэнг и остальные посмотрели друг на друга. Их последний трюк пошёл прахом...

Дугу Сяо И присоединилась к веселью, улыбаясь, и сказала: "Он что, ещё не в сознании? Без проблем! Несколько моих пинков точно приведут его в чувства!"

Мэнг Хайцзоу, лежавший на полу и очнувшийся ранее, планировал отрицать всё, что не видел.

Как только Цзюнь Се бросил бы кости, все проблемы были бы решены. Даже если все признают, что Цзюнь Се победил, он мог бесчестно клясться, что ничего не видел, ведь был в тот момент без сознания. И если дело обстоит так, то они были бы должны переиграть!

Мэнг Хайцзоу даже приготовил, что сказать: "Ты должен играть с мной, а не с ними! Они говорят, что ты выиграл, но я не видел этого своими глазами! Пока я не увижу твою победу своими собственными глазами - она не считается!"

Откуда он мог знать, что Цзюнь Се увидит такую возможность? Если Дугу Сяо И пнёт его, о Боги!...

До того, как он смог сам встать, Танг Юань подошёл и пнул Мэнг Хайцзоу: "Хватит играть мертвеца, поднимайся!"

Все его переживания прошлых дней были вложены в этот пинок, заставляя Мэнг Хайцзоу вскрикнуть: "Ауч!"

Всхлипывая от боли, он встал. Поднимаясь, он заметил, что Цзюнь Мосе, Танг Юань и Дугу Сяо И смотрят на него, улыбаясь.

Мэнг Хайцзоу поднялся с подавленным выражениям лица, его глаза излучали обиду.

Если бы Дугу Сяо И не пришла сюда сегодня, он наверняка бы заставил Цзюнь Мосе подчиниться силой...

Внезапно, мужчина в спешке вошёл: "господин Мэнг, господин Мэ..." Он остановился. Этот мужчина был ни кем иным, как охранником, пришедшим с посланием.

Однако, судя по выражению лиц Ли Фэнга и остальных, он немедленно понял, что ситуация резко поменялась.

Как мог хоть кто-нибудь предугадать, что ситуация может закончиться именно так..

"Смотри внимательно"

Цзюнь Се схватил кости, гордо и самодовольно смотря на Мэнг Хайцзоу. Лица Мэнг Хайцзоу и остальных были окрашены в цвет пепла, пока они смотрели на представление Цзюнь Се. Их челюсти сжались так сильно, что можно было услышать хруст...

"Я богат!" -Цзюнь Се громко рассмеялся, ощущая прибыль.

Телохранитель следовал за ним сзади, неся огромную сумку.

После ухода Цзюнь Мосе, одна из чайных чашек на столе исчезла... Однако, никто этого не заметил.

Глава 21. Возвращаясь с победой.

Дугу Сяо И шла позади Цзюнь Се, её взгляд с великим интересом впивался в огромную сумку, которую нёс телохранитель. Ранее сегодня, она думала, что её выигрыш итак был достаточно большим. Но затем, Цзюнь Се неожиданно выиграл все эти сокровища в последнем круге. Многое из того, что было теперь в сумке, было просто неоценимо деньгами...

Это заставило чувство конфликта появится у неё внутри, что дополнилось ещё и каким-то дискомфортом..

[Как так вышло, что этот безполезнейший повеса смог закончить игру с таким богатством? И почему это я, кто так послушна, но закончила ни с чем?]

Глаза Дугу Сяо И двигались, не переставая:

[Есть ли хоть какой-нибудь способ, который поможет мне заполучить, немного вещей от него? Но, если я спрошу напрямую, это будет не учтиво для леди.. Вот чёрт! Цзюнь Мосе, почему же ты сам не предлагаешь мне немного богатств?]

Широкая улыбка до самых ушей расплылась по лицу Танг Юаня; он выглядел почти как Будда, Майтрея.

Он вышел вперёд энергично и бодро, как тигр: "Третий Молодой Господин, Ваши действия сегодня действительно меня поразили! Ахаха, вид этих засранцев, проигравших всё, сделал меня почти счастливым... Эмм, брат, разве не пора вернуть мне меч и нефритовые ножны?"

"Отдать тебе?" Цзюнь Се остановился и взглянул на Танг Юаня с удивлённым видом: "О чём это ты говоришь? Почему я должен их вернуть?"

[Почему?]

Танг Юань внезапно растерялся. Он пробормотал: "Разве... Разве у тебя не было... намерений вернуть мне их?"

"Вернуть их тебе?" -Цзюнь Се изобразил ещё большее удивление на лице.

"Разве я тебе что-то должен? Почему я должен их возвращать? О чем ты вообще говоришь?"

"Ну... Я.. Я..."

Лицо Танг Юаня стало действительно жалким. Он окончательно осознал, что эти меч и ножны выиграны Цзюнь Мосе. Это значит, что они теперь принадлежат Цзюнь Мосе; как он мог просить у него настолько ценные сокровища?

Однако, если его отец спросит о них дома, то что он ответит? Деньги не были проблемой. Проблемой было то, что вещи принадлежат Цзюнь Мосе и не могут быть никак возвращены!

Молодой Господин Танг действительно понял, что хоть Цзюнь Мосе и вернулся с победой, его проблема осталась нерешённой! Представляя страшное лицо отца, толстый Танг затрясся.

"Вернуть их тебе абсолютно невозможно" -покачал Цзюнь Се головой.

"Я никогда не участвовал в не прибыльных действиях, ни сегодня, никогда!"

Сказав это, он взглянул на депрессивного Танг Юаня и добавил другим тоном: "Однако, продать их тебе - это другая история. Если подумать, то как ты выкупишь их с той маленькой суммой, что у тебя есть сейчас?"

Цзюнь Се загадочно улыбнулся, подняв палец.

"Ахах, ты действительно мой хороший Братец!" -Танг Юань испытал чувство, будто заново родился, от счастья он почти забыл, как его зовут. Даже не задумываясь о всех возможностях этого предложения, он, проигравший всё, прыгнул на Цзюнь Се, чтобы обнять...

Он даже не думал, что Цзюнь Се может не выдержать его вес. Его прыжок заставил их обоих свалиться на пол с грохотом, и Цзюнь Се оказался придавлен Толстяком.

Молодой Господин Танг был настоящим тяжеловесом, его бока придавили Цзюнь Се, скрыв его от всех. Что до Цзюнь Се, то и кусочка его одежды не было видно...

Дугу Сяо И не сдержалась и громко засмеялась.

[Эти два клоуна! Они очень забавные!]

Все охранники подбежали к Танг Юаню и подняли его. Цзюнь Се, оказавшись в самом низу, выглядел так, словно увидел саму Смерть. Он чувствовал себя несравненно подавленным.

[Быть окруженным жиром, да так, что даже воздух не пройдёт сквозь это всё... Если бы я знал, что на меня сегодня кто-нибудь вот так сядет..остался бы дома...]

"Брат Танг, я теперь очень зол! Цена только что выросла! Этот меч и ножны из нефрита обойдутся тебе не меньше, чем в миллион серебряных ляней! Последний срок оплаты наступает завтра! Приходи завтра, ценой будет полтора миллиона серебряных ляней!" -сказал Цзюнь Се прямо без всякой жалости. В его ноздрях до сих пор витал запах жиров Толстяка Танга, от чего он чувствовал себя нехорошо.

"Чего!?" -жалобно завопил Танг Юань.

Группа вышла на улицу и остановилась.

На востоке были резиденции семьи Цзюнь и семьи Танг, а на западе был дом семьи Дугу.

Пришло время распрощаться, но Дугу Сяо И почувствовала неописуемое чувство в груди. Смотря на улыбку Цзюнь Се, она подумала:

[Этот ублюдок Цзюнь Се... О нём говорят столько плохого, да и к тому же он полный идиот. Но, пообщавшись с ним немного, он кажется немного интересным...]

Думая так, Дугу Сяо И выдала: "Цзюнь Мосе, ты же придёшь на день рождения моего деда?"

Цзюнь Се ответил: "Если члены моей семьи пойдут, то и я определённо пойду"

"А что, если члены твоей семьи не захотят, чтобы ты пошёл?" -закусила губу Сяо И.

"Разумеется, я не пойду"

Цзюнь Се увидел подвох в её вопросе: "Если мне скажут не идти, то зачем же я тогда пойду? Прийти и получить потом дома порку?"

"Ублюдок!"

Услышав ответ Цзюнь Се, Сяо И пришла в неистовую ярость: "Если ты посмеешь не прийти, то я буду бить тебя, каждый раз, как увижу! Ты меня понял?!"

Цзюнь Се почувствовал, будто его бросили на твердые и острые скалы.

[Как трагично! Непревзойденного ни кем в мире, наёмного убийцу №1 задирает маленькая девчонка! Когда же это тело станет сильнее?]

Стараясь прикрыть голову, он поднял руки: "Я пойду! Я пойду! Я точно буду там!"

"Во так-то лучше. Какой ты умный! Когда время придёт, ты должен будешь подготовить хороший подарок! И подарок должен быть не хуже, чем те, что ты выиграл сегодня!" -Дугу Сяо И яростно глядела на него, её большие глаза просто сверлили мешок с подарками за момент до того, как она пошла.

Она с мягкой улыбкой развернувшись,, потёрла запястья, выдав звук "ээх". Затем,с руками сложенными за спиной и высоко поднятым подбородком, она пошла по дороге, величественно, как олень в лесу.

[Так эта девчонка просто хотела побольше моих выигранных вещей... Хорошо хоть, что она немного поменяла мнение обо мне.]

Смотря на удаляющийся силуэт Дугу Сяо И, Цзюнь Се вернул внимание к Танг Юаню. Он улыбнулся: "Молодой Мастер Танг воистину мастер в игре! Даже закончил, проиграв свою собственную жену... Я не могу не признать твоего мастерства"

Танг Юань внезапно разозлился, его лицо стало быстро краснеть.

Наблюдая реакцию Танг Юаня, взгляд Цзюнь Се превратился в лёд: "Танг Юань, меня не волнуют твои прошлые шутки и трюки. Но, в этот раз, ты почти меня угробил! Ты даже не заметил ничего странного сегодня?"

"Чего? Почти угробил?" -застыл Танг Юань в непонимании. Он даже во сне не думал, что такая фраза может быть сказана Цзюнь Се.

"Ты действительно думаешь, что тебе просто не везло? Ты что, и вправду настолько туп? Потерял свои деньги, потерял свой меч, а после меча и ножны проиграл... И, даже потеряв ножны, ты додумался своей тупой головой заложить свою жену в долг...

Танг, спроси себя, ты что, правда настолько глуп? Да даже будь ты настолько глуп, ты не мог не увидеть последствий! Репутации двух великих семей могли быть опозорены! Как ты мог так поступить? Ты видимо, не думал о последствиях совсем, даже на мгновение...

И тебе совсем-совсем ничего не показалось странным сегодня?"

Глава 22. Убедительный Соблазн.

Цзюнь Се испепелял Танг Юаня острым взглядом холодных глаз: "Спроси себя: ты и вправду настолько самоуверен, чтобы поступить так?"

Лицо Танг Юаня, который почти плакал, стало спокойнее. Он не был дураком. Вообще-то, он был довольно продуманным парнем. Слушая Цзюнь Се, он начал вспоминать все прошедшие события и понял, что слишком много обстоятельств были очень подозрительны! Случившееся не было тем, что могло бы произойти просто так. Даже во сне он бы не поступил таким образом!

Однако, он сделал такой шаг по своей собственной воле! Как это возможно?

[Я что, действительно такой безрассудный человек? Нет.. Точно нет! Я, может, и не хороший, и привычки дурные у меня есть, но я точно знаю свои границы! Те вещи, что произошли сегодня, точно были тем, что за моей гранью, даже перед лицом смерти! Но, я же это сделал!... Более того, я продолжил делать подобные вещи, одна за другой, каждая более бесстыдная, чем прошлая! Да я даже сделал то, о чём даже под страхом смерти не признаюсь! Мои действия могли опозорить всю мою семью!! Это была просто какая-то бездонная яма!]

Тогда, почему же я сделал эти вещи?

Неожиданно, все мысли Танг Юаня спутались и начали разваливаться.

"Когда ты ранее сегодня приходил, на Мэнг Хайцзоу была та же одежда?" -Цзюнь Се смотрел прямо на него, а рот изогнулся почти дьявольской улыбкой.

"Да, но какое это имеет значение? Разве есть какие-то проблемы?" -не понимал Танг Юань.

"А тебе не показался странным запах парфюма у Хайцзоу? Довольно приятный аромат, да?" -продолжил намекать Цзюнь Се

"Да...довольно неплохой, это и вправду неплохой парфюм" -неопределённо ответил Танг Юань.

"А когда ты зашёл, тебе подали кружечку чая? Так же, как сегодня?" -намекал Цзюнь Се.

"Да, точно! А что не так?"

"Что не так? Хмм, хмм" -усмехнулся Цзюнь Се: "Да, так, ничего особенного. Это было всего лишь началом конца!"

Танг Юань не был дураком. Подумав над словами Цзюнь Се минутку, он внезапно подпрыгнул, и с шокированным лицом спросил: "Ты имеешь в виду... Чай, что-то не так с чаем?"

"Только с чаем?" -снова усмехнулся Цзюнь Се: "Одежда Мэнг Хайцзоу, его парфюм, чай... Со всем этим проблема! Когда группа игроков собираются на игру вместе, разве сначала они пьют чай? Что же это тогда за игроки? Эх ты, свиноголовый! Ты действительно не заметил ничего странного в этом?!"

"Но... Разве ты тоже не выпил тот чай? Почему же ты тогда в порядке?" -удивлялся Танг Юань.

"Помнишь, после того, как я выпил чая, я чихнул, когда мы входили?" -на лице Цзюнь Се был неописуемый восторг. Широко улыбнувшись, он продолжил: "От моего чиха тогда твоя одежда стала мокрой, так?"

"Точно! Да, такое случалось" -вспомнил Танг Юань.

"Когда большинство людей чихает, у них разлетаются слюни. Вместо этого, я выплюнул чай на твою одежду, и она стала мокрой. Разве тебя это не удивило тогда?" -поднял голову Цзюнь Се и посмотрел на него.

"Ах, так вот что произошло!" -неожиданно осознал Танг Юань, но снова задумался: "Но как ты об этом догадался?"

[Как я догадался? Чёрт, как же ответить... Не скажу же я ему, что я настолько хорошо знаком с наркотиками и подобным, что могу их распознать,не используя зрение или обоняние? В моей прошлой жизни, я мог засечь такие вещи просто порами кожи!]

Цзюнь Се почесал нос, ведь единственным способ ответить было только немного «очернить» себя: "Эмм, насчёт этого, я делал что-то подобное раньше. Понимаешь?"

"Как и ожидалось от Третьего Молодого Господина Цзюнь! Какая несомненно исключительная тактика!" -лесть Танг Юаня выросла до небес, он повторил с уважением: "Ты действительно эксперт!"

Цзюнь Се почти и плакал, и смеялся. Он напомнил: "Даже если той расписки больше нет, я боюсь, тот факт, что ты заложил жену, они распустят. Ты должен что-нибудь придумать насчёт этого."

"Это верно! Но что же мне делать?"

Обсуждение подобной темы вызывало у Танг Юаня лишь страх.

"Сейчас у тебя только один вариант! И это прийти домой и рассказать твоему дедушке всё, что случилось. Ты не должен ничего скрывать, а должен выложить всё! Нанеси превентивный удар! Дай своему деду решить, что делать дальше, и он примет какие-нибудь контрмеры. Но, если будешь ждать, пока он услышит об этом от кого-то другого, и он решит тебя расспросить...тогда тебе и вправду конец!" -прошептал Цзюнь Се.

"Что до тебя, так тебя просто подставили. Я верю, что твой дедушка не взвалит всю вину на тебя. Даже забыв, что только так можно всё решить, твой старый дед гораздо опытнее в таких вопросах, чем ты. Ты должно быть очень зол на них, разве не так? Я расскажу тебе один трюк."

Цзюнь Се понизил голос; он был почти как дьявол, который уговаривал кого-то совершить зло: "Во-первых, оставь меч и нефритовые ножны у меня на время. Затем, возьми миллион серебряных ляней и приди В Дом Тысячи Золотых, чтобы их выкупить! А когда они не смогут их принести... Ты понимаешь?"

"Точно!" -Танг Юань хлопнул в ладоши от радости.

"Это единственный способ, и так мы перехватим инициативу! Но, всё что им нужно сделать, так это выкупить у тебя меч и ножны..."

"Ты совсем тупой? Они использовали эти вещи как ставку против моего обещания, а не за деньги! Тут просто огромная разница! Ты что, думаешь, что я их продам? Дебил, после всего этого, ты до сих пор не понял? Чего ж ты ждёшь?" -рассмеялся Цзюнь Се.

(п.п: меч, ножны и остальные драгоценные вещи поставили против обещания Цзюнь Се. Не деньги против обещания, а вещи против обещания. То есть, сказанное Цзюнь Се - простая логически обоснованная отмазка на случай, если кто-то попробует выкупить их обратно)

"Ох, точно! Я сейчас тебе дам одну полезную вещицу..."

Словно он выполняет магический трюк, Цзюнь Се вытащил из кармана чашку. Что удивляло больше, на дне чашки ещё было несколько капель чая...

"Это чашка с наркотиком, я забрал её ранее" -улыбнулся Цзюнь Се.

"Там, кажется, даже есть немного капель чая"

"Хахаха...про! Настоящий профессионал! Третий Молодой Господин точно профессионал!"

Толстый Танг осторожно взял чашку. Затем, он быстренько «укатился» вдаль, прямо как дикая лошадь в открытом поле.

"Хотите устроить заговор против меня? Я устрою его раньше!"

Цзюнь Се смотрел, как Танг Юань катиться вдаль. Затем он гордо улыбнулся. Судя по настроению Толстяка и возвращению его жены, семья Танг займёт семью Ли и семью Мэнг ненадолго, м? Цзюнь Се уже приготовил небольшой диванчик, чтобы посмотреть на это «шоу».

Но сейчас результат мог быть совсем иным, если бы не случайное появление Дугу Сяо И и перемены, которые случились с Цзюнь Мосе.

Даже если бы у него не было страха раскрыть их планы, то он бы показал свою истинную силу, сделав себя мишенью для огромного количества врагов! Случись такое, минусы бы превзошли плюсы!

Несмотря на то, что его оппоненты были просто мажорами, у этих мажоров была поддержка первых семей города! Без подобной поддержки, осмелились бы эти слизняки дать наркотик Цзюнь Мосе и Танг Юаню? Посмели бы действовать так нагло и беспечно?

Невозможно! Не было и шанса подобных действий с их стороны!

Даже несмотря на то, что и сам Цзюнь Мосе был разочаровывающим мажором, за ним был Дедушка Цзюнь, семья Цзюнь! Так же было понятно, что Дедушка Цзюнь был единственной опорой семьи Цзюнь, однако голодный верблюд всё ещё больше лошади!

С поддержкой военных, почти одна треть всех генералов в армии была под командованием Дедушки Цзюнь! Пока он жив, то он прочная опора даже для такого болвана, как Цзюнь Мосе! Даже без их желания, на их телах стояло клеймо «Цзюнь»!

Как только что-либо случиться, последствия пройдутся штормом по императорскому двору. Как только падёт семья Цзюнь, у этих людей кончаться лёгкие деньки. Их принудят к развалу другие семьи, и они просто не смогут дать сдачи!

Но, пока семья Цзюнь существует, у этих людей будет дом. Они смогут собраться вместе и дать надёжный отпор врагам, независимо, внешним или внутренним!

Вот почему ничего не должно произойти с семьёй Цзюнь! Вот почему эти люди не отступят ни перед чем, что бы ни случилось с Цзюнь Мосе! Пусть они и смотрят на этого мажора свысока, когда придёт время действовать, никто из них не останется в стороне.

Тоже самое можно сказать и о семье Танг! Силы семьи Танг может и не близки к силам семьи Цзюнь, но внутри города, их власть была среди самых верхов! Если эти две семьи объединят усилия, даже нынешние силы семьи Дугу должны будут отойди назад.

Разумеется, это не значит, что семья Цзюнь сильнее семьи Дугу. В свои самые лучшие годы, семья Цзюнь так давила на семью Дугу, что та не смела поднять головы. И так продолжалось в течении семи лет!

Но, теперь, когда талантливые люди семьи Цзюнь пали, таланты семьи Дугу лишь растут. Они медленно проявляются, один за другим. Это было той тропинкой, где семья Дугу ушла далеко вперёд семьи Цзюнь.

Вот почему у семьи Дугу сейчас наибольший потенциал из всех. По крайней мере, так может показаться посторонним.

Однако, пока Дедушка Цзюнь остаётся жив, семья Цзюнь не падёт! Даже императорским силам придётся сильно подумать, прежде чем что-то сделать с семьёй Цзюнь. Можно даже сказать, что..они не посмеют!

И всё же, семьи Ли и Мэнг вместе, в одно и тоже время решили подставить Танг Юаня и Цзюнь Мосе! Это было странновато.

Даже очень странно! Если бы это было обычным, то с миром точно было бы что-то не так.

Однозначно, те, кто был в этом замешан, были простыми мажорами, подлинными мажорами. Даже если бы их раскрыли, то старики из семей подумали бы, что это очередные ошибки молодых.

Посмеявшись немного, никто из них не принял это близко к сердцу.

Однако, что если бы этот план был выполнен удачно?

Глава 23. Реакция семьи Танг.

Цзюнь Се обдумал, что если сегодняшние его планы преуспеют, то он и Танг Юань будут первыми целями врагов! Может, семья Танг и не пострадает сильно, ведь у них ещё есть наследники, кроме Танг Юаня. Однако, у семьи Цзюнь было только он.

Несмотря на то,что это всё было лишь просьбой, кто знал, что будут вызваны такие последствия.

Особенно, когда эта просьба была возложена на Цзюнь Мосе, придурка, который не знает, как оценить всю тяжесть ситуации. Большую часть времени сам Цзюнь Мосе и вызывал все неприятности, не боясь последствий. Да и к тому же, его дедушка всегда помогал ему прибраться после подобных бардаков.

Что могло случиться, если бы конфликт стал явным всем, и звание Дедушки Цзюнь ушло бы другому? Что если бы Дедушка Цзюнь был вынужден принести в жертву свою власть?

Что бы выбрали генералы? Даже если бы лишь малая часть генералов засомневалась в своих действиях, всё бы стало абсолютно непредсказуемым!

Цзюнь Се чувствовал срочную необходимость увеличить свои силы! Даже с его богатым опытом из прошлой жизни, сегодняшние события заставили его осознать своё бессилие!

Главой заговорщиков скорее всего был кто-то из верхов политической власти. Это та самая единственная вещь, что прочно засела в его голове ещё с прошлой жизни! Будь он наёмным убийцей и в этом мире, то подобные вещи стали бы неважными...

Однако, чтобы создать себе плацдарм во главе с семьёй Цзюнь, ему нужно защищать от вреда членов его семьи и других важных людей. Ведь пошатнуть стабильность в одной из великих семей без поддержки политических верхов возможно только во сне!

Ему нужно получить не только признание верхов, но и не бросать попытки пробиться в императорский двор. Но он должен помнить о возможности проигрыша в этой борьбе за власть!

Был полдень, когда Дедушка Цзюнь вернулся домой. Но его пути домой, он неожиданно натолкнулся на дедушку Танг Юаня, Танг Ванли.

Танг Ванли возглавлял большую группу воинов на лошадях, двигаясь вниз по улице. После он свернул на север. Видимо, он держал путь туда, где кому-то сильно не повезёт.

К северу было место, где живут семьи Ли и Мэнг! Лицо Танг Ванли было темнее тучи, его брови сошлись в одну от гнева. Дедушка Цзюнь быстро подумал:

[Давненько я не видел этого старика таким яростным. Подумать только, богатенький Старик Танг, обычно такой мирный, сейчас такой злобный... Он не тот, против кого стоит строить планы; ох и будет же, на что посмотреть!]

Как он смог догадаться, виновником этого марша был ни кто иной, как его придурошный внук, Цзюнь Мосе!

Дедушку Цзюнь переполнял интерес, и он спросил: "Братец Танг, куда же ты так спешишь? Чего ты такой серьёзный? Может, кто-то посмел похитить невесту твоего внука? Взгляни на своё покорёженное лицо, ахаха..." -слова Дедушки Цзюнь должны были быть шуткой, но откуда он мог знать, что именно в этом и есть проблема!

"Ах ты старый чудак Цзюнь! Старый говнюк! Ты ничем не лучше! Вот подожди, пока я разберусь с семьями Ли и Мэнг, я приду и за твоей задницей!" -проведя по своей белой бороде рукой, Танг Ванли хлестнул лошадь плетью, заставляя лошадь помчаться вперёд.

Он тоже знал, что за парень этот Цзюнь Мосе, не лучше, чем его собственный внук.

[Теперь, когда мой внук Юань попал в такую переделку, этот Мосе вышел сухим из воды, да ещё и с выигрышем! Наверняка, если Цзюнь Мосе так повезло, то за его спиной стоит какой-то эксперт... Наверняка этот кто-то сам Цзюнь Чжан Тиан! А теперь этот Цзюнь Чжан Тиан ещё надо мной и насмехается... Ух, как я зол!!]

Он оставил Дедушку Цзюнь стоять в одиночестве, шокированным от услышанного.

[Что старый Танг имеет в виду? Так просто он меня обозвал, он, кажется, не может даже мыслить спокойно... Что происходит?]

Подумав немного, он сказал про себя: "Семьи Ли и Мэнг обидели тебя? Тогда почему ты втягиваешь в это меня? Ээх, когда собаки грызутся, их пасти полны шерсти..."

Танг Юань следовал за дедом, с лицом, полным отчаяния и стыда.

Когда Толстяк Танг вернулся домой, его отец безмятежно сидел в холле. Плача, Танг Юань звал на помощь маму и папу, крича, что нечто очень плохое случилось. Его действия напугали отца почти до инфаркта.

Когда Юань снова огляделся, то понял, что и дедушка был тут...

Под взглядом Дедушки Танг, Юань выдал всё, что было. Перестав рыдать, он поведал историю... Что было дальше, можно представить.

Дед и отец Юаня пришли в ярость! В дополнение к рассказу, Танг Юань достал кружку с остатками чая на дне. Когда фармацевт их семьи исследовал их, он подтвердил историю с наркотиками.

Действия семей Ли и Мэнг были слишком грязными!

Их действия точно были нацелены на то, чтобы снизить репутацию семьи Танг и рассказать об этом всем остальным семьям! Дедушка Танг, уделявший крайне много внимания репутации его семьи, не мог этого так оставить!

Дедушка Танг немедля впал в ярость. Подняв в воздух тело Танг Юаня, он отчитал его, крича так, что тот чуть не оглох. Затем, швырнув Юаня на землю, Старый Танг приказал ему идти к семьям Ли и Мэнг, дабы воздать им по заслугам!

Старый Танг был ещё старше, чем Дедушка Цзюнь, и был министром у трёх императоров. В последние годы, он стал затворником и почти не выходил из дома. Но эта ситуация заставила его выйти из дому, но не одного, а с большой группой воинов; его жажда крови была так сильна, что могла пронзить Небеса.

Видимо, семья Ли и семья Мэнг сегодня попадут в шторм, где их ждёт лишь хаос.

Даже несмотря на все оскорбления от Танг Ванли, Дедушка Цзюнь не злился. Наблюдая за тем, как страстно Старый Ванли желает найти семьи Ли и Мэнг делало его довольным.

[Нет нужды в вопросах, и так ясно, что толстый Танг Юань - виновник этой заварушки. Спасибо, что мой Мосе всё это время был в библиотеке и мирно читал... Много невзгод ушло благодаря этому. Ох, если бы он до сих пор причинял столько хлопот.. Хехе, бедный Старый Танг, делать такое для своего внука, в его-то годы...]

Смотря на весь гнев, что был на лице Танг Ванли, Дедушка Цзюнь решил не провоцировать того впредь. Как же он мог знать, что пока он спокойно шёл домой, Цзюнь Се в наглую берёт деньги, чтобы пойти сыграть.

Дедушка Цзюнь, вернувшись домой с хорошим настроением, неожиданно встал в ступор.

[Потерять эти деньги не страшно, но если что-то другое случиться, могут быть большие проблемы!]

Только услышав о возвращении внука, Цзюнь Чжан Тиан злобно ворвался в его комнату. Пройдя двери, он неожиданно замер.

Здоровенная сумка, полная дорогих украшений и драгоценностей лежала на кровати. И не просто украшения, от них малышка Ке улыбалась так, что вот-вот вылетят глаза. Она оценивала каждое сокровище; её пальцы мелькали в воздухе, подсчитывая, за сколько каждую вещь можно будет продать...

Быстро оглядевшись, Дедушка Цзюнь был в шоке.

Среди всех вещей, три были из нефрита, их кристальный глянец сверкал, излучая тепло. Одно взгляда хватало, чтобы понять, что это непростые вещицы. Но не это было причиной удивления Дедушки Цзюнь..

Его удивляли гравировки на нефрите: "Год Х месяц Х, Поздравляю с рождением внука Фэнга", "Год Х месяц Х, Поздравляю с рождением внука Жэня"...

Разве эти вещи не должны принадлежать потомкам семьи Ли? Да и нефрит такого качества был знаком семьи Ли! Более того, Фэнгом и Жэном звали внуков Великого Наставника Ли.

[Как эти две вещи могли оказаться у Мосе? Этот мелкий засранец что, посмел их украсть?!]

Дедушка Цзюнь провёл по бороде рукой, тревожно думая.

Смотря на остальные вещи вокруг, Дед Цзюнь вдруг понял, что сам себе вырвал из бороды пару волосков от волнения.

[Два этих нефритовых посоха точно принадлежат королевской семье! Хм, а это украшение из семьи Мэнг, как и этот жемчуг... И этот...]

"Откуда здесь все эти вещи?"

Лицо Цзюнь Чжан Тианя дёргалось, в то время как он представлял Цзюнь Мосе, умоляющего деда снова спасти его задницу...

[Если этот полудурок действительно посмел всё это украсть, то это огромная проблема...]

Нет нужды говорить, что Дедушка Цзюнь Был пессимистом, не верящим, что его внук мог выиграть все эти богатства в азартной игре. Он просто слишком хорошо знал Мосе.

Не было и шанса, что этот пройдоха сможет хоть когда-нибудь выиграть такие высококлассные вещи!

Вот иронично! Он посмеялся над Старым Танг Ванли до этого. А теперь дома его ждут неожиданные неприятности!

Дедушка Цзюнь моментально стал нем от осознанного...

Глава 24. Дилемма Дедушки Цзюня.

Лишь спустя некоторое время Малышка Ке осознала, что глава всей семьи Цзюнь зашёл в комнату. Она впала в ступор, но потом быстро упала на колени, поклонилась и прокричала: "Эти богатства сегодня были выиграны Юным Господином!"

"Он выиграл? Что, серьёзно выиграл?" -голос Цзюнь Чжан Тиана стал высоким от ошеломления, а в мыслях было лишь удивление. Если бы никого вокруг не было, то он бы даже закричал. Однако, несмотря на такой сюрприз, Дедушка Цзюнь заподозрил неладное...

[Когда этот дебил научился выигрывать деньги? Он же ни разу не выигрывал с тех пор, как научился делать ставки..]

Не для себя Дедушка Цзюнь ограничивал расходы Мосе, ведь иначе вся резиденция семьи Цзюнь была бы уже проиграна им. Но, вот он вернулся с победой, да ещё и выиграл такие ценные вещи...

"Это правда, эти вещи выиграны Юным Господином. Я никогда не совру Главе Дома, даже если последствия будут страшными... Так же Юный Господин принёс домой и три миллиона ляней в серебряных плитках" -без запинки ответила Малышка Ке.

"Судя из того что я слышала, все эти деньги были выиграны у Юного Господина Ли и Юного Господина Мэнг. После своего возвращения, Юный Господин положил здесь эти вещи и велел мне их оценить, а затем пошёл в библиотеку читать книги."

Малышка Ке говорила это с гордостью, ведь раньше Юный Господин ничего не выигрывал. Но выиграв в первый раз, он сорвал куш. В душе этой малышки, её Господин стал более способным.

Несмотря на страх перед Цзюнь Мосе, она чувствовала, что сегодня он какой-то другой. По крайней мере, он не был таким отвратительным!

"Мой внук что, опять в библиотеке?"

Узнав такое, удивление Цзюнь Чжан Тиана сменилось восторгом. Одно дело - не разбирать дерьмо за своим внуком, и совсем другое - узнать, где именно он пропадает...

Не способный сказать ничего от шока, Дедушка Цзюнь просто смотрел вперёд. Трясущимися руками, он ощупал свой лоб, но горячки не было. Затем он щелкнул в пальцы, чтобы понять, ослышался он или нет. Лишь после этого его отпустили сомнения.

"Оу, когда он вернётся, передай ему прийти ко мне"

Сказав это, Дедушка Цзюнь и Старик Панг за его спиной удалились, оставив Лолиту одну. Она снова и снова вычисляла примерные цены вещей, её глаза сверкали серебром: "Эти три подвески из нефрита можно продать минимум по сто тысяч, этот шар и драгоценный камень можно продать за сто пятьдесят тысяч минимум... И это... Точно за... В серебряных плитках это... Вау..."

"Старый Панг, что думаешь?" Цзюнь Чжан Тиан пытался понять, что происходит.

Действия его внука за последний месяц его только расстраивали... Что же он делает теперь?

"Ваш старый слуга не знает. Однако то, что Юный Господин в библиотеке - это хорошо"

Старый Панг тоже не.понимал. [Что-то новенькое, не приходиться помогать Цзюнь Мосе разгребать проблемы.. Надеюсь, это к лучшему.]

"Если его действительно интересует чтение, то почему бы не послать его в Институт Знаний Вэнсинг?" Пока Дедушка Цзюнь спрашивал, его мысли были в мечтах о лучшем будущем.

Институт Знаний Вэнсинг был самым лучшим университетом в королевстве Тянсян. В общем, общее количество студентов и преподавателей не превышало и тысячи. Эта цифра была слишком мала для такого густонаселённого королевства, как Тянсян.

Это значит, что только достойные люди с высоким талантом могли обучаться там. Пока студент учился, ему было обеспечен высокий пост! Но, даже этим гениям приходилось вкалывать, учась в Университете, потому что планка слишком высока.

Можно сказать, что Институт Знаний Вэнсинг был дорогой из золота для учеников!

Не было зависимости от родословной; будь ты хоть сын Императора, без гениального таланта тебе нельзя было обучаться там!

Для Дедушки Цзюнь послать внука в этот престижный Университет значило, что он поверил в своего внука и его способности.

"...это наверняка будет очень сложно."

Смотря на способности Цзюнь Мосе, мог ли он поступить в Институт Знаний Вэнсинг?

[Все те, кому посчастливилось пройти поступление, учились прилежно целыми десятилетиями. Они были элитой даже среди гениев. И как же мог твой умственно-отсталый шестнадцатилетний внук, недавно лишь начавший читать книги, туда поступить?]

Этого Старый Панг вслух сказать не мог, поэтому сказал: "Институт Знаний Вэнсинг слишком сложен для понимания этого старика... Но если Господин решит поехать и просить о таком сам... Ох! С трудом... С трудом вериться, что так быстро всё решиться. Давайте лучше немного подождём и понаблюдаем."

"Вот чёрт! Как жаль, что у этого полудурка уровень культивации Суань Ци слишком низок.. Для него будет лучше пойти в Институт Войны Божественной Суань. Поколения нашей семьи становилось генералами, продираясь сквозь поля битв! Но если бы в нашей семье появился кто-то..учёный...тогда наша семья стала бы самой достойной из всех.."

Цзюнь Чжан Тиан сам осознал, что эту проблему наскоком не решить. Вспомнить хотя бы, как Второй Принц уходил в Институт Знаний Вэнсинг. Сам Император вынужден был усмирить гнев Цзюнь Чжан Тиана, прежде чем послать сына туда. Дедушка Цзюнь всегда был не в ладах с учёбой, что делало поступление Мосе ещё сложнее.

Кстати, о Цзюнь Мосе...

"Старик Панг, что ты думаешь? Какое же поощрение я должен сделать для Мосе?"

Дедушка Цзюнь протяжно вздохнул: "Отправить его учиться? Этот дебил точно на это не способен... Отправить к военным? Так у него нет ни малейшего таланта. Он не может стерпеть боль, да и тренировок не выдержит. Помочь ему создать свое дело? ... Боюсь, что просрет столько денег, что я не смогу купить даже риса на обед! А может, стоить оставить его бесполезно лениться, дожидаясь смерти?"

Услышав об этом, Старик Панг погрустнел и попробовал подбодрить Цзюнь Чжан Тиана: "Юный Господин начал взрослеть поздно. Возможно, он очень старается превозмочь себя, покрыться новой листвой... кхм, Юный Господин еще очень молод, я верю, что еще не слишком поздно..."

"Подобное лицемерное ожидание - это и есть то, что я ненавижу больше всего!... А теперь и ты об этом говоришь!"

Дедушка Цзюнь Тиан нахмурился и сердито продолжил: "Старик Панг, это совсем на тебя не похоже, посмотри на тебя! Где тот Панг Ли, который в одиночку сражался с десятками тысяч врагов на поле битвы?"

Старый Панг смущённо улыбнулся/

[Я бы не так это описал... Но что я ещё должен сказать? Я должен ответить, что каждый внук - это благословение... Но ты можешь забыть про своего внука. Всем известно, что твой внук это грязь на стене, и он точно не станет лучше. Наплевать на твои чувства, начхать на то, сколько дорог ты для него выбьешь, разве он не порушит это всё? Если я так скажу, то ты сам меня обезглавишь...]

"Ну есть один способ защитить Юного Господина... Если сделать так, то Господину не будет нужды волноваться." -сказал Старик Панг, словно вспомнил что-то.

"Какой способ? Быстро, скажи мне!" Дедушка Цзюнь был удивлён, он уже думал, как выместить злость на Старом Панге. Он не ожидал, что у него найдётся способ!

"Этот способ действительно сложно исполнить"

Старый Панг словно стесняясь, продолжил: "Этот способ - купить молодого Суань Зверя по крайней мере Восьмого уровня или выше. После этого, мы должны его натренировать его так сильно, как сможем..."

"Стоп-стоп-стоп!" Цзюнь Чжан Тиан прервал речь Старика Панга: "Старый Панг, ты что, бредешь во сне? Ты действительно думаешь,что это возможно?"

Старый Панг, смотря в одну точку, ещё раз обдумал сказанное, и сказал: "Невозможно."

"Если ты думаешь, что это невозможно, то почему вообще заговорил об этом!?" -закричал Дедушка Цзюнь.

Суань Звери - это особенные звери континента Суан Суан. Любой из высокоуровневых Суань Зверей обладает крайне большой мощью.

Говорили, что Суань Зверь Восьмого уровня может сражаться на равных с экспертами Суань Неба! А Суань Зверь Девятого уровня не менее силён, чем эксперт Божественной Верховной Суань!

Однако, даже Суань Звери имели свою иерархию, почти как люди. Их ранги более чёткие, если сравнивать с людьми.

Для людей, эксперт с особыми навыками, возможно мог бы победить эксперта с более высоким уровнем культивации Суань Ци.

Такое бы никогда не прошло в битве с Суань Зверем!

Суань Звери Четвертого уровня и ниже могли считаться просто дикими животными. В лучшем случае, они могли иметь силу чуть более разрушительную, чем у обычных животных.

Лишь с Пятого уровня и выше у Суань Зверей могли быть специальные навыки. Но Суань Звери Шестого и Седьмого уровней не особенно сильны, особенно в молодости.

Кроме того, как только Суань Зверь стал взрослым, его невозможно было приручить. Некоторым из Зверей требовались десятилетия для достижения подобной зрелости, а некоторым и сотни лет! Ждать так долго взросления, какой смысл?

Кстати, сила Суань Зверя Шестого уровня в лучшем случае была сравнима с экспертом Суань Ци Серебряного уровня. Да и цена на подобного уровня Зверей не была высока, ведь их легко было найти.

Но с Седьмого уровня и выше ситуация была совсем другой!

У таких Суань Зверей был непокорный нрав. Так же эти Звери были очень разумны. Кроме обычных способностей, у них были и особые.

Из этого выходило, что процесс выращивания и приручения этих Суань Зверей был крайне сложным!

Глава 25. Операция.

Тело Суань Зверей Третьего уровня и выше создавало специальный кристалл. Этот кристалл был известен как 'Суань Ядро'. Специальная способность Суань Зверей Седьмого уровня позволяла им поглощать энергию Суань из других форм жизни. Это помогало ускорить их темпы развития!

Это происходило также из-за того, что детеныши Суань Зверей Седьмого уровня были очень редки... Даже если станет доступен один, цена на него будет астрономическая!

Что касается детеныша Суань Зверя Восьмого уровня? Они были бы бесценны! Они были просто чем-то из легенд...

В последние десятилетия не было и слухов о ком-то, кто владел бы детёнышем Суань Зверя Восьмого уровня.

Основная область обитания высокоуровневых Суань Зверей находится глубоко внутри Проклятого Леса... Опасное место куда даже эксперт Божественной Верховной Суань не смел войти. Площадь, занимаемая Проклятым Лесом, была огромной, почти бескрайней областью; она занимала практически четверть континента. В его окраинах обитали в основном низкоуровневые Суань Звери и некоторые обычные животные.

Но, входя в глубины Леса, риск взлетал на совсем новый уровень. Если даже высокоуровневый Суань Зверь найдёт себя там слишком слабым, то он просто сбежит оттуда, поджав зад.

Проклятый Лес является раем для Суань Зверей высокого уровня, делая невозможным охоту на них. Если зашедший в лес человек был слаб, то он мог оставить любые надежды выбраться оттуда.

Чтобы поймать Восьмого уровня или выше, нужны как минимум три эксперта Суань Уровня Неба. Это количество было самым минимальным для того, чтобы победить по крайней мере двух взрослых Суань Зверей Восьмого уровня, но легче сказать, чем сделать.

Защитные способности Суань Зверей были гораздо более мощными в сравнении с экспертами Небесной Суань! А если охотники наткнутся на группу Зверей Восьмого уровня вместо двух... Даже эксперт Божественной Верховной Суань не сможет остаться живым!

Каждый из экспертов Суань уровня Неба был сильным, могучим и богатым. Такие вещи им точно были обеспечены... Так почему они должны были бродить по опаснейшему Лесу в поисках Зверя?

Вот почему Дедушка Цзюнь так горько улыбался в ответ на подобное предложение.

"Давайте дойдем до здания библиотеки и посмотрим, что этот паршивец Мосе там делает!"

Цзюнь Чжан Тиан чувствовал, что что-то странное происходит с его внуком в последние несколько дней. Он и Старый Панг направились к библиотеке.

Но, дойдя до здания библиотеки, они застали там лишь пустоту.

"Юный Господин покинул здание библиотеки два часа назад. Мне неизвестно, куда он направился." -доложил стражник, приставленный к библиотеке.

Дедушка Цзюнь и Старик Панг переглянулись.

"Давай вернемся ко мне в кабинет..." -Дедушка Цзюнь почувствовал усталость, гуляя так долго; на сердце была печаль. Идя в кабинет, он произнёс: "Принести все книги, которые он читал, ко мне в кабинет."

В то время, как Дедушка Цзюнь волновался о своём внуке, Танг Ванли почти дошёл до резиденций семей Ли и Мэнг, чтобы спросить с них за всё...

Во дворе резиденции семьи Ли сидел под пионовым деревом Ли Юран, одетый в безупречно белые одежды. На его почти идеальном, красивом лице была мелкая улыбка; сам он молча, но со страстью смотрел на далекое, тёмное небо.

Тёплый ветерок обдувал одежды Ли Юрана, поднимая их в воздух, делая его похожим на прекрасное нефритовое дерево. Этот вид мог заставить любого почувствовать восхищение в сердце. Подобный вид, внушающий такое, был очень редок!

Ли Фэнг и его два брата стояли перед Ли Юраном, их лица были покрыты потом, хоть и был самый погожий летний день.

Но они не смели даже пошевелиться, чтобы смахнуть пот. Он стекал по их бровям, щекам, капал с их носов, но никто не шевелился.

"Что бы вы ни сказали, оправданиями ничего не исправишь, так что давайте не будем. Давайте просто будем считать произошедшее счастливым днем для Цзюнь Мосе. А что до вас..."

Услышав слова Ли Юрана, трое задрожали. Хоть они и были одного возраста, страх пробирал их, когда они смотрели на впереди стоящего более молодого парня. Никто никогда не видел, как он теряет самообладание, но они чувствовали яростную атмосферу, витающую вокруг Юрана.

"Каждый из вас получит по сорок ударов палкой в наказание, а так же вам будут выдавать в два раза меньше денег в течение полугода."

Ли Юран слегка улыбнулся, его утончённое лицо смотрело вдаль... Он продолжил мягким, как течение воды, голосом: "Завтра, вы продолжите делать все вещи так же, как и обычно, вы поняли?"

После сорока ударов палкой в наказание, даже если их рёбра не будут сломаны, их кожа точно будет содрана до мяса. Делать, что и обычно, завтра, будто ничего не произошло...

Такое наказание было очень жестоким. Особенно учитывая, что эти трое были его кузенами!

Но, несмотря на это, Ли Юран спокойно назначил им подобное наказание, не моргнув и глазом. Он будто бы говорил сейчас о своих кузенах или людях вообще; таким голосом разговаривают о бешеных псах...

Но Ли Фэнг и его братья почувствовали себя легко прощенными, они говорили "спасибо, спасибо" снова и снова. Им было ясно, что это лёгкое наказание.

"Хихихи, Цзюнь Мосе... Вы, уйдите."

Лишь после этих слов трое посмели пошевелиться. Их лица были радостными, как у детей, ведь они легко отделались!

Подождав, пока они уйдут, Ли Юран хлопнул в ладоши: "Подойдите."

В тот же момент, две фигуры в чёрных одеждах появились перед ним. Склонив головы, они ждали приказов.

"Итак... Выясните детали того, как Цзюнь Мосе смог выиграть. Так же, выясните, почему наркотик в чае не сработал. И узнайте, было ли появление Дугу Сяо И совпадением... Даже с появлением Дугу Сяо И, у Цзюнь Мосе не должно было быть шансов на победу... Как только выясните это, доложите о результатах немедленно."

Он говорил всё тем же голосом, что обычно, будто не желая тратить силы на подобное.

"Будет исполнено!"

Две фигуры в чёрном собирались уйти, но вдруг увидели мужчину в зелёном, выдохшегося от бега. Добежав до Ли Юрана, он остановился и отдышался.

"Доклад Юному Господину: глава семьи Танг, Танг Ванли, ведёт сюда Юного Господина Танг и сотни лучших воинов к нашей Резиденции. Их настрой выглядит враждебным."

"Оу? Они хотят доставить нам неприятности?" -брови Ли Юрана взметнулись вверх. Он мягко продолжил: "Как неожиданно, даже у Танг Юаня хватило ума. Видимо, придётся слегка изменить наши планы..хехе... Что ж, хорошо, известите Ли Жэня и его братьев о приходе семьи Танг. Когда Старый Танг их будет спрашивать, то они должны ответить так..(шепчет что-то). Так же, исполните наказание немедленно! Как только им дадут половина ударов, отведите их к Старому Тангу." -один из людей в чёрном кивнул и исчез из вида.

Рот Ли Юрана изогнулся в жестокой улыбке, когда он повернулся и внезапно спросил: "Среди тех, кто идёт сюда со Старым Тангом, есть те, за кем я приказал установить слежку?"

"Да!" -слуга в зелёном ответил без запинки: "Там трое из них"

"Трое...их должно хватить"

Хитрая улыбка появилась на лице Ли Юрана. Он поднял голову и посмотрел в полное туч небо. Осенний ветерок был прохладен.

Юран произнёс негромко: "Скоро будет дождь. Теперь, когда элита семьи Танг здесь...сейчас самая лучшая возможность."

В его глазах мелькнула настороженность: "Немедленно сообщите Квин Ху действовать. Теперь, когда лучшие силы не на охране Резиденции Тангов, он должен забрать ту вещь из их дома. Он обязан преуспеть, провал неприемлем. Сейчас единственный шанс!"

Снова посмотрев вверх, он сказал: "Скажите ему, что у него время до заката солнца на эту операцию!"

"Так же сообщите ему использовать то, что раньше не появлялось. Независимо от успеха или провала, они не должны оставить никаких следов!"

"Будет исполнено!"

Оставшаяся фигура в чёрном исчезла в миг.

Глава 26. Пять Ингредиентов.

"Можешь идти, у меня всё под контролем. В этот раз...ты всё сделаешь, как нужно."

Спокойно сказал Ли Юран, глядя на человека в зелёном.

Одетый в зелёное человек неожиданно обрадовался и произнёс: "Этот слуга скоро вернется."

Для него слова "как нужно" уже были похвалой!

Ли Юран улыбался, а лицо выражало непоколебимое спокойствие, как у мирно текущей реки. Человек в зелёном, склонив голову в поклоне, отошёл назад на 10 шагов, и лишь затем посмел развернуться и побежать исполнять поручение.

Он не смел даже громко дышать перед своим Господином!

"Слушайте внимательно: немедленно известите моего деда, он сейчас во Дворце с Императором; скажите ему, что Танг Ванли ведёт группу экспертов к нашей Резиденции. Но не волнуйтесь, даже если его приход не хорошая весть, это не значит, что из неё нельзя извлечь выгоды... В любой ситуации есть плюсы и минусы." -по-простому улыбнулся Ли Юран; его тёмные волосы развевались на ветру.

В ответ, в темноте раздалось тихое "есть!". Спустя мгновение, сказавший это, быстро исчез.

"Цзюнь Мосе сбежал в этот раз, дав семье Цзюнь шанс остаться в стороне. Но, если Старый Герцог Танг будет причинять много неудобств семье Мэнг, то семья Мэнг будет загнана в угол... Если так случиться, то Главы семей вынуждены будут вмешаться, и семьи Мэнг и Танг станут врагами. Мы можем переманить семью Мэнг на нашу сторону, может даже заставим их подчиняться нам... У семьи Цзюнь из везунчиков лишь Цзюнь Мосе, что делает расправу над ними не особо сложной. Что же до семьи Танг, то мы до сих пор не можем им противостоять открыто..."

Ли Юран протяжно выдохнул. Вытащив из одежд свои белые, чистые руки, он выглядел как аристократ, которого нельзя в такой прекрасный момент тревожить. Подняв с земли лист, он тихо произнёс: "Но даже так, всё...не так плохо. По крайней мере, это интересно."

Издалека доносился звук шагов марширующей толпы. Он становился все ближе и громче.

Ли Юран мягко улыбнулся. Он громким голосом приказал: "Откройте ворота и поприветствуйте Герцога Танга со всеми почестями!"

Закончив говорить, он щёлкнул пальцами.

Его тело испустило жёлтую вспышку, а листик в его руках засветился жёлтым и взлетел в небо.

Как только листик взлетел вверх, вспышка молнии сверкнула, а облака собрались на небе. Ветер начал дуть сильнее...

Со вспышкой молнии, белые одежды Ли Юрана взметнулись вверх. Со вспышкой, он исчез из двора...

Куда пропал Цзюнь Се?

Место, куда пошёл Цзюнь Се, Дедушка Цзюнь не смог бы представить себе и в самых диких снах. Туда, по его мнению, Цзюнь Мосе никогда бы не пошёл ни за что в жизни. В этом месте Цзюнь Мосе избивали дважды!

И после каждого раза он был неспособен выползти из кровати полмесяца... Так его отделывали только в этом месте, всего два раза за всю его жизнь!

И этим местом был внутренний двор Третьего Дяди, Цзюнь Вуя.

Цзюнь Вуй посвятил всю свою жизнь военной службе. Даже его спальня была как можно ближе к тренировочной площадке воинов семьи Цзюнь.

Цзюнь Вуй был ненормально молчалив, сидя в своём кресле. Он окинул взглядом цветочный садик и площадку, где тренировались воины семьи Цзюнь. Выражение его лица изменилось; он выглядел, как воин, чьё сердце снова стало биться.

Цзюнь сидел перед ним; его руки излучали Искусство Небесной Удачи, пока он осматривал ноги Цзюнь Вуя. Он проверил их сверху вниз и снизу вверх. Он проверял всё очень тщательно, каждый миллиметр был обследован.

Лишь месяц назад, в теле Цзюнь Се не было и следа внутренней энергии, делая подобный осмотр невозможным.

Теперь он не просто использовал внутреннюю энергию, он использовал Первозданное Вечное Искусство - Искусство Разблокировки Небесной Удачи!

Но даже с такой способностью, Цзюнь Се решил ещё раз осмотреть ноги Цзюнь Вуя заново, дабы не пропустить ни одной детали.

После долгого периода времени, Цзюнь, покрытый потом, закончил осмотр. Он поднялся, устало моргая.

"Ну как?" -хоть и сказано было с оптимизмом, Цзюнь Вуй не был настроен на хороший ответ, и лицо выдавало его.

Но его ноги слегка дрожали, а вены вздувались в такт биению сердца: он не мог оставаться спокойным!

Смотря в усталые глаза Цзюнь Мосе, он не мог не поверить, что когда-нибудь его так долго парализованные ноги смогут ходить!

Ведь Цзюнь Мосе был для него последним лучиком надежды!

Он не осмелился спросить, сможет ли он точно ходить, потому спросил просто "Ну как?"

Его желание услышать добрые вести было очень высоко.

"Ваше состояние нельзя назвать положительным, но и нет причин быть пессимистичным"

Цзюнь Се улыбнулся: "Нужно будет сделать некоторые вещи, но я уверен, что я смогу снова поставить Вас на ноги!"

"Прекрасно!"

Цзюнь Вуй не смог больше сдерживаться, и на его лице появилась счастливая улыбка. Но было и недоверие: ведь так много известных докторов пыталось вылечить его ноги, и все сказали, что это невозможно. Да, и пусть он вёл себя странно, но откуда у него вдруг взялись знания и силы на то, чтобы вылечить подобное? Но Цзюнь Вуй был как тонущий: ему нужен был глоток воздуха. И его племянник дал его ему.

[Даже если это была очередная шутка от Цзюнь Мосе, то я просто разочаруюсь в нём ещё раз...]

Никто, знавший Цзюнь Мосе, не смог бы упрекнуть его за такие мысли.

"Я запишу Ингредиенты, нужные для лечения. Третьему Дяде нужно будет разослать людей на их покупку. Как только эти Ингредиенты будут приобретены... Я верю, что день, когда Вы снова встанете, станет чуть ближе."

"Что ж, отлично! Какие это Ингредиенты? Они какие-то особенно редкие или дорогие? Я немедленно пошлю людей на поиски!" -Цзюнь Вуй был очень взволнован.

"Цветок Сведи-живот, Трава Простого Сердца, Трава-Девятилистник, Корень Стойкости Разрывам и Лотос Сверкающих Меридианов" - назвал Цзюнь Се Ингредиенты на одном дыхании.

Вообще-то, он запомнил эти названия Ингредиентов этого мира. За прошедшие несколько дней, он во всех медицинских книгах библиотеки искал эти названия, ведь они отличались от названий его прошлой жизни. Хорошо, что в библиотеке хранилось очень много различных медицинских книг и справочников. Благодаря им, Цзюнь Се нашёл по описанию свойств новые названия Ингредиентов.

"Я слышал о Траве Простого Сердца, Цветке Сведи-живот и Корне Стойкости Разрывам, но вот про Траву-Девятилистник и Лотос Сверкающих Меридианов слышу впервые..." - замер Цзюнь Вуй.

Он был тем, кто потратил на своё лечение ни один год, и его можно было назвать очень хорошо знающим о медицине человеком.

Но он не слышал об этих двух Ингредиентах. И что удивляло больше, он услышал их названия от Цзюнь Мосе.

Цзюнь Се улыбался, когда вытаскивал книгу из под одежд. Он показал Цзюнь Вую рисунок растения: "Это Трава-Девятилистник, а это Лотос Сверкающих Меридианов. Среди названных мной, лишь Лотос Сверкающих Меридианов довольно трудно найти. Остальные Ингредиенты можно будет легко найти на семейном складе медикаментов, ведь они часто встречаются. Если же их не будет на складе, то их можно купить в городских медицинских магазинах."

"Прекрасно!"

Глаза Цзюнь Вуя жадно впивались в рисунок Ингредиентов, словно они были бесценным сокровищем, его голос дрожал.

[Это заняло целое десятилетие!]

Цзюнь Вуй наконец-то снова обрёл надежду!

Глава 27. Покажи мне свою настоящую силу.

"Третий Дядя, если на нашем медицинском складе не будет нужных Ингредиентов, то Вам придётся быть осторожным. Мы не должны посылать кого-то одного за всеми Ингредиентами сразу. Если возможно, то стоит отправить нескольких слуг за покупкой... Но, что важнее, никто не должен знать о причине покупки! Даже если наши враги и не знают, что смесь этих Ингредиентов может сделать, мы всё равно должны исключить любую возможность быть раскрытыми! И ещё, после покупки, мне нужно будет осмотреть Ингредиенты на качество перед Вашим лечением."

Цзюнь Се продолжал.

"Сейчас наша семья Цзюнь увядает с каждым днём. Но как только Вы, Третий Дядя, восстановите свои ноги, всё изменится! Я верю, что есть много людей, желающих, чтобы вы оставались парализованным до конца своих дней. Вот почему для этого дела нужна наивысшая секретность! Как только Вы сможете ходить, Вы станете картой в рукаве нашей семьи..надеюсь, Вы понимаете?"

"Конечно." - Цзюнь Вуй смотрел на своего племянника с чувством.

"Мосе, ты повзрослел! Даже если я не смогу ходить, с тобой в нашей семье я верю, что наша семья не падёт!"

Цзюнь Вуй наконец-то осознал слова Цзюнь Се. Однако, такие продуманные и длинные предложения от него услышать было неожиданно.

Цзюнь Се усмехнулся, поворачивая голову.

Для кого-то, кто был наёмным убийцей №1 в мире, и такой комплимент: Ты повзрослел...

Но его почему-то это смутило!

Для Цзюнь Се эта награда была очень высокой... В его голове он был благодарен, хоть и услышал "Мосе, ты повзрослел" как "Се, ты повзрослел".

Если бы кто-нибудь из прошлой жизни услышал, что кто-то сказал такое Злому Монарху, то умер бы на месте от разрыва сердца.

"Мосе, что ты думаешь о тренировке нашей стражи?"

Прислушиваясь к отдалённым крикам, он видел сильные тела солдат, покрытые потом от тренировок. Для Цзюнь Вуя в этом была капелька ностальгии ...

"Простая показуха, не несущая никакого смысла!"

Лишь услышав вопрос, Цзюнь Се ответил без промедления. Даже тон голоса он не поменял, но в нём чувствовалось презрение.

"Показуха без смысла?" - засмеялся Цзюнь Вуй, тряся головой.

"Ты называешь тренировку солдат с Седьмыми и Восьмыми уровнями Суань Ци показухой без смысла? Мосе, ты иногда не знаешь, что несёшь."

"Разве ЭТО можно называть тренировкой? Каких же эффектов тут можно добиться?" - заговорил Цзюнь Се.

"Подобные вещи можно рассматривать лишь как простые упражнения. Это не тренировка... Да как ни взгляни, это лишь горстка солдат, решивших покачать мышцы вместе. Да они даже и не качаются... Я имею в виду: какой прок от подобного на поле битвы? Точнее, какой прок от таких тренировок, если они не помогут нанести удар по врагу? Как я вижу, они ничем не отличаются от горстки бесполезного мусора! Это всего лишь люди, ничем не примечательные, да ещё и тратящие наши время и деньги на свои бесполезные тренировки, ни больше ни меньше!"

"Горстка мусора? Бесполезные тренировки?" - Цзюнь Вуй не смог сдержаться и закричал: "Мосе, я знаю, что ты не особо любишь боевые искусства, поэтому давай объясню: базовые тренировки очень важны. Но даже так, не принижай этих людей! Невежество - не такой сильный грех, но позволять своему невежеству так говорить об этих людях неприемлемо! Каждый из этих парней - ветеран войны, прошедший сотни кровавых сражений! Лишь из-за того, что войны кончились, они стали охранниками семьи Цзюнь. Каждый из них доказал, что он - настоящий мужчина! Я буду смотреть на твои слова, как на неудачную шутку, но если позволишь себе ещё раз их оскорбить, не вини меня за наказание!"

Закончив говорить, Цзюнь Вуй выпустил неистово-злую ауру! Даже Цзюнь Се, оставаясь спокойным, залюбовался.

Тело Третьего Дяди было повреждено, но его дух был не сломлен. Когда он сможет ходить, он станет лучшей поддержкой семьи!

"Шутка? Возможно, Третий Дядя не понял моих слов, но все они - правда. И эти слова не были шуткой ни в коей мере!" - Цзюнь Се потирал руки, а лицо изображало невинность.

"Я не имел в виду, что они бесполезны, и не хотел их оскорбить. Я верю, что каждый, кто вернулся с поля боя живым есть достойный уважения мужчина. А что до их тренировки, то любой, посмотрев на неё, скажет Вам, что они тренируются от всего сердца. Но тренировка от всего сердца позволит выиграть войну? Для тех, кто тренировался подобным образом, совершенно нормально выйти на боле боя и сразу умереть... Я сказал, что их тренировки бесполезны просто потому, что они неправильно тренируются!"

"Неправильно тренируются?"

Хоть на лице Цзюнь Вуя и был гнев, но он начал понимать, о чём говорит его племянник.

[Мой племянник стал не таким, как прежде... Даже в его словах появился смысл. Разве так возможно?]

"Дядя, давайте возьмём тех двух бойцов в пример. Как Вам кажется, эти двое дерутся всерьёз или просто играют? Каждая их атака сдержанна, а на лицах улыбки. Хехе, разве это можно назвать тренировкой? Даже базовые тренировки не могут быть ребячеством; но эти двое веселятся! Разве это не бесполезная тренировка?"

Цзюнь показал руками: "Давайте посмотрим туда; эти парни махают мечом, пока их не пробьёт пот. Довольно сложно, верно? Но ведь на деле, это не так: они даже не устали! У этих парней огромная сила, но они махают мечом лишь до первого пота, и затем перестают, будто у них нет сил, чтобы продолжать. Да даже если будут так тренироваться 10 лет, они не станут сильнее! Они лишь станут лучше махать мечом вверх и вниз. Их потенциал уходит в никуда... Разве это не бесполезная тренировка?"

"Для них сейчас будет удачей уцелеть на поле битвы! А их звания 'героя' или 'ветерана войны' лишь ещё большая удача!" - Цзюнь Се холодным взглядом окинул бывших солдат.

"Людей такого уровня можно поставить лишь на охрану дома. Им нельзя доверить нечто более важное! Третий Дядя, Вы всё ещё думаете, что я их оскорбляю?"

Слова Цзюнь Се можно было описать лишь как бред, но Цзюнь Вуй не злился. Он погрузился в раздумья.

Цзюнь Се издал звук 'хех', посмеиваясь: "Если Дедушка действительно доверил этим людям охрану Резиденции Цзюнь, то, боюсь, нас могли уничтожить десятки и сотни раз. Поэтому, я думаю, что у Дедушки есть тайная элитная охрана. Они и есть те, кто действительно охраняет семью Цзюнь! Хоть я их никогда и не видел, и не имею информацию о них, я знаю что они существуют! А что до этих, они лишь прикрытие. Третий Дядя, Вы и вправду так сильно защищаете тех, кто служит простым прикрытием?"

До этой фразы, Цзюнь Вуй странно смотрел на Цзюнь Се. После затишья, он сказал: "Если бы тренировки этих парней зависели от тебя, что мне следует ждать? Какую удивительную силу они обретут, если ты их будешь обучать?"

"Повесить их тренировки на меня? У меня нет столько свободного времени!"

Цзюнь Се взмахнул руками: "Нюхать их пот каждый день... Да я умру раньше! Я не смогу вынести этот запах. Да и бойцовский дух не из запаха или крика берётся, его можно найти лишь убивая на поле битвы!"

"Перенесите меня туда" - Цзюнь Вуй смотрел на Цзюнь Се со странным чувством: "Цзюнь Мосе, покажи мне свою истинную силу!"

Глава 28. Разве вы не мусор?

Когда они оба дошли до тренировочного поля, Цзюнь Вуй прокашлялся и крикнул: "Внимание всем солдатам! Построиться передо мной!"

Он отдал приказ!

Прошло уже десять лет с последнего раза, когда он отдавал приказ!

Но, несмотря на это, в его приказе был слышен металл и желание убивать. Солдаты обрадовались: [Наш генерал не потерял свою хватку! Он всё так же силён и может вести нас!]

Все, кто услышал приказ, испытали одни и те же чувства...

Если кто-то из солдат не исполнит этот приказ как можно скорее, то последствия в виде его головы будут катиться по земле! Нет времени размышлять!

За пару мгновений три сотни солдат охраны встали перед Цзюнь Вуем и Цзюнь Се.

Осмотрев потные лица солдат, Цзюнь Вуй довольно кивнул. Подняв руку, он указал на Цзюнь Се и прокричал: "С этого момента и далее, Третий Молодой Господин будет ответственным за ваши тренировки! Какими бы ни были приказы, вы обязаны их бесприкословно исполнять! Всем понятно?!"

...Сказанное эхом разошлось по двору...

Лицо Цзюнь Вуя стало гневным, но он ничего не сказал, лишь посмотрел на Цзюнь Се. Сказав подобное, он признал Цзюнь Се самым старшим по званию среди всех собравшихся!

И не имеет значения, что с солдатами будет дальше... Всё это теперь в руках Цзюнь Се!

Цзюнь Вуя так же не волновало, как Цзюнь Се будет пользоваться своим новым положением; а если он не потянет такую ношу, то это лишь подтвердит, что для Цзюнь Се всё это забава.

Цзюнь Се в душе рассмеялся. Шагнув вперёд, он начал говорить: "Ранее, Третий Дядя и я обсуждали ваши тренировки, и Третий Дядя спросил у меня: "что ты думаешь об этой тренировке?"...Можно вас называть элитой? Крутые ли вы? Хехе..."

Голос Цзюнь Се был тихим, но его слова привлекли внимание всех трёх сотен солдат. Каждый из них смотрел на Цзюнь Се сверкающим взглядом: [Какое будущее нас ждет под управлением этого бесполезного придурка?]

"Я повторю для вас то же самое, что сказал Дяде: "они все просто горстка мусора!" Да вы знаете лишь как жрать и высирать еду; вы просто кучка простых дебилов, ждущих своей смерти! Если неожиданно начнётся война, и вас на неё пошлют, то каждый из вас сдохнет почти сразу же! Насчёт этого у меня нет сомнений!"

Три сотни воинов стали злобно дышать; их глаза начали источать гнев, а лица стали красными.

Унижение! Крайняя степень унижения!

Один из воинов вышел вперёд; его лицо с трудом скрывало гнев.

-"Третий Молодой Господин, что вы имеете ввиду, говоря такое? Может мы и просто охранники семьи Цзюнь, но каждый из нас - ветеран войны, прошедший через кровавые битвы! Хоть Вы и Господин, Вы не должны так нас оскорблять!"

-"Оскорблять вас? Нет-нет-нет, единственные, кто вас здесь оскорбляет - это вы сами! Разве мне есть нужда делать это за вас? Вы вообще достойны того, чтобы вас оскорбляли?" - улыбнулся Цзюнь Се, и подняв указательный палец, продолжил: "Ты чувствуешь себя обиженным? Наверное, хочешь меня ударить?... Что ж, я дам такую возможность! Если ты сможешь опровергнуть мои аргументы о вашей бесполезности, то я позволю тебе меня избить! Третий Дядя не будет вмешиваться, и это можете считать моим первым приказом!"

Еще больше ярости начало исходить от солдат!

Цзюнь Се продолжил ледяным голосом: "Позвольте мне спросить вас; тех, кто прошёл через сотни битв... Есть ли среди ваших бывших соратников те, кто уже стал генералами, сержантами..одним словом, офицерами, а не простыми солдатами? Их звания ведь гораздо выше, чем ваши... Разумеется, вы не будете это отрицать, да?"

Воины внезапно стали смотреть в никуда:

[Это вообще аргумент? На поле битвы точно есть солдаты сильнее других...и вполне нормально, что их продвинут в звании дальше... И много наших друзей получали звания одно за другим.....Это вполне нормально, почему Молодой Господин об этом заговорил?]

Цзюнь Се бессердечно продолжал: "Тогда почему же вы не стали генералами?.. Да потому, что вы ни на что не способны! Если вас нельзя сравнить с ними, то вас просто выкинули!

Теперь я хочу, чтобы вы вспомнили силу этих друзей, служивших с вами в одно время... Мне кажется, или их уровень культивации Суань Ци не так хорош, как у вас? Ну может чуть выше вашего, но у почти каждого из них он ниже, да? Я прав?"

[Это верно! Почему мы до сих пор не генералы?] - каждый, кто услышал эти слова, почувствовал себя угнетённым и сконфуженным. Их головы сами собой опустились, а сами солдаты думали:

[Те, кому повезло стать генералами, просто воспользовались ситуацией... Им просто повезло. Да и бред это..если бы их сила была больше нашей, их бы забрали в армию как простых солдат..]

"Но среди них много тех, кто прошёл на Девятый уровень Суань Ци через военные тренировки и битвы, став настоящими экспертами! После войны, много семей старалось их заполучить. Это же тоже так, да?"

Это было абсолютной правдой, и все они это знали. Среди солдат поубавилось злости, а у некоторых появился стыд...

..Шанс пройти на следующий уровень Суань Ци был низким, и чем выше уровень, тем сложнее пройти дальше. Между Восьмым и Седьмым уровнем разница лишь в одну цифру, но на деле разница была как между Небом и Землёй!

Среди солдат было много тех, кто застрял на Восьмом уровне Суань Ци; они не смогли бы прорваться на Девятый, даже потратив на это всю свою жизнь! А Серебряный уровень даже упоминать не стоит!

Девятый и ниже лишь муравьи... Это выражение не просто шутка!

"Они продвинулись дальше, а вы все нет! Не значит ли это, что вас снова выбросили? Разве не так?" - Цзюнь Се смотрел на них с отвращением.

Вся тренировочная площадка стала тихой, как поминки после неудачной шутки! Все просто остолбенели!

"...После того, как война кончилась, многие солдаты ушли из армии, но некоторым предложили работать на секретные организации Королевства или на чьи-то личные наёмные армии. Некоторым же предложили работать в других частях армии... Разве это неправда?" - улыбнулся Цзюнь Се, спрашивая.

Такое сравнение было им ка нож в сердце, все солдаты затихли. На их лицах были отвращение и стыд.

"Никто из вас не прошёл дальше ни по званию, ни по уровню Ци... Разве вас не выбросили?" - Цзюнь Се продолжал истезать их: "И после этого вы пришли в семью Цзюнь... Кто из вас помнит, сколько всего вас пришло сюда?"

"Доклад Молодому Господину: в самом начале сюда пришло пять сотен солдат!"

Хоть солдат и понял намерение Цзюнь Се, он ответил, и лицо его стало пунцовым.

"..Хм, вот как? Другими словами, вас теперь на двести человек меньше... И куда же ушли эти две сотни?"

Подождав секунду, Цзюнь Се ответил сам: "Я уверен, что их не выгнали или убили. Их избрали, выбрали для более важной работы. Но почему же не выбрали вас? Да потому что вы неспособны на большее! Вас просто выбросили ещё раз!"

Никто из солдат охраны не посмел возразить; они тяжело дышали, а их лица были красными.

"А теперь ответьте мне, после всех тех раз, как вас выбрасывали снова и снова... Спросите себя: РАЗВЕ ВЫ НЕ МУСОР?!"

Глава 29. Максимальная провокация.

"Они говорят, что некоторые поражения имеют смысл и проигрыш делает вас сильнее. Вы понимаете, что это значит? Для живых существ, победа -жизнь, а поражение означает смерть. Это крайний пример, и люди сохраняют этот инстинкт. Те, кто знает страх поражения, жаждет победы.

Никто не вышел ответить. В доме все охранники стояли, затаив дыхание; их лица были красные, словно они все задыхались! Невероятное унижение засела глубоко в их сердцах, заставляя их чувствовать себя совершенно опозоренными!

[Почему? Если другие смогли так, почему мы не можем? Почему другие могут прорваться на следующий уровень Ци, а мы нет? Наши друзья, когда-то сражавшиеся с нами бок-о-бок, теперь занимают высокие посты и смотрят на других сверху вниз! Почему же мы не можем смотреть на других так же?]

"Некоторые из вас скажут: те, кто сумел стать генералами благодаря их вкладу - все люди с удачей! Что же до тех, кому удалось продвинуться выше в плане культивации Суань Ци..их таланты просто выше по сравнению с вами и всё! Другие не выбрали вас, потому что они не смогли распознать ваш потенциал! Я хочу сказать, что это лишь мелкая придирка!

Удача? Почему вы люди не использовали шанс? Если вы думаете, что родились с плохими способностями, то вы признаёте себя мусором с рождения!

Те, кто жалуется, что другие не могут распознать ваш талант... Я говорю, что это глупая отговорка! Будь вы главным, вы бы выбирали мусор или полезных людей?"

Все молчали, каждый из них тяжело дышал.

"Причина, по которой я всё это говорю - я хотел вскрыть ваши старые раны! Вы живёте слишком комфортно, а это приводит к потере мужества! Есть мудрость: бойся стыда, и двигайся вперёд с мужеством!... Не страшно быть в заблуждении; страшно не знать, что вы в заблуждении, при этом ещё и гордиться своими достижениями и собой! Подобное непростительно! Вы же никогда не задумывались об этом раньше, а? Если бы вы задумывались об этом, то вас бы здесь сейчас не было!

Существует много способов мотивирования солдат, но унижение остаётся самым лучшим из всех! Ответьте мне, вы все так и собираетесь жить как куски дерьма?! Вы так и хотите жить, как мусор, ждущий смерти? Вы хотите, чтобы на вас наступали и унижали, словно грязь? Вы хотите, чтобы я продолжал вас унижать?!"

Как только Цзюнь Се закончил, одинокий голос перед ним закричал: "НЕТ!"

По-началу, это был лишь один голос, но затем их стало два, три, десять... И все на тренировочном поле стали кричать; их крик мог пронзить Небеса и Землю!

"Отлично! Значит, на вас ещё есть надежда и с вами ещё не всё кончено!" - с этими словами Цзюнь сделал два шага вперёд: " "Хоть я и мусор, но я всё равно сильнее тебя, маленький ничтожный ни на что не способный пижон..."......кто-нибудь из вас так думает? Я прав,м? Хоть мой Третий Дядя и приказал вам подчиняться мне, вы же чувствуете ко мне лишь презрение, верно?"

Многие из толпы перед ним подняли головы. Хоть никто и не посмел сказать ни слова, выражения их лиц точно подтверждало его слова.

"К несчастью для вас, вы думаете неверно... Очень неправильная мысль!" -Цзюнь Се поднял руки: "Да, я всего лишь простой пижон, а вы пережили сотни кровавых битв, вы парни с железными нервами!.. Но вы ничем не лучше меня! Почему? Да потому, что у меня замечательный Дед, отличный Дядя, хороший Отец и двое братьев! Они пожертвовали всем ради будущего семьи Цзюнь! У вас же, слабаков, такого нет!

"Хоть я, Цзюнь Мосе, и просто нахлебник....сделай я что угодно...да хоть детей начни убивать...всегда найдётся тот, кто поможет мне решить проблемы и поможет преуспеть в жизни! Ни у кого из вас нет таких людей! И это ещё одна причина, почему вы ничем не лучше меня!

У Законов Небес есть своё равновесие, и чтобы что-то получить, ты должен чем-то пожертвовать. Даже пижонам приходиться платить свою цену, и поверьте, эта цена высока! Среди нормальных людей нет такого понятия, как "пижон"! И поэтому они многое умеют, ведь их родители не платят за них столь высокую цену... Поэтому их нельзя ни назвать лентяями, ни признавать таковыми!"

"Вам нет нужды искать пример, лучший пример перед вами! Мой дед, Цзюнь Чжан Тиан, был простым парнем с рождения.. Он пошёл в армию, и сквозь множество битв привёл семью Цзюнь к тому, что наша семья имеет сегодня! Вы и правда думаете, что мой дед в самом начале был сильнее, чем кто-то из вас?"

Историю восхождения Цзюнь Чжан Тиана знал почти каждый в королевстве Тянсян, и эти парни знали её даже лучше остальных. Услышав слова сравнения с их кумиром, их глаза засверкали, а сердца забились быстрее!

Когда подобное сможет ещё раз повториться?

"Ладно, хватит с вас речей, вы и так всё поняли. Вам всем хватило удачи, чтобы пройти много войн и жить в таком красивом месте, относясь к тренировкам как к игре! Но того, что вы перенесли и чем заплатили, хватало лишь до сегодняшнего дня!"

Цзюнь Се неожиданно перестал ходить туда-сюда по полю и встал лицом к солдатам: "Я спрошу вас: вы хотите стать первоклассными экспертами? Вы хотите превзойти тех, кто лучше вас? Вы хотите стать чем-то большим, чем простой цепной пёс?"

Цзюнь Се усмехнулся: "Хотите, чтобы ваши дети и внуки жили так же роскошно, как я? Чтобы они стали богатыми от рождения и не беспокоились ни о чём? Вы вообще когда-нибудь думали, что ваш успех СЕГОДНЯ может стать защитой для ваших детей? Вы можете помочь им забраться на вершину жизни! Вы можете даже стать основателем большой семьи, наподобие семей Цзюнь, Танг, Ли или Дугу! Судьбы всех ваших потомков вы можете решить СЕГОДНЯ!"

Яркое будущее, описанное Цзюнь Се, заставило всех взволнованно дышать; сердца бились, как заведённые, кулаки сжимались, а в глазах было желание такого будущего!

В тишине Цзюнь Се закричал: "ВЫ ХОТИТЕ ЭТОГО? ДА ИЛИ НЕТ?!"

"ДА!"

Триста человек крикнули в унисон! Триста сердец сейчас бились, как одно! Их крик пронзал Небеса до самого основания!

"Пока вы хотите такого, слушайте мои команды! Во время моих тренировок, никто не имеет права жаловаться! Я поведу вас, и ваши жертвы окупятся максимально!"

Цзюнь Се окинул их ледяным взглядом: "Но все вы должны помнить один факт: во время моих тренировок есть возможность, что кто-то из вас умрёт или может остаться инвалидом. Эту цену должны будут заплатить все, и я дам возможность это обдумать. Но думайте хорошо; те же, кто точно уверен в своём решении - шаг вперёд! Те, кто боится, стойте на месте. Я предупрежу ещё раз - за исключением мёртвых, никто не уйдёт до конца тренировок! Поэтому сделайте свой выбор здесь и сейчас!"

Я досчитаю до трёх; и до трёх вы должны принять решение!" - крикнул Цзюнь Се: "Один!..."

В этот же момент все три сотни шагнули вперёд с уверенностью воинов, идущих на смерть. В этом шаге была такая сила, что затряслась земля!

Цзюнь Вуй, наблюдавший со стороны, теперь смотрел на Цзюнь Се с одобрением и ... уважением!

Цзюнь Се поднял их мораль с помощью провокаций. На данный момент, никто из них бы и бровью не повёл, даже скажи им идти на смерть! Цзюнь поднял их мораль на максимум! Настрой ветеранов войны и жажда крови были восстановлены!

Цзюнь Вуй был генералом, который всегда был строг со своими солдатами. Но даже он почувствовал, как кипит его кровь, а дыхание тяжелеет. Он словно снова был на поле битвы, где воздух пах кровью, горы трупов были повсюду, а из их ран вытекали красные реки!

Протяжный и пустой крик рос в его душе, заставляя картинку всплывать в памяти. Картинку, на которой тысячи солдат маршируют на смерть с яростью в сердцах!

Пройти через сотни битв без сожалений! Жить и умирать без сожалений!

Жажда крови! Одна и та же жажда крови исходила от Цзюнь Вуя и трёх сотен солдат!

В один момент, в трёх сотнях голов была одна и та же мысль: [Чтобы избавиться от унижений, разве должны мы бояться смерти?]

Даже Цзюнь Се не знал, что произойдёт в будущем.

Вынужденный приказом Цзюнь Вуя тренировать этих солдат, он создал неуязвимую команду, которая потрясёт мир...

Эта команда будет внушать страх в сердца врагов, стирая их мораль и заставляя сдаваться без боя; неудержимая команда воинов!

Этот отряд был назван: Рвущие Небеса Пожиратели Душ!

Самая первая команда воинов Злого Монарха, которые станут самыми лучшими в мире, была рождена сегодня! Неудержимая команда воинов была рождена в унижении!

Какие же успехи они покажут?

Глава 30. Строгость.

"Ну что ж, раз вы все за, то я расскажу вам новые правила тренировок..." - начал Цзюнь Се: "Я расскажу их лишь один раз, и тот кто их нарушит, будет убит без промедления! Никому не будет дано второго шанса!"

"Не будет полумер! Забудьте слово 'сожаление'! Для вас теперь лишь два пути: победа или смерть!"

"С этой секунды и до конца тренировок, я ваш высший командир! Вы должны слушать только мои приказы, и ничьи больше! Запомните, даже если мой Третий Дядя или Дедушка отдаст вам приказ, вы не должны подчиняться! Любой, кто не подчиниться этому приказу....обезглавлен!"

"Все должны вовремя являться на тренировки! Любой, кто опоздает - обезглавлен!"

"Любой посмевший выразить недовольство - обезглавлен!"

"Любой неподчинившийся приказу - обезглавлен!"

"... - обезглавлен!"

"обезглавлен!"

Серия криков 'обезглавлен!' разошлась по полю, а аура говорившего точно показывала, что так и будет.

Глаза Цзюнь Се источали сильнейшую жажду убийства... Все солдаты стояли по стойке прямо, их тела были напряжены, и даже им, видавшим многое, было не по себе.

Даже Цзюнь Вуй, сидящий в кресле, был слегка в шоке.

Слова Цзюнь Се напомнили ему первую речь отца о войне, солдатах и службе. Сердце Цзюнь Вуя забилось сильнее, а спина сама выпрямилась... Он снова чувствовал себя мужественным солдатом!

Провокации Цзюнь Се сильно изменили стражников. Эти мужчины снова стали бесстрашными солдатами; их желание сражаться было на пике возможного!

Цзюнь Вуй попробовал представить, какой бы был эффект от такой речи в реальной битве... Все, кто услышал бы эти слова, бесстрашно улыбались, даже шагая на смерть! Жизнь и смерть не имели бы для них значения..без сомнений, без сожалений!

С таким командованием, как они могли бы проиграть?

В это время, с другой стороны тренировочной площадки Дедушка Цзюнь стоял в тени. Его красное лицо светилось радостью, а руки немного тряслись от волнения.

[Это точно мой придурковатый внук? Эти слова точно сказал он? Какая удивительная и вдохновляющяя аура! Его боевой дух вот-вот прорвёт Небеса! Какой...]

Дедушка Цзюнь задумался, с головой уйдя в мечты. Он даже почти начал плакать!

Решив успокоиться, Дедушка Цзюнь отвернулся. Его сгорбленная когда-то спина стала прямой как трость, его глаза засветились, а на лице снова появились самоуважение и гордость!

Управляющий Домом Старик Панг снова почувствовал, что стоит рядом с великим генералом, известным во всем мире!

Старый Панг не видел Цзюнь Чжан Тиана таким героичным с тех пор, как семья Цзюнь пережила бесчисленные трагедии и кровавые битвы. Но сейчас, спустя много лет, он стал таким, как прежде!

Так и было! Выступление Цзюнь Се крайне удивило Дедушку Цзюнь и дало ему надежду! Он поверил, что у семьи Цзюнь всё ещё есть надежда! И эта надежда была очень яркой!

[А мой внук, возможно, сможет возродить семью Цзюнь... Нет...никаких 'возможно', он точно на это способен!]

Сами Небеса благословили семью Цзюнь!

"Старик Панг, слушай мой приказ. С этого момента, всё, что хоть как-то связано с Молодым Господином, будь то его слова или действия, становиться самой секретной тайной для семьи Цзюнь. Это мой приказ как Главы Семьи! Любого, кто осмелиться нарушить его, убить без исключения...нет..того, кто нарушит этот приказ, постигнет смерть до девятого колена!"

"Отозвать всех наших шпионов из семей, за которыми мы следим!...Шпионов, посланных от королевского двора..найдите оправдание, чтобы перевести их в другие места! Так же созвать всех наших тайных бойцов! Они должны будут отслеживать все передвижения внутри и снаружи Резиденции Цзюнь. Приказать им убивать всех, кто передаёт сообщения за пределы Резиденции, выходит ночью без приказа или хоть как-то шпионит за нами..всех без исключения! Мы должны уничтожить всех шпионов дабы никакие тайны больше не ускользали из семьи Цзюнь!"

Тон, которым Цзюнь Чжан Тиан отдавал приказы, не терпел возражений. Старый Панг почти мог потрогать исходящее от Главы Дома желание убивать.

Он точно понимал, насколько это было важно для Чжан Тиана... Если хоть какая-то информация сможет уйти наружу, Цзюнь Чжан Тиан начнёт кровавую бойню!

Цзюнь Чжан Тиан не знал, почему его внук до сих пор скрывал свои удивительные способности. Но если он скрывал их, на то была причина, а значит был и план!

Шоу, показанное внуком, действительно удивило Цзюнь Чжан Тиана, но удивило приятно. Но он так же понимал, что его внук Мосе поступил опрометчиво... Если кто-то за пределами семьи узнает о так резко открывшихся способностях его внука...слишком много глаз начнут пристально наблюдать за ним.

И Чжан Тиан не хотел узнавать, хорошие намерения у владельцев этих глаз или нет!

Поэтому мудрый Дедушка Цзюнь и решил, что сначала нужно помочь внуку. Он отдал устный приказ, приказ от имени Главы Дома!... И любой, кто посмеет ослушаться этого приказа, узнает, что значит "смерть до девятого колена"!

На самом деле никто никаких способностей и не скрывал. Цзюнь Мосе больше не был собой, он стал Цзюнь Се!

Королём наёмных убийц из другого мира, Злым Монархом!

Тем временем, крики Цзюнь Се эхом расходились по площадке.

"Теперь, слушай мою команду! На исполнение у вас есть время, нужное мне на десять вдохов. Я хочу, чтобы все вы разделились на две равные команды. Если хоть один не успеет вовремя, то все вы будете бегать сто кругов по тренировочной площадке! Исполнять!"

Как только он закончил говорить, на площадке начался хаос: три сотни солдат забегали в разные стороны. Через пару секунд они разделились на две группы по сто пятьдесят человек.

"Хорошо! Теперь каждая из команд должна поделиться на пять взводов; каждый взвод должен содержать по 30 человек. Каждый взвод должен поделиться на три отряда по десять человек! Времени на выполнение у вас будет столько, сколько нужно палочке благовоний, чтобы догореть до половины. Меня не волнует, как вы выберете лидера каждого отряда, взвода или команды!

Помните: выбор командиров за вами. Вы выбираете их сами, и вы должны будете подчиняться их приказам! Любое неуважение по отношению к командиру или неисполнение приказа будет караться по правилам военного времени - смертью!"

Сказав это, Цзюнь Се развернулся и пошёл к Цзюнь Вую.

Тихо наблюдавший Цзюнь Вуй неожиданно улыбнулся. По его лицу было понятно, что он сильно удивлён: "Мосе, твоё представление потрясло твоего Третьего Дядю."

Цзюнь Се почесал нос и рассмеялся: "Что Вы думаете, Дядя?"

Цзюнь Се просто спросил, но Цзюнь Вуй понял, что он имел ввиду: "Вообще, я хотел пошутить над тобой. Но я не могу найти никаких доводов, чтобы отменить своё решение... Если бы королевские войска прошли такие же тренировки, они бы стали самыми лучшими войсками во всём мире."

"Лучшими во всём мире..." - тень пробежала по лбу Цзюнь Се.

"Третий Дядя преувеличивает... Лишь в самом начале мои тренировки отличаются от Ваших... Ведь Вы тренируете солдат для королевства Тянсян, а я буду тренировать солдат для семьи Цзюнь! Я буду тренировать их чтобы обеспечить безопасность моей семьи. Я вижу в наших подходах большую разницу!"

"Для королевства Тянсян? Для семьи Цзюнь?"

Цзюнь Вуй когда-то был великим генералом, крайне преданным Королевству. Но, перенеся ранение, он оказался запертым дома на десять лет, вынужденный медленно увядать. Он мог видеть как семья Цзюнь продолжала оказывать Королевству множество разнообразных услуг, несмотря на все перенесённые тяготы.

Что до Цзюнь Вуя, то он потерял на войне двух братьев, двух племянников и способность ходить. Если бы он потерял возможность ходить на войне, где враги открыто бы его победили, он не смел бы сожалеть ни о чём.... Но всё это произошло при очень непонятных обстоятельствах, и до сих пор королевский двор не сделал ничего, чтобы найти виновных...

Его отец, Цзюнь Чжан Тиан, пробовал выяснить правду.

Несколько раз он находил подсказки, но они лишь приводили его к тупикам... Кто-то должен был знать, что произошло! Но королевский двор и тут оставался немым, оставляя Цзюнь Вуя без ответов.

Случись подобное десять лет назад...

Если бы прошлый Цзюнь Вуй услышал, что некто тренирует солдат ради своей семьи, а не ради Королевства, то он сбежал бы из армии, став предателем-дезертиром...и всё, чтобы найти и убить этого человека!

Но сегодняшний Цзюнь Вуй был другим, и вопросы задавал другие:

[Стоило это того? Всё это правда того стоило?]

"Наша семья Цзюнь-это великий столб, на который многие нацелились, и поэтому мы в затруднительном положении. В Королевстве, с другой стороны, сейчас идёт скрытая битва за власть... Исходя их этого, наша семья Цзюнь может быть уничтожена в любой момент!... А если бы не это, то что плохого бы было оставаться простым нахлебником?" - вздохнул Цзюнь Се.

"Так это та причина, по которой ты решил показать свои настоящие способности?" -Цзюнь Вуй впился в него острым взглядом: "..То есть ты хочешь сказать, что не попади наша семья в неприятности, то ты бы продолжал жить как нахлебник? Мне с трудом вериться, что такой как ты мог предугадать всё настолько точно!"

Глава 31. Всё новые унижения.

Цзюнь Се тихо думал:

[Если бы я не переместился в это тело, Цзюнь Мосе наверняка так и оставался бы прожигателем жизни... Мог ли Цзюнь Мосе предвидеть все прошедшие события? Разумеется, нет!]

Даже если бы завтра семья Цзюнь снова стала великой, Цзюнь Се бы придерживался роли простого придурка....и даже стань ему ну ооочень скучно, он просто пошёл бы и убил кого-то, кто заслуживает смерти...

"Даже если Вы так говорите, я бы выбрал всё так же оставаться нахлебником" -Цзюнь Се улыбнулся, глядя на Цзюнь Вуя: "Как только Вы, Третий Дядя, снова встанете на ноги, то станете великим деревом, укрывающим меня своей листвой от всех невзгод! Эх, когда это случиться, я снова стану старым добрым лентяем-прожигателем жизни Цзюнь Мосе...но с Вами рядом, кто посмеет пойти против меня?"

Цзюнь Вуй рассмеялся: "Делай как знаешь! Да и тем более...тебя исправить никто уже не сможет, маленький ты засранец!"

К этому моменту, две группы уже разбились на более мелкие. Лидеры каждого отряда, взвода и команды стояли перед своими подчинёнными.

Цзюнь Се развернулся и подошёл к построившимся: "С этой секунды и далее, ваши две команды будут соревноваться! Сейчас я не знаю о вас ничего...и поэтому не стану менять ваши тренировки. Следующие десять дней, ваши тренировки будут такими же, как и прежде, НО!" - выделил голосом Цзюнь Се: "Все подходы каждого упражнения будут увеличены в три раза! Всем понятно?"

Все солдаты одновременно шокировано вздохнули.

"Через три дня будет состязание среди отрядов. Каждому взводу выбрать отряд для состязания! Через пять дней, каждый отряд выберет лучшего; они и будут состязаться! Через семь дней, обе команды проведут основное соревнование!"

"В состязании между командами, Лидер проигравшей Команды должен будет подняться на сцену и перед всеми вами ударить себя по лицу! Понятно?"

..тишина.

"Я повторяю: всем понятно?!" - спросил Цзюнь Се с напором.

"Так точно!" - прокричали все.

"Лидеры двух Команд будут руководить тренировками. Меня не волнует, какие виды тренировок вы выберете; я хочу видеть лишь ваши результаты на соревнованиях!...Я с удовольствием взгляну, как вы, проиграв соревнования, подниметесь на сцену и будете шлёпать себя по лицу перед вашими товарищами!

Подобные состязания будут проходить раз в месяц. Лидер Команды, проигравшей три раза подряд, должен будет подняться на сцену голым и лаять как собака! Если такое случиться, то я позову всех в доме посмотреть на это!

Сейчас же мне нет дела до ваших имён!..до этого придётся подождать полгода. Я уже придумал названия для ваших команд. Первая команда будет названа Небесные Наездники! Вторая команда будет названа Пожиратели Душ!... Однако, лишь сильные пройдут в состав этих команд... Пока никто из вас, слабаков, не проходит! Всё будет зависеть от того, сможете вы соответствовать моим требованиям или нет. Если "да", то я позволю себе запомнить ваше имя! Но если "нет".....то вы так и останетесь для меня лишь мусором под ногами!!

Вы должны установить лимит времени на всё - приём пищи, поход в туалет..абсолютно на всё! Нарушивший установленный распорядок будет жестоко наказан. Мне начхать, почему было нарушение, распорядок не должен быть нарушен! Каждая команда сама выберет себе наказание за нарушение распорядка!.. Как только выполните, доложите мне! А теперь исполнять! Вольно!"

Два только что назначенных Лидера Команд хотели уже погордиться своим новым званием, но их сразу же швырнули на ступени Ада!

С лицами, словно их заставили есть землю, они увели своих подчинённых с тренировочного поля.

У всех солдат были одни и те же мысли:

[Хм, мы не только можем проиграть и опозориться, шлёпая себя перед всеми по лицу, но и можем посмотреть, как позорятся другие... А если наши соперники проиграют три раза подряд, то кто-то будет голышом лаять перед всеми... Хехе, а это интересно..]

[А соревнование..чего нам бояться? Всего-то нужно увеличить интенсивность тренировок... Если в три раза будет мало, то увеличим в пять раз... Если пять будет мало, то увеличим в десять...]

Их жизнь теперь зависела от этих тренировок...

С этого момента, три сотни стражников семьи Цзюнь официально ступили на путь до Адских Врат...

Вдалеке от тренировочной площадки, Дедушка Цзюнь протяжно вздохнул и помахал рукой, приказывая Старому Пангу подойти.

-"Господин, мне всё ещё нужно позвать Молодого Господина для опроса?"

"Разве в этом есть ещё какая-то нужда? Пусть делает, что пожелает." - сказал Дедушка Цзюнь расслабленным голосом.

-"Господин, почему Молодой Господин назначил наказание за проигрыш лишь для Лидеров Команд? Не должны ли и остальные из проигравшей команды быть наказаны?"

-"Эй-эй, Старый Панг! Будь ты на месте Лидеров Команд, и проиграй твоя команда, как бы ты себя чувствовал? Ты бы должен был ударить себя по лицу перед всеми солдатами...да и есть возможность, что придётся полаять голышом как собака... После наказания, ты бы пощадил Лидеров Взводов, подконтрольных тебе? А Лидеры Взводов пощадили бы Лидеров Отрядов, м? Каждый уровень несёт какую-то ответственность, и давление с каждым уровнем возрастает...Когда это давление дойдёт до простого солдата, оно станет огромным... О подобном методе разделения ответственности никто раньше не слышал, но он идеален для тренировки солдат! Хах, Мосе придумал такую технику... Если бы он был генералом в армии, он бы точно был лучшим из всех!" - не скрывая гордость произнёс Дедушка Цзюнь.

"Оу... Так вот оно что!" - подумал вслух Старый Панг: "Этот ход Молодого Господина довольно..злобный"

"Злобный? Нет, это совсем не так" - Дедушка Цзюнь смотрел в никуда, думая, как объяснить свою мысль:

"...Это единственно верный способ использовать их потенциал на полную, пока вся власть находиться в одних руках, направляя всех остальных к цели. Это также наиболее экономически выгодный способ. Если смотреть с точки зрения бизнеса, это лучший метод управления, будь это управление магазином или армией! По крайней мере, мне нужно будет долго искать более выгодный способ... Этот засранец воистину что-то с чем-то!

Мосе..хехех...хехехе" - глаза Дедушки Цзюнь сверкали, пока он улыбался:

"Как жаль, что Его Величество Император не одобрил брак... Кто ж знал, что он совершает такую ошибку!"

Цзюнь Вуй быстро ушёл раздавать указания по поводу покупки Ингредиентов. У семьи Цзюнь на складе медикаментов был большой выбор различных Ингредиентов, но те, что назвал Цзюнь Се, были достаточно редкими; их нужно было купить у фармацевтов.

Сам же Цзюнь Се немедля поспешил в свою комнату. У него даже не было времени проверить свои 'трофеи' от игры в кости; он просто закрыл дверь и все окна и сел на полу в позу Лотоса, скрестив ноги.

Сегодня, Цзюнь Се провёл много времени просто гуляя. За это время, он почувствовал что-то странное, исходящее из волн белого тумана в его сознании; но это чувство сразу же исчезло, как только Цзюнь Се добрался домой. Это вызывало у него немалое удивление.

Успокоив себя, он проверил Искусства снова, но не почувствовал ничего странного. Это заставило его задуматься: может, что-то извне вызвало это странное ощущение?

Но было ещё кое-что, о чём Цзюнь Се думал.

Пока он не практиковался в Искусствах, неиспользуемый белый туман просто вытекал из его сознания; затем этот туман втекал в его меридианы, делая круг. Именно во время таких случаев, когда туман просто стекал по меридианам, Цзюнь Се лучше всего чувствовал эффект усиления своего нового тела.

Однако, когда Цзюнь Се от всего сердца пытался поупражняться в Искусствах, появлялась лишь малая часть тумана; а пытаясь направить туман течь через меридианы силой, он получал результат хуже, чем когда туман сам появлялся и стекал в меридианы.

Третьим, что не мог понять Цзюнь Се, было Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Судя по имени и странным обстоятельствам появления, это Искусство должно было быть удивительным!

Однако, с той поры, как он начал практиковать его, энергия в его меридианах оставалась толщиной с волос. Несмотря на все усилия, приложенные Цзюнь Се, он не смог увеличить поток!

Даже несмотря на то, что такой малый объём был очень плотным, легкоиспользуемым и его качество было наилучшим...его количество желало оставлять лучшего.

Для сравнения, внутренняя энергия, текущая в его меридианах в прошлой жизни, была толщиной с палец; сейчас же энергия в его теле была толщиной лишь в волос. Между ними была огромная разница, почти недостижимая!

Однако, если сравнивать качество, то энергию в его прошлой жизни можно было сравнить с простым пеньковым канатом... Сейчас же её можно было сравнивать с Легендарным Божественным Шелком, который не разрубишь и прекрасным мечом!

По качеству их даже близко нельзя было сравнивать!

Глава 32. Тоска по дому.

Текущий поток энергии был скромным по количеству, но отличным по качеству.

Но, несмотря на это, Цзюнь Се был недоволен, ведь количество его энергии было на уровне новичка. Текущей в нём энергии едва хватало, чтобы хоть где-то применить... Смухлевать в игре, подвинув кубик - это одно дело, но битва на смерть против какого-нибудь мечника?.. Его энергии для такого было просто недостаточно!

Даже если одна ниточка Божественного Шёлка могла выдержать до двухсот жинов (120.9 кг), Цзюнь Се хотел большего.

Он хотел, чтобы сотни и тысячи этих нитей сплелись в одну и стали источником его внутренней энергии!

Это желание увеличить энергию в меридианах до максимума заставило Цзюнь Се понять, что ему предстоит долгий путь.

Но даже в этой ситуации были преимущества. И этим преимуществом была возможность использовать скрытые атаки, оставаясь незамеченным для врага! Цзюнь Се даже прикрыл глаза, представляя, как можно использовать эту энергию...

Медленно, он начал отключаться от всего происходящего...

Резиденция Ли.

Злой Танг Ванли с толпой лучших воинов ворвался в Резиденцию Ли, но сейчас он был слегка сконфужен.

Глава Резиденции Ли, Ли Юран, тепло его принял, заставив Дедушку Танг чувствовать себя некомфортно, ведь он не находил, что возразить.

Он хотел устроить истерику и обвинить семью Ли в бесчестных действиях, но, встретив спокойного и дружелюбного Ли Юрана, он не смог.

Хоть его и приняли с почётом, Танг Ванли не мог успокоиться так просто. Выпив предложенную кружку чая, он злобно швырнул её на землю, разбив на мелкие кусочки.

Ли Юран продолжал мягко улыбаться, пока говорил: "Быстро, приготовьте Господину Танг ещё одну кружку чая."- более низким голосом затем добавив: "Я был слишком невежлив.. Быстрее, принесите чая Хан Йан высшего сорта из комнаты моего Деда!.. Я помню, что Дедушка однажды упоминал, что Господину Танг очень нравиться Хан Йан высшего сорта."

Закончив инструктировать слугу, он извиняющимися глазами посмотрел на Дедушку Танг: "Господин, надеюсь, Вы не возражаете, но Вашему покорному слуге заранее сообщили, что вы скоро прибудете... Так же, если Вы в чём-то найдёте ошибку, пожалуйста, укажите на неё Вашему слуге, и он тут же прикажет слугам её исправить."

Дедушка Танг уставился на Ли Юрана, как собака, только что укусившая ежа. Он не мог произнести ни слова! Помолчав немного, Дед Танг злобно сказал: "Приведи сюда Ли Фэнга, Ли Жэня и...кхм, приведи этих троих засранцев сюда, сейчас же! У меня есть к ним небольшой разговор."

Ли Юран с ещё более извиняющимся лицом произнёс: "Исполнить просьбу Господина и прийти сюда уже само по себе будет для них честью, но...Господин выбрал немного неподходящее время. Эти трое совершили проступок и сейчас получают заслуженное наказание... Могу ли я попросить Господина проявить милосердие и немножко подождать, пока наказание не кончиться? Сразу же после этого их приведут к Вам."

Все члены семьи Танг, услышавшие это, застыли.

Большая группа людей выдвинулась к дисциплинарному залу Резиденции Ли. Увидев Ли Фэнга и двух других, избитых почти до потери сознания, злость Деда Танг стала чуть меньше; но он всё же задал им несколько вопросов.

От них он узнал, что всю эту идею с наркотиками в чае и распиской придумал Мэнг Хайцзоу, который хотел отнять невесту у Танг Юаня уже давно. А что до Ли Фэнга и остальных из семьи Ли, их наказывали за то, что они позволили себя в это втянуть...

Услышав это, гнев Танг Ванли на семью Ли исчез; но гнев на семью Мэнг лишь усилился!

Быстро со всеми распрощавшись, Дедушка Танг увёл своих людей из Резиденции Ли и повёл их к Резиденции семьи Мэнг.

Ли Юран лично их проводил; провожая, он не переставая извинялся перед Танг Ванли за то, что плохо принял его и за глупые действия своих братьев.. Он даже пожелал Дедушке Танг хорошей дороги.

После ухода семьи Танг, выпрямив спину, Ли Юран вернул свою обычную мягкую улыбку. Его умоляющие простить глаза тоже стали привычно холодными.

Приподняв полы одежд, он неторопливым шагов вошёл в Резиденцию. В его действиях не было ни намёка на волнение или злость...

Небеса стали темнеть. Вдруг, в облаках раздался гром, и начался дождь. Набирая обороты, дождь капал всё сильнее и сильнее, словно Небеса и Земля ненадолго соединились. Ли Юран неожиданно остановился.

Подняв голову, он смотрел на тучи; он слегка рассмеялся и прошептал про себя: "Видимо, Старый Танг немного задержится в Резиденции Мэнг...хахаха..."

...

тем временем в Резиденции Цзюнь

Малышка Ке смотрела в окно. Она смотрела на тяжело капающий дождь, пока в руках она держала горшочек с благовониями; её глаза почти плакали.

Закончив свою тренировку, Цзюнь Се выпрямился и сзади подошёл к Малышке Ке, мягко спросив: "Малышка Ке, о чём ты задумалась?"

Она вздрогнула и, испугавшись, вскрикнула. Обернувшись, Ке быстро выпрямила спину и поклонилась: "Молодой Господин..."

"О чём ты задумалась?"

Цзюнь Се отошёл в сторону и сел в кресло. По привычке, он положил ногу на ногу.

Смотря на маленькую Лолиту перед ним, он видел лишь маленькую девочку. Цзюнь Се не мог заставить себя не подшучивать над ней.. Но увидев её в столь глубоких раздумьях, он начал чувствовать себя обеспокоенно.

"Я... Я думала. Через несколько дней, будет Осенний фестиваль..." - глаза Малышки Ке выражали грусть: "Я всё ещё помню, как три года назад, когда мне было девять, во время Осеннего фестиваля я гуляла с папой и мамой... Тогда я была такой счастливой... Мама, Папа..."

Две большие слезы прокатилось по её щекам. Она не могла больше сдерживаться.

"А где сейчас твой отец?"

Спросив это, он вспомнил, что отец Лолиты был лидером отряда и служил семье Цзюнь. Он пошёл за старшим братом Цзюнь Мосе, Цзюнь Мойю, в экспедицию и не вернулся; мать Малышки со временем умерла от тоски по мужу и переутомления на работе.

Перед своей смертью она отправила Маленькую Ке в Резиденцию Цзюнь, чтобы семья Цзюнь позаботилась о её дочери. Сейчас же, Малышка Ке была сиротой без обоих родителей.

Подумав, Цзюнь Се вспомнил, что Цзюнь Мосе всегда относился к Маленькой Ке с пренебрежением, и чуть что сразу кричал на неё; но она всегда оставалась тихой, словно мышка.... Цзюнь Се мог лишь посочувствовать ей.

Тихо вздохнув, он молча встал и мягко погладил её по голове. Услышав слова про Осенний Фестиваль, он посчитал дни и понял, что вскоре будет и фестиваль Середины осени...

Цзюнь Се внезапно стал угрюмым.

[Видимо, мне придётся праздновать этот традиционный китайский фестиваль одному в этом мире...]

Маленькая Ке почувствовала, как Цзюнь Се мягко гладит её по голове; подобное обращение было неожиданным с его стороны. Несмотря на то, что Цзюнь Се молчал, Малышка Ке ощущала исходящие от него жалость и искреннее желание извиниться...

Тёплое чувство внезапно наполнило её; она была словно маленькая сестра, которую обнял старший брат; на её сердце стало тепло и спокойно.

Она внезапно почувствовала, что этот придурок, вечно кричавший на неё по любому поводу, стал самым близким ей человеком. Эта перемена была для неё странной и необычной, она смогла лишь обнять его.

Тепло, исходившее от Цзюнь Се, заставляло её не думать о грусти и проливном дожде снаружи.

Через какое-то время, Цзюнь Се её погладил по голове и сказал: "Иди и отдохни хорошенько, тебе нужно хорошенько выспаться... А я ненадолго выйду."

"Молодой Господин, там же такой дождь! Куда вы собрались?" - забеспокоилась Малышка Ке: "Что если вы заболеете под дождём? Я сейчас же подготовлю для Вас плащ!"

"Всё в порядке.."

Хоть Цзюнь Се и улыбался, его лицо выражало совсем другие чувства. Он надел бамбуковую дождевую шляпу, открыл дверь и вышел под тяжёлые капли дождя...

Лицо Маленькой Ке было переполнено волнением. Она понимала, что сейчас Молодой Господин страдает от непереносимых боли и тоски...

Словно понимая чувства Цзюнь Се, Пагода Хонцзюнь в глубине его сознания начала рости и выпускать белый туман...

Этот туман вскоре перетёк в его меридианы и начал течь по ним вместе с его Ци, словно пытаясь заполнить собой ту пустоту, которую сейчас ощущал Цзюнь Се внутри себя.

Глава 33. Маленький магазинчик под проливным дождём.

Капли воды барабанили по бамбуковой шляпе. Цзюнь Се незаметно покинул Резиденцию Цзюнь через боковую дверь, и теперь направлялся к главной улице города. Главная улица, обычно кипевшая людьми, сейчас была пустой из-за неожиданно полившего дождя. Но, не смотря на погоду, в магазинчиках с обоих боков Главной улицы были толпы народу - отовсюду тут и там слышались и смех, и ругательства.

Звуки грома раздавались сверху, эхом сотрясая Небеса и Землю. Цзюнь Се тихо брёл под дождём, смотря на занавес из капель.

С каждым ударом капель о его шляпу он чувствовал себя всё более одиноким...

[Ну и что, что я был наёмным убийцей №1?

Ну и что, что мне достался второй шанс и я вселился в этого паренька?

Ну и что, что мне досталась Пагода Хонцзюнь?

Ну и что, что я смог практиковать Искусство Разблокировки Небесной Удачи?

И что с того?...

Ведь, в конце концов, я лишь капля в океане между Землёй и Небесами... Такой крошечный, такой обособленный, такой одинокий...]

"Предки никогда не увидят тех, кто был до них; наследники никогда не встретят тех, кто будет после. Изучив Небеса и Землю, всё равно будешь одиноким и в самом низу жизни..." - рассмеялся Цзюнь Се, покачивая головой. Про себя он думал, что сам сочинил такие красивые строчки.

Переродившись в другом мире, он был человеком без предков и наследников! Настоящий предок Яна и Хуана в этом мире!

(прим.пер.: Имеются в виду Ян и Хуан из древней истории Китая.)

Туман скрывал собой всё вокруг и вода была на земле везде, куда ни смотрел взгляд.. Туман был везде, размывая силуэты вокруг.. Лишь звук падающих капель оставался чистым.

Цзюнь Се вдруг подумалось, что он во сне, а все люди и все вещи вокруг - нереальны. Настоящим был лишь он, гуляющий под проливным дождём...

Цзюнь Се вдруг почувствовал себя призраком, или просто лунатиком; звуки его тяжёлых шагов тонули в дожде и звучали словно откуда-то издалека...

Подобные чувства заставили хладнокровного убийцу чувствовать себя слабым и уязвимым.

Он внезапно понял, что ушёл с Главной улицы, бредя по какой-то аллее и сейчас стоит в темноте, а его шляпа упирается в какой-то магазинчик, из которого пахло вином.

Есть лишь один способ решить свои печали - утопить их в вине!

[Лишь это мне сейчас поможет...]

Цзюнь Се немного подумал и вошёл в магазин.

В магазине почти не было народа - все столики были пусты. Учитывая, как сильно лил дождь, было естественным, что прибыли магазинчику сегодня не видать..особенно если вспомнить, как он мал.

Но в углу магазинчика всё же сидел один человек. Он приподнял бамбуковую шляпу, поприветствовав Цзюнь Се. Это выглядело так, словно он хотел так развеселиться, но в этой персоне были та же одиночество и отрешённость, что и в Цзюнь Се сейчас...

Цзюнь Се наобум заказал закуски и кувшин вина. Затем, он тихо сел в углу и налил себе выпить.

Он был один, в маленьком магазинчике под проливным дождём.

"Эту чашу я поднимаю за всех, кого убил в прошлой жизни: простите меня, но вам не видать мести... Ульк!

Эту чашу я поднимаю за тех, кого убью в новой жизни: простите, но вам суждено умереть от моих рук! Бульк!

Эту чашу я поднимаю за Учителя, дорогих братьев и сестёр: желаю вам успеха на заданиях; уйдите в отставку молодыми и проживите мирную жизнь! Бульк!

Эту чашу я..."

Цзюнь пил в одиночестве, одну кружку за другой...

В тишине, он с вином наливал в кружку все свои эмоции, сожаления, всё одиночество и выпивал их залпом. Всё это утекало в его живот вместе с вином...

[С этого момента и до конца, в этом мире я-Цзюнь Мосе! Цзюнь Се, наёмный убийца №1 с другой земли, будет лишь воспоминанием!]

Вино в маленьком магазинчике не было чем-то примечательным, его вкус был слаб. Как тому, кто пил лишь высшие сорта лучших вин, для Цзюнь Се было сложновато пить подобное...

Но его не волновало, какой у этого вина вкус. Даже если бы ему дали лучшее вино Небес, он бы лишь почувствовал, что пьёт свои печали, одиночество и сожаление...

В этом незнакомом мире, это будет единственный раз, когда он позволит себе такую слабость как чувства!

[С этого момента, я начну свой путь Злого Монарха! Я буду хладнокровен! С этого момента, я буду использовать горы костей и море крови из моего прошлого, чтобы достичь репутации Злого Монарха ещё раз!]

[Злой Монарх это я - Цзюнь Мосе!]

Еще одна кружка опустела, но Цзюнь Мосе не чувствовал себя пьяным. Он просто продолжал наливать одну кружку за другой, выпивая их залпом...

Цзюнь Се не понимал, что, решив отбросить все печали из прошлой жизни, он позабыл обо всём вокруг - о небе, о земле, о ветре, дожде... Он был независим и одинок, словно жил в своём мире. Слабые чувства радости, одиночества и отрешённости разливались по его телу.

Это был единственный момент, когда Цзюнь Се перестал играть Цзюнь Мосе и стал тем самым наёмным убийцей №1!

В другом уголке магазина, посетитель, ранее поприветствовавший Цзюнь Се, теперь во всю на него пялился. Он видел, как тот сидел в гордом одиночестве, запивая свои печали; ему вдруг стало крайне любопытно.

Сам же Цзюнь Се не знал, сколько точно кружек он уже выпил; он лишь продолжал поднимать кружку. Он собирался выпить ещё одну, но вдруг голос рядом произнёс: "Этот братец не простой пьяница. Снаружи льёт дождь, и нас тут всего двое. Раз судьба сама преподносит нам такой шанс, может выпьем вместе?"

Цзюнь Се поднял голову и увидел, что посетитель уже снял шляпу, открыв своё величественное лицо. Он излучал возвышенную ауру, а его улыбка была мягкой, словно вода.

Цзюнь Се рассмеялся. Он снял свою шляпу, оставив её болтаться за спиной.

"Этот тревожный осенний ветер и дожди заставляют жизнь вокруг замереть.. Для нас встретиться здесь действительно судьба.. А раз так, то почему бы не выпить? Садись!"

Другой мужчина не ожидал, что Цзюнь Се так молод и рассмеялся: "Верно, лучше следовать судьбе, чем выражать уважение"

Он заказал ещё несколько тарелок с закусками и два кувшина вина. Держа кружку с вином, он сел перед Цзюнь Се и с улыбкой спросил: "Подобный вам молодой человек - редкость в этом городе. Хотел бы узнать, к какой же из Великих Семей вы принадлежите?"

"К какой Семье?" - Цзюнь Се рассмеялся и ответил: "Безымянно плывя по миру, принимая весь мир за игру, чужого имени я никогда не спрошу! Может ли быть, что в ваших глазах лишь кто-то из Великой Семьи может иметь хорошие манеры?"

"Оу? Хехе, это моя ошибка. Тогда пусть эта кружка будет мне в наказание!" - Мужчина средних лет поднял свою кружку и выпил до дна, не поморщившись.

Наблюдая за его лицом, Цзюнь Се понял, что этот мужчина не так прост. Он излучал вид богатого и самодостаточного мужчины, все движения были простыми и в то же время элегантными.. Несколько аур чувствовалось снаружи; видимо, это была охрана мужчины. Наверное, его пост был очень высок и его было не просто встретить...

Да и тот факт, что подобный человек просто так признал свою ошибку, да ещё и сам себя за неё наказал, заставил Цзюнь Се поменять своё отношение к нему: он чувствовал, что сидеть рядом с таким человеком и пить с ним вино было недостойным поведением.

"Могу я узнать имя младшего брата?"

Мужчина допил вино, пока смотрел на Цзюнь Се. Безразличное поведение Цзюнь Се вызывало в нём всё больше интереса.

Глава 34. Неприятные слова.

"Блуждая по миру, должны ли первые встречные становиться знакомыми? И я, и ты желаем лишь просто пить вино... После же, мы разойдёмся и, возможно, никогда не встретимся. Моё имя лишь звук.. Обернётся ли для вас удачей, если вы его запомните? Будет ли невезением, если вы его упустите?"

Цзюнь Се оставался сам в себе, по уши в печали. Обычно, он не назвал бы своё имя. Если бы он произнёс 'Цзюнь Мосе', то возможно этот мужчина бы встал и убежал, не думая о дожде! Да, его репутация опережала его самого...

"Безымянно плывя по миру, принимая весь мир за игру, чужого имени я не спрошу! Блуждая по миру, должны ли первые встречные становиться знакомыми?" - мужчина средних лет повторил слова.

"Хорошие слова! Действительно хорошие слова! Я никак не ожидал таких красивых слов от этого братца. Даже умнейшие из студентов не смогли бы такое сказать... Что ж, я видимо опять был груб."

Смотря на Цзюнь Се, он слегка рассмеялся: "Логика этого братца понятна, это я был слишком груб... что ж, я приму и эту кружку, как наказание!"

Цзюнь Се остановил его: "Ты продолжаешь распивать вино налево и направо, а я не выпил ни одной кружки! Ты же не ищешь оправданий, чтобы просто выпить больше меня?"

Мужчина на секунду впал в ступор, прежде чем рассмеяться. Он тут же допил оставшееся вино и вытер рот: "Хоть у этого вина нет имени, всё равно это хорошее вино, крепкое и вкусное! Настоящий мужчина должен пить такое вино! Да, чтобы выпить больше такого вина, можно и пооправдываться."

Цзюнь Се усмехнулся: "Это вино? Это вино-хорошее? Я так скажу, братец, ты наверное и не пил хорошего вина! Это то вино, которое ты пьёшь совсем мало, и то, когда пить больше нечего. Если это вино такое хорошее, то в мире точно есть сотни вин лучше..."

Глаза мужчины округлились от удивления: "Винный магазин Старого Сонга может и не велик, но он очень уважаем в этом городе. Любители вина ценят и любят его. Если бы не сегодняшний дождь, это место было бы полным под завязку! Вот почему я и ты можем сегодня насладиться этим вином.. Это счастливый день для нас обоих! Может, ты и не знал, но Старина Сонг продаёт лишь 20 кувшинов вина в день, 10 днём и 10 вечером. Лишь 20, и ни одним больше! Если бы Старый Сонг услышал сейчас твои слова, то тебя бы сюда больше не пустили..."

"Хахаха... Ты и вправду хороший человек! Рассмешить меня, когда я в такой печали!.."

Цзюнь Се не хотел смеяться, но больше не мог сдерживать смех в себе: "Как смешно! Такое слабое вино ещё и ограничено продают? Вина, которые я раньше пил, были раз в сто крепче, чем это!"

Эти слова не были хвастовством. Крепость этого вина в лучшем случае была 20% от крепости вина из сорго. Да и само вино было немного мутным. Для Цзюнь Се, который в прошлой жизни пил лишь лучшие вина из лучших, это вино было далеко не отличным.

Да и вообще, современные люди даже пить бы такое вино не стали. Оно было мутным, а значит, пока его готовили, не соблюдали норм гигиены!

(п.п.: Вино из сорго - высокоалкогольный продукт, известный как байцзю, «белый алкоголь» сорока — шестидесяти градусов, который изготовлялся из сорго.)

Лицо мужчины средних лет стало серым: "Братец, я вижу, что ты довольно образован, но как ты можешь говорить что-то подобное? Рис можно проглотить и забыть, но нельзя так же сделать со словами! Да хоть с вином из Императорского Дворца сравни, это... Вообще-то, я и такое пробовал. Если сравнивать, то пока пьёшь Императорское, чувствуешь аромат роскоши, но в нём чуть меньше вкуса и терпкости. Оно меньше разогревает кровь! По-моему мнению, подобное вино мало где можно найти в мире! Братец, говоря, что ты раньше пил вина в сотни раз крепче, чем это - это перебор!"

"Хехе, оу? Так ты мне не веришь?" -взглянул на него Цзюнь Се.

"Если ты мне не веришь, так и быть. У меня нет причин тебя убеждать, хахаха... Но...пить вино! Хахаха, старший братец, знаешь ли ты, что значит пить вино? Знаешь ли ты что нужно, чтобы точно ПИТЬ вино? Хахаха..."

Мужчина впал в ступор. В своих мыслях, он начал проклинать себя, что вообще пришёл.

[Этот парень - ненормальный... Я подсел к нему с хорошими намерениями, а он до сих пор не оказал мне никакой признательности! Более того, он даже был неуважителен. Может, он и талантлив, но он просто горделивый и неуважительный школьник; ему будет сложно стать кем-то уважаемым в будущем.]

Цзюнь Се выдал 'хех' и начал тихим голосом говорить: "По-настоящему пить вино - это пить его на одной эмоции! Или даже на одной мысли! Простое заливание вина в живот нельзя назвать актом питья... Это можно назвать лишь простой тратой вина на ветер! Вино, о вино! В этом мире нет такой вещи, как хорошее вино, как нет и тех, кто понимает или умеет ПИТЬ вино! Нет дегустации вина, или уважения к вину! Мудрые предки из древности были уважаемы, но лишь пьющие оставили нам свои имена... Как жалко! Во всём большом мире нет ни одного, кто знает, как пить вино! Всемирная печаль на мою голову! Как грустно!"

Выпив свою чашку грусти, Цзюнь Се встал. Подняв голову, он рассмеялся: "На миллион ли вокруг, во всём океане из сотен и тысяч людей..нет никого, кто мог бы ВЫПИТЬ со мной...и нет вина, которое доставило бы мне счастье! В этом мире слишком много грусти! Ахаха, когда пьёшь вино с хорошим другом, и тысячи кружек будет мало; когда разговор неприятен, и одной кружки слишком много! Когда вино плохое, то и люди устают пить... Где же смысл в таком питье? Я ухожу!"

[Такое невкусное вино...и это ещё считается одним из лучших? Если я скажу, что оно плохое, кто посмеет возразить? Что за чёрт?]

Сердце Цзюнь Се было в ярости; он словно играл на флейте перед коровой. В этом городе словно все были без мозгов...

[Как же такие идиоты могут составить мне,Злому Монарху, компанию в выпивке?]

Серебряная монета упала на стол, и Цзюнь Се с гордым смехом вышел за дверь. Его тело поглотил туман, и он в секунду исчез.

Даже с его сдержанностью, мужчина почему-то был зол.

[Этот паренёк ещё так молод, и уже так тщеславен!]

Ни смотря ни на что, этот мужчина был горд. Думать, что его любимое вино, которое считается лучшим, сравнил с мусором какой-то школяр! Да что он о себе возомнил...

Но несмотря на это, он немного завидовал беззаботному и своевольному характеру Цзюнь Се, несмотря на его высокомерие и самовлюблённость.

[Смогу ли я когда-то так жить? Этот город так похож на зверинец...]

"Хоть он и был безудержно высокомерным и прямолинейным, это не показывает его настоящий характер. 'Мудрые предки из древности были уважаемы, но лишь пьющие оставили нам свои имена' - какая красивая фраза!"

Мужчина средних лет тихо размышлял, поднимая стакан с выпивкой. Может, это психологический эффект, или есть ещё какая-то причина? Вино, что всегда было вкуснейшим для него, неожиданно потеряло вкус.

"Говорят, что древние написали стихи о каждом из семи шагов, что они прошли. Я всегда думал, что они лишь льстят древним.. Видимо, что в этих стихах ничего не преукрашивали, особенно в последних двух предложениях. Это просто нечто!"

Он шептал себе под нос: " 'Когда пьёшь вино с хорошим другом, и тысячи кружек будет мало; когда разговор неприятен, и одной кружки слишком много!' Не плохо, совсем неплохо.. У этого парня действительно есть талант."

Сказав это, мужчина неожиданно впал в ступор, задумавшись о чём-то, и затем рассмеялся: "Этот засранец, он же имел в виду, что мы не друзья, и что наша беседа была неприятной для него, ахаха... Он действительно меня оскорбил, да ещё и так витиевато... Он действительно одарённый парень! Чёрт, во всём королевстве Тянсян он единственный, кто посмел меня оскорбить, ну кроме моего королевского брата. Хех, он действительно меня освежил!"

За всю его жизнь, Цзюнь Се как только не называли : "сумасшедший ассасин", "кровожадный дьявол" и много других имён. Но среди них никогда не было "одарённого школяра". Цзюнь Се не мог знать, что его старые воспоминания и несколько стишков дадут ему прозвище "одарённый школяр"!

К слову, он своими стишками оскорбил и всех остальных людей в мире. Узнай он это, чувствовал бы себя неловко.

Если бы Цзюнь Се хотел кого-то оскорбить, то он, оскорбляя, указал бы прямо на этого человека. Непрямо оскорблять? Для Цзюнь Се и прямого оскорбления было бы мало.

Мужчина средних лет от души рассмеялся. Но внезапно он почувствовал себя неладно.

Обернувшись, он увидел маленького, худо выглядящего старика с мутным взглядом; он смотрел туда, куда ранее ушёл Цзюнь Се. Он неподвижно стоял, с сожалением на лице.

Глава 35. Встреча под дождём.

"Старик Сонг, что с тобой? Слова этого парнишки так тебя зацепили, что ты двинулся умом?"

Мужчина средних лет поднял кувшин вина, приветствуя старика и наливая себе ещё вина: "Он лишь молодой, несмышлёный ученик, не знающий цену своих слов... Я знаю, что ты терпелив; не позволяй его словам тебя обидеть. Он не знает вкуса хорошего вина, хех, а вот я знаю..."

"Ваше Высочество может этого не знать, но это вино - моё величайшее достижение, смысл всей моей работы в жизни. Всё другое для меня не больше, чем просто вещи из прошлого... Когда я услышал, как этот малец поносит моё вино, я лишь рассмеялся!"

Старый Сонг, смотря в сторону, куда ушёл Цзюнь Се, вдруг задумался: "Как жаль, что я вышел лишь после того, как услышал его последние слова... Разминуться с таким редким человеком, понимающим вино, как жаль!"

"С таким редким человеком, понимающим вино? Что?" - мужчина, к которому обратились 'Ваше Высочество', замер.

"Действительно, мне жаль!" - Старый Сонг покачал головой: "Произнеся подобное, этот парнишка воистину подтвердил, что знает как пить вино!"

Бормоча, он повторил: "По-настоящему пить вино - это пить его на одной эмоции! Или даже на одной мысли! Простое заливание вина в живот нельзя назвать актом питья... Это можно назвать лишь простой тратой вина на ветер! Тот, кто понимает или умеет ПИТЬ вино, дегустация вина, уважение к вину... Не успеть встретиться с таким знатоком вина - вот о чём я буду жалеть всю оставшуюся жизнь..."

Сверкнув, бамбуковая шляпа, оставленная Цзюнь Се, вдруг исчезла.

Глаза Старого Сонга сверкнули, и его зрачки глаз засветились голубым светом...

К сожалению, тот, к кому обращались 'Ваше Высочество', не заметил этого, так как Сонг стоял к нему спиной.

Жёлтый как Земля, голубой как Небо!

Невзрачный Старый Сонг, знающий лишь как готовить вино, в тайне был экспертом Суань уровня Неба! Выше этого был лишь Божественный Верховный Суань, и поэтому даже эксперты уровня Небес были редкостью на континенте Суань Суань!

Тайный эксперт в таком простом и маленьком винном магазинчике!

Это было неудачей. Если бы Цзюнь Се не ушёл, то он бы встретился со стариком и раскрыл бы в нём эксперта уровня Небес! Тогда он точно бы нашёл, с кем можно выпить. Но Цзюнь Се уже ушёл, и даже его тень скрылась в тумане...

...Покинув винный магазинчик, Цзюнь Се медленно шагал; его разум и сердце вновь были чисты. Он уже вынырнул из озера грусти и печали; эти чувства не должны были больше касаться Злого Монарха Цзюнь Се!

Эти грусть и печаль были настоящими эмоциями старого Злого Монарха, которые лишь отделяли его от мира!...Раньше, он не боясь обидеть других говорил всё, что хотел; делал что хотел, даже если это значило пойти против мнения сотен тысяч других людей! Даже если его действия проклинал весь мир, прошлый Злой Монарх гордо бы продолжал шагать вперёд, один против всего мира!

[Действуя лишь по своей воле, не заботясь ни о чем, плюя на чувства других! Если мир выберет восхвалять меня и мою репутацию до Небес, то так тому и быть! Если мир проклянёт меня, то я и это приму с чистой совестью!]

Такой бедственный характер также был в имени "Злой Монарх"!

(п.п.: Китайский символ "邪 = xié" означает "Злой", "бедствие".)

Лишь обдумав всё хорошенько, Цзюнь Се решился оставить прошлого "Злого Монарха" в покое.

Успокоившись, он посмотрел в завесу из дождя и решил, что нет хороших мест, куда бы ему хотелось сейчас пойти... А раз таких мест нет, то он пойдёт в сторону своего дома.

Собираясь свернуть за угол, Цзюнь Се вдруг замедлил шаг и застыл. Тихий голос раздавался из-за угла. Если бы не острый слух Цзюнь Се, то он бы ни за что не расслышал такой тихий шёпот под таким проливным дождём!

А голос шептал: "...нам всё-таки повезло. Если бы не этот дождь, у нас бы не было и шанса коснуться этой вещи из семьи Танг... Это ведь Благославлённый Небом..."

[Семьи Танг?]

Цзюнь Се впал в шок, услышав такое. Думая о том, что услышал, он прижался к стене. Стена была земляной; она была невысока, и не могла полностью скрыть стоящего человека..но она была отличным укрытием при таком сильном дожде и тумане. Те люди даже не знали о его присутствии!

Он медленно снял свою бамбуковую шляпу и его сразу же поглотил дождь.

Цзюнь Се сделал так, потому что звук удара капель о шляпу отличался от звука удара капель о земляную стену...он должен был остаться незамеченным.

Разумеется, различие было и между звуком падения капель на стену и тело человека, но если сравнивать "шляпа-стена" и "человек-стена", то второе отличалось меньше.

Под общее "фух, фух" шесть крепких парней шли вперёд, для них тяжело было даже просто шагать вперёд. Никто из них не думал, что кто-то будет гулять под таким дождём.

Один из них, державший свёрток, повернулся и сказал:

-"Этот план так долго готовился, но так и не был исполнен.. Сегодня нам повезло, и Господин точно будет счастлив, когда это узнает."

-"Точно, нам повезло, но мы еле выбрались..." - с отдышкой ответил ему другой: "Как неожиданно было... Хоть четырёх из шести элитных бойцов семьи Танг и не было дома, они всё равно могли засечь наше присутствие... Оох, если бы не тот парень, отвлёкший двух других экспертов..и наши четырнадцать братьев, прикрывавших наши спины до самой смерти, мы бы.. Уфхкх".

Сказав это, он закашлялся.

-"Но эта вещь того стоит.. У нас не было права на ошибку... Нам нужно как можно скорее вернуться к Господину и отдать ему это! Мы должны всё закончить как можно скорее; лишь тогда мы можем снизить бдительность.... Фуф, следующие несколько дней будут дерьмовыми! Не расслабляться, осторожно осматривайтесь и вперёд!"

-"Точно, точно... Но, Брат Ланг, передай спасибо своему источнику за помощь. Ох что бы было, найди нас люди семьи Танг! Я боюсь, что иначе мы бы не сбежали..."

-"Завали!.. Да и пока они обо всём узнают, мы уже получим нашу награду и свалим отсюда куда-нибудь ещё. Мир-большой, и не вериться мне, что семья Танг сможет меня найти! А мой источник...да он-то уж точно давно свалил. Чёрта с два он будет ждать, пока семья Танг схватит его за зад! Этот парень - скользкий тип... Если у тебя есть силы волноваться о нём, поволнуйся лучше о своей собственной шкуре!"

-"И то верно.."

Шестеро мужчин двигались в спешке, с каждым шагом всё ближе приближаясь к Цзюнь Се.

Смотря со стороны, Цзюнь Се заметил, что среди этих шестерых четверо были серьёзно изранены, а двое других пострадали даже больше...Пока они двигались, с их ран и одежды капала кровь... Двое хрипло кашляли без остановки, и каждый их кашель оставлял на земле красноватые лужицы; но и их сразу же смывало дождём.

Что же они украли у семьи Танг? Эта вещь действительно ТАК важна?

Туда послали двадцать человек, и из них для прикрытия оставили четырнадцать...и лишь шестерым удалось сбежать. Да и из этих шестерых четверо сильно ранены...и они ещё радуются, что их миссия окончена?

Если же у семьи Танг было нечто настолько ценное, почему Танг Юань не рассказал всем об этом?

Вдруг тот, что на вид был изранен сильнее остальных, замер. Он прокашлялся и крикнул: "Кто здесь? Покажись!"

Он быстро повернулся в сторону Цзюнь Се. Испуская Суань Ци, его тело резко выпустило серебряный блеск; он был готов атаковать в любой момент!

Тот из них, кто пострадал больше всех, был экспертом Суань Ци Серебряного уровня!

И он засёк присутствие Цзюнь Се!

Глава 36. Эксперт.

Серебро-лишь начало, Золото-рост.

В этой фразе есть скрытый смысл: тот, кто пробился через Девятый уровень Суань Ци и прошёл на Серебряный уровень должен помнить, что это считается лишь началом!

На континенте Суань Суань культивация Суань Ци считается широкораспространённым делом, и даже самые простые из солдат понемногу тренируются в культивации Суань Ци.. Однако, большинство из людей неспособны пробиться через Девятый уровень, застревая на нём навсегда.

И именно по этой причине никто из трёх сотен стражников семьи Цзюнь не посмел возразить Цзюнь Се, когда он их оскорблял. Больше чем три четверти из них лишь начинали постигать Восьмой уровень, а остальные застряли на Восьмом уровне Суань Ци, хоть и были на его пике....

Но никто из них так и не перешёл на Девятый уровень Суань Ци.. Разница лишь в одну цифру, но эта разница была недостижимой, словно горизонт!

Такая же разница существовала между Девятым и Серебряным уровнями. Те, кто находился на этих уровнях, были разными как небо и вода..

"Девятый и ниже лишь муравьи!" Это выражение тоже объясняло многое, ведь между Серебряным и выше уровнями была пропасть!

Услышав крик, пятеро тут же остановились. Шесть острых взглядов смотрели сквозь дождь; тела пяти грабителей излучали чёрное свечение.. Эти пятеро были на пике Девятого уровня!

Самый раненый грабитель - лидер группы - использовал всю свою энергию Суань Ци, чтобы засветиться серебряным светом и показать свою силу... Этот парень точно был экспертом Серебряного уровня, почти ступившим на Золотой уровень! Именно он обнаружил присутствие Цзюнь Се!

Было неудивительно, что они смогли что-то украсть из Резиденции семьи Танг. Они выждали момент, когда силы семьи Танг были минимальными, и послали внутрь двадцать опытных бойцов... Разумеется, они знали местонахождение вещи, которую собирались украсть; так же у них был проработанный план и точно был пособник внутри.

Тот факт, что они едва смогли выполнить задание при настолько благоприятных условиях показывал, что силы семьи Танг воистину велики...

Но если вспомнить что среди двадцати людей выжили лишь шестеро , а четырнадцать уже мёртвых были всего лишь Девятого уровня... Тогда силы семьи Танг были смехотворны!

Дождь всё ещё лил, и вместе с сильным туманом он не давал ни одной из сторон нормально оценить ситуацию... И к тому же сейчас был поздний осенний вечер.

Цзюнь Се чувствовал себя немного печально с его нынешним уровнем силы: её всё ещё было слишком мало! Хоть он и старался скрыть своё присутствие, но до его способности скрывать себя в прошлой жизни этому было далеко.... Видимо, ему сегодня придётся сражаться!

Но с его нынешней силой, как ему победить шесть воинов? Он абсолютно не был уверен... Будь его противником даже один из этих шести, он всё равно не смог бы справиться! Очень жаль, что его уже обнаружили.. Теперь побег - не вариант.

На данный момент противники хотят его убить, чтобы просто заткнуть ему рот для страховки. Чтобы остаться в живых, ему нужно срочно что-то придумать....

Непревзойдённый король убийц, и попался в такую ситуацию!.. Ах, какая ирония!

Обдумывая сложившуюся ситуацию, Цзюнь Се вдруг понял одну маленькую, но очень важную вещь. Это заставило его выйти из грустных мыслей с поворотом на все 180. Обдумав эту мысль, он обрадовался так сильно, что почти засмеялся.

Хоть его шесть врагов и были гораздо сильнее, но Цзюнь Се нашёл способ победить!

Тело Цзюнь Се было невидимо из-за дождя и тумана, что заставляло шестерых сомневаться в количестве врагов. Они лишь знали, что там кто-то есть...но сколько врагов и где они находятся грабители не знали!

Они оставались осторожными, не делая никаких поспешных движений, ведь они только что закончили кровавую битву со стражами семьи Танг, потеряв при этом большинство людей; они все ранены, и любое неверное движение для них может быть равно смерти!

Но это не относится к Цзюнь Се! Для него сейчас не было разницы...ведь он видел всё, что нужно!

Искусство Разблокировки Небесной Удачи - очень странная сила, окружённая тайной; однако, хоть его уровень культивации Суань Ци и стал выше, Цзюнь Се лишь месяц практиковал Искусство и не успел ещё раскрыть все его тайны, .

Поэтому он не мог видеть в темноте... Но все шестеро до предела выпускали энергию Ци из своих тел, что заставляло их светиться в тумане! Они словно боялись, что противник их не заметит!

Для Цзюнь Се они были шестью придурками... Шестью хорошо натренированными, но светящимися в темноте и открывшимися придурками!

Он был словно корабль, сбившийся с курса посреди океана, но вдруг нашедший маяк! Да с таким свечением в темноте даже полуслепой по ним не промажет!

Цзюнь Се вдруг нашёл самую большую слабость мира, где есть Суань Ци: эта энергия была слишком заметной!

Не было и шанса нанести скрытный удар, ведь для подготовки к удару нужно было наполнить тело энергией Суань Ци, и лишь затем ударить... Но как только подготовка была завершена, тело начинало светиться! В глазах такого опытнейшего убийцы, как Цзюнь Се, они были лишь шестью свинками на убой!

Не удивительно, что никто не заметил, как Цзюнь Се мухлюет в игре в кости. Он мог бы мухлевать так же, даже будь он экспертом Божественной Верховной Суань!

Но пришлось бы такому эксперту мухлевать в игре с теми балбесами?

[Тот кто создал метод культивации Суань Ци был гением! Как этот кто-то мог узнать, что мою душу после смерти перенесёт сюда, и я столкнусь с такой ситуацией? Да этот метод был создан прям для моего весёлого времяпрепровождения! Спасибо тебе, Создатель Суань Ци, за способ настолько лёгкого убийства!]

С точки зрения Цзюнь Се, если его враги были лишь свинками на убой, то их энергия Суань Ци была их жирком!

Ведь лишь у тех свинок, что хорошо кушают и бегают, есть жирок! И сейчас эти свинки сами показывали свои большие бока с салом, словно хвастаясь: "Видишь? Видишь? Я тут, у меня есть жирок!"

А у Цзюнь Се была лишь одна роль - роль мясника!

По правде, и для убийства свиней нужно умение... Да и свиньи перед ним не были простыми...

Малейшее неверное движение - и эти свинки нанесут удар; а сейчас тело "мясника" было слишком слабым даже для одного такого удара.

Слегка закатав рукава, он наклонился, и каждый его мускул слегка напрягся.

Цзюнь Се вытащил из кармана в районе рёбер восемнадцать дротиков размером с монету; они легко и тихо легли в ладони. Он замер, но в глазах сверкала жажда убийства!

Зарядив Искусство Разблокировки Небесной Удачи и своё тело энергией, он послал Ци из меридиан на кончиках пальцев к дротикам...

В этот поздний осенний вечер, мир стал чуть темнее, ведь сегодня король наёмных убийц из другого мира сделал первый шаг!

Сегодня он впервые покажет свои непревзойдённые техники убийства!

"шлёп...шлёп..." - звуки шагов по мокрой земле раздавались под дождём.

Шесть человек, шагая близко друг к другу, сокращали дистанцию, обходя Цзюнь Се сбоку...

Они чувствовали, что там кто-то есть, и этот кто-то не двигается: [...его нельзя отпускать живым... начхать кто там, мы должны его убить..]

Вдруг, в тумане что-то быстро двинулось, и шесть ярко-жёлтых огоньков полетели, целясь в шеи шести мужчин!

Уникальная энергия, которую влил в дротики Цзюнь Се, заставила их светиться ярко-жёлтым!

В момент, когда сверкнули шесть огоньков, у каждого из шести грабителей пробежал холод по спине... Их тела напряглись, а мысли остановились!

Один из них прошептал: "..Суань Земли..."

Кто же мог излучать такой яркий жёлтый свет? Такая скорость, такая точность... Лишь один из всех уровней Суань Ци мог излучать жёлтый свет - Суань уровня Земли!

Над Серебряным был Золотой уровень, над Золотым - Нефритовый, и лишь над Нефритовым был уровень Земли! Такая разница в силе не могла быть ошибкой!

[О Боги... Как нам сражаться с такой силой?!]

Они хотели его заткнуть? Видимо ОН сейчас заткнёт ИХ!

Будь их противник даже на Золотом уровне, они бы всё равно не смогли выиграть... Но сейчас, с их ранами, они наскочили на эксперта уровня Земли!

Глава 37. Убийство и Грабёж.

[Небеса хотят моей смерти! Ааа!...]

Отчаяние было в глазах шестерых мужчин.

Всё, что они сейчас видели - это шесть жёлтых огоньков... Они вообще не замечали человека перед ними, как и отсутствие у него ауры эксперта уровня Земли.

Отчаяние и безнадёжность затмили их глаза. Но в этот момент их судьба уже была решена!

Цзюнь Се кинул эти шесть дротиков, наполненных энергией, именно потому, что он предвидел этот момент!

Для хорошего ассасина крайне важно уметь предугадывать шаги противника. По расчётам Цзюнь Се, если бы эти парни встретили противника, который был бы им не по зубам, то они моментально бы впали в ступор! Именно такого Цзюнь Се и добивался!

Когда серьёзно раненый эксперт Серебряного уровня неожиданно для себя наткнулся на эксперта уровня Земли, его сердце пропустило пару ударов. Его вдруг охватил страх неотвратимой смерти! Более того, каждый из грабителей испытал подобный страх.

Этого Цзюнь Се и добивался!

Атакуй он в открытую, без уловок, то трое из шести точно увернулись бы; ведь сильно кинутые шесть дротиков менее смертоносны, чем один метко кинутый. Останься хоть один из них в живых, у Цзюнь Се были бы большие проблемы. Хоть и раненые, но они всё же были сильнее нынешнего Цзюнь Се.

Летающие кинжалы Малыша Ли не кидались напрасно!

Внимание Цзюнь Се было сфокусировано на эксперте уровня Серебра. Хоть и сильно раненый, он больше всех вызывал опасения...ведь именно он сумел заметить Цзюнь Се!

Сразу после шести ярко-жёлтых дротиков вылетели двенадцать простых....но светящиеся жёлтым огоньки уже приковали к себе всё внимание грабителей. Тяжёлый дождь и туман надёжно скрывали двенадцать острых кусков металла размером с монету.

Шестеро мужчин тряслись, как листья на ветру, уворачиваясь от ярко-жёлтых дротиков. Никто не посмел отбить их оружием, ведь "их кинул эксперт уровня Земли, это не поможет!"

Если бы эти дротики действительно метнул эксперт Суань уровня Земли, никто из них не успел бы заметить и лучика света... Даже сильнейший из них Серебряный эксперт был бы мгновенно убит; но из-за шока они не смогли этого понять!

Быстро двинувшись в стороны, двое вдруг вскрикнули. Они не смогли вовремя увернуться, и дротики пронзили их тела в районе ключиц; кровь прыснула из ран. Двое упавших уже думали, что убиты: [Это же эксперт уровня Земли, как нам с Девятым уровнем с ним сражаться?...]

Но дротики попали им в не в горла, а в ключицы, даже не задев артерий!

Вдруг раздались ещё крики: двенадцать дротиков вонзились в четыре тела.

Каждый из грабителей был поражён минимум двумя дротиками, и у каждого одно из попаданий было смертельным!

Один из грабителей коснулся кончика торчащего из него дротика, и лишь затем упал; за ним лицом в мокрую землю попадали и тела товарищей.

У эксперта уровня Серебра, которому Цзюнь Се обратил "наибольшее внимание", всё было гораздо хуже: в его голове и верхней части тела торчали четыре дротика! Они вонзились так сильно, что даже рукоятей не было видно!

Даже в момент смерти они не могли понять: [Разве я не увернулся от жёлтого дротика? Почему же моё тело падает, и что это из меня торчит? Этот парень уровня Земли... Мы же увернулись, почему он не испугался и не перестал атаковать? Почему? Поче......]

Он действительно провёл скрытную атаку! Хоть первая волна и не попала, зато вторая попала точно в цель...

Разве эксперты Суань уровня Земли не заботятся о себе, поддерживая репутацию? Почему же он так подло напал?

"Эксперт уровня Земли" Цзюнь Се не медля побежал вперёд, нагнувшись на ходу и выдернув дротик из трупа. Через мгновение, подбежав к ещё живому грабителю, он без жалости вонзил дротик прямо ему в сердце!

Хоть оставшийся грабитель и был ранен, но он был всё ещё жив; хоть он и был напуган, но он мог сражаться и поэтому был опасен. Враг, представляющий угрозу, не должен жить, даже будь он на грани смерти!

Такой урок вынес Цзюнь Се из прошлой жизни: враг не опасен, когда мёртв! Лишь желание убить было в его мыслях.

Воткнув дротик, он сразу же махнул другой рукой снизу вверх. Махнув рукой быстро, как ураган, он ребром ладони сломал другому лежавшему шею!

Лишь несколько быстрых и точных движений...

Кинув светящиеся жёлтым дротики, Цзюнь Се сразу же двинулся вперёд, кидая вторую волну. Когда четверо вскрикнули, он уже вынимал из одного из них дротик!

Не успели четыре мёртвых тела коснуться земли, как Цзюнь Се пробил вынутым дротиком сердце первого выжившего и сломал шею ребром ладони второму!

Хруст шеи разнёсся по округе вместе со звуком падающих тел!

Никто не успел понять, что происходит... Они все были убиты на месте!

Сделав дело, Цзюнь Се встал и вздохнул. С его силой сейчас, даже такие простые вещи были довольно сложны!

Для прошлого Цзюнь Се не было проблем с развитием тела... Но сейчас, если бы не тренировки весь прошлый месяц, он ни за что не смог бы исполнить подобное!

Но несмотря на тренировки, эти действия за такое короткое время вызвали у Цзюнь Се небольшую перегрузку Ци. Немного успокоив энергию внутри себя, он прогнал в голове содеянное..

Боль пронзала каждую его клетку, мышцы болели, а кости словно были сломаны; сердце бешено билось, а лёгкие будто были в огне.

Из сломанной шеи грабителя со звуком "кофхг" на лицо Цзюнь Се выплеснулось немного крови.

Грабитель был ещё жив, и смотрел прямо на Цзюнь Се. Он попытался сказать: "Ты...кохг....не..укхг.вня..Земли...". Лишь перед лицом смерти он осознал, что это не эксперт Суань Ци уровня Земли!

"Вот тупицы..." -прошептал Цзюнь Се извиняющимся тоном: "Будь я уровня Земли, нападал бы я на вас скрытно, м?"

Услышав эти слова, глаза грабителя налились кровью и яростью, но из его горла с хрипом плеснуло ещё больше крови. Сил у него хватило лишь на то, чтобы поднять трясущуюся руку и указать на Цзюнь Се.

Он словно хотел что-то сказать...но силы окончательно его покинули. Рука грабителя бессильно упала на землю, и он сделал последний выдох; его глаза были широко открыты до самой смерти.

Вообще, он ещё мог дышать. Хоть это и не могло его спасти, но зато он чуть дольше остальных мучился перед смертью. Кто же мог знать, что слова Цзюнь Се так оскорбят его в шаге от смерти!

Пройдясь по месту убийства, Цзюнь Се забрал дротики, попутно обыскивая карманы трупов. Его сердце не вздрогнуло ни на секунду, будто он проверял свои собственные карманы; его абсолютно не смущало, что эти шестеро мертвы.

Тренировки убийцы приучили Цзюнь Се к абсолютному спокойствию; он бы не дрогнул, даже если бы гора Тай на его глазах исчезла!

..Да и вообще, он видел гораздо более кровавые и жестокие сцены, чем эта...

В конце концов, он нашёл маленький свёрток в руках эксперта уровня Серебра. Оценив вес свёртка в руке, Цзюнь Се подошёл и поднял с земли свою бамбуковую шляпу. Взяв её подмышку, он медленно зашагал за угол.

Дождь лил за его спиной, стеной из капель разделяя силуэт Цзюнь Се и кровавую баню за ним.

прим.пер.: лирическое отступление!

Надеюсь, все читатели успели прочесть "Объявление"; если нет, то одноимённая глава есть в конце списка всех глав, да и в блоге такая запись есть.

Так же хочу сказать большое спасибо пользователю "Okami" за то, что он вовремя обратил моё внимание на мои ошибки: ты помог сделать перевод лучше!

Глава 38. Чистое совпадение.

Ливень продолжал ронять капли с неба, выбивая ямочки на земле, и лишь шесть мёртвых тел тихо лежали.

У одного из трупов глаза были широко открыты; он яростным взглядом смотрел в Небеса, но на остывающем лице виднелось сожаление...

Прогулявшись по округе ещё немного, чтобы запутать следы, Цзюнь Се вернулся в Резиденцию Цзюнь.

Дождь всё так же неумолимо лил; и Цзюнь Се шагал вперёд.

Кровь с его лица уже смыло дождём, оставалось лишь несколько коричневатых пятен. Никто бы и не подумал, это были следы крови шести человек!

Да и не могло такого быть, чтобы Цзюнь Се победил шестерых с его-то нынешней силой; ведь это была кровь пятерых бойцов Девятого и одного Серебряного уровней Суань Ци!

Как только Цзюнь Се подошёл к порогу Резиденции Цзюнь, высокая фигура словно ракета пронзила дождь. Эта фигура прибежала к месту, где лежали шесть трупов.

Увидев тела, фигура удивилась. Она пробежала вперёд и проверила пульс каждого, но живых не оказалось; попытавшись их обыскать, она ничего не нашла. Выпрямившись, фигура выглядела мрачной.

Этот человек был в маске; она не позволяла разглядеть черты его лица. Хоть мужчина и казался мрачным, каждое его движение было спокойным и лёгким.

С золотым свечением он запрыгнул на дерево в 5 чжанах (15 метров) от него. Стоя на дереве мужчина огляделся.

Его движения показывали, что он не хотел тратить ни каплей сил больше, чем нужно было.

Золотое свечение...этот мужчина был экспертом Золотого уровня!

Эксперт молниеносно и осторожно осмотрел всё вокруг; затем он слетел с дерева и двинулся к телам. Осматривая тела, он обошёл вокруг каждого. После он подошёл и осмотрел места, где была их кровь...

Но скорость его движений при этом была гораздо выше, чем у простых экспертов.. Он шагал быстрее, чем эксперты ниже уровнем могли бегать!

Мужчина смотрел куда-то... Он смотрел в направлении, куда ушёл Цзюнь Се!

Этот человек не упустил ни одной детали; даже под дождём он смог вычислить правильное направление!

Эксперт, не теряя следа, двинулся вперёд; но, пройдя по следу, он вдруг остановился и витиевато выругался. Двигаясь по следам Цзюнь Се, эксперт Суань Ци уровня Золота пришёл в ту же точку, откуда вышел...

Цзюнь Се запутал следы так, чтобы они образовали круг!

"Кто это мог быть? Кто?... Так хорошо всё продумать..." -шептал мужчина себе под нос. Задрав голову, он смотрел в небо; он пытался осмыслить произошедшее.

[Кто смог нарушить мои планы? Кто так легко и точно убил парней?... Кто же разгадал мой план? Кто смог прочесть мои мысли?]

Его план был разрушен в мгновение; даже он сам не думал, что такое может случиться...

[Дождь начался неожиданно, и момент был идеален... Значит, дело не в этом..Тогда в чём же? Может, это..]

Таинственный мужчина пытался сообразить, что пошло не так, снова и снова прогоняя варианты произошедшего в голове...

Он всегда мыслил трезво и чётко; каждая возможность была учтена, прежде чем принималось решение. Его одержимость деталями была крайне высока! Даже если бы этого мужчину избили до полусмерти, он бы всё равно не поверил в ТАКОЕ совпадение!

[Видимо это была работа кого-то отдельного, или может это сделала какая-то тайная организация... Может, моя собственная семья всё испортила? Или кто-то враждебный моей семье?..]

Меняя точку зрения, эксперт Золотого уровня продумывал возможности. Но он не знал, что все его мысли ошибочны, и что дело обстоит совсем не так!

Он просто не мог знать, что всё произошедшее - простое совпадение!

Если бы тот эксперт Серебряного уровня не заметил Цзюнь Се, то Цзюнь Се никогда бы не сделал всё "по-плохому".... Если бы тот эксперт Серебряного уровня, заметив Цзюнь Се, принял бы его за простолюдина, то уже доставил бы свёрток в назначенное место....

А если бы вдумчивый эксперт уровня Золота пришёл раньше на несколько минут, то Цзюнь Се уже был бы мёртв.

Всё произошедшее - совпадение; а совпадения могут случиться в любой момент. Человек не может учесть всё!

Да и свёрток, который так желал этот мужчина, Цзюнь Се забрал случайно; сам Цзюнь Се даже не знал, что в свёртке и как эту вещь использовать!

Цзюнь Се просто взбрело в голову прогуляться! Когда он понял, что в его родном мире скоро будет фестиваль Середины осени, то ему вдруг стало грустно и одиноко; ведь в этом мире у него не было друзей.. Да и баров, чтобы напиться, в этом мире тоже не было...

Ему не хотелось ещё больше впадать в депрессию сидя дома, и так же Цзюнь Се не хотел, чтобы все вокруг видели его таким разбитым.. Поэтому он решил пойти напиться и забыть о своём горе! Но этот мужчина средних лет, подсевший к нему, всё испортил своей болтовнёй, и он не захотел пить дальше: как же пить, если вино не в то горло идёт? И, сказав пару слов на прощание, Цзюнь Се вышел из винного магазинчика.

Всё ещё в депрессии и грусти, он бродил по улицам, словно пытался дождём смыть свою печаль.

Вот это всё и было 'совпадением' !

После такой серии совпадений Цзюнь Се и натолкнулся на этих грабителей, укравших нечто у семьи Танг. Они почти успели сбежать, но на секунду остановились и решили поболтать, позволив Цзюнь Се их услышать.

С его нынешним уровнем силы, Цзюнь Се уже просто забыл о случившемся, ведь у него не было особых чувств к семье Танг:

[Семья Танг что-то потеряла..ну и ладно! Мне чхать на этот свёрток и наплевать, что в нём... Хех, кто ж знал, что их носы как у собак? Да, убегать было бессмысленно.]

Не имея больше вариантов, Цзюнь Се пришлось запустить дротики с помощью силы, дарованной Пагодой, и убить шестерых грабителей! Как только они были мертвы, он решил взять свёрток...

Именно благодаря 'совпадениям' эта крайне важная для таинственного Золотого эксперта вещь попала в руки Цзюнь Се.

Но подобные вещи никто не смог бы просчитать; но всё же, как только они случились, то сошлись в одну большую 'случайность'! Бесцельно бродя по округе и не осознавая, что рушит чьи-то продуманные планы, Цзюнь Се делал наилучшие ходы из возможных!

Так многое совпало... Это было словно благословление свыше; даже Небеса пролились дождём ради такого! Всё совпало будто по воле Богов!

Таинственная фигура, задумавшись, просто стояла. Мужчина уже решил уходить, но вдруг услышал крики. Это была стража семьи Танг. Вздохнув, эксперт засветился золотым и взмахнул рукой. С шестью тихими "па" головы шести грабителей разлетелись в клочья.

Спустив рукава, эксперт прыгнул в дождь и исчез...

Когда стражи семьи Танг нашли трупы грабителей, то увидели, что головы трупов были уничтожены. Что до вещи, украденной грабителями - её так и не нашли...

Цзюнь Се не знал, что случайно разрушил планы самого большого врага семьи Цзюнь; он так же нашёл вещь, которую этот враг так сильно желал. Но Цзюнь Се был обижен:

[...я всего лишь собирался походить под дождём, придаваясь воспоминаниям из родного мира..погрустить в одиночестве...а тут эти засранцы-грабители, дьявол их раздери, рушат всю атмосферу! Не зря я их убил...]

[Ни одна задумка не прошла, как надо! Хотел выпить вина - встретил идиота, не отличающего нормальное вино от уксуса...называть ту водицу "лучшим вином королевства", просто смешно... Хотел насладиться дождём - меня захотели убить...]

"Что за невезение!.." -вздохнул Цзюнь Се, смотря в небо.

Поглаживая свёрток в кармане, он вошёл в Резиденцию Цзюнь.

Глава 39. Гуан Куинхан.

Проливной дождь хоть и стал лить меньше, но ещё не закончился.

Цзюнь Се медленно брёл, и слуги, которые его видели, задумывались: [О Боги, в какое безумство опять ввязался Юный Господин?...Но, если сравнить с его прошлыми шалостями, то хуже уже не будет... Да и куда он ходил в такой дождь??]

Проходя через сад, он вдруг услышал звуки флейты, раздававшиеся среди деревьев и цветов; в мелодии слышалась печаль. Слушая мелодию, любой мог почувствовать грусть и чувство утраты того, кто играл.

Но Цзюнь Се, услышав мелодию, не смог удержаться и пошёл туда, откуда она звучала; его настроение совпадало с мелодией.

В беседке посреди сада на каменном диване сидела девушка в белых одеждах; она сидела спиной к Цзюнь Се. Её волосы струились по нежным плечам, словно тёмные облака; любому, кто смотрел на неё сзади, было понятно, что она красива так же как и холодна.

Но после этой одинокой осенней мелодии на флейте становилось понятно, что она была крайне грустной и одинокой...

Тихо шагая под дождём Цзюнь Се прикрыл глаза, заслушавшись мелодией.

Он словно был в трансе, как когда слушал свою любимую песню из прошлой жизни - "Тщетные Брови" от группы "Поместье Красного Сна"...та же грусть, то же обида на кого-то...

Он был словно пьяный... Кто же так сильно грустил под этим осенним дождём?

Цзюнь Се вдруг осознал, что чувства девушки были крайне похожи на его!..Но, в сравнении с его чувствами, её положение было гораздо более безвыходным.

Даже ветер страдал от всей той грусти, что была в мелодии...

Мелодия начала сходить на нет словно нить шёлка на ветру. Перестав играть, девушка отложила флейту и тихо вздохнула. Этот её вздох был полон сожалений и почти не был слышен из-за дождя, падающего на землю.

Сердце Цзюнь вздрогнуло, он так же тихо и грустно вздохнул.

Хоть он и был тих, но девушка неожиданно вздрогнула. Она немедленно повернулась и уставилась на Цзюнь Се. На лице сначала было удивление, но оно тут же сменилось на отвращение.

-"..А, это ты."

-"Эта мелодия....очень красиво" - улыбнулся Цзюнь Се и мягко вошёл в беседку; с его мокрой одежды тут же закапало на пол: "Названная сестра, откуда вдруг у Вас такой интерес к флейте?"

Девушка словно сошла с картины: её милое лицо завораживало, но в нём был и холод.

Девушкой, излучавшей этот холод, была жена Цзюнь Мо Ю и названная сестра Цзюнь Се - Гуан Куинхан. Она была единственной дочерью семьи Гуан, известной семьи в королевстве Тянсян.

По правде, называть её женой Цзюнь Мо Ю было не совсем верно: их помолвили, когда они были ещё подростками. Через три года после помолвки Цзюнь Мо Ю исполнилось 22, а Гуан Куинхан 18.

Когда обе их семьи готовились к свадьбе, случилась война между их королевством Тянсян и королевством Шанси... Цзюнь Мо Ю и его младший брат Цзюнь Мо Шу были выбраны, чтобы пойти в карательную экспедицию против Шанси; тогда-то обе семьи и решили отложить свадьбу до их победоносного возвращения.

До того, как Цзюнь МО Ю ушёл в армию, Церемония помолвки уже была закончена, и Гуан Куинхан стала считаться частью семьи Цзюнь. Как только Цзюнь Мою Ю бы вернулся, была бы свадьба... Даже назначили следующую дату свадьбы, но....

Но никто не мог знать, что Цзюнь Мо Ю и его младший брат не вернутся домой; что их тела так и останутся на поле битвы... Этим двоим теперь не суждено снова встретиться!

Такой талант, и так недостойно погиб!...

Когда пришло известие об их смерти, Гуан Квинхан тут же упала в обморок...

По прошествию дней, наполненных слезами и горечью утраты, она выбрала остаться членом семьи Цзюнь; она выбрала путь вдовы и решила ухаживать за Главой семьи Цзюнь. Дедушка Цзюнь бесчётное количество раз пытался её отговорить, ведь с её происхождением она легко могла снова выйти замуж.. Он даже предлагал ей поговорить с семьёй Гуан и расторгнуть помолвку из-за сложившейся ситуации.

Но Гуан Куинхан отказалась. Главы семей Цзюнь и Гуан пытались её уговорить, но они лишь изматывали себя этим. Им оставалось лишь ждать когда она изменит своё решение и вернётся в семью Гуан.

Все в семье Цзюнь, от самого Главы семьи Дедушки Цзюнь до самых последних слуг, относились к ней с уважением и почётом....

Однако был один человек, который делал Гуан Квинхан несчастной, и это был её названный брат Цзюнь Мосе!

После того как Квинхан переехала в Резиденцию Цзюнь, Цзюнь Мосе стал невежлив в действиях, остёр на язык и вообще вёл себя фривольно; этим он вызывал у неё лишь отвращение.

Неспособная смириться с этим поведением, она однажды даже приподала ему "урок манер". Хоть она и была единственной дочерью семьи Гуан, но она хорошо знала боевые искусства. Находясь на пике Девятого уровня Суань Ци и почти перейдя на Серебряный уровень, ей было несложно справиться с кем-то вроде Цзюнь Мосе.

Но даже избиение не смогло исправить этого засранца... Зная, что она не нанесёт ему сильных ран, Цзюнь Мосе всегда издевался над ней втихую.

Не зная, как с этим бороться, Гуан Квинхан выбрала прятаться в своей комнате большую часть времени; но сегодняшний дождь наполнил её сердце печалью и она решила пойти в беседку в саду, чтобы высвободить всю свою грусть в мелодии... Но неожиданно этот паршивец оказался рядом!

[Что за идиот... Разве ты не понимаешь, что мой Девятый уровень Суань Ци выше, чем твой? Если бы я хотела приподать тебе урок, я бы это сделала!... Но я до сих пор тебя не избила лишь потому, что не хочу нарушать спокойствие в Резиденции... А может, ты думаешь, что я тебя боюсь?...]

"Оу, мне сейчас просто нечего делать, и я решила немного поиграть на флейте. Возможно, Третий Молодой Господин тоже играет?"

Услышав слова Цзюнь Се, Гуан Куинхан стало ещё отвратнее: [Да что этот дебил может знать об игре на флейте? Очень красиво? О чём он??.. Он что, пытается со мной поговорить??...]

Она смотрела на него ледяным взглядом, думая, как он сегодня собирается её обидеть.

С мудростью Цзюнь Се, как он мог не заметить издёвки в её голосе и словах? Но, тем не менее, он восхищался девушкой, ведь он точно знал, каким мудаком мог быть Цзюнь Мосе... Вполне нормально, что его все ненавидели! Но с другой стороны он уважал её преданность своему брату.

"Мелодия из этой флейты - это мелодия Вашего сердца... Прошлое осталось в прошлом, и Названной сестре будет лучше, если это прошлое отпустить." - подумав, ответил Цзюнь Се.

Гуан Квинхан, игнорируя его, выдала "хех" и отвернулась.

Цзюнь Се начал терять интерес: [Если меня кто-то игнорирует, то я просто буду игнорировать этого кого-то ещё больше! Ну и что, что это девушка, разве можно красавицам смотреть на всех остальных свысока?..]

Но вслух он сказал: "Я был с Вами слишком нахален ранее и принёс лишь неудобство... Что ж, тогда я пожалуй пойду"

Сказав это, он улыбнулся и вышел из беседки. [Игнорируешь меня? Ну ладно, тогда пойду посплю.]

Гуан Квинхан крайне этому удивилась.

Она думала, что сейчас он снова с ней заговорит и будет ласковым, чтобы потом жёстко подшутить. Но он вдруг извинился за беспокойство... Он даже ушёл без какой-либо защиты от дождя!

Смотря на удаляющуюся спину Цзюнь Се, Гуан Квинхан было открыла рот, но передумала; её вдруг подумалось, что Цзюнь Се действительно стал каким-то другим.

Этот хитрец обычно всегда ходил с мерзкой ухмылкой во всё лицо, а его бесчестные глаза вечно искали новую мишень для насмешек. Каждый раз, завидев её, он пускал слюни...

Но то, что он сделал сейчас...в этом не было ни намёка на усмешку или пошлую шутку... Он наоборот был спокоен и интеллигентен.

Даже более, он совсем не пялился на неё, как обычно. Когда он уходил, она видела, что он оставался спокоен, словно река.

Гуан Квинхан задумалась: [Он действительно изменился?...Нет, не может такого быть! Видя, что его скрытые подколы не работают, он решил изменить тактику и сыграть "джентльмена", чтобы поближе подобраться ко мне! Проклятый урод! Цзюнь Мосе, ты и вправду думаешь, что я попадусь на это? Да хоть сто раз меняй свои маски, для меня ты так и будешь грязным, бесстыдным придурковатым засранцем!]

[Оу, ну да, ты вышел в такой дождь без плаща или шляпы чтобы просто подойти и сказать мне пару слов? Да кто в это поверит? Все же сразу видят, что ты что-то затеваешь! Хах, джентльмен, кто в такое поверит...]

[Он даже не показал страха, заговорив со мной, пфф]

Гуан Квинхан оставалась холодной как лёд!

Глава 40. Суань Ядро.

Как только Цзюнь Се вышел из беседки, его сердце наполнилось печалью: ведь Гуан Куинхан было лишь 21, самый расцвет её молодости... К тому же она была очень красива..но всё же выбрала статус вдовы и осталась в семье Цзюнь!

В его старом мире такое было бы просто немыслимо!

Но в этом мире это было обычным делом...какая трагедия.

[Да это же просто глупо! Вот если бы я мог...Э??] - мысль возникла в голове Цзюнь Се: [Я бы такого никогда не придумал. Она, может мне и нравиться, но не настолько..как я вообще мог о таком подумать? Хотя...]

"Сраный Цзюнь Мосе! Твой дух уже покинул это тело, но твои мысли ещё меня достают..." - выругался Цзюнь Се.

Цзюнь Се вошёл в свою комнату, и, не заметив приветствия Малышки Ке, он сел и стал напряженно вспоминать. Он вспоминал все свои действия с момента перерождения, и что-то тут было не так...

В прошлой жизни, он был свободен от всех чувств и вёл себя как хотел, но это всегда было для него лишь прикрытием, чтобы подобраться к цели... Не смотря ни на что, это была лишь игра.

Характер Цзюнь Се всегда был спокоен и расчётлив, даже хладнокровен; иногда его называли "безжалостным"... Но не это было в прошлой жизни, сейчас же ему пришлось признать, что его характер изменился с перерождения.

Вообще, для Цзюнь Се роль взбалмошного пижона подходила идеально; но ему нужно было всегда оставаться на чеку!

[Я не могу позволить мыслям прежнего хозяина тела, Цзюнь Мосе, завладеть мной!.. Но мне нужна эта личность как прикрытие.

Я всё ещё я... Злой Монарх Цзюнь Се!]

Глаза Цзюнь Се вдруг словно бы сверкнули; для этих глаз сотни тысяч людей были не более, чем просто корм для скота!

Безжалостный убийца Злой Монарх вступил в другой мир!

Обдумав этот вопрос, Цзюнь Се расслабился и вдруг кое-о-чём вспомнил; он тут же вытащил из одежд маленький свёрток.

Этот свёрток стоил жизни двадцати грабителей. Хоть он и не знал, кому понадобился этот свёрток, но он точно знал, что простой человек никогда не посмел бы украсть у семьи Танг..

Да вообще никто не посмел бы, не стой эта вещь таких усилий!

Думая так, Цзюнь Се становилось всё более интересно. Желание вернуть свёрток семье Танг было в его голове, но любопытство всё-таки взяли верх.

Исходить лишь из своих желаний, вот путь Злого Монарха!

Со вздохом, Цзюнь Се медленно развернул ткань. Внутри оказалась небольшая деревянная коробочка; от неё исходил слабый неизвестный запах, а крышка коробочки была покрыта бледными линиями из золота. Сама же коробочка была сделана из Золотой Шёлковой Сандаловой Древесины высшего качества!

Судя по виду, коробочка была вырезана из всего Золотого Шёлкового Сандалового Дерева целиком! Да она сама по себе стоила целое состояние!

Открыв коробочку, Цзюнь Се почувствовал, как из неё вырвался холодный поток воздуха. Внутри коробочки была ещё одна, белоснежно-белая. Дотронувшись он почувствовал холод. Это же был дорогущий Холодный Нефрит!

Судя по цвету коробки, этот Холодный Нефрит был довольно загадочен!

Цзюнь Се тяжело задышал.

[Да что же там настолько важного, что Танги использовали Холодный Нефрит?]

Аккуратно открыв коробочку из Нефрита, внутри Цзюнь Се обнаружил круглый объект. Этот объект был завёрнут в слой красочной кожи, которая странно блестела...

Цзюнь Се, не знавший что это такое, не мог испытать шок от увиденного; увидь эту вещь профессионал, то он бы сразу впал в шок... Это было шкура Суань Зверя Девятого уровня, сравнимого по силе с экспертом Божественного Верховного Суань!

...Золотая Шёлковая Сандаловая Древесина, Холодный Нефрит, шкура Суань Зверя Девятого уровня..это же бесценные сокровища!

И все эти сокровища были лишь упаковкой!

Цзюнь развернул шкуру Суань Зверя и вытащил нечто; это был круглый объект размером с шарик для пинг-понга.

Смотря на этот шарик, Цзюнь Се не мог не почувствовать сожаления.

Шарик был тёмно-тёмно-красного цвета, а на вид напоминал камень или нефрит, но это точно не был камень или нефрит... Цзюнь Се попробовал слегка сжать шарик и понял, что он немного мягкий...

Впечатления об этом шарике были немного противоречивы!

Вдруг мысль мелькнула в голове Цзюнь Се: "Суань Ядро?.."

Хоть Цзюнь Се и не знал, как выглядит Суань Ядро, но он знал что оно очень дорогое: лишь Суань Зверь Третьего уровня или выше мог создать Суань Ядро.

Что же до этого конкретного Ядра, то, если учесть сколько сил приложила одна из сильнейших семей Танг для его защиты... оно точно не было простым. Его как минимум должен был создать Суань Зверь Седьмого уровня, а может и выше!

Цзюнь Се не мог знать, сколько сил Танг Ванли приложил для того, чтобы достать это ядро...

Это было Суань Ядро Золотого Крылатого Тигра, и в нём было очень много энергии. Для низкоуровневых экспертов Суань Ци это Ядро было бесполезно...

Но, как только они повышали уровень, при определённых условиях и используя определённые методы они могли поглотить энергию из Суань Ядра и сделать её своей!.. А вот сколько энергии можно было потребить зависело лишь от таланта поглотителя.

При достижении Суань уровня Земли все дальнейшие шаги становились крайне сложными. Однако, поглощение Суань Ядра могло поднять новичка уровня Земли на вершину Божественного Верховного уровня!

В этом мире Суань Ци эти Ядра были крайне ценны!

Вся сложность состояла в убийстве Суань Зверя, ведь убить Суань Зверя даже Восьмого уровня было крайне и крайне сложно. А уж убить Зверя Девятого уровня и забрать его Суань Ядро?.. Это было почти невозможно даже для эксперта Божественного Верховного уровня! Отбиться от него в сражении - возможно, но вот убить...

Даже два настолько сильных эксперта не смогли бы точно победить Суань Зверя Девятого уровня; сила и скорость такого Зверя были неимоверны. А если бы Зверь выбрал бегство, то никто не смог бы его догнать!

И кстати, этот Золотой Крылатый Тигр был Суань Зверем, способным летать! Победить его вообще было невероятным делом.

...однажды Танг Ванли случайно наткнулся на тяжелораненого эксперта Небесного Божественного уровня.

Узнав, что эксперт обладал Ядром, Танг Ванли потратил целое состояние и нанял десятки экспертов Нефритового, Небесного и Земляного уровня, чтобы добыть его. Много жизней было утрачено, но его план удался.

Независимо от того, как это Ядро попало к тому эксперту, было неверно говорить, что это Ядро единственное в своём роде; всего подобных было не больше трёх.

Причиной, по которой Ли Юран захотел это Ядро, было то, что он сам желал его использовать! Его план назрел ещё годы назад, как только он узнал, что энергию Суань Ядер можно было поглотить. Он подкупал слуг семьи Танг, подсылая шпионов, анализируя информацию, шаг за шагом...

И, три месяца назад, он всё-таки выяснил, где в доме хранят Суань Ядро. Но Дед Танг никогда не покидал Резиденции, и ещё самого Деда всегда охраняли четыре высокоуровневых эксперта... Не было никаких шансов выкрасть Суань Ядро.

Но вдруг выпала редчайшая возможность! Не только Дед Танг покинул дом, но и три из четырёх его охранников ушли с ним! Да ещё и проливной дождь полил, делая ситуацию более удачной!

Учитывая эти факторы, Ли Юран послал лучшего эксперта отвлекать оставшегося охранника семьи Танг, пока двадцать грабителей будут красть Суань Ядро. Связавшись с источником внутри, они, пусть и ценой 14 из 20 экспертов, всё-таки выполнили задание!

Отдать жизни четырнадцати экспертов и взамен получить Суань Ядро Зверя Девятого уровня... Это всё равно что получить его даром!

Но, к несчастью, прямо перед своих уходом выжившие встретили Цзюнь Се...

Несколько лет планирования и поиска информации, сотни планов и тысячи минут анализа... Всё это пошло прахом!

Всё это ушло в пользу другого!

Можно было лишь представить, насколько жалко сейчас выглядел Ли Юран!

Глава 41. Абсолютный переворот.

Если говорить на чистоту, то Цзюнь Се понятия не имел, насколько ценной была вещь в его руках. Всё, о чём он сейчас думал - как объяснить семье Танг возврат этого Ядра...

Как ему рассказать им, откуда у него Ядро? А если не возвращать его семье Танг, какую выгоду он сможет из этого извлечь? Он даже не знал, что это вообще такое и насколько этот шарик ценен!

Долго думав, Цзюнь Се так ничего и не решил.

Чуть посидев, он взял Ядро и, завернув его в Холодный нефрит, положил обратно в коробочки. Чуть взвесив коробку в руке, он положил её рядом с подушкой. Подумав ещё чуть-чуть, он подвинул коробочку и спрятал её под подушку.

Цзюнь Се понимал, что это непростая вещица, и она ему приглянулась.

Да и к тому же, он где-то слышал, что запах сандала полезен для сна...

Когда найдется человек, который найдя на улице коробочку, вернёт её содержимое, это станет анекдотом!

И этим анекдотом сегодня мог бы быть Цзюнь Се...

... ... ...

За окном уже была ночь, и дождь начинал стихать.

Дедушка семьи Танг - Танг Ванли был в ярости, его волосы стояли дыбом!

Сначала он был зол на семьи Ли и Мэнг, он готов был уничтожить каждого из их семьи своими руками! Но, дойдя до Резиденции Ли, вместо криков и ругани его встретили, словно сам Император пришёл к ним в дом!

Затем он собирался разрушить до основания Резиденцию семьи Мэнг, но тут начался сраный дождь! Проклиная всех Мэнгов самыми разнообразными словами, Танг Ванли ещё больше злился: он теперь не мог уйти, ведь на улице был ливень!

Но Дедушка Танг не мог знать, что, пока он проклинал всех и вся, его грабили; что гонец с этой новостью уже бежит к нему.

Услышав доклад, он покраснел...

Он пришёл разорять чужой дом, и в то же время кто-то разорил его собственный. Более того, в таком деле точно был замешан предатель!

Не нужно было гадать, что именно украли... Дедушка Танг точно знал, что похитили самую дорогую для него вещь, иначе гонец не мчался бы через такой проливной дождь!

Лишь Суань Ядро было настолько важным!

Подумав, Дедушка Танг надеялся, что не оно было украдено; но, услышав доклад, он почти упал в обморок на месте. То, чего он боялся больше всего на свете..

Суань Ядро, которое он ценил так же, как свою жизнь...украдено.

С того самого дня, как он обрёл его, Танг Ванли знал, что у него в руках редчайшая вещь. Всё, что следовало сделать его детям и внукам - сконцентрироваться на культивации Суань Ци и подняться до уровня Земли..

Он сделал бы всё, что угодно лишь бы пригласить несколько экспертов уровня Неба, или даже может эксперта Небесного Божественного уровня, лишь бы его внуки смогли поглотить энергию Суань Ядра... Это подняло бы их на уровень Небес!

Когда подобное бы произошло, уважение и сила его семьи вновь бы вернулись! Пока бы были живы его дети и внуки, его семья была бы сильнейшей!

..Что же до самого Танг Ванли, то он был уже слишком стар для такого. Даже будь он способен на поглощение Ядра, он не смог бы прожить достаточно долго. Он мог бы прожить достаточно долго, но лишь будь он Небесного Божественного уровня Суань Ци, но его таланта просто не могло на такое хватить.

Откуда он мог знать, что все его планы ТАК повернуться?

У него было двое сыновей: первый был не достаточно талантлив, второй же был талантлив, но имел больше интереса к литературе и книгам, чем к боевым искусствам. Он едва прошёл на Девятый уровень Суань Ци и даже не пытался прорваться на Серебряный.

Его карьера в роли госслужащего была плавной, но в семье не было сильных экспертов.. Это чувство неопределённого будущего семьи и надежда на других очень огорчали Дедушку Танг.

Гражданские и военные чины были подконтрольны Его Величеству, Императору. Но будь у их семьи хоть один эксперт уровня Неба, даже Императору пришлось бы с ними считаться!

Не имея больше вариантов, Танг Ванли мог надеяться лишь на своих внуков; надежды старика оправдывались их многообещающими талантами. Хоть старший из внуков, Танг Юань, и выбрал бизнес вместо культивации, но три оставшихся внука очень уважали искусство культивации Суань Ци и стремились к его вершинам.

Лишь это утешало старого главу семьи Танг. Он верил, что доживёт до того момента, когда хотя бы один из его внуков станет экспертом уровня Земли.

Он верил, что будет больше пользы, если использовать Ядро на внуках, чем на сыновьях. Его планы потихоньку превращались в реальность; у его семьи не было проблем ни в придворных кругах, ни среди других семей...

Он не мог предвидеть, что спустя долгие десятилетия поиска нужных Ингредиентов, многие часы тренировок, когда его внуки вот-вот пройдут на уровень Небес и до уровня Земли оставались считанные годы..кто-то посмеет выкрасть самый важный элемент его плана!

Сейчас же, Танг Юань был в самом злом настроении. Прихватив с собой полтора миллиона серебряных ляней, он вцепился в воротник Менг Хайцзоу и "настаивал" на возвращении его драгоценного меча и ножен.

Но как Мэнг Хайцзоу мог их вернуть? Всё, что он сейчас делал, так это потел и с извинениями пытался успокоить Танг Юаня.

Чувствуя себя беспомощно, Дедушка Танг приказал всем отправиться назад домой. С чувством пнув Толстяка Юаня ногой под зад, он отправился в Резиденцию Танг.

Перед уходом, Танг Юань пообещал, что если ему в течении трёх дней не вернут его меч и ножны, он отправиться прямиком к Императору и расскажет ему обо всём... Эти слова заставили Мэнг Хайцхоу обделаться от страха.

Разумеется, эти слова были не бесплатны. За каждое сказанное слово Дедушка Танг пинал внука по заднице два раза, заставляя его бока трястись волнами.

В спешке прийдя домой, Дедушка Танг снова стал яростным тигром.

Он приказал всей элите семьи Танг обыскать все закоулки и углы города. Четырнадцать мёртвых грабителей и шесть их подельников на улице Танг Ванли тоже не забыл: их портреты висели в Министерстве Юстиций.

За информацию о них была назначена награда в тысячу серебряных ляней!

А за нескольких сбежавших слуг награда была в два раза больше!

Во что бы то ни стало Дедушка Танг хотел найти того, кто всё это спланировал!

За один день вся Столица перевернулась.

За три дня весь мир перевернулся.

В то же самое время Ли Юран и семья Ли не делали ничего, как бы наблюдая со стороны. Но, в тайне ото всех, они пытались выяснить, что же пошло не так.

Ли Юран допрашивал каждого, кто хоть как-то был задействован в его плане, и любой, кто был даже немного подозрителен, допрашивался с особым пристрастием. Убийство сотни невинных лучше, чем дать одному убийце жить!

Для Ли Юрана было крайне важно выяснить, кто обрушил его план! После двух дней сплошных допросов, многие были запытаны до смерти. Секретный отряд семьи Ли так же действовал, собирая всю доступную информацию из любых источников.

Все Великие семьи Столицы почувствовали, что происходит что-то странное. Никто не пытался действовать открыто, чтобы их не засосало в "водоворот событий"; но все тайно отправляли своих людей на сбор информации. Что же произошло в семье Танг?

Все силы Столицы стояли на ушах: камеры в Министерстве Юстиций были заполнены до отвала! Демонстрация силы семьи Танг заставила всех в Столице почувствовать дрожь.

Но, новых вестей не было.

Дедушка Танг был опечален потерей семейного сокровища; Ли Юран же сохранял своё обычное спокойствие, но его глаза ядовито смотрели на всех людей в доме. Если он смотрел так на кого-то, то на следующий день этот кто-то был мёртв. Если же он буравил кого-то взглядом, вся семья человека умирала на следующий день!

Что же до Цзюнь Се , то он оставался в неведении о том, что происходит. Он просто расслабленно сидел дома, обнимая коробочку из Сандалового Дерева по ночам.

Она действительно оказалась полезной для сна...

В своих же мыслях, он думал лишь о названной сестре...

Глава 42. Ад.

Разведка семьи Цзюнь не была плохой, но и идеальной назвать её было нельзя, ведь информация не поступала к Молодому Господину; да и сам Молодой Господин был занят в последнее время.

Если он не медитировал, стараясь открыть секреты Великолепной Пагоды, то наблюдал за тренировками стражи.. Цзюнь Се даже не пил вина, и все его запасы просто стояли, покрываясь пылью!

А о том, что Танг Ванли перевернул весь город, он узнал лишь через несколько дней!

Семья Цзюнь избежала всяких подозрений: ни одна из Великих Семей не думала, что в этом есть нужда.

Кроме придурковатого распутника, все члены семьи Цзюнь были слишком старыми или слишком искалеченными... Кто из них мог совершить подобное?

Дедушка Цзюнь был уважаемым человеком, действующим открыто и вызывающе, даже его враги знали это. Это не мог быть он.

А Цзюнь Мосе... Ахах!

Да сама мысль о том, что он мог убить шесть экспертов Суань Ци оскорбляла их память!

Кто вообще поверит, что у него хватило сил на то, чтобы убить эксперта уровня Серебра и пять экспертов Девятого уровня Суань Ци?

Но не все в семье Цзюнь были настолько слабы!

Благодаря усилиям Цзюнь Се, он, имея кучу свободного времени, решил устроить своим подчинённым шкуросдирательные тренировки!

Но всё же никто из стражей не сказал ни слова!

Они не смели роптать, ведь их всех унизили и оскорбили!

Но, несмотря на все унижения, если стража тренировалась, то и Цзюнь Се тренировался вместе с ними!

За последние несколько дней, наблюдая за их тренировками, даже у бывалого солдата Цзюнь Вуя пробегали мурашки по спине...

... ... ...

Вот каким было расписание тренировок Цзюнь Се на день: с первыми лучами солнца он вставал и шёл на тренировочное поле. Там он садился в уголок и медитировал. Цзюнь Се не хотел медитировать в комнате, ведь там нельзя было достичь единения с природой, с миром - свежий утренний воздух очищал его мысли.

После часа медитации, он пристёгивал к своему телу тяжёлые грузики и начинал отработку базовых движений: простые прямые удары руками, апперкоты, хуки слева и справа под различными углами, пинки ногами, удары с разворота и сбоку, пинки назад... Между подходами не было и минуты отдыха.

После отработки ударов Цзюнь Се сразу же начинал отжиматься, приседать, качать пресс, выпрыгивать вверх, ходить "гуськом", подтягиваться...

После всех этих упражнений с утяжелителями он был изнеможен до такой степени, что больше не мог потеть; все его мускулы были напряжены до предела. Тренируйся так простой человек, то он бы уже валялся на полу от изнеможения!

Но это было всего лишь начало...

Размяв таким образом руки и ноги, Цзюнь Се начинал воспроизводить связки движений из боевых искусств, и каждое выполнял с точностью машины!

Хотя эти движения и были простыми и без особого стиля, они все равно заставляли его попотеть...ведь каждое движение он делал строго по канонам и стандартам.

В каждый удар рукой или ногой Цзюнь Се, поворачиваясь всем телом от пятки до плеч, вносил весь вес тела. Всем корпусом он вкладывался, дабы каждый удар был максимально сильным; все движения его ускоряли.

Каждый удар был на пике его сил, никаких поблажек!

В одном боевом искусстве учили, что наиболее важны в тренировках именно обычные удары, ведь именно в них и скрыта вся сила тела и мускулов.

"Правильный удар может забрать жизнь, но неверно исполненный может сломать твою собственную руку"

Этот же принцип можно трактовать по-другому

"Хоть твоё действие - лишь простой удар, это всё равно боевое искусство!"

Основа всех боевых искусств - тренировка и повторение базовых движений!

Именно такая тренировка это лучший способ понять саму суть боевых искусств.

Но Цзюнь Се делал все, даже самые простые удары, с утяжелителями, что повышало сложность в разы!

Однако всё это было лишь первым днём обычной тренировки Цзюнь Се!

Битва под проливным дождём родила в нём желание стать сильнее - он был слишком слаб!

После выполнения этой утренней программы, перед Цзюнь Се собиралась стража семьи Цзюнь. Так начиналась их адская тренировка!

И вместе с ними каждое упражнение делал и Цзюнь Се; он начинал и заканчивал каждое упражнение вместе с ними!

Упражнения, которые они выполняли, были из прошлой жизни Цзюнь Се; все эти адские тренировки были направлены на создание лучших наемных убийц.

Братья и сёстры Цзюнь Се по оружию в тайне поговаривали: "Лучше девять раз пройти сквозь дворец Короля Ямы, чем позволить Злому Монарху вести тренировки!". Даже для них его подход к тренировкам был слишком суров!

Цзюнь Се лишь повторял себе:

"..Если я желаю обрести силу и снова стать сильнейшим в мире, то я должен тренировать своё тело как никто в этом мире...иначе и начинать не следует...

...я должен работать в поте лица, должен стараться как никто!.. Иначе о силе следует забыть..."

Лишь с таким настроем можно достичь успеха! Без тяжелого труда не получиться достичь высоких результатов!

Если хочешь стать бессмертным, нельзя надеяться на снисхождение богов!

Даже будь у кого-то вся удача мира и самое мощное сокровище во вселенной, без упорного труда этот кто-то ничего не достигнет!

Лишь упорным трудом, своими потом и кровью генерал сможет оставить след в истории. Не сможет стать Великим тот, кто не работает; такой след будет подобен грязному пятну.

Если хочешь превзойти всех в мире, то ты должен сначала превзойти себя!

Лишь так можно достичь успеха!

Закончив свою собственную тренировку, он приказал стражам пробежать 20 кругов по тренировочной площадке. И сам он пробежал с ними все 20 кругов!

Так же было и с остальными упражнениями... С нынешним состоянием тела Цзюнь Се, он мог потерять сознание от перенапряжения после каждого упражнения!

После первого дня таких тренировок, Цзюнь Се был вымотан до предела. Но его гордость лучшего наёмного убийцы Земли -Злого Монарха- поддерживала в нем силы, позволяя ему не сдаваться.

А так же его поддерживал Очиститель Меридиан - одна из удивительных способностей Пагоды Хонцзюнь.

Лишь благодаря Пагоде он был сильнее и восстанавливался быстрее, чем обычный человек.

Лишь работая в поте лица можно добиться желаемого!

Ведь даже если на ленивого упадёт Божественный фрукт с Небесного Дерева, его раздавит им насмерть! У лентяев нет шансов вкусить плоды труда!

Сейчас же Цзюнь Се постигал тайны Пагоды Хонцзюнь и её Искусств. Но, несмотря на это, он должен был развивать и своё тело; ведь если тело слабо, то и много энергии Ци оно не вместит, да и Искусства станут непосильной ношей.

Все три сотни стражников думали одинаково о Цзюнь Се: они верили, что для него тренировать их - очередная забава...

Но как же изменялись их лица, когда они видели, что Юный Господин вместе с ними тренируется почти до потери сознания! Некоторые даже устроили пари на то, сколько протянет их Господин... Как много они не знают!

Глава 43. Должен быть силён, чтобы ковать металл.

Все верили, что Юный Господин вот-вот свалиться с ног от усталости..ведь как этот пьянчуга и развратник может вытерпеть такие тренировки?

Некоторые даже поспорили, что Цзюнь Се вырубиться до того, как догорит палочка благовоний... Но, несмотря на столь низкие ожидания слуг, Цзюнь безукоризненно выполнял и выполнял каждое упражнение от начала до конца!

Он действительно всё это вынес! Это просто повергло всех в шок.

Но, немного погодя, все начали спорить, примет ли Юный Господин участие в тренировке после полудня.

..И большинство из слуг верило, что предел для Цзюнь Се уже достигнут и его тело больше не выдержит.

"Эй, да для него утренняя тренировка - это уже вершина!"

Сразу же после завтрака у Цзюнь Се и его 300 стражей было время на отдых...и это было время, пока горит половинка палочки благовоний и не мгновеньем больше!

Но, несмотря на это время, Цзюнь Се не хотел терять ни минуты впустую. Вместо отдыха он пошёл в свою комнату, и, несмотря на свои болящие мыщцы, взял там трубочки из бамбука. Заполнив все, кроме одной, стальными иглами, он расставил их на столе; пустую же трубочку бамбука он положил между остальных. И стал бить ладонью по пустой трубочке..

При этом пустая трубочка была окружена трубочками с иглами так, чтобы лишь под одним углом ладонь могла ударить, не задев иглы. И бил Цзюнь Се так сильно, чтобы пустая трубочка выдавала звук!

Эта маленькая и с виду простая тренировка на деле же была крайне трудной, ведь гибкость пальцев для такого удара должна была быть максимальной!

Иголки торчали из бамбуковых трубочек повсюду, и наклонив ладонь не так, какая-то из них обязательно вонзалась в руку!

В подобный момент любой бы сразу же затряс ладонью от боли, но из-за этого в руку бы снова вонзились иголки...

Но Цзюнь Се сохранял спокойное лицо всю эту тренировку, хоть его ладони и были истыканы иглами...

Когда началась дневная тренировка, стражи застали Цзюнь Се на тренировочной площадке; его ладони кровоточили, но на лице было облегчение.

Всю утреннюю тренировку он продолжал выполнять столько же упражнений, что и стража.

В результате от такого у всей стражи глаза полезли на лоб!

Ведь несмотря на то, что они видели, половина стражей верила, что для Юного Господина это предел: тренировка слишком невыносима!

Как же они ошибались...

Они тренировались до самого вечера.

И всё то время, пока они тренировались, в их сердцах звучал голос: "Как мы можем?! Мы, ветераны войны, прошли столько битв и выжили!..А с нами наравне тренируется пацан, неспособный выдержать простой порки!".

Эта мысль помогла им дойти до Ада и даже занести ногу над его порогом!

Пока Цзюнь Се не упадёт от усталости, никто из стражей не перестанет тренироваться! Пусть они и устанут, как кони...

Если Цзюнь Се руководил тренировками, то Цзюнь Вуй просто наблюдал со стороны, и кое-что его беспокоило:

[Допустим, он смог поднять их дух на новую высоту, но как он станет их тренировать?]

Но, увидев первую тренировку стражей, Цзюнь Вуй почувствовал холодок, сбегающий по спине!

Наблюдая за бегущими стражами, групками несущими огромные бревна, Цзюнь Вуй оторопел. Но, когда он увидел Цзюнь Се, несущего такое же огромное бревно в одиночку... Он не поверил своим глазам!

Цзюнь Вуй тут же начал тереть свои глаза, и ещё, и ещё... Он тёр и тёр пока его глазам не стало больно!

Если глаза его не обманывали, то что же он перед собой видел? Может, сегодня и солнце взошло на севере? Как это возможно?

К концу дня Цзюнь Се всё-таки закончил тренировку. Все стражи были измотаны; они больше походили на дохлых собак, чем на элитных воинов.

Они лежали на земле без сил и пытались отдышаться... Ни у кого из трёх сотен воинов не было сил стоять.

Лидеры двух Отрядов стояли на коленях: один, согнувшись, пытался отдышаться; второй пытался подняться, но безрезультатно.

Лицо Цзюнь Се было белым, как мел; он в любой момент мог потерять сознание...но он стоял.

Орлиным взглядом он осмотрел месиво вокруг себя и прокричал: "Живо поднять свои задницы! Все, кто не сможет встать за три мои вдоха, будет казнён на месте! Лучше выйдите отсюда и совершите самоубийство, если сдаётесь! Вы слишком жалки, чтобы стоять здесь... Даже я смог пройти такую лёгкую тренировку, а вы валяетесь без сил?! ПОЗОР!!".

После сказанного, все в один миг поднялись на ноги; их ноги дрожали от напряжения. Несколько из стражей едва стояли и в любой момент могли упасть, но их тут же поддерживали стоящие рядом...

Никто не хотел умирать.

Цзюнь Се притворно вздохнул и продолжил: "Что ж... И после ЭТОГО вы смеете мне говорить, что вы не мусор? А? Один день самых простых тренировок, и вы попадали, как куклы! Даже я стою, а вы лежите?? Как у вас хватает смелости так просто лежать тут без дела?! Ветераны сотен битв, прошли кровавые битвы... ХА!"

У всех стражей лица мигом стали красными, как помидор; их снова унизили и смещали с дерьмом.

[Как мы можем тут валяться после тренировки, если Молодой Господин спокойно стоит?...]

Цзюнь Се весь день тренировался у всех на виду - он делал все упражнения вместе со стражей. Как же он смог это вынести, если даже три сотни стражей не смогли? Все знали, что у Цзюнь Се тело слабое, как травинка...

Стражи стояли и смотрели на Цзюнь Се, на их лицах был трепет...и уважение!

Ведь Цзюнь Се смог вынести все эти тренировки вместе с ними!

Цзюнь Се холодно всех оглядел и сказал: "Если такое произойдёт и завтра, то я лично казню каждого из вас! Семье Цзюнь не нужна стража, которая лишь пьёт и жрёт! Особенно, если они не могут обойти простого распутника вроде меня!". Сказав это, он развернулся и пошёл в дом.

Особенно внимательные стражи могли бы заметить, что пока Цзюнь Се шёл, его ноги и руки бесконтрольно тряслись; все мышцы в теле Цзюнь Се были напряжены до предела, чтобы просто пройтись...

Но, не смотря на это, его лицо не выдавало ничего!

Если бы это заметил кто-то из стражей, то их бы хватил удар! Ведь как они могли говорить "сложная тренировка", если даже Молодой Господин прошёл её и всё так же ходит!

И каждый из них бы уже упал в обморок, если бы носил утяжелители, как Цзюнь Се сейчас!

Все стражи видели, как сотни ран появлялись на теле Молодого Господина во время упражнений; из них всё время медленно сочилась кровь... И ко всему этому, он всё время был в утяжелителях, что делало его тренировку в три раза сложнее, чем у стражей!

Для Цзюнь Се эта тренировка тоже не была простой... К примеру, если бы старый Цзюнь Мосе попытался так потренироваться, то он бы уже десять раз умер!

Но Цзюнь Се не был мёртв благодаря Искусству Божественной Удачи. К тому же, такой тренировкой он хотел превзойти пределы своего тела и поэтому не мог так просто умереть!

Даже Цзюнь Вуй не знал, что во время тренировки Цзюнь Се все упражнения делал с утяжелителями...

Смотря на уходящий силуэт, Цзюнь Вуй был очень удовлетворён, но в нём было подозрение: [Таково настоящее лицо моего племянника? Да даже и так, это было слишком тяжело! Что может случиться, продолжи он так же и дальше?]

Но кузнец должен быть силён, чтобы ковать металл!

Глава 44. Ещё один шаг.

Цзюнь Се медленно зашёл в комнату; Малышка Ке, увидев его состояние, чуть не расплакалась. Трясущимися руками она помогла ему раздеться и обтёрла его мокрой тряпкой от грязи. Всё это время Цзюнь Се никак не реагировал и просто пытался не потерять сознание; он по опыту знал, что если хоть чуть-чуть расслабиться, то отключиться на пару дней!

Но если сейчас он сможет не упасть в обморок и восстановит силы, находясь в сознании, то перешагнёт за пределы сил этого тела!

Когда Малышка Ке закончила его обтирать, Цзюнь Се отослал её. Продолжая стоять, он глубоко погрузился в себя; мысленно оставаясь настороже, он почувствовал, как по его меридианам разливается сила Искусства Небесной Удачи...

К удивлению Злого Монарха, Величественная Пагода в море его сознания крутилась на гораздо большей скорости, чем ранее; да и нити белого тумана, выходящие из Пагоды, были сейчас гораздо толще. Этот туман -Благославлённая Миром Ци-медленно стекал по меридианам Цзюнь Се, принося с собой чувство комфорта и расслабленности.

Это чувство было подобно тому, как если бы изнурённому жаждой путнику попалась река с чистой родниковой водой... Блаженство.

Мистический белый туман всё быстрее протекал по меридианам, и утомлённое тело Цзюнь Се медленно начало восстанавливаться, а особенно повреждённые части стали невыносимо чесаться.

Поборов желание почесать эти места, Цзюнь Се направил свои оставшиеся силы на медитацию и стал всё глубже погружаться в себя, отдаляясь от всего и всех...

Шло время, и вскоре повреждённые части на теле Цзюнь Се стали затягиваться, формируя шрамы...

Но и шрамы не оставались на его теле надолго: они сростались и рассасывались, оставляя вместо себя лишь новую, неповрежённую кожу...

Бледная кожа аристократа появлялась там, где старая была содрана во время тренировок, но новая была чуть более гибкой..

Мускулы тоже обновлялись: Благославлённая Миром Ци, проходя по меридианам, заставляла их светиться под кожей нежным бледно-белым светом. После целого дня тяжелейших тренировок они были истощены, но белый туман помогал им расслабиться.

Затем, по всему телу Цзюнь Се прошла волна зуда, принося за собой облегчение...

Сам Цзюнь Се, находясь в состоянии медитации, не осознавал, что происходило с его телом. После крайней степени истощения от тренировок его тело почувствовало релаксирующую волну, а его дух словно бы попал в другую реальность.

Это чувство было подобно тому, словно на корабле плывешь через океан: плывёшь и просто наслаждаешься звуком волн...

А внутри моря сознания, туман, исходивший из разноцветной Пагоды Хонцзюнь, стал интенсивнее и богаче. Волны чистой Благославлённой Миром Ци текли через Цзюнь Се словно река через поле, протекая через каждый меридиан, мышцу или нерв...

Злой Монарх точно ощущал, как потоки Ци стекают по его венам, восстанавливая не только его физические силы, но и духовные. Даже его Ци, хоть и немножко, но восстанавливалась и даже увеличивалась в объёме!

Он больше не был уставшим или изнеможённым; в этот момент его дух был в гармонии с Пагодой Хоцзюнь.. Даже такой хладнокровный человек, как Цзюнь Се, чувствовал себя сейчас комфортно и расслабленно.

Внезапно Великолепная Пагода Хонцзюнь в море сознания Цзюнь Се перестала вращаться.

Это событие настолько поразило Цзюнь Се, что он начал возвращаться обратно в мир смертных; даже его душа вернулась в тело. Белый туман, до этого свободно бегущий по его меридианам, уже исчез, втянувшись обратно в Пагоду.

Цзюнь Се вернулся в своё тело, полностью выйдя из состояния медитации, и почувствовал, что его тело полностью отдохнуло и восстановилось! Медленно глубоко вдохнув, на выдохе он открыл глаза.

Встав, он прогнулся назад так, что весь позвоночник захрустел. Немного размявшись, Цзюнь Се понял, что отдохнул достаточно хорошо, и что и тело его и ум достаточно остры и сильны.

Подойдя к окну, он увидел мягкий лунный свет, льющийся на землю; Луна висела в небе, освещая собой многие ли вокруг.

(прим.пер.: "ли" - местная альтернатива "метра")

[Что ж, вот и начался Праздник середины осени. В моём старом мире он хоть и начинается 15 августа, но здесь он начинается 20-го...]

[Не имеет значения, в каком я мире... Лунный свет везде остаётся всё таким же нежным.]

Цзюнь Се смотрел на ночной вид из окна и сам себе удивлялся: в его сердце больше не было печали одиночества. Его сердце окончательно свыклось со всем произошедшим, луна оставалась всё той же луной, а Небеса не падали ему на голову! И пока так и есть, то всё хорошо...сменилась лишь среда его работы...

Цзюнь Се вновь решил осмотреть своё тело, на этот раз более тщательно; он обнаружил, что все травмы, заработанные на тренировке, прошли. Более того, даже шрамов на коже не осталось!

Он не мог не порадоваться такому повороту: [Всего за одну ночь Искусство Божественной Удачи исцелило меня! Вот это Мощь!]

Вообще-то, Цзюнь Се думал, что после сегодняшней тренировки его тело станет таким же, как в прошлой жизни, и будет покрыто шрамами. Но, неожиданно, его раны заросли идеально, шрамов не осталось, а кожа даже стала эластичнее... Разочарование!

Но это ещё хорошо, ведь стань его кожа нежнее...он вообще бы не смог выйти из дому!

Цзюнь Се перенаправил Искусство в своё тело и внезапно обрадовался!

После дня безумных тренировок эффект оказался даже лучше, чем он ожидал! Поток Ци в его теле стал крепче и быстрее, а в толщину он вырос; если раньше его можно было сравнить с нитью шёлка, то сейчас он стал толщиной с пучок волос!... Цзюнь Се даже подумал, что он слишком по-мазохистски к себе относиться...

Его уровень культивации Искусства Божественной Удачи далеко шагнул вперёд!

К великому удивлению Цзюнь Се, он так же получил доступ к внутреннему глазу! Это было чем-то, чего могли достичь лишь мастера боевых искусств до-Небесного уровня!

[Это Искусство Разблокировки Божественной Удачи действительно что-то с чем-то! Хоть я пока даже близко не подхожу под стандарты до-Небесных уровней, но уже сейчас могу использовать внутренний глаз!]

Видимо, эта ломающая-границы-тренировка выжала все соки из тела, но потом Пагода и Искусство Разблокировки Удачи дали свои преимущества!

Осматривая свои меридианы, Цзюнь Се осознал ещё одну вещь касательно мира Суань Ци: так называемая "культивация Суань Ци" не так уж и сильно отличается от простой тренировки; её даже можно рассматривать как особый вид тренировки внутренней силы.

Хоть Суань Ци и быстро тратиться в сравнении с физической силой, но мощь их не идёт ни в какое сравнение. Так же и разрушительная сила физической силы и Суань Ци сильно разниться...

И, чем больше уровень Суань Ци, тем больше её разрушительная мощь, и тем больше её внешние проявления... То есть: чем выше уровень Суань Ци, тем человек сильнее, и тем это виднее! Вот почему все, кто используют энергию Суань Ци, светятся! Это проявление их силы!

Способ культивации Суань Ци очень похож на способ тренировки внутренних сил, которая состоит в том, что нужно проводить энергию через определённые меридианы в теле. Например, существует один меридиан для культивации Девятого уровня и ниже. Независимо от того, Восемь Сосудов это или Двенадцать Стандартных Меридиан, есть лишь один путь, который соединяется во внутренний круг. И, пробившись с Девятого уровня на Восьмой, можно открыть ещё один путь; так можно увеличить количество и качество энергии, циркулирующей в теле. Энергия будет протекать по тем же правилам, что и раньше, единственное отличие в том, что количество будет гораздо больше.

(прим.пер.: Про "Восемь Сосудов" и "Двенадцать Стандартных Меридиан" - это из акупунктуры (также известной как "иглоукалывание") )

Это может быть потому, что люди в этом мире обладают уникальными телами...

Никому неудивительно, что каждый прорыв в культивации Суань Ци сопровождается сильной болью, сравнимой с ощущениями змеи, сбрасывающей кожу. Ну разумеется это больно, вы же насильно открываете путь к меридиану, как такое может не болеть?

Дальнейшие шаги идут по такой же схеме. Как только все Двенадцать Стандартных Меридиан и четыре из Восьми Сосудов будут открыты, тогда культиватор сможет ступить на путь Божественного Веховного Суань. Так же есть ещё одно требование...

Среди четырёх открытых Сосудов два обязательно должны быть соединены. Лишь так и никак иначе можно достичь уровня Божественного Верховного Суань!

Если же культиватор откроет четыре из восьми Сосудов, но не сможет соединить два из них, то его можно назвать лишь Ложным Экспертом Божественного Веховного Суань!

Была одна вещь, которая удивила Цзюнь Се.

На пути к Божественному Веховному Суань тебе нужно открыть все Двенадцать Стандартных Меридиан и четыре из восьми Сосудов, это даст культиватору огромный объём Ци. Что же касается открытия Сосудов, то самая сложная часть в том, чтобы соединить два из них; если преуспеешь, то станешь одним из сильнейших существ в этом мире.

Однако, если подумать об этом со стороны боевых искусств, даже достигнув Божественного Верховного уровня Суань Ци, ещё четыре из Восьми Сосудов остаются закрытыми...

В таком случае, можно ли стать ещё более сильным по уровню и мощи, чем Божественный Верховный Суань?

Глава 45. Снова встречая Танг Юаня.

Есть ли что-то выше, чем Божественный Верховный Суань?

Если смотреть с точки зрения культивации внутренней силы, ответом на этот вопрос точно будет "ДА"! Должно быть нечто ещё выше!

...Однако, это другой мир. Хоть культивация внутренней энергии из старого мира и Суань Ци из нового идут по похожему пути, но результат у них разный. Возможно, что правила культивации этого мира совсем другие и Божественный Верховный уровень просто выше всех остальных!

С нынешними знаниями Цзюнь Се о культивации Суань Ци он не сможет точно ответить на этот вопрос....

Пройдя Очиститель Меридиан, все меридианы в теле Цзюнь Се открылись; это примерно то же самое, что и открытие Сотни Соединяющихся Сосудов Пред-Небесного уровня! Если брать лишь количество меридиан, то он уже превосходил всех экспертов Божественного Верховного уровня Суань Ци!

Но если брать по настоящей силе этих меридиан, то Цзюнь Се всё ещё был слаб: ведь он всего месяц в этом мире... Удивительное упорство помогло ему всего лишь за месяц поднять это тело на новые высоты!

Вот она, потрясающая сила Искусства Разблокировки Небесной Удачи! Если бы кто-то другой попробовал развивать это Искусство, то месяца не хватило бы даже на основы!

Но благодаря тому, что Великолепная Пагода Хонцзюнь и Искусство Разблокировки Небесной Удачи работают одновременно, Цзюнь Се уже смог открыть все меридианы в своём теле!

Сколько же ещё тайных Искусств предстоит открыть?

С нынешними силами Злой Монарх не проиграет в открытой битве и начинающему эксперту Серебряного уровня! Но если смотреть на скрытные убийства, то можно убить и цель выше уровнем...

В конце концов, Цзюнь Се себе этим на жизнь зарабатывал...

Так же, полностью открытые меридианы дают ему преимущество: с таким нестандартным количеством открытых меридиан он, проанализировав способ культивации определённого уровня Суань Ци, может его воспроизвести! Пусть лишь во внешней форме проявления, но всё же!

Обдумывая это, Цзюнь Се не мог не усмехнуться про себя: [Хех, похоже, что теперь у меня есть ещё один метод запугивания...]

На следующий день, Цзюнь Се с восходом солнца уже стоял на тренировочном поле.

Все были в шоке! Молодой Господин, до этого целыми днями лишь лапавший девушек и пьющий вино уже второй раз встаёт рано утром, да ещё и на тренировку!

Вчера стражи изо всех сил тренировались, и из-за этого немало пострадали: ссадины, порезы и синяки были у каждого.. И всё равно он снова стоял тут!

После вчерашнего все стражи стали смотреть на Цзюнь Се по-другому, и в сердцах их появилось уважение... Но каждый из них был уверен, что сегодня он не придёт!

И, неожиданно для всей стражи, он стоит и ждёт их на тренировочном поле с ледяным взглядом! Все думали, что это галлюцинация:

[Это точно наш придурковатый Молодой Господин? Как он после вчерашнего вообще с постели встал?]

Цзюнь Вуй тоже пришёл на тренировочное поле; сидя в кресле, он наблюдал за происходящим. Хоть он и ожидал прихода Цзюнь Се, но он был удивлён: серьёзная речь его племянника в конце вчерашней тренировки была ему близка по духу.

Но с таким нетренированным телом, если Цзюнь Се не явился бы сегодня на тренировку, это было бы простительно.. Даже работай у Цзюнь Вуя ноги, он не смог бы просто перенести вчерашние мучения стражей. Он точно не думал, что Цзюнь Се сможет выдержать этот Ад!

[А может эти тренировки легче, чем кажется?]

И снова начался сложнейший марафон из упражнений...

К своему удивлению стражи заметили, что скорость, с которой Цзюнь Се выполняет упражнения, улучшилась со вчера! Хоть она всё ещё была не достаточной, но точно стала выше!

И на этом сюрпризы не кончались: к концу дня он смог догнать стражу! Цзюнь Се стал успевать за ними, а некоторых стражей даже перегонял!

Такое событие заставило глаза нескольких стражей вылезти из орбит:

[Вау, как же он так быстро смог стать сильнее?... Мы о таком даже и не слышали, чтобы за ночь становились настолько сильнее... Если такой рохля и слабак, как наш Молодой Господин, смог стать сильнее лишь за ночь, то и мы сможем!]

Злой Монарх прямо на их глазах творил легенду!

Желание стать сильнее разожгло огонь тренировки на новый уровень, сердца всех стражей бились как одно!

Челюсти почти до хруста сжимались от усилий, ноги и руки деревенели, но никто не замедлялся; словно дикие звери, они дрались на смерть с самими собой!

...и во всей этой суматохе никто так и не заметил, что Цзюнь Се все упражнения делает с утяжелителями! И ещё он провёл специальную тренировку с бамбуковыми палочками до утренней.. Он даже усложнил её, добавив лазанье по стенам, передвижения на скрытность, удары по камню, стойку на руках, разноуровневые отжимания...

Он тренировался по 12 часов в день, не теряя ни минуты!

На третий день, Дедушка Цзюнь получил доклад о тренировках внука и втайне пришёл, чтобы проверить, правду ли ему доложили.

Увидев, что так и есть, он заволновался, что Цзюнь Се слишком усерден.. Но, однажды посмотрев, как тот тренируется, он больше не приходил: просто тихо и незаметно ушёл. Управляющий слугами Старик Панг точно понимал, что сейчас чувствует Старый Цзюнь: он был счастлив, по-настоящему счастлив!

Когда никого из слуг не было рядом, Дедушка Цзюнь даже напевал пару песенок в своём кабинете; он даже напился, но даже тогда его лицо было счастливым. Но позже он пошёл, шатаясь, в комнату, где на стене висела мемориальная табличка с именем его жены.

Там он бормотал о чём-то пьяный всю ночь.. На следующий день он вышел, улыбаясь, но уголки его глаз всё ещё были мокрыми от слёз...

................

За день до Осеннего фестиваля город Тянсян начал преображаться: все стали ходить нарядными, каждая улица и уголок города были украшены, и все, кто был далеко от дома, возвращались назад к родным.

.........После полудня, на последнем этаже Бессмертного Пьяницы...

Группа телохранителей сидела за двумя столами, а между ними за столом сидели два человека: Цзюнь Се и Танг Юань.

Юань, сидевший напротив Цзюнь Се, постоянно вздыхал; на его лице были грусть и печаль.

За последние несколько дней Толстяк Танг успел настрадаться: Старый Танг Ванли почти заставил его похудеть.

Сначала он отжимался до потери сил несколько дней подряд.

Затем, когда у семьи Танг украли Суань Ядро и Дедушка Танг узнал об этом,то приказал позвать Танг Юаня, и тот бегал вокруг всей Резиденции Танг, поднимая колени, пока не стал падать от усталости.

А после Танг Ванли надавал ему пощечин и заоскорблял до крайней степени... Так он выслушивал "лекции" трижды в день... Дедушка просто вымещал на нём гнев за потерю драгоценного Ядра.

Из-за таких мучений у Танг Юаня даже ушёл один из подбородков...

Он даже почти потерял невесту, из-за чего ему здорово досталось ещё и от будущего тестя. Невестка после случая с распиской горько рыдала, и, угрожая убить себя, требовала расторгнуть помолвку.. Но об этом нужно было сказать раньше, сейчас же ей это не могло помочь...

А когда Танг Юань встретил отца, то тот сразу же отвесил ему здоровую оплеуху. Затем он зачем-то ушёл искать палку для битья... Мать Юаня пыталась его остановить, но была слишком слаба от рыданий...

Даже младшие братья насмехались над ним - только завидев его, они говорили: "Старший Брат, когда ты снова пойдешь в Дом Тысячи Золотых? Просим, пожалуйста, позволь нам погреться в лучах твоей славы...". Сказав такое, они тут же взрывались смехом...

Но самое болезненное для него всё же оставил Дедушка Танг: он ставил его коленями на гречку.... Для таких целей он даже приказал изготовить железные ядра.

Зачем? Просто Толстяк Танг был так толст, что простую гречку он давил весом. Так никакой гречки не напасёшься...

.....И после пары дней даже железные ядра гречки были смяты.

Глава 46. Ходить вокруг да около.

Слава Будде, что у Толстого Танга стальные нервы, толстое тело и крайне оптимистичный жизненный настрой: даже после всех этих избиений и нравоучительных речей; после всех слухов и подколок от родных, близких и незнакомцев; после того, как только во сне его не унижают или бьют... Он всё равно сохраняет хороший настрой.

Будь он чуть менее оптимистичен, то наверняка сейчас его лучшими друзьями были бы Мыльце, Петелька и Табуретик...

Будь у него чуть меньше желания жить, то он бы уже проходил круг реинкарнации у Богов!

Но, благодаря Осеннему фестивалю, Танг Юань смог ускользнуть из дому, и первой вещью, которую он сделал после этого - прибежал плакаться к Цзюнь Се.

Тот не захотел выслушивать его дома, и они пришли в Бессмертного Пьяницу.

Толстяк Танг залпом випил стакан вина, и, причмокнув, поставил стакан на стол; затем он вздохнул и принялся гневно проклинать воздух.

После он снова выпил, вздохнул и снова стал проклинать всех и вся...

Он снова выпивал и снова выкрикивал проклятия...

Все сидевшие на верхнем этаже даже вздрогнули!

Телохранители отвернули головы, показывая, что не знали, кто это такой: [Господи, кого мы охраняем...]

Цзюнь Се просто сидел, закатив глаза.. А что ещё ему оставалось делать? Он просто сидел и старался сохранять хладнокровие...

"Эй, Толстый Брат, а что именно украли у тебя из дома? Ты так сильно проклинаешь всех вокруг, что мне даже пить больше не хочется.." - сказал Цзюнь Се, повертев стакан с вином перед лицом. Даже с его спокойным отношением к ругательствам, он не мог больше выпить ни кружки: настроение было испорчено, а вино было на вкус как вода. Хоть пей его, хоть не пей - вкуса не почувствуешь!

Если бы Цзюнь Се попросили сейчас описать это вино, то он бы сказал так: "Это вино похоже на женщину ещё более толстую, чем Танг Юань, которая вылила на себя целый флакон самых вонючих просроченных духов."

Это вино заставило Цзюнь Се вспомнить вино Старого Сонга, которое он попробовал в ту дождливую ночь - сейчас он бы с удовольствием его выпил.

Прямо как в поговорке: "Мёртвых нужно сравнивать с мёртвыми, а живых с живыми"...

Только сейчас до Цзюнь Се дошло, что то вино, что он пил у Старого Сонга, было самым вкусным и редким во всём Королевстве; его даже продавали ограниченно!

Ещё Цзюнь Се вспомнилось, что у него самого где-то настаивается вино: он оставил его настаиваться и полностью потом о нём забыл. Посчитав дни, он понял, что через пару дней оно должно быть готово.

[Хоть это вино и не для продажи, но я наконец смогу выпить сакэ!]

[Оох, если мне придётся и дальше пить местное пойло, как мне вообще жить? Точно, как только моё вино будет готово, стану продавать его! Да.. по десять тысяч ляней за кувшин! Ха,точно!.. А если кому-то моё вино не понравиться, так пошлю их в задницу и буду пить его сам! А если будет слишком невкусным, то отдам свиньям! Ну, это на самый крайний случай...]

Так Цзюнь Се думал, пока вертел в руке стакан вина-"пойла" и нюхал его; с его дьявольским темпераментом даже отдать вино свиньям было не так уж и далеко от реальности...

"Эээх......" - вздохнул Танг Юань, показывая самое жалкое выражение лица, на которое был способен: "Ээх, Третий Молодой Господин....Брат, ик, у меня сейчас и вправду самые худшие времена.. Эти ублюдки, разве им больше не на кого вину свалить, м? Почему именно я? Ик, будь прокляты следующие их восемнадцать поколений! Все они сраные воры!... Они украли у нас его, так почему же я должен страдать за это, м? Будь они прокляты, ик.. Да чтоб их всех вывернуло наизнанку..."

Чем больше Танг Юань говорил, тем более яростно проклинал кого-то. Он даже начал топать от ярости ногами, вымещая весь свой гнев на пол; от этого жир на его ногах стал бить и по стулу.. Всё его тело тряслось, как желе, пока он выкрикивал ругательства.

Танг Юаню очень повезло, что в Бессмертном Пьянице крепкие стулья!

Цзюнь Се уже почти вышел из себя: он просто сидел, закрыв ладонью лицо, и желал просто сбежать отсюда подальше...

[Боги, когда же он заткнёт свой рот?...]

Весь этаж замер, наблюдая за Толстяком: все гости повернули свои головы, дабы посмотреть на эту злобную жирную тефтельку..как унизительно...

Закончив кричать, Танг Юань вздохнул; откинувшись на спинку стула, он снова взял стакан и принялся пить.

"Молодой Господин, ик.. Та вещь, что украли у нас, была чем-то совершенно бесценным!" - по лицу Юаня прошла волна скорби: "Из-за этой вещи моя жизнь за последние пять дней стала кромешным Адом... Мой отец в десять раз чаще меня бьёт, чем раньше, а дедушка вообще гоняется за мной и бьёт здоровенной палкой!.. Вот, взгляни на меня.. как думаешь, я могу быстро, ик , бегать? Брат, ну взгляни, после истязаний Деда я стал быстр, как лошадь..."

С этими словами Танг Юань, откинувшись на стуле, попытался хлопнуть себя по ноге, но его живот ему не позволил - он закрывал даже его колени.

-"Эээм.. ну да, ты и вправду много сбросил." - бессознательно сказал Цзюнь Се, и добавил: "Чёрт, ты так скинул, что у тебя даже шею почти видно!.."

Танг Юань выдал "хех". Он хотел пробудить в Цзюнь Се интерес, но тот, похоже, совсем не был настроен на расспросы. Даже больше, Юань притащил Цзюнь Се сюда именно для того, чтобы поболтать, зачем же ещё?

Юань пододвинулся к Цзюнь Се и на ухо прошептал:

-"Брат, это было Суань Ядро! У нас украли Суань Ядро!... Этот было Ядро от Суань Зверя, и он был на пике Девятого уровня!.... Ужас, это же просто Божественно-редкая штука!..."

-"Ну Суань Ядро, и что? Я думал, это будет нечто гораздо более ценное..." - услышав о пике Девятого уровня, сердце Цзюнь Се на секунду вздрогнуло, но на лице не отразилось ничего: "Что такого необычного в этой штуковине? У меня тоже одно такое есть."

-"Ты что, думаешь, что у моего Ядра такой же эффект, как у Ядра Пятого или Шестого уровня? Ты смеешь сравнивать своё крошечное Суань Ядро с тем, что было у моей семьи?!" - Юань даже немного протрезвел от удивления:

"Знаешь, Брат, позволь мне тебя просвятить: это было Ядро Суань Зверя на пике Девятого уровня... но не говори никому!.. Если об этом кто-то узнает, то последствия будут страшными! Если какой-нибудь эксперт уровня Земли поглотит это Ядро, то тут же сможет взлететь на вершину Небесного уровня!.. А если эксперт Небесного уровня поглотит это Ядро, то тут же станет Божественного Верховного уровня! Бо-жест-вен-но-го!!.. Да таких сильных экспертов по пальцам можно пересчитать!" - говоря, Танг Юань так тряс руками, что они в любой момент могли оторваться от тела.

-"У него настолько сильный эффект?" - сердце Цзюнь Се пропускало удар за ударом, но на лице отражалось лишь подозрение: "Ты что, смеешь мне врать прямо в лицо? Если у него такой сильный эффект, то почему Торговая Палата не торгует ими по всеми миру?"

-"Да будь вся моя семья проклята, если я вру!" - Юань был обижен до глубины души, он затряс пальцем, а лицо покраснело: "Продавать их?! Ты что, думаешь, что они на улице валяются?! Это же крайне редкая вещь, иначе мой дед, ик, не был бы так зол!... Хех, ну я и идиот, жаловаться такому засранцу, как ты!... Брат, ты действительно глуп.."

-"Да уж, так напиться... Мне и вправду жалко твою мать..." - Цзюнь Се выдал протяжное 'оооох.'

В мыслях же он судорожно соображал, что ему делать:

[Если это Суань Ядро действительно такое ценное, то точно не стоит его возвращать семье Танг... Такое сокровище принесёт больше пользы, если я его использую для укрепления своей собственной семьи и создам сильного эксперта.. Лучше уж так, чем позволить семье Танг его просрать...]

Толстый Юань сидел с покрасневшими глазами - ему было приятно за последние дни высказаться хоть кому-нибудь... Это его так тронуло, что он не заметил, как из носа потекли сопли...

Заметив стекающую зелёную реку, Танг Юань высморкался в руку и стряхнул сопли за спину. И вдруг..

"Кто это сделал?! Какой сраный придурок так размахивает руками?! А ну иди сюда, ублюдок, мать твою! Я истреблю всех твоих родственников до девятого колена!!"

Глава 47. Кровавые сопли.

Цзюнь Се обернулся, чтобы посмотреть. В центре лестницы стоял молодой человек, одетый в синие шелковые одеяния; его левая рука обнимала пышно одетую женщину. Лицо этого человека было наполнено гневом, пока он в спешке вытирал желтую шишку с правой щеки..

Этой желтой шишкой было ни что иное, как сопли Танг Юаня!

Танг Юань сидел спиной к лестнице, когда бросал их. При обычных обстоятельствах его сопли не должны были попасть в кого-то, тем более в лицо. Но, так совпало, что в тот самый момент, когда Танг Юань разбрасывался соплями, эти юноша и женщина поднимались по лестнице.

В этот момент молодой человек был занят тем, что лапал грудь женщины, и, когда они поднимались, были видны лишь их головы. Именно тогда в них и полетели сопли!.. Если бы их лица не были повернуты в сторону, то они попали бы им прямо в рот…

На секунду впав в ступор, Цзюнь Се уставился на парочку с выпученными глазами, но через мгновение он громко рассмеялся, сложив руки в знак уважения Танг Юаню: "Толстый Танг, твоя точность достойна уважения!"

Танг Юань, также стоявший в шоке, улыбнулся: "Какая к черту точность? Просто удача этого сукина сына бросает вызов небесам!..."

Этот аргумент Танг Юаня попадал прямо в точку - среди всех известных молодых господ в пределах города Тянсян Танг Юань и Цзюнь Се были наиболее известны.. Но этот молодой человек с лицом, полным высокомерия, властно кричал и показывал, что он не был простым смертным.

И тем не менее ни Танг Юань, ни Цзюнь Се не знали его, а это могло означать лишь то, что этот парень был никем среди местных богачей-развратников.

Мало того, что этот Неизвестный уже получил соплями в лицо, так он ещё и пытается спровоцировать Танг Юаня и Цзюнь Се, двух самых известных развратников в столице!

Таким образом можно считать, что его удача действительно бросает вызов небесам!

Пока они разговаривали, юноша обратил своё внимание к ним. Отпустив девушку, он злобно зашагал к Танг Юаню с перекошенным выражением лица: "Чертов жирный сукин сын, ты что, ищешь смерти?! А ты, принцесска! Что ты смеешься, сукин сын?!"

После этих слов лицо Цзюнь Се вдруг стало тёмным и зловещим. Изначально он думал попросить Танг Юаня не избивать парня до смерти... В конце концов, виноват был всё-таки Танг Юань.

Но, услышав эти слова про 'прицесску', он медленно сел. Этот человек просто ДОЛЖЕН умереть!

Танг Юань и так не был добропорядочным джентльменом... Кроме того, сейчас был самый депрессивный момент в его жизни, и он остро нуждался в боксёрской груше, чтобы выместить злость.. Лишь услышав эти слова, он пришёл в ярость!

Его огромное сферическое тело взлетело, как волейбольный мяч, который пнули со всей силы, и Толстяк тут же ударил юношу по лицу! Его ладонь, размером с медвежью, упала на щёку юноши.

Молодой паренёк никак не ожидал, что Танг Юань, который изначально был неправ, в самом деле нападет на него, не сказав ни слова!.. Видимо, такой тип хулиганов был редок в его мире!

Тело паренька было слабым, и он просто был не в состоянии избежать удара. Всё, что он мог сделать - это просто принять его...

В итоге его тело прокрутилось два раза, прежде чем он приземлился задницей на пол; перед ним замелькали звёздочки, а голова закружилась.. Через секунду его рот открылся, и парень сплюнул на пол немного крови и четыре белоснежных зуба.

Со свирепым лицом Танг Юань помчались вперед; все его почти четыреста цзинь (241.9 кг) бросились на беднягу, посылая в лицо парнишки один удар за другим. Он проклинал: "Твою бабулю!! Ты смеешь тут играть жертву, когда я в плохом настроении?! Я бросил свои сопли на твое лицо - это способ показать тебе моё уважение!.. Но ты после такого смеешь проклинать меня?! Если я тебя сейчас не забью до смерти, то приду к тебе домой и буду опускать твою мать, ублюдок!!"

Каждое слово Юаня сопровождалось ударом, а у ударов был ритм... Звук получался будто свинью режут.

Звук “крэк” послышался, когда нога бедняги резко сломалась от огромного веса тела Танг Юаня… Парень жалобно вскрикнул ещё раз, затем мгновение побился в конвульсиях; после его голова наклонилась в сторону, и он отключился.

К этому моменту женщина, что пришла вместе с парнем, оправилась от шока. Она, тут же всё осознав, принялась истошно и тонко кричать.

"Перестань орать!" - яростно крикнул Танг Юань, его глаза злобно на неё смотрели. Женщина тут же остановилась в шоке: она схватилась за лицо, наполненное страхом, прежде чем убежала вниз по лестнице. Затем зазвучали сильный грохот, жалкий крик и кувыркающийся звук - женщина, видимо, потеряла равновесие во время спуска по лестнице и упала.

"Брат, этого вполне достаточно! Ты уже выпустил свой гнев, так оставь его! Если ты продолжишь его избивать, он действительно умрёт!" - нахмурившись, произнёс Цзюнь Се; ему всё больше казалось, что он уже устал от этой вылазки.

"Ну и что с того, если я на самом дели его убью? Проблемы? Кто посмеет причинять проблемы Старшему Брату?" - сказал Танг Юань, добавив ещё два злобных удара парнишке, прежде чем встать. Он задыхался, пока вставал - бить людей, в конце концов, требует значительных усилий...

Танг Юань был очень уставшим, даже его глаза косились: "Во всей столице не так много людей которых я - Танг Юань - не могу убить!"

"Юань, у этого ублюдка, кажется, есть несколько друзей.." - махнул Цзюнь Се в направлении лестницы своим подбородком. Оттуда доносились быстрые шаги, и, судя по звуку, немалое количество людей взбегало наверх.

Танг Юань в ответ сжал губы: "Он тот, кого ни ты ни я не знаем... Каких друзей он может иметь? Просто кучка бесполезных сморчков! Даже если придёт его предок, этот Молодой Господин использует всего один палец, чтобы отправить его обратно домой!"

"Эти… двое парней наверху.. Квин… Молодой Господин Квин тоже там!" - панический голос женщины доносился снизу. После этого оттуда же донёсся звук мечей, вынимаемых из ножен; звук металла был слышан так же хорошо, как и шаги.

В одно мгновение, крепкие шесть воинов с холодными глазами поднялись наверх. Увидев молодого человека, лежащего на полу в собственной крови, их лица рассвирепели. Один из них, чем-то похожий на парня, гневно сжал челюсть; затем, погладив бородку, с пылающими огнём глазами, заорал: "Какого чёрта вы просто здесь стоите?! Помоги Молодому Господину и займись двумя этими дерзкими животными!"

Четверо воинов приняли приказ - они шагнули вперёд, готовясь действовать.

Рядом с мужчиной с бородкой стояли несколько мужчин, одетых в офицерские мундиры. Они смеялись, пока говорили: "Лидер Клана Квин, хотите, мы этим займёмся? Мы безусловно сделаем…"

"Что за чушь! Мой сын уже избит до такого плачевного состояния, и вы ещё хотите, чтобы я передал всё в ваши руки?! Сегодня я заберу этих двух ублюдков с собой! Не один из них не уйдёт так просто!!.. Мне интересно знать, какой ублюдок посмел прикоснуться к сыну Квин Ху, да ещё и в заведении Бессмертный Пьяница, ведь оно расположено в северной части города!" - человек был сильно взбешен.

Два офицера просто хотели подмазаться к нему, но в итоге лишь спровоцировали его гнев. Они почувствовали себя неловко и замолчали.

Человек, яростно кричавший о мести, был лидером Клана Северного города, одного из Шести Великих Кланов города Тянсян.

А юноша, лежавший на полу, был никто иной как единственный сын Квин Ху - Квин Сяобао - развратник с довольно сильным влиянием.

"Твой сын что, «неприкасаем»?" - высокомерно спросил Цзюнь Се, смотря на Квин Ху холодными глазами: "Тогда что, если ваш сын попытается «прикоснуться» к нам? Вы хотите сказать, что простые люди, как мы, должны будем терпеть издевательства вашего драгоценного сына?"

Квин Сяобао безусловно можно рассматривать как развратника с властью в руках; но это будет зависеть только от того, кто перед ним. И сегодня для него ужасный день, ведь те двое, с кем он столкнулся, случайно оказались двумя дебоширами с самой большой поддержкой в городе!

Кроме того, один из них остро нуждался в вымещении своего гнева. Во всей этой ситуации Квин Сяобао был зайчиком, который прыгает перед голодными тигром и волком. Это действительно был случай, когда Небеса игрались с человеком.

"Хахаха… кто посмел коснуться моего сына? Кем бы ты ни был - я уничтожу весь твой род!"

Услышав Цзюнь Се, говорящего о «простых людях», сердце Квин Ху успокоилось, и он злобно уставился на него: "Маленькая принцесска... Для тебя и твоего дружка избить моего сына, да ещё и до такого плачевного состояния.. Надеюсь, у тебя есть что пожелать перед смертью!"

Глава 48. Прямое попадание!

Ярость Танг Юаня поднялась до небес - он уже собирался вскочить и всё высказать этому Квин Ху, но Цзюнь Се удержал его, положив руку на плечо. Если они с Юанем лично выйдут вперёд, то их репутация может пострадать... В конце концов именно Танг Юань был тем, кто в первую очередь виноват!

Если бы Квин Сяобао не ругался в подобной порочной манере, то всё это закончилось бы несколькими фразами... Однако, выслушав слова Квин Ху, убийственные намерения вспыхнули в Цзюнь Се.

Злой Монарх отличался ото всех тем, что никогда не рассматривал "правильно" или "неправильно"... Он всегда действовал лишь по своей прихоти и решал, кто "враг", а кто "друг" в одно мгновение.

Услышав слова Квин Ху, он решил не оказывать никакого милосердия Клану Северного города!

[Мда уж, яблоко от яблони… Кто знает, сколько ещё людей будет страдать из-за них...]

Учитывая то, какими отец и сын были ублюдками, Цзюнь Се считал, что их убийство будет актом помощи Небесному Правосудию, дабы послужить великому благу.

Тем временем лидер телохранителей семьи Танг встал, и трое за ним последовали его примеру; тело каждого излучало серебряное сияние.

Четыре эксперта Серебряного уровня Суань Ци группой сделали шаг вперед, их взгляд был сродни мечу: "Что за человек этот Квин Ху?"

Квин Ху секунду был в шоке, когда почувствовал такое мощное давление. Его разум начал соображать, а в теле зациркулировала Суань Ци, заставляя тело светиться золотым. Решив отказаться от высокомерного тона, он сдержанно ответил: "Я - Квин Ху, лидер Клана Северного Города. Могу ли я спросить кто Вы такой?"

Эксперт Золотого уровня Суань Ци! Как лидер Клана, Квин Ху однозначно не был обычным человеком!

Тем не менее, сердце эксперта Золотого уровня Суань Ци в настоящее время билось быстрее обычного. Увидев силу противоположной стороны, лидер Клана Северного города сразу изменил своё отношение!

Естественно, он не будет рассматривать тех экспертов Серебряного уровня высоко...

[Чёрт, проблема в том, что два эти отродья имеют четверых Серебряных экспертов в качестве телохранителей! Что это значит? Кто они вообще такие?.. Неужели мой сын в очередной раз спровоцировал тех, кого не следует?]

Эксперт Золотого уровня был достаточно силён, чтобы стать лидером Клана, да и в пределах города Квин Ху считался весьма влиятельной фигурой.. Тем не менее число людей, которых Квин Ху не мог себе позволить оскорблять, оставалось довольно большим!

Ему так же вспомнилось, что недавно его сын спровоцировал какого-то молодого красиво выглядящего Господина тем, что приставал к его красивой горничной.. Тогда тот Господин не обиделся никаким образом... Но после того, как наступила ночь, были схвачены все высшие чины Клана Северного Города! Затем их привезли в какое-то секретное место....

После постоянных избиений у Квин Ху уровень культивации Суань Ци упал с высшего Золотого до среднего Золотого уровня.. А его сыну, Квин Сяобао, вообще сломали даньтянь, и он больше не сможет культивировать Суань Ци!

(прим.пер.: Даньтянь – это область тела, которая содержит в себе мышцы и внутренние органы нижней части живота.)

Спустя три дня и три ночи их, наконец, отпустили... Но ценой свободы стало то, что теперь они были слугами того молодого Господина!

Но несмотря на то, что Квин Ху до сих пор не знал личность того человека, он знал, что тот Господин однозначно был кем-то из Великой Семьи с огромной властью!

Провоцировать влиятельных дворян, близких к Императорскому двору, не могут себе позволить даже эксперты уровня Земли, не то, что жалкий эксперт уровня Золота!

Сейчас же перед Квин Ху стоял какой-то толстяк.. Но в его позе читалось, что он был ещё больше наделён властью, чем таинственный молодой Господин. Кроме того, этот цветочный мальчик рядом с ним казался ещё более красивым, чем таинственный Молодой Господин...

[Может ли быть, что они из влиятельных семей?]

"Лидер Клана Северного Города? Квин Ху?? Я никогда о Вас раньше не слышал. Откуда Вы вообще выползли, чтобы думать, что вам позволено вести себя так дерзко??... Кто я? Некто, подобный Вам, никогда не сможет этого узнать, но сегодня Ваш сын посмел оскорбить нашего Старшего Молодого Господина Танга, а это непростительный грех! Но Вам повезло, что наш Молодой Господин является человеком с большим и благородным сердцем... После того, как он едва наказал Вашего сына, он великодушно решил позволить ему уйти! Вы, как отец, не только должны быть благодарны, но и должны использовать эту возможность, дабы дисциплинировать своего сына!!... Но вместо этого Вы привели сюда своих людей и возлагаете вину на других! Более того, вы даже вступили в сговор с должностными лицами, чтобы захватить этих двух Молодых Господ!.. Квин Ху, кажется, Вы слишком сильно заигрались!" - говоря это медленным и глубоким голосом, лидер отряда стражей смотрел на Квин Ху.

[Великолепное красноречие!] - Цзюнь Се в мыслях аплодировал.

С помощью всего лишь несколько предложений этот лидер стражи переложил всю вину на Квин Сяобао, не давая даже возможности Квин Ху всё опровергнуть. Но это ещё не всё, изюминкой его слов была часть, где он описывал 'благородного' Танг Юаня!

Если судить только по мастерству говорить, этот лидер стражей был очень умён и крайне талантлив!

"Старшего Молодого Господина Танга?..."

Услышав эти слова, Квин Ху почти хватил приступ.. Лишь одну семью он боялся больше остальных, и это была именно семья Танг! Причина проста - нечистая совесть!

Хоть тот неизвестный молодой Господин и страшен, но невежество есть блаженство..

Квин Ху, разумеется, боялся таинственного молодого Господина, но он не знал его личность и его сил... Семью Танг же знали по всему городу, и для неё уничтожить его крошечный Клан Северного Города будет сродни детской забаве!

..Не говоря уже о том, что Квин Ху, следуя указаниям таинственного молодого Господина, украл у семьи Танг Суань Ядро! На данный момент ситуация была ужасной: каждый день он боялся, что семья Танг постучится к нему в дверь, в результате чего будет разрушен его Клан Северного Города!

Кто же мог предположить, что его собственный сын в такой критический момент посмеет оскорбить Молодого Господина Танга!

[Какой самоубийственный ход.. и что же теперь делать?]

Квин Ху чувствовал, что вот-вот упадет в обморок!

[Встречая таких опасных людей все прячутся в спешке.. И все же мой сын на самом деле оскорбил их!.. Этот болван, наверное, сам не сможет даже самоубиться!... Простые люди после удара о кирпичную стену разворачиваются, почему же мой сын продолжает в неё долбиться?.....]

Глядя на сына, распластанного на полу в собственной крови, после 'лёгкого наказания' от Старшего Молодого Господина Танга, Квин Ху чувствовал гнев, беспокойство и боль в сердце.

Его Клан Северного Города не был слабым кланом, но по сравнению с весьма влиятельной семьей Танг, он был как муравей в сравнении с тигром. Этот его единственный сын был просто слишком испорчен - в прошлый раз он потерял способность культивировать Суань Ци, хоть и потратил половину своей жизни, чтоб её приобрести... Видимо, тот урок он не усвоил: в этот раз он вполне мог лишиться жизни!

Ужасно себя чувствовал не только Квин Ху, но и офицеры рядом с ним. Они первоначально собирались помочь мастеру Квин выпустить на обидчика весь гнев, в процессе заработав небольшое состояние...

Откуда они могли знать, что обидчиком будет Молодой Господин Танг? Это была уже не проблема денег, а проблема жизни и смерти!

"А что до вас - сволочей из правительства, - вы все останетесь здесь и будете ждать своего начальника! Я хочу у него лично спросить - это ТАК люди из Министерства Юстиций должны себя вести? По желанию преступных банд угнетать слабых, простых людей, став шакалами для тигра? Служители несправедливости!"

Танг Юань смотрел на офицеров глубоким и зловещим взглядом; каждое его слово были о морали, справедливости и праведности!.. Однако эти слова не должен был говорить Танг Юань, вместо этого эти слова нужно было сказать ему!

Цзюнь Се, слушавший со стороны, чуть не расхохотался: [Толстый Танг точно обладает мужеством.. Назвать себя "слабым и простым человеком"!]

Лица четверых офицеров стали мертвенно-бледными, когда они повернулись, чтобы посмотреть друг на друга. Их тела слабо покачивались, будто они вот-вот собирались упасть. Если бы Танг Юань крикнул чуть громче, то эти люди умерли бы от страха!

Тесть Танг Юаня - Сун Ченг Хе - занимал пост заместителя Министра Юстиций. А подчинённым Сун Ченг Хе был начальник офицеров...

Если их начальник придёт и увидит, что они вступили в сговор с Кланом Северного Города, чтобы разобраться с зятем одного из его начальников, сколько же проблем может возникнуть? Когда это случиться, этим четверым мерзавцам будет так же плохо, как *шутка про как им будет плохо*

Эти четыре офицера были по-настоящему невезучими. Они, разумеется, слыхали о Старшем Молодом Господине Танге, но их должности были слишком низкими, и они не могли видеть его лично.

Танг Юань был тем, о ком они лишь слышали. Однако сегодня настал тот день, когда они наконец встретились с этой личностью.

"Выходит, что это и есть Старший Молодой Господин Танг. Прошу, примите мои глубочайшие извинения..."- залебезил Квин Ху, мгновенно изменив выражение лица на льстивую улыбку. Он учтиво сложил руки вместе, как если бы приветствовал дорого гостя: "Этот нижайший имеет глаза, но не смог увидеть.. Я оскорбил Молодого Господина Танга; я даже побеспокоил Молодого Господина Танга, чтобы он помог мне в воспитании сына. Ваш смиренный слуга выражает глубокую благодарность и надеется, что безмерно великодушный Старший Молодой Господин Танг проявит снисхождение..."

Танг Юань тут же зажал нос и фыркнул, игнорируя Квин Ху. Он повернулся лицом к четверым телохранителям и сказал: "Этот паршивец был груб со мной без причины - за этим должно что-то скрываться! Теперь я подозреваю, что существует связь между Кланом Северного Города и ограблением Резиденции Танг! Заберите это отродье с сыном и допросите их хорошенько!"

Четыре телохранителя хором крикнули "есть!", но на их лицах было страдальческое выражение. Они думали про себя: [...да весь этот спектакль был вашей ошибкой с самого начала - вы кинули свои сопли на чужое лицо, а потом избили этого человека до полусмерти!.. Теперь же отец бедняги извинился перед вами, да ещё так манерно... Но вместо этого вы решили обвинить их в воровстве! Это уже слишком..]

Эти слова были результатом досадных эмоций Танг Юаня, и он таким образом дал выход своей ярости.

Юань просто обвинил Квин Сяобао в том, о чём только и мог думать; в конце-концов этот идиот оскорбил его в самый неподходящий момент... Разве мог Танг Юань просто так его отпустить?

Откуда же Танг Юань мог знать, что этим заявлением попал прямо в точку? Без всяких ловушек и расследований, он поймал вора!

Глава 49. Вымогательство.

Услышав слова Танг Юаня, Квин Ху почувствовал, словно его душа внезапно разбилась; холодный пот выступил по всему его телу: [Бог мой! Я будто наткнулся ночью на призрака.. Хитрый сукин сын! Если мой сын скажет хоть что-то, чего не должен…]

Кто бы мог подумать, что слепое обвинение Танг Юаня на самом деле попадет в яблочко! Умных людей в семье Танг не стоит недооценивать!

Цзюнь Се зловеще ухмылялся, пока сидел в сторонке. Однако увидев, что глаза Квин Ху забегали, а сам он побледнел, Цзюнь Се очень удивился.

[Эти слова Толстяк сказал просто, чтобы перехватить преимущество и восстановить репутацию... Разве нужно Квин Ху так паниковать? Как ни посмотри, а Квин Ху всё ещё лидер клана... Хотя Клан Северного Города сейчас самый слабый из Шести Великих Кланов, безусловно ему нет нужды так бояться... На самом деле, в зависимости от того, как бы он себя повел сейчас, то мог бы использовать возможность и втереться в доверие к семье Танг, что стало бы великой удачей... И тем не менее, выражение его лица, как у виноватого...

...Стоп! Вина?!]

Думая об этом, Цзюнь Се вгляделся в Квин Ху; в его голове словно что-то щёлкнуло.

"Сын Вашего смиренного слуги был слишком груб; но это лишь доказывает, что ему нужна дисциплина... Но, могу ли я попросить разрешения отвести его домой, чтобы обработать раны, прежде чем доставить его к Старшему Молодому Господину для повышения дисциплины? Разумеется, сын Вашего нижайшего слуги причинил Вам неудобства, и я, безусловно, всё компенсирую для вашего удовлетворения!"

Несмотря на то, что Квин Ху боялся повторения прошлого раза, как лидер клана с многолетним опытом, он сразу сумел выкрутиться. Пока он говорил, на его лице висела дружелюбная улыбка.

Танг Юань выдал “хенг” и сказал: "Хотел бы я посмотреть, как Клан Северного Города собирается мне что-то компенсировать!". Эта его фраза означала, что он больше не желает заниматься данным вопросом. Теперь, когда Жирный Танг сумел сохранить своё лицо, он хотел только преимуществ!

Как опытный человек, Квин Ху, разумеется, понял намерения Танг Юаня и ответил благородным голосом: "Благодарю великого Старшего Молодого Господина за его милость! Я однозначно навещу Старшего Молодого Господина, чтобы поблагодарить его за доброту!"

Танг Юань одобряюще вздохнул и повернулся к Цзюнь Се: "Больше у меня с вами проблем нет, но ваш сын проклял Третьего Молодого Господина Цзюнь. Пока Третий Молодой Господин Цзюнь согласен, вы можете идти."

"Третий Молодой Господин Цзюнь?!"

Квин Ху сразу вспомнил это имя. Во всем городе Цзюнь Мосе был единственным, кого Танг Юань называл "Третий Молодой Господин Цзюнь"!

Его сын не только обидел Старшего Молодого Господина Танга, он ещё и проклял более страшного Третьего Молодого Господина Цзюнь!

Осознав это, Квин Ху чуть не сорвался, чтобы задушить своего собственного сына! Если бы Квин Сяобао не был его единственным наследником...

Цзюнь Се посмотрел на Квин Ху, и его глаза вспыхнули; мгновеньем позже они затухли, а разум Цзюнь Се успокоился. Квин Ху и Квин Сяобао были грубыми, властными и высокомерными, скрывая свои ошибки... Цзюнь Се мог только представить, сколько грехов они уже совершили!

Сегодня, если бы Квин Сяобао не встретил Цзюнь Се и Танг Юаня, а вместо них встретил бы простого человека...был бы тот ещё жив?

Пока будут живы Квин Ху и Квин Сяобао - эти паразиты на теле общества - Цзюнь Се будет неспокойно! То же касается и Клана Северного Города!

У Цзюнь Се появились убийственные намерения!..

Но он не решался действовать, и в основном потому, что чувствовал, что за ним тайно кто-то наблюдает, подмечая каждый шаг…

Лениво откинувшись в кресле и закинув ноги на стол, Цзюнь Се указал пальцем: "Квин Ху, услышав Ваши слова, я сначала хотел приподать вам урок!... Но увидев, как Вы уважительны, я решил этого не делать. Кстати, я слышал, что ваш Клан Северного Города открыл немалое количество игровых домов.. Я также слышал, что Клан Северного Города просто купается в горах золота и серебра каждый день. Хе-хе...истинное процветание."

Смотря прямо на Квин Ху, Цзюнь Се дважды холодно усмехнулся: "Квин Ху, этот Молодой Господин желает посмотреть, как проходят Ваши дела... И если я после останусь недоволен, то этот Молодой Господин может вас заверить, что НИКТО в Вашем Клане Северного Города, независимо от возраста или пола, не сможет прожить и до завтрашнего утра!.."

Сказав это, Цзюнь Се поднялся; подойдя к Квин Ху, он хитро улыбнулся и на ухо ему продолжил: "...однако, если Вы сможете удовлетворить меня, то получите некоторые..преимущества, которыми сможете насладиться, хахаха…"

[Твою мать, ты же просто мог сказать что хочешь денег! Разве нужно было такими витиеватыми словами мне намекать??] - мысленно выругался Квин Ху, но ничего не мог сделать, ведь противоположная сторона была сильнее. Как лидеру Клана ему приходилось терпеть этого напыщенного школьника... Как унизительно!

Тем не менее Квин Ху не показывал ни малейшего намёка на недовольство. Это было потому, что Цзюнь Се действительно не нужно было много времени для истребления всего Клана Северного Клана...

Натянув на лицо улыбку, Квин Ху пообещал, что Молодой Господин Цзюнь точно останется доволен.

Выслушав все лестные слова, Цзюнь Се отмахнулся, жестом позволяя ему забрать сына и уйти.

"Тьфу! Испортили настроение! - яростно плюнул Танг Юань, смотря как Квин Ху уходит.

"Третий Молодой Господин, завтра вечером на центральном острове Озера Падшей Луны будет Банкет Одарённых Учеников, ты идешь? Я слышал что там будет показано много новых вещей!"

Традиционно, королевство Тянсян проводит Банкет Одарённых Учеников во время ежегодного Осеннего фестиваля. На этот раз праздник пройдёт вечером на центральном острове Озера Падшей Луны. Император будет присутствовать лично, и с министрами посмотрит на десять лучших учеников из Института Знаний Вэнсинг.

Эти десять учеников крайне талантливы и, вскоре после выпуска, будут служить при дворе. На этом Банкете их таланты будут оценивать, прежде чем назначать их на соответствующие должности. По сути, этот Банкет ничем не отличается от пьедестала для прыжка сквозь Драконьи Врата.

Всего десять мест... И их, конечно, не достаточно для тысяч учеников; такая ситуация приводит к острой конкуренции среди учеников Института Знаний.

Этот Банкет станет всеобщим центром внимания: даже Великие семьи пришлют людей, чтобы попытаться уговорить лучших учеников служить им.

Кроме того, все эти талантливые ученики в основном холостяки, и с очень перспективным будущем... Поэтому некоторые молодые дамы из благородных семей будут выбирать там своих будущих мужей. Вообще-то, и на этом поле будет большая конкуренция...

С таким количеством красивых девушек из благородных семей было вполне понятно, почему развратники наподобие Танг Юаня и Цзюнь Мосе появятся там... И для того, чтобы привлечь внимание красавиц, им придётся сражаться с одаренными учениками в битве остроумия! Однако, каждое из таких соревнований заканчивалось тем, что развратники с треском проигрывали, и так было каждый год.

Задавая вопрос, Танг Юань весь трясся от предвкушения; было видно, что для него это важно. Но он точно не мог сказать, удастся ли им выиграть в этот раз. Единственным, что он мог сказать наверняка было то, что их шансы малы.

"Банкет Одарённых Учеников?? Старший Молодой Господин Танг, просто взгляните на нас двоих. Разве мы похожи на… одарённых учеников?" -закатил глаза Цзюнь Се: "Нас, скорее, можно назвать рапсом".

(прим.англ.пер.: Символ для "одаренных учеников" (才子) произносится “cái zǐ”, а символ "рапс" (菜籽) произносится “cài zǐ”. Разницей между ними - это способы произношения. Символ для «жирного семени» (肥 籽) читается "Fei zǐ")

(прим.пер.: Рапс — вид травянистых растений рода Капуста семейства Капустные или Крестоцветные.)

Внутри Цзюнь Се пришлось сдержаться, чтобы не высказать:

[С моими тонкими чертами лица меня, может быть, и смогут принять за талантливого ученика. Но тебя, мой дорогой брат...тебя даже рапсом назвать нельзя.. Тебе больше подойдёт "жирное семя"!]

"Бред! Что за 'талантливые ученики'? Они просто кучка педантичных людей, ищущих прибыль. Помнишь этого Жао Ченгсонга, который опозорил меня прямо перед мисс Ли на Банкете Одарённых Учеников в прошлом году? Это он был тем засранцем, оскорбляющим всех вокруг. Я тогда сразу же сделал так, чтобы он служил нашей семье Танг! Всё, что мне было нужно - обещать ему хорошую должность и большую зарплату. Хочешь узнать, где он сейчас работает?" - с триумфальными нотками в голосе спросил Танг Юань.

Глава 50. Я - плохой парень.

"Где он сейчас работает??"

Цзюнь Се был очень заинтересован в этом вопросе. Из воспоминаний Мосе он узнал, что семья Жао была лишь среднего уровня достатка. Но, несмотря на то, что он действительно имел талантом к обучению, его жажда власти была сильна: внешне он создавал впечатление благородного джентльмена, но на деле был второсортным мусором.

Год назад, Цзюнь Се и Танг Юань боролись за внимание одной молодой леди из семьи Великого Наставника Ли...

В конце концов, Юань не приглянулся ни одной из присутствующих на Банкете благородных дам. Так как же он вдруг стал таким щедрым, чтобы принять этого парня? Это действительно не похоже на Толстяка.

“Сначала я поместил его в Министерство Государственных Доходов, но мой дядя нашел ошибки в его работе и его перевели. После того, как его перевели ещё несколько раз, его единственной обязанностью стало тереть мою спину каждый раз, когда я принимаю ванну, и ещё стирать моё нижнее белье с носками каждый день... Одежда моих наложниц тоже под его ответственностью! И, кроме этого, он больше ничего не делает!"

Танг Юань злобно рассмеялся: "Если бы он оставался упрямым и спокойным, то я бы уже потерял интерес к его мучениям... Но этот бесхребетный ублюдок пытается вести себя передо мной высокомерно, говоря слова вроде 'ученик с уважаемой и замечательной репутацией', тьфу! Вот же ж сукин сын! Если он так хочет спрятаться под юбкой Великого Наставника Ли, то я просто буду давать ему юбки каждый день!"

Дядя Танг Юань был Внешнем Министром Министерства Государственных Доходов - понизить кого-то новенького в звании для него было легче лёгкого.

“Пфф!” - Цзюнь Се выплюнул чай на лицо Танг Юаня и прокашлялся: “Да, твой дядя любит поразвлечься! Братец Танг, а ты не думаешь, что эти твои действия слишком унизительны? Неважно, как ты его унижаешь, он всё же талантливый ученик, и к тому же он выпускник Института Знаний Вэнсинг - человек с некоторыми способностями. Такого рода действия просто слишком расточительны...”

“Слишком расточительны? Цзюнь Се, я не могу согласиться с твоими словами. Какой тип квалификации или опыта есть у таких людей? Они же не более, чем кучка книжных червей! Ну и что с того, что им удалось узнать Небесный путь достижения мира и процветания страны из своих книг? Они ведь только и умеют, что дискутировать об этом на бумаге, но у них нет никакого желания использовать знания на деле, и в результате эти их знания бесполезно гниют в их головах! Наличие большого объема знаний нельзя приравнять к наличию большого таланта; ведь самое главное - не отталкивать человека с талантом!.. А те, кто умеет лишь балаболить, как их вообще можно считать талантливыми? Эти люди не имеют никакого значения, абсолютно!.. По мне, так у Института Знаний Вэнсинг слишком раздутая репутация! За всю долгую историю Королевства Тянсян, как много знаменитых людей учились в Институте Вэнсинг? Тьфу!” - Танг Юань коротко усмехнулся и похлопал Цзюнь Се по плечу: “Третий Молодой Господин, мы оба ведь можем рассматриваться, как «хороший материал»...”

“Погоди-ка! Что значит «мы оба можем рассматриваться как «хороший материал» ?»”

Слушая Танг Юаня, Цзюнь Се изначально соглашался с ним снова и снова, мысленно аплодируя. Он был согласен с его точкой зрения; ведь если сравнивать студентов, которые окончили с высшими оценками экзаменационное обучение, и тех, которые выдержали испытание временем в рабочей сфере…

Первые ничем не будут отличаться от новорожденного ребёнка во всех аспектах.

Неожиданно для такого дебошира, Танг Юань и вправду задумывался о таких вещах... Цзюнь Се приободрился, услышав эти слова, но Танг Юань неожиданно сменил тему, заставив его почувствовать шок. Разница между двумя темами была такой же большой, как разница между Небом и Землей, Севером и Югом; такое различие слишком поражало...

“Ха-ха... я имел в виду, что мы оба нехорошие люди” - рассмеялся Танг Юань - “Смотри, Брат: независимо от того, насколько мы плохи, даже если мы будем дебоширить каждый день, сколько людей в этом огромном городе пострадает? Тысяча человек уже будет считаться большой цифрой, согласен? Однако, посмотри на Жао Ченгсонга, он же бесхребетный и гнилой ублюдок! Если кто-то вроде него будет назначен в качестве официального должностного лица, то одного его глупого действия будет достаточно, чтобы причинить вред бесчисленному множеству простолюдинов! ..Не говоря уже о том, что после причинённого вреда он просто переедет в другое место и повторит все свои действия... Пока королевский двор не обезглавит его, он будет продолжать причинять вред другим! ...Но, пока его не обезглавили за такие промашки, сколько людей пострадает, м? Если сравнивать его и нас двоих, вместе взятых, то кто будет истинным злом?”

Танг Юань вдруг погрустнел: “Вот почему твой Братец предпочтет позорить таких бесстыжих людей! Какие к черту талантливые ученики? Просто сборище сукиных детей! Во всяком случае любому, кто осмелится называться себя талантливым учеников перед этим Старшим, будет раздавлен на смерть! Как только эти лицемерные “одаренные“ ученики будут попадать в мои руки, то лучше им забыть о счастливом будущем!”

Цзюнь Се громко рассмеялся: "Хорошо сказано, Толстый Брат. Это первый раз, когда я слышу, чтобы ты говоришь что-то, что смогло обрадовать меня до такой степени! Хорошо сказано! Просто за эти твои слова я поднимаю этот стакан!”

Этот тост был единственным, который Цзюнь Се произнёс искренне - слова, сказанные Танг Юанем, просто покорили его сердце. Для Цзюнь Се, который был перенесён -человека двух миров- количество людей, которым он мог искренне произнести тост, было не больше трёх.

Для Танг Юаня это большая удача - получить тост от Цзюнь Се; и, к тому же, он стал первым в этом мире, кому он его сказал!

Выпив этот стакан, Цзюнь Се одобрил Танг Юаня! Хоть он и был развратником, но он был истинным злодеем с характером!

Цзюнь Се всегда действовал по своей прихоти: даже если все будут осуждать человека, который нравиться Цсюнь Се, он всё равно будет продолжать пить с этим человеком; даже если все будут восхвалять человека, который не понравился Монарху, он будет его игнорировать до конца!

В этот момент, Толстый Танг не осознавал, насколько важен этот стакан вина. Естественно, он ни за что не смог бы предсказать, что эта чаша вина спасёт его от многих бед! Его жизнь однажды будет спасена благодаря Цзюнь Се!

...Однако, это совсем другая история.

Танг Юань осушил чашу в один присест, и его маленькие глаза окинули всё мутным взором:

- “Я знаю что я за человек... Я не обладаю красивой внешностью и люблю играть в азартные игры..я люблю драться, а издевательства над людьми доставляют мне удовольствие..хех, а когда я вижу красивых девушек, то просто должен сказать им несколько цветастых фраз, чтобы развеять скуку... У меня плохое сердце, но у меня есть мужество, чтобы быть плохим! Я плохой парень, но я - тот, кто делает эти плохие вещи средь бела дня! Как говорится - когда женщина красива, все поворачивают головы; когда женщина красива, все хотят посмотреть на неё подольше.... Если вы не позволяете нам смотреть на вас, то почему вы родились такими красивыми? Хах, если какая-нибудь красивая леди из какой-то хорошей семьи замечает, что я смотрю на неё, то она мигом сбегает и прячется...

С другой стороны, мне тоже не интересно идти в этот тупик... Но те, которые решили остаться стоять и соблазнять меня..даже увидев, что я смотрю на них, таких девушек можно считать хорошими?... И после ТАКОГО они на самом деле смеют рассказывать другим, что я отвратителен..вот это - непростительное злодейство!..... Посмотри на всех этих лицемеров: когда они видят красивую девушку, то мигом опускают головы в поклоне, показывая всю свою добродетель и набожность.. Но после того, как девушка проходит мимо, они быстро поднимают головы, чтобы смотреть на её красивую задницу и пускают слюнки, тайно желая плотских удовольствий! Тьфу!! Для вас это и есть 'талантливый ученик'?! Талантливый ученый с членом вместо мозгов! С такого рода талантливыми учениками я тоскую, хоть и могу всех их уничтожить в течение дня!"

Выразив своё мнение таким ответом, Толстый Танг резко погрустнел - заливая одну чашу вина за другой, он выпивал всё без остатка; его руки не переставали двигаться, он выпивал и выпивал всё больше вина. Хоть вино и было слабоалкогольным, но количество выпитого и грусть, в конечном итоге, заставили его опьянеть. Его глаза стали пустыми, а голова закачалась взад-вперёд; в конце концов он не смог удержаться и упал лицом в тарелку с горячей ухой...

Завопив, он тут же проснулся!

Цзюнь Се посмотрел на Танг Юаня, у которого рыбный суп капал с лица и решил:

[Так как я решил заняться Квин Ху и его сыном, я мог бы отдать это дело семье Танг. Учитывая, в каком отчаянии Дедушка Танг должен быть после потери своего драгоценного Ядра, сейчас он бы предпочёл убить тысячу невинных, чем отпустить одного преступника... Не говоря уже о том, что в моём нынешнем состоянии сил еще не хватает, а Стражи, которых я обучаю, ещё не готовы. Если бы Дедушка вышел, чтобы разобраться, это вызвало бы очень много шума...да! Я поступлю таким образом! Это единственный способ решить этот важный вопрос!.. Тьфу! Подобное избавление от кучи мусора не может даже рассматриваться как важный вопрос!..]

Цзюнь Се не хотел мобилизовывать силы семьи Цзюнь по одной причине: Суань Ядро! Суань Ядро сейчас - ужасающе глубокий омут проблем.

Хотя выражения лица Квин Ху было не достаточно, чтобы гарантировать, что он связан с похищением Ядра..но если всё же выяснится, что он связан с кражей, то участие семьи Цзюнь в уничтожение Клана Северного Города будет равносильно признанию об участии в краже! В конечном итоге, это всё равно как самим прыгнуть в огромную яму с грязью, чтобы все это видели. С другой стороны - у семьи Танг такой проблемы не возникнет.

- "Братец Танг, раз уж мы наелись досыта, что скажешь, если мы сменим обстановку? Я чувствую, что заведение 'Красное Удовольствие' довольно чистое и тихое.. Что думаешь?" - Цзюнь Се явно намеревался сделать что-то злое, но изобразил благочестивый вид.

- "Заведение 'Красное Удовольствие'? Это, конечно, чистое и тихое место, очень хорошее место, ахахах..." - в глазах Танг Юаня прояснилось, и он вышел из пьяного угара; его лицо налилось желанием: "Хахаха, Братишка, ты настоящий друг. Пойдем-пойдем! Давай пойдём сразу туда! Так уж случилось, что эти несколько дней вызвали во мне много печали, мне по-настоящему нужно чистое и тихое место...”

Танг Юань немедленно подорвался, и его живот немедля упал ниже пояса.

Цзюнь Се наблюдал за Танг Юанем с каменным лицом и мысленно себя спрашивал... Ему было трудно представить, что же Юань собирался делать после того, как войдёт в заведение 'Красное Удовольствие'...

Может, он будет использовать обе руки, чтобы поддержать живот?.. Ведь если нет, то ему было бы очень трудно «действовать». Вот это головная боль...

Глава 51. Может, ты хочешь...?

Цзюнь Се и Танг Юань покинули этаж. Не то что бы Цзюнь Се не хотел рассказывать о своих планах здесь, просто его чувства говорили что, кто-то в этом доме за ним наблюдает...

Это ощущение заставляло его чувствовать себя неуютно; поэтому он предложил поехать в “тихое” заведение 'Красное Удовольствие'.

После того, как Цзюнь Се и Танг Юань ушли, в приватной комнате едва слышно заговорил голос: "Брат Ли, они ушли. Что ты думаешь?"

Нежный голос ответил:

- "Этого Танг Юаня можно считать обладателем хорошей проницательности, но это неважно - он слишком большой распутник.. Даже если он и скрывает какие-то свои намерения по отношению к нам, он будет действовать открыто, средь бела дня. Таким образом..это не он. А вот что касается Цзюнь Мосе...его действия сегодня отличаются от того, что я о нём слышал." - в его тоне были слышны нотки глубокого беспокойства.

- "Да? Ну если Брат Ли говорит... значит есть странности в этом маленьком отродье семьи Цзюнь, м?" - ответил первый голос с сомнением: "Тем не менее, этот мальчишка показался мне таким же легкомысленным и жадным, что и обычно.. Это легко можно было заметить - до такой степени он вымогал у Квин Ху деньги. Аппетит этого сопляка - это нечто... Я не ожидал, что он будет просить деньги со всех казино Клана Северного Города. Ха-ха... какой бред! Он не боится подавиться?"

- "Есть некоторые детали, которых вы не понимаете... Это не первый раз, когда Цзюнь Мосе ведёт себя странно. Что-то здесь определённо не так. Поручи этот вопрос Ли Яну; скажи ему проинформировать Квин Ху, и пусть Квин Ху сходит к Цзюнь Мосе завтра днём. Он должен записать каждое слово, что Цзюнь Мосе скажет, и ему очень не повезёт, если что-то упустит... После этого, упорядочи все записанное должным образом и отправь мне - мне нужно надлежащим образом проанализировать этот вопрос."

Пока второй человек размышлял, его пальцы слегка постукивали по столу. Обдумывая действия Цзюнь Се, он покачал головой:

[Если судить по тому, как он говорит и как себя ведёт - он просто типичный развратник....так почему я чувствую в нём что-то странное? Может я просто слишком чувствительный?.. Нет! Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть!]

- "В ближайшие несколько дней попытайтесь найти повод, чтобы встретиться с Цзюнь Мосе" - сказал 'Брат Ли': "Были донесения о том, что этот сопляк провёл последние несколько дней, проходя интенсивное смертельное обучение на дому... Отчётов было крайне мало, из-за чего я чувствую некоторое беспокойство. Ты должен проверить правда ли это."

- "Я? Вы хотите, чтобы я встретился с Цзюнь Мосе?”.

Другой человек ответил недовольным тоном. Его тон подразумевал, что разговор с Цзюнь Мосе был чем-то крайне постыдным. Быть замеченным в компании с таким развратником - это позор.

- "Ты всё ещё слишком высокомерен! И это высокомерие когда-нибудь тебя погубит..." - 'Брат Ли' поднял голову, черты его лица были очень нежны. Это был никто иной, как Ли Юран.

Хоть эти слова Юрана и были сказаны беспечно, но лицо его собеседника покрылось холодным потом:

- "Я понял, я подготовлюсь и сразу же доложу о готовности."

- "Хорошо.. Когда это произойдет, я буду там, чтобы наблюдать.. Я увижу, что планирует этот Цзюнь Мосе..." - мягко сказал Ли Юран.

- "Кстати, Брат Ли, я получил известие, что Второй может начать действовать в эти несколько дней; кажется, что ему уже совсем не терпится. Однако не ясно, является ли его целью Третий или Принцесса Линг Мэнг. Наш источник ведёт себя очень осторожно; больше вестей не было..."

- "Да?" - усмехнулся Ли Юран; затем медленно, понизив голос, ответил: "Второй - полный дурак. Тот, кто начнёт действовать в такое время обречён на провал... на данный момент мы должны просто наблюдать со стороны. Сейчас бездействие - лучшее действие."

- “Но, Принцесса Линг Мэнг же Вам нрав..." - другой человек, казалось, опасался заканчивать свою фразу.

- "Неважно, в конце концов - она всего лишь женщина. Если её жизнь - это цена за реки крови Первого, Второго и Третьего..то эту цену я с радостью заплачу." - мягко и спокойно ответил Ли Юран, хоть от него и исходила холодная аура: "Перед лицом исторически важных свершений простая женщина...хехех, это не важно!"

В приватной комнате стало тихо…

.....Тем временем на дороге…..

Цзюнь Се сидел как можно дальше от Танг Юаня в карете, стараясь оставаться в сознании: всю дорогу он терпел зловоние, исходящее от толстяка. Терпеть подобное - дело не из лёгких даже для кого-то, кто был королём наёмных убийц...даже Злой Монарх мог сейчас не выдержать!

Открыв шторы кареты, чтобы проветрить воздух, Цзюнь Се произнёс:

- "Братец Танг, судя по тому, что ты мне сказал, ты довольно сильно страдаешь дома."

Танг Юань, который изначально выглядел счастливым, вдруг погрустнел. Махнув рукой, он вяло ответил:

- "Третий Молодой Господин, если Вы считаете себя моим братом, не поднимайте этот вопрос... Когда я думаю об этом, у меня возникает желание повеситься! ..Как я мог быть таким невезучим?.. Не знаю больше никого, кто пострадал бы от такого рода стечения обстоятельств.. Но почему это продолжает происходить со мной снова и снова? Брат, я, видимо...невезучий!"

- "Тогда, может ты хочешь избавиться от этой проблемной ситуации?" Цзюнь Се зловеще засмеялся, искушая Танг Юаня.

- "Конечно хочу, почему же не хочу? Только настоящий придурок не хотел бы! Но это не тот вопрос, который можно легко решить!" - почесал голову Танг Юань; его лицо стало выглядеть старше.

- "Не описывай эту проблему как 'легкую' или 'сложную'. Я спрашиваю, хотел бы ты избавить себя от такой жалкой жизни!?" - спросил Цзюнь Се, как если бы он вел “рыбу” к приманке; его глаза уставились на Толстого Танга.

- "Х-хочу, я хочу!!" - взорвался Танг Юань: "Брат Цзюнь, у тебя что, есть план?"

- "У меня нет планов, но у меня есть несколько трюков... И любого из этих трюков будет достаточно, чтобы ты смог вырваться из нынешнего затруднительного положения.. Тебе интересно?" - усмехнулся Цзюнь Се, покачав ногой.

- "Да, интересно!... Третий Молодой Господин! Мой дорогой Брат! Брат Цзюнь! Дядя Цзюнь! О, предок!... Пожалуйста, скажи мне быстрее, я действительно больше не могу терпеть.." - к этому моменту, Танг Юань почувствовал, будто нашёл спасительную соломинку; задыхаясь и чуть не плача, он снова стал радостным.

- "Сегодня мы увидели, какой наглый этот Клан Северного Города, не так ли? Кроме того, они очень тебя обидели, не так ли?" - вспомнил Цзюнь Се, слегка посмеиваясь.

- "Обидели? Да эти два сукиных сына мне сегодня очень сильно нагадили! Если бы не тот факт, что у меня сейчас проблемы дома, то я бы уже давно истребил их всех! Когда Квин Ху придёт завтра, чтобы принести деньги, я даже встречать его не буду!" - Танг Юань покачал головой: "Брат, быстрее, расскажи мне свой план. Почему ты вспомнил этих отбросов?"

- "А разве это не метод? Дорогой Братец, я уверен, что не многие люди знают, что произошло в твоём доме, я прав?” - улыбнулся Цзюнь Се.

- "Есть многие, кто знает, что наш дом ограбили! Украденные вещи - не так важно, но сама информация о том, что было украдено - это то, что никто не должен был знать!... Если люди узнают, что Суань Ядро Девятого уровня было украдено из нашей Резиденции, то моя семья станет посмешищем для всех! ..Для всех мы просто объявили, что преследуем несколько беглых рабов и врагов семьи." - промямлил Танг Юань. Он уже слегка не понимал намёков Цзюнь Се.

- “..Но если мои догадки верны, Квин Ху знает обо всём” - Цзюнь Се скрестил ноги: "Ты должно быть заметил, но когда ты сказал, что что-то было украдено из Резиденции Танг, лицо Квин Ху стал взволнованным, а сам он мигом вспотел."

По правде говоря, было лишь небольшое изменение во взгляде Квин Ху, а на его лице не было никаких изменений. Что же касается пота, то его не было вовсе; однако Толстый Танг не придирался, потому что не мог вспомнить.

- "Ты имеешь в виду... Квин Ху как-то связан с кражей?"

Танг Юань мгновенно встал, яростно вращая своими маленькими глазами. Важность того, что Цзюнь Се только что сказал, было слишком большой.. Ошибки были просто недопустимы. Если бы эти слова были чем-то простым и не важным, то Юань сразу бы поверил.

- "Толстый, можешь не накручивать себя... Не важно, имеет он какое-либо отношение к краже или нет; важно то, что ты ДУМАЕШЬ, что он имеет какое-то отношение к этому вопросу. Всё, что тебе нужно сделать - это пойти и сказать своему Деду, что Квин Ху из Клана Северного Города может быть связан с кражей. Таким образом неважно, что произошло: наплевать, имеет ли Клан Северного Города какую-либо связь с этим делом...твоё бедственное положение станет чуть меньше." - Цзюнь Се зловеще рассмеялся: "Кроме того, мы не обвиняем его без причины - тот взволнованный взгляд на его лице в ресторане не был ложью. Если бы он был непричастен, показал бы он тогда такое бледное лицо?"

- "Но если мой дед узнает, что... если Квин Ху не связан с этим делом, разве я не попаду в большие неприятности?"

Танг Юань колебался.

Глава 52. Тайный доклад Танг Юаня.

- “Даже если Квин Ху никак не связан с кражей, эти твои действия докажут, что ты делаешь всё возможное, чтобы помочь найти вора... Учитывая, сколько ты уже страдаешь и пытаешься помочь, я считаю, что твой дедушка станет себя вести с тобой менее сурово. Кроме того, все, что тебе нужно сделать - это настаивать на том, что Квин Ху это основной подозреваемый. В текущем состоянии твой Дедушка, конечно, приложит все усилия, чтобы найти правду. Когда это произойдет, уже не будет иметь значения, "виноват" Квин Ху или нет. В то же время ты поможешь простым людям, избавив их от источника неприятностей.. Подумай об этом, почему бы тебе не сделать так?"

[Давай же, подсекай эту рыбку...]

- "Ты прав - мой дедушка очень волнуется по этому поводу.. Как только он получит зацепку, то сразу же мобилизует все наши силы!” - размышлял вслух Танг Юань: "..Однако этот намёк должен быть сделано правильно; иначе моё будущее станет очень несчастным... Хорошо! Я буду следовать твоему плану!"

Чем больше Юань думал, тем больше он считал, что план был замечательный. Танг Юань в конце концов потерял терпение и сказал:

- "Брат, позволь моим людям проводить тебя до 'Красного Удовольствия', чтобы ты мог там насладиться..кхм, “тишиной”... Мне же нужно вернуться к моему Деду.; иначе, если он узнает, что я отправился в публичный дом сразу после того, как узнал про Квин Ху, не доложив ему.... Боюсь,моё положение тогда станет крайне печальным."

- "Да, тебе действительно не стоит так делать... Поскольку у тебя происходит такое, как я могу быть в настроении, чтобы пойти в бордель? Я лучше просто прогуляюсь по округе" - засмеялся Цзюнь Се: "Толстый Танг, поздравляю! Ты скоро получишь свободу!"

Танг Юань широко улыбнулся, словно Будда Майтрея.

- "Это всё благодаря советам Брата."

Отказавшись от предложения Юаня, Цзюнь Се, остановив карету, вышел. Наблюдая, как удаляется карета, Цзюнь Се выдал небольшую улыбку.

Если семья Танг начнёт действовать, то как поступить ему? Суань Ядро всё ещё было в руках Цзюнь Се, и пока он не имел ни малейшего понятия о том, как его поглощать. Как же решить эту проблему?

[Может, стоит распространить слухи касательно этого Ядра, чтобы привлечь внимание высокопоставленных экспертов города Тянсян? Ведь в этом огромном мире есть множество способных людей. Несомненно, некоторые из них знают, что мне нужно... Но в таком случае придётся всё скрывать от Дяди и Дедушки.. С дедушкиной прямолинейностью и добротой он точно вернёт Ядро семье Танг.. Кроме того, если подобные слухи утекут из семьи, то неприятности будут просто огромные. Будет лучше, если я всё расскажу уже после того, как использую Ядро на Дедушке или троюродном Дяде... Да, точно - я тихонько всё проверну и потом расскажу им; так мы сможем тихонько процветать!]

Божественные силы, которые Цзюнь Се получил в результате практики Искусства Разблокировки Небесной Удачи, принципиально отличаются от обычного способа культивации Суань Ци. Поэтому Цзюнь Се решил, что всеми желаемое Суань Ядро для него бесполезно.

Однако, даже несмотря на то, что Суань Ядро было бесполезно для использования в практике Искусства Разблокировки Небесной Удачи, но оно могло быть полезно в других областях. К сожалению, у Цзюнь Се не было идей…

Кроме того, должен ли он посетить Банкет Одарённого Ученика на Осеннем Фестивале завтра?

Цзюнь Се думал об этом во время прогулки;после он, наконец, решил.

Скучая по своим метательным ножам, он вздохнул. После противостояния, которое произошло под дождём, он понял, что самодельные летающие ножи были не очень эффективны против экспертов Суань Ци из этого мира: хотя соперник был простым экспертом Серебряного уровня Суань, те летающие кинжалы сломались или погнулись! А что будет, если противник будет на уровне Золотого или Нефритового Суань?.. Размышляя о такой возможности, Цзюнь Се покрылся холодным потом.

Единственное, в чем он точно был уверен - со здешним качеством железа, метательных ножей было недостаточно против высокопрофессиональных мастеров! ..По крайней мере, не было возможности нанести смертельные раны.

Поскольку Цзюнь Се ещё предстоит стать сильнее, то ему придётся создать несколько видов оружия для своей защиты. По крайней мере, метательное оружие должно быть способно проникать в защищённое тело эксперта Нефритового уровня. Это было минимальное требование Цзюнь Се!

Однако обычного железа будет недостаточно.

Цзюнь Се продолжал идти вперёд с опущенной головой, как вдруг вышел к "Магазину Божественного Оружия".

Для того, чтобы приобрести качественные материалы для своих самодельных метательных ножей, "Магазин Божественного Оружия" может быть единственным местом в королевстве Тяньсян, где можно найти необходимое. По подсчётам Цзюнь Се, лучшим материалом здесь является Таинственное Железо; достойной заменой может быть холодное железо (1). Если больше вариантов не будет, то и качественная сталь сойдёт.

После расставания с Цзюнь Се, Старший Молодой Господин Танг -Танг Юань- взволнованно поспешил вернуться домой.

Только прибыв, он немедленно запросил аудиенции у Деда.

За последние несколько дней, Дедушка Танг чувствовал себя очень раздражённым. В дополнение к его украденной гордости и радости -Суань Ядру- не было также никаких новостей или движений по делу; это делало Деда Танга ещё более злым.

Он всё думал о Танг Юане: [если бы этот неряшливый идиот не ввязался в историю с распиской, то кражи бы вообще не случилось...]

Чем больше он думал об этом, тем яростней становился. В итоге он решил приказать слугам привести Танг Юаня, чтоб снова выместить на нём свой гнев.

Дед уже собирался позвать слугу, но тот вдруг сам пришёл и сообщил, что Старший Молодой Господин настойчиво просит аудиенции. Деда это сильно удивило. Независимо от дел, встреча с этим ребенком всегда было тяжелым испытанием, даже в обычные дни. В дни таких проблем Танг Юань обычно скрывается столько, сколько может, и тут вдруг решился прийти сам?.. Может ли быть, что он сошел с ума от побоев?

- "Приведите его!" - сказал глава семьи Танг, но, подумав немного, добавил: "И принесите мне железную гречку!"

...Зайдя в кабинет, первое, что Танг Юань увидел - это железную гречку на полу, и от этого его лицо стало похожим на топлёное масло.

- "Какая гнусная проблема на этот раз?"

Дед Танг был очень зол! Спрашивая, он подбородком указал на железную гречку, показывая этим, что Танг Юань должен встать на колени, прежде чем говорить.

Как он мог не понять своего внука? Единственная причина, по которой Танг Юань мог просить аудиенции - это если он опять вляпался в какие-то грязные порочные проблемы! Если бы не это, Танг Юань никогда не пришёл бы к нему!

Лицо Танг Юань было наполнено горечью, пока он печально опускался на колени; его живот со звуком 'шлёп' коснулся пола.

- "Что случилось?" - смотря на живот внука, достигший пола, он не смог больше злиться: "Тебе что, станет больно если ты похудеешь?? Или ты решил стать свиньей?"

Танг Юань изначально был крайне взволнован, когда думал, что внесёт огромный вклад; но, после такого приветствия, он немного растерялся. Глядя на свое пузо, он скомкано ответил:

- "Это не так, я не хотел бы быть жирным... Получая нагоняи последние несколько дней, я не могу даже нормально покушать.. Но, даже если я буду пить только воду....."

- "Хватит! Просто скажи мне почему ты пришел!" - Дед Танг злился, но почти смеялся: "Не говори ерунды, просто выкладывай: что ты натворил на этот раз?"

- "Дедушка, я..." - Танг Юань вдруг стал взволнован - он вспомнил, что Цзюнь Мосе говорил об освобождении от его (Юаня) несчастной участи. Не в состоянии больше терпеть, он встал, и, игнорируя яростное лицо своего деда, сказал: "Дедушка, мне кажется, что я нашел зацепку в нашем деле о Суань Ядре.”

- "Да?" - Дед Танг, который собирался прийти в ярость и уже был готов запинать Танг Юаня, удивился; его глаза широко выпучились: "Быстро рассказывай всё, что ты знаешь."

- "С того дня как Суань Ядро украли, Твой внук страдал днём и ночью. Последние несколько дней я посвятил всё моё любопытство, мысли и умения в это дело; я погрузился в это дело с головой, и долго ломал голову, чтобы понять и проанализировать всё, что произошло; я истощил свой ум и тело, пока обдумывал все возможности; гарантирую - я выжимал себя до капли, и мои усилия не прошли зря, ведь я хотел собрать..." - говоря всё это, Танг Юань показывал искренние выражения на лице, словно он начал всё с чистого лица и стал лучше..

- "Стоп! Стоп-стоп-стоп!" - возмущенно закричал Дед Танг: "Ты что, снова хочешь встать на колени, прежде чем начнёшь рассказывать, что произошло?”

Пальцем же он показывал на железную гречку на полу.

Танг Юань испуганно ответил:

- "Сегодня я отправился искать подсказки, и в заведении "Бессмертный Пьяница" я встретил лидера Клана Северного Города Квин Ху...и сына Квин Ху, Квин Сяобао. Этот Квин Сяобао вёл себя высокомерно и властно; он даже запугивал ни в чём не повинных простолюдинов. Увидев это, Твой внук не мог не рассердиться, ведь благодаря урокам Дедушки внук не может мириться с несправедливостью.. Гнев в моем сердце поднялся до Небес, и ветра помогали мне, когда я шагнул вперёд, чтобы сразиться во имя правды и помочь слабым!... Когда борешься с несправедливостью, надобно взять в руки оружие, чтобы в своей героической борьбе помочь простым людям и стране.... гм, после этого Квин Ху привел несколько человек, чтобы устроить заварушку!! Но, когда он узнал, что это был я, он запаниковал."

Способность Танг Юаня выставлять напоказ свои собственные действия были поистине необычной; каждое слово он произносил, превознося себя в хорошем свете.

- "Бред! И кто вообще этот Квин Ху? Разве у него есть власть, чтобы провоцировать нас? Как он мог не паниковать? Это и есть твоя так называемая зацепка?"

Мысленно Дед Танг усмехнулся: [Что это вообще за бредятина? А я на самом деле возлагал надежды на моего бесполезного внука...]

Слушая самовосхваления Танг Юаня, лицо Деда Танга потемнело и налилось злобой.

- "Дедушка, если бы Квин Ху боялся с самого начала, то я бы понял! Но он вообще-то не проявлял в начале такой реакции... Это произошло только после того, как я упомянул, что была совершена кража из нашего дома; вот после этого выражение лица Квин Ху изменилось,будто он призрака увидел."

Танг Юань строил из себя мастера-детектива, пока медленно говорил:

- "Внешне все верят, что только деньги и драгоценности были украдены из нашего дома; ведь это вполне нормальная причина искать воров. Но, при таких обстоятельствах, эта ситуация вообще никак не должна касаться Квин Ху... Так зачем тогда было показывать такое потрясение? Твой внук считает, что есть что-то странное в его поведении! Возможно даже, что Квин Ху был тем, кто совершил это преступление.

1. Холодное железо (cold iron) — материал, нередко упоминаемый в фентезийных ролевых играх (иногда — как форма обычного железа, иногда как отдельный вид металла, наподобие адамантина или мифрила). Наиболее известен в системе D&D 3.5, где холодное железо стало стандартной уязвимостью многих сверхъестественных существ хаотичного мировоззрение (например, фей и демонов-танар'ри), преодолевая их сокращение повреждений.

Глава 53. Дугу Сяо И - новая встреча.

- "Хмм..." - Дед Танг прищурился, и блеск мигнул в его глазах: "Продолжай."

- "Это все," - быстро ответил Танг Юань.

- "Это всё?! Ты, кусок дерьма! Ты смеешь говорить, что это всё после того, как дошёл до главного? У тебя есть предсмертное желание?!"

Дед Танг сильно разозлился и, набросившись, стал пинать Танг Юаня по ягодицам: "С такой мелочью, как ты можешь быть уверен, что Квин Ху и Клан Северного Города как-то связаны с делом о краже? Что именно произошло? Расскажите мне всё, и с самого начала!.. И если будут какие-то непонятные детали, я сдеру с тебя твою жирную шкуру!"

Услышав это, Танг Юань сразу погрустнел.

Видя, что не сможет обмануть Деда, он послушно рассказал обо всём произошедшем...

Дед Танг прищурил глаза, пока слушал. Когда он услышал, что Цзюнь Мосе обвинил Клан Северного Города в связи с делом о краже, он прервал Танг Юаня и спросил:

- "Может быть, у этого ублюдка Цзюнь Мосе есть проблемы с Кланом Северного Города?"

- "А? Нет! Как такое может быть? Учитывая его характер, если бы у него был зуб на Клан Северного Города, то он бы расплющил этот маленький клан давным-давно! Как бы Северный Городской клан ещё жил, если бы дело было так?" - быстро ответил Танг Юань.

- "..Действительно, Цзюнь Мосе не пытался бы так мудрить с Квин Ху. Просто основываясь на силе семьи Цзюнь, у него нет никакой необходимости перекладывать этот вопрос на наши плечи. Однако, я несколько не доверяю Цзюнь Мосе, хоть он и не тот, кто смог бы создать сложную стратегию и навредить нам,” - погладил бороду Дед Танг.

- "Но... Дедушка, Суань Ядро слишком важно для нашей семьи. В такое время как сейчас, это лучшая зацепка что у нас есть", - видя, что его планы увенчались успехом, быстро добавил Танг Юань.

- "Верно! Лучше уж что-то, чем совсем ничего! Кроме того, это лишь небольшая шайка из подпольного мира, разве не могу я выступить против них? Я просто буду считать, что этим поступком помогаю простым людям в избавлении от зла!", - Дед Танг яростно встал.

- "Говорить о том, что Клан Северного Города связан с делом о краже, основываясь только на том инциденте - слишком надуманно. Тем более, что Шесть Великих Кланов города действительно часто переходят черту в последнее время... Особенно этот Клан Северного Города; я слышал, что они совершили не малое количество злодеяний. Кроме того, в расследовании о краже Суань Ядра мы не рассматривали Шесть Великих Кланов... Поэтому, для начала я мог бы поймать людей из Клана Северного Города и допросить их... Надеюсь, в итоге мы сможем найти зацепку." - думал вслух Деде Танг.

Хоть он и не надеялся на успех, но если есть хоть малейший проблеск надежды, то он обязан проверить.

"Итак, мой приказ: все, у кого Девятый уровень Суань Ци и выше, должны немедленно собраться. Мы выступим сегодня вечером! И еще - пока дело не закончится, никто не должен случайно умереть! От пленников мне нужна информация!"

- "Понял!"

Танг Юань был вне себя от радости - способ Брата Цзюнь был действительно удивителен. Обращение деда к нему уже изменилось, хаха...

Этот план Цзюнь Се придумал из-за его отвращения к Клану Северного Города.

Те, что пробудили ярость Злого Монарха, должны забыть о хорошей жизни!

Тем не менее, у Цзюнь Се было слишком много опасений, что бы он действовал сам.. Таким образом, он переложил этот вопрос на Танг Юаня.

Что касается Толстого Танга, то он принял этот план только потому, что хотел сделать свою жизнь чуть легче. Он больше не мог терпеть такое обращение - его избивали и проклинали каждый день; он был словно мышь в собственном доме.

Что касается Деда Танг, то он решил положиться на внука, цепляясь за надежду, что связь между Ядром и Квин Ху существует; ведь надежда лучше, чем её отсутствие. Кроме того, он также может воспользоваться этой возможностью, чтобы уничтожить вредоносные банды ради простых людей.

Неважно, какой у этого инцидента будет результат - пока он может открыть всем список преступлений, которые Клан Северного Города совершил, репутацию семьи Танг можно будет поднять на новый уровень...ведь его действия получат поддержку народа.

Кроме того, Клан Северного Города был самым слабым из Шести Великих кланов; они не имеют никакой поддержки от Великих Семей. Против них не нужно осторожничать!

Кроме того, есть возможность приятно удивиться, если бы выяснилось, что эти действия потенциально могут привести к Суань Ядру.

Тем не менее, Цзюнь Се, Танг Юань и Дедушка Танг кое-чего не знают...

Они не знали, что эти действия с их стороны обернуться поистине удачным, неожиданным и приятным сюрпризом! Все карты откроются в тот же вечер...

Что касается поручения Ли Юрана, чтобы Квин Ху проверил Цзюнь Се - его инструкции для Квин Ху только прибыли.

Но к сожалению теперь, когда Дед Танг собрал все свои силы...

Видимо планы Ли Юрана снова будут сорваны; без всякого предупреждения или причины, его планы разваливаются... А всё из-за двух развратников, из которых первый не может терпеть существование Клана Северного Города, а второй хочет вырваться из своей жалкой ситуации..

Эти два эгоистичных развратника в итоге сорвали весьма продуманный план, составленный после крайне долгих и сложных анализов Ли Юрана...

...А может это и вправду воля Небес?...

Цзюнь Се медленно шёл по дороге; магазин Божественного Оружия был уже недалеко. Рядом с магазином была роскошная карета с крестом из двух скрещенных мечей!

Это был специальный крест, и обозначал принадлежность к семье Дугу.. Кто-то из семьи Дугу был здесь!

Цзюнь Се был в лёгком шоке, но не обратил особого внимания на карету, пока медленно входил внутрь. Если бы это был развратник -старый Цзюнь Мосе- он не посмел бы пересекаться с членами семьи Дугу.. Однако, Цзюнь Се был другим! С чего бы ему бояться семьи Дугу?

- "Уважаемый Юный Господин, какое оружие вы ищите?"

Как только он вошёл в магазин, мужчина средних лет вышел вперёд. В пределах города было немало Юных Господ, как Цзюнь Се, и все они имели привычку носить красиво выглядящие мечи.

Однако эти мечи служат лишь декоративным элементом и не имеют реальной возможности убить.. Естественно, практичность такого оружия сомнительна.

- "Я здесь не для того, чтобы купить готовое оружие. Я здесь, чтобы узнать: у вас есть Холодное Железо на продажу? Цена не проблема!", - рассмеялся Цзюнь Се, изображая лицо, полное богатства и власти.

Глаза мужчины засверкали, а сам подумал: [Хах, а я подумал, что этот парень развратник. Может ли быть, что он действительно опытный профессионал? Я не могу позволить себе допустить ошибку!]

Он оценил Цзюнь Се ещё раз, прежде чем ответить:

- "Получается, что этот Юный Господин является профессионалом... Однако, наш магазин в настоящее время не имеет в наличии Холодного Железа, так как его слишком трудно приобрести. Быть может, вместо него вам подойдет Закалённая Сотню Раз Сталь?"

Цзюнь Се усмехнулся и ответил:

- "Ну если она действительно была закалена сто раз...тогда было бы достаточно, однако эта Закалённая Сотню Раз Сталь... действительно была закалена сотню раз?"

Лицо мужчины средних лет выдало неловкое и смущённое выражение:

- "Да, этот Юный Господин - настоящий профессионал. Хотя в моем магазине Закалённую Сотню Раз Сталь закалили только примерно десять раз, её качество всё равно выше среднего.. Даже если сравнивать с похожими по всему миру, эту можно считать одной из лучших."

- "Десять раз... я понимаю. В таком случае, как насчет Таинственного Железа? Есть ли оно у вас?"

Цзюнь Се вздохнул: [Как ужасно! Может ли быть, что уровень технологий данного мира фактически отстаёт от моего на десять тысяч лет? Надеяться на их методы ковки и закаливания бессмысленно....]

В таком случае, сейчас он мог только искать особые металлы! Когда дело доходит до особых металлов, Таинственное Железо лучшее из всех!

- "Нет..." - служащий среднего возраста вытер пот: [Почему этот паренёк просит всякие материалы, которые трудно приобрести?]

Но, вдруг кое-что вспомнив, он произнёс: "Несколько дней назад мы получили кусок Метеоритного Железа. Оно вас устроит?"

- “Метеоритное Железо?!” - глаза Цзюнь Се загорелись: “Давайте посмотрим!”

Прося Таинственное Железо, Цзюнь Се лишь надеялся на “авось” - он ожидал, что не будет ни кусочка. Но неожиданно оказалось, что в наличии есть Метеоритное Железо!

Хоть Таинственное Железо и редкая штука, но редкость Метеоритного Железа ещё выше. Видимо, удача сегодня повернулась к Цзюнь Се лицом!

Он проследовал за человеком средних лет через кладовую в склад магазина. Но, не дойдя пару шагов до склада, изнутри ясно послышался голос: “Отлично! Я хочу это Метеоритное Железо.”

Владелец голоса был тот, кого Цзюнь Мосе опасался больше всех – Дугу Сяо И из семьи Дугу!

[Почему я натыкаясь на нее везде? Это пугает!]

На сердце Цзюнь Се стало тревожно; он быстро вошёл через дверь.

Не дожидаясь никого чтобы сказать, он быстро открыл рот:

- “Хахаха... Мисс Дугу, я не ожидал что мы снова встретимся здесь. Должно быть,это судьба.”

- “Это ты? Цзюнь Мосе?” - обернулась Дугу Сяо И; её глаза сверкали, и она выпятив грудь, произнесла: “Цзюнь Мосе, вы слишком ненормальны. Почему это я сталкиваюсь с тобой все время, как с прицепившимся ко мне приведением! Как странно!”

Вдруг она подскочила, приблизив свое лицо к Цзюнь Се, злобно спрашивая: “Цзюнь Мосе, ты ведь не преследуешь меня, да?”

Глава 54. Тебе нужен побольше..?

- "Мисс Дугу, не слишком ли Вы высокого мнения о себе?" - не смог сдержаться Цзюнь Се и, ляпнув, 'уколол' Сяо И: "Если бы я хотел найти подружку, то я пошёл бы в заведение "Красное Удовольствие"; ведь там гораздо больше красавиц... не говоря уже о том, что тамошние красавицы нежны и... аауч!!!”

Красивое белое лицо Дугу Сяо И застыло в гневе; её нежные руки вывернули руки Цзюнь Се. Пара красивых глаз пристально сверлила его, пока она спрашивала, произнося каждое слово с особым акцентом:

- "Что... Ты... Сейчас... Сказал?"

- "Джентльмены борются словами, а не руками!" - сказал Цзюнь Се с суровым и праведным выражением. С горечью в лице он продолжил: "Старшая сестра, пожалуйста - полегче со мной, нет необходимости утомлять Ваши нежные руки из-за меня."

- "Хах! Отвечай! Какие у тебя скрытые мотивы, чтобы меня преследовать? Говори быстро! Если ты этого не сделаешь, то я не смогу гарантировать сохранность твоих ушей..” - Дугу Сяо И не ослабляла хватку.

Цзюнь Се прекрасно знал, что эта девчонка была человеком слова и не боялась последствий. Обернувшись, Цзюнь Се улыбнулся:

- "Неужели Мисс Дугу желает купить немного железа? В таком случае... как насчет того, чтобы Этот младший брат помог Вам его купить?"

- "Ты?”

Дугу Сяо И вдруг вспомнила, что Цзюнь Се в их прошлую встречу выиграл много драгоценностей, но из них её ничего не досталось. Вспомнив об этом, в её сердце засвербила досада, и гнев разгорелся еще сильнее:

"Разумеется ты тот, кто должен заплатить! Тогда, в игорном доме, мы работали вместе, и выиграли очень много денег..но ТЫ не дал мне мою долю! Если бы не моя удача, смог бы ты выиграть так много? Так как ты выиграл столько драгоценных вещей только благодаря моей удаче, ты мог бы воспользоваться этой возможностью, чтобы вернуть мне то, что задолжал!"

Сказав это, она вдруг рассмеялась и, вытянув руки, отмерила ими определённую длину; её милые зубки сверкнули: "Я хочу короткий меч примерно такой длины... он должен быть очень тонкий; настолько, чтобы я могла спрятать его в рукаве. Это будет хорошо, ты так не думаешь?"

Сердце Цзюнь Се на секунду замерло; эта девочка точно хорошо болтает. Всё, что она тогда делала - это была свидетелем. Она играла на выигрыш, и выиграла двадцать тысяч серебряных ляней, после чего вероломно отхватила по меньшей мере ещё сотню ляней серебра в счётах...

А теперь её роль внезапно выросла до 'партнёра', и всё произошло 'только из-за её удачи'... Мало того, что она хочет за его счёт заказать себе карманный ножик, так ещё она хочет его целиком из Метеоритного Железа!

Не это ли называется "Актом уничтожения драгоценного сокровища'? Чёрт, эта девчонка яркий пример бессердечной су...

Кусок Метеоритного Железа был размером примерно с два баскетбольных мяча. Вся его поверхность источала странный свет, похожий на свет от алюминиевого сплава из прошлой жизни Цзюнь Се.. Однако этот кусок был явно более чистого качества; также были неровные узоры на поверхности куска...

С первого взгляда Цзюнь Се смог понять, что он был более высокого качества, чем Таинственное Железо! Именно в этот момент Цзюнь Се принял решение:

[Начхать что мне придётся сделать - шантаж или мошенничество..я просто ОБЯЗАН получить этот кусок Метеоритного Железа. Нечто настолько хорошего качества может засверкать только в руках хорошего мастера!]

- "Хозяин, сколько стоит этот ржавый кусок металла?"

Сказав это, Цзюнь Се небрежно пнул блок Метеоритного Железа размером с баскетбольный мяч; его рот искривился в противной довольной улыбке, а во взгляде читалось высокомерие.. Мужчина средних лет, который привёл его внутрь, удивился:

[Этот Юный Господин... Я только что с ним говорил, и он произвёл впечатление опытного профессионала; его поведение и манера речи были спокойны и точны.. Но как получилось, что после встречи с этой красивой молодой леди он вдруг превратился в такого мерзкого человека? В какую игру он играет?

Может быть это то, что люди называют «сойти с ума от красоты»? Какая досада! Красавицы действительно корень всех бед!]

- "Э-э, хе-хе, Юный Господин, этот кусок был найден..." - начал говорить слегка сгорбленный старик.

Не дожидаясь продолжения, Цзюнь Се прервал его нетерпеливым образом:

- "Не болтайте ерунды; всё, что вам нужно - это назвать вашу цену. Этот Юный Господин не имеет ничего, кроме денег! Если что-то привлекает моё внимание, то даже ржавое старое корыто станет сокровищем! А что до этого железного лома, то просто назовите цену!"

- "Я понимаю.."

Для того, чтобы открыть магазин в столице, хозяин должен был быть крайне опытным человеком. Он мог ясно видеть, что молодой человек перед ним был, вероятно, одним из самых престижных развратников. Как может кто-то вроде него заставить одну из таких “акул” бизнеса растеряться? Старик быстро ответил:

- "Этот металл имеет необычное происхождение. Он оценивается в восемьдесят тысяч серебряных ляней. Кроме того, если Юный Господин и Мисс захотят, чтобы мы выковали из него оружие, то потребуется дополнительно пять тысяч серебряных ляней..."

- "Оу? Восемьдесят тысяч ляней? Так дёшево? Этот Юный Господин покупает его!" - сказал Цзюнь Се с выражением того, кто настолько богат, что забыл своё собственное имя. Потом он пнул ещё один блок железа: "А что по поводу этой сломанной вещи?"

Цзюнь Се излучал властную ауру; однако блок железа, на который он указал, был не обычным. Это был кусок отлично закалённой стали, его размеры намного превышали размеры куска Метеоритного Железа, и весь он излучал темно-красное свечение.

- "Это кусок Сотню Раз Закалённого Стального Железа. Хоть оно и не так хорошо, как Метеоритное Железо, но будет по-прежнему стоить две тысячи ляней," - почти сразу ответил хозяин.

Он ясно мог видеть, что этот бестолковый Юный Господин перед ним очень нетерпелив. Двух тысяч ляней было достаточно, чтобы по крайней мере три семьи жили без волнений в течение целого поколения! Эта цена была действительно очень высокой; а что касается восьмидесяти тысяч ляней ранее, то это была просто астрономическая сумма для простых людей!

Однако, для такого прожженного развратника, как этот, такая цена была лишь копной волос из бычьих хвостов.

- "Не дорого, не дорого, на самом деле, это довольно дёшево!" - Цзюнь Се взмахнул руками: "Я куплю всё!"

Он вытащил стопку серебряных пластин из-за пазухи. Это был выигрыш за тот день. Немного плюнув на пальцы, Цзюнь Се затем отсчитал девяносто тысяч ляней. Затем он шлёпнул пластинками по руке с громким “па!”:

"Вот девяносто тысяч ляней, сдачи не надо!"

Дугу Сяо И наблюдала за всем этим со стороны, и её лицо медленно менялось от улыбки до разочарования. Постепенно она чувствовала, как её сердце остывает. На лице появилось выражение брезгливости; странное ощущение наполняло её: [..Тогда я подумала, что он изменился..... но кажется, он всё тот же развратник...*вздох!*]

Одной рукой отдал деньги, а другой рукой получил товар - Цзюнь Се быстро завершил сделку для двух блоков железа. Сейчас эти два блока железа принадлежали только Цзюнь Се.

С холодным лицом Дугу Сяо И спросила:

- "Третий Молодой Господин Цзюнь, так как Вы уже заплатили, разве не пора ли передать это железо мне?"

Её кольнуло сожаление: если она знала, что он всё тот же поганый засранец, то зачем позволила ему заплатить за себя? В конце концов, он заставил её быть несчастной!

[Если бы я хотела найти кого-то, кто поможет мне заплатить за это, то нашла бы другого..есть же князья, молодые господа из благородных семей, наследные чиновники.... Как смог кто-то вроде Цзюнь Мосе получить шанс? Как же я опростоволосилась!.. Тем не менее, Метеоритное Железо это редкий материал..ради такого можно потерпеть его присутствие немного дольше!]

- "Действительно! Это вполне естественно!" - Цзюнь Се рассмеялся: "Мисс Дугу, здесь два блока железа. Вы хотели большой кусок металла, а я хотел маленький. Я действительно горд, что имел такую большую честь и смог помочь Мисс Дугу заплатить за это, хаха..."

- "Что ты сказал?"

Дугу Сяо И как раз собиралась подойти к блоку Метеоритного Железа, когда услышала, что что-то не так. Она не могла сдержаться, и её красивые глаза стали шире; она не могла поверить своим собственным ушам: "Я хотела большой? Ты хотел маленький?"

[Он что, стал идиотом? Маленький - это Метеоритное Железо из космоса.. Большой - это Сотню Раз Закалённое Стальное Железо... Хоть качество второго и является высоким, но по сравнению с Метеоритным Железом это всё равно что Небо и Земля! Зачем мне тогда нужно это Сотню Раз Закалённое Стальное Железо?!]

- "Так и есть" - спокойно ответил Цзюнь Се: "Смотрите, я уже купил эти два куска металла, но мне не нужно много, небольшого количество будет достаточно. Если я возьму большой кусок, то он почти весь будет потрачен впустую. Но, как говорят - розовый подходит лишь красоткам! Естественно этот большой кусок железа должен быть подарен красивой девушке. Хехе, естественно, что это никто иная, как Мисс Дугу. Ах...конечно, если Мисс Дугу чувствует, что этого недостаточно, то для Вас я могу просто купить ещё один. Все они стоят лишь несколько тысяч ляней за штуку, простая дешёвка! Хотите, я куплю десять таких и пришлю их каретой прямо к Вам домой?"

Всем телом Дугу Сяо И вдруг задрожала от ярости!

Она наконец поняла, что происходит...

Оказалось, что Цзюнь Мосе и целился в Метеоритное Железо; однако он боялся, что она может заключить сделку первой, и поэтому предложил ей заплатить за всё!

И теперь, когда сделка заключена, он на самом деле хотел отдать ей обыкновенный кусок закалённой стали!

Глава 55. Игра в изгоя.

[Металлолом? Почему бы тебе не попробовать найти для меня несколько таких кусков «металлолома»?

Этот подлый Цзюнь Мосе! Под предлогом заплатить за меня, он меня обманул, чтобы завладеть Метеоритным Железом!]

Так уж случилось, что Сяо И о таком не подумала и забыла упомянуть, какой ИМЕННО кусок металла она хотела...

- "Цзюнь Мосе!!" - закричала Дугу Сяо И, ее красивые глаза чуть не вылезли из орбит: "Тебе жить надоело?"

- "Я невиновен!" - развёл руками Цзюнь Се и пожал плечами; на его лице была смесь мошенничества и невинности: "Что вы такое говорите, Мисс Дугу? Из этих двух кусков я уже дал Вам наибольший, чего Вы ещё хотите? Вы хотели купить железа, и я помог вам заплатить за него.. А теперь Вы говорите со мной так, будто я устал жить...Вы... Вы слишком несправедливы ко мне!"

- "ТЫ!...Хорошо! Очень хорошо! Цзюнь Мосе, у тебя действительно стальные яйца!... Но лучше тебе убедиться в том, что ты никогда не попадёшься в мои руки. Я..Я никогда тебя не прощу!"

Грудь Дугу Сяо И поднималась и опускалась, пока она злилась до слёз. Она прикусила пухлые губы, и всё её тело дрожало од злости; слезы катились из её глаз.

Цзюнь Се чувствовал себя довольно неловко: ведь это Метеоритное Железо - то самое, которое изначально хотела Дугу Сяо И. Но он использовал повод заплатить вместо неё для того, чтобы его прикарманить. Использовать такие скрытые уловки, чтобы обмануть маленькую девочку..это просто неправильно. Он попытался успокоить её:

- "Почему же Вы плачете?... Как насчет такого: когда я буду ковать оружие из этого железа, я сделаю драгоценное лезвие и для Вас. После этого, я пришлю его прямо к Вам домой... Так мы будем в расчёте, идёт?”

...Вот как надо утешать людей, м?

- "Да кому нужен твой клинок?"

Дугу Сяо И не знала, что Цзюнь Се честно пообещал всё это, и думала, что он высмеивает её. В конце концов она разрыдалась, её сердце скорбило не переставая: "Этот кусок Железа был моиииииииим...*хныкхнык*..."

По правде Сяо И плакала не из-за потери Метеоритного Железа. Хотя Метеоритное Железо было редким, его было не слишком сложно получить, учитывая мощь и влияние семьи Дугу. Настоящая причиной её слёз были отвратительные действия Цзюнь Мосе.

Надев маску развратника, он прервал её в самый разгар покупки, а затем выкупил оба эти блока железа, не позволив другим завладеть ими. Его действия превратили всё в полный хаос, и как только всё было сделано, он предложил ей какой-то мусор! И посыпая соль на рану он даже надел честное выражение лица и сказал: "хочешь большой, а я хочу маленький..." Как можно такой товар оценивается через размер?!

Но, конечно, самая главная причина её отвращения была в том, что она втюрилась в него. Сяо И растерялась, увидев его гордое лицо в маске плохого парня, и её обманули...

Бусинки из слёз падали с её лица, показывая, как насколько разбитым было сердце Сяо И. Она посмотрела на Цзюнь Се, который там стоял, как деревянный столб: [..он даже не удосужился подойти, чтобы утешить меня!]

Это сделано Дугу Сяо И ещё печальнее, и она снова разрыдалась...

- "Фу, перестаньте плакать, Ваше лицо корчиться, когда Вы плачете, и потом оно выглядит некрасиво!" - нахмурился Цзюнь Се, прищурив глаза. Видимо, это было то, как он собирался её утешить.

- "Я плачу, потому что так хочу! Мне не нужна твоя забота! Ты... Ты... *хнык*... кто это здесь некрасивая?!"

Слово ‘некрасивая’ - табу для ушей девушки. Есть вещи в этом мире, которые можно пережить, и есть вещи, которые в этом мире нельзя забыть никогда!

Дугу Сяо И вдруг перестала плакать, её глаза злобно уставился на Цзюнь Се. В одно мгновение злоба возросла в её сердце и гнев перешёл в омерзение. Она схватила Цзюнь Се за руку, открыла свой маленький рот и укусила.

Укусив его руку, она не выдержала и снова продолжила плакать.

- "Ай!..." - лицо Цзюнь Се дернулось, и он, стиснув зубы, прошипел: "Вот мразь!"

Дугу Сяо И посмотрела на него глазами, полными слёз от рыданий:

- "Ты... что ты только что сказал?"

Она явно не расслышала его. Цзюнь Се пожал плечами и развёл руки в стороны, стискивая зубы от боли. Дугу Сяо И вновь продолжила рыдать..

Цзюнь Се почесал затылок, пожал плечами и, разведя руками, продолжил ничего не делать.

В своей прошлой жизни Цзюнь Се был убийцей и редко имел что-то общее с романтикой. Если не было каких-либо дополнительных условий, как правило всё было связано с деньгами... Как только работа была завершена, он смотрел в глаза клиенту, а потом они расставались, не создавая каких-либо отношений.

Он абсолютно не имел понимал сердца женщин и не знал, как их утешать. Таким образом, даже видя, как плачет Дугу Сяо И, он не потрудился шагнуть вперёд, чтобы попытаться утешить её. В первую очередь он отказался от любой попытки сделать это!

[Если вы хотите плакать, то пожалуйста!]

Присев на пол, он тщательно проверил качество Метеоритного Железа. Чем дольше он его осматривал, тем более удовлетворенным себя чувствовал.

Затем он поднял этот кусок металла.

Хоть размером он и был немного больше, чем баскетбольный мяч, но он всё ещё весил около 200 цзиней (121 кг). Цзюнь Се дважды удовлетворённо хмыкнул.

[Если это Метеоритное Железо использовать для ковки моих метательных кинжалов, то они будут нерушимыми и крепкими!]

Он нашел настоящее сокровище в этот раз, хотя способ, которым он его добыл, был довольно коварный...

Он чувствовал себя пьяным от счастья, но его ягодицы вдруг почувствовали боль; вместе с Метеоритным Железом в руках он грохнулся на задницу.

После этого, он услышал рыдающие звуки от Дугу Сяо И, и, обернувшись, увидел, как она быстро выбежала, оставив дорожку из слёз на земле...

Оказалось, что после того, как она увидела Цзюнь Се, который её полностью игнорировал, отвернувшись для проверки Метеоритного Железа, Дугу Сяо И стало ещё более обиженной.

Она яростно пнула Цзюнь Се по заднице и, плача, убежала...

Осторожно потрогав зад, Цзюнь Се рассвирепел. Увидев, что Дугу Сяо И уже убежала, Цзюнь Се сделал глубокий вдох и выругался:

[Твою мать, маленькая засранка! Если ты когда-нибудь попадёшься мне в руки, то я тебя*цензура*...а потом *цензура* ... и ещё *цензурище*, хм...]

Честно говоря, хоть сила Цзюнь Се примерно равна силам Дугу Сяо И...но в битве насмерть Дугу Сяо И, с её небольшим опытом, была не ровня Цзюнь Се! Впрочем, это было его проблемой - в прошлой жизни Цзюнь Се тренировал только самые быстрые и самый эффективные способы убийств; все его навыки были направлены на то, чтобы убивать!

Даже когда он тренировался со знакомыми! Таким образом, в тренировочном бою Цзюнь Се был просто не в состоянии сражаться на полную мощность, что делало ситуацию для него весьма неприятной.

Когда-то в прошлом один из братьев по секте попросил у Цзюнь Се научить его и дать несколько советов через спарринг.

Цзюнь Се же тогда ответил: "Не проси у меня спаринг, я не знаю, как бороться; я умею только убивать!"

Как он мог вступить в битву насмерть с Дугу Сяо И? Будь причиной её семья или её характер, Цзюнь Се не мог себе позволить убить Дугу Сяо И!

Кроме того, она известна как “Немезида Развратников”. Это доказывало, что она женщина определённого характера. Кроме того, нельзя забывать, что предыдущий Цзюнь Мосе был бесполезным придурком.

Выпрямившись, он повернулся к владельцу магазина и спросил:

- "Хозяин, если этот кусок Метеоритного Железа будет передан в ваш магазин для ковки оружия, сколько раз вы сможете его закалить?"

Старый лавочник на мгновение застыл в раздумьях, прежде чем ответить:

- "Мой скромный магазинчик когда-то имели возможность поработать с этим типом Метеоритного Железа. Отчистив металл от примесей, мой магазин может закалить до трёх раз. Готовое изделие может иметь следы кружащих ветром облаков на поверхности; его сияние будет обладать устрашающей аурой. Если использовать это Железо для ковки оружия, то оно непременно будет очень острым!"

- "А сможет ли готовое изделие резать металл как глину??" - спросил Цзюнь Се.

- "Конечно нет!" -края рта старого лавочника исказились, когда он ответил.

[Резать метал как глину? Этот сопляк слушал слишком много легенд..]

- "В таком случае, почему вы называете себя магазин Божественного Оружия? Какое Божественное оружие не может разрубать метал, как глину?" - Цзюнь Се уставился на него взглядом, будто его обманули.

Старый лавочник вдруг почувствовал желание посмотреть вверх и крикнуть ‘несправедливооо!’...

- "Юный Господин, я боюсь, что вы немного не поняли... Всё эти рассказы про «резать металл как глину» - это просто мифические легенда о свойствах Божественного оружия... Кроме того, даже если оружие по-настоящему Божественное, то необходимо учитывать силу обладателя. Только способный человек сможет использовать его так, чтобы разрубить металл... Божественное оружие, которым простой человек сможет разрезать металл...такого не существует нигде в мире."

- "Да? Ваши слова вполне логичны!"

Цзюнь Се вдруг вспомнил слова - 'Когда достигается истинное мастерство, даже травинка может стать мечом.'

Он лишь мог покачать головой: [Какой бред! Если бы я был настолько силён, то зачем мне нужен будет меч? Я хочу острый меч как раз потому, что мой уровень силы ещё не достиг такого уровня!]

- "Не обращайте внимания, я придумаю что-нибудь другое," - вздохнул Цзюнь Се: "Пожалуйста, пришлите эти материалы в поместье Цзюнь.”

[Выяснилось, что это был один из членов семьи Цзюнь! Неудивительно, что он так расточителен!]

Старый лавочник соглашаясь кивнул и вытер пот со лба;сердце его, с другой стороны, радовалось: даже если этот Юный Господин и был развратник, но он, по крайней мере, не требует нереальных задач.

[Так вы хотите выковать всё сами, так будет лучше... Только, какая жалость! Такой кусок Метеоритного Железа! Что касается легендарного Божественного оружия, то нет ничего такого в мире!.. Просить меня сделать что-то подобное, легче сразу убить меня!]

Смотря в спину Цзюнь Се, пока он уходил, старый хозяин лавки думал про себя: [Такой придурок, как ты, собрался сам выковать себе меч? Ха, если у тебя получиться, то я перестану ходить ногами и буду для этого использовать свой член!]

Глава 56. Кто за мной следит?

После Цзюнь Се вышел из магазина и пошел домой. Это не означает, что у семьи Цзюнь вдруг кончились кареты... На самом деле, семейные кареты у семьи Цзюнь были довольно роскошными.

Тем не менее, Цзюнь Се всегда предпочитал ходить на своих двоих. Подсознательно, даже в своей прошлой жизни как убийца, он мог чувствовать себя в безопасности только при ходьбе пешком. Будь-то машина или лодка, путешествия с их помощью вызывали у него чувство, будто его собственная судьба не в его собственных руках.

Это было такое ощущение, которое Цзюнь Се не мог игнорировать, и это всегда заставляло его чувствовать себя не комфортно.

Это была привычка Цзюнь Се. Его судьба должны находиться в его собственных руках!

Он даже отослал телохранителей, которых Дедуля Цзюнь приставил к нему давным-давно.

Цзюнь Се было хорошо известно, что эти телохранители были с ним только для галочки. Но, куда бы он не пошёл, там наверняка будет кто-то, тайно следящий за ним. И этот тайный наблюдатель был настоящим экспертом!

Даже Цзюнь Се никогда не видел этого человека - нынешний уровень культивирования Цзюнь Се было слишком мал, чтобы найти его. Однако ему всегда удавалось четко чувствовать присутствие этого человека с того самого дня, как Дедушка Цзюнь посадил его на хвост!

Это чувство было необычным, как если бы следящий был ассасином высшего класса. Может это и было всего лишь ощущением, но Цзюнь Се привык доверять своим чувствам!

Сейчас же Цзюнь Се осознал, что ему становиться очень интересен человек, который тайно за ним следит. Хотя его нынешний уровень физических сил был не сравним с уровнем прошлой жизни, однако его духовные чувства уже превзошли его прошлое в несколько раз!

Он много раз пытался избавиться от хвоста, основываясь на своих собственных методах слежки. И тем не менее, этот человек всё так же продолжал отслеживать его, словно тень. Такой способный человек был действительно редкостью!

Любому, кто мог сейчас за ним наблюдать, казалось, что Цзюнь Се бесцельно бродит по округе. Однако его духовные чувства работали на всю, координируя каждое его действие; он был словно капля ртути, протекая в каждый угол.

Кроме того, хоть скорость Цзюнь Се и не была большой, любой, кто пытался бы выследить его, понял, что каждое изменение направления и каждое движение вперёд или назад, которые Цзюнь Се совершал, было совершенно неожиданными... Если за ним следил бы среднестатистический человек, он бы давным-давно потерял его из виду!

Однако тот, кто следил за Цзюнь Се, не потерял его из виду ни разу!

Честно говоря, хвост Цзюнь Се уже горько выкрикивал к небесам бесчисленное количество раз в своем сердце! Когда Дед Цзюнь просил того, чтобы тот защитил его внука тайно, он согласился не раздумывая. По его мнению, все, что ему нужно было, это защитить развратника, который большую часть своего времени ничего не делает. Как трудно это может быть? С его уровнем опыта и мастерства, он был уверен, что это Цзюнь Се никогда бы не заметил, что кто-то следит за ним, даже если он был бы хвостом Цзюнь Се до конца его жизни.

Кто бы мог подумать, что через два дня этот ищейка топ-класса уже задолбается?

Действия сопляка перед ним были совершенно за пределами здравого смысла: когда он считал, что Цзюнь Се двигался на восток, он внезапно изменял маршрут... Когда он возвращался обратно, думая, что Цзюнь Се ушёл на запад, он вдруг обнаруживает, что он вместо этого ушёл на юг...

Этого человека можно рассматривать как того, кто находиться рядом с вершиной в профессии следопыта. И всё же, всего за два дня, он допустил несколько ошибок в отслеживании направления движения Цзюнь Се.

Если бы не тот факт, что уровень культивирования Цзюнь Се слишком низок, то он (следопыт) бы уже глотал пыль давным-давно! Совершив несколько ошибок подряд, он впал в депрессию на грани помешательства; даже вырвал себе несколько прядей волос!

Было несколько моментов, когда он очень сильно хотел выпрыгнуть, схватить этого мальчишку за воротник и спросить: [Ты, сукин сын! Почему ты идешь к восточным, а выходишь через западные ворота заведения?! Блуждаешь тут и там, просто о чем, мать твою, ты думаешь? Ты можешь не вести себя так?!]

[...а может быть этот сопляк заметил меня?...]

Как только он начинал думать об этом, он сразу отвергал эту мысль: просто наблюдая за его развратный нравом кто угодно может сказать, что такого точно не может быть! А причина, почему он действует таким образом, очевидна - он просто понятия не имеет, что он сам хочет сделать!

Пока он размышлял, то вдруг понял, что Цзюнь Се увеличил темп и вошёл в магазин разноцветной помады. Он не мог не подумать “тьфу”. Как и ожидалось от развратника, он спокойно зашёл в место, предназначенное для женщин.

Неожиданно, Цзюнь Се не вышел даже через время. Не стерпев ожидания, ищейка подошёл ближе и заглянул в магазин и обнаружил, что Цзюнь Се нет в магазине. Он ничего не мог поделать и впал в депрессию: [..этот паршивец ушел через заднюю дверь! Как я мог быть настолько глуп? Как я мог не подумать об этом?]

Как ветер он помчался к задней двери в поисках Цзюнь Се.

После того, как дистанция между следопытом и ним стала значительной, Цзюнь Се наконец определил, что аура человека, следящего за ним, полностью исчезла.

Медленно пританцовывая, он вышел из магазина помад. Вежливо поклонившись, он поблагодарил дам, а затем отправился в свой путь.

Несколько женщин в магазине смотрели на него с широко открытыми глазами: [А кажется, что это красивый Юный Господин здоров... Почему же у него после входа в магазин вдруг заболел живот? Он занимал туалет довольно долго. Его почти пришлось выгнать...]

Небо постепенно темнело, пока солнце медленно опускалось.

Вечерняя атмосфера осталась сама по себе, пока ночные тени открывали свою мрачную пасть. Эти тени ждали того момента, когда последние остатки света потускнеют, и они смогут поглотить мир!

Цзюнь Се, побродив ещё немного, вдруг развернулся и отправился в новый путь. Затем он снова вошёл в магазин и вышел через чёрный ход.

Он торжествующе усмехнулся: [Кажется, сегодня мне придётся прислать ему спиннинг в качестве извинения.. Будь это охотой в джунглях, он был бы лучшим. Если бы я не смог победить такое "бревно", как он..вот это было бы действительно странно. Маленький глупец, ты слишком мал чтобы идти против меня...]

Как Цзюнь Се и ожидал: следопыт, потеряв его следы, не смог найти их вновь.

Он сразу понял, что был обманут - следопыт сразу же вернувлся в магазин, словно порыв ветра. Он искал сверху и снизу, во всех направлениях перед магазином.

Наблюдая за людьми, которые входили и выходили, его лицо стало сочетанием зеленого и красного; он будто бы открыл свой красильный магазин. Он всем телом чувствовал своё бессилие!

Доминируя в мире на протяжении десятилетий, его методы отслеживания никогда не отказывали раньше... Однако сегодня он в самом деле потерял неопытного мальчишку! Кроме того, этот паршивец был неграмотным и бездарным развратником!

Это была самая большая шутка в мире! Его гордость кричала: [Я полностью потерял лицо в этот раз!]

Какой позор! Это совершенно неожиданная ситуация!

[Цзюнь Чжан Тиан, какого внука вы вырастили? Как он может быть таким дьяволёнком?]

Цзюнь Се рассмеялся, чувствуя себя очень приятно. Хотя он знал, что человек следящий за ним, не имел никакого злого умысла против него, он был человеком, который предпочитал действовать самостоятельно.

Допустить, чтобы кто-то за ним ходил как призрак, было бы невыразимо омерзительно. Короче, он просто заставил его чувствовать себя некомфортно!

Теперь, избавившись от хвоста, он, наконец, расслабился.

Вдруг идущий Цзюнь Се замер на мгновение.

Затем, расслабив своё тело, его плечевые мускулы дрогнули, и кинжал соскользнул в ладонь.

Несколько леденящих аур, несущих с собой ощущения холода и тьмы, исходили с разных сторон. И их целью был никто иной, как Цзюнь Се, который в настоящее время путешествовал по улице.

Эти ауры он хорошо знал из своей прошлой жизни, он был хорошо знаком с ними!

Убийцы!

[Серьезно? Я только избавился от посланного защищать меня, и это только чтобы сразу после вляпаться в покушение? Если я в конце концов буду сейчас убит, не будет ли это шуткой века?.. Интересно, а можно будет это назвать суицидом?]

Цзюнь Се горько смеялся в своем сердце. Однако неоспоримое чувство волнения, на долгое время забытое, поднималось из глубины: [От них несёт кровью -- и вот, наконец, я смогу увидеть моих коллег в этом мире. Я надеюсь вы не заставите меня... разочароваться!]

Звук аккуратных шагов доносился спереди, и группа людей подошла. В центре этой группы несли паланкин (*1); он был окрашен в светло-жёлтый цвет с жемчужинами, свисающими с боков. На конце нитки свисал золотой колокольчик. Колокол слегка качнулся, издав четкий звонкий звук; тихий звон заставлял чувствовать себя приятно.

Это был императорский паланкин принцессы королевского двора - принцессы Линг Мэнг!

[Может быть эти люди хотят убить не меня? Их цель на самом деле принцесса Линг Мэнг?]

Цзюнь Се в глубине души всё обдумал и понял, что есть очень высокая вероятность такого. Для него прийти на эту улицу было чем-то необдуманным. Если бы эти убийцы хотели убить его, то были и другие, более пригодные для этого места..

У ассасинов не было причин, чтобы следить за ним всё это время, и только сейчас атаковать!

Однако убивать принцессу Линг Мэнг так открыто, пока она была так близко от Императорского Дворца...что же за люди имели такой высокий уровень смелости?

Примечание:

*1: Паланкин - крытые носилки как средство передвижения знатных лиц, богачей. Детали в Google.

Глава 057. Наёмные убийцы.

Принцесса Линг Мэнг была любимой дочерью Императора, которую Его Величество, кстати, сильно баловал.

Если принцессу Линг Мэнг убьют, кто знает, насколько взбешённым и опечаленным Его Величество станет?

[Эти люди на самом деле решились взять на себя гнев Его Величества Императора?]

У Цзюнь Се больше не было времени обдумывать детали; свита Принцессы уже почти дошла в его сторону.

Две дамы из сопровождения увидели Цзюнь Мосе, стоящего без какого-либо движения, и на их лицах появилось выражение крайнего отвращения. Подойдя к паланкину, они прошептали несколько слов.

Персона в паланкине сказала несколько слов, и свита остановилась. После шторы в паланкин открылись, и в окне показалось лицо красивой девушки в светло-желтых дворцовых одеяниях.

Персона немного исказила лицо, но эта эмоция быстро исчезла, и она спросила:

- "Цзюнь Мосе, почему ты стоишь на моём пути?"

[Стою на вашем пути?..]

Цзюнь Се был в шоке. Оглядевшись вокруг, он обнаружил, что стоит посреди улицы. Такая большая компания точно не будет делать крюк ради него...

Ведь это была свита Принцессы.. И сейчас он стоял на её пути!

Из воспоминаний Цзюнь Мосе Цзюнь Се знал, что принцесса Линг Мэнг существует, но он никогда не видел её в лицо... Но, увидев её сегодня в первый раз, он не мог не поаплодировать ей; неудивительно, что Цзюнь Мосе мог быть одержим ею - она была девушкой воистину небесной красоты!

Мягкий белый цвет лица, изогнутые брови, кристально-чистые голубого цвета глаза, овальное лицо и мягкие черные волосы...все её существо источало благородную и святую ауру.

Казалось, она существовала вне царства смертных - её красота была подобна цветку лотоса, плывущему по чистой водной глади.

- "Ваше Высочество, куда вы отправляетесь?"

Произнеся эти слова, Цзюнь Се понял, что перед ним был Императорский Дворец

[Принцесса покинула Императорский Дворец, только чтобы столкнуться с ассасинами?..

Что-то здесь было явно не так!]

Поняв это, Цзюнь Се сразу почувствовал необходимость не задерживаться и смотаться как можно дальше: в текущем состоянии для семьи Цзюнь было очень неразумно вмешиваться во внутренние распри королевской семьи.

Глядя на охрану Принцессы, Цзюнь Се подумалось, что их шансы сохранить ей жизнь просто мизерны..

[Видимо, эта невероятная красота погибнет от рук убийц...]

Хотя Цзюнь Се и было прискорбно, но он не чувствовал какого-либо желания вмешиваться..

В конце концов, защитить себя и свою семью было важнее.

- "О, я собираюсь в поместье Дугу, чтобы найти Сяо И. Третий Юный Господин Цзюнь, пожалуйста, освободите путь для меня", - лицо принцессы Линг Мэнг оставалось спокойным, пока она отвечала.

Как оказалось, после потери Метеоритного Железа по вине Цзюнь Се Сяо И, вспоминая о случившемся, всё время становилась грустной. Опечаленная, она пошла найти свою хорошую сестру, принцессу Линг Мэнг, чтобы рассказать о своих чувствах..

Но, к сожалению, принцесса Линг Мэнг была с Императрицей в её спальных покоях; поэтому Дугу Сяо И не удалось встретиться с Принцессой.

Когда принцесса Линг Мэнг узнала, что её дорогая сестра приходила вся в слезах, то забеспокоилась. Опасаясь, что случилось что-то серьёзное, она быстро собралась и отправилась в поместье семьи Дугу, чтобы всё выяснить.

Что могло случиться с непослушной, милой и умной сестренкой, чтобы ей стало ТАК грустно?

Естественно, Принцесса не знала о Метеоритном Железе; ведь если бы она узнала, то приказала бы скрутить ублюдка Цзюнь Мосе и отправить его в поместье Дугу!

Цзюнь Се в настоящее время был озадачен - он не чувствовал властной и доминирующей ауры благородства; вместо этого он чувствовал нечто умиротворяющее. Такая нежная атмосфера, исходящая от королевской принцессы, была чем-то необыкновенным.

- "Понял. Мосе больше не будет беспокоить Ваше Высочество, пожалуйста, идите вперёд."

Цзюнь Се решил, что так для него будет одной проблемой меньше, и отошёл в сторону. Однако, решив её предупредить, он глубоко посмотрел и произнёс глубоким голосом: "Будьте осторожны в дороге."

На самом деле Цзюнь Се обдумывал большую загадку: как защита достойнейшей Принцессы Королевства могла быть настолько малочисленной? К тому же в её сопровождении не было ни одного эксперта!

Именно в такое время, когда её уровень защиты был наиболее слаб, покушение могло пройти удачно.

[Разве бывают такие совпадения?]

Чем больше Цзюнь Се думал об этом, тем больше он чувствовал, что есть нечто скрытое от его глаз!

Джентльмен не будет стоять под падающей стеной, а выдающийся убийца сбежит как можно дальше... Цзюнь Се не был кем-то, кто восхвалял красоту или симпатизировал кому-то настолько, чтобы ради них рискнуть жизнью.

Он всегда решительно отвергал такие сделки; а если учесть, что эта Принцесса испытывает к нему только отвращение?... Какой бы красивой она ни была, пусть хоть неземная красотка - ну и что?

Принцесса Линг Мэнг была несколько удивлена. Из слухов о Третьем Молодом Господине Цзюнь она знала, что увидь он её, то сразу бы начал преследовать и раздражать её, говоря "сестра, сестра".

Для него, по слухам, разговаривать в любезной манере было чем-то очень редким; но сейчас его действия позволяли обеим сторонам избежать проблем.

Принцесса вернулась на свое место и опустила занавес.

Глядя на нее сейчас можно было увидеть лишь смутную фигуру некой красотки внутри паланкина.

В то же время в тени кто-то быстро спросил:

- "Босс, паршивый развратник из семьи Цзюнь -Цзюнь Мосе- внезапно появился.. Что нам делать? Будем ждать, когда он уйдет, или..."

Человек в маске, к которому обращались, находился на крыше, и его глаза светились золотым светом:

- "Отлично!.. Не упустите этот шанс - прикончим и его заодно.. Когда мы его убьём, то старый Цзюнь Чжан Тиан просто сойдёт с ума!.. Это будет отлично!"

--- "Принято!" ---

Цзюнь Се отошёл в сторону, думая:

[Даже если сейчас она - отлично пахнущая красотка с хорошенькой фигуркой, она всё равно будет гнить после смерти, как и все мы... В конце концов всё что останется - это груда костей, просто ещё один слой почвы. Цзюнь Се эх, не будь таким тюфяком: выделяться сейчас - принести себе вред.]

Цзюнь Се наконец покачал головой и собрался было уходить из этого опасного места, но..

В тот же момент несколько ледяных аур сосредоточились на Цзюнь Се!

[Твою ж мать!]

Сейчас он уже не мог убежать, даже если бы захотел. Цзюнь Се чувствовал, что жажда крови, направленная на него, становится всё сильнее; как он мог не понять, что его уже включили в список целей?

[Как так получается, что каждый встречный-поперечный хочет меня убить?? Что за непредсказуемое бедствие! Это то, что люди называют "сопутствующим ущербом"? Я же просто мимо проходил!]

По приказу подняв паланкин, свита начала медленно двигаться вперёд.

Несколько телохранителей из свиты были так вежливы, что даже церемонно поклонились в сторону Цзюнь Се, прежде чем проходили вперёд.

В этот момент принцесса Линг Мэнг обдумывала последние слова Цзюнь Се - "Будьте осторожны в пути!"

Данное пожелание было чем-то обыденным... Вдруг, она почувствовала холодок в сердце: [Может быть, Цзюнь Мосе что-то знает? Может быть он пытался подать мне знак?..]

Подозрение в её сердце росло. Думая об этом; она уже почти открыла рот, чтобы отдать приказ остановиться и расспросить Цзюнь Мосе, но...

Именно в этот момент небо стало тёмным, словно бесконечные ночные тени окутали землю!

Во мраке несколько людей в масках и черной одежде словно вороны спустились с неба.

Ещё не коснувшись земли, они выпустили десятки острых лезвий в сторону паланкина. Со свистом клинки, сияющие золотым и серебряным, засверкали во тьме.

Жалкие вопли стали раздаваться среди охраны, когда мужчины в черных одеждах атаковали. Некоторые из телохранителей отреагировали на крик "Защитить принцессу!" и успели встать в защитной позе вокруг паланкина; их наточенные мечи сверкали в воздухе. Звон мечей звучал без остановки, заставляя простолюдинов на улице кричать и бежать, опасаясь за свои жизни.

Ещё двое в масках спустились с крыши и направились прямиком к Цзюнь Се.

Судя по свету их Суань Ци, они оба были экспертами Серебряного уровня Суань Ци!

Текущий Цзюнь Се никак не мог победить их, ведь они тоже привыкли убивать!

Глава 58. Убийство.

[Они послали двух экспертов Серебряного уровня Суань Ци против меня? Вы меня слишком высоко оцениваете!]

В душе же Цзюнь Се горько рассмеялся - отправлять таких экспертов против простого развратника... Тот, кто организовал это убийство - довольно щедрый человек!

Два эксперта Золотого и семь Серебряного уровней, итого девять высококвалифицированных экспертов Суань Ци. Для такой группы устранить свиту Принцессы, в которой вообще нет экспертов, будет так же легко, как разбить яйцо камнем.

Лезвия двух мечей перед Цзюнь Се засияли серебряным блеском!

Под масками две пары глаз излучали жажду крови; они собирались покончить со всем одним ударом!

Столкнувшись с этими двумя, в голове Цзюнь Се быстро перебрал разные способы борьбы с ними. Но, независимо от способа, ему придётся раскрыть свои истинные силы...

Текущее состояние семьи Цзюнь придавало уверенности Императору, ведь семья Цзюнь была в упадке: Цзюнь Вуй парализован ниже пояса, Цзюнь Мосе идиот и развратник... И всё это означало, что семья Цзюнь не имела наследника, потому у старого Цзюнь Чжан Тиана не могло быть скрытых намерений!

И лишь поэтому Император позволял власти над всей военной структурой быть в руках Дедушки Цзюнь.... Но если Его Высочество узнает, что Цзюнь Мосе на самом деле "скрывающийся среди глупцов дракон", то доверие превратится в огромные подозрения, ведь позиция Цзюнь Чжан Тиана была слишком важна!

Если Цзюнь Се сейчас покажет свою силу перед телохранителями Принцессы, то это будет всё равно что заставить Его Величество выступить против семьи Цзюнь!

Поэтому он не мог так поступить!

В ту же секунду Цзюнь Се принял решение:

Показывая чрезвычайно взволнованное лицо, он попятился назад, будто в шоке. Вдруг его ноги будто обо что-то споткнулись, и он упал назад.

Казалось бы случайное действие, но оно заставило один из мечей пройти мимо головы Цзюнь Се! В то же время он начал направлять Искусство Разблокировки Небесной Удачи для защиты внутренних органов, а затем искусно повернувшись, позволил другому мечу пронзить его грудь!

На вид рана была серьёзной, но она не задела даже его костей.

Пока он распространял Искусство Разблокировки Небесной Удачи по всему телу, густой белый туман начал заполнять его конечности и меридианы, быстро восстанавливая рану...

В то же время другой убийца два раза пнул Цзюнь Се. Со звуками ‘Пэнг’, оба удара попали в грудь, заставляя его стонать и кашлять кровью.

Цзюнь Се упал на землю лицом вверх, после чего он, скорчившись, перевернулся, в результате чего его белая одежда стала красной от крови.

Перевернувшись лицом в землю, он замер и перестал дышать.

Двое убийц, взглянув на Цзюнь Се, который не подавал каких-либо признаков жизни, бросились в сторону паланкина принцессы Линг Мэнг.

Для них Цзюнь Мосе был самым известным развратником столицы, не имеющих никаких шансов выжить после удара мечом в грудь, в дополнении к двум ударом ногой от эксперта Серебряного уровня. Для них сейчас его внутренние органы были раздавлены, не оставляя надежд на выживание...

Таким образом, бросив на него последний взгляд, ни один из двух мужчин и не думал, что Цзюнь Се был ещё жив.

Ни один из них не заметил, что после двух ударов ногой какой-то странный импульс вырвался из его груди, прежде чем он упал на землю.

После ударов, из его груди вышло по меньшей мере шесть импульсов, рассеивая наибольшую часть силы от ударов.

Сегодня телохранители принцессы Линг Мэнг были из числа обычной дворцовой стражи. Среди них выделялись только двое стражников, но и они были лишь на уровне Серебра.

Во всей этой суматохе им приходилось отражать атаки двух экспертов Золотого и семи экспертов Серебряного уровня; стражи и не думали, что смогут выиграть. Хотя по количеству стражников было больше, чем убийц, но от этого было мало толку.

В паланкине было тихо даже после попаданий в него мечами... Было непонятно, осталась ли Принцесса в живых.

Телохранители, стоящие перед паланкином, падали один за другим.

Двое в чёрных масках, возглавлявшие атаку, как один прыгнули в сторону паланкина, их тела излучали золотое сияние; они скользили по воздуху словно Орлы, которые собирались схватить зайца.

Телохранители всполошились и громко закричали. Они ринулись вперёд, игнорируя собственные жизни и надеясь остановить нападавших любой ценой...

К сожалению, их соперниками были двое Золотого уровня; как стражи, с их низкими уровнями культивации, могли остановить двух экспертов?

Разрыв в силе был слишком велик,и стражей тут же отбросило влево и вправо. Миг спустя двое мужчин в черных масках приземлились на крыше паланкина. Их руки тут же засветились блестящим золотым сиянием, и богато украшенная крыша паланкина стала рваной; полоски тканей от украшений танцевали в воздухе.

Под ночным небом и золотым светом, это зрелище было замечательно красивым и печальным!

Чёрные мечи мрачно сверкнули; и паланкин ощетинился, словно ядовитый дракон, когда клинки двух мужчин в чёрном, ещё не коснувшихся земли, отбили.

Со вспышкой и звуками «ка» чёрные снаряды были отбиты! В этот же момент среди полос ткани появилась стройная фигура.

Она, окутанная сверкающим серебряным сиянием, двигалась быстро и изящно. В глазах Принцессы Линг Менг можно было увидеть раздражение и гнев, а в её руках были короткие мечи, сверкающие в ярком лунном свете.

Принцесса, которая казалась слабой женщиной, на самом деле была экспертом Суань Ци Серебряного уровня!

Неожиданно оказалось, что эта молодая особа обладала высоким талантом. В плане культивирования она была сопоставима с другим боевым гением - Дугу Сяо И!

Двое мужчин в черном фыркнули и ударили её мечами. Со звуками "пенг, пенг" все трое разлетелись в разных направлениях. Принцесса Линг Мэнг, приземлившись, упала на землю; её лицо вдруг покраснело и сразу же стало бледным... Было очевидно, что она страдала от внутренних повреждений!

Каким бы талантом она ни обладала, она была лишь новичком Серебряного уровня. Даже если эти два Золотых эксперта исчерпают все свои силы, внезапно атакуя Принцессу Линг Мэн, она бы всё равно пострадала!

Разница в силе между Серебряным и Золотым уровнем - это было не то, с чем можно бороться!

Выдержав отдачу, двое в масках начали атаку еще раз.

Их ноги даже оставили на земле два углубления, набирая скорость! Их длинные мечи излучали золотой блеск, безжалостно целясь в живот Принцессы!

Принцесса Линг Мэнг только что ушла от атаки, но внутренние повреждения не давали ей вновь вернуть самообладание. Не имея другого выхода, она из последних сил постаралась увернуться, но от двух клинков увернуться она не могла. Кроме того, она использовала все силы, и энергия Суань Ци в её теле стала хаотичной, полностью выйдя из-под её контроля...

Все произошло неожиданно, вызвав боль, сравнимую с мечом, пронзающим тело; это окончательно её добило... Лишь одна фраза отчаянно крутилась: [...неужели я так и умру?..]

Грусть и страх были на её лице, пока она смирно стояла, смотря за двумя летящими к ней мечами.

У неё не оставалось сил, чтобы увернуться!

Эксперт Серебряного уровня Суань Ци против эксперта Золотого уровня Суань Ци, даже двух!

Даже если бы она не пострадала, да хоть владей она превосходными навыками - всё было напрасно!

Мечи почти коснулись её, и Линг Мэнг чётко видела жестокое выражение восторга в глазах двух мужчин в черном.

Эти двое чувствовали себя весьма удовлетворенно, имея возможность лично убить такую божественную красотку!

"Ваше Высочество!" - вскрикнули несколько телохранителей, ринувшись к ней изо всех сил. К сожалению, было слишком поздно...

Было действительно слишком поздно?

Как только ассасины убьют эту красивую женщину, их задание будет выполнено! Естественно, потом они смогут наслаждаться невообразимыми богатствами и статусом!

Всё что требуется для этого - чтобы их мечи прошли вперёд ещё немного..и всё будет кончено! Пусть она дочь Императора Королевства Тяньсянь, пусть она гений с талантом военного - она станет лишь бездыханным телом!

Двое мужчин в черном были хорошо подготовленными первоклассными убийцами - сердца их были ядовиты и черны, а убивать для них было простым делом, словно дышать...

Однако их нынешней целью была Принцесса; слезы экстаза текли из их глаз!

Сейчас, пока всё внимание было сосредоточено на принцессе Линг Мэнг, никто не заметил, что Цзюнь Се, который мертвее мёртвого лежал на земле, слегка шевельнулся.

Вспышка выстрелила из его пальцев, двигаясь вверх к небу. Пролетев чуть вверх и повернувшись в сторону, она, излучая ослепительно-голубое сияние, просвистела между убийцами и Принцессой.

Глава 59. Небесный Суань.

Лишь увидев убийц, шагающих к нему навстречу, Цзюнь Се уже придумал способ выйти сухим из воды: пока он падал в казалось бы жалком состоянии, он применял каждую каплю своих навыков.

За счет перенаправления внутренней энергии вся его одежда начала выпирать вперёд, образуя два тонких слоя защиты. Казалось, будто тяжёлые удары от убийц попали точно в грудь Цзюнь Се, но на самом деле им помешала "подушка безопасности" из верхнего слоя одежды, в результате чего сила удара рассеялась почти полностью. А второй слой "подушки" принял на себя второй убийственный удар ногой.

Таким образом сила атаки снизилась до трети от исходной - когда нога убийцы касалась груди Цзюнь Се, то удар получался слабым, утратив всю свою убойность.. Рана от меча и два удара ногами не были чем-то опасным для Цзюнь Се, и он смог легко вытерпеть их, хотя провернуть всё это было довольно сложно.

В то же время Цзюнь Се направил к резаной ране Искусство Разблокировки Небесной Удачи, чтобы заставить всю кровь из неё брызнуть фонтаном: с виду зрелище было ужасным, но на деле ничего серьёзного.

Рана от меча была окутана силой Искусства Разблокировки Небесной Удачи. С таинственной силой Искусства рану можно было считать поверхностной... Но два удара ногами, с другой стороны, были немного жёстче и принесли Цзюнь Се немалую боль.

Если бы эти ассасины выждали, пока Цзюнь Се уйдет, или если бы они проигнорировали Цзюнь Се в миссии на убийство, то он бы сейчас просто развернулся и ушёл. В лучшем случае, Принцесса Линг Мэнг была лишь мечтой любителя цыпочек Цзюнь Мосе, но не Цзюнь Се...

Таким образом, этот старший без угрызения совести вообще не заботился о ней. Герой, может, и шагнёт вперёд, чтобы защитить красавицу; но для того, чтобы защищать красавиц, нужно обладать достаточным количеством сил... Но так уж получилось, что сила была тем, чего у Третьего Молодого Господина Цзюнь на данный момент не хватало!

Вместо этого убийцы решили включить его в список целей, в результате ярость Злого Монарха вознеслась до небес!

Плюя на то, что ситуация может повториться в будущем, Цзюнь Се никогда не простит убийц за то, что они сделали!

[Против всех тех, кто вредит мне или тех, кто пытается я всегда действовал заранее! Вы хотели убить меня, и вам лучше остерегаться! Я не могу убить вас сейчас, но я уверен, что смогу разрушить ваши планы! Даже если это будет не выгодно, я всё равно должен сделать всё сейчас!]

Поэтому Цзюнь Се, который должен был уйти, решил остаться. Увидев, что принцесса Линг Мэнг в критической опасности, он использовал меридианы, чтобы сымитировать энергию Ци эксперта Небесного уровня.

Наполнив свой кинжал этой Ци, он тут же, закрутив, метнул его.

Два лидера убийц уже собирались своими мечами зарубить бедную Принцессу, но вдруг почувствовали что-то.. Голубое сияние вспыхнуло перед ними, заставив всех щуриться из-за ослепительного блеска!

Темно-голубой!

Небольшой кинжал, который появился словно из ниоткуда, воткнулся между мечами убийц и принцессой Линг Менг!

Этот небольшой кинжал, казалось, принёс с собой в ночь голубое небо. Голубое свечение кинжала заставило всех трястись от страха!

Посреди ночного мрака это тёмно-голубое сияние было просто ослепительным!

Это...

Эксперт Небесного Суань!

Двое в чёрных масках вскрикнули в страхе, выражение крайнего ужаса мелькнуло в их глазах. Они растеряли все мысли об убийстве принцессы Линг Мэнг и немедленно убрали свои мечи, отступив на пару шагов. Для них вид этого кинжала был сродни смертоносной гадюке!

Это была сила, которой они просто не могли бросить вызов!

Действительно, когда эти двое столкнулись с Принцессой, которая имела Серебряный уровень Суань, - для них битва была легка, будто они дрались с ребёнком.

Но для кого-то, кто имел Небесный уровень, мелочь с чем-то вроде Золотого уровня была даже не ребёнком, а муравьём!

[В королевстве Тянсян было не так много экспертов Небесного Суань; какая же нелёгкая принесла сюда одного?!]

Хотя кинжал был пропитан лазурно-голубым цветом, он, казалось, был слабо брошен; кинжал мягко воткнулся в землю между двумя мужчинами в черном и принцессой Линг Мэнг.

Тонкий острый кусок металла стоял, колыхаясь, словно ивовая ветка; лазурное сияние на нём не рассеивалось. Через мгновение кинжал, наконец, восстановил свой изначальный цвет!

Многие из присутствующих в шоке остановились и замерли - все взгляды сейчас были сосредоточены на небольшом метательном кинжале, торчащем из земли; лица убийц были наполнены ужасом!

В их глазах, этот небольшой кинжал превратилась в непреодолимую гору!

На нём было глубокое голубое сияние, которое сохранялось от момента броска до момента, когда он прекратил покачиваться! Судя по произошедшему, сила этого Небесного эксперта должно быть достигла высших стадий!

Разрыв между этим экспертом и высшим царством Божественного Верховного Суань был, возможно, не больше полушага!

Кроме того, кинжал был брошен без единого звука, словно он сам упал; но высокий уровень точности и траектория метательного кинжала кое-что им заявили.. Они заявили, что этот кинжал был лишь устрашением и предупреждением: эксперт Небесного уровня бросил его без намерения убить!

Это действие показывало, что эксперт не волнуется и не видит угрозы в ассасинах.. Было очевидно, что у эксперта была абсолютная уверенность в его способности убить их всех в одно мгновение, если хоть кто-то попытается выступить против Принцессы!

Не будет преувеличением сказать, что эксперт Небесного Суань может стереть всех девятерых лишь взмахом руки!

Каждый из убийц был достаточно умён и опытен..

Как они могли не понять такого "намёка"?

Пока два лидера убийц собирались нанести прощальный удар принцессе Линг Мэнг, фигура, одетая в синие одежды, вдруг начала излучать океанически-голубое сияние.

Этот человек был скрыт во тьме на крыше дома рядом, и он уже собирался сделать свой ход, когда вдруг увидел кинжал. Он вздрогнуло и его тело, который собиралось взлететь, резко остановилось; в его глазах был шок.

В глазах этого человека в голубом был свет, и этот светло-голубой блеск означал начальный этап Небесного уровня Суань.

Хоть его уровень и может рассматриваться в качестве одного из высших, но в сравнении с "экспертом Небесного Суань", который бросил тот кинжал...его собственный уровень культивации был намного ниже!

За масками лица девяти убийц были испуганы и озадачены: хоть они и убийцы по профессии, но они всё ещё люди, которые ценят собственную жизнь, и если бы был шанс выиграть, они бы им воспользовались, но...

Когда сталкиваешься с невыполнимой задачей, где шансы умереть 100 из 100, то каждый бы выбрал побег!

В отличие от убийц, телохранители Принцессы, все как один, вздохнули с облегчением и восторгом! С таким легендарно сильным человеком, защищающим Принцессу, безопасность Её Высочества обеспечена!

Ведь если Принцесса будет убита, и даже если они смогут отстоять свою жизнь в битве с убийцами, то они всё равно не смогут избежать гнева Императора... Когда Его Величество начал бы расследование этого дела, их жены и дети могли, в конечном итоге, пострадать.

Принцесса Линг Мэнг открыла глаза и увидела развернувшуюся сцену. Смотрев на небольшой кинжал в земле, она чувствовала себя благодарной: если бы не этот кинжал, который появился в такой неожиданной манере, она бы уже погибла!

- "Какой Старший прибыл? Есть ли у вас какие-либо инструкции? Пожалуйста, покажитесь" - произнёс Лидер чёрных масок, почтительно стоя с поднятыми к небу руками.

Словно играясь с хвостом озлобленного тигра, этот человек сделал вид будто не понимает намерений эксперта и попытался обнаружить его.

Если покушение провалится, то и награды ждать бесполезно, скорее их накажут... Таким образом, они могли лишь надеяться на "а если" и попробовать!

Если станет понятно, что этот тайный эксперт Небесного Суань действительно хочет защитить принцессу Линг Мэнг, то у них нет ни шанса выполнить миссию, даже ценой своих жизней!

В таком случае они должны отступать!

Но хотя Линг Мэнг и Принцесса королевства, и самая обожаемая дочь Императора, как кто-то вроде неё смог получить эксперта Небесного Суань в телохранители?!

Только сам Император Королевства Тянсян может претендовать на такую охрану!

Улица по-прежнему не двигалась; ни звука не было слышно.

Вполне естественно, что этот "таинственный эксперт Небесного Суань" не раскроется таким ничтожествам!

Глава 60. Взрывающий мозг эксперта Небесного Суаня.

Вдалеке уже слышался приглушенный топот копыт, подобный надвигающемуся грому..

Видимо, покушение раскрыли!

Услышав лошадей вдалеке, глаза лидера убийц в чёрном вспыхнули холодным блеском. Он махнул рукой, и бросился на принцессу Линг Мэнг с мечом в руках!

[Этот эксперт отказываетесь говорить..тогда я попробую ещё раз. Если вы захотите остановить нас, то мы отступим! Но если вы не остановите нас, то Принцесса умрёт! Таким образом, наша миссия будет завершена!]

Однако, когда он начал двигаться вперёд, то тщательно избегал кинжал в земле, не решаясь близко к нему подойти...

Кто знает, что за странный нрав у этого эксперта? Прикосновение к кинжалу может быть смертельным!

Вдруг в темноте сверкнуло тёмно-голубым, и ещё один кинжал, светясь, воткнулся перед убийцей! Скорость этого кинжала была явно больше, чем прошлого; казалось, что таинственный эксперт недоволен действиями эксперта Золотого уровня, ведь тот не понял его намёка!

Два брошенных кинжала торчали в земле, подрагивая; маленькие и изящные, словно вот-вот сломаются, только прикоснись. На вид их могло сдуть ветром в любую минуту...

Тем не менее, в глазах девяти убийц, эти два брошенных кинжала превратились в горы, стоящие между ними и принцессой Линг Мэнг!

Непреодолимые горы!

Любая попытка пересечь их была равносильна самоубийству!

Если ассасины хотят убить принцессу Линг Мэнг, то им сначала придётся убить того, кто метнул кинжалы! Но, этот человек - эксперт на вершине Небесного Суань!

Даже если все девять убийц объединят силы, чтобы прикончить его, эксперту понадобиться всего лишь поднять руку, и их жизни оборвутся!

В это время эксперт Небесного Суань, прятавшийся на крыше, уже на полную активировал своё духовное зрение; закрыв глаза, он пытался обнаружить этого мощного эксперта...

Он был уверен, что его духовное зрение сможет обнаружить движения любого эксперта Небесного Суань, или даже начинающего эксперта Божественного Верховного Суань!

Однако...

Используя своё духовное зрение на всю, глаза эксперта небесного Суань расширились от ужаса.

Капли пота стали стекать с его лба, показывая, насколько сильно он испугался!

[Кто же помогает принцессе Линг Мэнг?]

Эксперт Небесного Суань на крыше обдумывал этот вопрос, но он больше не пытался искать скрытую ауру таинственного эксперта. Его поиски, когда он использовал свое духовное зрение, ни к чему не привели!

Не было никаких колебаний Суань Ци в воздухе, не было даже следов.. Человек, который кидал кинжалы, сумел скрыть все следы!

Что это может значить?

[Что за уровень культивации требуется для этого? Простой эксперт Небесного Суань на такое и надеяться не мог.. Такое сделать не смогу не то что я..такое не сможет сделать даже средний эксперт Божественного Верховного Суань!

Может ли быть..что этот тайный эксперт на вершине Верховного Небесного уровня? Нет, такого не может быть... Такое существо может быть лишь в мифах или легендах!

...О мой..!]

Поняв, что он, имея всего лишь Небесный уровень Суань Ци, пытался найти эксперта Божественного Верховного Суань высшей ступени, он тут же начал покрываться потом! Хоть он и не смог найти тайного эксперта, но эксперт точно узнал о нём!

Если этот человек решит раскрыть свою силу и нанести ответный удар, то сможет одним лишь ударом чистой Ци уничтожить его разум без каких-либо затруднений! Если такое произойдет, то он в лучшем случае станет инвалидом!

Страх, ужас...

Как давно он испытывал такие эмоции?

Но в этот момент...

Сердце эксперта на крыше не могло не чувствовать страх. Выражение благодарности появилось в его глазах, и он молча поклонился в пустоту.

Поклон был уважительным, как если бы он видел своего предка. Он знал, что тот, другой эксперт, точно заметит его действия...

Но откуда же он мог знать, что этот "Божественный эксперт из мифов" в данный момент неподвижно лежит на земле, словно мертвая собачонка?

А что касается его "силы Божественного Верховного Суань", то всё просто: тот, кто сейчас лежал на земле, был даже не на уровне Серебра - он был ещё ниже. Хотя эксперт на крыше его и обнаружил, но полностью проигнорировал, ведь он был слишком слаб...

Конечно был ещё один вопрос: "Почему эксперт Божественного Верховного Суань Ци использует уровень культивации Небесного уровня, чтобы метнуть кинжалы?"

Но и на этот вопрос можно легко ответить. Сияние Суань Ци возвращается к своему исходному состоянию и теряет свой цвет после достижения Божественного Верховного уровня. Если бы тот эксперт, бросая кинжалы, использовал свои истинные способности, то убийцы бы не чувствовали опасности, не понимая весь смысл его действий... Это было бы слишком невзрачно! А если бы он лично пришёл раздавить этих крошечных муравьев, то это было бы для него унизительно..

С другой стороны наиболее высокий уровень, который имеет хоть какой-то цвет - это Небесный уровень Суань Ци с его тёмно-голубым! Даже тот, кто вовсе не культивирует Суань Ци, смог бы заметить такое!

Очевидно, что этот старший был очень милосердным и великодушным человеком. Кроме того, он был добрым человеком, а его сердце было слишком...слишком заботливым.

Эксперт на крыше прослезился, и его сердце наполнилось восхищением. Неудивительно, что ТАКОЙ человек смог достичь настолько высокого уровня..

Просто наблюдая за действиями культиватора с таким характером эксперт на крыше почувствовал себя гораздо более слабым! Этот старший - настоящий мастер!

...

Если бы его мысли стали известны "Высшему Божественному эсперту", лежащему на земле, то тот, скорее всего, выплюнул бы изо рта кровь и подумал: [вы просто слишком высоко меня оцениваете...]

Внизу на улице, на лице лидера убийц мелькнуло выражение покорности. Выражение немного изменилось, и он, наконец, крикнул:

- "Поскольку этот старший не позволил бы младшему быть настолько самонадеянным, то этот младший уйдет!"

Немного подождав, ответа он не услышал. Понимая, что Небесный эксперт на крыше не собирается раскрывать себя и слыша звук приближающихся лошадей, он махнул рукой: "Уходим!"

Одновременно вспыхнуло золотое и серебряные свечения, и девять мужчин собрались уже бежать как можно дальше; но лишь они двинулись, ледяной голос вдруг заговорил: "Убив так много людей вы сбежите, сказав лишь ЭТО? Неужели вы думаете, что сможете так легко отделаться?"

После этих слов фигура внезапно вышла на угол улицы, преграждая убийцам путь. Всё тело этого человека было покрыто голубым сиянием, его глаза были как две ярко-голубых жемчужины; тело было высоким и худым.

Вид этого мужчины, светящегося голубым, навивал на всех, кто его видел, лишь..одиночество.

Одиночество, печаль, уединение, надломленность... Человек был воплощением всех этих эмоций, которые заставляли всех чувствовать себя очень подавленно!

Даже тонкий длинный меч в его руке, казалось, источал ауру одиночества...

Лицо принцессы Линг Мэн загорелась, и она закричала:

- "Дядя Йе, это действительно Вы!... Менг снова чувствует себя счастливой!"

Лица лидеров убийц вдруг задёргались; они прищурились и холодно спросили:

- "Одинокая Звезда Горизонта, Йе Гухан? Так это ты! Разве твоё оружие не меч? Когда это ты начал использовать метательные кинжалы, чтобы обманывать людей?"

- "Неважно, что я использую; этого будет более чем достаточно, чтобы убить вас, куски мусора!"

Йе Гухан взглянул на девять убийц, прежде чем посмотреть на принцессу Линг Мэнг. Его глаза излучали редкую теплоту и любовь: "Маленькая Менг снова ведёт себя плохо, тайно сбегая из дворца. Сейчас же, столкнувшись с опасной ситуацией, ты испугалась?"

- "С дядей Йе, Мэнг точно будет в безопасности” - нежно улыбнулась принцесса Линг Мэнг.

Перед этой всемирно известной Одинокой Звездой Горизонта -Йе Гуханом- принцесса Линг Мэнг более не была похожа на Королевскую Принцессу; она была больше похожа на маленькую девочку, которую только что встретил её любимый дядя. На её лице было несравненное количество уважения и доверия.

Глава 61. Йе Гухан.

Йе Гухан - одинокий эксперт высшего уровня, ранее путешествующий в поисках силы; эксперт Суань Ци Небесного уровня!

Все знали, что он никогда ни с кем не сближался. Имея одинокую натуру, он был безжалостен. Как только его меч обнажался, врагов встречала смерть...

Впрочем, многие из присутствующих не знали, что этот одинокий мечник был когда-то красивым и страстным молодым Господином.

Но была ещё большая тайна, которую не знал никто: Йе Гухан и нынешняя императрица Муронг Сиу Сиу когда-то давно любили друг друга..

Но однажды, по неизвестным причинам, семья Йе Гухана в одночасье пала - всю его семью выгнали из столицы, а сам Йе Гухан стал никем. В те времена семья Муронг была невероятно могущественна. Естественно, они не позволили бы девушке из их семьи быть замужем за нищебродом с Серебряным уровнем культивирования Суань Ци...

Семья Муронг грубо разорвала их отношения и заставила двух влюбленных расстаться!

Удрученный, Йе Гухан ушёл, в то время как Муронг Сиу Сиу потеряла рассудок - она несколько раз пыталась совершить самоубийство, но на грани смерти была спасена. В конце концов весть о смерти Йе Гухана заставила бедную Сиу Сиу пасть в бездну отчаяния.

Под постоянными уговорами родителей она, наконец, приняла предложение своей семьи, вошла во дворец и обвенчалась с Императором. Несколько лет спустя она официально стала Императрицей королевства.

Йе Гухана не было десять лет; его жажда познать искусство меча дала плоды, и в культивировании Суань Ци он достиг Небесного уровня. Чувствуя, что наконец стал достойным женихом для Сиу Сиу, он с волненьем в сердце вернулся в столицу...

К сожалению, его любимая тогда уже стала Императрицей, а принцессе Линг Мэнг уже было семь лет!

Стоя рядом, Гухан и Сиу Сиу плакали; непередаваемое ощущение боли разрывало их сердца!

Войдя во дворец Йе Гухан выбрал путь!

Небесам не перечь, про вчера позабудь.

Воля людей лишь игрушка Небес, так было и есть.

Йе Гухану стал так горько, что его волосы посидели; характер его тоже сильно изменился, став беспощадным и безжалостным.. Но, несмотря на это, он оставался ласковым и любящим лишь по отношению к дочери своей бывшей возлюбленной - принцессе Линг Мэнг.

С тех пор Гухан поклялся не видеться с Сиу Сиу, но он часто посещал принцессу Линг Мэнг, чтобы поиграть с ней. Ледяное сердце Одинокой Звезды Горизонта тает, лишь когда он рядом с Принцессой!

Так Йе Гухан стал телохранителем принцессы Линг Менг. Не важно кто, даже если бы сам Император захотел наказать Линг Менг, то Йе Гухан все равно обнажит свой меч!

Принцесса Линг Мэнг - это то единственное, что поддерживает его; она - слабость души хладнокровного мечника!

Все детали являются королевской тайной, известной лишь немногим избранным. Таким образом те, кто послали убийц, не имели понятия об этом. Ведь если бы знали, то не отправили бы лишь двух экспертов Суань Золотого Суань для убийство...

На самом деле, не могло быть даже попытки покушения! Если бы кто-то действительно захотел убить Принцессу, то им потребовалось бы не меньше двух экспертов Суань Небесного уровня или выше, чтобы добиться успеха!

Йе Гухан уже понял, что таинственный "эксперт с кинжалами" не покажется, но он не желал отпускать убийц просто так; потому он раскрыл себя.

В глазах Йе Гухана все, кто желает причинить вред Принцессе, должны быть убиты! Никому не будет дано прощения!

Медленно повернувшись он обнажил свой клинок. Длинный меч подрагивал, словно змея, и голубой свет волнами начал расходиться по металлу.

С мрачным лицом Йе Гухан сказал: "Умрите!"

Девять убийц молчали:

[Мы ведь спрашивали, имеет ли старший какие-либо указания для нас.. Мы же спрашивали, чтобы понять ваши намерения, и все же вы промолчали..Теперь, когда мы собираемся отступить, вы решили выйти и остановить нас. Вы что, играете с нами?!]

Естественно, они и не подозревали, как ошибались.

Эти два "тайных эксперта" были двумя разными людьми!

- "Йе Гухан! Если собрался убивать, то используй меч: рот сам по себе резать не будет!"

Два лидера убийц пришли в ярость, вспомнив что случилось: [Даже если твоя сила намного больше нашей, не смей играться с нами!]

Они знали, что победы им не видать, но их мужество не позволяло им сдаться без издёвки.

Йе Гухан не ответил; его фигура была холодна как лёд, а взгляд пугал, словно летящая стрела. Он молча ответил на слова убийц: цвет его меча стал более насыщенным.

Бледно-голубой свет фейерверком взорвался, окутав площадь; так Йе Гухан согласился со словами убийц "использовать меч, чтобы убить их".

Бессмысленно тратить силы на слова.

В конце концов болтать о глупостях с будущими мертвецами - плохая идея!

Меч ярко засиял, принося с собой бледно-голубые отблески.

Когда меч бил, создавалось иллюзорно-сказочное чувство; тем не менее, внутри этого чудесного сияния чувствовался аромат глубокой печали. Впечатляющее сияние меча отдавало такой же атмосферой, что и сам Йе Гухан - мрачность и одиночество!

Йе Гухан повернулся и нанёс удар! Светлая линия внезапно мелькнула на горле ближайшего к нему убийцы.

Капли крови наполнили воздух, смешиваясь с закрывшим небо бледно-голубым сиянием. Голубой и красные цвета проникали друг в друга, создавая прекрасные образы, но сердце разрывалось, видя эту бойню!

Меч, что разбивает сердце; полоса горизонта ускользает.. Одиночество..

Труп убийцы медленно упал. Йе Гухан не менял лица; его фигура вдруг появилась перед двумя другими убийцами.

Эти двое, несколько минут назад казавшиеся такими сильными, теперь казались не более чем парой беззащитных цыплят!

Так же, как эксперты Серебряного уровня считают тех, кто на Девятом уровне и ниже муравьями, так и эксперт Небесного Суань смотрит на экспертов Серебреного Суань.

Для него эти двое по силе были подобны маленьким детям!

Ещё две струи крови брызнули, но лицо Йе Гухана сохраняло свою мрачность.

Среди всей пролившейся крови он своими движениями и бледно-голубым сиянием меча был словно призрак!

Для группы из экспертов Золотого и Серебряного уровней идти против Небесного уровня... Это словно пытаться разбить куриными яйцами гору!

Для убийц не было никакой надежды одержать победу. Кроме того, их противником был Йе Гухан, которого втайне называли смертоносным хладнокровным маньяком.

- "Быстро! Всем врассыпную!"

Лидер убийц закричал, и его тело тут же метнулось стрелой в небо. Оставшиеся пять убийц разбежались во все стороны; каждый пытался спасти свою жизнь!

Нет смысла думать о победе...

Вопрос только один - сколько из девяти убийц смогут сбежать?

Йе Гухан выпустил длинный рёв; его голос был тосклив.

Его убийственная аура была пропитана бесконечным чувством одиночества, пока бледно-голубой меч мелькал в воздухе с огромной скоростью. Каждый раз, когда вспыхивала бледно-голубая вспышка, слышались жалкие вопли падающих на землю убийц.

Ещё до приказа бежать четверо убийц, пытавшиеся бежать, уже были убиты. Что же касается Йе Гухана, то он уже был занят лидером убийц Золотого уровня.

Оба лидера убийц обладали большой силой в сравнении с другими убийцами. Один из них побежал на север, а другой бежал на юг. Даже с возможностями Йе Гухана он мог остановить только одного из лидеров.. Что же касается другого - даже он не мог ничего с ним поделать!

Цзюнь Се же тем временем лежал на земле и, приоткрыв глаза, наслаждался шоу.

Наблюдая за Йе Гуханом, он чувствовал себя завороженным: в открытом бою даже оригинальный Цзюнь Се из прошлой жизни мог не надеяться на победу!

Это заставило Цзюнь Се дать более высокую оценку культиваторам Суань Ци этого мира.

Естественно это было лишь при открытом бое... Будь это скрытное убийство, то Цзюнь Се был уверен, что у него есть по крайней мере N способов убить Йе Гухана.

В конце-концов не открытый бой на смерть был сильной стороной Цзюнь Се!

[Бледно-голубой цвет... Он, наверное, лишь новичок Небесного Суань, и всё же он обладает такой мощью... А если сравнить с вершиной Небесного Суань? Или даже с Божественным Верховным Суань?]

Сильное чувство восторга выросло в сердце Цзюнь Се при виде таких сильных людей!

Единственный способ борьбы с сильным противником - стать сильнее! К сожалению, нынешнему Цзюнь Се просто не хватит сил бросить вызов сильным!

Иначе он бы уже вскочил на ноги и бросил вызов Йе Гухану!

Сила!

Сердце Цзюнь Се горело и рвалось в бесконечном порыве! Но вдруг он понял, что убегающий лидер убийц направляется в его сторону.

Жажда убийства в сердце Цзюнь Се не могла больше ждать!

[Сукин сын! Приведя сюда кучу народа и заставив меня валяться на земле,ты хочешь сбежать? Ты что, думаешь, что можешь просто сбежать отсюда?]

Его кисть двинулась, и кинжал скользнул в ладонь.

Лицо Цзюнь Се, скрытое под одеждами, выдало жестокую улыбку: [Время умирать, детка!]

Глава 62. Профессионал.

Увидев, что Йе Гухан не может угнаться за ним, лидер убийц выдохнул с облегчением. Убегая так быстро, как только мог, он оглянулся и заметил, что развратный Цзюнь Мосе лежит не так; неизвестно, когда его положение изменилось, но сейчас он лежал на земле лицом к небу!

Глаза Цзюнь Мосе казались слегка приоткрытыми... Убийца не мог не удивиться: [Не может же быть, что этот мальчишка еще жив?!]

Посмотрев назад, он увидел, что Йе Гухан почти уже вынудил его партнера встать на дорогу смерти. Судя по тому, что он мог видеть, Йе Гухан пытался поймать его партнера живым, и у него просто не оставалось времени на него...

Обдумав всё это, второй лидер убийц почувствовал себя несколько смелее.

[Мы не смогли убить принцессу Линг Мэнг.. Но если Цзюнь Мосе умрёт, столица впадёт в хаос, верно?]

Лидер убийц внезапно замедлил бег и направился к телу развратника, чтобы нанести финальный удар мечом!

Лишь собравшись действовать он вдруг заметил, что это "отродье" перед ним открыл глаза и, с хитрым лицом высунув язык, шёпотом выплюнул:

- "Ну ты и придурок!"

Тембр его голоса был очень низким. Среди грохота копыт, другие люди, которые находились в нескольких жанг (3,04 м) в стороне, были просто не в состоянии что-либо услышать... Не говоря уже о том, что ни один из них в настоящее время не обращал никакого внимания в эту сторону, так как все внимательно следили за боем Йе Гухана.

Поэтому только лидер убийц, который почти сбежал и был близко к Цзюнь Се, мог расслышать его слова. Моментально прийдя в ярость, его глаза вылезли из орбит!

[Просто потому, что я не мог справиться с экспертом Небесного Суань..думаешь, я не способен убить такой кусок дерьма, как ты?! Кто-то вроде тебя на самом деле посмел оскорблять меня?!]

Он ринулся вниз, беспощадно нанося удар мечем и неистово крича:

- "Этот старший доставит тебя в Ад!"

Именно в этот момент нефритово-голубой свет мелькнул, будто лазурный океан появился прямо перед убийцей. Словно во сне, голубой кинжал таинственным образом появился перед лидером убийц. Его целью было горло!

- "Небесный Суань... а..."

Лидер убийц замер в шоке; его руки и ноги внезапно застыли. В шоке, не сумев быстро встать, он потерял равновесие и упал. Однако, прежде чем его тело достигло земли, голубой кинжал уже воткнулся ему в горло, проникнув внутрь по меньшей мере на три дюйма*!

Даже умирая, лидер убийц прибывал в замешательстве: Йе Гухан точно был в тридцати жанг (91.2 м) от него; так почему же кинжал появился здесь? Что происходит!?

Этот вопрос оставил лидера убийц Золотого уровня в замешательстве умирать с широко выпученными глаза, словно учёного в поисках знаний...

Травмы, которые Цзюнь Се получил, не были легкими, в результате чего его движения стали менее быстрыми. Не считая раны от меча, было ещё два пинка от убийцы Серебреного уровня!

Сейчас же Цзюнь Се смотрел, как убийца Золотого уровня медленно умирает с озадаченным выражением на лице. Однако, слегка напрягает факт, что даже после смерти руки убийцы по-прежнему крепко сжимают меч...

- "Да твою бабку! Ты облезлый ублюдок!"

Цзюнь Се мысленно выругался. Выкладываясь на полную, он заставил своё тело двигаться, едва уходя от смертельного удара!

"Пенг!", и труп лидера убийц упал на маленькое тельце Цзюнь Се.

С звуком “Чи” меч в его руках воткнулся в бедро Цзюнь Се; туда, где больше всего мышц!

Если бы этот меч воткнулся чуть левее, Цзюнь Се бы точно стал "сотрудником во дворце"...

- "ССС ...Сссукин ты…!"

Цзюнь Се уже был повален на землю и теперь вообще не мог встать. Меч в бедре заставлял его шипеть от боли.

В конце концов, Юный Господин Цзюнь в душе воскликнул: [Кто бы мог подумать, что здесь даже мёртвый может использовать меч, чтобы нанести вред другим? Этот мир просто слишком чертовски потрясающий!]

Меч пронзил бедро Цзюнь Се насквозь, и вошёл в землю под ним. Любое движение могло расширить рану; в худшем случае, ему могло повредить сухожилия. При таких обстоятельствах, Цзюнь Се был просто не в силах двигаться!

Но то же самое было верно и для трупа лидера убийц, лежащего на нём. Они были похожи на человеческую пирамиду - рука лидера убийц крепко сжимала меч, а меч пронзил бедро Цзюнь Се. Эта картина была крайне своеобразной!

[Сукин сын!]

Цзюнь Се была на грани слёз: [С момента, как я пришел в этот мир, это будет уже второй раз, когда меня задавил человек!.. Первый раз, даже несмотря на то, что с жирным было противно, но он был хотя бы живой! В этот же раз меня повалил на землю покойник, и я даже не могу пошевелиться...]

Живой и мёртвый; их лица были прямо напротив друг друга, их глаза смотрели друг на друга.

Именно тогда Цзюнь Се понял, что этот ублюдок умер с открытыми глазами. Почувствовав любопытство, Цзюнь Се внимательно присмотрелся. Чем больше он рассматривал, тем больше он чувствовал, что глаза этого человека не выражают обиды или злобы, а скорее... сомнение и замешательство!

[Сукин сын! Ты хочешь сказать мне, что не можешь найти путь к Жёлтым Источникам**? Не смотри на меня, я не знаю, где это!] - злобно выругался Цзюнь Се.

Большинство людей, если их сверху придавит мертвец с открытыми, смотрящими прямо на них глазами, будут дрожать независимо от того, насколько бы мужественными они ни были.

Однако, Цзюнь Се был чудаком, который мог бы даже начать разговор с мёртвыми. Одним словом...мощно!

Со звуком “па” Йе Гухан обезоружил другого лидера убийц; его сверкающий голубым меч вспыхнул у горла убийцы:

- "Кто вас послал? Говори!"

Йе Гухан рассвирепел: если он не узнает, кто стоит за покушением, то кто знает , когда оно может повториться? Он может защитить Принцессу один или два раза, но он не сможет защищать её вечно! В следующий раз, когда ТАКОЕ произойдет, что он сможет сделать, если сдерживать его отправят эксперта Небесного Суань?

Лидер убийц холодно посмотрел на Йе Гухан, отчаяние можно было увидеть в его глазах. Внезапно он рассмеялся:

- "Йе Гухан, ты правда думаешь, что я стану говорить? Хахаха...вот это шутка! Я не ожидал, что всемирно известный эксперт Небесного Суань "Одинокая Звезда Горизонта" Йе Гухан так наивен!!.."

Как только он закончил, то вдруг перестал дышать; кровь чёрного цвета внезапно потекла из его рта. Его глаза смотрели на Йе Гухана с усмешкой.

В тот момент, когда убийца был схвачен, он прокусил пилюлю во рту!

Невозможность дышать, кровь изо рта...это сильный яд!

Йе Гухан вздохнул, на его лице было восхищение, и он пробормотал:

- "..Ты поступил, как настоящий мужчина. Я буду уважителен к твоим останкам!"

Сейчас, когда все убийцы были убиты, площадь замерла в тишине. Хотя Йе Гухан и произнёс эти слова низким тоном, но Цзюнь Се их услышал.

В этот момент ему вдруг захотелось громко рассмеяться: [Ну и бред! При таких обстоятельствах ты на самом деле назвал его "настоящим мужиком"? Если он - "настоящий мужик", то такие мужики ничего не стоят!

Если бы он не совершил самоубийство, ты бы позволил ему жить? Если даже ты позволишь ему жить, потому что он "настоящий мужчина", хоть он и глава отряда убийц, ты отпустишь его? Позволишь жить тому, кто их послал? Я видел дураков, но я никогда не видел кого-то НАСТОЛЬКО глупого. И ты ещё эксперт Небесного Суань в придачу! Ты Небесный идиот!]

Сердце Цзюнь Се всё заполнялось презрением:

[Если ты решил брать его живым, то первое, что тебе нужно делать, когда идешь против такого типа людей - это выбивать им зубы, пока он ещё может двигаться! Это основа основ! То же касается и блокирования акупунктурных точек, нарушение потока внутренней Ци и... Эй! Мне действительно нужно всё додумывать за вас?!

[ЛЮБИТЕЛИ, хах! Слишком непрофессионально!]

Профессиональный убийца внутри Цзюнь Се был сильно расстроен.

При виде моря крови принцесса Линг Мэнг помрачнела, не выдерживая густого запаха. Она подошла вперёд:

- "Дядя Йе, когда Вы изучили эту замечательную технику метания кинжалов? Как только мы вернемся, Вы должны научить меня, пожалуйста!"

Как только были упомянуты кинжалы, Йе Гухан вдруг опомнился. Он сразу же почтительно сложил руки, и, посмотрев в небо, произнёс чётким голосом:

- "Благодарю старшего за Вашу помощь сегодня; этот из семьи Йе чувствует себя очень признательным! Принцесса Линг Мэнг очень неопытна; если она как-то обидела старшего, надеюсь, старший будет доброжелательным и не обратил на это внимание. Если старший имеет какую-либо просьбу - пожалуйста, скажите. Это младший будет стараться изо всех сил дабы выполнить её и отплатить за помощь!"

Для него принцесса Линг Мэнг была словно родная дочь; она была смыслом его жизни. Спасая Принцессу, таинственный эксперт тем самым спас и его!

Но он всё равно не знал, кто именно спас Линг Мэнг. Йе Гухану было наплевать, кто это - он всё равно был благодарен.

Примечания:

* 3 дюйма = 7, 62 сантимерта;

** Жёлтые Источники - это Загробный мир

Глава 63. Сердечные муки.

С её уровнем культивирования принцессе Линг Мэнг было трудно отличить уровень Небесного Суань от более высшего. Её слова ранее могли обидеть таинственного эксперта..

К счастью, таинственный эксперт, видимо, был открытым и не обращал внимание на подобные оговорки. Это было хорошо, ведь если такая мощная фигура придёт в ярость, то последствия будут крайне трагичными! Йе Гухан, который понимал всю серьёзность ситуации, естественно вышел вперёд, чтобы исправить положение; всё ради принцессы Линг Мэнг!

Естественно, учитывая свой характер, он никогда бы не сказал таких слов; только если это ради принцессы Линг Мэнг. Он никогда не сделал бы подобного для кого-то ещё, и наплевать насколько он мог быть благодарен!

Никто не отвечал на слова Йе Гухана, указывая, что таинственный Божественный Верховный эксперт ушёл...

Йе Гухан вздохнул - это было то, что он ожидал.

Ведь если представить персону, которую признают мастером культивации и ЗА границами королевства... Встал бы такой мастер на колени перед Принцессой?

- "Дядя Йе? Это... о чем ты говоришь?" - уставилась на него принцесса Линг Мэнг с любопытством.

- "Мэнг'ер (1), твои слова были слишком беспечны. Эти слова могли обидеть спасшего тебя. Старший, который бросил кинжал, чтобы спасти тебя - кто-то другой! Кроме того, уровень культивирования этого старшего намного превосходит мой... Нет, было бы точнее сказать, что я не могу даже сравниваться с кем-то, вроде него!" - сказал Йе Гухан в внушительной манере: "Этот кинжал был вершиной благословения! Это не то, что я бы смог.."

- "Ах?" - вскрикнула Принцесса от удивления, и её нежные руки быстро прикрыли маленький ротик: "Нечто подобное произошло на самом деле? Но ведь дядя уже эксперт Небесного Суань, а это означает, что старший находиться в ещё более высшей сфере существования!"

- "Абсолютно верно!" - серьёзно кивнул Йе Гухан.

Линг Мэнг, собравшись, повернулась лицом к небу и глубоко поклонилась в знак уважения:

- "Принцесса Линг Мэнг благодарит старшего за спасение. Мои бессмысленные слова ранее были кощунством по отношению к старшему, и, тем не менее, старший был достаточно великодушен, чтобы простить меня. Я хочу узнать: возможно ли, что старший появиться, чтобы я могла извиниться и поблагодарить Вас лично?"

..Но на улице по-прежнему не было слышно ни звука.

Как кого-то, кто был экспертом Небесного Суань или выше, могла заботить благодарность от простой принцессы? Если бы это был эксперт высшего Божественного Верховного уровня, то он мог бы не появиться, даже если перед ним был бы сам Император!

Однако Линг Мэнг не знала всего этого; для того, чтобы выразить свою благодарность, она должна была напрямую высказаться, независимо от того, ушёл ли тот эксперт или нет! Поскольку "дядя Йе" сказал ей, что это было правдой, то это, несомненно, так и есть.

- "Жаль, у нас нет шансов встретиться с этим человеком!" - вздохнул Йе Гухан, пока его лицо возвращалось к привычной холодности; он задумчиво стоял в стороне: "Маленькая Мэнг'ер, дяде Йе придется уйти. Для тебя будет лучше, если ты вернёшься во дворец. Имперская Армия уже в пути.."

Вдалеке приближался громоподобный стук копыт.

Принцесса посмотрел на Йе Гухан с нежеланием на лице и спросила:

- "Дядя Йе, когда вы снова посетите Мэнг'ер?"

[Маленькая Мэнг'ер, дядя Йе всегда будет рядом...] - вздохнул в душе Йе Гухан, прежде чем тихо ответить:

- "Я обязательно приеду к Мэнг'ер... Но одному из убийц удалось скрыться; это может вызвать некоторые проблемы в будущем.. И поэтому тебе, Мэн'гер, нужно быть очень осторожной в ближайшие несколько дней."

Принцесса Линг Мэнг с недовольным лицом лишь прошептала "эх".

Стук копыт уже достиг угла улицы.

Йе Гухан поднялся и чуть пробежал вперёд. Вдруг он воскликнул и подбежал к Цзюнь Се; его чуткие глаза проанализировали сцену перед ним.

Увидев небольшой кинжал, торчащий в горле убийцы, Гухан не мог не испытать благодарность: [...Оказывается, старший уже помог мне решить эту проблему. Это даже как-то смущает..]

Подпрыгнув, он мгновенно забрался на крышу. С голубой вспышкой, Йе Гухан внезапно исчез.

В тот же момент крепкий конь галопом выскочил из-за угла и направился к паланкину. Молодой офицер в синей форме с серьёзным выражением лица проскакал на коне и остановился. Видя, что Принцесса Мэнг спокойно стоит там, он облегченно выдохнул. Он быстро отдал честь и спросил:

- "Принцесса, с вами всё в порядке?"

Обеспокоенность в его голосе была очевидна.

Принцесса же ошеломлённо на него смотрела. Слегка нагнувшись, она подняла с земли два метательных кинжала. Осмотрев их в деталях, она увидела, что кинжалы были изысканно небольшими, слегка изогнутыми и с красивой гравировкой; толщиной они были словно слой лука.

Принцесса Линг Мэн влюбилась в них мгновенно. Её лицо показывало лёгкое возбуждение:

- [Это божественное оружие, которое использовал мастер, превосходящий по силе даже дядю Йе...

Какой милый кинжал!]

- "Это что...кинжал?" - заикаясь, спросил молодой офицер: "Принцесса, пожалуйста, будьте осторожны при обращении с этим оружием."

- "Если бы не старший эксперт, который бросил эти кинжалы, то я уже была бы мертва! У меня не было никаких шансов дождаться вашего прибытия!"

Естественно, существование Йе Гухана не могло быть открыто для тех, кто не связан с Принцессой.

Линг Мэнг мельком глянула на офицера; на её красивом лице были следы усталости и грусти.

Раньше, когда она покидала дворец, то в её сопровождении был эксперт, по крайней мере, Нефритового уровня; таково было личное распоряжение Его Величества. Так почему её эскорт вдруг отлучился "по поручению"? Кроме того, несколько обычно сопровождавших её элитных экспертов Золотого уровня вдруг были отправлены в другие места по неизвестной причине...

Именно при таких обстоятельствах она столкнулась с убийцами, как только покинула дворец! Она прекрасно понимала, что всё это значило!

Принцесса Линг Мэнг была очень умной и хорошо понимала, что происходит, но пыталась заставить себя не думать об этом; она не хотела думать о таком, она не смела.

Она старалась не задумываться, ведь иначе ей было слишком больно!

...Боль! От неё сердце разрывается!

[Если вы хотите бороться за трон - то просто боритесь... Почему я должна быть инструментом в вашей борьбе? Неужели трон НАСТОЛЬКО важен? Может быть, в ваших глазах я - всего лишь вещь, которую можно использовать? Может, у нас и разные матери, но отец у нас - один; одна плоть и кровь! Почему? За что? Может ли быть правдой, что "в королевской семье любви не бывает"?]

Линг Мэнг прижала кинжалы к груди, и с холодом металла она почувствовала тепло и безопасность: таинственный эксперт спас ей жизнь, и даже не обвинял её за то, что она спутала его действия с чужими.

Такая доброжелательность от незнакомца вызывала в ней лишь очарованность.

Йе Гухан понимал, что сила таинственного человека, вероятно, выше Небесного уровня, но Принцесса Линг Мэнг - нет; она знала лишь то, что видела, и это был океан с лазурным великолепием!

Спасая жизни, не показывая даже тени, перемещаясь взад и вперёд, не оставляя следов.. Не желая вознаграждений от других; гораздо менее невежественный чем те, кого спас!

Какой это характер? Этот характер настоящего мастера!

Глубокое чувство доверия к загадочной фигуре родилось в разбитом и разочарованном сердце Принцессы. Для неё он был похож на дракона, который всегда готов показать свою голову, но не хвост!

Это создавало уверенность, что тот человек очень надёжен. В её сердце она чувствовала, что этот таинственный человек - как и дядя Йе - достоин доверия.

С метательным кинжалом у груди Принцесса Линг Мэнг вдруг почувствовала себя более отважно.

Действительно: с высшим экспертом Небесного Суань и Одинокой Звездой Горизонта в роли охранников любой мог чувствовать себя защищённым.

Закончив витать в облаках Принцесса вдруг поняла, что некий молодой парень пристально её разглядывает. Смутившись, Линг Мэнг сердито обернулась, снова став огорчённой.

Этот молодой человек - старший сын семьи Муронг, Муронг Сянчжун.

Он был восходящей звездой своего поколения из семейства Муронг - семьи матери Линг Мэнг. С точки зрения родства его и Принцессу можно считать двоюродными братом и сестрой. Он был одним из самых знаменитых и прекрасных молодых талантов в городе.

С момента встречи с Линг Мэнг он был сражен, будто она пленила его душу. Он упросил свою семью поместить его на одну из главных военных должностей в надежде быть ближе к Принцессе, что позволило ему начать бешеную погоню за её сердце

После того, как Цзюнь Мосе отступил два месяца назад, Муронг Сянчжун был одним из двух лучших женихов для Принцессы; другим кавалером был внук Великого наставника - Ли Юран.

1. Мэнг'ер - ('эр) - уменьшительно-ласкательное обращение

Глава 64. Старик в сером.

Смотря на Молодого Господина Муронг, любой бы понял, что он талантлив как в государственных,так и в военных дел; необыкновенный во всех отношениях: наделен красивой внешностью, талантлив в боевых искусствах - идеальная пара для любой женщины.

Однако Принцесса чувствовала, что этот человек крайне лицемерен, и что перед ней он всегда будет носить маску ‘глубоковлюблённого’.. Как кто-то, кто всё время жил внутри дворца, Линг Мэнг никак не могла определить, является это лицо маской или нет: [И сколько в этом - правда? А сколько лжи? Каково же твое истинное лицо??]

Принцесса чувствовала, что не имеет ни малейшего шанса ухватиться за ответы на эти вопросы.

Другим же ухажёром Принцессы был первый наследник семьи Ли, Ли Юран; так же он носил титул "самого талантливого ученика №1 в королевстве Тянсян". Кроме того он был тем, кто, почему-то, не давал Принцессе Линг Мэнг покоя: Ли Юран красив и хорошо воспитан; изящен, но не показушник и редко проявляет себя; он заставил бесчисленных дам из столицы стать одержимыми им.

Но, несмотря на то что он отказывался показать себя, его все же ценили как самого изысканного джентльмена Королевства.

Ли Юран всегда показывал теплый и изящный лик, никогда не был встревожен и никогда не опаздывал; он всегда выглядел так, будто всё происходящее в мире - в его руках, будто всё под контролем..

Однако Принцесса всегда чувствовала, что невозможно быть настолько идеальным в этом мире. Если внешний облик этого человека был лишь маскировкой, то он является страшным и непредсказуемым существом; никто не мог понять, о чем он думает в данный момент.

Всякий раз когда Линг Мэнг была рядом с этим человеком, её часто посещало необъяснимое чувство страха - это чувство предупреждало её, что этот на вид нежный юноша на самом деле крайне опасен!

Для сравнения, оригинальный Цзюнь Мосе был скользким негодяем. Он не пытался скрыть свою природу, заявляя всему миру: "Я негодяй, и я не боюсь показываться этого!".

Хоть его характер и был несколько невыносимым, он, по крайней мере, совершал плохие поступки в открытую. Несмотря на то, что он - подлец, все его плохие поступки были сделаны не из тени и не надо было бояться, что он сделает что-то плохое тайно.

Думая о Цзюнь Мосе, Принцесса вдруг вспомнила, что этот распутник был здесь не так давно и даже предупредил её. Независимо от того, было это преднамеренно или нет, по крайней мере это был сделано с благими намерениями.

Кажется, что ассасины убили его ещё в начале! Когда она вспомнила этот момент, она быстро приказала:

- "Быстро найти Третьего Юного Господина Цзюнь и уточнить его состояние."

Она не могла не беспокоиться; хотя её жизнь и была спасена, но она опасалась, что Цзюнь Мосе был убит... Это привело бы дедушку Цзюнь в ярость!.

Результаты шторма, вероятно, будут намного хуже, чем если бы она была убита.. Весь город будет погружен в беспощадный хаос.. Оставалось лишь надеяться, что её три брата не воспользуются ситуацией, вызванной гневом дедушки Цзюнь и не создадут ещё больше проблем Королевству.

Принцесса Линг Мэнг не видела лично, но считала, что Цзюнь Мосе скорее всего мёртв.

Ведь двое убийц появились со стороны Цзюнь Мосе; в то же время он упал на землю. Разве убийцы оставили бы его в покое, не будь он мёртв?

Несколько телохранителей пошли на поиски, но, обыскав всё, не смогли найти тело Цзюнь Се.

Это было потому, что Цзюнь Се был придавлен трупом одного из убийц так сильно, что тело полностью скрыло его. Крепкий на вид телохранитель бросился докладывать Принцессе:

- "Принцесса, мы не смогли найти труп Третьего Молодого Господина Цзюнь. Возможно, труп сам встал и убежал."

Услышав эти слова, лицо Принцессы почернело!

[Что за чушь?! Вы не смогли найти труп, и поэтому труп встал и убежал сам по себе? Трупы что, могут бегать сами по себе?!]

Лицо Муронг Сянчжуна потемнело:

- "О чём это ты говоришь?"

Охранник запаниковал и начал заикаться:

- "Я хот...я хотел сказать, что нам не удалось найти... труп Третьего Молодого Господина Цзюнь, быть может он ушёл...н-нет-нет! Я-я имею в виду..."

- "Достаточно! Хватит говорить!" - лицо Муронг Сянчжуна потемнело: "Если вы не нашли труп, это означает, что вы не можете говорить будто он мёртв! Тем более вы не должны называть его трупом.. Вы должны были сказать «тело Третьего Юного Господина Цзюнь исчезло!» Понял?"

Все телохранители подумали: [А разве это не вы сказали, что он мёртв? Ещё думает, что у него есть право поучать нас.. Какой подлый человек!]

Принцесса Линг Мэн почувствовала себя беспомощно и сказала:

- "Идите и ищите тщательней.. Если найдете тр...тело Третьего Молодого Господина Цзюнь, то немедленно отправьте его семье Цзюнь."

Слушая перепалку, Принцесса Линг Мэнг чуть сама не ляпнула слово «труп».

После повторного поиска они снова ничего не смогли найти. Поэтому Принцесса Линг Мэнг отправила телохранителя для доклада к семье Цзюнь.

Вскоре после того, как телохранитель ускакал на коне, перед ними вдруг выскочила серая фигура. Этой фигурой оказался небольшой, тонкий и сморщенный старик.

Муронг Сянчжун обнажил свой меч и спросил строгим голосом:

- "Кто?"

-"Я тут ищу кое-кого.."

На лице маленького старика была тревога, пока он осматривал всё вокруг. Он был очень взволнован и словно не слышал вопроса.

Муронг Сянчжун сильно взбесился и закричал:

- "Взять его!"

Учитывая, что только что было покушение на Принцессу, появление этой странной личности было очень подозрительно.

Солдаты вокруг приняли приказ и уже собрались броситься вперёд, когда вдруг увидели, что старик стал ликовать:

- "Наконец-то я нашёл тебя! Хаха! Почему же ты сейчас не бежишь? Маленький ублюдок своей бабушки! Ой, да в тебе меч торчит, да? Ну может теперь ты не будешь от меня убегать!"

Все вокруг видели, как старик опустился на колени у тела убийцы и вытащил меч.

- "Он в сговоре с убийцами, взять его!"

Муронг Сянчжун был вне себя от радости. Он думал, что этот человек какой-то глупец: все убийцы уже мертвы, и всё же он решился прийти в это место, окружённое солдатами, чтобы найти труп!

Но на удивление старик выбросил меч сразу после того, как вытащил!

Затем он поднял труп убийцы и небрежно отбросил его прочь, будто это был мешок; он даже не думал о своих действиях.

Нагнувшись, он поднял окровавленное тело.

Линг Мэнг немедля остановила Муронг Сянчжуна, и осмотрела тело. Оказалось, что это был Цзюнь Мосе!

Он был весь в крови - голова, тело; он выглядел так, будто может умереть в любой момент. Вдруг, глаза Цзюнь Се двинулись, вызвав у Принцессы шок:

[вот чёрт, этот ублюдок всё ещё жив..]

- "Могу ли я узнать личность старшего?" - спросила Линг Мэнг.

- "У меня нет времени болтать с тобой, девочка. Этому мешку старых костей нужно поторопиться, чтобы помочь этому придурку позаботиться о травмах. В противном случае, он действительно может сыграть в ящик.."

Старик поднял тело Цзюнь Се и вдруг со вспышкой появился перед Муронг Сянчжуном. Взглянув на Муронг Сянчжуна, он выругался: "Маленький ублюдок, в следующий раз следи за языком!"

Отвернувшись, он исчез, словно облачко дыма.

Муронг Сянчжун уже собрался гневно возразить внезапному старику, но тот немедля исчез, оставив его метаться в ярости. Но, пока принцесса Линг Мэнг рядом, ему нужно было поддерживать свой изящный образ; он лишь стиснул зубы.

В мыслях же он беспрерывно проклинал все восемнадцать поколений предков этого поганого старика!

- "Это плохо!" - лицо Принцессы изменилось: "Я только что послала человека сообщить Старшему Генералу Цзюнь.. Теперь, когда самого Цзюнь Мосе унесли, Старший Генерал будет в ярости!"

Муронг Сянчжун вышел вперёд, чтобы успокоить Линг Мэнг:

- "Принцесса, пожалуйста, успокойтесь, и давайте просто вернёмся во дворец. Я немедленно отправлю человека к семье Цзюнь, чтобы сообщить, что Цзюнь Мосе, этот бесполез...кхм, что этот человек ещё жив."

Принцесса Линг Мэнг вздохнула с облегчением:

- "Да, так будет лучше.."

Поворачиваясь, её пристальный взгляд вдруг упал на кинжал в горле лидера убийц. Она вскрикнула от удивления: [Оказывается, старший уже помог мне избавиться от этой проблемы в будущем, а я этого даже не заметила.]

Она подошла и вытащила кинжал; осмотрев его она обнаружила, что он был точно таким же, как и два других. Она не могла не задаться вопросом: [..Этот господин истинно является высшим культиватором. Интересно, когда у меня будет возможность встретиться с ним лично, чтобы выразить свою благодарность?..]

Принцесса развернулась и увидела, что её телохранители в плачевном состоянии. Она вздохнула: [С подобными им, как я могла надеяться добраться до резиденции Дугу?] Вспомнив совет Йе Гухана, она сказала:

- "Возвращаемся во дворец. Составьте список из имён тех, кто умер; передайте его во внутренний дворец и обеспечьте их семьям щедрую компенсацию."

Не в силах больше видеть бойню перед ней, Линг Мэнг закрыла глаза, и две большие слезинки медленно скатились по её щекам.

Все эти люди погибли... ради неё!

Глава 65. Неожиданности.

Так как паланкин был разрушен, Принцесса забралась на лошадь, которую подвёл один из телохранителей, и медленно поскакала в замок; атмосфера была крайне мрачной.

Муронг Сянчжун немедленно приказал солдатам построиться в защитный круг с Принцессой в центре, чтобы безопасно сопроводить её до замка. Сам же он скакал на лошади и, повернув голову, думал:

[..Этот ублюдок Цзюнь Мосе получил несколько серьёзных травм..хах, не удивлюсь, если он не выживет. Будет лучше, если он умрёт. Каждый раз, как я его вижу, мне хочется его избить... Он просто типичная мразь, ждущая пинка под зад! И он ещё хотел ухаживать за принцессой Линг Мэнг с таким характером? Он просто сопля, не знающая своё место!]

Покряхтев, он пришпорил свою лошадь и проскакал чуть дальше, смотря на изящную фигуру Линг Мэнг перед ним..

Он был словно ослеплён: его сердце было полностью в её власти, а душа рвалась из тела.

И он совершенно забыл послать кого-нибудь к семье Цзюнь, чтобы сообщить о произошедшем...

...тем временем...

- "Эй, я с тобой говорю, старик. Ты следил за мной, как призрак, добрых три дня. Неужели я настолько красив, что ты на меня запал??"

Старик нёс Цзюнь Се на своих руках, словно ребёнка. Тело старика было сильно сморщенным: казалось, будто был лишь скелет без мышц. Это вызывало у Цзюнь Се непередаваемое чувство дискомфорта, будто он лежал на булыжнике.

Зная, что этот старик не навредит ему, он тут же отбросил все представления о вежливости и стал говорить с сарказмом!

- "Пфф! Ты думаешь, что этот старший следовал бы за таким никудышным идиотом, как ты, добровольно? Ты каждый день беспорядочно шляешься..я даже не знаю, какой скрытой тактикой ты воспользовался, чтобы скрыться от моего взора... Но посмотри на себя сейчас! Это - расплата! Если бы не тот факт, что твой Дед потратил большую сумму... а? А как ты узнал, что я слежу за тобой три дня??"

Старик возмутился: он чувствовал, что находиться рядом с этим развратником - уже нечто постыдное. Только он собрался поворчать, но вдруг понял, что что-то тут не так:

[Как это бесполезное отродье понял, что я всюду за ним следовал три дня? Может быть, мои навыки слежки ослабли до такой степени?..]

Старик вздрогнул и внезапно остановился. Он больше не думал о неуважительной манере, в которой Цзюнь Се к нему обращался.

- "Дурак! Ты серьёзно спрашиваешь нечто настолько простое? Разумеется мне кое-кто рассказал.." - сказал Цзюнь Се небрежно.

Хотя способности этого старика к слежке и не смогли избежать чувств Цзюнь Се, но этот старик всё равно был первоклассным мастером, даже по сравнению с опытом Цзюнь Се из прошлой жизни.

Тот, старый Цзюнь Мосе, не смог бы почуять такую слежку даже после ста лет тренировки, не говоря уже о том, чтобы скрыться от взгляда старика.

- "Ты настоящий дурак! Ты такой дурак...конечно ты ЛИЧНО не смог бы обнаружить мою слежку...э? Кто это тебе рассказал? Этот человек и рассказал тебе, как сбежать от меня, м??"

Старик был шокирован - он действительно не думал, что его навыкам слежки кто-то может противостоять! Кроме того, этот человек смог направлять это бесполезное существо, Цзюнь Мосе, чтобы увести его от слежки.

Это.... Просто пугало.

[Насколько сильным нужно быть для такого подвига? Если этот человек - враг...]

- "Откуда я знаю, кто этот человек,” - продолжил Цзюнь Се: "Я никогда не встречался с ним."

- "Оу...это естественно. Учитывая, насколько силен тот человек, ты думаешь, что достоин встретиться с ним лично? Но раз ты так говоришь, то ты смог скрыться от меня лишь благодаря помощи... Этот человек был тем, кто научил тебя?"

Старик уже предвзято решил, что этот идиот точно не имел возможности обнаружить его, ведь у старика была абсолютная уверенность в его собственных навыках слежки. Однако, он спросил на всякий случай. Его сердце встревожилось: [Может ли быть, что за мной наблюдает эксперт высшей ступени Божественного Верховного Суань? Этого не может быть!... Или может...]

Чем больше он думал об этом, тем больше его мысли впадали в панику.

По правде говоря, этот старик действительно был впечатлял.

В противном случае, царь убийц Цзюнь Се не тратил бы целых три дня, разбираясь с ним!

- "Конечно.. Кстати, старик, ты закончил болтать? Зачем постоянно спрашивать меня об этом? Куда ты меня вообще тащишь? Поторопись и скорее отнеси меня домой!"

Цзюнь Се было неловко и он начал ворчать: [Быстрей тащи меня домой, чтобы я использовал Пагоду Хонцзюнь и исцелился.. Если мне придётся делать это снаружи, и кто-то узнает об этом..что тогда?]

- "Бред! Судя по количеству травм, мне нужно подлатать тебя в первую очередь. В противном случае, ты будешь мёртв к тому времени, как я донесу тебя.."

Старик чувствовал себя несчастным: [С моим-то уровнем мастерства, как я смог быть раскрыт? Сукин сын! Если я прямо сейчас вернусь в резиденцию Цзюнь, то та старая башка до смерти заговорит меня кучей депрессивных жалоб!]

[Если я не поставлю этого паршивца на ноги до того, как вернусь...это будет слишком унизительно!]

Болтая в таком стиле, они прибыли к обветшалому дому.

Держа Цзюнь Се, старик ворвался в дом и положил его на пол; после он тщательно проверил его раны...

Он не мог не удивиться!

Меч едва не прошел навылет сквозь грудь Цзюнь Се. Кроме того, были четко видны два фиолетовых синяка. Очевидно, они было результатом двух пинков в грудь. Учитывая силу тех двух убийц, атаки даже одного из них хватило бы, чтобы избавиться от Цзюнь Се.

Тем не менее, пострадав от ударов, Цзюнь Се, по счастливой случайности, смог сохранить свою жизнь... Но не это было самым удивительным! Что действительно было удивительно, так это то, что у него были целы все рёбра!

Старик послал свою энергию Суань Ци в меридианы Цзюнь Се, чтобы тщательно всё проверить - внутренние органы Цзюнь Се не получили никаких повреждений, внутреннего кровотечения не было...

Старик сидел с вытаращенными глазами.

[Тот удар мечом был слишком хорош, чтобы выжить! Но меч прошёл между рёбрами! Удача этого паршивца просто невероятна!]

- "Засранец, случайно не ты нанял тех убийц? Если это не так, то почему они были ТАК осторожны, когда напали на тебя? Осмотрев твои раны, я сильно подозреваю, что ты спланировал всё заранее... Ты собирался героически спасти девицу в беде? Ты так хотел завоевать красивую девушку?" - погладил бороду старик.

Причудливые слова старика почти заставили Цзюнь Се задыхаться от смеха. Он горько засмеялся:

- "Старик, у тебя очень творческий ум. Я же чуть не умер, как я мог играть в героя, спасающего девицу?.. Почему ты остановился? Быстрее, помоги мне перевязать бедро; разве ты не видишь, что оно всё ещё кровоточит?"

Цзюнь Се даже несколько онемел - этот старик уже в возрасте, но почему его действия так беспорядочны? Почему Дед нанял кого-то вроде него, чтобы следить?

- "Пфф! Ты лишь маленький бесполезный дурак; думаешь этот старший нуждается в инструкциях, как что-то делать?" - погладил бороду старик: "Сопляк, ты счастливчик - ты не умрёшь! Ты даже не станешь калекой!"

Сказав это, он похлопал Цзюнь Се по бедру и продолжил: "Всё хорошо."

Бедро Цзюнь Се только что пронзили мечом. Хоть его кости и не пострадали, но меч пронзил мышцы. Один меч - два отверстия, а похлопывание старика по бедру в его состоянии заставило Цзюнь Се почувствовать раздирающую боль.

Цзюнь Се стучал зубами, всасывая воздух и шипя; капли пота потекли с его лба. Продолжая шипеть сквозь зубы, он спросил:

- "Старик, у тебя есть внучка?"

Старик вдруг взглянул на него бдительными глазами:

- "Что ты хочешь сделать?"

Он забыл подумать, почему это паршивец попросил его обработать бедро в первую очередь. По его наблюдениям, рана на груди была важнее!

Цзюнь Се мысленно выругался:

[Если у тебя есть внучка, я её изнасилую, а затем убью! Я разобью тебе сердце, и ты умрёшь в мучениях, старый ублюдок! Разве ты не видишь, что я тяжело ранен? Ты же только что шлёпнул меня прямо по ране!]

- "Оу, я имел в виду, что было бы лучше, если женщина сделает эту работу.."

Человек был прямо перед ним; как он мог сказать ему такое в лицо!

- "Неприемлемо!" - покачал головой старик: "Ты извращенец, и это известно всем в городе Тянсян!"

Цзюнь Се потерял дар речи:

[Почему ты называешь меня извращенцем... Настоящий извращенец - Цзюнь Мосе, а не я...]

Когда старик закончил обрабатывать раны Цзюнь Се, была уже поздняя ночь.

Из этих двух, один хотел использовать пагодУ Хонцзюнь, чтобы исцелить свои раны, чтобы ему стало лучше. Однако он не имел возможности, и это его бесконечно раздражало.

Другой думал про себя: [Кто именно мог обнаружить мое присутствие и противостоять моим навыкам слежки?]

Эти два бесчувственных создания так же забыли доложить о произошедшем семье Цзюнь...

Что касается Муронг Сянчжуна, который поклялся принцессе Линг Мэнг, что он пошлёт гонца к семейству Цзюнь, то он уже давно выбросил этот «незначительный вопрос» из окна...

Ни один из них не считался с тем фактом, что принцесса Линг Мэнг, прежде чем явился старик, отправила в резиденцию Цзюнь весточку о исчезновении Цзюнь Мосе (смерти)...

Они и не подумали, что эта задержка может привести Дедушку Цзюнь Чжан Тиана в такую ярость, что сами Небеса содрогнуться, а Столица станет морем крови!

Кстати, в то же время, когда принцесса Линг Мэнг столкнулась с убийцами, семья Танг сделала свой ход.

Глава 66. Клан Северного Города под Атакой.

Дедушка Танг с угрюмым лицом стоял перед входной дверью, но в его глазах отражался слабый след надежды - в конце концов, был шанс, что то, что он обнаружил, может быть ключом к ограблению. И ждать дедушка Танг больше не мог.

Отправка атакующих сил среди бела дня могла вызвать слишком много шума... Но теперь, когда наступила ночь, он собрал всех экспертов семьи Танг!

Две сотни и ещё сорок шесть человек!

Двое из них были экспертами средней стадии Суаня Земли, четверо достигли Нефритового уровня Суань, двенадцать - Золотого уровня, тридцать шесть - Серебряного, и остальные на пике девятой стадии Суань Ци.

Старый Танг Ванли собрал силы семьи Танг со всего города и за его пределами!

За короткий промежуток времени Дед Танг мобилизовал всех сильнейших членов семьи.

Они были фундаментом семьи Танг.

В этой операции ошибки совершенно недопустимы!

- Целью нашей текущей операции является Клан Северного Города! - громко объявил всем участникам Танг Ванли с угрюмым лицом. - Имейте в виду - никто из Клана Северного Города не должен сбежать, особенно, старейшины и глава! Не убивать, не спешить: СХВАТИТЬ их всех! Ясно?

- Ясно! - ответили все, как один.

Они не знали причин, по которым выступали против Клана Северного Города, и считали, что брать столько людей против обыкновенного клана было излишеством, но видя мрачное выражение на лице Танг Ванли, никто не осмелился высказаться.

- Сегодня командовать операцией буду я! Если кто-нибудь из вас проговорится членам Клана Северного Города, то можете сразу рубить себе голову! - отдав строгую команду, Дед Танг медленно осмотрел всех участников.

Видя, что эксперты стали ещё более собранными, он махнул рукой:

- Вперед!

Двести сорок шесть человек в черных одеждах молча направились к выходу.

Плащ Дедушки Танга развевался на ночном ветру, пока он шёл к выходу.

Несмотря на то, что он стар, Дед был всё ещё крепок, каждый его шаг излучал силу и несгибаемую решительность.

Сегодня он не будет колебаться.

- Подождите!.. Я тоже пойду!..

Следом за голосом пухлая фигура в черном выскочила с внутреннего двора. Фигура была завёрнута в черную ткань и напоминала человекоподобную жирную тефтельку.

Хотя Танг Юань и не обладал нужной для такого рода ночных прогулок формой тела, но он всё равно захотел присоединиться к веселью. Однако из-за его нестандартно-пухлой фигуры ему не удалось надеть что-нибудь достаточно чёрное, поэтому он просто замотался в чёрную ткань и выбежал наружу.

- Катись обратно в дом!

Увидев, как человек-тефтеля подходит к нему, дед Танг пришёл в ярость.

Точным ударом в прыжке он пнул тело Танг Юаня, все четыреста джин его веса (241 кг) попали прямо в дом, выбив Танг Юанем дверь.

С громким треском черная ткань порвалась, оголив всему миру белую задницу и бедра. Круглый живот лежал на полу, а руки и ноги продолжали болтаться в воздухе: Танг был похож на перевёрнутую вверх тормашками черепаху - он махал руками и ногами, раз за разом пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь.

Немного подумав, он пару раз перекатился с боку на бок, и наконец, набрав импульс, сумел встать, заодно подняв с пола дверь.

С удивлённым выражением он взглянул на тёмный двор, и не смог увидеть ни души.

Главная резиденция клана была окутана ночью, главы Клана Северного Города спокойно спали.

Борода деда Танга трепыхалась, пока он раздавал приказы своим людям.

Более ста экспертов высокого уровня полностью окружили огромную резиденцию и тихо ждали команды старого Танга.

Что касается другой сотни человек, то Дед Танг поделил их на четыре группы, каждая из которых должна была проникнуть через одни из четырёх врат в резиденцию Северного Клана, захватывая подчинённых, казино, публичные дома и прочие предприятия, принадлежащие клану, включая дом глав Северного Клана!

Дед Танг намеревался собрать всех людей Клана в центре их собственной резиденции, чтобы никто не смог сбежать: главы клана останутся на десерт.

Окруженные более чем сотней экспертов высокого уровня, они окажутся в ловушке без шансов на спасение.

Любой, кто выйдет, будет сразу же схвачен!

Кроме того, он решил использовать ТАКОЙ тип атаки, чтобы увидеть реакцию Клана Северного Города.

Если клан останется пассивным, оставив себя на милость Дедушки Танга, то это означает, что Клан Северного Города не имел никакого отношения к краже из резиденции Танг. Даже если и была какая-то связь, то, она, вероятно, будет очень косвенной…

Однако если Клан станет отчаянно сопротивляться, шагая на смерть, чтобы вырваться... тогда, как и полагал дед Танг, он поймает рыбку на крючок.

Даже сейчас, Дед Танг сомневался в информации, предоставленной Танг Юанем. Было бы правильнее сказать, что он был настроен скептически, поскольку подозреваемые были найдены столь известными развратниками как Цзюнь Мосе и Танг Юань...

«Наплевать, как я отношусь к ним, этим двум идиотам просто нет никакого доверия! Если бы я рассказал, что о подозреваемых мне сообщили Танг Юань и Цзюнь Мосе, кто бы в ЭТО поверил?!

Увы, я могу винить только себя за то, что им поверил. В конце концов, я сейчас просто в отчаянии!.. Как бы там ни было, я считаю, что этими действиями я помогу простым людям и избавлю их от некоторых проблем. Но если я узнаю, что это всё - трюк этих двух развратников, и они так пытаются свести свои личные счеты... Даже если сам Цзюнь Чжан Тиан попытается остановить меня, я всё равно поймаю и Цзюнь Мосе, и Танг Юаня, и хорошенько их побью!! Я буду бить Цзюнь Мосе, пока он не станет толстым, а Танг Юаня - пока он не похудеет!.. Пока у них формы тел не поменяются, хах!»

Выражение лица деда Танга изменилось, и он стиснул зубы.

Наблюдая за аллеей перед собой, он видел, как один за другим приносят завязанные мешки с пленниками внутри: они были словно пельмешки.

Дед Танг вздохнул, медленно настраиваясь, при возвращении домой преподать двум слишком смелым развратникам хороший урок...

Прошло полтора часа, и всё это время главное здание было окружено. Все, кто выходил оттуда - были схвачены, их энергия Ци - запечатана, конечности - связаны, а рты - заткнуты. Число пойманных стало настолько большим, что кто-то точно должен был заметить, но клан всё ещё бездействовал.

Видимо, как и полагал дед Танг, Клан Северного Города не имеет ничего общего с кражей Ядра Суань.

Это и в правду имело смысл... В конце концов, какими силами располагал Клан Северного Города?

Хватило бы им мужества дергать за усы тигра?

Внезапно со всех сторон стали появляться силуэты - эксперты семьи Танг возвращались один за другим, и каждый нёс в руках по несколько захваченных человек.

Рейд по внешней части резиденции Клана Северного Города был завершён.

Дед Танг был настолько разочарован, что у него стал подергиваться глаз: он крепко выругался в своем сердце:

«Танг Юань! Цзюнь Мосе! Я никогда не прощу вас, два ублюдка! Вы осмелились обмануть меня и двигали мной, как пешкой?! Я клянусь, что...»

У старого Танга больше не было времени, чтобы решить, что именно он будет с ними делать, потому что в этот момент множество темных фигур выскочили из стен резиденции Клана Северного Города!

Каждая фигура стала бросать в воздух метательное оружие, и целый дождь из металла обрушился на сидевших в засаде экспертов семьи Танг.

В то же время внутри здания раздался крик, и люди по команде начали выбегать изо всех дверей и окон, словно шрапнель от взрыва!

Они посмели начать бой без предупреждения, даже не проводя переговоров с Дедушкой Танг!

Кроме того, они все отчаянно пытались убежать, словно были обижены на родителей за то, что им досталось лишь по две ноги.

Что это значит?

«Вот дерьмо! Они отреагировали, да ещё как! Они действуют в точности, как повстанцы!»

Дед Танг смотрел на происходящее с открытым ртом и выпученными глазами - такой внезапный поворот сценария, он просто не мог поверить в происходящее.

Но вскоре он, яростно ударив себя по бедру, заставил себя выйти из шока.

Его сердце разрывалось от волнения: шоу начинается!

Громкие крики раздались со стороны сидевших в засаде экспертов семьи Танг: ситуация поменялась слишком быстро, к тому же только самые сильные из них не пострадали от метательного оружия, многие были серьезно ранены... Остальные эксперты быстро разгруппировались и стали ловить членов Клана Северного Города, успевших выбежать из здания.

Звон мечей был слышен отовсюду: яркие вспышки фиолетового, черного, серебряного и золотого цветов мелькали со всех сторон.

Картина такого большого ночного сражения захватывала дух.

Время между атакой Клана Северного Города метательным оружием и началом боя было очень коротким, можно сказать, это произошло одновременно.

Глава 67. Удачный удар.

Хотя старый Танг всё ещё удивлённо смотрел на происходящее, его прежде мрачное лицо стало воплощением азарта! Его руки возбужденно дрожали; будучи добрую половину жизни спокойным, сейчас он, сверкая глазами, выпалил:

- "Боже мой! Связь между кланом и ограблением в самом деле существует! Я сорвал джекпот!"

[Вот же с*кин сын! Кто бы мог подумать, что Танг Юань на этот раз действительно окажется полезным? Кто сказал, что слепой кот не может споткнуться о мёртвую крысу? Я достойно награжу его когда я вернусь.]

От таких мыслей Дедушке Тангу вдруг стало неловко. Он огляделся словно вор, совершивший кражу:

[Мне не следует называть Танг Юаня с*киным сыном, ведь его мать - моя сноха...]

Действия Клана Северного Города точно дали понять, что он связян с ограблением семьи Танг... Иначе как бы простой Клан Северного Города посмел сопротивляться семье герцога королевства и министра государственных доходов?

Семья Танг - одна из наиболее сильных семей в Королевстве Тянсян! Обидеть её для такого рядового клана было сродни кошке, облизывающей нос тигра; само действие было подобно смерти!

Наблюдая, как разбегающихся членов Клана валят на землю, связывают и отбрасывают в сторону дед Танг гордо кашлянул "Кхм-кхм.." несколько раз. Своим взглядом он напоминал сокола; спокойное лицо и развевающаяся борода создавали ему героический образ.

Его окружала аура справедливости, будто он посылал свои войска, чтобы устранить источник зла во всём мире.

"Пэн!", и член Клана Северного Города отправлен ударом в воздух. Прежде чем он успел что-либо предпринять, веревка обернула его множество раз, и очередной связанный "пельмешек" упал на землю.

Ему тут же кулаками выбили все зубы, и, пока он не успел что-нибудь проорать, заткнули рот грязной красной тряпкой. Через мгновение его снова схватили и отбросили на десяток метров; весь процесс был замечательно отлажен.

Когда связанный пришёл в себя и осмотрелся, он обнаружил вокруг себя много знакомых лиц...

"Пэн!"

И ещё один!

"Пэн!"

Больше двухсот экспертов из семьи Танг медленно продвигались с внешней стороны резиденции внутрь, не позволяя при этом сбежать ни одному члену Клана; каждая деталь обстановки при этом была осмотрена!

Три Золотых эксперта Суань Ци окружили главу Клана Северного Города Квин Ху: где бы он не пытался спрятаться, как бы сурово он не сражался или как быстро он ни пытался сбежать - побег сразу же пресекался.

На лице Квин Ху было полное отчаяние. Неподалеку эксперт ранга Земли спокойно наблюдал за происходящим, держа руки за спиной. Квин Ху не мог сбежать или спрятаться..он не мог даже убить себя! Если бы не тот факт, что эта троица стремилась схватить его живьём, он был бы убит давным-давно.

Квин Ху чувствовал, что начинает сходить с ума!

Зачистив всё вокруг, эксперты семьи Танг начали подтягиваться во внутреннюю часть здания; некоторые из экспертов врывались в пустые дворы и внимательно обыскивали всё, не пропуская мельчайших деталей.

Если бы они хоть на секунду заподозрили, что где-то есть скрытый проход, то они бы моментально выкопали там метровую яму для проверки!

Через некоторое время раздался возглас "Нашли!".

Лицо Деда Танга радостно засветилось, когда он зашёл во двор. Внутри эксперты семьи Танг связывали несколько человек, и среди них был никто иной, как сын Квин Ху - Квин Сяобао и несколько пышно одетых женщин. Отец поместил их в самое защищенное клановое укрытие.

Он считал, что если его попытка вырваться из оцепления не удастся, то хотя бы его сын останется в безопасности... Но люди семьи Танг оказались настолько профессиональны, что нашли даже тайное подземное укрытие с тщательно замаскированным входом.

Увидев, что его сын схвачен, Квин Ху впал в полное отчаянии и больше не посмел сопротивляться.

Если раньше эксперты семьи Танг не пытались схватить его, боясь, что он будет "драться на смерть", то теперь, когда Квин Ху утратил боевой настрой, три эксперта Золотого уровня выдвинулись одновременно.

"Пам! Пам!"

Тело главы Клана Северного Города безвольно упало, словно марионетка без нитей кукловода. Отныне он утратил контроль над своим телом и даже собственной жизнью.

Полная победа!

Дед Танг медленно подошёл к телу Квин Ху и взмахнул рукой.

По его команде, все люди вокруг него отступили, оставив свободное пространство.

- "Где оно?" - пристально глядя в глаза Квин Ху спросил его Дед Танг тихим голосом.

Он начал с самой сути, не давая главе Клана и шанса юлить и выкручиваться!

Столь простой вопрос должен был внушить Квин Ху определённые мысли:

[Я уже знаю, что ты тот, кто украл Ядро Суань Зверя. Я уже получил неопровержимые доказательства! Всё, что от тебя требуется - это полное сотрудничество...]

Когда Квин Ху, по уши замешанный в краже Ядра, услышал такой вопрос, то все оправдания, которые он до этого выстраивал в уме, мгновенно рассыпались.

Шокированный Квин Ху даже приоткрыл рот, а в его глазах появилось выражение полного, безнадёжного отчаяния!

Дед Танг, внимательно следящий за реакцией Квин Ху, ощутил внутренний восторг; и тревоги, таившиеся в его сердце, наконец исчезли.

[Это действительно джекпот!.. Танг Юань, оох Танг Юань... Наконец-то этому идиоту удалось сделать что-то стоящее! Вообще-то, это сильно помогло...похоже, он не совсем безнадёжен. Хотя постойте, эта деталь, похоже, был подмечена тем оболтусом из семьи Цзюнь, Цзюнь Мосе...]

Дедушке Тангу вдруг пришла другая мысль:

[..Оказывается, иметь в семье дебоширов и развратников не всегда плохо. По крайней мере, они показали свою полезность в такой критический момент. Хотя, разве не все подряд говорят "я всего лишь хулиган"? Но сейчас...]

Понимая, что его мысли ушли далеко в сторону, дед Танг опомнился. Он решил, что независимо от того, найдут сегодня Суань Ядро или нет, у семьи Танг будет долг перед семьёй Цзюнь.

Похоже, ему следует улучшить отношения с семьёй Цзюнь ...

- "Я... Я ничего не знаю о Ядре Суань, Танг... Господин, скажите, почему вы внезапно напали на нас? Я -я..." - стал невпопад отвечать Квин Ху, надеясь, что ему просто повезет.

- "Ты, мелкий поганец, способен так уверенно врать, когда я тебя напрямую спрашиваю о Суань Ядре? Ха-ха... Ну хорошо, если ты не помнишь, то я быстро помогу тебе всё вспомнить."

Дед Танг рассмеялся, и по взмаху его руки вышел эксперт с Квин Сяобао на плече.

Бросив Квин Сяобао на землю, эксперт развернулся и ушёл.

- "Квин Ху, я слыхал, что он - твой единственный сын. Я могу пообещать тебе, что как только ты расскажешь мне всё, независимо от того, что произойдет с Кланом Северного Города, твоему сыну не причинят вреда.. Я даже буду защищать его как "последнего наследника семьи Квин" и гарантирую, что никто не сделает ему ничего плохого." - добродушно рассмеялся Танг Ванли: "Естественно, если ты всё ещё не можешь вспомнить хоть что-то полезное, я полагаю, что ты вскоре станешь свидетелем страданий своего собственного сына... И если это случится, итог выйдет ОЧЕНЬ печальным. Ты меня понимаешь, не так ли?"

- "Отец, спаси меня..." - выдал жалкий возглас Квин Сяобао.

Этот год действительно был для него очень несчастливым...

Сначала он наткнулся на красотку на улице, и всего лишь сделал ей несколько игривых высказываний. Но после он внезапно был схвачен, его даньтянь сломали, а его достижения в Суань Ци были уничтожены!

После того, как он немного выздоровел, и смог наконец самостоятельно передвигаться, то отправился в ресторан, но получил комок соплей в лицо. И как только он высказал вслух несколько проклятий, то оказался вознагражден побоями и даже сломанной ногой!

А когда он добрался домой, то думал, что сможет тихо и спокойно залечить свои раны... Но тут вдруг на его Клан напали! Его взяли и бросили в укрытие под землей, несмотря на сломанную ногу.

Теперь Квин Сяобао тонул в омуте из страха, нервозности и боли; всё глубже его затягивало в бездонную яму печали...

Дедушка Танг медленно протянул свою иссохшую руку, погладив голову Квин Сяобао, словно пытался успокоить маленького испуганного щенка..

Но каждый знал, что если ответ Квин Ху не понравится Дедушке Тангу, то по одному знаку этой иссохшей руки всё здесь может превратиться в кровавый филиал Ада!

Квин Ху внезапно вздохнул и опустил голову:

- "Ты выиграл.."

Дед Танг гордо улыбнулся и ответил:

- "Квин Ху, ты действительно достойный лидер своего Клана. Ты быстро осознал сложившуюся ситуацию."

Услышав столь саркастический комментарий, лицо Квин Ху покраснело; унижение отразилось даже на его лице. Выругавшись, он произнёс:

- "Полагаю, уважаемый Герцог уже понял, что всё это было сделано по чужому приказу. Иначе, даже будь моё мужество выше Небес, я бы никогда не осмелился что-либо украсть из резиденции семьи Танг... Это было бы равносильно просьбе о смерти! Но хотя мы и не желали так поступать, но у нас просто не оставалось выбора...."

Старый Танг блеснул глазами:

- "..Продолжай."

Глава 68. Сотрясающий Небеса Барабан в ночи!

Дед Танг уже давно жил на этом свете.

Учитывая силы Клана Северного Города, не было даже шанса, что Квин Ху самостоятельно решился на такую дерзость и бросил вызов огромной силе семьи Танг. Так же маловероятно, что сейчас он будет лгать, подрывая доверие и рискуя лишиться исполнения обещания Деда Танга...

Но если то, что он сказал, было правдой, то в этом деле выявлялось большое количество неизвестных ранее фактов.

Реакция деда Танга показала Квин Ху, что он был склонен поверить его словам.

Глава клана начал надеяться, что если он сам не будет прощён, то ,по крайней мере, его сын сможет прожить дальше. Он продолжил:

- "Я не знаю, что за человек отдавал нам приказы.. Но я знаю, что у этого человека повсюду есть свои глаза и уши. План резиденции уважаемого Герцога, расположение тайного хранилища сокровищ, ВСЁ было продумано этим человеком. Я считаю, что данное лицо должно быть одним из столичных..."

Вдруг глаза Квин Ху стали шире; страх отразился на его лице, и он в ужасе закричал: "Уважаемый герцог пожалуйста спаси меня!"

В этот момент раздался резкий звук, и яркий жёлтый свет появился вокруг; сильное давление Суань Ци окружило их со всех сторон.

Казалось, будто в небе засверкали несколько солнц - жёлтый свет охватил все ночное небо!

Появилась команда экспертов Суань Ци уровня Земли!

Три гибкие и быстрые как молния фигуры подлетели к старому Тангу с трёх направлений.

Все фигуры были в масках и чёрных одеждах; были видны лишь их сверкающие жёлтым светом глаза.

Эксперты из семьи Танг, вскрикнув от неожиданности, бросились на перехват, не заботясь о собственных жизнях.

К сожалению, с их ограниченным уровнем силы они были не способны остановить вражеских экспертов ранга Земли.

Дед Танг яростно закричал: "Какая крыса посмела?!"

Всё его тело стало яростно светиться жёлтым, а белая борода начала развеваться на ветру и он вышел вперёд, оставляя Квин Ху позади.

Намерения вмешавшейся команды были очевидны - они хотели заткнуть рот свидетелю.

Сейчас Квин Ху был единственной ниточкой, способной привести Дедушку Танга к его Суань Ядру.. Как он мог позволить им обрезать эту нить? Неважно как, но он должен был остановить их и сохранить жизнь Квин Ху!

Пока Квин Ху жив, у старого Танга есть шанс выяснить, кто стоит за кражей, а если он сможет это выяснить, то сможет и вернуть Ядро Суань Зверя!

Вернув Ядро, семья Танг сможет заложить основы для успеха будущих поколений на сто лет вперёд!

Глаза деда Танга стали красными от ярости.

"Хонг! Хонг! Хонг!"

Танг Ванли рванул вперёд, в одиночку блокируя нападение сразу трёх экспертов. Он атаковал, не думая о защите, подобно безумному тигру!

Для этих людей убийство одного Квин Ху не создаст последствий... Но если они убьют Танга Ванли, это станет объявлением войны всему королевству Тянсян!

Никто в здравом уме не посмеет так небрежно создать себе такие проблемы!

Таким образом старый Танг знал, что ему нечего бояться. На мгновение он оказался в состоянии сдерживать сразу трёх экспертов Суань Ци уровня Земли!

Быстрые движения четырех экспертов уровня Земли подняли облако пыли, накрывшее весь двор. Два эксперта Земли из семьи Танг тут же вступили в схватку, поддерживая главу семьи.

Все шестеро продолжали обмениваться убийственными ударами, пока остальные разбегались от центра двора; они были слишком слабы и не могли помочь.

- "Обеспечить безопасность Квин Ху!" - прокричал Дед Танг.

Но в этот момент засиял бледно-голубой свет, и внезапно из темноты появился человек в белом; его белые одежды бросались в глаза.

Он казался спокойным и невозмутимым, словно вышел на прогулку в свой двор, но скорость его движений была невероятна. Вспыхнул синий свет, и одновременно прозвучали четыре жалобных крика - головы четырёх старейшин Клана Северного Города были разбиты, и их тела безжизненно упали на землю.

Появился эксперт начального этапа Небесной Суань Ци!

Две сотни экспертов из семьи Танг столпились вокруг Квин Ху, образуя защитную формацию..но их усилия были полностью проигнорированы этим "человеком-в-белом". Он скользил к своей цели, словно никто не стоял у него на пути.

Внезапно, он переместился на 30 метров в воздухе.

Со вспышкой синего цвета Квин Сяобао, лежавший на земле, коротко вскрикнул, а через мгновение его грудь и живот были разбиты в кровавый фарш!

Танг Ванли взвыл. Он развернулся и со всех ног бросился к персоне в белом.

Тот спокойно наблюдал за бегущим на него стариком; его глаза, заполненные презрением, сверкнули ослепительно-голубым светом. Он выбросил ладонь, встречая нападение Деда Танга, вынудив того отступить на несколько шагов.. Старый Танг из-за тяжёлого удара выдал "хенг", его борода затряслась.

Человек в белом не теряя времени вновь поднялся в воздух и, двигаясь вперёд, расшвыривая экспертов из Танг резиденции лишь подавляющей силой своей Суань Ци.

В какой-то момент он остановился и, не оглядываясь, ударил человека, стоявшего за ним.

Там стоял Квин Ху!

Он, выплюнув пригоршню крови, прошипел:

- "Как...безжалостно! Герцог Танг..это тот, кто...."

Прежде чем он смог продолжить, он внезапно вскрикнул, и его тело мягко упало на землю; казалось, что все кости в его теле были сломаны!

- "Хехе ..." - усмехнулся человек в белом и крикнул: "Уходим!"

Вспыхнувший синий свет заставил всех бойцов семьи Танг пошатнуться. Три эксперта уровня Земли не медля скользнули к дворовой стене.

В вспышке жёлтого света все трое перепрыгнули через стену и скрылись в ночи.

Но человек в белом остался стоять на стене; его белые одежды грациозно развивались на ветру.

Он сложил руки, извиняясь, и мягко произнес:

- "Уважаемый Герцог Танг, у меня не было выбора, кроме как оскорбить вас сегодня. Вы известны своим благородством, посему я надеюсь, что вы не станете придавать этому инциденту слишком большое значение.. Увидимся позже."

Он рассмеялся, и в вспышке синего света его тело взлетело в небо.

Ночная тьма вновь окутала всё вокруг.

Дед Танг схватился за грудь и несколько раз кашлянул.

Он чувствовал, что сила человека в белом была поистине потрясающей, и хорошо, что он не собирался причинять ему сильного вреда... Иначе тот удар ладонью, который он пропустил, мог нанести серьёзные внутренние повреждения.

Понимая это, дед Танг все равно дрожал от ярости!

Но взглянув на трупы главы Клана Квин Ху, его сына и четырех клановых старейшин, чьи головы были разбиты, дед Танг почувствовал, что его начинает бить дрожь.

[Эксперт уровня Небесной Суань Ци, подобный ему, должен был появиться в МОЕЙ семье!

Я не могу это так оставить!]

Было не просто для него найти этот ключ к ограблению, и всё же в момент успеха кто-то внезапно зачистил все концы...

Старый Танг собрал больше двух сотен сильнейших бойцов Семьи, но всё, что они смогли сделать - стоять и смотреть, как умирает их свидетель.

Даже сам Дед Танг вынужден был принять унизительное "милосердие" от своего врага!

Это было просто невыносимо!

Наблюдая, как дед Танг задыхается от ярости, окружившие его эксперты Семьи Танг опустили головы от стыда.

Внезапно, словно издалека в небе раздался глубокий звук множества гулких ударов.

Это было похоже на приглушённый грохот грома откуда-то с края мира; медленно расходящиеся звуки с каждым ударом приносили на ум образ шторма, разрушающего и уничтожающего всё!

Когда возникли эти звуки, воздух вокруг оказался заполнен жаждой кровопролития и мужества..

Темнота ночи только усиливала давление!

Внезапно появившиеся звуки не смолкали, а наоборот - они становились всё громче и громче, отдавая эхом со всех четырёх сторон города Тянсян.

Звук, бывший медленным и размеренным, становился всё интенсивней и интенсивней, пока не превратился в огромный потоп, заглушая все в мире своим безудержным грохотом!

С таким громовым звуком звучали лишь барабаны войны!

Они предвещали прелюдию к ужасным кровавым побоищам!

Звук, разрывающий землю и шокирующий небо!

Он был искрой, из которой разгоралось пламя войны!

Барабан, передающий приказ генералам о мобилизации!...

Барабан Призыва Генералов!

После десяти лет молчания, в эту тихую ночь, приказ незамедлительной мобилизации от самой мощной военной семьи в королевстве Тянсян зазвучал вновь!

Всякий раз, когда звучал Барабан Призыва Генералов, это приводило к горам трупов и морям крови! Десятки тысяч всадников и сотни тысяч солдат начнут неистовствовать, принося смерть бесчисленным жизням!

Это так же означало, что часть этих солдат навсегда останется на полях сражений, а некоторые из выживших, пересёкших моря крови и взабравшихся на горы трупов, смогут претендовать на властное положение!

Во всем Тянсян бесчисленные солдаты проснулись ото сна и быстро оделись, и в глазах этих солдат разгорался кровожадный огонь!

- "Это Барабан Призыва Генералов Великого Маршала семьи Цзюнь!" - крикнул один из экспертов семьи Танг.

Услышав это, все остальные были поражены.

Глава 69. Ярость и Отчаяние.

Танг Ванли в шоке стоял с глазами навыкате и широко открытым ртом.Этот внезапный звук Барабанов Войны заставил его забыть об унижении и несчастьях, бурлящих в сердце. В его голове была лишь одна мысль:

[Цзюнь Чжан Тиан сошел с ума! Чокнутый старый хрыч! Почему?.. Он что, решил потерять рассудок, пока его семья наиболее слаба?]

- "Всем немедленно вернуться в резиденцию Танг! Те, кто служит в армии - сейчас же вернуться и доложить о том, что происходит! Что касается остальных: без моего приказа никто не имеет права покидать резиденцию!"

Дед Танг действовал решительно, отдавая один приказ за другим.

Мгновенно, десятки солдат тут же отдали честь, развернулись и бегом разошлись на максимальных скоростях.

В момент, когда раздались удары Барабанов Призыва Генералов, все услышавшие их поняли, что ситуация достигла критической точки. Не было никаких сомнений, что любой офицер, посмевший опоздать, будет обезглавлен!

Строгость Цзюнь Чжан Тиана была известна всем в армии... 'Правильно' или 'неправильно' - решается одним пальцем!

Тот, кто не выполнит его приказ, будь то генерал, ребёнок из первородной семьи, сын Феникса или даже внук Дракона...любой будет убит без исключения!

Звук лошадиных копыт, бьющих по земле, начал раздаваться со всех сторон. Как вода в бурлящей реке,- все хлынули к военной области в центре города.

Все солдаты был в чистых и красивых доспехах; с полными нетерпения лицами они гнали своих боевых коней вперёд!

- “Герцог, что нам делать с остальными?” - спросил один из экспертов семьи Танг, указывая на остатки Клана Северного Города.

- “Отвезти всех в Резиденцию и тщательно допросить!”

Старый Танг знал, что это не принесет плодов, но решил положиться на ‘ну а вдруг’.

Пока боевые кони скакали вперёд один за другим, вооруженные силы внутри и за пределами города собирались в казармах в состоянии боеготовности.

Военные казармы ревели в полную силу, и каждый солдат был готов. Все солдаты ждали, когда их командиры вернутся и отдадут приказы.. Ведь после того, как приказы будут получены, они все выдвинутся!

Старый Цзюнь сошёл с ума!

Эти слова не были ложью и в малейшей степени.

С того времени, как принцесса Линг Мэнг послала слугу с донесением в резиденцию Цзюнь, прошло уже полчаса...

...

Тогда, Дедушка Цзюнь с удовлетворённой улыбкой читал донесения о внуке в своем кабинете - тот наконец-то «начал всё с чистого лица».

Кроме того, сила и настойчивость, которые он показал на тренировках, были за пределами усилий Молодых Господ из остальных благородных семей города Тянсян; никто из них даже не был достоин сравнения!

Появление такой надежды в момент, когда семья Цзюнь медленно угасала... Как Дедушка Цзюнь мог не чувствовать себя в приподнятом настроении?

Пока Дедушка Цзюнь был в хорошем настроении, Домоуправляющий Старый Панг осторожно постучал в дверь.

С тяжёлым лицом он вошёл и сообщил, что принцесса Линг Мэнг прислала гонца с сообщением о происшествии.

Цзюнь Чжан Тиан сразу же послал за гонцом... Но, когда он встретил его, то увидел, что гонец весь в крови.

Это заставило сердце Дедушки Цзюнь нервно биться: видя нерешительную манеру речи гонца и его глаза, метавшиеся влево и вправо, он стал ощущать некое предчувствие беды; лицо Дедушки Цзюнь становилось всё более мрачным.

Старый Панг стоял у него за спиной со странным выражением, вызывая у Цзюнь Чжан Тиана ещё большее чувство, что что-то не так...

Под постоянным давлением от распросов гонец, наконец, сказал:

- “Труп Третьего Молодого Господина Цзюнь исчез...”

Такое простое и короткое предложение, но для Цзюнь Чжан Тиана оно было похоже на гром десяти тысяч Молний с Девятых Небес, ревущих в унисон!

Он всем телом задрожал и побледнел, а атмосфера вокруг него в мгновение затихла!

Старый Панг был удивлен, но к счастью был подготовлен.

Он тут же ущипнул и хлопнул Дедушку Цзюнь по груди, приводя его в себя.

Телохранитель вздрогнул и тут же опустился на колени, не решаясь на малейшее движение.. Все знали, как дорог был развратник Цзюнь Мосе сердцу Старого Цзюня.

Любая ошибка в обращении с ним могла привести к страшной катастрофе!

Дедушка Цзюнь, опомнившись, закашлял кровью; его лицо стало серовато-белого цвета, а глаза потускнели. Однако его рот не потерял свою силу, и он спросил глубоким голосом:

- “Что именно произошло? Расскажи мне всё медленно: не упусти ни одной детали..”

Хоть его голос и был низким, но слова были похожи на великую гору, давящую на тебя с огромной силой.

Гонец уже был сильно напуган; с мертвенно-белым лицом он медленно описал подробности произошедшего.

Пока он говорил, лицо Деда Цзюнь стало хмурым, не произнося ничего. После того, как охранник закончил говорить, Цзюнь Чжан Тиан слабо взмахнул рукой и сказал:

- “Ты можешь идти.”

Гонец отреагировал так, будто только что был помилован и отпущен,- он дрожал.Лишь позже он осознал, что вся его одежда пропитана потом!

В кабинете, Цзюнь Чжан Тиан закрыл глаза и поднял голову вверх, горько сглотнув.

Слезы скользнули из его морщинистых глазах...

Если бы Цзюнь Се был бы таким же невыносимым и глупым развратником, как оригинальный Цзюнь Мосе, то дед Цзюнь не так сильно бы страдал... Тогда бы Старик уже отказался от него; даже если что-то произойдёт, ну и что? Распад семьи Цзюнь был предрешён; раньше или позже, вот и всё..

Проблема заключалась в том, что Цзюнь Чжан Тиан был свидетелем просто невероятной трансформации собственного внука: он, наконец, увидел ослепительный свет, яркое сияние надежды! Он был радостно-возбуждённым и начал понимать, что семья Цзюнь могла снова подняться, когда вдруг пришла эта неожиданная новость, снова бросив дедушку Цзюнь в пучину отчаяния!

Учитывая ситуацию, нужно было ОЧЕНЬ много самоконтроля чтобы Дед Цзюнь не сошёл с ума на месте.

[Мосе умер, чтобы предупредить принцессу Линг Мэнг!]

Это был первый вывод дедушки Цзюнь.

Целью убийц была принцесса Линг Мэнг, и единственные, у кого на такое хватило бы смелости - это или три Принца, или враждебные силы других королевств.

Однако, текущая позиция КронПринца оставалась свободной, и три Принца за это место между собой постоянно конкурировали. При таких обстоятельствах в других королевствах точно не решились бы сделать такой радикальный шаг...

Таким образом, наиболее вероятными подозреваемыми были три Принца!

Это был его второй вывод!

Также, Принцесса должна была быть главным объектом покушения, но умер Мосе, а не Принцесса!Может ли быть, что это были враги Мосе из семей Ли и Менг? Они наняли убийц, чтобы разыграть такой сценарий?Было ли покушение на принцессу просто маскировкой?Это был третий вывод.

Мосе успел предупредить Линг Мэнг, но, в конечном итоге, умер, а принцесса осталась жива..

Это означало, что хотя Мосе и предупредил принцессу, но она не отправила на его защиту никого и сосредоточилась на защите себя... Таким образом, Мосе был легко убит!

Это был четвертый вывод!

Чем больше Цзюнь Чжан Тиан об этом думал, тем холоднее его лицо становилось, и тем острее блестели его глаза..

В конечным итоге выражение его лица стало свирепым!

[Почему мой внук, который предупредил её, в конечном итоге умер, в то время как эта проклятая девчонка нет?!

Я, Цзюнь Чжан Тиан, вступил в армию даже раньше, чем начал бриться, и уже тогда пробился через сотни и тысячи сражений!Я проложил свой путь к титулу Герцога через миллионы трупов; я бился в битвах, обречённых на провал, и побеждал!У меня было трое сыновей и три внука.... Но мои старший и средний сыны погибли, сражаясь за страну, а младший остался калекой на всю жизнь.. Из моих трёх внуков двое ушли воевать, и даже их тел не нашли.. А теперь, мой единственный оставшийся в живых наследник семьи умер ради Принцессы...

Это что, ТАК моя семья доблестных воинов закончит существовать?! Если это так, то ради чего мне жить? Моя семья падёт в любом случае....Я лишь могу утащить в Ад каждого, кто пытался разрушить мою семью, с собой!!]

Цзюнь Чжан Тиан стал смеяться горьким и скорбным смехом всё громче и громче, его лицо наполнилось слезами.. Затем он вдруг яростно вскочил, его красные от крови глаза метали молнии.

Взглянув в холодную ночь за окном, он повернулся и медленно побрёл, чтобы предстать перед портретом своей покойной жены. Он стоял и долго смотрел на неё; его рот подрагивал, будто он собирался что-то сказать, но в итоге решил этого не делать.

Он протянул руку в воздух, будто пытаясь что-то почувствовать, словно он хотел попрощаться в последний раз...

Дедушка Цзюнь Сильно зажмурил глаза и покачал головой в стороны, будто пытался сдержать что-то..

Он резко отвернулся и взял со стены свой меч, который был оставлен там уже очень давно.

Не оборачиваясь, он немедленно вышел из комнаты с мечом в руках!

И лишь две слезы упали на землю, разбиваясь на бесчисленные осколки!

На портрете, висящем на стене, была изображена старая женщина с по-матерински добрыми улыбкой и взглядом; во взгляде, казалось, была и печаль...

Ветер подул через окно, переворачивая портрет, показывая всю беспомощность былых воспоминаний..

Глава 70. Начало грозы.

Управляющий домом, Старый Панг запустил руку за стул Цзюнь Чжан Тиана и дернул за тонкую проволоку.

Бьющий в уши колокольный звон внезапно разнесся по всей резиденции Цзюнь. После, Старик Панг молча последовал за Дедушкой Цзюнь, сохраняя на лице холодное и решительное выражение.

Он уже понял, что Цзюнь Чжан Тиан станет делать дальше, и не собирался его останавливать.

Более того, он будет его сопровождать! Без недовольства и без сожалений да самых врат Ада!

На первом этаже, в спокойно стоящей коляске гордо и прямо сидел Цзюнь Вуй; пара мечей в его руках излучала желание убивать. С бесстрастным лицом он смотрел на отца, спускающегося вниз по лестнице.

Их глаза показывали одинаковую решимость, и они повернулись к выходу, не произнеся ни слова.

Слова были не нужны.

Во внутреннем дворе десятки тёмных фигур подбежали со всех сторон, построившись в три ряда. Они спокойно смотрели на Цзюнь Чжан Тиана.

Не важно что Цзюнь Чжан Тиана собирался сделать - они всегда будут следовать за ним...до самого конца!

Бесчисленные тени всё появлялись в ночи как призраки, собираясь в ряды и ожидая приказов.

Все скрытые силы, что были у семьи Цзюнь, на данный момент были мобилизованы без остатка.

Дедушка Цзюнь вышел вперед и тихо произнёс несколько слов. Люди, стоявшие в тени, внезапно исчезли без следа.

И лишь ветер пронзительно свистел...

Цзюнь Чжан Тиан, на секунду остановившись, глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Но для него воздух оказался заполненным густым смрадом свежей крови, из-за чего его сердце забилось сильнее.

Когда он вскочил на лошадь, его лицо оставалось холодным, как лед; его красный плащ развевался и в темноте казался пропитанным кровью.

Сопровождающие Старого Цзюня стражи молча оседлали лошадей и последовали за ним. Цзюнь Вуй точно рассчитанным движением ударил руками о коляску и, взлетев в воздух, упав прямиком в седло своего коня.

Щелкнув поводьями, он направил коня за остальными.

Вскоре Цзюнь Чжан Тиан сидел на возвышении в открытой командной палатке, ожидая сбора своей армии. Снаружи грохотали сорок барабанов, призывающих воинов на битву.

Услышавшие звуки барабанов солдаты по всему городу одевали военную формы, шлемы и панцири; они седлали коней и с оружием в руках отправлялись к месту сбора.

Прибыв на место и спешившись, они становились в строй, бесстрашно ожидая приказов.

Солдаты все прибывали, но ни один из них не произнёс ни слова. Все они внимательно смотрели на Великого Маршала, сидевшего перед ними; их глаза излучали невероятное пламя фанатизма!

[Старый Маршал! Слишком давно... Слишком давно мы не слышали грохота этих Барабана Призывающего Генералов! Бушующее пламя сражений...мы ждали его!]

И вдруг, грохот барабанов прекратился.

Генералы стояли на возвышении рядом с Цзюнь Чжан Тианом, внимательно ожидая приказов. Вокруг них на ветру развевались и хлопали десятки знамён и флагов; звуки этих хлопков в свисте ветра напоминали плач тысяч человек!

Цзюнь Чжан Тиан встал, и подойдя к краю возвышения, спросил, оглядев каждого солдата острым взглядом:

- "Все собрались?"

Сотни солдат одновременно крикнули:

- "Так точно! Все ждут приказов Великого Маршала!"

- "Очень хорошо! Сегодня я собираюсь перевернуть землю и сотрясти небо!" - острые глаза Цзюнь Чжан Тиана сверкнули жаждой убийства: "Все капитаны, слушайте!"

- "Да!"

- "Чен Зоунан!"

- "Здесь!"

- "Твои силы будут удерживать Западные Врата! Без моего приказа НИКОМУ не разрешается покидать город! Если кто нибудь попытается прорваться - уничтожить бунтовщиков без всякой жалости!"

- "Приказ понял!"

- “Цзюнь Нянфэнг!”

- "Здесь!"

- "Ты отвечаешь за Восточные Врата."

- "Приказ понял!"

- “Зан Цзитянь!”

- "Здесь!"

- "Северные Врата!"

- "Так точно!"

- “Чань Линьюй!”

- "Здесь!"

- "Южные Врата!"

- "Остальные - следуйте за мной..."

Команды были отданы. Каждый названный делал шаг вперед, получал команду и отправлялся её исполнять. Ни один из командиров не спрашивал, что происходит!

Все они служили под командованием Цзюнь Чжан Тиана раньше и были основой военной силы семьи Цзюнь: они выполнят любые приказы, не задавая лишних вопросов!

Даже если это будет стоить им жизни!

Особенно это касалось Чен Зоунан, Цзюнь Нянфэнг, Чань Линьюй и Зан Цзитянь - эти четверо были самыми компетентными полководцами в армии старого Цзюня. Они были известны, как группа беспредельно гордых военных маньяков с железными нервами... Единственный, кто мог отдавать им приказы был Цзюнь Чжан Тиан.

Независимо от того, законно это или нет, справедливо или не очень, они исполнят все до конца!

После того, как генералы отправились к своим войскам, в глазах Цзюнь Чжан Тиан появился лёд.

[Мосе, посмотри - твой дедушка всем за тебя отомстит!

Сегодня, те, кто были врагами и те кого я подозреваю в твоей смерти... Они дорого заплатят за всё...]

Поскольку грохот барабанов был оглушительным ...

Во дворце Император королевства Тянсян - Ян Хуайю - проснулся и удивленно спросил: "Что это за звук?"

Его Величество Император, находившийся в самом рассвете сил, и ранее сталкивался со многими военными проблемами; сейчас его интуиция кричала о внезапно возникшем кризисе. Казалось, должно случиться нечто ужасное!

Снаружи, женской голос ответил:

- "Докладываю Вашему Величеству, это напоминает...звук барабанов войны."

- "Звук барабанов войны?"

Император нахмурился, но вдруг шокировано произнес: "Барабаны войны? Барабан Призыва Генералов!"

Его лицо побледнело. Он выкатился с кровати и второпях накинул поверх нижнего белья свой плащ. Он снова вслушался в звук барабанов, и его лицо омрачилось.

Цзюнь Чжан Тиан!

Всего за мгновение Император смог понять, что это был звук барабанов войны Цзюнь Чжан Тиана! Его Барабан Призыва Генералов был единственным в городе, способным произвести такой впечатляющий и одновременно ужасающий звук.

К тому же только барабаны войны Цзюнь Чжан Тиана могли обладать столь мощным влиянием, достаточным, что бы пошатнуть власть во всем королевстве Тянсян!

"Что произошло сегодня? Чего я не знаю?" Лицо императора стало угрюмым, и он медленно начал расспрашивать. В потоке событий, неважно что случается, он должен поддерживать видимость спокойствия и никогда не показывать беспокойства. Но сначала следует выяснить, почему Цзюнь Чжан Тиан приказал барабанить в барабаны войны именно сейчас! Узнав это, он сможет понять какими мерами он сможет разрешить возникшую проблему.

Шесть дворцовых слуг упали на колени, никто из них не смог ответить на этот вопрос:

- "Мы не знаем.."

- "Так идите и узнайте!"

- "Докладываю Вашему Величеству: припоминаю, что два часа назад принцесса Линг Мэн просила аудиенцию с Вашим Величеством. Мне неизвестно о причинах её просьбы."

Из-за спины Императора вышел евнух и произнес это так, словно это была жалоба.

- "Линг Мэнг? Что с ней случилось? Она не какая-то избалованная, капризная девчонка; если бы не случилось что-то серьёзное, она не стала бы беспокоить меня в такой поздний час! Почему никто не сообщил мне об этом? Кто настолько самонадеян, что посмел вмешаться в мои дела?"

Император понял, что здесь было что-то необычное.

Евнух промолчал, но его глаза выразительно переместились в сторону императорской кровати.

- "Немедленно снова вызвать Линг Мэнг!"

- "Да!"

- "Наложница Мэнг! Быстро сюда!" - закричал Император в ярости.

Красавица в одежде из полупрозрачной тканью подбежала и бросилась на колени.

- "Скажи мне - Линг Мэнг искала меня? Почему ты её остановила?" - глаза Императора сверкнули льдом.

- "Принцесса.. Она сказала, что кто-то пытался её убить, но я..я видела, что она не пострадала, и даже разговаривает в обычной манере, так что я посчитала, что это лишь её капризы. Кроме того, Ваше Величество уже спал, и я...не посмела беспокоить вас.." - ответила наложница Мэнг дрожащим голосом.

- "Моя дочь пострадала от покушения, а ты не дала ей повидаться с отцом, и ещё набралась наглости сказать, что она капризна? Хехе ... Ты довольно внимательная наложница." - произнес Его Величество нежным голосом, казалось что он тронут всем, что тут произошло.

Но наложница Мэнг, стоявшая перед ним на коленях, задрожала от страха. Она знала, что когда Его Величество говорит подобным тоном, то чья-то голова скоро слетит с плеч!

Император подошел к ней и нежно прошептал на ушко:

- "Я знаю, что кто-то, вроде тебя, не осмелится на подобное. Но....неважно, что именно обещал тебе твой господин - ты этого никогда не получишь, я тебе это обещаю!"

Наложница Мэнг была охвачена ужасом, её ноги ослабли и она упала на пол.

- "Приказываю - изгнать наложницу Мэнг и отправить её в Холодный Дворец! Никто не должен контактировать с ней!"

Лицо императора оставалось спокойным, пока он объявлял о незавидной судьбе наложницы Мэнг, что ранее распоряжалась тысячами людей.

- "Отец-Император!" - бросилась принцесса Линг Мэнг к Императору; её волосы беспорядочно развивались.

- "Не нужно так нервничать, просто расскажи мне, что случилось сегодня. Проходи, поговори со своим отцом, расскажи мне все детали..." - любезно улыбнулся Император, глядя на свою дочь, как будто минутой ранее ничего не произошло; холод исчез из его глаз.

Глава 71. Сердце Императора.

По мере того, как Принцесса Линг Мэнг описывала случившееся, лицо Его Величества становилось все серьёзнее и серьёзнее, и в его глаза возвращался холод.

Немного наклонив голову, он спокойно слушал, не делая ни малейшего движения, способного отвлечь Принцессу.

Это был вопрос безопасности его собственной дочери. Кроме того, в это оказался вовлечен еще один влиятельный человек..

Этот человек редко вмешивался в политические вопросы, но его влияние и последствия от его редких вмешательств были слишком велики; сам Император был вынужден закрывать на это глаза.

И, хотя собственная дочь Императора пережила покушение, Его Величество должен, прежде всего, беспокоиться о плейбое и развратнике.

В королевской семье любовь невозможна? Как печально...

Наконец ...

- "По твоим словам, Цзюнь Мосе подошел к тебе, чтобы предупредить о готовящемся покушении?" - спросил Император.

- "Да. Хотя я не могу быть уверена, но считаю, что намерения Цзюнь Мосе были однозначны. Возможно, он заметил какие-то признаки предстоящего нападения.." - тихо, но уверенно ответила Принцесса Линг Мэнг.

- "Признаки... Учитывая бесполезность Цзюнь Мосе, как бы он сумел заметить какие-то признаки?... Ну не важно, сейчас это мелочи. Как бы там ни было, появился посторонний эксперт, спас Цзюнь Мосе и унёс его с собой, верно?" - глаза Императора обрели загадочную глубину.

- "Все верно, Отец-Император"

Принцесса Линг Мэнг знала, что Его Величество намеренно избегал упоминания Йе Гухане, хоть и знал о его существовании. Раз так, то и Принцесса не стала упоминать его имя в разговоре.

- "Если это так... то почему тогда Цзюнь Чжан Тиан сходит с ума? Он даже задействовал Барабан Призыва Генералов, не взирая на последствия!" - продолжал размышлять Император: "Если его внук всё ещё жив, и семья Цзюнь не останется без потомства, то почему он так действует? Получается, что он просто..."

Его Величество встал и медленно прошел пару шагов, потирая пальцами свой лоб. Император продолжил:

- "Его внук не умер, но Цзюнь Чжан Тиан необъяснимо впал в бешенство... Ясно только то, что Цзюнь Мосе еще не добрался до дома. Хм, я считаю, что Цзюнь Чжан Тиан получил известие об опасности, которой подвергся его внук и, поскольку Цзюнь Мосе не возвращался так долго, впал в бешенство.... Хе-хе, кажется, я недооценил заговорщиков. Сколько птиц они пытались сбить одним камнем?" - холодно улыбнулся Его Величество.

Внезапно Принцесса Линг Мэнг кое-что вспомнила, и ее красивое личико побледнело. Как оказалось, реальные последствия этого недоразумения были куда опаснее, чем она могла себе представить.

- "Раз жизнь Цзюнь Мосе оказалась в безопасности, тогда почему ты не послала сообщение об этом семье Цзюнь? Девочка, ты отнеслась к этому слишком небрежно... Ты вспомнила что-то еще?" - видя как побледнело лицо Принцессы, Император улыбнулся, пытаясь подавить свой гнев.

Но его брови и глаза уже выдавали признаки его внутренней ярости: его дочь всегда действовала безупречно, от чего же сегодня она совершила такую ошибку? Это покушение ТАК сильно напугало её?

- "Отец-Император, до того как нашелся труп Цзюнь Мосе...ах, я имею в виду когда мы не могли найти тело, я...я отправила посланника сообщить о произошедшем к Герцогу Цзюнь. И, только когда посланник уже ушел, появился какой-то старый эксперт и унёс с собой израненное тело Цзюнь Мосе.." - запнулась Принцесса, словно сглотнув ком в горле.

- "А что потом? Посланник был отправлен, но оказалось, что Цзюнь Мосе остался жив, почему ты не сделала ничего, чтобы исправить это?"

Император разочарованно посмотрел на дочь. В то же время он обдумывал кое-что ещё и, размышляя, тщательно скрывал удивление в своем сердце:

[Какой-то старик? Может ли быть, что кто-то кроме Йе Гуханя защищает мою дочь? Если это действительно так...]

Его Величество Император строил гипотезы на этот счет, но выражение его лица оставалось невозмутимым.

Принцесса Линг Мэнг продолжила:

- "Учитывая, насколько большие последствия может иметь распространение такой новости, мною были предприняты шаги, чтобы исправить ошибку. Тем не менее, все мои телохранители были изранены.. По этой причине я доверила Муронг Сянчжуну отправить сообщение старшему семьи Цзюнь дабы сообщить ему, что Цзюнь Мосе всё ещё жив. Если уважаемый Герцог ещё не получил это известие, то, вероятно..."

- "В это было трудно поверить, но единственное разумное объяснение этому состоит в том, что Муронг Сянчжун не послал никакого гонца, что бы донести хорошие новости до семьи Цзюнь. Иначе не сложилось бы текущей ситуации..."

Его Величество тяжело вздохнул. Следы дикой ярости на мгновение появились на его лице, но так же быстро исчезли:

- "У меня больше нет вопросов, тебе следует немного отдохнуть." С этими словами он погладил Линг Мэнг по волосам. Теперь Император мог взглянуть на свой дворец иначе.

Его Величество вдруг почувствовал, что все эти, казалось бы, многообещающие дворяне нового поколения на самом деле были просто мусором.

[В этот раз покушение оказалось довольно странным, и содержало множество необычных событий, хе-хе...]

Его Величество принял решение, и его взгляд стал острым, как лезвие!

[Я полагаю, пришло время "отмыть" дворец..

Интересно, если в качестве средства для мытья использовать человеческую кровь, он будет сиять ярче?]

Звук барабанов в дали стих. Весь мир объяло устрашающее предчувствие.

[Цзюнь Чжан Тиан, я надеюсь ты не создашь мне еще больше проблем...]

Тяжелое выражение промелькнуло в глазах Императора и так же быстро исчезло.

Смотря в спину уходящей дочери, его Величество скрестил руки на груди и ненадолго задумался. Внезапно он сказал:

- "Тень, иди и разведай все. Не вмешивайся, куда не следует, но обязательно передай Цзюнь Чжан Тиану, что его внук всё ещё жив. Если он хочет выразить свой гнев -то всё в порядке, но он не должен заходить слишком далеко! Хм, раз уж ты всё равно идешь к нему, то я черкну ему пару строк... Эх, все эти годы были слишком мирными и этот старый солдат, за неимением выхода, всё продолжал копить свой гнев..."

Его Величество взял перо и написал на бумаге несколько слов. Протянув записку, он сказал: "Иди."

Дунул порыв ветра, и рядом с Императором проявилась почти воображаемая фигура, состоящая из теней. В какой-то миг бумажка исчезла из руки Императора, и в ту же секунду слабая тень мелькнула и пропала, выскользнув из дворца, как стрела из лука.

- "Я позволю тебе тешить твою самонадеянность, но я также воспользуюсь твоим мечем!" - тихо прошептал Император, и нетипичная хитрая улыбка отобразилась на лице Его Величества.

Император всегда тщательно составлял свои планы.

Тем не менее, он действительно недооценил степень ярости Цзюнь Чжан Тиана! Кроме того, его сообщение несколько опоздало ...

- "Отправить послание великому генералу Дугу Вуди."

Император громко вздохнул:

[Эх, пока я оставлю всё в состоянии хаоса. Надеюсь, что те, кто достаточно умён, предпочтут не высовываться. Что же касается тех, кто не в состоянии правильно оценить ситуацию..их не имеет смысла останавливать. Вероятно, они просто не имеют того уровня знаний, которым должны обладать все мои дворяне.

Не то, чтобы я не позволял им "играть в интриги"... Наоборот, только те, кто выйдут победителями, могут считаться способными людьми. Тем не менее, они должны знать свое место. Тех, кто начинает творить беспредел - ждет катастрофа...]

...

После того, как Принцесса Линг Мэнг покинула Императора, она вернулась в свою спальню. Только сейчас она поняла, что всё, о чем спрашивал её Отец-Император, касалось семьи Цзюнь; все вопросы были связаны с Цзюнь Мосе.

Он не задал ни одного вопроса о том, что происходило с любимой дочерью Его Величества, которая и была главной мишенью покушения!

Почему?

В покушении было слишком много странного. Это покушение на нее - саму Принцессу Империи, возможно было вызвано другими принцами. Возможно ли, что для отца, покушение на его дочь играло не менее важную роль, чем благополучие семьи Цзюнь?

Или её Отец-Император избегал упоминания чего-то? Или ...

Вспомнив таинственный отблеск в глазах своего отца, Принцесса Линг Мэнг на мгновение содрогнулась.

[К счастью, дядя Йе и тот таинственный эксперт защитили меня...]

Почувствовав себя огорченной, Принцесса опустила руку в свое декольте и извлекла три маленьких и изысканных метательных ножа. Проведя пальцами по их поверхности, она отметила, что ножи были той же длинны, что ее ладони; их тонкие красивые лезвия слегка изгибались, подобно тонким слоям нарезанного репчатого лука. Даже если сложить их вместе их, совместная толщина оставалась удобной для сокрытия.

Принцесса Линг Мэнг чувствовала любопытство. Как мог такой маленький нож излучать настолько мощное присутствие, что это заставило группу кровожадных убийц отступить без боя?

Нож лежал в тишине, его поверхность отражала свет лампы, испуская красочный и ослепительно-кристаллический блеск. Если бы кто-то увидел этот метательный нож, он бы разумеется предположил, что это только красивая игрушка, принадлежащая кому-то из детей, родившихся в богатой семье.

Кто мог предположить, что это было оружие, используемое абсолютным мастером?!

[Однако, я определенно узнаю столь уникальный нож, если подобный вновь появится передо мной] - радостно подумала про себя Принцесса Линг Мэнг. Ее сердце наполнилось чувством тоски и ожидания: [Этот абсолютный мастер, которого уважает даже дядя Йе... Интересно, что он за человек?]

Глава 72. Семья Дугу.

Великий Генерал Дугу Вуди направлялся обратно домой в растерянности; его разум был в замешательстве. Когда Дугу Вуди, бывший в военных казармах за пределами города, услышал звук барабанов войны, то тут же собрал группу солдат и вместе с ними поскакал в город.

И первое, что он сделал по прибытию в город - направился к императорскому дворцу просить аудиенции у Императора.

Он уже отдал команду своим солдатам готовиться к войне. Если Цзюнь Чжан Тиан восстал, то только военные силы семьи Дугу будут способны защитить императора.

Они так же будут единственной силой в городе, способной сдерживать войска Цзюнь Чжан Тиана!

Тем не менее, Его Величество был спокоен: он даже не сообщил своего мнения о действиях главы семьи Цзюнь.

Это сильно озадачивало генерала Дугу.

Текущая ситуация становилась всё более серьёзной. В любой момент может произойти смена правящей власти королевства Тянсян, даже императорский дворец может быть захвачен.

Но его величество сказал только три слова: "Не нужно спешить!" После чего Его Величество отправил генерала Дугу домой, что бы тот посоветовался со своим отцом.

Его Величество даже не позволил ему вернуться в свои казармы и даже запретил пытаться организовать оборону имперского дворца - эти действия могли лишь всё ухудшить.

Дугу Вуди чувствовал, что у него кружится голова.

В таком подавленном состоянии он, наконец, добрался домой. Прежде чем пройти в свои личные апартаменты, он отправился на поиски своего отца, Дугу Цзёнхэна.

Но результат поисков оставил Великого Генерала, способного командовать сотнями тысяч солдат, крайне смущенным...

- Ты свинтус! Пустоголовый баран! Ты вытащил меня из постели ради такой маленькой проблемки? Что за бесполезный сын! Непокорное животное! Как я мог произвести такого бесполезного дылду, как ты?.. В следующий раз, когда ты выйдешь из дома, не смей утверждать, что ты - мой сын! Не вздумай этим меня позорить!

Дедушка Дугу был крайне взбешен - его голос поднялся до такой степени, что его могли слышать во всей резиденции.

Его слюна брызгала по все стороны, а палец с каждым словом тыкал в голову Дугу Вуди, и каждый такой тычок откидывал голову сына назад.

- Ты вообще пытался использовать свою свиную голову, чтобы ДУМАТЬ? Или в ней куча собачьего дерьма? Бунтарь? Что за чушь! Позволь мне просветить тебя: даже если наша семья пожелала бы восстать, Цзюнь Чжан Тиан ни за что бы не стал бунтовать!.. Даже если сам Император захочет восстать против него, Цзюнь Чжан Тиан все равно не станет бунтовать! Тащи отсюда свою жалкую задницу и ложись спать! Я слишком стар, чтобы объяснять тебе снова и снова, чтобы ты понял!.. Глупая ты свинья! Сукин сын!

В конце концов, Великого Генерала Дугу Вуди выгнали.

Дедушка Дугу сердито развернулся и пошел обратно в постель, но тут же из комнаты донесся свирепый голос:"Ты отупевший старикашка! Что ты сейчас сказал, сукин сын? И кто же мать Вуди? Если Вуди свинья, то что ТЫ за зверь такой?! Есть в твоей голове что-нибудь, кроме собачьего дерьма?! Ты свинья! Ты действительно глупая свинья!".

После этого послышались звуки нескольких ударов.

Великий генерал Дугу Вуди крикнул в комнату, потирая ягодицы: "Бей его посильнее! Поделом ему!"

Тем не менее, Дугу Вуди вернулся в свои комнаты в полном замешательстве, совершенно не понимая, что же происходит.. Его собственный двор был заполнен шумом и ярким светом, и его жена и третья наложница все ещё бодрствовали. Видя, что он вернулся, они быстро подбежали к нему. Расспросив их, он узнал, что его дочь прибежала домой заплаканная, её слезы лились словно водопад и сколько бы они не восхищались её красотой, даже это проверенное средство не работало.

После она заперлась в комнате и не вышла наружу до сих пор. Судя по всему, кто-то над ней поиздевался.

Дугу Вуди, который и так чувствовал себя крайне подавленным, вдруг впал в ярость: [Почему всё, что сегодня случается, происходит как-то наперекосяк? Кто во целом городе Тянсян посмел издеваться над моей девочкой?.. Я мобилизую всю свою армию, чтобы уничтожить вас!]

В сопровождении своих жён он ворвался в комнату своей дочери, и она, наконец, перестала плакать. После, выпив чашку супа, она окончательно успокоилась.

- Кто были те, кто посмел обидеть мою дочь?! Скажи мне их имена! Я уничтожу их всех!

На лице Дугу Вуди сейчас было чрезвычайно свирепое выражение. Видя, что его доченька плакала так долго, что её глаза опухли, он чувствовал, как болит его сердце. И тогда он безмолвно взревел: [Я жажду излить всю эту ярость на кого-нибудь!]

"Отец,"- посмотрела Дугу Сяо И на отца и продолжила: "Ты должен помочь мне добиться справедливости!"

Дугу Вуди вдруг окружили мрачные предчувствия: [Может ли быть, что кто-то...]

Он стал очень нервным.

- Кто это был?

- "Кто же ещё, если не этот вонючий паршивец Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь! Сегодня он спровоцировал меня так, что я чуть не умерла от ярости! Отец, ты должен помочь мне восстановить справедливость!" - обиженным тоном высказала это Дугу Сяо И.

Держа в себе обиду на протяжении всего дня Дугу Сяо И ждала отца, чтобы пожаловаться на своего обидчика.

После она попросит отца отправить всех её братьев, чтобы те избили Цзюнь Мосе и забрали у него Метеоритное железо.

Она знала, что просить об этом её мать бесполезно, так как она никогда не согласилась бы с подобным. И она спланировала пожаловаться отцу.

Услышав слова Сяо И, Вуди облегчённо вздохнул: [Оказалось, что я зря волновался. Ах, я чувствую себя намного лучше, узнав, что этого* не произошло...]

Потом он нахмурился и сказал:

- Хехе, моя замечательная дочь, если бы это был кто-то другой, я без сомнений сделал бы то, что ты хочешь. Да будь это даже один из Принцев, я бы поймал и избил его ради тебя... Но если это Цзюнь Мосе, то всё становится куда сложнее, учитывая текущую ситуацию..

Разумеется, это было бы непросто. Сейчас даже Цзюнь Чжан Тиан не мог сказать, где находится его внук. Как Дугу Вуди смог бы его найти??

А даже найди он Цзюнь Мосе, то у него не хватит смелости, что бы избить его! На сей раз он был полностью растерян ...

- Может быть отец боится семьи Цзюнь? Ах, моя жизнь настолько печальна! Ааррг, я так сердита, что могу умереть на месте!

Дугу Сяо И снова стала плакать. Она повернулась в другую сторону и даже отвернула лицо. По неизвестной причине, всякий раз, как она вспоминала лицо Цзюнь Мосе, она чувствовала желание его избить.

Необъяснимая ярость поднималась внутри её сердца, порождая желание сбить отвратительную улыбку с его лица.

"Ох! Это не так" - видя, что его дочь снова плачет, Вуди почувствовал себя беспомощным и попытался всё объяснить:

- Что до этого поганца... На самом деле мы даже не знаем, жив он или нет....мы даже не можем его найти. Будем ждать, пока он не объявится, и уже тогда будем действовать. Разумеется, отец поможет своей дорогой дочурке получить её месть! Мы хорошо проучим это отродье!

- А? Вы не знаете, жив он или нет? С ним что-то случилось?

По какой то неясной причине Сяо И почувствовала болезненный укол внутри. Она обернулась и посмотрела на отца; чувство тревоги заполнило её сердце...

[Почему я так опасаюсь за него?]

- Я слышал, что принцесса Линг Мэнг сегодня подверглась покушению. Этот ублюдок, не знающий, когда нужно остановиться, попытался предупредить принцессу... В итоге принцесса была спасена, но больше всего пострадал сам развратник.

Дугу Вуди ликовал и не обратил внимания, что услышав эти слова лицо его дочери побледнело, а её маленькие ладошки сжались вместе. Дугу Вуди продолжил: "...Его ударили мечом в грудь, а после этого убийца Серебряного уровня добавил пару ударов ногами.. Но в конце концов его кто-то забрал и унёс.. Сейчас мы даже не знаем, где он. И насколько я понимаю, жизнь поганца сейчас висит на волоске."

Дугу Сяо И слегка застонала и словно окаменела; она вдруг почувствовала, будто в её сердце выросла бесконечная пустота.

Её разум оказался в полном раздрае, ни одно слово, произнесенное её отцом, больше её не касалось. Даже его голос казался ей далеким и неразборчивым...

- Не нужно беспокоиться! Если паршивец ещё жив, твой отец поймает и приведет его тебе, чтобы ты лично смогла надрать ему задницу! Бей, пока не сломаешь, хахаха...

Дугу Вуди счастливо засмеялся. Именно в этот момент он понял, что что-то не так с его дочерью; он протянул руку и помахал ей перед глазами "Сяо И? Сяо И?"

"Ах? Что!"

Дугу Сяо И казалась удивленной, словно только что очнулась ото сна. Её лицо успокоилось, и она медленно легла на кровать:

- Отец, я чувствую себя немного усталой.. Я хочу спать..

- Что ж, хорошенько выспись. Когда ты проснёшься, все будет в полном порядке. Отец должен пойти выпить вина, чтобы смыть это неприятное ощущение. Сегодня был очень плохой день...

Дугу Вуди покачал головой и вышел, не обращая внимания на то, что с его дочерью происходит что-то неправильное.

Сяо И накрылась одеялом и лежала неподвижно. Её мать и некоторые из её теток тихо говорили ей какие-то слова, но Сяо И не понимала, что они говорили.

Её сердце было в хаосе; она не могла понять, что с ней твориться или объяснить причину, по которой ей хочется плакать. Слезы молча текли из глаз, и её подушка всё больше становилась влажной.

Она даже не поняла, когда её мать и тетки вышли из комнаты...

[Может ли.. Может ли он быть на самом деле...мёртв? Но... Но я, я до сих пор...]

Глава 73. Всесторонняя резня.

Лицо Цзюнь Чжан Тиана выражало лишь жестокость, а всё его существо излучало намерение убивать. Покинув военную площадь, он пошел к своей лошади.

Было несколько мест, которые он намеревался осмотреть лично.

Ещё он должен был лично предать тело своего внука огню: только так он мог утешить душу умершего внука на небесах!

Вдруг ночная темнота, казалось бы, пришла в движение; шевелящаяся фигура, темнее ночи, таинственно появилась из ниоткуда.

Даже стой этот человек прямо перед Дедушкой Цзюнь, тот не смог бы различить черты его лица.

- “Тень? Почему ты здесь? Тебя послал Его Величество?” - обернулся и спросил Цзюнь Чжан Тиан.

- “..Это подарок от Его Величества,” - Тень поднял руку и кусок белой бумаги поплыл к руке Цзюнь Чжан Тиана.

Казалось, на чёрном расплывчатом лице проступила улыбка, и он заговорил своеобразным страшным голосом. Голос превратился в невидимую нить, а затем влился в уши Цзюнь Чжан Тиана:

- “Его Величество сказал, что ваш внук еще жив! Также, его Величество приказал мне передать вам одно слово: Умеренность!”

На последнем слове он сделал упор. Говорил он сухо и его голос словно бы был пронизан чувством новизны, будто он не привык говорить так много.

- “Мосе жив?!”

Цзюнь Чжан Тиан был в восторге, но неожиданно он вспомнил о том, что он доверил одному человеку безопасность Мосе: [Может быть это он был тем, кто спас моего внука?]

Цзюнь Чжан Тиан сделал шаг вперёд и спросил с тревогой:

- “Тень, в каком состоянии мой внук?”

Тень уже развернулся и собрался уходить; казалось, он не желал останавливаться. Даже будь человек перед ним самой могущественной персоной во всех вооруженных силах, он бы не остановился.

Однако, услышав вопрос Цзюнь Чжан Тиана, он неохотно ответил:

- “Еще жив, но тяжело ранен!”

Сказав это, он покачал головой. Потом он перевёл взгляд на Цзюнь Вуя, который был рядом с Цзюнь Чжан Тианом; выдал “хех”, и бесследно исчез.

Вспыхнувшая искра надежды в Цзюнь Чжан Тиане была тут же погашена ведром ледяной воды! Цзюнь Чжан Тиан почувствовал себя в бессознательном шоке.

Глаза Тени, смотрящие на Цзюнь Вуя ,казалось, посылали немое сообщение: [Хотя Цзюнь Мосе и не умрет от полученных травм, его состояние не лучше, чем у Цзюнь Вуя]

Сердце Цзюнь Чжан Тиана вновь стало безжизненным - только вернувшее теплоту, оно вновь замерзло! Может ли быть, что единственный наследник семьи Цзюнь тоже станет калекой?

С такими мыслями в голове сердце дедушки Цзюнь взорвалось ещё более неистовой яростью!

Если он не ошибался, то те, кто всегда выступал против его внука, так это семьи Ли и Мэнг!

[Имел я вашу бабушку! Меня не волнует, имеете ли вы и сегодняшнее происшествие какую-либо связь.. Я просто разделаю всех вас, как рыбку для суши!! Для вас этот день станет ОЧЕНЬ неудачным!]

В душе Цзюнь Чжан Тиан громко сыпал проклятьями. Вскочив на коня, он крикнул, скрипя зубами:

- “Солдаты, за мной! Мы устроим облаву!”

... ... ... Тень взглянул на Цзюнь Вуя, не для того, чтобы передать деду Цзюнь какое-то "сообщение". У него был другой мотив...

Этой ночью должна пролиться кровь!!

Ярость Цзюнь Чжан Тиана пронзит небеса и накроет всю столицу кровавым дождем!

...

Боевые кони скакали по столице; одну за другой резиденции многих высокопоставленных чиновников поглотил огонь.

Воздух наполнили звон оружия и крики несчастных...

Множество мужчин в чёрном начали двигаться в темноте еще до появления Тени. Как призраки, они проникали в резиденции судебных чиновников...

Некоторые из резиденций не имели даже возможности сопротивляться, и чиновники падали, не успевая выхватить меч; брызги крови разлетались во все стороны...

Два помощника министра правосудия, Менг Жию и Ли Цяо были членами фракции Мэнг и Ли соответственно. Они также являлись сторонниками Старшего Принца.

Обычно они были очень недружелюбны по отношению к семье Цзюнь, но сегодня их семействам сильно досталось.

Барабаны становились всё громче.

Несколько человек в чёрном запрыгнули в резиденции этих двух судебных чиновников. От стражи у ворот и далее тени оставляли лишь лужи крови; прежде чем вломиться в спальню, тени прошли в главный зал. Двое жалких придворных чиновников даже не успели ничего сказать, ведь их головы уже отделили от тел..

К счастью, члены их семей были помилованы, но их резиденции подожгли, а пламя ярко освещало ночь...

Один из нынешних императорских надзирателей - Те Ян, всегда был в хороших отношениях с Цзюнь Чжан Тианом: его сын последовал за Цзюнь Чжан Тианом на войну, но, в итоге, из-за нарушения законов военного времени был обезглавлен.

Это происшествие заставило Те Яна возмущаться в течение многих лет. Услышав звук военных барабанов он подумал, что, наконец, получил шанс отомстить Старому Цзюню.

Быстро выбравшись из постели, он оделся и начал работать над обвинительным прошением.

Но, не успел он дописать, как в его окно внезапно ворвались несколько призракоподобных мужчин в масках и чёрных одеждах.

Они схватили прошение и с насмешкой посмотрели на него. Свернув прошение, они затолкали его в горло старику, а после разрезали его шею вместе с прошением!

Еще один Имперский надзиратель - Чжоу Мен Чен, занял этот пост после того, как Цзюнь Вуй проиграл войну и стал инвалидом. Он обвинил Цзюнь Вуя в неумелом командовании, что привело к отстранению Цзюнь Вуя от военных обязанностей...

Сегодня вечером Чжоу Чен Мен выпил немного вина и уснул вместе с одной из своих наложниц, ведь сегодня был его день рождения. Неожиданно, он вскочил, в чем мать родила.

Его "достоинство" было отрезано, а сам он получил смертельный удар мечом в сердце. Позже, его подвесили за ноги на одном из больших деревьев в его резиденции.

Глаза покойного не закрыли, дабы он и после смерти мог видеть пламя, пожирающее его дом...

Еще две семьи, которые когда-то были частью фракции семьи Цзюнь, услышав звук Барабана Призыва Генералов, переметнулись к фракции Второго Принца.

Цян Вангуан и Ву Юн - двое хорошо осведомленных мужчин, которые знали как обычно действует Дедушка Цзюнь. И, хотя их резиденции были довольно далеко от городских ворот, они приняли мудрое решение - немедленно покинуть город!

Быстро собрав необходимые вещи, они направились в сторону городских ворот, планируя сбежать посреди ночи и залечь на дно... Однако, когда они подъехали к городским воротам, то оказались окруженными армией!

Офицер, возглавлявший солдат, выкрикнул приказ: «Поймать убийц!», рукой махнув лучникам выпустить заградительный огонь. Он не дал никому и шанса объясниться!

У южных ворот, более ста членов семьи Цянь от стрел стали похожи на ‘дикобразов’, их лица навечно застыли в гримасах боли...

У западных ворот были убиты около шестидесяти членов семьи Ву; их трупы после боя оказались изуродованы ещё больше...

Но после боя их тела облили маслом и сожгли. Зловоние горящих трупов быстро поднялось до самого неба...

Рядом с трупами поставили два высоких деревянных знака с надписью: "Расплата убийцам!"

Ещё один неудачливый Императорский Надзиратель проснулся посреди ночи и пошёл в туалет... На следующий день он был найден подвешенным с голыми ягодицами так, что голова его была глубоко в яме с экскрементами...

Можно было только догадываться, сколько времени ему потребовалось, чтобы задохнуться...

Эти чиновники, занимавшие высокие позиции, на данный момент превратились в овечек, окруженных ордой голодных волков!

В эту ночь всем казалось, будто пламя из Ада охватило всю столицу! Бушующее пламя ярости деда Цзюнь полностью поглотило улицы!

Масштабы того, что происходило, выходили за рамки ожидания Его Величества. Когда Император получил доклад, то мгновенно пришёл в ярость и разбил всё, до чего доставали руки...

Тайные силы семьи Цзюнь буйствовали, как стая кровожадных призраков.

В эту ночь хаос, кровь и смерть смешались в пламя, охватившее столицу; демонстрация тайных возможностей семьи Цзюнь потрясла всех видных представителей столицы.

Многие из них были сильно ранены, а большинство тряслись от страха, но все они разделяют одну мысль: [..Что мы вообще можем сделать против такой непреодолимой силы?]

Возможно, они должны рассмотреть вопрос о создании новой группы защитников для своих домов.

Это было особенно хорошо для трёх Принцев; каждый из них призвал своих союзников провести срочное совещание. Огромная мощь, принадлежащая семье Цзюнь, заставила глаза каждого из Принцев налиться кровью от мысли:

[..Если бы только я смог получить такую власть...]

Однако в разгар дискуссии их дворец вдруг охватило пламя; после этого бесчисленное количество отрубленных голов полетело внутрь, обагрив кровью пол.

Трое Принцев испугались не на шутку, и приказали Дворцовой страже обыскать округу.. Однако, те ничего не нашли.

Кроме того, когда они попытались искать снаружи, то были вынуждены вернуться из-за солдат семьи Цзюнь, патрулирующих город...

Естественно, среди больших семей были и исключения. Например, семья Ли, семья Мэнг и семья Сонг: их фундамент был глубоким и сильными.

Когда люди в масках и чёрных одеждах напали, специалисты их семей быстро отреагировали и отбили атаки.

Но яростные атаки всё не прекращались...

В тайном подземелье семьи Ли было несколько человек, которые услышав крики битвы, происходящей на улице, захотели выйти.

Ему было за тридцать лет; он был с холодным и гордым лицом, а одет он был во всё белое.

Просто глядя на его осанку и манеру поведения можно было понять, что он был экспертом Небесного Суань; тем самым, который убил Квин Ху прямо перед старым Дедом Танг!

Дверь подземелья открылась, и Молодой Господин семьи Ли -Ли Юран- вошёл.

- “Юран, позвольте мне уйти. Самый сильный из этих мужчин должен быть примерно на уровне Нефритового Суань, чего тут бояться? Любого из нас здесь будет достаточно, чтобы остановить их.. Я действительно не понимаю. Эти люди уже у твоих ворот, и все же ты предпочитаешь оставаться равнодушным. Если эти люди желают умереть, то мы могли бы помочь им в этом!”

Мужчина в белых одеждах нахмурился, его лицо выражало возмущение. Он всегда был гордым и высокомерным человеком.

С каких пор он стал трусом, которому нужно прятаться в укромном месте?

Глава 74. Это моё объяснение.

- "Нет! Абсолютно нет!" - спокойно улыбнулся Ли Юран: "Я лучше позволю резиденции семьи Ли сгореть дотла чем позволю тебе вмешаться!"

Его улыбка была нежной и пугающе безжалостной:

- "Пока наши люди живы, семья Ли не погибнет.. Но если ты покажешься, те люди в чёрных одеждах станут никому не интересы; весь интерес и ненависть притянем мы! После того, как все поймут, кто ты..или даже если не поймут - всё равно семью Ли ощипают, как курицу!.. А слухи о том, что у нас есть Суань Ядро, разойдутся повсюду.... А когда это произойдет...

..Старший брат, пожалуйста, оставайся в этой потайной комнате и никуда не выходи! После того, как я решу все вопросы, то сразу отправлю кого-нибудь вывести тебя из города. Если возникнут вопросы, требующие твоей помощи, то я незамедлительно тебе сообщу."

Ли Юран слегка рассмеялся:

- "На этот раз я не только не стану его останавливать; я пошлю людей, которые пользуясь неразберихой убьют его!.. Мне очень любопытно посмотреть, как старый Герцог выкрутиться на этот раз!

Его гнусные действия ничем не отличаются от преступного бунта. Даже если королевский двор как-то закроет на это глаза, разве Император будет терпеть подобное?"

Редкая ухмылка появилась на лице Ли Юрана.

Лицо человека в белых одеждах выражало недовольство, но он только беспомощно кивнул:

- "Ну хорошо.. Если так, то не буду спорить. Я сделаю, как ты хочешь. Младший брат, если у тебя есть время на всё ЭТО, то найдётся и время нанести визит Мастеру. Мастер..спрашивал о тебе."

- "Старший брат, будь уверен - я безусловно это сделаю."

Ли Юран слегка улыбнулся и вышел.

В этот момент с громким звуком "БАМ" взорвался фейерверк, и в небе распустилось множество невероятно красивых цветов.

Как только фейерверк появился в небе, все люди в чёрных одеждах тут же отступили; они заканчивали драться и убегали. Некоторые прыгали по стенам, а другие выбегали через двери и окна.

За несколько секунд все они бесследно исчезли в ночи...

Вскоре зазвучали звуки копыт тысяч лошадей. Подразделения кавалерии галопом мчались к резиденции Ли.

Получив несколько команд, конница разбежалась, полностью окружив резиденцию Ли.

Со звуком "БУМ" главные ворота были разбиты, и Цзюнь Чжан Тиан вошёл внутрь с нескрываемым желанием убивать!

Из-за сильной концентрации Суань Ци его тело покрывало голубое свечение.

Вряд ли семья Ли осмелиться что-нибудь сделать человеку столь высокого статуса, но Дедушка Цзюнь бы не дожил до своих лет, если бы не обдумывал все варианты; лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Справа и слева от него во двор вбежали два ряда элитных солдат, их обнаженные мечи мрачно мерцали отраженным светом фонарей.

- "Все члены семьи Ли должны немедленно собраться здесь! В столице объявились убийцы, и я провожу обыски по всему городу!" - громко взревел Дед Цзюнь; мощь его голоса заставила дрожать всю резиденцию.

- "Хехе, оказывается уважаемый брат Цзюнь пришел лично. Вы почтили моё жилище своим присутствием."

Великий наставник Ли Шанг, радостно улыбаясь, вышел из главного зала. Подходя ближе, он вел себя так, словно только что встретился с давно потерянным братом.

Лицо Цзюнь Чжан Тиана оставалось невозмутимым:

- "Великий Наставник Ли, пожалуйста, соберите ваших слуг и родственников для проверки. Принцесса Линг Мэнг недавно пострадала от покушения, таким образом я выполняю свои обязанности по поиску и захвату убийц. Если кто-нибудь из присутствующих получит травму при попытке помешать моим законным действиям, я не буду нести ответственность!"

Высказав это, он взмахнул рукой: "Обыскать!"

- "Стоп!"

Ли Шанг шагнул вперёд, и его белая борода слегка растрепалась. Странное выражение на мгновение промелькнуло на его лице, прежде чем он громким голосом произнёс:

- "Уважаемый Герцог Цзюнь, вы - великий Маршал вооруженных сил королевства, Герцог королевства и человек, имеющий большой авторитет и вес при королевском дворе.. Тем не менее, я - Великий Наставник и так же Герцог, имеющий большой авторитет в судебных делах! Без указа Его Величества, кто осмелится быть столь самонадеянным в моей резиденции?"

Цзюнь Чжан Тиан усмехнулся, его глаза показали следы эмоций:

- "Великий Наставник, вы хотите сказать, что любой высокопоставленный чиновник королевского суда имеет право укрывать убийц?.. ОБЫСКАТЬ! Любого, кто посмеет вмешаться - убить безо всякой пощады!"

В ту же секунду сотни солдат побежали внутрь резиденции для обыска.

Ли Шанг, дрожа от гнева, закричал:

- "Цзюнь Чжан Тиан, ты нагло преступаешь границы своих должностных обязанностей! Ты что, планируешь поднять бунт?!"

Цзюнь Чжан Тиан в ответ громко рассмеялся:

- "Великий наставник знает толк в шутках! Я, как высокопоставленный чиновник, просто обязан искоренить убийц, которые пытались убить императорскую Принцессу. Где же я преступаю свои должностные обязанности? Как это вообще может считаться наглостью? И как же именно я планирую поднять бунт? Великий Наставник, вы пытаетесь остановить меня от обыска вашего жилища уже довольно долгое время. Может ли быть, что между вами и убийцами существует связь?"

Сказав это, Дедушка Цзюнь, больше не слушая выкриков Ли Шанга, взмахнул рукой, приказывая солдатам ускорить обыск.

В этот момент, юноша в белых одеждах вышел вперед; это был никто иной, как Ли Юран. Он отвесил церемониальный поклон Цзюнь Чжан Тиану, прежде чем сказать:

- "Поскольку уважаемый Герцог Цзюнь желает провести обыск, наша семья Ли, разумеется, не станет против этого возражать. Тем не менее, без указа Его Величества, действие уважаемого Герцога Цзюнь равносильно распутному акту незаконного проникновения в дом высокопоставленного судебного чиновника... Хехе, даже если уважаемый Герцог Цзюнь не опасается последствий, семье Ли всё ещё нужно поддерживать нашу репутацию. Если этот вопрос станет повсеместно известен, то наша репутация окажется запятнанной!"

Цзюнь Чжан Тиан холодно посмотрел на изысканного юношу перед собой...

Он не мог не вспомнить своего внука, Мосе; он мог бы стать куда сильнее, чем Ли Юран, но теперь он был покалечен злобным убийцей!

Когда он вспомнил об этом, ярость вырвалась наружу, и он холодно спросил:

- "Чего тебе надо?"

"Я задам уважаемому Герцогу Цзюнь очень простой вопрос.. Уважаемый герцог Цзюнь раз за разом продолжает заявлять, что желает провести обыск резиденции моей семьи дабы найти убийц... Не важно, как и откуда уважаемый Герцог получил информацию, что наша семья Ли покрывает убийц. Тем не менее, что уважаемый Герцог будет делать, если не сможет найти убийц внутри резиденции?" - мягко улыбнулся Ли Юран и сделал еще один шаг вперёд: "Если это произойдет, уважаемый Герцог Цзюнь должен будет дать нашей семье Ли исчерпывающие объяснения!"

Дед Цзюнь громко рассмеялся.

Внезапно, он сделал шаг вперёд и бросил звонкую пощечину в лицо Ли Юрану; с громким эхо "шлёп" разнеслось по всему двору, и следом Ли Юран получил пинок в живот.

Глядя на упавшего Ли Юрана, Дедушка Цзюнь в гневе произнёс:

- "Я нахожусь здесь в поиске убийц! Даже твой дед не осмелился вякать передо мной, но ты? Кто ты такой, щенок?! Ты смеешь стоять прямо передо мной и оскорблять меня? Ты желаешь объяснений? Вот тебе мои объяснения!"

- "Хххч-тьфу" - смачно плюнул Цзюнь Чжан Тиан: "Ну и шутка! Если мы не сможем найти убийц, то естественно это покажет, что ваша семья Ли невиновна! Если мы не сможем найти убийц здесь, то мы будем продолжать поиски! Как же иначе?.. Но мне интересно спросить вас вот о чём: вся ваша семья Ли, от стариков до молодёжи, отчаянно пытается остановить меня от поиска убийц.. Что вы планируете? Может быть, семья Ли собирается бунтовать против Императора? Может, это вы являетесь организаторами покушения на Принцессу?! Если убийцы смогут сбежать из-за ваших действий, из-за того, что вы задержали меня при исполнении обязанностей, будет ли семья Ли достаточно смелой, что бы взять за это ответственность?"

Эти слова были предназначены для Ли Шанга. Очевидно, Дед Цзюнь даже не считал Ли Юрана достойным разговора.

Даже в битве между армиями положение имеет сильное влияние.

Если кучку солдат-новобранцев без подготовки отправить на поле боя, они однозначно будут побеждены и убиты. Естественно, Ли Юран понимал эту логику.

Тем не менее, он не мог спокойно смотреть на унижение своего деда. Кроме того, в потайных комнатах резиденции были люди, которых не должны обнаружить..

Ведь если эти люди будут найдены, то такое можно сравнить лишь с коричневым пятном на белье: даже если это не какашки, все будут думать, что это какашки.

Даже если семья Ли не виновна, все будут считать, что это не так! Не имея выбора, он должен был выйти вперёд, надеясь лишь на то, что Цзюнь Чжан Тиан попытается сохранить свой статус "человека номер один в вооруженных силах".

Откуда он мог знать, что Дедушка Цзюнь больше не беспокоился о своеё репутации или статусе? Пощечина и удар - вот что он получил в ответ!

Ли Юран может, и был гением, но его силы не безграничны: сейчас он был на уровне Золотого Суань Ци, Небо и Земля в сравнении с Небесным уровнем Дедушки Цзюнь.

Кроме того, он оказался застигнут врасплох, и, таким образом, ему пришлось пережить пощечину по лицу и удар в живот... Всё, что он мог сейчас чувствовать - это звон в ушах и звёздочки перед глазами!

Хотя дед Цзюнь и не использовал при ударе Суань Ци, но ударил он на глазах у тысяч солдат...

Для Ли Юрана эта пощечина была прямым ударом в сердце!

Глава 75. Яростно ищите.

Ли Юран молча выпрямился, и на мгновенье в его глазах мелькнул безжалостный холод. Он со скромной улыбкой вежливо произнёс:

- "Учения старшего Герцога верны.. Пожалуйста, простите проступок этого младшего."

Он говорил эти слова, улыбаясь.

Смотря на Цзюнь Чжан Тиана его лицо выражало искренность; он сумел даже изобразить глубокое чувство стыда.

Казалось, что ему действительно стыдно за те слова, которые он только что произнёс..

Глаза Цзюнь Чжан Тиана вдруг расширились - он почувствовал невидимое давление. Судя по тому, как уверенно Ли Юран себя вёл, этот паршивец был необычным человеком!

Он скорее был безжалостным человеком, который будет играть с людьми, пока те не умрут! Цзюнь Чжан Тиан мысленно вздохнул: [Если Мосе останется здоров, то этот мальчишка станет его сильнейшим конкурентом среди подрастающего поколения!]

Он обернулся и выдал холодный смешок:

- "Семейная линия Ли действительно зловещего* типа.."

Борода Великого наставника Ли Шанга задрожала; слова Деда Цзюнь были равносильны проклятью всех предков семьи Ли!

- "Освободите дорогу и дайте ему продолжить поиски! Цзюнь - старый мешок! Если вы не найдёте убийц, то старшему придется хорошенько "поболтать" о вас с Его Величеством!.. И когда это произойдет, я посмотрю, что останется от твоей уверенности!"

Ли Шанг холодно махнул рукой, развернулся и устремился к цветочному дереву. Он сел под его ветвями и закрыл глаза, больше не двигаясь.

Цзюнь Чжан Тиан вновь махнул рукой:

- "Ищите тщательно! Не пропустите ни одного места, обыщите каждый камень!"

Почти тысяча солдат позади него в унисон выкрикнула "Есть!" и яростно бросились внутрь.

За мгновение всё в семье Ли перевернулось с ног на голову до такой степени, что куры начали летать, а собаки - прыгать.

Неподалёку от резиденции Ли стоял простой паланкин; четыре фигуры стояли вокруг него с безразличными лицами. Шторы паланкина были раздвинуты, показывая глубокие глаза, наблюдающие за ситуацией в резиденции. Уши человека были сосредоточены на подслушивании разговоров внутри.

У этой персоны были чёткие черты лица и несколько квадратное лицо. Однако, его брови были приподняты, как пара драконов парящих в небесах. Даже не двигаясь и не говоря ни слова, он излучал ауру важности.

Немного послушав, этот человек закрыл глаза и пробормотал:

- "Это упрямство Цзюнь Чжан Тиана против семьи Ли.. На этот раз оно действительно выходит за рамки. Естественно, семья Ли имеет много секретов для защиты своей семьи, и если они будут обнаружены, то это может подвергнуть всю семью опасности... Если их тайны будут раскрыты, семья Ли исчезнет. Цзюнь Чжан Тиан не даст им легко отделаться, но Королевству ещё нужна семья Ли.."

Человек нахмурился, казалось у него заболела голова:

- "Тень, если что-то пойдёт не так, ты должен будешь что-то предпринять, и избавиться от проблем."

Снаружи не было слышно ни звука, но он знал, что его приказ был услышан.

Затем человек в паланкине закрыл глаза, пока его пальцы постукивали по чайному столику из нефрита.

Его брови сдвинулись ближе, и, казалось, переплелись друг с другом. Мысль вдруг промелькнула в его голове: [..Этот внук Ли Шанга - это не простой талант.... Это - очень опасный талант...]

Солдаты Цзюнь Чжан Тиана обыскивали всё: они переворачивали мебель и опрокидывали шкафы, заставляя вещи падать на землю и разбиваться.

Похоже, что эти люди не пытались найти убийц; они пришли исключительно ради разрушения!

“Бум!”

Огромную вазу бросили на пол, и она разлетелась на куски. Лицо Великого Наставника Ли Шанга яростно искривилось: [Этих ваз существует всего лишь...]

“Бум!”

“Бум!”

Дед Цзюнь огляделся с холодным выражением лица, пока держал свой хлыст. Глубоко вдохнув, он прокричал:

- "Я хочу, чтоб вы искали яростнее!"

Хоть атмосфера и была очень торжественная, стоявшие позади него люди обернулись и тихонько посмеялись: [Безжалостный обыск... Как слово ‘безжалостно’ может быть использовано для обыска?]

Старший Герцог Цзюнь, очевидно, говорил совсем не о том.

Слово "безжалостно" должно быть использовано в связке с "крушить"!

Сокрушить тут всё безжалостно!

Человек, сидевший в кресле паланкина, не мог не улыбнуться:

- "Этот старый дед может быть весьма забавным! Он будто боится, что люди не узнают, что он пытается создать хаос! Давайте понаблюдаем чуть дольше!.."

Услышав “безжалостно”, солдаты приступили к "поиску" с еще большим усердием.

Почти две тысячи солдат хлынули в резиденцию Ли, действуя так, будто они только что прорвались в крепость противника.

Всё, что можно было выкинуть - было выброшено; всё, что можно было разрушить - было разрушено.

Члены семьи Ли наблюдали за этим зрелищем со двора, и их сердца обливались кровью: [Все эти деньги...ах!]

Через некоторое время человек в паланкине слегка прищурил глаза и прошептал:

- "Здесь не должно быть никаких проблем, давайте возвращаться."

Задёрнув шторку, он откинулся на мягкое сиденье и закрыл глаза.

Старый Цзюнь Чжан Тиан уже понял его намерения и разрушал только то, что было на виду.

Что касается секретных областей в резиденции Ли, он решил их не трогать. Похоже, здесь не будет никаких проблем.

[Хотел бы я посмотреть, осмелится ли хоть одна семья после устроенного хаоса помышлять о предательстве!]

Человек в кресле паланкина улыбался: [Если вы хотите драться за власть между собой - деритесь, но не выходите за рамки.Если ваши действия поставят под угрозу безопасность королевства... То, что произошло сегодня - лишь предупреждение!]

Паланкин тихо исчез, не оставив и следа. Цзюнь Чжан Тиан продолжал стоять, но Цзюнь Вуй повернул голову, чтобы бросить взгляд через мгновение после того, как паланкин пропал.

- "Докладываю Вам, Великий Маршалл, что никаких следов убийц не было найдено!"

Один за другим, солдаты выходили и докладывали, каждый из них докладывал, что убийцы не найдены. Цзюнь Чжан Тиан взорвался яростным криком:

- "Вы хотите сказать, что убийцы испарились? Хм! Они не в резиденции Ли?.. Тогда мы отправимся искать в другую резиденцию!"

Уводя солдат, он вышел из главных ворот, вскочил на коня и двинулся вперёд.

Направление, в котором он отправился, вело в сторону резиденции семьи Менг...

Члены семьи Ли осматривали свою территорию, которая теперь была похожа на жилище нищих; горькие слезы стекали по их глазам.

Великий наставник Ли Шанг похлопал по бокам, пытаясь встать с земли. Ли Юран быстро подошел, чтобы помочь ему подняться.

Дед и внук смотрели друг другу в глаза и было видно, как в их глазах кипел гнев.

- "Дедушка, любой, у кого есть глаза, скажет, что эти люди в черном подчиняются Цзюнь Чжан Тиану! Старый Цзюнь прикрылся “поиском убийц“ в качестве оправдания своих действий и ложно обвинил другие семьи.. Эти действия равносильны мятежу. Так как он не смог найти убийц, завтра дедушка может воспользоваться этим, и вместе с группой чиновников нанести тяжелый удар в ответ."

Ли Юран продолжал рассуждать:

- "Цзюнь Чжан Тиан явно демонстрирует признаки безумия: мобилизация военных по личным причинам, незаконное проникновение в дома судебных чиновников и эти бессмысленные поиски.. Хех, если бы мы могли заплатить за раскол семьи Цзюнь разрушением всех этих вещей, то я бы отдал ещё столько же. Но если дедушка оставит это оскорбление безнаказанным, то другие могут начать думать, что наша совесть нечиста."

Ли Шанг нахмурился и глубоко вздохнул. Он сказал глубоким голосом:

- "Юран, ты талантливый гений и обладаешь мудростью большей, чем многие вокруг... Даже в области стратегии ты доказал, что способен найти самые слабые места противника.. Ты стал номером один среди талантов своего поколения; поэтому я всегда чувствовал себя счастливым... Однако и у тебя есть свои слабые стороны; примером может служить область управления.. Ты ещё слишком молод и не можешь знать всех деталей!"

- “Область управления?”- Ли Юран растерялся: "Ты хочешь сказать, что такого наглого преступления Цзюнь Чжан Тиана не достаточно для того, чтобы Его Величество принял меры в отношении семьи Цзюнь?"

- “Достаточно? Хах! Этого далеко не достаточно!”

Белые брови Ли Шанга дернулись, и прежнее выражение беспомощного гнева, которое было на его лице перед Цзюнь Чжан Тианом, испарилось.

Вместо этого у него появилось выражение бесконечной проницательности. Очевидно, что показанная ранее гримаса была лишь "маской".

- "Ты еще не понимаешь, сколько доверия у Его Величества к Цзюнь Чжан Тиану.. Для начала, жизнь Его Величества была спасена Цзюнь Чжан Тианом по крайней мере шесть раз, или даже больше... Если бы Цзюнь Чжан Тиан хотел бунтовать или будь у него хоть немного тайных амбиций, то трон Императора давным-давно стал бы его собственностью!... Это правда, что в королевской семье нет места любви; но Император никогда не примет того, кто лоялен, за кровного врага! Это - главная причина, почему семья Цзюнь, которая потеряла почти всех своих наследников, может удерживать столько власти над военными!

...Только из-за этого небольшого происшествия ты думаешь, что можно уничтожить Цзюнь Чжан Тиана?” - усмехнулся Ли Шанг: "Ты действительно принимаешь Цзюнь Чжан Тиана за настолько безмозглого человека, который будет оскорблять нашу семью Ли до кровавого конца? Кроме того, на основе его предыдущих действий, ты думаешь, что он заставляет нас вступить на путь, откуда нет возврата?"

Ли Юран был гениальным человеком.

Всего за несколько мгновений он осознал и понял все намёки деда. Его лицо сильно изменилось и он сказал:

- "Может ли быть, что..."

ПРИМЕЧАНИЕ:

*слово yīn(Инь) (阴) в этом контексте должно означать "зловещее", но оно так же может означать "женское", "луна" или "скрытое".]

Глава 76. Смена мнений.

Ли Шанг криво улыбнулся:

- Если бы Его Величество не стоял за тем, что произошло, то от нашей семьи к этому моменту не осталось бы ничего, кроме земли, заваленной трупами.. Ни один из нас не остался бы в живых!.. Таково было первоначальное намерение Цзюнь Чжан Тиана. Если бы он не собирался так поступать, то не стал бы мобилизировать ВСЮ свою армию!... Что-то произошло в период между мобилизацией его армии и визитом к нам; что-то изменило его планы. Во всем королевстве Тянсян есть лишь один единственный человек, способный заставить Цзюнь Чжан Тиана изменить свои намерения - Император! О, есть ещё одна возможная причина: его внук, Цзюнь Мосе..... Ранее ты сказал мне, что этот подонок уже умер; возможно, это не так: если бы Цзюнь Мосе действительно умер, то даже Его Величество не смог бы удержать этого старого пердуна... Исходя из этого я делаю вывод, что Цзюнь Мосе должен быть жив. Кроме того, Цзюнь Чжан Тиан получил эту информацию совсем недавно.

Ли Шанг рассмеялся:

- Получается, что когда Цзюнь Чжан Тиана пришел сюда, то у него уже были связаны руки.. Несмотря на то, что мы сегодня попали в беду безо всякой причины, я считаю, что другие пострадали намного сильнее... Видимо, попытка покушения на Принцессу Империи спровоцировала Его Величество, и он решил использовать гнев Цзюнь Чжан Тиана, чтобы проредить группы, поддерживающие трех Принцев...

Все семьи и должностные лица, поддерживающие одного из Принцев, сегодня вечером получат предупреждение.. Некоторые могут быть даже изгнаны, или вовсе ликвидированы... Что же касательно тех, кто находится при императорском дворе, то их "прореживание", вероятно, уже завершено. Жаль, что вся наша подготовка...

- То, что Цзюнь Чжан Тиан сегодня впал в бешенство, было неожиданно, но все же это рано или поздно должно было случиться... Если бы мы обдурили Цзюнь Мосе еще в тот раз, то старик бы уже давно взбесился! И теперь Его Величество решил воспользоваться безумными действиями Цзюнь Чжан Тиана...хе-хе... Его Величество желает воспользоваться этой возможностью чтобы ослабить военную мощь семьи Цзюнь и ещё ослабить возможности других великих семьей, как наша! Вдохновитель Цзюнь Чжан Тиана - сам Император! Император лучше всех разбирается во всём, что происходит сегодня вечером! Как ты думаешь, что мы могли бы сделать в такой ситуации против старика Цзюнь?

Ли Юран испытал шок: он никогда не мог предположить, что ум его деда способен смотреть так далеко вперед.

Он даже ясно мог понимать ход мысли всех участников, особенно мысли того, кто на самом верху королевства Тянсян!

- Его Величество Император - человек большого таланта; вполне естественно, что он не желает, чтобы его преемник был человеком некомпетентным. Таким образом, Его Величество позволил трем Принцам конкурировать, но его величество также не желает, чтобы случались бесконтрольные боевые столкновения... Именно поэтому как только действия трех Принцев перешли черту, Император очистил игровое поле и начал их игру заново. Это самая главная причина, по которой великие семьи со своим подавляющим влиянием в городе никогда не будут выступать на стороне только одного из Принцев!

- "Помни: не зацикливайся на том, что произошло сегодня. Пока ситуация не стабилизировалась, не предпринимай ничего! Просто взгляни туда," - Ли Шан указал на темный, подсвеченный снизу огнём столб дыма, вздымающийся в небо: "Все те, кто решил принять меры заранее, счастливо отправились в Рай."

- "Значит ли это, что после того, что случилось, мы вообще не станем ничего предпринимать?" - спросил Ли Южан.

- "Как мы можем ничего не делать? Даже если мы захотим, то Его Величество хочет не этого," - Ли Шанг хитро улыбнулся: "Вот почему мы всё-таки должны подать завтра жалобу. С этим у Его Величества появиться повод для уменьшения влияния великих семей, что и является истинным намерением Императора. Если мы не будем действовать согласно его пожеланиям,то в будущем окажемся в большой беде."

Ли Юран глубоко задумался.

Он был умным человеком, почти гением, как в гражданских, так и в военных делах, но..

Но, слушая слова своего деда, он понял, насколько ему не хватает понимания политической обстановки Королевства.

Аккуратно поглаживая оставленный Цзюнь Чжан Тианом след на лице, глаза Ли Юрана вспыхнули с пугающим блеском; на мгновение он стал ядовит, как змея.

[Цзюнь Чжан Тиан, я никогда не прощу тебе эту пощечину...]

[прим. англ. пер.:Ли Юран ещё припомнит это...]

Между тем в резиденции Мэнг "собаки - прыгали, а куры - летали ...", то есть творился настоящий бедлам.

По сравнению с семьёй Ли дела в семье Мэнг шли гораздо хуже.

Их дома были "обысканы" до состояния "нужно сносить и строить новые". И все же Цзюнь Чжан Тиан чувствовал себя подавленно - всё было не так, как он собирался сделать изначально и результат был не тем, что он ожидал.

После этого инцидента столица на долго станет спокойной. По крайней мере, так будет казаться со стороны.

[Его Величество сообщил, что Мосе все ещё жив, поэтому я стану "копьем" для Его Величества... Это того стоит, хотя и несколько разочаровывающе. Мое первоначальное намерение было убить всех этих людей. И хотя я достал значительное количество из них, я не смог убить самых важных...]

В этот момент, внезапно, раздался крик:

- "Цзюнь Чжан Тиан, ты...невежественный старик! Останови это!"

Цзюнь Чжан Тиан даже пошатнулся, словно он не мог поверить в то, что слышат его уши.

Он медленно повернулся, и его взгляд и его лицо стали выражать безумную радость.

С раздавшимся криком появился худой, иссохший старик; его руки прижимали кого-то к груди. Старик подбежал и встал перед Цзюнь Чжан Тианом, пыхтя и обливаясь потом. Но дед Цзюнь не обращал на него внимания.

Он быстро спешился с коня и бросился к ноше худого старика. Дедушка Цзюнь забрал из рук старика человека и проговорил дрожащим голосом:

- "Мосе?.."

Так совпало, что эти двое вернулись тогда, когда всё уже закончилось...

Выражение лица Цзюнь Чжан Тиана показывало, что он вырвался из лап абсолютного отчаяния. Он держал Цзюнь Мосе словно самое драгоценное сокровище на свете!

Глубокие морщины на его лице передавали чувства крайне сильного беспокойства; невероятно счастливое чувство, словно он нашёл что-то очень ценное, то, что уже и не думал найти. Его пальцы подрагивали, а его глаза покраснели от волнения.

Видя это, Цзюнь Се чувствовал, как его сердце сжимается...

..Командир миллионов солдат, человек из калёной стали, который возвращался с победой из сотен битв!

Но, удивление от созерцания своего живого внука изменило его гордую осанку; он сгорбился и стал похож на простого старого и больного человека.

Это эмоция, рождающаяся глубоко внутри человеческой плоти и крови ...

В этот момент, Цзюнь Се почувствовал, как что-то поднимается из глубины его сердца. Это было чувство, болезненное ощущение, дающее ему тепло и комфорт. К тому же, он почувствовал, как в носу становиться...мокро.

Цзюнь Се вдруг ощутил, что ему тяжело дышать; его нос перестал нормально работать, ему даже захотелось заплакать.

То чувство, о котором он мечтал...чувство, когда тебя любят?

В прошлом или в настоящем, кто еще выказывал столько заботы о нем?

В прошлом или в настоящем, кто бы ещё мобилизовал армию целой страны ради него?

В прошлом или в настоящем, кто бы забыл все свои проблемы ради него?

Кто бы впал в абсолютное отчаяние ради него?

Кто мог стать так безумно счастлив при виде него?

Кто мог игнорировать свою собственную репутацию, жизнь и семью...ради него?

Наблюдая за стариком перед собой, Цзюнь Се не сомневался, что ради него этот старик способен даже пробить дыру в небе!

Потому что...он - его единственная надежда! Единственное, за что он держался!

Рядом, на холодной земле сидел, в какой то момент спустившийся с лошади искалеченный Цзюнь Вуй. Его взгляд был наполнен удивлением, счастьем и удовлетворением! Его пара схожих с тигриными глаз невольно прослезилась.

Он незаметно повернул голову, позволяя слезам упасть, и вновь взглянул на Цзюнь Се с улыбкой во весь рот...

[Это моя семья! Следует ли мне противиться этому? Нет!]

В этот момент Цзюнь Се вдруг принял свою новую личность, принял свою семью!

Независимо от идеалов или рассудка, он принял этот мир!

[Ради этого старика передо мной и этой семьи! С этого момента я - Цзюнь Мосе! Я - член семьи Цзюнь из столицы королевства Тянсян...Семья Цзюнь - это моя семья!]

Старый Цзюнь едва не прослезился от волнения!

Несмотря на то, что его внук, тяжело ранен, он остался жив! Кроме того, быстрый осмотр показал, что состояние Цзюнь Мосе не столь серьёзно, как ему сообщали.

Слава Небесам!

[До тех пор, пока он жив, всё будет в порядке! Всё будет в порядке!]

Выйдя из себя от радости, глаза старика стали влажными, а его тело дрожало и покачивалось.

Сегодня у него был крайне трудный день ...

Глава 77. Суматоха в Императорском суде.

...На следующий день...

Императорский Суд заполнился спорами и ничем не отличался от рынка, где толпы купцов и крестьян спорят о цене.

И лишь ритуально поприветствовав Его Величество Императора, все притихли..

Затишье перед бурей...

Перед Его Величеством лежала куча прошений с обвинениями в адрес Цзюнь Чжан Тиана. Его Величество смотрел на Императорский Суд и удивлялся большому количеству пустых мест.

Хоть у него и были ожидаемые предположения, но результат значительно превзошёл их все: [Это..разве это не слишком много?]

Вчера вечером Император получил отчёт, из-за которого впал в ярость, хотя это и был просто доклад со списком имён.. Но сейчас Его Величество видел результат своими глазами.

Значительная часть членов Императорского Суда исчезла...

Император не мог свыкнуться с этим!

Императорский двор можно сравнить с классом, где учится сотня студентов. Если бы Император среди ночи получил бы новость, что тридцать студентов были переведены или отчислены, то он не стал бы долго думать об этом. Однако, увидев пустые места в классе...

Такое сравнение - плохой способ описать то, что случилось с Императорским Судом Королевства Тянсян.

Вчера вечером, после того, как Принцесса Империи подверглась покушению, Дед Цзюнь принял решение найти виновных в этом несчастье.

В городе всю ночь безудержно разгоралось пламя и проливалась кровь многих людей. Более десяти высокопоставленных членов Имперского Суда оказались обезглавленными. Не к слову, но многие из этих людей когда-то были злейшими врагами семьи Цзюнь...

И у всех этих люди было ещё кое-что общее: все они выбрали сторону одного из имперских Принцев.

Однако такое каждый предпочитал держать при себе; сболтнуть такое сейчас было сродни самоубийству!

Среди жертв вчерашнего инцидента было двенадцать человек довольно высокого ранга. По случайности, каждый из них тайно выбрал сторону одного из Принцев..

Среди них был помощник Министра Правосудия, два помощника Министра Персонала, трое из Министерства Обрядов, один помощник министра Государственных Доходов, трое Императорских Надзирателей и двое учёных....

Что же до тех, кто не мог присутствовать сегодня; сколько было их?

Этими люди, которые сейчас собрались вместе, были те, кто постоянно выступал против ‘жесткости’ членов Императорского Суда и был тяжело ранен во время нынешнего кризиса.

Однако для Императора они были просто частью плана, хоть вчера он и сам был разгневан настолько, что его глаза посинели...

Что же касается министров с острыми глазами и цепкой памятью, то они что-то поняли. Сегодня было много новых лиц в Императорском Дворце, а что касается тех, что появлялись прежде...большинство из них исчезли.

Одним из примеров этому был Капитан Вооруженной Стражи - Муронг Сянчжун.

Он был талантом, и его скорость продвижения по службе считалась "редкой", время от времени его повышали до трёх раз в день. Однако, восходящая звезда семьи Муронг в момент исчезла неизвестно куда...

Как ни посмотри, а бойня внутри Императорского Дворца была не менее кровавая, чем снаружи; большое количество людей стали нервничать.

- Что случилось прошлой ночью? Почему сегодня так мало людей? Кто-нибудь объяснит мне, в чём тут дело?

Его Величество действительно был мастером среди мастеров ‘политических вопросов’. Моргнув, он краем глаза взглянул на Цзюнь Чжан Тиана, который, слегка похрапывая, задремал.

Старший Герцог Цзюнь был крайне сонным благодаря вчерашним событиям. Это можно было понять, просто взглянув на его лицо.

В противном случае, он не посмел бы задремать в Императорском Суде...

Его Величество притворился, будто не знает, о чём сейчас пойдёт речь, и это стало началом шквала обвинений и криков!

...

В здании Императорского Суда толпа людей опустилась на колени:

- "Ваше Величество, мы просим Вас о правосудии!" - сказало огромное количество министров со слезами на глазах; пока они неустанно кланялись, их лица были наполнены горем.

- "Уважаемые министры, если вам есть, что сказать, просто объясните всё в деталях. Встаньте и расскажите мне ВСЁ о случившемся." - с удивлением нахмурился Император.

Как только Его Величество закончил, десятки министров разом повернулись к Старшему Герцогу - Цзюнь Чжан Тиану.

Они начали градом высказывать обвинения: "..несмотря на то, что он тот, кто свершил великие деяния для королевства, он пренебрег воинским законом Королевства..", "..он мобилизовал военные силы Королевства по личным причинам..", "..он презирает законы королевства..", "..относится к власти Императорской семьи неуважительно..", "..совершил бессмысленное нападение.."...

..."..проник в резиденции министров, "..позволил своим подчиненным сеять хаос и действовать беззаконно..".

Были даже тяжелые обвинения: "Он собрал свою личную армию!! У него есть намерения бунтовать!.."...

Короче говоря, бесчисленное количество обвинений, направленных на него, и все якобы подкрепленные неопровержимыми доказательствами!

Позже, обвинения перешли на ещё более высокий уровень: все рекомендовали уволить Цзюнь Чжан Тиана и даже обезглавить всю его семью! Дело шло всё дальше, и уже заговорили об истреблении всей его родни до девятого поколения...

За несколько минут атмосфера в Императорском Суде стала горячей!

Лица кричащих министров были красными, и каждый из них был полон негодования.

В конце концов они все вышли и сказали:

- "Не убивать Цзюнь Чжан Тиана равносильно угрозе власти Имперской семьи! ... Не убив Цзюнь Чжан Тиана, люди не успокоятся!..!

Тем временем Цзюнь Чжан Тиан поднял голову вверх, закрыв глаза. Смотря на выступление всех этих министров в Императорском Суде, он мог думать только о своём тяжелораненом внуке.

Он обдумывал, как упросить Его Величество одолжить ему лучшего Императорского Доктора...

- "Цзюнь Чжан Тиан! Не веди себя так, будто ты тут не при чём!.. Что ты скажешь в своё оправдание?” - в очень резком тоне, почти в ярости, спросил Его Величество.

- "Ваше Величество, вчера этот министр получил известие, что Принцесса пострадала от покушения за пределами Императорского Дворца. К счастью, удача Принцессы была с ней, и ей удалось уйти невредимой.. Однако услышав, что эти преступники осмелились действовать так дерзко и опорочить достоинство Имперской Семьи, этот старый министр почувствовал бездонный гнев, наполняющий сердце. Сразу после этот министр получил ещё одно донесение, что убийцы могут иметь намерения устроить покушения на членов Императорской семьи и различных высокопоставленных чиновников Императорского двора! Этот старый министр опасался, что любая задержка приведет к непоправимой катастрофе, и, таким образом, этот старый министр мобилизовал армию, не успевая предупредить Ваше Величество, ради поимки убийц. По этой причине Ваш покорный слуга действительно совершил ошибку. Этот старый министр просит тщательного расследования своих действий и справедливого наказания!"

Император уже хотел ответить и наброситься на него с криком, но сделал над собой усилие и сдержался:

[Ах ты, старый негодник! Ты уже всё подробно объяснил, что я должен расследовать? Расследуй мою задницу! Ты показал себя в таком праведном свете... Накажи я тебя - прослыл бы "бестолковым правителем"! И как мне теперь поддержать этот цирк?]

- "Продолжай говорить" - нахмурился Его Величество Император; казалось, что он недоволен.

Его Величество действительно был в недоумении, как ему действовать дальше.

- "Есть! Этот старый министр стал беспокоиться, но у него не было времени, чтобы сообщить это Вашему Величеству. Я встал посреди ночи и помчался к военной площади, не тратя времени даже на то, чтобы одеться. Но, несмотря на быструю мобилизацию солдат, мы оказались беспомощны в поимке убийц. Те убийцы были подготовлены и мгновенно перевернули город вверх ногами. Ваш слуга приложил все до капли усилия и встал во главе отряда дабы начать кровавую битву против подлых убийц... Спустя долгое время мне, наконец, удалось обуздать это стихийное бедствие и уничтожить убийц! Общее их число было больше сотни, а тела их повесили на всеобщее обозрение перед городскими воротами.. Этот старый министр не смеет претендовать на похвалу за эти действия, потому что..произошли некоторые печальные события. Хоть я и пытался изо всех сил, но десятки чиновников, которых не удалось спасти во время этой бойни, были жестоко убиты! Их ужасные смерти произошли по вине немощного старика; мои невнимательность и медленная реакция на ситуацию повлекли жертвы! Я готов принять наказание за своё преступление: за небрежность при выполнении своих обязанностей!"

Дед Цзюнь вздохнул, и скорбным голосом продолжил: "Все эти люди были столпами нашего королевства...”

Он потёр глаза, выглядя так, будто сейчас заплачет. Но, по правде говоря, он просто хотел спать...

Все министры в Императорском дворе услышали слова старшего герцога Цзюня и завертели головами:

[ЧТО? Вы готовы принять наказание за свои преступления? Прими успокоительного! Его послушать, так он просто великий герой, который в одиночку спас всё Королевство! "Действуя решительно", "спасая ситуацию в считанные минуты", "неся такое тяжёлое бремя", "..чтобы спасти простых людей", "преданный министр, ставящий защиту достоинства Императорской семьи превыше всего"! Исходя из того, как вы всё обставили, не дать вам достойную награду - огромный удар по репутации... Да как вы вообще смеете!?

Кроме того, здесь есть хоть кто-то, кто не знает, что эти "люди в чёрном" являются частью семьи Цзюнь?.. Убийцы? Что за шутки? Как можно описывать события, меняя чёрное и белое местами? А вот как! Мы видели бесстыжих людей, но до этого момента мы никогда не видели такой высокий уровень бесстыдства! Превратить акт "разорения домов уважаемых людей" в "защиту чести Императора"; сегодня уровень чуши достиг совершенно новых областей!

Эти горы стоит почитать*!]

...А что до мертвецов, которые были оставлены висеть на обозрение общественности - если бы начальник тюрьмы Министра Правосудия на них взглянул, то точно бы заметил среди них очень знакомые лица:

[..Эти люди - просто кучка заключенных-смертников! Но дата их казни выбирать Вам, Великий Маршал Цзюнь!]

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - "Эти горы стоит почитать" ( по версии translate.academic.ru: "смотреть вверх, как на высокую гору". Означает "глубоко уважать" с подтекстом "я тоже так хочу".)

Глава 78. Дугу Цзёнхэн.

Презрительные взгляды исходили от всех министров, и они приготовились вновь начать свои словесные атаки. По правде говоря, оправдания Дедушки Цзюнь для них были просто невыносимыми, ведь их было слишком легко опровергнуть.

В конце концов Дед Цзюнь был, прежде всего, генералом; его навыки в гражданских делах были попросту ограничены. Для него придумать простое оправдание уже было большой редкостью. Просить его объяснить всё детально и непротиворечиво было просто смешно!

Неожиданно, старик с белыми волосами и бородой шагнул вперёд. У него была большая, рослая фигура. Встав рядом с Цзюнь Чжан Тианом, они были словно две величественные горы, охватившие своими мощными аурами весь Имперский Суд.

Усы старика расходились, подобно взрыву, над щеками и бородой. Дикое лицо и грубое тело; это был никто иной, как Старик Дугу - второй самый влиятельный человек в вооруженных силах королевства Тянсян, а так же самый опасный человек в столице.

Самый дикий человек в королевстве Тянсян! Самая твердолобая личность! Самый несгибаемый человек! Глава самой великой семьи...по численности.

Этот человек обладает настолько толстой кожей, что его можно почитать как мастера!

Это человек, который будет размахивать своим невежеством словно это сокровенное знание! Это человек, который за обсуждением причин и следствий запросто начнет рассуждать о больших мечах!

Все члены императорского двора, не важно, гражданских или военных дел, в отношениях с ним всегда показывали некоторую степень страха. Даже нынешний Император по возможности не хотел с ним связываться.

И только после того, как он вышел вперед, члены императорского двора внезапно осознали, что он тоже находится здесь. Они подумали про себя:

[Этот старик не присутствовал на суде уже несколько лет.. Почему он вдруг появился сегодня? Чтобы он вдруг появился в столь важный момент...тут явно что-то не так..]

Круглые глаза Дугу Цзёнхэна стали ещё больше, и он стал похож на слепого медведя посреди гор. Он скрестил руки и сказал грубым голосом:

- Ваше Величество, покушение на Императорскую Принцессу и чиновников Императорского двора - это ситуация национальной важности, которая может нанести урон основам нашего Королевства. К счастью, этот старый конь...кхм, уважаемый герцог Цзюнь был быстр и решителен в своих действиях, и в итоге успешен в предотвращении этой страшной катастрофы! Я считаю, что действия уважаемого Герцога Цзюнь в тот момент не были ошибочными! Он не только не виновен, он даже заслужил награду! Поразительно много наград!

Худой старик с похожей на козлиную бородой, стоявший рядом, ухмыльнулся:

- После того, как этот предатель бросил вызов авторитету министров и нарушил работу Императорского двора, его должны восхвалять словно он заслужил награду? Если Имперский Суд будет действовать подобным образом, нас станут презирать люди во всём мире!

Этот худой старик с телом скелета и бородкой козла был одним из трёх наиболее способных людей из семьи Мэнг, Мэнг Юфанг.

Прошлой ночью его дом оказался наиболее пострадавшим: в его доме не осталось ни одной целой черепицы или облицовочной плитки... Семья высокопоставленного члена императорского двора, жившая в богатой и шумной столице, вынуждена была всю ночь вкушать холодный ветер и спать под открытым звездным небом.

Он настолько задыхался от ярости, что готов был блевать кровью! Видя,как эти два военных лидера меняют местами чёрное и белое, он не смог удержаться и вышел вперёд.

Дугу Цзёнхэн разозлился. Обернувшись, он злобно уставился на Юфанга, выставив набор жёлтых зубов, и от его голоса содрогнулся весь Императорский двор:

- "ТВОЮ...БАБУШКУ! Ты, вонючее собачье дерьмо! Ты смеешь удтверждать, что я не прав, а?!"

От ярости его борода и усы распрямились и растопырились подобно колючкам морского ежа. Его рот широко раскрылся, словно он хотел проглотить худого старика вместе с его козлиной бородкой; всё его существо излучало ауру насилия.

Стоявший рядом с ним великий генерал Дугу Вуди сразу же шагнул вперёд для поддержки:

- "Мэнг Юфанг, что ты пытаешься сделать? Мой отец беседует с Его Величеством! Ты думаешь, у тебя есть право прерывать их?!"

Руки Дугу Вуди вытянулись, а ладони были широко раскрыты, словно он намеревался схватить противника за шею.

Все старшие министры закатили глаза:

[Эта пара, отец и сын, действительно...непобедимы. Они и в правду смеют обижать других в присутствии Его Величества!]

Император, собиравшийся стать главным героем всего этого спектакля, смотрел на происходящее в изумлении!

- "Довольно!" - проревел Его Величество и в ярости вскочил с трона: "Группа гражданских и военные министры спорят друг с другом, да ещё и собираются начать драку при Императоре! Что вы собираетесь делать дальше? Император и его Суд уже ничего не значат для вас?!"

Гневный выкрик заставил всех замолчать и, за исключением уважаемых глав великих семей Цзюнь, Дугу, Ли, Мэнг, Cонг, Танг и семьи Муронг, все остальные сразу же опустились на колени и проговорили в унисон:

- "Этот министр виновен, я готов принять наказание Вашего Величества."

- Очень хорошо... Я уже понял суть того, что произошло. Цзюнь Чжан Тиан, ты, желая захватить убийц, изначально сделал ошибку, мобилизовав армию; твои действия вызвали в городе хаос. В качестве наказания ты будешь оштрафован на одно годовое жалование.. Кроме того, я запрещаю тебе покидать свою резиденцию в течении трёх месяцев. Но, тем не менее, в свете этого..."вклада" в задержание убийц, я вознаграждаю тебя тысячей золотых лян и тысячелетним корнем женьшеня. Военные вопросы будут временно переданы Дугу Цзёнхэну..... Далее: Великие семьи, решившие игнорировать истину и сосредоточившиеся только на своих собственных потерях, нагло обвиняющие других министров... Все ваши позиции с этого момента понижены на одну ступень. Во избежании беспорядков все командиры военных подразделений, подчинённые Великим семьям, будут переназначены в отдел по Военным Вопросам. Повторное переназначение пройдёт через год.

[Вычет годового жалования, запрет покидать резиденцию на три месяца, награда в тысячу золотых лян, да ещё и тысячелетний женьшень! Это вообще можно считать наказанием старого Цзюнь? Это же просто награда плюс выходные... ]

И ещё: "военные вопросы будут временно переданы Дугу Цзёнхэну."

Это предложение, кажется, скрывает иной смысл. Все министры повернулись к паре "упёртых" из семьи Дугу, и у всех них возникла одна и та же мысль:

[Если всё должно было закончиться так, не лучше ли было оставить военные вопросы Цзюнь Чжан Тиану? Эти отец и сын из семьи Дугу... Они еще хуже, чем Цзюнь Чжан Тиан!]

По крайней мере, уважаемый глава Цзюнь - разумный человек; но вот эта пара...

Теперь, когда военные силы их семей могут попасть в руки этих отца и сына, министры задались вопросом, сколько из этих сил они смогут вернуть...

Всего за минуту все стали, почти бросаясь с кулаками, проклинать Мэнг Юфанга:

[Его Величество умело манипулирует происходящим из-за кулис. Раз появился Дугу Цзёнхэн, то зачем ему влезать? Император не понимает своих сильных и слабых сторон, но интересно, понимает ли он значение слова "унижение"? Если ты хочешь спрыгнуть вниз с обрыва, то ты должен просто пойти и спрыгнуть. Какого черта ты тащишь всех нас вместе с тобой?... ]

Почти все в Имперском Суде сделали такие лица, словно они в одночасье потеряли силы и дух. Не важно, было это взаправду или игрой на публику; важно, как это выглядело со стороны.

Как члены Императорского двора, министры должны были обладать способностью правильно понимать происходящее вокруг и играть по сценарию, иначе они не смогли бы служить при дворе так долго.

Тем не менее было примерно десять человек, которые опустили головы, пытаясь скрыть гневные лица. Это были люди, не переваривающие обиды; они были по-настоящему в бешенстве и не желали отступать.

Эти лица в момент были замечены старейшими министрами Императорского двора:

[..Эти глупцы даже не смогли понять сценарий спектакля; у них здесь нет будущего! Как вернёмся домой, надо будет сообщить детям и внукам, чтобы держались подальше от этих людей. Иначе, кто знает, когда они утащат нас за собой...]

- "Все вы, господа министры - столпы и опора нашего Королевства.... Но увидеть сегодня ТАКУЮ сцену в Императорском Суде... Я разочарован! Очень разочарован!"

Его Величество был в ярости, просто в бешенстве! После того, как он раздал заслуженные наказания, Император произнёс:

- "Этот вопрос будет решён согласно моему указу. Никто не имеет права его ослушаться! Все свободны!"

Министр Церемоний, Сун Ченг Хе*, громко выкрикнул:

- "Ваше Величество, пожалуйста, останьтесь ..."

Этот человек был никто иной, как будущий тесть жирного Танг Юаня.

Все наиболее старшие обитатели Императорского двора подумали с презрением:

[Разве ты не видишь, что Его Величество идет обратно в свои покои дабы насладиться радостью от победы? Находчивый; смотрящий на мир, как на свои владения; восхитительно манипулирующий всем, что видит; подавивший возрастающее недовольство Великих Семей одним махом, обеспечивший опору всему Королевству... И ты смеешь вмешиваться, задерживая Императора? Тебе надоело жить? Что за глупый идиот!]

- "Что вы хотите обсудить?"

Лицо его величества выражало ярость. Хотя первоначально это была отличная маска, но когда Его Величество задерживали таким неприличным образом, его маска стала медленно меняться на настоящий гнев.

- "Ваше Величество, пожалуйста, поймите: я отвечаю за церемонии. Тем не менее, сегодня ежегодный Осенний Фестиваль Одаренных Учеников. Что мне делать..."

Все министры тут же вздохнули про себя:

[У министра церемоний явно отсутствует способность судить о ситуации. Это не лёгкая задача! Неужели ты не видишь, какая у нас здесь ситуация? В каждой семье сейчас горе и плач, кто будет в настроении заботиться о Осенний Фестиваль Одаренных Учеников? Этот придурок в самом деле идиот... Нам нужно быть внимательнее в следующий раз.. Не стоит быть слишком близко с ним - он может потянуть всех за собой!]

Его Величество Император тут же жестко высказал:

- "Осенний Фестиваль Одаренных Учеников? Мы сейчас посреди кризиса, как ты можешь вспоминать об ЭТОМ? Если я правильно помню, я назначил двух министров, что должны были отвечать за организацию Осеннего Фестиваля Одаренных Учеников несколько дней назад... Но эти два человека были убиты теми, чьи трупы сейчас висят на стенах!"

Закончив свою речь, он жестом указал на список имен, лежащий на его столе.

Тряхнув рукавами, Его Величество вышел с выражением гнева на лице.

Никто не мог видеть его лица, но когда Император отвернулся, уголки его губ поднялись вверх, словно он был счастлив...

Никто не мог увидеть его лица, но, тем не менее, все старые министры испытали тайное чувство гордости за самих себя:

[Всё прошло так, как я и думал...]

После того, как Его Величество ушёл, все поднялись с колен и отряхнулись. Некоторые старшие министры смотрели друг на друга со взглядом "как и ожидалось". Ли Шанг фыркнул, посмотрев на Цзюнь Чжан Тиана уголком глаза:

- "Старик Цзюнь, поздравляю. Вашему внуку стало лучше?"

Ли Шанг поднял это вопрос, чтобы взбесить Цзюнь Чжан Тиана, ведь даже если он ничего сейчас не может сделать Старому Цзюню, он все ещё может дразнить Цзюнь Чжан Тиана, пока тот не задохнется от ярости. Для Ли Шанга это было бы не плохо..

Однако, как только Цзюнь Чжан Тиан услышал это, он внезапно вспомнил, что собирался сделать. Не обращая внимания на Ли Шанга, он сразу же побежал в сторону, куда ушел Его Величество:

- "Ваше Величество, Ваше Величество! Мне крайне нужно одолжить "оберегающего от смерти" Императорского Доктора на некоторое время, это чрезвычайная ситуация!"

Все министры императорского двора споткнулись на ровном месте.

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.англ.пер. В предыдущих главах автор упоминал Сун Ченг Хе как заместителя министра Юстиций. Тем не менее, в этой главе он оказался министром Церемоний. По видимому, у Сун Ченг Хе сразу несколько должностей, какой многозадачный...]

Глава 79. Нет худа без добра.

Дугу Цзёнхэн прищурил глаза и с презрением сказал:

- “Посмотри на этого старого ублюдка. Просто потому, что его внук был слегка ранен, он так беспокоиться. Этот презренный не обладает манерой Великого Генерала! Для кого-то вроде меня, быть превзойденным таким посредственным человеком - мировая трагедия!”

Дугу Вуди поджал губы и высказался в поддержку своего отца, кивая головой:

- “Действительно, какой презренный, это мировая трагедия!”

Все министры, смотря с презрением, закачали головами в унисон:

[Легкой царапины было бы достаточно, чтобы люди из семьи Дугу ввели Небеса в хаос, и всё же у вас на самом деле хватает наглости презирать Цзюнь Чжан Тиана..какое бесстыдство! Но слова, которые Старый Дугу произнёс, выглядели отрепетированными.. Видимо, один из главных чинов должен был помочь ему с этим...

Стоп..? Может, он репетировал долгое время? Это шокирующее откровение! Возможно ли, что что-то происходит в военном отделе?]

Думая об этом, все старые лисы в Императорском дворе были шокированы.

Увидев поддержку своего сына, Дугу Цзёнхэн радостно засмеялся. Поглаживая бороду, он сказал:

- “В конце концов, моя семья по-прежнему лучшая. На одном дыхании появилось почти десять наследников, и все они - опытные драконы и грозные тигры....в отличии от семьи Цзюнь, у которой наследники имеют только один комочек меха.”

Дугу Вуди кивнул как курица, клюющая зёрна риса:

- "Действительно! Действительно!"

Волна презрения снова прокатилась по толпе:

[Всего лишь с одной фразы вы начали хвастаться силой своей семьи. Десять наследников на одном дыхании? Вы что, принимаете свою названную дочь за свиноматку? Как грубо! Кроме того, у Ваших троих сыновей есть в общей сложности двадцать жен, но только около десяти внуков.. Вы думаете, здесь есть чем хвастаться?]

Игнорируя пару гордого отца и сына, они все покачали головами и ушли домой.

[Давайте просто думать, что всё, что происходило в эти два дня - простой балаган.. Если бы мы только знали, что всё закончится так... Ээх.]

Некоторое время спустя дворовые стражи увидели, как Дедушка Цзюнь величественно сопровождает старца с белыми волосами и бородой, несшего медицинские препараты из дворца.

На лошади, на которой прибыл дед Цзюнь, было заготовлено ещё одно седло!

Видимо, ещё перед прибытием во дворец Дед Цзюнь уже подготовил место для врача...

Действительно..продуманный план!

Какого ещё человека можно назвать мастером? А вот какого!

......тем временем......

Великий Молодой Господин Цзюнь Мосе лежал в постели, прикладывая все усилия, чтобы казаться больным..

Но, по правде говоря, внутри него играла радость.

Лолита - Малышка Ке - с внимательным взглядом стояла рядом, зачерпывая вместо него ложку супа "сладкое птичье гнездо". Также был суп из женьшеня, суп "восемь сокровищ лотоса"... Для Юного Господина Цзюнь могло быть приготовлено всё, что может помочь восстановить силы..

Единственной вещью, которая делала Цзюнь Мосе несчастным, было то, что дедушка Цзюнь иногда готовил щедрое количество крови Суань Зверя шестого уровня. По его словам, это был редкий питательный ресурс..

Так или иначе, Цзюнь Мосе приходилось или закрывать нос и выпивать кровь, или выливать её в ведро рядом с кроватью...

[Это слишком тяжко для моего желудка! Я же не варвар! Стоит ли давать мне пить кровь? Разве это гигиенично? Переживёт ли это мой желудок?]

Естественно не это делало его счастливым: после того, как он пострадал от своих ран, Цзюнь Мосе заметил, что пагода Хонцзюнь в его сознании постоянно вращается на высокой скорости, выпуская большое количество белого тумана духовной Ци.

Ци протекала по его меридианам снова и снова, сосредотачиваясь на поврежденных участках. Менее чем за сутки рана от меча на груди Цзюнь Мосе была почти полностью исцелена!

В очередной раз прокашлявшись, Цзюнь Мосе сплюнул немного густой крови черного цвета; поврежденный участок его груди существенно уменьшился.

Что касается сквозной раны на бедре - она только казалась серьезной. После продолжительного восстановления духовной Ци, Мосе больше не чувствовал боли от этой раны. Единственное, что вызывало некоторый дискомфорт - это волны зуда и онемения, которые возникали постоянно, снова и снова.

Тем не менее, Цзюнь Мосе всё ещё чувствовал себя комфортно.. Ведь есть поговорка: нет боли - нет доли...

Но и это ещё не всё: духовная Ци пагоды Хонцзюнь продолжала фонтанировать, и Цзюнь Мосе казалось, что она не прекратит, пока раны не будут залечены полностью.

Естественно, Цзюнь Мосе не мог упустить такую хорошую возможность для развития Искусств. Он быстро активировал искусство Разблокировки Небесной Удачи, и, смешав его с духовной Ци, направил её через свои меридианы. Практикуя искусство он почувствовал, что на этот раз что-то было по-другому.

Духовная Ци превратилась в полутвёрдое вещество, она взрывалась в области меридианов, страдающих от блокировки из-за раны мечом. Почти мгновенно это закупоривание было разбито.

С каждым мгновением Мосе мог всё яснее ощущать, как ускоряется поток Ци в расширяющихся меридианах, как его Ци становится чуть толще и толще...

В таких обстоятельствах Пагода обычно перестает испускать духовную Ци, однако сейчас она не показывала никаких признаков остановки.

Настроение Цзюнь Мосе приподнялось ещё на каплю. Он отказался от своих планов восстанавливать повреждения, нанесенные мечем, и решил сосредоточиться на управлении духовной Ци с целью увеличения своего потока Ци.

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, что он ведёт себя, как мошенник...

Все вокруг него так добры и хотят помочь излечить раны, а он пользуется этой возможностью, чтобы увеличить собственные силы.

Это всё равно, что зарабатывать на людской доброте обманом...

Но...

[Мне бы очень хотелось попробовать ещё немного такого "мошенничества"! Я уже пристрастился к этому! Да кто бы не захотел попробовать себя в таком виде обмана?] - закричал Цзюнь Мосе про себя:

[В противном случае, что мне делать, если интенсивность духовной Ци после исцеления опуститься на прежний уровень? Я уже привык к этому качественному сервису доставки духовной Ци!... Или мне потом что, случайно упасть на меч, пораниться и снова восстанавливать силы в кровати? Ну уж нет!]

К сожалению, немного духовной Ци по-прежнему двигалось в сторону поврежденных зон и медленно восстанавливало эти участки тела.

В момент, когда рана на бедре была восстановлена, Цзюнь Мосе почувствовал зуд, и скорость выброса духовной Ци от Пагоды начала снижаться.

Через несколько минут скорость её вращения замедлилась и, наконец, вернулась в прежнее состояние тишины...

Цзюнь Мосе проснулся и вздохнул, подумав:

[Мне этого не достаточно... Такая скорость культивирования слишком заманчива..]

Активировав свое внутренние виденье, он увидел прозрачный поток Ци, медленно движущийся по его меридианам. За такой короткий период - всего за одну ночь - размер его потока Ци удвоился!

Если использовать культивацию Суань Ци этого мира в качестве стандарта измерения, то его нынешний уровень сил был бы на восьмом уровне Суань Ци! Кроме того, его Ци имеет высокую степень чистоты!

В этом мире, где девятый уровень и ниже - муравьи, а Серебряных и Золотых экспертов в изобилиии, неважно, насколько чист его восьмой уровень Суань Ци - он всё ещё ничего не стоит.

Однако Цзюнь Мосе делал акцент на скорость культивирования: он прибыл в этот мир только около месяца назад, и за это время он успешно совершенствовал свое тело. За месяц он поднялся с третьего до восьмого уровня Суань Ци! Если бы эти старые Высшие Божественные Суань-деды увидели такую скорость практики, то их самих бы хватил удар, а их зубы - повыпадали!

Если в этом мире есть Институт Анатомии, где всякие умники расчленяют какие-либо вещи для исследований, то узнав о скорости культивирования Цзюнь Мосе, они бы быстро съехались, чтобы схватить его и препарировать в научных целях!

Цзюнь Мосе издал приятный вздох облегчения. Он вдруг почувствовал, что вред, причиненный мечом...того стоил!

Он даже начал серьёзно рассматривать вариант с нанесением ран самому себе!*

Вдруг в комнату вошёл телохранитель и доложил:

- “Молодой Господин, Юный Господин Танг пришел навестить Вас.”

Цзюнь Мосе издал “ох”, а затем вдруг что-то вспомнил.

Он спокойно взял то, что было завернуто в ткань рядом с подушкой и затолкал это под одеяло.

Затем он слабым голосом произнёс:

- “..Пригласите Юного Господина Танга войти..”

Вскоре послышались тяжелые звуки шагов. Жирный Танг запыхался, входя в комнату Цзюнь Мосе; на его лице были видны капли пота от затраченных усилий.

В этот момент, обширная комната внезапно стала казаться намного меньше

На лице Танга Юань была гримаса шока:

- "Третий Молодой Господин, Вы меня напугали. Я слышал, что вы были убиты... Из-за этого я проплакал всю ночь. Если бы нас разлучили, то как мне нужно было жить дальше без брата??"

Цзюнь Мосе слабо уставился на жирного парня перед собой. У него было огромное желание вскочить и вышвырнуть его из окна!...

Но, в настоящее время, Мосе играет роль тяжелораненого человека; сейчас ему придется пожалеть его.

[...вот бы я мог сжигать взглядом....]

ПРИМЕЧАНИЯ:

*  во всех дальнейших главах "Цзюнь Се" будет "Цзюнь Мосе".

Объясняю: наш доблестный наёмный убийца решил вжиться в роль дебошира, и автор, дабы не путаться, в дальнейших главах использует лишь имя Цзюнь Мосе.

Глава 80. Подарочки от Толстяка.

"К счастью, Вы не погибли, иначе я стал бы совсем одиноким... Что бы я стал без Вас делать?" - вытер слёзы Толстый Танг, после чего выпил принесенную маленькой Ке чашку чая и прокричал:

"Заносите! Быстрее заносите и выгружайте дары, подготовленные моей семьей для Третьего Молодого Господина Цзюнь!"

Цзюнь Мосе развернулся и посмотрел на дверь комнаты - ему было любопытно, что за подарки приготовил его брат.

[Он даже использовал слово "выгружайте", что же за подарки там могут быть?]

Двое мужчин занесли в комнату два больших сундука, их лица были сильно напряжены.

Внезапно спальня Цзюнь Мосе оказалась полностью занята Танг Юанем и его двумя большими сундуками; места не осталось даже для малышки Ке, и, что бы усидеть на стуле, ей пришлось поджать ноги.

Танг Юань, довольно посмеиваясь, махнул рукой, и двое мужчин ушли. Он с таинственным видом подошел к одному из сундуков, но, взглянув на Цзюнь Мосе, не выдержал и хихикнул.

Открыв сундук, он отошел, чтобы позволить Цзюнь Мосе увидеть содержимое; взглянув туда Цзюнь Мосе чуть не упал в обморок...

Внутри сундука были высококлассные лекарства, коробка за коробкой, бутылка за бутылкой, пакет за пакетом и т.д. Все они были отлично упакованы и запах медицины от них просто бил в нос. Одного взгляда хватало, что бы понять, что все это были ценные препараты. Цзюнь Мосе даже подумал: [неужели жирный смог обчистить все аптеки в столице?]

Для исцеления ран простых людей эти лекарства несомненно окажутся полезными или даже необходимыми. Более того, некоторые из этих лекарств простолюдины не смогли бы получить даже за очень большие деньги.

Но проблема была в том, что...Цзюнь Мосе - не обычный человек: он не имеет абсолютно никакой необходимости во всем этом!

В глазах Цзюнь Мосе эти вещи не отличались от груды мусора! Ну, по крайней мере, это только куриные ребра!*

Застонав, Цзюнь Мосе сказал слабым голосом:

- "Жирный, ты хорошо потрудился. Однако, даже если бы я получал травмы каждый день на протяжении ста лет, эти лекарства бы не закончились.. Ты пришел пожелать мне здоровья или проклясть, чтобы я получал больше травм?"

Танг Юань стукнул по крышке сундука, закрывая его, и торжественно сказал:

- "Третий Молодой Господин, как Вы могли такое подумать? Если какой-то медицинский препарат доступен в городе Тянсян, то не важно, святой класс или высший, теперь эти лекарства находятся в этих двух сундуках!"

После чего он подошел поближе и тихонечко шепнул: "Кстати, там на дне лежат препараты, на приобретения которых я потратил очень много усилий.. Все они очень редкие и их трудно найти. Вы должны тщательно их прятать."

"Что там?" - поднял брови заинтересовавшийся Цзюнь Мосе.

Танг Юань украдкой взглянул на маленькую Ке, и непристойно улыбнулся, прежде чем ответить:

- "Там на дне сокровища, которые будут Вам наиболее интересны... Итак, для пробуждения женского желания: трава Прекрасной Песни, Игривая Леди, Слом Целомудрия, Золотое Духовное Копье, трава Непогрешимого Жезла, Пронзающий Стены, Поднять Сто Цзинь..."

- "Стой! Стойстойстой!" - Цзюнь Мосе был в шоке: "Что это за странные названия? Что такое, это... "Поднять Сто Цзин" - что это за хрень вообще?"

- "Поднять Сто Цзин, хехехе..." - Танг Юань снова сделал непристойную улыбку. Указав на промежность Цзюнь Мосе, он прошептал:

"Это значит, что после того, как Вы примете это средство, то ваша... кхм, часть сможет поднять до ста цзинь (60,5 кг)... это очень хорошая хрень!"

Услышав, что Цзюнь Мосе использовал слово "хрень", Танг Юань тоже решил называть это "хренью".

"Черт побери! Не говори со мной так, это отвратительно!" - Цзюнь Мосе почувствовал как у него начинает болеть голова: "Быстро убери все это прочь! Если мой дед увидит это, то он может решить просто отрезать часть меня! А я хочу носить его с собой, даже когда умру! Не навлекай на меня такую катастрофу!"

"Чего ты боишься? Если он мужик, то он, несомненно, оценит эти вещи! Если я не ошибаюсь, то старший господин Цзюнь тоже должен иметь подобные вещи. В конце концов, в его возрасте, уже нельзя смеяться над этим. Без помощи подобной "хрени" даже такой прославленно-несгибаемый человек может быть не в состоянии...хаха ..." - Танг Юань опрометчиво рассмеялся.

Но тут...

- "Какие вещи у меня тоже есть?" - прозвучал снаружи глубокий басистый голос и Дед Цзюнь вышел из-за дверей. На его лице было озадаченное выражение, когда он взглянул на Танг Юаня.

Оглядев забитую сундуками комнату, он спросил:

"Что здесь происходит? О чем вы только что говорили?"

[Почему мне так дерьмово везет!] - Танг Юань замер; с него начали падать крупные капли пота и его глаз нервно задергался. На полу, под его жирным телом, очень быстро набрался целый бассейн: [Если те слова, что я сказал, были услышаны старым Цзюнь.... Ох, прощай моя жалкая жизнь!]

"Что это за хрень?" - сказал Дед Цзюнь с выражением досады.

- Какой беспорядок, быстрее, вынесите это прочь!

Тан Юань тут же выпрямился и закивал головой, словно курица клюющая зерно:

"Да, да! Я немедленно их уберу! Все это - просто различные травы и лекарства, ничего особенного.."

Но после этих слов дед Цзюнь снова спросил:

"Жирный, что ты имел ввиду, говоря, что у меня что-то есть?"

Внезапно черты лица Тан Юаня исказились - он то белел, то краснел или зеленел. Его толстые щеки дрожали, не останавливаясь и даже его бедра тряслись...

"Эмм, Танг говорил что-то о Вашей впечатляющей ауре... Он даже сказал, что ощущает от Вас ауру, подобную королевской, но остановился, поскольку это запретная тема," - Цзюнь Мосе поскорее вмешался, что бы сгладить острые углы.

Наблюдая за жалкой фигурой Жирного, он посчитал, что тот уже готов обратиться в камень, если дед Цзюнь скажет еще хоть одно слово на эту тему.

"..Что такого запретного в этой теме? Зачем так сильно пугаться? Если я обладаю великой и внушительной аурой, героической аурой, которая никогда не исчезнет, то это просто факт!" - Дед Цзюнь посмотрел на Танг Юаня с презрительным выражением и продолжил:

"В будущем больше не приглашай моего Мосе в различные злачные места. Он испортился из-за того, что водился с тобой все это время..."

"А?" - Тан Юань был шокирован:

[Старый господин, как Вы могли так поменять местами правильное и неправильное? Это я был тем, кто, следуя за вашим внуком, в итоге испортился...]

Дедушка Цзюнь фыркнул: в его мыслях его внук, естественно, был хорошим.

Что же касается всех разочаровывающих случаев, что происходили ранее, то основная причина была, естественно, в этом испорченном друге...

Два телохранителя вошли и подняли два сундука, Танг Юань торопливо произнес: "Во втором ящике ..."

Цзюнь Мосе тоже начал потеть:

[Может ли оказаться, что вещи, внутри второго ящика, еще более невыносимы, чем в первом? Он точно хочет моей смерти ...]

Дедушка Цзюнь махнул рукой, приказывая унести сундуки с подарками прочь. Маленькая Ке также ушла вместе с ними.

Только тогда эти двое испустили вздох облегчения.

Вдруг, в комнату вошел старик с белыми волосами и бородой, на его лице было выражение доброты и гармонии, а в руках он держал небольшой медицинский саквояж.

Танг Юань подскочил в шоке, он быстро поклонился и, в почтительной, манере отдал честь: "Сэр Фанг."

Этот сэр Фанг был никто иной, как глава Имперских врачей - Фанг Хуйшенг. В пределах города Тянсян он также получил громкое прозвище "Фанг - Оберегающий от Смерти".

Смысл в том, что не имеет значения, насколько тяжелы травмы человека - если его лечит сэр Фанг, то больной точно останется жив! Это прозвище, возможно, и было преувеличением, однако его познания и опыт в медицине были действительно неоспоримы.

Если Хуато** смог бы вернуться к жизни, то он, вероятно, был бы на одном уровне с сэром Фангом.

В прошлом, когда Танг Юань серьезно заболел, все врачи в пределах столицы оказались неспособны его вылечить.

В самый критический момент к нему явился сэр Фанг и спас его, стоявшего на самом краю смерти. С тех пор Танг Юань имел большое уважение к сэру Фангу. В конце концов, тот спас ему жизнь.

Фанг Хуйшенг кивнул и ласково улыбнулся.

Не говоря ни слова он сел на кровать и схватил запястье Цзюнь Мосе, что бы прослушать его пульс.

Доктор внимательно оценил цвет кожи Цзюнь Мосе, пооттягивал ему веки и попросил его высунуть язык для осмотра.

Именно в этот момент в голове Цзюнь Мосе нежданно возникла идея.

Используя свою внутреннюю энергию, он взял под контроль поток Ци в своем теле. Он заставил поток Ци перемещаться импульсами, от одного меридиана к другому, совершенно ненормальным образом.

В этом мире никто не знал о подобном методе, а значит и обнаружить неестественность происходящего тоже было некому.

Лицо Фанг Хуйшенга постепенно становилось серьезнее.

Он первоначально предполагал, что Цзюнь Чжан Тиан делает муху из слона, вызвав его сюда, но...

Тем не менее, после проверки пульса пациента, он вдруг понял, что мальчик перед ним был в действительно ужасном состоянии!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* Существует часть совершенно безвкусных куриных ребер. Значение фразы: "есть бессмысленно - выбросить жалко"

** Хуато - известный врач живший в древнем Китае в эпоху Троецарствия.

Глава 81. Причины ненастоящей болезни.

Посмотрев на обескураженное лицо сэра Фанга, Цзюнь Чжан Тиан почувствовал тревогу и спросил:

“Старый Фанг, как он?”

Фанг Хуйшэнг посмотрел на Цзюнь Мосе с жалостью. Он покачал головой и вздохнул:

"Его жизнь вне опасности, но что касается остального, то он находится в ужасном состоянии."

"В ужасном?” - Дед Цзюнь был в шоке: "Что значит в ужасном?"

"Застой меридиан, едва уловимые признаки чрезмерной нагрузки, внутренние органы также повреждены..." -Фанг вздохнул, подняв голову: "..Возможно ли, что Третий Молодой Господин выполнял некие интенсивные физические упражнения прямо перед ранением? Как по мне, так исполнял, и их интенсивность превышала ту, что вообще может вынести человеческое тело!"

У Цзюнь Чжан Тиана было плохое предчувствие, он ответил:

"Да, однажды, он проходил через подобные тренировки примерно семь дней.. На самом деле, они окончились лишь позавчера..."

"Это проблема..." - вытянул руки Фанг Хуйшенг, и его брови нахмурились:

"Тело человека иногда может быть неполноценно, и тело Третьего Молодого Господина могло было слабым с самого начала. Даже если у него хватило упорства, чтобы выдержать высокую интенсивность такой физической тренировки, как могли выдержать мышцы и вены этого неполноценного тела? Будь дело только в этих скрытых от глаза повреждениях, то всё, что ему нужно было бы сделать - прекратить тренировки... С правильным образом жизни он мог излечиться.. Однако сейчас его грудь пострадала от воздействия более ста джин, к тому же из-за раны мечом и пинков его внутренние органы были повреждены. Травмы внутренних органов также обострили те скрытые повреждения от тренировок.... Теперь, когда две травмы наложились друг на друга, как с этим справляться? Но и это ещё не все. Хуже всего то, что после, его рана от меча не была вовремя обработана - это привело к потере слишком большого объема крови. То, что он смог остаться в живых - это уже большая удача..."

Он покачал головой и продолжил.

"После такого инцидента для Третьего Молодого Господина сохранить жизнь и стать обычным человеком будет уже очень хорошо.. Кроме того, если он начнет любую интенсивную деятельность в будущем, то будет страдать от головокружения и мучительной агонии, которая может даже угрожать его жизни."

Лицо Цзюнь Чжан Тиана стало пустым и бледным.

"Все действительно так плохо? Даже у Божественного Врача нет способов для его восстановления? Неужели нет абсолютно никакой надежды?"

Фанг Хуйшенг вздохнул и ответил:

"Я могу Вам сказать только то, что говорил и ранее - человеческое тело иногда неполноценно. Хоть меня и преподносят как Божественного Доктора, я, на самом деле, не обладаю божественными способностями. Теперь же, когда все эти травмы наложились одна на одну, я боюсь, что даже бессмертные не смогут ничего сделать. Старый Цзюнь, Вы хотите, чтобы Ваш внук стал драконом, но это не то, чего может достичь каждый; неважно, насколько сильно Ваше желание, человек должен знать свои пределы."

Пока он говорил, он достал кисть и начал писать рецепт.

"..Следуйте этому рецепту и давайте ему лекарство три раза в день. Готовьте его тщательно, и больной, возможно, будет в состоянии немного восстановиться. Что же касается культивирования его Суань Ци...я считаю, что это уже невозможно."

Дед Цзюнь был ошеломлен.

Даже Танг Юань, который стоял рядом, был ошеломлён.

Но кто посмел бы сомневаться в словах, выходящих из уст этой выдающейся в медицинской области фигуры? Кто мог иметь такую квалификацию, чтобы сомневаться в нем?

Цзюнь Чжан Тиан заставил себя улыбнуться, хоть его лицо и было мрачным:

"Если он сможет сохранить свою жизнь, не страдая от какой-либо инвалидности и жить, как нормальный человек, то это уже достаточно хорошо. Что касается Суань Ци...есть много других людей в Королевстве Тянсян, которые ничего не знают о Суань Ци, однако, они могут внести свой вклад."

Несмотря на такие слова, разочарование в тоне дедушки Цзюнь было хорошо слышно даже Танг Юаню.

Танг Юань попытался утешить его:

"Это верно. Только посмотрите на Великого Наставника нашего Императорского двора; разве он не простой умник? Однако он по-прежнему имеет власть в Императорском дворе, стоящий ниже лишь одного и выше миллионов."

Танг Юань сказал это с добрыми намерениями, но эти слова привели деда Цзюня в ярость! Ему казалось, что Жирный откровенно бранит его, ведь когда-то давно Суань Ци Великого Наставника Ли было уничтожено Цзюнь Чжан Тианом лично.

Этот инцидент стал причиной вражды между двумя семьями, вражды, что никогда не прекратится...

“Пошёл вон!” - прокричал Дед Цзюнь в гневе.

Крик Дедушки Цзюня заставил Жирного Танга дрожать; он чуть не обделался, пока убегал.

Даже убегая он не мог понять, что такого сделал, чтобы вызвать у Дедушки Цзюня такой гнев. Он лишь пытался поддержать старика...

Фанг Хуйшенг вздохнул.

Он упаковал свою аптечку и направился к выходу. Дед Цзюнь приказал нескольким телохранителям сопроводить его обратно, а сам устало сел рядом с кроватью внука.

Это действие оставило у Божественного Доктора Фанга неприятный осадок:

[Пф, какая разница в обращении со мной ДО и ПОСЛЕ!]

Обернувшись, Дед Цзюнь увидел улыбающегося Цзюнь Мосе. Старый Цзюнь вздохнул и спросил с досадой:

“Что ты улыбаешься, маленькое отродье? Этот Старший потратил столько усилий, чтобы найти эксперта по слежке дабы защитить тебя. Вместо этого ты решил быть нахальным и использовал какие-то методы, чтобы избавиться от него. Ну теперь посмотри на себя! Скажи мне, что я должен сказать тебе сейчас?”

Дед Цзюнь покачал головой и снова вздохнул; он чувствовал, что сегодня таких вздохов было больше, чем за всю его жизнь.

"Дедушка, пожалуйста успокойся.." - наблюдая за хмурым из-за беспокойства лицом Цзюнь Чжан Тиана, Цзюнь Мосе почувствовал тепло, наполняющие сердце, и не смог этого скрыть: "Ранее, диагноз сэра Фанга был просто результатом моих действий.. По правде говоря, состояние моего тела далеко не так плохо, как он описал."

Сказав это, он пустил по меридианам Суань Ци, и его болезненное лицо неожиданно наполнилось жизнью.

"А?"

Цзюнь Чжан Тиан был поражен, и выражение эйфории захлестнуло его лицо. Тем не менее, прежде, чем выражение эйфории успело распространиться, появился взгляд сомнения, за которым последовал пристальный взгляд.

"Я хочу услышать объяснения! Я хочу услышать всё до мельчайших деталей, и...твои планы,"

Взгляд Цзюнь Чжан Тиана стал острым; он взглянул на Цзюнь Мосе так, будто пытался увидеть, что же его внук задумал. Вдруг Чжан Тиан обернулся и крикнул в пустоту:

"С этого дня и впредь я запрещаю всем, у кого есть уши, приближаться на тридцать жанг (91.2 м) к этой комнате! Любой, кто ослушается, будет убит без пощады!"

Снаружи тут же прозвучали удаляющиеся шаги: “шух-шух-шух-шух.”

Всего через несколько мгновений снаружи повисла полная тишина; ни звука не было слышно.

Скрывать правду от Императорского Доктора означало обманывать Императора, поэтому Цзюнь Чжан Тиан был очень осторожен!

Цзюнь Мосе, лежащий на кровати, вдруг сел.

Одетый только в пижаму, он затянул свой пояс и сел на стул лицом к лицу с Цзюнь Чжан Тиану, сидевшему напротив.

Это действие вызвало удивление у его деда. Казалось, что тело Цзюнь Мосе действительно полностью исцелилось.

[А мой внук действительно знает неплохие трюки: даже сумел обмануть Великого Божественного Доктора Фанга!]

Тем не менее, лицо Дедушки было серьезным. Он чувствовал, что Мосе собирается сказать ему что-то очень серьёзное. Это может быть что-то, чего он не желает слушать; что-то возмутительное!

Поэтому Дедушка Цзюнь должен был избежать любой возможной утечки информации. В данный момент единственным, кто мог бы их подслушать не будучи обнаруженным, был лишь эксперт уровня Высшего Божественного Суань.

Судя по тому, как долго его внук прятал свои способности и как он симулировал травмы, дед Цзюнь мог ощутить необычную атмосферу, которая назревала в этот момент.

Он чувствовал, что мог бы даже догадаться, о чём его внук собирается сказать, так что он стал особенно серьёзным.

"На сегодняшний день наша семья Цзюнь находится в очень опасном положении! Следовательно, у меня нет выбора, кроме как начать действовать. Не будь всё так плохо, я следовал бы своим первоначальным планам и жил всю оставшуюся жизнь как развратник без стыда и совести!" - сказал Цзюнь Мосе; своим первым словом он дал себе ‘пощечину’.

"К сожалению, в третьем поколении семьи Цзюнь я остался один. Даже если я не хочу выходить на сцену, у меня уже нет выбора... Но всё равно я не должен привлекать к себе внимание Великих Семей!"

"Это я хорошо понимаю, о таком я уже догадался." - погладил бороду Дед Цзюнь: "Кстати, касательно недавних событий - твоя симуляция травм была очень хороша. Этим я также доволен.

Кроме того, есть предыдущие действия, предпринятые Вами, Дедушка. Прошлой ночью Вы шокировали все Великие Семьи в столице!.. Но, поступив таким образом, настоящие силы нашей семьи были раскрыты. Не важно, во дворце скрыта наша власть или среди военных сил или даже если это скрытые силы - вся эта сила слишком велика. Такая власть - не то, что Императорская Семья смогла бы вытерпеть... К тому же, Ваши действия, на самом деле, были большим преступлением!

Однако, случилось так, что Ваши действия дополнили планы Его Величества, и это дало Императору возможность сделать перестановку баланса сил в столице. Также, вероятно Его Величество принял во внимание дружбу между вами в прошлом и Ваш огромный вклад в дела Королевства.

Дедушка уже стар, а Третий Дядя - парализован... А что касается 'никчёмного внука', то я всего лишь никчемный развратник. Всё это позволило Его Величеству не испытывать в Вас каких-либо сомнений.

Тем не менее такая ситуация больше не повториться; мы уже испытали удачу, и в следующий раз нам может не повезти! Если Его Величество узнает, что развратный внук - лишь игра на публику, или если Его Величество узнает, что новости о моей тяжелой травме* - ложь, то подозрение в его сердце станет слишком большим.

Такое явление может вызвать трагедию для нашей семьи!"

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Император получил известие о травмах Цзюнь Мосе от своей дочери - Принцессы Линг Мэнг - которая сообщила, что Цзюнь Мосе был тяжело ранен.

Глава 82. Делай, что должен.

Цзюнь Чжан Тиан молчал, но в душе соглашался со всем сказанным. Произошедшее было вызвано погружением в глубины абсолютного отчаяния: в начале он намеревался умереть вместе со всеми приговоренными им людьми, но вмешательство Его Величества предотвратило такой исход.

Кроме того, его внук вернулся в целости и сохранности, что изменило ход его мыслей. Несмотря на то, что все прошло в соответствии с планами Императора, если бы зачинщики были не из семьи Цзюнь, то к данному моменту они были бы уже уничтожены!

Думая об этом сейчас, Цзюнь Чжан Тиан испытывал сильное чувство страха.

- "Дедушка, ты решил сделать ставку на максимальную лояльность к Императорской Семье, в этом нет никаких сомнений. Тем не менее, это лишь твой собственный выбор" - сказал Цзюнь Мосе.

"Хоть и кажется, будто наша семья обладает властью, способной перевернуть мир, истина в том, что наша сила зависит от одного-единственного императорского указа! Из-за одного указа наша семья в мгновение может развалится на куски! Я не привык к подобному очень неприятному чувству, и мне кажется, Третий Дядя тоже не привык к такому!"

- "Мне никогда не нравилась идея отдавать свою собственную судьбу в руки других. Именно поэтому я бы предпочел быть развратником весь остаток своей жизни, но.. К сожалению, моя жизнь в качестве развратника должна завершиться. Следовательно, мне нужны перемены. И те перемены, которых я хочу...это получить судьбу семьи Цзюнь в наши руки!" - Цзюнь Мосе спокойно посмотрел на Цзюнь Чжан Тиана: "Это моя высшая цель и мой конечный замысел. Это - причина всех моих действий!"

- " 'Взять нашу судьбу в наши руки'?! Подобного рода мысли означают стремление к бунту!" - Дедушка Цзюнь содрогнулся и резко взглянул на Цзюнь Мосе.

- "Дедушка ты не понял меня. По моему мнению, те, кто хочет быть императором, и те, кто уже император - дураки. А особенно те, кто желает стать императором, чтобы стать известным на весь мир; такие люди дураки даже среди дураков!" - Цзюнь Мосе издевательски улыбнулся: "Даже ради силы, способной перевернуть мир; даже ради захвата власти; даже если можно будет владеть всем, что только есть; даже ради постоянно кружащих вокруг красавиц... Ничего из этого не интересует меня, ни один из этих соблазнов."

- "Ты!"

Дедушка Цзюнь тяжело дышал, его белая борода разметалась в беспорядке. По мнению Дедушки Цзюня, постоянно отстаивающего свои идеалы чести и верности, ТАКИЕ слова оскорбляли человека, которому он поклялся служить.

Если бы эти слова сказал не Цзюнь Мосе, то этот человек уже давно был бы убит!

- "Дедушка, честные люди называют вещи своими именами, и я поступлю так же! Его Величество никогда не позволит нашей семье обладать настоящей силой, особенно будь у нас способный наследник.. Ведь в перспективе для Его Величества такое сочетание может представлять угрозу суверенитету!... Рано или поздно, но я начну искать ответы на то, что случилось с моим отцом, вторым дядей и двумя моими братьями. И если я обнаружу, что причиной их смерти является чей-либо заговор, то я найду и обрушу правосудие на всех и каждого!" - заявил Цзюнь Мосе в очень спокойной манере и подумал:

[Хорошо, раз я принял себя как Цзюнь Мосе, то было бы уместно сделать кое-что для моей новой семьи.. Кроме того, эти вопросы явно доставляют сильную боль семье Цзюнь.]

Услышав это, Дед Цзюнь просто рухнул на колени и глубоко вздохнул, неспешно обдумывая услышанное, после чего встал и объяснил:

- "Во времена, когда Первый Император закладывал основы Королевства, он намеренно перевёл резиденции Великих Семей Королевства в город Тянсян и раздал им высокие должности и дворянские титулы.. Этот шаг дал ему преимущества: во-первых, все Великие Семьи были сгруппированы в одном месте, и контролировать их стало легче. Во-вторых, Великие Семьи взаимно сдерживали друг друга, создавая для Императора возможность балансировать между ними. Занимая центральное место в этой системе, Императорская Семья была способна справляться со всем, что могло произойти и контролировать всё происходящие в Королевстве.

..За исключением семьи Е, которая прекратила существование много лет назад, в настоящее время в городе Тянсян существуют Великие Семьи Цзюнь, Ли, Дугу, Муронг, и Танг, каждая из которых расположена в разных местах города, и каждая соблюдает договор взаимного ненападения.. Конечно, в последние годы добавились семьи Мэнг и Сонг, но если взглянуть на них поближе, то станет видно, что они просто клоуны, никак не способные стоять рядом с Великими Семьями.

Вся военная сила находится под контролем нашей семьи и семьи Дугу. Несмотря на то, что семья Муронг пытается тянуть свои руки к вооруженным силам, у них ничего не выйдет до тех пор, пока живы я и Старый Дугу! Что касается семей Ли и Мэнг, то они кажутся нашими самыми серьезными врагами; они всегда ищут возможность порвать нас на части.. Кроме того, между этими семьями существуют брачные связи. Что касается их наследников, то семье Ли удалось произвести на свет несравненно талантливого Ли Юрана! Опасность, исходящая от него со временем, лишь будет возрастать!

Семья Сонг, с другой стороны, никогда не выказывала больших амбиций и пока может быть проигнорирована... Касательно военных вопросов, наша семья и семья Дугу всегда соревновались между собой в этом деле. Мы конкурировали даже в мирные дни, эх.. Этот старикан, Дугу Цзёнхэн и я, всегда ссоримся друг с другом. Но это не главное; главным является то, что хоть наши две семьи и имеют счеты, мы посвятили всех себя Императорской Семье... На самом деле, мы никогда не пойдём друг на друга войной. Это то, что ты должен помнить. Это также главная причина, почему наша семья смогла выжить столь долго в пределах Императорского Двора!

Среди всех Великих Семей лишь семья Муронг имеет самые большие амбиции.. Это не стоит беспокойства, но стоит иметь ввиду.

Каждая из Великих Семей имеет свои собственные планы. Но в тот день, когда Его Величество решит "очистить" город и измененить баланс сил в Тянсян, даже Великие Семьи окажутся в опасности. Все Великие Семьи осознали это после недавних событий.

И сейчас, пока вы -молодое поколение- ссоритесь и миритесь друг с другом, мы -старшее поколение- просто наблюдаем, но также подмечаем, кто из вас может представлять реальную угрозу. То, что ты способен увидеть эту деталь, делает дедушку очень довольным."

Дед Цзюнь избегал обсуждать тему расследования о смерти двух поколений членов семьи Цзюнь.

Вместо этого он решил обсудить текущую ситуацию в столице.

- "Три года назад Его Величество планировал определить Кронпринца, но.. Но, после нескольких испытаний, Его Величеству пришлось расстаться с этой идеей. Тогда он решил позволить трём Принцам конкурировать друг с другом под его тайным наблюдением из-за кулис. Его Величество стравливает трёх своих сыновей подобно волкам! И победитель в борьбе между этими тремя волками станет Кронпринцем - преемником Его Величества на троне."

Цзюнь Мосе саркастически улыбнулся, но промолчал.

Дедушка Цзюнь покачал головой и горько улыбнулся.

- "Но, кто бы что не говорил - волк все равно останется волком. Он никогда не сможет стать тигром и тем более не превратиться в дракона! Даже если он станет королём волков, волк по-прежнему волк!.... К сожалению, Его Величество не имеет других кандидатов и может лишь принуждать Принцев действовать, при необходимости сдерживая, укрощая их и непрерывно обучая...

Старые лисы из каждой Великой Семьи прекрасно могут уловить всю ситуацию. Следовательно, ради сохранения своих семей, они никогда не станут участвовать в борьбе между Принцами. Тем не менее, из Великих Семей есть некоторые отдельные личности, которые сблизились с одним из Принцев.. Такие люди будут сохранять свою анонимность до конца, а так же помогут сохранять баланс!

В настоящее время семьями, не принимающими абсолютно никакого участия в борьбе трех принцев, являются наша семья, семья Дугу и семья Ли."

Слова Деда Цзюнь казались несвязными.

Казалось, будто он разговаривал сам с собой и в тоже время беседовал с Цзюнь Мосе. Но теперь он, наконец, подошел к выводам:

- "Таким образом, до тех пор, пока ты знаешь,что делаешь и не заходишь слишком далеко, создавая проблемы, я не стану беспокоиться о том, что ты собираешься делать; я буду только поддерживать тебя. Так что иди своим путем и делай то, что должен."

Поднявшись, Дедушка Цзюнь с несколько усталым выражением лица продолжил:

- "Сейчас я уже не могу отрицать, что стар. Я могу только наблюдать за твоими действиями. Что же касается тела твоего Третьего Дяди...инвалид он или нет, наша семья Цзюнь всё равно будет зависеть от твоих действий. Что бы ни происходило....пока ты не поведёшь нашу семью Цзюнь по дороге в один конец, всё будет в порядке!"

Глаза Цзюнь Мосе блеснули; он ясно уловил смысл слов дедушки Цзюнь.

"Делай что должно" - это весьма значимые слова.

[Неудивительно, что первым делом он дал мне детальный анализ ситуации в столице. Оказывается, суть того, что он хотел мне сказать, заключена в последних словах. Смысл в том, что я могу делать всё, что захочу, а семья Цзюнь будет поддерживать меня и не будет мешать. Но, если я влипну, то вся ответственность будет на мне...

..Но почему он сделал паузу, упомянув об инвалидности Третьего Дяди?]

Ответ на это он получил незамедлительно.

Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на своего внука с крайне довольным лицом:

- "А что касается ног твоего Третьего Дяди... Если у тебя действительно есть метод исцеления, то пожалуйста, не откладывай его больше. Беспокоиться будет не только Третий Дядя, кое-кому ещё станет совсем тревожно."

Сказав это, Дедушка Цзюнь изменился в лице и выругался:

- "Хах! Вы двое принимаете меня за старого дурака? Мой сын и мой внук, да ещё посреди Резиденции! Вы правда думали, что сможете скрыть это от меня? Интересно, как? Это была бы забавная шутка!"

- "Эх" - Цзюнь Мосе почувствовал себя неловко. Почесав нос, он пояснил: "Я беспокоился, что ты слишком разочаруешься, если моя попытка потерпит неудачу. Это было бы слишком печально."

- "У меня никогда не было каких-либо надежд на это!"

Слова старика поразили Цзюнь Мосе словно удар:

"Даже если такое случиться и ты в самом деле сумеешь вылечить его.. Ты действительно думаешь, что твой дедушка будет настолько глуп, чтобы закричать об этом всему миру?? По-твоему, я хочу, чтобы все вокруг об этом прознали? Если бы я так поступил, то все начали бы обращать внимание на вас двоих, создавая заговор за заговором, чтобы навредить вам! Если ты, придурок, решишь снова скрыть от меня что-либо подобное, то готовься - я палкой отобью вам обоим все ягодицы! И поверь, я уж удостоверюсь, чтобы вы не смогли даже ВЫПОЛЗТИ за дверь!"

Цзюнь Мосе просто ошалел от такого и только и мог, что неоднократно повторять "угу".

Глава 83. Ощущение Легкости.

В глазах Деда Цзюня застыло восхищение. Заведя руки за спину, он медленно покинул комнату.

Однако, как только старый Чжан Тиан вышел, его лицо стало совершенно спокойным и, присмотрись кто повнимательней, то не смог бы не увидеть и намека на вселенскую грусть, спрятанную глубоко в глазах седого китайца.

Слуги, наблюдая за невозмутимым на первый взгляд Господином, понимали лишь одно — о выздоровлении Третьего Молодого Господина не может быть и речи! А даже если он и пойдет на поправку, то, скорее всего, останется калекой.

Ведь если нет, то почему лицо старого Господина черно, как дно немытого котла?

Танг Юань же вернулся домой и, не торопясь, рассказал всё в подробностях о своей поездке к Цзюнь Мосе. Дедушка Танг тяжело вздохнул, когда услышал о случившимся с Цзюнь Мосе и подумал:

[..Семья Цзюнь некогда была крайне сильна! Все в ней были могучими воинами и отважными генералами. Семья, что когда-то купалась в роскоши и процветала, теперь же может вести лишь жизнь обычных простолюдинов.. Как же печально видеть, когда Великая Семья встает на колени.]

Когда Танг Юань закончил пересказывать свою историю, он нерешительно упомянул случай, когда Дед Цзюнь неожиданно разозлился на него, казалось бы по сущему пустяку. Услышав это, Старик Танг разразился гневной тирадой:

- "ИДИОТ! У тебя нет ни малейшего представления, что за сволочь этот Ли Шанг! Если бы Цзюнь Чжан Тиан не разрушил его даньтянь и не парализовал его ци в том году...тьфу... Черт побери! Исчезни! Исчезни с глаз моих сейчас же!"

Танг Юань понял, что от его тщательно отточенных навыков подхалимства сейчас точно не будет проку, а, скорее, они могут причинить ему новые неприятности.

Поэтому, чтобы не быть битым, он прикрыл голову и улизнул как крыса.*

Менее чем за сутки новость о Третьем Молодом Господине семьи Цзюнь распространилась по всей столице!

Какое-то время назад слухи уже расползались по городу, и, разумеется, ни о ком другом, как о бесполезном развратнике Цзюнь Мосе, Молодом Господине Семьи Цзюнь.

Люди шептались о том, что этот распутник вдруг прозрел и начал вновь оттачивать свое боевое мастерство. Это шокировало глав других семей и многие начали тайные расследования, чтобы проверить всё и узнать, где же правда.

Они абсолютно не предполагали, что Цзюнь Мосе может быть опасен или представляет хоть какую-то угрозу.

В конце-концов, кто такой этот Цзюнь Мосе? Он всего лишь подросток, у которого еще и волосы-то толком не растут. Более того, у него крайне слабый уровень работы с Суань Ци...

Что на самом деле пугало, так это то, что некогда могущественная и влиятельная Семья Цзюнь может вновь встать у руля власти, если у них появится способный и блестящий отпрыск, подходящий на роль преемника.

Такая перспектива будущего пугала всех без исключения.

Сегодня новость о “тяжелом горе семьи Цзюнь” прошла по всей столице. Многие люди вздохнули с облегчением и отнеслись к ней, как к какому-то анекдоту.

Все Семьи говорили о том, как развратник превратился в блудного сына, позже раскаявшегося в своих заблуждениях и решившего встать на правильный путь. Когда он начал серьёзно тренироваться, то так перенапрягся, что получил травму, и, в конце концов, стал калекой!

[...Даже с его прошлым ничтожным уровнем культивирования, у него было хоть что-то!...Но он умудрился потерять даже это, а-ха-ха!...Разве в этом мире может быть другой, более веселый рассказ?...Разве он не неудачник?...]

Что касается достоверности данного слуха, то сомневаться не было причин.

Всё потому, что новость шла напрямую от двух очень надежных источников, а повлиять на обоих, чтобы они рассказали одну сказку, было уж точно невозможно.

Первый источник - твердолобый друг Цзюня Мосе, Танг Юань. Поскольку он лично был свидетелем медицинского обследования, его рассказ о дорогом друге, ставшим калекой, вполне заслуживает доверия.

Второй, гораздо более надежный и заслуживающий доверия источник - это глава Имперских врачей Доктор Фанг. Если уж “оберегающий от смерти Фанг” ЛИЧНО заявил, что "состояние его было ужасно" и он "не имел возможности и надежды на выздоровление пациента", то под всеми Небесами не было никого, кто смог бы вылечить этого бесполезного развратника.

В это верил каждый.

Кто осмелился бы усомниться в этом?

Те люди, которые продолжили сомневаться, несмотря на все доказательства, были бы просто дураками, не верящими в истину и усложняющими себе жизнь. Почти вся знать некогда страдала от травм или болезней, так что все знали об удивительных знаниях и мастерстве доктора Фанга.

Если отношения с Доктором Фангом прекрасные, то, когда возникнет необходимость в его совете, ты получишь вторую жизнь!

Если кто-то всё-таки осмеливался сказать вслух: “Я сомневаюсь в диагнозе, поставленным доктором Фангом!”, то не прошло бы и полдня, как сказавший это утонул бы в плевках людей.

В тоже время размышления об обмане или мошенничестве также были полностью отброшены. Все знали, что Доктора Фанга невозможно обмануть даже Деду Цзюню или самому Императору, что уж говорить о ничтожном развратнике Цзюнь Мосе, у которого был столь низкий уровень культивирования ци.

“Я никогда не ожидал, что с Цзюнь Мосе будет связано такое количество странных событий. Что-то тут неправильно!” - заявил высокий и красивый Ли Юран, находясь в резиденции Великого наставника Ли.

Глядя на троих сидящих перед ним, он наморщил лоб и сказал: “Ли Фэнг, Вы абсолютно уверены, что новость, переданная Доктором Фангом, верна?”

- “Я абсолютно уверен в этом” - раздался хриплый голос и Великий наставник Ли Шанг вошел в комнату, которая мгновенно помрачнела. Но лицо Ли Шанга светилось радостью и счастьем, когда он смотрел на своих внуков.

[Цзюнь Чжан Тиан, ты чертов старик! Даже если ты сильный, что с того? Чего ты сможешь добиться в одиночку? Тот факт, что твоя Семья Цзюнь вот-вот упадет в канаву - это уже высечено на камне, и даже могучие боги не смогут тебе помочь. Ты хотел чтобы Цзюнь Мосе участвовал в политике Императорского Двора в качестве государственного служащего? Даже если отбросить его прошлое в качестве развратника, ты думаешь, что я позволю себе дать ему шанс встать в эти ряды? Из всех людей, ты лучше других должен знать, что большинство в Имперском Дворе служат мне и находятся под моим руководством. Потребуется лишь несколько лет, прежде чем они полностью подчинятся мне!]

Ли Юран легонько рассмеялся и сказал: “Так как дедушка настолько уверен в этом вопросе, Семья Цзюнь больше не представляет для нас угрозы. У них нет ни сил, ни ресурсов, что бы выступить против нас в будущем”.

Ли Шанг кивнул в знак согласия, но все же сказал серьезно: “Тем не менее, все это - события будущего. Сейчас же, мы все еще не можем провоцировать Цзюнь Чжан Тиана, этот старик может действительно сойти с ума и начать убивать направо и налево!” - Он многозначительно взглянул на Ли Юрана.

Ли Юран вспыхнул, словно публично получив пощечину, так сильно его оскорбил Цзюнь Чжан Тиан. Хотя другие не замечали, но Ли Шанг хорошо знал как мстителен характер его внука! Ли Юран никогда не покажет свой гнев или негодование, он все хранит глубоко в своем сердце. Но и никогда не откажется и не будет колебаться при малейшей возможности взять реванш! Ли Шанг знал это, и, следовательно, предупредил Ли Юрана, чтобы тот отказался от идеи мести на данный момент.

Если говорить о всей ситуации в целом, генерал Цзюнь Чжан Тиан был тем, кого нельзя провоцировать, он уже был крайне раздразнен и подобен обезумевшему Льву! Сейчас же это особенно актуально, так как он находится под защитой Его Величества Императора. Ко всему прочему, прошлой ночью во время буйства, Цзюнь Чжан Тиан раскрыл свою истинную скрытую силу, которая неприятно удивила всех. Столкнувшись с такой властной силой, любая Семья, которая осмелилась пойти в лобовую атаку, будет полностью разгромлена, вплоть до смерти! Неважно, слабый или сильный, полное уничтожение и истребление родословной основных семей не составит труда для Цзюнь Чжан Тиана! С ним никому и абсолютно никогда нельзя связываться.

Ли Юран залился смехом и сказал: “Дед, ты слишком много волнуешься. Я не настолько сумасшедший, чтобы совершать такие безрассудные поступки. Но ведь повеселиться с Цзюнь Мосе не значит создать себе слишком много проблем сейчас, не так ли? Людям, которые потеряли свое культивирование, суждено наслаждаться вином и женщинами. Что касается вопросов между нами — молодой порослью, думаю, Дедушка и Старик Цзюнь не должны слишком сильно заботиться об этом, верно?”

Ли Шанг слегка улыбнулся и с холодным огнем в глазах сказал: “Только не заходите слишком далеко”.

Его четыре внука согласно кивнули.

В имперском Дворце Его Величество Император откинулся на спинку трона, удобно опершись на подушку, и спокойно смотрел на стоящего перед ним человека. Обладая впечатляющей осанкой, он лишь слегка склонил голову. Это был никто иной как Фанг Хуэй Шэнг, имперский врач.

После долгой минуты молчания Император наконец произнес:

- "Хм...это правда, что Цзюнь Мосе стал калекой?"

- "Да, Ваше Высочество. Я поставил такой диагноз на основе знаний, полученных за всю мою жизнь. Тут не может быть никакой ошибки! - Доктор Фанг сказал это с уверенностью. Словно по привычке поглаживая длинную бороду, он продолжал: - Цзюнь Мосе всегда был непослушным по своей природе и привык безобразничать и буйствовать на улицах столицы. Но, если бы он по-настоящему стал джентльменом и пошел бы по правильному пути в жизни, то это бы стало благословением для всего народа."

- "Благословение для народа? Хахаха..." - Его Величество Император мягко засмеялся и слегка прикрыл глаза.

- "С позволения Вашего Высочества я откланиваюсь."

Доктор Фанг торжественно поклонился императору и покинул Императорский Дворец.

После ухода доктора Император растянул губы, словно приоткрывая улыбку, спрятанную глубоко внутри. Он чувствовал себя очень комфортно и непринужденно...

После того как Цзюнь Чжан Тиану дали отпуск на три месяца, посторонним стало казаться, что произошли огромные изменения с Дедом Цзюнем. После событий той ночи он, казалось, совсем пал духом и был полон скорби.

Последовала череда событий, обескуражившая всех жителей столицы. Даже Его Величество Император специально послал людей, чтобы выразить свои соболезнования Дедушке Цзюнь.

Вот какими были те загадочные события:

Однажды Дед Цзюнь вышел из своей комнаты, и вдруг начал яростно кричать:

- "Откуда, черт возьми, тут так много деревьев взялось? Я собираюсь к черту уничтожить вас! Мне холодно и я даже не могу увидеть это чертово солнце! Срубить все эти деревья!"

Приказа никто ослушаться не смел, и площадь, охватывающая пять-шесть ли на территории Семьи Цзюнь, стала совершенно бесплодной! Поляна была голой, как ребенок, и даже не было ни видно ни травинки.

Кроме того, глядя на крепкие стены резиденции Цзюнь, он разъярился и закричал:

- "Эти проклятые заборы слишком низкие! Любой вор может спокойно прийти в мою резиденцию и также беспрепятственно уйти! Даже старые бабульки и те могли бы перелезть через этот забор!"

Повинуясь, его люди непрерывно трудились круглые сутки и даже ночью, первоначальный двадцатифутовый высокий забор вырос вдвое. Никто не знал, откуда дед Цзюнь черпает эти эксцентричные идеи, но он также распорядился, что верхняя часть стены должна быть заполнена густыми колючими растениями, более чем на метр в высоту. Теперь даже птица не осмелится присесть на вершину этого невероятно укрепленного забора!

[ТЛ: чертов Цзюнь Се! Мы увидим больше ваших изобретений с помощью современных знаний?]

Так же казалось, будто у Деда Цзюнь появилась неприязнь к своему внуку или он просто чрезвычайно пристрастился к строительным проектам за это время. Он даже поделил свой двор на два маленьких внутренних дворика, окруженными такими же высокими стенами со всех сторон. Цзюнь Мосе теперь жил на одной из этих половинок. Что касается соседних дворов: слева был для Цзюнь Вуйя, а двор справа был оставлен для Гуан Куинхан.

Оба этих двора были, по сути, бесполезны и просто съедали пространство резиденции, покрывая более половины площади. Другая половина была занята дедом Цзюнь, который решил, что будет жить там один. Время от времени можно было услышать, как кто-то что-то разбил, и эхо от разбитой посуды раздавалось по всей резиденции. В результате все слуги дома работали очень тихо, также тихо ходили и говорили.

Никто не хотел навлечь на себя гнев старика!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - [Прим. англ. пер.: 抱头鼠窜 - это идиома, означающая "обхватить руками голову и улизнуть подобно крысе"]

[Fang - переводиться как клык или ядовитый зуб змеи]

Глава 84. Новый курс действий.

Несколько дней спустя, дедушка Цзюнь внезапно пожелал построить высокую башню в самом центре сада. Он распорядился выкопать корни различных цветов, росших в этом месте, и приказал построить там семиэтажную конструкцию. Кроме того, он даже построил наблюдательный пункт на вершине башни, что бы улучшить контроль над окружающей областью.

Каждый раз, когда у него появлялось свободное время, Дедушка Цзюнь брал нескольких подчиненных отрядов и катался вокруг близлежащих зданий чиновников, окружавших резиденцию Семьи Цзюнь, создавая сильный шум. Кроме того, в ночное время соседи постоянно слышали внезапные звуки копыт и оглушительные крики тренирующихся войнов!

Но основной целью оказалась не тренировка: через несколько дней должностные лица, жившие вокруг резиденции Цзюнь, уже тряслись от страха и недосыпания и, будучи не в силах дальше выносить эти пытки, они продали свое имущество и съехали. Прежде чем кто-либо успел там поселиться, Дед Цзюнь приказал сравнять все пустые жилища с землей, оставив только плоскую равнину.

Отчаяние, испытываемое Дедушкой Цзюнь, мог понять любой. Если кто-то в сложной ситуации видит луч надежды, но внезапно лишается ее, они, несомненно почувствуют абсолютное отчаяние. К счастью, Дедушка Цзюнь имел хорошую стойкость к алкоголю, можно было не бояться, что он будет бежать от проблем и станет алкоголиком.

От безделья он заставил охранников регулярно проходить жесткую армейскую тренировку. По сведениям, поступающим из Семьи Цзюнь, всякий раз, когда Старику было нечем заняться, он напивался так, словно пытался утопить все проблемы в вине.

Его действительно можно было понять.

Его внук, бывший бесполезным развратником, наконец решил встать на истинный путь. Но вскоре Дед получил известие, что его внук был убит. Когда он почти сошел с ума от горя, он узнал что его внук жив.

К счастью, Мосе действительно оказался жив, но, к сожалению, врачебное обследование установило, что он стал калекой!

Вся последовательность этих взлетов и падений оказала катастрофические последствия для его сердца!

Разве это не то, что зовется "игры судьбы"? Такая драматическая последовательность взлетов и падений, что даже если люди с чрезвычайно сильным умом и сердцем, испытав такое, не сойдут с ума от отчаяния, это будет крайне достойно и похвально. Все вокруг думали:

[Если бы я столкнулся с такой ситуацией, боюсь, что под таким давлением обстоятельств я бы давным давно рухнул, учитывая это, поведение Старшего Цзюня ничуть не странно!

Бедный старик. Похоже сами небеса играют с ним. Ему повезло, что он не сошел с ума. К счастью, его страдания не касаются меня, и это прекрасно!]

Так думали все. Даже Его Величество Император, который всегда блистал умом, так же имел очень схожие мысли.

В резиденции Семьи Цзюнь, в комнате Цзюнь Мосе, Мосе сидел напротив Цзюнь Вуя. С радостной улыбкой на лице он подливал вино* в чашу своего дяди. Вино было чрезвычайно изысканным, это было совершенно очевидно, поскольку через него можно было ясно увидеть дно чаши. Вино было слегка охлажденным и имело чрезвычайно ароматный запах. Вино, которое пьянило человека запахом, еще до того как его начали пить.

[п. англ. п. Обсуждаемое вино - Байцзю которое бывает прозрачным.]

[п.п. проще говоря китайская водка.]

"Я бы никогда и не подумал, что у тебя есть такого рода способности, Мосе! Это вино действительно является шедевром среди всех прочих вин! Все так называемые высококачественные вина, которые я пробовал, просто мусор, когда их сравнивают с этим. Сравнение их сродни сравнению могущества небес с землей!" - Цзюнь Вуй сделал легкий глоток из своей чашки и посмаковал остаточный привкус по рту, в его глазах появились признаки опьянения. В другом углу дома, четыре больших и крепких война работали в кузнице. Один из них орудовал молотком, другие качали меха и выполняли прочую кузнечную работу. Яростный огонь горел так ярко, что приобрел серебристо - белый цвет.

Внутри этого пламени лежал большой, раскаленный кусок железа огненно-красного цвета. Один из воинов медленно вытащил железо щипцами. Он вдохнул воздух, в котором был разлит прекрасный аромат вина высшего класса. Воин энергично поднял кувалду и опустил ее со всей силой на кусок горящего железа. Однако, даже под столь могучим ударом кувалды кусок железа практически не изменил свою форму. Это значило, что этот кусок достиг невероятной чистоты и прочности!**

[Молодой мастер сказал, что мы должны ковать этот кусок металла пока он не станет доволен нашей работой, и за каждый день ковки каждый из нас выпивает целый горшок этого удивительного вина! Это просто божественное вино!]

Это было восхитительное и бережно созданное вино, достигшее такого уровня, что даже сам император никогда такого не пробовал, не говоря уже об этих четырех брутальных воинах.

[Высококлассное вино? Изысканное вино? Ха - ха... Это просто то, что я сварил для выпивки, когда мне этого захотелось. Пить этот гребанный ликер, который вы называете вином, каждый день - действительно невыносимо!]

Цзюнь Мосе закрыл глаза, наслаждаясь действительно хорошим вином и неторопливо сказал:

- "Дядя, я слышал, что Дедушка впервые напился, когда пробовал мое вино..."

- "Я тоже слышал, что он напился..." - Цзюнь Ву Хи непроизвольно нахмурился, а потом крикнул - "Никогда не обсуждайте своих Старших у них за спиной!"

- "Э - э..." - Цзюнь Мосе коснулся своего носа и не отказываясь от этой темы, весело спросил: "Я слышал, что Дедушка начал громко петь, когда был пьян, а так же пытался засунуть свою голову в пасть свинье, которая должна была быть подана на обед!"***

- "Ты просто напрашиваешься на побои, маленький паршивец! Перестань говорить об этом, лучше скажи мне, почему, черт возьми, ты не сказал, что вино на самом деле настолько сильное?"

Цзюнь Вуй казался сразу удивленным и огорченным, он продолжал: "Твое счастье, что твой Дед не пытается избить тебя, как грушу. Ты знаешь, что ему пришлось целый день отмывать свою бороду от, налипших на нее, скверных вещей?"

- "О..." - Цзюнь Мосе многозначительно вздохнул и громко сказал с ухмылкой: "На самом деле, Дедушка вообще не имеет стойкости к алкоголю."

- "Перестань уже говорить об этом!" - Цзюнь Вуй не собирался продолжать обсуждать это. В конце концов они говорили о его собственном отце.

- "Что насчет тебя? Не пора ли тебе приготовиться?"

Печальный взгляд мелькнул на лице Мосе, и он поднял свою чашу, хорошенько отпил от нее, что бы залить печаль внутри себя, и вздохнул.

Несколько дней назад, Дедушка Цзюнь внезапно принял удивительное решение - обеспечить Мосе спарринг партнера. Из-за его крайне низкого уровня культивирования и, учитывая, что они должны были сохранять тайну о реальном состоянии здоровья Цзюнь Мосе, он принял уникальное решение. Для спарринга с Мосе он позвал Гуан Куинхан. Именно с тех пор его жизнь превратилась в сущий ад!

На самом деле, это была просто издевка Дедушки Цзюнь для его любимого внука за сокрытие своих намерений и потенциала в течении многих лет. Он определенно нуждался в избиении!

Цзюнь Мосе чувствовал свою беспомощность.

Спаррингуя против своей названной сестры, что так и не вышла замуж, он не мог просто взять и убить ее одним движением, правильно? Тем не менее, если он не будет в состоянии подчинить ее как можно скорее, он просто станет ее боксерской грушей! В конце концов, он культивирует Искусство Разблокировки Небесной Удачи всего лишь чуть более двух месяцев.

Как его уровень можно сравнивать с Гуан Куинхан, которая взращивает Сюань Ци с детства и почти достигла серебряного уровня. Он не мог использовать свои навыки наемного убийцы, следовательно, ему приходилось конкурировать с собственной названной сестрой, полагаясь исключительно на силу!

Говоря по правде, Гуан Куинхан не имела никакого интереса к спаррингу с этим отродьем, но так как ее попросил сам Дедушка Цзюнь, она не могла отказать ему. Так, она неохотно начала спарринговать с Мосе. Но, в первый же день она поняла, что это очень увлекательно и весело, когда она жестоко избивала этого парня, она чувствовала удовлетворение в сердце. Это было очень комфортное ощущение.

Кроме того, Цзюнь Мосе больше не таращился на нее похотливым взглядом, это несколько настораживало Гуан Куинхан, но уменьшило то неприятное впечатление, которое на нее произвел Цзюнь Мосе в прошлом.

Мало того, была еще одна причина, по которой ей хотелось приходить каждый день. Это был новый тип фруктового вина, который варил Мосе. У него был очень сладкий вкус, намного сильнее, чем у любого другого вина. Вкус вина был райским, и его невозможно было отыскать где-нибудь еще. Попробовав его впервые, она сразу же полюбила его.

Она могла избить своего названного брата, выплескивая свой гнев и разочарование без каких либо последствий, к тому же, в качестве награды она получала два горшка этого прекрасного вина, кто бы не хотел такую работу?

-Ох!- Вздохнул Цзюнь Мосе, и вдруг, вспомнив что-то, спросил - Дядя, ты собрал все необходимые травы, которые я просил? Прошло довольно много времени, ты уже закончил их собирать, верно?

Цзюнь Вуй вздохнул и сказал:

- "Цветок Кишечной Прочистки, трава Здравого Сердца, и корень Неутомимого Разрыва собраны мной в огромных количествах. Но я ничего не слышал о Сияющем Сердечном Меридиане. Нужно всего девять листьев этой травы, это относительно редкое растение, его мало используют и его сложно найти. Несколько дней назад, я с большим трудом узнал, что торговая компания Цзиньсян обнаружила три стебля, и они отправили их в столицу, я послал людей приобрести их, но кто мог знать, что их уже купил кто то другой..."

- Их кто-то купил? - настороженно переспросил Цзюнь Мосе. Он выпрямился и сказал:

- Эта трава нужна только для лечения заблокированных меридианов, она не годится ни для чего другого, Но почему ее купили именно сейчас, в критический момент? Может дело в том, что кое-какая информация просочилась из нашей резиденции Цзюнь и кто то действует против нас?"

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - [прим. англ. пер.: Вино - это Байцзю которое бывает прозрачным.]

[прим. пер.: проще говоря китайская водка.]

** - [прим. англ. пер.: В этом процессе ковки из заготовки постепенно удаляется шлак и примеси. Чем дольше его куют, тем чище металл. ]

*** - [прим. англ. пер.: Я думал что случится что нибудь другое! Вспомните Американский пирог!]

[прим. англ. ред.: Хех, это заставило меня хорошенько посмеяться!]

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Глава 85. Я действительно не могу сражаться.

- "Она была куплена?"

Настороженно спросил Цзюнь Мосе. Он встал прямо и сказал:

- "Кроме как для исцеления заблокированных или травмированных меридиан эта трава бесполезна. Но как получилось, что в этот критический момент она была куплена? Возможно ли, что кто-то из нашей резиденции выпустил эту информацию и готовит заговор против нас?"

- "Это маловероятно" - качая головой подметил Цзюнь Вуй: "Тот факт, что семья Цзюнь ищет это растение знают лишь немногие и еще меньше тех, кто знает, что это я ее искал и хотел заполучить. Это невозможно для кого бы то ни было, найти и связать приобретения этого растения с нами и то, что это важно для моего выздоровления. Увы, это лишь роковое совпадение! Не говорите мне, что... что сами небеса пытаются помешать мне восстановить здоровье и исцелить свои раны?!"

Цзюнь Мосе нахмурился немного и начал неторопливо ходить по комнате:

[Так же как и в кулинарии есть пять вкусов, а именно: сладкий, кислый, горький, острый и соленый. И с помощью сочетания многих ингредиентов можно создать нужный вкус, так же и я, возможно, смогу найти подходящую замену этой травы, чтобы придумать лекарство. Это такой же случай, только с медициной. Если я заменю ее, действие лекарства может быть на более низком уровне, а в худшем случае, не достигнет необходимой силы и только. И все же, делать лекарство которое не будет оптимально...хм...]

- "Третий Дядя, я попрошу вас приказать своим людям выяснить, кто украл эту траву у нас из под носа!"

- "Я уже приступил к расследованию этого инцидента. Но это произошло совсем недавно и прошло не так много времени. Поэтому мне еще только предстоит найти больше подробной информации о покупателе" - сказал Цзюнь Вуй с легкой улыбкой. Он, похоже, не слишком сильно спешил и потому решил утешить Мосе: "Третий Племянник, прошло уже много лет с тех пор, как я так живу! Для меня не имеет большого значения, если мое выздоровление отложиться на несколько месяцев...все хорошо...все хорошо!"

Лицо Цзюнь Мосе приняло торжественное выражение и он поднял свою чашу, чтобы медленно потягивать вино, оставаясь в полубессознательном состоянии.

Казалось, он размышлял над чем-то и Цзюнь Вуй не имел понятия, что этот коварный племянник уже был погружен в себя. Решив не мешать ему, Цзюнь Вуй направился отдыхать и наслаждаться ароматным вином.

Вдруг послышались шаги, приближающиеся к ним, нарушив тишину комнаты. Услышав знакомые шаги, Цзюнь Вуй вспыхнул в невольной улыбке.

Гуан Куинхан медленно вошла, одетая с ног до головы в красивое белое платье. Она была подобна снежинке, обладая красивой внешностью, которая казалась очень чистой. Но в то время как она медленно приближалась к Цзюнь Мосе, он чувствовал, как огромной вес давил на него, словно массивный айсберг. Более того, эта нежно-выглядящая названная сестра давала такую холодную ауру, что можно было почувствовалась, как их кости промерзают до самого основания!

Когда люди смотрели на эту красивую женщину с таким холодным нравом, кожа которой была как нефрит, им казалось, что её сердце стало холодным очень давно...

Что касается спаррингов с Гуан Куинхан, Цзюнь Мосе пытался протестовать против этого решения много раз, но это было бесполезно. Цзюнь Мосе знал свои собственные боевые возможности и у него не было недостатка мастерства. В действительности, когда речь идет о навыках, которыми можно убивать своих врагов, в своем прошлом мире, если Цзюнь Мосе утверждал, что он был вторым, то никто не посмел бы стать первым!

Но это было то, о чем его Дедушка не знал, и Мосе хотел сохранить это в тайне. Так что, несмотря на все его попытки избежать ежедневных спаррингов, Дедушка Цзюнь решительно отверг их. Особенно в первый день: Дедушка Цзюнь наблюдал за абсолютным “злоупотреблением”, когда его внук попадал в руки к внучке-в-законе, он ушел, сказав только одну фразу.

Фраза была проста: “Я очень доволен. Продолжай бить этого сопляка до полусмерти, безо всякой пощады!”

Для Цзюнь Вуя сегодня будет первый раз, когда он наконец получит то, чего хочет - увидит своего племянника избитым. За последний месяц этот племянник всегда умудрялся обхитрить его, каждый раз оставляя чрезвычайно расстроенным.

Следовательно, Цзюнь Вуй точно не мог упустить эту возможность, дабы выразить свой гнев и разочарование на сбегающего племянника. Ведь такие прекрасные возможности бывают крайне редко!

[Я действительно не могу бороться со своей сестрой-в-законе! Я не хочу продолжать этот бессмысленный фарс и терпеть избиения каждый день. Кроме того, все время получать тумаков от этой красотки очень неловко. Итак, что же мне делать? Идти ва-банк? Я не умею сдерживаться и всегда атакую с намерением убить! Невозможно! Она - моя названная сестра! Хотя она и ненавидит меня, но эта причина не может служить оправданием ее смерти, если я убью ее, верно? Да и ненавидит она Цзюнь Мосе, а не меня. Этот развратный ублюдок заслуживает всё из этого и даже больше!

Есть некоторые вещи, которые мужчина не должен делать! Если только у мужчины и женщины не вражда, где один из них должен умереть, то он никогда не должен поднимать руку на женщину!]

Решив не использовать жёсткие методы Злого монарха, Мосе осталось не много способов справиться с противником, особенно если противник - его названная сестра, чье культивирование гораздо выше его собственного.

Обладая более высокими навыками в боевых искусствах, сталкиваясь с такими противниками, даже если они дали бы ему фору, разница в силе была чем-то, что Цзюнь Се никогда не сможет преодолеть только с помощью смекалки и тактики.

Гуан Куинхан стояла неподвижно; она была подобна прекрасному снежному цветку лотоса. Изысканной, возвышенный и недостижимой, но в то же время, она была отчужденной, холодной, чистой и благородной!

- "Можем мы не будем бороться сегодня?" - Цзюнь Мосе сделал жалкое выражение и продолжил - "Я могу дать Вам ещё два горшка вина в качестве компенсации. Что Вы скажете?"

- "Нет!"

Гуан Куинхан взглянула на него холодно. Её тонкие руки, будто вырезанные из нефрита, взлетели перед ней, они светились черноватом цветом! 9-й уровень Суань Ци!

- "Ты готов??” - Гуан Куинхан посмотрела на Цзюнь Мосе апатичным взглядом. Не было ни гнева, ни радости в ее выражении. Она смотрела на него просто, как чрезвычайно прочный мешок с песком!

- "Ба-ах! Если бы не вино, которое я даю Вам, Вы были бы в восторге от этого? Небеса... Вы не спорите со мной. Вы просто нашли хорошее оправдание избивать меня! Я действительно не в состоянии сопротивляться! Готов?!" - Цзюнь Мосе был крайне взбешен.

“План” Цзюнь Мосе скрывал свой истинный потенциал и безусловно имел положительный эффект, что и стало причиной надежд Дедушки Цзюнь.

Но вместе с тем был и негативный эффект: внук скрывал свои способности от деда!

Конечно это сделало Деда Цзюнь крайне недовольным, и этот спарринг с Гуан Куинхан был организован им, чтобы отомстить Мосе за сокрытие своих способностей! Проще говоря, это была Месть!

Но так Мосе мог лишь думать, никогда не произнося подобного вслух! Самое неприятное было то, что у него было более чем достаточно способов, чтобы справиться с этой хилой женщиной, но он не мог их использовать и ему приходилось сдерживаться!

[Я могу легко разрешить эту ситуацию, но вместо этого я выбрал постоянно терпеть этот...произвол. Я становлюсь мазохистом? Самое трагичное во всем этом, что я не знаю, когда Дедушка закончит это наказание!

Если бы это что-то изменило... Если бы это позволило закончить наказание, то я бы честно сказал Дедушке: “ПРОСТИ!”. Если у этого наказания есть срок действия, то я всем сердцем надеюсь, что оно закончиться в следующую секунду...!]

Пока Цзюнь Мосе летал в своих фантазиях, он неожиданно увидел свет, мягкую, цвета снега, руку, покрытую Ци, летящий прямо в него. Этот удар, казалось бы, из ниоткуда, на самом деле был обманкой Гуан Куинхан для того, чтобы закончить задачу избивать этого сопляка в кратчайшие сроки и унести назад с собой два горшка вина и пить в свободное время. Ей не хотелось тратить больше времени на этого извращенного парня!

Хотя казалось, что поведение этого парня изменилось с недавних пор, вполне возможно, что он просто пытается сдерживаться. Неважно, у нее нет никакого интереса находиться и на секунду дольше, чем она должна, рядом с ним.

По мере полета кулака вперед, издавался свистящий звук в воздухе, ее мышцы также издавали легкий шум в этот момент. “Па па па”. Это было сродни звуку падающих капель дождя летним утром: очень плотный, яркий и сладкий!

Цзюнь Вуй только поднял свою чашу вина, наслаждаясь его вкусом и наблюдал за сценой, разыгравшейся перед ним. Он не мог сдержать свой смех, когда увидел несоответствие в силе, которое видно в спарринге.

[Идея отца о наказании для Третьего Племянника - действительно замечательно! Ахах...что!?]

Пока Цзюнь Вуй лениво размышлял, его глаза внезапно сузились. Его выражение скуки и беззаботности внезапно превратилось в серьезное. Его взгляд был прочно закреплен за Цзюнь Мосе и он даже не удосужился поставить свою чашку вниз.

Внезапное движение Цзюнь Мосе полностью захватило его внимание!

Перед тем, как Гуан Куинхан бросила удар, она также планировала сопроводить его решающим ударом. Эти два движения были выполнены один за другим в почти текучее движение, как если бы оно практиковалось бесчисленное количество раз.

Но перед приближением кулака тело Цзюнь Мосе слегка сделало небольшой поворот, сопровождающийся ударом локтя. Сразу же, как только это произошло, Цзюнь Мосе отдернул локоть, а в следующее мгновение он был сбит с ног комбинированным ударом!

Это простое действие казалось крайне незначительным и непонятным, но Цзюнь Вуй был генералом и сразил бессчетное количество врагов на поле боя.

Для него увиденное было чрезвычайно захватывающим!

На поле боя приходилось удерживать чрезвычайно высокую концентрацию на движениях противника. Всего лишь секунда невнимательности может привести к мгновенной смерти! Подсознательное движение локтя Цзюнь Мосе на движения Гуан Куинхан, хоть и было быстро остановлено, но не ускользнуло от Цзунь Вуя.

Он был экспертом уровня Земли Суань Ци, и отчетливо видел каждый шаг Цзюнь Мосе. Он ясно видел, что локоть был направлен непосредственно в гортань Гуан Куинхан! Если бы Цзюнь Мосе продолжил движение, оно несомненно бы привело к её гибели.

А что более важно в момент этого удара локтем: он было ровно в интервале между двумя ходами Куинхан.

Гуан Куинхан занималась культивированием еще с тех пор, когда была ребенком, и ее движения были выполнены почти одновременно. То короткое мгновение между двумя этими движениями было практически ничтожно, но изъян в них все-таки был! И Цзюнь Мосе воспользовался этим маленьким недостатком, который едва существовал!

Если бы он решил закончить это действие, то Гуан Куинхан не имела бы возможности отреагировать на этот непредсказуемый удар, который идеально затрагивал ее единственный недостаток!

Глава 86. Ужасный инстинкт!

Разница в уровнях Суань Ци Цзюнь Мосе и Гуан Куинхан играла значительную роль: даже если Цзюнь Мосе каким-то образом нанесет удар, вреда от него будет немного. Однако, на теле есть очень важное, но в то же время слабое и очень уязвимое место – это шея. А вот локоть человека может исполнять роль превосходного оружия – он способен выносить сильное давление и распределять его. Таким образом, ударив самой сильной частью тела в самую слабую, можно сразить соперника много сильнее, чем ты сам. А если это еще и смертельный удар!

Такой удар вполне может положить конец схватке!

Цзюнь Вуй был весьма потрясен!

[Был ли Мосе настолько умен? Или же это простое совпадение?]

Цзюнь Вуйи выбросил все мысли из головы и устремил все свое внимание на происходящий бой. Он наблюдал за каждым движением, и, несмотря на то, что все удары были направлены в сторону Мосе, в его глазах разыгрывалась совсем другая сцена. Перед каждым ударом Гуан Куинхан тело Цзюнь Мосе делало неуловимое движение. Все что было нужно, так это вложить в это движение всю силу: этого было бы достаточно, чтобы убить Гуан Куинхан. И иногда такое движение происходило чаще, чем один раз за ее удар.

Цзюнь Вуй молча наблюдал за схваткой перед ним.

[Вот оно, это движение! Мосе уклонился вправо, а его кулак… хм… из него явно выступал средний палец… А направлен он был прямо в мозг Гуан Куинхан! Еще одна весьма уязвимая точка человеческого тела!

Это движение, эта позиция, постановка коленей… Движения резкие и точные. Если бы он не остановился, он бы ударил ее прямо в вагину! Еще одна уязвимая точка тела.]

Сердце!

Висок!

Позвоночник!

А потом глаза, горло, уши…

Гуан Куинхан выглядела воодушевленной и очень довольной тем фактом, что у нее вышло побить своего сводного братца-извращенца. Цзюнь Мосе, тяжело дыша, упорно избегал ее ударов, тогда как Цзюнь Вуйи, лишь наблюдая со стороны, покрылся холодным потом с ног до головы.

Тем временем, Гуан Куинхан продолжала свой стремительный натиск, не останавливаясь ни на секунду. С каждым движением Цзюнь Вуйи все более поддавался страху. Со стороны зрителя и через призму своего знания, он прекрасно видел, в какой опасности на самом деле находилась Гуан Куинхан ежесекундно. Её энтузиазм был жалок, так же, как и ее незнание о том несчетном количестве раз, когда она была на волосок от гибели.

В каждом движении Цзюнь Мосе читалось невесомое желание и намерение убить.

Просто ужасно! Даже Цзюнь Вуйи, мастер Земли в Суань Ци, при всех своих способностях к концентрации, едва поспевал за движениями.

[Вот...! Прям как в пословице: яблоко от яблони не далеко падает. Дракон никогда не породит овечку, а тот, кто видит это, непременно напугается до смерти..]

Он даже не смел прерывать эту изящную смертельную игру. Он боялся, что его слова отвлекут Цзюнь Мосе, и тот упустит контроль, что приведет к смерти Гуан Куинхан. Его движения были слишком резкими и быстрыми, что даже будь Цзюнь Вуйи в идеальной форме, он не смог бы остановить неизбежное.

И только лишь после десятка нокдаунов Гуан Куинхан успокоилась и прекратила свой натиск. Она ни проронила ни слова за все это время. Она молча взяла два кувшина вина и ушла в свой дворик. На ее лице не было гнева или злости, оно было таким же, как и раньше – чрезвычайно холодным. Невзирая на все проделанные усилия, на ней не было ни капельки пота, тогда как Цзюнь Мосе выглядел абсолютно измотанным. Все это не составило трудностей для Гуан Куинхан. В конце концов у её противника был "жалкий" уровень Суань Ци!

Цзюнь Вуй проводил ее удаляющуюся фигуру безучастным взглядом, а разум его все еще находился в состоянии глубочайшего шока. По его подсчетам, в это схватке, если бы она была и правда не на жизнь, а насмерть, Гуан Куинхан умерла бы минимум 47 раз! Но каждый раз Цзюнь Мосе отсрочивал этот момент.

Что же за пугающая схватка это была? Человек четвертого уровня Суань Ци наравне бился с девятым уровнем!

И не просто наравне, он также чуть ли не вломился в серебряную сферу Суань Ци!

[Преодолеть разницу в уровнях и сферах и при этом еще и биться наравне? Сделает ли это собственный племянник?

Нет, не так. Он уже это сделал.]

Самое страшное заключается в том, что все эти движения Цзюнь Мосе выполнялись инстинктивно и контролировались лишь его подсознанием. Но прекращал эти смертельные атаки он уже осознанно. Что это такое? Что же это значит?

Цзюнь Вуй был полностью покрыт холодным потом.

Это показывало, что устремленность на убийство уже укоренилась в Мосе до самых костей, так что он смог бы действовать аналогично, даже если бы оказался без сознания или во сне!

Без раздумий, без оценки, он просто видел слабые места врага и мог в любой момент нанести смертельный удар.

Убийство уже стало инстинктом!

Только в этом случае могло происходить что-то подобное!

Хм ... Сколько людей он убил, что бы отточить эти навыки и усовершенствовать их до такой степени???

Даже ветерану многих войн - Цзюнь Вую размышлять в этом направлении дальше было страшно.

Кровь солдат на поле боя была ему привычна, как и хладнокровные убийства. Но все эти солдаты проходили специальную подготовку, их растили для такого, и на фоне собственного племянника, действующего инстинктивно, все эти солдаты с сотнями трупов за плечами теряли значимость. Никогда ранее он не видел людей, настолько искусно управляющихся со смертью!

Монстр!

Его движения - это не просто удары. Каждое заканчивается неминуемой смертью соперника. Он был пропитан угрозой вплоть до костей. Убийство уже стало рефлексом!

Этот жестокий, невероятно сильный, демоноподобный монстр был его племянником!

Тем самым, которого целая Империя сочла отбросом..

Цзюнь Мосе!

Цзюнь Вуй тяжело вздохнул и медленно опустил веки.

[Какого черта я только что видел? Это наверняка просто сон. Пожалуйста, разбудите меня и избавьте от этого кошмара как можно скорее!]

Кошмара? Почему же это кошмар, ведь это Цзюнь Мосе обладает столь потрясающей силой.

..Внезапно Цзюнь Вуй вспомнил, как Цзюнь Мосе убедил своего отца в том, что он не может более проводить бои.

"Я непригоден для боя", - сказал он тогда.

- "Внук генерала не может биться?!?"

В ту же секунду как прозвучали его слова, отец впал в ярость, избил его, и выгнал со словами: "Убирайся к черту!".

[Тогда я тоже слышал слова Мосе, и я чуть было не рассмеялся. Это было слишком смешно.

Непригоден, как же! Нельзя это понимать, как неспособность к боям, а вот как…]

И только сейчас он осознал истинное значение тех слов. Цзюнь Мосе не способен биться.

Он способен лишь убивать!

Все это было лишь из-за того, что вся его кровь, его душа, каждый дюйм его тела, каждая его кость, мускул и нерв насквозь пропитаны навыком убивать.

Если бы все солдаты имели такие навыки, они бы стояли до последнего, даже против миллиона противников. Пока в их телах теплится жизнь, они бы убивали.

Все враги стали бы лишь кучкой костей, из которых можно было бы построить целую гору!

Если бы наёмные убийцы имели такие навыки, то появились бы слухи о самом таинственном убийце на континенте.

Человек, имеющий подобные навыки, может, используя их, сохранить жизнь или обречь на смерть!

Для такого человека убийство - обыденная привычка. Инстинкт, вершина искусства, наивысшее достижение! Подобно тому, как профессиональный художник способен перемешать все что можно увидеть и уловить чувства, любитель смог это сделать.

Это мечта всех воинов, всех ассасинов. Но никогда никто не достигал таких вершин. Смог ли Цзюнь Мосе, его племянник? Похоже ли на это?

У Цзюнь Ву было много вопросов, на которые он хотел бы получить ответ: Где этот паршивец научился убивать? И как он практиковался? И что более важно, на ком он практиковался?

Цзюнь Ву чувствовал, что его Племянник был настолько таинственным, что он был не способен понять его. Несмотря на то, что текущее культивирование Мосе только на четверном уровне Сюань Ци, его перспективы даже не могут сравниться с возможностями его Дяди!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - (прим. пер.: хотя мультфильм про Шрека возражает:))

Глава 87. Как добраться до сути тайны.

Цзюнь Мосе медленно поднялся, отряхнул свою рясу от пыли и лениво сел на стул. Травмы, что он получил, были практически незначительны, и их не стоило даже упоминать. Искусство Разблокировки Небесной Удачи было запущенно на полную мощность и быстро исцелило его. В конце концов, Гуан Куинхан на самом деле не пыталась изувечить его и не имела намерения его убивать. Так что, травмы, что он получил, были лишь поверхностными.

Вдруг, Цзюнь Мосе почувствовал что-то и поднял голову, он увидел своего Третьего Дядю - ветерана бесчисленных сражений, смотрящего на него сверху вниз с шокированным выражением лица! Его глаза выдавали, какой ужас он ощущал, и, если хорошо присмотреться, в его глазах был намек на страх, с тенью удивления и, даже, вспышкой благоговения!

- "...В конце концов...как это возможно...?!" - Цзюнь Вуй смотрел с почти выпавшими глазами и продолжал - "Кто был тем, кто обучил тебя таким навыкам, это был человек с Высшим Божественным Суань?”

Цзюнь Мосе остолбенел на мгновение. Затем он понял, о чем тот говорил и разразился смехом.

Спустя долгое время он поднял свою чашу и осушил ее в один присест и сказал: "Чтобы иметь такие отточенные навыки, нужно обладать сердцем убийцы! - произнес Цзюнь Мосе с улыбкой: "Третий Дядя, реальный вопрос который Вы пытаетесь задать…сколько людей я убил, чтобы достичь своего нынешнего мастерства?"

По выражению лица Цзюнь Вуя, Цзюнь Мосе уже понял. Его проницательный Третий Дядя смотрел сквозь его инстинктивные действия. Хотя они и были своевременно подавлены, он все равно их заметил, и не важно, насколько они были незначительными. Возможно, Гуан Куинхан могла быть обманута. Ее сила крайне ограничена, и у нее было очень мало опыта.

Но кто был Цзюнь Ву Хи? С его высоким уровнем культивирования Суань Ци, опытом в многочисленных сражениях, и возможностью наблюдать за боем со стороны, как он мог не увидеть правды?

Цзюнь Ву Хи поворчал и огрызнулся на своего племянника;

- "Мосе, во время войны, на поле боя, забирать жизнь друг друга - это естественный ход вещей. Но ты...ты никогда не служил в армии и, все-таки, научился убивать таким эффективным способом. Как это возможно? Достичь таких способностей не возможно, если только руки не по локоть в крови бесчисленного множества людей..."

Цзюнь Ву Хи разозлился и дрожащим голосом продолжил:

- "Ты всегда был внутри Королевской Столицы...Ты использовал мирных жителей для...?"

- "Третий дядя, Вы прошли бесчисленные сражения жизни и смерти и не удивительно, что Вы рассуждаете подобным образом. Но не нужно постоянно убивать, чтобы отточить технику до такого уровня" - спокойно продолжил Цзюнь Мосе: "На самом деле, как только Вы сможете по-настоящему узнать и понять человеческое тело: каждая его кость, каждый сустав, каждый нерв, то все это придет к Вам само собой."

Цзюнь Мосе закрыл глаза и сказал:

- "В теле человека, независимо от пола, есть двести шесть костей. То есть, есть также и двести шесть суставов во всем теле человека, слева на право, сверху и вниз! Сильный удар в любое из этих мест может нести смертельную угрозу для здоровья человека! И, независимо от того, как человек двигается и насколько хорошо он защищается, все равно будут некоторые места, которые останутся совершенно беззащитны!

Для борьбы предусматривается использование костей и суставов. При использовании максимальной силы в некоторых точках тела, другая часть, что не используется, становится недостатком, фатальным недостатком! Как только Вы найдете этот недостаток, то вся та часть, где он находиться, также становится дефектной. А когда все эти места на теле Вашего врага замечены, будет довольно легко принять контрмеры против него. Я сказал Дедушке, что я не могу бороться. Я действительно не могу, потому что, если я начну бороться, будет лишь один результат: названная сестра умрет! На самом деле, сегодня она могла бы умереть множество раз, сотню, как минимум! Мне интересно, смог ли Третий Дядя заметить их все!"

Глаза и зубы Цзюнь Мосе блестели демонстрируя его улыбку, и он сказал:

- "Я должен признать, что я привык к этому инстинкту - размещать свои удары в самые слабые точках организма человека. В этом мире, лучшем пониманием человеческого тела обладают врачи, но, Третий Дядя, Вы редко встретите врачей-убийц, потому что большинство из них учатся только лечить и спасать!"

Цзюнь Ву Хи смотрел с недоумением и потерял дар речи. Затем он гневно сказал:

- "Ты просто крутишь словами так, как тебе нравится!*"

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

- "В самом деле, Дядя, я уже вырос и больше не ребенок, Вы наблюдали как я росту. Эти два года, хотя мы и не часто встречались, но шпионы Дедушки всегда следили за мной, каждый день, каждый час дня, и вели подробную запись каждого действия, сделанного мной. Вплоть даже до той степени, где и с кем я спал каждую ночь. Не только это, они также фиксировали время, которое я провел с каждой женщиной, кем была женщина, сила ее семьи и ее родителей, все в мельчайших деталях! Дядя, Вы действительно верите, что у меня была возможность спокойно убивать, несмотря на все это? Разве Вы не видите, что такая идея слишком абсурдна?!"

Цзюнь Вуй не знал, смеяться ему или плакать, он смотрел озадаченным взглядом!

- "Существует ли вообще такое понятие, как прирожденный убийца?"

Цзюнь Вуй запнулся, его сознание в полнейшим хаосе. То, что он только что узнал, полностью игнорировало здравый смысл, и, глядя на своего племянника, он был в полном недоумении...

Цзюнь Мосе тайно вытер холодный пот со своего лба, и медленно расслабился, он, наконец, снова почувствовал себя в своей тарелке.

[О боже мой! Третий Дядя чуть не поймал меня... Обмануть Третьего Дядю оказалось действительно не простой задачей, надо быть осторожнее!]

- "Но ты… Откуда ты так хорошо осведомлен? И твои достижения тоже очень высоки! Эта твоя личность...слишком..."

Цзюнь Вуй не сдавался и продолжал спрашивать.

- "Дядя, с тех пор, как Ваш Племянник пришел в этот мир, он никогда никого не убивал."

Видя, как Цзюнь Мосе произнес это, глубоко в его глазах можно было увидеть намек на одиночество и тоску. Это было выражение абсолютной искренности и честности. Это выражение было слишком реальным и те, кто увидят это, будут чувствовать… что он сказал правду, абсолютную правду!

Но слова, что сказал Цзюнь Мосе: "с тех пор как Ваш Племянник пришел в этот мир", он имел в виду не развратного Племянника, а "Цзюнь Се" - "Злого Монарха"!

В этот момент вошла маленькая лоли-горничная и изящно поклонилась, прежде чем сказать:

- "Третий Молодой Господин, здесь кое-кто хочет Вас видеть. Он сказал мне, что должен сообщить нечто очень важное и срочное."

Затем, она посмотрела на Цзюнь Мосе, всего в грязи, и почувствовала жалость к нему.

[Бедный Молодой Господин, в последнее время он часто подвергается насилию. Он был очень хорошим в эти последние несколько дней, поэтому он не заслуживает того, чтобы его так безжалостно избивали.]

Цзюнь Мосе быстро сказал:

- Просто дай ему войти!

Наконец-то, похоже, пришло время, чтобы помочь Третьему Дяде восстановиться.

Несколько мгновений спустя, мужчина, одетый во все черное, шел, излучая ауру силы. Его лицо оставалось спокойным, и когда Цзюнь Мосе посмотрел на него, он легко мог сказать, что талант этого человека был вовсе не плох. Хорош. Очень хорош.

- "Генерал, мы нашли человека, который купил траву Девять Листьев."

- "Кто он?" - вместе спросили Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй.

- "Молодой господин, его зовут...Танг...Танг Юань."

Мужчина смотрел на Цзюнь Мосе, не решаясь произносить имя.

- "Танг Юань!?" - дивленно воскликнул Цзюнь Мосе, а затем сказал: "Жирный Танг купил траву Девять Листьев… Что-то произошло внутри семьи Танг?"

- "Я не знаю, господин...сейчас..."

Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе, дуэт Племянник-Дядя, оба смотрели друг на друга в течение долгого времени, ничего не говоря.

Посланник поклонился и быстро покинул комнату без единого звука.

- "Информация не просочилась...?" - тихо размышлял Цзюнь Вуй.

- "Полагаю, что нет!" - ответил Цзюнь Мосе.

Его глаза мерцали, а затем он нахмурился и продолжил: "Но почему Жирный купил эту траву?"

Мосе задумался на мгновение: "Дядя, я помню Вы сказали, что было обнаружено три пряди травы?"

- "Да!"

- "Значит, я просто должен заставить Жирного выплюнуть две другие пряди травы, для моей пользы!"

Цзюнь Мосе глубоко выдохнул и подумал:

[Жирный Танг потерял много вещей в азартных играх, а я спас его задницу! Если он не выплюнет эти две пряди травы, я заставлю этого Толстяка бегать быстрее, чем кролик! Этот Жирдяй все равно получил их за дешево!]

Цзюнь Вуй выдал слабую улыбку и посмотрел на свои ноги, не скрывая волнения:

[Наконец-то, мне осталось только получить последний медикамент… Пылающее Сердце Меридиан!]

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - [Прим. англ. пер.: «You’re just twisting words to force logic!» - это идиома]

Глава 88. У меня нет травы, а у вас она есть!

[Моя цель теперь в двух шагах от меня!]

Цзюнь Вуй чувствовал, что от волнения его сердце забилось быстрее, в ожидании результатов лечения.

Не затягивая, Цзюнь Мосе сразу же отправился навестить своего лучшего друга - Танг Юаня.

Он боялся, что глупый Жирдяй может испортить лекарственную траву, потратив ее на глупости. Если ему придется искать траву заново, то это будет стоить семье Цзюнь много времени и денег, не говоря уже о душевных муках и огромных усилиях, необходимых для поиска.

В подобных вопросах, чем дольше задержка - тем сильнее ухудшается ситуация.

Разместившись в паланкине и откинувшись в удобной позе, Третий Молодой Мастер Цзюнь Мосе не торопясь прибыл к резиденции Танг. Как только он потянулся к дверце, он увидел подошедшую к нему большую человекоподобную фрикадельку, надевшую, для выхода в город, одежду телесного цвета.

Сегодня Танг Юань носил одежду, цветом и формой настолько подчеркивающую его телосложение, что мало кто заподозрил бы неладное, если бы его разместили на тарелке, с рисом в качестве гарнира...

- Брат, почему ты пришел сюда? Разве твое тело полностью оправилось от ран? Наверняка ты пришел что бы развеять скуку и поиграть со своим братом, не так ли?

Танг Юань взирал на Цзюнь Мосе довольным взглядом и, хотя в его голосе слышался намек на беспокойство, можно было ясно увидеть радость и искренность в его словах и действиях!

- Я пришел что бы повидать тебя.

Цзюнь Мосе поднял занавеску паланкина и продолжил:

- Ты куда то собираешься?

- Ах да! Я собираюсь в Зал Великолепных Драгоценностей, для забавы, а так же сделать ставки на несколько лотов. Сегодня там будет выставлено много замечательных вещей.

Танг Юань засунул руку в свою одежду и вытащил здоровенную пачку денежных купюр. Он потряс деньгами и присвистнул в волнении, его лицо озарилось подобно скульптуре смеющегося Будды*!: "На этот раз я приказал проверить все должным образом, и обратить особое внимание на несколько изысканных предметов. Я даже вложил в это огромную кучу денег. Цзюнь Мосе, давай отправимся туда и будем делать ставки вместе, что скажешь?"

"Я все еще не верю, что ты не станешь закладывать свою жену в этот раз!" - пошутил Цзюнь Мосе.

- "Эй, не вспоминай больше то ничтожное происшествие" - идеально круглое и белое лицо Танг Юаня пересекли несколько черных линий: "Если бы я тогда не столкнулся с мерзким жульничеством, я бы безусловно выиграл! Я, ваш брат, просто игорный бог, о котором рассказывают легенды!"

- "Мне бы хотелось верить в то что сказано твоим честным ртом. Но, мне больше верится в существование призраков."

Цзюнь Мосе сморщил нос, и сделал торжественное лицо. Игнорируя сделанное Танг Юанем приглашение, он сказал напрямую:

- Не спеши бежать и тратить свое богатство. Есть кое что важное, из за чего я начал искать тебя.

Танг Юань несколько раз моргнул и произнес серьезным тоном:

- Что за вопрос? Позволь твоему брату разделить с тобой все твои заботы!

- Я слышал, что ты купил три стебля травы Девяти Листьев в торговой компании Цзиньсян? Это то, что мне срочно нужно, что бы вылечить мои травмы. Принеси ее мне поскорее!

Цзюнь Мосе просто и прямо сказал Танг Юаню о том, что ему нужно.

- Кто тебе сказал такое? Это кто-то наговаривает на меня! Я знать не знаю, что это за трава Девяти Листьев! - жирное тело Танг Юаня покраснело и задрожало от волнения - я купил такую вещь? Что за трава Девяти ... трава Семи ...? Я просто не знаю, что это за штука!

Лицо Цзюнь Мосе изменилось и он ответил:

- Танг Юань, ты вот так говоришь мне в лицо, что ты не знаешь? Я с огромным трудом прибыл к тебе с просьбой, и ты, ублюдок, имеешь смелость утверждать, что ты не знаешь? Если бы не я, интересно, где бы оказался твой драгоценный меч и кусок нефрита? Я должен был смыть их в унитаз и тебя туда же в придачу!

- Я действительно не знаю! - Танг Юань был очень взволнован, он прыгал на месте и, скрежеща зубами, начал ругаться - брат, как бы я посмел даже попытаться обмануть тебя? Я действительно не имею не малейшего представления об этом вопросе, если я лгу, пусть я, Танг Юань, немедленно превращусь в жабу ... э-э ...? Торговая компания Цзиньсян?

Как только Жирный Танг закончил свою клятву, он вдруг громко закричал:

- Проклятье, Мосе, ты только что сказал торговая компания Цзиньсян?

- Ну хоть что-то можно сказать определенно - как минимум ты не глухой!

Цзюнь Мосе с неудовольствием смотрел на Жирного:

[Может быть он играет со мной какую-то злую шутку? Хотя, на первый взгляд кажется, что он не станет создавать сложные сценарии.]

- Это было прислано одним из наших филиалов! - щеки Танг Юаня гордо колыхались, а глаза стали идеально круглыми, когда он сказал - я собрал все драгоценные травы, все, которые смог найти я сам или с помощью Деда, я даже закупил множество из самых отдаленных мест. И все это я, на самом деле, купил для тебя. Я обобрал каждый магазин, каждую аптеку, сложил все это в сундуки и отправил их в резиденцию твоей семьи ...

Тан Юань продолжал непрерывно болтать:

- Я нашел множество трав и все они упакованы в сундуках, которые я прислал ранее. Я понятия не имею, каково точное содержимое этих сундуков. Во всяком случае, если ты говоришь мне, что я в самом деле купил эту Девять что-то там траву, то она, несомненно, окажется в твоем доме, внутри сундука.

- Э-э ...? - Цзюнь Мосе поперхнулся во время разговора - Так значит ты прислал не только эти, Несколько-Сотен-Цзин-Подъемник* или что то подобное?

- Брат, это не твоя вина. Твой мозг, вероятно, очень спутан, не так ли? - Танг Юань закатил глаза, продолжая говорить:

- Я послал множество вещей для тебя. На самом деле, вещи были разделены на два слоя и в первом слое около сотни трав, имеющие удивительные воздействия, но не такие уж и редкие. А под ними я спрятал все те драгоценные и редкие травы, мне пришлось потратить огромную массу денег, что бы их приобрести. Но прежде, чем я смог объяснить тебе все это, меня выругал твой Дед. Я даже начал беспокоиться, некоторые травы могут испортиться, если о них не заботиться должным образом. Брат, мне пришлось сильно напрячь свою силу воли, что бы расстаться с некоторыми из них...

Так что у меня нет этой травы, но наверняка она есть у тебя - заключил Танг Юань.

Цзюнь Мосе даже пошатнулся от шока услышав это, и чуть не упал в свой паланкин. Он задумался на некоторое время, прежде чем сказать:

- У меня...это...есть!

Внезапно ему захотелось отправиться домой как можно скорее. Если в сундуке действительно не соблюдаются условия хранения и трава испорчена, это окажется самым страшным результатом!

[Черт, этот Жирный вызывает много проблем!]

Лицо Танг Юаня вытянулось и он сказал:

- О чем ты так беспокоишься? Ты все еще не оправился от своей болезни и редко выходишь куда-то. Теперь, когда ты наконец вышел, давай пойдем в Зал Великолепных Драгоценностей вместе. Я слышал, что у них сегодня будет выставлено множество интересных вещей. Ты и я можем пойти и купить все эти вещи! - Жирный вытащил сложенный лист бумаги, облизывая палец и обмусоливая краешки, развернул его. Он выделил пальцем несколько надписей, возбужденно крича - Смотри ... смотри ... нефритовые украшения, нефритовые бусы, нефритовый коралл с морского дна ... Это все очень замечательные предметы!

- У меня нет времени кататься с тобой! - Цзюнь Мосе откинулся на спинку кресла в паланкине, но когда он сказал эти слова, его голова неохотно повернулась и уставилась на Танг Юаня.

Он сглотнул слюну, что было похоже на глотание целого куриного яйца, и произнес: "Эээ...ээ...ну конечно! Пойдем в зал вместе и посмотрим, что мы, два брата, сможем приобрести в таком месте!"

Затем он отправил домой телохранителя, что бы тот немедленно сообщил Цзюнь Вую о двух сундуках, подаренных Танг Юанем, а так же передал приказ перебрать все содержимое, тщательно сортируя ценности и обеспечивая им надлежащий уход.

Он также поручил принести ему достаточную сумму денег на покупки в Зале Великолепных Драгоценностей.

Его отношение внезапно изменилось потому, что он, Третий Молодой Господин, увидел в списке этого аукциона предмет, который он искал - Меридиан Пылающего Сердца!

[Охренеть! Это действительно большая удача! Это словно благословение самих Небес. Прийти сюда не было пустой тратой времени!]

Не много про Зал Великолепных Драгоценностей:

Это место, о котором бредят и мечтают большинство высших должностных лиц Королевства Тянсян!

Это место снабжает дворян роскошью.

Это - самый большой аукционный дом королевства Тянсян, но в тоже время это заведение больше, чем просто аукцион: в Королевстве найти лучшие сокровища было чрезвычайно трудной задачей, с которой не легко справиться, даже потратив десятилетия. Тем не менее, любое сокровище, о котором вы могли бы подумать, безусловно найдется в этом месте!

- "До тех пор, пока у вас будет достаточно денег, даже боги и демоны могут стать вашими рабами."***

Эти слова, в прошлой жизни или в текущей, описывали все очень точно.

Продукты питания, напитки, игрушки, убийцы, инструменты грабителей, меха таинственных зверей, превосходное магическое оружие, лучшие украшения и даже мужчины и женщины в качестве рабов!..

Здесь можно найти все!

Список товаров был слишком велик. Вам нужно только представить, что вы хотите и, конечно, это можно будет отыскать в Зале Великолепных Драгоценностей.

После того, как вы посетите Зал, не важно насколько Вы богаты, Вы поймете, что у Вас не хватает многих вещей в жизни! Станет понятно, что есть много вещей, которые должны быть опробованы!

Вы начнете ощущать, что Ваша текущая материальная и духовная жизнь чрезвычайно бесплодна!

Поэтому для того, что бы не потратить всё, что имеешь и не обанкротиться, обычный человек не должен даже и думать, чтобы войти в этот прекрасный Зал!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - [прим.пер.: Смеющийся Будда. Согласно науке фэн-шуй смеющийся Будда приносит процветание и изобилие в дома, в которых находится его образ в виде статуэтки. Ниже картинка с ним.]

** - [Прим. англ. ред.: "Поднять Сто Цзин" - виагра! Ребята, вам по 16 лет, и у вас уже ранний маразм?]

*** - [В китайском оригинале звучит так: "Столько денег, что они могут уничтожать призраков."]

Глава 89. Зал Великолепных Драгоценностей.

Разумется Зал Великолепных Драгоценностей не было местом, куда мог войти любой желающий, когда ему того хотелось. Это место было исключительно для элиты.

В Зале уважали глав Королевства Тянсян и всегда удерживали одну из лучших VIP-комнат для Королевской Семьи Тянсян. Независимо от того, приезжал ли кто-то из Королевской Семьи или нет, это место всегда будет зарезервировано и держаться наготове.

Ряд других стран также пользовались этой привилегией и имели свои собственные VIP-комнаты, но разумеется, если сравнивать с комнатой Королевской Семьи Тянсян, их комнаты были меньше.

В Королевстве Тянсян у каждой из основных семей был личный балкон, но им приходилось платить солидную сумму на постоянной основе, и из-за этого правила ни одна семья не была несчастна, ведь платили все.

В отличие от других аукционных домов по всей стране, кроме ограниченного количества комнат, почти все места имели фиксированное расположение в большом зале. И если молодое поколение из крупных семей будет сидеть в зале, это не вызовет никаких вопросов!

Итак, VIP-комнаты Зала Великолепных Драгоценностей превратилась в символ особого статуса!

Случалось, крайне редко, что людей с новоприобретенным богатством добавлялись в этот эксклюзивный список гостей.

Кроме того, Зал Великолепных Драгоценностей создавал впечатление, что интересы его только в зарабатывании денег, а государственные дела тут не при чём, и вмешиваться в них никто из Зала не будет.

Однако любого беглеца, который забежал бы в Зал Великолепных Драгоценностей в надежде получить там благословение, будет ждать одно лишь разочарование! Зал Великолепных Драгоценностей просто свяжет его и обвинит в преступлениях, экономя время властям в поимке преступника.

Независимо от того, кто вы, попытка причинить неудобства в Зале Великолепных Драгоценностей будет является вашей самой большой ошибкой в жизни.

Цзюнь Мосе внимательно осмотрел широкие ворота, которые появились перед ним. Они были высоки и величественны, ведь являлись входом в Зал Великолепных Драгоценностей и, хотя Третий Молодой Господин Цзюнь никогда не ступал сюда, он все же знал, как работает этот аукционный дом.

Здесь почти каждый день проходил аукцион и продавались разные предметы; но крайне редкие или бесценные предметы выставлялись на аукционе лишь раз в месяц.

И так случилось, что именно сегодня был этот особенный день!

Раз в месяц Зал Великолепных Драгоценностей всегда становиться очень оживленным.

Еще одна большая странность этого Зала была в предметах, которые появляются на аукционе. Почти никто не знал происхождения этих вещей и никто никогда не видел когда и как Зал Великолепных Драгоценностей приобретает эти вещи, они не принимали предметы у людей для продажи.

Откуда же эти товары, создают сами? Это стало действительно большой головоломкой!

Жирный Танг, казалось, должно быть не первый раз сюда приехал, он повернулся и поприветствовал несколько телохранителей, стоящих там. Цзюнь Мосе следовал за Жирным, оставив позади восемь своих телохранителей, чтобы они забрали деньги у тех, что он отправил в свою резиденцию, а остальные отправились с ним.

Идя по Залу Цзюнь Мосе вдруг нахмурился.

[Этот Зал Великолепных Драгоценностей действительно не простое место!]

С тех пор, как он вошел в дверь, по нему прошлось по крайней мере пять или шесть разных духовных сущностей, полностью осматривая все его тело с каждого угла!

Это заставило сердце Цзюнь Мосе биться быстрее! По его расчетам, культивирование этих экспертов было, безусловно, на уровне Нефритового Суань!

Это была просто оценка силы путем внутреннего осмотра!

За Цзюнь Мосе шли две группы людей, от каждой из них исходила жутко убийственная аура. Это было то, что хорошо знакомо Цзюнь Мосе, и он абсолютно не мог ошибиться.

Можно было заметить сильную напряженность между двумя этими группами, это было как когда армии сталкиваются друг с другом на поле боя!

Цзюнь Мосе сразу пришел к выводу, что эти две группы, следующие за ним, явно не были друзьями.

Продвигаясь вверх по лестнице позади Танг Юаня, Цзюнь Мосе вдруг поскользнулся на ступеньке и отклонился назад. Он воспользовался этой возможностью, чтобы оглянуться и увидел, что шесть человек в черном шли в другую сторону.

Обе группы вошли в две разные комнаты. Одна из них была одета в одеяние на которой был вышит золотой тюльпан, на другой же было одеяние из черной ткани, на котором был вышит изысканный белоснежный лотос.

В этот момент, в зале уже было не протолкнуться, но все сидели с комфортом, а вся атмосфера была спокойной, гармоничной и мирной. Официант ходил с подносом и, хотя количество людей было огромным, было очень тихо. В конце концов, эти люди чувствовали, что они не имеют права шуметь внутри Зала Великолепных Драгоценностей.

Внутри комнаты, Цзюнь Мосе посмотрел через наблюдательное окно на окна своей семьи Цзюнь. Там был белый занавес, на котором был нарисован огромный кроваво-красный цветок орхидеи и у него неосознанно проскользнула улыбка.

Эту комнату купила семья Цзюнь, но Дедушка, кажется, приходил сюда не более двух или трех раз. Дед не знал, как распоряжаться богатствами умело, и до сих пор исправно платил, удерживая эту комнату. Он слишком уважал Залу Великолепных Драгоценностей!

- Те две комнаты, кому они принадлежат?

Цзюнь Мосе указал на комнаты, в которые только что вошли те две группы людей.

Глава 90. Коралл Нефритового Моря.

- Кому принадлежат те две комнаты? -- cпросил Цзюнь Мосе, указав на комнаты, в которые только что зашли две группы людей.

- Брат? Ты не заболел? У тебя плохо с памятью? -- удивлённо взглянул на него Танг Юань и сказал: - Эти комнаты принадлежат Второму и Третьему Принцам нашего Королевства. Комнаты всех Трех Принцев в одной линии, одна рядом с другой; ты что, не помнишь даже этого?

- Эм... Я задал тебе вопрос, а ты осмеливаешься быть столь непочтительным? Ты что, уже забыл что случилось в Зале Тысячи Золотых? --выразительно глянул на него Цзюнь Мосе.

Танг Юань улыбнулся, и его лицо снова стало подобием Будды:

[Я никогда не видел этих парней в Зале Великолепных Драгоценностей, но Мосе недавно сделал мне большую услугу, оказав серьезную помощь. Он может быть высокомерным из-за этого, ведь я ему должен!]

Юань погладил свои пухлые щеки и сказал:

- Похоже, это я заболел, и это у меня плохо с памятью!

Цзюнь Мосе внимательно посмотрел на него и видя, как сильно Толстяк стал подхалимничать, просто закрыл глаза, полностью игнорируя его.

Он начал прокручивать в уме только что увиденное:

[Люди, вошедшие в комнаты Двух Принцев, испускали намерения убивать и похоже являлись убийцами! Это... Это было действительно странно!

Есть ли шанс, что эти люди имеют что-то общее с покушением несколько дней назад?

Если да, то я должен очень осторожно проверить это; в конце-концов, я тоже пострадал от рук этих извергов и не только был порезан ножом и избит ногами, но и оказался на грани смерти. У меня не было ни шанса на возмездие, как мужчина, я не могу спокойно жить после такого унижения... Но какой именно Сын Императора организовал это покушение? В такой ситуации обвинить не того человека будет вдвойне неправильно, но, по большому счету, не имеет значения, ведь один из них поднял руку на свою же семью!]

- Мосе, Ли Фэнг и его сообщники тоже пришли, вон они, в комнате клана Мэнг, - прошептал Танг Юань, скрежеща зубами: - Сволочи, рано или поздно я хорошенько позабочусь об этих ублюдках!

С того дня, как Танг Юань осознал, что эти ребята подшутили над ним и он поставил на кон и едва не потерял свою жену, его сердце было наполнено ненавистью и он гневно сжимал кулаки.

Дедушка Танг даже объявил по всей столице, чтобы никто не смел обманывать или провоцировать его маленького драгоценного внука.

- О? В той комнате? Так близко... - на лице Цзюнь Мосе выступила улыбка и он сказал: - Толстяк, сегодня я обещаю тебе вот что: если ты согласишься с одним из моих условий, то я помогу тебе взять реванш за свою обиду. Ты согласен?

- Унижение, которое я испытал в той азартной игре - это то, с чем я никогда не сталкивался раньше. Если ты можешь мне помочь расквитаться с моей обидой, то я согласен на все твои условия!

- Что ж... На этом аукционе есть несколько вещей, которые я непременно должен приобрести; но я не хочу, чтобы люди знали, что их покупаю именно я -- заявил Цзюнь Мосе: - У меня сейчас при себе нет достаточной суммы денег, и мне нужна твоя помощь, чтобы победить в аукционе, приобрести некие вещи и после аукциона отдать их мне. Пока всё будет идти так, как я задумал, то мы заодно сделаем так, что эти дворняжки почувствуют желание сдохнуть!

- Что?

Танг Юань ответил с недовольством и гневом: - Так ты относишься к своему брату? Если ты что-то хочешь, то я куплю это для тебя, ведь мы - братья! Зачем вообще упоминать об этом? Говоря это так серьезно, ты просто портишь наши отношения!

- Разумеется мы - братья, но я никогда не использую других в своих интересах и никогда не позволю другим воспользоваться мной! -- проворчал Цзюнь Мосе.

Это был один из принципов его прошлой жизни, и в него он непоколебимо верил.

- Хорошо, я согласен с тобой! Если ты позволишь мне хоть немного расплатиться с этими ублюдками, я в твоем распоряжении!

Цзюнь Мосе улыбнулся, закрыл глаза и сконцентрировался на расширении духовного сознания. Его целью были комнаты по соседству с ним, а так же комнаты Двух Принцев.

Используя Искусство Разблокировки Небесной Удачи, он смог расширить свое духовное сознание так, чтобы заметить даже малейшие колебания Ци поблизости. Несмотря на то, что он не использовал свои глаза для наблюдения, фактически, такой метод был намного эффективнее.

Ничто не могло избежать внимания его духовного осознания.

...Через некоторое время молчаливый зал стал еще более тихим; не было слышно даже дыхания.

Занавес на сцене медленно поднялся, открывая красиво отделанную сцену из пурпурного камня. В камень были инкрустированы сотни и тысячи прекрасных драгоценных камней, и свет солнца, отражаясь от них, освещал все вокруг. Когда люди смотрели на это, им казалось, что они вошли в сказочную страну; их окружали очень комфортные чувства.

Все это выглядело крайне великолепно!

На сцене, перед фиолетовым столом стоял старик, а позади него ожидали две ослепительно красивых женщины, держащие поднос.

Женщины были одеты в серебристого цвета облегающие платья, и у любого мужчины, который обращал на них свой взор, в не зависимости от их самоконтроля, в голове сразу же возникали непристойные мысли.

Под яркими огнями сцены, в сочетании с их потрясающей врожденной красотой, они были похожи не на людей, а скорее на двух фей, спустившихся с небес благословить всех своим присутствием!

После нескольких вежливых приветственных слов старик перешел напрямик к делу.

Этот человек был бывалым работником в этом аукционном доме. Он знал, что никто не был заинтересован в его приветствиях и благодарностях; все гости ждали лишь момента, когда он возьмет в руку молоток и начнет продажу предметов.

- Первый лот на нашем аукционе...

Шесть предметов были проданы с аукциона. Хотя, каждый из них может рассматриваться как редкий и экзотичный, но в своем большинстве они были просто декоративными элементами. Эти лоты совершенно не заинтересовали Цзюнь Мосе. В соседней комнате и в комнате Двух Принцев также не было никакого энтузиазма, и когда эти предметы были куплены, не было проявлено никакой заметной активности. Эти лоты попали в руки некоторых богатых бизнесменов, сидящих в нижнем зале.

Но, видя тенденцию повышения цен до небес, Цзюнь Мосе чувствовал себя несколько обеспокоенно:

[В конце концов, Меридиан Пылающего Сердца хоть и редкая, но все же просто трава, с хорошими способностями к исцелению и достойной эффективностью. Это не слишком полезно для спасения жизни, ее даже нельзя было поместить в список лучших трав. Но, если эта тенденция сохранится то, к моменту, когда они выставят Меридиан Пылающего Сердца, я боюсь, что он будет стоить астрономическую сумму!]

[Сколько это может стоить? Не говорите мне, что следовало использовать какой либо другой трюк?!]

[Для его нужд охранники доставили несколько миллионов таэлей серебра.]

Цзюнь Мосе нахмурился, думая об этом.

Внезапно, Цзюнь Мосе почувствовал своим духовным осознанием какие-то обсуждения в комнате членов семьи Ли и Мэнг.

Он открыл глаза, взглянув на Танг Юаня и сказал:

- Они действительно хотят то, что выставят следующим лотом, кажется они все хотят одно и тоже. Кроме того, семья Ли похоже наиболее заинтересована в этой покупке и ведет себя весьма обеспокоенно.

Цзюнь Мосе мог четко воспринимать действия, происходящие в той комнате и то, что эти люди находились в приподнятом настроении, испытывали беспокойство и волнение!

[Похоже, следующий лот действительно то, чего все уже давно ждут!]

- Следующий лот этого аукциона, я считаю, вы все слышали о Коралле Нефритового Моря! Аметистовые и различные прочие кораллы - это то, что мы уже видели и не можем считать их действительно редкими, но экземпляр Коралла Нефритового Моря, который выставлен здесь сегодня, впервые появился в Королевстве Тянсян! На всем континенте не многие могли видеть столь высококлассный коралл; по крайней мере до сегодняшнего дня я никогда не видел столь драгоценного сокровища!

Старик мягко улыбнулся, и девушки в серебряных одеждах вышли вперед, неся большой поднос, покрытый красной шелковой тканью. Каждый человек в зале находился в таком нетерпении, что уже сидел на самом краешке своего кресла!

- Жирный, все вокруг хотят этот предмет! Сразу кричи стартовую цену побольше! Не позволяй кому-нибудь еще принять участие в торгах! -- крикнул Цзюнь Мосе с улыбкой.

С расширенным духовным сознанием, он мог ясно почувствовать, что когда Коралл Нефритового моря появился, сердца этих людей забились сильнее, а в сочетании с тем, что он почувствовал ранее, он стал совершенно уверен, что целью их прибытия в аукционный дом было купить этот кусок Коралла Нефритового Моря.

С такой хорошей возможностью отомстить, преподнесенной ему словно на блюдечке, как он мог не вмешаться и не доставить немного проблем?

- Ты уверен? Этот предмет, даже если бы мы его купили, был бы не более, чем кусок красивого украшения! -- воскликнул Танг Юань с округлившимися глазами.

- Я совершенно уверен! -- кивнул головой Цзюнь Мосе и продолжил: - Будь увереннее. Нет необходимости беспокоиться!

- Понял! -- сказал Танг Юань без малейшего колебания.

Он даже не воспользовался моментом, что бы обдумать, было ли то, что сказал Цзюнь Мосе, правдой или он имеет какие-то скрытые намерения.

Танг Юань решил полностью и без сомнения верить своему брату!

Красная шелковая ткань была снята и "тело" белого коралла было представлено всеобщим взглядам.

Он отсвечивал кристаллическим, но исключительно мягким и нежным блеском; шириной коралл был три фута, а высотой - четыре фута!

Настолько большой; даже обычные кораллы таких размеров стоят много денег, что говорить о чрезвычайно редких кораллах из Нефритового моря!

- Коралл Нефритового моря, низ шириной три фута, три фута длинной и четыре фута высотой, с мощной концентрацией Земной Суань Ци. Если разместить его у себя дома, это сильно поможет в культивации Суань Ци, а так же позволит укрепить свой дух! Стартовая цена этого лота - сто двадцать тысяч, минимальный шаг повышения цены - не менее десяти тысяч. Пожалуйста, делайте ваши ставки!

Как только затих голос старика, раздался громкий крик на весь аукционный зал:

- Я ставлю один миллион!

Этот голос, разумеется, принадлежал Молодому Господину семьи Танг, Танг Юаню!

Внезапно все зрители беззвучно застыли на местах, не двигаясь!

Сотни пар глаз повернулись, что бы увидеть источник голоса. Обернувшись, они могли наблюдать Танг Юаня, с большим усилием пытающегося устоять прямо, пока его большой живот с гордостью выпирал вперед.

[Ты шутишь?! Начальная цена только сто двадцать тысяч, ты пошел вперед и назвал первую же ставку в миллион? Ты просто не желаешь видеть чужие ставки? Даже если ты полон решимости выиграть, ты не должен быть настолько наглым! Надо было медленно увеличивать цену и, возможно, ты бы смог приобрести его всего за пол миллиона. Но, что бы начать торги с миллиона, разве это не слишком круто?]

[Аргх! Это слишком злобно и болезненно!]

У всех в зале крутились в головах подобные мысли и все они раздраженно уставились на Жирного!

Глава 91. Большие проблемы.

Когда Мэнг Хай Чжоу и Ли Жэн, сидя в соседней комнате, услышали это, их лица мгновенно потемнели. По правде говоря, сотни тысяч таэлей серебра - крупная сумма, но не для них! Это была сумма, которую они могли позволить себе без особого труда!

После их потерь в Доме Тысячи Золотых, с них сняли штаны и лупили по задницам, пока те не стали иссиня-черными. И у этой поездки была конкретная цель - приобрести Коралл Нефритового Моря любой ценой!

За три дня до аукциона Зал Великолепных Драгоценностей всегда посылает каждой крупной семье, в Королевстве Тянсян, список всех тех вещей, которые будут выставлены на аукционе в назначенный день. И когда Ли Юран просматривал список и увидел Коралл Нефритового Моря, он немедленно разослал приказ:

- Семья Ли должна заполучить Коралл Нефритового Моря любой ценой!

На самом деле, эти списки аукциона приходили регулярно и в Семью Цзюнь, они никогда не проявляли желания принимать участие в подобных аукционах, и через некоторое время в их резиденцию перестали отправлять список. К тому же, поиски травы для лечения Цзюня Мосе проводились в чрезвычайной секретности. И только три человека в резиденции Цзюнь знали обо всей ситуации.

[Если бы не сегодняшнее совпадение - встреча с Тангом Юанем - я боюсь, что мы упустили бы возможность заполучить этот Меридиан Пылающего Сердца...] - подумал Цзюнь Мосе.

Это особенный Коралл Нефритового Моря, хоть он и обладает прекрасными свойствами, но служит лишь вспомогательным элементом для культивирования! Однако, для Великого Наставника Ли Шанга, с его нарушенным Дантян, это было волшебное сокровище, которое может обеспечить ему долголетие! И у него могла бы даже появиться надежда на рекультивацию! Потому что Ли Юран узнал из достоверного источника, что с помощью этого специального типа Коралла Нефритового Моря и некоторых специальных методов можно дать нарушенному Дантян новою жизнь! Как повезло бы семье Ли, если Ли Шанг снова смог бы культивировать свою энергию?!

И об этом эффекте во всем Королевстве Тянсян знали немногие. Ли Юран уже давно расследовал этот секрет, но он всегда ускользал от него!

Сколько пользы было бы для Семьи Ли, если Ли Шанг смог бы продлить свою жизнь? Этот кусок Коралла Нефритового моря может быть просто дорогим украшением для кого-то, но не для Семьи Ли, ведь это сокровище могло повлиять на их будущее!

Теперь, когда он появился на аукционе, это была отличная возможность! Семья Ли была полна решимости получить Коралл Нефритового Моря и Ли Юран приказал Ли Жэну и Мэнг Хай Чжоу добыть этот предмет любой ценой. Если бы Ли Юран знал, что его тщательно продуманный план будет кем-то нарушен, то он обязательно взялся бы за этот вопрос лично и не оставил бы его на своих лакеев!

Семьи Менг и Ли объединились, и, если бы они сделали большую ставку на раннем этапе, то могли бы запугать все остальные заинтересованные стороны, особенно учитывая престиж этих двух семей.

Этот "большой" план они придумали для того, чтобы приобрести Коралл без особого труда. Откуда им было знать, что именно сегодня они столкнуться с этим Жирным? Их старым врагом!

Более того, Цзюнь Мосе уже понял все их намерения, распространив свою духовную силу. Но этого никто не знал!

Хотя старик на сцене был опытным аукционистом, громкому крику Танга Юаня все-таки удалось испугать его.

Долгое время в зале стояла полная тишина, как вдруг был услышан крик сквозь скрежет зубов:

- Я ставлю один миллион и двести тысяч.

Ли Жэн напряг все свои силы, выкрикивая эту ставку. На самом деле, это не был максимум их бюджета, они могли пойти и на два миллиона, но он просто надеялся, что сможет запугать Жирного Танга и заставить его отступить!

Даже не дрогнув, Танг Юань заревел во весь голос:

- Дурак! Ты пытаешься запугать меня с этой жалкой суммой?! Я ставлю 2 миллиона!

Крик Жирного был таким сильным, что казалось будто он вырывался прямо из его сердца! Это было сделано для того, чтобы взбесить тех надоедливых парней, и было особенно веселым и приятным занятием!

Ли Жэна и Мэнг Хай Чжоу по-соседству чуть не вырвало кровью, когда они услышали это!

Для этой торговой войны Ли Юран передал им около двух миллионов таэлей серебра. Эти парни подсчитали, что хотя этот кусок нефрита был редким и драгоценным, в худшем случае он будет стоить не больше одного миллиона. Ставка в два миллиона была определенно большая и совершенно излишняя! А они еще хотели завладеть некоторой частью из оставшихся денег и сунуть в свой карман. Оба планировали сделать это в качестве компенсации за свои потери в Доме Тысячи Золотых. Теперь все их планы полетели к чертям, этот чертов Жирный продолжал называть смешные цены и заставлял их идти даже дальше, чем они могли.

А просить Ли Юрана о возмещении денег, которые они могут сейчас потратить... Нет, они даже представить такое не осмелятся!

- Два миллиона и четыреста тысяч!

Это был голос Ли Жэна. Он уже был крайне зол, его лицо позеленело, а затем обратилось в сине-фиолетовый от нарастающего раздражения и гнева. Он закричал:

- Танг Юань! Ты действительно хочешь этот Коралл Нефритового Моря? Этот материал абсолютно бесполезен для тебя. Просто сдайся!

- Чушь! Откуда ты знаешь, полезно это для меня или нет, идиот?! Даже если бесполезно, почему ты несешь эту чушь? Какое это имеет отношение к тебе? Ты считаешь себя самым умным и сообразительным? - Танг Юань зарычал и топнул ногой, заставляя все окна дрожать, и крикнул - Три миллиона!

Не смотря на то, что стены этих комнат были звуконепроницаемыми, с такими воплями и криками каждый мог ясно все слышать.

Голос Чжоу Мэнг Хай звучал немного заикаясь от злости:

- Три с половиной миллиона!

После того, как он это выкрикнул, он выскочил из комнаты и подошел к двери комнаты Семьи Танг:

- Жирный Танг, из-за того инцидента в Доме Тысячи Золотых ты уже вытащил из моей семьи два миллиона таэлей серебра - это гораздо больше твоей потери. Чего ты еще хочешь? Твое поведение сейчас явно неразумно! Я обязательно припомню это!

- А? Вы двое действительно странные! Танг Юань был первым, кто сделал ставку в один миллион на этот кусок нефрита. Ни один другой человек не был заинтересован, не было никакого торга. Он явно выиграл этот лот. Но затем вы намеренно продолжили поднимать ставки, чтобы увеличить цену этого товара. Похоже, это вы имеете злой умысел против него, каждый присутствующий видел и может подтвердить это. Почему сейчас вы обвиняете моего хорошего друга в ваших преступлениях? - Эти слова сказал не Танг Юань, а Цзюнь Мосе. Он продолжил - Теперь скажите мне, разве это не ваши семьи, Ли и Мэнг, ведут себя неразумно?

Как только Цзюнь Мосе заговорил, в противоположной стороне, в комнате Королевства Тянсян, раздался мягкий голос девушки, в котором звучали нотки приятного удивления:

- Цзюнь Мосе...

Этот голос был полон радости, восторга… полон...облегчения.

- Цзюнь Мосе! Это не твое дело. Не суйся в это! - подал звук Мэнг Хай Чжоу, его лицо и голос были полны ярости и гнева. В последний раз, когда эти парни встречались, он хотел припадать урок этому развратнику и обмануть его. Но, весь план сдулся, и он потерял не только лицо, а еще и все свои деньги. Из-за этого ему пришлось столкнуться с "семейной дисциплиной" со стороны старших в своей семье. Но на этом все не кончилось. Танг Юань вернулся позже и заставил его отдать дополнительные два миллиона таэлей серебра! Травмы, которые он получил в следствие побоев, еще не зажили, и видеть этих двоих вместе, не приносит его сердцу никаких приятных ощущений!

- Его дело - это мое дело! А теперь хватит этой чуши. Если вам что-то не нравится - вынимайте деньги! Если у вас нет денег, то катитесь отсюда! - Танг Юань кричал как сумасшедший, его жирный живот раскачивался по всей комнате - Моя ставка четыре миллиона! Вы осмелитесь бороться? Черт, у меня дофига денег! Я тебе скажу кое-что: у меня столько денег, что я не смог бы даже сжечь их быстро!.. А теперь вы осмелитесь?

Все в зале в изумлении смотрели в верх. На одной стороне были вместе Семьи Ли и Мэнг, в то время, как на другой стороне Семьи Танг и Цзюнь! Это явно должно было перестать оставаться простой торговлей и перерасти в битву между четырьмя основными семьями, чтобы выразить свои обиды и негодования. Все просто молча наблюдали за ними.

Дед Цзюнь только недавно вызвал резню в столице и кровь на улицах еще даже не успела высохнуть. У кого найдется мужество устраивать неприятности в такое время?

Стоя за пределами комнаты и яростно матерясь, Мэнг Хай Чжоу дрожал от гнева. Он действительно хотел выйти из всей этой заварухи, но в итоге не решился пойти против Ли Юрана, скрепя зубами, словно они вот-вот сломаются, а также проглотив обратно кровь. Мэнг Хай Чжоу в отчаянье кричал:

- Я ставлю пять миллионов! пять миллионов таэлей серебра! Танг Юань, найдется ли у тебя смелость конкурировать со мной?

Цзюнь Мосе слегка прищурился. С его раскинутым духовным сознанием он легко мог заметить все колебания в эмоциях людей, находящихся в окружении силы его души. Он чувствовал, что Мэнг Хай Чжоу был очень близок к истерике. Он также знал, что это, вероятно, самая большая сумма, которую Мэнг Хай Чжоу и Ли Жэн могли потратить! Если Танг Юань продолжит поднимать ставки, он конечно заберет домой этот кусок нефрита, но это приведет к огромной дыре в его карманах.

Танг Юань понял это и засмеялся:

- Молодой Господин Мэнг на самом деле имеет глубокие карманы, да? Пять миллионов таэлей серебра! Плачу в десять раз больше, чем пятьсот тысяч, которые этот кусок нефрита стоит.. Я действительно восхищаюсь тобой. Восхищаюсь тобой от всего сердца! В самом деле, этот Молодой Господин не имеет достаточного количества денег, чтобы продолжать, и я готов уступить ему этот кусок нефрита, - затем Жирдяй наклонился и загадочно прошептал на ухо Мэнг Хай Чжоу - молодой господин Мэнг. На самом деле, у меня вообще нет с собой никаких денег. Я участвовал в торгах просто ради удовольствия!

Глаза Мэнг Хай Чжоу вдруг широко распахнулись, он бледным и трясущимся пальцем указал на Танга Юаня и стоял так в течение нескольких мгновений, не сводя с него взгляд, прежде, чем харкнуть кровью и, пошатываясь, уйти!

- Молодой Господин Мэнг чрезвычайно слаб, да? Толстяк только вскользь сказал, что у него нет денег, - Цзюнь Мосе покачал головой, смотря на дрожащего Мэнг Хай Чжоу, который упал на землю, а потом Цзюнь Мосе презрительно сказал - ты не можешь даже выдержать такую простую фразу, да? Действительно, презренный!

Глава 92. Слишком странно!

Качая головой, Танг Юань ответил:

- Это подло! На самом деле, у меня достаточно денег, но, если бы достаточной суммы у меня не было, я не осмелился бы перебивать чужие ставки. Мы все же в Зале Великолепных Драгоценностей! Покупатель может сам признаться, что у него недостаточно денег для оплаты ставки,но тогда, если ему повезет и он останется жить, он будет заклеймен изгоем. Если нет, то я посоветую ему пойти и повеситься на ближайшем дереве - так он сохранит лицо своей семьи, что бы его родственники могли без позора выходить из дома. Но, кажется, твоя семья дала тебе достаточно денег, чтобы мимоходом слить их на такой бесполезный, дешевый лот. Похоже, твоя семья транжирит деньги, презирая окружающих и насмехаясь над ними! Ты действительно смотришь на всех с презрением, хех?

На этом фарс с Кораллом Нефритового Моря и завершился, Мэнг Хай Чжоу заплатил в десять раз больше за его покупку, и, казалось бы выиграл торговую схватку. Но в глазах всех присутствующих можно было видеть искреннее презрение к нему.

Приобрести товар, ценой не больше пятисот тысяч, за пять миллионов - это нельзя было назвать даже транжирством, это было что-то из разряда безумия!

Но в тоже время, Мэн Хай Чжоу получил много сочувствия некоторых покупателей из общего зала. Они все думали, что этот Молодой Мастер был недальновиден и даже тщеславен. Он перешел черту и получил соответствующее "вознаграждение" за свой поступок. Этот Коралл Нефритового Моря собирался купить Танг Юань, определенно нацелившись на победу, ведь он кричал цену в один миллион сразу после того, как предмет был выставлен на торги и это предложение было намного больше, чем Коралл Нефритового Моря действительно стоит, а Ли и Мэнг явно пытались завысить цену этого лота, просто что бы доставить неприятностей Семье Танг из-за их семейных споров.

Но случилось то, чего они не ожидали, хотя соперник, казалось, был полон решимости выиграть этот лот, они в своей игре зашли слишком далеко. Установив десятикратную ставку, они не оставили Танг Юаню другого выбора, кроме как выйти из торговой схватки. Эта глупость со стороны Мэнг Хай Чжоу была равносильна выстрелу в свою же ногу!

Что посеешь, то и пожнешь, не так ли? Карма действительно существует!

Люди, наблюдавшие за Танг Юанем вздыхали и думали:

[Ах, малыш! Ты слишком прост и наивен. Если бы ты начал повышать ставки медленно и осторожно, то, возможно, уже приобрел бы свой лот. Не было никакой необходимости спешить и ставить сумасшедшие суммы - это сразу выдало твои намерения!]

Если кто-то и наблюдал за Ли Жэном и Мэнг Хай Чжоу, то он удивлялся, видя, что они выглядели доведенными до безумия. Подобную гримасу ожидалось увидеть у Танг Юаня, но его лицо наоборот, казалось, следовало пословице "радуйся и в счастье, и в бедствии!". Он был исключительно счастлив сделать им подобную пакость, думая при этом: [Каково это, прострелить свою собственную ногу, ублюдки?]

Внешне Танг Юань казался жертвой; все недруги и те, кто что-либо имел против него, в глубине души были очень рады его большой потере.

Ли Жэн и Мэнг Хай Чжоу были ввергнуты им в глубокую нищету и выглядели перед всеми, как полные дураки. Это помогло Толстяку не только выразить свою неприязнь, но и осуществить возмездие над своими врагами.

Это было приятное ощущение, просто замечательное - он был счастлив!

Когда слуга Зала Великолепных Драгоценностей подошел с подносом и преподнес Коралл Нефритового Моря, накрытый красной шелковой тканью, Ли Жэн и Мэнг Хай Чжоу скрежетали зубами, их сердца болезненно кровоточили, однако, им, почти вывернув на изнанку свою способность к притворству, все равно удалось выдавить из себя улыбку.

Сердца этих двоих продолжали плакать и они чувствовали себя опечаленными таким поворотом событий, но, несмотря на всю внутреннюю боль, они ощущали проблеск облегчения, что сразу же привлекло к себе внимание Цзюнь Мосе.

Он спросил Танг Юаня о происхождении и истинных тайнах, скрытых за Кораллом Нефритового Моря, но он тоже ничего не знал об этом, и у Мосе возникли сомнения и опасения на этот счет.

[Этот предмет, кажется, исключительно полезен для них и похоже, что они хотят заполучить его любой ценой. Хм...что полезно врагу - крайне не выгодно для меня! Это плохо.. Я должен уничтожить их шансы!]

Независимо от того, для чего он предназначен, только тогда, когда он окажется бесполезен, Цзюнь Мосе сможет снова чувствовать себя спокойно.

- Вау! Это драгоценный Коралл Нефритового Моря стоимостью пять миллионов, да? Похоже, это невероятно выдающаяся отрыжка бессмертного, да? -- издевался Цзюнь Мосе, наблюдая, как осторожно берёт Коралл Нефритового Моря Ли Жэн.

Цзюнь Мосе присвистнул и мягко подтолкнул Танга Юаня.

Танг Юань сразу понял намерение Цзюнь Мосе, надев на себя торжественное выражение, он посмотрел на Коралл Нефритового Моря и со вздохом грустно прошептал:

- Третий Молодой Господин Цзюнь, что нам теперь делать? Перед тем, как я пришел сюда, Дедушка дал мне поручение - получить этот кусок коралла и вернутся с ним домой, иначе он обещал побить меня.. Теперь ты видишь ... Твой старший брат теперь, возможно, будет убит!

Эти слова были произнесены им таким шепотом, что Ли Жэн и другие могли с легкостью услышать все, что было сказано. Услышав это, они почувствовали себя намного лучше и почти вышли из депрессивного состояния.

Теперь они поняли, почему этот парень настолько быстро сделал ставку, а так же то, что они, зайдя так далеко, доставили Жирному большие неприятности!

Думая об этом, они даже ощутили немного самодовольства.

Они не ожидали, что смогут победить дедушку Танга и нанести ущерб Танг Юаню! На самом деле...это было здорово!

Цзюнь Мосе скривил рот, его лицо выражало пренебрежение, он сказал:

- Разве это не просто кусок Коралла Нефритового Моря? Почему вы, ребята, так разгорячились, борясь за такую ерунду? В моей Семье есть несколько таких. Я уверенно заявляю, это никакая не редкость!

- Что? -- лицо Ли Жэна мгновенно покраснело и он вскричал:

- Цзюнь Мосе, мелкий хвастун! Твоя Семья Цзюнь уже обеднела и находится на грани коллапса и упадка, но ты по прежнему утверждаешь, что у тебя есть столь замечательная вещь? Даже несколько? Ты не боишься умереть от удушья, подавившись своим большим и длинным лживым языком?

Цзюнь Мосе вдруг подскочил к нему и сердито ответил:

- Ли Жэн, о чем ты говоришь? Некоторые кораллы, наподобие этого, были дарованы моему Деду самим Его Величеством Императором. Мало того - они намного больше, чем тот, который ты держишь в руках! Я очень удивлен твоей глупостью и невежеством!

Ли Жэн засмеялся и сказал:

- Это действительно смешно, Цзюнь Мосе! Откуда такому увальню, как ты, знать, что это такое? Я просто слишком ленив, что бы объяснить тебе настоящую ценность Коралла Нефритового Моря!

- В моей Семье есть такие Кораллы Нефритового Моря. Они настолько... нет настолько больше! -- стал дико размахивать руками Цзюнь Мосе:- Жирный Танг тоже видел их; он подтвердит, что я не лгу!

Казалось, что Цзюнь Мосе просто не верил, что Ли Жэн сумел понять то, что он пытался показать своими жестами, он даже привлек в свидетели Танга Юаня.

Цзюнь Мосе подошел поближе к Ли Жэну, чтобы показать, насколько велики его Кораллы Нефритового Моря по сравнению с тем, который тот держит в руках.

Когда Цзюнь Мосе жестикулировал рядом с кораллом, он показывал размеры более, чем в два раза превышающие этот, а затем презрительно фыркнул, сказав: - В моей семье есть вещи намного лучше, чем то, что ты держишь в руках!

Но, во время этой дикой жестикуляции, Цзюнь Мосе тайно запустил Искусство Разблокировки Небесной Удачи и направил его силу в сторону Коралла Нефритового Моря. Он вдруг почувствовал слабое дуновение, словно небольшой ветерок, исходящий от коралла. После того, как Мосе впитал его, он ощутил как Суань Ци в его теле стало намного плотнее и гораздо активнее!

[Получается, что этот кусок Коралла Нефритового Моря чрезвычайно полезен для взращивания Сюань Ци!] - Цзюнь Мосе фыркнул в душе: [Но эта аура несколько схожа с моей собственной Восхитительной Пагодой Хонцзюнь!]

Он собирался впитать эти потоки в свои меридианы и ассимилировать их с его собственной Ци...

Но, как только он начал это делать, он внезапно ощутил сильный дискомфорт. Он почувствовал, как внутри его сознания начала вращаться Пагода Хунцзюнь, испуская белый туман, который просто выталкивал эту постороннюю энергию из его меридианов!

[Они отталкиваются друг от друга?!] - Подумал Цзюнь Мосе, прищурив глаза.

В тот момент Ли Жэн просто кипел от гнева, глядя на выходки Цзюнь Мосе. Он быстро снял красный шелк, накрывавший коралл и заорал:

- Смотри внимательно; этот Коралл Нефритового Моря, НЕФРИТОВЫЙ! А в твоем доме - обыкновенный красный коралл! И ты просто несешь полную чушь!

Цзюнь Мосе засмеялся:

- Какого бы цвета не был коралл, он все равно коралл! Ли Жэн, на самом деле ты тупоголовая деревенщина! Ты использовал пять миллионов таэлей серебра, что бы купить этот мусор!

Затем он небрежно положил руку на Коралл Нефритового Моря. Потер его, нахмурился и сказал:

- Хм...выглядит немного по другому..

Цзюнь Мосе быстро задействовал свое Искусство Разблокировки Небесной Удачи на полную мощность, отправив струйку грозного белого тумана внутрь Коралла Нефритового Моря!

Эти два типа энергии набросились друг на друга так, словно обладали взаимной ненавистью и остаться могла только одна из них! Внутренняя энергия коралла искажалась, двигалась во все стороны и пенилась, в попытке удалить струйку белого тумана. Но как Цзюнь Мосе мог позволить этому произойти? Он использовал Искусство Разблокировки Небесной Удачи на полную мощь, окружая и покрывая внутреннюю энергию коралла слой за слоем своим белым туманом.

Цзюнь Мосе, пользуясь своим мощным духом, теперь мог видеть, что в сейчас этот кусок Коралла Нефритового Моря не более, чем место хранения огромной массы диких, неудержимых энергий, которые со временем рассеются! Цзюнь Мосе злобно смеялся в своем сердце:

[Этот кусок Коралла Нефритового Моря теперь не может быть использован...ву-ха-ха...]

- Ну как оно? Никакого сравнения с барахлом, что стоит у тебя дома, не так ли? Хахаха ...

Смеялся Ли Жэн, думая, что победил в споре. Похоже, что разочарованный вид Цзюнь Мосе, проигравшего спор, действовал на него очень освежающе.

- И в правду, это не совсем тоже самое, - Цзюнь Мосе, с побледневшим лицом, отдернул руку, потирая нос, с озадаченным лицом он спросил - хотя они все Кораллы Нефритового Моря, почему они не похожи?

Танг Юань тоже коснулся его и, казалось, был неожиданно поражен. Видя их реакцию, собственное эго Ли Жэна и Мэнг Хай Чжоу получило огромный толчок. Каждый из них выпятил с гордостью свою грудь и не прекращал смеяться.

Только по прошествии значительного времени они немного успокоились и, с презрением и яростью, уставились на Цзюня Мосе и Танга Юаня, начав издеваться:

- Хватит смотреть на это сокровище. У вас нет на это права! Разве вы не завидуете? Хах Жирный ... хахаха!

Они оба посмотрели на Танга Юаня, злорадствуя в своих сердцах.

- Хм ... Вам не удалось получить этот Коралл Нефритового Моря. Было бы интересно посмотреть, как ты вернешься и будешь объяснять все своему Дедушке! Кроме того, Семья Танг, похоже, сегодня понесет потери, коралл то наш ... хммм ... может быть и для нас еще есть надежда получить компенсацию за сегодняшние растраты!

Цзюнь Мосе сделал смущенный вид, но в своем сердце думал:

[После того, что я сделал, возможно вы двое приблизились к смерти!]

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим. пер.: До начала XX века основной денежной единицей в Китае был серебряный лян (таэль, англ. tael), равный 10 мао и 100 фэням.

Глава 93. Меридиан Пылающего Сердца.

Для раннего этапа аукциона такая ставка была очень велика, но это никого не удивляло и не вызывало особых волнений, так как сегодня здесь будет потрачено много денег.

И вот, наконец, пришла очередь того лота, на который Цзюнь Мосе возлагал большие надежды; собственно, именно за ним он сюда и прибыл - Меридиан Пылающего Сердца!

- Меридиан Пылающего Сердца - чрезвычайно токсичная трава. Еще так же называют Костяным Туманом. Если обычный человек хотя бы немного подвергнется ее воздействию, то будет до смерти напуган; ему будет казаться, что его душа покидает тело и разлетается по ветру! Но не смотря на это, некоторым людям она может дать шанс на неожиданное выздоровление. Для знающих людей эта трава может быть поистине бесценным сокровищем. Например, если человек заражен высокотоксичным ядом, всего лишь небольшая доза Меридиана Пылающего Сердца может дать моментальный и очень сильный эффект, сдерживая действия яда. Если ее будет использовать продвинутый культиватор Суань Ци для того, чтобы выгнать яд из тела другого человека, то сам он абсолютно не пострадает - трава не даст яду вторгнуться в тело целителя или нанести его телу или культивированию ущерб... Стартовая цена этой травы составляет двести тысяч таэлей серебра, а каждая дополнительная ставка должна быть не менее десяти тысяч.

Старик, державший в руках белую коробку с травой, медленно открыл крышку. Внутри лежал один стебель лотоса, он был абсолютно черным и медленно испускал свою ауру, чарующую и, в тоже время, опасную.. Он завораживал взгляд.

- Не удивительно, что аура, которую он испускает, так приятна! Весь Лотос имеет глубокий черный цвет. Просто взглянув на него, можно легко понять, что его возраст более 500 лет! Это говорит о том, что он намного сильнее и имеет больший эффект, чем обычный лотос. Он безусловно является редким сокровищем!

Цзюнь Мосе с облегчением вздохнул и прошептал:

- Эй, Жирный Танг, это то, чего я хочу! -- а затем он поднял три пальца.

В этот момент он тайно думал:

[Информация, которую вы озвучили, достаточно подробная, но вы все-таки не назвали одну важную цель, для которой можно использовать Меридиан Пылающего Сердца. Хотя, если бы вы на самом деле знали об этом, я боюсь, вы бы ни за что не выставили эту траву на аукцион!]

Касательно Меридиана Пылающего Сердца: найти его можно было только на одном таинственном континенте Земли, там, по достижении возраста более 200 лет эта трава получала еще одно название – Мост Между Небом и Землей!

Тогда эту траву можно было преобразовать в то, о чем могли мечтать все воины: специальными методами из этой травы удалялась токсичность и ее можно было спокойно употреблять и тогда, даже если меридианы закупорились, они оживут и построят мост между небом и землей!

Этого было бы достаточно, чтобы увеличить мастерство боевых искусств будто ты практиковался двадцать лет!*

А этому растению более 500 лет, оно просто лучшее из лучших. С этой травой у Цзюня Вуя будет 90% шансов на восстановление здоровья!

И это лишь по скромной оценке Цзюнь Мосе!

Слова Цзюнь Мосе и старика на сцене закончилась почти одновременно, после чего сразу же раздался голос Жирного Танга:

- Я ставлю триста тысяч!

Как только звук его голоса пролетел по залу, у всех присутствующих скривились губы:

[Снова этот блудный сын! Хотя на этот раз он увеличил свою ставку только лишь на сотню тысяч, по сравнению с минимумом - десяткой тысяч - это все равно в десять раз больше! Так что лучше даже не пытаться бороться с ним. Но вдруг, как только цена станет слишком велика, этот парень просто откажется? Не проще ли просто прострелить собственную ногу, а после потерять голову и плакать? Кто еще не видел, как недавно Молодой Господин из семьи Мэнг харкал кровью?!]

В результате, после ставки Жирного Танга зал сразу же погрузился в холодное молчание! Все были ошеломлены и долгое время не могли произнести ни слова.

Если честно, то старик в фиолетовой рясе в тот момент был крайне ошарашен, ведь этот Меридиан Пылающего Сердца, может быть продан более чем за восемьсот тысяч, а сейчас он должен продать его всего за триста тысяч таэлей серебра? Но Зал Великолепных Драгоценностей всегда серьезно относился к правилам и ничего нельзя было сделать. Старик сделал паузу, а затем поднял молоток и сказал:

- Молодой Господин Танг сделал ставку в триста тысяч, есть ли более высокие ставки?

Он помолчал немного, прежде чем продолжить:

- Триста тысяч раз...

- Триста тысяч два...

И вдруг какой-то хриплый голос яростно выкрикнул:

- Я ставлю три миллиона!

Эту цену предложил никто иной, как Ли Жэн!

Когда у Танг Юаня всё так хорошо шло, его момент радости был прерван Ли Жэном; он ничего не мог поделать со своей кипящей яростью, поэтому выскочил из комнаты в проем и заорал:

- Ты смеешь сражаться и бороться со мной, чертов паршивец?! Ставлю пятьмфмх..

Вдруг рот Жирного Танга кто-то прикрыл, это был Цзюнь Мосе. Хоть Толстяк и не закончил фразу, но каждый человек в зале оказался в холодном поту.

Любой мог догадаться, что Жирный собирался выкрикнуть "пять миллионов"!

Сумасшедший! Этот Жирный, должно быть, просто сумасшедший!

Цзюнь Мосе повернул голову и вышел из комнаты. Он не выглядел болезненно-задетым, он казался чрезвычайно властным.

Открывая занавес, он звонко топнул, махнув рукой, снял шляпу и расстегнул длинные изысканные одеяния, прежде чем закричать:

- Ли Жэн! Сукин ты сын! Ты ищешь смерть на этих торгах?

- Кто ты такой, чтобы говорить подобное? Это - аукцион! Вы можете предлагать блиц-цены, а я не могу? Выкуси!

Ли Жэн покраснел от злости, он тоже выглянул из комнаты, но чуть не упал!

- Кто, я?! Ах!

Цзюнь Мосе смотрел на него, как на пятнистую черную овцу среди белого стада. Скривив рот, он сказал:

- Лучше брось эту мысль! Ты опустошил свои карманы в предыдущей ставке, а теперь выступаешь с дополнительными тремя миллионами таэлей? Ли Жэн, я не хочу унижать тебя, но ты можешь показать мне свои три миллиона прямо сейчас? Если ты покажешь эти деньги - трава твоя! Если же нет, черт, тогда я бы хотел спросить, что ты имеешь против Жирного Танга и почему нарочно пытаешься усложнить ему жизнь? Между тобой и Танг Юанем есть обиды? Или, быть может, ты обижен на Дедушку Танга?!

В противоположной стороне зала можно было слабо услышать, как Дугу Сяо И издала легкий смешок и произнесла:

- Я смотрю на этого парня, и он реально раздражает меня! Сказали, что есть только одна прядь этого Черного Лотоса. Я не знаю, хе-хе..

Принцесса Линг Мэнг, сидящая рядом с ней, протянула руку, чтобы коснуться лба Сяо И:

[Эта Сестра больная сегодня? Еще минуту назад он была обеспокоена, а теперь, ее поведение сменилось?]

В эти дни в Семье Дугу были большие проблемы из-за Дугу Сяо И.

Эта Молодая Леди вдруг сильно изменилась: изначально она была очень жизнерадостной и веселой девочкой, но этот образ необъяснимо исчез. Теперь она могла расплакаться или сидеть в оцепенении; к тому же редко ела, что бесконечно печалило Генерала Дугу.

Он и несколько его жен пытались выяснить, что же случилось, но безрезультатно. Он был вынужден смотреть, как его драгоценная и любимая внучка худела и худела с каждым днем. Генерал Дугу нечего не мог с этим сделать; он был крайне расстроен и срывался на своих сыновьях и племянниках, ловя их и раздавая им "дисциплинарные" побои!

Принцесса Линг Мэнг составляла компанию Молодой Госпоже семьи Дугу и поддерживала ее, что помогло немного улучшить ее состояние. Недавно она получила уведомление от Зала Великолепных Драгоценностей об аукционе, и они вдвоем пришли сюда развеяться и подышать свежим воздухом, надеясь поднять себе настроение, хоть Сяо И крайне неохотно согласилась с этой идеей.

Но, кто бы знал, что придя сюда, ее болезненный вид исчезнет, и она будет в хорошем настроении! Разве это может не удивлять? Этот Зал Великолепных Драгоценностей - какое-то божественное исцеляющее лекарство?

Ли Жэн посмотрел на своих друзей и подумал:

[Что говорить о трех миллионах.. Если я займу денег у нескольких людей здесь и соберу хотя бы сотню тысяч - это уже будет великим делом!]

Сейчас, глядя на эту цифру в три миллиона, он был крайне ошеломлен.

- Кусок мусора! Я не должен беспокоиться о тебе!

Цзюнь Мосе с презрением фыркнул, похлопал свою задницу и продолжил:

- Даже мой пердеж более ценен, чем твои слова! То серебро, что у тебя сейчас есть, нельзя даже сравнить с количеством глистов в твоем дерьме, не так ли?!

Цзюнь Мосе высокомерно повернулся к публике, показывая, что им не нужно тратить дополнительные деньги и крикнул:

- Кто еще хочет эту траву? Вы все можете попробовать, давайте!..

Но затем, с щелчком пальцев, добавил:

- ..Но будьте готовы показать свои несколько миллионов таэлей серебра.

Люди в зале сделали вид, будто ничего не слышали и глухи к провокациям Цзюня Мосе: [Купить траву за миллионы? Это все равно, что просить себя ограбить! Какой нормальный здравомыслящий человек будет делать такую глупость?]

Две огромных духовных силы внезапно опустились на Цзюня Мосе неизвестно откуда; его лицо стало снежно-белого цвета, а умственные способности начали работать в полную силу. Цзюнь Мосе был достаточно хитер и понял, что происходит. Он начал дрожать и закричал:

- Это ужасно, почему здесь так холодно?

Духовная сила, что он заметил, тщательно проверила его и, не найдя ничего неладного, мгновенно исчезла.

Цзюнь Мосе глумился над этими двумя ребятами:

[Вы оба, Дяди, надеетесь понять хоть что-то обо мне... вы, ребята, не больше простых циркачей в моих глазах!]

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим англ. пер.: Да эта трава ломает баланс (слишком сильна)!

** - Прим. рус. пер.: Блиц-цена - цена за которую лот сразу же скупается

Глава 94. Изгибы и повороты.

В этот момент старик в фиолетовой одежде закрыл глаза, а затем кивнул головой. Казалось, будто он прислушивался к людским разговорам.

На его лице появилось слабое болезненное выражение, но оно бесследно исчезло, когда он открыл глаза и закричал:

- Танг Юань поставил пять миллионов за Меридиан Пылающего Сердца! Кто-нибудь желает сделать ставку, превышающую пять миллионов?

Цзюнь Мосе внезапно отшатнулся и, уставившись на старика на сцене, сказал:

- Старший, касательно этого вопроса существует несколько небольших проблем. Сейчас совершенно ясно, что Ли Жэн из злобных намерений сделал ставку, не имея при этом денег. В то же время никто из моих друзей так не поступал; так зачем же назначать цену в пять миллионов?

- Людям, не принимающим участие в процессе торгов на этом аукционе, запрещено вмешиваться и нарушать торги!

Цзюнь Мосе был полностью проигнорирован стариком в фиолетовой одежде, тот просто повернулся к Жирному Тангу и сказал:

- Господин Танг может возразить!

Танг Юань, обычно исполненный высокомерия, сейчас казался очень робким и тихо прошептал:

- Я не договорил, сколько я собирался поставить...

Цзюнь Мосе вдруг заметил, что его пухлый друг, которого обычно распирает от мужества, вдруг сжался и стал..кротким. Это сильно отличалось от его обычного поведения - высокомерного и деспотичного. А сейчас, столкнувшись с астрономическим счетом в пять миллионов серебряных таэлей, возмутительно выставленному из-за пустяка, он вёл себя так странно!

Более того, казалось, что Зал Великолепных Драгоценностей намеренно всё усложняет.

Цзюнь Мосе, в конце-концов, был Злым Монархом. Его гордость была на столько глубока, что проникала даже в его кости. Как он мог молча принять такой "развод"?

С усмешкой он сказал:

- Кажется, некоторые вещи действительно сложно продать, даже в Зале Великолепных Драгоценностей.. Толстый Танг просто выкрикнул "пять", и больше ничего. Когда же он сказал "пять миллионов"? Если Зал Великолепных Драгоценностей действительно желает продать лот за пять таэлей серебра, то это хорошая сделка!

И в самом деле, все было так, как сказал Цзюнь Мосе.

Жирный Танг выкрикнул только "пять", и он просто не успел выкрикнуть "пять миллионов" до того, как Цзюнь Мосе закрыл ему рот.

На некоторое время обе стороны застыли.

Ли Жэн и другие смотрели на Цзюнь Мосе с счастливыми лицами. Шутка ли, препираться с Залом Великолепных Драгоценностей?! Толпа не издавала ни единого звука, с одной стороны был Зал Великолепных Драгоценностей, а с другой - вся мощь Семьи Цзюнь! Обе стороны были такими силами, которые просто никто не смел оскорбить!

..Внезапно, нарушая тишину в зале, раздался голос. Никто не мог понять, откуда этот голос донесся. Казалось, что он исходит сразу со всех сторон!

- Правила Зала Великолепных Драгоценностей не могут быть нарушены. Раз ставка была сделана, а цена озвучена - то на этом всё!

Голос был мягким и расплывчатым, но его могли ясно услышать все присутствующие. Цвет лица старика в фиолетовой одежде внезапно изменился, и он сказал:

- Зал Великолепных Драгоценностей никогда не будет покупать или продавать товары с помощью принуждения. Неважно, придут ли Молодые Господа из семей Цзюнь и Танг к нам снова или нет, но сейчас наш аукционный дом установил, что Танг Юань объявил цену в пять миллионов!

Как только таинственный человек высказался, отношение старика в ту же секунду ужесточилось. Даже Цзюнь Мосе, будучи лучшим убийцей, всегда имел спокойное выражение лица, а сейчас оно немного изменилось. Пять миллионов таэлей серебра были, несомненно, большой суммой денег, но не настолько огромной, что бы Зал Великолепных Драгоценностей непременно желал получить их.

Настоящая причина была в этом неожиданно прозвучавшем голосе, исходившим отовсюду. Такое владение звуком ясно показывало, насколько высокими навыками владел этот мастер - он был, как минимум, на начальной стадии Небесного ранга!

[Хм ... но зачем такому эксперту ставить Жирного Танга в неловкую ситуацию? Или он пытается создать мне трудности?]

Сила - это одно, но Цзюнь Мосе был надменным по своей природе. Как он мог принять такую потерю, просто заткнуться и не высказать свою обиду? Эта борьба за пять миллионов таэлей серебра была совсем не важна для него.

Имел значение только тот крайне эффективный 500-летний Меридиан Пылающего Сердца для лечения Цзюнь Вуя, поэтому Третий Молодой Господин Цзюнь был полон решимости выиграть этот лот, даже если ему придётся заплатить эту сумму дважды.

Но, выиграть торги и заплатить соответствующую сумму - это одно, а вот доказать свою правоту - это совсем другое!

Если сейчас он будет вынужден отдать пять миллионов серебра за сделку, даже несмотря на то, что в перспективе это будет выгодно, он будет ощущать такую печаль, словно вся его родня внезапно умерла. Его просто задушит жаба!

Более того, в момент стало ясно, что Зал Великолепных Драгоценностей просто пытается играть словами, подгоняя их под свою логику! А самое ненавистное для Цзюнь Мосе было видеть, как люди используют свою силу для давления на других! И эта ситуация не была исключением.

- Что это еще за правило, которое не должно быть нарушено? Хахаха...

Если раньше Цзюнь Мосе дурачился, то теперь он стал очень зол. Он продолжил насмешливо говорить:

- Если это так, то этот Молодой Господин будет сидеть здесь каждый день, поднимая цены; пусть Зал Великолепных Драгоценностей набивает свои карманы!

- Сын семьи Цзюнь, твои слова несут последствия, разве ты меня не понял? Неужели семья Цзюнь из Королевства Тансян хочет пойти против моего Зала Великолепных Драгоценностей?

Голос, наполненный гневом, эхом раздался в зале. Каждый мог ясно видеть намек на угрозу, завуалированный в этом предложении, а сильное давление, излучаемое этим человеком, затруднило дыхание многих сидящих в зале. Все люди, наблюдающие развитие этой ситуации, смотрели на Цзюнь Мосе с жалостью в глазах, и думали:

[Все из-за этого развратника и дебошира - раскрыв рот, он навлёк беду на свой дом. Этот Цзюнь Мосе действительно поступает безрассудно. Он осмелился провоцировать Зал Великолепных Драгоценностей!]

Ли Жэн и Мэнг Хай Чжоу были в приподнятом настроении!

Они потратили очень много денег, но даже суммы в десять раз больше не жалко, если из-за этого Зал Великолепных Драгоценностей и Семья Цзюнь станут врагами!

В комнате напротив них, Дугу Сяо И тревожно топала ногами, говоря:

- Вот свиноголовый! Он на самом деле решился открыто бросить вызов Залу Великолепных Драгоценностей? Как из этого выйдет что-то хорошее?

С большой тревогой она вцепилась в руку Принцессы Линг Мэнг, наблюдая за происходящим еще внимательнее.

Сердце Цзюнь Мосе стало чрезвычайно бдительным, когда он услышал слова сказанные этим экспертом.

[Этот парень явно намеренно и открыто создает напряженность между семьей Цзюнь и Залом Великолепных Драгоценностей.. Может у нашей семьи есть какие-то обиды с этим аукционным домом?]

Подумав об этом, он решил больше не говорить лишней чепухи и быть кратким.

- Как найти истину, если веришь слухам? Вы сказали, что Танг Юань поставил сумму пять миллионов, но кто здесь может выступить свидетелем, что слышал это? Всё, что я слышал, было "пять", и ничего больше. Если нет, то что же это было? А Ли Жэн поставил сумму в три миллиона таэлей серебра. Но Зал Великолепных Драгоценностей не подумал, сможет он заплатить такую сумму или нет?! Если нет, то правильно ли повышать цены с пустыми карманами? Вы спросили, пойдет ли семья Цзюнь против Зала Великолепных Драгоценностей? Тогда я должен спросить - может ли ЭТО быть способом заработка, который подстроил Зал Великолепных Драгоценностей?

Когда Цзюнь Мосе сказал эти слова, все присутствующие были шокированы!

Высказать это предположение все равно, что прямо сказать, что Зал Великолепных Драгоценностей и семья Ли объединились, чтобы развести Танг Юаня на деньги! Это было бы серьезным ударом по репутации данного места!

Зал проигнорировал такую возможность, и Цзюнь Мосе тут же воспользовался этим промахом! Зал Великолепных Драгоценностей, совершенно очевидно, начал действовать несправедливо, создавая проблемы, и Цзюнь Мосе бесстрашно вскочил и разоблачил их!

Зал аукциона был абсолютно тих; невозможно было услышать даже чье-либо дыхание. Кто посмеет спросить с Зала Великолепных Драгоценностей, против которого никто не выступал уже сотни лет?! Сегодня люди стали гораздо более опытными и просвещенными.

Спустя долгое время таинственный голос вновь заговорил:

- Это действительно значительный недосмотр. Я возьмусь за расследование этого дела.

Голос был по-прежнему тверд, но в нем слышался намек на нежелание. Каждый мог легко представить себе, как могучий эксперт, кипя от гнева, был вынужден отказаться от своих слов, а затем бесстыдно говорить дальше так, словно ничего не случилось.

Цзюнь Мосе был совершенно ошеломлен. Зал Великолепных Драгоценностей намеренно создавал для них сложности..сначала они говорят одно, а потом отрекаются от сказанного и делают другое?

Давить на людей, а затем резко менять свое поведение? Это действительно странно.

Казалось, будто он и сам не знал, существует сговор или нет!

Пока Цзюнь Мосе размышлял над этим, снова зазвучал голос:

- Ли Жэн, Вы сделали ставку в три миллиона таэлей серебра. Можете ли вы предъявить деньги?

Удобненько устроясь, Ли Жэн и компания наслаждались разыгрывающейся сценой и были счастливы, видя страдания Танг Юаня и Цзюнь Мосе. Но когда Ли Жэн неожиданно услышал, что голос обращается к нему, все его счастье внезапно рухнуло в пропасть. Его мысли забегали, как мыши в клетке, и он тут же согнулся в церемониальном поклоне:

- До этого момента я, из молодого поколения, был не доволен тем, что Танг Юань неоднократно нарушал этикет Зала Великолепных Драгоценностей, и я почувствовал необходимость выйти вперед и начать действовать дабы показать всем, что он скрывает свое настоящее, темное некрасивое лицо.

Но голос нетерпеливо ответил:

- Я не спрашивал Вас о том, какова ваша мотивация. Я спросил Вас только о трех миллионах таэлей серебра, на которые вы сделали ставку.

Ли Жэн смутился и сказал:

- Этот младший сейчас не имеет трех миллионов таэлей серебра, но этот Младший действовал так, только чтобы помешать Танг Юаню, а вовсе не для того, чтобы создать проблемы Залу Великолепных Драгоценностей..

- Ублюдок!

Голос, казалось, полностью потерял спокойствие и даже не трудился скрыть свой гнев. Зазвучав снова, он был холоден:

- Не имея достаточного количества серебра, Вы все равно осмелились на ставку? Вы сами нарушаете правила, но говорите, что Танг Юань не соблюдает этикет и доставляет проблемы? Очевидно, что это Вы - тот, кто совершенно не уважает Зал Великолепных Драгоценностей! Вы нарушили правила, так как я могу позволить этому остаться безнаказанным? Охрана, сюда! Этот человек отныне исключен из Зала Великолепных Драгоценностей! Комната семьи Ли будет запечатана, и они навсегда лишаются права входить в Зал!

По команде голоса несколько охранников появились у комнаты семьи Ли.

Ли Жэн сразу встал и вышел; он был очень высокомерен и привык к подобному образу жизни с самых юных лет. Тем не менее, в этот момент, он не выказал никакого сопротивления, и даже не просил о смягчении приговора! Когда он выходил, его лицо было бледным и испуганным.

Цзюнь Мосе сидя в стороне почувствовал, что все меньше и меньше понимает происходящее!

[Ясно, что произошедшее было крайне унизительным! Но почему все случилось именно так? Даже если Ли Жэн сделал ошибку, это не причина, чтобы лишить его и семьи Ли права входить в Зал Великолепных Драгоценностей... Если бы я не действовал надлежащим образом, то тем, кого бы изгнали отсюда, стал Танг Юань! Я посмотрел бы, как Зал оправдывает свои действия... Даже если у вас есть тысячи хороших идей, я этого не боюсь! Что может произойти в худшем случае? Семья Цзюнь потеряет право приходить сюда? Ну и в чем проблема?! Случись такое, то после достижения значительных успехов в Искусстве Разблокировки Небесной Удачи я бы первым делом заглянул сюда "поболтать"...]

Ли Жэн создавал проблемы с самого начала, кто мог этого не заметить? Зал Великолепных Драгоценностей - это не кучка дураков. Естественно, они ясно увидели, как кое-кто умышленно доставляет неприятности Цзюнь Мосе.

Но после того, как их пристыдили, они сменили позицию и обратили внимание на действия Ли Жэна!

Вдруг голову Цзюнь Мосе посетила другая мысль:

[Может быть ситуация повернулась так, потому что кто-то вмешался? Из-за чего ещё этому аукционному дому пришлось бы изменить свое первоначальное намерение?.. Но кто же этот человек? Кто обладает настолько огромными возможностями?]

В то время, как Цзюнь Мосе думал, голос зазвучал снова, и каждый мог ясно расслышать его слова:

- Цзюнь Мосе, хотя ошибку и грубое нарушение правил этого места совершил Ли Жэн, Вы всё же оскорбили Зал Великолепных Драгоценностей. Вы позволили потерять лицо мне и моему Залу, и мне нужен ответ!

Голос звучал достаточно жестко, и, видимо, он еще продолжал гневаться.

У Цзюнь Мосе все еще оставались вопросы и накопившийся гнев. Хотя он понял, что таинственный человек покидал комнату, чтобы сохранить немного своего уважения, Цзюнь Мосе решил, что было бы лучше, если он сейчас сделает стратегическое отступление, и подыграет:

[Я до сих пор в начале пути, и не обладаю большой силой.. Хоть я сейчас поведу себя, как слабак, но позже, после того, как мое культивирование Суань Ци преуспеет и достигнет высших сфер, я с удовольствием зайду сюда, и мы вместе кровавым смехом посмеёмся над вашими шутками...]

Думая так Цзюнь Мосе сказал:

- Когда же это Младший оскорбил Зал Великолепных Драгоценностей? Нет...правда! Это у Ли Жэна были вредоносные намерения против меня, а я был полностью обманут и ослеплен его аферами. Но ум и понимание Зала Великолепных Драгоценностей светят, как факел. Вы не позволили обмануть юное поколение. Вы вышли и спасли всех от этого гнилого яблока, не испугавшись сил, что поддерживают его. Вы неуступчиво блюдете праведность и это место, безусловно, оправдывает свою репутацию. Этот младший восхищается, и я не имею ничего, кроме восхищения к Залу Великолепных Драгоценностей!

Внезапно Цзюнь Мосе повернулся к залу и громко сказал:

- Люди, вы видите, что этот Зал Великолепных Драгоценностей, безусловно, номер один под этим небом?! У них есть любые продукты по разумным ценам, и они относятся и к молодым и к старым одинаково честно! Если бы они не были столь беспристрастными, разве могли бы мы так их уважать? Даже сомнение в них заставляет людей краснеть от стыда! Видя, как этот Зал завершил этот спор, я - Младший, действительно горжусь такой уважаемой и благородной торгово-промышленной палатой в Королевстве Тянсян, как Зал Великолепных Драгоценностей! Давайте все поддержим его и поаплодируем!

И Цзюнь Мосе, с лицом, наполненным искреннем восхищением, взял на себя инициативу, начав громко хлопать, и добавив еще кое что:

- Люди, почему вы не аплодируете нашему Залу Великолепных Драгоценностей? Может среди вас есть те, кто думает по-другому? Если это так, то я - Младший, буду сильно обижен и первым выступлю в защиту столь замечательного аукционного дома!

Публика немедленно рассыпалась в бурных аплодисментах! Но в тоже время в сердцах они ругались:

[Ах ...! Бесстыжий! По-настоящему бесстыжий! Этот Цзюнь Мосе бесстыжий в квадрате! Он настолько толстокожий, что не стыдится целовать чужую задницу у всех на виду!]

Из всех присутствующих только Дугу Сяо И была действительно взволнована. Она радостно улыбалась и энергично хлопала, полная облегчения!

Таинственный голос затих и больше ничего не произнес.

... Тем временем, внутри Зала Великолепных Драгоценностей, в элегантном помещении двое одетых в белое мужчин среднего возраста сидели напротив друг друга.

Один из них свирепо скрежетал зубами, а выражение на его лице было подавленным. Он поднял руку, с силой хлопнул ею по столу, и тот рассыпался, не способный сдержать удар, а человек яростно прошептал:

- ..Цзюнь Мосе! Ты действительно хитроумный молодой человек! Но я не пощажу тебя!

Второй одетый в белое человек прищурил глаза и посмотрел на первого очень неодобрительно. Нахмурившись, Второй сказал:

- Этой вещи вообще не должно было быть у Вас.. До чего же странно, что именно этот парень из той семьи получил ее?

Первый человек в белом недовольно хмыкнул, сказав:

- Но это Меридиан Пылающего Сердца, я боюсь что Цзюнь Вуй... -- и тут же остановился.

- Цзюнь Вуй? - Второй одетый в белое человек резко встал: - Что ты имеешь в виду?

Первый хмыкнул, закрыв глаза; он не отвечал в течении длительного времени, ощущая на себе взгляд второго, который, во внушающей благоговение манере, тихо произнёс:

- Меня не волнует, что за крысы бегали между тобой и Цзюнь Вуем были в прошлом... Теперь он - инвалид, а его жизнь разрушена! Но если у тебя есть какие-либо планы на него - я убью тебя!

Это было сказано о с абсолютной безжалостностью, без какого-либо намека на милосердие. Это показывало решимость Второго и его намерение в точности следовать каждому сказанному слову.

Первый человек в белом просто дважды хмыкнул, а затем молча отвернулся.

Второй человек в белом холодно посмотрел на него и сказал:

- На аукционе изначально не было Меридиана Пылающего Сердца, но неожиданно он появился; кто привез его Вам? И самое главное: кто попросил Вас продать его именно в столице королевства Тянсян?

Первый человек в белом холодно проигнорировал его, держа глаза закрытыми. Он думал:

[Если ты действительно хочешь знать, то почему бы тебе не спросить Старейшин?.. Не задавай свои вопросы мне. Ты правда думаешь, что я испугаюсь?]

- Может ли быть... -- лицо второго человека в белом стало более торжественным, когда он продолжил:

- Может ли быть... Она... Специально послала его в качестве подарка для Цзюнь Вуя? В противном случае, почему бы Девять Старейшин собирались вместе?

Услышав это, глаза первого человека распахнулись, и он крикнул:

- Что за чушь ты несешь?! Жалкий Цзюнь Вуй! Не говори мне, что ради него Девять наших Старейшин готовы пожертвовать половину своих сил!

- Я ничего не говорил о жертве силы Девяти наших Старейшин! Это ты сказал. Что ты имеешь под этим в виду? -- лицо Второго стало убийственным, когда он спросил: - В какие это грязные игры ты играешь?

- Ну и что? Какая разница: или Семья Цзюнь потратит триста тысяч таэлей серебра чтобы купить Меридиан, или он сразу попадёт прямо в руки к Цзюнь Вую?!

- Ах ты выпердыш!..

- Шансы использовать Меридиан - ничтожны. Шанс на то, что удастся использовать пердеж с пользой - и те выше! Без культиватора Божественного Небесного уровня Суань для управления процессом, Цзюнь Вуй только быстрее умрет от яда Меридиана Пылающего Сердца !

- Сволочь! Я прикончу тебя!

- ...ДОСТАТОЧНО!

Раздавшийся голос был очень стар, но всё равно ругал этих двоих.

- ...и не заставляйте меня повторяться.

Эти двое в белом уже были готовы решать свои споры на мечах.

Они злобно уставились друг на друга, но, услышав старика, снова уселись обратно, более не произнося ни единого слова.

Глава 95. Сердце молодой дамы.

На лице Цзюнь Мосе, сидящего в Зале, была улыбка. Сложив руки, он начал салютовать людям вокруг, смеясь с улыбкой от уха до уха:

- Благодарю. Благодарю за всю поддержку, оказанную Залу Великолепных Драгоценностей. Младший будет благодарен за эту личную услугу. Все, пожалуйста, давайте продолжим аукцион. Пожалуйста, не стесняйтесь, ставьте столько денег, сколько захотите! Нет необходимости быть вежливым.

[Что за подлец этот парень? Противно наблюдать, как он лижет пятки Залу Великолепных Драгоценностей и делает вид, будто они лучшие из рода торгашей.. Это - настоящая подлость!]

Все присутствующие проклинали его в своих сердцах. Если бы горделивыми мыслями можно было избить человека до смерти, то Цзюнь Мосе сейчас бы уже был прибит к земле невероятным давлением, и ему грозило бы умереть ужасной смертью!

Если подлое поведение могло бы вредить, то Цзюнь Мосе сейчас был бы весь в порезах и синяках.

Таинственный голос более не звучал снова, но через некоторое время все присутствующие отчетливо услышали другой голос:

- Вернемся к разыгрывающимуся сейчас лоту - Меридиану Пылающего Сердца. Было принято решение, что ставка Ли Жэна является недействительной, и аукцион продолжается с последней действительной цены!”

Цзюнь Мосе подумал об этом и улыбнулся в своем сердце:

[Ну разумеется этот голос - это два человека! И, безусловно, у них не было согласия во взглядах.. Хорошо...тогда этот человек должен быть немного сильнее, верно?]

У человека в фиолетовых одеждах, стоящего на сцене, поменялся цвет лица, а затем он с разочарованием сказал:

- Предыдущая ставка на Меридиан Пылающего Сердца была от Танг Юаня, она составляла триста тысяч таэлей серебра. Я огласил цену два раза, кто-нибудь желает предложить больше?

После неоднократного повторения сказанного, никто так и не решался делать ставку. Даже без учета событий, происходивших ранее, кто захочет оскорбить Цзюнь Мосе, чей дедушка был Мастером культивирования Небесного уровня Суань Ци, а еще и Грозного Дедушку Танг Юаня, который души не чаял в своем внуке? Кто осмелится встать на пути этих двух Молодых Господ?

- Триста тысяч таэлей серебра-три! Продано!

Когда человек в фиолетовых одеяниях ударил молотком, он почувствовал себя полностью подавленным.

Он был управляющим и ведущим аукционов на протяжении десятилетий, и ещё никогда не чувствовал себя так плохо. Из-за двух этих блудных детей из больших семей аукцион перевернулся с ног на голову!

Эта трава, что легко могла дотянуть до цены в МИЛЛИОН таэлей серебра, продается лишь за три сотни тысяч! Это все равно, что отдать Меридиан Пылающего Сердца бесплатно.

Толстяк Танг чувствовал огромную радость; печалило его только то, что он большую часть времени не понимал, что здесь происходит.

Настрой Цзюнь Мосе наконец успокоился - они чуть не дали этой возможности ускользнуть.

Сидя напротив них, Дугу Сяо И бросила чрезвычайно сердитый взгляд, прежде чем сказать:

- Где справедливость!? Он сумел получить траву по такой низкой цене! Это так омерзительно! Как же я ненавижу его! Ах!

Пока слова, что выходили из ее рта, были наполнены ненавистью, её большие и красивые глаза сияли, и она, казалось, смеется в глубине души, словно в ее сердце не было и малейшего намека на отвращение.

Принцесса Линг Мэнг подозрительно посмотрела на Дугу Сяо И, которая была явно в приподнятом настроении и, вдруг, оглянулась, скользнув взглядом в сторону, она думала о Цзюнь Мосе:

[Это та "Леди", что всегда издевалась над ним. Но, сидя сейчас здесь, в этой комнате, у нее явно нет того привычного отвращения, что было в раньше, а скорее наоборот, у нее глаза горят от восхищения!]

Наблюдая за происходящими событиями, у Принцессы вдруг мелькнула причудливая мысль, и она не могла не воскликнуть от удивления:

- Дугу Сяо И, ты...ты...ты влюбилась в этого развратного человека?!

Услышав это, Сяо И жутко покраснела; она сморщила носик и высунула язык. Сильно румянясь, она решительно сказала:

- Кто влюбился? Как у меня могут быть фантазии о каком-то блудный сыне Семьи Цзюнь? Хм...просто он забрал мое Метеоритное железо; у него действительно есть характер! Как я могу забыть об этом? Эта девушка просто ждет возможности отплатить ему в полном объеме!

Говоря это, она подняла брови и крепко стиснула свою челюсть. Принцесса Линг Мэнг почувствовала себя беспомощной с головы до ног, услышав эти слова. Сяо И была ее близким и драгоценным другом в течение многих лет. Как она могла не заметить и не разоблачить ее? Внутри, Дугу Сяо И, сейчас была по-настоящему счастлива, в отличие от ее внешности. Обеспокоенность, которую она показывала, шла из глубины ее сердца, и это мог легко заметить любой случайный наблюдатель.

Снова подумав, она поняла почему Дугу Сяо И, которая была в депрессии и ее разум где-то блуждал, вдруг неожиданно оживилась и наполнилась энергией, как только услышала голос Цзюнь Мосе! Все было очевидно, и все это могло привести только к одной единственной возможности! И эта возможность была просто кошмар какой немыслимой!

- Ах...младшая сестра Сяо И...

Она посмотрела на Сяо И и продолжила:

- Ты пытаешся запудрить мозги своей Старшей Сестре? Ах...! Он такой бездельник и ни на что не годный сопляк; как ты можешь его терпеть?

Дугу Сяо И моргнула своими большими и красивыми глазами дважды и счастливо напевала какую-то мелодию с закрытым ртом, а потом сказала:

- Он такой развратник, все что ему нужно - это хороший урок, чтобы он знал, насколько сильна эта девушка...кхм...кхм, хе-хе..

Когда она заканчивала говорить, она не могла удержаться от смеха. Ее глаза были наполнены желанием; видимо, она уже думала о том, как она будет “учить”* Цзюнь Мосе, и заворожено смотрела в его сторону.

Беспокойство Принцессы Линг Мэнг по этому вопросу очень выросло:

[Это совсем не незначительная проблема! Хоть Сяо И остается винить только саму себя, я все же должна сообщить об этом ее отцу - Великому Генералу Дугу Вуди. Семья Дугу - одна из Великих Семей столицы, более того, Сяо И - единственная и любимая дочь; она та, в ком никто души не чает!

Как можно сравнивать её с распутником из семьи Цзюнь и потерять наследника? Ах...это как если бы прекрасный цветок рос в коровьем навозе! Абсурдность этой ситуации просто невозможно описать! Это будет просто бессмысленное расточительство прекрасных плодов природы!

Добавить нечего, а если подумать от имени Имперской Семьи: Внук Семьи Цзюнь третьего поколения и Внучка семьи Дугу… это будет просто ужасающий результат! Это приведет к большим изменениям во власти и обществе! Так что...нет! Я должна предотвратить это! Я ни в коем случае не должна позволить Дугу Сяо И попасть в руки Цзюнь Мосе!]

Принцесса бросила тяжелый взгляд на Дугу Сяо И и тайно, в своей голове, приняла решение о Цзюнь Мосе.

Получив Меридиана Пылающего Сердца по сниженной цене, Цзюнь Мосе был взволнован до глубины души. Он посмотрел на себя и понял, что появление двух таких Мастеров в Зале Великолепных Драгоценностей - явление очень редкое.

[Уровень моих собственных сил слишком низок... Я просто должен подождать, набраться терпения, а пока что поддерживать роль развратника..]

В конце концов, Танг Юань купил то, что ему было поручено Дедушкой Танг, без сучка и задоринки. Это был единственный свиток Пути меча!

Цзюнь Мосе мельком бросил взгляд на него, но не выразил никакого интереса к этому свитку. Он просто посмотрел на Танг Юаня с презрением за то, что тот купил такой мусор. Эта книга может быть классифицирована только как "учебник по красивому маханию мечом",но Толстяк в итоге потратил на него 2,000,000 таэлей серебра!

Но затем Цзюнь Мосе вдруг вздрогнул, и на его лице появился след удивления! После получения Меридиана Пылающего Сердца, он расширил своё духовное сознание, чтобы просканировать комнаты двух Принцев, где должны были быть шесть человек, но с удивлением обнаружил, что обе комнаты были абсолютно пусты!

Внутри никого не было, но никто не выходил... Казалось, будто они просто исчезли!

Однако, Цзюнь Мосе пришел к выводу, что эти шесть человек не покидали зал:

[Получается, что в этих двух комнатах есть тайный подземный ход?]

В следующий миг Цзюнь Мосе удалось найти следы сохранившейся духовной энергии в воздухе и проследить его до толпы внизу. То, что он увидел там, сильно удивило его!

Они изменили свои одежды и даже свои лица! Даже если кому-то удастся взглянуть на этих людей лицом к лицу, их личности будет крайне трудно распознать.

Трое из них собрались в середине Зала, и по трое - по бокам. Все они выглядели, как состоятельные мужчины, которые просто непринужденно смотрели по сторонам, но Цзюнь Мосе с его острым восприятием легко мог разглядеть намек на беспокойство и горящее желание в их сердцах. Он сразу понял, что предмет, который они желали заполучить, появится в ближайшее время.

[Но среди всех предметов на этом аукционе, что же может быть настолько ценным, чтобы привлечь внимание такой группы? Даже двое Принцев участвуют в торгах!]

Цзюнь Мосе взял список товаров аукциона у Толстого Танга и начал внимательно просматривать все лоты. Наконец, ему удалось выяснить, что это был за лот, который даже Два Принца хотели заполучить!

30 полос сухожилий Суань-Зверя Шестого уровня!

[Сухожилия Суань-Зверя! Должно быть, это именно тот лот!]

Остальные вещи в списке было такими, что их можно было рассматривать лишь как роскошные украшения или вещи, не имеющие большой практической пользы. Значит ли это, что Принцы хотят что-то, что может иметь огромную наступательную силу или может вызвать угрозу для жизни?

Казалось бы, сухожилия Суань-Зверя отвечают этим требованиям!

[Но что они собираются делать с таким количеством сухожилий? Хотят ли они использовать их для создания кнутов**,чтобы потом раздать их своим наёмным убийцам? Может быть...они будут использоваться для изготовления особо прочных луков?]

Когда его мысли дошли до этого момента, сердце Цзюнь Мосе начало биться очень быстро.

[...Если сухожилия Суань-Зверя Шестого уровня будут использованы для создания лука, то его мощность увеличится более, чем в два раза! Но хотя такой лук и будет невероятно мощным, силы культиватора Девятого уровня Суань Ци будет недостаточно, чтобы натянуть тетиву!..

..Но если владеть этим луком будет эксперт Серебряного или Золотого уровня, то этот лук, несомненно, станет "абсолютным оружием"! Даже эксперт Нефритовой Суань Ци может встретить свой конец, если в руках его врага будет такой лук!... А группа из более чем десяти людей с такими луками однозначно будет представлять угрозу для жизни эксперта даже Небесного уровня Суань Ци!....

Действительно; это - именно то, о чём они думают!]

Разумеется!

Сразу же, как сухожилия Суань зверя были выставлены, группы, принадлежащие двум Принцам, сразу начали делать ставки друг против друга, и это была жесточайшая борьба! Цены росли и росли, и вскоре достигли пяти миллионов таэлей серебра; это был беспрецедентная высота!

Из-за такой цены, простые люди в зале просто не смогли больше повышать цены, но даже если эти двое были родственниками, они отказывались уступать даже на полшага!

После долгого процесса торгов цена на 30 полосок сухожилий Суань-Зверя поднялась до невероятно высоты в тринадцать миллионов таэлей серебра, и в итоге лот был получен группой убийц, принадлежащей одному из Принцев!

За последние годы среди всех аукционов, проводимых Залом Великолепных Драгоценностей, эта цена может рассматриваться как наивысшая!

- Цзюнь Мосе, смотри: это всего лишь сухожилия Суань-Зверя.. Если бы это было Ядро Суань-Зверя 6 уровня.. Тогда цена была бы еще выше! Цзюнь Мосе, теперь ты должен понимать, насколько важная вещь была потеряна моей семья!.. Она просто бесценна... Ох!.. -- произнёс с грустью Танг Юань.

Цзюнь Мосе не знал, плакать ему или смеяться.

Он лишь с желанием посмотрел вниз, на сухожилия Суань-Зверя.

Как только аукцион закончился, толпа начала расходиться, и трое мужчин, что получили сухожилия, смешались с толпой и медленно удалились.

Цзюнь Мосе знал, что в его семье самым сильным был его Дедушка, который был экспертом Небесного уровня Суань; и так же он знал, что сражайся его Дедушка против владельцев таких луков, ему пришлось бы очень тяжело.

- Уходим! -- произнёс Цзюнь Мосе и встал, но его разум до сих пор блуждал:

[Если я смогу их отследить, или узнать, куда они двужутся, это было бы идеально!]

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - "смотреть картинку"

** - Прим.англ.ред.: Плётки! А-ха-ха-ха-ха! "та же картинка"

Глава 96. Такая мощь!

Какая жалость! Цзюнь Мосе почувствовал каплю сожаления в своем сердце. После того, что случилось в прошлый раз, у старика, приглядывавшего за ним, появились какие-то неотложные дела, о которых он должен был позаботиться, и он уехал, предупредив, что не вернется в течении шести месяцев. Если бы он был здесь, то его невероятные навыки шпионажа наверняка могли бы сильно пригодиться ...

Цзюнь Мосе взглянул на своих собственных охранников. Сильные и способные, эти люди были лично выбраны самим Дедушкой Цзюнь.

Их силы были на уровне Золотого и Серебрянного Суань Ци, что можно было считать довольно впечатляющими уровнями. По крайней мере, в Имперской столице Тянсян этого было вполне достаточно, чтобы защитить Цзюнь Мосе от любых опасностей или угроз, способных возникнуть средь бела дня. Когда Цзюнь Мосе станет нуждаться в них, они будут готовы служить.

Но Цзюнь Мосе знал, что не было никакого смысла задействовать этих людей для отслеживания перемещений тех убийц.

Даже если бы они смогли не теряя следа догнать ассасинов, то через небольшой промежуток времени от его людей осталось бы восемь трупов!

Цзюнь Мосе понимал, что каждый из тех трех мужчин был на вершине Золотого Суань Ци; к тому же, они были профессиональными убийцами!

[Как только угроза обнаружена, она должна быть с корнем уничтожена.

Позволять тигру вырасти и, тем самым разрешить ему учинять бедствия - было бы крайне глупым поступком.

В любом случае, должен быть способ отследить их путь. По крайней мере, если я не смогу получить эти сухожилия Суань-Зверя в свои руки, то я должен буду уничтожить их. Если из них будет изготовлено оружие, то последствия его использования окажутся крайне ужасными!]

Думая об убийстве, Цзюнь Мосе невольно излучал духовную силу, внушающую страх и полную намерения убить!

Вдруг Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, как огромное духовное давление стиснуло его, начисто запечатав его собственную духовную силу. Было ясно, что целью этого давления был лично Цзюнь Мосе.

Мало того, эта духовная сила была настолько избирательной, что даже на Танг Юаня, находившегося рядом с ним, она не влияла ни в малейшей степени!

Это было намного внушительнее, чем два предыдущих загадочных персонажа!

Настолько мощная духовная сила оказалась для Цзюнь Мосе настоящим сюрпризом!

[Этот загадочный Мастер из Зала Великолепных Драгоценностей, кажется, намного более сильным, чем мой Дедушка! Может ли он и в самом деле быть Легендарным Мастером уровня Божественного Верховного Суань?!]

Цзюнь Мосе даже удалось угадать причину воздействия на него духовного давления. Когда те трое убийц покинули аукционный зал, его духовное чувство отобразило желание преследовать их, после чего он стал размышлять о убийстве, и эта слабая жажда крови привела к изменению его духовной энергии.

И эти слабые, незначительные колебания - крошечное желание убивать - сразу были замечены этим таинственным Мастером!

Из-за особенностей таинственной энергии, которую он имел, эксперты, не достигшие Божественного Верховного уровня Суань, просто не смогли обнаружить его духовную энергию!

Потому Цзюнь Мосе и пользовался духовным зрением, не подозревая, что в этот раз он будет пойман с поличным! Скрытая сила этого человека была совершенно очевидна, и он никак не ожидал встретить здесь такого сильного эксперта!

Тем не менее, Зал Великолепных Драгоценностей всегда был озабочен безопасностью своих аукционов, и то, что Цзюнь Мосе был обнаружен, было не удивительно. Особенно, если учесть, что столь сильным духовным давлением может обладать только невероятный Мастер!

И хотя Цзюнь Мосе и узнал о существовании этого человека через его духовное зрение, на самом деле, он не должен был понять, что происходит! Причина в том, что для того, чтобы обнаружить чужое духовное зрение, их уровни должны быть похожи!

Но Цзюнь Мосе был твердо уверен, что его Искусство Разблокировки Небесной Удачи в этом мире - совершенно уникально! Потому он и был уверен, что хотя его убийственные намерения и были обнаружены, его личность не смогли определить.

Но тут Цзюнь Мосе почувствовал, как это духовное давление переросло в сильное гнетущее чувство, которое он едва мог сдерживать. Он подумал:

[Если я не стану отбиваться, то мой разум может серьезно пострадать. Но если я использую свой дух, чтобы сопротивляться, всё равно я вряд ли справлюсь, у меня, конечно, есть некоторые магические и мистические техники, но мой соперник намного сильнее! Как же быть?]

Пока он колебался, сильный духовный смысл уже накрыл его и начал полностью подавлять его тело.

В последний момент, внутри сознания Цзюнь Мосе, Изысканная Пагода Хонцзюнь внезапно начала вращаться на полной скорости, испуская разноцветный сияющий свет, который полностью покрыл его душу. Он почувствовал, как этот новый вид силы медленно сталкивается с тем, что подавлял его тело.

По мере того, как свет от Пагоды Хонцзюнь сталкивался с тем сильным духовным чувством, что обрушилось на него, давление бесследно исчезало; это было похоже на то, что происходит, когда снежинки падают на раскаленную плиту!

И в итоге, давление просто исчезло, и не осталось ни только ударных волн, не было ни малейших следов от столкновения различных сил.

Это древнее сокровище, реликт, обладало просто удивительными сверхестественными способностями! Его благословение было способно сравниться даже с энергией Эксперта Царства Божественного Верховного уровня Суань!

Возможно, что даже если все мастера этого мира соберутся вместе, эта Изысканная Пагода Хонцзюнь справиться с ними легко и просто!

Свет, исходивший от Изысканной Пагоды, постепенно возвращался обратно.

Весь этот период времени Цзюнь Мосе сидел с закрытыми глазами, сконцентрировавшись на своем сознании и душе.

Но то, что только что произошло, было понятно только Цзюнь Мосе. Даже таинственный Эксперт, атаковавший его, не имел четкого представления о том, что именно произошло!

...В подземной комнате Зала Великолепных Драгоценностей, скрестив ноги, с закрытыми глазами сидел старик.

Вдруг он помотал головой и открыл свои глаза, полные ярости. Можно было увидеть шокированный взгляд и следы страха, промелькнувшие на его лице; с его лба даже начали стекать капельки пота.

Он был Мастером Божественного Верховного уровня культивирования Суань Ци.

Но, когда его духовный смысл начал было подавлять кого-то, тот человек, без малейших затруднений, запросто и без особых усилий прервал это. Для сравнения, казалось, словно сила его души была всего лишь пылинкой в сравнении с этим человеком. О чем это говорит?

- Пик Царства Божественной Суань! Только человек на Пике Царства Божественной Суань может устранить мое духовное давление с такой легкостью, и может свести его на нет столь быстро и без особых усилий. Это единственно возможный способ объяснить эту ситуацию!

Беловолосый старик, казалось, был совершенно шокирован:

- Так значит...в Имперской столице Тянсян присутствует такая высокая фигура? Возможно, здесь должно случиться что-то грандиозное?

- ...осе! Цзюнь Мосе!

Внезапно услышав четкий и ясный женский голос, Цзюнь Мосе обернулся взглянуть, кто его окликнул, и был удивлен, увидев Дугу Сяо И. Она подошла с диким выражением лица, говоря:

- Ах...так ты не...ах ...!

Она собиралась сказать: "ты не умер" но не смогла себя заставить. Произнести слово "умер", само по себе оказалось болезненно, и она крайне не желала произносить его в одном предложении с именем Цзюнь Мосе, пусть даже в шутливом контексте.

- Так это мисс Дугу Сяо И.

Улыбаясь сказал Цзюнь Мосе и, осмотрев ее сверху донизу, заявил:

- Я не видел Вас уже несколько дней, мисс Сяо И; кажется, с каждым днем Вы становитесь все красивее! Я даже начинаю возбуждаться, стоя рядом с такой красоткой.

Танг Юань, который стоял рядом, был совершенно шокирован. Он удивленно взглянул на Цзюнь Мосе, думая:

[Батюшки! Цзюнь Мосе, когда ты обнаглел настолько, что осмеливаешься вольно обращаться с этой гневной Маленькой Сестричкой? Может быть побоев, что ты получил ранее, уже не достаточно?]

В сердце Цзюнь Мосе, даже его Дедушка, который был Экспертом в области Небесной Суань и Мастером сражений, занимал только второе место, а эта Сестричка была той, кто действительно занимал самую заветную позицию, пугая его сильнее всех.

Это Танг Юань знал совершенно точно.

Однако, то, что произошло дальше, заставило Толстого Танга поверить, что он все еще спит и не собирается просыпаться...

Выслушав слова Цзюнь Мосе, Дугу Сяо И казалась удивленной, она нисколько не рассердилась, а только слегка покраснела. Ее ожесточенное выражение лица полностью исчезло, и она начала краснеть еще сильнее; опустив голову, она прошептала:

- В самом деле? Я правда выгляжу лучше, чем раньше? Я каждый день вижу себя в зеркале и я не уверена, что это правда...

- Что...?!

Танг Юань испустил стон, почувствовав, что его ум перегрелся: [Черт, ТАКОЕ, средь бела дня! Может передо мной стоит не Дугу Сяо И, а ее сестра - близнец?!]

Цзюнь Мосе тоже немного вспотел, у него вдруг появилось ощущение чего-то жуткого: [Что сегодня с ней не так?...]

Медленно кивнув, он сказал:

- Да да! Она упала и стукнулась, определенно стукнулась!

- Это, должно быть, эффект того, что я похудела! Тогда, я пойду домой и продолжу терять вес! -- взволнованно сказала Дугу Сяо И, подпрыгнув от возбуждения, но внезапно остановилась, кое-что припомнив, и затем, злобно уставившись на Цзюнь Мосе своими прекрасными глазами, сказала:

- Цзюнь Мосе! Что это ты только что сказал? Ты смеешь подшучивать надо мной? В твоей голове уже полный бардак?! Ты действительно обнаглел!

Цзюнь Мосе еще больше уверился, что с этой девушкой что-то не так, то, как она вела себя сегодня, полностью отличалось от ее обычного поведения!

В этот момент из одежды Дугу Сяо И, в районе груди, высунулась белоснежная мордочка.

Маленькие глазки, маленькие ушки, маленький нос и прекрасный маленький розовый язычок, способный быстро обслюнявить что угодно. Затем высунулись две маленькие лапки, с когтями на кончиках, пытающиеся за что-нибудь уцепиться.

Это был очень миленький маленький зверек.

- Суань-Зверь! Боже мой! - воскликнул Танг Юань, и добавил, внимательно глядя на него:

- Это же детеныш Железной Пантеры!

Глава 97. Суань-Зверь.

Железнокрылая Пантера - высокоуровневый Суань-Зверь, к моменту взросления, в потенциале, способна достичь седьмого уровня. Своими лапами она может раздирать железо, а ещё она умна и чрезвычайно быстра. У взрослой Железнокрылой Пантеры достаточно сил, чтобы быть достойным противником эксперту Небесного уровня Суань.

Эта Пантера - высокоуровневый зверь со столь грозной силой, что её достаточно, чтобы соперничать с обычными Суань-Зверем восьмого уровня! Детёныша настолько высокоуровневого зверя очень трудно найти и Цзюнь Мосе никогда и не думал, что Дугу Сяо И станет хозяйкой одного из них.

Но, глядя на тело длиной почти в фут, было понятно, что этот детёныш был рождён лишь недавно. Семья Дугу была действительно большой и сильной семьей! Быть способными отдать столь невероятно редкого зверя в домашние питомцы своей любимой дочурке, ничего себе! И теперь этот маленький зверёк изо всех сил старался выбраться из рук Дугу Сяо И.

Самое удивительное, что пара тёмных глаз Пантерки с жаждой уставилась на Цзюнь Мосе!

- Малыш Белыш, веди себя хорошо, не вырывайся.. Сестричка скоро покормит тебя вкусной едой..

Дугу Сяо И была очень удивлена. Зверька ей три дня назад вручил отец, и она приложила для этого большие усилия. Но из-за того, что детеныша рано отняли от матери, он становился все слабее и слабее. Он не любил двигаться, и проводил все свое время, отдыхая на руках.

Но что послужило причиной столь внезапного бурного желания покинуть ее комфортные ручки?

- Значит, его имя Малыш Белыш? -- Цзюнь Мосе взглянул на него, улыбнулся и похвалил: - Какой..милый.

Цзюнь Мосе не слишком понравился этот маленький зверек. Эти слова были лишь притворством, а не искренним интересом. Единственное, чего он сейчас действительно хотел - вычислить местонахождение загадочных убийц и их укрытия.

Когда он уже развернулся и собирался уйти, маленькая Железнокрылая Пантера внезапно начала кричать "грр .. грр .."; это был очень тревожный и совершенно непереносимый крик.

Пантерка изо всех сил пыталась вырваться из объятий Дугу Сяо И, четыре розовые лапы старались процарапать свой путь к Молодому Господину семьи Цзюнь - Цзюнь Мосе!

Дугу Сяо И слегка шокировано смотрела на происходящее своими большими круглыми глазами:

- Кажется, ты сильно нравишься малышу.

С тех пор, как семья Дугу получила этого питомца, все что он делал - это ел и спал; Сяо И ни разу не видела, чтобы он проявлял к кому-то чувства. Но сегодня был первый раз, когда детёныш увидел Цзюнь Мосе, и он так ластился к нему? Это было на самом деле странно!

- Но мне он не нравится ...

Цзюнь Мосе немного нахмурился и, внимательно посмотрев на так называемого "Сюань-Зверя седьмого ранга", с сожалением покачал головой:

[К сожалению, этот малыш слишком мал. Даже если он станет в два раза больше, то этого едва ли будет достаточно, чтобы приготовить один горшок тушеного мяса! Эх...]

Дугу Сяо И фыркнула; только что Цзюнь Мосе сказал то, что ей не очень то понравилось.

На мгновение она заколебалась, но видя, что Белыш крайне сильно хочет перейти к нему, она не выдержала. Встав перед Цзюнь Мосе, она попросила его:

- Ну Белыш действительно любит тебя. Подержи его какое-то время на руках, и погладь его, чтобы он стал счастливым. А я, в свою очередь, прощу тебя за тот твой комментарий по поводу моего веса...

Когда расстояние между Цзюнь Мосе и детенышем уменьшилось, зверек стал еще радостнее: его рот широко открылся и он стал скулить от счастья. Он протянул свои мягкие и нежные лапы к Цзюнь Мосе так, как ребенок протягивает свои ручки к взрослому, чтобы тот взял его на руки. Его глаза были наполнены жаждой и радостью.

Секунду поколебавшись, Цзюнь Мосе вздохнул. После такого перерыва он не сможет отследить трех убийц, но никакого выбора у него не было.

Он протянул руку и взял детеныша.

Когда Пантерка попала в руки Цзюнь Мосе, она, с очень довольным выражением мордочки, по-королевски вытянула лапы и стала засыпать.

Она несколько понюхала воздух вокруг Цзюнь Мосе и очень довольно зарычала, высунув свой розовый язык.

Она вытянулась вдоль руки Цзюнь Мосе и улеглась, словно его грудь была для неё самой прекрасной подушкой. В итоге маленькая пантера улеглась спать. Похоже, она планировала еще долгое время прожить на его руках.

Дугу Сяо И уставилась на Цзюнь Мосе еще шире, раскрыв свои большие красивые глаза:

[Как такое может быть? Когда Белыш появился в моей семье, его передали мне, и он практически признал меня своей хозяйкой, хотя до этого не признавал даже тренера - специалиста... Он даже смотреть не желал на других и подпускал к себе ТОЛЬКО меня!..

Как так получилось, что этот детеныш, впервые встретивший Цзюнь Мосе, сразу же так сблизился с ним?! Это очень странно, разве нет?]

На самом деле, даже Цзюнь Мосе находил этот вопрос очень загадочным, но он подозревал, что реальная причина такого поведения не видна глазу. Тем не менее, он казался беспомощным перед этим малышом, который определенно собрался надолго остаться в своем, только что найденном доме, и улыбаясь, произнес:

- Правду ли говорили, будто бы Суань-Зверь за всю жизнь признаёт только одного хозяина и всегда будет верен только ему? Это ведь высокоуровневый Суань-Зверь седьмого уровня? Разве он может вести себя как обычный щенок, которого так легко похитить? Ах, эти слухи, эх ...!

Дугу Сяо И покраснела, почувствовав сильное унижение. Она сердито шагнула вперед, с намерением забрать детеныша из рук Цзюнь Мосе:

[Цзюнь Мосе.. Этот парень просто возмутителен! Раньше я не имела ничего против дерзостей, но сейчас он зашел слишком далеко, желая так сильно пристыдить меня и заставить сбежать ото всех! Какой же он злобный!]

Но..

Случилось ещё более невероятное: детёныш, видя что Дугу Сяо И уже протянула руки чтобы забрать его, вдруг уставился на нее глазами, наполненными враждебности, и сильно зарычал.

Несмотря на то, что у него выросла только пара зубов, он оскалился в попытке запугать ее, а его нежные лапки плотно ухватились за рубашку Цзюнь Мосе; он отказывался покидать незнакомца, которого только что встретил!

Дугу Сяо И прижала зверька, пытаясь его вытащить, но четыре маленькие лапки Белыша прочно ухватились за рубашку Цзюнь Мосе.

Одежда Мосе уже затрещала, но Белыш все равно держался за него, громко крича, будто расставание с Цзюнь Мосе было для него крайне нежелательно.

Дугу Сяо И, недоумевая, почесала свой нос и, посмотрев на шокированного Цзюнь Мосе, вдруг выпалила внезапно пришедшую ей мысль:

- Цзюнь Мосе, неужели ты его мама...а?

Цзюнь Мосе вдруг вспотел, его лоб покрылся черными линиями!

[С чего ты такое взяла ? Я его мама? Разве я какой-то зверь?]

Не говоря о Дугу Сяо И и Танг Юане, не понимавшими, что случилось, сам Цзюнь Мосе не был точно уверен, в чём дело. Скорее всего причина была в том, что Цзюнь Мосе владел Изысканной Пагодой Хонцзюнь, и Ци, трансформируемое его телом, была не совсем обычного вида.

В сочетании с фактом, что он практикует Искусство Разблокировки Небесной Удачи, имеющей удивительные способности, тело Цзюнь Мосе было заполнено настолько чистой Ци, что такой не было больше ни у кого между Небом и Землей.

Эта чистая Ци для обычных Суань-Зверей и людей, как правило, остается незамеченной, но для таких высокоуровневых Суань-Зверей она была одной из самых важный вещей для нормального роста!

Для этого молодого высокоуровнего зверька она оказалась непреодолимым искушением!

Когда малыш был наконец снят с Цзюнь Мосе, на его одежде образовалась огромная дыра!

Цзюнь Мосе, игнорируя тревожное рычание малыша, отряхнул одежду, а после бросил детеныша в руки Дугу Сяо И:

- Возвращаю его обратно. Я дам тебе десять миллионов, если ты научишь его правильно себя вести.

Дугу Сяо И осторожно поймала его, после чего рассердилась:

- Разве ты не мог обойтись с ним помягче? А что бы ты сделал, если бы он упал?

Дугу Сяо И удерживала малыша в руках, в то время, как он тревожно пищал и вырывался изо всех сил, так, словно боролся за свою жизнь. Он все еще смотрел в сторону Цзюнь Мосе и даже сумел сымпровизировать: его глаза стали влажными и казалось, что из них вот-вот покатятся слезы.

Он даже взглянул на Дугу Сяо И взглядом, полным обиды. Видя все это, сердце Дугу Сяо И смягчилось, она вдруг почувствовала, что должна снова отдать его Мосе, на какое-то время. Цзюнь Мосе снова удивился, увидев все это, и, отпрыгнув подальше, растерянно сказал:

- Уже поздно, мне уже нужно идти.

После чего бесстыдно отвернулся.

Дугу Сяо И огорченно топнула ногой и пробормотала несколько гневных слов. Она повернулась лицом к малышу в своих руках и стала упрекать его:

- Это твоя вина! Куда это годится, зачем ты ведешь себя так, словно он твоя мама или твой папа?!

Железнокрылая Пантера открыла глаза и посмотрела на неё невинным взглядом. Потом внезапно она опустила голову и приняла такой вид, словно понесла большую утрату, когда Цзюнь Мосе ушел.

Ее рот издавал хнычущий звук; то маленькое счастье, что ранее окружало ее, теперь полностью пропало.

- Ну хорошо, в любом случае, через несколько дней я возьму тебя к нему поиграть. -- сказала Дугу Сяо И, чтобы задобрить маленького детеныша.

Он был слишком мал для того, что бы научиться понимать человеческий язык, и, естественно, не понял, что она сказала. И поэтому от него не последовало абсолютно никакого ответа. Но как только Дугу Сяо И произнесла эти слова, она задумалась. В её сердце появился намек на радость, но, в тоже время, она ощутила целый взрыв смущения и она не понимала причины, почему это произошло!

- А? Принцесса Линг Мэнг? Она, вышла вместе со мной, куда она внезапно исчезла?

Дугу Сяо И поняла, что ее Сестра уже куда-то ушла. Она сморщила нос от сильного удивления и пожаловалась:

- Ушла, не сказав мне ни слова...как так можно?!

Цзюнь Мосе попрощался с Танг Юанем, и со своими охранниками направился в сторону Королевского Дворца.

Повернув на перекрестке, он обнаружил спокойно стоявший большой паланкин. Его окружали многочисленные фигуры, выглядевшие намного сильнее, чем обычное сопровождение.

Впереди, отдельно ото всех, стояла одинокая фигура; это был Йе Гухан!

Принцесса Линг Мэнг стояла там, ожидая его!

- Так это Ее Королевское Высочество, Принцесса Линг Мэнг, собственной персоной? Даже если бы мы не желали встречаться, кажется, в этой жизни нам просто предначертаны встречи.

Цзюнь Мосе сказал это, удивленно приподняв брови. Слушая его бойкую речь, Принцесса нахмурилась.

Принцесса Линг Мэнг неторопливо вышла из паланкина:

- Цзюнь Мосе, на самом деле, я искала тебя ради кое-чего очень серьезного.

Ее лицо было холодным, тонкие брови кривились в отвращении, и она явно не желала приближаться к этому презренному парню и на тысячу миль.

[Вы искали меня ради чего-то серьезного? Разве Вы не считали меня бесполезным существом? У Вас хватает совести о чем-то со мной разговаривать?]

Цзюнь Мосе был насмешлив и зол своем сердце, но натянул улыбку, прежде чем сказать:

- Ах ... Принцесса сказала, что это что-то серьезное, но даже если бы это было не так, я всё равно сделал бы все возможное...ах... Так Принцесса наконец-то собирается ответить на мои ухаживания и попросит меня стать её супругом? Похоже, что небеса жалеют меня и дают мне то, чего я хочу; Бог действительно велик...

- Дерзкий! Как ты смеешь говорить такие глупости?! Ты слишком самонадеян! -- прозвучал, наполненный убийственными намерениями, голос Йе Гухана.

- Смелый, дерзкий и самонадеянный! -- Цзюнь Мосе крикнул в ответ: - Как ты посмел прервать меня, когда я, Молодой Господин, разговариваю с Принцессой? Она сказала, что у неё есть серьезное дело; кто разрешил тебе соваться в это?

Цзюнь Мосе не особо уважал Йе Гухана, ведь он не произвел на Мосе хорошего впечатления. Все из-за того случая, когда Йе Гухан в день покушения оценил наёмного убийцу словами "Настоящий мужчина".

Цзюнь Мосе, услышав, что такие слова использовали для описания настолько бесполезного в его глазах человека, чувствовал к Гухану одно только презрение.

Услышав, как Цзюнь Мосе поучает его, Йе Гухан вспыхнул от ярости и собрался, не смотря ни на что, убить наглого мальчишку!

Глава 98. Не будь настолько бесстыдным!

- Дядя Йе, пожалуйста, успокойся -- поспешно сказала Принцесса Линг Мэнг.

[Когда Цзюнь Мосе ранили, его Дед устроил резню в столице, а если Йе Гухан убьёт его......последствия были бы просто ужасными.]

Йе Гухан - мастер Суань Ци Небесного уровня, но для Цзюнь Чжан Тиана он всегда будет простым куском пирога, даже если сила это пирога вырастет в разы. В любом случае, терять свою жизнь из-за молодого развратника крайне глупо.

Принцесса Линг Мэнг сделала два шага вперед и сказала:

- Цзюнь Мосе, пожалуйста, давай отойдём в сторону... У меня есть к тебе важный разговор.

Йе Гухан следовал за ней, как тень, не отставая ни на шаг. Он явно не доверял Цзюнь Мосе.

Именно в этот момент Цзюнь Мосе вдруг почувствовал знакомый холодок в сердце, который сразу же исчез. Это было тоже самое желание убивать, что он почувствовал в Зале Великолепных Драгоценностей!

Цзюнь Мосе размышлял в своем сердце:

[Но почему они здесь? Они что, не ушли после получения сухожилий Суань-Зверя? Неужели они хотят убить принцессу среди бела дня?]

Желание убивать, исходящее от трёх убийц, поджидающих за углом, легко можно было заметить. И, вопреки ожиданиям, у Цзюнь Мосе было такое чувство, словно он увидел свет в конце тоннеля.

После того, как его дважды задержали и отвлекли, он был уверен, что не сможет поймать этих троих. И, конечно же, он не ожидал вновь столкнуться с этими наёмниками так быстро. Должно быть, это действительно судьба.

Он бросил взгляд на несколько телохранителей позади него:

[Если эти люди последуют за мной и дальше, возможно я и сам буду обнаружен ещё до того, как успею что-то предпринять...]

После некоторых размышлений, в голове у Цзюнь Мосе постепенно начала формироваться идея.

Хотя Цзюнь Мосе не знал, как эти убийцы оказались здесь, но было ясно, они после обнаружения Принцессы Линг Мэнг и ее свиты не перешли к действиям. По этому поводу не было никаких сомнений: они остановились, так как обнаружили присутствие грозного эксперта Небесного Суань - Йе Гухана, и, соответственно, не осмелились атаковать.

- Вы ждите здесь. У меня и Принцессы есть важные вопросы для обсуждения.. -- сказал Цзюнь Мосе, глядя на своих телохранителей с серьезным выражением лица: - Мы с Принцессой будем обмениваться любезностями и шептать друг другу сладкие слова. Не мешайте нашим важным делам!

Услышав эти по-настоящему бесстыжие слова, лидер телохранителей потерял дар речи и, разинув рот, смотрел на Цзюнь Мосе. В конце концов, он склонил голову:

- Д-да, Молодой Г-господин.

Эти три коротких слова даже заставили его заикаться.

Лидер группы телохранителей в тайне проклинал его:

[Вы собираетесь обмениваться любезностями и шептать сладкие слова Принцессе? Молодой Господин, Вы такой толстокожий! Посмотрите, как Принцесса смотрит на Вас леденящими душу глазами; она словно хочет заморозить Вас насмерть! Боюсь, что на самом деле Вы просто собираетесь страдать мазохизмом, но не хотите, чтобы мы увидели Ваши унижения... У нас есть более важные дела; так что с чего нам хотеть идти с вами? Разве это что-то важное? Как Вы вообще смеете говорить, что собираетесь заняться "важными делами"!?]

Цзюнь Мосе прошёл с Принцессой вперёд. Мысленно он почувствовал, что убийцы, поджидающие на другой стороне дороги, зашевелились, как только его телохранители сделали пару шагов назад.

К тому времени, как Цзюнь Мосе свернул на углу улицы, наёмники уже преодолели несколько десятков жанг вниз по улице. Но, так как они двигались очень естественно, подозрений у охраны Принцессы это не вызывало.

Йе Гухан тоже заметил их присутствие и тут же нахмурился. Он не знал, что люди на другой стороне улицы были наёмными убийцами, но из колебаний Ци ему было понятно, что у эти людей высокий уровень культивирования Суань.

Несмотря на то, что он не знал об их намерениях, он положил правую руку на рукоять меча. Сделай они хоть одно резкое движение, Йе Гухан немедленно бы их уничтожил!

Если дело касается безопасности Принцессы Линг Мэнг, Йе Гухан не допустит, чтобы с ней что-нибудь случилось!

Эксперт Небесного Суань Ци может абсолютно безнаказанно действовать в таком месте, как Столица королевства Тянсян.

- Цзюнь Мосе, я хочу предупредить тебя.

Очаровательная фигурка принцессы Линг Мэнг, наконец, остановилась. Она нахмурилась, пытаясь упорядочить свои мысли; казалось, что ей трудно говорить об этом.

- Принцесса Королевства может говорить абсолютно откровенно. Я внимательно Вас слушаю.

Цзюнь Мосе прикоснулся к стене, согнув одна ногу так, что она уперлась в эту стену, словно поддерживая ее. После, он поднял одну руку и опустил другую, затем, наклонив голову, он посмотрел на Линг Мэнг.

У него был небрежный, легкомысленный вид, что было неприлично и даже..презренно.

Йе Гухан не мог спокойно смотреть на такого "уличного бомжа". Фыркнув, он отвернулся. Он предпочёл бы и вовсе никогда не видеть эту постыдную позу, но это было словно соринка в глазу.

В глубине души Гухан сочувствовал Цзюнь Чжан Тиану:

[Герой целого поколения....и такой ни на что не годный наследник! Как прискорбно! Похоже, тут даже спорить не о чем - семья Цзюнь действительно в упадке. Какое несчастье для Великой Семьи, пожертвовавшей столь многим для своей страны!]

Цзюнь Мосе даже презрительно фыркнул:

[Ты должен быть экспертом Небесного Суань, но, в сравнении со мной, твоим старшим братом, ты - неопытен; у тебя отсутствует даже минимальная бдительность...

Может этот Молодой Господин сейчас внешне напоминает уличного бомжа или писающую собаку, но нога, прислоненная к стене, поможет мне быстро среагировать на внезапные изменения и позволит мне оттолкнуться от стены в любой момент. Прилагая малейшее физическое усилие, я легко смогу обеспечить себе путь к отступлению независимо от того, с какой стороны на меня нападут: сверху или снизу, справа или слева!..

..С одной поднятой и одной опущенной руками намного проще сохранять баланс, что выгодно при любых обстоятельствах!..

Даже если передо мной прямо сейчас появится мастер Высшего Божественного уровня и захочет меня убить, я уверен, что смогу избежать удара, пока есть возможность оттолкнуться ногой от стены! Но я вижу, что ты, эксперт Небесного уровня, отвернулся от меня и даже не понимаешь функции данной позы.... Если бы у этого Молодого Господина возникла мысль лишить эту мечтательную маленькую Принцессу жизни, доли секунды было бы более чем достаточно, чтобы трижды убить ее!... Что за дебил! Считать такого тупого телохранителя ответственным и прилежным - и грустно, и смешно!]

- Цзюнь Мосе, Леди Дугу мой самый близкий и лучший друг, и... -- Принцесса Линг Мэнг сделала паузу и закусила губу, чувствуя себя немного неловко. Но мысль, что счастье всей жизни Дугу Сяо И было в руках этого легкомысленного распутника, предала Принцессе решимости и она выпалила на одном дыхании: - ...И поэтому, я не хочу, чтобы ты вновь доставал Сяо И... слишком уж много заигрываний, ты...ты понимаешь, что я имею в виду?

- Цзюнь Мосе не понимает. -- покачал головой Цзюнь Мосе , а потом вздрогнул и начал словно бы от волнения потеть: - Этот скромный развратник не имеет таких глубоких знаний, как Ваше Королевское Высочество; поэтому слова Принцессы слишком сложны для понимания. Простите моё невежество. Могу ли я попросить Королевскую Принцессу выразиться четко и прямо, насколько это возможно?

Цзюнь Мосе говорил правду, а не просто дурачился: будь он настоящим Цзюнь Мосе, то сразу бы всё понял. Но Цзюнь Се никогда не был в отношениях в своей предыдущей жизни, и сейчас не понимал чувств Дугу Сяо И.

Он уже был в состоянии хронической депрессии от необходимости постоянно избегать эту непокорную женщину. Эта запретная тема, что подняла Принцесса Линг Мэнг..лучше бы он сейчас услышал новости из самого Ада!

- Цзюнь Мосе! Нет смысла притворяться. Неужели Вы действительно не понимаете, о чем я говорю?! -- Принцесса нахмурилась и почувствовала раздражение: - Не имеет значения, понимаешь ты или нет, так или иначе, ты недостаточно хорош для Сяо И. Всё, что я хочу сегодня, так это чтобы ты пообещал никогда не беспокоить Сяо И. Не навлекайте на себя проблемы!

- Хаха! -- Цзюнь Мосе рассмеялся, прежде чем, прищурив глаза, спросить: - Разве Королевская Принцесса выходит за рамки? Вы что, её мамочка?!

Затем, со звуком “ооо” его лицо просияло; его внезапно постигло озарение, а на лице сразу же появилась странная улыбка: - Так ты ревнуешь! Хахаха!

- Ты!

Губы и нежная фигурка Линг Мэнг вдруг бесконтрольно задрожали от злости. Слова Цзюнь Мосе были просто злостным издевательством над незамужней женщиной, не говоря уже о том, что это была сама Королевская Принцесса!

- Женщина, давай-ка внесём ясность! Просто для ясности: кто тут кого преследует? Слышишь? Иди к черту! Сначала изучи вопрос должным образом, прежде чем начинать кричать, ясно? Принцесса Королевства что, не понимает такой простой логики!? Неудивительно, что другие люди говорят, что у тебя большие сиськи, но совсем маленькие мозги, хотя..грудь у тебя тоже маленькая!

Цзюнь Мосе вытянул руки и начал со зловещей улыбкой лапатть воздух; вздохнув, он сказал:

- Они размером, как вареные яйца; да еще и безмозглая! Что с тобой не так?

Мосе больше не мог думать о том, что она Королевских кровей.

Он считал, что нет никакой разницы между Принцессой и дочерью знатной семьи, а требования Принцессы Линг Мэнг просто его бесили!

[Избегать эту маленькою девочку - это одно, но ПРИКАЗ избегать эту маленькою девочку - уже совсем другое.. Для меня это уже дело принципа.. Да весь этот разговор от начала и до конца выводит меня из себя... Если бы я не боялся, что те наёмные убийцы скроются, то уже давно бы вырубил тебя, наглая девчонка!

Кто я, черт возьми, такой, чтобы в мои дела вмешивалась такая мелкая девчонка, как ты?! Что бы я ни делал, я никогда не буду мягкосердечен по отношению к женщинам!]

Принцесса Линг Мэнг глубоко вдохнула и посмотрела на него ошеломлёнными глазами:

- Цзюнь Мосе, раз ты так упрям, то не вини меня, если я сообщу об этом вопросе Великому Генералу Дугу Вуди. Ты лучше меня должен знать, что произойдет в этом случае! Даже твой Дедушка не сможет тебя защитить; это будет неприятно для всех!

- Ох, не пугайте меня, пожалуйста! Я так боюсь!

На лице Цзюнь Мосе промелькнула тень страха, его голос задрожал, и он похлопал себя по груди быстрыми движениями:

- Мое сердце колотиться и колотиться...

Выражение лица Мосе вдруг изменилось, и он сказал:

- Вы должны немедленно пойти и рассказать ему всё. Отправляйтесь прямо сейчас! А то, когда наступает вечер, хе-хе, вы знаете, у мужчин появляются позывы в одной конкретной области тела. Этот Господин не как вы; он - не Леди, которая должна вести себя достойно. Вам нужно поторопиться, уходите. А мне следует поблагодарить Королевскую Принцессу! Хаха!

Цзюнь Мосе не сдерживался в своих словах, думая про себя:

[Я, черт возьми, прошу тебя уйти побыстрее. Будет отлично, если это приведет к домашнему аресту Дугу Сяо И.. Тогда-то я действительно должен буду поблагодарить тебя!]

Нежная фигура Принцессы Линг Мэнг дрожала от гнева, и ее прелестное лицо побледнело:

- Отлично! Очень Хорошо! Цзюнь Мосе! Слова как ветер, так что лучше бы тебе не жалеть, когда придет время!

Когда Принцесса сделала предупреждение, у нее словно камень с души упал. Но если вдруг что-то всё таки произойдет, Семья Дугу и правда не побоится Цзюнь Чжан Тиана.. Если Цзюнь Мосе действительно сделает что-то непростительное, Дугу Вуди и впрямь может арестовать и казнить его.

Если всё пойдет по этому пути, семьи Цзюнь и Дугу неизбежно станут смертельными врагами... А с двумя Главными семьями военных, воюющими друг с другом, все Королевство Тянсян обратиться прахом...

Они оба не пришли к согласию и разошлись в плохом настроении. Как будто это было запланировано,на лицах обоих была усмешка. Цзюнь Мосе отвернулся в сторону и проворчал себе под нос:

- Я действительно сыт по горло... Что за бред?! Она даже не моя жена, а хочет контролировать меня и мои привычки?.. Что дает ей право совать свой нос в чужие дела!?

Легкие Принцессы Линг Мэнг были готовы взорваться от ярости; её красивые глаза смотрели смертельным взглядом, а её грудь быстро вздымалась вверх и вниз.

Не говоря больше ни слова, Принцесса развернулась и ушла.Через несколько шагов она яростно затопала ножками, создавая громкий звук, будто желая провалиться сквозь землю. Если бы она задержалась, то, наверное, сошла бы с ума от гнева!

Ей было действительно трудно понять, почему сердце Дуго Сяо И было тронуто таким подлым, бесстыдным, мерзким, грязным, распутным человеком?!

Неожиданно бледнолицый Йе Гухан встал перед Цзюнь Мосе и холодно сказал:

- Ты такой мусор. Я обычно брезгую применять силу, но ты слишком отвратителен; сегодня я буду действовать от имени Старого Цзюня и преподам тебе урок! Я заставлю тебя понять, что есть люди, которых ты не можешь себе позволить оскорблять!

Он подслушал их разговор и он был на гране. Можно считать выдающимся достижением то, что он так долго терпел.

Цзюнь Мосе скривил губы и усмехнулся:

- Тьфу! Кто ты, черт возьми, такой? Кого из главных чинов ты можешь представлять, открывая свой рот от имени Великого Герцога Королевства? Смешно!

Его сердце наполнилось презрением. Цзюнь Мосе считал людей, болтающих перед большими битвами, идиотами! А учитывая тот факт, что ассасины до сих пор на свободе, это было ещё более непростительно!

Глаза Йе Гухана мгновенно широко распахнулись, и в них появилось лазурно-голубое сияние. Его поднятая рука собиралась опуститься!

В конце концов, он понимал разочарование Принцессы Линг Мэнг и решил, что этот ребенок нуждается в порке!

- Эксперт Небесного Суань избивает кого-то! Мастер Небесного Суань - Йе Гухан - издевается над людьми! Все, быстрее подходите и взгляните, как мастер Небесного уровня избивает человека, который настолько слаб, что даже не может поднять курицу! Скорее, помогите!

Ладонь Йе Гухана не успела даже дернулся, когда Цзюнь Мосе уже громко кричал крайне резкие и острые слова. Он не хотел проиграть. Как говорится: "мудрец всегда знает, когда лучше драться".

Мертвенно-бледная кожа Йе Гухана, которая не меняла свой цвет десять лет, мгновенно вспыхнула глубоким красным оттенком:

[Слишком наглый! Абсолютно бесстыжий! От гнева волосы дыбом встают, до такой степени он дерзок!]

- Ты ...

Поднятая рука Йе Гухана дрожала, пока он гневно тыкал ей в сторону Цзюнь Мосе. Это эксперт Небесного Суань просто представить себе не мог такой ситуации! После долгого молчания, Йе Гухан, наконец, выдавил из себя слова осуждения:

- Не будь до такой степени бесстыдным!

Глава 99. Слежка.

Принцесса Линг Мэнг окликнула его издали:

- Дядя Йе! Плюньте на него. Нам пора.

Йе Гухан был так зол, что готов был провалиться под землю прямо здесь и сейчас, лишь бы оказаться подальше от дьявольского ребёнка. Со свистом исчезнув прямо на глазах Цзюнь Мосе, про себя он тайно решил:

[Суань Ци этого поганца на уровне мусора, его боевые навыки - посредственны, его язык - самый ядовитый под всеми Небесами!... Мне лучше не сталкиваться с ним в будущем. Но если наступит день, когда он разозлит меня до смерти, то я установлю рекорд на континенте Суань как "Первый Небесный Сюань Эксперт, которого до смерти разозлил развратник!"]

За этот короткий промежуток времени, пока они говорили, Гухан не то что не получил травм, он даже не дрался, но его Ци было в хаосе, и его почти рвало кровью! Он ни разу в жизни не испытывал ничего подобного. Даже когда его способность к культивированию нарушилась, негативная реакция не была настолько серьезной!

- Я, черт возьми, буду проклят, если не выбешу тебя до смерти! Но я все равно должен поблагодарить тебя за решение моей проблемы. -- фыркнул Цзюнь Мосе и посмотрел на уходящих Принцессу и Йе Гухана, извергающих дым из всех отверстий.

Проверив, что на улице никого нет, он странно засмеялся и, оттолкнувшись левой ногой, вскочил на верхнюю часть стены и со свистом исчез.

Принцесса Линг Мэнг поднялась в паланкин. Ее тело всё ещё дрожало, а взгляд был окутан тьмой; она напряженно дышала, и её сердце практически вырывалось из груди.

Горничные, находящиеся рядом с ней, были от всего сердца напуганы: они непрерывно похлопывали грудь Принцессы и массажировали ей плечи в попытке унять её гнев.

Горничные потратили большую часть дня, чтобы успокоить её, и чувствовали себя так, будто только что вернулись с войны. Это был первый раз в жизни Принцессы, когда она была возмущена до такой степени, что у нее было желание расчленить тело этого Цзюнь Мосе на десять тысяч кусков!

- К главе резиденции Дугу! -- приказала Принцесса.

Лицо Йе Гухана почернело, затем побледнело, и покраснело, прежде чем снова почернеть. Он был похоже на актера, меняющего лица на спектакле, но отличие было в том, что выбор у Гухана был только между красным, черным и белым цветами. Если бы было немного больше цветов, он определенно был бы достоин звания "Мастер Смены Лиц"! Гнев кипел в его теле, поднимая в нем желание всё уничтожить. Оба его глаза смотрели прямо вперед; они выглядели, как извергающиеся вулканы.

Восемь телохранителей Семьи Цзюнь сильно вспотели, пока смотрели на него, и их сердца наполнились тревогой: [Почему Принцесса и этот человек вернулись, а Молодого Господина до сих пор нет? Разве это не наш Молодой Господин сейчас кричал? Этот человек же не избил нашего Молодого Господина, верно?!]

Хотя ярость Йе Гухана лилась через край и телохранители знали, что провоцировать его сейчас опасно, но их чувство ответственности за защиту Молодого Господина до сих пор было высоко. В конце концов, набравшись храбрости, один из охранников открыл рот и спросил:

- Уважаемый Господин.. Вы знаете, Молодой Господин нашей Семьи...

- ИСЧЕЗНИ !!!

Глаза Йе Гухана стали кроваво-красными. Его длинные, седые волосы встали дыбом, словно пронзая небо, а его яростный и затяжной рев был наполнен силой, заставившей Небеса и землю содрогнуться.

Кровь отхлынула от лица Гухана; его сердце бешено колотилось, все были потрясены и едва не попадали от неожиданности. Это был пик абсолютной силы эксперта Суань Ци Небесного уровня!

Весь сдерживаемый гнев в его сердце, наконец, пролился проливным дождем! Он боялся, что если он не выместит гнев прямо сейчас, то, возможно, позже пострадает от внутренних повреждений!

Этот рёв потряс весь город!

Бесчисленные мастера в Столице мгновенно насторожились и, взлетев в небо, стали парить над городом. Всем было любопытно: [Эксперт, который может выдать такой внушительный крик, по меньшей мере является мастером Суань Земли! Что могло вызвать такую ярость у такого сильного человека?]

Каждый, судя по ярости в голосе, мог сказать, что кричавший желал сжечь Небо и Землю!

В дверном проеме небольшой таверны Cтарый Сонг от удивления вдруг широко раскрыл свои мутные, старые глаза: [...Почему я слышу голос Маленького Йе?...]

Наблюдая за тем, как Йе Гухан и паланкин Принцессы ушли, телохранители семьи Цзюнь поспешили в переулок и увидели, что он пуст; там не было даже тени их Молодого Господина. Телохранителям нечего не оставалось, кроме как горько молиться Небесам за свою неудачливую судьбу!

[Молодой Господин не просто был убит в этом старом грязном переулке, неужели даже его труп был полностью уничтожен?!]

Тем временем Цзюнь Мосе появился из глубин тени, несясь по переулку; его духовное зрение уже добралось до ассасинов в черных одеждах. Руки Мосе

непрерывно двигались и, прежде, чем он преодолел один чжан, его лицо полностью изменилось, внешне превратив его в другого человека.

Теперь он напоминал человека примерно тридцати-сорока лет, а его волосы были слегка растрепаны. Это был внешний вид, который обычно можно было увидеть в Столице на каждом углу; такой человек легко мог бы затеряться в толпе.

Цзюнь Мосе, после нескольких поворотов, вылетел на главную улицу города; казалось, будто его ноги двигались медленно, но на самом деле его скорость была довольно большой.

Пройдя через магазин, он ни в малейшей степени не замедлился, но его белая мантия исчезла - сейчас он переоделся в темно-синие простолюдинские одежды. Владелец магазина уже был без сознания, но на его лице все равно оставалась та же профессиональная улыбка от уха до уха, которой он приветствовал клиентов...

Ассасины, шедшие впереди, явно были очень осторожны: после изменения направления и нескольких обходных путей каждый из них сменил свою внешность на внешность обычных торговцев и разносчиков. Они двигались ни быстро и ни медленно, двигаясь на восток; болтая по пути и иногда посмеиваясь, они изображали очень приятный разговор.

Вульгарные выражения проскальзывали на трех лицах, показывая другим людям, что у них такие же порочные мысли о женщинах, как и у обычных любителей посещать бордель.

Цзюнь Мосе вздохнул: [...А эти ассасины довольно хороши....]

В его прошлой жизни такая маскировка была наиболее распространенной у наёмных убийц, но сейчас эти три человека в новом мире меняли маскировку так естественно,что это удивляло; видимо, их обучение было очень хорошим. Но что ещё более впечатляло, так это то, что трое наёмников скрывали свою жажду убивать так хорошо, что никто вокруг и не догадывался. Для такого действительно нужны были незаурядные способности...

Лишь благодаря своему духовному зрению, которое различало их холодные ауры убийц, Цзюнь Мосе мог вычислить их.

Другими словами, он был единственным, кто мог отследить их таким методом!

Таким образом, носясь кругами, словно гоняясь за чайником*, впереди Цзюнь Мосе вскоре услышал слабый шум воды, сопровождаемый мелодичными звуками струнного инструмента и пения женских голосов. Чем дальше он шёл, тем больше воздух пах женской косметикой; место, куда шли наёмные убийцы, становилось всё более понятным.

Озеро Духовного Тумана!

Цзюнь Мосе наконец понял, почему эти ассасины должны были пройти через те конкретные улицы: это была единственная дорога, которая вела прямо к Озеру Духовного Тумана; любой другой путь неизбежно бы вывел преследователей в большой обход вокруг озера!

Но если кто-то хотел пару раз сменить свою внешность, то предпочёл бы несколько раз сделать крюк вокруг Озера. Так он почти точно не попадётся!

По пути Цзюнь Мосе уже переодевался и даже изменил свой рост и телосложение, трижды!

Озеро Духовного Тумана в городе Тянсян - это рай для всех мужчин.

Здесь были небесные красавицы всех форм и размеров. Всё, что вы можете себе представить, вы обязательно найдете здесь! Меценаты могли спокойно войти в один из многочисленных павильонов или ступить на красиво-декорированный прогулочный катер. Всё, о чем вы думали, вы могли там попробовать. Пока у вас есть достаточно денег, вы можете делать всё, что угодно, без каких-либо забот!

Но если у вас не было денег, то... то вам бы лучше просто уйти.

Даже самые старые и толстые, как Танг Юань, персонажи эскорта не бросят в вашу сторону и взгляда!

Этот мир, естественно, имеет свои сказки: "одаренный ученый и прекрасная дева**", "девушки из эскорта, изображающие любовь", "обет брака без согласия родителей", "как любовь всегда найдет способ" и так далее.

Но сказка, в конце концов, просто сказка!

Сказки всегда имеют счастливый конец, но к сожалению, жизнь может быть очень жестокой: многие бедные и тщеславные ученые, которые думали, будто они красивы и талантливы, пришли сюда, полагаясь на свой выдающийся интеллект, в надежде создать свою собственную сказочную историю.

Они представляли, как некая божественная красотка влюбляется в них с первого взгляда, и как их обаяние и талант позволяет им жить на доходы от этих эскортов...

К сожалению, все они были бездушно выкинуты из заведения, как только последние их медные монетки вытащили из их карманов.. Некоторые из них были даже брошены в Озеро Духовного Тумана и притоплены до полусмерти.

Их несчастье напомнило им, что сказки - это конечно прекрасно, но без достаточного количества денег в кармане, Вы просто выбросите свою жизнь и умрёте глупым, бессмысленным и постыдным образом...

Подумай о том, что такое бордель?

Эскорт не говорит о любви - лишь куртизанки говорят о таких глупостях! А бордель - это место, наполненное моделями! Разве человек, посещающий такого рода заведения, согласиться сохранить целомудренность, когда его жены нет в комнате? Притворяться, что у тебя чистые намерения в борделе - это как давать эскорту сертификат достижений*. Как отвратительно!

Как женщины, которые уже привыкли видеть в людях самое худшее, могли не увидеть сквозь лица этих недоделанных ученых их истинные намерения?

Существует очень мало хороших людей, похожих на тех, что в сказках!

Неудивительно, что Танг Юань как-то сказал, что он "убивал бы ублюдков одним чистым взмахом меча", а лицемеров "непрерывно бы пытал и мучил, пока не помрет от психического расстройства".

Он всегда держал эти слова близко к сердцу!

Цзюнь Мосе скрывался среди теней, придерживаясь стен и прячась за деревьями. Его тело, казалось, было неосязаемым и неуловимым; ему удалось стать одним целым со всем, что он использовал в качестве укрытия.

Не один из прохожих по пути не заметил его присутствия, не говоря уже о трех ассасинах, которых он преследовал.

Но, глядя на троих мужчин впереди, было понятно, что все они были во власти своих похотливых мыслей, но, при этом, продолжали сохранять вид джентльменов.

Этих богатые выскочки вошли в роскошное здание на краю Озера Духовного Тумана - Шатры Ни Чанг.

После того, как группа наёмников вошла в здание, ближайший прогулочный катер медленно тронулся и, подплыв, остановился рядом с Шатрами.

Цзюнь Мосе был поражен от увиденного:

[Помимо рулевого снаружи, в лодке никого нет... Он будто ждал именно их.... Эта ситуация кажется немного странной. А эти ассасины, которые только что зашли,уселись на дальней стороне лодки?! Разве это не слишком хорошо, чтобы быть правдой?...]

Цзюнь Мосе стиснул зубы: [....Рискнем!]

Внезапно налетел порыв ветра, и, отломав тростинку от куста тростника, погнал её дальше по поверхности озера. Сказочный оттенок, сопровождающий наступление заката солнца, создавал невероятные пейзаж.

Цзюнь Мосе планировал использовать этот дрейфующий тростник.

Всё его тело, казалось, без особых усилий слилось с зарослями тростника в озере, и вскоре он приблизился к катеру на десяток чжан.

Скрытый за густыми зарослями, он оторвал два стебля тростника и, держа их в руках, бесшумно проскользнул в воду. Его движения в воде было лёгкими, как перышко, и двигаясь, он не вызывал даже малейшей ряби на водной глади.

На самом деле он совсем недавно достиг такого уровня движения после интенсивных тренировок. Если бы это было две недели назад, Цзюнь Се не смог бы двигаться так искусно.

ПРИМЕЧАНИЯ:

* Прим.англ.пер.: Это - метафора. В китайских ресторанах чайник, как правило, держат в центре стола на вращающихся подносах, называемых "Ленивая Сьюзан". Так что если вы хотите взять чайник, пока он вращается на подносе - вам нужно его "догнать".

** Прим.англ.пер.: Идеальная пара из влюбленных: ум и красота.

*** Прим.англ.пер.: Я не совсем уверен, как перевести это. 牌坊 - это сертификат, который традиционно даровали женам, которые не покладая рук работали, чтобы содержать дом в чистоте и воспитывать детей, пока их мужья на работе. Предоставить эскорту такую награду - как плевок в лицо.

Глава 100. Тайны.

Медленно погружаясь на дно озера, Цзюнь Мосе открыл глаза, и оказался в водном мире, полном лазурного цвета...а через мгновенье медленно поплыл в направлении прогулочного катера. Вскоре кромешная тьма тени поглотила всё вокруг, указывая на то, что он уже находится под катером.

Цзюнь Мосе тихо всплыл у одной из сторон лодки, ухватившись одной рукой за корпус и держа тростник другой. Засунув тростинку в рот, он с резким выдохом легко выдул из него всю воду. Наполнив легкие свежим воздухом, почти задохнувшийся Цзюнь Мосе ощутил успокаивающую волну, проходящую через всё тело.

Один неосторожный шаг, одна ошибка в его действиях, и все его усилия пошли бы насмарку!

Его цели несомненно бы насторожились, почуяв его присутствие и, возможно, даже попытались бы убить его, что привило бы к фатальной трагедии!

Цзюнь Мосе не предпринимал никаких действий; он лишь неподвижно выжидал, не проявляя никаких признаков нетерпения. Его недавние тревоги и опасения исчезли. Он больше не волновался, сядут ли ассасины в этот прогулочный катер или нет. Если он принял решение, то места для сожаления больше нет!

Интуиция! Он твердо верит, что наёмные убийцы сядут именно на этот катер!

Именно поэтому Мосе был готов терпеть до конца. Пока он может дышать, он будет ждать. Это было похоже на его предыдущую жизнь, когда он был вынужден полагаться на свою интуицию, чтобы преследовать убийц или прятаться от врагов. Сейчас он - Король Убийц! Цзюнь Се!

Спустя какое-то время, наконец-то раздался шум: смех нежной юной леди, отголоски говорящих и по-хамски смеющихся мужчин.

Когда люди взошли на судно, катер качнулся, и Цзюнь Мосе услышал топот шагов.

Цзюнь Мосе подсчитывал их шаги в тишине. Кажется, что к группе ассасинов, прибывших ранее, присоединились еще три человека.

[Один, два...шесть человек!]

После того, как вся группа взошла на катер, их особая холодная аура неожиданно вызвала ответную реакцию в сознании Цзюнь Мосе. В ледяной воде холодное желание наёмников убивать вызывало у Цзюнь Мосе знакомые чувства...

[Это мой мир!]

Роскошь, слава, богатство... Экстравагантная жизнь дворянина всегда считалась очень комфортной, но Цзюнь Се - Король Убийц. Он жаждал быть свободным, как Король Волков, нагло и безудержно сражаться с себе подобными на бескрайних просторах зеленых степей!

Даже если опасность будет таится за каждым углом, он все равно хотел быть Королём, смотрящим сверху вниз на весь мир!

[Страдания ведут к развитию; одинокий наслаждается одиночеством... Одинокая тень, стремящаяся в неизвестность, будет размахивать своим клинком вопреки Небесам... Десять шагов, чтобы убить одного; тысячи миль, не оставляя следа!]

Это - грандиозная мечта Цзюнь Се.

К сожалению, неизвестно, будет ли у Цзюнь Се такая возможность в его нынешнем теле.

Все, кто находился на борту катера, молчали. Лишь слабые звуки соприкосновения чашек с потягивающими и прихлебывающими чай звуками можно было услышать, но иногда доносился нежный смех молодой леди.

Только спустя какое-то время хриплый голос произнёс:

- Леди Юэ'эр, Вы не знаете, когда прибудет Господин Лю? Мои братья уже заждались, и нам не хочется задерживаться в таком месте. Покушение на Принцессу - это серьёзное преступление! В городе до сих пор продолжается облава! Этот инцидент ещё не устаканился, а нам уже поручили хранение этих бесценных сухожилий Суань-Зверя.. Если по каким-либо причинам что-то случиться...это...

Раздался нежный девичий смех, прежде, чем женский голос невозмутимо произнёс:

- Мастер Зала Жао, разве есть какие-либо причины для тревоги? Это - Шатры Ни Чанг. Не говорите мне, что вы не в курсе, что Шатры Ни Чанг за место?

Тот, кого назвали Жао, чувствовал себя немного неловко, но, тем не менее, ответил:

- Разумеется, в Шатрах Ни Чанг не будет никаких происшествий, но мы никогда не можем быть слишком осторожными! Неудавшееся покушение уже поставило нас в трудную ситуацию, припёрло к стенке. Мы уже изрядно задержались, а теперь, с сухожилиями Суань-Зверя в наших руках; оставаться в Тянсян совершенно неразумно!

Молодая Леди насмешливо фыркнула

- Итак, Мастер Зала Жао только и думает, о том, как бы умыть руки из этой проблемной ситуации. Возможно, всё это несколько сложнее, чем простая облава! Что вы можете сказать о своем провале? Не говорите мне, что Мастер Зала планирует переложить ответственность за этот инцидент!..

Мастер Зала Жао тоже лишь фыркнул, но рот, чтобы возразить, не открыл.

Однако один из его людей презрительно плюнул:

- Леди Юэ'эр, Вы слишком несправедливы. Разумеется, мы не единственные, кто несет ответственность за провал. Если бы Ваша разведка не была так плоха, разве всё бы закончилось ТАК? Если бы мы заранее знали, что эксперт Небесного уровня будет сопровождать Принцессу, то атаковали бы мы так слепо? Сложность миссии было явно не плёвым делом 3 степени! Бросить вызов мастеру Небесного Суань с теми силами, что были отправлены, было невыполнимо! Мы требуем, Леди Юэ'эр, предоставить объяснения нашему Мастеру Зала за понесённые нами потери.

Молодая девушка на секунду замолчала, а затем медленно ответила:

- Вы получили деньги. С нашей стороны мы просили вас убить Принцессу силами Серебряного уровня, не так ли? Мы затратили значительные ресурсы, чтобы увести большинство телохранителей Принцессы в сторону и дать вам больше времени для атаки. Можно даже сказать, что мы создали для вашей группы идеальные условия. Если Вам этого не хватило, чтобы достичь успеха, то очевидно, что вам чего-то недостаёт!.. А касательно мастера Небесного уровня...хе-хе, даже если появился такой человек, то это уже ваша проблема. Мы заплатили за результат, а не за отговорки.

После небольшой паузы можно было чётко услышать, как Молодая Леди встала и, медленно шагая вперёд и назад, низким, но ясным голосом сказала:

- ..Я всего лишь Юная Леди. Со мной бесполезно говорить о серьёзных делах. Будьте терпеливы. Когда Лорд Лю придёт, то у вас будет много времени, чтобы поговорить с ним самим.

Она села на стул, и подняла чашку чая. Очень неловкая атмосфера на мгновение наполнила комнату.

Наёмники сильно разозлились, услышав софизм* Юной Леди.

В момент, когда один из ассасинов уже был готов вспылить, борт прогулочного катера слегка качнулся, и на лодку поднялись два человека.

С появлением этих двух людей атмосфера снова изменилась. Вероятно, один из новоприбывших был весьма влиятельным человеком и являлся экспертом на пике силы.

По обоим берегам Озера Духовного Тумана начали загораться всевозможные фонарики, освещая поверхность воды всеми цветами, это выглядело словно сцена из сновидений.

Цзюнь Мосе почувствовал, что окружающий его туман с наступлением ночи постепенно сгущается.

- Что тут происходит? -- низким внушительным голосом спросил человек, почувствовав странную атмосферу. Вкрадчивая манера говорить показывала выдающийся статус этого человека.

- Лорд Лю, наш Зал Кровавого Меча требует предоставить объяснения касательно недавнего заказа на покушение. -- хрипло сказал лидер ассасинов и, не сдерживаясь, продолжил:

- Почему нам не сообщили, что мастер Небесного уровня будет сопровождать и защищать Принцессу Линг Мэнг? Наши люди были застигнуты врасплох, и их полностью уничтожили! Потери, которые мы понесли, на этот раз были беспрецедентными для моего Кровавого Меча!

- О?! То есть, согласно вам, Мастера Зала Жао, миссия на убийство не была завершена, но вина лежит на нас??

Господин Лю говорил невозмутимо и, казалось бы, с улыбкой: - Чтож, тогда, судя по репутации Зала Кровавого Меча, я уверен, что мы сможем договориться о снижении оплаты за отсутствие результатов.

Хриплым голосом лидер ассасинов ответил:

- Господин Лю, Вы - опытный человек; но как этот вопрос может касаться репутации Зала Кровавого Меча? Как только наш Зал принимает оплату, то, независимо от того, кто цель, мы всегда убиваем её без проблем!... Но, принимая заказ, мы всегда рассчитываем, что наниматель предоставит нам достоверную информацию для определения степени сложности, чтобы затем мы отправили группу с соответствующими способностями; у нас всегда один удар-один труп!

Пока он говорил эту пламенную речь, Цзюнь Мосе внизу уже до смерти презирал его!

[Ассасин, который возглавляет опытную организацию наёмных убийц, наивно полагается на предоставленную нанимателем информацию?! Он идиот! Даже если информация заказчика действительно точна и достоверна, ассасин должен сам исследовать все детали предстоящей работы! Слепо доверять своему нанимателю - это всё равно, что играть в азартную игру со своей собственной жизнью на кону!]

Мужчина продолжил говорить:

- Намеренно ли вы скрыли или просто проигнорировали эту важную информацию, но факт остается фактом: этот мастер Небесного уровня там был! Если бы наш Великий Мастер заранее знал о присутствии эксперта Небесного уровня, то он бы не просто послал двух ассасинов Золотого уровня; возможно, наш Великий Мастер лично бы взялся за эту миссию! Причина, почему операция не была завершена, в том, что ваша информация не была полной! Так где же тут вина Зала Кровавого Меча? Не говоря уже о том, что этот заказ далеко не третьей степени сложности!

Хотя его тон был грубым и неуважительным, Лорд Лю не был возмущён. Вместо этого он что-то пробормотал себе под нос, а через некоторое время нерешительно спросил:

- Вы уверены? Этот человек...на самом деле был мастером Небесного уровня культивирования Суань Ци?

- Я абсолютно в этом уверен! -- Лидер группы ассасинов с особой силой кивнул головой:

- Кинжалы, которые метнул тот эксперт, были тёмно-голубого цвета, так что его уровень культивирования, должно быть, достиг своего пика... Более того, он невероятно контролировал свои кинжалы; он бросил их легко, как перышко, и словно вообще не вкладывал силу - это ясно указывает, что его целью было устрашение! Подобный уровень контроля - почти легендарный уровень навыков, которые близки к Божественному Верховному уровню культивирования Суань Ци! Я осмелюсь утверждать, что хотя этот эксперт по-прежнему в Небесном мире, он находиться в одном шаге от Божественного Верховного Царства Суань!

Чем больше лидер ассасинов говорил об этом, тем больше чувствовал, что ему крайне повезло не участвовать в этой операции лично. В противном случае, он вполне вероятно уже был бы ледяным трупом! Сейчас он был уверен, что сумел проскользнуть мимо ворот Ада на цыпочках.

Взглянув на “Лорда Лю”, сидящего перед ним, в его сердце закрались подозрения, и его глаза слегка сузились: [Вы же не обманули нас, чтобы мы погибли, верно?...]

- Пик... Пик Небесного уровня...

Лорд Лю ходил вперёд-назад, он нахмурил брови и подумал про себя:

- Когда такой человек появился в столице? Почему всё...так неправильно? Все это совершенно ненормально!

Одетый в черное ассасин долгое время стоял молча, но в конце концов не выдержал и спросил:

- Лорд Лю? Что мы теперь должны с этим делать?

- А? О ну, что ж... Кхм, поскольку вы уверены в своих словах, то об этом необходимо сообщить Ер Йе? -- Лорд Лю пробормотал: - Под защитой мастера Небесного уровня обычные методы убийства будут неэффективны...

Он поднял голову, чтобы взглянуть на трёх мужчин, стоявших перед ним. Хотя он ничего не сказал, эти трое поняли, что больше не являются достаточно квалифицированными для этого заказа.

- То, что сказал Лорд Лю, не является неправильным. С таким защитником лишь немногие из нас способны убить Принцессу. -- сказал лидер группы ассасинов, с большим трудом сдерживая свой гнев: - Но люди, которые не могут даже предоставить достоверную информацию, тоже не очень-то полезны, верно?!

Лорд Лю вздрогнул, но через мгновенье засмеялся, прежде чем сменить тему разговора:

- О? Хахаха.... Но вы даже не смогли убить Цзюнь Мосе; упустили такую хорошую возможность, эх, это очень печально!

ПРИМЕЧАНИЕ:

* Прим.рус.пер.: Софизм - Формально кажущееся правильным, но ложное по существу умозаключение, основанное на преднамеренно неправильном подборе исходных положений. Используется с целью показать умственное превосходство или ввести в заблуждение.

Глава 101. На волосок.

- Печально! Очень печально! Было бы лучше, если бы Цзюнь Мосе был убит! По крайней мере, у этого ублюдочного Чжан Тиана защемило бы сердце! -- сказала Леди Юэ'эр, стиснув зубы.

Услышав, что Цзюнь Мосе посчастливилось избежать смерти, она почувствовала разочарование. Под катером Цзюнь Мосе ломал голову, пытаясь понять, чем же он обидел эту “Леди Юэ'эр”. Судя по горькой обиде в голосе этой Юной Леди складывалось впечатление, что она была стократно оскорблена!

Лорд Лю медленно всё обдумал и сказал:

- Теперь, когда ситуация настолько обострилась, миссия по убийству Принцессы временно отменена. Нам повезло приобрести сухожилия Суань-Зверя без каких-либо проблем. На данном этапе я могу организовать ваш отъезд из Тянсян. Хаха...а что касается других вопросов, то я лично всё доложу своему Господину и посмотрю, что Старший задумал. Возможно, мы будем сотрудничать с вашим Залом снова, и на этот период мне придется забыть о своих беспокойствах. Пожалуйста передайте мой поклон Великому Мастеру Зала Кровавого Меча и скажите ему: “Хотя это был провал, но Ер Йе до сих пор благодарен.”.

Говоря эти слова, голос Лорда вдруг стал очень серьезным. Очевидно, что эти слова были прямой отсылкой к так называемому “Ер Йе”.

Цзюнь Мосе потерял дар речи: [Разве сейчас есть кто-то, кто еще не понял, что Ер Йе* - это Второй Принц?.. Пхах, а этот баран до сих пор старается быть таким загадочным!]

- Лорд Лю, спасибо за Ваши теплые слова. Что касается нашего отъезда, то у нас, разумеется, есть свои собственные средства и способы.. Что ж, а теперь мы покинем вас!

Трое мужчин тут же встали, сложив свои руки в кулаки.

- Сухожилия Суань-Зверя были переданы в руки Леди Юэ'эр для безопасного хранения. Тридцать сухожилий - не малое количество, так что мы надеемся, что нас проинформируют, как только этот вопрос будет решен. Мы сами вернем обратно то, что принадлежит нам.

Лорд Лю рассмеялся:

- Не нужно быть такими нарочито вежливыми. Когда вы вернетесь, пожалуйста, спросите у Великого Мастера, не подумал ли он о нашей просьбе убить Императора. Независимо от того, что он ответит, пожалуйста, сообщите нам как можно скорее!

- Да.

Трое мужчин сошли с лодки и исчезли в ночи. Лорд Лю даже не проводил их взглядом.

Чуть подождав, Лорд Лю быстро заговорил, понизив голос:

- Леди Юэ'эр, во Дворце уже проводят тщательную чистку после инцидента с Принцессой; все три стороны потеряли людей. Но нас это не касается.. А вот что более важно - за этим, скорее всего, стоит старший Брат, и поэтому Вы должны как можно скорее выполнить задание, которое мы обсуждали ранее. На случай утечки информации Вам следует договориться с кем-нибудь из слуг, чтобы попасть во Дворец! Будьте осторожны и поддерживайте только одну линию связи!

- ..Да. Лорд Лю и Ер Йе могут быть спокойны. Я уже давно подготовилась и выбрала двух невинных дев.

Через секунду нежный и красивый голос Леди Юэ'эр раздался снова:

- Если бы не важные планы Ер Йе, то даже Юэ'эр уже не стерпела бы и отправилась во Дворец, чтобы поиграться там несколько дней.

Лорд Лю рассмеялся:

- Хаха, Леди Юэ'эр одна из главных красавиц Тянсян! Кто может противостоять Вашим чарам? -- и, понизив голос, снова заговорил: - Ер Йе приказал нам заканчивать планы по созданию арбалетов из сухожилий Сюуань-Зверя. Они могут понадобиться в любой момент, так что не время отдыхать. Поскольку так много сторон следят за каждым нашим шагом, было бы не лучшей идеей участвовать в этом лично. Именно поэтому мы доверим исполнение этой задачи Вам.

Леди Юэ'эр обеспокоено ответила:

- Разумеется, я всё понимаю, но эти полоски из сухожилий Суань-Зверя совершенно уникальны... Используя обычную сталь, мы не сможем реализовать весь потенциал этих сухожилий!.. Жаль, но мы не сможем нанять Шен Бинг Пу: его уровень мастерства не имеет себе равных в Тянсян, но как любое высокое дерево притягивает ветер, его работа с нами привлечёт излишнее внимание. Единственный вариант - это обратиться за помощью к известной Торговой Компании Клана Жао. Я уже послала гонцов, чтобы войти с ними в контакт до начала аукциона, но до сих пор не получила ответа.

- Чем раньше этот вопрос будет решен, тем лучше. Мы даже готовы удвоить оплату, если это необходимо -- осторожно сказал Лорд Лю: - Эти арбалеты крайне необходимы нам в будущем. Ер Йе не только платит почти запредельную цену, он также берет на себя значительный риск, ведя дела с Залом Кровавого Меча. Пока дело с арбалетами из сухожилий Суань-Зверя не будут завершены, мы не можем допустить каких-либо промахов!

- Эта подчиненная, разумеется, всё понимает. -- Леди Юэ'эр нежно улыбнулась и продолжила: - Лорд Лю, Вы уже получили ответ на просьбу, о которой я просила Ер Йе?

В этот момент голос Лорда Лю стал весьма серьезным:

- Леди Юэ'эр, Цзюнь Чжан Тиан - это краеугольный камень Королевства Тянсян. "Убить его" - легче сказать, чем сделать. Даже Зал Кровавого Меча, посмевший напасть на Принцессу, всё ещё колеблется; невозможно так легко принять решение, когда дело касается Цзюнь Чжан Тиана!

- Ер Йе нужно лишь мобилизовать часть своих сил! Мы могли бы обвинить Цзюнь Чжан Тиана в мятеже, воспользовавшись недавней шумихой, вызванной этим Стариком в столице! С помутившим от гнева разумом Его Величества результат очевиден!

В голосе Леди Юэ'эр ощущалась невероятная обида:

- ..Даже во сне я мечтаю о смерти и разрухе в Семье этого проклятого Старика. А Ер Йе хочет упустить эту идеальную возможность!

Лорд Лю решительно отверг это предложение:

- Об этом не может быть и речи! Цзюнь Чжан Тиан контролирует не менее половины военных сил Тянсян. Мы можем нацелится на него самого, но только когда он не сможет вовлечь в дело всех своих подчинённых военных. Ер Йе не нужно раздробленное Королевство Тянсян.

В голосе Леди Юэ'эр проявилось отчаяние:

- Цзюнь Чжан Тиан оставил мою страну в руинах, и все члены моей семьи либо погибли, либо пропали. Вы же не хотите сказать, что.... Если Ер Йе не может выполнить для меня эту мелочь, то какой смысл мне сотрудничать с ним дальше?

Лорд Лю, понизив свой голос, грубо выругался:

- Возмутительно! Леди Юэ'эр, Ваши личные обиды не имеют значения! Зал Кровавого Меча пока ещё не согласился, поэтому подождите, пока они закончат свою миссию в королевстве Ю Танг... После этого, Ер Йе безусловно заставит их подчиняться. Три мастера из Зала Кровавого Меча; все - уровня Небесного Суань, и даже ходят слухи, что их загадочный лидер находится на пике Божественного Верховного Суань Ци! Разумеется, такое пустяковое дело, как смерть Цзюнь Чжан Тиана, с экспертами такой силы будет не сложным... Кроме того, Цзюнь Чжан Тиан уже и так одной ногой в могиле; так почему бы не дать ему возможность побороться со смертью ещё несколько месяцев?

В ответ на такое Леди Юэ'эр сердито хмыкнула и ничего не сказала.

Цзюнь Мосе вздрогнул!

[Они планируют убийство Деда! И это будут не обычные ассасины из Зала Кровавого Меча, а три эксперта Небесного уровня, и, в добавок к этому, ещё и их могущественный лидер!]

Но из-за того, что по совершенно спокойной поверхности озера прошел легкий всплеск, в момент когда Мосе содрогнулся.

И, хотя всплеск был едва слышен, он всё равно в своем сердце заругался проклятьями.

- Кто здесь?!- раздался резкий голос: - Кто-то под лодкой!

Его раскрыли!

У Цзюнь Мосе не было времени думать; он развернул свое тело и оттолкнулся ногами от дна лодки. Его быстро плывущее тело, яростно выстрелившее из-под воды, было похоже на огромную рыбу-меч.

Крыша прогулочного катера разлетелась в щепки, словно от взрыва, и фигура, покрытая ярким и ослепительным золотым сиянием, мгновенно взлетела в воздух почти на пять жанг!

Со скоростью молнии его глаза заметались во все стороны, пытаясь обнаружить под водой силуэт Цзюнь Мосе, уплывающего на большой скорости.

Со вспышкой золотого света фигура вернулась в лодку и схватила длинный рулевой бамбуковый шест**. "Вжух!", и с резким броском бамбуковый шест тёмной молнией, окутанной Золотой Суань Ци, вылетел из рук мастера в сторону подводного силуэта Цзюнь Мосе! В то же время фигура взлетела высоко в небо и полетела в направлении шеста. Ослепительно-золотая фигура скользила по поверхности озера, рукава его халата развевались; всё это выглядело так, будто Бог лично спустился на землю.

Это был Лорд Лю!

Он был на вершине Золотого уровня и уже находился в полушаге от Нефритового уровня культивирования Суань!

Цзюнь Мосе продолжал использовать все свои силы,чтобы уплыть подальше, когда вдруг внезапно почувствовал невероятное давление, идущее сверху. Вода вокруг его тела словно внезапно замёрзла, и в его сердце поднялось ощущение надвигающейся опасности. В жилах Мосе застыла кровь!

Не поворачивая головы, Цзюнь Мосе заметил, что траектория летящего шеста проходит прямо сквозь него! Если он не сможет избежать этого удара, то в его теле неизбежно появиться кровавая дыра!

Мгновенно всё обдумав, он мгновенно запустил Искусства Разблокировки Небесной Удачи в полную силу. Почувствовав уменьшение давления на его тело, он сразу же приложил все усилия, чтобы отклониться в сторону, выпячивая при этом грудь и задницу так, чтобы его тело приняло форму буквы “S”.

Что правда, то правда: настоящий убийца способен согнуть своё тело так, как ему заблагорассудится!

"Шухх", и бамбуковый шест длиной четыре жанга едва оцарапал кожу Цзюнь Мосе. Пройдя рядом с его спиной, бамбук порезал его одежду и даже нижнее белье, и глубоко воткнулся в дно озера.

Цзюнь Мосе ощутил холодок, пробежавший по бедру вперемешку со жгучей болью. Увидев мелькнувшие в воде срезанные короткие вьющиеся волоски, Мосе подумал, что если бы бамбуковый шест отклонился хоть на миллиметр, то возможно, Молодой Господин Цзюнь уже ждал бы Его Величество Императора в другом мире. Цзюнь Мосе сразу бросило в холодный пот!

Обычно бамбуковые шесты в длину были только два жанга, но бамбуковые шесты, используемые на Озере Духовного Тумана, были больше из-за глубины озера.

Цзюнь Мосе изо всех сил старался освободиться, но бамбуковый шест, воткнувшийся между одеждой и его плотью, не поддавался. Блеснув маленьким изящным кинжалом в правой руке, Мосе быстро провёл рукой наисосок и освободился.

Два куска мантии, напоминающие двух бабочек, разошлись по обе стороны его, теперь уже голого, тела. Окажись на его месте молодая Леди - это было бы очень заманчивое зрелище.

Светящаяся золотым фигура быстро спускалась с неба, даже не касаясь поверхности озера. Скорость спуска вызывала такие волны и рябь на воде, что их было достаточно, чтобы потопить верхний конец бамбукового шеста.

Цзюнь Мосе широко раскрыл глаза, когда увидел спускающуюся с неба фигуру. В мыслях усмехнувшись, он внезапно выпрямился и устремился к поверхности.

Когда тело Мосе выстрелило вверх, его левая рука внезапно произвела движение в том же направлении, чтобы создать волну, которая взорвалась бы навстречу спускавшейся с неба фигуре. Одновременно с этим, схватив другой рукой верхний конец бамбукового шеста, он быстро поплыл обратно вглубь озера, используя Искусство Разблокировки Небесной Удачи на полную...

Через секунду бамбуковый шест изогнулся в форме полумесяца и начал трещать с таким звуком, от которого люди скрежещат зубами.

Когда шест согнулся до предела, Цзюнь Мосе отпустил его, и, тратя все свои силы, рванул как можно дальше от шеста.

Изогнутый бамбуковый шест выпрямился, высвобождая огромную энергию, и со звуком “бенг” отскочил в сторону летящего мастера.

ПРИМЕЧАНИЯ:

* Прим.англ.пер.: "Ер Йе", или 二爷, буквально переводится как "второй дедушка" или "старший".

** Прим.англ.пер.: Традиционные китайские речные лодки или катера не имели ни вёсел, ни парусов, ни моторов; они приводились в движение при помощи бамбукового шеста.

Глава 102. Много белого.

Цзюнь Мосе ещё в самом начале броска заметил, что этот человек, бросая в него бамбуковый шест, сдерживался; видимо, он хотел использовать шест в качестве точки опоры. Эту догадку подтверждало и следующее: Лорд Лю спускался к озеру ногами вперёд, когда любой другой эксперт бы нырнул бы головой вперёд, что было бы вдвое быстрее.

Это выдавало его слабость.

Лорд Лю, Великий и Могущественный Мастер на пике Золотого уровня Суань на самом деле...не умеет плавать!

Цзюнь Мосе понял это за доли секунды, и поэтому он сразу же отогнул бамбуковый шест. До тех пор, пока у Лорда Лю нет бамбукового шеста, ему не найти точку опоры. А если он захочет поймать Цзюнь Мосе, то ему придётся утопиться!

Но Цзюнь Мосе не ожидал, что бамбуковый шест окажется настолько крепким, а озеро - настолько глубоким. Оттянув шест на максимум и видя, что враг всё ещё приближается, он был вынужден отказаться от этой идеи.

Совсем голое тело, напоминающее большую белую рыбу, уплывало, прорываясь сквозь темную толщу воды...

Лорд Лю считал, что подлый шпион не будет сложным противником; хоть он сам и не умеет плавать, он всё ещё мог атаковать, отступать, и защищаться с помощью этого бамбукового шеста... А когда волна воды летела в него, он легко смахнул её своим рукавом. По этому действию с водой Лорд Лю понял, что этот шпион - не особо умелый мастер, и расслабился ещё больше.

Но когда он приблизился к воде, то обнаружил, что бамбуковый шест, который недавно был перед ним, неожиданно исчез!

Паника! Как мотылек, летящий на огонь, он не мог перестать погружаться в воду. Прежде, чем опомниться, он увидел перед собой две большие, слегка покачивающиеся, белые ягодицы... Это не могло не разозлить Лорда!

В этот момент вода перед ним бурлила, издавая гудящие звуки, и прямо к нему с невероятной мощью на огромной скорости двигался длинный бамбуковый шест!

Если бы Лорд умел плавать, то смог бы вовремя уклониться. Но он не умел; он был озабочен мыслями об утоплении и паниковал. Как в такой ситуации он мог заметить свист летящего бамбука? Возвращающийся бамбуковый шест "удачно" расположился между двумя его ногами... Поразительно мощный и молниеносный удар...

Не успел раздаться леденящий кровь крик, как его тело инстинктивно согнулось вперёд, и бамбуковый шест пришёлся Лорду прямо в лоб!

Испустив жалкий вопль, Лорд Лю, извиваясь как змея, был отправлен в полет; на лету он терял так много крови, что был похож на вяленую на солнце соленую рыбу. Летя по направлению к прогулочному катеру, перед потеряй сознания в его голове мелькала картина: пары больших, слегка покачивающихся, белых ягодиц ...они действительно были... совершенно белые!

Быстрая и проворная фигура вылетела с прогулочного катера, излучая блестящий серебристый свет.

Леди Юэ'эр поймала тело Лорда Лю своими руками и вернулась к катеру при помощи веревки, которую она обмотала вокруг своей талии...

После возвращения на катер у Леди Юэ'эр было хмурое выражение лица; она смотрела вдаль, но шпион уже давно исчез из виду. В такой кромешной ночной темноте и после такой задержки шансов догнать шпиона практически не было...

Когда-то Мощный и Великий Лорд Лю теперь в предсмертном состоянии у ее ног, без сознания....

Спрятавшись в зарослях тростника на другой стороне озера, Цзюнь Мосе всё ещё опасался, но всё же медленно выползал на берег. Он использовал темноту ночи, чтобы скрыться, постоянно благодаря свою счастливую звезду.

Если бы он не смог создать скультивировать Искусство Разблокировки Небесной Удачи до такого уровня, то, скорее всего, сейчас он был бы серьезно ранен или мёртв! Должно быть, он действительно благословлен Небесами.

Вырубив какого-то довольного клиента, выходящего из борделя, чьи ноги были слишком слабы, чтобы просто ходить, Цзюнь Мосе ловко снял с него одежду и исчез, как дым..

Под открытым небом на земле осталось лишь пухлое голое тело в форме “大”. Небольшая штучка, похожая на дождевого червя, болталась между его ног.

...Тем временем восемь телохранителей семьи Цзюнь сходили с ума, ища повсюду своего Молодого Господина. Они чётко понимали, в каком трудном положении сейчас находятся: [..Если Старый Цзюнь узнает, что мы не смогли выполнить свой служебный долг и защитить Молодого Господина, то нам точно не избежать наказания....Если Дед этого Молодого Господина снова впадет в ярость..ухх...]

Они не могли осмелиться и дальше продолжать эту цепочку мыслей.

Обыскивая каждый угол до поздней ночи восемь измученных телохранителей вернулись к главным воротам резиденции Цзюнь. Вдруг они заметили фигуру, очень похожую на Молодого Господина и поспешно побежали к ней.

Почему они не были уверены, что это их Молодой Господин? Потому что этот человек был очень странно одет, а его внешний вид был неопрятным. Хотя Молодой Господин Цзюнь и был невероятным развратником, его внешний вид всегда был очень хорош, так как обычно он придавал этому большое значение.

Именно поэтому они считали, что эта жалкая фигура не может быть тем, кого они ищут. Но могут ли два разных человека выглядеть так похоже?

Поэтому восемь телохранителей продолжали пристально вглядываться в темноту, пока вдруг одновременно восторженно закричали, не в силах сдержать свою радость!

[..Он похож на Молодого Господина, но, в то же время, кажется простым грязным прохожим. Это действительно Молодой Господин Цзюнь?..]

- Эй, вы восемь придурков, куда вы пропали?! Днем меня очень напугал телохранитель этой маленькой глупой девочки - Линг Мэнг. Хм! Хм! Я звал вас несколько раз и был удивлен, когда не последовало ни какой реакции.

Молодой Господин Цзюнь шагал вперед, покачивая головой; от него исходила ненависть и обида за бездействие охраны, когда он нуждался в их помощи:

- Разве он не простой мастер Небесного уровня Суань? Чего же вы так испугались? Меня раздражают ваши глупые выражения на лицах! Для начала вы могли хотя бы подойти?!

[Эээ? Что?!]

Телохранители сразу вспомнили, что после того как Йе Гухан гневно взревел, они были так ошеломлены, что замерли на несколько секунд. Может ли быть так, что именно в этот момент их звал Молодой Господин, и из-за того, что они не отвечали, он, в порыве злости сбежал?

Они были в полнейшем в замешательстве и ошарашено глядели на него.

В голове у телохранителей крутились вопросы: [..Вы исчезли, ничего не сказав.. Как мы могли спокойно вернуться? Разумеется, мы пошли искать Вас по всему городу Тянсян! Где Вы были всё это время? Кроме того, почему Вы одеты в столь облегающие и невыносимо вульгарные одежды, которые только богатые торгаши будут носить? И почему у Вас мокрые волосы?]

Цзюнь Мосе уже переступил порог ворот одной ногой и даже не обернулся, прежде чем заговорить:

- Неважно! Быстро дайте мне Меридиан Пылающего Сердца!

Телохранители вышли из ступора, словно проснувшись ото сна, и машинально последовали за своим загадочным Молодым Господином внутрь. Все они были сбиты с толку: [Как ноги Молодого Господина движутся так быстро? Он что, одержим чем-то?!]

[Как неприятно...]

Холодный ветер внезапно подул внутрь одеяний Молодого Господина Цзюнь, и он сразу же поспешил сменить одежду. Если люди когда-нибудь узнают, что он плавал голым, бегал голым, а потом еще и снял с другого человека одежду, то вся его репутация профессионального убийцы будет выброшена в Озеро Духовного Тумана...

Ворота резиденции Цзюнь плотно закрылись за ними!

... ... ...

Глубоко ночью, когда луна высоко в небе, Цзюнь Вуй сидел в своем инвалидном кресле, попивал вино и спокойно ждал возвращения своего племянника. Нежный лунный свет падал на него; блики и тени танцевали на его спокойном лице с глубоким выражением.

В его глазах читались...

Жажда, надежда, ожидание, или, возможно...отчаяние.

Ворота внутреннего двора раскрылись, и внутрь, уже в своей одежде, с ухмылкой на лице вошёл Цзюнь Мосе.

Цзюнь Вуй медленно развернул свое кресло, неспешно осмотрел Цзюнь Мосе сверху донизу, и, увидев, что всё в порядке, расслабился:

- Я слышал, что...ты создал большой переполох сегодня в Зале Великолепных Драгоценностей?

- Ага! -- Цзюнь Мосе ответил прямо: - Зал Великолепных Драгоценностей слишком уж наглый!

Но вдруг он почувствовал что-то неладное: [...Когда Дядя говорил о Зале Великолепных Драгоценностей, зачем он сделал паузу в середине? Его тон тоже был странным...]

Цзюнь Вуй опустил глаза и долгое время молчал, прежде чем медленно ответить:

- Ты хоть представляешь, как сильно меня прошиб холодный пот, когда я получил эти новости?? Может, Дедушка и ведёт себя спокойно, но я знаю, что он боится!... Мосе, Дядя знает, что у тебя есть мужество, но...если нет крайней необходимости, например, если это не вопрос жизнь и смерти... Прошу, не провоцируй конфликты с Залом Великолепных Драгоценностей! Наши семья не может...позволить себе оскорбить Зал Великолепных Драгоценностей, по крайней мере сейчас. Ты понимаешь?!

Он говорил очень медленно и тщательно проговаривая каждое слово; трудно было представить, что эти слова выходят из уст столь непреклонного и бесстрашного человека.

Цзюнь Мосе в шоке замер; медленно сев перед Третьим Дядей, он сказал:

- Дядя, это на Вас не похоже; говорить такие слова... Этот Зал Великолепных Драгоценностей действительно так страшен? Даже Вы их боитесь!

Цзюнь Вуй отвернулся, не позволяя себе посмотреть племяннику в глаза и ответил холодным, равнодушным тоном:

- Если бы я был один, я бы, естественно, не боялся Зала Великолепных Драгоценностей! Даже будь Зал в сто раз сильнее, что они смогли бы сделать? У человека - только одна жизнь, у травы - лишь одна весна*, так что если смерть должна прийти, то пусть так и будет!... И ты тоже, Мосе; я знаю, что не боишься ты ни Неба, ни Земли, и твой Дядя очень этим доволен. Но я всегда чувствовал, что у тебя нет сильной привязанности к семье, поэтому я хочу, чтобы ты пообещал мне.... Всегда помни, что ты - Молодое Поколение благородной Семьи! Позади тебя всегда есть и будет большая семья Цзюнь!

“Большую часть времени семья - ваша самая большая поддержка, но иногда, она также может тянуть вас вниз!" -- сказав это, Цзюнь Вуй посмотрел вверх, и в его глазах промелькнули вещи, которые он не мог выразить словами: - Пока есть надежда для семьи, мы не должны сдаваться! Это - слава Семьи, а также её трагедия и ответственность!

Цзюнь Мосе долго молчал, а затем улыбнулся и ответил:

- Я понимаю!

- Хорошо, что ты это понимаешь.. -- Цзюнь Вуй мягко улыбнулся: - Из-за этого вопроса я ждал тебя всю ночь. А теперь, когда ты все понял, выпей со мной.

- Выпить? Давайте отложим это на потом. Я боюсь, что Дядя не сможет пить вина ближайшие две недели.. Но сначала, я хотел бы поздравить Третьего Дядю: все пять видов лекарственных трав теперь в нашем распоряжении! -- с улыбкой сказал Цзюнь Мосе: - И, как я уже определил, проверяя Ваш пульс, Вы были готовы к этому ещё полтора месяца назад! Третий Дядя, через десять дней настанет тот самый день, когда вы сможете сломать и сжечь то, в чём сейчас сидите. В тот же день и с Вашей диетой будет покончено!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.анг.пер.: Это - выдержка из очень глубоких буддийских священных писаний. Первые две фразы говорят о краткости человеческого существования.

Глава 103. Бороться с ядом..ядом!

Руки Цзюнь Вуя задрожали, и из его кубка выплеснулось вино.

Молча он посмотрел на подлокотник коляски, на котором лежала его правая рука. Снаружи Цзюнь Вуй оставался неподвижным, но его сердце бешено колотилось, а голова от новостей уже шла кругом!

[Десять лет, как калека!....Проблеск света, наконец!...]

Цзюнь Вуй оставался безмолвен, пока Цзюнь Мосе не оставил его.

Через три дня Цзюнь Чжан Тиан лично приказал запечатать главные ворота и сделал объявление:

- В следующие несколько дней семья Цзюнь не будет принимать никаких гостей; исключение лишь по личному указу Его Величества! Если хоть кто-нибудь посмеет сделать шаг внутрь внутреннего двора без разрешения, то будет немедленно убит!

Гнетущая атмосфера, окутавшая семью Цзюнь, была подобна атмосфере перед началом Великой Битвы! Воздух был настолько густым и тяжелым, что некоторые не могли нормально дышать!

Двери, ведущие во внутренний двор, были надежно заперты. Два ряда охранников стояли снаружи с обнаженными наголо мечами; лезвия сверкали, отражая испепеляющее солнце в небе. В тени непрерывно двигались человеческие фигуры. Мощь семьи Цзюнь, недавно потрясшая всю столицу, была полностью задействована в этот момент.

Более того, все эти охранники были ветеранами, прослужившими десятки лет; они были основой личных элитных войск Цзюнь Чжан Тиана. Даже если у них появятся какие-то опасения за свою жизнь, они немедленно их отбросят. Каждый из этих солдат был верен и достоин доверия!

Все возможные и невозможные угрозы должны быть учтены во время этой операции. Ни одна пылинка или волос не должны сдвинуться со своего места!

С другой стороны стены высотой в четыре жанга, в центре внутреннего двора, был расположен массивный железный котел. Размер котла был настолько велик, что его можно было описать фразой "небольшой водоём".

Он был наполнен водой и поднят над бушующем костром. Шесть сильных мужчин постоянно подбрасывали дров, и на поверхности воды уже начинали появляться пузырьки.

Цзюнь Чжан Тиан был одет во всё чёрное, а на руках у него были надеты перчатки с длинными, рукавами. Его лицо было крайне серьёзным, пока он беспокойно ходил взад-вперед по двору.

В отличие от своего отца, Цзюнь Вуй, одетый в белые одежды, был чрезвычайно спокоен. Казалось, что он уже примирился со своими внутренними демонами и сбросил оковы с сердца!

На столе Цзюнь Мосе смешивал траву Девяти Листьев, траву Единого Сердца и Корень-Неразрывник* в большущей нефритовой миске. Обеими руками он умело помещал травы в миску и растирал их в пюре, и, извлекая из них сок, он собирал его в нефритовую бутылку с широким горлышком. Все его движения были быстрыми, но точными.

Наконец, через некоторое время Цзюнь Мосе крикнул:

- Третий Дядя!

Цзюнь Вуй задрожал с головы до ног, и ярко-жёлтый свет Суань Ци Земли залил всё его тело, уничтожая всю его одежду. Дед Цзюнь тут же ринулся вперёд, чтобы помочь сыну лечь на спину.

Цзюнь Мосе тем временем ловко достал пюре из нефритовой миски и стал растирать им каждый дюйм тела Цзюнь Вуяя.

Пять лекарственных трав, которые заказал Цзюнь Мосе, были крайне высокотоксичными! Даже одна из них, сама по себе, была настолько токсична, что жертва не смогла бы пройти семи шагов в гору, восьми шагов по спуску с горы и девяти шагов по прямой, прежде чем умереть!

Сейчас же у обмазанного смесью из трёх трав Цзюнь Вуя ощущения были такими, словно его бросили в озеро с огнём; с головы до ног он чувствовал лишь жгучую боль. Он сдерживал стоны, стиснув челюсти, холодный пот капал с его лба! Не передать словами, какую мучительную боль принесли ему эти три вида смертельно-токсичных трав, растёртых одновременно!

Но это было только начало..

Без всяких колебаний Цзюнь Мосе быстро схватил нефритовую бутылку, надавил на подбородок Цзюнь Вуйя, чтобы открыть его стиснутую челюсть, и вылил содержимое бутылки ему в рот!

Густая жидкость потекла по горлу Цзюнь Вуя, и, прежде чем он успел среагировать, он почувствовал огненный шар, который начал сжигать его изнутри.

Не в силах больше терпеть, Цзюнь Вуй открыл было рот, чтобы закричать, но Цзюнь Мосе безжалостно заткнул ему рот заранее подготовленным куском свёрнутой белой ткани.

Цзюнь Чжан Тиан дрожал, смотря на Цзюнь Мосе, который делал все эти ужасные вещи легко и непринужденно; у него даже начали появляться подозрения, что возможно его внук уже мучил других раньше! Ему становилось все тревожнее: [...Как отец может легко стоять и смотреть, как его сын страдает от рук его же внука?!..]

- Это было необходимо сделать. Даже человек с высокой выдержкой не сможет вынести такую боль.. Он мог откусить свой язык, не заткни я ему рот этой тряпкой.**

Одновременно с объяснениями Цзюнь Мосе уже обработал Дробящий Кишечник Цветок тем же способом, что и предыдущие три травы и даже успел взять небольшой перерыв.

Вдруг, три смертельных токсина одновременно вспыхнул внутри Цзюнь Вуя, а его кожа почернела и приобрела фиолетовый оттенок! Как только произошли изменения, Цзюнь Мосе равномерно обсыпал тело Третьего Дяди размельченным Дробящим Кишечник Цветком. Двигаясь на предельных скоростях, Цзюнь Мосе вытащил кляп, залил экстракт того же цветка в горло и засунул кляп обратно, прежде чем Дядя успел что-либо понять! Цзюнь Вуй лишь выдал приглушенный крик, и его налитые кровью глаза почти вылезли из орбит.

Мощный экстракт из Дробящего Кишечник Цветка бурно среагировал на коктейль из ядов, уже находившихся внутри тела, и быстро распространился по внутренностям.

Цзюнь Вуй мог ощущать лишь волны душераздирающей боли, вырывающиеся из его дантяна, лихорадочно проходящие через все части его тела, серьёзно раненые десять лет назад!

Четыре смертельных яда не могли существовать в гармонии внутри тела Цзюнь Вуя; они постоянно "атаковали" и сопротивлялись действию друг друга. Его кожа ещё раз прошлась по всем цветам радуги вместе с невыносимой болью в частях тела, в которых он уже не надеялся что-либо ощутить!

Глубоко-засевший яд, прятавшийся в его ногах целых десять лет, наконец-то выгнали наружу!

Цзюнь Мосе облегченно вздохнул, внимательно взглянув в область промежности Цзюнь Вуя. В такой критический момент Цзюнь Мосе не смог удержаться от глупых мыслей: [...Похоже, у меня больше!....]

В момент, когда эта мысль всплыла в его сознании, у его Дедушки случился эмоциональный всплеск:

- Встать! Я сказал поднимайся!

Белая борода старика дрожала, пока он энергично указывал пальцем на промежность своего сына. Словно откликаясь на призыв, маленький Вуй покачал головой, а затем вдруг встал как столб, держащий на себе Небо! Движение было настолько внезапным, что маленький Вуй почти ударил по носу старика, когда тот наклонился, чтобы рассмотреть.

Когда Цзюнь Мосе начал подходить к Цзюнь Вую с Меридианом Пылающего Сердца, Дедушка в испуге вскочил и чуть не упал. Покачав головой, Цзюнь Мосе отчитал его:

- Он должен встать. Если он не сможет стоять, то в чем смысл этого лечения?! Стоит ли поднимать шум из-за такой мелочи?!

Дед Цзюнь несколько раз икнул, и его лицо озарилось трудно скрываемым восторгом; упреки внука его не трогали.

Его сын-калека наконец восстановил основную функцию мужчины, после долгих десяти лет. Это было то, о чём он всегда думал, и восстановление его сына просто не могло не привести его в восторг! Это была отличная новость!

[Семья Цзюнь, наконец, сможет растить ветви и раскидывать листья!***]

Губы Цзюнь Вуйя дрожали, а его лицо кривилось от боли. По нижней части его тела вдруг прошла тёплая волна, сопровождаемая аммиачным запахом. В своей голове он думал: [...Я известен, как хладнокровный человек, как ветеран сотен битв.. а сейчас я как младенец...]

Уже теряя сознание, своими приоткрытыми глазами он увидел двух мужчин: старого и молодого, не отводящих взгляда от его "солдата" и о от того, как он теряет контроль над своим кишечником...

С вонью и позором Цзюнь Вуй издал жалобный стон и упал в обморок!

Чего глаза не видят, то сердце не печалит!

А пара из внука и деда продолжала упорно смотреть на "сокровище" мужчины в среднем возрасте. Казалось, будто старик хочет поиграть с ней! Это не то, что нормальный мужчина может выдержать, даже если этот человек является его отцом, ведь Вую не больше тридцати лет!

Мужчины, поддерживающие огонь, поворачивали головы, заглядываясь одним глазком, а после сразу же опускали головы от стыда и возвращались к подбрасыванию дров: [...Великий Генерал действительно великий. Он по-прежнему ещё может быть столь Великим, даже после десяти лет бездействия. Мы действительно уступаем ему...]

Спустя некоторое время кожа Цзюнь Вуя, наконец, перестала менять цвет.

- Пора! -- закричал Цзюнь Мосе.

Левой рукой он быстро нажал на подбородок Цзюнь Вуя и, в то же время, правой рукой культивируя Искусство Разблокировки Небесной Удачи, разорвал ей кожицу Меридиана Пылающего Сердца. Вязкая черная жидкость закапала в рот Цзюнь Вую, после чего ему снова заткнули рот, но на этот раз Мосе использовал ещё и другую полоску ткани, которая прикрывала рот и завязывалась на узел на затылке Дяди. Так, даже если он придет в сознание, он все равно не сможет выплюнуть чёрную жидкость!

Закончив, Цзюнь Мосе небрежно отбросил в сторону кожицу Меридиана Пылающего Сердца. Его правая рука, плотно прижатая к груди Цзюнь Вуя, продолжала циркулировать искусство Разблокировки Небесной Удачи, и вливала в неё его духовную Ци!

В мгновение ока тело Цзюнь Вуя раздуло, как воздушный шар.

Его меридианы стали постепенно проявляться на поверхности кожи, извиваясь, как бесчисленные фиолетовые дождевые черви; всё это выглядело зловеще и чрезвычайно тошнотворно.

По подсказке Цзюнь Мосе Цзюнь Чжан Тиан вытянул одну руку вперёд и, используя энергию Суань Ци, стал создавать иллюзорный инструмент прямо из воздуха. Всего через несколько мгновений он создал плот из сырого бамбука и бросил его прямо в большой котел. На тот момент температура воды почти достигла точки кипения!

Цзюнь Мосе взлетел в воздух вместе с телом Цзюнь Вуя и опустил его в котел.

Прямо перед соприкосновением с водой тело Цзюнь Вуя замедлило падение и аккуратно приземлилось на бамбуковый плот лицом вверх.

Дав ему приземлиться, как перышку, Цзюнь Мосе вытянул в стороны обе руки.

Под серьезным взором Цзюнь Чжан Тиана в обеих руках Цзюнь Мосе из воздуха сотворились несколько десятков мерцающих серебряных игл!

Со вспышкой одна из игл была вставлена в точку Бай-Хуэй****. Движения Цзюнь Мосе были очень точными - в его руках не было ни колебаний, ни дрожи.

Даже обычно уверенный в себе Цзюнь Чжан Тиан дрожал с головы до ног: всего одна игла, неправильно вставленная в акупунктурную точку, могла убить его сына. Но, даже прилагая все усилия, он не мог перестать моргать и протирать глаза.

Он не переставая тёр глаза, наблюдая, как мелькали серебряные иглы в руках Цзюнь Мосе, раз за разом входя в различные акупунктурные точки на теле Цзюнь Вуя. Цзюнь Мосе слегка двинул носком ноги, чтобы перевернуть тело Цзюнь Вуя и уложить его на бамбуковый плот грудью вниз.

Перевернув Третьего Дядю, Мосе снова встряхнул руками, и в них появилось ещё больше серебряных игл. Спустя ещё несколько вспышек все серебряные иглы были воткнуты в тело Цзюнь Вуя!

Со вздохом облегчения Цзюнь Мосе вытащил бамбуковый плот из-под Цзюнь Вуя и отправил тело своего Дяди прямиком в кипящую воду!

Поверхность воды постоянно издавала "булькающие" звуки, а её температура неуклонно росла. Угольно-чёрная жидкость постоянно сочилась из пор его тела и семи отверстий***** в голове Цзюнь Вуйя.

Вода в чане была окрашена в чёрный и напоминала чернила!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.рус.пер.: Если кто найдёт, как я в прошлых главах эти травы обозвал, и кинет ссылку на главу, буду очень признателен (мелочь, но так по-моему правильнее).

** - Прим.рус.пер.: Не делайте так. Больным при приступах или мышечных спазмах (a.k.a судорогах) никогда не суйте ничего в рот: твёрдое, мягкое... НИ-ЧЕ-ГО. Мышечные спазмы у некоторых сильны настолько, что от сжатия челюстей зубы крошатся, а представьте результат, если во рту палка\ложка\ваш_палец? Гуглите про первую помощь; предупреждён=вооружён.

*** - Прим.англ.пер.: Имеется ввиду "пополнение семейного дерева своими детьми".

**** - Прим.англ.пер.: Точка Бай-Хуэй - это акупунктурная точка, также известная, как "место встречи ста". Находится на макушке головы. В традиционной акупунктуре считается, что в этой точке естественным образом сходится энергия Ян.

***** - Прим.рус.пер.: Два уха, две ноздри, два глаза, и рот.

Глава 104. Неожиданный экстаз.

Брови Цзюнь Чжан Тиана яростно дернулись, а глаза открылись так широко, что стали идеально круглыми! Он никогда не видел и не слышал такой страшной процедуры, но то, что Цзюнь Вуй всё ещё был жив, уже доказывало эффективность данного лечения. И все же, когда Старик посмотрел вниз, на свое тело, а затем обратно на бушующий котел с водой, он ощутил холодок, пробежавший по его спине.

Он знал, что упади он в котел, то даже с Небесным уровнем Суань Ци, защищающим его тело… он бы недолго продержался. Скорее всего, было бы достаточно и нескольких секунд, чтобы приготовить его на обед...

Мужчины, разжигающие огонь, насквозь промокли от холодного пота: не из-за жары, а потому что они были в ужасе!

[Это безумие... он действительно бросил живого человека в кипящую воду?! А что если..если он на самом деле умрет? При такой температуре было бы действительно трудно не сварить что-то… или кого-то!]

Цзюнь Мосе твердо стоял на краю котла; его глаза, совсем не моргая, смотрели на тело Цзюнь Вуйя, мягко вращающееся в воде и не показывающее каких-либо заметных изменений.

Мосе сохранял спокойный вид: его лицо было безмятежным, невозмутимым и не выдавало никаких эмоций!

Внезапно Цзюнь Мосе опустил свою левую руку в кипящую воду и без колебаний вытащил тело Цзюнь Вуя. Прошло лишь мгновенье, а его левая рука уже покрылась большими волдырями от обжигающей температуры и разъедающего действия токсина!

В отличие от Мосе, кожа у Цзюнь Вуя была белой и красивой; страшные и нелепые цвета, что были чуть ранее, теперь исчезли.

Полетев вниз, тело Цзюнь Вуя приземлилось прямо в руки старого Цзюня, и в ту же секунду Цзюнь Мосе положил свою правую ладонь на дантян Цзюнь Вуя и на полную стал культивировать Искусство Разблокировки Небесной Удачи!

Шло время, и Цзюнь Мосе становился всё бледнее, в то время как Цзюнь Вуй приобретал всё более здоровый вид...

И вот, наконец....

Серебряные иглы постепенно начали выходить из тела Цзюнь Вуя под действием бушующей в нём Суань Ци; всё это время его тело бесконтрольно трясло. После того, как все иглы покинули тело Цзюнь Вуя, из него потекла густая черная кровь.

И, наконец, последняя игла, находящаяся в точке Бай-Хэй, вылетела, оставляя за собой тонкий след из шестицветной крови.

Цзюнь Мосе облегченно выдохнул,убрал свою ладонь и, медленно дыша , быстро сел, скрестив ноги; его лицо было ужасно бледным, будто бумага!

В тот же момент, как он убрал ладонь, Цзюнь Вуй резко открыл глаза, и из них полился ослепительно-яркий свет! Светло-голубой свет!

Светло-голубой! Как это возможно?!

Смертельный яд запечатал меридианы, но Цзюнь Вуй все эти десять лет продолжал накапливать Суань Ци в своем теле, и сейчас вся эта энергия Суань Ци, наконец, вырвалась! А вместе с высокоэффективным Меридианом Пылающего Сердца он смог моментально перейти с начального уровня Суань Земли к Небесному уровню !

Три этапа в мгновение ока! Более того, после очищения Меридианом Пылающего Сердца, Цзюнь Вуй стал невосприимчив к сотням различных ядов!

Рождение супер-сильного Мастера!

Увидев светло-голубое сияние, Цзюнь Чжан Тиан резко подпрыгнул, громко засмеялся; от такого его глаза чуть не выпали из орбит, словно он только что увидел привидение!

Сам того не понимая, он даже вырвал клок из своей белой бороды!

Сам Чжан Тиан усердно тренировался большую часть своей жизни и только недавно дошел до Небесного уровня Суань Ци. Именно потому он был несказанно рад, когда его сын сумел стать Мастером культивирования Суань Ци уровня Земли в таком юном возрасте, особенно учитывая то, что Вуй достиг этого в течение тех десяти лет, что был тяжело ранен и был прикован к инвалидной коляске.

Но подняться в Небесное Царство Сюань ... Ох, он словно прокатился верхом на ракете, после долгожданного открытия запечатанных меридианов!

Невероятно!

Старик покачал головой; его сердце разрывалось: счастье, благодарность, взволнованность, немного страха... Но в основном его мучил один вопрос - действительно ли это происходит на самом деле?!

С одной стороны, он был так счастлив, что ему хотелось петь и танцевать. С другой стороны, в его сердце затаилось горькое и пугающие чувство, что всё это - лишь сон...сладкая мечта, от которой он скоро должен будет проснуться

Цзюнь Вуй почувствовал покалывание в обеих ногах, которые были парализованы на протяжении последних десяти лет. Энергия Ци беспрепятственно протекала по его меридианам: [Я, наконец-то… могу снова встать на ноги!]

Он был тронут до слез!

[Враги прошлого, Я, Цзюнь Вуй, клянусь, скоро я выслежу каждого из вас, и заставлю заплатить за все ваши грехи!]

Одним быстрым движением он встал, желая испытать ощущение, что давно забыто: он желал снова ходить на своих двоих.

- Третий Дядя, Вам всё равно пока нельзя вставать. Так что пожалуйста, не упорствуйте и потерпите еще немного. -- донесся сзади усталый голос Цзюнь Мосе. Закрыв глаза, он медленно продолжил:

- Сейчас Вам крайне важно уплотнять и распространять свою Суань Ци по всему телу. Целебная сила Меридиана Пылающего Сердца высока, он уже отчистил Ваше тело от ядов, но... Большинство его лечебных эффектов могут выйти из тела Третьего Дяди нетронутыми, так что если Вы не впитаете Меридиан Пылающего Сердца как можно скорее, то можете потерять все его преимущества..... Кроме того, Третий Дядя не ходил в течении десяти лет, так что Ваши кровеносные сосуды заблокированы.. Вам потребуется большой период на реабилитацию, прежде чем Вы сможете полностью восстановиться.

Этот неожиданный прорыв был как божественным подарком, так и серьезным препятствием на пути культиватора! Очень опасно совершать такой большой прорыв с неподготовленным и тем более травмированным телом.

Однако, если удастся воспользоваться этой уникальной возможностью и закалить свое тело и сознание, то можно получить большие преимущества для будущего культивирования!

Необходимо понимать, что лечебные силы пятисотлетнего Меридиана Пылающего Сердца крайне велики: его одного было достаточно, чтобы противостоять всем ядам, находившимся в теле Цзюнь Вуя десять лет. Но, помимо выдающихся целебных свойств, у Меридиана была и чрезвычайно высокая токсичность

Но всё прошло в точности по плану Цзюнь Мосе: он использовал силу Меридиана, чтобы нейтрализовать действие других ядов, а затем, используя кипяток и серебряные иглы, на одном дыхании он извлек яд из тела своего Третьего Дяди. Во время выполнения этих действий не произошло никаких ошибок или несчастных случаев; всё прошло гладко и без заминок.

В дальнейшем Мосе планировал восстановить тело своего Третьего Дяди, используя остаточные лечебные свойства Меридиана Пылающего Сердца. При помощи такого метода для полного восстановления Цзюнь Вуя потребуется чуть больше половины месяца.

В конце-концов его ноги были парализованы в течение довольно длительного времени, и, разумеется, они не смогли бы нормально принять так внезапно полученный большой объем энергии. Цзюнь Вую было необходимо медленное и осторожное восстановление.

Но несколько дней назад Молодой Господин Цзюнь заметил, что использовать Искусство Разблокировки Небесной Удачи для восстановления здоровья можно не только на нём самом, но также и на других!

За обе свои жизни он не мог вспомнить какие-либо другие навыки, способные хотя бы приблизительно сравниться с этим удивительным Искусством. И одно из важных преимуществ Искусства Разблокировки Небесной Удачи - оно может вылечить все виды ядов, которые существуют в мире!

В результате, Молодой Господин Цзюнь решил внести в свой первоначальный план небольшие изменения и использовать чудесное искусство, питая им тело Третьего Дяди после нейтрализации яда.

Идея была хорошей, но конечный результат намного превзошел все его ожидания: тело Третьего Дяди полностью переродилось в течение часа, а лечебные свойства Меридиана Пылающего Сердца не понадобились вовсе; поэтому вся сущность пятисотлетнего Меридиана была полностью преобразована в чистую Суань Ци и усвоилась в организме Третьего Дяди!

Объём смешанных Суань Ци, накопленной за десяток лет жесточайшего культивирования за закрытыми дверями, и Суань Ци, полученной от Меридиана, был подобен объему Суань Ци, которую накапливают за пятьдесят лет простой культивации!

Это объясняет столь резкий прорыв Цзюнь Вуя на Небесный уровень!

Всё это была заслугой Искусства Разблокировки Небесной Удачи Цзюнь Мосе; как говорится "когда все козыря у тебя - успех неизбежен"*!

Цзюнь Вуй остановился, не посмев проигнорировать указания своего Племянника.

Сидя со скрещенными ногами, он теперь использовал все свои силы, чтобы быстрее очистить свой разум и войти в состояние культивирования. Однако, в этот раз, чтобы стабилизировать свое сознание ему потребовалось намного больше времени, чем обычно. По мере того, как Суань Ци начинала циркулировать по всем его меридианом, граница между ним и внешним миром медленно стиралась...

Цзюнь Мосе едва успел сесть, скрестив ноги, прежде чем ощутил, как духовная Ци хлынула из Пагоды Хонцзюнь и начала восполнять энергию, истраченную им на Искусство Разблокировки Небесной Удачи.

Медленно поднимаясь на ноги, он увидел многозначительный взгляд Цзюнь Чжан Тиана и эмоции, скрывающиеся в его глазах.

- Мосе...

Цзюнь Чжан Тиан беспомощно уставился на своего Внука, и из его глаз потекли слёзы! Старый, седой Цзюнь не мог вымолвить ни слова и только горько плакал.

Один-на-всё-поколение Великий Генерал, заставляющий правителей трястись в страхе, а других Генералов бежать с поля боя, неожиданно потерял самообладание?!

Цзюнь Мосе ощутил боль в сердце и молча опустил голову.

[..Кто знает, что старик пережил за эти годы? Сколько мучений он вынес?!....]

Большая семья...Много счастливых и дружных потомков, уважаемые и почитаемые... Он служил одному, но господствовал над миллионами…

Но внезапно двое из его сыновей пали жертвами войны, а оставшийся сын стал калекой.. Как отцу нести такое бремя?

В юности он был сиротой; чуть постарев, он овдовел, а позже стал скорбящим отцом, потерявшим своих сыновей!

Цзюнь Чжан Тиан достиг самых верхов на службе, но потерял всё остальное!

Но Небеса посчитали, что всё это было не достаточно жестоко...

Внуки, которых он лелеял, в которых он вложил душу и сердце, на которых он возложил все свои надежды и мечты….так и не вернулись из военного похода...накануне своей свадьбы.

Даже их тела не были найдены.

Прямо перед тем, как пришла новость, Цзюнь Чжан Тиан был в разгаре подготовки: он раздавал приказы, украшал покои для новобрачных и с нетерпением ждал возвращения своих внуков.. Свадьба..

Тот день должен был быть самым счастливым в его жизни; он не мог дождаться появления своих правнуков, чтобы понянчить их..

Когда Цзюнь Чжан Тиан получил известие, его волосы и борода поседели за одну ночь!

Прежние дни..любящая семья, сидящая в кругу, весело болтая и смеясь...все они исчезли навсегда! Такая великая семья в один день сократилась до сына-инвалида и ни на что не способного внука!

Отчаяние наполняло его глаза!

Дух Цзюнь Чжан Тиана продолжал неумолимо падать вниз: он уже почти впал в депрессию и потерял всякую надежду!

Но, в момент абсолютного отчаяния, вечно разочаровывающий его внук - Цзюнь Мосе, неожиданно изменился: развратник исчез, а вместо него появился возвышенный и непреклонный человек, необычайно умный и мудрый в своих суждения, гибкий и проворный в своих мыслях и смелый в своих действиях.

Дедушка Цзюнь ощутил глоток свежего воздуха и укрепил дух в своем сердце! Но он не ожидал, что самый большой сюрприз будет ещё впереди...

Все известные врачи Королевства в один голос утверждали, что инвалидность его Сына невозможно вылечить, но его Внук только что достиг невозможного!

Небеса смиловались над ним!

Слезы Цзюнь Чжан Тиана падали на землю, не переставая, но это были слезы радости! Все его печали и тревоги за последние десять лет, исчезли. Милостивые Небеса позволили его Семье Цзюнь дожить до этого дня и наконец-то увидеть надежду на будущее!

Семья Цзюнь не только обрела наследника, но и "ученик превзошёл учителя".

Старик закрыл глаза; теперь в его сердце более не было никаких сожалений! Он мог с гордостью встретиться с основателем семьи Цзюнь! Старик был тронут до глубины души и просто стоял, но его тело не могло унять дрожь...

После долгого времени...

Глубокий, низкий и ясный гул прозвучал со стороны Цзюнь Вуя: его черные волосы взмыли вверх, свет вырвался из его глаз, и он медленно поднялся с земли — это был первый раз за десять лет, когда он смог снова стоять на своих ногах!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.рус.пер.: В английском варианте звучит так - " as the saying goes, when conditions are right, success will follow naturally!". Если это - неверный или неточный перевод, пожалуйста, сообщите.

Глава 105. Великий Наставник Ли и Коралл Нефритового Моря.

Медленно опустив голову и осматривая свои, теперь уже здоровые и сильные ноги, Цзюнь Вуй стал осторожно двигать ими; его уверенность росла и он постепенно наращивал скорость. Внезапно он разразился смехом победителя и засмеялся; он смеялся и смеялся, пока по его лицу текли слезы счастья.

Этот Генерал, некогда потрясший мир; человек с кровью из металла; тот, что не пролил и слезинки, когда против него устроили заговор, сейчас… расплакался!

Со слезами на глазах он посмотрел на своих самых близких людей, отца и племянника. Всплеск эмоций охватил его, и он, сделав два быстрых шага, вдруг упал на колени и сказал:

- Этот недостойный ребенок отдаёт дань уважения отцу!

Десять лет... целых десять лет он не мог так низко поклониться* своему отцу!

Цзюнь Чжан Тиан дрожал с головы до ног, пока он, запинаясь, говорил:

- Сын мой...поднимись. Быстрее. Скорее поднимись..

Цзюнь Вуй встал и опустил на Цзюнь Мосе глубокий взгляд:

- Мосе! Ты вернул мне мою жизнь...

Не успев договорить, он был прерван смехом Цзюнь Мосе:

- Третий Дядя, Вы так говорите, словно Вы не были живы или здоровы. Тем более: я - ваш племянник, или мы уже успели стать разными “Цзюнь”? Нет необходимости так благодарить членов семьи, не говоря уже о том, что это был мой долг, как младшего поколения.

Цзюнь Вуй искренне рассмеялся и снова уставился на племянника; в тот же момент он принял искреннее и важное решение: [Я вновь могу стоять, а значит снова смогу нести крест семьи Цзюнь на своих плечах!..

Мой длинный меч, меч Цзюнь Вуя, что покрывался пылью все эти десять лет....он будет вновь сиять, сиять не для страны и императора, не для простого народа! Но для семьи Цзюнь....и для Мосе!]

- Третий Дядя..

Цзюнь Мосе вдруг начал заливаться смехом, его смех был довольно странным; он словно таил в себе что-то озорное, хулиганское.

Двое мужчин стояли и в недоумении и смотрели на Цзюнь Вуя.

- ..Третий Дядя, Ваша активность весьма впечатляет, но... -- Цзюнь Мосе уже весь дрожал от смеха - ...эта доблестная и энергичная осанка; Дедушка может и не возражает, но мне, как Вашему племяннику, всё же немного стыдно. Вы должны...прикрыть, ххахах...

Цзюнь Мосе подмигнул, кидая взгляды на нижнюю половину Цзюнь Вуя. Цзюнь Вуй во время лечения и последующей медитации был совершенно голым. Почувствовав свои силы, он, на эмоциональной почве, полностью проигнорировал этот момент. И, оставаясь совершенно голым, он с особой пылкостью и мужественностью кивал головой.

Он что, десять лет ждал этого дня и теперь не знает, когда проверять свой «пистолет»?!

Услышав слова Мосе, Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на "величие" своего Сына и тоже, не в силах удержаться, разразился громким смехом.

Вытянутое лицо Цзюнь Вуя сразу окрасилось, как баклажан, и он, возмущенно скрепя зубами, сказал:

- Сопляк! Ты только подожди, когда я вернусь я преподам тебе урок!

Он исчез, едва успев договорить, и оставил позади Дедушку с Племянником, держащихся за животы и смеющихся без остановки .

Через несколько мгновений Цзюнь Вуй вернулся одетым в черное и, засучив рукава, он сказал:

- ..Парень, поищи в себе немного мужества...и не беги.

У Цзюнь Мосе душа ушла в пятки, и он закричал:

- Спасите меня! Я не буду сражаться...

Он быстро развернулся и убежал. Но как его скорость может сравниться со скоростью Цзюнь Вуя, который недавно стал Мастером Небесного уровня Суань?

"ШЛЁП-ШЛЁП" - звук ударов по ягодицам разносился по всему двору.

Смех Цзюнь Мосе в один миг превратился в мольбу о пощаде; он продолжал бегать без остановки, но Цзюнь Вуй игнорировал крики и продолжал бить его по заднице.

Не видя иного выхода, Цзюнь Мосе вдруг остановился и большими шагами рванул в направлении Дедушки, надеясь спрятаться за ним. Цзюнь Вуй лишь раздраженно фыркнул и продолжил преследовать Мосе, нанося удары по его заду.

Хотя Дед Цзюнь и обладал силой Небесного уровня, у него всё же закружилась голова от этих двоих, бегающих вокруг него; но он не расстроился и уж тем более не сердился, а скорее наслаждался этим моментом, попутно продолжая смеяться.

Прошло уже столько времени, так много времени с тех пор, как в этом доме царила атмосфера семейной любви и радости.

Заметив, как шесть здоровых мужчин, которые раньше поддерживали огонь, готовились опрокинуть гигантский железный котел, Цзюнь Мосе поспешно выкрикнул:

- Стоп! Я еще не закончил с котлом, так что не трогайте его!

Услышав его крик, Цзюнь Вуй и Цзюнь Чжан Тиан удивились.

Цзюнь Вуй не всерьёз поучал своего племянника: все они втроем просто валяли дурака, радостно ухмыляясь. Он давно забыл о неловкой ситуации.

- Как у вас только могла появиться идея так небрежно вылить всё из котла? Это же невероятно ценный отвар!

Цзюнь Мосе отогнал людей от железного котла и схватил кожаный мешок, лежавший в стороне. Из-за содержимого, вылитого в черную, как смоль, воду, её поверхность сразу же взорвалась словно вода, влитая в раскалённое масло.

Полностью вылив содержимое мешка, Цзюнь Мосе быстро отступил, и в тот же момент черная вода начала выплескиваться из котла на землю. Места, куда эта "вода" попадала, немедленно обращались в угольно-черный цвет!

Цзюнь Вуй и Дедушка Цзюнь оторопели: [Этот яд...слишком опасен!]

- Что ты добавил? Как эта "вода" может быть такой ядовитой?!

Дедушка Цзюнь не стыдился спрашивать и тем самым учиться у своего внука; старик понимал, что у его внука в рукаве спрятано ещё много странных трюков, и он не мог понять, что все, что тот делал - обычные вещи.

- Это просто змеиный яд, но...нескольких различных видов. -- спокойно объяснил Цзюнь Мосе: - Ну, если точнее, то тридцать разных видов змеиного яда.

Сделав паузу, Цзюнь Мосе указал на большой железный котел:

- Дедушка, Дядя, взгляните... Эта жидкость в котле состоит из шести смертоносных ядов, но их сильные свойства прекрасно дополнили и подчинились друг другу, заставляя их существовать в гармонии. Но добавление змеиных ядов нарушило это хрупкое равновесие и преобразовало воду в котле в самый смертоносный яд между Небом и Землей! ...Если погрузить оружие из арсеналов нашей Семьи в этот раствор на несколько дней, то солдаты под нашим командованием, владеющие таким оружием, будут внушать ужас и нести смерть всем нашим врагам! ..Если конечно такое оружие будет использованы во время войны, хе-хе хе-хе...

Слишком жестоко! Слишком опасно! Слишком подло! Слишком бесстыдно!

Если применить такое оружие против вражеских солдат....даже небольшой царапины на коже будет достаточно, чтобы убить!

И даже Дедушка Цзюнь с его Небесным уровнем культивирования Суань Ци вряд ли сможет прожить хоть час, если его отравят этим ядом!

Ужасно! Такой мощный эффект действительно пугает!

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй оба вытянули шеи и, с широко открытыми глазами, уставились на Цзюнь Мосе, словно на демона, что сбежал из ада.

Их спины обливались холодным потом...

.............

Вместе с гармонией, радостью и ликованием Семьи Цзюнь, темные облака тревоги и беспокойства сгущались над усадьбой Великого Наставника.

Не смотря на то, что Ли Жэна и Мэнг Хайцзоу выгнали из Зала Великолепных Драгоценностей, и теперь семье Ли было запрещено ступать в аукционный дом, они по-прежнему имели доступ к Коробке семьи Мэнг в Зале. В конце-концов, они оба успешно выполнили свою задачу, заполучили Коралл Нефритового Моря и доставили его в резиденцию Ли без происшествий.

Само по себе это уже было большим для них достижением, и было бы не лишним сказать, что это ещё и их самое большое достижение!

Но в присутствии Ли Юрана, осматривающего Коралл Нефритового Моря, самодовольная улыбка на лице Ли Жэна, пока он пересказывал события на аукционе, быстро сменилась страхом и трепетом. Ли Жэн думал, что Ли Юран разгневается и накажет его, и потому он был весь как на иголках, но Ли Юран мягко и спокойно произнёс:

- О? Всего лишь 5 миллионов таэлей? Это не так много, учитывая вмешательство семьи Танг. Младший Брат Жэн, ты можешь сходить к счетоводу семьи Ли и получать компенсацию в размере 3 миллионов таэлей серебра.

Ли Юран даже не обратил внимание на их позор и унижение за аннулирование доступа в Зал Великолепных драгоценностей, что было действительно странно.

Ли Жэн и Мэнг Хай Чжоу с трудом могли поверить в происходящее; они слушали и были почти уверенны, что человек, стоящий перед ними, не Ли Юран, а какой то двойник-самозванец, ведь их Молодой Господин не мог быть таким добрым!

Они оба тупо стояли и смотрели в пустоту, словно только что очнулись от глубокого сна. Они пытались понять, что только что произошло, но как ни старались, не могли...

В конце концов, им оставалось только глубоко вздохнуть и просто благодарить свою удачу.

Во время их размышлений Ли Юран спокойно сидел с едва уловимой улыбкой на лице и внимательно разглядывал сверкающий полупрозрачный Коралл Нефритового Моря.

Через некоторое время он выдохнул и подумал про себя: [...Я был слишком беспечен....не подумал, что старик Танг тоже захочет этот предмет. Если бы я позволил ускользнуть этой прекрасной возможности...то это было бы только из-за моей халатности. Если бы я не послал этих две пары белых шелковых брюк**, а отправил кого-то другого....из-за столь непомерной цены этот кто-то мог бы отказаться от торгов за Коралл Нефритового моря!....Что же, такое хорошее качество работы может быть только у белых шелковых брюк. Как говорится - "у каждой собаки есть свой день". Каждый получает немного удачи в какой-то момент их жизни. Наверное это значит...]

Додумав до этого момента, Юран тихо усмехнулся и начал испускать свою Суань Ци через ладони в Коралл Нефритового моря. Золотая аура быстро прошла сквозь всё его тело, прежде чем он отдернул свою руку, с радостным выражением лица:

[Слухи оказались правдой, и внутри него действительно огромное количество чистой энергии! Это просто сокровище! Если Дед сможет поглотить эту энергию… Может, он и не сможет снова культивировать Суань, но его жизнь всё равно будет продлена.]

Грациозно поднявшись, он направился к рабочему кабинету Великого Наставника Ли Шанга, держа в руках Коралл Нефритового Моря.

В рабочем кабинете Великий Наставник Ли прищурился, когда его взгляд пал на Коралл Нефритового Моря.

Счастливое выражение вскоре наполнило его лицо, но не только из-за продления жизни, а в большей степени из-за благочестивости своего Внука. Великий Наставник Ли вдруг почувствовал себя очень счастливым: иметь такого внука, чего ещё он мог желать?

Ли Юран сдержанно улыбнулся:

- Дедушка, это дело не следует откладывать. Длинная ночь уносит за собой мечты*** - мы не знаем, раскрыты ли наши планы. Почему бы нам прямо сейчас не использовать метод моего Мастера? Позвольте мне приступить к вытягиванию чистой энергии, чтобы Дедушка мог поглотить это сокровище как можно скорее.

Ли Шанг усмехнулся, а потом, поразмыслив, сказал:

- “Что же, хорошо. Тогда позови своих людей сюда, и мы сможем начать культивацию.

Ли Юран кивнул в знак согласия и дважды хлопнул в ладоши; раздался звук быстро приближающихся шагов, и через несколько мгновений уважительный и искренний голос доложил:

- Лорд, Молодой Господин, мы уже отчистили площадь в тридцать жанг вокруг рабочего кабинет. Будет ли этого достаточно?

- Достаточно. -- мягко сказал Ли Юран.

Люди на улице кивнули, не издав ни звука.

Ли Шанг посмотрел на Внука с глубоким чувством удовлетворения и спросил:

- Твои Старшие уже вернулись?

Ли Юран ответил:

- Да. Они снова вернулись в горы, а их путешествие было тихим и приятным. Я, разумеется, передам им обеспокоенность Дедушки от Вашего имени.

Ли Шанг дважды кашлянул, и с улыбкой сказал:

- Почему Дед и Внук должны говорить об этом? Очень жаль, что твой Мастер не сможет лично участвовать в этом. Если бы он смог бы приехать, у нашей семьи было бы намного больше уверенности. -- дойдя до этой фразы, Ли Шанг тяжко выдохнул.

- Мой Учитель сейчас занят другим важным делом, так что я боюсь, что мы не можем его сейчас отвлекать. Но с помощью Старших я думаю, мы всё ещё можем легко справиться со всеми внутренними делами в Королевстве Тянсян. До тех пор, пока длится эта небольшая военная кампания, у нас нет причин беспокоиться.

Ли Шанг уклончиво кивнул и, глубоко вдохнув, ободряюще сказал:

- Поскольку мы не можем терять время, давай начнем прямо сейчас.

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.англ.пер.:Поклон или "падение ниц перед отцом" - это традиция; демонстрация сыновей уважения их отцам, одна из основных доктрин конфуцианства.

** - Прим.англ.пер.:"Белые шелковые брюки" - выражение, означающее тоже самое, что и "родился с серебряной ложкой во рту". Так описывают тех, кто родился в богатстве и власти.

*** - Прим.англ.пер.:"Длинная ночь уносит за собой мечты" - выражение, означающее "не стоит медлить, иначе можно упустить момент"

Глава 106. Кто-то веселится, а кто-то грустит.

- Да. -- ответил Ли Юран.

Осторожно положив Коралл Нефритового Моря перед Ли Шангом, он протянул руку и крепко прижал её к одной из сторон Коралла. Закрыв глаза, Юран глубоко вдохнул и выдохнул; он почувствовал, что золотая аура стала вырываться из его тела, показывая, что энергия Суань Ци используется на полную, без остатка!

Из Коралла Нефритового Моря раздался звон, и некогда игристый и прозрачный нефрит начал излучать слабый и тонкий свет. Слабое, едва заметное голубое Ци медленно поднималось с его поверхности, и сам Коралл окрасился в странный голубой цвет.

Время пришло.

Блеск желания вспыхнул в глазах Ли Шанга, но через мгновение он вернулся в спокойное состояние. Он медленно протянул свою сухую, тонкую правую руку и осторожно положил её на другую сторону Коралла Нефритового Моря.

В тот момент, когда его ладонь соприкоснулась с Кораллом, тонкие нити Ци, испускаемые Ли Юраном, жадно устремились к руке Ли Шанга, а затем полностью растеклись по всему его телу.

По мере вхождения голубой Ци в его тело, на некогда каменном лице Великого Наставника Ли начало проскальзывать искренне счастливое выражение.

Он отчетливо чувствовал успокаивающее ощущение в своих меридианах; пока все больше и больше голубой Ци входило в тело, Ли Шанг становился всё более и более расслабленным, словно сама его душа дрожала от радости...

Дантянь Ли Шанга был поврежден многие годы из-за одного из взрывных ударов Цзюнь Чжан Тиана, и с тех пор он потерял возможность чувствовать свой дантянь. Но сейчас у него появилось легкое чувство боли от слабой и нежной голубой Ци, проникающей в него. Его дантянь и меридианы, что были повреждены на протяжении многих лет, наконец-то восстанавливались...

У обоих мужчин были закрыты глаза, но можно было легко ощутить их подлинную радость из-за этих изменений. В момент волнения и счастья они не заметили, как Коралл Нефритового Моря резко окрасился в чисто-белый цвет.

Сначала Голубая Ци окутывала и удерживала обезумевшую белую духовную Ци так, что Белая энергия не могла пробиться наружу. Но на волне эйфории, высвобождаемая Ли Юраном и поглощаемая Ли Шангом Голубая энергия становилась всё более и более размытой, в то время как белая Ци становились все более и более густой.

В таких условиях, пришедшая Белая Ци постепенно подавляла и подавляла силу, владеющую Кораллом изначально...

Оставался всего лишь один последний шаг до полного восстановления дантяня Ли Шанга!

Этот старый недуг, мучивший Великого Наставника Ли на протяжении половины его жизни, очень скоро исчезнет. Как он мог оставаться спокойным? Как он мог не обрадоваться?

Даже если Великий Наставник Ли привык к сильным ветрам и большим волнам, он всё ещё чувствовал, как сильно колотится его сердце...

Ли Шанг, чувствуя ликование и радость, с дрожью в голосе произнёс:

- ..Юран, мой дантян может восстановиться в любой момент.

Ли Юран в ответ восторженно воскликнул:

- Дедушка, вскоре кандалы, оставленные Цзюнь Чжан Тианом на Вашем теле, исчезнут, и наша Семья Ли сможет делать свои шаги не только в тени! Хаха...

На лицах Деда и Внука одновременно вспыхнула искренняя улыбка, наполненная надеждой и мечтами о будущем...

Но внезапно!

Посреди их радости случилось нечто неожиданное —

В критический момент восстановления дантяня Великого Наставника Ли, совершенно чуждая и несовместимая духовная Ци - Ци Цзюнь Мосе, ранее заточенная в Коралл - внезапно вырвалась на свободу, словно разъяренный дракон сорвался с цепи, сдерживающей его.

Она молниеносно последовала за потоком Голубой Ци, вырываясь из Коралла Нефритового Моря с неудержимой силой!

Поток невероятно неистовой и жестокой Ци ворвался в тело Ли Шанга, и, расталкивая Голубую Ци в недавно восстановленных меридианах, как раскаленный нож в масло, проник в почти исцелённый дантянь!

Застигнутый врасплох, лицо Ли Шанга мгновенно стало мертвенно-бледным; он только и успел, что ощутить взрывной гул в своем дантяне. Почти исцеленный дантянь в миг "рухнул" и разбился на части, словно треснувший фарфор. Пересечённые трещины, как корни деревьев, распространились во всех направлениях вдоль меридианов...

Ли Шанг яростно открыл рот, полный крови, а через секунду он потерял сознание, и его обмякшее тело упало на спину.

- Дедушка!! -- вскрикнул Ли Юран; он был в замешательстве и смятении.

В тот же момент, как Ли Шанг рухнул, Коралл Нефритового Моря взорвался и, от интенсивной реакции между двумя видами духовной Ци, разлетелся на куски. Ли Юран в смятении тянулся к своему Деду, не обращая внимание на Коралл Нефритового Моря, фрагменты которого летели прямо ему в лицо...

Леденящие кровь крики, кровавая голова и окровавленное лицо...

- Что случилось?! Почему? Почему это произошло? Может кто-нибудь объяснить мне, как это произошло?! Ах...

Ли Юран потерял контроль над своими эмоциями и выл в небо. В этот момент обычно спокойное и мирное лицо Ли Юрана было искаженно страхом, беспомощностью, тревогой, гневом и кровью — в этот миг он был похож на обезумевшего дьявола!

- Коралл Нефритового Моря! Коралл Нефритового Моря…с ним ведь всё было хорошо, он прекрасно работал.. Так почему же он взорвался?! Мастер обещал!! Он обещал мне! -- Ли Юран рвал на себе волосы, полностью игнорируя повреждения на лице; он словно сошел сума!

Честно говоря, даже сам Цзюнь Мосе не знал, что такое может произойти.

Он не предполагал, что поток Ци, который он влил по наитию, даст такой прекрасный результат! Его первоначальное намерение было лишь привести Коралл Нефритового Моря в негодность, так как, стоя перед лицом Ли Жэна, он больше ничего не мог сделать.

Цзюнь Мосе, конечно же, не предполагал, что смесь его духовной энергии с энергией Коралла приведет к огромной взрывной реакции, не уступающей СВУ*!

Этот взрыв полностью уничтожил надежды Великого Наставника Ли на восстановление его Суань Ци. Даже если Божество спустится в этот мир, ему всё равно не удастся восстановить дантянь Ли Шанга! Более того, ущерб, нанесенный и без того немощному телу, привёл его на порог смерти!

Это как если бы Мосе посадил цветы, а вырастил иву!

Он действительно приложил минимум усилий и получил огромную прибыль!

Некогда красивое и уверенное лицо Ли Юрана теперь было покрыто шрамами; их лишь семь или восемь, но эти семь или восемь шрамов полностью обезобразили его лицо! Если бы Ли Юран мгновенно не среагировал и не закрыл глаза, то, возможно, он остался бы слепым!

Но даже так, Ли Юрану всё равно придется скрывать свое лицо всю оставшуюся жизнь...

Этот взрыв действительно был... необъяснимым несчастным случаем.

............

Кто-то веселиться, а кто-то грустит.

По сравнению с радостью и ликованием семьи Цзюнь, облака из тревог и несчастья висели над семьёй Ли, а семья Дугу в этот момент была готова взорваться, как вулкан!

С тех пор, как у них побывала Принцесса Линг Мэнг, вся семья Дугу была похожа на только что взорвавшуюся пороховую бочку.

Дугу Сяо И тихонько уехала прочь по наказу её Бабушки.

Дугу Цзёнхэн тыкал пальцем в лицо Дугу Вуди, при этом поливая его целой рекой из ненормативной лексики, почти два часа, время от времени отвешивая ему чрезвычайно гневные пинки и удары.

Великий Генерал Дугу Вуди кривился от боли, но не смел сопротивляться, молча проглатывая все это; гнева в его сердце было не меньше, чем у отца.

- Ты что, свинья?! Нет, ты бесполезный сукин сын!!! Посмотри на свою дочь!!! ТАК ты заботишься о своей дочери!? Да?! Ни на что не годное отродье!! Ты просто свинья!! -- старый Дугу был взбешен: - Ты, чертов идиот!!! Даже свинья была бы лучше, чем этот Цзюнь Мосе!!! Черт! Как такое могло случиться,!? Как твои глаза могли быть настолько слепы!?

Все Лицо Дугу Вуди было заплевано, но он не смел утираться. Он с трудом пролепетал:

- Я тоже не знал об этом. Если бы я знал раньше...

Этот комментарий лишь вызвал новый поток ветра и проливного дождя.

- Тьфу! Ты не знал!? И ты, не зная даже такой простой вещи, ещё смеешь называть себя отцом?! -- Дед Дугу почти сошел с ума от гнева: - Этот Цзюнь Мосе - самый известный распутник столицы; да все добропорядочные люди делают трехдневный крюк, лишь бы обойти его, и даже отъявленные разбойники держаться от него подальше! А теперь Дочь уважаемой Семьи захотела выйти за него замуж, и ей оказалась дочь нашей Семьи – наша Сяо И?! В твоей пустой башке что, соевый торт с грязной водой!?! Или ты просто хочешь получить по заднице?! Будь ты проклят за то, что ты такое глупое и невыносимое дерьмо! Идиот!! Как же у меня, твоего блестящего Отца, вырос такой избалованный и гнилой дегенерат?!

Дугу Вуди покорно терпел проливной дождь из слюней и даже не мог открыть глаза:

- Отец, пожалуйста, успокойся. Неблагоразумие Сяо И началось совсем недавно. Можно предположить, что отношения между этими двумя ещё не зашли слишком далеко. Ещё есть время...

Но его слова лишь разворошили осиное гнездо.

Дугу Цзёнхэн вскочил и, в порыве неистовой ярости, бросил мощный пинок, которым запустил высокое и крепкое тело Дугу Вуди в воздух. После он затопал ногами и испустил новый дождь из проклятий:

- Ты! Я не могу поверить, что ты осмелился произнести подобные слова своим ртом!!! Что ещё означает "можно предположить, что они еще не зашли слишком далеко"?! Ты что, хочешь, чтобы они и дальше развивались!? Еще есть время!? "Ваша Дочь должна забеременеть, чтобы стало слишком поздно"!?! Ты что, забыл репутацию этого сукина сына - Цзюнь Мосе?!

Чем больше он говорил, тем злее становился.

Дугу Цзёнхэн схватил сына и стал его бить!

Обычно, в подобных ситуациях его Мать давно бы вмешалась, но на этот раз она стояла в стороне и не вступалась за сына. Даже наоборот, она лишь раздувала огонь:

- Вы этого достойны! Как эта старая женщина родила такого глупого сына??! - говорила она о себе.

Гнев Дугу Цзёнхэна после тщательного избиения своего сына, наконец, стал меньше. Он вздохнул и, с мрачным выражением на лице, сказал:

- Мы должны положить этому конец. Используй то время, пока Сяо И сопровождает Принцессу во дворце и реши этот вопрос должным образом! Если что-то подобное повторится, я вышвырну тебя!.... Почему ты ещё не ушел? Или ты хочешь, чтобы этот старик занялся этим делом лично?!

С окровавленным носом и опухшим лицом, Великий Генерала Дугу Вуди поспешно поднялся с земли и сбежал, поджав хвост.

После того, как Дугу Вуди вернулся к себе во внутренний дворик, его сознание сразу же впало в хаос. Прежде чем отдать приказ, он сначала выпустил свое напряжение, накричав на свою жену и наложниц. Приказ звучал так:

- Дугу Йинг, Дугу Сионг, Дугу Хао, Дугу Цзие, Дугу Чонг, Дугу Шанг и Дугу Цян должны немедленно вернуться из армейских лагерей за пределами города! Не должно быть никаких задержек! Если они опоздают даже на полдня, то будут наказаны по законам военного времени, нет...по Семейным законам!

Великий генерал Дугу хотел обезглавить Цзюнь Мосе!

[Этот гнусный сопляк посмел соблазнить мою Дочь и заставил меня, черт возьми, терпеть оскорбления и избиения моего Отца! Он, похоже, устал от жизни?! Думаешь, что я, черт возьми, не посмею сделать с тобой что-нибудь из-за твоего Деда?! Я не буду удовлетворен, пока не сниму с тебя кожу за мои сегодняшние страдания, не говоря уже о том, что ты осмелился дразнить мою малышку Сяо И! Хм! Хм!]

Семь мужчин, вызванные Дугу Вуди, были молодым поколением Семьи Дугу. Дугу Цзёнхэн выбрал им имена таким образом, чтобы при их объединении получилось "герои и легенды храбро бегут вперёд"**! Очень внушительное семейное имя!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.англ.пер.: СВУ (самодельное взрывное устройство, I.E.D., Improvised Explosive Device) - самодельная бомба, более точное определение в википедии.

** - Прим.англ.пер.: Их имена являются пиньинь (pinyin) для “英雄豪杰冲上前”, что переводится как “герои и легенды храбро бегут вперёд”.

Глава 107. Каков план?

Те семеро, которых узнал Дугу Вуди, были из младшего поколения семьи Дугу. Дугу Цзёнхэн выбрал их имена так, чтобы вместе они составляли фразу "герои и легенды храбро бегут вперёд"!

Воистину имена храбрецов.

Дугу Цзёнхэн хотел, чтобы эта фраза составляла первую часть куплета, где второй бы было "драконы, тигры, леопарды и волки взмывают в небеса!"*

Он долго ждал, пока три его сына закончат работать над первым куплетом**, но он никак не ожидал, что после рождения семи внуков подряд родится внучка.

Старикан решил продолжать надеяться, но, видимо не судьба.. Это повергло Цзёнхэна в пучину печали, и ему пришлось отложить вторую строчку далеко в память.

Мечта "Генерала, оседлавшего молнии" создать куплет стала недосягаемой; мир никогда не увидит эти красивые стихи.

Поэтому было естественно, что крайне разочарованный Дугу Цзёнхэн кидал злобные взгляды в сторону своих трёх сыновей. Их оправдания тонули в потоках брани.

Хоть старик и был груб и резок, но он ни разу не ругал свою названную дочь, а потому направлял весь гнев на сыновей.

Лишь Дугу Вуди, старший из трёх сыновей, находился в столице. Два других сына, Дугу Вушанг и Дугу Вутонг, защищали южные и восточные границы Королевства и даже не собирались возвращаться; прямой результат постоянных оскорблений старика за последние годы.

Даже генералу нужно самоуважение. Получив приказ о защите границ, они точно не собирались возвращаться назад по собственной воле!

Самый старший брат так же хотел уйти из дома, чтобы избегать вечно-орущий мешок с песком; но, неудачно для него, его младших не было в столице, а ему не позволяли выходить.

Эти двое каждый год приезжали лишь на дни рождения отца, но даже прикажи им отец возвратиться - притворялись глухими. Два раза они всё же возвращались домой, но при этом не предупреждали Вуди или отца, чтобы так же бесследно уйти.

Две другие границы Королевства защищались людьми под прямым командованием старого Цзюня, не имеющих отношения к семье Дугу.

Такая жизнь совсем добивала Дугу Вуди:

[Я ведь старший брат! Почему же я родился под настолько несчастливой звездой?.. Целые волны оскорблений каждые три дня, и даже посреди ночи! Сколько же мне ещё это терпеть? Я, в конце-концов, Великий Генерал, имеющий чин и власть, и 40-летний отец...]

В этот раз, когда облако несчастья нависло над семьёй Ли, а пожар бушевал в семье Дугу, первоисточник всей этой ярости и бед, Цзюнь Мосе, распивал со своим дедом спиртное.

Одетый в чёрное Цзюнь Вуй сидел в сторонке и лишь наблюдал; его кадык постоянно двигался вверх-вниз, пока он молча глотал слюнки.

В соответствии с указаниями его племянника - "рана только-только зажила, то вино никак нельзя". Но к паре внук-дед это никак не относилось.

Они причмокивали, попивая вино, и крайне наслаждались происходящим; сладкий аромат выпивки постоянно щекотал ноздри Цзюнь Вуя, и он уже был на пределе...

- Мосе, твоему дедушке очень интересно узнать насчёт твоего странного метода культивации Суань.. -- сказал Цзюнь Чжан Тиан, наливая себе ещё стопку. Даже Цзюнь Вуй отвлёкся от мечтаний о вине, услышав заданный вопрос.

Это было потому, что искусство Суань, Цзюнь Мосе, было слишком..непостижимо.

Чжан Тиан и его сына можно было считать повидавшими много боевых техник, но они никогда не видели и не слышали о Суань Ци с подобными эффектами. Эта Суань могла не только лечить раны и яды, но и совсем не излучала света!

Подобная сила точно была ненормальной.

Настолько удивительная Суань Ци давно должна была быть известной на всём континенте Суань Суань, но даже слухов о такой силе нигде не было слышно, что так же пахло тайной.

Цзюнь Мосе недолго помолчал, прежде чем ответить:

- Дедушка. Третий Дядя. Вам действительно нужно об этом знать? Я не хотел бы Вам лгать.

- Аа, этот старик всё понимает --неожиданно сказал Цзюнь Чжан Тиан: - Значит, эксперт, научивший тебя этой технике, попросил скрывать это в секрете? Хаха, такие учителя очень эксцентричны. Если новость о такой технике разлетится, то тебе это причинит больше вреда, чем пользы. Чем меньше людей знают - тем лучше! Хаха, этот старик больше не спросит, да, больше не спросит..

- Да, нам не только не стоит больше расспрашивать Мосе о его удивительной Суань технике, но и надо бы хранить её существование в тайне. --кивнул Цзюнь Вуй: - Кто не захочет узнать о таком больше, чем просто слухи? Лишь маленький намёк может привести к невообразимым последствиям.

- Верно! Единственное, что важно, так это то, что Цзюнь Мосе - член семьи Цзюнь. Этого более чем достаточно!" -- рассмеялся Цзюнь Чжан Тиан от всего сердца.

Бросив на Мосе простой взгляд, он стал более привязан к внуку.

Цзюнь Мосе кинул, взглянув в ответ:

[Кто бы мог подумать, что, прежде чем я смогу придумать объяснение, эти двое сами придумают их за меня...]

- Мосе, твой Третий Дядя теперь здоров. Что же ты собираешься делать дальше? Расскажи своему дедушке!

Цзюнь Чжан Тиан был в определённо хорошем настроении. Он с удовлетворением взглянул на внука, поглаживая бороду.

- Планы? Что Вы имеете ввиду? Разве теперь, когда Дядя здоров, я не могу снова быть простым повесой?! Я так и собирался сделать.. -- сказал Мосе, отпив вина. Вгрызаясь в мясо двумя руками, он продолжил:

- До того, что же делать дальше, то я буду просто следовать наказам Дедушки. А пока о выздоровлении Третьего Дяди не должен никто знать. Тем более никто не должен знать о том, что у него уже уровень Небесного Суань; это нам нужно скрывать тщательнее всего, и-ик.. Поддержание этой тайны я оставлю на Вас , Дедушка. Ещё Вам придется и дальше притворяться "жалким".

Цзюнь Чжан Тиан лишь нахмурился на такое предложение. Отпив вина, он сказал:

- Чушь. Я и так из-за вас, засранцев, наволновался. Сейчас ты, Мосе, пытаешься стать лучше, а Вуй может ходить; так о чём мне волноваться? Как ты можешь просить меня забыть все мои прошлые волнения и переживания?!

Сказав это, Старый Цзюнь глубоко вздохнул: [Не то чтобы я не могу, но мне уже порядком надоели эти "жалкие" деньки. Раньше то и дело приходилось волноваться обо всяком разном, а сейчас мне неохота просто спокойно жить? Вот же ж!..]

- Что такое? -- сказал Мосе и облизал пальцы: -Так Вы говорите, что не хотите сидеть без дела? Да, это действительно не дело... Позвольте внуку позаботиться об этом. Хотите, я на пустом месте устрою ссору с Залом Великолепных Драгоценностей, или похищу трёх Принцесс и отшлёпаю их, или может приведу домой пару продажных женщин?..

- Ты нарываешься на порку! -- Старый Цзюнь знал, что его внук шутит, но всё равно злобно прокричал: - Я, кстати, до сих пор не наказал тебя за происшествие в Зале Великолепных Драгоценностей, так что не нарывайся! Может, ты ещё не понимаешь, но этот Зал по силе подобен некоторым государствам, и злить такую организацию точно не стоит, даже если у тебя есть сила Божественного Верховного Суань Ци! Я понятно выразился?

Говоря это, лицо старика стало серьёзным, а голос - жёстким.

- А откуда вообще этот великий Зал взялся? -- вместо страха у Цзюнь Мосе в сердце забрезжил интерес: - Ведь "по силе подобен некоторым государствам", "злить не стоит, даже если ты эксперт"...

- Я могу лишь сказать, что Зал Великолепных Драгоценностей - организация великая и могучая, словно айсберг. Даже его верхушки достаточно, чтобы многие люди пали на колени.. Среди работников Зала даже есть эксперты Божественного Верховного уровня Суань! Твой старый дедушка не смог глубоко изучить их шпионские сети, но точно скажу - провоцировать их не стоит.

Цзюнь Чжан Тиан вздохнул пару раз, взглянув на Цзюнь Вуя.

Лицо Цзюнь Вуя дёрнулось; по взгляду было видно, что он вспомнил что-то крайне болезненное... В момент успокоившись, он мирно и даже тише чем раньше сел.

- В таком случае, секретные силы нашей семьи останутся под контролем Цзюнь Вуя! Что же до тебя, Цзюнь Мосе...

Дедушка Цзюнь сел и недолго побормотал себе под нос, после чего выдал: - Ты просто в свободное время будешь помогать всем, чем сможешь, своему дяде.

Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе вместе кивнули, после чего Цзюнь Мосе сказал:

- Дедушка, Третий Дядя. Прежде чем Третий Дядя официально встанет во главе тайных сил нашей семьи, мы должны уничтожить всех врагов внутри семьи!

Сделав паузу, он продолжил: - Полное восстановление Третьего Дяди - главная новость для нашей семьи, но для других семей - это угроза.

Смысл его слов был понятен всем в комнате.

- Дедушка уже очистил нашу семью от шпионов других Главных семей, но, скорее всего, остались шпионы Императорской семьи! И, Дедушка, Вы скорее всего их уже вычислили, но просто решили закрыть на них глаза, я прав? -- улыбнулся Цзюнь Мосе -- Но сейчас - критический момент, поэтому они должны быть изгнаны!

Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на своего внука в шоке:

[Каждая фраза - в цель! В его логике нет изъянов!]

Лицо Чжан Тиана сильно исказилось, и он, подумав, сказал:

- Верно. Среди членов нашей семьи есть шпионы Его Величества.. Они находятся среди нас уже более десяти лет, но никогда за это время не действовали против нашей семьи..

- Пока наша семья Цзюнь была и остаётся верна Императору и его семье, то конечно им не было смысла доносить на нас! Но теперь всё иначе.. Боюсь, что если наш секрет раскроют, то этого будет достаточно для истребления всей нашей семьи!

Глаза Цзюнь Мосе сверкнули, и он продолжил:

- На данный момент, даже если эти агенты и предали Императорскую семью и перешли к нам, мы не можем позволить себе такой риск. Не время быть мягкосердечными! Тот, кто медлит - умирает первым!

Цзюнь Чжан Тиан вздохнул, и глубокие морщины мелькнули на его старом лице. После долгого времени он сказал:

- Ты прав. Позже я передам Вам обоим список имён этих шпионов. Что с ними делать - решать Вам обоим. Можете не говорить мне!

Поднявшись, он тяжелыми шагами вышел из комнаты.

Цзюнь Вуй вздрогнул, и внутренняя борьба мелькнула на его лице:

- Мосе, разве делать так - не слишком жестоко? Твой Дедушка не выдержит такого решения! Можно ли...

Цзюнь Вуй никогда не сомневался при выборе действий против врагов, но тут.. Тут было другое - ведь это были не враги, а люди, примерно десять лет верой и правдой служившие семье Цзюнь. Пусть даже он и знал о некоторых внедрённых агентах Императорской семьи, но они проходили через огонь и трубы вместе со всеми много раз!

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим. англ.ред.: он надеялся назвать следующих семь внуков Лонг, Ху, Бао, Ланг, Фэй и Тиан, что вместе пишется "龙虎豹狼飞满天", а переводится как "драконы, тигры, леопарды и волки взмывают в небеса". Тем самым Цзёнхэн хотел показать, что его внуки по силе подобны дракону, тигру и т.д....то есть будут сильными лидерами среди сверстников. Этот - антитетический куплет из традиционной китайской поэзии.

Прим.ред.: но это неточно

** - Прим. ред.: "пока три его сына закончат работать над первым куплетом", если вы понимаете о чем я ;)

Глава 108. Столкновение Двух Дедов!

- Нет, я не хочу этого... Каждый их этих людей - ветеран, прошедший с Вами и Дедушкой через выбор между жизнью и смертью. Но ради них мы не можем рисковать жизнями всех членов семьи. Если мы не сможем быть беспощадными сейчас, то потом будут беспощадны к нам! Третий Дядя, сейчас мы говорим не о ком-то одном! Сможет ли каждый из этих шпионов предать Императорскую семью ради нашей семьи Цзюнь? Не надо быть глупцом, чтобы понять - если секреты нашей семьи раскроют, если мы потеряем доверие Императорской семьи, то сотни членов нашей семьи, тысячи живущих на наших территориях и все высокие чины в армии, служащие нам... все и каждый будут убиты! Это же десятки тысяч жизней!

- А до того, что делать дальше - я верю, что Третий Дядя знает это лучше меня. Однажды Вы сказали мне, что значит быть частью "молодого поколения", так почему Вы сейчас так сентиментальны? Дядя, Вы в ответе за всю нашу Семью, так почему же Вы медлите?!

Холодный анализ Цзюнь Мосе был беспощаден, выражения - жёсткими, а голос - яростным.

- Если в этом дело, то неужели получается так, что нам придётся унести наши секреты в могилу? - вздрогнул Цзюнь Вуй.

- Третий Дядя, не смотрите так узко! Например, Зал Великолепных Драгоценностей... - усмехнулся Цзюнь Мосе и продолжил: - ...смотрит на весь мир свысока... Какой Император посмеет выступить против Зала?

Цзюнь Вуй, шокированный, вздрогнул!

Неужели у его племянника настолько большие амбиции?

- Мосе, Зал заслужил свою репутацию, предлагая свои услуги многим поколениям, а наша семья... - нахмурился Цзюнь Вуй.

- У нашей семьи есть я! Есть Вы! Есть Дедушка! - ухмыльнулся Цзюнь Мосе, отхлебнув вина: - Нас трёх более чем достаточно! Однажды наступит тот день, когда семья Цзюнь станет сильнее, чем Зал Великолепных Драгоценностей!

Выражение лица Мосе показывало бесконечную уверенность в сказанном!

Цзюнь Вуй с удивлением взглянул на племянника и, вдруг сердцем почувствовал бесконечный приток гордости! Слова Мосе почти убедили его в том, что сказанное - произойдёт.

Цзюнь Вуй хотел верить в будущее, которое описывал Мосе, ведь если так и будет, то у него появиться шанс на месть!

- С Вашим, вновь обретённым здоровьем, всё будет по-другому. В ближайшие дни Вы должны полностью восстановить своё тело и убедиться в том, что случайно не активируете свою Суань Ци. И хотя Вы уже продвинулись до Небесного уровня Суань, Ваши силы всё ещё не стабильны, поскольку Вы полагаетесь на силу Меридиана Пылающего Сердца, а не на силу своей культивации. Я уже раздал инструкции, и скоро Вам приготовят специальное средство. Следующие десять дней Вам можно лишь пропускать свою Ци в даньтянь, чтобы постепенно обрести над ней полный контроль. Ни при каких обстоятельствах Вам нельзя перенапрягаться! Как только вернёте полный контроль над Ци, можете начинать медленно двигаться. И прошу, сдерживайтесь во время физических упражнений! Надеюсь, Третий Дядя, Вы всё понимаете? - взглянул Мосе на Цзюнь Вуя. - Я верю, что через десять дней Вы приятно удивитесь результатам.

- Я ждал этого более десяти лет, эти десять дней для меня - ничто! - кивнул Цзюнь Вуй.

- Кстати, три сотни стражей ещё не вернулись с тренировки? - между прочим спросил Цзюнь Мосе.

Как только три сотни отобранных стражей достигли нужного уровня физической подготовки, Цзюнь Мосе дал им новую смертельную тренировку: все три сотни должны были пойти в Лес Небесной Скорби на охоту за низкоуровневыми Суань-Зверьми. Они должны были принести Суань-Ядра и шкуры этих Зверей; также они должны были поохотиться на десять Суань-Зверей 5 уровня или выше.

Им было приказано не возвращаться, пока не выполнят тренировку!

Цзюнь Мосе строго предупредил всех перед началом тренировки:

- Вся эта тренировка будет под вашим контролем, а цена провала - ваша жизнь! Я предполагаю, что меньше половины из вас вернётся живыми! Именно сейчас начнётся путь сильных! Провал - не вариант, провал - это путь в Жёлтый Источник*!

Цзюнь Мосе использовал эту тренировку также для того, чтобы очистить ряды солдат от шпионов: после того, как три сотни вошли в Лес Небесной Скорби, все пути к их отступлению были перекрыты солдатами Дедушки Цзюнь. Каждый, кто поворачивал назад, был убит!

Каждая птица, вылетавшая из Леса, была сбита!

Солдаты Дедушки даже прошли вглубь Леса и уничтожили всех, кого подозревали в попытке отправить сообщение!

Вся операция была проведена секретными силами Дедушки Цзюнь, состоящими из экспертов Нефритового уровня Суань, так что не улизнул никто.

- Двадцать семь человек были раскрыты и затем казнены на месте. Судя по последним отчётам, ни капли информации не утекло, - устало выдохнул Цзюнь Вуй. - Неужели только мне кажется странным, что так много шпионов было внедрено? Неужели нашу семью можно так просто задирать?!

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Судя по тому, что не передавалось никаких сообщений, мы можем предположить, что большинство шпионов уже убито. Я не волнуюсь насчёт оставшихся - любой, кто способен вернуться, заслуживает право на жизнь.

Цзюнь Вуй едва кивнул, прежде чем встать.

Он в последний раз взглянул на вино в руках Цзюнь Мосе и отправился в свои покои.

Цзюнь Мосе же тихо сидел некоторое время, прежде чем встать и пойти к себе.

[Вторая партия вина скоро уже будет готова, она будет по-настоящему крепкой...]

...................

Столица внезапно зашумела и также внезапно стихла.

Посыльный, одетый в жёлтые одежды евнухов, на лошади галопом примчался к резиденции Цзюнь. Он был посыльным из Дворца.

Спустя минуту Дедушка Цзюнь, бросив все дела, покинул Резиденцию и помчался к Дворцу.

Примерно в тоже время из Дворца в сторону резиденции семьи Ли в спешном порядке выдвинулись доктора.

Пара из отца и сына, принадлежащая семье Дугу, также выдвинулась во Дворец, бросив все дела.

Члены каждой из Главных семей, министры... Все скакали во Дворец.

В глазах простых обывателей это выглядело так, словно произошло что-то серьёзное: инцидент, способный сотрясти Королевство Тянсян до самых основ.

На самом деле так и было.

Королевский Наставник и Главный Канцлер, Ли Шанг, внезапно заболел неизвестной болезнью и потерял сознание, оставаясь на границе жизни и смерти.

Ли Шанг был одним из самых высоких чинов в Королевстве, и его неожиданная болезнь повергла всех в ступор.

Его Величество Император был в ярости!

Сидя на троне, он стукнул по столу двумя руками:

- ...Абсолютно здоровый чиновник спокойно культивировал Суань Ци за закрытыми дверьми, но вместо культивирования он заболел и, возможно, закончит свою долгую жизнь... А заодно и все свои дела в политике! Целый Имперский Суд парализован из-за состояния этого старика! Как можем мы не опечалиться от таких событий? Вы, вы все...

Сказав это, Император взглянул на присутствующих, затих и, начав массировать виски, словно при головной боли, тяжело вздохнул.

Оглядев людей вокруг, Его Величество понял, что сделал нечто очень глупое! Удивительно глупое!

Цзюнь Чжан Тиан сидел с пустым лицом и смотрел в одну точку, словно не слышал ни слова.

Дугу Цзёнхэн пыхтел, пока ковырял пальцем размером с морковку у себя в носу, изредка отщёлкивая козюльки.

Танг Ванли застыл, краем глаза глядя на Цзёнхэна.

Его губы дрожали, пока он взглядом пытался проклясть Цзёнхэна, уворачиваясь от летящих в него козюлек.

Небрежно посматривая на семью Мэнг и свысока поглядывая на семью Ли, Танг Ванли не смел выказать неуважение Императору.

Глава семьи Мэнг тихо сидел с серьёзным лицом и прямой спиной, словно на медитации.

Муронг Фэнгьюн сидел, оперевшись спиной на колонну. По его бороде медленно стекала слюна...

Старый глава семьи Сонг сидел с опущенной головой, словно до этого пытался проверить, сможет ли засунуть её внутрь своих брюк...

Его Величество потряс головой, словно только проснулся, и подумал, не дать ли себе пару пощечин.

[Разве выражение гнева поможет мне хоть чего-то добиться от этих старых мешков с песком? К чему метать бисер перед свиньями? Это хоть чего-то стоит?!]

Внезапно Император взмахнул руками:

- Уходите. Все живо уходите. Это наша ошибка! Неверно было вытаскивать Вас, стариков, из удобных постелей. Живо все возвращайтесь по домам и ложитесь спать, пока не слишком здесь устали!

Словно очнувшись ото сна, старики стали ругаться между собой, и, кланяясь Его Величеству, продвигаться к выходу.

Дугу Цзёнхэн почти уже вышел, но развернулся и пнул Муронг Фэнгьюна со словами:

- Просыпайся. Иди спать домой.

Муронг Фэнгьюн что-то пробормотал и встал с полузакрытыми глазами:

- Ваше Величество, этот старый чиновник виновен... Этот старый чиновник уже слишком стар и уснул во Дворце Его Величества... Этот старый...

- ПРОЧЬ С ГЛАЗ МОИХ!! ИДИ ДОМОЙ И ПРОДАВАЙ РИСОВЫЕ ЛЕПЁШКИ**!

Крик Императора напугал многих чиновников, ждущих приёма в боковой комнате. Все старики выглядели жалкими, испуганными и побитыми, пока выходили из главного зала.

Однако как только они вышли из Дворца, все как один старики взглянули друг на друга и улыбнулись, прежде чем разойтись.

Громовой рёв Его Величества, потрясший небо, эхом отозвался из дворца...

Цзюнь Чжан Тиан успел сделать лишь несколько шагов и уже собирался оседлать свою лошадь, как ему в спину раздалось:

- Цзюнь, старый ты дурак! Остановись сейчас же!

Оглянувшись, он увидел мрачное выражение лица Дугу Цзёнхэна.

- Ты что, хочешь порки? - нахмурил брови Чжан Тиан. - У тебя всё ещё есть яйца, маленький говнюк, чтобы посметь гавкать мне, твоему отцу, в спину, словно пёс? Я тебя наизнанку выверну, старая мартышка!

- Пошёл ты! Кем ты себя возомнил? Когда это я гавкал, как пёс? - крикнул Цзёнхэн. - Видимо, мне нужно учить тебя как правильно воспитывать внуков! Я буду бить его до тех пор, пока кожа не слезет! Что ты скажешь на это?!

Цзюнь Чжан Тиан уже собрался уходить, но, услышав в спину такое, развернулся. Его глаза сверкали словно молнии:

- Что?! Что ты сейчас сказал?! Ты хочешь... помочь мне... УЧИТЬ...МОЕГО...ВНУКА?

С каждым словом его голос повышался, и из тела старика всё больше вырывалась синяя аура, невообразимо давящая на всех вокруг, даже его плащ цвета кровавой орхидеи сердито трепыхался на ветру.

Сейчас этот старик определённо был в гневе!

Лишь немногие в Столице имели храбрость стоять лицом к лицу с таким Цзюнь Чжан Тианом, и все они были из семьи Дугу: Дугу Вуди, Дугу Сяо И и, стоящий сейчас прямо перед ним, Дугу Цзёнхэн!

А Дугу Цзёнхэн определённо был человеком, всегда держащим своё слово!

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Ад в китайской мифологии называется «хуан цюань», что переводится как «жёлтые источники», или, реже, «обитель мрака».

** - Прим.англ.пер.: Это игра слов. "Рисовая лепешка" (年糕) произносится похоже с "большой возраст" (年高).

Глава 109. Прибытие проблем.

Дугу Цзёнхэн внезапно почувствовал нехватку воздуха, словно тот вовсе перестал циркулировать.

Из-за Цзюнь Чжан Тиана, стоящего перед ним, появилось безумное напряжение!

Он и представить себе не мог, что потеря внука может произвести на Чжан Тиана такое впечатление.

Цзёнхэн широко открыл глаза, когда аура, исходящая от его тела, столкнулась с сильнейшим давлением от старого Цзюня, но сам он так и не сдвинулся ни на миллиметр.

[Ты будешь относиться к этому отбросу, как к сокровищу? Чёрт возьми! Если я, твой отец, захочу преподать ему, хотя бы один урок, это будет для него огромной удачей! Тьфу!]

Цзюнь Чжан Тиан сурово смотрел на него:

- Дугу Цзёнхэн! Что такого сделал мой внук, что тебя так задело? Был ли ты на самом деле вовлечён? Тебе придётся объясниться!

Цзёнхэн в ответ хмыкнул:

- Да мне было бы всё равно, если бы он меня задел! Я всегда крайне великодушен и воспринял бы это как детскую шалость... Для меня это всего лишь детская нелепица. В худшем случае я бы наподдал ему и отпустил. Но вот одного твоему внуку не стоило бы делать - это дразнить мою малютку Сяо И! А этот несносный стервец посмел! Да это просто счастье, что с ним до сих пор ничего не случилось, скажу я тебе! А если бы и случилось, боюсь, после всего, что я бы с ним сделал, то ты даже и трупа бы его не нашел!

- Если с головы Мосе упадёт хотя бы один волосок, Дугу Цзёнхэн, я голову на отсечение даю, что твоя семья будет раскаиваться целую вечность! - сверлил его взглядом Цзюнь Чжан Тиан.

- Если что-то случится с моей внучкой, я клянусь, что твоей семье будет куда хуже, Цзюнь Чжан Тиан, - холодно сказал Дугу Цзёнхэн, спокойно выдержав этот взгляд.

Он и не думал отступать.

Двое старых вояк стояли друг напротив друга перед Императорским дворцом.

Две пары глаз неотрывно смотрели друг на друга. Схватка могла начаться в любой момент.

Их личная охрана топталась вокруг в отчаянии, совершенно не зная, что делать.

Даже Император не остановил бы их, начни они драку!

И вдруг...

- Я спросил себя: "Кто тут так шумит?", а оказалось, что это всего лишь два старых хрыча - раскатисто и искренне рассмеялся Танг Ванли. - И не стыдно Вам? Вам 156 лет на двоих. Посмотрите на себя, не боитесь совсем, что молодняк будет смеяться над Вами, стоящими одной ногой в могиле?.. Вам обоим не хватает элегантности, по сравнению со мной.

Два старика, стоящих друг напротив друга, одновременно плюнули с презрением.

На небе мгновенно рассеялись тучи.

Цзюнь Чжан Тиан хмыкнул, отстранённо посмотрел на Дугу Цзёнхэна и Танга Ванли и, не сказав ни слова, развернулся и ушёл.

- Тебе уже поздно возвращаться, - бросил Дугу Цзёнхэн ему вслед. - Семеро моих внуков уже в твоей резиденции. Купил бы ты мазей для своего внука, старик…

Дугу Цзёнхэн смеялся, но в душе он сожалел о сказанном.

Кто бы мог подумать, что Цзюнь Чжан Тиан так беспокоится о своём никчемном внуке?

Что делать, если те семеро внуков уже надрали зад этому сопляку?

Семеро юношей всегда относились к Дугу Сяо И, как к сокровищу. Когда они узнали, что произошло с их сестрой — стояла такая суматоха.

Они в спешке и толчее покинули дом. После этого Дугу Цзёнхэн узнал о происшествии с Ли Шангом и поторопился во Дворец.

Хотя он и приказал лишь схватить Цзюнь Мосе, он был уверен, что тому несладко приходится в руках его внуков.

Цзюнь Чжан Тиан внезапно остановился и не запрыгнул на лошадь, а прочертил рукой знак Суань Ци и исчез во вспышке синего огня.

В воздухе раздался вопль:

- Дугу Цзёнхэн! Я еще не закончил с тобой! И уже слишком поздно раскаиваться!

Танг Ванли с любопытством наблюдал за происходящим, но не имел ни малейшего понятия, что тут происходит.

- Старый Дугу, какого хрена ты выводишь из себя старого Цзюня? Зайти так далеко ради схватки?

Дугу Цзёнхэн был в ярости. В его глазах сверкали молнии из-за того, что он услышал:

- Отвали, урод! Не твоё дело!

В спешке оседлав коня, он уехал.

Танг Ванли выглядел так, будто он сейчас задохнётся от гнева.

Спустя какое-то время клокочущая ярость внутри него успокоилась, но руки его всё ещё тряслись.

[Да если б не я, то эти двое уже бы дрались во всю. Я вмешался по доброте душевной, но внезапно… внезапно все ругательства обрушились на меня!]

Вспомнив, как один старик проигнорировал его, а второй не оценил его доброту, Танг Ванли словно получил пощечину. Его белая борода задрожала, и он вскрикнул:

- Разрази меня гром, если я буду стараться быть милым снова!

- Какой же я кретин! - вырвался у него злобный рык.

Звук его голоса раскатился, словно гром, и повторился вдалеке.

Старики, всё ещё находившиеся недалеко, остановились в одно мгновенье.

[Кажется, это был голос старика ТангВанли. Какого чёрта он делает? Он совсем свихнулся и решил сообщить всему миру, что он кретин? Или лошадь лягнула его в голову?]

Любопытство их было очень велико, и оба они подумали, что будет очень жалко упустить возможность разок взглянуть на такое.

Оба старика подумали и направились к Тангу, полные надежд, один быстрее другого, словно соревнуясь. Апатия, напавшая после ранее случившегося, мгновенно улетучилась.

Даже физически сильные юнцы могли бы позавидовать их нынешнему неистовству.

Если бы происходящее увидел Император, то он был бы так зол, что плевался бы кровью!

...тем временем в резиденции Цзюнь...

Будучи не в курсе о приближающейся катастрофе, Цзюнь Мосе отправил нескольких сильных женщин принести большие бутыли воды.

Осмотрев лёгкий, бледно-желтый осадок, оставшийся на сделанном им фильтре, он медленно наполнил бутыли с водой.

Цзюнь Мосе сиял от удовольствия, вдыхая богатый, густой аромат вина, витающий в воздухе. Он ещё мог разобрать запах гущи, оставшейся с вина.

Цзюнь Мосе никогда не нравились крепкие алкогольные напитки. Лишь из-за огромной суммы денег, за которую потом можно это вино продать, он делал всё это.

Он считал, что продаст каждый бутыль за десять тысяч лянов серебра. Но, конечно же, не только ради денег. Ещё, чтобы показать этой неотесанной стране, что такое настоящее вино!

Китайское вино!

[Вино, которое мне не нравится - это помои. Только то, что нравится мне, можно считать по-настоящему хорошим вином!

И цена ему будет десять тысяч лянов серебра за бутыль!

Ни за что не снижу цену, ни за какие коврижки! Чёрт! У вас правда хватит совести сказать, что вы жили, не вкусив моего вина? Почему бы вам не покончить с вашими жалкими жизнями?]

На самом деле, Цзюнь Мосе хотел продать лишь эту партию, и не заниматься этим больше. Потом он будет производить десять-двадцать бутылок вина лишь для своей семьи.

А остальные… хмм… Даже если сам Император захочет выпить его вина, молодой мастер Цзюнь рискнет отказать.

[Сначала я сделаю всех вас зависимыми, а затем прекращу поставки! Я, ваш отец, после не продам вам ни капли вина! И вам, оставшимся без выбора, придётся снова пить те же помои, что и раньше! Будет очень сложно не захлебнуться слезами!]

Цзюнь Мосе очень ждал этого дня. Выражение лиц всей этой знати будет бесценным! Даже мысли об этом согревают…

Ваш отец будет ждать этого замечательного подарка - ваших слёз!

Цзюнь Мосе напевал какую-то мелодию, а выражение его лица было скорее не как у «Злого Монарха», а как у «Злого Бога».

Стоило признать, что тот, кому впервые в голову пришла эта идея, был воистину злым.

У главных ворот раздался взрыв, прервав размышления Мосе и удивив его:

[Может ли кто-то быть настолько глуп, чтобы при свете дня так ворваться в резиденции Цзюнь?]

Разве это не смешно?

Пока он собирал мысли в кучу, главные ворота открылись. Вскоре он услышал тяжелые шаги, направляющиеся к нему.

- Бум!

Ворота во внутренний дворик разлетелись в щепки, и раздался оглушительный рев:

- Цзюнь Мосе, а ну немедленно тащи сюда свою задницу!

Не было ли это похоже, будто преступный мир пришел по его душу?

На секунду Цзюнь Мосе решил, что он вернулся в прошлую жизнь.

- Бах! Бах!

Вытянув шею, Цзюнь Мосе увидел семь громадных фигур, больше похожих на медведей, чем на людей. Выражение их лиц было зловещим, и они размахивали руками, словно пытались разогнать бурю.

[Спасти свою жизнь – это несколько более ценно, чем построить Семиярусную пагоду Харбина... Была ли Семиярусная пагода так же прочна, как эти семеро?... Легенда гласит, что Будда тоже был пагодой*....]

Цзюнь Мосе немедленно начал командовать:

- Ты, иди найди Третьего Дядю и скажи ему, чтоб не смел приходить сюда. Я сам разберусь с этим... Ты, иди найди мою сводную сестру и скажи, что и ей тут появляться не следует!

Единственное, что беспокоило Цзюнь Мосе, так это то, что Цзюнь Вуй не сможет не заявиться сюда. Тогда точно не повезёт...

Хоть нынешняя сила Цзюнь Вуя и достигла Небесного уровня Суань, Суань Ци в его теле всё ещё нестабильна и не контролируется полностью.

Если Цзюнь Вуй не позаботится о стабилизации Суань Ци и в спешке неправильно ей воспользуется, то это разрушит все его меридианы, и ситуация станет по-настоящему безнадежной.

Гуан Куинхан же слишком молода, и у неё мало опыта.

[От неё тут не будет никакой пользы...]

Цзюнь Мосе видел, что в лучшем случае она одолеет одного, но не больше.

Дедушка ушёл в Императорский дворец и не оставил никаких слуг, способных сразиться с этими демонами в человеческом обличье.

И, кроме того, в каждой крупной семье есть правило, по которому старшие поколения не вмешиваются в дела младших, то есть, молодые предоставлены сами себе…

Казалось, что Цзюнь Мосе сейчас мог положиться только на себя.

Естественно, Цзюнь Мосе узнал их.

"Герои и Легенды храбро бегут вперед" из семьи Дугу были важными личностями города Тянсян.

Их репутация была во много раз лучше репутации Цзюнь Мосе.

Они не были друзьями, но были знакомы.

Цзюнь Мосе был в смятении. Но не потому, что он беспокоился о том, что эти семеро чёрных медведей побьют его. Напротив...

[Как Дугу отреагируют, если я случайно убью семерых их людей?]

Вот какой вопрос мучил его.

Сможет ли семья Цзюнь выдержать последствия?

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Семиярусная пагода Харбина - крупнейший буддийский храмовый комплекс Хэйлунцзяна. Был построен в 1924 г. Внутри комплекса расположена огромная статуя Будды.

Глава 110. Герои и Легенды храбро бегут вперёд.

Если не брать во внимание то, что эти семеро были немного старше и немного наивнее, чем Цзюнь Мосе, у каждого из семёрки были сильные моральные качества характера.

Они были словно семь лилий калла*: каждый из них был коренаст, имел лицо леопарда и тигровую бороду на обеих щеках.

Все семеро строением фигуры напоминали прямоугольники...

[Святая корова! Да чем они кормят этих ребят?? Да вся семейка выглядит как плюющийся портрет Чжан Фэя! Будь это отбор актёров на постановку Троецарствия, им бы даже не пришлось наносить грим, они и так выглядят мужественнее, чем сам Чжан Фэй…]

У Цзюнь Мосе сердце неожиданно вздрогнуло.

[Наверное, очень сложно пришлось семье Дугу... КАК они умудрились вырастить ТАКИХ крепышей? Какой талант для этого понадобился?]

- Цзюнь Мосе! Куда это ты бежишь, маленький поганец?!

Глаза Дугу Йинга впились в Цзюнь Мосе. Его голос разошёлся громом по небу, а шесть братьев за его спиной также громко повторили:

- Цзюнь Мосе! Куда это ты бежишь, маленький поганец?!

Эта сцена напоминала гром среди облаков Девятых Небес; только страх мог поселиться в сердцах мужчин, услышавших подобное!

Даже цветы и травы вокруг затрепетали в такт словам семерых...

В ту же секунду Цзюнь Мосе воздал молитву работе здешних богов: [Эта Вселенная воистину экстранеординарна!]

Вдруг вокруг него всё потемнело — семеро братьев подошли к нему с серьёзными лицами, а их 14 глаз впились в его невысокое тельце.

Цзюнь Мосе, осмотрев братьев, понял, что самый маленький из семи выше его на полголовы.

Не знающие люди могли бы подумать, что Цзюнь Мосе задолжал им кучу денег!

[«Белоснежка и Семь Гномов» в моём прошлом была известной детской сказкой... Сегодня я её немного перепишу и назову «Цзюнь Мосе и Семь Гигантов»]

Позволив голове отдохнуть от раздумий, Цзюнь Мосе сделал шаг назад и посмотрел на семерых братьев. Не сделай он шага назад, то смотрел бы на этих крепышей лоб-в-лоб.

Надев приятную улыбку, Мосе заговорил:

- Неужели это семь старших братьев из семьи Дугу! Простите, что не узнал Вас раньше. Прошу меня извинить, я сейчас же найду кого-нибудь и прикажу приготовить чай…

- Даже и не думай ускользнуть! У тебя ещё молоко на губах не обсохло, чтобы меня дурить! - произнёс Дугу Йинг, с хрустом сжимая и разжимая кулаки.

- Цзюнь Мосе, ты действительно так глуп, как говорят, взять и посметь издеваться над нашей маленькой сестрой! Держите меня шестеро - я его сейчас в мелкий укроп изобью!

- Что? Издеваться над Вашей сестрой, Дугу Сяо И? Я?? Кто посмел пустить этот слух?! – дико прокричал Мосе, и это не было актёрской игрой.

[Как же так произошло? Обычно именно меня все обижают, а тут... Как я такое проморгал?]

Цзюнь Мосе уже успел ознакомиться с манерой семьи Дугу говорить.

[Да это ваша сестра постоянно меня задирает! Как вы можете так сильно искажать правду? Я даже не успел написать на вас жалобу, а вы уже обвиняете во всём меня?! Это же смешно!

Кто в этом мире посмеет задирать Сяо И из семьи Дугу? Да скорее свиньи полетят!]

- И не пытайся отрицать! Пытаться переложить ответственность после совершения пакости - это... - низким голосом произнёс Дугу Сионг, но замер на полуслове с озадаченным лицом. Его ноздри зашевелились, и он глубоко вдохнул носом, проморгавшись в удивлении, он на выдохе сказал:

- Это... Что это за аромат? Потрясающе!

Шестеро его братьев вдохнули почти одновременно. Этот аромат был слишком дразнящим, они еле сдерживались, но слова Дугу Сионга вернули их на землю.

Абсолютно позабыв о Цзюнь Мосе, они нюхали воздух в поисках источника столь манящего их запаха: семь пар ноздрей работали так мощно, что почти создали небольшой вакуум.

Цзюнь Мосе даже начал задыхаться, словно вокруг резко закончился кислород.

[Да какой же объём лёгких у этих парней?]

- Пахнет удивительно. Напоминает по-настоящему вкусное вино... – уверенно сказал Дугу Йинг, принюхиваясь.

- Чушь! Как здесь может быть вино с настолько роскошным запахом? Я словно уже пьян! - с чуть покрасневшим лицом произнёс Дугу Сионг.

- Это не просто вино, а вино самих богов... - сказал Дугу Хао, почесывая бороду с выражением эксперта винного дела на лице.

- Да пошёл ты! Какое ещё "вино богов"? Лучше отойди в сторонку, дилетант, - издевательски произнёс Дугу Цзие.

- Да пошёл ты сам! – обиделся Дугу Хао.

- Может, это какой-то газ...? - произнёс Дугу Чонг, продолжая изучать воздух.

- Да даже будь это какой-то газ, то вы, маленькие братья, желали бы его нюхать каждый день! Небеса, позвольте мне вкушать этот запах вечно! Что делать, если этот аромат пропадёт?! - словно пьяный, оглядел своих братьев Дугу Шанг, тяжело дыша.

- Все вы - жалкие! - с упрёком в голосе произнёс Дугу Цян, оглядывая своих раскрасневшихся братьев.

Все семеро стояли с закрытыми глазами и головами, поднятыми в небо. Каждый из них шумно втягивал воздух и не замечал десяти бутылей, очень похожих на винные, находящихся не более, чем в одном чжане от них.

Содержимое бутылок и издавало то самый аромат, который, словно пылесосом, затягивало в семь носов.

Цзюнь Мосе оторопел: [Не. Могу. Поверить... Такие люди существуют… Нет, таких целых семь! Природа – удивительна...]

Он не мог больше смотреть на это и громко кашлянул.

Лишь после этого семь братьев смогли прийти в себя. Открыв глаза, они смутились.

Увидев Цзюнь Мосе перед собой, они тут же вспомнили о том, что должны были схватить этого поганца и привезти к Дедушке.

Не тратя больше времени, они зашагали в сторону Мосе: семь пар глаз уже нашли свою цель, как....

Они вдруг увидели, что Цзюнь Мосе сидит за непонятно откуда взявшимся столом, абсолютно ни о чём не волнуясь. В его руке был винный кубок из белого нефрита, наполненный ароматной бледно-жёлтой жидкостью. С закрытыми глазами он медленно поднёс кубок ко рту и сделал маленький глоток.

Его лицо тут же расплылось в блаженстве, и он с облегчением и удовлетворением выдохнул:

- Оох... Отличное вино...

Эта жидкость была вином! Но как вино может быть настолько чистым и прозрачным?

Как в этом мире может быть вино с настолько пьянящим ароматом?!

- Большой Брат, это что... действительно вино? - сглотнул Дугу Цзие.

- Оно охрененно пахнет.

- Без шуток! Если это не вино, то что? Уксус? Разве уксус пахнет ТАК? Это вино невероятно, но как же это возможно, что я до сих пор не видел настолько изысканного вина?

Реки слюны стекали по подбородку Дугу Хао и падали на пол, но он даже не замечал этого.

- Дай-ка мне посмотреть, я даже не слышал о таком вине! Хочу попробовать его вкус!

Дугу Чонг вытер слюну, стекающую по уголкам рта, но она тут же полилась снова.

- Чтооо?!..

- Я тоже хочу!..

Остальные шесть братьев тоже стали просить.

- ЦЗЮНЬ МОСЕ! -раскатистым громом прокричал Дугу Йинг, и тут же спокойно и почти ласково добавил: - Что это у тебя в руке?

Трудно представить, как настолько мужественный "шкаф" говорит что-то столь мирным и тихим голоском!

- Я не понимаю твоего вопроса. Это кубок для вина, что же это ещё может быть?

Цзюнь Мосе, беспечно покачивая кубком, пролил пару капель. Упав, капли добавили божественного аромата.

Семь пар глаз следили за полётом капель: когда те коснулись земли, то глаза семерых почти загорелись.

[Тратить столь невиданное прекрасное вино, проливая даже пару капель - это грех! С таким нельзя мириться!]

- Я и так знал, что это винный кубок! Я хотел спросить, что у тебя в нём? - нервно сглотнул Дугу Йинг.

- Это же мой дом! Я могу налить в этот кубок всё, что пожелаю... даже уксус или соевый соус... - Цзюнь Мосе не отвёл взгляд, а лишь скрестил ноги и лениво продолжил. - И я, возможно, налил сюда вино.

Мосе снова отхлебнул из кубка, пару раз щёлкнул языком и, неожиданно, моргнул, словно бы только что проснувшись:

- Ох, точно, а что вы все здесь делаете? Ответьте мне как можно быстрее. Если это неважно, то можете уходить, когда пожелаете.

Взгляд братьев Дугу никак не отпускал руку Цзюнь Мосе.

Каждый раз, как он махал кубком, и капли падали на пол, их сердца начинали дрожать.

- У нас есть приказ прийти и схватить тебя, - ответил Дугу Сионг, не думая. Но прежде, чем он закончил, Дугу Хао резко и с силой наступил ему на ногу, заставив своего брата взвизгнуть и подпрыгнуть от боли.

- Мы получили приказ прийти и пригласить Молодого Господина Цзюнь к нам, в резиденцию семьи Дугу, для общения с целью укрепления дружбы между нашими семьями.

Дугу Хао приложил много усилий, чтобы казаться элегантным, произнося это, постоянно кивал, чётко произносил каждое слово, вытирал без остановки текущие слюни... Цзюнь Мосе даже пришлось прикрыть от них свой кубок.

Стоящий рядом Дугу Йинг быстро сориентировался и, вытерев рот, широко улыбнулся. Он уже собирался начать говорить, но из-за полного рта слюней не смог этого сделать. Лишь сглотнув, он смог сказать:

- Именно, таково желание нашего Дедушки. Отношения между нашими семьями и так можно назвать "близкими"! А раз так, то зачем что-то делить на "твоё" и "моё"? Лучше всего в жизни - делиться тем, что имеешь, с ближним, ха-ха!..

Остальные шестеро дружно закивали в ответ.

Шесть больших улыбок на шести больших ртах.

- Ха-ха, лорд Дугу слишком вежлив.

С нетерпеливым выражением лица Цзюнь Мосе встал, и "случайно" опрокинул кубок и пролил всё вино: [Да уж, это был неразбавленный суррогат. Крепковат он... да и ладно, всё равно не собирался допивать. Ничего особенного.]

Встав, он сказал:

- В таком случае, давайте отправимся прямо сейчас, чтобы не заставлять лорда Дугу слишком долго ждать.

- Осторожно!!

Семь братьев видели, как Цзюнь Мосе нечаянно пролил большой кубок, полный драгоценного вина, и не смогли сдержать возгласов.

- Хмм..? - безразлично произнёс Цзюнь Мосе.

- Ха-ха-ха - засмеялись все семь братьев разом.

Дугу Йинг, снова вытерев бороду и рот, сказал:

- Молодой Господин Цзюнь, учитывая такие близкие отношения между нашими семьями, я и мои братья хотим спросить у Вашей Светлости. Возможно ли и нам попробовать немного Вашего вина?

Цзюнь Мосе изобразил жалость на лице и ответил, покачивая головой из стороны в сторону:

- К несчастью, нет. У меня самого почти не осталось. Это ведь бесценное прекрасное вино, которого раньше не видел мир: одной капли уже слишком много! Даже мне приходиться ждать очереди, чтобы насладиться этим вином, капля которого на вес золота, - мягко покачав головой, он продолжил. - У меня остались лишь эти бутылки. Как только они опустеют, то больше вина не останется.

Это - критическая ситуация!

Как только семь пар глаз проследовали туда, куда указал Цзюнь Мосе, они не могли больше отвести взгляд!

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.рус.пер.- Лилия калла в древние времена была символом выдающейся внешности. Для совсем непонятливых - это цветок такой (ссылка - http://www.flowerbank.ru/?p=1145)

Глава 111. Высокая Крепость!

Это - критический момент! Как только семь братьев посмотрели туда, куда указал Цзюнь Мосе, они больше не смогли отвести взгляд!

Все они мигом стали проклинать его:

[И ты еще смеешь говорить, что это "мало"? Да тут восемь больших бочек, наполненных вином, даже не разбавленным, тут, по крайней мере, 50 цзиней вина в каждой бочке, а в общем тут больше сотни цзиней вина! И мы, жалкие братья, можем лишь понюхать и даже не можем надеяться на то, чтобы попробовать и каплю... Да это грабеж!.. Но, судя по аромату, это стоит таких денег...]

Цзюнь Мосе сделал несколько шагов вперёд, но, оглянувшись назад, увидел, что семь братьев словно "примёрзли" к земле и пялятся на несколько бочек с вином.

- Братья, мы что, уже никуда не идём? Я думал, что мы должны встретиться с господином Дугу?

У них что, ноги к полу приклеились?!?

Нет, на полу не было никакого клея, это было магическая сила удивительного вина!

- Ах, вот оно что! Ваш маленький брат благодарит Вас за напоминание, - произнес Цзюнь Мосе, махнув рукой. - Подойдите сюда.

Несколько слуг немедленно появились рядом с ним: - Молодой господин, что Вы желаете?

- Ваш Молодой Господин может быть беспечен, но как можете быть беспечными вы? Поспешите и запечатайте эти бочки с вином. Если бы не напоминание моих старших братьев, то это вино уже превратилось бы в помои! А потом, помогите мне отнести их... - Мосе сделал секундную паузу.

Счастливое выражение расплылось по лицам семи мужественных братьев из семьи Дугу. Они сложили два и два вместе и подумали, что Мосе хочет отнести вино в качестве подарка их Деду.

Как только они представили, что смогут пить это вино целыми днями, их лица не смогли сдержать улыбок.

- ...Отнести в мой личный погреб. Когда я сегодня вернусь, я устрою семейный банкет с Дедушкой и Третьим Дядей! - бесцеремонно продолжил Цзюнь Мосе. – Я, возможно, приглашу немного гостей, но, боюсь, что вина на всех не хватит... Да, приготовьте ещё вина для гостей.

Слуги поклонились, прежде чем запечатать бочки, но...

- Стоп!

Крайний Дугу Йинг быстрым движением встал между бочками и слугами, раскинул свои руки в стороны, запрещая слугам подходить ближе.

Его голос был глубоким, как океан, и крепким, как гора.

Людям, не знающим владельца голоса, могло даже показаться, что владелец - великий эксперт в расцвете сил!

Средних лет слуга оторопел:

[Молодой Господин запутался? Только что нам дали приказ запечатать бочки... Вы что, хотите доставить нам неприятности?]

Оставшиеся братья немедленно окружили бочки с вином и встали, словно железные башни, плечом к плечу, в ожидании смертельных врагов.

[Так это вино приготовлено для ужина семьи Цзюнь, но его может не хватить... Разве это не значит, что после сегодняшнего вечера этого вина не станет?]

Они даже не подумали, что в словах Мосе есть нестыковки: раньше он говорил, что хочет оставить вино для себя, а сейчас сказал, что хочет выпить всё вино вместе с семьёй на ужине.

Они забыли обо всём, когда услышали, что скоро вина не станет.

Цзюнь Мосе замер и запутанным голосом спросил:

- Старшие Братья, что всё это значит? Мой Дедушка будет ждать меня сегодня вечером, поэтому давайте поскорее пойдём, чтобы я вовремя смог вернуться назад.

Одно лишь это предложение развеяло любые идеи украсть вино... Великий Дед Цзюнь уже знает о нём.

- Ха-ха-ха, ох, ха-ха-ха...

Дугу Йинг уже больше не смеялся, он бормотал что-то нечленораздельное, но потом, вдруг подал сигнал глазами.

Шесть его братьев немедленно отскочили в стороны, как тигры, двое схватили Мосе, а остальные сбили с ног слуг. Дугу Йинг крикнул: - Аккуратнее! Не покалечьте никого!

Дугу Цян ворвался в комнату, словно порыв ветра, но, через некоторое время, вернулся с пустыми руками. Дугу Сионг крикнул:

- Тупица! Скорее бегите на кухню и принесите миски!

Дугу Чонг и Дугу Шанг без промедления выполнили приказ. Через пару мгновений они, смеясь, вернулись с большими мисками в руках.

- Осторожнее, не пролейте! - прикрикнул на братьев Дугу Йинг. - Аккуратно слейте немного вина из каждой бочки в миски... Не пейте слишком много, лишь по несколько мисок, чтобы утолить жажду... Как только закончим, отнесём Цзюнь Мосе без промедления. Смотрите, не напивайтесь! Да, Шестой Брат, это я тебе говорю - ты всегда становишься буйный, как напьёшься. Помните, что пить нужно в меру.

Видимо, у семи братьев было много опыта по тайному выпиванию...

- Конечно, конечно...

Остальные уже давно потеряли все границы терпения, и ринулись к бочкам, словно рой пчёл.

С миской вина в руках, Дугу Йинг глубоко вдохнул аромат, исходящий от вина, и, сделав большой глоток, почувствовал, как прохладное разнообразие вкусов спускается по его горлу. Когда вино дошло до живота, он почувствовал, как по всему его телу разливается горячая волна. Ему внезапно стало жарко, а на лице сама собой всплыла улыбка, и Йинг довольно произнёс:

- Великолепное вино! Такой вкус бывает лишь у совершенства! Даже вино, которое готовят для семьи Императора, можно считать мусором в сравнении с этим вином! Я просто обязан буду спросить у этого мелкого засранца Цзюнь, продаётся ли это вино!

Шесть его братьев одновременно опустошили свои миски с вином и выдохнули с облегчением: широко открыв глаза, откинув назад головы и поглаживая свои животы, они все вместе стояли и постанывали от удовольствия.

- Ааааххх... Ааааххх...

Семь дисциплинированных и крепких мужей сейчас стонали и охали, словно находились в публичном доме...

Цзюнь Мосе сглотнул, пока пот стекал по его спине. Он чувствовал, что его волосы встали дыбом, будто он шёл в полночь по заросшему старому кладбищу.

Вскоре, семь братьев налили себе ещё вина. Звуки их споров были слышны вокруг:

- Старший Брат, ты уже выпил две миски, а я только одну!

- Иди к чёрту, Седьмой, не пытайся меня обокрасть!

- Та-ак вкусно... Эй, ты чего толкаешься?

- Осторожней! Третий уже третью миску пьёт, у него совсем стыда нет!

- Братья... Давайте прервёмся...

К ним в головы даже не залетала мысль, что охрана дома Великого Герцога должна уже была их заметить с того момента, как они выбили главные ворота! Всё это было крайне необычно!

Такая небрежная охрана поставила Цзюнь Мосе в ещё больший тупик, чем вся эта ситуация...

Это как если бы банда воров бесцеремонно ворвалась в чей-то дом и там же напилась, да не просто напилась, а напилась в абсолютную "стельку", совершенно наплевав на то, что владелец дома давно включил сигнализацию...

Беззвучно появившись неподалёку, Цзюнь Вуй улыбнулся и подмигнул Мосе, после чего так же беззвучно исчез.

Снаружи, по периметру внутреннего двора, уже некоторое время скрытно ждали несколько сотен стражей семьи Цзюнь...

[А ведь это было всего лишь не до конца приготовленное вино: оно даже не было смешано, а вкус - не улучшен до идеала!]

Эта заготовка, по меркам Мосе, была от семидесяти до восьмидесяти процентов крепости... Иными словами, это был почти чистый спирт!

[Одна такая бочка - это ведь почти половина цзиня вина!]

Цзюнь Мосе даже было жаль этих парней.

Братья уложили Цзюнь Мосе на пол, подавив его Суань Ци, и больше не трогали его, ведь, отвлекись один из братьев, остальные выпили бы больше, чем он!

Вообще-то, такое сковывание было бесполезно против Цзюнь Мосе. По началу, он не показывал своих чувств из страха, что его могут раскрыть, но спустя некоторое время он стал наблюдать на "соревнования" братьев.

Под конец, когда Мосе уже надоело притворяться связанным, он, размяв конечности, просто встал и, скрестив руки на груди, наблюдал за происходящим.

И лишь спустя дооолгое, доооооооолгое время...

БУХ!

Дугу Цян, младший из братьев, был слабее всех к выпивке, не способный больше держаться, он бревном рухнул на землю.

Лишь звук дыхания показывал, что он уснул.

Дугу Хао, увидев спящего младшего брата, разозлился и пнул его, отправив того в полёт, после этого пошёл и налил себе ещё миску вина.

БУХ!

Дугу Чонг споткнулся на пути к бочке и упал.

БУХ!

БУХ!

БУХ!

БУХ!

БУХ!

Все семь братьев валялись пьяными брёвнами то там, то тут.

Ничего уже нельзя было сделать - алкоголь был слишком силён!

Даже бросок с прогибом был бы менее эффективен, чем это "вино"!

Есть различия не только по крепости алкоголя, но и по видам, а эти семеро так накидались, что не смогли бы сказать, какая нога у них сейчас левая, а какая - правая!

Вино, которое Молодой Господин Цзюнь создал в этот раз, вышло особенно крепким, и, несмотря на то, что семь братьев из семьи Дугу пробовали много разных спиртных напитков, настолько крепкого вина они не пили никогда. Этот как если бы кто-то, кто раньше пил только светлое пиво, выпил крепчайшего коньяка!

Поначалу, ему не было бы видно разницы, и он даже смог бы выпить несколько глотков, но позже... Позже, когда алкоголь бы подействовал, он валялся бы в пьяном угаре, а потом бы несколько дней страдал от похмелья.

В следующее мгновение, дикий храп начал раздаваться с внутреннего двора.

Цзюнь Мосе подёргивало, хоть братья и спали.

[Если вы собираетесь спать - так спите тихо, какого чёрта вы так храпите!? Блин, если бы вы храпели, то ладно, но зачем все эти свисты, причмокивания и пердения изо всех щелей?!?]

- Фьють-хрр... фьють-хрр...

Как раз в то время, когда Цзюнь Мосе начал злиться, Дугу Йинг снова начал посвистывать.

Отвесив смачный пинок по его заднице, Мосе закричал:

- Только посмей ещё хоть пёрнуть, ублюдок!

Свист прекратился, как только Дугу Йинг от пинка перевернулся лицом к небу. Он тихо пробормотал:

- Велико... мням… лепное... вино...

Свисая со стены соседнего дворика, Гуан Квинхан пряталась в листве деревьев, словно дозорный в ослепительно белоснежном платье.

Не верящее выражение было на её лице!

Хоть она и получила записку от слуг, что ей ни в коем случае не стоит приходить, она всё же пришла!

Как только семь братьев из семьи Дугу ворвались через главные врата, Гуан Квинхан приготовила свой меч и спряталась. Если бы Дугу Йинг и шесть его братьев попробовали атаковать или забрать с собой Цзюнь Мосе, Квинхан бы немедля вступила с ними в бой.

Хоть она и понимала, что ни за что не смогла бы выиграть, она всё равно не отказалась бы от этой битвы!

Хоть Цзюнь Мосе ей никогда и не нравился, но он был членом семьи Цзюнь, хоть и в третьем поколении. Он - её названный брат.

Неважно! Она не смогла бы просто сидеть и смотреть, как Мосе катится в пропасть.. Особенно после того, как этот засранец стал походить на нормального человека...

Но время шло, и глаза Гуан Квинхан становились всё шире и шире, в них даже появилось немного уважения!

Цзюнь Мосе был спокоен и собран от начала и до конца — это немало шокировало Квинхан. Цзюнь Мосе, которого она знала раньше, уже превратился бы в извиняющегося слизняка или наделал бы в штаны от страха.

Но сегодня всё было иначе: медленно, но верно, он дал семи братьям самим зайти в его ловушку, и захлопнуть за собой дверь. Он был готов с ними пойти, они же с нетерпения даже напились!

Хоть эти семеро и были тупоголовыми, что дальше некуда, такой результат бесконечно поражал Гуан Квинхан:

[Неужели это тот же безголовый трус Цзюнь Мосе?..]

Тихо вздыхая от удивления, Квинхан медленно ускользнула.

Глава 112. Дугу идут в гости.

Раздался пронзительный свистящий звук, и сияющий синий шар приземлился точно во внутреннем дворике...

Это был Цзюнь Чжан Тиан!

Представшая перед глазами сцена необыкновенно ошеломила его.

До этого он пребывал в полнейшей уверенности, что его внука схватили и, скорее всего, пытают, пока он сам в отъезде. Несмотря на колоссальный прогресс за короткий срок, Мосе всё ещё не мог прорваться через Девятый уровень Суань Ци.

Цзюнь Чжан Тиан уже был готов увидеть своего внука поверженным; более того, он даже был готов к его смерти, а в его голове роились мысли о мести Дугу Цзёнхэну. Но он и представить себе не мог, что тут произойдет ТАКОЕ!

Наслаждение? Восторг? Ужас?!

Не слишком ли это абсурдно?

Его внук сидел целый и невредимый, а семь щенков из семьи Дугу валялись на полу без сознания... Хотя старик почти сразу же понял, что он не прав: они не без сознания…

Они пьяны в стельку!

Цзюнь Чжан Тиан протёр глаза: он всё еще не мог поверить в то, что увидел. И, тем более, он не мог этого понять! Ему очень хотелось узнать, каким же образом его внук одержал столь блистательную победу.

А ещё он не просто заставил их выпить — он их всех напоил до смерти. Он знал, конечно, что вино его внука довольно крепко, но, чтобы настолько?!

Убедившись, что его дорогой внук в полном порядке, дедушка Цзюнь проронил пару фраз и неторопливо удалился, сцепив руки за спиной. Просто удивительно, что ему не пришлось принимать ни малейшего участия…

**********

Когда Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди вернулись домой, им доложили, что семеро внуков, обуянные яростью, кинулись на поиски Мосе. Им обоим стало ещё жальче Мосе после таких известий:

[Помня слова Цзюнь Чжан Тиана, боюсь, что теперь семье Дугу и семье Цзюнь придется биться насмерть, если мои внуки и правда ринулись к Мосе... ]

[Эх... Не будь я таким вспыльчивым... Не отправься я на поиски Цзюнь Чжан Тиана, чтобы выразить свой гнев... Может, тогда бы...]

Отец и сын в оцепенении смотрели друг на друга, словно ожидая чего-то.

Если бы дело было только в силе, то беспокоиться было не о чем: семья Дугу намного превосходит семью Цзюнь. Но они просто-напросто не могут себе позволить стать непримиримыми противниками! И ко всему прочему, Цзюнь Чжань Тиану терять нечего, он не сдастся до самой смерти!..

Но, если Великие Семьи начнут кровную месть, то в неё будет втянуто всё королевство Тянсян!

Ситуация - хуже не придумаешь.

Дугу Цзёнхэн нервно расхаживал взад-вперед по главному холлу. Великий генерал Дугу Вуди стоял чуть поодаль, не смея издать ни звука, хотя в глазах у него уже мутнело от отцовских хождений.

Взволнованные отец и сын почуяли неладное, когда увидели закат солнца:

[Почему они до сих пор не вернулись? Может ли так случиться, что они искалечили Мосе, а затем наткнулись на разъярённого старикашку? Господи! Цзюнь Чжан Тиан ведь не совсем выжил из ума, верно?]

Придя к одному и тому же выводу, отец и сын посмотрели друг на друга, наполненными тревогой взглядами.

Внезапно они услышали торопливо приближающиеся шаги.

Появился страж со словами:

- Доклад Господину: Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь прислал человека с посылкой.

- Принести её сюда!

У Дугу Цзёнхэна появилось дурное предчувствие, одно то, что Мосе отправил посылку, означало, что он пострадал несерьёзно.

С чувством небольшого облегчения, Старый Дугу уселся в кресло.

Посылка Мосе представляла собой тряпичный сверток. Дугу Цзёнхэн слегка сжал сверток, как вдруг, резко изменился в лице и выронил его.

На стол выпали разные мелочи.

- Отбросы! Кучка бесполезных отбросов!

Дугу Цзёнхэн вскочил с кресла и с размаха пнул Великого генерала Дугу Вуди:

- Только посмотри на эту свою обезьянью армию! Это ты их вырастил! - старик трясущимся пальцем тыкал в Генерала. - Семеро против одного! И они все каким-то образом оказались в плену! Семейные нефритовые украшения отосланы назад!.. Какой позор!

Застигнутый врасплох, Дугу Вуди взвыл от боли, мысленно проклиная всех и вся:

- Что это значит: я вырастил обезьянью армию? Не ты ли был главным в их воспитании?

Теми мелочами, которые Мосе отправил назад, были нефритовые украшения семьи Дугу, передающиеся по наследству, и каждый из внуков Дугу носил их, как собственный символ.

Посылка сопровождалась запиской: "Все семь братьев Дугу остаются гостями у семьи Цзюнь. Мы очень хорошо поладили, и, думаю, они вернутся домой через пару-тройку месяцев. Старейший Дугу и Великий генерал Дугу - Вам не о чем беспокоиться".

- Гости? Пара-тройка месяцев? Не о чем беспокоиться? - лицо Дугу Цзёнхэна перекосило от злости. - Вуди! Немедленно верни этих тварей домой! Я с них семь шкур спущу!

Дугу Вуди задвигался так, словно давно уже хотел сбежать.

Пулей вылетев за дверь, он начал раздавать приказы. Тут же кругом засуетились, забегали стражи, а вскоре и топот лошадей затих вдали.

Когда Великий генерал Вуди с сотней стражей прибыл в резиденцию семьи Цзюнь, то, неожиданно для всех, он решил соблюсти все формальности и запросил аудиенцию.

Его сыновья и племянники без малейшего колебания решали всё грубой силой – на самом деле, они поступали так специально – и это можно было списать на их незрелость. Но Вуди не мог позволить себе быть таким нахальным. Он, конечно, был грубияном и той ещё занозой в заднице, но прежде всего он был Главным генералом королевства Тянсян.

Он отправил одного из своих людей отнести стражнику, стоящему у ворот, своё нефритовое украшение в качестве пропуска и запросить аудиенцию у Старейшего Цзюнь Чжан Тиана. Привратник вежливо принял украшение, но ответил, что "Господина нет на месте, он недавно отбыл навестить друга".

Это крайне рассердило Дугу Вуди: [Да ты же вернулся совсем недавно, после выяснения отношений с моим стариком! Я тебе чуть ли не на пятки наступал! И ты хочешь сказать, что ты у друга? Если бы ты не одержал верх, и не взял в плен моих сыновей и племянников, то я не был бы таким осторожным? Кого ты пытаешься обмануть?!]

Но немного подумав, он решил, что когда все карты на руках у противника, то приходится сдаваться:

[Что ж, нужно склонить голову, когда стоишь под свесом крыши...* В таком случае, я попрошу аудиенции у Цзюнь Вуя. Твой сын не может ходить, поэтому вряд ли он будет у друга, верно?]

Страж у ворот не пошёл вовнутрь оповестить о прибытии Дугу Вуди, а на его лице появилась многозначительная улыбка.

Дугу Вуди осмотрелся и увидел медленно выезжающую из внутреннего двора коляску. Сидящий в коляске Цзюнь Вуй был одет в светло-голубое платье, а на его лице появилась безмятежная улыбка, когда он с любопытством посмотрел на Дугу Вуди:

- ...Так это и правда брат Дугу. Меня чрезмерно обрадовало то, что Вы оказали нам честь своим присутствием. Ох, как же я могу быть таким неучтивым? Пожалуйста, чувствуйте себя как дома, нет нужды в церемониях.

Мужчина перед ним выглядел так же, как и раньше, но...

Время, проведенное на полях сражений, сильно натренировало интуицию Дугу, и сейчас она ему говорила, что всё совсем не так, как кажется!

[Спокоен! Да, он слишком спокоен. Это, то самое спокойствие, от которого появляются нехорошие предчувствия, страхи... Жуткие, леденящие душу чувства!]

Дугу Вуди явственно различал, что под густыми бровями, проницательным взглядом и безмятежным лицом, скрывается человек гордый и не отдающий свою жизнь на волю случая. Человек, который может направить свой меч даже против Небес!

Казалось, будто несравненный воин, пылившийся без дела все эти годы, был готов обнажить свой меч и показать всё своё великолепие, готов вознестись над миром наравне с рычанием тигров и драконов!

Сейчас Вуди не видел перед собой калеку, он видел всемогущего Генерала из прошлого, облаченного в белоснежные одеяния.

Смеющийся в лицо врагам... истинная душа армии, которая покорила весь континент Суань Суань... Он - Цзюнь Ву Хи!

Отец Цзюнь Мосе, железный военачальник, который выходил победителем из каждого боя, неодолимый властитель войн!

Теперь Дугу Вуди чувствовал неописуемое благоговение!

Цзюнь Ву Хи! Единственный человек, которым Дугу Вуди воистину восхищался.

Словно самая высокая гора, он был целью его жизни. Когда-то Вуди служил под его началом, и до сих пор, редко, но по ночам он вспоминал яркие напряженные бои из тех давних лет...

- ...Вуди, подожди моего возвращения, я одолею наших врагов. Мы - братья, и вместе мы пройдем через Ю Тан и Шенци! Ха-ха-ха...

Дугу Вуди, неспособный в то время участвовать в боях, в тот год распрощался с Цзюнем Ву Хи, когда тот уходил на войну.

Цзюнь Ву Хи произносил эти слова, обнимая Вуди за плечи.

Случилось так, что это была их последняя в жизни встреча...

Более того, Вуди повторял эти последние слова всякий раз, когда напивался, на протяжении уже десяти лет!..

- Брат… - проронил он, сделав два шага вперед.

Воспоминания о былых днях охватили его, он чуть было не обратился к нему "Старший Брат"...

Цзюнь Ву Хи во плоти перед его глазами! Цзюнь Ву Хи, сидящий в коляске!

Цзюнь Вуй — калека уже больше десяти лет!

Казалось, Дугу Вуди отрешился от настоящего, его тигриные глаза стали мокрыми...

- Брат Дугу?

Цзюнь Вуй смотрел на него с полнейшим безразличием: на того, кто когда-то был с ним бок о бок. В его колючем взгляде не читалось никаких эмоций. Он были абсолютно спокоен, отрешён и сух!

После смерти двух сильнейших членов семьи, Цзюнь всё же смогли удержать влияние в Тяньсяне... Но, по сравнению с тем, каким оно было до их смерти, это было как день и ночь.

В тоже время семья Дугу обрела признание, и тогда же возымела контроль над половиной военных сил, ранее принадлежавших семье Цзюнь. Пусть передача военных сил и произошла по приказу Его Величества, и винить во всем этом некого, сердце Цзюнь Вуя наполняла горькая обида.

Его удручала судьба семьи Цзюнь, страдания его отца, но больше всего его огорчали его старшие братья!

Даже то, что его старший брат когда-то давно обнимал Дугу Вуди, очень удручало его.

За все эти годы, пока Цзюнь Вуй был калекой, его ярость достигла пугающих размеров…

Именно поэтому он даже не пытался казаться дружелюбным или вежливым перед человеком, который когда-то был его братом и близким другом.

Едва ли среди всех Великих Семей можно было найти человека, который не боялся бы Великого генерала Дугу Вуди. Лишь Цзюнь Вуй никогда не боялся его!

Он не просто не боялся его — он показывал полнейшее равнодушие. А вот Великий Генерал не мог ответить ему тем же... не мог посмотреть ему в лицо.

- Третий Брат, твой глупый братишка наведался к тебе в гости. Ты чувствуешь себя намного лучше? Ха-ха-ха...

В Тянсяне очень мало людей, которых Дугу Вуди предпочел бы сторониться, а Цзюнь Вуй был как раз тем, от кого он хотел держаться как можно дальше.

Если бы сегодняшние события не произошли таким образом, и Генералу семьи Дугу не пришлось бы ехать сюда, то он бы так никогда и не встретил своего бывшего друга.

Великий генерал Дугу с трудом справился с собой и, выдавив из себя подобие улыбки, продолжил:

- ...Я слышал, что семеро маленьких паршивцев из моей семьи, которые не умеют себя вести подобающим образом, создали немало неприятностей вашей семье Цзюнь. Я пришёл забрать их и преподать им хороший урок! Я выясню, по чьему приказу они действовали так дерзко. И я прослежу, чтобы они дали Брату Цзюню удовлетворительный ответ.

Даже теперь Цзюнь Вуй сохранял внешнее спокойствие, только улыбка сошла с его лица:

[По чьему приказу? У тебя правда хватает совести говорить так?!]

- Ах, что-то случилось? Я и не знал... - слабо улыбнулся Цзюнь Вуй. Повернувшись, он спросил: - К нам что, заходили семеро молодых господ из семьи Дугу?

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим. англ. пер.: Это - идиома; примерное значение: "Когда у другой стороны все козыри, склони голову".

Глава 113. Вымогательство.

Стражник, охраняющий врата, раньше служил под началом Цзюнь Вуя: как он мог не понять его намерений?

Он, выпрямив спину, ответил:

- Так и есть, Господин. Семь молодых Господ из семьи Дугу действительно заходили в поисках Третьего Молодого Господина. Что до других их дел, то этого слуга не знает.

Выслушав ответ стража, Цзюнь Вуй безразлично взглянул на Дугу Вуди и ответил:

- Так вот оно что... Звучит так, словно это детишки просто бегают и разыгрывают друг друга... так зачем нам вмешиваться?.. Братец Дугу, я поистине смущён тем, что такая личность, как ты, вынуждена прийти сюда из-за каких-то дел между младшими... Ха-ха, я думал, ты уже вполне наигрался с детьми.

Вытянутое лицо Дугу Вуди внезапно покраснело, и он сказал:

- В действительности, лично мне нет никакого дела до этих детей, но мой Старик заволновался, и вынудил меня прийти и взглянуть. Было бы очень некрасиво, если бы семеро проказников из моей семьи принесли какие-то неудобства семье Цзюнь.

На это Цзюнь Вуй слегка улыбнулся и ответил:

- Ха, да, это было бы некрасиво... Но мы, Старшие из семьи Цзюнь, никогда не вмешиваемся в дела младшего поколения. Если Братцу Дугу нужно найти своих сыновей и племянников, то он должен спрашивать не меня, а Цзюнь Мосе. Моё тело постоянно болит и ноет, мне уже тяжело с тобой разговаривать... Это даже слегка смущает!

Лицо Дугу Вуди уже стало сиреневым от гнева, он хмыкал и охал долгое время, но молчал.

[Мне нужно говорить с Цзюнь Мосе? Ты что, издеваешься?! Да кто он такой, чтобы Я с НИМ говорил?.. Да и к тому же, я - старше. Хотя все знают, что у это идиота вечно что-то не так с головой, а сейчас и с телом... Пф, слишком много уважения ему, чтобы я с ним разговаривал... Не могу же я ПРОСИТЬ его что-то для меня сделать!]

Цзюнь Вуй же улыбнулся и, хлопнув в ладоши, крикнул:

- Ты! Живо отведи Великого Генерала Дугу к покоям Молодого Господина! Братец Дугу, пожалуйста, чувствуй себя как дома. Мне кажется, ты ещё должен помнить, что и где в резиденции Цзюнь. Твой младший немного утомился, так что я, пожалуй, пойду.

Дугу Вуди выжал из себя улыбку и, с чувством лёгкого дискомфорта, ответил:

- Третий Братец не должен беспокоиться обо мне, лучше отдохни как следует.

Хотя семья Дугу все эти годы и выполняла приказ Императора, но они всё же, выступила против семьи Цзюнь в крайне неподходящее время, когда семья Цзюнь потеряла в бою двух своих великих сыновей. Вот почему Цзюнь Вуй был таким предвзятым в отношении Дугу.

Все эти годы Дугу Вуди желал разрешить это непонимание между семьями. Хоть его совесть и была чиста, он всегда склонял голову, когда рядом был Цзюнь Вуй.

Из-за своей гордой и честной натуры, он всегда жалел, что когда-то не встал рядом с Цзюнь Вуем, когда был нужен больше всего. Ведь потом...

Хоть семья Дугу всегда старалась помогать семье Цзюнь, но этот Цзюнь Мосе... Избить этого засранца восемь или десять раз всё равно недостаточно!

Дугу Вуди думал, что это его долг - стать для Мосе заменой Цзюнь Ву Хи, его отца, и преподать мальцу урок...

С глубоким вздохом Дугу Вуди вошёл в резиденцию Цзюнь, его подавляющая аура уже сильно уменьшилась.

Он так же понимал, что Цзюнь Вуй "между строк" посоветовал ему оставить детишек в их песочнице, ведь ему, как Старшему, не подобало влезать в их дела.

В душе Дугу Вуди кричал: [Я не хочу в это влезать!], но...

Но необъяснимое чувство одолело его, когда он увидел спокойное лицо Цзюнь Вуя.

Его зацепило то поразительное сходство, что было между Цзюнь Вуем и Цзюнь Ву Хи, погибшим много лет назад — любой гнев быстро рассеивался в сердце.

Увидев Цзюнь Мосе, стоящего вдалеке, аура Великого Генерала снова проснулась в Дугу Вуди.

[Может, я и виноват перед твоим Третьим Дядей, но почему это я не могу злиться на мелкого поганца, который заигрывает с моей дочкой?! Ох, погоди у меня, ублюдок!..

...Ээ? А где у дворика Цзюнь Мосе ворота?..]

Ворота же снесли Дугу Йинг и его шесть братьев!

Цзюнь Мосе, увидев приближающегося Дугу Вуди, оставался спокоен. Поклонившись и взмахнув руками, он заговорил первым:

- Выходит, что Дядюшка Дугу почтил меня своим визитом. Увидеть Вас - самое значительное, что сегодня со мной произошло. Прошу, скорее заходите!

Великий Генерал Дугу не сдержался, увидев внутренний дворик за спиной Мосе.

Он глубоко вдохнул: [Когда всё успело настолько развалиться?..]

С яростью в голосе, Дугу Вуди спросил:

- Это сделали эти семеро сволочей? Вот же, глупцы…

Для него сразу же стало ясно, что семь его сыновей и племянников ослушались его приказа "вытащить Цзюнь Мосе без каких-либо разрушений собственности семьи Цзюнь".

[Как это вообще произошло?! Не к добру это... Это всё - вина этих семерых!]

Цзюнь Мосе улыбнулся, но на лице было проступало недовольство:

- Семь старших братьев увидели, что семейное вино очень хорошее, и слегка напились, ха-ха... И они все уснули.

Лицо Дугу Вуди стало мрачнее тучи:

- Хорошее вино? Напились и уснули? Они что, никогда раньше не пили?! Тьфу! Неужели я вырастил таких слабаков... Покажи мне, где они!

Уже пройдя мимо Мосе, Дугу Вуди развернулся и, злясь, ткнул в него пальцем:

- Парень, предупреждаю: держись подальше от моей дочери! Лишь из уважения к твоим Дяде и отцу я на этот раз не стану тебя наказывать, но... Но, если будет следующий раз, то я лично порву тебя на кусочки и скормлю их собакам!

Цзюнь Мосе взглянул на него долгим, глубоким взглядом, и улыбнулся. В глазах Мосе сверкнула искра, когда он так же ткнул пальцем в сторону Дугу Вуди:

- Старик! Меня не волнует, что ты известная заноза в заднице Имперского Суда, поэтому не будь так дерзок в резиденции Цзюнь. Такого неуважения я не потерплю! Ещё хочу предупредить - не позволяй своей дочке снова меня доставать! Я не хочу ничего дальше объяснять из уважения к нашим семьям, но... Но, если будет следующий раз, я прослежу, чтобы Вы стали родным дедушкой моего сына!

Дугу Вуди почти потерял сознание от гнева. Не то, чтобы он не знал, что у него есть кличка "заноза в заднице", просто никто не осмеливался сказать ему это прямо в лицо, - этот парень был первым. Как он мог не злиться?

Он уже занёс руку, чтобы дать пощёчину мелкому нахалу...

Цзюнь Мосе не стал отходить назад: выпрямившись, он поднял голову, подставляя лицо.

- …Хмпф!

Дугу Вуди так и не ударил – Мосе, не смотря ни на что, всё же был сыном его товарища Цзюнь Ву Хи. Хватит с него того, что ему досталось от семи сыновей и братьев... Да и удар его вышел бы тяжёлым.

Проглотив злобу, он прошёл за Цзюнь Мосе к двери в боковую комнату и, вдруг, услышал с той стороны храп. Услышав посапывание и храп, Дугу Вуди не смог сдержаться и, разозлившись, выбил ногой дверь с криком:

- А ну, тащите сюда свои тупые задницы, немедленно!

Храп всё продолжался.

Из комнаты донёсся крепкий запах алкоголя.

Нос Вуди не мог не задёргаться:

- ...Что это? Это вино? Почему оно пахнет так прекрасно?

Помотав головой, он увидел, что никто из его семи сыновей и племянников так и не проснулся!

Ярость Великого Генерала подскочила к горлу, и он, войдя в комнату, стал пинать и бить храпящих, будто они были простыми "грушами"!

Но храп не прекращался!

Великий Генерал Дугу Вуди был в шоке.

Цзюнь Мосе за его спиной лишь хмыкнул:

[Неужели ты думаешь, что вино, которое я приготовил - простой компот? Они не проснутся, даже избей ты их до смерти!.. Выпить столько, сколько выпили они… не удивлюсь, если один из них напился до смерти! Лучшее - ещё впереди!]

- Кто-нибудь, возьмите и вынесите этих идиотов!

Великий Генерал хотел сейчас заползти в какую-нибудь дыру и там умереть! Сегодняшний день стал для него самым унизительным из всех, но он не мог знать, что всё худшее - впереди...

Цзюнь Мосе холодно рассмеялся:

- Погодите-ка! Неужели Великий Генерал думает, что может так просто приходить и уходить, когда пожелает? Каким же местом он считает резиденцию Цзюнь?

[Я пропустил мимо ушей те грязные слова про мою дочь, а ты ещё смеешь возникать? Тебе надоело жить?!]

Дугу Вуди, услышав это, с диким лицом развернулся и, почти не контролируя себя, спросил:

- Что тебе нужно?

- Всё просто. Ворота из красного сандалового дерева, которые снесли семеро Молодых Господ из семьи Дугу, прибыв ко мне в дом, - их починка обойдётся Вам в тысячу таэлей серебра... Лечение травм, причинённых трём нашим слугам, обойдётся Вам в пять сотен таэлей... - загибал пальцы Цзюнь Мосе. - …А так же эти семеро пытались силой увести меня и, выпив, украли моё необычайно вкусное вино... Лишь благодаря отношениям между нашими семьями, я смогу простить такое их поведение за двадцать пять миллионов таэлей серебра. Как только Великий Генерал заплатит, то тут же сможет забрать семь Молодых Господ!

Дугу Вуди от злости схватил охранника, стоящего за ним, и затряс его так, что тот стал шататься, словно пьяный:

- ЧТО?! Двадцать пять миллионов?!

Не поведя и глазом, Цзюнь Мосе великодушно ответил:

- Верно! Я уже сделал Вам одолжение и округлил до двадцати пяти миллионов!

- Да плевать я хотел! Двадцать пять миллионов за вино! Хотел бы я знать, как эти семеро смогли выпить вина на такую сумму! Если ты хорошенько мне не объяснишь, то я пойду и найду Старого Господина Цзюнь, от которого ты и научился этой хитрой схеме, поганец!

Цзюнь Мосе не сдвинулся ни на сантиметр и холодно улыбнулся:

- Если бы это было обыкновенное вино, то цена не была бы столь высока, упейся даже все семь Молодых Господ до смерти. Я могу гарантировать, что моё вино - единственное и неповторимое! Не стоит упоминать даже тот факт, что эти семеро выпили предварительную, самую первую партию этого вина! В такой бочке вмещается пятьдесят цзиней вина, в каждом цзине - пятьдесят чашек вина, и каждую чашку этой первой партии вина можно превратить в целую бутылку прекрасного вина стоимостью в десять тысяч таэлей серебра! В общем, это и есть те самые двадцать пять миллионов... Я даже готов простить весь остальной ущерб, и то, лишь благодаря отношениям между нашими семьями!

На лице Цзюнь Мосе не дрогнул ни один мускул, ведь он не шутил:

- Вот почему каждый стакан - это десять тысяч таэлей серебра: я никого не обманываю. Это - лучшая цена за моё вино!

- В задницу твоего Третьего Дядю! - выпалил Дугу Вуди. - Твоё вино что, отправляет прямиком на Седьмое Небо?

Великий Генерал почти взрывался от гнева и злости: [Ежегодные военные расходы всего Королевства Тянсян составляют тридцать миллионов таэлей серебра. Мои три сына и четыре племянника что, выпили вина на ТАКУЮ сумму?!]

- Разве это не вопиющее вымогательство? Как это "я никого не обманываю"?! Это что, обмен?!

- Прошу, следите за тем, что говорите, Великий Генерал Дугу. Не следует Вам так оскорблять моего Третьего Дядю! Как говориться "чем реже что-то, тем оно дороже"! Я и только я обладаю таким вином во всём белом свете! Если я сказал, что цена - десять тысяч за стакан, то такова цена. Будь это не Вы, а любой другой, я бы даже не стал продавать такое вино по такой цене!

Глава 114. Сумасшедшее решение.

Дугу Вуди сел, тяжело отдуваясь. Резво схватив бокал с вином, он выпил его залпом и поставил стакан на место. Его тигриные глаза стали расширяться, и он непроизвольно воскликнул:

- Замечательное вино! Никто никогда ранее не слышал о таком вине, не видел такого вина, и, уж тем более, не пробовал вина такого превосходного качества!

- Это вино закончило купаж - лукаво улыбнулся Мосе. - Великий Генерал Вуди, могу я Вас спросить, стоит ли это вино десять тысяч лянов* серебра?

Облизав губы, Дугу Вуди выпалил:

- Стоит! Определенно! Но тут его взгляд стал более осмысленным:

- …Определенно НЕ стоит! Ни гроша не стоит! Просить десять тысяч лянов серебра за бутыль вина?! Почему бы тебе просто не начать грабить людей на улицах?!

- Я сказал десять тысяч лянов — значит десять тысяч лянов! Это моя окончательная цена! Если Великий Генерал Дугу способен лгать, глядя прямо в глаза, то тут уж я ничего не могу поделать.

Цзюнь Мосе бросил на Дугу Вуди презрительный взгляд, плавно подвигая к нему новый бокал.

- Это - первая партия. Не желает ли Великий Генерал узнать, каков на вкус бокал первака за десять тысяч лянов серебра? Ваш племянник дарит Вам этот бокал, как дань уважения старшим!

Вуди хмыкнул, и даже сначала хотел отказаться, но, в конце концов, он не смог устоять против такого соблазна. Сквозь зубы он прошипел:

- Это и правда неплохое вино.. Но десять тысяч лянов?! Никакое вино не может стоить столько, и неважно, какое оно на вкус!

Схватив кубок, он мигом вылил содержимое себе в рот.

- Ооох…

Его горло словно обожгло холодом, а разгорячённая кровь забурлила в венах так, будто сердце - это извергающийся вулкан, а кровь - это лава.

А когда вино достигло желудка, в голове Генерала образовалась каша, и для самоконтроля ему приходилось прикладывать усилия: даже глаза у него покраснели.

- Это просто невероятно! Воистину отлично!

Дугу Вуди, хрустнув шеей, потряс бокалом, чтобы допить все капли, и, с громким стуком поставив бокал на стол, воскликнул:

- Ещё!

- Десять тысяч лянов за бокал, и я налью ещё - фыркнул Цзюнь Мосе. - Великий Генерал Дугу! Вы только что выпили десять тысяч лянов серебра, а Вы хотите ещё бесплатно, хоть сами и говорили, что это вино невероятно дорогое... Тот бокал был моим Вам подарком, но я не могу позволить себе сделать такой подарок ещё раз!

- Это вино наивысшего качества, не спорю. Но все же, это чрезвычайно непомерная цена!

Дугу Вуди жадно смотрел на кувшин, и мысли о краже носились в его голове, но он всё ещё не хотел признавать такую высокую цену.

[Ты должно быть шутишь! Это уже дело принципа... Если я признаю, что бокал стоит десять тысяч лянов, то моя семья Дугу тут же обанкротится!..]

- Великий Генерал, только не говорите мне, что не собираетесь отдавать долги? - холодно засмеялся Цзюнь Мосе и продолжил:

- Семья Дугу ворвалась в мой дом, перевернула его вверх дном, обидела меня и даже опустошила семейные запасы этого чудесного райского вина! Мне оставить это без внимания только потому, что Вы так сказали и притвориться, что всё в порядке? Моя семья Цзюнь что, совсем не достойна уважения? Мы что, должны вам, Дугу, позволить так обращаться с собой?

- Это - твои слова, не мои! - вскочил Дугу Вуди.

Уж очень серьёзными были обвинения: даже Великий Генерал Дугу не смог бы справиться с последствиями, признай он такие слова.

- В таком случае, Великий Генерал Дугу согласен, что семья Дугу должна возместить ущерб, нанесённый семье Цзюнь? - чётко и внятно произнёс Цзюнь Мосе.

- Конечно, мы возместим! Хоть наша семья и...

- Тогда проблем не будет. Прошу, с Вас 25 миллионов лянов, - грубо прервал его Мосе, сияя улыбкой.

[Черт! Вот же сукин сын!]

Дугу был ошарашен. Он завертелся, переступая с ноги на ногу и почёсывая голову. Дугу сдерживался из последних сил.

- Ты ведь раньше не продавал это вино! С чего ты так уверен, что его цена - это десять тысяч лянов? Это так ты относишься к дружественной тебе семье?? Мне что, придётся принять любую цену, которую ты назовёшь?! Это вообще разумно?!

- Если я правильно понял, то Вы согласны принять любую цену, по которой я продам это вино? - спросил Цзюнь Мосе.

- Да! Нет! Чёрт... Что я имел в виду, так это то, что цену, которую все добровольно заплатят за такой же бокал этого самого вина, наша семья Дугу примет как долг и выплатит в полном размере!

Дугу Вуди гордо улыбался: [Наконец-то, я нашел способ повлиять на этого сопляка! Вино его, конечно, качество имеет превосходное... Ну, даже по 180 лянов за бокал будет высокой суммой. Это всё равно меньше двадцати пяти миллионов лянов!]

- Отлично! Договорились! И ещё: пока этого не произошло, Вашей семье Дугу запрещено беспокоить меня отныне и впредь! - мгновенно согласился Цзюнь Мосе.

- Хорошо!.. Однако выясни цену в течение трёх месяцев. И, если за это время ты снова начнёшь доставать мою дочку, не сомневайся - я разорву тебя на куски! - фыркнул Дугу Вуди, посмотрев на мелкого засранца. Вдруг, ему в голову пришел ещё один блистательный план.

- Если ты не продашь вина на 25 миллионов лянов, то в дальнейшем ты будешь бесплатно обеспечивать мою семью вином! Как насчет этого? Осмелишься принять ТАКОЙ вызов?

Вот так, постепенно захлопывая ловушку, раскрыл Дугу Вуди свои истинные намерения.

- Я полностью уверен в своем вине. Идёт!.. Но, присматривай за своей дочкой. Я не знаю, что произойдёт, если она придёт сюда снова.

Цзюнь Мосе в душе ликовал: [Посмотрим, каково вам, Дугу, будет с такими долгами за спиной! Я сделаю так, чтобы все вы страдали! А что насчет десяти тысяч лянов за бутыль? Да я могу продать и дороже — это будет совсем несложно! Ты будешь проклинать тот день, когда заключил эту сделку!]

Цзюнь Мосе послал за повозкой, пока Дугу Вуди отдавал приказы. Стражи притащили семерых братьев Дугу, похожих на дохлых свиней, и бросили их в повозку.

Великий Генерал Дугу посматривал на вино на каждом шагу: [Этот сопляк жутко скуп. Прямо как бокал, в котором так мало вина.]

Цзюнь Мосе понаблюдал за уходом Дугу Вуди, а затем, широко улыбнувшись, развернулся и ушёл в свою комнату. Он не принимал всё случившееся близко к сердцу, но, тем не менее, задумчиво почесал подбородок.

Сейчас семья Цзюнь очень слаба. Несмотря на то, что он использовал травы для повышения уровня Суань Ци Третьего Дяди до Небесного Суань, его Цзюнь Вуй всего лишь вступил на этот уровень. По мнению Мосе, их текущая сила была ещё очень мала и не могла сравниться с силой экспертов из Зала Великолепных Драгоценностей...

Цзюнь Мосе даже подумывал, что ему, возможно, следует повысить и уровень Дедушки.

[Хоть у меня всего лишь Девятый уровень Суань Ци... Если я смогу полностью использовать всю силу этого Ядра Суань-Зверя, то провести Дедушку на полдороге к Божественному Верховному Суань не составит проблем!... Но проблема в том, что я пока не знаю, как его использовать...]

От попыток решить эту проблему у Цзюнь Мосе разболелась голова.

Ранее он хотел слить эту информацию, чтобы привлечь сильных мира сего с разных концов континента, но всё не было ещё как следует продумано.

Ядро Суань-Зверя Девятого уровня - это более чем достаточно, чтобы привлечь внимание эксперта уровня Высшего Божественного Суань... Более точно можно сказать, что любому сильному мастеру будет крайне сложно не быть привлечённым!

Но это всё - игры с огнем, которые семья Цзюнь себе сейчас позволить не могла.

Даже, несмотря на то, что сейчас семья Цзюнь обладала двумя мастерами Небесного уровня Суань... Это всё равно было очень рискованно!

[Реальность жестока... Это правда, что мастера Небесного уровня близко стоят к наивысшей точке силы, но они всё ещё бессильны против других существ более высоких уровней!]

Территорию королевства Тянсян нельзя назвать маленькой. Существует всего одиннадцать государств по всему континенту, сравнимых по его размерам. При этом здесь обитает огромное количество крадущихся тигров и затаившихся драконов.

Есть не так уж много общеизвестных сильнейших экспертов, но Цзюнь Мосе знал, что многие из них прячутся среди простых людей, высоко в горах или глубоко в лесах! Дедушка и Третий Дядя, хоть и не слабы, но даже их силы недостаточно!

Он был уверен, что если добавить нужный катализатор, то скрывающиеся мастера немедленно обнаружат себя!

И Ядро Суань-Зверя в его руках станет этим катализатором!

Неважно, какой у тебя уровень Суань Ци - обладать этим предметом захотят все.

Если собрать все утечки информации, то сильнейшие, несомненно, соберутся здесь.

Однако стоить помнить, что малейший промах, малейшая неточность... и конец наступит не только семье Цзюнь, но и всему Королевству Тянсян!

[Но как же мне достичь идеальных условий для повышения уровня Суань с использованием Суань-Ядра, не вовлекая этих сильнейших экспертов? Как повысить общий уровень культивации в семье Цзюнь? Неужели и правда нет выбора? Остаётся только надежда на это, почти бесполезное сокровище? Это же невыполнимая задача!]

Обдумывая всё это, Цзюнь Мосе хмурился. Предстояло сложное решение. Поставить только себя под угрозу или рискнуть?

Устремив свой взгляд в небо, он невольно начал вспоминать прошлое: одинокий человек, странствующий по свету, бесстрашно смеющийся в лицо любой опасности!

Почему же он стал таким беспомощным, переселившись в этот мир?

Погруженный в подобные мысли, он внезапно почувствовал порыв... превосходства.

Мосе сразу же пришел к выводу, и не смог не рассмеяться:

Как там люди говорят?.. «Волков бояться - в лес не ходить?». Даже, если мое решение привлечёт нежелательное внимание мастеров Божественных уровней Суань, то почему я должен их бояться? Дело даже не в Суань Ци, ведь всё, что мне нужно - это информация! Кто будет бояться какого-то Цзюнь Мосе, который занимается какими-то поисками? У меня есть козыри в рукавах против этих мастеров Божественной Суань, пусть даже их будет бесчисленное множество!

В конце концов, Цзюнь Мосе принял решение и облегчённо улыбнулся, почесывая подбородок правой рукой.

Если бы его товарищи-ученики из прошлой жизни увидели его нынешнее выражение лица, это потирание подбородка, то они бы немедленно рванули от него как можно дальше.

Ведь всё это означает, что Цзюнь Мосе задумал что-то очень бессовестное, или даже лучше сказать "абсолютно сумасшедшее". И, что ещё более важно, не имеет значения, преуспеет ли он в выполнении своего плана или нет, в любом случае, весь мир будет глубоко потрясен!

Посмотрев за окно, Цзюнь Мосе увидел закат солнца.

В то же время в его покои очень тихо вошла Малышка Ки и сообщила:

- Юный Господин, Старый Господин приглашает Вас вместе отужинать.

Цзюнь Мосе даже вскрикнул от неожиданности.

...Увидев довольное лицо Цзюнь Чжан Тиана, Цзюнь Мосе не удержался и спросил:

- Почему это Дедушка сегодня в таком добром расположении духа? У нас какое-то особенное событие?

- Я чуть не умер со смеху. Понятия не имею, где старый ублюдок Ли Шанг взял такие инструкции, но в них говорилось, что Коралл Нефритового Моря может восстановить его сломанный дантян, и поэтому его внук купил этот Коралл за пять миллионов лянов! Ой... Спустя несколько дней приготовлений, они все-таки не стерпели и начали культивацию с Кораллом Нефритового Моря... Ах-ах, угадай, что случилось! - нетерпеливо улыбался Дедушка Цзюнь.

- Что же случилось? Только не говори, что это не сработало... Или что, они купили подделку? - попытался отгадать Цзюнь Мосе дедушкину шараду.

Его Дедушке сейчас нужен был слушатель, а Третий Дядя нарочно хранил молчание.

Одной рукой дедушка Цзюнь стучал по столу, а второй — по ноге, смеясь так, что слёзы выступили у него на глазах:

- Ха-ха-ха! Это было не просто барахло! И это не "не сработало", а «сработало слишком хорошо!» Слишком эффективно! Ха-ха-ха-ха… В итоге... в итоге... ох, я не могу дышать… Я умру тут!..

Старик сделал глоток воды и прокашлялся, прежде чем заговорил снова:

- Мне сказали, что в самый ключевой момент, этот Коралл внезапно взорвался! Он на самом деле был слишком эффективным! Аха-ха-ха-ха!

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Вопрос от переводчика: валюту раньше обозначали "лянами"; сменился английский переводчик - теперь валюта "таэли". Кому как больше нравиться? Голосуем, плюсуя комменты ниже.

Глава 115. Человек из Зала Великолепных Драгоценностей.

- Пффф!

Цзюнь Мосе, набрав полный рот вина, прыснул со смеху и чуть не подавился. Он нечаянно попал вином даже на Цзюнь Вуя, сидевшего напротив, и стал кашлять.

- Уух... Ха-ха... Ли Шанг, этот жалкий старикашка, видимо его дантян настолько сильно повреждён, что этот пердун скоро помрёт... Даже его внуку Ли Юрану досталось. Лицо этого красавчика сильно пострадало, ах-ах...

Прошло много лет с последнего раза, когда Цзюнь Чжан Тиан так непринуждённо и искренне смеялся.

Изумлённый Цзюнь Мосе, прокашлявшись, удивлённо задумался:

[Я, я, я не знал, что мои действия приведут к такому! Я и не представлял, что результат будет таким сильным... Я лишь хотел, чтобы тот Коралл немного подпортил им жизнь... Травма Ли Шанга, подпорченное лицо Ли Юрана.. Такого я не планировал. А значит, что в этом смысле я – не виновен... Ведь, если такое всё равно бы произошло, то я лишь усилил результат... Так что, раз ситуация так сложилась, нужно использовать её с максимальной пользой...]

- Давайте же выпьем за это! Давайте напьёмся сегодня! - выкрикнул Дедушка Цзюнь, смеясь во весь голос.

- Что ж... Эта новость довольно сильно смутила людей... Если старый Ли Шанг не сможет найти способ излечиться, то нам нужно будет приглядывать за действиями семьи Ли. Этот Ли Шанг и его семейка вечно смотрят на других свысока и считают, что они важнее всех вокруг. Если Шанг умрёт, то семья Ли будет искать, на ком сорвать злость, и мы точно попадём под удар! От такого будет нелегко отделаться малой кровью, поэтому нам нужно подготовиться... - сказал Цзюнь Вуй с мягкой улыбкой на лице.

Услышав его слова, Дедушка Цзюнь отставил стакан и, сглотнув, ответил:

- Да, ты прав. Если этот старый осёл действительно умрёт, то с ним умрёт и та семья Ли, что мы знаем... Ох, ну и хаос вызовет смерть главы семьи Ли... Но, даже если он не умрёт, то всё равно попробует отыграться на ком-то. Вуй, на сегодняшний день главные наши силы в твоих руках: как лучше всего будет разрешить всё это?

Цзюнь Вуй же нахмурился и, подумав, ответил:

- Если мы станем готовиться, думая, что Ли Шанг скоро умрёт, то все наши приготовления будут напрасны, если он выживет. Лучшей контрмерой в такой ситуации будет подготовить сильную оборону и не давать противнику нас атаковать. Лучше всего будет убедить семью Ли в том, что наша семья Цзюнь слишком сильна для их нападения и точно сможет защититься. Меня беспокоит лишь то, что такое убеждение ещё больше укрепит их ненависть к нашей семье, и в будущем, они смогут напасть на нас, когда мы не будем этого ждать.

Цзюнь Мосе, улыбнувшись, ответил:

- Слова Третьего Дяди очень мудры и продуманы, но мне кажется, что генералы должны быть хладнокровными... Как иначе им пережить множество битв? Как только генералы из семьи Ли узнают, что глава их семьи погиб, то они, первым делом, побеспокоятся о своей безопасности... Ведь, если они не уверены в своей безопасности, то как они смогут вести солдат в бой?

Затем, улыбнувшись ещё раз, Цзюнь Мосе продолжил:

- Хоть не все из генералов хорошо обучены и талантливы, члены нашего клана должны защищать нас в битвах, иначе какой прок от таких бесполезных людей?.. И даже если они будут ранены или убиты, то это будет небольшая потеря...

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй замерли: переглянувшись, они не нашли, что ответить.

Они оба когда-то командовали армиями, и всегда считали всех солдат своими сыновьями, а относились к ним, как к братьям. Аргументы Цзюнь Мосе были неприемлемы для каждого из них.

Цзюнь Чжан Тиан, нервно теребя свою бороду, с небольшим гневом в голосе, наконец, произнёс:

- Мосе... Ты что, предлагаешь нам просто БРОСИТЬ людей, которые многие поколения служили нашей семье? С этими людьми мы разделили наши идеалы, наши взгляды, наше отношение к жизни и смерти... Забудь эту идею! Это... это...

- Дедушка, я понимаю, что тебе трудно принять моё мнение, но я хотел бы спросить: поведи ты таких бесполезных генералов в бой... стоила бы их некомпетентность огромному количеству солдатских жизней?? С нашей ситуацией нам нужно взвешивать все "за" и "против". На протяжении многих лет граница нашего Королевства становиться всё более нестабильной, а войны - всё более яростными. Третий Дядя ранее говорил, что эти генералы - ветераны, готовые повести армии в атаку на врага, а ведь это значит, что солдаты будут погибать! Для меня, если человек абсолютно некомпетентен, то лучше отказаться от него как можно раньше, иначе потом, в решающий момент, большая ответственность сломает их плечи, что может привезти к поражению! А ведь в такой момент может решаться судьба всей страны! Как такое можно считать "простым делом"? Как меня в такой перспективе можно назвать "бессердечным"?

Промочив горло вином, Мосе продолжил:

- Я лишь предлагаю собрать так называемых "бездельников" в наших армиях и использовать их, как пушечное мясо. Их жертвы помогут нам предотвратить поражение всего Королевства, ведь если мы проиграем, то хаос и смерть - самое малое, что ожидает нас в будущем. Это и есть тяжёлая правда, даже если Дедушка и Третий Дядя не хотят её принять. В решающий момент такие решения принимать больно, но иначе за нашу добросердечность мы заплатим гораздо более высокую цену!

Они - слуги, и использовать их в момент нужды - наша обязанность. Нам нужно действовать не эмоционально, а сосредоточиться на благополучии большинства. Как лидерам, нам нельзя идти на поводу эмоций, ведь это значит "проиграть"! Дедушка... Третий Дядя... Если мои слова обидели Вас, то прошу простить меня, но величина этого вопроса намного больше, чем любые принципы, и с этим я не могу смириться!

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй не произнесли ни слова. Они оба были чувствительными и разумными людьми: игнорировать жестокую реальность они не могли, хоть слова Мосе и не ласкали слух.

Но для лидера сострадание и снисходительность - высшие табу.

Хоть они и понимали, что слова Мосе правильны, такая идея не сходилась с их характерами, и поэтому принять её они не могли.

Они заслужили свой высокий статус, и, хоть они и были рабами своей натуры, они были уважаемыми людьми.

Или, возможно, это было проявление их прекрасной натуры!

Цзюнь Мосе прокашлялся и продолжил:

- Но ведь мы лишь обсуждаем возможности, а реальность может быть совсем другой... Но я прошу Третьего Дядю и Дедушку помнить, что действовать под гнётом эмоций - губительно, но лишь до тех пор, пока не нужна решительность!

Дедушка Цзюнь и Цзюнь Вуй, не желая того, в шоке уставились на яростное лицо Мосе. Цзюнь Вуй, нахмурив брови, долго думал и признал, что его племянник с такими навыками точно найдёт свою дорогу в жизни...

Но сердце его дрогнуло от хладнокровной решимости племянника. Он знал и понимал позицию Мосе в семье, но, как главе военных сил семьи, ему было невероятно трудно принять решение... Он чувствовал, что поступает со своими солдатами не правильно, но Цзюнь Мосе точно был прав!

Цзюнь Чжан Тиан нервно поглаживал свою бороду, пока глазами и разумом пытался понять истинный характер своего внука: [Сейчас он в ярости, но очевидно, что Мосе хорошо понимает политику своей и других семей... Но слишком много амбиций окрасят его руки кровью!.. Это благословение свыше или проклятие?]

Дедушка Цзюнь никак не мог отогнать последнюю мысль, и, устало вздохнув, покачал головой.

Этот старик был рождён в нищете и пробился на вершину успеха, используя солдат на войне со всей эффективностью, именно поэтому он всегда помогал солдатам, которые поступали так же, как он сам когда-то...

[За мои шестьдесят лет службы в армии, пройдя через войны и политические игры, я решил множество проблем и забрал множество жизней... даже тех, кто был слишком молод, чтобы умирать. Если оглянуться и посчитать все те могилы, которые были выкопаны из-за меня, идея Цзюнь Мосе не так уж и плоха... Мне даже стоит признать дальновидность своего внука.]

Цзюнь Вуй кивнул головой в сторону и произнёс:

- Дядюшка Панг, этот вопрос очень важен, и тебе стоит проследить, чтобы все нужные действия были выполнены: эта тема - важнее всех остальных.

Старый Панг был управляющим в резиденции семьи Цзюнь. Хоть Панг Ли и был слугой, все знали, что он очень близок к Цзюнь Чжан Тиану, близок и верен настолько, что не раздумывая пойдёт за ним к самим Вратам Ада и дальше.

Чжан Тиан никогда не смотрел на Старого Панга, как на слугу, и всегда относился к нему, как к брату.

Однажды, после многих лет бескорыстной службы семье Цзюнь, Цзюнь Чжан Тиан решил подарить Старому Пангу воинский титул, который бы позволил ему наслаждаться всеми прелестями и богатствами жизни.

Но Старый Панг понимал, что приняв титул, он больше не сможет помогать брату, и отказался. Несмотря на то, что Чжан Тиан настаивал, Панг не поменял решения, и с тех пор он продолжает служить семье Цзюнь в роли домоправителя.

Цзюнь Вуй же всегда относился к Старому Пангу, как к родному дяде, ведь тот заслуживал уважения.

Кивнув, Старый Панг улыбнулся и вышел из покоев.

Цзюнь Мосе не мог не подумать:

[Семья Цзюнь может и кажется хладнокровной, героической и строгой, но в глубине души у каждого члена семьи: переживания, чувства и верность. Правильная репутация - великое преимущество, но чувственные сердца и праведные умы могут стать преградой...]

Как только он так подумал, воздух завибрировал, и сильный, мелодичный голос произнёс:

- Братец Вуй, десять лет уж прошло... Надеюсь, с нашей последней встречи ты не болел?

Цзюнь Вуй внезапно побледнел: его губы задрожали, и он чуть не выпрыгнул из кресла.

Цзюнь Мосе вытянул руку и мягко положил её на колено Третьего Дяди, из стороны в сторону покачав головой. Мосе слышал этот голос раньше: он принадлежал человеку, блокировавшему его действия на аукционе.

Это человек был посланцем от Зала Великолепных Драгоценностей!

Глава 116. Битва с Небесным Суань.

Это определённо был враг, притворявшийся другом!

Говоривший, был вторым кузеном Цзюнь Вуя, что точно говорило о том, что у них было нечто общее в прошлом. Сейчас для Цзюнь Вуя было важно сохранять спокойствие, иначе все семейные планы могли обрушиться.

Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на Цзюнь Вуя и понял, что у того есть причины для беспокойства.

Цзюнь Вуй просто и спокойно ответил:

- И правда, много лет прошло с нашей прошлой встречи. Прошу, прости, что не могу выйти и поприветствовать тебя. Прошу, входи.

Спустя секунду он смог полностью успокоиться, надев маску безразличия, он скрыл свои внутренние переживания, хотя в глазах ещё мелькали эмоции.

Повернувшись к Цзюнь Чжан Тиану, он сказал:

- Отец, тебе нет нужды лично в это вмешиваться, здесь я продолжу сам…

Чжан Тиан медленно, но слегка недовольно, кивнул.

Улыбнувшись, Цзюнь Мосе поднялся и мягко обошёл кресло Цзюнь Вуя:

- Дядюшка, я составлю тебе компанию.

Слегка подтолкнув, Мосе выкатил кресло из покоев. Мысленно, он не мог не улыбнуться:

[У Зала Великолепных Драгоценностей и семьи Цзюнь точно есть какие-то общие обиды!]

Во дворе стояли двое мужчин средних лет: они оба были одеты в белое, что лишь подчёркивало утончённость и элегантность их внешнего вида.

Но Цзюнь Мосе смог разглядеть, что хоть эти двое и не стоят плечом к плечу, им слегка не комфортно в обществе друг друга.

Было даже похоже, что каждый из них краем глаза следит за движениями другого...

Цзюнь Мосе мгновенно понял, что хоть с виду эти двое мирно стоят друг напротив друга, на самом деле, они были готовы броситься в смертельную драку в любой момент!

Они принадлежат к одной и той же семье, и должны хоть немного терпеть друг друга, но нет... Каждый жаждал смерти другого!

[Теперь понятно, почему всё было так странно в Зале Великолепных Драгоценностей... Эти двое явно что-то не поделили!]

Лицо Цзюнь Вуя расплылось в радостной, с виду, улыбке:

- Дорогой Брат, много лет прошло, но ты всё также благороден.

Один из гостей улыбнулся в ответ, другой же — полностью проигнорировал приветствие.

Один из пришедших шагнул вперёд и, осмотрев Цзюнь Вуя, с радостью в голосе сказал:

- Ты совершенно не изменился за все эти годы. Если бы Госпожа знала, то точно бы пришла. Вдруг гость замолк, и, помолчав секунду, продолжил: - Вуй, ты что же, за этот десяток лет продвинулся с Суань Земли до Небесного уровня? Это достойно похвалы.

На самом деле, мало кто мог достичь Суань уровня Земли в возрасте Цзюнь Вуя. Но, даже, несмотря на столь юный возраст, Цзюнь Вуй смог продвинуться на уровень выше!

К сожалению, Цзюнь Вуй был инвалидом, но этот факт лишь поднял его в глазах гостя ещё выше.

Услышав слово "Госпожа", на лице Цзюнь Вуя промелькнула грусть, и лишь спустя пару мгновений он смог восстановить свою доброжелательную "маску".

Другой "одетый в белое" лишь блеснул глазами, полными жажды убийства, в сторону Цзюнь Вуя.

- Эй, Цзюнь Вуй, хоть твоя нижняя половина тела полностью бесполезна и сломана, видно, что верхняя половина ещё работает. Понятно, почему у тебя такое хорошее настроение, ха-ха... - рассмеялся второй гость, кивнув в сторону коляски. Поведение этого человека полностью отличалось от внешнего вида: было видно, что Цзюнь Вуй ему враг.

Цзюнь Вуй промолчал, но Цзюнь Мосе, стоящий позади Дяди, открыл рот и произнёс:

- Да, в этом Вы правы... Нижняя половина тела моего Третьего Дяди может и бесполезна, но я хотел бы увидеть, как будет болтаться Ваша бесполезная голова... на пике.

Хоть тон, которым Мосе это произнёс, и был уважителен, лицо второго гостя побелело от злости.

Он резко взглянул на Мосе, полными жажды крови глазами и, прищурившись, со слегка посеревшим лицом вскрикнул:

- Цзюнь Мосе! Ты, неуважительный младенец, не смей забывать, что я старше тебя!.. Тебе стоит поучиться держать язык за зубами... Или ты думаешь, что я не смогу убить тебя, потому что ты в своём собственном доме?

- Ха-ха... Вы сейчас стоите во дворе дома моей семьи, а не в своём Зале... И Вы, стоя в этом дворе, вначале оскорбляете Господина семьи Цзюнь, а затем ещё и угрожаете Молодому Господину?? Неужели Вы думаете, что если я прикажу порезать Вас за это на куски, то Вам удастся просто уйти?

Цзюнь Мосе, сказав это, просто стоял и смотрел, как второй гость всё больше краснеет от злобы.

Второй гость, посмотрев в небо, рассмеялся и, кинув взгляд в сторону Цзюнь Вуя, спросил:

- Цзюнь Вуй, этот сопляк - твой племянник, поэтому посоветуй ему держать рот закрытым, иначе, однажды он случайно упадёт на мой меч головой... Ха-ха-ха, Цзюнь Вуй, и ещё посоветуй ему не хвастаться силами семьи... Ахах, оох.. Его зазнайство так смешно… Он действительно смеет дерзить, стоящему прямо перед ним более сильному... такая шавка, а громко лает!

Первый гость, смотревший на всё это, не выдержал и крикнул:

- Сяо Хан, это действительно резиденция семьи Цзюнь, так что поумерь свой пыл! Если не хочешь стоять здесь рядом со мной, так уходи и не мешай своими громкими воплями.

Одетый в белое, второй гость, не отводя взгляда от Цзюнь Вуя, ответил:

- Му Сю Тонг, если эта резиденция принадлежит семье Цзюнь, то здесь ты не имеешь права на меня кричать!

Цзюнь Мосе тут же рассмеялся:

- Ха-ха-ха, почему так много людей вокруг думают, что они имеют какой-то вес... На таких весело смотреть... Братец, не зазнавайся. Разбуди свою совесть и спроси у неё: "Каким образом я принесу пользу своей семье, если меня сейчас скормят псам?". Ты просто будешь ещё одним трупом: из-за такого, как ты, никто не станет воевать с моей семьёй…

Издеваясь ещё больше, Мосе продолжил:

- Бедное дитя, позволь мне тебя просветить: если некто умрёт, то луна и солнце не поменяются местами; восходы не будут начинаться на западе и кончаться на востоке... Не думай, что ты крайне важен, ведь иначе ты рано или поздно встретишь последствия, и тогда покатишься с высокой горы своего самомнения в самую пропасть.. Этот совет тебе от чистого сердца, и даже бесплатно, ха-ха... Да, я настолько добр!

Вдруг тень второго мужчины сверкнула...

Сяо Хан вдруг яростно бросился вперёд с поднятой рукой, чтобы дать Цзюнь Мосе пощёчину. Цзюнь Мосе же ещё стоял, смеясь, но вынужден был уклониться от удара.

Он отклонился назад, но не смог полностью избежать удара, и рука попала ему в плечо; одновременно с этим он вытянул вперёд локоть и колено...

- …Кхак.. .кехкхех...

Сразу же сделав пару быстрых шагов от Мосе, позеленевший Сяо Хан оторопел. Его красные от гнева глаза смотрели прямо на Цзюнь Мосе, а рот его дёргался, будто он вот-вот проглотит Мосе целиком.

Хоть Цзюнь Мосе и был груб, он всё же был моложе, чем Сяо Хан.

Хан лишь хотел пощёчиной преподать парню урок, но никак не убивать.

Но, вместо этого эксперт вершины Небесного уровня Суань Ци, получил два удара!

Гость никак не ожидал, что на пощёчину получит такую яростную контратаку!

Локоть попал по горлу Сяо Хана, а колено прилетело прямиком в пах!

Человек в белом недооценил противника и бросился в атаку без защиты, за что тут же и поплатился!

Неожиданно, парнишка смог нанести ему, могущественному эксперту Суань Ци, два удара, которые не были блокированы!

Дыра в защите!

Не будь Сяо Хан столь силён, то эти два удара его бы прикончили.

Даже сейчас горло его саднило и ныло от боли, а кадык был почти вдавлен в глотку.

Он злобно хрипел, пока его тело светилось голубым от Суань Ци и ненависти. Прежде чем он сделал шаг, перед ним возник Му Сю Тонг и сказал:

- Неужели тебе хочется ещё больше опозориться, атакуя молодых?

Цзюнь Вуй холодно посмотрел на Сяо Хана.

Для себя он решил, что если Хан снова попробует атаковать, то он покажет свою истинную силу и убьёт наглеца.

Сяо Хан перестал задыхаться, его хрипы снова стали похожи на дыхание, и он сипло произнёс:

- Сегодня тебе и этому младенцу повезло!.. - посмотрев на Цзюнь Мосе, он добавил: - …Но молись, чтобы мы не встретились снова!

Цзюнь Мосе улыбнулся и ответил:

- Я не об этом буду молиться. Я помолюсь, чтобы в следующую нашу встречу вокруг не было никого, кто бы тебя спас!

Сяо Хан дико рассмеялся:

- Ты? Убьёшь МЕНЯ? Ха-ха-ха-ха-ха... Никогда в этой жизни!

На что Цзюнь Мосе ответил:

- Неужели?.. У тебя от таких слов горло не болит??

Сяо Хан открыл рот, чтобы ответить, но не нашёлся, что сказать.

Гордость мастера Небесного уровня Суань Ци говорила ему, что не стоит больше тратить время на детишек, вроде Цзюнь Мосе.

Он понимал, что ударил далеко не со всей силы, ведь ударь он сильней, Цзюнь Мосе, жалкий муравей в его глазах, погиб бы мгновенно. Для эксперта Суань Ци Небесного уровня все, кто уровнями ниже - муравьи, не более.

Любой, более слабый эксперт, осмелившийся ударить мастера Небесного уровня в горло и пах, уже рыдал бы, моля о пощаде его семьи и быстрой смерти для него самого, но Мосе... Цзюнь Мосе, вместо испуга и ужаса, откровенно издевался над ним!

Цзюнь Вуй тем временем холодно спросил:

- Братец Сяо, только не говори мне, что ты так далеко шёл, чтобы поспорить с моим племянником?

Сяо Хан лишь фыркнул в ответ, не ответив ни слова.

Му Сю Тонг же улыбнулся и произнёс:

- Вуй, чуть не забыл... После стольких лет, как я мог прийти без подарка?

Сердце Цзюнь Вуя забилось быстрее, и он с надеждой в голосе спросил:

- Этот подарок от... неё?

Глава 117. Жизнь нельзя повернуть назад.

Му Сю Тонг кивнул и ответил:

- Да. Это от неё.

После этих слов он достал из внутреннего кармана свёрток.

Сяо Хан вдруг впал в дикую ярость: вены на его лице набухли, и он закричал:

- Она дала тебе подарок для НЕГО? ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛ?!

Му Сю Тонг с презрением ответил:

- Как ты и сказал ранее: "Мы работаем вместе". Кто ты, а кто она? Она что, должна докладывать тебе о каждом своём действии?

- ОТДАЙ ЭТО!

Тело Сяо Хана вдруг сверкнуло голубым, и он метнулся к Му Сю Тонгу, протянув руки к свёртку. Му Сю Тонг тоже засветился голубым и, положив свёрток обратно в карман, ударил Сяо Хана по рукам.

Их силуэты, светясь голубым, стали расплывчатыми: они наносили и блокировали удары и пинки. Воздух вокруг них свистел и звенел от звуков борьбы.

Их скорость была столь высока, что Цзюнь Вуй едва различал их движения.

Но это не означало, что Цзюнь Вуй был слабее, наоборот, сейчас он был даже сильнее. Он не мог различить движений Хао и Сю Тонга потому, что совсем недавно прорвался на Небесный уровень, и его телу ещё предстояло привыкнуть к такой мощи.

Что до Цзюнь Мосе, то, несмотря на то, что его сила была гораздо меньше, но его глаз был достаточно намётан, чтобы различать движения дерущихся.

Он точно мог сказать, что хоть Сяо Хан и эксперт Небесного уровня, но он чуть слабее Му Сю Тонга: если бы они дрались всерьёз, то Сяо Хан уже был бы мёртв!

БАХ!

Сяо Хан подлетел от полученного удара, в полёте он кашлянул и с хрипом выплюнул немного крови. Приземлившись на ноги и тут же увеличив дистанцию, он сбежал, но голос его был слышен издалека:

- Му Сю Тонг, я запомню это, ты расплатишься позже. Цзюнь Вуй, я убью тебя!

Клубы пыли рассеялись, и стала отчётливо видна спокойно стоящая в белом фигура человека, удивлённо смотрящего сейчас на Цзюнь Мосе. Рассмеявшись, Сю Тонг сказал:

- Цзюнь Вуй, а твой племянник - не промах! Его удары и вправду нанесли урон Сяо Хану, иначе я бы сейчас так просто не выиграл. Я не видел его в битве, но могу сказать, что этот молодой человек, ещё даже не достигший Серебряного Суань, может потягаться в силах с мастером Небесного уровня!

Цзюнь Мосе скромно улыбнулся и ответил:

- Мне всего лишь повезло, и он счёл меня простым муравьём... Но он забыл, что и муравьи могут ужалить. Иначе я не отделался бы так просто.

Му Сю Тонг улыбнулся:

- Да, может причина в этом... Я за последние десять лет не видел, чтобы он так колебался, и не побеждал его так легко и быстро. Забавно, что такое происходит в тот день, когда мы впервые встретились, верно?

Мосе в ответ лишь усмехнулся:

- Вы не побеждали так просто потому, что он не смотрел на Вас свысока, а про меня он подумал, что я слишком слаб и не смогу ответить...

Му Сю Тонг мгновенье подумав, ответил:

- Что ж, наверное, всё дело в этом... Но теперь я запомню, что даже слабые люди могут быть опасны.

Цзюнь Мосе в ответ улыбнулся и, решив больше не продолжать разговор, намекнул:

- Ну... Мне кажется, что мой Третий Дядя слишком долго ждёт.

Сю Тонг, услышав ответ Мосе, рассмеялся и, вытащив свёрток, передал его Цзюнь Вую.

Цзюнь Вуй протянул трясущиеся от волнения руки, и коляска слегка скрипнула.

Мягко взяв свёрток, он медленно и аккуратно стал разворачивать ткань. Он был максимально нежен, будто в его руках была самая хрупкая вещь на свете.

Сю Тонг, наблюдая за ним, произнёс:

- …Госпожа до сих пор тебя помнит....

Цзюнь Вуй взглянул на него:

- Ты говоришь, что...

Сю Тонг грустно кивнул:

- Да, она всё ещё тоскует по тебе!

Лицо Цзюнь Вуя больше не было спокойной маской — на месте спокойствия отобразилась тоска...

Трясущимися руками он, слой за слоем, развернул подарок.

Внутри всех слоёв был маленький платок, а внутри него лежало несколько прядей тёмных, как ночь, волос...

В уголке платка были вышиты слова:

"Я не стригла волос эти десять лет. Каждую ночь все эти годы я смотрела в небо с надеждой, что однажды смогу вернуться в Тянсян, но жизнь нельзя повернуть назад..."

Цзюнь Вуй задрожал, словно лист на ветру, он медленно согнулся и опустил голову, прижавшись к платку... Прижавшись к этим волосам...

Так он сидел, не поднимая головы, очень долго....

Му Сю Тонг, видя это, произнёс:

- Госпожа готовится пробиться на Божественный Верховный Суань...

Цзюнь Вуй вздрогнул, но не поднял головы. Он не мог расстаться с этим платком: весь его мир сейчас был в клочке этих тёмных, как ночь, волос...

Сю Тонг всё это время спокойно стоял и ждал, но всё же сказал:

- Братец Вуй, я пришёл, чтобы передать тебе этот подарок, теперь настало время прощаться... Я надеюсь, что ты понимаешь ситуацию, в которой находиться Госпожа... Я могу лишь молиться, чтобы однажды эти трудные времена прошли, но... Не теряй надежды! Однажды этот день наступит!

Затем он сложил руки вместе и развернулся, дабы уйти.

Цзюнь Вуй поднял голову, когда гость уже успел пройти пару шагов, и хриплым голосом произнёс:

- ...Я... я забыл о манерах... Прости, что не мог быть гостем в твоём доме, но прошу, передай мои самые тёплые пожелания Госпоже Шао Циан.

Шао Циан была любовью Му Сю Тонга.

Му Сю Тонг не обернулся, но, улыбнувшись, ответил:

- Шао Циан теперь твоя названная сестра! В следующий раз как я приду, я возьму её с собой.

Цзюнь Вуй от всего сердца произнёс:

- Мои поздравления!

Му Сю Тонг улыбнулся, услышав столь тёплый ответ. Он сделал шаг, и его тело засверкало голубым светом. Словно лист на ветру, его силуэт колыхнулся, и он исчез, вдалеке лишь мелькали вспышки голубого света...

...Небеса и земля стали ближе друг к другу, и занавес ночи опустился на город...

Цзюнь Вуй так и сидел в своём кресле, прижавшись к платку с прядью любимых волос. Лишь ветер тихо колыхал листву, пока ночные тени всё больше охватывали небо.

Цзюнь Мосе молча стоял рядом с Дядей. Сейчас им не нужны были слова, чтобы понять чувства друг друга...

Луна медленно взошла на небесный трон, и звёзды-придворные засверкали вокруг.

Сердце Цзюнь Вуя наконец отпустило те воспоминания, что так его тронули. Десять лет мучений и страданий, которые оно терпело, не прошли даром.

Хриплым голосом Цзюнь Вуй поведал Мосе свою историю...

...Двенадцать лет назад сила семьи Цзюнь была в зените, а Цзюнь Чжан Тиан был неуязвим на поле битвы. Все уважали и боялись его непревзойдённой репутации, и никто не мог победить его!

Тогда все знали старшего сына семьи Цзюнь - Цзюнь Ву Хи по прозвищу "Белый Военачальник", ведь он мог взмахом руки полностью поменять исход сражения. Он так же был достаточно близок к Императору, чтобы влиять на его решения.

Средний сын семьи Цзюнь - Цзюнь Ву Менг, превосходно сражался и был так умён, что мог продумать всю стратегию сражения лучше любого генерала!

Тогда все на континенте Суань Суань знали и уважали силу семьи Цзюнь...

Цзюнь Вую в те годы было лишь девятнадцать, и он был в самом расцвете сил.

Молодой, красивый, талантливый, умелый в боевых искусствах, необычный, темпераментный и уверенный в себе — он привлекал внимание множества дочерей министров.

Как-то Цзюнь Вуй отправился в Зал Великолепных Драгоценностей, чтобы повеселиться, как любой богатый Молодой Господин. Но, в середине Зала, он встретил юную молодую красавицу.

Они обменялись парой фраз и сразу же понравились друг другу. Вскоре после этого, они отправились в путешествие по Королевству Тянсян рука об руку.

Две юные пташки, Цзюнь Вуй и Хан Ян Яо, вместе гуляли по разным городам Королевства. Со временем, их чувства друг к другу лишь окрепли, и они влюбились.

Конечно же, новость о подобном событии не могла оставаться тайной...

Однажды в Королевство Тянсян в поисках Цзюнь Вуя пришли таинственные люди.

Несмотря на всю мощь семьи Цзюнь, эти люди атаковали их резиденцию, даже не подозревая, что Цзюнь Вуя там нет! Их совсем не заботило, что семья Цзюнь крайне сильна...

В той битве семья Цзюнь сильно пострадала. Среди людей, атаковавших резиденцию, не было экспертов ниже Суань уровня Земли! С обеих сторон были потери, но атакующие имели свои тузы в рукавах...

Вернувшись и узнав о произошедшем, Цзюнь Вуй был шокирован. Юная Хан Ян Яо тогда объяснила ему, что всё это произошло из-за её родственников.

Она поведала ему, что сбежала от своей семьи: самой таинственной и самой могущественной семьи во всём мире!

Клан Хан из города Серебряной Метели!

Город Серебряной Метели!

Лишь одно имя было настолько загадочно, чтобы напугать любого! За тысячи лет об этом городе были известны лишь слухи... Только мощь, стоящая за названием города, была вне всяких вопросов!

Зал Великолепных Драгоценностей был лишь предприятием по продаже товаров из города Серебряной Метели. Богатый и великий Зал был лишь магазинчиком, подчиняющимся городу Серебряной Метели. Залу доставалась лишь маленькая доля дохода!

Лишь никому не нужный хлам из города Серебряной Метели попадал в Зал Великолепных Драгоценностей, но и тот продавался по огромным ценам!

Зал Великолепных Драгоценностей продавал товар по высочайшей цене, а вырученные деньги использовал, чтобы купить ещё что-нибудь из города Серебряной Метели.

Будь то техника достижения вечной жизни, или книга по обучению сильнейшему боевому искусству, или крайне редкий Суань-Зверь... Любой редкий и очень редкий товар, который невозможно достать, Зал покупал у города Серебряной Метели за любую цену.

Хан Ян Яо была дочкой Хан Жана, правителя города Серебряной Метели.

Разумеется, проблемой было не происхождение Хан Ян Яо и не происхождение Цзюнь Вуя: она - дочь повелителя города Серебряной Метели, он - сын семьи Цзюнь.

Хоть семью Цзюнь и нельзя было сравнить с кланом Хан, но братья Цзюнь были сильнейшими среди многих.

Проблемой было то, что Хан Ян Яо уже была обручена с Сяо Ханом - внуком самого влиятельного старейшины города Серебряной Метели Сяо Хуи Фенга, и им, по достижении определённого возраста, нужно было вступить в брак!

Двое влюблённых старались остаться вместе, но семья Сяо угрожала всей семье Цзюнь…

Под давлением, Хан Ян Яо вернулась в город Серебряной Метели и больше не возвращалась...

Глава 118. Его глубочайшая ненависть.

Перед уходом Хан Ян Яо сказала Цзюнь Вую, что если он сможет пробиться на Верховный Божественный уровень, то у них будет шанс быть вместе. В то время Цзюнь Вуй и не мечтал о подобном, ведь тогда он был лишь на полпути к Золотому Суань!

А разница между Золотым и Верховным Божественным уровнями неизмерима...

В следующие два года семья Цзюнь потерпела несколько поражений в экспедициях, куда их посылал Император, и старшие братья Цзюнь Вуя - Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Менг - покинули этот мир вместе с множеством верных семье Цзюнь солдат.

Под гнётом всех этих обстоятельств так вышло, что и Цзюнь Вуй пострадал, и даже стал калекой...

Му Сю Тонг был одним из тех немногих, кто тогда был близок с Хан Ян Яо, а так же он был вторым во всём городе Серебряной Метели, кому нравился Цзюнь Вуй — они друг для друга были как Братья.

После травмы спины Цзюнь Вуй впал в депрессию, ведь он понимал, что шансов, ещё раз увидеть Хан Ян Яо, у него почти нет...

Время текло, словно река, десять лет пролетели как один день. Цзюнь Вуй иногда смотрел на полуночную луну и молился: молился о том, чтобы ещё хоть раз увидеть её, но он и не думал, что когда-то снова услышит о ней!

Сейчас же в его голове роились мысли: они мелькали и рвались наружу, словно его захлестнуло цунами из эмоций.

Цзюнь Мосе тихо слушал рассказ Дяди, не говоря ни слова. Он понимал, что прерывать Дядюшку нельзя, ведь он не просто произносил пустые слова, а от всего сердца рассказывал свою историю. Все эти эмоции и переживания были заперты в далёком углу его сердца очень давно, а сейчас он неожиданно получил весточку от любимой и не мог больше сдерживаться...

Всё, что сейчас ему было нужно - слушатель, которому он смог бы открыться.

Хоть Цзюнь Мосе и слушал всё это с каменным выражением лица, он понимал, что даже просто сидя рядом, он может помочь.

[Слишком долго Цзюнь Вуй держал это всё в себе, слишком долго...]

Ночь становилась темнее, туман покрывал землю, а Цзюнь Вуй тихим и грустным голосом продолжал говорить. Запинаясь и иногда замолкая, чтобы вспомнить, он говорил и говорил:

- Для нашей семьи трон могущества оказался слишком скользким, а мой второй брат погиб при неизвестных обстоятельствах... Я тогда подозревал, что за этим может стоять город Серебряной Метели, ведь они умели действовать, оставаясь в тени, и приказал немедленно начать расследование, но... Но моих военных заслуг было недостаточно: город Серебряной Метели слишком сильно окутан тайной, и расследование никуда не привело... Неожиданно мне приказали отправиться на войну с империей Ю Танг, чтобы отобрать преимущество... На поле боя я думал, что продави я их защиту ещё чуть-чуть, то мы победим!... Но в критический момент на стороне империи Ю Танг появились крайне сильные эксперты Суань Ци — они возглавили атаку кавалерии, и всё поле боя, вся стратегия... Всё рассыпалось в прах...

Да и на нашей стороне были продвинутые эксперты... Был один эксперт Небесной Суань, звали его... Да, его звали Чен Ер Мази... До сих пор я слышу, как он кричит мне "Бегите, Генерал, бегите!"... Потом нас накрыло вспышкой ярко-голубого света и вокруг всё стало красным... Несколько солдат окружили меня, чтобы защитить... все погибли... на моих глазах... Я слышал, как ломались их кости, они истекали кровью...

Это... Это был кошмар!.. Я весь был в крови... В красной, липкой крови моих Братьев... Я... я пытался спасти некоторых, но они уже были мертвы...

Голос Цзюнь Вуя дрожал от боли. Когда он произносил последние слова Чен Ер Мази, то стал говорить шёпотом... Всё его лицо было мокрым от слёз.

- ...Тогда я чуть не сошёл с ума... Все они были моими Братьями: мы пили вместе, мы... мы пели вместе, охотились и путешествовали вместе, мы сражались вместе и праздновали победы!.. Все они, все они погибли на моих глазах!

Цзюнь Вуй уже кричал, не в силах больше сдерживаться, он почти рычал:

- Мертвы! Умер каждый из них! Братья!.. Мои братья... все мертвы...

Зажмурив глаза, он плакал, не в силах сдерживаться.

- Всё это... ВСЁ ЭТО - МОЯ ВИНА!!

Цзюнь Вуй кричал, но не криком ярости, а боли. Было понятно, что он внутренне ослабел:

- Я был в отчаянии, я хотел убить... нет — разорвать каждого... Любого!.. Я был слишком медленным... слишком слабым... Те таинственные люди, скакавшие во главе кавалерии, поймали меня... отравили мой дантян каким-то ядом и этим закрыли меридианы нижней половины моего тела!.. Я даже кричать не мог, я мог лишь смотреть. Хоть они и скрывали за масками свои лица, но я видел их глаза: среди них, кажется, была одна женщина... Появись они рядом, посмотри я снова в их глаза, то сразу бы узнал их!..

Я знаю, что они были из города Серебряной Метели, я уверен! Эти люди пришли прямиком из Ада... Нет, они даже не люди, они слуги Дьявола!.. Я навсегда запомню, как они смеялись, пытая меня...

С покрасневшими глазами Цзюнь Вуй всё продолжал:

- ...С тех самых пор, как бы я ни старался, я не мог встать: я злился на всех и вся, в сердце был лишь гнев... Я не рассказывал о своих догадках отцу - город Серебряной Метели слишком силён... Узнай он, что это были они, то точно попробовал бы отомстить... Даже силам ста семей Цзюнь не под силу их одолеть!.. Я даже думал покончить с собой, но тогда семья, оставшись совсем без наследников, точно бы вымерла...

- ...Мои старшие братья погибли из-за меня, но я всё ещё жив и здоров. Мои солдаты - братья по оружию - погибли из-за меня, но позволили мне дожить свою жалкую жизнь..., - с грустной улыбкой произнёс Цзюнь Вуй, вытирая мокрые от слёз щеки:

- А вскоре и два мои племянника погибли из-за моей слабости, но я выжил... Мосе! Ты не думаешь, что твой Третий Дядя бесполезен? Никчёмен? НИКУДА НЕ ГОДЕН?!?

Цзюнь Вуй прокричал это с яростной улыбкой, злобно дыша. Море ненависти в его сердце, наконец, смогло вырваться наружу.

Цзюнь Мосе со спокойным лицом сидел и без слов слушал. Он, немного подумав над историей Третьего Дяди, тихо произнёс:

- В таком случае смерть - слишком простой для Вас выход, но и жить такой жизнью очень сложно. Смерть - это выход для трусов, но пережить такой удар судьбы мог лишь настоящий воин! Быстро закончить страдания мог бы каждый, но столько прожить и при этом не сойти от пережитого с ума... Дядя, Вы удивительны!

Цзюнь Вуй в ответ на такое грустно улыбнулся:

- А кто сказал, что я хочу умереть?.. Я не могу умереть, Мосе, не могу... У твоего Деда были три внука, и двое уже мертвы, что будет, если и я умру? Твоего Деда удар хватит, да и семья Цзюнь...

Мосе лишь промолчал.

Эти черви грызли сердце Цзюнь Вуя слишком долго... Недавно он вернул себе возможность ходить, сегодня он встретил старого врага и старого друга из прошлого, получил подарок от давней любви…

Всё это взбудоражило старые раны, и он вслух произнёс слова, которые раньше были только в его голове.

- Все эти годы, когда я закрывал глаза, мои умершие братья спрашивали меня: "Почему ты не мстишь за нас?". Кровь братьев снова была на моём лице, когда они спрашивали: "Третий Генерал, почему ты не мстишь за нас? Отомсти за нас, отомсти!".

Цзюнь Вуй так сильно сжал кулаки, что из них потекла кровь.

- Даже в моих снах она течёт, оставляя привкус металла на губах... Липкая, горячая кровь моих братьев по оружию... Она все льётся и льётся, и льётся...

Наклонившись вперёд, Цзюнь Вуй задрожал, накрыв лицо руками.

Цзюнь Мосе сделал глубокий вдох и посмотрел в небо. Вдруг по его телу прошла волна, и так долго скрываемая жажда убийства хлынула наружу!

С мягкой улыбкой он думал:

[Город Серебряной Метели? Неет, семья Сяо! Вы думаете, что лучше всех, а? Вы думаете, что у вас сил так много, чтобы творить всё, что вздумается? Ха-ха, это лишь пока, теперь вы - моя цель. Я поднимусь по лестнице этого мира, и по пути я точно наступлю на вас!]

[Теперь я - Цзюнь Мосе. Теперь и горе, и радости семьи Цзюнь - мои! Семья Сяо из города Серебряной Метели? Подождите несколько лет, и Злой Монарх навестит ваши дома!]

...Вдалеке стоял Цзюнь Чжан Тиан и со смешанными чувствами смотрел на своих — единственного сына и единственного внука.

[Эта боль, что пережил мой сын за эти годы... как же я жалок, что не замечал её? Почему я до сих пор не отомстил городу Серебряной Метели? Неужели ты думал, что я никогда не узнаю и меня можно дурить вечно?

Как я мог все эти годы не знать об этой вражде?.. Но ведь у нашей семьи за поколения собрались десятки тысяч последователей! Реши мы так, семья Цзюнь могла бы с их помощью свергнуть мелкого короля... Приди мы за кем-то, то началась бы кровавая битва!]

Он беззвучно стоял довольно долго, но через некоторое время Старый Цзюнь исчез в ночи. Племянник и Дядя вдвоём слушали, как завывает и стонет ветер...

...В королевстве Тянсян наступала осень.

Осень в королевстве Тянсян была тихой, но славилась большим обилием всевозможных птиц. Сотни разных пташек в это время года вечно кружили в воздухе, хлопая своими крыльями.

Так же много сильных экспертов Суань Ци заканчивали в это время свои тайные одиночные тренировки и все они, вылезая из своих нор, приходили в Столицу послушать последние слухи. Словно детективы, они прочёсывали все тёмные уголки.

Но слухи и новости недолго задерживались в одном месте, и в считанные дни расходились по всему континенту.

Скоро в Столицу прибудет много сильных гостей...

Глава 119. Возможность?

Кроме этой, была и другая, сенсационная новость.

Неожиданно…

Не так давно в главном городе Тянсян бушевали бунты, и всего за одну ночь северная часть города была полностью разрушена. Семья Тань пустила всю свою необузданную силу на охоту на людей, которая принесла им огромные потери. Создавалось впечатление, что они потеряли что-то крайне ценное.

В конце концов стало известно, что было утеряно Ядро Суань-Зверя Девятого уровня!

Однако эта информация была неподтвержденной. Просто кто-то заметил, что это может быть причиной всей суматохи, но слухи быстро обретают крылья, и это предположение разлетелось по всему континенту в считанные дни.

- Просто потрясающая возможность! Мы должны найти это Ядро!

В имперском доме своего наставника Ли Юран сидел на краю постели Ли Шанга:

- Разве? Наше последнее приключение было похоже на поговорку "богомол преследовал цикаду, не зная про иволгу позади"*... Почему Вы решили, что это отличная возможность?

Ли Шанг чувствовал себя уже намного лучше, но все ещё был очень слаб. Силы ещё не вернулись к нему, но голос его был крепок. С блеском в глазах он смотрел на своего внука, ожидая его ответа.

С того самого дня, когда пострадал дантян Ли Шанга, его состояние после лечения постепенно нормализовалось, однако физическое состояние ещё было в упадке. Это приносило Ли Шангу много душевных страданий: он знал, что не продержится долго.

Именно поэтому он занялся обучением своего драгоценного внука, Ли Юрана. Неважно, какова проблема - Ли Шанг всегда сначала спрашивал у Ли Юрана его мнение, а потом указывал на недостатки.

И в этот раз внук его не подвел: уже можно было увидеть громадный прогресс в его умственных способностях. Несмотря на то, что его мышление было довольно ограниченным, он показывал большой интерес к обучению.

Этот факт согревал холодное сердце Ли Шанга, и он думал, что наконец-таки нашёл себе преемника!

- Сейчас вся ситуация очень проста: Суань-Ядро украдено из семьи Танг. Я считаю, что всего три группировки способны провернуть подобное дельце, но все они не настолько глупы, чтоб дать таким слухам разойтись, ведь иначе у них будут большие проблемами, особенно с семьей Танг... Суань-Ядро имеет огромное значение, намного большее, чем считают его владельцы. И если бы кто-то из этих трёх украл Ядро, а оставшиеся двое разузнали бы об этом, то они, несомненно, попытались бы выкрасть его у первых похитителей. Поэтому мне кажется, что Ядро украл кто-то ещё.

- Другими словами, если мы найдём воров, то сможем забрать у них Суань-Ядро!... В день кражи вор смог украсть очень важную вещь так, что этого никто не заметил, он смог уйти, не оставив никаких следов... Неудивительно, что некоторое время о произошедшем не было никаких известий. А сейчас на каждом углу шепчутся, ведь стало известно, что украденная вещица - Ядро Суань-Зверя Девятого уровня. Слишком странно: вор столько ждал, прежде чем сделать шаг... Что-то, несомненно, кроется за всем этим!

- Но каковы скрытые намерения вора?.. Ваш внук ещё слишком глуп и смог обдумать так мало... Во-первых, хоть Ядро и украли, но, видимо, вор не знал, как им воспользоваться, а может быть даже и не знал, что это вообще за вещь... Пытаясь выяснить, что же он украл, он привлёк к себе лишнее внимание, и так появились все эти слухи. Это вполне может быть правдой... Суань-Ядро - весьма загадочная вещь, и даже семья Танг, изучающая его несколько десятилетий, так и не выяснила всех его свойств. Даже мы, имея те знания, что у нас сейчас есть, возможно, никогда бы не смогли познать истинную его силу...

- …Продолжай.

В глазах Ли Шанга читалось одобрение.

- Во-вторых, вор, наверняка из города Тянсян, и, скорее всего, это не простой начинающий эксперт: это должен быть мастер высочайшего уровня... возможно, Небесный Суань или выше. Может быть, он сейчас готовится к прорыву на уровень выше, иначе он не дал бы информации о Ядре уйти так просто: он бы просто залёг на дно и ждал, пока шумиха утихнет... Так что, исходя из всего вышесказанного, я с уверенностью могу заявить, что этот вор точно готовится к прорыву.

-...Да! Ещё варианты?

Одобрение крепло в глазах Ли Шанга.

- Ещё… Хм... Вор принадлежит к очень могущественному клану и точно знает, что у него за спиной есть поддержка — всё происходящее указывает именно на этот вариант. В городе есть несколько очень сильных и богатых семей и людей, но мы должны искать того, кто может быстро собрать все силы вместе, потому что только при такой поддержке вор смог бы действовать так смело и безрассудно. - голос Ли Юрана был тих и осторожен.

- Очень хорошо продумано. Видишь, число подозреваемых сузилось до небольшого круга... - легонько похлопал Ли Шанг в ладоши с очень довольным видом. - Есть кто-нибудь на примете?

- Ну, естественно, отсекая нашу семью и семью Танг... Остаются: семья Цзюнь, семья Муронг, семья Дугу, семья Мэнг и семья Сонг. Это может быть кто угодно из этой пятерки!

Ли Юран поднял указательный палец вверх и добавил:

- И, хоть мы и враги с семьей Цзюнь, стоит отметить, что Цзюнь Чжан Тянь - человек честный и порядочный, он не стал бы принимать в таком участие. Цзюнь Вуй... Тело у него искалеченное, но умом он крепок... Но инвалидность ограничивает его подвижность. А что до этого молодого сорванца семьи Цзюнь Мосе... Боюсь, он не способен собрать воедино все силы семьи Цзюнь... Так что пока семья Цзюнь на последнем месте, но полностью исключить мы их не можем, ведь всё возможно!

То, что это работа семьи Дугу - тоже маловероятно. У них, конечно, достаточно влияния и сил, чтобы быть нашей "иволгой", но, откровенно говоря, им не хватает амбиций. Сейчас семья Дугу со своей нынешней силой запросто могла бы сместить семью Цзюнь! Его Величество терпит семью Дугу по одной простой причине: они - семья воинов. Но, в отличие от семьи Цзюнь, у них в прошлом не было могущественных Генералов. Семья Дугу может пройти сквозь ряды противника и уничтожить их, но, до тех пор, пока во главе их войска не будет человека из семьи Цзюнь, например, Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Менга или Цзюнь Вуя, одной лишь мощи семьи Дугу будет недостаточно для победы... Но опять же, всё это не исключает их из списка подозреваемых!

Но если это они, то семью Дугу ждёт, лишь одно - Его Величество уничтожит всю семью! Хоть Его Величество и считает Дугу надёжными, но у них нет тех заслуг, что имеет семья Цзюнь. Но всё-таки это могут быть и они... У семьи Дугу хватит на такое сил, верно?..

Семья Дугу, если поразмыслить, сильна. У них есть бесчисленные отпрыски, но нет единства, которым обладает семья Цзюнь. Даже если всю верхушку семьи Цзюнь уничтожить, у них полно сторонников, способных встряхнуть всё королевство!

- …И всё же вероятность того, что воры - это Дугу, не намного выше вероятности, что это Цзюнь. И я бы добавил, что в их семье не наблюдается настолько смелого человека, и шпионы в их семье молчат...

Что до семьи Мэнг... Во-первых, они наши союзники. Во-вторых, у них также нет настолько могущественного и безрассудного человека. Так что, возможность того, что это они - невысока.

Семья Сонг никогда не выделялась из главных семей... Но иногда собака, которая не лает — кусается, так что я ставлю их под подозрение.

Ну, а семья Муронг всегда была очень амбициозна и вечно придумывала что-то новое. К тому же, у них крепкие дружественные отношения с королевской семьей, так что королевская семья вряд ли стала бы подозревать их в чём-либо. Вот почему мы должны обратить на них внимание…

Ли Юран тщательно размышлял над сложившейся ситуацией, и голос его был тих, но по интонации было понятно, что эта тема его волнует.

- Что ж, хорошо... - кивнул Ли Шанг. - Но есть пара вещей, о которых ты не вспомнил.

- Прошу, исправь мои ошибки, Дедушка, - ответил Ли Юран.

- Самая влиятельная семья в городе - это королевская, а ты даже не назвал её! А также она самая могущественная, хоть никто до сих пор не знает, что же за сокровища скрывает Его Величество. Но, если бы не огромное количество сильных экспертов, охраняющих его, то он уже десятки раз был бы убит!.. Тебе следует поразмыслить над этим. И те три городских группировки... они достаточно сильны, чтобы это сделать, так что включи их в свой список.

К тому же, мы не можем пренебрегать тем фактом, что, вполне возможно, это всё проделки таинственной организации, существующей за пределами города Тянсян. Нашими ворами также могут быть несколько хорошо известных групп наёмных убийц, работающих в пределах города... Кхе-кхе...

Ли Шань откашлялся и с трудом продолжил: - Вся эта история с кражей Суань-Ядра вскоре разгорится, как пожар, и ты, Юран, должен быть очень осторожен, ибо нашей текущей силы отныне недостаточно! Если ты влезешь в это, если ты хочешь выйти победителем... тебе понадобится значительная поддержка и множество людей! Без такой поддержки ничего не выйдет, а твои братья... они не смогут прикрыть твою спину...

- Так что мой тебе совет: без поддержки не лезь в этот пожар, иначе - сгоришь!

Ли Шань протяжно выдохнул, ложась на кровать.

Ли Юран серьёзно закивал:

- Да. Я уже отдал приказ нашим птичкам в ночи и думаю, что скоро они примут решение.

Ли Шанг прикрыл глаза:

- Хорошо, хорошо... А как твои успехи на пути к Небесному Суань?

- Я уже достиг наивысшей точки Суань Золота, но... - в голосе Ли Юрана слышалась виноватость. - …Но, состояние ещё нестабильное. Как только мне удастся его нормализовать, я смогу войти в Нефритовый Суань, но...

Ли Шанг поднял руку, прервав его на середине предложения:

- Не будем беспечны, мы знаем, чем беспечность может обернуться... Я с радостью помогу тебе совершить прорыв... В конце концов, именно ты - надежда на будущее семьи Ли. Не бери на себя слишком много забот.

У Ли Юрана перехватило дыхание.

Ли Шанг использовал Коралл Нефритового Моря для лечения, но тот неожиданно взорвался. Тогда Ли Шанг перенёс страшные травмы: взрыв даже задел симпатичное лицо Ли Юрана.

Но, несмотря на это, тот случай не был полнейшей катастрофой. Ли Юран неожиданно получил из него выгоду.

Коралл Нефритового Моря содержал в себе большое количество энергии, которая должна была использоваться при исцелении Ли Шанга, но, из-за взрыва, он не смог впитать его полностью. Случилось так, что в момент взрыва значительная часть энергии вошла в тело Ли Юрана и осела в его меридианах. Скрытый дар!

Тогда, из-за ран на лице, Ли Юран не смог полностью сконцентрироваться на культивации, но теперь, благодаря этой энергии, он смог продвинуться с начала Суань Золота на самую вершину за одно усилие! Он был в шаге от Суань Нефрита, что было не только исключительным случаем для его возраста — этот случай будет на слуху у всех его ровесников по всему континенту!

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Китайская идиома. Примерный смысл в том, что "всё всегда возвращается бумерангом".

Глава 120. Первая в новой жизни плата за сделку.

- Большое расследование началось из-за разрушений на севере города. Может это и совпадение, но сын Квин Ху - Квин Сяо Бао - недавно ненароком оскорбил Танг Юаня и Цзюнь Мосе! Цзюнь Мосе и Толстяк точно бы не спустили такое на тормозах, но я не думаю, что разгром на севере - их рук дело... Наверное, я слишком многих подозреваю, но, мне кажется, что эти два дела связаны, хоть и не могу объяснить, почему...

Сказав это, Ли Юран встал и начал медленно расхаживать по комнате:

- На сегодня северная часть города потеряла свои глаза и уши, а значит, и мы потеряли многих шпионов в северной части города... Нам срочно нужно придумать, как восстановить потери.

Ли Шанг, прикрыв глаза, ответил внуку:

- Хорошо, тогда этим и займись... Я бы порекомендовал тебе стать членом Имперского Суда, но ты ведь против этого, поэтому послушай мой совет, Юран: я создал основу для нашей семьи именно благодаря высокой позиции в Имперском Суде, а не потому, что сидел и смотрел на речки с озёрами! Я знаю, у тебя много амбиций, но ты всегда должен помнить предел своих сил... Слишком опасно каждый раз испытывать удачу: если хочешь успеха - будь осторожен и расчётлив!

Ли Юран тихо склонил голову в поклоне и произнёс:

- ...Ваш внук запомнит эти слова.

...Тем временем...

Ленивый осенний ветер слегка покачивал ветки деревьев, и двое мужчин, прогуливаясь по городу, наслаждались моментом. У одного из них был очень высокий рост и жёлтое лицо, а острые и цепкие глаза не подходили к лицу, словно были чужими. Лицо другого мужчины было немного темнее, чем у первого, но телосложением они были похожи.

Мужчина средних лет мягко шагал, вертя головой:

- Да, за десять лет Столица Королевства Тянсян сильно изменилась...

Его голос звучал растерянно, словно недавно он был в другом мире и только что вернулся.- Это место раньше было Залом предков семьи Йе... Я рос, играя тут с моими Братьями... хе-хе... - рассмеялся он, но отчётливо было слышно, что ему грустно.

- Дядя, ты же не так стар, чтобы вспоминать такое? - улыбнулся младший. - В конце концов, Вы привыкнете ко всему этому. Всё однажды кончается: неважно, царь ты или прислуга - всему, у чего есть начало, приходит конец. Живи мы вечно, никого бы не беспокоили известность и слава.

- Привыкнуть... Легче сказать, чем сделать! - мужчина средних лет шумно вздохнул. - Последние десять лет были словно... кошмар. В его словах слышалось лишь отчаяние... Раньше вокруг меня были мои Братья, но они погибли, и я один остался в этом мире...

- Дядя, ты не задумывался, что сейчас под нашими ногами?

Молодой парень с жёлтым лицом мягко улыбнулся, будто думал над вечной иронией жизни и смерти. Сейчас его глаза будто смотрели и в прошлое, и в будущее — сейчас его больше ничто не заботило. Он указал пальцем на землю под ногами и произнёс:

- Третий Дядя, с древних времён, за многие тысячи лет, знаешь ли ты, сколько людей погибло и теперь похоронено под нашими ногами?

- Если подумать, то куда мы не наступи, мы обязательно на чьём-то трупе! Сейчас мы, может, стоим над трупом бродяги, а сделай шаг - и мы стоим над древним, великим Императором! Вся эта почва под нашими ногами... она состоит из огромной горы старых костей. Ведь растение, засыхая, гибнет и сгнивает, давая удобрения для других растений... Однажды Вы, или может я, тоже будем лежать в земле, и по нашим костям пройдутся другие!

Поэтому самое важное - это то, что происходит сейчас! Сейчас мы стоим на ком-то, и неважно, крестьянин это был, вельможа, дочь министра или сам министр! И что же они сейчас?.. Очевидно, что мы сами, при жизни, должны добраться туда, где никто не посмеет наступить на нас, живые мы или мёртвые!

- Ха-ха... - рассмеялся мужчина средних лет. - Это может быть правдой, но мы также должны время от времени вспоминать и о погибших. Не вспоминай мы о тех, кто погиб, или хуже - стань мы недостойны того, чтобы помнили о нас... как мы тогда можем ждать от будущих поколений уважения после смерти? Король при жизни - король, но, если он убьёт миллион невинных, то, неважно, погибнет он на святой горе или в своей постели. Он всё равно отправится в Ад!

- При жизни мы не должны сожалеть! Даже сделай мы нечто плохое - мы не должны сожалеть! Зло, совершённое во имя благой цели - это добро?.. Добро, совершённое при злых намерениях - зло?.. Никто не ответит точно, ведь никто не может этого знать... Пока мы живём, мы должны наслаждаться! Жить, подобно морю - свободно, без границ… действовать так, как велит сердце! Если кто-то не нравится - наступи! Если тебе вредят - убей! А если кто-то встал на пути - круши!

Пока живы, мужчины и женщины должны смотреть в Небеса и улыбаться, чтобы показать тем, кто уже там, что мы - живы! Что мы достойно пришли в этот мир! - глаза младшего словно издалека смотрели на окрестности. - Это всё - лишь игра, не более!

Эта парочка выглядела довольно странно: хоть они и выглядели молодо, но пререкались при этом совсем как старики.

Этой странной парочкой были Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе.

Цзюнь Вуй за последние десять лет ни разу не покидал резиденции семьи Цзюнь, поэтому Цзюнь Мосе решил вытащить Дядю из постели. Цзюнь Вую это было нужно, и он, недолго думая, согласился.

Дуэт из дяди и племянника в тайне ото всех ускользнул из дому — они решили побродить по улицам Столицы.

В своей прошлой жизни Цзюнь Мосе вёл довольно скрытную жизнь, и поэтому испытал на себе множество и древних, и современных способов изменения внешности.

К моменту выхода из резиденции и Мосе, и его Дядя выглядели настолько непохожими на себя, что даже подойди кто вплотную, их было не узнать.

- Мосе, неужели ты веришь в такую... - дослушал его Цзюнь Вуй. Затем он покачал головой и рассмеялся: - Если ты сам не видишь, то хоть послушай себя. Я боюсь, что ты очень сильно изменился... Ты уже смотришь на жизнь и на смерть, как очень старый человек.

Цзюнь Мосе в ответ лишь улыбнулся: [Да, я действительно звучу, словно древний старик... Я многое повидал в жизни, да к тому же, это - моя вторая жизнь...]

Цзюнь Вуй замер, глядя на дорогу, плавно изгибающуюся влево:

- А это место раньше было личной резиденцией одного из Принцев. Кто же смог превратить этот дом в Зал Хуанг Хуа? Я поражён: кто в Столице смог выгнать Принца из его собственного дома? Зал Хуанг Хуа... Что всё это значит? Я не припомню такого заведения на этом месте...

Дорога выглядело скромно, но вела к очень большому дому. Со стороны дома доносился жалостливый и отчаянный крик…

Прохожие, проходящие мимо, старались держаться как можно дальше от ворот Зала Хуанг Хуа, будто там их могла укусить змея.

У всех проходящих мимо в глазах читались гнев и отвращение, перемешанные со страхом, и все прохожие ненароком ускоряли шаг, чтоб побыстрее пройти мимо ворот заведения.

Цзюнь Мосе тут же порылся в памяти и сказал:

- Зал Хуанг Хуа - это что-то вроде борделя, вот только эскорт тут несколько моложе, и большинство тут... дети!

Неожиданно, злоба возникла глубоко в сердце Цзюнь Мосе.

Это - транзитная точка для продажи детей. Если они с образованием, то их отправляют дальше. Если же они не образованы, но красиво выглядят и быстро соображают, то их подготавливают и продают большим семьям за большие деньги как слуг. С теми же, кто слишком молод, поступают хуже всего - им позволяют остаться здесь на несколько лет, пока они не достигнут зрелости, а потом продают в Реку Душевного Тумана для грязных утех мужчин и женщин... Это место - оплот греха и похоти.

Услышав такое, Цзюнь Вуй грозно посмотрел на ворота Зала:

- Я и не думал, что такому месту позволят существовать в Столице Тянсян! Как власти могли такое допустить?!

Цзюнь Мосе вздохнул:

[Это место раньше принадлежало Принцу, и у него его отобрали, но никто не знает как или почему... У кого духу хватит выступить против таких людей? Это был дом Принца, и кто-то смог его забрать, что простой человек сможет с таким поделать?

Эта империя - слишком бюрократична, и именно поэтому подобное место может существовать... Может, среди покрывающих его, есть кто-то с высоким чином и большой властью, а может, сын кого-то могущественного — но кто попробует рискнуть и выяснить?! К тому же, много людей приходят сюда по своей воле в поисках заработка: сироты из приютов, бедняки... А потом их продают в рабство. Кому какое дело до бедных?]

- Это - ужасно! Как же жаль, что... хмф, - злобно выдохнул Цзюнь Вуй.

Он острым взглядом посмотрел на ворота, но сегодня он должен был отступить, ведь раскрой кто-нибудь его личность - начались бы большие проблемы. К тому же Цзюнь Вуй ещё восстанавливался: ему в любом случае необходимо было скрывать своё исцеление ото всех.

Как только двое переодетых родственников собрались уходить, позади них раздался неожиданный тонкий крик и, звук приближающейся шумной толпы.

На середину улицы упала фигура молодой служанки: её одежда была изорвана, а на лице была боль. Она плевалась кровью, и в её помутневших глазах почти не читалось желание жить. Она еле слышно плакала:

- Брат... Прошу, старший брат... Умоляю, не дай ему...

- Сестра!.. - крикнул тонкий голос, и у открытых ворот появился худенький и маленький парнишка. Его придерживали и не давали выйти, но парнишка яростно постоянно пытался вырваться: но как такому юному парню совладать с взрослым мужчиной?

В отчаянии парень крутился и пытался ударить державшего его локтями. Потом он вдруг открыл рот и укусил державшую его руку. Мужчина взвыл от боли, а парнишка тут же рванулся к молодой служанке.

Умирающая девушка оглянулась и увидела бегущего к ней парнишку, и в её глазах мелькнули радость и счастье. Она с трудом подняла руку и протянула её навстречу бегущему мальчишке, надеясь обнять его.

Затем кто-то громко выругался, и по улице раздался звон вынимаемого из ножен меча. Мальчик, почти добежавший до сестры, вдруг выгнулся, но не остановился... Мельком посмотрев вниз, он увидел, что разрублен пополам, словно стебель бамбука!

Споткнувшись, он упал на землю и перестал дышать.

Его тело было разрублено, но упав, он по инерции проскользил по мостовой ещё пару шагов. Его руки тянулись к девушке, а в глазах были безысходность и гнев - он почти добежал до сестры...

Лишь пару шагов разделяли их, но эта дистанция, даже ценой их жизни, была для них непреодолима!

Неужели на глазах умирающей сестры умер её младший брат?!

Из последних сил, с криком и стоном, девушка пробовала доползти до тела брата, но смогла лишь пару раз приподняться и упала...

Её красивые глаза уже покидала жизнь, но она не отвела взгляда, и продолжала смотреть на брата. Дёрнувшись в последний раз, её тело больше не подавало признаков жизни, но руки так и тянулись к любимому брату...

Со звуком "цзинь" маленькая, сломанная медная монета выпала из одежд девушки, прокатилась вдоль руки, став красной от крови двух погибших. Монета всё катилась и катилась, и, наконец, ударилась о ногу Цзюнь Мосе.

- Грешники! В этом месяце такого слишком много. Да уж, бедные эти дети... - пробурчал про себя один из прохожих, и, покачав головой, быстро ушёл.

- Вот что случается, когда продаёшь себя в рабство... Наверное, это можно посчитать наказанием за их грехи? - пробормотал про себя другой прохожий.

Много зевак собралось, и у каждого из них на лице явно читалось сострадание к жертвам и гнев на сделавших это, но никто не смел вслух сказать что-то против. Через мгновение, все собравшиеся стали расходиться, и улицы снова стали пустыми...

- Животные!!

Громкий крик Цзюнь Мосе заставил всех обернуться. От ярости он громко произнёс: - Как вы можете убивать настолько молодых?! В вас что, совсем нет человечности или чувства справедливости?!

Несколько человек, стоящих у ворот, с адскими лицами улыбались, наблюдая за происходящей резнёй. Они никогда раньше не слышали подобного, ведь это - Зал Хуанг Хуа! Большего и говорить не стоит!

Мужчина, которого укусил парнишка, оскалившись, крикнул:

- Если тебе не нравится - не смотри, лучше иди, куда шёл! Вали домой к мамочке и не смей больше открывать рот. Я решаю судьбу этих двоих, кто ты такой, чтобы говорить мне о справедливости или человечности?!

Цзюнь Вуй был одет, как школьник, но его странная роба делала его похожим на бедного, плохо успевающего школьника.

Цзюнь был в гневе:

- Да как ты!.. Ты смеешь творить ТАКОЕ в самом центре Столицы?! Как ты можешь показывать такое большое неуважение к чужой жизни, да ещё и насмехаться над этим?!

В это время Цзюнь Мосе, онемев, смотрел вниз на монету, лежавшую рядом с его ногой. В одну секунду его сердце пропустило удар, и он вновь почувствовал странное чувство!..

[Эта сломанная монета... Она прокатилась через всю улицу, не задев никого, и докатилась ко мне! Что это значит?.. Это совпадение... или знак свыше?]

В этот момент Цзюнь Мосе вернулся в прошлую жизнь, кода он был наёмным убийцей, королём убийства за деньги - Злым Монархом!

Он медленно наклонился и подобрал медную монету, поместив её в центр своей ладони, он прошептал:

- Будь уверен - теперь ты можешь покоиться с миром. Я принимаю эту монету как первую в новой жизни плату за сделку! Контракт не нужен, и пусть Небеса будут этому свидетелем!

Он посмотрел наверх, и его глаза уткнулись в три слова над воротами: "Зал Хуанг Хуа".

Цзюнь Мосе медленно сдвинул брови, и в его глазах на миг мелькнула молния, наполненная желанием убивать.

[Мне плевать, кто эти дети или в чём они провинились, мне даже не нужно имя этой девушки... Меня не волнует, кто стоит за этим Залом и поддерживает его!

Я лишь знаю, что мне нужно делать! Цена этих денег - людские страдания! Монета - это деньги, даже если монета сломана - это всё равно деньги! Я получил деньги, как оплату за сделку! И как только я принял оплату, значит, есть люди, которые должны умереть!

Так что сейчас... Я буду убивать!]

Глава 121. Видя такое, я могу лишь убивать!

[Я лишь простой убийца! Когда нужно кого-то убить, я должен быть рядом, ведь мои руки уже не раз были в крови!]

Цзюнь Вуй уже собрался бездумно вступить в схватку, но, вдруг почувствовал на своём плече руку Цзюнь Мосе.

- Дядя, я искренне поражён: вы же генерал, ветеран войны, какое вам дело до таких дел? - слегка улыбнулся Цзюнь Мосе.

- Что? - удивлённо переспросил Цзюнь Вуй.

- Вы пытаетесь рассказать о справедливости в глухие уши... если бы этих людей беспокоили чужая жизнь или мораль, то они бы не убивали так просто. Вы ведь слышали их ответ, неужели Вы ещё верите, что их волнует справедливость?? Нет. В их глазах справедливость - лишь ненужный инструмент, которым они пользуются, чтобы оправдать себя. А человечность... Ха-ха, останься у этих людей в душе хоть капля человечности, то они ни за что бы не убили этих детей так жестоко и цинично. Животные жестоки, потому что глупы, но эти люди... может, Вы думаете, что они глупы, как животные?

Голос Цзюнь Мосе звучал ровно и тихо.

- Ну и? Что ты предлагаешь с этим сделать? - категорично спросил Цзюнь Вуй.

- Нуу... Я бы действовал как можно решительнее... Может, ТАК сойдёт? - прошептал Мосе на ухо Цзюнь Вую, обходя его. Не убирая с лица мирного и уважительного выражения, Мосе, не отводя глаз с Дяди, вдруг резко сделал правой рукой пару движений.

Он хлёстко ударил пальцами по челюсти одного из мужчин, и, когда тот открыл рот, засунул руку ему в глотку... Затем, резко сжав ладонь, Цзюнь Мосе сломал мужчине гортань!

Это был мужчина, который ответил Цзюнь Вую, когда тот завёл речь о справедливости. Он уже шагал к Цзюнь Вую, чтобы преподать ему урок, но Цзюнь Мосе оказался его последним "учителем"…

- ...Встречаясь с такими людьми, ты либо их игнорируешь... - Мосе резко выдернул руку из глотки мужчины. Вытерев кровавую ладонь об одежду бедняги, он слегка толкнул тело, и труп мужчины упал на мостовую. Цзюнь Мосе продолжил, ничуть не стесняясь: - ...либо, если нужно, убиваешь их безо всякой жалости!

Рухнув на землю с открытыми глазами, мужчина в последний миг своей жизни встретился с гневным взглядом девушки. Этот мужчина не мог и подумать, что последним желанием бедной девушки будет — нанять убийцу.

Цена его жалкой жизни... лишь одна старая, сломанная медная монета!

Нет, даже этой монеты было слишком много. Эта монета стоит гораздо больше, чем жизнь одного такого человека, и многие сегодня умрут, чтобы заплатить этот долг!

Даже если та погибшая девушка, лежащая сейчас на мостовой, и желала этим ничтожествам жизни, она наверняка и не надеялась, что они действительно умрут. Знай она, что за эту монету сможет нанять Злого Монарха, то сейчас бы её труп смотрел в Небеса, улыбаясь.

Пусть Небеса будут свидетелем: за её смерть справедливо отомстят!

Цзюнь Мосе уже подобрал монету... Последние деньги, которые она имела - всё равно деньги, символическая оплата за услуги наёмного убийцы, который уже принял решение:

[Зло, стоящее за Залом Хуанг Хуа, должно умереть! Оно будет истреблено без жалости!]

- ...............

Цзюнь Вуй всё ещё смотрел на своего племянника, удивляясь, что тот только что убил человека. Хоть он и не мог даже моргнуть от шока, но промолчать всё же не смог:

- Мосе, упрёки и порицания - это одно дело, но стоит ли убивать таких людей? Разве ТАКОЕ избавление от зла - это правильный путь достичь справедливости?!

- Дядя, Вы честный и нравственный человек, но я должен сказать: ты слишком педантичен! - со спины к Цзюнь Мосе уже бежали люди, но он продолжал: - Вы что, хотите с ними договориться? Или, может, запугать? Даже откройся и используй Вы свою власть, чтобы наказать их, сколько ЭТО принесёт добра? Я уверяю Вас, что этих людей скоро снова отпустят на свободу, и они продолжат причинять всё больше и больше вреда и страданий! Ха-ха, это ли не справедливо?!

Страж, стоящий у ворот и увидевший смерть напарника, крича, бежал к Мосе.

- Дядя, мы с вами всегда должны помнить одну вещь: мы - люди боевых законов!

Хоть Цзюнь Мосе и улыбался, на лице его не было абсолютно никаких эмоций, а в глазах была глубина и спокойствие океана. Он продолжал не обращать внимания на людей, бегущих к нему со спины:

- Сейчас этих людей, действующих так дерзко и дико, не смогут остановить никакие законы Королевства Тянсян... Хах, именно в такие моменты... Когда закон становиться прикрытием для угнетения богатыми бедных; когда высокие чины используют своё положение в личных целях; когда таких людей нельзя покарать или наказать, используя честные методы... В такие моменты и нужны люди, вроде нас!

Помните: в такие времена наши боевые сердца не должны бояться законов мирного времени! Мы должны стать мечом, рвущим неправых... бороться с насилием, и продолжать так до тех пор, пока не истребим всех подобных им отбросов! Это - тоже своего рода справедливость. И не стоит бояться гнева Небес: человеческие законы Богам не знакомы!

Так что сейчас, увидев такое... Я могу лишь убивать!

Цзюнь Мосе, глядя прямо на Цзюнь Вуя, слегка улыбнулся. Люди, бегущие со спины, были уже совсем близко, но лицо Мосе было спокойно, будто ничего не происходит.

Но затем, он вдруг резко развернулся и ринулся навстречу четырём, бегущим к нему, мужчинам. "Топ-топ-топ" - и он уже пробежал сквозь них.

Высокая фигура Цзюнь Мосе мягко шагала к воротам Зала Хуанг Хуа, словно он собирался в гости к давнему другу...

А позади него в странных позах стояли четыре человека: их словно и не тронули...

Вдруг из горла одного из них захлестал фонтан крови! У второго из груди уже лилась кровь — его сердце было проткнуто ножом! Голова третьего была повёрнута под неестественным углом, а у четвёртого — в горле была кровавая дыра!

Все они ещё стояли, но уже были мертвы!

Когда же Цзюнь Мосе прошёл сквозь ворота Зала, все четверо уже лежали.

Они даже не смогли заметить движений Цзюнь Мосе, но Цзюнь Вуй видел все его атаки:

[Мосе убил каждого из них одним движением... нет! Он убил их всех одним плавным движением!.. Но это было так быстро, что у них не было ни момента, чтобы среагировать, заметить или увернуться! Ужасающая способность!.. А смог бы я увернуться?..

...Возможно, будь я полностью сосредоточен, и будь моё здоровье в лучшем состоянии... всё равно было бы нелегко. Руки Мосе были слишком быстрыми: он спокойно мог бы убить нескольких мастеров Небесного уровня за секунды, а может и кого посильнее...]

Цзюнь Вуй вдруг встряхнул головой и осознал, что его племянник впал в ярость.

[Чёрт, Цзюнь Мосе уже вошёл в здание, там может быть опасно!.. Если Зал Хуанг Хуа смеет так нагло действовать среди бела дня, то внутри могут быть несколько сильных охранников...]

Цзюнь Вуй быстро побежал вслед за племянником: он практически влетел в здание, но лишь для того, чтобы увидеть шокирующую картину!

За всего лишь несколько секунд, пока Цзюнь Вуй бежал к зданию, Мосе уже убил ещё несколько человек. Пять или шесть тел беспорядочно валялись тут и там, и каждого были схожие причины смерти: дыра в горле или сломанная шея!

Оглядевшись, Цзюнь Вуй увидел, как силуэт Мосе медленно и спокойно входит в одну из комнат. Элегантно шагая, Мосе не оставлял в живых никого, кто встречался на его пути.

Мужчины, женщины... Никто, кроме Цзюнь Вуя и Цзюнь Мосе, не покидал комнат живым!

Среди поддерживающих Зал Хуанг Хуа точно должен был быть кто-то очень могущественный, и, так как это место было точкой, откуда продавали рабов, здесь должна была бы быть сильная охрана... Но, хоть те четверо охранников и были довольно крепкими, сейчас они лежали в лужах собственной крови.

В комнатах были лишь несколько сутенёров, не умеющих драться... Злой Монарх не щадил никого!

Цзюнь Вуй даже забывал дышать от возрастающего гнева и жестокости племянника...

Цзюнь Вуй, эксперт Небесного Суань Ци, сейчас просто ходил за Цзюнь Мосе: племянник даже не давал своему дяде шанса на атаку! Цзюнь Вуй просто сопровождал Мосе, словно телохранитель, роль которого была "просто наблюдать".

Лицо Цзюнь Мосе было спокойным, как всегда, пока он ходил из комнаты в комнату.

В следующей комнате было несколько человек: первому Мосе ударом руки сломал кадык, второго пнул и, резко присев, достал нож. Мигом проткнув третьему артерию на шее, он полоснул второго по внутренней стороне бедра.

Поднявшись, он спокойно вышел из комнаты, оставляя трёх хрипящих и плачущих людей умирать...

Его путь вперёд — был путём крови и смерти!

"БУМ!"

Три сверкающих серебром силуэта вошли в здание и встали у выхода. Один из них, мужчина лет сорока, прокричал:

- Кто вы такие?!? Как вы смеете творить здесь такое?! Вы что, не знаете, что это за место?!

- Какое "такое"?? Оу, мне просто поручили убить всех этих людей! Я не хотел никому доставлять проблем!

Цзюнь Мосе, говоря это, улыбался. Ноги, стоящих у входа в здание, уже тряслись от страха, но они всё же сумели встать в боевые стойки.

Они понимали, что перед ними кто-то, кто гораздо сильнее них, ведь на полу вокруг них лежало примерно пятьдесят мёртвых тел!

- Как ты смеешь получать приказы, связанные с этим местом?! Ты хоть знаешь, кто владеет этим заведением?!?

Цзюнь Мосе было лень даже смотреть на пришедших, поэтому он развернулся и сказал:

- Дядя, я слегка устал, а тебе нужна практика, поэтому тех трёх оставляю тебе... Но не затягивайте - нам нужно торопиться... В конце концов, это - Столица, и скоро тут будет полно имперских солдат.

- ...Солдат?? - холодно улыбнулся Цзюнь Вуй, и его тело вдруг засветилось ярким голубым светом.

- Не... Небесный Суань...

Трое мужчин не успели даже удивиться, как их мёртвые тела разлетелись в разные стороны.

Небесный Суань против трёх Серебряных... У них даже не было шанса!

Цзюнь Вуй не собирался никого убивать, но действия Цзюнь Мосе уже были за гранью законных, и на тот момент у него не было другого выхода.

Время текло, как вода, и Цзюнь Вуй взял на себя лидерство и начал "рубить концы"... Теперь он был тем, кто без разбору убивал обитателей здания!

Но Цзюнь Вуй всё ещё был недоволен действиями своего племянника.

Пока его Дядя зачищал все оставшиеся комнаты, Цзюнь Мосе рванул к закрытым комнатам, и со звуками "бах-бах" выбросил несколько коробок во внутренний дворик. Затем он ножом вскрыл коробки, и изнутри полился серебряный и золотой блеск.

Цзюнь Вуй оторопел, увидев столь большое количество золота и серебра...

В тот же момент Цзюнь Мосе сломал другую дверь и закричал:

- Выходите! Возьмите немного денег и бегите на восток! Живее!

После этих слов из комнаты вдруг хлынул поток из десятков мальчиков и девочек.

Когда Цзюнь Мосе вскрыл последнюю запертую дверь, невиданный ранее ужас коснулся сердца его Дяди.

Как только Цзюнь Вуй увидел сцену внутри, все сомнения о правильности действий его племянника пропали без следа!

Комната была заполнена глиняными кувшинами, и в каждом кувшине было лишь одно отверстие. И из каждого отверстия торчала маленькая и худая голова...

Цзюнь Вуй не мог больше сдерживаться и, войдя в комнату, ни секунды не медля, сломал все кувшины!

Глава 122. Как нам справиться с этим?

Тела, представшие взору Цзюнь Вуя, были серьёзно искорёжены. Длина тел у малышей из ваз была меньше двух футов* от талии до ног; руки малышей также были ужасны.

Сложно было сказать, сколько эти дети просидели в вазах. Только их головам было позволено находиться вне ваз, и то лишь для того, чтобы они не умерли от жажды или голода. Детям приходилось испражняться прямо в их глиняные тюрьмы...

Взгляды детишек тут же забегали вокруг. В их глазах читалась просьба о пощаде, но их рты не выдавали ничего, кроме звука "хссс".

При более близком рассмотрении становилось понятно, что у них были отрезаны языки...

- Это "человеческие свиньи". Большая часть этих людей, больше ни на что не годилась, что уж говорить о культивации Суань... Их медленно превращали в уродцев на продажу водевилям и циркам. Уродцы на цирковых представлениях всегда собирают толпы, а значит, хозяин этого цирка всегда будет получать весьма неплохие деньги...

Цзюнь Мосе взглянул на уродцев, а затем сказал в сторону:

- Дядя, неужели Вы до сих пор считаете, что хозяева этого места не заслужили казни? Вы всё ещё хотите договориться?? ОБЪЯСНИТЬ им что-нибудь?

Они заслуживают куда более страшной участи... Их следовало бы разрубить на куски!

Цзюнь Вуй чувствовал стыд, смешанный с яростью:

- Боже, какая жестокость… Кем нужно быть, чтобы сотворить такое?! Вот же мрази, черт бы их побрал!

- Вначале, когда бездомные дети попадали сюда, из одних делали машины для убийств... а из тех, кто посимпатичнее, делали шлюх и подстилок для всех, у кого будут деньги... А всех оставшихся превращали в это! В эти беспомощные куски мяса! И в этом замешаны все до единого жители этого места! Им и за век никоим образом не искупить свою вину! Неужели ты до сих пор хочешь попробовать их переубедить?! СМЕРТЬ! Я выбираю для них смерть! Без сомнений и без пощады! Я убью их всех, чтобы они не смогли сотворить такое с кем-нибудь ещё!

Цзюнь Мосе кивнул на дверь, и группка мальчиков и девочек, ранее стоявших без единого движения, ринулась к ней, во внутренний дворик, где они тут же начали подбирать валявшееся на земле золото.

Перед тем как скрыться из этого места навсегда, они низко поклонились двум мужчинам...

- Дядя, не знаю, приходило ли это тебе в голову, но… Любой из этих детей мог быть сыном или дочерью тех, кто пал в боях под твоим командованием. После смерти своих отцов они остались без дома, без средств к существованию... И тогда, с надеждой, они шли сюда...

Слова Мосе привели Цзюнь Вуя в ярость, глаза его налились кровью:

[Как бы Мосе не был спокоен, хладнокровен и беспощаден, его слова похожи на правду...]

- Наверняка по всей стране разбросаны подобные учреждения... Может, они и не такие большие, как это, и действуют не так публично, но, тем не менее, они есть.

Цзюнь Мосе взглянул в небо: там вдалеке слышались раскаты грома.

- ...Те мальчишки и девчонки, которых мы тут видели, могут двигаться, так что я уверен - они сбегут отсюда подальше. А что им делать потом? Какой шаг следующий?

Цзюнь Вуй тоже слышал раскаты грома вдалеке: как никак, он мастер Небесного Суань. Но он был больше обеспокоен судьбой десятков детей, все ещё находящихся внутри. Они не смогут нормально жить со своими уродствами, но оставлять их тут было равносильно смерти.

- Шаги? Для них уже не может быть шагов! У них нет языков, они глухи, их руки и ноги изуродованы, они никогда не смогут оправиться от этих увечий... У них нет даже надежды на нормальную жизнь, а выживать для них - это худшая форма пытки! Они все просто живые мертвецы!

- Ты хочешь сказать… - ответил Цзюнь Вуй потрясенно. - Не может этого быть... Из-за их бедности их лишили последней возможности на более или менее благородную жизнь?!

Цзюнь Мосе кивнул:

- Да, именно так, но нам пора. Скоро прибудут солдаты, а если мы не исчезнем, то Вам, Дядя, придётся раскрыть себя. А что до этих детей... Их существование болезненно, но некоторые из них смогут жить дальше.

Мосе остановился, а затем продолжил:

- Сохранять им жизнь против их воли будет для некоторых очень болезненно, поэтому... Нам остается только ждать и увидеть все самим. Скорее, иначе опоздаем!

Цзюнь Вуй тяжело вздохнул: с этими детьми всё очень сложно. Но, в конце концов, он взял себя в руки, и, скрепя сердце, последовал за Мосе.

Мужчины перепрыгнули через забор позади дома и слились с толпой.

Как только они ушли, громовые раскаты столкнулись со стенами Зала Хуанг Хуа - наконец, прибыли солдаты.

Цзюнь Вуй бежал рядом с Мосе:

- Мосе, твой нрав слишком жесток, как у убийцы. Ты обязан контролировать его. Конечно, сегодня ты убивал во благо, но я всё равно считаю, что ты слишком холоден. Как-нибудь нам надо будет обсудить это.

- Дядя, я совершил эти преступления во благо. Я не отрицаю, что был несколько кровожаден, но я не убивал хороших людей! Я ни разу даже не тронул никого хорошего! Но такие люди, как в Зале Хуанг Хуа - это совсем другое дело. Я убью их всех, убью их семьи, и я не остановлюсь, пока не уничтожу корень этого зла!

Лицо Мосе было непроницаемым, лишь легкая, холодная улыбка играла на его губах. Даже разговаривая, они не замедлялись ни на секунду: оба они были юркими и быстрыми, и хорошо знали местность.

Пройдя несколько улиц и сделав пару поворотов, они оказались в укромном местечке, куда даже громовые раскаты стражи доносились лишь едва уловимым звуком.

- Ты прав. Найдя подобное место, мы просто обязаны вмешаться. Их просто не должно существовать на земле! - Цзюнь Вуй нахмурился. - Мосе, а почему ты убил их всех? Надо было схватить одного живьем, тогда мы бы смогли узнать, кто стоит за всем этим. Тогда мы смогли бы отсечь самый главный корень, ведь это нам и нужно!

- Дядя, неужели Вы думаете, что эти мелкие рыбёшки что-то знают о настоящих акулах? Это было бы лишь потерей времени! Даже если бы мы получили от них какие-то зацепки и пошли по ним, мы бы лишь выдали себя!

Цзюнь Мосе посмотрел на своего дядю: - А вообще, тот, кто стоит за всем этим, непременно узнает о произошедшем. И он, наверняка, не будет сидеть, сложа руки. Скорее всего, он будет разыскивать нас по всей стране, а может быть, тайно пошлёт наёмных убийц... Как раскрытие наших личностей поможет нам?? Сейчас мы действуем в тени: стоящий за Залом никак не сможет узнать, кто мы, а мы, тем временем, сможем спокойно всё разузнать.

В голове Мосе была ещё одна мысль, но он не мог набраться смелости произнести её вслух:

[А вдруг, когда мы выследим стоящего за всем, окажется, что он какой-нибудь министр, или того хуже, член королевской семьи: что нам делать тогда? Ведь если этот человек так могущественен, что смог отобрать здание Зала Хуанг Хуа у Принца, то как нам его убить?]

- Это так… - Цзюнь Вуй всё ещё хмурился. - Но теперь, когда мое тело почти восстановилось, я не позволю таким местам существовать. Если я когда-нибудь обнаружу подобное, я уничтожу и его!

- Ох, Дядя... Твой племянник может точно сказать тебе только одно - нам предстоит долгий путь. А, и как только мы вернемся, то Вам нужно будет найти надежных людей и попросить их найти тех, кого мы освободили. Пусть они им помогут и доставят в безопасное место. Вряд ли они уйдут далеко сами по себе...

- ...Так вот зачем ты дал им золота и серебра. - Цзюнь Вуй выглядел озадаченным.

- Да, чтобы они купили себе поесть. Кто посмышлённее, тот сможет уйти подальше, - Цзюнь Мосе улыбнулся. - Мы больше ничем не могли им помочь. Я позволил им бежать самим, чтобы посмотреть, на что они способны. Кто сильнее, тот уйдет от столицы как можно дальше, там-то, может, мы им и поможем...

Мосе вдруг замолчал на середине предложения и остановился:

- Нас уже некоторое время преследуют, ты его заметил?

Цзюнь Вуй был потрясён:

[Нас преследовали? Почему я не заметил?! Я восстанавливаюсь уже несколько дней и почти смог привыкнуть к базовой силе Небесного Суань: я же не просто ношу это звание! Многие мастера способны следить, не выдавая себя, но каков же уровень этого мастера? И как Мосе узнал?]

Закончив говорить, Мосе больше не шевелился, а глаза его были устремлены в землю.

Спустя какое-то время послышался голос: "Просто великолепно!"

Сверкнула тёмно-синяя вспышка света, и в десятке метров от них появился худой человек в маске.

Глаза его с восторгом смотрели на Мосе и его Дядю:

- Как ты обнаружил меня?

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- У каждого есть свои техники, и все техники – разные, но неважно, кто ты: никогда не думай, что ты хорош настолько, что никто вокруг тебя не заметит. А теперь, зачем ты следил за нами?

Мужчина был одет в костюм, а его маска ещё недавно была платком. Видимо, он очень торопился.

- Мои намерения не враждебны. Я видел, как вы воздали тем парням по заслугам, и эта справедливость и храбрость меня восхитили. Поэтому я решил за вами последить, из любопытства, ах-ах. Вы разговариваете с...

- Раз уж твои намерения не враждебны, то мы попросили бы тебя идти по своим делам. И прошу, не нужно дальше следить за нами, мы не хотим, чтобы за нами следили другие эксперты Небесного уровня. - резко ответил Цзюнь Мосе.

- Мальчишка, ты ещё не дорос до того, чтобы грубить мне! За такое могут и наказать! Я буду ходить там, где хочу: думаешь, ты смеешь указывать мне, что делать? - внезапно разозлился мужчина.

Услышав это, Цзюнь Вуй напрягся и приготовился в случае чего ринуться в бой.

- "Мальчишка"? Кого тут ты назвал "мальчишкой"? Старик, мне совсем не хочется возиться с тобой, так что не заставляй меня убивать тебя просто так! Уходи отсюда, или останься и посмотри что будет!!

Мосе наклонился чуть вперёд, и его глаза засветились ярким, синим светом. Он поднял руки перед собой, и между ними возникла вспышка глубокого синего, как море, цвета.

- Старик, как ты посмел следить за нами? Сначала ты просто стоял и даже не думал помогать, а теперь ты следишь, куда мы идём?!

В глазах Цзюнь Мосе было лишь пренебрежение, и он снова кинул взгляд на мужчину:

- Зал Хуанг Хуа сам пригласил свою смерть в гости: её же встретишь и ты, если не уйдёшь отсюда прямо сейчас!

Слова Цзюнь Мосе были сказаны с такой серьёзностью, словно прямо сейчас он в руках держал жизнь этого мужчины! Хоть он и был экспертом Суань Небес, но Мосе смотрел на него, как на муравья, которого он мог раздавить двумя пальцами без особых усилий!

- Пик Небесного Суань!.. - с удивлением в голосе выдал мужчина в маске, отступив на пару шагов. Его взгляд тут же стал другим, а тело слегка пробила дрожь!

[Может, это иллюзия?... Но ведь каждый свет Небесного Суань абсолютно уникален, его невозможно подделать! В таком юном возрасте, и уже пик Небесного Суань.. Это нереально! Он с Небесным Суань, и тот, что рядом с ним, тоже... как мне одному с ними сражаться?

Да сколько же за последние дни экспертов прибыло в Столицу?!]

Глава 123. Прячась в лесу.

- Молодой Братец, твоя сила Небесного Суань воистину неординарна, и я признаю, что ошибался, поэтому прошу, прими мои извинения за слова, что соскользнули с моего языка. Битва между двумя мастерами Небесного Суань была бы очень разрушительной для общества. Но, как Старший Братец, я надеюсь, что мы снова встретимся при более привлекательных обстоятельствах. Мои намерения чисты, поэтому я надеюсь, что это недопонимание со временем разрешится.

Произнеся эти слова, человек в маске развернулся и удалился со вспышкой голубого света. Он даже не оглядывался, уходя всё дальше и дальше от дуэта.

Цзюнь Вуй наконец расслабился и очень медленно осмотрел Цзюнь Мосе:

- Мосе... ты что, достиг Небесного уровня Суань? Как это возможно??

В ответ Цзюнь Мосе без слов выдавил слабую улыбку. Он кивнул в сторону, показывая, что им пора уходить, и дядя с племянником исчезли.

Они довольно долго бежали, меняя маршрут через равные промежутки времени, пока не достигли маленького леса.

Цзюнь Мосе, вдруг остановился у леса, оглянулся назад и сказал:

- Я думаю, что за нами всё ещё следует несколько ищеек, так что нам не следует быть легкомысленными... Давайте доберёмся до нашей резиденции через лес!

Цзюнь Вуй застыл в шоке:

[Что? Ещё преследователи?? Я посматривал за спину, но ничего не заметил!]

Сомнения в своих навыках слегка колыхнули его сердце...

Они затаились и чуть подождали, но, ни звука не было слышно. Цзюнь Мосе с улыбкой сказал:

- Что ж, я всё ещё думаю, что лучше скрыться в лесу, но давайте не оставим никаких следов...

Цзюнь Вуй вдруг спросил:

- Мосе, ты что, смог обмануть того человека?

Мосе, услышав вопрос, закатил глаза:

- Дядя, неужели Вы думаете, что я достиг пика Небесного Суань, в то время как вы всё ещё в начале?? Тот человек ничегошеньки обо мне не знает, и я использовал один старый трюк, чтобы его обмануть. Он сам поверил в мои слова, ведь именно я обнаружил, что он наблюдает за нами, вот и всё.

- Но, чёрт... это было очень реалистично! - с улыбкой помотал головой Цзюнь Вуй. - Будь я на его месте, боюсь, и я бы попался на твой обман! Те ярко-голубые огоньки между твоих рук... Я точно бы ушёл подальше.

- У меня не было выхода. Всё это дело позже точно выльется в большую шумиху, и если мы будем неосторожны, то в будущем, может пострадать вся наша семья! Тот человек... он - эксперт Небесного Суань, и я подозреваю, что его сила лишь чуть меньше, чем у Дедушки. Хотя в случае чего мы и могли бы его победить, но превращать такого сильного мастера в своего врага было очень глупо!

Цзюнь Мосе быстро вошёл в лес и произнёс:

- Я думаю, что за Залом Хуанг Хуа стоят очень большие силы, поэтому нам стоит быть, вдвойне осторожнее. Мы не должны раскрывать наши личности до тех пор, пока враг не будет повержен.

Цзюнь Вуй услышал шорох, словно кто-то наступил на ветку, и оглянулся посмотреть. Цзюнь Мосе замер на секунду и тихо сказал:

- Дядя, следи за моими движениями и попробуй не отставать.

Цзюнь Вуй услышав это, удивился: [У него что, есть ещё трюки?]

Но на этот раз Цзюнь Вуй, уже привыкший удивляться действиям Мосе, без лишних слов двинулся за племянником, повторяя каждое его движение и посматривая на путь, по которому они будут двигаться. Он не сразу понял, но вскоре заметил гениальные действия Мосе.

Хотя Мосе двигался не очень быстро, его тело не тревожило элементы леса. Левая рука Мосе всегда была перед ним, а правая – позади. Пробирался он сквозь кусты или низкие ветви деревьев, его левая рука всегда раздвигала веточки на пути: как только он проходил, его правая рука тут же возвращала ветви на место.

Ни один лист не упал с ветвей, которые он сдвигал, и пока они проходили через лес, Мосе не оставлял абсолютно никаких следов!

Цзюнь Мосе был так осторожен, что не давил даже букашек и жучков!

Он очень аккуратно делал шаг, умудряясь при этом всегда быть в тени окружающих деревьев.

Одна рука всегда была выше другой, чтобы лучше сохранять баланс. Мосе, словно всегда был готов атаковать или защищаться, если нужно...

Все движения Цзюнь Мосе были естественными, но делал он их так быстро, словно они совершались им инстинктивно.

Цзюнь Вуй приметил, что его племянник даже дышал очень размеренно и ровно, чтобы не вспотеть и запахом пота не выдать себя!

[Все эти действия так хорошо отлажены и просчитаны... Ни один эксперт не сможет после такого найти его следы в этом лесу!]

Наступая на сухие ветки, Мосе не издавал ни звука.

Проходя рядом со щебечущей птичкой, Мосе не выдавал себя.

Цзюнь Вуй был в оцепенении, ведь заметь птица Мосе, она бы сразу улетела!

Сам Цзюнь Вуй, как Генерал и эксперт Небесного Суань, понимал, что действия и способности к анализу у его племянника были экстраординарными! А ведь Мосе ещё даже не покорил Серебряный уровень!

Цзюнь Мосе благодаря каким-то невиданным ранее тренировкам, мог анализировать всё инстинктивно и на лету так хорошо, что даже мастер Божественного Верховного уровня мог бы поучиться у него!

[Такие навыки анализа, способности... их невозможно приобрести простыми методами...]

Несмотря на то, что Цзюнь Вуй очень аккуратно старался повторять действия Мосе, он не мог повторить их полностью.

Иногда оглядываясь, Цзюнь Вуй замечал то сломанную ветку, то погнутую ветвь, по которым можно было понять, куда он двигается... Это заставляло его чувствовать стыд за свои навыки!

- Даже один рваный лист может вывести этих ищеек на нас. Хоть такие следы и можно найти в любой другой части леса, мы всё равно должны быть крайне осторожны, ведь наш противник очень силён...

Эти слова проникновенно произнёс Цзюнь Мосе.

Хотя идеологии видения мира у Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя были на противоположных полюсах, они оба не принимали ничего, как должное...

Цзюнь Вуй был благородным, резким в действиях, храбрым, сердечным и праведным человеком с сильным чувством справедливости. Все эти качества позволили ему заслужить любовь и уважение у многих людей.

Цзюнь Мосе же, с другой стороны, был тренированным наёмным убийцей со своими непреклонными принципами.

Для примера: хоть Мосе и решил уничтожить весь Зал Хуанг Хуа, он решил так только из-за медной монеты, которую принял в качестве оплаты за убийство от мёртвой девушки. Не стукнись тогда эта монета о ногу Мосе, он бы в тот момент и рукой не пошевелил.

Но всё же, мораль и взгляды этих двух были очень и очень далеки друг от друга!

Несмотря на столь разные характеры, Цзюнь Мосе уважал людей, подобных его Дяде, но не принимал их взгляды!

Потому что для Мосе люди, подобные его Дяде, были достойны уважения и понимания, но их чувство справедливости иногда могло ограничивать их действия, что могло привести к провалу или смерти! А для Мосе — смерть была слишком большой ценой за праведность!

Такое врождённое и нерушимое чувство справедливости Цзюнь Вуя и было его слабостью, его "Ахиллесовой пятой"*.

По мнению Мосе, такая слабость могла позволить врагам Дяди расставлять ловушки, в которые тот точно попадётся!

Цзюнь Мосе уже какое-то время пытался внушить Дяде некоторые идеи, но понимал, что полностью переделать точку зрения Цзюнь Вуя ему не удастся!

Но Мосе не терял надежды, что его идеи пригодятся Дяде при принятии некоторых более логичных решений...

Цзюнь Вуй изучал действия Цзюнь Мосе очень тщательно с того самого момента, как он сам начал лечение, и уже понял, что анализ Мосе всегда был точен, а методы - странными, словно кто-то помогал ему во всём этом.

Вуй постоянно пытался учиться у своего племянника чему-то новому и не чувствовал ни капли стыда за то, что признавал главенство Мосе в обучении, но всё же... Ему было очень сложно полностью смириться с ТАКИМ Мосе!

Но, с другой стороны, мысли Цзюнь Вуя наконец успокоились.

Цзюнь Мосе вытащил своего Дядю из Резиденции, чтобы развеять его скуку прогулкой у берегов озера Душевного Тумана, но затем, произошёл инцидент с девушкой, и выяснилось, что Цзюнь Вуй испытывает нестерпимую ненависть к заведениям, подобным Залу Хуанг Хуа.

На самом деле Цзюнь Мосе теперь точно мог сказать, что узнай семья Цзюнь о Зале Хуанг Хуа раньше, то ею бы были предприняты шаги к уничтожению подобных мест. Так что сейчас идея отвезти Дядю в бордель не казалась Мосе такой уж хорошей!

Несмотря на то, что Цзюнь Вуй на данный момент выглядел успокоившимся, предложи Мосе сходить в бордель, Дядюшка бы порубил племянника на супчик.

Так что сейчас, обдумав всё это, Цзюнь Мосе сразу же отогнал эту идею.

Но, как бы то ни было, Мосе смог достичь желаемых результатов, дав своему Дяде поупражняться. Ведь размяться - именно то, что было нужно, просидевшему десять лет в инвалидном кресле.

- Дядя, я втянул тебя в такие проблемы, в твою первую за столько лет прогулку... - грустно произнёс Цзюнь Мосе, чуть сбавив шаг, чтобы Дядя внимательно разглядел все его движения, ведь позже ему это могло пригодиться. - Ещё я недавно приобрёл довольно большой кусок металла... Не мог бы ты помочь мне придать ему форму?

Ранее Мосе приобрёл большой кусок таинственного металла. Металл был ужасно твёрдым и прочным, но при этом довольно лёгким и совсем не гнущимся.

При своих нынешних способностях Цзюнь Мосе понимал, что ему бесполезно даже стараться придать металлу определённую форму самому, поэтому он решил привлечь к этому делу своего дядю - мастера Небесного уровня.

- Хорошо, я помогу, - просто ответил Цзюнь Вуй.

Его тело успело почти полностью восстановиться, а энергии в нём было очень много, из-за всё ещё действующих лекарств: всё это придавало ему много уверенности в себе. - Какая форма тебе нужна? Я придам этому куску металла любую форму, ха-ха...

Цзюнь Вуй в тот момент был крайне щедр.

Откуда он мог знать, что позже, он будет два дня тяжко трудиться и тратить накопленную энергию, прикладывая при этом все силы своего Небесного Суань Ци для того, чтобы выполнить просьбу и придать металлу нужную Мосе форму...

**

ПРИМЕЧАНИЕ:

* - "Ахиллесова пята" - слабое место. Для уточнения ищите: "Ахиллес мифы".

Глава 124. Удивительная тренировка привычек.

На протяжении нескольких следующих дней Цзюнь Вуй, не покладая рук, работал над просьбой Мосе, и, в конце концов, он сумел придать металлу необходимую форму.

Хоть это и был всего лишь небольшой нож, но так как Цзюнь Мосе требовал от него идеальный баланс, задачка была не из лёгких.

Цзюнь Мосе тоже участвовал в создании этого предмета, однако, казалось, что это его совсем не утомило, тогда как Цзюнь Вуй был измотан донельзя и валился с ног, хоть он и был человеком сильным и крепким...

- Мосе, почему я никогда не видел твоих тренировок? - с удивлением спросил Цзюнь Вуй.

Мосе с такой лёгкостью помогал ему, словно для него это была какая-то детская забава, а ведь это дело было ужасно сложным даже для мастера Небесного Суань. И, в добавок к этому, он никогда не видел тренировок своего племянника, так что ситуация для Цзюнь Вуя была крайне любопытной.

- Тренировок? - Мосе посмотрел на дядю с удивлением. - Дядя, я же постоянно тренируюсь, ты разве не заметил?

-Что? - ошарашенно уставился на него Вуй.

- Дядя, ты правда думаешь, что единственный вид тренировок – это, не двигаясь сидеть на полу, положив ноги крест на крест, контролируя дыхание и усиливая своё Ци?? - в голосе Мосе было явное непонимание и удивление. - Я считаю, что мы можем тренироваться постоянно: пока едим, пока говорим, стоим, бежим или даже пока ничего не делаем! Мы даже во сне можем тренироваться!

- В одном дне больше двадцати часов, и я не упускаю ни секунды. Даже сейчас, пока мы разговариваем, я тренируюсь. Так что уж проще спросить когда я НЕ тренируюсь, - с улыбкой на губах ответил Мосе.

- Даже сейчас? - ещё шире открыл глаза Цзюнь Вуй.

- Во время ходьбы можно развивать баланс и оттачивать бдительность. Ещё можно тренировать слух, зрение, восприятие телом. Если ты заинтересован, то тренироваться можно в любой момент!

Цзюнь Мосе был серьёзен:

- В битве важно сохранять ясность ума, поэтому нужно закалять его, и тогда ты сможешь спокойно брать на себя, казалось бы, невыполнимые задачи. Необходимо тренироваться, пока эти навыки не станут частью тебя, иначе невозможно будет ими воспользоваться в критической ситуации. Ты понимаешь, о чем я?

Слова Мосе звучали разумно, но Вуй не мог перестать смотреть на него своими, широко открытыми глазами, которые чуть не выскакивали из глазниц.

- То есть, если я понял тебя правильно, ты хочешь сказать… Когда ты уклоняешься от атак, ты не стараешься изо всех сил это сделать, не желаешь этого всей душой, и в голове у тебя не царит хаос? - выдохнул Вуй. - Это же невозможно!

- Разве невозможно так настроить свой разум? - сокрушенно повторил Мосе. - Всё, что нужно, это превратить навыки в инстинкты, в привычки. Тогда даже не придётся думать, не придётся даже хотеть что-то сделать. Разве это не будет происходить само собой?

Потрясённый Вуй начинал кое-что осознавать. Его племянник был ошибкой природы! Так что удивление и непонимание – это нормальная реакция для обычного человека, столкнувшегося с такой ошибкой.

[Ведь подобные дикие тренировки могут свести человека с ума. Да даже одно упоминание такого - это дикость для обыкновенных людей!.. Тренировки Суань Ци не могут быть такими лёгкими!]

- Когда действия – это простые инстинкты, то обдумывать ничего и не нужно... Так, скажем, во время ходьбы мы можем осматривать то, что впереди или под ногами... пока мы говорим, мы можем использовать нос, чтобы различать запахи в воздухе. Именно поэтому я и выбрался из леса без затруднений: мой ум запоминал местность, всё происходило инстинктивно!

Лениво улыбнувшись, Мосе продолжил:

- Ведь если можно тренироваться и таким способом, то почему бы его не попробовать? Лишь потому, что не можешь полностью сосредоточиться на тренировке, не значит, что тренироваться таким способом нет нужды... Да, сначала будет очень сложно, но потом ты привыкнешь. И когда это случится, оно покажет, что такие действия стали для тебя привычкой. Со временем, привычки станут инстинктами, и для тебя уже не будет разницы между действием и инстинктивной реакцией...

...Всё настолько просто, - с улыбкой закончил Мосе.

Слова Мосе всё больше удивляли Цзюнь Вуя.

- Теперь понятно, почему ты так хладнокровен и равнодушен... Из-за того, что твой ум постоянно анализирует всё вокруг, ты всё воспринимаешь намного проще, даже собственную жизнь! Ведь на самом деле ты совсем не равнодушен, ты просто пропускаешь через себя огромное количество информации…

Цзюнь Вуй, наконец, начинал понимать. Он сам, того не ведая, тут же применил этот метод, а осознав это, он тут же почувствовал жуткое изнеможение.

Он знал, что количество Суань Ци в теле его племянника никак нельзя сравнивать с его собственной, но его племянник совершенно не выглядел уставшим.

Ему ничего не оставалось, кроме как признать, что подобная "привычка" - это огромная сила.

Чуть раньше, по их возвращении, слуга доложил о нескольких событиях:

- Дугу Вуди искал Молодого Господина, Танг Юань также приходил в поисках Молодого Господина... Ещё Молодой Господин получил несколько приглашений, включая три приглашения на обед от трёх сыновей Его Высочества и два — от двух других вельмож.

По невероятному совпадению, Генерал, три Принца и два вельможи одновременно желали с ним встретиться...

Не может быть совпадением, чтобы три Принца одновременно решили подружиться с Цзюнь Мосе...

Цзюнь Вуй серьёзно посмотрел на племянника и сказал:

- Мосе, с этого момента ты сам будешь принимать решения. Я вижу, что ты очень хорошо понимаешь все обстоятельства, и ни я, ни твой Дед больше не будем ограничивать твои действия... - сделав небольшую паузу, он добавил: - Мы в тебя верим!

За всеми действиями Мосе следовал превосходный результат, он обрёл вес в глазах своего Дяди, именно поэтому Вуй решил дать свободу действиям Мосе.

Цзюнь Вуй понимал, что каким бы равнодушным не выглядел его племянник, он стремился лишь к одному - избегать проблем в любой ситуации, а осмотрительность уже была одним из его инстинктов...

Поэтому, если кто-то захочет навредить Мосе или использовать его, то у этого человека будет очень плохой день!

-Огромное спасибо, Дядя, - искренне произнёс Мосе.

...Чуть позже....

- Цзюнь Мосе! Ты, ты, ты мелкий сопляк! Что ты подмешал в вино? Эти семеро всё ещё не пришли в себя! Если с ними что-то случится, клянусь, я порву тебя на куски!

Дугу Вуди даже слегка вскочил с кресла, увидев входящего в комнату Мосе.

"Доблестный генерал" всего за одну ночь превратился в "обеспокоенного папашу": семь сынов семьи Дугу никак не могли прийти в сознание с того самого момента, как Вуди привёз их домой от семьи Цзюнь.

Он перепробовал кучу средств, чтобы нейтрализовать алкоголь: чай, уксус, соевый соус... Но ничего не помогло. Он даже вызвал врача, но и у того ничего не вышло. Если бы эти семеро не храпели, как проклятые, то, возможно, Генерал Дугу уже напал бы на внука Генерала Цзюнь Чжан Тиана...

Но храп был неопровержимым доказательством того, что спали они из-за воздействия алкоголя. Они ни на секунду не приходили в себя после того, как напились того вина! Такого никогда раньше не случалось!

- Дугу Вуди, я сижу здесь по Вашему приглашению, и я не сказал Вам ни одного грубого слова... Зачем же Вы так обращаетесь со мной? Это Вы пришли в дом моей семьи, Вы сами затеяли ругань с моим Дедом, а потом ещё и бесцельно начали крушить наше имущество. И Вы не произнесли ни единого слова извинений, не выплатили ни монетки за восстановление… Но этого, видимо, Вам было мало, и Ваши семь молодцев ещё и моё вино выпили! И Вы меня в чём-то обвиняете? Да где же справедливость-то в этом мире?! - Цзюнь Мосе подражал тоном и мимикой своему отцу.

Они что, ещё не очнулись? Тогда я могу легко это исправить.

Цзюнь Мосе уже мысленно хохотал во всю: [Ах-ах, я знаю, как вытащить их из забытья...] Он лениво завалился на кресло, выставив руки и ноги:

- Мне подготовить лекарство? Очевидно, что они находятся под воздействием моего вина, и я могу обеспечить Вас несколькими дозами лекарства, но... Вам придется заплатить за него!

- Заплатить?.. - лицо Дугу Вуди помрачнело, видимо он не понял истинных намерений Мосе. [Семья Цзюнь всегда славилась своей честностью и справедливостью. Почему же их единственный наследник так жаден до денег? Он жаждет их так сильно, что опустился до шантажа и преступлений! Одна бочка вина за двадцать пять миллионов лянов серебра... Бессовестнее Императора!]

- И сколько тебе надо на этот раз, а? Ты уже обобрал меня, но лучше даже не думай проделать это снова! - скрежетал зубами Дугу Вуди, глядя на Мосе.

- В этот раз семьдесят тысяч лянов будет достаточно. Редкие материалы будут стоить довольно дорого, но я бы назвал это "честной" сделкой, и ещё очень прибыльной... даже гениальной сделкой!

Цзюнь Мосе выставил вперёд пять пальцев левой руки и два правой, чтобы обозначить цену своих услуг.

- Ох, какая удача... Всего-то семьдесят тысяч? Ты же знаешь, что у тебя руки ещё слишком маленькие, чтобы столько серебра таскать?.. - съязвил Вуди.

- Не беспокойтесь, я и в ногах понесу, если нужно - ухмыльнулся Мосе. - Я сейчас же отправлюсь за редкими материалами, но Вам нужно заплатить мне прямо сейчас - я не выдаю кредитов.

Глава 125. Новая головная боль.

Лицо Дугу Вуди стало чёрным от злости. Швырнув деньги на стол, он почувствовал себя крайне униженным: кто бы мог подумать, что сын настолько честного и праведного человека, как Цзюнь Ву Хи, станет таким негодяем!

Цзюнь Мосе поднялся и вышел из комнаты, через некоторое время он вернулся с несколькими слугами, в руках которых были маленькие бочонки с вином:

- Итак, нам всего лишь нужно наполнить их животы этим вином, пока их не стошнит, и тогда другое вино выйдет вместе с этим!

Смешать два разных вина может быть очень эффективным в некоторых случаях!*

- Ты что, в игры решил со мной поиграть?! - сейчас Дугу Вуди был в бешенстве ещё больше, чем раньше. - Неужели ты думаешь, что я такое не пробовал? Я напихал в их глотки и животы много различного вина, но их так и не вырвало!

- А откуда Вам вообще знать, что нужно делать? Они напились потому, что украли моё секретное вино! Лишь я знаю все тайны и ингредиенты моего вина... Эти глупцы выпили слишком много, и сейчас у них алкогольное отравление! Они всё ещё живы лишь благодаря тому, что их тела натренированы и у них много Суань Ци! Выпей столько же простой человек, он бы уже был мёртв от отравления! Но для того, чтобы убрать все эффекты от воздействия вина, нужно как минимум знать, из чего оно состоит!

Даже если Вы зальёте в их бездонные глотки ещё вина, чтобы оно смешалось с тем, что уже находиться в их животах, это может и не вызвать того результата, что Вы желаете увидеть, потому что старое и новое вина - абсолютно разные! Я сам создал это вино, и лишь я знаю весь его вкус и все тонкости! Поэтому лишь я, и никто другой, могу убрать последствия от его употребления, будь то похмелье или отравление, теперь Вы понимаете? - тон, которым говорил Мосе, был безжалостным.

- Даже если то, что ты говоришь - правда, это всё равно много... Семь бочонков вина?? Они не выпили столько в первый раз — да ты меня шантажируешь!

Дугу Вуди не совсем понимал природу алкогольного отравления, но он всё ещё пытался применить свои Генеральские знания по этому поводу, чтобы обвинить Цзюнь Мосе и скрыть за этим настоящую проблему: [Да эти семь бочонков стоят по 12 тысяч таэлей каждый! Это слишком много!]

- Я ёще не начал массовую продажу моего вина, так что это можно считать моей первой сделкой... - Цзюнь Мосе начал забирать деньги: - Так что сейчас я даже занизил цену... Но в следующий раз цена не будет настолько низкой!

Дугу Вуди пришёл в ярость, поэтому после слов Мосе он развернулся и ушёл, боясь, что может не сдержаться и потерять контроль. Он очень не хотел распускать руки... Ведь Мосе, как-никак, был Молодым Господином семьи Цзюнь.

...Чуть позже в резиденции семьи Цзюнь...

- Мосе, мне доложили, что ты по всем углам зажимаешь одну девушку из семьи Дугу, а? - прищурено посмотрел старый Цзюнь на внука.

- Дедушка, нет, я не знаю, о чём там эта дикарка болтает! Я не понимаю, почему семья Дугу обвиняет меня в приставаниях к их дочке... Это она на меня вешается, понятно? - ответил Мосе устало и обиженно. - Это же смешно!

- А что в этом смешного? Всё просто: ты нравишься этой девчушке! - широко и хитро улыбнулся старик. - Если бы ты ей не нравился, то она бы не вела себя столь нагло и странно. Дугу Цзёнхэн, этот старый засранец... он наверняка давно знал об этом и просто играл дурачка на публику!.. Неужели он думал, что так хорошо играет, что я этого не замечу?

- Что значит "играет"? - искренне удивился Цзюнь Мосе. Он действительно ничего не понимал.

- Дугу Сяо И ты нравишься, потому что она - маленькая дурочка, но семья Дугу не позволит тебе стать их зятем, а с другой стороны сам Император не позволит тебе стать женихом кого-то из семьи Дугу... Это-то ты понимаешь, верно? - поглаживая бороду, произнёс Чжан Тиан.

- Конечно, я это понимаю. Если двое, из очень сильных военных семьи, станут связаны узами брака, это станет потенциальной угрозой для переворота, - закивал Мосе, он, наконец, начал осознавать все детали ситуации.

- Нет, ты опять ничего не понял! - раздражённо прикрикнул старый Цзюнь Чжан Тиан на внука, который не понимал простых для старика вещей:

- Семья Дугу пытается готовиться к худшему! Если Сяо И из-за невозможности выйти за тебя попытается покончить с собой, то, когда придёт время, Дугу попытаются использовать это в качестве предлога для нападения... Когда такое время настанет, две наши семьи будут показывать друг на друга оголёнными мечами, но это будет лишь игра на публику, понимаешь?? Даже, несмотря на то, что Его Величество не позволит этой глупой дочери семьи Дугу и тебе заключить брак, это всё равно будет лучше, чем полноценная война между нашими двумя семьями!

И когда время настанет, с целью предотвращения такой войны, Его Величество решил бы вашу с ней судьбу... Теперь понимаешь? Дугу Цзёнхэн послал сюда тех семерых оборванцев просто ради шумихи... так он решил сделать себе алиби на случай худшего развития событий!.. Этот старый баран должно быть сейчас очень горд собой... хмпф! Этот престарелый ублюдок точно думает, что он самый умный, а все вокруг - дураки... Он что, даже ни разу не подумал, что Император гораздо умнее? Вот же боров! Если мы не подготовимся ко всему заранее, то позже мы, возможно, получим много ущерба!

Цзюнь Мосе без конца повторял "ох", пока слушал слова Деда:

[Удивительно, как у этих стариков получается столько времени уделять проработке этих странных планов... ох...]

- Это не должно случиться... - старый Цзюнь кинул взгляд на внука и подмигнул. - Ты не должен жениться на ней! Что бы ты там с ней не делал, ты - не её муж, а значит, всё в порядке. Я никогда не позволю этому облезлому хрычу выдать за тебя замуж его внучку!

С Цзюнь Мосе уже капали капли пота...

[Да уж... Если Дедушка говорит такие вещи, то в чём вообще можно обвинять меня?.. оох...]

- Нам нужно как можно раньше с этим разобраться, иначе позже всё это может вылиться в большую головную боль. Я не могу поверить, что он действительно думал, что я позволю ему поженить тебя и Сяо И! - настроение у Дедушки ухудшилось. – Лишь появились небольшие признаки того, что ты начал набирать силу, как все уже хотят быть твоими друзьями... даже три Принца дерутся между собой, чтобы приманить тебя...

- Я тут не причём... Я просто от природы неотразимый, - с гордостью на лице погладил подбородок Мосе.

- Разумеется "неотразимый", как иначе! Ты же сын семьи Цзюнь! - если Цзюнь Мосе просто нравился его внешний вид, то Цзюнь Чжан Тиан был образцом нарциссизма. - Но это не значит, что подобного рода вещи должны происходить. У тебя уже наверняка было пару интрижек с девушками, но с ТАКИМ разобраться будет куда сложнее. И пока три Принца думают, я скажу тебе: ни один из них не лучше двух других. Как только они прилипнут к тебе, то ни за что не отпустят, и стряхнуть их не выйдет... И не думай, что ты умнее, чем они: они предадут тебя в любой момент, если от этого они извлекут выгоду! Понял?

- Я понимаю это. Если на чистоту, то на самом деле я собираюсь... - открыл рот Цзюнь Мосе, но...

- Ох, лучше не надо, хорошо? Твои личные дела меня не касаются, просто не впутывай туда семью Цзюнь, - перебивая Мосе, помахал рукой Старый Цзюнь. Затем он поднялся и вышел из комнаты, скрестив в замок руки за спиной.

Цзюнь Мосе был немного раздражён сложившейся ситуацией, особенно теперь, когда ему не позволили выразить собственное мнение. Он много времени потратил на то, чтобы создать новый имидж, а сейчас его снова оставили в дураках...

Молодой Господин семьи Цзюнь помотал головой, чтобы отогнать подобные мысли, и отправился в дворик, где его уже ждал Толстый Танг.

С момента их последней встречи прошло довольно много времени. Цзюнь Мосе был занят лечением и восстановлением своего Дяди, плюс та первая за долгое время прогулка... Почти месяц прошёл с тех пор, как Цзюнь Мосе и Танг Юань виделись, но Мосе ни разу не забывал о Толстяке!

Но все эти переживания улетучились, как только он вновь увидел Юаня...

Здоровенная фрикаделька постоянно спрашивала маленькую Лолиту, которая прислуживала гостю:

- Когда же он придёт?..

- Почему он до сих пор не пришёл?..

- Он что, умер по пути сюда, а мне не сказали?..

Маленькая служанка же молчала, откровенно побаиваясь улыбки и сотрясающихся боков Юаня. Ей было страшно, что если гость случайно споткнётся и упадёт на неё, то от её маленького и хрупкого тела не останется живого места. Она боялась, что в случае чего, её раздавит этой тушей насмерть...

- Эй, Братец, что ты тут делаешь?

Сейчас в руках Цзюнь Мосе было три приглашения, но для него это словно были три огромные бомбы. Три Принца не ладили между собой, а если все они одновременно пожелали увидеть Цзюнь Мосе... то, что-то явно назревало…

У Мосе уже болела голова, а приход Фрикадельки сделал эту боль ещё хуже.

- Эммм... Третий Молодой Господин, Вы вернулись, я… Вы должны помочь мне... Этот Братец просто не хочет жить... Вы не представляете, что произошло с Младшим Братцем... - глаза и нос Танг Юаня уже были мокрыми. - Ты должен помочь мне, иначе в это раз я... я...

- Ты что? Будешь есть, пока не умрёшь?? Быстро расскажи мне, что произошло... хотя погоди, лучше сначала расскажи мне: почему я должен помогать тебе?

Цзюнь Мосе сидел в кресле напротив своего друга. Он присмотрелся и понял, что дело может быть серьёзным:

- Толстяк, ты выглядишь очень плохо, что случилось? Ты что, опять проиграл свою жену?!

- Б*ять! - вслух сматерился Танг Юань. - Ты думаешь, что я - идиот?

- Тогда хорошо! Мне самое время поспать... - Цзюнь Мосе "устало" начал подниматься с кресла.

- Нет, постой! Ты не представляешь, что мой Дед творит со мной!.. Ты должен мне помочь, или я точно помру, - начал трястись Юань.

- Тогда живее расскажи мне о своей проблеме: я очень занят... У меня нет времени на все эти "игры"... - слегка закатил глаза Мосе.

- Нуу....ох, как стыдно... Третий Молодой Господин... меня отправляют на кастрацию** во дворец, ух... – всхлипывая, произнёс Толстяк.

- Что?! Твой Дед что, хочет, чтобы ты стал евнухом*** при дворе?! Он что, больше тебя не любит?? - потрясённо ответил Цзюнь Мосе, вытаращив на друга круглые от удивления глаза.

- О да, он действительно хочет, чтобы я стал евнухом! - возмущенная грудь Юаня была сейчас высока, словно гора. - Как будто во Дворце нет других, подходящих мне должностей?!

- Разумеется, во Дворце есть много других должностей, просто ты ни на одну из них не подойдёшь: да ты даже на роль евнуха едва ли подходишь! - почесав подбородок, ответил Цзюнь Мосе, и, затрясшись, громко рассмеялся.

- Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, что гожусь только на должность евнуха?! Ты меня из себя вывести хочешь?! - хоть Танг Юань и был сейчас очень зол, более подходящих слов он не нашёл.

- Что ж, тогда не мог бы ты рассказать о своих качествах? В чём бы ты был хорош? - спросил Мосе, игнорируя гнев Толстяка.

- Ну, у меня много качеств, вот, например... - открыл рот Толстяк, но так ничего и не назвал!

Цзюнь Мосе понял, что Танг Юань уже и так довольно смущён, и, решив, что не следует дальше терзать его, решил кинуть тому подсказку:

- Например, ты мог бы помочь своему Дедушке завести крепкие отношения с генералами армий из семьи Муронг?

- Да, точно! - Толстяк почти засветился. - Я не догадался до этого раньше, когда мне объяснял Дедушка. Он сказал, что у него много связей внутри Дворца на всех уровнях, и даже с мужчиной, который ответственен за медицинский осмотр евнухов... Так он хочет всё устроить так, чтобы я...

*

ПРИМЕЧАНИЕ:

* Прим.рус.пер.: Да, особенно если нужно кого-то споить или напиться в хлам самому..

** Прим.рус.пер.: Кастрация - крайне неприятный процесс. Детали - в поисковиках.

*** Прим.рус.пер.: Евнух - это страж, слуга и защитник жён или наложниц высокопоставленных и богатых лиц. Детали - в поисковиках.

Глава 126. Без амбиций.

- Почему ты так мягко и безразлично реагируешь? Да, твой отец собирается провернуть неплохое дельце!

Цзюнь Мосе всегда восхищался отцом Толстяка. Когда тот собирал свою охрану для боя - врагам точно не было пощады! Но сейчас отец Юаня собирался сделать немного другой шаг и найти сыну работу!

- Безразлично?.. Всё это очень волнующе, Третий Молодой Господин, мой отец и дед очень серьёзно настроены... Они даже собираются начать меня тренировать! Они хотят начать базовые тренировки, а когда я освою азы и сам смогу культивировать, то отец выберет удобный момент и переведёт меня туда, где лучше... Я так и буду кататься из одного департамента в другой, а, в конце концов, отец отдаст своё место мне... Ты понимаешь? - лицо Толстяка свисало с шеи, как высушенная дыня.

- Другими словами... Ты, однажды, станешь главой семьи Танг?

Цзюнь Мосе от удивления вытаращил свои глаза на Танга: [Глава семьи? Глава одной из самых сильных семей в Империи* Тянсян? Да кто в такое поверит??]

- Ну, эм, я не знаю, откуда этот старик вылез, но он представился старинным другом моего дедушки... - продолжал Толстяк. - Сорок лет от него не было ни письма, ни слова, а сейчас, когда наша семья на пике, он вдруг появляется из ниокуда и говорит о друзьях?! Что это за друг такой?.. Но Дедушка был очень рад его видеть..

- Погоди-погоди... Что? Причём тут ты и какой-то старик?

У Цзюнь Мосе даже заболела голова: [Этот жирдяй просто прыгает от одного к другому, где тут логика?...Что вообще он хочет сказать?..]

- Как это связано, ха? Как только объявился этот старикашка, он взял Танг Гуна, Танг Бао и Танг Гуо и протестировал их на потенциальную возможность прорыва до Небесного Суань. А проверив, он заявил Дедушке, что "у этих трёх есть возможность пройти к Небесному Суань" и, что он берёт их в свои ученики. Ещё он пообещал, что поднимет их уровень Суань до Земли меньше, чем за десять лет... Дедушка был так счастлив, что сразу же принял предложение и сказал, что он "счастливый дед четырёх лучших внуков"... - вздохнул Танг Юань. - Теперь-то ты понял??

- Нет, Юань, я всё ещё не понял. Всё, что я понял, так это то, что у вашей семьи Танг в течение десяти лет появится сразу три эксперта уровня Земли, что было бы отлично для любой семьи, но причём тут ты? Что ты пытаешься сказать?? - моргнув, сказал Мосе.

- Оох, Третий Молодой Господин... Обычно ты такой умный и догадливый, почему же сегодня ты настолько глупый?! Три моих старших брата пойдут за своим новым мастером, а что же будет с семьёй? Кому-то придётся принять ответственность — а кто же остаётся??

Семьи вроде нашей, они… большие они или маленькие, у них есть одно общее: глава семьи должен следить, чтобы семья продолжала расти и процветать. А, чтобы быть в этом уверенным, глава семьи должен натренировать должным образом кандидатов - женщин и мужчин - и сделать их верными последователям семьи... В это время старшее поколение, уже преданное семье, должно помочь, и с помощью тренировок превратить этих людей в достойных мастеров Суань Ци! Затем, чтобы семья продолжала расти и крепнуть, это должно повторяться снова и снова... И так, пока семья не врастёт в корни государства до такой степени, что сам Император или Императорская семья не посмеет её тронуть!.. И всё должно быть именно так, чтобы мы могли спокойно зажигать благовония перед портретами наших ушедших предков!

У всех семей когда-нибудь неизбежно встаёт такая необходимость... А я... Меня такие вещи даже не задевают... Теперь ты понимаешь всю мою боль? - вздыхая, поведал Танг Юанг.

- Да ни хрена я не понимаю, жирный ты гадёныш! – всем сердцем прокричал Цзюнь Мосе. - Твой Дед тренирует тебя, чтобы ты стал Главой семьи и получил лучшее от жизни! Как это связано с тремя твоими братьями? У них есть талант к культивации, так разве это не поможет тебе в будущем? Ты что, просто похвастаться пришёл?? Ты ведь знаешь, какая борьба внутри семей обычно идёт за место Главы... Братья плетут заговоры против Братьев, дерутся... иногда семья даже распадается... А тебе досталось лучшее, причём, без борьбы и усилий!

- Да не хочу я этого, не хочу! Не хочу я быть министром, сколько раз тебе повторять?! - в гневе прокричал Толстяк. - Я не хвастаюсь! Я не хочу этой бюрократической ответственности! Эти ловушки и жульничество на каждом шагу... ты думаешь, я этого хочу? Или, может я, так хорош, что смогу это выдержать?? Да я ни на что подобное не способен, у меня нет таких умений... я просто хочу свободной и ленивой жизни... я просто хочу наслаждаться жизнью! Я никогда не хотел брать на себя такую ответственность! Ты понимаешь?! - не контролируя себя, заплевал слюной Танг Юань.

- ...Так ты не хочешь быть министром, не хочешь быть Главой семьи и не хочешь никакой ответственности... Тогда что ты вообще хочешь от жизни? - застыл в удивлении Мосе.

- Ох, Третий Молодой Господин, я бы не ответил, спроси такое кто другой... Но ты ведь, не "кто другой", верно? Ты ведь, мой Брат... Ты знаешь меня и знаешь, что делает меня счастливым, да? - Танг Юань поднял голову и мечтающим взглядом посмотрел в потолок. - Братец, Я хочу лишь денег: звук чужих монет, которые так и сыплются в мои карманы... Золотые, серебряные монеты... Вот, что делает меня по-настоящему счастливым.

Цзюнь Мосе застыл на добрые пять секунд:

[Что он вообще за человек?... Почему я дружу с ним?? Наверняка, Цзюнь Мосе был его родственной душой, но не я... Хотя я и Цзюнь Мосе... Но ведь я же не Цзюнь Мосе... оооххххххх...]

- Я просто хочу вести бизнес, это - самое моё любимое дело в жизни. У моей семьи есть бизнес, и я хочу им управлять. Я хочу взять его в свои руки и, как только я это сделаю, то хочу превратить этот бизнес в самый большой и лучший бизнес на всём континенте!

Произнося эту речь, Танг Юань во все стороны размахивал руками, которые были даже толще, чем бёдра Цзюнь Мосе.

- Легче сказать, чем сделать. Прежде всего, ты должен попробовать уговорить своего отца.

Цзюнь Мосе чувствовал себя немного странно: пока он точно мог понять, что из Толстяка точно выйдет отличный бизнесмен, точнее, только бизнесмен из него и получится! Но его отец точно не примет такого положения дел...

- Уговорить?..

Казалось, будто Юань сейчас снова расплачется, но ему словно не хватало слёз. Развернувшись, Танг Юань снял верхние одежды и задрал внутренние, показывая оголённую верхнюю часть спины.

- Третий Молодой Господин, посмотрите: вот что вышло из моей попытки уговорить отца... - печально вздохнул Юань.

- Да уж... выглядит больно, - произнёс в ответ Цзюнь Мосе, увидев на месте спины Танг Юаня сплошной синяк, с более чем дюжиной отметин от палки...

- ...Ты ещё этого не видел…

Толстяк развернулся и оголил живот: на нём хорошо были видны пять или шесть отметин, словно его пинали. Затем он заправился и потерянно сказал:

- Свой зад я тебе не покажу, там хуже всего... Я с трудом на унитаз сажусь.

- Да тебя неплохо отделали, а! - Цзюнь Мосе был шокирован. - Видимо, с этим ты ничего не сможешь поделать, поэтому и пытаться не стоит... Пока твой отец так сильно тащит тебя в верха, мне кажется, что много проблем у тебя не возникнет, а с давлением ты как-нибудь справишься. Но, даже придумай я для тебя какой-нибудь выход из этой ситуации, он бы не сработал: не имеет значения, что мы думаем - твой отец не прислушается к нашим мыслям. Я от всего сердца советую тебе попробовать стать министром.

Вдруг Цзюнь Мосе замолчал и подумал:

[Какие бессердечные вещи люди творят, чтобы только добраться до власти... Его отец даже сына не пожалел... Танг Юаня заставляют собирать плоды того, что он даже не сеял... И, кажется, ему это не очень нравится... Но что за человек его отец? Он что, намного злее, чем я?.. Смог бы я так же поступить со своим сыном??.]

- Я не буду даже пробовать! Я лучше умру! - Танг Юань даже встал от негодования и, скрестив руки на груди, продолжил. - Я ни за что не займу место главы семьи, я ни за что не стану министром, в этой жизни я хочу лишь зарабатывать деньги!

- Ппфффхихх... - прыснул смехом Цзюнь Мосе, увидев, как кресло, на котором сидел Танг Юань, застряв, прилипло к его заднице. Мосе никогда не видел клоуна, подобного этому: ни в старом мире, ни в новом.

- Я не отвернусь от своих идеалов, а одержимость и желания моего старика никак не собьют меня с пути! - очень решительно произнёс Танг Юань. - И я обману этого евнуха Жу Лао!

- Евнуха Жу Лао?

Услышав это имя, Цзюнь Мосе тут же подумалось: [Танг Юань станет очень хорошим бизнесменом, но его семья ему просто так этого не позволит... Но, если я ему помогу, то мы сможем начать отличное партнёрство, и, может, даже заработаем целое состояние?..]

С такой мыслью Цзюнь Мосе взглянул на Танг Юаня взглядом, словно Толстяк - самое большое сокровище в мире.

- Что... Что такое?.. Почему ты так на меня смотришь?.. Я, я... Я не по этой части... Отойди от меня!.. - испуганно прокричал Толстяк и отшатнулся.

- Ооохххх.....

Нутро Цзюнь Мосе заплясало бешеный танец, и его чуть не вырвало.

Закатив глаза, он продолжил:

- Так... Стоп, хватит нести чушь... Ты сказал, что обманешь этого евнуха Жу Лао, верно? А как?

Евнух Жу Лао был довольно близок к Императору, поэтому Мосе решил принимать его за сильную фигуру.

Новым именем евнуха Жу Лао стало "Жу Жу Жу", что было немного забавно, но Жу Жу Жу часто навещал таких людей, как Цзюнь Чжан Тиан и Дугу Вуди, отчего можно было сделать вывод, что Жу Лао - сам по себе довольно сильный эксперт и уж точно не простой человек.

- Этот кастрированный старый дурак заведует внешним осмотром тел евнухов, и всем известно, что он любит с ними поразвлечься... - толстяк скорчил гримасу отвращения. - Братец, хоть я и немного толстый, но я в самом расцвете сил, я не болею ничем, поэтому точно пройду осмотр... и этого я боюсь больше всего.

Танг Юань с любовью погладил свой животик и продолжил:

- Я слышал, что медосмотр Муронг Цян Цзюня был очень жёстким - этот старик выкрутил ему пенис... Говорят, что Цян Цзюнь после осмотра вышел весь белый... Вообще-то я даже видел, как он ходил с широко раскинутыми ногами следующие две недели... - толстяк явно получал удовольствие от рассказывания слухов.

- Ты всё ещё в этом уверен? Мне кажется, что тебе немедленно стоит начать тренироваться также ходить! - рассмеялся Цзюнь Мосе, глядя на Юаня и пытаясь представить эту фрикаделину с широко раскинутыми ногами.

- Да, да, Третий Молодой Господин, Вы должны помочь мне! Я не хочу ходить с раздвинутыми ногами... - немедленно понял всю тяжесть ожидающего его Танг Юань.

- Медицинский осмотр... Он будет осматривать тебя голым? - задумался Цзюнь Мосе. Вдруг его осенило, и, медленно оттопырив указательный палец, он произнёс: - А сзади тебя проверять будут?

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* Прим.рус.пер.: В прошлых главах указывалось "королевство Тянсян", но глава государства у них - Император...

Глава 127. Незаметный прорыв.

- Медицинский осмотр... Он будет осматривать тебя голым? - задумался Цзюнь Мосе. Вдруг его осенило, и, медленно оттопырив указательный палец, подмигнул: - А зад твой проверять будут?

- Да, я слышал, что они там даже зад проверяют... - очень печально ответил Танг Юань. - Прямо сейчас я точно не пройду этот тест...

Толстяк сейчас стоял на своих двоих, и по нему было отчётливо видно, что ему страшно от того, что его ждёт.

- Третий Молодой Господин, я слышал, что они заставляют евнухов раздеваться... Полностью, догола... Это меня так пугает, ох... А потом они пихают внутрь тебя всякие разные вещи...

Цзюнь Мосе потряс руками, покрытыми мурашками:

- Знаешь, теперь и мне страшно.

Если нечто может напугать даже Короля Ассасинов, то это нечто - очень страшная вещь!

- Должен же быть какой-то выход? Братец, умоляю, помоги! - взглянул Юань на друга глазами, полными надежды.

- Выход есть! Но тебе нужно как можно скорее пойти во дворец и пройти осмотр, а я помогу тебе к нему подготовиться, кхм... так что… - Цзюнь Мосе улыбнулся и подмигнул, а затем громко рассмеялся.

Танг Юань всё стоял с непонимающим лицом:

- Я не понимаю... что ты имеешь в виду?

- Ты не понимаешь? Я не могу тебе позволить работать во дворце целыми днями... Я ведь подумывал открыть одно дело с тобой в качестве партнёра... Со временем, мы могли бы заработать целое состояние, вместе... эх... - улыбнулся Цзюнь Мосе, наблюдая за реакцией Танг Юаня.

Лицо Толстяка словно засветилось, и он, дважды моргнув, быстро закивал:

- Вести бизнес? Вместе?? Третий Молодой Господин... Ты мне как третий родитель, как...

Цзюнь Мосе вытянул ногу и пнул Толстяка по заднице:

- Убирайся, ты не сможешь оправдать ожиданий своего отца! А что же он сделает, когда узнает, что его собственные действия разрушили твою карьеру во Дворце?

Танг Юань погладил свои булочки с гримасой боли на лице и ответил:

- Ничего он не сделает. Пока кто-то во Дворце будет против меня, отец не убьёт меня... я надеюсь. Так ты говоришь, что можно использовать отца в качестве прикрытия от позора... ха-ха-ха-ха-ха...

Тело Танг Юаня затряслось, и он рассмеялся в голос.

Цзюнь Мосе тоже громко рассмеялся, причём, так громко, что все печали и грустные мысли, которые были в его голове, словно сдуло ветром: для него этот Толстяк был очень хорошим клоуном.

Он всё ещё смеялся, когда в его голове вдруг вспыли слова Танг Юаня, сказанные им ранее: "...Друг Танг Ванли, которого тот не видел сорок лет, неожиданно появился из ниоткуда, и он супер-эксперт...".

На мгновение он перестал смеяться: [Супер-мастер? Как это возможно? Неужели его неожиданное появление связано с новостью о Суань-Ядре? Так быстро?.. Если это так, то на Тянсян надвигается сильный шторм..]

Неожиданно, Ци внутри тела Цзюнь Мосе активировалась.

Мосе легко мог ощущать всю силу Суань Ци в своих меридианах: эта энергия словно полностью его наполняла. Изначально тонкий и слабый поток энергии превратился в сильную и быструю реку, благодаря которой движения Мосе начали казаться ему гораздо более лёгкими.

В душе Цзюнь Мосе было очень странное ощущение, которому он не мог найти объяснения... Он чувствовал, что если набрать ещё немного Ци, то он сможет открыть второй этаж Пагоды!

На этот раз Мосе решил не пренебрегать такой возможностью. После разговора с Толстяком он стал тратить всё свободное время на культивацию: следующие два дня для него прошли только за этим занятием.

Закончив с этим, Цзюнь Мосе не без удовольствия заметил, что теперь Пагода была способна не только поглощать его собственную Ци, но и забирать её из окружающего мира, хоть и крайне мало за один раз. Но это всё равно был большой скачок вперёд!

Цзюнь Мосе многого ожидал от второго этажа Пагоды, ведь первый этаж давал так много, хоть и был лишь основой...

В следующие несколько дней температура упала, и осенние ветра зашуршали по городским улицам. Хрупкие жёлтые листья начали падать с неба, но Цзюнь Мосе проводил всё свободное время в своей комнате, практикуясь. Он был занят тем, что поглощал окружающую его энергию и пытался "скормить" её Пагоде. Если ему хватало собственной энергии, то он отдавал излишки во внутренний двор, в сторону Третьего Дяди или Гуан Квинхан. Поэтому из-за переизбытка Ци в окружающем воздухе внутренний двор был полон зелени, будто на улице была середина лета: на некоторых деревьях даже появились новые почки. Хоть это явление и было странным, но Гуан Квинхан очень нравилось проводить там время, несмотря на такой феномен, она начала следить и ухаживать за новыми почками и ростками, будто те были бесценным сокровищем.

Ветра дули всё сильнее, и давление на Мосе росло всё больше!

Давление извне может быть большой движущей силой!

И потому Цзюнь Мосе заставлял себя подготовиться к скорой смене климата, которая уже была на пути к городу, ведь он надеялся, что сможет быть достаточно сильным, чтобы выдержать любую смену погоды!*

Мосе в своей прошлой жизни всегда был "одиноким волком" и действовал так, как ему хочется!.. Но сейчас обстоятельства были другими: он больше был не один, и на нём висела судьба всей его новой семьи Цзюнь! Он мог бы продолжать действовать также свободно, не заботясь о судьбе семьи, но целая семья, поддерживающая его решения и действия, толкала его амбиции только вперёд — в этом мире власть и влияние играли очень большую роль.

Ранее, Цзюнь Мосе лично начал тренировать три сотни бойцов - сейчас же они могли пригодиться в любой момент.

Впервые, Цзюнь Мосе предстояла игра в команде.

Впервые, он должен был стать командным игроком!

Прямо как Дедушка Цзюнь, который построил свою личную армию на случай осложнений в будущем, Цзюнь Мосе медленно собирал свою:

[Мне нужны верные люди... Иначе какой прок от Серебряных и Золотых экспертов будет перед лицом шторма? Чтобы пережить бурю, нужны настоящие мастера, иначе лучше сразу сдаться!.. Но, если мои слуги станут самыми лучшими экспертами, как мне удержать их под контролем?..]

Цзюнь Мосе задумался и, почесывая голову, неожиданно вспомнил строчки из одной книги, которую прочёл в прошлой жизни: "...Даже лучшие из героев преклонят колени пред великим человеком, и пойдут за ним с радостью, и останутся они верны ему до конца, на том строилась и стоит основа всего..."

- ...Если я смогу показать себя великим человеком, то тогда даже мастера Божественного Небесного Суань пойдут за мной... Как замечательно... - почёсывая подбородок, криво улыбнулся Мосе.

Он взял в руки три приглашения от Принцев и стал обдумывать, с кем встретиться первым. Выбрав Второго Принца, Мосе тут же придумал и место встречи: Шатры Ни Чанг! Он уже был там однажды на миссии по подслушиванию и знал, что Леди Юэ Эр глубоко ненавидела семью Цзюнь, о чём он тут же задумался:

[...Если эта женщина узнает, что я там, то она точно попробует докопаться до самой сути происходящего и доставить проблем...]

Но взвесив отличную возможность встретить Второго Принца и возможные неприятности, он, не желая упускать возможность, решительно выбрал первое.

По расчётам Мосе, прошло уже много времени с инцидента с сухожилиями Суань-Зверей и арбалетами, и хотя его Дедушка обдумывал это дело, ничего нового они так и не узнали...

В любом случае, Второй Принц организовал прекрасный банкет у красивой реки, который Цзюнь Мосе был не прочь посетить. Пока все плюсы и минусы места проведения банкета были учтены, Цзюнь Мосе даже не вспоминал о них.

[Сегодня я пойду в Шатры Ни Чанг!]

Цзюнь Мосе, широко улыбаясь, вышел во двор. Он был полностью готов сказать Дедушке, что собирается отправиться в бордель и ему будет нужна парочка телохранителей для защиты: парочка самых лучших и самых крепких телохранителей...

Выйдя из комнаты, Мосе увидел сидящую во дворе Гуан Квинхан, одетую в белоснежное платье. Она тут же, холодно на него взглянув, произнесла:

- Куда это ты собрался?

- Ну, я собираюсь в Шатры Ни Чанг, - ответил Цзюнь Мосе, словно в этом не было ничего постыдного: [Сын Императора пригласил меня туда на встречу, так что с меня и спрашивать бесполезно, верно?]

- Бессовестный! Ты уже настолько обнаглел, что без стыда идёшь в такое порочное место! Я уж начала думать, что ты исправляешься, но нет же - ты просто притворялся! Ты предаёшь доверие своего Деда!

Лицо Гуан Квинхан залилось яростью, и она тут же рванула вперёд, готовая преподать мальцу "урок": [Посмотрите на него! Он притворялся добропорядочным несколько дней, а теперь с таким простым и невинным лицом собирается прошвырнуться в бордель!!. Он так раздражает! Не будь он моим названным братом, я не терпела бы его так долго!..]

Проигнорировав злобные слова Квинхан, Мосе рассмеялся и сказал:

- Названная сестра, я думаю, что когда ты злишься, ты ещё более красива, я ведь просто сказал правду, только и всего...

Лицо Квинхан вдруг стало ледяным, и она резко и молча побежала к Мосе. [..Если я сейчас не проучу этого мальчишку, то завтра он снова скатится до своих прошлых выходок!.. Сегодня он никуда не пойдёт, я преподам ему урок, и дотащу его тельце до покоев Дедушки!]

Мгновенно присев, Цзюнь Мосе пропустил над собой пощечину и, улыбнувшись, ускользнул подальше от разозлённой сестры:

- Позже, названная сестра, сейчас у меня есть важное дело. Я потренируюсь с тобой, когда вернусь, но сейчас меня ждёт кое-кто очень важный. Пока!.. - сказал Мосе и убежал.

По часто вздымающейся груди, Мосе понимал, что сейчас Квинхан была очень зла! Но Цзюнь Мосе сказал ей правду: в Шатрах Ни Шанг его ждал Второй Принц, но Гуан Квинхан не дала ему и шанса до конца объясниться. Она просто решила, что Мосе опять пошёл навещать проституток**. Как же она могла не впасть в ярость?

- Этот парень только начал становиться хорошим человеком... Я не позволю ему снова скатиться до того состояния! Если я позволю этому случиться, то, как мне после смерти смотреть в глаза всем названным родственникам и его погибшему брату?..

Закусив губу, Гуан Квинхан, не медля ни секунды, отправилась в покои Дедушки Цзюнь.

Прогресс Цзюнь Мосе удивлял его самого: его физические способности стали настолько лучше, что он сам не мог в это поверить. Ещё некоторое время назад, столкнувшись с озлобленной Гуан Квинхан, он не смог бы, не убивая, атаковать в ответ или спокойно уклониться от атаки. На самом деле, Мосе каждый раз едва сдерживал свою жажду крови, чтобы не убить Квинхан на тренировке... Но сейчас он смог легко уклониться от её атаки!

А чуть ранее он смог уклониться от удара эксперта Небесного Суань и даже нанести удар в ответ, не убив противника! Хоть атакующий и не ожидал ответного удара и не был готов защищаться, сам факт того, что Цзюнь Мосе смог провести атаку, не убив противника, был удивителен!

Ранее, у Мосе не было сил сделать нечто подобное, но теперь такие вещи происходили почти инстинктивно!

Осознаёт ли сам Мосе свой прогресс?

*

ПРИМЕЧАНИЕ:

* Прим.рус.пер.: Автор завуалировал "приближающихся к Тянсян экспертов, которые наведут шороху" в "погоду".

** Прим.рус.пер.: Ну да, нужно же проверить, как они... Вдруг заболели, или голодают там.. Бабушка Мосе, заботиться о всех!

Глава 128. Громко говоря.

Цзюнь Мосе задумчиво нахмурился, вспоминая инцидент в Зале Хуанг Хуа и резню, которую он там устроил.

В его предыдущей жизни никто не мог остановить Цзюнь Се из-за его превосходных навыков... Но в этом мире, его текущие навыки и сила, были далеко не в лучшей форме.

Суань Ци - система культивации в этом мире, начиная с первых девяти уровней до Серебряного Суань и далее, вплоть до Верховного Божественного, была очень ясно размечена и очень отчетливо организована.

Но, тем не менее, Искусство Разблокировки Небесной Удачи было очень уникальным и таинственным умением, и потому, казалось несколько странным по сравнению с общими стандартами культивирования Суань Ци этого мира — оно даже казалось неправильным.

Если бы эта таинственная способность была настолько хороша, насколько её оценивал Цзюнь Мосе, то вовсе не было бы необходимости проходить через все трудности и лишения, которыми подвергает себя начинающий ученик боевых искусств. И все это лишь ради того, чтобы со временем стать экспертом Суань Ци жалких Серебряного или Золотого уровней.

После всего, что уже произошло, даже эксперт Серебряного ранга или даже эксперт на пике Серебряного уровня не представляли из себя ничего значимого для Цзюнь Мосе: он мог убить подобного им одним щелчком пальцев!

Если только первый уровень Пагоды Хонцзюнь смог дать ему такие силы, то при сохранении такого темпа прогресса оценка сил Цзюнь Мосе после разблокировки второго уровня Пагоды была бы астрономической! Насколько сильным он смог бы стать?

Обдумав всё это, Цзюнь Мосе начал понимать, что ему следует больше узнать об этом мире, в конце концов, этот мир полностью отличался от того, из которого он пришел.

Дедушки Цзюнь не было дома, поэтому Цзюнь Мосе вызвал двух охранников, которые были под его началом, и приказал им сопровождать его на прогулке. Всё же он собирался на встречу со Вторым Принцем, и если у другой стороны будут какие-то враждебные намерения, то для Цзюнь Мосе было бы важно выглядеть хорошо защищённым, ведь ходить в одиночку равносильно поиску неприятностей.

Гуан Квинхан прибыла к покоям Дедушки Цзюнь чуть позже и встретила выходящего Цзюнь Мосе. Она сразу же развернулась и отправилась на поиски Цзюнь Вуя, так как всё ещё была очень обижена на Цзюнь Мосе.

Цзюнь Вуй вот-вот собирался отдать свои первые распоряжения в качестве хозяина поместья: он собирался отправить своего самого надёжного солдата за мальчиками и девочками, сбежавшими из Зала Хуанг Хуа. Но вместо того, чтобы отдавать свои первые хозяйские распоряжения, Цзюнь Вуй сидел в своем инвалидном кресле и размышлял над словами своего племянника... Ранее, на обратном пути из Зала Хуанг Хуа, Цзюнь Мосе продемонстрировал свои превосходные навыки скрытности и противодействия слежке. Всё это свидетельствовало о том, что он приобрёл свой опыт после серьёзного обучения...

Вернувшись в резиденцию Цзюнь, Цзюнь Вуй пытался вспомнить слова, действия и движения Цзюнь Мосе, и каждый раз, прокручивая воспоминания в своей голове, он понимал, что в прошлый раз что-то упустил!

Позже Цзюнь Мосе сказал:

- ...Моя практика - это мои инстинкты. Я не тренируюсь сознательно, но, тем не менее, я тренируюсь всё время...

С тех пор эта фраза отложилась в голове Цзюнь Вуя, и он никак не мог забыть о ней.

[..Эта фраза была вполне разумной. В самом деле, это был очень простой факт! Если тренировка происходит инстинктивно, то зачем нужно делать её намеренно?... Однако, возможно ли такое, и какой из этого будет результат?]

Цзюнь Вуй собственными глазами видел Цзюнь Мосе в действии и понимал, что опыт и мастерство Мосе намного превосходят опыт и мастерство любого человека, которого он когда-либо знал!

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе был еще совсем юным, его достижения в области боевых искусств уже были достойны бессмертных легенд!

Лицо Цзюнь Вуя выражало серьёзность его мыслей:

[Раз Цзюнь Мосе это может, то почему этого не могу я? Неужели я безнадёжен?]

В тоже время Цзюнь Вуй осознавал, что если он хочет, чтобы семья Хан Ян Яо признала их взаимную любовь, то ему нужно будет адаптировать стиль обучения Цзюнь Мосе под себя. На самом деле, это была его самая большая надежда!

Цзюнь Вуй совершенно погряз в этих мыслях, не понимая, что эта идея приведёт его на путь величия!

Хотя этот момент был только началом...

Цзюнь Мосе был способен на такой вид практики, поскольку уже был обучен ему в своей прошлой жизни, а Искусство Разблокировки Небесной Удачи несколько отличалось от Суань Ци.

Ци и кровь, протекая через его меридианы, словно сливались воедино. Кроме того, Пагода Хонцзюнь непрерывно испускала Ци, чтобы помочь ему поддерживать его практику культивации, что было довольно сложно достичь обыкновенным практикующим.

Но Цзюнь Вуй не подозревал об этом и считал, что подобное - возможно, ведь Цзюнь Мосе уже достиг этого! В этом мире, хоть энергия и Ци были схожи по функциональности, присущая им природа совершенно отличалась. Культивация Суань Ци было трудной и опасной задачей, и последствия небрежного с ней обращения могли быть очень жестокими и даже летальными.

К примеру: при культивации, когда мастера позволяли Суань Ци гармонично сочетаться с естественными функциями тела, то существовал шанс, что тело станет одержимым, а практикующего ждёт очень трагичный конец! Это и было причиной того, почему практикующие культивацию Ци мастера были очень осмотрительны и осторожны, и постоянно следили за тем, чтобы во время проведения практики их не беспокоили.

Однако Цзюнь Вуй искал способ пойти против этой нормы, что уже можно было рассматривать как серьёзное изменение в идеологии!

Фактически, только осмелившись взять на себя подобную задачу, он уже выиграл половину сражения!

Звуки быстрых и громких шагов донеслись до Цзюнь Вуя, и по звуку шагов он легко определил, что идущий был в ярости.

- Квинхан? Почему ты такая злая, что случилось?! - Цзюнь Вуй быстро узнал гостью.

- Дядя, Цзюнь Мосе... этот мелкий поганец вышел из-под контроля! Сегодня он осмелился заявить мне, что собирается отправиться в Шатры Ни Чанг на Озере Духовного Тумана! - сердито прорычала Гуан Квинхан.

Её гнев был направлен на Цзюнь Мосе, поскольку она искренне уважала обоих старейшин семьи - Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя - даже несмотря на то, что последний был калекой.

- И что с того? - Вуй даже не удивился.

- Ааа? Что с того? Он только стал исправляться, а теперь снова возвращается на старую дорожку! - яростно завозмущалась Квинхан.

- А, да, я знаю об этом, я сам позволил ему туда пойти, - Цзюнь Вуй, наконец, очнулся от своих мыслей, и его голос стал чуть мягче.

- Даже Вы знали об этом? И всё равно позволили ему туда пойти? Вы... - глаза Квинхан округлились от шока, и она смущенно посмотрела на Цзюнь Вуя, не понимая его ответа.

- Квинхан, ты ошибаешься. Второй Принц пригласил его на беседу, и, как только представился случай, Принц пригласил его на собрание, которое состоится в Шатрах Ни Чанг на Озере Духовного Тумана, - тепло улыбнулся Цзюнь Вуй. - Квинхан... Мосе стал очень здравомыслящим.

- Здравомыслящим...

Гуан Квинхан была несколько ошарашена. После всех лет наблюдения за Цзюнь Мосе, который только и делал, что вытворял всевозможные гнусные вещи, которые попирали все мыслимые цивилизованные законы под Небесами, ей было трудно понять, как Цзюнь Вуй мог назвать этого дебошира "очень здравомыслящим"!

- Полагаю, я ошибалась, но теперь я начала понимать... - прошептала всё ещё сбитая с толку Квинхан, затем вздохнула и отвернулась. - …Оказывается, я многое пропустила...

- Да, произошли большие изменения, и тебе, естественно, нужно будет поскорее освоиться, - беспечно сказал Цзюнь Вуй ей вслед и снова погрузился в свой новый вид практики.

Шаги Гуан Квинхан задержались на мгновение, но затем она продолжила свой путь.

Цзюнь Вуй вздохнул и прошептал:

- Дядя Панг, пожалуйста, входи.

Лао Панг быстро вошел и замер перед Цзюнь Вуем.

- Дядя Панг, у меня есть задача, которая требует вашей помощи, - Цзюнь Вуй потёр лицо ладонями рук: казалось, ему нелегко принять окончательное решение.

- В чём дело? Пожалуйста, отдайте мне приказ, Третий Господин.

Лицо Лао Панга выражало торжественность. Это был первый приказ Цзюнь Вуя в качестве Главы семьи, и несмотря ни на что, Лао Панг хотел выполнить его безупречно.

- …В министерствах появились слухи, что большая группа искалеченных детей сбежала из Зала Хуанг Хуа. Я им очень сочувствую... Цзюнь Вуй наконец принял решение: - Пожалуйста, проверьте, сколько из них живы, и используйте ресурсы семьи, чтобы они получили лучшее будущее... В конце концов, они - просто дети.

- Да, я исполню приказ, - произнес Лао Панг и уже развернулся к выходу, но услышал вдогонку:

- Если сможете сделать это скрытно, то не раскрывайтесь. Если возникнут какие-либо препятствия, то прошу, сообщите, что всё это делается по моему приказу.

~ Шатры Ни Чанг ~

Огромный третий этаж здания был почти пуст, лишь малое количество людей, одетых в изящные наряды, спокойно сидели в нём. Выдающиеся ученые, бизнесмены среднего возраста, немного молодежи... Даже если их одежда не была очень дорогой, их действий было достаточно, чтобы показать, что все они принадлежат семьям высокого класса.

- Братец Е, Цзюнь Мосе никто иной, как дебошир и транжира. Тебе не нужно было лично приходить и приветствовать этого мальчишку. Но теперь, когда Братец Е пришёл, чтобы поблагодарить его, этот ребенок раструбит об этом повсюду.

Говорящему было около двадцати, и выглядел он довольно бледным. Его тело было очень тонким, а руки лениво помахивали веером. Несмотря на то, что его личность была неизвестна, по его внешнему виду было очевидно, что этот человек принадлежал к влиятельной семье.

- Братец Е, нет никакой необходимости встречаться с Цзюнь Мосе лицом к лицу. Как только что сказал Младший Брат, Цзюнь Мосе ни кто иной, как дебошир и транжира: он совершенно некомпетентен в чём-либо ином. Что касается других аспектов, то он совершенно бесполезен и не представляет для нас никакой ценности. Но да, у него есть мощная семья, поэтому мы должны сосредоточиться на его старших родственниках, например, Цзюнь Чжан Тиане.

Говорившему было уже за пятьдесят или даже за шестьдесят лет: свои слова он говорил неторопливо и доходчиво.

- Даже Цзюнь Чжан Тиан не годится, кто он вообще такой?" - несогласно усмехнулся Младший Брат. - Хоть Цзюнь Чжан Тиан и занимает высокое положение, но в плане Суань Ци, он в лучшем случае, простой эксперт Небесного уровня, вот так! Если бы Вы пожелали отправить его на Небеса, то я мог бы попросить отца, и он легко смог бы прихлопнуть этого старика, как муху!

Такое замечание заставило Второго Принца резко выпрямиться на своем стуле.

Нахмурившись, он сердитым тоном ответил:

- Всего лишь Небесный уровень?! Даже если вы разорвёте всю эту страну, то, сколько экспертов Небесного уровня найдёте?! Вам повезло, и вы родились в большой и богатой семье, в которой есть много продвинутых мастеров, но, в конце концов, сила семьи Цзян Ху ничто по сравнению с военной мощью семьи Цзюнь. Возможно, подумай вы об этом хоть чуть-чуть, то поняли бы, что это Цзюнь Чжан Тиан может прихлопнуть вашего отца, словно муху, если того захочет!

Глава 129. Шатры Ни Чанг.

[А что до твоего отца... Хоть я никогда и не встречал его лично, но, если судить по слухам о нём, то он тоже мастер Небесного уровня Суань Ци. Даже если бы твой отец и Цзюнь Чжан Тиан сражались один на один, то большой шанс того, что твой отец проиграет схватку и свою жизнь вместе с ней... Так что думать о том, что твой отец смог бы легко победить Чжан Тиана, это... Такой шанс очень маленький!]

Но, поскольку отец юного собеседника Второго Принца был главой довольно сильной семьи, которая дала Принцу своих людей, он не мог произнести такого вслух. К тому же, та семья была крайне важна... по крайней мере, пока.

А что до самого юноши, то он было совсем не нужен, и не имел талантов. На самом деле этот паренёк был беспросветным идиотом, который всегда и везде пытался показать себя чересчур важным, смотря на всех сверху вниз: таким взглядом он словно говорил всем вокруг: "Я — лучший в мире".

Хоть он и был всего лишь на Серебряном уровне, но вёл себя так, словно обосновался на Божественном Верховном.

Второй Принц взял этого дурочка с собой, потому что он, как и Цзюнь Мосе, был абсолютным развратником. Второй Принц надеялся, что две птички с похожими перьями найдут общий язык, и он сможет легче договориться...

Но из-за вызывающего поведения юнца, Принц начал волноваться, что столь завышенное самомнение парнишки может зарубить всё на корню...

Рядом с ним сидел ещё один человек: у этого мужчины было очень грустное лицо, и сидел в кресле он очень странно - с широко раскинутыми в стороны ногами.

Этим человеком был Лорд Лю, который получил травму при погоне за таинственным человеком. В самый разгар погони он на огромной скорости получил бамбуковым шестом прямо между ног...

Лорд Лю, возможно, никогда не оправится от такого унижения!

До сегодняшнего дня у Лорда Лю было лишь два дела: отчаянно пытаться вылечить повреждения и арестовывать людей в поисках преступника.

Но, так как лица преступника он не видел, Лорд запомнил лишь одну примету - голую, белую, круглую задницу! Поэтому все, кто был арестован, проходили одну и ту же процедуру: их приводили к Лорду Лю и снимали с них штаны... для инспекции!

Именно поэтому до Второго Принца и дошло множество слухов, из которых было понятно, что у Лорда Лю после травмы совершенно пропало сексуальное желание, и что теперь его интересуют лишь задницы, причём только молодых парней. Похоже, что Лорд Лю стал увлекаться белыми мужскими попками...

В результате все молодые слуги мужского пола в присутствии Лорда стали прикрывать свои булки руками...

А вдруг Лорду Лю приглянутся их мягкие и упругие попки... То как им тогда называть себя "мужчинами"?

Двери открылись, и вовнутрь с милой улыбкой вошла высокая девушка ошеломляющей красоты. Её высокий стан вкупе с большой, гордо приподнятой грудью и тонкой талией поневоле выдавали её красоту. Повернувшись в сторону озера, она кинула взгляд в сторону маленького паланкина, медленно приближающегося к шатру:

- Ер Йе, Третий Молодой Господин Цзюнь прибыл.

Леди Юэ Эр указала рукой в сторону людей вокруг паланкина и добавила:

- Ер Йе, видишь тех людей? Они - старые цепные псы Чжан Тиана, так что я уверена, что внутри — Цзюнь Мосе.

- Этот уродливый паланкин... - не сдержался Второй Принц. - У Молодого Господина Цзюнь действительно очень уникальный стиль... очень уникальный, да...

- Он, не более чем обычный пошлый развратник и транжира! - глаза Леди Юэ Эр внезапно холодно блеснули, но через мгновение на её лице снова была очаровательная улыбка. - Ер Йе, позволь мне спуститься и лично встретить Цзюнь Мосе?

- Тебе лично? - на лице Второго Принца отразилось недоумение, но под мягким и настойчивым взглядом Леди Юэ Эр он вздохнул и продолжил. - Хорошо... Но он не должен чувствовать себя нежеланным гостем.

- Хи-хи... Ер Йе, Юэ Эр, может и молода, но когда нужно дать мужчине почувствовать себя желанным и важным, со мной мало кто сравнится — это и есть та причина, почему мои услуги так дорого стоят, - улыбнулась Леди Юэ Эр, поглядывая сверху на приближающийся красный паланкин.

- Что ж... - попытался улыбнуться Второй Принц.

Внизу Цзюнь Мосе уже выпрыгнул из паланкина, неуклюже приземлился, сплюнул на землю, посмотрел в небо и чихнул. Затем он пару раз до хруста подвигал шеей в стороны, понаклонялся взад-вперёд, потряс руки, покачал головой и пошёл вперёд.

В голове Мосе вертелась лишь одна мысль: [У Второго Принца будет очень плохой день...]

Войдя в Шатры Ни Чанг, Цзюнь Мосе снял шляпу и стал обдуваться ею, как веером. Затем, посмотрев по сторонам, он прошёл к приёмной стойке и спросил одного из служащих:

- Второй Принц сейчас здесь?

В ответ служащий вежливо ответил:

- Второй Принц ожидает Господина на третьем этаже внутри Зала Пера.

- Зал Пера? Это что, тот, где все эти голые женщины?? - рассмеялся Цзюнь Мос. - Второй Принц точно знает, как правильно выбрать место... он уже меня обыграл!

Затем он начал подниматься по лестнице.

За спиной Мосе слуги стали перешёптываться:

- ...Второй Принц попросил такого человека о встрече, да?.. И сколько ещё нам его терпеть?.. Но как может Второй Принц обедать с такими людьми?..

- Ха-ха, Мосе, мой младший Братец, прошло так много времени, с тех пор, как я в последний раз тебя видел: ты выглядишь посвежевшим и отдохнувшим! Это потрясающе! - Второй Принц встал и энергично замахал руками, встречая гостя.

- …Ахм, да... Действительно много времени прошло, Второй Принц... -- Цзюнь Мосе выглядел польщенным. - Как мог Мосе посметь отказать Второму Принцу, отказаться от его приглашения на обед?

- Оу, нет нужды быть таким вежливым.

Второй Принц заспешил навстречу Мосе и протянул руку, чтобы поздороваться, но ощутил лишь удивление и унижение — он один стоял с протянутой рукой: [Этот парень не делает никаких салютов, приветствуя меня, более того, он даже не собирается пожать мне руку? Это слишком грубо, ведь я первый предлагаю ему своё уважение!]

Разумеется, Цзюнь Мосе не собирался поприветствовать его надлежащим образом: даже Император не был достоин его приветствия. На самом деле, даже снизойди с Небес сам Бог, стал бы Цзюнь Мосе жать ему руку? Мосе и на этот счёт был совсем не уверен.

Так что, о каком уважении и приветствии для простого Принца могла идти речь??

В глазах наёмного убийцы Цзюнь Се этот Принц был не более чем очередным живым телом, которое он в любой момент может превратить в труп.

- Ха-ха, давай же отбросим все эти формальности, в конце концов, наши семьи - давние друзья, - широко улыбнулся Второй Принц. - Я помню, как мы, будучи ещё детьми, часто вместе играли, но теперь года взяли своё, и мой младший Братец и я можем лишь с радостью вспоминать прошлые деньки.

В словах Второго Принца был скрытый смысл: он видимо хотел напомнить Цзюнь Мосе о том, что ему не стоит так высокомерно вести себя перед Принцем, ведь Принц поздоровался с ним лишь потому, что Мосе принадлежит к семье Цзюнь. Принц - всё же Принц, а Цзюнь Мосе - хоть и высокого ранга, но дворянин.

- Ох, да… да... - быстро всё понял Цзюнь Мосе и закивал. Для него настолько простые вещи не играли никакой роли.

Он не мог не заметить четырёх других людей, смотрящих и оценивающих его со стороны: особенно выделялся молодой человек с взглядом, полным презрения и надменности, в котором явно читались мысли: [Второй Принц просит меня подружиться с ЭТИМ парнем?? Да кто он вообще такой?..]

Второй Принц повёл в сторону четырёх рукой, и они поднялись со своих мест:

- Младший Братец, позволь мне представить тебе некоторых моих друзей: с некоторыми ты, возможно, уже знаком.

- Это - мой учитель, отличный ученик университета Хонг Вэн, Фанг Бо Вен, - очень уважительно произнёс Второй Принц. В ответ Фанг Бо Вен погладил бороду и, улыбнувшись, произнёс:

- Нет, я всего лишь простой старик, и не стоит меня даже сравнивать с молодыми, хо-хо...

- Действительно, никогда не поздно учиться...

Взглянув на старика, Цзюнь Мосе не мог не почувствовать, что рядом с этим стариком нужно быть настороже: [...Этот старик явно не простой человек: в его теле огромное количество Ци... Разве может такой старик быть учителем Принца или учеником университета Хонг Вэн?... Нет, за этим точно что-то скрыто...]

Второй Принц продолжил, улыбаясь:

- Этот человек - Лорд Лю. Лорд Лю является мастером и пера, и меча: очень редкое сочетание талантов.

Цзюнь Мосе оценивающе посмотрел на тело Лорда, который чуть на куски его не порвал, и из-за которого ему пришлось нагишом бегать по улицам города. Затем в его глазах мелькнул интерес:

- Лорд Лю также имеет редкую стойку: он так высок, хоть и стоит с широко расставленными ногами.

Цзюнь Мосе не ожидал, что его шутка ударит прямо по больному месту Лорда. Лорд Лю тут же стал заливаться краской, а в его голове всплыл момент, который и привёл его этой стойке.

- Третий Молодой Господин семьи Цзюнь действительно отличается от своих сверстников, да, он очень красив, даже слишком красив, - улыбнулся Лорд Лю, пытаясь скрыть смущение и стыд.

- Так Вы тоже так думаете?! А я удивляюсь, почему я такой красивый? Я же слишком красив, чтобы это было правдой! Другие красивые парни завидуют моей красоте! А Вы и я можем стать друзьями, близкими друзьями! Я как-нибудь приглашу Вас выпить со мной чашку-другую! - кокетливо откинул назад волосы и покачал головой Цзюнь Мосе. Вместо того чтобы уклониться от комплимента, он нагло согласился с ним и тут же приукрасил самого себя.

Все вокруг замерли в шоке: никогда раньше они не видели такого нарциссизма...

Лорд Лю раскраснелся ещё больше: [..ах ты маленький зазнавшийся сноб... неужели ты думаешь, что я сяду с тобой выпить хоть что-нибудь?!]

- Третий Молодой Господин Цзюнь, Вы действительно оправдываете свою репутацию! Я уже Вами восхищаюсь, ха-ха! Я - Ченг Де Као.

Цзюнь Мосе повернулся в сторону говорившего: лицо Ченг Де Као было одной большой «чересчур гордой собой» улыбкой. Он словно готов был в любой момент пырнуть Мосе ножом...

- Ченг Де Као? Никогда не слышал.

Цзюнь Мосе тут же отшил парня: [Да за кого этот щегол себя принимает? Вот чёрт, он выглядит так, будто вот-вот воткнёт в меня нож... Да если до этого дойдёт, я тебе даже фору дам, идиот... Вот же мелкий уродец!]

Глава 130. Бесстрашный Распутник.

Услышав слова Цзюнь Мосе, лицо Ченг Де Ко побелело от гнева!

- Ох, Молодой Господин Цзюнь, Молодой Господин Ченг принадлежит к семье, чуть меньшей, чем семья Цзюнь, так что вполне понятно, почему Вы о нём ничего не слышали, - ответил Фанг Бо Вен.

Глаза этого старика были словно прикованы к Цзюнь Мосе с того момента, как он вошёл в комнату: старик следил за каждым его движением или словом.

- ...Хм... Ченг Де Као, значит?.. - поднял голову Цзюнь Мосе и, чуть подумав, выдал: - …Это какой-то уважаемый эксперт?

Ченг Де Као весь затрясся от злости, сжав зубы, он прошипел:

- Молодой Господин Цзюнь, я также много слышал и о репутации Вашей семьи, особенно о военных подвигах Вашего отца. Я узнал Вас лишь по Вашей манере вести себя, хоть и едва-едва.

Слова Ченг Де Као были очень хитрыми: он словно намекал, что родители Мосе не обучили его подобающим манерам поведения. Это был прямой удар по детству Мосе, когда он потерял обоих своих родителей.

Все вокруг были сильно удивлены словами Де Као, ведь они задевали не только Мосе, но и всю семью Цзюнь. Второй Принц понимал, что если Цзюнь Мосе правильно поймёт эти слова, то вместе с ним правильно поймёт их и вся семья Цзюнь.

На самом деле Второй Принц в мыслях уже молился, чтобы "свиноголовый Мосе не понял весь смысл этих слов..."!

Но сегодня Боги явно отвернулись от Второго Принца!

Эти слова уже услышал наёмный убийца Цзюнь Се, и он же ответил:

- Так, это действительно так, и мастер Ченг - признанный эксперт... Прошу меня простить, ведь это первый раз, когда мы встретились, а я уже с Вами груб, поэтому прошу посчитать моё приветствие вершиной этикета... Кхм, Ченг Де Као, если говорить о семье... как поживает Ваша матушка?

После таких слов все вокруг просто уставились на этих двоих.

Было очевидно, что эти двое, вспомнив родителей друг друга, уже оказались в центре ссоры.

Как можно быть такими бесстыдниками?

Все вокруг были поражены гостем этого вечера: они слышали, что это - самый отъявленный пижон и развратник города, но увидеть его и познакомиться с ним лично... такое сильно отличалось от слухов.

Руки и ноги Ченг Де Као стали совсем бледными от того, что вся кровь из них прилила к его перекошенному от злости лицу. По его мнению: он столкнулся не с кем-то знатного происхождения, а с обычным засранцем, пытающимся задеть честь его, пусть и маленькой, но очень гордой семьи.

Но неважно, сколько сил у семьи Цзян Ху в подчинении - все они не могут сравниться с политической и военной мощью семьи Цзюнь.

Другими словами, даже если поведение Цзюнь Мосе станет невыносимым, Ченгу Де Као не хватит сил ответить ему хоть чем-то. Обижать прошлое поколение семьи Цзюнь - равносильно напрашиванию на виселицу, но все знали, что молодые поколения могущественных семей очень часто открывают рот, не подумав дважды.

Сейчас же глаза Цзюнь Мосе были красными от злости, и он даже не прилагал усилий, чтобы это скрыть! Если Ченг Де Као посмеет ответить на слова Мосе хоть чем-то оскорбительным, то, как все понимали, стражи семьи Цзюнь устроят ему и всей его семье абсолютный Ад.

И поэтому, даже если Цзюнь Мосе продолжит оскорблять оппонента, он должен будет проявить смирение!

В любом случае, хоть Ченг Де Као и не был самым умным из собравшихся, он не был и самым большим дураком, и потому, даже презирая Цзюнь Мосе, он не стал оскорблять его в ответ и попробовал скрыть свой гнев за нелепой болтовнёй.

Остальные гости, наблюдавшие со стороны, сильно веселились, наблюдая за положением Ченг Де Као: [...Почему этот парень провоцирует Цзюнь Мосе? Даже если он сам тот ещё развратник, он должен понимать, что провоцировать Молодого Господина из третьего поколения семьи Цзюнь - плохая идея... И вся эта гордость от того, что он - признанный эксперт?? Если он спровоцирует Цзюнь Мосе ещё раз, то точно получит урок на всю жизнь!...]

И в тот момент всё вокруг вдруг взорвалось сладким ароматом, и мягкий голосок, усмехнувшись, произнёс:

- Уважаемые гости, пожалуйста, позвольте Юэ Эр и её сестрицам добавить немножко веселья в вашу встречу.

После этих слов 5 или 6 элегантных, красивых барышень вошли в комнату: каждая из них была молода, и каждая из них была красива. Большинство девушек слегка застеснялись и испугались в тот момент, когда увидели яростно смотревшихся мужчин перед собой.

Но сразу же, как только девушки вошли в комнату, надменный и заносчивый взгляд Мосе сменился на похотливый, и буквально впился в девушку, которая заговорила первой. Он даже не пытался скрыть нахальные мысли: его глаза уже поедали девушку, а с уголков его открытого рта стекала слюна... Долго спящая сила, наконец, проснулась.

Цзюнь Мосе уже наполовину принял предложение Второго Принца, ведь Принц пригласил его обсудить все вопросы в Шатрах Ни Чанг, где Мосе обязательно встретил бы Леди Юэ Эр: иначе почему бы ещё Мосе согласился так быстро?

Теперь же, когда она появилась перед ним, он точно не даст такой возможности ускользнуть...

Все вокруг увидели резкую смену выражения на его лице и не могли не почувствовать презрение к этому человеку: [...Да что за мораль у этого парня?... Леди Юэ Эр, может и красива, но она всё же проститутка: быть замеченным с такой женщиной - неправильно... Неужели именно поэтому Молодого Господина Цзюнь называют "самым большим развратником в городе"?]

Брови Второго Принца тут же нахмурились: его интерес к Леди Юэ Эр не был секретом, и хоть Леди Юэ Эр читала желание в сердце Принца, он всегда держал её на расстоянии вытянутой руки, несмотря на то, что его сердце и хотело быть к ней ближе.

С его статусом и личностью, он не мог взять её в жены: он даже в служанки взять её не мог, ведь его положение в обществе было слишком высоко для таких низостей, и сердце Второго Принца не могло не грустить от такого положения дел.

Прозрачная жемчужно-белая занавеска разделила комнату надвое: Леди Юэ Эр, мягко улыбаясь, села за занавеской и, с едва уловимой ленцой, села. Достав свою лютню*. Она начала играть, и, неожиданно, вульгарная обстановка комнаты стала очень элегантной.

По команде Принца внесли вино и еду, и, хоть Принц постоянно предлагал Цзюнь Мосе выпить или отведать вкусных лакомств, было видно, что Молодого Господина Цзюнь совсем не заботили ни еда, ни напитки: он словно был слеп ко всему, кроме тела Леди Юэ Эр, на которое постоянно пялился.

Принц и собравшиеся чувствовали отвращение.

Все знали и понимали, что Цзюнь Мосе - развратник, но никто не ожидал от него настолько абсурдных действий: его реакция на оскорбление его семьи была ожидаемой, но никто не думал, что Цзюнь Мосе будет так нескромно себя вести по отношению к женщинам!

Второй Принц начал разговор:

- В настоящее время в Столице есть несколько больших и малых семей. Каждая из этих семей лишь наблюдает за действиями других семей, но все они постоянно атакуют и защищаются друг от друга...

Как только Принц закончил говорить, уже кивающий Цзюнь Мосе в согласии с чем-то произнёс:

- Хорошо, да, хорошо...

Второй Принц с удивлением отметив, что Молодой Господин Цзюнь кивает в согласии, уже собрался продолжать, но тут Цзюнь Мосе его перебил:

- Его Высочество Принц прав... Но у Леди Юэ Эр такая сладкая, сочная попка... на ощупь она точно хороша, и наверняка крепкая... так хочется её полапать!

Второй Принц застыл на половине предложения, будто вдруг проглотил муху!

После, Фанг Бо Вен и Лорд Лю попробовали согласиться с утверждением Принца, и хоть они были не совсем прямолинейны, они попробовали намекнуть, что силы семьи Цзюнь очень важно учесть: при этом они молились, чтобы тупоголовый Мосе не понял истинного смысла их слов.

Разговор словно шёл об общих вещах: словно Принц услышал о какой-то проблеме от родителей, пока Лорд Лю и Фанг Бо Вен помогали ему советом, исходя из своего опыта. Цзюнь Мосе же только в книгах читал о таких проблемах!

Даже солдаты Цзюнь Мосе участвовали в дискуссии и выглядели при этом очень достойно: они слушали крайне внимательно и очень активно участвовали в разговоре, делая его оживлённым, но при всём этом они сохраняли серьёзный настрой.

Но в моменты, когда Молодой Господин Цзюнь открывал свой рот, он говорил нечто совсем отстранённое и несуразное, оставляя всех вокруг в ступоре.

Фанг Бо Вен, взяв главную роль в разговоре о политических стратегиях и техниках руководства властей, пришёл к выводу "мощь нации в её финансовой силе", под которым он имел в виду, что каждой нации нужен крепкий финансовый хребет — с этим были согласны все.

Но, как только он сказал эту фразу, Цзюнь Мосе вдруг резко проявил интерес к разговору.

- Это верно, Старший прав... очень хорошо, ах-ха-ха... Кстати, если говорить о деньгах... напомнило мне об играх на деньги... этот Братец однажды замаскировался и пошёл в Дом Тысячи Золотых с толстым Тангом... и в тот день выиграл самую большую ставку! Я даже получил имя "Бог ставок", но с той удивительной и знаменитой битвы мне не довелось встретить хоть одного достойного оппонента! Мне становится одиноко... Я имею в виду "мне становится одиноко здесь, на вершине"!

Цзюнь Мосе самодовольно встал и свысока осмотрел всю компанию вокруг. Встав одной ногой на стул, он начал махать руками:

- ...Знаете, когда зверь дерётся со зверем, или битва змей, или собачьи бои, или бои членов... оу, вы не знали?... Ну, в боях членов, когда члены... пфф, просто умора... их волосы...

Пока Цзюнь Мосе продолжал безудержно рассказывать о битвах членов, его слюна разлеталась во все стороны: он говорил, как настоящий эксперт! У Цзюнь Се все воспоминания были воспоминаниями самого большого развратника и дебошира, поэтому, когда дело дошло до этих вещей, никто не мог сравниться с его опытом!

Несмотря на то, что Молодой Господин Ченг и сам был известен, как тот ещё развратник, по сравнению с опытом Цзюнь Мосе, он был простым ребёнком!

Ченг Де Као, хоть и презирал Цзюнь Мосе, вынужден был признать его главенство в той сфере!

Все подняли брови и недолго от души наслаждались шоу, но по лицам слушателей всё равно было видно, что их словно ударила молния.

У всех в голове была одна и та же мысль: [Ты и Танг Юань? Замаскированные?? Да неважно, насколько хороша у Толстяка будет маскировка, все его только по одному животу узнают... Можно же обыскать весь континент Суань Суань, и всё равно не найти такого большого пуза, как у этого Жирдяя...

...Так ты и Толстый Танг пришли туда и выиграли кучу денег? Да, точно, ты - Бог ставок... Стоп, а это откуда??.О нет, только не рассказывай всю историю снова...]

Второй Принц уже до такой степени жалел, что пригласил Цзюнь Мосе на встречу, что готов был себя убить.

Знай он раньше, что результат приглашения Цзюнь Мосе будет именно ТАКИМ, то он точно не стал бы тратить столько времени на подготовку.

И лишь Фанг Бо Вен внимательно следил за Цзюнь Мосе: на самом деле он до сих пор следил за каждым его словом и движением, хоть он и был абсолютно невыносим!

Внезапно, Бо Вен осознал одну вещь, очень интересную вещь: его тело задрожало, глаза торжественно поднялись вверх, и слабый отблеск света блеснул в его глазах!

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

* - Прим.рус.пер.: Лютня - струнный щипковый музыкальный инструмент с ладами на грифе и овальным корпусом.

Глава 131. Бойтесь моего аморального поведения.

Престарелый студент осознал, что Цзюнь Мосе очень умело прерывал его, вставляя свои, абсолютно не касающиеся разговора фразочки, лишь тогда, когда речь почти заходила о силе семьи Цзюнь: он вставлял свою белиберду, оставляя всех сидящих за столом в ступоре до такой степени, что никто не продолжал эту тему.

Но, даже думая так, старик был не уверен, намеренно Цзюнь Мосе это делал или нет...

[А этот дебошир может оказаться не так прост, как нам казалось!..] - потряс головой Фанг Бо Вен, подумав так, но, видимо, сегодня Второй Принц вернётся домой с пустыми руками.

Но можно ли считать такой исход дня итогом действий только Цзюнь Мосе, или может всей его семьи? Ответить на этот вопрос будет сложной работой...

Встав, Цзюнь Мосе растянул рот в улыбке:

- Эй, Второй Принц... а есть какие-нибудь планы, связанные с выпивкой? Эта вечеринка с вином очень хороша, но она будет бессмысленной, если после неё мы не повеселимся ещё больше!

Его действия с каждой минутой становились всё более неприемлемыми, и он даже стал обращаться к Принцу "Второй Принц" вместо "Ваше Высочество"!

Может, у Принца и были планы на ближайшее будущее, но он сразу же решил отложить их, увидев поведение Цзюнь Мосе. Второй Принц на публике не хотел быть хоть как-то связан с настолько распущенным человеком.

За время, достаточное, чтобы пообедать, Цзюнь Мосе заставил Принца разозлиться настолько, что тот был готов блевать кровью, и, к тому же, быть безнадёжно и неисправимо смущённым...

Цзюнь Мосе мысленно спокойно выдохнул, увидев, что никто больше не хочет говорить о своих политических и дипломатических взглядах. Сверкая улыбкой, он поднялся и, покрутив бёдрами, зашагал в сторону жемчужной занавески, за которой сидела и играла на лютне Леди Юэ Эр: он пришёл в Шатры Ни Чанг за ней, так почему он должен дать ей улизнуть?..

[Проклятая женщина, неужели ты думаешь в одиночку уничтожить семью Цзюнь?!]

В последний раз, когда Цзюнь Мосе видел Леди Юэ Эр, она бессознательно показала, что ненавидит семью Цзюнь.

Цзюнь Мосе уже тогда решил опасаться эту женщину, ведь у неё были обширные связи во всех слоях общества, которыми она умело пользовалась, да и к тому же она хорошо знала боевые искусства. Более того, Второй Принц, хоть и пытался держать от неё дистанцию, однажды мог закончить свой день в её руках.

Сможет ли Второй Принц сохранить свою невинность, столкнувшись с шармом бордельной шлюхи?

Для Цзюнь Мосе это утверждение было немного странным, но он понимал, что однажды Леди Юэ Эр может превратиться в большую угрозу.

У Мосе не было никаких сомнений, что у этой женщины есть какие-то планы: он даже подозревал, что есть некто, поддерживающий её, оставаясь в тени!

Эти мысли всё крепли и крепли в голове Молодого Господина Цзюнь, и он решил что-то с этим всем сделать.

Это и было главной причиной его сегодняшнего визита в Шатры Ни Чанг.

[...Но кто же этот враг, скрытый в темноте?.. Семья Цзюнь медленно набирает силы, и наверняка найдутся те, кто захочет затормозить или совсем свести на нет этот рост... Но если я устраню их, то ничто не помешает семье Цзюнь расти в силе...

...Если сейчас я дам ей уйти, то возможно, с ростом силы моей семьи, она и те, кто её поддерживают, отойдут в сторону в страхе или даже совсем прекратят попытки насолить нам... Но если я убью её, при том публично... её сообщники в ярости выйдут наружу, и станут гневно мстить, что может быть очень неприятно!...]

- Леди Юэ Эр, эй, а вы очень красивы... - Цзюнь Мосе даже не старался скрыть свои грязные испорченные мысли, пока его глаза буквально "пожирали" её тело, в особенности, грудь.

Внезапно Леди Юэ Эр почувствовала, будто невидимая пара рук совсем неприлично трогает её, но не смогла ничего сказать вслух. Подняв холодный, как лёд, взгляд, она сказала:

- Молодой Господин Цзюнь, прошу Вас, будьте более учтивы.

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- В этом нет нужды. Быть сыном в большой семье: у этого есть свои преимущества: Танг Юань - яркий тому пример, ха-ха.

Говоря это, Мосе прошёл сквозь занавеску, абсолютно не обращая внимания на возражения со стороны дамы.

- Молодой Господин Цзюнь, хоть Юэ Эр и работает в борделе... Я не проститутка, я - развлекающий артист, пожалуйста, поймите разницу, - холодным голосом ответила Леди Юэ Эр.

- Я заплачу тебе очень хорошие деньги, почему бы тебе не продать себя? Ты должна помнить: Молодой Господин Цзюнь всегда был к тебе добрым! - с бесстыдным выражением лица напомнил о прошлых их отношениях Цзюнь Мосе.

В этот самый момент все вокруг могли точно сказать, что этот развратник уже был с Леди Юэ Эр раньше, более того, многие мужчины могли понять, что он её к этому принуждал. Окружающие, наконец, начали понимать, почему у Цзюнь Мосе была такая непристойная репутация!

Но сейчас наибольшим вопросом для всех было: [Что же делать с Леди Юэ Эр??. Эту встречу и этот банкет организовал Его Высочество Второй Принц! Если Цзюнь Мосе сделает что-нибудь неприличное, это посрамит имя Второго Принца!.. А если такое станет достоянием общественности, то больших проблем не избежать!..]

У всех на уме была одна и та же мысль, и всем вино уже не лезло в глотки.

Эта ситуация была непредсказуемой и необычной, ведь зачинщиком был никто иной, как сын великой семьи Цзюнь: что же он будет делать с Леди Юэ Эр?

Если Леди Юэ Эр, не медля, отвергнет этого повесу, то он тут же ответит! Что сможет сделать такое заведение, как Шатры Ни Чанг: стерпеть ответный удар от семьи Цзюнь? Но что, если она не отвергнет его предложения воспользоваться её телом?

Молодой Господин Цзюнь точно не сможет удержать маленького Мосе в штанах!

Все испуганно смотрели друг на друга, не решаясь выбрать хоть какой-то ход действий.

Второй Принц решил вмешаться и сказал:

- Молодой Господин Цзюнь, Леди Юэ Эр - музыкант, к тому же с характером аристократки. Это первый раз, когда вы её встречаете, прошу, не смущайте Леди.

Его обращение так же изменилось: с "Младший Братец" до "Молодой Господин Цзюнь".

- "Смущать"? Как же я её смущаю? Это - место бизнеса, что тут аристократичного может быть? Ха-ха-ха, не прояви я к ней столько интереса, то, что стало бы с её средствами на существование?? Она для пропитания именно такими вещами и занимается, потому что продала себя в рабство. Не обращайте на неё внимания, она так заигрывает со мной, потому что я ей нравлюсь, иначе, почему ещё она играет в недотрогу?

Цзюнь Мосе просто стоял с пьяным выражениям лица и не обращал внимания ни на какие возражения: он просто продолжал извращённо пялиться на тело Леди Юэ Эр.

Леди Юэ Эр посмотрела на Цзюнь Мосе с яростным взглядом на лице, но в её животе уже забили барабаны:

- Молодой Господин Цзюнь, я может, и работаю здесь, но я не предлагаю своё тело.

- "Не предлагаю своё тело"? Ха-ха-ха... в борделе, да? Ты точно знаешь, что это за место? Это - БОРДЕЛЬ, ясно! Ты говоришь, что работаешь в борделе, но не предлагаешь своё тело?? Это и правда смешно... ха-ха-ха-ха... это же бордель! Здесь нет аристократок, и ты просишь сына семьи Цзюнь быть более учтивым... в таком месте? - Цзюнь Мосе выглядел сейчас очень гордым за своё вольное поведение.

Леди Юэ Эр прикусила от гнева губу: она уже была готова совершить убийство этого ненавистного, проклятого ею сто раз сына семьи Цзюнь: [Да будь ты хоть последним мужчиной на планете, ты бы мне ни за что не понравился!].

Посмотрев в сторону жемчужной занавески, она увидела бледного, словно пепел, Принца, и вдруг у неё в голове появилась идея.

- Ер Йе, прошу, спаси меня, - "запаниковала" Леди Юэ Эр и побежала в сторону занавески, с намерением встать рядом с Принцем. Хоть её шаги были мелкими, их скорость была довольно высокой: высокой настолько, что даже мастер Девятого уровня Суань Ци не смог бы её схватить.

Но, вопреки её ожиданиям, Цзюнь Мосе вдруг метнулся в её сторону с широко раскинутыми руками и схватил её нежное и деликатное тело в свои объятья. Продолжая смеяться, он своими длинными, как у кошки, руками сзади взял её за грудь и с улыбкой принялся их мять:

- Такая красотка... не сопротивляйся... не волнуйся, малышка, эхе-хе... ты такая красивая... здесь нечего стесняться...

Леди Юэ Эр не ожидала от Мосе такой гибкости и скорости, когда он её ловил, ведь до неё доходили слухи о том, что Цзюнь Мосе не способен культивировать Суань Ци. Даже, несмотря на то, что Мосе стоял от неё на расстоянии одного шага, она всё равно не ожидала, что он её поймает, ведь она оббегала его сбоку, но всё равно закончилось всё объятьями.

Это совпадение? Не слишком ли много совпадений?

Тем временем руки Цзюнь Мосе продолжали путешествовать по телу разозлённой и смущенной одновременно Леди Юэ Эр, которая почти уже падала в обморок от гнева.

На лицах у всех гостей отчётливо было видно отвращение к подобным действиям: [Как кто-то может быть так непочтителен к женщине в присутствии Второго Принца? Что это вообще за поведение? Хоть мы и в борделе, Молодой Господин Цзюнь явно переходит все границы!]

- Цзюнь Мосе! Отпусти Леди Юэ Эр! - прокричал Ченг Де Као, рванув к "парочке".

Уловив момент, Леди Юэ Эр мигом вырвалась из жарких объятий Мосе. В её полных слёз глазах читались возмущение и гнев: взмахнув рукой, она развернулась и отвесила Цзюнь Мосе звонкую пощечину прямо по лицу!

Хоть Леди Юэ Эр и не вкладывала всю свою Суань Ци в эту пощечину, это всё равно было слишком сильно для Мосе.

"ШЛЁП!", и все шаги вдруг застыли.

Рука Леди Юэ Эр не просто ударила в цель - она попала Цзюнь Мосе прямиком в лицо: как результат, на его лице уже начинали светиться красным отчётливо видные пять пальцев.

Все замерли, боясь пошевелиться, чтобы не потревожить картину.

- СУЧКА! Ты даже не аристократка, ты - обычная проститутка, не умеешь себя вести?! Как ты смеешь бить и позорить меня?!

Цзюнь Мосе, ругаясь, уже шагал к Леди Юэ Эр: только он поднял свою ногу, чтобы пнуть её, ему преградили путь. Преградившим был Ченг Де Као:

- Молодой Господин Цзюнь, почему Вы теряете своё терпение из-за этой простой бордельной девки?

Ченг Де Као едва справился, чтобы на его лице не отразилось всё то отвращение, которое он испытывал к Цзюнь Мосе. Хоть разум Де Као настойчиво советовал ему не делать этого, он всё же дико желал удушить Цзюнь Мосе своими руками прямо сейчас.

Мосе злобно крикнул:

- Уйди с дороги! Я убью эту мелкую тварь прямо сейчас! Как она посмела бить меня?!

Ченг Де Као уставился на него:

- Цзюнь Мосе, ты должен понимать все обстоятельства! Этот банкет организовал Его Величество Второй Принц, и все мы - его гости... Ты что, хочешь посрамить Его Высочество Второго Принца в глазах всех этих людей?

В ответ Мосе лишь закатил глаза:

- Странно, как это "приподать этой шлюхе урок" и "посрамить Второго Принца" можно сравнивать, а? Ченг Де Као, что ты хочешь этим сказать? Ты намекаешь, что эта мелкая сучка отвесила мне пощечину по приказу Второго Принца?!

Глава 132. Зарезав цыплёнка, напугать обезьян.

- Что за вопиющее заявление! Леди Юэ Эр просто... - запнулся Ченг Де Као посреди фразы, почувствовав, как пот стекает по его спине.

- "Просто..."? Просто что? - во весь голос рассмеялся Цзюнь Мосе. Скривив губы, он продолжил: - Она - простая бордельная девка, что за развлечение она может предоставить, если даже полапать себя не позволяет, ха?! Я проявил тактичность по отношению к её профессии, показав свой интерес, а она посмела так меня обидеть!

- Ты просто втаптываешь в грязь репутацию своей семьи! - пренебрежительно глядя на Мосе, ответил Ченг Де Као. - Цзюнь Мосе, ты сам заставляешь меня ненавидеть и презирать тебя...

В момент, как он сказал это вслух, Де Као вдруг почувствовал гордость за себя: [Люди часто говорят мне, что я - позор моей семьи, но я не делал ничего и близко настолько постыдного, что делал Цзюнь Мосе...]

- Ченг Де Као... Что ты сказал? Ты меня презираешь? Пошёл ты! Мы - два листа с одного дерева, и ты должен помнить, что я могу вырезать всю твою семью, если снова посмеешь открыть свой поганый рот и оскорбишь меня! - с гневом в глазах Мосе прищурился и добавил: - Ченг Де Као, иди к своей мамочке и попроси её тебя убаюкать!

Ченг Де Као, не в силах сдерживать ярость, мельком взглянул на Мосе и резко положил ладонь на рукоять своего меча. Со звуком "КЛАНГ" Де Као обнажил почти треть своего сверкающего холодным металлом оружия!

- ЦЗЮНЬ МОСЕ! - прокричал униженный Второй Принц. - Ты пьян! Возможно, тебе стоит отправиться домой раньше обычного.

- Да я почти ничего не выпил, лишь пару глотков вина, как я могу быть пьян? - фыркнул Мосе, повернув голову к Принцу в нежелании соглашаться. - А теперь ещё и этот малыш обнажил меч, угрожая мне!

- Если я сказал "ты пьян", это значит ты - пьян! - повысил голос Второй Принц, не в силах больше терпеть наглеца.

Фанг Бо Вен тут же подбежал к Принцу и мягко положил ему руку на плечо.

Цзюнь Мосе поднял глаза и взглядами встретился с Принцем. Так продолжалось пару секунд, и Цзюнь Мосе, мелко скривившись, улыбнулся:

- Раз Второй Принц говорит, что Цзюнь Мосе - пьян, то я - пьян, хе-хе-хе... даже если я выпил так мало вина, я все равно пьян, а-ха-ха... Это смешно, очень смешно!

Продолжая смеяться, он схватил кубок с вином и швырнул его об пол рядом с Леди Юэ Эр. От удара кубок разлетелся на куски, и звон осколков заставил лица всех гостей от неожиданности дёрнуться.

Цзюнь Мосе яростно ткнул пальцем в сторону Леди Юэ Эр и сказал:

- Ты, маленькая шлюшка, сегодня мы в присутствии Второго Принца, и, пока Второй Принц тебе благоволит, я не стану тебя трогать, пока... Но, однажды, я вернусь за тобой!

Мосе, говоря это, потирал промежность, показывая свои скрытые желания!

Потом, развернувшись, он подошёл к Ченг Де Као и, медленно вытянув руку, два раза шлёпнул его по лицу. "Шлёп, шлёп!":

- Так ты хочешь меня убить, а? Правда? Ченг Де Као, вытаскивая даже часть меча, ты объявляешь войну! В будущем ты научишься себя вести, как следует, понял?!

Сказав это, Цзюнь Мосе развернулся и с громким смехом помахал рукой, словно разгоняя пыль, затем, покрутив бёдрами, быстро ушёл.

Он превратил банкет Второго Принца в балаган: он обидел гостей Второго Принца до такой степени, что тот лично пригрозил его отослать домой. Он обидел Ченг Де Као и вообще вёл себя крайне вульгарно и непочтительно...

Именно так, ведя себя крайне высокомерно и агрессивно, Цзюнь Мосе и заслужил свою репутацию худшего в городе пакостника!

Спустившись, Цзюнь Мосе сел в свой паланкин: удивительно, но внутри его уже ждали двое мужчин, одетые в чёрные одежды. Вздохнув, Цзюнь Мосе приказал:

- После моего ухода пристально наблюдайте за движением внутри Шатров. Ты, после отбытия Второго Принца, присмотришься к людям, с которыми он сегодня встречался, а ты, останешься наблюдать за Шатрами Ни Чанг и присмотришься к людям, что будут входить или выходить из этого места: и не вздумайте хоть что-то упустить из виду!

Оба мужчины кивнули.

Паланкин, медленно раскачиваясь, отправился в сторону резиденции семьи Цзюнь.

Хотя события сегодняшнего дня и не принесли каких-то конкретных результатов, день не прошёл зря: с одной стороны, Цзюнь Мосе показал себя публике, а с другой — он публично унизил и смутил женщину, к которой у Второго Принца явно есть интерес. Поездка явно того стоила!

Цзюнь Мосе точно был уверен, что хоть Леди Юэ Эр и работает в борделе, она была не совсем проституткой, он также точно мог сказать, что она была сама невысокого мнения об этой профессии. Может, она мастер маскировки??

Ещё Цзюнь Мосе был уверен, что Леди Юэ Эр нанесёт ответный удар... он даже надеялся на это!

Сейчас ситуация складывалась для Цзюнь Мосе удачно: в ту самую ночь он слышал разговор Леди Юэ Эр и Лорда Лю, а значит - он знал своих врагов, но враги не знали, что Мосе раскрыл их и уже целится!

Кроме того, Леди Юэ Эр обязательно попробует отомстить за нанесённое оскорбление, даже не подозревая о скрытых мотивах своей "жертвы"!

Но на этом плюсы от поездки не заканчивались. Цзюнь Мосе также смог добиться кое-чего ещё: он смог воздвигнуть стену между Вторым Принцем и Леди Юэ Эр, оскорбив её прямо перед ним.

Второй Принц не смог отреагировать жёстко, а значит, не показал свою доминантность, что точно оставило Леди Юэ Эр растроенной, ведь если мужчина не может защитить женщину, которую пытается привлечь, как вообще он может называть себя "мужчиной"? Особенно, если мужчина достаточно силён, чтобы суметь защитить её... Но, так как он не сделал ни шага в этом направлении, отношения Принца и Леди явно пострадают.

Будь Мосе на месте Принца, он тотчас же вскочил бы и с криком метнулся к даме сердца: "Это - моя женщина! Убери от неё свои руки!". Но Принц не сделал этого, во всяком случае, не так рьяно.

На самом деле Мосе теперь смотрел на Принца сверху вниз: [Неужели моё положение и богатство настолько велики?]

Цзюнь Мосе и не думал, что сможет так легко отделаться от последствий, особенно после того, как Второй Принц показал свой интерес к Леди Юэ Эр!

За свои действия и обращение с Леди Юэ Эр Цзюнь Мосе не испытывал никакой вины: [Может, она и женщина, но она - всё же враг, и нет ничего, что я бы не сделал, чтобы победить врага. Пока она строит планы и заговоры против моей семьи и меня лично, с чего я должен сидеть, сложа руки??..]

Совесть Молодого Господина Цзюнь с такой точки зрения была чиста!

...Тем временем, в Шатрах Ни Чанг всё тело Леди Юэ Эр буквально тряслось от гнева, пока она сверху смотрела на покачивающийся паланкин Цзюнь Мосе.

Развернувшись, она подняла глаза и с претензией во взгляде посмотрела на Принца, но, вместо того, чтобы высказаться, развернулась и ушла.

Второй Принц после такого замер на месте, но на его лице было видно всё то отвращение, что он сейчас чувствовал!

Кто бы мог подумать, что желание Второго Принца развлечь Цзюнь Мосе приведёт к таким последствиям? Кто мог ожидать, что Молодой Господин семьи Цзюнь настолько высокомерен, что сможет пропускать мимо ушей возражения Принца!

Пропуская мимо ушей замечания Принца, Цзюнь Мосе даже ушёл, не извинившись за свои действия, которыми он отвесил гордости Принца пощечину!

Второй Принц не был настолько смущён за всю свою жизнь ни разу! Можно было сказать, что сейчас он ненавидел Цзюнь Мосе до самого его нутра!

Долго стоя в отдалении от остальных гостей, Принц просто старался не расплакаться!

Принц стоял в таком изумлении и потрясении очень долгое время. Затем, он вдруг просто поднял глаза и произнёс:

- ...Пойдём.

Ченг Де Као, решив распушить свой павлиний хвост, забормотал:

- Ваше Высочество? Этот Цзюнь Мосе сегодня был крайне груб к Вашему Высочеству, позвольте мне преподать ему урок, я мог бы даже забрать его жизнь...

- Ты что, действительно ТАК туп?! - посмотрел Принц на человека, стоящего перед ним. - Он может быть заносчивым, он может даже оскорбил меня сегодня, но я не могу открыто на такое ответить... и это - факт!! Ты что, думаешь, что Цзюнь Мосе посмел бы возражать моим словам, не понимай он этого факта? И ты хочешь, чтобы мои с ним "дружеские" отношения пошли прахом??. "Преподать урок", а? Убить его?! В твоей голове что, один мусор?! Во-первых, у тебя не хватит сил хоть что-то сделать с Цзюнь Мосе; а во-вторых, если нечто трагичное произойдёт с Цзюнь Мосе прямо сейчас, то мы будем первыми, кого станут подозревать! Ты уже забыл, как Цзюнь Чжан Тиан недавно устроил из города кровавую баню?! Посмотрим, как ты будешь радоваться, когда он устроит из моего дворца или этого места цирк мертвецов... Неужели ты думаешь, что на сегодня с меня НЕ ХВАТИТ?

Только что хвалившийся, словно получил пинок в лицо.

От такого ответа лицо Ченг Де Као задёргалось от злобы: он промолчал, но в душе подумал: [...Да что ты за Принц такой, а?.. Сначала ты позволил внуку твоего генералишки унизить тебя, а потом ты срываешь всю ненависть на мне?..]

- В таком исходе ты можешь быть уверен, если дело дойдёт до действий Чжан Тиана... - поглаживая бороду, согласился Фанг Бо Вен. - Все сегодняшние действия Цзюнь Мосе точно были намеренными, а это означает, что он пришёл сюда уже готовый закатить сцену.

- Да? Что заставило тебя так думать? - задумчиво спросил Второй Принц.

- Семья Цзюнь всегда отказывалась принимать участие в политике Империи, концентрируясь и проявляя интерес лишь в военных вопросах. Все три сына Его Величества Императора пытаются затащить семью Цзюнь в политические игры Империи, так что нет ничего удивительного в том, что они попытаются от такого увильнуть. Армия Цзюнь Чжан Тиана своими недавними действиями уже доказала, что она может покрыть стены домов министров их же кровью... Семья Цзюнь этим показала свою силу, и тот из Принцев, который сможет получить часть этой силы, обеспечит себе место над двумя другими! Другими словами Принц, который получит поддержку семьи Цзюнь - получит и всю Империю... Сегодня Вы увидели их мнение... и скоро Ваши братья тоже об этом узнают.

Так что теперь я боюсь, что Его Высочайшему Высочеству и его братьям не останется ничего, кроме как оставить в покое семью Цзюнь и самого Цзюнь Мосе вдали от политических игр, потому как они явно дали понять, что не хотят участвовать в политике. Даже захоти семья Цзюнь показать свою истинную силу, они всё равно бы не вошли в мутные воды политики. В этом случае лучшим выходом будет оставить их в покое, и это - единственный выход.

Начиная понимать, что к чему, Второй Принц спросил:

- Так что мне теперь, порвать с семьёй Цзюнь все политические отношения?

- НЕТ! Его Высочество должен разорвать политические отношения со своими братьями! Лишь показав своё недовольство политикой Империи, Вы сможете безопасно получить поддержку от семьи Цзюнь. В любом другом случае Цзюнь Чжан Тиан Вас не поддержит.

Другими словами не имеет значения, приглашение которого из Принцев принял бы Цзюнь Мосе: он везде вёл бы себя одинаково и везде устроил бы скандал. Ваше Высочество, сегодня Вам - Второму Принцу - просто не повезло. Цзюнь Мосе просто выбрал Вас, чтобы сделать своё заявление...

- Зарезав цыплёнка, напугать обезьян?? – наконец, начал понимать Второй Принц, но от гнева он всё равно не смог удержаться. - Цзюнь Мосе, сукин ты сын... Он сделал меня, Принца, своим цыплёнком?!

Глава 133. Легендарный сглаз.

- После того спектакля, который Молодой Господин Цзюнь здесь устроил, другие Принцы не станут его трогать, и семья Цзюнь сможет спокойно жить дальше... Видимо вся эта ситуация была продумана Цзюнь Чжан Тианом заранее... Но даже так, это всё даст рост другой проблеме, большой проблеме... - нахмурил брови Фанг Бо Вен.

- Прошу, объясните, Учитель...

Лицо Второго Принца уже начало просветляться, словно он уже знал примерный ответ.

- Ваше Высочество уже сам всё сказал, - глубоко вздохнул Бо Вен. - Вскоре все вокруг узнают, что Ваше Высочество и Цзюнь Мосе устроили публичную ссору, в результате которой Ваше Высочество был оскорблён высокомерием Цзюнь Мосе. Если после такой новости что-то произойдёт с Молодым Господином семьи Цзюнь… тогда Ваше Высочество точно станет первым в списке подозреваемых. Я уверен, что Ваши враги точно не упустят такого шанса насолить Вам.

- Что за вздор? - внезапно впал в ярость Второй Принц. - После всех этих унижений, что я перенёс сегодня, я ещё и защищать его должен?

Фанг Бо Вен медленно ответил:

- Всё зависит от Вашего выбора: если Ваше Высочество не боится гнева Цзюнь Чжан Тиана, то Вы можете просто не пользоваться этим шансом.

- .................

Второй Принц замолчал.

[Не боюсь? Это громко сказано... В тот день слишком многие потеряли свои жизни... А ведь в тот раз Цзюнь Чжан Тиан просто потерял контроль над собой, и всё равно вычистил почти треть Имперского Суда!.. Если он разозлится на меня... Я не смогу защитить свой дворец от ТАКОГО...]

- К чёрту этого сукина сына! - прокричал Второй Принц, осознав сложность ситуации.

Этот юнец стал его личным проклятием! Он будто был его личным сглазом. Как же Принцу не повезло: сначала Мосе оскорбил его, потом оскорбил Леди Юэ Эр, а потом сразу же сделал её своим публичным врагом...

Тем временем с крыши Шатров Ни Чанг за Вторым Принцем, который шёл к паланкину, наблюдал соблазнительный силуэт:

- ...Если в этом всё дело, то ты должен был подумать дважды, прежде чем приглашать такого гостя... Сегодня Цзюнь Мосе при всех оскорбил меня, а ты даже не попытался его остановить. Если я так угрожаю твоей репутации, находясь рядом, то зачем ты за мной бегаешь, пытаясь завоевать?.. Я - Юэ Эр, как ты мог так со мной поступить?

Леди Юэ Эр закусила губу, и едва уловимая вспышка серебряного света мелькнула в отражении её глаз:

- Раз уж ты так сильно испугался старого Чжан Тиана и не собираешься ничего делать, то я всё сделаю сама. Я не позволю Цзюнь Мосе уйти с пустыми руками, он погибнет и отправиться в мир иной без похорон!

Когда ночь стала ещё чуть темнее, Леди Юэ Эр, встряхнув руками, выпустила голубя. Пару раз, взмахнув крыльями, он тут же улетел.

Спустя мгновение, в одном из бесчисленных тёмных переулков, фигура в чёрном, резко разбежавшись, запрыгнула на крышу ближайшего дома. Распустив свёрнутую тёмную сеть из тонких нитей, фигура в прыжке взмыла в воздух и широко ею взмахнула.

Голубь, только что оторвавшийся от Леди, тут же влетел прямиком в развёрнутую фигурой сеть...

Схватив голубя, фигура в чёрном скрылась в тени так же быстро, как и появилась...

Паланкин Второго Принца достиг его дворца лишь поздней ночью.

Ещё один чёрный голубь улетел в ночное небо. Стоя у раскрытого окна с ухмылкой на лице, Ченг Де Као стоял и бормотал:

- ...Цзюнь Мосе... Меня не заботят силы твоей семьи... Ты оскорбил меня сегодня, а значит, ты не должен жить больше ни дня. Все подумают, что тебя заказал один из Принцев, ха-ха... Кто меня заподозрит?.. Ведь у меня "не хватит сил, чтобы навредить" тебе, верно? Ха-ха-ха...

Самопровозглашённый гений был полным дураком, раз решил нанять убийц для Злого Монарха!

Не упустив ни малейшей детали, Цзюнь Мосе расставил своих наблюдателей и вокруг дворца Второго Принца.

До сих пор всё шло точно по плану Цзюнь Мосе!

Но, несмотря на всё это, сейчас Цзюнь Мосе сидел в раскачивающемся паланкине и выглядел подавленным. Он так привык путешествовать на своих двоих, что поездка в паланкине была для него схожа на пытку.

[...Такие вещи точно плохи для настоящего убийцы... Всё это покачивание в разные стороны, эти шатания... они, чью угодно жизнь превратят в жалкое существование... И почему люди считают это признаком богатства и статуса??. Будь я хоть капельку верующим, то точно бы думал. что так грешников подвозят к вратам Ада...]

Несмотря на все попытки Цзюнь Мосе развеять скуку в пути до резиденции семьи Цзюнь, удивительно маленькая скорость движения и покачивания из стороны в сторону оказались тем испытанием, которое он не смог выдержать. Не в силах такое больше терпеть, Молодой Господин Цзюнь уже собирался раскрыть рот и приказать слугам остановиться, но вдруг услышал звук "вжжжжуххххх". Именно с таким звуком в его паланкин влетело нечто белое и маленькое, и мигом уместилось у него на руках.

Быстро среагировав, Цзюнь Мосе схватил непонятный комок шерсти за шею и удивлённо приподнял. Присмотревшись, он узнал в комке шерсти высокоуровневого Суань-Зверя Дугу Сяо И - Железокрылую Пантеру.

Цзюнь Мосе осторожно повертел котёнка и осмотрел его маленькие лапки: [...Как что-то, настолько маленькое, может быть таким быстрым??. А насколько быстрым он будет, когда вырастет?.. Я недооценил это животное... оно достойно звания "высокоуровневый"!..]

Детёныш пантеры не мог двигаться, потому что висел в воздухе, схваченный за шерсть на загривке, и, открывая ротик, жалобно мяукал, опустив лапки. Его пара красивых глазок крайне сконфуженно смотрела на Цзюнь Мосе, пытаясь понять, почему человек, который ему так сильно нравился, так грубо себя ведёт.

Цзюнь Мосе тут же понял, что Дугу Сяо И должна быть где-то неподалёку, ведь как иначе Суань-котёнок мог учуять его запах?

Вытянув палец, он ткнул котёнка в нос и яростно зашептал:

- Прошу, пожалуйста, не ходи за мной: если ты не перестанешь, то твоя хозяйка создаст мне кучу проблем, потому что вся её семья придёт за мной. Ты хоть представляешь, сколько тогда мороки будет? Пожалуйста, хватит за мной бегать, хватит. В намерениях Цзюнь Мосе было напугать животное, чтобы оно отстало от него, но он так и смог понять, почему вместо этого он его упрашивает и умоляет.

Несмотря на то, что Железокрылая Пантера - высокоуровневый Суань-Зверь, этот детёныш уже привык находиться рядом с людьми, но, в силу возраста он не мог понимать, что от него хочет Мосе, и поэтому, вытянув шейку, котёнок ещё более непонятливо уставился на него.

Увидев это, Цзюнь Мосе просто отпустил комок шерсти, который, приземлившись, замурлыкал и снова уставился на него огромными глазами.

Внезапно детёныш пантеры снова прыгнул и приземлился прямиком в руки Мосе: пару раз глубоко вздохнув, он, повертевшись, удобно устроился на груди Молодого Господина. Затем, зевнув своим нежно розовым ротиком, он мяукнул и, мягко прикрыв глаза, медленно уснул...

[Ну, его не в чем винить... Я - большой парень с большой грудью, а на большой груди удобно спать, но... У меня из-за этого будет столько проблем!]

Лишь так подумав, он тут же услышал голос, настолько расстроенный, что владелец вот-вот мог расплакаться:

- Малыш-Белыш? Малыш-Белыш, где ты?..

Дугу Сяо И относилась к своему зверьку, как к ребёнку, а так как её маленький Суань-Зверёныш внезапно исчез, все её мысли были в хаосе.

Цзюнь Мосе вздохнул, смирившись с судьбой: [...Из этой истории можно будет делать поговорки о невезении!..]

В паланкине эхом раздался холодный голос, донёсшийся снаружи:

- Я любезно прошу людей в паланкине выйти.

Холодный голос принадлежал Йе Гухану.

Он был мастером Небесного Суань Ци, поэтому легко мог заметить котёнка, который выпрыгнув из рук Дугу Сяо И и влетел в паланкин Цзюнь Мосе. Хоть зверёк и был очень мал, эксперт такого уровня точно был уверен, что сейчас котёнок находился внутри паланкина.

Чуть позже, голос Цзюнь Мосе лениво раздался из паланкина:

- Серьёзно... В этом городе так много разных людей, так почему же этот Молодой Господин обречён постоянно сталкиваться именно с тобой?

Сяо И и Йе Гухан, услышав ответ, в унисон удивлённо прокричали:

- Цзюнь Мосе!

Хоть они и сказали это одновременно, но в их голосах были совершенно разные эмоции.

Голос Йе Гухана был наполнен гневом, в то время как голос Дугу Сяо И был радостным.

Ранее Дугу Сяо И, находясь в волнительном состоянии, поехала с Принцессой Линг Менг в Имперский Дворец, где была несколько дней к ряду, ни разу не возвращаясь в резиденцию семьи Дугу. Но, когда старшая дочь семьи не находится дома несколько дней подряд без какого-либо предупреждения, семья начинает волноваться, и Сяо И, распрощавшись с Принцессой, отбыла домой. Принцесса всё это время принимала её в гостях только из чистых побуждений, но, будучи образованной девушкой, она понимала, что это могут неправильно понять.

Принцесса также довольно сильно разозлилась, узнав, что Молодой Господин семьи Цзюнь гуляет неподалёку, когда Сяо И вот-вот должна была покинуть её. Не в силах остановить старшую дочь семьи Дугу, она попросила Йе Гухана проводить её до резиденции, защищая девушку от чьих-либо грязных действий.

Кто же мог знать, что маленький Суань-Зверь Дугу Сяо И почует знакомый запах, от которого приходит в восторг, и рванётся из её рук к паланкину, не оставляя следов, но оставляя свою хозяйку в смятении и страхе.

Услышав голос Цзюнь Мосе, доносящийся из паланкина, Дугу Сяо И всё мгновенно поняла: [Не удивительно, что Малыш-Белыш так отреагировал... Я помню, как он ластился к нему в последнюю нашу встречу... Теперь ясно, почему он так рванулся из рук...]

Цзюнь Мосе беспомощно выпрыгнул из паланкина с котёнком Суань Зверя на руках. Увидев лицо Мосе, вместо радостного приветствия Сяо И замолкла, не в силах произнести ни слова.

Увидев своего Малыша-Белыша, лежащего в чужих руках и не желающего даже открыть глаза, чтобы взглянуть на хозяйку, сердце Сяо И завистливо дрогнуло: всё это ясно показывало, что зверьку очень комфортно и уютно, будто бы он нашёл самое приятное место на планете.

Но унылое лицо Цзюнь Мосе, держащего котёнка, заставляло её тайно грустить...

Подобные чувства были в новинку для старшей дочери семьи Дугу, и потому она долго стояла, не произнося ни слова, не в силах хоть как-то среагировать, что было очень странно, учитывая её характер.

Глава 134. Сердце молодой девы.

- О, хе-хе, мы снова с Вами встретились, мисс Дугу. Я полагаю, что нам было суждено встретиться друг с другом снова.

Цзюнь Мосе улыбнулся, произнося эти слова, при этом он удерживал на лице выражение "приятно удивлён".

Молодой Господин Цзюнь никак не ожидал, что не смотря на то, что он приветствовал Дугу Сяо И в том же духе, что и обычно, в этот раз его слова будут восприняты в совершенно ином контексте.

[Он сказал: "суждено"? И "мне очень повезло встретить тебя", ах! Эх, может... это действительно наша судьба! Может быть, мы сможем видеть друг друга ежедневно? Станут ли наши семьи противиться этому?..]

Слова Цзюнь Мосе наполнили её сердце радостью, и её первоначальное возмущение просто испарилось: […Спасибо озорному Белышу, иначе я не смогла бы сегодня увидеться с тобой...]

Дугу Сяо И не участвовала в политических интригах, что плетутся на темной стороне мира, и, хотя она была ровесницей Цзюнь Мосе, она вела себя как обычная девочка шестнадцати лет.

Учитывая её возраст и семью, она не до конца понимала тонкие и сложные эмоции, такие как любовь и тому подобное. Она часто слышала о невыносимой надменности Цзюнь Мосе в прошлом, и всегда чувствовала отвращение к нему. Она всегда считала, что мужчина должен быть дисциплинирован и проходить очень строгое обучение.

Но после нескольких встреч с молодым мастером Цзюнь она поняла, что тот, кого зовут легкомысленным мажором и любителем наслаждений, был на самом деле очень организованным молодым человеком, обладающим весьма адекватным характером, из-за которого она перестала считать его хуже остальных.

Но эти встречи вызвали любопытство в сердце Дугу Сяо И, ведь Цзюнь Мосе был как тигр в шкуре свиньи*. Он одевал маску, чтобы иметь дело с внешним миром. Раньше она всегда испытывала отвращение в его присутствии, и он всегда смотрел на неё свысока, но она, в какой то момент, начала осознавать: [...я не понимала Цзюнь Мосе всё это время...]

Но, даже если отношение Дугу Сяо И к Цзюнь Мосе начало меняться, иногда она думала: […Я несколько лет не понимала Цзюнь Мосе, и даже несколько лет запугивала его без каких-либо на то оснований. Он страдал все эти годы, не жалуясь никому, что мог бы сделать любой недалёкий человек... Но, очевидно, что он очень умён. Может быть, я всё ещё не до конца его понимаю?..]

Подобные мысли разжигали смешанные чувства в её сердце, ведь она помнила, как Цзюнь Мосе обманом выудил кусок металлической руды из её рук, и та история оставила её очень недовольной: [...Но, может быть, он сделал это потому, что металлическая руда очень важна для него... Может быть, то проявление находчивости и было его истинным лицом? Почему это так трудно - увидеть истинное лицо человека? Почему мы должны осознанно скрывать себя от внешнего мира?..]

Но, даже с такими мыслями, в глубине своего сознания она до сих пор рассматривала его как хулигана из-за того случая, когда он обманом увел у неё металлическую руду. Но она также понимала, что сама повелась на обман, будучи слишком гордой и высокомерной. Она не замечала, что он был тигром, замаскированным под свинью, и это немного расстраивало ее, иногда она думала: [...Я знала его много лет, и запугивала его в прошлом, но он, казалось, никогда не беспокоился об этом...]

И, когда эти мысли созрели в её голове, она вдруг почувствовала, что-то неладное. Тем же днём, вернувшись домой, она заплакала.

Она плакала, когда начала вспоминать все их встречи за эти последние годы... Она вспомнила все страдания, пережитые семьей Цзюнь и начала представлять, как это должно было быть тяжело для Цзюнь Мосе, и эти мысли порождали жгучее чувство боли в её сердце.

Кроме того, в прошлом, когда она чувствовала, что Мосе её обидел, и хотела с ним поквитаться, она несколько раз подначивала своего отца запугивать Цзюнь Мосе.

После того, как она начала понимать невысказанные аспекты жизни Цзюнь Мосе, она почувствовала, что кто-то, словно ударил её сердце молотом: [...Столько лет я не понимала его, смогу ли я когда-нибудь загладить это?]

Когда ей в голову пришла эта мысль, она начала винить себя. Когда юное сердце развивает такие чувства, им часто бывает трудно скрыть свои эмоции. Естественно, в течение нескольких дней она была не в состоянии должным образом даже поесть. После нескольких дней размышлений над этими вопросами, репутация Молодого Господина Цзюнь в её уме стала очень резко меняться, и с течением времени она начала видеть его в очень ярком свете.

По этой причине, в один из дней Сяо И решилась проникнуть в дедушкин кабинет с намерением узнать больше о Цзюнь Мосе, и после изучения ситуации семьи Цзюнь она, наконец, нашла объяснение его поведению: еще недавно влияние семьи Цзюнь неуклонно снижалось, но теперь они снова обрели репутацию очень мощной и опасной семьи.

[...Он сумел отвести судьбу от своей семьи, создав очень грязную репутацию для себя, после чего страдал от большого количества унижений. Его жизнь была так трудна... Несмотря на то, что он моего возраста, он так страдал в течение многих лет... Неудивительно, что существует столь большой контраст между ним и другими: этот человек вырос с чувством ответственности, и готов идти на жертвы ради своей семьи...]

Цзюнь Мосе действительно пытался спасти принцессу, которая изранила его почти до смерти – он, словно рыцарь!

Вот так Цзюнь Мосе внезапно изменил свой образ в уме Дугу Сяо И от развратника и дебошира к образу ответственного и благородного молодого человека...

И это полностью перевернуло её жизнь с ног на голову.

После того, как впечатление юной девушки о мужчине превышает благоприятное, всё, что мужчина делает - это представляется ей справедливым и благородным. Когда Сяо И узнала, что молодой господин Цзюнь был тяжело ранен, спасая Принцессу, она начала опасаться за его благополучие, и даже начала фантазировать о том, как она могла бы помочь ему в реабилитации...

Позже, когда она внезапно услышала голос Цзюнь Мосе в Зале Великолепных Драгоценностей, её сердце воспарило с необъяснимым чувством радости, и она почувствовала себя так, словно отыскала давно потерянное сокровище. Потом её питомцу вдруг приглянулся Цзюнь Мосе, что сделало юную девушку ещё счастливее, так как Белыш никогда не показывал какой-либо привязанности к кому-то, кроме неё. Она начала рассматривать это, как знак присутствия чего-то особенного в Цзюнь Мосе.

В то время она была ещё не в состоянии понять: был Цзюнь Мосе злым или добрым человеком. Но затем, из-за проблем, которые её отец и братья приобрели в резиденции Цзюнь, она начала спрашивать себя: [...Я действительно мечтаю о плохом человеке? Он действительно мне нравится? Что это за чувство?

Это чувство... Оно, правда — прекрасное...]

В последующие дни, хоть Сяо И и беспокоилась, что её отец и братья начали вмешиваться в этот вопрос, в её сердце всё ещё оставалось опасение. Она не встречалась с Цзюнь Мосе уже долгое время, но ей было достаточно только подумать о нём, чтобы застесняться, и она начала думать, что мечтает о нём. С такими мыслями её сердце стучало, а лицо — краснело, и она жила в ожидании долгожданной следующей встречи...

Мысли молодой девушки могут быть очень непостоянны, словно поэтический сон, полный бесконечных фантазий... Но несмотря на то, что Дугу Сяо И была высокорождённой, она не была столь же высокомерной и надменной, как некоторые другие влиятельные женщины королевства. Её сердце было сердцем нежной юной девы и не слишком отличалось от дочери обыкновенного земледельца.

Все вмешательства и давление, оказываемое на неё в следующие дни, помогли выделить эти чувства и сделать их сильнее.

Если бы не было диких предположений Принцессы Линг Менг... Если бы не было сомнительного вмешательства семьи Дугу, то эти чувства могли постепенно уйти...

Тогда Цзюнь Мосе мог запомниться просто очень интересным человеком в её жизни... интересным мужчиной и очень надёжным человеком, но и только!

Считая, что он - просто ещё один очень интересный человек, с возрастом и дополнительным расстоянием между ними, он стал бы мимолетным прохожим в её жизни, которого она вспоминала бы только в моменты слабости!

Но, из-за смешанных обстоятельств, Дугу Сяо И вдруг овладела мысль, что Цзюнь Мосе был редким исключением, и она сама постепенно настолько убедила себя в этом, что даже отгородилась от реальности...

И сегодня, в тот момент, когда она услышала его голос, её сердце вдруг забилось так сильно, что в нескольких ударах чуть не сбилось, и она не знала как ей действовать, ведь она не знала, что он чувствует к ней.

Её лицо горело, и она даже подумывала сбежать...

[...Неужели мне... ему... Суждено быть вместе?! Ооох... люди будут придумывать постыдные вещи!..]

Красивое личико Дугу Сяо И внезапно покраснело.

- Ворюга Цзюнь, эта ночь стала настоящим откровением для меня. Даже не думай сделать что-нибудь с мисс Дугу!

Йе Гухан холодно посмотрел на него, думая: [Я не знаю, что Цзюнь Мосе использует, чтобы привлечь детёныша высокоуровневого Суань Зверя мисс Дугу к себе... Но невозможно отрицать, что он проделал это только для того, чтобы побеспокоить мисс Дугу.

Любовь питомца Дугу Сяо И к этому человеку была совершенно очевидна. И теперь, когда детёныш так привязан к Цзюнь Мосе, это, несомненно, будет весьма неудобно для неё. Фактически, в будущем это может поставить её на "кривую" дорожку, ведь её питомец будет снова искать его... В будущем, это может быть очень опасно!]

За исключением своих хозяев, у высокоуровневых Суань Зверей редко развиваются какие-либо привязанности к чужакам. Хотя Йе Гухан не мог разгадать эту загадку, и даже чувствовал, что это было чем-то совершенно невероятным, но он по-прежнему был убеждён, что Молодой Господин Цзюнь использовал какие-то весьма позорные методы, чтобы привлечь молодого детеныша. Какое ещё этому могло быть объяснение?

- Что? "Ворюга"? Не смей называть меня вором!

Цзюнь Мосе был несколько обескуражен: [Я никого не беспокоил! Почему он стал та слепо бросаться на меня с такой злобой? Это просто несправедливо, ах, я же ничего не сделал! Это животное просто запрыгнуло в мой паланкин и отсыпается в моих руках. Я - красивый и обходительный парень, это редкость... пытаться задвинуть меня в сторону!

Я здесь истинная жертва... Это несправедливо!]

- Ворюга Цзюнь ты отказываешься вернуть Малыша-Белыша мисс Дугу?

Йе Гухан чувствовал, что ему очень повезло лично отправиться в сопровождение молодой госпожи, иначе ей было бы затруднительно избежать ловушки Цзюнь Мосе... А если бы что-нибудь предосудительное случилось с юной мисс Дугу, то это могло бы вылиться в новые серьёзные разборки в Столице. Беспокоясь за такой ход событий, Йе Гухан чувствовал в себе абсолютную необходимость остановить интриги этого вора!

- Йе Гухан, верно? Почему ты такой узколобый? Как бы там ни было, ты - охранник Принцессы, зачем тебе вмешиваться в этот вопрос? Кто ты такой, чтобы вставать между мной и молодой Мисс... Почему ты так глупо встреваешь в это? - произнося всё это, Цзюнь Мосе вернул Белыша Дугу Сяо И, чувствуя при этом глубокую обиду из-за обвинений Йе Гухана.

Глава 135. Сюрприз.

По своей природе наёмный убийца немного напоминает осла: если нежно его погладишь, то сможешь почувствовать мягкость его "шерсти", но если слепо ударишь, то в ответ получишь от Цзюнь Мосе ещё более сильный удар! Возможно, именно эта его черта и была его величайшей слабостью.

Хотя тем, кто поднимал сейчас шумиху, и был Йе Гухан, Цзюнь Мосе его полностью игнорировал, заставляя лицо бедняги посинеть от злости и, вместо выяснения отношений, Мосе кидал взгляды на Сяо И:

- Мисс Дугу, неужели Вы тоже верите, что я похитил Малыша-Белыша? Я ведь ничего такого не делал: я и подумать бы не смог о таком... Он сам запрыгнул ко мне в паланкин, по своей воле... И в тот последний раз, когда я видел Малыша, он был мне очень рад... И почему бы я вообще стал его красть? Сварить из него похлёбку?? Но ведь он так мал... У него толком-то и мяса нет...

Малыш-Белыш тем временем вполне комфортно лежал на руках Мосе, издавая всем вокруг слышный звук "мрррррр", который коты издают лишь, когда они крайне довольны. Открыв глаза, детёныш Железокрылой Пантеры, блаженно посмотрел на Цзюнь Мосе, а затем снова притих с полной умиротворения и комфорта мордочкой. Малыш снова свернулся в клубок, даже зная, что человек, у которого он сидит на руках, может пустить его тельце на суп...

- Что ты только что сказал?? - широко открыла глаза Дугу Сяо И. Она сжала свои крохотные ручки в кулачки и гневно взглянула на Мосе, явно желая его ударить.

- Да, Мисс, Вы точно не перестанете меня мучить. Недавно Ваш отец и семь Ваших братьев заявились ко мне, в резиденцию Цзюнь, и сравняли несколько зданий с землёй. В некоторых комнатах больше нет крыши...

Цзюнь Мосе облокотился на паланкин и опустил руки вниз, показывая, насколько низкими стали некоторые здания. Скорбное выражение его лица точно передавало, насколько эти жестокие разрушения тронули и возмутили его.

Дугу Сяо И не понравилось выражение лица Цзюнь Мосе, и она задумалась о своих семи братьях...

- Оу.... Да, я знаю факты, и я Вас не виню, конечно же, ох... Прошу прощения, как только я доберусь до дома, то сразу же проверю, чтобы моя семья возместила Вам все убытки.

Дугу Сяо И чувствовала какое-то особенное смущение: в конце концов, она была под ощущением того, что Цзюнь Мосе был обижен её семьёй из-за неё. Бедная девушка под впечатлением от проблем, описанных Цзюнь Мосе, уже начала представлять, насколько ужасные разрушения её отец и семь здоровенных братьев причинили резиденции семьи Цзюнь. Пока Сяо И была в этом убеждена, хоть Мосе и приукрасил доставленные ему неудобства, для неё он всё равно был сильно пострадавшим.

Но она не знала, что Цзюнь Мосе "приземлил" её семерых братьев так сильно, что они до сих пор не могли встать с кроватей. И, хотя её отец не пострадал физически, его карман стал гораздо более пустым из-за вымогательств Цзюнь Мосе...

- Не стоит, такие вещи не должны Вас беспокоить, ведь Ваш отец, скорее всего, был кем-то обманут, - благодушно помахал рукой Цзюнь Мосе. – Я же из поколения Младших, а значит, должен проявлять терпимость и сдержанность, даже если старшие поколения могут меня неправильно понять. В любом случае, наши семьи - давние друзья, и нас объединяет очень много вещей, так что нет никакой нужды тыкать друг в друга копьями и мечами за такие мелочи...

В ответ на такие слова Дугу Сяо И, подняв свои красивые глаза, одобрительно закивала:

- Ты не принимаешь такие вещи во внимание... мои чувства, иногда такие вещи происходят... совсем нет нужды...

Произнося это, она запнулась на полуслове и замолчала, не в силах от смущения продолжать: её лицо уже зарделось по самую шею.

Бедная юная девушка абсолютно неверно поняла слова Мосе и инстинктивно поверила, что Цзюнь Мосе был вынужден вынести все оскорбления, что приготовили ему её отец и братья. Браня за это себя и считая себя виноватой в случившемся, юная девушка вдруг стала сладкой, словно мёд, а мысли её умчались в облака.

Цзюнь Мосе же снова по-джентльменски заявил:

- Верно, должно быть так и есть.

Услышав это, Дугу Сяо И стала ещё застенчивей и принялась рисовать ногой на земле круги, в то время как её голова и шея стали ещё пунцовее. Своими глазками она то и дело бросала на Цзюнь Мосе взгляды.

Йе Гухан был очень твердокожим человеком, но даже он не мог больше выдержать разговора этих двух, ведь они ворковали, как влюблённая парочка!

- Цзюнь Мосе, как ты можешь быть таким бесстыдным?! - указал пальцем в его сторону Йе Гухан: со стороны выглядело, что Гухан очень хочет его ударить. - Семь сыновей семьи Дугу так сильно пострадали от твоих рук, и ты ещё можешь говорить такие вещи?

- Ах? Как такое возможно? - вскрикнула Сяо И в шоке, не в силах поверить, что Цзюнь Мосе мог навредить её братьям.

- Это неправда, - сразу же ответил Цзюнь Мосе, чтобы правда не выскользнула и не возникло ещё больших проблем. - Йе Гухан, ведь Вы - всеми признанный эксперт Небесного Суань, прошу Вас, не верьте во все слухи, которые слышите. Как я могу навредить сразу семерым? Смог бы я их избить?? Вы что, не знаете о моих "способностях"? И Вы ещё думаете, что я мог справиться с семерыми... Пфф, прошу Вас, не надо искажать факты!

Ситуация достигла критической точки, и поэтому Мосе уже точно не мог признать своих действий. Признайся он, что навредил её братьям, она точно его закопает...

Дугу Сяо И смотрела на Йе Гухана с непонимающим выражением лица.

- Мисс Дугу, Вам стоит отправиться домой и увидеть всё самой, - не сдвинувшись с места, произнёс Йе Гухан, не отводя холодного взгляда от Мосе. - Мисс Дугу, цвета ночи всё темнее, и нам стоит продолжить путь, я должен вернуться к Принцессе для её защиты.

Дугу Сяо И не могла решиться: она снова бросила взгляд в сторону Цзюнь Мосе, но по атмосфере, царящей в воздухе, поняла, что сейчас не лучший момент. Не совсем желая уходить, она в тоже время понимала, что в словах Йе Гухана есть смысл, и она сможет понять всю правду, только, когда доберётся до резиденции.

Более того, она точно знала, что Йе Гухан - человек своего слова, и что он точно не стал бы лгать о таком. И, к тому же, учитывая навыки боя Цзюнь Мосе, как он мог навредить семерым её братьям?

- Малыш-Белыш, иди ко мне, я отнесу тебя домой.

Сяо И хлопнула в ладоши и подошла к Цзюнь Мосе. Почуяв витающий в воздухе аромат его тела, она не смогла сделать больше ни шага и замерла, протянув руки.

Цзюнь Мосе сразу же вернул Малыша-Белыша назад его хозяйке: маленькая пантерка не сопротивлялась и просто беспомощно смотрела на Цзюнь Мосе с жалким выражением мордашки.

Вдруг в голове Мосе возник простой вопрос: [Почему Малыш-Белыш проявляет ко мне такой интерес?? В этом же нет смысла...

...В этом мире ничего не происходит просто так, так что во мне должно быть есть нечто такое, чего нет у других... что-то, о чём я ещё не подумал...

Неужели... неужели это из-за Пагоды и Искусства Разблокировки Небесной Удачи?..]

Будучи единственным объяснением, эта идея пролетела по мыслям Мосе словно цунами!

- Цзюнь... Мосе, может, встретимся завтра? - Сяо И тут же опустила глаза в поисках причины для встречи, и, увидев милый комок шерсти в своих руках, тут же продолжила: - Ты очень нравишься Малышу-Белышу*... ну, ты видишь... ты ему очень, очень нравишься... а я... Я не хочу видеть его несчастным...

Несмотря на то, что Сяо И нашла повод для новой встречи, она не знала, как правильно всё это преподнести, поэтому она удивлялась, хорошо ли использовать маленького котёнка как повод для встречи...

- Конечно! - согласился Мосе. - Я могу помочь Вам присмотреть за Малышом-Белышом завтра. Я навещу Вас завтра для недолгой игры с Малышом.

Сердце Сяо И забилось быстрее, и она заявила:

- Решено!

- Решено!

Цзюнь Мосе с едва уловимой злобой посмотрел на котёнка в руках Сяо И и мягко улыбнулся: [Мы встретимся завтра, и я проведу на тебе пару опытов!**]

Маленький комок шерсти, который Сяо И держала в своих руках, внезапно почувствовал холодок, пробегающий по его маленькому тельцу: его мягкая и нежная шёрстка тут же встала дыбом. С тревогой зверёк начал озираться в поисках врага, но не смог такого найти. Если бы он мог говорить, то сейчас непременно бы неуверенно произнёс: [Почему и что происходит? Что это за мурашки бегают по моей спине? Почему мне кажется, что меня раздевают взглядом?? С чего это моя шёрстка встала дыбом?]

Дугу Сяо И сделала вежливые три шага назад и ушла.

Цзюнь Мосе же, закончив со всеми делами на сегодня, тут же сел в паланкин и отправился в резиденцию семьи Цзюнь.

Вернувшись, Цзюнь Мосе почуял что-то странное в воздухе и мигом вбежал во внутренний двор:

- Третий Дядя!.. Третий Дядя! Что происходит?

Цзюнь Вуй медленно вышел.

В отсутствие посторонних он, разумеется, не стал сидеть в своём кресле: он сидел в нём десять лет подряд - оно ему уже надоело!

Цзюнь Вуй ответил с торжественным выражением лица:

- Я привёл тех детей назад.

Цзюнь Мосе запнулся:

- Дети? Какие... какие дети?

- Дети, которых мы освободили. Я приказал привести сорок пять из них. Они сейчас в здании склада, это лишь временная мера.. Что до тех, что с деформированными телами: все тридцать девять тоже здесь. Я пытаюсь использовать свою Суань Ци и с её помощью разблокировать их дантяни, чтобы у них появился хоть какой-то шанс на нормальную жизнь.

Цзюнь Мосе был крайне удивлён.

Цзюнь Вуй смотрел на него с глубоким выражением:

- Мосе, ты сделал нечто ради благой цели, но вместе с благими делами идёт и большая ответственность. Для нас важно поддерживать и увеличивать силы нашей семьи, но было бы грубо и даже жестоко для нас ничего сейчас не сделать. Ты можешь винить меня за такое, но пока я - глава семьи Цзюнь, мы будем нести ответственность за повседневные нужды... за жизни этих детей, что включает в себя и уход за их ранами, и их лечение.

Более того, хоть благотворительность и не должна быть безрассудной, угнетённых не следует откидывать в сторону, пытаясь казаться праведником! - глаза Цзюнь Вуя были наполнены болью. - Не следует, как и этих детей... несмотря ни на что...

Цзюнь Вуй высказал эти слова решительно, и по его тону точно было понятно, что эти слова не потерпят возражений. Так как он сам страдал от инвалидности долгое время, было ясно, что на этих детей он мог смотреть лишь с пониманием и симпатией.

- Если они не смогут ничего делать сами, мы им поможем и поддержим их, и неважно, как сильно это нас обременит!

Цзюнь Мосе долго не отвечал, но, спустя некоторое время, смог подобрать слова:

- ...Я понимаю.

Про себя же он подумал: [Возможно, это и есть разница между человеком чести и обычным человеком. Но неужели такая доброта действительно нужна?]

*

ПРИМЕЧАНИЯ:

*, ** - Прим.рус.пер.: Объявляется конкурс на лучшую шутку в стиле "её киска в зоне риска".

Глава 136. Сложно быть хорошим.

Цзюнь Мосе был прирожденным убийцей... Он был всегда спокоен, хладнокровен и почти никогда не проявлял ни к кому никакой привязанности. Даже в предыдущей жизни он заботился только о своём мастере и горстке своих товарищей. Что же касается его нынешней жизни, то теперь он заботился только о благополучии своего деда и своего дяди. На самом деле, даже о своей невестке, Гуан Квинхан, киллер уже не столь сильно беспокоился, а потому, нет смысла и говорить о других. Цзюнь Мосе часто проявлял сострадание к людям, попавшим в беду, но когда требовались забота и уход за ними, он вежливо отказывался.

- Конечно, доброта также имеет свои ограничения и недостатки. Если однажды я останусь с одной ногой, то эти люди, вероятно, первыми покинут меня. Но мы должны помнить, что если есть возможность, то человеку не нужна причина, чтобы спасти другого человека!

Несмотря на то, что Цзюнь Вуй не скрывал своих чувств, они не оказывали сильного влияния на Цзюнь Мосе.

Но он всё же был согласен с заявлением своего дяди: человеку не нужна причина, чтобы спасти другого!

Способность к добрым делам не является естественным свойством хладнокровного сердца. Однако сделать кому-то доброе дело - трудная задача, нужно быть уверенным, что твои дела помогают тем людям, которые действительно желают помощи, иначе оба человека будут прокляты навечно!

Цзюнь Мосе явно понимал эту истину гораздо лучше, чем его дядя.

- Как бы там ни было, мы виделись совсем недавно, почему ты снова искал меня? - спросил Цзюнь Вуй

- Мне нужны несколько Суань Зверей, от низкого до высокого уровней, желательно, хотя бы один зверь каждого уровня... вплоть до восьмого, если это возможно,- лукаво улыбнулся Цзюнь Мосе.

- Высокоуровневые Суань Звери? Прекращай мечтать, Мосе, вернись в наш бренный мир! - Цзюнь Вуй окинул своего племянника насмешливым взглядом. - Ты только что упомянул про восьмиуровневого Зверя Суань? Вероятно, получить низкоуровневых Зверей Суань можно... уровня четвертого или ниже. Но как только ты начнешь говорить о пятом или шестом уровне... Даже если нам посчастливится их найти, они наверняка будут израненными инвалидами, или иметь ущербные способности. Что касается уровней седьмого или выше... Только в мечтах.

- Только низкие уровни? Это тоже неплохо, я смогу справиться с ними в одиночку. Кстати, если вы сумеете найти пусть даже искалеченных Зверей Суань, пятого или шестого уровней, берите их. Если они будут ещё живы, пожалуйста, пришлите их мне. - Цзюнь Мосе выглядел очень серьезно. - Я прошу доставить их к завтрашнему утру!

- Ясно, я позабочусь об этом.

Цзюнь Вуй нисколько не колебался, он даже не спросил для чего это понадобилось Цзюнь Мосе. Он полностью погрузился в построение планов, как обеспечить внезапные запросы своего племянника... Пяти или шестиуровневые Звери Суань были очень дороги... даже покалеченные!

- Большое спасибо дядя! - Цзюнь Мосе оставался очень серьёзен.

- Ну, теперь, когда ты вернулся, помоги мне осмотреть детей, которых нам удалось отыскать. Я долгое время проводил их осмотр, но мне требуется сторонняя оценка, - лицо Цзюнь Вуя казалось немного уставшим.

- Конечно, третий дядя, я посмотрю, - Цзюнь Мосе отправился в комнату с детьми.

Тридцать девять детей, находившихся в комнате, очевидно, были уже неоднократно вымыты, и размещены на кроватях со снежно-белым постельным бельём, но всего этого было недостаточно, чтобы скрыть зловоние. Видимо грязь уже успела впитаться в их кожу, и даже проникнуть в кости. Очищение их тел за столь короткое время, было чем-то невозможным...

Все эти дети были худыми, все как один. Эти тридцать девять детей были очень схожи в одном: их конечности были переломаны, а языки вырваны. Больше чем у двадцати были проколоты барабанные перепонки, а это значит, что они оказались одновременно и глухими, и немыми.

Цзюнь Мосе выдохнул, чувствуя, как его кровь закипает от ярости!

Небеса не позволят зачинщикам остаться безнаказанными! Как только я найду виновных, я заставлю их заплатить стократно!

Этих детей уже покормили, потому, цвет их лица стал немного лучше, теперь они выглядели живее. Как только в комнату вошел Цзюнь Мосе, они сразу поняли, что он и был тем человеком, который их спас, и хотя они были не способны говорить, они выражали благодарность своими глазами.

Впервые за всё время, в прошлой жизни или в этой, Цзюнь Мосе улыбнулся тёплой улыбкой, чтобы успокоить этих бедных детей, и начал свой осмотр с ближайшего ребенка.

Его скорость осмотра намного превосходила скорость его дяди.

Через некоторое время, закончивший осмотр Цзюнь Мосе, встав с тяжелым лицом, подмигнул дяде, кивнув на выход, и они вышли наружу.

- Некоторые из них просто безнадежны - проговорил Цзюнь Мосе, стиснув зубы:

- Кости трёх из них в таком состоянии, что вся нижняя часть их тела, включая поясничные кости, полностью поражены... Их смерть только вопрос времени... Даже чудодейственный препарат не сможет их спасти. Хотя они всё ещё дышат и борются за жизнь, они находятся на пороге смерти. Даже при постоянной поддержке, они смогут прожить еще две недели, но эти две недели будут для них очень болезненны, и окажутся просто пыткой!

Цзюнь Мосе с силой сжал кулаки.

- Есть ещё несколько человек, чьи руки и ноги достигли состояния некроза, их меридианы полностью деградировали. Они, вероятно, никогда не оправятся и не смогут вести нормальную жизнь.

Цзюнь Мосе понизил голос:

- Еще двенадцать... если мы отрежем их конечности и тела, ниже их талии, тогда они смогут жить... Но такая жизнь... они будут просто живы... среди них не будет ни мужчин, ни женщин, будут просто живые.

Цзюнь Вуй затаил дыхание, когда волна холодного воздуха овеяла его лицо.

- Что касается остальных, их состояние намного лучше. Возможно, они находились в этих кувшинах не очень долго, или, может быть, была другая причина, но их уродства не так серьёзны. Пока их кормят должным образом, кости их рук и ног могут быть сломаны и сложены правильно, а затем сращены с медицинской помощью.

Также это можно ускорить с помощью надлежащего лечения. Позже мы могли бы снова сломать их кости, и, используя Суань Ци очистить и открыть их меридианы. После повторного сращивания их конечностей, они смогут восстановиться в значительной мере.

- Тем не менее, все процедуры такого лечения даже для одного человека обойдутся в несколько миллионов ляней серебра, и даже это не обеспечит успех лечения. На самом деле, моя самая большая забота, и наше самое главное препятствие будет в том, чтобы дважды сломать их кости. Мы не просто должны сломать кости, мы также должны обеспечить целостность их меридианов, и добиться того, чтобы меридианы продолжали непрерывно работать... Такое лечение чрезвычайно болезненно и...

Глаза Цзюнь Мосе расширились:

- Обычные люди не смогут вытерпеть столько боли. И даже после столь болезненной медицинской процедуры, их лучший и наиболее оптимистичный прогноз в том, что у них будет шанс достичь 60% нормальной функциональности человека!

Цзюнь Вуй стал задыхаться!

Цзюнь Вуй уже испытал способности в медицине своего племянника из первых рук и полностью доверял его мнению. Так что, даже если бы он был достаточно удачлив, и смог спасти некоторых из этих детей, даже тогда они не смогли бы вести нормальную жизнь, и всё равно жили бы жизнью, связанной с некоторой болью и страданиями!

- Если вы, третий дядя, должны их спасти, то я советую вам быть готовыми потратить миллионы ляней серебра, по самым скромным подсчётам. И я даже не принимаю во внимание расходы на медицинские препараты, пока их терапия ещё не началась. Даже после успешного лечения тело пациента будет иметь очень низкие функциональные возможности, а физическое состояние пациентов потребует дорогостоящих лекарств, которые будут очень важны для восстановления их физических способностей, и мы должны будем предоставлять их на всем протяжении их лечения. Другими словами, даже следующая за лечением восстановительная терапия потребует по пятьдесят тысяч ляней на каждого, что в большинстве других семей будет считаться астрономической суммой!

Дядя, надеюсь, вы не приняли мои слова близко к сердцу? Я знаю, что наша семья Цзюнь обладает впечатляющим достатком и внушительным богатством, но вам, как главе дома следует признать, что здесь мы сталкиваемся с проблемой...

Как только вы пойдете по этому пути, и будете ликвидировать чужие прегрешения, вы ещё получите много подобных детей... Вы думаете, мы сможем спасти их всех?

Если вы хотите обеспечить спасение всем таким детям, я полагаю, что вам понадобится не только поддержка семьи Цзюнь. Фактически, даже всё королевство Тянсян не сможет понести бремя столь огромных финансовых расходов.

- Если третий дядя настаивает на том, чтобы до конца нести эту ответственность, тогда в итоге будет только один результат: Семья Цзюнь в конечном итоге будет уничтожена вместе с этими детьми.

- Я не возражаю против желания третьего дяди совершать добрые дела, но в данном случае, мы должны на этом и остановиться! Мы не сможем помочь в данном случае!

По мере того, как Цзюнь Вуй выслушивал хладнокровный анализ Цзюнь Мосе, его лицо становилось всё более серьёзным, а его дух всё глубже погружался в пучины депрессии.

Как трудно совершать добрые дела!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Если бы в его предыдущем мире столь влиятельная семья, как семья Цзюнь, выступила с инициативой такого благотворительного дела, как это, и призвала создать общественный фонд поддержки, то тогда они смогли бы легко построить детские дома или что-нибудь подобное, для поддержки таких детей, и смогли бы обеспечить им хорошую жизнь, независимо от их физического состояния. Но был ли подобный подвиг возможен при феодальной монархии этого мира?

Ответ будет однозначным "нет!"

Даже если оставить в стороне вопрос с деньгами, неудача в проведении такой компании поставила бы в очень неловкое положение семью ранга семьи Цзюнь. И даже если бы клан Цзюнь смог бы преуспеть в этом мероприятии, он получил бы поддержку общественных масс, только если бы к этому подключилась королевская семья!

В текущей феодальной системе даже чрезмерно добрые дела могут привести к полной катастрофе!

- Как ты сказал, я не буду заходить со своей инициативой слишком далеко... Завтра я договорюсь, что бы детей со склада отправили в поместье. Что же касается этих детей...

Цзюнь Вуй уже закусил удила.

- Я не могу остановиться на полпути!

Я не могу позволить им остаться ни с чем, после того как взял их в дом семьи Цзюнь! Но я сделаю это только в этот единственный раз!

- Что ж, это решение третьего дяди, но в данный момент есть около пятнадцати детей, которым мы ничем не сможем помочь... Дядя немедленно должен принять меры, чтобы сделать их остаток жизни счастливым, и когда наступит момент... Дядя должен освободить их от боли! Они не смогут убить себя, и хотя это покажется очень жестоким, но для них смерть станет освобождением! Но дядя, пожалуйста, помни свои слова... Только в этот единственный раз!

Цзюнь Вуй печально кивнул.

- Дополнительно к организации их лечения вы должны оставить с ними двух человек, которые должны быть готовы избавить их от страданий, когда придёт время... Дядя, вы не должны проявлять мягкость в этом деле... Цзюнь Мосе продолжил: - Третий дядя, я хотел бы спросить, не вызовет ли это какие-нибудь проблемы в финансовом состоянии нашей семьи? Я знаю, что не имею права это обсуждать, но...

Независимо от мира, никто не может развивать семью без денег. Вам нужно иметь деньги, и вам нужно управлять ими с умом! Семья должна принимать эти решения коллективно, поскольку семья является стабильной системой. Но как только молодое поколение вынуждено задавать такие вопросы своим старейшинам, ситуация может оказаться очень неудобной для последних, так как в этом случае они сталкиваются с беспокойством своих преемников.

Глава 137. Раскрой сети, и рыба приплывёт сама.

- В последние годы не велось никаких войн, так что доходы семьи Цзюнь значительно сократились. Доходы с поместья составляют два миллиона в год. Других источников дохода нет.

На лице Цзюнь Вуя отражались смешанные эмоции, когда он произносил эти слова, он знал, что это не то, что хотел бы услышать Цзюнь Мосе, но всё равно рассказал правду, так как не имел другого выбора.

- Это слишком мало, верно? - прямо сказал Цзюнь Мосе. - Всего два миллиона... - Боюсь, что такой скромной суммы денег недостаточно для поддержки такой большой семьи, как наша семья Цзюнь. - Два миллиона в год могут показаться очень большой суммой для обычных людей, и большинство из них назвало бы это астрономической суммой денег, но для столь большой семьи, как семья Цзюнь, эта сумма была слишком мала. И хотя у семьи Цзюнь было не так много потомков, оставались тысячи работников, работающих на семью. Обеспечение одеждой, продовольствием и выплата заработной платы одним только работникам резиденции, составляет очень внушительную статью расходов.

- Пожалуйста, доверь обеспечение финансами мне, я внесу некоторые новшества для пользы дела.

Цзюнь Мосе начал расхаживать вперед и назад, размышляя о том, чтобы начать продажу своего вина, тем самым, создавая дополнительный источник средств для поддержки семьи Цзюнь. Без проблем... к тому же, сейчас у меня нет выбора. Сначала я буду продавать его по сниженной цене, но позже, когда его распробуют и оценят, я начну продавать его только по очень высоким ценам. У них не останется выбора: им придется купить или умереть.*

Подумав еще немного, молодой мастер Цзюнь сказал: - Третий дядя, что касается оставшихся двадцати четырёх детей, вы должны начать предварительный этап их восстановления, но внимательно следите за тем, кто из них может оказаться полезным в будущем, когда мы будем в них нуждаться. Хотя это не было целью спасения, но мы не можем кормить их напрасно. Если у них будет возможность отплатить нам, но они этого не сделают, зачем тогда вообще было их содержать?

- Большинство людей, чем-либо ценны! Если у человека нет какой-либо ценности, тогда он подобен дышащему трупу, и должен быть предоставлен самому себе!

Цзюнь Вуй выразительно кивнул головой, когда знакомое чувство вновь прошло через всё его тело.

- Нетрадиционные ходы и решения также способны помочь нам. Цзюнь Вуй беспомощно покачал головой. Он знал, что хотя у его племянника был совершенно нетрадиционный мыслительный процесс, сильно отличавший его от остальной части семьи, юноша все же был чрезвычайно рациональным. Хотя, Цзюнь Вуй всё ещё не знал, хорошо это или плохо...

Убийца, со своей стороны тайно огорчался: несмотря на то, что дядя был очень благородным человеком, он не был достаточно квалифицирован, чтобы быть лидером столь большой семьи, как семья Цзюнь! Даже если от главы дома не требуется холодного мышления постоянно, но иногда ему приходится принимать жёсткие решения! Личное сострадание и милосердие не могут стоять в основе каждого действия... Кодекс поведения главы должен основываться на общих интересах семьи!

Но эти мысли ещё не обосновались в сознании Цзюнь Вуя, его мышление оставалось таким, каким оно было в то время, когда он был боевым генералом.

Цзюнь Мосе ушёл в свои покои, но Цзюнь Вуй уже не мог уснуть. Он снова сел в свою инвалидную коляску, подъехал к столику и налил себе большую чашу вина — оно составит ему кампанию в эту холодную ночь. Постепенно, его ум вернулся на десять лет в прошлое...

Цзюнь Вуй был расстроен, размышляя о судьбе этих детей, а после, слова Цзюнь Мосе только усугубили это расстройство. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться, но вино дополнительно усиливало чувство грусти, делая его ещё более непереносимым, и он снова почувствовал себя удручённым.

- Моя возлюбленная Яо, если бы ты была рядом со мной, чтобы ты посоветовала мне сделать..? Помоги мне сделать выбор... ты ведь знаешь... я скучаю по тебе... - шёпот слов Цзюнь Вуя прервался, когда он поднял чашу, и сделал большой глоток вина, пытаясь им утолить свои печали. Холодный лунный свет продолжал покрывать его тело слабым сиянием...

Он бодрствовал до поздней ночи, продолжая слушать звучание насекомых, но даже в их песнях он слышал лишь… рыдания...

Цзюнь Мосе вернулся на свой двор, где его уже ждали его люди, одетые в черное.

- Молодой мастер, этот почтовый голубь вылетел из шатров Ни Чанг. - Один из людей в чёрных одеждах с вежливым поклоном передал голубя Цзюнь Мосе.

- Он ведь не травмирован, верно? - спросил Цзюнь Мосе, посмотрев на голубя.

- Поскольку Мастер чётко обозначил свои требования, как я мог травмировать его? Если вы отпустите этого голубя, он поднимется ввысь и достигнет своей цели без каких-либо промедлений, - человек, одетый в чёрное, высказал это с уверенной улыбкой.

Цзюнь Мосе кивнул, и осторожно подняв бамбуковую трубочку, привязанную к ноге голубя, извлёк из неё смятую бумажку.

- Через месяц убейте всю семью Цзюнь! Цзюнь Мосе не должен выжить!

По неразборчивому почерку этой единственной строки было понятно, что написавший это был в очень возбужденном состоянии. В конце записки была крошечная подпись - Юэ -.

- Ха-ха, эта женщина такая глупая, почему она так действует? Разве я бил её в ответ, когда она ударила меня по лицу? Неужели она действительно думает, что убить меня - это справедливое наказание за то, что её назвали шлюхой? Она совершенно нетерпима к людям! Цзюнь Мосе улыбнулся и пренебрежительно покачал своей головой.

Лица двух других мужчин передёрнулись. Эта женщина пытается убить молодого мастера Цзюнь по такой причине? Она не дура... она эксперт Суань ци, считающий, что имеет право на это...

- Если я отпущу этого голубя, то вы сможете проследить за ним? - Цзюнь Мосе поднял руку, в которой держал голубя.

- Я не смогу проследить за ним. Лица людей, одетых в чёрное, были немного смущены. - Эти голуби летают высоко и на очень большие расстояния. Кроме как схватить, или убить его, когда он взлетает, я больше ничего не смогу с ним сделать.

- Ладно, это тоже неплохо. Цзюнь Мосе тщательно восстановил исходное положение бумажки внутри бамбуковой трубки, следя за тем, чтобы бумажка и трубка были собраны вместе точно так же, как это было сделано сестрицей Юэ.

- Хорошо, отправьте его снова.

Люди в чёрных одеждах ушли, забрав с собой голубя. Цзюнь Мосе улыбнулся, когда прохладный полуночный ветерок мягко коснулся его лица: "Расставьте сеть, и рыба сама заплывёт, ха-ха...?"

Однако эта ночь должна была стать ещё одной необычной ночью для императорского города Тянсян.

Золотые, серебряные и жёлтые огни постоянно мелькали по всему городу, словно фейерверки в ночном небе, но всё происходило в ночном безмолвии.

Бесчисленные глаза настороженно наблюдали за имперским городом, а уши внимательно прислушивались к любым признакам тревоги.

Всякий раз, когда две противоположные стороны собирались вместе, неизбежно следовала кровавая баня. Но эти команды продолжали оставлять на своем пути кровь и мёртвые тела, словно это было частью их обычной миссии.

Семьи Ли, Мэн, Сон и Му Жун, активно действовали с тех пор, как Ядро Суань было украдено из семьи Тан. За время, прошедшее с этого инцидента, реакция семьи Тан была самой неожиданной и самой толерантной. Вместо того чтобы повсюду рассылать свои боевые отряды, пытаясь найти следы похитителей, семья Тан отступила и строго ограничила действия своих людей.

В точной темноте восемь теней, словно пролетели над высокими стенами города, и оказавшись внутри, медленно, скрывая свой путь во тьме, направились к резиденции Ли...

Тишина северной части города была разбита звуками катящихся колес.

Группа людей стремительно перемещалась по городу. Эта группа путешествовала в роскошных каретах, в которые были запряжены большие и мощные лошади, казавшиеся намного больше обычных. Кроме того, у этих лошадей были два странных рога на лбу, а их четыре ноги были покрыты чешуёй. Было очевидно, что это были не обычные лошади, а особый вид Зверей Суань.

Каждую карету этой группы тянула четвёрка этих таинственных Зверей Суань, и они ехали так быстро, что даже боевой конь, перешедший на поле битвы в полный галоп, не смог бы бежать рядом с этими экипажами.

~ В первой карете ~

- ... Дедушка Лю, этот слух о таинственном Ядре Суань, возможно даже не соответствует действительности, но мы всё равно пробежали тысячи миль в такой спешке... Разве вы не думаете, что мы немного переусердствовали? Кроме того, этот город не на нашей территории... Учитывая силы, которые мы вложили в этот вопрос, вы не думаете, что девять старейшин спросят с нас за это? Голос и манеры говорившего показывали, что этот человек был довольно молод, и явно нетерпелив.

- Фен Ву, поскольку этот вопрос касается ядра Зверя Суань, находившегося на пике девятого уровня, мы должны быть более осторожны. Ваш опыт ещё не слишком велик, поэтому вы можете не понимать текущую ситуацию. Девять старейшин ранее разослали сообщение, в котором просили расследовать этот вопрос эксперта, находящегося на пике Духа Суань... В конце концов, эксперт на пике Духа Суань - не самая обычная вещь... - ответил хриплый голос.

- Кто в мире пойдёт против города Серебряного Бурана? Не говоря уже о том, что трое старейшин сопровождают дедушку в этой поездке. Даже эксперт пика Духа Суань не сможет преодолеть подготовленные нами ловушки, чтобы завладеть этим сокровищем, - голос молодого человека казался преисполненным высокомерия и, казалось, что рождение в столь высокопоставленной семье сильно повлияло на его суждения.

- Парень, не вини меня, если я назову тебя лягушкой, застрявшей на дне колодца! Даже если сил города Серебряного Бурана достаточно, чтобы с презрением смотреть на весь остальной мир, мы всё ещё не можем быть беззаботными. Старик вздохнул, но даже его голос выражал слабый намек на гордость, когда он сказал: - Мы могли стать повелителями этого мира, но нельзя упускать из виду, что однажды, один человек десять лет назад оспаривал мощь города Серебряного Бурана...

- Юная принцесса пришла в это место, чтобы понять и испытать смысл жизни. В городе Серебряного Бурана ей разрешили путешествовать без сопровождения. Если бы не это небрежное решение, тогда обычный человек никогда не смог бы поспорить с нами, - глаза старика сузились, и он снова вздохнул.

*

ПРИМЕЧАНИЕ:

*(шутка в сходстве чтения слов: buy it or die.)

Глава 138. Без отдыха с восьми путей.

В тот момент, когда молодой человек услышал упоминание о "юной принцессе", его глаза блеснули, выражая намёк на страсть и тоску. Казалось, молодой человек увлечён шармом юной принцессы, и долгое время добивался её внимания...

В средней карете сидела молодая девушка, одетая в белое, в возрасте шестнадцати или семнадцати лет, если судить по внешнему виду. Её живописную элегантность невозможно было описать простыми словами, но её лицо отражало намёки на ловкость и сообразительность, казалось, она не слишком законопослушный городской житель. Скорее всего, она была довольно непослушной девочкой. В тоже время, из-за постоянной тряски кареты, она держала за руку бородатого мужчину, сидевшего рядом с ней, так же одетого в белое.

- ...Третий дедушка, почему вы скрываете от меня такие вещи? Вы сказали мне достаточно, чтобы заинтересовать меня, поэтому теперь вы должны рассказать мне больше!

Старик сидел, закрыв глаза, и в данный момент он не сильно отличался от трупа. Он открыл глаза, его лицо морщилось, а в сердце он изрыгал проклятия:

- Теперь я начинаю понимать, почему люди так её боятся! Неудивительно, что старик пожелал, чтобы маленькую принцессу увезли... Он просто желал вздохнуть с облегчением, сняв с себя это бремя: и он будет даже радоваться той боли, которую она причинит другим... Если бы я знал это раньше...

- Девочка, пока мы находимся вдали от города Серебряного Бурана, я расскажу тебе историю, о которой больше всего говорят в эти дни... Я так же могу рассказать тебе историю о лошадях, которые выглядят как драконы, или о том, насколько я стар... Девочка, твой дедушка стареет, и истории, которую ты хочешь услышать, более десяти лет, так что я действительно не помню её очень ясно... Ты думаешь, что мои старые кости лгут тебе?

Старик уже почти кричал: [если бы я знал заранее о темпераменте маленькой принцессы, то ни за что не взялся бы за это поручение.

Я действительно ненавижу всё это... Когда я узнал эту новость, я подумал, что она избавит меня от скуки и поможет мне найти вдохновение. Но, похоже, я не смогу найти здесь никакого облегчения!

Лучше бы я выбросил свои старые кости в мусор...]

- Зачем тебе было начинать рассказ, а затем внезапно прекращать его... вы оставили меня в подвешенном состоянии... Маленькая принцесса неприязненно надула щеки и качала своим телом, как избалованный маленький ребенок:

- Третий дедушка, ты едва упомянул о семье Цзюнь, и что Цзюнь Вуй... и потом вы также сказали мне, что старшая сестра разделила с этим человеком трогательную любовную историю, но всё же вы не рассказали мне никаких подробностей...

Третий старейшина застонал. Эта история была табу в городе Серебряного Бурана и никто не говорил об этих делах так легко. Он только упомянул об этой истории, что бы отвлечь её от беспокойства, но старик не знал, что эта история привлечет её интерес и её воображение зацепится за неё. С тех пор она старательно выуживала у него подробности...

- Позволь моим старым костям отдохнуть... ты спрашиваешь меня об этом с прошлой ночи... прошло уже пятнадцать или шестнадцать часов...

- Младший брат, приди и расскажи маленькой принцессе какую-нибудь историю. Если ты разок поменяешься местами со своим старшим братом, я буду вечно обязан тебе! - предложил поменяться местами третий старейшина.

- Ну, только если ты вспомнишь позже, что должен мне... словом, в этой империи есть старая леди, которая нашла призрака с длинным языком, и кровавой блевотиной. Призрак ищет прекрасных принцесс и брызгает на них кровью... - шестого старейшину явно было не так просто обмануть.

- Ах, нет! Нет и нет! Я не хочу слушать рассказ шестого дедушки... Я хочу дослушать историю третьего дедушки!

Второй старик даже не закончил предысторию, когда маленькая принцесса закричала и поспешно отказалась от этого повествования.

- Третий брат, видишь, я пытался занять твоё место, но маленькая принцесса не позволяет мне... Ха-ха-ха ... третий брат, пожалуйста, не забудь, ты всё ещё должен мне за попытку, ха-ха... Наверное, это твоя работа, сделать маленькую принцессу снова счастливой. Ну, а я между тем смогу ещё немного поспать... - разборчиво пробормотал шестой старейшина.

- Мерзкий! Бесстыжий! У тебя нет никакого сочувствия к брату! - проклинал его обидевшийся третий старейшина.

- Третий дедушка, ты ненавидишь Сюэ? - глаза маленькой принцессы блеснули и она заплакала.

- Как бы это могло произойти? - третий старейшина ушел в отказ. - Мне плохо от того, что Сюэ даже подумала о таком!

- Тогда вы должны рассказать мне историю о старшей сестре и Цзюнь Вуе, иначе это буде означать, что вы ненавидите Сюэ. Лицо маленькой принцессы в одно мгновение превратилось из гневного в радостное, и на её радостном лице снова сияла счастливая улыбка.

...Третий старейшина задержал дыхание, молясь, чтобы не упасть в обморок...

[За какие грехи я здесь расплачиваюсь?.. ]

Пока крутились колеса, принцесса в приподнятом настроении продолжала болтать и не замолкала ни на минуту. Несмотря на то, что третий старейшина обладал телом на уровне Духовного Суань, его старые морщины постепенно углублялись в этой пытке, а его дух постепенно покидал его тело, но к его счастью, они уже приближались к городу Тянсян...

~ С другой стороны ~

Другая группа людей направлялась к императорскому городу Тянсян.

- Имперский учитель, между нами говоря, весь этот инцидент с Ядром Зверя Суань очень рискован... весьма вероятно, оно принесет больше вреда, чем пользы, - произнес худощавый человек средних лет, одетый в чёрную одежду и передвигающийся верхом. Жесткие линии на его лице говорили обо всех горьких трагедиях войн, которые он испытал в своей жизни, и казалось, будто это вызывало в нём чувство ярости.

- Вначале эта граница выглядит опасной, но поскольку империя Юу Танг живёт мирной жизнью уже много лет, не должно возникнуть больших проблем. Более того, поскольку в данный момент три князя империи Тянсян борются за власть, мы должны поднять волну, и вдобавок половить рыбку в мутной воде, получая доход, в зависимости от обстоятельств. Кроме того, поскольку я здесь, даже если противостоящая армия могла соответствовать по силам, я не думаю, что кто-то сможет мне помешать покинуть город Тянсян, если я этого захочу, - ответил пожилой мужчина, одетый в белое. Он спрятал свои руки в рукавах одеяния, а его пылающее здоровьем лицо излучало очень спокойную, неспешную ауру

- Зачем вообще вы пожелали сопровождать меня через империю Тянсян на свой страх и риск?.. Угроза для вас намного выше, чем для меня, поскольку вы много лет воевали с семьей Цзюнь и в процессе этого убили так много их людей? Из-за войн, которые велись в прошлом, потомки семьи Цзюнь почти истреблены... поэтому очевидно, что для вас это намного опаснее, чем для меня...

- Как это может быть опасным для меня? Если бы семья Цзюнь имела намерение использовать эту возможность, чтобы развязать против меня боевые действия, то они были бы просто недостойны называться моими врагами.

Мужчина среднего возраста с холодным лицом спокойно улыбнулся: - Хоть и говорят, что мои победы были случайными, но они всё равно остаются победами... Но только одно совершенно точно... Несколько членов семьи Цзюнь избежали смерти от моих рук! Говоря по справедливости, трое братьев семьи Цзюнь были лучше, чем я!

Когда он произнёс эти слова, на его лице внезапно появилось выражение унижения, и он сердито сказал: - Цзюнь Ву Хуэй и его братья всегда были моими врагами, которыми я больше всего восхищался за всю свою жизнь, и я, вероятно, никогда не встречу никого, настолько хорошего, насколько были они. Даже если бы я умер на поле боя в сражении с ними, то у меня не было бы ни единой жалобы на свою жизнь. Но способ, которым я выиграл войну, был, ни чем иным, как позором для меня. Я приехал в город Тянсян, во-первых, чтобы сопровождать вас, но во-вторых, что более важно, чтобы узнать как умер Цзюнь Ву Хуэй!

- Если он был убит в спину, то, хотя он и был моим врагом, я всё равно отомщу за его смерть! - лицо человека среднего возраста в чёрном, выражало сильный гнев: - Человек с его доблестью не заслужил умереть в дебрях заговора!

- Я ожидал от вас таких слов, - лицо имперского учителя выражало глубокую улыбку. - Несмотря на то, что я знаю вас все эти годы, я всё ещё считал, что вы рано или поздно пытались тайно убить его!

- Что заставляет вас говорить нечто подобное? Если бы кто-то хотел, чтобы трое младших братьев тайно умерли, это был бы ты, а не я! Мужчина в чёрной одежде обернулся и внимательно посмотрел на своего спутника.

- Лягушка на дне колодца всегда думает, что она лучшая, поскольку вокруг неё больше никого нет. Глаза имперского учителя всё еще были спокойны, взирая в глаза собеседнику. - Я могу заверить вас, что я не имею никакого отношения к смерти Цзюнь Ву Хуэя. Хотя я и собирался убить его, и я даже договорился об этом, но, в конце концов, я так и не принял участия в его смерти.

- Прекрасно! Взгляд человека среднего возраста стал очень свирепым и он выкрикнул: - Это военные дела, зачем ты в это вмешиваешься?

Он сделал на мгновение паузу, а затем, внезапно, закричал ещё громче: - Почему ты суёшь свой нос в такие вещи?

Имперский учитель замолчал на длительное время, пока, наконец, не заявил следующее: Чжао Цзянь Хунь, некоторые вещи, это не только военные дела... Иногда вам также нужно подумать о стране, и своей семье…

Он не смог закончить свой выговор, и вместо этого стал смотреть в ночное небо, раскинувшееся перед глазами.

Чжао Цзянь Хунь, мужчина средних лет в черной одежде, был первым генералом Империи Юй Тан и был заклятым врагом Цзюнь Ву Хуэя, Цзюнь Ву Мэна и Цзюнь Вуя!

Чжао Цзянь Хунь горько усмехнулся и сказал:

- Цзюнь Ву Хуэй и Цзюнь Ву Мэн уже мертвы, но Цзюнь Вуй всё ещё жив... Однажды я найду своё искупление, и только тогда я буду свободен от унижения этой победой!

- Четыре победы подряд за прошедшие годы действительно сбили меня с толку! Ты понимаешь меня? - Чжао Цзянь Хунь посмотрел на небо и вздохнул.

~ Ещё с одной стороны ~

Граница была заполнена другим отрядом, который испытал огромные трудности, чтобы добраться сюда вовремя. Эта граница была связана с империей Шэнь Цы.

Движение из далекой саванны возглавлял мужчина средних лет, в тёмных одеждах и стальных доспехах; небольшой сокол, отдыхавший на его плече взвился в небо, когда лицо мужчины растянулось в нежной улыбке:

- Ядро Зверя Суань, достигшего пика девятого уровня? Это действительно хорошая штука. Если бы не существовало такого сокровища, я бы не смог помериться силой с другими героями этого мира. Это, то счастье, ради которого я живу!

[империя Шэнь Цы - земля саванны]

У этого высокого и статного мужчины среднего возраста было очень стройное тело, и хотя его лицо казалось самым обыкновенным, оно всё равно источало необъяснимое, захватывающее очарование. Его длинные волосы свободно спадали прямо по его плечам. Его харизматичный темперамент получил поддержку в саванне, ему почти поклонялись в тех землях! Он стоял, глядя на тяжёлое одеяло тьмы, которое покрывало империю Тянсян подобно тому, как если бы он был создателем всего сущего!

- Город Тянсян, я пришел!

Этот человек был известен как "Сокол саванны" и был одним из сильнейших в своем поколении. Он посмотрел на небо и взревел, когда погода начала разверзаться бурей над саванной!

На данный момент его войска были разбиты на многочисленные мелкие отряды, в основном, состоящие из трёх или пяти человек. А самый большой отряд не превышал двенадцати, в то время как некоторые люди даже шли в одиночку. Но все отряды имели одну и ту же цель - императорский город Тянсян!

И все эти отряды начали собираться в империи Тянсян...

В тоже время в далеком лесу Тянь Фа, всевозможные таинственные Звери Суань летели над лесом подобно молниям, нарушая спокойствие леса Тянь Фа потоками ветра, возникавшими вокруг них из-за столь огромных скоростей. Они пролетали через весь лес, и всё равно продолжали двигаться вперед, улетая дальше и дальше. Животные в лесу Тянь Фа не могли понять причину внезапных человеческих волнений...

Спустя долгое время в небе раздался шокирующий рёв:

- Если мы допустим, что бы ядро зверя, достигшего пика девятого уровня Суань, попало в руки чужаков, это будет неслыханный позор!

Этот громовой рёв вызвал шум в самом сердце дикой природы леса Тянь Фа, и оставил живность леса дрожать от страха...

Глава 139. Презрение.

Несмотря на то, что первый луч утреннего солнца ещё только осветил небо, а тело Цзюнь Мосе уже было покрыто потом от напряженных физических упражнений, которые он выполнял последние несколько часов. Он небрежно вытер пот, оделся и пошёл к бывшему помещению склада.

Его дядя перевёз туда некоторых детей, которых они спасли из зала Хуан Хуа. Несмотря на то, что Цзюнь Вуй приказал отправить их в усадьбу, Цзюнь Мосе всё ещё не смирился с непродуктивными расходами денежных средств на них. Он хотел, чтобы кто-нибудь из этих детей тем или иным способом смог возместить эти расходы семье.

[Сеять там, где вы не сможете собрать урожай - это неразумно! Только то, что мы их спасли, не означает, что мы вечно должны нести это бремя. И из-за того, что мы поддерживаем их сейчас, вовсе не следует то, что мы обязаны делать это всегда. Даже если пирог с мясом упадет на тебя с небес, нужно быть достаточно гибким, чтобы уклониться, подправив его траекторию руками, иначе он с силой ударит тебя по голове, и разобьет её насмерть. ]

Рассуждая так, Цзюнь Мосе пошёл посмотреть на детей: он не ожидал от них многого, но надеялся найти одного или двух человек, которые будут стоить того, чтобы их обучать.

В конце концов, эти мальчики и девочки уже были осмотрены на предмет их потенциальной ценности в зале Хуан Хуа!

После часового осмотра детей, Цзюнь Мосе вышел из помещения с разочарованием на лице. Зал Хуан Хуа небезосновательно полностью отверг этих детей: эти мальчики и девочки были совершенно непригодны для занятий боевыми искусствами.

Поэтому, Цзюнь Мосе решил отбросить этот вариант. Если группа людей, не имеющих таланта, будет вынуждена тренироваться, это будет пустой тратой ресурсов и усилий, и в конечном итоге, просто приведёт их к ранней смерти.

Перед вратами резиденции Цзюнь собралась большая толпа людей. Несмотря на то, что Цзюнь Вуй был калекой, он всё равно был дворянином в столице Тянсян. Когда столь мощная и богатая фигура делает объявление о своём желании приобрести Суань Зверей, разве останутся торговцы Зверьми, которые немедленно не поспешат к его дверям?

Так, когда привратник резиденции Цзюнь открыл врата, он с удивлением увидел огромную толпу, собравшуюся перед вратами.

Несколько лет назад такое случалось очень часто.

В те времена, когда Цзюнь Вуй еще только получил свою травму, Цзюнь Чжан Тиан, не жалея сил, искал лучших врачей по всей стране, стремясь исцелить своего единственного выжившего Сына. Поняв, что его инвалидность неизлечима, старик начал покупать всевозможные сокровища, редкие предметы и книги, пытаясь его развлечь. Но в своём унынии Цзюнь Вуй не мог полностью оценить доброту Отца и с трудом увлекался одним или двумя предметами.

Спустя несколько лет, договорившись обо всём, отец и сын прекратили собирать вещи, и подобная деятельность так же прекратилась...

Но в этот раз объявление было разослано по инициативе Цзюнь Вуя. Естественно, по такому поводу прибыл каждый торговец Суань Зверями в город Тянсян.

Цзюнь Вуй сел в инвалидную коляску и медленно направился к началу безумно длинной очереди.

Он уже понял намерения Цзюнь Мосе: если бы Цзюнь Мосе захотел приобрести себе Суань Зверя, то он просто сделал бы это самостоятельно, и не стал бы беспокоить этим Дядю.

Но, поскольку он не пожелал делать этого самостоятельно, это могло означать только одно - Мосе не хотел, чтобы посторонние люди узнали, что он ищет Суань Зверя, или по крайней мере не хотел, чтобы посторонние узнали, что эти звери приобретались для него.

[Мой племянник часто действует странно... Но следует признать, что Мосе хорошо продумывает свои действия, он всегда очень рационален.]

Несмотря на то, что Цзюнь Вуй не знал, зачем его племяннику понадобились эти Звери, он понимал причину, почему Цзюнь Мосе попросил выполнить эту просьбу кого-то другого и почему сейчас он лично выбирал Зверей из представленного ассортимента.

Цзюнь Вуй осознанно выбирал лучших Зверей с Первого по Пятый уровни, и, решив пойти даже дальше, он решил выбрать пару Зверей вместо одного, отклоняя всех остальных.

Что касается Зверей Шестого уровня и выше, то он не смог найти ни одного торговца, который бы их предлагал. Во всем городе Тянсян в продаже не было ни одного Суань Зверя Шестого уровня! Даже искалеченные Звери Шестого уровня были недоступны!

Позже, по приказу Цзюнь Вуя, приобретенные Звери были посажены в клетки и доставлены во внутренний двор.

Цзюнь Мосе, увидев происходящее, подошел поближе, а после приказал слугам вымыть десять новоприобретённых Суань Зверей.

Зверями Первого уровня были кролики, Второго уровня - крылатые еноты, Третьего уровня - волки, Четвёртого уровня - быки, а Пятого уровня - змеи с железной чешуёй...

Цзюнь Мосе дал слугам отмашку уйти. Затем он подошёл к первой клетке, содержащей двух кроликов, и остановился на мгновение.

Два кролика даже глаза не открыли и полностью проигнорировали его присутствие.

Мосе потёр нос и подошёл к клетке с крылатыми енотами, но и там не получил никакой реакции.

Третья клетка... тоже не реагируют!

Цзюнь Мосе начал сомневаться в своих выводах, и задавался вопросом, где в своих рассуждениях он допустил ошибку. Но оставлять дело на половине было не присуще его естеству киллера, и хотя он уже не ожидал многого, он подошел к четвертой клетке. Внезапно он услышал "шипящий" звук, который исходил из клетки, стоящей рядом с клеткой номер четыре. Этот звук издавали змеи, покрытые железной чешуей, они подползли к самому ее краю, и возбужденно трясли своими хвостами, а их глаза неотрывно следили за Цзюнь Мосе.

Вскоре два быка в четвертой клетке тоже открыли глаза, что бы взглянуть на Цзюнь Мосе.

Сердце Цзюнь Мосе наполнилось радостью.

Быки недоверчиво посмотрели на него, затем опустили глаза, и снова взглянули на него, оглянулись, и снова уставились на Цзюнь Мосе. В их глазах появился луч надежды, они продолжали смотреть на него так, словно его тело источало семена бессмертия, и казалось будто бы они ожидают, что прямо сейчас произойдет что-то очень долгожданное.

Стоящая в стороне клетка со змеями начала трястись, так как змеи в ней беспрестанно трясли хвостами, стуча головами о клетку, их две пары глаз постоянно следовали за Цзюнь Мосе, ни на мгновение не смотрели по сторонам. Казалось, они настолько обеспокоены, что если бы они не были заперты в клетке, они бросились бы к молодому мастеру Цзюнь в ту же секунду.

Цзюнь Вуй со стороны наблюдал за происходящим, и, хотя он заметил столь странное поведение зверей, он не смог объяснить причину происходящего. Так же он отметил, что его племянник, казалось, безразлично отнесся к этой аномалии.

Цзюнь Мосе спокойно сделал пару шагов назад, его лицо оставалось безэмоциональным, являя полную противоположность сердцу.

Только глупая свинья, зная предпосылки, не смогла бы понять смысл происходящего!

Или "искусство разблокировки небесной удачи", либо Пагода Хунцзюнь, либо обе тайны вместе привлекают этих Зверей Суань к Цзюнь Мосе! Даже это открытие само по себе было равноценно невероятному сокровищу!

Что являлось самым опасным местом на всем континенте Суань Суань? Если бы где-нибудь всплыла эта тема, никто не назвал бы город Серебряной Метели, потому что, хотя город Серебряной Метели и был очень сильным и высокомерным и они могли бы забрать жизнь человека без какой-либо причины, но на континенте было одно место, куда более опасное. Об этом месте знали все, даже самые обычные люди дали бы только один ответ: это лес Тянь Фа!

Рай для зверей Суань, и кромешный ад для людей! Даже если бы эксперт, находящийся на пике Духа Суань отважился посетить лес Тянь Фа, то скорее всего, он расстался бы с жизнью, сталкиваясь с различными опасностями этого леса!

Но Цзюнь Мосе больше не нужно было бояться его.

И что из этого следует?

Какие предметы считаются наиболее ценными на континенте Суань Суань?

Высококлассные травы, целебные предметы, фрукты Суань Ци, ядра зверей Суань, и даже детёныши зверей Суань?!

И где все эти раритеты имелись в изобилии? Ответ остается прежним: в лесу Тянь Фа!

Но никто не осмелился отправиться в глубины этого леса в течение тысячи лет...

Тем не менее, тело Цзюнь Мосе казалось, привлекало любовь и привязанность Зверей Суань... Это может оказаться лучшим способом повысить свою силу и стать богатым!

Тем не менее, Цзюнь Мосе все еще считал, что полагаться на травы и предметы Суань, это не лучший способ увеличить свою силу и улучшить "Искусство разблокировки небесной удачи"...

Но в сердце Цзюнь Мосе зародилось странное чувство смятения, и в этот момент Пагода Хунцзюнь начала вращаться. Это вращение пагоды вызывало в его сердце очень особенное и удивительное чувство... казалось словно его... презирали.

Или смеялись над ним, подобно тому, как если кто-то носил с собой гору золота, но все равно выпрашивал еду у людей... просто смешно.

Когда это чувство схлынуло, Цзюнь Мосе внезапно почувствовал себя очень несчастным. Кажется у меня возникли проблемы!

Хотя Цзюнь Мосе в самом деле не знал, что представляет собой эта проблема, он хорошо ощущал, что проблема очень широка. На самом деле он чувствовал себя нищим, держащим в руках золотую чашу, и выпрашивающим у людей горстку риса!

В его сердце появилось чувство пустоты, и он даже не представлял себе, как его преодолеть...

Просто великая трагедия!

Вспоминая сравнение Цзюнь Мосе с нищим, обладающим драгоценной чашей, но в этой ситуации более подходящим сравнением является нищий с чашей из цельного бриллианта. В самом деле, не важно насколько ценна его чаша, ему все равно придется просить рис!

По мере того, как Пагода Хунцзюнь продолжала вращаться, все клетки, содержащие Зверей Суань оживились. В самом деле, звери, которые раньше не замечали его присутствия, а именно звери уровней один, два и три, также уставились на Цзюнь Мосе, начав биться телами о прутья клеток, как будто они не могли дождаться того момента, когда они выскочат из своих клеток и очутятся прямо в объятиях Цзюнь Мосе...

Цзюнь Вуй недоверчиво смотрел со стороны: Что происходит? Что делает Цзюнь Мосе?

Он просто ходил взад и вперед, с того момента, как он пришел сюда, и кажется, ничего не сделал, но тогда почему Звери Суань действуют таким образом?

Что здесь вообще творится?

Но в этот момент вошел слуга и сообщил: - Прибыла молодая госпожа из семьи Дугу.

Глава 140. Раскручивая Пагоду Хонцзюнь.

Губы Цзюнь Мосе изогнулись в довольной улыбке, и он махнул рукой:

- Это просто здорово!

Его эксперимент оказался успешным. Он сказал, указав на клетки перед собой:

- Это ... теперь бесполезно. Уберите их отсюда.

Слуга поспешно позвал ещё нескольких слуг, и распределившись, они вынесли все клетки.

- Эти Звери Суань... бесполезны?

Цзюнь Вуй недоверчиво смотрел широко раскрытыми глазами на своего племянника.

- Всё верно, теперь они бесполезны.

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Третий дядя, ээ... дядя, если ты планируешь забить этих змей на мясо, то отложи и мою долю. Змеиное мясо отлично подходит для питания человеческого организма.

- Забить змей... на мясо?

Цзюнь Вуй открыл рот, желая отругать Цзюнь Мосе: [мы потратили сотни тысяч лян на покупку этих зверей! Ещё вчера вечером ты просил меня купить их, а сегодня они уже бесполезны для тебя... Всё что ты сделал, это походил вокруг них в течение двух минут! Эти звери с железной кожей — звери пятого уровня Суань... И они полностью целы. Я потратил на них более двухсот тысяч лян! Ты хочешь, чтобы я приготовил еду из змей, которые стоят двести тысяч лян?!.]

Он как раз собирался начать свою тираду, но в этот момент они услышали сильный грохот. Дугу Сяо И вошла во двор в сопровождении семи здоровенных, играющих мускулами мужчин, чьи фигуры напоминали прямоугольники.

Дугу Сяо И выглядела ещё красивее, изысканнее и элегантнее на фоне своих семи братьев. Её черные волосы были уложены в объёмную прическу, удерживаемую прозрачной шпилькой. Её белое лицо выглядело ещё более нежным и утончённым, а вишневые губы изгибались в улыбке, которая выражала одновременно и радость, и застенчивость.

Белый платок покрывал её светло-зеленое платье, которое мягко облегало её тело вплоть до талии. И, хотя очерченная платьем, фигура молодой девы была ещё слишком юной и несколько незрелой, она всё равно имела прекрасные и изысканные очертания.

Юная дева стояла в дверях, а её тело блистало в лучах утреннего солнца. Рукава её платья трепетали под дуновением легкого ветерка. Очень немногие люди могли быть под стать её красоте. Цзюнь Вуй уставился на своего племянника, который так смотрел на молодую девушку, словно в своей жизни он никогда раньше не видел подобного зрелища.

Даже Цзюнь Мосе не мог не восхититься её красотой, что даже на секунду... был очарован красотой этого момента.

- Куда ты смотришь? Тебе раньше никогда не доводилось видеть красивую девушку? - громко прорычал Дугу Ин, сдвинувшись в бок и закрыв собой свою сестру от взгляда Цзюнь Мосе. Казалось, семь братьев Дугу Сяо И были не слишком довольны тем, что их сестра решила посетить резиденцию Цзюнь...

- Ох, как поживают мои замечательные братья Дугу? Желаете ещё вина? У нас его ещё много! - глаза Цзюнь Мосе сузились.

Внезапно Дугу Ин громко рассмеялся: - Не нужно выглядеть слишком гордым... ты одурачил нас ради того, чтобы мы выпили это твое дурацкое вино... Он вдруг тяжело хмыкнул, а на его лице отразилось смущение.

Очевидно, что вернувшись домой прошлой ночью, Дугу Сяо И побежала прямо в комнаты, где жили её братья, так как слова Йе Гухана заставили её беспокоиться о их благополучии. Когда она открыла дверь, то увидела, что её семь огромных братьев сидят за обеденным столом, и уже успели опрокинуть большой котёл с кашей, стоявший на столе...

На самом деле нельзя было их винить в том, что они опрокинули котел... Вино Цзюнь Мосе горело в их желудках, и они не могли даже думать о том, чтобы съесть любую жирную пищу, не говоря уже о мясе. Они не ели мяса и алкоголя целую неделю, из-за чего эти семь мужчин всю неделю стонали, кряхтели и голодали.

Для таких больших мужчин питание кашей три раза в день было ничем иным как пыткой...

- Ах? Это Цзюнь Мосе настолько запугал вас? И почему вы потеряли столько мышечной массы? Ребята, я видела вас всего лишь несколько дней назад... Скажите мне, что он сделал! Я преподам ему урок! - Дугу Сяо И была очень шокирована и рассержена, когда она увидела своих семерых братьев в таком состоянии.

Однако, услышав её слова, все семь братьев одновременно подумали одно и тоже: [Что? Она только что сказала, что Цзюнь Мосе запугал нас? Этот парень, неспособен даже дотронуться пальцем до любого из нас, если мы не позволим ему, и она думает, что он запугал нас? Вот это шутка! Он дал нам это вино, но после нескольких кружек мы стали слишком жадными... вот и всё, что случилось в тот день. Хотя вино было действительно прекрасным, ах!]

- Сестра, ты только что сказала Цзюнь Мосе? Ха-ха, на днях он был повержен на землю одним ударом третьего брата! Ты действительно думаешь, что такой маленький парень как он способен запугать нас? Ха-ха, Сяо И, ты шутишь? Давайте братья, расскажите ей об этом! - Дугу Хао открыл свой рот, намереваясь похвастаться.

- Верно, шестой брат и я пнули его, и ногами прижали его к земле. Ты должна была видеть выражение его лица...

Если бы не появился отец, мы бы не дали ему сбежать! Ха-ха-ха... - бесстыже хвастался Дугу Шан.

- Но я слышала, что Цзюнь Мосе заставил всех вас валяться на земле. Я услышала это из очень авторитетного источника!

Семь её братьев нахмурили брови: они причинили ему столько боли, и он даже не пожаловался на это...

- Ты действительно думаешь, что Цзюнь Мосе способен повалить нас на землю? Это просто слухи и вопиющая ложь, вот и всё! - Дугу Сюн, встал, закатал рукава, обнажая свои большие сильные руки и, ухватив одну руку другой, напряг свои мускулы, показывая свою силу сестренке. - Сяо И, я уверен, что Цзюнь Мосе распустил этот слух, чтобы свести с нами счёты, поскольку он не способен даже дотронуться до нас, он использует подобные слухи в качестве мести, чтобы успокоиться.

- Верно, видимо он надеется, что повторение этих слухов сделает их фактом! В тот день мы просто избили Цзюнь Мосе, а ещё мы разгромили его дом, но те несколько кружек... Дугу Чун бросился к Дугу Цзе и закрыл ему рот ладонью.

- Не говорите мне... как вы могли?! Вы так отнеслись к нему... он, он, его тело настолько слабое, как вы могли так с ним поступить? Как вы могли это сделать?!. Услышав сказанное, Дугу Сяо И разозлилась ещё сильнее и вдруг закричала: - Ребята, вы бессердечны...

Конечно, они преувеличивали!

Семь братьев стали переглядываться, посматривая сконфуженными и смущенными взглядами друг на друга, и затем, эти четырнадцать глаз снова посмотрели на Дугу Сяо И.

[Но что мы можем сказать, а? Нам кажется, что этот человек словно проделал дыры в наших животах, и они не позволяют нам нормально питаться?..]

Дугу Сяо И, продолжая рыдать, начала топать ногами: - Вы, вы... вы были слишком грубы с ним... Я больше не могу на вас смотреть... Я вас ненавижу! - она внезапно повернулась и выбежала из комнаты.

- Что это было? - Дугу Сюн взглянул на остальных братьев смущенным взглядом.

- Не знаю…

Шесть остальных братьев были так же смущены, как и он, и, недоумевая, одновременно покачали головами.

В этот момент Дугу Вуди проходил мимо их покоев, и сразу же разозлился, увидев, как его дочь выбегает из комнаты братьев в слезах. Переполненный агрессией, он забежал в их комнату, схватил всех семерых и преподал им хороший урок...

Позже, когда Дугу Сяо И попросила разрешения посетить резиденцию семьи Цзюнь, разумеется, вся семья Дугу была категорически против! Они предприняли столь обширные меры, чтобы разлучить их, и разрешить ей посетить дом семьи Цзюнь после всех этих усилий, было бы просто возмутительно...

Но Дугу Сяо И прибегла к своему собственному способу получить желаемое — она заплакала. Увидев её слезы, все три поколения семьи Дугу сдались...

Тем не менее, они поставили ей свое условие: -Ты можешь пойти, но тебя будут сопровождать члены семьи или доверенные друзья.

И она согласилась с тем, что сопровождать её будут её семь братьев. И таким образом, она отправилась в таком большом и сильном сопровождении, вместо того, чтобы просто дойти до резиденции Цзюнь одной.

Но на самом деле, первым отправился к резиденции Цзюнь — маленький Белыш. Он спрыгнул на землю и повернул голову, чтобы сочувственно взглянуть на старших семьи Дугу. Затем он повернул голову к Дугу Сюну и яростно посмотрел на него и его братьев: [Не смейте останавливать меня. Я не могу дождаться, чтобы снова запрыгнуть в объятия Цзюнь Мосе...]

Несмотря на то, что Белыш был пока всего лишь детёнышем и его рост, и развитие ещё не начались, он всё же был носителем крови, и гордости продвинутой расы зверей Суань. Он просто не хотел иметь ничего общего с такими источниками-раздражителями!

[Если бы я был взрослым, я бы покусал вас за уши! Вы просто еще не знаете, кто здесь главный!]

Цзюнь Мосе с улыбкой посмотрел на Дугу Сяо И: - Сегодня вы очень прелестно выглядите мисс Дугу. На самом деле я даже не могу отвести от вас глаз.

Лицо Дугу Сяо И внезапно осветилось счастьем, и она ответила: - Ты действительно думаешь, что я прелестно выгляжу? Мне казалось, что ты не замечаешь меня...

Но её мысли были совершенно другими: [он назвал меня "мисс Дугу", а не просто "маленькая девочка"... слышать от него такие слова намного приятнее!]

Цзюнь Мосе поспешно ответил: - Как что-то подобное могло бы произойти?

Но он уже начал направлять энергию своего тела в Пагоду Хунцзюнь в надежде заставить её вращаться!

Белыш уже оказался в пределах досягаемости, поэтому Мосе хотел немного поэкспериментировать.

Это было в первый раз, когда Цзюнь Мосе намеренно пытался инициировать вращение пагоды Хунцзюнь!

Бабах!

Его энергия начала проникать в Пагоду Хунцзюнь! Внезапно, Пагода Хунцзюнь начала вращаться на высокой скорости и излучать радужные лучи, которые были минимум в десять раз мощнее, чем когда-либо прежде. Сильная и мощная аура начала вытекать из пагоды с энергией, подобной волнам цунами...

Глава 141.Шторм Ауры.

В тот момент, когда энергия Цзюнь Мосе вступила в контакт с Пагодой Хунцзюнь, это вызвало быстрое вращение Пагоды Хунцзюнь, а Малыш Белыш захлопал ушами. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе своими милыми глазками, полными удивления.

Девять человек сидели во дворе Цзюнь Мосе, среди которых была Дугу Сяо И, с ней рядом сидел Цзюнь Мосе, поскольку ее маленький питомец разместился у него на руках. Цзюнь Вуй прогуливался неподалеку на своем инвалидном кресле, так как не хотел вмешиваться в это собрание молодежи. Тем не менее, он все же был достаточно близко и мог за всем следить.

Прошлой ночью семь братьев Дугу провели много времени, хвастаясь победой над Цзюнь Мосе, чтобы сохранить свою репутацию перед сестрой, но было очевидно, что они все еще хотели вернуться к нему из-за всех страданий, которые он нанес им. Тем не менее, все семь братьев вели себя очень хорошо, узнав о присутствии Цзюнь Вуя.

Их отец, непобедимый Генерал Дугу Вуди, всегда очень высоко отзывался о Цзюнь Вуе, но отметил, что этот человек теперь «тень некогда великого дерева»!

Семь братьев Дугу слышали о легендах трех великих братьев Цзюнь от своего отца, их дядюшек, их деда и других источников с раннего детства и были способны рассказать эти истории в обратном порядке.

Былые генералы: Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Менг, Цзюнь Вуй. Истории об их военной мощи и достижениях были настолько популярны среди военных подразделений всей нации до такой степени, что они уже стали легендами в сердцах и умах каждого солдата. Дугу Вуди всегда говорил, что хочет, чтобы его сыновья были похожи на трех сыновей Цзюнь Чжан Тиана....

Их гордый отец не считал этого человека равным себе, но когда дело дошло до трех братьев Цзюнь, он выразил молчанием свое уважение и восхищение...

Хотя Цзюнь Вуй превратился в очень тихого и спокойного человека, каждое движение которого было утонченным и элегантным, но они знали, что где-то в нем все еще существовал когда-то великий военный генерал, и если этого человека спровоцировать, он все равно сможет нанести ущерб!

Во время мистической смерти Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву, Цзюнь Вуй пришел в ярость, он собрал войска и вел войны, которые заливали землю кровью.

Жао Цзянь Хун понес тяжелые потери после трех войн, в которых участвовал, и если бы не мистическое вмешательство в последнюю минуту, он, вероятно бы, проиграл. Тем не менее, из-за этого таинственного вмешательства Цзюнь Вуй постиг подобную судьбу своих братьев, и для него все закончилось тем, что он оказался калекой!

Но эта война по-прежнему была признана демонстрацией верховной власти в стране Тянсян! Буря, с которой сотни тысяч людей в железных кольчугах двинулись в битву, продвигаясь к врагу в беспрецедентном подвиге, стала легендой!

Хотя Цзюнь Вуй был вынужден уйти в отставку из армии, из-за того, что стал инвалидом на этой войне, он был кумиром в военных кругах, в то время как рассказы о нем становились легендами. Даже простые разговоры об этих историях зажигали чувство гордости и страсти в сердцах любого солдата нации!

Поэтому, когда семь братьев семьи Дугу попросили сопровождать их сестру в резиденцию Цзюнь, Дугу Вуди торжественно предупредил их: никогда, никогда не провоцировать Цзюнь Вуя!

Если в Империи был кто-то, кто мог открыто осмелиться пойти против семьи Цзюнь, то это семья Дугу, но, несмотря на то, что Молодой Мастер Цзюнь Мосе посмел разозлить их, те до сих пор не осмелились бы преподать ему урок, только из-за Цзюнь Вуя.

Если бы Цзюнь Вуй разозлился, то он мог бы легко разделать семь сыновей Дугу, с такой же легкостью как нарезать овощи, и даже Дугу Вуди не смог бы остановить его. Такая ситуация была вполне возможной: на самом деле, темперамент Цзюнь Вуя в прошлом был доказательством того, что у него достаточно смелости сделать это!

В сердцах семи братьев Дугу Цзюнь Вуй был героем, он был их кумиром. Цзюнь Мосе может пощекотать им нервы, но они все равно не будут плохо себя вести перед Цзюнь Вуем из-за чувства чистого восхищения и страха.

Цзюнь Вуй не видел своего племянника в детстве, но чем больше он узнавал своего племянника, тем более загадочным он считал его характер.

Цзюнь Вуй четко осознавал, что после их недавних разборок, обе стороны были заинтересованы начать бой. Но также он прекрасно понимал, что если это произойдет, то семь братьев семьи Дугу, скорее всего, умрут на месте, не зная о реальных способностях Цзюнь Мосе. Однако Цзюнь Вуй думал, что его племянник вряд ли поступит так безрассудно. Но, даже зная это, он чувствовал необходимость понаблюдать за этой компанией издалека, на случай, если что-то пойдет не так, и в такой ситуации ему придется действовать и прекратить их разбирательство!

Подсознание Цзюнь Вуя постоянно толкало его наблюдать за их компанией, так как он чувствовал, что должно произойти какое-то несчастье!

Потому что…

Состояние Цзюнь Мосе становилось все более неустойчивым с каждым моментом, хотя компания не могла почувствовать это: все они были в серьезной опасности!

Цзюнь Мосе вложил свою энергию в Пагоду Хунцзюнь, для того чтобы она начала вращаться. Пагода Хунцзюнь начала быстро вращаться, распространять огромное количество Ауры по всему его телу. Вскоре эта Аура начала излучать сияющий белый свет внутри его тела...

Цзюнь Мосе не ожидал такого, и меридианы его тела не могли контролировать этот внезапный и массивный всплеск Ауры, и казалось, что они взорвутся вместе с его телом. Он был очень удивлен этой такой силой и мог предвидеть опасность, в которой он находился в данный момент ....

Цзюнь Мосе слышал звук «тук-тук» уже некоторое время, что было вызвано бурлением Ауры внутри его меридианов. Но самым необъяснимым ужасом в нынешней ситуации было то, что он все еще не мог остановить вращение Пагоды, так как он не мог отключить энергию своего тела от Пагоды. Вдруг Пагода Хунцзюнь слилась в одно целое и стала неотделимой!

Малыш Белыш восторженно ныл, и его четыре лапы крепко цеплялись за грудь Цзюнь Мосе. Даже его живот и рот были прикреплены к телу Цзюнь Мосе, в то время как его глаза были закрыты, но его лицо источало выражение чрезвычайного удовлетворения из-за ауры внутри тела Цзюнь Мосе.

[Он действительно такой хорошенький, дает мне такую чистую Ауру... хороший, я никогда не оставлю тебя!]

Все это происходило внутри тела Цзюнь Мосе. Никто не знал об этом, кроме Цзюнь Мосе и Малыша Белыша, ведь посторонние могли видеть только загадочную улыбку на лице Цзюнь Мосе.

Однако по мере того, как ускорялась Пагода Хунцзюнь, она начала достигать совершенно странного уровня, и Дугу Сяо И и ее братья начали ощущать что-то странное.

В этот момент все восемь из них чувствовали одно и то же. Хотя Цзюнь Мосе сидел прямо перед ними, они почувствовали, будто он находится за тысячу миль..., будто его не было прямо перед ними, будто он был фантазией, нереальным, чем-то вроде воздуха. Хотя он был абсолютно реальным, жив и в пределах досягаемости, им казалось, что они все еще не могут даже до него дотронуться, и внезапно все восемь из них почувствовали, будто они во сне. Это было чрезвычайно мистическое чувство. Он был как вечерняя луна... В пределах досягаемости, но недостижимый, неуловимый!

В тоже время, Цзюнь Вуй, сидевший далеко от них, напряг свои брови и издал два резких и интенсивных луча света. Будучи экспертом Суань Неба, он ясно ощущал ауру, которая испускалась из тела Цзюнь Мосе, поскольку тот не мог удержать ее в своем теле и начал медленно распространять эту ауру во внешнем мире.

Несмотря на то, что осеннее небо казалось совершенно безоблачным, в резиденции Цзюнь, Аура, циркулирующая в атмосфере, вызывала шторм. Этот шторм был невидим для невооруженных глаз, но давление этой бури начало нарастать над резиденцией Цзюнь... и было способно вызвать ужасное бедствие. На небе не было никаких следов ветра, но растения и деревья внутри двора Цзюнь все еще развевались на невидимом ветру этой бури. А тело Цзюнь Мосе было центром этого торнадо!

Все насекомые и другие существа низших форм жизни уже исчезли, так как глубина их душ предупреждала их об этой надвигающейся катастрофе, и все они могли почувствовать, что что-то беспрецедентное произойдет.

Цзюнь Вуй, в отличие от других, уже осознал угрозу надвигающейся катастрофы. Действуя решительно, он использовал обе руки, чтобы выскочить из своего инвалидного кресла, и практически прилетел к восьми своим гостям, почти как ястреб… бах бах бах бах бах бах бах бах… Он ударил восемь раз и ошеломил братьев и сестру в одно мгновение. Никто из Дугу не мог сравниться с ним своей скоростью и силой, на самом деле они даже не успели среагировать на его атаку.

Затем Цзюнь Вуй быстро собрал их тела в кучу. Он глубоко вздохнул и поднял тела голыми руками. Он уже благодарил своих звезд за то, что он имел достаточно сил, чтобы это сделать, поскольку общий вес этих семи братьев и сестры составлял почти две тысячи килограммов. Затем он тут же повернулся и выбежал из двора Цзюнь Мосе, неся их тела.

Глава 142. Потрясающий эффект.

Этот потрясающий всплеск Ауры спокойно превратился в огромное торнадо. Хотя этот ураган был никому не виден невооруженным глазом, он был сильным, чтобы убить достаточно много людей. Фактически, только Цзюнь Мосе был единственным человеком, который был невосприимчив к действию урагана, в то время как другие, вероятно, могли превратиться в пепел!

Такие люди, как Дугу Сяо И и ее братья, не имели никаких шансов на выживание, когда сталкивались с чем-то опасным, как этот шторм Ауры, ведь они даже не могли догадаться об опасности! Но Цзюнь Вуй был экспертом Суань Неба, как он мог не почувствовать опасность? Он действовал решительно и лишил их сознания, затем вынес их с внутреннего двора, отчаянно пытаясь спасти их жизни!

Он решил нести их всех сразу, потому что боялся, что у него даже не хватит времени, чтобы перенести их по очереди, одного за другим, потому что действие Ауры могло бы легко их всех убить! Поэтому у Цзюнь Вуя был только один вариант: нести их всех сразу! Он даже был готов разоблачить себя таким образом, но был уверен в том, что, учитывая силу семьи Дугу, они никогда не смогут прийти в себя и осознать, что были спасены калекой!

Цзюнь Вуй едва успел выйти из внутреннего двора, как Аура внезапно начала быстро вращаться внизу и сходилась прямо в тело Цзюнь Мосе. Аура направилась прямо в Пагоду Хунцзюнь, и, создав звук «Ом», башня мгновенно увеличилась в несколько раз. Она светилась многочисленными лучами золотого и белого цветов, которые состояли из чистейшей Ауры. Этот свет, состоящий из чистой Ауры, направился прямо к точке Байхух (1) на голове Цзюнь Мосе.

Спокойное тело Цзюнь Мосе вдруг затряслось, а лицо его дрогнуло под воздействием атаки. Его Байхух внезапно открылся в одну секунду, а так как Пагода Хунцзюнь установила связь с этой точкой, то подавляющая сила Ауры бесцеремонно направлялась через тело Цзюнь Мосе и к его точке Байхух!

После увеличения Пагоды Хунцзюнь, Аура начала сходиться к его телу так, будто его засасывал большой кит. Вся Аура, которая была рассеяна в окружающем районе, теперь была поглощена Пагодой Хунцзюнь. Хоть она и создавала лавину в этом процессе, но она исчезала в теле Цзюнь Мосе, не оставляя следа в окружающем мире. Меридианы тела Цзюнь Мосе еще не оправились от напряжения, но Пагоду Хунцзюнь не остановить! После того, как она поглотила этот всплеск Ауры, она выплеснула свежий поток Ауры в атмосферу. Затем она снова начала вращаться и снова поглотила Ауру... Снова, снова… И снова!

Того факта, что Малыш Белыш все еще был умышленно в руках Цзюнь Мосе, было достаточно, чтобы рассуждать, что эта Аура была, возможно, чистейшей формой Ауры. Уже пройдя процесс фильтрации Пагодой Хунцзюнь, это доказывало, что Аура являлась полезной для зверя. На самом деле, что касается Малыша Белыша, то преимущества этой ауры были вне всякого сравнения! В этот момент шерсть Малыша Белыша ярко вспыхнула, когда он дважды прогудел от боли. Тем не менее, казалось, что зверь знал, что это была большая возможность для него, так как он, казалось, насильно сдерживал боль, которая заставляла его кости буквально трястись. Вскоре он облез, мех с него посыпался, оставив только голые плоть и кожу, даже его ресницы начали падать, как листья деревьев от осенних ветров!

Зверек издал еще несколько звуков, затем он вздрогнул, его голое тело продолжало дрожать от боли, но он не удалился от тела Цзюнь Мосе. Вскоре его тело начало обрастать новым слоем шерсти с такой скоростью, которая была видна невооруженным глазом, и вскоре, его новая шерсть выросла даже длиннее той, которая была сначала…

Он медленно потянулся, при этом процессе раздался треск. Затем Малыш Белыш медленно открыл глаза, расслабив свое тело, а затем встал на четыре лапы прямо перед телом Цзюнь Мосе. Он радостно посмотрел на свое тело, а затем обежал пять или шесть кругов вокруг Цзюнь Мосе, потом он внезапно остановился и благодарно склонил голову. Затем он высунул свой крошечный язык и начал заботливо вылизывать свою новую шерсть, будто собака в парке.

Это драматическое движение, происходящее внутри тела Цзюнь Мосе, оставило очень ненормальный эффект во внешнем мире, который ощущался во всем городе Тянсян и заставил всех паниковать!

Непреодолимая Аура, которая разбила окна почти каждого дома в городе, внезапно исчезла бесследно, что заставило всех пооткрывать от удивления рты: - Какое существо способно создать такой потрясающий импульс?

Невидимый вихрь Ауры занял почти десять миль, так что фактически превратился в «запретную» зону для внешнего мира!

Правду говоря, даже у Духа Суань не было бы смелости войти в эту зону и искать источник этой аномалии! Несмотря на то, что всем было интересно узнать о происхождении этой бури, никто не хотел рисковать своей жизнью и зайти в эту запретную зону!

Так всегда было, мир реагирует таким образом на опасность.

~ Внутри Зала Великолепных Драгоценностей ~

Белый бородатый мужчина стоял под крышей здания с двумя другими мужчинами рядом с ним, а именно Му Сю Тонгом и Сяо Ханом.

– Такие навыки… Я боюсь, что это существо уже превысило уровень Духа Суань...

Лицо девятого старца четко отражало потрясенное состояние его ума:

- Я никогда не думал бы, что такая фигура могла существовать в городе Тянсян!

Оба человека рядом с ним были очень удивлены. Сяо Хан спросил:

– Девятый старец, если этот человек сильнее, чем Дух Сюань, тогда есть ли еще какие-то силы выше его?

– Сильнее? - девятый старец мягко покачал головой и ответил с торжественным выражением в глазах:

– Слова «сильный» недостаточно, чтобы описать уровень, которого этот человек уже достиг… Вы не сможете понять это, учитывая ваш уровень…

В глазах девятого старика появилась капля страха, но затем быстро исчезла. Му Сю Тонг и Сяо Хан с недоверием уставились на пустоту!

~ За пределами города ~

Три взвода приближались к городу Тянсян, но столкнувшись с этой аномалией, все трое сразу же приказали своим командам остановиться и устроить привал.

Маленькая принцесса города Серебряной Метели выбралась из ее экипажа, накинула вуаль, которая закрывала ее лицо, и присоединилась к старейшинам:

– Третий Дедушка, почему мы остановились? Мы должны двигаться дальше... Мы ведь еще не добрались до места назначения.

Третий старейшина и шестой старейшина, оба почувствовали потрясение в мире, и спонтанно посмотревши друг на друга, увидели одинаковый ужас в глазах друг друга!

Шестой старейшина почесал бороду пальцем, затем сказал:

– Тот импульс, который мы ощущали ранее, явно не из-за боевых действий. Однако если бы один человек был способен набрать такой мощный импульс, то его силе было бы невозможно противостоять, она слишком велика. Я не могу представить, кто мог бы быть таким сильным, чтобы создать такое удивительно ужасное действие… Может ли кто-то подумать о том, кто имел возможность быть таким источником? Брат, вполне возможно, этот человек выше девятого уровня питомца…

Затем он сделал паузу, покачал головой и улыбнулся:

- Если это так, тогда мы, похоже... Ягнята в логове тигров, если не хуже...

Третий старец сморщил брови и ответил:

– Если присутствует тигр, то мы, конечно, больше, чем ягнята… вам не кажется, что вы должны искать лучшую метафору, возможно, что-то связанное с драконами?

Шестой старейшина долгое время молчал, а затем сказал:

– Третий брат, я никогда не ощущал себя так ужасно во времена всех моих путешествий... Я боюсь, что этот человек уже превзошел уровень Духа Сюань...

Третий старейшина вздохнул:

– Я тоже никогда не видел ничего подобного, и хотя я тоже думаю, что он уже пересек уровень Духа Сюань, это не обязательно должно быть чем-то плохим. Этот человек уже превзошел могущество смертных! Таким образом, даже уровень питомца не может иметь никакого значения в глазах такого человека. Возможно такое, что этот человек может уединенно жить в городе Тянсян, и мог бы выпустить свой импульс, чтобы отпугнуть приближающуюся армию, чтобы сдержать и отпугнуть ее. Вполне возможно, он просто не хочет, чтобы его беспокоили. Но даже, если такая сильная личность живет в городе Тянсян, мы должны быть очень осторожны! Мы просто не можем позволить себе совершить хотя бы один неверный шаг, или совершить кровопролитие без причины. Иначе, я боюсь, что это божественное существо может не позволить нам вернуться обратно в город Серебряной Метели живыми!

– Слова Третьего брата имеют большой смысл, поэтому мы сделаем так, как вы говорите..., - шестой старейшина нахмурился.

– Во всяком случае, это не значит, что этот человек будет разгуливать по улицам города и торговым площадям...

– Да, все верно. Я сильно чувствую, что даже существо с самым высоким уровнем не будет иметь никакого значения в глазах такого существования.

Третий старец поднял голову с воспламенившейся искрой возбуждения в его глазах:

– Если бы мы смогли встретиться с этим человеком, тогда он мог бы даже поделиться с нами информацией, которая могла бы быть безумно ценной… пока у нас есть шанс встретиться с этим человеком, любой риск этого стоит!

Шестой старейшина вздрогнул от мысли, но затем взволнованно кивнул и сказал:

– Да, на самом деле, я не думаю, что он был бы заинтересован в каких-то материальных благах как богатство, слава... Итак, как мы сможем найти такое существо?

– Трудно судить о темпераменте такого существа, поскольку мы никогда раньше не встречали таких, как он…, - две пары их глаз продолжали смотреть на город Тянсян с чувством пылкой страсти внутри них.

Полк империи Ю Тан также направлялся в город Тянсян, когда Фэй Мин Чэнь попросил войска остановиться и мрачно посмотрел на город:

– Я никогда не думал, что город Тянсян может стать резиденцией чего-то более сильного, чем Дух Сюань... Да, эта сила была определенно сильнее Духа Сюань! Кажется, в мире есть еще много вещей, которые выходят за рамки моего восприятия!

Чжао Цзянь Хун был на коне. Он холодно посмотрел на своего спутника и сказал:

- Учитель государства, о чем ты говоришь?

Хотя Чжао Цзянь Хун был известным генералом, но его уровень развития Сюань Ци был не очень высоким. Пускай он знал, что в мире есть божественные существа, но его понимание этих вопросов было очень примитивным. Фэй Мин Чэнь выглядел чрезвычайно мрачным и все еще был в шоке после ужасающей силы, воздействие которой он только что ощутил. Но затем следующий вопрос сделал все еще хуже:

– Чжао Цзянь Хун, вы все еще подозреваете меня в смерти Цзюнь Ву Хи?

–Почему я не должен вас подозревать? Во время этих четырех сложнейших и унизительных сражений, вы пропали без вести с должности учителя государства. Осмелюсь спросить вас, учитель государства, где вы были в такое опасное время? - лицо Чжао Цзянь Хун выглядело невозмутимо.

– Когда враг был впереди, если бы я получил шанс убить Цзюнь Ву Хи, тогда я бы не стеснялся претендовать на эти победы! Но он был убит на последней секунде нападения, иначе он бы выиграл сражение!

Чжао Цзянь Хун понизил свой голос, затем он зарычал низким тоном:

– Весь континент говорил, что Чжао Цзянь Хун был всего лишь счастливым генералом… Счастливым генералом!.. Можете ли вы понять, насколько это унизительно для такого человека, как я?

– Является ли честь более ценна для вас, чем ваша страна? – брови Фэй Мин Чэня поползли вверх.

(1) Байхух - точка в черепе человека, где сотни точек при лечении иглоукалыванием совпадают.

Глава 143.Исчезновение Инь и Ян!

– Является ли ваша честь более ценной для вас, чем страна? – брови Фэй Мин Чэня поползли вверх.

– Честь, затрагивающая личность солдата? - Чжао Цзян Хун печально улыбнулся. - Да. И я уже говорил вам, но вы не можете это понять. Вы настолько сильны и могущественны, и никогда не сможете понять, что такие люди, как я, заботятся об этом. Вы никогда не заботились об уважении солдата, вам ведь важен только результат, верно?

Фэй Мин Чэнь мрачно рассмеялся и, указывая на город Тянсян, сказал:

– Вы не глупый и вы не очень сильный. Но даже вы можете почувствовать, что если бы сила, подобная той, которую мы только что ощутили, участвовала в войне, то тогда такая сила могла бы легко создать Золотую империю за очень короткий период времени, и смогла бы объединить весь континент под одним знаменем! Это, очевидно, стало бы концом для нас. Что бы тогда могла сделать ваша военная честь? Как учитель государства, мне нужно смотреть за пределы вашей педантичной военной чести! Что касается смерти Цзюнь Ву Хи, я не имею к этому никакого отношения! И даже если бы я должен был бы убить его ради Империи Ю Танг, я бы все равно остался при здравом уме.

Осанка Чжао Цзянь Хуна была ровная, будто копье, а затем он слегка повернулся и холодно заявил:

– Вы пускаете огненные стрелы за спинами людей и при этом вы все еще утверждаете, что сохраняете здравый смысл? Это просто показывает, что у вас нет ни этики, ни чувства нравственности.

Фэй Мин Чэнь попытался контролировать свой характер. [Что за человек? Я за всю свою жизнь не встречал такого безмозглого человека. Каждый раз, когда мы приходим к этой теме, он начинает так себя вести... Прошло уже десять лет после той войны, а он все равно не может смириться и принять все это...]

А в лесу Тянь-Фа, колона жестоких солдат неуклонно пыталась выбраться из леса, делая шаг за шагом!

Группа этих людей была одета в очень рваную одежду, правду говоря, у большинства из них одежда едва прикрывала тело. У большинства мужчин был только мех животных, который они носили только для того, чтобы прикрыть их промежности, а их тела были усеяны шрамами с ног до головы. Более дюжины шрамов, а то и больше, на теле каждого не давали понять, каков же их настоящий цвет кожи. По шрамам на их телах было понятно, что эти люди несколько раз были почти доведены к дверям смерти!

Было очевидно, что эти люди хладнокровные: ноги некоторых мужчин были тяжело ранены, но они твердо стояли на ногах и упорно шли вперед, отказываясь принять помощь от своих товарищей. Раненые мужчины волочили свои тела, но они даже не отставали от остальной части группы, никто не использовал никакой поддержки, даже не использовали костыли!

Хотя их тела выглядели истощенными, их дух был на высоте! В каждой паре глаз читалась резкая решительность, и сотни людей из этой колоны было достаточно, чтобы пристыдить любой другой взвод. Если бы их оставили на поле битвы, они вполне могли сойти за посланников смерти, как минимум!

У каждого человека, без исключения, была сумка на спине, и даже мужчины с травмами несли такие. Каждый раз, когда какой либо мужчина прикасался к своей сумке, в его глазах вспыхивала гордость. Было очевидно, что они несли свои трофеи!

Они решительно шли шаг за шагом в сторону города Тянсян, хотя двигались они медленным темпом, шаги их были достаточно твердыми и устойчивыми. Хотя их глаза говорили о срочности, шаги их все еще были устойчивыми и ни один мужчина не шатался во время передвижения.

Эти люди были выжившими из трех сотни воинов семьи Цзюнь, которых Цзюнь Мосе отправил в лес Тянь-Фа с учебной самоубийственной миссией. Если эти люди были как металлическая руда всего несколько месяцев назад, то теперь они были закалены как сталь! Если они были тогда стальными, то теперь они представляли собой самое острое и смертоносное оружие!

Внезапно, две тени взметнулись над лесом Тянь-Фа, эти объекты летели к городу Тянсян так быстро, что слышен был резкий пронзительный звук. Однако обитатели этих летающих объектов никогда не видели людей в лесу Тянь-Фа, так как темнота леса укрывала тех.

Цзюнь Мосе ощутил еще один всплеск Ауры, который пронесся по его телу, и казалось, что его меридианы лопнут под воздействием Ауры. Аура продолжала проникать сквозь его меридианы, она почти мгновенно заполнила их, но затем исчезла в Пагоде Хунцзюнь, почти как в бездонной яме. Затем вскоре Аура начала проникать назад в исступлении, а затем Пагода Хунцзюнь неожиданно приостановила прием Ауры.

Поток Ауры продолжал расти в его меридианах, но в гораздо более сжатой форме, и казалось, что теперь его меридианы заполнены полностью! В этот момент Цзюнь Мосе уже накопил достаточно Ауры, чтобы прорваться сквозь узкое место следующего слоя «Искусства разблокировки Небесной Удачи» и с легкостью удалось войти во второе состояние одним махом!

Если бы новая сила Цзюнь Мосе была измерена по стандартам всего континента, то он уже преодолел отметку десятого уровня Суань и вошел в царство Серебряного Суаня. Но с точки зрения ролей и функций его власти даже Дух Суань не смог бы противостоять ему!

Это было похоже на огромнейший шаг вперед!

Пагода Хунцзюнь сумела поглотить всю эту Ауру в течение нескольких мгновений, а остатки Ауры продолжали медленно стекаться в Пагоду! Аура была настолько массивной, что даже Пагода Хунцзюнь не могла переварить все это за один раз! Несмотря на то, что Пагода вдыхала океан Ауры, в ней не было никаких волн!

Цзюнь Мосе никогда не ожидал, что Пагода Хунцзюнь отзовется с такой ужасной силой на возбуждение, вызванное им! Он никогда не думал, что Пагода сможет сделать импульс достаточной силы, заставив весь мир вздрогнуть!

Однако это не означало, что сила Цзюнь Мосе была непревзойденной в этом мире. Пагода Хунцзюнь была древним и загадочным объектом, поэтому ее начальная позиция была настолько могущественной, и хотя сила Цзюнь Мосе заметно улучшилась, улучшение было только пропорционально его первоначальной силе.

Так как Пагода Хунцзюнь уже поглотила всю Ауру в атмосфере выше, во дворе Цзюнь Мосе все казалось совершенно нормальным. На самом деле казалось, что все осталось так, как прежде, но если бы кто-то вошел в его двор, тщательно ища перемен, то заметил бы изменений едва сделав первые шаги во дворе: вся земля была теперь на три дюйма ниже своего первоначального уровня! Полки, столы, стулья и табуреты, которые когда-то стояли во внутреннем дворе теперь исчезли, не оставив ни единого следа, будто лед растаял в воде.

На лице Цзюнь Мосе читалось чувство боли, и хотя он уже несколько раз пытался порвать связь между своей энергией и Пагодой Хунцзюнь, попытки не увенчались успехом, так как они были уже связаны очень крепко. Поскольку Цзюнь Мосе не знал, что происходит, у него не было другого выбора, кроме как терпеливо ждать.

Неожиданно Пагода Хунцзюнь снова проникла в его тело, и Цзюнь Мосе почувствовал резкую и сильную боль внутри своего мозга. Затем Пагода Хунцзюнь внезапно замедлилась, и лучи света, которые ранее окружали его, мгновенно исчезли. В тот же момент Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, что в его голове проецируется странный образ.

«Дни и ночи – это Инь и Ян, Небеса и Земля – это Инь и Ян, биохимические циклы существ - это Инь и Ян. Человек также является Инь-Ян с момента его возникновения. Сталкивался ли человек с везением или наоборот, и в зависимости от того, что человек решает показать, все это Инь и Ян. Все может быть скрыто, и все можно исследовать, потому, что все будет всегда оставаться... Инь и Ян».

Инь и Ян исчезли!

Цзюнь Мосе медленно читал каждое слово закона «Инь и Ян», размышляя над ними. Он начал понимать, что этот так называемый метод «исчезновения Инь и Ян» потребует много практики, но в конечном итоге может дать ему возможность скрывать свое тело где угодно и в любое время. Если фактически достигнув определенного уровня, этот закон может даже позволить ему скрывать свое тело в воздухе! Он мог сбежать в воду на сотни лет или даже похоронить себя в горах!

[Пагода Хунцзюнь определенно необычный объект. Я мог бы использовать ее вроде для...] Цзюнь Мосе вздохнул. Внезапно в его голове появилась идея: [Я мог бы использовать это, чтобы шпионить за красивыми женщинами, такими как моя прекрасная невестка...]

Как только эта идея пришла в голову Цзюнь Мосе, он плюнул на землю и вскрикнул:

- Цзюнь Мосе, ты мог бы быть мертв, но я все еще проклинаю тебя за такие мысли в твоей голове!

Если бы настоящий и теперь мертвый Цзюнь Мосе услышал его слова, тогда он, несомненно, остался бы обиженным и пожаловался бы: [Разве это не твои собственные мысли, Брат? Правда в том, что эти идеи твои собственные, и они не имеют никакого отношения ко мне! Так что перестань обвинять меня в твоем бесстыдстве...]

Цзюнь Мосе еще не до конца осознал, что этот закон об исчезновении Инь и Ян не так легко понять, как он предполагал! В мире всего пять элементов: металл, огонь, вода, дерево и земля, но понимание всех пяти элементов выходит за рамки понимания обычного человека. Основываясь на индивидуальной характеристике и способностях, человек мог только надеяться на достижение успеха только в одном из этих элементов.

Хотя этот закон об исчезновении Инь и Ян имел несколько ограничений, он был все еще успешен по сравнению с первым слоем «Искусства разблокировки Небесной Удачи», так как он позволил бы ему свободно спрятаться где-нибудь!

Но Цзюнь Мосе еще не осознал, что сила этого закона чрезвычайно редка и велика. Поскольку он получил это из Пагоды Хунцзюнь, он уже начал считать это само собой разумеющимся, но...

Если бы окружающий мир узнал о такой силе, все бы начали войну, ради того, чтобы завладеть этой силой. И ни один человек бы не постыдился попытки получить такую власть…

Цзюнь Вуй выглядел потрясенным, когда он осторожно снова вошел во внутренний двор, не зная, на что он наступит. Его способностей хватило, чтобы сразу заметить, что он шагал по земле, которая теперь находилась на три дюйма ниже ее первоначального положения! Пол не исчез, а земля под ногами все еще была твердой...

[Как это возможно? Пол был просажен на три дюйма.. что за ужаснейшая сила способна это сделать?!]

Это даже не самая странная вещь... Тот удивительный факт, что все цветы в саду остались полностью нетронутыми!

Такая интенсивная и мощная сила повлияла на этот двор, и даже ни один лист не пострадал... это просто слишком странно!

Но самый удивительный тот факт, что очень прочные и долговечные нефритовые стулья, на которых сидели наши восемь гостей, они просто испарились…

Земля проседает, вещи исчезают, но почему-то растения ни капельки не пострадали... как можно объяснить это возмутительное явление?!]

– Цзюнь Мосе. Это… - Цзюнь Вуй чувствовал, будто он находится во сне, когда он смотрел на своего племянника, ожидая, что тот сможет дать хоть какое-то объяснение всем этим странным явлениям.

Глава 144. Развитие Суань Зверя

Цзюнь Мосе только пришел в сознание, но его разум все же немного оставался в состоянии транса.

– Я тоже очень удивлен, Третий Дядя, поэтому не спрашивай у меня объяснений, потому что даже я загнан в тупик и точно не знаю, что происходит прямо сейчас...

Цзюнь Вуй снисходительно улыбался:

– Ну... Это было не так уж и плохо.

Цзюнь Мосе печально улыбнулся ему и сказал:

– Это не должно было быть плохо, - он сделал паузу, а затем добавил:

– Они это видели?

– Я их ошеломил, поэтому у них все ещё немного кружится голова.

Цзюнь Вуй вздохнул с облегчением:

– Это произошло так неожиданно, поэтому я не думаю, что они успели что-то заметить!

– Это действительно произошло очень неожиданно, но ты отлично справился с этим, дядя.

Цзюнь Мосе встал. Пагода Хунцзюнь была его самая большая тайна в этом мире, но кроме того, это была его страховка в жизни и что-то вроде опоры на его пути по лестницам успеха в этом мире. Он просто не мог раскрыть эту тайну никому, даже самым близким. Некоторые секреты предназначены для того, чтобы быть исключительно секретами одного человека.

Малыш Белыш был необычайно возбужден в этот момент, и все время бегал вокруг вперед-назад, и прыгал вверх-вниз. Он был так взволнован, что подпрыгивая в воздухе, он иногда делал сальто, при этом очень твердо держался на лапках и даже ни разу не упал на землю! В своём игривом настроении он подпрыгнул и схватил прядь волос Цзюнь Мосе и начал качаться туда-сюда на ней, продолжая наслаждаться моментом.

Цзюнь Мосе выглядел беспомощным в этой, явно затянувшейся игре, и попытался глазами намекнуть Малышу Белышу, что он слишком далеко зашел:

– Этот малыш не даст мне жить спокойно... Дядя, я думаю, сейчас пришло время разбудить их.

– Для начала нам нужно придумать какое-то реальное объяснение всех этих событий, чтобы они не заподозрили что-то необычное…- Цзюнь Вуй начал смеяться, но затем, после того, как он внезапно глянул на Малыша Белыша, его смех оборвался. В его глазах загорелась искра шока, и он выпалил:

– Как это вообще возможно? Он действительно так продвинулся! Это…. Как это даже возможно... Он был детеныш седьмого уровня всего несколько минут назад... А теперь!

Зрение эксперта Суань Неба, очевидно, было достаточно острым, чтобы увидеть небольшие различия в теле детеныша, и, используя вырвавшуюся нецензурную брань, он не мог не выразить свое удивление.

Учитывая характер Цзюнь Вуя, было очевидно, что он находился в состоянии сильного шока на данный момент, иначе он никогда бы не использовал такую брань. Правду говоря, если бы этот человек столкнулся бы с приведением – он бы не забыл о своих манерах!

[Породистый Сюань Зверь развивается... В таком маленьком возрасте?!

Это можно описать только одним словом... — это чудо!]

– Что ты говоришь?! - Цзюнь Мосе схватил маленького зверька, не обращая внимания на сопротивление, и начал крутить его снова и снова, чтобы осмотреть корпус:

– Кажется, все выглядит так, как прежде. Ах, или есть небольшие изменения...

Цзюнь Вуй молчал. [Я думаю, что мой племянник знает все ответы. Иначе он бы не задавал такие нелепые вопросы, не так ли? Развитие Суань Зверя видно, при одном только взгляде на него. Как он мог не заметить изменения до сих пор?]

Малыш Белыш казался довольно злым и постоянно скулил, бунтуя. В конце концов, теперь он был близок к тому, чтобы быть Суань Зверем наивысшего уровня, и даже если ему очень понравился Цзюнь Мосе, ему все равно не нравилось, когда с ним обращались таким образом! Презираемый Суань Зверь вполне мог повести себя как проигнорированная женщина!

Нужно сказать, что даже у Сюань Зверей есть свои ограничения: их достижения ограничены их талантами. Железнокрылые Пантеры, а особенно высокоуровневые, такие как этот малыш седьмого уровня, редко достигают вершины седьмого уровня в своей жизни. Переход на следующий уровень может быть возможен для них, но это очень сложная задача.

Что касается Железнокрылых Пантер, первой предпосылкой для того, чтобы они сделали прорыв, является тот факт, что их сила должна достичь своего пика в расцвете лет. Но как только Суань Зверь начнет стареть, им очень трудно сделать прорыв и выйти на новый уровень, так как даже если их сила достигает своего пика, их физическая сила имеет тенденцию к снижению из-за их стареющего тела. Однако даже если Суань Зверь может достичь своей максимальной силы в расцвете своих сил, его шансы на продвижение по-прежнему весьма ограничены, и это не обязательно означает, что зверь сможет успешно преодолеть барьер оценок. Но в случае, если зверь все-таки смог совершить прорыв, тогда он, скорее всего, привлечет внимание всего мира, так как зверь, скорее всего, принесет дорогостоящие сокровища в течение оставшейся жизни.

Детеныш Железнокрылой Пантеры редко когда мог совершить прорыв. Фактически, подавляющее большинство смогли достичь максимума своей силы на более поздних этапах своей жизни. Более того, для Железнокрылой Пантеры было очень редко достигать своего пика в годы своего расцвета!

Какое-то мгновение Цзюнь Вуй смотрел на чудо, как никто другой. Детеныш Железнокрылой Пантеры перед его глазами уже перешел на следующий уровень в таком маленьком возрасте, и весь мир, скорее всего, скоро узнает!

[Это из-за Мосе? Он просто лежал на теле Мосе, а потом он просто продвинулся вперед?

Больше никто не контактировал с этим малышом все это время!

Что происходит?

Чудо? Это чудо?]

– Это, прямо здесь... Это большое изменение, не так ли? - Цзюнь Вуй указал на тело малыша. - Твоя Аура дала ему силы развиваться, это из-за потрясающего эффекта... как мы будем скрывать это от остального мира?.. Этот детеныш Железнокрылой Пантеры восьмого уровня! - Цзюнь Вуй все еще не находил себе места.

На самом деле Железнокрылые Пантеры восьмого уровня, хотя и были крайне редки, но все же встречались. Но детеныш седьмого уровня, который достиг восьмого, - этот случай был беспрецедентным на всем континенте... — это было, конечно, беспрецедентно!

– Развитый или не развитый, это не мое дело, я ничего не знаю о том, что произошло здесь. - Цзюнь Мосе невинно развел руками. - Он просто продвинулся сам по себе… Что я должен делать с этим? Почему ты кладешь на меня ответственность за это?

– Ты просто притворяешься, что не знаешь об этом. - Цзюнь Вуй тяжело вздохнул и свирепо посмотрел на своего племянника. - Мы не можем быть беззаботными… Рано или поздно люди узнают, что этот детеныш вышел на восьмой уровень!

С одной точки зрения, даже Цзюнь Вуй был не осведомлен о преимуществах этого маленького детеныша, так как он не знал его ценности и безграничного будущего!

– Это не была абсолютная случайность... - Цзюнь Мосе знал, что его бесполезные и слабые оправдания не оставили ему много вариантом, так что молодой мастер Цзюнь уже размышлял о том, чтобы избавиться от этого зверя, пораженного аномалиями, так как он тоже знал, что люди вскоре узнают. Он уже думал о поиске доказательств того, что это животное беспокоит, а затем попытается отправить его подальше, так как на самом деле не слишком заботился о судьбе зверя!

– Что сейчас произошло? - Дугу Йинг снова вошел во двор, в то время как его все еще мучило головокружение. Его шесть братьев последовали за ним так же.

- Третий дядя, почему ты ударил меня? - Дугу Йинг не посмел бы даже слегка нагрубить Цзюнь Вую. И обратился к нему как к «Третьему дяде», так как братья Дугу с раннего детства всегда учили, что если они когда-либо надеялись добиться чего-то в своей жизни, то они никогда не должны говорить грубо с людьми, поскольку им еще нужно будет учиться у этих людей.

– Ударить тебя? Зачем? На днях вы попав сюда выпили моего вина, некоторые из этих винных кувшинов стоят все еще здесь, вы просто нанюхались этих запахов и вырубились. Я считаю, что это просто побочный эффект препарата... Но вы, ребята, действительно плохо себя чувствуете, не так ли? - Цзюнь Вуй смотрел на них с выражением крайнего презрения в глазах. - Ваша жизнь должна быть такая сложная. Я имею в виду, вы просто посмотрите на себя: семь больших и суровых мужчин, а падаете в обморок, потому что нанюхались вина, ха-ха...

Семь братьев подняли руки и почесали затылок одновременно, чтобы скрыть свое смущение: [Вот что случилось…]

Движения Цзюнь Вуя были настолько быстрыми, и его контроль над его силой был настолько изящным, что, несмотря на то, что семь братьев слабо видели, как он поднимался в воздух, они не смогли увидеть, как он напал на них. В настоящее время их ум был в таком хаосе, что даже упоминание этого вина напомнило им об его запахе и вкусе. Кроме того, и разумом, и телом они чувствовали себя так, будто они только проснулись с похмельем, так что подумали, что Цзюнь Мосе говорил правду и забыли обо всем остальном.

На самом деле они даже не поняли, что раньше не замечали бутылочек с вином во дворе...

Что касается новых изменений в оформлении двора Цзюнь, эти семь толстокожих братьев вряд ли могли все равно заметить что-то.

Дугу Сяо И была единственной, кто не собирался обманываться так легко. И вот когда она вопросительно сузила глаза, Малыш Белыш внезапно выпрыгнул из объятий Цзюнь Мосе и вскочил к ней на руки. Он продолжал носиться по ее рукам, как будто он пытался ей рассказать: [Госпожа, понимаете, я продвинулся, ничего себе, ха-ха-ха. Почему ты не довольна этим? У дяди чуть глаза не повыпадали!]

- Малыш Белыш, ты такой милашик! - Дугу Сяо И начала ласкать и лелеять своего питомца, когда ее глаза сузились в полумесяцы. Внезапно она почувствовала себя очень счастливой, будто бы никогда раньше не видела своего любимца. Она была так счастлива и взволнована.

Шоу Малыша Белыша было абсолютно напрасным. Несмотря на то, что молодая девушка хотя и была довольно умной, но из-за ее ограниченного знания она понятия не имела, что маленький детеныш развивался.

– Вы, семеро, следуйте за мной. - Цзюнь Вуй начал передвигать свое кресло-коляску. - Давайте посмотрим, чему вас научил Дугу Вуди.

Семь братьев взволнованно посмотрели друг на друга. Они с уверенностью могли сказать, что Цзюнь Вуй обратился к ним так, будто он собирался их чему-то научить.

Один из братьев Дугу немедленно стал позади кресла-коляски Цзюнь Вуя, и начал толкать её. На самом деле, он был очень осторожен, когда вез его, для того, чтобы быть уверенным, что он мягко и плавно везет на кресло-коляске Цзюнь Вуя, чтобы тот не почувствовал никаких ударов или кочек.

Когда все семеро ушли со своим дядей, увлекшись его достоинствами, Цзюнь Мосе, наконец-то, вздохнул с облегчением.

– Мисс Дугу, я до сих пор помню, что я вам должен, - Цзюнь Мосе выпрямился, с улыбкой сказав это.

Глава 145. Первый нож Тянсян

В тот момент, когда он упомянул об этом, сомнения сразу же исчезли из сознания Дугу Сяо И, и она надула губы:

- Ты плохой парень. Ты выманил этот кусок металла у меня, так что теперь ты должен мне нож!

Она сделала паузу, а затем продолжила очень сердитым тоном:

- Если нож будет недостаточно хорош, и я буду им недовольна, тогда это не будет считаться.

Несмотря на то, что она пыталась казаться сердитой, она все же оставалась застенчивой. В конце концов, это будет впервые, когда она получит подарок от парня как девушка. Однако она все равно боялась, вдруг он не подарит ей…

- Это значит, что Цзюнь Мосе должен изготовить нож, который будет достаточно хорошего качества, чтобы он тебя устроил, - сказал Цзюнь Мосе и улыбнулся, вставая.

Затем он пошел в свою комнату и очень быстро вернулся, держа в руках нож.

Футляр ножа был очень изящно изогнут, и луковый кожаный футляр казался почти невесомым в руках Цзюнь Мосе. Но каждый мог смело сказать, что внешний вид оружия был, как минимум, обманчив. Элегантный и легкий на вид нож, казалось, полностью противоречил твердому на ощупь лезвию внутри.

Дугу Сяо И оружие понравилось сразу же, как только она его увидела. И она смотрела на Цзюнь Мосе чертовски большими глазами, ожидая, что он представит оружие.

Цзюнь Мосе заметил ее выражение лица и медленно вытащил нож из рукоятки. Нож не издавал ни звука, пока его вытягивали из футляра. Лучи света отбивались и мерцали на поверхности лезвия. Создавалось впечатление, будто Цзюнь Мосе держал блестящую реку, которая непринужденно текла по галактике.

- Карманный нож. Пальцы Цзюнь Мосе слегка поглаживали лезкие ножа, когда он сказал: - Это карманный нож, который можно спрятать в рукаве. Так как это первый нож такого рода в городе Тянсян, я назвал его «Первый нож Тянсян»!

- Первый нож Тянсян! Это очень милое имя, – блестящие глаза Дугу Сяо И были сфокусированы на лезвии в руках Цзюнь Мосе, и она с нетерпением ждала, когда сможет взять нож в свои руки. [Хмммм, как мог получиться такой красивый нож из того уродливого куска металла? Все-таки хорошо, что материал попал в руки Цзюнь Мосе. ]

- Изгиб, длина и вес этого ножа идеально подходят для сокрытия его в рукавах. Взгляни и примерь, подходит ли он к твоим рукам? Цзюнь Мосе осторожно протянул ей нож.

- Он действительно очень красивый. Ты действительно хочешь подарить его мне? - Дугу Сяо И взяла нож и начала крутить, и переворачивать его по-всякому. Некоторое время она держала нож в руках, затем она слегка повернула голову и выжидательно посмотрела на Цзюнь Мосе.

- Конечно. Тебе нравится он, мисс Дугу? - Цзюнь Мосе слегка улыбнулся ей.

- Разумеется, да, - Дугу Сяо И застенчиво отвела взгляд вниз. - Но ты даешь мне такой прекрасный нож, а мне нечего дать тебе взамен...

- Я задолжал тебе этот нож, так что тебе ничего не нужно давать мне взамен, - Цзюнь Мосе почти рассмеялся. [Эта маленькая девочка такая наивная.]

- Пусть будет так, - Дугу Сяо И закусила губу, казалось, нерешительно. Она сняла тонкую цепочку с шеи и положила ему в руки небольшой нефритовый кулон. - Я... Я... ... Я дам тебе это взамен, - голова Дугу Сяо И все еще была наклонена.

- Спасибо, - Цзюнь Мосе получил кулон в «очень заслуженный» способ.

Мало кто мог понять, из-за своего чрезвычайно низкого эмоционального фактора, что у этого подарка был особый смысл. Что касается Цзюнь Мосе, то для него этот маленький кусочек нефрита был наименьшей возможной компенсацией, которую он мог получить за удивительно изысканный и уникальный нож, который он создал для нее.

Учитывая форму ножа, он не будет сопротивляться ветру. И когда он будет использоваться, кривизна лезвия будет скользить по воздуху с такой степенью, что он останется скрытым даже во время действия. Хотя это было женское оружие, но оно все же было чрезвычайно острым и цепким. Очевидно, с его точки зрения, крошечный кулон, который он только что получил от нее, не был равноценным обменом для его ножа.

- Этот нефрит... ты, ты... - когда она положила кулон в его руку, она стала еще более застенчивой и начала заикаться, не в силах правильно выразить свои мысли.

- Мисс Дугу хочет что-то сказать? О, и я полагаю, что мисс Дугу должна быть очень умелой в использовании ножей? - Цзюнь Мосе лукаво улыбнулся. Он использовал только около двух десятых металла, чтобы создать этот нож, в то время как остальная часть была использована, чтобы сделать метательные ножи. Поэтому он, естественно, не собирался дарить ей этот нож.

-Ножей? Ну, конечно, - Дугу Сяо И услышала его слова, и не могла не покраснеть. Но так как Цзюнь Мосе также поставил под сомнение ее мастерство, она взволновано сказала:

- Я могу показать, так что увидишь.

Ей уже очень трудно было стоять перед Цзюнь Мосе после обмена подарками с ним, поэтому она отошла назад, подняла руку, замахнулась ножом и продемонстрировала свои навыки.

Хоть ее и обучали традиционными способами этого мира, но ее движения намного уступали навыкам Цзюнь Мосе. Несмотря на то, что лезвие было спроектировано точно так, чтобы удобно укладываться в маленькие руки женщин, лезвие оказалось длинным и тяжелым для ее рук. На самом деле необычный нож внезапно показался совсем обычным, когда она использовала его, чтобы продемонстрировать свое мастерство.

Цзюнь Мосе наблюдал, как она практикуется, а затем вздохнул. С тех пор как он был подвергнут тренировкам под руководством Цзюнь Вуя и Цзюнь Чжан Тиана, он понял, что люди в этом мире придавали слишком большое значение культивированию своего навыка Сюань Ци, но в тоже время и почти не обращали внимания на свои навыки в целом. Очевидно, что до тех пор, пока их уровень Сюань Ци был выше, чем у противника, они могли бы одолеть врага грубой силой, но все равно были бы уязвимы в некотором смысле, поскольку они были не очень хорошо оборудованы для борьбы с хитрыми противниками. Для людей этого мира было почти невообразимо, что кто-то Серебряного уровня мог победить кого-то Духа Суань, просто используя лучшую тактику...

Именно этот миф привел к понятию: «Любой, кто является Серебряного уровня, является муравьем!».

Однако даже в этом мире, когда два человека одинаковой силы столкнулись бы друг с другом в бою, победителем, неизбежно, был бы тот, чьи навыки и методы превосходили навыки другого в целом.

Это было особенно важно в случае женщин, таких как Дугу Сяо И, поскольку, если они попытались найти конкуренцию на основе чистой силы, то они потерпят неудачу.

Врожденная сила женщины меньше, чем у мужчины: другого мнения не существует!

- Жевание, ох и ах, - Цзюнь Мосе вздохнул и убедился, что Дугу Сяо И прекрасно его слышала, - это хорошая техника владения ножом.

- Ты думаешь, что я хорошо владею ножом? - Дугу Сяо И выпрямилась, глядя на Цзюнь Мосе с блеском в глазах.

- Да, но этого будет недостаточно. Проблема не связана с ножом, но связана с его тупым использованием.

Цзюнь Мосе резко взял нож с ее рук и отступил по диагонали назад. Он немного прицелился и бросил нож, демонстрируя свои навыки. Несмотря на то, что мастерство, которое он показал, было изящным и, казалось бы, безвредным, этого было вполне достаточно, чтобы отбросить от четырех до пяти противников в бою.

- Это прекрасная техника! - Дугу Сяо И аплодировала, в то время как в ее глазах читались страстные нотки.

- Первый закон карманных ножей: карманный нож кидается мягко, - Цзюнь Мосе остановился, улыбнулся и добавил: - Карманные ножи имеют в общей сложности девять ударов. Говорят, что душевный танец карманного ножа является лучшим законом... Ты хочешь научиться этому?

- Конечно! - Дугу Сяо И почти вскочила, она встала прямо напротив Цзюнь Мосе. - Научи меня.

Поскольку в этот момент они были очень близки друг к другу, лицо Цзюнь Мосе обдало душистым ароматом горячего дыхания Дугу Сяо И. Когда Цзюнь Мосе вдохнул сладкий аромат тела Дугу Сяо И, он начал чувствовать себя странно обмякшим.

Он тут же отпрянул назад, а затем подумал про себя: [учи, просто научи, чего ты боишься?], а затем он снова сделал шаг вперед.

Дугу Сяо И видела, как он покраснел: [Я никогда не могла подумать, что такой известный развратник города Тянсянь будет уклоняться и краснеть от простого запаха женщины!]. С такой мыслью в своей голове она сознательно приблизилась к его телу, надеясь подразнить его. Но когда она двинулась вперед, ее тело приблизилось так близко к Цзюнь Мосе, что их губы почти соприкоснулись друг с другом...

В этот момент Цзюнь Мосе только дернулся назад и вернулся туда, где стоял прежде, и внезапно был потрясен - их губы мягко контактировали друг с другом. В то время как их округлившиеся глаза шокированно смотрели друг на друга… Затем нож выскользнул из рук Дугу Сяо И и упал на землю, а весь ее разум был в состоянии полной бездеятельности, в то время как все ее тело застыло, и она была не в состоянии найти выход.

Цзюнь Мосе только двинулся вперед и почувствовал мягкое прикосновение ее губ вместе с ее сладким ароматом, но все еще не смог понять и осознать смысл происходящего. Подсознательно он высунул язык и облизнул ее верхнюю губу, ощущая чувство удовольствия, он не мог не почувствовать ее нижнюю губу…

-Ах! - Дугу Сяо И вскрикнула, а ее затененное лицо внезапно покраснело. Казалось, что все ее тело просто горело, так как даже кожа на шее тоже стала красной. Она закрыла лицо руками, присела и начала тяжело дышать, но не громко. [Он, он поцеловал меня!]. Ум Дугу Сяо И был в состоянии полной суматохи. [Он дал мне нож, я дала ему свой нефритовый кулон, а потом он поцеловал меня... Я, я, я, я, я…] .

Это была случайность. Действительно, это просто была случайность. Цзюнь Мосе был немного смущен, так как это он своими подсознательными действиями начал целовать ее. Его положение учителя непреднамеренно переросло в положение жулика, хотя он того не осознавал…

Малыш Белыш видел действие, произведенное языком Цзюнь Мосе, и не мог не волноваться. Он мгновенно вскочил в объятия Цзюнь Мосе и затем облизнул губы таким же образом, сначала верхнюю, затем нижнюю.

[О Боже! Я на самом деле просто подвергся нападению этой мелочи…] Цзюнь Мосе быстро схватил детеныша и отбросил его. Перед лицом таких неприятностей Цзюнь Мосе, казалось, потерял свои чары.

- Мисс Дугу, тебе, тебе нужно встать... Если ты и дальше будешь сидеть с закрытыми глазами, то, как ты узнаешь, как правильно метать ножи? - Цзюнь Мосе попытался спасти ситуацию.

-Я не встану! - Голос Дугу Сяо И звучал как гул комара. - Ты, ты... плохой... Как ты можешь называть меня мисс Дугу после того, как ты обошелся со мной?

Глава 146. Посланники из двух стран

- Я немного в замешательстве, что такого я сделал? - Цзюнь Мосе почесал волосы на затылке, - тогда как я должен обратиться к тебе?

- Да ты и сам знаешь! - Дугу Сяо И топнула ногой [я никогда не видела такого идиота!]

- Знаю? - Цзюнь Мосе нахмурился, размышляя, но потом он заметил внезапное и легкое движение.

Дугу Сяо И немного расправила пальцы, которыми закрывала глаза, чтобы тайно наблюдать за Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе, наконец, начал понимать: [Ах, теперь кажется, наши отношения меняются. Я пытался учить ее, так что теперь наши отношения меняются до уровня мастера и ученика...]

- Малышка, теперь моя ученица, так что поторопись и вставай, твой учитель ждет, чтобы научить тебя изысканным правилам.

- Ты не мой учитель! - Дугу Сяо И не вскочила, как он ожидал, вместо этого она протянула ногу и топнула ею. Более того, она не остановилась на этом и продолжила топать ногами еще несколько раз:

- Почему ты думаешь, что достаточно знаешь, чтобы быть моим учителем?!

Цзюнь Мосе был пойман врасплох, так как он никогда не ожидал, что его ученица будет вести себя таким возмутительным образом. Он поморщился и сказал:

- ...Прояви уважение к своему учителю!

- К черту тебя! Думаешь, что можешь прикрываться этими «правилами метания ножа», чтобы использовать меня? Я говорю тебе: - Я не хочу изучать твои тупые правила метания ножа. Ты просто подлец! Достаточно!

Дугу Сяо И казалась такой взбешенной, что казалось, что она набросится на него и своими когтями разорвет его на части! [Я такая злая! Ты плохой парень! И болван! Ты такой глупый, неромантичный идиот!]

- Это нелепо! Почему это я подлец? И почему я плохой парень?! - Цзюнь Мосе был полностью ошеломлен и не мог понять. [Что за большая несправедливость... Предыдущий Мосе был плохим парнем, но я был ни чем иным, как спасителем для семьи Цзюнь... Зачем мне все это терпеть…

Я действительно не знаю, что это за девушка... Я просто помог ее маленькому питомцу развиваться, а затем я дал ей такой хороший нож, и теперь я даже пытаюсь научить ее как им владеть, но она все еще говорит мне подобные вещи... Это несправедливо! Я уже сказал ей, что поцелуй был случайностью! И это не выглядит так, будто это был ее первый поцелуй. Даже, если это был ее первый раз, то это был и мой первый раз тоже… Так что кто тут действительно в растерянности - так это я…

Подожди минуту?! Она думает, что мне это интересно, раз я поцеловал ее?] Все тело Цзюнь Мосе вздрогнуло, когда он понял, что в отличие от мужчины, тело женщины начинает становиться зрелым в возрасте шестнадцати лет... [Надеюсь, нет…. Я еще не вдоволь насладился своими холостяцкими днями...]

- Не обращай внимания, быстро научи меня, как правильно обращаться с ножом! Надеюсь, ты действительно умеешь, а не просто хвастался! - она торопливо топнула ногой, а затем закусила губы. Хотя она хотела уйти, она этого не сделала. Ей удалось организовать встречу с ним, несмотря на все трудности, которые возникли, и даже когда ее семь братьев сопровождали ее...

[Я понятия не имею, когда мы сможем встретиться снова... Но этот идиот...] Дугу Сяо И почти готова была заплакать. [Этот идиот... Он, он поцеловал меня... Даже мои родители никогда не целовали меня в мои губы и... Кроме того, поскольку он такой знаменитый развратник, я уверенна, что он целовал много женщин раньше. Это было не в первый раз у него...]

Несмотря на то, что Дугу Сяо И вела себя как нормальная девочка-подросток в данной ситуации, нормальный человек все равно никогда не сможет понять ее мысли!

- Ты заставляешь меня учить тебя после того, как ты неуважительно относишься ко мне? Может, ты думаешь, что я тебе что-то должен или что? - Цзюнь Мосе закатил глаза, когда прикрикнул на нее.

Она уставилась на него своими большими круглыми глазами, которые внезапно покраснели, а затем из глаз стали капать слезы.

- Ты пугаешь меня...

В ее сердце затаилась безграничная обида. [Сначала этот ублюдок целует меня после того, как я дала ему свой нефритовый кулон. И вот теперь он кричит на меня! Мне нужно уходить. Никто не учил этого идиота, как ухаживать за девушкой?]

- Хорошо… - Цзюнь Мосе громко вздохнул, и чувствовал себя очень слабым внутри. [Боже! И почему эту девушку так сложно понять?] Наемный убийца был очень опытным в решении всех видов человеческих дел. Правду говоря, его опыт был очень, очень, очень обширным. Но ухаживать за девушкой было также сложно для него, как понимать греческий язык!

Малыш Белыш стоял в недоумении между ними и постоянно смотрел то на одного, то на другого. Даже питомец мог сказать, что двое из них спорили, но не мог понять, почему... ну или как бы он мог понять.

- Я хочу уйти... Дядя Цзюнь... Я собираюсь рассказать моему деду и дяде Цзюнь, что ты снова издеваешься надо мной... Я ненавижу тебя! Я тебя ненавижу! Дугу Сяо И снова заплакала и повернулась, чтобы уйти.

Цзюнь Мосе поспешно отдернул ее:

- Эй, не уходи... Я виноват, ладно?

Это был первый в его жизни случай, когда наемный убийца признавался в чем-то!

- Отпусти меня! Мужчины и женщины не должны касаться друг друга! Разве никто тебя этому не научил? - Дугу Сяо И надула щеки, наклонивши голову.

Цзюнь Мосе молчал. [Но в последний раз, когда ты начала распространять слухи, твои семь братьев приземлились прямо у меня на пороге. Если ты снова начнешь плакать, то кто знает... Может быть, твой дед лично приведет свою армию в мою спальню! Ах, Боже, за какие совершенные мною грехи я должен терпеть такую ужасную жизнь?]

-Хорошо, я научу тебя, - Цзюнь Мосе, казалось, умолял о пощаде... В своем собственном доме!

- Хорошо! – проворчала Дугу Сяо И.

- Во-первых, будь немного более чувствительной. Цзюнь Мосе вдруг понял, что его большая рука все еще держит ее руку, и он не мог не покраснеть от смущения. Тем временем голос Дугу Сяо И стал очень мягким и застенчивым:

- Тебе, тебе нужно отпустить мою руку…

Цзюнь Мосе отпустил ее руку и почесал голову. [Я действительно не знаю, что эта девушка пытается сделать? Всего лишь спустя несколько вдохов, ее настроение фактически поменялось из хорошего в плохое по крайней мере пять или шесть раз… Как такое вообще может быть нормально?] Очевидно, что тот факт, что человек может сильно поменять свой взгляд на происходящее, было вне пределов понимания Цзюнь Мосе… Слишком быстро… [Неудивительно, что люди часто говорят, что женщины - самые сложные существа в мире! Безусловно, это замечание верно, ах, их сложно понять!]

- Ладно, карманные ножи имеют в общей сложности девять видов ударов, - Цзюнь Мосе снова взял карманный нож и прикрепил его к подмышке. - Первый: мягкий бросок ножа… Цзюнь Мосе спешил научить ее, чтобы он мог побыстрее отправить домой эту девушку. Во всяком случае, то, чему он учил ее, было всего лишь правилами как пользоваться карманным ножом, а не каким-то очень глубоким военным законом. Но вот пребывание этой девушки здесь... это слишком большая задача.

- Второй удар называется…

- Третий удар называется…

Облако карманного ножа, танец карманного ножа, падающий гром, сверкание, руины, вселенная….

Дугу Сяо И казалась очень одаренной и была чрезвычайно умной. Кроме того, ее память была настолько хороша, что ей удалось запомнить все навыки всего за полчаса, хотя Цзюнь Мосе научил ее некоторым очень сложным позам. Однако когда казалось, что они закончили, она вдруг начала специально портить самые простые позы, которые у нее получались в совершенстве всего несколько минут назад. Естественно, Цзюнь Мосе должен был подойти ближе к ее телу, чтобы исправить ее позы, поэтому физический контакт был почти неизбежным...

Тело Цзюнь Мосе было очень крепким в физическом смысле, но он все еще истекал потом, пока обучал ее. Тем временем Дугу Сяо И, казалось, тренировалась в приподнятом настроении, ее щеки покрылись румянцем...

С точки зрения Цзюнь Мосе, задача была чрезвычайно сложной, но с точки зрения Дугу Сяо И, ситуация была вполне романтичной, между двумя влюбленными...

Однако, поскольку эмоциональный фактор июня Цзюнь Мосе близок к нулю, наемному убийце, очевидно, осталось только жаловаться небесам. [Она такая глупая! Почему я должен учить ее одному и тому же снова и снова?]

В этот момент неожиданно раздался шум из пушек, которые были вне резиденции Цзюнь. Почти оглушительный звук затем сопровождался звуками солдат, скакавших на лошадях, которые приближались к воротам резиденции Цзюнь.

Что происходит? - они оба задумались и невольно прекратили свое обучение. Цзюнь Мосе вытер пот со своего лица. Несмотря на то, что он был внутри спокоен, он почувствовал себя немного странно: [Для меня это упражнение было немного жестким. Но тогда как эта девушка могла продолжать? Эта маленькая девочка скрывает свою силу...? Как я этого не заметил?]

Он уже понял, что Дугу Сяо И была достаточно умна еще тогда, когда она смогла запомнить второй удар всего лишь с первой попытки. Но он не понял, что она намеренно выполняла движения неправильно, играла в этот момент. Весь процесс был ни капли не утомительным для нее… Все потому, что девушка явно была слишком занята, чувствуя себя застенчивой и счастливой, обучаясь у мужчины своей мечты...

- Государственный учитель Империи Ю Танг, Фэй Мин Чэнь прибыл в город Тянсян вместе со своим войсками. Он находится уже прямо за городскими воротами. Цзюнь Вуй был вывезен к воротам братьями Дугу.

- Кроме того, его сопровождает знаменитый генерал Империи Ю Танг, Чжао Цзянь Хун. Его Величество уже отправил великого князя, чтобы поприветствовать их в городе.

В тот момент, когда Цзюнь Вуй услышал имя «Чжао Цзянь Хун», в его глазах появился непривычный свет.

- Кроме того, главный специалист Суань Ци Империи Шэнь Цы также едет со своими войсками, и он также прибудет сегодня. Его Величество также отправит двух других князей, чтобы поприветствовать их. Его Величество готовится отправить трех князей, чтобы встретиться с посланниками из двух стран, - Цзюнь Вуй слабо улыбнулся.

- Расположение Его Величества уже может быть оценено как довольно хорошее, ах. - Цзюнь Мосе громко произнес. Он прекрасно понимал, что, несомненно, эти два посланника прибывают в город Тянсян со скрытыми мотивами. Но отправка трех князей, в полную силу, была, очевидно, очень хорошей мыслью Императора.

- Его Величество просто снова экспериментирует. Цзюнь Вуй снова улыбнулся, - не будет большим сюрпризом, если Император, в конце концов, выберет своего наследника до того времени, когда столица увидит конец этого события.

Цзюнь Мосе был несколько озадачен, и поэтому спросил:

- Почему ты так думаешь?

- Дипломатия - очень деликатная деятельность, и нужно давить только на правильные точки. Стремясь обрести власть, все трое князей попытаются получить поддержку соседних Империй, и их отношение будет диктовать, как они будут управлять этой страной в будущем. Отношение трех князей будет иметь очень сильные последствия в далеком будущем, так что это будет решающее испытание для всех троих.

Глава 147. Случайная встреча

Глаза Цзюнь Вуя были наполовину закрытыми, так как он чувствовал себя немного опьяненным после того, как ему удалось разрешить сомнения своего племянника. Цзюнь Вуй привык, что его племянник постоянно его исправлял. Редким событием была возможность передать свой опыт своему племяннику.

- Пойдем и посмотрим шоу, - Цзюнь Мосе прищурился.

Визит трех принцев был явно не к добру, и независимо от того, что имел в виду царь, он не доверил бы трем князьям сделать что-нибудь благоприятное для семьи Цзюнь.

Семь братьев семьи Дугу согласились в унисон. Дугу Сяо И также кивнула, продолжая держать Малыша Белыша на своих руках. Затем она медленно наклонилась ближе к Цзюнь Мосе и прошептала ему на ухо:

- Вся эта сцена останется нашей тайной, верно? Я не скажу никому об этом, и я прошу тебя о том же, - она остановилась на секунду, а затем продолжила:

- Если вдруг что, ты мне скажешь, да?

Цзюнь Мосе повернулся, чтобы посмотреть на нее. Когда он посмотрел в глаза молодой девушке, он ощутил в них тонкий след застенчивости и привязанности, но ее глаза все еще были полны решительности.

[Я решительно настроена никогда не причинять тебе вреда и я никогда не буду стеснять тебя]. Ее глаза ясно выражали эти слова.

В этот момент странное теплое чувство смягчило сердце Цзюнь Мосе и он, не сказав ни слова, погладил ее волосы рукой. Просто слова не нужны были в этой ситуации.

Хлоп! Цзюнь Мосе внезапно почувствовал силу, с которой чья-то большая рука ударила его по спине.

Дугу Чонг посмотрел на него красными глазами:

- Парень, ты думаешь, что можешь относиться к моей сестре как к дешевке, когда тебе вздумается? Если ты прикоснешься к ней снова, я отрублю тебе руку!

То мягкое чувство тепла, которое только что согревало сердце наемного убийцы, внезапно исчезло.

Дугу Сяо И наблюдала, как менялось выражение лица Цзюнь Мосе, но в качестве компенсации могла только виновато улыбнуться ему.

Когда они шли по переполненной улице столицы, братья Дугу намеренно держались между Цзюнь Мосе и их сестрой. Цзюнь Мосе шел очень быстро и постоянно менял направление, и вскоре ему удалось оторваться от других, и он исчез в толпе. Молодая девушка долгое время искала Цзюнь Мосе, но не смогла найти его. Она беспомощно взглянула на своих братьев и неодобрительно надулась. Малыш Белыш к этому моменту уже уснул у нее на руках. Несмотря на то, что питомец казался полным энергии после своей успешной эволюции, он на самом деле очень устал, так как процесс был очень трудным и болезненным. Но, поскольку он был очень взволнован, он не мог не прыгать, и теперь, когда все успокоились от мыслей о его будущем, он погрузился в глубокий сон, как и любой малыш. Очень глубокий и особый сон.

После того, как Цзюнь Мосе смешался с толпой, он смог, наконец-то, расслабиться. Несмотря на то, что он просто бесцельно бродил, он чувствовал себя так, будто с его плеч сняли большое напряжение, так как рядом с ним не было этой маленькой девочки, которая могла связать его.

Мало того, он понял, что его силуэт уже запечатлен в головке девушки, и хотя мнение о нем было не самым лучшим, это, безусловно, был очень глубокий отпечаток!

- Это тот парень снова, верно. Ха-ха, в последний раз, когда мы виделись, ты оскорбил меня, а затем развернулся и ушел. Но сегодня у тебя не получится просто уйти, - знакомый голос прозвучал с левой стороны от Цзюнь Мосе. Он обернулся и увидел мужчину средних лет, который шел к нему с улыбкой на лице. За ним следовали два телохранителя. Мужчина поднял руку, чтобы похлопать Цзюнь Мосе по его широким, но тонким плечам.

Цзюнь Мосе, ранее находившийся в этом теле, настолько разрушил его своими вредными привычками: едой, питьем и «развлечениями», что это сырое тело, когда его покинут, будет стоить не больше, чем мусор. После того, как наемный убийца начал жить в этом теле, максимум, что его обширная подготовка и поддержка Пагоды Хунцзюнь смогли исправить - только мышечную структуру тела. Что касается общего внешнего вида, его тело по-прежнему очень похоже на то, которая была оставлена развратником.

Цзюнь Мосе отпрянул назад и избежал его руки. Наемный убийца не привык к тому, что его случайно трогали случайные незнакомцы, поэтому был очень удивлен, понимая, что он рефлексивно не начал встречную атаку. Цзюнь Мосе поднял брови и сказал:

-И ты тоже.

Хоть он и увидел человека всего лишь мельком, наемный убийца быстро смог вспомнить, что это был тот самый человек, с которым он встречался в середине дождливой осени, когда решился на поход в маленький магазин. Это было как шанс... То был день, когда Цзюнь Мосе достиг пика девятого уровня Суань. Сегодня этот самый пик девятого уровня Суань привлек сильное внешнее вмешательство, поставив город Тянсян в сложную ситуацию. И сегодня он случайно снова набросился на этого самого человека. Цзюнь Мосе просто вздохнул, подумав, что мир действительно круглый... и маленький...

- Я не хочу, - мужчина средних лет, похоже, не обиделся на движение Цзюнь Мосе и засмеялся.

- Интересно, почему мы снова встретились в мире, в котором полном людей, братишка. Кажется, нам суждено встретиться друг с другом самой судьбой.

Цзюнь Мосе ощутил в этой ситуации забавный контраст. Он всегда использовал фразу «суждено встретиться самой судьбой», чтобы очаровывать Дугу Сяо И для извлечения пользы. И теперь этот большой человек внезапно использовал ту же самую фразу по отношению к нему. Фактически, он почти чувствовал, что ему досаждал этот большой человек. Цзюнь Мосе, наконец, почувствовал себя на месте Дугу Сяо И. [Но почему мужчина средних лет говорит об этом мне? Он интересуется мальчиками...?].

- Поскольку нам суждено встретиться друг с другом, как я должен тебя называть? - Цзюнь Мосе помнил, что он был в не очень хорошем настроении во время их прошлой встречи и неосторожно проклял человека.

- Хм... Ты пытаешься уклониться от пуль, дитя. В тот день, когда ты вошел в Таверну Старого Сонга, ты оскорбил этого старика, не так ли? - мужчина произнес это вслух.

-Ты сказал, что мое заветное вино недостаточно хорошо для тебя, разве это не оскорбление? А затем ты сказал, что нет человека, достойного пить за одним столом с тобой! Это предложение ясно указывало, что я недостаточно квалифицирован, чтобы быть в твоей компании... Это, безусловно, можно назвать оскорблением, не так ли? хммм...

Цзюнь Мосе внутренне воскликнул дважды, глядя на лицо этого «старика». Затем посмотрел на тело мужчины сверху донизу и догадался, что мужчине было не более сорока...

[Он утверждает, что он старик? Слово «старый» потеряло свое значение в этом мире? Ему лет тридцать... Сорок, в лучшем случае... И он уже называет себя «стариком»? Это немного странно…].

- Наконец-то осознаешь это? - человек средних лет лукаво улыбнулся.

-Если тебе действительно жаль, тогда как думаешь, может, ты должен извиниться за это?

Цзюнь Мосе остался безмолвным. [Этот человек реальный?]. Не имея возможности придумать что-нибудь еще, он ответил:

-Я бы извинился перед тобой, но быть бессовестным - это тренд в это время года.

- Кх…, - человек средних лет закашлялся на секунду, а затем рассмеялся.

- Только настоящий джентльмен способен проклинать другого человека так, чтобы это не выглядело грязно. Но как молодой парень, такой как ты, мог уйти от такого старика, как я?

- Десять лет могут быть такими же, как один, а один год может быть таким же, как десять. Если мы снова встретимся, и к тому времени я буду отцом семи или восьми детей, тогда я смогу утверждать, что я старик, но буду ли я действительно старым? Кто может сказать наверняка... - Цзюнь Мосе фыркнул в ответ.

- Ха-ха-ха... Так и должно быть, но перестань дразнить меня. Пойдем, выпьем вместе, - мужчина средних лет громко рассмеялся, а затем начал тянуть Цзюнь Мосе.

- Я тебя знаю? Что заставляет тебя думать, что ты можешь так легко вытащить меня выпить? - Цзюнь Мосе нахмурился.

- Если ты кого-то встречаешь случайно, ты всегда останавливаешься выпить, независимо от того, где ты находишься: на востоке или западе. Тогда почему я должен заботиться о твоей личности? - эксцентричный мужчина средних лет улыбнулся. - Поскольку мы согласились, что нам суждено встретиться самой судьбой, тогда почему мы не можем выпить несколько бокалов вина!?

- В чем-то ты прав! - Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, что у этого парня был талант к хитрым словам. Он внезапно почувствовал, что впервые за всю свою жизнь встретил кого-то, с кем он мог бы дружить. Естественно, Цзюнь Мосе было интересно теперь выпить с этим человеком.

На самом деле, в прошлой жизни наемный убийца никогда не имел много друзей, он всегда держался одиночкой...

- Ты ждёшь, чтобы посмотреть как Государственный учитель Империи Ю Танг, Фэй Мин Чэнь прибудет в город? - усмехнулся мужчина средних лет.

- Почему бы нет? Я думаю, что на сцену, столь же яркую, как эта, нужно посмотреть. В конце концов, учитель другой страны приезжает в нашу... Это должно быть веселое зрелище, - Цзюнь Мосе весело улыбнулся.

- Наблюдать толпу? Это хорошо, но, в конце концов, это всего лишь кучка врагов этой Империи в сопровождении старого ублюдка, которым теперь разрешают открыто ходить по городу с эгоистичными намерениями, скрытыми в их сердцах! - улыбка мужчины, казалось, исчезла в этот момент. - Сегодня мы их приветствуем, но независимо от того, уважаем ли мы их. Но когда две армии сталкиваются лицом к лицу на войне, никто не проявляет никакой снисходительности, а убивает другого! Итак, в чем смысл такой большой шарады?! Государственный учитель Империи Ю Тан или нет, мне все равно! - мужчина средних лет выглядел очень недовольным.

-Хорошо сказано. - Цзюнь Мосе одобрял, - этих слов хватит, чтобы выпить пару бокалов вина.

- Ты говоришь, что вина в Старом Сонге недостаточно хороши? Ты когда-нибудь пробовал самые редкие их вина? – мужчина среднего возраста, казалось, не издевался над ним, и казалось, что он действительно думал о очень редком и качественном вине.

Цзюнь Мосе решил придержать пыл и сказал:

- Я не буду представлять доказательства против того, в чем я не очень осведомлен. Факты всегда говорят громче слов ясному уму!

Мужчина средних лет засмеялся, так как понял, что ему придется доказывать свои аргументы, и потащил Цзюнь Мосе с собой.

Ворота открылись, и появился Государственный учитель Империи Ю Танг. Когда гость зашел в город, рядом с ним стояла, по меньшей мере, дюжина лошадей, он поехал в сторону принца мимо приветствующих рядов королевских солдат города, которые выстроились вдоль улицы, чтобы поприветствовать его. Когда они ехали по улице, Великий Принц расправил плечи и сидел прямо на своей лошади. Видимо находясь в приподнятом настроении, Великий Принц часто улыбался своим гостям, указывая на улицы, почти так же, как он представлял город Государственному учителю.

Мужчина средних лет обернулся, чтобы взглянуть на принца в последний раз, вздохнул, покачал головой и отвернулся. Он привел Цзюнь Мосе в таверну Старого Сонга узкими улочками города, сворачивая то направо, то налево, будто бы он очень хорошо знаком с этой местностью.

Цзюнь Мосе посмотрел на наряд мужчины и подумал:

[Это кажется немного странным для человека с его статусом, верно? Почему этот мужчина так хорошо знает и ориентируется в запутанных тропинках рынка?] .

- В прошлый раз, когда мы встретились в этой таверне Старого Сонга, ты сказал мне, что попробовал вина и получше. Так что теперь найди быстро лучшее вино и покажи его этому старику.

Когда Цзюнь Мосе услышал эти слова и то, как они были произнесены, он внезапно почувствовал, что его предали. [Его поза, кажется, похожа на позу убийцы, ждущего вознаграждения от работодателя за голову его врага…].

- Что? Что ты имеешь в виду? - Цзюнь Мосе широко раскрыл глаза, глядя на мужчину.

Глава 148. Это был ты!

- Я пришел к таверне старого Сонга, чтобы выпить вина. Кроме того, у меня есть еще одно хобби - пробовать лучшие вина во всей Империи Тянсян. Я сильно оценил ваши слова в тот раз, когда мы виделись, и чтобы найти тебя, я даже расспрашивал о тебе по всему городу Тянсян. Когда я, наконец, увидел твое лицо в толпе сегодня, я мог только посмеяться над судьбой. Ты сказал мне, что попробовал вина получше, так что теперь тебе нужно это доказать, - мужчина средних лет потер руки, чтобы скрыть смущение на лице. Но взгляд его казался таким, будто он что-то тайно замышляет, а не смущается Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе некоторое время молчал. С тех пор, как он пришел в этот мир, он всегда использовал других людей, чтобы получать нужное ему. Но сегодня этот мужчина средних лет дал ему попробовать на вкус его же лекарство. Цзюнь Мосе просто не мог заметить их крошечные подсказки, которые сыпались все время…

[Это оскорбление моего имени! Молодой мастер Цзюнь просто не позволит людям узнать об этом! Притворился «старым человеком», и молодой господин относился к тебе как подобает! Зачем ты так поступаешь?!

Как мне сейчас выйти из этой ситуации?!].

Худой мужчина средних лет немного сгорбился и сделал несколько шагов назад, затем сказал:

- У нас присутствует действительно почетный гость сегодня. Помните, я рассказывал вам о мальчике на днях, но вы не поверили мне… Ну, он здесь, чтобы спасти меня от позора, и вы, наконец, встретите его. Идите, идите сюда быстрее, - человек сказал эти слова не Цзюнь Мосе, а каким-то другим людям…

Толстокожий мужчина средних лет вошел внутрь магазина. Что касается его двух охранников, они исчезли из поля зрения и, предположительно, спрятались где-то поблизости в темноте.

Сердце Цзюнь Мосе немного сжалось, в тот момент, когда мужчина средних лет вернулся назад со слегка пожилым человеком. Цзюнь Мосе показалось так, будто он видел этого человека раньше. Фигура этого человека, очевидно, не была знакома Цзюнь Мосе, но в его голове все еще крутились странные мысли. Когда этот человек улыбнулся Цзюнь Мосе, молодой мастер Цзюнь пытался вспомнить и понять, что это за личность.

- Я очень хорошо запомнил твои слова, и я много думал о них, в частности об этих: «По-настоящему пить вино - это пить его на одной эмоции! Или даже на одной мысли! Простое заливание вина в живот нельзя назвать актом питья. Это можно назвать лишь простой тратой вина на ветер!». Эти твои слова покорили мое сердце.

Старик Сонг любезно приветствовал своего гостя, продолжая говорить:

- Как известно, я уже несколько десятилетий делаю вино. И в мире виноделия ни один человек не может похвастаться тем, что его вино лучше моего. Но ты осквернил дело моей жизни одним предложением… Это немного обидно...

- Да, простое заливание вина в живот нельзя назвать актом питья, - Цзюнь Мосе посмотрел на двух мужчин, когда они поставили на стол кувшин с вином, но он все еще не мог понять их настоящих намерений.

- Ха-ха, я хотел бы знать, почему молодой человек считает это пустой тратой хорошего вина? – старик Сонг казался очень скромным, так как лучики света сияли сквозь его мутные глаза.

- Что такое вино? - Цзюнь Мосе задал вопрос, - сердца людей в этом мире любят вино, но почему? В чем смысл вина?

- Что такое вино? – старик Сонг повторил вопрос самому себе, чувствуя себя немного несчастным. Он только что заявил, что он лучший в мире производитель вина, но в таком случае, что такое вино? Даже он не мог найти хороший ответ на этот вопрос.

[Если ты скажешь, что вино - это очередной напиток… Тогда это будет оскорблением вина. Но, помимо этого, что это?]

- Вино - это эмоция! - Цзюнь Мосе начал говорить серьезным тоном. - Таким образом, акт питья в том, что мировоззрение меняется с эмоциями. Если пьешь в веселом настроении, то вино сделает тебя счастливым, если пьешь, празднуя, то напиток становится праздником, если выпьешь в депрессивном настроении, то вино станет метлой, которая сметет беспокойство из твоей головы и заставит все забыть! Когда ты встречаешь своего задушевного друга, то вино - это концерт. Когда кто-то прощается с другом, вино становится проклятием! Когда солдаты пьют вино на поле битвы, вино становится вином крови, так как оно поможет убить врага! Далее идет дегустация вин: когда пробуешь вино - настроение дегустатора становится истинным вкусом вина для него.

Цзюнь Мосе налил себе бокал и осушил его одним глотком, а затем сказал с выражением, довольно редким на его лице:

- Когда странник потерян и одинок в далекой земле, вино становится ароматом родины! Когда его поддерживает незнакомец на чужбине, вино становится символом новой дружбы!

- Хорошие слова, удивительные слова! Прекрасные! Это действительно просвещенный молодой человек! – казалось, эти слова зацепили старика Сонга и мужчину средних лет, так как некоторое время они просто стояли, смотрели друг на друга. Старик Сонг был первым, кто вырвался из своих мыслей и снова начал хвалить его.

- Какая же поучительная фраза!

Цзюнь Мосе ухмыльнулся.

- Нет элитного или недорогого вина. Я понимаю, что все зависит от психического состояния человека, который пьет! Дегустация вина – это игра джентльмена. Но настоящая дегустация вина - это когда тот, кто пьет – пьет с тысячами разных людей. Потому что только тогда можно будет прочувствовать разные эмоции вина! Нет ни бедных, ни богатых, когда речь заходит о питье вина. Независимо от статуса мужчины, если он знает, как пить, то они смогут испытать различные вкусы своих эмоций. Если ты не пьешь с волнением при дегустации разных вин, то человек просто пополняет свои знания о влиянии вина на вкусовые рецепторы. Но такой человек никогда не сможет почувствовать вино, так как он просто выливает в себя бокал вина без чувств! Так что, когда дело доходит до дегустации вина, не чувствуя эмоций, я могу оценивать его только как вино второго сорта, поскольку это не настоящий акт питья, а просто еще один элегантный акт. Хотя по-прежнему не испортит название вина, но человек не будет настоящим джентльменом, относительно акта питья! - Цзюнь Мосе заявил великодушно.

Мужчина средних лет и старик Сонг, казалось, оба хотели что-то сказать, но оба мужчины сильно воздерживались и не перебивали его, терпеливо прислушивались к его словам, чтобы понять его мировоззрение. Тем не менее, оба мужчины смеялись в душе над словами этого несовершеннолетнего. Поскольку внутри они мысленно согласились с некоторыми его словами, а с некоторыми и не согласились.

Цзюнь Мосе посмотрел в сторону и сказал:

- Акт отбора вина - не более, чем клише. Независимо от того, пьют ли они в пабе за разговором или в борделе за приятным взаимодействием, или в особняке с друзьями, или при деловой или политической сделке, они пьют с волнением и все равно всегда такое вино будет превосходнее вина при дегустации!

Оба мужчины слушали молча «просветительские» слова Цзюнь Мосе, но слегка кивнули, чувствуя странное, но слабое чувство гордости. [Мы пили на протяжении десятилетий, поэтому нас следует считать настоящими любителями вина, не так ли?].

Молодой мастер Цзюнь еще не закончил, и осторожно показал два пальца, указывая:

- Исходя из этих двух условий, ваше вино попадает во второй класс…

- Глупости! - старик Сонг был в ярости от слов Цзюнь Мосе и громко-громко защищал свою продукцию. [Мы оба уверены, что я лучший производитель вина в этой стране. Даже, несмотря на то, что твоя теория правильная, я потратил десятилетия своей жизни на производство вина, поэтому называть мое вино просто второсортным, конечно, недостаточно!].

Цзюнь Мосе не обратил внимания на двух сердитых мужчин и продолжил:

- Ты все еще не убежден, что твое вино является второсортным. Ты потратил десятилетия на создание и дегустацию вина. Поэтому твой стаж в этом отношении нельзя отрицать. Но у этого так называемого трудового стажа дегустации вина есть непременное условие, поскольку ты не наслаждаешься вином. Твое вино может быть качественным, но поскольку ты продаешь его за опыт, а не за эмоцию, оно квалифицируется как второсортное, поскольку самого опыта недостаточно с точки зрения правильного акта питья вина!

Цзюнь Мосе снова вытянул два пальца.

- Именно по этой причине вы верите, что у меня есть вино, которое лучше, чем вино з Таверны старика Сонга. Основываясь на моих знаниях о вине, я могу прямо сказать, что ваше вино жесткое на вкус, так как ему не хватает эмоций.

Несмотря на то, что его отрывок, казалось, искажал слова, это уже начало продавать.

- Твои слова были очень рациональными и открыли глаза на новый горизонт. Однако, когда дело доходит до вина, старик Сонг много путешествовал по миру, и так унизительно говорить, что мое вино жесткое на вкус, это значит, что другие вина еще хуже! – старик Сонг, казалось, был очень недоволен, потому что Цзюнь Мосе назвал его вино второсортным. Старик не мог не поднять бровь, в свойственной ему манере.

[Я всю свою жизнь провел за производством вина, и никто не может позволить себе сказать, что их вино превосходит мое. Когда дело доходит до сферы изготовления вина, никто не знает фирменные секреты моего вина. А теперь этот парень серьезно называет мое вино жестким на вкус?].

Конечно, старик Сонг не мог не рассердиться. Но он по-прежнему не мог придумать никаких правдоподобных опровержений для того, чтобы защитить свое производство. Он знал, что хотя его вино было лучше, чем большинство других вин на рынке, но не удивился бы, если бы в мире было какое-то одно вино, которое было бы лучше его во всех отношениях. Кроме того, исходя из логики Цзюнь Мосе, акт выпивки вина сам по себе не имел ничего общего с качеством вина!

Цзюнь Мосе почувствовал, что человек чувствует крайнее негодование, поэтому он не стал спорить.

Мужчина средних лет посмотрел с одного человека на другого, а потом вдруг сузил глаза и сказал:

- Старик Сонг, если бы наш маленький братец смог бы придумать вино, которое в сотни раз лучше твоего, то что бы ты сказал?

- Я бы признал его как своего учителя! – старик Сонг манерно поднял свои брови, когда выпалил. В этот момент все его тело было совершенно прямым, что отражало его сильное чувство уверенности в себе и гордости! В дополнение к его уверенной и гордой позе, его жесты выражали искренность, почти так, будто он действительно принимал лучшего винодела в качестве своего учителя!

Сердце Цзюнь Мосе внезапно забилось скорее тотчас, когда он узнал личность старика Сонга! Это оказался он!

Ранее, когда Цзюнь Мосе разрешил ситуацию в Зале Хуанг Ху со своим дядей Цзюнь Вуем, они поняли, что за ними следует таинственный эксперт Суань Ци, который позже оказался экспертом неба Сюань! Хотя ловкость Цзюнь Мосе испугала человека, но этот человек был все еще сильнее его дяди, поэтому не было никакого способа позабыть о нем! После тщательного анализа, Цзюнь Мосе пришел к выводу, что этот человек был действительно сильнее, чем такие люди, как Сяо Хан, и только немного уступал в силе его деду, Цзюнь Чжан Тиану.

[Кто бы мог подумать, что может быть какая-то связь между владельцем таверны, Стариком Сонгом, и экспертом неба Сюань?!].

Произнося последние несколько слов в приступе ярости, настроение старика Сонга непреднамеренно немного изменилось, излучая мягкий свет его Суань Ци.

Несмотря на то, что этот разоблаченный Суань Ци попал в атмосферу в небольшом количестве, этого было достаточно для того, чтобы Цзюнь Мосе узнал связь между двумя фигурами, которые теперь начали совпадать в его голове. Как в фильме с замедленной съемкой, два силуэта продолжали сходиться в его голове. Каждое действие и каждое движение двух фигур продолжало повторяться в уме Цзюнь Мосе, пока две фигуры не объединились, сформировавшись в единое целое и стали одним и тем же человеком!

[Я уверен!

Старик Сонг, это был ты!].

Глава 149. Таинственный мастер

Когда Цзюнь Мосе обнаружил, что это правда, то скривил свои губы, потому что он не собирался держать пари с этим человеком. Учитывая собственный статус в жизни, схватка с кем-то вроде Дугу Вуди была бы достойной, соответственно его статусу, но небольшое пари против владельца паба? Ответ был, конечно, нет.

А если владелец упомянутого паба оказался экспертом Суань Неба?

Приговор, очевидно, будет пересмотрен.

- Что есть, а чего нет, я могу разъяснить, поскольку я знаю способ как убедить тебя, - Цзюнь Мосе улыбнулся, обнажив белые зубы. Его настроение внезапно стало очень хорошим, и он посмотрел на Старика Сонга, как голодный волк смотрит на овечку.

Несмотря на то, что старик Сонг был экспертом Суань Неба, он не мог не почувствовать холод: глаза этого ребёнка были полны злости!

- Пусть победит сильнейший! Молодой человек, пари есть пари. И что ты собираешься делать, если проиграешь? - подстрекал мужчина средних лет, смотря на Цзюнь Мосе. Он знал, что Старика Сонга нелегко обыграть. Но он также чувствовал, что этот таинственный мальчик тоже не был обычным. [Возможно, это пари между ними двумя окажется очень интересным событием, но, возможно, я должен немного волноваться?

Если я останусь вне их пари, а буду только наблюдать со стороны, тогда не должно быть никаких причин испугаться каких-либо проблем. Или наоборот?]. Глаза мужчины средних лет блестели.

- Если ты проиграешь, я только прошу, чтобы в будущем ты никогда больше не унижал мое вино, просто потому, что ты недостоин унижать его качества, – старик Сонг внимательно следил за Цзюнь Мосе, - действительно, твои высказывания о вине имеют большой смысл, но это не значит, что ты можешь оскорблять мое вино! Это, в конце концов, ремесло, которое передавалось из поколения в поколение на протяжении веков, и нельзя отказываться от виноделия просто так!

- Тогда решено! – ответил недвусмысленно Цзюнь Мосе. Ввязавшись в это пари, ему нечего было терять, даже если он его проиграет.

Мужчина средних лет, похоже, не мог дождаться начала соревнований:

- Так оно и есть! Но, честно говоря, разве не должно быть свидетеля, чтобы убедиться, что вы двое используете справедливые и простые способы? В противном случае, один из соперников будет сомневаться. Поэтому я считаю, что должен присутствовать свидетель, который будет находиться с вами, пока вы двое делаете свои вина. Но не только должен быть свидетель... там также должен быть рефери и судья, который объявит окончательные результаты!

[Эти двое, кажется, очень загорелись этим конкурсом, поэтому я думаю, что ни один из них не произведет что-то необычное. Если бы я смог судить этот бат, я бы мог насладиться обоими винами одновременно. Независимо от того, кто победит, я попробую отличные вина. Такое бывает один раз в жизни!].

Когда эта мысль пронеслась в его голове, мужчина средних лет пришёл в хорошее настроение. [Старик Сонг, парень, пришло время попробовать лучшие ваши вина, ха-ха...].

- Великолепно! – Старик Сонг увидел спокойный и сдержанный взгляд на лице Цзюнь Мосе, и вдруг почувствовал, что в нем появилось чувство неуверенности в себе. Будто его душа тонко говорила ему, что он может проиграть.

[Ну и шутка... Он всего лишь ребенок. Одно дело пить вино, но когда дело доходит до приготовления вина, я накопил многолетний опыт, и если я сделаю свое фирменное вино, то как я могу проиграть ему?]. Эта мысль помогла немного успокоить сердце Старого Сонга, но он все еще чувствовал смутное чувство поражения внутри… [Это хорошо в любом случае! Я смогу убедиться, что я лучший производитель вина, если выиграю. А если я проиграю, я узнаю некоторые новые вещи, и я смогу сделать шаг в прямом направлении, чтобы стать лучше…].

- Через три дня я закрою свою таверну раньше, чтобы мы могли встретиться здесь. Подходит? – предложил Старик Сонг.

Цзюнь Мосе улыбнулся и кивнул. Его разум думал: [Я не знаю, связан ли этот таинственный эксперт Суань Неба с организацией… Может ли он быть связан с Залом Хуанг Хуа? Но он сказал, что в то время он был человеком. Тогда мне удалось отпугнуть его, и он сбежал довольно поспешно, поэтому, возможно, он не работает с Залом Хуанг Хуа…]. Цзюнь Мосе посмотрел на Старика Сонга и лукаво улыбнулся.

Меньшего уровня, чем новичок Суань Ци Серебряного уровня, сумел обмануть и отпугнуть мощного эксперта Суань Неба — как Цзюнь Мосе не мог наслаждаться тем, что он знает эту правду?

- Несколько фунтов говядины и два бокала вина, - голос неожиданно эхом отозвался сзади. - Кроме того, через три дня я помогу вам оценить пари, - категоричность этого голоса была крайне необычной, будто бы голос принадлежал Императору, который объявил свое решение своим подданным.

Его слова не звучали как запрос, они звучали как решение — определенно. Это было впервые, когда этот голос был услышан внутри паба, и он не принадлежал никому из троих присутствующих. Кроме того, этот голос казался громоподобным!

Мужчина средних лет был низкоквалифицированным человеком, и, конечно же, не смог бы защитить себя без охранников. Но Старик Сонг был экспертом Суань Неба, а если учесть чувства Цзюнь Мосе, которые были усилены пагодой Хунцзюнь и «Искусством Разблокировки Небесной Удачи», то непонятно каким образом этот человек смог скрыть свой статус ото всех. Ни один из них даже не понял, когда этот человек вошел в магазин!

В этот момент он сидел в нескольких шагах от трио.

Трое мужчин повернулись, чтобы посмотреть на этого неизвестного человека, который сидел за столом на некотором расстоянии от них. Хотя этот мужчина был человеком, его спина, казалось, была такой же прямой, как копье. Его лицо тоже казалось необыкновенным, и он был лишен каких-либо линий почти до такой степени, что его лицо, казалось, было вырезано из мрамора, будучи абсолютно лишённым выражений. Длинные волосы, естественно падали на его плечи и закрывали половину лица.

Этот человек был одет в черный наряд, и хотя на дворе был только полдень, но его лицо и дыхание выдавали ощущение надвигающейся ночи!

Ни один из трех человек не мог сказать возраст этого человека… Ему могло быть тридцать, сорок или даже пятьдесят… На самом деле ему могло быть даже восемьдесят, но не было удобного случая рассказать о его истинном возрасте…

[Этот человек - настоящий мастер, мастер мастеров. Мастер на вершине!].

Один взгляд на мужчину и Цзюнь Мосе уже пришел к выводу!

[Погода стала очень нестабильной в городе Тянсян, и этот человек, кажется, здесь по той же причине, что и несколько других. Он, безусловно, здесь для Суань Ядра!].

В дополнение к этому, Цзюнь Мосе также мог почувствовать очень знакомую атмосферу вокруг этого загадочного человека - одиночную ауру! Эта одинокая аура казалась парой к гордости. Его одиночество было его высокомерием! Именно так, как сказал Цзюнь Мосе в своем предыдущем воплощении!

Как одинокий волк в прерии… Хотя волк одинок, но он бесстрашен. Он не хочет, чтобы это чувство одиночества изменилось, так как оно ему нравится!

- Кто ты? – старик Сонг и мужчина средних лет, похоже, немного насторожились.

- Всего лишь кто-то, кто любит вино, - глаза мужчины были опущены, когда он произнес это легкомысленно. – Так что говядины и вина принесите!

Старик Сонг опустил взгляд, сказав:

- Дорогой гость, пожалуйста, подождите, - и затем вошел в магазин.

Мужчина средних лет усмехнулся и сказал:

- Если это так, то мы с нетерпением ждем встречи с вами через три дня.

Он уже смог почувствовать, что этот человек был чем-то необыкновенным. [Он кажется легендарным персонажем из народной сказки. Если этот человек сказал, что он будет судьей, тогда он никоим образом не будет предвзято относиться].

Такие люди не любят унижаться, и они также не оскорбляют других.

- Братец, увидимся через три дня. Прощай. Ха-ха, не позволяй этому старику выиграть. Мужчина средних лет засмеялся, а незнакомец пожал руку Цзюнь Мосе, а затем отвернулся.

После того как он вышел, два телохранителя Цзюнь Мосе вышли из-под укрытия и расположились позади него:

- Королевское Высочество, мы должны отследить за этим парнем, чтобы лучше понять его истинную личность?

- Нет, это неважно.

Мужчина средних лет усмехнулся, но потом его лицо внезапно стало серьезным:

- А как насчет этого другого человека? Что ты знаешь о его истории?

- Тот человек просто вошел? Ах, нет, - два охранника взглянули друг на друга озадаченно.

- Ладно, забудьте.

Сердце мужчины средних лет тайно анализировало ситуацию. [Мои два охранника являются первоклассными экспертами Земли Суань. И достаточно сильны, чтобы защитить меня от любых угроз в столице при нормальных обстоятельствах. Но даже, несмотря на то, что мои охранники достаточно сильны, они даже не видели тени этого человека, когда он вошел...

Кто этот парень?]

~ Таверна Старика Сонга ~

Цзюнь Мосе с интересом посмотрел на человека в чёрном, а затем вдруг улыбнулся и сказал:

- Всё в порядке в саванне?

Это предложение привлекло внимание человека в чёрном, но его выражение не изменилось даже тогда, когда он медленно поднял глаза, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе. В этот момент Цзюнь Мосе был очень удивлен, обнаружив, что глаза этого человека казались безграничными, как море, как будто они были такие же темные, как ночное звездное небо! Похоже, его глаза могли захватить человека в ловушку, заставить чувствовать человека желанным.

- Как ты узнал, что я родом из саванны? - медленно, неторопливо спросил человек в чёрном. Каждое слово из его уст выходило четко и ясно.

- Ваши ботинки, они сделаны не в этом регионе. И ваш пояс, вязание на нем из уникального льна, который встречается только в саванне. Этих двух фактов было достаточно, чтобы узнать ваше происхождение, - улыбнувшись, сказал Цзюнь Мосе и сел рядом с мужчиной.

- Этих двух недостаточно, - мужчина в черном наряде теперь смотрел на стол перед собой.

- И я не позволил тебе сидеть рядом мной, потому ты этого не достоин!

- Если этого недостаточно, то как насчет этого уникального запаха саванны? – улыбнулся Цзюнь Мосе.

- Есть такая аура одинокого волка вокруг вас, этого может быть достаточно? Я не хотел стоять, очевидно поэтому я сел. Я сижу или лежу, какая разница?

Затем Цзюнь Мосе переключил свой тон на более резкую ноту и сказал:

- Что касается предмета квалификации, если я почувствую, что наши стандарты не соответствуют, и если я почувствую, что вы не способны пить со мной, тогда я, естественно, встану!

Человек в черном долго смотрел на Цзюнь Мосе, а затем внезапно обнажил улыбку перфекциониста и сказал:

- Интересные слова, я думаю, действительно не важно, если ты сядешь или ляжешь.

Этот человек казался действительно странным, хотя он смеялся… Даже его смех отражал сильное чувство одиночества. Хотя он смеялся над словами Цзюнь Мосе, все равно казалось, что он просто смеется над чем-то другим. В этот момент Старик Сонг вернулся с бутылкой вина в одной руке и говядиной в другой. Он посмотрел на Цзюнь Мосе, но ничего не сказал. Затем он поставил пищу на стол и ушел прочь. Глаза человека в черном оставались неподвижными, когда он поднял бокал с вином и поглотил напиток одним глотком, не издав ни звука. Затем мужчина сказал слабым голосом:

- Город Тянсян довольно необычен, здесь даже бармен способен быть экспертом Суань Неба. Хорошо, это интересно!

Глава 150. Я пью за одиночество, а не за вино

Все тело Старика Сонга задрожало, когда из его тела вспыхнул слабый синий свет. В конце концов, он успокоился и сказал хриплым голосом:

- Этот старик восхищается твоим виденьем. Но я хочу прожить свои последние годы просто спокойно и честно в городе. Поскольку никто не подумает, что бармен может быть экспертом Суань Неба…

Человек в черном ответил легкомысленно:

- Если вы хотите делать вино в покое, это хорошо, и я не буду вас беспокоить.

Старик Сонг повернулся, чтобы уйти, но, вставая, тихо прошептал:

- Спасибо вам за вашу доброту.

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Старик Сонг, пожалуйста, принеси мне два кувшина вина. Сегодня этот молодой мастер сделает исключение и снова выпьет вина.

Старик Сонг принял его заказ и пошел внутрь магазина. Его сердце было удивлено легкостью, с которой этот мальчик общался с этим загадочным экспертом. Сам же он мог почувствовать, что этот загадочный эксперт способен убить сотней различных способов. [Этот парень ведет себя очень безрассудно].

- Вы не выпьете со мной вина? - на этот раз мужчина в черном поднял брови и задал вопрос.

- Я не принимаю милости от других… Если я выпью вашего вина, я буду должен вас отблагодарить. В этом мире загадки с долгами являются такими, которые наиболее трудно погасить, - Цзюнь Мосе небрежно улыбнулся. - Кроме того, пить вино, за которое заплатил деньги - более утешительно.

- Это разумно, - человек в черном ответил, а затем продолжил пить вино спокойно. Затем он вытер рот и сказал: - Это вино действительно хорошее. Кумыс (1) всегда вкуснее с говядиной.

В это время заказ Цзюнь Мосе принесли к их столу. Цзюнь Мосе тотчас откупорил и начал пить. Он пил почти так же быстро, как и мужчина в черной одежде. Хотя оба мужчины сидели за одним столом, они оба сконцентрировались только на питье вина.

Со временем человек в черном начал пить медленнее, его действия были очень последовательны и неторопливы. Ел он тоже неспешно и очень спокойно. Хотя он пил вино в компании с другим человеком, казалось, что он пребывал в своем собственном мире и исключил из своего сознания все элементы внешнего мира. Выпив семь или восемь чашек вина, человек в черном внезапно обнаружил что-то неожиданное. Он увидел молодого человека немного поодаль впереди себя. Он выпивал от одиночества. Но действия мальчика перед его глазами показались еще более пустыми, чем его собственные. Поскольку он пил в одиночестве, он сам себя развлекал. Но парень впереди, казалось пил не вино, а пил из бокала одиночество. На своем ментальном уровне он пил вино, чтобы отвлечься от своего одиночества, а мальчик впереди, казалось, наслаждался одиночеством.

[Он способен выдержать это одинокое чувство так открыто, будто ему на самом деле ему это нравится... Какой у него превосходный ум?

Его умственный уровень... Кажется, что он даже превосходит меня?!

Кто этот таинственный подросток?]

Несмотря на то, что двое мужчин пили одиноко за одним столом, их прелести были взаимоисключающими. Хотя Цзюнь Мосе смог интегрироваться в мир этого человека, но человеку было очень трудно войти в мир Цзюнь Мосе!

Спустя некоторое время человек в черном удивился, осознав, что он уделяет большое внимание парню впереди, но парень, похоже, не замечал его присутствия!

[Кажется, он даже не смотрит на меня].

Уровень совершенствования Суань Ци таинственного человека уже превысил пик, поэтому он, естественно, мог почувствовать, что уровень Суань Ци этого молодого человека был почти жалким.

[Учитывая его возраст, его уровень совершенствования можно описать только как обычный... Может быть, даже отстойный! Я мог бы запросто убить его, просто подув на него воздуха!

Но тогда почему такой парень способен поддерживать такой умный вид?

Культивирование легко дается детям из многодетных семей, если они искренне заинтересованы в обучении, таким образом, они могут легко найти хорошее руководство.

Есть подростки, которые свернули с правильного пути, в этом нет ничего удивительного!

Однако такого умного трудно найти... Даже старший офицер не в состоянии поддерживать беседу с таким человеком… Какое наказание он скрывает в своем сердце?!

Более того, он очень молод, но почему-то он чувствует себя намного старше!].

- Малыш, ты какой-то особенный! - медленно сказал мужчина в черном.

- Ты все еще думаешь, что я не могу сидеть здесь? - спросил Цзюнь Мосе, не поднимая глаз, сосредоточившись на своем напитке.

- Учитывая твой возраст, твой уровень совершенствования Суань Ци низкий, и твои меридианы страдают от серьезных повреждений, что приводит к твоему аномальному уровню культивирования. Итак, с точки зрения Суань Ци, ты обычный, но, будучи в состоянии пить, сидя со мной, а способность поддерживать такой образ мышления - это необычный подвиг. Даже самые опытные люди не всегда могут этого сделать.

Человек в черном показал редкую улыбку.

- Более того, кажется, что ты еще более опустошен, чем я. Но очень интересно знать, как кто-то может стать таким одиноким в таком молодом возрасте!

- Мы в одной лодке, - Цзюнь Мосе посмотрел на него холодно, - вы были достаточно особенными для меня, чтобы одолжить опустошение, которое позволило мне наслаждаться моим напитком, ну, а теперь я не могу. Если бы вы продолжали пить в одиночестве, я бы продолжал пользоваться моим, но теперь этот вкус изменился и стал протухлым. Интересным людям также может стать скучно. Вы действительно сначала не должны был говорить… В этом мире много любопытных людей, и теперь вы только что добавили себя в этот список, - Цзюнь Мосе ушел, не оглядываясь назад. Но прежде чем он ушел, он сказал еще несколько слов:

- Так как вы признали мою квалификацию, я должен теперь встать…

Человек в черном вдруг вспомнил сказанные Цзюнь Мосе ранее слова: «...Что касается предмета квалификации, если я почувствую, что наши стандарты не соответствуют, и если я почувствую, что вы не способны пить со мной, тогда я, естественно, встану!».

Лицо человека, одетого в черное, сразу же изменилось. [Разве этот ребенок не подразумевал, что я не вписываюсь в его компанию?

Я – Одинокий Сокол. И с тех пор, как я стал известным, никто никогда не осмеливался так поступать со мной. И вот этот мальчик просто подразумевал, что я даже не вписываюсь в его компанию, а затем издевался надо мной, прежде чем уйти... Это странное чувство...].

Затем Одинокий Сокол вспомнил, что только что сказал Цзюнь Мосе, и снова улыбнулся:

[Нам было бы действительно узнать больше о друг друге, но потом я открыл рот первым. Ответ на мой вопрос мог привести к краху его разума. Если мои слова испортили его выпивку и расстроили его, тогда его действия вполне правдоподобны.

Парень! Даже если ты не знаешь, кто я, то я все равно запомню тебя!].

Одинокий Сокол всегда был горд и отчужден, и всегда стремился к небесам. «Сокол Саванны» никогда не считал человека себе равным. Он всегда презирал других и всегда шел своими путями, не беспокоясь о мнениях других. Но он никогда не ожидал, что в один из дней он будет оглядываться!

У них была большая разница в возрасте, и, кроме того, их уровни Суань Ци были просто вне сравнения, но даже при этом всем этот молодой человек оскорбил его... И, взглянув на него, Цзюнь Мосе даже не объяснил свои причины! Это заставило человека почувствовать себя очень удрученным и разозлило сердце одинокого сокола. [Через три дня я вернусь, чтобы сделать неприятности для тебя! Мы тогда посмотрим, насколько квалифицированный я! Одинокий Сокол смеялся внутри, продолжая есть и пить.

Довольно скоро я буду смеяться последним!].

Цзюнь Мосе ушел с чувством гордости в своем сердце.

Наемный убийца Цзюнь не знал, кем был этот человек в черном. Цзюнь Мосе тоже не смог понять его истинные намерения! Правду говоря, с того момента, как Цзюнь Мосе посмотрел на Одинокого Сокола, он понял, что этот человек был кем-то необычным. В то время, когда человек успешно идентифицировал уровень Суань Ци Старика Сонга, подозрение Цзюнь Мосе подтвердилось. «Искусство Разблокировки Небесной Удачи» Цзюнь Мосе было выше понимания Старика Сонга, но человек в черном увидел что-то необычное в Цзюнь Мосе. Цзюнь Мосе также, наоборот, мог почувствовать, что этот человек был, по крайней мере, основой царства Духа Суань. Более того, Цзюнь Мосе мог почувствовать знакомое чувство опустошения, которое излучало тело этого человека. А затем, когда двое мужчин установили зрительный контакт, Цзюнь Мосе почувствовал самообладание и гордость своего разума.

Очевидно, что Цзюнь Мосе понял, что этот человек прибыл в город Тянсян, чтобы найти Ядро Суань. Но он также чувствовал, что у этого человека есть другая цель. Такая цель, которая не может касаться Ядра Суань! Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не смог понять его истинные намерения, он мог почувствовать, что цель найти Ядро Суань, вероятно, не имела большой ценности для этого человека... Но, тем не менее, все еще казалось, что человек попытается использовать все средства для того, чтобы отыскать Ядро Суань! Таким образом, этого человека, в конечном итоге, нужно было прогнать в направлении Цзюнь Мосе в поисках Ядра Суань!

Цзюнь Мосе искал, как привлечь внимание человека, не привлекая к нему особого интереса, поэтому Цзюнь Мосе очень тщательно продумал, как поставить свой образ перед этим человеком. Он сознательно игнорировал этого человека, наслаждаясь своей компанией, чтобы пробудить в человеке любопытство, которое соблазнит человека нарушить тишину... И в конечном итоге он заставил человека почувствовать себя презираемым...

[Чудак всегда странный. Поэтому всегда нужно делать противоположное тому, чего он ожидает. Не сильно сейчас гордитесь, да? Теперь я больше горжусь, чем вы! Не нравится ваше одиночество? Вы не можете быть более опустошенным, чем я! Я, единственный в этом мире, который родом из другого!] .

На данный момент план Цзюнь Мосе был успешным, и Одинокий Сокол все еще не понимал, что все это было сценкой, которую поставил Цзюнь Мосе. Поэтому Цзюнь Мосе начал планировать свои действия для участия в конкурсе со Стариком Сонгом через три дня...

(1) Кумы́с — кисломолочный напиток из кобыльего молока, это традиционное восточноазиатское вино.

Глава 151. Начало медицинского обследования Танг Юаня.

К тому моменту, когда Цзюнь Мосе вернулся домой, Танг Юань уже довольно долго его ждал. На самом деле Танг Юань пришел к Цзюнь Мосе вскоре после того, как тот покинул свой дом.

- Это завтра? – спросил Цзюнь Мосе и сел, скрестив ноги.

- Да, завтра! - Танг Юань кивнул обреченно, словно петух на пути к мяснику. Хотя в его глазах все еще отражалась небольшая капля надежды:

- Третий Молодой Господин, мой братец, я полагаюсь на тебя в этом.

Затем толстяк приблизился к Цзюнь Мосе и обнял его!

- Жирный, не заставляй меня рвать, ладно. Если ты поступишь так, как я говорю, с тобой все будет в порядке, - Цзюнь Мосе не смог успокоить Танг Юаня в последние несколько дней, и в результате руки и ноги толстяка дрожали от страха все время.

Евнух Жу Лао, определенно, будет очень тщательно исследовать, и будет проверять больше, чем только Суань Ци кандидатов, которые подали заявки. Фактически, учитывая его нрав, было очевидно, что он будет играть по правилам, и вряд ли кого-то оставит без внимания. Более того, он выполнит этот процесс очень тщательно. Независимо от того, какую задачу Его Величество попросил евнуха Жу Лао выполнить, Император всегда будет уверен в том, что задача будет выполнена ответственно.

Помимо того, что у старика Жу было очень серьезное и точное отношение к своей работе и обязанностям, у него была другая, довольно странная привычка: крайняя одержимость чистотой. Одержимость чистотой не является проблемой сама по себе, и многие люди ориентированы на чистоту. Привычка поддерживать чистоту, в том числе, чистоту окружающей среды не является проблемой, когда дело касается обычных людей, но одержимость евнуха Жу Лао была максимальной. Он купался два раза в день, независимо от сезона, и даже дополнительная рабочая нагрузка не могла удержать его от приема двух ванн в день. После каждой ванны он переодевался в чистое нижнее белье.

Даже если кто-то коснулся дерева на дороге, старик Жу воздерживался от прямого контакта с таким человеком из-за страха заразиться болезнью. Даже Его Величество не мог не чувствовать себя немного странно по поводу одержимости старика Жу чистотой. Говорят, что даже когда Его Величество предлагает старику Жу присесть, евнух сначала достает полотенце, чтобы вытереть стул, и только тогда он садится на него, и то, только на краешек. Он воздерживается от правильного сидения на стуле, чтобы не нагревать свои ягодицы... Эти странные действия старика Жу, как известно, оставляли Императора ошеломленным и заставляли его задуматься: в здравом ли уме этот человек…

Что касается его личных вещей — никто не мог дотронуться до них. Независимо от ценности предмета, если кто-то коснулся его вещей, тогда евнух выбрасывал ее. Очевидно, человеку, который прикоснулся, придется в какой-то мере искупить свою вину… Независимо от того, какая часть тела указанного лица соприкоснулась с вещью, принадлежавшей евнуху, указанная часть тела будет отрублена, даже если соприкасание не было преднамеренным…

Всевидящий Император решил наилучшим образом использовать одержимость старика Жу и даровал ему ответственность за чистоту дворца. Безусловно, дворцовые горничные всегда жаловались на его руководство. Однако эффект был весьма изумительным, и Императорский дворец считался одним из самых чистых мест во всем королевстве!

Одержимость старика Жу чистотой была широко известна, и поскольку все знали об этом, большинство людей старались изо всех сил избегать любого контакта с ним, опасаясь оскорбить старика, поскольку последствия обычно были огромными. Естественно, Цзюнь Мосе не испытывал затруднений в этом вопросе.

Цзюнь Мосе планировал сделать точно диаметральную противоположность этому, и он надеялся, что это поможет уничтожить все шансы Танг Юаня пройти экзамен!

Старый евнух так серьезно относился к своей работе и обязанностям, что в случае возникновения проблемы с Танг Юанем, он не будет воздерживаться от упоминания об этом в своем докладе, даже учитывая тот факт, что толстяк принадлежал к очень влиятельной семье. Поэтому, естественно, Цзюнь Мосе планировал использовать одержимость старика Жу чистотой, чтобы вычеркнуть шансы Танг Юаня пройти!

- Жирный, прими эту таблетку за час до своего медицинского обследования. Тогда, когда это вступит в игру, все будет… - Цзюнь Мосе подмигнул.

- Я не буду... Это так отвратительно... - Танг Юань колебался, когда Цзюнь Мосе передал ему таблетку.

- Тогда я ничего не могу поделать. Я дал тебе решение, ну, а остальное зависит от тебя. Ты решаешь, хочешь ли ты жить жизнью насекомого или свободного человека... Хмм… Хмм… - Цзюнь Мосе дважды хмыкнул.

-Хорошо! - Танг Юань крепко сжал таблетку в руках, и его жирное лицо немного исказилось, - на этот раз я сделаю это изо всех сил!

- Сделай это, храбрый воин! - Цзюнь Мосе дружелюбно похлопал его по плечу. - Я желаю тебе удачи, и я буду тихо стоять за тобой, когда ты преуспеешь в этой миссии. Мой дух будет там, чтобы поддержать тебя.

- Есть ли что-нибудь, что ты сможешь сделать с избиением, которое я получу после того, как не смогу пройти этот тест? - Танг Юань спросил взволнованно. - После этого, я уверен, что мой отец сдерет с меня кожу, и он, вероятно, никогда больше не даст мне денег…

- Я могу только посочувствовать тебе… - Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, глядя на пылкое лицо своего друга. - Скоро это закончится, и ты забудешь, что переживал и думал об этом. Но убедись, что помнишь: ты не должен забыть пропустить свой завтрак... Не ешь ничего утром, хорошо?

Танг Юань торжественно кивнул:

-Я это запомню.

Как только Танг Юань скрылся из виду, Цзюнь Мосе от смеха присел на корточки, пока не насмеялся вдоволь. Ему потребовалось некоторое время, чтобы снова успокоиться и встать...

Цзюнь Мосе был уверен, что план сработает. Но Цзюнь Мосе никогда не мог себе представить, что эта ситуация с Танг Юанем станет очень особенным и безумно веселым инцидентом, который на протяжении многих веков будет развлекать весь континент, делая эту историю легендой, а Танг Юаня – «знаменитостью»!..

Танг Юань был на полпути из резиденции Цзюнь, когда он врезался в Цзюнь Чжан Тиана. Поскольку двое мужчин столкнулись лицом к лицу, Танг Юаню не было возможности скрыться.

- Толстячок, ты пришел сюда, чтобы увидеть Мосе? Ты снова потерял свою жену? - Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на Танг Юаня. – Что ты делаешь? Посмотри на Мосе, он полностью изменил свою жизнь, тебе также нужно развиваться!

Танг Юань начал паниковать, так как он не хотел упасть в грязь лицом перед генералом! Иногда, когда молодые люди сталкиваются с кем-то сильным и величественным, они склонны заикаться, если они не могут найти ответ на вопрос.

-Нет, нет! - подсознательно он уже спрятал свою руку за спиной.

-Ничего? Тогда почему ты такой напуганный? - старик казался немного озадаченным, - что ты держишь в руке? Покажи руку, чтобы этот старик мог хорошенечко рассмотреть.

- Нет, нет, ничего... - Танг Юань сразу начал нервничать и закачал головой. И, сделав шаг назад, он внезапно споткнулся обо что-то и свалился на землю.

Цзюнь Чжан Тиан громко рассмеялся:

- Ты похож на испуганного маленького ребенка… Не бойся моей позиции, мы же не на войне с тобой.

Затем Цзюнь Чжан Тиан, все еще продолжая смеяться, зашел в резиденцию Цзюнь, не беспокоясь о Танг Юане.

Танг Юань встал и вытер пот со лба, а затем внезапно понял, что таблетка исчезла из его рук. Он предположил, что таблетка должна была упасть, когда он свалился. Это, очевидно, не было тривиальным вопросом, поэтому Танг Юань сразу же опустился на пол в поисках таблетки. И ему потребовалась большая часть вечера, чтобы найти потерянную пилюлю, которая спасет его жизнь.

Из-за этой шутки, Танг Юань спутал указания Цзюнь Мосе: - Не забудь позавтракать. И он стал верить, что Цзюнь Мосе попросил его съесть сытный завтрак вместо того, чтобы идти с пустым животом!

[Я не думаю, что завтрак - хорошая идея… Но раз Третий Молодой Господин специально сказал мне есть, поэтому я должен сделать так, как он сказал. Я хорошо поем, прежде чем отправлюсь на экзамен].

Поскольку эта мысль пришла ему в голову, его желудок, естественно, начал бурчать.

На следующее утро Танг Юань набил свой живот, а затем последовал за своим отцом на его шатком коне в Императорский дворец.

Министр Танг очень гордился своим статусом. Поэтому, чтобы предотвратить любые неудачи, он уже отвел Танг Юаня на полный осмотр тела. Следовательно, был уверен, что не будет никаких проблем в отношении квалификации его сына, поскольку избыточный вес вряд ли будет проблемой.

[Чего я должен бояться? Как говорится, человек не должен беспокоиться о своем весе!]. Министр Танг посмотрел на своего толстого сына на брыкающейся лошади и улыбнулся.

Как только они достигли Императорского дворца, Танг Юань сел в назначенную зону ожидания, в предвкушении своего предстоящего медицинского осмотра. Когда остался только один час, он быстро проглотил таблетку, которую он получил от Цзюнь Мосе. Поскольку его горло пересохло, он выпил холодной воды, также чтобы успокоить себя. На эту должность подали заявки всего девять человек, из которых четыре человека принадлежали к семьям высокого класса, а остальные пять были талантливыми учеными. Увидев такую сильную конкуренцию за пост, министр Танг почувствовал облегчение, что он уже устроил своего сына!

Он совершенно не знал, что план, который его сын сформулировал с помощью своего лучшего друга, Цзюнь Мосе, превратится в большую головную боль для него. Если бы их план был успешным, то он потерял бы немного из сбережений своей жизни… В действительности, министр Танг был обречен потерять все свои сбережения...

Метод изучения старика Жу был очень строгим и научным, что очень сильно раздражало тех, кто подавал заявки. Все слышали, что хотя Муронг Цян Цзюнь был выбран в последний раз... После этого он хромал почти месяц…

[Так что же он сделал с Муронг Цян Цзюнем во время экзамена?].

Чем больше начинали нервничать те, кто подавал заявки, тем тщательнее они начинали скрывать свои сочувствующие мысли от своего предшественника…

[Если нас выберут, то есть шанс, что мы, возможно, даже станем калеками в этом процессе! Если нас сольют – это будет большое унижение…].

Глава 152. Очень смешной случай

Танг Юань очень сильно нервничал, ожидая момента, когда подойдет очередь, и его пригласят на осмотр. Жирный повернул голову, огляделся, и увидел, как на него смотрит отец!

Министр Танг знал, что его сын не особо хочет идти на осмотр, поэтому решил проследить за ним, потому что боялся, что сын может все бросить и уйти. Отец видел, каким взглядом сын изучает комнату, и крикнул низким тоном:

-Не опозорь своего старика!

Танг Юань проворчал несколько слов, а затем снова посмотрел вниз. Затем он внезапно почувствовал взрыв в животе, за которым последовали звуки ворчания внутри живота, и его лицо сразу побледнело. Он повернулся к отцу, и огласил:

-Я хочу…

- Ты хочешь, чтобы я тебе надрал задницу снова? - Министр Танг смотрел на сына широко открытыми глазами, прожигая Танг Юаня взглядом.

- Если ты не пройдешь этот тест, я переломаю тебе ноги, как вернемся домой. А если ты хочешь возразить – я переломаю тебе ноги прямо здесь!

Бледный Танг Юань схватился за живот и сел, пытаясь подавить свои внутренние позывы. Но он все еще не мог контролировать желание проклинать Цзюнь Мосе. [Почему ты мне не сказал, что от этих таблеток у меня будут… газы? Это так неправильно, ах]. Он абсолютно не подозревал, что он неправильно запомнил указания Цзюнь Мосе и ошибся. «Не забудь позавтракать», вместо «Не забудь пропустить свой завтрак». Путаница слов сделала ситуацию совсем другой… Кроме того, он выпил немного холодной воды, что усилило эффективность таблетки и сделало ее действие сильнее в два раза!

Хотя в этом случае конечный результат будет таким же, но поворот событий, который привел бы к результату, был бы противоположным…

Двое молодых людей рядом с ним болтали между собой. Парни принадлежали к семьям Мэнг и Сонг:

- Брат Сонг, ты знаешь, что старик Жу… Что он делает с людьми там?

- Не спрашивай меня... Я не знаю. Но я слышал, что экзамен очень жестокий, - парень, прозванный Сонг, низким голосом выразил свое опасение.

- Жестокий? – сказал Танг Юань, - знаете ли вы, что Муронг Цян Цзюнь не мог нормально ходить в течение нескольких месяцев после осмотра? Это выходит за рамки «жестокого», если вы спросите мое мнение…

Министр Танг яростным взглядом снова посмотрел на сына. Он не хотел, чтобы его сын распространял слухи, но в тоже время Министр Танг чувствовал внутреннюю гордость. [Хмм… Он, наконец, понял смысл этого. Он просто сломал своих противников, надавив на них… Хорошо, он, наконец-то, соответствует моему имени].

Танг Юань откинулся на спинку стула. Но потом внезапно почувствовал еще один взрыв внутри живота, как будто что-то двигалось влево и вправо в животе, а выражение его лица стало еще более странным. [Я больше не могу ждать. Цзюнь Мосе, я проклинаю тебя. Как ты мог забыть сказать мне, что эти таблетки вызывают такие реакции…].

Как только он собирался уйти, раздался голос:

- Следующий: Танг Юань!

Лицо Танг Юаня буквально позеленело. Он сильнее вжался в кресло, не желая покидать его. Министр Танг сердито встал со стула и подошел к сыну, схватил тело своего сына и запихнул его в палату. Затем он крикнул, когда его сын, наконец, поднялся на ноги:

- Он позвал тебя, злое ты существо. Не заставляй старика ждать тебя, – затем он поднял ногу, и толкнул ею сына под жопу, заставляя Танг Юаня упасть на пол…

Танг Юань вошел в длинный и узкий коридор, а в комнате, что в конце коридора, встретил дворцового евнуха. Температура в комнате была довольно низкой, так как были толстые занавески, которые блокировали осеннее солнце. Естественно, Танг Юань не мог не почувствовать холод всем телом. Вдобавок ко всему, лицо старого евнуха было белого цвета, как снег, а сам он был одет в одежду безупречного белого цвета, даже его носки, волосы, брови и борода - все это было белоснежным… Другого цвета на нем не было!

Танг Юань неожиданно вспомнил легенду о «Похитителе душ», и его желудок внезапно перестал его беспокоить…

- Внук Танг Ван Ли?

Имя старика Жу было довольно странным, Жу Жу Жу. Его лицо не показало ни малейшего следа эмоций, когда он посмотрел на толстого мальчика, а затем указал на кусок белой ткани на полу:

- Раздевайся и становись на это.

Если бы перед ним была красивая женщина, то Танг Юань гарантированно был бы быстрее любого живого человека. Но на данный момент его попросили раздеться не перед красивой женщиной или какой-либо женщиной вообще, а перед старым евнухом… Под физиологическим давлением Танг Юань начал валять дурачка, потому что он не хотел сбрасывать свою одежду.

Старик Жу вызывающе поднял брови, а затем проворчал:

- Ну?

Он опустился на стул, и, хотя Танг Юань не двигался, он почувствовал сильный прилив, который заставил онеметь его жирное тело, будто лавина снега…

- Евнух… хмм... ты можешь... пожалуйста... отвернуться? – лицо Танг Юаня дрогнуло, когда он спросил это, снимая свой пояс.

- Раздевайся! - старик Жу повторил сердито. Но казалось, что он начал наслаждаться этим! - Быстрее! Он, казалось, не проявлял вежливости вообще, хотя разговаривал с сыном министра.

- Как скажете. Его желудок еще больше скрутило, когда он развязал пояс, затем он отвернулся, корчась от боли.

- Евнух, могу я просто... Танг Юань уже сдался и теперь больше беспокоился о своем желудке...

Кхм, он не заинтересован снова повторяться. Его глаза сверкнули голубым светом, когда он протянул руку и снял маленький нож. Звуки «чик-чик» были слышны, когда его лезвие трепетало по одежде Танг Юаня, обнажая его голый жир. Его живот свисал почти до колен.

Танг Юань вскрикнул, а затем своими руками попытался прикрыть свою нижнюю часть тела, хотя на самом деле в этом не было необходимости, его толстого живота было достаточно, чтобы скрыть все, что он не хотел выставлять напоказ перед стариком. Жу Жу Жу холодно глянул на Танг Юаня, а затем начал ходить вокруг него по кругу, изучая своими острыми глазами каждую часть голого тела Танг Юаня.

- Подними левую руку и покажи мне свою подмышку!

Поскольку Жу Жу Жу холодно приказал Танг Юаню, жирный поспешно сделал, как его просили. Хотя на улице была осень, и эта комната была немного холоднее, чем остальная часть дворца, но все же еще не была невыносимо холодной. Однако когда старый евнух приблизился к телу Тан Юаня, последний начал чувствовать холодный прилив воздуха. Когда это произошло, желудку стало еще хуже… Жу Жу Жу находился в трех футах от тела Тан Юаня, и электрическим холодным голосом постоянно издавал новые приказы:

- Подними правую руку!.. Подыми руками свой живот, чтобы я видел остального тебя… Ляг и раздвинь ноги!..

Танг Юань не смог успокоиться, чувствуя этот холодок и не смог привыкнуть к командам Старого евнуха. Пот начал капать со лба, и он просто не мог дождаться, когда выйдет из этой комнаты…

Но белоснежка Жу Жу Жу был совершенно невыразительным. Он подошел ближе и сказал:

- Встань, затем развернись и наклонись, чтобы я мог продолжить осмотр.

[Что? Нет!] Танг Юань закричал в душе. [Я не хочу странно ходить... Этот старик извращен! Я не знаю, как я смогу убежать от его лап...].

- Давай быстрее! – Жу Жу Жу снова повторился.

Танг Юань призадумался, медленно наклоняясь, так как такое действие сделало бы все хуже и более неконтролируемо. Он прекрасно понимал и знал, что он не сможет удержаться, как только все начнется. Танг Юань пытался нагнуться несколько раз, но не смог, так как знал, что все будет за его пределами контроля, если он это сделает...

Старый Жу был в ярости от этого, так как он думал, что жирный сознательно вредит. Поэтому он толкнул Танг Юаня и силой склонил его на девяносто градусов. Затем Жу Жу взял две деревянные палки, чтобы разделить заднюю часть Танг Юаня, а затем слегка наклонился вперед и пристально посмотрел... С широко открытыми глазами...

В этот момент Танг Юань, наконец, потерял контроль и просто сосредоточился на том, чтобы ничего не выкрикнуть, когда его тело сжалось. Поэтому только звук «пук….» был услышан, когда произошла трагедия...

Золотистое вещество беспорядочно вылетало из его тела... К этому времени, Старик Жу был очень близко от тела парня, поскольку он никогда не думал, что что-то вроде этого могло когда-либо произойти. Совершенно неподготовленный Евнух не смог уклониться от поступающей атаки...

А в это время министру Тангу был подан чай, поскольку он был человеком высокого уровня. Он сел на свое место, потягивая чай, уверенный в том, что услышит хорошие новости. [Я совсем не думаю, что это необходимо, пройти тест старика Евнуха, но как только он пройдет тест этого старика, а он пройдет наверняка... Я уже говорил с каждым из министров и с официальными лицами!].

Некоторые из других людей, кто подал заявки, были также люди из могущественных семей, но они были совершенно обескуражены, когда увидели решительный взгляд на лице министра Танг. На самом деле их эскорт уже пришел в отчаяние. Министр Танг просто сидел с улыбкой на лице. [Ты хочешь конкурировать с Танг? Ха-ха, вот это действительно смешно!].

В этот момент…

Из внутренних камер раздался яростный рев! Этот рев был наполнен болью от живой смерти, крайнего раскаяния и крайней ненависти! Будто кто-то страдал от такой боли, которая мгновенно превратила жизнь в ничто! Рев пронзил весь дворец!

Это был голос Евнуха старика Жу.

За этим ревом последовал еще один, еще более яростный:

- Убирайся, ты дисквалифицирован!

Эти слова прогремели по всему городу Тянсян, они были как гром, который тысячи людей смогли ясно услышать. Каждый, кто слышал этот голос, был в состоянии оценить крайнее негодование владельца голоса!

Рев доносился и до дома Цзюнь Мосе, и молодой мастер Цзюнь поднял брови и улыбнулся, понимая, что это за рев. Довольный собой, он протянул руку, схвативши чайник, налил себе чая и сказал:

- Жирдяй Танг, ты на самом деле сделал это! Теперь ты действительно достойный в будущем быть партнером Цзюнь Мосе! Я больше никогда не буду сомневаться в твоих способностях!

Он сделал паузу, а затем рассмеялся, не в силах себя контролировать:

- Хотел бы я видеть выражение лица старика Жу…

Молодой мастер Цзюнь понял, что лицо старика Евнуха было намного злее, чем он мог себе когда-либо представить, но хорошо... выглядел старик Жу в миллион раз хуже…

Глава 153. Отказавшийся

~ В императорском дворце ~

После того грохочущего голоса раздался звук «Бух!», а затем из двери вылетело огромное тело. Жир на его теле вибрировал, когда он врезался в стену на противоположной стороне в комнате ожидания, а затем упал на пол, издав звук «хлоп!»

Тотчас невыразимая вонь заполнила комнату…

Этим телом был Танг Юань!

Но на данный момент толстяк был полностью в бессознательном состоянии, и из уголка его рта постоянно текла кровь. Его два глаза были полностью закрыты, в то время как его обнаженное тело лежало на полу. Его ягодицы были покрыты чем-то желтым…

На его первоначально круглых ягодицах теперь были видны отпечатки ладоней. Его ягодицы были опухшими и, казалось, тоже кровоточили. Что касается его костей, возможно, некоторые из них были сломаны, но это было трудно сказать… Сердца всех присутствующих бились со скоростью молнии, а их лица постоянно подергивались, потому что никто из них не знал, что случилось с этим толстяком. [Что он сделал, чтобы заставить старого евнуха Жу так рассердиться?].

Евнух все еще находился внутри своих покоев. Его лицо выражало отчаянье, все его тело дрожало. Его спокойный, сдержанный и гордый взгляд был полностью уничтожен…

Старые глаза Жу были покрыты желтой пастой, а так же его волосы, брови и его белая одежда… Все было в этой желтой жиже. А еще Евнух безостановочно рвал….

План Цзюнь Мосе не удался из-за стечения разных обстоятельств... А жертвой этой аварии случайно оказался Старик Жу… А Танг Юань искупал старого евнуха в водопаде… Правильнее было бы описать так: желтая река прорвала плотину, которая держала ее на месте…

Министр Танг был в ярости!

Любой был бы в ярости, если бы его избитый сын был кучей сломанных костей!

[Почему? Потому что мой сын немного толстоват? Этот старый ублюдок должен был контролировать себя... Это уже слишком! Похоже, мой сын приблизил его последние вздохи...]

Можно сказать, что жизнь Танг Юаня была спасена только благодаря его происхождению!

Таблетка Цзюнь Мосе предназначалась для того, чтобы Танг Юань пукнул в то время, когда Старый евнух полез бы к его ягодицам. Но из-за нежелательного вмешательства в этот план, эффект лекарственной таблетки был усилен, что привело к вот такой ситуации. Евнух, который был одержим чистотой, не ожидал, что такое бедствие может произойти. И он бы убил толстяка, но воздержался, так как он знал, что семья Танг важна для Императора!

- Жу Жу Жу! Что это означает? Тебе нужно объясниться, старик! - громко закричал министр Танг. Его сердце дрожало от боли, когда он наблюдал за трагическим состоянием сына, и казалось, что он готов был расчленить тело старого евнуха!

Через некоторое время из внутренних камер раздался холодный и глухой голос:

- Танг Цянь У, если бы этот толстяк не был внуком Танга Ван Ли, тогда я бы его уже убил. Если бы вы оба не принадлежали к семье Танг, то я бы уже убил вас обоих! Теперь подними своего глупого сына и немедленно убирайтесь отсюда, пока вы все еще можете, иначе вы в конечном итоге измените мое мнение!

- И все, кто ждут снаружи, могут убираться отсюда! - грохочущий голос Старого Евнуха сопровождался звуками рвоты, и каждый мог сказать, что Старый евнух был в очень плохом состоянии...

[Я слышал, что Старый евнух сильно помешан на чистоте, но что мог сделать этот жирный, чтобы так сильно его разозлить?].

Все переглядывались друг с другом, пытаясь угадать, но затем сразу же покинули сцену… […Оставаться здесь слишком опасно!].

Несмотря на то, что министр Танг был в ярости, он не остался, чтобы спорить. Мудрый человек знает, когда его шансы малы… Он быстро взял сына и повел его к врачу, так как раны были очень серьезными!

Министр Танг уже понял, что он узнает все подробности на следующий день. Танг Ван Ли ворвался в Императорский дворец, чтобы найти Старого Жу и потребовать объяснений за состояние своего внука… Дедушка Танг просто не мог себе представить, что его давний друг когда-нибудь может сделать такое с его внуком. [Зачем ты это сделал? Это совершенное безумие!] .

В результате, полагая, что действия Старого Евнуха были «совершенно сумасшедшими», дедушка Танг вернулся унылый, подавленный и в ярости. Состояние толстяка требовало много заботы и помощи со стороны всех членов семьи. Каждый из членов семьи постоянно стоял на коленях около его тела, для того, чтобы обеспечить ему необходимую помощь. Несмотря на то, что дед Танг и министр Танг были в ярости от действий Танг Юаня, они оба знали, что сейчас было важно улучшить состояние Танг Юаня… Его оправдания и наказание могут подождать немного…

Тем не менее, дедушка Танг и министр Танг все еще были очень разъярены, озабочены и грустны. Они потратили огромную сумму денег, чтобы открыть эту дорогу для толстяка Танга и уже готовились к тому, чтобы отправиться на вечеринку в честь празднования их успеха, но произошел несчастный случай. [Зачем нашему сыну делать такое в такой решающий момент? И ведь он не просто сделал это... Это попало прямо в лицо Старого Евнуха, в глаза и даже в рот...].

Давайте не будем забывать, что Старый евнух настолько помешан на чистоте, что не мог даже подумать о чем-то подобном!

Дедушка Танг и министр Танг сидели рядом с кроватью Танг Юаня, наблюдая за его побитым телом… Они постоянно произносили: «Я слышал когда-то, что «понос может быть спровоцирован волнением», но я всегда думал, что это была только шутка… Но теперь я знаю, хотя это и редкость, такое может спокойно случиться…».

После того, как Танг Юань вышел из шока, дедушка Танг в ярости изгнал его из дома, даже, несмотря на то, что его некоторые телесные повреждения были серьезными!

- Отныне, ты больше не Внук Танг Ван Ли! Ты больше не являешься Тангом! Быстро вон из моего поля зрения и исчезни навсегда!

Очевидно, что это зашло слишком далеко!

Однако толстяк проявил лояльность, поскольку решил сохранить секрет о роли Цзюнь Мосе. Он крикнул дважды и попросил сопроводить его к месту жительства Цзюнь.

Танг семья согласилась на его просьбу по трем причинам: во-первых, Танг Юань и Цзюнь Мосе были близкими друзьями, и Цзюнь Мосе конечно бы дал ему убежище в этот час нужды. Во-вторых, тело Танг Юаня все еще не полностью зажило, по сути, травмы были все еще довольно серьезными, а Цзюнь Мосе был его другом, который, конечно же, позаботился бы о нем... В-третьих, дома этих двух семей были расположены довольно близко, так что, даже если они отреклись от Танг Юаня, они все равно могли бы легко навещать его, если бы они не смогли контролировать желание увидеть своего сына…

Перед отъездом Танг Юань неожиданно потребовал две вещи:

- Во-первых, я хочу взять с собой большой шкаф из своей комнаты. Во-вторых, дайте мне прачечника, я хочу убить кое-кого до смерти.

Его первое требование было довольно легко понять: большой шкаф в его комнате содержал все сбережения, которые он накопил за всю свою жизнь. Он, естественно, хотел бы взять его с собой, поскольку он помог бы ему устроиться или в чем-то еще, в чем он нуждался. Что касается мужчины-уборщика семьи Танг, Танг Юань в этом случае был безжалостным. Этот слуга был очень умным ученым, который хотя и работал на очень скромном месте на данный момент, но он медленно пробирался вверх по лестнице! Несмотря на то, что он работал в прачечной у семьи Танг, Танг Юань всегда ненавидел его до костей!

Поскольку Танг Юаня выгнали из семьи, этому человеку теперь было бы позволено претворять свои планы совершенно свободно, а толстяк Танг был уверен, что этот двуличный человек попытается занять позицию главы семьи. Танг Юань, естественно, не хотел, чтобы такая бомба замедленного действия существовала при дворе его семьи во время его отсутствия. Поскольку толстяк не знал, когда он вернется, он хотел избавиться от этого беспокойства…

Когда Дед Танг покинул резиденцию Цзюнь для Императорского дворца, он увидел надменную улыбку на лице своего внука... первый в своем роде.

[Внук Танг Ван Ли фактически зделал это на лицо Жу Жу Жу].

...Однажды, когда Цзюнь Чжан Тиан, узнав все самые веселые новости в мире, вернулся домой, то рассказал всем об этом, смеясь. Лицо Цзюнь Мосе внезапно превратилось в лицо петуха на пути к мяснику… [О, боже, что ты сделал, толстый идиот! Ты на самом деле… на его лицо?]. Наемный убийца Цзюнь собрал всю информацию о Старом евнухе, прежде чем придумал свой план. Он также узнал, что Старый евнух был, по крайней мере, экспертом Сюань Неба, и что реальная сила этого человека была достаточно сильной, чтобы быть сопоставимой с его собственным дедушкой, Цзюнь Чжан Тианом!

Увидев, что его внук даже не улыбнулся, услышав такую забавную историю, Цзюнь Чжан Тиан спросил причину. Цзюнь Мосе ответил голосом, который, казалось, напоминал что-то между плачем и смехом:

- Похоже, я бы мог что-то с этим сделать...

Цзюнь Вуй и Цзюнь Чжан Тиан чуть не задохнулись, когда они услышали его слова, и ошеломленно глянули на него.

Никто никогда не должен узнать об участии Цзюнь Мосе в этом деле, если только Танг Юань не сдаст его... Но если бы Старый евнух узнал, что эта авария была искусственной, тогда...

Цзюнь Вуй и Цзюнь Чжан Тиан кричали, пока не вспотели….

- Предполагалось, что он просто пукнет, когда старый евнух приблизится к его ягодицам... Вот и все. И я просто дал ему таблетку, чтобы он не прошел дальше… - Цзюнь Мосе невинно смотрел на своих дедушку и дядю. - Танг Юань не хотел становиться офицером, поэтому… Я просто пытался помочь ему, я никогда не собирался никого обижать…

Они смотрели на него ошеломленно. Они никогда не могли подумать, что такой веселый случай будет искусственно сфабрикован. Да и не просто кем-то, а их собственным Цзюнь Мосе. Они, очевидно, поняли, что этот вопрос никогда не может быть обнародован, иначе последствия будут слишком серьезными!

Глава 154. Альянс развратника

Цзюнь Вуй и Цзюнь Чжан Тиан не знали, что эта проблема Танг Юаня была одной из самых незначительных, в которой был замешан Цзюнь Мосе. Они совершенно не подозревали, что Мосе смело и невинно улыбался им, в то время как он был виновником большинства проблем, которые возникли в течении последних нескольких месяцев в городе Тянсян… Они не подозревали, что он стоял за травмой Императорского наставника Ли Шанга, и о причине посещения учителем вражеского государства тоже... Кроме того, он был причиной того, что многие продвинутые Суанцы стекались в город…

- Это зашло слишком далеко, никто не должен унать об этом! - заявил Старик Цзюнь, - добрый старик Танг Ван Ли должно быть зеленый от злости, и я надеюсь, что он не узнает об этом... Он не должен, если только Танг Юань не сдаст тебя…

Цзюнь Чжан Тиан вздохнул, а затем добавил:

- Спасибо небесам, что он внук Танга Ван Ли, если бы он был простым парнем, Старик Жу превратил бы его прямо на месте в пыль. Тебе повезло, что твой друг остался живым, это было слишком опасно… Если кто-нибудь узнает, и особенно, если Евнух Жу узнает о реальных подробностях этого инцидента, тогда даже Старик Танг не сможет спасти вас двоих.

- Что вы имеете в виду? Что особенного в том, что он внук Танга Ван Ли? Несмотря на то, что толстяк и я только пытались пошалить, мы никогда не собирались причинять кому-либо вреда… Но какое имеет отношение это к его деду? - Танг Юань просто не мог понять, что у старого евнуха было бы достаточно влияния, чтобы нанести вред семьям Цзюнь и Танг. [Он может быть экспертом Неба Суань, но он же просто дворцовый евнух.]

- Жу Жу Жу - некто большее, чем просто дворцовый евнух, Мосе. Я знаю, что ты достаточно вырос в последнее время, но тебе нужно быть более осторожным, прежде чем снова поднять паруса, - заявил Цзюнь Чжан Тиан серьезным тоном.

Цзюнь Мосе вопросительно посмотрел на дедушку.

- Мосе, я понимаю, что ты не знал об этом... Но он больше, чем дворцовый евнух… Он был военным генералом... Он был частью имперской армии и считался чуть ниже по званию, чем Старый Дугу и я, - в этот момент эмоции дедушки Цзюнь зашкаливали.

- Ах, это…. - на этот раз это был Цзюнь Вуй, который вступил в беседу. - Отец, вы говорили, что вы никогда не работали раньше со Стариком Жу… И что он никогда не служил с вами или с отцом Дугу… Разве генерал Жу Конглонг не погиб в битве, как гласит легенда?

Цзюнь Чжан Тиан покачал головой. Это тайна, которую знают лишь немногие, включая Его Величество, Танга Ван Ли, Старого Дугу и меня… Много лет назад, когда Император был только коронованным принцем, он повел свою армию в бой. Армия Цзюнь прикрывала фланг по правую сторону от врага, армия Дугу - фланг слева, предполагалось, что принц должен был идти прямо в лоб. В то время Империя Тянсян все еще формировалась, и была очень маленькой Империей. Принц попал в засаду, а мы все пришли слишком поздно, чтобы спасти его. В результате принц был захвачен врагами вместе с двумя его генералами Тангом Ван Ли и Жу Конглонгом. Враг хотел сделать так, чтобы тело принца гнило с паразитами, для того, чтобы заглушить мотивацию наших военных... Но Жу Конглонг был героем и доблестно решил замаскироваться под принца, а затем он был задержан врагом. И враг пытал его…

- Пытки? - Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй посмотрели друг на друга, и на них нашло просветление. Они, в конце концов, смогли ясно увидеть всю ложь!

- Очевидно, ночью мы пришли забрать у врага нашего принца и убили их нападавших. Каким-то образом мы смогли уберечь Жу Конглонга от опасности в последнюю секунду. Но к тому времени, когда мы его спасли, его тело уже слабо напоминало человеческое существо. Его тело ели вредители, ядовитые змеи, крысы... Его ранения привели его на порог смерти... На его теле было по меньшей мере тысяча ран, даже его промежность была разорвана на куски… В общем вот так… - Цзюнь Чжан Тиан с сожалением вздохнул.

[Вот почему! Вот почему такой опытный эксперт - только дворцовый евнух! И поэтому он так одержим чистотой…]. Цзюнь Мосе наконец-то понял. [Неудивительно, что Старый Евнух занимает такую привилегированную позицию во дворце… Он так сильно пострадал за короля… Его величество не разрешило бы обращаться как-нибудь с его верным слугой...].

У наемного убийцы была еще одна чета характера: он не мог допустить, чтобы он был неправ. Конечно, он признал бы это в своей голове, но он не смог бы произнести это вслух!

- Война продолжалась, и мы победили. Но у Жу Конглонга не осталось желания жить. Он был так потрясен, что даже не мог говорить о своей травме... Он просто потерял мужество жить дальше, он даже отказался от медицинской помощи. Он не пил и не ел, и казалось, что он скоро умрет. Танг Ван Ли ухаживал за ним в то время, и Старик Танг продолжал говорить ему: «Ты спас мне жизнь. Если ты умрешь, тогда я тоже не буду жить в этом мире . Танг Ван Ли перестал есть в знак протеста, но Жу Конглонг оставался равнодушным к этому в течение первых трех дней, и его состояние продолжало ухудшаться. Затем Танг Ван Ли достал клинок и начал резать себя на глазах Жу Конглонга, при этом говоря: «Я убью себя прямо здесь, чтобы не видеть, как ты умрешь».

Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй смотрели друг на друга с сожалением в сердцах. Трагическая атмосфера этого момента из прошлого тронула их сердца, и они все еще были очень очарованы силой братства предыдущего поколения.

- Танг Ван Ли отрезал почти тридцать кусков мяса от собственного тела… Затем внезапно Жу Конглонг расплакался и начал есть еду. Но Танг Ван Ли свалился вниз... Его состояние из-за травм стало намного хуже, чем у генерала... – продолжал Цзюнь Чжан Тиан,- в конце войны принц получил трон, стал новым Императором. Танг Ван Ли получил статус знати, и Жу Конглонг вызвался стать дворцовым евнухом. Он изменил свое имя на Жу Жу Жу и посвятил свою жизнь защите тайны. Генерал Жу, который умер в битве, защищающий принца, все еще живет как человек по имени Жу Жу Жу! Никто никогда не мог догадаться, что Жу Жу Жу и генерал Жу Конглонг – один и тот же человек, потому что он изменил свою внешность…

К тому времени, когда тайна была полностью раскрыта, комната погрузилась в тишину. Захватывающая история про их непоколебимую дружбу и братство, казалось, не покидала сердце Цзюнь Чжан Тиана!

[Неудивительно, что дедушка сказал, что любого другого парня он бы убил на месте!].

Как только закончил Цзюнь Чжан Тиан, вошел слуга, чтобы сообщить:

- Полк из семьи Танг прибыл к двери и просит хозяина дома… Они принесли с собой раненого и полумертвого Танг Юаня…

Дед Цзюнь начал паниковать: [Выдал ли он моего внука? Они пришли к нашему порогу].

Они нервно вышли, и были проинформированы о том, что Танг Юань был выгнан из семьи Танг. Но женщины из семьи Танг не хотели оставлять его на улице, поэтому они хотели бы, чтобы он остался с семьей Цзюнь на данный момент... Женщины из семьи Танг сильно переживали, что семья Цзюнь может отказаться от толстяка Танга, так как его репутация была не очень хорошей. Но дед Цзюнь вначале одобрительно кивнул и заставил его уйти во внутренний двор Цзюнь Мосе. Чувствуя себя виноватыми, представители семьи Танг быстро поклонились из вежливости и быстро ушли, полагая, что толстяк Танг был причиной этой неудачи...

- Третий Молодой Господин… Это все из-за тебя... Ты чуть не убил меня, – заявил толстяк Танг, лежа на кровати на животе, когда они остались одни. Ладони Жу Жу Жу повредили его ягодицы до такой степени, что толстяк не имел выбора, кроме как лежать на животе.

- Ты.. ты… ты никогда не говорил мне, что из-за таблетки возникнут газы, - Танг Юань мрачно скрежетал зубами, - ты послал меня во дворец после того, как дал мне слабительное! Я понял, что что-то не так, и хотя я пытался сдержать себя, но когда старик Евнух полез к моим ягодицам… я... я не смог больше сдерживаться…

- Прекрати! – казалось, как будто Цзюнь сейчас вырвет… Я дал тебе легкое слабительное, как такое произошло?

- Я сделал, как ты сказал... Я набил полный желудок перед тем, как отправиться во дворец, а затем съел эту таблетку, прежде чем увидеть старого евнуха, но затем… это произошло… - Танг Юань сильно напряг свой голос, когда чуть ли не плача осудил и обвинил Цзюнь Мосе.

- Что? - Цзюнь Мосе наконец-то понял, где все пошло не так. - Ты позавтракал? Разве я не говорил тебе ничего не есть ни при каких обстоятельствах? А ты набил полный желудок? Это, очевидно, подействовало как катализатор и сделало слабительное еще более мощным... Зачем ты так поступил?

- А?.. – Танг Юань сразу вспомнил слова, а затем начал дрожать, - я сделал с точностью до наоборот…

- Хорошо, в любом случае ты получил то, что хотел, поскольку твоя цель достигнута. Но как насчет этой проблемы? - Цзюнь Мосе спросил презрительно. - Следуя моему первоначальному плану, ты бы вышел из дворца, выглядя намного лучше, чем сейчас.

Цзюнь Мосе громко выкрикнул:

-Ты должен быть рад, что я позволяю тебе жить!

- Конечно, но ты меня не напугал сейчас. Этот Старый евнух оказался экспертом Неба Суань! Синий свет вспыхнул от его руки, когда он поднял клинок, чтобы изрезать мою одежду, и он действительно ударил меня обнаженным! Я, очевидно, сдался, и вот что произошло в результате… Я думаю, что единственная причина, по которой я все еще жив, - это то, что он дружит с моим дедом.

Казалось, будто толстяк Танг даже немного гордился:

- К счастью, к тому времени, когда дедушка выгнал меня из дома, я уже был готов к этому, потому что я некоторое время экономил деньги, и я знаю, что этого не так много, но достаточно на некоторое время.

Затем он внезапно занервничал и сказал:

- Третий Молодой Господин, тебе придется снова играть в азартные игры... Но будь осторожнее…. Я не могу потерять эти деньги… Это не деньги моей семьи, это мои собственные…

Цзюнь Мосе был потрясен. [Он даже не изменился после того, как его выгнали из семьи?].

Толстяк подмигнул, говоря:

- Третий Молодой Господин, прежде чем ты что-то скажешь, позволь мне рассказать тебе об этом... Ты этого не знаешь, но моего брата выгоняли из семьи три раза. Поэтому, хотя это удивительно для посторонних, ты понимаешь, почему я не беспокоюсь?..

Цзюнь Мосе был абсолютно ошеломлен в этот момент… В конце концов, он не смог удержать голову в вертикальном положении и так получилось, что он приземлился головой на стоящий впереди кофейный столик, дважды!

Глава 155. Испытание исчезновением Инь и Ян

- Ты - рвота всей твоей семьи! – Цзюнь Мосе вопил, - толстяк, я и моя семья приютили тебя здесь, но если ты не будешь серьезно работать над созданием нашей бизнес-империи, то я разрежу тебя на кусочки средь белого дня! И обязательно запомни эти слова правильно!

- Я родился, чтобы заниматься бизнесом, - с большим усилием Танг Юань поднял свою толстую шею с кровати, говоря эти слова, - расскажи мне свой план, а затем давай посмотрим на его недостатки, и как только мы будем готовы, я все золото и серебро мира соберу в объятия твоих рук!

- Наших рук! - Цзюнь Мосе исправил предложение, - в любом случае, поскольку ты доверил мне деньги, я не позволю тебе тратить их безрассудно, даже если у нас самая большая куча денег во всем мире!

Цзюнь Мосе вынул лист из кармана своей одежды и сказал:

- У меня нет времени, чтобы все объяснять тебе, вот, это письменный отчет о моем бизнес-плане. Я не совсем понимаю все его аспекты, но поскольку ты претендуешь на роль эксперта, у тебя не должно быть никаких трудностей в понимании всего.

Затем Цзюнь Мосе похлопал Танг Юаня дважды по его ранах и, вальсируя, вышел из комнаты, в то время как Танг Юань кричал проклятия.

Танг Юань пробормотал про себя:

- Я занимаюсь бизнесом всю свою жизнь, так почему бы тебе не разработать бизнес-план и не передать его мне? Я бы мог заняться этим даже во сне! - он закрыл глаза, засунув бумагу Цзюнь Мосе под подушку, затем погрузился в глубокий сон.

Цзюнь Мосе не нашел много времени, чтобы взаимодействовать с Танг Юанем в течение следующих двух дней. Так как молодой мастер Цзюнь был чрезвычайно занят практикой закона исчезновения Инь и Ян! Даже во время сна, ходьбы и еды молодой мастер Цзюнь не думал ни о чем другом, кроме как о законе исчезновения Инь и Ян. [Способность исчезать в любое время – это очень важный навык для спасения. Кто смог бы навредить мне, если бы я мог владеть этим законом? Даже если бы кто-то очень сильный атаковал меня, тогда я мог бы просто использовать этот метод и исчезнуть… Ведь никто не может убить то, чего они даже не видят?].

Цзюнь Мосе неустанно продолжал практиковать исчезновения Инь и Ян. Чтобы настроить свое тело на практику, Цзюнь Мосе очищал все свое тело от Суань Ци почти пятьдесят раз в день и извлек бы еще больше Суань Ци, до тех пор, пока он бы полностью не истощился... Хотя Пагода Хунцзюнь была сильным поставщиком Суань Ци, но Цзюнь Мосе все еще было недостаточно. Практика этого закона требовала массивного всплеска Сюань Ци, и обычное количество из Пагоды Хунцзюнь было просто недостаточно. Цзюнь Мосе решил подстрекать пагоду Хунцзюнь, чтобы она снабжала его безумным количеством Суань Ци. И как только он собирал достаточно, он заставлял Пагоду остановиться, и тогда цикл возвращался к его началу... Снова и снова. Благодаря непрерывным и концентрированным занятиям Цзюнь Мосе, его навыки значительно продвинулись в течение последних двух дней.

Но было еще несколько недостатков: у него не было учителя, чтобы помогать ему, а это означало, что он был вынужден полагаться только на собственные силы. Это было равносильно стрельбе в темноте, и эксперименты Цзюнь Мосе были очень болезненными.

После двух дней тренировок Цзюнь Мосе остался полностью измученным и подавленным, и, хотя он пробовал все, что мог придумать, его методы все еще были совершенно неэффективными. Единственное, что у него получилось – так это заставить подумать Лолиту, что молодой мастер Цзюнь потерял рассудок ...

- Малышка Ке, ты все еще видишь меня?

- Конечно, я вижу тебя, что ты имеешь в виду? Ты шутишь надо мной? - Малышка Ке выпучила свои большие круглые глаза, глядя на Цзюнь Мосе.

- ...Ах, - Цзюнь Мосе вернулся к своим исследованиям.

- …Мастер, почему ты так ходишь? - Малышка Ке посмотрела на него снизу вверх.

- …

- …Мастер, почему ты раздеваешься?

- …

-…Мастер, почему твои волосы спутаны?

- …

- …Мастер, почему ты ударился головой об стену? Это же больно!

...Цзюнь Мосе пришлось закончить свой неудачный эксперимент со стеной.

- …Мастер, ты ведешь себя сегодня действительно очень странно!

- …

- …Мастер, эта поза действительно странная…

- …

- Ах! Мастер… Боже мой, что ты пытаешься сделать... Прекрати это...

- …

- Если ты будешь биться головой о дерево, тогда у тебя будет болеть голова и тогда нам придется отвезти тебя к врачу... - Лолита испытывала ужас...

- Ах! - Цзюнь Мосе был в бешенстве, - что я пропустил? Я все перепробовал! - после сотни попыток, Цзюнь Мосе, наконец, сел под большим деревом во дворе. Цзюнь Мосе заплатил очень высокую цену в процессе тренировок этого закона, и его лоб уже опух из-за того, что он ударил им по стене в надежде получить результат...

Он прыгал вверх-вниз, он падал повсюду...

Он сидел без одежды, поэтому его тело в данный момент ничего не закрывало, и можно было увидеть синяки, которые покрывали его тело...

Что касается исчезновения ветра... Цзюнь Мосе не знал, что эта техника является основным законом исчезновения Инь и Ян.

- Черт возьми, что еще я должен сделать сейчас?.. Я испробовал все... - Цзюнь Мосе грустно посмотрел на шрамы на своем теле, затем внезапно склонил голову, упершись ею в бедра, и скатился на землю...

Малышка Ке испугалась при виде его тяжелого положения!

С тех пор, как дед Цзюнь сделал своего сына, Цзюнь Вуя, хозяином дома, он редко присутствует в доме. Но Малышка Ке немного боялась личности Цзюнь Вуя и старалась избегать его как можно больше, поэтому она отправилась за помощью к Гуан Квинхан. Когда она начала плакать, Гуан Квинхан неохотно подошла, чтобы помочь. Когда Гуан Квинхан пришла, она обнаружила, что Цзюнь Мосе скрутился в клубочке и мирно посапывает…

На нем абсолютно не было одежды, даже его ягодицы были голыми... Его ослепительно белое и гладкое тело просто лежало на земле...

- Что ты делаешь? - Гуан Квинхан была немного удивлена, холодно посмотрев на своего шурина. - Тебе нравится злоупотреблять людьми в такой ситуации? [Я не знаю, был ли этот парень совершенно безумным или просто злым… Просто посмотри на него, он выглядит как нищий сейчас!].

Цзюнь Мосе выглядел немного ошеломленным, когда он поднял голову, при этом бормоча, как сумасшедший, в то время как сосуды в его глазах покраснели от крови.

Он продолжал долго глупо смотреть на Гуан Квинхан, не издавая никаких звуков, а затем внезапно ему в голову пришла мысль, он вскочил и ударился головой о дерево, затем он упал прямо на землю, и в его глазах начало все расплываться…

Гуан Квинхан рассмеялась над его нелепостью:

- Почему ты пытаешься встать таким образом? Что дальше… Этот наследник третьего поколения семьи Цзюнь действительно единственный в своем роде.

Голова Цзюнь Мосе была полностью забита изучением и исследованием закона исчезновения Инь и Ян, и в настоящий момент ему было совершенно безразлично за весь остальной мир. Все это достигло такой стадии, что он решил воспользоваться кирпичной стеной и врезаться в нее, чтобы достичь своих целей, на самом деле, даже если он ударился бы об стену и в итоге навредил бы себе, он снова бы врезался бы в нее, пока не достиг бы своей цели.

[О чем говорит Гуан Квинхан? Знает ли она, насколько она прекрасна?].

Несмотря на то, что он был абсолютно повернут на своем деле, он до сих пор не смог получить желаемый результат... Он нахмурился, размышляя некоторое время, а затем внезапно вскочил и сел на ноги... Цзюнь Мосе несколько раз дернулся, а затем захихикал:

- Мне нужно приложить больше усилий… Тогда я смогу пойти и посмотреть на свою прекрасную невестку, пока она купается... – и вдруг он почувствовал, что потерял сознание.

Бог знает, что он хотел бы исчезнуть, прежде чем произнести это предложение вслух! В своем состоянии потрясения, Цзюнь Мосе, вероятно, даже не догадывался, что он произнес эти слова вслух...

[Боже мой, боже мой, что он сказал? Он хочет подсмотреть, пока я купаюсь...]. Тело Гуан Квинхан задрожало от гнева, и она вся побледнела!

- Мисс... Он потрясен, и он просто говорит глупости, не воспринимайте его слова буквально... Молодой мастер очень изменился… - Малышка Ке покраснела и заикалась, пытаясь защитить Цзюнь Мосе в этой ситуации.

Гуан Квинхан взорвалась, и она начала ругаться холодным тоном:

- Малышка Ке, ты пытаешься спасти этого монстра даже сейчас? - затем, больше ничего не сказав, она сразу же толкнула ногу Цзюнь Мосе. Затем она толкнула его снова: таким образом она выражала свой гнев.

Цзюнь Мосе был совершенно удивлен, что отразилось на его лице. Его лицо изменилось несколько раз за секунду.

Гуан Квинхан все еще молчала, но ее глаза начали слезиться из-за того, что всего одно предложение Цзюнь Мосе привело ее в такое состояние! Затем она подняла руку, чтобы дать Цзюнь Мосе по лицу.

Цзюнь Мосе сделал шаг назад и сумел уклониться от удара. Его голос выражал удивление:

- Названная сестра, что ты делаешь? - в таком состоянии его инстинкт побуждал его разорвать ее на две части!

- Ты хорошо знаешь, ты ублюдок! - прогремела Гуан Квинхан, продолжая бить его сильнее.

Цзюнь Мосе спокойно продолжал уклоняться от ее атак:

- Не думаю, что я обидел тебя сегодня, зачем ты продолжаешь это делать?

- Ты не обидел меня? - Гуан Квинхан была удивленна его бесстыдством. Затем она внезапно вытащила нож, который она носила на талии, и замахнулась им в плечо Цзюнь Мосе, чтобы ударить его.

Цзюнь Мосе находился в состоянии полного шока. [Почему ты это делаешь? Зачем ты нападаешь на меня с ножом?]. Шокированный, он вскарабкался вверх по дереву, чтобы избежать ее ножа. Его тело выдержало сотни синяков, и очевидно, было полностью истощенным. Более того, учитывая тот факт, что его Суань Ци был полностью истощен, ему было очень трудно уклониться от нападения Гуан Квинхан, поэтому он не смог бы отбиться!

Не имея другого выбора, он принял быстрое решение: быстро слез с дерева и убежал.

Малышка Ке вскочила, чтобы заблокировать дорогу Гуан Квинхан, но ее попытка явно не увенчалась успехом... Танг Юань также услышал шум и начал кричать, лежа на кровати:

- Убей его…

В этот момент прибежал сторож:

Мастер, леди, двое взрослых прибыли из южной провинции, чтобы посетить вас.

Гуан Квинхан только произнесла звук «а», уронив свой нож на землю. Цзюнь Мосе пробормотал себе под нос:

- Почему я? Теперь ее семья пришла к моему порогу?

Глава 156. Погребенный заживо

Сторож был совершенно не осведомлен о прибытии делегации Цзян Ху, которые имели свои собственные скрытые мотивы для визита.

[Я не понимаю, почему так много людей приезжают в город Тянсян именно сейчас, когда такая суматоха… Что здесь происходит? Теперь даже мои собственные люди пытаются украсть у меня?]. Цзюнь Мосе нахмурился, чувствуя, что что-то неладно.

В тот момент вся столица находилась в состоянии хаоса. Дни были такими же нормальными, мирными и спокойными, как всегда, и никто не посмел бы посеять панику среди бела дня. Но ночной патруль города каждую ночь находил все больше мертвых тел в каждой части города. Часто патруль города обнаруживал неизвестные и странные устройства на телах покойников. Отдел юстиции и Имперская армия внимательно следили за движениями внутри города, но были полностью поставлены в тупик, поскольку, похоже, что крупные банды этого города не были замешаны в этом. Тем не менее, все крупные банды города, похоже, знали об этой нестабильности, что еще более затруднило властям расследовать этот вопрос.

Результат последнего расследования оставил всех потрясенными:

«Покойные не были жителями города Тянсян. Каждый из них состоял в крупных фракциях за пределами города. Многие из обнаруженных тел принадлежали известным и опытным иностранным гражданам. Несмотря на то, что смертельные встречи происходили в тишине, у большинства погибших был продвинутый уровень Суань. Фактически, все найденные мертвые тела имели серебряный уровень развития Суань или даже выше.

Эти инциденты становятся все более частыми, причем самые последние из них связаны с семьей Муронг.

Продолжая следствие, мы смогли обнаружить, что три из пяти крупных семей города были вовлечены в драку, а именно: семья Сонг, семья Муронг и семья Мэн. Хотя и нет конкретных доказательств роли этих семей. Но даже третий принц, кажется, немного вовлечен...».

[Как мы можем расследовать в наших собственных домах?]. Хотя чиновники не смогли разобраться в сути дела, но они не могли не подумать про себя: [Являемся ли мы свидетелями крупной революции в столице?].

Секретность, с которой действовали эти фракции, делала всех еще более нервными.

В одну ночь, скрытые в темных занавесах ночи в окрестностях столицы, пронеслось множество зверей Суань, которые вызвали фейерверк и оставили на своем пути только трупы.

Последние пару дней Одинокий Сокол был одним из самым больших изгоев на улицах города. Он решился на этот хаос из чистого любопытства. Он был немного обескуражен, потому что не нашел никого, кто мог бы ему противостоять, с кем бы он смог скрестить мечи. Но он все еще подавлял любую оппозицию, с которой он сталкивался, просто для того, чтобы удовлетворить свои безумные желания. Фактически, можно сказать, что он убивал каждого человека, которого он встречал на улице ночью, независимо от силы жертвы. Конечно, Одинокий Сокол не считал свои действия несправедливыми: [Я никогда не собирался убивать тебя. Я просто пытался узнать кое-что из твоих навыков… Это не моя проблема, что ты настолько бесполезный, что я даже не могу хоть что-то узнать, потому что твой опыт бесполезный. Как меня могут обвинить в чужой некомпетентности?].

Если бы он мог чему-либо научиться у человека, с которым он сражался, тогда он позволил бы ему жить. Но, к сожалению, никто не смог показать достаточные навыки, чтобы заслужить этот шанс, и, следовательно, были убит им. Это была еще одна причина хаоса в городе. Он был одной из главных причин смерти нескольких экспертов Суань Серебряного, Золотого и уровня Земли.

В городе творился беспорядок!

Одинокий Сокол пошел к большому зданию. Он не смог многому научиться за прошлые две ночи, которые он провел, изучая таланты на улицах города, потому что ему было довольно трудно найти вдохновляющий талант на своем уровне. Поэтому Одинокий Сокол решил, что с этого момента он сосредоточит свое внимание только на людях, у которых уровень Земли и выше. Но найти таких экспертов было трудно, и ему нужна была помощь шпионов, которые способны находить таких людей...

[Нет никакого способа мне найти хороших экспертов, просто гуляя по улицам этого города...].

Поэтому Одинокий Сокол решил сблизиться с одной из крупнейших банд города Тянсян: бандой Цзинь Янь. Это было единственное рациональное решение, которое его устраивало. Он был уверен, что банда Цзинь Янь сможет сделать достаточно, чтобы предоставить ему сведения о местонахождении высокопоставленных экспертов Суань в этом городе.

[Они могут быть одной из самых больших банд в этом городе, но даже они не могут отказаться от предложения оказать услугу такому человеку, как я!].

Одинокий Сокол, очевидно, был очень уверенным... или, лучше сказать, немного самоуверенным!

Бум!

Толстая дверь здания банды Цзинь Янь внезапно была разбита на куски, и опилки разлетелись по всему лобби. Кучка людей, сидящая и пьющая чай в холле, не ожидала такой компании, и была шокирована.

[Кто осмелился бы зайти таким образом в здание банды Цзинь Янь?!].

Из облака опилок медленно вырисовывалась фигура: длинные волосы, черная одежда!

- Я бы хотел увидеть главного в банде Цзинь Янь.

Одинокий Сокол заявил о своем требовании в довольно доминирующей манере. Все потому что он мог ясно видеть, что люди перед его глазами ничем ему не смогли бы угрожать. Хотя эти люди принадлежали к одной из крупнейших банд в городе, но они были не более, чем муравьями в глазах этого злоумышленника. Одинокий Сокол прекрасно понимал, что он может решить свою судьбу, действуя в соответствии своим прихотям и фантазиям, так зачем же ему беспокоиться о вежливости?

Люди банды Цзинь Янь долгое время смотрели друг на друга в замешательстве, не в силах решить ход действий, а затем внезапно начали кричать, вытягивать свое оружие и направлять его на Одинокого Сокола. Тот хмыкнул, снимая свой меч, а затем раскрасил комнату в кровавые цвета заходящего солнца. Всё успокоилось, как только мечи его жертв упали на землю...

~ Во дворе Цзюнь Мосе ~

Увлечение Цзюнь Мосе законом исчезновения Инь и Ян все еще не уменьшилось, поэтому он все еще был занят, старательно практикуя этот метод. На самом деле казалось, что его желание было таким сильным, что он готов быть задушить себя в процессе достижения своей цели!

Удар Гуан Квинхан просветил Цзюнь Мосе, он вдруг что-то понял. В результате его реализации он запретил всем входить во двор. Настолько, что даже Малышка Ке не смогла засвидетельствовать его обучение в данный момент. Он понял, что закон исчезновения Инь и Ян был за пределами воображения мужчин и женщин этого мира. Естественно, если бы он смог добиться успеха, то это было бы сенсацией. Цзюнь Мосе хорошо понимал, что такая новость будет распространяться быстрее, чем любая другая.

Цзюнь Мосе совершил огромный прогресс после некоторых трудных экспериментов в течение вечера: у него получилось, затаив дыхание в течение трех секунд, переместиться на расстояние до десяти футов… Очевидно, будучи при этом невидимым! Такая способность быть невидимым даже на протяжении трех вдохов не должна недооцениваться, поскольку этого времени было достаточно, чтобы убить дюжину мужчин! Восхищенный своим достижением, молодой мастер Цзюнь начал практиковать способность исчезать в землю.

[Исчезновение в землю, ах, теперь об этом будут ходить легенды! Представляю, как я смогу исчезнуть в воздухе, сражаясь с врагом, а затем мой меч будет торчать из-под земли и убъет их всех одним махом! Не будет ничего веселее, чем взгляды их товарищей?].

С этой мыслью, контролирующей его разум, Цзюнь Мосе скопил всю энергию, которую он мог собрать, а затем внезапно исчез, не оставив никаких следов своего существования на земле. Именно в этот момент он осознал свою ошибку: ему удалось исчезнуть в землю, но как ему выбраться оттуда…

Из-за страха неудачи Цзюнь Мосе использовал всю накопленную им энергию и сумел убежать на несколько футов в землю.

Очевидно, он не мог не быть довольным результатом, но вскоре начал понимать проблему, которая возникла: он использовал всю накопленную им энергию, чтобы исчезнуть в землю… но ему понадобится такое же количество энергии, чтобы выбраться оттуда...

[Что теперь? Что мне теперь делать? Спокойно, успокойся. Это всего лишь почва!].

Когда он начал ощущать огромное давление почвы на свое тело, Цзюнь Мосе впервые в своей жизни начал понимать что-то.

[Земля является чрезвычайно мощной!].

Но это не было одной из его проблем, его самой большой проблемой было то, что в почве, в который он застрял, почти не было воздуха. Очевидно, что жить без воздуха невозможно.

[Могу ли я сейчас положиться на грубую силу, просто для того, чтобы выбраться отсюда? Я даже не знаю, насколько глубоко я закопан…]

Более того, земля во дворе Цзюнь Мосе была не из обычной почвы. В то время, когда пагода Хунцзюнь сошла с ума, из-за огромного давления ауры уровень земли в его дворе упал почти на три фута, при этом грунт сжался и стал плотнее, чем обычный грунт. Выкарабкаться из такой затвердевшей почвы было явно непростой задачей!

Цзюнь Мосе отчаянно призывал на помощь пагоду Хунцзюнь, но казалось, что в данный момент Пагода немного впала в летаргический сон...

Цзюнь Мосе использовал пагоду Хунцзюнь почти сто раз сегодня, чтобы ассимилировать ауру, необходимую ему для его практики, поскольку ему просто необходимо было добиться успеха в своих делах.

[Ты злишься на меня, Пагода? Черт возьми, тебе нужно было выбрать именно это время, чтобы начать злиться? Ах, я задыхаюсь... Ты хочешь, чтобы я умолял?].

Он начал задыхаться из-за нехватки воздуха. Огромное давление в почве прерывало его кровообращение, казалось, что его сердце может выскочить из его рта в любое время. Похоже, что пагода Хунцзюнь покинула его в тот самый момент, когда он очень сильно нуждался в ее помощи. Наемный убийца едва мог даже сдвинуть пальцы из-за давления почвы... В это время мысли Цзюнь Мосе смешались и он вдруг начал проклинать Пагоду в своем уме:

[Ничего хорошего не произошло с тех пор, как эта проклятая сломанная Пагода появилась в моей жизни! Ты можешь потрясти весь город за один раз, но теперь ты решила сидеть без дела, ничего не делать, пока я не задохнусь тут и не умру?].

Прошло совсем немного времени, но Цзюнь Мосе уже не мог больше выдерживать давление. Вскоре всё, что он мог чувствовать — это пульс в его мозгу... Он уже начал чувствовать головокружение, и он был уверен, что вот-вот потеряет сознание.

Он отчаянно пытался подтолкнуть свою энергию к своему дантяну в надежде на спасение... Безответно.

Его ум становился все более неустойчивым, и вскоре он уже не смог мыслить рационально.

В этот момент в его сознании вдруг появилось золотое изображение, и пагода Хунцзюнь постепенно начала вращаться, хоть и в очень неспешном темпе. У молодого мастера Цзюнь даже не хватило сил проклинать этот момент, поэтому он просто спокойно ждал... и молился.

Глава 157. Бизнес гуру

Когда Аура начала циркулировать по телу Цзюнь Мосе, он, наконец-то успокоился. Аура начала циркулировать вокруг своего дантян, а затем медленно продвинулась к остальной части его тела, и это чувство удушья мгновенно исчезло. Тем не менее, Цзюнь Мосе все еще немного лихорадило. И как только он накопил треть энергии, которая была ему необходима для спасения из этого затруднительного положения, он использовал закон исчезновения Инь и Ян, чтобы вытащить самого себя из-под земли!

Фух!

Цзюнь Мосе снова мог вдыхать свежий воздух, он чувствовал себя так, будто воскрес, когда наконец-то смог высунуть голову. С жадностью вдыхая воздух, он осознал насколько приятно может быть просто дышать свежим воздухом.

- Мастер! - внезапно раздался писклявый голос маленькой Лолиты, которая подошла и заплакала, - Мастер, кто так поступил с тобой? Кто может поступать так жестоко? Похоронить заживо, ах…

Цзюнь Мосе молчал.

[Я не могу сказать этой маленькой девочке, что я сам похоронил себя заживо, не так ли? Мне будет так стыдно! Нет, я определенно не могу никому рассказать... Перестань кричать, ты, что специально пытаешься рассказать всем? Это будет так неловко!].

Он пошел на многое, чтобы убедить юную Лолиту перестать рыдать, одновременно пытаясь выбраться из-под земли. Но его попытки не увенчались успехом, так как в затвердевшей земле почти не было ни щелей, ни пробелов, и постоянное напряжение делало боль в его ногах все сильнее и сильнее, с каждой попыткой пошевелиться.

Хотя Малышка Ке, наверняка была на его стороне, но все-таки для Цзюнь Мосе было бы лучше, если бы эта информация осталась только между ними двумя. Цзюнь Мосе хотел вытащить себя, используя более простой для себя метод, но он знал, Малышка Ке не сможет выдержать удар...

[Я не могу использовать прямо на глазах у Малышки Ке закон исчезновения Инь и Ян, чтобы выбраться… Ну, и что теперь? Выкопать яму в земле? Или вытащить себя, используя закон исчезновения Инь и Ян? В таком случае, эта маленькая девочка сойдет с ума… Но наблюдать за ее реакцией определенно будет весело...].

Цзюнь Мосе вырыл яму в земле, а затем вылез из земли и лег на пол, измученный. Он приказал маленькой Лолите молчать об этом, а затем решил вернуться в свою комнату, когда вдруг...

- Боже мой! Ах, ах, ах… - громовые звуки из комнаты Танг Юаня потрясли весь небосвод. Звук голоса заставил молодого мастера Цзюнь присесть на корточки на пол от страха.

В этом мире или в предыдущем, но наемный убийца Цзюнь никогда не был так смущен таким образом, причем, дважды в один и тот же день!

- Третий Молодой Господин, вау. Я бы поцеловал тебя, братец, вау... Цзюнь Мосе, брат мой. Нет, ты мой спаситель!.. Откуда это у тебя? Иди сюда… - другой зловещий крик раздался из комнаты толстяка Танга. Удивление в голосе было такое, будто извращенец положил глаз на семь небесных фей, купающихся под дождем…

Цзюнь Мосе нервно открыл дверь в комнату толстяка Танга, и не удивился, увидев, что личная горничная толстяка уже дрожит от страха в углу комнаты. Однако она была испугана одним только голосом толстяка… Его вдохновляющий рев услышали даже сторожевые псы резиденции Цзюнь, которые из-за этого гавкали.

- Небеса, ах ах ах, - толстяк Танг продолжал повторять, глядя на Цзюнь Мосе со слезами на глазах, в то время как его тело дергалось на кровати. Он выглядел возбужденным, его маленькие глаза стали круглыми, будто он был паломником и только что увидел священного Будду.

- О, да ладно! Тебе лучше полежать… давай быстрее ложись…

Цзюнь Мосе сделал пару шагов к нему. [Если я позволю этому толстяку упасть с его постели, то, я полагаю, что он просто отключится. А мне нужно, чтобы он мог нормально функционировать].

- Я, я, я, я, я... я.... Ты... ты... - глаза Танг Юаня слезились, а его губы дрожали. - Я… я... Я тебя... Ты... ты…

- Что ты меня? - Цзюнь Мосе прищурился, потому что начал терять терпение, - толстяк, не называй меня своим братом, я в шаге от того, чтобы послать тебя к собакам… Середина ночи, и? Даже если ты не хочешь спать, по крайней мере, позволь всем остальным отдыхать. По крайней мере, немного пожалей своих сторожевых псов, они не спали весь день… Они устали, почему бы тебе не позволить им отдохнуть? Теперь, почему ты орешь посреди ночи?

- Я, я, я, я... Черт, я думал, что я умру! - Танг Юань посмотрел на Цзюнь Мосе со слезами на глазах, - Третий Молодой Господин, я действительно не знаю, откуда у тебя это… Твоя идея приведет мир в порядок… Эта идея взорвет разум всего мира… Это поистине гениально, я никогда не был так удивлен за всю свою жизнь... Я, я мог бы поклоняться тебе. Это как бушующая река бесконечного дождя, как бессмертные волны морей, как бескрайняя белизна снежных гор! Ты, действительно…

- Стоп! - серия льстивых комментариев вызвала головокружение у Цзюнь Мосе. И поэтому он спросил, - что ты хочешь сделать?

[Танг Юань, конечно, понял кое-что. Я знаю, что я очень талантлив, он прав, но зачем он все это продолжает говорить?]

- Бизнес-план... - Танг Юань дрожал, доставая бумагу. - Ты сам это написал или поручил сделать это кому-то?

Цзюнь Мосе кивнул в замешательстве.

-Да, а? Почему ты думаешь, что это было написано кем-то другим?

Он описал эту идею сам.

Цзюнь Мосе часто приходилось притворяться кем-то другим в своей прошлой жизни. Поэтому, очевидно, от него требовалось знаний во многих областях, в том числе в планировании, бизнесе, фондовой бирже… На самом деле, Цзюнь Мосе когда-то даже решился посещать престижную бизнес-школу, чтобы получить нужные знания!

Он мог говорить о простых вещах. Но он не мог вдаваться в подробности.

- Ты спросил, написал ли это я?

Танг Юань схватил руку Цзюнь Мосе и с волнением произнес:

- Мастер, мастер, я с тобой. Пожалуйста, прими уважение твоего последователя... Нет, нет, мастер, ты должен принять меня как своего ученика... Прими меня как ученика…

Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, как на него обрушился кусок массы, он попытался быстро высвободить руки, не не смог, так как был уже полностью измотан.

Он никогда не ожидал, что Танг Юань будет держаться за его руку, будто это вопрос жизни и смерти. Но толстяк продолжил умолять:

- Мастер… Мастер, ты должен пожалеть меня… Прими меня как ученика…

- Толстяк, если ты когда-нибудь сделаешь так снова, тогда я брошу тебя в яму. Теперь отпусти мою руку, - пригрозил ему Цзюнь Мосе, а затем спросил, - Этот план… ты думаешь, это того стоит?

[Почему толстяк так себя ведет?] .

Толстяк Танг неохотно выпустил руку Цзюнь Мосе, плача от недовольства:

- Что-то хорошее? Если бы у твоего эгоизма были бы какие-то ограничения, ты бы знал, что этот план, очевидно, является окончательным бизнес-планом! Это беспрецедентное изобретение! Любой бизнесмен пришел бы и начал умолять поучиться у тебя! Ты сейчас такой скромный, хотя ты придумал гениальный бизнес план! - взволнованно ответил Танг Юань.

- Эм... Да? Действительно такой хороший? - Цзюнь Мосе был несколько скептичен.

[Как я стал таким гением в бизнесе?] .

В конце концов, он никогда не занимался бизнесом в своей жизни, в лучшем случае, замаскировывался под бизнесмена однажды.

Эта информация была собранием всего, что он слышал в своей предыдущей жизни, и он надеялся, что Танг Юань сможет понять, что к чему и разобраться в этом. Но он никогда не ожидал такой реакции от Танг Юаня. Цзюнь Мосе не ожидал, что собрание его знаний в области бизнеса из двух его жизней вызовет такую реакцию…

Никакие знания не страшны! На самом деле, намного хуже хвастаться тем, чего ты не знаешь!

Танг Юань сделал два глубоких вздоха, а затем перевернулся, чтобы показать свою задницу. Хотя поворот был для него довольно болезненным, он перенес боль с каменным лицом:

- Третий Молодой Господин... быстро посмотри на мою задницу и скажи мне, кровоточит ли она?

- Я сейчас вырву! – пробормотал Цзюнь Мосе. - Черт, ты же знаешь, что ты здесь, только потому, что тебе больше некуда идти, верно?

Танг Юань вдруг начал смеяться в замешательстве:

- Ты знаешь, что я почти не ел и не пил в эти дни… Я жив только благодаря лекарствам…

Цзюнь Мосе строго посмотрел на Танг Юаня, потом сказал:

- Толстяк, ты серьезно думаешь, что эта идея сработает?

- Доверься мне! Это, безусловно, будет золотым рудником для делового человека! Мир никогда не увидит такой замечательный бизнес-план снова! Нам просто нужно следовать этому бизнес-плану, и ты и я станем самыми богатыми бизнесменами во всем мире! - Танг Юань казался очень уверенным. - Третий Молодой Господин, до тех пор, пока у тебя есть товар, Танг Юань откроет магазины в каждом уголке континента, и даже звери из леса Тянь Фа придут в магазин к нам, если у них есть деньги!

- Это хорошо! - Цзюнь Мосе выдохнул. - Тебе предстоит управлять всем самостоятельно. Я имею в виду, ты будешь нести ответственность за маркетинг, покупку земли, строительство, рабочие места, магазины, безопасность… и так далее… Даже не ищи меня! Мне это неинтересно.

- Не беспокойся, я понимаю, и я не буду тебя беспокоить. Скоро будем кататься по горах золота и серебра! Просто подожди и увидишь! Танг Юань, казалось, был очень уверен в себе, и он продолжал смотреть на лист с изумлением в глазах.

- Тогда я пойду, немного посплю, завтра поговорим, - Цзюнь Мосе собрался уходить.

- Убирайся отсюда. И не мешай мне, я буду тут веселиться… - Танг Юань махнул рукой, как будто он прогонял муху, но взгляд его все еще не отрывался от бумаги.

- В самом деле! Ты неуважительно относишься ко мне, после того как назвал меня своим учителем! Ты непослушный ученик! - Цзюнь Мосе издевался над своим другом, но не получил ничего в ответ. Танг Юань, похоже, даже не обращал внимания на то, что Цзюнь Мосе все еще присутствовал тут…

Наемный убийца Цзюнь с горечью покинул комнату...

Глава 158. Хай Чэнь Фэн

Хотя тренировки были очень мучительными, но Цзюнь Мосе был приятно удивлен, осознав, что его уровень Суань Ци заметно увеличился. На самом деле теперь у него получалось использовать закон исчезновения Инь и Ян с гораздо большей легкостью, чем раньше...

Но самое удивительное, что Цзюнь Мосе смог понять: несмотря на то, что Пагода Хунцзюнь очень мощная, она не очень надежная. Поэтому Цзюнь Мосе понял, что в опасных ситуациях ему придется полагаться только на свои силы!

[Я не могу все время полагаться на внешние силы, я должен сосредоточиться на повышении своей собственной силы].

Цзюнь Мосе все еще не подготовился к собранию в магазине Старого Сонга, которое должно было состояться на следующий день. Поэтому, как только Цзюнь Мосе восстановил потраченный Суань Ци с помощью Пагоды Хунцзюнь, он отправился возиться на винный склад.

* * *

Под покровом ночи, Цзюнь Вуй вышел из большого дома в маске, скрывающей его лицо. Его одежда была залита кровью. За ним последовало несколько юношей и девушек, глаза которых выражали надежду и признательность. Нельзя полагать, что кровь, окрасившая его одежду, принадлежала ему. Эта кровь вытекла из тел многочисленных экспертов, участвовавших в торговле маленькими детьми. Позади дома находились несколько расчлененных тел. На самом деле, это был третий визит Цзюнь Вуя в этот особняк.

Цзюнь Вуй, наконец-то, согласился с высказыванием Цзюнь Мосе: «Некоторые люди игнорируют закон земли и используют его для защиты своей бесчеловечной деятельности. Такие люди должны быть уничтожены с лица земли. Иногда борьба с насилием, выраженная в ответном насилии - единственное правильное решение!

Независимо от тщательного расследования и скрытного слежения, никто бы никогда не мог подумать, что в таком богатом и внушительном доме могут быть такие негодяи.

В первый раз, когда Цзюнь Вуй пришел в этот особняк, он вошел с намерением ранить, но не убивать. И затем он отправил анонимное сообщение в патруль города: арестовать этих людей и привлечь их к ответственности в соответствии земельному закону.

Через день он узнал, что эти преступники исчезли из тюрьмы! Цзюнь Вуй отправил несколько запросов и выяснил, что эти люди были тесно связаны с чиновниками и сумели убежать с их помощью. Разгневанный, Цзюнь Вуй решил примчаться в место их укрытия и пропитал там пол особняка кровью!

Цзюнь Вуй уже узнал из своего опыта: [поскольку закон не функционирует как должен… мой меч сработает! Я заставлю их ответить за свои поступки на небесах!]. Замерзшая улыбка на мгновение стала похожей на лунный свет, а затем снова вспыхнул синий свет, и Цзюнь Вуй исчез в темноте!

* * *

В другом уголке города молча сидел на краю постели мужчина в синем.

Перед ним сидел человек, одетый в черное, украшенный бесчисленными повязками.

- Брат, если бы был какой-то другой способ, то я бы не просил тебя проехать весь путь до города Тянсян… Брат, у меня много неприятностей, и я не могу найти выход! Брат, если ты не поможешь мне, работа всей моей жизни будет уничтожена у меня на глазах…

Говоривший мужчина в черном, был Цзинь Фэнли. Он являлся главой крупнейшей банды в городе - Цзинь Янь.

Он столкнулся с Одиноким Соколом, когда тот вторгнулся в помещение учреждения банды. Цзинь Фэнли был сбит с земли Одиноким Соколом всего за три удара. Он был жив только потому, что Одинокий Сокол помиловал его.

Цзинь Фэнли принадлежал к классу людей, которые считались видными и неприступными в глазах простых людей. В конце концов, он был лидером крупнейшей группировки города Тянсян!

Цзинь Фэнли уже был на полпути в области Суань Земли. Это можно считать недостижимым для нормальных людей, но в глазах экспера Верховного Суаня он был не более, чем муравьем.

Предложив Цзинь Фэнли условия капитуляции, Одинокий Сокол преднамеренно дал ему два дня, чтобы тот рассмотрел его варианты. Одинокий Сокол знал, что капитуляция Цзинь Фэнли была только вопросом времени. Конечно, только если мужчина не смог бы найти эксперта, достаточно компетентного, чтобы конкурировать с Одиноким Соколом. В таком случае Одинокому Соколу было бы весело провести время и проверить свои навыки. Очевидно, что Одиночный Сокол не раскрыл свою настоящую личность. Он знал, что если он это сделает, то Цзинь Фэнли сдастся в одно мгновение.

К сожалению, Цзинь Фэнли не знал об этом!

- Брат Цзинь, ты говоришь... Ты сказал, что он победил тебя тремя ударами? – краснолицый мужчина, одетый в синее, спокойно уточнил, - три удара... ты знаешь... Даже я не могу победить тебя всего за три удара… На самом деле, если бы я попытался, я бы, вероятно, провалился. Насколько я могу судить, уровень Суаня этого человека выше моего...

- Брат Хай... ты, ты... – язык Цзинь Фэнли будто был связанным, подавляя это чувство, он сказал, - ты будешь сидеть тут без дела, пока он умоет руки моей кровью?

Мужчина в синем встал. Он начал ходить взад-вперед по комнате. Его сине-голубой халат трепетал вокруг его тела, будто волны океана.

Но сердце этого человека уже погрузилось в депрессию. Он был экспертом Суань Неба уже десятилетие, но с тех пор не сделал успешного прорыва. Он хотел получить Ядро Суань, но прекрасно понимал, что в этом у него мало надежды на успех. Но он все еще продолжал надеяться, что он выиграет приз от Судьбы. Хотя он никогда не думал, что он столкнется с такой большой проблемой преждевременно.

Этот человек в синем был известен как Хай Чэнь Фэн. И Хай Чэнь Фэн всегда жил своей жизнью свободно и легко, будто являлся волнами океанов, он действовал в соответствии своим собственным настроениям и капризам. Для людей с таким умением часто трудно определить разницу между правильным и неправильным.

Десять лет назад он прибыл в город Тянсян и закончил тем, что имел конфликт с очень могущественной семьей города. Хотя он был побежден в той битве, которая произошла, но его жизнь была спасена. Если бы не забота и защита Цзинь Фэнли, тяжело раненый Хай Чэнь Фэн бы умер от травм.

После того, как Хай Чэнь Фэн выздоровел, он помог Цзинь Фэнли с деятельностью его банды Цзинь Янь. Им удалось сделать банду самой сильной на территории города всего за один год, после чего Хай Чэнь Фэн покинул город Тянсян.

Он вернулся в город Тянсян, надеясь на поддержку банды Цзинь Янь, чтобы получить Ядро Суань. В конце концов, сеть банд Цзинь Янь была хорошо закреплена корнями в городе. Эта глубоко укоренившаяся связь явно увеличит шансы Хай Чэнь Фэна на победу за Ядро Суань.

Он никогда не думал, что банда Цзинь Янь может прийти за помощью в то время, когда он хотел попросить их о помощи!

Сердце Хай Чэнь Фэн страдало от невыносимой тоски, и он просто не мог не спросить себя: [Является ли город Тянсян запретной территорией для меня? Почему я не могу прийти в это место с миром? Почему каждый раз, когда я прихожу в этот город, я нахожу большие неприятности, которые ожидают меня?

Согласно истории Цзинь Фэнли, сила этого человека в черном, по крайней мере, такая же, как моя... Наверное, больше... что мне делать?].

Продолжая шагать по комнате, он понял, что никак не может успокоить свое сердце. Затем он поднял голову и глубоко вздохнул, приняв решение. [Я, Хай Чэнь Фэн, и я должен действовать… Этот человек в черном - это или моя гибель, или он будет мертв!].

Он осторожно посмотрел на Цзинь Фэнли:

- Брат Цзинь, ты пойди и расскажи этому человеку, что я буду ждать его в лесу, к югу от города... Через три дня!

- Спасибо, брат Хай!

Цзинь Фэнли был вне себя от радости:

- Я знал, что мой брат не будет просто сидеть, сложа руки!

На протяжении многих лет Цзинь Фэнли был уверен, что в любой задаче Хай Чэнь Фэн никогда не потерпит неудачу. Естественно, Цзинь Фэнли твердо верил, что, хотя его враг был чрезвычайно силен, враг никогда не сможет победить его брата, Хай Чэнь Фэна!

Цзинь Фэнли уже думал о том, чтобы отпраздновать...

Он даже не подумал, что Хай Чэнь Фэн не был непобедим! Он совершенно не знал о трудностях, которые переживал Хай Чэнь Фэн в настоящий момент!

[Появление этого таинственного человека в черном попахивает чем-то зловещим! Я считаю, что, даже если я случайно выиграю, моя победа будет по-прежнему чрезвычайно трагичной, и я определенно окажусь неспособным конкурировать за Ядро Суань. Это последний раз, когда я попытаюсь помочь брату Цзинь. Каким бы ни был исход этой битвы, я покину город Тянсян сразу после битвы, и я больше никогда не вернусь туда!].

- Брат Хай, ты пришел в город Тянсян за Ядром Суань, правильно? - Цзинь Фэнли выглядел очень взволнованным, - я немедленно отправлю поисковые группы, чтобы исследовать все углы, окружающие этот вопрос... Ха-Ха… На самом деле, когда я услышал, что ты придешь, я сразу понял, что ты здесь, чтобы получить Ядро Суань, так что я приступил к принятию договоренностей, чтобы помочь тебе получить его, - улыбнувшись, произнес Цзинь Фэнли. - Если такой силе, как ты, помогает банда Цзинь Янь, то я считаю, что приобретение девятого уровня Ядра Суань - не будет проблемой.

- Нет! Ты не прав... Я приехал сюда не из-за Ядра Суань, - Хай Чэнь Фэн медленно покачал головой, но в его глазах промелькнула капля горечи. - Прошло уже десять лет, и я очень скучал по моему брату. Я приехал сюда специально, чтобы встретиться с тобой, и провести вместе время.

[Я оценил уровень опасности такого своего затруднительного положения, но в чем смысл его участия? Я перенесу боль от последствий этого вопроса... в одиночку].

- Итак... - Цзинь Фэнли не мог не чувствовать себя немного грустно, и поэтому он сказал, - это... с тех пор, как ты пришел специально, чтобы увидеть меня, ты должен провести еще два дня со мной. И ты совершишь прорыв к тому времени, когда мы встретимся снова, верно?

Губы Хай Чэнь Фэна изогнулись в горькой улыбке, когда он мягко покачал головой. [Прорыв? Я уже отказался от этого!].

- Через три дня я покину этот город, независимо от результата битвы. Я немедленно покину город, и я больше не вернусь к брату. Поэтому, у нас есть только три дня, чтобы провести вместе, брат...

Глава 159. Возвращение воинов

-А? - Цзинь Фэнли внезапно встал, не обращая внимания на свои раны, - что ты имеешь в виду?

- Что я имею в виду? Брат Цзинь, тебе не нужно будет быть в лесу, в то время когда я и тот мужчина столкнемся лицом к лицу, - Хай Чэнь Фэн вздохнувши, отвернулся, - только я буду бороться с этим человеком в черном!

- Если ты будешь там, и ты увидишь, что я проигрываю, то разве ты не попытаешься спасти меня? Это безрассудно! Совершенно необязательно увеличивать число жертв. Буду я победителем или умру в попытке его убить, лучше будет, если ты не станешь свидетелем этого… Самое меньшее, что я могу сделать после стольких лет дружбы - спасти тебя...

Как только Хай Чэнь Фэн закончил говорить, он отвернулся и сел, скрестив ноги, показывая нежелание говорить дальше.

-Брат Хай… - Цзинь Фэнли вскрикнул, когда внезапно почувствовал будто что-то тяжелое легло ему на сердце. Его разум был переполнен опасениями о безопасности своего друга: [Втянул брата Хай в неприятности? Жизнь брата Хай в опасности? Брат Хай всегда был очень уверен в себе... Я никогда раньше не видел, чтобы он так беспокоился. Я думаю, все будет хорошо, как только он вернет свою уверенность! Брат Хай раньше никогда не проваливал задания!].

Поскольку Хай Чэнь Фэну не было интересно продолжать разговор, Цзинь Фэнли вздохнул и вышел из комнаты.

* * *

Цзюнь Мосе почувствовал изменения в ауре вокруг своего двора, поэтому надевши халат, вышел в свой двор, над которым спустились сумерки.

В данный момент, в маленьком дворе Цзюнь Мосе находилось более двухсот человек, которые были четко организованы в строю. Они выпрямились и стали прямо, как только увидели Цзюнь Мосе, и прокричали в унисон:

- Мастер, мы вернулись!

Цзюнь Мосе улыбнулся в ответ. Его глаза оглядели каждого человека, находящегося во дворе, он мысленно одобрительно кивнул. Благодаря обучению, которое эти солдаты прошли, из изначально бесполезных людей они превратились в храбрых воинов, жаждущих крови, как безудержные звери.

- Каков отчет? – спросил с улыбкой на лице Цзюнь Мосе.

Один из мужчин вышел из строя и начал докладывать Цзюнь Мосе. В голосе человека с легкостью можно было услышать его волнение! Но эти люди были очень счастливы и горды своим прогрессом!

- Вот отчет, мастер: двадцать семь человек бросили учебу, девятнадцать человек погибли, это привело к сокращению штата в общей сложности на сорок шесть человек. А остальные двести пятьдесят четыре мужчины стоят перед вами! Сто тридцать человек достигли девятого уровня, восемьдесят четыре человека вышли на уровень Серебряного Суаня, в то время как еще тридцать шесть человек достигли вершины уровня Серебряного Суаня. В общей сложности четыре человека уже добрались до уровня Золотого Суаня! Кроме того, мы выследили всех Зверей, которых должны были найти, молодой мастер!

- Очень хорошо! - Цзюнь Мосе похвалил их, - вы справились намного лучше, чем я ожидал. Все могут ощутить изменения в своих телах?

Вопрос Цзюнь Мосе заставил всех засмеяться и вспомнить, как им пришлось выживать в лесу, где у них не было даже еды… Никто никогда не мог подумать, что они вернутся с победой, а их обучающая миссия самоубийц, выполнять которую их отправил молодой мастер, заставит их навыки вырасти! Сила этих мужчин выросла более чем в два раза в течение их обучения!

- Помните, что вам удалось достичь этого результата, потому что вы были на пределе! Преодоление самого себя – это единственный способ эффективно использовать бесконечный потенциал человеческого тела. Даже трусы могут стать воинами! Но если вы перестанете преодолевать самих себя, ваше тело начнет гнить, и воин внутри вас превратится в труса! – продолжил громко говорить Цзюнь Мосе. - Вы добились огромного прогресса, и имеете право праздновать, но позвольте мне напомнить вам, что это только ваш первый шаг. Лучшие из вас достигли только Золотого Суаня, но какова ценность этого уровня в этом мире? Ведь есть еще Нефритовый, Суань Земли, Неба и Высшая Божественная Суань! Нам предстоит пройти долгий путь, и очень странно, что вы еще не поняли… Всегда держите свои глаза открытими, а уши востро, и в один прекрасный день вы также сможете достичь Высшего Божественного Суань! Вам все еще предстоит пройти долгий путь, но не нужно спешить, вам не нужно слишком далеко строить планы. Просто продолжайте работать над собой каждый день... шаг за шагом, и сами не зная того, однажды вы поймете, что достигли уровня, о котором вы даже не могли мечтать!

- Да! Мы чтим и уважаем советы молодого мастера! - все единодушно ответили.

Прежде чем принять участие в тренировочной миссии, эти люди на самом деле не очень уважали Цзюнь Мосе. Но эти люди были встревожены, потому что поняли, что именно инструкции Цзюнь Мосе помогли им избежать нескольких ситуаций в лесу, которые были опасны для жизни. Именно благодаря советам Цзюнь Мосе эти двести пятьдесят четыре человека убедились в лидерских качествах Цзюнь Мосе.

- Вы должны пойти и доложить Третьему дяде, он даст вам ваши задания, - Цзюнь Мосе указал рукой.

- Мастер... - несколько мужчин вышли с волнением. - Мы знаем, что мы этого не заслуживаем, но… Мастер... Вы можете позволить нам следовать... Вам?

- Третий дядя примет решение, - Цзюнь Мосе улыбнулся, так как знал, что Цзюнь Вуй назначит этих людей служить ему. В дуэте дяди и племянника очень хорошо понимали эту ситуациию!

Храп Танг Юаня был достаточно громким, чтобы потревожить всех в резиденции Цзюнь. А иногда Танг Юань даже кричал: - Ох… моя задница болит… Все предпочитали его храп над его нытьем.

Едва солнце поднялось в небе, как Цзюнь Вуй выехал в своем инвалидном кресле во внутренний двор Цзюнь Мосе. Цзюнь Вуй чувствовал, что во дворе снова что-то казалось немного по-другому.

В эти дни Цзюнь Вую было гораздо сложнее ездить на своем инвалидном кресле, так как он привык ходить на своих двух ногах в ночное время. Но ему все еще нравилось сидеть в инвалидной коляске, так как это давало ему очень солидное алиби на время всех его тайных операций.

- Ты сам дашь им задание, - сказал Цзюнь Вуй, - потому что я очень занят в данный момент.

- Убиванием людей? - Цзюнь Мосе чувствовал вкус очень знакомого чувства, которое исходило из тела его дяди. - Дядя, ты становишься очень эгоистичным… Ты на самом деле пошел один на вечеринку… Почему ты не пригласил меня пойти с тобой?

Цзюнь Вуй колебался, подняв свой взгяд, но не мог не рассмеяться:

- Я вернулся, принял ванну и переоделся... Но ты, чертенок… Ты все равно все понял.

- Убийство - это не только физический труд. Это работа, которая также требует большой ментальной силы, - Цзюнь Мосе произнес это с улыбкой. - Те, кто убивают людей, делают это из гнева, грусти или ненависти. Вот эти чувства вызывают возмущение в сознании в момент совершения этого. Поэтому, как только ты убил человека и расчленил его тело, твой ум тоже теряет свою цель. После того, как кто-то кого-то убил, враждебность продолжает задерживаться в его темпераменте, и убийца стремится стать социально неуловимым и странным. Даже военный генерал не является исключением.

Это является одной из причин, по которой большинство людей не могут достигнуть многого в своей жизни! - Цзюнь Мосе холодно улыбнулся. - Поэтому, после убийства людей, очень важно как можно быстрее очистить свой ум, сделав то, что нравится. Это необходимо для расслабления и ослабления ума, иначе ты никогда не избавишься от этой враждебности, и ты, в конце концов, потеряешь рассудок. Употребление алкоголя - всегда хороший способ для этого. Поэтому большинство воинов – алкоголики. На самом деле это главная причина, почему большинство военнослужащих пьют!

Поэтому просто принять ванну недостаточно, дядя, - подмигнул Цзюнь Мосе и продолжил, - тем не менее, я не думаю, что многие люди, кроме меня, смогут рассказать об этом, поэтому тебе не нужно беспокоиться об этом, ха-ха-ха...

Цзюнь Вуй даже покраснел от смущения, так как он даже не мог себе представить, что Цзюнь Мосе распознает его ложь.

- Теперь даже у малышей есть наглость дразнить такого старика, как я!

Цзюнь Мосе посмотрел на него, сказавши:

- Дядя, ты должен завести сначала тетушку, прежде чем начать называть себя стариком!

Несмотря на то, что эти слова были только шуткой, в этой шутке была доля правды. Несмотря на то, что Цзюнь Вуй был искалечен более десяти лет назад, его Сюань Ци никогда не уменьшался. Это отразилось на его лице: хотя ему было за тридцать, он выглядел не старше двадцати пяти лет. Его внешний вид молодого человека в сочетании с его поведением человека среднего возраста, сделали его индивидуальность и внешний вид очень контрастными.

[И теперь он тоже внезапно заявляет, что он старик? Что не так с этим миром!].

Цзюнь Вуй не знал, что сказать:

- И зачем мне это нужно?.. Когда самое молодое поколение в доме начинает созревать, предыдущее автоматически становится старым...

- Итак, согласно этому, если у меня есть племянницы и племянники, такого же возраста как я, то я должен называть себя стариком? - Цзюнь Мосе намеренно спросил это, - но мне всего шестнадцать лет!

- Конечно, - строго ответил ему Цзюнь Вуй.

[Что это за оправдание... Этот мир сходит с ума!].

Цзюнь Мосе практически упал на землю. [С каких пор это причина считать себя старым, если ты являешься дядей шестнадцатилетнего? Боже, позволь мне умереть сейчас... Я не могу больше выносить это!].

- У тебя сегодня нет ничего важного, верно? - Цзюнь Вуй мягко улыбнулся. - Не забудь вернуться пораньше вечером сегодня. У нас есть гости, и нам нужно развлечь их, устроив сегодня праздник.

- Дядя, почему они здесь? - Цзюнь Мосе использовал возможность задать свой вопрос.

- Учитывая текущую ситуацию, они здесь не более чем по двум причинам. Первая, очевидно, Ядро Суань. И, во-вторых, они здесь потому, чтобы забрать твою невестку.

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся.

- Гуан Квинхан была с нами несколько лет, что сильно вредно для ее репутации. И если она решила вернуться в свой дом, тогда семья Цзюнь должна компенсировать ей все возможное. Например, рассказать миру, что она возвращается по своей собственной воле и не была оставлена нами! Ситуацию с Ядром Суань трудно оценить, поэтому нам придется отложить это на время. Хотя, что касается возвращения невестки, я боюсь, что тут все не так просто тоже... Они все эти годы только устно передавали свою заинтересованность в том, чтобы вернуть ее, но почему они внезапно появились здесь сейчас? Третий дядя, тебе это не кажется немного подозрительным? И есть ли перспектива быть счастливой для невестки… Она предпочитала быть частью семьи Цзюнь все эти годы... Разве это не выглядит как насмешка над нашим именем и ее решением?! - Цзюнь Мосе скептически проанализировал проблемы.

Глава 160. Я не опоздал, это вы раньше пришли

Цзюнь Вуй слегка нахмурился:

- Мосе, ты и я должны четко понимать, что будущее Гуан Квинхан с ее семьей, а не с семьей Цзюнь. Хотя Гуан Квинхан живет с нами в качестве нашей невестки, мы называем ее так только формально, она не является таковой по закону, поскольку не было свадебной церемонии. Неважно, посмотрим ли мы на это с социальной или моральной точки зрения, все равно она не может считаться Цзюнь. Ее эмоции овладели ею во время смерти твоего брата, и она не смогла принять радикальное решение из-за своего горя. Но Гуан Квинхан еще молода, и у нее все еще может быть шанс жить счастливой семейной жизнью в будущем. Обе семьи это понимают и на самом деле обе семьи убеждены, что такое возможно в будущем. На самом деле, когда умер твой брат, дедушка дал понять, что Квинхан будет жить с семьей Цзюнь до тех пор, пока она сама не решит уехать. Мы решили, что до тех пор, пока она живет с нами и является частью нашей семьи, мы будем заботиться о том, чтобы никто не критиковал и не осуждал ее за то, что она осталась у нас. Но если Квинхан решила уйти, тогда мы должны сделать все, чтобы она осталась счастливой. Если для нее это будет хорошо, тогда семья Цзюнь должна использовать свое влияние и даже попытаться выдать ее замуж за представителя хорошей и мощной семьи. Держать ее здесь всю ее жизнь и запрещать выходить замуж - несправедливо по отношению к ней. Понимаешь, что я имею в виду? - Цзюнь Вуй поднял голову, чтобы взглянуть на заходящую луну на фоне утреннего неба. Сожаление, которое он пытался скрыть, было ясно видно при утреннем свете, - Гуан Квинхан была бы очень хорошей невесткой для нашей семьи но, к сожалению, твоему брату не повезло.

- Третий дядя, если можно найти хорошую партию для невестки, то я, конечно, буду очень рад за нее, но я всегда думал… намерения ее семьи странные! - Цзюнь Мосе нахмурился, почувствовав странное ощущение в области сердца.

- Если ее семья думает только о ней и о своих интересах, то мы также должны уметь подумать о нашей семье, и мы должны убедиться, что они не эксплуатируют нашу семью, - Цзюнь Вуй изложил это в впечатляющей манере, такого поведения и следовало ожидать от эксперта Суань Неба!

- Вот это дух, дядя! Сказал, как настоящий генерал войны Суань Неба! – одобрительно промолвил Цзюнь Мосе.

- Иди отсюда! - Цзюнь Вуй пнул своего племянника под ягодицы и послал молодого мастера. Удар эксперта Суань Неба заставил Мосе полететь, при этом широко раскрыв руки, сжимая ускользающий воздух в попытках не упасть носом в землю.

- Это то, что ты заслужил! – хихикнул Цзюнь Вуй. Редко когда ему выпадала возможность поиграть со своим племянником. Молодой мастер Цзюнь великолепно прокатился по воздуху, а затем благополучно приземлился на ягодицы. Сначала он немного просунулся вперед, прежде чем смог снова встать. Будучи экспертом Неба Суань, Цзюнь Вуй был достаточно квалифицированным и имел достаточно мощи, чтобы применить свою силу в нужном месте, которое в полете сделало Цзюнь Мосе больно… Когда Цзюнь Мосе приземлился на землю, он злобно улыбнулся, почти так же, если бы он только что получил Ядро Суань.

Когда приближалось время полдня, Цзюнь Мосе начал готовиться к выходу на место соревнований. Цзюнь Мосе вытащил две бутылочки вина. Он сел на красный паланкин и вскоре начал двигаться к таверне Старого Сонга.

Старик Сонг уже с нетерпением ждал Цзюнь Мосе в своем магазине. Старик Сонг изначально планировал закрыть свой магазин после полудня, но потом передумал и решил вместо этого закрыть свой магазин на целый день. А все потому что работать полдня для него не имело никакого смысла, поэтому он закрыл магазин на весь день. Естественно, он решил использовать это время для подготовки к конкурсу.

Данный винный конкурс был одним из редких и великих радостей в его жизни. Этот конкурс воспламенил в его сердце такое же волнение и нервозность, будто у него был поединок. И пусть он был уверен, что подросток не сможет придумать вино, которое было бы в сто раз лучше, чем его собственное, но его сердце все еще было полно ожиданий. [Никто не может сделать вино лучше, чем я. Но так как этот малый так сильно хвалился своими навыками, я надеюсь, что он сможет придумать что-то довольно-таки интересное…]

Обычно грязный паб теперь блестел от безупречной чистоты. На полу лежал зеленый ковер.

Сломанные столы и стулья, у которых отсутствовали ножки, были заменены недавно изготовленными качественными столами из розового дерева, и теперь были аккуратно расставлены. Двадцать четыре стола с двумя стульями каждый. Этого было достаточного, чтобы смогли разместиться около сорока восьми человек. Помещение было украшено жемчужными голубями, которые висели по углам. Они излучали мягкий белый свет, отражая блестящие бокалы, которые были расставлены на столах. Великолепно оформленный паб любому клиенту подарил бы ощущение, похожее на ощущение небесной мечтательности…

Мужчина средних лет взволнованно вошел в паб и вскрикнул встревоженно и удивленно, он даже отступил на пару шагов назад, когда в его голове возникли некоторые сомнения: [Ах, да, это паб Старого Сонга, но каким чудным образом этот маленький паб неожиданно стал чище и роскошнее моего дома? Этот обычно грязный паб внезапно превратился в райское местечко... Я сейчас сплю, не так ли?].

Старик Сонг поспешил поприветствовать смущенного и изумленного мужчину средних лет:

- Старик Сонг, вы странный персонаж. Вы так серьезно отнеслись к этому состязанию, даже император подумал бы дважды, прежде чем приехать сюда.

Старик Сонг, очевидно знал, кем являлся этот человек, поэтому он действительно не чувствовал необходимости скрыть многое от этого человека.

- Я не могу прокомментировать это. Но если вино для большинства людей - это просто еще один напиток, то для меня вино является всем! Я думаю, что этот конкурс для меня – то, чего я так долго ждал! Это может обернуться в один из самых драгоценных моментов в жизни Сонга Шань! – торжественно рассказал Старик Сонг.

- Сонг Шань? Так вы Сонг Шань? Сонг Шань, который: «Отправь вина перед убийством», тот самый Сонг Шань»? - на мгновение принц был ошеломлен, а затем он сразу улыбнулся, - но почему вы скрывали это от меня все это время?

- Скрывал или нет… Разве это имеет какое-то значение? [Какой смысл мне что-то скрывать, если этот человек в черном так легко разоблачил мой Сюань Ци?]. Это место больше не предоставляло возможности спрятаться, и если бы не этот конкурс вина сегодня, то Старик Сонг уже давно бы закрыл свой магазин, и отправился на поиски нового убежища.

- Согласно легенде, Сонг Шань был довольно романтичным, сложным, но и немного странным человеком. Легенда гласит, что раньше Сонг Шань прежде чем придти и убить свою жертву, всегда отправлял жертве бутылочку вина. Как утверждают, он джентльмен. Многие рассказывают, что он говорил так: «Нужно подарить мужчине кувшин вина перед тем, как посетить его»… Но я не знаю, разве это что-то меняет? - спросил удивленный принц с улыбкой.

Сонг Шань слегка покачал головой, в его глазах мелькнула капля горечи, но в ответ он ничего не сказал. Принц, естественно, понял, что Старик Сонг не заинтересован в разговоре о своем прошлом. Поэтому принц указал на симпатичного десятилетнего мальчика, который стоял рядом с ним, желая представить мальчика Старику Сонгу. Несмотря на то, что мальчик казался очень изящным и бесстрашным перед совершенно незнакомыми людьми, но ручками он тайно дергал одежду принца.

- Это мой мальчик, - принц ласково погладил мальчика.

- Хорошенькая атмосфера, - слабый голос раздался позади них. Его Высочество и Старик Сонг развернулись одновременно. Они поняли, что человек в черном появился из ниоткуда и небрежно сидел на стуле позади них со спокойным тихим взглядом на лице. Даже, несмотря на то, что он сделал комплимент новому облику паба, было весьма очевиден тот факт, что ему действительно было плевать на это. Как принц, мужчина средних лет мог ясно сказать, что этот человек в черном был кем-то необыкновенным. [Он должен быть своего рода легендой из какого-то фольклора. Иначе не было бы причины, почему убийца такого класса как Сонг Шань был бы так напуган этим человеком] .

Теперь, когда некоторые из секретов ожили, вся таверна полностью погрузилась в тишину.

[Мы все пришли сюда, чтобы стать свидетелями конкурса вин. Судьи уже здесь... Но оппозиционера до сих пор нет? Не из-за страха ли это?] .

Наемный убийца Цзюнь не был из тех, кто боялся. Он всегда с большей вероятностью беспокоился о том, чтобы выиграть матч, а не беспокоиться о таких глупых вещах, как страх. Однако даже молодой мастер Цзюнь никогда не ожидал, что небольшой конкурс вин, который он затеял в шутку, притянет наблюдать за всем этим таких влиятельных персонажей, как всемирно известный эксперт Суань Неба и даже члена королевской семьи - принца!

А теперь все эти влиятельные персонажи топали ногами в ожидании... В ожидании него!

Прошло полчаса… Он не пришел…

Еще полчаса прошло…

Ничего не изменилось…

[Что он думает о себе!] .

Люди, ожидавшие его, уже рассердились. Все, даже человек одетый в черное, не был исключением! Эти трое не привыкли ждать никого, но в данный момент они ждали, пока придет Цзюнь Мосе.

Спустя некоторое время человек в черном поднял брови, а Старик Сонг поднял голову и устремил взгляд в сторону выхода. Однако принц не понял, почему они это сделали, пока не услышал шум на другой стороне входа в переулок. Паланкин Цзюнь Мосе медленно пробирался через аллею, в то время как еще двое мужчин, не спеша, шли впереди своего паланкина с бутылочкой вина в руках. Переулок, ведущий к таверне Старого Сонга, был настолько узким, что процессия Цзюнь Мосе едва оставила место для передвижения других пешеходов в переулке. Из-за этого все, кто был в переулке, сжались в одну сторону, чтобы позволить паланкину пройти.

Хотя его паланкин итак уже довольно сильно раскачивался, Цзюнь Мосе попросил своих носильщиков раскачивать его немного сильнее, чем обычно. Ему казалось, что это преднамеренное раскачивание добавит значимости его прибытию, что было бы хорошо... Но он уже некоторое время ощущал себя, как на американских горках из своей прошлой жизни.

Когда Цзюнь Мосе раздвинул вновь установленный вход в таверну и зашел, он обнаружил, что принц смотрит на него широко открытыми и круглыми глазами:

- Парень, ты готовишься выйти замуж за кого-то сегодня?

Старик Сонг просто продолжал смотреть на своего конкурента, а принц рассмеялся.

Цзюнь Мосе огляделся по комнате и заметил, что все присутствующие были немного недовольны его действиями:

- Разве мы не договорились встретиться вечером? Почему вы, ребята, приехали сюда так рано?

Эта фраза заставила всех трех мужчин злобно взглянуть на него! Даже человек в черном, лицо которого обычно не выражало никаких эмоций, и тот сузил глаза, посмотрев на Цзюнь Мосе.

[Он не говорит о том, что опоздал. Он обвиняет нас в том, что мы пришли слишком рано. Этот парень просто нечто!] .

Глава 161. Восемь великих мастеров

Цзюнь Мосе улыбнулся, как будто он вовсе не был виноват. Затем Цзюнь Мосе подал знак свои людям, которые держали вино, чтобы они занесли его. Взгляды всех присутствующих сразу же устремились на бутылки, которые двое мужчин поставили на стол.

- Что это такое? Только две бутылки? - Принц был несколько разочарован.

- Вы думаете, что этих двух банок недостаточно? – спросил Цзюнь Мосе, прищурившись, - каждая из этих бутылок стоит по одиннадцать тысяч таэлей серебра, то есть, общая стоимость двух этих бутылок — двадцать две тысячи таэлей серебра.

Старик Сонг ухмылялся:

- Я никогда не слышал, чтобы вино стоило одиннадцать тысяч! Цена этого вина больше обычной, примерно в сто раз. Так что это своего рода полная неожиданность для меня, - очевидно, что Старик Сонг сказал это с сарказмом.

- Человек с ограниченными знаниями и опытом всегда считает себя великим! Вы еще не видели всех уголков этого мира, - прямо заявил Цзюнь Мосе. - Чего же мы ждем? Давайте быстрее. Мне нужно вернуться пораньше сегодня вечером.

[Я действительно никогда не встречал такого вина, которое достойно было быть столь дорогим!]

Высокомерие юноши явно разозлило трех мужчин. Человек в черном смерил взглядом банку:

- По-моему, вино выглядит совершенно обычным. Я не думаю, что оно какое-то особенное.

- Вы не можете знать качество вина, и выбрать какое из них лучше, пока не попробуете! – холодно ответил Цзюнь Мосе.

Три гостя уселись на стулья. Оба судьи уже приняли решение. [Если эти два вина окажутся похожи, или даже, если вино молодого парня окажется немного лучше, мы все равно будем голосовать за Старика Сонга! Просто посмотрите на этого Цзюнь Мосе, он слишком высокомерен!

Более десяти тысяч таэлей серебра за одну бутылочку вина? Никто не может себе такого позволить! Таким вином можно было бы разорить государственную казну!]

- Ой? Я не знал, что здесь присутствует маленькая девочка! - Цзюнь Мосе увидел Ян Мо (1). - Ты очень красивая! Когда ты вырастешь, ты станешь очень красивой девушкой!

- Я мужчина. Я большой парень! – неистово возразил Маленький Ян Мо, перестав дергать одежду своего отца, крепко сжав кулаки, он резко посмотрел на Цзюнь Мосе своими большими круглыми глазами.

- В самом деле? Я так не думаю... Ты даже говоришь как девчонка, - Цзюнь Мосе покачал головой, и наклонился к мальчику, - возможно, тебе стоит стянуть штаны и подтвердить это.

Цзюнь Мосе явно шутил. Маленькие мальчики не могут разговаривать грубым голосом!

- Я мужчина! - Маленький мальчик крепко схватился за свой пояс, на его лице было смущение от неловкой мысли о снятии штанов, чтобы подтвердить свою мужественность.

- Может быть, ты мужчина... - Цзюнь Мосе злобно улыбнулся, - но ты по-прежнему выглядишь как маленькая девчачья его версия, - он сказал, указывая на принца.

- Я мужчина! - крикнул парень резким голосом, - а похож я на него, потому что он мой отец!

- Ха-ха-ха... – абсолютно все одновременно засмеялись.

Цзюнь Мосе почесал затылок и продолжил:

- Хорошо, я больше так не буду, давай я просто поверю, что ты мужчина, хорошо?

- Ну, хорошо... - Маленький мальчик не понял слов Цзюнь Мосе, поэтому он приблизился к нему и прошептал ему на ухо, - если ты мне не веришь... тогда я сниму штаны и покажу тебе…

Цзюнь Мосе остался ошеломленным и... побежденным! Хотя мальчик прошептал это на ухо Цзюнь Мосе, все, очевидно, услышали, что он сказал. Мужчины, присутствовавшие в магазине, были экспертами, и их чувства были чрезвычайно острыми, в том числе и слух. Поэтому даже если бы мальчик прошептал это еще тише, все они все равно услышали бы те слова очень четко. Все снова разразились смехом, и атмосфера в комнате внезапно стала спокойной.

Цзюнь Мосе незаметно для всех улыбнулся… Наемный убийца был достаточно опытным, чтобы понять, что лучше проводить конкурс в спокойствии, поскольку такая атмосфера помогает поддерживать порядок.

[Этот парень определенно станет кем-то великим когда-нибудь!]

Понимая, что у малыша было много запала внутри, Цзюнь Мосе решил оставить ребенка в покое... для своего же блага.

Старик Сонг сходил в дальнюю комнату и принес в руках две бутылки. Толстый слой пыли на бутылках говорил о том, что эти бутылки уже давно ожидали своего времени в хранилище.

- Поскольку ты принес только две бутылки с вином, я взял тоже две, ради справедливости.

Старик Сонг очень гордился этими бутылками вина. Молодым он много объездил гор и лесов, чтобы добыть ингредиенты для этого вина, а затем сделал его, используя все свои умения и навыки.

- Это вино двадцати восьмилетней выдержки. Я побывал на снежных склонах горы, в ледниках, реках, озерах, лесах… Я провел пять лет, путешествуя по миру, чтобы найти подходящие материалы для этого вина, во времена своей молодости.

На лице Старика Сонга отражался намек на грусть:

- Эти две банки являются последними, оставшимися образцами моего прекрасного творения.

Его слова вызвали большой интерес в сердцах Одинокого Сокола и принца.

- Вы путешествовали по миру пять лет, чтобы найти правильные ингредиенты для приготовления вина?..- Одинокий Сокол покачал головой, - это звучит немного искусственно для меня! Но этот факт сам по себе делает этот вино достойным величия!

- Достойным… - старик Сонг странно улыбнулся, казалось, слова Одиногоко Сокола его немного задели. - Это вино - лучшее вино, которое я когда-либо делал... Оно лучшее во всем мире!

- Что ж... Вино второсортное, но ваша самоотверженность достойна похвалы, - Цзюнь Мосе даже захлопал. - Однако самоотверженность не является синонимом успеха. Качество вина не определяется усилиями, которые прилагались для его создания.

Трое мужчин сразу же посмотрели на Цзюнь Мосе. Было очевидно, что его слова снова оскорбили их.

[Самоотверженность не является синонимом успеха? Ладно, может быть, это вино не лучшее в мире, но что он имеет в виду? Подразумевает ли он то, что судьи могут быть предвзятыми?]

Одинокий Сокол холодно посмотрел на Цзюнь Мосе. Паренек, который ему понравился, теперь всех раздражал.

[Сейчас он запел совершенно по-другому. И кажется, что он поставил под сомнение мою способность судить?]

Он не мог не спросить ледяным тоном:

- Молодой человек, что ты имеешь в виду?.. Самоотверженность не имеет значения? Основываясь на всех историях успеха из прошлого, можешь вспомнить хотя бы одну, где человеку удалось добиться чего-то великого без настойчивости?

- Самоотверженность важна, но все зависит от величины этой приверженности…. И того, достойна ли цель этой самоотверженности! – заявил бесстрашно Цзюнь Мосе. - Самоотверженность открывает путь к успеху, и ею всегда следует восхищаться, но если ты посвятишь себя чему-то безнадежному, то ты не более чем дурак! И да, у всех успешных людей в мире всегда было что-то одно общее — настойчивость! Как только они определили цель, они никогда не отступали он нее, и очень много работали над созданием чего-то великого, поэтому их истории служат примером для всех нас. Например, учредитель империи Тянсян, Ян Кай Тянь, работал над повышением своего Суань Ци — все об этом знали! Значит, ты прав! Но на пике есть несколько других мастеров, но они никогда не доходили до вершины, как Император!

- Мастера в этом мире? Что ты знаешь о них? – слова Цзюнь Мосе, наконец-то, снова стали интересны Одинокому Соколу.

- Мир признает только восемь великих мастеров. Первый – неприкасаемый, Юн Би Чен. Поговаривают, что с ним всегда на его стороне Суань Зверь девятого уровня. Говорят, что он достиг пика Духа Суань несколько лет назад! О нем говорят, что он может перевернуть весь мир вверх дном.

- Да… - Одинокий Сокол кивнул.

Его Королевское Высочество и Старик Сонг также слышали об этом человеке и знали, на что он способен. Юн Би Чен был практически легендой! Бессмертной легендой!

- Второй не такой сильный, но он по-прежнему является легендой, благодаря собственным заслугам - Ли Ю Тянь! Люди говорят, что он безразличен ко всему и действует только в соответствии своим фантазиям… Но его Суань Ци на пике мира, и я считаю, что никто не может подвергнуть сомнению этот факт! Третий – это повелитель города Серебряной Метели - Хань Фэн Сюэ, - в тот момент, когда Цзюнь Мосе упомянул его имя, волна эмоций прокатилась по лицу Одинокого Сокола.

- Четвертый - Мо Вэнь Тянь! – глазами Цзюнь Мосе постоянно наблюдал за всеобщей реакцией на каждого перечисленного человека. - Этот мастер, как говорят, принадлежит империи Тянсян.

- Пятый - это хладнокровный Ли У Бэй.

Шестой - великий ученый из империи Шэнь Цы. Говорят, что он заклятый враг Мо Вэнь Тянь, и что они сделают что угодно, чтобы убить друг друга! Этот человек, Ши Чан Сяо, по слухам сейчас также находится в городе Тянсян! - Цзюнь Мосе холодно улыбнулся.

- Седьмой великий мастер выбрал навечное уединенное проживание, его имя - Мэн Хун Чен.

- Что касается восьмого, да... - Цзюнь Мосе спокойно улыбнулся. - Это трудно определить.

Как это трудно определить? - Одинокий Сокол поднял брови, холодно посмотрев на Цзюнь Мосе. - Это не более чем имя. Неужели его так трудно сказать?

- Восьмую позицию во всем мире делят два человека, - Цзюнь Мосе таинственно заулыбался. - Одинокий Сокол саваны и Фэнг Хуан Юнь, они оба делят восьмую позицию. Говорят, что они пытались выяснить кто же из них сильнее в битве, полвека назад, но это не принесло никаких результатов! Поэтому восьмое место разделяют они оба!

- Какая разница, есть ли среди них победитель или нет. Фэнг Хуан Юнь все равно не заслуживает этого места! Он ничего не стоит в сравнении с Одиноким Соколом! – с отвращением фыркнул Одинокий Сокол.

- Я и прежде такое слышал. Еще люди говорят, что Одинокий Сокол часто в одиночку уходит на горные вершины, покрытые снегом, чтобы улучшить свои боевые навыки. Если честно, про него рассказывают, что он тренируется с сотнями, даже тысячами орлов! Если этот слух верен, то Одинокий Сокол должно быть жесткий человек! - Цзюнь Мосе произнес эти слова с чувством уважения. - Если все так и есть, тогда Одинокий Сокол превосходит Фэнг Хуан Юнь.

Одинокий Сокол не мог перестать ощущать чувство величия:

- Я не думал, что такой молодой человек, как ты, на самом деле так много знает о восьми великих мастерах мира... Я думаю, ты более осведомлен, чем я представлял себе.

Старик Сонг и принц просто не могли понять: [Все знают об этом... нет ничего особенного об этом! Это точно не считается какими-то уникальными знаниями...]

(1) Ян Мо – имя сына принца.

Глава 162. Конкурс….уже начался

Старик Сонг и принц просто не могли понять: [Все знают об этом... нет ничего особенного об этом! Это точно не считается какими-то уникальными знаниями...

Ладно, подвиги Одинокого Сокола в борьбе с орлами на снежных горах на протяжении многих лет - это довольно удивительно. Но тогда нужно помнить о том, что Фэнг Хуан Юнь также известен тем, что сам уничтожал волчьи стаи. Это также хорошо известно, как достижения Одинокого Сокола, но почему тогда говорят, что Фэнг Хуан Юнь не заслужил занимать свое место?]

Но поскольку эти два человека были очень вовлечены в их собственные мысли, ни один из двух других не возражал.

- Кроме восьми великих мастеров мира, есть также король всех убийц, Чу Цзи Хун.

Цзюнь Мосе задумался над словами Одинокого Сокола. [Насколько же нужно быть хорошим в своем деле, чтобы получить титул короля убийц? Должно быть, он сильнее, чем я был в моей предыдущей жизни? На самом деле… Теперь мне стало действительно интересно, ах].

Даже просто мысль об этом воспламенила крик в сердце Цзюнь Мосе:

[Не может быть двух тигров на одном холме, так само не может быть двух лидеров в одной и той же отрасли! Тем более, когда дело касается убийств!]

В силу того, что он был некоронованным королем убийц в своей предыдущей жизни, эго Цзюнь Мосе просто не могло смириться с такой ситуацией. В этот же момент Цзюнь Мосе внезапно осознал, что однажды произойдет битва между ним и Чу Цзи Хуном.

[Боюсь, битва совершится рано или поздно! Его судьба... Неизбежна!]

- Малыш, хоть я и не буду подвергать сомнению твои знания, но ты должен знать, что я не соглашусь с тобой, как бы ты ни настаивал.

Несмотря на то, что слова Одинокого Сокола были сложными по своей природе, он все же смог сказать это очень тихо и спокойно.

- Я до сих пор не согласен с объяснением. Я согласен, что Одинокий Сокол боролся с орлами на заснеженных вершинах в течение многих лет, но разве этого достаточно, чтобы считать его лучше других?

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

- Все знают, что орлы на вершинах заснеженных гор - это не обычные стервятники, они Суань Звери. Хотя они не являются представителями высоких уровней, но там количество преобладает над качеством. Все мы знаем, что борьба - один из лучших способов улучшить Суань Ци. Кроме того, сильный холод в горах также имеет очень таинственное влияние на Суань Ци. И, если кто-то способен уничтожить так много стервятников, то его боевой опыт явно увеличился во много раз. Более того, траектории полета и атаки этих стервятников обычно очень непредсказуемы… Это помогает выучить несколько разных стилей борьбы!

Одинокий Сокол улыбнулся и кивнул, соглашаясь с прежде сказанным.

- Да, это на самом деле, правда, - добавил Одинокий Сокол с самодовольным видом. От этого Цзюнь Мосе стало настолько противно, что в его сердце появилось желание плюнуть Одинокому Соколу в лицо.

[Просто посмотрите на это выражение его лица… Ты можешь быть великим воином, но слышал ли ты когда-нибудь о таком понятии, как скромность? Не отвечай... Ты же – Одинокий Сокол... Это твоя тайна...]

Цзюнь Мосе внезапно осознал одну простую истину:

[Обычный человек или чиновник, мошенник или эксперт... Мы все носим маски. Это то, что нас защищает… от разных незнакомцев].

- Хотя методы практики Одинокого Сокола - это самые быстрые методы развить Суань Ци, но эти методы также являются одними из самых опасных. И по этой причине Одинокий Сокол достоин быть великим мастером!

Удивительно, как Цзюнь Мосе мог продолжать хвалить человека, при этом всеми силами пытаясь сдерживать желание вырвать. Он знал, что нужно заложить почву для своей победы, поэтому терпел эти страдания…

Одинокий Сокол тем временем был очень рад узнать, что его деятельность завоевывает признание у некоторых людей, но одновременно он был недоволен тем, что кое-кто с презрением относился к его методам.

- Но! - Цзюнь Мосе замолчал, на мгновение, но затем продолжил. - Так как это известный факт, разве ты не думаешь, что другие тоже пробовали это? Ты действительно веришь, что метод, который известен с древних времен, был использован только одним человеком? Но, тем не менее, только один человек смог стать одним из восьми великих мастеров, а о других ничего не слышно?! Что это значит?

Одинокий Сокол сразу же выпрямился всем телом:

- Что они мертвы! - мысль обо всех телах, погребенных в снегу на снежных вершинах, вызвала чувство жалости в его сердце, но, в основном, это заставляло его гордиться своими достижениями.

- Старик прав! - Цзюнь Мосе и дальше бессмысленно продолжал хвалить, - кратчайший путь - не значит простой… Все эти люди были либо захоронены в снегу, либо стали пищей для этих стервятников. Они, безусловно, нашли правильное направление, а также выбрали правильный метод. По правде, они были чрезвычайно преданы делу. Я бы даже сказал, что они были более стойкими, чем Одинокий Сокол, потому что они продолжали бороться до самой смерти! Но мир знает только имя Одинокого Сокола… и никого из тех ребят. Хотя все они придерживались того же подхода, что и Одинокий сокол, но почему-то мы до сих пор не слышали ни одного имени?! На это есть только одна причина… Одинокий Сокол преуспел в этом, а они — потерпели неудачу! Все просто! - Цзюнь Мосе улыбнулся.

- Рассказы, о так называемых «успешных» людях, как правило, превращаются во вдохновляющие истории для остального мира не из-за самой истории…. а потому, что эти люди в итоге достигли своей цели! Даже опыт людей, которые потерпели неудачу, пытаясь достигнуть одной и той же цели, мог быть превращен в рассказы… На самом деле их истории были бы еще более эпическими, шокирующими, мучительными, но они никого не вдохновили бы, потому что в итоге те люди просто потерпели неудачу и оказались погребены в земле! У любого может быть история, и любой может стать легендой, но всегда есть одно условие – вы должны преуспеть в своем деле! Богатство обеспечивает физический комфорт, тогда как бедность обеспечивает духовные удобства. Но мы слышим о богатых только потому, что они преодолели бедность, а бедные остались в своих страданиях, мы о них не слышим!

Цзюнь Мосе рассказал слишком много всего на одном дыхании, поэтому, естественно, во рту у него немного пересохло. Он схватил чайник и налил себе чая и выпил. Однако никто не посчитал, что он ведет себя как-то грубо, поскольку все были заняты размышлениями о глубоком смысле его слов.

- Все, что я пытаюсь сказать: хотя Старик Сонг очень усердно работал, чтобы его вино выглядело в глазах обычных мужчин как вино хорошего качества, оно не обязательно лучшее… Потому что Старик Сонг до сих пор не смог добиться того, что есть у Одинокого Сокола — успеха!

Цзюнь Мосе с самого начала сомневался в человеке в черной одежде. Похоже, что обострение подозрений у Цзюнь Мосе произошло в то время, когда он узнал истинный уровень Суань Ци Старика Сонга. Весь этот разговор о восьми великих мастерах был всего лишь испытанием, чтобы проверить, будет ли человек в черном защищать Одинокого Сокола. Именно это он и сделал. И его резкая реакция на похвалу все прояснила…

[Он - Одинокий Сокол! Это же очевидно! Я думаю, что даже Старик Сонг и Старик поняли это сейчас… Но если нет - тогда лучше убить себя подушкой, чем объяснять это все подробно!] .

Но лучше всего было то, что с тех пор как Цзюнь Мосе определил настоящую личность Одинокого Сокола, несмотря на то, что тот пытался ее скрыть, сам Одинокий Сокол не догадывался, что его рассекретили!

[Этот малыш очень... приятно его слушать!] .

- Это, как ты сказал… хорошо или плохо... Мы узнаем только после того, как мы попробуем вина… - Старик Сонг мрачновато сказал это.

[Если мы начнем этот конкурс сейчас, он выиграет, даже если наши вина будут одинакового качества! Сначала он опаздывает, затем он оскорбляет всех, а затем рассказывает эти истории! Хотя в чем-то он прав…]

Хотя никто и не сказал этого, но конкурс начался в то время, когда Старик Сонг начал рассказывать историю своего вина! Несмотря на то, что Цзюнь Мосе играл только своими словами, но он сумел заработать кое-какие преимущества, даже больше тех, которые были ранее у Старика Сонга!

Все это было частью конкурса...

Но самым большим преимуществом, которое было у Цзюнь Мосе - это был Одинокий Сокол! Цзюнь Мосе собирался использовать его, и уже начал прокладывать почву...

- Да, хорошо. Теперь давайте начнем дегустацию вин! Скоро мы узнаем, какое вино лучше, - человек из королевской семьи был явно более спокойным, чем Старик Сонг и Одинокий Сокол. В конце концов, он был принцем и, следовательно, всегда умел взаимодействовать с разными людьми. Но восхищение и поклонение всегда были двумя взаимоисключающими условиями.

Одинокий Сокол мог быть великим воином, но этого было недостаточно, чтобы конкурировать с Императором Империи! Если кто-то попытается убить принца, тогда неподготовленный мастер, скорее всего, станет жертвой и, возможно, не сможет избежать своей смерти. Однако наследие короля долго будет продолжать жить после того, как он уйдет.

- Да, необязательно упорство может открыть путь к успеху, но нужно быть стойким, чтобы быть успешным!

Одинокий Сокол закрыл глаза, слушая эти слова, затем он медленно заявил им:

- Эти слова заставляют меня чувствовать, будто в мире нет никакой реальной человеческой любви.

-Э-э? - несмотря на то, Цзюнь Мосе не был согласен мысленно, его язык спел совсем другую песню. - Да, нам нужно только четко понимать наши цели, а затем шаг за шагом двигаться вперед. Мы не должны прислушиваться к неудачам наших предшественников или беспокоиться о том, сможет ли последующее поколение догнать нас или нет. Мы должны только заботиться о собственном пути к восхождению на вершину, а не о других людях!

- Хорошо сказано! - Одинокий Сокол рассмеялся, - мы должны только заботиться о собственном пути к восхождению на вершину, а не о других людях! – За это нужно выпить!

Цзюнь Мосе улыбнулся и руками указал Старику Сонгу, что тот может быть первым. Это действие Цзюнь Мосе поразило всех присутствующих. Ведь хорошо известно, что когда дело касается дегустации, первое впечатление всегда труднее всего победить. Поэтому всегда важно быть первым... Иначе, даже если оба дегустирующиеся продукта будут одинаковыми, первый, несомненно, будет назван победителем!

[Он уверен в том, что делает?] Действия Цзюнь Мосе пробудили этот вопрос в голове у каждого из присутствующих.

Одним взмахом руки, абсолютно не колеблясь, Старик Сонг тут же схватил четыре стакана, и быстро поставил их перед всеми. Эти свободные движения вызвали легко читаемый восторг в глазах малыша Ян Мо.

Затем Старик Сонг вытащил пробку из бутылки вина. Комната тут же наполнилась вкусным ароматом вина. Одинокий Сокол и принц не смогли сдержать желание закрыть глаза… и с удовольствием вдохнуть аромат. Эти два любителя вина в течение их жизни перепробовали все вина, но никогда, ни один из них не имел такой ярко-выраженный экзотический аромат. Естественно, они не могли сдерживать свое сильное желание попробовать это вино…

Они еще даже не пробовали вино, но уже были уверены, что никогда не пробовали ничего лучше!

- Это определенно лучшее, чем все, что я когда-либо пробовал! – Одинокий Сокол судил по аромату, - это вино действительно работа истинного мастера. Я думаю, что во всем мире только один или два мастера способны сделать что-то подобное!

Цзюнь Мосе нахмурил брови. [Хотя это вино кажется богатым и мягким, но запах явно слишком силен. Оно пахнет почти так же, как дорогой парфюм... Его можно брызгать на тело, чтобы привлекать кого-то… Но если бутылка разобьется, тогда она просто лишит способности дышать носом.. Какое клише!]

Сонг Шань схватил банку в руки с торжественным видом и священным взглядом в глазах. Из его рук вспыхнул голубой свет, когда вино запахло в воздухе. Вино лилось в бокал, пока не наполнило его под самый верх… при этом, даже одна капля не пролилась мимо бокала!

Затем второй бокал… Все четыре бокала были заполнены в считанные минуты. Вино наполнило всю комнату великолепной радугой ароматов.

- Прошу! – Старик Сонг поднял руки, приглашая всех выпить, но не тронул свой бокал.

Глава 163. Доведенны до предела

Сонг Шань на протяжении всей своей жизни участвовал и выигрывал в нескольких винных конкурсах, и поэтому у него явно было достаточно уверенности в себе! На самом деле, он обычно сохранял спокойствие, даже учитывая тот факт, что он сразу конкурировал с сотней людей. Он всегда был абсолютно уверен в своих способностях! Поэтому он всегда был уверен, что никто не сможет сделать вино качественней, чем его вино! [Никто не сможет победить меня!] .

Однако на сей раз Сонг Шань оказался в совсем другой ситуации. Он нервничал. Он чувствовал себя еще менее комфортно от того, что не мог понять причину своей нервозности. Кроме того, он подвергался давлению, которое происходило от подростка! Он наклонил голову и взглянул на две бутылки, которые привез с собой Цзюнь Мосе. [Является ли его вино действительно лучше моего?].

Он волновался, даже, несмотря на то, что этот конкурс вин был самым незначительным из всех тех, в которых он когда-либо участвовал, а качество вина, которое он сделал - было беспрецедентным!

Несмотря на то, что конкурс судили всего два человека, но одним из них был Брат короля! А другой судья был в списке самых лучших и влиятельных экспертов на континенте! И был еще единственный зритель… маленький принц!

Что касается предмета спора… это тоже было беспрецедентно. На кону стояла не только репутация Сонг Шаня, он также рисковал своей свободой.

- Если я проиграю, тогда я буду считать его своим учителем, - поскольку это предложение было произнесено в присутствии принца, оно было равно контракту!

[Это нелепо! Я очень знаменитый производитель вина... Он — никто, в сравнении со мной!].

Я просто нервничаю, потому что я выставил свое лучшее вино для этого конкурса... а эти ребята выпьют его все, полностью!

Но я ведь не могу сказать «нет» этим парням, не так ли? Оскорбление принца - не лучший способ для поиска убежища в его стране...]

Несмотря на то, что он не знал подлинную личность таинственного эксперта, он понимал, что этого человека тоже не нужно обижать ни при каких обстоятельствах!

Так как он решил ехать верхом на тигре, сейчас уже было поздно слезать с него… Сражаться - единственный вариант!

- Удивительное вино! – сказал принц, сделав свой первый глоток. Затем он продолжил наслаждаться ароматом и вкусом вина. Он осторожно закрыл глаза и наслаждался послевкусием, поскольку это приносило ему замечательные ощущения!

[Я много пробовал разных вин в своей жизни, но это вино – оно какое-то другое и особенное... Не думаю, что у меня когда-либо была возможность попробовать такое особенное вино… Мне действительно нужно его побольше выпить!]. Эти мысли с легкостью можно было прочитать на лице Одинокого Сокола.

[Неудивительно, что Сонг Шань был настолько уверен в своем вине… Он поспорил только потому, что он знал, что его вино необыкновенное. Даже вино императорского винодела не способно затмить вино, которое сделал Сонг Шань… На самом деле, даже несправедливо сравнивать это вино с каким-то еще!].

Цзюнь Мосе улыбнулся, осторожно покачивая бокал. Первоначально чистое вино начало расплываться, затем в нем появилось несколько пузырьков. Если посмотреть вблизи, то можно было легко заметить, что изначально чистое вино стало немного мутным.

- Это недостаточно профессионально, - вдохнувши, покачал головой Цзюнь Мосе, - вот такая грязь в винах всегда была табу!

Сонг Шань почти задохнулся от шока, при этом широко раскрыл глаза.

Его годы умственных и физических усилий, все его умения, вся решительность, вся его самоотверженность и боль, которая была в этом вине, теперь это было названо ребенком – непрофессиональным! ..

[Этот ребенок просто невежественен... Или это его высокомерие?] .

Оба судьи уже осушили до дна свои бокалы, и хотя они не попросили больше вина, было очевидно, им очень хотелось взять еще и долить себе вина, прямо до зуда в кончиках пальцев. Было очевидно, что они с нетерпением ждали окончания конкурса, поэтому они могли просто объявить Сонг Шаня победителем, чтобы затем выпить остальную часть его вина.

- Братец, мы должны попробовать и твое вино. Этот конкурс был очень интересным с самого начала, и твое вино должно быть представлено, - Его Королевское Высочество утешительно улыбнулся, так как по его замечанию можно было понять, что он ожидает, что Старик Сонг станет победителем. Правду говоря, он постоянно краем глаза поглядывал на вино Старика Сонга с тех пор, как попробовал его.

Намерения принца казались довольно очевидными… [После того, как я объявлю Старика Сонга победителем, я попрошу его вручить эти две бутылки вина мне в качестве подарка. Но мне придется пристально следить за этим человеком в черной одежде… Если он украдет его, то я не смогу снова выпить этого вина… В любом случае, Старик Сонг сказал, что эти две бутылки были последними из этой партии...].

[Что касается результатов этого конкурса… Результат довольно очевиден. Вина Сонг Шаня всегда были лучшими в городе, а данное вино еще более редкое и даже лучше, чем все те, которые он когда-либо производил].

Одинокий Сокол до сих пор поддерживал спокойствие и хладнокровие, и хотя принц не мог читать его мысли... Цзюнь Мосе с уверенностью мог сказать, что Одинокий Сокол и принц думали абсолютно одинаково.

- Слишком рано говорить что-либо прямо сейчас. Результат этой битвы должен быть решен только после того, как оба участника представят свои вина! - Цзюнь Мосе наклонился и взял бутылку с вином, затем вытянул пробку одним движением...

- Бух! - три пары глаз одновременно вздрогнули. Даже молодой Ян Мо смотрел на Цзюнь Мосе с нервным видом.

- А? – три человека воскликнули одновременно.

[Запах ничуть не изменился... в аромате Цзюнь Мосе не было ничего соблазнительного].

Всякий раз, когда открывается бутылка вина, аромат вина наполняет воздух…

[Но, как не может быть запаха? Что этот подросток придумал?] .

Лица всех троих мужчин покраснели. Затем, когда они присмотрелись, то увидели, что хотя Цзюнь Мосе открывал бутылку, но вокруг горлышка все еще оставался тонкий слой пропитанной маслом бумаги, которая, вероятно, и блокировала аромат! Лица трех мужчин покраснели еще сильнее, так как Цзюнь Мосе разворачивал эту пропитанную маслом бумагу очень медленно.

Он практически дразнил их!

После того, как он удалил пропитанную маслом бумагу, запаха все еще не было!

От неожиданности все трое широко открыли глаза. [Подождите, это что, настоящая кожа животных, под слоем пропитанной маслом бумаги? Кажется, что кожа принадлежала Зверю Суань шестого уровня].

Но потом трое снова заметили кое-что новое. [Под слоем кожи животного есть еще слой оранжевого дерева… Это и является настоящей причиной отсутствия аромата!].

Оранжевое дерево само по себе не имеет никакого запаха, но оно способно изолировать любой запах!

[Неудивительно, что мы до сих пор ничего не почувствовали.

Но, подождите, его бутылка вина была изначально меньше обычного размера, и теперь это значит, что реальный размер его бутылки на самом деле составляет половину первоначального размера! Это… намного меньше… намного! А теперь что?..].

Руки Цзюнь Мосе остановились в самый решающий момент, а затем он внезапно встал и медленно сделал два шага назад. Затем он широко раскрыл руки и потянулся, он сделал глубокий вдох, прожужжал что-то несколько раз, затем положил руки на бедра и несколько раз покрутился. Затем он немного покрутил своими ягодицами, после расставил руки, начал растягиваться и крутить головой, ослабляя шею. Затем он перекрестил пальцы двух рук и начал трещать ими… каждым по очереди…

Его Королевское Высочество, Сонг Шань и Одинокий Сокол - все смотрели на него ошеломленным взглядом. У каждого из троих мужчин был один и тот же порыв в сердце. [Не трать впустую свою энергию, растягивая шею, давай я скручу ее тебе! Я, конечно же, скручу ее так, как никто тебе никогда не скручивал!].

Абсолютно невинно, Маленький Ян Мо хотел спросить Цзюнь Мосе, хорошо ли он себя чувствует…

Как только Цзюнь Мосе растянулся всем своим телом, он шагнул вперед с кошачьей элегантностью и, не жалея усилий, удалил оранжевое дерево, которое покрывало его вино, а затем выбросил деревяшку под ноги.

Звук из-за падения оранжевого дерева нарушил тишину в комнате, все трое мужчин вызывающе подняли брови.

Руки Цзюнь Мосе все еще блокировали открытие колбы, так, что запах все еще не мог проникнуть в атмосферу. В сердцах трех мужчин уже зудело: [просто открой уже эту бутылку!] .

Когда трое мужчин смотрели на него с выражением негодования на лицах, Цзюнь Мосе посмотрел на свою бутылку вина, а затем ласково сказал голосом как у уточки:

- Ах... прежде чем выпьете... вдохните его аромат. Запах этого вина опьяняет раз в десять больше, чем что-либо!

- Черт бы тебя побрал! - все три человека прокляли его в унисон. Даже обычно спокойный и собранный Одинокий Сокол не стал исключением. Цзюнь Мосе, очевидно, испытал и уже довел до предела терпение!

Но затем, кое-что случилось, и их лица застыли с ярко-выраженным чувством гнева! Потому что в тот момент... Цзюнь Мосе убрал свою руку и позволил аромату вина наполнить воздух.

Невыразимый... Неповторимый, чудесный аромат наполнил всю комнату, подавляя их возражения. Это можно было сравнить с ситуацией, если бы сильный воин вошел в комнату, полную трусов!

Возможно, лучшем сравнением было бы это…. Аромат распространился по комнате, как блестящий лунный свет в ночном небе, и покрыл каждый темный уголок в комнате!

[Это запах запредельной мечты! Этот аромат не из человеческого мира... Он из страны чудес! Нет, даже не так! Даже в стране чудес не изобрели такой удивительный аромат!

Что это за вино такое? Разве действительно возможно, чтобы вино в этом мире имело такой опьяняющий аромат?!

Хм... Я слишком тронут...].

К тому времени, как трое мужчин смогли прийти в себя, Цзюнь Мосе уже наполнил четыре бокала вином. Вино янтарного цвета казалось похожим на волшебство в бокале из стекла нефритового оттенка.

- Прежде чем выпьете... вдохните его аромат. Запах этого вина опьяняет раз в десять больше, чем что-либо! - принц уже встал, позабыв о своих манерах. Он взревел дрожащим голосом, а слезы текли по его щекам, - в десять раз больше, ах, ах, ах….

Сонг Шань поднял свой бокал со слезами на глазах. Он так сильно держал стакан, как будто он пытался удержаться за какое-то бесценное сокровище... Он долго смотрел на вино, как будто не хотел пить его. Совсем не потому, что он боялся проиграть в этом конкурсе... Он боялся, что лучшее в вине – это его аромат, и больше ничего кроме… Боялся, что кислый вкус вина уничтожит чувство блаженства, которое он сам сейчас испытывал…

Только простой запах вина заставил всех троих мужчин предаться мечте, и никто из них не хотел проснуться от этой прекрасной мечты!

Глава 164. Ученик - эксперт Суань Неба

Одинокий Сокол смог сдержаться и не покраснеть, но вот свой взгляд, каким-то чудным образом, он смог сохранить таким же невыразительным и холодным, как и всегда. Но когда он схватил свой бокал и медленно поднес его к своим губам, глаза его заискрились от ожидания. Некоторое время он немного колебался, но потом отпил из бокала один большой глоток!

Он явно чувствовал, как жидкость лилась по его горлу, он даже почувствовал, как его собственный Суань Ци активируется внутри его тела. Он почувствовал, что вино попало в его желудок, но понял, что в бокале все еще оставалось вино, и допил его…

Одинокий Сокол наслаждался ароматом вина все больше и больше. Но, вдруг внезапно почувствовал очень сильное чувство горения внутри своего тела... Казалось, будто его конечности, все его кровеносные сосуды и все его меридианы пылали в огне! Внезапно, он почувствовал, что все его тело подожжено, волосы на его теле поднялись дыбом, и даже его Суань Ци больше не слушал его приказы! Пламя, тлеющее внутри его тела, сейчас давало достаточно сил, чтобы сражаться с кем угодно, даже с Юн Би Чен!

- Отличное вино! Это лучшее вино в этом мире! - Одинокий Сокол очень старался подавить свои слова, но не смог. Несмотря на то, что его слова были низким громким рыком, исходящим из глубины его горла, волнение в его голосе было очевидно. - Этот человек - бог вина!

Принц тоже выпил из своего бокала, а затем, внезапно, начал глупо таращиться на всех. Через какое-то время он встал, обошел круг по комнате, будто он был лунатиком, а затем вернулся обратно на свое место. Он наклонил свою голову, постоянно смотря на свой бокал вина, после чего он пробормотал со слезами на глазах:

- Сегодня я узнал правду своей жизни... Я жил...

Затем он внезапно вскочил и протянул руки, словно хотел крикнуть что-то, но не смог... Поэтому он сел обратно и простонал:

- Отличное вино, ах, ах…

Сонг Шань не мог перестать дрожать. В руках он все еще держал свой бокал, не желая пить вино. Увидев реакцию Одинокого Сокола и принца, Старик Сонг понял, что он проиграл конкурс.

Без всякого сомнения, он проиграл!

Но почему-то в это время, в этот самый момент, несмотря на проигрыш, Старик Сонг был в бодром расположении духа!

Он даже не жалел из-за того, что его лучшая работа – проиграла. Теперь он просто хотел попробовать на вкус это вино!

Старик Сонг не принимал близко к сердцу свое поражение. Он был как паломник, идущий по святым местам, он всего лишь хотел испытать верховную власть!

Пока Старик Сонг пил, он почувствовал, что его душа танцует и поет. Он чувствовал каждый дюйм своих мышц, каждый меридиан своего тела... и чувствовал то, как они дрожали…. Буквально через мгновение, глаза Сонг Шаня начали слезиться, а в горле образовался комок… Слезы капали в бокал, глаза еще больше слезились… Все его тело начло дрожать, в итоге он просто положил голову на стол и начал рыдать…

- Я… я, мне… мне так повезло выпить этого вина… Моя жизнь теперь будет лишена всех сожалений… Сегодня у меня была возможность отведать такого божественного напитка… Я даже соглашусь со смертью без каких-либо жалоб...

Старик Сонг ударил кулаком по столу, и еще раз ударил кулаком, затем еще ударил. Он ударился головой о стол, выдирая на себе волосы, при этом, не переставая рыдать:

- Я всю свою жизнь провел…. Живя, как пес… ох…

Цзюнь Мосе остался ошеломленным... Мурашки покрыли кожу по всему его телу, когда он наблюдал за этой ужасающей сценой.

Он и раньше видел, как люди плакали.

Он и раньше видел, как мужчины плакали.

Но Цзюнь Мосе никогда раньше не видел, чтобы кто-то плакал так!

Более того, этому мужчине было не менее пятидесяти лет!

Кроме того, этот человек был экспертом Суань Неба!

И был знаменитым убийцей!

И теперь этот мужчина бесконтрольно плакал над бокалом вина...

[Это всего лишь из-за бокала вина?]

Цзюнь Мосе был полностью сбит с толку.

Наемный убийца Цзюнь всегда недооценивал силу вина!

Искусство изготовления вина подверглось сотням и тысячам лет эволюции! Неисчислимое количество людей сошло с ума в поисках методов совершенствования искусства изготовления вина! Эти навыки передавались из поколения в поколение, и каждое новое поколение вносило свои изменения в методы приготовления вина.

Так как у Цзюнь Мосе были готовые методы на руках, он всегда считал, что виноделие – это легкая задача. Он всегда игнорировал тот факт, что он стоял на вершине тысячелетней эволюции… Он находился на вершине из-за результатов жизни тысяч гениев!

Принять участие в конкурсе виноделия в древнем городе, при этом используя современные методы приготовления вина, было сродни, если бы простой человек сравнился с горой Эверест!

Он никогда не понимал, что методы, которые он использовал для приготовления своего вина стали ему доступными из-за исследований и напряженной работы огромного числа людей, которые посвятили всю свою жизнь искусству изготовления вина!

И в этом древнем мире один человек, увлекающийся виноделием, просто попробовал современное изысканное вино...

Воздействие было... Просто невыразимо...

Уровень Суань Ци Старика Сонга уже достиг Суань Неба. Это сделало его одним из самых влиятельных людей в этом мире и практически сделало его неприкасаемым в глазах обычного человека. Но этот человек всегда следовал фразе: «Сделаю вино моим лучшим атрибутом». Если бы Сонг Шань приложил столько же энергии и преданности к своей боевой подготовке, то его боевые достижения преодолели бы все барьеры! Сердце Старика Сонга испытывало бурю эмоций, но эти его эмоции по-прежнему успокаивали его. С одной стороны, его высокомерие, гордость и уверенность в том, что он лучший в мире производитель вина, были разрушены. Но, с другой стороны, он неожиданно открыл для себя вино, превосходящее его, но этого вина еще было огромное количество в запасе!

Было совершенно непостижимо представить, насколько сильно было состояние шока Старика Сонга…

Цзюнь Мосе только что превратился в несравненного человека в глазах Старика Сонга… будто бы он был… настоящим воплощением бога вина!

[О, небеса! В этом мире действительно есть такое вино! И существует человек в этом мире, который может сделать такое вино! Если он не бог вина, то кто он?]

Будучи гордым и уверенным человеком, он был превращен в побежденного! Это было поражением всей его жизни! Крах смысла жизни!

Паб полностью погрузился в тишину на некоторое время. Принц был первым, кто начал говорить:

- Этот конкурс виноделия сегодня… - в его голосе все еще присутствовало волнение.

[Мое вино ничто по сравнению c вином этого парня… Он прав... мое вино мусор! Мое вино ничего не заслуживает… Его вино вне конкуренции… Я, Сонг Шань, путешествовал по всему миру, но я никогда не пробовал ничего настолько божественного!]

Голос Сонг Шань прозвучал чрезвычайно возбужденно:

- Я, Сонг Шань, признаю поражение!

Затем Старик Сонг встал, и с взглядом, как у безумца, направился к Цзюнь Мосе. Он опустился на колени, опустил голову на землю и глухим голосом произнес: - Мастер, пожалуйста, прими уважение своего ученика!

Цзюнь Мосе поспешно встал:

- Это...

Его Королевское Высочество и Одинокий Сокол, пребывая в состоянии шока, безмолвно смотрели друг на друга. Прошло немного времени, пока Одинокий Сокол нашел что сказать:

- Старик Сонг признал тебя своим учителем, братец. Твое вино несравненно. Но, не позорь его, не унижай его!

Окончательное решение было принято!

Цзюнь Мосе долгое время оставался задумчивым, но потом все же улыбнулся и, наконец, сказал:

- Да, в таком случае, Сонг Шань, встаньте. Я принимаю.

[Что происходит?

Кто сказал, что небеса не могут упасть?] .

Принц всегда воспринимал эти слова как шутку… Но, ситуация, когда Сонг Шань, достойный эксперт Суань Неба, один из лучших убийц мира, превращается в ученика обычного мальчика, совсем не выглядела как шутка...

[Стать учеником - это решение, изменяющее жизнь!

В нашей жизни есть пять главнейших ролей: родители и дети, мастер и ученик, муж и жена, старшие и младшие братья и сестры, и друзья. Хотя отношения между мастером и учеником не являются первоочередным приоритетом, но они одни из самых важных!

Мастер важнее родителей! Родители только формируют тело, но именно учитель, мастер, ведет человека к успеху в жизни! Учитывая личность и статус Старика Сонга, как он может думать о том, чтобы стать учеником этого непритязательного и неизвестного ребенка?!]

Принц явно недооценил одержимость Сонг Шаня искусством виноделия!

Ведь знание не имеет возраста! Что касается Старика Сонга, то это решение было его путем к просветлению!

Даже Цзюнь Мосе был немного удивлен и все еще был погружен в размышления: [В случае если Старик Сонг вздумает отказаться от своих слов, тогда он может предать меня в любой момент… Я никогда не подумал бы, что он...]

Но наемный убийца Цзюнь не был из таких, кто забирает свои слова обратно!

[Отказываться от эксперта Суань Неба, как от ученика, очевидно, было бы очень глупым решением! Даже, несмотря на то, что Старик Сонг только собирается учиться искусству виноделия у меня, но я никогда не могу быть уверен в том, что можно доверять ему, учитывая тот факт, что он является экспертом Суань Неба! Он таинственный и у него может быть мощная сила...

Но если он станет моим подчиненным, смогу ли я действительно его контролировать?]

Цзюнь Мосе был немного взволнован от этих мыслей, но затем он пришел в себя и осознал, что он теперь является учителем и будет должен отвечать за образование своего ученика! Что-то в его сознании подсказывало, что теперь ему нужно взять на себя ответственность!

- Старик Сонг, ты знаешь, почему проиграл? - Цзюнь Мосе захотелось почесать свою бороду, это бы выглядело так привлекательно. Но потом он вдруг понял, что ему всего шестнадцать, и очевидно, ни намека на бороду у него не было… Поэтому, рукой, которую он уже поднял, он вместо бороды почесал ноги.

Глава 165. Партнерство с принцем

- Вино мастера – лучшее в мире! Очевидно, что у этого ученика никогда не было шанса на непревзойденный опыт мастера. И ученик понимает это и признает, - сказал Сонг Шань тоном, полным уважения.

Несмотря на то, что Сонг Шань был намного более опытнее, чем его молодой мастер, он не почувствовал ни малейшего сомнения, покорно разговаривая со своим мастером. Все потому, что Сонг Шань думал, что он никто по сравнению с Цзюнь Мосе в виноделии.

- Ты можешь и дальше восхищаться моими навыками и вином, но ты будешь неправ. Ты ошибся с самого начала, - бесцеремонно заявил Цзюнь Мосе, - ранее ты заявлял, что делал свое вино почти десять лет назад, на пике своих навыков, и это лучшее вино в мире. Это звучало так, будто ты очень доволен своей работой, и именно по этой причине ты остановил свой будущий прогресс. И если ты дальше продолжаешь верить в это, тогда это испортит любые шансы на прогресс в будущем. В тот момент, когда ты начал полагать, что эти две бутылки вина лучшие в мире, ты проиграл. Проиграл самому себе. Ты проиграл, потому что ты верил, что тебя нельзя победить!

На лбу Сонг Шаня появились капельки пота, когда он услышал эти слова.

[Да, ах... Мастер прав! С тех пор, как я сделал это вино, десять лет назад, я, даже ненамного не сдвинулся с места — никакого прогресса. Я каждый день жил, полагая, что меня никто не может победить. Я самодовольным был... Я никогда не думал, что когда-нибудь проиграю...]

- Это также как военная подготовка. Если человек говорит: - Три года назад я достиг уровня Суань Земли, поэтому рано или поздно я добьюсь уровня Суань Неба, - то этот человек вряд ли когда-либо доберется до уровня Суань Неба до конца своих дней... не говоря уже об уровнях выше! Но семьи всегда оказывают давление на таких людей, чтобы те, как можно скорее улучшали свой Суань Ци. И именно по этой причине они редко бывают слабыми. Но если они перестают практиковаться, то они даже не смогут сдвинуться вперед. В виноделии, однако, все совершенно по-иному. На тебя нет никакого давления… Ты просто недостаточно настойчив. Если бы ты был настойчив, то даже если бы ты проиграл сегодня, ты бы не проиграл с таким большим разрывом, - Цзюнь Мосе заявил серьезно. - Настойчивость - это ключ.

Сонг Шань уже принял Цзюнь Мосе как своего мастера, и был готов воспринимать каждое его слово, как приказ. Но в этой ситуации Одинокий Сокол и принц все еще оставались не убежденными. [Этот парень просто привел нам очень красноречивые примеры, доказывая, что настойчивость и преданность не так важны. И он на самом деле в мгновение ока опроверг свой предыдущий вывод! Он меняет флаги быстрее, чем можно перевернуть страницы в книге… Он много о себе возомнил!] Но, тем не менее, после того, как они взглянули на бутылки вина Цзюнь Мосе, оба проглотили слюну.

- Вино, сделанное из самых обычных продуктов, тоже может быть лучшим вином в мире. На самом деле… Это настоящее вино! - неторопливо заявил Цзюнь Мосе. - Точно так же, как и в мире боевых искусств: самые основные приемы - максимально мощные и могут привести человека на вершину мира!

Одинокий Сокол уставился на Цзюнь Мосе, когда он сказал эти слова. Военный низкого уровня, возможно, не смог бы понять глубокий смысл этих слов, но человеку с таким мастерством... Для него это предложение было не чем иным, как... просветлением!

[Удар... Какой самый мощный удар в мире? Самый обычный… удар кулаком… И этот удар производит самый мощный эффект. Даже если приукрасить удар какими-то движениями и приемами, то удар еще не нанесет тот же самый урон, который нанес бы правильно выполненный основной удар!

Это основной закон боевых искусств!

В поединке между двумя экспертами самые основные движения часто пренадлежат победителю!

Удар кулаком, несомненно, фокусируется на силе и считается королем всех ударов. Но даже тогда у этого удара есть необходимое условие: ты должен ударить соперника... А простейшим способом избежать такого удара - увернуться от него... Нужно быть ловким…]

Казалось, что Одинокий Сокол был освобожден от его оков, казалось, будто он в любой момент начнет прыгать! Если бы он дольше поразмышлял над этим, тогда он смог бы, безусловно, достигнуть прогресса в будущем! Но он все еще был беспомощным, так как в настоящий момент он не мог правильно сформулировать идею. По его нахмуренному лицу было понятно, что он продолжал размышлять над всем этим.

Непреднамеренно или преднамеренно, но это предложение Цзюнь Мосе привело Одинокого Сокола к большому открытию!

Пока Одинокий Сокол был весь в своих мыслях, принц просто не мог больше ждать.

- Братец, это вино, ах, сколько? Это…

- Хорошо, я уже говорил об этом ранее. Как я и сказал, это вино стоит одиннадцать тысяч таэлей серебра за бутылку… Вы все еще думаете, что оно того не стоит? - Цзюнь Мосе незаметно бросил приманку.

- Совсем нет, - принц еще даже не открыл рот, но Старик Сонг просто не смог сдержаться. - Такое вино - редкость в этом человеческом мире! Измерять его ценность золотом и серебром - неуважение к качеству вина! Забудьте об одиннадцати тысячах серебра, ведь даже стоимость в одиннадцать тысяч золота слишком мала для этого вина!

По его мнению, это вино было не просто вином. Это было искусством... Шедевром! Неоценимое! Бесценное сокровище!

- Оно действительно того стоит, на мой взгляд! Это вино действительно в сто раз лучше, чем вино Старика Сонга! - принц довольно быстро ответил и глянул на Цзюнь Мосе, вздохнувши. - Хотя я боюсь, что я не смогу слишком много купить…

[Трудно купить много? Это практически невозможно]

-Если это та... Тогда я думаю, что я не должен был продавать вино напрямую. Я предпочел бы вместо этого продать его на аукционе! Возможно, я смог бы даже выручить больше денег, продав по более высокой цене! - Цзюнь Мосе улыбнулся, поскольку ему удалось выдвинуть свою идею.

Трое мужчин замолчали, размышляя над идеей Цзюнь Мосе, и вскоре поняли его намерение. Они четко могли понять весь потенциал его идеи!

- Если ты сделаешь аукцион... Когда ты сделаешь аукцион? И где? – принц уже просто не мог дождаться, чтобы задать свои вопросы.

[Где я могу попробовать вино, подобное этому еще раз? И когда я смогу его купить? Цена не имеет значения!]

- Сонг Шань передаст вам всю информацию, так как он также будет участвовать в этом аукционе.

Цзюнь Мосе все еще немного беспокоился о том, можно ли доверять Старику Сонгу. Но когда дело доходило до вина, Цзюнь Мосе был на сто процентов уверен в этом мужчине. Сонг Шань может предать любого, но он никогда не предаст вино! Цзюнь Мосе был уверен в этом!

- Здорово! - принц взволнованно хлопнул в ладоши. - На самом деле, если ты столкнешься с какой-либо трудностью, я даже смогу помочь тебе, но только если аукцион будет проводиться в пределах города… Но я не смогу помочь, если аукцион будет за пределами города. [Если он проведет аукцион здесь, то я смогу купить немного вина, или, по крайней мере, выпить там немного!]

- Я официально вас представлю. Мастер... Этот человек - брат Императора, Ян Хуай Нонг. Он единственный брат Императора! - хотя тон Старика Сонга был очень почтительным, все-таки ситуация была довольно-таки смущающей. Потому, что Сонг Шань упомянул об этом сразу после того, как принц сказал, что он не может позволить себе это вино слишком часто, хоть он и был принцем.

- Брат Императора… - хотя Цзюнь Мосе уже давно догадался, что этот человек был весьма влиятельным, но не ожидал, что этот человек – единственный брат Императора Империи Тянсян. Хотя Цзюнь Мосе был немного удивлен, он сразу же пришел в себя. - Прошу прощения за любое неуважение.

Все ожидали, что он будет потрясен и даже склонит голову, поклоняясь, ведь трое мужчин считали Цзюнь Мосе лишь простым человеко. В лучшем случае они считали Цзюнь Мосе всего лишь гордым и талантливым подростком. [Как человек, занимающий низкое положение, может сохранять самообладание перед принцем? Он даже не опустил голову, поклоняясь, как обычно делают простые люди... Фактически, у этого парня даже глаз не дернулся ни на мгновенье!]. Принц явно хотел выразить свои мысли, но решил вместо этого промолчать… Он мог сказать, что этот парень, явно не самый уважительный из присутствующих людей...

Все они совершенно не подозревали, что парень абсолютно не воспринимал никакого «принца» или «королевской власти» из-за своей прошлой жизни... Более того, они также не знали о том, как безнравственно он себя повел перед вторым принцем всего несколько дней назад.

Если бы принцу не был симпатичен Цзюнь Мосе, то он, несомненно, почувствовал бы себя оскорбленным таким поведением. Он даже не остался бы, чтобы допить свое вино, и мог бы даже...

- В случае необходимости, я буду очень рад сотрудничеству с принцем, - на лице Цзюнь Мосе заиграла легкая улыбка, когда он вежливо произнес эти слова. Из его тона и слов было слишком очевидно, что он будет сотрудничать с принцем в том случае, если это будет «необходимо», иначе он…

- Когда тебе подходит лучше всего! - принц не собирался докучать Цзюнь Мосе. Принц засмеялся, прищурив глаза, - хотя я не могу позволить себе это вино в настоящий момент, но я, конечно же, не могу допустить, чтобы это вино пропало. Очевидный отказ Цзюнь Мосе только добавил больше масла в огонь.

- Я не знаю, будет ли старику интересно… Но я готов продать долю вина, каждую за два миллиона серебряных таелей. Даже если старик захочет передать эти акции своим ближайшим родственникам, этот братец согласится.

Это замечание стало для всех неожиданностью, так как Цзюнь Мосе продолжал упоминать Принца как «Старика», несмотря на то, что Цзюнь Мосе уже хорошо знал истинную личность принца. Более того, предложение продать права на его вино по два миллиона серебряных таэлей на акцию было очевидным показателем его позитивных прогнозов, касательно будущего его вина.

- Старику сейчас почти пятьдесят лет, и у меня есть только одна дочь и один сын, - Его королевское высочество улыбнулся. - Моя дочь достаточно взрослая, чтобы выйти замуж. И я надеюсь, что смогу найти для нее подходящую пару и избавить свои плечи от такого бремени в будущем. Что касается моего сына… Он не хочет следовать по стопам своего отца, и поэтому я уже начал готовиться к дождливым дням в будущем… И я надеюсь, что он никогда не будет таким беспомощным, как его старик.

Повисла тишина….

У предыдущего императора было два сына: коронованный принц - Ян Хуай Ю и второй принц - Ян Хуай Нонг.

Ян Хуай Ю всегда был амбициозным, проявлял тактический, военный, политический интерес, да и в общем всегда проявлял большой интерес к правлению Империей.

Ян Хуай Нонг никогда не проявлял к этому интереса, и всегда занимал сдержанную позицию. Потому что он знал, что, как бы тяжело это ни было, он никогда не сможет превзойти навыки своего старшего брата. Поэтому он, очевидно, не собирался разрушать себя, тщетно конкурируя с братом.

Так что, в принципе, второй принц с самого начала постепенно отошел от власти. Отсутствие энтузиазма относительно власти в сочетании с его длительным удалением от дел Империи привело его к тому, что он даже не заботился о своем будущем.

Но теперь, когда Император искал своего следующего преемника, принц, который всегда был безразличным, начал думать о будущем своих детей и даже хотел обратиться за помощью за пределы королевства!

[Это может означать только одно ... Он конкурирует со своими тремя племянниками... И он чувствует, что Империя может расколоться... оставив его ни с чем? Почему еще один принц заговорил против монархии, ради обеспечения хорошего будущего для своих детей?] .

Глава 166. Ассасины

- Один миллион таэлей вместо двух за одну акцию, - Цзюнь Мосе многозначительно улыбнулся. - Я предлагаю вам такую сделку, потому что вы мне очень нравитесь.

[Он предлагает брату Императора долю, которая стоит миллион таэлей за акцию, и при этом называет это благосклонностью?]

Цзюнь Мосе повернул голову, чтобы взглянуть на маленького Ян Мо, сказавши:

- Малышка, теперь ты один из акционеров моего вина... Ты и я теперь являемся партнерами!

- Я не девочка! - мальчик так резко вскрикнул, казалось, будто он готов покусать своего мучителя.

- Обсудим эту тему с тобой позже. Дамы и господа, Сонг Шань передаст вам детали аукциона позже: когда и где он будет проводиться. Ну, а сейчас мне нужно вернуться домой, - Цзюнь Мосе принял мудрое решение – отправиться домой.

Сам брата Императора, а также его планы по обеспечению будущего своих детей были не только очень серьезной темой, но еще и деликатной. Это надлежащим образом выразил принц Ян Хуай Нонг одним предложением. Даже эксперт Суань Неба, как Сонг Шань, ушел бы от угрозы, не говоря уже о Цзюнь Мосе.

Но, конечно же, этого было недостаточно, чтобы напугать такого эксперта как Одинокий Сокол… Очевидно… Силы этого человека уже превзошли влияние принца. Однако слов князя было достаточно, чтобы встряхнуть любого живого человека, кроме Одинокого Сокола, конечно же.

На самом деле, Цзюнь Мосе не очень заботился о принце, а больше был заинтересован в своем новом верном партнере — маленьком Ян Мо.

[Вы можете мне нравиться принц, но когда придет время, я буду заботиться только о жизни этого ребенка... а не о вашей незначительной жизни!]

- Мастер, хотел бы ты, чтобы этот ученик остался? - несмотря на то, что Сонг Шань задал этот вопрос самым обычным тоном, по его взгляду было видно, что он очень хотел остаться.

- Эта громадная и безграничная земля имеет несколько путей, но все они ведут к одному месту назначения... Независимо от того, какой путь ты выберешь, ты должен заниматься виноделием… Но куда бы ты ни пошел, не забудь взять с собой эти две бутылки вина, как напоминание! – улыбаясь, сказал Цзюнь Мосе. - Сонг Шань, ты... Поскольку твоя личность была раскрыта... Ты планируешь покинуть этот город?

Хотя Цзюнь Мосе и задал этот вопрос, он прекрасно понимал, что Сонг Шань не собирается никуда уходить. Как он мог бы… Когда он может остаться здесь и научиться делать такое вино? Научиться делать качественное вино было его жизненной целью, которую он преследовал. Так как он мог теперь уйти, когда секрет создания такого вина был так близко? Даже если его тело было бы расчленено на тысячу кусочков, он все равно бы не ушел!

Поскольку он закончил здесь, Цзюнь Мосе попрощался со всеми, и направился к выходу, чтобы покинуть магазин.

Однако Одинокий Сокол остановил его уход:

- Парень, как ты можешь уйти сейчас, когда мы все еще не закончили?.. Ты мне должен!

- Старик, у тебя нет никаких счетов со мной, так что тебе не нужно ничего мне говорить. Я ничего тебе не должен… - с улыбкой сказал Цзюнь Мосе, обернувшись. - Обычно люди должны мне, а не наоборот. Если ты думаешь, что я должен тебе... Тогда почему бы тебе не попытаться найти меня?

Несмотря на то, что изо рта Одинокого Сокола готовы были посыпаться проклятья, в глазах Одинокого Сокола все еще был намек на улыбку:

- Поскольку ты играешь в такие игры с этим стариком… возможно, я выиграю!

- Хорошо, если ты сможешь найти меня позже, тогда мы, безусловно, займемся нашими счетами, - Цзюнь Мосе, взглянув на него в последний раз, ускользнул, - если ты найдешь меня позже, я обязательно дам тебе повод для... ха-ха…

- Этот парень был настолько спокоен, даже узнав мою истинную личность… Это впервые, когда я вижу человека с таким низким уровнем Суань Ци, который может поддерживать такое самообладание, - взгляд принца намекал на уважение, поскольку все трое мужчин смотрели туда, где еще минуту назад стоял Цзюнь Мосе. - Он, безусловно, нечто необычное!

- Я согласен с тобой, старик... я тоже вижу такое впервые! – согласился Одинокий Сокол, но сказал это с тревогой в голосе. - Ему как-то удалось понять каждого из нас, но в тоже время ему удалось сохранить свою тайну!

Одинокий Сокол уже давно понял, что этот юноша его личность тоже определил [иначе, не было бы причины, по которым все слова, выходящие из уст Цзюнь Мосе, были бы такими меткими и точными...] Как бы там ни было, но по какой-то причине Одинокий Сокол чувствовал себя немного странно, но не был сердитым.

[Я знаю, что он льстил мне все время, но тогда почему я все еще так хорошо себя чувствую?]

- Подожди! Что ты делаешь? - Принц остановил действия Сонг Шаня на половине, глядя на него таким огненным взглядом, как у дракона. - Несмотря на то, что ты теперь ученик этого парня, это все еще не означает, что ты можешь вот так просто взять эти две бутылки вина и уйти. Во всяком случае, он собирался продать их на аукционе… Ты разве его не слышал? Итак, сколько за них? Не думай, что ты можешь просто залезть на высокое дерево и забрать эти две бутылки себе.

Сонг Шань решил украдкой забрать эти две бутылки вина, которые оставил Цзюнь Мосе, а затем собирался незаметно выскользнуть!

- Я был конкурентом, а теперь я его новый ученик... А ты просто судья! Почему ты должны получить эти две бутылки вина? - Сонг Шань яростно посмотрел на него, не желая отдавать эти бутылки вина без боя.

- Судьям разрешено выпивать остатки. Ты разве не согласен? - Одинокий Сокол бесцеремонно выхватил две бутылки из рук Сонг Шаня. - Конкурс закончился. А ты являешься владельцем этого паба, твой долг - пойти и принести нам что-нибудь подходящее для нашего вина!

У Старика Сонга не хватило смелости перечить и спорить с таким человеком как Одинокий Сокол. Он с горечью обернулся и пошел в свой магазин, чтобы принести закуски. Одинокий Сокол и принц поспешно схватили свои бокалы и налили себе выпить. Принц не мог не почувствовать влияние грубой силы и коварного эффекта, которые он мог с легкостью применить к более слабым людям!

За углом, недалеко от паба, стояла женщина, вся в черном. Даже вуаль, которая скрывала ее лицо, была черного цвета. Ветер, гулявший по улицах, пронесся мимо нее, приоткрыв лишь часть ее лица. Но легко было заметить ее блестящие глаза, в которых, казалось, горело пламя гнева.

[Цзюнь Мосе... Ты опозорил и унизил меня! Сегодня ты заплатишь за это своей жизнью! Цзюнь Чжан Тиан не сможет помочь тебе сегодня, и один из восьми Великих Мастеров, с которым ты только что подружился – тоже не поможет тебе… Сегодня вечером ты точно умрешь!]

- Мисс, сейчас начнется дождь. Вам лучше найти какое-нибудь укрытие, - мужчина в черном тихо вышел из-за ее спины и прошептал ей на ухо.

- Нет! Я хочу своими собственными глазами увидеть, как переломанные кости Цзюнь Мосе превратятся в прах. Только тогда этот гнев внутри моего сердца действительно утихнет! - женщина в черной одежде оставалась неподвижной, будто приклеилась к месту, а ее голос был холодным и резким, как ледяные осколки. - Цзюнь Мосе должен вернуться в свой дом до наступления темноты, чтобы сегодня вечером посетить семейный ужин. Мы на многое пошли, чтобы получить эту информацию, поэтому мы должны хорошо использовать эту возможность!

- Да, Мисс.

Хотя время было не позднее, но толстый слой темных облаков уже начал затягивать небо, заставляя небосвод выглядеть намного темнее и мрачнее, чем обычно в такое время. Когда пронзительные осенние ветры завыли по улицам города Тянсян, облака закрыли последнюю полосочку света на небе.

Улицы города были уже покинуты, так как люди ощутили зловещий сигнал о приближающейся темноте и мрачных ветрах.

Цзюнь Вуй был вынужден испытывать ограничения и оставаться в своем инвалидном кресле из-за присутствия своих гостей....

- Почему у меня такое чувство, как будто что-то неладно? - Цзюнь Мосе сидел в своем паланкине, чувствуя себя очень неловко, отправляясь назад в свою резиденцию. [Я только выиграл конкурс, и я даже обрел такого ученика Суань Неба высшего уровня... Тогда почему я чувствую такое волнение? Какой-то феномен… что-то не так!

Когда в последний раз, я был так расстроен?

Что-то определенно не так...]

Эта мысль привела к тому, что ужас захватил подсознание Цзюнь Мосе!

Только когда Цзюнь Мосе очутился перед самой серьезной опасностью, он ощутил эти чувства, точно так же как и в прошлой жизни! Более того, в прошлом это чувство дискомфорта спасало его жизнь много раз!

[Если какая-то опасность приближается... Что-то угрожает моей жизни?]

Тело Цзюнь Мосе внезапно стало холодным, когда подумал об этом.

Фить! Фить!

Множество пронзительных звуков были слышны повсюду. Без предупреждения. Бесчисленное количество разного оружия летело по направлению к паланкину по пустой улице. Стрелы из лука, метательные ножи... Безумное множество оружия яростно пролетело сквозь улицу! Оружие лилось на его паланкин сильнее, чем надвигающийся естественный душ!

Бух!

Огромная летящая цепь разбила крышу его паланкина...

Восемь мужчин, которые сопровождали Цзюнь Мосе, были одними из лучших охранников семьи Цзюнь. Поэтому охранники смогли достаточно быстро отреагировать и помешать большей части оружия, которое приближалось к паланкину, не достигнуть своей цели - Цзюнь Мосе. Хотя двое мужчин были застигнуты врасплох и получили ранения, но даже с травмами они могли отмахиваться, останавливая некоторое оружие.

- Защищайте молодого мастера! - восемь мужчин сразу же окружили паланкин плечом к плечу, как только прозвучала команда. Несмотря на то, что у двух мужчин были ранены ноги, они стали перед паланкином своего хозяина, никак не показывая боль.

Внезапная, но сильная волна атаки сопровождалась абсолютной тишиной… только ветер продолжать завывать, гуляя по улицам…

Сердце Цзюнь Мосе сжалось: Ассасины! И они хорошо обучены, организованы... Кроме того, их возглавляет кто-то очень опытный!

Лидер охранников быстро отдал приказ:

- Враг атакует из укрытия, поэтому мы должны разделиться на две группы. Если понадобится, то вы двое будете охранять молодого мастера спереди, в то время как вы двое будете охранять его сзади. Если вам нужна будет помощь, то мы вчетвером вернемся, чтобы помочь вам. Безопасность молодого мастера – самое главное! Все храбро приняли эту команду.

- Нет, не надо! Мы должны держаться вместе! - прозвучал голос Цзюнь Мосе из паланкина. - У противника больше людей. И, очевидно, у них больше оружия. У них по крайней мере есть дюжина луков и стрел, а также метательные ножи… Молотки, дротики… Несмотря на тот факт, что они атаковали с большого расстояния - их атаки были организованы... Они очень хорошо организованы. Бесполезно делиться, когда сталкиваешься с таким врагом… Если мы разделимся – это только ускорит наше поражение и обеспечит нам смерть! У нас есть только один выход. Вы видите тот угол в десяти футах отсюда?

Цзюнь Мосе, быстро проанализировав ситуацию из своего паланкина, раздавал команды. Учитывая его способности, добраться до угла не было проблемой для него. Но совершенно другой вопрос: смогут ли его охранники добраться туда?

Глава 167. Поток террора

Поскольку первая атака была сосредоточена на паланкине, Цзюнь Мосе легко было понять, что он был главной целью атакующих. И теперь, когда верхняя часть паланкина была разбита на части, он был уверен, что убийцы просто ждут их ответной реакции. Был уверен, что если бы эти убийцы увидели, что человек, который был их целью, мертв, эти люди сразу бы развернулись и ушли!

- Мы проберемся к тому углу, который в десяти футах от нас, а затем мы пойдем по дороге, ведущей к резиденции Цзюнь, - Цзюнь Ху, начальник охраны, тут же передал команду Цзюнь Мосе остальным охранникам.

- Хорошо! Теперь слушайте мой приказ. И вы не можете спорить со мной! Иначе вы больше не будете служить семье Цзюнь, поняли? - несмотря на то, что слова Цзюнь Мосе были едва слышны, по его тону легко было понять, насколько он серьезен.

Слова Цзюнь Мосе завели восмерых охранников в тупик, но они быстро поняли, что сейчас не время спорить, поэтому просто спешно кивали.

Цзюнь Мосе заметил, что большая часть оружия была сделана из материала золотого цвета, а еще пять или шесть штук оружия - из материала зеленого цвета. Но самое удивительное, что количество оружия золотого цвета было почти в три раза больше, чем зеленого цвета!

[Кто пытается убить меня? Кто способен организовать нападение с таким дорогим оружием?]

Цзюнь Мосе не удержался от сравнения: [Покушение на жизнь принцессы было как минимум на половину слабее, чем это! Неужели я являюсь целью побольше, чем принцесса?]

- Вы немедленно бросите паланкин, а затем быстро побежите вперед. Я являюсь их главной целью! Не нужно беспокоиться обо мне. Я уберусь отсюда, как только вы побежите! – спокойно проинструктировал всех Цзюнь Мосе.

Цзюнь Ху только смог покачать головой, глупо глядя на своего господина. [Мы не покинем Молодого господина, ни при каких обстоятельствах…]

- Это наш единственный долг! Мы не покинем вас, Молодой господин. Мы будем защищать вас, пока не умрем! Мы не можем выполнить эту команду Молодого господина!

- Бред какой то! Я твой господин, и до тех пор, пока я жив, ты будешь слушать каждое мое слово! Теперь выполняйте команду! - терпеливо ответил Цзюнь Мосе. - Из их нападения ясно видно, что они намного сильнее, чем вы, ребята. Поэтому, даже если вы хотите остаться здесь и сражаться – ничего у вас не получится. И в конечном итоге, вы станете ношей для меня, если останетесь здесь! Вы должны уйти, чтобы я с легкостью смог убраться отсюда!

- В таком случае, мы будем ждать вас впереди, Молодой господин. И мы постараемся привлечь как можно больше внимания войск к нам.

Цзюнь Ху не колебался ни секунды, решив: [Если Молодой господин умрет, я не буду ждать военного суда... Я сразу же приставлю нож к горлу и убью себя].

Цзюнь Ху отдал приказ своим людям, и восемь силуэтов молниеносно побежали.

- Мне все равно, кто вы, и я не буду думать о том, кто это затеял… Так как вы пришли убить меня, вы должны были подготовиться к последствиям!

Когда Цзюнь Мосе наблюдал за тем, как его восемь охранников добежали до угла, в его глазах засиял давно потерянный проблеск знакомой славы:

- Кажется, что сегодня неизбежно разоблачить мое прошлое… Так что... Пришло время убивать!

На его лице появилась чудовищная улыбка, когда он поудобнее умостился на своем месте. Будто снежинка на летнем солнце, его тело бесследно исчезло, оставив паланкин полностью пустым...

Передвижение охранников оставило ассасинов сбитыми с толку! Ассасины уже несколько дней шпионили за Цзюнь Мосе, и даже дошли до участков под окнами местных лавочек, чтобы собрать информацию о деятельности Цзюнь Мосе. Они были абсолютно уверены, что Цзюнь Мосе сидел внутри паланкина!

[Но почему эти охраники оставили паланкин? Они просто пытаются отвлечь наше внимание?

Но это просто не имеет никакого смысла! Ах, они даже не заглядывали в паланкин, чтобы убедиться, жив ли их господин или уже мертв... Они просто сбежали! Как могут существовать такие безответственные охранники на этой земле? Хотя мои источники были уверены, что эти охранники очень верны семье Цзюнь, и даже готовы пожертвовать своей жизнью ради своих господ!

Это действительно странно! Может быть, паланкин… действительно... пустой?

Нет, этого не может быть! Простотого факта, что паланкин был поднят - достаточно, чтобы сказать, что кто-то был внутри него!

Поэтому кто-то еще должен быть внутри!

Но должна быть какая-то причина, почему они бросили паланкин и убежали!]

Несмотря на то, что в голове у лидера ассасинов было множество различных идей, он сразу же отдал приказ:

- Две команды пойдут и остановят этих восьмерых охранников, но сделайте так, чтобы они остались живы! По крайней мере, один человек должен быть взят в плен! Одна команда последует за мной, и мы пойдем и лично убьем этого злого ублюдка!

Десятки силуэтов вышли из окружающей тени и быстро направились к убегающим охранникам. Еще несколько ассасинов, укрытие которых было на пути охранников, уже начали бой.

Еще несколько ассасинов почти одновременно вышли из своих укрытий, и, разделившись на четыре группы, они полностью окружили паланкин. Размахивая своими мечами, в лезвиях которых отражались их черные маски, ассасины быстро заблокировали всевозможные и мыслимые пути выхода из паланкина.

- Молодой сын семьи Цзюнь, можешь выйти сейчас… бессмысленно бороться с нами, - холодным голосом медленно заявил лидер убийц, обнажая свой золотой меч. - Ты все еще там. Я на сто процентов уверен в этом! Если ты не выйдешь сейчас, тогда я подпалю твой паланкин, - в его глазах сверкал зловещий намек на садистское удовольствие, показывая, что он действительно будет наслаждаться этим поступком.

Человек дважды повторился, но ничего не услышал в ответ. Были слышны только звуки стычки где-то вдалеке, там, где охранники Цзюнь Мосе боролись с двумя командами ассасинов. Несмотря на то, что эти восемь охранников были и менее численными и менее эффективными по сравнению с их противниками, но охранники все еще смело старались привлечь как можно больше внимания к себе. Было очевидно, что они не сражались за свою жизнь, а сражались за своего Молодого господина. И за счет своей храбрости охранники как-то могли соответствовать нападающим!

В результате ожесточенных боев на небе вспыхнул флаг с цветущей гравюрой!

- Это секретный сигнал о помощи семьи Цзюнь, - лидер ассасинов даже знал секретный сигнал семьи Цзюнь. Он также понимал, что они столкнутся с неприятностями, если они не поспешат. Поэтому он махнул рукой и безжалостно приказал:

- Сжечь его!

Пять или шесть факелов одновременно загорелись и соприкоснулись с тканью и бамбуком на паланкине. Ветер поспособствовал намерениям ассасинов, и пожар мгновенно охватил паланкин. Ассасины в тот момент радовались, это было заметно по их лицам, и пытались представить бесполезные попытки Цзюнь Мосе выбраться из огня.

Однако их смеху внезапно пришел конец.

Они были удивлены, узнав, что огонь заставил трещать только паланкин, но никаких криков Цзюнь Мосе не было. Более того, единственным запахом, который они могли учуять, был запах гари от неодушевленных предметов, а не от живого тела...

[Ах, что происходит?

Разве этот злой ублюдок не в паланкине?]

Двое мужчин одновременно вытащили жуаньбяни (1), которые были красиво скрыты в их рукавах. Эти цепи устремились к паланкину, уничтожая все, что осталось от этого транспорта!

Но, ни души в поле зрения!

- Ли Чживу, что происходит? – холодный голос прозвучал издалека. Элегантная и изящная женщина смотрела на происходящее с расстояния. Ее взгляд выражал огромное разочарование.

- Нас обманули! – лидер, Ли Чживу, был поражен видом серебряной молнии, которая сверкала, пробиваясь сквозь темные облака. За этим мигающим светом последовал жесткий и громкий раскат грома.

С небес полил дождь.

В этот момент восемь охранников Цзюнь Мосе по-прежнему вели ожесточенный бой с ассасинами, число которых превышало их собственное количество вдвое. И хотя они были жесткими, но из-за того, что они использовали свой Суань Ци, по пустынным улицам города вскоре потечет их кровь. На самом деле, если эти люди решили бы сбежать в этот момент, некоторые из них действительно смогли бы это сделать. Однако они все еще целеустремленно сражались, пытаясь отвлечь агрессоров своего господина!

- Эй, как дела? - внезапно, как призрак, появился человек за одним из мужчиной в черной маске. Мужчина обернулся... только для того, чтобы столкнуться с двумя тонкими пальцами, которые приблизились к его адамовому яблоку. «Чвак»… - глаза ассасина застыли в шоке, а его руки задрожали. Он откинулся назад под весом своего ослабевшего тела.

Поскольку этот человек появился слишком неожиданно, никто из ассасинов не смог обнаружить его.

Все, что увидел человек, стоявший рядом, только упавшего товарища, и он не мог понять, почему его спутник предпочел свалиться на землю без причины:

- Что ты делаешь? - спросил он, протягивая руку, чтобы помочь своему товарищу.

Когда ладонь его руки соприкоснулась с телом его покойного товарища, оставшиеся пятнадцать человек поспешно закричали:

- Будьте осторожны…

Но были слишком поздно.

Человек почувствовал холодную руку на шее, услышав хриплый звук… Человек остался в недоумении, обнаружив, что он смотрит на свои ягодицы! [Что происходит? Я смотрел прямо, так почему теперь я вижу свою собственную задницу…]

Как только его мысли оборвались, его тело рухнуло на землю, в то время как его мертвый рыбоподобный глаз продолжал оставаться приклеенным к его собственной ягодице!

Этот человек был весьма удачлив, особенно если учесть тот факт, что он умер безболезненной смертью, и видел только свои собственные ягодицы в последние минуты своей жизни, а не какой-то посторонний предмет...

Однако его спутникам не суждено было стать такими же удачливыми!

Раскаты грома и молнии продолжали сопровождать потоки дождя!

С каждой вспышкой молнии в темном небе, почти каждый ассасин испытал невероятное, но пугающее чувство ужаса: внезапно человек появился между четырьмя ассасинами, почти как призрак… Никто не видел, откуда человек взялся… Никто не слышал звуков его шагов…

Он бог или... монстр?

Как дьявол из кошмара... Они могли только смотреть, но не могли даже рукой пошевелить, в то время как монстр неторопливо сокращал их жизни… Беспомощные, они стояли, пассивно ожидая своей судьбы!

* Жуаньбянь — китайское холодное оружие, представляющее собой металлическую цепь.

Глава 168. Убитые

Этот призрачный человек делал только одно. Но он на самом деле совершал несколько действий одновременно, но их невозможно было разделить на отдельные действия, потому что он все это совершал одновременно: его левая нога потихоньку, но четко двигалась прямо на промежность одного из ассасинов, в то время как левая рука сжимала пальцы прямо на горле другого ассасина. Никто не смог заметить, как быстро его правая рука свернула шею третьего ассасина, оставив его, таращиться на собственные ягодицы… к счастью. Затем оба колена ударили прямо в спину четвертого ассасина, который в тот момент смотрел в другую сторону, не подозревая о присутствии этого таинственного человека прямо за его спиной…

Несмотря на то, что ассасин не мог сопротивляться удару в спину и просто рухнул вниз, на его теле не было видно никаких следов нападения!

В результате первый ассасин громко кричал, истекая кровью, которая лилась из всех семи ран на его лице. Следующие два ассасина валялись на земле, сбитые с ног. Четвертый, с очень странным выражением лица... он лежал на земле в странной позе, а его кровь бежала вниз и смешивалась с грязью улицы… Любой мог сказать, что все его кости внутри его грудной клетки были сломаны, так же как и его позвоночник...

Так же быстро, как молния в небе, снова появился и исчез этот призрачный человек уже среди другой группы из шести ассасинов! Остальные ассасины наблюдали за этим, пребывая в страхе… [Шесть хорошо обученных и хладнокровных ассасинов были сильно уязвимы перед этим человеком! Он фактически убил шестерых из них, не используя поддержку Суань Ци!

Он на самом деле убил шестерых из них! Кто в этом мире способен убить шесть таких экспертов-ассасинов одним махом?]

- За мной! - закричал таинственный человек сквозь маску, которая скрывала его лицо. Было очевидно, что он обращался к охранникам семьи Цзюнь.

- Пожалуйста, сначала спасите молодого господина… - попросил Цзюнь Ху, задыхаясь от усталости. Не успел он закончить свою просьбу, как был прерван этим таинственным человеком:

- Цзюнь Мосе уже сбежал! Если бы вы, ребята, не остались здесь, то он не добрался бы домой!

Понимая, что их молодой господин каким-то образом нашел безопасный путь к особняку Цзюнь, восемь стражников, наконец, вздохнули с облегчением и бросились вперед, чтобы присоединиться к их спасителю.

Таинственный человек не собирался хвалиться, но если бы он не остался, чтобы спасти этих восьми охранников, молодой господин Цзюнь не добрался бы до дома! Очевидно, этот таинственный человек был сам Цзюнь Мосе.

После того, как он попросил своих охранников бросить его, он немедленно снял халат и прикрыл свое лицо тканью, маскируясь. Затем он переместился в землю с помощью закона исчезновения Инь и Ян. Если бы не нужно было спасти своих восьмерых охранников, тогда Цзюнь Мосе сразу бы переместился в резиденцию Цзюнь, так как место столкновения, было близко к резиденции Семьи. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не был достаточно подготовлен, чтобы все дистанции преодолеть за одну попытку, но с легкостью справился с ними за несколько раз.

Все смотрели на него со страхом в глазах… В конце концов, кто мог бы себе представить, что на самом деле есть кто-то в этом мире, кто может вот так свободно передвигаться по земле? Это было просто нереально… Для них это явление было вне всякого понимания! Ничего подобного никогда не было на всем континенте. Никто никогда не говорил о таком. На самом деле, никто даже не представлял такого.

Однако Пагода Хунцзюнь была чуждым объектом для этого мира и уже давно превзошла ограничения Суань Ци. В этом мире, одержимом и ограниченным Суань Ци, никто не мог вообразить существование такого объекта, не говоря уже о понимании глубокого значения «Искусства Разблокировки Небесной Удачи»!

[Является ли его мастерство подарком от бога, или от призрачного монстра… Он смог убить шесть высококвалифицированных убийц в мгновение ока... Но как?]. Человеческому разуму охранников потребовалось некоторое время, чтобы разобраться в этой путанице и выйти из состояния шока, а затем потребуется еще время, чтобы понять все то, что происходило тут. Хотя те, хорошо обученные ассасины, были способны сделать все это всего за несколько мгновений, этого времени было достаточно для наемного убийцы Цзюнь, чтобы справиться со своей задачей!

На самом деле, этого времени было достаточно для того, чтобы наемный убийца Цзюнь устранил их, даже не используя свой клинок!

Лидер ассасинов Ли Чживу уже определил, что его цели удаляются от него, и поэтому он начал преследовать их, приложив все усилия для этого. Казалось, его ноги не касались земли, поскольку желтый цвет его Суань Ци аномально сиял сквозь падающие капли дождя. Казалось, как будто посреди ночи внезапно появилось яркое солнце! Огни желтого цвета от двух мужчин, одетых в одежду цвета хаки, также вспыхнули рядом с ним, когда те погнались вместе с Ли Чживу. Эти три ассасина решили взять на себя инициативу и погнаться за таинственным нападающим!

Цзюнь Мосе и его охранников преследовала уже почти дюжина убийц, когда вдруг перед ними появился мужчина в черной одежде и в черной маске. Он просто стоял, блокируя их путь мечом в руке и глядя на них своими глубокими неподвижными глазами. Казалось, он был неуязвимой стеной, которая не хотела пропускать Цзюнь Мосе и его охранников дальше.

Свет зеленого цвета вспыхнул из его тела, когда он подходил к приближающимся беглецам!

[Нефритовый Эксперт Суань! Этот человек должно быть лидер этих двух групп].

Этот человек не собирался использовать свой Суань Ци, чтобы убить Цзюнь Мосе и его охранников, он только собирался выполнить свою работу. Она заключалась в том, чтобы противостоять Цзюнь Мосе, так долго, сколько потребовалось бы времени, чтобы ассасины смогли догнать их и окружить беглецов.

Очевидно, что после того, как Цзюнь Мосе и его охранники будут окружены оставшимися ассасинами, они не смогут продержаться и дождаться помощи от семьи Цзюнь. Этого было бы достаточно, чтобы решить судьбу их жизней! Тем не менее, охранники Цзюнь Мосе двигались вперед, подобно маленьким кинжалам, зная, что их возглавляет таинственное, но всепобеждающее на фронте копье!

Зеленый свет вспыхнул, когда этот человек сделал шаг назад, чтобы лучше оценить ситуацию, обрызгав все вокруг водой из лужи, в которую он вступил. Этот Нефритовый Эксперт Суань уже начинал что-то замышлять!

[Этото загадочный человек должен быть одним из лучших из семьи Цзюнь!] .

Затем он поднял меч и снова двинулся вперед. Этот ассасин с Нефритовым Суань практиковался биться мечом на протяжении десятилетий, а теперь, похоже, был уверен в том, что сможет выдержать оппозицию! На самом деле, можно даже сказать, что человек был настолько уверен в своих способностях, что даже готов согласиться биться мечом против эксперта Духа Суань, но на несколько секунд!

[Кто этот загадочный эксперт в маске? Я не видел его свет Суань Ци, но я также знаю, что он не новобранец! Может ли он быть экспертом Духа Суань? Если бы я умер, защищаясь от Духа Суань, это было бы делом чести!] .

Несмотря на то, что сердце этого эксперта Нефритового Суань онемело, пылкость этой мысли побудила его тело двинуться вперед и противостоять этому таинственному эксперту.

[Нет, это абсолютно невозможно… Это нелепо… Если бы он был действительно экспертом Духа Суань, тогда он мог бы убить всех нас вместе в мгновение ока. Так почему же он хотел убить нас одного за другим? Кроме того, эксперты Духа Суань не могут быть обнаружены просто так… Они – эксперты Духа Суань... а не капуста!] .

По мере того, как его разум обрабатывал эту информацию и добавлял новые мысли для размышлений, он ускорял свой темп и набирал скорость. Он двигался почти со скоростью света! Глаза этого ассасина блестели так ярко из-за волнения, что казалось, он полностью забыл о страхе смерти из-за всей этой легендарной ситуации!

Приближаясь ближе, шаг Цзюнь Мосе не замедлялся ни на минуту. Но вся верхняя часть его тела в последний момент скрутилась странным образом, казалось, игнорируя все законы природы!

Его талия искривилась таким образом, что он смог столкнуться со своим нападающим со стороны!

[Это просто странно!

Есть ли что-то, чего этот парень не может сделать?] .

Фить!

Несмотря на то, что ассасин Нефритового Суань был ошеломлен маневром Цзюнь Мосе, ассасин успел замахнуться в грудь Цзюнь Мосе клинком и разодрать его рубашку. Фактически, клинок был настолько близок к телу Цзюнь Мосе, а лицо ассасина практически соприкасалось с грудью Цзюнь Мосе, острые края клинка могли только сбрасывать дождевые капли, которые падали с неба!

Хотя движение Цзюнь Мосе было очень быстрым, но скорость удара атакующего была выше простых человеческих способностей, благодаря чему кончик клинка в итоге соприкоснулся с грудью Цзюнь Мосе! Но эта небольшая жертва в виде его разодранной рубашки была оправдана!

Потому что, как только руки Цзюнь Мосе добрались до желаемого, тело эксперта Нефритового Суань рухнуло. Ноги его были оторваны от земли из-за влияния огромного импульса и массивной инерции, которая происходила от Цзюнь Мосе, заставляя тело эксперта Нефритового Суань двигаться вперед! Что ж… Цзюнь Мосе шел вперед, но он двигался назад! Невольно, конечно! Его разум все еще был в возбужденном состоянии, и его тело перестало подчиняться его уму...

В глазах эксперта Нефритового Суань волнение о его жестоком продвижении окончательно сменилось на отражение шока, когда…

Правое колено Цзюнь Мосе сильно ударило в грудь эксперта!

Бум! Щёлк!.. Однако этот звук был заглушен раскатом грома!

Даже нервные клетки экперта работали слишком медленно, чтобы отреагировать... боль от этого первого удара еще не дошла до клеток его мозга, когда… Три пальца правой руки Цзюнь Мосе переместились к горлу человека в черном и сдавили его! Еще один слабый звук хруста раздался, когда хрупкая полость горла была вырвана из его тела...

Его голова была сильно поднята вверх под воздействием второй атаки...

Левая рука Цзюнь Мосе двигалась почти одновременно с правой, но его два пальца уткнулись в глазницы эксперта Нефритового Суань! Черно-белая и красная жидкости прорвались наружу, когда Цзюнь Мосе вытащил пальцы!

Но это еще не все: левое колено Цзюнь Мосе замахнулось вверх, чтобы ударить в промежность эксперта Нефритового Суань, причиняя сильный удар!

Глава 169. Добраться до безопасности

Очень жестокий способ! Однако Цзюнь Мосе не считал этот способ «жестоким» или «безжалостным», он считал поступить так - просто необходимо! Каждая отдельная атака из этой серии была фатальной, а их совместное воздействие в такой короткий промежуток времени делало их еще более серьезными!

Причина, по которой он считал эти атаки необходимыми, была простой: эксперт Нефритового Суань преградил им путь, и способом выбаться было или использовать закон исчезновения Инь и Ян, или перехитрить его, не используя свой Суань Ци. Поскольку Цзюнь Мосе хорошо понимал, что он не смог бы прорвать защиту Суань Ци своего врага!

В случае если бы Цзюнь Мосе использовал закон исчезновения Инь и Ян и не столкнулся бы с этим экспертом, но эксперт обязательно бы остановил охранников Цзюнь Мосе и убил бы их!

[Тебе придется умереть, мой друг! Лучше ты умрешь, чем мы! Поэтому ты должен умереть!].

Цзюнь Мосе хорошо понимал, что он не может позволить себе медлить ни минуты, иначе ему будет трудно обеспечить всем безопасность. Именно поэтому он нанес столь мощные и быстрые удары по телу убийцы!

Цзюнь Мосе считал, то тот ассасин Нефритового Суань только сам виноват в своей несчастной смерти. Если бы тот человек не был таким сильным, тогда он тоже умер бы так же безболезненно, как и его товарищи!

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе в мгновение ока нанес несколько смертельных ударов по телу мужчины, Цзюнь Мосе сохранял равновесие, при этом держа на себе повисшего ассасина.

Бум!

От последнего удара коленом Цзюнь Мосе тело эксперта Нефритового Суань раскололось. Его четыре конечности отвалились от остальной части его тела и разлетелись в четыре разные стороны, в то время как его голова отвалилась и пролетела над Цзюнь Мосе. Тело, которое повисло на Цзюнь Мосе, внезапно развалилось на сотню маленьких фрагментов. Плоть и кости умершего ассасина теперь разлетелись в разные стороны, а его кровь смешалась с падающими каплями дождя!

Восемь охранников Цзюнь Мосе быстро пробирались сквозь кровь и дождь, не замедляясь. На самом деле, никто вообще не останавливался во время происходящих боевых действий! А убийцы, которые преследовали их, очень четко видели все, что произошло. Они увидили, как этот демонический человек только что сделал большую красную дыру в теле их лейтенанта и просто разорвал его тело, как лист бумаги!

Цзюнь Мосе и восемь охранников продолжали двигаться вперед, и, завернув за угол, с облегчением поняли, что они, наконец, в безопасности!

Несколько людей, с великолепно сверкающими свечениями Суань Ци, быстро пробивались сквозь дождь к ним. Это прибывали для поддержки войска семьи Цзюнь!

- Сяо Ци!.. - Ли Чживу бежал вперед как можно быстрее, до тех пор, пока не увидел голову своего товарища, летящую в воздухе. Голова упала на землю, дважды перевернулась и остановилась рядом с ногами Ли Чживу. Безжизненное лицо его товарища было повернуто вверх, но не хватало двух глаз… На его лице все еще было свирепое выражение… Даже следы его садистской улыбки все еще присутствовали на его безжизненном лице! Было такое впечатление, будто этого человека ударила внезапно молния, и он не успел даже изменить выражение лица перед смертью.

Несмотря на то, что эти двое мужчин не были братьями по крови, они стали братьями из-за многочисленных рискованных заданий, которые они выполняли вместе на протяжении последних нескольких десятилетий! А теперь, оторванная голова его брата лежала рядом с его ногами!

Даже если бы он попытался собрать тело своего брата воедино, Ли Чживу знал, что ему все равно не удастся это сделать!

[Что это за странное чувство?].

Главарь в черной одежде чувствовал, как в его жилах закипает кровь. В его голове звучал голос Сяо Ци, который хвастался своим умным и сообразительным сыном, своей милой и любящей женой... Он даже вспомнил, что Сяо Ци говорил, что после этой заключительной задачки он умоет руки, и сосредоточится на жизни своей семьи и вместе со своей женой… И станет жить, как обычные люди, долго и счастливо, подальше от этого города…

Ли Чживу ясно помнил, когда его друг сказал: «Я устал от такого способа жизни, пропитанного кровью!

А потом…. Собственному другу он дал команду остановить людей, которые убегали!

А затем его друг умер на его глазах! Умер самым ужасным образом!

Просто из-за его же приказа...

- Кто ты? Я заставлю тебя раскрыть твое имя! – взвыл Ли Чживу, неподвижно стоя под дождем… Его голос звучал так же пронзительно, как у взрослой обезьяны! - Кто ты…?!

Молния и раскаты грома заполнили небо. Это было схоже с барабанами на поле битвы: мощно и тяжело, подавляюще и кроваво!

Наемный убийца Цзюнь громко закричал в ответ:

- Смею сказать тебе свое имя! - ситуация полностью изменилась, поскольку прибывало подкрепление семьи Цзюнь. Сам Цзюнь Мосе, уже понял, что лидер ассасинов был растерян и потерял рассудок после потери своего друга, поэтому Цзюнь Мосе надеялся в полной мере воспользоваться этим!

Ли Чживу кричал с ненавистью в голосе:

- Я... чертов ты ублюдок... по крайней мере, у тебя хватит смелости сказать свое имя! - в последнюю секунду он понял намерения своего врага.

Но никто не ответил... Тем не менее, подкрепление семьи Цзюнь уже мчалось галопом на полной скорости, так как они заметили сложившуюся ситуацию.

- Назад! - холодный голос вырвался из горла стройной женщины в черном.

Ее мокрые волосы прилипли к ее прекрасному лицу, а сквозь ее вуаль было ясно видно, что ее ученики стали болью и разочарованием для нее. Однако, несмотря на все это, ей хватило решимости, чтобы отдать команду отступать.

Ли Чживу сразу же опомнился и наклонился, чтобы поднять голову своего друга. Он попытался крикнуть еще одну угрозу, но его голос сломался, прежде чем он смог подобрать слова. Поэтому он просто посмотрел в спины Цзюнь Мосе и его охранников… в глазах Ли Чживу выражалось море ненависти, которое штормило в его сердце!

Затем он обернулся и ушел, ничего не сказав.

[Брат Сяо Ци... Я заберу тебя домой!] .

Со слезами на глазах он тихо скрылся в темноте улиц.

Остальные ассасины не смогли найти тела своих друзей, и были вынуждены оставить их позади. К тому моменту, когда прибыли войска семьи Цзюнь, все, что они смогли увидеть, это толпу мертвых тел на земле...

Потому что Цзюнь Мосе каким-то образом сумел отбить нападение и сумел испортить покушение на свою жизнь...

Желтый свет мерцал вдалеке, сначала будто бы летел в темном небе, а приблизившись, приземлился прямо перед восемью телохранителями.

- Где молодой господин? – спросил дворецкий, Старик Панг. Этот старый и верный дворецкий семьи Цзюнь, на самом деле достиг пика Суань Земли!

Восемь человек в этот момент были шокированы, осознав это!

[Мужчина в маске сказал, что молодой господин в безопасности… Но где он? Куда делся молодой господин? Он все еще не вернулся домой?] .

Не имея конкретного ответа, охранники просто продолжали глупо таращиться друг на друга.

Старика Панг скривился, подняв брови вверх. Он мрачно спросил:

- Неужели вы действительно бросили молодого господина и убежали в одиночку? – его голос был очень суровым.

- Ах... это не... это... Таинственный эксперт сказал, что он спас молодого господина... а мы были полностью окружены врагом, но таинственный эксперт также спас и нас... молодой господин не добрался до дома...- от стыда Цзюнь Ху смотрел в землю, опустив голову. Он прекрасно понимал, что если его молодой хозяин мертв, то его жизни и жизни его людей даже не будет достаточно, чтобы компенсировать потерю.

- Таинственный мастер? Кто такой таинственный хозяин? Где он? – с каждым заданным вопросом голос Старика Панга ставал все более и более холодным. - Неужели вы действительно бросили молодого господина из-за слов неизвестного человека? И потом просто сбежали, чтобы быть в безопасности самим? Для этого вы служите семье Цзюнь?

Оп! Восемь мужчин одновременно опустились на колени на землю, несмотря на проливной дождь. Ничего не сказав в собственную защиту, казалось, они уже были готовы принять наказание.

Старик Панг вздохнул и проворчал:

- Цзюнь Ху, жаль, что мы приняли тебя в семью, обучили тебя, и доверили тебе безопасность молодого господина. Вы были ответственны за безопасность молодого господина! А теперь нам неизвестна судьба молодого господина! В соответствии с военными постановлениями ты совершил капитальное правонарушение! Что можешь сказать об этом?

- Мне нечего сказать в свою защиту. Я принимаю свое наказание, - Цзюнь Ху остался стоять на коленях на земле, продолжая мокнуть под дождем.

Он мог бы многое сказать… Например, он подчинялся только своему молодому господину. И поскольку молодой господин был единственной целью врага, охранники бросили молодого господина, чтобы переманить внимание врага на себя. Он мог бы сказать о доблести, с которой он сражался... Он мог бы сказать все это. Но он решил сохранять молчание. Потому что он прекрасно понимал, что если что-то случилось с его молодым господином, то все его объяснения ничего не стоили бы, поскольку это все равно означало бы, что он не справился со своими обязанностями!

- Подожди…- перепрыгнув через соседнюю стену, прибежал Цзюнь Мосе. - Старик Панг, пожалуйста, не обвиняй ошибочно этих людей. Если бы Цзюнь Ху так смело не сражался и не отвлек бы врага, то я бы не смог убежать, – рассказал Цзюнь Мосе о храбрости Цзюнь Ху.

- Это так? - Старик Панг тотчас успокоился. - Почему ты не рассказал?

Затем он огляделся и спросил:

- Где этот таинственный эксперт, который вас всех спас? Этот человек спас жизнь молодого господина… Вся семья находится перед ним в долгу. Его нужно вознаградить должным образом.

- Он ушел в этом направлении, но он двигался слишком быстро, поэтому я не уверен, куда он свернул дальше… - Цзюнь Ху показал пальцем в сторону Цзюнь Мосе, все еще стоя на коленях.

- Этот человек был действительно странным... Он бросил меня прямо на землю, - сказал Цзюнь Мосе, слегка почесав лоб, как будто он был ушиблен. - Он фактически сбил меня с ног после того как спас мою жизнь. И ушел, не попрощавшись.

- Как этот человек выглядел? – мысленно Старик Панг уже начал перебирать в голове идеи кто это мог бы быть.

- Невозможно сказать, на его лице была маска, - одновременно сказали Цзюнь Мосе и Цзюнь Ху. Но с разной интонацией: Цзюнь Мосе - неосведомленно, а тон Цзюнь Ху казался полным благодарности.

Старик Панг сказал глубоким голосом, махнувши рукой:

- Вы, восьмеро, расскажете хозяину всю историю без каких-либо упущений, и будете ждать решения мастера!

- Хорошо! - восемь охранников охотно согласились и поднялись с колен на ноги.

Глава 170. Подсказки

- Молодой господин... как вы теперь будете участвовать в семейном ужине? – Старик Панг взял у позади стоящего охранника зонт и держал его над головой Цзюнь Мосе.

- Нет никаких проблем! Я совсем не травмировался, - героически отвечал Цзюнь Мосе, - это был всего лишь небольшой инцидент, я попадал в ситуации похуже.

Несмотря на то, что Старик Панг открыл рот в изумлении, он ничего не сказал. Он мог сказать, что Цзюнь Мосе был привыкший к таким делам. [Молодой господин получил несколько травм во время последнего покушения на принцессу… Если сравнивать, то эта попытка убийства на жизнь молодого господина была пустяком, поскольку молодой господин остался совершенно невредим].

- В таком случае вы должны вернуться в резиденцию, молодой мастер. Господин и семья Гуан уже долгое время ждут, - начал Старик Панг.

- Всего минуту, сначала мне нужно вернуться, потому что я хочу взглянуть на мой паланкин... Там должно быть кое-что внутри, - забравши зонт, Цзюнь Мосе развернулся.

[Cначала атаковали припрятанным оружием, а затем подожгли. Паланкин превратился в груду грязи и пепла. Что может остаться внутри него?]

Несмотря на то, что Старик Панг не совсем был согласен с Цзюнь Мосе, он последовал за Цзюнь Мосе, чтобы сохранить его в безопасности.

Цзюнь Мосе обошел вокруг останков паланкина несколько раз. Затем он наклонился, и, поднявши что-то с пола, сначала посмотрел на восток, а затем на запад, и обернулся кругом. Он передал зонтик Старику Пангу и сказал:

- Пойдем.

- Я не думаю, что оружие, которое вы только что взяли, принадлежит вам, молодой господин.

Старик Панг с его Суань Земли был достаточно хорош, чтобы понять, что за предмет только что подобрал Цзюнь Мосе. [Мы прошли весь путь обратно, чтобы забрать оружие, оставленное врагом? Такой вид оружия очень распространенный… Если мыслить здраво, то это не даст нам никаких подсказок... Молодой господин считает себя слишком умным…]

Несмотря на то, что Старик Панг заметил как Цзюнь Мосе взял это оружие, он не заметил, как в тот момент загорелись глаза Цзюнь Мосе и как, глядя на оружие, он улыбнулся и сказал: «Ах, вот как».

Ни проливного дождя, ни завывающих ветров было недостаточно, чтобы уничтожить все следы ассасинов. Несмотря на то, что некоторые незначительные следы все еще остались, сыщики семьи Цзюнь не могли разгадать или интерпретировать их. Например, ветер по-прежнему не унес с собой легкий аромат... Несмотря на то, что аромат был настолько слабым, что нормальный человек не учуял бы его, но обостренные чувства Цзюнь Мосе были достаточно хороши, чтобы обнаружить его.

И когда он услышал команду: «Назад!» - голос ему показался знакомым. Этих двух факторов было достаточно!

Добравшись до дома, Цзюнь Мосе нашел своего деда, стоящего у входа. Старик глазами пробежался по телу внука, но не обнаружил на нем ни царапины. Нахмурившись, он сказал:

- Когда ты уже будешь достаточно силен, чтобы я перестал беспокоиться о тебе! Иди и переоденься.

Цзюнь Мосе послушно ушел в свою комнату, хотя он не совсем был согласен с дедом.

Когда он быстро переоделся и вошел в столовую, то обнаружил, что еда и напитки уже были на столе. Цзюнь Вуй сидел в инвалидной коляске, покрывши ноги тонким одеялом. Он поглянул на Цзюнь Мосе и, слабо улыбнувшись, тихо прошептал:

- Я не знаю, какие навыки нужны, чтобы решить такую проблему таким аккуратным образом… Мосе, твоему дяде очень любопытно узнать. Ты должен рассказать мне о происхождении твоих таинственных навыков. И не говори, что ты ничего не знаешь об этом!

- Э-э... Дядя, этот большой мир полон всяких чудес и необыкновенными талантами, это… - усмехнулся Цзюнь Мосе.

- Стоп, прекрати это, - Цзюнь Вуй глянул еще раз на племянника, спрашивая, - а как насчет этих людей? У тебя есть какое-то представление кто это мог быть?

- У меня есть некоторые мысли о них. Я мог бы отследить несколько из них, - подмигнул Цзюнь Мосе.

- Нужно ли отправить еще несколько человек, чтобы помочь тебе? – хладнокровно спросил Цзюнь Вуй. [Эти ублюдки пытались убить моего Мосе, поэтому они должны умереть!]

- Еще не время, - с улыбкой отвечал Цзюнь Мосе. - Они дали нам подсказки, но если мы отправим наших людей за ними прямо сейчас, тогда мы только сделаем их более осторожными.

- Ты имеешь в виду... ты уже знаешь, кто стоит за этим? - глаза Цзюнь Вуя загорелись.

- Дядя, твоя ясная, как пламя, предусмотрительность, помогает планировать боевые стратегии из палатки и способствует победе в битве даже за тысячу миль... – насмехаясь, льстил Цзюнь Мосе.

Цзюнь Вуй не знал, смеяться или плакать.

- Семья Гуан? – любопытно спросил Цзюнь Мосе. - Мы организовали для них этот банкет, так почему они еще не здесь?

- Они во дворе твоей невестки. Квинхан была в ярости, - слегка улыбнулся Цзюнь Вуй, - это их семейные дела. Поэтому лучше подождать.

Когда Цзюнь Вуй произнес последние слова, Цзюнь Мосе как раз повернулся, чтобы посмотреть на улицу, где все еще шел дождь, как заметил отдельных людей, медленно направляющихся к столовой.

Это была семья Гуан!

В общей сложности пять человек из семьи Гуан приехали на ужин с красивой, но ледяной Гуан Квинхан, которая шла впереди тонкого и высокого мужчины средних лет, одетого в зеленый халат. Несмотря на то, что его одежда развевалась на ветру, она была полностью сухой, как будто его одежда была водонепроницаемой снаружи. Этим человеком был отец Гуан Квинхан - Гуан Донглю. Он также являлся главой семьи Гуан. Позади Гуан Донглю шел пожилой мужчина. Хотя его волосы и скудная борода уже поседели, его тело было еще очень большим и крепким. Резкий взгляд как у леопарда, и его тигроподобная походка подсказывала, что этот человек, Гуан Рушань - один из лучших воинов семьи Гуан.

Следом за Гуан Рушань следовали двое длиннолицых, элегантных, умных и красивых молодых людей. Эти два молодых человека были старшими братьями Гуан Квинхан. Старшего из них звали Гуан Куинбо, а второго сына - Гуан Куинью. Гуан Квинхан была очень изящной и красивой молодой женщиной, но элегантность и обаяние ее двух братьев были наравне с нею.

У этого семейства отличные гены, действительно отличные. Цзюнь Мосе подумал [они выглядят как вышитая картина на подушке, не так ли?]

- Брат Гуан! - Цзюнь Вуй приветствовал Гуан Донглю, сложив руки в традиционной манере, при этом оставаясь в инвалидной коляске.

- Брат Цзюнь, не нужно таких формальностей, - Гуан Донглю радостно улыбнулся, поднявши руки в приветственном жесте. А затем он сказал своим двум сыновьям выйти вперед и поздороваться с Цзюнь Вуем.

- Все из третьего поколения семьи Цзюнь действительно очень красивые, грациозные и обладают необыкновенными талантами, ах. Брат Цзюнь, будущее твоей семьи в очень надежных руках, - ласково улыбнувшись, Гуан Донглю посмотрел в сторону Цзюнь Мосе.

Очаровательно, с какой душевностью он льстил, говоря эти неприятные слова. Цзюнь Мосе готов был сказать, что иметь отношения с человеком, обладающим таким дипломатическим мастерством, очень сложная задача. Но в тот момент Цзюнь Мосе внезапно заметил мальчика позади Гуан Куинью, который намеренно или нет, но мгновенно спрятался за своим отцом. Когда он увидел Цзюнь Мосе, его глаза, сперва светились от гнева, который затем сменился на шок и удивление, потому что он не ожидал увидеть здесь Цзюнь Мосе. Несмотря на то, что никто этого не заметил, это не удалось скрыть от острых и проницательных глаз наемного убийцы Цзюнь.

Цзюнь Мосе не могло не интересовать [Какова причина ненависти в его глазах?].

Он перебирал воспоминания в своей памяти, пытаясь понять, были ли какие-то связи с этим мальчиком у Мосе. Но он ничего не вспомнил, более того, он никогда не видел его раньше.

[Но почему он выглядел таким потрясенным, увидев меня? Что не так?]

Несмотря на то, что в голове Цзюнь Мосе был знят разбором своих воспоминаний, его выражение лица оставалось абсолютно равнодушным, даже в тот момент, когда он шагнул вперед и, вежливо улыбнувшись, поприветствовал Гуан Куинбо и Гуан Куинью. Цзюнь Мосе слышал, что у двух братьев невестки интересы были похожи на интересы предыдущего Цзюнь Мосе.

Существовала традиция: в принимающей семье принято развлекать своих гостей. Старшее поколение отвечало за развлечение гостей своего возраста, в то время как молодое поколение отвечало за гостей своего. Поскольку Цзюнь Мосе был единственным молодым человеком в семье Цзюнь, бремя развлечения братьев Гуан Куинбо и Гуан Куинью, естественно, упало на его плечи.

- Третий Молодой Господин, - двое молодых людей приветствовали Цзюнь Мосе, традиционно сложив руки.

Обычно Цзюнь Мосе так приветствовали незнакомые люди, поэтому со стороны братьев это было довольно странно. Будучи старшими братьями невестки Цзюнь Мосе, более соответствующим обращением было бы назвать его «братом» или «младшим братом». И хотя семья Гуан была родом из провинции Цзян Ху - довольно небольшой жилой регион, их семья по-прежнему была достаточно богатой и влиятельной, они были практически повелителями территории. Так что молодое поколение такой семьи, очевидно, должно было знать о соответствующих правилах обращения.

Этого обращения было достаточно, чтобы показать, что эти двое молодых людей не рассматривали Цзюнь Мосе в качестве зятя своей сестры, они явно считали его молодым потомком могущественной семьи. Всего лишь обращения «Третий Молодой Господин» было достаточно, чтобы показать Цзюнь Мосе много информации. Внезапно, тепло улыбаясь, Цзюнь Мосе протянул руку к младшему из братьев и повел его в более изолированный уголок столовой. Рука Гуан Куинью дрожала, когда Цзюнь Мосе потянул его. И хотя дрожь была совсем легкой, но Цзюнь Мосе явно смог почувствовать страх внутри сердца этого молодого человека.

Несмотря на то, что его лицо ничего особенного не выражало, его разум постоянно рассматривал всевозможные обстоятельства. [ Неужели?]

Несмотря на то, что в голове Цзюнь Мосе перебирал кучу всего, он спокойно сказал:

- Вы, ребята, прошли тысячи миль, чтобы добраться до города Тянсян… И я не смог развлечь вас в первые два дня вашего пребывания здесь, братья…

Элегантно улыбнувшись, Гуан Куинбо отвечал ему:

- Не нужно формальностей. Наши первые два дня в городе Тянсян все равно были замечательными, и нам удалось позабавиться. Мы встретили много новых людей и поняли, что это место действительно достойно быть названным «столицей» Империи Тянсян. Мы нашли, чем заняться, поэтому нет необходимости извиняться, правда, ха-ха...

Характером Гуан Куинбо подражал отцу, это было видно по его манере говорить и по тем словам, которые он выбрал для ответа.

Цзюнь Мосе был проинформирован о том, что Гуан Куинбо был столь же заинтересован в определенных видах деятельности, как и прошлый Цзюнь Мосе. Но этого даже отдаленно не было видно из-за его изощренных манер, из-за его поведения!

- О? - Цзюнь Мосе подскочил ближе и сказал тихим голосом ему, - я могу гарантировать место, которое принесет братьям больше радости, чем когда-либо…

- Что за место? - спросил Гуан Куинбо низким голосом.

Ужаснейшая из всех улыбок на земле появилась на лице Цзюнь Мосе. Он быстро взглянул на Гуан Квинхан, убедившись, что он стоит на безопасном расстоянии от нее:

- Озеро Духовного Тумана! Это место - рай каждого мужчины, ах, вы просто не можете не посетить это место...

Лицо Гуан Куинью внезапно с яростью дрогнуло на секунду, в тот момент, когда он услышал слова «Озеро Духовного Тумана».

Глава 171. Тебе повезло, что я тебя не убил

Гуан Куинбо не мог не удивиться. [Этот парень такой наивный… Он просто показал свое истинное лицо, сказав всего три слова!].

- Мы слышали про Озеро Духовного Тумана, - улыбаясь, сказал Гуан Куинбо, - правду говоря, полтора дня из двух, что мы в городе Тянсян, мы провели там.

- Да? А у братьев хороший вкус, ах, ха-ха-ха, кажется, я не один такой в этом мире, - лицо Цзюнь Мосе расцвело, как будто он только что наткнулся на своих соседей. - И как там было? Девушки? Мальчики? Или оба? Ха-ха-ха…

Гуан Куинбо смутился от слов Цзюнь Мосе:

- Совсем нет... Мы вообще-то по делам приехали…

- Брат! - Гуан Куинбо был прерван посредине своей речи своим младшим братом, который глянул на него предупреждающим взглядом.

Гуан Куинбо только рассмеялся:

- Ха-ха, Гуан Куинью, человек всегда должен быть честным и никогда не должен скрывать свой образ жизни от мира. Нет ничего постыдного в этом. Более того, Третий Молодой Господин практически является частью нашей семьи, и поэтому мы можем без проблем обсуждать с ним все вопросы.

Цзюнь Мосе кивнул в знак согласия:

- Так и есть.

Хотя Цзюнь Мосе был немного смущен. [Может быть, эти два брата не очень хорошо ладят? Гуан Куинбо практически выдал своего брата против желания того... Что происходит?]

- Это довольно очевидно, Третий Молодой Господин. Доверенное лицо моего младшего брата живет в Озере Духовного Тумана, ах, это и было целью нашей... деловой поездки.

Гуан Куинбо умело использовал слово «дела» для деятельности и услуг, которые женщины предоставляют в борделе... [Кто вы? Вы что ли торгуете живым товаром?]

- Это то, о чем я и подумал, - Цзюнь Мосе вдруг понял. - Второй брат на самом деле очень романтичный человек, ха-ха... Но тогда это просто в нашей природе, ах.

Мысленно Цзюнь Мосе наконец-то собрал все причины и следствия. И он мог, наконец, сказать, почему время попытки убийства было настолько точным, даже, несмотря на то, что обычные люди не знали о его местонахождении, поскольку его деятельность была «семейным секретом Цзюнь».

[Предатель сидит прямо среди нас!

Но от такого предателя сложно защититься!]

Не было никаких сомнений относительно личности доверенного лица Гуана Куинью… Очевидно, это Леди Юэ Эр. Очевидно, он рассказал ей о местонахождении Цзюнь Мосе. Это привело к покушению на его жизнь!

Но, что касается самого Гуана Куинью... он не принимал непосредственного участия в этом деле…

Цзюнь Мосе был уверен в этом!

Иначе он бы выглядел шокированным и напуганным, увидев Цзюнь Мосе живым и здоровым.

[Черт побери! Мы любезно приняли вас и относимся к вам, как к семье. А вы просто разворачиваетесь и треплете своим языком, рассказывая все этой шлюхе?]

Цзюнь Мосе молча проклинал его всем сердцем, но понимал, что сейчас неподходящее время для мести. Кроме того, из слов Гуана Куинбо было совершенно очевидно, что он совершенно не знал о личных делах своего младшего брата. Более того, казалось, даже его собственный отец и остальная часть его семьи также были в неведении относительно этого вопроса, иначе они бы не посмели присутствовать на этом банкете сейчас.

Молодежь бывает очень импульсивной. Если красивая женщина просит и умоляет молодого человека оказать услугу, то мужчина, скорее всего, пообещает, даже не подумав о своей семье. Такие люди часто не могут осознать, какими серьезными могут быть последствия их действий! [Этот невежда бесстрашен!], - вздохнул Цзюнь Мосе.

[Хотя сейчас не время для моей мести, но я не позволю тебе наслаждаться пребыванием здесь сейчас!

Итак, Юэ Эр - твоя любовь, а? Хорошо! Отлично! Тогда поговорим о твоей любовнице - Юэ Эр! Тебе повезло, что я не убью тебя прямо сейчас!]

- Готов поспорить, что у вас двоих друзей меньше, чем у меня в «Озере Духовного Тумана», ха-ха-ха, никакого неуважения. Но я часто посещаю «Озеро Духовного Тумана», - улыбнувшись, прошептал Цзюнь Мосе. - Кстати, говоря об этом, я могу вас представить в этом месте.

- Ха-ха, это место тебе как родное. Поэтому ты, очевидно, больше знаешь, чем мы, - Гуан Куинбо улыбнулся в ответ.

- Это верно! И я даже был первым, кто сорвал цветки нескольких красавиц, - прошептал Цзюнь Мосе с очень торжественным и непристойным взглядом. - Например, Ничанг Юэ Эр... Говорят, что она первая красавица Озера Духовного Тумана. Этот молодой господин был достаточно любезен и стал ее первым клиентом.

-….

Гуан Куинбо вдруг понял, что что-то не так! [Он не был с нами, когда мы впервые посетили Озеро Духовного Тумана… Но как он узнал, что любовницу моего брата зовут Юэ Эр?

Возможно, он говорит о другой девушке?]

Лицо Гуана Куинью внезапно стало пепельного цвета! Взглядом он начал пускать огненные стрелы в Цзюнь Мосе. Но, прочистив горло, начал неторопливо говорить:

- Третий Молодой Господин не должен так много хвастаться. Леди Юэ Эр - чистая и непорочная женщина, поэтому будь любезен, не оскорбляй ее самоуважение!

- Что? Ты мне не веришь? И какое самоуважение имеет проститутка? Во всяком случае, я могу это доказать, - выражение лица Цзюнь Мосе стало еще более гордым, а его улыбка еще более неприличной. - Позволь мне рассказать тебе: у Юэ Эр есть родимое пятно — три точки красного цвета, которые расположены очень близко друг к другу. Ее кожа действительно мягкая и нежная. Ее гладкая талия, огненные губы и полная грудь заставили меня не спать несколько ночей. Я хотел дать ей много денег, но она сказала, что любит меня, а не просто продает себя. Я провел с ней несколько дней, но потом я ушел, так как не узнал, что же она хотела...

Лицо Цзюнь Мосе приняло очень извращенное выражение, он словно наслаждался теми воспоминаниями. Он сглотнул слюну, а его руки повисли в воздухе, как будто он все еще пытался почувствовать мягкую и шелковистую кожу Юэ Эр…

- Достаточно! - Гуан Куинью внезапно вспыхнул и взревел, вскакивая со своего места. Он посмотрел на Цзюнь Мосе кроваво-красными глазами и начал сыпать на него проклятиями. - Цзюнь Мосе! Ты сволочь! Ты ублюдок! Ты бесстыдная свинья!

Цзюнь Мосе внезапно очнулся и не мог не сдержать свой устрашающий взгляд:

- Ты... …Что ты говоришь?

Эти слова потрясли всех!

Семья Цзюнь и семья Гуан на самом деле не были родственниками, но все же поддерживали отношения, очень похожие на родственные. И поскольку они приехали в гости, даже Цзюнь Чжан Тиан решил лично присутствовать на этом ужине. Рассказ Гуана Донглю вызывал улыбку на лице старика, а Цзюнь Вуй и Гуан Рушань, которые сидели рядом с ними, время от времени вставляли фразу-другую, что вызывало смех.

Никто не ожидал, что второй сын семьи Гуан внезапно выйдет из себя в такое время! Более того, никто не мог предвидеть, что он может начать жестоко издеваться над молодым господином семьи Цзюнь. Такое впечатление, что Цзюнь Мосе убил его отца, а его жену взял в качестве своей любовницы.

Даже эксперту Духа Суань было бы трудно так среагировать: Старый Панг подал пищу для Цзюнь Чжан Тиана, Цзюнь Вуя, Гуана Донглю, Гуана Рушаня и Гуан Квинхан — и теперь все они безучастно смотрели друг на друга...

Забудьте о реакции других: Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй были и ветеранами войны, и видели несколько шокирующих инцидентов на поле. Но, тот шум, который поднял этот мальчик, полностью их ошеломил!

Второй сын семьи Гуан, несомненно, имел достаточно мощный голос, чтобы в критический момент жизни обезопасить себя!

Он посмотрел на Цзюнь Мосе, дрожащие пальцы которого начали медленно тянуться за рукоятку меча, висящего на его талии. Казалось, он был готов убить своего подстрекателя в тот момент.

- Ты злой ублюдок! Ты сошел с ума? - Гуан Донглю наконец-то отошел от шока, и начал ругаться. Он никогда не думал, что его, обычно хорошо ведущий себя сын, внезапно начнет ругать Цзюнь. [Ты не можешь оскорблять Цзюнь, даже если небо упадет. А ты просто забросал обвинениями единственного наследника семьи Цзюнь?!]

Гуан Донглю явно не знал, насколько провокационными слова Цзюнь Мосе были для Гуана Куинью!

Гуан Куинью влюбился в Юэ Эр с первого взгляда, давным-давно. Но затем он был вынужден покинуть ее, так как он должен был вернуться на свою родину. Глупое стремление Гуана Куинью к Юэ Эр загнало его в тупик. Юэ Эр стала единственной целью его жизни и богиней его сердца! Он абсолютно не мог стерпеть никого, кто описал бы ее невежливыми словами.

Он просто не мог слышать даже одно плохое слово о ней!

Затем, однажды Гуан Куинью получил записку от Юэ Эр со следующими словами в ней: «Ты драгоценный!». С того момента все, кроме Юэ Эр, полностью исчезли из вида у этого увлеченного паренька.

Его желание Юэ Эр сразу же увеличилось из-за расстояния, которое было между ними. Он послал записку Юэ Эр. Узнав, что он снова приедет в город Тянсян, она надеялась, что этот визит принесет ей радость. Естественно, он был вне себя от радости всего лишь от мысли увидеть ее снова!

Когда он рассказывал Юэ Эр, что он с его отцом и старшим братом посетит семью Цзюнь, на лице женщины появилась печальная улыбка в тот момент, и она начала рассказывать о проблемах, которые возникли в последнее время из-за Цзюнь Мосе. Она захотела преподать урок для Цзюнь Мосе, а Гуан Куинью согласился помочь ей, не учитывая последствий своего поступка.

Он закончил тем, что рассказал Юэ Эр о местонахождении Цзюнь Мосе. При этом он был очень доволен собой: [У меня, наконец-то, появился шанс сделать что-то для нее!]. Очевидно, увидев, что Цзюнь Мосе вернулся живым и невредимым, Гуан Куинью беспокоился в безопасности ли Юэ Эр…

[Юэ Эр хотела убить его, но Цзюнь Мосе совершенно невредим… План Юэ Эр провалился и что-то пошло не так? Если да, то, как она сейчас? Он не причинил ей вреда?]

Гуан Куинью с такими мыслями в своей голове, очевидно, не мог контролировать свои эмоции на лице, когда увидел Цзюнь Мосе. Гуан Куинью бесконечно проклинал свою судьбу и то, как он поступил. В конце концов, он был тем, кто узнал и сдал местонахождение Цзюнь Мосе, как он мог не чувствовать себя виноватым из-за своих поступков?

Тем не менее, он никогда не ожидал, что его старший брат и Цзюнь Мосе так быстро «найдут общий язык» и начнут говорить об их опыте. Не говоря уже о том, что первой темой будет его любимая Юэ Эр! Вдобавок к этому, Цзюнь Мосе действительно злорадствовал, говоря о том, что был ее первым мужчиной!

Это самое большое оскорбление для любого мужчины! Не говоря уже о том, что эту женщину он больше всего ценит и любит…. Цзюнь Мосе считает ее не только объектом, но и использовал для такого бесстыдного хвастовства…

Как мужчина может стерпеть такие слова? Тело Гуана Куинью было готово взорваться из-за гнева! И из-за позора! Из-за позора!

Глава 172. Забираете ее?

Гуан Куинью крайне неохотно верил Цзюнь Мосе. Но яркого описания Юэ Эр, еще и упоминания Цзюнь Мосе о ее родимом пятне оказалось достаточно, чтобы заставить Гуана Куинью потерять рассудок!

Гуан Куинью стоял на месте, игнорируя слова своего отца... запыхавшись и тяжело дыша. Гуан Куинью тыкнул пальцем на Цзюнь Мосе, говоря дрожащими губами:

- Цзюнь Мосе! Клянусь, я убью тебя!

Из-за боли в его сердце, боли в легких и из-за стыда за свой поступок на глаза накатились слезы, когда он говорил эти слова.

Цзюнь Мосе не мог не задаться вопросом: [ты, глупый паренек, ты на самом деле поверил Юэ Эр?!]

Из-за этого одного предложения атмосфера в комнате стала такой же, будто наступила холодная зимняя ночь!

Лица Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя стали мрачными из-за бушующего убийственного волнения!

Внутри резиденции Цзюнь… на глазах у Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя, кто-то действительно угрожал убить единственного оставшегося наследника семьи Цзюнь? Если бы когда-либо такое было, люди Империи Тянсян рассмеялись бы, относясь к этому как к шутке какого-то дурака! Но прямо сейчас именно это действительно произошло в их доме...

Все знали, насколько важна жизнь Цзюнь Мосе…

Лица Гуан Донглю, Гуан Рушань, Гуан Куинбо и даже Гуан Квинхан побледнели.

- Ублюдок! Прекрати нести ерунду сейчас же! - Гуан Донглю просто не смог оставаться равнодушным. Он быстро встал и ударил сына по лицу. - Извинись перед сыном Цзюнь прямо сейчас?!

- Я не буду извиняться перед ним! Я не сказал ничего несправедливого! - Гуан Куинью даже не вздрогнул, продолжая пристально смотреть на Цзюнь Мосе. Даже не собираясь вытереть кровь, которая начала собираться в уголке рта, он продолжил, - Цзюнь Мосе, как мужчина мужчину... Я вызываю тебя на дуэль!

- Дуэль? С чего бы это? - Цзюнь Мосе выглядел чрезвычайно смущенным и даже сумел показать на лице легкую, но озадаченную улыбку. - Второй брат Гуан, я не знаю, где я обидел тебя, а? Это первая наша встреча! Мы стали родственниками из-за брака… Ты пришел сюда в город Тянсян, ты ешь вместе с моей семьей, ты пьешь с семьей. Мы делаем все, чтобы развлечь тебя. Но все же ты говоришь мне такие слова в комнате, полной людей, а теперь ты даже вызываешь меня на дуэль?! Ты явно хочешь убить меня! Могу я осмелиться спросить причину?

- Ты... ты не смеешь спрашивать причину! Как ты смеешь спрашивать причину? Если ты настоящий мужчина, тогда ты должен принять мой вызов! - Гуан Куинью все еще не отводил глаз от Цзюнь Мосе.

- Черт тебя побери! Разве ты не слышал, что сказал твой отец? - Гуан Донглю снова замахнулся рукой, чтобы ударить сына. Тревога в сердце Гуан Донглю заставила его принять строгие меры в этой ситуации. [Это выходит из-под контроля сегодня… Даже если семья Цзюнь считает нас родственниками, смогут ли они простить моего второго сына за эту наглость? Даже умные люди из семьи Цзюнь могут повести себя не очень разумно в такой ситуации!

Знает ли он, кто такой Цзюнь Мосе? Он единственный выживший наследник семьи Цзюнь! Хотя мой второй сын только угрожал убить Цзюнь Мосе, но если бы кто-то угрожал убить моего сына, я отправил бы этого человека на смерть, не давая ему никаких шансов объяснить ситуацию! Сколько пройдет времени, пока старик Цзюнь не примет такое решение?]

Гуан Куинью все еще таращился на Цзюнь Мосе своим упрямым взглядом, не моргая глазами, и даже не собираясь уклоняться от второго удара отца. Рука Гуана Донглю уже была в воздухе, готовая поразить его сына еще сильнее, чем в первый раз. Но неожиданно, из ниоткуда появилась вторая рука, которая крепко сжала руку Гуана Донглю, и удержала ее на месте. Обернувшись, Гуан Донглю понял, что это была рука Цзюнь Вуя. Мягко улыбнувшись, Цзюнь Вуй непринужденно заявил:

- Брат Гуан, должна быть причина, из-за которой твой сын сказал эти слова. Мы должны разобраться в этом, чтобы понять, могли ли неуместные слова Мосе случайно и непреднамеренно обидеть второго сына Гуана. Часто бывают ссоры между молодежью, но мы, как старшее поколение, не должны поспешно вмешиваться и подавлять их… Это никогда не принесет пользы. Возможно, это может привести к серьезному недоразумению, верно?

Улыбающееся лицо Цзюнь Вуя и ласковый тон вызвали дрожь по спине Гуана Донглю.

Хотя слова Цзюнь Вуя были нежными и продуманными, языком жестов он все еще показал слабый намек на доминирование, что было довольно очевидно. Гуан Донглю понял, что несогласие может привести к смерти всей его семьи.

- Третий дядя, пожалуйста, позволь мне разобраться в этом, - тихо склонила голову Гуан Квинхан на глазах у своего второго брата. - Позволь мне узнать, почему Куинью действовал таким образом сегодня. Позволь мне решить ход событий, как только я узнаю, кто из моих двух братьев виноват - Мосе или Куинью, так как я старшая сестра для них обоих!

Она видела, как трое молодых людей, собранных вместе, всего лишь несколько мгновений назад шептались и смеялись с непристойными взглядами на их лицах. Она чувствовала, что этот накал страстей мог быть спровоцирован чем-то, что не стоит упоминать перед взрослыми.

Тем не менее, Гуан Куинью был ее братом по крови, и она всегда верила, что он очень хорошо себя ведет. Поэтому она уже решила, что ее собственный брат никогда не мог вызвать таких неприятностей. А Цзюнь Мосе должно быть вышел за пределы терпимости Гуана Куинью.

- Я... я... - Гуан Куинью открыл рот, но на этот раз не смог найти слов. Его лицо отчетливо отражало муки и страдания в его сердце.

Гуан Куинью действительно не мог рассказать правду по этому поводу. Потому что он хорошо знал, что Юэ Эр проживала в Озере Духовного Тумана, в месте - где женщины были объектами удовольствия. Несмотря на то, что он был ее любовником, ее заклеймили бы как проститутку! Даже заявив, что она таким не занимается, и не продает свое тело, было бы бесполезно. Проститутка - есть проститутка!

[Если отец и сестра действительно узнают, что я вызвал на дуэль третьего молодого господина семьи Цзюнь из-за такой женщины, разве они не отреагируют безумно?

Независимо от того, насколько сильно Цзюнь Мосе клевещет на ее имя, я не могу позволить кому-либо узнать причину этого спора... иначе, единственное, о чем будет разговор, - это тот факт, что она проститутка!]

На самом деле, хотя он встретил Юэ Эр в самом неподходящем и худшем месте для любой благородной женщины, Гуан Куинью действительно поверил ее словам, так как он никогда не интересовался ее прошлым! И независимо от этого, он все равно считал ее женщиной своего сердца! Гуан Куинью уже решил, что он будет любить ее до последнего вздоха, и он сделает все возможное, чтобы защитить ее достоинство.

- Второй брат Гуан, мне тоже будет интересно узнать, как я тебя обидел…? Если я действительно оскорбил тебя, брат, тогда я согласен признать свою ошибку, и я извинюсь. Но брат должен сначала указать мне на ошибку! - Цзюнь Мосе натянул самую искреннюю улыбку, получив свой шанс бросить камень в человека, который уже упал в колодец.

- Говори! - Гуан Квинхан увидела искренность на лице Цзюнь Мосе. Взглянув на брата, грусть охватила сердце Гуан Квинхан [может мой брат быть виноватым в этой ситуации?].

- Пожалуйста, позволь мне объяснить эту ситуацию, - спокойно проанализировав сложную ситуацию, в которую попал его младший брат, Гуан Куинбо понимал, что если он ясно не объяснит этот вопрос, тогда все для всей его семьи может закончиться на очень катастрофической ноте. Поэтому, использовав все возможное изящество и изысканность повествования, которыми он обладал, Гуан Куинбо рассказал историю Юэ Эр и Гуана Куинью, придав истории романтичности, изображая их двух как несчастных влюбленных. Он рассказал, что двое влюбленных были вынуждены расстаться из-за некоторых неизбежных обстоятельств, после чего Юэ Эр приехала в город Тянсян и стала… ух… временной певицей в павильоне Ничанг. Как только стало возможно, Гуан Куинью приехал в город Тянсян, и двое влюбленных снова воссоединились по воле судьбы и по совпадению обстоятельств... А Цзюнь Мосе один раз к тому времени…. уже был у Юэ Эр… в гостях…

Хотя рассказ Гуан Куинбо был достаточно искусным и вызывал сочувствие к этим двум влюбленным из-за их трогательной истории любви, но глаза Гуана Донглю уже стреляли пламенем в своего младшего сына!

Никто не был настолько глуп, чтобы не понять эту ситуацию. Все уже поняли истинную причину ссоры после того, как услышали измененную Гуаном Куинбо историю. Эти два развратника публично сражались за проститутку! Это просто посмешище!

Все презрительно уставились на Гуана Куинью, мысленно ругая его. [Этот парень влюбился в женщину из борделя и в конечном итоге угрожает наследнику семьи Цзюнь в его собственном доме? Второй сын семьи Гуан действительно такой глупый?!]

Вся семья Гуан, включая Гуана Донглю и Гуан Квинхан, всегда смотрели на Цзюнь Мосе свысока из-за его аморального поведения. А теперь, они начали понимать, что в их собственной семье сын может быть не только развратником, но еще и быть глупым...

Гуан Квинхан доверяла своему брату, и поэтому вызвалась расследовать этот вопрос, зная, что это может привести к каким-то непристойным причинам. Но теперь ее лицо покраснело от гнева… Сперва она беспощадно уставилась на своего брата, а затем с яростью взглянув на лицо Цзюнь Мосе, отошла в сторону.

Цзюнь Мосе был явно возмущен этим. [Твой брат - причина всего этого шума, а ты все еще смотришь так на меня? Ты знаешь, что из-за твоего брата на меня смогли напасть? Я здесь жертва... Я тот, кто имеет право злиться в этой ситуации! ]

- Ты дурной ублюдок! – громовой рев Гуана Донглю эхом раздавался в трясущемся зале. - Ты, ты вызвал своего родственника… зятя твоей сестры… на дуэль за жизнь или смерть из-за такой женщины? - все тело Гуана Донглю дрожало от гнева. - Ты непокорный сын! Ты недостойный сын! Ты, ты, ты, позор нашей семьи!

Несмотря на то, что Гуан Куинью раскаивался и боялся гнева отца, но его рот все еще был открыт для того, чтобы отказаться от поражения, поскольку его упрямый мозг твердил ему опровергнуть слова его отца:

- Юэ Эр - моя возлюбленная, она не вульгарная женщина. А Цзюнь Мосе не зять моей сестры. Мы пришли сюда, чтобы забрать сестру, и в любом случае, как только мы это сделаем, он больше не будет связан ни с ней, ни с нами!

- Заткнись, ты, обнаглевшее животное! - Гуан Донглю поспешно вмешался, побледнев от испуга. Но его слова были сказаны слишком поздно.

Гуан Квинхан подняла свое бледное лицо, чтобы посмотреть на своего отца. Ее розовые губы дрожали, но она не смогла найти слов, чтобы выразить свое мнение.

Старик Цзюнь и Цзюнь Вуй молчали. Даже Цзюнь Мосе был удивлен. Смертельная тишина охватила весь зал!

- Этот Старик пьян. Я должен извиниться, - Дед Цзюнь встал, сказав неприветливым голосом. Его слова были явно странными, ведь обед еще не начался, блюда еще никто не пробовал... На самом деле, ни один бокал вина не был опустошен за это время, а Старик Цзюнь заявил, что он уже опьянел.

Глава 173. Интенсивное увлечение

Гуан Донглю улыбался, на его щеках виднелся слегка заметный след пота:

- Конечно, пожалуйста... Позаботьтесь о своем здоровье.

Угрюмо фыркнувши в ответ, Цзюнь Чжан Тиан ушел.

Гуан Квинхан связывало с семьей Цзюнь только имя, все знали об этом. Несмотря на то, что семья Гуан неоднократно поднимала вопрос о ее возвращении, а Гуан Квинхан всегда отказывалась от такого рода предложений – это одно. Но то, что семья Гуан прибыла в город, чтобы забрать ее, это совершенно другая проблема вообще!

Единственный способ, с помощью которого семья Гуан могла забрать ее, заключалась в разрыве всех взаимоотношений между двумя семьями. Обе семьи в полной мере были осведомлены об этом. И зная это, семья Гуан, сама взяли на себя инициативу и подняла этот вопрос.

Первоначально, когда семья Гуан еще не подняла эту тему, Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй оба уже были готовы выполнить все, что было связано с благосостоянием Квинхан. Поднять эту тему перед семьей Цзюнь было равносильно удару им в лицо!

Хоть и обе семьи первоначально хорошо продумали действия, в этот момент все превратилось в очень сложную ситуацию.

Цзюнь Вуй медленно сказал:

- Пусть будет так, как должно быть, - он задумался на мгновение, а затем продолжил, - мы обсудим ситуацию с Квинхан позже. А сейчас давайте просто сосредоточимся на решении вопроса между нашими двумя сыновьями!

Гуан Донглю уже паниковал. Это было у него впервые, когда он, как глава семьи, абсолютно не знал, что сказать!

- Цзюнь Мосе, поскольку ты оскорбил мою Юэ Эр, ты с этого дня враг Гуана Куинью! - Гуан Куинью сказал, дерзко ухмыляясь. - Ты действительно собираешься использовать влияние семьи Цзюнь, чтобы держать меня здесь принудительно? Юэ Эр была права насчет тебя! Твое постыдное поведение – и есть причина, по которой она хочет отомстить тебе! Раз тебе повезло сбежать сегодня, то я закончу это дело для своей Юэ Эр! Прими этот вызов, молодой господин Цзюнь Мосе!

Паренек действительно рассказал всю ситуацию, причем сделал он это с очень уверенным и сердитым выражением лица!

[Этот парень идиот?]

Возможно, новорожденные телята не боятся тигра…

Это, вероятно, было связано с силой влияния семьи Гуан в восточном регионе! Гуан Куинью воспитывался как сын императора, поскольку он был вторым сыном семьи Гуан. В связи с этим, хотя Гуан Куинью сейчас и находился в городе Тянсян, он все еще не считал семью Цзюнь больше, чем просто влиятельная и важная семья в лучшем случае. Все потому что сила Суань Ци семьи не была такой же, как семьи Гуан. Но никто никогда не говорил Гуану Куинью, что была причина, по которой семья Гуан смогла сохранить свое превосходство в восточном регионе!

По своей молодости, Гуан Куинью не мог знать истинную силу семьи Цзюнь… Все, что он видел, был Старик, приближающийся к своей могиле, «хороший развратник» и калека. В глазах Гуана Куинью вся эта семья была абсолютно бесполезной!

Очевидно, Гуан Куинью проигнорировал очень важный момент: несмотря на то, что в семье Гуан было несколько продвинутых экспертов Суань Ци, но, пока они не смогли сравниться с Городом Серебряной Метели, у них не было выбора, кроме как придерживаться светских ограничений этого мира!

Даже не смотря на то, что семья Цзюнь не была такой сильной, как семья Гуан по количеству экспертов в семье, но она была представителем высшей военной власти всей империи! И семья Цзюнь также имела возможность мобилизовать войска Империи вслед за собой!

Независимо от того супер семья ли это, или светская семья, власть может доминировать над всем! Эксперт высшего уровня Суань может убить тысячи людей, но, возможно, никогда не сможет управлять страной, городом или даже деревней!

Но сила сможет!

Это было самое большое различие между семьей Гуан и семьей Цзюнь! Это также было непреодолимой разницей!

Дело в том, семья Гуан имела очень сильную репутацию, но их репутация была достаточной только, чтобы контролировать свою территорию. Какое бы внимание они не получали за пределами своей собственной территории, это было просто потому, что их дочь была вовлечена в семью Цзюнь. Это не имело никакого отношения к их собственной силе!

- Тебе повезло сбежать уже сегодня? - Цзюнь Вуй неторопливо повторил это предложение суровым голосом, поднимая брови все выше и выше с каждым словом. - Второй сын Гуан, ты имеешь в виду, что ты сегодня имел отношение к покушению на жизнь Цзюнь Мосе, произошедшее ранее этим вечером?! - резкий взгляд Цзюнь Вуя внезапно начал показывать бушующую убийственную ауру.

Цзюнь Вуй относился к этому спору, просто как к небольшой ссоре между двумя молодыми людьми, поэтому это не могло испортить его настроение. Но в последнем предложении Гуана Куинью было обнаружено нечто совершенно иное, такое, чего было достаточно, чтобы разжечь в нем гнев! Это было впервые сегодня, когда он действительно задумался о том, чтобы принять меры против мальчика!

Как мог молодой и неопытный человек, как Гуан Куинью, противостоять могуществу и храбрости военного генерала?

- Я этого не делал! - Гуан Куинью, внезапно почувствовавши покалывания мороза по всему его телу, в ужасе закричал. - Покушение? Какое покушение? Я просто упомянул об этом! Почему я должен был хотеть убить его в то время, когда я даже не знал обо всем этом тогда? И если бы я хотел, чтобы он умер, то разве я бы сказал тогда что-нибудь? Если бы я хотел, чтобы Цзюнь Мосе умер, тогда разве он смог бы выбраться живым?!

Цзюнь Вуй, Гуан Донглю и Гуан Рушань вздохнули в унисон, услышав его ответ.

[Очевидно, что Юэ Эр всего лишь использовала Гуана Куинью для достижения собственных целей. Должно быть, она использовала его раньше, когда они встретились на Востоке, и продолжала использовать его, пока не отправилась в город Тянсян. И затем ей удалось использовать Гуана Куинью, чтобы получить информацию о местонахождении Цзюнь Мосе, а затем она спланировала покушение на его жизнь!]

Для них было очевидно, что Гуан Куинью не сыграл особой роли в покушении на жизнь Цзюнь Мосе!

Из-за молодого возраста и отсутствия опыта в подобных делах, Гуану Куинбо и Гуан Квинхан понадобилось чуть больше времени, чтобы понять всю историю...

С отчаянным взглядом, Гуан Донглю снова вздохнул. Ведь его второй сын не только ругался с Цзюнь Мосе в особняке семьи Цзюнь, но также решил угрожать Цзюнь Мосе! Если этого было недостаточно для того, чтобы уйти, то вдобавок он, Гуан Куинью, также рассказал, что он способствовал покушению на жизнь молодого господина Цзюнь.

Было нетрудно представить, с какими последствиями теперь придется столкнуться Гуану Донглю с сыном. Мысль о том, что они только приехали в город всего два дня назад, а его сын уже нарисовал несколько мишеней на своей спине, заставило отца огорчиться по поводу судьбы своего сына!

- Ты идиот, все это время эта дешевая женщина использовала тебя... - голос Гуана Донглю звучал очень слабо. - Куинью, я не ожидал, что, обладая такой же сообразительностью как у тебя, кто-то сможет попасть в такую паршивую ловушку, как ты! Ты вообще понимаешь, что мы сейчас находимся в городе Тянсян? - похоже, он на этот раз он действительно ругал своего сына.

- Конечно, я знаю! - лицо Гуана Куинью дрогнуло от боли. - Она использовала меня, когда мы встретились на Востоке… более чем один раз, но каждый раз… я знал! Но ты не понимаешь, как я себя чувствовал каждый раз, когда она меня использовала! Я был готов позволить ей использовать меня! Потому что это делало меня счастливым! Это делает меня действительно счастливым! - Гуан Куинью почти заревел в этот момент. Его обычно красивое лицо странно изогнулось, исказившись неприятной гримасой. - Пока она может использовать меня, это значит, что она меня ценит! Если я бесполезен для нее, то какая мне цена? Разве я не просто еще один парень из влиятельной семьи?! Я позволил ей использовать меня! - неуверенный голос мальчика пронесся через весь зал.

На лице Гуан Квинхан виднелись две тонкие линии от слез.

Цзюнь Мосе вздохнул. Как в этой жизни, так и в предыдущей, Цзюнь Мосе всегда был очень безжалостным по своей природе. В качестве профессионального убийцы для него было жизненно важно отказаться от определенных вещей в жизни, включая любовь, поскольку он не мог позволить себе привязаться к чему-либо или кому-либо. Любовь сделала бы его уязвимым. Это было важно для него, поскольку он собирался подняться на вершину мира!

Поэтому Цзюнь Мосе никогда не знал смысла любви!

И дело было совсем не в том, что он не мог любить, нет! Наемный убийца Цзюнь никогда не пытался испытать… привязанность!

[От эмоциональной привязанности всегда было очень сложно оторваться, в прошлом это было доказано много раз! Сколько несравненных экспертов и героев попадали в такие ситуации, а в итоге они стали слабыми, потому что у них была привязанность к кому-то? От эмоциональной привязанности очень трудно оторваться. Такие люди были либо потоплены этой привязанностью, либо действовали логично, а потом жили всю оставшуюся жизнь… обремененные сожалением!]

Каждый присутствующий мог четко ощутить глубину привязанности Гуана Куинью, его боль, отчаянье и безысходность в его сердце, а также силы его печали и туман над его будущим!

Эти чувства особенно захватили Гуан Квинхан [Если бы был кто-то, для кого я была готова сделать все что угодно, это был бы Ву Хи… Ву Хи… И все же ты оставил меня...]

Цзюнь Вуй также мог понять безнадежную и беспомощную ситуацию мальчика. Так как сам Цзюнь Вуй тоже тосковал по компании своей возлюбленной последние десять лет. Фактически, гнев Цзюнь Вуя значительно сократился к тому времени.

На лице Цзюнь Мосе отразился слабый намек на восхищение! [Конечно, поступки этого парня наделали много неприятностей для меня, но глубина его чувств достойна восхищения. Хотя... его собственные чувства поставили его же на путь, наполненный обреченностью и надеждой].

Юэ Эр была не просто женщиной, недостойной поклонения в глазах Цзюнь Мосе, но также она была для него смертельным врагом. Даже если бы она была готова измениться и была готова принять любовь Гуана Куинью и ответить ему взаимностью, Цзюнь Мосе все еще не мог позволить своим врагам спокойно жить в этом мире!

[Сочувствие - это одно, а уважение – другое. Если я позволю этим чувствам управлять моими решениями, учитывая то, что эти ребята подвергли опасности мою жизнь, то даже любовь, такая же глубокая, как море, или как небо, не принесет ничего хорошего!

Судьба Гуана Куинью обречена быть трагичной!

И эта трагедия неизбежна, так или иначе!]

Цзюнь Мосе, глянув на Цзюнь Вуя, показал ему жест. Цзюнь Вуй беспомощно посмотрел на своего племянника, так как понял смысл этого жеста, а затем медленно опустил взгляд на землю. Конечно, сердцем Цзюнь Вуй симпатизировал этому мальчику, Гуану Куинью, так как он сам сталкивался с чем-то подобным в своей собственной жизни. Но если увлечение этого молодого человека превратилось в угрозу для безопасности Цзюнь, тогда это было уже совершенно другое дело!

- Если эта история, правда, тогда этот молодой господин действительно восхищается братом Куинью! Давайте считать наш спор, который произошел раньше, просто как шутку между нами. Молодежь не должна вызывать каких-либо дальнейших проблем для наших старших… - редкую снисходительность проявлял Цзюнь Мосе.

Эмоции людей, какими бы педантичными или глупыми они не были, всегда были предметом восхищения для Цзюнь Мосе. Просто потому, что у него самого никогда не было смелости подняться на эту конкретную гору. Но только потому, что Цзюнь Мосе восхищался этим аспектом человеческой природы, это не значит, что он не предпринял бы логических действий, когда это было так необходимо. Он даже убьет, если понадобится. Цзюнь Мосе все равно не стал бы мягким и слабым... даже немного.

Глава 174. Сюэху решительно приближается к ней!

Однако было несколько проблем. Две семьи были связаны обязательствами… Также необходимо было учитывать чувства Гуан Квинхан. Кроме того, необходимо обдумать связь и союз между двумя семьями. Разве было наказание Гуана Куинью более важным, чем судьба двух семей?

Естественно, приоритетней будет их общая ситуация!

Поэтому Гуан Квинхан, разумеется, обрадовалась, потому что ситуация была не только решена, но и был достигнут наилучший исход ситуации, учитывая сложившиеся обстоятельства. Поэтому она склонила голову перед своим отцом и Цзюнь Вуем, чтобы показать, что она была смущена действиями брата и поэтому вмешалась в эти разборки брата. Однако Гуан Квинхан была очень удивлена действиями Цзюнь Мосе. Она ожидала, что ее зять будет провоцировать ее брата еще больше. Гуан Квинхан еще больше удивилась, услышав, что Цзюнь Мосе решил великодушно игнорировать ситуацию, несмотря на то, что Гуан Куинью угрожал убить Цзюнь Мосе! Гуан Квинхан никогда не приходило в голову, что ее зять сможет быть таким приятным и взрослым, столкнувшись с такой ситуацией. Репутация Цзюнь Мосе внезапно улучшилась в ее глазах!

- Спасибо за твою щедрость Третий молодой господин, - с искренностью в голосе поблагодарил Гуан Донглю. Будучи главой своей семьи, он знал, что лучше всего будет устранить любой гнев, который они все еще могли испытывать. Затем он обернулся и прогремел. - Вы, двое маленьких зверенышей, вернитесь в свои комнаты немедленно! И молитесь, чтобы я не вернулся. Потому что если в скором времени вы попадетесь мне на глаза - я расцарапаю вам кожу!

Во взгляде Цзюнь Вуя читались те же слова, но он молчал. Двое братьев Гуан ушли, склонивши головы. Цзюнь Мосе ясно видел выражение лица Гуана Куинбо, когда тот выходил из зала, и он также заметил слабый след улыбки… Гуан Квинхан немного сомневалась, но все же приказала двум слугам подать обед своим братьям в их комнаты. Независимо от их недостатков, они все еще оставались ее братьями...

- Брат Гуан! - Цзюнь Вуй устремил свой холодный взгляд на Гуана Донглю, который во взгляде все еще не смог скрыть свою боль, которую он ощущал в сердце. - Я бы не хотел комментировать инцидент, который только что состоялся между нашей молодежью. Но если что-то подобное произойдет снова, тогда, пожалуйста, не обвиняй меня, если я не посмотрю на дружбу между нашими семьями, прежде чем приму меры!

- Брат Цзюнь, пожалуйста, будь уверен, что такой постыдный инцидент никогда не повторится. А если такое когда-нибудь случится снова, я лично отрублю голову обидчику!

Вгляд Гуана Донглю был серьезен, как и его слова. Потому что Гуан Донглю знал, что семья Цзюнь была очень благосклонна сегодня. Тем не менее, Гуану Донглю все еще стыдно было осознавать, что его собственный второй сын сделал кое-что постыдное. Его второй сын имел отношения с проституткой, и он прекрасно осознавал, что ситуация с Гуаном Куинью может легко превратиться в крупный всемирно известный скандал.

- Я доверяю тебе, брат, и я полагаю, что и ты мне доверяешь, - пальцы Цзюнь Вуя задумчиво гладили одеяло, лежавшее на его ногах. Он медленно продолжал: - Я думаю, мы должны оставить в покое ситуацию между Гуаном Куинью и Цзюнь Мосе. Но если мы говорим о Гуан Квинхан, я надеюсь, мой брат будет честен со мной и скажет мне правду об этом деле.

Гуан Донглю собирался ответить, но оказался прерванным Цзюнь Вуем. Слегка покачавши головой, Цзюнь Вуй спокойно продолжил:

- Мы с тобой оба осознаем, что наши две семьи очень обрадовались перспективам брака и твердо верили в то, что он предназначен на небесах. Тем не менее, преждевременная смерть Ву Хи все кардинально изменила. Семья Цзюнь согласилась отменить помолвку, так как это было в интересах Квинхан. Нам тоже хотелось бы видеть ее счастливой и цветущей. Однако, поскольку Квинхан настаивала на том, чтобы сохранить помолвку, семья Цзюнь согласилась временно приютить ее, чтобы помочь утешить ее из-за горя. Но это соглашение было временным, так как эта помолвка должна была быть отменена рано или поздно. Обе семьи понимали это. Мы все просто ждали удачного и подходящего момента для Квинхан, ждали пока она будет готова! Поэтому ваше прибытие в город, чтобы забрать ее обратно, кажется нам немного странным, - сказал, поджав губы Цзюнь Вуй, и на его лице появились жесткие линии. - Что случилось? Если ты по-прежнему считаешь мою семью другом, пожалуйста, сообщи нам. Конечно, я позволю семье Гуан забрать Гуан Квинхан, если ты не хочешь изложить причину. Но я уничтожу все связи между нашими семьями. Навсегда!

Из слов Цзюнь Вуя было очевидно, что у него не было желания проявлять снисходительность в этом вопросе!

Гуан Донглю долгое время смотрел на Цзюнь Вуя. А затем, вздохнув, он начал объяснять низким тоном:

- Брат Цзюнь, этот вопрос… на самом деле… Я не могу сказать тебе правду… Но я просто хочу, чтобы ты знал, что я очень благодарен за твою щедрость и поддержку.

- Цзюнь Вуй рядом с тобой. Так чего ты боишься? - лицо Цзюнь Вуя было таким же неподвижным, будто сделано из камня. - Разве есть в этом мире такая сила, которая способна забрать нашу дочь… против воли семей Гуан и Цзюнь, когда мы едины?!

- Это личное дело девушки, - вздохнув, Гуан Донглю беспомощно глянул на Гуан Квинхан.

- Ах, папочка! Как это может быть моим личным делом? - лицо Гуан Квинхан вспыхнуло от гнева, она в ярости уставилась на своего отца. [Как вы вообще смеете говорить такие вещи? Как вы можете так говорить со своей дочерью? Вы пытаетесь сказать, что я умышленно привлекала противоположный пол? Гм! Не обвиняй меня в том, что делали мои два брата!] .

- Квинхан, ты помнишь, когда ты ходила к кенотафу Ву Хи, чтобы выразить свое уважение… Около полугода назад? - Гуан Донглю снова вздохнул. - Там, должно быть, ты встретила парня в зеленом пальто, верно?

- Это о нем? - она вдруг вспомнила юношу в зеленом, который увязялся за ней, и прошел весте с ней все это путешествие взад и вперед. Сначала юноша вел себя очень странно и позже исчез. Тем не менее, она все еще могла помнить последние слова, которые парень произнес, перед тем как уйти: «Меня не волнует, кто вы, меня не волнует ваша личность или статус, но однажды вы станете моей женщиной! Ха-ха...».

Высокомерный смех этого парня начал звенеть в ушах Гуан Квинхан, будто бы он все еще был здесь, перед ней, и смеялся ей в лицо. Гуан Квинхан почувствовала крайнее отвращение.

- Этот человек негодяй!

- Является ли этот человек негодяем или нет, он носит фамилию Ли, - горько улыбнулся Гуан Донглю, говоря эти слова. - Он единственный сын Высочайшего Мастера Ли Ю Тянь… Ли Тенгюн! Он также является единственным наследником усадьбы Тянь Нан Сюэху!

Это предложение произвело эффект взорвавшейся бомбы. Зал затих за секунду. Правду говоря, в этот момент можно было даже четко услышать, если бы маленькая иголочка упала!

Ли Ю Тянь был одним из величайших живых экспертов. Он был всеми признан вторым самым сильным человеком во всем мире. Даже Одинокий Сокол не сравнился бы с ним. Многие люди даже полагали, что если бы не девятый уровень Суань Зверя Юн Би Чен, то великий Юн Би Чен не смог бы превзойти Ли Ю Тянь своими достоинствами!

- Ли Тенгюн расспрашивал о личности Квинхан. Он прислал записку в семью Гуан, в которой заявил, что если мы не отправим ее к нему... То он уничтожит семью Гуан… и семью Цзюнь! - Гуан Донглю говорил таким голосом, будто он абсолютно смирился со своей беспомощностью.

Усадьба Тянь Нан Сюэху была почти такой же могущественной, как и Город Серебряной Метели! Эти две таинственные силы считались почти на одном уровне друг с другом в настоящее время... Город Серебряной Метели и поместье Тянь Нан Сюэху! Ли Ю Тянь да и все в поместье Сюэху всегда действовали в подобном стиле! Они никогда не учитывали мнение тех, кто слабее их. Они всегда брали все то, что им нужно... при необходимости даже силой отнимут!

Лицо Гуан Квинхан мгновенно побледнело от ужаса!

[Этот негодяй оказался Ли Тенгюн! Единственный наследник и хозяин поместья Сюэху! Возможно, это не так, но его определенно поддерживают Ли Ю Тянь и поместье Сюэху! Забудьте о семье Гуан и семье Цзюнь, даже вся империя Тянсян не может позволить себе противостоять такой мощной силе...

Так что...]

- Ха-ха-ха, сколько лет сейчас Ли Ю Тянь? Если у меня верные данные, то ему должно быть около ста лет, верно? Даже при этом он все еще фактически достаточно функционален, чтобы иметь двадцатилетнего сына? - Цзюнь Мосе улыбался. - Значит, ему, должно быть, было по меньшей мере около восьмидесяти, когда он зачал этого сына? Я действительно восхищаюсь этим старичком, я действительно восхищаюсь им! Я решил, что Ли Ю Тянь – отныне мой кумир!...

Полгода даже не прошло, как Цзюнь Мосе прибыл в этот мир…

- Мосе, ты думаешь, что эта проблема забавная? - Цзюнь Вуй поднял брови, несколько разочаровавшись в своем племяннике. Эта проблема была связана с жизнью двух крупных семей, а Цзюнь Мосе смеялся, как невежественный дурак!

- Забавная! Очень забавная! - Цзюнь Мосе обернулся, чтобы посмотреть на Гуана Донглю и, ухмыльнувшись, продолжил. - Мне кажется предложение Ли Тенгюна из поместья Сюэху смешным, но вы кажетесь еще более забавными! Не забывайте о репутации и целостности репутации Квинхан. Вы действительно рассматриваете свою дочь как товар для торговли? Или для обмена?

Пустяк - невинность и жизненное счастье простой женщины в обмен на жизнь и процветающее будущего тысяч поколений вашей семьи… Очень выгодно, правда? – насмешливо рассмеялся Цзюнь Мосе.

- Я тоже не хочу этого делать! Квинхан - моя дочь, и она у меня единственная дочь! Даже я не хочу этого делать! - Гуан Донглю рассердился на Цзюнь Мосе. - Но этот вопрос касается жизни более тысячи поколений! Думаешь, что я смогу оправдать жизнь тысяч и тысяч людей… просто для того, чтобы моя дочь побыла в безопасности ненадолго? Ты не знаешь силы и могущества усадьбы Сюэху!

- Если вы приговорите ее к пожизненному блуду и оскорблениям, то вы действительно сможете дальше жить спокойно?! Неужели вы сможете дальше процветать с таким позором? Неужели вы сможете смотреть людям в глаза, зная, что ваше благополучие оплачивается жизнью вашей дочери... каждым днем ее жизни... до тех пор, пока она сможет жить?

Цзюнь Мосе больше не мог сдержаться. Он просто считал, что вся эта ситуация была абсолютно нелепой.

- Разве это не пришло вам в голову, что она не должна быть платой за жизнь вашей семьи? Что за право позволяет вам обменять ее жизнь и счастье на вашу безопасность и благосостояние? Я искренне не знаю, осталась ли у вас хоть одна капля стыда в вашей душе! Люди умирают с самого начала времен. Чтобы люди не делали - они умирают, в конце концов! Они рождаются, а потом все они умирают! Они приходят, а затем уходят в иной мир. Так из-за чего весь этот шум? Но не погубит ли ваше сердце такое постыдное спасение? Неужели вы думаете, что все горящие благовонии на вашей могиле, обеспечат вам спокойствие на небесах? - Цзюнь Мосе сплюнул. - И что за потомство будет сжигать эти благовонные палочки в честь памяти за вами? Всего лишь кучка мужчин и женщин, воспитанных в бесстыдстве такого отвратительного преступления. Люди без совести! Вы действительно прибегли бы к принятию такого безответственного решения, просто для того, чтобы сохранить собственное физическое существование в этом мире? Что это за дерьмовая идея?

Мосе! – прикрикнул Цзюнь Вуй. - Не будь таким самонадеянным!

Хотя Цзюнь Вуй прикрикнул, чтобы остановить ругательства Цзюнь Мосе, он, Цзюнь Вуй, даже не попытался скрыть признательность, которую так ясно выражали его глаза! Хотя его племянник зашел слишком далеко, но Цзюнь Мосе все равно завоевал большую благодарность у Цзюнь Вуя!

[Кто такой мужчина? Это!

Бесстыдного поведения человека в мирные времена недостаточно, чтобы описать мужчину, но когда дело доходит до принципа… Настоящий мужчина - тот, кто готов сломаться, прежде чем он прогнется! Жизнь и слава мужчины никогда не может быть выменяна или выторгована за кого-то слабого, особенно женщину! Это дело принципа! Это не только принципиальный вопрос, но и вопрос чести! Лучше умереть с честью, чем жить с сожалением! Это то, что делает настоящий мужчина!]

Глава 175. Без компромиссов

Глаза Гуан Донглю забегали:

- Как я могу чувствовать себя спокойно... она дочь нашей семьи. И если бы наша семья смогла защитить ее от всего, что с ней происходит, тогда я бы не пожалел сил… но поскольку у моей семьи нет возможности защитить ее, то жертвовать семьей было бы просто бесполезно!

- Бред какой то! Вы даже не пытаетесь, вы даже не пытаетесь приложить хоть какие-то усилия, просто потому что знаете, что у вас нет возможностей?! Вы просто жертвуете счастьем своей дочери и при этом вы все еще называете себя мужчиной? Вы трус! - яростно возражал Цзюнь Мосе. - Вы просто боитесь силы вашего противника. Ваша дочь не такая сильная, как войска вашей семьи, но при этом вы все еще используете ее в качестве щита? Вы просто используете ее в качестве предлога, чтобы скрыть свою трусость!

Выражение лица Гуана Донглю оставалось таким же спокойным, как и раньше:

- Если я должен пожертвовать одним человеком ради всей семьи, то я считаю, что это достойная цена. Если бы я мог пожертвовать жизнью, чтобы спасти свою семью... я бы с нетерпением ждал этого дня. Но Ли Ю Тянь приложит все усилия, чтобы забрать мою дочь, и если бы я поставил всю мою семью на ее защиту... и проиграл бы, тогда где рациональность такого решения? Все что я могу выбрать – это защищать свою семью и дружбу между нашими двумя семьями. И поэтому, ради нашей дружбы и безопасности семьи Цзюнь, я прошу вас держаться подальше!

Следует признать, что Гуан Донглю очень хорошо понимал свои ограничения, несмотря на то, что он был Господином семьи Гуан и под его командованием были тысячи людей. И даже когда он столкнулся с такой трудной ситуацией, он все еще не хотел прекращать дружбу с семьей Цзюнь, что тоже достойно восхищения. Однако, хотя его действия достойны похвалы, но его нельзя было оправдать в контексте этой ситуации!

- Господин семьи Гуан говорит о судьбе своей дочери. О судьбе моей невестки! Но теперь она часть семьи Цзюнь, она больше не дочь семьи Гуан! Живая, она часть семьи Цзюнь, мертвая или даже ее призрак – все равно часть семьи Цзюнь! Она замужняя женщина и теперь не имеет больше никаких отношений с вашей семьей! Вы не имеете права решать ее судьбу! – прозвучал голос Цзюнь Мосе на весь холл. Он мрачно улыбнулся, продолжая презирающим тоном: - Что касается вашей семьи, то в чем смысл такой бесполезной семьи, которая не может даже защитить своих женщин? Вы должны просто приложить нож к горлу и покончить с этим!

Люди из поместья Сюэху искали Гуан Квинхан, и если их требования не будут удовлетворены - они неизбежно разрушат семью Цзюнь и Гуан. Никто никогда не осмеливался идти против людей из поместья Сюэху! Поэтому затруднительное положение Гуана Донглю и его беспомощность были более чем понятными!

Многие мужчины сделали бы такой же выбор в этой ситуации, потому что такими были отношения между женщинами и их родителями в то время. Если за счет поржертвования счастьем одной женщины можно было спасти две семьи - то большинство людей в этом мире сделали бы такой же выбор, как Гуан Донглю ну или, по крайней мере, не противоречили бы его выбору.

В конце концов, она была просто женщиной! Неважно, была ли она его дочерью...

Тем не менее, Цзюнь Мосе никогда не смог бы позволить себе жить с таким позором!

[Если мужчины в моей семье не могут даже защитить женщину, то в чем смысл иметь таких мужчин? В чем смысл такого унизительного существования?] Для Цзюнь Мосе это не было вопросом репутации или неприкосновенности Квинхан, или даже вопросом о том, чтобы выжить. Это был вопрос его принципов жизни!

Возможно, это решение было глупым, и, возможно, это решение в конечном итоге приведет к гибели семей Гуан и Цзюнь, но для Цзюнь Мосе... не было в этом вопросе никаких компромиссов!

Даже если такое решение будет стоить жизни десятков миллионов людей по всей Империи, Цзюнь Мосе все равно не изменил бы своего решения!

[Жизнь или смерть? В чем смысл этого?

Мы все дышим, чтобы кто-то потом смог зажечь палочки благовоний в память о нас! Если бы я обменял невиновность женщины на свое выживание, тогда я тоже буду мертв. Независимо от того, невинна она или нет, это был бы серьезный позор!]

Настоящий мужчина не может вынести позора!

А теперь все это происходило с Цзюнь Мосе!

Даже если это происходило не с ним, и Цзюнь Мосе просто узнал, что такое случилось где-то, тогда он, вероятно, отправился бы наказывать тех, кто посмел издеваться над женщиной из менее влиятельной семьи, выдавая ее замуж за их сына. Но только прежде он бы уничтожил семью, которая позволила своей дочери попасть в такую ситуацию!

[Такие люди недостойны жить в этом мире! В чем смысл жизни, если потеряно достоинство? Вы не цените чужую жизнь? Тогда я уничтожу вашу! Тогда я позволю тебе жить!]

Идеология наемного убийцы Цзюнь, несомненно, была очень странной для некоторых и явно отличалась от остальных, поэтому было очень трудно получить одобрение от большинства людей, таких как...

- Третий господин Цзюнь! Ты вызовешь катастрофу для семьи Цзюнь! Ты подумал, сколько разрухи принесет семье Цзюнь такое импульсивное решение? Семья Цзюнь — это твоя семья! - Гуан Донглю резко высказался в гневе.

- Я единственный наследник семьи Цзюнь! Будущее семьи Цзюнь в моих руках. Если мне принадлежит разрушение семьи Цзюнь, я не против позволить этому произойти немного раньше. Мое решение - это решение семьи Цзюнь! - Цзюнь Мосе произнес эти слова достаточно медленно, глядя на Гуана Донглю, чтобы тот смог понять их очень, очень ясно. - Господин семьи Гуан, семья Цзюнь не согласна разорвать помолвку! Ваша семья не имеет никаких прав или отношений с Квинхан, так что вы можете держаться подальше от всего этого! Если сила семьи Цзюнь не может защитить ее, то, прежде чем моя семья будет уничтожена, я лично ее убью! Смерть намного лучше, чем такой позор!

Сухие слова Цзюнь Мосе внезапно вызвали бурю эмоций в сердце Квинхан.

Он был готов позволить тысячам и тысячам людей умереть за одного человека! Ничего не имело для него значения! Он просто не хотел взглянуть на ситуацию шире, даже на секунду!

Она была частью семьи Цзюнь при жизни и после смерти. Как бы там ни было, она принадлежала семье Цзюнь!

Таким был характер Цзюнь Мосе. Будь он в этой жизни или в прошлой, он все равно поступил бы также! Даже если бы этот вопрос не касался Квинхан, он бы все равно поступил бы также! Даже если бы он не знал женщину, он бы все равно поступил бы также!

Слезы катились из глаз Квинхан. Она уже представила себе всю безысходность своей жизни! Люди из поместья Сюэху были одной из самых сильных фракций в этом мире, даже самые талантливые и сильные личности или фракции не посмели бы противостоять им! Гуан Донглю говорил об этом, даже Цзюнь Мосе не смог бы решить эту ситуацию. В конце концов, Квинхан была дочерью семьи Гуан, и как только помолвка была бы расторгнута, семья Цзюнь больше не имела бы никакого контроля над ее жизнью или над ее будущим!

Квинхан уже решила принести себя в жертву ради своей семьи. Более того, она собиралась совершить самоубийство, после того, как попала бы в поместье Сюэху! Но она никогда не ожидала, что Цзюнь Мосе решит стать на ее место в этот момент! Она всегда смотрела на своего зятя свысока и на самом деле плохо обращалась с ним в течение последних нескольких месяцев... Она даже не могла представить, этот дерзкий человек действительно сможет сказать что-то подобное!

[Он даже готов добровольно взять вину на себя за уничтожение двух наших семей… даже столкнувшись с такой трагической судьбой! Он даже хочет рискнуть своей жизнью и жизнью всей своей семьи!]

Для Квинхан было ясно, что Цзюнь Мосе твердо был готов пожертвовать всем, прежде чем покориться такому врагу!

Квинхан готова была разрыдаться в этот момент! Ее собственная семья и даже ее собственный отец бросили ее в этот темный момент, когда она нуждалась в них. Но этот человек решил рискнуть всем для нее, в момент ее крайнего отчаяния!

Тоненький стан Цзюнь Мосе, небольшие плечи… вдруг стали самой надежной стеной в этом мире для нее! Он стал единственной поддержкой для нее при этом ливне и буре. Он был единственным, за кого она могла бы держаться!

Она была очень тронута, когда брат решил принять такое решение, когда дело касалось Юэ Эр, но в этот момент ей внезапно показалось... брат был ничем по сравнению с Цзюнь Мосе! В конце концов, семья Гуана Куинью с семьей прибыли в город Тянсян, чтобы убедить семью Цзюнь разорвать помолвку и позволить ей вступить повторно в брак. Однако Цзюнь Мосе даже не поколебался, когда встал вопрос об ее защите, вопреки всем требованиям!

Один из этих людей был человеком, готовым предать доверие своей сестры ради собственной жизни. Ее брат был готов толкнуть ее на жизнь без каких-либо целей. Этот человек также проигнорировал свои собственные принципы и нравы ради пошлой женщины! В то время как другой человек яростно решился защитить ее, когда она столкнулась с большими трудностями!

Было даже неправильно говорить их имена на одном дыхании, внезапно они стали двумя крайностями для нее… как небо и земля. Абсолютно невозможно сравнить!

Лицо Гуан Квинхан покраснело от смущения из-за всех мыслей в ее голове, а также из-за чувства вины: [Может быть, раньше... он был просто... может, это и есть настоящий «он»? Он притворялся кем-то все это время... почему?..

В противном случае, почему он поступает таким образом сегодня? Он даже не поколебался! Он готов рисковать всем и бороться против всего мира из-за меня?!

Боже, почему раньше я не видела в нем добро?]

Момент страха, момент отчаяния, момент волнения и момент эмоций... Гуан Квинхан стояла на своем месте с пустым выражением лица, хотя в ее сердце была настоящая буря.

Она совершенно не подозревала, что Цзюнь Мосе поступил так не ради нее, а ради своих собственных принципов! Цзюнь Мосе никогда не изменит своим принципам. Он никогда не позволит кому-то повредить его гордости! Он без труда скорее пойдет на войну против всего мира, чем иметь такое неблагородное существование!

В сознании наемного убийцы Цзюнь жизнь и смерть были не чем иным, как просто фантазией. Иллюзия... ничего больше. Но принципы и гордость были факторами бессмертия!

И он никогда не скомпрометировал бы их!

Слова Цзюнь Мосе и ожесточенное отношение напугали Гуана Донглю на мгновение. Но затем он подумал о последнем десятилетии существования семьи Цзюнь и не мог снова не потревожиться. Поэтому он посмотрел на Цзюнь Вуя:

- Брат Цзюнь, молодой мастер Цзюнь все еще наивен и говорит такие вещи из гордости, но, возможно, не подумал о последствиях таких действий. Семья Цзюнь гораздо сильнее, чем моя, но по сравнению с поместьем Сюэху…

Цзюнь Вуй слабо улыбнулся, но спокойно ответил категорично:

- Мосе прав. Квинхан - невестка моей семьи. Будучи главой семьи Цзюнь я согласен с ним. Решение Мосе - решение семьи Цзюнь!

Несмотря на то, что Цзюнь Вуй сидел в своем инвалидном кресле, но силы и решимости в его голосе в сочетании с силой его широких плеч было достаточно, чтобы заставить небеса дрожать!

Цзюнь Мосе мог произнести свои слова под влиянием своей юной силы, но Цзюнь Вуй, будучи ветераном, хорошо знал о бесконечной борьбе, с которой его семье придется столкнуться в борьбе с поместьем Сюэху!

Гуан Донглю долго смотрел на него. Внезапно, где-то глубоко в сердце у него возникло чувство вины. Он отказался от своей дочери, но молодое и старое поколение семьи Цзюнь стали на ее защиту без колебаний! Он не знал о соперничестве между семьей Цзюнь и Городом Серебряной Метели. Он не знал, что эти две фракции были смертельными врагами! И теперь, эти люди были готовы встретиться даже с Сюэху ради Квинхан!

Две самые мощные силы континента стояли против одинокой семьи Цзюнь! Один враг на севере, а другой на юге, а семья Цзюнь была прямо посередине!

[Сюэху, вероятно, находится на юге, а Серебряная Метель на севере... Скорее всего. Они очень скрытные, вероятно из-за характера этих двух фракций].

Но Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй все еще улыбались, равнодушные ко всему этому. Все еще с гордостью держали головы, поднятые в небо!

Глава 176. Другие позиции

Гуан Квинхан больше не могла сдерживать слезы! Гнев и отчаяние, бушевавшие в ее сердце внезапно превратились в благодарность за эти несколько последних слов. Несмотря на то, что Квинхан в силах была понять выбор отца, в ее сердце все еще ютилась сильная боль.

Гуан Квинхан просто не могла позволить этим людям умереть из-за нее. Идея ее отца силой выдать ее замуж, ради безопасности семьи, была вполне логичным решением. Однако, после того как она увидела как Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй стали на ее защиту, она просто не могла и дальше оставаться такой эгоисткой!

Чувство бесконечного тепла и привязанности появилось в сердце Квинхан, когда она подняла взгляд на Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя: [Они готовы постоять за меня… Даже ценой собственной жизни? Что может быть лучше, чем обеспечить им счастье и безопасность?!

Я не могу жить в унижении, но если я совершу самоубийство, а Сюэху направят свой гнев на семьи Гуан и Цзюнь... Я не могу думать о совершении такого большого греха!

Как я могу привести к гибели двух таких героев и такую великую семью? Как я могу во спасение себя от унижения, позволить принести в жертву, растоптать и убить так много невинных людей? Смогу ли я когда-нибудь простить себя? Мое сердце когда-нибудь будет в спокойствии?!]

- Третий дядя, отец... Мне есть, что сказать, - Гуан Квинхан быстро вернула себе равнодушное выражение лица и смогла выглядеть даже немного величественно.

- Пожалуйста, скажи свое мнение. Дядя здесь, чтобы поддержать тебя, - Цзюнь Вуй посмотрел на ее лицо, но его сердце внезапно ощутило признаки чего-то зловещего.

Гуан Квинхан тихо подняла голову, чтобы посмотреть на проливной дождь на улице, затем, наконец-то, решилась. Она подошла к Цзюнь Вую, наклонилась к его коленям, а затем медленно опустила голову на землю, отдавая честь. Она посмотрела на Цзюнь Вуя и спокойно сказала:

- Квинхан не перечила первоначальному решению, потому что Квинхан является причиной этой проблемы. Даже будучи старшей дочерью семьи, Квинхан только принесла несчастье семье Цзюнь с того самого дня, как я переступила порог. И даже сегодня я принесла только несчастье. Такова моя некомпетентность. Я принесла такую серьезную катастрофу к дверям наших семей, но вы трое: дядя, отец и зять Цзюнь Мосе больше не должны спорить об этом, - Квинхан несомненно решила высказать свое решение очень тактично. - Хотя мы с Ву Хи были женаты, но только на словах, а не на самом деле. Тем не менее, я оставалась в семье Цзюнь в течение столь длительного времени из-за моего упрямства, что не было правильным. И поэтому, дядя, пожалуйста, простите меня. Квинхан хочет… - Квинхан равнодушно прикусила свою нижнюю губу, медленно произнося остальную часть своей речи, - разорвать помолвку!

Она не могла поднять голову, казалось, физические силы ее покинули.

- Квинхан хотела бы встретиться с дедушкой и извиниться перед ним лично, но я не смогу найти достаточно мужества в себе. Я хотела бы уйти с отцом завтра и вернуться в семью Гуан. Я молюсь, чтобы дядя поддержал мое решение. Между Квинхан и семьей Цзюнь больше нет никаких отношений!

Цзюнь Вуй выпрыгнул из своей инвалидной коляски! [Слова Квинхан явно означают, что она считает себя дочерью своего отца и не признает, что она была невесткой семьи Цзюнь! Что это значит?]

Гуан Донглю был ошеломлен, услышав слова дочери, он был расстроен… Теперь он мог ясно понимать, что «женщины такие сложные». Ее горькое решение было лучшим вариантом для семьи Гуан! Из-за этой мысли несколько слезинок сорвалось с его глаз.

Цзюнь Мосе тихонько посмотрел на спокойное лицо Квинхан, только чтобы убедиться, что она не показывает каких-либо эмоций. Однако ее маленькие ладони были так крепко сжаты, что даже, казалось, побледнели кости в кулаках. Этого было достаточно, чтобы понять ее истинные мысли!

- Квинхан, это не какое-то обыденное решение. Это относится к твоей жизни и будущему. Поэтому я советую тебе серьезно подумать! Ты будешь оставаться невесткой семьи Цзюнь так долго, как ты этого захочешь. И никто никогда не посмеет перечить твоему желанию, до тех пор, пока последний из семьи Цзюнь дышит! – Цзюнь Вуй не поднял свой равнодушный взгляд на Квинхан, вместо этого сосредоточился на своих сильных «руках эксперта неба Суань»!

- Мне не нужно думать снова, я уже решила. Надеюсь, мой дядя согласится! – грустно улыбнувшись, Гуан Квинхан продолжила. - На самом деле мы с Ву Хи встречались только три раза за всю нашу жизнь, но я упорно продолжала действовать неправильно… - Квинхан повернула голову, чтобы взглянуть на своего отца, но только увидела, что он отвернулся. Как отец, он не мог смело смотреть в глаза своей дочери в этот момент! Он боялся, что он может стать мягким, и в итоге может открыть рот, чтобы попросить ее перестать!

Квинхан мягко улыбнулась, сменяя тему:

- Время не вернуть. Прошлое в прошлом.

В ту эпоху браки заключались по устным соглашениям, и теперь даже наличие свидетельства о браке не смогло бы опровергнуть ее слова. Если она так решила, то у нее не было бы больше никаких отношений с семьей Цзюнь.

Цзюнь Мосе уже было ясно, и он понял, что она действует только под влиянием своих эмоций. Подумав немного, он больше не мог сомневаться в Гуане Донглю: [Может быть, у него есть какие-то скрытые мотивы, чтобы разорвать эту связь?]

- Квинхан, дядя знает, что ты жертвуешь собой, чтобы спасти нас от беды! Но этот вопрос зашел слишком далеко, и уже слишком поздно. Даже если ты разорвала помолвку и больше не имеешь никаких отношений с семьей Цзюнь, все равно слишком поздно. Так как я знаю об этом, я не могу это игнорировать… так или иначе.

Цзюнь Вуй задумался минутку, а затем, вдруг улыбнувшись, сказал:

- Квинхан, теперь дядя калека. Но ты не должна забывать, что я когда-то был солдатом! И я все еще солдат, и я всегда буду солдатом. А солдаты сделаны из крови и стали! И как моя невестка, ты должна понимать, что моя железная кровь не позволит мне сдаться в этом деле! Особенно, когда это дело касается тебя… Моей невестки! - Цзюнь Вуй продолжал, резко подняв брови. - Что касается вопроса отмены брака, я не буду останавливать тебя. Но когда дело доходит до вопроса, связанного с поместьем Сюэху… Я контролирую семью Цзюнь… Даже если ты отказываешься быть дочерью моей семьи, ты все равно останешься дочерью семьи Цзюнь, и мы не позволим никому навредить твоей репутации!

- Это верно! Ну, хорошо сказал дядя! - Цзюнь Мосе холодно продолжал. - Даже если ты так говоришь из-за простой доброты, тебе не нужно беспокоиться о семье Цзюнь. Однако мы не позволим тебе разорвать помолвку прямо сейчас! Даже если ты решишь сейчас разорвать все связи, мы не можем допустить этого, поскольку это будет ужасный позор, позор для семьи Цзюнь! - Цзюнь Мосе смотрел на Гуан Квинхан. - Не будь такой самодовольной! Что тебя заставило вести себя как типичная женщина сейчас? Ведь у тебя даже опыта в этом нет!

Хотя Цзюнь Мосе был холодным и дерзким, его слова все еще возбуждали бурю эмоций в сердце Гуан Квинхан.

Цзюнь Вуй подозвал слугу и прошептал несколько слов ему на ухо. Этот слуга быстро выбежал из зала, а всего через несколько мгновений вернулся с небольшим деревянным ящиком и передал его Цзюнь Вую.

Цзюнь Вуй поднял деревянный ящик и при этом сказал:

- Племянница Квинхан, в этом ящике лежит документ, который написал мой отец. В нем написано, что ты являешься «невесткой» для семьи Цзюнь. Но как только вопрос с поместьем Сюэху будет разрешен, тогда, как господин семьи Цзюнь, я объявлю миру, что тебя, Квинхан и мою семью больше никакие отношения не объединяют. Но если ты хочешь разорвать помолвку до того времени - мы не согласны!

Цзюнь Мосе улыбнулся, глядя на деревянную коробку, и неторопливо заявил:

- Я считаю, что у этой деревянной коробки есть только две участи. Первая - я лично открою ее и освобожу тебя. Вторая - она станет пеплом и будет похоронена вместе с нашими мертвыми телами. Но в любом случае, я никогда не позволю тебе пойти в поместье Сюэху.

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе произнес свои слова с улыбкой на лице, интонация его голоса давала понять, что он настроен очень решительно!

Глаза Гуан Квинхан начали слезиться от вида этой спокойной и нежной улыбки на лице Цзюнь Мосе. Его глаза внезапно начали казаться ей таким себе мечом, который мог бы защитить ее от любой опасности… внезапно, ее сердце наполнилось еще большим волнением.

Гуан Донглю чувствовал себя так, будто сидел на булавках и иголках. Даже, несмотря на то, что его дочь была «нравственно-праведной», решение все равно сделало его бесконечно грустным, но он все еще был доволен, что она готова принести себя в жертву ради своей семьи. Однако теперь эта ситуация внезапно вышла за рамки. Он вздохнул и топнул тяжело ногой:

- Брат Цзюнь, ты, ты, ты, что такое делаешь? Твой выбор относится не только к жизни Квинхан, он так же относится к жизни твоей страны, семьи и твоих людей... что ты такое говоришь?

- Я могу понять тебя брат, но я также могу понять Гуан Квинхан, - понимающе улыбнулся Цзюнь Вуй. - Твое решение мудрое, и я считаю, что даже сам Император сделал бы такой же выбор, как и ты, в этом вопросе. Никто никогда не скажет, что ты не прав, но всякий имеет другую позицию. На самом деле, такие вопросы всегда были самыми большими точками конфликтов и противоречий между военными и политиками. Государство стремится к миру, а военные смотрят в другую сторону. И это никогда не будет разрешено. Если государство стремится к войне, тогда страна разделяется. Однако если военные стремятся к миру, то страна не далека от гибели! И если наша семья Цзюнь, как ведущая военная сила страны, пойдет на компромисс в этом вопросе, разве мы не станем посмешищем для всего мира? И дело не в том, что мы не хотим мира, но в этом вопросе мы не можем смело пойти на компромисс!

Гуан Донглю мысленно с яростью ругал самого себя [Я забыл об этом! Я вошел в дом сумасшедшего и выдал замуж мою дочь. И я был таким глупым, что был счастливым от этого! Эти проклятые звери! Если это станет общеизвестно, тогда не будет никакого стыда для семьи Цзюнь. Но вот для семьи Гуан, это будет хуже, чем просто быть убитыми!]

Несмотря на то, что ты господин твоей семьи, я не буду обвинять тебя в конце этого дела. Независимо от того, каким он будет. Тем не менее, сейчас Квинхан останется в семье Цзюнь, - улыбаясь, сказал Цзюнь Вуй. Хотя говорил он низким голосом, было очевидно, что спорить с ним нельзя.

Вздохнув, Гуан Донглю некоторое время молчал. Затем он, наконец, встал и начал уходить.

- Что касается твоего второго сына и той женщины у меня есть одна идея. Но я прошу брата Гуана не вмешиваться в это дело.

Гуан Донглю намеревался отправиться прямо в Озеро Духовного Тумана, и отомстить Юэ Эр. Тем не менее, он сразу отказался от этой идеи после того, как услышал слова Цзюнь Вуя.

Дойдя до двери, Гуан Донглю остановился и сказал:

- Ли Тенгюн дал нам только два месяца, поэтому, пожалуйста, брат Цзюнь... Реши этот вопрос как можно быстрее.

Глаза Цзюнь Вуя заблестели.

- Спасибо, брат. Ты должен вернуться и подготовиться к этому.

Гуан Донглю громко топал ногами, когда уходил.

Глава 177. Появление Суань Ядра

- Ну, хорошо. Вам тоже нужно пойти немного отдохнуть, - сказал Цзюнь Вуй, глядя на Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан, - не переживайте, небо не упадет. А если даже так случится, ваш дядя будет здесь и позаботиться о вас!

Квинхан все еще хныкала, в то время как глаза Цзюнь Мосе блестели от волнения. Внезапно его губы изогнулись в кривой улыбке, будто на мгновение его посетило просветление. Он медленно посмотрел в сторону Цзюнь Вуя и сказал:

- Я ухожу! - Цзюнь Мосе так быстро развернулся, что никто из них не успел отреагировать, и скрылся в шторме снаружи. За окном все еще был проливной дождь, и не было ни единого знака, что он вскоре прекратится. Небо стало совсем темным.

Несмотря на то, что выражение лица Цзюнь Вуя было абсолютно спокойным и собранным, он был в глубоких своих размышлениях.

Гуан Квинхан тихо стояла в обеденном зале, а ее холодный и неподвижный взгляд все еще наблюдал за дождем на улице. Капли дождя падали на землю, а некоторые даже попадали на ее тело и лицо, принося с собой странное холодное ощущение…

~ Особняк Ли ~

- Сегодня было совершено покушение на жизнь Цзюнь Мосе? - Ли Юран был в маске, но блеска в его глазах хватило, чтобы понять, что он был заинтересован в происшедшем, - он мертв?

- Нет, - ответил ему тонкий и худой мужчина, одетый в чёрное. - Загадочный мужчина появился в главный момент и убил нескольких ассасинов. Этот человек был слишком сильным, поэтому ассасины были вынуждены отступить.

- Ты знаешь, кто организовал это покушение на жизнь Цзюнь Мосе? - Ли Юран на самом деле не сильно заботился о жизни Цзюнь Мосе, потому что он считал, что Цзюнь Мосе не имеет никакого достоинства. Тем не менее, он хорошо знал, что жизнь парня важна для семьи Цзюнь и ее наследников.

- Это неясно, - человек в черном опустил голову.

- Так иди и узнай! - крик Ли Юрана заставил человека задрожать от страха.

Внешность Ли Юрана была унижающей его достоинство, поэтому он всегда оставался дома. С каждым днем его настроение становилось все более непредсказуемым, что все больше пугало его слуг.

Ли Юран вошёл в свою спальню, и, прижав руку к стене, толкнул ее. Послышался звук прокручивания, стена оказалась дверью. Массив из широких каменных ступеней, казалось, вел в подвал. А затем эти ступеньки начали вести вверх. Казалось, как будто там был еще один вход в эту комнату. Ли Юран медленно спустился вниз, а затем поднялся по этой лестнице. Вскоре он услышал шум дождя, будто Ли Юран был близко к открытому воздуху. Вскоре фигура Ли Юрана неспешно появилась в небольшом, но секретном дворе.

- Молодой Ли! - во дворе было около десяти человек, все они были одеты в белую одежду. Первым, кто заговорил, оказался мужчина средних лет, судя по внешности, лет сорока. Его высокое, крепкое тело и его острый взгляд выражали чувство безразличия, будто он считал себя выше остальных. Рядом с ним стояла тоненькая тридцатилетняя женщина, а остальные мужчины и женщины стояли по бокам. Эти люди помогли Ли Юрану заставить замолчать кое-кого когда-то давно, с тех пор они были знакомы.

- Брат! - почтительно поприветствовал Ли Юран, - пока нет новостей о Суань Ядре, но я разбросал много людей вокруг, поэтому мы не должны пропустить даже одной детали. Если бы были какие-то новые новости об этом сокровище, мы обязательно узнали бы об этом! Но есть слухи, которые мы должны принять к сведению… говорят, что из Города Серебряной Метели прибыли в город Тянсян, а также из нескольких других держав. Говорят, что на данный момент в городе Тянсян есть, по крайней мере, четыре эксперта Верховного Божественного Суаня, а также бесчисленные эксперты Неба Суань, которые могут полностью дестабилизировать ситуацию. Когда появятся новости о Ядре Суань, эти партии начнут сражаться друг с другом... и у нас может не быть шанса стать чемпионами…

- Возможно, мы не такие сильные, как некоторые другие вовлеченные стороны. Но, учитывая, что у нас есть шесть экспертов Неба Суань, а также четыре эксперта в области Суань ранга Земли, я считаю, что если бы мы смогли взяться за это раньше других, тогда мы могли бы быстро убраться оттуда, и в таком случае даже сам Юн Би Чен не сможет помешать нам уйти.

Мужчина средних лет категорично ответил:

- Ты не должен беспокоиться об этом, молодой Ли!

- Да, все зависит от тебя, Брат, - Ли Юран улыбнулся и сказал: - Мне всегда казалось, что рост нефритового коралла происходит немного странным образом. И поэтому не мог бы ты заглянуть в Зал Великолепных Драгоценностей вместе с этими людьми?

Тонкий мужчина улыбнулся и сказал:

- Молодой брат, о каких людях ты говоришь? Мой Суань Ци может быть не настолько же высоким, как у некоторых из моих шести братьев, но когда дело доходит до отслеживания людей, я уверен, что даже мои братья не могут превзойти меня.

Этот человек был самым худым среди всех десяти людей, но он также был самым быстрым ищейкой и был способен собрать почти любую информацию самыми разными способами.

- Есть еще два человека, которые имеют отношение к Залу Великолепных Драгоценностей: Цзюнь Мосе и Танг Юань. Оба они находятся в особняке Цзюнь. Танг Юань получил травму недавно, поэтому вы должны сосредоточиться только на Цзюнь Мосе... У меня очень странное предчувствие из-за этого парня, - даже маска Ли Юрана не смогла скрыть его задумчивого выражения лица. - Однако оба этих места обычно очень тщательно охраняются, поэтому вы должны быть очень осторожны. Ты не должен думать легкомысленно о безопасности, брат.

- Не волнуйся, этот человек всегда как-то способен выслеживать вещи, за которыми даже я уследить не могу. Он настоящий мастер в этом искусстве, - средних лет человек улыбнулся, свирепо уставившись на своего спутника.

Женщина, стоявшая за мужчиной средних лет, засмеялась:

- Все еще не способен сдерживать воспоминания о прошлом?

Человек дважды хмыкнул, а затем сказал:

- Почему трудно сдерживать? Я был введен в заблуждение ложной информацией... это единственная причина, по которой меня в один момент обдурили, иначе я бы…

Все собравшиеся рассмеялись. Ли Юран не мог не улыбнуться. Потом он сказал:

- Если даже ты не смог его отследить, я полагаю, что никто не сможет этого сделать. Я полностью доверяю тебе, брат.

Все присутствующие внезапно замолчали, когда в углу комнаты раздался колокольчик. Лицо Ли Юрана сразу же изменилось в цвете, но… [Этот колокольчик соединен с главной комнатой, он бы не зазвенел, если бы не было чего-то чрезвычайно срочного! Что происходит? Это совершенно неожиданно... С чем таким мои люди не смогли справиться самостоятельно?].

- Братья, пожалуйста, оставайтесь здесь, пока я схожу туда проверю и вернусь обратно… Хотя я не думаю, что что-то может произойти в такой проливной дождь, - сказал Ли Юран довольно обычным тоном.

- Не нужно быть таким формальным, молодой брат, мы понимаем, что у тебя есть другие дела, о которых нужно заботиться, - мужчина средних лет ответил ему с улыбкой.

Ли Юран неторопливо вышел. Но вернулся он очень быстро. Он поспешно заговорил, прежде чем кто-нибудь смог что-то сказать:

- Ядро Суань было поймано в западной части города, это точно. Сообщается, что несколько экспертов высокого уровня Сюань собираются встретиться в западной части города именно сейчас, пока мы тут разговариваем! Мне сообщили, что несколько экспертов высоких уровней Суань собираются в западную часть города, как мы и предполагали!

Эти люди всегда знали, что Ли Юран - очень спокойный и воспитанный человек. За пять лет знакомства с ним, это был первый случай, когда они стали свидетелями того, как он стал так быстро говорить и действовать!

Десять человек одновременно вскочили на ноги! Мужчина средних лет махнул рукой:

- Все выходим. На запад! - десять силуэтов быстро убежали на встречу к ветру и дождю. Их синие и коричневые огни Суань Ци вспыхнули, когда они пробегали расстояние, которое отделяло их от места назначения. Вскоре их мерцающие огни исчезли в бесконечном дожде.

Ли Юран просто стоял, глядя на туманное небо, не в силах понять причину грусти в сердце, угнетающей его.

~ Западная часть города ~

Молодой господин Цзюнь сидел в маленьком, разбитом и изношенном доме, с маской, скрывающей его лицо. Ядро Суань спокойно лежало на маленьком столике перед ним. Это, очевидно, было не Ядро Суань девятого уровня, а Ядро Суань шестого уровня, которое Цзюнь Вуй раздобыл для него ранее. Хотя это был редкий и драгоценный объект, однако он не был недоступен для такой семьи, как его.

Ранее сказанные слова наемным убийцей Цзюнь и его обещание защищать достоинство и честь семьи Цзюнь, возможно, были под влиянием импульсов, но теперь его инстинкты явно предупреждали его о надвигающейся опасности. Несмотря на то, что наемный убийца Цзюнь был довольно смелым и дерзким, но столкнувшись с мощью и силой такой как поместье Сюэху, даже его «наглое» сердце не могло не биться, как барабан. В конце концов, Ли Ю Тянь был многими признан вторым самым могущественным человеком из всех живых, и чувствовать уверенность в своих силах, столкнувшись с врагом такой силы, было бы абсолютно глупо! Но принимая во внимание все это, столкновение с таким врагом было бессмысленным. И, следовательно, вместо того, чтобы размышлять над такими бессмысленными особенностями, Цзюнь Мосе пытался найти решение проблемы!

Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что спровоцировать ярость либо Города Серебряной Метели, либо поместье Сюэху – достаточно плохо для него. Но на данный момент он столкнулся с ними обеими одновременно!

Теперь это был вопрос жизни и смерти для него!

Цзюнь Мосе просто не мог стерпеть позор из-за этой ситуации. Однако было очевидно, что он не соперник двум этим силам. [Если я не могу столкнуться с ними прямо в лоб, я должен как-то обмануть их! Однако, как мне придумать и выбрать правильный план?]

Он прекрасно понимал, что он не сможет справиться ни с одной из сторон, используя обычные способы. И хотя он рассматривал несколько стратегий, общая картина все еще была немного расплывчата. Так как он все еще не определился с планом действий…

Во время своего исследования Ядра Суань, Цзюнь Мосе обнаружил, что «Искусство Разблокировки Небесной Удачи» способно делать копию Ядра Суань! Очевидно, Цзюнь Мосе думал над этим долго.

Цзюнь Мосе провел несколько экспериментов, получив на руки Ядро Суань шестого уровня, и, наконец, понял: никто не смог бы идентифицировать истинный уровень Ядра Суань, если его внешний вид преобразован, это будет выглядеть всего лишь как таинственное Ядро Суань. Даже его внутреннее Ци было бы бесполезно, поскольку «Искусство Разблокировки Небесной Удачи» сделало бы такое средство обнаружения абсолютно бесполезным.

Цзюнь Мосе ждал, когда ситуация стабилизируется немного. Потому что пока состояние здоровья Танг Юаня не будет восстановлено, невозможно было выполнить его план, и использовать этот метод для получения прибыли. Однако вопрос, связанный с поместьем Сюэху, сразу изменил его мысли.

Наемный убийца Цзюнь решил начать свою программу раньше!

У него не было времени задерживаться, вообще не было!

Ему нужно было добавить сил его деду и дяде, если они хотят выстроить прочную защиту!

Если Город Серебряной Метели имел достаточно сил, чтобы наказывать семью Цзюнь в течение десяти лет, одновременно забавляясь Цзюнь Вуем, тогда дополнительное давление со стороны поместья Сюэху сделало бы жизнь семьи Цзюнь просто невыносимой!

Глава 178. Направление квартета

Невозможно было оценить количество экспертов высоких уровней Суань, которые в это время отважились посетить город Тянсян. Учитывая тот факт, что два из «восьми великих мастеров», по слухам, были сейчас в городе, то было даже сложно оценить количество экспертов Духа Суань, конкурирующих за сокровище!

Хотя эта буря пока что была скрытой, в городе будет массовый хаос, как только Ядро Суань появится на публике. Цзюнь Мосе планировал использовать эту путаницу с выгодой для себя! Или, возможно, он планировал использовать эту ситуацию, для того чтобы ослабить своих врагов!

Так как наемный убийца Цзюнь уже все придумал и решил, он закрыл глаза, опустошая свой разум.

После он протянул руку к Ядру Суань и запустил в действие Пагоду Хунцзюнь, когда почувствовал холодную текстуру Ядра Суань. Сильная Аура внезапно выскользнула из меридианов Цзюнь Мосе и медленно просочилась в Ядро Суань.

Уровень Суань Ци Цзюнь Мосе не был достаточно высоким для создания такой огромной ауры, поэтому он нуждался в помощи Пагоды Хунцзюнь!

Темно-золотой свет появился из темно-синего Ядра Суань и осветил всю комнату. Сильная Аура, исходящая из Ядра Суань, мгновенно распространилась во всех направлениях и начала рассеиваться далеко за пределами небольшого домика.

- Что может быть причиной такой сильной Ауры? - три седовласых старика, которые сидели, скрестив ноги в Зале Великолепных Драгоценностей, внезапно открыли глаза, когда мужчина посредине громко выкрикнул.

- Ядро Суань девятого уровня! - трое мужчин одновременно сказали это, а затем взглянули друг на друга, ища согласия.

- Пойдемте! - три старца без колебаний собрались. Они проложили свой путь прямо через крышу Зала Великолепных Драгоценностей. К счастью для здания, старики сидели в самой высокой части здания.

Раскаты грома и молнии заполнили небо, когда дождь продолжил литься!

Третий старец закрыл глаза, чтобы лучше ощутить эту ауру, а затем выкрикнул:

- Ядро Суань находится в западной части города!

Другие два пожилых мужчины сразу отвели взгляд на запад и пристально всматривались в ливень, который окутал западную часть города Тянсян.

- Пойдемте! - их три фигуры вылетели навстречу своей цели и исчезли в громовом небе, оставив большую дыру в крыше здания. Они даже не обратили внимания на то, что дождь начал вливаться внутрь через большую дыру…

Еще четыре фигуры появились в этой комнате, как только предыдущие исчезли. Три мужчины и женщина. Женщина заговорила первой:

- Это выглядит довольно весело. Как мы можем такое пропустить? Давайте догоним их.

Судя по манере ее разговора, было очевидно, что она не боялась той драки, которая должна была развернуться. Трое мужчин переглянулись и последовали за ней. Двое из этих мужчин летели близко друг к другу, однако третий по какой-то причине намеренно держался от них на расстоянии.

В южной части города шесть человек находились за пределами резиденции, в которой были иностранные королевские гости. В дверях появился высокий, худой и смятый человек, и эти шесть человек сразу же стали в один ряд. Эти шесть мужчин были экспертами Неба Суань, и хотя этот худой человек не показал свой истинный уровень Суань Ци, было очевидно, что его уровень Суань Ци был высшего уровня, чем у его подчиненных!

Он тихонько прошептал:

- Пойдемте!

Семь человек были готовы идти!

В то же время дверь в комнату в западной части этой резиденции со скрипом медленно открылась. Улыбаясь, мужчина медленно сказал:

- Брат Ши, разве это не то, чего ты так долго ждал? Разве ты не хочешь пойти и захватить это?!

Мужчина, который это сказал, был в белой одежде.

Он попал под проливной дождь, пробираясь к этой комнате, но казалось, его совсем не волновало, что его одежда насквозь промокла. Он шел настолько изящно в эту комнату через красивый сад, что казалось, что он цветок, который вырос и идет по саду.

Этот человек был имперским учителем в империи Ю Тан, Фэй Мин Чэнь!

- Фэй Мин Чэнь, - отвечал ему мужчина, улыбаясь, - никто тебя не останавливает. Ты можешь идти, пока ты не боишься смерти, вот и все!

Фэй Мин Чэнь посмотрел в небо, рассмеявшись:

- Брат Ши, все могут видеть тебя как одного из «Восьми великих мастеров», но всем должно быть ясно, что я до сих пор здесь главный!

Человек, с которым Фэй Мин Чэнь разговаривал, был на самом деле одним из «Восьми Великих Мастеров», Ши Чан Сяо.

Ши Чан Сяо улыбнулся, вставая, а затем вышел под дождь. Он поднялся в воздух и, оставаясь там, повернувшись на запад, быстро полетел. Рассмеявшись, Фэй Мин Чэнь последовал за ним. Остальные на полной скорости молча, поскакали за этими двумя мужчинами!

Одинокий Сокол смеялся, делая глоток алкоголя:

- Удивительное вино! Действительно удивительное вино! - он и принц собрались в таверне Старика Сонга из-за конкурса виноделов, в котором они были судьями. Но из-за сильного внезапного дождя, они решили остаться там.

Он не был в своей привилегированной компании.

Однако он все еще чувствовал себя неловко, в конце концов, он пил одно из лучших вин, которые были известны ему. Они уже закончили две бутылки, которые Цзюнь Мосе привез с собой, и теперь пробирались к вину Старика Сонга. Вино, которое вначале опьянило их своим ароматом, теперь было очень контрастным по сравнению с вином Цзюнь Мосе. Будто ложка дегтя в бочке меда! И хотя дом принца, Ян Хуай Нонга, был недалеко – он не собирался уходить. Потому что если бы он ушел, то все оставшееся вино досталось бы Одинокому Соколу. [Я не могу позволить ему получить все вино… Даже если он один из «Восьми великих мастеров» в этом мире...]

С одной стороны, Старик Сонг не мог не почувствовать себя бесконечно мрачно, поскольку он продолжал наблюдать за этими двумя мужчинами, наслаждающимися компанией вина. [Это вино моего учителя, и я собирался использовать его для своих исследований... А эти люди выпили его все…]

Однако самым удручающим и раздражающим, помимо того факта, что они выпили вино его учителя, было то, что они теперь допивали вино Старика Сонга. И, более того, они пили его с обиженным выражением лица…

Один человек был единственным братом Императора, а другой был одним из самых сильных живых людей... Но эти два человека были только подлецами в его глазах в тот момент!

Внезапно широко раскрыв свои глаза, Одинокий Сокол вскочил на ноги, удивив этим остальных двух мужчин. Поднявшись своим телом вверх, он засмеялся:

- Наконец-то появилась хорошая возможность!

Затем его тело вспыхнуло, даже не сказав «до свидания», он практически исчез под дождем.

Будучи экспертом Неба Суань, Сонг Шань также смог почувствовать волнение. Аура сливалась с этой бушующей стихией.

Блестящий взгляд глаз Сонг Шаня ясно давал понять его желание встать на ноги. Но он просто вздохнул, опустив голову. Затем он поднял бокал вина и вылил его в глотку, соболезнуя.

Учитывая его силу, участие в борьбе за Ядро Суань для него будет иметь только один результат - смерть! Сонг Шань мгновенно отказался от идеи биться за Ядро Суань, когда почувствовал ужасающую силу Одинокого Сокола в момент его исчезновения. Сонг Шань понимал, что участвовать в этой борьбе - только попусту тратить свои силы.

- Что только что произошло? - принц выглядел смущенным из-за этого странного исчезновения Одинокого Сокола, поэтому не мог не спросить.

- Похоже, широко известное Ядро Суань девятого уровня появилось, - Сонг Шань ответил тяжелым тоном. - Только Ядро Суань девятого уровня способно излучать такую ауру! Это определенно не обман.

- Ядро Суань девятого уровня! – ахнул принц. - Одинокий Сокол просто исчез, почувствовав это! Значит ли это, что он тоже борется за него?

- Он ушел в том направлении, однако, возможно, он не заинтересован в том, чтобы получить Ядро Суань, возможно он просто ищет себе сильных оппонентов. Учитывая его характер, я не думаю, что он очень озабочен материалистическими вещами, - Сонг Шань в отчаянии склонил голову, - учитывая силу этого боя, мне нечего там делать.

Королевское Высочество ясно ощущало печаль в голосе друга.

Сонг Шань всю жизнь отчаянно тренировался. А теперь, когда такая прекрасная битва происходила в непосредственной близости от него, он даже не был готов принять в ней участие...

Движение происходило со всех четырех сторон одновременно.

Три фигуры: третий, шестой и девятый старейшины Города Серебряной Метели направлялись с северной части города!

Десять помощников Ли Юрана направлялись из восточной части города!

Ши Чан Сяо и Фэй Мин Чэнь, а также с ними шесть или семь экспертов Неба Суань практически прорывались сквозь шторы дождя из южной части города!

На западе Одинокий Сокол направлялся сквозь дождь, как ястреб. Его черная одежда издавала «шипящий» звук, прорываясь сквозь свирепый ветер со скоростью света!

И все они имели одну цель. Маленький домик… источник этой ауры Ядра Суань!

Ясно было видно, как в небе города Тянсян вспыхивают огни коричневого и голубого цвета. Все они приближались к этому маленькому домику с призрачной скоростью.

- Действительно глупо вывести Ядро Суань в такую дождливую погоду. Этот парень вообще знает, что такая дождливая погода приведет к нарушению ауры Ядра Суань? Может быть, это ловушка, а? - даже, несмотря на то, что три старца из Города Серебряной Метели передвигались очень быстро, третий старец мог говорить без малейших проблем.

- По крайней мере, слухи про Ядро Суань - правда! Такая Аура может выходить только из Ядра Суань девятого уровня. Это просто не может быть обманом. Что касается вероятности, что это ловушка, мне действительно нечего сказать, - лицо шестого старика явно выражало его уверенность.

- Мы почувствовали ауру «супер-бытия» в этом городе. Но он еще не появился. Может ли это быть его работой? – в голосе девятого старца явно отражался затяжной след страха. Его сердце все еще дрожало от мысли о противостоянии этой таинственной власти!

- Третий брат, меня все еще пугают силы этого существа, и я не знаю, способны ли мы уйти от...

Девятый старец еще не закончил свой приговор, когда его прервал третий старец:

- Не говори это снова! - в голосе третьего старца четко слышалось волнение.

- Да, да, - девятый старейшина сразу понял, что у него соскользнуло с языка.

- Учитывая наши стремления, сейчас не самое подходящее время, чтобы потерпеть неудачу.

Трое мужчин сразу же ускорились, как только эти слова были произнесены.

Внезапно три старейшины перевели взгляд на юг. Подняв брови, третий старейшина сказал:

- За это Ядро Суань большая конкуренция! Даже Ши Чан Сяо и Фэй Мин Чэнь идут за ним! Вы двое идите и заблокируйте им путь, пока я пойду и заберу это Суань Ядро!

Глава 179. Быстрая эскалация

- На востоке тоже есть движение, каким бы сильным оно не было... – холодно заявил Шестой старец, посмотрев на огни синего цвета, которые летели к цели с востока, - самый сильный из них – это эксперт Неба Суань. Ну, эти ребята немного самоуверенные... Они вообще не должны беспокоить тебя.

Третий старейшина мягко кивнул.

Тело Шестого и Девятого Старейшин пронеслось сквозь бурю на пути к их новой цели. Шестой Старейшина, открыв рот, крикнул резонирующим голосом:

- Город Серебряной Метели приветствует Ши Чан Сяо и Фэй Мин Чэня!

Тело Ши Чан Сяо внезапно остановилось, оставаясь в воздухе. Он безучастно посмотрел на двух Старейшин из Города Серебряной Метели:

- Ах, это вы, ребята!

Фэй Мин Чэнь также остановился, рассмеявшись:

- Эх, какой маленький наш мир, никогда не знаешь, с кем столкнешься сегодня! Я бы никогда не подумал, что мы столкнемся с Третьим, Шестым и Девятым Старейшинами из Города Серебряной Метели. Приятно познакомиться!

Фэй Мин Чэнь понял, что, поскольку только двое из трех старейшин пришли поприветствовать их, то третий, должно быть, пошел на захват Ядра Суань. Поэтому Фэй Мин Чэнь так тщательно выбрал слова и надеялся, что Ши Чан Сяо поймет, что он имел в виду.

Хотя победа за Ядро Суань уже оценивалась как дело не из легких, но не могло идти и речи о том, чтобы позволить людям из Города Серебряной Метели одержать победу. Эти три старейшины были экспертами Духа Суань, поэтому избиение одного или, возможно, даже двух было возможным для Ши Чан Сяо, однако победить всех троих было чем-то невозможным даже для человека с таким мастерством как у него.

Ши Чан Сяо улыбнулся, кивнув, но своими глазами эксперта Духа Суань неподвижно смотрел на двух мужчин, которые препятствовали его пути. Затем он спокойно заявил:

- Отойдите!

- Куда ты собираешься отправиться, брат? - Девятый старец улыбнулся, - расскажи нам. В конце концов, мы старые друзья, и если у вас двоих, джентльмены, есть срочные дела, мы всегда готовы помочь вам, если только вы этого захотите.

- Ты думаешь, что можешь меня остановить? – улыбнувшись, сказал Ши Чан Сяо, - даже у Хань Фэн Сюэ не хватило бы мужества это сделать!

Хотя они все были экспертами Духа Суань, но Ши Чан Сяо был одним из «Восьми Великих Мастеров». Это означало, что его сила уже давно достигла вершины царства Духа Суань. Но вот самому сильному из этих трех старейшин из Города Серебряной Метели удалось только достичь основания Духа Суань. Такой разрыв был довольно большим! Естественно, Ши Чан Сяо был способен сказать эти слова, без капли страха. Но что касается Фэй Мин Чэня и других, они были в ужасе от того, что их догнали посредине битвы.

- Старший Брат Ши, пожалуйста, не говори так. Мы не видели друг друга годами, и теперь, когда мы встретились в такую знойную ночь под таким удивительным осенним дождем, это сделало этот вечер еще лучше... Мы должны обязательно посидеть вместе за чашечкой особенного чая, который я привез с собой из Города Серебряной Метели, - продолжил плести глупости Шестой старейшина. На самом деле он даже сумел назвать ливень «удивительным осенним дождем», а громовое темное небо описать как «знойное». Кроме того, он даже сумел пригласить своих «дорогих друзей» на чашечку чая!

- Ха-ха-ха... – засмеялся Ши Чан Сяо. Его смех продолжал становиться все громче и громче, в итоге он стал таким громким, что почти начал заменять оглушительные раскаты грома!

Вспышка молнии пронзила небо, но только для того, чтобы осветить смертельно бледные выражения на лицах у всех! В тот же момент начал действовать Ши Чан Сяо, его две руки оказались на груди у Шестого и Девятого старейшин.

- Ты действительно заслуживаешь того, чтобы называться «Великим Мастером», брат! – кричали Шестой и Девятый старейшины, уклоняясь от атаки. Несмотря на то, что эти два человека были экспертами Духа Суань, они оба прекрасно понимали, что они не смогут победить человека, с которым они столкнулись. В лучшем случае они могли всего лишь временно противостоять ему. Более того, еще и Фэй Мин Чэнь ждал в стороне удачной возможности для себя. Шестой и Девятый старейшины просто не могли и дальше пренебрегать серьезностью ситуации, и поэтому они немедленно собрали все свои Суань Ци и начали действовать!

Они выстрелили в одно и то же время, но обнаружили, что их атаки отражены в них самих, поэтому они полетели назад, сквозь падающий дождь. Внезапно две серебряные линии осветили небо. Это были Летающие снежные мечи! Стенка снега закрыла все небо впереди двух мужчин, снова заблокировав путь к ним!

Ши Чан Сяо взволнованно взревел:

- Кажется, вы двое догоняете Хань Фэн Сюэ. Ваше умение с этим мечом достигает мастерства!

Они атаковали его мечами, но он смог легко уклониться от них.

- Как сказал старший брат, я догоняю Хань Фэн Сюэ! - тело Шестого старейшины двигалось беспорядочно, собирая и выбрасывая наружу весь свой Суань Ци.

- Тогда не сдерживайся! - Ши Чан Сяо взревел, яростно двигаясь вперед. Несмотря на то, что Шестой Старейшина заявил, что сейчас он ненамного отстает от Хань Фэн Сюэ, он по-прежнему оставался далеко позади своего настоятеля. Поэтому он явно не мог с легкостью противостоять такому человеку, как Ши Чан Сяо. Их тела начали вращаться в воздухе, как летучие мыши в полуночном небе, создавая чудесное зрелище.

Внезапно тело Ши Чан Сяо остановилось в воздухе. Внезапно несколько силуэтов начали возникать из его тела, рисуя очень странную и непонятную сцену в небе. Казалось, что несколько Ши Чан Сяо стояли в ряд посреди неба ...одновременно!

Фить!

Прозвучал странный пронзительный звук, когда все эти фигуры нагло навалились на снежную стену и разбили ее на маленькие кусочки!

Одновременно Фэй Мин Чэнь быстро проскочил мимо Шестого старейшины и бросился к тому маленькому домику!

Это было то самое идеальное время для него!

В головах у Шестого и Девятого старейшины остались два варианта в тот момент. Первый: остановить Фэй Мин Чэнь. Второй: остановить смертельную атаку Ши Чан Сяо, направленную на них. Но они никак не могли помешать Фэй Мин Чэнь, потому что защищались от удара Ши Чан Сяо.

Цзюнь Мосе сидел один в этом маленьком домике с закрытыми глазами, продолжая набирать больше Ауры в Ядро Суань. Он вдруг открыл глаза и выбежал из этого домика. Большая дыра образовалась в крыше домика в тот самый момент, когда Цзюнь Мосе выбежал из нее. Затем последовал еще один громкий удар, и после него появился беловолосый пожилой мужчина. Домик немного пошатнулся, а затем, в конце концов, рухнул на землю.

Третий старейшина увидел, что Ядро Суань находится в руках у Цзюнь Мосе. Так что, любезно улыбнувшись, Третий старейшина сказал спокойным голосом:

- Сир, невинный человек, как ты, не должен попадать в беду из-за такого заветного предмета. То, что у тебя в руках, называется Ядро Суань, и если ты передашь это этому старику, я взамен стану защищать твою жизнь. Твоя жизнь за Ядро Суань. Это справедливый обмен!

- Справедливый, правда? Это Ядро Суань принадлежит мне, как и моя жизнь! И я в силах защитить и то, и другое. Во всяком случае, поскольку несколько выдающихся экспертов, таких как ты, пробрались в город Тянсян ради этого Ядра Суань, я не думаю, что ты сможешь защитить меня от всех них!

Лицо Цзюнь Мосе напряглось из-за его мыслей: [Как получилось, что пришел только один? Куда ушли все эти проклятые идиоты? Не говорите мне, что я разоблачил это Ядро Суань в неправильном месте!]

В этот момент его губы бессвязно блуждали. Ведь, в конце концов, он столкнулся с экспертом Духа Суань на данный момент! [Я уверен, что если он решит начать действовать, тогда это ядро Суань не останется в моих руках, а окажется в его руках...

Неужели этот парень так легко получит Ядро Суань и уйдет с ним? Почему эти люди чертовски медленные?]

Молодой мастер Цзюнь понимал, что в этой ситуации не может быть ошибки. Было довольно очевидно, что этот человек не остановится ни перед чем, ради того, чтобы получить Ядро Суань. Более того, сила этого человека была намного выше силы Цзюнь Мосе. Это было довольно очевидно из-за скорости прибытия и того домика, который был разрушен!

Даже если бы Цзюнь Мосе каким-то образом смог бы уклониться от атаки этого человека, он был уверен, что он не сможет сохранить Ядро Суань. Если Цзюнь Мосе будет действовать опрометчиво — он потерпит фиаско. И в конечном итоге это все принесло бы больше вреда, чем пользы!

- Этот Старик - Третий Старейшина из Города Серебряной Метели. Я считаю, что это придаст тебе некоторую уверенность. Если ты передаешь мне это Ядро Суань, я обещаю, что ты безопасно выйдешь из этого места! - Третий старейшина шагнул вперед, снова улыбаясь.

Будучи экспертом Духа Суань, Третий старейшина уже определил, что Суань Ци этого замаскированного человека был не очень высоким, и он сможет схватить этого человека еще до того, как тот успеет сделать хоть шаг в сторону!

Однако…

Сила - это не единственное, на что можно рассчитывать. Интеллект и ум также очень важны! Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что борьба с духом Суань будет равносильна ухаживанию за смертью! Поэтому Цзюнь Мосе нужно было выиграть некоторое время, которого хватило бы для появления других конкурентов!

Внезапно из тела Цзюнь Мосе появился свет зеленого цвета. С каждой секундой этот цвет становился темнее и темнее. Когда этот свет окутал все тело Цзюнь Мосе, казалось, что гигантский, ослепительный изумруд в форме человека стоит посреди дождливой улицы.

- Нефритовый Суань? Ха-ха, этого будет недостаточно, ах, - покачав головой, произнес Третий старейшина с сожалением в голосе. Он уже решился взять Ядро Суань силой. Потому что человек впереди был только экспертом Нефритового Суань. Таких людей обычно считают хорошо квалифицированными специалистами в глазах нормальных людей, но в глазах эксперта Духа Суань такие люди были ни чем иным, как просто пустышкой!

Или, возможно, даже муравьями!

Третий старейшина был немного осторожен ранее, потому что он совершенно не знал о силе мужчины. Но теперь он планировал просто взять Ядро Суань силой! Третий старейшина был абсолютно уверен в том, что сможет захватить Ядро Суань, и был уверен, что человек впереди даже не сможет уничтожить Ядро Суань вовремя, если он захочет защитить себя!

Но в этот самый момент он обнаружил что-то чрезвычайно странное!

Свет зеленого цвета, охватывающий тело Цзюнь Мосе, внезапно исчез, и его заменил слабый желтый свет, который в мгновение ока сразу же превратился в свет цвета хаки! Затем этот свет медленно трансформировался в темно-коричневый цвет света. А в итоге стал просто красивым великолепным ослепляющим дождем!

[Как это возможно? Как может чей-то уровень Суань Ци измениться с Нефритового на уровень Земли Суань?]

Третий старец много путешествовал на протяжении своей жизни, но это был первый случай, когда он был свидетелем чего-то такого странного и таинственного! [Какой же истинный уровень Суань Ци этого парня?].

Глава 180. Собрание экспертов Духа Суань

После достижения определенного уровня Суань Ци некоторое время стабилизируется, но цвет Суань Ци никогда не меняется до тех пор, пока человек не продвинется. Даже после того, как кто-то продвигается вперед, хотя можно подавить свою силу, нельзя по-прежнему выпускать цвет более низкого уровня. Например, даже если эксперт Неба Суань понижает свою силу в бою, он все равно не может выпустить цвет Суань Земли или ниже! Это простой и общеизвестный факт!

Был только один способ изменить цвет Суань Ци: повышение уровня Суань! И этот процесс был необратимым!

Следуя этому принципу, этот человек каким-то образом сумел продвинуться от пика Нефритового Суань до Суань Земли, а затем до середины своего уровня, а затем до своего пика в считанные минуты.

Нормальный, здравомыслящий человек никогда не поверит, что такое может вообще произойти! Однако, независимо от того, поверит в это кто-то или нет, Третий старейшина только что видел это чудо собственными глазами! Несмотря на то, что он очень четко видел меняющиеся цвета, подсознательно Третий старейшина не мог сдержаться и не потереть свои глаза. [Это не какой-то странный проклятый сон, верно?

Но мне все равно, даже если он – на пике Суань Земли, не так ли? Этот парень все еще не может отнять у меня Ядро Суань... Я – эксперт уровня Духа Суань!]

Успокоив себя, Третий старейшина закричал:

- Парень, не играй со мной. Это бесполезно. Просто возьми Ядро Суань…

Он намеревался сказать «Принеси Ядро Суань сюда», но в итоге сказал «возьми» вместо этого, из-за воздействия шокирующей сцены, которую он увидел! [Святая бабушка... Неужели этот мир сошел с ума? Или мои старые глаза изменяют уже мне?]

Он отчаянно протирал глаза, потому что цвет мужчины в черной одежде теперь мгновенно исчез, а сменился слабым синим светом! Этот синий свет медленно начал становиться все глубже и вскоре превратился в голубой цвет, а затем, в конце концов, стал лазурным!

[Эксперт Неба Суань?!]

Третий старейшина чуть не упал на землю из-за такого шока!

[Раньше я не ощущал Суань Ци в этом мальчике, а теперь он внезапно продвинулся на вершину Суань Неба? Как это вообще возможно?! Что происходит! Этот парень не какой-то призрак, да?]

Одновременно с этими мыслями, вращающимися в голове Третьего старейшины, происходило кое что еще интересное: Лазурный цвет, выходящий из тела человека, внезапно исчез, но на этот раз другого цвета, чтобы его заменить, не появилось.

Отсутствие нового цвета еще больше удивило Третьего Старейшину. [Этот человек действительно стал экспертом Духа Суань?]

Он пытался исследовать неопределенность цвета Суань, но заметил, что нетерпение в глазах мужчины медленно успокоилось, а затем постепенно превратилось из безразличия в милосердие, а затем начало выражать презрение...

Третий старейшина стоял, а выражение в глазах Цзюнь Мосе, спрятанное за его маской, начало принимать очень высокомерный вид, будто бы он был хозяином жизни и смерти в этом мире: холодный и безжалостный взгляд! Это был взгляд эксперта Духа Суань! Но гораздо резче и гораздо более высокомерный, чем взгляд Одинокого Сокола или даже у господина Города Серебряной Метели, Хань Фэн Сюэ!

[Мой Бог! Ах! Мой Бог!] Третий старейшина не мог понять… [Что в мире происходит сейчас?]

В этот момент и Фэй Мин Чэнь также прибыл по небу и спустился вниз таким образом, чтобы показать всем, что он собирается забрать Ядро Суань. Три человека теперь стояли на равных расстояниях друг от друга, будто они были тремя углами равностороннего треугольника!

Благодаря тому, что Имперский Учитель Фэй Мин Чэнь всегда был осмотрительным по характеру, увидев Третьего Старейшину и человека, одетого в черное, которые, казалось, были готовых к битве, он не мог не задаться вопросом: [Этот человек в черном действительно способен конкурировать с экспертом Духа Суань? Он настолько силен, что даже Третий старейшина Города Серебряной Метели не смеет биться против него?]

В результате мужчины просто стояли неподвижно, и никто не желал сделать первый шаг. Если бы Фэй Мин Чэнь не прибыл в этот момент, то Третий Старейшина сделал бы первый шаг, даже если он сделал бы это неохотно. В конце концов, даже если бы другой человек был на самом деле экспертом Духа Суань, это только бы сделало трудности для него... в лучшем случае! И тогда у него был бы шанс уйти с Ядром Суань!

В конце концов, если бы этот человек притворялся, то он фактически был бы не более чем муравьем в его глазах!

Но теперь, когда и Фэй Мин Чэнь пришёл, он не посмеет атаковать первым!

Третий старейшина бросил взгляд на Фэй Мин Чэнь! [Даже он не может видеть насквозь этого парня, но если бы я напал на него раньше, наверняка было бы трудно угадать победителя… Но теперь эта ситуация полностью изменилась - это просто неудача... и неловко].

Фэй Мин Чэнь имел проблему сходного характера из-за того, что Третий старейшина почему-то колебался. [Третий старейшина мог бы взять это Ядро Суань давным-давно, но почему он не может решиться атаковать этого человека? Этот человек сильнее, чем я думаю? Если у Третьего Старейшины Города Серебряной Метели не хватит смелости действовать, то я должен взять на себя инициативу... Но, правильно ли это будет? И почему я не подождал, пока Ши Чан Сяо закончит битву? Я должен был подождать его, черт возьми. Теперь я по глупости своей стал как маленький клещ против двух экспертов Духа Суань, что это... святая бабушка... Черт бы побрал мои несчастья!].

Цзюнь Мосе был единственным человеком среди этих троих, у которого не спутались все мысли. В конце концов, он был единственным, кто готов был убежать в любой момент времени – Ядро Суань было просто бесполезно. Но более того, у него также был закон исчезновения Инь и Ян, который поможет ему сбежать в безопасное место за мгновение. Но Цзюнь Мосе все еще ждал появления Ши Чан Сяо и Одинокого Сокола.

[Куда эти двое подевались? Давайте быстрее, чтобы я мог выбросить это Ядро Суань и затем спокойно добраться до безопасного места. Я бы очень хотел, чтобы вы все сражались и умирали, я полагаюсь на свою удачу, ах... Какие глупые «великие мастера», вы двое являетесь, если вы не можете даже добраться до обычного эксперта Духа Суань... Это не очень хорошо для меня... Эти двое старых идиотов заставили меня попасть в затруднительное положение… один шаг, и мой блеф будет раскрыт… Как только они поймут, мне придется немедленно убраться отсюда… Это не было частью моего плана! Я, я, мне, мне так не повезло… Я так тщательно спланировал все, но я никогда не ожидал, что Одинокий Сокол - сумасшедшая боевая машина, и что Ши Чан Сяо на самом деле вздумают опоздать сегодня!].

Эти трое мужчин стояли на своих местах с изяществом и властью несравненных мастеров, но, хотя их руки и ноги были свободны, никто не взял на себя инициативу. Эти трое просто продолжали пристально смотреть друг на друга!

По телу Цзюнь Мосе катились капли холодного пота, но благодаря проливному дождю, который все еще лил, ни один из двух мужчин не смог этого обнаружить. Иначе бы блеф Цзюнь Мосе был бы раскрыт, что значило бы конец Цзюнь Мосе...

Наконец-то…

Издалека раздался звук, как будто что-то сломали, затем последовала волна пугающего давления в воздухе и громкий голос Ши Чан Сяо:

- Брат Фэй, так как ты упустил эту возможность, я думаю, мне придется забрать это Ядро Суань!

Едва эти слова были произнесены, как черная фигура вспыхнула в небе над головой!

- Ха-ха-ха... Ши Чан Сяо, не начинай праздновать так рано, я тоже хочу Ядро Суань! - прозвучал мощный громкий голос, заставляя всех почувствовать себя немного неудобно!

Низко летающая черная фигура приблизилась ближе, как будто это был ястреб, который искал свою добычу. Элегантный человек с жестоким взглядом и опустошенным выражением лица двинулся к сборищу.

Этот человек был также одним из «Восьми великих мастеров» - Одинокий Сокол!

Улыбка Ши Чан Сяо сразу же исчезла с его лица, он ускорил темп, но все равно не успел, так как Одинокий Сокол сумел приземлиться на землю на половину вздоха быстрее, чем его коллега. Двое мужчин приземлились на относительном расстоянии друг от друга, сверкая глазами друг на друга сильнее, чем молнии в небе!

Фить! Фить!

Шестой и Девятый старейшины Города Серебряной Метели приземлились, каждый из них держал сломанный меч в руке. Несмотря на то, что их лица были слегка бледными, было очевидно, что они не получили серьезных травм. Они быстро стали за Третьим старейшиной. Теперь, поскольку Три Старейшины теперь снова объединились, их уверенность, очевидно, выросла! В конце концов, Три Старейшины были экспертами Духа Суань!

Мгновенно, еще шесть человек пробрались сквозь шторм и спокойно расположились за Ши Чан Сяо.

- Похоже, все здесь...

- Лэй Цзянхун рад всех видеть. Господин-брат Ши, Господин-брат Сокол, приветствую вас от имени Ли У Бэй! - человек средних лет вышел из тени вместе со своими девятью товарищами. Это, очевидно, была кавалерия Ли Юрана. Поскольку их сила была самой слабой среди вовлеченных сторон, неудивительно, что они были последними, кто прибыл.

- Странно... Я не имею никакого отношения к Ли У Бэй… Так почему его ученик зовет меня господин-брат? Откуда это вообще? – сомкнув глаза, спросил холодным голосом Одинокий Сокол. - Ши Чан Сяо, не говори мне, что ты в союзе с Ли У Бэй?

Ли У Бэй!

Десять человек Ли Юрана были на самом деле учениками «Великого Мастера», Ли У Бэй!

-Ты, лысый сокол! Что за глупости ты говоришь? - Ши Чан Сяо оглянулся. - Даже если ты не связан с Ли У Бэй, как ты смеешь так высокомерно поступать с учениками? У тебя нет манер эксперта Духа Суань - у нас есть наши законы!

- Ба, вот какой я. Почему бы тебе не подойти и не научить меня. Затем Одинокий Сокол сказал, посмотрев на новоприбывших: - Поскольку ваш уровень Суань Ци настолько жалкий, вы, ребята, не имеете права называть меня господин-брат. А так как вы, очевидно, здесь за Ядром Суань, я оторву ваши головы, если снова это слово прозвучит от кого-то из вас. Более того, что за идиот ваш хозяин, если отправил вас всех сюда? Вы действительно думаете, что можете взять это Ядро Суань? На самом деле, учитывая вашу силу, вы, ребята, даже не можете принять участие в этой шараде!

Лэй Цзянхун только поприветствовал Одинокого Сокола из уважения и протокола, все еще улыбаясь, он сказал:

- Поскольку Одинокий Сокол не принимает наше дружеское приветствие, мы больше не будем обращаться к вам как « господин-брат».

На самом деле у «Восьми Великих Мастеров» была норма: ученик одного из мастеров будет считаться учеником другого брата. Однако эта норма всегда казалась крайне нерациональной для Одинокого Сокола. Среди «Восьми Великих Мастеров» было только два одиноких волка, и Одинокий Сокол был, очевидно, одним из этих двух...

Глава 181. Мастера в конфронтации

Лицо Третьего старейшины отражало его уверенность, потому что его два брата стояли рядом с ним. Их самым большим врагом на сегодня был Ши Чан Сяо. Пока они трое были вместе, они были уверены, что они не отстанут от него. Однако нынешняя ситуация очень сильно изменилась, по сравнению с той, что ожидалась вначале!

Во-первых, ничего не было известно о том, насколько сильным был человек в маске, кроме того, им теперь не только противостоял Ши Чан Сяо, но и Одинокий Сокол. Кроме того, появилось несколько учеников Ли У Бэя. И Императорский учитель Фэй Мин Чэнь также имел команду из шести экспертов Неба Суань, стоящих за ним!

Эта ситуация была очень неожиданной!

Более того, эта ситуация была чрезвычайно деликатной.

Самым слабым по силе среди них был Цзюнь Мосе, который смело и высокомерно смотрел на остальных, удерживая в руках Ядро Суань «Девятого уровня». Три старейшины из Города Серебряной Метели стояли в одном конце, а Фэй Мин Чэнь стоял в другом. По мере расширения периферии поля битвы Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо стали конфронтационными. Десять учеников Ли У Бэя и шесть помощников Ши Чан Сяо стояли во внешнем окружении!

Стоять среди такого окружения, было вопросом чести и престижа, но это было также и вопросом серьезного отчаяния. Однако в голове у Цзюнь Мосе был только азарт.

[Наконец все конкуренты собрались в одном месте! Теперь самое время мне выбросить это Ядро Суань и бежать! Возможно, я не могу сражаться в этой битве, но я определенно лучший, когда дело касается ухода отсюда!]

Глаза Цзюнь Мосе блестели, так как он вот-вот должен был начать действовать, но затем он внезапно передумал, так как увидел, четыре мерцающих огонька, очень быстрыми темпами приближающихся издалека.

Сяо Хан и Му Сю Тонг!

Рядом с Сяо Хан был молодой, кривоносый человек, а Му Сю Тонг, оказалось, сопровождала живописная белокожая девица. Ее волосы были белыми, как облака, ее кожа была такой же белой, как снег, а ее лицо было тонким и красивым. Ее большие круглые глаза казались весьма взволнованными при виде этого собрания несравненных экспертов. Они прибыли через несколько минут. Му Сю Тонг быстро протянул руку и вытащил зонтик, держа его над головой молодой девушки. На поверхности зонтика был рисунок черного медведя...

Три старейшины из Города Серебряной Метели начали скулить, когда они увидели, что она приближается. [Ах, почему она должна была приехать сюда, когда у нас уже столько проблем! Неужели никто не пожалеет нашу жизнь?]

Еще одна вспышка молнии мгновенно озарила небо, явно освещая нервные лица всех присутствующих.

Взглядом Ши Чан Сяо просканировал всех собравшихся, но, в конце концов, остановил свой взгляд на лице Одинокого Сокола:

- Сокол, ты действительно хочешь это Ядро Суань? Я всегда считал, что среди нас двоих есть один человек, который не заботится о материалистических объектах... И этот человек - это ты, Одинокий Сокол!

До тех пор, пока он мог убедить Одинокого Сокола оставаться в стороне, Ядро Суань было бы в его руках! Ши Чан Сяо был уверен в возможности отбить у кого угодно его, даже у трех старейшин Города Серебряной Метели!

- Бред какой то! Это Ядро Суань - такой редкий предмет, так почему для тебя удивительно, что я интересуюсь ним? Разве ты тоже не хочешь его? Или ты только что гулял под дождем, чтобы искупаться? Одинокий Сокол улыбнулся, насмехаясь, - Ши Чан Сяо! Ты такое разочарование! Я пришел сюда, чтобы сражаться с тобой. И поскольку ты и твое вонючее высокомерие появились здесь сегодня, я собираюсь повеселиться!

Ши Чан Сяо начал дымиться от гнева! [Ты что думаешь, что я такой же сумасшедший как и ты и считаю, что сражение – это весело? Ах, сначала ты называешь себя одним из «Восьми великих мастеров», а затем начинаешь говорить как мерзавец в центре города? Кроме того, разве ты не мог выбрать получше время для того, чтобы вытащить меня на поединок? Думаешь, я здесь в удобном положении? Что мне делать с этим Ядром Суань, да?]

- Ха-ха, кто хочет Ядро Суань? Я не имею никакого отношения к этому Ядру Суань! - Одинокий Сокол посмотрел ввысь, громко рассмеявшись. Затем он огляделся и начал подсчитывать сколько же из присутствующих являлись экспертами Духа Суань… [Один... два... три... четыре... кажется, забавная игра сегодня намечается!]

- Сокол, если ты сегодня отступишь, тогда я соглашусь сразиться с тобой в любой другой день в будущем! - Ши Чан Сяо холодно улыбнулся, смотря на Одинокого Сокола своими невыразительными глазами сквозь плотный покров дождя. - Я хорошо знаю, что это Ядро Суань никогда не было твоей целью, и я более чем готов встретиться с тобой позже!

- К черту твое предложение! Ты говоришь это только потому, что очень хочешь заполучить это Ядро Суань! Я не в союзе с тобой, так почему я должен прислушаться к твоему предложению?! Я хочу сразиться с тобой сегодня, - Одинокий Сокол смотрел прямо на Ши Чан Сяо, не проявляя никаких признаков слабости.

Несмотря на то, что эти два человека были на вершине Духа Суань, но из их рейтинга в списке «Восьми великих мастеров» было понятно, что Одинокий сокол был незначительно слабее Ши Чан Сяо. Однако если бы двое мужчин начали сражаться друг с другом, тогда все равно не было бы победителя или неудачника, если только двое мужчин не решили сражаться до тех пор, пока только один останется в живых! Поэтому, если Одинокий Сокол был одержим битвой с Ши Чан Сяо, тогда для последнего это было не больше, чем пустая трата времени.

Эти «Восемь великих мастеров» были практически непобедимы в битве настолько, что даже если бы два или более человека столкнулись друг с другом, ни один человек не мог проиграть, так как любой человек мог уйти в любой момент во время боя! Возможность захватить это Ядро Суань лучше всего описать словом «скоротечная» на данный момент. И в случае, если один из конкурентов вступит в длинную драку против равного, тогда он обязательно пропустит шанс захватить Ядро Суань! Особенно, учитывая тот факт, что Фэй Мин Чэнь и три старейшины из Города Серебряной Метели тоже смотрели в сторону приза! Даже полны были решимости получить Ядро Суань те эксперты Неба Суань, хотя они были не более чем муравьями в глазах экспертов Духа Суань!

Кроме того, в течение довольно продолжительного времени слышны были звуки какого-то движения на расстоянии. Еще несколько человек поспешно пробивались к источнику Ядра Суань. Эти люди были не только экспертами Духа Суань, среди них было несколько экспертов Неба Суань, эксперты Суань Земли, эксперты Нефритового Суань, и даже эксперты Золотого Суань стягивались из отдаленных районов города. Поскольку в центре действий было много экспертов высокого уровня, большинство из этих людей просто планировали подождать на безопасном расстоянии, понаблюдать за ситуацией, ни шага вперед или назад. Очевидно, они ждали возможности украсть сокровище и уже давно позабыли об ограниченности своих сил из-за своей страсти к этому призу.

Холодный взгляд Одинокого Сокола просканировал расстояние сквозь занавесы дождя. Затем он вдруг закричал, подняв голову. Его рев заполнил небо, также как раскаты грома. Его дикий вой подавил желание в сердцах бороться за Ядро Суань в одно мгновение у многих экспертов!

Некоторые из этих приближающихся более слабых экспертов мгновенно ощутили опасность. Их мозги и сердца призывали их сбежать. Некоторые даже остановились на месте из-за их страха, их лица побледнели от страха перед этим ужасным голосом!

- Я Одинокий Сокол! И я стою против Ши Чан Сяо! - Одинокий Сокол громко рассмеялся. - Для тех, кто переоценил себя: действуйте разумно, иначе я буду счастлив убить кого-то из вас тоже!

Почти все эти приближающиеся эксперты застыли на месте!

[Кто бы мог подумать, что двое из «Восьми великих мастеров» действительно прибудут в город Тянсян в один и тот же день?! Выхватить Ядро Суань из рук этих двух мужчин? Какая разница между этим и смертью?] Эта мысль возникла в умах нескольких людей, они сразу вздохнули, отвернулись и скрылись в дожде, убираясь подальше от этого конкурса за Ядро Суань. Однако несколько человек отказались возвращаться. [Что если вы, ребята, на самом деле эксперты Духа Суань? Разве мы не можем просто дождаться пока вы вдвоем будете биться с друг другом, а можно будет украсть Ядро Суань, пока вы будете лежать мертвыми?] Было несколько человек, у которых в голове крутилась эта идея.

- Этот человек - «Одинокий Сокол»? Один из «Восьми великих мастеров» континента Суань Суань? Он такой жестокий... и такой спокойный в тоже время... – спросила озорным тоном та изящно выглядящая девушка. Му Сю Тонг, стоявший рядом с ней, глубоко вздохнул, ответив с кривой улыбкой:

- Маленькая принцесса, это действительно самое неподходящее время, чтобы здесь... это слишком опасно.

- Му Сю Тонг, ты не способен защитить Маленькую принцессу? - Сяо Хан рассмеялся. - Если ты так боишься быть здесь, то почему бы тебе просто не передать мне ответственность за ее защиту? Ты, очевидно, бесхарактерный человек!

Му Сю Тонг хмыкнул, отвечая:

- Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо присутствуют здесь. Если наш Город Серебряной Метели действительно сумеет получить Ядро Суань, то эти два человека, скорее всего, станут врагами для нас…. Даже трое старейшин не смогут сразиться с этими двумя парнями… Не кажется тебе, что в конечном итоге наши головы будут разбиты? Разве ты не видишь количество продвинутых экспертов Суань? Ты действительно думаешь, что эксперт Неба Суань способен избить их всех?! Идиот!

Слова Му Сю Тонга были, очевидно, очень разумными. Сила людей, собравшихся здесь, была просто слишком высока, чтобы эксперт Неба Суань смог выиграть бой. В случае если битва действительно разразилась бы здесь, тогда результат был бы очень трагическим... Не нужно было упоминать о судьбе Сяо Хан, простого эксперта Неба Суань, когда не было уверенности, что судьба экспертов Духа Суань, таких как Третий, Шестой и Девятый в безопасности...

Сяо Хан яростно открыл рот, чтобы высмеять своего собеседника, но оглянувшись, он понял, что ситуация грандиозная, трепещущая, поэтому он только безмолвно сглотнул слюну.

Ситуация на поле была чрезвычайно деликатной на данный момент: Ядро Суань было в руках Цзюнь Мосе, который стоял окруженный… Первый ряд окружения состоял из нескольких оппонентов, причем самый слабый из них был экспертом Неба Суань! Самый последний ряд состоял из шестнадцати экспертов, самым слабым из которых был эксперт Суань Земли. Сила последнего ряда была не столь высокая, но количество было весьма впечатляющим!

Очевидно, это была самая высокопоставленная компания людей, которых Цзюнь Мосе видел в своей жизни. На самом деле, такие оппоненты вызывали головную боль, даже у Юн Би Чен!

Однако, хотя в этом сборище было так много влиятельных людей и групп… Но никто не смел сделать первый шаг!

Когда два эксперта Духа Суань стоят друг перед другом в конфронтации, у кого хватило бы смелости сделать ход?

Вся ситуация была в балансе! И такой баланс не был хорош для интересов Цзюнь Мосе! Очевидно, ему нужно было нарушить его!

[Я думаю, пришло время начать эту «Королевскую битву», ах].

Глава 182. Ядро Суань меняет владельца

Десять учеников Ли У Бэя просто ждали в последнем ряду, когда уже трое старейшин Города Серебряной Метели, Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо перейдут к действиям. Пока эти пять человек начали бы сражаться, команда из десяти человек немедленно бы забрала Ядро Суань и попыталась бы сбежать с ним. Им хорошо известно, что они не смогут сражаться с лучшими воинами в мире, но были очень уверены в том, что им удастся вырвать Ядро Суань и убежать после этого благодаря их совместным усилиям и командой работе!

Три старейшины Города Серебряной Метели думали точно так же, и ждали, когда Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол начнут сражаться. В тот момент, когда эти два мастера начнут вести друг с другом бой, они больше не смогут помешать Трем старейшинам. Единственной оставшейся угрозой был Фэй Мин Чэнь, который бы не смог остановить их от отбирания Ядра Суань.

Ши Чан Сяо был увлечен собственной дилеммой. Он был самым сильным человеком здесь, у него даже было еще семь экспертов, которые могли помочь ему, если это необходимо. Однако он также знал о силе других вовлеченных сторон и прекрасно понимал, что не может игнорировать вызов какой-то из сторон. Он в силах был понять, что в случае, если он начнет бой, тогда все силы битвы направятся против него, и поэтому ему нужно было подождать, пока кто-то другой не начнет битву!

Более того, присутствие Одинокого Сокола еще более усложнило ситуацию. Несмотря на то, что он был уверен в том, что в битве он смог бы победить Одинокого Сокола, он также знал, что он не сможет схватить Ядро Суань, если его заставят сразиться с этим человеком! [В чем смысл всего этого, если я не получу Ядро Суань? Я здесь не для осмотра достопримечательностей...

Особенно сейчас, когда на сцене появляется так много экспертов… даже если есть гарантии, что я выживу в этой битве, и останусь целым и невредимым, то нельзя тоже самое сказать о моей команде. Если между этим миром могущественных экспертов вспыхнет битва, то не все мои спутники уверены, что выйдут живыми с поля боя. Если все мои компаньоны в конечном итоге умрут в этой битве, то даже выиграть Ядро Суань будет недостаточно, чтобы компенсировать потерю!

И есть ситуация, связанная с интересами Одинокого Сокола... Он явно здесь не ради Ядра Суань... Кроме того, он один, и ему нечего терять… Он сумасшедший человек, который просто ищет хорошего боя... Боюсь, что он не позволит этой возможности проскользнуть] .

Несмотря на то, что Ши Чан Сяо очень старался найти решение, он так и не смог!

Что касается другого эксперта Духа Суань: [Все эти люди собрались здесь ради ради Ядра Суань, и все они предпочли бы избежать боя... но не я. В случае, если кто-то сможет вырвать это Ядро Суань из рук человека в черной маске, тогда это превратится в длинную погоню, и Ши Чан Сяо очень вряд ли обратит на меня какое-либо внимание, если это произойдет].

В результате, несмотря на то, что все стороны были достаточно сильны, но никто не хотел сделать первый шаг.

Внезапно раздался хриплый холодный голос:

- Черт возьми, вы все, болваны. Вы все парализованы или что-то в этом роде? Торопитесь! Из-за этого дождя я уже почти простудился. Даже женщины не так боятся попасть в бой.

Эти дерзкие слова привели в ярость всех присутствующих. Вообще говоря, было достаточно мало слов, которыми можно было подстрекать этих людей. Но такой трюк был красивым!

Сразу же все взгляды были устремлены на источник звука и были весьма удивлены, увидев, что это исходит из центра, где стоял мужчина в черной маске, возбужденно крича, а его пальцы были направлены на двоих экспертов Духа Суань.

[О чем этот парень думает... Он явно неспособен защитить Ядро Суань, и он даже намеренно провоцирует всех... он просто невежественный и смелый, или все таки идиот?!]

- Заткнись! - пять или шесть человек выкрикнули эти слова одновременно, пыхтя ноздрями в гневе.

- Позволь преподать тебе урок, - Одинокий Сокол был, естественно, более злым, чем кто-либо из присутствующих. Он двинулся с призрачной скоростью, и вскоре он был около человека в черной маске, вытянув свою руку, чтобы ударить парня по лицу. [Надо проучить этого придурка! Он должен знать свое место!] .

Третий старейшина Города Серебряной Метели нервозно смотрел. Одинокий Сокол начал неминуемый бой!

Остальные не знали о том, что ранее видел Третий старейшина. [Этот парень необычный человек… Даже Одинокому Соколу не будет его очень легко победить. В случае если я все еще недооцениваю этого парня, то я даже не могу подумать о будущей судьбе Одинокого Сокола! Этот человек в черной маске, скорее всего, является супер-бытием. Или, по крайней мере, он очень высокопоставленный таинственный эксперт!].

Мысль о том, как менялись цветные огни Суань, все еще заставляла дрожать сердце Третьего старейшины! Он прекрасно понимал, что его собственный Суань Ци не был способен воспроизвести такие трюки! На самом деле, даже забывая о собственной силе, тот же Хань Фэн Сюэ не был достаточно силен, чтобы сделать что-то подобное!

Тем не менее, Третий Старейшина также понимал, что он не сможет справиться с Одиноким Соколом. Поэтому, следовательно, не возражал против того, что его враг пошел в ловушку, которая, скорее всего, окажется для него бедой. Он просто стоял и ждал, пока Одинокий Сокол нанесет удар!

Однако…

Таинственный мужчина в черной маске отчаянно попытался уклониться от удара. «Оп!» Раздался хруст, рука Одинокого Сокола ударила в грудь мужчины…

- Ах!.. Я... - человек в страхе закричал, его тело было в воздухе, будто бы он был сломанным змеем. - Помоги ах... кто-нибудь спаси меня... пощади мою жизнь...

Все были потрясены! У каждого прямо глаза выкатывались в тот момент. [Что происходит?! Он действовал так смело… Как будто он был несравненным экспертом, а теперь он кричит о помощи...]

Самое удивительное было то, что этот человек в черной маске фактически подбросил Ядро Суань в надежде заблокировать удар и не смог его поймать, прежде чем сам улетел под действием удара... а теперь Суань Ядро медленно падало в руки Одинокого Сокола...

Одинокий Сокол внезапно почувствовал, как в его руки упало огромное и вздымающееся поле Суань Ци, и он внезапно обнаружил, что его пальцы подсознательно сжимают Ядро Суань. Он никогда не ожидал, что его пощечина заставит подняться тело мужчины! Этот человек в маске, который держал в руках Суань Ядро, долгое время стоял посреди стольких несравненных экспертов очень спокойно и сдержанно. Более того, ему даже хватило мужества открыто и нагло проклинать всех присутствующих, включая Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо. Одинокий Сокол ожидал, что этот человек будет экспертом.

По правде говоря, Одиночный Сокол не нападал на этого человека для того, чтобы заполучить Ядро Суань, он просто хотел сразиться с этим загадочным экспертом. Фактически, вопреки тому, чтобы смотреть на этого человека свысока, Одинокий Сокол, наоборот, оценил этого человека очень высоко!

Одинокий Сокол спрятал другую руку за спину и приготовился использовать ее, чтобы ударить человека, как только человек заблокировал его первый удар. Этот скрытый удар ладонью был чрезвычайно мощным и опасным. Но по сравнению с этим скрытым ударом первый удар был несильным, и он был предназначен только для того, чтобы отвлечь внимание человека, а не послать его в воздух!

Одинокий Сокол остался совершенно смущенным, когда увидел, что человек в черной маске подлетел в воздух под действием удара. [Это было слишком легко, не так ли? Я думал, что он будет очень хорошим противником... Но он оказался совершенно бесполезным!]

Затем он осторожно поднял руку и посмотрел на Ядро Суань, которое он незаслуженно держал в своих руках, прошло какое-то время, прежде чем он смог найти слова:

-Я... хм!

Из всех людей, которые собрались здесь, Одинокий Сокол был единственным, кто не искал Ядро Суань. А теперь получилось так, что из-за веселого поворота судьбы... вне всех ожиданий, он был тем, кто получил Ядро Суань!

И ему это удалось очень легко!

Эти события оставили всех пораженными настолько, что даже рот Ши Чан Сяо открылся из-за шока!

[Кто бы мог подумать, что мужчина в черной маске окажется всего лишь серебристой восковой свечой?! Хотя нет, даже восковые свечи остаются прежними и не тают до определенной температуры... Слишком бесполезно сравнивать этого человека!]

Несмотря на то, что Одинокий Сокол был одним из «Восьми Великих Мастеров», его удар был настолько легким, что любой из присутствующих мог с легкостью его заблокировать! В результате все жаловались на свою судьбу!

Естественно, никто не посмел бы напасть на Одинокого Сокола, даже Ши Чан Сяо. Нападение на этого человека было бы равносильно погоней за смертью!

В результате глаза всех следили за летящей тенью этого таинственного и бесполезного человека, надеясь, что он приземлится перед ними, чтобы они могли побить и порезать его на куски. Их лица явно отражали их ненависть к этому человеку!

[Черт возьми! Он был совершенно бессилен? Ах... Я сам виноват, что я упустил свою возможность! Хотел бы я напасть на этого человека вместо Одинокого Сокола!.. Тот парень был слишком легкой мишенью!]

В то время как все взгляды были направлены на этого мужчину в черном, он тихо и внезапно исчез в воздухе!

[Этот ребенок сделан из бумаги что ли... Неужели он умер только из-за одного удара?]

Большое человеческое тело просто исчезло в воздухе на глазах у двух экспертов пика Духа Суань, четырех экспертов Духа Суань, почти двадцати экспертов Неба Суань и нескольких экспертов пика Земли Суань! И у всех создалось впечатление, что это произошло из-за атаки Одинокого Сокола!

«Щелк» - прозвучало четко и чисто. Не успели все отойти от шока, как их взгляд подсознательно направился искать источник звука, который исходил около Третьего старейшины Города Серебряной Метели. Оказывается, он протянул руку и ударил сам себя по лицу.

Четкий, громкий и мелодичный звук пришелся музыкой слуху некоторым!

[Что теперь?]

Шестой и Девятый старейшины выступили вперед и спросили обеспокоенным тоном:

- Что случилось, Третий брат?

Третий, Шестой и Девятый старейшины всегда поддерживали очень хорошие отношения и очень хорошо понимали друг друга!

- Э-э... Ничего… Слишком много комаров здесь, - ответил смущенным тоном Третий старейшина.

Некоторые люди потеряли сознание прямо на месте!

Дождь лил поздним осенним вечером. Одинокий Сокол держал Ядро Суань, но больше он беспокоился в данный момент о комарах… С каких это пор москиты стали настолько опасными?

Мало кто мог представить себе насколько тяжело было на сердце у Третьего старейшины!

Глава 183. Ярость Квинхан

[Этот парень был ничем! Мне просто нужно было протянуть руку и схватить Ядро Суань... А затем я мог бы легко вернуться в Город Серебряной Метели… Я бы смог так легко достичь своей цели! Я не могу поверить, что позволил этому парню обмануть меня! Я не знал, что такой обман возможен... его изменения цвета Суань Ци не имели никакого смысла... как я позволил ему обмануть себя? Я самый большой идиот в мире, ах! Черт возьми! Черт возьми...]

В то время как Третий Старейшина был занят раскаянием и корил себя за свои ошибки, все остальные эксперты нервно смотрели на Одинокого Сокола, опасаясь, что в случае, если он решит бежать, никто не сможет догнать его, даже не сможет Ши Чан Сяо.

Ши Чан Сяо яростно взревел, а затем внезапно взлетел в небо, как парящий дракон:

- Сокол! Хотел побороться со мной, а? Давай драться!

Капли дождя начали рикошетить от его тела под действием его огромного Суань Ци и падали на лица других присутствующих там людей!

Одинокий Сокол громко рассмеялся, когда он положил Ядро Суань в карман своей одежды:

- Хорошо, давай! - протянув руки, как ястреб, его тело тоже начало подниматься в небо!

Два эксперта на пике Духа Суань официально признали свою конфронтацию!

Фэй Мин Чэнь, Три старейшины из Города Серебряной Метели, шесть помощников Ши Чан Сяо и десять учеников Ли У Бэя одновременно прыгнули в небо и мелькнули вперед с призрачной скоростью. Все они сблизились в одном деле: Одинокий Сокол!

Одинокий Сокол рассмеялся, взревев:

- Это будет весело!

«Бух!», громкий взрыв прозвучал, фрагменты Суань Ци вырвались из тела Одинокого Сокола и заставили всех отлететь. Одинокий Сокол остался стоять на земле, прямо... готовый к битве!

~ Резиденция Цзюнь ~

Голова Гуан Квинхан была тяжелой от мыслей, пока она шла к своему двору. События этого дня были похожи на несбыточную мечту для нее. В ее сердце было абсолютное отчаяние и пустота, а в следующий момент она стала довольной и счастливой.

[Хотя мой собственный отец бросил меня, когда я в нем нуждалась, но у меня есть такой великолепный дядя и такой удивительный зять, так почему я должна бояться чего-либо? Как сказал Мосе… Жизнь в позоре не имеет смысла!

Является ли поместье Сюэху непобедимым? Даже если они действительно непобедимы... Они могут только убить нас… И мне не придется беспокоиться о сложностях этого мира. Так почему я должна бояться смерти!]

- Я не могла представить, что у него будет такой героический дух. Он доказал, что он настоящий сын семьи Цзюнь! И он доказал, что он младший брат Ву Хи. Если бы Ву Хи был бы здесь сейчас… Сделал бы он такой же выбор? Да, конечно... в этом нет никаких сомнений.

В душе Гуан Квинхан больше не чувствовала себя неудобно, думая о Ву Хи, как это было раньше... боль в ее сердце казалась немного… очень далекой сейчас...

Она шла с опущенной головой и не понимала, что почти столкнулась с человеком. Перед дверью ее двора стояла стройная фигура.

Этой фигурой оказался ее биологический отец, Гуан Донглю!

Одежда Гуана Донглю была насквозь мокрой, так как он долго стоял под дождем. Несмотря на то, что на его лице было безразличие и сдержанность, взгляда его печальных глаз было достаточно, чтобы рассказать о боли в его сердце. Он посмотрел на дочь, но ничего не смог сказать ей. Квинхан молча смотрела на него, не в силах подобрать слов, чтобы начать разговор. Следовательно, отец и дочь стояли неподвижно под дождем, попав в странный и бессловесный мир своего собственного опустошения. Вспышка молнии осветила двор на долю секунды, показывая следы грусти и беспокойства на лице Гуана Донглю. Гуан Квинхан внезапно вспомнила о детстве и о том, как ее отец беспокоился о благополучии. Вдруг ее сердце наполнилось нежностью. Ее ледяное выражение мгновенно исчезло, когда она открыла рот, прошептав:

- Папа…

- Квинхан, ты обвиняешь своего папу? - Гуан Донглю посмотрел на свою дочь сквозь занавес дождь, который лился над их головами.

Гуан Квинхан без колебаний покачала головой, когда пустое чувство настигло ее сердце.

- Я не виню тебя, отец, - она бессвязно говорила. - Ты мой отец. Но прежде этого… ты господин семьи Гуан… И как господин семьи ты должен на своих плечах нести бремя тысячи жизней и судеб. Я понимаю проблему твоего положения, папа...

Гуан Донглю вздохнул, грустно склонив голову. А затем снова поднял голову, показывая свой больной, но твердый взгляд.

- Квинхан, твоему отцу жаль. Однако, если бы у меня был шанс вернуться во времени и… я… я…

Глубокий взгляд Гуана Донглю отчетливо показывал интенсивную борьбу, которая происходила в его сердце. Наконец он закончил свой приговор:

- Я все равно сделал бы тот же выбор! Поскольку я господин семьи… Я, вероятно, никогда не смогу стать для тебя хорошим отцом, но я…

Гуан Квинхан покачала головой:

- Не говори этого… нет… - она вдруг поняла, что ее отец промок под дождем, поэтому быстро сказала: - Папочка, пойдем внутрь и поговорим.

- Нет, давай поговорим прямо здесь… под дождем. По крайней мере, я чувствую себя трезвым под дождем... Я хочу много чего сказать, но я не знаю, смогу ли я сказать это, если мы войдем внутрь! – горько улыбнувшись, сказал Гуан Донглю. - О поместье Сюэху и всем этом деле… хотя сейчас это не имеет значения, но есть еще несколько вещей, которые я думаю, ты должна знать…

Вздохнув, Гуан Квинхан отвечала:

-Пожалуйста, расскажи мне, отец...

Когда мы получили это предложение от поместья Сюэху, несколько старейшин посоветовали мне немедленно принять это предложение, - Гуан Донглю болезненно закрыл глаза, посмотрев вверх на небо, не глядя на бледное лицо дочери. - Мы не провоцировали поместье Сюэху, но если ты вышла бы замуж за Ли Тенгюна, тогда наша семья смогла бы наладить с ними хорошие отношения. Это не только не принесло бы семье никакого вреда, а сработало бы в интересах семьи...

Гуан Квинхан мягко прикусила губы, брюзжа. Ее глаза начали наполняться гневом, ранее присущее ей ледяное выражение лица снова вернулось сейчас.

- В нашем доме было два разных мнения по этому вопросу. Куинбо всегда был амбициозным, а также хотел доминировать во всем юго-восточном регионе, и поэтому он призывал меня ответить согласием, - голос Гуана Донглю стал еще более мягким. - Куинью и твоя мать настаивали на том, что я не должен соглашаться на это предложение. Твоя мать… Твоя мать плачет каждый день с тех пор…

Нежное тело Квинхан начало дрожать, слезы вырвались из ее глаз, плечи опустились.

- Позже, из поместья Сюэху было выдвинуто еще одно условие, - Гуан Донглю смотрел на нее на расстоянии. - Они добавили, что, хотя ты была бы женой семьи, но ты не получила бы титул «первой жены», но к тебе по-прежнему обращались бы также. Куинбо пытался поспорить с этим предложением, но ему отказали!

Тона речи Гуана Донглю было достаточно, чтобы показать его печаль.

- После этого Куинбо, Куинью и я отправились в город Тянсян, чтобы поговорить с тобой...

- Я даже не знаю, кто я в глазах семьи… товар? Или, может быть разменная монета? Что-то, что они могут просто выторговать ради интересов семьи? Это все, кем я являюсь?! - Гуан Квинхан улыбнулась. - Я не возражала, когда эти две семьи решили сделать помолвку! Хотя тогда я не знала о героическом характере Ву Хи, и я не знала, будет ли он меня стыдиться или унижать меня, но в любом случае я все равно не могла возражать, потому что это решение было для семьи, и мне не дали выбора. После трех встреч с ним, я поняла, что он очень благородный человек, и я полюбила его характер. И я действительно была очень довольна, что семья приняла такое решение, и я была очень благодарна за организацию такого брака…

Гуан Донглю, казалось, что он понял, что именно она собиралась сказать, и поэтому он просто склонил голову.

- Но позже, когда Ву Хи умер за страну... он умер героем! И да, я бы всю жизнь провела как его вдова! Я уже была готова провести всю свою жизнь в качестве вдовы, и готовилась тебя и мать вместе со старейшинами семьи убедить в этом. В то время старейшины фактически единодушно решили, что я должна провести свою жизнь как вдова в семье Цзюнь! А причиной этого было то, что семья Гуан просто не захотела потерять покровительство семьи Цзюнь! Будучи дочерью семьи Гуан, меня использовали как инвестицию! – рассмеялась Квинхан.

- В то время, хотя они и пытались втянуть меня в это, я не возражала, потому что я хотела сделать то же самое… Но я делала это в память о моем муже, тогда как Семья просто использовала меня в качестве разменной монеты... Инструмент для поддержания отношений между двумя семьями! За всю мою жизнь мне никогда не было так стыдно! Позор! Самая красивая мечта девушки была разрушена, даже тогда ее вдовство использовала ее семья как товар!

Отец, сколько раз за последние несколько лет семья Гуан использовала влияние и помощь семьи Цзюнь для расширения своего контроля и для бизнеса?! А теперь, ветер подул в другую сторону, и появилась еще одна семья, которая, как оказалось, более могущественная, чем Семья Цзюнь. Так теперь старейшины семьи Гуан фактически сразу согласились изменить свою позицию? И теперь они просят меня вступить в повторный брак?! Папа, что это за рассуждение? Разве не достаточно того, что однажды меня уже втянули в брак? Разве я не дочь кого-то другого теперь? И, кроме того, я невестка благодетелей для старейшин семьи Гуан! А теперь старейшины хотят продать дочь своих благодетелей?

Глава 184. Поступить как отец

Странное сочетание гнева и грусти было в голосе Квинхан.

- Несмотря на то, что я провожу свою жизнь как вдова в семье Цзюнь, мне по-прежнему предоставляется статус «невестки». Но если я выйду замуж за семью Ли, я стану наложницей! Если Юн Би Чену однажды придет в голову такое, семья Ли просто заставит меня стать его наложницей... У рабов нет мнений, они рабы! Но семья Гуан, вероятно, одобрит это, потому что Юн Би Чен более сильный, чем Ли Ю Тянь, и союз с ним будет полезен для семьи Гуан! Глава семьи все еще думает о семье? Папа, как нашей семье вообще не стыдно?! Они не видят мое бесчестье? Я предпочла бы жить в семье Цзюнь в качестве овдовевшей невестки, чем жить в таком позоре, и никогда не жить для таких бесстыдных людей! Я предпочла бы, чтобы семья Гуан погибла, как герои, прежде чем я позволила бы молить бесполезную кучку седоволосых стариков о помиловании!

Последнее предложение буквально вырвалось у Гуан Квинхан.

Гуан Донглю стоял, не обращая внимания на дочь, но его лицо выражало сильную боль. Несмотря на то, что он все еще был большим и сильным, как всегда, но его язык тела не показывал этого. У него не было ответа на резкие слова дочери, вовсе не было. Его сердце было пронизано чувством вины и стыда, у него свело все его тело!

- Как дочь, я просто хочу знать, что мой отец запланировал сейчас… - Гуан Квинхан снова посмотрела на своего отца. Ее голос казался еще более опустевшим, слабым, но все еще выражал ее гнев...

- Цзюнь Вуй, уже ответил на этот вопрос! - Гуан Донглю грустно улыбнулся. – Так как обстоят дела в настоящий момент... даже если мы отменим этот брак, все, что мы сможем потом сделать – это отправить тебя в семью Ли по трупам семьи Цзюнь!

Гуан Донглю продемонстрировал самоуничижительную улыбку:

- Возможно, я могу быть Гуаном Донглю... господином семьи Гуан... Но я не могу относиться к семье Цзюнь… или Ли. Более того, как ты сказала ранее… Семья Цзюнь - наш благодетель, и я не буду бить нашего благодетеля прямо в челюсть! - голос Гуана Донглю внезапно усилился. - Это было мое решение: я решил отказаться от своей дочери ради благополучия моей семьи! Я бездействовал, когда семья Цзюнь решила встать на твою защиту! Я согласился и позволил поместью Сюэху оскорбить и опозорить мою дочь! Я обидел тебя на всю жизнь... Потому что я сначала подумал о будущем семьи, но теперь я хочу… поступить как отец! - лицо Гуана Донглю замерло, его кроваво-красные глаза начали светиться, а его зрачки расширились. - Я снова хочу поступить как отец!

Сердцем Гуан Донглю внезапно почувствовал облегчение, после того, как он изложил это предложение. Будто внезапно тяжелый камень упал с сердца!

[Этот паренек из семьи Цзюнь был прав... Если у семьи нет позвоночника, они навсегда задержались около дверей смерти... В чем смысл такого выживания?!]

- Папочка! - тело Гуан Квинхан тряслось. Она снова посмотрела на своего отца, но с приятным удивлением в ее взгляде на этот раз.

Гуан Донглю широко улыбнулся, кивая:

- Квинхан, Цзюнь - не единственные люди в этом мире. Гуан - тоже являются мужчинами!

Лицо Гуан Квинхан имело взгляд, полный гордости, она продолжила:

- Я никогда не знала, что у моего отца такой неукротимый дух...

Криво улыбнувшись, Гуан Донглю отвечал:

- Ругань твоего маленького зятя была, несомненно, очень безжалостна, но благодаря ему... твой отец теперь понимает, что в этом мире есть несколько вещей, которые намного важнее «общей картины».

Он засмеялся дважды, но затем, поставленный в тупик, спросил:

- Ты так много рассказывала мне о нем, но твой зять совсем не похож на того развратника, о котором ты говорила?

Лицо Гуан Квинхан внезапно покраснело, все, что она смогла выдавить из себя:

- Папа... не издевайся надо мной... он только недавно изменился... Он теперь не похож на того парня, которым он раньше был. Теперь он стал настоящим мужчиной.

Но, Гуан Донглю весело улыбался:

- Это так? Значит, потому что он обругал твоего отца, ты вдруг начала его уважать?

Гуан Квинхан внезапно вернулась к тому состоянию испорченной молодой девушки, поэтому, разгневавшись, ответила:

- Я ненавижу тебя, папа!

Гуан Донглю рассмеялся…

- Папочка, иди сюда, ты простудишься на таком осеннем дожде, - Гуан Квинхан внезапно осознала насколько тяжелое положение ее отца.

- Ах, а теперь ты, наконец, заботишься обо мне? Дождь уже просочился в старые кости твоего папы, - он смеялся. - Однако этот дождь был хорошим для меня! Он заставил меня вернуть сердце моей дочери, а еще этот дождь заставил меня проснуться. Я собирался продать невинность моей дочери за шанс на выживание для моей семьи... Но такое выживание в любом случае не лучше жизни! - он закончил свой приговор, и снова, взглянув на свою дочь, развернулся.

С каждым шагом его крепкое тело преодолевало дождь и ветер, шаг за шагом, но каждый из этих шагов - был стабильным и твердым!

Взгляд Гуан Квинхан снова стал размытым...

В нескольких метрах от него тихо в углу стоял Цзюнь Вуй, с жестким выражением лица. Улыбнувшись самому себе, он сказал вполголоса:

- Гуан Донглю, ты для меня до этих пор был Гуаном Донглю… но теперь в моих глазах ты - квалифицированный отец!

Он пристально вглядывался сквозь занавески дождя:

- Цзюнь Мосе ушел в такой странный момент... Почему мне кажется, что что-то большое должно произойти? Почему он еще не вернулся? Я не знаю, что делать с моим племянником... он действительно странный... с каждым днем он становится все более загадочным!

Вздохнув, из его тела вспыхнул свет, а затем он бесследно исчез.

***

Человек, одетый в черное, молодой господин Цзюнь, исчез из окружения под воздействием удара Одинокого Сокола, но прежде все же сумел бросить Ядро Суань в руки атакующему. Его тело почти врезалось в дерево, но Цзюнь Мосе сразу же воспользовался методом исчезновения Инь и Ян, и исчез прямо на глазах у всех. В конце концов, Цзюнь Мосе был поражен обладателем духа Суань! Несмотря на то, что удар был совсем легким для Одинокого Сокола, но для Цзюнь Мосе удар был достаточно сильным, чтобы вызвать крайний дискомфорт. Этот удар даже вызвал чувство тошноты. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не был серьезно ранен, но его тело все еще пребывало в состоянии шока!

[Чертов Сокол! Я ему отвечу за этот день!] Цзюнь Мосе молча проклинал этого человека, наблюдая, как перед его глазами разворачивается драка! Цзюнь Мосе продолжал наблюдать за битвой издалека, нахмурившись. [Я не намеревался затевать настолько большой бой...]

Цзюнь Мосе на самом деле не намеревался начинать такую ожесточенную битву, на самом деле он планировал просто вызвать хаос. Его главная цель заключалась в проверке его идеи, связанной с подделками «Суань Ядра» для будущего.

Конечно, если бы вопрос, связанный с поместьем Сюэху не всплыл в это время, то Цзюнь Мосе спланировал бы это все более тщательно, и подождал бы, пока его надежный план будет готов. Более того, прежде чем совершить этот шаг, он также собирался подождать, пока еще больше экспертов соберется в городе. В конце концов, это поспешное появление Ядра Суань, вскоре после его кражи, скорее всего, вызвало скептицизм у большинства людей.

Но дело, связанное с поместьем Сюэху, нарушило планы Цзюнь Мосе, и хотя угроза со стороны семьи Ли была не очень близка, но это было похоже на ту бомбу, которая могла взорваться в любое время. Поэтому Цзюнь Мосе выбросил это поддельное Ядро Суань раньше запланированного времени, и теперь у него не осталось другого выбора, кроме как наблюдать нежелательные плоды. Если бы он отложил этот план на потом, то это могло бы помешать безопасности семьям Гуан и Цзюнь.

В тот момент Ши Чан Сяо готовился атаковать Одинокого Сокола, при этом защищаясь от Трех старейшин из Города Серебряной Метели, которые также задержались около Одинокого Сокола, а еще и десять учеников Ли У Бэя, шесть экспертов Неба Суань - помощников Ши Чан Сяо. Они все окружали его издалека, и ни один человек не хотел приближаться к нему без помощников. Не то чтобы они сильно боялись из-за его высокого уровня Суань Ци, больше они переживали из-за его опыта. Человек, которого окружили, был настолько быстрым, что ни один эксперт, находящийся по навыкам ниже, чем на пике Неба Суань - не мог продержаться против него больше секунды.

Десять учеников Ли У Бэя, казались более склонными противостоять высшим существам без каких-либо следов страха в их глазах. На самом деле они выглядели довольно уверенно в данный момент!

Поскольку скорость бойцов была слишком быстрой, Цзюнь Мосе мог только смутно видеть их тени, но не мог определить, где кто находится.

Внезапно почти десяток фигур сошлись, чтобы снова напасть на Одинокого Сокола. Но из тела Одинокого Сокола вырвался Суань Ци, когда он бесстрашно закричал:

- Иди сюда! – его тело приняло странную форму, будто бы он был ястребом. Сначала Одинокий Сокол уклонился от атаки Ши Чан Сяо, а затем он снова повернулся в воздухе и дал пинка!

Ши Чан Сяо был вынужден отступить назад! Он просто начал яростно кричать. Хотя он был первым, кто начал атаку, но он был на пике Духа Суань! Более того, он был выше Одинокого Сокола! Если он не сможет убить Одинокого Сокола в этой битве, тогда слухи начнут распространяться, будто он слабее Одинокого Сокола, особенно учитывая, что другие люди помогали ему атаковать! В конце концов, люди только будут задавать один вопрос: - Почему он позволил такому большому количеству креветок вмешиваться в битву между двумя китами?

Глава 185. Трагедия необыкновенной быстроты

Ши Чан Сяо хмыкнул. Казалось, что своим мощным голосом, который раздался в небе, он напугал даже дождь. Создалось такое впечатление, будто невидимая волна отвела прочь дождь от его тела и от остальной части толпы...

Ши Чан Сяо был отражен ответной атакой Одинокого Сокола, поэтому ему пришлось немного отступить. Однако он сразу же протянул руки и сразу же сделал этот новый и странный ход... Все почувствовали странное движение воздуха и сразу же отступили назад, и даже отступили от Одинокого Сокола из-за этого чрезвычайно странного чувства!

Это ложное действие Ши Чан Сяо не было предназначено для того, чтобы повредить Одинокому Соколу. Ши Чан Сяо совершил его для того, чтобы остальные отступили и преуспел в этом, поскольку другие эксперты слишком боялись и были вынуждены отступить.

Во всем этом хаосе, два силуэта быстро отнесло к дереву в сорока или пятидесяти футах от центра боя.

Пагода Хунцзюнь все еще вращалась на полной скорости и по-прежнему обеспечивала энергией тело Цзюнь Мосе, когда он пытался оправиться от удара Одинокого Сокола. Цзюнь Мосе почти вскочил, увидев что происходит на поле битвы. [Ну, наконец-то! Мой план можно считать наполовину успешным, но я до сих пор не знаю, что если...]

Грозный и мощный удар Ши Чан Сяо заставил всех пуститься в бегство и отойти в более безопасное место. Даже трое старейшин из Города Серебряной Метели, все эксперты Духа Суань решили немедленно отступить. Даже ученикам Ли У Бэя не оставалось ничего другого, кроме как отступить, так как они также знали, что не способны противостоять силе пикового Духа Суань, поэтому они были вынуждены отступить, отчаянно глядя в глаза друг другу.

Оставшийся эксперт Духа Суань, Фэй Мин Чэнь, тоже выглядел не лучшим образом. Он, как и все остальные, собирался атаковать Одинокого Сокола. Фэй Мин Чэню осталось только преодолеть расстояние длиною с пальчик, как он был настигнут сильным ударом Ши Чан Сяо и вынужден был отступить назад из-за страха получить травму. Несмотря на то, что ему удалось уйти целыми и невредимыми, он все равно выругал своих подчиненных.

Но самым большим неудачником из всех был шестой брат из десяти помощников Ли Юрана! Потому что он был слишком быстрым! Он ворвался, как все, чтобы воспользоваться ситуацией. Однако этот человек был быстрее, даже чем три старейшины из Города Серебряной Метели и Фэй Мин Чэнь. Этот человек был на самом деле быстрее, чем эксперты Духа Суань! Ли У Бэй должно быть, действительно гордился скоростью и ловкостью своего ученика! Но в этом и была его самая большая ошибка... он был слишком быстрым! Он был почти на Одиноком Соколе в то самое время! Но из-за того, что он был слишком быстрым, он каким-то образом смог избежать атаки Ши Чан Сяо, но избежать внутрь, а не наружу!

Поскольку он был слишком быстрым, он оказался в той же вакуумной зоне, что и Одинокий Сокол вместе с Ши Чан Сяо. Но он оказался там один, без какой либо поддержки! В тот момент, несмотря на панические мысли из-за неожиданной ситуации, его руки все равно двигались в том самом направлении в сторону кармана Одинокого Сокола…

Исключительная черта - не всегда самая лучшая... и этот гибкий человек был отличным примером данной истины!

Одинокий Сокол, в свою очередь, очевидно, был очень разочарован таким ходом Ши Чан Сяо. Потому что этот ход заставил всех отказаться от нападения на Одинокого Сокола. Но затем он вдруг понял, что все-таки одна смелая пара рук тянется к нему в карман, чтобы извлечь Ядро Суань! Это явно сделало Одинокого Сокола еще более злым!

Если бы любой человек с континента Суань Суань смог забрать из кармана у одного из «Восьми великих мастеров»... Эта новость принесла бы Одинокому Соколу больше стыда, чем смерть в битве с более слабым человеком. Такая новость просто превратила бы Одинокого Сокола в посмешище!

И если бы не вмешательство Ши Чан Сяо, этот, невероятно быстрый человек, действительно смог бы остаться незамеченным и добиться успеха в своих действиях! Потому что его время было просто идеально! Более того, если бы он преуспел, то он мог бы сразу сбежать, потому что единственный человек, который заметил бы эту кражу - Одинокий Сокол - был бы вынужден отразить атаку четырех экспертов Духа Суань!.. Один из «Восьми великих мастеров» был ограблен карманником… Эта новость потрясла бы весь мир!

Следовательно, можно было бы очень легко понять яростное состояние Одинокого Сокола...

Шестой брат, очевидно, знал о своей невероятной скорости и знал, что он даже быстрее экспертов пика Неба Суань, но он совершенно не предполагал, что Одинокий Сокол был таким же... среди своего уровня. Единственная разница была в том, что... Одинокий Сокол был экспертом пика Духа Суань!

Он только смутно смог увидеть руку Одинокого Сокола, который хватал его за запястье, затем последовал щелчок, прозвучавший от разрушительного удара. Одинокий Сокол выпустил его запястье, а затем ударил его по талии, после Одинокий Сокол поднял руку вверх и наклонил голову человека назад. Обычно проворный и быстрый человек даже не смог предположить такое развитие событий, не смог противиться действиям Одинокого Сокола, и в итоге превратился в ручную куклу для Одинокого Сокола.

Одинокий Сокол был совершенно безразличен к жизни и смерти таких бессмысленных людей, поэтому он просто бросил мертвое тело, которое вращалось как ветряная мельница, в сторону оставшихся спутников покойного.

Девять человек потянулись, чтобы схватить своего падающего брата, но несколько из них были сбиты с ног его же телом, потому что он летел слишком быстро, и его невозможно было поймать. Мертвое тело Шестого Брата упало на землю, и некоторое время продолжало вращаться, при этом брызгая и распыляя воду во все стороны, будто он был красивым и красочным фонтаном, прежде чем, наконец, остановился под воздействием трения о землю! Его спутники быстро подошли к своему падшему товарищу и сердито закричали, увидев, в каком бедственном положении было тело их брата. Трудно представить себе мертвое тело человека, вращающееся, как ветряная мельница. Но было еще хуже увидеть его после того, как он прекратил вращаться!

В результате мощной хватки Одинокого Сокола его руки были сломаны в более чем семидесяти восьми местах, его ноги были загнуты назад, так как удар в область талии полностью сломал его бедренную кость вместе с его Даньтянем, а его голова была повернута назад. Даже если бы человек пережил все эти удары, он бы чувствовал себя хуже, чем парализованный человек!

Не было никакой проблемы, связанной с мужеством, или с тем, что человек использовал надежду на успех в этой ситуации, но была всего лишь одна ошибка, которую сделал этот человек. Эта ошибка заключалась в том, что он не понял того, что он нападал на человека, который намного выше его уровня!

Лидер группы, Лэй Цзянхун, в горе и негодовании, встал и выкрикнул:

- Одинокий Сокол! Ты безжалостен! А поскольку ты убил нашего брата, мы позаботимся о том, чтобы твоя смерть была еще хуже!

Одинокий Сокол явно не был в очень хорошем настроении в тот момент, и поэтому сказал в ответ:

- Идите к мамочке! Этот парень осмелился напасть на меня, и поэтому он заслужил то, что получил! Если вы также будете раздражать меня, то Ли У Бэй сегодня потеряет еще больше своих учеников!

Сердце оставшихся девяти человек наполнилось гневом, но все-таки они смогли подавить свой гнев. Потому что сейчас они ничего не могли сделать с этим человеком. В случае если бы они напали на него так же безрассудно, как и их брат, тогда Одинокий Сокол убил бы всех их вместе взятых. Естественно, лучшим планом действий для них сейчас было бы временно перенести боль потери, а потом направить весь свой гнев на план реванша. Более того, было довольно очевидно, что им потребуется много сил, чтобы противостоять ему!

- Сокол, этот бой слишком скучный, не такой веселый как бой между тобой и мной один на один. Итак, как на счет объединиться и перебить сначала этих парней, а затем мы можем пойти и найти какое-то местечко. Я дам тебе возможность насладиться «тремя днями и ночами» настоящего боя, а ты сможешь мне дать взамен Ядро Суань!.. Что ты скажешь? - от одного предложения Ши Чан Сяо все лица побледнели от страха!

Если бы эти два мастера пика Духа Суань объединили силы, то никто, кроме трех старейшин из Города Серебряной Метели, не имел бы шансов избежать их объединенного нападения, даже Фэй Мин Чэнь, эксперт Духа Суань, не стал бы исключением. В конце концов, он был один, и не смог бы избежать гнева двух мужчин, которые были намного более могущественными, чем он сам.

Одинокий Сокол рассмеялся, глядя по сторонам, разглядывая всех людей, которые уже начали отступать назад от страха. Когда люди увидели острые и кровожадные глаза Одинокого Сокола, некоторые даже начали готовиться к тому, чтобы взять оружие, и начать действовать в полную силу в любой момент.

Одинокий Сокол начал смеяться еще громче:

- Ши Чан Сяо, ты действительно думаешь, что я достаточно глуп, и помогу тебе и твоим людям убить всех здесь для того, чтобы ты и твои люди могли с легкостью получить Ядро Суань? Если я помогу тебе сначала убить всех, тогда ты и твои люди сможете отнять у меня это Ядро Суань, но если я этого не сделаю… то я все еще смогу насладиться прекрасной битвой.

Заявление Одинокого Сокола сразу всех разбудило. В случае, если Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо достигли бы соглашения, тогда эти два мастера пика Духа Суань могли бы с легкостью уничтожить всех присутствующих, они даже бы не пощадили жизней товарищей Ши Чан Сяо. Однако позже, оказавшись слабее, чем Ши Чан Сяо в их битве один на один, Одинокий Сокол не отказался бы заплатить Ши Чан Сяо Ядром Суань. На самом деле это означало бы, что в этой сделке Ши Чан Сяо заработал бы гораздо больше, чем просто Ядро Суань.

Было очевидно, что некоторые из лучших экспертов со всего континента собрались, чтобы бороться за это Ядро Суань. Смерти всех этих людей было бы достаточно, чтобы поколебать всю силовую структуру поддерживающих организаций, которая оказалась бы бесценным подарком Императору. И таким образом, используя помощь Одинокого Сокола, многие влиятельные эксперты могли даже заработать для Ши Чан Сяо титул Императорского Учителя Империи Шэнь Цы!

Глава 186. Говорящее дерево?

Ши Чан Сяо посмотрел на Одинокого Сокола в надежде, что его коллега примет его предложение. Но нет, этот мужчина развернулся, не произнес ни слова, и звуки «бух, бух, бух» послышались в кругу, где стояли Три старейшины из Города Серебряной Метели. Затем тело Одинокого Сокола вспыхнуло и прямо подлетело к Фэй Мин Чэню. Одинокий Сокол с невероятной скоростью трижды его ударил. А затем он переключился на девятерых оставшихся учеников Ли У Бэя. Это все произошло, прежде чем Фэй Мин Чэнь смог опомниться и закричать от боли. Одинокий Сокол бахнул девятерых человек по их лицам, а затем продолжил делать тоже самое и с шестью экспертами Неба Суань из команды Ши Чан Сяо…

Как результат – всего за несколько секунд этот маньяк сумел продемонстрировать всю свою силу, поразив почти двадцать экспертов!

Это действие ясно показало, почему ему удалось убить шестерых из девяти учеников Ли У Бэя: скорость и ловкость Одинокого Сокола не имели равных!

Цзюнь Мосе из своего тайного укрытия громко аплодировал искусству Одинокого Сокола, даже несмотря на то, что Одинокий Сокол фактически испортил весь его план. Учитывая темперамент молодого господина Цзюнь - он не был таким человеком, который проигнорировал бы чьи-то таланты!

Такое сильное и агрессивное движение Одинокого Сокола явно разъярило всех присутствующих, и, разумеется, пошатнуло их самообладание. В конце концов, все были заняты тем, что пытались понять схемы всех этих поворотов и вращений, но в это время этот воинственный маньяк умело воспользовался этим!

Глаза всех покраснели, но не ради Ядра Суань, а от ярости. Но они, глядя прямо на Одинокого Сокола, снова обратили свой гнев ради Ядра Суань!

Одинокий Сокол все больше и больше приходил в восторг, видя, как Три старейшины из Города Серебряной Метели снова повернулись к нему, и он протянул руки, смеялся и кричал, готовый снова встретиться с ними! Еще один силуэт вспыхнул, и Ши Чан Сяо присоединился одной рукой к кругу, посвященному борьбе с Одиноким Соколом, в то время как его другая рука атаковала Трех старейшин из Города Серебряной Метели. Пять человек начали вращаться, будто на карусели. Круг был условно разделен на три стороны, причем каждый человек сражался, по крайней мере, с двумя врагами одновременно.

Ши Чан Сяо уже понял, что ни одна из сторон не сможет самостоятельно конкурировать с ним, и в случае, если он ослабит хотя бы одну из сторон, он сможет легко использовать свою полную силу и закончить борьбу в свою пользу!

- Ха-ха, это интересно! - Фей Мин Чэнь рассмеялся, подлетая ближе и присоединяясь к этой группе экспертов Духа Суань. Одновременно с этим он пробил спину Одинокого Сокола и пнул в талию Ши Чан Сяо, таким образом, показывая свое прибытие.

Фэй Мин Чэнь был учителем империи Ю Танг, и, естественно, был достаточно умен, чтобы мгновенно проанализировать сложившуюся ситуацию. Он уже понял, что в случае, если Ши Чан Сяо удалось бы ослабить любую из двух его оппозиций, тогда этот человек мог бы легко изменить все роли. Однако его личная сила была еще слабее, чем сила каждого из Трех старейшин из Города Серебряной Метели, и поэтому все, что он мог сделать, это сбалансировать эту битву, уравновешивая три стороны, чтобы сражение продолжалось как можно дольше!

Шесть экспертов Духа Суань в тот момент вращались в воздухе, как мячики…

Кроме Трех старейшин из Города Серебряной Метели, каждый из мужчин в этом боевом шаре был атакован, по крайней мере, с трех разных сторон одновременно, так как все они были полностью окружены своими врагами со всех сторон: спереди, справа, слева и сзади. Взгляд каждого из присутствующих бегал по сторонам, пытаясь предотвратить постоянные волны атак...

В конце концов, все шесть экспертов Духа Суань пытались контролировать масштабы своих выстрелов, даже Ши Чан Сяо не стал исключением. Потому что если бы вся сила Суань Ци была распространена, то они, в конечном итоге, уничтожили бы весь город. Хотя Ши Чан Сяо пытался ранее настроить Сокола против всех, он все еще не хотел, чтобы его собственные люди погибли, так как жизнь шести экспертов Неба Суань стоила больше, чем само Ядро Суань. Однако, со становлением все более ожесточенной и свирепой битвы, их контроль начал уменьшаться.

Силуэт Одинокого Сокола замерцал, когда он поднялся высоко в небо, а затем снова, сражаясь с каждым, бросился в круг, громко рассмеявшись. Этот шаг, очевидно, продемонстрировал одно преимущество, которое Одинокий Сокол имел в отличие от остальных, даже в отличие от Ши Чан Сяо: благодаря своей исключительной скорости Одинокий Сокол имел возможность в любой момент выйти из этой битвы!

Лэй Цзянхун и его спутники были заняты просмотром этой битвы. В то время, когда Одинокий Сокол поднялся в небо, другой силуэт замерцал в сторону Лэй Цзянхун, в результате чего тот испугался. Этот силуэт ударил прямо ему в лицо, а затем просто исчез, как ветер, оставляя жертву, понятное дело, разъяренной!

[Одинокий Сокол поднялся в воздух, так кто напал на меня в этот раз?]

Несколько его товарищей обернулись в сторону своего лидера: Лэй Цзянхун упал на землю и, пытаясь схватить руку товарища, чтобы получить хоть какую-то поддержку, только сжали кулаки в гневе, поняв, что их спутник снова подвергся нападению. Полагая, что их брат подвергся нападению со стороны Шести экспертов Шэнь Цы, они обвинили этих шестерых мужчин. Команда Лэй Цзянхуна не понимала, что произошло, но все подумали, что если они будут вот так просто стоять – это может стоить им жизни. В конце концов, они посчитали, что это зло было сделано командой из шести экспертов, и поэтому они без каких-либо колебаний подняли свои мечи и направились в бой!

Очевидно, что эта пощечина, этот хитрый ход был сделан Цзюнь Мосе! Молодой господин Цзюнь снова использовал закон исчезновения Инь и Ян! Кроме того, он даже выпустил слабый синий свет, прямо как один из экспертов, а так как небеса все еще решили не останавливать дождь, Цзюнь Мосе удалось остаться незамеченным!

Лэй Цзянхун, очевидно, не смог понять всего этого, поэтому остался очень расстроенным и страдающим из-за этой пощечины.

И, таким образом, молодой господин Цзюнь сумел разжечь конфликт между этими зрителями.

Поскольку план Цзюнь Мосе пошел совсем не так, как предполагалось, самая полезная вещь, которую он мог сделать - создать больше хаоса. Потому что чем больше будет хаос, тем выше будет число мертвых тел, а чем выше число мертвых тел - тем слабее станут его враги...

Сначала обе группы пытались приберечь свою энергию, чтобы облегчить достижение своего плана кражи Ядра Суань, но теперь они обвиняли друг друга, как сумасшедшие.

Пронзительный крик заполнил небо, это означало пролитие первой крови!

- Аааа!

Хотя Одинокий Сокол был самым быстрым среди всех присутствующих, но он не являлся самым сильным из них. И хотя он наслаждался этой битвой больше, чем кто-либо, он также был под максимальным давлением...

Одинокий Сокол громко взревел и развел руками. Его Суань Ци беззастенчиво расплылся во все стороны. Ши Чан Сяо вздрогнул от страха на одну секундочку, а затем сразу же укрепил свою позицию и выпустил свой собственный Суань Ци, чтобы противостоять атаке Одинокого Сокола.

Фэй Мин Чэнь и Три старейшины из Города Серебряной Метели немедленно вылетели прочь! Разница в силе этих шести экспертов была хорошо видна в тот момент.

Два мощных поля Ци столкнулись в воздухе. Раздался яростный и пронзительный звук, и казалось, что все остановилось. Дождь перестал литься вниз, и вместо этого начал подниматься обратно в небо — это было чудесное зрелище.

Все здания в радиусе двадцати метров рухнули почти мгновенно, и вся трава и кустарники были вырваны с корнями, а стволы деревьев разрублены пополам, независимо от их толщины, и были разбросаны во всех направлениях.

Жесткий эффект этого столкновения заставил всех смотреть друг на друга очень мрачно, даже два мастера на пике Духа Суань смотрели друг на друга в безмолвии! Потому что это уничтожение сопровождалась еще одним очень странным явлением... Одно из ломающихся деревьев очень четко сказало кое-что, прежде чем раскололось на две части. Два слова этого дерева были краткими, сильными и звучными:

- Черт возьми!

[Это действительно дерево сказало?]

И тогда дерево произнесло еще одно предложение:

- Боритесь, если вам так хочется, но зачем же наказывать деревья, такие как я?

- Это голос того таинственного человека в чёрном! - выпалил Третий старейшина.

[Кажется, парень все время прятался в этом дереве, это не было чудом... Это должен быть он!]

Хотя Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол чувствовали себя довольно странно, понимая это, они оба одновременно подлетели и разбили это дерево буквально на опилки! Но они остались сильно разочарованными этим говорящим деревом... Несмотря на то, что все слышали разговор дерева, в нем не было никого!

Два высших существа остались пристально смотреть друг на друга, опозоренные своим мастерством: они оба взяли на себя эту задачу... но все же человек каким-то образом сумел ускользнуть!

Цзюнь Мосе беспечно скрывался в стволе дерева и анализировал достоинства и недостатки своих действий. Чем больше он находил преимуществ, которые он мог бы извлечь из этой ситуации, тем счастливее он становился. Но тут вдруг ствол дерева раскололся надвое…

Размер ствола этого дерева был достаточно большим, чтобы скрыть тело Цзюнь Мосе, поэтому, естественно, сила, которая сломала ствол, была достаточно сильной, чтобы повредить позвоночник Цзюнь Мосе. Ему как-то удалось сдержать свой крик, но он не смог сдержать ругань.

Он сразу же осознал свою ошибку, когда выругался, поэтому попытался скрыть ее приговором, который он произнес сразу же. Однако, зная, что он разоблачил свое укрытие, он тут же исчез пониже в землю...

Два эксперта на пике Духа Суань сразу почувствовали пустоту в желудке.

Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо в тот момент смотрели друг на друга недоуменным взглядом, вскоре к ним присоединились Три старейшины из Города Серебряной Метели. Они все начали смотреть друг на друга, пытаясь понять, как обманулись они все этим дешевым трюком. Одинокий Сокол вытащил из кармана Ядро Суань и крикнул:

- Эта вещь сломана, мне она не нужна! - его руки задрожали, когда он бросил Ядро Суань в направлении Фей Мин Чэня.

Фэй Мин Чэнь уже смирился с тем, что он никогда не получит Ядро Суань. Естественно, он обрадовался, осознав, что Ядро Суань теперь попадает прямо в его руки по воли судьбы. Он шагнул вперед, чтобы взять Ядро Суань, но в тоже мгновение услышал шум на заднем фоне…

Глава 187. Рыбалка в мутной воде

Фэй Мин Чэнь хмыкнул и начал во всех своих личных неудачах обвинять Одинокого Сокола. [Этот парень намеренно бросил Ядро Суань в мою сторону, чтобы уменьшить давление на самого себя. Если бы все было так, как раньше, то мы пятеро легко могли бы ранить его... мы могли бы даже убить его!]

Он решительно выбросил Ядро Суань в тот момент, когда он коснулся его ладонью, и крикнул:

- Мне оно не нужно!

Ядро Суань внезапно изменило свою траекторию и полетело в сторону Третьего старейшины из Города Серебряной Метели. Фэй Мин Чэнь и Одинокий Сокол были оба достаточно умны и убедились, что Ядро Суань не полетело в сторону Ши Чан Сяо. Ши Чан Сяо бы схватил Ядро Суань, а затем просто сбежал бы с ним! Его цель, очевидно, была не такой, как цель Одинокого Сокола. Ши Чан Сяо был здесь, чтобы заполучить Ядро Суань! И никто из присутствующих не смог бы остановить его!

Сил Одинокого Сокола хватило бы, чтобы догнать его, но он вряд ли преследовал какого-либо человека вообще, так как он только хотел сражаться.

А Ядро Суань продолжало летать взад и вперед по полю битвы, так как ни у кого не хватило смелости схватить его… Это Ядро Суань на данный момент уже не было сокровищем, оно было больше похоже на посланника смерти! Тот, кто попытался бы захватить Ядро Суань, неизбежно стал бы целью всех остальных!

Ши Чан Сяо попытался поймать Ядро Суань несколько раз, но в итоге у него не получилось, так как ему каждый раз мешал смеющийся и хихикающий Одинокий Сокол. Поэтому, в конечном итоге Ши Чан Сяо должен был подчиниться своему противнику...

Одинокий Сокол действительно наслаждался и смеялся без остановки, а вот Ши Чан Сяо выглядел крайне подавленным. Хотя его скорость и была довольно необычной, но это было ничем по сравнению с Одиноким Соколом, и, следовательно, не было никакого способа для него одновременно блокировать удары Одинокого Сокола и захватить Ядро Суань. Все, что он мог сделать, это с тревогой продолжать бороться всеми силами. Даже Фэй Мин Чэню было тяжело...

С другой стороны, Ядро Суань продолжало летать взад и вперед по полю битвы в течение длительного времени. Оно не падало на землю, и не оставалось в чьих-то руках более полсекунды... Если бы современный волейболист увидел бы все это действие, игрок неизбежно бы поклонился в восхищении перед этими пятью специалистами Духа Суань!

Осторожность Одинокого Сокола позволила Цзюнь Мосе тайком обойти поле битвы и причинить еще больше вреда.

Цзюнь Мосе удалось найти себе относительно нейтральное место между экспертами Духа Суань и экспертами Неба Суань в то время, когда Одинокий Сокол подбросил Ядро Суань. Однако его положение можно было описать как положение человека, который танцевал на проводе.

Хотя его тело было невидимым, но его тело было по-прежнему реальным. И если бы хоть один из этих экспертов задел его тело, тогда они осознали бы его присутствие, и тогда жизнь Цзюнь Мосе закончилась бы. В конце концов, молодой господин Цзюнь был значительно слабее каждого человека из присутствовавших. Но он все же решился на это, так как для него было важно контролировать эту ситуацию. Первое, и самое важное было не позволить этому Ядру Суань попасть в руки Ши Чан Сяо, иначе весь его план рухнет. Следующим самым важным было обеспечить выживание Фэй Мин Чэня, потому что в случае его смерти, последствия были бы слишком серьезными. И третье, ему нужно было обеспечить, чтобы Одинокий Сокол смог реализовать свой истинный потенциал.

За последние несколько лет внешняя политика Империи Тянсян поддерживала мир, но Император все еще изо всех сил пытался ослабить силы противников. Фэй Мин Чэнь и Ши Чан Сяо были очень важными и очень влиятельными людьми в своих странах. Поэтому семье Цзюнь было предложено обеспечить ослабление военных сил таких вражеских государств, но без начала войны. Очевидно, что их смерть будет наилучшим способом достижения этой цели, однако Цзюнь Мосе бесстыдно наслаждался тем, что играл роль «наполовину предателя» на тот момент.

Всякий раз, когда у Цзюнь Мосе выпадал шанс, он намеренно пытался подтолкнуть Ядро Суань между Тремя старейшинами из Города Серебряной Метели и девятью оставшимися учениками Ли У Бэя. Результат был явно очень, очень, очень эффективным. Три Старейшины просто не могли справиться с этим давлением, ведь у шестого и девятого старейшин уже начала появляться кровь в уголках рта.

Что касается девяти оставшихся учеников Ли У Бэя, они сражались против сильной оппозиции на тот момент. Цзюнь Мосе тактически перенаправлял к ним Ядро Суань примерно четыре или пять раз, давая им надежду. Каждый раз, когда кто-то из них заполучал это Ядро Суань и пытался изо всех сил сбежать с ним – неизбежно встречал на своем пути или Ши Чан Сяо, или Одинокого Сокола, и, в итоге, был вынужден бросить Ядро Суань кому-то другому.

Несмотря на то, что Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол заметили странное движение Ядра Суань, но, так как они никогда не слышали о возможностях Цзюнь Мосе оставаться невидимым, они не обращали на эти странности движения большого внимания.

Одинокий Сокол, очевидно, действительно наслаждался этим хаосом, но Цзюнь Мосе наслаждался этим еще больше. Однако было еще два человека в черной одежде, которые тайно прятались на одной из веток дерева, которое находилось в нескольких метрах. Они смотрели на этот хаос своим соколиным взглядом, и все это вызывало больше и больше сомнений в их сердцах.

- Третий брат, ты видишь, это Ядро Суань… Я уже давно пытаюсь прочитать чистоту своей ауры, и нет сомнений в том, что это первоклассное Ядро Суань, но почему я чувствую в нем что-то странное? – один из мужчин в черном дважды моргнул. - Это выглядит так аппетитно… Я почти хочу укусить его? За всю свою жизнь я видел много первоклассных Ядер Суань, но я никогда не чувствовал такого раньше... - он сглотнул слюну.

- Что-то не так, но это не связано с чистотой ауры этого Ядра Суань. Однако его сила, кажется больше… - человек, которого назвали «Третьим братом», замолчал на секунду, покачал головой, а затем продолжил. - Эта сила кажется очень похожей на ту, что исходит от пещеры Тянь Фа, но эта сила еще более заманчива, чем сила пещеры Тянь Фа!

- Мы должны найти способ захватить это Ядро, иначе босс будет... - третий Брат остановился, задрожав всем телом от страха.

- Э-э... Третий брат, пожалуйста, не упоминай босса, когда мы только вдвоем… иначе меня знобит, - другой мужчина в черном тоже вздрогнул от страха и с трудом оглянулся, казалось, он боялся, что его «босс» может внезапно появиться прямо за ним.

- У босса, конечно, нет времени думать о тебе сейчас. С тех пор как второй брат ушел, босс искал его. Если босс схватил бы Второго брата, тогда… он, он… он… - лицо третьего брата лукаво улыбнулось. Казалось, словно ему понравилось, что с этим так называемым «Вторым братом» разобрался их босс.

- Второй брат ушел в поисках лучшего будущего, но действительно ли ему свободным лучше, чем нам? Я действительно этого не понимаю, - человек в черном покачал головой, - если я когда-нибудь увижу его снова, я обязательно нападу на него, я разорву его на части!

- Ты? Хммм… Если бы вы двое столкнулись один на один, тогда я думаю, что Второй брат просто убил бы тебя на месте! – посмотрев на своего собеседника, ответил Третий брат, - ты ничто по сравнению с ним. Неужели ты думаешь, что можешь столкнуться с когтями Второго брата? Ты принял это во внимание?

- Его когти действительно мощные, но я уверен, что смогу справиться сам! Хотя, я должен признать, он действительно сильный! - человек, может быть, не признавал себя намного слабее, но он все еще уважал угрозу.

- Обрати внимание на то, что Ши Чан Сяо здесь есть самым сильным, и он будет стараться украсть Ядро Суань! Готовься действовать, мы займемся Ядром Суань! - Третий брат скомандовал, и двое мужчин начали действовать. Движение их ног было настолько великолепно скрыто, что казалось, они просто гуляют прямо по каплям дождя!

Однако, хотя в эпицентре событий было несколько экспертов Духа Суань, их никто не заметил, даже Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол! Было неясно, были ли эти люди еще сильнее, чем два эксперта на пике Духа Суань... Но было совершенно очевидно, что два высших существа до сих пор не заметили их присутствия!

Ши Чан Сяо взревел, а затем выпустил поле Ци из своего тела. Затем, он бросился вперед, чтобы снова захватить падающее Ядро Суань. В тот момент Ядро Суань как раз пролетало близко к его телу, а Одинокий Сокол был занят борьбой с Фэй Мин Чэнем. Это был самый лучший шанс, который у него был за все время этой путаницы!

Остальные пять экспертов Духа Суань знали о его намерении, но так и не смогли помешать ему. Трое старейшин из Города Серебряной Метели не были достаточно сильны, чтобы противостоять ему, поэтому они отклонились от него из-за жалости к самим себе. Радуясь только тому, что им больше не придется терпеть травмы и ранения, они смотрели, как Ши Чан Сяо приближался к Ядру Суань!

Несмотря на то, что Фэй Мин Чэнь не хотел, чтобы Ядро Суань попало в руки Ши Чан Сяо, его силы едва можно было сравнить с Тремя старейшинами из Города Серебряной Метели, и, разумеется, его сил было абсолютно недостаточно, чтобы противостоять Ши Чан Сяо. Фэй Мин Чэнь только собирался уравновесить силу этой битвы, но теперь каким-то образом он сумел ввязаться в битву с Одиноким Соколом. [Ах, почему я так несчастен...? Все, что я могу сделать – просто смотреть].

Только один человек был способен остановить Ши Чан Сяо, и этот человек был Одиноким Соколом. Одинокий Сокол был самым быстрым и самым подвижным человеком среди «Восьми Великих Мастеров», он был непревзойденным. Даже Ши Чан Сяо не смог сравниться с его скоростью. Одинокий Сокол был единственным, кто смог бы добраться до Ядра Суань раньше, чем планировал Ши Чан Сяо, но тогда Одинокому Соколу пришлось бы столкнуться с отчаянием очень сердитого человека.

К сожалению, Одинокий Сокол не собирался это делать. В конце концов, его намерение состояло не в том, чтобы захватить Ядро Суань. Его страсть к битве была намного сильнее, чем его стремление к мирским объектам.

Одинокий Сокол уже все решил для себя, и Ши Чан Сяо понял этот факт. Поэтому Ши Чан Сяо начал действовать в полную силу, так как знал, что, хотя на сцене присутствовали несколько влиятельных экспертов, никто не сможет остановить его, если Одинокий Сокол так решил!

Ши Чан Сяо протянул правую руку, чтобы схватить Ядро Суань, приблизившись к нему! Ши Чан Сяо летел на полной скорости, но просто подождал момента, когда Ядро Суань встретится с его ладонью! Он явно был очень взволнован! [Ядро Суань девятого уровня! Наконец-то, ты у меня в руках!]

Глава 188. Непредвиденное обстоятельство

Ши Чан Сяо для себя уже решил, что он убежит сразу после того как сможет получить ядро Суань. Несколько лет назад в своем уровне уровень совершенствования Ши Чан Сяо уже достиг пика царства Духа Суань, но с тех не было никакого прогресса. Тем не менее, с помощью этого Ядра Суань он смог бы достичь новых и непреодолимых высот!

Ши Чан Сяо был уверен, что после того, как ему удастся расширить свой Суань Ци, он будет способен побороть Мо Вэнь Тяня. А затем, он был уверен, что он сможет бросить вызов Ли Ю Тяню. Таким образом, Ши Чан Сяо смог бы занять место в списке «восемь великих мастеров». Если ему удастся победить Ли Ю Тянь, тогда его имя будет произноситься на одном дыхании, прямо как имя Юн Би Чена! Тогда Ши Чан Сяо оказался бы на вершине мира!

Даже Империя Шэнь Цы выиграла бы от этого и стала бы повелительницей континента Суюань Суань! Потому что самый сильный человек Ши Чан Сяо - из Империи Шэнь Цы!

Ши Чан Сяо не мог контролировать свое волнение. Все эти мысли мелькали у него в голове, он даже начал благодарить Одинокого Сокола за то, что тот позволил ему воспользоваться этой возможностью!

Трое старейшин из Города Серебряной Метели не могли понять причину таких действий Одинокого Сокола, но они знали и понимали, что так просто Одинокий Сокол не позволил бы завладеть Ши Чан Сяо Ядром Суань. Поэтому трое из них снова соединили руки и собрались атаковать Ши Чан Сяо!

Однако Ши Чан Сяо был настолько близок к успеху на тот момент, что полностью проигнорировал их движение. Он сосредоточил все свое внимание на том, чтобы получить в руки Ядро Суань! Трое старейшин из Города Серебряной Метели воздерживались от использования своих полей Ци в борьбе против Ши Чан , потому что они боялись получить травмы, но этот страх был ничем по сравнению с тем террором, который Ши Чан Сяо мог бы устроить если ему удастся захватить это Ядро Суань!

Однако ситуация уже вышла из-под контроля…

Цзюнь Мосе беспомощно смотрел на все происходящие действия. Даже учитывая, закон исчезновения Инь и Янбыл для всех абсолютно необъяснимым явлением и учитывая тот факт, что Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо не могли просто обнаружить его присутствие, тело Цзюнь Мосе все еще было реально.. Если он опрометчиво ворвался бы в поле Ци Ши Чан Сяо, и что-то пошло не так, - то он бы подвергнется значительной опасности. В конце концов, в сравнении с остальными сила Цзюнь Мосе была намного слабее!

[Разве эти два странных парня не собираются что-то сделать?] Цзюнь Мосе был уже довольно зол и даже уже начал мысленно ругаться. На самом деле, Цзюнь Мосе даже забыл, что эти два странных мужчины не были под его контролем… [Должен ли я использовать всплеск Пагоды Хунцзюнь как последнее средство?] Думал молодой господин Цзюнь. [Если что-то выйдет из-под контроля, я использую ее как последнее средство!]

Однако очередной неожиданный поворот событий снова поразил всех...

- Это Ядро Суань принадлежит мне! – прозвучал громкий голос.

По случайному совпадению этот голос совпал с раскатом грома, хотя на самом деле, этот голос даже заглушил гром. Мощный и громкий голос услышали все. Казалось, этот голос просочился на дно их душ! Две человеческие фигуры, одетые в черную одежду очень быстро покинули свое укрытие. Один из двух мужчин был нечеловечески большой и стройный! Фактически, его тело было настолько огромным, что даже Дугу Виду по сравнению с ним казался скромненьким! Этот человек пробился вперед и прошел мимо троих старейшин из Города Серебряной Метели, а затем приземлился прямо перед Фэй Мин Чэнем и Одиноким Соколом и начал дико бить их.

Другой человек быстро пронесся в воздух и направился к Ши Чан Сяо. Его ловкость невозможно было сравнить даже со скоростью ветра: он небрежно протянул руку и схватил Ядро Суань прямо из-под носа Ши Чан Сяо. Тем временем его другая рука вытянулась и, столкнувшись с ладонью Ши Чан Сяо, противостояла отчаянной атаке Ши Чан Сяо!

«Бах!». Их столкновения вызвало громкий шум, Ши Чан Сяо был отправлен в воздух, неспособный контролировать свое тело. Мужчина в черном рассекал кувырками воздух, создавая чудесное воздушное шоу. Но затем его тело внезапно изменило свое направление, и он направился прочь с Ядром Суань!

- У меня есть, пойдем!

Цзюнь Мосе находился в состоянии полного шока, он тут же начал подталкивать свою Ци в пагоду Хунцзюнь, чтобы способствовать полному вращению пагоды в надежде использовать ее энергию, чтобы восстановить контроль над ситуацией.

С того времени как Цзюнь Мосе привел в действие пагоду Хунцзюнь, чтобы использовать закон исчезновения Инь Ян, Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо не обращали на это внимания. Но вот тело человека в черном, который забрал Ядро Суань, сразу задрожало, и он внезапно обернулся. Его сверкающие глаза искали источник этого импульса, однако он не сбросил скорость передвижения. Даже тело второго человека дрожало в тот момент, когда пагода Хунцзюнь была приведена в движение, и он тоже начал озираться по сторонах.

Этот большой и крепкий человек был занят борьбой с пятью специалистами Духа Суань, но он не пытался уклониться от их атак. Фактически, он с готовностью обменивался ударами с ними: толкал их за каждый удар и ударял их в ответ за каждый удар, который они ему нанесли. Его тело превратилось в боксерскую грушу для пяти экспертов Духа Суань, и все пятеро из них ударили его несколько раз подряд, заставляя человека для защиты закрыть его живот руками, крича, облегчая таким образом себя от физической боли. Тем не менее, его другая рука все еще продолжала ударять трех старейшин из Города Серебряной Метели, огромного веса его рук было достаточно, чтобы дать им о чем подумать!

Этот человек продолжал обмениваться ударами с пятью экспертами Духа Суань, пока его товарищ не выдал команду отступать. Как только команда была отдана, этот человек изменил свою стратегию: он начал пытаться убежать от своих врагов. Тем не менее, все уже осознали его намерение, и все они быстро сформировали вокруг него круг, пиная и ударяя его одновременно, убеждаясь, что он не сможет сбежать живым!

Вдруг еще одна удивительная вещь случилась...

Как и раньше, этот крепкий человек не стал защищаться. Несмотря на то, что его тело дрожало под воздействием боли, он не обращал на это внимания до тех пор, пока он не вышел из окружения. Затем он завыл от боли и, искривившись в талии, выплюнул небольшое количество крови... И затем, развернув свои гигантские ноги, он отскочил от толпы в более безопасное место.

Одинокий Сокол, Фэй Мэн Чен и Три старейшин из Города Серебряной Метели просто мрачно смотрели в след!

Уровень совершенствования этого человека уже должен был достигнуть царства Духа Суань, что было весьма исключительным и редким по существу. Однако, хотя казалось, что он был немного сильнее Фэй Мэн Чена, он все еще был заметно слабее Одинокого Сокола! Все присутствующие уже смогли догадаться об этом! Тем не менее, даже учитывая это - этот безумный маньяк каким-то образом, не защищаясь, провернул борьбу в одиночку против пяти экспертов Духа Суань. О таком подвиге даже Юн Би Чена не смог бы мечтать!

Несмотря на то, что эти эксперты Духа Суань уже потребили достаточное количество своей энергии, они все еще оставались экспертами духа Суань!

Даже если бы команда из пяти представителей Духа Суань столкнулась с этими экспертами, они бы тоже не проявили особой смелости, особенно если учесть тот факт, что эти пять экспертов Духа Суань были в очень отчаянном и истеричном состоянии на тот момент...

Этот человек не только пережил так много ударов, но на самом деле даже сумел убежать без потери крови! И хотя он получил некоторые травмы, это все равно не повлияли на скорость, с которой он сбежал от них! [Что происходит? Это дело только становится все более странным с каждой минутой ?!]

Эта внезапная смена событий, очевидно, оставила Ши Чан Сяо в подавленном настроении. В конце концов, из всех он был ближе всего к успеху перед тем как эти двое мужчин вмешались. Несмотря на то, что его гнев был на грани взрыва, подозрительность в его сердце сдерживала его гнев... [В этом мире едва найдется горстка людей, которые на самом деле способны пройти мимо моего поля Ци, а затем оттолкнуть меня прямо в бою, чтобы украсть что-то прямо у меня под носом… и я могу перечислить их всех... но кто этот парень? Единственное, в чем я уверен, это то, что этот человек не один из «Восьми великих мастеров»... но кто, кроме нас, имел бы смелость зарядить в логово тигра таким образом?]

Крик другого человека в черном мгновенно вытащил Ши Чан Сяо из его мыслей. Он сразу понял, если этого человека был напарник, то Ши Чан Сяо, естественно, подумал перехватить партнера этого человека. Но тем не менее, обернувшись, он стал свидетелем безумия: этот человек убежал из окружения пяти экспертов Духа Суань. Ши Чан Сяо остался приклеен к своему месту, открыв рот от шока…

Команде из двух человек как-то удалось проникнуть внутрь, а затем удалось украсть Ядро Суань из рук двух экспертов на пике Духа Суань, четырех экспертов Духа Суань и около двадцати экспертов Неба Суань...

Если бы эта новость разошлась – всем им не миновать позора.

Однако ни у кого не было времени подумать о позоре, который им пришлось бы вынести, так как они все еще были прилипшие к полу, не шевелились от пережитого шока! Боевые возможности этих двух людей были неслыханными! Даже Юн Бэй Чен не был способен делать то, что только что продемонстрировали эти два человека!

- Боже мой, что это за монстры? – эксперт Земли Суань, который наблюдал за битвой из внешней периферии, в ужасе открыл рот и сказал это, даже не беспокоясь о капельках дождя, которые попадали прямо ему в рот.

Несмотря на то, что его реакция была довольно нормальной, Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол немедленно остановились, несмотря на то, что они решили последовать за этими двумя людьми! Они оба смотрели друг на друга с широко открытыми глазами. Каждый ясно видел ужас в их обычно уверенных глазах!

Фей Мэн Чен медленно подошел к ним и с серьезным видом на его лице спросил довольно мягким тоном:

- Были они?

Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо хмыкнули. Лица этих двух экспертов пика духа Суань уже побледнело. Лицо Фэй Мэн Чена также изменило цвет, побледнев.

Трое старейшин из Города Серебряной Метели также в ужасе переглядывались друг с другом. Шестой старейшина вытер кровь, которая окрасила уголок его рта:

- Тянь Фа…

- Моя жопа, - сердито рявкнул третий старец, - Ты думаешь, ты такой умный? Разве нам не достаточно стыда за один день... разве этого недостаточно? – затем, вздохнув, добавил, - Поскольку они уже присоединились к этой битве, мы должны немедленно собраться и уйти отсюда с Маленькой Принцессой.

- Вернутся ли они снова? - Ши Чан Сяо нахмурился, пробормотав про себя. Он протянул руку и посмотрел на свою ладонь, на которой теперь красовалось четыре красных следа! [Если бы не мое поле Цы, я бы потерял руку! Этот знак на ладони похож на след дикого зверя, а не на человека… ]

Согнув пальцы, Ши Чан Сяо вздохнул и сказал:

- Теперь моя рука коснулась их, но разве эта легенда действительно верна? - страх из-за травмы, которую он только что перенес, все еще присутствовал в его голосе.

Глава 189. Убийственные летающие ножи

- Ты уже сдался? Я думаю, ты способен догнать их, избить и забрать это Ядро Суань, если хочешь, конечно же… Для этого у тебя просто должен быть позвоночник! - Одинокий Сокол злорадствовал, улыбаясь. - Так и есть! И, возможно, ты неожиданно столкнешься с высшим существом… и кто знает, может быть, ты даже выиграешь, и твое эпическое сражение запомнится на веки вечные...

Ши Чан Сяо застыл, услышав эти слова. Обернувшись, он яростно и жестоко взревел:

- Заткни пасть! Держи при себе свои чертовы слова, если не хочешь умереть!

Следует отметить, что Ши Чан Сяо был не только одним из «Восьми великих мастеров», но он также был довольно старомодным и воспитанным человеком, и поэтому большинству людей было довольно сложно вообразить его, кричащего такие слова в сторону кого-либо, не говоря уже о том, чтобы он кричал такие слова другому представителю «Восьми великих мастеров».

Ши Чан Сяо смотрел прямо в глаза Одинокого Сокола, а все остальные уже начали готовиться к неизбежной битве, которая обычно следовала после такого обмена любезностями! Однако, вне всяких ожиданий, эти слова не смогли разжечь пламя войны!

Если бы такие слова были произнесены при любых других обстоятельствах, то это привело бы к резкой реакции со стороны Одинокого Сокола и вызвало бы очень ожесточенную битву между двумя мастерами. Тем не менее, Одинокий Сокол не только не вышел из себя, но фактически вместо этого он просто смеялся. Большинство людей оставались ошеломленными, не понимая, почему так.

Девять учеников Ли У Бэя уже поняли, что, несмотря на то, что их Шестой брат не двигался после столкновения с Одиноким Соколом, он еще не умер, но в настоящий момент был в коме, приближаясь к своей смерти.

На данный момент все они прижались к большому дереву, одной рукой поддерживая раненых товарищей, а другой — поддерживая свою охрану. Из этих десяти человек шестеро получили ранения в битве, которая только что состоялась. А Шестой брат был не просто очень серьезно ранен — он оказался в коме.

- Ядро Суань забрали, что будем делать теперь? Молодой Ли будет очень разочарован, - вздохнув, сказал Лэй Цзянхун. - Кто бы мог подумать, что даже все наши силы вместе окажутся совершенно бесполезными в битве...

- Никто не мог бы... поскольку даже двое из «Восьми великих мастеров» не смогли ничего сделать. Я считаю, что даже наш собственный Учитель вышел бы с пустыми руками из этой битвы… Так что, пожалуйста, не принимай это слишком близко к сердцу, Большой Брат.

Молодая женщина, стоявшая за ним, сказала низким тоном:

- Более того, даже Три старейшины из Города Серебряной Метели были бесполезными. Тогда чего мы стоили в такой битве? - ее слова сразу же ослабили напряженность внутри их группы.

- Шестой брат сейчас… Молодой Ли хотел бы использовать его для слежки за Цзюнь Мосе, что будем делать с этим? - Лэй Цзянхун нахмурился из-за боли, которую он почувствовал, глядя на почти безжизненное тело своего товарища.

- Молодой Ли родом из дома Императорского Учителя. Он умный и изобретательный, и он обязательно найдет кого-то другого для выполнения этой задачи, - ответила женщина, - если он не сможет найти подходящих кандидатов, я возьму на себя эту ответственность.

- Мне интересно узнать, кто эти люди в черном? Как они могут быть такими могущественными? В этом мире есть только горстка людей, владеющая такой большой властью, но я никого из них не узнал! Что еще более удивительно, так это то, что хотя эти люди в черном были слабее, чем Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол, они не погнались вслед за ними… Ладно, Одинокий Сокол не пришел сюда ради Ядра Суань, поэтому я могу понять его бездействие, но Ши Чан Сяо не погнался за ними вслед… это очень удивительно, поскольку ранее он был готов рискнуть всем ради Ядра Суань…

- Ты прав. Я думаю, что, хотя сила этих двух людей была меньше, чем силы Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо, но они, несомненно, достигли царства Духа Суань. Хотя мы не знаем, кто эти таинственные эксперты... поэтому я могу только сделать вывод, что их происхождение должно выходить за рамки наших знаний!

Красивые брови женщины смущенно морщились, в тот момент, когда она спросила:

- Но что беспокоит меня еще больше... Почему Одинокий Сокол и Ши Чан Сяо, кажется, боятся их? Есть ли в этом мире такая сила, которую даже эти два мастера боятся спровоцировать?

- Неужели в этом мире может быть сила, которую даже« Восемь великих мастеров» боятся спровоцировать? - Лэй Цзянхун нахмурился. Но никто из членов их команды не смог ответить на этот вопрос.

Но их разговор уже привлек внимание Цзюнь Мосе, который все еще скрывался. Руки Цзюнь Мосе уже начали чесаться, когда он услышал, что они были товарищами Ли Юрана, и было еще хуже, когда он услышал, что Ли Юран попросил их следить за ним. В результате Цзюнь Мосе просто не мог контролировать свое желание снова убивать.

Дождь, наконец, начал немного ослабевать.

- Брат Ши, Брат Сокол, Фэй Мин Чэнь, если мы сегодня обидели вас, тогда, пожалуйста, позвольте нам компенсировать это чашечкой нашего наилучшего чая в следующий раз, когда мы встретимся, - выйдя вперед, сказал Третий старейшина Города Серебряной Метели. - Мы пойдем, если больше нечего сказать.

Несколько силуэтов, которые находились поодаль, уже начали рассеиваться, среди них были те немногие, из собравшихся из сил города, включая военных, которые собрались ради Ядра Суань. Они все поняли, что уже нет никакой необходимости задерживаться здесь, стоя бесцельно под дождем, так как Ядро Суань уже забрали, поэтому они решили вернуться в свои убежища.

Когда Три старейшины Города Серебряной Метели начали уходить, Ши Чан Сяо беззаботно ответил:

- Пожалуйста, не обвиняйте себя в том, что проиграли здесь сегодня. Позже я приму ваше приглашение.

Три старейшины усмехнулись, и, прыгнув вверх, собравшись вместе со своими четырьмя товарищами, ушли.

Ураган разбушевался в небе, как только они ушли. Оказалось, что Одинокий Сокол также решил уйти, даже не попрощавшись. Хотя до того, как он ушел, он все же произнес несколько слов на прощание, однако казалось, что его голос звучал издалека:

- Оскорбляет меня то, что в Городе Серебряной Метели думают, что они могут очаровать всех нас своим глупым чаем, и, о, скажите Хань Фэн Сюэ, что я приеду к нему! У Бэй, скажи своему господину, что я буду готов на случай, если он захочет неприятностей! - хотя его голос все еще звучал в небе, его тело уже исчезло.

- Сокол, будь осторожен со словами, которые говоришь, - быстро ответил Ши Чан Сяо, но было неясно, услышал ли его замечание Одинокий Сокол, поскольку ответа не было.

Усмехнувшись, Фэй Мин Чэнь обернулся и неторопливо уплыл прочь! Он преодолел тысячи километров от дома с единственной целью захватить Ядро Суань. Но даже, несмотря на то, что Ядро Суань исчезло у него прямо перед глазами, он не выглядел очень разочарованным, так как он был достаточно мудр, чтобы понять, что ему повезло просто остаться в живых.

Видя, что толпа уже рассеялась, Ши Чан Сяо вздохнул: [эти люди все еще там… Я должен встретиться с Юн Би Ченом и Ли Ю Тянем, чтобы обсудить некоторые предложения]. Его сердце все больше и больше расстраивалось поворотом событий, из-за чего он очень беспокоился, так как Ядро Суань выскользнуло прямо из его рук...

- Сэр, - эксперт Неба Суань почтительно обратился к Ши Чан Сяо.

- Вы вернетесь в лагерь и останетесь здесь. Мне нужно сделать кое-какие личные дела. Я позже присоединюсь к вам, - после долгих размышлений заявил Ши Чан Сяо.

- Есть! - шесть человек приняли приказ. Четверо из этих мужчин вытянули руки, чтобы поддержать двух травмированных мужчин. Они еще раз посмотрели на учеников Ли У Бэя, затем повернулись, чтобы отдать честь Ши Чан Сяо, а затем исчезли в дожде.

Ши Чан Сяо снова взглянул на свои руки, медленно двигаясь в воздухе. Казалось, странное, но опустошающее чувство настигло его сердце. Он вдруг посмотрел в небо, а затем вздохнул и прежде чем вспыхнуть, достал бутылочку и бросил его в сторону Лэй Цзянхуна. Видно было, как мерцающее тело Ши Чан Сяо убиралось прочь от команды Лэй Цзянхуна, затем он полностью исчез из поля зрения...

Лэй Цзянхун внимательно посмотрел на маленькую нефритовую бутылочку в руке и заметил два слова: «Воскрешающая жидкость»! Он не мог не радоваться. Но подняв глаза, чтобы поблагодарить Ши Чан Сяо, понял, что к тому моменту человек уже ушел. Эта «Воскрешающая жидкость» была торговой маркой семьи Ши Чан Сяо, и они были единственными, кто мог ее изготовить. Хотя это секретное лекарство, возможно, не обязательно было способно возрождать мертвых. Но это было способно обеспечить выживание любого из живых!

Лэй Цзянхун быстро приказал своим товарищам и те немедленно и аккуратно подобрали тело Шестого брата. Здравый смысл Лэй Цзянхуна подсказывал ему о надвигающейся опасности, когда тот открыл нефритовую баночку, и его тело подсознательно уклонилось, чтобы избежать этой невидимой опасности.

Почти одновременно раздалось несколько криков!

У четверых людей, из собравшихся вокруг Шестого брата, тотчас же началось кровотечение из носа и рта, а затем они молча упали на землю!

Каждый нож забрал по жизни! И все четверо умерли безмолвной смертью! Три из них были экспертами Земли Суань, а четвертый - экспертом Неба Суань!

- Молодой... - Лэй Цзянхун протянул руку. Его тело сразу же напряглось, - Кто ты? Приди и встань передо мной! Не прячься в темноте, атакуя нас со спины. Выйди, сукин сын... выйди... Ты... ты... Ты... где ты?

Лэй Цзянхун яростно взревел, продолжая ругаться, его глаза уже покраснели от ярости! Казалось, что он уже потерял рассудок, так как он уже начал бегать кругами в бешеной попытке найти своего нападающего, но не смог найти никого. В конце концов, он опустился на землю и заплакал. Остальные четыре оставшихся его спутника были так же потрясены, как и он, и так же начали кричать и плакать.

Пятеро из них попытались снова найти, но не смогли найти следов своего врага. Они никогда не думали, что они вдесятером смогут выйти из битвы с командой экспертов Неба Суань и даже с некоторыми экспертами Духа Суань только с одной жертвой. Но теперь их внезапно застали врасплох после окончания битвы, и еще четверо из их людей внезапно погибли!

Лэй Цзянхун нагнулся и вытащил нож из груди Девятого брата, чтобы осмотреть его. Он заскрежетал зубами, говоря:

- Я никогда не видел раньше подобного метательного ножа… наш враг явно специально разработал подобное, чтобы обмануть нас. До тех пор, пока вы не определите происхождение этого ножа, атакуйте безжалостно! Мы должны отомстить за смерть наших братьев!

- Они не умрут просто так, мы клянемся отомстить за каждого убитого человека! – выкрикнули в гневе четверо других одновременно.

Женщина вдруг воскликнула:

- Где остальные три ножа? - они все обернулись, а затем внезапно застыли в страхе. Кто-то действительно забрал три оставшихся ножа из груди умерших. Более того, этот таинственный нападающий пошел вперед и даже безжалостно перерезал горло у этих людей, чтобы подтвердить убийства! Кто-то сумел украсть эти три оставшихся ножа за очень короткий промежуток времени.

Все смотрели друг на друга, потому что взрыв ужаса заполнил их головы!

Глава 190. Второй раз

Кровь продолжала хлестать из мертвых тел, а с неба все продолжал литься дождь. Кровь начала медленно становиться розовой, вместо красной, а вскоре и вовсе стала бесцветной.

Развернувшись, молодая женщина хотела достать из ближайшего мертвого тела нож, чтобы сравнить лезвия. Она задрожала всем телом от страха, когда осознала, что лезвие исчезло, несмотря на то, что находилось очень близко к ней. [На самом деле призраки существуют?] Все пять человек были в шоке!

[Кто-то действительно сумел тихо проникнуть и остаться незамеченным в круге из пяти экспертов Неба Суань! Даже нормальный эксперт Духа Суань не может совершить такой подвиг. Но если этот человек уже достиг царства Духа Суань, тогда зачем ему нужно действовать так скрытно ото всех?!

Но если этот человек не является специалистом Духа Суань, то, какое возможно другое объяснение? Есть этому объяснение или нет объяснения, ясно одно: мы не должны здесь оставаться больше ни минуты! Но мы не можем оставить наших братьев здесь… Пятеро из нас могли бы легко уйти, если бы мы оставили здесь четырех мертвых, но как насчет Шестого Брата? Он еще жив... Только едва... Если мы оставим его здесь, тогда он точно умрет! Что еще может быть хуже?]

Пятеро из них решили подобрать по одному человеку, и, хотя они старались как можно быстрее уйти, время от времени их глаза все равно поглядывали назад. Даже проливного дождя было недостаточно, чтобы потушить огонь ненависти в их глазах, и казалось, что они оглядываются назад, чтобы хоть взглядом встретить нападавшего...

Эти метательные ножи принадлежали Цзюнь Мосе. Он решил их убить уже тогда, когда понял, что они друзья Ли Юрана. Очевидно, их попросили принять участие в борьбе за Ядро Суань, и, скорее всего, они покинут город Тянсян, как только битва за Ядро Суань закончится. Но раз Ли Юран смог однажды найти помощников... он всегда сможет это сделать снова!

Более того, поскольку эти люди были выпускниками Ли Юрана, Цзюнь Мосе просто не мог рисковать. Эти эксперты Неба Суань, возможно, оказались совершенно бесполезными в этом сражении против экспертов Духа Суань, но эти люди все еще могли угрожать существованию Семьи Цзюнь! Если семья Ли решила бы биться с семьей Цзюнь, то они могли бы легко использовать этих людей для устрашающего эффекта! Эти люди только что сражались в жесткой битве и уже исчерпали большинство своих Суань Ци. Если бы наемный убийца Цзюнь упустил эту возможность, он бы жалел об этом всю свою оставшуюся жизнь. И поэтому молодой господин Цзюнь решил убить их под прикрытием этого дождя!

Однако молодой господин Цзюнь даже не думал, что ему удастся убить все четыре намеченные цели! Контроль за четырьмя ножами, находясь в состоянии невидимости, уже подтолкнул Цзюнь Мосе к его нынешним пределам, поэтому он никогда не думал, что каждый его удар действительно заберет по жизни...

[Мне удалось убить эксперта Неба Суань!] Молодой господин Цзюнь не мог не чувствовать себя удовлетворенным из-за своего достижения.

Все уже покинули место действия, а оставшиеся мертвые тела были очищены патрулем города. Место, которое было центром большой ожесточенной битвы между некоторыми легендарными воинами, теперь было совершенно пустым, оставив в качестве реквиема лишь обломки зданий и обезглавленную растительность. Даже кровь уже смылась дождем, но интенсивный запах крови наверняка задержался надолго...

Остальная команда Лэй Цзянхуна долгое время молчала, но вдруг он внезапно обернулся и прошептал дереву:

-Ха-ха, я все еще жду тебя...

Некоторое время он подождал, а затем прошептал другому дереву:

- Думаешь, я не поймаю тебя когда-нибудь?

Он говорил мягким и низким голосом, но все-таки со следами гнева в нем. Это казалось довольно безразличным, почти так, как будто он просто болтал с другом. Но никого не было... Некоторое время он подождал, и затем снова заговорил безразличным тоном, повторяя свой приговор:

- Я все еще жду тебя…

Некоторое время он помолчал, а затем снова заговорил:

- Выходи! Разве ты не хочешь, чтобы я лично разрубил твое тело?

Через какое-то время он снова повторил.

Но на его слова никто не ответил.

Он продолжал шептать деревьям по дороге, время от времени, казалось, не унывая из-за отсутствия ответа с другого конца. Если бы доктор услышал его бесстрастные угрозы, тогда этот врач поставил бы Лэй Цзянхуну диагноз психического заболевания... Он продолжал повторять про себя, казалось, лишенный настойчивости, чтобы остановиться…

Двое мужчин в черном снова появились на поле. Большой и плотный человек большими губами объявил:

- Кто ты? Ты знаешь, что мы здесь сейчас? Прекрати играть в свои игры и быстро выходи.

Эти два таинственных человека были, очевидно, теми, кто ранее захватили Ядро Суань, а затем сбежали с места событий. Тем не менее, Цзюнь Мосе начал вращение Пагоды Хунцзюнь на полную силу в то время, когда те двое убежали, надеясь, что это заставит их вернуться сюда, чтобы встретиться с ним.

Логика была очень простой. Даже эксперт уровня Ши Чан Сяо не смог понять, что это Ядро Суань не настоящее. Но эти два человека поняли, что это Ядро Суань отличается от обычного. На самом деле, казалось, что эти два человека были чрезвычайно чувствительны к Ауре, исходящей от этого поддельного Ядра Суань… Очевидно, что в случае, если предположение Цзюнь Мосе было неверным, его ожидание было бы бесплодным.

Хотя эти два человека почувствовали Ауру, которая вышла из Пагоды Хунцзюнь, они также предположили, что источник этой Ауры будет чрезвычайно сильным. Более того, они также были готовы вернуться с пустыми руками, так как они не были уверены, действительно ли источник Ауры проявит себя.

Однако, хотя источник Ауры не раскрылся сразу, эти люди были настроены немного скептично по поводу раннего ухода. [Если кто-то намеренно выпустил эту Ауру, то у человека явно было что-то. Возможно, другой план, или, может быть, он просто хотел поздороваться с нами...] Поскольку чистота этой Ауры уже пробудила их желания, эти люди сразу решили рискнуть и прийти во второй раз, полностью осознавая, что это может быть очень опасно. Таким образом, эти два человека спрятались сразу после того, как убежали с Ядром Суань, и ждали, пока все уйдут, чтобы затем снова вернуться на поле битвы.

В конце концов, чистота этой Ауры была самым соблазнительным явлением для них в мире! Ни за какие драгоценности, ни богатства, ни техники, ни силы, и ни за какие лекарства не могли они решиться на такой большой риск!

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не был уверен в этом в то время, но план до сих пор шел точно так, как предполагалось! Цзюнь Мосе сумел использовать Ядро Суань, чтобы спровоцировать битву между конкурентами. Он сумел подорвать силы Ли Юрана, убив и ослабив команду Лэй Цзянхуна, и даже сумел повредить Трех старейшин из Города Серебряной Метели. Этот план действительно был очень хорош до сих пор, потому что все эти люди были заклятыми врагами семьи Цзюнь и в будущем могли вызвать некоторые серьезные проблемы для семьи Цзюнь. Несмотря на то, что ему не удалось полностью уничтожить своих врагов, ему, по крайней мере, удалось отложить их приход к нему с угрозами!

Цзюнь Мосе сумел все это спланировать и даже каким-то образом сумел выполнить этот план до совершенства просто с помощью импровизации!

Но что касается этих двух таинственных людей, то настало время для Цзюнь Мосе снова пошевелить мозгами!

-Ха-Ха, - звук низкого, странно-мистического, но мощного и звучного смеха возник в нескольких метрах перед этими двумя мужчинами. [Впереди нет ничего... просто дерево! Но источник звука определенно перед нами!]

Хотя возникновение этих двух людей было очень загадочным, но даже они никогда не были свидетелями чего-то настолько странного во всей своей жизни! Они одновременно отступили назад и сразу же подняли руки к груди для защиты.

- Что ты, черт возьми, такое? Выходи!

Без каких-либо признаков предупреждения, третий человек, одетый в черное, неожиданно появился перед двумя мужчинами, самым причудливым способом! Тело этого человека просверлило свой путь из земли, будто земля под ногами была просто иллюзией! Сила этих двух людей уже достигла царства Духа Суань, но они никогда не слышали о такой технике, как эта!

Можно сказать, что даже Юн Би Чен отказался бы поверить в то, что что-то подобное возможно!

Это было просто странно!

Но еще одно очень странное произошло прямо перед тем, как этот таинственный третий человек появился. Как раз перед тем, как появился этот человек, два незнакомых человека в черном почувствовали слабый намек на ту самую Ауру, которая заманила их сюда, и она, казалось, исходила прямо из тела этого третьего человека.

Теперь они были полностью уверены, что это не иллюзия!

- Как твое имя? Зачем ты нас привел сюда? - осторожно спросил высокий и стройный мужчина.

- У меня, очевидно, есть причины привести вас сюда, - с легкостью ответил недавно прибывший человек. - Я Фэн Цзюцин. Могу ли я узнать ваши имена?

- Ты не знаешь нашу историю? – плотный мужчина спросил с недоумением, глядя на его лицо. [Когда этот человек так вырвался из-под земли, я подумал, что он необычный, но его имя явно ненастоящее... У меня странное чувство...]

- Я знаю вашу историю, но я не знаю ваших имен. В конце концов, разве это не сложно угадать, учитывая вашу историю? – третьим человеком, очевидно, был Цзюнь Мосе. [Если бы я не догадался о вашем происхождении, то какой смысл был бы мне сюда приезжать?]

- О, это правильно... Я Длинный Журавль, а это мой Четвертый Брат, Большой Медведь, - тонкий человек в черном, Длинный Журавль, кивнул, продолжая говорить, - мы много слышали о вас, брат Фэн Цзюцин! Мы умирали, чтобы встретить человека с такой знаменитой репутацией. Мы считаем, что нам очень повезло находиться в вашей компании сегодня.

- Вы слышали имя Фэн Цзюцин раньше? - Цзюнь Мосе наклонил голову. [Я впервые в своей жизни слышу это имя, но вы уже слышали его раньше? Не говорите мне... я что случайно заимствовал имя знаменитости?]

Человек по имени Большой Медведь прямолинейно ответил:

- Разве это не то, что обычно ваши люди говорят на знак вежливости? Разве они не притворяются, что слышали о вашем имени?

[Ах! Черт возьми!]

- Хе-хе, вы на самом деле преодолели две тысячи миль в город Тянсян ради Суань Ядра девятого уровня? - Цзюнь Мосе почесал свой нос.

- Это уплотненное Ядро Суань девятого уровня! Обычные эксперты могли повестись на это… но, к счастью, у нас большой многолетний опыт, - Длинный Журавль повернулся и бросил поддельное Ядро Суань, которое изменил Цзюнь Мосе. [Эта поездка оказалась совершенно бесполезной, но кажется, теперь все может стать лучше].

Он выразительно посмотрел на Цзюнь Мосе:

- Однако мы не думаем, что наша поездка будет считаться полной пустой тратой времени, раз мы встретили тебя. Нам кажется, что нас ждет много неизвестных и великих вещей!

Глава 191. Настоящая цель

- Естественно. Конечно, я обладаю большей ценностью, чем Ядро Суань, - с искушением в голосе проговорил Цзюнь Мосе. Сам по себе Цзюнь Мосе явно не мог соответствовать своим словам, но пока у него была Пагода Хунцзюнь, которая поддерживала его, он мог дать этим людям вещи гораздо более ценные, чем они могли себе представить.

- Возможно, ты неправильно понял нас. Мы пришли сюда в поисках этого уплотненного Ядра, а не за деньгами или чем-то подобным, - Длинный Журавль посмотрел на Цзюнь Мосе с намеком на боль и разочарование. - Мы здесь только из-за этого уплотненного Ядра, мы не намерены делать что-либо еще.

Цзюнь Мосе обратил особое внимание на их слова и понял, что эти люди ссылаются на Ядро Суань как на «уплотненное» ядро, и он чувствовал, что эти два человека считают эти две вещи совершенно разными.

- Брат, тебе не кажется, что этот парень говорит слишком много глупостей? Парень, быстро убирайся! Ты меня злишь! - глаза Большого Медведя смотрели на Цзюнь Мосе. - В противном случае, я побью тебя до смерти! В любом случае, твоя жизнь бессмысленна, поэтому мы можем использовать ее для некоторого удовольствия, а... что скажешь, Третий брат?

- Побьешь меня до смерти? Уверен, что хватит сил? – прикрыв веки, произнес свои слова Цзюнь Мосе с довольно гордым и уверенным видом. Хотя Цзюнь Мосе был довольно удивлен, что его смелое отношение не сильно испугало этого человека, он хорошо понимал, что ему все равно придется продолжать эту шараду.

-Вероятно, нет, - Большой Медведь покачал головой, а затем, выдохнув, сказал: - Но у тебя, конечно же, не хватит сил убить меня!

- Я говорил с тобой? И я сказал, что хочу убить тебя? Хотя я скажу это, я восхищаюсь твоей силой так же, как ты восхищаешься моей, - Цзюнь Мосе посмотрел на этого человека в замешательстве. - Большой Медведь, разве ты не четвертый ребенок?

- Ах, да! Откуда ты знаешь? - Большой Медведь почесал голову, посмотрев на Цзюнь Мосе с удивлением на лице.

Цзюнь Мосе остался полностью ошеломленным. [Откуда мне знать? Твой Третий брат только что представил тебя своим Четвертым братом, и ты все еще спрашиваешь «откуда я знаю»? Я думал, ты просто притворяешься тупым… но я думаю, я ошибался, ты действительно такой же тупой, каким выглядишь!].

- Ты действительно четвертый идиот! - Цзюнь Мосе долго искал в своей голове лучшее прилагательное, но не выбрал ничего годного.

- Откуда ты знаешь мое детское прозвище? Второй брат рассказал тебе? Ты встречал нашего Второго брата? - Большой Медведь снова поднял глаза на Цзюнь Мосе, - Ты, конечно, знаешь его, не так ли? Скажи мне, откуда ты его знаешь? И я предупреждаю тебя: не называй меня этим именем! Меня это очень раздражает!

- Э-э... Я вижу... Наверное, я просто буду звать тебя Большой Медведь… Или Брат Медведь, - Цзюнь Мосе решил прислушаться к совету.

- Так-то лучше, - Большой Медведь гордо покачал головой, - я предпочитаю Большой Медведь... но я думаю, что Брат Медведь не такое уж плохое имя...

Цзюнь Мосе абсолютно потерял дар речи. [Я раньше видел несколько безрассудных идиотов, которые постоянно делают проблемы, например, взять братьев Дугу, они довольно глупы... но я никогда за всю свою жизнь не видел такого дурака...

Ты действительно...

Ты действительно достоин называться легендарным дураком, Большой Медведь! Твоя глупость просто непостижима!].

Цзюнь Мосе выглядел немного усталым, потому что он использовал свой собственный Ци, чтобы держать в движении Пагоду Хунцзюнь. Если он перестанет использовать свою энергию, и перестанет поддерживать Пагоду в движении, то эти люди смогут почувствовать свою истинную силу. Это, очевидно, было бы не очень хорошо для Цзюнь Мосе, это может обернуться для него еще большей неприятностью. Сейчас эти два человека только развлекали его, потому что на данный момент они столкнулись с очень загадочным человеком, который мог излучать энергию, которую они лелеяли больше всего.

- Пожалуйста, изложи свои намерения четко, сэр, - Длинный Журавль с осторожностью посмотрел на Цзюнь Мосе. Хотя он мог интуитивно почувствовать, что этот таинственный человек не был очень сильным, но он все же счел довольно странным, что он не мог понять истинный уровень силы этого человека. Более того, тело этого человека источало очень привлекательную энергию, такой ни один высокопоставленный Суань Зверь не смог бы сопротивляться!

- Высказать свое намерение? Ну, это довольно просто. Я хотел бы расстроить вас по поводу вашего задания, - Цзюнь Мосе решил, что лучше просто ответить, чем ходить вокруг да около.

- Ха-ха-ха, ты хочешь, чтобы мы что-то сделали для тебя? Ты знаешь, кто мы такие? Почему ты думаешь, что мы вдруг тебе поможем? - Длинный Журавль сначала рассмеялся, а затем продолжил с насмешкой в голосе. - Ты считаешь, что ты можешь шантажировать нас, делая что-то, только потому, что у тебя есть то, что мы желаем? Вы, сэр, просто слишком наивны! Просто вспомни, с какой легкостью нам удалось забрать это уплотненное Ядро из рук Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо. И не забывай, что у них даже не хватило смелости погнаться за нами. Ты действительно думаешь, что сильнее Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо?

- Прекратите вести себя так, будто вы супер сильные люди. Вы просто Суань Звери высокого уровня. Вы можете обманывать других людей, но не меня. И если вы действительно не были заинтересованы в том, что я могу предложить, тогда вы бы не вернулись! Что касается «захвата» этого Ядра, вы действительно думаете, что сделали это сами? Вы могли быть достаточно сильными для того, чтобы противостоять нескольким атакам Ши Чан Сяо и Одинокого Сокола, но действительно ли вы верите, что вы бы ушли так просто, если бы они втянули вас в бой? Вы действительно думаете, что они боятся вашей личной силы? – двусмысленный тон Цзюнь Мосе действительно впечатлял. Казалось, он напоминал им о своем положении, но при этом ему как-то удалось это сделать, не разозлив их.

Этот таинственный дуэт в прошлом провел нескольких экспертов Духа и Неба Суань, и ему каждый раз удавалось с легкостью уйти. Тем не менее, они оба знали, что их сил недостаточно, чтобы одновременно бороться с Ши Чан Сяо и Одиноким Соколом. Несмотря на то, что их тела были гораздо более мощными, более прочными, чем обычное тело человека уровня Духа Суань, но они хорошо знали, что в настоящей битве им бы было нелегко бороться против настоящего эксперта Духа Суань.

Цзюнь Мосе явно понял этот простой факт и решил не провоцировать их дальше, поэтому он просто сказал, рассмеявшись:

- Помогая друг другу, мы все можем извлечь для себя выгоду, тогда зачем же нам спорить из-за мелочей? Если вам сейчас покажется, что мои условия и предложения слишком суровы, тогда найдите время и обсудите плюсы и минусы моего предложения!

Хотя вы двое уже достаточно сильны, но в следующий раз вам не будет так легко! Я могу помочь вам с этим. Особенно, если вы считаете, что вы двое уже на очень продвинутом уровне, вам будет очень сложно найти кого-нибудь с нужными знаниями и опытом… Но я могу предоставить вам все это. Я могу предоставить вам то, что вам нужно больше всего... и то, чего вам не хватает... то, чего так мало в мире… Разве это не звучит прекрасно для вас?

Сила - это самое важное в этом мире! Если вы недостаточно сильны, то ваш конец наступит рано или поздно, или, может быть, вы в итоге закончите, сражаясь за Ядро Суань, как и все остальные, кто был в том бою! - Цзюнь Мосе зло улыбался. - Хотя это время еще далеко, но все в континенте Суань Суань знают, что происходит эволюция Суань Зверя. Как только Зверь достигает пика своего нынешнего этапа, он сможет или не сможет продвинуться дальше... и как только Зверь Суань начинает стареть, его сила ухудшается! И когда наступит это время, даже обычный специалист Духа Суань сможет убить вас в бою! Не говорите мне, что темнота и мрак леса Тянь Фа стерли воспоминания о мире за пределами леса?

Оба этих «человека» внезапно начали тяжело дышать, казалось, что слова Цзюнь Мосе достали до глубины их душ.

- Подумайте об этом... внешний мир настолько красив… вам не придется беспокоиться о еде или жилье, останется только думать обо всех красивых, прекрасных женщинах и обо всех этих хороших вещах… пока вы достаточно сильны, у вас может быть любое удовольствие, которое существует в этом мире... просто у вас под рукой!

Цзюнь Мосе продолжал искушать их:

- Мне нужно напомнить вам обо всех преимуществах, которые вы могли бы получить, если бы вы имели возможность развиваться дальше?.. И взамен я только об одном прошу! Моя просьба может занять несколько дней, но взамен вы получите всю свободу и огромную силу! Разве этого недостаточно?

- Хотя твои слова имеют большой смысл, но у нас есть привычка: мы не слушаем команды от слабых! Поэтому, если ты действительно хочешь произвести на нас впечатление, тогда покажи нам, что ты сильнее нас. Иначе, зачем нам слышать твои приказы? - Длинный Журавль долго думал, прежде чем ответить, но его глаза, казалось, засверкали в этот момент.

Эти два «человека» считались Королевскими Зверями внутри леса Тянь Фа! И такие первоклассные Звери Суань были очень уважаемы. Настолько, что они никогда не поклонялись слабым, даже если бы они испытывали крайнее желание или потребность в том, что «слабый» мог предложить в обмен на их подчинение!

Как только Цзюнь Мосе понял, что есть возможность заручиться поддержкой высокопоставленных Зверей Суань, и что он мог бы даже помочь Суань Зверю в дальнейшем развиваться, он решил спланировать все это. Его стремление привлечь первоклассных Зверей из леса Тянь Фа было понятно: если бы он смог привлечь на свою сторону лучших и самых могущественных Зверей леса Тянь Фа, то ему не нужно было бы бояться никакой власти в этом мире!

Однако есть одно условие: ему нужно будет найти способ заставить этих Зверей подчиниться его приказам, только Юн Би Чен был достаточно силен, чтобы командовать ими!

Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что он уже пытался контролировать не просто малыша, а Зверей на пике девятого уровня. И поэтому он знал, что ему нужно будет все тщательно спланировать. В случае провала он рисковал не только потерять контроль над этими Зверями, он рисковал потерять свою жизнь, оказавшись в большой опасности!

Поэтому молодой господин Цзюнь очень точно выполнил свой план. Первым делом он распространил новости об этом Ядре Суань по всему континенту, чтобы поднять интерес различных сил этого мира в надежде, что эта новость также дойдет до ушей таких Королевских Зверей Суань. В случае, когда так много силачей собралось в битве за Ядро Суань, эти Звери также вряд ли могли бы сидеть, сложа руки и просто наблюдать.

Первоначальной целью Цзюнь Мосе явно было улучшить положение своей семьи до начала войны, ослабив все враждебные силы, но у него была только одна конечная цель: привлечь Королевских Зверей! А потом приручить их!

Он прекрасно понимал, что у него не хватит сил сделать это, но почувствовал, что он может использовать поддержку Пагоды Хунцзюнь в этом случае! Хотя он был недостаточно силен, чтобы сделать это самому, но он понимал, что его идея оправдана. [Если бы у меня была сила экспертов Духа Суань, то для чего мне нужны эти Суань Звери?].

Поэтому долгое время Цзюнь Мосе тренировался день и ночь, чтобы укрепить связь своего тела с Пагодой Хунцзюнь. «Закон исчезновения Инь и Ян» позволил ему сильно продвинуться.

Причина, по которой он попросил Цзюнь Вуя найти его, была очень простой: ему нужно было провести некоторые эксперименты и сделать соответствующие приготовления!

Глава 192. Обман ради победы

Тем не менее, Цзюнь Мосе все еще сдерживался, по крайней мере, до тех пор, пока он не смог добраться до второго слоя Хунцзюнь. Потому что только тогда его силы, по стандартам континента Суань Суань, будут равны силам эксперта Земли Суань. А пока что риск был слишком большим!

Тем не менее, угроза со стороны поместья Сюэху заставила Цзюнь Мосе продолжить план досрочно!

Хотя у него еще было время подготовиться, он решил запустить свой план, несмотря на то, что он еще не был готов к этапу исполнения! Возможно, именно из-за этого плана Цзюнь Мосе был готов смело стоять против поместья Сюэху!

Конечно, начать выполнять план именно на этом этапе означало бы, что шансов на успех будет очень мало, но Цзюнь Мосе решил все равно попробовать, потому что если не в этот момент, то никогда. В случае если его план не сработает так, как предполагалось, тогда поместье Сюэху уничтожит семью Цзюнь! Что касалось Цзюнь Мосе: [люди умирают каждый день, и что с того?!

Черт возьми! Жизнь - это не что иное, как просто жизнь, и не нужно придавать ей такого огромного значения!]

Однако молодой господин Цзюнь никогда не думал, что его план на самом деле будет успешным. Ему не только удалось привлечь нужное количество экспертов Духа Суань, но он также сумел привлечь двух из «Восьми великих мастеров» в этом мире. Более того, как он первоначально и планировал, он смог заставить их сражаться друг с другом. Тем не менее, наибольшим достижением было то, что два чрезвычайно сильных Королевских Суань Зверя тоже прибыли, услышав новость о Ядре Суань.

Тем не менее, Цзюнь Мосе все еще выглядел довольно мрачно, так как ему удалось каким-то образом привлечь двух Зверей Суань, а не одного, как он планировал. Более того, эти Звери были более сильными, чем он ожидал, и поэтому их было сложнее приручить!

Первоначальным планом Цзюнь Мосе было уговорить Зверей Суань стать его союзниками, и это ему уже не удалось выполнить…

Он хорошо знал, что его дедушка надает ему по заду, если узнает, что его внук планировал совершить такой подвиг. В конце концов, Цзюнь Чжан Тиан еще не достиг царства Духа Суань, и вряд ли кто-либо из его последователей был на одном уровне с ним, не говоря уже о том, чтобы иметь уровень выше. Даже самые высокоуважаемые и доблестные генералы континента Суань Суань были экспертами уровней ниже царства Духа Суань.

Хотя Цзюнь Чжан Тиан знал, что такие Звери Суань существуют в мире, он также знал, что их чрезвычайно трудно найти. Такие Звери были уже на пике человеческих возможностей и обычно считались наравне с «Восемью великими мастерами». Более того, они, в основном, предпочитали жить не на виду. Эти Звери Суань, как известно, заставили замолчать странного эксперта Духа Суань, который отважился искать их, надеясь подружиться с ними. Поэтому, естественно, никто не знал, кто они, и где их можно найти.

Была еще одна причина, благодаря которой Цзюнь Мосе понял, что его план провалился. Юн Би Чен был единственным человеком, который, как известно, имел Суань Зверей в качестве своих союзников. На самом деле теперь стало очевидно, что у этих Королевских Зверей Суань есть очень маленький, скрытный и особый круг, который, кажется, имеет свои собственные правила и законы. Это, по-видимому, было основной причиной, почему даже человек такого уровня как Ши Чан Сяо не смог идентифицировать истинную личность Длинного Журавля и решил отказаться от Ядра Суань, а не погнаться за этими двумя загадочными «людьми».

В общем, молодой господин Цзюнь уже понял, что он слепо верил, что этот его план будет успешным, но только потому, что он сам этого очень сильно хотел. Поэтому он решил скорректировать свой план в надежде обеспечить себе успех в будущем. [Если у меня не получится уговорить их стать моими союзниками, то я, по крайней мере, могу уговорить их сделать для меня одно дело, верно? Кроме того, они действительно не смогут отказаться от награды, которую я предлагаю].

Тем не менее, он не ожидал застрять здесь...

[Убедить вас в моих силах? Это проклятая чепуха! Если бы у меня было достаточно сил, чтобы одолеть вас обоих, то зачем мне нужно было бы бояться Ли Ю Тяня? Я бы уже подошел к его резиденции, и набивал бы его голову как мячик, до тех пор, пока его старые глаза не начали сверкать как звезды, а потом я засунул бы его голову в его же зад...]

Цзюнь Мосе молчал, подавленный и абсолютно потерянный на тот момент. Очевидно, он понял план Длинного Журавля.

[Я знаю, что они просто пытаются убедиться, что я смогу победить его и его брата, поскольку это будет означать, что я не лгу и что я на самом деле имею достаточно сил, чтобы предлагать им то, что они хотят... Что касается моего условия, я уверен, что они смогут с легкостью это сделать…

Я никогда не ожидал, что Суань Зверь может иметь такой интеллект...]

Цзюнь Мосе был довольно подавлен и некоторое время молчал, но потом решил, что в такой момент ему нужно проявить инициативу...

- Впечатлить тебя? Как ты хочешь, чтобы я тебя впечатлил? - Цзюнь Мосе был немного нетерпелив на этом этапе. [Черт возьми, я излучаю лучшую ауру, которую ты когда-либо видел, и ты все еще что-то щебечешь? Это просто невыносимо!]

- Ну, это просто. Ты должен победить нас в бою! – сказал Большой Медведь, открыв свой волосатый рот, со зловещим выражением лица. Его выражение лица было настолько простым и честным, что Цзюнь Мосе сразу понял, что он довольно серьезно относится к этому предложению.

- Что ты говоришь? - Длинный Журавль поспешно выругал своего младшего брата, - бой может длиться целый день, у нас нет время на это.

Он посмотрел на Цзюнь Мосе, подумав: [мой брат просто не знает о силе этого парня... В случае если этот парень на самом деле так же силен, как Юн Би Чен, то разве мы тоже не закончим подобно Второму брату? Что, если бы мы вдвоем не сможем убежать, как Второй брат… Разве мы не станет мертвецами после того, как босс узнает об этом? Если он достаточно силен, он убьет нас, ну, или босс убьет... в любом случае мы умрем!]

- Мы все мастера здесь, поэтому давайте не будем следовать обычным мирским способом. Мы сыграем в три игры, чтобы определить победителя и проигравшего, - Длинный Журавль протянул три пальца Цзюнь Мосе, чтобы ясно видеть, - победивший в двух из этих трех тестов станет победителем. Если выиграешь ты – мы обещаем выполнить твою просьбу. Однако если мы победим, мы все равно получим то, что хотим!

- Правильно, если ты проиграешь, мы все равно получим наше вознаграждение! Хотя мы не поможем с твоим делом, - Большой Медведь повторил последнее предложение.

- То есть вы получаете свою награду независимо от того, выиграл я или проиграл? - Цзюнь Мосе посмотрел на них с недоверием в глазах, - Большой Медведь, ты же не умеешь вести дела, не так ли? Ты не можешь всегда получать прибыль, когда твой бизнес-партнер приносит убытки!

На самом деле, Цзюнь Мосе уже согласился на это дело. Он знал, что он получит все или ничего. Хотя он никогда не смог бы признать это перед этими двумя «людьми»...

Тем не менее, он сначала должен был попытаться максимизировать свои шансы на то, чтобы эта сделка стала для него выгодной…

Мутный запах заполнил атмосферу, когда Большой Медведь открыл свой большой рот и, высунув большой красный язык, уставился глазами на Цзюнь Мосе. Затем он медленно облизнул угол рта и, медленно подняв большой палец, сказал:

- Ха,ха… Тогда почему бы тебе просто не подождать и не продолжить поиск кого-то с таким талантом, как у нас? Ты нуждаешься в нас больше, чем мы в тебе!

Цзюнь Мосе посмотрел на него: [эти двое не так глупы, как я думал... ах, я думаю, они поняли мое теперешнее положение! Хорошо, что они нужны мне только один раз, иначе они стали бы серьезной проблемой для меня в будущем!]

Длинный Журавль казался довольно смущенным из-за бесстыдных слов своего младшего брата. Затем он сказал:

- Если у тебя есть какие-либо возражения, мы можем немного изменить систему. Но если ты хочешь, чтобы мы повиновались тебе без каких-либо доказательств с твоей стороны - тогда ты можешь забыть об этом!

- Кто сказал, что вам придется повиноваться мне? Я предлагаю вам многое в обмен на услугу. Это называется честная сделка! - Цзюнь Мосе махал рукой от разочарования. - Но так как мы собираемся сделать некоторые тесты, то почему именно ты должен решить темы этих тестов? Ради справедливости, первое предложение должно быть задано мной, а затем ты можешь задать следующий. В случае если нам понадобится третий тест, тогда мы решим эту проблему после второго результата, хорошо?

- Хорошо! Тогда скажи нам, каков первый тест? - Длинный Журавль и Большой Медведь некоторое время обсуждали эту идею, а затем с готовностью согласились. Они думали: [учитывая наши общие сильные стороны, как мы можем проиграть ему, а?]

- Я сделаю кое-что, если сможете повторить – вы выиграли, - подумав немного, заявил Цзюнь Мосе с хитрой улыбкой на лице.

-Хорошо! - оба они казались очень уверенными в себе, так как они были почти на пике своего царства, и их тела могли растягиваться как угодно. Длинный Журавль уже заранее радовался своей победе [забыть о нормальных действиях, да я могу даже скрутить шею в узел! Что может быть сложнее, а?]

- Пойдем, тогда, - Цзюнь Мосе начал свою игру, а двое из них остались безучастно смотреть на него.

Странное происходило прямо у них на глазах: ступни Цзюнь Мосе медленно погружались в землю, а затем его ноги, живот… и затем все его тело. Однако самым волшебным было то, что земля была такой же плоской, как раньше... в ней не было дыры! Все тело человека исчезло в земле перед этими двумя «людьми».

Минуту спустя, голова Цзюнь Мосе начала выскакивать из-под земли примерно в трех метрах от его первоначального положения, за головой последовали его туловище, живот, ноги...

На теле Цзюнь Мосе не было никаких следов, а его одежда осталась чистой от грязи.

[Как это возможно?]

Глаза Длинного Журавля и Большого Медведя были прикованы к телу Цзюнь Мосе. Они смотрели с недоумением, неспособные даже проглотить слюну в тот момент под воздействием шокирующей сцены, которую они только что увидели.

Они вдруг вспомнили, с какого места выскочил Цзюнь Мосе, и подумали, что это, наверное, был трюк. Следовательно, они сразу же побежали к точке, где Цзюнь Мосе первоначально стоял, и они тяжело ударили по земле, но результатом только стала вода, которая брызнула во все стороны. Они опустили головы, наблюдая и осматривая землю, но только поняли, что в этом трюке не было никакого трюка...

Двое из них долгое время терзали свои мозги и, наконец, пришли к выводу: [Это было по правилам, этот человек не обманул нас!

Однако это означает, что он просто невероятен, не так ли?

Является ли этот парень вообще человеком?]

Эти два Зверя Суань просто никогда бы не поверили бы, что такое вообще как-либо возможно. Однако, всего лишь несколько мгновений назад, они имели возможность наблюдать за этим просто своими глазами!

- Ваша очередь, - голос Цзюнь Мосе звучал очень, очень скромно. - Это всего лишь небольшое умение, и даже если один из вас сможет повторить его, я уступлю этот раунд.

Они долго смотрели друг на друга, прежде чем Большой Медведь неохотно открыл рот и пробормотал:

- Мы не можем сделать так. Мы согласны.

Глава 193. Абсурд

- Ну, так я выиграл первый раунд? - Цзюнь Мосе умышленно спросил Длинного Журавля, который тихо стоял рядом. Он попросил обоих братьев попытаться победить его, и поэтому ему было важно, чтобы они оба признали свое поражение.

- Да, мы проиграли, - Длинный Журавль заявил неохотно, с трудом. Хотя он восхищался потрясающими способностями Цзюнь Мосе, он чувствовал, что тот явно обладал магическими способностями, а это, в свою очередь, означало, что победить Цзюнь Мосе в этом соревновании будет очень сложно. [Я просто не понимаю, как это произошло! Наша скорость и сила будут совершенно бесполезны в соревнованиях против магических сил этого человека!] Длинный Журавль и Большой Медведь оба подумали об одном и том же в тот момент.

- Спасибо, что позволили мне победить! – сложив ладони вместе, сказал Цзюнь Мосе, - Хорошо, следующий раунд – ваш. Я не против того, если вы оба придумаете тест.

[Но мы против! Как, черт возьми, мы должны придумать что-то, что смогло бы победить тебя...] Два человека, которые изначально хотели праздновать победу, теперь выглядели встревоженными, как будто они сомневались в себе.

Действие Цзюнь Мосе не только полностью потрясло их обоих, но, кроме того, оно полностью дезориентировало их в их планах и расчетах. Длинный Журавль и Большой Медведь на мгновение надули губы, скрывая свое смущение. [Что мы можем сделать против такого мастера? Кажется, он у нас выиграет в любом случае].

Они вдвоем долгое время бормотали что-то, обсуждая, но чем больше они обсуждали, тем они менее уверены были в своей победе. И чем меньше они были уверены в своей победе, тем выше их брови поднимались из-за напряжения. Они обсуждали в течение долгого времени, а затем, в конце концов, замолчали и просто продолжали смотреть друг на друга в ужасе, не в силах найти решение.

- Похоже, что это займет некоторое время. Может, мне сходить домой поспать, пока вы решаете? - дразнил их Цзюнь Мосе.

- Как ты смеешь быть таким надменным? Я тебе говорю… - Большой Медведь в ярости открыл рот, ругаясь, но так и не смог подобрать правильные слова. Он пытался, раз пять или шесть, открывая рот, но все равно не смог найти подходящие слова.

- Так что же дальше? - Цзюнь Мосе решил оказать на них давление.

- С меня хватит…. сволочь! - Большой Медведь взорвался от возмущения. - Что за спешка, а? Напомню, что твое нынешнее поведение выглядит не очень благородно!

Лицо Цзюнь Мосе в момент стало строгим: [Ты только что назвал меня сволочью?] К счастью, вторую часть своего приговора Цзюнь Мосе тоже услышал, поэтому не кинулся сразу на Большого Медведя.

- Как долго это будет продолжаться? Кажется, скоро рассвет. Может быть, вы располагаете всем временем мира, но мне есть чем еще заняться, - внезапно Цзюнь Мосе начал повышать голос, - поторопитесь!

-Я говорю тебе... - Большой Медведь открыл свой рот, чтобы снова наброситься на Цзюнь Мосе, потому что он просто больше не мог этого вынести, но потом он внезапно вскочил. В его голове появилось кольцо ореола, и он громко взревел:

- Пописать!

[Что?] Заключительные слова поразили слух Цзюнь Мосе, будто раскат грома, и он почти упал на землю. С чувством головокружения он посмотрел на большого и грубого человека, который стоял перед ним. Цзюнь Мосе был не в силах понять, как эта жестокая машина, которая может убить, на самом деле произнесла слово «пописать»!

[Почему этот парень внезапно начал говорить так, будто ему три года?]

В этот момент Цзюнь Мосе не мог не начать сомневаться, правильно ли он услышал это слово. На секунду Длинный Журавль тоже был просто поражен, но затем его глазки забегали, а зрачки начали расширяться...

- Ты сказал мне... пописать? - Цзюнь Мосе повторил предложение, вопросительно глядя на противника, и казалось, что мозг Цзюнь Мосе не доверял его же ушам.

- Правильно, мы будем писать! – теперь Большой Медведь выглядел очень уверенно, по сравнению с тем, когда он впервые это сказал. Казалось, подавленное состояние абсолютно прошло.

- Я хотел бы бросить тебе вызов по мочеиспусканию! Как насчет этого? Мы хотим, чтобы второй раунд был таким. Или ты признаешь свое поражение?

- Конкурс мочеиспускания? Как ты собираешься определить победителя? Кто помочится выше… дальше... или что-то еще? - Цзюнь Мосе едва смог подобрать слова. Казалось, что его глаза в любой момент могут выпасть из-за шока.

[Первоклассный эксперт Духа Суань бросил мне вызов просто по мочеиспусканию? Возможно, это было бы классно, если нам было бы всего по три года, но большинство нормальных людей такое не делают, если им не три года, конечно… никто не делает такого, будучи взрослыми!]

Взрослый мужчина стоял перед Цзюнь Мосе и просил его вытащить свое оборудование перед всеми, а затем использовать его, чтобы извергнуть свои жидкие отходы...

[Звери Суань знают о понятии такого слова как «cтыд»?

Что это? Казалось, Цзюнь Мосе недооценил степень бесстыдства некоторых людей. И, что еще хуже, эти существа даже не были людьми... они были животными!]

- Не выше, ни дальше, все это для детей. Мы, однако, все квалифицированные мастера здесь, поэтому мы не будем играть в такие игры.

Большой Медведь дважды кашлянул, чтобы прочистить горло, но его лицо все равно уже начинало краснеть от смущения, и все же он пытался убедить себя. [Мы действительно не можем проиграть этому человеку, даже если он просит нас придумать всего лишь один тест... В конце концов, кто знает, что он попросит нас сделать?

Конечно, он обладает волшебными силами, поэтому его задача определенно была очень нелегкой! Черт возьми, во всяком случае, не многие люди увидят мой позор, так зачем мне нужно нервничать? Только если мы победим в этих тестах, нам, по крайней мере, не придется делать свою работу!]

- Ты совершил определенное действие, которое мы оба не смогли повторить, и поэтому мы согласились с нашим поражением, - Большой Медведь изо всех сил пытался сделать строгое выражение лица, потому что боялся, что если он расслабится, на его лице покажется смущение. - Теперь я сделаю определенное действие. Если ты сможешь повторить – мы проиграли. Если ты не сможешь этого сделать – ты проиграл!

- Это действие… мочеиспускание? – прищурившись, сказал Цзюнь Мосе. [Есть ли в этом что-то особенное? Это то, что мы умеем делать с самого рождения. Теперь, когда мы все выросли, мы все можем писать с помощью двух рук, одной руки, и даже если мы держим руки за спиной, мы все равно можем свободно и комфортно писать. Мы можем писать лежа, мы можем писать, делая круговые вращения талией, и мы можем даже писать, прыгая вверх и вниз в это время. Черт, мы можем даже бегать, писая... Больше ничего...

Ах, если будем писать, пока приседаем вниз, тогда теоретически можно направить струю вверх... Это то, что вы собираетесь сделать? Потому что я, определенно, такое не делаю!]

- Конечно, действие будет сделано во время мочеиспускания! Что еще, по-вашему, я сказал? – Большой Медведь открыл снова рот, обращаясь к Цзюнь Мосе. - Поскольку ты – мой соперник, я пойду первым!

Цзюнь Мосе просто не мог это вынести и закрыл глаза: [Что происходит? Неужели мне нужно смотреть, как он писает? Что он себе думает вообще... он считает, что после того, как он здесь пописает, в городе Тянсян на этом месте начнут расти красивые цветы…]

Большой Медведь открыл рот, выдыхая воздух, а затем топнул своими полными ногами об землю, взлетев всем своим большим телом вверх! Легкостью и скоростью его движений действительно можно было гордиться!

- Хороший навык! - Цзюнь Мосе тихо пробормотал себе под нос. Тем не менее, в его взгляде все еще читалось замешательство. [Разве этот парень не сказал, что он собирается пописать? Он собирается пописать там?]

Только Цзюнь Мосе собирался выразить свои сомнения…

Большой Медведь открыл рот и ухмыльнулся, развязывая пояс брюк руками, при этом подымаясь в воздухе. Затем он быстро вложил руки в брюки и проворно вытащил свой член. Он пожал плечами, выдохнул, хмыкнул, а затем приложил все силы, и все вышло наружу.

Цзюнь Мосе остался ошеломленным сильным запахом, ему казалось, он может упасть в обморок в любую секунду...

С другой стороны, Длинный Журавль внезапно закрыл лицо от стыда...

Высокое и крепкое тело Большого Медведя все еще находилось прямо в небе, в то время как его глаза, казалось, просто смотрели прямо на линию горизонта.

Он приложил еще больше сил и медленно начал вращаться, разбрызгивая струи во все четыре направления... Его жидкость распространялась по всем направлениям в равных объемах, и на одинаковое расстояние...

Одежда Большого Медведя развевалась в воздухе довольно великодушно... ну… за исключением его неприличной части. Хотя остальная часть шоу казалась довольно миленькой… Хотя его тело начало терять высоту, он спускался очень медленно. Наконец, траектория струй медленно начала уменьшаться в радиусе, а затем окончательно исчезла. Затем Большой Медведь спрятал свое боевое оружие обратно в штаны и завязал пояс.

После того, как он закончил свой трюк, Большой Медведь неторопливо спустился на землю, изящно и с улыбкой кивнул в сторону Цзюнь Мосе.

- Я перед этим немного пил, - казалось, что Большой Медведь произнес это с сожалением в голосе, потому что он не выполнил свои действия идеально.

Цзюнь Мосе не знал, смеяться или плакать!

Ему внезапно вспомнился инцидент из его предыдущей жизни. Юноша прыгнул на подиум дорожной полиции на оживленном перекрестке и начал писать во все стороны, несмотря на предупреждения и крики полисменов. Но Цзюнь Мосе никогда не ожидал, что кто-то на самом деле способен назвать действия этого человека несложными! Это была очень сложная задача!

Цзюнь Мосе был в ужасе при мысли, что ему придется повторить это действие!

Большой Медведь подтянул пояс и торжественно заявил:

- Парень, я показал, теперь твоя очередь!

Цзюнь Мосе оставался ошарашенным в течение долгого времени, он просто продолжал смотреть на лицо этого Зверя Суань, который был экспертом Духа Суань. Затем Цзюнь Мосе покачал головой, и, вздохнув, сказал:

- Я признаю свое поражение!

Глава 194. Ответили той же монетой

- Я не хвастаюсь, но это не детская забава, - сказал Большой Медведь с нотками хвастовства в голосе.

- Я восхищаюсь тобой, это было отлично. Я понял и принял поражение! – от чистого сердца отвечал Цзюнь Мосе. У него не было выбора, он просто уступил этот раунд. Хотя сам по себе Цзюнь Мосе был довольно бесстыдным персонажем, но он знал, что он не сможет совершить такой поступок. Тем более что, кроме того, что поступок Большого Медведя был абсолютно позорный, он еще был тяжело выполним для любого простого человека.

Если задача заключалась бы только в том, чтобы подняться в воздухе, а затем пописать, то некоторые люди, практикуясь, могли бы это сделать, в конце концов. Но писать в воздухе, при этом сохранять свою позицию... даже Юн Би Чен отказался бы от такой задачи.

Это было явно физиологическое действие: чтобы держаться на высоте в небе, вокруг своего тела человеку нужно постоянно распространять свой Суань Ци, и, таким образом, тело становится неподвижным, независимо от врожденной силы человека. Хотя, вращаться в небе было бы не сложно, но для того, чтобы в этот момент писать – нужно было расслабить каждую мышцу тела…. Это делает эту задачу абсолютно невыполнимой. Все потому что, как только человек расслабит мышцы своего тела, этот человек немедленно начнет падать на землю!

Прохожий спросил бы: [как Большой Медведь смог такое совершить, если даже Юн Би Чен не смог бы? Значит ли это, что Большой Медведь еще сильнее, чем Юн Би Чен?]

Этот подвиг не имел ничего общего с врожденной силой Большого Медведя!

Суть этого заключалась в простом различии между людьми и Суань Зверями. Мощные звери, такие как Большой Медведь и его брат, были одарены особым талантом или, возможно, способностью, называемой «стагнация»! Суань Звери, используя эту способность, могли свободно подыматься в небо в любое время, когда хотели, не используя свой Суань Ци, тогда как человеку чтобы достичь того же нужно было бы использовать его Суань Ци. Поэтому в таком деле Зверь Суань, несомненно, намного превосходил человека. Более того, Большой Медведь уже был одним из сильнейших в своем роде....

А на самом деле, Большой Медведь был не только моложе его братьев, но и был самым слабым среди них. Но когда дело дошло до выполнения такого дела, Длинный Журавль предпочел бы проиграть вместо того, чтобы публично совершать такой бесстыдный поступок. Поэтому Большой Медведь героически взял на себя ответственность и вызвался выполнить данную задачу.

Разумеется, толстокожесть Большого Медведя сыграла огромную роль в выполнении этой задачи, но он также сумел повернуть тест на свою сторону, оставив каждого соперника один раз победителем, один раз проигравшим.

Длинный Журавль стоял спиной к Цзюнь Мосе: его плечи уже опустились так низко, что казалось, что у него даже не хватило бы смелости встать и посмотреть Цзюнь Мосе в глаза. [Лучше бы я умер! Нет большего стыда для величественного зверя из леса Тянь Фа. Мы на самом деле использовали несправедливые средства для того, чтобы одержать победу… К счастью, здесь присутствовали только три человека. Но противник, по-видимому, достаточно силен в своих заслугах и может также знать некоторых очень влиятельных людей… Если он расскажет миру о трюке четвертого брата, то это будет очень унизительно для нас... черт возьми, как мне объяснить ему, что он не должен рассказывать миру о том, как мы победили в этом раунде...]

- Брат Журавль, Поздравляю, трюк вашего четвертого брата был действительно потрясающим, и я признаю свое поражение.

Цзюнь Мосе, очевидно, почувствовал, что Длинный Журавль не был таким толстокожим, как его младший брат, и решил поддразнить его за это. Очевидно, что Цзюнь Мосе просто пытался скрыть свое уныние, сделав это.

- После такой славной победы я считаю, что победители второго тура должны решить тему финального раунда. Поэтому, пожалуйста, Брат Журавль, придумай задачу для следующего раунда.

Брат Журавль дважды кашлянул, чтобы скрыть свое смущение, затем жестоко взглянул на Большого Медведя. Повернувшись лицом к лицу с Цзюнь Мосе, Длинный Журавль только смущенно улыбнулся и сказал неестественным и странным тоном:

- Спасибо, брат Фэн, ты действительно очень толерантный... и спасибо за то, что дал нам шанс придумать следующий раунд…

- Все в порядке, брат, это был действительно хороший опыт обучения для меня, и я чту свое поражение, - Цзюнь Мосе едва смог произнести слова «действительно хороший опыт обучения», на самом деле казалось, что он в любой момент готов укусить сам себя за язык. Цзюнь Мосе ясно знал, что он не такой сильный, как Большой Медведь или его брат. Но Цзюнь Мосе также знал, что Большой Медведь обманул его во втором раунде, он не опроверг его, так как Цзюнь Мосе также знал, что он сделал то же самое в предыдущем раунде...

Ему просто заплатили той же монетой, что и он!

С другой стороны, Длинный Журавль был гордой личностью и всегда проявлял достоинство. Он скорее смирился бы с проигрышем в этом конкурсе, но никогда бы не прибегнул к использованию несправедливых средств для победы. Тем не менее, его безрассудный и бесстыдный Четвертый Брат сделал то, что он презирал больше всего в мире. Это оставило очень неприятный осадок внутри у Длинного Журавля. Во-первых, он чувствовал себя довольно дешевым из-за использования таких методов для победы, а во-вторых, ему стало жалко своего оппонента, и, в-третьих, ему как-то нужно было оставить этот инцидент в секрете. И как раз тогда предложение Цзюнь Мосе дать ему возможность решить третий раунд полностью унизило его.

Чем больше он думал, тем больше стыда он чувствовал. Более того, тот факт, что Цзюнь Мосе решил уступить раунд, даже не пытаясь выполнить задачу, сделало ситуацию для него еще хуже. На самом деле, он уже начал ассоциировать себя с Цзюнь Мосе...

- Спасибо, брат... Следующий... следующий...

Длинный Журавль долго думал, но не смог придумать что-нибудь подходящее. Этот противник действительно заставил его голову разболеться. Кроме того, благородное поведение оппозиции заставляло Длинного Журавля чувствовать себя виноватым внутри. Более того, у его сердца было слабое предчувствие, что Цзюнь Мосе сможет сделать любое действие, о котором он мог думать.

Длинный Журавль так не думал уже в течение долгого времени. На самом деле, это был только второй раз за всю его жизнь, когда он так думал! В первый раз было, когда он столкнулся с Юн Би Ченом!

Когда эта мысль пришла к нему в голову, взрыв ужаса охватил сердце Длинного Журавля [действительно ли этот человек способен соответствовать мастерству Юн Бэй Чена?]

Большой Медведь подошел ближе к его брату, прикрыл рот, сказав:

- Третий брат, ты еще об этом не думал? Это очень просто!

Длинный Журавль взглянул на него, просто не желая развлекать его дальше.

- Итак, вы что-то придумали? - Цзюнь Мосе посмотрел на них.

- Да, - Большой медведь снова открыл свой большой рот. - Следующее также включает в себя мочеиспускание, ты готов к этому?

[Ах! Есть ли хоть капля стыда в этом парне?]

Слова Большого Медведя ошеломили как Цзюнь Мосе, так и Длинного Журавля.

[Есть вообще предел этому бесстыдству? Он такой же бесстыжий, как и животное! Нет, не так, даже назвать его «Животным» недостаточно, чтобы точно описать его... Не придумали еще такого слова презрения, чтобы можно было его описать!]

- Как ты еще не умер от стыда? - Длинный Журавль начал ругать своего младшего брата, а затем дал ему подсрачник, разгневавшись. - Одно и то же! Даже если у тебя напрочь отсутствует чувство стыда, это не означает, что твоему третьему брату не стыдно!

Большой Медведь надулся, протирая ягодицы, он чувствовал себя обиженным:

- Третий брат, ты ругаешь меня перед посторонними, разве это не постыдно для меня? Разве у меня нет чувства собственной гордости? И в случае, если ты действительно хотел меня пнуть, мог бы сделать это когда мы остались бы один на один... а так это было неправильно...

- Ба! О каком позоре ты говоришь? Ты уже опозорился прежде! - Длинный Журавль продолжал ругаться. Как брат он был возмущен, потому что его брат не оправдал ожиданий, и теперь у Длинного Журавля закончилось терпение. - Повернись в сторону, и не смей снова открывать рот!

Ты, очевидно, ничего не смог придумать сам, поэтому я придумал кое-что, и мне даже удалось выиграть раунд, и ты теперь просишь меня помолчать…. - Большой Медведь пробормотал про себя, делая два шага в сторону.

- Вообще-то, я не думаю, что предложение четвертого брата - становится проблемой. Вовсе нет. В соответствии с нашими правилами – все нормально, если Большой Медведь поставит одну и ту же задачу несколько раз, - Цзюнь Мосе произнес это с загадочной улыбкой на лице.

- Ах? - Длинный Журавль не мог сдержать восклицание. - Разве ты не проиграешь, если он снова это сделает?

Большой Медведь снова открыл рот:

- Парень, ты сомневаешься, что если Большой Медведь только что пописал, то он не сможет снова это сделать? Во мне много места, поэтому я без проблем могу пописать еще не один раз! - Большой Медведь хотел продолжить свою речь, но в тот момент он встретил злой взгляд Длинного Журавля. Ему ничего не оставалось, как пробурчать себе под нос: - Я же говорил только для блага... он думает, что он слишком умный, поэтому я просто хотел напомнить ему, что мы намного выше...

- Я не сомневаюсь в словах Четвертого брата, но если мы просто повторим предыдущую задачу, то это будет довольно скучно и невесело, не так ли? Поэтому я предлагаю нам немного изменить его, как насчет этого?!

Длинный Журавль подумал об этом, затем выдал:

- Мы хотели бы услышать подробности!

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Это очень просто. Четвертый брат продемонстрировал, что для него мочиться в небе так же легко, как и на земле. Итак, как насчет того, чтобы мы немного поменяли задачу и на этот раз пописали под землей?

- Пописать под землей? - Большой Медведь снова открыл рот, - как это вообще возможно? Человек задохнется, когда попадет в землю, как при этом еще он должен пописать, будучи окруженным почвой и камнями?

- Что ты имеешь в виду? …ты говоришь, что не можешь этого сделать? - Цзюнь Мосе не переставал улыбаться.

- Это невозможно сделать, - оба брата замахали головами. - В небе это легко, так как вокруг воздух, но внутри земли... Это просто невозможно. Ты можешь сделать это?

- Что бы вы сказали, если бы мне это удалось? - вызывающе проворчал Цзюнь Мосе. [Я позволил тебе обмануть меня, но на этот раз моя очередь!]

- Тогда мы признаем свое поражение! - они посмотрели друг на друга, улыбнувшись. [Это хорошо для нас, хм, похоже, он пытается компенсировать свое поражение в небе, сделав это под землей. Но даже вдвоем мы не сможем выполнить такую задачу, как этот парень, верно? Этот парень такой глупый... Даже если тебе удастся попасть в землю, тебе же все равно придется расслабиться, когда будешь писать! В любом случае, похоже, этот ребенок только пытается поэкспериментировать с этим заданием... Было бы здорово увидеть, как он проиграет. Хм...]

Поскольку они оба чувствовали, что их оппонент не был уверен в своих силах, даже не обсуждая между собой, они сразу кивнули и согласились, что это действие будет считаться вызовом для третьего раунда...

- Я пойду первым! - Цзюнь Мосе поднял руки, и они внезапно почувствовали сильную ауру в воздухе, которую они так сильно хотели заполучить. Она настолько сильно их влекла, что вдыхая пылкий и красивый аромат, они облизывали свои губы, а их сердца мучились от желания.

Глава 195. Смертельно заманчиво

Цзюнь Мосе посмотрел на них обоих, медленно погружаясь ногами в землю снова, при этом он спокойно улыбался и выглядел полностью расслабленным. Тело Цзюнь Мосе погрузилось в землю, и только грудь и голова находились над землей. И почва, и вода на земле не поменяли свою форму, все осталось прежним.

Цзюнь Мосе снова заулыбался, а затем, внезапно из земли полились наружу струи…

На лицах двух Зверей Суань тот час же показалось удивление и изумление. В тот же момент, они схватились за свои носы, отпрыгивая вбок, дабы не быть облитыми. Шок в их глазах говорил сам за себя. [Он на самом деле это сделал! Очевидно, что это его моча... Никакого обмана!]

Закончив, Цзюнь Мосе вытащил свое тело из земли и спросил:

- Что на это скажете?

Два Зверя Суань переглянулись, а после с мрачным видом сказали:

- Ты сделал то, что сказал, и мы признаем наше поражение!

Цзюнь Мосе очень обрадовался, услышав эти слова. [Ну, наконец-то, я победил!]

Однако он совершенно не осознавал, что его соперники также разделяли те же чувства, но в противоположном смысле: [Да! Мы, окончательно проиграли!]

Несмотря на то, что победителя ждало несколько трудностей, проигравшие все еще с нетерпением ждали выполнения договора. Такие соглашения было непросто найти.

- Хорошо, что ты хочешь, чтобы мы сделали? – Длинный Журавль нахмурился, когда говорил, - хотя мы готовы выполнить условия договора, но я хотел бы напомнить тебе, что мы выполним только одно задание для тебя! В дополнение к этому ты не заберешь свое обещание обратно! Мы не примем никаких оправданий!

- Естественно, как только вы выполните мое задание, я вознагражу вас, как и было обещано, - Цзюнь Мосе улыбнулся, протягивая руку к Длинному Журавлю. Длинный Журавль озадаченно посмотрел на Цзюнь Мосе, но затем медленно протянул руку для рукопожатия с Цзюнь Мосе.

Как только две руки соприкоснулись, Длинный Журавль внезапно испугался, и все его тело начало дрожать. На его лице было удивление, он постепенно закрыл глаза, наслаждаясь ощущениями.

Чистая и безупречная Аура струилась от рук Цзюнь Мосе в тело Длинного Журавля благодаря соприкосновению. Внезапно Длинный Журавль начал себя чувствовать так, будто находился в раю. Каждый меридиан его тела, каждый сантиметр его косточек и каждая нить его мышц наслаждались этим ощущением.

Суань Ци, который долгое время находился в спящем состоянии, неожиданно начал действовать беспрецедентно, и Длинный Журавль чувствовал, что, пока эта Аура продолжает циркулировать вокруг его тела, он может легко прорваться дальше! С каждой волной он становился все более опьяненным [Боже мой! Я никогда не знал, что такие ощущения существуют в мире! Я выполню столько задач, сколько он поручит мне...]

Длинный Журавль всегда был спокойной и сложной личностью, но, несмотря на его характер, все его тело в то мгновение дрожало от волнения!

[Я в течение долгих лет не чувствовал такой энергии внутри своего тела! Только мысль об этом заставляет глаза наполниться слезами… Я долго не мог продвинуться дальше, но у меня осталось только около тридцати лет, прежде чем мое совершенствование начнет спадать с пика... Встреть я его немного позже в своей жизни, то, возможно, было бы уже слишком поздно для моего совершенствования…]

Большой Медведь оскалился на брата. [Что делает третий брат? Что такого в том, что он держит его за руку?]

Длинный Журавль чувствовал, что его совершенствование медленно приближается к своему пику, но внезапно эта загадочная Аура исчезла, когда он уже собрался достичь своей цели! Эта остановка действия Ауры чуть не свела с ума Длинного Журавля буквально за секунду!

Цзюнь Мосе внезапно убрал свою руку и заулыбался ему. Открыв рот, Цзюнь Мосе тихо сказал:

- Ты теперь уверен, что я смогу помочь вам, как и было обещано мною ранее?

В тот момент сердце Длинного Журавля отчаянно желало снова схватить за руку Цзюнь Мосе, чтобы набрать больше Ауры. Но Длинный Журавль был слишком горд, чтобы пуститься в такое отчаяние, и поэтому он глубоко вдохнул несколько раз, чтобы успокоиться, закрывая все время глаза. Он открыл глаза и заговорил, но его дрожащий голос выдавал его все еще возбужденное состояние:

- Да, я уверен! Я боюсь, что никакой Зверь Суань никогда не смог бы противостоять такому искушению! Для нас это искушение может оказаться смертельно заманчивым!

Большой Медведь все еще смотрел на Цзюнь Мосе, сомневаясь. Поэтому Цзюнь Мосе протянул руку к нему, улыбаясь. Большой Медведь остался пораженным. Однако Большой Медведь не закрыл глаза, как его брат. Вместо этого он начал смотреть на Цзюнь Мосе, как будто этот человек был каким-то небесным созданием. Большой Медведь сжал лапы вокруг руки Цзюнь Мосе, и казалось, что он ни за что в жизни не отпустит руку Цзюнь Мосе. На самом деле, он почти начал умолять:

- Дай мне немного, пожалуйста... дай мне немного, быстрее, быстрее, дай мне чуть больше... Мне... мне это действительно нужно...

Этот крепкий и здоровый зверь размером почти в три раза превышающим размер обычного человека, внезапно начал вести себя как непослушный ребенок, который не хотел расставаться со своей любимой игрушкой…

Цзюнь Мосе попытался отдернуть руку, но у него не получилось. Затем он попытался потянуть сильнее, но Большой Медведь только крепче схватил его, тот просто не хотел его отпускать, и постоянно просил большего, заставляя Цзюнь Мосе сожалеть об этой инициативе…

- Четвертый брат! - Длинный Журавль снова ругал своего брата. - Прекрати так себя вести! Веди себя как величественный Зверь Суань! Почему ты такой нервный? Мы еще не обсудили условия!

- Я, я, я ... как мне не нервничать? - Большой Медведь посмотрел на своего брата. Тревога его сердца была ясно видна по его взгляду, - я застрял на моем нынешнем этапе и нахожусь тут уже около двадцати лет... каждый день как год для меня, ах…

- Ты вернешься сюда, но помолчи! Сэр, что ты хочешь, чтобы мы сделали? Что это за задача, которую со своими сверхъестественными способностями ты не смог выполнить? - Длинный Журавль отдернул брата одной рукой, задавая свой вопрос.

- Хоть я и способен выполнить эту задачу сам, но по причинам, о которых я не могу сказать, я не буду ее выполнять сам. Иначе я бы не предлагал вам награду… - он начал неустанно и непринужденно рассказывать.

- Ой! Просто скажи уже побыстрее! Мы можем сделать все ради этой награды! Ты не можешь просто дать нам попробовать на вкус эту сладкую энергию, а затем забрать ее... это заводит меня в отчаяние! - Большой Медведь практически прыгал вокруг Длинного Журавля в надежде вырваться из схватки своего брата. - Мы сделаем все для тебя!

- Недавно Мастер Ли Ю Тянь принес мне некоторые неприятности, и это было отвратительно! – заявил Цзюнь Мосе, обращая особое внимание на их выражение лиц, - вам нужно убить его.

- Что? Это шутка? - одновременно в шоке выкрикнули Длинный Журавль и Большой Медведь.

[Мы говорим о втором самом сильном человеке в мире! И этот парень говорит, его... Этот человек почти такой же сильный, как Юн Би Чен! И в случае, если бы у нас действительно было достаточно сил, чтобы убить его, разве мы не убили бы Юн Би Чена тогда, когда мы столкнулись с ним однажды?

Ли Ю Тянь... он произнес это имя, будто это было имя соседа - Духа Суань...]

- Найдите Ли Ю Тяня и убейте его! – повторил свое задание Цзюнь Мосе.

[Ты думаешь, это как убить цыпленка, а?! Этот парень, что, играет с нами? Неужели он действительно думает, что все так просто? Почему бы тебе не попросить нас с неба достать тебе луну или звезды?

Я считаю, что даже если наш старший брат, наш босс (1), лично напал бы на Ли Ю Тяня, даже он не смог бы так далеко зайти. Даже он не сможет убить этого человека! Есть только один способ убить Ли Ю Тяня: сфабриковать ситуацию, когда Ли Ю Тянь будет загнан в угол и не сможет убежать, и тогда можно нападать на него с помощью нашего старшего брата… это единственный возможный выход. Даже если бы мы каким-то образом смогли реализовать эту ситуацию, я все же убежден, что по крайней мере один из нас, троих братьев, будет лежать мертвым рядом с телом Ли Ю Тяня!

Ты просишь нас рискнуть своей жизнью... нет, ты практически просишь нашу жизнь!]

- Что случилось? Если есть какая-то проблема, скажите, пожалуйста, ах, - посмотрев на них обоих, Цзюнь Мосе спросил удивленным тоном.

- Это не просто еще одна сложная задача… это задача, которую невозможно выполнить! - Большой Медведь дважды кашлянул, прежде чем сказать. - Ты действительно только что попросил нас убить Ли Ю Тяня? Ты думаешь, что это так же просто как убийство какого-нибудь крупного рогатого скота или свиньи, а? Бах, просто сказал, и он мертв?

- Что делать в этом случае? Поместье Сюэху - моя единственная проблема на данный момент. И зачем мне просить вас выполнить задачу, если я могу заставить кого-то другого это сделать? Если бы моя задача была простой, то зачем мне отдавать такую награду взамен? - Цзюнь Мосе сложил руки на уровне груди, беспомощно глядя на них. - Поскольку вы не можете выполнить мою задачу, я боюсь, что этот договор недействителен. Думаю, мне самому придется иметь дело с Ли Ю Тянем... Мне понадобится еще несколько дней, и мне придется замарать руки, но я сделаю это сам, я думаю...

[Что? Договор недействителен? Нет, мы не можем позволить отказаться от этой сделки... если бы мы не вкусили этой Ауры, тогда мы отказались бы от этой сделки, но теперь мы просто не можем этого допустить]. Если бы Большой Медведь не боялся скрытых способностей этого человека, он бы уже попытался применить свою силу.

- Подожди минутку! - Длинный Журавль поднял руку и заорал, - ты только что сказал, что твои проблемы идут от поместья Сюэху, а не от самого Ли Ю Тяня, я прав? - Длинный Журавль внезапно снова стал взволнованным.

[Небеса никогда не препятствуют добрым людям!] Оба брата подумали в одно и то же время. [Мы бы жалели всю оставшуюся жизнь, если бы потеряли этот шанс, но, похоже, мы можем изменить ситуацию к лучшему].

- Я не понял твои слова. Поместье Сюэху и Ли Ю Тянь связаны, не так ли? Это делает их одним и тем же, так в чем разница между ними? - голос Цзюнь Мосе был спокойным, будто это была небольшая деталь, которая его не волновала.

- Нет, это не одно и то же! - Большой Медведь вскрикнул от волнения. - Ли Ю Тянь много лет странствует, и на самом деле он не живет в поместье Сюэху. На самом деле, он возвращается один раз в год максимум! Как ты можешь считать их одними и теми же? Теперь нет никаких проблем с заданием, поскольку это не связано с Ли Ю Тянем. Если нужно просто поместье Сюэху, тогда мы с легкостью справимся с этим!

- Это так, а? Хм... если можно покончить с поместьем Сюэху и без убийства Ли Юэ Тяня, тогда нет необходимости в его убийстве! - Цзюнь Мосе продолжал озадаченным тоном, хлопнув себя ладонью по лбу. - Я почти был готов убить не того человека.

Оба Брата закатили глаза с презрением. [Почти готов убить не того человека? Думаешь, ты можешь убить Ли Ю Тяня?]

- Мы легко справимся с твоей задачей, если дело в поместье Сюэху, - с ответственностью в голосе заявил Длинный Журавль. - Хотя в поместье Сюэху есть несколько экспертов Духа Суань, но это не проблема для нас. Как сказал четвертый брат, мы быстро справимся с ними.

(1) Их босс и их старший брат - это один и тот же человек.

Глава 196. Давайте сделаем так

- Все хорошо, но я должен сделать шаг назад. Если целью вместо Ли Ю Тянь стало поместье Сюэху, это значит, что задача очень упростилась. Поэтому мне кажется, что вознаграждение, которое я ранее предлагал, теперь слишком велико…. - Цзюнь Мосе с трудом сморщил брови, похоже, желая забрать свои слова про вознаграждение обратно, так как казалось, что теперь он переплатит за эту сделку.

- Брат, ты не должен менять условия сделки, ах. Поместье Сюэху считается вторым самым сильным поместьем на континенте! Тебе не кажется, что этого достаточно? Это слишком сложная задача для всех, кроме нас...

Несмотря на то, что Большой Медведь отвечал второпях, его слова по-прежнему звучали очень искренне:

- Пожалуйста, не думай, что уничтожение поместья Сюэху будет легким делом… Во-первых, уничтожение поместья Сюэху спровоцирует гнев Ли Ю Тяня, а во-вторых, если мы уничтожим поместье Сюэху, то разве это не решит твои проблемы? Нам двоим также придется много заплатить за это, ах.

- Мой четвертый брат прав. Хотя поместье Сюэху считается слабее, чем Город Серебряной Метели, это только потому, что Ли Ю Тянь всегда в стороне от поместья Сюэху, тогда как Хань Фэн Сюэ всегда находится внутри Города Серебряной Метели. Если ты решишь сравнить этих двух мастеров, то они будут равны с точки зрения их силы и влияния, - добавил Длинный Журавль.

- Если это действительно так, то хорошо, - Цзюнь Мосе морщил брови, все еще не желая соглашаться на такие условия, - тем не менее, мне по-прежнему кажется, что я немного проигрываю в этом договоре. Поэтому я хотел бы добавить дополнительное задание, и я настаиваю на том, чтобы вы заполнили его, иначе я забираю свои слова!

- Прошу, говори. До тех пор, пока это не убийство Ли Ю Тяня, мы готовы выполнить еще одну просьбу в добавок к уничтожению поместья Сюэху! – поспешно добавил Большой Медведь, увидев, что Цзюнь Мосе теряет интерес к сделке.

- У Ли Ю Тяня есть сын - Ли Тенгюн. Он еще больше раздражает меня, чем сам Ли Ю Тянь! Этому человеку нужно преподать хороший урок, и, если это возможно, я хотел бы, чтобы он тоже умер! - Цзюнь Мосе зловеще улыбнулся. – В любом случае, я бы хотел, чтобы его кастрировали.

- Об этом просто не может быть и речи! – оба брата вскрикнули в унисон.

- Ли Ю Тянь стал отцом этого мальчика в возрасте восьмидесяти, плюс он единственный ребенок Ли Ю Тяня. Если мы убьем его или кастрируем его, это будет значить, что мы уничтожили шансы Ли Ю Тяня иметь наследника. Боюсь, что Ли Ю Тянь никогда не простит это лесу Тянь Фа, и мы должны будем расплачиваться за это кровью не одно поколение в будущем… Такого мы просто не можем позволить себе вынести! - пояснил Длинный Журавль.

- Если это не сработает, тогда как мы это сделаем? – казалось, Цзюнь Мосе полностью вышел из себя. - Кроме того, если Ли Ю Тянь смог стать отцом в возрасте восьмидесяти лет, то я уверен, что он сможет сделать еще одного в возрасте ста! Так почему ты так беспокоишься об этом?

- Он стал посмешищем в мире, когда у него, восьмидесятилетнего, родился ребенок, и в случае, если он станет отцом в возрасте ста лет, то я боюсь, что он умрет от стыда, - с сожалением покачал головой Большой Медведь.

Длинный Журавль снова решил надавить на чувствительность:

- Эту задачу сложно выполнить. Это ведь почти тоже самое что уничтожить родословную Ли Ю Тяня! Однако, если твоя цель состоит в том, чтобы проучить Ли Тенгюна, мы могли бы сильно избить парня от твоего имени. На самом деле, мы уверены, мы можем сделать так, что он не сможет встать со своей постели больше года. Как насчет этого? - Длинный Журавль подумал об этом немного, придумал компромисс, а затем продолжил. - Однако, если ты настаиваешь на убийстве паренька, я боюсь, что нам придется отказаться от этой сделки.

- Восемь великих мастеров по природе своей очень эгоистичны, и, кроме Юн Би Чена, все остальные, похоже, ненавидят друг друга. Если они не видят личной выгоды, они даже не попытаются помочь друг другу в тяжелых ситуациях. В действительности, даже нападение на поместье Сюэху может разрушить то спокойствие, которое мы сейчас имеем…. Я уверен, что ты можешь понять ограничения нашего положения…

- Если вы можете гарантировать, что вы превратите в хаос поместье Сюэху, и, кроме того, вы сломаете ноги Ли Тенгюну, причем обе, и убедитесь, что в течение нескольких лет он даже не сможет ползать, тогда мы можем считать, что договорились! - Цзюнь Мосе решил действовать гибко и воспользоваться этой ситуацией.

Длинный Журавль и Большой Медведь некоторое время обсуждали это предложение, а затем ответили:

- В таком случае мы договорились!

- Договорились! - Цзюнь Мосе улыбнулся и протянул руку. - Пожмем руки и поклянемся!

- Хлоп! - соединив ладони вместе, они договорились.

Длинный Журавль и Большой Медведь были оба взволнованы: [если совершив это мы сможем улучшить наше положение, то для нас это очень выгодно. Мы очень хорошо относимся к этому, учитывая, что нам даже не нужно убивать Ли Ю Тяня или его сына, нам нужно только ослабить и уничтожить силу поместья Сюэху].

Просто мысль о нескольких годах свободной и неторопливой жизни после их эволюции – щекотала их воображение [если мы сможем снова развиваться, тогда наши силы станут такие же, как у и Старшего брата, нам даже не придется бояться Восьмерых Великих Мастеров!]

Цзюнь Мосе был так же взволнован, как и его партнеры. Незначительное использование энергии Пагоды Хунцзюнь в обмен на это задание немедленно решит все проблемы, связанные с Гуан Квинхан, и не вызовет у него проблем как минимум на полтора года [это очень выгодная сделка... Мне просто повезло!]

- Полагаю, что одного месяца будет достаточно, чтобы решить этот вопрос, что скажете? – поспешно заявил Цзюнь Мосе. Но затем начал контролировать себя, так как он понял, что в итоге может выдать слишком много информации из-за своего волнения.

- Это не проблема! – с тревогой, но улыбаясь, ответили Длинный Журавль и Большой Медведь. [Месяц времени для этого дела - это много. Это слишком много времени, учитывая нашу силу! Ха-ха...]

- Брат Фэн, как мы найдем тебя после того, как выполним свое дело? – наконец, Длинный Журавль спросил спокойным тоном.

- Вы можете найти резиденцию семьи Цзюнь в городе Тянсян, а затем вы можете сообщить Цзюнь Вую, что поместье Сюэху было разрушено в соответствии с требованием. Тогда подождете немного, и я встречу вас снова, чтобы выполнить свое обещание! - торжественно поклялся Цзюнь Мосе.

[Я наконец-то нашел способ позаботиться о поместье Сюэху и Городе Серебряной Метели, даже пускай это всего лишь временное решение. Я подожду один месяц, и как только они вернутся, я расскажу о деле с Городом Серебряной Метели, ха-ха…], мысленно Цзюнь Мосе улыбался.

- Мы возьмем нашего брата. До скорого, - одну руку Длинный Журавль поднял, махая на прощание, а второй потянул своего брата, Большого Медведя, прочь.

- Один момент! У меня вопрос, который я хотел бы задать только вам двоим, - что-то пришло в голову Цзюнь Мосе, и он снова остановил их. - Ядро Суань девятого уровня - в чем его польза?

Два брата тут же остановились, и повернувшись, долго и пристально смотрели на него, прежде чем Большой Медведь наконец спросил:

- Почему ты спрашиваешь об этом?.. Не говори, что ты на самом деле не знаешь, для чего нужно это Ядро Суань?

- Увидев мои способности, ты действительно думаешь, что мне нужен это Ядро Суань? Но так как вы очень возбуждены из-за нашей сделки, то я подумал задать вам этот вопрос. Если вы не хотите обсуждать это, пожалуйста, - Цзюнь Мосе немного удивился, потому что эти брата были очень осторожны в этом вопросе. Он даже пожалел, что задал его.

- Это так… учитывая чистоту энергии внутри твоего тела, это Ядро Суань абсолютно бесполезно для тебя! Естественно, ты не знал бы как его использовать... - по тону Длинного Журавля было понятно, что он завидовал Цзюнь Мосе.

[Зачем этому парню нужно Ядро Суань, если его собственное тело может произвести такую чистую ауру? Более того, довольно сложно оценить его силу, но я считаю, что он может быть таким же сильным, как Юн Би Чен… Человек с такой силой и способностями, естественно, не будет сильно обеспокоен каким-то Ядром Суань и его действием...]. Длинный Журавль и Большой Медведь думали об одном и том же. Казалось, что эти два брата внезапно начали чувствовать себя смиренными перед Цзюнь Мосе, учитывая его способности.

Когда эта мысль пришла им в голову, Длинный Журавль сказал, улыбнувшись:

- Полагаю... говорю тебе, что это не принесет нам вреда. То, что люди привыкли называть Ядром Суань, у нас известно под другим именем. Уплотненное ядро. И оно также считается одним из самых чудесных вещей, известных нашей расе, так как это кристаллизованная сущность нашей жизни! Однако если человек использует его неправильно, тогда даже эксперт Духа Суань не сможет помешать телу разорваться на кусочки. Для того, чтобы начать использовать это Ядро, сначала нужно было бы стабилизировать его энергию с Травой небесной звезды, а также понадобилось бы использовать трехцветный Гриб рейши вместе с Девятью корнеплодами Суань для поддержки, и только тогда эксперт Духа Суань смог бы использовать это Ядро Суань, чтобы увеличить свой уровень энергии и развития. Однако, как только Ядро готово, он может улучшить уровень развития человека в мгновение, и тот, кто использует его, сразу увидит огромный прогресс! Тем не менее, это одно, а вот получить эти три растения – это другое... они почти как миф, даже эксперт Духа Суань вряд ли сможет их найти.

Длинный Журавль рассмеялся:

- Почему человечество так эгоистично?

- Как так… это действительно очень странно, люди готовы пойти на все эти неприятности, избиения друг друга до смерти ради того что в конце дня может даже не произойти…. меня это действительно удивляет... почему они даже не беспокоятся об этом? - Цзюнь Мосе выглядел растерянно, - жадность людей - самая страшная вещь в этом мире.

Оба брата думали так же по этому поводу, и кивнули в знак согласия, полностью впечатленные словами Цзюнь Мосе. Трое мужчин сложили руки в унисон, прощаясь, и затем фигуры двух братьев исчезли далеко за горизонтом. Не сложно было догадаться, по тому, как скоро они убежали, что они не могли дождаться уже окончания этой сделки.

Буря уже закончилась, медленно наступал рассвет.

Цзюнь Мосе сделал глубокий вдох, расслабляя свой разум и избавляясь от головной боли, мучавшей его, а затем он просто врезался в землю.

Цзюнь Мосе давно полностью истощил всю свою умственную и физическую энергию. Он очень переживал, что он прервет связь с Пагодой Хунцзюнь и Длинный Журавль и и Большой Медведь почувствуют его истинную силу. Это поставило бы его в затруднительное положение.

Хотя его план пошел не так гладко, как он предполагал, но одним махом он сумел решить проблему, связанную с Ядром Суань, а также с поместьем Сюэху. Это можно считать отличным результатом для Цзюнь Мосе.

Поскольку Длинный Журавль и Большой Медведь согласились избить Ли Тенгюна, можно было предположить, что угроза со стороны поместья Сюэху будет задержана по меньшей мере еще на шесть месяцев. Цзюнь Мосе может использовать эти шесть месяцев, чтобы увеличить силы семьи Цзюнь, и даже если поместье Сюэху атакуют в полную силу их тогда, семья Цзюнь на самом деле будет способна дать отпор!

На самом деле, Цзюнь Мосе с нетерпением ждал этого.

Как можно развиться, если нет противника? Борьба – это лучший стимулятор для развития.

Как только семья Цзюнь будет готова к войне, а поместье Сюэху начнет отступать, Цзюнь сам постучит в дверь! [если ты смеешь претендовать на женщину из семьи Цзюнь, то имей же мужество сражаться за нее! Что бы я ни делал, но я не позволю Ли Тенгюну забрать ее!]

Город Серебряной Метели, поместье Сюэху, вы не слишком высокомерны последнее время?

Цзюнь Мосе стиснул зубы, садясь на землю. Затем он медленно поднялся и в хорошем расположении духа потащил свое усталое и больное тело к своему дому.

Глава 197. Цзюнь Вуй теряет самообладание

Цзюнь Мосе проспал весь день. Объем энергии, который ему пришлось израсходовать ранее, стал для него огромной нагрузкой, превышающей его лимиты. Фактически, наемный убийца Цзюнь в прошлом никогда не доводил себя до таких пределов.

Однако, поскольку он боялся, что кто-то все еще может шпионить за ним, он все равно оставался бдительным. И если бы не его тренировки и обучение в прошлой жизни, молодой господин Цзюнь мог бы буквально рухнуть на пол еще до того, как попал бы в резиденцию семьи Цзюнь.

Как бы там ни было, но тому времени, как он добрался до резиденции семьи Цзюнь, молодой господин Цзюнь был измотан до такой степени, что у него не нашлось бы сил пошевелить пальцем. Последнее, что он помнил, - это охранник, поднимающий и несущий его на кровать, а что было после - он не помнил...

Малышка Ке так сильно волновалась, что даже не смогла уснуть ночью! А поутру во дворе ней присоединился и Цзюнь Вуй. Он ясно осознавал, что произошло что-то важное. Цзюнь Вуй был очень обеспокоен тем, что его племянник мог ввязаться во что-то опасное для его жизни. Весь день Цзюнь Вуй провел сидя в своем инвалидном кресле в маленьком внутреннем дворе Цзюнь Мосе. На его лице ясно было видно, как сильно он беспокоится.

[Цзюнь Мосе сказал кое-что, прежде чем он потерял сознание, но что означали его слова?

«Поместье Сюэху… пока что не будет проблемой для нас».

Почему поместье Сюэху не будет проблемой? Почему это? Все в порядке? Есть еще какие-то моменты, связанные с поместьем Сюэху? Учитывая репутацию поместья Сюэху, это какая-то большая шутка или что-то еще, не так ли?]

Честно говоря, несмотря на то, что Цзюнь Вуй решительно и гордо решил защитить вдову своего покойного племянника от поместья Сюэху, Цзюнь Вуй все еще боялся трудностей и опасностей, которые были впереди в будущем. Если быть точнее, то Цзюнь Вуй на самом деле боялся не самого поместья Сюэху, его больше пугал тот факт, что второй самый сильный человек из живых, Ли Ю Тянь находится на стороне поместья. Цзюнь Вуй прекрасно понимал, что семья Цзюнь просто не может позволить себе вести войну против этого человека!

Их нынешний конфликт с Городом Серебряной Метели и его хозяином Хань Фэн Сюэ поставил семью Цзюнь в сложную ситуацию. Теперь они находились в таком положении, что просто не могли позволить себе нажить еще одного такого же сильного врага!

Ранее, когда начали появляться разные новости о Ядре Суань девятого уровня Цзюнь Вуй даже задумался о том, чтобы надеть маску и решиться испытать свою удачу. В случае если бы ему посчастливилось завладеть Ядром Суань, он мог бы усовершенствовать свой уровень эксперта Духа Суань с помощью этого Ядра Суань. Вероятно, этого было бы недостаточно для того, чтобы сражаться с Ли Ю Тянем, но это бы сделало семью Цзюнь намного сильнее! После того, как эта мысль пришла в голову Цзюнь Вую, он подумал о том, что сначала лучше все хорошо обдумать и оценить ситуацию, прежде чем погорячиться и двинуться в бой. Цзюнь Вуй понял, что учитывая силы мастеров, которые борются за Ядро Суань, если он погибнет, то семья Цзюнь просто не сможет пережить эту потерю!

А теперь на следующее утро его племянник вдруг произнес...

«Пока что поместье Сюэху не будет проблемой для нас».

Эти слова одновременно испугали и осчастливили Цзюнь Вуя, он не сомневался в достоверности информации, потому что знал, что его племянник обладает некоторыми удивительными способностями, которыми он в последнее время удивлял, принося Цзюнь Вую радость. Однако, хотя он и не сомневался в этом, он все еще не мог не рассмеяться [Как мой племянник справился с этим? Ли Ю Тянь стоит за поместьем Сюэху. Это действительно невероятно!]

Гуан Квинхан также несколько раз выходила во двор Цзюнь Мосе после того, как услышала слова Цзюнь Мосе через Цзюнь Вуя. Но она не потревожила своего зятя, так как она видела, что он был очень измучен. Гуан Квинхан не смогла сдержать слез. Она чувствовала, что Цзюнь Мосе приложил много усилий, чтобы защитить ее. И хотя у нее не было оснований полагать, почему Цзюнь Мосе был так уверен, но по неизвестным причинам Квинхан решила доверять Цзюнь Мосе.

Она просто не могла выкинуть из головы слова, которые сказал Цзюнь Мосе: «…если сил семьи Цзюнь не хватит, чтобы защитить ее, то перед тем, как вся семья Цзюнь умрет - я лично убью ее… я никогда не позволю ей выйти замуж в поместье Сюэху!». Такие жестокие и хладнокровные слова наполняли ее сердце чувством счастья и безопасности. Да, она была обеспокоена тем, какими жестокими и хладнокровными были эти слова, но все же существовал человек, который был настроен защищать ее, который готов был рисковать своей жизнью ради ее чести!

Гуан Квинхан тихо стояла во дворе, глядя на плывущее высоко в небе облако, и пыталась вспомнить о многих событиях этих последних двух дней. Несколько мыслей и образов всплыли в ее голове, оставив ее полностью смущенной. Было довольно сложно угадать ее мысли в тот момент...

К тому моменту, когда Цзюнь Мосе наконец-то проснулся, во дворе уже зажгли лампы.

-Ты, наконец, проснулся, - Цзюнь Вуй даже не потрудился взглянуть на племянника, он просто появился в его комнате, как только услышал легкое движение на кровати.

- Третий дядя, что ты здесь делаешь? Как долго я проспал? - глаза Цзюнь Мосе все еще были закрыты. Он застонал, прежде чем, наконец, открыл глаза и сел, качая головой. Резкая боль прошлой ночи уже исчезла, и вместо этого ее заменило теплое и комфортное чувство, будто все его тело было окутано теплой водой. Цзюнь Мосе чувствовал себя комфортно, а его меридианы казались укрепленными, прочными и спокойными.

Это было совсем другое ощущение по сравнению с его прошлым опытом. Раньше всякий раз, когда наемный убийца Цзюнь был вынужден подталкивать себя к пределам для завершения задания, ему приходилось терпеть головную боль в течение нескольких следующих дней, а его тело требовало нескольких дней для восстановления после такого крайнего истощения. Однако на этот раз результат был совершенно другим!

Хотя перенапряжение его Суань Ци было опасным делом и привело к крайней усталости, но связь между энергией его собственного тела и Пагодой Хунцзюнь оказалась более тесной, чем он предполагал. Почему-то Пагода Хунцзюнь не только восстановила его тело, но также подарила ему это странное и нежное ощущение, как будто он приближался ко второму уровню.

Сердце Цзюнь Мосе ощущало странное чувство, если бы он мог сделать прорыв во втором уровне «Искусства Разблокировки Небесной Удачи» уже через два-три дня, это также означало бы, что он мог бы успешно разблокировать второй уровень Пагоды Хунцзюнь!

Это чувство было, несомненно, очень загадочным, и Цзюнь Мосе просто не знал, почему он это чувствовал, но это чувство казалось реальным. Но на это не было никакой причины.

- На этот раз ты ушел и вернулся полумертвым! Как ты думаешь, я не буду волноваться? - Цзюнь Вуй от злости раздул ноздри, - в прошлые разы, когда ты уходил – ты стал причиной шести больших неприятностей… В первый раз тебя угораздило появиться посреди покушения на принцессу, и ты очень серьезно пострадал! Второй - ты оказался в Зале Великолепных Драгоценностей, чтобы поиграть? В третий раз ты был со мной, и тебе удалось вызвать резню в зале Хуан Хуа! А затем четвертый - ты побежал в Ничанг, и ты выругался на Второго Принца! Пятый - ты чуть не убился! Вот это шестой раз. Ты вернулся домой полумертвый. Охранники мне сказали, что ты сам даже не смог дойти до кровати, мы боялись, что нам придется госпитализировать тебя, если ты не пришел бы в сознание!

Цзюнь Вуй поднял свой палец и с разочарованием на лице сказал:

- Цзюнь Мосе, разве твой Третий дядя не сказал тебе, что ты должен выходить из дома в сопровождении охранников? Ты уходишь от своих охранников всякий раз, когда захочешь, и я знаю, что не могу даже обвинять их в этом, учитывая твои навыки. Но задание этих людей следить и защищать тебя, разве ты не думаешь, что они волновались тоже? Даже если ты молодой господин этой семьи, это не значит, что ты имеешь право заставлять всех переживать за тебя! Так что же стало причиной этой драмы? – почти прорычал Цзюнь Вуй. - Я должен следить за тобой каждый раз, когда ты уходишь? Прошлой ночью ты исчез во время дождя, а потом охранники, открыв дверь, рано утром нашли тебя, чертов ублюдок, около порога, ползающего в грязи!

Цзюнь Мосе только почесал свой нос и дважды хихикнул, продолжая почтительно слушать упреки его дяди. Цзюнь Вуй обычно был более спокойным в окружении членов его семьи, но сегодня этот мужчина явно был в ударе. Поэтому Цзюнь Мосе не осмелился спорить и продолжал спокойно слушать с детским невинным выражением лица.

[Я ушел, потому что у меня были кое-какие дела в тени, как я могу позволить этим людям следовать за мной?]

Цзюнь Вуй глубоко вздохнул, пытаясь восстановить самообладание, так как понимал, что вышел из себя. Во всяком случае, учитывая невинный взгляд на лице Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй почувствовал, что его вспыльчивость была абсолютно неуместна сейчас.

- Мне слишком лень ругать тебя сейчас. Это все равно пустая трата моей энергии, - Цзюнь Вуй махнул рукой. - Ты кое-что сказал сегодня утром, что ты имел в виду? - Цзюнь Вуй всю ночь слышал об ужасающей битве, которая происходила в городе, и, естественно, он не мог не беспокоиться о безопасности своего племянника. Поэтому Цзюнь Вуй выходил из себя!

- А? Что я говорил? Что я имел в виду? - Цзюнь Мосе просто ничего не помнил. Он действительно не притворялся. Цзюнь Мосе сказал эти слова прямо перед тем, как упасть в обморок, и поэтому не помнил об этом!

- Ты издеваешься надо мной!? – с гневом в голосе сказал Цзюнь Вуй. - Поместье Сюэху пока что не будет проблемой для нас. Ты сам это сказал, теперь объясни, что ты имел в виду?!

- А, это… - глаза Цзюнь Мосе начали бегать по сторонам: [Если я скажу дяде, что имел дело с двумя из Восьми великих мастеров, и еще с четырьмя экспертами Духа Суань, плюс двадцать экспертов Неба Суань и несколько сотен экспертов в области Земли Суань, а затем отправился на сделку с двумя королевскими Зверями Суань из леса Тянь Фа... Разве дядя не упадет в обморок от шока? Я считаю, что даже если у дяди хватит сил, чтобы выдержать шок, его ноги все равно не перестанут дрожать от страха какое-то время..., несмотря на то, что он калека. Однако я просто не могу от него скрывать! Кажется, мне нужно найти косвенный способ сказать ему это!]

- Я предполагал это. Ну, я догадался, - Цзюнь Мосе так спокойно сказал с улыбкой.

- Ты предполагал это? Нет, подожди, ты догадался? Это то, что можно предположить?

Выражение лица Цзюнь Вуя сменилось на насмешку, когда он начал рассказывать события прошлой ночи:

- Прошлой ночью большое количество сильнейших экспертов мира встретились вместе в битве в городе Тянсян. Говорят, что в этой битве также участвовали двое из «Восьми Великих Мастеров», Ши Чан Сяо и Одинокий Сокол. Также Императорский Учитель Фэй Мин Чэнь также был там вместе с Третьим, Шестым и Девятым Старейшинами из Города Серебряной Метели, и еще несколько десятков других влиятельных экспертов. В дополнение ко всем Ли Юран также пригласил принять участие в этой битве десять лучших учеников Ли У Бэя, а затем на поле битвы появились и двое королевских Суань Зверей из леса Тянь Фа. Причиною всего этого собрания, по слухам, был неизвестный человек в маске, который появился на поле битвы с Ядром Суань девятого уровня, которое было украдено некоторое время назад. В настоящее время подтверждено, что Ядро Суань находится в руках этих двух королевских Суань Зверей из леса Тянь Фа.

Казалось, Цзюнь Вуй знал все, что произошло прошлой ночью, ну, почти все.

Глава 198. Кенотаф* Ву Хи

Капли пота катились по лбу Цзюнь Мосе, ему едва удалось выдавить улыбку:

- Третий дядя, тебе даже не нужно было идти туда, ведь твоя разведка так хороша, правда?

- Поскольку ради этого прибыло очень много экспертов, конечно же, я должен быть в курсе всего! - громко рявкнул Цзюнь Вуй. - Это ведь произошло на земле моей страны Тянсян, и это, очевидно, вызвало опасность для Его Величества! Если бы Его Величество приказал провести тщательное расследование этой ситуации, а у меня не было бы никакой информации по этому вопросу, тогда семья Цзюнь считалась бы невежественной!

Его светящиеся глаза смотрели на Цзюнь Мосе:

- Это неважно. Единственное, что важно, и единственное, о чем я хочу знать, это кто был тем человеком, который украл это Ядро Суань, а затем появился на публике вчера вечером? Этот чертов ублюдок стал причиной этой суматохи прошлой ночью, и я хочу знать кто это!

- Э-э... Должно быть, это какой-то легендарный эксперт! Я могу только предположить, что такой эксперт, по крайней мере, может сравниться силами с Юн Би Ченом, иначе он никогда бы не попытался совершить такой подвиг! - заявил Цзюнь Мосе торжественно серьезным тоном.

- Серьезно? – в тот момент Цзюнь Вуй напоминал вулкан, который вот-вот взорвется, - я дал тебе Ядро Суань шестого уровня несколько дней назад, вынеси его, я хочу взглянуть на него.

[Это Ядро Суань сейчас находится в руках Длинного Журавля, как я могу его принести? Я не могу создать его из воздуха!]

- Э-э, Ядро Суань шестого уровня, я... - глаза Цзюнь Мосе забегали, - ...я потерял его.

- Ты не потерял его случайно в руки двум чрезвычайно могущественным Зверям Суань из леса Тянь Фа, не так ли? - Цзюнь Вуй посмотрел на своего племянника. - Теперь, когда наконец-то ты проснулся, у меня есть масса вопросов, которые я хочу тебе задать. И знай, если ты выдашь мне массу лжи взамен – тебе не избежать наказания. Цзюнь Мосе, твой Третий дядя старше тебя и более опытный…

- Я не понимаю, почему ты так уверен в том, что ты сказал вчера вечером, и я не знаю, как тебе удалось это сделать. Я не понимаю, как тебе удалось обмануть этих людей. Я знаю, что ты не будешь лгать мне, но... - Цзюнь Вуй говорил спокойным тоном.

Столкнувшись со страхом и тревогой, захватившим его тело, Цзюнь Мосе тихо выбрался из своей кровати:

- Дядя, у меня серьезная чрезвычайная ситуация с мочой, и мне действительно нужно...

- Ты не можешь потерпеть? Бред сивой кобылы! - взревел Цзюнь Вуй. Цзюнь Мосе послушно остался на своем месте. Цзюнь Вуй продолжил говорить: - Я полагаю, что пришло время дать тебе фирменное семейное наказание.

Гуан Квинхан с тревогой ходила по двору Цзюнь Мосе. Она уже была в курсе того, что Третий дядя вошел в комнату Цзюнь Мосе, как только тот проснулся. Хотя Цзюнь Мосе был ее младшим зятем, но все-таки это была спальня молодого человека, и поэтому она, естественно, смутилась от мысли зайти туда без разрешения. Поэтому, оставленная без другого выбора, она с тревогой ждала во дворе. Когда она услышала, как говорит Цзюнь Вуй, она начала нервничать и волноваться: [Почему Третий дядя так злится... Это всего лишь небольшой инцидент...]

Она очень беспокоилась…

«Бах!»

Из комнаты вылетела груда белой одежды, Гуан Квинхан подсознательно встала, пытаясь поймать, но почти упала под действием силы этих вещей. Тем временем эти вещи кричали:

- Дядя… полегче с этим!

Летающим объектом, очевидно, оказался молодой господин Цзюнь.

Гуан Квинхан закричала в испуге в тот момент, когда тело приземлилось лицом в землю.

Цзюнь Мосе получил по заднице от своего дядюшки. Хотя он и кричал, жалуясь, Цзюнь Мосе все же удалось очень быстро сгруппировать свое тело в воздухе, чтобы обеспечить безопасное приземление. Но он неожиданно наткнулся на мягкие объятия, в то время когда кричал. Вдохнув сладкий аромат чего-то действительно мягкого и теплого, он отвлекся и отскочил... Он почувствовал приятный комфорт на секунду, но как только собирался начать наслаждаться этим, он понял, что падает. Но на этот раз у него не хватило времени, чтобы сгруппироваться, и в итоге Цзюнь Мосе упал на землю и ударился лицом об нее. Затем, без каких-либо дальнейших объяснений, Цзюнь Вуй выскочил из комнаты и начал играть с телом своего племянника в пинг-понг, яростно толкая и ударяя его. При этом Цзюнь Вуй привел Гуан Квинхан в ужас.

Гуан Квинхан уже знала о восстановлении Цзюнь Вуя, который, не заботясь ни о чем, просто продолжал избивать Цзюнь Мосе.

Со всеми его навыками, Цзюнь Мосе быстро накрыл голову одной рукой, а свою промежность другой, он просто катался по земле, как мешок с песком. Он уже принял свою судьбу и смирился с этим избиением! [не так сильно, Дядя, иначе я тоже окажусь в инвалидном кресле, как ты!]

- Дядя... Перестаньте, пожалуйста…. Не бейте его... - Гуан Квинхан с беспокойством подошла к нему, убеждая.

Ее просьба ясно выразила ее беспокойство и горе, и Цзюнь Вуй невольно остановил руки в воздухе в изумлении, даже Цзюнь Мосе широко раскрыл глаза, все еще лежа на земле. И дядя, и племянник оба сразу же с удивлением посмотрели на Гуан Квинхан, а затем перевели взгляд друг на друга, не в силах поверить в ее реакцию.

[С каких это пор Квинхан беспокоится о жизни и смерти Мосе?

Она что, сошла с ума?]

Гуан Квинхан внезапно осознала, что двое мужчин замерли в удивлении и пристально уставились на нее, а все потому, что она только что попросила за своего зятя. За зятя, который ей раньше вообще не нравился.

[Но почему я попросила о его спасении?]

Лицо Гуан Квинхан внезапно покраснело, а уши практически стали фиолетовыми, она топнула ногой, гневаясь:

- Я... Я боялась, что вы утомите себя дядюшка... Бей его, ударь его снова, меня это не волнует.

Она закончила свою речь как маленькая избалованная девочка, которая закатала истерику. Но потом она заметила, что они оба еще смотрят на нее, казалось, что их глаза вот-вот выпадут. Она хмыкнула и быстро ушла прочь.

- Я неправильно понял это? Может быть, я просто ослышался, а? Это точно была моя невестка? – сказал Цзюнь Мосе, почесав голову, медленно поднимаясь на ноги.

- Похоже... что да, по тону Цзюнь Вуя было понятно, что он тоже в замешательстве. Внезапно он снова рассердился. - Кто тебе сказал, что ты можешь встать? Кажется, что ты еще не все понял…

Затем Цзюнь Вуй снова продолжил обучение «мешка с песком»…

Цзюнь Вуй долго продолжал махать руками и ногами, пока полностью не удовлетворился результатом, а затем сказал:

- Завтра, это годовщина смерти твоего отца, и ты будешь сопровождать меня в мемориальный зал семьи, а затем зажжешь палочку благовония перед кенотафом твоего отца. Ты понимаешь, что это твоя обязанность как сына этой Семьи?

Цзюнь Мосе застонал, но все же произнес «Да».

Цзюнь Вуй массировал свои запястья на пути к инвалидному креслу. Усевшись, он начал толкать свое кресло-коляску к выходу. Он обернулся, когда уже подошел к двери:

- Поместье Сюэху… что с ними?!

- На данный момент это не проблема...- Цзюнь Мосе почти плакал.

[Отлично! Просто замечательно! Похоже, что избиение меня – единственное, чего дядя с нетерпением ждал в эти дни]

На следующий день небо все еще было затянуто тучами.

Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй оба сидели в своих инвалидных креслах, тихо и спокойно глядя на Кенотаф, который едва ли можно было назвать «изумительный».

Этот объект уже выходил за рамки простого «Кенотафа», казалось, что кто-то построил дворец посреди казарм.

Перед приездом Цзюнь Вуя все окрестности тщательно осмотрели.

Восемь столбов стояли, поддерживая купол сверху, а два большие, плоские и гладкие валуны были обращенные к центру, и с нанесенными гравюрами. На левом была надпись: «Ветры слушают Цзюнь!». На правом: «Небеса и Земля принадлежат Цзюнь!».

Ступени лестницы проложили путь вверх к куполу, и на обеих сторонах каждой ступени этой лестницы были вырезанные в камне солдаты на лошадях. Продвигаясь вперед, можно было увидеть вырезанных в камне восемь больших мужских фигур, про четыре с каждой стороны центральной скульптуры. Их руки были расположены на рукоятках, как будто они в любой момент были готовы вытащить свой меч. Хотя это были всего лишь скульптуры, казалось, что они оживут, если их хозяин окажется в опасности.

- Эти восемь скульптур посвящены восьми телохранителям Большого Брата. Этим, восьмерым мужчинам, было поручено защищать его когда он присоединился к армии, и эти восемь следовали за ним до того дня, когда он умер. Эти восемь человек никогда не покидали Ву Хи при любых обстоятельствах!

Цзюнь Вуй смотрел на статуи этих восьми людей с признательностью за их лояльность во взгляде. Тон его слов был чрезвычайно проникновенным, будто он пытался вспомнить какими доблестными они были.

- Слава и честь, будь-то в жизни или смерти, белому командиру Цзюнь Ву Хи! Кто бы мог сравниться с его именем? - медленно проговорил Цзюнь Вуй, когда он медленно продвигался вперед, продолжая разглядывать каждую из статуй.

Цзюнь Мосе просто не мог не похвастаться великолепием этого мемориала. Весь мемориал был аккуратен и чист, до такой степени, что на нем не было даже пятнышка пыли. Недавно прошел сильный дождь, на дворе стояла поздняя осень, но на этом мемориале не было ни единого опавшего листа, и от дождя не было никаких следов.

- Кто-то всегда следит и ухаживает за этим мемориалом. На самом деле в казармах есть неписаное правило: независимо от того, кто ты, но если ты отвечаешь за мемориал Большого Брата, и на нем есть пятнышко пыли, твое единственное наказание - это... смертная казнь! Не будет никакого суда! Никаких объяснений не будет… В армии нет закона, более строгого, чем этот! Ни для кого нет исключений, никто никогда не осмеливается выступить против этого правила, и никто никогда не пытается его нарушить! - медленно говорил Цзюнь Вуй, толкая свое кресло-коляску. Цзюнь Мосе молча, сопровождал своего дядю в инвалидной коляске, его сердце уже начало биться сильнее от восхищения. Этого было достаточно, чтобы выразить любовь и восхищение своему отцу. Было очевидно, что репутация его отца, Цзюн Ву Хи, Белого Командира, в глазах военнослужащих этой страны превосходила репутацию Бога!

Под куполом на лошади стояла большая, высокая, каменная статуя мужчины среднего возраста. Тело мужчины было в вертикальном положении, его яркие и пронзительные глаза, казалось, видели все происходящее на поле боя, его левая рука держала поводья лошади, в то время как его правая рука была аккуратно размещена на рукоятке меча, который висел на его талии. Даже линии лица были очень четко вылеплены, его рот был изогнут в холодной и внушающей страх улыбке, казалось, он повелевал сотнями миллионов людей! Плащ на его теле, казалось, разлетался по ветру. Но это была безжизненная статуя, и она едва могла раскрыть величественный и героический дух личности Цзюн Ву Хи!

Кенотаф* - также ценотаф — надгробный памятник в месте, которое не содержит останков покойного, своего рода символическая могила.

Глава 199. Настоящие мужчины не стесняются своего горя.

Все тело Цзюнь Вуя замерло с того самого момента, как он взглянул на лицо своего старшего брата. Казалось, что они просто стояли и смотрели в глаза друг другу. Но только глаза живого человека отражали все эмоции его бьющегося сердца.

Цзюнь Вуй стоял на месте, глядя на статую. Медленно его глаза начали слезиться, как бы он не пытался сдерживаться, все-таки одна слезинка упала вниз с его щеки, когда он начал говорить низким и хриплым голосом:

- …Большой брат, я привел Мосе, к тебе. Он, наконец, достаточно взрослый, чтобы иметь право отдать тебе честь!

Цзюнь Вуй молча, закрыл глаза, болезненно перебирая в мыслях воспоминания о прошлом. Он вырос со своими двумя старшими братьями, он играл с ними, и с детства до юности его два старших брата всегда ухаживали за ним. Но взамен он спровоцировал бескрайнее бедствие, в результате которого его два старших брата погибли в расцвете своих жизней! Затем не пережила горя и умерла его невестка. Когда ее родители прибыли чтобы утешить ее, они обнаружили, что она мертва – они также прекратили все контакты с семьей Цзюнь! Две семьи, которые когда-то были близкими союзниками, с тех пор больше не общались… Затем, племянники Цзюнь Вуя тоже умерли молодыми, снова по его вине!

Видит Бог, Цзюнь Вуй предпочел бы сам умереть сотню раз, но не позволить своим старшим братьям и своим племянникам умереть во время битв!

Десятилетий было недостаточно, чтобы освободить его сердце от его боли! Эта боль до сих пор тлеет в его сердце!

Сцены прошлого начали всплывать в его голове, и он, находясь перед яркой и реалистичной статуей своего старшего брата, оказался в бездне боли, бесконечных сожалений и безграничной ненависти!

Настоящие мужчины не плачут. До тех пор, пока им не становится на самом деле больно!

- Большой брат…

Цзюнь Вуй упал на колени на землю. Сильное и крепкое тело храброго генерала дрожало:

- Прости… Я тебя подвел! Я подвел Второго брата! Я подвел Отца, и я подвел нашу семью!

Сквозь слезы на глазах, Цзюнь Вуй посмотрел на мужественное и мудрое лицо Старшего Брата, и ему казалось, что его старший брат восстал из мертвых, чтобы погладить его по волосам, и посмотреть на него с улыбкой на лице, будто давая ему урок:

- Третий брат... не нужно страдать, не нужно плакать!

В этот момент Цзюнь Вуй начал плакать еще громче. Все те чувства, которые таились в его сердце в течение этих последних десяти лет, начали безудержно изливаться наружу, а затем он подполз ближе к могиле своего старшего брата, будто несчастный ребенок, бросившийся в объятия своих близких...

Он все еще отчетливо помнил последние слова, которые его брат сказал ему накануне отъезда много лет назад: «Про этот случай в Городе Серебряной Метели. Мне всегда казалось, что наши дела с ними еще не завершены, и я боюсь, что у Города Серебряной Метели все еще спрятанные козыри. Поэтому, когда твой Второй Брат и я вдали от дома, не действуй безрассудно. Ты не должен беспокоиться о женитьбе на мисс Хан. Для любви всегда найдется место. Как только твой Второй брат и я вернемся, мы поговорим с отцом, и тогда мы найдем способ помочь тебе. Вся семья поддержит тебя».

Цзюнь Вуй отчетливо помнил беспокойство во взгляде своего Старшего брата и такой же взгляд в глазах своего Второго Брата. Образ этого глубокого и обеспокоенного взгляда пронзил его сердце болью. Ощущения были такие же, как будто кто-то ударил его ножом в сердце и хорошо прокрутил нож в теле Цзюнь Вуя!

В то время его два старших брата полностью забыли о своих собственных заботах ради своего младшего брата! Двое мужчин беспокоились только о безопасности их маленького брата, они волновались, что их младший брат может в итоге повредиться, забыв о врагах, с которыми им придется иметь дело на поле битвы! Эти двое были мудрыми и любящими, они больше не хотели его беспокоить!

Затем раздался громкий и сильный удар, достаточно громкий, чтобы весь мир задрожал. Цзюнь Ву Хи стоял в военной форме, в своей белой военной форме. В следующий момент он уже поднимался на свою лошадь:

- Третий брат, теперь, когда твой Второй Брат и я уезжаем, ты единственный человек, от которого зависит семья Цзюнь!

[Большой брат! Большой брат, ах, почему ты так сказал? Каким глупым был твой маленький брат, ах, я до сих пор не мог понять смысл твоих слов! Это были... Твои последние слова!

Большой брат, ты тогда уже это знал? О чем ты знал? Возможно, ты что-то почувствовал? Почему ты ничего не сказал?.. Почему ты не сказал мне!

Ты знал, что я бы предпочел умереть, нежели отправить моих братьев к куче развалин... ах!

Если бы у меня была возможность вернуться на десять лет назад, когда я не встретил «ее», я бы вернулся и сделал все по-другому... Я бы! Я бы!..]

- Третий дядя, - Цзюнь Мосе встал из кресла-коляски. - Мертвый - мертв. Смирись с судьбой и держи в стороне свое горе! Нужно смотреть вперед, в будущее – так правильно!

Цзюнь Вуй медленно поднял голову и посмотрел на Цзюнь Мосе, печально улыбаясь:

- Мосе, кто-то однажды уже сказал эти слова твоему отцу. Смирись с судьбой и держи в стороне свое горе, чтобы ты мог заботиться о себе. Знаешь, что он сказал в ответ?

- Он... Что сказал мой отец?

- Все трое из нас сражались вместе, и мы понесли большие потери. Твоему отцу было очень грустно видеть, что многие наши люди полегли мертвыми на поле битвы. В то время один из офицеров посоветовал ему: «Генерал, убей свое горе! Возьми под свой контроль свое тело и свои эмоции», - Цзюнь Вуй говорил медленно, вспоминая слова. - В то время Большой Брат ответил: «Почему ты хочешь, чтобы я избегал своего горя? Почему я должен стыдиться своего горя? Мои братья умерли, и они были убиты моим врагом, разве я не должен теперь убить врага? Если я убью свое горе, как это поможет что-то изменить? Контролируя свои эмоции…, - Цзюнь Вуй говорил тоном выше обычного, подражая своему старшему брату. - «Да, нам нужно будет найти способ избежать этого горя… но я не буду тратить это горе на слезы, я использую его при битве с врагом! Я использую это горе, чтобы напасть на моего врага, а затем уничтожить их одним махом, для того чтобы мои братья больше никогда не испытывали этого горя! Я не стану избегать своего горя! Я изменю условия!

- Я не стану избегать своего горя! Я изменю свои условия! - Цзюнь Мосе мягко повторил эти две фразы. Внезапно волна гордости и чести пронеслась по всего его телу и душе.

- Я не стану избегать своего горя! Я изменю свои условия!

Это одно предложение вызвало искреннее и честное чувство восхищения отцом в сердце Цзюнь Мосе. Восхищение отцом, которого он никогда не встречал!

[Человек со стальной кровью смеется, когда ему хочется смеяться, кричит, когда ему хочется плакать. Человек со стальной кровью не искусственный!

Настоящий мужчина не избегает своих печалей! Настоящий человек работает над изменением своей ситуации! Его слова покорили мое сердце!] Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, что даже в своей предыдущей жизни он легко принял бы такого человека как его отец! [Пускай этот человек только породил это тело, в котором я живу, но не мою душу, я в этой жизни все равно буду принимать его как своего отца! Я бы принял такого человека, как отца, в любой жизни!]

Дядя и племянник вместе сидели неподвижно и тихо, и никто долгое время не решался заговорить первым. Но внезапно на улице раздались звуки быстрых шагов. Эти шаги приближались к двери. Когда дверь открыли, голос объявил:

- Третий генерал, генерал империи Ю Танг, Чжао Цзянь Хунь, хочет выразить свое уважение. Генерал, пожалуйста, дайте мне указания!

- Чжао Цзянь Хунь? - Цзюнь Вуй выглядел довольно смущенным, он никогда не мог подумать, что враг его братьев действительно заявится сюда! - Скажи ему войти. Я очень хотел бы встретиться с ним. Прошло немало времени, с тех пор как я видел своего старого друга!

- Да, генерал! - молодой офицер армии принял свой приказ и удалился.

Спустя некоторое время на расстоянии медленно появился черный силуэт. Этот человек был ненормально высоким и был одет в черные вещи, даже его лицо было черным, казалось, что все тело этого человека было сделано из холодной черной стали. Его походка была такой же доминирующей, как и у тигра, и он смотрел прямо вперед и больше никуда. Солдаты армии Тянсян, выстроившиеся по обеим сторонам прохода, смотрели на него с враждой во взгляде, но он, похоже, не обращал на них никакого внимания! Этот человек был высоким и худым, имел широкие плечи, длинные руки, высокий нос и острые глаза. Линии его лица были очень острыми, казалось, что кто-то вырезал их ножом. Оглушающая аура войны выходила из его тела, когда он шел вперед, не глядя по сторонам и не оборачиваясь назад.

Этот человек появился сам, один!

Он отважился придти во вражеский армейский лагерь, чтобы отдать должное своему мертвому врагу! Только сам!

Этот человек был Чжао Цзянь Хунь!

Нельзя подобрать слова, чтобы описать, как смело это было!

Смелый и доблестный, один из самых высоко почтенных генералов Империи Ю Танг!

Чжао Цзянь Хунь подошел ближе и расположился перед Цзюнь Вуем:

- Цзюнь Вуй, мы снова встретились, спустя столько лет, - его звучный и мощный голос подавлял боевой клич!

Цзюнь Вуй не смотрел на него и не сводил глаз с земли:

- Чжао Цзянь Хунь, я давно хотел тебя увидеть! Очень давно!

- Тогда почему ты не сделал этого? Цзюнь не было на поле битвы в течение десяти лет… - тон Чжао Цзянь Хунь казался настоящим, - …Мне стало очень одиноко!

- Если бы Цзюнь в последние десять лет были на поле битвы, я боюсь, что у тебя не было бы возможности стоять передо мной и жаловаться, - Цзюнь Вуй холодно посмотрел на него, - потому что ты бы уже реинкарнировался!

Хотя это предложение само по себе было довольно высокомерным, Чжао Цзянь Хунь мог точно сказать по тону Цзюнь Вуя, что он явно скрывал чувство сожаления. Это лишь подтвердило, что только Цзюнь были достойны быть его настоящими противниками! Однако, хотя он ясно понимал истинный смысл слов Цзюнь Вуя, но чувство чести военного внутри все еще вызывало желание побороться в тот момент!

- Да, если бы ты был на поле битвы в течение этих десяти лет, тогда, может быть, я бы уже оказался погребенным в земле. Но тебя там не было! Почему тебя не было там? – казалось, со злостью проговорил Чжао Цзянь Хунь.

Тон этого знаменитого генерала Империи Ю Танг оставил Цзюнь Вуя в недоумении, а Цзюнь Мосе почесывал голову [Это не фальшь, так ведь? Хотя он выиграл войну при сомнительных обстоятельствах, но он единственный генерал, который когда-либо побеждал в бою Белого Командира, Цзюнь Ву Хи. И это единственный человек, которого Цзюнь Ву Хи не смог победить. В дополнение к тому, что в течение многих лет бился со всеми тремя братьями семьи Цзюнь, ему также удалось добиться смерти двух из них, а третьего оставить калекой. Он хорошо знает, что третий дядя не смог бы сразиться с ним на поле боя, учитывая все травмы. Но этот мужчина все еще хочется биться с ним и победить его? Неужели этот мужчина потерял рассудок?]

Чжао Цзянь Хунь подошел к статуе Цзюнь Ву Хи и остановился. Он долго стоял неподвижно, серьезно глядя на лицо Цзюнь Ву Хи. Тело Чжао Цзянь Хунь стояло прямо, но в его глазах ясно читалась искреннее уважение. Затем он наклонился и долго не выпрямлялся.

Спустя некоторое время Чжао Цзянь Хунь снова встал и с восхищением посмотрел в каменные глаза своего врага! Он вздохнул и сказал:

- Цзюнь Вуй, знаешь что? Я, Чжао Цзянь Хунь, присоединился к армии еще молодым, и я провел половину своей жизни, сражаясь со многими великими генералами. Я проигрывал, и я выигрывал у самых высоко почтенных героев в этом мире. Но только один человек был способен пробудить чувство восхищения в сердце Чжао Цзянь Хунь! Только один человек, которому я кланяюсь!

- Имя этого человека - Цзюнь Ву Хи!

Глава 200. Особенности гордости

Чжао Цзянь Хунь с огромным уважением смотрел на статую своего врага:

- Цзюнь Ву Хи и я сталкивались друг с другом в боях в общей сложности двадцать девять раз, и независимо от моего ума или силы, я всегда проигрывал. Независимо от моей стратегии нападения, независимо от моих расчетов, независимо от того, была засада или нет, независимо от уровня секретности операции, Цзюнь Ву Хи всегда все замечал. Белый Командир мог все заметить!

Это, вероятно, были самые лучшие слова, которые мог сказать враг!

Цзюнь Вую нечего было добавить. Но слова Чжао Цзянь Хуня вернули воспоминания о Старшем брате, сердце Цзюнь Вуя снова наполнилось гордостью.

Молодой мастер Цзюнь все время молча наблюдал за Чжао Цзянь Хунем, он мог почувствовать сильное сожаление мужчины от того, что он не смог победить великого командира. Однако, как ни ужасно человек был бы ранен в битве, он все равно снова собирался со своими силами и снова подымался, чтобы снова воевать! Это была удивительная черта характера, которой обладал этот генерал, и Цзюнь Мосе понял, что этот человек был тем, с кем нужно считаться!

- Наши страны воевали друг с другом в то время, и хотя мы с Цзюнь Ву Хи и я видели друг друга несколько раз, но мы всегда встречались на поле боя в виде заклятых врагов. Я всегда надеялся, что однажды я смогу встретиться за бокалом вина с этим доблестным и мною уважаемым человеком лично! И этого момента мне хватило бы на всю жизнь! – чувственно проговорил Чжао Цзянь Хунь. - Однако наибольшее желание моей жизни было победить однажды Цзюнь Ву Хи. Согласно этой мечте, тогда я бы отрубил голову своим мечом, а потом я бы похоронил этого человека со всеми почестями! Поэтому, каждый раз, когда он меня побеждал, неважно как сильно я падал – я всегда старался встать на ноги, потому что я верил в свою мечту! Я всегда вставал снова потому, что только тогда я бы смог победить этого непоколебимого врага! Я бы проиграл еще сто битв, но я все равно сражался бы снова! Смерть такого гениального генерала при таких тайных обстоятельствах действительно самое трагическое, что я могу себе представить!

- Тайна его трагической смерти? - Цзюнь Вуй внезапно открыл глаза и холодно посмотрел на него, - Чжао Цзянь Хунь, что ты пытаешься сказать? Что ты знаешь об этом?

Таинственная смерть его двух старших братьев и его двух племянников можно было назвать самой большой головоломкой в жизни Цзюнь Вуя. Хотя он считал, что в этом был замешан Город Серебряной Метели, но у него все еще не было доказательств против них. Цзюнь Вуй пытался получить конкретные доказательства, и ему внезапно показалось, что Чжао Цзянь Хунь знал что-то об этом!

Чжао Цзянь Хунь обернулся и посмотрел на него:

- Что я знаю? Я солдат врагов, даже если я тебе кое-что скажу, почему ты мне станешь доверять? Цзюнь Вуй, хотя ты тоже победил меня, но я тебя никогда не уважал! Чжао Цзянь Хунь всегда восхищался только одним врагом - Цзюнь Ву Хи! Если бы Цзюнь Ву Хи не был мертв, я бы хотел его убить! Однако он умер, сражаясь со мной, но при самых тайных обстоятельствах. Я, Чжао Цзянь Хунь, не виноват в этом! И я ничего не знаю о его смерти! Десять лет назад Цзюнь Ву Хи должен был победить меня, но, к сожалению, я победил его, и затем он умер! Эта победа была самым большим поражением в моей жизни, и это поражение было последним! - Чжао Цзянь Хунь усмехнулся, со слезами грусти на лице он добавил, - эта победа - самая большая ирония в моей жизни!

В этот момент Цзюнь Вуй наконец, начал понимать истинный смысл слов Чжао Цзянь Хуня и пробормотал про себя:

- Значит, он тоже хочет знать правду?

Чжао Цзянь Хунь посмотрел на него с холодком во взгляде:

- Если бы я действительно победил и убил его тогда, то я бы с гордостью объявил об этом всему миру, и тогда я бы праздновал так, как никто раньше не праздновал! Эта победа была бы самым большим достижением в моей жизни, но это - ложь! Этот подвиг не мой, но он по-прежнему ассоциируется с моим именем, и это, для Чжао Цзянь Хуня, самый большой позор! Этот позор я просто не могу смыть с себя! Я не могу этого вынести, поэтому я хочу отомстить за него! Цзюнь Ву Хи был настоящим солдатом, и он должен был умереть на поле боя, а не по вине каких-то заговорщиков! Я не могу согласиться с этим, и я считаю, что он тоже! Ты его брат… - Чжао Цзянь Хунь насмешливо улыбнулся, - ты тоже солдат, не так ли? Если бы на тебя такое кто-то наговорил то, что ты сделал бы? Ты солдат, не так ли? Смог бы ты принять это? Возможно, некоторые люди тайно радовались бы этому, но я, Чжао Цзянь Хунь, так не могу!

У Цзюнь Вуя просто не было слов.

- Цзюнь Вуй, я тебя спрашиваю! Как умер Цзюнь Ву Хи? Как вас победили? - Чжао Цзянь Хунь впился взглядом в Цзюнь Вуя, - скажи мне, скажи мне правду!

- Правду… - Цзюнь Вуй покачал головой, его лицо дрогнуло, - мне тоже хотелось бы узнать правду.

Благодаря тому, что Чжао Цзянь Хунь был одним из самых выдающихся генералов Империи Ю Танг, он мог вызывать ветры и дожди, но перед лицом такой власти, как Город Серебряной Метели, он был не больше, чем простой муравей.

Даже, несмотря на то, что Цзюнь Вуй не хотел иметь в этом мире такого врага как Чжао Цзянь Хунь, он точно так же, как и Чжао Цзянь Хунь был твердо убежден, что кости солдата принадлежат полю боя. Хотя он хотел, чтобы Чжао Цзянь Хунь был мертв, он только хотел, чтобы человек погиб в бою и, предпочтительно, от его же рук! Во всяком случае, он не хотел, чтобы Чжао Цзянь Хунь сражался с Городом Серебряной Метели, чтобы отомстить за Цзюнь Ву Хи, а затем в конечном итоге умер бы при сомнительных обстоятельствах, как и Цзюнь Ву Хи!

На самом деле даже Цзюнь Вуй смутно догадывался о том, что произошло и кто виноват, так как у него не было доказательств участия Города Серебряной Метели!

- Ты никогда не сможешь справиться с ними. Ты даже не мог справиться с моим Старшим братом, или с моим Вторым братом, или даже со мною! – холодно ответил Цзюнь Вуй, - Чжао Цзянь Хунь, ты не должен переоценивать свои способности! Хотя я надеюсь, что ты скоро умрешь, но я не хочу, чтобы ты умер такой же смертью, как и мои братья! Кости солдата должны остаться на поле боя!

- Значит, ты уже знаешь, как вас троих избили, и что я не имею никакого отношения к тому, что произошло? - Чжао Цзянь Хунь выглядел так, будто был в восторге от этого.

- Конечно. Ты можешь быть самым важным генералом Империи Ю Танг, но ты не способен победить Братьев Цзюнь! – буркнул Цзюнь Вуй, - у тебя просто нет того, что нужно!

- Спасибо! Спасибо! - даже, несмотря на то, что Цзюнь Вуй унижал его, Чжао Цзянь Хунь выглядел очень счастливым, благодарным и взволнованным одновременно!

- Цзюнь Вуй, ты можешь быть победителем, но ты никогда не узнаешь, что бремя этих побед может сделать с человеком! Я не проиграл ни одной битвы за последние десять лет… Я мог получать большие увечья, но я всегда продолжал бороться и выигрывал бой... Но с тех пор как я не смог победить Братьев Цзюнь… я всегда чувствую, что кто-то указывает мне в спину и говорит: «Ты видишь этого человека, он везунчик…. независимо от того, насколько сильно он проигрывает, он всегда победит, в конце концов, потому что он счастливый генерал… Удача - его самая большая сила»… Это самое большое унижение для любого солдата! Настоящий солдат никогда не поверит в удачу! Сила - это все! – тон Чжао Цзянь Хуня начал подниматься, и он почти взревел в тот момент, но истерично продолжал, - у меня нет сил победить? Я никогда не проигрывал войны в течение десяти лет! Независимо от того, насколько бы сильно я попал, я всегда выстаиваю, и я всегда побеждаю в конце! Зачем кому-то называть меня счастливчиком? Я предпочел бы быть мертвым, чем считать свои победы просто как удачу!

Цзюнь Мосе наблюдал за Чжао Цзянь Хунем с того момента, как он вошел, и Цзюнь Мосе почувствовал, что этот человек был настоящим солдатом! Услышав эти слова, он только убедился в этом. Возможно, Цзюнь Мосе не согласился бы с педантичными мыслями и идеалами этого человека, но он не мог не восхищаться ими, и не мог не одобрить их. [Он настоящий солдат! Поистине человек со стальной кровью!

Честный и простой! Настоящие мужчины и настоящие воины не верят в удачу, не верят в судьбу! Даже если они сталкиваются со смертью, они встречают ее стоя на ногах! Они могут умереть, но всегда в битве! Они умирают на передовой позиции, гордо защищая свое национальное достоинство, как бессмертную и великую стену, не желая отступать, ради своих будущих поколений и своей страны!]

Эта уникальная гордая особенность истинного солдата с легкостью читалась во взгляде, словах и жестах Цзюнь Вуя и Чжао Цзянь Хуня!

[Другом или врагом являлся такой человек, но такие солдаты достойны восхищения]

Он подумал, что даже если в ближайшие дни другой генерал смог бы соответствовать силе Чжао Цзянь Хуня, то этот человек вряд ли когда-либо смог бы соответствовать доблести и идеалам этого генерала!

Цзюнь Вуй и Чжао Цзянь Хунь, двое мужчин, которые когда-то были врагами, продолжали говорить перед кенотафом Цзюнь Ву Хи долгое время, и хотя они соответствовали друг другу, тон сочувствия и уважения все еще сохранился между ними в их разговоре.

Цзюнь Мосе не прерывал их вообще, так как знал, что этот момент принадлежит этим двум людям. Только им: этим двум ветеранам войны, этим двум оппонентам, этим двум храбрым солдатам.

В конце, умышленно или иначе, Чжао Цзянь Хунь произнес предложение, чем вызвал интерес Цзюнь Мосе:

- В городе Тянсян есть еще одна военная семья, кроме семьи Цзюнь - семья Дугу. Немного подозрительно с их стороны.

- Что ты пытаешься сказать? – спросил Цзюнь Вуй. - На какие новости ты наткнулся, брат Чжао? Они обернулись против нас?

- Против вас? – усмехнулся Чжао Цзянь Хунь, - я приехал сюда с учителем Империи Ю Танг, и ваши трое принцев уже посетили нас, и ха-ха, их отношение очень... ха-ха...

В этот момент Чжао Цзянь Хунь стал прямо, и казалось, он насмехался над Цзюнь Вуем. - Три принца пытались разделить Империю, но ваш Император настроен на поддержание баланса и единства. Тем не менее, похоже, что три принца очень нетерпеливы и не могут дождаться своей очереди, так что бунт – их единственный вариант. Семья Цзюнь и семья Дугу чрезвычайно лояльны к Ян Хуай Ю. Поэтому две ваши семьи считаются самым большим препятствием, и им необходимо уничтожить их любой ценой. У семьи Дугу есть незамужняя дочь, и ее можно использовать в качестве очень важного козыря, конечно, если один из трех принцев каким-то образом сможет ее уговорить... даже если Цзюнь сможет жениться на принцессе, это будет сделано только по милости Его Величества, но, ни в коем случае не будет препятствовать планам трех князей.

Цзюнь Вуй посмотрел вниз:

- Это так?

Глава 201. «Свобода действий» предоставляется

- Сейчас есть только первые признаки этого, - холодно заявил Чжао Цзянь Хунь, - эта схема потребует серьезного планирования, прежде чем сможет быть выполнена. В конце концов, семья Цзюнь является самой сильной военной державой Империи Тянсян, и даже Император не принимает вашу семью несерьезно. Однако их план кажется совершенно ясным.

- Ха-ха, молоко на губах не обсохло, а эти трое детей думают о том, чтобы напасть на мою семью... – неприветливо засмеялся Цзюнь Вуй.

- Ну, а тот факт, что семья Дугу по-прежнему не может найти подходящую пару для своей дочери, сделала их положение непонятным в этой ситуации, - добавил Чжао Цзянь Хунь. - Честно говоря, я действительно с нетерпением жду этого. Если две основные силы Империи Тянсян разделятся... Если основа вашей империи сломается, это будет для нас хорошо. Я смогу просто собрать свою армию и уничтожить все ваши силы одним махом, я смогу с легкостью расширить территорию империи Ю Танг! Как было бы прекрасно, если бы я мог просто объединить весь этот мир одним махом!

- Зачем ты говоришь мне это? Какая польза от этого для тебя?! - хмыкнул Цзюнь Вуй.

- Я не могу скрыть это в присутствии Цзюнь Ву Хи! Я скажу тебе это только потому, что ты часть семьи Цзюнь Ву Хи, а он был моим самым уважаемым противником, - Чжао Цзянь Хунь обернулся, чтобы снова посмотреть на статую Цзюнь Ву Хи. А затем медленно продолжил: - Я с нетерпением жду, когда в семье Цзюнь появится еще один мужчина или женщина такого же уровня, как был Белый командир. Но в любом случае я не могу позволить этой «однажды геройской» семье исчезнуть в темноте борьбы за власть. Это единственное, что я могу сделать для кумира моего сердца.

Чжао Цзянь Хунь встал прямо и снова направился к статуе Цзюнь Ву Хи. Он долго-долго смотрел на него, а затем внезапно обернулся:

- Я ухожу!

- Я не провожу тебя! - Цзюнь Вуй заявил резким тоном, а затем добавил, - … и я не поблагодарю тебя!

Некоторое время Чжао Цзянь Хунь просто стоял неподвижно, но затем, улыбнувшись Цзюнь Вую, спросил грубым голосом:

- Ты не проводишь меня? Когда он спросил, его голос стал еще более низким: - Неужели я недостаточно важен? Или, может быть, я недостоин?

Цзюнь Вуй некоторое время молчал, но затем он улыбнулся и сказал:

- Да.

- Я понимаю, - Чжао Цзянь Хунь сделал глубокий вдох. - Как только я уйду, я немедленно вернусь в Ю Танг! Цзюнь Вуй, если мы когда-нибудь снова встретимся на поле битвы... не думай, что я не атакую тебя безжалостно просто из-за сегодняшнего дня! - на его лице была грусть. - Все эти годы мне пришлось все это терпеть, сейчас я действительно устал от этого! Непобедимый генерал... А я на самом деле просто счастливчик!

Закончив последнее предложение, он обернулся и ушел... Даже не посмотрев назад… не говоря ни слова. Его силуэт продолжал исчезать, черный плащ развивался на ветру, голова была высоко поднята, его фигура медленно исчезла из поля зрения...

Солдаты Тянсян, которые стояли по обеим сторонам дорожки, могли только с восторгом взглянуть на командира вражеской армии.

- Этот человек слишком горд, - прошептал Цзюнь Вуй, уставившись на исчезающую фигуру Чжао Цзянь Хуня. - Когда-то Большой Брат сказал: его гордость - самая большая слабость его характера, и это можно использовать, чтобы загнать его в несколько ловушек, и он будет каждый раз попадаться в них, даже не раскаиваясь в своих действиях.

Цзюнь Мосе не смог сдержать смех:

- Да, но он должен был умереть уже раз сто... в его случае нелегко остаться в живых.

- Хотя этот человек слишком горд, но его гордость также является его величайшим достоянием. Он очень хорошо разбирается в каждом боевом формировании, каждой тактике засады, и его знание войны превосходит знания любого другого человека. Так почему бы ему не гордиться своими способностями? Если бы я был им, я был бы таким же! - Цзюнь Вуй улыбнулся. - И эта его великая способность всегда восхищала твоего отца. Даже в величайшие моменты отчаяния этот человек никогда не сдавался. На самом деле он не отказался от своих надежд, несмотря на то, что несколько раз он был побежденным… Мы с твоим отцом когда-то разговаривали об этом, и он сказал мне, что даже он не смог бы так сделать! Чжао Цзянь Хунь - исключительный человек! Он никогда не сдавался, каким бы ни было его положение!

Цзюнь Мосе только мог одобрить это мысленно [Парусник, который движется с попутным ветром, нельзя считать талантом. Только того, кто выживает, несмотря на все невзгоды, и сражается, чтобы выжить, постоянно отбиваясь – можно называть истинным героем!]

- В то время, когда мы пытались изучить Чжао Цзянь Хуня, его же слова и действия помогли твоему отцу выбрать стратегию борьбы с Чжао Цзянь Хунем, - слова Цзюнь Вуя были полны гордости. - И его стратегии по-прежнему актуальны, если дело касается Чжао Цзянь Хуня!

- Как? - Цзюнь Мосе внезапно захотел узнать больше.

- Чжао Цзянь Хунь был одним из самых выдающихся холостяков в империи Ю Танг, и один из самых влиятельных министров империи Ю Танг захотел выдать свою дочь за Чжао Цзянь Хуня, но эта женщина была чрезвычайно жирной и уродливой, - улыбнулся Цзюнь Вуй. - Тогда Чжао Цзянь Хунь сказал прямо перед входом в кабинет министра: - Как такая уродливая женщина может быть достойной для такого блестящего генерала?

Цзюнь Мосе рассмеялся.

- В первый раз, когда Большой брат услышал об этом, он сказал: «Чжао Цзянь Хунь гордый, он слеп к политической власти, и превосходит своего оппонента по всем способностям. Чжао Цзянь Хунь крутится в очень высоком свете и никогда не позволит себе подчиняться другому человеку. Поскольку Империи Ю Танг не хватает такого таланта, они позволят ему нарушить правила и позволят ему процветать, но это плохо для него. Быть гордым и отчужденным - это хорошо для ученого в большинстве случаев, но могут быть исключения, когда гордость также может стать фатальной ошибкой! Даже в будущем, когда кто-либо сможет понять эту слабость, этот человек сможет сделаться непобедимым для Чжао Цзянь Хуня!

Голос Цзюнь Вуя был наполнен воспоминаниями:

- Когда-то Большой Брат сказал, что Чжао Цзянь Хунь - обычный генерал, но он стал самым выдающимся генералом империи Ю Танг менее чем за два года! Большой брат сказал, что даже при этом слабость Чжао Цзянь Хуня по-прежнему остается слабостью. Удержать его слабость не так сложно, но использовать его слабость, чтобы стать лучше, нелегко, потому что у него жестокий характер. Для того чтобы стереть его боевые духи нужно больше, чем просто серия смертельных ударов, даже в такой ситуации он, в конце концов, вернется. И это именно то, что произошло. Большой Брат двадцать девять раз использовал его слабость, чтобы победить его, но, к сожалению, в финальной битве...

- Ситуацию изменить легко, но изменить свой характер – сложно, - Цзюнь Мосе вздохнул. Он искреннее уважал отца, которого он никогда не встречал. Одно это предложение было большой информацией об общем враге. Одного этого предложения было достаточно, чтобы понять слабость врага-генерала, но, кроме того, это предложение изложило необходимый план для того, чтобы победить этого человека. [Неудивительно, что Цзюнь Ву Хи считается божественным воином своего времени!]

Познав слабость Чжао Цзянь Хуня, Цзюнь Мосе мгновенно понял причину страданий этого человека.

[Он гордый человек и настоящий воин! Если такому человеку придется вынести стыд из-за поражения, тогда он, вероятнее всего, не смирится и будет противостоять, потому что такой человек знает, что он может найти в себе силы, чтобы найти еще одну возможность для того, чтобы смыть этот позор. А теперь этому человеку нужно вынести то, что ему принадлежит эта мистическая «Победа»! Для такого гордого человека эта победа еще хуже, чем сама смерть. Генерал-счастливчик! Это прозвище... это позор: человек, подобный Чжао Цзянь Хуню, просто неспособен его вынести, этот позор заковывает его в кандалы! Более того, у Чжао Цзянь Хуня нет никакого выхода! Неудивительно, что он сказал: «все эти года мне пришлось все это терпеть, сейчас я действительно устал от этого!]

В этот момент Цзюнь Мосе, наконец, понял истинный смысл этого предложения. Он мог, наконец, понять бесконечную боль, скорбь и бремя, которое Чжао Цзянь Хунь должен был выносить все эти годы! Возможно, единственный способ избавиться от этого бремени - победить Третьего Брата семьи Цзюнь – единственного, оставшегося из трех великих братьев Цзюнь, Цзюнь Вуя... Но даже шансы на это сейчас были скудными!

Чжао Цзянь Хунь оставался непобедимым все эти годы, и хотя он одержал много побед, но его сердце уже было разбитым! Поэтому Чжао Цзянь Хунь безрассудно отравился за Фэй Мин Чэнем в Империю Тянсян, чтобы отдать должное перед Кенотафом Цзюнь Ву Хи, просто для того, чтобы освободить сердце от боли!

С этой точки зрения слова Чжао Цзянь Хуня о мести за смерть Цзюнь Ву Хи не были фальшивыми! Потому что убийцы Цзюнь Ву Хи - это люди, которые навлекли на него эту неимоверную боль! Месть за смерть Цзюнь Ву Хи была единственным выходом. Этого хватило бы, чтобы выпустить весь свой гнев и страдания!

- Кажется, что три принца просто не могут дождаться, чтобы искупаться в Имперской власти! - сказал Цзюнь Вуй, когда они вышли из мемориала. - Мосе, они не могут просто уничтожить семьи Дугу и Цзюнь. Семьи Дугу и Цзюнь просто слишком сильные соперники для этих маленьких детей. Они просто недостаточно хороши, чтобы просто убрать нас с их пути! Однако иметь дело только с тобой для них намного проще, таким образом, шансы на успех у них будут намного выше. В конце концов, ты единственный наследник семьи Цзюнь. И если ты умрешь, то, как бы ты ни старался работать с твоим дедом, независимо от того, насколько хорошо мы разместим нашу семью... все будет напрасно. По этой причине ты должен иметь охранников рядом с собой.

- Дядя, может быть я не слишком сильный… но если они хотят убить меня, я думаю, что сказать это легче, чем на самом деле сделать, - улыбнулся Цзюнь Мосе, а затем у него вырвался циничный смех [Я в ту ночь манипулировал битвой между шестью экспертами Духа Суань. Даже тогда я смог свободно передвигаться. Разве они несут какую-то угрозу для меня? С помощью закона исчезновения Инь и Ян я смогу уйти с поля битвы, даже если за мной придут Восемь великих мастеров]. - Однако если они нападут на меня, они не должны ждать от меня милости, - рот Цзюнь Мосе медленно изогнулся жестокой улыбкой.

[Три принца? Ха-ха, принцы хотят, чтобы я умер? Это же смешно! Хотел бы я посмотреть, у какого из трех братьев действительно хватит мужества, чтобы пойти на меня!]

- Не нужно никакой милости! - волосы Цзюнь Вуя разлетались назад на ветру, а его глаза казались немного бледными. - Но как только ты нападешь на них, нужно не оставить никаких следов, иначе это приведет к бесконечному хаосу.

- Я понимаю, - глаза Цзюнь Мосе сузились.

[Третий дядя действительно не боится затеять неприятности, так ведь? Когда речь идет о секретности, я считаю, что в этом мире нет никого лучше, чем я!]

В это время на крыше здания напротив, стояла фигура. Затем фигура внезапно исчезла, будто птица, которая улетела, испугавшись удара молнии. Дядя и племянник, оба взглянув на эту фигуру, сразу же встревожились.

- Он был слишком быстрый! Он слишком быстрый для моего поколения! - зрачки Цзюнь Вуя расширились.

На лице Цзюнь Мосе внезапно появилась улыбка.

Хотя лица не было видно, но плавный полет фигуры был несколько знаком ему. Его полет был похож на то, как ястреб спускался с небес. На сегодняшний день в мире был только один человек, способный обладать такой элегантностью и скоростью, и этот человек был ни кем иным, как одним из Восьми Великих Мастеров – это был Одинокий Сокол!

- Третий дядя, этот человек, кажется, мой старый друг. Я пойду и проверю. Пожалуйста, возвращайся и не беспокойся обо мне, - медленно заявил Цзюнь Мосе, заметив, в каком направлении исчезла эта фигура.

Глава 202. Битва в кленовом лесу

- Хорошо, но будь осторожен, - согласился Цзюнь Вуй. Он уже понял, что если его племянник хочет идти один, то значит, у него должны быть на то какие-то свои причины. Цзюнь Вуй предпочитал быть уверенным в способностях своего племянника, ему хотелось как можно скорее вернуться к своим собственным занятиям, а не беспокоиться о местонахождении Цзюнь Мосе. Несколько дней назад Цзюнь Мосе рассказал Цзюнь Вую подробную инструкцию таинственной техники фехтования. Цзюнь Мосе заявил, что он случайно наткнулся на нее. Вначале Цзюнь Вуй высмеял эту технику, отказавшись верить в ее пригодность, но позже понял, что эта техника действительно очень эффективна. Фактически, Цзюнь Вуй был полностью захвачен этой техникой, потому что она была хитрее всех, которые он когда-либо видел раньше, и ее все еще можно использовать для внезапной сильной атаки врага! Более того, эта техника была очень точной, если применить ее правильно – отклониться от удара будет очень сложно! В своей прошлой жизни Цзюнь Мосе изучил несколько древних техник самозащиты, поэтому он смог использовать свои знания и собрать воедино такую технику, которая соответствовала бы характеру Цзюнь Вуя, котрый в молодости принимал участие в нескольких войнах и был импульсивным генералом! Цзюнь Вую казалось, что техника, которую показал Цзюнь Мосе, была идеальна для него! Поэтому Цзюнь Вуй безумно хотел научиться обладать ею.

Дядя и племянник пошли в разные стороны.

Цзюнь Мосе был немного в замешательстве, так как все эксперты, которые ранее собрались в городе Тянсян, должны были уже разойтись, потому что битва за Ядро Суань уже закончилась. Но по какой-то причине Одинокий Сокол все еще не покинул город...

Молодой мастер Цзюнь знал, что не может понять все действия этого человека, но он уже понял, что Одинокий Сокол никогда не интересовался самим Ядром Суань, он только пришел, чтобы найти подходящих ему противников. Цзюнь Мосе хорошо понимал, что в случае, если Одинокий Сокол был бы заинтересован в Ядре Суань, то он мог бы сбежать с ним в любое время, когда захотел бы, и никто из присутствующих на поле битвы не стал бы для него преградой на его пути, даже два Суань Зверя из леса Тянь Фа не смогли бы догнать его.

[Итак, что он здесь делает сегодня? Может быть, в городе Тянсян что-то еще привлекло его внимание? Может быть, он нашел себе эксперта, с которым можно побороться?]

Цзюнь Мосе давно подумывал, что нужно приблизиться к Одинокому Соколу, поэтому он и завязал с Одиноким Соколом разговор и предложил ему такое прекрасное вино.

Тем не менее, его план начал действовать раньше, чем он задумал, неожиданное прибытие стольких экспертов Неба Суань и Духа Суань потрясло Цзюнь Мосе. Позже, как только битва за Ядро Суань закончилась, Цзюнь Мосе понял, что он может использовать помощь этих двух Суань Зверей из леса Тянь Фа для выполнения необходимых ему дел. Это, в свою очередь, означало, что Цзюнь Мосе в ближайшее время не нуждался в Одиноком Соколе! Цзюнь Мосе все очень точно планировал, он был вынужден быстро импровизировать, чтобы адаптироваться к быстро меняющимся обстоятельствам. Тем не менее, молодой мастер Цзюнь все еще испытывал некоторое недовольство по этому поводу [Я потратил столько времени и сил на то, чтобы во всем разобраться, а теперь все пропало? Пустая трата времени и энергии!]

Цзюнь Мосе немного разочаровался в себе. Он знал, что было бы очень трудно проследить за Одиноким Соколом, как только тот покинул бы город Тянсян. Однако теперь, когда Цзюнь Мосе неожиданно увидел фигуру Одинокого Сокола в городе Тянсян, он явно не хотел упустить свой шанс!

Поэтому наемный убийца Цзюнь немедленно последовал за исчезающим на полной скорости мастером!

Скорость и движения Цзюнь Мосе были безупречными, но, как бы он ни старался, он не мог догнать Одинокого Сокола. Правду говоря, с каждой минутой расстояние между ними только неуклонно возрастало!

Дело не в том, что Цзюнь Мосе не хватало навыков. Его уровень Суань Ци был довольно низким, и хотя его развитие в последнее время значительно улучшилось, но его уровень все равно был примерно на самом низком уровне Золота Суань. Тем не менее, молодой господин Цзюнь был уверен, что после проникновения во второй уровень Пагоды Хунцзюнь, его сила Суань Ци достигала примерно уровня Земли Суань. Однако он все равно потерял из виду фигуру Одинокого Сокола. Но, тем не менее, наемный убийца Цзюнь не сдавался и продолжал эту погоню за Одиноким Соколом, используя свои навыки убийцы и интуитивные способности.

Кленовый лес, к югу от города

Кленовые листья были такими же красными, как цвет позднего осеннего заката. Осенний ветер свистел через этот, как казалось, лес крови. Тысячи кленовых листьев, которые когда-то украшали ветви деревьев этого леса, уже не могли сопротивляться силе ветра и падали вниз, это создавало впечатление, будто реки крови спадают вниз к морю крови… Весь горизонт, казалось, был окрашен кровью!

Один человек, одетый в синее, тихо и неподвижно стоял на ветру на одном месте. Но его развевающаяся на ветру мантия, создавала впечатление, будто он – бурное море с волнами, покрытое рябью. Лазурно-синий цвет его халата дополнял глубокий красный цвет леса на фоне. Это создавало странную картину: спокойную, враждебную и мирную одновременно. Его лазурные волосы развивались на ветру, сливаясь с небом выше. Хотя множество листьев падали на землю, но они все обошли его, синие волосы, казалось, не были затронуты ими вообще. Его взгляд был спокойным и сдержанным, без намеков на печаль из-за прошлой дороги, но в то же время без намеков на какие-то надежды или желание о грядущем пути, никакой паники и страха.

Этот человек был Хай Чэнь Фэн! Будучи настоящим другом, Хай Чэнь Фэн появился, как и было обещано. Чтобы за своего друга встретить неизвестного, но непревзойденного врага. Его взгляд был направлен на восток, он, казалось, смотрел на горизонт, в надежде увидеть свой родной город, где его хозяин ждал его возвращения!

[Как только эта битва закончится, я смогу снова вернуться домой?]

Вуу... В небе пронесся холодный осенний ветер. Хай Чэнь Фэн прищурился, вспыхнул луч голубого света из его тела. Сам он твердо стоял на своем месте, как скала. И только его волосы начали трепетать на ветру, а листья кленов срывались с веток и падали вниз, проносясь мимо его тела! Десятки миллионов листьев, которые до сих пор, так или иначе, умудрились удержаться на ветках, несмотря на осенние ветры, наконец-то сдались мощной силе этого ветра, заполняя небо кроваво-красным сиянием! Море красного и синего цветов были отделены друг от друга! Казалось, Хай Чэнь Фэн стоял совсем один, без никакой поддержки! Все его попытки выбрать удачное и выгодное географическое положение, мгновенно были нейтрализованы!

В одно мгновенье выражение лица Хай Чэнь Фэна изменилось, его рука нашла рукоятку его меча, но подняв глаза в поисках своего врага, он никого не увидел! В поле зрения не было никакого врага!

Этот незнакомый человек даже не показал себя во плоти, но уже успел спровоцировать Хай Чэнь Фэна использовать его Суань Ци!

Фить!

На высоте черная фигура мелькнула над Хай Чэнь Фэном. Человек спустился на высоту примерно около десяти футов, но он все равно казался скорее ястребом, чем человеком! Его длинные волосы растекались по его плечам, его спина была такой же прямой, как копье, его глаза казались такими же блестящими, как молния, нос и губы напоминали орла, его лицо было тонким. Казалось, что все его тело было олицетворением самой смерти! Он появился как повелитель неба, ожидающий следующей добычи, как сокол, смотрящий вниз на кролика!

- Является ли ваше превосходительство тем, кто выбрал банду Цзинь Янь? - спросил Хай Чэнь Фэн почтительным тоном, глубоко вздохнув. Его интуиция Неба Суань уже заставила его осознать, что он не ровня этому человеку!

- Да, а вы нанятая Цзинь Фэнли помощь? И эксперт Неба Суань, да, да, это хорошо, это очень хорошо! – человек, с покрасневшим от возбуждения лицом, взглянул на Хай Чэнь Фэна. Сердце Хай Чэнь Фэна уже билось как барабан: [его развитие слишком большое для меня... какого уровня он уже достиг?.. он, по крайней мере, специалист Духа Суань, ах!]

Несмотря на то, что Хай Чэнь Фэн был жестким экспертом Неба Суань, в глубине души, он все еще не знал, смеяться или плакать! Хотя он ожидал, что этот человек будет достаточно сильным и, может быть, даже сильнее, чем он сам. Но Хай Чэнь Фэн никогда не думал, что не сможет справиться, потому что этот человек окажется настолько сильным!

[Этот человек настолько силен, что даже Учителю было бы нелегко его победить! В мире немного людей, с такими силами… так кто этот человек?]

Настоящей причиной, почему Хай Чэнь Фэн не знал, смеяться или плакать: [так как этот человек уже успел продвинуться так далеко, то зачем ему ввязываться в неприятности с такой небольшой бандой как Цзинь Янь? Если бы такой человек спросил что-то у Цзинь Фэнли, то Цзинь Фэнли должен был предложить ему все, что у него было... но вместо этого Цзинь Фэнли сумел вывести этого человека из себя! Что это?]

Человек в черной одежде холодно улыбнувшись, сказал:

- Однако, будучи просто экспертом Неба Суань, вы действительно осмелились бросить мне вызов! Ха-ха! Хорошо! Хорошо! По крайней мере, вы храбры!

- Справедливость можно найти повсюду, поэтому я должен был! Даже несмотря на горы кинжалов и море пламени - нельзя оглядываться назад! – заявил Хай Чэнь Фэн почтительно сложа руки, - сэр, я прошу вас оставить моих друзей! И если я обидел вас, я прошу простить меня.

- Я никогда этого не сделаю, - человек в черном громко рассмеялся. Его голос казался довольно странным, словно орел он повторял, - я приехал в город Тянсян в поисках кое-чего, и цель моей поездки была достигнута, поездка была довольно продуктивной. Я собирался уйти, не беспокоясь об этой ерунде с бандой Цзинь Янь, но я получил ваш вызов на битву. Похоже, людям иногда просто везет, ах.

- Поскольку ваша цель уже достигнута, почему бы не оставить этот вопрос, сэр? – вздохнув, сказал Хай Чэнь Фэн, а потом добавил, - Ваше Превосходительство сказал, что вас интересовала только борьба за Ядро Суань, правильно?

Человек в черном застонал, потому что кто-то ошибся, его лицо внезапно стало мрачным. Сомкнув веки, он сказал:

- Теперь это значит, что мы не будем драться? Это чепуха! Сегодня я преподам вам урок! Можете записать: есть такие люди, которых вы просто не должны провоцировать. А поскольку вы спровоцировали одного, вы должны заплатить соответствующую цену!

Глава 203. Как оказалось

- Значит, мой Старший хотел запугать меня? Ну, в таком случае, я требую чтобы мы встретились в битве! - врожденное высокомерие Хай Чэнь Фэна взяло верх над рассудительностью, он подумал про себя: [так как вы уже поняли, что вы сильнее меня, вы думаете, что можете просто запугать меня, принуждая силой? Я предпочел бы умереть в твоих руках, нежели позволить тебе запугать меня! Каким бы ни был результат, Хай Чэнь Фэн является учеником одного из «Восьми великих мастеров»! Вы действительно думаете, что так легко можете меня напугать?]

Следует упомянуть, что «Синий мастер» Мэн Хун Чен был отшельником и довольно странным персонажем, он никогда не разговаривал со своими учениками о внешнем мире. Несколько лет назад он победил Одинокого Сокола в битве, но Хай Чэнь Фэн, естественно, не видел боя, на самом деле, он даже не слышал ничего об этом. Так что Хай Чэнь Фэн не смог узнать человека, с которым он столкнулся. Хай Чэнь Фэн не подозревал, что этот человек, как и Мэн Хун Чен, тоже был известным. Это был один из «Восьми великих мастеров» - Одинокий Сокол!

- Ха-ха, нет необходимости в таких формальностях, эта битва была предназначена самими небесами! - Одинокий Сокол громко рассмеялся, а затем он внезапно бросился вниз с огромной скоростью, и, протянул ладонь, чтобы ударить своего врага. Хай Чэнь Фэн сердито хмыкнул, со свистом быстро обнажив свой светло-голубой меч.

Бах! Правая рука Одинокого Сокола столкнулась с мечом Хай Чэнь Фэна, вызвав громкий шум.

Хай Чэнь Фэн был поражен, как только он встретил такого удивительного человека, хотя эта встреча и была запланирована. Он понимал, что человек перед ним был намного сильнее его. Этот человек боролся голой рукой против меча, что, очевидно означало, что на случай, если Хай Чэнь Фэн попытается использовать свои кулаки в бою с этим врагом, у него не осталось бы ни единого шанса выиграть битву. В сердце Хай Чэнь Фэна началась буря сомнений, когда он начал понимать в каком чудовищном положении он оказался. Хай Чэнь Фэн мог с легкостью сказать, что он не ровня своему противнику.

Была особая причина, почему Одинокий Сокол блуждал, ища кого-то, с кем можно сразиться. Несколько последних лет Одинокий Сокол в основном проводил свое время на горных вершинах, покрытых снегом. Выбрав себе в противники Орлов и Соколов, Одинокий Сокол медленно изучал их траектории полета, боевые стили во время охоты, атакующие позы. Благодаря этому он смог развить свой оригинальный стиль, который назывался «Девять Соколов», до лучшего и более мощного стиля - «Семнадцать Соколов»!

Данная комбинация ударов была потенциально мощной, но поскольку этот стиль только зародился, он был далеко не идеально отработан. Эта проблема, как никакая другая, вызывала у Одинокого Сокола головную боль. Следовательно, Одинокий Сокол решил найти себе достойных противников, поскольку это помогло бы ему понять недостатки стиля и, кроме того, помогло бы понять, что необходимо улучшить в этом стиле. Однако до сих пор ему это не удалось. Он прекрасно понимал, что другие Великие Мастера, в свою очередь, не сидели сложа руки, поэтому Одинокий Сокол знал, что они не помогут ему с его идеей. Естественно, у него осталось немного вариантов... Более того, другие Великие Мастера были немного сильнее, чем Одинокий Сокол. Когда дело дошло бы до настоящей битвы, ему пришлось бы использовать свои проверенные методы, так что это было бы совершенно бессмысленное предложение. Все это привело Одинокого Сокола в беспомощное состояние, относительно его плана. Возможно, идея использовать Фэнг Хуан Юня для этого эксперимента была неплохой альтернативой, но любая встреча между этими двумя заклятыми врагами была битвой за жизнь и смерть! В такой ситуации Одинокому Соколу, очевидно, было бы очень трудно: он либо издевается, либо он гоняется за своей смертью…

Более того, даже если бы Одинокий Сокол был способен обеспечить себе безопасность, он все равно не хотел, чтобы информация о его новых техниках просочилась к Фэнг Хуан Юню. Одинокий Сокол хотел доказать свое превосходство Фэнг Хуан Юню и надеялся, что в один прекрасный день этот новый стиль поможет ему достичь этой цели!

Помимо этих вариантов, в мире осталось не так много людей, которые могли бы бороться с ним.

Одинокий Сокол даже размышлял над идеей пойти в лес Тянь Фа, и там отточить свой новый стиль. Но мысли о силе, которая следит за лесом Тянь Фа, заставили его задуматься, и он, в конце концов, решил не идти туда. [Я закончу в дерьме Суань Зверей, если пойду туда…]

В результате Одинокий Сокол решил следовать единственному оставшемуся пути: бороться с каждым, кого он случайно находил! Независимо от того, кем бы ни был такой случайный человек, до тех пор, пока этот человек был знаменитым экспертом, Одинокий Сокол добился бы того, что начал бы бой с этим человеком! Даже если этот человек окажется учеником одного из Великих Мастеров... в частности, такие люди лучше обучены и имеют превосходные навыки, так что они только помогли бы ему потренировать его новый стиль.

В результате Одинокий Сокол двигался то на север, то на юг, постоянно разыскивая известных экспертов. Тем не менее, он был очень расстроен, недавно узнав одно: после борьбы с такими так называемыми «экспертами», он не только не смог улучшить свои навыки, а наоборот, его навыки только ухудшались! Причину этого результата, очевидно, не было очень сложно понять…. Это так же, как в шахматной игре: когда вы постоянно играете с более слабым противником, в конечном итоге вы становитесь тоже слабее…

В таком подавленном настроении Одинокий Сокол и услышал слух о Ядре Суань. Именно поэтому он решил отправиться в город Тянсян. Однако, когда он, наконец, смог найти то, к чему стремилось его сердце, два чрезвычайно сильных Зверей Суань появились из ниоткуда и украли Ядро Суань прямо у него на глазах.

Бесполезно говорить, что этот инцидент сильно навредил планам и Ши Чан Сяо и Одинокого Сокола! Поездка Ши Чан Сяо в город Тянсян не была очень длинной. А вот усилия, предпринятые Одиноким Соколом, которыми он хотел оправдать свою длинную дорогу, полностью провалились.

Мысли Одинокого Сокола были полностью вне равновесия даже на следующий день. В конце концов, он решил прийти на порог к Ши Чан Сяо, ища проблем. Однако, достигнув лагеря Ши Чан Сяо, Одинокий Сокол узнал, что Великий Учитель уже покинул это место прошлой ночью… Выяснив, крайне расстроенный Одинокий Сокол решил уйти.

Что касается его первоначального плана использовать банду Цзинь Янь: [если в этом городе нет достойного эксперта, то в чем смысл использовать сейчас банду Цзинь Янь? Эта бесполезная банда должна была найти для меня хороших экспертов, с которыми я мог бы бороться... Но теперь, когда Ядро Суань исчезло, чего хорошего они могут для меня сделать!] Однако он никогда не ожидал, что он действительно получит вызов от банды Цзинь Янь!

Первоначально разочарованный Одинокий Сокол теперь наконец-то нашел выход, как можно выйти из своего унылого состояния. Он живо направился к этому кленовому лесу, чтобы выразить свое горе, но в итоге остался вне себя от радости. Он мог с легкостью понять, что человек перед ним был учеником того самого Синего Мастера! Более того, этот человек уже достиг вершины царства Неба Суань!

Казалось, будто небеса наконец-то услышали его молитвы!

Кроме того, было довольно очевидно, что этот человек, похоже, не узнал Одинокого Сокола!

Изначально расстроенный мастер теперь благодарил звезды!

Поэтому Одинокий Сокол решил опрометчиво не раскрывать свою истинную личность, опасаясь, что этот человек может опуститься на колени, выкрикивая «Учитель!». Такой ход событий, очевидно, не был в личных планах Одинокого Сокола! Одинокий Сокол скрыл эту важную информацию, потому что он хотел сразиться с этим человеком.

[Этот человек, кажется, является учеником Синего Учителя Мастера. А поскольку этот человек уже достиг вершины царства Неба Суань, можно предположить, что он является одним из лучших учеников, которые когда-либо были у Мэн Хун Чена. Если у меня будет хороший бой с этим человеком, я уверен, я смогу найти то вдохновение, которого я искал]

Поэтому Одинокий Сокол сознательно решил подавить свою реальную силу, несмотря на то, что тот, другой человек, сражался на полную силу. Вскоре они обменялись, по меньшей мере, дюжиной ударов.

В этот момент на поле битвы появился незваный гость! И этим незваным гостем, очевидно, был молодой господин Цзюнь!

Несмотря на то, что молодой господин Цзюнь был вне конкуренции, когда дело доходило до выслеживания людей, в этот раз ему сначала пришлось пошевелить мозгами, так как Одинокий Сокол не был простым человеком. Тем не менее, в конце концов, ему не пришлось использовать свой опыт, чтобы найти Одинокого Сокола, потому что очень несложно заметить множество летающих красных листьев в небе.

Молодой господин Цзюнь быстро скрылся неподалеку, наблюдая за сценой, которая выглядела так, будто Одинокий Сокол издевался над маленьким ребенком. Тем не менее, Цзюнь Мосе просто не мог не восхищаться самоотверженностью этого человека.

Наблюдая за сражением Одинокого Сокола с этим мужчиной в синей одежде, он вдруг понял кое-что действительно странное. Несмотря на то, что Одинокий Сокол, казалось, делал все возможное, он все еще казался немного ошеломленным. Поскольку Цзюнь Мосе продолжал наблюдать за боем, он начал понимать, что Одинокий Сокол повторял одни и те же удары снова и снова и не предпринимал никаких попыток использовать какие-либо вариации вообще.

С другой стороны, человек в синем использовал множество разных навыков и стилей и, в основном, поступал изощренно.

Цзюнь Мосе казалось, что этот Великий Мастер на самом деле просто использовал этого человека в синем для своей личной практики в качестве манекена!

Тело Одинокого Сокола, похоже, не двигалось. На самом деле его ноги были полностью неподвижны. Его руки двигались странным образом, он иногда расставлял руки, иногда он протягивал их вперед... он по-разному двигал ладонями…

Цзюнь Мосе долгое время продолжал смотреть на эту сцену. Странное чувство, что что-то неладно, становилось в его сердце все больше и больше.

Внезапно в его голове появилась мысль: [это, безусловно, личный стиль Одинокого Сокола! И на этот стиль его вдохновили своим поведением Орлы или Ястребы! Это же слишком очевидно! Но еще более очевидным является тот факт, что хотя он и придумал эту технику, он еще не успел довести ее до совершенства!]

Он мог бы сказать, что эти удары были разработаны таким образом, что каждый ход в этом стиле имел определенную поддержку, и хотя эти движения сначала казались очень странными, но в совершенстве, когда-то, они станут огромной силой.

Цзюнь Мосе молча пересчитал трижды и, наконец, смог определить, что в этом стиле было всего лишь семнадцать ударов! Одинокий Сокол использовал удары в одной последовательности, так что Цзюнь Мосе было не очень сложно определить общее количество ходов данного стиля.

Хотя этот стиль выдавал большое количество энергии, казалось, у Одинокого Сокола все же было сердце: чтобы не убить своего противника он сознательно подавляет свои силы, чтобы приравнять свой результат к посредственному уровню. Но в случае, если Одинокий Сокол решит использовать этот стиль на полную силу – он сможет победить даже такого человека как он сам. Однако справиться с кем-то гораздо более слабым, чем он, сейчас ему намного легче, так как даже если Одинокий Сокол изредка допустит ошибку в своем новом стиле – он легко сможет компенсировать потерю.

Более того, Наемный убийца мог рассказать, что, если Одинокий Сокол использует свою полную силу в этом стиле, он с легкостью сможет нанести удар гораздо мощнее! Но Одинокий Сокол не делал этого нарочно! Несмотря на то, что он использовал свою истинную силу для защиты себя, он, похоже, не использовал ее во время атак!

Цзюнь Мосе внезапно осознал, почему Одинокий Сокол не был заинтересован в Ядре Суань, но при этом все равно дошел до города Тянсян, теперь стало понятно, почему Одинокий Сокол так стремился сражаться, но все равно не был заинтересован в борьбе с экспертом, с такими же способностями как у него самого!

[Это и есть причина всего! Ха-ха, почему я этого раньше этого не понял?..]

Наблюдая, как Одинокий Сокол оттачивал свое мастерство в новом стиле, Цзюнь Мосе не мог не почувствовать немного нервозности в себе. Каждый ход и действие стиля Одинокого Сокола казались странными, но одновременно смутно знакомыми.

[Можно сказать, что эти движения со временем могут стать чем-то очень мощным, но в настоящий момент эти движения лучше всего назвать «семнадцатью потерями»! Ему не хватает отработанности. Пока что этот стиль нельзя назвать боевым стилем, но он уже достаточно хорош для того, чтобы попасть в стадию прототипа нового стиля!

Движения Одинокого Сокола кажутся очень похожими на действия Орла! Размахивание крыльями, парящий орел, падение орла, борьба с кроликом… и над всем этим я буду работать! И после постоянной учебы, как только я научусь делать все его удары, я сделаю их более мощными! Ха-ха-ха…]

Глава 204. Сожжёт нефрит и обычный камень

Цзюнь Мосе внимательно наблюдал за новым стилем Одинокого Сокола, и понимал, что даже, несмотря на то, что стиль все еще не отработанный, а некоторые движения даже не были между собой связаны, но отдельные моменты этого стиля были чрезвычайно сложными! Так как этот стиль отрабатывался военным, мастером своего дела - он был способен произвести потрясающее количество энергии. Это заставило Цзюнь Мосе задуматься о достоинствах Одинокого Сокола и восхищаться ним одновременно! Что еще более завораживало, это то, что хотя Одинокий Сокол и повторял одни и те же шаги снова и снова, за каждым следующим разом он делал маленькие изменения, таким образом, устранял слабые места в своем новом стиле. Поэтому, если он немного попрактикуется – он избавится от всех недостатков и будет готов использовать этот стиль уже в сражениях!

Следует отметить, что процесс обучения и создания боевых искусств полностью отличаются друг от друга. Создание с нуля определенного стиля боевого искусства требует большой работы: стиль нужно исправлять снова и снова, и создатель не может пропустить ни одной маленькой мелочи. Весь этот процесс разработки и полировки стиля может занять несколько десятилетий, и иногда разработкой стиля занимается даже не одно поколение.

Эта концепция ничем не отличалась от других в этом древнем мире, но Одинокий Сокол очень быстро работал над созданием своего собственного стиля. Это указывало на его опыт и мудрость в мире боевых искусств. И этот его подвиг был чем-то, что «принесет пользу будущим поколениям». Стиль, который он пытался создать, можно назвать открывающим новую эру!

Одного этого аспекта было достаточно, чтобы называть Одинокого Сокола не только одним из «Восьми Великих Мастеров», но также гениальным мастером и изобретателем!

С другой стороны, хотя Одинокий Сокол уже считался одним из легендарных мастеров своего времени, он был готов отказаться от своего статуса и сразиться с человеком, которого можно было бы назвать просто обычным. Именно так Одинокий Сокол мог улучшить и усовершенствовать стиль, который он пытался создать. Такое мало кто мог сделать!

[Секундочку!] В голове Цзюнь Мосе зародилась идея. [Одинокий Сокол пытался найти подходящих противников, но не смог... Но Поместье Сюэху и Город Серебряной Метели, несомненно, считались бы подходящими противниками для него, верно?

Одинокий Сокол пошевелил мозгами и придумал как улучшить свой стиль... а я знал некоторые подобные стили в своей предыдущей жизни... Внезапная атака орла, свистящий орел и преобразование девяти орлов… Если я не буду использовать эти средства, разве они не пропадут? Это действительно было бы их пустой тратой!] Сообразительная голова Цзюнь Мосе наконец-то расслабилась.

С другой стороны, Одинокий Сокол постоянно изменял свои удары, но все еще сохранял бой равным. Однако его ум был полностью занят разработкой новых способов: как сделать его движения более взаимосвязанными и последовательными. Более того, делая одни и те же шаги снова и снова, он медленно, но все же становился хорошо знакомым с ними, а заодно постепенно улучшал свой стиль. И, несмотря на то, что весь этот процесс был очень медленным – Одинокий Сокол все равно наслаждался им.

В сравнении со старым миром Цзюнь Мосе, этот мир сильно отличался от него. В этом мире вся боевая сила была связана с Суань Ци. Хотя сам по себе Суань Ци был достаточно сильным, но взрывной характер Суань Ци и деликатная работа ограничивали стили, которые можно было практиковать, поэтому подавляющее большинство мастеров при битве просто использовали основные движения, дополненные их Суань Ци, и редко использовали более сложные стили. По сути, если у бойца не было много вариантов ходов, он просто продолжал бы использовать одни и те же удары снова и снова.

Если бы кто-то пытался использовать и скорость, и силу в одно и то же время, то Суань Ци вряд ли могло помочь с этим, а в случае, если сосредоточить внимание на выносливости, то они не могли бы использовать сложные или большие ходы.

Однако, несмотря на то, что стиль «Одинокий Сокол» все еще был довольно сырым, но он уже сильно отличался от общих подходов. Как только эта техника постепенно улучшится и усовершенствуется, она станет как бы новаторской работой, которая сформирует будущее боевых искусств! На самом деле, можно даже сказать, что его работа могла даже проложить путь к устранению пропасти между настоящим и будущим!

С другой стороны, Хай Чэнь Фэн был ненормально спокоен, его меч продолжал кромсать, рубить, резать, хлестать... он живо применял некоторые из самых необычных ходов самого Синего мастера, тем самым Хай Чэнь Фэн часто подавлял своего врага, но человек в черном оставался непоколебим.

Через некоторое время Хай Чэнь Фэн понял, что приемы, которыми он обладал, и которые были его преимуществом, теперь утратили свои силы, а слабые места его врага, которых было много вначале боя – теперь практически исчезли. Более того, если бы оппозиционер, хотя бы изредка противостоял бы на полную мощь – он полностью дестабилизировал бы его. Их битва достигла точки, когда ситуация полностью изменилась, и теперь Хай Чэнь Фэн делал все возможное, чтобы сражаться дальше, он весь вспотел, дыхание его сбилось. Зато его противник дышал ровно, его стиль битвы с каждой секундой становился все более и более эффективным. Тот факт, что этот человек в черной одежде мог прикончить Хай Чэнь Фэня в любой момент – был очевидным, но почему-то этого все равно не происходило. Казалось, что этот человек в черном был каким-то конем, который бессмысленно сказал по тучкам, иначе бы Хай Чэнь Фэн несколько раз успел бы уже умереть.

С каждой минутой эта битва между двумя экспертами становилась все более опасной. Следует отметить, что опасность и напряженность – два совершенно разных понятия, когда мы говорим про бой. Напряженность - это термин, используемый для определения ожесточенной битвы между двумя одинаково сильными противниками, где каждая сторона делает все возможное, чтобы выиграть. И в таком случае, если бой не достигнет своего апогея, чтобы выиграть его обе стороны начнут рисковать. Однако обычно, вероятность смертельного исхода крайне мала, поскольку обе стороны до кульминационного момента тратят всю свою энергию, и для смертельного удара у них просто не хватает сил.

Однако опасность представляет собой совершенно другое значение в этом отношении. Это относится к борьбе между двумя неравными противниками, поскольку более слабая сторона неспособна защитить себя от вреда. Так и было с Хай Чэнь Фэном, который упал!

Его противник был ни кто иной, как один из Великих Мастеров, Одинокий Сокол. Он принял решение не травмировать своего противника, но поскольку его мысли были только об исследовании своего нового стиля, казалось, что он инстинктивно начал все больше и больше бороться. Хотя Одинокий Сокол все еще контролировал свой Суань Ци и поддерживал тот уровень Хай Чэнь Фэна, но он все еще был легендарным мастером, и Хай Чэнь Фэн ни в каком отношении не соответствовал ему!

Хотя сейчас Хай Чэнь Фэн точно не мог погибнуть в мгновение ока, но разница в их опыте была слишком очевидной!

Хай Чэнь Фэн уже отказался от победы в этой битве, и, кроме того, осознал одну очень важную вещь: [этот человек с самого начала играл со мной… так что я дам ему хороший урок... даже если я умру, сделаю это!]

Хай Чэнь Фэн был экспертом пика Неба Суань и редко встречался с кем-либо, кто был ровней ему. Очевидно, это вызвало в нем чувства высокомерия и самоуважения. Однако на данный момент он оказался игрушкой другого. Разумеется, для него это было огромным позором, который он не мог выдержать! В глазах Хай Чэнь Фэна эта ситуация выглядела очень похожей на ситуацию с кошкой, играющей с мышью, когда кошка просто пыталась истощить мышь, прежде чем убить ее... Он четко понимал, что его ситуация была похожа на игру в шахматы: хотя его оппонент был способен закончить игру в любой момент одним ходом, но все равно выжидал момент, когда другая сторона останется полностью истощенной и опозоренной…

Такая озорная стратегия легко разыгрывалась против новичков, но в случае, если человек был экспертом... Такая ситуация, скорее всего, взбесит противника…

Ситуация Хай Чэнь Фэна была примерно такой же, и казалось, что у него не было никакого выхода из его положения. Однако у Хай Чэнь Фэна в запасе был секретный ход!

Хай Чэнь Фэн неожиданно начал перемещать свой меч назад-вперед по кругу, и внезапно ураган начал возникать вокруг Одинокого Сокола. Ветер этой бури медленно стал голубым и постепенно потемнел до темно-синего! С каждым последующим взмахом, который Хай Чэнь Фэн делал, ураган становился все темнее и темнее, а потом и вовсе стал почти черным!

До этого момента Одинокий Сокол был очень доволен происходящим, так как ему удалось сделать то, что он именно хотел. Но в тот момент он внезапно почувствовал, как возрастает давление вокруг него. Прежде чем он успел пошевелиться, он почувствовал, будто он был окружен волнами, будто проливной дождь заливает шлюпку в бушующем море. Он вдруг понял, что происходит, вспомнив умение Синего мастера: Волна Мира! Оно разрушает все без разбора. Оно сожжет нефрит и обычный камень!

Этот ход способствовал взрыву Суань Ци и мог мобилизовать весь Суань Ци в дантян, а затем превратить все в один смертельный взрыв. И с помощью этого взрыва можно было даже одним ударом убить врага, намного сильнее самого себя, даже если противник был на один или два уровня впереди!

Однако у этого хода был один основной недостаток, то есть независимо от травм противника, использовавший его превратится в гренку! Прежде чем ранить врага, использовавший навредит себе. И не зависимо от того, выживет ли противник после удара, использовавший будет предопределен к смерти!

Одинокий Сокол, шокированный, выругался:

- Ублюдок, ты гоняешься за своей смертью! Я Одинокий... - он хотел сказать «Я Одинокий Сокол, брат твоего мастера!»

Однако слова Одинокого Сокола были прерваны. Послышался ужасный смех Хай Чэнь Фэна:

- Ты, старый ублюдок! Теперь ты боишься? Теперь ты понимаешь свою ошибку, которую совершил!

Хай Чэнь Фэн продолжал вращать меч, казалось, что его меч был в центре моря и вызвал чудовищные волны.

Этот шторм уже начал бряцать, будто легендарный дракон шипел свои последние злые слова и делал последние вдохи!

Его меч продолжал двигаться, делая звуки еще громче и шумнее! Внезапно вспыхнул белый свет, и вскоре последовал громкий звук. Было понятно, что это гром возник и пронзил небо!

Одинокий Сокол онемел!

Одинокий Сокол тревожно и мрачно выругался:

- Ты, маленький ублюдок, быстро прекрати это безумие! Или я пойду и отыщу Мэн Хун Чена, как я покончу с тобой. Я решу вопрос с ним по поводу того, что он предоставил свою секретную технику такому сумасшедшему, как ты! Ты не просто сумасшедший, ты идиот! Я Одинокий Сокол! Ты должен прекратить это…

Даже кишки Одинокого Сокола были полны сожаления, чувствуя как сильно ситуация вышла из-под его контроля.

Глава 205. Попроси меня. И я спасу его

Дело не в том, что Одинокий Сокол боялся боли. До тех пор, пока сам Синий Мастер не атаковал бы его, Одинокий Сокол не был бы в опасности. Разница между Одиноким Соколом и Хай Чэнь Фэном была огромной, так что «Волна Мира» просто не могла закрыть эту разницу. Что говорить о смерти, если от этой атаки Одинокий Сокол не мог даже пострадать! Однако Одинокий Сокол все еще боялся, что эта атака начнет действовать как должна, хотя он и не боялся, что его ранят…

- Теперь все! Самое интересное, что я мог получить – я получил. Конечно, я мог бы узнать гораздо больше из этой битвы, но этот парень теперь непреднамеренно заставил ее закончиться... но что я скажу Мэн Хун Чену, когда он придет за ответами? Что я принудил его ученика умереть во время своего обучения? Что я стал убийцей? Мэн Хун Чен не отпустит меня... Он будет биться со мной на смерть! Но что я могу сделать сейчас?

Хай Чэнь Фэн услышал слова Одиночкого Сокола и из-за этого стал еще более злым!

- Ты, старый ублюдок! Почему ты не сказал этого раньше? Этот корабль уже отплыл, я сжег всю энергию в своем дантяне... Стрела выпущена из лука! Теперь это невозможно остановить! Я гренка!

В этот момент Хай Чэнь Фэн почувствовал, что умирает самым ужасным способом, который известен этому миру!

[Нет слов, чтобы описать несправедливость этого мира! Этот человек на самом деле брат моего мастера, Одинокий Сокол? Что эта проклятая сволочь говорит? Почему он не сказал это раньше? Почему он не сказал мне, что он на пике царства Духа Суань? Если бы я узнал это раньше, я бы сбежал, даже не задумываясь об этом! Я ничто перед таким человеком, как он! Я всего лишь использовал этот ход, чтобы проучить его, но ему эта атака никак не повредит, а вот я точно умру!]

Хай Чэнь Фэн был неизмеримо подавлен...

Однако, как бы сильно Хай Чэнь Фэн не хотел прекратить это, независимо от того, как сильно он ругался, существование атаки «Волна Мира» теперь не подлежит сомнению.

Одинокий Сокол был так же зол, как и Хай Чэнь Фэн, и тоже беспрестанно мысленно ругал и ругал этого человека и его поступок! Состояние беспомощности Одинокого Сокола было видно в его глазах, на его лице отображалось все его беспокойство…

[Что мне теперь делать? Я должен убить его... по крайней мере, если я убью его до того, как он атакует – то его тело сохранится!]

Бах!

Бум!

Облако пыли внезапно покрыло все вокруг, даже голубое небо больше не было видно. Удары Одинокого Сокола заставили Хай Чэнь Фэна вылететь из этого облака пыли, будто он был воздушным змеем, которого не держали…

В течение нескольких секунд пыль опустилась, оставив Одинокого Сокола стоять с грустным лицом. Он смотрел на свои руки с мрачным лицом, и каждый мог понять, что он готов зарыдать в любой момент!

[Что это за… ах!]

На расстоянии нескольких футов на земле лежал Хай Чэнь Фэн. Его рот был вымазан собственной кровью, и едва заметно поднималась и опускалась грудь. Любой мог сказать, что этот человек делал свои последние вздохи, и ничего не могло вернуть его к жизни в этот момент. Лицо Хай Чэнь Фэна имело очень странное выражение: казалось, что он плакал, но все равно смеялся одновременно. Это очень странное выражение для того, кто вот-вот умрет.

В тот момент у Хай Чэнь Фэна больше не осталось сил, так что он даже не мог пошевелить пальцами. Тем не менее, он попытался немного пошевелить губами, но эта попытка тоже не увенчалась успехом. Можно было подумать, что он, вероятно, хотел посмеяться над своей судьбой, и затем громко выругаться.

[Многие эксперты Неба Суань умерли в самом начале, так почему я так себя чувствую?! Почему? Почему? Проклятье! Я родился под какой-то злополучной звездой!]

Учитывая ситуацию с Хай Чэнь Фэном, Одинокий Сокол намеренно подавил свою собственную силу, делая эту фатальную атаку. Потому что Одинокий Сокол хотел сохранить тело мужчины. Если бы он использовал всю свою силу – тело Хай Чэнь Фэна превратилось бы в пыль.

Одинокий Сокол закрыл лицо руками, так как он не хотел видеть в каком состоянии сейчас находился Хай Чэнь Фэн. [Нет никакой надежды на то, что он выживет. Мне действительно не повезло... почему это случилось со мной? Я не знаю, в конце концов, был ли весь этот сценарий хорошим или плохим... и что мне рассказать Мэн Хун Чену, когда я встречу его в следующий раз? И почему моя жизнь должна быть такой горькой, а?]

Одинокий Сокол снова поднял глаза с некоторой надеждой во взгляде, но затем снова опустил голову, зная, что все уже потеряно. Он обернулся, в ярости вырвал дерево и кинул его в воздух.

- Ха-ха, ты думаешь, что ты убил ученика своего брата-мастера, тренируясь на нем? Нет, он просто делает вид, что мертв, или, может быть, он просто тренируется делать вид, что он мертв… - внезапно прозвучал голос издалека, с небольшой насмешкой в голосе, - как бы там ни было, ты действительно достойный того, чтобы называться Великим Мастером! Я действительно восхищаюсь тобой! На самом деле.

Одинокий Сокол был уже достаточно подавлен, чтобы потерять здравый рассудок, и эта фраза мгновенно его привела в ярость. Он сердито выругался:

- Ты, сукин сын! Свали! Я знаю, что это ты, Ши Чан Сяо, старая зеленая черепаха!

Что касалось Одинокого Сокола, то в городе Тянсян был только один человек, который мог разговаривать с ним таким образом, и этот человек был, очевидно, Ши Чан Сяо! [Но подожди, разве он уже не уехал? Тогда кто этот парень? Кто-то шутит надо мной!]

Вокруг было совершенно бесшумно. Одинокий Сокол был полностью в ярости, и когда он собирался снова выругаться, он увидел перед собой черную сущность и остался полностью потрясенным.

Человек в черной маске, которого Одинокий Сокол, похоже, не узнал, сидел прямо перед ним на корточках около Хай Чэнь Фэна и одной рукой держал его запястье, похоже, измеряя его пульс, и не обращая никакого внимания на Одинокого Сокола. Расстояние между этим мужчиной в черной маске и Одиноким Соколом было менее трех метров!

Одинокий Сокол уже собирался выкрикнуть еще парочку ругательств, но все-таки сдержал их в себе.

Одинокий Сокол всегда считался самым быстрым и самым ловким человеком во всем мире и всегда считал, что ни один человек никогда не сможет сравниться с его опытом в этом деле! Скорость и ловкость Одинокого Сокола всегда были безупречными, и этот факт был признан всеми в мире! Учитывая этот факт можно было бы предположить, что даже если Юн Би Чен захочет приблизиться к нему, у него не получится, Одинокий Сокол все равно узнал бы!

[Кто этот мужчина в черной маске?] Тело Одинокого Сокола в мгновение покрылось мурашками! [Он прошел в трех метрах от меня, а я не заметил ничего! Этот человек чудовище или призрак? Так как этот человек смог так близко подойти ко мне, он, очевидно, не был случайным прохожим, не так ли? С каких это пор в этом мире есть такой могущественный мастер?]

- Этот ход слишком жестокий. Потребовалось, чтобы человек полностью разрушил свой собственный дантян. Это действительно жестокая техника! К сожалению, камень сожжен, но нефрит все еще невредим... – продолжал мужчина в черной маске. - Очень решительный парень, мне это нравится. Если бы этот Старик не сделал ход, то на самом деле бы убил ученика своего брата-мастера.

- Это... Брат... что ты имеешь в виду... его все еще можно спасти? – слова человека в маске оставили Одинокого Сокола настолько вне себя от радости, что он не мог говорить не запинаясь.

- Не говори так, он еще не умер. Я мог бы спасти его, даже если он уже подал бы руку своей смерти, хорошо? - мужчина в черной маске закатил глаза. - Теперь помолчи, не говори ни слова!

Одинокий Сокол поморщил лоб. В этом мире не было человека, который мог бы говорить с ним с таким презрением в голосе, особенно если человек знал, с кем он разговаривает.

- Что ж? Для чего ты все еще стоишь тут? Меня это раздражает, - бесцеремонно заговорил мужчина в черной маске. - Хорошо, давай продолжай отвлекать меня, но этот ученик должен умереть? Быстро отвернись от меня! Иначе я уйду отсюда, не беспокоясь о его жизни!

Лицо Одиночного Сокола стало красным и, не сказав ни слова, он тяжело вздохнул и сделал несколько шагов назад. Но затем он решил добавить:

- Если ты не вылечишь его, я заставлю тебя поплатиться за это твоей жизнью!

- Да неужели? Смеешь мне угрожать? Похоже, у тебя слишком много мужества, ах! – мужчина в черной маске спокойно встал. - Теперь я не собираюсь его лечить!

Он просто стоял и, скрестив руки, презрительно смотрел на Одинокого Сокола:

- Ты заставишь меня поплатиться моей жизнью? Ну же! Мне интересно посмотреть какими умениями обладает Великий Мастер как ты, который думает, что может заставить меня поплатиться жизнью за что-то! Ты думаешь, что ты непобедим, потому что ты один из «Восьми великих мастеров», а? Я плевал на таких как ты!

Одинокий Сокол смотрел на человека свирепым взглядом, казалось, что его глаза могут повыпадать, а в груди сильно барабанило сердце от гнева.

Это было выше любого оскорбления, которое он когда-либо испытывал! Одинокий Сокол готов был громко закричать: [я убью тебя!]

Однако после долгих размышлений он решил, что если это возможно, то в первую очередь сейчас важно спасти жизнь Хай Чэнь Фэна, а потом Одинокий Сокол мог бы уже разобраться в своих личных ссорах. В противном случае, если смерть эксперта молодого поколения будет связана с именем Великого Мастера, то он сразу же потеряет и свой статус, и свое положение в обществе.

- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – с усилием подавлял свой гнев Одинокий Сокол. - Быстро начинай спасать его! Я больше не буду тебя беспокоить! Прекрати болтаться без дела… - с волнением начал говорить Одинокий Сокол, видя, что дыхание Хай Чэнь Фэна становилось все более и более слабым, он посмотрел на мужчину в черной маске…

- Попроси меня! – руки человека в черной маске все еще были сложены, он спокойно говорил. - Попроси меня спасти его. Я собирался спасти его, потому что он показался мне приятным. Но теперь, когда ты начал говорить, и я не считаю тебя приятным вообще, поэтому я не спасу его, если ты не попросишь меня.

- Я прошу… - Одинокий Сокол прошептал несколько слов, не в силах громко говорить. Он не мог поверить, что его заставили просить кого-то. По его выражению лица ясно было видно, что, похоже, он оказался в ловушке, как в том случае, когда даешь кому-то сантиметр, а у тебя начинают просить километр.

Человек в черной маске фыркнул, а затем обернулся и начал уходить, не проявляя никакого сожаления вообще.

- Остановись! – тело Одинокого Сокола полностью покрылось потом, он едва смог выговорить это единственное слово.

Одинокий Сокол чувствовал стыд из-за ситуации с Хай Чэнь Фэном. Поэтому, даже если бы не ради Мэн Хун Чена, он все равно не мог позволить Хай Чэнь Фэну умереть!

- Прошу тебя, пожалуйста, спаси его...

Одинокий Сокол так сильно сжал зубы в тот момент, что его щеки покраснели, а его глаза смотрели на человека перед ним так, будто он готов съесть этого человека заживо.

[Даже воды пяти рек никогда не будет достаточно для того, чтобы смыть весь этот позор, который мне пришлось перенести сегодня! Сколько я буду жить, я никогда не смогу смыть с себя этот позор, и я, вероятно, заберу этот позор с собой на небеса...]

Человек в черной маске фыркнул, коварно посмотрел на него еще раз, указав пальцем в его сторону:

- Думаешь, что твоя просьба имеет для меня какую-то ценность, просто потому что ты один из Восьми Великих мастеров, а? Я собирался спасти его жизнь, а ты угрожал мне лишить меня моей? Что за мусор у тебя в голове, а? Тебе нужно промыть голову водой!

Дыхание Одинокого Сокола было таким сильным, что листья, лежавшие у его ног, начали кружиться. А выражение его лица, его стиснутые зубы ясно показывали, что он хотел, как минимум, на пару частей разрубить этого человека! И распороть его живот, и поломать каждую косточку в его теле! И заставить его же есть сломанные кости, пока желудок не будет полон! А потом наблюдать, как его кости превращаются в фекалии в животе...

Глава 206. Прорыв

Одинокий Сокол обернулся, повернув лицо в другую сторону. Случайному прохожему показалось бы, что ему просто неинтересно. Более того, по выражению его лица казалось, что он очень хочет разбить голову этому человеку в маске.

- Эти глупые боевые движения, как у птицы, сделали его одержимым этим стилем! Вероятно, он каждый день ищет каких-то слабых людей, с которыми он может сражаться. И при этом он думает, что когда-нибудь это поможет ему стать легендарным мастером? – казалось, человек в черной маске думал вслух, - а ведь это всего лишь семнадцать ударов... и даже они не связаны должным образом. Это так грустно, ах, какой позор, ах, и у него действительно есть наглость называть себя одним из «Восьми великих мастеров». Кто-то должен поставить этого человека на место!

Одинокий Сокол обернулся, услышав эти слова, и посмотрел на человека, стоявшего в маске, с ноткой удивления во взгляде.

- Ты, ты, что ты только что сказал?

- Что я только что сказал? Я только что сказал, что ты все это делаешь неправильно! – мужчина в черном закатил глаза, - ты думаешь, что твой глупый «так называемый» стиль боя сможет объединить сотни различных движений, которые делает птица? Ты еще не смог полностью понять это из-за твоего незнания, что твой стиль орла ближе к стилю мухи. Неудивительно, что ты не можешь показать настоящей силы! И все же ты самом деле доволен такой глупой техникой? Это просто постыдно... и просто смешно!

На этот раз, несмотря на то, что тон человека в черной маске был намного хуже и более унизительным, чем раньше, но каждое слово, которое он произнес, долетев до ушей Одинокого Сокола, заставило его задуматься и пересмотреть свои первоначальные суждения. В результате, на этот раз, вместо того чтобы разозлиться еще больше, Одинокий Сокол почувствовал себя так, будто кто-то опустил его с небес на землю.

- Сэр, пожалуйста, дай мне совет! – почтительно заявил Одинокий Сокол. Он думал о том, что [он смог мгновенно указать на мои недостатки, поэтому он, очевидно, должен быть кем-то старше меня, не так ли? Он должен быть кем-то из старшего поколения, а!] В тот момент Одинокий Сокол внезапно отложил свое личное высокомерие и эго.

- Для начала остынь. Как только я закончу его спасать, я еще раз взгляну на твои движения и посмотрю, стоит ли мне терять на это время или нет, - безразлично сказал человек в черной маске.

- Хорошо, - Одинокий Сокол немедленно обернулся, сел на землю и начал медитировать.

Человек в черной маске медленно уселся на землю и снова взялся за запястье Хай Чэнь Фэна.

[«Восьмой великий мастер», ах, ничего себе! Кто может осмелиться учить его боевому стилю? Хммм! Я могу! Когда я закончу тренировать его, я сделаю так, что он будет уважать меня! Я мастер Всевышний! Я лучший!]

Человеком в черной маске, очевидно, был молодой господин Цзюнь, Цзюнь Мосе!

Нужно сказать, травма Хай Чэнь Фэна была действительно очень серьезной. В этом мире без первой медицинской помощи она считалась бы неизлечимой. Тем не менее, с «Искусством Разблокировки Небесной Удачи» у Цзюнь Мосе в арсенале, он мог довольно легко исправить, так как эта травма была даже не столь серьезной, как у Цзюнь Вуя. Однако, поскольку эта травма была новой, и поскольку в этот момент человек находился в критической ситуации, молодой господин Цзюнь, очевидно, должен был быть очень осторожным. Конечно, если бы это делал любой другой человек, кроме Цзюнь Мосе, тогда Хай Чэнь Фэн наверняка умер бы!

Цзюнь Мосе начал раскачивать Пагоду Хунцзюнь, и благоговение, вдохновляющее Ауру, пронзило тело Хай Чэнь Фэна. Затем Цзюнь Мосе направил эту ауру на ладонь и начал вливать ее в меридианы Хай Чэнь Фэна. Он постепенно начал восстанавливать его сломанные меридианы, а затем продолжил обновлять связи между потоками его Суань Ци и затем медленно приступил к восстановлению его дантяна…

На лице Хай Чэнь Фэна, которое некоторое время казалось смертельно бледным, медленно начинал выступать разовый румянец, его тело начало немного двигаться, и он застонал вслух. Изначально неспособный даже открыть глаза, теперь полным благодарности взглядом, Хай Чэнь Фэн наблюдал за мужчиной в черной маске. Эта благодарность заключалась не только в том, чтобы поблагодарить Цзюнь Мосе за спасение жизни, но и за то, что он оскорбил Одинокого Сокола, это было даже более приятно для Хай Чэнь Фэна. В момент его почти смерти, эти оскорбительные слова были единственным возмездием, которое, по его мнению, Одинокий Сокол когда-либо получал!

Но, к счастью, это не было концом его жизни!

Волшебная аура медленно текла сквозь его меридианы, и все его тело, которое ранее полностью потеряло возможность функционировать, теперь внезапно снова наполнилось энергией! Хай Чэнь Фэн прекрасно понимал, что такой энергии не было даже у его учителя! [Это чудо!]

Глаза Хай Чэнь Фэна неумолимо смотрели на лицо Цзюнь Мосе. Медленно это выражение благодарности в его глазах начало перерастать в поклонение и обожание! [Что это за человек? Он такой загадочный человек, но, учитывая, насколько сильно развиты его навыки, он должно быть кто-то исключительно сильный!]

Одинокий Сокол тот час обернулся, когда услышал стоны Хай Чэнь Фэна. Одинокий Сокол внезапно понял, что он в шоке смотрит на происходящее. Ученик его брата-мастера уничтожил свой дантян в результате атаки. Он получил такую травму, что ни один доктор на континенте Суань Суань не смог бы его вылечить! А теперь на его глазах Хай Чэнь Фэн лежал и уже дышал более уверенно. Теперь каждый мог сказать, что, хотя травмы мужчины по-прежнему были серьезными, но теперь эти травмы не представляли никакой угрозы для его жизни! Более того, учитывая, как его раны заживали, можно было сказать, что его исцелили в мгновение ока.

По Ауре, которая окружала их, Одинокий Сокол понял, что этот человек в черной маске был сильнее всех, о ком Одинокий Сокол слышал или видел в своей жизни! Несмотря на то, что он был одним из «Восьми Великих Мастеров» этого мира, он не мог даже пошевелить губами [К счастью, я не напал на него раньше. В противном случае, я бы уже лежал на земле рядом с Хай Чэнь Фэном! На этот раз мне повезло!]

Одинокий Сокол, человек, который всегда был известен как смелый и безрассудный, теперь весь был в холодном поту.

[Это просто невероятно! Может, этот человек такой же сильный, как и Юн Би Чен?]

Поскольку эта мысль пришла ему в голову, Одинокий Сокол тайно начал сравнивать силы этих двух людей между собой. Когда он получил результат, он почти громко воскликнул. Когда он, несколько лет назад, последний раз видел Юн Би Чена, он мог ясно понять какая сила у него. И она не была даже на том уровне, как сила этого человека! Если сила Юн Би Чена была небольшим потоком, то сила этого человека в черной маске была океаном!

[Я думаю, что даже если Юн Би Чен проделал долгий путь с тех пор, как я его последний раз видел, он, вероятно, до сих пор не достиг уровня этого человека!]

Капли холодного пота бежали по телу Одинокого Сокола.

Одинокий Сокол смотрел в шоке, Хай Чэнь Фэн смотрел с восхищением, но ни один человек не знал, что Цзюнь Мосе, центр их интересов, медленно приближался к личному моменту кризиса.

Цзюнь Мосе собирался извлечь небольшое количество Ауры из Пагоды Хунцзюнь, чтобы залечить травмы Хай Чэнь Фэна. Но вскоре громадная буря начала метаться по его собственным меридианам. Вскоре после этого последовал громкий звон в его голове, отчего его разум был в состоянии полного хаоса и смятения. Неожиданно молодому господину Цзюнь показалось, что он застрял в пустоте, и проведет оставшуюся жизнь впустую... И все в одиночку! Этот неожиданный поворот событий породил странное чувство одиночества в его сознании.

Тем временем, огромные волны Ауры начали метаться по его меридианам, казалось, что его меридианы укрыты бурным морем ауры, которое с каждой волной было все сильнее, свирепее и более угрожающе!

Цзюнь Мосе, естественно, жаловался на его удачу! [Я уже давно ощущал и предвкушал этот момент, и теперь, когда это происходит, это происходит в самый неудачный момент. Это происходит именно тогда, когда я нахожусь на грани завершения своего большого задания...]

Ситуация в его сознании становилась все более и более назойливой с каждым мгновением, а Пагода Хунцзюнь уже сошла с ума, и начала испускать многочисленные блестящие лучи света в его мозге! Мощная сила уничтожала здравый смысл Цзюнь Мосе, и эта тяга была настолько жестокой, что Цзюнь Мосе мог четко понять, что настало время уйти из этого места.

Хай Чэнь Фэн был чрезвычайно удивлен этим внезапным всплеском энергии. Он даже выплюнул немного крови, а Одинокий Сокол просто стоял ошеломленный.

Цзюнь Мосе медленно заявил:

- Я стабилизировал его состояние. Теперь нет никакой непосредственной угрозы для его жизни. Но мне нужно будет несколько раз его обработать, пока он не будет полностью излечен. Однако у меня есть неотложный вопрос, и поэтому я должен немедленно уйти.

- Это... - Одинокий Сокол поднял брови, не в силах угадать его следующий шаг.

- Сокол, ты немедленно отвезешь его в поместье Цзюнь в городе Тянсян. Там ты найдешь моего ученика, третьего господина семьи Цзюнь, Цзюнь Мосе. Он поможет Хай Чэнь Фэну в восстановлении после этой травмы. Я уже передал ему все знания, которые ему понадобятся, чтобы исцелить этого человека, эта задача должна быть довольно легкой для него! Этот парень должен восстановить свое здоровье полностью уже через несколько месяцев!

Одинокий Сокол кивнул.

- Что касается тебя, я научил Цзюнь Мосе нескольким стилям, которые очень похожи на то, что ты пытаешься сделать. Если ты хочешь закончить свой стиль, ты тоже должен найти его. Во всяком случае, меня больше не интересуют все эти мелочи. Однако я должен предупредить вас, что он не такой вежливый, как я, и если ты хочешь научиться чему-то у него, тогда ты должен быть готов вынести парочку оскорблений! - Цзюнь Мосе быстро закончил давать инструкции, так как казалось, что момент прорыва был почти на нем!

- И помни, никому не разглашай отношения между мной и семьей Цзюнь!

Он сознательно не предупреждал их, а сказал эти последние слова обычным тоном, так как знал, что они не посмеют пойти против его воли.

- Цзюнь Мосе? - Одинокий Сокол открыл рот и пробормотал, но подняв глаза, он только увидел, что таинственный человек уже исчез...

- Удивительная скорость! - в этот раз Одинокий Сокол просто не мог сдержать восхищения.

[Он упомянул семью Цзюнь прежде чем уйти... Я думаю, я сразу же отправлюсь туда]

Он поднял тело Хай Чэнь Фэна одной рукой и сказал грубым тоном:

- Парень, ты никому не расскажешь о сегодняшнем деле. Это понятно? Если кто-нибудь узнает об этом, тогда я лично сдеру с тебя кожу!

Несмотря на то, что тело Хай Чэнь Фэна все еще было слабым, он утвердительно сказал:

- Я никому не скажу ни слова о таинственном Мастере.

- Что ты имеешь в виду? - Одинокий Сокол внезапно остановился, - ты говоришь, что расскажешь людям о нашей битве?

- Я не уверен, - Хай Чэнь Фэн дважды хмыкнул, казалось, что мысленно он бесконечно презирал своего, так званого брата, своего учителя. [Сначала ты избиваешь кого-то намного слабее, чем ты, а потом у тебя на самом деле хватает смелости просить меня держать язык за зубами? Что случилось с этим твоим мужеством, когда появился этот таинственный мастер, а?!]

- Ты не скажешь ни слова, - рявкнул Одинокий Сокол, - если ты расскажешь людям, что тебе удалось навредить мне – возникнут сомнения. Если ты скажешь, что тебе удалось спастись, после того, как ты уничтожил свой дантян – снова возникнет много вопросов. В принципе, если что-то, что связанно с этой битвой, выплывет наружу, тогда старший, который спас вас, будет раскрыт миру. И позволь мне сказать тебе это раз и навсегда: даже твой учитель и я вместе с ним, не можем осмелиться спровоцировать или разгневать этого человека. Хм… хм… сам обдумай ситуацию и реши.

Когда человек такого уровня как Одинокий Сокол говорит: «даже твой учитель и я вместе с ним, не можем осмелиться спровоцировать, или разгневать этого человека», то становится очевидным, как много шока и ужаса, должно быть, навел на Одинокого Сокола Цзюнь Мосе!

Глава 207. Пагода Хунцзюнь и удача

Поскольку Одинокий Сокол был вполне самодовольным, он был уверен, что Хай Чэнь Фэн будет держать свой рот закрытым, потому что он приказал ему, и теперь, когда он больше не беспокоился о том, чтобы потерять лицо перед миром, он сосредоточил своё внимание на задаче по поиску Цзюнь Мосе. Когда он сможет найти Цзюнь Мосе, он мог бы улучшить семнадцать ударов своего стиля! Это отличная сделка...

Так кто такой этот Цзюнь Мосе?

Молодость юного господина Цзюнь была общеизвестна, но поскольку он не желал отпугивать двух потенциальных учеников, он обманул их, сказав направляться к этой резиденции Цзюнь, и лишь тонко намекнул, что его «так называемый» ученик был немного злобный!

Тем не менее, такие общественные знания не были чем-то вроде того, о чём мог бы узнать человек калибра Одинокого Сокола.

Что касается Одинокого Сокола, то ловкость этого таинственного мастера была непревзойдённой во всех отношениях, но на самом деле молодой мастер Цзюнь фактически не покидал окрестности и просто скрылся под землей, но так как его задница практически подгорала, он ушёл под землю с дикой скоростью, словно исчез с места!

Молодой мастер Цзюнь, очевидно, хотел бы найти более стабильное место, чтобы совершить этот прорыв, но к тому времени, когда он произнёс последнее предложение, он уже начал ощущать, что он пытается сдержать бушующий океан, за которым вскоре последовал еще один громкий звук «бум» из Пагоды Хунцзюнь, и ещё больше энергии начало наполнять его тело спустя несколько секунд. Его разум пошёл кругами под влиянием этой энергии на его меридианы, а между тем Пагода Хунцзюнь начала сильно трястись...

«Я действительно больше не могу держать это...»

Поэтому Цзюнь Мосе даже не дождался ответа Сокола и сразу же использовал «Исчезновение Инь и Ян», и пробурил свое тело в землю, как мышь. Он совершенно не осознавал, что это исчезновение полностью перевернёт мир «Восьмого Великого Мастера» с ног на голову!

Несмотря на то, что «Исчезновение Инь и Ян» было действительно несравненной и уникальной техникой, но её эффект оказал несравнимое воздействие на Одинокого Сокола; манёвр таинственного мастера был потрясающим в глазах Одинокого Сокола, который всегда уделял особое внимание своей ловкости и всегда считал, что в этом отношении никто не сможет превзойти его!

Это также убедило Одинокого Сокола в мастерстве этого таинственного мастера, поэтому он послушно решил найти Цзюнь Мосе. Что касается поиска молодого человека ради обучения, то Одинокий Сокол, похоже, не возражал. Он совершенно понимал одну бессмертную и непоколебимую истину: превосходство в знании всегда должно соблюдаться!

С другой стороны, Цзюнь Мосе теперь полностью игнорировал присутствие Одинокого Сокола над землей и сидел, скрестив ноги под землей, внизу, и сразу же начал понимать, что ситуация становится все более интересной. Достаточно скоро молодой мастер Цзюнь больше не мог сопротивляться могуществу Пагоды, и обнаружил, что его собственное сознание втягивает в Пагоду.

Дверь в Пагоду Хунцзюнь тихо открылась.

Стоя в великолепии первого этажа Пагоды Хунцзюнь, несколько слов внезапно вспыхнули в его сознании:

Защитить желания Инь и Ян!

Четкое понимание!

Это чёткое понимание!

Когда один поймёт, один сумеет защитить желания небес и земли!

Когда он прочитал эти слова, вспышка белого света вспыхнула впереди, и приятный аромат наполнил его ноздри, и то, что первоначально было иллюзией лестницы, внезапно стало реальностью. Эта лестница, казалось, вела к двери - сплошной, но простой двери, которая, казалось, медленно раскрывалась!

Второй этаж Пагоды Хунцзюнь, наконец, открыл свои двери Цзюню Мосе!

Необъяснимый взрыв волнения захватил сердце Цзюнь Мосе! Первый этаж Пагоды Хунцзюнь дал ему некоторые чрезвычайно сильные секретные законы, такие как «Исчезновение Инь и Ян», который позволил ему бросить вызов естественному порядку вещей, чтобы защитить себя и свои интересы. В соответствии с нормами этого мира молодой мастер Цзюнь был только основным специалистом Золотого Суань, но с помощью этого закона он мог бродить в компании даже экспертов Суань Духа, не опасаясь физического вреда!

Было почти так, как если бы трехлетнему ребенку была дана власть выйти за рамки статуса взрослого, и позволила ему иметь право на равный диалог!

Представьте себе, какие выгоды я мог бы получить со второго этажа Пагоды, а?

Он подумал, а затем медленно шагнул к двери.

Внезапно вспыхнул свет на втором этаже Пагоды, и из него вылетел бесконечный поток энергии, которая кружилась по кругу, по форме напоминая птичье гнездо, а затем медленно эта энергия проникла в точку между его бровями, а затем исчезла, не оставляя никаких признаков существования.

В то же время ум Цзюнь Мосе мог ясно видеть ряд слов и несколько человекоподобных образов, казалось, что эти образы напоминают его меридианы.

Казалось, всё было так, как это произошло во время входа на первый этаж Пагоды!

Тот, кто ходит по небу и земле, должен защищать желания неба и земли; тот, кто опрометчиво обезглавит другого, питает сердце льда; девять трансформаций стабилизируют душу по воле небес, а затем подчинятся ей...

Цзюнь Мосе начал немного волноваться после тщательного рассмотрения этих слов: из того, что я могу сказать, кажется, что первый этаж был только началом «Разблокировки Небесной Удачи»!

Живи волей небес!

Отныне только это можно рассматривать как правильный путь вперёд!

Он неподвижно стоял у двери второго этажа.

Молодой мастер Цзюнь совершенно не осознавал, что его физическое тело в настоящее время претерпевает очень серьёзные изменения!

В дополнение к огромному количеству энергии, которая снова и снова металась по меридианам его тела, огромное количество энергии также проникало сквозь поры в его мозг и подошвы ног, и этот сумасшедший поток ауры растягивал и расширял меридианы его тела так резко и так повысил температуру, что одежда на его теле превратилась в пепел!

На поверхности тела молодого мастера Цзюнь появлялась тёмная, пурпурная жидкость...

Энергия внутри его меридианов так бурлила, что можно было отчётливо слышать звуки, которые она производила.

Поскольку сознание Цзюня Мосе было полностью поглощено этим морем знания, его ум пренебрегал всеми внешними действиями, поэтому он и не подозревал, что его тело претерпело такие серьёзные преобразования.

Этот второй этаж Пагоды Хунцзюнь сказал: «девять трансформаций стабилизируют душу по воле небес, а затем подчинятся ей», что было очень похоже на фразу первого этажа, «девять улучшений души, и она никогда не падёт в ад!»

Первые две фразы Пагоды Хунцзюнь имеют что-то общее, и это число девять: девять улучшений и девять трансформаций!

Этажей в этой Пагоде тоже девять. О чём это говорит?

Маловероятно, что всё это просто совпадение, не так ли?

Ум Цзюня Мосе быстро оценил всё, что происходило с самого начала его времени в этом мире, и, сделав несколько расчётов, связанных с этой информацией, молодой мастер Цзюнь смог понять, что его тело претерпело несколько изменений перед тем, как второй этаж Пагоды открылся ему; после тщательного анализа он понял, что количество этих изменений на самом деле было девять!

В первый раз, когда это случилось, он потерял контроль, и его душа неожиданно приземлилась в этом мире, и это был девятый раз, который, наконец, привёл его на второй этаж Пагоды Хунцзюнь.

Неудивительно, что я не попал в ад после смерти! «Девять улучшений души, и она никогда не падёт в ад!». Вот почему это произошло...

Он не мог не усмехнуться: кажется, мне придётся пройти через эти так называемые «девять трансформаций», прежде чем я смогу войти на третий этаж! Это, очевидно, означает, что задачи, которые мне предстоит предпринять, будут намного сложнее, чем раньше!

Когда мысль об этом пришла ему в голову, его сердце внезапно ощутило странное чувство спокойствия, и казалось, что рамки разума сильно изменились. В этой спокойной атмосфере его сознание медленно начало плыть на второй этаж Пагоды Хунцзюнь!

Эта комната была такой же огромной, как внизу, но не была пустой.

В середине комнаты стояла трехногая печь Дан: разноцветное пламя неуклонно и плавно горело под печью.

Рядом с этой печью висела какая-то штуковина, похожая на книгу, обёрнутую золотой и сверкающей кожей.

На печи было написано несколько слов: Печь удачи!

В тот момент, когда Цзюнь Мосе прочитали эти слова, они неожиданно внезапно исчезли!

Даже смелый убийца был очень этому удивлен!

Цзюнь Мосе осторожно осмотрел эту загадочную печь издалека, а затем медленно приблизился к ней на два шага, казалось, что из этой таинственной печи его зовёт голос, словно, пытаясь подтянуть его ближе!

Эта необъяснимая сила не казалась непреодолимой, но Цзюнь Мосе не хотел сопротивляться ей, так как казалось, что этот голос принадлежал очень близкому другу...

Как только он приблизился к печи, пламя под этой печью, которое, как ему казалось, кричало ему, внезапно вспыхнуло столбом и окутало сознание Цзюнь Мосе. У Цзюнь Мосе было очень мало времени, чтобы почувствовать это, но казалось, что его тело проходит через восемнадцать кругов ада как наказание, но, поскольку его сознание было трезвым, он мог отчётливо ощущать сильнейшую боль, и эта боль уже вышла за пределы его выносливости...

Снаружи тело Цзюня Мосе уже перестало выпускать эту странную жидкость: его тело начало ощущать жжение, так как оно уже пылало большим и ярким пламенем!

Над землёй этот большой кленовый лес, который изначально процветал, замер в мгновение ока. Растения на земле вяли, независимо от их способности выдерживать тепло, и даже самые упрямые лезвия травы не были исключением, этот изначально огромный лес мгновенно превратился в самый сухой участок земли!

Туман начал подниматься вверх с земли и быстро исчезал в небе наверху. Вся вода в радиусе нескольких миль мгновенно испарилась!

Казалось, что эта пышная часть города Тянсян внезапно стала воплощением смерти!

Эта земля была настолько сухой сейчас, что даже если затопить эту землю водой, эта истощённая земля поглотит воду так глубоко, что, вероятно, никто не сможет прорыть достаточно глубоко, чтобы найти хоть какие-то следы влаги…

Крепкое тело Цзюнь Мосе продолжало неподвижно сидеть в этом пламени, пока оно медленно и постепенно не уменьшилось, показывая невредимое тело Мосе!

Внезапно раздался ещё один звук, похожий на звон, и тело Цзюнь Мосе мгновенно исчезло с земли.

В то же время, впервые, он с удивлением обнаружил, что его настоящее, физическое тело, стоит на втором этаже Пагоды Хунцзюнь!

Глава 208. Пламя Изначального Хаоса и Печь Удачи

На данный момент в Пагоде Хунцзюнь было два тела Цзюнь Мосе. Настоящее и иллюзорное.

Неотвратимая сила тянула два тела друг к другу, и вскоре они слились и стали единым целым.

Печь Удачи снова издала гулкий звук, и вскоре из неё вырвался свет, облетел вокруг печи и затем исчез в никуда.

Цзюнь Мосе внезапно понял, что его запястья были порезаны, и кровь толчками выходила из этих порезов, однако, вместо того, чтобы падать на землю, его кровь падала прямо в печь!

Первоначально угасающее многоцветное пламя снова вспыхнуло и вскоре охватило всю печь. Тем не менее, Цзюнь Moсе не чувствовал никакой жары от этого огня, хотя стоял рядом.

Пламя Изначального Хаоса!

Эти слова внезапно появились у него в голове, а затем внутри печи вспыхнул тёмно-золотой свет, и он мгновенно вошёл в тело Цзюнь Мосе. Молодой мастер Цзюнь внезапно понял, что раны на его запястьях исчезли, и если бы его тело не испытывало лёгкого дискомфорта из-за массивной кровопотери, он бы никогда не понял, что его запястья были практически разорваны несколько минут назад.

Многоцветное пламя внезапно прекратило гореть, и вся комната снова успокоилась, изменив атмосферу комнаты на ту, что была похожа на то время, когда он только вошёл на второй этаж.

Печь оставалась на своем месте в центре комнаты. Теперь уже молча.

Многоцветное пламя под печью горело очень маленьким огнем внизу, но оно было таким гладким, что казалось, что оно будет продолжать гореть всю оставшуюся вечность.

Книга была неподвижна, висела рядом с этой печью.

Цзюнь Мосе продолжал долго смотреть вокруг, широко открыв глаза, полагая, что он во сне, а затем внезапно ущипнул себя за бедро: хотя он почувствовал боль, ему всё ещё казалось, будто он еще не оправился от шока внезапного и неожиданного поворота событий...

Как мое тело оказалось здесь?

Долгое время он не мог поверить, что видели его глаза, и несколько раз щипал себя. Он так сильно ущипнул себя, что в какой-то момент ему казалось, что он содрал себе кожу, но эта резкая боль, наконец, заставила его понять: это действительно больно! Кажется, моё тело действительно вошло в Пагоду Хунцзюнь!

Означает ли это, что я могу получить к ней доступ в любое время? – голова Цзюнь Мосе всё ещё кружилась: это было почти так, как будто с небес упали на его голову пироги с мясом.

Тем не менее, молодой мастер Цзюнь ещё чувствовал странное счастье в этот момент!

Он не нашёл счастья в тени или в сиянии, но только внутри Пагоды Хунцзюнь...

«Кровь становится доказательством, мудрость души становится доказательством, и душа преображается в силе – в Пламени Изначального Хаоса, что очищает всех живых существ в этом мире; Печь Удачи превращается в верховного творца!»

Эти слова внезапно появились в мозгу Цзюнь Мосе. Молодой мастер Цзюнь мог ясно почувствовать, что его тело, странная древняя Печь Доброй Удачи, а также Пламя Изначального Хаоса теперь так тесно связаны, что их невозможно было бы разделить.

Цзюнь Мосе сделал два шага вперёд и наклонился над книгой золотого цвета.

Как только его рука коснулась книги, книга внезапно превратилась в дым, который нырнул в Печь Удачи, а затем исчез между бровями Мосе, как и предыдущие образы и буквы.

Народное Лекарство!

Эти два слова вращались в уме Цзюнь Мосе какое-то время, а затем заменились многочисленными изображениями, алхимическими методами создания множества видов зелий, а также необходимые шаги для создания составного сырья; как только всё это промелькнуло у него в голове, это снова сменилось этими двумя словами.

– Я понимаю! – Цзюнь Мосе пробормотал эти два слова, когда он «читал» всё это в своей голове.

Теперь я действительно понимаю!

Сердце убийцы прыгало от волнения, но он подавил волнение сердца и решительно успокоился. Одновременно он понял что-то очень удивительное и приятное: плавная Ци внутри его меридианов загадочно превратилась в тот же цвет, что и энергия Пагоды Хунцзюнь, и теперь медленно плавала в меридианах!

Такой прогресс просто потрясающий!

«Искусство Разблокировки Небесной Удачи» наверняка требует некоторых очень сложных вещей, но я практиковал и осваивал его методы, это определенно даёт хорошие награды взамен!

Цзюнь Moсе оценил, что его нынешняя сила достигла пика Золотого Суань в соответствии со стандартами этого мира.

Следует отметить, что Цзюнь Мосе прибыл в этот мир всего два месяца назад!

Он оказался в очень неприятной ситуации, войдя в этот мир: кроме того, он приобрёл тело молодого человека, сила которого была сравнима с силой бедного нищего!

Его семья была в кризисе, его жизнь была в кризисе!

Сила его тела была сравнима с силой муравья в этом мире!

Если бы настоящий Цзюнь Мосе продолжал существовать в этом мире дольше, тогда он бы очень легко нашёл свой конец в самое короткое время.

Фактически, если бы не поддержка Пагоды Хунцзюнь, новый Цзюнь Мосе также бы уже умер бесчисленное количество раз! Он всегда полагался на этот секрет, чтобы превратить свои опасные обстоятельства в безопасность!

Тем не менее, было совершенно неоспоримо, что его личная сила была далеко, далеко не адекватна!

Менее чем за два месяца он дошёл до Серебряного Суань.

Можно сказать, что его жизнь всё ещё была в опасности, и его всё равно можно было победить, если бы обстоятельства изменились не в его пользу!

Затем, несколько дней назад, он получил Исчезновение Инь и Ян, и молодой мастер Цзюнь наконец, смог найти способ обеспечить защиту своей жизни! Более того, это Исчезновение дало ему лучшее средство для защиты себя, когда он в опасности!

Однако даже тогда этого было ещё недостаточно! Никогда в природе Цзюнь Мосе не было такого понятия, как «хватит силы»! Поэтому он всё ещё нуждается в силе, чтобы идти вперёд и наступать, когда это необходимо!

Цзюнь Мосе никогда никому не должен, он никогда не будет просить кого-либо о помощи, и он не может позволить кому-либо запугивать его - такова была его природа! Если ты украдёшь у меня, я заберу у тебя; если ты опозоришь меня, я опозорю тебя сотню раз. Если ты навредишь моей семье, я убью всю твою семью; если ты обманешь меня, тогда я запомню это навсегда!

Предательство – самая невыносимая вещь!

Предательство было величайшим злом в глазах Цзюнь Мосе!

Если ты осмелишься повредить даже одну прядь моих волос, я отрежу тебе руку! И кто бы ни посмел причинить мне боль, я уничтожу всю его семью!

Неважно, кто! Они все получат то же!

Однако сила характера – это ещё не всё: физическая сила решает всё. Если у кого-то есть только сила характера, в конце концов, он найдёт путь к своей гибели!

Поэтому Цзюнь Moсе с нетерпением ждал открытия второго этажа Пагоды Хунцзюнь как можно скорее, а затем третьего, а затем... Девятого!

Он знал, что Пагода Хунцзюнь была единственной реальной поддержкой, на которую он может рассчитывать в этом мире!

Преимущества финансовой власти могут улететь, как пыль, даже его семья, возможно, не сможет обеспечить их выживание в нынешней борьбе за власть с помощью только денег.

Во-первых, десятилетняя проблема с Городом Серебряной Метели, и теперь проблема с поместьем Сюэху поставила молодого мастера Цзюнь под сильное давление! Более того, каждая семья в городе Тянсян в наши дни была словно ядовитой змеёй, и когда борьба за власть начала приносить свои плоды, это добавило больше опасности для него!

Никто не знал о давлении, которое испытывал Цзюнь Мосе. Хотя он никогда не показывал этого, но это не значит, что он этого не чувствовал.

Однако теперь, когда он открыл второй этаж Пагоды Хунцзюнь, хотя его сила всё ещё была довольно низкой, но он, наконец, нашёл настоящий и позитивный «капитал»!

Он знал, что его одинокой силы Золотого Суань не хватит! На самом деле, этого было бы недостаточно! Однако...

С помощью этой Печи Удачи и книги «Народные Лекарства» Цзюнь Мосе теперь может окружить свою Семью крепкой и стойкой армией за очень короткий промежуток времени.

Более того, это также способствовало бы быстрому увеличению его собственной силы!

Затем, как только настанет время, Цзюнь Moсе сможет показать свои клыки всему миру!

Цзюнь Moсе внезапно почувствовал, как ветер поднимается перед его глазами.

Силы этого мира, я, Цзюнь Мосе, наконец-то нашёл реальную основу, чтобы противостоять вам сейчас!

Внезапно молодой мастер Цзюнь оказался в темноте, не имея представления, когда он вышел из Пагоды Хунцзюнь. Когда мысль об Одиноком Соколе и Хай Чэнь Фэне, мчащихся к его резиденции в поисках его, пришла ему в голову, он сразу почувствовал настоятельную необходимость сбежать из-под земли.

Солнечный свет!

Цзюнь Мосе казался немного потерянным, стоя на земле, в то время как его глаза привыкали к свету солнца.

Его сила продвинулась довольно значительно за очень короткий промежуток времени! Естественно, что он был бы в очень возбуждённом состоянии, на самом деле он был немного удовлетворён этим, это было почти так, как будто нищий неожиданно выиграл в лотерею! Хотя он хорошо знал, что ему нужно держать его силы в секрете, его сердце всё ещё хотело выставить напоказ свои новые силы, и поэтому он не мог не вызвать свои силы прямо сейчас.

В своем возбуждённом настроении молодой мастер Цзюнь даже не понял, что он стоит совершенно голый в лесу...

– Боже! – пронзительный крик пронзил воздух, и за ним последовал гневный и обиженный голос девушки, изрыгающий проклятия: – Разбойник! Урод! Средь бела дня...

Цзюнь Мосе повернулся и понял, что два человека стоят в десяти метрах от него: молодые парень и девушка. Волосы молодой девушки спускались по её плечам и вплоть до белого платья, у неё было довольно тонкое элегантное тело, её руки закрывали глаза.

Рядом с ней стоял красивый молодой человек, но его орлиный нос и сердитая гримаса на лице довольно ясно показывали, что он не очень счастлив в данный момент. Его левая рука вытянулась, указывая пальцем на Цзюнь Мосе, а его правая рука искала рукоять меча: – У тебя есть наглость делать такой бесстыдный поступок при свете дня! Я просто не могу выдержать подобной наглости! Я преподам тебе урок!

– Какой урок? Я тебя не понимаю, – Цзюнь Мосе задался вопросом: эти двое психически больные или что-то в этом роде, верно? Я просто стою здесь, вы приходите и начинаете орать и сыпать проклятьями на меня? Разве не видно, что я не разбойник? Вы действительно хотите начать ссору сейчас!

Цзюнь Мосе редко обижался на чьи-то слова, но сейчас обнаружил, что он подсознательно двинулся вперёд.

Молодая женщина раздвинула пальцы, чтобы бросить взгляд на Цзюнь Мосе и поняла, что он приближается к ней. Она почувствовала себя одновременно и застенчивой, и злой, и вскрикнула: – Ты, ты, ты... бесстыдник! Не подходи ко мне! Я очень сильна... ты не подойдёшь ко мне...

Её голос был полон тревожной жалобы! Каким-то образом, впервые увидев совершенно голого мужчину, он вызвал в ней довольно странное чувство. Хотя она знала, что она не должна смотреть на него, но всё же не могла не подсмотреть и тайком смотрела на голого парня впереди через едва расставленные пальцы...

Глава 209. Ты пожалеешь, что сказал это!

Молодой мастер Цзюнь был немного озадачен: действительно ли я выгляжу таким страшным? Да хватит одного взгляда на эту девушку – она выглядит так, как будто сейчас расплачется!

Расстояние между двумя противниками было маленьким, а маленькие шаги молодого мастера Цзюнь, очевидно, приближали их ещё ближе!

– Янь Мэн, не паникуй, я отгоню этого бесстыдного ублюдка своим мечом! – улыбнулся молодой человек, уверенно заявляя, а затем медленно приблизился ближе к Цзюнь Мосе, уже обнажив меч, а затем крикнул. – Ты, бесстыдный ублюдок, ещё один шаг вперёд, и ты встретишь свою смерть!

Видя блестящий меч, Цзюнь Мосе стал ещё мрачнее, а слова «защитника» только разозлили его. «И как я бесстыдствую? Разве этот парень явно не издевается надо мной?

Может, тебе и нравится запугивать других людей, но ты точно нашёл не того человека сегодня!

Ты не можешь даже себя защитить! И ты говоришь этой женщине, что ты убьёшь ради неё замаскированного незнакомца? Твоя мать действительно родила придурка! Чёрт возьми, я покажу тебе, ты будешь сожалеть об этом всегда!»

Первоначальное чувство юмора молодого мастера Цзюнь стихло, и вместо этого было заменено гневом. Разумеется, он сделал ещё несколько шагов вперёд, чувствуя, что необходимо преподать этому высокомерному засранцу урок!

Когда он шёл вперед, он внезапно почувствовал прохладный ветерок, охлаждающий его тело, и, заинтересовавшись, посмотрел вниз. Его удивление нельзя описать словами!

– Вы, настоящие подлецы! – закричал молодой мастер Цзюнь, прикрывая Маленького Мосе.

Наконец он понял, что всё его тело обнажено!

Это было явно гораздо более постыдно, чем бегать голым дома, не осознавая этого!

Ранее, когда он подвергся процедуре очистки Пламенем Изначального Хаоса, хотя его тело и получило огромные выгоды, даже не пострадав от ожогов, но его одежда превратилась в пепел.

Однако в то время тело Цзюнь Мосе было под землей, в то время как его сознание находилось внутри Пагоды Хунцзюнь, поэтому он не знал об этом. Он не понимал этого и в то время, когда щипал себя, так как он был слишком опьянён неожиданным поворотом событий и полностью забыл обо всех других вещах из-за этого.

Выйдя из Пагоды Хунцзюнь, молодой мастер Цзюнь был в таком возбуждённом настроении, осознав, что его сила намного увеличилась, так что он и дальше не замечал этого, но вскоре обнаружил, что его проклинают незнакомцы…

Он не понимал этой внезапной трансформации от «героя» к «разбойнику». Цзюнь Мосе просто не понимал, что он стоял совершенно голым...

– Ты, ты, ты такой бесстыдный! Ворюга, который кричит на других! – молодая девушка продолжала топать ногами, закрывая глаза. – Ты подлец, и у тебя хватит смелости называть других подлецами... Ты совершенный бесстыдник!

Хотя молодой мастер Цзюнь и закрывал Маленького Мосе одной рукой, его лицо не проявляло никаких признаков смущения, когда он открыл свой рот, чтобы ответить ей: – Нельзя называть разбойником человека, бегущего обнажённым по улице. Мы все родились голыми, и мы умрём голыми, наши родители были голыми, когда они делали нас... Так почему люди не называют их разбойниками? Тем не менее – подглядывать за такими вещами через свои пальцы, а затем орать «Разбойник!» – настоящая подлость!

- Я не просил тебя смотреть на меня, так почему ты так бесстыдно пялилась? Почему вы вообще пялились на меня? Вы оскверняете мою невинность! Вы – подлецы, называющие меня разбойником ни за что, а потом у вас ещё и хватает смелости называть меня подлецом? Твои слова действительно необоснованны! – Цзюнь Мосе нарочно исказил свои слова, чтобы заставить логику самым бесстыдным образом поддержать его: – Ты, молодая девушка, и есть настоящий подлец!

Молодой мастер Цзюнь отстаивал свои нелепые рассуждения тем же тоном, что и эта молодая девушка, и поднял свои стандарты на совершенно новую и непревзойденную высоту бесстыдства!

– Ты, ты… Сяо Фэн Ву, поспеши уже и прикончи этого развратника, он оскорбляет меня! – закричала девушка, снова топая ногами. – У него хватает дерзости читать мне лекции и называть меня бесстыдной после...

– Ты из Семьи Сяо? – Цзюнь Мосе закатил глаза. – Я ненавижу Семью Сяо! По моему опыту, от этой Семьи не было ничего хорошего, поэтому неудивительно, что надменный юноша из такой презираемой Семьи действует, как разбойник!

Вспоминая боль и трудности, которыми Город Серебряной Метели «наградил» его дядю, Цзюнь Мосе явно очень чувствительно относился к этой фамилии!

Молодой человек по имени Сяо Фэн Ву внезапно очень рассердился и закричал: – Бесстыдный ублюдок, ты действительно осмеливаешься открыть рот и оскорблять мою семью? Я прикончу тебя!

Он поднял меч, а из его тела вспыхнул золотой свет!

Этот молодой человек действительно достиг царства Золотого Суань! Учитывая его возраст, его талант был, по крайней мере, наравне с Ли Юраном!

Такая сила могла вызвать некоторые незначительные проблемы для молодого мастера Цзюнь месяц назад, но теперь, когда его сила заметно улучшилась, он мог в принципе просто игнорировать его как угрозу!

Пока Сяо Фэн Ву поднимал меч, обнажённая фигура перед ним внезапно исчезла, за этим послышался шум ветра, и вскоре он обнаружил, что его в лицо ударила холодная рука, а его промежность одновременно ощутила очень сильный пинок очень холодной ногой: бедолага сложился пополам, а его меч упал на землю.

Кусок ткани оторвался от его одежды вроде как сам по себе. Хотя Сяо Фэн Ву не был слабым, но ему всё ещё не хватало практических боевых навыков, а удар молодого мастера Цзюнь едва не превратил в фарш его внутренности, так что человек откатился на три фута и упал на землю, а его лицо продолжало смотреть на обнажённого человека впереди.

Он наблюдал, как этот бесстыдный и голый мужчина обернул ткань, которую он только что оторвал от его мантии, вокруг своего тела, а затем неторопливо связал узел, после чего дважды прыгнул и пошагал назад и вперёд, проверяя, не видно ли какие-то непристойные части его тела, а затем снова повернул голову вперёд.

Его верхняя часть тела была ещё голой, как и его ноги, ткань окружала его широкие плечи, и до пояса, делая его наряд не только очень свободным и удобным, но ещё и довольно модным по меркам этого мира!

Внешний вид этого человека полностью изменился в момент. Несмотря на то, что его тонких губ, его косых бровей и этого слабого подобия улыбки было достаточно, чтобы вызвать страх в сердце любого человека, он даже следил за своим стилем.

Он только что подвергся такому крайнему смущению, но даже тогда молодой господин Цзюнь не покраснел! Это было свидетельством того, что его бесстыдство достигло того уровня, когда он уже превзошел всех до него!

Девушка, которая стояла на некотором расстоянии от этой сцены, забыла закрывать глаза от шока от этих неожиданных поворотов событий и теперь смотрела на Цзюнь Мосе, открыв свой крошечный красный ротик настолько широко, насколько это вообще возможно. Она не могла даже представить, что её спутник, эксперт по Золотому Суань, несравненный талант своего поколения, не сумеет совладать с этим бесстыдным мудак... мужчиной!

Хотя лицо этого человека было покрыто грязью, но было довольно очевидно, что он был молодым и был на самом деле даже ещё моложе её спутника, как он мог быть таким сильным?

– Как тебя зовут и откуда ты? Ты пришёл в город Тянсян и на самом деле осмеливаешься провоцировать меня! Ты пытаешься выкопать себе могилу поглубже? – Цзюнь Мосе шагнул вперёд маленьким шагом, так как его одежда в некоторой степени ограничивала движение его длинных ног: ты хотел преподать мне урок, а потом убить меня? На самом деле? Хорошо! Пойми, что ты жив только благодаря моей доброте, иначе я бы уже разделал тебя на сотню маленьких вонючих кусочков и выложил из них слова «Сдохни, сука!» на пороге дома твоей бабушки!

Цзюнь Мосе выпалил это, а затем обернулся, чтобы уйти, так как он не собирался больше оставаться здесь.

– Да как ты смеешь? Никогда не вздумай попадаться мне на глаза в Городе Серебряной Метели, иначе тебе не жить! – закричал ему в спину Сяо Фэн Ву, а его глаза приняли жестокое и злое выражение. – Молись, сучонок мелкий, чтобы я снова не нашёл тебя! Я прикончу всю твою сраную семейку! Если я не заставлю их бежать из собственного дома, а потом не прикончу их, как собак, тогда я не Сяо!

Цзюнь Мосе уже собирался уйти, когда его нога остановилась в воздухе, его глаза стали холодными и острыми, как сталь, и он повернулся лицом к Сяо Фэн Ву: – Город Серебряной Метели? Ты пришёл из семьи Сяо из Города Серебряной Метели? – его голос был холодным, пасмурным и чрезвычайно мрачным.

– Да, правильно! – Сяо Фэн Ву едва хватило сил подняться и свирепо улыбнуться. – Что, уже обосрался со страху? Уже слишком поздно! Если ты и вся твоя семья не будете на коленях молить и отрабатывать своё прощение, я прикончу всю твою семью перед твоими глазами!

– Хорошо! Это очень хорошо! – Цзюнь Мосе медленно кивнул, его лицо было скучным, но не сердитым. – Поскольку ты слишком высокомерен, тогда я не племянник моему дяде, если я не накажу тебя! Ты пожалеешь, что сказал это!

– На колени передо мной! – у Сяо Фэн Ву было впечатление, что этот человек неизбежно станет мягким, и у него будет шанс спасти свое лицо в ответ, и, следовательно, он не мог не почувствовать его величие!

– На колени передо мной твоя мамаша встанет! – рявкнул Цзюнь Мосе, внезапно шагнул вперёд и ударил мужчину по лицу кулаком, заставив его отлететь на несколько шагов назад, выплёвывая кровь и зубы.

Цзюнь Мосе подошёл к нему и дважды ударил его по глазам, превращая в гигантскую панду: – Я тебе покажу, ублюдок, онанист чёртов! Я тебе покажу! Ты от меня парализованным уползать будешь! Думаешь, что твой Город Серебряной Херни - такой сильный, да?

– Ты угрожал мне!

Бабах…

– Ты думаешь, что можешь запугивать меня своей фамилией!

Бабах…

– Ты хочешь прикончить всю мою семью!

Бабах, бабах, бабах…

– Я уничтожу тебя! Я тебя, сука, уничтожу! Я не собираюсь тебя избить! Я тебя в фарш измельчу, кусок ты...

Бах! Бах! Бах!

– Ты хочешь, чтобы я опустился на колени и извинился? Вся твоя еб*ная семейка передо мной на колени встанет!

«Очень много звуков знатных пощечин…»

– Ублюдок! Сволочь! Мудак! – Цзюнь Мосе схватил его за волосы и поднял дрожащее тело вверх, а затем с силой бросил его на землю и повторил эту же процедуру несколько раз, затем снова схватил его за волосы, и несколько раз сильно впечатал его лицом в землю. Посмотрел ему в лицо, а затем отправил его тело в полет: человек упал на землю как мешок с картошкой, непонятно, мёртв или жив.

Цзюнь Мосе всё ещё не останавливался и снова налетел на него, и стал колотить всё больше, даже когда избил в кровь.

Молодой человек несколько раз пробуждался из бессознательного состояния, но сразу же терял сознание снова, так как его тело не могло терпеть боль...

Человек лежал на земле, а почти голый мужчина стоял на нём сверху и избивал его в бешенстве.

– Ах... – девушка не могла даже моргнуть глазами, и не могла понять, как её спутник внезапно превратился в мешок с костями за считанные минуты...

События происходили слишком быстро, и для неё это было немного головокружительно.

– Как тебя зовут? – Цзюнь Мосе с яростью посмотрел на неё, когда она выдохнула, указал пальцем на неё, и крикнул грубым голосом. – Чёрт возьми, скажи мне, или ты умрёшь!

Молодая женщина была почти в слезах, когда она попыталась открыть дрожащие губы, а её лицо побледнело от страха: – Меня?

Глава 210. Не называй его своим старшим снова

– Тебе совсем плохо? Как тебя зовут? – у Цзюнь Мосе не было никаких причин защищать этого представителя слабого пола, так что он только злобно смотрел на неё.

– Я... Я... меня зовут Хан Янь... Мэн... Я, это... очень сильная, да! Не смей нападать на меня... – молодая девушка казалась ужасно испуганной.

С самого рождения с ней всегда обращались с уважением, куда бы она ни отправилась, она никогда не чувствовала себя так. Этот человек – супер гибрид «подлеца» и «разбойника»!

Вполне естественно, что молодая девушка ужасно испугалась!

Очевидно, ей никогда не приходило в голову, что кратковременный выход из родного дома приведёт к встрече с таким «дьяволом»! Сердце молодой девушки постоянно билось, как барабан, и она дрожала все больше и больше...

– Хан Янь Мэн? – Цзюнь Мосе был ошеломлён. – Этот парень из семьи Сяо из Города Серебряной Метели? Да? А ты из семьи Хан Янь Яо?

– Она... Она моя старшая сестра... не смей нападать на меня, моя сестра очень любит меня! И она ужасно сильна... – Хан Янь Мэн угрожала дрожащим голосом...

Цзюнь Мосе остался полностью ошеломлённым.

«Так что, это та девушка, о которой говорил Му Сю Тонг? Она – та, кого он называл Маленькой Принцессой Города Серебряной Метели? Тогда она... невестка моего дяди?!

Это означает, что она когда-нибудь станет моей старшей... Прикончите меня сейчас! »

– Это твоя сучка? – Цзюнь Мосе указал на Сяо Фэн Ву.

– Нет, нет, нет! – Хан Янь Мэн нервно махнула рукой. – Нет, это не моя, эмм...

Хан Янь Мэн ещё не закончила говорить, когда Цзюнь Мосе прервал её: – Ты не воспитала её ни капли! Это не просто сучка, а дикая сука!

Молодая девушка быстро махнула рукой: – Он не дикая собака, он... Он мужчина, он мой Старший, его фамилия Сяо и он...

– Он мужчина? Я этого не вижу! Это сучка! – Цзюнь Мосе стёр с лица кровь Сяо Фэн Ву. – Я сказал, что он псина, это значит, что он – псина! Необразованная, дикая собака! Поняла?

– Нет, он... он действительно не собака, он... – молодая девушка была избалована своей семьёй и никогда не встречала кого-то, кто так общался в такой ситуации, а затем вдруг в голове у неё появилась идея. – Вы, видите же, у него нет хвоста... А у собак есть хвост, значит, он и правда человек...

Цзюнь Мосе некоторое время колебался, а затем рассмеялся и заявил: – Ты ещё этого не знаешь, но хвост ему отрезали – как ещё они могли бы заставить его выглядеть... как человек, а не собака!

Цзюнь Мосе глянул на него и сбился с мысли.

Я избил его так сильно, но он всё ещё дышит... и даже его пальцы едва заметно движутся. Да он может очнуться в любой момент...

Парень немного подумал: «Моё культивирование очень ограничено, да, но всё равно не должно быть причин, по которым он смог выдержать такое избиение и остаться невредимым. Что здесь происходит? За всем этим должно быть что-то странное!»

Он шагнул вперёд и сел перед телом Сяо Фэн Ву, а затем, внезапно громко рассмеявшись, он разорвал одежду на груди, чтобы открыть мягкую, блестящую, серебристую броню, которую Сяо Фэн Ву носил. Цзюнь Мосе схватил броню в руки и попытался разорвать её, но броня осталась на своем месте!

Какая удивительная вещь! Молодой мастер Цзюнь бесцеремонно вывалил человека из этой брони. Он схватил меч, который лежал на земле, а затем попытался проколоть эту мягкую броню кончиком меча. Несмотря на то, что броня была очень мягкой, она всё ещё держалась, и, несмотря на силу, на броне не было даже царапин.

Было довольно очевидно, что единственна причина, по которой Сяо Фэн Ву сумел пережить это избиение, было то, что он носил эту броню. Сяо Фэн Ву лежал без сознания на земле и понятия не имел, что происходит, однако Цзюнь Мосе уже понял, что, хотя он был в состоянии победить этого человека, он всё равно не смог бы убить его, пока он носит эту броню!

Хан Янь Мэн захотела подойти и спасти своего спутника, но боялась силы Цзюнь Мосе, и боялась, что он может нанести ей вред, поэтому лишь сидела на корточках, сжав лицо в ладонях и тихо плача.

– Что это? – Цзюнь Мосе спросил Хан Янь Мэн. – Что это за злая хрень, я действительно хочу знать.

– Доспехи из снежного шелкопряда? – Хан Янь Мэн открыла дрожащие веки и снова посмотрела на него глазами, полными обиды.

«Он такой бесстыдный, его кожа такая же нежная, как моя, и он тоже довольно красивый, но у него нет чувства стыда или справедливости!

Он такой ужасный! Как можно так относиться к такой девушке?»

– Броня снежного шелкопряда, это хорошо. Ну, хорошо, очень хорошо, – Цзюнь Мосе с любовью посмотрел на броню, покрутил её туда и сюда, а затем подбросил в воздух пару раз.

Хан Янь Мэн подумала о чем-то, но попыталась скрыть это выражение, но не смогла сдержать слёзы.

Броня снежного шелкопряда была, очевидно, очень редким сокровищем, но, в Городе Серебряной Метели это было обычным делом, на самом деле у большинства людей была такая броня. Это было одно из сокровищ, секрет которого хранился в Городе Серебряной Метели. Фактически, когда дело доходило до драгоценных предметов, броня снежного шелкопряда не была для них особенной, поскольку у них было ещё несколько «продвинутых» предметов в их арсенале. Молодой мастер Цзюнь смог проанализировать это очень быстро и предположил, что этот молодой человек может нести и другие очень ценные сокровища.

– Какие ещё драгоценности у него есть? – Цзюнь Мосе не смотрел на неё в этот момент, но её выражение лица слегка изменилось. Молодая девушка была совершенно неопытна в мирских делах, и хотя она только что-то подумала, но её подсознательные действия привлекли внимание молодого мастера Цзюнь, и он мог чётко понять, что она смотрела на него с презрением.

– Лучшее - это броня снежного шелкопряда, и у меня есть одна... Я не надела ее... – Хан Янь Мэн была поражена, увидев, что окровавленный Цзюнь Мосе смотрел на неё и была так напугана его внешностью, что её наивное сердце почти перестало биться, и в конце концов решила сказать, что она не надела доспех. А то вдруг этот звездюк действительно попытается отобрать мою броню, а может и избить меня...

– Снежного шелкопряда? Ну, хе-хе-хе... – Цзюнь Мосе злобно посмотрел на неё, и взрыв ужаса охватил Хан Янь Мэн. Она тотчас подскочила и подняла руки в воздух.

– Не волнуйся, я знаю, что ты носишь этот доспех, но я не буду грабить девушку, я очень культурный в этом отношении. – Цзюнь Мосе посмотрел на нее, и несчастье охватило его: «Если я смогу зачистить семью Сяо, а потом каким-то образом любовь дяди и мисс Хан Янь найдёт способ, и они в конечном итоге поженятся, тогда эта маленькая девочка станет моей Старшей!

Мне придётся называть её тетя? Или Старшая Сестра?

И это уже бесит! Хоть у меня и есть доспех снежного шелкопряда, я просто не могу его схватить...»

Цзюнь Мосе протянул руку и потрепал её щеку, напугав Хан Янь Мэн, а затем злобно рассмеялся, после чего обернулся и сказал: – Мисс Хан, хе-хе, я слышал, ты называла его своим Старшим, не называй его своим Старшим снова, ха-ха...

Хан Янь Мэн вздохнула с облегчением, увидев, что властный «монстр», наконец, ушёл и успокоилась. Она вздохнула, но скоро вновь сморщила брови, потому что вдруг вспомнила последнее предложение, которое сказал «монстр» перед уходом.

Зачем? Это очевидно, не так ли? Он из семьи Сяо, так почему бы мне не назвать его Старшим? Я действительно этого не понимаю! По словам этого человека, кажется, что он какой-то военный... или сумасшедший! Во всяком случае, он определенно ненормальный!

Глаза Хан Янь Мэн были широко открыты, и она продолжала бормотать себе под нос в замешательстве. В конце концов, она пришла к окончательному выводу: «Сумасшедшие не думают так же, как и обычные люди! Я никогда раньше не видела такого сумасшедшего!»

Осенний ветер постепенно начал подниматься снова, и, поскольку травмы Сяо Фэн Ву были довольно серьёзными, он не проявлял никаких признаков пробуждения, оставив неопытную Хан Янь Мэн, стоящую наедине с собой, и, поскольку она стояла там одна в течение долгого времени, страх ее увеличивался. Однако в это время происходило очень странное явление: когда холодный осенний ветер поднялся, кленовый лес не стал колыхаться, как обычно, а деревья медленно рассыпались золой...

Глава 211. Прибытие Великого Мастера

Молодой мастер Цзюнь использовал «Исчезновение Инь и Ян» и тайно вошел в магазин одежды, украл себе халат, оставил свою «одежду» висеть на вешалке в качестве замены, а затем продолжил поиски своего пути назад в резиденцию Семьи Цзюнь.

Молодой мастер Цзюнь все еще не был достаточно опытным, чтобы быть в состоянии применить «Исчезновение Инь и Ян» и вернуться в резиденцию Цзюнь за один раз, поэтому его путешествие назад должно было занять некоторое время!

В это время резиденция Цзюнь оживилась от волнения!

Было довольно сложно описать сцену: не только домашний персонал работал взволнованно, даже пожилые старцы Семьи бегали!

Один из «Восьми Великих Мастеров», Одинокий Сокол неожиданно прибыл в резиденцию Цзюнь, что было для них честью!

Это было довольно редко даже для Семей такого влияния!

По достижении резиденции Цзюнь, Одинокий Сокол немедленно сообщил свое настоящее имя, он, очевидно, не хотел раскрывать истинную цель своего визита и умело решил использовать лечение Хай Чэнь Фена в качестве цели его визита.

Даже, несмотря на то, что «Восьмой Великий Мастер» не стыдился просить совета и был скорее намерен обратиться за помощью, но было бы довольно странно, если бы он публично заявлял это перед множеством людей, что он был здесь, чтобы обратиться за советом к ребенку.

Его приезд полностью потряс резиденцию Цзюнь, настолько, что Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй лично выбежали, оставив все свои задачи, чтобы поприветствовать и проводить его и полумертвого Хай Чэнь Фена, и сердечно пригласить их в столовую.

Услышав, что третий молодой мастер семьи Цзюнь еще не вернулся со своей прогулки, Одинокий Сокол уверенно заявил, что «все в порядке», и приступил к дегустации домашнего чая Семьи Цзюнь, разговаривая с Цзюнь Чжан Тианом и Цзюнь Вуем.

Цзюнь Чжан Тиан, будучи воином высоких заслуг, оправдывал свою репутацию одного из лучших военных генералов, когда-либо рожденных, и быстро успокоился и смог поприветствовать Одинокого Сокола очень спокойно, что сделало этот необычный инцидент вполне нормальным.

Старик Цзюнь сознательно очень скоро показал надежность своей семьи перед гостем: – Вуй, ты должен пойти и посмотреть, вернулся ли Мосе или еще нет. Как только он вернется, вы должны быстро прийти сюда. Сейчас ситуация сродни борьбе с огнём: мы просто не можем позволить себе ни малейших задержек.

Цзюнь Чжан Тиан явно имел в виду нечто совершенно иное: «Одинокий Сокол прибыл в нашу резиденцию в поисках медицинской помощи, но только мой внук способен разобраться с его спутником? Мой возлюбленный внук, возможно, действительно вылечил глубокое недомогание моего сына, но с тех пор мы не видели его медицинского опыта, и это будет очень пагубно для нашего дела, если он не сможет удовлетворить требования Одинокого Сокола… »

Поняв это, Цзюнь Вуй, естественно, не возражал, ожидая своего племянника у двери, так как он все равно хотел знать об этом больше, и не хотел, чтобы его племянник поспешно начал лечение, если он не сумеет справиться с этим.

Однако настоящая причина, по которой Одинокий Сокол не возражал против этих задержек, состояла в том, что ему нужно было больше узнать о Цзюнь Мосе перед тем, как встретиться с ним лично, поскольку он уже был проинформирован о том, что мальчик был довольно злой, и надеялся, что «Я мог бы лучше оценить темперамент молодого человека, узнав его семью...»

– Меня попросили прийти и найти молодого мастера Цзюнь, – слова Одинокого Сокола было достаточно, чтобы Цзюнь Вуй и Цзюнь Чжан Тиан поняли, что это был не просто случай, и оба они подумали: «Вот в чём дело!»

Они давно догадались, что у их наследника, должно быть, было какое-то секретное дело, так как мальчик был уже достаточно сильным, но в последнее время он очень сильно скрывал своё местонахождение. Этого инцидента было достаточно для того, чтобы понять, что их младший наследник действительно был очень влиятельным. Неудивительно, что он не боялся столкнуться с поместьем Сюэху... Вот в чём причина!

Старик Цзюнь на самом деле сделал еще один шаг в своей оценке и оценил, что его внук был даже более влиятельным, чем они первоначально считали, поскольку Одинокого Сокола «попросили прийти и найти»... внука!

Одинокий Сокол публично признан одним из самых сильных людей, так кто мог иметь власть сказать ему «прийти и искать» моего внука? Кто этот человек, который указал ему в нашу сторону?

И этот человек тоже проявит себя в будущем?

Более того, отношение Одинокого Сокола во время обращения к имени Цзюня Мосе было чрезвычайно вежливым и почтительным, и, разумеется, это ещё больше раздразнило их воображение. «Одинокий Сокол всегда был известен своей мятежной природой, и я считаю, что даже Ли Ю Тянь не смог бы дождаться такого уважения от этого человека!»

«Ну, тогда кто сильнее, чем Ли Ю Тянь в этом мире? Кто-то такой сильный, что даже этот человек восхищается и уважает его?

Что это значит? Это, очевидно, сделал Юн Би Чен!»

Неудивительно... с поддержкой Юн Би Чена, Цзюнь Мосе не боялся бы Ли Ю Тяня! Ли Ю Тянь ничто по сравнению с Юн Би Ченом...

Старик Цзюнь и Цзюнь Вуй были еще более рады услышать, как Одинокий Сокол признал, что он не такой сильный, как Юн Би Чен, но, когда дело касается уважения, даже самый сильный человек в мире не заслуживает его. Они просто приписывали вторую часть его высказывания своей высокомерной природе!

Поэтому Одинокий Сокол и Старик Цзюнь продолжали улыбаться друг другу в тактическом понимании, совершенно не подозревая, что они думают совершенно по-другому!

В это время Гуан Донглю также слышал об этом визите, узнав, что Одинокий Сокол лично приехал в резиденцию семьи Цзюнь, Гуан Донглю вытирал пот со лба: «У Семьи Цзюнь есть такая мощная поддержка! Поместье Сюэху – это всего лишь организация, и Ли Ю Тянь никогда не сможет помочь им... они просто используют его имя, потому что он связан с ними. Однако Семья Цзюнь может вызвать Одинокого Сокола в свою резиденцию лично – это сдвинуло бы равновесие, верно?

К счастью, я сделал правильный выбор в то время под импульсом моих эмоций, иначе я бы отказался от правильной стороны, воспользовавшись поместьем Сюэху, и в конечном итоге спровоцировал бы общую силу Семьи Цзюнь и Одинокого Сокола.

Кажется, что Семья Цзюнь очень мудрая, и их сила по-прежнему так же непоколебима...»

Он, продолжая потеть, присоединился к сбору...

У каждого человека были совершенно разные идеи в голове, но каждый из них уже догадывался, что их защищает какая-то «божественная стратегия и прекрасное планирование», и были уверены в том, что их хорошо защищают.

Поэтому и хозяева, и гости были в очень радостном настроении.

К тому моменту, когда Цзюнь Мосе вернулся домой, все были в столовой. Все, включая Одинокого Сокола, были в отличном настроении.

Цзюнь Вуй сразу схватил своего племянника: – Что ты делаешь? Ты знаешь, что Одинокий Сокол пришёл сюда, ища тебя? Ты действительно можешь исцелить его друга?

Цзюнь Мосе очень хотел зайти в свою комнату в этот момент, так как он хотел надеть нижнее белье первым делом – ему было неудобно без него.

– Неважно, пусть подождёт. Сначала я пойду и переоденусь, а потом я пойду к нему, – Цзюнь Мосе поспешно направился к своей комнате.

Цзюнь Вуй снова поймал его: – Что случилось с этой одеждой? Она выглядит достаточно чисто, как по мне. А теперь пошёл! – он наполовину потащил, наполовину проводил Цзюнь Мосе в столовую.

– Это ты! – Одинокий Сокол поднял глаза и сразу узнал человека, чьим вином он наслаждался всего пару дней назад. Это, очевидно, стало для него большим сюрпризом: человек, которого он искал, оказался другом, и, кроме того, он был очень уважительным в прошлом, так как этот ребенок не был тем, кого он характеризовал бы «грубым» во время их прошлой встречи. Поэтому он немедленно расслабился!

– Твоё вино неподражаемо, мы быстро прикончили эти два кувшина, но с тех пор я очень нетерпелив, потому что не могу найти вино, которое может сравниться с твоим, а потом я даже не смог тебя найти! – у Одинокого Сокола слюни потекли при одной мысли о том вине, фактически, он совершенно забыл об истинной цели своего визита.

– Тебе придется заплатить мне десять тысяч серебром, если ты хочешь ещё выпить моего вина, – ответ Цзюнь Мосе оставил Цзюнь Чжан Тиана и Гуана Донглю потрясенными, и их лица сразу же покраснели. Они были очень удивлены, узнав, что Одинокий Сокол интересовался этим ребенком, но его смелый ответ оставил их озадаченными и злыми.

Двое мужчин остались единодушны: «Это Одинокий Сокол, один из «Восьми Великих Мастеров», ты вообще понимаешь серьёзность этой ситуации? Он сказал, что ему нравится твоё вино, и дал ему основу, чтобы построить с ним дружественные отношения, а ты действительно открыл рот, чтобы требовать у него такую большую цену?! Что не так с тобой?!

Ты хочешь его разозлить?»

В полном противоречии с ожиданиями этих двух мужчин, Одинокий Сокол не только не воспринял это гневно, но рассмеялся, как будто это была забавная шутка: – Чёрт возьми, я заплачу тебе, сколько ты хочешь, но сначала дай мне вино!

Затем он рассмеялся ещё: – У меня есть деньги прямо сейчас, но этого, конечно, будет недостаточно, поэтому позволь мне оставить этот долг до завтра. Утром я пойду на грабеж нескольких богатых Семей и вместо десяти я принесу тебе несколько сотен тысяч! Этой суммы должно быть достаточно, чтобы погасить мой долг с процентами, не так ли? А теперь позволь мне выпить!

У всех руки вспотели! «Восьмой Великий Мастер» говорит о том, чтобы ограбить людей, как обычный преступник?!»

– Ты, наверное, не понял моих слов: я отказываюсь от этой сделки, так как я управляю небольшим бизнесом, а малые предприятия работают только за наличные, и поэтому я не могу позволить себе давать в долг. Прости меня, – тон Цзюнь Мосе казался лишенным каких-либо ноток извинения, а затем стал ещё более прямолинейным: – Если у тебя нет денег, я ничего не буду продавать!

Молодой мастер Цзюнь действовал так смело, так как знал, что он держит все козыри в этой игре: ты здесь, чтобы учиться у меня, а затем тебе также нужно, чтобы я помог в лечении, а ты хочешь моего вина бесплатно?

Это три вещи! Если я не попрошу тебя платить хотя бы за некоторые из них, то это просто будет игнорировать естественные порядки вещей!

Лицо Одинокого Сокола выражало всю горечь мира, и было похоже, что он начнёт умолять, но внезапно его брови взлетели вверх, а он сердито возразил: – Ты очень раздражаешь меня! Я... я... я выйду, и буду грабить людей прямо сейчас, ты пожалеешь об этом позже!

– Пожалуйста, вперед! – Цзюнь Мосе ответил небрежно: – Поверни налево, пройди около семисот метров прямо, а затем поверни направо, там найдешь самую богатую семью Империи, семью Му Жун, хотя там много денег, но я считаю, что это будет непростая задача, и если для тебя это слишком сложно, я предлагаю не поворачивать направо и продолжать идти прямо, пока не увидишь ворота цвета меди. Иди туда, и там ты должен найти достаточно денег - это дом министра благосостояния, а в окрестностях найдешь дома нескольких дворян, на самом деле, если ты обыщешь область правильно, ты обнаружишь, что недалеко живут несколько богатых бизнесменов и чиновников, и даже там можно раздобыть достаточно денег.

Я буду здесь, чтобы поприветствовать тебя, как только ты их ограбишь, – Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: – Одинокий Сокол, я желаю тебе удачи. Если ты сумеешь ограбить людей в этой области, я дам тебе достаточно вина на всю оставшуюся жизнь. На самом деле, если ты этого пожелаешь, я не просто дам тебе достаточно вина, чтобы напиваться каждый день жизни, я дам тебе достаточно, чтобы ты мог искупаться в нём!

Глава 212. Ты хочешь, чтобы я спас его? Давай договоримся!

Одинокий Сокол остался ошеломлённым: «Что этот мальчик говорит, а?»

Другие люди, присутствующие здесь, помимо этих двоих, чувствовали, что их глаза могут выскочить из орбит в любой момент! Это один из «Восьми Великих Мастеров», и просто посмотрите на то, как с ним разговаривает третий молодой мастер Цзюнь, но даже тогда Великий Мастер терпит... Что происходит?

Неужели этот мир сошел с ума?

- Я не стану терпеть такой позор. Я не хочу твоего вина, я не буду пить твоё вино, даже ни одной сломанной чаши, этот старик не подчинится твоим издевкам! Я никогда не буду пить твоё вино до того дня, когда я умру! – Одинокий Сокол опустился на пустое кресло с мрачным видом на его лице: «Я действительно очень хочу еще немного этого вина...»

- Я слышал, что ты пришёл сюда, чтобы меня найти? – Цзюнь Мосе улыбнулся. - В чем дело?

- Твой глупый старый мастер попросил меня найти тебя, он попросил тебя вылечить этого человека, а затем есть еще одна тривиальная вещь, которую он хочет, чтобы ты сделал, но мы поговорим об этом позже, – выбор формулировок Одинокого Сокола для описания «таинственного эксперта» почти заставил Цзюнь Мосе ржать.

- Позволь мне сказать прямо – вылечить этого человека? Что мне с этого будет? Я не получу никакой пользы от него, это какая-то гнилая сделка, – Цзюнь Мосе неодобрительно покачал головой. – Так зачем мне его лечить?

- Потому что ваш мастер сказал вам! – Одинокий Сокол был немного сердитым в этот момент, но, наконец, начал понимать истинный смысл предупреждения «Таинственного эксперта».

- Почему ты думаешь, что это должно что-то значить? А ты просто искал меня, потому что он так сказал? Он – это он, а я – это я, так почему я должен его слушать? – Цзюнь Мосе закатил глаза. – Почему я позволю ему управлять мной? Разве я не отвечаю за свои действия?

Одинокий Сокол остался безмолвным при взгляде на Цзюнь Мосе: «Я никогда раньше не видел такого бесстыдного ученика!»

Согласно заповедям пяти отношений, слова учителей и хозяев - это слова закона: как только учитель дал своему ученику задачу, ученик должен делать все, что требуется, чтобы выполнить ее, не опровергая!

Более того, мастер Цзюнь Мосе был человеком, достойным уважения, даже в глазах человека калибра Одинокого Сокола! Если бы какой-либо другой человек получил такого великого учителя, тогда человек принял бы любой приказ этого учителя как закон небес, но этот парень действительно притворяется, будто он даже сильнее своего учителя!

Разве мир перевернулся?

- Почему бы тебе просто не сформулировать свои условия четко? – Одинокий Сокол почувствовал себя ягненком, которого ведут на бойню.

- Я хочу его! И я хочу, чтобы вы обеспечили безопасность! – Цзюнь Мосе улыбнулся, указывая на Хай Чэнь Фена. – Если я исцелю его раны, то это будет равносильно спасению его жизни. Я хочу, чтобы он выполнял мои поручения в течение трех лет! Это действительно не так много, чтобы просить взамен?

- Я не могу обещать это от его имени! Этот человек - уровня Суань Неба, и он считается хозяином в своем собственном праве, он один из ведущих деятелей своего поколения! – Одинокий Сокол покачал головой. – Ты должен сам спросить его об этом.

- Ты спросишь его! – Цзюнь Мосе опустил веки, взял чашку чая, поднес ее ко рту и выпил. – Ты можешь попросить столько времени, сколько тебе нужно, у меня есть несколько дней отдыха, поэтому я действительно не парюсь.

«Ты можешь не париться, но я!

Так, как ты затягиваешь это... у тебя может, и есть время, но этот человек может просто умереть!

Одинокий Сокол скрежетал зубами, и он почти чувствовал, что готов зареветь. Мальчишка! Ты исцелишь его раны, а затем расскажешь мне секреты, чтобы улучшить мою технику, иначе я тебя побью! Ты можешь быть учеником высшего учителя, но я - Одинокий Сокол, «Восьмой Великий Мастер» этого мира, и я мог бы ущипнуть тебя до смерти! Чёрт возьми, я могу похоронить тебя в любое время!»

- Просто посмотрите на высокомерное выражение на лице этого ребенка! – Одинокий Сокол присел на корточки, чтобы спросить Хай Чэнь Фена, но случайно обнаружил, что его глаза видят то, что находится у Цзюнь Мосе под халатом. А точнее - чего там нет...

Одинокого Сокола едва не вырвало: «Чёрт! Просто посмотрите, как торчит его игла прямо сейчас! Этот мальчик едва вылез из борделя, что ли? Этот мальчик – просто кобель!»

Хотя у него не было энергии говорить это словами, но необычайно твердые и неуступчивые глаза Хай Чэнь Фена были достаточно выразительными, чтобы позволить Одинокому Соколу понять, что он не будет подчиняться таким условиям. Если бы он смог открыть рот и сказать, он бы сказал: «Как можно ожидать, что эксперт Суань Неба отдаст себя такому маленькому ребенку на три года, даже если он спас твою жизнь? Я предпочел бы умереть».

Одинокий Сокол продолжал убеждать, но Хай Чэнь Фен даже глазом не моргнул.

- Убеждая так, ты никогда не убедишь человека! Тебя можно считать «Восьмым Великим Мастером», но твоя репутация лучше тебя самого, – молодой мастер Цзюнь презрительно сказал: – Теперь следи за мной!

Одинокий Сокол ушел с дороги, когда Цзюнь Мосе подошел к Хай Чэнь Фену, остановился рядом с ним, опустился на пол и прошептал короткую фразу ему на ухо. Его голос был настолько тихим, что никто не слышал его слов.

Глаза Хай Чэнь Фена внезапно засветились, и, хотя его травмы были чрезвычайно суровыми, и он жил так долго только из-за его телосложения и оказанной вовремя первой помощи, иначе он бы умер давно. Хотя до сих пор он не мог говорить, но внезапно нашел силы, когда услышал слова Цзюнь Мосе, и сказал с трудом: - Если это правда, то забудь о... трёх годах... я буду следовать за тобой... всю жизнь!

Цзюнь Мосе встал и обтряхнул руки, когда бросил взгляд на Одинокого Сокола.

Глаза Одиночного Сокола почти выскочили из орбит, он крикнул: - Чёрт побери, что ты сказал ему? Как эта упрямая корова вдруг согласилась на это? Что это за злобное колдовство? – Одинокий Сокол просто не мог понять, какие слова мог бы услышать Хай Чэнь Фен, чтобы он так возбужденно не только согласился с условиями, но и внезапно начал светиться свежей волной жизненной энергии; он ясно мог сказать по выражению Хай Чэнь Фена, что этот человек действительно хочет следовать за Цзюнь Мосе до конца света.

- Хм, тайны небес не должны раскрываться, этот молодой мастер всегда был непредсказуем, но ты можешь рассуждать! – губы Цзюнь Мосе изогнулись в неприятной улыбке.

- Ты ему что-то сказал, и я хочу знать, что! Скажи мне! – лицо Одинокого Сокола было пустым, его шея была красной от гнева, он очень старался убедить Хай Чэнь Фена, но этот человек проигнорировал всё это. Тогда Цзюнь Мосе едва что-то сказал, и Хай Чэнь Фен взволнованно согласился на это, это было явным свидетельством того, что между двумя мужчинами был огромный разрыв! Эти двое, несомненно, впервые встретились сегодня, так как это могло произойти?

Цзюнь Мосе загадочно улыбнулся, сказав: - Я просто сказал ему одно: пока он будет следовать за мной – я могу гарантировать, что его сила станет такой, что он сможет сбить любого Сокола с неба!

- Что?! – Одинокий Сокол испуганно возразил: – Что это за абсурд?

- Всего одна фраза. А он согласился, – Цзюнь Мосе сложил руки, продолжая улыбаться.

- Изо всех сил! Он может практиковаться всю свою жизнь, и он никогда не сможет этого сделать! – Одинокий Сокол презрительно посмотрел на Хай Чэнь Фена.

- Наверное, мы просто подождем и посмотрим сами! – уверенно сказал Цзюнь Мосе.

Увидев выражение Цзюнь Мосе, Одинокий Сокол неожиданно обнаружил, что ему не хватает уверенности: действительно ли этот ребенок сможет достичь того, что он говорит?

Цзюнь Мосе просмотрел травмы Хай Чэнь Фена, а затем внезапно заявил вдумчивым тоном: - Кажется, что ему очень больно, но его травмы – внутренние, а не внешние, как это произошло? Что привело к этим повреждениям? – спросил он, глядя на Одинокого Сокола.

Лицо Одиночного Сокола покраснело, красный и вспотевший, с видимой неловкостью, охватившей его, мужчина остался безмолвным.

- Как это произошло? – тон Цзюнь Мосе был явно предназначен, чтобы сломать упрямство Одинокого Сокола.

- Не спрашивай меня! И перестань болтать, как маленькая девочка! – Одинокий Сокол сердито взревел: – Быстро исцели его!

- Так, так... – Цзюнь Мосе пожал плечами, а затем неожиданно сделал серьезное лицо: – Подними его и следуй за мной!

- Ты приказываешь мне? – казалось, что Одинокий Сокол взорвется в любой момент: – Ты смеешь приказывать мне, малыш?

Цзюнь Мосе не обращал на него никакого внимания: - Если ты хочешь его спасти, то с радостью возьмешь его, если кто-то еще коснется его, тогда я просто одним ударом прикончу его. Можешь попробовать, если хочешь посмотреть, насколько я серьезен!

Глаза Одиночного Сокола стали такими же холодными, как лед. Он видел, как фигура Цзюнь Мосе исчезла из зала.

Он обернулся и понял, что Старик Цзюнь и другие в зале не сдвинулись на один шаг с их начальных позиций и были взволнованы, наблюдая за этой сценой все время.

Одинокий Сокол сердито топнул ногой, и весь зал задрожал, словно началось землетрясение. Он поднял Хай Чэнь Фена на руки, как его нёс Цзюнь Мосе, и мог сказать, что этот полумертвый человек точно получает удовольствие от его страданий.

Одинокий Сокол мрачно улыбнулся, когда он яростно прошептал: - Ты теперь счастлив? Ты почти мертв, так наслаждайся каждым моментом, как будто это последний, потому что ты буквально витаешь между жизнью и смертью прямо сейчас! – затем он вышел из зала и последовал за Цзюнь Мосе.

В зале все явно ощущали вибрации, пока он топал ногами, постепенно удаляясь.

- Он действительно ненормально силен! Одного удара ноги было достаточно, чтобы показать такую удивительную силу, это просто потрясающе! – Гуан Донглю громко хвалил, но его реальное изумление не было связано с силой Одинокого Сокола. – Старик, тебе повезло, что у тебя такой прекрасный внук, он может даже наладить такие отношения с Одиноким Соколом и учеником Синего Учителя... У Семьи Цзюнь действительно есть преемник, достойный носить свое имя! Дорога семьи Цзюнь ведёт к славе, и она уже не за горами!

Старик Цзюнь погладил свою бороду, а его пожилые глаза сузились от скромной улыбки: - Мы действительно не заслуживаем слов главы Семьи Гуан. Ты слишком высоко нас ценишь, ха-ха-ха! – хотя он ответил скромно, но улыбка на его лице была от одного уха до другого.

Сердце Гуана Донглю было не лишено презрения: «Ты скалишься в улыбке, более достойной гиппопотама, и всё ещё притворяешься скромным... Твоя гордость и высокомерие просто невыносимы...»

А дальше мысли обжигали ядом: «Почему у моих сыновей нет таких способностей? Почему они не получили таких возможностей? Что нужно сделать, чтобы получить такую возможность, а? Как заставить одного из «Восьми Великих Мастеров» подчиняться им таким образом?»

«Не говоря уже о том, чтобы заставить человека повиноваться им... Да если бы оба моих сына увиделись лицом к лицу с Одиноким Соколом, они, вероятно, даже не смогли бы прошептать и слова, а просто дрожали бы на своих местах... Они стояли бы парализованные ещё полчаса, а не общались так небрежно, как Цзюнь Мосе... »

Господь Семьи Гуан смирился, глядя на небеса.

Полностью раздавленный...

Глава 213. Присоединяйся ко мне, ты не пожалеешь

Когда он вошел в маленький двор, даже человек с опытом Одинокого Сокола не смог скрыть удивление...

Огромная фрикаделька каталась по маленькому внутреннему двору, и прошло немало времени, прежде чем Одинокий Сокол, наконец, смог определить правду: эта фрикаделька выглядит как... человек! Эта ерундовина на самом деле является реальным человеком!

Мой Бог!

Одинокий Сокол не мог не обалдеть от этого человека. Я, блин, много слышал о том, что жизнь этих молодых мастеров довольно проста, но как можно позволить себе жрать так много?!

Это просто слишком!

Тяжелые травмы Танг Юаня были не такими серьезными, и теперь, благодаря тщательному уходу молодого мастера Цзюнь, он уже начал двигаться: всего несколько дней назад. Более того, он не мог позволить себе быть прикованным к постели в эти дни, так как его аппетит почти удвоился с тех пор, как началось лечение Цзюнь Мосе!

Настолько, что даже его старая одежда не подходила ему сейчас...

Живот Танг Юаня раньше опускался до колен, но теперь его живот едва позволял ему переставлять ноги. Танг Юань, естественно, ощущал чудовищность ситуации, осознавая состояние своего живота, и начал паниковать после этого: мне нужно похудеть!

Молодой мастер Танг, естественно, очень беспокоился о будущем своей интимной жизни: как я смогу заниматься этим делом, если не похудею? Я буду полностью беспомощным. У пистолета могут быть патроны, но он не сможет стрелять, если ствол закрыт... Кроме того, симпатичным девушкам не понравится это жирное тело...

В результате Танг Юань занялся другой задачей: помимо планирования своей деятельности в эти дни, он бегал трусцой. Тем не менее, чем больше он работал, тем больше он уставал, что явно увеличивало его аппетит...

А потом… Его вес, следовательно, снова начал расти.

В результате Танг Юань оказался в замкнутом кругу, и ему было очень трудно вырваться из него.

Естественно, нельзя было обвинять Одинокого Сокола в том, что он был потрясен, увидев, как во дворе крутится фрикаделька в человеческий рост...

Танг Юань почувствовал необъяснимое чувство холода всем телом, когда он подошел лицом к лицу к этому, одетому в черное, мужчине и не мог не почувствовать дрожи, поднимающейся по его позвоночнику, глядя на холодные лицо и глаза человека.

В тот момент настроение Танг Юаня было немного не в порядке, и ощущение смертного холода принесло ему еще больше дискомфорта, поэтому он сначала посмотрел на него, а затем закричал: - Старик, что ты пялишься? Никогда раньше не видел такого красивого парня, не так ли?

Выражение лица Одинокого Сокола было невыразительным, как ни у кого другого: - Я уж повидал много красивых парней в моей жизни, на самом деле, я, наверное, видел самых красивых людей... но я никогда не видел, чтобы кто-то настолько жирный называл себя красивым...

Я не уверен, что ты считаешься самым красивым, но, учитывая толщину кожи и массу тела, я уверен, что ты можешь считаться самым жирным человеком в мире…

«Ничего», – Одинокий Сокол не был оскорблен его упреком, так как характер молодого мастера Цзюнь сделал его невосприимчивым к оскорблениям в последнее время. Более того, он нашел круглое тело Танг Юаня довольно интересным зрелищем.

- Мальчик, сколько ты весишь?

Танг Юань продолжал «бегать трусцой» в приподнятом настроении и полностью игнорировал вопрос Одинокого Сокола: - Забудьте! Этот молодой мастер должен похудеть! И не задавайте мне вопросов, которые рассеивают мой энтузиазм!

Танг Юань, очевидно, не знал этого старика, если кто-то сказал бы ему, что человек, на которого он только что кричал, был «Восьмым Великим Мастером» этого мира и был известен своей безжалостностью... По оценкам, Танг Юань, вероятно, достиг бы своей цели за очень короткий промежуток времени – количество пота, которое он бы сгенерировал, сразу уменьшило бы его вес на несколько килограммов в одно мгновение.

- Хорошо, детка, это хорошо. Как только этот «Старик» закончил свои дела здесь, я помогу тебе потерять вес. Мои трюки, безусловно, помогут вам в похудении, – сказал Одинокий Сокол. Танг Юань услышал это предложение и просто закатил глаза, не обращая внимания на помощь: - Вы думаете, что потеря веса настолько проста? Вы думаете, что я еще не пробовал «трюки», а? Не существует трюка для похудения!

- Эй, ты держишь полумертвого человека на руках и еще интересуешься разговорами? – Цзюнь Мосе вскричал от нетерпения. – Одинокий Сокол! Твое самообладание действительно достойно сделать тебя «Восьмым Великим Мастером», это действительно очень восхитительно!

Одинокий Сокол сердито взревел: – Черт возьми, я не тупой! Выражение лица Танг Юаня внезапно стало испуганным, когда он услышал этот разговор.

- Кто? Кто этот человек, с которым разговаривал молодой мастер Цзюнь? Одинокий Сокол? «Восьмой великий мастер»?

Казалось, гигантская наземная мина взорвалась в толстой голове Танг Юаня. Жирный Танг немного пошатнулся на ногах, а затем лицо его побледнело. Он упал на пол с громким «шлёп!», с широко раскрытым в отчаянной попытке вдохнуть больше воздуха ртом, а его голова, руки, ноги, и все остальные части тела начали потеть, как фонтаном, смачивая всю землю вокруг него реками пота.

«Я… я… я… я на самом деле просто показал пальцем на «Восьмого Великого Мастера», а затем я оскорбил его...» – Танг Юань почувствовал головокружение, когда осознал всю серьёзность ситуации, и остался на земле парализованным, неспособный найти силу, чтобы подняться на ноги...

Одинокий Сокол перетащил полуживого Хай Чэнь Фена в медицинский кабинет согласно указаниям Цзюнь Мосе. Молодой мастер Цзюнь недавно заказал новую комнату около своей спальни, для медицинских целей...

«Искусство разблокировки небесной удачи» было намного более продвинуто, чем любой из его коллег в мире медицины, поэтому ситуация, связанная с внутренними травмами Хай Чэнь Фена, была довольно простой задачей, на самом деле Хай Чэнь Фен даже мог говорить менее чем через четверть часа.

- Вы действительно можете это сделать? Что вы мне обещали раньше? Моим противником действительно является один из «Восьми Великих Мастеров» этого мира! – спросил Хай Чэнь Фэн.

- Ты все еще сомневаешься? Разве ты уже не видел достаточно? – Цзюнь Мосе ответил.

- По крайней мере, сейчас у меня есть какая-то надежда. Я стал свидетелем навыков вашего учителя, и это действительно не что иное, как сверхъестественное! Я могу вас смутить, но я никогда не буду сомневаться в способностях вашего хозяина!

- Итак, что ты собираешься делать сейчас?

- Я решил остаться! – Хай Чэнь Фен ответил. – Во всяком случае, мне действительно некуда идти. Я просто хотел уехать с материка, чтобы увеличить силы, но если я смогу это сделать, оставаясь здесь, тогда в чем смысл бегать по всему миру?

- Если ты присоединишься ко мне, тогда ты просто не сможешь уйти, когда захочешь, ты уверен, что четко понял это? – спросил Цзюнь Мосе.

- Это естественно! – лицо Хай Чэнь Фена светилось решимостью. – Поскольку я присоединяюсь к вам, тогда я буду поступать так, как вы велите. Я буду следовать за вами, как я и обещал, и я не заберу свое слово назад, пока не получу то, что вы мне обещали!

- Это хорошо! – Цзюнь Мосе продолжал вливать все больше и больше энергии в его тело. – Мне не хватает людей, очень не хватает.

- Я понимаю! – Хай Чэнь Фен мог чувствовать, как его меридианы постоянно пополняются энергией и мог отчётливо ощущать жизненную силу своего тела, возвращаясь к полному здоровью в очень быстром темпе. – Я даже немного знаю о ситуации в семье Цзюнь.

- Это хорошо! – Цзюнь Мосе дважды хмыкнул. – Хай Чэнь Фен, я хочу знать о криминальных силах в столице. После того как я закончу с вами, вы должны отправиться на эту задачу. Я не смогу выполнить свои цели, если вы не сможете это сделать!

- Нет проблем! – Хай Чэнь Фен даже глазом не моргнул, а его рот медленно изогнулся в жестокую улыбку. Для него, эксперта Суань Неба на пике, даже иметь дело с человеком силы Цзюнь Вуя не было проблемой; с такой силой под рукой, и поддержкой банды Цзинь Янь, подмять под себя «подземный» мир столицы было так же просто, как зарезать цыпленка.

- Возможно, вы неправильно поняли мои намерения. Я просто хочу, чтобы эта сила была разумной, я не могу лично ее контролировать! Однако, поскольку я хочу контролировать их, ты мне и нужен.

На лице Цзюнь Мосе было глубокое выражение, а его глаза казались немного мрачными: - Независимо от того, что произойдёт, тебе придется решать все проблемы самостоятельно. Более того, согласно моей разведывательной сети, семья Му Жун и семья Ли также присоединились к некоторым из этих банд, так что некоторые из этих банд стоят очень прочно, и они не захотят так легко сдаться.

- Я считаю, что у них может быть даже несколько человек, чья сила будет такой же, как и твоя, – добавил Цзюнь Мосе.

- Это не проблема! – Хай Чэнь Фен заверил Цзюнь Мосе, а затем закрыл рот. Он решил попросить банду Цзинь Янь помочь ему. И, как только он укрепит банду Цзинь Янь, имени и силы банды хватит, чтобы контролировать подпольные силы всего города; в конце концов, банда Цзинь Янь была самой сильной подпольной фракцией столицы и могла при необходимости легко расширить свои силы.

Хай Чэнь Фен был уверен, что он и Цзюнь Мосе могут чего-то достичь вместе. В конце концов, к ним присоединились очень сильная Семья, Синий Мастер, Одинокий Сокол, а также человек, обладающий невероятной силой, учитель Цзюнь Мосе, который был, по-видимому, даже сильнее величайших мастеров этого мира!

Какая сила могла противостоять столь сильному союзу? Если ситуация станет слишком сложной, я всегда могу попросить моего учителя помочь нам. И после сегодняшнего вопроса, Одинокий Сокол тоже должен Цзюнь Мосе, и он, безусловно, не будет сидеть, сложа руки, если его попросят помочь. Во всяком случае, даже если ситуация по-прежнему будет выходить из-под контроля – и тогда это всё равно не будет проблемой, если учитель Цзюнь Moсе появится лично, чтобы протянуть руку...

С этими мыслями, Хай Чэнь Фен явно почувствовал себя очень уверенно.

- Я не буду вмешиваться в ваши действия и ваши решения, – сказал Цзюнь Мосе, слегка прикрыв глаза. – Однако вам самому придется действовать с некоторым чувством дисциплины и ответственности, – Цзюнь Мосе сказал эти последние слова довольно тяжёлым тоном.

Хай Чэнь Фен серьезно кивнул.

- Как только я получу какие-либо новости об этом, я свяжусь с вами как можно скорее! Мой учитель работает над усовершенствованием лекарства для усиления Суань Ци, и оно очень эффективно! Я могу заверить тебя! Как только оно будет готово, ты сможешь победить своего противника! – Цзюнь Мосе улыбнулся. – Ты не пожалеешь, что присоединился ко мне!

Цзюнь Мосе только что бросил свой самый большой козырь. Естественно, юный господин Цзюнь и был этим так называемым «учителем».

Глаза Хай Чэнь Фена просветлели, и он начал волноваться. Один из сильнейших живых мастеров готовит лекарство. Как он может приготовить что-то никудышное, не так ли?

Хай Чэнь Фен просто не мог не улыбаться, как он начал фантазировать о том, как однажды станет достаточно сильным, а затем набьёт наглую пернатую рожу одной слишком дерзкой птички...

***

Дверь в медицинскую палату, наконец, открылась несколько часов спустя, и вышел довольно измученный Цзюнь Мосе.

- Как он? – с беспокойством спросил Одинокий Сокол.

Цзюнь Мосе вздохнул, а затем покачал головой.

- Он мертв? – спросил Одинокий Сокол, а его лицо стало мрачным от отчаяния.

Глава 214. Позволь мне быть твоим учителем в течение года!

- Это ты должен быть мертв, дебил! – Цзюнь Мосе посмотрел на него. – Гений заботился о его травме, а у тебя хватило смелости спросить, мёртв ли он?

В этот момент Хай Чэнь Фен спокойно вышел из медицинской комнаты.

Одинокий Сокол только что открыл рот, чтобы крикнуть Цзюнь Мосе парочку ласковых, и теперь он оставался с широко раскрытыми ртом и глазами.

«Он был наполовину мертв, когда я принёс его сюда, и через всего лишь несколько часов спустя он действительно ходит, как будто ничего не случилось? Даже чудо-доктор не может излечить людей так быстро, верно?!

Этот мир перевернулся, правда? И сегодня я в аду, да?»

- Ну? – Одинокий Сокол сузил глаза в недоумении. – Все хорошо? Твоя сила также восстановлена?

- Все хорошо! – сухой ответ Хай Чэнь Фена явно свидетельствовал о гневе в его сердце. – Куда уж тут Мастеру Соколу: чудесный доктор восстановил тело Чэнь Фена до нормы.

- Так что ты пытался сделать? Знаешь ли ты, насколько дорог твой глупый приём? Знаешь ли ты, сколько оскорблений мне пришлось вынести, чтобы спасти твою жизнь? Нет, ты понятия не имеешь! – весь гнев, который Одинокий Сокол держал в его сердце, наконец, разразился, как вулкан, теперь, когда у него, наконец, был кто-то, на ком он мог его выместить.

Хай Чэнь Фен даже не смог ответить, он даже не успел понять, что его бросил на землю его мастер-брат, и спустя несколько мгновений на него упал ливень ударов.

Это жестокое обращение было ясно видно «парализованному» Танг Юаню, который всё ещё лежал на земле, вся небольшая сила, которую его ноги собрали, снова терялась, и он обнаружил, что его тело потеет всё больше и больше, а голова начала кружиться...

Через некоторое время.

- Вы, ребята, играете? – позвал Цзюнь Мосе.

- Еще пара секунд, и я закончу, – Одинокий Сокол, наконец, поднялся и напоследок пнул Хай Чэнь Фена ещё пару раз, а затем отступил назад, оставив Хай Чэнь Фену разноцветные глаза панды, но он не оценил: он исполнял мучительную оперную песню и катался по полу.

- Не трогай его больше: ему нужно спешить, чтобы он мог выполнить кое-какую работу, – заявил Цзюнь Мосе. Хай Чэнь Фен теперь был его товарищем, и смотреть, как его собственного товарища избивают так сильно, было не самой приятной вещью.

Хай Чэнь Фен только что был сильно избит, но он быстро поднялся на ноги, несмотря на боль, а затем быстро исчез из поля зрения...

Цзюнь Мосе обернулся и взглянул на Одинокого Сокола, и собирался что-то сказать, когда...

- Ах!!!! – резкий крик пронзил воздух во дворе, оставив их обоих в шоке.

Маленькая Ке несла поднос с чаем во двор, но внезапно обнаружила что-то очень тревожное...

- Молодой господин, это нехорошо, это нехорошо..., – Малышка Ке была в панике.

- Что случилось?

- Молодой господин Танг, молодой господин Танг, он... Он упал в обморок..., – молодая служанка указала на большой кусок жира. Танг Юань лежал на земле. Судя по тому, что он не двигался – он или помер, или упал в обморок. Его грудь, хоть медленно, но вздымалась, обламывая все надежды Цзюнь Мосе.

- Как это случилось? – Цзюнь Мосе вышел вперед, чтобы оценить ситуацию, поскольку никто не знал, как он упал в обморок...

Более пристальный взгляд на его лицо, сопровождаемый быстрым подсчётом его пульса, и выражение лица Цзюнь Мосе внезапно стало довольно захватывающим, он быстро осмотрел рот Танг Юаня и затем пробормотал про себя: – Охренеть. Он потел, пока не упал от обезвоживания... такое бывает очень редко...

Допотеться до обезвоживания... Жирный действительно очень талантлив... На этот раз он наверняка потеряет вес...

Это был первый случай этакого состояния, которое когда-либо видел Цзюнь Мосе в течение двух его жизней...

Удачливый или неудачный, но Танг Юань взвесился на следующий день и обнаружил, что он внезапно потерял более десяти килограммов: десять килограммов за один день можно было бы назвать только чудом в истории «потери веса»!

Благодаря его недавнему прорыву молодой мастер Цзюнь каким-то образом смог поднять молодого господина Танга на руки, подвиг, который он ранее не смог бы совершить из-за веса фрикадельки.

Вес его жирного тела был действительно рекордным, но, то же самое нельзя было сказать о его мужестве: наблюдая за беспощадной природой Одинокого Сокола, он упал в обморок от страха...

Молодой мастер Цзюнь был уверен, что этот жиробасик не подвергается никакой опасности, поэтому он просто открыл рот фрикадельки и залил суда солёную воду. Если дать ему что-то жирное – только желудок взбунтуется, поэтому щепотка соли в воде – лучший способ: это не даст телу никакого питания, но всё равно поможет при его состоянии!

Как только он решил этот «кризис обезвоживания», он бросил тело жирного на кровать, а затем решил сосредоточить свое внимание на Одиноком Соколе, в конце концов, у Одинокого Сокола действительно было что-то очень неловкое и очень интересное на уме.

Почетный гость Семьи Цзюнь оказался одним из самых сильных людей из живых, и было нецелесообразно заставлять человека его статуса ждать слишком долго.

Кроме того, достойный мастер своего уровня собирался попросить молодого господина о совете...

Мир действительно собирался перевернуться!

- Ну, что ещё ты хочешь? – молодой господин Цзюнь уже знал ответ, но он просто хотел услышать, как Одинокий Сокол попросит у него совета.

- Сегодня я имел большое счастье встретиться с твоим учителем, ха-ха... и его культивирование и навыки действительно превосходны, а его медицинские знания – просто подарок небес! Мы со Стариком долго разговаривали, словно старые друзья, он очень интересный человек, – Одинокий Сокол открыл рот и вдохнул полной грудью, так как ему удалось описать «пролог» на одном дыхании. Описав так красочно, он надеялся на вопросы от Цзюнь Мосе.

Конечно, он совершенно не знал, что это будет бесполезно!

- О? – Цзюнь Мосе едва сдержался, чтобы не рассмеяться.

Одинокий Сокол, похоже, был в восторге от этого и продолжал в том же духе: – Мы продолжали разговаривать об очень интересных вещах. Я не знаю, сколько времени прошло, но твой учитель упомянул, что ты - его ученик. И он упомянул, что научил тебя нескольким «Соколиным атакам», и они не развиты до предела из-за твоего ленивого отношения. Однако, к счастью для него, он наткнулся на меня сегодня, и, как всем известно, в «Соколиных атаках» никто не знает больше, чем я, и поэтому он попросил меня найти тебя, а затем помочь тебе в обучении.

Голос Одинокого Сокола становился все более и более уверенным, и ему казалось, что он даже начинает убеждать себя в своих словах: - Хотя я довольно занят, но в наши дни очень редко бывают такие хорошие друзья, и поэтому я неохотно, но решил согласиться на его просьбу, и решил помочь ему в твоём обучении.

Молодой мастер Цзюнь стоял и пытался собрать каждую унцию контроля над телом, чтобы не рассмеяться и просто пытался сосредоточить свое внимание на своем дыхании: его правая рука была помещена прямо над животом, чтобы успокоить внутреннюю боль, которой его тело страдало, чтобы вытерпеть эти слова с непроницаемым лицом.

Тело Одинокого Сокола искрилось в благочестивой позе, когда он махнул рукой и сказал небрежным тоном: - Теперь, когда ты свободен, покажи мне, чему твой учитель научил тебя, чтобы я мог исправить это, а затем покинуть этот город как можно скорее, как я обычно это делаю. Мне нужно как можно скорее вернуться к моим делам, и у меня немного времени, чтобы задержаться здесь.

- Старый Сокол, это не может быть правдой! – Цзюнь Мосе расширил глаза и произнёс удивленно. - Только в прошлом месяце мой учитель сказал мне, что мое мастерство в отношении «Обрушивающегося орла», «Когтей орла», «Лапы орла» и «Лезвия орла» уже достигли вершины знаний этого мира, и даже ему нечему научить меня в этом отношении. Так зачем он послал тебя сюда? Хотя мои врожденные таланты плохи, но я всегда был очень трудолюбив, на самом деле, это то, что мой учитель думал обо мне, когда он взял меня как своего ученика. Так с чего бы моему учителю говорить тебе об ином?

Одинокий Сокол едва не рухнул без сознания, полностью осознавая, что его ложь была раскрыта, но затем он внезапно посмотрел назад и сказал: - Твой учитель, вероятно, просто смирился, и я мог бы просто неправильно понять его слова в результате. Но если ты – гора неполированного камня, тогда я могу вырезать из тебя нефрит, поэтому в этом отношении было бы лучше, если бы ты позволил мне помочь тебе! Разве ты не понимаешь этого?

Выражение Цзюнь Мосе превратилось в безразличие: - Хорошо, но я больше не практикую те законы «Орла», которым мой учитель учил меня тогда, поскольку эта практика только замедлит мой прогресс, поэтому мой учитель дал мне новые практики и я уже начал с них! Может быть, мой учитель просто указал тебе на меня ради медицинской помощи, и на самом деле это не значит, что ты поможешь мне с моей подготовкой? Поэтому я думаю, что сейчас я пойду и отдохну, а ты можешь сохранить свои силы, таким образом, мы оба будем чувствовать себя комфортно, хорошо?!

Одинокий Сокол долго смотрел, совершенно не в состоянии найти слов.

Великий Мастер предлагает помощь, а этот ребенок фактически отказывается!

Что не так с этим миром, а?

Одинокий Сокол почувствовал, как будто весь мир внезапно перевернулся! Он мог отчетливо вспомнить дни своей юности, когда ему и его коллегам приходилось бороться огромное количество времени, чтобы заставить сильного эксперта указать на их недостатки, а затем они несли эти слова или советы, которые они получали от экспертов, в их сердцах, как заветные законы; это было время, когда наставничество более сильного человека было не чем иным, как мечтой!

Что случилось с миром, а?

Неужели внезапно стало модно отказаться от всемирно известного мастера, который собирался научить тебя приёмам?

«Но, по сути, он прав...», – Одинокий Сокол быстро понял, что у него нет другого выбора, и поэтому сказал ему правду, едва не скончавшись от стыда в процессе.

- Так вот что происходит... Ты должен был просто сказать об этом сразу, – Цзюнь Мосе внутренне посмеивался: «Ты действительно считал, что так легко воспользоваться мной, да?»

- Тогда ты можешь подождать немного? Я имею в виду, ты не занят или что-то ещё?

- У меня есть время прямо сейчас, так почему бы нам не начать сейчас? – Одинокий Сокол внезапно почувствовал себя в восторге от ощущения скорого прорыва.

- Я сказал, что свободен, но я устал после этого изматывающего лечения! – Цзюнь Мосе ответил. - Кроме того, поскольку ты и этот старик действительно хорошие друзья, то почему бы тебе просто не попросить его научить тебя самому? Зачем он послал тебя ко мне? Он, очевидно, свалил куда-то! Он просто злоупотребляет моим трудом, чтобы получить одолжение! Это означает, что он просто хочет использовать мои усилия, а затем получить награду с тебя... Этот Старик такой козёл, хм... Я этого не буду делать.

Одинокий Сокол просто смотрел ошеломлённо после того, как его надежды снова развалились! «Я не ожидал, что этот ребенок будет только злой, а будет и добр хоть немного... теперь, ЧТО я должен делать?»

- Я понимаю твои трудности, и я разделяю твои чувства, – Цзюнь Мосе сказал разумным тоном. - Но ты тоже должен попытаться увидеть с моей стороны... Я по своей природе не делаю ничего, что не даёт мне ничего взамен.

- Чего ты хочешь от меня взамен, малыш? Просто скажи, что сделает тебя счастливым, бля, – Одинокий Сокол процедил сквозь зубы.

«Этот парень заставит меня сойти с ума всего за один день!»

Однако именно тогда глаза Одинокого Сокола выскочили из орбит...

Потому что в этот момент правая рука Цзюнь Мосе сделала какое-то действие, и, хотя это действие казалось очень простым, это было далеко не просто на самом деле. Пять его пальцев были согнуты, напоминая когти орла, а его рука, казалось, плавно сгибалась у локтя; его запястье изгибалось, и было невозможно угадать, куда пальцы двинутся в следующую секунду, и можно было ясно сказать, что каждое движение руки увеличивает силу этого «когтя»! Однако самая причудливая вещь заключалась в том, что остальная часть его руки над его локтем была полностью неподвижной!

Даже человек с опытом и знаниями Одинокого Сокола никогда не видел такого трюка за всю свою жизнь! Тем не менее, его знающий взгляд мог ясно увидеть истинную силу этого движения! Он мог ясно сказать, что как только он сможет овладеть этой техникой, тогда эта единственная техника легко станет лучшим из того, что когда-либо знал этот мир; этот метод легко мог бы стоить всех его походов и унижений, с которыми ему пришлось столкнуться, чтобы узнать это!

- Это одно из «Девяти базовых движений», – Цзюнь Мосе улыбнулся. - Неплохо, правда?

Глаза Одинокого Сокола загорелись, когда его разум постепенно осмыслил это движение, в то время как его сердце начало наслаждаться послевкусием визуально. Чем больше он размышлял над этим, тем больше он чувствовал, и тем больше его знания увеличивались, но он просто не мог остановить любопытство, чтобы узнать ещё больше и был вынужден снова задать тот же вопрос: - Что ты от меня хочешь? Дитя?

Он задал тот же вопрос ещё раз, но голос его был мирным. Оба раза вопросы были нетерпеливы, но нынешний был гораздо более срочным, чем предыдущий!

- Я не хочу ничего от тебя взамен, но я хочу дать тебе кое-что, – Цзюнь Мосе усмехнулся, как лиса. - Я помогу тебе в совершенствовании твоей техники, и я помогу тебе увеличить твою силу, однако, ты должен будешь мне одолжение. Следует отметить, что ты уже должен моему учителю, но ты должен будешь одолжение и мне! Это две совершенно разные вещи!

Я уже обязан твоему учителю, а теперь я должен буду и тебе? Я буду обязан двум людям? Одинокий Сокол едва не лопнул от гнева, но вскоре успокоился, когда он понял, что это всё равно того стоит.

- Кроме того, раз уж ты Великий Мастер, я уверен, что ты можешь понять, что изучение техники, столь же продвинутой, как эта, особенно более сложные движения, невозможно выучить за одну ночь, поэтому я должен попросить тебя остаться в городе Тянсян в течение некоторого времени, чтобы мы могли медленно и тщательно исследовать твои навыки и правильно рассчитать наш прогресс...

- Остановись! – Одинокий Сокол прервал его. - Первая половина того, что ты только что сказал, имела смысл, но вторая часть - фиктивна. Перестань крутиться вокруг да около и просто ясно скажи мне, чего ты от меня хочешь!

- Позволь мне быть твоим учителем в течение года, хорошо? – губы Цзюнь Мосе искривились в невинной и очаровательной улыбке. - Я понимаю, что прошу у тебя слишком много, поэтому в течение этого года я предоставлю тебе всё, будь то жильё, еда или вино... Я позабочусь обо всём, – молодой господин Цзюнь продолжал заманивать человека. - И ещё лучше: я буду давать тебе то вино, которое ты хочешь, весь этот год... бесплатно... ты сможешь пить столько, сколько захочешь, даже не платя мне никаких денег!

- И даже если ты захочешь пойти и поужинать в «Озере Туманного Духа», я позабочусь об этом! Я не только заплачу за лучшие деликатесы, я обеспечу тебе самую приятную компанию, которая улучшит твоё пищеварение... – молодой мастер Цзюнь улыбнулся, подняв брови. - Ты путешествовал по всему миру, не так ли? Где ещё ты когда-нибудь найдёшь такое, а?

Глава 215. Достижение конечной цели

Молчание Одинокого Сокола длилось уже довольно долго, а он лишь молча смотрел на Цзюнь Мосе, прежде чем он, наконец, стиснул зубы и спросил яростным тоном: - Ты имеешь в виду, что хочешь, чтобы я был твоим «скрытым головорезом» на год? Избавь меня от твоих диких мечтаний прямо сейчас! Или я покажу тебе, как выглядит кошмар! Ты проклятый маленький ублюдок, как ты смеешь даже говорить такое, а?!

- Нет, нет, не головорезом, ты меня не понимаешь, – Цзюнь Мосе покачал головой. - Тебе нужно будет просто жить здесь с нами, ты не обязан ничего делать. Хотя у меня есть одна просьба...

- Какая просьба? Говори, не юли! – грудь Одинокого Сокола вздымалась и падала в ярости, и он действительно не мог не лелеять мысль о том, чтобы напинать по наглой морде Цзюнь Мосе.

- В случае если Семье Цзюнь будет грозить серьёзная опасность. Например, Семья столкнётся с опасностью полного истребления... – тон Цзюнь Мосе вдруг превратился в очень серьёзный. - Я надеюсь, что ты пообещаешь, что поможешь нам в разрешении таких ситуаций в течение этого года. Но, как только это время закончится, мы тебя не будем беспокоить. Однако я не могу контролировать количество раз, которое это может произойти в течение этого года, и, следовательно, не могу дать никаких обещаний, однако, это только на один год.

- Твоя практика правил и техник, основанных на Орле, также потребует времени, и тебе также понадобится выделенное пространство! И тебе понадобятся противники! Кроме того, тебе понадобятся основные ресурсы для выживания, – Цзюнь Мосе продолжил серьёзным голосом. - Я могу обеспечить тебя этим, и взамен я просто хочу использовать твоё имя, чтобы обеспечить безопасность семьи Цзюнь на один год, больше ничего!

Разгневанное выражение Одинокого Сокола медленно превратилось в задумчивое, пока он слушал слова Цзюнь Мосе.

- Если ты согласишься, ты станешь самым уважаемым гостем Семьи Цзюнь на следующий год: твоё положение в семье будет даже выше, чем у моего деда! Никто, включая меня, никогда не прикажет тебе что-либо делать, и если семья Цзюнь не столкнётся с чем-либо очень опасным в течение этого года, тогда ты сможешь просто уйти, похлопав по спинам нашей Семьи, потому что мы будем обязаны тебе! И ты станешь героем в памяти моей семьи!

Цзюнь Мосе продолжал оглядываться: - Более того, я ожидаю, что мой учитель будет часто посещать нас в этом году.

Это последнее предложение было довольно значимым козырем против Одинокого Сокола!

Независимо от чего-либо, организовать отдельное пространство, противников и основные жизненные потребности не было трудной задачей для человека его калибра, но найти руководство такого эксперта мирового класса было чрезвычайно сложно! Встреча с таким человеком даже один раз в жизни сама по себе может рассматриваться как благословение с небес!

- Ну, так как мы с твоим учителем поладили... я..., – Одинокий Сокол резко взглянул на Цзюнь Мосе: - Я обещаю тебе!

- Чудесно! – губы Цзюнь Мосе изогнулись в широкой улыбке. - Как насчет того, чтобы мы отправились в Озеро Туманного Духа и официально запечатали нашу договоренность ночью развлечений?

- Пошел ты!

Удар, и Цзюнь Мосе обнаружил, что крутится в воздухе, как воздушный акробат...

Цзюнь Мосе планировал это с самого начала и чувствовал, что небеса были с ним с тех пор, как он снова посмотрел на Одинокого Сокола в Кленовом Лесу.

Несмотря на то, что ему удалось соблазнить двух Зверей Суань, и этого было вполне достаточно, чтобы разобраться с усадьбой Сюэху. Но Сюэху было огромной организацией, в конце концов, более того, их реальные силы могут быть ему совершенно неизвестны в данный момент, что делает их ещё более опасными. Даже если они будут вынуждены сделать шаг назад после того, как сын Ли Ю Тянь будет искалечен, они могли бы вернуться назад через какое-то время, так как мальчик всегда мог жениться, даже если его наполовину избили.

Поэтому Цзюнь Мосе нуждался в защите своей семьи от них, и ему нужно было совершенствовать эту защиту.

Более того, даже если бы проблема с Сюэху была решена, он все же не мог пренебречь тем фактом, что трое из старейшин Города Серебряной Метели теперь находятся на территории города Тянсян. Учитывая их вражду с Цзюнь Вуем, Сяо Хан вряд ли позволит этой возможности ускользнуть. Это, очевидно, спровоцировало бы соперничество между Великолепным Залом Драгоценностей и Семьёй Цзюнь, что, очевидно, вызовет бурю. Даже если оппозиция не была способна истребить Семью Цзюнь, у них все еще было достаточно сил и влияния, чтобы унизить их. Дед Цзюнь, в конце концов, сказал и доказал, что является одним из самых важных мужчин в стране, и ему было бы ужасно трудно понести такое оскорбление в его нынешнем возрасте!

Цзюнь Мосе уже учитывал все эти аспекты. Фактически, он всегда больше всего беспокоился о Городе Серебряной Метели, а не о Сюэху. В конце концов, люди Города Серебряной Метели находятся в непосредственной близости от Семьи Цзюнь в настоящий момент, и в случае, если они должны будут сделать ход, Семья Цзюнь окажется не в состоянии справиться.

Поэтому ему нужно было найти решение, и у него было мало времени.

Первоначально он намеревался использовать свою медицинскую технику, чтобы исцелить Хай Чэнь Фена за очень короткое время, а затем продемонстрировать свои навыки Одинокому Соколу, чтобы соблазнить его любопытство, а затем медленно импровизировать с этого момента. Показав навыки этого «Таинственного мастера» перед Одиноким Соколом, он легко улучшил бы статус Цзюнь Мосе в глазах Одинокого Сокола.

Однако планы Небес всегда вытесняют наши собственные, и он оказался в ситуации, когда он сделал свой собственный прорыв, и в результате оказался совершенно беспомощным и был вынужден выбрать второй наилучший вариант. Оставленный без другого выбора, он был вынужден сбежать в землю, а затем вынужден был все планировать.

Поскольку Цзюнь Moсе каким-то образом смог выполнить все, что он первоначально планировал, можно было подумать, что его основная цель была достигнута сейчас. Более того, поскольку Одинокий Сокол будет знать о том, что Семья Цзюнь закупает очень дорогие травы, чтобы повысить силу некоторых из членов Семьи, человек с его амбициями вряд ли будет сидеть, сложа руки и не принимать участия.

Поэтому, как только он обнаружил эту битву в Кленовом Лесу, молодой мастер Цзюнь понял, что он может легко составить весь возможный план, который в конечном итоге поможет разобраться со всеми его проблемами одним выстрелом. Более того, успех этого плана в будущем достигнет гораздо лучших результатов...

С этого момента молодой мастер Цзюнь фактически поднял положение Семьи Цзюнь в этой кризисной ситуации. Теперь он намеревался использовать следующий год, сосредоточив свое внимание на развитии и увеличении силы и влияния Семьи Цзюнь!

Весь этот сценарий - это то, что молодой мастер Цзюнь тщательно планировал с тех пор, как он вызвал конкуренцию за Ядро Суань. Наконец он достиг своей конечной цели!

…..

Молодой мастер Цзюнь был в очень счастливом настроении, когда его колоссальные усилия, наконец, принесли свои плоды, но атмосфера в Великолепном Зале Драгоценностей была окутана туманом мрака.

«Что происходит?»

Три старца, Му Сю Тонг и Сяо Хан сидели в обсуждении некоторых важных вопросов: Му Сю Тонг и Сяо Хан выглядели честными и преданными мужчинами, особенно выделялось поведение Сяо Хана, он выглядел самым наивным и тупым ребёнком на земле, стоя перед тремя старейшинами.

Эти пять человек были представителями Города Серебряной Метели и в настоящее время посещали город Тянсян по делам, поэтому вполне естественно, что обычные люди, такие как люди Великолепного Зала Драгоценностей, не находили места среди них. В это время они столкнулись с чрезвычайно удивительным зрелищем, когда Маленькая Принцесса влетела в дискуссионный зал, таща полумертвого Сяо Фэн Ву. Даже самый слабый из этих пяти человек был экспертом Суань Неба, но даже тогда эти люди были встревожены, увидев состояние и тяжесть травм Сяо Фэн Ву!

Они, очевидно, знали, что Сяо Фэн Ву и Маленькая Принцесса выскользнули из Великолепного Зала Драгоценностей, чтобы развлечься, но так как большинство силовых структур покинули столицу после того, как Ядро Суань было отнято этими таинственными мужчинами, и положение дел в городе в значительной степени восстановилось до обычного спокойствия, и поэтому эти пять мужчин с радостью разрешили этим двум молодым людям прогуляться по городу, опасаясь, что они в конечном итоге начнут ссориться с Маленькой Принцессой в противном случае.

Более того, поскольку ситуация в городе быстро изменилась до уровня нормальности, эти два молодых эксперта Золотого Суань могут считаться первоклассными специалистами по стандартам города, что обеспечило уверенность в том, что им не причинят зло, тем более, Сяо Хан был очень рад видеть растущую близость его племянника и Принцессы Хан Янь Мэн.

Тем не менее, они никогда не ожидали, что эта небольшая прогулка закончится тем, что двое из них вернутся с Сяо Фэн Ву, избитым до смерти. Его травмы были очень серьезными, но не только его травмы сделали ситуацию такой ужасной, одежда Сяо Фэн Ву была полностью разорвана до такой степени, что его нижняя одежда едва могла скрыть то, что скрывалось внизу. Более того, его защитная броня тоже была снята с его тела. Сяо Фэн Ву был членом высшего класса Города Серебряной Метели, и ни один из этих людей не мог даже подумать, что какой-нибудь человек когда-либо проявит такую ненависть к мальчику, что даже разденет мальчика!

Хан Янь Мэн была очень удивлена, увидев, что эти пять человек ждут их там, но, увидев своих близких, вся ненависть и страх в её сердце мгновенно взорвались, и она сразу же уткнулась в руки Третьего Старейшины, плача и хлюпая. Эта молодая девушка была так обожаема этими мужчинами, что никогда никакая перспектива опасности даже не касалась её всю жизнь, но сегодня Третий Старейшина должен был обнять её, чтобы успокоить, естественно, его гнев превзошел все границы!

У кого хватило мужества, чтобы мучить Маленькую Принцессу Города Серебряной Метели?! Даже наш учитель Хань Фэн Сюэ не говорит грубо с этой маленькой девочкой, опасаясь, что она может показать ему безумную истерику! Я никогда не думал, что в городе Тянсян будет существо, способное сделать с ней что-то подобное!

Более того, он мог ясно видеть отпечаток ладони на её лице, который, в сопровождении её безутешных и бесконечных слёз, наполняли его сердце болезненной печалью, добавляя к его гневу.

Пять мужчин нахмурились, увидев состояние травм Сяо Фэн Ву.

- Его сила Суань Ци полностью нетронута, хотя его тело настолько серьёзно ранено, – Девятый Старейшина подошёл к Сяо Фэн Ву и положил руку на тело мальчика, чтобы передать свою собственную Суань Ци, чтобы исцелить его раны.

Остальные четверо мужчин были также удивлены, осознав это. Маленькая Принцесса, однако, продолжала рыдать и всхлипывать, просто не понимая смысла этого предложения, поэтому она, продолжая рыдать, из любопытства спросила: - Что ты имеешь в виду?

- Это работа не чьей-то Суань Ци: атакующий использовал чистую силу, чтобы сделать это! – Третий старейшина внимательно осмотрел тело мальчика и заявил с тяжелым лицом: - судя по его травмам, я считаю, что мальчик умер бы девять раз, если бы нападавший использовал Суань Ци. Кажется, что действия этого человека были чрезвычайно зловещими для начала, но они были тщательно выверены и рассчитаны.

Пятеро нахмурились почти одновременно, так как они все поняли, что это дело рук кого-то гораздо сильнее, чем Сяо Фэн Ву. На самом деле, они все могли понять, что человек должен быть, по крайней мере, Нефритового Суань, но, скорее всего, был выше, поскольку Сяо Фэн Ву был довольно искусным бойцом, а это означало, что обычный Нефритовый Суань, возможно, не смог бы навредить ему с легкостью. Хотя тот факт, что одежда мальчика была сорвана, и тот факт, что даже его доспехи были украдены без всякой скромности, это явно свидетельствует о том, что нападавший, вероятно, намного сильнее их ожиданий!

Однако в любом случае, было очевидно, что это был случай мести!

- Маленькая Принцесса, пожалуйста, не волнуйтесь, вы можете дышать спокойно, вы в безопасности. Медленно расскажите нам, что случилось..., – сказал Му Сю Тонг.

Глава 216. Работа отдельно

[Прошу прощения за предыдущий Город Серебряной Метели. Город Серебряной Метели возвращается)]

- Да, вот что случилось..., – Хан Янь Мэн продолжала рыдать, но, даже заикаясь, сумела рассказать о том, как наткнулась на этого голого мужчину в Кленовом Лесу и на битву, которая последовала вскоре после этого. Её слушатели, старые и опытные в мирских делах, уже поняли, что это, вероятно, просто недоразумение и не более того!

Основываясь на оценке человеческого уровня Суань Ци, они могли ясно понять, что этот человек, вероятно, бегал обнажённым в лесу, чтобы практиковать какую-то боевую технику, когда Маленькая Принцесса и Сяо Фэн Ву нарушили его практику, вынудив человека остановиться и объясняться, что, вероятно, и спровоцировало человека в результате!

Учитывая то, как всё произошло, нужно отдать должное их мудрости, поскольку их предположение было частично правильным с одной точки зрения.

- Знал ли этот человек ваше происхождение? – Шестой Старейшина задал самый важный вопрос.

- Знал ли он..., – Хан Янь Мэн вытерла слезы, а затем сказала: - Он, похоже, не знал о нас вначале, но когда этот человек собирался уйти, брат Сяо сказал что-то и этот человек буквально взорвался от ярости... Затем он схватил Брата Сяо и начал избивать его, а затем... Вот так вот…

- Что Фэн Ву сказал ему?– с тревогой спросили пятеро мужчин одновременно. Эти пятеро уже оценили, что лишь одно предложение должно было рассердить этого голого человека, и, следовательно, узнав, что же сказал Сяо Фен Ву, они поймут причину, вызвавшую этот инцидент.

- Брат Сяо сказал: «Город Серебряной Метели не позволит тебе уйти! Мы уничтожим всю твою семью! – Маленькая Принцесса, очевидно, научилась подражать людям, потому что её олицетворение Сяо Фэн Ву было очень точно. Её слёзы всё ещё висели на ресницах, когда она закончила рассказывать.

Трое Старейшин вздохнули одновременно.

Это просто неудача, не так ли? Это просто здравый смысл… Он ясно видел, что другой человек намного сильнее его, особенно, включая то, что он один и без какой-либо поддержки. И вместо того, чтобы отступить, он начал угрожать человеку, а затем пошел ещё на один шаг вперёд и пригрозил уничтожить всю его семью? Даже если он действительно хотел отомстить за инцидент, он должен был оставить это на некоторое время... Этот ребенок действительно очень неопытен в жизни!

Трое Старейшин с большим вниманием оценили этот «сценарий» и твёрдо верили, что сами бы отступили, если когда-либо столкнулись бы с такими обстоятельствами. Трое мужчин согласились с тем, что жизнь Сяо Фэн Ву действительно была спасена лишь по милости этого загадочного голого мужика.

- Город Серебряной Метели - это, конечно, самая мощная сила этого мира, и все боятся нашей доблести. Тем не менее, откровенно хвастаться от нашего имени может иногда быть достаточно, чтобы вы попали в смертельную опасность! – Третий Старейшина вздохнул. - Этот человек, возможно, действовал беспощадно, но он определённо не убийца..., – его выражение лица внезапно изменилось и стало очень неприглядным, когда он сказал это. Несмотря на то, что он не закончил, казалось очевидным, что ему было очень трудно продолжить.

Третий, Шестой и Девятый Старейшины работали вместе уже много лет и имели очень чёткое представление о мыслях друг друга. Лица трёх мужчин стали такими же, так как они оценивали ситуацию с похожей точки зрения.

В этот момент трое мужчин думали об одном и том же: если этот человек не боится спровоцировать Город Серебряной Метели, то это оставляет нам только один вариант, если мы хотим избежать любых проблем в будущем, то нам нужно заставить замолчать этого человека!

Тем не менее, три Старейшины не были полностью готовы сделать такой выбор...

Потому что человек мог бы сделать то же самое, но он этого не сделал!

Мало того, что он не принял этого жестокого решения и фактически пощадил жизнь двух молодых людей, человек даже воздержался от нанесения прямого вреда Маленькой Принцессе. Тем не менее, человек сознательно оставил Сяо Фэн Ву в очень тяжёлом физическом состоянии после избиения, почти при смерти! Это наверняка зажжёт непередаваемое пламя ненависти в сердце Сяо Фэн Ву, которое не затихнет, пока этот человек не умрёт!

Человек не убил Сяо Фэн Ву, но должен был спровоцировать его самым возмутительным образом, и такое действие можно было объяснить только одним: этот человек не беспокоился о силе всего Города Серебряной Метели!

Другими словами, человек не только не боялся, но и считал себя достаточно сильным, чтобы противостоять им! В принципе, если бы когда-нибудь этот инцидент стал бы общедоступным, репутации Города Серебряной Метели был бы нанесён большой вред.

Следующим шагом было, очевидно, оценить силу человека и его сторонников!

Однако в наши дни было не так много фракций, которые были способны совершить такой наглый акт дерзости против Города Серебряной Метели!

- Усадьба Сюэху вряд ли стоит за этим..., – Третий Старейшина и Сяо Хан заключили соглашение, однако у них всегда царил свой порядок. - Люди поместья Сюэху даже не появились для того, чтобы добыть Ядро Суань, поэтому маловероятно, что это сделал кто-то из их людей. В любом случае, если бы это сделал один из них, то, учитывая их всемирно известное высокомерие, человек явно оставил бы след. Им нравится, что их смелость признана миром, но это было сделано в тишине и уединении, поэтому маловероятно, чтобы они имели к этому какое-то отношение.

- Итак, кто, по вашему мнению, стоит за этим? – Шестой поднял свои серебряные брови.

- Я считаю, что в городе Тянсян есть только одна семья, которая достаточно глубоко ненавидит нас, чтобы сделать что-то подобное, – глаза Сяо Хана холодно вспыхнули: - И эта семья - это Семья Цзюнь! Только Семья Цзюнь была бы настолько чувствительна к имени Семьи Сяо, и поэтому я считаю, что это должно быть их рук дело!

- Согласно описанию Маленькой Принцессы, мужчина сказал:- Я ненавижу семейку «Сяо»! Это предложение ясно указывает на то, что у человека есть что-то против Семьи Сяо, а позже, как только Фэн Ву показал свою личность, человек жестоко избил его; один из основных моментов, который мы можем извлечь из этого, состоит в том, что этот человек не может быть врагом Города Серебряной Метели, но он, безусловно, ненавидит Семью Сяо! И на этом этапе я хотел бы заявить очевидное: большинство семей, которые питают такие чувства против Семьи Сяо, мертвы, и те немногие, которые ещё остались, в настоящее время находятся далеко от города Тянсян. Следовательно, единственная Семья, которая соответствует всем условиям, является Семьёй Цзюнь, и это Цзюнь Вуй!

Сяо Хан, очевидно, считал, что Цзюнь Вуй был его самым смертельным врагом.

Поэтому было совершенно очевидно, что он не пропустит никаких шансов обвинить своего врага или Семью этого человека. Хотя способ, которым он изложил свой аргумент, сделал его рассудительные речи очень правдоподобными, но даже он прекрасно понимал, что это на самом деле маловероятно, кроме того, обвинить Цзюнь Вуя и Семью Цзюнь в этом инциденте было бы очень трудной задачей.

Однако он никогда не думал, что иррациональная злость его сердца будет подтверждена фактами в реальности! В этот момент он не мог себе представить, что этот поступок был на самом деле делом Цзюнь!

- Сяо Хан, я всегда знал твою злодейскую природу, но я никогда не думал, что ты такой презренный! Это две совершенно разные вещи, и всё же ты настаиваешь на том, чтобы обвинять в этом Цзюнь Вуя? Даже если у тебя старая вражда с этим мужчиной, клевета на его имя таким наглым образом не оправдана.

- Тогда почему ты не говоришь мне причину враждебности, проявленной этим человеком? И против именно семьи Сяо? – Сяо Хан, очевидно, не желал уступать в этом споре.

- Враждебность? Может быть, ты этого не понимаешь, но все остальные – прекрасно: это было просто случайное недоразумение, и больше ничего! Во всяком случае, если бы твой племянник не был настолько высокомерным, тогда ничего из этого не случилось бы, и если бы этот инцидент был вызван местью, то ты действительно думаешь, что этот человек действовал бы так милосердно? – Му Сю Тонг яростно заговорил.

- Милосердно? Этот человек был таким беспощадным и коварным, что оставил Фэн Ву в гораздо худшем состоянии, чем мёртвым. Помимо Семьи Цзюнь, я действительно не могу думать о какой-либо силе в городе Тянсян, которая проявила бы такую ненависть к Семье Сяо и фактически решилась бы так высокомерно и убийственно действовать, даже когда ей угрожали возмездием от Семьи Сяо и Города Серебряной Метели! – аргументы Сяо Хана стали ещё более правдоподобными на этом этапе!

- Тогда почему бы тебе не сказать мне вот что... кто имеет такую силу в семье Цзюнь, а? Ты говоришь мне, что в Семье Цзюнь есть человек, который достаточно талантлив, чтобы быть в таком молодом возрасте, по крайней мере, экспертом Нефритового Суань?! – Му Сю Тонг сердито рассмеялся: - Наши шпионы собрали полный профиль сил Семьи Цзюнь, включая все их секретные связи: как бы мы не заметили того, кто действительно мог быть нашим виновником?

- Этот старик, Чжан Тиан... Разве он не Суань Неба? Это было бы лёгкой задачей для него, какова гарантия, что он этого не делал?! – Сяо Хан снова возразил.

Все присутствующие посмотрели на него, как на идиота. Ты действительно подозреваешь, что это Старик? У тебя мозги вообще работают? Забудь обо всем остальном, даже если бы этому Старику была предоставлена возможность убить всю семью Сяо, вряд ли Старик Цзюнь согласился публично посверкать голой задницей!

- Это... этот человек был очень молод и был на самом деле слишком молод, чтобы даже быть сыном Старика Цзюнь, не говоря уже о самом Старике! – Маленькая Принцесса заговорила в этот момент. Маленькая Принцесса часто слышала о романтических чувствах между её старшей сестрой и Цзюнь Вуем, а также несколько рассказов о Семье Цзюнь и в результате сформировала очень благоприятное впечатление об этой Семье.

- Маленькая Принцесса, вы не знаете об этом, но в этом мире есть несколько способов, с помощью которых вы можете полностью трансформироваться в другого человека..., – Сяо Хан знал, что было бы трудно завоевать доверие всех к его «ошибочным» аргументам, но он был настроен сохранить сильную защиту, тем не менее: - Да, кроме того, сила Цзюнь Вуя тоже достигла царства Суань Неба, и он, конечно, не воздержался бы от бега обнажённым, чтобы прикончить Семью Сяо...

- Ты сошёл с ума, ты хорошо знаешь об инвалидности Цзюнь Вуя, и всё же продолжаешь спорить об этом? Какой мотив ты хочешь извлечь из этого? – Му Сю Тонг сердито возразил. - Даже если мы обвиним и убьём Цзюнь Вуя за возникновение этого инцидента, то я боюсь, что Старшая Принцесса, вероятно, сбросится с самого высокого горного пика Серебряной Метели и совершит самоубийство, чтобы встретить её любовь в загробной жизни. Чего ты можешь добиться от принуждения этих двух влюбленных к такому?!

Глаза Сяо Хана покраснели от ярости, а его дыхание не утихало от гнева, и, хотя он пытался высказаться несколько раз... он, в конце концов, этого не сделал.

- Я уверена, что это была не Семья Цзюнь, потому что есть ещё одна вещь, о которой я забыла! – лицо Маленькой Принцессы исказилось от ужаса, когда она что-то вспомнила.

- Что ещё? – все присутствующие вопросительно направили свои взгляды на её необычайно испуганное лицо.

- После того, как этот человек оставил меня одну у Кленового Леса, лес внезапно... он внезапно исчез..., – глаза Маленькой Принцессы были широко раскрыты в ужасе, пока она рассказывала. - Весь лес стал пепельно-серого цвета, а затем ветер дунул... и весь лес... его не стало... И осталось только голая и открытая земля... Ничего больше!

Три Старейшины вскочили со своих мест, услышав это, даже Девятый Старейшина, который был занят оказанием первой помощи раненому Сяо Фэн Ву, не стал исключением, оставив раненого мальчика спокойно помирать дальше.

- Это правда? Вы уверены, что говорите нам правду? – три Старейшины хором спросили. На самом деле нельзя обвинять трёх Старейшин за то, что они так встревожились, услышав такое, поскольку даже люди их опыта и знаний никогда не слышали о таком происшествии, даже в далёких легендах!

Этот инцидент уже превзошел ущерб, который может причинить Суань Ци!

Город Серебряной Метели потратил целые поколения на усилия по сбору всех видов предметов и артефактов, оценке их полезности, удобства использования и изучению с одной целью: избавить человеческое тело от кандалов, наложенных Суань Ци!

Таким образом, ожидания трёх Старейшин, очевидно, оправдались, когда они услышали о существовании кого-то с такими способностями!

- Я немедленно провожу Маленькую Принцессу в лес, чтобы увидеть это самому. Сяо Хан, немедленно обратись в Королевскую семью Тянсян, и после этого попроси своего имперского врача, используй любые ресурсы, имеющиеся в Великолепном Зале Драгоценностей, чтобы гарантировать, что травмы этого мальчика будут излечены. Девятый Брат, ты останься здесь и понаблюдай за Великолепным Залом Драгоценностей, кроме того, отправь почтовых голубей обратно в Серебряную Метель, чтобы узнать, было ли это дело рук Сюэху... хотя это очень маловероятно. Му Сю Тонг, ты будешь следовать за своим Шестым дядей в резиденцию Семьи Цзюнь, и оцени их реакцию на эту ситуацию, чтобы проверить, действительно ли у них есть такой эксперт в семье. Хотя маловероятно, что они стояли за этим, но они находятся под подозрением. Об этом нужно позаботиться немедленно, и нам придется действовать отдельно и одновременно, – Третий Старейшина командовал спокойным голосом.

Глава 217. Загадка «Метающего ножи»

- Да! – все ответили хором.

Нужно согласиться с тем, что планирование Третьего Старейшины было очень рациональным: он намеренно отправил в семью Цзюнь Му Сю Тонга, а не Сяо Хана, так как Сяо Хан, скорее всего, спровоцировал бы проблемы, сделав опрометчивые обвинения.

Вначале Третий старейшина не думал об этом, на самом деле, все дело вокруг семьи Цзюнь было проведено очень скрытно, и в него было вовлечена только Семья Сяо, в то время как другие узнали об этой ситуации намного позже, и, хотя ситуация уже значительно успокоилась, но это уже привело к некоторым очень серьезным последствиям. Дело дошло до того, что даже Город Серебряной Метели был разделён на две разные фракции, каждая из которых имела свои собственные проблемы, которые еще не были решены.

Лично у Третьего Старейшины не было никакой злобы по отношению к семье Цзюнь, но он не проявлял и положительного отношения. Однако Семья Цзюнь вызывала симпатию у Старшей Принцессы, Ши Сяо Хан.

Даже если они смогут организовать выгодный брак, но, если невеста не согласится, жених станет не более чем «лицензированным» преследователем! Даже если бы пара была насильственно связана узами брака, это только принесло бы недовольство и привело бы к несчастной семейной жизни.

Тем не менее, он все еще был в ярости от Цзюнь Вуя и Старшей Принцессы Города Серебряной Метели, что они нашли друг друга. Именно из-за них Город Серебряной Метели оказался разделённым на две противоположные и взаимно враждебные фракции, в то время как Принцесса теперь постоянно либо тренировалась, либо терялась в своих мыслях и фантазиях.

Скорость Третьего Старейшины была удивительно быстрой – хотя он нёс Маленькую Принцессу Хан Янь Мэн, но они прибыли на место в считанные минуты. Третий Старейшина оказался полностью ошарашенным, когда он стоял на том месте, где Цзюнь Мосе безжалостно напал на Сяо Фэн Ву, так как он видел только пустую землю вокруг.

- Девочка, вы уверены, что это то место? Мы же не заблудились, не так ли? – удивился Третий Старейшина.

На самом деле нельзя было винить его: этот участок земли был настолько чистым, что даже ни одного сорняка, похоже, не росло здесь. Весь радиус в добрую дюжину акров земли был полностью лишен даже листьев клена, не говоря уже о деревьях.

Несколько часов назад здесь был Кленовый Лес?

Ты шутишь, что ли?

Даже если это место было выжжено, пепел бы всё равно был здесь.

Это место полностью лишено всего... Здесь просто слишком чисто!

- Это действительно, то место! – молодая девушка неуверенно кивнула. - Третий дедушка, идите и смотрите..., – вот тут лежал брат Сяо… Я никогда не забуду это!

Третий старейшина продолжал оглядываться по сторонам, но все же не мог поверить в правду, и поэтому решил найти нескольких местных жителей, чтобы узнать, что случилось с этим местом, но все, кого он видел, бегали в истерике с благовониями в руках, вознося молитвы к небесам.

- Это просто чудо! Весь лес был уничтожен... – он спрашивал нескольких человек одного за другим, и, наконец, ему пришлось принять этот невероятно шокирующий вывод: этот участок земли когда-то был Кленовым Лесом! Однако по какой-то неизвестной причине весь Лес исчез несколько часов назад... В этот момент Третий Старейшина вдруг вспомнил ещё один момент: - Девочка, ты сказала, что этот человек был голым, когда ты его видела? Был ли он полностью голым?

- Дедушка, почему ты спрашиваешь об этом?

- Просто ответь мне: был ли он голым? Он не носил ничего, сверху донизу? И он даже не понял этого, когда вы его заметили? Разве это не так? – Третий Старейшина спросил еще раз.

- Да, точно! – молодая девушка старательно вспоминала, а затем ответила с уверенностью.

Лицо Третьего Старейшины внезапно стало бледным!

Похоже, что этот человек был здесь, чтобы практиковать очень уникальную военную технику, и его практика должна была быть настолько сильной, что он мог бы непреднамеренно сжечь все посторонние предметы, в том числе и его собственную одежду. Тем не менее, он, должно быть, был настолько вовлечен в свою собственную практику, что даже не осознал этого в то время, когда он закончил свою практику. Но, как бы то ни было, он вскоре встретил Сяо Фэн Ву и Маленькую Принцессу. Сяо Фэн Ву сделал ему очень грубые замечания... и человек с такими способностями, очевидно, не стал терпеть замечания от такого маленького мальчика... Как мы и говорили, жизнь Сяо Фэна Ву была фактически спасена милостью этого человека!

Но... Какая сила требуется, чтобы сжечь эту область?

Неудивительно, что этот человек не обращает внимания на Город Серебряной Метели. Если это то, на что он действительно способен, то я полагаю, что он, вероятно, даже не был бы запуган объединенной силой Города Серебряной Метели и поместья Сюэху. Будет ли объединённая сила Восьми Великих Мастеров иметь возможность произвести такой результат?

Восемь Великих Мастеров могли легко уничтожить Кленовый Лес, если бы хотели, но они не смогли бы стереть все следы, и они, конечно, не смогли бы сделать это так тихо!

Какой ужасающей силой обладает этот человек? И теперь этот человек решил противостоять Городу Серебряной Метели!

В этот момент ум Третьего Старейшины был наименее обеспокоен извлечением мести за травмы Сяо Фэн Ву или оскорблениями, причинёнными ему, и на самом деле больше беспокоился о возможных последствиях, с которыми может столкнуться Город Серебряной Метели из-за высокомерия Сяо Фэн Ву!

Если он действительно спровоцировал врага, с которым они просто не могли сравниться... Тогда это закончится очень плохо для Города Серебряной Метели!

- Идём! Мы должны отправиться в Семью Цзюнь! – Третий Старейшина действовал решительно, поскольку этот вопрос нужно было решить немедленно. В случае если этот таинственный мастер действительно будет исследовать и узнает больше о моих людях, тогда я считаю, что ничто не сможет противостоять безумию его ярости. Я боюсь, что он может уничтожить всё и всех, даже если мы сбежим в Город Серебряной Метели, конечный результат всё равно будет таким же.

Несмотря на то, что Третий Старейшина поддерживал свое самообладание на поверхности, он внутренне проклинал Сяо Фэн Ву сотнями различных способов, что Маленький уродец претендует на пост Главы молодого поколения Семьи Сяо, но он постоянно терпит неудачу в достижении чего-либо. Он никогда не совершал никаких серьезных подвигов, кроме быстрой скорости его совершенствования, и фактически посадил нас в дерьмо по уши! И на этот раз его высокомерие поставило нас против божественного существа!

Кажется, необходимо вернуться и ограничить свободное передвижение экспертов Города Серебряной Метели и обеспечить, чтобы они были сдержанными: их нынешнее преобладающее надменное и деспотическое поведение просто должно быть ограничено.

Такой божественный мастер действительно существует в этом мире смертных!

Несмотря на то, что окружающая обстановка Города Серебряной Метели была довольно мрачной и неприятной, но та, что в семье Ли, была намного мрачнее и гораздо более неприятной в сравнении, на самом деле, это была мрачность смерти...

Один человек был безнадежно ранен, в то время как трупы их четырёх погибших товарищей ещё не были похоронены. Ли Юран и пять оставшихся его людей сидели вместе в кругу, и на их лица нельзя было взглянуть без ужаса! Всё их внимание было сосредоточено на том, чтобы уничтожить виновника, владельца этого странного и загадочного метательного ножа, и за последние пару дней они уже исследовали более половины столицы, но не смогли найти информацию.

- Шестой Брат в сознании сейчас, но..., – спокойное лицо Ли Юрана, отражало тонкий намёк на боль: - Но, боюсь, он больше не сможет встать на ноги в этой жизни!

- Одинокий Сокол! Это было слишком беспощадно! Врагу с такой ненавистью в его сердце не должно быть позволено существовать в том же мире, что и мы! – Лэй Цзянхун сжал зубы так сильно, что можно было отчетливо слышать скрежет: вены на его лбу набухли от ярости, в то время как его глаза, казалось, извергали огонь.

- Это всё из-за меня... это из-за моего принятия желаемого за действительное, и моих заблуждений о том, чтобы захватить это Ядро Суань… Разве стоило оно того? Наш Шестой Брат теперь инвалид, ещё четыре моих брата мертвы, в таком молодом возрасте..., – несмотря на то, что лицо Ли Юрана было довольно спокойным, в его глазах виднелись слёзы. Внезапно он рухнул на колени: - Большой брат... Я... Я виноват! Я обидел тебя, и я обидел учителя... Я... Будь я проклят!

Лэй Цзянхун поспешно сказал: - Встань, младший, это не твоя вина!

Затем он вздохнул и сказал: - Это не твоя вина. Бесчисленное количество людей погибло от рук своих врагов с самого начала боёв: это обречено быть конечным пунктом в нашей работе. Если бы у боевых экспертов не было страха смерти от клинка другого человека, тогда они просто и бесцельно бродили бы по земле без страха или смысла в жизни. Даже если бы на этот раз нам удалось завоевать Ядро Суань, всё равно кто-то потерял бы жизнь, а кто-то должен был бы оплакивать их судьбу. Более того, эта потеря также объясняется нашими просчётами, и поэтому ты не должен винить себя за это, младший.

- Да, это правильно, Старший Брат прав. Судьба любого бойца заканчивается на клинке другого, и даже если это может быть грубой и грустной правдой, но нет смысла сетовать, – женщина вытерла глаза, в её голосе звенели слёзы: - Мы должны отомстить любой ценой; мы должны вернуть долг своей крови!

- Да! Мы должны вернуть долг своей крови! – закричали все в унисон.

- Враг Шестого Брата – тот, кто обладает огромной силой, Одинокий Сокол. Когда дело дойдёт до этого, я считаю, что мне придётся лично выступить, чтобы решить эту проблему, хотя я не верю, что смогу немедленно отомстить за него... Ли Юран стоял, с гордостью глядя на горизонт: - Но я не пощажу никаких усилий, которые может предоставить Семья Ли, чтобы решить этот вопрос!

- Что касается четырёх моих умерших братьев… я обыскал все архивы и библиотеки, чтобы узнать о происхождении этого метательного ножа, и я даже начал полномасштабное расследование в столице, но ничего не приносило плодов в течение длительного времени… Тем не менее, я случайно обнаружил странный случай, который ранее имел место в городе. Я считаю, что единственное, с чем мы можем связать этот метательный нож – это с этим инцидентом, – Ли Юран сказал с очень серьезным взглядом.

- Какой инцидент? – напряглись Лэй Цзянхун и другие.

- Я решил, что этот метательный нож никогда не был замечен на этой земле раньше! – Ли Юран сказал с уверенностью. - Однако я слышал, что в последний раз была попытка покушения на жизнь принцессы Лин Мэнг, какой-то неизвестный и сильный эксперт своевременно бросил странный и таинственный метательный нож, который помог принцессе Лин Мэнг уйти. Однако этот нож остается в личной коллекции сокровищ Принцессы с того дня, и, поскольку никто его не видел, никто не знает, как он выглядит...

Некоторые люди, очевидно, видели ножи, подобные этому, но теперь они находились в аду. Убийца Цзюнь создавал свои собственные, уникальные метательные ножи, и подавляющее большинство людей, которые когда-либо видели их, умирали спустя несколько мгновений. Единственными исключениями были принцесса Лин Мэнг и Йе Гухан, а принцесса Лин Мэнг никогда не позволяла никому трогать этот нож с того дня, как она его увидела.

- Младший, ты имеешь в виду... У принцессы Лин Мэнг может быть нож, подобный этому, в её распоряжении? – холодный блеск вспыхнул в глазах Лэй Цзянхуна.

Глава 218. Замечательное совпадение

- Я подозреваю так. Поэтому я собирался отправиться в Императорский дворец, чтобы я мог взглянуть на этот нож и посмотреть, похож ли он на этот! – глаза Ли Юрана явно показывали его намерения. - Если они разные, то у нас не будет никаких подсказок вообще.

- Да, если они будут похожи, тогда это будет означать, что этот хитрый ублюдок, вероятно, имеет связь с принцессой Лин Мэнг, и, поскольку он однажды помог ей, я сомневаюсь, что он будет сидеть, сложа руки и смотреть, если принцесса снова окажется в опасности. Если мы сможем контролировать такую ситуацию, тогда мы могли бы заставить этого презренного ублюдка снова появиться! – Лэй Цзянхун отчаянно кивнул, когда зловещий блеск мелькнул в его глазах.

- Тем не менее, младший Ли пытается разговорить принцессу Лин Мэнг, и поэтому мы должны учитывать его личные интересы в этом вопросе. Большой Брат, вы должны измерить все пропорции здесь... если мы будем действовать опрометчиво и навредим принцессе, тогда это будет очень вредно для брака нашего Младшего Брата. Женщина быстро взглянула на Ли Юрана и неторопливо заявила.

- Да, третья сестра права, мы должны будем подумать об этом, – Лэй Цзянхун кивнул. Нужно признать, что этот человек не был очень напористым по своей природе и был готов принять все интересы и мнения.

- Я не согласен с третьей сестрой, – самодовольно заявил Ли Юран. - Хотя ее внешность и статус впечатляют, но она по-прежнему остаётся аутсайдером, даже если бы она когда-нибудь действительно придёт в Ли – мы всё же братья – и поэтому я соглашусь только с тем, что решит Большой Брат. Когда речь заходит о мести за смерти моих четырёх старших братьев, я не буду возражать против решения Большого Брата, и я не пожалею никаких усилий, чтобы выполнить его приказы! Если нужно сражаться, чтобы отомстить за наших четырёх братьев, то я готов начать!

- Младший брат! – Лэй Цзянхун был довольно тронут, и, увидев взгляд Ли Юрана, он едва не прослезился. - Замечания Маленькой Медведицы не напрасны, она смотрит на тысячу миль вперёд! Хотя наши четверо братьев мертвы, но теперь они будут спокойно спать в аду!

Все одобрительно кивнули, увидев взгляд Ли Юрана.

- Учитель заявил, что он лично придёт по делу, касающемуся Шестого брата, но я боюсь, что ему потребуется несколько дней, чтобы он приехал в город Тянсян. Братья и сестры, пожалуйста, подавляйте свои печали на это время и не делайте опрометчивых поступков. Что касается вопроса о «Метающем ножи», любезно оставьте это мне, – Ли Юран вздохнул. - Однако я чувствую большую вину за то, что нарушил правила Учителя... Это преступление, за которое я не могу быть наказан даже тысячей смертей...

- Младший Брат, разве ты не знаешь, что Учитель всегда баловал тебя больше, чем любого другого ученика?

Семья Ли имела средства для существования и все необходимые ресурсы были предоставлены Ли У Бэю с тех пор, как Ли Юран был принят в качестве его ученика. Учитывая покровительство, которое он оказывал своему ученику на протяжении многих лет, отношения Ли Юрана со своим Учителем изменились на отношения членов семьи, и хотя они были разделены горами и долинами, Ли У Бэй действовал, как член семьи если Семья Ли попросит этого, на самом деле, он, вероятно, сделает даже больше, чем они попросят.

Можно было сказать, что Ли У Бэй действительно перехитрил Ли Юрана и сыграл ещё большую роль в том, что испортил настроение молодого человека, чем его собственный дедушка.

- Тем не менее, мы не можем сидеть сложа руки перед приходом Учителя, – глаза Ли Юрана раскрывали явное желание. - Братья, вы знаете, что нынешние источники нашей информации очень ограничены, и наши люди сталкиваются с серьёзными ограничениями даже в пределах сферы деятельности города Тянсян. Таким образом, ваш Младший Брат теперь нуждается в очень срочной помощи от вас, но однажды я вас не подвел, и попросить вас об этом сейчас... У меня нет слов...

- Мы, братья, разве твоя семья не наша? Скажи нам, что тебя беспокоит? – спросил Лэй Цзянхун искренне недовольным тоном. В этот момент он был довольно эмоционально тронут, и поэтому он, вероятно, пообещал бы Ли Юрану всё, чего бы он не попросил!

- Спасибо, Большой Брат, – Ли Юран, казалось, источал сложность и бедствие. - Моя проблема связана с криминальным миром этого города. Я использовал подпольные банды города для контроля над северной частью Столицы, но уродливое сочетание факторов с момента инцидента в семье Тан привело к тому, что мои сети исчезли, что вызывает у меня массу неудобств. Если бы я мог получать новости своевременно, но я не могу...

- Несколько подпольных банд? Ха-ха, какая это проблема! – Лэй Цзянхун яростно улыбнулся. - Эти последние несколько дней были очень удручающими для нас, так как мы не можем спровоцировать врага силы Одинокого Сокола, но эти креветки хорошо помогут нам выместить свой гнев, так что не волнуйся, Маленький Брат, мы объединим подпольный мир города для тебя, прежде чем Учитель прибудет в город! И тогда мы передадим это тебе!

- Спасибо, что помогаешь, Старший Брат! У меня словно с сердца упал большой камень! Сила Семьи Ли поднимется к новым высотам из-за помощи моих братьев и сестер!

Ли Юран поблагодарил своих товарищей в радости, а затем заскрежетал зубами от горя и негодования: - Я немедленно сосредоточусь на том, чтобы попасть во дворец и исследовать врага наших братьев, но каждый день будет проходить как год для меня... Если я не смогу даже узнать о враге, который забрал жизни моих братьев, то зачем вам такой человек?

- Не нужно быть таким формальным с Семьей, Младший Брат! Поскольку ты пойдешь во дворец с такой большой целью, я настоятельно рекомендую тебе быть очень осторожным, исследуя вопрос вокруг «Метающего ножи»: мы будем ждать, пока ты вернёшься с хорошими новостями о своем успехе! – Лэй Цзянхун и остальные встали, их лица показывали очень серьезное и заинтересованное выражение.

- Да, Старший Брат. Хотя мы и хотим эту силу, но Семья Ли не может выйти в открытую в этом отношении, и мы можем только манипулировать сценой из-за кулис..., – Ли Юран улыбнулся, предупредив своих спутников об этом очень критическом моменте. - Поэтому действия, предпринимаемые в этом вопросе, должны быть внимательно обдуманы.

- В самом деле, мы ясно понимаем природу этой задачи! Младший Брат, не будь так серьёзен, мы позаботимся об этом, – Лэй Цзянхун рассмеялся.

Какие замечательные совпадения!

Ли Юран и Цзюнь Мосе, два потенциальных оппонента, каждый из которых не знал об участии другого, решили выбрать тот же вариант и тоже время! Более того, они оба выбрали ту же цель!

Подпольный мир столицы!

Более того, средства этих двух молодых людей также были удивительно похожи!

Цзюнь Мосе заманил Хай Чэнь Фена, а затем решил воспользоваться ситуацией, затем он сделал очень громоздкие расчеты, чтобы получить благосклонность Одинокого Сокола, и решил использовать свою личность, чтобы защитить положение Семьи Цзюнь и сумел как-то добиться своей цели.

Ли Юран, с другой стороны, играл на эмоциях своих людей для достижения той же цели.

Хотя средства, используемые каждым человеком, имели свои достоинства и недостатки, причем ни один из них не был сильнее или влиятельнее, но оба набора стратегий были одинаково бесстыдными и презренными по своей природе.

Цзюнь Мосе достиг своих целей мошенничеством.

Ли Юран был эгоистичным: не оставлять места для своих друзей!

Еще одно удивительное совпадение было бы в том, что оба мужчины нашли кучу экспертов Суань Неба в столице! Разница в том, что в боевом потенциале Цзюнь Мосе и Хай Чэнь Фен были выше, в то время как у Ли Юрана были лучшие цифры. В этот момент игра находилась в равновесии.

Оба мужчины были в высшей степени уверены в своей позиции в этот момент, уже чувствуя, что достигли своей цели!

Тени этих двух молодых людей были связаны с большинством крупных событий, которые произошли в городе в последнее время, и можно было почувствовать, что их действия неизбежно приведут к еще нескольким. Если бы кто-то был меньше другого, буря не была бы такой страшной! Однако, хотя эти двое мужчин провоцировали такую огромную бурю в этом раю, ни один человек не знал о причастности другого.

Фактически, эти двое мужчин думали точно так же: они оба хотели манипулировать обстоятельствами из-за кулис, но ни один человек не желал править в плоти. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе знал о существовании Ли Юрана и был полностью осведомлен о том, что Ли Юран был протеже Семьи Ли, но он никогда не считал Юрана своим оппонентом, так как Ли Юран не заслуживал этой позиции в его уме!

Каким же ничтожным человеком Ли Юран был в глазах такого гордого человека, как Цзюнь Мосе?

С другой стороны, несмотря на то, что Ли Юран также знал о существовании Цзюня Мосе, ценность его была ещё меньше в глазах Ли Юрана...

Как развратник мог стать достойным противником в глазах молодого мастера Ли? Он тоже явно полностью игнорировал Цзюня Мосе!

Даже если они не знали о действиях друг друга, они уже презирали друг друга, однако они оба делали то же самое, используя аналогичные методы. Первая настоящая битва между этими двумя людьми вот-вот начнется.

И хотя реальное столкновение между этими двумя людьми должно было состояться, ему суждено было пройти в темноте, и оба мужчины уже решили остаться скрытыми...

Даже их Суань Ци было на одном уровне - пик Золотого уровня Суань, и всё же оба мужчины мобилизовали экспертов Суань Неба в их поддержку. Цзюня Мосе поддерживал Хай Чэнь Фен с Синим Мастером, Мэн Хун Чен, Синий мастер, стоял за ними, тогда как Ли Юрана поддерживал Лей Цзянхун, за которым стоял Холодный Кровавый Мастер Ли У Бэй.

Даже в этом отношении игровое поле снова выровнялось!

Кто победит? И кто проиграет?

Независимо от победителя и проигравшего, два из восьми Великих Мастеров, Ли У Бэй и Мэн Хун Чен были обречены на путь ненависти друг к другу!

Борьба за контроль над подпольным миром города между этими двумя молодыми мастерами грозила ввязать в себя множество ужасающих людей, что, очевидно, вызовет огромную бурю!

~ Семья Цзюнь ~

Хай Чэнь Фен уже встал после полученного лечения и уже разминался, чтобы объединить подпольный мир города.

Одинокий Сокол был в резиденции Семьи Цзюнь, и Хай Чэнь Фен вряд ли будет искать неприятностей с ним, если он не будет достаточно сильным: это, конечно, было одним из аспектов, которым мог управлять Цзюнь Мосе.

Одинокий Сокол уже полностью погрузился в свою практику, и хотя Цзюнь Мосе пытался несколько раз подстрекать его, Одинокий Сокол не обращал внимания ни на одну подколку, так как его практика была сродни одержимости, до такой степени, что ему даже не нравились его собственные телесные слабости.

Малышка Ке принесла им чай: ходить приходилось через дальнюю дверь. Жирный Тан делал все возможное, чтобы закрыть собой нижние двери, и затаился настолько, что пытался контролировать звук собственного дыхания, не говоря уже об отваге кашлять или пукать, опасаясь, что даже малейшее движение может спровоцировать катастрофу и ему выпишут билет в один конец прямо в ад...

Обстановка безмятежного спокойствия опустилась на резиденцию Цзюнь...

И причина не была связана с исключительными талантами Цзюнь Мосе...

Глава 219. Сомнения Гуан Квинхан

Молодой мастер Цзюнь уже начал скучать. После обучения Одинокого Сокола некоторым шагам техники «Девяти правил Орла», после того, как Сокол очистился от своих сомнений и наблюдения за тем, как он практикует их, однажды, молодой господин Цзюнь просто взорвался, оставив Одинокого Сокола тренироваться в одиночку.

- Я не создан, чтобы быть учителем! – молодой мастер Цзюнь пробормотал про себя, когда уходил.

Гуан Квинхан стояла посреди маленького внутреннего двора с холодным и сложным выражением лица. Её фигура напоминала одинокую снежинку, во многом благодаря белому платью, которое она носила в настоящий момент.

- Невестка, когда ты пришла? Почему не позволила Малышке Ке сказать мне об этом? – Цзюнь Мосе подошел к ней осторожно.

Загробное выражение лица Одинокого Сокола было резким контрастом с этим ледяным выражением Гуан Квинхан, которая напоминала горы с заснеженными вершинами. Хотя Цзюнь Мосе привык общаться с выражением Одинокого Сокола, но выражение Гуан Квинхан, казалось, воспламенило адский океан крови среди этого цветущего рая в его сознании.

Это действительно изумительное и приятное зрелище...

- Ты был занят раньше, поэтому я тебя не беспокоила! – выражение лица Гуан Квинхан всегда было довольно холодным, но сегодня это было намного сложнее. Её холодные, меланхоличные глаза смотрели на цветы во дворе, когда она говорила слабым голосом: - Можно было бы обыскать всю Столицу, но всё равно не найти таких растений, как те, что есть во дворе семьи Цзюнь. Сегодня поздняя осень, и эти растения уже должны были засохнуть... удивительно, что они всё ещё цветут…

И даже среди дворов семьи Цзюнь – в твоём, моём и дворе Третьего дяди самые пышные цветы по сравнению с остальными, и среди этих трёх дворов твой гораздо лучше, чем мой, и Третьего дяди... Я очень хорошо забочусь о своих растениях, но тебя не бывает здесь, чтобы заботиться о них... Я понятия не имею, как ты справляешься с этим... Разве это не одна большая загадка?

Цзюнь Мосе остался полностью ошеломлённым.

Он уже давно знал о наблюдениях, которые делала Гуан Квинхан. Во всяком случае, её слова казались уверенными, а не случайными наблюдениями.

Он всегда практиковал, собирал ли он энергию из окрестностей или циркулировал чистую энергию из Пагоды Хунцзюнь. Хотя люди не могли чувствовать эту энергию, но растения очень чувствительны к ней. Более того, эта энергия была очень полезной для их роста, и хотя уже была поздняя осень, растения, которые обитали в определенном диапазоне от двора молодого мастера Цзюнь, всё ещё цвели, превратив район в рай для глаз человека, тогда как цветы в другом месте уже засохли - этот аспект явно противоречил общему пониманию.

Молодой мастер Цзюнь давно знал об этом факте, но, тем не менее, не мог его контролировать.

Все уже привыкли к этому, так как они полагали, что цветы могут цвести даже осенью, если им будет оказана надлежащая забота. Однако слишком привлекательно для человеческого глаза, если эти дворы будут продолжать выглядеть пышными и полными жизни даже зимой... Когда это время наступит, даже глупец сможет сказать, что что-то неладно...

- В этом нет ничего странного, это просто побочный результат превосходной земли у нашей семьи, ха-ха... поэтому я полагаю, что хорошо, что вы пришли сюда, чтобы насладиться счастливой и радостной жизнью в нашей Семье, невестка...

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе смеялся над внешним видом, его разум уже рассматривал возможность изменить эту ситуацию. «Это не сработает, я поменяю цветы здесь на те, что могут расти и цвести зимой...»

- Ах, я живу счастливой и радостной жизнью... – глаза Гуан Квинхан все еще смотрели на зеленые листья перед ней, когда она продолжала слабым голосом: - Да... Мне действительно очень повезло...

Цзюнь Мосе сразу почувствовал ошибку своих слов. Независимо от статуса «Невестки» и уважения, которое пришло с ним, Гуан Квинхан всё ещё оставалась вдовой в Семье: какое наслаждение было в этом?

- В последние несколько дней у тебя было очень тяжелое и изнурительное время, – Гуан Квинхан спросила, и на её обычно холодном лице появилась слабая, но тёплая улыбка. - Третий брат, я хочу спросить тебя, всего пара вопросов... если у тебя всё в порядке…

- Пожалуйста, спрашивай, и я отвечу на всё, на что смогу ответить.

- Хотя я не знаю, как ты это сделал, но я слышала, как Третий дядя сказал, что ты утверждал, что уже решил вопрос, связанный с поместьем Сюэху. Хотя Третий дядя казался убеждённым, но я действительно не могу в это поверить, поэтому теперь, когда ты здесь, передо мной, скажи мне... ты действительно позаботился об этом?

Глаза девушки всё ещё были неподвижны. Ветер мягко откинул волосы, обнажив ее нежную кожу, половину прекрасного декольте и лица.

- Скажем так... Они, по крайней мере, временно будут очень заняты...

- Поскольку ты так уверен, тогда мне просто нужно отбросить свои сомнения и поверить в это. Хоть я не знаю, где и почему ты проводишь всё время в эти дни, но это только для улучшения Семьи. Ты делаешь всё, чтобы подготовиться ко встрече с Городом Серебряной Метели и поместьем Сюэху, верно?

Гуан Квинхан улыбнулась: - Когда я услышала, как Третий дядя говорил об этом, ты произвёл на него большое впечатление. По моему мнению, Третий дядя так восхищался только дедушкой и тестем, и никем другим. Ты третий человек, которым он так восхищается!

Цзюнь Мосе задержал дыхание, чтобы контролировать свой язык. Слова рвались из него: «Дядя, ну какого хрена? Нафига ты наболтал столько лишнего? Ещё и восхищается он? Мог бы уже всё перечислить! И то, что я тебе ноги вылечил – пусть все всё знают!»

- Это... ну... это... на самом деле, это было просто случайностью, – Цзюнь Мосе почесал кончик носа, совершенно не соображая, что он говорит, так как вид её нежной кожи всё ещё стоял в его глазах. Гуан Квинхан с другой стороны совершенно не подозревала о недобросовестном взгляде её деверя, так как её голова всё ещё висела.

- Я также слышала, как дядя сказал, что ты позволил мне выиграть в последний раз, когда мы дрались, он сказал, что твои навыки намного превосходят мои, и что ты просто контролировал ситуацию, чтобы не навредить мне...

Гуан Квинхан просто не знала, что ещё думать, и её светлая кожа на лице внезапно словно бы накрылась розовой тенью. Этот намёк на румянец на её светлой коже был особенно заманчивым для Цзюнь Мосе, и он просто не мог остановить себя и продолжал смотреть на неё.

Он сглотнул, а затем ответил с трудом: - Дядя просто хвастал, не верь ему... У меня действительно нет таких умений...

- Я не верю. Если ты в одиночку избавил Семью Цзюнь от трудностей, то тогда разумно, что твоя сила намного выше моей, – Гуан Квинхан вздохнула. - Мосе, ты действительно вырос...

Цзюнь Мосе аж вспотел!

Его старшей сестре всего двадцать два, но она выглядела намного старше, где-то около тридцати. И тут она говорит: «Ты действительно вырос...». Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, как что-то коротко замыкается в его голове.

- Невестка, тебе только двадцать... Трудно слушать твои слова, когда ты говоришь, как пожилая тётушка, – лицо Цзюнь Мосе стало жёстче, если он хотел вернуться к тому, чтобы быть убийцей, которым он был в своей предыдущей жизни, тогда такие слова вызвали бы непреодолимую бурю кровопролития!

- Дядя сказал, что ты скрываешь свои сильные стороны, чтобы выиграть больше времени, и что мы все тебя неправильно поняли..., – Гуан Квинхан хмыкнула на мгновение, и её лицо сразу же растаяло, как лёд, и казалось, что ледник внезапно расплавился и уступил дорогу благоухающим цветам. Она слегка наклонила голову и взглянула на Цзюнь Мосе осмысленным взглядом, после чего сказала: - Однако есть одна вещь, которую я просто не понимаю... это ранее нелепое поведение, было также частью этой легенды, которой ты придерживался?

- Э-э, невестка, ты же знаешь, что... что наши... Да, я был вынужден делать всё это из-за такой сложной ситуации… чтобы меня считали совершенно безопасным и праздным идиотом... Хе-хе...

- Ситуация с семьей – это одно дело, и я, естественно, понимаю это. Но зачем ты это мерзкое поведение проявлял и передо мной? – лицо Гуан Квинхан внезапно стало холодным, когда она повернулась лицом к Мосе первый раз за сегодня, и посмотрела на него острым, орлиным взглядом.

- Это... это... это было... просто частью... маскировки..., – Цзюнь Мосе уже начал проклинать настоящего Мосе в своем уме: «Этот ублюдок и его поведение... и теперь я должен отвечать за него...»

- Маскировка? Хмм, – Гуан Квинхан холодно посмотрела на него. - Если ещё хоть одно твоё «камуфляжное» действие или фраза, обращённые ко мне, я, я... я покину резиденцию Цзюнь навсегда, и никогда не вернусь! – Гуан Квинхан хотела сказать «Я тебя побью», но вспомнила, что он сильнее и, следовательно, поспешно изменила свои слова, однако эти изменения слов не отразились на фактическом значении...

- Да, да! С этого момента я никогда не осмелюсь больше...

- Хммм, честь и честность женщины... это просто шутка для тебя, чтобы посмеяться? – Гуан Квинхан была явно очень зла.

- Ну... а для чего ещё эти штуки нужны? – Цзюнь Мосе ляпнул это на автомате, не подумав, так как он был в полном замешательстве, и только через секунду понял, ЧТО он сказал.

- Ты! – гнев Гуан Квинхан взорвался в одно мгновение, и её глаза покраснели от ярости. Затем она глубоко вздохнула, а её лицо снова окаменело: - Значит, ты совсем не изменился! – заявила она, повернулась и ушла.

Мне нужно следить за своим ртом!

Молодой мастер Цзюнь стоял ошеломлённый на своём месте в течение некоторого времени с унылым чувством в своем сердце, а затем внезапно закричал:- Чёрт возьми, Жирный Тан, ты думаешь, что ты здесь, чтобы наслаждаться жизнью, словно старый пердун на пенсии? Когда я увижу твои «планы»? Я сегодня в не очень хорошем настроении, поэтому убедись, что ты сделаешь меня счастливым... иначе даже не проси меня помочь тебе снова похудеть! – без другого выбора, он решил выразить свой гнев на Танг Юане.

Танг Юань открыл окно в своей комнате: - Хорошо..., – размахивая стопкой бумаг в руке, крикнул он: - Видите, босс, я уже разобрался в том, что вы сказали, посмотрите, посмотрите... это должно быть хорошо!

Цзюнь Мосе схватил эти бумаги и посмотрел на них. Перевернув пару страниц, он снова вложил их в руку Танг Юаня: - Да! Да, это хорошо!

- Но вы даже не посмотрели на это..., – Танг Юань почувствовал себя немного обиженным, увидев, что его тяжёлая работа была проигнорирована таким образом.

Цзюнь Мосе закатил глаза: дело не в том, что он не хотел внимательно смотреть на эти бумаги, он просто видел в них не что иное, как непонятную материю, и просто понимал, что он этого не поймёт. Молодой мастер Цзюнь никогда не ожидал, что вся несвязанная тарабарщина, которую он мог вспомнить из своей предыдущей жизни, фактически превратившись в такую густую кучу бизнес-планов в руках Танг Юаня: этот жирдяй, видимо, талантлив... Почему я не нашёл такого в моей предыдущей жизни...

Глава 220. План создания состояния

- Я верю в тебя, я действительно в тебя сильно верю! – Цзюнь Мосе ободряюще похлопал по плечу Танг Юаня. - Независимо от того, что ты делаешь, я буду поддерживать тебя, потому что я верю в тебя! Поэтому мне не нужно это видеть или давать какие-либо советы по этому поводу, так как я знаю, что независимо от того, что ты сделаешь, люди придут и купят то, что мы предложим!

- Третий молодой..., – Танг Юань уже прослезился. - Я слышал, как люди говорили о дружбе до смерти, но сегодня я понял, что это на самом деле означает... это чувство доверия просто потрясающе... Я так тронут... Я клянусь, что буду работать так сильно, как нужно, и буду работать с большой осторожностью, и приложу все усилия, пока смерть не остановит мою жизнь... Я буду лоялен, и я сделаю все, что нужно, чтобы сделать наш проект истинным успехом... Я охотно умру тысячу раз, если не смогу дожить до этого...

Молодой мастер Цзюнь уже привык к мощному и чрезмерному вылизыванию задницы жиробасом, и стал невосприимчив к ней. Поэтому он просто стоял там, улыбаясь и кивая, когда он изящно слушал эту чрезвычайно тошнотворную лесть, притворяясь, будто он действительно наслаждался этим.

Толстая куча плоти постоянно льстила со слезами на глазах, а другой человек мирно улыбался и молча слушал с опьяненным взглядом на лице – это увидел Одинокий Сокол, и мастер просто не мог выдержать этого. Его тело застыло от отвращения, а на его лице четко просматривалось травмирование его разума...

«Я думаю, меня вырвет...», – выскочил из двора бледный Одинокий Сокол. «Этот Старик должен найти более подходящее место...»

Он даже не обернулся, чтобы снова взглянуть на эту сцену, так как он уже преодолел степень отвращения, которую даже великий мастер мог вытерпеть.

- Ага! – молодой господин Цзюнь сузил глаза и высокомерно пожал плечами, когда рассмеялся. - Жирный, ты действительно классный! Ты превращаешься в Немезиду Одинокого Сокола, ха-ха...

- Я, я... что я сделал? – Танг Юань безучастно вытер свои слезы и вместо этого начал потеть от шока и страха, осознав, что он каким-то образом оскорбил Одинокого Сокола.

- У тебя все хорошо, очень хорошо! На самом деле, действительно хорошо! – Цзюнь Мосе беззастенчиво похвалил Танг Юаня, так как он никогда не ожидал, что его самая большая головная боль действительно уйдёт после того, как почувствует тошноту от чрезмерной льстивости Жиробасика...

- Мы собираемся сделать эксклюзивный аукцион на то прекрасное вино, которое мы пили в эти дни. Жиробас, твоя первая работа заключается в том, чтобы использовать это вино и заработать нам много денег! Ты понимаешь, что я имею в виду? – Цзюнь Мосе поднял брови, снова похлопал по плечам Толстяка с чувством радости в своем сердце.

- Это не проблема. Вино такое же хорошее, как то: редко когда-либо выставляли похожее на аукцион. И, поскольку у нас его тоже мало, я считаю, что создание зарезервированной цены даже в размере пятисот таэлей на кувшин не будет проблемой, – Танг Юань заявил с уверенностью, полностью осознавая, что эта цена намного выше рыночной цены доступных в настоящее время вин.

- Забронированная цена в пятьсот таэлей на кувшин? Ты шутишь?! – Цзюнь Мосе покачал головой.

- Это слишком высоко? Хотя можно установить и триста таэлей, но эта цена была бы маленькой для вина такого высокого качества. Хотя я не делал много исследований о винах, но вино, которое ты придумал, имеет гораздо более высокое качество, чем те, что доступны на рынке. Так что цена в триста таэлей будет жалкой ценой за это вино, так как это вино много, много лучше, чем те, которые я привык пить! Конечная цена этого вина должна быть очень существенной, хотя, я рассчитываю, чтобы цена была около трех тысяч таэлей за кувшин! – Танг Юань похлопал губами, он казался немного неуверенным в себе.

- Нет! Окончательная цена аукциона – три тысячи таэлей? Жиробас, кажется, ты действительно ничего не знаешь о винах... моя цель – двенадцать тысяч таэлей на кувшин! И ни таэлем меньше!

- Ебушки! – Танг Юань неожиданно подскочил почти на три фута над землей! Затем плюхнулся на задницу, а его живот ещё дважды подпрыгнул.

Цзюнь Moсе никогда не видел, чтобы Танг Юань прыгал так, как это было с тех пор, как он впервые встретил его, и поэтому никогда не думал, что Жиробас может быть способен прыгать на три фута в воздух! Эта фрикаделька – действительно несравненно талантлива!

Рот Танг Юаня издал шипящий звук, когда он втянул воздух, чувствуя себя немного запыхавшимся после прыжка, в то время как его лицо было подернуто болью от столкновения земли с жиром его тела:

- Ты думаешь, что это вино – это что-то вроде сказочного напитка? Типа, просто выпейте одну чашку, и вы будете жить вечно? Ты шутишь, Босс?! Это невозможно... это просто невозможно!

- Я не шучу с тобой, и это определённо не шутка! – Цзюнь Мосе махнул рукой, улыбнулся, а затем сказал, - правильно, двенадцать тысяч таэлей на банку, да. И я бы сказал, что цена в двенадцать тысяч... не последняя!

Танг Юань остался безмолвно глядеть на Цзюня Мосе, казалось, готовый упасть в обморок в любой момент.

- Не волнуйся, Жиробас, я разработал отличную стратегию, – Цзюнь Мосе загадочно улыбнулся, повернулся и сказал, - я нашел хорошее место, которое расположено прямо напротив Великолепного Зала Драгоценностей. Жиробас, скоро ты станешь очень большим лавочником, поэтому тебе лучше подготовиться к этому. Есть благоприятный день через три дня, поэтому тогда мы и откроем наш магазин.

- Так быстро?! – Толстяк немного испугался. - Третий молодой, нет ли борделя напротив Великолепного Зала Драгоценностей»? Когда ты купил это место? Разве это не слишком мало... и оно напротив Великолепного Зала Драгоценностей, в частности... Я не знаю, сказали ли тебе старейшины твоей семьи, но старший из моей семьи, особенно мой Отец, в частности, неоднократно говорил мне, что я просто не могу провоцировать людей Великолепного Зала Драгоценностей...

- Ты слишком испуган, не так ли? Ты забыл, что мы сделали с этим Ли? У нас много трюков в наших рукавах, ты просто закончишь украшение, – Цзюнь Мосе продолжал презрительно. - Ты просто будешь деревянным брёвнышком! Просто сделай так, как я сказал тебе, и с тобой все будет в порядке!

Жирный Танг был в растерянности некоторое время, а затем он внезапно похлопал себя по бедрам:

- Ты – Босс; на самом деле нет места лучше, чем то, что находятся рядом с Великолепным Залом Драгоценностей; я покажу им, кто здесь папочка!

Сразу после того, как это смелое заявление было сделано, Жирный вдруг снова заплакал:

- Третий молодой... ты должен помочь мне ещё раз...

- Что случилось? – спросил Цзюнь Мосе. - Сначала расскажи мне.

- Моя невеста и её семья хотят увидеть меня, на самом деле, самый Старший из их семьи придёт ко мне с ней..., – Танг Юань всё ещё поглаживал и успокаивал свой живот после падения на землю. - Они слышали, что меня выгнали из дома, и она хочет меня утешить, но я... это на самом деле...

- Твоя невеста очень... эмм... новаторская... Я никогда не слышал об состоявшейся встрече пары перед их свадьбой в таких... обстоятельствах. Это нехорошо. Жиробас... Эта женщина не оправдывает ожиданий общества! – Цзюнь Мосе почесал подбородок, а затем улыбнулся. - Какую помощь ты хочешь от меня?

- Я просто хочу, чтобы ты сопровождал меня, когда я выйду, – дух фрикадельки, похоже, поднялся. - Я просто хочу, чтобы ты принёс меня обратно, в случае, если меня изобьют... Я слышал, что у их Старшего есть характер...

- Ты шутишь? Это ваша первая встреча как пары... Словно вслепую... Так зачем ты меня тянешь? Почему ты хочешь, чтобы красные листья появились вместе с более зелёными?

Цзюнь Мосе смотрел на себя, а Танг Юань непонимающе смотрел на него:

- Ну, ты посмотри на моё тело, а потом на моё лицо... Ну, ты понимаешь?

- Что понимаю? – Танг Юань моргнул глазами, совершенно не понимая слов Цзюня Мосе.

- То, что я говорю, очевидно, но ты просто этого не понимаешь. Ты уже потерял свою фигуру, и ты ещё хочешь взять меня, изящно выглядящего красивого молодого человека прямо из мечтаний девушек. Кто будет смотреть на тебя, если рядом такой человек, как я? – Цзюнь Мосе полностью сосредоточился на том, чтобы восхищаться собой, не прилагая никаких усилий, чтобы сдержать свою гордость.

- Зачем ей смотреть на тебя? Ты здесь, чтобы помочь, – Танг Юань с презрением посмотрел на него. - И теперь, когда ты это сказал, слово «нарцисс» реально похоже на твоё новое прозвище...

- Страдаю я нарциссизмом или наслаждаюсь – не имеет значения. Ключевым моментом здесь является то, что, если ваша невеста начнёт со мной флиртовать? Это действительно было бы не очень хорошо... Ну, сам подумай – что бы ты выбрал, красивое дерево или вонючую грязь? – сказал Цзюнь Мосе, поигрывая бровями.

- Это может случиться, – Танг Юань серьезно почесал свой подбородок и начал размышлять о том, чтобы устранить любые возможности. - Может быть, ты сможешь сделать макияж? Ты мог бы нарисовать несколько пятен на лице и, возможно, несколько шрамов! Тогда ты не будешь выглядеть красивым, верно?

Цзюнь Мосе отступил, пораженно:

- Я пойду и найду дядю, чтобы мы могли отправить эти приглашения на дело в начале нашего первого рабочего дня. Не ищи меня, даже если у тебя будет что-то важное; я буду очень занят.

- Не забудь сопроводить меня на завтрашнюю встречу, это очень важно! – убийца ускорил шаг, услышав, как в спину ему кричит Жиробас.

Выйдя из дворца молодого мастера Цзюнь, Одинокий Сокол отправился на поиски Цзюнь Вуя, чтобы попросить более подходящее учебное помещение, и вскоре был во дворе Цзюнь Вуя. Характер Цзюнь Вуя был гораздо более вежливым, чем его племянника, и хотя он был на довольно продвинутой стадии своего личного обучения, он не понимал многих проблем, с которыми сталкивался Одинокий Сокол. Поэтому он решил разрешить Одинокому Соколу приватизировать его двор и ушёл оттуда.

Когда Цзюнь Вуй покинул свою тренировочную зону, Одинокий Сокол снова занялся своими тренировками. Он попытался подражать трюкам, которым его научил Цзюнь Мосе, и тогда он сел на землю, чувствуя, что он где-то совершил ошибку, и затем решил немного подумать...

Тем не менее, Цзюнь Вуй, похоже, вообще не обращал на это внимания, и, казалось, он был очень доволен тем, что просто наслаждался осенним солнечным светом, когда вошел молодой мастер Цзюнь.

«Приглашения? Благоприятный день для открытия бизнеса?», – Цзюнь Вуй увидел большую кучу приглашений, просмотрел их одно за другим и не мог не вздохнуть.

- Мосе, ты, кажется, действительно одобряешь богатых и презираешь бедных... Ты включил сюда благородные и богатые Семьи, и полностью исключил из списка все обычные Семьи.

- Третий дядя, наш аукционный дом имеет только дорогие предметы для продажи, и только богатые и очень богатые могли бы их купить, в то время как простые люди действительно даже побоятся войти в такой дорогой магазин. Подумай о том, если бы один кувшин с вином был зарезервирован на двенадцать тысяч таэлей, сможет ли обычный человек позволить себе пить? – Цзюнь Мосе захлопнул веки. - Я уже упоминал имена каждого богатого человека в городе Тянсян, и на этот раз я соскоблю каждую копейку с их шкуры. Хотя деньги – это ещё не всё под небом, но это всё же очень значительная вещь.

Холод побежал вниз по спине Цзюнь Вуя. Мысли его племянника казались ему слишком сумасшедшими!

- Хм, дядя, не волнуйся, это только начало! Я позволю им выпить вино, сколько захотят, до окончания аукциона, а больше не дам! Тогда я подожду, пока они не вернутся, чтобы выпить то ужасное вино, которое они пили раньше, ха-ха-ха... Тогда мы получим полную монополию на рынке, и мы будем продавать очень ограниченное количество кувшинов вина на каждом аукционе... Так что, если они захотят выпить... ха-ха-ха, им придется платить реальные деньги за это! И цены на моё вино взлетят до небес! Ха-ха-ха! – Цзюнь Мосе рассмеялся.

Глава 221. Тирания

Цзюнь Вуй широко раскрыл рот, и не мог не замолчать на секунду в шоке.

Этот ребенок безумен...

В этот момент кто-то вошёл и сообщил:

- Третий мастер, Му Сю Тонг сопровождал пожилого джентльмена, который утверждает, что он – Шестой Старейшина Города Серебряной Метели. Он хотел встретиться с вами. Третий Мастер, нам принять их?

После своего предыдущего визита Цзюнь Вуй сказал слугам семьи Цзюнь, что Му Сю Тонг как брат, и чтобы слуги Семьи Цзюнь не пренебрегали его просьбами и не отказывали ему, если только его не сопровождает кто-то потенциально враждебный.

Цзюнь Вуй и его племянник сразу же приготовились приветствовать Му Сю Тонга, но когда они услышали, что его сопровождает Шестой Старейшина Города Серебряной Метели, их лица немедленно и одновременно стали отражать множество мыслей, которые начали появляться в их умах.

В то время как лицевые мышцы Цзюнь Вуя подёргивались, выражение Цзюнь Мосе казалось немного сомневающимся.

Разве это не слишком рано? Кажется, они слишком хорошо соображают, не так ли?

- Третий Дядя, Шестой Старейшина – эксперт по Духу Суань, и мы не сможем скрыть от него излечение твоей травмы, – Цзюнь Мосе сразу подумал об этом. - Однако, поскольку мы хотим этого избежать, ты хочешь, чтобы я попытался что-то сделать?

- Мне нечего скрывать! Во всяком случае, они узнают об этом рано или поздно, – Цзюнь Вуй покачал головой. - Влияние моего выздоровления не может быть полностью отрицательным, поскольку моя любимая Яо всё ещё ждет, чтобы услышать обо мне. Если Му Сю Тонг должен будет вернуться назад и сообщить ей о моём выздоровлении, тогда просто представь себе, какое счастье она почувствует после всех этих лет жестоких страданий, которые она испытала!

Лицо Цзюнь Вуя выражало безграничную нежность, в то время как его глаза, казалось, ласково смотрели на воображаемую женщину, которая молча смотрела на него издалека.

Цзюнь Мосе вздохнул, но ничего не сказал. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе был очень умным и бесстрастным, но он также мог понять тоску сердца своего дяди и горький вкус реальности человека, и поэтому он не возражал, хотя и не одобрял его план.

- Попросите их прийти сюда, – Цзюнь Вуй контролировал тон своего голоса, делая его слова неохотными.

Цзюнь Вуй отодвинул свое кресло-коляску вперёд и продвинулся вперёд.

- Ха-ха, мы снова встретились с вами, Вуй, ваш цвет лица и сила кажутся намного лучше, чем в прошлые времена, – Му Сю Тонг тепло улыбнулся и сделал странный сигнал глазами, казалось, пытаясь послать мысленное предупреждение, которое мог понять только Цзюнь Вуй.

Цзюнь Вуй стал жёстче, сложил руки в приветствии, а затем сказал:

- Шестой Старейшина прибыли лично, чем может вам помочь этот удачливый Вуй?

Взгляд Шестого Старейшины обшарил Цзюнь Вуя сверху донизу, прежде чем он заговорил:

- Вы Цзюнь Вуй? – его величественный голос казался лишённым гнева.

- Да, это я! – Цзюнь Вуй ответил с легкой улыбкой на лице.

- Хорошо, хорошо, вам ещё нет сорока, а ваша сила уже достигла царства Суань Неба! Такой прогресс очень редок для этого мира, учитывая молодость ваших лет! – холодный свет вспыхнул в глазах Шестого Старейшины. - Я слышал, что вы были серьёзно ранены в недавнем прошлом, но, похоже, вы очень быстро выздоравливаете, не так ли?

Состояние травм Цзюнь Вуя действительно не могло быть скрыто от пронзительных глаз специалиста Суань Духа! Предположения Цзюня Мосе были абсолютно правильными.

Му Сю Тонг искренне испугался и посмотрел на Цзюнь Вуя с удивлённым выражением на лице, ожидая услышать его ответ.

- О, Цзюнь Вуй смог избавиться от этой болезни вашим благословением. Старейшина, но мои две ноги всё ещё нуждаются в большой подготовке, прежде чем я смогу снова нормально ходить, –Цзюнь Вуй улыбнулся слабо, а в глазах его вспыхнул холодный свет. - Эта странная травма унесла десять лет моей жизни! Я никогда не смогу забыть о горечи, которую я испытал в последние десять лет.

- О, небеса помогают достойным, и бог защищает возлюбленных, – Шестой Старейшина глубоко улыбнулся. - Это действительно новости, достойные празднования.

- Спасибо! – ответил Цзюнь Вуй, затем спросил, - идём за чаем?

Цзюнь Мосе молча пододвинул ему кресло-коляску.

- Разве это не твой старший племянник, единственный сын Цзюня Ву Хи? – Шестой Старейшина посмотрел на Цзюня Мосе с неописуемым выражением в глазах.

- Да! – ответил Цзюнь Вуй, в его глазах мелькнула глухая боль. - Он единственный сын моего брата, которому повезло достаточно, чтобы выжить до сегодняшнего дня, и единственный потомок родословной Семьи Цзюнь.

Шестой старейшина не смог понять смысл фразы «он единственный сын моего брата, которому повезло достаточно, чтобы выжить до сегодняшнего дня»; но хотя Цзюнь Вуй и сказал, что жизнь его племянника была пустой и скучной, Шестой Старейшина чётко понимал, что он подразумевал последние несчастия их Семьи!

- Ха-ха, единственных наследников родословной часто очень сильно балуют, ха-ха! – Шестой Старейшина рассмеялся нежным и добрым смехом. - Я вижу, что он очень хорошо воспитан: Семья Цзюнь должна действительно очень гордиться им.

- Старейшина, позвольте мне, пожалуйста, дать мне возможность спросить имя Шестого Старейшины? – Цзюнь Мосе слышал истории об этом человеке и, следовательно, хотел узнать его настоящее имя.

Глаза Шестого Старейшины на мгновение потемнели, но затем он улыбнулся и ответил спокойно:

- Фамилия этого старика – Сяо. Сяо Хан – мой племянник.

- Ах, – Цзюнь Мосе улыбнулся вежливо. - Я действительно завидую силе Суань Духа Старейшины Сяо, потому что вы достаточно сильны, чтобы считаться одним из самых влиятельных людей в этом мире. Для моей Семьи – настоящее благословение, что человек вашей силы посещает нас сегодня.

Шестой Старейшина тепло улыбнулся:

«Он говорит очень вежливо даже в таком молодом возрасте».

Четверо мужчин улыбались, входя внутрь.

Му Сю Тонг шел в стороне и не мог не подумать, что Шестой Старейшина так тесно сотрудничал с Третьим и Девятым Старейшиной с тех пор, как он присоединился к Городу Серебряной Метели, но никто никогда не обращался к нему, как к «Старейшине Сяо», и в результате на протяжении многих лет люди почти забыли, что он из Семьи Сяо.

Несмотря на то, что обе стороны говорили очень достойно и гармонично, было очевидно, что что-то было подозрительное. Более того, хотя обе стороны постоянно обменивались очень приятными словами с сияющими улыбками на лицах, атмосфера становилась все более удручающей.

В уме Му Сю Тонга внезапно возникла мысль, и он удивился:

«Может ли быть так, что Шестой старейшина не участвовал во всех этих мероприятиях в то время? Если это так, то визит Шестого Старейшины в Семью Цзюнь сегодня может ознаменовать начало новой эры разрушений для семьи Цзюнь!»

Двор Цзюнь Вуя, кабинет и гостиная были соединены, но поскольку Вуй не собирался беспокоить Одинокого Сокола, который был поглощён своей практикой в его кабинете, он попросил своих слуг устроить сидячие места под деревом во дворе.

- Этот чай превосходный! – Шестой Старейшина выдыхал благосклонность, осторожно потягивая чай, а затем слегка наклонился назад, закрыл глаза и насладился вкусом мгновение, прежде чем хвалить его качество. - Третий мастер Цзюнь, я ошибаюсь, или ты недавно встречался с молодым господином Семьи Сяо из Города Серебряной Метели?

- Молодой господин Семьи Сяо? – Цзюнь Вуй скрестил брови, размышляя. - Я никогда не встречал его: моя болезнь только недавно отступила, и я всё ещё не могу свободно передвигаться, так как я уже и забыл, как ходить через столько лет моей инвалидности, и, следовательно, у меня есть очень мало информации о мире за пределами резиденции Цзюнь. И ещё я понятия не имею, почему Шестой Старейшина спрашивает меня об этом? Как зовут сына Семьи Сяо? Не могли бы вы рассказать мне о его возрасте и внешности?

- О? Третий мастер Цзюнь не встречался с ним? – Шестой Старейшина всё ещё откидывался назад, а его глаза были слегка закрыты. - Сегодня мой Величественный племянник сопровождал Маленькую Принцессу в город Тянсян, но был избит смелой кучкой бандитов, его травмы довольно серьёзные. Этот Старик действительно не может подумать ни об одной Семье, находящейся в городе Тянсян, кроме Цзюнь, которая имела бы смелость действовать так нагло против нас.

- Шестой старейшина, похоже, совершенно уверен, но какие доказательства существуют, чтобы уверенно обвинить Семью Цзюнь? Учитывая, что Шестой Старейшина – один из самых опытных и сильных людей в этом мире, я полагаю, что у Старшего есть какие-то убедительные доказательства, чтобы подтвердить его слова! – Цзюнь Мосе прервал молчание, так как он чувствовал себя немного обиженным тем, что Старик обвинял его Семью.

- Это противоречит нормам воспитания молодых людей: опрометчиво прерывать двух старших, когда они говорят. Если, разумеется, ты не хочешь поиздеваться над именем своей Семьи. Этому юнцу нужно преподать урок на будущее! – несмотря на то, что Шестой Старейшина повернулся к Цзюнь Мосе, его глаза всё ещё были полузакрыты.

Эксперт Духа Сюань сжал свою Суань Ци в звуковую волну и направил её прямо к юному господину Цзюнь, ударив прямо в его барабанные перепонки!

Сконцентрированную Суань Ци эксперта Суань Духа нельзя воспринимать как шутку, хотя это было ни что иное, как сильная вибрация для двух экспертов Суань Неба, которые сидели в непосредственной близости, это было достаточно мощно, чтобы мир в глазах Цзюня Мосе перевернулся вверх дном.

Ему показалось, что его барабанные перепонки пронзила острая игла, которая затем продолжила двигаться вперёд, пока не потрясла всю его душу. Если бы интенсивность этой звуковой волны была чуть сильнее, тогда она, возможно, оставила бы Цзюнь Мосе с кровью из ушей. И, хотя эта травма не была бы фатальной, она обязательно оставила бы молодого мастера Цзюнь с тяжелой травмой; шум в ушах, достаточно серьезный, часто несёт в себе опасность причинения глухоты!

Цзюнь Мосе проклял в его сердце: этот Старик слишком жесток и беспощаден!

Несмотря на то, что молодой мастер Цзюнь чувствовал так, всегда можно было утверждать, что Шестой Старейшина просто преподал ему урок, ведь он мог бы повредить молодому господину гораздо более серьёзно, если бы захотел!

Молодой мастер Цзюнь слишком долго не был частью этого мира, и хотя он знал, как всё работает в теории, он ещё никогда не испытывал такого чувства презрения со стороны эксперта Суань Духа к лишь Золотому Суань.

Шестой Старейшина, с другой стороны, не был слишком сдержан в этот момент, так как обнаружение о выздоровлении Цзюнь Вуя выбило его из колеи, поскольку это означало больше неприятностей для его племянника. В его глазах такая скромная Семья не заслуживала такого благоприятного положения и лечения!

Поскольку Цзюнь Мосе был единственным наследником родословной семьи Цзюнь, он решил, что вред мальчику будет эквивалентен вреду всей семье Цзюнь!

После внезапного удара этой неожиданной атаки Цзюнь Мосе немедленно активировал «Искусство разблокировки Небесной удачи» и молча организовал свою силу в семислойной защите против этой атаки. Эта безжалостная звуковая волна с лёгкостью проникла через начальные уровни его защиты, но ближе к последнему уровню она иссякла и не смогла пройти последнюю «линию обороны». Нужно сказать, что «Искусство разблокировки Небесной удачи» – действительно уникальный и мощный козырь потому что, хотя разница между сильными сторонами Золотого Суань и Суань Духа просто непреодолима, молодой мастер Цзюнь сумел каким-то образом противостоять атаке с её помощью, так как эта атака не содержала слишком много силы.

Цзюнь Мосе остался стонать, лёжа на земле, его вены налились тёмной кровью. Это было отчасти реальностью и частично сфабриковано энергией Мосе, поскольку он знал, что если Шестой Старейшина поймёт, что он смог противостоять этой атаке... то следующую будет невозможно отклонить...

Глава 222. Ярость Великого Мастера

Будучи специалистом Суань Духа, Шестой Старейшина был намного сильнее любого члена Семьи Цзюнь, поэтому, если бы Цзюнь Мосе раскрыл свои реальные и уникальные способности, тогда вполне возможно, что Шестой Старейшина может не удержаться во второй раз. Следовательно, Цзюнь Мосе решил не использовать свои навыки, чтобы излечить своё тело изнутри, и сознательно позволил носу кровоточить.

Шестой Старейшина ещё был немного озадачен:

- А? – воскликнул он легкомысленно, открыв глаза, и некоторое время изучал тело Цзюнь Мосе, кивнул головой, а затем сказал:

- Это хорошо!

Шестой Старейшина имел самоуважение эксперта Духа Суань и, следовательно, во второй раз не атаковал Цзюнь Мосе. Хотя он был очень удивлён силой молодого мастера Цзюнь, но чувствовал, что с его стороны не будет очень изящно нападать на молодого специалиста Золотого Суань снова и снова.

Убийца Цзюнь ухмыльнулся, вытер кровь с лица и затем сказал издевательским тоном:

- Сила Суань Старейшины действительно очень высока!

Эти слова были бы искренней похвалой, если бы он сказал это, когда был серьёзно ранен этой атакой, однако, поскольку он смог противостоять удару эксперта Духа Суань, несмотря на его низкий уровень Суань Ци, это предложение превратилось в ироническое издевательство, потому что он отделался лишь кровью из носа!

Хотя Шестой Старейшина использовал лишь часть своей истинной силы, нападая на него, но эксперт по Духу Суань, по-прежнему, является экспертом Духа Суань, а это означает, что невозможно было бы, чтобы эксперт Золотого Суань сопротивлялся силе его удара в нормальных условиях. То есть, юный господин Цзюнь не мог бы противостоять этому удару, если бы не таинственные и уникальные силы, которые поддерживали его тело!

- Прояви милосердие, Шестой Старейшина! – Му Сю Тонг уже начал обдумывать контрмеры, чтобы заставить Шестого Старейшину покинуть резиденцию Цзюнь. Следовательно, Му Сю Тонг не мог не умолять о пощаде в тот момент, когда Шестой Старейшина снова повернулся в сторону Цзюнь Мосе.

- Шестой Старейшина, могу я осмелиться спросить вас об этом? – Цзюнь Вуй поднял брови и спросил строгим голосом. Даже если угнетатель был экспертом Суань Духа, Цзюнь Вуй не собирался терпеть, наблюдая, как над его племянником издеваются на его собственных глазах. – Не говорите мне, что такое нападение на младшего – это нормальное поведение для эксперта Суань Духа Города Серебряной Метели?

- Нет, но я просто указывал на разницу в положении семьи Цзюнь и Города Серебряной Метели; если ваша Семья вызовет у нас проблемы, тогда вам придется заплатить соответствующую цену!

Несмотря на то, что Шестой Старейшина произнес эти слова очень небрежно, глядя в направлении Цзюнь Мосе, реальный смысл его слов был явно необычайно властным:

«Этот мальчик действительно осмелился так грубо говорить с этим Стариком, поэтому этот Старик явно почувствовал, что дисциплина просто необходима! В случае если бы его встретил необоснованный эксперт, тогда такие слова могли легко повлечь его смерть, тогда как намерения Старика, с другой стороны, были чисты и хороши, так как я сделал достаточно, чтобы немного запутать его голову и вызвал незначительное кровотечение вместо того, чтобы немедленно убить его на месте! В то время как поведение моей Семьи обеспокоено, Семья Цзюнь недостаточно квалифицирована, чтобы получить мои комментарии по этому вопросу!»

Тело Цзюнь Вуя дрожало от гнева:

- Что вы ожидаете от нас, когда вы обвиняете в таком главу Семьи Цзюнь? Что вы можете сказать? Моя семья никогда не подчинится такому стыду! Сегодня ваш Город Серебряной Метели должен будет дать ответ моей Семье Цзюнь за это!

Шестой Старейшина ответил неторопливо:

- Если мои родные из Семьи Сяо пострадают от Семьи Цзюнь, то с этим столкнётся Семья Цзюнь! Это был мой мотив: вы не согласны со мной? Ну, в Семье Цзюнь тоже есть лишь один наследник в младшем поколении, так что это тоже не будет большой проблемой!

А что касается ответов, которые вы ищете, ха-ха... Вы действительно думаете, что я вам дам их?

Ветер издал свистящий звук, когда беловолосый старик влетел во внутренний двор с молодой девушкой на руках, но тут же успокоился, увидев Шестого Старейшину и других, сидевших вместе, и пьющих чай. Кажется, что пока ничего не вышло из-под контроля. Они до сих пор еще не спровоцировали его гнев...

- Что заставило вас прийти сюда, Третий Брат? – спросил Шестой Старейшина с чувством сожаления в сердце, так как он только что напал на Цзюнь Мосе; хотя это была только очень легкая атака. Теперь я не смогу атаковать никого в Семье Цзюнь, когда пришел Третий Брат... Учитель высказался очень ясно по этому вопросу, прежде чем мы покинули Город Серебряной Метели. Однако его ум был немного смущен; Третий брат решил разделить силы, не так ли? Тогда почему он вдруг решил изменить ситуацию?

У Третьего Старейшины даже не было времени ответить, когда раздался мятежный голос:

- Чёрт тебя дери, креветка, фаршированная чаем! Ты так запросто нарушил мою практику? Стань на колени и молись, чтобы я тебя простил, старый ублюдок!

- Кто это? Как ты смеешь так грубо говорить с этим Стариком?! Даже твоего трупа не останется после того, как этот Старик разберётся с тобой! – Шестой Старейшина сразу же ответил, услышав этот резкий комментарий, даже не беспокоясь о том, кто напрашивается на битву.

Однако он очень скоро пожалел о своем решении! Потому что это была ссора, которую он просто не мог себе позволить!

Чёрный силуэт внезапно взлетел в воздух, его черные волосы развевались в воздухе. Фигура нырнула прямо к телу Шестого Старейшины, как Орел, и остановила свои десять острых когтей перед его лицом. Цветы во дворе дрогнули под силой этого движения, в то время как каждый человек, присутствовавший здесь, едва не задохнулся, так как сила этого человека была настолько мощной, что создала вакуум в этом районе!

Вполне возможно, что лишь это утверждение Шестого Старейшины может стать причиной его непосредственной смерти, и даже его трупа не останется после гнева, который он только что навлёк на себя!

Прибытие этой фигуры наполнило атмосферу властным всплеском Суань! И этот импульс теперь обрушился на голову Шестого Старейшины, как темнота ночного неба!

Третий и Шестой Старейшины в шоке воскликнули:

- Одинокий Сокол!

Что здесь делает этот бог смерти?!

Боже, я просто не знаю, смогу ли убить его?

Однако сейчас об этом было уже слишком поздно думать, и Шестой Старейшина прекрасно понимал, что самосохранение – единственное, что имеет значение сейчас. Поэтому он быстро соскочил со своего места, а затем кувыркнулся назад примерно пять или шесть раз, организовывая свою Суань Ци в последовательные оборонительные слои, защищая всё тело от этой ужасающей силы, с которой он столкнулся!

Одиночный Сокол не обращал внимания на эту тяжёлую линию обороны и рванулся сквозь воздух, прорываясь через оборонительные поля Ци; на самом деле его руки даже сумели сохранить первоначальное положение, когда он преодолел защиту Шестого Старейшины, как горячий нож – масло.

Третий Старейшина крикнул:

- Пожалуйста, помилуй, Мастер Сокол! И бросился вперёд, чтобы помочь отступающему Шестому Старейшине.

Одинокий Сокол игнорировал всё, потому что убийственная аура в его глазах словно бы решила закрепиться во что-то более реальное и приняла форму его десяти пальцев, которые готовились поразить свою цель.

Одинокий Сокол, очевидно, был очень зол: очень, очень зол! На самом деле можно сказать, что его ярость пересекла все границы!

Он изучал движения «Трансформации Орла» уже несколько десятилетий и думал, что он достиг точки своего следующего прорыва несколько лет назад, но только для того, чтобы быть вынужденным встретиться с непреодолимым местом своего собственного уровня силы. На этот раз он закончил встречу с Цзюнь Мосе, молодым человеком, который был способен направить его вперёд. Более того, этот мальчик показал ему некоторые движения, которые он никогда раньше не видел, и он полностью погрузился в их исследование.

Жизнь Одинокого Сокола уже была связана с судьбой Цзюнь Мосе! Однако он никогда не думал, что кто-то на самом деле попытается нанести вред Цзюнь Мосе в его присутствии!

Я никогда не смогу стать сильнее, если этот мальчик умрёт или даже станет инвалидом!

Одинокий Сокол, очевидно, заметил изменения в то время, когда Шестой Старейшина пришёл на встречу с Цзюнь Вуем, но он решил игнорировать все это, так как он изо всех сил пытался изучить движения, которые он только что узнал...

Фактически, можно сказать, что Одинокий Сокол был настолько поглощен его исследованиями, что он просто проигнорировал Шестого Старейшину Города Серебряной Метели.

Хотя всё было хорошо, но затем Цзюнь Мосе внезапно атаковали! Кроме того, уже было слишком поздно для Одинокого Сокола действовать в этот момент.

Одинокий Сокол едва не поседел от страха в течение секунды.

К счастью для него, экстраординарная сила молодого мастера Цзюнь была достаточной, чтобы выдержать атаку, иначе...

Одинокий Сокол, вероятно, умер бы от сердечного приступа!

Путь, на который ты ступил, совершив данное деяние, едва не лишил меня возможности стать величайшим мастером боевых искусств, и поэтому он превратил тебя в моего врага!

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе настоял на том, чтобы оставить Одинокого Сокола в резиденции Цзюнь, молодой мастер Цзюнь не ожидал, что Одинокий Сокол будет так сильно действовать в его защиту с самого первого дня!

Неукротимые пальцы Одинокого Сокола смотрелись впечатляющим убийственным орудием!

Тело Одинокого Сокола продолжало прорезать оборонительные слои Шестого Старейшины, как горячий нож – масло!

Одиночный Сокол уже преодолел оборону к тому времени, когда Шестой Старейшина отступил назад в седьмой раз, а затем Одинокий Сокол неожиданно ещё ускорился и врезался в грудь Шестого Старейшины, как летящий метеор!

БАБАХ!

Одинокий Сокол был немного ошеломлён, в то время как Шестой Старейшина полетел назад.

Был слышен страшный хруст, из которого было довольно очевидно, что удар сломал рёбра Шестого Старейшины, в то время как кровь, вылившаяся из его рта, окрасила его белую одежду в красное. Из кровотечения стало ясно, что внутренние органы Шестого старейшины тоже не в лучшей форме.

Тело Шестого Старейшины летело назад, как мяч, и он дважды отскакивал от земли, прежде чем, наконец, остановился, ударившись в дерево. Он с трудом поднялся на ноги с горьким выражением на лице, опираясь на дерево, а изо рта текла кровь.

- Почему? – Шестой Старейшина сплюнул кровью. Он махнул рукой Му Сю Тонгу, когда он приблизился ближе, чтобы помочь ему встать на ноги и сцепил зубы, переживая эту страшную боль.

Третий Старейшина, Му Сю Тонг и Маленькая Принцесса Города Серебряной Метели также хотели задать этот вопрос вслух, но были слишком ошеломлены, чтобы озвучить свои мысли в этот момент.

Никто из них не мог понять, почему Одинокий Сокол ответил таким серьёзным ударом, даже если Шестой Старейшина и оскорбил его своими словами, так как это только что создало неразрешимую ненависть между ним и Городом Серебряной Метели. Это действительно того стоило?

- Этот Старик всегда делает так, как хочет его сердце. Я могу стереть с лица земли тысячу таких тварей, как ты! Ты должен гордиться тем, что так долго прожил, не понимая этого факта! И ты ещё спрашиваешь меня, почему я это сделал?

Длинные волосы Одинокого Сокола все еще развевались за его спиной, а его глаза излучали высокомерие. Его черные одежды колыхались на ветру, что явно свидетельствовало о том, что гнев Великого Мастера ещё не утих!

Глава 223. Вы согласны?

Одинокий Сокол ответил на слова Шестого Старейшины, но его голос сочился сатирой!

Слова, которые он сказал ранее, хоть и были неприятны, но все же ощущались благословением по сравнению с унижением, с которым он столкнулся...

Лицо Шестого Старейшины покраснело от унижения, и казалось, что он сдохнет в любой момент!

- Как ты смеешь, недостойный морепродукт, бегать на этой территории? Ты осмелился нарушить мою тренировку, ты хуже даже младенца! И ты ещё действительно спрашиваешь меня, почему я напал на тебя? Разве ты не сказал, что прикончишь меня? Как мог я пропустить это мимо ушей? Может, ещё дать тебе шанс сделать именно это?! Старикан Сяо, неужели ты думаешь, что ты и твой Город Серебряной Метели непобедим? Твоя сраная семейка Сяо, ты сам, да и весь Город Серебряной Метели – полное дно! Единственное исключение – это ваш Хань Фэн Сюэ!

Одинокий Сокол сделал два шага вперёд и сложил руки за спиной. Он посмотрел на скорбящее выражение на лице Шестого Старейшины и спросил:

- Что? Это то, что я думаю. Можешь подумать и ответить: ты согласен со мной?

Шестой старец яростно смотрел на Одинокого Сокола, но его губы оставались плотно закрытыми, и он ничего не сказал в ответ. Его глаза, однако, ясно иллюстрировали желания его сердца.

- Мистер Сяо, если твой ответ случайно расстроит меня, тогда я немедленно отправлюсь в Великолепный Зал Драгоценностей и лично оторву голову всем жителям Города Серебряной Метели, которые находятся в городе Тянсян прямо сейчас! И это включает в себя твоих двух братьев и двух членов Семьи Сяо, и даже эту маленькую девочку! Ха-ха... Очень хорошо, очень хорошо, это действительно не похоже на то, что ты принёс что-то стоящее в город Тянсян! Эй, амёба, ты думаешь, я не осмелюсь сделать что-то подобное?

Одинокий Сокол смело рассмеялся:

- Прекрати играть глухого и тупого! Быстро встань прямо сейчас. Я спрошу ещё один раз: ты согласен со мной?

Глаза Одинокого Сокола чётко выражали жестокость его намерений.

- Мастер Сокол, давайте не будем слишком много говорить об этом... Глава нашего Города всегда был добрым ко всем, и нам, возможно, придётся когда-нибудь работать вместе в будущем, так что давайте не будем портить наши отношения по этому маловажному поводу! – громко крикнул третий старейшина.

- Ба! Ты вообще стой подальше, пока не прилетело! Честь Старого Фэна – это единственная причина, по которой я ещё не убил этого выкидыша дна морского, но я не позволю ему так легко уйти после оскорблений. Надо думать, прежде чем говорить такие слова, как «Даже твоего трупа не останется после того, как этот Старик разберётся с тобой!».

У Старого Хана есть честь, но у этого придурка даже пасть закрылась. Если бы он не видел меня, то разве он не продолжил бы избиение Семьи Цзюнь? Но поскольку вы играете на моей территории, я, естественно, хочу поиграть вместе с вами! Как ты смеешь так смело говорить мне об этом? Я собираюсь делать то, что хочу, понял?! И я буду делать так, как хочу, пока этот Сяо не ответит мне! Так что даже твоя жизнь зависит от его пасти!

Этот Старик задал тебе вопрос, и я не буду спрашивать в третий раз! – напомнил Одинокий Сокол строго и медленно. - А теперь ответь мне!

Казалось, что Шестой Старейшина умрёт от позора в любой момент! Такое унижение уже перевернуло всё его тело, на самом деле его сердце едва билось, но он всё ещё был вынужден терпеть его! Одинокий Сокол сказал о своих намерениях очень ясно: жизнь всех людей Города Серебряной Метели, которые в настоящее время находились в городе Тянсян, зависела от его ответа сейчас.

Шестой Старейшина был убеждён, что сумасшедший, такой как Одинокий Сокол, может действительно сделать что-то подобное! В случае если мой ответ оскорбит Одинокого Сокола, тогда он действительно сможет похоронить свои кости прямо здесь и прямо сейчас!

И даже если Одинокий Сокол поубивает всех нас, Город Серебряной Метели не сможет поймать этого монстра!

Это унижение было уже слишком сильным для него! Хотя он не понимал: почему Одинокий Сокол был настолько оскорблён тем, что я сделал? Что сделало его таким безумным? Однако он, очевидно, знал, что сейчас не время думать об этом!

- Я... я... – губы Шестого Старейшины несколько раз двинулись, а затем он, в конце концов, закрыл глаза, и слеза медленно появилась из угла глаза:

- ...согласен!

Глаза Шестого Старейшины закатились назад, когда он сказал последнее слово.

- Отлично! Теперь, когда этот морской выперд понял этот факт, я не думаю, что мне будет очень интересно его беспокоить, – Одинокий Сокол улыбнулся жестокой улыбкой, а затем медленно повернул глаза к Третьему Старейшине, Му Сю Тонгу и Маленькой Принцессе:

- Кто ещё не согласен с этим?!

- Я не согласен с тем, что можно вот так запросто запугивать слабых! Если вы хотите убить меня за это, я буду счастлив погибнуть, ведь мастерство «Восьмого Великого Магистра» станет последним, что я запомню! – Му Сю Тонг шагнул вперёд, глядя на Одинокого Сокола большими и круглыми глазами, которые казались совершенно лишёнными страха.

- Я тоже отказываюсь принимать это! – Маленькая Принцесса Хан Янь Мэн также смело смотрела на Одинокого Сокола.

- Ха-ха, некоторые из людей Города Серебряной Метели действительно не боятся смерти! Это очень хорошо! – Одинокий Сокол улыбнулся. - Я только что открыл вам глаза, но вы оба слишком молоды, чтобы понять это, и вместо этого чувствуете себя огорчёнными моим поведением... вы действительно думаете, что кому-то моего возраста будет интересно запугивать младших? Я не похож на тех, кто любят запугивать тех, кто моложе себя! Сосунок Суань Неба и маленькая девчушка... Я скажу вам, что вы не должны смело действовать так в ситуациях, когда вы слишком молоды, чтобы понять реальность!

Одинокий Сокол закончил свою фразу, и полностью проигнорировал их обоих. Затем его глаза снова обратились к Шестому Старейшине, и холодная улыбка охватила его лицо.

Шестой Старейшина едва не упал в обморок, услышав слова Одинокого Сокола, поскольку они подразумевали, что он считал даже специалиста Суань Духа простым любителем...

Из-за того, что его слова чуть ли не заставили эксперта Суань Духа ослабеть от гнева, можно сказать, что способность Одинокого Сокола издеваться над людьми и приводить их в бешенство, в результате была только на втором месте после Мастера этого дела, молодого мастера Цзюнь.

- Мастер Сокол, ты напал на моего брата без причины сегодня; в твоих убийственных действиях не было справедливости! Ты должен будешь ответить перед Городом Серебряной Метели за это! – Третий Старейшина сердито заговорил, наконец, оправившись от шока.

Одинокий Сокол радостно рассмеялся:

- Ты говоришь, что я пытался убить твоего брата без всякой причины... Итак, если ты прав, то какого хрена он всё ещё жив? Или ты хочешь сказать, что мне не хватает сил убить его?

Третий Старейшина снова попал в затруднительное положение, потому что начал осознавать, что агрессия Одинокого Сокола могла быть спровоцирована некоторыми словами или действиями его младшего брата. Он, очевидно, знал, что оскорбление человека силы Одинокого Сокола имеет только один конец: смерть!

Увидев, что Третий Старейшина не имеет слов, чтобы ответить, Одинокий Сокол успокоился, а затем продолжил:

- И, тогда насчёт объяснений! Что сказал этот мудак, когда Цзюнь Вуй спросил его об объяснении? И ты действительно хочешь, чтобы я объяснял вам свои действия? Почему я должен вам что-нибудь объяснять, если этот мудак сказал «Не хочу» и всё нормально?

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Так называемое «объяснение», которое дал нам Шестой Старейшина, было не очень ясным, но оно до сих пор звенит у меня в ушах. Я считаю, что должен поразмышлять над его словами, по крайней мере, два-три дня, прежде чем я смогу понять их смысл... Однако мне показалось, что, когда кто-то не так силён, как ты, ты не чувствуешь необходимости давать им какие-либо объяснения, и поэтому, когда кто-то сильнее тебя, он не обязан объяснять свои действия тебе! В принципе, сила – это универсальное объяснение! Мне кажется, что это руководящий принцип Города Серебряной Метели! Итак, теперь, когда наша сила выше вашей, вы всё ещё хотите, чтобы мы объясняли вам что-либо? Что заставляет вас думать, что Город Серебряной Метели должен получить все преимущества? Хе-хе... это странно...

Маленькая Принцесса Хан Янь Мэн услышала громкие и ясные слова, которые только что произнёс Цзюнь Мосе, и посмотрела на него: её выражение, казалось, показывало, что Цзюнь Мосе показался ей знакомым, и она внимательно осмотрела его сверху донизу, широко открыв глаза.

«Я, очевидно, никогда раньше не видела этого человека, но тогда почему он кажется мне знакомым?»

Третий Старейшина также внезапно обернулся и посмотрел на Цзюнь Мосе, прокашлялся, а затем снова повернулся лицом к Одинокому Соколу:

- Мастер Сокол, пожалуйста, погасите свою громовую ярость... как насчёт того, чтобы мы забыли пару последних наших фраз?

Одинокий Сокол фыркнул, но не ответил. Отвернувшись, он отправился туда, откуда пришёл. Третий Старейшина сначала попросил Му Сю Тонга ухаживать за Шестым Старейшиной, а затем прошептал что-то ещё, когда он проходил мимо него. Он так тихо прошептал свои слова, что, даже если кто-то собрал мужество, чтобы подслушать, этот человек все равно ничего бы не услышал.

- Эй, девочка, на что ты смотришь? Никогда не видела красивого парня раньше? Уже влюбилась? – сердце Цзюнь Мосе пропустило удар, когда он понял, что молодая девушка смотрела на него, и быстро понял, что он действительно не может позволить этой девушке его узнать! Если она узнает меня, тогда правосудие больше не будет на нашей стороне!

- Хм! – нос Хан Янь Мэн сморщился, а её лицо показало презрительное выражение. Она отвернулась от него, не давая ему никаких ответов. В последний раз, когда она видела Цзюнь Мосе, он был грязным, как чёрт. Более того, даже если бы его лицо было достаточно чистым, чтобы она узнала его сейчас, она не смогла бы, так как она была слишком смущена, чтобы смотреть на его тело или лицо, потому что в то время он был полностью голым. Затем, к тому времени, когда он накрыл своё тело куском ткани, его лицо уже было запятнано кровью так, что почти ничего не было видно.

В результате Маленькая Принцесса до сих пор не смогла сказать, что жестокий голый мужик, с которым она раньше столкнулась, был тем же самым мальчиком, который стоял перед ней.

- Она – сестра Яо? – Цзюнь Вуй посмотрел на Хан Янь Мэн, и спросил Му Сю Тонга с волнением в голосе.

- Да, она – Молодая Принцесса нашего Города; её имя – Хан Янь Мэн, – Му Сю Тонг улыбнулся, а затем спросил. - Цзюнь Вуй, ваша травма становится лучше, как сказал Шестой Старейшина?

- Да, он был прав! – Цзюнь Вуй снова взглянул на Хан Янь Мэн, слегка вздохнул, а затем ответил, - да, это правильно, брат Му, но я думаю, что мои ноги не позволят мне свободно передвигаться или хотя бы долго ходить ещё довольно долгое время.

Цзюнь Вуй, естественно, понимал, что намерения Му Сю Тонга были довольно искренними, но до сих пор не мог сказать ему правду. Я, конечно, могу доверять вам, брат, но я не могу сказать правду вслух перед столькими чужими!

Однако я должен попытаться найти возможность рассказать Брату Му об этом позже, лично; но не в этот момент, иначе самый большой секрет Семьи Цзюнь станет общеизвестным.

Сердце Хан Янь Яо, наконец, сможет найти хоть какой-то комфорт, когда Му Сю Тонг сможет передать ей эту новость. Тем не менее, это было точной противоположностью тому, что изначально планировал Цзюнь Вуй.

- Хорошо! Очень хорошо! – Му Сю Тонг взволнованно пожал руку Цзюнь Вуя. - Я немедленно отправлю сообщение, чтобы рассказать Старшей Принцессе об этом; я могу себе представить, какую радость принесёт ей эта новость!

Глава 224. Начало вражды встречается с сожалением о возмездии за мщение

- Спасибо, брат Му! – ответил Цзюнь Вуй мягким тоном.

- Вы – Цзюнь Вуй, мой зять? Вы выглядите очень разумным и зрелым; я слышала, как моя сестра рассказывала о вас каждый день, хи-хи..., – Хан Янь Мэн подняла голову, когда услышала Цзюнь Вуя. Затем она спросила:

- Моя сестра всю жизнь думает о вас, так почему вы не приходите туда, чтобы увидеть её? Если у вас нет ей адреса в Городе Серебряной Метели, тогда я могу просто сказать вам прямо сейчас.

Лицо Цзюнь Вуя дрогнуло от боли, когда воспоминания о его прошлом набросились на него:

- Я хочу пойти! За последнее десятилетие... не было ни одного дня, когда я не хотел бы видеть её...

- О... – Хан Янь Мэн кивнула, как будто поняла его смысл и спросила:

- Вы не можете пойти туда из-за ваших ног? В Городе Серебряной Метели есть очень хороший врач, и я могу познакомить вас с ним!

- Маленькая Принцесса, это не значит, что Вуй не хочет туда ехать, просто он не может, если он не станет титанически сильным. В противном случае он даже не сможет приблизиться к Городу, – Му Сю Тонг вздохнул, а затем объяснил.

- Почему? – спросила Маленькая Принцесса, широко открыв глаза. - Даже я могу приходить и уходить, когда захочу, а его навыки явно намного превосходят мои...

- Идиотка! – Цзюнь Мосе хмыкнул, и не пытался скрыть своё презрение. Эта маленькая девочка явно ни хрена не понимает, не так ли?

- Ваш племянник настолько невежлив! Разве он не должен называть меня тётушкой? – Хан Янь Мэн высунула язык, глядя на Цзюнь Мосе, а затем повернулась к Цзюнь Вую и пожаловалась:

- Я вернусь и расскажу об этом моей сестре. Она преподаст ему урок, как только она придёт к Семье Цзюнь! Кто-то действительно должен научить его манерам!

- Твоя сестра... приедет к Семье Цзюнь? – Цзюнь Вуй был ошеломлён на мгновение, услышав это предложение, и внезапно обнаружил, что его сердце наполнено радостью. Однако, несмотря на то, что его сердце внезапно получило глоток надежды, следы его прежнего прогорклого вкуса всё ещё не ослабли.

- Ах, она, очевидно, хотела бы выйти за вас замуж, и тогда она, естественно, должна будет переехать в Семью Цзюнь. Единственная причина, почему моя сестра ждёт все это время – потому что она хочет выйти за вас замуж!

- Ох... – глаза Цзюнь Вуя застлали слёзы, в то время как его возбужденное сердце оставило его неспособным ответить хоть что-либо.

Десять лет разлуки, и он, наконец, узнал её настоящие мысли:

«Она всё ещё думает обо мне, всё ещё скучает по мне, но я...»

- Ты расскажешь мне все о своей сестре? Маленькая сестра... – Цзюнь Вуй поклонился, а его глаза упивались его надеждой. Его тон чётко выражал нетерпение его сердца.

- Конечно, это не проблема, но... – Хан Янь Мэн гордо вскочила, её палец указал на Цзюнь Мосе. - Но сначала скажите ему называть меня тётей! Он – ваш племянник, а вы – мой будущий зять, так что это делает меня тётей. Он должен называть меня «тётя», да?

- Чёрт вас дери, идиотов! – Цзюнь Вуй даже не успел ответить, когда услышал это проклятие, а затем, обернувшись, он понял, что Цзюнь Мосе уже «упорхнул» с глаз долой...

«Ну, эта маленькая сука меня сожрёт заживо. Я подозревал, что с ней будет трудно справиться, но я никогда не думал, что она начнёт «выносить» мозги так рано... эта тварь просто ошеломляет! Я достаточно взрослый, чтобы быть твоим отцом в моей предыдущей жизни, и ты хочешь, чтобы я назвал тебя «тётей»? Тварина стрёмная... пора преподать ей урок!»

Цзюнь Мосе решил не возвращаться в свой двор после того, как он сбежал с места гнева и вместо этого решил покинуть резиденцию Цзюнь.

В настоящее время Одинокий Сокол проживает в резиденции, что означает, что его семья будет в безопасности.

Поэтому убийца решил сделать что-то совершенно другое, чтобы изменить его мрачное настроение.

Цзюнь Мосе был человеком сильного характера, был довольно трудолюбивым и чрезвычайно упрямым, и всегда занимался своими делами, но всё равно выполнял свои обещания, несмотря ни на что - это была его самая замечательная особенность!

Однако его личность управлялась ещё одной очень важной характеристикой: он просто не мог сдержать своих обид!

Раньше «быковатое» настроение шестого Старейшины разозлило Цзюня Мосе, и, следовательно, он решил «отобрать» его у людей семьи Сяо! Властные люди с тиранической силой часто бывают быками, но незачем было задирать меня!

А если ты это сделаешь, я вернусь к тебе за этим, и возмещу стократ!

Хотя Одинокий Сокол уже преподал Шестому Старейшине хороший урок, но Цзюнь Мосе был злым монархом в своей предыдущей жизни, всегда отличался мнением от других. Несмотря на то, что наказание, которое дал Одинокий Сокол, было более чем достаточным для большинства людей, но... в глазах Цзюнь Мосе, этого все еще было недостаточно!

На самом деле этого было недостаточно.

Как мог злой монарх просто сидеть, сложа руки, после того, как кто-то его обидел? Хотя сейчас он был в другом мире, и хотя его сила была меньше в сравнении... и даже если его преступник был одним из самых влиятельных людей в этом мире... злой монарх оставался злым монархом!

Действия Одинокого Сокола не такие, как мои! Ты напал на меня, и поэтому я должен лично отплатить за это! Когда мой гнев находит возмездие руками другого человека, это не стиль злого монарха!

В результате, Цзюнь Мосе решил отомстить! Более того, он отлично воспользовался этой возможностью и оставил семью Цзюнь, так как никто не подозревал, что он уйдет в это время!

......

Третий Старейшина и Одинокий Сокол отошли в угол, и, хотя оба человека казались очень спокойными, но головы обоих людей были полны сомнений.

Основная неразбериха Одинокого Сокола заключалась в том, что Семью Цзюнь можно было считать очень влиятельной Семьёй, но их могущество ограничено Империей Тянсян. С точки зрения всего континента, они, в лучшем случае, считались бы большой Семьёй и, очевидно, не могли бы сравниться с такими мощными супер организациями, но почему же такая семья намеренно пытается спровоцировать такую мощную организацию, как Город Серебряной Метели?

Очевидно, он понимал, что слова Шестого Старейшины были естественны для человека его положения, и мог понять, что, благодаря членству в семье Сяо, человек хотел бы поставить себя выше, чем Семья Цзюнь, однако он просто не мог понять, почему семья Цзюнь пытается спровоцировать эксперта Суань Духа на такое? Особенно, когда этот конкретный эксперт Суань Духа имел такую мощную поддержку от Города Серебряной Метели!

Эти мысли оставили Одинокого Сокола совершенно озадаченным!

Третий Старейшина также был полон сомнений.

Одинокий Сокол – это Восьмой Великий Учитель, так почему он сидит в резиденции Семьи Цзюнь? Более того, почему он попытался защитить семью Цзюнь даже ценой оскорбления Города Серебряной Метели? Даже Одинокому Соколу не будет легко победить!

Причину, по которой Одинокий Сокол и Семья Цзюнь работают вместе, просто слишком сложно понять!

И тогда есть намного больше, чего я просто не могу понять... Если семья Цзюнь и Одинокий Сокол продолжают работать вместе, тогда Семья Цзюнь будет автоматически защищена от любого вреда. Фактически, Хан Янь Яо и Цзюнь Вуй смогли бы выстроить свой путь к счастливой семейной жизни огнём и мечом; даже если они должны были бы пересечь океан крови и горы трупов, чтобы попасть друг к другу...

- Могу ли я осмелиться спросить, почему здесь находится Великий Учитель? – отношение Третьего Старейшины было настолько уважительным, что просто нельзя было сказать, что он разговаривал с человеком, которого он теперь считал личным врагом, поскольку этот человек только что оскорбил высокопоставленного человека, члена Города Серебряной Метели.

- Давай сначала я задам тебе свои вопросы? Почему ты здесь? Как связаны Город Серебряной Метели и семья Цзюнь? Почему твой брат проигнорировал его статус и упал до состязания с таким маленьким мальчиком?! – Одинокий Сокол фыркнул, когда спросил.

- Вы не знаете причин и следствий этой ситуации? – Третий Старейшина внезапно оглянулся. Он остался в тупике...

- Тупость – это ваше семейное? Зачем еще я бы спрашивал тебя? – Одинокий Сокол уже начал чувствовать себя немного неудобно, и мог понять, что он, не успев поднять ногу, уже наступил в какое-то дерьмо.

Почувствовав его удивление, Третий Старейшина тщательно рассказал все факты, которые привели к этой ситуации между Семьёй Цзюнь и Городом Серебряной Метели в деталях. Однако он, очевидно, не учитывал внутренние конфликты Города Серебряной Метели.

Одинокий Сокол слушал рассказ ошеломленно.

Он долго стоял, а затем сердито затопал по кругу.

Чёрт возьми, неудивительно, что ребенок пробовал все возможное, чтобы заставить меня остаться здесь, с семьей Цзюнь, чтобы я пообещал защищать Семью Цзюнь в течение года...

Сначала эта Семья выглядела настолько культурной, но кажется, что они заманили меня в засаду...

Меня можно считать вором на этом пиратском корабле!

Этот проклятый предательский маленький дьявол!

Он ловко затащил меня в воду, и теперь у меня нет выбора!

После того, как всё сказано и сделано, Одинокий Сокол по-прежнему был одним из Восьми Великих Мастеров, и хотя обычные люди боялись Города Серебряной Метели, потому что их поддерживал Хан Фэн Сюэ, Одиночный Сокол не был одним из таких людей. Однако, хотя сердце Одинокого Сокола не таило страха, он всё ещё очень злился на Цзюнь Мосе:

«Этот маленький дьявол обманул меня и навязал свою волю!»

Но если подумать об этом... если бы я знал об этой ситуации, тогда даже я не знаю, как бы я отреагировал на его предложение... хотя я не боюсь Города или Хан Фэна Сюэ, но я не слишком горю желанием провоцировать такие неприятности...

Поскольку сделка уже состоялась, в случае, если Одинокий Сокол заберёт свои слова назад, тогда весь мир будет говорить, что он испугался Хан Фэн Сюэ. У него не оставалось другого выбора, кроме как успокоить себя: я никогда не находил Хан Фэна Сюэ и его Серебряную Метель очень приятными, и это происходит, когда мне нужны противники, чтобы практиковаться... в Серебряной Метели их много... Я должен буду отдать этому маленькому дьяволу этот долг. Более того, я не могу просто сидеть, сложа руки, и наблюдать, как это происходит с семьей... и эта ситуация также поможет мне в достижении больших успехов в будущем...

Однако если подумать об этом – у Города Серебряной Метели есть множество влиятельных экспертов, и у них, должно быть, не менее дюжины экспертов Суань Духа в дополнение к третьему самому сильному человеку континента в их рядах. Даже Одинокий Сокол не мог найти в себе достаточно уверенности, чтобы намеренно сталкиваться с такой мощной силой.

Если бы Город Серебряной Метели не был вовлечен в это, и это было только с поместьем Сюэху – я мог бы легко справиться с этим, потому что сила врагов Семьи Цзюнь была бы очень ограниченной...

Ему в голову пришла вдруг гениальная мысль: Город Серебряной Метели и поместье Сюэху никогда не ладили, так почему бы им объединить свои сильные стороны, чтобы иметь дело только с Семьёй Цзюнь? Есть ли кто-нибудь, достаточно сильный, чтобы эти две враждебные силы объединили свои сильные стороны?

- Не говори больше на эту тему, – Одинокий Сокол подумал о силе и знаниях молодого господина Цзюнь, а затем возбуждённо взмахнул веками, сердито заявив:

- Я здесь с Семьёй Цзюнь, так что вам придётся иметь дело со мной, если вы захотите вернуться в поисках новых неприятностей!

Несмотря на то, что Третий старейшина сомневался в этом, он не мог не задуматься над этой угрозой. Быстро сменив тему, он осторожно спросил:

- Мастер Сокол, знаете ли вы, что несравненный Мастер живёт втайне в городе Тянсян?

Глава 225. Мрак Одинокого Сокола

- И кто этот беспрецедентный Мастер? – глаза Одинокого Сокола сузились: люди Города Серебряной Бури знают, кто таинственный Мастер? Я думал, что у меня есть эксклюзивный патент на него!

- Я не знаю, какую личность этот Мастер использует в городе Тянсян... Я знаю только, что совершенство этого Мастера настолько велико, что оно превосходит все, что когда-либо видел мир!

Глаза Третьего Старейшины всё ещё отчетливо показывали следы страха:

- По неизвестной причине этот таинственный Мастер создал поле Суань несколько дней назад; это было настолько мощно, что мы смогли почувствовать его издали! И сегодня мы смогли найти ещё одно чудо этого Мастера...

Одинокий Сокол делал вид, что понимает эти слова лишь смутно, так как он не желал раскрывать какие-либо знания Третьему Старейшине, но его глаза всё-таки отражали лёгкий намек на уважение к Таинственному Мастеру:

- Какие чудеса? Скажи мне, я хочу знать! – Одинокий Сокол уже понял, что Третий Старейшина действительно имел в виду учителя юного мастера Цзюнь и не мог тайно не рассмеяться: ты этого ещё не знаешь, но вы обидели ученика этого Учителя сегодня. Как думаете, это будет хорошо для вас?

Третий Старейшина, с другой стороны, внимательно наблюдал за лицом Одинокого Сокола с сознательным умыслом:

«Кажется, что Одинокий Сокол знает о существовании этого человека, и, похоже, сила этого человека намного превосходит силу Сокола, поскольку он будет восхищаться только кем-то гораздо сильнее, чем он сам!»

Оставленный без другого варианта, Третий Старейшина продолжил:

- Кленовый Лес на юге города давно был самым изящным местом, но, по неизвестным причинам, этот пейзаж был сожжён этим непревзойдённым Мастером в припадке гнева. Этот лес покрывал мили раньше, но сегодня всё это исчезло в полной тишине... эта земля сейчас полностью бесплодна... настолько, что даже травы больше нет...

Одинокий Сокол выдохнул холодный воздух.

- Позвольте мне расспросить о связи между этим непревзойдённым Мастером и Мастером Соколом... – осторожно спросил Третий Старейшина. Третий Старейшина уже определил, что Одинокий Сокол и этот непревзойдённый Мастер каким-то образом связаны, но не понимал характера их отношений. Фактически, всё это было второстепенным, поскольку самая важная вещь, которую хотел знать Третий Старейшина, заключалась в том, что Семья Цзюнь имела какое-то отношение к этому таинственному и непревзойдённому Мастеру. Естественно, Третий Старейшина был в ужасе от этой возможности. Это было бы очень плохо для них!

- Я не знаю его! Я его не знаю! – Одинокий Сокол неоднократно помотал головой. - Я никогда не слышал о нём раньше! Даже в малейшей степени!

Лучше вам просто вернуться в Город Серебряной Метели и отправить обратно Старого Хана, чтобы разобраться с этим человеком. На самом деле, я думаю, что одного-единственного удара этого человека будет достаточно, чтобы Старый Хан стал консервой в его собственных доспехах!

- Вы уверены? – густые брови Третьего Старейшины взлетели; он пытался получить информацию от Одинокого Сокола, и не ожидал, что этот человек просто пошлёт его.

- Что? Ты мне не веришь? – Одинокий Сокол посмотрел назад.

Третий Старейшина почувствовал себя ещё более удручённым:

«Козёл! Ты просто унизил нас как мог, избил моего Шестого Брата, и теперь ты действительно хочешь, чтобы я верил всей этой лжи из твоего рта? Иди, делай дурака из кого-то другого!»

- Мастер Сокол, я не буду комментировать случившееся сегодня, так как моя сила не так хороша, как ваша; тем не менее, Мастер Сокол сегодня подверг Город Серебряной Метели унижениям, и вам придётся ответить за это, как только мы вернёмся с нашими великими старейшинами: и будет лучше, если вы уйдёте до этого!

- Ха-ха, ты говоришь о Сяо Дуо? Хм, ты действительно думаешь, что он может причинить этому Старику какие-нибудь проблемы? Если ты действительно хочешь, чтобы я отвечал перед вами, вы должны попросить Старого Хана лично прийти и встретиться со мной! Ха-ха-ха, Сяо Син Юн и Сяо Бу Ю, две стены Города Серебряной Метели; двое, которые парят над горами и облаками... Этот Старик хотел бы увидеть этих двух старых ублюдков, и я, конечно, хочу посмотреть, способны ли они взлететь выше меня!

Выражение Третьего Старейшины оставалось неизменным, он улыбнулся и сказал:

- Мастер Сокол не будет разочарован!

Он закончил свой разговор, приказал Му Сю Тонгу подобрать тело Шестого Старейшины, а затем отправился к выходу вместе с Хан Янь Мэн. Внезапно он обернулся, когда подошёл к двери, и снова посмотрел на Одинокого Сокола и медленно произнес:

- Ещё одна вещь, о которой я не хотел говорить... я сомневаюсь, что тираническая гордость мастера Сокола позволит ему узнать это... Согласно нашим источникам, хозяин поместья Сюэху пригляделся к женщине в последний раз, когда был в городе Тянсян, и с тех пор он хочет взять эту женщину своей наложницей. И эта женщина, по счастливой случайности, известна как невестка Семьи Цзюнь, Гуан Квинхан! В настоящее время она живет с Семьей Цзюнь! Поскольку Мастер Сокол намерен остаться здесь, он должен начать готовиться, потому что я боюсь, что поместье Сюэху не так культурно, как мой Город Серебряной Метели!

Третий Старейшина улыбнулся, когда закончил это предложение, а затем ушёл.

Хан Янь Мэн изобразила умную улыбку в направлении Цзюнь Вуя, и помахала ему:

- Третий брат Цзюнь, если у меня когда-нибудь появится шанс приехать сюда, я расскажу вам ещё несколько историй. Кроме того, скажите племяннику, что он должен называть меня «Маленькая тётя» в следующий раз, когда он увидит меня! В противном случае, я скажу своей сестре, что вы и ваш племянник помогали запугивать меня!

Цзюнь Вуй улыбнулся, и продолжал махать руками, пока они не вышли за ворота.

Тем временем Одинокий Сокол просто стоял на том самом месте с безумным выражением на лице!

Фактически, он был полностью ошеломлён!

Это не просто пиратский корабль! Я упал в бездонную, сука, Бездну! Теперь я не смогу даже вытащить ногу, даже если я захочу...

Усадьба Сюэху с юга и Город Серебряной Метели с севера! Эти две организации считаются двумя самыми могущественными силами в этом мире, и эта крошечная семья Цзюнь фактически сумела спровоцировать их обоих одновременно...

Ради нескольких ударов мне удалось конкретно подставить себя... Слишком много неприятностей!

Черт побери!

Одинокий Сокол долго стоял на своём месте, а затем внезапно взревел в гневе:

- Этот дьявол Цзюнь! Ты, маленький ублюдок! Выйди и посмотри на этого Старика!

Одинокий Сокол несколько раз обежал всю резиденцию Цзюнь, но не нашёл никаких следов Цзюнь Мосе. Оставленный без другого варианта, он сердито вернулся обратно во внутренний двор Цзюнь Вуя, бормоча:

«...этот маленький ублюдок... Я уж сумею промыть тебе мозги, чтобы ты не пудрил мозги другим...»

Цзюнь Вуй извинился и решил продолжить свою собственную практику боя на мечах, а не прятаться в своей спальне, оставив Одинокого Сокола в одиночестве... Чувство депрессии, которое навалилось на него, было достаточным, чтобы убить кого-то послабее...

На самом деле он чувствовал себя таким мрачным, что на самом деле хотел убить кого-то!

Как это бывает, если бы Третий Старейшина произнёс эту угрозу раньше, тогда Одинокий Сокол просто проигнорировал бы это, считая «фальшивой» угрозой. В конце концов, поместье Сюэху и Город Серебряной Метели являются двумя самыми мощными силами в мире, и оба укрывают взаимное чувство вражды по отношению к другому. Фактически, эти две силы вряд ли объединились бы, даже если бы им противостоял кто-то вроде Юн Би Чена...

Тем не менее, Третий Старейшина намекнул на мысль об этом сотрудничестве только после того, как он описал Таинственного Мастера как «Непревзойдённого в мире» и «вне всего, что когда-либо видел мир». Хотя его намерение состояло в том, чтобы извлечь информацию из Одинокого Сокола, но он в итоге напомнил Одинокому Соколу о силе Таинственного Мастера.

Даже если бы они взялись за руки... Что могли бы Хан Фэн Сюэ и Ли Ю Тянь сделать против этого Таинственного Мастера, особенно потому, что он на самом деле способен сжечь бескрайнее пространство леса так тихо? Одинокий Сокол еще не дотронулся до молодого господина Цзюнь до сих пор из-за уважения к его учителю, но он не очень заботился об этом!

Его поддержка просто слишком сильная! Они могли бы заставить эти две силы исчезнуть на ветру, если бы Таинственный Мастер решил действовать лично...

Однако Одинокий Сокол просто не смог найти виновника, Цзюнь Мосе; и он не мог понять, куда сбежал юноша...

В это время сумерки уже накрыли резиденцию.

Практически самая верхушка власти Города Серебряной Метели шла по дороге в полном молчании. Фактически, даже Маленькая Принцесса, которая обычно была очень живым собеседником, молчала в настоящий момент, что только усиливало удручающую атмосферу их компании.

Несмотря на то, что Му Сю Тонг тащил его на спине, состояние травм Шестого Старейшины уже начало улучшаться, так как человек постоянно циркулировал в своем теле Суань Ци. Этот человек действительно был экспертом Духа Суань, а это означало, что никакие серьёзные травмы или болезни никогда не смогут представить большую угрозу для его жизни, пока его Суань Ци поддерживает его тело. Он уже крепко обернул свою Суань Ци вокруг своего тела и теперь работал над восстановлением его до нормального здоровья; восстановление сломанных рёбер было только вопросом времени и усилий.

Однако унижение, которое сегодня перенёс Шестой Старейшина, было тем, чего он никогда не испытывал в своей жизни!

По его лицу можно было сказать, что простая мысль о Семье Цзюнь напоминает ему о том, как он был вынужден сказать слова «я согласен», что только возвращало это мрачное чувство ещё раз!

Хотя Шестой Старейшина ничего не сказал до сих пор, можно было ясно понять желания его сердца от того, как он кусает губы, отчего кровь капала на спину и одежду Му Сю Тонга; даже его глаза были такими же красными, как кровь, вытекающая из его рта!

- Шестой Брат... – Третий Старейшина попытался высказаться, но, в конце концов, вздохнул и проглотил свои слова. Он знал Шестого Старейшину уже более трёх десятилетий и, следовательно, знал этого человека достаточно хорошо, чтобы понять его мысли. Третий Старейшина, не в силах ничего сделать, вздохнул, а затем заговорил тяжелым тоном:

- Это... но этот человек был Одиноким Соколом...

- Я знаю, Третий Брат... Я знаю, что ты хочешь сказать... Что нет стыда в том, что человек моей силы побеждён руками Одинокого Сокола! Верно? На самом деле, если бы я сопротивлялся ему, я боюсь, что я пострадал бы ещё больше...

Голос Шестого Старейшины звучал так тихо, а его лицо упивалось скорбной улыбкой:

- Но... мёртвым не нужно страдать от такого позора... я..., – тот факт, что легендарный эксперт Духа Суань едва не задохнулся от нахлынувших эмоций, был явным свидетельством негодования, которое этот позор вызвал в психике человека.

- Шестой Старейшина, вы уважаете меня! Вы только понесли этот позор, чтобы защитить наши жизни! Я очень молод по сравнению с вами, но знаю, как легко было бы сказать «нет», и как трудно было сказать «я согласен»! – чувства Му Сю Тонга сразу же сорвались с языка.

Эти слова были, очевидно, очень эффективными, так как боль на лице Шестого Старейшины в значительной степени утихла, когда он увидел уважение на лицах каждого. Тем не менее, тема внезапно обернулась на 180 градусов, когда Му Сю Тонг продолжил:

- На самом деле, когда дело дошло до стыда и унижения, даже действия Шестого Старейшины вначале были не очень мудрыми. Если бы вы не были таким агрессивным вначале, то, может быть...

Му Сю Тонг говорил только о своих мыслях. Му Сю Тонг долго не удовлетворялся бычьим и властным отношением Шестого Старейшины, но всегда подавлял своё мнение, поскольку этот человек занимал гораздо более высокое положение и статус в обществе по сравнению с его собственным. Однако он, похоже, уже потерял контроль над собой, что отчётливо слышалось в тоне его голоса...

Глава 226. Непревзойденный мастер

- Сю Тонг! – тревожно крикнул Третий Старейшина. Хотя он верил в рациональность слов Му Сю Тонга, но чувствовал, что в это время было бы лучше не провоцировать Шестого Старейшину, поскольку этот человек уже обвинял себя в сегодняшних неудачах сам!

- Брось меня! Я ещё не умер; могу ходить сам! – яростно крикнул Шестой. - Я не должен учиться «вести» себя от такого молодого человека, как ты! Тебе нужно следить за своими словами! Ты не можешь разговаривать с этим Стариком таким образом, даже если ты являешься экспертом! Соотнеси свою силу и квалификацию, прежде чем комментировать методы Старика, чтобы снова переходить к делу!

Лицо Му Сю Тонга побледнело от гнева, когда он снова высказал свои мысли:

- У вас действительно много мужества! Вы не казались таким крутым, когда столкнулись с Одиноким Соколом, но теперь вы это показываете? И вы действительно думаете, что мне нравится носить вас на спине?!

Несмотря на то, что Му Сю Тонг был немного нерешительным, Шестой Старейшина уже слез с его спины на землю. Тем не менее, боль от его ран и сломанных костей только усугубилась.

- В самом деле, вы действительно жестокий. Если бы вы были таким гордым перед Одиноким Соколом раньше, тогда вы бы не потеряли моё уважение!

Третий даже не успел открыть рот, когда холодный и резкий голос прозвучал довольно неожиданно. Огромное поле Ци появилось из ничего за секунду, когда человек в чёрной одежде и маске спустился с небес. Однако необычайно странная манера, в которой этот человек появился перед всеми, в сочетании с его холодными глазами, которые, казалось, мерцали ещё более холодным сиянием, заставляли его казаться больше похожим на монстра.

- Это он! – Младшая Принцесса Хан Янь Мэн закричала и прижалась дрожащим телом к Третьему Старейшине, в то время как манера, в которой она прижималась к одежде Третьего, четко выражала страх, который она не могла выразить словами. Внезапное появление этого мужчины, видимо, испугало её до глубины души:

- Он тот, кто избил брата Сяо, прежде чем ударить меня!

Сердце Третьего Старейшины пропустило удар!

Его самый большой страх пришел во плоти! Настоящая беда... прибыла! И так не вовремя!

И этот ужасающий кошмар был гораздо более страшным, чем любая угроза, которую им представлял Одинокий Сокол.

Представители Города Серебряной Метели явно ощущали подавляющее давление этой непреодолимой силы, и в результате дрожь пробрала всех. Младшая Принцесса боялась этого человека из-за свирепости этого человека, так как побои, которые он нанёс Сяо Фэн Ву, оставили очень глубокое впечатление в её психике. Более того, вспоминая отношение, которое этот человек проявил к ней в то время, только заставило её ещё больше бояться этого «невежественного и бесстрашного человека»!

Напротив, опасения других трёх людей были гораздо более реальными в сравнении с ней. Будучи более осведомлёнными, чем она, они уже поняли, что этот человек был в ужасной ярости в тот момент, что было ясно продемонстрировано его «взрывом», а также злобой в его глазах. Они могли ясно понимать, что такой человек никогда не позволил бы своему гневу достичь момента, когда он мог поглотить небеса и землю, но это не значит, что этот человек этого не может!

Фактически, эта Аура была точно такой же, как та, которую они чувствовали в то время, когда они входили в город Тянсян. Более того, эта Аура была столь же обширной, безграничной, превосходящей над небом, и глубже, чем океаны, как та, которую они ощущали раньше; факт, который только усилил их страхи!

Сила! Беспрецедентная! Великая!

Этот человек, безусловно, тот, кто выпустил это массивное Поле Ци несколько дней назад, и, точно тот, кто сегодня уничтожил Кленовый Лес!

Они совершенно не подозревали, что это массивное поле Ци не контролировал Цзюнь Мосе, и это было просто из-за Пагоды Хунцзюнь, которая жила в его теле. Однако даже самые мудрые люди не могли бы сказать разницы, так как Пагода Хунцзюнь находилась внутри тела молодого мастера Цзюнь, в результате чего поле Ци Пагоды выглядело, словно поле Ци Цзюнь Мосе

Однако, несмотря на то, что молодой мастер Цзюнь имел возможность активировать Пагоду Хунцзюнь по своей воле, у него всё ещё не было возможности контролировать её, так как уровень его культивирования всё ещё был крайне низким. В результате Аура, испущенная из Пагоды Хунцзюнь, всегда будет чувствоваться, словно его!

Однако надвигающегося импульса, который проявил этот таинственный Мастер, было достаточно для Третьего Старейшины и других, чтобы определить, что этот человек был в высшей степени взбешен в настоящий момент.

Более того, разрушающий землю импульс, проявляемый этим таинственным Мастером, был намного сильнее, чем любой из Восьми Великих Мастеров был способен показать!

Трое были ещё более напуганы, чем раньше, когда они мысленно сравнили силу этого человека с силой своего хозяина, Хан Фэн Сю и обнаружили, что даже публично принятый Третий сильнейший человек, живущий в этом мире, будет не более чем простой муравей перед этим человеком, и в лучшем случае просто будет считаться, как сильный новичок, и больше ничего!

Три эксперта сразу же потеряли смелость, чтобы противостоять этому человеку, поскольку это осознание осенило их, в то время как лицо Шестого Старейшины исказилось страхом.

Я боюсь, что такой высокий уровень культивирования уже недоступен людям. Я просто ягненок, ждущий, чтобы его зарезали?

Человек в черном холодно уставился на четырёх человек, которые стояли перед ним, и медленно приближался, шаг за шагом.

Но отсутствие тишины этих шагов заставило Третьего и остальных удивиться ещё больше, чем раньше!

Учитывая его уровень культивирования, этот человек должен быть достаточно сильным, чтобы пересекать воды, горы и парить над облаками в тишине, но вместо этого его шаги слышны... это означает, что его гнев, должно быть, уже достиг пределов, когда он едва может контролировать себя!

Кажется, что четверо из нас вряд ли уйдут живыми!

- Вы все принадлежите к Городу Серебряной Метели? – спросил человек в черной маске, сложив руки за спиной, его голос звучал очень ярко, ясно и был лишён каких-либо эмоций.

- Кто... я могу попросить сэра представиться? – Третий Старейшина встал совершенно прямо, почтительно задал этот вопрос, сложив руки. Выказать уважение другому человеку никогда не приносит никакого вреда; во всяком случае, действительно нельзя было обвинить Третьего в том, что он слишком уважительно относился к кому-то, а сейчас любая любезность будет считаться необходимой, когда они столкнулись с человеком такой силы.

- Ох... – голос замаскированного черноволосого человека был полностью лишен каких-либо следов гнева или радости, и, скорее, казалось, что он просто проснулся от долгого сна. - Я просто подумал вот о чём: я видел Мастеров Старого Города Серебряной Метели в течение нескольких поколений, начиная с того времени, когда Хан Фэн Сю был на побегушках у Мастеров Города Серебряной Метели. Так или иначе, это время давно прошло, но всё же... Я никогда не думал, что Город так падёт с того момента! Это просто невезение? Или богатство и власть действительно не живут более трех поколений? – он покачал головой, как будто ему было очень жаль, а потом вздохнул, сказав:

- Грустно, очень грустно!

- Поскольку Мастер и наш Город – старые друзья, тогда мы действительно не чужие друг другу... – несмотря на то, что Третий Старейшина вежливо ответил, его разум уже думал в другом направлении: что он имел в виду «у предыдущих Мастеров города?». Он знал наше второе поколение Мастеров? Или первое? Боже, тогда возраст этого человека, возможно, уже превысил более двух столетий...

- Небольшое наказание вам необходимо, поскольку молодые люди ворвались на мою территорию и нарушили мою тренировку; и что касается вас, Старейшины, вместо того, чтобы преподавать манеры вашим потомкам, вы позволяете им действовать так смело, как их сердце пожелает, а затем вы жаждете бессмысленных разборок? Чтобы другие разбирали за вами хлам? Разве это то, что Город Серебряной Метели передавал своим поколениям? – голос «черного» человека постепенно становился более суровым.

Сердца Третьего Старейшины и других начали барабанить от страха, а Маленькая Принцесса едва не напрудила в штаны. Ей было очень странно. Этот жуткий человек, который раньше бегал обнажённым, теперь изображал себя очень уважаемым членом общества и фактически поучал Старейшин, как нашкодивших школьников...

Неужели это тот самый человек? В то время все его тело было покрыто грязью, но я всё ещё чувствую, что в нём огромная сила... но если это тот же человек, то почему теперь такой большой контраст? Это просто потому, что сейчас он носит одежду?

Человек в чёрной маске ничего не говорил, но казалось, что он только сердится всё больше. Наконец, он заговорил:

- Я слышал, что вы отслеживаете меня? И что вы хотите получить от меня, месть? Поэтому я решил прийти сюда добровольно, чтобы дать вам такую возможность!

- Ха-ха, пожалуйста, простите нас; наши молодые люди не знали обо всей ситуации. Мы хорошо поняли этот вопрос, и будем учить их, но, поскольку они являются Старейшинами, мы всё ещё не можем полностью игнорировать это... Более того, Мастер нашего старого Города поручил нам эту задачу, прежде чем мы покинули город... Я прошу Мастера игнорировать этот вопрос, если они вас обидели, – Третий Старейшина улыбнулся, объясняя ситуацию и не отрицая ничего.

Родителям не разрешается даже задавать вопросы, если их детей избили и издевались над ними? Даже если родители полностью осознают ситуацию, им всё же должно быть позволено обсудить этот вопрос!

Третьего Старейшину можно назвать истинным мастером словоплетения; даже несмотря на то, что он очень уважал его ответ, он не оставил никаких слабых мест в своих аргументах для человека в чёрной маске.

- Это так? Если это так, то я не буду об этом думать. Однако вы отправились в семью Цзюнь, чтобы расследовать мою личность! И поскольку вы оскорбили семью Цзюнь в процессе, разве я получился виновником всего этого? Кроме того, достойный эксперт Духа Суань на самом деле напал на маленького ребёнка?!

Человек в чёрной маске становился ещё более разъярённым и вскоре перевёл взгляд на Шестого Старейшину:

- Опытный эксперт Духа Суань на самом деле навредил маленькому ребёнку! Это хороший способ продемонстрировать свою силу, да?! Боюсь, я нахожу таких людей чрезмерно жалкими и злыми!

- Сэр, я боюсь, что ваши слова очень субъективны по своей природе, так как Семья Цзюнь и Город Серебряной Метели оба имеют свои старые обиды друг на друга, которые очень глубоко укоренились в наших сознаниях. Поскольку этот вопрос трудно объяснить словами, я прошу, чтобы Мастер не вмешивался, поскольку это может нанести ущерб его имени...

Шестой Старейшина до сих пор не смог оправиться от унижения со стороны Одинокого Сокола, и всё ещё чувствовал жуткий стыд. Затем, вскоре после ухода из резиденции Цзюнь, он, к сожалению, попался безрадостному Мастеру, который тоже появился, чтобы подвергнуть сомнению его действия.

Шестой Старейшина был почти на краю взрыва!

Шестой Старейшина думал, что все плохие вещи под этим небом на сегодня кончились... Да сколько хорошего мне нужно сделать, что бы выбраться из этого? Одно унижение за другим... того Старика уже было достаточно...

- Я действительно не могу больше этого терпеть! Я не буду терпеть всё, что выходит из твоего рта, даже если ты достаточно силён, чтобы убить меня по своей прихоти и фантазии! Ты думаешь, что я был неправ? Ну, я же думаю, что это ты не прав!

- Ты пытаешься сказать, что я придираюсь? – глаза за чёрной маской внезапно стали очень серьезным, и затем его тело просто исчезло в воздухе с внезапной вспышкой, словно там никогда никого не было.

Человек, который стоял перед их глазами всего лишь мгновение назад, теперь просто исчез; было недостаточно сказать, что они никогда не думали, что это возможно, потому что это было то, о чём они даже не слышали даже в легендах!

Третий Старейшина был первым, кто отреагировал, поскольку его уровень культивирования был самым высоким в его компании. Однако в этот раз не осталось другого выбора, и он крикнул изо всех своих сил:

- Пощады, сэр!

Глава 227. Игра на публику

Третий Старейшина чувствовал себя крайне обиженным действиями Шестого, так как им было невозможно даже защитить себя, когда они столкнулись с силой этого Таинственного Мастера, до такой степени, что им даже не удастся отомстить в будущем!

Хлоп! Хлоп!

Прозвучали два довольно неожиданных звука, а этот человек в чёрной маске снова появился на своём прежнем месте. Казалось, что вокруг не было никаких изменений... кроме двух отпечатков ладоней на обеих щеках Шестого Старейшины!

Для человека статуса Шестого Старейшины и эксперта Суань Духа такое оскорбление было гораздо более страшным, чем любые физические травмы!

Никто не видел, как двинулся этот Таинственный Непревзойденный Мастер, и они не могли видеть технику, которую он использовал, когда дал пощёчины Шестому Старейшине! Казалось, что всё произошло из воздуха, так же, как и появление этого Таинственного Человека!

Четверо из них могли использовать только одно слово, чтобы описать весь этот инцидент – Чудо!

Несмотря на то, что Шестой не был серьёзно ранен, он не мог не найти этот инцидент очень неудобным, так как он был экспертом Суань Духа в конце концов! Оставленный без другого варианта, он, молча, смотрел на этого странного человека в чёрной маске тёмными, широко раскрытыми глазами! В то время, когда Одинокий Сокол атаковал его, у него было хотя бы время, чтобы отреагировать, хотя он и не мог уклониться от него. Однако Шестой Старейшина даже не мог двинуться в ответ на эти две пощечины!

Что ещё этот человек собирается делать?

Однако человек в чёрной маске, казалось, уже всё сделал.

- Я сделал это лишь с намерением дать тебе понять, что ты не должен беспокоить меня снова, выпуская свой гнев на других! Я не прощу тебе, молодой человек, если ты снова пойдёшь по чужим домам, и снова будешь осквернять моё имя!

Голос его казался безразличным:

- Я только попытался преподать тебе небольшой урок, так как ты уже очень серьёзно ранен! Эти две пощечины были сделаны с глубоким смыслом: в этом мире есть много людей, которых даже специалист Суань Духа не может позволить себе спровоцировать! Это знание позволит тебе сохранить свою жизнь в один прекрасный день! Я столько говорю ради тебя, потому что я знаком с Городом Серебряной Метели издавна!

Слушая, как он заявляет что-то вроде «Я делаю это только ради твоей же пользы» в качестве объяснения, Шестой Старейшина едва сошёл с ума от гнева.

Эти пощёчины не могли быть смертельными, но были унизительными. Для обычного человека было явно не страшно получить такое от гораздо более могущественного человека, чем он сам. Тем не менее, Шестой Старейшина остался очень возмущённым этим.

Не только потому, что он был оскорблен, но и потому, что все это казалось слишком знакомым!

Раньше он говорил что-то очень похожее после нападения на Цзюнь Мосе в резиденции Цзюнь, преподав ему «урок». Теперь с ним случилось что-то очень похожее! Даже боги потеряли бы рассудок перед лицом такой иронии...

Одно это предложение внезапно вызвало множество мыслей в голове Му Сю Тонга: этот Мастер был явно отправлен сюда Цзюнь Мосе и Семьёй Цзюнь, чтобы они могли выразить свой гнев, иначе он не сказал бы этих слов. Внезапно он перестал беспокоиться о своей жизни...

В конце концов, имея силу эксперта Суань Неба, он прекрасно понимал, что убить обычного человека, даже случайно, было довольно легко для него, и поэтому он мог понять, насколько легко было бы человеку такого уровня...

Однако если этот Таинственный Учитель является другом семьи Цзюнь, Вуй мог получить много преимуществ с помощью этого человека!

Однако сегодня стало для Шестого Старейшины ужасным днем. Во-первых, его издевательство над Цзюнь Вуем было возвращено ему в виде серьёзных ран от Одинокого Сокола, а затем урок, который он преподал Цзюнь Мосе с помощью его тиранической силы, был возвращен ему этим Таинственным Мастером в форме двух пощёчин. Более того, Шестой Старейшина был вынужден оставить всё как есть даже после того, как столкнулся с двумя самыми большими оскорблениями в его жизни... Любой мог сказать, что держать себя под контролем в этот момент, очевидно, было непростой задачей.

- Шестой брат! – Третий Старейшина воскликнул и поспешно бросился к Шестому, активируя свою Суань Ци. Он тут же ударил что-то, что Шестой Старейшина носил на груди под одеждой, и вдруг из груди Шестого Старейшины появился яркий белый свет, окутавший его тело.

Третий Старейшина вздохнул, увидев это, и снова встал ровно. Он понял, что кровь Шестого и его Ци начали разряжаться из-за его гнева, что делало положение очень и очень критичным!

Если бы не это своевременное спасательное мероприятие, то Шестой Старейшина, вероятно, умер бы, прежде чем его вернули в Великолепный Зал Драгоценностей. Поэтому он немедленно взял ситуацию в свои руки!

Это был беспрецедентный случай, когда эксперт Суань Духа едва не помер от его собственного гнева!

- Он не может умереть! – глаза за чёрной маской вспыхнули, глядя на безмятежный белый, туманный свет, окружающий тело Шестого, после чего холодно заявил. - Это – так называемое «возмездие по закону небес». Мы всегда должны готовиться к оскорблениям от других людей, когда сами оскорбляем кого-то! Здесь нет смысла обсуждать это, потому что вы не ровня мне, но ваши эксперты из Города Серебряной Метели всегда сумеют найти меня в поисках новых проблем, если кто-то не согласен с моими действиями! Никто не может позволить себе бродить по своей прихоти, будто они благословенны делать что угодно. Каждый должен платить по счетам!

- Я не знаю, что будет, так как это могут решить только Великие Старейшины Города Серебряной Метели... – Третий Старейшина медленно встал, и чувство негодования наполнило его глаза. - Но всё же я бы просил вас назвать мне своё имя, чтобы я мог дать правильное объяснение этих событий Городу Серебряной Метели!

- Объяснение? Ты действительно веришь, что сможешь уйти с этого места, если я не избавлюсь от своего гнева? – рассмеялся человек в чёрной маске, а затем его тело внезапно начало исчезать, растворяясь в воздухе. Он на мгновение появился перед Шестым Старейшиной, схватил что-то, а затем скрылся в воздухе, как туман...

Но из этой иллюзорной фигуры раздался голос:

- Вернитесь назад и спросите Хана Фэн Сюэ, какое удовольствие он получит от разрыва пары влюблённых и разрушения счастья своей внучки? Ха-ха...

Звук смеха постепенно рассеялся без следа вместе с телом этого таинственного человека, когда занавесь ночи внезапно спустилась на небо. Казалось, что этот человек в маске забрал последние лучи яркости из этого мира вместе с собой.

- Сэр, пожалуйста, оставьте Пополняющий Душу Нефрит Семье Сяо!», – крикнул Третий Старейшина, но не услышал ничего, кроме эха в ответ, так как этот человек в черной маске уже растворился между небом и землей...

Предмет, который этот человек в чёрной маске снял с шеи Шестого Старейшины, был кулон из нефрита! Более того – это сокровище было настолько ценным, что только ещё двое во всём Городе Серебряной Метели имели этот предмет! Кроме того, когда дело дошло до семьи Сяо, этот предмет был гораздо дороже, чем их собственные жизни!

Предки семьи Сяо когда-то нашли теплый и странный кусок нефрита в заснеженных горах. При ношении на теле этот нефритовый фрагмент лечил любые раны, защищал тело носителя от вреда. Никто не знал о происхождении или тайне этого куска нефрита!

Этот кусок нефрита был затем разрезан на три части, и только самые талантливые члены семьи Сяо, считалось, имели право носить его; Шестой Старейшина, Сяо Фэн Ву, как единственный наследник Семьи и последний сейчас носила Младшая Принцесса Хан Янь Мэн, так как жизнь этих двух молодых людей просто не могла быть подвергнута риску!

Тем не менее, никто никогда и не думал, что этот амулет из нефрита можно будет снять прямо перед тем, как он получит возможность выполнить свою функцию!

Более того, кто бы мог подумать, что такой сильный, благородный и непревзойденный человек на самом деле прибегнет к краже ценностей, как обычный преступник...

Это низко! Я никогда не видел, чтобы такой способный человек говорил о себе с таким величием, а затем продолжал действовать таким презренным образом.

- Этот человек просто слишком презренный! – Третий старейшина отчаянно сплюнул: такой квалифицированный эксперт ворует...

Однако он совершенно не осознавал, что этот «Непревзойденный таинственный мастер» никогда бы не украл этот нефритовый амулет, если бы знал о настроении, связанном с ним. Как бы он ни сердился, Цзюнь Мосе никогда не подвергся бы такой опасности, если бы знал, что его действия будут окутаны угрозой возмездия...

Потому что этот так называемый «Непревзойденный таинственный мастер» был бы разоблачён, если бы хоть кто-нибудь из этих трёх человек попытался помешать ему, что явно вынудило бы его бежать далеко, поджав хвост...

Третий Старейшина, однако, внезапно оказался в полной прострации.

Во всяком случае, он всё ещё был частью Города Серебряной Метели, являлся членом их высокого класса, и, более того, Старейшиной.

Однако теперь оказалось, что Одинокий Сокол ясно дал знать, что он будет стоять рядом с семьей Цзюнь, и, хотя Одинокий Сокол был сложным противником, он не был непревзойдённым.

Но, кроме того, сегодня они внезапно столкнулись с таким таинственно сильным человеком, который тоже явно поддерживал семью Цзюнь. Более того, сила этого таинственного человека была просто ужасающей, достаточно ужасающей, чтобы оттолкнуть Третьего Старейшину. Не нужно было говорить ничего другого, только способ, которым он напал на Шестого Старейшину, был достаточным, чтобы поразить всех, потому что это было просто вне самых смелых мифов!

Семья Цзюнь была очень слабой раньше, но теперь нельзя пренебрегать тем, что у них есть два таких сильных союзника. Более того, замысловатые отношения между семьей Цзюнь и Городом Серебряной Метели будут головной болью!

Я твердо верю, что Семья Сяо никогда не встанет против Семьи Цзюнь! Они просто жили, потому что чувствовали, что Семья Цзюнь слишком слаба и, следовательно, недостойна их. Кроме того, две сильные фракции Города Серебряной Метели стоят лицом к лицу с противоположными взглядами на это; и из-за этого гармония внутренних фракций Города была нарушена впервые после сотен лет беспрепятственного сотрудничества, которое, очевидно, добавило топлива в огонь этой ситуации!

Теперь, когда Семья Цзюнь внезапно улучшила свое положение, Семья Сяо приложит все усилия, чтобы уничтожить их! На самом деле даже окончательное решение Великих Старейшин не может быть сдержано чем-либо.

Как бы то ни было, было бы довольно хлопотно, если бы Великие Старейшины действовали опрометчиво и спровоцировали Одинокого Сокола, но я боюсь, что они могут в конечном итоге спровоцировать силу, которой они просто не смогут сопротивляться…

Более того, из этого поведения Таинственного Мастера, похоже, он готов делать свои дела и втёмную, как убийца или вор... с такими людьми всегда было очень трудно справиться; и если такой бесстыдный человек был оснащён такими навыками и силой...

Он мог бы стать головной болью сверх меры.

Третий Старейшина глубоко вздохнул, отягощенный беспокойством.

Глава 228. Преобразование банды Цзинь Янь

С другой стороны, мысли Му Сю Тонга и Маленькой Принцессы поменялись довольно значительно: они оба были вполне довольны Хан Янь Яо и Цзюнь Вуем. Эти двое влюблённых были разделены почти десять лет назад, вынуждены были переносить всевозможные горькие трудности... но теперь, когда они получат поддержку от двух таких сильных людей, они, наконец, смогут собрать куски прошлого и начать все заново! Это такой счастливый момент!

Первое, что сделал Третий старейшина после возвращения в Великолепный Зал Драгоценностей – написал длинное подробное письмо, объясняющее события, произошедшие за эти последние несколько дней. Его письмо было в основном сосредоточено на его личных взглядах на участие Одинокого Сокола, а также «таинственного и непревзойденного Мастера». Он привязал свиток к орлу после того, как он записал двенадцатистраничный отчет, в основном состоящий из его взглядов и мнений, а затем стоял один на крыше Великолепного Зала Драгоценностей, спокойно наблюдая за тёмным пепельным небом; он вздохнул, так как предвидел шторм, идущий на их пути!

Я не знаю, сколько людей будет отправлено на смерть после того, как они попадут в эту бурю!

Особенно сейчас, когда «Пополняющий Душу Нефрит» Семьи Сяо отняли! Это был предмет, который они просто не могли потерять! И теперь они пойдут на всё, чтобы вернуть его!

Однако этот нефритовый амулет теперь попал в руки таинственного человека в черной маске!

Итак, как они заберут его? Даже если объединённая сила всех экспертов в Городе Серебряной Метели и была способна вернуть его, мало кто выживет в этой битве! Мы закончим тем, что сожжём и нефрит, и обычный камень...

Еще два почтовых орла, каждый из которых нёс письмо, были отправлены в небо Города Серебряной Метели. Эти письма содержали сообщения от Му Сю Тонга и Младшей принцессы, Хан Янь Мэн, одному и тому же человеку: Хан Янь Яо.

Эта бедная женщина растратила свою молодость, так что однажды она могла стать невесткой семьи Цзюнь: я даже не представляю, как много радости эта новость о ее возлюбленном принесёт в её сердце...

- Что?! – шаги Сяо Хана заглушал его сердитый рёв. - Травмы Цзюнь Вуя излечены? Как это возможно? Как он выздоровел? Бред какой то! Я не позволю этому случиться!

Третий старейшина закрыл глаза:

- Всё это произошло из-за тебя, Сяо Хан! Что ещё ты собираешься делать сейчас?

Когда тьма ночи начала обволакивать небо, главари банды Цзинь Янь быстро пробивались к штаб-квартире банды.

Главы банды Цзинь Янь, известные как «Иллюминаты Цзинь Янь», могли быть вызваны только по приказу лидера банды. Цель такого призыва заключалась не только в том, чтобы помочь лидеру банды, но на самом деле означала, что банда столкнулась с такой критической ситуацией, как жизнь или смерть. Это был первый случай, когда был сделан такой вызов, на самом деле этот призыв даже не был сделан, когда банда столкнулась с Одиноким Соколом.

Цзинь Фэнли воздержался от выдачи этого приказа в то время просто потому, что сила этого Старика была слишком ужасающей для его «лидеров», чтобы справиться с ним, и настолько, что приведя их, не изменило бы результат ни на йоту, и, следовательно, он счел более подходящим просто найти своего старшего брата, брата Хай; эта ситуация, однако, была совершенно иной...

Человек в синей одежде стоял на вершине сцены, сложив руки за спиной; он был таким же спокойным, как и океан, но его сила была такой же высокой, как горы, когда он стоял там, олицетворяя терпение бесконечного океана, похоже, ожидая, что Иллюминаты Цзинь Янь прибудут. Цзинь Фэнли, лидер банды Цзинь Янь, сидел рядом с очень торжественным и серьёзным выражением на лице. Он чувствовал, что отношение его старшего брата и благодетелей резко изменилось с момента его возвращения.

Он полон... агрессии! Кажется, что желание обгоняет его!

Это совсем другое, по сравнению с его предыдущим отношением «безразличным к обычаям мира»...

Возможно, именно поэтому брат Хай и попросил контроля над бандой Цзинь Янь!

И что ещё более странно – так это то, что он на самом деле созвал Иллюминатов...

Цзинь Фэнли поднялся с мрачным выражением на лице, увидев, что около сорока двух человек вошли в главный зал, один за другим, и махнул ладонью толпе, которая внезапно успокоилась и подняла взгляды на него в ожидании его выступления.

- Сегодня центральная власть созвала вас, чтобы все братья смогли стать свидетелями объявления этого крупного события! – холодные и острые глаза Цзинь Фэнли медленно обвели лица каждого присутствующего. - С сегодняшнего дня мы, банда Цзинь Янь, не только приветствуем нашего нового лидера банды, брата Хай, но и сделаем наш первый шаг в объединении фракций преступного мира в столице. Мы все знаем Брата Хай, Хай Чэнь Фэна, и, следовательно, я не чувствую необходимости представлять его. Мы с братом Хай никогда не отличались по силе, вплоть до того момента, когда его статус в банде Цзинь Янь не превзошёл мой собственный, но с сегодняшнего дня Брат Хай возьмет на себя командование и займёт должность лидера банды! С этого момента он станет управляющей властью!

Внезапное молчание последовало за этим объявлением.

Цзинь Фэнли спокойно подождал некоторое время после объявления, а затем медленно спросил:

- Есть ли кто-нибудь, кто так не думает?

Руки Хай Чэнь Фэна всё ещё лежали за спиной, а его глаза постоянно осматривали людей впереди: эти люди должны быть ядром банды Цзинь Янь... и теперь все они превратились в камень...

- У меня есть вопрос! – из толпы вышел большой и грустный человек. - Я не понимаю, почему старший брат принимает такое решение? Военные способности Брата Хая уникальны и, естественно, мы все восхищаемся ими, но может ли гость банды занять позицию столь требовательную, как лидер банды? Для чего мы имеем эту передачу контроля? Я не знаю, как это выразить словами, но брат Хай всегда был словно бы отделён от банды, однако его статус в банде всегда был очень уважаемым, поскольку он всегда помогал лидеру извне... но почему вы хотите, чтобы он взял на себя контроль?

- Все главные силы столицы собирают своих экспертов, и можно сказать, что всех нас ждет буря: большие Семьи, похоже, делают свои шаги, и даже нас подвели возможности союза с семьей Му Жун, семьей Ли и семьей Сонг... как долго, вы думаете, мы сможем провести вас через эту бурю? Несмотря на то, что банда Цзинь Янь нагло называет себя «неприкасаемой», мы не являемся таковыми перед этими основными Семьями, поскольку они способны уничтожить всю банду Цзинь Янь до восхода завтрашнего солнца... что мне делать, когда столкнёмся с таким будущим?

Цзинь Фэнли вздохнул:

- Мы неприкасаемы, но некоторые люди провоцируют нас! Брат Хай возьмет на себя тяжелую ответственность за то, чтобы привести нас к тому, чего у нас нет в настоящее время. Нам не нужно объединяться ни с одной из основных Семей, нам не нужно становиться их охотничьими собаками, и всё же мы можем продолжать выживать. Возможно, я и держал бразды правления бандой Цзинь Янь, однако брат Хай был истинным лидером всё это время, хотя он и был просто «гостем». Но, поскольку такое несправедливо и незаслуженно, я решил отступить и передать ему власть. Теперь вы понимаете?

Губы этого грустного человека долго шевелились, но он, в конце концов, отступил на свое место, не произнося ни слова.

- У меня тоже есть вопрос! – худющий человек вышел из толпы, оттолкнув другого. - Сила банды в столице всегда зависела от наших коллективных сил, а не от силы нескольких человек в одиночку. Если банда Цзинь Янь не будет снова зависеть от силы, то мы не сможем выжить долго, несмотря на нашу нынешнюю силу; на самом деле, мы не можем даже гарантировать наше выживание в течение дня или двух! Поэтому, почему бы нам просто не выбрать сильную Семью, и пока мы будем союзниками с ними, сохранять наши основные интересы как можно более унифицированными, чтобы мы не становились полностью зависимыми от них? И таким образом, у всех нас будет сильный покровитель, и мы также сможем помогать друг другу в нужное время; братья, пожалуйста, скажите мне, какая идея лучше? Почему мы должны упорно защищать нашу маленькую базу против таких тяжёлых ударов напрасно?

- Итак, какая из них самая мощная и подходящая, по твоему мнению? – руки Хай Чэнь Фэна по-прежнему лежали за его спиной.

- Му Жун и семья Ли подойдут нам лучше всего, по моему скромному мнению! Только я не могу сказать то же самое о борьбе за выживание, поскольку это было бы очень неразумным движением! – громко сказал худой человек.

Синяя фигура вдруг обернулась и рванула вперёд. Его движение напоминало внезапный всплеск океанских волн.

БАБАХ!

Худой человек получил удар ладонью Хай Чэнь Фэна, и его тело полетело назад; его тело даже не приземлилось на землю, но дыхание его остановилось моментально.

Он ещё не упал на землю, но уже был мёртв.

- Человек, рожденный между небом и землей, на самом деле полагающийся на других для своего выживания, то же самое, что мёртвый! – Хай Чэнь Фэн внезапно обернулся и посмотрел на толпу. - Если вы живете в страхе – вы не заслуживаете того, чтобы быть частью моей банды! Если вы тайно принимаете помощь от других, вы не заслуживаете того, чтобы стоять здесь! Теперь скажите мне, у кого ещё есть мнение?

- Мы будем готовы жить и умереть вместе, чтобы мы могли создать благоприятную атмосферу для всех братьев банды Цзинь Янь - это путь вперёд! – холодные глаза Хай Чэнь Фэна оглядывали толпу. - С этого момента я – новый лидер банды Цзинь Янь! У всех есть один день, чтобы обдумать это, прежде чем вернуться ко мне! Если вы останетесь – вы делаете то, что я говорю! Банда Цзинь Янь завтра отправится в новое путешествие! И никто не будет против этого!

Любой, кто нарушит правила, умрёт!

Хай Чэнь Фэн наконец-то, показал свою агрессию и силу! В тот момент, когда худой человек возразил против приказов Хай Чэнь Фэна, он автоматически пошёл против его приказа, даже если он ещё не принял никакой помощи от других Семей! Кровавые средства всегда были необходимы для изменения структуры власти!

Все разошлись, когда занавес ночи опустился на город Тянсян: все они трепетали от страха после того, как стали свидетелями ужасающей демонстрации власти.

Хай Чэнь Фэн окончательно взял на себя контроль над бандой Цзинь Янь! Следующим шагом, очевидно, будет расширение его охвата!

Хай Чэнь Фэн, наконец, сделал свой первый шаг: первый шаг, необходимый для того, чтобы выполнить требование Цзюня Мосе - объединить подпольные силы столицы!

Однако это было только начало!

Фонари уже горели к тому моменту, когда Цзюнь Мосе вернулся в резиденцию Цзюнь.

Молодой мастер Цзюнь был в приподнятом настроении на всем протяжении пути, так как ему удалось не только преуспеть в ответе Шестому Старейшине, но и завладеть мистическим кулоном из нефрита! Тем не менее, истинные способности этого кулона ещё не были изучены.

Тем не менее, Пагода Хунцзюнь была очень активной с тех пор, как появился этот нефритовый кулон, что заставило Цзюнь Мосе поверить, что это не обычный кусочек нефрита.

Он мог невнятно ощущать, что этот нефритовый кусочек не был даже нефритом на самом деле, а был совершенно неизвестным.

По достижении резиденции Цзюнь, Цзюнь Мосе был проинформирован о том, что его вызывали во двор Цзюнь Вуя Одиноким Соколом, который ждал его прибытия в кабинете Цзюнь Вуя. Что этот старый полудурок хочет? Это выглядит не очень хорошо... никто в доме, похоже, не хочет беспокоить его в данный момент...

- Ты, чёрт возьми, малыш! Наконец-то, ты вернулся! Ты причинил мне много неприятностей! – Одинокий Сокол вскочил, схватил Цзюнь Мосе за плечо и провёл его прямо в кабинет.

Глава 229. Ты использовал меня как пушечное мясо!

Одинокий Сокол орал, брызгая слюной, едва ли не на лицо Цзюнь Мосе:

- Чёрт возьми, мальчик, ты обманул меня, чтобы я остался в резиденции Цзюнь! Даже когда там уже была такая огромная ловушка, скрытая внутри? Город Серебряной Метели, а теперь ещё и поместье Сюэху... ты, маленький ублюдок, ты действительно думаешь, что мои старые и усталые кости могут так много выдержать? Почему ты не сообщил мне об этом раньше?

- Сообщить раньше? – молодой мастер Цзюнь моргнул. - Ты бы давно свалил в Прайри, если бы я сказал тебе об этом раньше... ты бы на самом деле остался здесь, а? Ты думаешь, что я такой тупой?

- Ты... – Одинокий Сокол казался крайне мрачным. - Да, а, ты определенно не глупый, малой; на самом деле, ты очень проницательный, но я тоже не дурак!

Одинокий Сокол был бы обязан уйти после взвешивания ситуации, когда он узнал обо всех этих проблемах, если бы в тот день он не увидел технику «Формы Орла» Цзюнь Мосе. Однако он просто не хотел отступать сейчас, несмотря на то, что он столкнулся с двумя такими могущественными врагами, так как он был свидетелем техники, которую он мог бы назвать только «лучшей в мире»!

Как я могу рассматривать такую возможность как шутку? Не говоря уже о том, что этого ребёнка поддерживает несравненный Мастер!

Хотя он ясно говорит правду, мое сердце всё ещё не устраивает это. Моё сердце не может быть в покое, пока он продолжает держать всю эту ситуацию в своих руках... потому что он слишком хитрый! И хотя преимущества потрясающие, но...

Вопиющая манера, в которой этот маленький дьявол говорит, действительно вызывает у меня крайнюю злость!

- Понимаю. Парень, когда твой учитель будет здесь? Я хочу обсудить с ним поместье Сюэху и тему Города Серебряной Метели.

В случае, если Одинокий Сокол будет уверен в поддержке Таинственного Мастера, он забудет и про Город Серебряной Метели и угрозу поместья Сюэху...

- Мой учитель? – Цзюнь Мосе снова начал мигать. - Этот Старик занят блужданием по всему миру, его местонахождение никогда нельзя знать точно… Он – дракон, чья голова и хвост просто невозможно найти, поэтому я даже не знаю, когда он придёт, но он всегда находит меня, как только я заканчиваю свои ранее назначенные задания!

- Как ты думаешь, я смогу сражаться в этой битве в одиночку? – Одинокий Сокол внезапно посмотрел на него, дрожа от страха с ног до головы.

- Почему ты говоришь «в одиночку»? – глаза Цзюнь Мосе широко распахнулись.

Голос Одинокого Сокола был полностью упавшим:

- А кто ещё есть? Не то, чтобы твои дед и дядя были слабы, но их силы недостаточно, чтобы вмешиваться в битву такого масштаба. Так что, если твоего Учителя здесь нет, то кто ещё?

- Что ты пытаешься сказать? Ты хочешь сказать, что меня здесь нет? – Цзюнь Мосе ткнул пальцем в свою грудь, похоже, не желая расставаться со своими обязанностями. - Я буду сражаться рядом с тобой!

- Парень! Ты путаешь выстрел с пердежом! – Одинокий Сокол засмеялся. - Даже пердёж шумит, но убьёт вряд ли! Ты умрешь, как только кто-то ударит тебе в рожу! Город Серебряной Метели и поместье Сюэху, каждое из них имеет десятки экспертов Суань Духа в своих рядах. А мои две руки могут иметь дело только с двумя придурками за раз, что означает, что я смогу блокировать только четырёх или пятерых таких экспертов в любой момент, а что касается остальных… как ты защитишь свою Семью Цзюнь от остальных, а?

- Ну, просто сделаю всё возможное! – ответил Цзюнь Мосе, серьёзно взглянув на него.

- Я... чёрт возьми, парень! – Одинокий Сокол больше не мог держать себя в руках и начал ругаться в результате.

- Зачем мои усилия, если у тебя нет сил? Ты действительно ублюдок, как никто другой! – Одинокий Сокол был почти готов развернуться и уйти.

- Не волнуйся, лодка пойдет прямо с течением. А когда она достигнет пирса, и мы доберёмся до горы, будет путь вперёд, – Цзюнь Мосе попытался успокоить мужчину. - Так что заставляет тебя так беспокоиться?

- А что, если эта дорога не идёт прямо вперед? Что тогда, а? – Одинокий Сокол открыл глаза так широко, что казалось, они просто вывалятся. Я никогда не встречал такого бесполезного человека раньше!

- Тогда он будет раздавлен! – слова молодого мастера Цзюн ничуть не помогли в том, чтобы успокоить Одинокого Сокола.

- Ты бесстыдно говоришь, что он будет раздавлен? – Одинокий Сокол смотрел назад: нет смысла спорить с ним... он похож на ту ленивую собаку, которая просто не понимает, что проглотить ежа будет очень больно...

- Я уверен, что он не будет раздавлен. А что с тобой? – Цзюнь Мосе ткнул пальцем в сторону Сокола. - Не будем забывать, что ты – один из Восьми Великих Мастеров, поэтому, даже если небо падёт, ты всё равно сможешь легко поднять его. И я считаю, что до тех пор, пока у тебя хватит смелости принять удар, ты сможешь легко нанести им сокрушительное поражение. Даже если ты потерпишь неудачу, ты, по крайней мере, способен сжечь и нефрит, и обычный камень… Ты можешь легко сломать им половину костей, и тогда я смогу легко воспользоваться этой ситуацией, не так ли?

Одинокий Сокол внезапно оказался, словно связан!

Он понял: доверять этому ребенку было огромной ошибкой!

Этот ребенок фактически планировал использовать меня в качестве пушечного мяса, чтобы он мог ловить рыбу в беспокойных водах чуть позже...

Как может такой презренный человек действительно существовать в этом мире? Он же...

Он действительно открыл мне глаза сегодня!

- Малыш, ты же знаешь Город Серебряной Метели?» – Одинокий Сокол встал, чтобы уйти: пребывание возле этого парня будет только усложнять жизнь! Тем не менее, он всё ещё чувствовал себя ужасно:

- У тебя есть представление о Сюэху? Ты хоть знаешь, на что они способны? Я не знаю, почему ты кричишь так громко, малыш, но тебе суждено умереть рано или поздно!

Одинокий Сокол, очевидно, хотел немедленно уйти, теперь, когда он закончил, но он знал, что Цзюнь Вуй отдыхал во дворе, закончив тренировку, и он не позволил бы ему оставить это так легко, независимо от того, как он будет настаивать на этом.

Однако он был очень недоволен этим молодым мастером.

Цзюнь Мосе не очень-то рад был видеть агрессивный взгляд на лице Одинокого Сокола и, следовательно, не разговаривал с ним надлежащим образом. Но теперь, услышав тон Одинокого Сокола, он понял, что этот человек уже знал большую часть внутренней истории. Однако, в отличие от ожиданий, молодой мастер Цзюнь не мог не чувствовать себя взволнованным, так как понял, что может использовать это в своих интересах, если ему не придётся делиться с ним большим количеством информации.

- Может быть, я этого не понимаю, но могущественный Город Серебряной Метели и поместье Сюэху та велики, что даже один из Восьми Великих Мастеров боится противостоять их высокомерию?

Молодой мастер Цзюнь величественно отвернулся, продолжая с искренним и честным выражением лица:

- Если это так, то я не буду обращать внимания на твой отъезд или что-то подобное. Однако если ты увидишь это по-моему... почему мне нужно бояться кого-либо, когда Одинокий Сокол сидит внутри моего дома? Ха-ха... вот почему я так уверен!

Одинокий Сокол вот-вот должен был уйти, когда он вдруг понял: я понимаю, почему этот ребенок, казалось, все время верил, он просто использовал меня как иллюзию; его слова имеют большой смысл... чего человеку нужно было бы бояться, если бы за ним наблюдал один из Восьми Великих Мастеров? Не удивительно...

Он просто использовал мою известность!

Однако Одинокий Сокол всё ещё был немного расстроен. Он всё время использовал мое имя, и это давало ему всю эту уверенность?.. неудивительно, что он прыгал вверх и вниз без заботы в мире, настолько, что он осмелился столкнуться с Городом Серебряной Метели и поместьем Сюэху...

Однако будет очень сложно, если он сохранит этот менталитет надолго.

Ум Одинокого Сокола перебрал все мысли, а затем он внезапно осознал, что Семья Цзюнь была очень известной. Просто потому, что он будет присматривать за ними, если Город Серебряной Метели и Поместье Сюэху придут за ними, они... даже не смогут повредить Семье Цзюнь!

Ни в коем случае, они не придут, просто потому, что моя репутация слишком громкая!

- Парень, я могу быть одним из Восьми Великих Мастеров, но это не значит, что я могу в одиночку навалять всему миру! – голос Одинокого Сокола значительно смягчился, но его глаза, похоже, были похожи на глаза ягнёнка перед закалыванием. Хотя он всё ещё был расстроен, но его тон не делал никаких попыток скрыть свою гордость, что было очевидным признаком того, что слова Цзюнь Мосе оказали на него довольно значительную роль.

- Это именно то, о чем я думал, – Цзюнь Мосе продолжал искренним и честным тоном. - Ты видишь, что, хотя Город Серебряной Метели и поместье Сюэху защищают по одному из Восьми Великих Мастеров, но я сомневаюсь, что эти двое мужчин упадут с их статуса и лично примут меры против Семьи Цзюнь... и действительно ли ты веришь, что мы не сможем справиться с остальными, пока эти двое не останутся в стороне? Особенно с тобой?

Одинокий Сокол широко раскрыл глаза, кивнул и улыбнулся, прежде чем сказал:

- Это имеет смысл. Если ты оставишь Ли Ю Тяня и Хань Фэн Сюэ, тогда их другие люди просто... мусор в моих глазах... даже их «эксперты Суань Духа» не являются исключением, потому что даже они слишком уязвимы...

Цзюнь Мосе открыл рот в надежде вернуть этого человека в реальность, но на самом деле сделал полную противоположность...

На самом деле... это время для тебя, чтобы стать высокомерным? Не будь настолько самовлюблён, это вопрос жизни и смерти; быстро вернись к реальности!

- Именно так, чего нам нужно бояться? Даже если бы они все пришли сюда вместе, они всё равно окажутся под давлением, пока ты здесь с нами! Ты – позвоночник Семьи Цзюнь, и нерушим при этом. Пока ты здесь, эта драка будет похожа на падение камня... на яйца. Ты будешь, словно молот, легко давящий простых комаров...

- Нет, нет, нет, это не так! – несмотря на то, что Одинокий Сокол был самонадеянным по своей природе, он не был достаточно высокомерным, чтобы противопоставить свою индивидуальную силу против объединённой силы Города Серебряной Метели и поместья Сюэху. - Остальную часть их силы по-прежнему нельзя недооценивать. Мне всё равно будет очень сложно справиться со всеми ими.

"Ты боишься, что тебе будет сложно? Да ты просто лентяй хренов! "

Молодой мастер Цзюнь каким-то образом сдержал рвотные позывы, и наивно улыбнулся:

- Я думаю... ты сможешь! Как и сегодня, разве они сразу не успокоились, как только ты взял ситуацию в свои руки? Разве ты не мог бы легко справиться с несколькими экспертами Суань Духа, если захочешь?

Одинокий Сокол скрестил руки за спиной и медленно шагал взад и вперёд по комнате. Но, несмотря на то, что он был очень взволнован, он всё ещё сохранял серьёзное и торжественное выражение на его лице:

- Не говори таких глупостей... ты никогда не должен недооценивать врага.

«Какая ты нафиг птица? Я думал, что ты умный и гордый Сокол, а не тупой голубь... – молодой мастер Цзюнь был полностью ошеломлен.

Я уже дал тебе пример нескольких ситуаций, когда ты просто не смог управлять ими по своему желанию, но ты всё ещё не спускаешься с пьедестала! Ты так горд... Великий Мастер, ты действительно можешь быть легендой своего поколения, но ты по-прежнему человек... Ведь если тебя ткнуть мечом – у тебя льётся кровь, да?»

- На самом деле, я кое-что не понимаю: область Неба Суань выше царства Земли Суань, а Суань Духа выше всего, то есть самый высокий уровень... но тогда почему ты сильнее, чем обычный эксперт Суань Духа, такой как Шестой Старейшина? Разве он не специалист Суань Духа, как и ты? Я действительно смущён, не говори мне, что есть ещё какие-то уровни?

Глава 230. Двенадцать уровней Духа Суань!

Цзюнь Мосе потерял свое терпение, наблюдая, как Одинокий Сокол был одержим собой, и, следовательно, грубо задал один вопрос, на который он больше всего хотел ответа.

Кажется, этот парень просто не понимает, что такое «подсказка»! Мягко намекать на вещи – это полная трата энергии, так как он просто слеп и глух... просто лучше быть попроще с ним...

- Кто вам сказал, что царство Суань Духа – это самый высокий уровень? – Одинокий Сокол дважды моргнул, глядя на Цзюнь Мосе с кислым видом. Он был занят, воображая победу над двумя самыми могущественными фракциями в мире, в одиночку, как доблестный герой, но внезапно его прервал вопрос Цзюнь Мосе, как солдат – перемирие.

- Это просто неправильно! Как Суань Духа является высшим? Это шутка!

- О... тогда... есть ли уровень выше Суань Духа? Позволь мне узнать кое-что из твоего обширного опыта и знаний! – хотя Цзюнь Мосе намеренно играл идиота, он и на самом деле ничего не знал по этой теме. - Ты говоришь мне, что Великие Мастера не являются экспертами Суань Духа? Но кто они?»

- Ты дурак! – гнев Одинокого Сокола поборол обиду, так как молодой мастер Цзюнь не оправдал его ожиданий. - Эксперт Духа Суань – это эксперт Духа Суань, а Великий Мастер – это Великий Мастер! Понял? Сила Духа Суань слишком посредственная, и поэтому твоё утверждение явно необоснованно и запутанно!

- О? – глаза Цзюнь Мосе широко распахнулись.

- Суань Ци – самая удивительная вещь в мире! – лицо Одинокого Сокола стало таким же торжественным, как у проповедника.

Цзюнь Moсе едва не заржал: «Суань Ци – самая удивительная вещь в мире? Да моё «Искусство разблокировки Небесной удачи» в тысячу раз более сильное, как бы ты это назвал?»

- Суань Ци может отсрочить старение, увеличить физическую силу, заставить людей жить дольше, двигать горы и высушивать моря, вызывать ветры и дожди... с ней ты можешь делать все, что захочешь! – глаза Одинокого Сокола были фанатичны. - Но люди используют её только как средство убийства других...

- Двигать горы и высушивать моря? Делать всё, что хочешь? – Цзюнь Мосе испытал настоящее удивление! Глаза молодого мастера Цзюнь практически выпрыгнули из орбит, а подбородок почти ударился о землю.

- Ну, может, этот Старик немного преувеличил... – Одинокий Сокол с гордостью добавил. - Но твой Учитель – самый очевидный пример: он уничтожил весь Кленовый Лес только одним мановением руки. Я считаю, что этот чудесный подвиг лишь немного показывает его истинные способности...

- О... – Цзюнь Мосе сел в уныние, и сдулся, как проколотый мячик.

Вывод, который он сделал из этого, оставил его парализованным...

- Человек с Суань Ци ниже девятого уровня – это просто муравей, хотя это предложение верное, оно не совсем верное, – Одинокий Сокол продолжил, - девятый уровень настолько низок, что он даже не сравнится с муравьями. Правильное утверждение должно быть: человек с культивированием ниже Суань Духа – это муравей!

- Это означало бы, что только горстка людей заслуживает того, чтобы их называли людьми, – Цзюнь Мосе тихо пробормотал, - остальные будут просто муравьями.

- Есть двенадцать уровней выше царства Суань Духа; нормальные люди только в самом начале; это не что иное, как шутка для кого-то такого высокого уровня! – Одинокий Сокол просто светился гордостью и высокомерием. - Двенадцать уровней Духа Суань, каждый пронзает Небеса!

- Двенадцать уровней Духа Суань, и каждый пронзает Небеса? – Цзюнь Мосе повторил это, а затем спросил, - что это значит?

- Точно так же, как уровень Суань Духа находится над Суань Неба, так и эти двенадцать уровней выше Суань Духа; продвижение каждого последующего уровня с первого на двенадцатый так же сложно, как восхождение на небеса! Более того, разрыв между каждым из этих уровней можно сравнить только с расстоянием между землёй и небом! Поэтому каждый из этих двенадцати уровней масштабируется до небес!

- Двенадцатый уровень – это настоящая сила Суань Ци в моих глазах, и только человека, ступившего на двенадцатый уровень, можно считать настоящим человеком! Разница между двенадцатым уровнем и простым Суань Духом настолько велика, что Суань Духа даже не достоин этого осознавать! На самом деле, он даже не был бы способен узнать об этом!

- Значит, ты уже прошёл несколько уровней? – спросил Цзюнь Мосе из любопытства.

- Я и старый Фэнг Хуан Юнь в настоящее время находимся на пятом уровне, что является минимальным требованием считаться Великим Мастером, – Одинокий Сокол некоторое время молчал, после чего закончил. – Пятый уровень... Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь ступить на шестой... увы...

- Пятый уровень... любой, кто находится ниже пятого уровня, не достоин звания «Великого Мастера», поскольку у таких мастеров боевого искусства действительно нет желания стать «Великими». Эксперт Суань Духа не обязательно является Великим Учителем, но Великий Учитель обязан быть Суань Духа!

Повышение до пятого уровня – это первый из огромных пробелов! На самом деле, нужно приложить огромные усилия, чтобы прорваться даже на пятый уровень, и только тогда люди смогут понять истинные способности пятого уровня; и это помогает им смутно заимствовать силу из своего окружения для собственного использования... вот что делает их «Великими мастерами»! И любой, кто находится на пятом уровне, просто не может понять силу, которую этот уровень позволяет человеку брать из своего окружения... в результате даже пиковый эксперт Суань Духа на четвёртом уровне по-прежнему остается экспертом Суань Духа! Не «Великим Мастером»!

- Итак, Юн Би Чен и Ли Ю Тянь, по-видимому, находятся на двенадцатом уровне Суань Духа? – знание этого нового мира оставило у Цзюнь Мосе ощущение, что его глаза внезапно открылись.

- Нет, это не так! – Одинокий Сокол покачал головой, но не дал никаких объяснений. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе спросил, он промолчал. После долгого молчания он, наконец, заговорил слабым голосом:

- Юн Би Чен достиг только вершины восьмого уровня...»

- Теория этих двенадцати уровней была получена из далёкой легенды, в которой говорится, что через каждые четыре уровня возникает огромный барьер между этими уровнями. Например, с четвёртого на пятый, с восьмого на девятый... например, разница между четвёртым и пятым уровнями настолько огромна, что одного этого перехода достаточно, чтобы быть названным Великим Мастером! – поскольку он уже решил рассказать об этом молодому мастеру Цзюнь, Одинокий Сокол не видел вреда в объяснении деталей, чтобы ещё больше познать и понять Цзюнь Мосе.

- Если это так, то, что выше восьмого уровня Суань Духа? И поскольку Юн Би Чен только на восьмом уровне, тот, кто первым ворвётся на девятый уровень, станет первым в мире, кто сделает это!

Молодой мастер Цзюнь упомянул это, так как он рассчитывал скорость своего вступления в царство Духа Суань: «Я должен достигнуть уровня Суань Духа примерно через три-пять лет с такой скоростью...» Естественно, он был заинтригован уровнем, который даже Восемь Великих Мастеров ещё не достигли!

- Восьмой уровень Суань Духа – это новый мир, и даже я недостаточно квалифицирован, чтобы иметь какие-либо знания об этом... только Юн Би Чен, Ли Ю Тянь и те люди из леса Тянь Фа имеют право и могут говорить о нём... то есть, конечно, учитывая твоего учителя. Уровень твоего Учителя намного выше, чем у любого из моего поколения. На самом деле – его уровень настолько велик, что даже если Юн Би Чен, может быть, и сможет его догнать, а такой человек, как я, может только мечтать об этом.

Одинокий Сокол вздохнул, встал, подошел к постели, вытащил из-за спинки кувшин с вином, открыл крышку и отпил глоток прямо из горлышка, в надежде, что объятия вина помогут опустошить его беспокойство.

- Это разделение уровней культивирования очень трудное! – Цзюнь Мосе внезапно глубоко вздохнул; разделение в силе уровней этого мира настолько странное и суровое! Если ты ещё не достиг уровня, то даже не можешь узнать о нём...

Факты до сих пор неясны, хотя двенадцать уровней достаточно хорошо разделены. Если судить по контексту, то все уровни будут выглядеть одинаково на первый взгляд... но внутренние расхождения между уровнями будут всё ещё очень большими. Поэтому в основном нижние уровни никогда не смогут понять более высокие, и даже если ситуация изменится по отношению к уровням, этот базовый факт все равно будет существовать повсеместно...

Все, что я раньше слышал от моего деда и дяди, было всего лишь слухами. Возможно, это больше, чем другие знают, но это всё равно означает, что эксперт Суань Духа никогда не сможет противостоять силе того, кто выше!

А из того, о чём только что сказал Одинокий Сокол, открылся новый мир. Итак, смогут ли Юн Би Чен и Ли Ю Тянь достичь такого? Хотя они находятся на том же уровне, что и Одинокий Сокол, но они все еще находятся на несколько уровней выше него... так что действительно неудивительно, если он ещё не знает об этом!

Но где заканчивается пик культивирования этого мира?

Долгое время Цзюнь Мосе был так потерян в своих мыслях, что полностью забыл сожалеть о своём драгоценном, стоимостью в двенадцать тысяч таэлей, кувшине вина...

- Итак, Город Серебряной Метели и поместье Сюэху... ты не знаешь, на что они способны? – Цзюнь Мосе поднял голову, его глаза сверкали.

- Единственное, что могу сказать – это то, что Семья Цзюнь и смелая, и очень удачливая! – Одинокий Сокол вздохнул, упоминание об этом вопросе снова подавило его сердце.

- Это действительно странно! Ваша семья Цзюнь – просто мирная семейка, и всё же вы так долго выжили рядом с Городом Серебряной Метели, это не что иное, как чудо.

Он снова покачал головой:

- Давай просто оставим усадьбу Сюэху и поговорим только о Городе Серебряной Метели: ты просто не должен был их провоцировать сейчас! Если бы я не знал, что за тобой стоит твой Учитель, я бы просто отшлёпал тебя по твоей наглой и тупой заднице, и свалил в закат вместо того, чтобы сопровождать тебя в этом безумии. Поскольку это практически похоже на очень изощрённое самоубийство, даже если твоё предложение очень привлекательно, я по-прежнему, ценю свою жизнь больше!

Несмотря на то, что Одиночный Сокол был достаточно щедр внешне, только он знал, какие усилия он предпринимал, чтобы сдержать свою ругань, осознавая, что он наступил в гнездо шершней...

- Действительно ли Город Серебряной Метели настолько силен? Так силён, что у нас просто нет шансов на победу? – Цзюнь Мосе нахмурился.

«Я всё ещё смущен после того, как стал свидетелем силы Третьего Старейшины Города Серебряной Метели... хотя он эксперт Суань Духа, но он просто недостаточно силён, чтобы конкурировать с Одиноким Соколом... Я просто не понимаю, почему он говорит об этом в таком серьёзном тоне, а не хвастается своим статусом?» – злой ум молодого мастера Цзюнь просто не мог понять этот расчёт.

- Третий, Шестой и Девятый Старейшины Города Серебряной Метели, естественно, не беспокоятся, но теперь проблема в том, что вы спровоцировали Семью Сяо! Это почти то же, что идти против Города Серебряной Метели! Ты понимаешь эту разницу? – Одинокий Сокол выглядел жалобно.

- Разве хозяин Города Серебряной Метели не Хан? И если это так, то почему ты говоришь, что мы идём против всего Города? – Цзюнь Мосе не понимал этого. - Не мог бы ты объяснить это подробнее?

Глава 231. История Города Серебряной Метели

- Объяснение этому... имеет много общего с историей Города Серебряной Метели... сказано, что более трёхсот лет назад существовал большой союз между бандами, известный как Верховный Альянс, который контролировал более половины этого мира. Их слава, сила и власть были непревзойдёнными, и говорят, что даже эксперты Суань Духа обходили их, видя эмблему Верховного Альянса, боясь неприятностей, которые они могли причинить.

Одинокий Сокол продолжал рассказывать медленно:

- Но однажды молодой юный мастер Верховного Альянса, Юй Лин Фэн встретил женщину, которая была столь прекрасна, что люди называли ее «Нефритовый Феникс Девяти Небосводов»; её звали Кун Ян Ло, и её считали самой красивой женщиной в мире ...

Юй Лин Фэн был очень взволнован перспективой ухаживать за ней, и, следовательно, он пытался любыми способами завоевать ее сердце, как и многие другие, но ни у кого это не получилось. Когда Кун Ян Ло в очередной раз отвергла его чувства, Юй Лин Фэну было так больно, что он приказал уничтожить всю семью Ло, вместе с Кун Ян Ло. Однако когда она была на волоске от гибели, трое мужчин внезапно появились и спасли ее, а затем, скрылись вместе с ней. Она влюбилась в старшего из трёх её спасителей, и вскоре они связали свои судьбы браком. Очень скоро эта новость дошла до ушей Юй Лин Фэна. Он нашёл этих троих и собирался убить их, но сам был убит этими тремя мужчинами в битве.

Цзюнь Мосе зевнул, не в силах ничего с собой поделать: разве рассказ Одинокого Сокола не похож на ситуацию между Гуан Квинхан и поместьем Сюэху?

- Старшего из трёх мужчин звали Хан Сяо Яо; второго брата звали Сяо Син Чен, а третьего – Чу Дуан Сян; эти трое мужчин были лучшими среди воинов молодого поколения этой эпохи и, естественно, очень талантливы в боевых искусствах! После убийства Юй Лин Фэна трое братьев, очевидно, стали врагами Верховного Мастера Верховного Альянса Ю Чжан Юна, который приказал всем под его командованием: «Выследить и убить этих четверых!»

Эти трое хорошо знали свои сильные стороны и знали, что они не смогут противостоять Высшему Альянсу в битве; вчетвером они решили уйти и исчезли, не оставив следов. Однако никто не знал, что эти четверо нашли убежище на далёкой заснеженной земле! Более того – они тайно начали создавать свои силы на вершинах этих заснеженных гор! Трое великих воинов стали предками Города Серебряной Метели, создав три семьи основателей: Семьи Хан, Сяо и Чу.

Десять лет спустя они вчетвером снова покинули гору после того, как накопили разумную силу, так как они решили уничтожить Верховный Альянс. Но к тому времени Верховный Альянс уже был в довольно щекотливой ситуации, так как общественность была в ярости от их поведения. Таким образом, когда трое воинов начали наступление на Верховный Альянс, они получили большую и неожиданную поддержку, когда некоторые из лучших экспертов мира присоединились к ним. Менее чем через три года самый мощный союз в мире был уничтожен.

Однако Ю Чжан Юн и Хан Сяо Яо столкнулись лицом к лицу во время финальной битвы. После того, как двое мужчин были измотаны, Ю Чжан Юн совершил последнюю, отчаянную атаку, которую Хан Сяо Яо просто не смог бы выдержать: видя, что происходит, Сяо Син Чен заслонил собой Хана Сяо Яо, используя свое тело в качестве щита, но сумел забрать Ю Чжан Юна с собой!

В то время культивирование Сяо Син Чена уже превзошло Хана Сяо Яо и продолжало расти не по дням! У него была красивая жена и сын, свой дом... и можно было действительно сказать, что он проживал лучшие годы своей жизни... но всё же решил умереть ради защиты своего брата!

Хан Сяо Яо был настолько огорчен смертью своего младшего брата, что он публично вынул меч и отсёк себе два пальца, обагрив кровью землю; его громовой голос потряс весь мир, когда он поклялся кровавой клятвой: до тех пор, пока стоит Город Серебряной Метели, потомки семьи Сяо никогда не погибнут! И его потомки до сих пор поддерживают его обет!

Одинокий Сокол казался немного тронутым, когда он рассказывал об этом случае жертвоприношения и братства.

Цзюнь Мо Се тяжело вздохнул. Наконец он понял смысл слов Одинокого Сокола.

Семье Цзюнь очень повезло, что она так долго выжила... очень, очень повезло!

- Несмотря на то, что семья Сяо не контролирует Город Серебряной Метели, но их мнение очень важно, когда речь идет о принятии важных решений в Городе! И никто ничего не может поделать! Более того – хозяева города с тех пор заботятся о потомках Семьи Сяо очень сильно, что их довольно разбаловало. Ты понимаешь это сейчас? Если твоя Семья пойдёт против Семьи Сяо, то она также столкнётся с Городом Серебряной Метели! На самом деле это одно и то же!

Выплюнув всю историю за один раз, Одинокий Сокол приложился к кувшину вина, прежде чем он вздохнул и сказал:

- На самом деле нельзя винить Хана Сяо Яо... Я тоже сделал бы всё, что мог для обеспечения жизни потомков такого брата!

Но из-за этого стало очень сложно защитить твою семью от Сяо! Даже я беспомощен в этом отношении. Я понятия не имею, как женщина твоего дяди так долго сдерживала их... – Одинокий Сокол долго вздыхал, прежде чем продолжить. – Но я уверен, что независимо от того, как она это сделала, шаги были чрезвычайно сложными! Жизнь этой девушки, должно быть, стала очень, очень горькой!

Одинокий Сокол наклонился к окну, закончив свою историю, и начал смотреть на темноту ночного неба: в его глаза отражалась странная, неизвестная и сложная гамма эмоций...

- Так вот что происходит! – вздохнул молодой мастер Цзюнь; в обоих его воплощениях это был первый случай, когда ум убийцы действительно ощущал чрезмерное напряжение, так как это был первый раз, когда он столкнулся с проблемой, которую не мог решить.

Предыдущее положение Семьи Цзюнь полностью изменилось, поскольку несколько его краеугольных камней были уничтожены, что привело к тому, что положение Семьи снизилось. Единственный выживший, Цзюнь Вуй, потерял обе ноги и стал инвалидом, осознавая, что никогда не будет никакой надежды на выздоровление. Хотя сердце дедушки Цзюнь было наполнено гневом по поводу потери его сыновей, но он ничего не мог поделать; в конце концов, нельзя заставить водопад течь обратно, и, следовательно, он заставил замолчать свой гнев.

Тем не менее, несмотря на то, что семья Сяо занимала очень сильное положение в структуре Города Серебряной Метели, они все равно остановились в середине своей цели – уничтожить семью Цзюнь; но почему бы им не обрубить сорняки у самых корней? Единственная причина, по которой семья Сяо могла отказаться от своей задачи на полпути, могла быть только одна.

И эта причина, безусловно, была женщиной, которую можно было только пожалеть!

Хан Янь Яо!

Бог знает, какую цену она заплатила, чтобы уберечь семью Цзюнь от гибели... И сколько усилий она должна была предпринять?

Только бог знает, какую жизнь бедная женщина влачила в этих заснеженных горах...

Жизнь семьи Цзюнь, безусловно, была очень несчастной, но разве она даже отдаленно сравнима с жизнью этой женщины?

Несмотря на то, что взаимная враждебность Цзюнь и Сяо не позволят им сосуществовать вместе, но Хан Янь Яо никогда не могла быть дискредитирована, так как она борется со своей семьей ради семьи Цзюнь, сохраняя при этом благодать и своей семьи!

Мне нужно обеспечить, чтобы Третий Дядя и Хан Янь Яо воссоединились как можно скорее, чтобы эти любовники могли наконец жениться!

Убийца Цзюнь внезапно начал беспокоиться.

Он, наконец, понял, какое тяжёлое положение было у Цзюнь Вуя последнее десятилетие... боль и беспомощность, которые его спокойное лицо всегда скрывало...

Тем не менее, Убийца едва мог представить себе положение Хан Янь Яо, так как же может быть, что Цзюнь Вуй пережил то, что происходит с любовью его жизни? Это, очевидно, бросило бы его сознание глубже в бездну депрессии!

Если бы это не было бременем для всего этого будущего Семьи, если бы это было не смерть двух его братьев, если бы не престарелый отец... тогда дядя уже давно перерезал бы своё горло своим собственным мечом!

В таких обстоятельствах жизнь должна была быть как минимум в миллион раз труднее смерти! А также в миллион раз больнее!

Как можно выдержать это?!

Мосе не мог даже представить себе боль, которую Цзюнь Вуй переживал последнее десятилетие; перетаскивая инвалидное тело через жизнь, в таких жалких обстоятельствах, только ради отца и будущих поколений... жить просто для других... он герой!

Фактически, смерть была бы очень простым выходом, даже ножа хватило бы...

- Сокол, ты только что сказал мне, что ты сейчас на пятом уровне Духа Суань, и преодоление шестого уровня не так сложно, как прорыв с четвёртого на пятый... но даже если ты хочешь сделать этот прорыв, ты не можешь, потому что тебе очень сложно улучшить твоё культивирование, и ты ещё не смог преодолеть эти трудности, правда? – Цзюнь Мосе сцепил зубы, в то время как его упрямый взгляд отчетливо демонстрировал решимость его сердца. Фактически, Одинокий Сокол никогда не слышал, чтобы он говорил таким торжественным и медленным тоном.

Одинокий Сокол мог инстинктивно почувствовать силу и непоколебимую решимость слов Цзюня Мосе, и его глаза внезапно начали источать острую и яростную ауру:

- Почему ты говоришь это... что это значит, мальчик... что ты пытаешься сказать?

Раньше это могло быть насмешкой, однако в это время они были довольно серьёзными, так как они чётко понимали намерения друг друга. Фактически, всё их окружение также внезапно напряглось в соответствии с этой необычайно серьёзной дискуссией.

- Мой учитель всегда был одержим культивированием, и несколько лет назад ему удалось разработать метод, чтобы усовершенствовать Дан! – взгляд Цзюнь Мосе встретился с глазами Одинокого Сокола. – Этот Дан требует различных драгоценных и редких трав, драгоценных камней и других предметов в качестве сырья. Более того, этот процесс переработки ещё более сложный. Однако, как только он будет готов, он будет обладать способностью повышать уровень личности, независимо от её силы и без каких-либо побочных эффектов. Ты понимаешь, что это значит?!

Ястребиные глаза Одинокого Сокола неподвижно смотрели на него долгое время; Цзюнь Мосе тоже ничего не говорил и просто продолжал наблюдать за Одиноким Соколом спокойно и сдержанно.

Одинокий Сокол, несомненно, нуждался в этом Дане! И срочно!

Отчаяние родилось в сердце человека. Почему такой достойный человек, как Одинокий Сокол, должен опуститься со своего статуса и просить ребёнка научить его боевым искусствам? Это само по себе было доказательством, подтверждающим тот факт, что Одинокий Сокол уже достиг своих пределов, но всё ещё был в отчаянии...

Одинокий Сокол приложил бы все усилия для того, чтобы получить такой Дан, если таковой существует!

Одинокий Сокол также знал, что Цзюнь Мосе не просто так даст ему это, как бескорыстный подарок. Таким образом, следующая тема в дискуссионной таблице, очевидно, будет условиями! Они оба это хорошо понимали.

Глава 232. Начало работы

Одинокий Сокол знал, что ему придется заплатить огромную цену, чтобы получить Дан!

Фактически, Одинокий Сокол знал, что за цена будет.

Таким образом, хотя Цзюнь Мосе ещё не закончил, ему показалось, что и не нужно заканчивать!

Оба мужчины хорошо знали, что это будет за условие!

Хотя две пары глаз смотрели друг на друга, казалось бы, в понимании, но лёгкая и тихая улыбка на их лицах скрывала намерения, которые эти два человека тайно держали! Тихая битва, чтобы увидеть, кто более нетерпелив, увидеть, кто проиграет!

... и тишина оставалась ещё долгое время.

Внезапно Одинокий Сокол покачал головой, рассмеялся, вздохнул и сказал:

- Всё, что я могу сказать, это то, что ты можешь выдвинуть любое условие, потому что это предложение настолько соблазнительно, что я не хочу отказываться... Я, Одинокий Сокол, путешествовал по всему миру, но я никогда не видел ничего похожего на крошечного монстра. Тем не менее, я рад, что встретил тебя! Но на этот раз ты просчитался!

- О? – взгляд убийца ничуть не дрогнул, он сохранял самообладание.

- Никто в этом мире не способен противостоять соблазнам такого чудесного средства, о котором ты говоришь. Насколько я могу судить, я не буду даже отрицать, что могу сопротивляться искушению перейти на шестой уровень царства Духа Суань из моего нынешнего пятого.

Одинокий Сокол улыбнулся:

- Однако, хотя это очень трудно устоять, но я никогда не позволю никому так смотреть на себя! Я бы никогда не согласился с этими условиями; даже если бы твой мастер лично их установил!

Потому что... Я – Одинокий Сокол! Сокол Саванны! – пламя горело в его глазах, когда он усмехнулся. – Я только исполняю волю тех богов, которые живут в небе, никогда не становится рабом простых людей! И не будет никаких исключений!

- Хорошо сказано! – Цзюнь Мосе мягко аплодировал его словам с легкой улыбкой, – возможно, Мастер Сокол неправильно понял меня, я никогда не просил, чтобы Мастер Сокол стал рабом простых людей! И интересно, как я мог ошибиться, если я ещё не заявил о своих условиях?

- Хе-хе... молодой мастер Цзюнь, кажется, что я недооценил тебя даже сейчас, однако ты не можешь отрицать, что это твоё предложение было полностью обратным твоим мыслям, не так ли?

Теперь Одинокий Сокол усмехнулся:

- Ты – такой человек. Который готов к достижению своих целей, правдами и неправдами. К тому же, ты упорно стремишься максимизировать свою прибыль в случае, если ты видишь хоть какую-то! Это, я уверен, я не мог бы неправильно понять!

Цзюнь Moсе долго молчал... неужели он недооценил одного из самых способных людей во всем мире?

Он всё время манипулировал каждым своим воином со времени его реинкарнации в этот мир, однако впервые в этой жизни он обнаружил, что его уверенности не хватает!

Молодой мастер Цзюнь с горечью улыбнулся, сказав:

- Мастер Сокол прав, я такой человек. Ты не ошибся в твоих суждениях обо мне...

Я могу помочь тебе в культивировании, если ты пообещаешь сделать для меня всего одну вещь! И если ты пообещаешь, я немедленно сообщу моему учителю, чтобы он собрал сырьё, необходимое для переработки этого Дана!

- Какое условие? Я слушаю, – Одинокий Сокол выглядел несколько настороже. Одинокий Сокол поддерживал связь с этим мальчиком достаточно долго, чтобы понять, что использовать его предательский ум было труднее, чем достичь неба!

«Несмотря на то, что льготы, которые он предоставляет, являются экстраординарными, но он никогда не действует без стимула и, следовательно, цена, которую он обычно запрашивает, намного превышает «рыночную стоимость» его продуктов».

И, таким образом, Одинокий Сокол не мог не быть настороже.

- Я только прошу, чтобы в случае, если семья Сяо попытается положить конец этому «спору», а семья Цзюнь начнёт войну с Городом Серебряной Метели, ты протянешь мне руку помощи, если я решу спасти свою Третью Тётю! – глаза Цзюнь Мосе ярко сияли: «Это будет операция спасения, но ты будешь «убийцей по вызову».

Одинокий Сокол пошагал взад и вперед по комнате некоторое время, пока размышлял над этим, а затем решительно стиснул зубы:

- Хорошо! Только это!

- Вот и отлично! – Цзюнь Мосе улыбнулся.

- Однако, по крайней мере год спустя! Если это произойдёт раньше года, то сделка будет недействительной! – Одинокий Сокол с гордостью улыбнулся. – Я помогу, если ты попросишь меня сделать это через год. Когда Дан поможет мне сделать прорыв, поначалу мне будет трудно справляться, а сейчас у меня вообще не хватит сил для этого! Однако через год я, безусловно, смогу!

Лицо Цзюнь Мосе впервые показало сердечную улыбку:

- Пусть так!

Эта черта характера Одинокого Сокола была причиной того, что он так долго не отставал от Цзюнь Мосе.

Им никогда никто не воспользуется.

Однако, несмотря ни на что, он никогда не согласится быть в невыгодном положении!

Одинокий Сокол ушёл в компании двух кувшинов вина.

Цзюнь Мосе вытащил этот странный кусок нефрита из Пагоды Хунцзюнь и внимательно наблюдал за ним некоторое время, но скоро вернул его назад, так как он не мог понять его особенности. Тем не менее, Цзюнь Мосе мог отчетливо ощущать запах Пагоды Хунцзюнь, становящийся более чистым, свежим и живым. А когда он вернул нефритовый кулон в Пагоду, он смог также ощутить, что энергия Пагоды становится всё сильнее и плотнее с течением времени, поскольку энергии этих двух странных артефактов продолжали смешиваться.

Цзюнь Мосе потянулся, сел и начал смотреть на луну за окном, погрузившись в свои планы.

«Мне нужно как можно скорее найти эти травы, чтобы повысить уровень культивирования Деда; Кроме того, мне нужно найти безопасный маршрут для спасения его жизни, если что-то пойдёт не так... это первое».

«Во-вторых, это совершенствование Дана также начинает превращаться в неотложную проблему!»

«Одинокий Сокол или дядя – их сильные стороны необходимо как можно скорее усилить. Кроме того, я не могу пренебрегать этими тварями из леса Тянь-Фа».

«В-третьих, я должен призвать Хай Чэнь Фена как можно скорее и начать объединение фракций подпольного мира города Тянсян. Мы должны быть уверены в том, что мы будем знать обо всех делах в столице».

...Одна задача за другой, не легче, чем предыдущая...

По мере того, как масляная лампа постепенно начала гаснуть, силуэт молодого мастера Цзюнь таял в темноте этой ночи...

Внезапно у стены двора появился светлый силуэт. Хотя, глядя издалека, можно было ясно видеть только брови Цзюнь Мосе – даже этого было достаточно, чтобы понять, что этот красивый юноша изматывал себя мыслями и идеями день и ночь ради будущего своей Семьи...

Эта красивая фигура долго смотрела на него, затем вздохнула и ушла, оставляя только намёк на её аромат...

За несколькими стенами Цзюнь Вуй сидел, прислонившись к окну; его глаза были закрыты... его брови были сдвинуты, зубы – бессознательно сжаты, на лице было отчётливо видно каждую крошечную вену, что показывало, насколько ему плохо...

…

Все тело Хай Чэнь Фена, похоже, напоминало волну синего моря, когда он мягко дрейфовал сквозь толпу, состоящую из дюжины лучших членов банды Цзинь Янь: - Операция начинается! Руководство хочет увидеть результаты до завтрашнего дня!

Нежный лунный свет омывал оружие, которое они держали в руках и покрывали сталь тонким слоем блестящей жидкости...

Несколько человек быстро перелезли через стену резиденции семьи Ли, разделились на две группы и сразу же исчезли в темноте ночи.

Сегодня вечером в городе Тянсян суждено случиться не одному кровавому делу...

Одна из шести основных фракций преступного мира, банда Духовного дракона, навлекла на себя катастрофу.

Хотя шесть основных подпольных фракций столицы всегда оценивались в порядке их могущества, но различия между их сильными сторонами были незначительными. Хотя первая банда, Цзинь Янь, была явно сильнее, чем нижний «Северный город», однако, не сильно.

Более того, у этих шести банд также были неписаные правила между ними, что позволило им сосуществовать мирным путем, поскольку любой конфликт между бандами никогда не мог привести к тому, что одна банда подчинит другую; в случае возникновения такого инцидента все оставшиеся банды объединятся против агрессора.

Однако сегодня банда «Духовного дракона» получила сообщение от банды Цзинь Янь.

Ситуация с этими шестью бандами становилась все более пагубной для них, так как их начали окружать всё большее число могущественных семей, которые постоянно подрывали существующую мощь этих банд. Фактически, банда «Северный город» недавно была полностью уничтожена Стариком Тангом.

Встревоженные и паникующие, банды не выполняли даже самые основные из своих операций. И, таким образом, банда «Духовного Дракона» взяла на себя инициативу и выдвинула предложение о союзе между крупными бандами, надеясь, что они смогут проплыть сквозь эту бурду в одной лодке. Естественно, им нужна самая сильная банда, банда Цзинь Янь, как их главный партнёр в этом союзе.

Однако, к сожалению, в то время, когда они хотели поднять это предложение, Одинокий Сокол прибежал к банде Цзинь Янь, чуть не уничтожив всю банду, что заставило Дракона попридержать своё послание...

Однако сегодня вся банда Духовного Дракона была вне себя от радости от получения неожиданного ответа от банды Цзинь Янь. Но ответное письмо было разорвано на клочки вскоре после того, как лидер банды Духовного Дракона Лун Да Хай закончил читать это сообщение:

- В этом письме требования, чтобы мы сдались их превосходству и заявили о верности им!

- Это просто слишком смело! Он когда-нибудь слышал о том, чтобы банды сдавались другим за последние десять лет, с тех пор, когда мы впервые установили себя? Цзинь Фэнли, ты даже считал, что шесть крупных банд всегда были на равных? Почему ты посмел предложить это?

В гневе, Лун Да Хай немедленно вызвал главарей своей банды, чтобы обсудить контрмеры. Фактически, его люди были настолько шокированы этим инцидентом, что подавляющее большинство из них даже охотно готово было сражаться с бандой Цзинь Янь до смерти, в то время как многие другие требовали использовать эту возможность для взятия под свой контроль банды Цзинь Янь. Однако лидер банды «Духовный Дракон» не спеша принимал решение, рассматривая свои варианты...

В этот ужасно шумный момент входная дверь внезапно взорвалась, посыпая всех деревянной стружкой. Несколько человек остались на земле вопить от боли, так как довольно крупные деревянные осколки порезали им лица.

Все яростно посмотрели в сторону входа.

В густой туманной ночи излучался отчётливый синий свет.

Деревянная стружка оседала: один человек стоял у входа.

Этот мужчина, одетый в синие одежды, стоял, заложив руки за спину, а его глаза спокойно осматривали комнату в сиянии его синего света; даже глаза этого человека были такими же синими, как океаны!

«Эксперт Суань Неба!»

Члены банды «Духовного Дракона» не могли не волноваться, увидев эксперта Суань Неба!

- Могу ли я осмелиться спросить сэра... – длинные усы Да Хая задрожали, когда он поспешно встал и почтительно спросил.

- Банда Цзинь Янь будет править подпольным миром этого города, у вас есть два выбора: верность или смерть! – ледяные холодные глаза человека казались немного странными, как будто в них плескалась необъяснимая энергия.

На самом деле даже его слова, казалось, сочились острой аурой смерти!

Глава 233. Покорение Духовного Дракона

Кровь членов бригады Духовного Дракона стала холодной из-за резкой ауры Суань Неба Хай Чэнь Фена: они чувствовали, будто они стояли голыми на вершине заснеженной горы в разгар зимы... как будто ледяные ножи проникли в их плоть и пронзили их души...

Длинное лицо Да Хая побледнело, когда он встал лицом к лицу с Хай Чэнь Феном; казалось, что противоположная сторона была грозной горой, в то время как он сам был всего лишь небольшим камнем у ее подножья, который даже не мог понять, как можно понять величие горы. Он немного отошёл назад, чтобы дышать стало немного легче... Стало чуть легче, когда он упёрся спиной в стену.

«Какое сильное давление!»

- Кто вы, сэр? Почему человек с такими высокими навыками выступает с Цзинь Янь против нашей банды? Какая потребность в вашем вмешательстве, сэр? – Лун Да Хай собрал мужество и спросил строгим голосом. – Где лидер банды Цзинь Янь? Где Цзинь Фэнли прячется? Поскольку он пытается получить контроль над моей бандой, зачем ему прятаться, покажись!

Хотя его громкий голос казался величественным и предназначался для того, чтобы улучшить свое положение и заставить его выглядеть внушительно, однако легкая дрожь в нём всё же слышалась.

- Лидер банды Цзинь Янь стоит перед тобой! Я когда-нибудь прятался? – Хай Чэнь Фен сосредоточился на своём взгляде, он поднял глаза и посмотрел прямо в глаза Лун Да Хая, окутав его убийственной аурой.

Внезапно сердце Лун Да Хая содрогнулось.

Просто глядеть в глаза Хай Чэнь Фена уже было больно для человека уровня Суань Земли! И хотя между ним и Хай Чэнь Феном было расстояние около дюжины шагов, чувство неминуемой смерти было очень ясным в его уме.

И хотя в непосредственной близости присутствовали несколько членов его банды, он чувствовал, будто в этом огромном пространстве не было никого, кто мог бы дать ему чувство безопасности; он должен был столкнуться с этим тираническим и зловещим экспертом в одиночку!

Чувство несравненного отчаяния возникло внутри сердца Лун Да Хая; он почувствовал, как его колени стали слабыми от боли, он начал сильно потеть, почувствовал внезапное желание встать на колени и подчиниться...

Хай Чэнь Фен посмотрел на него ещё секунду, потом вдруг махнул рукой и кивнул. Послышался топот.

- Убить!

Прозвучал громкий грохочущий звук, и вдруг сотни людей ворвались, неся свои мерцающие мечи перед собой, а на стенах появились несколько лучников с зазубренными стрелами, окружившие банду Духовного Дракона; кончики стрел сияли, как зубы улыбающегося ангела смерти, освещая зал.

Хай Чэнь Фен незаметно ликвидировал всех охранников, охранявших помещения, ранее, без какого-либо звука.

- Присягните на верность сейчас или умрите. Если вы не подчинитесь, мы убьём вас всех. Я считаю до трех, и если Лун Да Хай не ответит к тому времени, вы все умрёте, независимо от того, что вы лично думаете по этому поводу! – глаза Хай Чэнь Фена были холодными, когда он сказал это и поднял правую руку.

- Один!

Все из банды Духовного Дракона начали паниковать; они повернули глаза, чтобы взглянуть на Лун Да Хая, умоляя его спасти их. - Босс... – их голоса звучали так, как будто они умоляли его.

- Два!

Холодное выражение Хай Чэнь Фена нисколько не изменилось, он поднимал второй палец, словно слушал какую-то музыку.

Лицо Лун Да Хая побледнело, его губы дрожали, глаза были полны отчаяния и беспомощности.

- Лучники, готовься! – Хай Чэнь Фен отдал приказ.

- ДАААА! – проревели лучники в унисон, натягивая стрелы на луках. В тот момент, когда Хай Чэнь Фен скажет «три», многочисленные стрелы найдут свои цели!

Как ангелы смерти, посланные с небес, чтобы принести неизбежную смерть!

Теперь сопротивление только привело бы к смерти, и единственный способ, чтобы они могли выжить – это...

- СТОЙ! – Лун Да Хай внезапно взревел, хотя его голос был больше похож на плач. – Я... я... я готов поклясться в верности... – он, казалось, выплюнул эти слова. На лицах его людей появилось огромное облегчение, услышав его слова, они побросали оружие один за другим, с видом, будто они получили помилование от смертной казни.

- Хорошо, – одобрительно сказал Хай Чэнь Фен. – С тех пор, как вы сдались, мы будем Семьёй, и вы будете соблюдать наши законы! Теперь вы возглавляете операцию «Духовный Дракон».

- Да, хорошо исполняйте приказы своего босса! – высокий и крепкий силуэт вышел из тени; у человека были густые брови, усы были похожи на дракона, а его экстравагантный нос и широкий рот напоминали о пасти льва.

Этот человек был не кем иным, как Цзинь Фэнли.

- Цзинь Фэнли, ты... – Лун Да Хай неохотно указал на него, потеряв дар речи.

- Ха-ха! Неужели так шокирует, что я ушёл со своей позиции? – Цзинь Фэнли рассмеялся беззаботно.

По правде говоря, Цзинь Фэнли на самом деле не возражал против того, чтобы Хай Чэнь Фен занял позицию лидера банды. Эта позиция была не так важна, как его дружба с Хай Чэнь Феном, а также он решил, что банда Цзинь Янь не будет рисковать под руководством Хай Чэнь Феном, а только выиграет от этого!

- Такая впечатляющая мощь и Суань Ци! Покорили целую банду, просто используя несколько слов... это действительно очень восхитительно даже для эксперта Суань Неба; вы действительно необыкновенный, сэр! – одинокий голос, казалось, вздрогнул на мгновение ока; у него был эксцентричный и кислый оттенок.

- Кто это?» – спросил Хай Чэнь Фен, его взгляд охватил зал. Его силуэт, покрытый синим светом, быстро взлетел и встал на крыше.

- Это я! – сказал один из мужчин с тихой улыбкой. Несколько лучников вдруг закричали и упали вниз, за стену, а два одетых в чёрное мужчин заменили их, свирепо глядя на Хай Чэнь Фена. Столица – слишком большой пирог для одной банды, чтобы проглотить всё в одиночку; даже если ты попробуешь, ты выблюешь всё обратно!

Энергия Хай Чэнь Фена резко поднялась, еще больше распространяя великолепный синий свет.

- Хорошо, что я уже слышал о том, что «слабого жрёт сильный» – это основное правило игры!

Внезапно его фигура, залитая синим светом, полетела к небу, а затем бросилась к двум мужчинам, мгновенно пролетела всю дистанцию, разделяющую их, и им едва удалось увернуться.

Двое мужчин, одетых в черное, засмеялись:

- Специалисту Суань Неба немного трудно, не так ли?». Их тела тоже покрыл синий свет, и они взлетели к первому. Они закричали в унисон, когда столкнулись с противником; их столкновение завершилось взрывом.

Три человека немного разлетелись назад, одновременно остановились в воздухе, а затем маневрировали друг к другу, чтобы снова напасть.

К лицу Хай Чэнь Фена словно приклеилась спокойная улыбка, так как его ладони беспрестанно атаковали его противников, его синеватая Суань Ци была похожа на полумесяц.

Такие атаки были похожи на гигантские топоры, способные раскалывать горы, и хотя эти сильные атаки оставили двух бойцов, они всё ещё были недостаточно сильны, чтобы заставить их отступить даже немного!

Внезапно один из них отступил, резко шипя, а другой начал безумно атаковать. Между тем человек, который отступил, встал у стены, покрытый синим Суань Ци. Вскоре его ладони и всё тело потемнели, и он указал пальцем на Хай Чэнь Фена, который всё ещё находился в центре битвы.

Хай Чэнь Фен был уверен в том, что выйдет победителем, даже когда столкнулся с обоими сразу, так что, естественно, он был уверен в том, что сможет прикончить того, кто кинулся на него сейчас. Тем не менее, убить быстро противника уровня Суань Неба было невозможно для него, пока его собственная безопасность была предпочтительной. Таким образом, битва должна была продолжаться немного дольше, так как он не хотел причинять себе вред.

Хай Чэнь Фен, на данный момент достиг всеобъемлющего преимущества перед своими противниками и мог легко выиграть против них в любое время, когда пожелает. Внезапно вспыхнувший холодный воздух заполнил всё кругом, так охладив пространство, что все задрожали. Немного отступив, Хай Чэнь Фен спросил строгим голосом:

- Разве это Безжалостный Холодящий Кровь Палец, которому учит в своей школе Ли У Бэй?

- Ха-ха, как нам повезло, что твоя самонадеянная харя узнала эту технику! – мужчины, одетые в черное, улыбнулись. – И поскольку ты узнал это, почему бы тебе не поторопиться опуститься на колени, чтобы попросить прощения?

Люди, одетые в чёрное, были учениками одного из «Восьми Великих Мастеров», и они сами были экспертами Суань Неба, и, следовательно, явно были не слабыми. Кроме того, смелость, с которой они действовали, показывала поддержку их учителя; Хай Чэнь Фен не хотел оскорблять Ли У Бея. Однако если бы он теперь отступил, он, несомненно, потерял бы контроль над бандами Цзинь Янь и Духовного Дракона.

С другой стороны, двое мужчин в чёрном начали делить шкуру не убитого медведя, потому что они были уверены в победе.

Очень жаль, что такое принятие желаемого за действительное не сбывается в этом мире.

- Идите к черту со своими пальцами, извращенцы! – Хай Чэнь Фен проклял их из-за высокомерных слов, сказанных ему. Он убрал руку за спину и обнажил длинный меч с обоюдоострым клинком, после чего снова бросился к своим врагам, как молния; казалось, что голубые волны его энергии смешивались с серебристой энергией меча, когда он нападал на них.

- Синий снежный меч! Итак, ты ученик Синего Мастера! – рассмеялись мужчины, одетые в чёрное. – Это хорошо, теперь мы можем, наконец, увидеть, какая из наших школ лучше, а какая хуже.

Хай Чэнь Фен рассердился, услышав это!

Он был уверен в том, что победит двух мужчин в одиночку и изначально планировал стереть их в порошок, однако они сказали имя его учителя, и он не хотел, чтобы они безрассудно атаковали и рисковали жизнью, поскольку они были его учениками-братьями. Поэтому он вытащил свой меч, чтобы блокировать их; но они продолжали действовать высокомерно даже после этого.

Он не знал, что Ли Цзянь Хун обещал помочь Ли Юрану в объединении подпольного мира столицы и что эти двое были его учениками. Они сделали свой первый шаг сегодня вечером, хотя оказалось, что они сделали шаг назад. Однако они не могли отступить сейчас, даже если им пришлось столкнуться с Хай Чэнь Феном.

Если они не смогут получить контроль над этими бандами, они не смогут снова встретиться со своим Старшим Братом и, возможно, даже с Мастером. Поэтому, даже если бы они знали о взаимоотношениях между вовлечёнными сторонами, они не могли отказаться.

Глава 234. Город Серебряной Метели!

Хотя двое мужчин знали, что Хай Чэнь Фэн сильнее их, но они также догадывались, что он не намеревался и не осмеливался действовать опрометчиво. Фактически, он пытался избежать серьёзных ранений. В результате, он был осторожен и не нападал на них бездумно: двое мужчин просто не могли поверить в свою удачу!

В то же время Хай Чэнь Фэн понял, что два человека в чёрном не были даже отдалённо благодарны за милость, которую он оказал им. Он не мог не рассердиться, когда на него нападали. Его меч ярко мерцал, он бросался к противникам, как комета, крича:

- Это место не подходит для борьбы! У хладнокровных учеников Мастера найдётся хоть капля смелости проследовать за мной в более подходящее место?

Двое мужчин засмеялись:

- Хорошо. Тогда тот, кто проиграет, откажется от попыток покорить подпольный мир столицы.

Три фигуры, покрытые синим светом, исчезли из виду в мгновение ока.

Лун Да Хай и Цзинь Фэнли были экспертами Суань Земли, которые не считались слабыми, однако, даже они едва не были ослеплены зрелищем этих трех экспертов. Увидев, как трое уходят, Цзинь Фэнли энергично потрепал плечо Лун Да Хая:

- Пойдем и обсудим меры, которые будут приняты для нашей банды.

Цзинь Фэнли был ветераном подпольного мира, и, хотя он не мог различить, какая из сторон слабее, он давно знал Хай Чэнь Фэна. Услышав диалог между ним и двумя мужчинами, ему не было нужды волноваться, потому что он был уверен, что его друг победит!

Только тогда Да Хай открыл глаза, которые он закрыл раньше из-за страха. Узнав своего коллегу, он с грустью пошёл внутрь.

…

На крайнем севере земли лежал Город Серебряной Метели.

Заснеженные горы были видны из любой точки города и во всех направлениях!

В середине огромных и туманных необитаемых пиков был великолепный, таинственный и непредсказуемый Город из, казалось бы, чистого льда. Он не замечал всего остального мира из-за тайн омрачённых заснеженных вершин!

Ещё не рассвело, и небо было тёмным, когда раздался звон. Громкое эхо колокола нарушило, казалось бы, бесконечное спокойствие этого места, и многие птицы, которые спали в этом районе, внезапно взлетели, испуганные неожиданным звуком, их крики наполнили небо.

Основание главного здания было сделано из чистого льда. Внутри зала, на стене из белоснежных кирпичей, были портреты людей в белых одеждах. Люди были разными, но одно них не менялось: один и тот же вид гордости и холода на их лицах!

Их глаза были «богоподобны» и полны убийственной ауры. Казалось, что они имеют власть над жизнью и смертью и способны захватить всё, что захотят, на самом деле они казались такими могущественными, потому что они считали всех остальных ниже них!

Они были предками Города Серебряной Метели!

Зал был довольно большой, и даже если здесь решили пообедать сотни людей, им всё равно хватило бы места, чтобы ещё и заночевать.

Одетый в белые одежды старик с белыми волосами и бородой стоял в центре зала, заложив руки за спину. Он, молча, смотрел на портреты предков, и на его лице было выражение спокойное, как вода, и холодное, как лёд.

Несмотря на то, что его волосы были белыми, у него была прямая спина и крепко сложенное тело. Он стоял, прямо излучая холодную, подобную мечу, ауру!

Никто не мог сомневаться в том, что этот старик скрывал в себе огромную силу!

На самом деле казалось, что его сила может потрясти землю, превзойдя всех сверстников!

Затем звук шуршащей одежды прервал тишину в зале, когда многие люди в белых одеждах быстро вошли со всех сторон. Они собрались так, будто у каждого здесь есть своё место. Даже в этой большой толпе никто не наткнулся друг на друга, и было произнесено только слово или два.

Через некоторое время все встали на свои места, и все глаза повернулись к старику, стоящему в центре. Хотя все они были немного удивлены тем, что их так вызвали, никто не произнёс ни слова.

Удивительно, но синие огни исходили из их тел! Там было почти сто человек, и все они были, по крайней мере, специалистами Суань Неба!

В это время раздался звук приближающихся шагов, и ещё семь человек вошли линией, неторопливо передвигаясь на полу, который был сделан из десятитысячелетнего льда. Каждый шаг был очень спокойным, они остановились у старика, который оставался спокойно в центре.

Человек, одетый в белое, остановился у двери. Его глаза мерцали, и вокруг него словно бы висела сила, когда он появился у двери и гордо встал там. Казалось, что вся земля под небом, включая всех в зале, существовала исключительно для его владычества!

За ним стоял его партнёр, красивая женщина средних лет, похожая на хрупкую иву. Их внешний вид был непревзойдённым. Человек казался уверенным героем, который стоял над всеми остальными, а у женщины были изящество и стиль, в отличие от любого из её поколения! Наблюдатели восхищались парой, глядя на них с завистью!

Все в зале обратились к паре в тот момент, когда они вошли и поклонились:

- Добро пожаловать, Господин и Госпожа нашего города. Рады вас видеть!

- Вы не должны быть такими вежливыми, – ответили оба с улыбками на лицах. Они неторопливо подошли к середине зала, где они сели на единственные два кресла, которые были доступны в этом огромном пространстве, которое могло вмещать сотни человек.

Только этим двоим можно было сидеть в этом зале!

Эти двое были Повелителями города: Небесный Меч Льда, Хан Цзянь Мэн и его жена, Далёкий Восходящий Мороз, Сюэ Шуан Цин.

Затем старик махнул рукой и сказал:

- Вас пригласили сюда из-за вопроса, который чрезвычайно важен для будущего этого города. Все ниже царства Суань Духа должны выйти на улицу и стоять на страже, не позволяйте никому подойти ближе, чем на пятьдесят метров к этому месту. Если кто-нибудь попытается – убивать всех без исключения!

- Слушаю и повинуюсь! – ответили все хором и, сложив руки, медленно вышли из зала, осталось менее десяти человек, и внезапно зал показался совершенно пустым. Из сотен человек здесь осталось около двадцати человек.

- Это относится к городу Тянсян? – Хан Цзянь Мэн улыбнулся старшему. – В противном случае Старший Сяо Син Юн не принял бы такие меры предосторожности!

- Как только Лорд догадался? Есть новости из города Тянсян... Смотрите, мастер. Третий Старейшина послал сообщение, и один из наших снежных орлов летел всю ночь, чтобы доставить нам эту удивительную новость! – ответил Старейшина, разворачивая пергамент и передавая его.

Хан Цзянь Мэн слегка покачал головой и усмехнулся, когда взял белоснежный пергамент, а Сюэ Шуан Цин наклонилась рядом с ним, чтобы прочитать...

Но, когда двое прочли, их спокойные выражения медленно стали серьёзными, и вскоре их улыбки исчезли!

Румяное лицо красивой женщины потеряло свой цвет и стало бледным, хотя там был и намёк на счастье. Тем не менее, её улыбка погасла, и её сменило тревожное выражение.

- Это неожиданные новости, все взгляните и скажите, что вы думаете, – Хан Цзянь Мэн закончил читать и закрыл глаза, когда почувствовал, как Сюэ Шуан Цин схватила его за руку, похоже, предупреждая его о чём-то.

- Одинокий Сокол оберегает Семью Цзюнь и серьёзно ранил Шестого Старейшину... таинственный Мастер сильно навредил Фэн Ву, а также украл Пополняющий Душу Нефрит Шестого Старейшины... и никто не мог сопротивляться ему? Это... да как это возможно! – восклицали все в недоумении, кричали, каждый пытался лучше разобраться.

- За последние несколько дней произошло так много событий! – Старейшина Сяо Син Юн холодно улыбнулся. – Кроме того, этот высокомерный малыш из семьи Цзюнь, который слишком много думает о себе, каким-то образом излечился от своей инвалидности - это действительно редкое явление...

Хан Цзянь Мэн молча сидел мгновение, прежде чем взглянуть на Великого Старейшину и спросить:

- Старейшина собрал всех здесь сегодня... таким образом, я предполагаю, что у него есть план?

- Я мог сформулировать много планов, но окончательное решение всегда было и будет за Лордом города, и он решит, как действовать и по каким планам, – Старейшина почтительно поклонился и отступил на полшага.

- Великий Старейшина – очень важный член города, что он предлагает? – Хан Цзянь Мэн не ходил вокруг да около и прямо подошёл к делу.

- Несмотря на свой статус в обществе, Одинокий Сокол взял на себя ответственность за серьёзное ранение и оскорбление Шестого Старейшины без всякой причины, этот акт должен быть строго наказан! Если эта новость выйдет на улицы – что станет с престижем нашего города? Мы не можем спокойно воспринимать этот вопрос! – неторопливо сказал Великий Старейшина.

Он предложил наказать одного из Восьми Великих Мастеров! Тем не менее, все присутствующие кивнули в знак согласия, потому что в глазах Старейшин Города Серебряной Метели даже Восемь Великих Мастеров, включая Одинокого Сокола Саванны, были не очень важны; это ясно показывало, насколько ужасно сильным был Город Серебряной Метели!

- Это понятно, план у тебя есть? – Хан Цзянь Мэн слегка кивнул.

- Да, Пополняющий Душу Нефрит – чрезвычайно важная реликвия моей семьи Сяо. Его сила очень необычна и может рассматриваться как страшное оружие, поэтому он, безусловно, не должен попасть в руки чужого человека! Поиск этого Нефрита абсолютно необходим, и в этом не может быть компромисса! Крайне важно, чтобы мы вернули его! – глаза Великого Старейшины вспыхнули, и было ясно, что он очень рассердился на потерю Пополняющего Душу Нефрита.

- Мы должны потратить немного времени, чтобы рассмотреть этот вопрос. Если то, что говорит Третий Старейшина – истинно, мы не можем быть уверены в силе этого таинственного человека. И если это так, то, даже если мы пойдём все вместе, чтобы противостоять ему, мы, возможно, не сможем получить обратно Пополняющий Душу Нефрит. Таким образом, мы должны быть осторожны, чтобы не подвергать опасности так много жизней в такой миссии.

Хан Цзянь Мэн постучал пальцами по подлокотнику кресла, а потом сказал, наполовину закрыв веки:

- Забота Мастера в этом отношении оправдана! Разумеется, мы не должны проявлять осторожность при развёртывании наших людей, и мы должны избегать конфликта с этим таинственным человеком, насколько это возможно. Тем не менее, Третий Старейшина ещё не является первоклассным экспертом по Суань Духу, и его предположения не обязательно могут быть правильными; даже если сравнивать с Одиноким Соколом, разница в их силе будет похожа на разницу между небом и землёй. Поэтому его размышления могут быть гораздо более преувеличены, чем истина. Кроме того, он утверждает, что таинственный Мастер сильнее не только старого хозяина Города, но и Юн Би Чена! Как это может быть возможным? Это показывает, что информация в этом письме может быть не совсем правдивой!

Великий Старейшина потёр бровь, а затем продолжил:

- В любом случае мы должны отправить кого-то, кто проверит эти новости; если этот человек действительно настолько силен и непредсказуем, мы должны будем узнать о нём больше. Однако если окажется, что он не является угрозой, мы должны немедленно отнять у него Пополняющий Душу Нефрит.

- Великий Старейшина поистине мудр, и его предложение – лучший вариант в этом вопросе, – сказал Хан Цзянь Мэн, глядя в сторону Старейшины. – Тем не менее, похоже, у тебя есть третий план?

- Да, есть! – Великий Старейшина поднял свои белые брови. – Эта Семья Цзюнь – просто мирная семейка, и всё же она неоднократно провоцировала наш Город Серебряной Метели! Этого больше нельзя терпеть! Я предлагаю полностью уничтожить всю эту Семью в качестве предупреждения для остального мира, что не стоит противостоять силе нашего Города Серебряной Метели!

Сказав это, Великий Старейшина протянул правую руку и сильно ударил кулаком в ладонь левой, чтобы наглядно показать, как нужно уничтожить Семью.

Глава 235. Семь мечей Города Серебряной Метели

Услышав планы о Семье Цзюнь, Сюэ Шуан Ци сразу же напряглась и крепко сжала руку мужа, не в силах вынести этого.

- Этого нельзя делать! – брови Хан Цзянь Мэна внезапно выгнулись, как два острых меча, которые быстро были обнажены. – У меня нет нареканий по двум первым планам Великого Старейшины, но я не соглашусь на уничтожение всей Семьи Цзюнь! Более того – разве страданий, которые мы принесли им десять лет назад, когда наш первый план был совершён, недостаточно?

Хан Цзянь Мэн холодно посмотрел на Старейшину и продолжал торжественно:

- Десять лет назад многие из представителей Суань Духа Семьи Сяо тайно ушли, чтобы разобраться с Семьей Цзюнь и вовлечь себя в войну двух других народов, даже не получив разрешения; и из-за этого семья Цзюнь оказалась на грани уничтожения! И хотя я остановил все это, на Цзюнь ещё были совершены три последовательные атаки, в результате единственный оставшийся в живых член их второго поколения был искалечен, а из третьего – только развратник. Неважно, что ты скажешь, это слишком!

Семья Цзюнь хороша и верна, а обида между вашими семьями – это твоё личное дело. Почему ты хочешь ввязать остальных? Кроме того, я не могу понять слов Великого Старейшины с самого начала: что ты имел в виду, когда сказал, что Семья Цзюнь неоднократно провоцировала мою Серебряную Метель? Похоже, единственные, кого они спровоцировали – это Семья Сяо! Этот вопрос больше не будет упоминаться! И если кто-либо решит пойти дальше, чтобы разобраться с Цзюнь без моего разрешения – он будет наказан в соответствии с законами города: никакой милости им не будет оказано!

- Но теперь у Семьи Цзюнь есть два влиятельных человека, которые поддерживают его, и рано или поздно они создадут большие проблемы для Города Серебряной Метели. Во всяком случае, даже если мы не возьмём на себя инициативу, чтобы разобраться с Семьей Цзюнь, они, безусловно, попытаются нанести вред Серебряной Метели, чтобы отомстить за то, что они пострадали в прошлом из-за нашей враждебности! Было это правильно или неправильно, но мы убили четырёх важных членов Семьи Цзюнь, и, хотя это была ошибка, искалечили одного из них: ничто не может изменить этот факт. Враждебность, которая переносится из поколения в поколение, не может быть легко забыта. Разве честно, что моя Семья будет нести ненависть Семьи Цзюнь в будущем в одиночку? – лицо Великого Старейшины ясно показало его негодование.

- Действия, предпринятые Семьей Сяо в прошлом, являются основной причиной этой проблемы. Желает ли Великий Старейшина добавить к списку уже допущенных ошибок и впоследствии совершить больше ошибок? Великий Старейшина готов навсегда уничтожить всех нас просто из-за взаимных чувств, которыми живут двое молодых, ты совершенно ошибаешься! Они хорошие люди, и из-за этого они не будут убиты без нужды, такое безумие не будет разрешено в моем Городе Серебряной Метели!

Этот вопрос оспаривается десять лет! И через десять лет я не вижу ничего нового! У меня нет никакого интереса, обсуждать это снова, – Хан Цзянь Мэн холодно посмотрел на него, когда поднял глаза. – Великий Старейшина, если Семья Цзюнь действительно и серьёзно атакует Город Серебряной Метели, чтобы отомстить, тогда ты сделаешь всё, что захочешь, и я не буду вмешиваться! Однако если Семья Цзюнь не нападёт на нас первыми – мы ничего не сделаем!

- Семья Цзюнь атакует Город Серебряной Метели? Это большая шутка, это просто ещё одна Семья, без каких-либо значительных возможностей: для них это – то же самое, что флиртовать со смертью. Даже через сто лет у Цзюнь не хватит сил, чтобы создать угрозу для Города! – высокий и худой старик фыркнул; его звали Сяо Бу Ю, и фактически он был Вторым Старейшиной Города.

- Если Семья Цзюнь очень слаба, то почему Семья Сяо так волнуется? – Хан Цзянь Мэн холодно посмотрел на него.

- Дело в том, что... ваша старшая дочь, Яо, уже не молода и до сих пор не замужем, и если так продолжится... – видя упорное сопротивление Хан Цзянь Мэна к его предложению, Великий Старейшина решил изменить направление своих аргументов, а не настаивать на одном и том же.

- Я уже сказал: этот вопрос не требует дальнейшего рассмотрения, – лицо Хан Цзян Мэна стало таким, будто у него была головная боль. – Великий старейшина, ты забыл, что произошло десять лет назад? Ты действительно хочешь, чтобы Яо сошла с ума? Неужели ты действительно хочешь заставить её мучиться до смерти? Ты всегда любил её, как будто она была твоей внучкой! Ты действительно такой бессердечный, что ты сделаешь это с ней?

Услышав это, Великий Старейшина грустно вздохнул, но больше не говорил.

Десять лет назад, когда Хан Янь Яо вернулась в Город Серебряной Метели, она обезумела от гнева и уничтожила свои меридианы перед Хан Цзянь Мэном, узнав, как обошлась Семья Сяо с Семьёй Цзюнь. Она поклялась, что будет жить и умрёт вместе с Семьей Цзюнь; вид её крови на полу всё ещё стоял перед глазами при воспоминаниях о том дне! Вот почему Хан Цзянь Мэн так решительно возражал против плана Великого Старейшины по ликвидации Семьи Цзюнь!

Никто не забыл о трудностях, с которыми пришлось столкнуться, чтобы спасти Хан Янь Яо от смерти. В то время Великий Старейшина предположил, что, учитывая её слабое физическое состояние, она не сможет больше навредить своим меридианам, и, таким образом, он решил продолжить свой план, чтобы снова разобраться с Семьей Цзюнь. Однако, узнав об этом, эта упрямая девушка пронзила себя двумя мечами, до самой гарды, (1) и стояла, окровавленная, перед старейшинами и требовала немедленного снятия их приказа!

В результате Великий Старейшина оказался беспомощным и был вынужден отменить свой секретный план уничтожения Семьи Цзюнь. Однако безрассудство Хан Янь Яо уже подвергло её жизнь большому риску; и из-за этого прежний повелитель Города впал в ярость, и даже Хан Цзянь Мэн и его жена были в ярости от Семьи Сяо; именно тогда начались первые признаки спора между этими двумя Семьями Города Серебряной Метели.

Естественно, только очень немногие важные люди в Городе знали об этом инциденте, в то время как посторонние люди совершенно не знали, что произошло.

- Да и вообще – если подумать, не будет ли наш урок Одинокому Соколу уже огромным ударом для Семьи Цзюнь? После этого Семья Цзюнь не сможет снова подняться; и поэтому больше не будет необходимости их истреблять! – сказал Хан Цзянь Мэн.

«Яо, твой отец может сделать только это для тебя сейчас. Отдыхай... ты можешь просто надеяться...»

- В таком случае я хотел бы договориться, – хотя Великий Старейшина не был согласен с Хан Цзянь Мэном, у него не было выбора, кроме как смягчиться. – На этот раз способный Второй брат возглавит Пятого и Восьмого Старейшин. И чтобы сделать ваши усилия безупречными, я хотел бы попросить, чтобы прежний Повелитель Города позволил им взять с собой Семь Мечей. В конце концов, если таинственный человек действительно окажется таким грозным, то разве Семь Мечей не обеспечат дополнительную уверенность?

- Хорошо! Тогда решено! Что касается оставшихся дел – я даю Великому Старейшине полную власть принимать меры, – сказав это, Хан Цзянь Мэн потёр лоб, встал и вышел из зала с женой. Но как только он добрался до ворот, он повернул голову и предупредил:

– В любом случае – никто не должен вовлекать Семью Цзюнь, и если кто-то не подчинится этому приказу, я обязательно отправлю отчёт отцу. И я могу пообещать, что этот человек будет исключен из Города Серебряной Метели! Возможно – по частям! Без каких-либо исключений! – сказав это, двое неторопливо ушли.

Хотя Верховный Старейшина продолжал спокойно стоять на своём месте, в его глазах мелькнула слеза гнева. Затем он внезапно повернулся к Сяо Бу Ю:

- Будьте готовы спуститься с гор сегодня днем: действовать немедленно и непременно!

- Старший брат так... как насчёт проблемы с Семьёй Цзюнь? – Сяо Бу Ю спросил, сморщив серебристые брови.

- У тебя будет много возможностей, чтобы выполнить эту задачу, – Сяо Син Юн глубоко вздохнул и ответил без выражения. – И после того, как вы спуститесь, делай то, что считаешь нужным!

- Да!

На улице Сюэ Шуан Ци смогла, наконец, расслабиться, хотя некоторые проблемы всё ещё задерживались у неё в голове.

- Спасибо тебе, дорогой муж, если бы ты не настоял, то, возможно, Семья Цзюнь была бы уничтожена... и, если такое случится с ними, я боюсь, что Яо...

- Даже несмотря на то, что я до сих пор не успел продвинуться вперед, у Яо всё ещё много проблем... мы можем только помогать ей шаг за шагом, – Хан Цзянь Мэн глубоко вздохнул и посмотрел на небеса, тихо сказав. – Наша дочь страдает от боли последние десять лет. И как её отец, как я могу отпустить её последний источник надежды?

Неважно! Никто и никогда не навредит моей дочери! И моей Семье! – тихо сказал Хан Цзянь Мэн. И когда он взмахнул рукой, огромный ледяной камень внезапно раскололся на крошечные кусочки, которые растаяли в воздухе, как снежинки!

Сюэ Шуан Ци прижалась к мужу и внезапно почувствовала, что чувство безопасности согревает её сердце. Она чувствовала, что до тех пор, пока широкие и крепкие плечи её мужа будут нести бремя заботы о Семье, никакой вред не придёт ни к одной из её двух драгоценных дочерей, и, таким образом, она не могла не улыбнуться...

…

Внутри пещеры Одинокого Пика недалеко от входа стояла одинокая и хрупкая женщина, одетая в белые одежды и маску. Она открыла письмо своими белыми руками и прочитала его очень быстро, но в тот момент, когда она закончила читать, её пальцы дрожали, а в её глазах появились слёзы.

- Неужели он... Его рана действительно зажила! Слава Богу... – женщина, одетая в белое, плакала от радости. Её сердце стало очень холодным и жестоким в течение последнего десятилетия, однако это письмо, наконец, сломало этот лёд, и её теперь неустойчивое психическое состояние явно показывало слабость и беспомощность, которую она испытывала все эти годы!

Женщина в белом тихонько рыдала, но затем, она внезапно встала и подошла к входу в пещеру. Она опустилась на колени, положила руки на камень и взглянула на небеса, начиная молиться мягким голосом:

- Слава Богу, он полностью выздоровел! Слава Богу, что он больше не болеет... дай ему счастья... я бы отдала десять... даже двадцать лет своей жизни за его безопасность и счастье...

Даже если мы не сможем быть вместе... Я всё ещё твоя Яо... навсегда!

Она молилась, стоя на коленях, и когда ее просьба тихо исчезла в дующем ветре, сильный порыв ветра обрушился сверху и продолжал становиться всё сильнее и сильнее. Волны снежинок стали становиться все больше и плотнее...

И хотя эта одинокая женщина на этом снежном пике была полностью покрыта снегом, она оставалась неподвижной, на коленях в молитве, а её непрекращающиеся слезы падали на пол и застывали...

Однако вскоре после этого десять тёмных фигур взлетели ввысь и вылетели из Города Серебряной Метели. Они спускались по горам, спрятанные ветром и снегом...

…

Внутри резиденции Семьи Цзюнь жуткие вопли Толстяка разбудили молодого господина Цзюнь очень рано утром. Когда он открыл глаза, он увидел, что Жирный был одет в чёрные одежды с ног до головы и, как ни удивительно, был в хорошем настроении. Более того, Жирный казался несколько худее, чем раньше, теперь он был похож на человека... по крайней мере, немного.

И не только это, его лицо было чистым, волосы – опрятными, а пахло от него... медом белой акации. Посмотрев ему в лицо, можно было увидеть, что он наложил много косметики... Жирдяй фактически закрыл всё лицо очень толстым слоем пудры.

- Ты хочешь, чтобы я блеванул с утра пораньше? – Цзюнь Мосе буркнул. – Жирный, столько пудры на твоём лице выглядит жутко из-за твоего тела, ты знаешь, как правильно? Ты пытаешься сыграть роль призрака? И почему ты так рано утром проснулся? – он выглянул в окно, чтобы увидеть ранний проблеск рассвета.

- Третий молодой господин... брат... – Танг Юань был нехарактерно застенчив. – Разве ты не обещал, что будешь сопровождать меня, чтобы встретить юную мисс семьи Сун?

- Мисс Сун... а-а, мисс Сун? – вдруг вспомнил Цзюнь Мосе и встал. – Разве она не твоя невеста? Та, которую ты когда-то проиграл в казино?

- Дерьмо собачье! – Жирдяй решительно возразил. – Возможно ли, чтобы ты не вспоминал об этом при ней? Разве я ещё хотя бы раз занимался подобными презренными вещами с тех пор? – крутясь перед зеркалом, он отметил. – Я выгляжу худее, довольно хорошо, а?

- Да, да... действительно худой. На самом деле ты почти похож на человека, – Цзюнь Мосе улыбнулся уголком рта. – Ты действительно выглядишь очень худым. На самом деле, я действительно удивлён...

Танг Юань открыл свой большой рот и издал громкий и самовлюблённый смех. Затем он дважды покрутился, думая, что он выглядит очень элегантно.

Однако это движение разрушило все меры, которые он предпринял, чтобы выглядеть стройнее. В результате его живот снова рухнул вниз, а затем подпрыгнул, как грудь в анимешных мультиках; после того, как Жирный остановился, живот едва не уволок его за собой, но остановился на том, что похлопал своего хозяина по бедрам и коленям.

- Я встречаюсь с мисс Сун в первый раз, я должен произвести на неё хорошее впечатление! – в глазах Танг Юаня вспыхнула тоска и несчастье, а его зрачки безуспешно пытались принять форму сердца.

(1) Прим.ред: Гарда - часть клинкового оружия и/или инструмента, служащая для защиты руки владельца от удара оружием противника и от соскальзывания кисти на собственный клинок. В длинноклинковом оружии является частью эфеса.

Глава 236. Свидание вслепую

Цзюнь Мосе застонал. Тем не менее, он был удивлен и ему было очень любопытно.

«Какая женщина захочет встречаться с этим двухсот пятидесяти килограммовым куском жира?»

Они позавтракали в молчании. Затем они вызвали телохранителя, когда уже почти пришло время и ушли навстречу «красивой» женщине.

- Третий юный мастер, что, если твои слова сбудутся, и внучка семьи Сун не полюбит меня, потому что я толстый и жирный? Я... – Танг Юань начал паниковать. Он дрожал, и вибрации передавались бедной лошади, на которой он ехал. Лошадь под такими вибрациями жалобно заржала, в углах её рта начала скапливаться пена.

Цзюнь Мосе рассмеялся в ответ на жалобу Жиробаса, а его глаза внимательно осматривали улицу: на лице у него был рассеянное выражение.

С другой стороны, Жирный Танг не заметил взгляда молодого мастера Цзюнь. Он с тревогой посмотрел на свой жир и вздохнул, когда мысль внезапно пришла ему в голову. Он повернулся к своему другу и спросил в волнении:

- Третий молодой мастер, ты сказал, что я похудел... а если ты меня будешь контролировать, я смогу ещё похудеть?

Как только он пошевелился, лошадь под его задницей вздохнула от боли, все четыре её копыта задрожали. Задыхающаяся лошадь сердито повернула голову и взглянула на Фрикадельку, чтобы показать свое негодование. Оказалось, что Жирный Танг, пока вертелся в седле, небрежным поворотом бёдер едва не сломал лошади позвоночник.

- Эмм, я начну помогать тебе в похудении, как только твоя травма полностью излечится, – ответил Цзюнь Мосе с улыбкой на лице, затем, прикоснувшись к подбородку, продолжил:

- Мы сможем сделать тебя худым, как росток фасоли.

- Ну, тогда тебе, конечно, нужно знать... что я выгляжу очень красиво, если не такой толстый, – Жиробас кинул на Мосе кокетливый, как ему казалось, взгляд.

- Хейя! – Цзюнь Мосе стеганул кнутом по спине лошади и бросился вперед. Уже по пути он с отвращением плюнул.

«Кокетливое» выражение Тефтели Танга было похоже на убийственное оружие...

- Она встретится с тобой здесь? Теперь не удивительно! – Цзюнь Мосе широко открыл глаза, глядя на ресторан впереди. - Твоя невеста решила встретиться с тобой в этом ресторане? Я действительно удивлен… или это ты предложил встретиться здесь?

- Это был не я! Я не думал встречаться с ней в ресторане... хотя я считаю, что это очень хорошая идея! – Танг Юань с недоумением посмотрел на Цзюнь Мосе и спросил:

- Почему ты так негативно относишься к этому?

- Это странно! Люди, которые встречаются очень долго, могут пойти в ресторан – это вполне естественно. Но женщина встречает своего жениха... это совершенно необычно! – Цзюнь Мосе дважды щелкнул языком, потом сказал:

- Жирный, похоже, твоя будущая жена сильно отличается от женщин этой эпохи.

- О, конечно, она должна была выбрать бордель вместо этого, да?

Цзюнь Мосе даже не нашёл время ответить – вдруг из ресторана вылетела белая тень, быстро полетела к нему и через мгновение уже стояла на его плече; скорость этой «белой тени» была не меньше, чем у высокопоставленных экспертов Суань Духа.

У него не было времени отреагировать, и он был вынужден разрешить белому существу сидеть на его плече. Крошечное животное издало всхлип, скользнуло к животу Цзюнь Мосе. Затем, с хрюканьем, оно обняло грудь Мосе, зацепившись за одежду.

Цзюнь Мосе узнал это белое существо давным-давно благодаря его сильным чувствам. - Ой, что ты здесь делаешь, крошечная хрень? – спросил он мягко, почёсывая ухо твари, которая цеплялась за его грудь.

Естественно, это крошечное животное была железнокрылая пантера Дугу Сяо И! Казалось совершенно очевидным, что существо набрало большой вес за очень короткий период, пока Мосе его не видел...

Кроме того, появились небольшие выступы на спине, под лопатками: у железнокрылых пантер росли крылья, когда они становились взрослыми. Хотя у этого молодого детёныша уже начали расти рудиментарные крылья, а ему едва ли был месяц… его потенциал был поистине огромен!

Маленькое существо подняло глаза, глядя на своего дорогого молодого мастера. Затем, вскрикнув дважды, оно высунуло свой розовый язык и начало облизывать грудь и шею Цзюнь Мосе. Мордашка маленького детёныша озарилась счастьем, будто он нашёл желаемую цель, глядя на него, можно было подумать, что он будет цепляться за Мосе в течение следующих 500 лет...

Тем не менее, эта маленькая кучка шерсти каким-то образом поняла, что Цзюнь Мосе был настороже и может выбросить её.

«Эта маленькая вещь очень дорога одной девушке; если эта тварь здесь... это означает...»

Цзюнь Мосе покачал головой, потому что ему больше не нужно было думать дальше. Если эта маленькая хреновина была здесь, то это означало, что Дугу Сяо И, скорее всего, тоже где-то рядом! Одна мысль об этой непослушной, взбалмошной, маленькой девочке заставила Цзюнь Мосе страдать от головной боли.

Молодой мастер Цзюнь ещё не получил возможности встретиться с несколькими жителями города Тянсян, таких как Император. Однако Император был кем-то, с кем он, возможно, не обязательно хотел бы встречаться. С другой стороны, был ещё один список, состоящий из людей, с которыми юный мастер Цзюнь просто не хотел встречаться: Дугу Сяо И было одним из имён в этом списке.

Однако он уже подошёл к двери и не мог уйти в этот момент. Поэтому, не имея лучшего варианта, Молодой Мастер Цзюнь позвал Тефтельку и приготовился.

Они совершенно не подозревали, что горная дорога, по которой они собирались пойти, окажется тигриной тропой.

По-видимому, семья невесты приложила большие усилия для того, чтобы зарезервировать весь зал для этой встречи между внучкой их семьи и молодым мастером Тангом. Кроме того, для гостей был только один стол, и он был размещён прямо в центре.

И на данный момент уже сидели два гостя!

Один из двух – маленькая фигура в светло-зелёном жилете, очевидно, была Дугу Сяо И. Однако, рядом с ней сидел...

Человек, сидящий рядом с Дугу Сяо И, был довольно коренастый, имел широкие плечи, толстые руки и слегка поредевшие волосы: просто глядя на него, можно было сказать, что он был грозным. По-видимому, семья Дугу всё ещё была неспокойна в этой встрече и послала одного из старших братьев Дугу Сяо И, чтобы он ходил с ней в качестве телохранителя. Но кто из них?

Его манеры были намного лучше, чем у других братьев Дугу... Острые глаза Цзюнь Мосе не смогли определить, какой из семи «героев легенд, смело мчащийся вперёд» был этот человек, «Может быть, у семьи Дугу есть восьмой сын?»

Танг Юань и молодой мастер Цзюнь только что вошли в дверь.

Цзюнь Мосе хлопнул себя по лбу. Он был здесь для свидания вслепую Танг Юаня, не его собственного. Но где же внучка Семьи Сун? Ни одной другой женщины не было, кроме Дугу Сяо И! Он не мог понять, почему, но внезапно в его сердце возникло необъяснимое чувство страха.

Молодой мастер Цзюнь, думая о чем-то невероятном, едва не ушёл в себя, но вовремя опомнился. Затем он внезапно схватил Жиробаса за рукав и спросил сдержанным тоном:

- Жирный, твоя невеста... Молодая мисс из Семьи Сун... ты её никогда раньше не видел, верно?

Пальцы Танг Юаня вспотели от волнения, так как он планировал оставить хорошее впечатление на свою невесту. Чувствуя слабость, он тихо ответил, повернув толстую голову:

- Нет, но моя невеста – изящная и ласковая. Мы только что вошли в это место... как мы можем быть уверены, что здесь больше никого нет?

Танг Юань закончил объяснять и приблизился к уху Цзюнь Мосе, продолжая:

- Однако я думаю, что я слышал от людей правильно, потому что однажды слышал, как мой дед говорил о внучке Семьи Сун. Определённо, он отзывался о ней очень хорошо...

- Что сказал твой дедушка? – Цзюнь Мосе был ужасно любопытен.

- Мой дедушка сказал: «У внучки Семьи Сун очень толстая задница, и я буду уверен в том, что это – прекрасная партия для моего сына. Они просто идеально подходят друг другу!» – Танг Юань рассмеялся, в то время как его брови дрожали от волнения. – Третий молодой мастер, ты можешь не знать этого, но я очень люблю женщин с большими задницами, как моя невеста! Однако, моя мечта, хе-хе-хе...

Цзюнь Мосе закатил глаза и повернулся, чтобы пройти дальше: с него уже было достаточно этого непристойного жирного. У невесты Жиробаса... ну, хотя бы она ему нравилась... «Всё-таки, какая девушка идеально подходит для этого Жиробаса? Семья Сун не отменила помолвку, несмотря на отвратительное поведение Тефтели на протяжении многих лет – всё это кажется очень необычным…»

Молодой мастер Цзюнь размышлял над этим странным делом, когда внезапный и громкий голос раздался у него под ухом!

- Цзюнь... Брат Мосе, ты на самом деле пришел! – Дугу Сяо И взяла на себя инициативу и с радостью встретила его. – Я подумала, что ты будешь сопровождать Жиробаса. Так что я тоже решила встретиться со своей старшей сестрой Сун. Хи-хи... как видишь, это было правильно! Ты действительно пришёл!

Цзюнь Мосе задрожал с ног до головы: Дугу Сяо И только что назвала его «Брат Мосе» в первый раз. Холод прошёл через его тело, когда он подумал об этом: «Почему эта маленькая девочка так вежлива?»

- Молодая мисс Дугу! Видимо, это было суждено, так что я с удовольствием встретился с тобой здесь. Но наша настоящая цель – приехать сюда, чтобы встретиться с твоей сестрой, внучкой Семьи Сун. Так где же она? – Цзюнь Moсе ответил быстро.

- Ты всё ещё зовёшь меня «молодая мисс Дугу»?!», – Дугу Сяо И горько посмотрела на него и надулась. Тем временем рука Цзюнь Мосе поднялась к его груди, и он вытащил мелкого зверька из-под одежды: детёныш крепко сжимал его, отказываясь покидать. Дугу Сяо И, с другой стороны, сузила губы: «Не так ли?»

Танг Юань уже слюни пускал на свою невесту. Он вытянул шею, чтобы найти «красивую» женщину, но не смог обнаружить ни одной женщины, кроме Дугу Сяо И. Тем временем этот коренастый человек продолжал наливать себе выпить.

В этот момент одна мысль ударила в голову Цзюнь Мосе: «Это что, внучка Семьи Сун?! Дедушка Танг был прав! Эти двое – идеальная пара, их брак поистине заключён на небесах!»

Глава 237. Странная героическая женщина

Жирный был всё ещё немного подозрительным, когда эта хорошо построенная «роза» встала и подошла к ним. Хотя она была не очень высокой, но каждый мог сказать, что фигура у неё была исключительно... крепкой. Дама широко улыбнулась, ударила кулаком в ладонь и сказала:

- Вы, должно быть, третий юный мастер Семьи Цзюнь? А человек с вами – мой будущий муж, Танг Юань? Меня зовут Сун Сяо Мэй.

Танг Юань был немного ошеломлён. Его глаза почти выскочили из орбит, а челюсть почти упала на землю. Этот человек был на самом деле женщиной! Её густые брови над большими глазами не выглядели бы безобразно... если бы они не были помещены на таком большом лбу.

Удивительно, но эта женщина даже связала свои волосы в мужскую причёску! Она не применяла никакой косметики и не имела никаких украшений. Она стояла, прижимая руки к телу, и казалась такой же устойчивой, как столетний дуб. Даже её голос был подобен раскатам грома, как у мощного эксперта!

- Её задница действительно не маленькая, она невероятно жирная. Твой дед говорил правду. Вы двое действительно отлично подходите... натуральная пара, – молодой мастер Цзюнь не знал, что сказать. Поэтому, оставленный без другого выбора, он просто не позволял себе смеяться вслух и тихо «поздравил» Жиробаса.

- О, это... – Танг Юань выглядел так, будто его поразила молния. Его маленькие глаза были такими же большими, как у буйвола. Его огромный рот открылся во всю ширь, а слюна всё ещё капала, но уже от отчаяния. Внезапно из его горла вырвался звук:

- Ха-ха, хха... как будто кто-то душил цыплёнка. Затем его глаза закатились вверх... Казалось, что этот колобок не может выдержать свой вес... и он, в конце концов, упал, ударившись головой о землю.

Танг Юань много фантазировал о своей невесте, Сан Сяо Мэй. Он всегда думал, что она будет лучшим кандидатом на роль его невесты. Однако разница между его мечтами и реальностью... была гораздо более велика, чем мог вытерпеть жалкий Танг Юань. Этот шок был похож на жестокий удар.

- Видимо, эта молодая женщина создала настоящую панику своему почетному жениху», – внучка семьи Сун непринуждённо посмеялась над собой. Хотя в ее глазах был намек на грусть, ей удалось скрыть это быстро. Затем она сказала прямолинейно, приподнимая Танг Юаня:

- Мой будущий муж довольно толст. Ему нужно похудеть.

Снова ударив кулаком в ладонь, она продолжила:

- Третий молодой мастер Цзюнь, садитесь.

Молодой мастер Цзюнь много додумал за Жиробаса. Однако его первое впечатление о Сунь Сяо Мэй было не очень хорошим. Важно отметить, что Жирный, хотя и невыносимый, всё ещё был наследником важной Семьи города. Таким образом, мораль и поведение его жены не должны быть похожими на Сунь Сяо Мэй. Разумеется, не все женщины считались вассалами в этой эпохе. Большинство мужчин посчитали бы её неприглядный внешний вид дефектом. Тем не менее, её недостатки не соответствовали её удивительно смелому общению.

Цзюнь Мосе начал формировать благоприятное мнение о Сунь Сяо Мэй, хотя он только что встретил её. Для него нечего было суетиться над этой женщиной – кроме ее роста и веса...

Короче говоря, её можно было охарактеризовать как «Женщина, которая была мужчиной».

Можно было почувствовать, что её темперамент и эффективность при работе с вещами превзошли бы большинство мужчин! Она наверняка была бы человеком с «героической личностью», если бы она не родилась женщиной!

Если Жиробас разорвёт помолвку просто из-за её внешности... это было бы равносильно отсутствию возможности!

Однако эта «неприятность» в её внешнем виде предопределила её жизнь, сделав её довольно трагичной.

В конце концов, большинство мужчин судило женщин по внешности в первую очередь!

Женская душа и характер не имели большого значения для подавляющего большинства мужчин!

Хотя было неприятно слышать, но факт был – Цзюнь Мосе восхищался ею только потому, что сам не был связан со всем этим делом.

Если бы министр Сун сказал ему: «Я отдаю руку моей дочери тебе, если ты действительно так высоко ценишь ее! Будешь ли ты заботиться о ней?»

Молодой мастер Цзюнь немедленно исчез бы... он бы бежал из города на всю жизнь; никогда больше не оглядываясь назад, не говоря уже о признании этой «жемчужины человечества».

- Брат Мосе... Да, внешностью сестра Сун не выделяется... но она добрая, сердечная и очень умная. Я была её близким другом, и она – очень замечательный человек. Она проста и не принимает тривиальных вопросов близко к сердцу. Я очень люблю её! – сказала Дугу Сяо И.

- Ты абсолютно права! – воскликнул Цзюнь Мосе с глубоким восхищением.

Цзюнь Мосе чувствовал, что эта девушка знала, как отличить бессмысленную ложь, хотя она вела себя, как наивная дурочка. Настолько, что её можно было считать вполне объективной, хотя она и была несовершеннолетней.

Очень немногие женщины были способны отойти от обычаев в эту эпоху. Поэтому, хотя Сун Сяо Мэй родилась с некоторыми физическими недостатками... её личность была, тем не менее, весьма похвальной.

Сун Сяо Мэй, улыбнувшись, села. Она подняла чайник, чтобы налить Мосе, и обратилась к нему:

- Молодой мастер Цзюнь, хотя мы встретились в первый раз... Я нахожу, что слухи о вас не согласуются с реальностью.

- Да? – спросил Цзюнь Мосе с озорной улыбкой, когда он поднял чашку чая. – А что именно не согласуется?

Сун Сяо Мэй не ответила немедленно, но вместо этого улыбнулась. Её мужская улыбка как-то хорошо сочеталась с её грубым лицом.

- Честно говоря, я здесь не для того, чтобы встретиться с Танг Юанем, – Сун Сяо Мэй улыбнулась. – Брак между Танг Юанем и мной был организован нашими родителями. Я уже приняла мои несчастья как указ Судьбы, так как я всё-таки довольно уродлива. И я не намерена противиться. Тем не менее, у меня есть записи обо всём, что касается Танг Юаня за последние пять лет... что он сделал, что он сказал, куда он пошёл... Я знаю это как свои пять пальцев!

Молодой мастер Цзюнь вдруг почувствовал холод!

Цзюнь Мосе наблюдал за лежащим в обмороке Жирным; убийца уже мог предвидеть очень трагическую жизнь для этой Тефтели.

- Танг Юань не только не очень хороший человек, он даже не настоящий джентльмен! – Сун Сяо Мэй улыбнулась, глядя на немощную фрикадельку. – Если честно сказать - он негодяй от головы до хвоста, действительно, очень мерзкий характер!

- Хорошо сказала! – Цзюнь Мосе рассерженно рассмеялся и хлопнул в ладоши. – Я бы сказал, что вы попали в точку!

- Тем не менее, этот противный парень имеет и положительные качества! – Сун Сяо Мэй мрачно улыбнулась. – Он никогда не скрывает своих симпатий и антипатий. Плюс, он открыто и заранее говорит о том, что ненавидит; мне нравятся такие прямые люди! У него плохая репутация и он считается недостойным всех, так как у него очень плохая репутация для сына аристократа... он такой же жирный, как свинья, и такой же тупой, как осёл... вы, как его близкий друг, должны быть знакомы со всем этим... поэтому мне не нужно комментировать всё это. Я хотела бы подчеркнуть один момент. Я наблюдала за его внутренними чертами, и я считаю, что Танг Юань – человек по-прежнему, а не просто фермерское животное.

Поэтому у меня нет ничего, чем бы я была недовольна. Более того – моя собственная ситуация тоже не такая уж отличная. Помня об этом, возможность найти такого спутника жизни – это больше, чем я могла бы просить, – Сун Сяо Мэй слегка улыбнулась. – Очевидно, что мы и, правда, пара, брак который предопределён небесами...

- Кхе-кхе-кхе... – Цзюнь Мосе прокашлялся несколько раз, так как он не мог придумать подходящий ответ. Он не встречал такую женщину, с тех пор, как он попал в этот мир. Она очень открыто говорит о её внешности, а также о ее браке; фактически, она не пыталась избегать ни одной из тем. Любая другая женщина на её месте была бы слишком застенчивой и перестала бы говорить некоторое время назад. Сун Сяо Мэй, однако, на самом деле продолжала говорить. Этого уже было достаточно, чтобы описать ее как «героическую женщину»!

- Третий молодой мастер Цзюнь, вам не нужно кашлять. Вы понимаете мирские дела... так подумайте об этом – кроме меня, кто в этом мире сможет терпеть Танг Юаня? – Сун Сяо Мэй улыбнулась. – Он такой тяжелый!

На этот раз Цзюнь Мосе был полностью потрясён! Его глаза широко раскрылись, как и его рот, когда он безмолвно уставился на нее. «Эта молодая женщина – действительно тигрица... кто ещё осмелился бы так говорить?»

Дугу Сяо И приглушила свой смех, но её нежные плечи все время дрожали. Она знала о темпераменте своего близкого друга. Поэтому она, естественно, могла понять, что её товарищ был застенчивым.

- Я давно знаю о репутации третьего молодого мастера. Я догадывалась, что вы поможете Танг Юаню, не допуская возникновения каких-либо унизительных обстоятельств; особенно тех, которые включают имена Семьи Танг и Сун. И за это я хотела бы поблагодарить вас! Мне повезло встретиться с вами сегодня! – Сун Сяо Мэй опустила голову, наливая чай. Затем она продолжала неторопливо. – Вы мудры и дальновидны. Поэтому вы уже знаете, что я здесь по двум причинам: во-первых, я должна была убедиться, насколько жирный мои жених... И, во-вторых, и это было в приоритете, чтобы увидеть, действительны ли слухи о ваших «похождениях». Предполагаю, что я правильно поняла Танга... Я догадалась, что он вас потянет! И он это сделал.

- Почему же вы хотели меня видеть? – спросил Цзюнь Мосе с недоумением. «Что же ты делаешь? Ты организовала «свидание вслепую» с Жиробасиком... просто чтобы увидеть меня?! Это действительно странно... но я сомневаюсь, что она попытается убить меня из-за инцидента «Жена-азартная игра»...»

- Помимо благодарности, я должна была кое-что увидеть для себя. У меня есть два близких друга, и они настолько близки мне, что похожи на моих младших сестёр, – Сун Сяо Мэй внимательно посмотрела на Дугу Сяо И, когда продолжила. – Одна из них осуждает вас. Ее ненависть к вам настолько высока, что её нельзя уменьшить. В то время как другая, имеет сильные чувства к вам. Когда она говорит о вас, похоже, что её жизнь станет бессмысленной без вашего существования. Я пришла сюда из любопытства... Я хотела посмотреть, каким очарованием обладает «развратник номер один» из этого города. Ибо вы вызываете такие сильные, но противоположные реакции от двух моих сестёр...

Дугу Сяо И повернулась и наклонилась в сторону, когда услышала это. Её лицо покраснело, и она воскликнула:

- Сестра Сяо Мэй!

Глава 238. Проблемная железнокрылая пантера

Цзюнь Мосе рассмеялся и скрестил ноги. Некоторое время он качался на стуле, потом сказал:

- Могу я узнать, какая из ваших сестёр так привязана ко мне? Ха-ха... Я – один из самых жестоких людей города Тянсян. На самом деле, я опасаюсь, что восемь из десяти человек согласятся с этим заявлением. Но кто-то «глубоко привязан» ко мне... это первый раз, когда я услышал что-то вроде этого... Мне очень интересно знать людей с такой проницательностью.

Дугу Сяо И нервно посмотрела на Сун Сяо Мэй, услышав это: её глаза, казалось, молили о молчании.

- Я говорю о человеке, который когда-то был далеко, за горизонтом... – Сун Сяо Мэй загадочно улыбнулась, проигнорировав яркий взгляд Дугу Сяо И. – Но появилась прямо у вас под носом! Молодой мастер Цзюнь, вы даже приняли знак любви к ней! И всё же вы в замешательстве?

- Принял знак любви? – Цзюнь Мосе удивился. Затем он сразу вспомнил, как Дугу Сяо И дала ему свой нефритовый кулон. «Может быть... боже... Да ну нах...»

Молодой мастер Цзюнь резко повернулся, чтобы посмотреть на застенчивую и робкую Дугу Сяо И. Её маленькая голова была направлена вниз и лицом она зарылась в воротник. Казалось, она больше не поднимет её никогда...

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Какие сомнения останутся после этого...

Он не ожидал, что эта глупая девочка попытается приблизиться к браку таким сомнительным образом... Подумав об этом, он немного подавил свою злость на неё. Тем не менее, он также чувствовал себя немного гордым собой – «оригинальный» Цзюнь Мосе расценивался как отброс. Поэтому было вполне естественно, что никто не сформировал бы благоприятного впечатления о нём. С другой стороны, убийца только недавно прибыл в этот мир. Тем не менее, он уже получил красивую женщину, которая запала за него. Фактически, семена привязанности были укоренены настолько глубоко, что она уже пыталась создать брак... он, естественно, не мог не чувствовать себя немного гордым собой...

Дугу Сяо И начала становиться всё более застенчивой, настолько, что уже начала плохо соображать... «Сестра Сун так прямолинейна и громка... Я готова умереть от смущения...»

Сун Сяо Мэй обратила внимание на каждое тонкое изменение выражения лица Цзюнь Мосе. Наконец она заговорила:

- Теперь я понимаю. Моя младшая сестра, которая ненавидит вас до глубины её костей, разумна в этом, так как её мнение о вас оправдано. Что касается мнения моей другой младшей сестры – похоже, её привязанность к вам может быть и без причины...

- Мисс Сун, эта дискуссия была ужасно озадачивающей... Я нахожусь в полном замешательстве, – Цзюнь Мосе сжал кулаки. – Я всё ещё не могу понять ваши намерения...

- Вы не понимаете... это тоже хорошо! Было бы очень неприятно, если бы вы были в состоянии понять все, – Сун Сяо Мэй слабо улыбнулась. Затем она неожиданно посмотрела на него задумчиво. – Третий молодой мастер, вы – нехороший человек; или, по крайней мере, не такой, какого называют «честным джентльменом»! На самом деле, мне всё ещё очень любопытно узнать, сколько людей вы на самом деле считаете важными для себя?

Убийца был в ужасе! Внезапно он поднял голову и спросил серьёзным голосом:

- Что ты сказала?

Если бы он недооценил эту женщину...

- Высокомерие! Презрение ко всем! Эти черты характера видно из твоих глаз! Возможно, твои глаза и кажутся спокойными для большинства людей; так что ты можешь считаться спокойным. Тем не менее, они постоянно раскрывают твоё высокомерие в реальности. На самом деле, твои попытки скрыть это бесполезны перед тем, кто это понимает! – Сун Сяо Мэй нежно улыбнулась. – Теперь я скажу тебе это... как обычный подарок для нашей первой встречи, хорошо? Это будет служить хорошим предзнаменованием, чтобы обуздать твоё высокомерие и действовать дружно, независимо от того, сколько у тебя денег или насколько ты высокомерен... В конце концов, сейчас не время таким храбрецом.

Она мягко улыбнулась, сказав это. Затем она встала и подошла к Дугу Сяо И и погладила её красивые волосы:

- Маленькая сестра, твой взгляд на вещи хорош, но мне жаль...

- Почему жаль? Сестра Сун? – Дугу Сяо И с тревогой спросила.

- Очень жаль, что ты ещё очень молода, – с улыбкой ответила Сун Сяо Мэй. Она хотела бы сказать больше, но всё же подавила эти слова. «Такого человека нельзя «приручить» ни одной женщине. Ты испытаешь много горечи от этого в будущем, маленькая сестра...»

«С этой женщиной очень трудно справиться», – сердце Цзюнь Мосе похолодело. – «Она может воспринимать даже самые маленькие изменения, почти как если бы она имела шестое чувство. В противном случае она бы никогда не узнала, какую гордость я скрываю...

Удивительно, но эта женщина довольно талантлива», – Цзюнь Moсе некоторое время размышлял, а затем улыбнулся, когда внезапно ему пришла в голову дьявольская мысль. – «Если она выйдет замуж за Танг Юаня... разве я не получу способного помощника?»

Сун Сяо Мэй закончила говорить и подошла к Танг Юаню. Затем она внезапно ударила его по жирной заднице:

- Прекрати притворяться мёртвым! Быстро встал и пошёл за мной в мой дом. Мой отец хочет встретиться с тобой!

Танг Юань вздрогнул и потёр жопу, сердито глядя на неё:

- Сумасшедшая баба! Не подходи ко мне! Кто бы захотел идти домой с тобой?! Ты... просто оставьте меня в покое!

Лицо Сун Сяо Мэй абсолютно не изменилось, но она внезапно крепко схватила крупно-мясистые уши Танг Юаня. Затем она силой вытащила его и вывела на улицу. Проклятия Танг Юаня быстро превратились в просьбы о пощаде: его мольбы продолжали быть слышны в ресторане, пока они не ушли довольно далеко.

В настоящее время единственными оставшимися в зале были убийца - Цзюнь Мосе, который был занят созерцанием убранства зала, и Дугу Сяо И, которая всё ещё сидела красная, как помидор.

Смущение Дугу Сяо И было ясно видно на её лице. Она всегда считала эту женщину очень умной. Ей было трудно понять, почему её старшая сестра предала её так, потому что Сун Сяо Мэй ясно знала о её чувствах к этому человеку. «Говорила об этом так прямо... перед Цзюнь Мосе... Да я от стыда чуть не сгорела...»

Дугу Сяо И стало настолько неловко, когда она оказалась наедине с Мосе, что она захотела вскочить и убежать! Однако ей не хотелось уходить, так как она наконец-то увидела его, столкнувшись с множеством трудностей. Более того, ей было трудно предвидеть ещё один шанс встретиться с ним, поскольку её семья была против этого.

«Он просто сидит, нахмурившись, как глупый болван... Я даже не знаю, о чём он думает... он даже ничего не говорит...»

Жаль, что эта маленькая девочка была последней вещью, о которой думал молодой мастер Цзюнь. Прямо сейчас, он всё ещё думал о последнем заявлении Сун Сяо Мэй: «Это будет служить хорошим предзнаменованием, чтобы обуздать твоё высокомерие и действовать дружно; независимо от того, сколько у тебя денег или насколько ты высокомерен... В конце концов, сейчас не время таким храбрецам».

Это заявление звучало как оглушительный, утренний будильник в ушах Цзюнь Мосе.

Молодой мастер Цзюнь сумел выучить кое-какие страшные техники после того, как пришёл в этот мир, и фактически имел несколько сверхъестественных методов в его распоряжении. Более того, воспоминания о его прошлых жизненных навыках также были неповреждёнными. Тем не менее, эти воспоминания были не единственным, что перешло в этот мир. Превосходная, жестокая и беззаботная душа «Злого монарха» тоже была здесь...

«У меня нет причин не быть высокомерным. Почему я не должен гордиться настолько большим количеством такой силы в моём арсенале?»

Независимо от того – эксперты Суань Неба, Суань Духа или Великие Мастера – ни один из них не имел никакого значения в глазах убийцы.

По его мнению, жители этого мира были экспертами второго сорта и никогда даже рядом не стояли с теми, с кем он сражался в своей предыдущей жизни. В результате он подсознательно действовал высокомерно, так как считал всех ниже него!

В дополнение к этому, он не придавал большого значения концепции жизни или смерти. Это явно повысило его высокомерие до более заметной позиции...

Тем не менее, Сун Сяо Мэй непреднамеренно указала на большой его недостаток всего несколькими словами: «Гордость! Слишком много гордости!»

Если простолюдину было позволено обладать гордостью, то младший наследник Семьи Цзюнь был более чем прав, что был горд! Тем не менее, молодой мастер Семьи Цзюнь не имел никакой квалификации, которая могла бы оправдать его темперамент в отдалённых краях.

Особенно в эти опасные времена, когда он был связан с обоими, Городом Серебряной Метели и поместьем Сюэху. Юный мастер Цзюнь был никем для этих двух силовых структур. Фактически, они могли распоряжаться им, когда пожелали бы.

Казалось, что ему нужно больше времени, чтобы улучшить своё отношение и обуздать ненужное высокомерие.

Когда он думал об этом, он услышал хмыканье со стороны Дугу Сяо И. Она немного переставила свой стул и села поудобнее. Потом хмыкнула ещё раз; и снова переставила стул. Она продолжала шевелиться на своём сиденье. Её симпатичное лицо медленно становилось тёмным. Её маленькие руки беспрестанно трясли маленького белого зверька, и тот уже жалобно повизгивал от тошноты.

- У тебя жук под жопой? – недоумённо спросил Цзюнь Мосе. «Почему она постоянно крутит задницей, будто там килограммовая личинка спряталась?»

- Под твоей жопой жук, придурок! – закричала Дугу Сяо И. – Ты не обращаешь на меня внимания... не говоришь со мной, ты... ты... Я тебя ненавижу! – сердито выкрикнула Дугу Сяо И. Из её глаз потекли слёзы разочарования, и она чувствовала себя всё хуже с каждой минутой, он не обращал на неё внимания и почти не сказал ей ни слова... на самом деле он обращался с ней так холодно с тех пор, как приехал!

Цзюнь Мосе был ошеломлён. «Почему она так рассердилась?» Он не знал, как противостоять темпераменту молодой мисс. В конце концов, Цзюнь Мосе с нетерпением сказал:

- Ты... блин, перестань орать, или я уйду!

- Ты... – Дугу Сяо И почувствовала, как в ней нарастает гнев. Она недолго посмотрела на Цзюнь Мосе, после чего закусила губу, стараясь контролировать свою ярость, и спросила:

- Ты причиняешь мне столько проблем... и теперь ты хочешь уйти?

- Проблем? – Цзюнь Мосе распахнул глаза. – Когда я причинял тебе проблемы?

«Разве это не ты начинаешь все неприятности? Почему ты так всё выворачиваешь?»

- Посмотри на Малыша Белыша! Он... перевернул мою семью вверх ногами за эти последние несколько дней... – Дугу Сяо И закусила верхнюю губу. – Такой маленький детёныш железнокрылой пантеры... и внезапно – у меня дома! Ты думаешь, что это не принесёт проблем? Да и вообще, неужели ты не заметил, что творится последнее время в городе? А я всё время ношу её с собой! Мой папа допрашивал меня... он даже чуть не ударил меня!

- Э-э... – это был, конечно, аргумент, но не в тему. Несмотря ни на что, Цзюнь Мосе спросил.

– И что он сказал?

- После того, как он начал беспокоиться, он сказал... Что-то типа «Ты пришла и притащила в дом эту хрень, и ещё спрашиваешь меня, в чём проблема? Я совершенно смущён! Почему бы мне просто не взять кинжал и не отправить тебя в ад? Может быть, там ты сможешь найти родителей этой твари и сама спросишь у них «в чём проблема с вашим сыночком»?» – Дугу Сяо И прекрасно подражала голосу Дугу Вуди, но не смогла воздержаться от улыбки после этого.

Цзюнь Мосе даже не знал, смеяться или плакать.

«Я зарежу тебя и отправлю в Ад, чтобы ты могла найти родителей этой твари?» Было трудно сказать, как Дугу Вуди пришёл к такому выводу. Однако было хорошо, что убеждённость в его аргументации заключалась в отсутствии разума в этих самых словах...

«У него есть определённый талант!»

Глава 239. Мечтательные ощущения

- Твой отец действительно талантлив, и его план очень креативен, – Цзюнь Мосе рассердился и вздохнул. Хотя, он не очень любил это крошечное существо... «Даже если кто-то был готов умереть и отправиться в ад для этого... это всё равно не принесёт пользы, даже родители этой крылатой хрени не смогли бы объяснить ничего из этого...».

«В конце концов, эта маленькое создание уже переплюнуло любую железнокрылую пантеру, известную в истории. Даже предков этих пантер... Даже самая мощная железнокрылая пантера не смогла бы это объяснить».

Он снова посмотрел на маленькую девочку.

«Эта маленькая девочка уже сделала очень многое... Более того, у неё очень уникальная индивидуальность. Она была раздражена всего лишь минуту назад, достаточно раздражена, чтобы начать кричать. На самом деле казалось, что у неё начнётся истерика. Но её слезы быстро превратились в смех, как только она вспомнила забавный случай. Даже напряжение на её лице исчезло. Это преобразование было действительно... очень восхитительным».

- Я тоже считаю, что идея моего отца очень умна. Вначале это может показаться очень неэффективным, но если внимательно последовать его указаниям, то эта идея может оказаться очень интересной... ха-ха-ха, – Дугу Сяо И приняла самодовольное выражение лица. – На самом деле я потратила много сил, чтобы придумать правдоподобную ложь, чтобы не говорить о тебе. Но я ничего не могла придумать. Мой отец практически может читать мои мысли... Прямо как моя мать всегда говорит: «Мудрые часто кажутся глупыми для большинства людей, это их истинная красота».

«Мудрые часто кажутся глупыми для большинства людей. Истинная красота? Использовать такие слова для описания генерала Дугу Вуди... это оскорблять эти фразы...»

- Итак... и что нам делать с этим? – спросил Цзюнь Мосе. Эта маленькая девочка была такой чистой, что она решила солгать, чтобы прикрыть его...

- Хм, пока это сработало, – Дугу Сяо И кивнула головой. – Само собой разумеется, что многие люди будут пытаться потратить много денег на покупку Малыша Белыша. Но я отгоню их всех. Он – мой, и поэтому все они могут забыть о своих планах. Кроме того – он единственный свидетель нашего... – громкость её голоса уменьшалась, пока она говорила. В конце концов, он достиг точки, где только она сама могла слышать себя, Цзюнь Мосе всё равно не слушал ее.

После того, как она закончила говорить, Дугу Сяо И помолчала немного. Затем она повернула голову и посмотрела на Цзюнь Мосе, прежде чем сказать мягким голосом:

- Моя семья вчера получила приглашение от семьи Цзюнь...

- О? – Цзюнь Мосе поднял брови.

- Я не знала, что ты и мой отец заключили пари, – Дугу Сяо И казалась немного озабоченной, всё ещё злой, когда она смотрела широко открытыми глазами. – Ты на самом деле решил снова поспорить с отцом... Ты действительно думаешь, что одну бутылку вина можно продать более чем за 10 000 серебряных таэлей? Это абсолютно невозможно, этого просто не может быть. Это просто смешно. Мой отец рассмеялся после получения вашего приглашения вчера. Он сказал, что эта ставка, наконец, приведёт тебя в чувство. Ах... мой папа заставил тебя поспорить...

- О, он хочет привести меня в чувство? Хм? Я не понимаю, почему ты считаешь, что это пари – плохая идея... Когда на самом деле я тщательно выбрал эту возможность и отправил приглашения по своему собственному желанию. Кроме того, кто мог когда-либо подчинить такого неуступчивого молодого мастера?

Цзюнь Мосе почесал подбородок, а его глаза сияли ярко. «Генерал Дугу, конечно, не заставлял меня спорить. Это было моё собственное дело. Что касается привлечения меня «под контроль» через это пари... Было бы довольно неприятно сказать, что он пытается установить над кем-то контроль».

Молодой мастер Цзюнь не забыл, что Семья Дугу должна будет ему астрономическую сумму, если его аукцион на вино будет успешным. «Однако когда дело дойдёт до этого – генерал Дугу признает долг?»

- Ты уверен? – спросила Дугу Сяо И с озабоченностью в глазах. Было очевидно, что она не хотела, чтобы Цзюнь Мосе проиграл этот спор. Поэтому она предпочла бы, чтобы ее отец проиграл. – Но это будет нечестно... Как ты можешь обыграть моего отца в этой несправедливой азартной игре?

- Трудно сказать, справедливо ли это... или несправедливо, – Цзюнь Мосе был уверен в своём плане. На самом деле, даже если эта игра будет нечестной для кого-то, то, скорее, не для молодого мастера Цзюнь. Однако если молоток этого мира случайно стукнет не в его пользу... у него все равно будет одно из миллиона «непредвиденных обстоятельств».

- Как насчёт того, что я буду сопровождать моего отца завтра? – глаза Дугу Сяо И внезапно оживились, и её выражение лица изменилось. Она опустила голову и стиснула зубы. – Если он решит угрожать тебе... или ещё что... Я начну плакать. Я такую сцену устрою... Я... я не позволю ему запугивать тебя. Пожалуйста, не беспокойся об этом...

Поговорка: «Сердце женщины с тем, кого она любит» определённо права. У этой маленькой девочки была полная озабоченность по поводу благополучия Цзюнь Мосе, и она только размышляла о средствах, чтобы не позволить ему проиграть отцу. Однако она забыла, что если её старик проиграет, тогда её семья будет обременена долгами, и очень большими...

Цзюнь Мосе всегда был холодным, бессердечным и хладнокровным по своей природе. Однако в первый раз в жизни он смягчился. Эта маленькая девочка всерьез думала исключительно о его благополучии. Цзюнь Мосе не был дураком, как он мог этого не видеть?

Мужчины не сделаны из камня, они не могут быть такими бессердечными.

- Не волнуйся, я не проиграю, – Цзюнь Мосе тепло улыбнулся и протянул руки к Дугу Сяо И, чтобы погладить её волосы. Но как только его рука соприкоснулась с ними – он почувствовал, будто его поразил электрический ток, и он быстро отдёрнул руку. Он подсознательно приблизился к этой женщине таким образом, который полностью противоречит его личности как убийцы. Он всегда был киллером, в обеих его жизнях. Однако это был первый раз, когда он действовал как... обычный человек?

Хотя, он не был убийцей в этом мире...

Цзюнь Мосе улыбнулся, встал и тихо сказал:

- Мне нужно идти.

Дугу Сяо И опустила голову, а её сердце бешено забилось. Это был первый раз, когда он сам спонтанно коснулся её, даже если это были только её волосы. Ей казалось, что всё её тело слабеет, а её лицо снова покраснело. С другой стороны, её мозг работал на полную... «Что только что произошло? Что я делаю? Почему я так поступаю? Почему я веду себя как ничтожество?»

Однако у нее было смутное ощущение, что во время всего этого свидания что-то изменилось. Такое поведение Мосе отличалось от предыдущего. Раньше юный мастер Цзюнь был просто скользким развратником, который всегда прикрывался легкомысленным кокетливым отношением испорченного брата. Напротив, он казался занятым на этот раз, в то время как каждый сделанный им шаг казался серьёзным.

- О, – губы Дугу Сяо И дрожали, но она тихо ответила. Она встала, опустив голову, и смотрела она, казалось, на собственные пальцы. Её голос был таким тихим, когда она снова заговорила, что юный мастер Цзюнь ничего не расслышал, хотя он стоял очень рядом. – Ты... уходишь? Я... я... хорошо...

Хотя она хотела сказать:

- Я, наконец, смогла встретиться с тобой с таким трудом. Однако эти слова застряли и отказались выходить изо рта. Она проглотила их, и попыталась снова, но, в конце концов, замолчала, поскольку ей было слишком стыдно говорить это вслух.

Лицо Дугу Сяо И сияло на солнце. Мягкие и гладкие пряди волос, казалось, танцевали на ветру. Один волос трепетал вдоль её виска и опустился на щёку, рядом с красивым носом...

Её длинные ресницы были спокойно опущены, и лишь на мгновение дрогнули, когда она моргнула. Ее ярко-красные и пухлые губы были поджаты, она мягко закусила губу. Её лицо явно демонстрировало нежелание расставаться с ним. Такова была сцена любви молодой девушки, которая изо всех сил старалась скрыть свои чувства. Хотя чем больше она пыталась скрыть свои чувства, тем более очаровательной она выглядела...

Этот удивительно красивый внешний вид заставил юного мастера Цзюнь испугаться. Он привык видеть знаменитостей в своей предыдущей жизни. Фактически, он видел всевозможных красивых женщин. Однако впервые он увидел красоту столь настоящую и чистую, как у неё. Ему было трудно подавить чувство нежной любви и ласки, которое возникало в его сердце, и впервые он подумал так о ком-то: «Эта девушка такая красивая... даже по сравнению с самыми красивыми женщинами, она ничем не уступает мировым знаменитостям...».

На мгновение в зале воцарилось тихое молчание: их тонкого дыхания было недостаточно, чтобы нарушить эту тишину...

Красивое лицо Дугу Сяо И покраснело, словно чувствуя его горящий взгляд на ней. Она не могла не смутиться. Дугу Сяо И чувствовала, что они плывут среди облаков, как будто они были единственными двумя людьми, оставленными в этом огромном мире...

Чих Малыша Белыша нарушил молчание и разбудил их обоих. Дугу Сяо И застенчиво подняла своё краснеющее лицо и робко взглянула на него, тихо сказав:

- Дурак... ты... разве ты не собирался уходить? Почему ты не ушел?

Цзюнь Мосе вдруг понял, что потерял контроль над своим умом и был груб. Однако это был первый случай, когда он реально был виноват. Он быстро понял свой дерзкий поступок и рассмеялся, сказав:

- Я даже не хочу уходить, увидев такую красивую девушку. Кажется, ты пробуждаешь мои забытые манеры распутника.

Дугу Сяо И слегка взглянула на него и ответила:

- Заткнись. Думаешь, я боюсь твоих извращённых манер? И кстати, кажется, что тебе нужно спешить, поторопись и иди, а то без тебя начнут... – она отвернулась, сказав это. Цзюнь Мосе ясно мог видеть, что даже сзади шея Дугу Сяо И покраснела.

Он произнес эти слова довольно серьезно, так как это смутило её?

Молодой мастер Цзюнь очень мало наслаждался близостью с женщинами в своей предыдущей жизни и, следовательно, не мог понять нынешний настрой Дугу Сяо И. С другой стороны, она только что поняла, что тон её речи похож на тон жены, разговаривающей с мужем, когда он собирается на работу. Её тон был теплым, почти как если бы она осторожно предупреждала его. Она вспомнила, что её мать тоже так говорила прямо перед тем, как её отец отправлялся на битву. Она стала еще более застенчивой, осознав всё это, и подумала: «Мне нравится?»

«Кто он для меня?» Чем больше она думала об этом, тем краснее её лицо становилось. Вскоре её лицо стало напоминать блестящие красные облака на закате: она, естественно, не могла собрать мужество, чтобы снова поднять свою симпатичную маленькую голову.

- Ха-ха, красавица. Ты очень красивая, – улыбнувшись, воскликнул Цзюнь Мосе. Затем он внезапно поднял руку и погладил её по щеке. После этого он слегка ущипнул её за нос и воскликнул:

– Гладкая кожа... Очень красивые духи... Да, ты и, правда, одна из самых красивых девушек, ха-ха, – громко рассмеялся он, после чего поднял руку и почесал в затылке. После он повернулся и пошёл к выходу.

Он делал это легкомысленно, чтобы скрыть своё взволнованное сердце. Убийца Цзюнь чуть не упал... Его сердце колотилось бешено, как барабан...

Глава 240. Аристократический статус

Сердце Дугу Сяо И билось дико. Рука Цзюнь Мосе только что ласкала ее щеку, и она просто больше не могла сдерживать своего смущения. Она тут же вспомнила что-то и сказала:

- Чёрт побери, я обязательно навещу тебя завтра. Ее голос был тихим, а голова все еще была опущена. Поэтому она не знала, слышал ли он ее или нет.

- Отлично... Я с нетерпением жду твоего визита, – яркий и веселый голос молодого мастера Цзюнь достиг ушей красивой девушки.

Дугу Сяо И поспешно встала. Затем она быстро бросилась к выходу. Оттуда она посмотрела, как этот человек поворачивает за угол в конце улицы на своей лошади. Озадаченный тоскливый взгляд наполнил её глаза. Задумчивая улыбка появилась на ее лице, когда она покраснела.

- Этот подлец... Хамло! Как он посмел ущипнуть мое лицо?! Я... он... как он мог... Я обязательно найду его завтра! И я отомщу ему, отпиная его хамскую задницу!

Дугу Сяо И весело фыркнула, пытаясь изо всех сил выглядеть сердитой. Однако ее глаза, которые она не контролировала, ясно раскрывали ее счастливое и удовлетворенное настроение...

Цзюнь Мосе ехал домой один: он не мог понять, почему он так доволен, потому что его ум никогда не испытывал такой радости. Кроме того, он осознавал, что чувствовал себя немного счастливым. Он, естественно, не пил, но чувствовал себя немного подвыпившим; он, очевидно, не слышал смешной шутки, но улыбался...

«Эта противная девушка. Может, эта девчонка отравила меня чем-то?»

Такие эмоции подобны отравленному вину, которое когда-то было выпито – оно будет иметь пожизненный эффект и без противоядия для лечения.

Это таинственное чувство давало ему головную боль. Несмотря на то, что он занимался здоровьем своего тела с тех пор, как принял его... это было тело мальчика в возрасте шестнадцати лет. Это, естественно, означало, что он еще не достиг совершеннолетия. Проще говоря... он всё равно, что школьник! Возможно, он будет считаться чуть более зрелым, чем подросток, в лучшем случае. Что ж! Эта девушка, казалось, была примерно того же возраста; может быть, немного моложе!

Это была чистая щенячья любовь!

«Так, это уже страшно. Влюблённые щенята так себя не ведут. Мне нужно найти кого-то с опытом, чтобы я мог больше узнать об этом состоянии...».

Для нормальных людей торопливые копыта его лошади звучали так, словно барабаны играли с возвращением победоносного генерала. Для него же эти копыта звучали как сладкий ритм, почти как если бы они были частью поэтического письма...

Цзюнь Мосе спешился с лошади так же легко, как перо. Он сиял, когда перешагнул порог своего дома. Внезапно громкий звук прервал его мысли: он уже приближается к своей брачной ночи...

Любой его знакомый из прошлой жизни презирал бы его. Ему в добровольно-принудительном порядке порекомендовали бы принять тысячу ударом плетью, пока его бесстыдная кожа не будет очищена. А затем раздавить каждую кость в его теле, если ничего больше не сработает.

Удивительно, но с одной стороны он думал, что щенячья любовь – это неправильно; а с другой, он мечтал о той девушке...

- Ты! Мелкий! Ты вернулся, наконец. Я сегодня понял что-то новое, быстро иди сюда и взгляни! – голос Одинокого Сокола скакал от волнения. На самом деле, это было похоже на то, что кто-то пытался выставить напоказ свое сокровище. Несколько дней он занимался своими исследованиями и, наконец, кажется, понял: естественно, он был в восторге от этого.

В сердце молодого мастера Цзюнь ещё витало то молодое, красивое, нежное лицо... Однако вдруг перед глазами появился человек с длинными чёрными волосами. Более того – лицо этого человека было таким же мрачным и ледяным, как у дьявола - этот контраст был действительно слишком большим!

Молодой мастер Цзюнь нахмурился. Ему было очень неприятно видеть этого человека, так как он уничтожил его мечту. В результате, Цзюнь Мосе подавил дикий импульс убить Одинокого Сокола. Хотя он очень хотел последовать этому побуждению, он сдержался, так как не мог позволить себе спровоцировать этого человека в это время.

- У меня нет времени на это! Оставь, ты мешаешь мне этим шумом, – юный мастер Цзюнь нахмурился, и его лицо стало тёмным. Он вошёл в свою комнату и захлопнул за собой дверь с громким «Бах!». Великий Мастер, который внимательно следил за ним, едва не засунул нос в дверь.

«В чём дело?! Я уверен, что видел, как этот парень улыбался минуту назад. Он вернулся, выглядя счастливым... так почему же он так со мной разговаривал... как старая больная бабка, которая ненавидит своего идиота-сына?»

Одинокий Сокол смущённо почесал макушку: он был в шоке.

День начался, как и любой другой обычный. Однако эти письма-приглашения вскоре сделали его довольно необычным!

Весь город Тянсян вспыхнул!

Каждый человек, чья Семья оказывала хоть немного влияние, была полностью поглощена обсуждением этого вопроса. «Что это за Аристократический зал? Разве это не удивительно высокомерно?»

Серебряные пригласительные карточки были украшены золотым сливовым цветком. Золотая краска использовалась так точно, рисуя этот цветок, что каждый лепесток казался живым. На самом деле даже тычинки были хорошо видны!

Конверт пригласительной карточки можно считать ценным произведением искусства сам по себе!

«Что там внутри?»

При открытии листа первым, что бросалось в глаза, была надпись – разумеется, золотом. Первая строка гласила: Бедных, нищих и больных сердцем любезно просим выкинуть это и не читать дальше. В то время как вторая строка оповещала: Те, чья Семья имеет менее одного миллиона, не должны входить в эти двери!

Открыв следующий лист письма, глаза натыкались на надпись: Вещи, которые стоит обсуждать, не являются бесплатными!

Самое важное для величайших дворян этого мира было и остаётся – быть лучшими в своём роде; как они могут быть посредственными? Они носят прекрасные шелка, читают золотые книги, слушают бессмертную музыку, потому что у них изысканный вкус: прекрасный чай и великолепное вино не пропадут даром на людей, у которых этого нет.

До сих пор жизнь была мирской, а зачем?

Люди быстро поняли, что у них должно быть больше одного миллиона, если они захотят войти в это место! Это место было типичным благом для богатых и презрением к бедным... даже его название – «Аристократический зал!». Пахло дискриминацией.

Однако эти пригласительные карточки сразу же вызвали волнение... даже среди самых неподходящих семей, всё из-за подписи!

Личный штамп третьего мастера Семьи Цзюнь, Цзюнь Вуя.

Печать семьи Танг.

И, возможно, самое неожиданное и удивительное: персональная печать первого принца – эквивалента Империи Тянсян!

Вместе эти три печати имели достаточную силу, чтобы создать кому-то проблемы с дыханием! Отклонить их приглашение... было бы равносильно тому, чтобы взять меч и лишить себя жизни самому... даже Му Жун и Семья Дугу не могли позволить бы себе обидеть такой чудовищный союз!

Через мгновение члены всех благородных семей в городе Тянсян собрались, чтобы обсудить этот вопрос.

Всего через минуту обсуждения этого вопроса зал уже взорвался в шторме общественного мнения. Вначале все влиятельные Семьи придерживались довольно глубокой уверенности в том, что действия «Аристократического зала» были не более чем неприятностью. Многие считали, что это нагло потворствует богатым и игнорирует бедных, что было неприемлемо для некоторых.

Многие, получившие это приглашение, вздохнули с облегчением: они всё ещё имели радостное выражение на их лицах, хотя они «не соглашались» с угнетением бедных. Между тем, многие были недовольны: «Почему я не получил приглашение, хотя состояние моей семьи превышает один миллион? Это приглашение явно направлено на созыв богатых и благородных Семей города Тянсян, то почему на нём нет моего имени? Не говори мне, что мой статус ниже, чем у других людей? На самом деле, они смотрят на меня сверху вниз? Что может быть причиной?»

Такие люди не могли примириться с дискуссиями и начали открыто критиковать, так как они питали чувства негодования и унижения... С другой стороны, люди, которые изначально нервничали или боялись получить это письмо... В конце концов, начали гордиться им…

«Взгляните - Аристократ! Я – великий джентльмен! Вы понимаете? Первый принц, семья Цзюнь и Танг – три из самых влиятельных сил в городе Тянсян, они пригласили меня! Вы всё ещё сомневаетесь в этом? Вы думаете, что вы богаче меня? Вы думаете, что у вас есть деньги? А приглашение у вас есть?»

Доказательство статуса было довольно простым: у кого-то было приглашение, у кого-то нет.

Если кто-то не получил приглашение... тогда это означало только одну вещь: либо их Семья не стоила более миллиона, или они просто были простолюдинами.

Эта пригласительная карточка стала символом аристократии за очень короткий промежуток времени! Люди стали носить чисто белую одежду и приклеивать эту пригласительную, как визитку. Они ходили, не заботясь о том, как они выглядят: грудь выпятил, голову поднял, и пошёл! Это была новая тенденция в городе: истинный признак элегантности и класса. Более того, это было доказательством аристократического статуса.

И те, кто не получил приглашение... ломали себе голову, чтобы не дать им превзойти себя. Фактически, они выдолбили свой разум сотнями планов. Такие люди смотрели широко открытыми глазами на людей, которых они не считали равными.

Были несколько человек, которые никогда не ступали ногой за пределы своих домов. Однако после получения приглашения они начали посещать своих друзей и знакомых.

Однако даже такой поступок не мог считаться чрезмерно чванливым, поскольку некоторые из них были еще более наглыми, настолько, что они могли оставить остальных... далеко позади...

Это единственное приглашение вызвало множество беспорядков во всем городе Тянсян. Настолько, что даже его создатель, молодой мастер семьи Цзюнь не ожидал такого результата. Ситуация до такой степени вышла из-под контроля, что некоторые люди даже собрались с духом, чтобы найти Цзюнь Вуя. Фактически, некоторые люди предлагали ему огромные суммы денег в обмен на одно приглашение.

Цзюнь Вуй не знал, смеяться или плакать, обдумывая этот вопрос. А чтобы всё стало ещё хуже, некоторые люди даже просили его о его благосклонности: это действительно вышло из-под контроля...

Нельзя не утверждать, что мир всегда имел свою строгую иерархию. Тем не менее, никто никогда не начинал такие активные действия ради несерьёзной вещи, как Аристократический зал.

У человека есть только одна жизнь: кто не хотел бы доброго имени для себя?

Прямо сейчас людям была предоставлена возможность казаться выше других... и они, естественно, безумно следили за этой дикой «гонкой тараканов». Точно так же, как в современном обществе, где две замужние женщины, у которых одно и то же золотое кольцо... по-прежнему преднамеренно или иначе сравнивали бы, чьё кольцо было лучше. Поэтому, кто мог обвинить благородных господ города в этом волнении...

Кроме того, Аристократический зал открылся прямо напротив Великолепного Зала Драгоценностей. Это сразу привлекло интересы высшего класса города.

Это дело, хоть ещё и не было выставлено на аукцион ни одного предмета, уже вызывало беспокойство и любопытство в сердцах многих людей. Это был первый случай такого рода в городе Тянсян!

…

Первый луч рассвета появился с востока.

Двери Аристократического зала тихо открылись.

Оттуда почти сразу вышли два отряда охранников и аккуратно встали в два ряда. Все, кто вошёл, были удивлены пышным зелёным двориком! Более того, цветы в нем были настолько ароматными, что можно было опьянеть, если долго стоять и нюхать их!

Никто не мог помешать человеку чувствовать себя расслабленным и невозмутимым после входа в этот двор. На самом деле даже самый суетливый человек не мог не остановиться от очарования!

Цветы внутри этого двора были сильно ароматными, хотя уже стояла поздняя осень. Фактически, эти прекрасные цветы, казалось, процветали, как будто сейчас была весна. Разнообразие цветов внутри этого огромного двора могло оставить очень изысканное и приятное впечатление на всех. Тропинка извивалась в тени деревьев, выстроившихся по обеим сторонам: аромат цветущих деревьев только добавлял этому извилистому пути дополнительное очарование. Путь продолжал изгибаться снова и снова, и никто не мог сказать длину этой тропинки, казалось, что она никогда не кончится.

Один только этот момент сразу показывал, что это учреждение находится выше всех остальных!

«Действительно заслуживает того, чтобы называться Аристократическим Залом!»

А что ещё можно было сказать? «Где они сумели найти так много цветов поздней осенью? И они цветут, будто весной! Более того – ни один из них не чувствуется искусственно посаженным, они словно бы выросли здесь сами! Сколько сил и денег это требует?»

Глава 241. Вердикт Императора

Слабый звук шёл с верхнего этажа Аристократического Зала: источник звука казался далеко, но слышно его было хорошо. Это было похоже на пение фей среди облаков. Музыка казалась туманной и не была отчётливо слышна для всех, кто её слушал, но именно эта нечёткость звука сделала её ещё более очаровательной.

Такой изящный и приглушенный звук трудно описать. Тем не менее, всем, кто получил пригласительные билеты, оставалось радоваться прослушиванию. Настолько, что независимо от результатов предстоящего аукциона они все равно считали это очень плодотворной поездкой, даже если они ничего не выиграют.

Были и другие, у которых не было пригласительного, но они всё ещё стояли среди толпы. Такие люди могли чувствовать только нестерпимый зуд в их сердцах. Они ненавидели себя за то, что не получили пригласительный билет после того, как стали свидетелями элегантной атмосферы этого места, поскольку это означало, что они не могут остаться. «Я буду сожалеть об этом... Я должен получить пригласительный билет, даже если это очень дорого обойдётся...»

Цены на пригласительные билеты продолжали расти, когда солнечный свет стал ярче. Фактически скорость подъёма цен была настолько пугающей, что её можно было сравнить с ураганом. Первоначально Толстячок был очень огорчен тем, сколько было потрачено на создание этих пригласительных. Однако теперь он с восхищением смотрел на сцену, которая была поставлена благодаря настойчивости молодого мастера Цзюнь.

«Разве его нельзя назвать гением бизнеса? Я слишком близорук», - жирный Танг сам высмеял себя.

Цзюнь Мосе сидел спокойно во всем этом волнении. Однако даже он не ожидал, что его план создаст такой эффект. Единственным объяснением этого может быть то, что в городе Тянсян много богатых людей. Более того, они были безумны в отношении любопытных сравнений...

Солнце освещало небо.

Билеты в Аристократический Зал в продаже закончились, и те, кого первоначально пригласили, стали прибывать. Через три четверти часа главная улица была заполнена первоклассными каретами. Все виды дорогих экипажей были припаркованы рядом друг с другом. Фактически, можно сказать, что каждая карета в поле зрения была дорогой сама по себе. Было трудно сказать, какая карета была самой роскошной. Все приглашённые показали свои лучшие вещи, чтобы выставить напоказ свои «аристократические личности». Фактически, они не пожалели расходов на ювелиров, которые украшали их средства передвижения.

Было бы наиболее целесообразно использовать Жиробаса в качестве метафоры для описания этих гор золота: даже если бы он отрезал себе руку, тогда эта единственная рука могла бы обеспечить едой обычную семью на всю жизнь...

Четыре молодые женщины, одетые в белые одежды, стояли у дверей. Они выступали в качестве приветственного «комитета». Они рассматривали пригласительные билеты гостей, а затем сразу же впускали. Вскоре после этого, одетый тоже в белое юноша сердечно приветствовал их и показывал дорогу.

Несмотря на то, что три влиятельные Семьи оставили свои печати на пригласительных билетах, ни одного из знакомых лиц из этих Семей ещё не было. Однако, несмотря на то, что пригласительный каждого человека проверялся до того, как им было разрешено войти, никто не чувствовал, что к ним относились неуважительно. Вместо этого они были очень горды и почитаемые.

Это было в соответствии с логикой. Если бы кто-либо из их членов лично подошёл, чтобы поприветствовать гостей, ему бы пришлось поздороваться сначала только с кем-то одним. Все, к кому он подошёл бы позже, считались бы людьми второго сорта. Следовательно, это считалось очень неуместным.

Почти каждый гость казался спокойным и сильным, независимо от того, было ли это их истинным поведением или просто попыткой показать себя таким. Когда они входили, они, словно нечаянно, бросали взгляд на толпу, стоящую на улице. Эта толпа состояла из людей, которые не получили приглашений. Приглашённые гости бледнели от беспокойства, когда им приходилось быстро пробиваться сквозь толпу. Затем они проходили процедуру проверки приглашения, уже успокаиваясь. А затем гости входили в ворота с элегантностью, и исчезали в пышных цветах и деревьях.

Все, кто получил пригласительный билет, появились без исключения – и многие были приглашены. Они приходили непрерывным и бесконечным потоком, но каждый из них вёл себя достойно. Более того, было много людей, которые обычно не принимали таких договоренностей, но даже эти люди вели себя скромно – просто продемонстрировать свое великодушие.

Однако разве аристократы всегда должны вести себя благородно? Очевидно, это не имело никакого отношения к их нынешнему поведению... казалось, что они пытались смириться с именем «Аристократов», которое им было назначено.

В императорском дворце кто-то рассмеялся. Был только один человек, который мог бы смеяться так в пределах Императорского дворца. Очевидно, это не была одна из прекрасных императорских наложниц. Фактически, даже Императрица придерживалась манер и не смеялась так сердечно. Даже любимый принц или принцесса придерживались этикета и воздерживались от демонстрации такого недостатка в манерах. Наёмные слуги, естественно, никогда не посмели бы! Самонадеянность человека, который смеялся, была очевидна.

Рука Его Величества, Императора Тянсян, сжимала белую шахматную фигуру. Он бормотал себе под нос бессвязно, и вдруг громко рассмеялся:

- Это, на самом деле, довольно изысканный трюк, необычный, но по-настоящему изобретательный. Я не знаю, кто придумал этот изысканный план. Трудно представить, что в моем Тянсяне есть человек, который способен производить облака одним поворотом руки, а дождь – другим... хе-хе, довольно неплохо... Очень неплохо!

Сидевший напротив него, человек неопределённого возраста. Он был одет в белые одежды, белые, как снег. Он был высоким, и, хотя он сидел, его плечи и спина были прямыми. Только его внешний вид мог заставить людей дрожать от страха. Прямые чёрные волосы стекали с его головы, и оплетали его плечи, затем рассеиваясь по спине. На его груди покоилась красивая трёхцветная борода. Однако на его лице не было ни единой морщинки, в сущности, его лицо было таким же ровным и гладким, как у девушки.

Этот прямой человек тщательно размышлял, глядя на шахматную доску:

- Весь этот ход поистине изящный. Вино этого человека должно быть замечательным. Но, даже если это небесный секрет и его чрезвычайно трудно найти... его ценность не может превышать 10 000 серебряных таэлей за бутылку. Однако такой метод заставит все влиятельные Семьи конкурировать друг с другом. Фактически, этот метод позволит ему продать их более чем на 10 000 таэлей.

Это действительно хороший план! Но, как Ваше Величество сказали:

- «Производить облака одной рукой и дождь – другой», этот человек пока ещё не дотягивает.

- Это так? – Император глубоко улыбнулся и продолжил. – На мой взгляд, однако... он может.

- Что Ваше Величество имеет в виду? – одетый в белое человек пристально посмотрел на шахматную доску. Несмотря на то, что он сидел перед таким великим человеком, он, похоже, не вёл себя очень уважительно.

- Мне кажется, что этот метод продажи вина изобретателен, и он был сделан умело и с большим вниманием. Кроме того, важно отметить, что он намного превосходит способности обычного человека в вычислении: это действительно потрясающе, – Его Величество Император медленно погладил свою бороду, после чего торжественно сказал.

– Этот план кажется простым, и можно подумать, что с ним можно добиться успеха. Однако, если это так просто, то почему никто ещё так не сделал?

- Хотелось бы лучше понять, – человек в белом тоже начал проявлять интерес и слегка приподнял брови. В его глазах сияло любопытство.

- Важно было понять чувства людей, формулируя этот план. Нужно четко понимать природу человека и его слабые стороны, особенно психологию старых и влиятельных личностей. Важно, чтобы кто-то подробно изучал эти вещи, не пропустив даже самых неважных фактов! Независимо от того, является ли упомянутый человек дворянином, простолюдином, хулиганом или нищим, нужно понять всю его личность. Если только один сможет охватить все эти знания, тот сразу поймет недостатки личностей людей! Тогда, независимо от того, кто это... даже человек, имеющий должность в Имперском Суде, поклонится тебе. Однако эта часть – это только фундамент и «начальная часть» плана.

У этого человека, безусловно, есть дар в понимании человеческой природы! – Император изложил свой первый вывод.

- Во-вторых, я полагаю, что люди, которые пошли туда сегодня, вряд ли выйдут с пустыми руками, и они продают только вино! Поэтому каждая Семья, которая ушла, не может вернуться с пустыми руками... даже если вино плохого качества! Более того, они продают вино по очень высокой цене. Следовательно, никто не будет покупать его дёшево. Цена будет незначительной, и они не будут рассчитывать или заботиться о деньгах, которые они тратят. О чем они будут заботиться, так это об их репутации!

Уголки губ Императора поднялись, чтобы показать намёк на насмешку:

- Потому что слишком много людей, которые не получили пригласительные билеты, ждут снаружи. Разве толпа не ожидает возможности высмеять так называемых «аристократов»? Любой, кто получил приглашение и отправился на аукцион, не захочет проиграть: они не смогут позволить себе, если хотят сохранить лицо. Этот человек понял, что он может открыто и без страха наполнить свои карманы деньгами, которые он ищет, от каждой присутствующей там Семьи. Более того, все будут в восторге от этого, все они будут заняты стремлением быть первыми из страха быть последними! Всё потому, что они боятся быть униженными другими. Расходы более 10 000 таэлей перед всей столицей улучшат их репутацию. Они могут оправдать свой статус... пока они могут хоть что-то купить!

- Этот человек – мастер, который полностью заслуживает всех этих денег. Довольно неудачно для других, хотя... – Император озвучил свой второй вывод.

Человек, сидящий напротив него, слушал спокойно. Его лицо было настолько пустым, что в ответ не было ни одного движения.

- В-третьих – вы должны принять к сведению имена в этом списке. Если вы внимательно посмотрите, будет очевидно, что, хотя этот список затронул почти все большие Семьи столицы, в этом есть что-то довольно интересное. Этот список на самом деле не завершён!

У каждого бизнеса будут свои конкуренты. Естественно, у богатых Семей, участвующих в этом деле, есть свои соперники. Часто эти соперники хорошо подходят для того, чтобы индустрия быстро развивалась в течение длительного периода времени. Этот список также необходимо изменить для поддержания равновесия. В противном случае цены упадут, и продавец не получит прибыль, или цены будут расти слишком высоко, и никто не проявит интереса. Однако этот список людей, умышленно или иначе, полностью нарушает равновесие, которое я тщательно наводил на протяжении многих лет! Более того, они не оставили даже самой маленькой зацепки. Поэтому, если я захочу обвинить кого-то в этом – я даже не узнаю, кого!

Глаза одетого в белое выглядели озадаченными, когда он услышал это. Было очевидно, что он не понял, что слышал.

- Хе-хе... – Его Величество рассмеялся. – Я приведу пример: Семьи Сун, Му и Чжао – три из самых известных поставщиков на рынке соли в столице. Эти трое, как ножки штатива. Среди этих троих Семья Чжао является самой мощной: её стратегии делают её сильнее, чем другие две Семьи. По общему признанию, Сун и Му несколько слабее, но они часто объединяются, чтобы противостоять влиянию Семьи Чжао. Поэтому Сун и Му могут использоваться для поддержания равновесия власти. В этот список входит Семья Чжао, но не две другие старые Семьи – когда на самом деле все знают, что две другие семьи также имеют миллионы! Но почему они не получили приглашения? Однако никто не может действительно обвинить человека Аристократического Зала, так как он уже пригласил наиболее способного представителя солевой промышленности – Семью Чжао!

Этот метод используется в нескольких отраслях промышленности, чтобы получать огромные прибыли – только приглашая представителей Семей, которые имеют наибольшее влияние, – Император всё больше беспокоился. – И использовать такие грозные средства пропаганды, чтобы подкинуть угля в огонь между двумя конкурирующими Семьями... Боюсь, что конфликт возникнет в течение очень короткого периода времени! Те, кто получил приглашение, будут высокомерно действовать по отношению к другим, тогда как те, кто не получил... будут сердиться. Они почувствуют, что их оттесняют в сторону и рассматривают под «первоклассными». В результате... начнётся хаос!

Всё это показывает только одно: этот человек может считаться истинным мастером тактики! – сделал третий вывод Император.

Глава 242. Одна улыбка может лишить ненависти и обиды

- Этот человек действительно ищет богатства. Однако сумма, которую он ищет, огромна! Ни в коем случае мы не можем считать это нормальным, так как такая астрономическая фигура может легко поколебать равновесие.

Возможно, что могут возникнуть какие-то проблемы, так как там собираются члены от каждой из великих Семей. На самом деле, я боюсь, что этот человек может сознательно произвести инцидент, если ничего не произойдёт. Он может попытаться воспользоваться путаницей, которая может возникнуть после инцидента... Тогда он может попытаться сделать ход, благоприятный для него, используя нынешний конфликт как прикрытие, – Император встал и некоторое время шагал взад и вперёд. Затем он глубоко вздохнул и пробормотал:

– Если бы только этот талантливый человек работал на меня... какая жалость...

- Хотя этот человек умный, но он нуждается в поддержке этих трёх Семей. На самом деле ему будет очень сложно шевелиться без надлежащей поддержки со стороны Семей Цзюнь, Танг и Принца, – человек в белоснежной одежде предложил свои утешительные слова.

- Я также беспокоюсь о том, что ты сейчас сказал, это жизненно важно. Этот человек каким-то образом убедил эти три Семьи помогать друг другу: ясно, что эти три Семьи имеют дружеские отношения. Более того, их дружба кажется сильной. Раньше был слух, в котором говорилось, что эта идея продать вино возникла из спора. Молодой мастер семьи Цзюнь, Цзюнь Мосе и генерал Дугу Вуди поспорили о качестве этого вина и цене, за которую он мог продать... Говорят, что эта стратегия была фактически разработана Цзюнь Мосе. Хотя, я нисколько не убежден в этом. Однако, если это действительно то, что развратник делает... тогда я действительно буду рассматривать его в новом свете.

Император нервно рассмеялся. Однако он не мог скрыть след беспокойства на его бровях:

- Этот план, безусловно, сделан кем-то другим!

Кто бы это ни был, он чрезвычайно опасен и талантлив! Его действия произведут хаос, независимо от того, какой мотив стоит за ними, – некоторое время на лице Его Величества был глубокий хмурый взгляд. Затем его выражение изменилось, и он вдруг улыбнулся.

– В любом случае, это будет очень забавный аукцион. Ты бы хотел сопровождать меня в этот зал, мистер Вэнь?

- Ваше Величество соблазнились? – мистер Вэнь поднял голову, чтобы взглянуть на Императора. Выражение в его глазах было предельно ясным: как глубокое озеро, дно которого можно было увидеть легко, потому что в нём не было никаких примесей. Его кожа казалась... гладкой, как кожа новорожденного ребенка.

- Это интересный вопрос. Более того – там есть талантливый и опасный человек, почему я не должен быть соблазнён? – Император сузил глаза. – Как я могу не пойти на это оживлённое событие, когда этот вопрос окажет глубокое и далеко идущее влияние на положение дел в столице? И всегда хорошо получать новые впечатления... Я хочу попробовать вино, которое стоит более 10 000 таэлей за бутылку!

Господин Вэнь встал легко и просто, искренняя улыбка была на его детском лице. Он нежно усмехнулся:

- В таком случае, пожалуйста, позвольте этому старику сопровождать Ваше Величество в вашей поездке.

- С тобой рядом я обязательно добьюсь успеха, – Император улыбнулся и встал. Он говорил, когда они выходили.

– Однако сначала нам нужно найти кого-нибудь, у кого есть приглашение, так как мы не...

- Три Принца и принцесса Лин Мэн получили пригласительные билеты, если верить отчётам. Значит, Ваше Величество думает о том, чтобы следовать с принцессой? – мистер Вэнь подмигнул: двое мужчин улыбнулись в молчаливом понимании.

- Я также могу проверить своих трёх сыновей, что они замышляют друг против друга, это должно быть довольно забавно. Что может быть лучше? – Император улыбнулся. Однако на его улыбающемся лице все еще была морщинка беспокойства. – Разве брат Жу съел что-нибудь за последние несколько дней? Я ничего не слышал об этом.

Господин Вэнь пошёл в ногу с Императором. Он улыбнулся, сказав:

- Эта проблема должна быть решена. Однако этот внук Танга Ванли тоже... незрелый, нет надежды на его будущее. Он испугал этого одержимого чистотой человека, распространив на него свои... телесные отходы. Как бы то ни было, маленький Жу в это время шагнул вперёд... И хотя он так долго держал себя в чистоте на протяжении многих лет... Видимо, он попал в грязную ситуацию...

Он назвал его «Маленьким Жу». Статус этого человека был, по-видимому, выше, чем у людей из поколения Жу Жу Жу. Хотя, казалось бы, он был еще моложе Дугу Вуди. Фактически, он выглядел ближе к возрасту Цзюнь Вуя, по внешнему виду.

Это было очень странно.

- Ха-ха... – Император рассмеялся. Он повернулся лицом вбок и обратился к старому евнуху. – Имперская кухня найдет хорошее средство для евнуха Жу. Попросите их придумать какую-то смесь, чтобы поднять аппетит, а затем накормите его. В настоящее время он вообще ничего не ел: это как-то не очень хорошо, ведь так?!

Старый евнух торжественно и почтительно принял его приказ. Он был очень близок к Императору и служил ему более тридцати лет. Вэнь Сиань Инь тоже знал об этом: это было и так ясно. С одной стороны, вопрос Жу Жу Жу требовал его личного присутствия. Но Его Величество не мог отказаться от своего статуса, чтобы разбираться в таких тривиальных вопросах.

Улыбка распространилась по лицу Императора, пока он смотрел, как евнух уходит, казалось, что он размышлял о чём-то из прошлого: «Мне, однако, нелегко выйти за пределы дворца, в те дни... Я их очень ценю».

- Этот гениальный человек не сможет спрятаться сейчас, когда Ваше Величество лично намерено раскрыть свой секретный план, – мистер Вэнь грациозно улыбнулся. – Или, может быть, Ваше Величество сможет «приобрести» очень талантливого человека. Вэнь хотел бы поздравить Ваше Величество заранее...

- Надеюсь, что это так,– Его Величество Император слабо улыбнулся, в то время как выражение в его глазах колебалось, он, казалось, укрывал некоторые сомнения. Он постоянно повторял имя, но не говорил об этом громко. Если посмотреть внимательно, то можно было понять, что он постоянно повторял два слова:

- Цзюнь Вуй.

В его глазах вспыхнул холодный луч света.

Когда солнце постепенно поднималось на небо, чтобы отметить рассвет, последние великие Семьи начали прибывать.

Сначала приехала Семья Дугу. У этой семьи была репутация одной из первых великих Семей столицы. Они проявили инициативу, прибыв с восемью основными членами своей Семьи. Они приехали на больших лошадях: все галантные и обходительные. Дугу Вуди прибыл вместе со своими семью грубыми племянниками, «Героями легенд, что смело бросаются вперёд». Они толпились вокруг маленького зелёного паланкина. Они казались похожими на восемь величественных чёрных медведей гризли, которые были взволнованы запахом хорошего меда.

Эта бригада людей и лошадей, наконец, остановилась перед главной дверью. Прозвучала одна команда, и они встали ровно и на своих местах. Двери этого маленького зелёного паланкина открылись, и появилась одна изящная и красивая фигура. Её брови были похожи на далекие холмы, её глаза цвета миндаля были радостными, а её щеки были как персики: её лицо было просто живописным. Прелестная... огромная красота и сладость словно выливались из этой молодой девушки. Она казалась очень свежей, чистой и нежной.

Дугу Сяо И, одна из несравненных красавиц города Тянсян, прибыла.

Глаза Цзюнь Мосе выскочили бы из обрит, если бы он был там. Перед его глазами была та же нежная и красивая женщина, которая претерпела чудесную трансформацию. Она уже не была такой жестокой девочкой, которая кричала на него, воевала с ним и избивала его каждый день.

Один из главных членов Семьи Цзюнь появился, чтобы поприветствовать семью Дугу.

Цзюнь Вуй, третий сын семьи Цзюнь, ждал их в конце пути, окружённого цветами: он сидел совершенно прямо в своём инвалидном кресле. Он был одет в чистую чёрную одежду. Его черты лица казались острыми, словно обрубленные ножом. Тем не менее, на его лице была слабая улыбка. Одетый в белое юноша неторопливо толкал его инвалидное кресло.

- Старший брат Дугу, – сказал Цзюнь Вуй, сложив руки на коленях. – Ты пришёл.

- Младший брат Цзюнь, – Дугу Вуди спрыгнул со своей лошади и сделал большой шаг вперёд. – Семья Цзюнь открывает крупный бизнес, как я погляжу. Так почему бы старшему брату не прийти и не оказать свою поддержку? Только зачем было трудиться, чтобы принять нас лично? Я, твой старший брат, мог бы и сам войти: мы вам не чужие.

- Нет никакого вреда в приветствии людей. Но старший брат – единственный в городе, который действительно заслуживает такого. Поэтому, как я мог пренебрегать своими обязанностями, если мой брат приедет сюда? – Цзюнь Вуй улыбнулся. Затем он жестом показал руками. – Старший брат Дугу, пожалуйста, входите!

Дугу Вуди сразу поднял глаза:

- Третий брат Цзюнь, благодарю! – он добрался до Цзюнь Вуя. Затем он подтолкнул мальчика, который стоял за коляской и громко рассмеялся. – У тебя перерыв, я сам завезу своего третьего брата внутрь.

Тело Цзюнь Вуя откинулось назад, чтобы позволить Дугу Вуди толкать кресло-коляску. Они беседовали, пока Цзюнь Вуй показывал путь вперёд. Атмосфера внезапно стала очень гармоничной и, казалось, что обе стороны были немного эмоциональны.

Неужели прошлое прошло снова?

Дугу Вуди громко смеялся: он чувствовал себя невесомым и счастливым. Он тихо вытер слезы, которые появились в его тигриных глазах... «Младший брат простил меня... он снова назвал меня Старшим братом... Я так счастлив!».

Десять лет страданий и молчания... Но всё это было растоптано двумя этими словами!

Двое мужчин казались чрезвычайно счастливыми и весело разговаривали. Однако всем остальным казалось, что эти два великих генерала всё ещё были окутаны толстым слоем чувств из-за этого кровавого события их прошлого.

Между этими двумя железными солдатами была странная связь.

Цзюнь Вуй развеял меч недовольства одной своей улыбкой.

Десять лет конфликта и ненависти были уничтожены только улыбкой.

Это был подходящий момент объявить о прекращении беспокойства, горестей и печалей, которые эти два великих генерала держали в своих сердцах в течение десятилетия.

Семь суровых сыновей Семьи Дугу оставались безмолвными, вопреки их обычному поведению. Они понимали важность момента и сознательно сдерживали даже своё дыхание, опасаясь беспокоить двух братьев, чья связь была сформирована в ходе многочисленных битв.

Они несли славу всей армии и всей Империи Тянсян на плечах!

Глаза Дугу Сяо И стали красными, она тихо плакала. Она была слишком мала, чтобы должным образом оценить особое товарищество между этими двумя мужчинами. Однако, как его дочь, она всегда знала то, что беспокоило сердце её отца.

Дугу Вуди был простым человеком на протяжении всей своей жизни и никогда не чувствовал необходимости в сожалении. Однако был только один поступок, о котором он всегда смутно сожалел.

Цзюнь Ву Хи!

Дугу Вуди напивался каждый год в годовщину смерти Цзюнь Ву Хи. Он неизбежно плакал, хотя он был чрезвычайно сильным воином. Более того, он даже не попытался скрыть громкий плач...

Дугу Вуди никогда в жизни не проливал слёз столько раз. И всё это произошло потому, что умерший был его названым братом.

Дугу Сяо И часто видела, как её отец идёт в кабинет в середине ночи. Он бесконечно вздыхал, поглаживая меч, который ему дал Цзюнь Ву Хи.

Однако сегодня, Цзюнь Вуй каким-то неизвестным образом сумел устранить эту проблему лишь одной улыбкой! Как Дугу Сяо И могла не расплакаться? Как её не могла тронуть до слёз эта настоящая дружба двух мужчин?

Следующей за Семьей Дугу, появились ещё одни важные гости, Семья Сонг. Семьи Танг и Мэн прибыли за ней, в соответствии с назначенным временем.

Великолепный Зал Драгоценностей, который находился напротив, также получил пригласительный билет. Сяо Хан и Му Сю Тонг были одеты в белую одежду, как всегда, они прибыли вместе с Хан Янь Мэн.

И в этот момент...

Глава 243. Столкновение перед Аристократическим залом

Шикарная бронзовая колесница катила на полной скорости. Четыре боевых лошади, которые её везли, были четырьмя зверями Суань. Нежная и красиво цветущая золотая хризантема украшала карету и сияла необычным блеском. Восемь всадников скакали рядом с каретой на своих внушительных лошадях.

Наконец прибыла семья Муронг.

На первый взгляд может показаться, что семья Муронг не могла сравниться с семьей Ли с точки зрения власти и влияния. Что она не могла сравниться даже с Цзюнь и Дугу. Но на самом деле, семья Муронг была фактически одной из самых влиятельных семей в городе Тянсян. Ведь всем уже было сказано и доказано, что это была самая древняя и крепкая семья. Более того, она также имела самые близкие отношения с Императорской семьей.

Влияние семьи Муронг просто не могло быть проигнорировано.

Кроме того, семья Муронг была единственной семьей, которая была связана с Императорской семьей посредством брака.

Ни одна из других благородных семей не пользовалась такой честью.

Можно сказать, что семья Ли была достаточно сильной, чтобы разрушить все слои общества. Кроме того, Ли Юран считался выдающимся мальчиком с большим впечатляющим талантом. Однако, несмотря на то, что три года назад он попытался добиться руки и сердца принцессы Лин Мэн, Император не согласился на это и даже не высказался по этому поводу. Семья Цзюнь была семьёй «мучеников», которая принесла в жертву многих людей ради народа. У Деда Цзюнь тогда не было выбора, кроме как преклонить чувство собственного достоинства перед Императором Империи Тянсян, и просить о браке. Это предложение тактично отклонилось. Поэтому, если предложение семей Цзюнь и Ли были отклонены... тогда можно было представить, насколько это было трудно.

Значение семьи Муронг в глазах Императорской семьи было чрезвычайно сложно заменить.

Некоторое время назад Муронг Цин Юн передал неправильную информацию. Это вызвало огромный переполох, и произошёл большой несчастный случай, когда Цзюнь Чжань Тиан начал «чистку» в столице. К концу этой «чистки» он убил почти треть Императорских служащих. Нет необходимости говорить, что если бы это был кто-то другой, он был бы казнён десять тысяч раз. Тем не менее, Муронг Цин Юн был просто снят со своего поста.

Больше ничего.

Это ясно показывало, насколько близки семья Муронг и Императорская семья, и какое большое влияние оказала семья Муронг на последних. Поэтому, как кто-нибудь мог неверно оценивать их власть и влияние?

Коляска внезапно остановилась. Восемь всадников с громким топотом спрыгнули со своих коней. Один из них привязал лошадей. Затем он быстро подошёл к украшенной двери и открыл её. После чего он встал прямо, держа руку поднятой вверх.

Некоторое время спустя высокий и красивый юноша с прямой осанкой вышел изнутри. Это был ни кто иной, как Муронг Цин Юн. Затем пара нежных, женских ног вышла из-за двери, отмечая приход молодой леди, одетой в роскошную ярко-жёлтую одежду. Её лицо просто излучало высокомерие. Далее появился старик. Он кашлял и дрожал, спускаясь с кареты, а двое мужчин поддерживали его снизу.

Наблюдатели забыли, как правильно дышать.

Семья Муронг была достойна Аристократического Зала во всех смыслах этого слова.

Великая семья Муронг неожиданно отправила свой второй командный состав, который был младшим братом старого мастера Муронга Фэн Юна, Муронг Фэн Юй.

Возможно, их репутация была даже сравнима с семьей Цзюнь, семьей Танг и даже Эквивалентом Принца.

Муронг Цин Юн и молодая девушка, одетые в жёлтые цвета, поддерживали Муронг Фен Юна, когда они начали входить внутрь.

- Семья Муронг? Это совершенно необычно, верно? Но они очень высокомерны! – внезапно раздалась холодная насмешка. Семья Муронг синхронно застыла, и многие из их мужчин тоже синхронно положили руки на рукоятки их мечей. Все выглядели сердитыми. Кто в городе Тянсянь осмелился смеяться над семьей Муронг? Особенно в то время, когда присутствовали некоторые из их ведущих людей? Разве они не боялись за свои жизни?

Раньше этого не было.

Поглядев, кто это был, их взгляды упали на двух людей среднего возраста в белых одеждах с холодными выражениями лица. У одного выражение лица было не только холодным, но и сердитым донельзя. Его белоснежная одежда была забрызгана грязью. Рядом с ним стояла красивая молодая леди.

Это был Сяо Хан с тремя людьми.

Те, у кого нет власти, просто не способны совершать такие необдуманные действия. Однако, что, если зачинщиком был больше, чем смертный?

Город Серебряной Метели был слишком высок, чтобы в их глазах быть обычной семьёй.

Сяо Хан чувствовал, что в последнее время всё идёт против него, что в последнее время делало его очень мрачным.

С момента своего прибытия в город Тянсян он стал довольно угрюмым. Он пришёл в семью Цзюнь, чтобы оскорбить своего соперника по поводу его инвалидности, но не ожидал, что молодой сосунок из этой семейки выставит его дураком и навредит ему. Более того, Му Сю Тонг добавил ещё больше оскорблений и даже избил его. Однако то, что сделало его действительно разъярённым, так это то, что Хан Янь Яо фактически отправила подарок Цзюнь Вую втайне. Он просто не мог вынести пламя ревности.

После этого его собственный племянник был серьёзно избит таинственным мастером, вскоре после прибытия мальчика в город. К счастью, выздоровление мальчика не было проблемой после того, как он попал к ним, ведь для его лечения использовались одни из лучших доступных лекарств. Однако это означало, что он не смог должным образом позаботиться о своём племяннике.

Затем он услышал известие о том, что калека семьи Цзюнь неожиданно полностью оправился от его травм.

Это в конечном итоге подтолкнуло Сяо Хана к его нервному состоянию.

В настоящее время три семьи стояли прямо перед Аристократическим Залом, прямо напротив Великолепного Зала Драгоценностей. Очевидно, они пытались конкурировать с Великолепным Залом. Тем не менее, самая невыносимая для него роль заключалась в том, что одним из членов этого «Альянса трёх семей» была семья Цзюнь.

Он просто не мог этого терпеть.

Он изо всех сил постарался, чтобы стать представителем Великолепного Зала Драгоценностей для этого события. Его психика стала чуть крепче только после того, как ему удалось вытеснить сильную оппозицию Му Сю Тонга. Однако когда он уже подошёл к порогу Аристократического Зала, карета окатила его грязью.

Неужели у него действительно нет даже маленькой передышки в жизни? Он был почти на грани взрыва из-за гнева, который он чувствовал.

Он безуспешно проклял небеса, семью Муронг и человека, который придумал карету, до пятого колена, изо всех сил топнув ногой. От его удара по земле не только грязь плеснула ещё выше, замарав те части одежды, что оставались белыми, но ещё и его пятка странно хрустнула. Он вывихнул себе пятку. Такова была чёрная полоса Сяо Хана.

Гнев в сердце Сяо Хана продолжал расти, и он с яростью посмотрел на членов семьи Муронг, которые только что вышли из кареты. Любой мог сказать, что его взгляд намеренно провоцировал.

С одной стороны был Сяо Хан, который явно не был в весёлом настроении, а с другой - Муронг Цин Юн, который был так же зол, как и Сяо. В конце концов, кто-то оскорбил их перед всем городом Тянсян: -

Ты. Ты действительно хочешь сдохнуть так рано утром?

Этот мальчик тоже последнее время не пользовался благосклонностью Фортуны. Его ухаживания за принцессой Лин Мэн не увенчалось успехом. Более того – он был освобождён от своих обязанностей в Императорском дворце после того, как распространил это неправильное сообщение. Следовательно, было довольно очевидно, что он также был очень расстроен своей жизнью и просто искал, кого бы сделать козлом отпущения.

Старик Муронг Фэн Юй закрыл рукой рот, закашлявшись, а другой он схватил мальчика за шиворот.

Движения Муронга Фэн Юя были совсем не быстрыми и казались раздражающе медленными. Тем не менее, он протянул руку как раз вовремя, чтобы остановить бравый марш Цин Юна.

Муронг Фэн Юй был достаточно опытным, и его глаза могли понять, что Сяо Хан и другие в его компании были необычного происхождения. Он смог понять всё это из одних только проклятий, которые этот человек бросил его семье. Более того, видя, что трое из них были одеты в чисто белый цвет и вышли из Великолепного Зала Драгоценностей, ему удалось угадать происхождение противоположной стороны.

- Что ты сказал, маленький ублюдок? – на лице Сяо Хана вспыхнуло кровавое выражение.

Сяо Хан назвал свой Город Серебряной Метели и был одет в официальное платье члена молодого представителя. Наличие другого цвета в одежде было табуировано в Городе Серебряной Метели. Этот юноша нагрешил, «раскрасив» их мантии другим цветом; то, что они делали только в трауре. Не только Сяо Хан, но и любой из Города Серебряной Метели был бы возмущён этим.

- Ке-ке-ке, этот мальчик действительно грубый и гнилой. Он хотел извиниться перед вами, мистер... – Муронг Фэн Юй выглядел раскаивающимся, когда он посмотрел на Сяо Хана. Толстокожий человек казался совершенно искренним, а его улыбка напоминала цветок хризантемы. – Одного взгляда на платье мистера хватит, можно видеть, что он на самом деле выдающийся герой секретной сверх организации номер один в мире – Города Серебряной Метели. Как мне обращаться к неизвестному господину? И, кстати, как поживает Сяо Бу Ю?

Сяо Хан стал ещё мрачнее.

Этот старик был слишком хитрым. Сначала он компенсировал свой промах, извинившись, а затем приплёл Сяо Бу Ю в дискуссию. Таким образом, он слегка намекнул, что он знал этого человека, одновременно подтверждая свою старость. Это сделало человека из молодого поколения семьи Сяо просто неспособным выпустить свой гнев.

Сяо Бу Ю был всемирно известным, поэтому всегда существовала вероятность, что человек может лгать. Однако это была вторая команда семьи Муронг. Более того – он сказал это перед многими людьми, и поэтому было совершенно невероятно, чтобы он действовал наугад.

Сяо Хан посмотрел на старика и каким-то образом подавил свой гнев:

- Старший Сяо благодарит вас за беспокойство.

- Хе-хе-хе, мы не чужие. Нет необходимости говорить так вежливо, – сказал Муронг Фэн Юй, опустив глаза и говоря тише. – В том, что только что произошло, наша вина, и моя семья Муронг отплатит вам должным образом. Взамен мы надеемся, что вы проявите доброту.

Сяо Хан тяжело вздохнул:

- В этом нет необходимости!

Муронг Фэн Юй немного расслабился, поскольку он знал, что вопрос теперь разрешён. Он открыл глаза и с яростью посмотрел на Муронг Цин Юна. Тот в ответ тупо уставился на него. Затем его взгляд упал на красивую молодую девушку, стоящую рядом с Сяо Ханом; она казалась такой же красивой, как цветок, который успел расцвести в айсбергах.

Он не мог не подумать: «Если Цинь Юн сможет ухаживать за этой девушкой... разве я не смогу вплести свою семью в отношения с Городом Серебряной Метели? Однако, этот вопрос... Я должен найти время, чтобы его решить. Эта молодая леди – всего лишь лакомый кусочек мяса для моей семьи Муронг, независимо от того, какую позицию она занимает в Городе Серебряной Метели».

В этот момент на расстоянии послышался звук ударов лошадиных копыт. За этим вскоре прискакали обладатели этих копыт, неся на своих спинах людей. Прибыли три Принца. Однако перед ними была карета принцессы Лин Мэн.

Муронг Фэн Юю не хватило времени, чтобы правильно поприветствовать всех. Поэтому он поспешно приветствовал Сяо Хана, а затем вошёл внутрь, при поддержке людей, с которыми он приехал.

В этот момент раздался звук другой кареты с другой улицы. Этот экипаж принадлежал принцу-эквиваленту и он прибыл в то же время. Эти высокопоставленные личности прибыли в последнюю минуту, все в одно и то же время. Их прибытие было искусно приурочено.

Принцесса Лин Мэн сидела в своей карете, с тёмными мыслями.

Сегодня она не хотела приезжать. Это не было её увлечением, и ей не нравилось поддерживать ложные представления. Однако её отец, Император, решил, что хочет осмотреться и попросил её немедленно приехать сюда. Затем он и господин Вэнь замаскировали себя и последовали за ней на это собрание.

Оставленная без другого варианта, принцессе Лин Мэн пришлось подчиниться. Но она не знала, что планирует её отец. Он приказал карете ехать впереди, а затем присоединил три кареты своих старших братьев. Казалось, что он намеренно пытается создать трудности для трёх сыновей, заставляя их экипажи сталкиваться на широкой дороге.

В результате принцесса не нашла покоя в течение всего путешествия.

Глава 244. Подлые трюки молодого мастера Цзюнь (часть 1)

Дело в том, что принцесса Лин Мэн не ожидала, что три принца последуют за Императором. Потрясающе, что их кареты путешествовали по дороге бок о бок и продолжали сталкиваться друг с другом. К счастью, эта улица была достаточно широка, чтобы вместить их. Иначе, возможно, даже дома пострадали бы.

«Я до сих пор не знаю, чего отец стремится достичь своим планом. Может ли быть, что его не устраивает обычная борьба, или не считает ее достаточно жестокой? Он должен был бы конкурировать с ними, разоблачать их слабости и унижать себя перед всеми? С нынешним поведением моих трех старших братьев, это вполне возможно».

Однако сцена, которую только что представляла принцесса Лин Мэн, не сбудется.

Потому что экипажам трех принцев удалось пройти свой путь в тесноте, но им удалось не только добраться до места назначения, но ещё и никто не отстал от других. В результате напряженность между ними быстро ослабла. Улица, где располагались Великолепный Зал Драгоценностей и Аристократический Зал, была очень широкой. Тем не менее, даже она всё ещё имела свои ограничения, и конвой трех принцев закрыл улицу до предела. На самом деле, их кареты не только стояли вплотную друг к другу, но ещё и стояли дверь к двери.

Хотя это не было очень благоприятной вещью, к счастью, была другая карета, у которой не было времени. Эта карета принадлежала принцу-эквиваленту.

Такая ситуация сделала принцессу Лин Менг несколько растерянной. Единственное, что стоит отметить здесь, это то, что брат Императора, в конце концов, был также частью Императорской семьи.

Несколько молодых людей, одетых в белое вышли приветствовать гостей. Однако они лишь тупо уставились на ситуацию. Улица, где располагались Великолепный Зал Драгоценностей и Аристократический Зал, считалась лучшим местом в городе Тянсян, это была самая широкая улица в городе. На самом деле эта улица была способна вместить сразу три кареты, не врезаясь друг в друга. Само собой разумеется, такой кучи, как эта, никогда не случалось раньше здесь.

Более того, поскольку на этой улице присутствовал и Великолепный Зал Драгоценностей, ни одно событие не переросло в подобную ситуацию. Люди, которые имели право приехать сюда, как правило, знали происхождение этого зала. Никто не был достаточно глуп, чтобы вызвать неприятности на этой улице.

Однако в настоящее время…

Карета принца-эквивалента была первой остановившейся. Две одетые в белое служанки раскрыли занавеску в окне кареты. Ребенок вышел из вагона. Этот ребёнок был сыном принца-эквивалента: он был тем же мальчиком, которого Цзюнь Мосе шутливо назвал «очаровательной сестренкой» — Ян Мо.

Принцесса Лин Мэн отошла в сторону, чтобы освободить место для Принца-Эквивалента. Он был членом её семьи. Более того, за исключением отца, он был единственным другим Патриархом Императорской семьи в своём поколении. Несмотря на то, что в тот момент её отец находился в карете, она отошла в сторону. Не говоря уже о том, что она тоже очень любила своего маленького кузена. Кроме того, Принц-Эквивалент был также одним из владельцев Аристократического Зала. Следовательно, единственно правильным вариантом для неё было позволить ему пройти внутрь первым.

Однако ситуация с каретами трех принцев была всё той же. Они всё ещё сражались друг с другом, чтобы выйти первым, и все только ухудшилось. Это вызвало довольно шумный грохот.

Среди экипажа принцев был чернокожий человек, холодные глаза которого внимательно следили за конвоями трех принцев. Он наблюдал за деятельностью в каждой из трёх карет и вокруг них. Однако он не произнес ни слова, хотя его взгляд был острым, как лезвие ножа.

К настоящему времени Цзюнь Мосе уже узнал обо всем этом. Столкнуться с такой неловкой ситуацией... Ему пришлось поспешить.

Юный Мастер Цзюнь неумолимо проклинал в ярости: «Вы, трое братьев, не можете отличить хорошее от плохого? Похоже, ваши споры создадут много неприятностей для меня! Если бы я знал раньше, я бы послал приглашение только одному из вас, чтобы избежать всего этого раздражения!»

«Это важный момент, и мне еще предстоит проделать большую работу. Я кропотливо управлял этим огромным местом для аукциона. Думаете, это шутка? Будьте добры, три полудурка, ведите себя нормально, у меня нет времени, чтобы играть с вами!»

Главными хозяевами аукциона стали Жирный Танг и Сонг Шань. Они явно не могли выйти. Даже если бы они это делали, он не был уверен в том, что они способны справиться с такой ситуацией. Ведь статус этих трёх человек был просто завышен. Из-за этого они просто не могли использовать силу для решения этой проблемы. По общему признанию, Цзюнь Вуй, третий Мастер семьи Цзюнь мог справиться с этим. Однако если бы Цзюнь Вуй появился лично, не исключено, что он ввязался бы в драку этих принцев. Это не очень поможет. Поэтому на данный момент он был бы неуместным выбором.

Что касается другого кандидата…

Генерал Дугу Вуди тоже мог выйти и рявкнуть на этих троих. Скорее всего, он будет беспристрастным. Однако эти трое были гостями Цзюнь Мосе. Неплохо было бы получить поддержку от них...

Кроме того, Цзюнь Мосе полагал, что даже если бы он выиграл этот спор, у него не было бы смелости принять компенсацию генерала Дугу, если бы он действительно использовал силу человека, чтобы урегулировать этот спор.

Тогда можно было предположить, что Цзюнь Мосе был единственным оставшимся кандидатом. Однако, несмотря на то, что Цзюнь Мосе по-прежнему был намного ниже трех Принцев, ему все равно пришлось заниматься этим вопросом. Следовательно, используя известную репутацию забулдыги и распутника семьи Цзюнь, поведение хулигана и плута, несомненно, являлось эффективной стратегией. Поэтому, получив сообщение о том, что творится на улице, Цзюнь Вуй и Танг Юань сразу же посмотрели на молодого мастера Цзюнь.

- Мосе, важно, чтобы этот вопрос был решен. Для этого потребуются кое-какие жуликоподобные средства. Следовательно, только ты можешь справиться с этим, – сказал Цзюнь Вуй.

«Что это за манера звать меня? Почему надо сравнивать меня с жуликом или негодяем?» - юный Мастер Цзюнь стал мрачным.

- Босс, как говорится, требуется зло, чтобы бороться со злом. Твоё личное участие было бы лучшим вариантом, – Танг Юань похлопал его по плечу.

Лесть толстого оставила молодого мастера Цзюнь бушевать от гнева.»Требуется зло, чтобы бороться со злом? Так это я злой человек?»

«Ах ты кусок жирного дерьма! Ты, правда, думаешь, что я такой злой? Это действительно смешно! Вот выпотрошу тебя во сне – вот это будет смешно!»

Однако проблему такого уровня мог решить только кто-то очень способный.

Поэтому Цзюнь Мосе поспешил на место, где весь шум возник.

Однако прежде чем он смог достигнуть своего «места назначения», он подбежал к Сяо Хану, Му Сю Тонгу и Хан Янь Яо. С ними также был высокопоставленный член семьи Муронг.

Му Сю Тонг улыбнулся и кивнул, в то время как Сяо Хан посмотрел на него холодно. Затем он нагло поднял голову и сделал вид, что не замечает Цзюнь Мосе. Только маленькая девочка посмотрела Цзюнь Мосе прямо в лицо, а потом схватила его за воротник. Она притянула его к себе и, глядя на него, сказала:

- Юноша семьи Цзюнь, поздоровайся со своей молодой тётей, и она будет добра к тебе...

Цзюнь Мосе был не в лучшем настроении. Он закатил глаза и ответил:

- Я уже говорил тебе, что твоя старшая сестра и мой троюродный дядя еще не женаты. Более того, они только показали своё намерение жениться. Пожалуйста, закрой свой маленький рот. Хочешь быть молодой тётей? Посмотри на себя: ты плоская, как доска. Ни груди, ни задницы. Посмотри на волосы: кажется, что у тебя перья растут. У тебя самой только молоко на губах обсохло. Тем не менее, ты думаешь, что ты из старшего поколения? Сперва дождись, когда станешь взрослой, прежде чем говорить, чтобы я относился к тебе, как к взрослой.

Цзюнь Мосе произнес эти слова от чистого раздражения. На самом деле у него не было повода так говорить.

Период роста у девочек начинается раньше, чем у мальчиков. Младшей сестре Хан Янь Яо было пятнадцать с половиной лет, её фигура ещё не полностью созрела. Однако можно сказать, что там уже был неплохой «фундамент». Если её сравнить с Дугу Сяо И, она бы ни в коем случае не проиграла. Поэтому молодой Мастер Цзюнь не был точен, когда назвал её «плоской, как доска».

- Ты... ты, – Хан Янь Яо, услышав насмешку молодого мастера Цзюнь, топнула ногой. Она не могла не почувствовать смесь стыда и гнева. Она сердито топнула маленькой ножкой по земле еще раз, как она была довольно маленькой, и её лицо покраснело. Вдруг она посмотрела в сторону и осторожно сказала:

- Мне всё равно. Тем не менее, ты кажется, спешишь. Поэтому я не позволю тебе пройти, пока ты не назовешь меня «молодой тётей». Делай, что хочешь! В любом случае, мне неважно, – ее крошечная рука чуть крепче схватила лацкан куртки.

Ее статус был достаточно высок в Городе Серебряной Метели, хотя она была самой младшей. Однако ее статус не имел значения, потому что любой другой человек в городе был старшего поколения. Естественно, она должна была обращаться к ним как к таковым – учителю, мастеру, дяде, деду, прадеду – как к старшим. Более того, поскольку она была самой младшей в своей семье, ей даже пришлось обращаться к людям из своего поколения как к «старшей сестре» или «старшему брату».

С тех пор, как она приехала в город Тянсян и встретила младшего сына семьи Цзюнь, она хотела, чтобы маленький дьявол проявил к ней уважение. Особенно, когда она поняла, что если ее старшая сестра выйдет замуж за его дядю, Цзюнь Мосе будет считаться более младшим поколением, чем она. Это было действительно радостное событие для неё. Словно она нашла сокровище в месте, где меньше всего ожидала этого. Как она могла так легко отпустить его? Естественно, она боролась с ним и вцеплялась зубами и ногтями за честь называться «младшей тётей».

- Эй... – Цзюнь Мосе слушал звуки, доносящиеся со стороны, и они становились все громче и громче с каждой секундой. Поэтому он вдруг топнул. – Ну, боюсь сообщить, что называть тебя так абсолютно не за что. Свинья! Молодая свинья – нормально? (1)

Его голос прозвучал приглушённо, и поэтому девочка, не услышав должным образом, подумала, что он только что назвал ее «тётя». Радуясь, она подняла подбородок, надула грудь и отпустила хватку, махнула рукой и сказала:

- Иди, послушный мальчик. Но при одном условии — в будущем, ты скажешь «молодая тетя», прежде чем произнести мое имя, и твоя молодая тетя защитит тебя.

Цзюнь Мосе исчез, как струйка дыма.

- О, он только что назвал меня молодой тетей... почему это не кажется правильным? – молодая девочка внезапно пришла в себя.

- Он назвал тебя «молодой свиньей», но должен был назвать «молодой тетей», – Муронг Цин Юн не пропустил случая усложнить жизнь Цзюнь Мосе. Он, судя по всему, мог быть жёстким противником. Более того, эта молодая женщина была довольно красивой. Таким образом, он сразу же пристрелил двух зайцев: поднасрал Цзюнь Мосе, в надежде выиграть расположение с этой молодой девушки.

Хан Янь Мэн напоминала закипающий чайник. Она развернулась, только чтобы увидеть, как Цзюнь Мосе мелькнул в отдалении. Она сжала свои крошечные кулаки.

- Ах ты, сука!!!

Сяо Хан и Му Сю Тонг яростно глянули на неё:

- Заткнись!

Оба мужчины из Города Серебряной Метели имели пустые выражения на лицах. Они оба, кажется, сошлись в том, чтобы держаться подальше друг от друга. Однако оказалось, что впервые в жизни два рта говорили одно и то же. Они посмотрели друг на друга одновременно, вздохнули одновременно, а потом отвернулись друг от друга... одновременно.

Муронг Цин Юн замолчал от страха.

Сяо Хан, очевидно, ненавидел Муронг Цин Юна. Просто посмотрев на лицо Сяо Хана, можно было заметить, что он действительно хотел избить его. Что взбесило его еще больше – это то, что Хан Янь Мэн была объектом любви его племянника, и уже была одобрена семьей Сяо в качестве подходящей невестки. Очевидно, он не мог позволить этому случиться на его глазах. «Ты, младший член малочисленной семьи Муронг, намерен сделать такой шаг? Ты веришь, что жаба может съесть лебединое мясо? Ты действительно переоцениваешь свои возможности...»

К тому времени, как Цзюнь Мосе попал туда, третий Принц уже был с сыном Принца-эквивалента, Ян Мо. На самом деле, он уже начал вызывать неприятности.

Очаровательный маленький Ян Мо проходил здесь несколько раз с Цзюнь Мосе. Удивительно, обычно он был очень рад видеть эту боль в заднице, хулигана и полного негодяя и развратника, как старшего брата. Он с энтузиазмом вышел из кареты и побежал к Аристократическому Залу. Вся эта местность была ему знакома, потому что он приходил сюда несколько раз.

(1) Прим.пер.: слова «тётя» и «свинья» в одном из китайских диалектов созвучны.

Глава 245. Подлые трюки молодого мастера Цзюнь (часть 2)

Первый и второй Принцы всё ещё сидели внутри своих карет, так как они пытались сохранить впечатление «Мне всё равно». Они хотели показать свою важность – «Первым я не выйду, мне плевать на эти глупые сборища». Однако Третий Принц был совершенно недоволен. Он едва мог конкурировать со своими братьями. Его сила была самой слабой среди трёх братьев, и казалось, что все несчастья собрались в одном месте для него. Он старался изо всех сил втиснуться среди них, но всё равно отставал. Это, естественно, сделало его настроение очень мрачным. Хотя, в этот момент он считал себя Принцем, но чувствовал, что он всё ещё не может выйти. Однако, Ян Мо, маленький ребенок обогнал всех троих Принцев и вышел перед ними — с какой стати они теперь должны сидеть дальше?

Цзюнь Мосе полностью принял этого ребенка как полагается. Однако он забыл, что семье принца принадлежала треть Аристократического Зала.

- Младший Мо? Разве ты не знал, что нужно говорить старшему брату, когда видишь его? Чем старше ты становишься, тем больше забываешь свои манеры? Ты принадлежишь к королевской семье. А тебе не хватает этикета, чтобы не бегать и не натыкаться на людей? Люди из семьи Принца-эквивалента довольно грубы... Они даже не знают, как ждать своих старших? – фигура Третьего Принца была несколько тонкой, а его лицо – немного бледным. Его голос звучал довольно нежно. Выйдя из кареты, он беспричинно обругал своего двоюродного брата: «По крайней мере, хоть один человек не оставит меня позади...»

- О... Третий Принц... привет, – робко взглянул на него Ян Мо. Ян Мо не мог сказать, но он действительно ненавидел этого «старшего двоюродного брата», Третьего Принца.

- Сразу Третий Принц? Первый и Второй тоже ждут тебя там, а ты им и слова не сказал. Твой этикет ужасен! Думаешь, все остальные ниже тебя? Ты что, никогда не учился манерам? А? – Третий Принц нагло посмотрел на Ян Мо сверху вниз; он, наконец, наслаждался собой, так как он мог выбраться из своего разочарования.

Он знал, что Ян Мо, естественно, не виноват. Просто он хотел отыграться на человеке с достаточным статусом, чтобы избавить себя от этого разочарования. Ян Мо был очень молод, но его статус был довольно высоким. Более того, этот малыш был очень мягок, что делало его идеальной мишенью. Кроме того, несмотря на то, что принц-эквивалент обладал большой властью и был его старшим, он по-прежнему жил простой жизнью и никогда не проявлял никакого интереса к вопросам королевства. Можно даже сказать, что его влияние в императорском дворе было минимальным. Таким образом, третий принц беспричинно унижал маленького Ян Мо, который стоял перед ним. На самом деле, он даже не беспокоился о том, что у этого ребенка была та же фамилия, что и у него.

Внутри кареты принцессы Лин Мэн выражение человека в чёрной одежде становилось всё мрачнее и мрачнее, когда он видел всё это.

Ян Мо был всего лишь ребенком десяти лет. Как он мог терпеть такую ненавистную критику в его адрес? Более того, даже ребенок знал, что это не его вина. Поэтому он, естественно, почувствовал себя обиженным. Из-за этого его глаза покраснели, и слёзы стали собираться в них. Вскоре его губы задрожали, и казалось, что он вот-вот заплачет.

-Хватит, Третий Брат! Ребенок ничего не говорит, так зачем ты его отчитываешь? – Принцесса Лин Мэн больше не могла смотреть на это. На самом деле, она просто хотела выбежать из кареты к ним, чтобы облегчить её беспокойство. Однако именно тогда спокойный и собранный мужчина за её спиной остановил её.

- Мальчик? Этот мальчик совсем не понимает этикета. Мы – члены Императорской семьи! Мы – дворянство города Тянсян. Так как ты можешь сравнить его с обычным ребёнком? Я просто воспитываю его, потому что важно, чтобы он понимал, как вежливо приветствовать других. Позже, когда он начнёт решать вопросы самостоятельно, он не должен вести себя плохо. Он не должен опозорить репутацию Императорской семьи!

Третий принц холодно улыбнулся. Он не придавал значения своей младшей сестре, и не принимал её всерьёз.

- Да-да-да... не то, что Третий Принц? Один огромный кусок... этикета! Почему вы просто стоите у дверей и не входите? Не приведёт ли это к тому, что моя семья, семья Танг и Принц потеряют лицо?

Они все услышали чудаковатый голос Цзюнь Мосе, стоявшего неподалёку. Его брови были сдвинуты, а в его глазах было плохо скрываемое коварство. Он сделал несколько шагов вперёд, покачиваясь на каждом шагу, и встал рядом с Ян Мо.

Рука его мягко и гибко прочертила в воздухе странную линию, а он вытащил золотой веер из рукава. Сейчас уже наступила поздняя осень, и жара исчезла. На самом деле, можно было даже сказать, что уже стало немного холодно. Тем не менее, Цзюнь Мосе неторопливо обмахивался веером. Впрочем, довольно элегантно. Ему явно было по барабану на отсутствие морали. Тот, кто смотрел на него, не мог не злиться на него.

- Третий мастер Цзюнь, Принц лишь преподаёт своему младшему брату урок. Это дело не касается вас, – Третий Принц презирал этого развратника и даже не пытался это скрыть. В его глазах, этот юноша был не более чем пиявкой, которая присосалась к деньгам его родителей. Другими словами – настоящий мусор.

- Как вы можете говорить, что это дело меня не касается? Третий Принц, вы только что перехватили третьего владельца нашего Аристократического Зала и бесконечно нудите ему в уши. Именно из-за этого наш аукцион начнётся с задержкой. Так как же это меня не касается?

Цзюнь Мосе посмотрел в его лицо. В глазах молодого мастера Цзюнь этот человек был тем, кто зависел только от людей из поколения своего отца. На самом деле, этот человек вряд ли выживет, если его оставят на произвол судьбы. Более того – что делало его ещё более бесполезным, так это то, что он был амбициозным, хотя у него даже не было хотя бы немного таланта.

Цзюнь Мосе притворялся деревенщиной. Его тело покачивалось немного, и казалось, что он не мог стоять ровно, когда он продолжил:

- Этот ребёнок относится к моему Аристократическому Залу, зарабатывая блестящие белые деньги и блестящее жёлтое золото. На самом деле это важно, потому что когда мы зарабатываем деньги, мы платим налоги стране. Если вы воспрепятствуете этому, то вы воспрепятствуете налогам нашей страны. Если вы препятствуете этим налогам, это повлияет на важные средства к существованию людей! Вы пытаетесь восстать против людей?

Когда молодой мастера Цзюнь говорил, его слюна летела повсюду — пара капель даже попала на одежду Третьего Принца.

Третий принц задрожал от гнева:

- Что за гнусный бред ты несёшь? Ты, правда, думаешь, что я хочу восстания?

Цзюнь Мосе презрительно посмотрел на него:

- Вы, наконец, подвели людей города Тянсян? Простой народ этой страны предоставляет вам жизнь в роскоши, высокое положение и большое богатство, статус правителя и прочее... и всё равно вы хотите ещё и восстания! Па... По... П-почему? У вас нет совести вообще?

Цзюнь Мосе казался обескураженным горем и негодованием:

- Вы родились в Императорской семье... На самом деле, вы – один из трех великолепных принцев, и всё же вам мало? Не говорите мне, что вы решили настроить братьев друг против друга? Так, типа, можно подняться наверх, мимо братьев, и достичь самой старшей должности? Вы готовы отказаться от семьи ради этого? Может быть, Императорская Семья – это не ваша плоть и кровь?

Третий Принц почувствовал себя очень глупо: «Этот идиот безостановочно говорит всякую хрень. Он обвиняет меня в негодовании, но его слов достаточно, чтобы показать, что в его сердце жестокие и беспринципные намерения. Более того, если я продолжу говорить с ним, я не знаю, что он скажет дальше. На самом деле – буду благодарить Солнце, если я не прикончу его...

Этот идиот даже не знает, какие темы запрещены... как он посмел говорить такое? Мот и развратник, который не знает, что эти темы следует избегать! И ты думаешь, что я такой же как ты?»

Внезапно Третий Принц понял, что именно он проиграет в этой словесной дуэли. Что ещё хуже – если какой-нибудь такой же тупой человек, как этот развратник, донесёт такие новости отцу…

Третий Принц сделал шаг назад, крепко закрыв рот. Его голос был почти умоляющим: - Молодой Мастер Цзюнь... ты... ты... не говори таких вещей! Может, я ошибся... я не буду мешать тебе...

Углы рта Цзюнь Мосе поднялись, а его внешний вид стал спокойным. Он громко отрыгнул, и его выражение лица засияло:

- Оппаньки! Редко Третий Принц и принцесса Лин Мэн чтят мой деревенский зал своим присутствием. Ой, тьфу ты, ха-ха, Аристократический Зал... Я действительно очень поражён вашей добротой. Пожалуйста, входите, входите, – затем, обернувшись, он взревел. – Вы что делаете, бля... стящие слуги? Третий Принц так долго ждал, и никто из вас его не поприветствовал и не пригласил внутрь! Я очень зол! Вы пренебрегли его величеством! Это серьёзно... Я найду зачинщика и его... это... вы... вы... выговор сделаю! Я лично провожу его величество и принцессу в зал!

«Что? Сопроводить их в зал?»

У каждого было странное выражение лица. «Он хочет сопроводить Третьего Принца и Принцессу в зал?»

«Неужели ты думаешь, что Принцессе и Принце на самом деле нужно приглашение, чтобы войти? Блин, ты и, правда, так думаешь... Эта поездка того стоила. Теперь я видел всё».

Повсюду стояли люди. Несмотря на то, что все они были свидетелями его действий, не многие видели их истинную природу...

- Что происходит? – Первый Принц спросил своих людей с мрачным выражением лица.

- Сложно сказать! – человек с усами и бородкой, похожей на козлиную, ответил ему. – Этот молодой мастер Цзюнь очень высокомерен. Похоже, что он очень заинтересован в том, чтобы подтвердить все слухи о себе разом. Он, безусловно, невежественный и тупой. Но, тем не менее, его сегодняшний ход был, безусловно, достаточно умным. Если Ваше Величество не в состоянии понять происходящее и желает включить этого человека в свою жизнь, я предлагаю ему внимательно следить за этим человеком...

- Хм, этот парень не такой, как я ожидал. Я верил, что он не сможет справиться с проблемой. На самом деле, я просто смеялся над ним. Тем не менее, скандал в прошлом... – Старший Принц кивнул и улыбнулся. – Однако, этот вид идиота причиняет мне головную боль. Как ты думаешь, за ним действительно стоит внимательно наблюдать? Ха-ха-ха…

Они улыбнулись вместе.

***

- Это поведение идиота и развратника заставляет меня чувствовать дежа вю! – Второй Принц наблюдал за Цзюнь Мосе издалека, не прилагая усилий, чтобы скрыть во взгляде отвращение.

Ченг Де Као заскрежетал зубами и сказал:

- Такие сволочи позорят лицо Земли! Этот молодой Мастер Цзюнь – просто невыносим. Если бы не имя его семьи, я убил бы его давным-давно, – его глаза были холодны. «Цзюнь Мосе, я уже приехал, и я вижу, что ты всё ещё ведешь себя нагло даже после всех этих дней. Я верну тебе должок в двойном размере за унижение в прошлый раз. Жду твоей смерти!»

Рядом с ним бородатый Фан Бо Вэн осмотрел себя, а затем медленно сказал:

- Сегодня происходит что-то странное... – он покачал головой. – Очень странное!

Человек в чёрной одежде за Принцессой Лин Мэн говорил быстро, низким голосом

- Это, по слухам, третий молодой Мастер младшей семьи? Цзюнь Мосе? Он кажется ребенком даже в этом возрасте, даже если он не такой в действительности. Это действительно очень интересный мальчик...

Глава 246. Мне просто нравится запугивать тебя

- Кто? Этот дебошир? Ему интересно? Да этот человек отвратительный, мерзкий и высокомерный. Просто глядя на этого человека, я болею! – Принцесса Лин Мэн покраснела от гнева, когда она увидела Цзюнь Мосе. В ее сердце были и другие вещи, о которых она не смела говорить: «Я не знаю, каким образом Сяо И ухитряется видеть в этом жулике человека...»

- Каждый человек имеет свой собственный взгляд на вещи, – сказал одетый в чёрное человек. Однако это, казалось, не было ответом на слова Принцессы. Он продолжал наблюдать за тем, что Цзюнь Мосе делал дальше.

«Внук Цзюнь Чжан Тиана на самом деле не так прост. Мой младший сын без надобности выбрал драку. Однако этот мальчик разобрался со всем инцидентом за короткое время и всего несколькими словами. Он заставил проблему исчезнуть лёгким ударом тупой стороной копья. Его метод действительно был непорядочным, но он был также самым быстрым и самым эффективным...

Более того, независимо от того, какой метод использовать – это будет хороший метод, если он будет решать проблему быстро. Было бы невозможно решить ситуацию, если бы он слепо спорил, как мой сын. Как его отец, как я могу не знать о характере моего собственного сына? Неправильно, что он родился в Императорской семье. Неправильно, что он получил статус Принца. На самом деле, он является своего рода человеком, который будет полагаться на достижения своих родителей. Он бесполезный человек, у которого нет талантов.

Неважно, какой метод был. Пока это было быстро и эффективно, это был хороший способ. Цзюнь Мосе чётко применил наилучший из имеющихся методов.

Слухи о том, что развратник не дожил до своего совершеннолетия – шумиха. Он, кажется, знает, какие слухи о нём ходят, и намеренно так себя ведёт…»

Человек в чёрных одеждах задумчиво хмурился, не зная, во что верить.

Цзюнь Мосе начал вежливо встречать гостей из Императорской семьи одного за другим, а затем сопровождал их в Аристократический Зал. Однако каждый приглашенный мог взять с собой ещё только двух человек, в то время как остальная часть их окружения должна была остаться снаружи.

Тем не менее, Второй Принц пытался взять с собой трёх человек, когда пришла его очередь. Цзюнь Мосе увидел троих людей, которые сопровождали принца, и заметил, что первый человек был на самом деле хранилищем мудрости для Второго Принца. Поэтому он, очевидно, должен был позволить человеку следовать за принцем внутрь. Вторым человеком была милая и хрупкая леди, которая выглядела так, будто хотела убить молодого мастера Цзюнь на месте. Она была вторым провожатым принца, леди Юэ Эр из павильона Ничанг в Озере Туманного Духа. Она часто заявляла, что её покупают за её мастерство в музыке, а не потому, что она проститутка. Так что вовсе неудивительно, что она была второй сопровождающей Второго Принца.

Потом был Ченг Де Као…

Молодой мастер Цзюнь поднял руку, без следа вежливости, и закрыл вход Ченг Де Као, сказав:

- Извините, каждый пригласительный позволяет войти только трём людям. В том числе и с самим уважаемым гостем. Боюсь, я не могу позволить Вам войти, так как Второго Принца уже сопровождают двое. Тем не менее, мы предлагаем напитки для тех, кто ждет снаружи.

- Почему я не могу войти? – Ченг Де Као бросил взгляд, как будто он был почти готов пожрать Цзюнь Мосе. «Этот парень не остановил никого больше. Он действует предвзято против меня? Что он имеет против меня?»

Второй Принц уже ушёл дальше с двумя другими. Однако он развернулся в этот момент и поглядел на место происшествия. Второй Принц не мог отказаться от Ченг Де Као, потому что он нуждался в людях такого влияния, чтобы добиться успеха. Поэтому, не имея лучшего варианта, он пошёл к Цзюнь Мосе, потому что считал, что его должность Принца придёт ему на помощь. Многие люди закрывают глаза на подобные вещи из-за его статуса. Однако он не смог предвидеть такой степени бесстыдства, как у Цзюнь Мосе. Наглость молодого мастера Цзюнь была способна навредить репутации принца.

Если бы это был кто-то другой, Цзюнь Мосе, возможно, на самом деле и закрыл бы глаза и позволил указанному человеку проскользнуть мимо. Тем не менее, это был Ченг Де Као... человек, которому никто сейчас просто не мог помочь.

«Не говоря уже о том, чтобы позволить тебе нарушить уже существующие правила... я бы специально создавал новые правила, чтобы вызвать проблемы для тебя.

Ты – двукратное предзнаменование неприятностей. Во-первых, твоё имя звучит по дебильному, и ты дико надоедливый».

- Вы смущаете своих товарищей, – протянул Цзюнь Мосе. Казалось, что он смотрит на обезьянку в зоопарке. – Вы собираетесь кричать? Вы нарушили правила этого зала. Таким образом, в соответствии с законом этого места, я никак не могу впустить вас внутрь. Это разрушит престиж Зала, если все начнут нарушать правила в соответствии с их прихотями.

- Почему? – Ченг Де Као с тревогой спросил.

«Все было бы хорошо, если бы я не попытался войти. Но теперь я уже здесь, и всего одного шага не хватает, чтобы попасть внутрь».

– Я пришёл сюда со вторым принцем. Так почему я не могу войти?

Цзюнь Мосе усмехнулся ему и кивнул:

- Ваш аргумент действительно имеет смысл. Сучки обычно вместе бегают по кобелям. Тем не менее, есть вероятность, что их не всюду пустят, не так ли? Так зачем вы меня пытаете, если вы так ясно об этом сказали сами? Может быть, вы – особенный? Если это так, то вы очень талантливый человек. Определённо было бы полезно впустить вас!

Ченг Де Као был крайне возмущён словами молодого мастера Цзюнь.

Два человека за принцессой Лин Мэн не могли не рассмеяться, услышав, что было сказано. Конечно, они прикрыли рты, так как считали неправильным смеяться над этим. Однако их тела продолжали дико трястись от смеха.

Все, кто слышал эти слова, покраснели, потому что они были едва в состоянии сдержать себя от взрыва смеха. Первый и Третий Принц были среди этих людей, но они не предприняли какого-либо правонарушения. Член свиты их Второго брата был унижен, но им было весело.

Несмотря на то, что аналогия Цзюнь Мосе была слишком смешной, Второй Принц и его товарищи были единственными, кто не улыбался. На самом деле, Второй Принц был очень зол, и зловещее выражение было ясно видно на его лице.

- Цзюнь Мосе, прекрати издеваться надо мной! – Ченг Де Као задыхался от возмущения. Его глаза налились кровью, когда он оглянулся на своего «агрессора». На самом деле, казалось, что он на грани взрыва.

- Я издеваюсь над вами? Вы шутите? – Цзюнь Мосе нагло посмотрел на него, а затем покачал нижней частью тела вперёд-назад. – Пахнет преступлением! Я запугиваю вас, идиот! Я хочу запугать вас?

Ченг Де Као посмотрел на Цзюнь Мосе глазами, полными безграничной ненависти.

- Цх, ты, какие большие глаза! Этот осёл пытается напугать меня? Ты угрожаешь мне? Офигеть! Горилла заговорила, – Цзюнь Мосе сплюнул на землю. Затем он повернулся лицом ко Второму Принцу, который убийственно смотрел на него с другой стороны. Юный мастер Цзюнь смеялся, объясняя:

- Вы ни в коем случае не должны... вы не должны неправильно понимать мои слова... эти слова действительно были направлены на вас…

Его объяснения только добавили больше топлива в огонь.

На лбу Второго Принца забилась жилка, он резко вдохнул воздух, развернулся и пошёл внутрь. Все последовали его примеру. Однако время от времени, кто-то случайно хихикал. Правда, быстро они хлопали рукой по рту и кашляли, чтобы заглушить смех.

Особенно в случае с двумя людьми, которые сопровождали принцессу Лин Мэн. Эти двое не смеялись, что заставило Цзюнь Мосе обратить на них особое внимание.

Цзюнь Мосе был весьма удивлён, заметив, что у Принцессы Лин Мэн в компании было двое мужчин, одетых в чёрный цвет, которые не выглядели молодыми. «Принцесса пришла без каких-либо служанок? Что происходит?»

Юный Мастер Цзюнь был очень подозрителен в таких вещах и уделял этому пристальное внимание. Хотя он не показывал каких-либо признаков его подозрений и смеялся и шутил вместе со всеми, он всегда ненароком посматривал на них.

«Эти два человека вполне любезны и легко ладят с принцессой.

Более того, у них есть бороды. Значит, они не придворные евнухи.

Принцесса Лин Мэн не выглядит так, как будто ее принуждают. Значит, она хорошо их знает...

Кроме того, кажется, что принцесса уважает обоих этих людей безоговорочно. Эти двое определенно не обычные люди...

Вдобавок к этому, Йе Гухана, что неожиданно, нигде нет. Его ауры нет нигде даже в тридцати метрах от неё! По каким причинам ему, возможно, пришлось оставить Принцессу Лин Мен в покое?

Судя по темпераменту Йе Гухана, кому бы он настолько доверял во всём городе Тянсян?

Это довольно запутанно...

А может быть... ответ на эту загадку заключается в личности двух сопровождающих её людей? Если да, то понимание того, кто эти два человека, все прояснит...»

Именно тогда, Цзюнь Мосе вдруг вспомнил слух, что Йе Гухан и Императрица были близкими друзьями с детства. «Может быть, я закончу думать о таком маленьком инциденте? Но почему эти двое здесь? Я мог бы понять ситуацию, если бы это действительно был он... но кто другой, второй человек с ним? Кажется, я не знаю этого человека».

Цзюнь Мосе постоянно думал об этом.

У входа в Аукционный зал Аристократического Зала стояли два больших экзотических цветка. Их стебли и листья были зелеными, а лепестки – золотые. На самом деле цветущий цветок не показывал никаких признаков увядания, а его богатый и сильный аромат наполнял всю территорию.

Все были очень удивлены, когда двери открылись, и они увидели большой зал внутри. Можно было даже назвать его общественной площадью из-за размеров.

Молодой мастер Цзюнь очень много работал над созданием этого эффекта. Почти все прилегающие комнаты вокруг этого зала присоединены к нему. По колоннам, используемым для поддержки потолка, были вырезаны изображения драконов и фениксов.

Сто столов были аккуратно расставлены внутри. Не больше и не меньше – всего сто.

За каждым столом было только одно кресло. Два дополнительных кресла были размещены на некотором расстоянии от каждого стола. У этих стульев был небольшой журнальный столик, чтобы сели их сопровождающие.

Пара бонсаев стояли на каждой стороне стола. У этих бонсаев были сочные зелёные листья и нежные и красивые цветы. Между столами расстояние было не менее 3 метров. Более того, расстояние между любыми двумя столами было одинаковым. Этим занимался Жирный Танг, поэтому даже человек огромных размеров здесь сможет перемещаться с легкостью. Тем не менее, Жирный был в своём роде один. Почти невозможно было найти другого человека с его строением.

Более трёхсот человек вошли в зал, но зал не казался переполненным. На самом деле, все чувствовали себя довольно просторно. Воздух был свежим и чистым, а высокие окна над головами были открыты. Поэтому никто не мог бы сказать, что ему душно. Ходить в этом зале было, как ходить в саду весной, это успокаивало кого угодно.

Глава 247. Мнение Танг Юаня

Слабая музыка плыла сверху, с лестницы, и эхом отзывалась в зале. Музыка не была редким шедевром, но никто не мог видеть людей, которые играли её. Так или иначе, это добавляло элегантности в эту посредственную музыкальную композицию.

На полу лежал уникальный зелёно-синий ковер: он был ненормально толстым. Люди, идущие по нему, чувствовали тепло и роскошь, хотя его цвет был не особенно модным!

На каждом столе стояла открытка с именем. Первый ряд, естественно, был зарезервирован для Императорской семьи: они были журавлями в этой стае цыплят. Четыре стола были предназначены для них.

Все подумали: «Этот Аристократический Зал действительно велик, даже Императорской семье не была предоставлена отдельная комната...»

Более того, люди в этом зале чувствовали, что они сами действительно стали выше остального общества. Они начали верить, что они были в рядах настоящих аристократов, поскольку они были не слишком далеки от Императорской Семьи. «Разве это не означает «аристократия»?»

Из-за этого все, кроме членов Императорской семьи, чувствовали себя очень веселыми.

Второй ряд был для основных семей. Третий ряд был для потомков чиновников, а также для богатых дворян. И четвертый был зарезервирован для других богатых и могущественных людей города Тянсян.

Ряды между собой разделялись занавеской из жемчуга, висящего сверху. Этот «экран» закрывал часть головы человека, сидящего впереди, из-за чего людям было трудно понять, кто сидит в ряду перед ними...

Некоторые люди прибыли рано и ждали полдня. Тем не менее, они не казались разочарованными: они, казалось, были наполнены энергией и волнением.

Десятки молодых женщин в светло-желтой одежде подавали чай в маленьких чашках. Их одежда и изящное расположение делали их похожими на бабочек. Они выглядели довольно красиво, когда двигались вокруг легкомысленно, но с чувством приличия.

Перед первым рядом был молочно-белый гобелен. Он полностью закрывал то, что было за ним: это выглядело как необычно толстая стена.

Звук музыки прекратился.

Дух каждого поднялся: «Наконец, начнётся это шоу!»

Гобелен перед первым рядом был бесшумно поднят, обнажая чистую белую платформу. Затем появился внезапный свет ярких сверкающих огней. Эти огни преломлялись от драгоценных камней, установленных в разных положениях, охватывающих небольшой периметр платформы.

В середине был стол.

На столе лежал молоток: молоток, который будет отмечать окончательное решение.

Это было просто фантастично. Фактически, это был такой резкий контраст с обстановкой Великолепного Зала Драгоценностей, который был широко известен как лучший аукционный дом во всем городе, – что казалось, что фазан столкнулся с золотым фениксом...

Внезапное эхо шагов привлекло всеобщее внимание. Звук этих шагов пробуждал любопытство: «Какой колоссальный человек мог бы стоять за такими шагами?»

Свет погас.

Огромная куча мяса вошла, с гордостью оглядываясь: каждый его шаг выглядел достойным. Лоснящаяся кожа под чёрной мантией делала его похожим на варёную свинину, зажатую между двумя кусками хлеба.

- Поскольку все здесь получили приглашение из нашего зала – вы все являетесь настоящими Аристократами города Тянсян, и, таким образом, нашими почётными гостями! Я, Танг Юань, являюсь главным аукционером Аристократического зала. От его имени я представляю три семьи, состоящие из Эквивалента-Принца, семьи Цзюнь и семьи Танг. Я здесь, чтобы приветствовать Аристократов от имени этих семей и очень сердечно приветствовать всех вас! – Танг Юань громко орал то, что запомнил наизусть. Затем, неожиданно, он поклонился после того, как закончил говорить.

Жирный Танг на самом деле повторял то, чему его учили раньше. Он говорил речь, написанную на листе бумаги Молодым Мастером Цзюнь. Эта объёмная речь была написана для создания цивилизованной, но материалистической среды.

Тёплые и восторженные аплодисменты аудитории – ничего иного, просто признак воспитанности «Аристократов». Не имело значения, была ли эта похвала подлинной или нет, потому что отныне эти семьи могли использовать этот титул.

- Аристократический зал, как и название, – куда могут прийти только настоящие аристократы. Хотя, что такое аристократ? – Жирный приложил большие усилия, чтобы выпрямить спину. Это была очень напряженная задача. Что касается того, что Жирный избавился от своего веса, нельзя сказать много. У него был не совсем короткий рост, а его конечности были пропорциональны его росту. Хотя он был не совсем высоким и мощным, но жира было ещё слишком много. Однако он не мог сразу избавиться от ожирения. Он попытался, как мог, сцепить руки за спиной. Тем не менее, Жирдяй сделал все возможное, чтобы сделать это в соответствии с инструкциями Цзюнь Мосе, чтобы казаться «изящным, спокойным и прячущим несколько козырей в рукавах».

Эго Танг Юаня получило импульс, так как он знал, что он находился в центре внимания. Хотя, для всех остальных, он был похож на чёрного медведя, который пытался сцепить руки за спиной, ходя по сцене напряжённо, будто обделался. Однако каждый, кто видел это, делал все возможное, чтобы заглушить свой смех.

Жирный Танг с достоинством оглядел всех:

- Так называемый Аристократ – это человек наверху, у которого есть лучшие качества! Например, это... – Танг Юань повернул руку: в его ладони был круглый предмет. – Я считаю, что все здесь вкусили этот плод и знают, что это картофель. Всем известно, что это можно купить на местном рынке за три монеты. Это можно считать обычным овощем. Однако…

Танг Юань остановился и сделал паузу, так как картофель явно взывал к его аппетиту.

Все были смущены, потому что этот человек говорил о благородстве... так почему он просто вытащил картошку? Эта вещь никогда не служила пищей богатым и могущественным!

- Эта полукилограммовая штука, стоящая три монеты – не только дешёвая, но и удобная еда. Всё, что вам нужно сделать после возвращения домой – это бросить её в кипящую воду, а затем вы можете съесть её. Вы можете разрезать её на тонкие ломтики. На самом деле вы можете нарезать её так, как хотите.

Танг Юань считал себя культурным, словно он был великим ученым, когда он произносил эти слова. Он не мог не гордиться собой. И, следовательно, усердно улыбнулся. Однако в глазах «Аристократок», сидящих в зале, им казалось, что на сцене полукилограммовую картошку на руке взвешивает пожилая свинья. Но им оставалось лишь мило улыбаться и незаметно содрогаться, потому что это было невыносимое зрелище.

- Тем не менее, в небольшой таверне не имеет значения, как резать овощи, пока можно закончить приготовление блюда из него. Тогда даже дешёвый картофель можно использовать, чтобы заработать в сто раз больше, – Танг Юань говорил непрерывным потоком. – Человек, который ел эту картошку в небольшой таверне, очевидно, Аристократ, по сравнению с тем, кто потребляет то же самое у себя дома. Аристократы потребляют цену! Однако даже это – низкий уровень.

Если в ресторане более высокого класса есть тот же вид подготовки, но ценой от двух до трех серебряных монет, то это, естественно, будет считаться более высоким качеством. И снова всё равно будет оправданно, особенно, если вы принимаете эскорт в Озере Духовного Тумана, который очень искусен в своём деле… Так вот, если они вдруг предложат вам эту же картошку за двадцать серебряных монет? Да вам будет плевать! Даже пятидесяти серебряных монет не будет слишком много. В любом случае аристократам, посещающим Озеро Духовного Тумана, не пристало беспокоиться о нескольких серебряных монетах...

Тан Юань говорил взволнованно, и казалось, что он уже был в борделе и читал лекцию группе «папочек». Он постоянно подмигивал и улыбался.

Зал посмеялся с молчаливым пониманием. Как и ожидалось, это заставило несколько леди в зале нахмуриться. Но не больше, чем ту, которая сопровождала Второго Принца... её прекрасное лицо стало зелёным от гнева...

Принцесса Лин Мэн внезапно услышала смех с её стороны, повернув голову, она увидела, что её отец, Император, сузив глаза, поглаживает бороду. Его глаза сверкнули, словно он встретил старого и близкого друга. Казалось, он чувствовал в себе ту же неизмеримую жизнерадостность. Он прочистил горло, и затем сделал это снова более энергично. Потом сказал низким и сердитым голосом:

- Ах, люди – нехорошие существа.

Его Величество Императора обуревали старые воспоминания. Он сел прямо на своём месте, почти невозмутимый. Затем он подумал: «Чёрт! Этот жирный едва не вывел меня из себя! Однако такого не случалось со мной очень давно...»

- ...Естественно, если вы отправитесь в самый роскошный ресторан Тянсян за картошкой... вы даже будете за то, чтобы заплатить сто серебряных монет, даже если их картофель не такой уж и особенный, – продолжал надрываться Танг Юань. В порыве вдохновения он даже покачал пальцем из стороны в сторону.

Это движение он спёр у Цзюнь Мосе. Вот только он не учёл, что молодой мастер Цзюнь был высоким, а его пальцы были стройными. Поэтому он выглядел изящно, когда делал такой жест. Более того, в дополнение к изяществу, когда Цзюнь Мосе делал это, можно было почувствовать атмосферу высокомерия. Танг Юань очень долго восхищался этим тайно. Его лицо озарилось, когда он так кокетливо сделал это перед множеством людей.

Следует упомянуть, что мечты Сардельки сильно расходятся с реальностью...

Если бы он мог посмотреть на себя с точки зрения аудитории... Танг Юань выглядел как неподвижная, заболевшая диабетом толстая свинья с морковкой, выступающей из копыта, которым она с энтузиазмом махала. Многие из зрителей содрогнулись из-за такого зрелища. Кроме того, это неоправданное выражение гордости на его лице заставило волосы каждого «Аристократа» встать от отвращения. Даже те, кто обладал исключительной силой, не были исключением из этого. «Этот парень очень противен!»

- Ста серебряных монет будет достаточно, чтобы купить картофеля столько, чтобы прокормить семью из четырёх человек в течение пяти лет! Однако человек может съесть только одну порцию нарезанного картофеля в ресторане высокого уровня по этой цене. Кроме того, эта основная еда является самым дешёвым блюдом независимо от того, где вы едите его.

Танг Юань громко рассмеялся и продолжил:

- Может быть, такие благородные люди просто едят картошку? Нет, то, что вы едите... это элегантность, это изящество, это статус! Что вы едите – ваш вкус! А ваш вкус стоит определённую цену! Только истинные аристократы могут наслаждаться этим чувством.

И в этот момент мы можем сказать, дамы и господа, что сидеть здесь, в нашем Аристократическом зале, то же самое, что сидеть в лучшем ресторане в городе Тянсян!

Танг Юань крикнул хрипло. Каждый мускул в его теле дрожал, когда он эмоционально взвизгнул с яростным взглядом на лице:

- Это настоящий аристократический рай! Даже вода, которую вы пьёте здесь, будет считаться подлинным аристократическим товаром! Как уже упоминалось ранее, мы пьём не просто воду, а воду со вкусом одиночества на вершине мира. Побыть одному, чтобы испытать одиночество – это истинный признак истинного аристократа.

Громовые аплодисменты разразились, так как эти слова были живо восприняты зрителями. Фактически, аплодисменты продолжали резонировать некоторое время.

В другой комнате наверху, Цзюнь Мосе рассмеялся:

- Жирный сказал, что настоящие аристократы должны жрать резаную картошку и чистую воду в одиночестве! Умора, блин…

Глава 248. Первое "вложение" Цзюнь Мосе

Цзюнь Вуй покачал головой и рассмеялся. Рядом с ним смеялся даже маленький Ян Мо. Хотя он не понимал истинного смысла этих слов, маленький негодяй знал, что сочетание нарезанного картофеля и тёплой воды было не слишком вкусным.

Танг Юань был не просто очень толстым, его память тоже была не очень хорошей. Он давно забыл инструкции. В результате, ему осталось не так много, чтобы продолжать. Этот раздел речи был чистой импровизацией. Удивительно, но он всё-таки сумел презентабельно выступить. Он, конечно, был очень талантливым человеком.

Жирный Танг по-прежнему выталкивал из себя слова бесконечным потоком. Юный мастер Цзюнь не был в настроении снова слушать речь. Он повернулся и с улыбкой посмотрел на Яна Мо:

- Как ваше настроение, Мисс Ян?

Маленькое лицо Ян Мо мгновенно сникло. Обычно он воздерживался от мести, когда Цзюнь Мосе называл его «маленькой мисс Ян». Однако на этот раз, он фыркнул и повернул голову, чтобы уйти. Сын принца был умным и озорным маленьким дьяволом для своего возраста. Однако он был всего лишь десятилетним мальчиком. Он уже был смущён произошедшим ранее инцидентом. Поэтому вполне естественно, что ему было трудно сохранять спокойствие. Кроме того, никто не утешал его после этого. На самом деле, даже взрослый не реагировал бы спокойно, и ему было бы трудно терпеть.

- Не стоит злиться, – усмехнулся Цзюнь, не прикладывая усилий, чтобы уговорить мальчика. Вместо этого, он скрестил ноги. – Ты знаешь, что всё, что ты можешь сделать - это сердиться, когда ты встретишь хулигана, и ничего больше. Ты мог бы также воздержаться от потери своего темперамента, так как нет никакой выгоды в этом.

- Какая польза контролировать мой гнев, если нет никакой выгоды? – Ян Мо терпел эту боль какое-то время, но слезы, наконец, начали падать.

- Называть тебя «маленькой девочкой» не было ошибкой, так как ты плачешь из-за такого маленького вопроса. Чего ты плачешь? Если настоящий мужчина часто плачет – он теряет уважение. Над таким человеком явно будут издеваться, – Цзюнь Мосе говорил с презрением, взяв большое яблоко со стола. Он вырезал кусочек и положил в рот. – Разве плач полезен? Плач поможет тебе решить проблему? Тебе придётся свалить с глаз долой, если будешь и дальше реветь. Потеряйся и плачь где-нибудь в другом месте! Я не собираюсь тебя утешать. Более того – я не буду пытаться помочь тебе избавиться от твоего гнева.

- Я не буду плакать, – быстро вытер слезу Ян Мо, но продолжал плакать. Он был очень привязан к молодому Мастеру семьи Цзюнь. – Папа говорит мне, что старший брат Цзюнь очень умный. Скажи, пожалуйста, что мне делать? Эти трое были со мной с детства. Я... я так боюсь, что даже не могу ничего придумать. И я просто хочу убежать... старший брат, не мог бы ты мне сказать... как я могу заставить их остановиться? Или как я могу отомстить и выместить свой гнев?!

- Отомстить, чтобы выместить свой гнев? Это не лучший способ, – веки Цзюнь Мосе оставались неподвижными, а он спокойно сказал. – Это сыновья Императора. Кто самый большой в этом мире? Император! Если сын Императора хочет запугать тебя, ты можешь что-нибудь сделать? Все, что вы можешь сделать, это терпеть, так как твоя семья не такая сильная, как их.

- Я не хочу больше! Старший брат Мосе, папа сказал, что ты самый умный, и что тебя ничто не может сбить с толку... – Ян Мо поймал правую руку Цзюнь Мосе и начал трясти её. – Я прошу тебя, старший брат Мосе... пожалуйста, дай мне идею…

- Остановись. Стой. Прекрати, блин! – Цзюнь Мосе поспешно отдёрнул руку. Затем он с нетерпением продолжал. – Их отец - император, а твой - нет. Этот вопрос нельзя решить с помощью интеллекта. Ты хочешь, чтобы я помог тебе? Нет никаких шансов. У нас нет средств.

Ян Мо молча смотрел. Затем его глаза снова стали наполняться слезами, и вскоре слезы выплеснулись. Его крошечный рот только испустил пару рыданий, когда вдруг в его глазах мелькнула вспышка. Его настроение сразу же вернулось к тому, каким оно было до того, как он начал плакать. Его глаза открылись, круглые, как полная луна:

– Старший брат Мосе, ты сказал, что их отец император, а мой нет… - Почему мой отец не Император? Они оба - сыновья моего деда, предыдущего Императора... почему мой отец просто Принц, а его старший брат - Император? Я тоже кровь старого Императора. Так почему же они могут меня запугать, а я не могу бунтовать? – Ян Мо открыл свои большие круглые глаза, посмотрев на Цзюнь Мосе вопросительно.

- Ты только что сказал, что у тебя есть кровь предыдущего Императора, так что всё это - вопрос твоей семьи. Откуда мне знать, почему? – Цзюнь Мосе казался несколько нетерпеливым, когда он говорил. – У твоего отца не было перспектив, как и у тебя. Над ним также издевались с детства. Он не осмелился бунтовать или говорить о глупости, которая была совершена. Поэтому его привычка стала его характером. На самом деле, он может быть готов нести издевательства даже сейчас, когда он вырос. Очевидно, что он не стал Императором. А теперь даже сыну приходится иметь дело с издевательствами.

- Я не хочу, чтобы меня опять обижали! – Ян Мо вдруг сжал крошечные кулачки. – Надо мной не будут издеваться после того, как я вырасту! И над моими потомками тоже.

- В этом нет ничего хорошего... такие проблемы сложно решить, – Цзюнь Мосе вздохнул.

- Император - единственный, кто не должен терпеть издевательств? Будут ли мои потомки также избавлены от них, если бы я был Императором? – маленький Ян Мо спросил.

Цзюнь Мосе вздохнул:

- Я не знаю, я действительно не знаю.

- Я стану Императором, как ты мне сказал, хорошо? – Ян Мо широко открыл глаза. В них был искренний взгляд.

- Ты? Ты - внук предыдущего Императора. Значит, ты, естественно, имеешь право, – Цзюнь Мосе наклонил голову и сосредоточил глаза на мальчике. – Да, у тебя есть базовые знания, но слишком мало других необходимых черт. Следовательно, ты недостаточно квалифицирован.

- Тогда, пожалуйста, скажи мне, старший брат Mосе, как я могу изменить это? Надо мной не будут больше издеваться.

Цзюнь Мосе как раз собирался ответить, когда Цзюнь Вуй, сидящий за ним, громко закашлял: его громкий кашель звучал очень похоже на кашель человека, страдающего туберкулезом. Было очевидно, что Цзюнь Вуй беспокоился, что другие люди могут услышать этот разговор. Поэтому он попытался заглушить. Этот оглушительный кашель действительно был достоин небесного имени эксперта Суань Неба, хотя он был ограничен только этой комнатой.

Цзюнь Вуй слушал этот разговор и чувствовал, что он начал звучать немного неправильно. Хотя разговор начался, как попытка утешить ребёнка, он вскоре принял совершенно другое направление. Более того, он встал на запрещённую дорогу и, возможно, мог принести очень хреновый результат. Вполне возможно, что Цзюнь Мосе своим методом сумеет уговорить этого мальчика, и, в конечном итоге, он будет выгравирован в его молодом уме. Поэтому дядя молодого мастера Цзюнь попытался указать, что им нужно идти в ногу со временем, пока они не соберут необходимые им финансовые ресурсы. Этот процесс займёт месяц или два. Тем не менее, в случае, если они начнут подстрекать равного сына Принца против текущего престола, то они могут в конечном итоге пожалеть об этом позже…

«О чём думает этот ребенок?»

- Я не могу ответить на твой вопрос. Спроси отца, когда вернёшься домой. Я уверен в том, что он скажет: Ну что поделать - они хулиганы! Хорошо, что кто-то другой тоже берёт на себя мою роль. Люди всегда издеваются над верными и честными, – Цзюнь Мосе подражал манере речи Принца-эквивалента.

- Откуда ты знаешь? Мой отец говорит точно так, каждый раз, когда кто-нибудь меня обижает. Он говорит мне, что надо мной должны издеваться, и он даже говорит, что надо мной должны издеваться ещё больше! – Ян Мо моргнул и посмотрел на Цзюнь Mосе с выражением почтения. «Старший брат действительно очень умный! На самом деле, даже мой дед говорил так…».

Цзюнь Мосе вздохнул и произнёс:

- Я знаю. Я также знаю, что ты маленький предатель. Ты вернёшься и расскажешь отцу о том, что посоветуют тебе умные люди. Не так ли?

- Я не предам друга! Мой отец сказал мне, что люди, которые предают своих друзей, плохие. Но я хороший человек, я не предам друга! – нежное лицо Яна Мо стало очень красным.

- Почему ты волнуешься? – Цзюнь Мосе посмотрел на него ясно и сказал.– Ты не должен. Может, сначала я расскажу историю?

Ян Мо повесил голову и уныло согласился:

- Хорошо.

Цзюнь Вуй едва сидел на самом краю кресла. Наконец, он расслабился и незаметно вытер холодный пот, выступивший на лбу. «Эти сумасшедшие, наконец-то, прекратили обсуждение этой деликатной темы. Хорошо, что они перешли на историю... я очень переживал за результат, что…»

- Эта история называется «Переворот Врат Суань Ву», – Цзюнь Mосе улыбнулся. – Ли Ши Мин был сыном Принца империи Танг. У него было два старших двоюродных брата — Ли Цзянь Чен, первый наследник, и Ли Юань Цзи. Они часто издевались над младшим братом. Поначалу Ли Ши Мин терпел их издевательства. Однако когда их стало слишком много, он убил их у ворот Суань Ву. Затем он сел на престол и стал императором. Больше над ним никто не издевался…

Цзюнь Вуй тоже слушал рассказ Цзюнь Мосе. Он не только регулярно слушал рассказы Цзюнь Мосе, он также очень любил их. Особенно историю Троецарствия, содержание которой оставило Цзюнь Вуя ошеломлённым. С тех пор, когда Цзюнь Мосе рассказывал историю, которую он не слышал раньше, он, естественно, слушал с довольно большим вниманием.

Однако когда Цзюнь Мосе спокойно продолжил рассказывать свою историю, Цзюнь Вуй, чьи нервы только начали расслабляться, вдруг снова напрягся. На самом деле, холодный пот залил его одежду до нижнего белья.

Тот факт, что простой рассказ молодого мастера младшей семьи на самом деле напугал эксперта Суань Неба до такой степени, безусловно, беспрецедентный подвиг — если не достижение.

«Боже мой... я опытный генерал», – Цзюнь Вуй был крайне возмущен действиями Цзюня Мосе. – «Ты пытаешься напугать меня до смерти? Что за чушь ты рассказываешь, парень?!»

«Чёрт тебя дери с богом пополам! Ты же начинаешь восстание! Ян Мо слушает и запомнит твои слова. Даже если он ребенок, он будет помнить... разве твоя история не подливает нефти в огонь?!»

- Точно, убить их! Убить их сразу! Никакой пощады! – маленький Ян Мо воскликнул в волнении. В его глазах была странная вспышка. Возможно, желание... может, это была жажда... или какая-то другая фанатичная идея…

Глаза Цзюнь Мосе были почти непроницаемы. «Я сказал слишком много. Сколько слов сможет вспомнить маленький ребенок? Это семя, и его нужно оросить водой, чтобы сделать его деревом. Однако оно утонет, если я брошу семя прямо в океан…»

Внезапный всплеск экзотического запаха потёк снизу. На самом деле, запах был настолько мощным, что все воскликнули в удивлении; даже люди, которые подавляли свои эмоции. Даже люди, сидящие наверху, сосредоточили свое внимание на нём.

После большой задержки, аукцион «Небесное вино», наконец-то, начался. На сцене стоял старик. Его осанка была прямой, и он был одет полностью в чёрное. Он казался полным волнения и энергии, а его брови были похожи на два холодных меча.

Даже Цзюнь Мосе был удивлён, увидев этого человека. «Разве это не неловкий и небрежный старый Сонг?» Он украсил свой наряд так же, как и солдат. Он больше не спотыкался и стоял прямо. В общем, он выглядел как военный генерал прямо сейчас.

Некоторые люди в зале сразу узнали старика Сонга, когда он появился на сцене. «Ходят слухи, что Сонг Шань – эксперт Суань Неба. И теперь он – аукционист в Аристократическом Зале!

Действительно... это очень аристократично!»

Прекрасный запах вина плавал в воздухе, и все яростно вдыхали этот запах. «Это вино достойно звания «Вино Небесного Уровня», и это исходя только из его чудесного запаха». Вдруг все стали несколько нетерпеливы.

Глаза этого одетого в чёрное человека, сидящего рядом с принцессой Лин Менг, мелькнули странным светом после того, как он вдохнул этот аромат. Он был Императором страны. Но он никогда не сталкивался с таким высоким качеством вина. Это стало очевидным свидетельством редкости такого напитка.

Глава 249. Гонг, начинающий шоу!

Неудивительно, что Аристократический зал продавал такую качественную продукцию. Ведь это вино Бога виноделия!

Несмотря на то, что сам Шань ничего не сказал и не признался в создании вина, каждый присутствующий не мог не подумать, что это его вино. Сонг Шань считался грозным воином Суань Неба, и славился своей доблестью воина. Однако, личность Сонг Шаня как «Бога вина» намного лучше укрепилось в сердцах людей.

Несколько служительниц вывезли огромную тележку. И на каждой из этих тележек было двенадцать маленьких... бокалов вина.

Эти бокалы... были самыми маленькими из имеющихся бокалов. Тем не менее, они были чрезвычайно изысканными, так как они были сделаны из серебра. Более того, они выглядели чрезвычайно деликатно — словно крылья цикады.

Помимо приятного вида, эти чаши из чистого серебра также заверяли людей, что вино не будет ядовитым, так как яд изменит цвет при соприкосновении с серебром. Люди могли пить хорошее вино, не беспокоясь, так как это было бы абсолютно безопасно.

Три бокала для вина стояли на каждом столе. Несколько служительниц пришли с бутылками вина, и начали наливать по чуть-чуть вина очень тщательно, чтобы не пролить даже пол капли. Холодное и необыкновенное вино, как река, выливалось из бутылок и заполняло бокалы вина. Зал был полон ещё более сильным ароматом, когда вино текло в бокалы.

– Основным товаром этого аукциона является вино, которое никогда не было замечено на материке — Вино Небесного класса! Мы просим всех сначала попробовать это вино. Таким образом, вы все будете знать о том, что поставлено на карту во время торгов, – Сонг Шань произнёс. Естественно, он сильно отличался от Танг Юаня. Казалось, что глубокое и неподвижное озеро стояло на сцене.

– Попробовав это вино, я убежден, что все поймут, что это духовный товар, и бесценное сокровище: никаких денег не будет слишком много за это вино. Все это будет стоить того, чтобы человек овладел этим чудом, – махнул рукой Шань.

– Пробуйте.

Все уже начали присматриваться к этому «никогда не виданному ранее вину». Они с нетерпением поднимали бокалы вина, проклиная скупой Аристократический зал за такие маленькие чаши, предусмотренные для дегустации.

– Все, должно быть, думают, что эти чаши слишком маленькие, – Сонг Шань говорил в неторопливой манере. – Я хотел бы торжественно признать, что в этой связи... Зал виновен. Однако умоляю всех подумать — если бы все пили это вино столько, сколько могли, стали бы вы по-настоящему беречь это Небесное вино? Кроме того, вы заплатили бы высокую цену за такое вино?

Гости были довольно опытные в образе жизни. Однако они не понимали важности этого, и поэтому сочли это за шутку.

Все они осушили свои чаши, смеясь. Принцесса Лин Мэн не пила чашу, она вообще не любила пить. В любом случае, она не посмела бы пить без предварительного разрешения отца. Двое мужчин, сидящих с ней, немного пугали. Настолько, что сама мысль о превышении границ её поведения перед ними была достаточной, чтобы напугать ее. Если бы не их приказ, она бы уже ушла. Поэтому ей не оставалось ничего другого, как передать бокал вина двум мужчинам. Теперь у этих двух мужчин было три бокала между собой.

Эти мужчины позади неё были очень нетерпеливы, настолько, что они практически вырвали из рук её чашу. Они осушили свои бокалы залпом, как только они их получили. Вино сделало этих двух мужчин несколько эмоциональными. Эти люди пили вино изо всех углов земли, но им никогда не удавалось оценить такой качественный товар. Желание продолжать пить было сильным у обоих. Они оба посмотрели на оставшийся бокал одновременно, а затем посмотрели друг на друга, не желая уступать.

Молодой мастер Цзюнь полагал, что двое мужчин в чёрной одежде, которые сопровождали принцессу Лин Мэн, не были обычными. Один из этих двух людей был тот человек. Однако если бы это было правдой, кто во всем Тянсян мог бы считаться ему равным? Кто бы не сдался перед ним? Кто был этот мужчина?!

Толпа замолчала, сделав первый глоток.

Потом раздался внезапный звук. В разгар этой тишины, крепкий мужчина, фигурой напоминающий бочонок, встал и закричал. Его голос был полон эмоций, он радостно стонал.

Все повернулись к источнику звука, и увидели мужчину, которому едва исполнилось сорок. Он положил руку на чашу и вдруг вскочил. На его лице был глупый вид, когда он поднял голову и закричал:

– Вы действительно заслуживаете право называться Винным Богом после такого вина! Скажите, когда начнется аукцион? Какова базовая цена? Неважно, сколько денег потребуется, я заберу хотя бы десять кувшинов этого вина!

Большой человек, который только что встал, был главным торговцем солью города Тянсян. Он также был главой торгово-промышленной палаты города Тянсян; Лонг Чжао Мэн.

Хотя слова этого человека казались очень пошлыми, но никто не смеялся, так как все они чувствовали, что сделают то же самое. Все кивнули в согласии. Герцоги, канцлеры и члены великих семей – никто из них не ограничивал бы себя в том, чтобы говорить то, чего они действительно хотели.

Только Дугу Вуди, сидевший на втором ряду, закричал с темным выражением лица:

– Сядь! Говори в соответствии с твоим окружением! Разве ты не видишь окружающих?! Как ты думаешь, все остальные менее богаты?

Дугу Вуди был очень обеспокоен и подавлен.

Великий генерал Дугу пришёл сюда по нескольким причинам. Одно из его намерений было показать свою поддержку Цзюнь Вую. Тем не менее, его реальные намерения были стать свидетелем унижения Цзюнь Мосе. Он хотел уничтожить его и выиграть пари в тот же день. «Одна бутылка за десять тысяч? Какая шутка! Он действительно очень хитрый, если он сможет продать его по такой цене. Я все равно выиграю это пари, это точно».

Кто знал, что в этот момент десять тысяч серебряных таэлей за бутылку вина не будут считаться дорогой ценой. Не только эта цена... цена значительно превысит первоначальную сумму. Кроме того, из-за успешных продаж, он будет в конечном итоге с долгом в двадцать пять миллионов серебряных таэлей. Действительно, жизнь очень непредсказуема!

Как генерал Дугу мог не быть подавлен? Даже если бы он решил забыть про его совесть в этот раз, всё равно это не решило его проблемы. Кроме того, в настоящее время его беспокоило собрание столь многих людей. Он наклонил голову и сузил глаза, гневно взглянув в комнату, где сидел дуэт дяди и племянника, Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя. «Разве эти двое не смеются надо мной сейчас?»

Лонг Чжао Мэн икнул и сел. Хотя он был очень влиятельным торговцем в городе Тянсян, он не посмел бы спорить с главой известной «грубой и необоснованной» семьи. Он держал уже пустую чашку. Затем он осушил два других бокала на своём столе и сделал глубокий и удовлетворенный вздох.

Его лицо было полно счастья.

Дугу Вуди повернул голову и увидел, как его дочь улыбается. Её лицо было украшено счастливым и удовлетворенным выражением, когда она смотрела на выражение лица собственного отца; это было почти так, как будто она наслаждалась его несчастьем. Он вдохнул и пригрозил:

– Если ты снова так улыбнешься, я устрою брачные собеседования для тебя с завтрашнего дня!

Улыбка Дугу Сяо И внезапно погасла. Её большие сияющие глаза наполнились гневом, и её милое лицо стало тёмным. Она повернула голову и села в ярости. Затем она оглянулась на него и сказала с сердитым выражением на лице:

– Тоже мне! Посмотри на себя! Ты боишься, что потеряешь всё? Ха! Такой огромный долг... я бы хотела посмотреть, как ты его окупишь. Ты не сможешь вернуть двадцать пять миллионов серебряных таэлей, даже если продашь всё, что у нас есть.

Дугу Вуди был крайне возмущён этим, и заорал:

– Что? Ты говоришь, что даже если твой отец продаст всё, он не сможет погасить долг? Это действительно огромная сумма? Если у меня действительно не хватит денег, то я отдам ему тебя в жёны. Это должно компенсировать долг и сделать тебя счастливой, верно? Ха!

Симпатичное лицо Дугу Сяо И стало красным, когда она встала, чтобы уйти. С видом предельного презрения она закричала:

– Я не хочу этого! Как ты вообще можешь?!

Она была злой и встревоженной. Хотя Цзюнь Мосе ей нравился, она не хотела, чтобы её отдали ему в качестве оплаты долга. В таком случае... как её возлюбленный мог оказывать ей хоть какое-то уважение?

Её глаза блестели от слёз. Она отвернулась от отца, а её слёзы начали падать вниз.

Дугу Вуди был в растерянности, потому что он забылся и нарушил все правила приличия. Он поспешил утешить её. Все семь «Героев Легенд, храбро мчащихся вперёд» не смогли присутствовать из-за ограниченного места. Поэтому только Дугу Йинг смог прийти. Изначально он тоже смеялся над шуткой, но вскоре заткнулся.

– Ты не спустишься? – Цзюнь Вуй спросил своего племянника.

– Я чувствую, что что-то не так, – Цзюнь Мосе нахмурился и указал пальцем. – Человек пришёл... Кроме того, он привёз кого-то с собой. Лучше не приносить лишних неприятностей. Поэтому я планирую действовать осторожно.

– О?

– Думаю, всё будет хорошо, – озорно рассмеялся Цзюнь Мосе. – Я убежден, что Танг Юань и Ян Мо смогут справиться с этим вопросом. Я буду появляться только в критический момент.

Цзюнь Вуй улыбнулся, но сдвинул брови:

– Боюсь, что знания о твоих силах рано или поздно разойдутся среди людей. Они все... в конце концов, узнают об этом.

Цзюнь Мосе согласился и покачал головой:

– Поэтому мы должны спешить развивать силу нашей семьи таким образом, чтобы никто не осмелился провоцировать нас. Таким образом, никто не сможет ничего сделать, даже когда узнает. Ведь только сила, которая не уменьшается, является самой мощной из всех — деньги.

Между тем, Сонг Шань хвалил многие интересные качества этого вина, и теперь отошёл в сторону. Сонг Шань, Бог вина, хорошо говорил, так как он чётко понимал вкусы вин. И хотя его объяснения не оправдали ожидания Цзюнь Мосе, все, кто слышал сейчас, не хотели уходить. На самом деле, они все хотели поболтать об этом хорошем вине. Их сердца начали биться гораздо быстрее, а атмосфера достигла новой высоты волнения.

Теперь, когда его роль закончилась, пришло время Танг Юаня снова выйти на сцену.

– Торг Небесного Вина официально начинается! Базовая цена каждой бутылки составляет десять тысяч таэлей серебра. Цена может увеличиваться, так как верхнего предела не будет. И из-за ограниченного количества этого превосходного вина, каждый стол может забрать пятьдесят бутылок максимум. Тем не менее, может быть, кто-нибудь и не получит этого вина, – Танг Юань энергично сделал объявление.

– Могу ли я рискнуть спросить, что имел в виду Танг... когда сказал, что многие не получат этого вина? – многие с нетерпением спрашивали.

– Это не имеет особого значения. Господин Сонг провёл всю свою жизнь, путешествуя по всему континенту, чтобы собрать лучшие материалы. Он использовал всё это, чтобы сварить это вино, ничего больше. Больше нет такого высококачественного вина. Поэтому это первый и последний аукцион этого Небесного вина! – Танг Юань вздохнул.

– Только один раз... – шёпот пробежал по залу. Они все смотрели друг на друга в ужасе: «Это отличное вино будет в наличии только сегодня?»

Глава 250. Кто может быть хуже?

Все подумали, что это разумно: «Должно быть, трудно было найти сырьё для создания такого высококачественного вина, верно? Ну, разумеется... Справедливо, что только одна партия».

- Поскольку это будет только одна партия... сколько бутылок там, в общей сложности? – этот вопрос задал человек, который не был авторитетом по винам. На самом деле, она даже не пробовала вино, потому что это была принцесса Лин Мэн.

Жирный Танг ответил на её вопрос, несмотря на удивление:

- Общее количество бутылок вина на аукционе – три тысячи. И независимо от цены — вино вроде этого «Небесного вина» появляется лишь ненадолго. Поэтому просто выпейте! Даже если это означает, что это вино закончится!

- Три тысячи бутылок...! – воскликнули почти все хором. Три тысячи бутылок – это много, это считалось огромным числом. Однако надо было помнить, что на аукцион было приглашено много людей, и в нем участвовало не менее ста человек. Поэтому каждый мог получить только тридцать бутылок в среднем.

Однако верхний предел покупки для каждого человека составлял пятьдесят бутылок. Более того, в первом ряду была Императорская семья, а за ними были все великие семьи. Эти люди, безусловно, возьмут на себя инициативу и потратят деньги, чтобы не вернуться с пустыми руками. Вполне вероятно, что они будут по очереди закупать для своих нужд. Кроме того, здесь присутствовали представители более десятка таких великих семей. Для себя все они захапают, по крайней мере, около восьми сотен бутылок вина.

Следовательно, оставшиеся восемьдесят или около того семей должны будут конкурировать за оставшиеся 2200 бутылок. Из этого стало понятно, что будет много тех, кто не получат ни одной бутылки из этого «Небесного вина».

Если кто-то не сможет успешно поддержать ставку, то, возможно, они навсегда потеряют возможность попробовать вино такого необыкновенного качества.

Конкуренция между торговцами неизменно станет ужасной и жестокой.

Многие люди тайно сжимали кулаки. Они были готовы выкрикнуть цену.

- Сейчас мы официально начинаем торги. Первая партия состоит из пятидесяти бутылок! Только один человек может купить всё это! – Танг Юань покачал своим толстым животом. Он чувствовал, что пришёл самый важный момент в его жизни — он держал молоток, и принимал окончательное решение…

- Я предлагаю миллион таэлей за эти пятьдесят бутылок! – закричал мужчина. Удивительно, но первый же, кто сделал ставку... фактически удвоил цену. Некоторые люди внутренне прокляли человека, услышав это: «Слишком высокомерно! Козёл, это только первая ставка... не относись к ней, как к игре. Разве цены не станут слишком высокими, когда придёт наша очередь, потому что тебе сейчас в башку пришло поставить миллион?»

Человек, который только что прокричал, медленно встал со своего места в третьем ряду. На нём была синяя одежда.

Человек неторопливо улыбнулся и сказал:

Я – Хай Чэнь Фэн, лидер банды Цзинь Янь города Тянсян. Я всегда любил вино. И поэтому я сейчас желаю «Небесного вина». На самом деле, я не думаю, что миллион серебряных таэлей – это слишком большая сумма за это вино. Я прошу всех, кого я обидел, простить меня…

Хай Чэнь Фэн был, естественно, приглашён Цзюнь Mосе в качестве меры предосторожности против многих событий. Ему нужен был кто-то, кому он мог бы «доверять». Выполняя приказ, Хай Чэнь Фэн встал, чтобы получить первые обстрелы критиками.

Естественно, у Хай Чэнь Фэна была своя причина. Он сделал это, чтобы объявить, что преступная фракция номер один в городе, Цзинь Янь, претерпела смену руководства. Кроме того, он также продемонстрировал, что «лидер банды Хай» выводит банду Цзинь Янь в верхние эшелоны города Тянсян.

Внезапное появление Хай Чэнь Фэна заставило все взгляды сразу же притянуться к нему, словно кусочки металла притягиваются к магниту. Хай Чэнь Фэн стоял неподвижно, но он выглядел немного «под мухой». Он был довольно бледноват. На самом деле, Цзюнь Мосе, который смотрел на всё это сверху, был озадачен. «Не говори мне, что ты получил серьёзные травмы за эти два дня? Это становится слишком часто, не так ли? Похоже, что мне придется тренировать его, и увеличить его силы хотя бы в два раза. Иначе всё может оказаться рискованным...»

Только молодой мастер Цзюнь мог осмелиться подумать об этом... увеличивать силу эксперта Суань Неба на два уровня по прихоти... да кто поверит в это?!

Три Принца и члены всех великих семей уделяли ему очень пристальное внимание. Все они знали, что банда Цзинь Янь претерпела смену руководства. Тем не менее, они не ожидали, что таинственный новый лидер окажется экспертом Суань Неба.

Важно знать, что эксперты Суань Духа считали себя выше всех остальных и редко вмешивались в мирские ссоры. Чуть ниже Суань Духа, эксперты Суань Неба составляли костяк власти семей в городе. Взять в пример семью Танг; это была одна из самых мощных семей в городе Тянсян. Тем не менее, даже его самым мощным членом был простой эксперт Суань Земли. И вот, появился сильный эксперт Суань Неба, неожиданно ставший главой банды. Даже если банда Цзинь Янь якобы была бандой номер один города, она всё ещё не была достаточно мощной, чтобы конкурировать с последним. Поэтому все сочли это слишком возмутительным.

Тем не менее, эксперт Суань Неба и лидер Цзинь Янь по совместительству, решил купить эти пятьдесят бутылок необыкновенного вина. Остальные посчитали, что это приемлемо. Поэтому в этом предложении больше никто не участвовал какое-то время.

Как пыль осела, все увидели, как мальчик в чёрных одеждах неторопливо встал во втором ряду. Хотя его лицо было покрыто завесой, его подбородок был чрезвычайно изящен. Каждое движение его казалось плавным и нежным. Настолько, что казалось, будто он был хранилищем всей элегантности под солнцем.

Этот юноша в синей одежде был из семьи Ли.

Ли Юран присутствовал на публичном мероприятии после многих лет затворничества.

- Я предлагаю миллион пятьсот тысяч серебряных таэлей, – произнёс, улыбаясь, Ли Юран. Его голос звучал как прохладный ветер, проходящий через лес в осенний день: ясным, и без намёка на гнев. – Это первый раунд аукциона за это Небесное вино. Это очень важно. Я тоже очарован этим вином. Поэтому я должен попросить лидера банды Хай простить меня...

Ли Юран улыбнулся, когда он посмотрел на Хай Чэнь Фэна, казалось, что его взгляд показывал восхищение.

Однако он не выявил своих истинных чувств.

Только позавчера вечером двое его пожилых людей были избиты. Они вернулись обратно, после того, как получили серьёзные травмы. И их виновником был человек перед его глазами, новый лидер банды Цзинь Янь. Хотя он узнал, что обе стороны получили травмы, как он мог позволить этому аукциону идти в соответствии с пожеланиями Хай Чэнь Фэна? Особенно, когда старший брат-ученик сидел прямо за ним…

Ли Юран поддался импульсу и хотел перекрыть ставку Хай Чэнь Фэна, и заодно проверить финансовые возможности банды Цзинь Янь. Ведь продаваемый товар обойдется в миллионы серебряных таэлей. Хай Чэнь Фэн был бы очень храбрым человеком, если он слепо увеличил бы цену. В таком случае, Ли Юран дождался бы благоприятного момента, и Хай Чэнь Фэн, вместе с бандой Цзинь Янь будут страдать из-за финансового удара. Это также послужило бы местью за двух его раненых братьев-учеников.

- Значит, молодой мастер семьи Ли тоже очень любит вино, да? – Хай Чэнь Фэн мягко усмехнулся. – Это, однако, не является проблемой. Естественно, цена будет высокой... И так как это так, я предлагаю три миллиона таэлей!

Хай Чэнь Фэн никогда не заботился о деньгах. Особенно сейчас, когда целью Цзинь Янь стало помочь Цзюнь Мосе заработать эти самые деньги. Поэтому, независимо от того, какую цену Ли Юран поставит, Хай Чэнь Фэн сможет преодолеть её.

Тем не менее, этой цены не хватало для Ли Юрана, чтобы он уже решил снять её. Кроме того, он также беспокоился, что никто другой не посмеет теперь конкурировать с Хай Чэнь Фэном. Во всяком случае, такая возможность давалась ему не очень часто. Поэтому он, естественно, хотел добавить немного больше, но так, чтобы сдержать цену почти такой же.

«Три миллиона!»

Каждый присутствующий здесь был могущественной личностью. И хотя три миллиона – это немаленькая сумма, она не была и очень высокой. Однако тратить столько на покупку пятидесяти бутылок вина... шестьдесят тысяч за бутылку… это довольно… экстравагантно.

«Эти банды никогда не изменятся... деньги – грязь для них».

- Лидер банды Хай очень богат, как и ожидалось! – Ли Юран спокойно засмеялся. – Я предлагаю три миллиона серебряных таэлей... и один медный.

Три миллиона серебряных таэлей... и один медный?!

Такое предложение явно означало вопиющее оскорбление.

Хай Чэнь Фэн был возмущён, и волна возмущения поднялась внутри него. Он начал яростно дышать, глядя на Ли Юрана холодным взглядом. Сквозь зубы он процедил:

- Семья молодого мастера Ли действительно великолепна... добавить всего один медный к трём миллионам серебра. Однако, я не настолько скуп, как вы, и я, не колеблясь, могу потратить десять тысяч золотых монет. Поэтому я ставлю пять миллионов серебряных таэлей!

Хай Чэнь Фэн был действительно зол на Ли Юрана. «Этот мальчик очень раздражает! Всего одну медяху! Это слишком странно! Проклятие!» Он решил закончить с Ли Юраном в тот момент.

Этот вопрос только что стал вопросом достоинства.

- Лидер банды Хай, разве вы сами не сказали, что «естественно, что цена будет довольно высокой»? Тогда почему вы так злитесь? Такое поведение – не слишком хороший тон… – Ли Юран сказал обиженным голосом. – Каждая семья здесь благородна, и каждый человек в соответствии с этим статусом. Я просто прибавил цену, не нарушая никаких правил. Там нет никаких условий относительно того, сколько мы можем добавить. Кроме того, моя семья Ли очень маленькая. Поэтому мы не можем позволить себе добавить много денег, пожалуйста, простите меня. Тем не менее, так как лидер банды Хай чувствует себя так... я признаю, что я согрешил, так как я не хочу раздражать его!

Лицо Хай Чэнь Фэна было бледным, но он был счастлив внутри. «Если ты, маленький урод, попытаешься добавить к этой цене хотя бы медяшку – я немедленно остановлюсь. Я заставлю тебя заплатить всё из твоих собственных карманов!»

Ли Юран остановился на мгновение, а затем, наконец, сказал с элегантностью:

- Я поставлю пять миллионов серебряных таэлей... и два медных!

Хай Чэнь Фэн впал в ярость! Он запрыгнул на его стол, и испустил страшный рёв:

- Ты, парень… ты зашёл слишком далеко... ты... – и именно в этот момент он услышал слабый голос молодого господина Цзюнь... прямо в ушах: - Пусть заберёт ставку!

Хай Чэнь Фэн попал в тупик. Он начал оглядываться. На континенте Суань Суань не было никакой техники, которая, как известно, посылала бы свой голос другим таким вот образом. Хай Чэнь Фэн понятия не имел, как этот голос проник в его ухо... «Почему мне кажется, что никто ничего не слышал? Это слишком странно, да?»

- Я говорю тебе – оставь ставку ему. Это не предложение, это приказ! – голос Цзюнь Мосе зазвучал в ухе Хай Чэнь Фэна ещё раз.

Голос был очень строгим и требовательным, даже если он был слаб. Следовательно, он не мог ослушаться этой команды.

«Хорошо. Я буду подчиняться твоим приказам».

Цзюнь Мосе увидел Ли Юрана в тот момент, когда он приехал. Затем он обыскал воспоминания предыдущего Цзюнь Мосе, и понял, что это был первый раз, когда он видел Ли Юрана лично.

Цзюнь Мосе испытывал чувство беспокойства в первый раз, когда он посмотрел на этого человека. Ли Юран носил идеальную одежду... он говорил идеальные речи... его движения, которые он делал – были слишком совершенными!

Он был просто идеальным... независимо от того, где он был.

«Действительно ли существует такой идеальный человек в этом мире?» – Цзюнь Мосе никогда бы не поверил в это.

«Небо и земля не идеальны, значит, ничто не идеально в этом мире».

«Такого совершенного человека нет нигде в мире!»

Даже если Ли Юран демонстрировал своё «идеальное» поведение, Цзюнь Мосе сразу понял, что он на самом деле фальшивка.

Фальшивка до мозга костей!

Глава 251. Сосредоточенные на Своих Целях

Ли Юран закреплял свою позицию шаг за шагом, и втягивал Хай Чэнь Фэна в засаду. Хай Чэнь Фэн был опытным специалистом Суань Неба и, как правило, спокойным. Однако он внезапно разозлился и начал вести себя довольно жёстко из-за нескольких разговорных слов.

Эта схема, которую Ли Юран использовал, была такой же глубокой, как океан. Он действительно был грозным врагом.

Цзюнь Мосе был уверен, что Ли Юран бы в конечном итоге остановил торги, если бы Хай Чэнь Фэн продолжил слепо увеличить цену. Он чувствовал себя так, потому что если бы это был он, он бы заставил цену подняться высоко, а затем отступил бы в подходящий момент.

«Твой план был действительно хорошим, Ли Юран. Жаль, что ты встретил Хай Чэнь Фэна... и позади него — меня. Ты был обречён на это. Этот план вскрыт, и другой ты сделать уже не успеешь!

Ты действительно достоин аплодисментов!»

Таким образом, Цзюнь Мосе решил действовать решительно, и положить конец импульсивным действиям Хай Чэнь Фэна.

- Ха-ха-ха, – Хай Чэнь Фэн был очень опытным в мирских делах. И хотя Ли Юран на какое-то время сбил его с толку, он мгновенно «протрезвел» с маленьким предупреждением от молодого мастера Цзюнь.

Для Хай Чэнь Фэна было крайне неловко представлять себя стоящим на столе. Это было позором для него, как эксперта Суань Неба. Тем не менее, возвышающийся над всеми Хай Чэнь Фэн вдруг рассмеялся:

- Семья Ли достойна называться «одной из величайших семей города Тянсян»! Она действительно несравнимо богата! Хе-хе-хе, я – простой главарь банды. Кто я такой, чтобы провоцировать семью Императорского Наставника? Эти пятьдесят бутылок вина – не единственные. Имея в виду репутацию молодого мастера Ли, я снимаю свою цену с этого лота, так как он так полон решимости получить эту партию.

Он спокойно сел на место. Затем он помахал ладонью Ли Юрану, а углы его рта поднялись в слабой улыбке.

- Молодой мастер Ли очень любит это вино. Поэтому поздравляю вас с успешным приобретением в первом туре этого аукциона!

Несколько слов полностью перевернули неловкую ситуацию вокруг. И эти слова были действительно резкими.

Ли Юран был поражен на мгновение. Хотя никто не мог это понять, поскольку его выражение было скрыто завесой: ни одна эмоция не прорывалась сквозь завесу.

Ли Юран был полностью озадачен. Хай Чэнь Фэн попал в ловушку. На самом деле, казалось, что он готовится закричать «Десять миллионов», судя по степени его эмоционального потрясения. Однако Ли Юран никак не ожидал, что лидер Цзинь Янь будет стоять и бить в барабаны отступления в такой важный момент. «Как это возможно? Мне нужно вино? Это шутка! Конечно, вино мне важно, но я знаю, что первые два ряда обязательно получат своё. На самом деле, мне даже не придётся тратить очень высокую цену. Они могут даже получить его по базовой цене. Сколько бутылок я получил после того, как потратил эти драгоценные пять миллионов серебряных таэлей?»

Ли Юран чувствовал, что вопрос не пошёл по его расчётам в первый раз в его жизни. «Но гнев Хай Чэнь Фэна не казался ложным. Так что происходит? Можно ли контролировать себя в такой момент? Он не только вышел из этой бессмысленной борьбы, но и помешал навредить своей репутации. Он почти собирался доказать, что использует силу, чтобы запугать людей... Хай Чэнь Фэн, конечно, не имеет такого понимания, верно?

Какой-то умный человек стоит за его спиной, давая ему инструкции? Если есть кто-то, кто остановил его, когда увидел, что дело выходит из-под контроля... то какой метод он использовал для передачи своих инструкций?» Он был совершенно озадачен.

Эти хлопотные мысли бегали в его мозгу в течение долгого времени. Ли Юран тупо глядел на своего оппонента, но затем он был вынужден улыбнуться и действовать искренне. Он встал и скрестил руки. Затем он сказал:

- Я хотел бы выразить искреннюю благодарность лидеру банды Хай за то, что он позволил мне выиграть этот лот!

Он осторожно посмеялся над собой, прежде чем продолжать:

- Я думаю, что этот молодой мастер попал в его собственную ловушку. Лидер банды Хай понял грязную игру, в которую я играл. Я восхищаюсь мудростью лидера банды. Я надеюсь, что когда-нибудь стану столь же блестяще мудр, как лидер банды Цзинь Янь!

Наверху, Цзюнь Мосе ничего не мог поделать, но вздохнул: «Ли Юран, хоть и попал впросак, но совершенно непроницаем. Он необыкновенный!»

Человек, независимо смотрящий со стороны, наверняка увидел бы, что Ли Юран намеренно пытался сорвать торги. Более того, было ясно, что он поднял цену таким образом, что, безусловно, смущало Хай Чэнь Фэна. Но теперь его план неожиданно провалился, и ему пришлось потратить гигантскую сумму в пять миллионов серебряных таэлей, чтобы получить эти пятьдесят бутылок.

Однако, манера речи Ли Юрана вдруг стала очень откровенной. Он взял на себя ответственность за свои действия и признал своё поражение с улыбкой. Этот поступок требовал большого мужества и силы характера.

Два одетых в чёрное мужчины за принцессой Лин Менг посмотрели друг на друга. Их глаза были полны восхищения:

- Он адаптировался к ситуации, когда она возникла. Этот Ли Юран – отличный парень! Он – редкий человек в этом поколении, – Вэнь улыбнулся, когда он сказал это, понизив голос. – Может быть, ты не считаешь его умным?

Другой человек в чёрном был нынешним Императором империи Тянсян. Его видение было четким и глубоким. Он ответил таким же тихим голосом:

- Действительно, я думаю, что он вполне достоин. Тем не менее, человек за Хай Чэнь Фэном ещё более умён. Он дал указание, не оставив следа: следа не будет найдено, даже если мы его найдём. Более того, я считаю, что ум того человека ни в чём не уступает Ли Юрану. На самом деле, вполне возможно, что этот человек может быть даже лучше, чем он!

- Еще один мужчина, за Хай Чэнь Фэном? – Мистер Вэнь не понял.

- Господин Вэнь, думаю, что слова Ли Юрана заманили Хай Чэнь Фэна в очень опасную ловушку. Он знал, что Хай Чэнь Фэн будет конкурировать, когда поднял цену на пятьсот тысяч. Однако, он оставил Хай Чэнь Фэна без иного выбора, кроме как злиться, когда он добавил только одну медную. Более того, Хай Чэнь Фэн находился в совершенно запутанном состоянии ума. А потом Ли Юран добавил лишь две медные к его третьей ставке. Хай Чэнь Фэн уже не мог сдержать свой гнев к тому времени. Это было невероятно – ожидать, что он будет думать ясно. Он, скорее всего, стал бы безумным быком, ослепленным злобой, и решительно двигался бы вперёд. На самом деле, он бы упорно бодал даже толстую стену, если бы понадобилось...

Мистер Вэнь закрыл глаза и оглянулся на всё, что произошло. Он понял, что это правда. Хай Чэнь Фэн забыл манеры эксперта Суань Неба, и впал в приступ ярости. Шокирующе, он прыгнул на свой стол в крайнем гневе, полностью игнорируя его образ. Казалось, он вот-вот взорвется.

- Затем он вскочил на стол, и сказал:

- «Ты, парень, ты зашёл слишком далеко! Я...», после этого он вдруг остановился. Это тот момент, когда человек обычно не остановился бы уже. Казалось, что огромный водопад внезапно остановился в середине... чем-то. Затем он спокойно спустился со стола и спокойно признал своё поражение. Это была исключительная контратака. В самом деле, можно даже сказать, что это была очень опасная контратака.

Просто посмотри на Ли Юрана. Видишь, как он потрясён? Думаю, у нас с ним одни и те же подозрения. И никто не может понять, что это за человек. И какой метод он использовал, чтобы проинструктировать Хай Чэнь Фэна. Вот почему я сказал, что с человеком за Хай Чэнь Фэном действительно трудно справиться. Будь то его мудрость... или его необыкновенные методы, – улыбнулся Император.

Господин Вэнь оценил ситуацию соответствующим образом. Ли Юран намеренно не пялился во все стороны открыто. Тем не менее, он шпионил тайно. И, естественно, это нельзя было скрыть от глаз господина Вэня.

Глаза Его Величества сверкали великолепием его мудрости и предвидения:

- Вэнь, если бы ты или я были на месте Хай Чэнь Фэна и получили такое оскорбление — мы бы тоже не смогли себя контролировать. Разве ты не согласен? Вот почему я считаю, что Хай Чэнь Фэн был остановлен кем-то ещё. И этот человек выбрал очень подходящий момент, чтобы действовать. Он заставил Ли Юрана страдать, заставив его понести огромную потерю. Этот человек может быть главной причиной того, что Хай Чэнь Фэн внезапно взять под контроль банду Цзинь Янь. Тот, первоначальный лидер этой банды, звался... эээ... Цзинь Фенли, верно?

Обращая внимание на огромное количество событий, Император страны удивительным образом вспомнил имя главы преступной фракции — можно сказать, что Император был поистине великодушен!

- Я также подозреваю, что этот человек может быть истинным организатором этого аукциона, – выражение Императора было немного холодным. – Мы могли бы получить некоторую информацию об этом человеке, если мы понаблюдаем за Хай Чэнь Фэном.

Мистер Вэнь посмотрел на Хай Чэнь Фэна. Его глаза сияли, и он сказал:

- Если это не сработает, я могу схватить Хай Чэнь Фэна и допросить его. С пристрастием. Я могу извлечь из него информацию, даже если он сильный и упрямый.

Тон господина Вэня был просто слишком самоуверенным. Хай Чэнь Фэн был специалистом Суань Неба. Только несколько человек были сильнее его. И теперь этот человек говорил о том, чтобы захватить его и допросить.

- Хай Чэнь Фэн – ученик Синего Мастера, – Его Величество улыбнулся. – Мы не можем провоцировать Синего Мастера. На самом деле, мы не должны его провоцировать. Достигнутые при этом успехи не компенсируют наши потери, – затем он неторопливо посмотрел на Танг Юаня. – Есть много методов, которые могут быть использованы для сбора информации.

Ли Юран равнодушно сдал деньги, которые он был обязан выплатить. И он сделал это под общественным наблюдением. За ним следовал человек из Аристократического зала и готовился к сдаче вина. Ли Юран, однако, занял своё место и успокоился.

- Грозный характер. Привык побеждать... – молодой господин Цзюнь сконцентрировано смотрел на людей внизу. Для него этот человек был определением угрозы. И согласно его точной интуиции, угроза от Ли Юрана была на самом деле огромной.

Цзюнь Мосе не мог допустить угрозы из-за своего инстинкта убийцы номер один в своей предыдущей жизни. Особенно то, что может угрожать его жизни. Обычно его первая мысль в таких ситуациях заключалась в уничтожении угрозы.

Цзюнь Вуй улыбнулся, как он намеренно, или нет, посмотрел в том же направлении:

- Ли Юран – старший внук Императорского Великого Наставника. Он также является ведущей фигурой в семье Ли, семье Мэнг и молодого поколения многих других небольших семей. Он никогда не посещал такого рода мероприятия раньше, Мосе. Он здесь лично, чтобы показать лицо вместо Великого Наставника Ли.

- Мне плевать на их лицо. Их лицо может быть таким же большим, как задница. Это не имеет никакого смысла. Мне по барабану, – Цзюнь Mосе улыбнулся. – Что меня действительно волнует, так это то, что он тратит столько денег...

«Я должен держать Ли Юрана в моём поле зрения!»

Первая партия из пятидесяти бутылок была продана за неожиданно высокую цену в пять миллионов серебряных таэлей... и двух медных. Танг Юань был очень взволнован, когда он вывел вторую партию.

- Я предлагаю миллион серебряных таэлей за эти пятьдесят бутылок. Я не знаю, кто ещё повысит цену? – Хай Чэнь Фэн снова встал. Он был более квалифицирован, чтобы сделать эту ставку.

Это было естественно, что он сделал эту ставку. Более того, было бы очень странно, если бы он не стал заказывать теперь, когда Ли Юран выбыл из игры.

- Я предлагаю миллион пятьсот тысяч, – резкий и сладкий голос послышался рядом.

Все повернулись к источнику звука и были удивлены, увидев, что это была Принцесса Лин Мэн. Она неожиданно выступила и поставила такую высокую цену.

Глава 252. Бессовестный принц

Никто не видел нежелания в глазах принцессы Лин Мэн. Глаза одетых в чёрное людей за её спиной сияли, когда они смотрели на бутылки вина.

- Поскольку принцесса сделала ставку, я больше не буду повышать цену. Я сделаю ставку позже. Маловероятно, что кто-то будет делать ставку против меня в следующий раз, я прав? – голос Хай Чэнь Фэна был элегантным. Он улыбнулся, чтобы показать свою доброжелательность, и сел на своё место.

- Принцесса Лин Мэн предлагает миллион и пятьсот тысяч серебряных таэлей за вторую партию в пятьдесят бутылок вина. Нет ли более высокой цены за них? ...Всё ещё нет более высокой ставки? Один миллион пятьсот тысяч – раз... Один миллион пятьсот тысяч – два... Один миллион пятьсот тысяч... Три! Продано! Сыграла ставка принцессы!

- Бабах! – молот ударил по столу. Жирный Танг был чрезвычайно взволнован. Он буквально влюбился в этот «Бабах», когда торги заканчивались.

Наверху, Цзюнь Мосе плакал от смеха: - Этот Жирный действительно заставляет меня улыбаться. Он только что кричал, что принцесса Лин Мэн выходит замуж!

- Пфф, – Цзюнь Вуй выплюнул глоток чая и закашлялся. Третий Мастер Семьи Цзюнь знал одно что, несмотря ни на что, рот Цзюнь Мосе был способен изменить смысл чего угодно... Танг Юань явно кричал «Ставка!», но молодой мастер Цзюнь изменил его на «выходить замуж». (1)

Первый принц высказался, как только третья партия была предоставлена на аукционе:

- Мне по душе этот товар. Я предлагаю шестьсот тысяч за это прекрасное вино!

На сцене, Танг Юань закатил глаза, подумав «Ба! Я вижу, ты полон дерьма! Первая партия была выставлена на аукцион более чем за пять миллионов, а вторая – за миллион пятьсот тысяч. А ты предлагаешь цену, которая только немного выше, чем базовая?! Более того, твой тон не предусматривает конкуренцию, мудак! «Я предлагаю шестьсот тысяч за это прекрасное вино!» ...очевидно, что это предупреждение: – не шути со мной, я – Первый Принц! Урод беспринципный...».

Первый принц улыбнулся, когда сделал ставку. Затем он повернулся лицом к остальным гостям и сказал:

- Кто хочет сделать ставку? Этот аукцион должен пройти по очень высокой цене. Так что будьте спокойны, дамы и господа. Этот Первый Принц не будет возражать, если вы предложите...

Лица каждого дёрнулись, втайне его проклинали: «Ты сказал, что не будешь возражать? Мог бы просто сказать — «Я убью того, кто предложит цену. Так вы действительно повысите цену или нет?»

Танг Юань не успел ничего сказать, когда раздался голос «гостя» Хай Чэнь Фэна. Он покашлял, прочистив горло, прежде чем сказал:

- Ваше Величество, Первый Принц, вы сказали правду. Цена должна быть высокой. Поэтому я предлагаю один миллион серебряных таэлей, как я и делал раньше.

- О? – Первый Принц улыбнулся и посмотрел на него. – Лидер банды Хай имеет очень хороший взгляд на вещи. Если это так, этот Принц предлагает миллион пятьсот тысяч!

Хай Чэнь Фэн колебался мгновение. Казалось, он хотел снова повысить цену. Однако он тихо сел.

Это продолжалось в течение следующих шестнадцати партий вина. Хай Чэнь Фэн делал ставку на каждую партию. И каждый раз он не мог совершить покупку. Миллион пятьсот, по всей видимости, стали фиксированной ставкой для аукциона. Эти шестнадцать партий были проданы на аукционе основным семьям города. Они могли уйти с вином, как только они предлагали миллион пятьсот тысяч.

Запас трёх тысяч бутылок вина уже уменьшился на девять сотен.

Люди, сидящие в рядах позади, не пытались сделать ставку. Очевидно, они не осмеливались.

Однако они не могли не царапать щёки в тревоге.

«Сейчас осталось немного!»

Лицо генерала Дугу Вуди уже стало таким же тёмным, как уголь.

На этот раз …он был по-настоящему готов. Первые девятьсот бутылок были проданы на аукционе по астрономической цене в тридцать миллионов серебряных таэлей. И теперь ему придется компенсировать более чем двадцать пять миллионов серебра, ведь базовая цена Цзюнь Мосе в десять тысяч за бутылку была покрыта. Кроме того, ещё две тысячи бутылок этого вина еще осталось...

«По моим оценкам, этот аукцион в конечном итоге сделает сумасшедшие семьдесят миллионов таэлей к тому времени, когда он подойдёт к концу! Очень неплохо!

И это значит то, что я должен ему... этот долг может раздавить меня до смерти!»

Хотя семья Дугу была очень сильной, откуда им взять такие деньги? Можно сказать, что даже продать всё, что им принадлежало – всё равно будет недостаточно, чтобы покрыть этот долг.

«Должен ли я использовать свою дочь, чтобы погасить долг?

Да как это может быть выходом? Неужели мне и правда придётся использовать мою дочь, чтобы рассчитаться с этим долгом? Это ляжет на моё сердце. Разве семья Дугу не станет самой весёлой шуткой в Империи Тянсян? Люди скажут, что мы даже не смогли позволить себе вино, что мы отдали нашу дочь в чужую семью, чтобы покрыть наши долги…».

- Да чёрт его дери! – Дугу Вуди глубоко вздохнул. Его ум был в тревоге. «Я не должен был так спорить! Я никогда не должен был так делать... что я бы компенсировал это в соответствии с ценой его вина на аукционе! Разве это не похоже на закапывание себя в могилу, которую я сам себе выкопал?

Изначально у меня не было бы выбора, кроме как заплатить двадцать пять миллионов. Однако сейчас цена составляет один миллион пятьсот тысяч за партию. Это около тридцати тысяч за бутылку. В три раза выше, чем он ставил! А значит, что моей семье тоже придётся заплатить втрое больше ставки – не менее семидесяти пяти миллионов! И это самое меньшее! Забудьте об этом... даже если вся семья Дугу сейчас начнёт срать серебром – мы не сможем собрать столько... Какая ужасная судьба!»

На сцене, Танг Юань орал своим хриплым от возбуждения голосом. Тем не менее, он всё ещё не мог навести порядок. Прямо сейчас князья, дворяне и купцы — все богатые и могущественные открывали рты, чтобы орать свои предложения. Голос каждого человека был громким, так как они боялись, что они потеряют.

Все боялись потерять возможность купить бутылку вина, и потерять своё с трудом заработанное Аристократическое звание. Чем больше они переживали, тем более агрессивно и открыто они орали, опасаясь превзойти себя. И цена, по-видимому, увеличивалась из-за этого.

Даже «клиент» Хай Чэнь Фэн не имел возможности сделать ставку. Казалось, что все присутствующие стали «клиентами Цзюнь Мосе». Пока один кричал «Я предлагаю один миллион», уже вылазили двое других, кричащих, «Я предлагаю полтора миллиона».

Казалось, что искреннее желание нового лидера банды Цзинь Янь не будет исполнено. Однако позже это стало ясно.

Цзюнь Мосе изначально намеревался продать вино по базовой цене в десять тысяч таэлей за бутылку. Однако, похоже, базовая цена сейчас установлена на уровне тридцати тысяч. Кроме того, верхний предел ставок был еще не установлен.

Казалось, предложение не может удовлетворить спрос. На самом деле, цена вина была бы поднята ещё выше, если бы гости не были ограничены в отношении количества покупок, которые они могли бы сделать.

***

Этот аукцион, наконец, пришёл к своему завершению после того, как стал свидетелем нескольких сумасшествий во время торгов. Две тысячи семьсот из трёх тысяч бутылок уже были проданы. Осталось триста бутылок вина. Тем не менее, осталась небольшая часть аудитории, которая еще не представила свои предложения.

Однако самым примечательным из всех был Хай Чэнь Фэн. Лидер банды Цзинь Янь до сих пор не смог получить желаемое. Он ещё раз прочистил горло и сказал:

- Ставлю миллион!

- Подождите! Дайте сказать Принцу! – кто-то громко закричал. Все повернулись посмотреть на источник, только чтобы увидеть Третьего Принца, взобравшегося на аукционную площадку. Затем он поспешно выхватил молоток из рук Танг Юаня и трижды ударил молотком по маленькому столику.

Все готовились к финальному этапу этого необыкновенного винного аукциона. Поэтому они встревожились, увидев, как Третий Принц внезапно пробирается к платформе, и не могли не найти этого странным. Однако они быстро успокоились. «Что Третий Принц пытается сделать... тот парень торговал вином... Может ли быть, что он хочет выступить в качестве аукциониста?»

- Дамы и господа! Послушайте, что я скажу! – Третий Принц скрестил руки за спиной, глядя на всех. Его манерность была достаточно высокомерной, чтобы отвращать большинство людей.

- Сегодня нам посчастливилось попробовать это «Небесное вино». Это действительно великое благословение. Хочу выразить искреннюю благодарность всем заинтересованным сторонам Аристократического Зала. В связи с этим этот Принц выражает искреннюю благодарность, – Третий Принц кивнул в сторону Танг Юаня. Затем он повернулся, чтобы договорить. – Это вино действительно исключительное и очень ценное. Однако не стоит забывать и об основном этикете!

Мне очень стыдно! – Третий Принц испустил фальшивый вздох. – Я вспомнил минуту назад... что в нашем городе Тянсян есть кое-кто более квалифицированный, чем кто-либо другой, когда дело доходит до дегустации такого превосходного вина. И все же, к сожалению, этого человека здесь нет. Он работает в поте лица. Он истощает себя мысленно для этой страны... и простого народа!

Все, кто имел право называться «аристократами», смогли понять. Они чётко понимали, кого этот человек имел в виду. Однако, они до сих пор не могли понять, что пытался сказать Третий Принц.

Он казался не более чем запугивающим, кто пытался запугать слабых, используя свои мощные связи.

- Этот человек, естественно, отец этого Принца, Император – нашей Империи Тянсян, Его Величество! Мой отец, Император, занят делами и не имеет времени, чтобы посетить подобное мероприятие. Скажите мне, разве мы не можем проявить хоть немного почтения к нему? Неужели мы неспособны немного пожертвовать своими личными желаниями ради нации?

Голос Третьего Принца звучал строго:

- Не проявляя никакого уважения к Старейшинам, равносильно совершению умышленного преступления! Аукцион уже вступил в стадию закрытия! И осталось всего триста бутылок этого необыкновенного вина. Этот Принц предполагает, что мы можем преподнести эти бутылки Императору, и показать ему свою любовь и уважение. Скажите мне, это плохая идея?

Объемная речь третьего Принца закончилась; она была встречена полным молчанием.

Все думали, что Третий Принц сделал так, потому что хотел получить оставшиеся бутылки вина. Однако никто не ожидал, что Третий Принц настолько ох*ел. Понятно было, что он хотел остановить аукцион, а потом заставить Аристократический Зал отдать ему оставшиеся бутылки - бесплатно!

На самом же деле, казалось, что он просит Аристократический Зал об одолжении.

Все прокляли его в тайне своих сердец!

«Ты хочешь проявить уважение к своему отцу? Тогда пришли ему то, что купил! Разве ты не купил пятьдесят бутылок раньше? Похоже, ты не беспокоишься о том, чтобы уважать своего отца. А теперь ты хочешь взять чужое, чтобы стать лучше в глазах отца? И вдобавок к этому ты даже умудрился говорить об этом таким самодовольным образом! У тебя точно есть это «умение» рода! У тебя есть большой талант, который может исказить правду, и смешать правильное с неправильным...»

Все были недовольны, но никто не сказал ни слова. Люди, которые ничего не смогли купить, были, очевидно, самыми разочарованными. Можно предположить, что такие люди в основном сидели позади, так как они не были богатыми или влиятельными. Поэтому как они могли осмелиться оскорбить сына Императора? Более того, возражение может привести лишь к уголовному обвинению за неуважение Королевской семьи! Никто не смел и слова сказать. Они просто посмотрели на молодого мастера Танга, так как теперь всё зависело от главного аукциониста Аристократического Зала.

- Молодой мастер Танг, что ты думаешь? – Третий Принц спросил тихим и спокойным голосом.

(1) Прим.пер.: в китайском языке слова «ставка» и «выходить замуж» звучат очень похоже.

Глава 253. Красивая игра Мосе!

- Акции семьи Танг в Аристократическом зале – это мои, это личные деньги Танг Юаня! Семья Танг тут не причем. У меня нет никакого мнения о вашем желании преподнести это вино Его Величеству Императору. Тем не менее, я могу выдержать потерю сотни бутылок, которыми лично я владею. Таким образом, Третий Принц может приобрести их, заплатив базовую цену, если он действительно хочет. Однако у меня нет даже идей о том, как он планирует получить оставшиеся двести бутылок, – Танг Юань повторил строки, которые он учил наизусть.

Голос и внешний вид Третьего Принца были суровыми, но жирный Танг не очень заботился о нём с самого начала. На самом деле, Танг Юань уже взорвался бы, если бы не получал инструкции от «голоса» молодого мастера Цзюнь.

Что касается этих слов, произнесенных Жирдяем только что — это был Цзюнь Мосе, который использовал свою тайную технику, чтобы передать эти слова в уши Танг Юаня. Жирный Танг выслушал эти слова и медленно повторил их.

Однако действительно ли Третий Принц хотел заплатить базовую цену за эти сто бутылок? Базовая цена за сотню таких бутылок составляла бы около трёх миллионов серебряных, а у Третьего Принца не было таких запасных денег. Этот Толстяк был большой щёголь. Тем не менее, за ним стояла семья Танг. С его дедом и отцом у Принца были очень хорошие отношения. Таким образом, Третий Принц не сможет получить эти сто бутылок за дёшево, если этот Жиробасик действительно серьёзен.

Третий Принц некоторое время размышлял над этим, а потом вдруг разразился громким и ясным смехом:

- Очень хорошо! Я заберу и оставшиеся двести бутылок этого необыкновенного вина, хранящиеся в его хранилище, если главный аукционист Танг не будет возражать против. Важно, что я преподнесу отцу этот огромный подарок. И я обязательно отдам должное Аристократическому залу за такой вклад!

- Вы закончили трепать языком, Третье Величество? – сверху раздался ленивый голос. Все посмотрели вверх и увидели молодого мастера Цзюнь. Его лицо было довольно красивым, хоть и гневным. Он сделал один большой шаг к перилам и посмотрел вниз.

- Что это значит, молодой мастер Цзюнь? – выражение лица Третьего Принца потемнело.

- Что это значит? Это значит, что мне стоит сообщить Третьему Принцу, что мне было очень приятно слушать, как вы распоряжаетесь моим имуществом.

Цзюнь Мосе показал злобную улыбку:

- Жирный Танг – это всего лишь главный аукционист Аристократического зала. А вот этот мальчик – он указал на себя. – Настоящий владелец Аристократического зала! Более того, этот молодой мастер владеет сотней бутылок из этих трёхсот! И всё, что этот мужчина видит, так это то, что некто пытается забрать мою долю, не желая платить за неё. Хотите забрать это? Всё нормально. Однако я, твой старший, требую самую высокую цену, которая была предложена до сих пор. Я полагаю, это необходимо даже, если неразумное дитя хочет забрать вещи своего Мастера!

Цзюнь Мосе злобно и умело изменил собственное обозначение пять раз. Он начал с «мальчика», потом «молодой мастер», далее «мужчина», позже – «отец», и, наконец, остановился на «Мастере».

Потрясающе, что он не оставил в стороне даже немного уважения к сыну Императора.

- Этот парень с ума сошел! – Дугу Вуди сказал своей дочери. – Это в новинку для меня. Но этот мальчик действительно такой смелый? Чёрт! Его слова даже меня заставляют чувствовать себя неудобно! Он действительно достоин называться сыном старшего брата Цзюнь! Его отец был героем, но у него тоже кишка не тонка!

Дугу Вуди был немного тронут. «Цзюнь Мосе прямо сейчас тупо смотрит. Похоже, его мозг ещё не обработал свои слова. Однако для этого требуется много мужества! Он стоит за молодое поколение своей семьи. Мои сыновья не посмели бы так говорить, даже если бы их избили до смерти. Но Цзюнь Мосе посмел! Этот инцидент доказал, что он намного превосходит моих сыновей и племянников, независимо от того, есть у него мозг или нет!

Этот мальчик, должно быть, пьян. Но всё же, как он мог сказать такое?

Оставляя в стороне тот факт, что он просто мальчик — даже великий генерал не смог бы сказать что-то подобное таким образом!»

- Папа, ты не можешь говорить, не проклиная ни разу? Ты не можешь говорить немного изящно? По крайней мере, хоть немного как дворянин!

Дугу Сяо И игриво протестовала против вульгарного языка своего отца. Она чувствовала, что его пошлость как-то слишком для этого окружения. Потом она протянула палец и продолжила застенчиво:

- Папа, я люблю смотреть на брата Мосе. Посмотри, какой он красивый! Великодушие, о котором говорят легенды и предания, не может превзойти его рыцарство.

- Что?

Великий генерал Дугу Вуди был полностью ошарашен. «Существует ли справедливость? Я использовал не совсем хорошие слова, и она была недовольна. Но, теперь, когда этот юнец бесстыдно трындит всякую чушь — он грациозен и красив?! Какое величие он проявил, чтобы оставить её такой завороженной?» Хотя он не читал много книг, он имел примерное представление, в чём смысл этих слов.

- В чем смысл слов этого молодого мастера Цзюнь? Вы не согласны подарить эти бутылки моему отцу, Императору? Император заботится только о благосостоянии нации и исчерпывает себя как физически, так и психологически. Разве мой отец недостаточно достоин в глазах молодого мастера Цзюнь? Даже для того, чтобы предложить ему свое вино? Хм?

Третий Принц холодно посмотрел на Цзюнь Мосе. Он, казалось, смотрел на Цзюнь Мосе смиренно. Однако он увидел только злобу в глазах Мосе.

- Это не имеет значения для меня! У меня тут бизнес. И это место называется не «Зал Добрых Дел». Нельзя просто прийти сюда и запугать нас.

Зловещий свет вернулся в глаза убийцы Цзюнь, как он говорил в холодной форме:

- Я должен поставить под сомнение намерения третьего принца. Когда Жирный Танг сказал, что он не предложит вам свой запас, и что вам придется его купить — вы ничего не сделали. Однако, теперь, когда запас этого прекрасного вина находится под именем этого молодого мастера — вы думаете, что сможете справиться с ним, как пожелаете? Я не знал, что Третий Принц смотрит на меня как на того, кого можно легко запугать! Возможно, он смотрит на всю мою младшую семью как на того, кого легко запугать? Я верю, что каждый здесь может видеть, как за смехом вы скрываете ваши истинные намерения... Третий Принц, Ваше Величество... этот молодой Мастер должен поставить под сомнение ваши слова в этом отношении.

Голос молодого мастера Цзюнь был полон праведного гнева, когда он поднял голову:

- Моя семья Цзюнь предпочитает ломаться, а не прогибаться! Мы готовы пострадать от сотни бедствий, но остаемся неуступчивыми! Третий Принц оскорбил мою младшую семью перед таким количеством людей сегодня! Он оскорбил нас без причины, и все эти люди являются свидетелями этого! Как я могу контролировать эти эмоции в такой ситуации?

Цзюнь Мосе огорчался и возмущался, продолжая:

- Мне жаль мою младшую семью, потому что мы так много пожертвовали для этой страны. Мой старый дедушка доблестно воевал на службе всю жизнь! Мой отец и второй дядя отдали свою жизнь за страну, даже останков больше нет! Мой третий дядя остался инвалидом на всю жизнь в этой бойне! Две мои старших брата также принесли высшую жертву, и умерли безвременно! Вся моя семья купалась кровью в непрекращающихся усилиях по защите этой нации до самой смерти. Они всю жизнь провели в седле. Они отдали всё свое. А потом они умерли! В настоящее время семья Цзюнь находится в упадке и стала очень маленькой. Впрочем, вы всё-таки пришли и вопиюще позорите нас?! Где справедливость?

- Могу я спросить Третьего Принца — в чём причина всего этого? Вы просто пользуетесь нашей ситуацией? Или вы преследуете нас в тайне? Третье Величество, как не могут самые верные слуги короны быть разочарованы, когда вы ведете себя так? Вы ведете себя угнетающе, и позорите всю эту семью верных солдат за тривиальное дело – за несколько бутылок вина! Кроме того, вы прикрываетесь именем отца, и используете свою мощную позицию, чтобы подавить других, как вам угодно. Вы! Что вы пытаетесь сделать!? Что Цзюнь сделали, чтобы заслужить это?

Молодой мастер Цзюнь только что приплёл совершенно иные вещи. Он явно добавил ко всему этому эмоциональный и политический слой. Он ловко вывернулся из этой ситуации, а потом преподнёс всё это прямо на голову Принца. Третий Принц никогда не сталкивался с таким соперником. Он стоял, задыхаясь, в то время как его цвет лица стал красно-фиолетовым. Он понял, что его ответ был каким-то неправильным. Поэтому он не посмел ничего сказать.

- Моя младшая семья... была ошибочно обвинена, – голос юного мастера Цзюнь стал пронзительным, когда он «подавился» эмоциями. Он держал перила, чтобы поддержать себя, дрожа. Затем, вздохнув, он поднял глаза: лицо его напоминало красивый лотос.

Те, кто слышал пустоту в его голосе... вскоре стали скорбеть. Это было похоже на зимний снег в летнюю ночь — несправедливость...

Третий Принц был полностью переигран. Мосе переплюнул своего оппонента.

Все смотрели на Цзюнь Мосе. «Как он это сделал? Он просто публично раскритиковал Третьего Принца, и тоже таким ужасным образом!» Они стали свидетелями того, как Третий Принц искажал истину и действовал тиранически несколько минут назад. И никто не смог даже возмутиться. Однако теперь они видели, как молодой мастер Цзюнь сделал то же самое. Эти два человека были просто вне сравнения!

Этот юноша действительно искажал факты, он путал правильное с неправильным, и на самом деле создал что-то, где не было ничего для начала. Он был настоящим мастером искусства.

Дугу Вуди разразился смехом. Тем не менее, Дугу Сяо И прикрыла рот рукой, прежде чем его смех стал слишком громким. Её глаза были полны гнева. Если бы он рассмеялся, всё пошло бы по течению. Она только намеревалась закрыть рот, но не обратила внимания и помешала отцу дышать. Она душила его, настолько, что это могло легко привести к несчастному событию.

Дугу Вуди снял руку дочери со рта. Он глубоко вдохнул, прежде чем закашлять яростно. Затем он ругал её тихим голосом:

- Ты, девочка... хочешь убить собственного отца?!

Два одетых в чёрное человека, сидевшие за принцессой Лин Мэн, были людьми чрезвычайно высокого мастерства. Жаль, что простолюдины не обладали мудростью. Однако даже они были полностью ошеломлены. Они увидели слезы на лице Цзюнь Мосе и почувствовали неполноценность. «Лицо его превзошло все легенды и потрясло небеса! Я действительно не такой хороший, как он!»

Третий Принц наконец-то взял себя в руки через некоторое время. Однако казалось, что его глаза будут стрелять огнём. Он заскрежетал зубами, глядя на Цзюня Мосе, и сказал:

- Так как это так, этот принц оставит сто бутылок в покое! Но у вас не должно быть проблем с оставшейся сотней, верно?

- Меня это не касается. Я не тот человек, которого вы должны спрашивать о последней сотне бутылок! – Цзюнь Мосе внезапно изменился, было очевидно, что это больше не его забота.

- Последняя доля – доля сына Принца-эквивалента — Яна Мо. Какое отношение это имеет ко мне?

- Ян Мо! Оставьте их мне! – Третий Принц был очень взволнован. Более того, он хотел получить немного чести. Поэтому он громко закричал. Все покачали головой. Неожиданно он не демонстрировал грациозного поведения Императорского Принца в таких ситуациях; на самом деле его поведение начало отвращать многих людей…

- Что... чего ты хочешь? – Ян Мо задрожал, когда поднял голову.

- Ты отдашь сто бутылок своему дяде, Императору? Будете ли вы готовы это сделать? – Третий Принц спросил угрожающе, холодно глядя на Яна Мо.

Глава 254. Внутренние дрязги семьи Тянь

В глазах Яна Мо мелькнул след гнева.

«Ты, Принц. Ты так несправедлив к мальчику, который связан с твоей собственной семьёй? Ты хочешь запугать мальчика, чтобы сохранить свою репутацию? Это всё, что ты можешь сделать? Ты мне отвратителен!»

Эта ситуация стала очень неловкой. Цзюнь Мосе и Танг Юань могли отказать Третьему Принцу. Тем не менее, это может вызвать много неприятностей, если Ян Мо сделает то же самое. На самом деле, это может привести даже к внутреннему спору в Императорской семье.

- Я позволяю Третьему... Величеству, – прошептал Ян Мо.

Холодный взгляд мелькнул в глазах человека, сидящего позади принцессы Лин Мэн. Он посмотрел на Третьего Принца, а затем сместил взгляд, чтобы посмотреть на Второго и Первого принца. Потом закрыл глаза и вздохнул. Однако он почувствовал бесконечную печаль.

«И это мои сыновья!

Я всегда упорно трудился, чтобы воспитать моего преемника и будущего Императора империи Тянсян среди моих трех сыновей.

Я всегда хотел, чтобы они поняли, что титул Императора – это вопрос конкуренции; позиция, требующая жертвоприношения... победы и поражения в этом вполне естественны. Тем не менее, моя плоть... пожирает собственную плоть. Все трое победят – независимо от того, кто из вас троих получит титул после этой жестокой борьбы... Потому что один из вас станет Императором, а двое других... его руками...

Вот почему я позволил вам конкурировать, не возражая против этого.

Тем не менее, я надеялся, что вы будете держать это соперничество в пределах семьи, и не будете привлекать других к нему. Я надеялся, что вы хотя бы встанете вместе перед посторонними с тех пор, как родились от одних и тех же родителей! Связь между братьями всегда должна быть сильнее социальных отношений!

Тем не менее, мой Третий сын издевался над маленьким ребёнком за пределами Аукционного зала, несмотря на то, что он – Принц. Тем более что малыш – это его младший брат и член королевской семьи. Тем не менее, он унижает свою собственную кровь на виду у всех. В то время как остальные двое просто равнодушны...

На самом деле, это было то же самое, когда мой Второй сын был оскорблен ранее на входе. Его братья только наблюдали и издевались.

Мой Первый сын пошёл против лидера банды Хай Чэнь Фэна ранее. Однако мои Второй и Третий сыновья хотели лишь создать больше неприятностей для старшего брата.

И теперь, мой, рожденный третьим, проявляет такую бессовестность перед обществом. Однако старшие братья просто сидят и смотрят. Они не предпринимают попыток донести до него какую-то мудрость. Они явно ждут, чтобы использовать это против него позже... что это за братья такие?»

Его Величество был уверен, что его три сына потом напишут подробные отчеты о действиях своих братьев. Они будут хаять двух других братьев. Что касается содержания этих записей... Император не стал бы смотреть на них.

«...Я до сих пор помню свои дни... Хуай Нонг и я соревновались за должность Императора. Хуай Нонг и я всегда поддерживали отношения братьев, невзирая на то, что наши отношения были непростыми. Почему бы вам троим не последовать примеру Хуай Нонга?

По крайней мере, маленький Ян Мо действует, как его отец».

Жалкое лицо Яна Мо мелькнуло в глазах Императора. Он четко знал, что мальчик пострадал. Однако он не выдвигал каких-либо возражений. Император горестно вздохнул, думая: «Разве не должно быть уважения между старшим и младшим братом?».

Император вздохнул. Вдруг он почувствовал скуку. Он провёл весь день в интригах и заговорах. Следовательно, он не мог и здесь не видеть то же самое.

«Это скучно! Это очень скучно!»

Он чувствовал себя обиженным. Он прибыл сюда в надежде узнать больше о загадочной личности этого Аукционного зала. Однако он никогда не ожидал, что его трое сыновей доведут ситуацию до такого.

Император знал, что отношения между тремя сыновьями на данный момент немного напряжены. Однако он все еще предполагал, что это будет гармонично. Он всегда считал, что трех братьев должны связывать мирные и братские узы. Он считал, что его старший сын – это человек, стоящий на посту, его второй сын – остроумный, а третий – простой и честный. Он всегда считал трех своих сыновей тремя драгоценными ветвями его семейного древа. Он знал, что невозможно избежать нескольких недостатков в характере — крошечного порока в каком-либо красивом дереве. Тем не менее, он никогда не ожидал, что порок будет такой огромный.

«Это их темпераменты? Так человек ведет себя в глазах общественности? В действительности, они даже охотно готовы использовать свои имена для того чтобы получить свои желания - бесстыдство.

Это наглое ограбление! На самом деле, кажется, что они хотят, чтобы обездоленные чувствовали себя благодарными, пока они грабят их.

Я убежден, что даже окружной судья будет правильно рассматривать последствия. А это Императорский Принц? Это так невыносимо.

Это то, чему я научил вас?»

Лицо императора стало бледным, и его палец начал дрожать. Казалось, что он не в состоянии контролировать свою ярость.

Мистер Вэнь протянул руку и взял его за плечо, чтобы поддержать.

- Я очень разочарован, – он поддерживал голову рукой. За все эти десятилетия он ни разу не повесил свою гордую голову. Тем не менее, сейчас он повесил голову низко в печали после того, как увидел всё это. Волны печали били его, а он продолжал сидеть с опущенной головой. – Действительно, очень разочарован.

- Я понимаю, что вы чувствуете, – их слышали многие люди. Поэтому Вэнь не мог назвать Императора по титулу. Более того, Император семьи Тянь не очень заботился об этом. Положение Императора было очень одиноким. Он нуждался в том, чтобы быть отрезанным от мира. Одного или двух недостойных потомков вряд ли можно было избежать…

Мистер Вэнь понял, что Император обнажил свое сердце, и почувствовал, что его Величеству, должно быть, очень грустно. Император всегда был выдающимся наследным Принцем всю свою жизнь. Его брат, принц-эквивалент, никогда не был конкурентоспособным с самого начала и всегда отступал перед ним. И хотя Император был очень мудрым, ему все равно не хватало многого по сравнению с очень жестокими Императорами прошлого. Он никогда не сталкивался с ожесточенной борьбой за гарем или встречами за политические браки. Все просто сдавались перед ним.

Хотя получение титула Императора таким образом считалось бы вполне удачливым... это было и его величайшее несчастье.

Император, безусловно, был самым важным человеком в Империи. И именно поэтому все великие семьи обещали ему верность. Впрочем, это был один из самых больших недостатков в игре здесь. Император – тоже человек, и должен выбрать следующего наследника престола. Он, естественно, выберет того, кто наиболее подходит для этого. Поэтому спор о титуле Императора обязательно возникнет.

- Странно, все три недостойны... но есть надежда для каждого из них. Тогда почему они ведут себя так неразумно? Особенно младший, почему он должен говорить так перед всеми? Разве он не беспокоится о последующих насмешках? Или он, возможно, не знает об этом? – Император хмурился, в то время как он говорил это тихим голосом.

- Я считаю, что Принц это рассмотрел. Трое сыновей Императора – не дураки. Однако то, что он делает сейчас — это играет твоим именем, – смелый и дальновидный мистер Вэнь улыбнулся.

- Он хочет, чтобы вы знали, как сильно он вас уважает. Его позиция останется твердой до тех пор, пока вы не узнаете. А что касается всех остальных насмешек... ему на это наплевать. Это не имеет значения для него, пока вы не увидите его!

Если бы это вино было доставлено во дворец... и если бы вы были там, а не здесь... вы бы не удивились? Вы бы не были счастливы? Это было настоящее намерение Третьего Принца! Что касается всего остального, то это пока не имеет к нему никакого отношения, – мистер Вэнь сказал несколько мрачным и резким тоном. – Третий Принц просто хотел продемонстрировать свое восхищение, одарив вас этим вкусным вином. А что касается сцены здесь... как это повлияет на вас?

- Да! Точно! Вот что он творит! – Император, наконец-то, пришел в себя. «По-видимому, мой Третий сын не должен быть обвинен полностью. Просто его метод обращения с вещами немного безрассуден. Вот и все.

Это называется «Человек предполагает, а Бог располагает?».

- Так что, если верить вам, мои сыновья не будут... – Император ухмыльнулся. – ...Убивать друг друга в будущем?

Мистер Вэнь был в тупике от этих слов. Он пожал плечами. «Мой близкий друг – мудрый человек. Как он может сегодня задавать такие наивные вопросы? Враги не могут жить под одним небом!»

После прихода к власти старший брат, безусловно, уничтожит младшего. Это слишком трудно представить? Но как я могу сказать такое?»

- Не надо говорить. Я понимаю, – Император прикрыл лицо рукой и снова повесил голову. Он не знал, что думать. Он помассировал виски пальцами.

Он делал это, когда он должен был принять важное решение - это была привычка.

- Мистер Вэнь, Аристократический зал поддерживает банда Цзинь Янь. Кроме того, у них есть очень талантливый человек, который контролирует из закулисья. Я не верю, что трое детей могут отвечать за работу этого зала. Это невозможно для Цзюнь Чжан Тиана и Танга Ванли. Мой младший брат выпадает из списка. Мы отправились сегодня в это путешествие, чтобы узнать, кто этот человек! Этот человек сумел собрать всех богатых и могущественных. И многие из этих людей после сегодняшнего дня будут ссориться друг с другом. Более того, он дал трём Принцам шанс взаимодействовать со всеми, по сути, властителями города, – Император с внезапным пониманием поднял голову. В его глазах мелькнул холод. – Я считаю, что ему не только удалось заглянуть сквозь мудрость трёх принцев, но и теперь, возможно, удастся защитить себя, установив связи с богатыми и могущественными — это был очень обычный метод организации встреч с хозяевами могущественных семей.

Независимо от намерений этого человека, он использовал продажу этих бутылок в свою пользу. Однако этот человек не должен преуспеть! И важно, чтобы мы нашли его!

А что касается вопроса о трех принцах... мне надо самому тщательно обдумать... Я еще раз подумаю, чтобы принять решение.

Принцесса Лин Мэн, сидевшая впереди, вдруг почувствовала, что её хрупкое тело напрягается. Она не могла поверить тому, что услышала. «Это не то... Я не так расслышала... Мне уже кажутся их голоса?»

Окончательная сделка уже была совершена к этому времени. Наследник Принца-эквивалента, Ян Мо, угрюмо отступил. Третий Принц, наконец, взял на руки сто бутылок необыкновенного вина... ничего не потратив. Теперь он был нетерпелив, чтобы вернуться во дворец и показать свою «любовь».

Вдруг к принцессе Лин Мэн подошёл красивый молодой человек.

– Могу я получить честь, Принцесса?

Принцесса посмотрела вверх, чтобы увидеть внука Великого наставника Ли – молодого мастера Ли Юрана!

Глава 255. Непреднамеренная утечка секретов

- Молодой мастер Ли, – лицо принцессы Лин Мэн было по-прежнему бледным. – Молодой Мастер Ли ранее посещал дворец?

- Вчера я приехал во дворец, чтобы встретиться с принцессой. Однако Принцесса была занята чем-то важным, и мы не смогли встретиться. Принцесса выглядит даже красивее, чем когда-либо, она действительно вызывает восхищение всех.

Ли Юран говорил тихо, и его лесть не звучала вульгарно. Его голос был настолько ясен и изощрён, что человек не почувствовал бы, что он высказывает свое неискреннее мнение.

- Молодой мастер Ли говорит очень приятно, – принцесса Лин Мэн привыкла к лести. Поэтому она не воспринимала его слова всерьез. – У молодого мастера Ли, должно быть, был повод, чтобы искать Лин Мэн? Я прошу молодого мастера Ли быть прямолинейным, поскольку Принцесса устала и хочет вернуться во дворец.

- Я слышал, что таинственный эксперт Неба Суань бросил метательный нож, чтобы спасти принцессу, когда она была атакована убийцами. Я слышал, что Принцесса хранит этот нож в своей частной коллекции, – Ли Юран усмехнулся, пока неторопливо говорил о вопросе, как если бы это была мелочь. – Юран был бы рад увидеть этот нож.

- Но я не понимаю, почему молодой мастер Ли хотел бы взглянуть на этот нож... пожалуйста, укажите настоящую причину, почему вы пришли во дворец, и почему вы хотите изучить нож! – Принцесса Лин Мэн сразу же стала жёстче. «Почему этот парень хочет видеть этот нож? Каков его замысел?».

- Принцесса, возможно, не знает об этом... однако, Юран несколько дней назад неожиданно был атакован убийцами. Всё стало плохо выглядеть, и я уже подумал, что он может оказаться в аду. Тем не менее, свет Азуры мелькнул и бросил нож в убийцу. Убийца мгновенно отступил, и жизнь Юрана была спасена, – лицо Ли Юрана упивалось искренним восхищением и благодарностью. На самом деле, казалось, он был глубоко очарован.

- Его благосклонность дала мне новую жизнь, и это было выгравировано в моем сознании с тех пор. Юран задавал вопросы об этом человеке последние несколько дней с тех пор, и хотел бы узнать больше о нём. Обидно, что я не смог получить никаких новостей о нем. Только пару дней назад я вспомнил, что Принцесса также была спасена таинственным человеком однажды. Кроме того, оба мужчины использовали скрытый бросок ножа, чтобы спасти нас. Поэтому может быть, возможно, что наш благодетель – один и тот же человек? – Ли Юран вздохнул. – Он доброжелательный. Он спас мне жизнь, не попросив ни о чем взамен, он такой благородный. Юран очарован этим человеком.

- О-о, – Принцесса Лин Мэн подняла брови. Она чувствовала, что что-то не в порядке. Однако она не могла точно сказать что.

- Тот человек ушел после этого. Тем не менее, он оставил несколько маленьких метательных ножей, лежащих на земле: они блестели так красиво... – Ли Юран, кажется, не боялся поделиться своими личными воспоминаниями.

Правая рука Ли Юрана вытащила из-за пазухи три маленьких метательных ножа.

Эти метательные ножи сильно отличались от обычных, найденных по всему миру: их лезвия были столь же тонки, как крылья цикады. Принцесса могла сказать, что эти лезвия были изготовлены кем-то с изысканными навыками. Она могла сказать, что во всей империи Тянсян будет мало людей, способных производить такое оружие.

Они были безупречными. Однако холодный свет, мерцающий на их поверхности, напоминал адского демона, мигавшего в темноте ночного неба. Они были довольно острыми. И хотя они не были большими по размеру, их было достаточно, чтобы по спине пробежала дрожь.

Можно сказать, что эти нежные и изысканные метательные ножи были оружием, которое легко может забрать жизнь любого человека.

- Формой эти ножи очень похожи. На самом деле, они выглядят идентичными, – принцесса Лин Мэн вздохнула с облегчением. Затем она улыбнулась и сказала. – Но, материал, используемый в этих двух вариантах очень разный, даже если они похожи. Я могу подтвердить, что существует огромная разница в искусстве, используемом для изготовления этих двух кинжалов.

Глаза Ли Юрана внимательно смотрели на красивое лицо принцессы с тех пор, как он показал нож. Однако он, наконец-то, отвернулся и улыбнулся:

- Но оружия очень похожи? Откуда мне знать, какой из них лучше, если я не сравню лезвие принцессы с моим?

- Лезвия молодого мастера Ли выглядят холодными и достаточно острыми, чтобы кого-либо пугать. Однако мои не такие. На самом деле, ваши лезвия не соответствуют моим с точки зрения текстуры и работы. Но ваши лезвия намного жестче моих. Лезвие моих просто сделаны из железа, в то время как молодого мастера Ли сделаны из превосходного металла. Ваше оружие действительно достойно называться божественным оружием, – Принцесса Лин Мэн ласково сравнила оружие.

«Это оружие должно принадлежать человеку, который спас меня!» Принцесса поняла это с первого взгляда. «Только этот непревзойденный гений способен сделать что-то столь деликатное и изящное. Только он способен сделать что-то такое красивое, но достаточно острое, чтобы использовать его для самообороны.

Это оружие элегантное, но жестокое, кровавое, но красивое. Если такое оружие... тогда такой должен быть стиль владельца... как обычные люди, как этот негодяй Цзюнь Мосе не обладает такой элегантностью и изяществом? Простые люди никогда не смогут создать такое непревзойденное оружие!»

Принцесса Лин Мэн фантазировала о своем спасителе ещё со дня её покушения. «Если такова элегантность и божественность его оружия, то насколько умным и непоколебимым должен быть этот человек?!»

«Возможно, он человек непревзойденной элегантности и стиля!»

«Стыдно смотреть, что Цзюнь Мосе делает вид, будто он человек несгибаемого духа! Он такой бесстыдный парень! Фу…».

- Я бы не смог сказать разницу между лезвиями, если бы не увидел его в коллекции Принцессы, не так ли? Я действительно хочу знать, спасены ли мы одним и тем же человеком или нет? – глаза Ли Юрана, казалось, были абсолютно искренни. Это было почти, как если бы он вдруг получил информацию о его спасителе, и больше не мог сдерживать свое волнение.

- Небеса пожалели меня. Юран, наконец, смог увидеть другое оружие, сделанное его спасителем. Его благодарность не может быть выражена словами. Следовательно, я жду, чтобы увидеть его своими глазами. Могу я взглянуть? – праведность Ли Юрана не знала границ. – Это действительно вдохновляет! Чем же я отличаюсь от животного, если я не могу поблагодарить его за его доброту!

- Это правда. Хотя, мои ножи не так хороши, как у молодого мастера Ли. Тем не менее. Эти ножи я никогда не показываю никому. Однако, я сделаю исключение, поскольку слова молодого мастера Ли честны и чисты, – принцесса Лин Мэн смотрела на него с благодарностью. «Я не думала, что он будет настолько культурным и изысканным. Однако, он действительно честный и талантливый человек!». Подумала принцесса, и достала небольшую шкатулку. Она медленно открыла её и показала маленький и аккуратный нож. Холодный свет, отражающий от его поверхности, смешался со сладким ароматом духов принцессы.

- Эти точно такие же! - Ли Юран, казалось, был очень рад. Он сложил все четыре ножа на ладонь. Лезвия действительно выглядели идентичными. Можно было сказать, что материал был другим. Но размер и форма точно такая же. Кроме того, было очевидно, что эти лезвия были брошены с помощью того же метода.

- Небеса действительно помогают мне! Я, наконец-то, нашёл тебя! – Ли Юран казался очень эмоциональным. След холодного выражения промелькнул в его глазах, когда он смотрел на принцессу Лин Мэн.

«Теперь я уверен. Этот мерзкий убийца и спаситель принцессы Лин Мэн родственны; они, вероятно, один и тот же человек. Ни один другой человек в этом мире не способен производить такое оружие!»

«Если нужна жертва... так и будет», - Ли Юран вздохнул.

- Кажется, что молодой мастер Ли и я были спасены благодатью нашего благодетеля, – лицо принцессы Лин Мэн утопало в радости. На самом деле, она казалась немного застенчивой. Это уникальное и странное выражение лишь добавило ещё один слой красоты её нежному лицу.

- Пожалуйста, присматривайте за собой, Принцесса, – Ли Юран посмотрел в глаза принцессы, и восхитился её несравненной красотой на долю секунды. Впрочем, он тут же вернул себе самообладание и вернулся к своему обычному холодному тону. – Ли Юран должен уйти сейчас. Я приду во дворец позже, чтобы встретиться с принцессой.

Ли Юран поклонился после того, как он закончил говорить, а затем развернулся, чтобы уйти. Он даже не удосужился забрать ножи и оставил их у принцессы.

Убийца был определен. Поэтому метательные ножи были ему совершенно бесполезны. Даже то, что они были безупречным оружием, не имело для него никакого значения.

Принцесса была немного озадачена тем, как Ли Юран ушёл. «Молодой мастер Ли сам сказал, что он действительно дорожит оружием своего спасителя. И он продолжал говорить о том, как благодарен ему. Тем не менее, он просто оставил эти ножи у меня после того, как он поблагодарил меня... кажется, как будто…»

Мистер Вэнь всё ещё сидел позади неё. Он прошептал:

- Слова молодого мастера Ли были странными и скользкими... Кажется, что-то не так... он противоречил сам себе. Более того, его глаза показали намёк на злобу, когда он посмотрел на принцессу, хотя провокаций не было. Он определённо думал о чём-то мерзком. И, кажется, что у него могут быть какие-то планы на принцессу. Я не могу думать ни о чём другом... кроме этого. Ваше Величество, мы должны приставить одного или двух охранников к принцессе ради ее безопасности.

Император сузил глаза и прошептал:

- Но я тоже хочу увидеть, кто этот таинственный эксперт... – Император заметил тень страха в глазах Вэня, и рассмеялся:

- Не забывайте, что у Лин Мэн уже есть телохранитель. И этот телохранитель – эксперт Суань Неба, её безопасность не должна вас беспокоить.

- Йе Гухан? Что, если его окажется недостаточно? Или его не будет рядом? – Мистер Вэнь покачал головой в несогласии. – Прошло некоторое время с момента последнего покушения на её жизнь. Разве не было бы чистым идиотизмом пренебречь тем, что её защищает Йе Гухан при планировании её убийства снова?

Глава 256. Цзюнь Мосе готовится к неприятностям, а Танг Юань показывает свои высокие идеалы

- Это не проблема, – глаза Его Величества сосредоточились на принцессе. Он улыбнулся и сказал:

– Маленькая Лин – моя дочь. Я уничтожу всю семью до третьего колена всех, кто бы ни попытался причинить ей вред. Любой, у кого хватит смелости, может попробовать!

Господин Вэнь мрачно вздохнул. «Некоторые люди уже показали, что они не боятся. И вы не были способны уничтожить их семьи. Спасет ли вашу дочь, если вы истребите всю семью виновника после того, как они уже убьют принцессу?

Похоже, что Его Величество преисполнен решимости идти по этому пути».

Аукцион закончился. Принцы уже сделали все возможное, чтобы разрушить его. Несколько человек не были счастливы из-за этого, Ян Мо был одним из них. Однако большинство людей были довольны и счастливы к тому моменту, когда начали уезжать.

Юный мастер Цзюнь чуть не рассмеялся, наблюдая, как генерал Дугу бежит домой, как 15-летний подросток, его сын едва последовал за ним. Дугу Сяо И осталась позади, и прокладывала себе дорогу наверх.

- Танг Юань и Сонг Шань придут сюда, как только всё будет сделано. У меня есть кое-что, что нужно устроить, – Цзюнь Мосе казался очень серьёзным. Это был всего лишь аукцион. Тем не менее, Цзюнь Мосе тайно думал: «Что же случилось? Это не может быть тривиальным делом?»

Одна крошечная бабочка способна вызвать бурю. Так что если что-то пошло не так с договоренностями Аристократического зала в такое решающее время? Это может легко перевернуть весь мир с ног на голову.

- Дядя, вы должны выйти на улицу для того, чтобы договориться кое о чём. Нам нужно, чтобы наши сотрудники обращали внимание на каждую семью, выходящую отсюда. Они должны особенно учитывать, с кем эти семьи контактируют. После этого наши сотрудники должны уйти. Они не должны оставлять никаких улик. Каждый должен быстро собрать всю информацию, которую он может. Я знаю, что каждая могущественная семья в городе Тянсян здесь. И это отличный шанс определить их реальные силы и связи. Это сделает их влияние очень ясным. Нельзя допустить ошибку.

- Я понимаю. Я буду действовать очень осторожно, – Цзюнь Вуй был серьёзным.

- В настоящее время только четыре человека знают, что я стою за всем этим: Танг Юань, Третий Дядя, Сонг Шань и Принц-эквивалент. Дядя – это не проблема. Танг Юань и Сонг Шань будут держать язык за зубами, особенно, если я дам им инструкции. Одинокий Сокол может быть грубияном, но он не будет проблемой... – Цзюнь Мосе был занят, делая свои расчеты. Он оглянулся вокруг и его глаза, наконец, остановились на Ян Мо. К нему пришла идея.

– Ян Мо, я собираюсь записать кое-что. Я хочу, чтобы ты отдал это своему отцу, как только вернёшься домой. Ты не должен позволить кому-либо увидеть это, хорошо?

Ян Мо кивнул в ответ.

- О, и есть Хай Чэнь Фэн. Он эксперт Суань Неба... – Цзюнь Мосе не успел обратить внимание на печальное состояние Яна Мо, так как он был занят, рассматривая дыры в его плане.

Нужно подготовить всё к предстоящим неприятностям, если он хочет сохранить позиции.

На месте происшествия было много людей. И Цзюнь Мосе мог постоянно чувствовать, как будто кто-то смотрит на него. Внезапно его глаза упали на двух одетых в чёрное мужчин, стоящих позади принцессы Лин Мэн, и непонятное чувство возникло в его сердце.

Аукцион уже закончился, и гости начали уходить. Трёх Принцев уже не осталось. На самом деле, Третий Принц был первым, кто ушел, так как он был нетерпелив, чтобы показать своему отцу, какой он был добрый сын. Однако Принцесса по-прежнему спокойно сидела на стуле. Принцессе никогда не нравилось, как ее три старших брата сражались за титул Императора. На самом деле, она бы никогда не стала свидетелем этого события, если бы не идея ее отца.

«Эти люди - мой старший брат и мой отец. Почему они не близки друг к другу? Почему... почему…»

Принцесса Лин Мэн вдруг почувствовала, что ей очень одиноко. Обычно рядом была её подруга Дугу Сяо И или её друзья. Тем не менее, ей действительно нужно сильное и непоколебимое плечо, чтобы положиться на него... «Когда я найду такого человека?»

Принцесса Лин Мэн всегда была веселой красавицей. Однако сейчас она не могла не чувствовать себя несчастной. Она протянула руку к этим четырем метательным ножам. Казалось, что ножи, принадлежащие этому таинственному человеку – это единственное, что может утешить ее. Она чувствовала, как будто эти холодные лезвия сохранили тепло тела этого человека…

***

Двое мужчин уехали некоторое время назад. На самом деле, мистер Вэнь и Император уехали задолго до того, как остальная часть толпы разъехалась. Естественно, Принцесса не имела права уезжать с ними, чтобы не вызвать подозрения.

Горничная принцессы знала, что она не покидала дворец очень долго. Однако принцесса наконец-то получила шанс выйти за пределы дворца. Поэтому горничная стояла рядом с ней и терпеливо наблюдала, как толпа рассеивается. Зал начал постепенно пустеть. Вскоре, завораживающий аромат цветов заменил одуряющий запах вина. Зал стал казаться элегантным снова, когда запах других людей исчез.

Освещение зала, казалось, скрывало его секреты.

Музыка всё ещё играла.

Принцесса Лин Мэн сидела тихо, спокойно слушая её. Музыка, казалось, делала её фигуру ещё более хрупкой и одинокой…

Молодой мастер Цзюнь уже организовал некоторых людей, чтобы сопровождать Яна Мо обратно в его особняк. Молодой мальчик пережил сегодня многое и понес очень тяжелые удары. Он пришел сюда в хорошем настроении в надежде насладиться временем. Однако он вернулся с множеством психологических шрамов. Для мальчика десяти лет это, несомненно, была очень жестокая вещь.

Однако молодой мастер Цзюнь не пытался утешить его: пусть он справится с этим и сумеет стать счастливым снова.

Меч должен быть заточен. Цветение сливы нужно зимой. Никто не может достичь вершины, если он не сделает себя сам.

Рост ребенка всегда опирается на его собственные усилия. Это унижение посеяло семя в его наивном и деликатном уме. Очевидно, сегодня он очень сильно пострадал. Однако это унижение неизбежно приведет к его реальному росту. Терпеть это дело будет его величайшим богатством в будущем... независимо от того, что будущее приготовило для него.

Потребовалось бы много такого опыта, прежде чем мальчик превратился бы в настоящего мужчину.

Достойны игры жизни только те, кто не отказывается добровольно. Люди всегда очень амбициозны. Один поднимается выше других, когда не в состоянии выдержать подавления. Человек пытается подняться только тогда, когда он чувствует чувство потери после того, как его растоптали.

У всего есть причина, и каждая причина может дать свои плоды.

Не всегда можно положиться на других для поддержки, чтобы нести свою боль.

Более того, убийца Цзюнь вряд ли вмешивался в путь Богов.

«Восхищение – это одно, а помощь – это другое. Я не помогу тебе, если ты не сможешь вынести свою боль сам. Если ты умрешь, то умрешь. Я не пожалею о твоей смерти, если ты не сможешь встать один. Даже хороший человек – не исключение!

В конце концов, многие хорошие люди умирают по всему миру каждый день...

Я не помогу ему, я не спаситель. Даже если бы я мог спасти его... он не найдёт от меня помощи».

Танг Юань был в настроении, когда поднимался наверх. Его жирное лицо покраснело от волнения. Он кричал:

- Огромная прибыль. Безумно огромная прибыль! Вау... ха-ха... я ожидал заработать немного денег. Но я никогда не ожидал так много! Я так счастлив! – Тан Юань вдруг вскочил и проревел Цзюнь Mосе. – Девяносто миллионов, девяносто, сука, миллионов! Ха-ха-ха!

Выглядело так, будто Жирдяй в истерике. Юный Мастер Цзюнь всегда считал эту черту Жирдяя аморальной.

«Деньги... это первоначальный грех!».

Лицо Сонг Шаня было несколько мрачным, на самом деле, не было никакого следа счастья на нём. Мысли Сонг Шаня были не такими, как у Жиробаса: «Такое божественное вино почти невозможно найти! Продавать его этим так называемым «аристократам» – это пустая трата. Как измерить ценность такого небесного вина деньгами? Количественная оценка его стоимости с помощью денег – это не что иное, как кощунство!»

Однако он не стал бы ослушиваться, так как молодой Мастер приказал это.

Дугу Сяо И практически прыгала от радости. Казалось, что успех на аукционе, организованном Цзюнь Мосе, приносил ей больше радости, чем какие-либо успехи, которых она добивалась самостоятельно.

- Что? – Цзюнь Мосе улыбнулся жирному. – Ваша доля прибыли измеряется в десятках миллионов. Так что ты хочешь сделать с этим?

- Что мне с ним делать? – глаза Танг Юаня сузились в обдумывании. Тогда он великодушно сказал:

– Да, да. Почему бы и нет! У меня всегда была одна мечта. Но мне никогда не хватало денег, чтобы осознать это. Моя семья никогда не даст мне столько денег, и поэтому до сих пор я не мог даже думать об этой мечте.

Жирный вздохнул, когда взгляд очарования мелькнул в его глазах. Однако это сопровождалось и обидой. Возможно, там было и облегчение, и радость, что он достиг мечты, что так давно лелеял... и какая-то нервозность…

- Что это за грандиозная идея? Скажи мне, – Цзюнь Мосе не мог не проявить интереса. Несмотря на то, что он спросил словно бы просто так, он действительно хотел знать, о чём мечтает Жирный. Тефтель Танг тянулся к определенным социально-неприемлемым видам... «деятельности». Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не был особенно заинтересован в том, чтобы узнать заветную мечту Жиробасика, он всё ещё был заинтригован.

Эти противоречивые мысли были действительно очень странными.

- Я думал, что... теперь, когда у меня есть деньги... и эти деньги действительно принадлежат мне... много, на самом деле... достаточно для меня... – Танг Юань вдруг стал выглядеть немного грустным. Казалось, что он находит атмосферу комнаты немного угнетающей. Дугу Сяо И ужасно любила дразнить его. Однако даже она держала её рот закрытым в ожидании, пока момент станет более удобным.

- Я часто посещал Озеро Духовного Тумана, и в каждом заведении есть женщины, которые продают свои тела. Однако те, кто продаёт своё тело, никогда не сидят в одном месте. Большинство женщин просто поют и танцуют. Они будут продолжать бросать кокетливые взгляды на меня, и будет означать, что они были бы заинтересованы в том, чтобы сделать «дело». Тем не менее, они часто отказывают, даже когда я предлагаю много денег взамен...

Все молчали. Их лица были странно искажены.

Он был действительно достоин называться великим развратником. Что еще можно ожидать от наиболее заветного желания этого Жирного…

- Я могу найти женщин, которые действуют таким образом и подстрекают каждого мужчину... – Танг Юань, казалось, сердился. – Они проститутки, и будут готовы продать своё тело. Однако все они просто говорят, что они актрисы... а не проститутки. Мне бы не пришлось переходить от одного заведения к другому, если бы деньги не были проблемой, верно? Действительно ли эти женщины думают о себе как о святых?

Все до сих пор молчали, но... слова Жирного казались несколько... разумными.

- Если дело не в деньгах, и они так заботятся о том, чтобы не выглядеть плохо перед публикой... тогда они должны просто найти мужчину и выйти замуж. Разве это не сделает их жизнь более комфортной и безопасной? Обязательно сделает! Эти «актрисы» – тоже проститутки! Я похороню их в серебре и посмотрю, готовы ли они продать свои тела или нет! – голос Танг Юаня, казалось, был полон горя и негодования.

Глава 257. Брат, будешь моим козлом отпущения?

- Жирный, это прекрасно... это удивительно. Ты, как всегда, оправдал мои надежды! – Цзюнь Мосе, казалось, не может найти правильные слова. Он мог отчетливо вспомнить, что в последний раз у Жирного было что-то подобное…

Толстяк явно сошел с ума. Юный мастер Цзюнь мог описать это так: «Бедный человек теряет рассудок, если он зарабатывает слишком много денег».

- Жирный Танг, ты, ты, ты... Ты слишком бесстыдный! – Дугу Сяо И покраснела от гнева. Её миндалевидные глаза были широко открыты от ярости. Она задержала дыхание в ожидании услышать заветную мечту жирного Танга. Однако она не ожидала услышать что-то настолько бесстыдное.

Было очевидно, что пошлость Жирдяя достигла совершенно другого уровня.

- Жирный, не надо так делать больше, хорошо? Кхе-кхе... – Цзюнь Мосе покашлял. – Давайте приступим к делу сначала.

- Конечно, конечно. Но я возьму несколько тележек, как только мы закончим. Я попрошу несколько человек отвезти мои деньги и меня на Озеро Духовного Тумана. Я проведу весь вечер, потратив много денег! Посмотрим, кто сможет мне противостоять, – Танг Юань махнул рукой. Внезапно он почувствовал, как будто его горло стало сухим. Затем его взгляд упал на бокал вина, и он осушил его залпом.

- Что касается аукциона... – мгновенно перебил его молодой мастер Цзюнь, глядя на толпу. Внезапно он почувствовал себя очень подавленным. Присутствовало несколько специалистов Суань Неба — Цзюнь Вуй, Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн. На самом деле, Цзюнь Вуй был его собственным дядей. Тем не менее, даже он не мог не почувствовать себя незначительным перед этим выражением в глазах Цзюнь Mосе. Холодная и острая отверженность в его глазах была действительно внушительной.

Цзюнь Вуй не мог не вскрикнуть в восхищении. «Возможно, такой уникальный темперамент необходим человеку, занимающему самый верх! Зачем нужно хвастать, если ты наверху? Его непроизвольная реакция, желание остаться в стороне от мира… просто завораживает».

Даже опытный генерал, видевший и командовавший многими воинами на протяжении всей своей жизни, не мог не почувствовать угнетения в своём сердце. А что можно сказать о других…

- Этот аукцион... твоя идея! Ты понимаешь, Танг Юань? – Цзюнь Мосе жёстко посмотрел на Танг Юаня.

- Этот аукцион – моя идея? – Танг Юань почесал голову. У него на лице была какая-то неразбериха. Он был, конечно, смущён, относительно смысла слов Цзюнь Мосе. Однако он был ещё более озадачен тем, что молодой мастер Цзюнь обратился к нему «Танг Юань». Юный Мастер Цзюнь очень редко обращался к жиробасу его настоящим и полным именем. Дружба между двумя молодыми людьми действительно была очень глубокой. Настолько, что эти двое обращались друг к другу почти любыми словами, в шутку, и другой не обижался на это. Следовательно, это было редкостью.

- Вот именно. Этот аукцион был полностью твоей идеей! Неважно, кто спросит... этот аукцион был твоей идеей. Понял? – тон Цзюнь Мосе стал ещё жёстче. – И я сказал неважно, кто спрашивает... ответ должен быть таким же... ты понимаешь?

- Я понимаю! Даже если ты спросишь... это была моя идея! – голос Танг Юаня звучал немного успокаивающе. – Я не могу думать ни о ком умнее. Ба! Только у меня были мозги, чтобы создать этот план! Я наблюдал за всем и ничего не пошло не так. Кто посмеет сомневаться во мне? Кто посмеет не согласиться? Тот, кто сомневается во мне – умрёт! Тот, кто сомневается в моих мозгах, погибнет!

- Именно! Твоя единственная цель – делать деньги! А у аристократов есть деньги! Вот почему это место называется Аристократический зал. Некоторые люди были приглашены, в то время как другие не были... всё это было сделано, чтобы стимулировать конкуренцию и потребление... другими словами... всё это было сделано, чтобы заработать деньги! Понимаешь? – Цзюнь Мосе посмотрел на него. – Я объясню всё позже, если ты не понимаешь что-то прямо сейчас! Но теперь ты – основатель «Аристократического Зала». Весь этот план был твоим. Скоро ты расскажешь мне, почему и что. И ты должен молчать, если не можешь придумать разумного объяснения для чего-то. Кроме того, ты не можешь просто пойти в Озеро Духовного Тумана по твоей прихоти. На самом деле, ты даже не должен выходить из этого зала.

Цзюнь Мосе поднял голову и ещё немного прикормил:

- Брат, ты понесёшь бремя моего секрета?

- Это не требует какого-либо обоснования. Я – гений! Это лишь небольшое дело. Это – ничего для моего большого мозга. Что это за суета? Вау, ха-ха! – Танг Юань рассмеялся. Он говорил всё это очень легко и непринуждённо, даже, несмотря на то, что все его тело разрывалось в замешательстве... Однако он преданным взглядом посмотрел на Цзюнь Мосе; в его глазах лежал след крайней тревоги, которую он не мог передать словами.

Танг Юань не был дураком. На самом деле, он был очень умён. Почему бы молодой мастер Цзюнь выбрал его в качестве партнера, если он недостаточно умён для этой работы? Толстяк четко знал, что за словами его друга есть какая-то причина. «Что-то определённо случилось... он наверняка думал о чем-то... это, видимо, связано с ситуацией в семье Цзюнь... Цзюнь Мосе поистине замечательный...

На этот раз мне придётся нести это бремя, поскольку больше никто не сможет» – Жирный оставил свои сомнения на потом и взял на себя ответственность, даже не зная подробностей.

Но... большинство людей всё ещё будут подозревать Цзюнь Мосе в этом... Однако они никогда не могли бы быть уверены в этом. Он и его идея должны оставаться несвязанными.

Жирный всегда считал Цзюнь Мосе братом. На самом деле, семья Танг имела ещё несколько других молодых людей возраста Толстяка. Тем не менее, Танг Юань всегда ассоциировал себя с молодым мастером Цзюнь больше, чем с собственными кровными братьями и сёстрами. Следовательно, Тефтель предпочел помочь Цзюнь Мосе, даже не учитывая последствий.

Лицо Дугу Сяо И побледнело. Она была наивной и молодой. Однако она была довольно умна и явно что-то почуяла. Она не могла осознать всю серьёзность ситуации, но этого было достаточно, чтобы она заволновалась. Следовательно, она поняла, что не сможет отпустить охрану... даже если это оказалось мелким делом, в конце концов.

Цзюнь Мосе почувствовал неописуемое чувство комфорта, увидев тревогу в глазах Танг Юаня, и тревогу на лице Дугу Сяо И. Он состряпал безразличную улыбку и сказал:

- Ничего. Ты не видишь моего дядю? Он опытный стратег... ты видишь в его глазах страх? Разве это не объяснение? Мой дядя был бы самым волнующимся, если бы было что-то важное. Ничего страшного, если ты не доверяешь моим словам. Но ты не поверишь моему дяде?

Дугу Сяо И сразу повернулась и посмотрел на Цзюнь Вуя, сидевшего прямо в своём кресле-каталке с лёгкой улыбкой на лице. На самом деле, на его лице не было никаких следов беспокойства. Цзюнь Вуй улыбнулся в тот момент, когда молодая девушка посмотрела на него и сказал:

- Не волнуйся, просто делай, что он говорит. Моя младшая семья будет продолжать оставаться в империи Тянсян до тех пор, пока некоторые супер семьи не вступят в игру.

Молодая девушка сразу же почувствовала себя спокойнее, несмотря на то, что он произнёс их в очень скучном тоне. Однако он чётко изложил каждую переменную уравнения — без каких-либо упущений.

Его слова успокоили молодую девушку... но заставили жирного ещё больше волноваться. Молодая девица явно не соответствовала интеллекту фрикадельки. Толстяк ясно понял, что что-то не так, хотя он не имел никакого представления об этой тайне. «С чего бы третьему мастеру Цзюнь говорить что-то подобное, если всё в порядке? Слова третьего мастера Цзюнь явно не выскользнули случайно... но зачем эти супер семьи вступят в игру?

Даже семья Императора не может оказать такого давления на Цзюнь... я должен сделать всё возможное, чтобы помочь моему брату».

Жирдяй и молодая девушка не знали, что беспокойство, которое они только что почувствовали, было истинной эмоцией убийцы Цзюнь. Они совершенно не знали, что только горстка людей когда-либо смогли увидеть истинные чувства убийцы и остаться в живых на очень долгое время…

Вдруг кто-то пришёл с докладом, что принцесса Лин Мэн ожидает Дугу Сяо И внизу.

Дугу Сяо И встала и посмотрела на Цзюнь Мосе. Тот улыбнулся и кивнул ей.

Дугу Сяо И сделала два шага к выходу, но затем внезапно развернулась и быстрым шагом подошла к Цзюнь Мосе. Она пригладила манжеты его воротника, прошептав:

- Будь осторожен. Знаешь... ты же знаешь, что ты идиот...

После этого она опустила голову и быстро выбежала из комнаты. Малыш Белыш смотрел на Цзюнь Мосе, как на любимого отца с тех самых пор, как они вошли в комнату вместе с Дугу Сяо И. Тем не менее, он слишком быстро последовал за Дугу Сяо И, когда заметил изменение в поведении Цзюнь Mосе.

- Хорошо. Пришло время заняться делом. Жирный, ты не сможешь забрать деньги сейчас, – Цзюнь Мосе немедленно отложил долгожданное желание его ручной тефтели. Затем он достал из кармана листок бумаги и записал на нем названия нескольких лекарственных трав.

- Мы должны приобрести эти травы любой ценой, – Цзюнь Mосе осторожно вручил бумагу Танг Юаню. – Чем больше, тем лучше; чем скорее, тем лучше.

- Трава Небесной Звезды, трёхцветный гриб Рейши, корни Девяти Суань, трава Тиба, листья Драконового Уса, чёрный женьшень, плоды Чёрного Бамбука, ножки шелкопряда... – Танг Юань присвистнул. Он был достаточно осведомлён, чтобы знать значение этих трав. Более того, он знал примерную цену требуемого. Он понял, что даже его собственная доля прибыли от аукциона ускользнет из его пальцев к тому времени, как эти травы будут приобретены…

- Третий молодой мастер... брат... – лицо Танг Юаня стало угрюмым. – Это была мечта моей жизни... Я прожил всю свою жизнь ради этой цели в одиночку... ты не можешь быть так жесток ко мне... Я только что заработал немного денег... ты должен помнить, что меня выгнали из дома моей семьи…

«Немного денег», как выразился Танг Юань – примерно десять миллионов серебряных таэлей. Следует отметить, что военные расходы всей империи Тянсян составляли около тридцати миллионов серебряных таэлей в год…

Цзюнь Мосе топнул ногой и улыбнулся:

- Хватит пороть чушь! Торопись! Ты знаешь, сколько денег Аристократический зал заработает, когда эти травы будут собраны? Ты не видишь, а я могу. Если ты считаешь, что твоя текущая прибыль великолепна, то ты даже не представляешь объём следующей.

«Это перевалило бы за мой верх! Я понятия не имею, как большая прибыль будет выглядеть, если эта считается небольшой?»

Жирный на мгновение поднял брови и рассмеялся:

- Это хорошо. Это хорошо! Э... третий молодой Мастер, это вино... действительно ли мы продавали это вино только один раз? Почему мы не можем продать его снова? Очень жаль!

- Никогда. Ты не понимаешь суть вопроса? Чем реже что-то... тем больше его ценность! – Цзюнь Мосе решительно махнул рукой. – Стоимость падает, если есть слишком много чего-то... это вино было достаточно хорошим, чтобы заставить их потратить так много денег. Они не думали о том, что это стоит так много, когда они хотели заполучить это в свои жадные потные ручонки?

Глава 258. Новости о арбалетах!

- Правильно! Слова мастера имеют смысл. На самом деле, они даже не заслуживают этого вина больше! – Сонг Шань слушал его с глубокими эмоциями в его сердце. Он облизал губы, а потом поднялся, чтобы сказать. – Учитель, когда ты научишь меня создавать такое вино?

- Скоро, когда придет время. Я должен сказать тебе несколько слов, Сонг Шань. Никто, кроме наших Людей, не должен пить вино, которое мы будем создавать, потому что вино, которое мы будем делать отныне, будет ещё вкуснее. Ты понимаешь? – Цзюнь Мосе улыбнулся.

- Я понимаю! Как такие простые люди могут заслужить вкус вина, которое мы – учитель и ученик – создадим! Как могут эти люди когда-нибудь вкусить Бессмертного вина? Это продукт, который выйдет за пределы этого мира смертных. Он будет превосходить как земные, так и бессмертные вещи, так как же мы можем продавать его? – Сонг Шань разгневался, и его презрение было видно в его тоне, его слова даже потрясли его учителя.

Юный мастер Цзюнь был в ужасе. «Меня одного смущает то, что говорит этот парень?»

- Эмм... Да! Торопитесь и идите! Мы должны начать закупать эти травы немедленно! – Цзюнь Мосе махнул рукой.

Цзюнь Вуй нахмурился после того, как двое ушли:

– Мосе, новость об этом событии слишком массовая. Боюсь, что…

- Я всё ещё убежден, что из-за этого вреда не будет! – Цзюнь Мосе осторожно усмехнулся. – Третий дядя, ты сказал, что немедленно вернешься домой после того, как увидишь Дугу Вуди... но ты всё ещё здесь. Что-то интересное нашёл?

- Ты маленький дьявол! Действительно... ничего нельзя скрыть от тебя! – Цзюнь Вуй улыбнулся беспомощно. – Новости с юга от реки Янцзы.

- О? – глаза Цзюнь Мосе засверкали.

- Торговая компания Чжао завершила производство арбалетов из сухожилий зверей Суань. Они скоро привезут их в город, – Цзюнь Вуй был очень серьёзен. – И несколько неизвестных экспертов появились рядом из ниоткуда. Кажется, они беспокоятся. Похоже, что Второй Принц готовится сделать свой ход.

- Гм. Об этом было не очень сложно догадаться. Чем больше шума они издают, тем глубже мы должны скрываться, так как это позволит нам выловить больше прибыли от секретности. Мы должны наложить руки на эти арбалеты. Груз этих арбалетов от компании Чжао сродни подарку для нас. Хе-хе-хе... – глаза Цзюнь Мосе сузились.

- Мы не можем подвести нашу охрану! Раньше и так было много неточностей, и ситуация только ухудшается. Я верю, что Второй Принц не случайно появился на горизонте. Кроме того, он может нанять элитных охранников извне для защиты своего груза. Более того, Второй Принц чрезвычайно богат и может также привлечь специалистов со стороны для сопровождения груза. Кроме того, может быть человек из верхней гильдии Цзяннань, и он может быть ответственным за сопровождение товаров. Наконец, есть высокая вероятность, что Зал Кровавого Меча будет сопровождать эти арбалеты втайне.

Цзюнь Вуй нахмурился:

- Мы определили их силу, и она довольно значительна. Я полагаю, что есть и другие силы, вовлеченные сюда, силы, о которых мы не знаем. И они, возможно, добавят к этому уже очень мощную установку. Мы должны использовать много сил, если мы стремимся сражаться за эти арбалеты. Сколько расходов мы должны понести, чтобы сделать это? Кроме того, мы должны быть аккуратными и не оставлять следов…

Боюсь, что это так же трудно, как подняться на небеса!

- Так же трудно, как подняться на небеса... это будет так же легко, как повернуть руку! – Цзюнь Мосе поднял брови. Его выражение, казалось, источало несколько демоническое сияние. Его элегантное лицо, казалось, стало холодным, хитрым и дьявольским. – Этот вопрос, безусловно, зависит от участников. Если у нас самих возникнут опасения, что задача практически невозможна, и мы не будем действовать из-за этого... то это действительно станет чем-то более сложным, чем подняться на небеса. Однако мы всегда можем придумать различные средства, чтобы взять на себя основную задачу, когда мы решим действовать. На самом деле, я даже рискну поверить, что половина нашей битвы будет выиграна к тому времени, когда мы решим принять меры.

- Да, верно! – Цзюнь Вуй одобрил.

- Третий дядя, сколько времени им ещё нужно для того, чтобы добраться до столицы? – Цзюнь Мосе задумался, – другими словами, сколько времени нам нужно, чтобы подготовиться? Мне нужно знать точный момент времени.

- Это должно занять два дня на южной реке... Потом они должны будут высадиться на берег. Оттуда они будут путешествовать в течение трёх дней, чтобы добраться до города, – Цзюнь Вуй пробормотал точные временные рамки. – Я думаю, что будет много специалистов, сопровождающих груз, и я не думаю, что они будут тащить много простых торговцев. Следовательно, их путешествие будет гораздо быстрее, чем у обычного человека. Однако, принимая во внимание всё, я полагаю, что путь, по крайней мере, займет пять дней.

- Другими словами, у нас есть пять дней или больше, чтобы решить, – Цзюнь Мосе кивнул.

- Больше. Второй Принц сначала должен будет отправиться туда, и только после этого они смогут начать своё путешествие. Это означает, что их партии потребуется не менее десяти дней или более, чтобы действительно добраться до столицы, – Цзюнь Вуй произнёс в окончательном тоне.

- Десять дней? Этого будет более чем достаточно, – Цзюнь Мосе улыбнулся.

- Третий дядя, я повторяю свою потребность в точной информации. Кого пошлёт Торговая Компания Чжао? В чём его сила? Какова сила человека, которого направит верховная гильдия Цзяннань, чтобы помочь сопровождению? И какой тип войск пришлёт Второй Принц, и их силы... у нас нет информации о Зале Кровавого Меча. Поэтому мы пока забудем о них и будем действовать в соответствии с ситуацией.

- Это не проблема, – выражение лица Цзюнь Вуя, как всегда, было спокойным. – Мне интересно только знать – какие силы мы приложим?

- Хозяин младшей семьи не должен двигаться. Кроме того, мы можем использовать триста телохранителей и трёх экспертов Суань Неба, – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Третий дядя, ты, Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань – костяк нашей семьи!

- Боюсь, что простой силы нас троих будет недостаточно. Можно ли будет рассчитывать на Одинокого Сокола?

- Этого точно не будет! – Цзюнь Мосе решительно наложил вето на эту идею. – Сила Одинокого Сокола слишком велика и может раскрыть нашу тайну. Не говоря уже о его темпераменте — он категорически откажется от каких-либо подлых поручений, особенно когда мы инициируем конфликт, поскольку это противоречит нашему первоначальному с ним соглашению. Это может помешать нашим будущим планам, так как он может ослушаться, прежде чем великий план вступит в игру.

- Я боюсь, что экспозиция тоже. Особенно Хай Чэнь Фэн... Так что было бы очень трудно... скрыть свою личность, – сказал Цзюнь Вуй.

- Это не причинит нам никакого вреда. Я могу попытаться избавиться от этого голубого цвета, когда придёт время, – Цзюнь Мосе был очень уверен в исходе. Подумав секунду, он продолжил:

- Этот вопрос будет включать в себя беспрецедентную трудную борьбу и напряжённые бои. Однако мы должны заниматься этим вопросом сами, не опираясь ни на какую внешнюю силу. Мы можем положиться только на собственные силы.

И, в конце концов, наша младшая семья будет зависеть только от нас самих, что бы ни случилось; только тогда мы поднимемся! Но наш подъём будет резким, и ни один человек или сила не смогут остановить его, – голос Цзюнь Мосе был тихим. Но он сказал это решительно.

***

Принцесса Лин Мэн провожала Дугу Сяо И из Зала. Они шли к чайной, что стояла недалеко от зала, с другой стороны дороги. Высокая и крепкая женщина, со сложением мужчины стояла там. Увидев их, женщина-мужчина задвигалась к ним большими шагами.

Это была Сун Сяо Мэй, невеста Танг Юаня. Она приехала недавно, но не вошла в зал.

- Ты выглядишь не очень хорошо, – Сун Сяо Мэй посмотрела на принцессу Лин Мэн. С глубокой тревогой она спросила. – Что случилось?

Сун Сяо Мэй была чрезвычайно добрым и умным человеком. Более того, она была как старшая сестра принцессы Лин Мэн и Дугу Сяо И. Однако эти «маленькие сестры» не хотели обременять свою «заботливую» старшую сестру ещё и своими заботами.

- Я не хочу ничего скрывать от старшей сестры. Правда, кое-что случилось, но мне слишком стыдно об этом говорить. Вообще-то... я не хочу об этом говорить, – принцесса Лин Мэн казалась грустной. Она устало потерла лоб.

Сун Сяо Мэй была остроумной. Она быстро поняла из речи принцессы, что дело должно быть связано с Императорской семьей. Она не могла просить о дополнительной информации, так как это было их личным делом.

Принцесса Лин Мэн тоже была умной. Она увидела, что Сун Сяо Мэй перестала говорить, и быстро поняла, что старшая сестра всё сообразила. Она почувствовала, что старшая сестра начала чувствовать себя неловко. Поэтому принцесса поспешно сказала:

- Жаль, что старшей сестры не было внутри. Иначе она могла бы помочь мне изучить этого человека и его действия. Это было действительно странное происшествие.

- Какой человек? О каком странном происшествии ты говоришь? – Сун Сяо Мэй не могла скрыть свой интерес, когда она услышала это.

- Ли Юран, старший сын третьего поколения семьи Ли, – она почувствовала, что есть что-то странное в поведении Ли Юрана. Доверяя её интуиции, как женщина, принцесса Лин Мэн ощущала, что что-то не так.

- Ли Юран, это тот человек... – Сун Сяо Мэй бормотала себе под нос какое-то время. Видимо, ей было трудно произносить её мысли. – Он такой же, как Цзюнь Мосе. Ты не сможете прочитать его должным образом, если не будешь внимательно следить за ним, и не сможешь понять его…

- Цзюнь Мосе?! – воскликнула принцесса Лин Мэн. – Цзюнь Мосе и Ли Юран? Как ты можешь ставить этих двух людей в одном предложении? Почему ты упомянула двух совершенно разных людей вместе?

- Не может быть никаких доказательств, достаточно того, что эти два человека могут быть рассмотрены вместе, но это не так просто... – Сун Сяо Мэй усмехнулась и замолчала. Она не дала дальнейших объяснений. Тем не менее, она сказала тихим голосом, как они вошли внутрь; почти, как если бы она размышляла про себя:

– Но я чувствую, что Цзюнь Мосе является более опасным!

- Старшая сестра Сяо Мэй, я не понимаю. Но мы сестры... и я понимаю, что ты видишь особые качества людей, – Дугу Сяо И не слышала слов Сун Сяо Мэй, которые она «бормотала» про себя. – Ты сказала, что Цзюнь Мосе был полон высокомерия. Я до сих пор не вижу в нем никакого высокомерия. Он просто ведёт себя немного как хулиган, ничего больше... и это не значит, что это очень плохо... в любом случае, он был действительно изящный сегодня! Я сожалею, что тебя не было со старшей сестрой Лин Мэн... А я была свидетелем, как он справился с ситуацией в такой изящной манере!

- Я чувствую себя расстроенной тем, как твой Цзюнь Мосе справляется с вещами, – принцесса Линг Мэн отступила в раздражении. – Сяо И, ты должна обдумать это очень серьёзно... и бесчисленное количество раз. Так, чтобы ты не жила с сожалением всю оставшуюся жизнь! Послушай, что говорит твоя старшая сестра.

Дугу Сяо И как-то была не убеждена. Она вздохнула и пробормотала про себя:

– Цзюнь Мосе плохой? А твои братья ужасно хорошие... не так ли?

Принцесса Лин Мэн почувствовала себя тупой. Это была правда – Цзюнь Мосе был развратник и хулиган. И он даже бесчинствовал без всякого страха. Однако даже тогда... он вёл себя не так бесстыдно, как её братья.

Они были мерзкими людьми. Они были действительно мерзкими людьми!

Глава 259. Неожиданная неудача

Даже маленькая девочка смогла бы увидеть, что принцесса Лин Мэн была расстроена. Она знала, что говорила что-то необоснованное. Сяо И хотела утешить принцессу. Однако она была ошарашена, и не знала, что сказать.

Три женщины долго молчали. Сун Сяо Мэй, в конце концов, нарушила молчание, так как она решила ответить на проблему Дугу Сяо И…

- Вы обе знаете, что моё тело пережило большие и внезапные изменения в детстве, и теперь я стала вот такой. Это также сделало меня очень спокойной и рассудительной, – углы рта Сун Сяо Мэй горько поднялись. – Я никогда не осмеливалась покинуть дом. Я не ела в течение нескольких дней, чтобы похудеть... но безрезультатно... до того года... когда я встретила своего Мастера.

Она тяжело вздохнула, и продолжила:

- Я болела с пяти лет. И прошло уже пятнадцать! Я научилась видеть сквозь вещи и понимать их за последние тринадцать лет. Меня больше не волнует мой внешний вид. Думаете, я до сих пор меряю людей по красоте? Я воспринимаю чувства людей, когда смотрю на них. О том, как хорошо они выглядят — внешняя красота – это только то, что можно показать... это вторично.

Самого важного глазами не увидишь. Мы можем чётко понять намерения и возможности человека, обратив внимание на его характер, – Сун Сяо Мэй улыбнулась скорбной улыбкой. – Маленькая сестра Сяо И, Цзюнь Мосе всегда показывает другую сторону себя. Он всегда ведёт себя как идиот и развратник. Он гуляет всякий раз, когда хочет, ничего не опасаясь. И я боюсь, что он не может притворяться. Боюсь, что это его истинная природа. Мы с ним встретились ненадолго. Однако было ясно, что он никогда никому не придаёт значения, и делает только то, что хочет. Этот человек никогда не станет другим.

Поэтому я назвала его «высокомерным», – улыбка Сун Сяо Мэй была равнодушной. – Его можно даже назвать «злым».

Девочка была убеждена в глубине души. Она оставалась на месте и слушала старшую сестру Сяо Мэй с пренебрежительным вниманием:

- Однако я увидела ещё кое-что насчёт этого человеком. Хотя, это нельзя рассматривать, как дефект человека... В общем... молодой мастер Цзюнь более беспощаден, чем кто-либо другой! Ты уже перешла на его сторону, но не стоит слишком много вкладывать в ваши отношения с ним! Это будет очень больно...

Дугу Сяо И надула губы. В её глазах был обиженный взгляд, но она ничего не сказала. Она знала, что Сяо Мэй глубоко обеспокоена, и не имела никаких злых намерений.

Сун Сяо Мэй вздохнула. Она знала, что её младшая сестра не послушается.

Принцесса Лин Мэн была словно бы и не с ними. Казалось, она была в ужасе. Временами казалось, что она слушала, временами – будто ушла в себя. У неё в голове был полный беспорядок, и она не знала, о чём думать. Её сестры внезапно затихли.

- Лин Мэн, ты выглядишь не очень хорошо. Лучше вернуться во дворец и отдохнуть, – Сун Сяо Мэй посмотрела на неё с тревогой.

- Я не хочу возвращаться! Я не вернусь! – принцесса Лин Мэн боялась вернуться во дворец. Она не знала, как ей надо вести себя после сегодняшнего...

- Старшая сестра Лин Мэн, пойдём и найдём Цзюнь Мосе, если ты не хочешь возвращаться во дворец, – Дугу Сяо И подняла на неё глаза и предложила, улыбаясь. – Этот парень довольно забавный.

Малыш Белыш вдруг хрюкнул и ткнул своей маленькой головой ей в руку, когда она сказала это. Его круглые глаза были очень широко раскрыты. Он уже достиг восьмого уровня, поэтому у него были очень чувствительные уши. Как он мог не почувствовать восторг, когда услышал, что его хозяйка говорит о встрече с тем человеком?

- Звучит неплохо. Я тоже хочу изучить этого парня, раз уж Сяо И восхищается им так сильно. На самом деле, я даже изо всех сил постараюсь думать о нём хорошо. И я наконец-то узнаю, насколько он выдающийся! – принцесса Лин Мэн сказала. Она улыбнулась, издеваясь над собой:

– К сожалению, я до сих пор не смогла понять, какой он замечательный человек. Я была слепой последние десять лет?

Лицо Дугу Сяо И покраснело. Она знала, что слова принцессы не похожи на слова старшей сестры Сяо Мэй. Старшая сестра предупредила ее по чистой доброй воле, но принцесса Лин Мэн только дразнила её. Поэтому она не могла не возразить:

- Конечно, ты предубеждена. Ты смотришь на него с отвращением... так как ты можешь найти в нем что-нибудь хорошее? В любом случае, у меня зрение получше!

Сун Сяо Мэй улыбнулась. Две её сестры придерживались своего мнения и отказывались прийти к согласию. Три женщины неторопливо шагнули к резиденции младшей семьи; их шесть служанок последовали за ними.

Грызня между Дугу Сяо И и принцессой Лин Мэн несколько успокоили настроение.

Расстояние до резиденции Цзюнь было небольшим, и на улицах стало многолюдно. Другие пешеходы восхищались двумя красивыми женщинами, идущими по улице. Все без исключения смотрели на двух милых женщин. Ведь многие не видели настолько красивых девушек за всю свою жизнь.

Вдруг…

Послышался жуткий грохот, и два лазурных огня появились в небе. Через секунду эти два огня внезапно выстрелили в принцессу Лин Мэн. Как будто из лука вылетели две синие стрелы; такой скорости не избежать!

Человек, светящийся лазурным светом, появился рядом с принцессой Лин Мэн. Меч, сверкающий всеми цветами радуги, заблокировал оба других, которые держали в руках два нападающих эксперта уровня Суань Неба.

Йе Гухан появился вовремя!

Три человека отступили одновременно. Два эксперта Суань Неба были одеты в чёрное, а их лица были закрыты масками. Они сначала упали, но быстро вскочили на ноги. Они оба мерцали блестящим синим огнём. Медленно двигаясь, убийцы брали Йе Гухана в клещи. Гухан холодно улыбнулся. Он держал свой обоюдоострый меч наклонённым. Он излучал синий свет, который лился от врага.

Толпа ужаснулась при внезапном начале этого инцидента и быстро разбежалась. Городская улица быстро опустела.

Три человека, включая Йе Гухана, рухнули и запутались. Вдруг раздался громкий свисток. Три лазурных огня появились недалеко и тоже выстрелили в сторону принцессы Лин Мэн; она была за Йе Гуханом.

Голос Гухана дрожал, когда он закричал. Он отступил назад.

Он не уклонялся от их атак и оттолкнул одного ударом ладони, другого – ногой. Увернуться от других атак он не успел. Кровь плеснула на землю; Йе Гухан рухнул перед принцессой Лин Мэн. Его длинный меч звякнул, ударившись о камень.

Ещё трое убийц прибежали одновременно.

Двое убийц, напавших первыми, следовали за отступающим Йе Гуханом. Они двигались с молниеносной скоростью. Злость на лице Гухана быстро исчезла. Она сменилась спокойствием.

Его небесно-голубой цвет Суань становился всё сильнее и сильнее. Даже его жажда убийства словно бы стала острее. Его сила казалась безумным тигром. Движения его меча были абсолютно точными. Удивительно, но один эксперт Суань Неба сражался с пятерыми другими того же уровня — наедине.

Его руки были тверды, когда он отбивал атаки убийц. Тем не менее, он все еще заслонял стройное тело принцессы Лин Мэн. Он приложил все усилия, чтобы отбросить её насколько мог. Потом он закричал:

- Быстрее, беги!

Нежное тело принцессы пролетело около тридцати метров, а затем упало на землю. Её глаза были красными и слезящимися. Она задыхалась от эмоций:

- Дядя Йе...

Большинство людей старшего поколения думали только о собственном благе. Только её дядя Йе был другим…

Глаза Сун Сяо Мэй сверкнули «Цель убийц, очевидно – Лин Мэн. Йе Гухан не сможет задержать пять специалистов по Суань Неба надолго. Мы можем только попросить подкрепление, чтобы справиться с этой ситуацией».

Тем не менее, эти пять великих специалистов Суань Неба можно считать сильнейшими во всём Тянсян. Так что даже если все великие семьи столицы будут оказывать помощь... и даже если их подкрепление придёт вовремя — было сомнительно, что их будет достаточно, чтобы сдержать угрозу.

- Сяо И, быстро отправь Малыша Белыша, чтобы вызвать подкрепление! - Сун Сяо Мэй была очень умна. Она видела зверька за пазухой Дугу Сяо И. Посмотрев ему в глаза, девушка поняла, что он всё понял. Она подсчитала, что никто не сможет вовремя принести помощь... и тем более сбежать. Однако Малыш Белыш был другим — зверёк был очень молод и не очень силен. Тем не менее, он был зверем Суань восьмого уровня. Его скорости не было равных. Даже эксперт Суань Духа вряд ли догонит его. Более того, с его небольшим размером его будет очень трудно поймать...

Дугу Сяо И сразу пришла в себя и вытащила Малыша Белыша из-за пазухи. Неважно, понимает ли он, что она собирается сказать или нет:

- Маленький Белыш, нам очень нужна твоя помощь. Спеши и сообщи моему отцу. Скажи ему, чтобы он пришёл как можно быстрее и спас нас! Торопись!

Сун Сяо Мэй с тревогой допытывалась.

- Ты чего копаешься? - говоря это, она быстро выхватила нож. Оторвав полоску от одежды Дугу Сяо И, она порезала себе руку и смочила ткань, после чего привязала к ноге зверька. Затем она отбросила его подальше.

Когда кто-нибудь из семьи Дугу увидит ткань в крови — они сразу поймут, что Дугу Сяо И в опасности, быстро пришлют кого-нибудь, чтобы их спасти.

Малыш Белыш громко хрипнул и бросился вперёд. Один из пяти убийц лукаво ухмыльнулся:

- Иди сюда, ты, мелкая тварь! - он думал, что это был всего лишь маленький волчонок и попытался схватить его.

Он думал…

Малыш Белыш не думал, он был очень зол. Он вскочил и бросился на человека, обнажив ряд очень острых зубов в пасти. Он безжалостно и без промедлений просто откусил кисть убийцы, одновременно полоснув придурка. Острые когти зверя Суань вырвали ещё кусок мяса. Малыш Белыш гордо пискнул и исчез с глаз, как струйка дыма.

Одетый в чёрное убийца взвыл от боли. Эксперт Суань Неба недооценил противника, подумав, что это всего лишь маленький котенок. Однако этот маленький враг оставил его в таком состоянии…

Неудачник и подумать не мог, что это – молодой зверь Суань восьмого уровня!

Глава 260. Нежность отчаяния

- БАМ! – звук взрыва сопровождался громким эхом. Йе Гухан сделал несколько шагов назад. Потёки крови были видны по углам его рта, но он собрал силы и поднялся в небо, чтобы остановить двух нападавших в масках, которые шли за принцессой Лин Мэн. Его длинный меч казался валуном, который преграждал горный перевал.

Лидер убийц прокричал:

- Йе Гухан, нашей первоначальной целью была только принцесса Лин Мэн. Но теперь у нас нет другого выбора, кроме как убить тебя! - и махнул рукой. Все пять человек молниеносно рванулись к Йе Гухану, атакуя с разных сторон.

Меч Йе Гухана был так же быстр, как змея. Йе Гухан крикнул:

- Кто вы? Не скрывайтесь! Скажите мне свои имена!

- Наши имена? Мы скрыли лица масками не для того, чтобы все знали, кто мы! Удивительно, что ты выдвигаешь такие детские требования, несмотря на то, что ты – лишь эксперт Суань Неба. Я тебе скажу — почему бы тебе не забрать этот вопрос с собой в преисподнюю? Тогда ты смог бы спросить самого Короля Ада, кто послал тебя туда!

Лидер в маске дьявольски улыбнулся. Затем он внезапно бросился вперёд:

- Третий! Поймай девчонку! Оставь Йе Гухана остальным!

С громким шипением его тело поплыло. Он широко раскрыл руки, и резкий свет голубой энергии вышел из каждого пальца. Казалось, он держал в руках десять голубых длинных мечей. Это было очень страшное зрелище.

Один из пяти нападавших — с относительно стройной фигурой, уже повернулся, чтобы преследовать принцессу Лин Мэн.

Гухан увидел это и громко и скорбно закричал: его крик потряс небеса. Его меч казался развернувшимся драконом, и казалось, что на его врагов пролился стальной ливень. Они даже не успели защититься. Четверо отступили, а лидеру убийц полоснуло по плечу. Раздался булькающий звук.

Несмотря на его травмы, Йе Гухан взревел снова! Один человек упал на землю с 25 метров, и под ним стала растекаться кровь. Ещё один человек крутился в воздухе – гравитация ещё не вернула свою власть над ним. Атака Гухана была похожа на ливень мечей.

Остальные поспешили наверстать упущенное, но казалось, что Гухан не боится смерти. На самом деле, он, казалось, подготовил свой меч, и был готов умереть вместе со своим врагом. Он был готов рвать врагов зубами и ногтями. Казалось, что его единственным желанием было спуститься в ад вместе с этими уродами. Он упорно стоял на месте, атакуя раз за разом. Он был похож на олицетворение смерти со своим мечом в руке. Он встал так, чтобы закрыть собой всю улицу.

Пятеро экспертов Суань Неба просто не могли преодолеть это препятствие.

Как может быть сильным один эксперт Суань Неба?

- Если вы хотите забрать Лин Мэн — вам придётся переступить через мой труп! – взревел Йе Гухан.

Каждое движение его меча охватывало большую территорию: они были гордыми и опустошающими.

Каждый удар его меча был одиноким и сумасшедшим.

Каждый удар что-то раскрывал…

Одиночество и запустение, которые пришли к нему уже давно…

То далёкое место, где он похоронил свои эмоции…

Его одинокая жизнь, его одинокие удары…

Его одинокий меч – лишь игра…

У него была лишь одна мысль в голове – он никогда не позволит им навредить Лин Мэн.

Йе Гухан вошёл в безумное состояние берсерка.

«Мой меч вечен!

Небеса и земля вечны; ветры меча моего поднимутся вверх и пронзят Небеса!

Этот меч высечет одинокий путь к Королю Ада!

Этот меч принесёт хаос в мир, и никто не сможет остановить его!

Убивать!

Сдохните!»

Принцесса Лин Мэн была вынуждена бежать дальше и дальше с Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй. Лидер убийц громко закричал. Однако в этот момент он никак не мог дать указаний. Он закусил губу и сказал:

- Вначале разберитесь с этим мудаком - любой ценой!

Йе Гухан громко рассмеялся; его смех был одинок... так же, как и раньше. Его меч бросился вперед и пронзил воздух, остановившись перед самым лицом человека в маске, а затем внезапно ушёл назад. Это заставило убийц отступить в замешательстве, казалось, как будто их откинуло ветром.

Йе Гухан воевал почти всю жизнь. И он почти всегда был окружён многочисленными врагами в боях. Поэтому у него был очень богатый боевой опыт. Очевидно что он собирался показать свою абсолютную силу, так как это касалось жизни и смерти для его драгоценной Лин Мэн.

Его плечо сильно кровоточило, но он вёл себя так, будто всё нормально. Удивительно, но эта рана не повлияла и на его боевое мастерство.

- БАМ! – его меч ударил слева от убийцы, который как раз сделал шаг назад.

Йе Гухан фыркнул: его тело слабо светилось. Он воспользовался ситуацией и ударил мечом, очертив широкий полукруг. Холодно синий цвет исходил из него. Он не двигался ни на дюйм, постоянно сражаясь с тремя врагами одновременно. Последние силы его вот-вот должны истощиться... но он всё ещё продолжал давить на своих противников. Вдруг он рванул с места и крепко схватил одного мужчину в маске, а затем жестоко встряхнул.

Этот человек был вторым учеником Ли У Бэя, Чжоу Цзянь Мин. Он тоже был довольно жестоким по своей природе. Он мог видеть, что Йе Гухан не собирается умереть так легко, и цепляется за жизнь в течение такого долгого времени. Чжоу Цзянь Мин больше не мог этого вынести. Он издал громкий крик и поднял свой большой меч, чтобы проломить ему голову. В этом мече он сосредоточил всю свою Суань Ци. Йе Гухан понял это, и ему было жизненно важно уклониться от него. Возможно, что Гухан будет убит, если не сможет уклониться от нападения.

Его глаза были красными и холодными, когда он отступал. Чжоу Цзянь Мин увидел это и закричал в восторге, бросившись вперёд. Однако Йе Гухан сразу же вернулся на своё первоначальное место после отступления. Затем, он рубанул по мечу Чжоу Цзянь Мина три раза сверху.

Гухан сражался из последних сил. Он был очень истощен после того, как ударил меч Чжоу Цзянь Мина. Тем не менее, убийца почувствовал, словно его три раза ударила тысяча кувалд! Он побледнел, а из уха его вытекла струйка крови.

Чжоу Цзянь Мин не был слабым по сравнению с Йе Гуханом. Тем не менее, он в основном обучался тайно под руководством своего Мастера и приобрёл боевой опыт, сражаясь только с товарищем-учеником. Однако он сражался с Йе Гуханом сейчас; человеком, который сражался зубами и ногтями, как маньяк. Очевидно, он не мог идти с ним в ногу. Разрыв между двумя сторонами был огромным, когда дело дошло до «реальной» схватки за жизнь и смерть, несмотря на то, что у них были довольно равные способности. Поэтому, естественно, что Чжоу Цзянь Мин проиграет.

Йе Гухан был тяжело ранен. Поэтому он действовал не очень опрометчиво. Он потреблял много Суань Ци для того, чтобы держать бой. В поединке один на один он вложил бы в атаки больше силы, чтобы убить Чжоу Цзянь Мина.

Гухан успел подумать: «Жаль». Он бы порвал соперника в клочья, если бы его атака прошла успешно. Тогда он мог бы перехитрить остальных... или даже получил бы возможность отступить и восстановиться.

Тем не менее, Е Гухан не мог действовать так просто, даже, несмотря на то, что его предыдущий удар дал ему преимущество. Другой противник напал сзади. Однако у него хватило сил только на то, чтобы заблокировать одну атаку. Он был не в состоянии выполнить быстрый и ловкий ход.

Жестокая битва вынудила его уйти в оборону. Это отнимало большинство сил Гухана. Тот факт, что Йе Гухан был один и со всех сторон прижат пятью специалистами Суань Неба... и сумел удерживать их до тех пор, пока случай не спасёт его.

Его меч напоминал радугу, предвещающую убийство. Пять нападавших были не такими сильными, как Йе Гухан, к сожалению, это не имело значения сейчас. Он пришел к состоянию, когда у него почти не осталось энергии.

Послышался громкий взрыв. Четверо нападавших опасались, что Чжоу Цзянь Мин потеряет свою жизнь. Их глаза обратились к могущественному мечу. В их глазах была смесь гнева и стыда. Они дрожали, когда выпустили свою жажду крови. Их партия была из пяти экспертов Суань Неба, но их успешно сдерживал один. Это было просто величайшее унижение.

Теперь пришло время решить: победа или поражение!

Йе Гухан горько усмехнулся: «Кажется, моя короткая жизнь закончится сегодня! Я не знаю, успела ли Лин Мэн сбежать достаточно далеко…»

Тёмно-синий свет снова яростно разгорелся из его тела: это было похоже на гигантскую звезду, которая ответила в ночном небе. Йе Гухан сконцентрировал остатки своей истощённой Суань Ци в свой последний удар.

Чжоу Цзянь Мину было стыдно, и он злился. Он ужасно взвыл, безумно вскочил в воздух, и за ним последовали его четыре товарища — все они намеревались атаковать Йе Гухана в небе.

Йе Гухан точно рассчитал атаки противника, и ждал хорошей возможности. Он не знал, когда кроваво-красный цвет исчезнет из его глаз. Но теперь он был спокоен, как тихое глубокое озеро, оставленное без внимания.

Единственное, чего он не мог понять – он боролся в течение значительного периода времени... но почему никто не пришёл, чтобы оказать поддержку? Где были Императорские телохранители принцессы Лин Мэн? Почему эксперты из Императорского дворца ещё не явились?

Однако сейчас не время об этом думать.

Гухан повернулся к внутренней части города и с грустью обвёл его взглядом.

Этот взгляд был полон эмоций... великий океан эмоций, который был бесконечный и одинокий...

«Сю Сю... я боюсь, что не сумею отныне защищать Лин Мэн!

Я знал, что я никогда не смогу получить тебя... я устал от этой жизни уже давным-давно... я знаю, что ты никогда не будешь моей даже в этот момент жизни и смерти... но я не могу отпустить тебя... я ненавижу думать о расставании с тобой…

Ибо ты всегда была самой мягкой частью моего больного сердца…

Сю Сю!

Тебе будет одиноко, если я перестану жить в этом мире? Ты прольешь слёзы обо мне?»

Йе Гухан не успел больше подумать ни о чём – атаки мечей его пяти врагов сошли на него, как буря. Каждый меч нашёл свою цель.

Йе Гухан громко смеялся, крепко сжимая свой меч, лицо его было решительным, спокойным и доброжелательным…

Все сладкие воспоминания о прошлом быстро и ярко мелькали в его голове. Свежесть и чистота... длинные шелковистые волосы, развевающиеся на ветру... улыбка и лицо, полное надежд и ожиданий... И наконец, эти глаза, глядящие на него с нежеланием... все это сначала стало нечётким, а затем исчезло и это…

Последние двадцать лет жизни Йе Гухана промелькнули перед его глазами за секунду...

Глава 261. Малыш Белыш находит спасательный отряд

Резиденция Ли

Ли Юран был один в своей комнате. Напротив висел небольшой портрет.

У человека на снимке были яркие глаза и белые зубы. Это был портрет улыбающейся принцессы Лин Мэн. Ли Юран был достоин того, чтобы называться гением среди представителей своего поколения в Империи Тянсян. Он нарисовал этот реалистичный портрет принцессы Лин Мэн самостоятельно. Он основывался на том глубоком её образе, который он сохранил в своем уме.

Глаза Ли Юрана заволокло болью... «Операция должна была начаться... скорее всего… Лин Мэн…»

Ли Юран ещё секунду сидел так, а потом закрыл глаза. Внезапно с его губ сорвался вопль... он пришёл из глубины его сердца. Крик был похож на вой раненого зверя, который на пороге смерти: это звучало грубо и грустно. Затем он яростно начал бить кулаком по стене.

Вскоре кровь с его разбитых рук начала капать на землю.

Кажется, Ли Юран не спал очень много. Лицо его было безразличным, когда он закрыл глаза, и солёные капли бесшумно покатились из его глаз…

«Прости! Моя возлюбленная! ...чтобы усилить моё влияние и обрести благосклонность людей моего хозяина... я должен был пожертвовать тобой...! У меня не было другого выбора…»

***

Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй медленно уходили из Аристократического зала. Они неоднократно напомнили Танг Юаню приобрести обсуждаемые травы и правильно хранить такие покупки в соответствующем месте. Они казались удовлетворёнными и, следовательно, закончили свой трудный день.

Принимая во внимание тот день – он прошёл удовлетворительно в целом... за исключением нескольких неожиданных инцидентов. Цены на аукционе необыкновенного вина достигли такого уровня, о котором даже Цзюнь Мосе не мечтал.

Третий Принц использовал своё могущественное положение, чтобы совершить преступление в конце мероприятия. Однако это нельзя считать плохим поворотом событий, так как молодой Мастер Цзюнь воспользовался этим инцидентом, и успешно посадил семя сомнения в незрелом и энергичном уме маленького Ян Мо. Он мог бы использовать это в будущем, чтобы, возможно, подстрекать или устранять многие цели.

И снова возвращаясь к первоначальной теме... последняя партия этой сотни бутылок вина была под именем Принца-эквивалента. Таким образом, они были частью акций принца-эквивалента. Так что, казалось бы, что семья Цзюнь и Аристократический зал не имели к ней прямого отношения.

Другие Принцы не встали на сторону Третьего. Однако маловероятно, что Цзюнь Мосе сделает шаг, чтобы помочь им. Потому что это того... не стоит!

Цзюнь Мосе не был человеком мерзкого характера, который всегда стремился к прибыли. Однако он никогда не занимался делами, которые ничего ему не принесут. Это кодекс поведения убийцы. И Цзюнь Мосе так вёл себя — в своей предыдущей жизни, и в этой.

«Герой... я оставлю эту роль для других. Я просто делаю то, что делаю... то, что моё сердце желает... то, чего я хочу. Я решаю, что я люблю, я решаю, что я делаю — никто в этом мире не будет контролировать меня!»

Абсолютная свобода! Это была самая большая цель Цзюнь Мосе, главная цель его жизни.

Цзюнь Мосе однажды сказал перед открытием Аристократического зала:

- Я открою Аристократический зал, когда одного дня его продаж будет достаточно, чтобы поддерживать семью в течение трёх лет!

Однако разве достижения дня не пересекли цель? Возможно, семья могла обедать и отдыхать всю жизнь на эти деньги…

Хай Чэнь Фэн — человек, известный сейчас как «лидер банды Хай» – не смог получить ни одной бутылки этого необыкновенного вина. Тем не менее, Цзюнь Мосе прислал ему подарок из пятидесяти бутылок вина от его собственного имени, такое обращение было обязательным для людей на его стороне.

- Я сделал ставку на миллион таэлей, – эксперт Суань Неба неоднократно поднимал эту ставку. Поэтому он весело получил пятьдесят бутылок и вернулся в своё логово. Он, конечно, объявил, что он получил их во время аукциона, так как он был «аристократом»…

Цзюнь Мосе ехал на лошади, а Цзюнь Вуй был в своём паланкине. Дядя и племянник засунули руки в рукава. Их настроение было веселым, но серьёзным. Каждый думал о своих планах на будущее, и о том, что необходимо сделать по их планам. Оба они индивидуально делали свои расчёты по дороге домой. Удивительно, но они ни о чём не договаривались и даже не говорили.

Дядя и племянник знали, что предстоящая операция будет очень сложной. Однако они не могли проиграть – было обязательным, чтобы они выиграли. Они должны были победить, но они должны были выиграть красиво. Им нужна была безупречная победа.

Однако противник их сидел на козырях.

«Как же мы будем сражаться в следующий раз?»

Рассказы о поражении сильных слабыми рассказываются с древних времен. Однако бедным чудотворцам приходилось не только побеждать кого-то гораздо сильного, но они ещё должны были выиграть свои сражения без каких-либо повреждений. И этот подвиг был крайне трудным, так как это была реальность... а не фантастическая история.

Но и сегодня семье Цзюнь не грозил беспечный спокойный вечер: Цзюнь Мосе увидел тень вдалеке. Эта тень летела в него как молния. Он даже не успел понять, что это, а крошечная белая тень уже обняла его грудь. И не только обняла, но принялась в срочном порядке стонать и визжать. Его когти постоянно прижимались к Цзюнь Мосе, а мокрые глаза были полны беспокойства.

- Что случилось? – Цзюн Мосе быстро заметил полоску светло-зеленой ткани, привязанную к одной из задних ног Малыша Белыша. Он отчётливо вспомнил о появлении Дугу Сяо И перед отъездом, она была одета в светло-зеленую одежду именно такого цвета. А теперь полоска из той же светло-зеленой ткани была привязана к ноге маленького Белыша. Более того — она была запятнана кровью.

«Дугу Сяо И в беде!»

Цзюнь Мосе внезапно стал напряжённым. Он почувствовал, как будто его сердце вдруг схватила холодная рука. Его обычно устойчивая аура сейчас была в хаосе. Милая, красивая... озорная, но цветущая улыбка Дугу Сяо И появилась перед его глазами…

«Когда я начал так беспокоиться об этой девушке?»

Цзюнь Мосе не успел подумать об этом. У него на уме было только одно: «Я должен спасти ее!»

- Третий дядя, Дугу Сяо И в беде, мне нужно проверить! – Цзюнь Мосе ударил ногами по бокам сильного коня, и тот громко заржал в ответ. Его передние копыта поднялись в воздух, он встал на дыбы. Потом он встал и помчался вперёд, как стрела. Сумасшедший стук копыт бил в уши, а Цзюнь Мосе следовал за стремительной тенью Малыша Белыша.

Ветер засвистел, когда конь повернул за угол улицы. Как будто чёрное облако, чья-то аура опустилась на коня Цзюня Мосе. Однако, оказалось, что это было не страшно. На самом деле сильная лошадь подсознательно поскакала ещё чуть быстрее в безумной спешке.

Этот человек был Цзюнь Вуй!

Лицо этого кровавого генерала войны было наполнено холодной убийственной аурой.

Цзюнь Мосе с любовью относился к Дугу Сяо И. Как мог опытный человек вроде Цзюнь Вуя не видеть этого? Для него Дугу Сяо И была уже словно женой племянника, как он мог позволить кому-то беспокоить её?

Он не позволил бы никому сорвать ни один волос с её головы!

Таким был образ мыслей младшей семьи. Так было в случае Гуан Квинхан. И то же самое – для этой девушки.

Цзюнь Вуй не допустил бы повторения трагедии, которая затронула его жизнь. Если он посчитает нужным — он уничтожит всё, чтобы защитить «жену» племянника.

Как Цзюнь Вуй может сидеть на заднице после того, как услышал об этом?

Сильный конь дико ржал и скакал, как сумасшедший зверь. Казалось, что лошадь потеряла рассудок.

***

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй думали об одном и том же: отправить Малыша Белыша в семью Дугу, чтобы организовать спасательный отряд. Только у экспертов из семьи Дугу будет шанс противостоять такой угрозе. Любые другие подкрепления могут оказаться бесполезными, так как у них не будет возможности справиться с пятью такими высокоуровневыми специалистами Суань Неба.

Хотя, в общем, их идея была более чем наивной: Малыш Белыш был ещё детёнышем, и не мог понять их слова ясно. Однако он понял, что его хозяйка находится в серьёзной опасности. И он понял, что хозяин послал его искать помощи.

Но откуда он мог понять, где он должен их искать?

Естественно, он будет искать самого сильного, о ком он мог думать…

Малыш Белыш был довольно умным. Однако в этом мире было всего два человека, с которыми он был близок. Один был, естественно, его хозяйка — Дугу Сяо И. А другой был тот «хороший человек», который был также самым сильным человеком в его голове – Цзюнь Мосе!

Этот человек помог ему повысить его уровень в детстве, так что он уже был самым сильным. Итак, у кого ещё будет искать помощи зверёк, когда его хозяин будет в опасности и нуждается в подкреплении?

Поэтому Малыш Белыш поставил перед собой задачу найти Цзюнь Мосе. В любом случае, он не хотел идти в семью Дугу. «Как бы эти длинные неотесанные бороды быть полезны? Как они могли сравниться с тем «Великим Человеком»?»

Но опять же... если бы он пошёл к семье Дугу за помощью... любые эксперты, которых они могли бы отправить, скорее всего, прибыли бы слишком поздно. Поэтому Малыш Белыш принял правильное решение в своём непреднамеренном невежестве.

Ещё одна немаловажная деталь: Малыш Белыш не мог говорить. Поэтому его попытка прошла бы напрасно, если бы он действительно решил отправиться в резиденцию семьи Дугу. Они наверняка послали бы своих солдат, если бы подумали, что Дугу Сяо И угрожает опасность. Тем не менее, не было никакой гарантии в том, что состав, который они организовали бы, был в состоянии помочь против этих пяти мастеров Суань Неба. Разве эти люди справились бы с поставленной задачей?

***

Меч упал на землю почти беззвучно. Суань Ци, сконцентрированная в ладони, рассеялась.

Йе Гухан постоянно сдерживал атаки врагов со всех сторон. Он бы быстро отступил, если бы не безопасность Лин Мэн. Он бы смог отступить, если бы использовал оставшиеся силы. Тогда он мог использовать свои навыки, чтобы сбежать очень быстро. Скорее всего, он пострадал бы от травм... но сумел бы сбежать и выжить.

Тем не менее, принцесса Лин Мэн не успела уйти достаточно далеко. А эти пять довольно сильных специалистов Суань Неба, несомненно, захватили бы её, если бы он решил отступить в это время. Он не знал, почему они хотят захватить её. Всё, что он знал – это то, что он скорее умрёт, чем позволит им наложить свои грязные потные лапы на его драгоценную Лин Мэн.

Он действовал не из прихоти, он действовал по необходимости.

«Я знаю, что, вероятно, умру. Но я всё равно покажу вам всё, на что я способен!

Либо жизнь, либо смерть; чего мне бояться?!»

С мерзким скрежетом меч пронзил живот Йе Гухана снизу слева. Ещё два меча вонзились сзади. Кровь полилась на землю. Два тяжёлых кулака колотили по груди Йе Гухана.

Рёбра великого воина не выдержали…

Тем не менее, Йе Гухан вдруг, улыбнулся с восторгом на лице. У него была нежная улыбка... или, может быть, неприятная... но она выглядела очень горько на его кровавом лице.

Потому что…

Глава 262. Я откажусь от небес, но не от возлюбленной!

Меч Йе Гухана поднялся и пронзил плечо человека, меч которого пронзил живот воина. Убийца попытался резко вырвать меч из тела Гухана. Но он не сдвинулся с места. Гухан использовал собственные мышцы пресса, чтобы держать длинный меч этого человека!

Это был настоящий бой.

Меч в плече нападающего начал двигаться вверх. Одетый в чёрное был до смерти перепуган этим. За долю секунды он принял умное решение остаться с рукой, а не с мечом.

Он уклонился, чтобы меч не сделал из одного убийцы двух поменьше. Но, к сожалению, было уже поздно. Кровавый меч вырвался у самой шеи, полностью отрезав руку и половину плеча незадачливого убийцы. От вложенной силы меч пошёл немного дальше и успел сорвать часть кожи с шеи и лица. То, что осталось, было страшно видеть — его белые кости были обнажены: пульсирующие, извилистые, похожие на червяков вены были видны, как в анатомическом пособии.

Этот человек закричал, падая назад: его крик больше был похож на вой зверя, чем человека.

Йе Гухан с невероятной скоростью восстановил стойку с мечом. Затем он быстро воспользовался моментом замешательства и снова молниеносно ударил.

Действия Йе Гухана, отсутствие колебаний, нездоровый пофигизм при получении ударов противника — всё это пугало.

Ещё один удар…

Гухан знал, что его сил не хватит на долгий бой. Он знал, что не сможет противостоять объединённой силе этих пяти нападавших. Поэтому все, что он мог – это сражаться изо всех сил, что у него были. Йе Гухан был очень опытным бойцом. Любой может сказать, что все пятеро убийц были экспертами Суань Неба. Но, он мог ясно почувствовать, что Суань Ци двух врагов была нестабильной. Он почувствовал, что в прошлом у них были серьёзные травмы, и они ещё не полностью исцелились.

Он сам теперь был очень слаб. Так что самое большее, что он мог сделать – это забрать их обоих с собой. Однако остальные трое нападавших находились в хорошем состоянии. Поэтому он не мог быть уверен в ситуации. Поэтому эти двое раненых врагов были его главными мишенями. На самом деле, они были его единственными мишенями.

Кулак одного из врагов снова попал ему в грудь. Рёбра треснули и сломались; адская боль пронзила его тело. Но он, используя силу воли, подавил боль и заставил мышцы сжаться вокруг кулака, торчавшего в его груди.

Убийца знал об опасности и энергично пытался освободиться из захвата Йе Гухана. Он почти добился успеха, когда холодный свет меча Йе Гухана коснулся его груди.

Меч смерти!

Кровь вместе с криком вырвались изо рта этого человека, который ещё отчаянно пытался уклониться от атак. Но меч Йе Гухана пронзил его пять раз. Все его висцеральные точки были пробиты, но последний удар, в сердце, прошёл мимо! Удар в сердце прошёл мимо, но энергия удара разорвала сердце убийцы.

Тем не менее, Йе Гухан, вконец обессилел. Он вонзил меч в грудь врага, но не смог его вытащить.

Один из его оставшихся противников всё ещё орал, корчась на земле. Однако у Йе Гухана даже не было сил вытащить меч. Правая рука убийцы уже была отрублена мечом. Но удивительно, что кровь не текла из раны!

Лицо Йе Гухана исказилось в насмешливой улыбке. Тем не менее, его глаза были полны нежной привязанности, когда он посмотрел в ином направлении…

...в направлении Императорского дворца.

Один из убийц подскочил и пнул Йе Гухана. Подлетев в воздух, Гухан упал, перевернулся, но вдруг раздался громкий и ужасающий звук; его рёбра хрустели, словно свежий снег. Однако на его лице не было ни одного признака боли.

Его глаза никогда не были полны такой гордостью прежде, никогда они не были так одиноки…

Они были полны неисчерпаемой мягкости и тоски…

В нём осталось не так много жизни, но он не мог увидеть свою возлюбленную. Так что, глядя на то место, где она жила... в направлении, в котором она была…

Он долго скрывал свои чувства. Очень долго. Слишком долго... «Я думаю о тебе, Сю Сю! Я думаю о тебе! Я... думаю... ты…»

Воспоминания из прошлого начали затапливать его. Он уже был в состоянии транса, но эти образы в его сознании были как живые; эти сны казались реальностью. А потом он услышал нежный голос. Он легко читал маленькое стихотворение снова и снова. Казалось, это продолжалось бесконечно; как маленький лист дерева, плавающий по поверхности озера — это было неотличимо от сна.

«Не жалей о такой глубокой любви,

Я охотно паду и умру в одиночестве.

Сожаление о моей возлюбленной будет преследовать меня вечность,

Я откажусь от небес, но не от возлюбленной...»

Это были стихи, которые Йе Гухан написал для Муронг Сю Сю восемнадцать лет назад.

«Я откажусь от небес, но не от возлюбленной...

Я откажусь от небес, но не от возлюбленной...»

Гухан уже не мог говорить. Однако его губы всё же слегка шевелились. И если бы кто-то умел читать по губам, он бы понял, что воин повторяет последнюю строчку этого стихотворения.

«Сю Сю, я ушёл восемнадцать лет назад, и потерял тебя навсегда. Я оставил тебе это стихотворение... и ты плачешь, когда читаешь его. Я помню по сей день... твои длинные волосы были растрёпаны на ветру, а я…

А я снова ухожу. И я никогда не вернусь после того, как уйду на этот раз. Ты, возможно, узнаешь позже... что, как и раньше... я вспоминал последние строки этого стихотворения в последние мгновения своей жизни…

Я откажусь от небес, но не от возлюбленной...

Сю Сю, я никогда не мог повернуться спиной к тебе всю свою жизнь! Я никогда не повернулся к тебе спиной!»

Чжоу Цзянь Минь заревел как сумасшедший, бросился и начал рубить тело Йе Гухана. Но Лэй Цзянь Хун крикнул громким и властным голосом:

- Хватит! Его Суань Ци уже исчерпана, его тело почти мертво. Мы должны забрать раненых четвёртого и пятого, и захватить эту девочку! Мы должны двигаться! Мы не можем оставаться здесь!

Чжоу Цзянь Мин закричал от разочарования. Он вместе с ещё одним убийцей подхватили четвёртого и пятого, а затем бросились в том направлении, куда убежала принцесса Лин Мэн…

***

Между тем, принцесса Лин Мэн бежала вместе с двумя сестрами. Они пытались заставить ее бежать, но она продолжала оглядываться на бушующую битву. Когда она увидела, что Йе Гухан покрыт кровью с головы до ног — она рухнула. Затем внезапно повернулась туда и закричала:

- Дядя Йе! – её голос выражал чрезмерную грусть.

Ноги принцессы словно вросли в землю, она не могла двинуться даже на полшага. Вдруг, она разрыдалась.

Дядя Йе всегда защищал её с детства. Для неё... он был непревзойдённый в своем поколении. Она знала, что каждый день его жизни он чувствовал себя опустошенным и страдал от разбитого сердца; он был грустным и одиноким человеком. И сегодня... он умер... только чтобы защитить её…

Принцесса Лин Мэн вдруг почувствовала жгучую боль в груди.

С семьёй Тянь у неё не было никакой связи.

Она знала, что ее отец, Император, очень любил её; она знала это с того дня, как она стала достаточно взрослой, чтобы понять такие вещи. Однако её отец, Император, был слишком гордым. Даже когда она скучала по нему, и хотела обнять его — её отец обнимал её... но он никогда не держал её долго. Ему всегда нужно было о чём-то заботиться. Через секунду он снова становился «достойным Императором».

Отец и император. Когда эти двое рассматриваются вместе — Императору всегда будет придаваться большее значение, чем Отцу. Отец, Император... её отец превращался в Императора всякий раз, когда возникала необходимость. А вот из императора в Отца...

Гухан был словно настоящим отцом для неё. Она могла вести себя, как испорченный ребенок перед ним, капризничать, и даже плакать всякий раз, когда ей хотелось. Так что, даже если она назвала его «дядей», она считала его своим отцом.

Он всегда баловал её. Однако он ругал её без милосердия, когда она совершала ошибку.

«Но он был очень добр ко мне!

Он всегда охранял меня молча. Он никогда не появлялся на публике. Он никогда ни к чему не стремился. Он даже ничего не требовал для себя! Он просто оставался в тени. И он казался очень довольным...

Но он был первым, кто появлялся и защищал меня, когда я сталкивалась с опасностью!

Он был первым, кто встал перед моими братьями, когда они издевались надо мной.

Он всегда присматривал за мной! Даже сейчас он лежит ради меня. Он, наконец, упал... первый раз за все эти годы... он, должно быть, очень устал. Дядя Йе, ты хочешь отдохнуть?

Разве ты не хочешь увидеть свою маленькую Лин Мэн ещё раз? Ты хочешь бросить свою маленькую Лин Мэн и уйти? У тебя есть сердце...? У тебя есть сердце?!

Дядя Йе... ты знаешь, что в моём сердце... ты всегда будешь моим отцом…

Отец! Пожалуйста, не оставляй меня…»

Принцесса Лин Мэн стояла неподвижно. Она не знала, что делать или думать. Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй старались изо всех сил, но она оставалась неподвижной…

«Почему мой «отец» ещё не прибыл? В чем причина?! Почему он не появился, когда дядя Йе делает всё возможное?! Он должен прийти!

Если дядя Йе действительно покинет меня... я буду мстить! Я сойду с ума и отомщу всем!

Я посвящу свою жизнь мести!»

Принцесса Лин Мэн плакала в сердце, и казалось, что ее грудь вот-вот взорвётся от гнева. Однако она не смогла сказать ничего вслух. Слёзы застилали её глаза, и словно пятитонный камень перекрыл ей горло. Её руки и ноги были холодными. Все её тело дрожало, будто она оказалась в мире вечного льда и снега.

Трое убийц в масках бросились к ней. Лэй Цзянь Хун кинулся к принцессе, чтобы схватить её. Однако принцесса Лин Менг просто стояла на месте с пустым выражением лица. Она никак не реагировала ни на что.

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй встали перед ней. Их тела засветились золотым светом…

Тот факт, что они достигли края уровня Золотого Суань, был весьма примечательным, особенно если учесть их возраст. Две девушки достали кинжал и меч, и приготовились к бою.

Однако, сила противоположной стороны…

- Свалите вон! – Лэй Цзянь Хун махнул руками, и две девушки отлетели назад. – Я не хочу убивать вас! Так что не заставляйте меня!

- Кто ты? Кто ты такой?! – казалось, принцесса Лин Мэн только что очнулась ото сна. Она не боялась... ей нужно отомстить за своего дядю Йе!

Её глаза были полны ненависти:

- Кто ты, человек? Почему я так важна для тебя? Зачем ты убил моего дядю?!

Громкий крик поразил Лэй Цзянь Хуна. «Такая нежная и хрупкая женщина может издавать такой жуткий рык…»

Глава 263. Спасти или не спасти

- Вам не нужно знать наши личности. И вам точно не нужно знать причину наших действий. У вас всё равно нет шансов выжить! – Лэй Цзянь Хун понятия не имел, почему он раскрыл свои намерения этой женщине.

- Я не отпущу тебя за это! Я убью тебя и твою семью! Я убью тебя! – слёзы наполнили глаза принцессы Лин Мэн. Однако она насильно открыла их и, не моргнув, уставилась на убийцу:

- Я даже твою душу не пожалею!

Казалось, что её скорбный крик расколол голубой купол неба. Осенний ветер шелестел. Ее волосы чуть поднимались, а свистящий звук дующего ветра становился все громче и громче. Даже сейчас она каким-то образом источала ощущение красоты.

Сообщники Лэй Цзянь Хуна вдруг остановились. Он и сам почувствовал холод. Интуиция вдруг взревела, предупреждая его уйти как можно дальше от неё. Он почувствовал себя немного стыдливо и… страшно. «Я – эксперт Суань Неба. И всё же, несколько слов этой молодой женщины заставили меня нервничать? Это неразумно!».

Бах! Лэй Цзянь Хун впал в ярость из-за своего стыда, и дал звонкую пощёчину принцессе.

- Вонючая шлюха! Твоя смерть близка, и всё же ты дерзишь мне?! Не слишком доверяй своей уверенности, иначе я убью тебя прямо сейчас!

Лицо принцессы опухло, и отпечаток мужской ладони проявился у неё на щеке. Однако она упорно смотрела на него. Её взгляд был полон горькой ненависти.

Лэй Цзянь Хун снова посмотрел на ядовитое выражение лица принцессы Лин Мэн. Неясный гнев поднялся внутри него, когда он понял, что принцесса до сих пор не сдалась. Более того, эта принцесса имела важную связь с теми метательными ножами, которые убили четырёх его учеников. И сегодня вечером телохранитель этой женщины серьёзно ранил еще двух его братьев-учеников. Гнев поднялся ещё выше, и крайняя ненависть вскоре превратилась в жажду убийства.

Третья женщина-ученица увидела, как её брат-ученик наполняется желанием убить. Она поспешно посоветовала:

- Старший брат, эта женщина связана с тем человеком. Так что было бы лучше, если бы мы не убили её, пока тот человек не прибудет, чтобы спасти её…

Лэй Цзянь Хун сжал зубы. Затем он внезапно ударил принцессу по шее: она сразу упала в обморок. Затем он взял её на руки и бросил третьему ученику. Затем, он приказал всем уйти.

- Отпусти принцессу! – Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй бросились, чтобы остановить убийц. Они знали, что не смогут совладать с ними. Тем не менее, они просто не могли позволить врагу захватить принцессу Лин Мэн и уйти.

Лэй Цзянь Хун яростно выдохнул. Женщина-ученик встала, чтобы встретить их.

БАХ! БАХ! Две девушки получили по одному удару ладонью в грудь. Они отлетели назад, из уголков их ртов вытекли капли крови. Трое одетых в чёрное убийц затем устремились вверх и исчезли.

Дело не в том, что Лэй Цзянь Хун не хотел убивать двух женщин — он просто не мог.

Его ненависть не диктовала другого варианта в деле принцессы. Однако, в случае двух других женщин – одна имела поддержку семьи Сун и семьи Танг, в то время как другая имела поддержку семьи Дугу. Три великих семьи собрались бы вместе, если бы что-то случилось с ними двумя. Они стали бы проблемой, достаточно большой, чтобы поставить семью младшего брата Ли в невыгодное положение.

Чуть позже…

Послышались удары копыт, их звук напоминал звуки дождя. Удары копыт прозвучали только минуту назад, а сильный конь уже поворачивал за угол, чтобы прибыть на место сражения. Двое мужчин спустились с лошадей.

На земле была лужа крови. Одинокое тело Гухана лежало посреди неё.

- Младший Йе! Йе Гухан! – Цзюнь Вуй воскликнул в тревоге. Он упал на колени возле тела Гухана. Он должен был скрывать правду о своих исцелённых ногах, но теперь ему было плевать. Он встал на колени рядом с Йе Гуханом и взял его левое запястье в свою руку. Затем, чистая Суань Ци начала течь от Цзюнь Вуя в серьёзно раненого человека. У Гухана оставалось очень мало жизненной силы.

Гухан перенёс огромную кровопотерю. Его тело также было ранено очень серьёзно. Его запасы энергии были исчерпаны. Шансы на выживание были очень маленькими. Если бы не беспокойство его сердца, возможно, он бы не выжил до сих пор. Однако его жизнь уже начала слабеть. Казалось, что его дух начал покидать его тело. У него была несравнимая сила воли, но трудно противостоять истечению жизненной силы, когда ангел смерти опускается за твоей душой.

Затем сознание Йе Гухана слегка очистилось из-за чистой Суань Ци, которая потекла в его тело от Цзюнь Вуя. Он открыл глаза и увидел его лицо. Глаза «ожившего» засветились, и торопливость была видна в них.

Тревога... мольба... Йе Гухан был полон таких эмоций.

- Что здесь произошло? – Цзюнь Вуй спросил, но Йе Гухан не мог говорить. Цзюнь Вуй оглянулся. «Эта улица должна быть шумной. Но здесь никого нет, это так странно! Куда все ушли?».

- Кто-нибудь знает, что здесь произошло?! – Цзюнь Вуй взревел от гнева. Вся улица сотряслась от его крика.

Все равно никто не ответил.

Йе Гухан и ЦзюньВуй были ровесниками своего поколения. На самом деле, третий Мастер младшей семьи был немного старше, чем Йе Гухан. У семьи Йе и Цзюнь были дружеские отношения. Поэтому, Цзюнь Вуй и Йе Гухан раньше были друзьями. А когда власть Семьи Йе упала, Цзюнь Вуй и Йе Гухан не видели друг друга с тех самых пор. Это произошло около десяти лет назад. Цзюнь Вуй не ожидал увидеть своего дорогого друга через десять лет... и как раз, когда он был на грани смерти.

Йе Гухан чувствовал, что чистую Суань Ци вводит в его систему Цзюнь Вуй. Он был удивлён, осознавая, что Цзюнь Вуй превзошел его культивирование. Цзюнь Вуй достиг вершины Среднего уровня Суань Неба. Это было очень удивительно. Тем не менее, Йе Гухан также чувствовал, что его шансы выжить падают в то же время. Поэтому его глаза становились всё более и более понимающими, но вскоре они стали выражать чистый гнев.

Цзюнь Вуй смотрел, как аура Йе Гухана становится всё слабее и слабее. Затем он посмотрел вверх:

- Mосе... ты можешь... спасти его?

Цзюнь Мосе вздохнул: «Третий дядя просит меня сделать то... чего даже он не может сделать...» По правде говоря, молодой господин Цзюнь имел полную веру в способности Пагоды Хунцзюнь. Он был уверен, что сможет оживить человека независимо от степени его травм. Он смог ликвидировать яд, который мучил его дядю десять лет. На самом деле, она даже сработала, когда Хай Чэнь Фэн уничтожил свой собственный дантянь и систему циркуляции Ци.

Состояние Гухана было очень нестабильным, на самом деле, он почти скончался. Тем не менее, Цзюнь Мосе никогда не считал себя спасителем. Более того, у него не было никаких благоприятных мнений о Йе Гухане и принцессе Лин Мэн. На самом деле, оказание им помощи может привести к увеличению его проблем. Следовательно, помогая ему, не было бы ни малейшего преимущества — эта сделка приведёт только к потере.

Однако это был его Третий дядя, который просил о помощи; ему было трудно отказать дяде в такой ситуации. Поэтому Цзюнь Мосе недовольно и неохотно присел рядом со своим дядей. Он протянул руку и взял руку Йе Гухана. Затем он медленно закрыл глаза. А дальше всё как всегда – активировать «Искусство Разблокировки Небесной Удачи», потом профит. Чистая Суань Ци начала изливаться неуклонно. Однако брови Мосе поползли вверх.

Юный Мастер Цзюнь был поражён масштабами травм Йе Гухана. «Их нельзя воспринимать легкомысленно. Его травмы похожи на те, которые были у Хай Чэнь Фэна. Почти уверен, что он умрёт от этих травм. На самом деле, это чудо, что он держался, и не умер от ран до сих пор! Похоже, что у него нет даже половины его лёгкого слева. Кажется, что его сила воли – это единственное, что держит его дух в его теле!».

Аура Цзюнь Мосе прикрыла тело пострадавшего. Он был ранен во многих местах. По крайней мере, тридцать мест, где он получил травмы... возможно, больше. Его живот внизу был распорот, плечо серьёзно повреждено, бока превратились в кровавые лохмотья, рёбра стёрты едва ли не в пыль... и его пять жизненно важных точек тоже были повреждены. Он был в очень плохом состоянии. «Чёрт!»

Цзюнь Мосе был предельно уверен в своем Искусстве, когда столкнулся с таким состоянием. Однако он не видел ни малейших шансов вылечить Йе Гухана... Цзюнь Мосе мог только продлить жизнь человека, предотвращая его от ухудшения травм — чтобы он умер не от них. Однако он не смог предоставить гарантии исцеления человека…

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй подбежали к ним издали. Они кричали громкими голосами:

- Брат Мосе, принцессу схватили! Мы должны срочно спасти её!

Цзюнь Мосе мог сказать, что обе женщины были ранены тоже довольно сильно. Он собирался приветствовать их. Однако он остался сидеть после того, как услышал их слова. Он думал: «А каким вообще боком судьба принцессы стала моим делом? Почему вы требуете, чтобы я сделал для неё всё возможное? Я не имею к ней никакого отношения. И разве вы не видите состояние Гухана? И теперь вы хотите, чтобы мой Третий дядя сделал всё возможное? Причина? По какой, сука, причине мы должны помогать этой принцессе?»

Однако всё тело Йе Гухана начало дрожать, когда он услышал это. Его лицо, которое было смертельно бледным, вдруг покраснело немного. Его глаза стали немного ярче и теплее. Он посмотрел на Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя — умоляя их спасти принцессу.

Гухан хватался за соломинку. Он заметил, что уровень Цзюнь Вуя превысил его, поэтому, если он возьмёт на себя эту задачу, всё равно останется шанс спасти принцессу.

Цзюнь Вуй подумал мгновение и тихо спросил:

- Хочешь, чтобы мы спасли принцессу?

Глаза Йе Гухана показали в ответ счастье.

- Прекрати суетиться. Как, по-твоему, мы спасем её своими силами? Просто говори откровенно, ты хочешь, чтобы мы сдохли! – Цзюнь Мосе продолжал работать. Он даже бровью не повёл:

- Суань Ци Третьего дяди достигло высокого уровня, это правда. Но его тело всё ещё очень слабое. Его здоровье неполное, и он не в состоянии ходить. И у них была сила оставить тебя таким, а ты просишь моего дядю... и даже кого-то такого слабого, как я? Более того – у меня нет намерения спасать её, и у меня нет сил. Есть древняя поговорка — жизнь и смерть, судьба решается небесами. Это должно быть актом судьбы.

«Ты думаешь, что я глуп? Прилагать все усилия, чтобы сдохнуть... что хорошего это принесёт нам, даже если мы спасём глупую Принцессу? Восстановление моего Третьего дяди будет разоблачено вместе с его силой. Мало того, моя сила будет раскрыта в этом процессе. Разве недостаточно того, что я помешаю тебе умереть? Ты не можешь довольствоваться этим? Даже если бы на моём месте были другие... даже восемь Великих Мастеров не стали бы использовать этот метод, даже Юн Би Чен!».

Дыхание Гухана было уже слабым, но теперь оно стало бешеным, так как он начал сильно дрожать из-за своего гнева. Цзюнь Мосе почувствовал быстрый рост пульса. Грудь дрожала, он задыхался…

Гухан упорно смотрел на Цзюнь Мосе. Сначала его выражение было выражением неисчерпаемого гнева... потом оно превратилось в «умоляющий» взгляд. Сердце Цзюнь Мосе дрогнуло, когда он стал свидетелем такого скорбного выражения. Он был уверен, что Йе Гухан, несомненно, отказался бы от собственного уважения и гордости, если бы он мог говорить, и тогда умолял бы молодого мастера Цзюнь спасти принцессу.

Внезапно лицо Йе Гухана потемнело, и из его горла раздался журчащий шум. Казалось, что он использовал все свои оставшиеся силы для последнего усилия. Его рот открылся, но он едва смог выплюнуть два слабых слова:

- Прошу... спаси…

Потом его голова закружилась, и он упал в обморок.

Гухан решил сжечь последние свои жизненные силы, чтобы сказать эти слова.

Он не смог закончить свое предложение. Однако Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй ясно поняли, что он хотел попросить их: «Прошу вас, спасите Лин Мэн!». Он провёл последние моменты своей жизни и вложил всю жизненную силу, чтобы попросить их…

- Он... мёртв? – Цзюнь Вуй казался грустным и тревожным, когда он спросил.

- Он ещё не умер... хотя он почти мёртв. Он находится в «подвешенном» состоянии около смерти, – рука Цзюнь Мосе всё ещё вливала чистую энергию в Йе Гухана.

– Однако если его состояние останется прежним, может случиться и худшее.

- Спасать людей – это как тушить пожар, ты не сумеешь спасти всех! – бросила Дугу Сяо И и схватила куртку Цзюнь Мосе. - Быстрее спаси принцессу Лин Мэн, что ты ждёшь?!

- Каким хреном это моя забота? – Цзюнь Мосе злобно посмотрел на неё. - Почему ты хочешь, чтобы я спас принцессу? Я что, Принц или что-то в этом роде? Ты хочешь, чтобы я ушёл и там сдох? Йе Гухан – эксперт Суань Неба. Разве ты не видишь, что они превратили его в простой мешок мяса? У меня нет сил, чтобы сравниться с ними, но ты хочешь, чтобы я пошёл и спас её? Как ты вообще можешь такое говорить?

Цзюнь Мосе упрекнул в сердце: «Ты – не принцесса Лин Мэн, почему я должен проявлять себя для такой глупой бабы? Я бросился ради тебя, я не думал, что это превратится в такую большую проблему…»

- Ты... э-э... а что тогда нам делать? – Дугу Сяо И вспомнила, что Цзюнь Мосе был не настолько сильным. На самом деле, он даже не мог сравниться с ней. Так как он будет иметь дело с несколькими экспертами Неба Суань? Что она только что сказала? Она вдруг пожалела о своих словах, и теперь потерялась.

- Почему... ещё не прибыли те охранники из Императорского дворца?

Эти слова не представляли никакого интереса для слушателей. Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе смотрели друг на друга в молчаливом понимании.

- Мосе, как акт доброты к Йе Гухану... как его последняя воля… мы должны помочь. И, в конце концов... она принцесса, – Цзюнь Вуй сказал тактично. Он знал, что его племянник не интересовался принцессой Лин Мэн. Он прекрасно понимал, что его племянник будет сидеть и наблюдать, бездельничая.

Таким образом, он решил использовать имя Йе Гухана вместо принцессы. Он сказал это, так как он уже знал, что его племянник не будет пытаться спасти её иначе.

Он хорошо знал своего племянника. Он знал, что его племянник более чем способен на это. На самом деле, это был бы естественный инстинкт юноши — и он будет иметь чёткое осознание в этом отношении.

- Я не буду этого делать! Меня это не интересует, – Цзюнь Мосе отказался. У него было слабое чувство: «Это не похоже на незначительное дело... цена за раскрытие моей истинной личности... будет слишком высока…

Я бы ничего не сделал, так как это не имеет ничего общего со мной — даже если бы она была дочерью божества, не говоря уже о том, что она принцесса, я бы предпочел использовать это свободное время, чтобы поиграть с Малышом Белышом – и то толку больше…

Опять же... Великий Убийца Цзюнь не будет работать, когда у него нет преимуществ от сделки…».

- Я пойду, даже если ты этого не сделаешь, – Цзюнь Вуй злобно поднялся на ноги и прыгнул на лошадь. – Я иду не ради принцессы, я иду, потому что меня попросил Гухан! Йе Гухан бы уничтожил город ради принцессы – так же, как твой дед сделал бы это для тебя! Как мы можем сидеть, сложа руки, и игнорировать такие чувства!

Глава 264. Заставить кого-то делать грязную работу?

Цзюнь Мосе не согласился бы независимо от того, что сказал бы его дядя, за исключением того, что он упомянул этот инцидент.

Сердце Цзюнь Мосе снова дрогнуло. Внезапно он вспомнил о том, как Цзюнь Чжан Тиан едва не начал войну, о том, как его дед вёл свои войска зачищать столицу. Эта память внезапно согрела его сердце.

Убийца Цзюнь знал, что решение его Третьего дяди было основано больше на эмоциях, чем на причине. Тем не менее, это приведет к большому вреду для семьи Цзюнь, если Цзюнь Вуй действительно возьмёт на себя эту задачу — независимо от его успеха в спасении принцессы. Однако небеса найдут способ, когда человек благородного характера ставит перед собой праведную задачу.

Было бы трудно скрыть причастность дяди, если такой известный генерал будет вовлечён в дело. Однако если Цзюнь Мосе сам возьмётся за задачу, то…

- Хорошо, тогда я пойду. Чёрт! – Цзюнь Мосе сделал глубокий вдох. Затем он быстро перевел чистую Суань Ци в сухие меридианы Йе Гухана, чтобы сохранить его в живых на время. – Но тебе не нужно сопровождать меня, дядя, — одного меня будет более чем достаточно. Итак, вы возвращаетесь домой. Но убедитесь, что его тело не будет слишком сильно качаться на обратном пути…

- Я понимаю эти спасательные операции, в отличие от тебя, – перебил его Цзюнь Вуй. - Но я отступлю...

- Ты прав, ты веришь в меня... впрочем, там пять экспертов Суань Неба, – Цзюнь Мосе улыбнулся горько. Он встал и вскочил на коня. Затем он прижал ноги к коню и приготовился скакать.

- Ты... негодяй. И будь осторожен, – сердце Дугу Сяо И внезапно было захвачено её привязанностью к Цзюнь Мосе. Она была очень хорошо осведомлена о силе подлеца Цзюнь. Она чувствовала, что хочет преградить ему путь, чтобы он не ушёл. Дугу Сяо И была крайне обеспокоена. Настолько, что она временно скрыла эгоистичную мысль... «Лучше держать этого негодяя в безопасности, чем спасать принцессу...»

Цзюнь Мосе вскочил на коня и задумался. Он решил, что не оглянется назад, так как выбрал действовать. Лошадь заржала и подняла копыта. Затем они поскакали на большой скорости.

Стройное тело Дугу Сяо И дрожало. Сун Сяо Мэй медленно подошла к ней и взяла её за руку. Затем она сказала:

- Не волнуйся, с ним ничего не случится.

- Старшая сестра Сяо Мэй, я была слишком... вынуждена его вот так... что мне делать, если с ним что-то случится? – Дугу Сяо И спросила неуверенно. Она очень волновалась.

- Не случится, расслабься, – Сун Сяо Мэй ответила, а потом подумала: «Как вы заставили его? Это были слова третьего мастера Цзюнь. Он, вероятно, не послушал бы, если бы ты попыталась заставить его даже десять тысяч раз. Ты не смогла бы заставить его. Боюсь, что нынешняя ты не в состоянии заставить его делать что-либо…».

Тем не менее, эти слова оставили бы Дугу Сяо И с разбитым сердцем. Поэтому Сун Сяо Мэй могла об этом только думать.

Нападение на принцессу Лин Мэн, прибытие Йе Гухана, его ожесточенная битва, получение серьёзных травм и, наконец, как Лэй Цзянь Хун схватил принцессу и ушёл — всё это заметил человек, скрытый в темноте.

Этот человек был ни кто иной, как мистер Вэнь. Он последовал за принцессой Лин Мэн в Аристократический зал в качестве второго человека. Аристократический зал позволил каждому приглашенному привести двух друзей. Император занял одно место с принцессой Лин Мэн. Затем господин Вэнь стал её вторым гостем.

Кроме его статуса, господин Вэнь обладал огромной силой. Настолько, что даже Хай Чэнь Фэн не смог бы справиться с ним. Естественно, всё было бы по-другому, если бы он решил протянуть руку помощи.

Жаль, что нет.

Господин Вэнь восхищался преданностью и любовью, проявленной Йе Гуханом. Он чувствовал желание помочь Йе Гухану несколько раз во время боя. Однако он, к сожалению, не смог. Император разработал план, чтобы выманить этого таинственного Мастера, и этот план сошёл бы на нет, если бы он напал.

Этот эксперт превратился в кошмар для императора Тянсян после того, как он спас принцессу Лин Мэн! Император просто не мог позволить таким могущественным и неизвестным специалистам гулять в своей империи, особенно, когда он не мог за ними присматривать.

И не имело значения, даже если бы этот человек был просто отшельником. Однако он имел некоторую связь с принцессой Лин Мэн и мог ввязаться в Имперские споры. Возможность участия такого могущественного человека в Имперских делах не была хорошей новостью для Императора. Поэтому Император не мог терпеть его существование.

Его намерения были хорошими. Но всё равно было важно понять этого человека. Император не успокоится, пока ему не станет ясно положение этого человека.

Этот таинственный эксперт был одним вопросом. Но таинственный человек за Аристократическим залом также превратился в кошмар для Императора.

Мистер Вэнь почувствовал чувство противоречия внутри себя... впервые с момента своего рождения.

Он беспомощно смотрел, как Йе Гухан упал на землю, и лежал там молча. Господин Вэнь обычно был спокойным человеком... однако, он стиснул зубы так сильно, что они чуть не отвалились. «Он великий человек! Он сжег каждый кусочек своей энергии, чтобы помочь принцессе. А человек, который мог бы помочь принцессе, вынужден сидеть и смотреть из стороны в сторону!

Совесть? Какая совесть? Нет, не видел».

Однако принцесса Лин Мэн была захвачена. «Этот таинственный эксперт должен был появиться. И с принцессой ничего не должно было случиться».

Император поручил ему эту задачу.

«Что делать с Йе Гуханом? Он на последнем издыхании».

У мистера Вэнь не было выбора. У него не было сердца, чтобы игнорировать это. Однако он ничего не мог с этим поделать. Поэтому он с сожалением посмотрел, как тело Йе Гухана упало на землю, и вздохнул с раскаянием. Затем, он бросился в направлении, куда эти нападавшие сбежали с принцессой, и устроил погоню за ними.

Сильный ветер дул ему в лицо, когда он начал преследовать их. И в этот момент он что-то понял. Весь этот план был составлен, чтобы привлечь этого таинственного эксперта, и найти виновника нападений на принцессу Лин Мэн. Однако он хорошо знал Императора. «Император может иметь другие эгоистические мотивы за этим вопросом».

Они никогда не говорили об этом: великий и мудрый Император, очевидно, был смущён признаться в этом. Тем не менее, господин Вэнь мог понять – существование Йе Гухана тоже было предметом беспокойства Императора. На самом деле, это был вопрос большой тревоги.

Ни один мужчина не смог бы терпеть другого мужчину, положившего глаз на его жену больше десяти лет. В этом году, видимо, дело дошло до точки кипения Великого Императора. Император был, в конце концов, тоже человек. На самом деле, его стремление к контролю было больше, чем у других — это понятно, не могло же оно быть слабее.

Неважно, что этот человек не перешёл черту. До тех пор, пока мысль была... это было огромное преступление, не гарантирующее прощения от смертной казни.

Так что было необходимо, чтобы Гухан умер.

Это было реальной целью, среди нескольких других, более насущных вопросов. Император фактически убил его заимствованным ножом.

«Он запланировал такое! Неудивительно, что телохранители принцессы были настолько слабы и не желали действовать... неудивительно, что он послал только меня спасти принцессу, и никого другого! Неудивительно! Это было почти то же самое, как «запрет» на любую другую помощь... так вот что происходит».

Вэню ничего не оставалось, кроме как восхищаться поведением Императора. Его план был точным и безжалостным. Его мышление было осторожным и дотошным. «Мои собственные схемы не могут быть такими злыми, как его...».

Он заметил трёх людей на расстоянии впереди. Однако мистер Вэнь испытывал трудности в понимании собственных эмоций.

Цзюнь Мосе быстро скакал на лошади и быстро пересёк несколько улиц. Он безжалостно бил лошадь, и она летела со скоростью стрелы. Углы рта её начали пениться. Юный Мастер Цзюнь быстро оглянулся и увидел, что позади никого нет. Тогда он бросил поводья, поднялся на спине лошади во весь рост, а потом просто исчез…

Лошадь остановилась и заржала, когда пропал молодой Мастер Цзюнь. Поводья, брошенные молодым мастером Цзюнь, запутались в соседнем дереве и образовали плотную петлю.

Он либо что-то делал, либо нет. Но когда он действовал, он делал это с полной отдачей. Он сделал бы всё.

Это был кодекс поведения Убийцы Цзюнь. Ничего не будет иметь значения, как только он принял решение.

Не имело значения, даже если бы принцессу Лин Мэн резали на куски перед ним, если бы он решил не спасать её. Убийца Цзюнь бы просто спокойно смотрел на это шоу. На самом деле, он мог бы ещё прокомментировать, как нужно правильно пользоваться ножом... или что нужно взять не заточенный нож. Однако так как он решил спасти её — он мог быт гарантировать, что ни один волос не упадёт с её головы. Он спас бы её, а затем сбежал.

Цзюнь Мосе активировал «Побег Инь Ян». Его скорость значительно возросла по сравнению с обычной. Не было никого, кто мог бы увидеть его. Однако молодой мастер Цзюнь действительно наслаждался собой.

Цзюнь Мосе понял, что он становится всё более опытным в управлении «Побегом Инь Ян» с тех пор, как он открыл второй этаж Пагоды Хунцзюнь. На самом деле, теперь он мог использовать его в соответствии со своими желаниями. Цзюнь Мосе от всей души использовал это умение прямо сейчас. Он чувствовал себя полностью слившимся с миром и испытывал чувство отрыва от всех мирских дел. Он чувствовал, как будто он может пойти куда угодно в этом огромном мире, и не было места, недоступного для него, пока он хотел туда…

«Искусство Разблокировки Небесной Удачи» текло, как река Янцзы, внутри его тела - бесконечное и безграничное. Энергия постоянно просачивалась из Пагоды... В его теле был поток непрекращающейся энергии с тех пор, как он открыл «Искусство разблокировки Небесной удачи». И весь этот ореол был прямо в Пагоде Хунцзюнь…

Эти вещи, очевидно, приняли форму петли - идеальный цикл.

Цзюнь Мосе не мог не вспомнить некоторые из Даосских учений из его предыдущей жизни, хотя он не смог их понять в тот момент: жизнь - это море страданий, а человеческое тело - это единственный плот, доступный, чтобы пересечь его...

Цзюнь Мосе чувствовал, что эти слова очень соответствуют его нынешнему состоянию.

Молодой господин Цзюнь хотел остаться в этом дивном месте навсегда. Однако сложившаяся ситуация не позволила ему продлить срок, на который он мог бы остаться в таком состоянии. Это было по-настоящему жалко…

А когда реальность по-настоящему оправдала ожидания людей?

Вдруг впереди произошли перемены.

Цзюнь Мосе летел вперёд и тихо покрывал тридцать метров за один шаг.

Три человека постоянно меняли направление движения, двигаясь в сторону города. Они были похожи на струйки дыма. Их движения были быстрыми и ловкими. Он мог видеть, что эти три человека были весьма опасными. Эти люди словно знали, что кто-то приближается к ним. Они перестраивались, чтобы избежать встречи с человеком. Эти люди не наткнулись ни на кого за всю дорогу, за исключением нескольких простых людей.

И обычный человек не смог бы обнаружить их, учитывая скорость, с которой они двигались. Он просто почувствовал бы, как около него подул прохладный ветерок, а нападавшие продолжали бы бежать, не оставляя ни единого следа...

Глава 265. Вас подставили!

Цзюнь Мосе сделал глубокий вдох, а затем увеличил свою скорость. Он оставался чуть более чем в ста метрах позади трёх одетых в чёрное людей и соответствовал их темпу. Он вдруг обнаружил колебания ауры, и понял, что кто-то ещё преследовал этих троих. И он мог сказать из движений этого человека, что его культивирование было гораздо выше, чем у этих троих…

«Не говорите мне, он из Императорского дворца?» - Цзюнь Мосе задумался и придумал план…

Мистер Вэнь также почувствовал присутствие кого-то другого. Однако он не мог найти этого человека, когда он огляделся. Однако Мистер Вэнь имел очень сильное осознание, и он мог сказать, что этот другой человек был немыслимо грозным экспертом.

«Но почему я не могу найти его?»

Площадь открылась впереди. Три неразличимых тени перепрыгнули через городские стены и в считанные минуты убежали далеко. Мистер Вэнь выбрал этот момент для исследования и остановился там специально на некоторое время. Он не верил, что эти «малолетки» смогут оторваться от него. Итак, он решил посмотреть, как этот человек может прятаться на этом широком открытом пространстве.

«Я не думаю, что величайший из старшего поколения сможет спрятаться от моих глаз здесь».

Однако Мистер Вэнь был разочарован.

Он подождал минуту, но не смог увидеть этого человека. Все, что он мог сделать – это почувствовать сильную и грозную ауру, которая подлетела ближе, а потом ушла вдаль. На самом деле, аура прошла вдаль через это пустое пространство. Но он даже не видел этого человека.

«Это... как это возможно?

Такой человек существует в смертном мире!» Мистер Вэнь сделал глубокий вдох. Тем не менее, его внутренности были теперь наполнены жгучими устремлениями. «Какая была бы замечательная жизнь... если бы я сражался с таким экспертом лицом к лицу?».

Мистер Вэнь быстро привёл себя в порядок, а затем слегка прыгнул. Он плыл по городским стенам так же легко, как волос. И потом он тоже исчез вдалеке. Солдаты, лишённые сна, охранявшие ворота, ничего из этого не заметили, и не знали о случившемся.

- Большой брат, состояние Пятого выглядит не очень хорошо. Я влил в него Суань Ци, но это не имеет значения. Нужно быстро вылечить его травмы. Иначе, боюсь... – голос Чжоу Цзянь Мина был немного тревожен.

- Йе Гухан был по-настоящему жестоким! Состояние Четвертого – тоже тяжёлое, – Лэй Цзянь Хун скрежетал зубами от ненависти. Затем он быстро сказал:

- Состояние Пятого – довольно серьёзное. Но он вернётся в норму, если мы успешно вылечим его травмы. Тем не менее, Четвёртый был сильно изуродован. Его рука отрезана, а лицо изуродовано... чёрт возьми, Гухана…

Я не ожидала, что от Йе Гухана будет так много проблем! Мы каждый на уровне неба Суань, мы не уступаем никому в этой Империи! Этот человек должен был встретиться с нами, и всё же всё так хреново вышло, – третья-ученица, Фанг Бяо Хун вздохнула. – К счастью, его оставили мёртвым! Хотя жаль, что он сделал с Четвертым братом…

- Это все из-за этой суки Лин Мэн! – Лэй Цзянь Хун гневно взревел. - Я заставлю эту суку пожалеть о том, что она ещё жива, после того, как узнаю об этом таинственном мужчине с метательными ножами! Я позабочусь о ней... грёбаная принцесса.

- Мы должны дождаться, пока Мастер прибудет, даже если мы получим желаемый результат, – Фан Бяо Хун вздохнула снова. – Четвертый и Пятый братья умирают, Шестой не надеется на выздоровление. С Седьмого по Десятый кости уже похоронены в городе. Кто бы мог подумать, что такое произойдёт... что всё может получиться вот так?! – она продолжила с долгим вздохом, – Мастер впадёт в ярость, когда он услышит об этом! Старший брат, Мастер прибудет через два дня. Ты должен подготовиться к его приезду.

- А что я могу сделать? – Лэй Цзянь Хун сказал отчаянно. – Если наш отец не побьет меня до смерти, боюсь, он оставит меня в состоянии, когда я буду прикован к постели в течение полугода! Я привёл сюда девять учеников... и теперь, только трое из нас остались. Разве это не будет огромным ударом для нашего старика? Это будет чудо, если он простит меня легко!

Чжоу Цзянь Мин также вздохнул:

- Я полагаю, что мы втроём не можем принять его просто. Мастер приедет через два дня. В назначенное время... О Боже! У меня нет смелости представить, как отреагирует Старик...

- Мастер вложил всё своё сердце в нас, одиннадцать учеников... а сейчас... о боже! Я не знаю, как он огорчится, – Фан Бяо Хун грустно сказала. Её глаза стали красными…

Перед ними появилась небольшая роща. Сначала они оглянулись назад, чтобы удостовериться, что за ними не следят. Затем, они вошли в неё без колебаний. Убийца Цзюнь последовал за ними сзади, как «бесформенное существо» без каких-либо проблем. Он плыл в воздухе, следуя за ними.

Цзюнь Мосе очень внимательно слушал похитителей. Ученики Ли У Бэя также принимали участие в рейде за ядром Суань в ту грозовую ночь.

Цзюнь Мосе был поражён тем, что услышал: «Ли У Бэй, хладнокровный Мастер, прибудет в Тянсян через два дня?! Это большие новости».

Три человека были осторожны, хотя они были внутри густого леса. Они изменили направление и повернули дважды: сначала налево, а затем направо. Затем они остановились перед сухим пнем отдохнуть. Их старший ученик Лэй Цзянь Хун протянул руку и нажал что-то в неизвестном месте. Пень дерева внезапно отошёл в сторону и раскрыл огромную каменную плиту. И эта плита отошла, чтобы открыть круглый вход в пещеру.

Цзюнь Мосе сделал один шаг и исчез там. В тот момент пещера была действительно безопасной, так как внутри никого не было. Три человека, включая Лэй Цзянь Хуна, пошли внутрь медленно и осторожно. Эта пещера была очень узкой, и два человека не могли войти внутрь одновременно, не наткнувшись друг на друга. Знали ли они, что молодой Мастер Цзюнь уже был там... тихо ожидая, пока они войдут…

После входа пень медленно вернулся в исходное положение. Земля снова выглядела спокойной: ни единого звука не было слышно…

Мистер Вэнь следил за этими тремя людьми до рощи. Они не смогли уклониться от него или выйти из круга его обнаружения. На самом деле, он видел, как они вошли в лес. Однако он потратил некоторое время на поиски того «грозного» человека. Поэтому он прибыл слишком поздно к входу в пещеру. К моменту прибытия пень вернулся на своё первоначальное место. Не осталось ни одного следа, чтобы указать на вход. Он искал везде, но не мог найти, куда пошли люди, за которыми он следил. Мистер Вэнь мог чувствовать только их ауры. Он ясно чувствовал, что они поблизости, но не мог их найти. Он не мог не волноваться...

Мистер Вэнь был уверен, что эти люди, должно быть, ушли под землю, используя таинственный механизм, чтобы скрыть свои следы. Однако куда же они пошли? Он был уверен, что он может найти их, если он покажет все свои силы, чтобы уничтожить половину области. Но это явно вызвало бы их подозрения. Жаль, что ему пришлось бы бить по траве, чтобы напугать змей. Он не мог придумать другого плана.

«Тем не менее, принцесса Лин Мэн останется в их руках, если они не проявят себя. И что мне делать, если с ней случится что-то плохое? Как я буду смотреть в глаза Императору?». Мистер Вэнь чувствовал себя несколько неловко и нахмурился. Он усердно и беспрерывно думал о контрмерах для этой случайности…

Пещера привела в огромный зал. Почва была плотно утоптана. Однако место было несколько влажным, так как это было под землей.

- Вы двое, поторопитесь и исцелите Четвертого и Пятого. Я поработаю над этой сукой, – Лэй Цзянь Хун убийственно посмотрел на неё.

- Старший брат, я знаю, что они – твои младшие братья-ученики, и ты злишься на принцессу Лин Мэн. Но я должна настоятельно призвать тебя немного подумать о твоих методах работы, – Фанг Бяо Хун колебалась, но, тем не менее, продолжала. - Я вижу, что это дело принесло боль брату Юрану. Также... наши личности не были раскрыты. Если мы попросим Юрана, чтобы он пришёл, притворившись хорошим человеком... и он придёт, как «герой, спасший принцессу от опасности»... Если Ли Юрану удастся это сделать... это было бы рассмотрено как плюсик, когда прибудет Мастер...

- ...Это хорошо. Свяжитесь с Братом Юраном! Я не причиню ей вреда, – Лэй Цзянь Хун проговорил сквозь зубы.

Фанг Бяо Хун прочистила горло, но промолчала. Затем она перевела своё внимание и энергию, чтобы исцелить своего брата-ученика.

Сердце Цзюнь Мосе начало дико биться во тьме «Брат Юран?!»

Этот козёл... «Юран»... Ли Юран... это означало, что этого малолетку больше нельзя воспринимать легкомысленно.

«Не говори мне, что... Ли Юран связан с этими людьми в этом огромном инциденте?»

Лэй Цзянь Хун взял принцессу Лин Мэн на руки, а затем посадил её к стене. Затем он встал и положил руку ей на голову. Чистая Суань Ци вошла в её тело. Это заставило принцессу проснуться.

- Ты негодяй! Отпусти меня! – Принцесса Лин Мэн едва открыла глаза и уже очень разозлилась. Она закричала:

- Я хочу пойти к дяде Йе! Отпусти меня!

- Ваше Величество, вы хотите быть свободной? Это вам достанется очень... легко. Всё, что мне нужно от вас – ответ на один вопрос. А потом вам разрешат уйти, – Лэй Цзянь Хун вздохнул. – Ваше Высочество, вы имеете несколько метательных ножей и очень дорожите ими. Разве это не странно, принцесса Лин Мэн? Почётная Принцесса, я освобожу вас, если вы скажете мне, кто хозяин этих ножей... Я не нарушу своё обещание.

- Владелец метательных ножей? – принцесса Лин Мэн открыла глаза в изумлении. Эти люди похитили ее, чтобы спросить об этом? – Я никогда не видела его. Знаю только, что это высококвалифицированный человек, поэтому, откуда бы мне знать?

- Ха-ха! Принцесса, не принимай нас троих за детей, – Лэй Цзянь Хун безжалостно улыбнулся. – Многие из моих младших братьев-учеников были убиты им. На самом деле, мы никогда не слышали ни о ком, кто умел бы такое. Но первая задача, которую он взял на себя – это спас тебе жизнь! Не говори мне, что принцесса забыла?! Этот человек прибыл в последний раз, когда ты столкнулась с убийцами; его первым и единственным действием было спасти твою жизнь! Или ты хочешь сказать, что это реально призрак?!

Цзюнь Мосе покачал головой. Он спас принцессу втайне в последний раз, когда она была атакована. «Я где-то прокололся, спасая ее?

Как эти люди узнали о связи между этими двумя независимыми ситуациями?» Цзюнь Мосе напряжённо думал.

«Так вот как это бывает! Все решается, если принять во внимание семью Ли».

- Вы убили дядю Йе из-за этого? – принцесса Лин Мэн не могла двинуться. Однако её глаза округлились, когда она смотрела на своего похитителя с ненавистью. Казалось, она скоро начнет стрелять в него пламенем.

- Ну! Принцесса, не забывай, ты не можешь уйти из этого места, так как настаиваешь на том, чтобы не рассказывать нам о происхождении этих ножей..., – Лэй Цзянь Хун зло улыбнулся, сказав это тихим голосом. - У нас есть несколько других методов, с помощью которых мы можем заставить тебя говорить.

Цзюнь Мосе срочно думал о действиях, которые он может предпринять. Он думал, что может подойти к принцессе Лин Мэн, а затем исчезнуть вместе с ней с помощью Пагоды Хунцзюнь. Однако, несмотря на несколько попыток, он потерпел неудачу. «По-видимому, Пагода Хунцзюнь не может вместить никого, кроме меня...? Или, возможно, моего культивирования недостаточно?».

Этот план не сработал. Для него было бы очень легко, если бы принцессу можно было бы перевезти в Пагоду Хунцзюнь. Цзюнь Мосе был уверен, что смог бы воспользоваться хаосом, который бы развернулся, если бы принцесса исчезла у всех на глазах. Тогда бы он её унес. На самом деле, он мог даже ранить или убить одного из нападавших.

Спасение принцессы по-прежнему было не таким уж сложным. Тем не менее, эти люди были экспертами Неба Суань. Так что он оказался бы в ужасном положении, если бы они узнали о его местонахождении.

Лэй Цзянь Хун схватил челюсть принцессы и заставил её посмотреть вверх. Тогда он спросил её злобно:

- Я спрошу тебя в последний раз, ты всё ещё не скажешь нам? У меня не будет выбора, кроме как наказать принцессу, если она останется тверда в этом!

Вдруг из ниоткуда раздался высокий, холодный и суровый смех:

- Ли У Бэй учит такой мусор? Это действительно смешно.

Голос еще не исчез, когда синий свет охватил площадь. Затем из ниоткуда вылетел красивый метательный нож.

Свист!

Брошенный нож врезался в земляную стену. Он неожиданно издал тот же звук, что и гнилой кусок бревна.

Три человека вскочили в шоке. Лэй Цзянь Хун прикрыл грудь руками, чтобы защитить её. Затем он громко закричал:

- Чего ты хочешь? Почему ты прячешься? Я тебя давно жду!

Чжоу Цзянь Мин и Фанг Бяо Хун схватили свои мечи и вытащили их из ножен. Они держали свои мечи горизонтально перед грудью и нервно оглядывались вокруг, как будто столкнулись с очень опасным врагом.

Слышался слабо различимый голос:

- Вы, молодые люди молодого поколения, по-настоящему переоценили свои возможности, бросив мне вызов!

Принцесса Лин Мэн со слезами в голосе спросила:

- Старший... это ты? Я умоляю тебя! Я умоляю тебя, отвези меня к дяде Йе! Я прошу тебя убить этих людей и отомстить за моего дядю!

Эти крики — особенно громкое мычание Лэй Цзянь Хуна было отчётливо слышно Мистеру Вэню снаружи. Это помогло ему найти их.

Он обращал внимание на малейшие шумы. Однако громкий голос Лэй Цзянь Хуна обеспечил ему наилучшую ориентацию для их обнаружения. Он быстро прибыл к входу в пещеру, задержал дыхание, и внимательно слушал. Он смог бы войти в их укрытие, когда нашёл бы его точное местоположение.

Однако Лэй Цзянь Хун и его два товарища стали свидетелями шокирующего инцидента. На самом деле, это было ужасное, странное и удивительное явление... стройное тело принцессы Линг Мэн было прислонено к стене, но она вдруг поднялась в воздух со свистящим звуком. Затем она начала словно плавать в воздухе.

Лэй Цзянь Хун вскочил в тревоге, и набросился на принцессу. Однако он немного опоздал. Цзюнь Мосе уже пробил каменную плиту у входа с громким Бабах!, держа принцессу на руках. Яркий солнечный свет просочился в пещеру.

Лэй Цзянь Хун и другие закричали, бросаясь следом за ними.

Мистер Вэнь вышагивал перед пеньком. Он неуверенно думал о том, чтобы разнести землю под ним на кусочки, чтобы спасти принцессу Лин Мэн. Затем, он услышал громкий грохот, как будто случился обвал. Затем последовал внезапный взрыв, как будто вход в пещеру рухнул. Мистер Вэнь был застигнут врасплох и упал на землю. Он собирался открыть рот, чтобы проклясть, когда он увидел тело, приближающееся к нему, это было словно оно было брошено к нему — это нежное тело принцессы Лин Мэн…

Трое, одетых в чёрное, и замаскированных человека поспешили наружу и окружили его. А потом один из них крикнул:

- Сволочь! Ты оставался скрытым в последний раз. И ты снова спрятался! Но ты ведь не сбежал?! Я посмотрю, как тебе удается сбежать на этот раз!

Мистер Вэнь только что протянул руки, чтобы поймать принцессу Лин Мэн. Затем он внезапно очутился в окружении.

Этот человек подставил его!

Глава 266. Я приду, когда задача будет завершена

Как мог опытный Мистер Вэнь не понять ситуацию, в которой он находился?

Он планировал спасти принцессу. Однако этот человек тогда оказался в неудобном положении. Более того, было видно, что у этого человека были силы, чтобы спасти принцессу. Но, как только он получил возможность, он сбежал, бросив принцессу ему в руки. «Но... как этот человек был уверен, что я пришел спасти ее?

Этот мудак! Он подставил меня, чтобы скрыть свои следы... что мне теперь делать?

Это очень проблематично!».

Первоначально он решил следовать за ними в тайне. Это было похоже на пожилого рыбака, который хотел воспользоваться боем между двумя журавлями на пойманную рыбу. Однако пожилой рыбак не только не смог воспользоваться преимуществом — его самого сделали козлом отпущения! Это было смешно...

Его присутствие было открыто. Он больше не сможет выслеживать таинственных экспертов Неба Суань... более того, он был способен захватить каждого из похитителей, поскольку принцесса была теперь в его руках. И его план допросить их по отдельности, очевидно, канул в Лету. Это, очевидно, превратилось в большую проблему для него, так как ему неоткуда было искать помощи. Поэтому он остался смотреть на похитителей с отупевшим выражением лица.

Он проанализировал ситуацию: «Я не смогу ничего расследовать, так как эти молодые похитители заметили меня…».

Мистер Вэнь был, очевидно, гораздо сильнее, чем Лэй Цзянь Хун и его товарищи. Однако его настроение всё ещё было не очень.

«Этот таинственный человек пришел спасти принцессу... но зачем он принёс её сюда? И почему он оставил её на полпути, особенно с этими тремя преследователями? Они могут захватить её обратно! Скажем, твой план сработает... как ты можешь называть себя «человеком», даже если бы тебе это удалось?»

Принцесса Лин Мэн всё ещё умоляла:

- Старший, я прошу вас убить этих людей и отомстить за моего дядю Йе...

Принцесса Лин Мэн не могла увидеть таинственного «старшего», несмотря на то, что она была в его руках. Тем не менее, она по-прежнему чувствовала себя в безопасности. «Он очень похож на дядю Йе. Я не буду в опасности, пока он здесь». Следовательно, её разум подсознательно перешёл к благополучию при Йе Гухане.

Вдруг таинственный человек бросил её. Затем, её поймал другой человек. Молодая девушка родилась с обостренными чувствами. По запаху его лица она могла сказать, что он был почётным гостем Императорского дворца, таинственным другом Императора — Мистером Вэнем.

«Он тоже прибыл сюда! Теперь эти двое очень опытных людей могут взяться за руки! Никто не сможет избежать их объединённой силы. Они смогут отомстить за дядю Йе. И такие умелые люди также могут спасти жизнь дяди Йе...».

Руки Мистера Вэня были тёплыми. Но им не хватало той внутренней теплоты, которая порождает чувство безопасности…

Соображала принцесса Лин Мэн просто замечательно. Однако это было также наивно и фантастично. Как может жизнь когда-либо двигаться в соответствии с пожеланиями?

Мистер Вэнь был возмущён тем, как всё обернулось. Естественно, что он был более чем смущён желанием воевать. Он держал принцессу Лин Мэн — а другой пары рук у него не было. Тем не менее, он казался таким грозным, что уже получил преимущество. Он свирепо посмотрел на трёх человеческих недорослей из молодого поколения, казалось, он взглядом разрезал их на части.

Мистер Вэнь полагал, что человек каким-то образом сумел проследить за их следом, не обнаружив его. Он был уверен, что таинственный эксперт спас принцессу, а потом поставил эту нелепую сцену, чтобы защитить свою личность. Следовательно, этот высококвалифицированный человек переложил вину на Мистера Вэня. Человек, который стоит первым – всегда превосходит: таков был ход мыслей этого мира. Естественно, господин Вэнь был несколько смущён тем, что он «второй». Тем не менее, зацепило Мистера Вэня больше всего именно то, что он не смог поймать ни одного взгляда этого таинственного эксперта.

Он был оставлен с чувством уныния и ущербности, и поэтому молчал. Это было главной причиной его возмущения. Он никогда не чувствовал себя так низко в своей жизни. Сила Мистера Вэня была непредсказуема. Никто никогда не мог считать его просто экспертом Суань Неба на пике. На самом деле, даже восемь Великих Мастеров не нашли бы его лёгким соперником.

Тем не менее, мистер Вэнь был здесь пойман в хитрой игре. Но он был опытным человеком, и смог быстро оценить соответствующие переменные. Он выскочил из круга и соорудил торжественное выражение на лице:

- Итак, вы, ребята – ученики Верховного хладнокровного Мастера? Я не знаю о благополучии Верховного Мастера Ли в последнее время. И я, конечно, не знаю, как моя империя Тянсян оскорбила Верховного Мастера Ли! Что мы могли сделать, чтобы он предпринял такие действия? Послал своих учеников захватить нашу Императорскую Принцессу? Заслуженный Старший забыл договор, по которому мы союзники?

- Верховный Мастер? О чём ты говоришь, старик? Иди сюда и сдохни, сынок! – Лэй Цзянь Хун оскорбил его в ответ. Хотя, он был удивлён этим поворотом событий.

«Кто этот старик? Его сила едва на пике Суань Неба. Он одинок и окружён врагами со всех сторон... но он так спокоен... Его сила далеко не так высока... и более того... он даже знает о «Союзе», который был подписан много лет назад! Как такая высокопоставленная личность пришла сюда лично в этот критический момент? Это дело только что стало сложнее!

Тем не менее, уровень Суань этого старого ублюдка должен быть очень высоким. Он успел убить четверых моих братьев-учеников теми метательными ножами...».

- Старый дурак, хватит ли у тебя смелости сказать нам своё имя?! У нас с тобой глубокая кровная вражда, и важно оплатить этот долг.

Мистер Вэнь фыркнул. Он знал, что был несправедливо замешан. Он понимал, что не стоит объяснять свой истинный статус этим молодым людям. И даже если он попытается объяснить... сможет ли он сделать это правильно?

Но, он был возмущен грубостью, с которой Лэй Цзянь Хун говорил с ним. Поэтому он внезапно рванул в сторону Лэй Цзянь Хуна и сильно ударил его по лицу. После этого он закричал:

- Ты не достоин знать моё имя! Вы, молодые люди, разрушили репутацию Ли У Бэя! Ли У Бэй не сможет спасти тебя от моего гнева, если ты снова нарушишь договор об альянсе, даже если ты – его собственная плоть! А теперь исчезни!

Его ноги оторвались, как только он закончил говорить, он по-прежнему оставался рядом с Лэй Цзянь Хуном и его сподвижниками, и всё ещё держал принцессу. Затем он медленно начал отходить назад, глубже в пышный лес. Но он не врезался ни в одно дерево — казалось, у него были глаза на затылке. Он даже выглядел так, будто он стоял верхом на облаке... однако, они услышали его слабый голос:

- Скажите Ли У Бэю, что старик, с которым вы говорили, зовётся «Вэнь». Обязательно скажите ему правильно, чтобы он понял это четко.

Лэй Цзянь Хун и другие были поражены. Чжоу Цзянь Мин гневно закричал только минут через пять:

- Старый ублюдок, ты убил четырёх моих братьев, и все же бессовестно говоришь, как старший! Мы должны оплатить этот долг! Мы увидим, где эта сволочь убегает, когда приедет Мастер.

Лэй Цзянь Хун и Фанг Бяо Хун говорили в унисон. Навыки их врага были необыкновенными. Не было никакого способа, чтобы эти трое могли бы договориться с ним сами. Поэтому им не оставалось ничего другого, как отказаться от борьбы с ним в тот момент... даже если они делали это неохотно. Они могли просто дождаться прибытия своего хозяина, а потом составить план…

Молодой мастер Цзюнь свистнул, медленно и неторопливо возвращаясь к привязанному коню. Сильная лошадь освободилась, и Цзюнь Мосе оседлал её. Он чувствовал себя очень гордым своим достижением. Он поднял кнут, чтобы заставить лошадь вернуться домой.

Он быстро соорудил весь план, когда понял, что таинственный эксперт тоже следит за следом Лэй Цзянь Хуна. Он знал, что никто не сможет увидеть его, когда он активирует Побег Инь Ян. «Всё равно никто не сможет найти меня, а там, хоть, как собаки, грызитесь друг с другом! У меня нет свободного времени, чтобы играть с вами!

Это хорошо, я спас принцессу Лин Мэн, не раскрывая свою личность. Я выполнил своё задание с удовлетворительной оценкой. Принцесса должна поблагодарить меня».

Он вернулся домой, чтобы увидеть, что Цзюнь Вуй с тревогой ждёт его прибытия.

«Что? Но почему?».

Состояние Гухана стало настолько тяжелым, что он в любой момент мог перестать дышать... Даже просить Одинокого Сокола передать ему Суань Ци было бесполезно. Даже так называемая «чистая Суань Ци» не оказала никакого влияния на состояние Йе Гухана... даже избыток Суань Ци был бесполезен в его случае...

...потому что ему не хватало жизненной силы, необходимой для производства плоти и крови…

Даже Одинокий Сокол не смог бы помочь – у него не было средств! Одинокий Сокол перевёл много чистой и высокоуровневой Суань Ци в Йе Гухана, не зная, сможет ли это поддерживать его…

Глава 267. Родовое учение семьи Цзюнь

Цзюнь Мосе взял руку Йе Гухана и быстро влил чистую Суань Ци в его тело. Гухан слабо закашлял. Казалось, что его душили. Капли крови начали капать из уголков его рта.

- Нехорошо, – Цзюнь Мосе покачал головой и нахмурился. Он поднял голову, чтобы посмотреть на Цзюнь Вуя. - Это большая проблема. И расходы на его спасение будут просто огромными! Очень огромными... просто колоссальными, – затем он посмотрел на Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй:

- Вы двое, вы много натерпелись? Идите туда, отдохните!

Когда он сказал «туда»... очевидно, он имел в виду двор Гуан Квинхан.

Цзюнь Вуй услышал это и понял, что он должен был помочь в этой ситуации:

- Сяо И, Сяо Мэй, найдите сестру Квинхан. Отдохните немного, хорошо? Мы оба здесь. Так что не волнуйтесь. Это не так серьёзно. Я сообщил вашей семье, и кто-то скоро придет, чтобы забрать вас домой. Ваше присутствие будет представлять проблему для усилий Мосе в его исцелении.

Дугу Сяо И была не очень довольна этим. Она согласилась, что Третий дядя Цзюнь был прав, но это заставило её чувствовать себя отверженной. Она вздохнула, чтобы показать своё недовольство и отказалась уходить. Тем не менее, её утащила Сун Сяо Мэй. Старшая дочь семьи Сун была весьма восприимчива. Она давно поняла, что дуэт дяди и племянника имеет тайный язык общения, когда среди них присутствуют другие люди.

- Ты действительно не смог найти принцессу? – Цзюнь Вуй вздохнул и улыбнулся. – Вернулся бы ты, если бы не нашел её, молодой человек? Думаешь, я тебя не знаю? Ты либо не будешь давать обещания, либо завершишь задачу, даже если ты делаешь это один!

- Зачем ты спрашиваешь, если знаешь? – Цзюнь Мосе продолжал вливать энергию в тело Йе Гухана, и начал исправлять его сломанные кости. Затем он испустил беспомощный вздох. – Третий дядя, принцесса ненавидит меня. Но я не могу винить её, так как веду себя, как дегенерат. Гухан может быть холодным и гордым, но он хороший человек.

Голос Цзюнь Мосе стал серьёзным, когда он продолжал:

- Наше решение помочь им, возможно, не обязательно было правильным. На самом деле, мы не должны были их спасать! Третий дядя, ты должен знать, что наша семья Цзюнь – ещё не очень стабильна на данный момент... ещё, мы навлекли ещё одну проблему на себя! Я уже решил это, и уверен, что никто не догадается о моей причастности. Но я, возможно, оставил несколько крошечных улик. Присутствие Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй также может оказаться огромным риском, но на самом деле, это может быть и большим подарком! Мы с тобой знаем, что позиция этих людей довольно чувствительна! Это может вызвать восстание против нас позже... что может привести к ещё большим проблемам.

Цзюнь Мосе жестко посмотрел на Цзюнь Вуя:

- Третий дядя, ты не думал об этом деле до конца. Этот вопрос мог бы ассоциировать семью Цзюнь с этим человеком, это может быть нехорошо.

- Я уже думал над тем, о чем ты говоришь, – Цзюнь Вуй вернул взгляд Цзюнь Мосе. – Ты должен знать, что твой отец, твой Второй дядя и я выросли и обучены несколькими людьми. Раньше их было девятнадцать. Однако, сейчас только Йе Гухан, три брата семьи Дугу, Муронг Чен Лун и я: только шестеро из нас остались в живых.

Цзюнь Вуй вздохнул:

- Теперь в отношении сегодняшнего дела — я знаю, что спасение Йе Гухана сделает неудобство его величеству. Однако он будет чувствовать себя неудобно и ничего больше! Ему было не комфортно с Йе Гуханом в течение последних десяти лет. Так что это не первый раз... но как я встречусь со своими тринадцатью братьями в Отчуждённом мире, если я изменю своё решение сейчас? Даже твой прадед не простит меня! И даже, что маловероятно, это случится и твой прадед простит меня — я не смогу жить сам после такого. Поэтому я буду продолжать свои усилия, чтобы спасти его.

Запечатлей это в своем сердце, Мосе, человек из семьи Цзюнь никогда не считает себя человеком с благородным характером! Мы вечно в благодарности! Мужчины рождаются, чтобы действовать, когда что-то не так, мужчины ставят такие вопросы прямо. Потомки нашей семьи долгое время упорствовали с этой гордостью. И это всегда было так. Твой пра-пра-прадед, то есть дедушка твоего деда, был просто обычным кузнецом. Тем не менее, он передал очень важный урок моему дедушке, когда умирал…

Голос Цзюнь Вуя стал торжественным.

- И чему он научил? – Цзюнь Мосе был несколько любознательным.

- Если у тебя есть яйца – не значит, что ты мужчина! Мужчиной тебя делает несравнимый, неукротимый дух!

У Цзюнь Вуя не было выбора, кроме как передать это учение, несмотря на то, что формулировка была довольно вульгарной и никак не украшала сам урок.

- ... Если у тебя есть яйца – не значит, что ты мужчина! Мужчиной тебя делает несравнимый, неукротимый дух... – пробормотал Цзюнь Мосе. Изначально он хотел посмеяться. Но потом он понял, что эти слова были ему по душе.

- А ведь хороший урок, – Цзюнь Мосе стал несколько взволнован. – Похоже, что этот предок не боялся даже на грани смерти! Он был «настоящим мужчиной».

- Правильно! Бесчисленное количество людей носят член в штанах, но настоящих мужчин очень мало! Мужчина... А что такое «мужчина»?

- А «мужчина» – это тот, кто возвышается! У него железная воля и преданное сердце! Он – человек характера с несравненным, неукротимым духом! – Цзюнь Мосе громко рассмеялся.

- Правильно! Если человек – трус, слишком осторожен и слишком любит жизнь... и если он боится смерти... он не может считаться настоящим мужчиной, даже если он соберёт сто жен и станет отцов восьмисот детей, – Цзюнь Вуй от души рассмеялся. – Железная воля и верное сердце - человек характера. Хорошо сказано!

- Я просто восхищаюсь этими словами моего предка, – Цзюнь Мосе смеялся. - Этот урок очень нравится мне. Я могу использовать эти слова, чтобы улучшить себя, и быть достойным имени моего предка!

Цзюнь Вуй улыбнулся:

- Правильно! Его слова могут показаться вульгарными и некультурными, но внутри они имеют огромное послание. Его слова – это действительно здорово.

- Продолжать по-своему и делать то, чего хочет сердце — это действительно отличный способ жить, – Цзюнь Мосе чувствовал себя очень счастливым внутри. «Этот урок, кажется, был сделан на заказ для меня».

- Ты предпочитаешь интерпретировать эти слова таким образом, но я делаю это по-другому. Возможно, это и есть главное различие между нашими характерами. И, наверное, поэтому мы ведем себя очень по-разному на публике.

Цзюнь Вуй медленно улыбнулся:

- Несравненно неукротимый дух! Я понимаю эти три слова таким образом — очень важно жить в вертикальном порядке, независимо от чего-либо. Сначала нам нужно иметь чистую совесть, и только после этого мы можем иметь несгибаемый дух!

Смерти не стоит бояться, просто желать богатства и процветания недостаточно. Богатство должно быть достигнуто мудрым и справедливым образом, сохраняя чистую совесть, – Цзюнь Вуй заявил решительным образом. – Желание твоего пра-пра-прадеда были именно в таком порядке: сначала — делай добро и становись хорошим человеком; потом — имей чистую совесть. Эти два условия должны соблюдаться. Только тогда человек сможет говорить смело со справедливостью на своей стороне в любой ситуации.

Цзюнь Вуй улыбнулся после того, как закончил описывать:

- Ты ясно понял учения нашего предка, Мосе? Ты понимаешь причину моего решения помочь ему?

- Да, дядя, я понимаю, – Цзюнь Мосе ответил с уважением. – Ты выбираешь правильный путь. И тогда ты используешь свои возможности, чтобы сделать то, что твоё сердце желает.

- Хорошо, – Цзюнь Вуй чувствовал себя очень довольным. Однако он не слушал. Его понимание и понимание Цзюнь Мосе не были одинаковыми, на самом деле, они были совершенно разными.

Цзюнь Мосе сказал — найти правильный путь, а затем жить по собственному желанию. В то время как, Цзюнь Вуй ссылался на «правильный образ жизни» – чистую совесть... Эти две вещи были совершенно разными. На самом деле эти две идеологии столкнулись друг с другом и ни в коем случае не намекали на один и тот же смысл.

Цзюнь Мосе не перестал вливать чистую энергию в Йе Гухана, и всё ещё работал с Искусством разблокировки Небесной Удачи. Тем не менее, было недостаточно энергии, чтобы наполнить Йе Гухана. Он был ещё без сознания, хотя его дыхание стало ровнее. Но это было всё, что Цзюнь Мосе мог сделать прямо сейчас. Он мог заставить Йе Гухана оставаться в мире живых. Тем не менее, Цзюнь Мосе был бессильным, когда дело дойдёт до «возрождения» Йе Гухана... или даже хоть как-то улучшить ситуацию…

Затем кто-то сообщил, что генерал Дугу прибыл со своим телохранителем, министр Сун также сопровождал их. Цзюнь Вуй спешно вышел, чтобы подготовиться приветствовать своих посетителей. Дугу Вуди и министр Сун собирались пойти в резиденцию Цзюнь, когда они услышали объявление о прибытии принцессы Лин Мэн…

Мистер Вэнь привёз принцессу Лин Мэн обратно в Императорский дворец. Тем не менее, она там устроила шум, и потребовала, чтобы она могла увидеть Йе Гухана. Её требования увидеть её дядю Йе были настолько жестокими, что Императору самому пришлось пойти и утешить её. Но она стала ещё более дерзкой, когда Император попытался успокоить ее. Более того, её отношение стало холодным и далёким к нему…

Это продолжалось некоторое время, но затем Император был вынужден удовлетворить её требования.

Принцесса сделала несколько запросов о местонахождении Йе Гухана после того, как она покинула Императорский дворец. В конце концов, она узнала, что третий мастер семьи Цзюнь, Цзюнь Вуй, спас Йе Гухана. Принцесса Лин Мэн была рада слышать эти новости, и сразу же отправилась туда.

За принцессой Лин Мэн стояли три задыхающихся старика. Их начальник был признан ведущим медицинским экспертом в городе – Фан Хайшенг! За ними следовали Императорские телохранители, которые таскали медицинское оборудование.

- Дядя Йе... – принцесса сказала сразу. На самом деле, она побежала внутрь, как если бы никто другой не существовал в её глазах. Она подбежала к Цзюнь Вую и спросила:

- Третий дядя Цзюнь, что насчёт моего дяди Йе? Где он?

Она не понимала, что она практически кричит, и её манеры могут считаться неприличными для большинства людей.

Цзюнь Вуй заставил себя улыбнуться и покачал головой. Принцесса чуть не упала. Она спросила дрожащим голосом:

- Он уже…

- Принцесса не должна делать такие предположения. Его состояние не очень хорошее, но Йе Гухан ещё жив. Не волнуйся. Я нашел ему место во дворе Мосе. Эээ... я не собираюсь скрывать состояние здоровья Йе Гухана от принцессы. Он стабилен на данный момент, но его состояние очень плохое, – Цзюнь Вуй сказал ей об этом заранее, так как он считал, что она должна быть психически подготовлена, когда она увидит его.

Третий Мастер Цзюнь действовал таким образом только потому, что она была дочерью Императора, и ей было необходимо действовать изящно, так как она была принцесса Империи. «Я не виню её в том, что она показала свои настоящие чувства заботы и нервозности по отношению к Йе Гухану, но, конечно, не в такой отчаянной манере.

Эта огненная девочка очень эмоциональна и праведна». Он видел, как три князя сражались между собой. Тем не менее, теперь он увидел контраст, в котором было видно отношение принцессы к Йе Гухану. Цзюнь Вуй не мог не подумать о том, чтобы она была хорошим человеком.

Они добрались до кровати Гухана.

Три старика тщательно осмотрели пострадавшего мужчину. Затем, Фан Хайшенг встал и беспомощно покачал головой:

- Принцесса, господин Йе получил серьёзные травмы в этой битве. Он также получил множество внутренних травм. И эти травмы находятся в смертельно опасных местах. Мы могли бы справиться с некоторыми трудностями, но его обстоятельства ухудшились из-за большой потери крови. Человеческое тело может восстановиться, если половина его крови была потеряна. Однако исцелить человека, потерявшего более трети крови уже крайне трудно. А он потерял почти всю кровь. Ни один медицинский Дан не спасёт его. Вообще-то, он уже должен был умереть. Господин Йе Гухан выжил так долго, потому что его тело накачивали чистой Суань Ци двое очень могущественных людей. Но даже эта чрезвычайно чистая Сюань Ци не сможет поддерживать его тело очень долго. По прошествии некоторого времени всё станет хуже. Советуем принцессе заранее подготовиться к похоронной церемонии...

Оказалось, что их грозная репутация, как врачей, была не безосновательной. Они уже сделали вывод о нынешней ситуации Йе Гухана и неизбежности его судьбы. На самом деле, они даже полагали, что его тело поддерживает Суань Ци от двух очень мощных экспертов. Жаль, что эти три выдающихся человека не смогли спасти его жизнь...

Глава 268. Простите... я ничего не могу сделать

- Что? Вы хотите сказать, что состояние дяди Йе безнадёжно? Я в это не верю! Императорские врачи, прошу вас... пожалуйста, найдите решение! – симпатичное лицо принцессы стало призрачно-белым, когда она услышала диагноз трёх выдающихся экспертов. Выражение её лица отражало безысходность, однако она не желала сдаваться. Поэтому она неоднократно просила главу трёх экспертов, Фан Хайшенга, найти решение.

- Принцесса, пожалуйста, позвольте мне доложить... кроме того, что мистер Йе пострадал от огромной кровопотери, он также получил серьёзные повреждения тела. Его рёбра сломаны. Все пять жизненно важных внутренних органов были серьёзно повреждены, и помимо этого он получил не менее десяти серьёзных внутренних травм. Это неприятно слышать... но нет ни малейшего шанса спасти Йе Гухана…

Тон Фан Хайшенга был чрезвычайно серьёзным, когда он объяснял:

- Даже сверхъестественное существо окажется бессильным в таком случае. Мы можем поддержать его некоторое время, и вы можете получить мнение других людей, пока вы не будете удовлетворены... это невозможно…

Принцесса Лин Мэн больше не могла поддерживать свое тело. Она дрожала несколько мгновений, а затем упала на землю.

Фан Хайшенг вздохнул и покачал головой вместе с двумя другими врачами. Он не хотел беспокоить принцессу. Он навёл порядок в своём медицинском оборудовании и собрался уходить.

- Дядя Йе... – принцесса Лин Мэн пробормотала про себя. Красота её лица могла уничтожить нацию... Тем не менее, его цвет был сейчас таким же, как у почти мёртвого Йе Гухана на данный момент.

По лицу Дугу Вуди казалось, что он больше этого не выдержит. Он вздохнул и покачал головой. Он тоже не хотел беспокоить этих двоих. Поэтому он покинул двор и направился к главному залу семьи Цзюнь.

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй остались во дворе, чтобы оказать поддержку принцессе Лин Мэн. Они боялись, что с их сестрой может случиться ещё что-нибудь.

Сун Сяо Мэй не видела принцессу такой раньше. Она колебалась мгновение, но больше не могла этого вынести. Затем она тихо и быстро прошептала в ухо принцессе Лин Мэн:

- Цзюнь Mосе может спасти господина Йе.

Сун Сяо Мэй не была красивой женщиной. Однако она была очень талантлива и чрезвычайно умна. Её мудрость была сопоставима с мудростью Ли Юрана. Она услышала разговор между Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуем, и почувствовала, что Цзюнь Мосе может быть в состоянии спасти Йе Гухана. Тем не менее, она не могла понять, почему Цзюнь Мосе не хотел этого сделать... Более того – она была предвзята в отношении принцессы. Сун Сяо Мэй не могла не чувствовать, что её сердце смягчается, когда она увидела, что Цзюнь Мосе держит рот на замке, несмотря на то, как принцесса скорбит. Поэтому она решила сообщить принцессе Лин Мэн о возможностях Цзюнь Мосе.

Принцесса поверила информации, которая была дана ей «доброй» сестрой, не сомневаясь ни секунды в этом. Она не верила в Цзюнь Мосе. Однако она никогда не сомневалась в Сун Сяо Мэй.

Принцесса рассматривала бы это как абсурд в обычных условиях. Однако на данный момент у неё не было выбора. Она бы твёрдо ухватилась за любые соломинки, которые могла бы найти... на всякий случай, если бы это оказалось единственным способом спасти жизнь Гухана. Поэтому она обязательно попытается... даже если шансы спасти его с помощью этого метода будут незначительными.

«Я должна спасти жизнь дяди Йе – любой ценой!»

Все уже ушли. Тем не менее, Цзюнь Мосе до сих пор был здесь. Этот маленький двор был его жилищем, и раненый Йе Гухан находился здесь. На самом деле, Гухан лежал на кровати. Как Цзюнь Мосе мог отказаться от собственного дома? Это единственная причина, по которой он остался здесь, а не свалил…

Цзюнь Мосе сидел на кресле в своей комнате. Его глаза были закрыты. Молодой Мастер Цзюнь всё обдумывал. «Я должен помочь Гухану с тех пор, как пообещал Третьему дяде, что спасу его! Однако с его состоянием действительно трудно справиться. Итак, как мне подойти к процессу исцеления?»

Гухан потерял много крови, и это была огромная проблема для этих трёх медицинских экспертов. Тем не менее, это не было проблемой для молодого мастера Цзюнь, так как его ум сохранил медицинские знания из своей предыдущей жизни. Переливание крови не будет проблемой с силой и умением Цзюнь Мосе до тех пор, пока он сможет найти кого-то с необходимым типом крови. Затем он мог помочь в передаче крови своим врождённым духовным талантом. Поэтому он не считал эту часть большой проблемой.

Цзюнь Мосе был уверен, что сможет вылечить и внутренние раны, нанесённые мечами. У него была сокровищница медицинских ингредиентов, и они обладали уникальными свойствами. Это поможет в процессе заживления. Жизнь Гухана была бы не очень удобной, если бы у него осталась только одна рука, оставшаяся после выздоровления...

Однако рёбра человека были настоящей проблемой. Его состояние было очень серьёзным в этом отношении, и это было также редкое явление. Потрясающе, что пятнадцать ребер были сломаны в нескольких местах. Из-за этого его грудь вогнулась внутрь. На самом деле ребра были сломаны примерно в 35-45 местах…

«Это очень сложная проблема!

Эта проблема, кажется, не имеет никакого решения!

Это не было бы проблемой, если бы речь шла о травме кости. Травма бы медленно исцелилась, пока бы он не перенес боль. Однако его жизненная сила на данный момент очень слаба. И он получил столько внутренних и внешних травм... Поэтому, сращивание костей приведёт к смерти Йе Гухана. Это избавит его даже от маленького шанса на выживание».

У Йе Гухана было очень мало жизненной силы, оставшейся в его теле. И большая часть Суань Ци в его теле была чуждой ему. Одинокий Сокол и Цзюнь Мосе пронизали его тело большим количеством чистой и высокоуровневой Суань Ци. Однако даже это достигло пика своего предела. Повторное применение этого метода не сможет поддержать его во время операции.

«Однако, если я сначала вылечу раны плоти, а затем пополню Суань Ци внутри него... может быть, в нём осталось достаточно жизненной силы, чтобы он пережил исправление костей в течение некоторого времени... хотя я считаю, что кости Йе Гухана деформированы навсегда».

Цзюнь Мосе нахмурился, глаза всё ещё были закрыты. Он мучительно думал над этой мутной головоломкой, но не мог найти ни единого решения…

«Жаль, что в этом мире нет анестетиков! Лечение Гухана было бы не таким сложным, если бы у меня были анестетики…

Стоп... анестезия?!»

Цзюнь Мосе вдруг разволновался и шлёпнул себя рукой по бедру. Затем он открыл глаза в изумлении, потому что его бедро не почувствовало его руку…

Его рука почувствовала хлопок, но бедро не почувствовало этот удар. Это было странно…

Он открыл глаза. Молодой Мастер Цзюнь увидел принцессу Лин Мэн, закрывшую лицо рукой. Несколько слёз вытекли из её глаз. На её красивом лице медленно появлялся красный отпечаток ладони…

Невероятно, оказалось, ладонь ударила принцессу в лицо!

- Что ты делаешь? Зачем ты сидишь на корточках?! Ты… то есть вы подошли как призрак! Вы не могли хоть как-то пошуметь? Я не знал... Вы любите пугать других до смерти? – голова Цзюнь Мосе чуть не лопнула от переизбытка чувств. Ему было трудно думать и настроить свой ум на решение этой проблемы. Он был настолько поглощён мыслями, что не заметил, когда пришла принцесса.

...он случайно влепил ей по красивому лицу, а не по своему бедру.

Ему определённо «везёт» с женщинами... это действительно безнадёжно…

Принцессе явно было очень больно. Но, вопреки ожиданиям молодого мастера Цзюнь — она не казалась злой. На самом деле, её глаза, казалось, умоляли его. Затем она открыла рот и спросила:

- Это... я умоляю молодого мастера Цзюнь... вы спасёте моего дядю Йе, хорошо?

Цзюнь Мосе был шокирован. Потом он понял, что происходит, и очень разозлился. Его взгляд стал острее молнии. Как копьё, его взгляд метнулся к Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй. От такого взгляда даже они захотели свернуться и дрожать под лавочкой…

У этой девочки была довольно большая терпимость. Однако, сердце старшей дочери семьи Сун дрожало, так как эта ситуация была вызвана ею. Она не очень часто пересекалась с Цзюнь Мосе. Но было очень ясно из поведения развратника Цзюнь, что... «он будет мстить за сегодняшнее, верно?». Она надеялась, что его месть не будет слишком суровой, так как она была невестой Жиробаса…

- Спасти его? Как я могу спасти его? Три лучших медицинских эксперта Империи ничего не смогли сделать. Так что может сделать такой развратник, как я? Ваше Величество, вы нашли не того человека! Эта ваша шутка не смешная, это действительно не смешно, – ноздри Цзюнь Мосе расширились от плохо скрываемого гнева. Его разум был полностью поглощён тем, как спасти жизнь Йе Гухана. Тем не менее, сказал он именно так.

Это не имело ничего общего с принцессой. «Если бы я хотел спасти кого-то... я бы спас его, даже если бы бесчисленные люди пытались остановить меня! Однако принцесса Лин Мэн понятия не имела о моих навыках. Но она только что пришла попросить об этом. Должно быть, это была Дугу Сяо И или Сун Сяо Мэй. Хотя я не думаю, что маленькая девочка раскрыла бы эту информацию. Так что остаётся Сун Сяо Мэй, старшая дочь семьи Сун…».

Цзюнь Мосе чувствовал себя несколько преданным.

Это чувство превратило его «хорошее» настроение в «злое»... всего лишь за секунду.

Предательство в глазах Цзюнь Мосе – это действительно предательство.

Было одно, чего Цзюнь Мосе не мог принять — когда люди предавали его.

Цзюнь Мосе всегда ненавидел людей, склонных к предательству.

Принцесса Лин Мэн почувствовала отчаяние после того, как выслушала холодный ответ Цзюнь Мосе. Она вдруг заскрежетала зубами, и её глаза раскрыли решительное выражение. Она медленно выпрямилась, потом она внезапно опустилась на колени.

- Я умоляю вас! Пожалуйста, спасите моего дядю Йе! Я умоляю вас, умоляю, умоляю... – принцесса Лин Мэн стояла на коленях. Выражение на её лице было безрассудным и сумасшедшим, но оно показывало неисчерпаемую боль. – Мой дядя Йе вынес бесчисленные удары из-за меня... он вытерпел так много, потому что я неразумна... нет ничего, что я могу сделать, чтобы он простил меня. Но он лежит сейчас и умирает... и я готова пожертвовать всем ради его жизни!

Цзюнь Мосе, я... я преклоняюсь перед вами! – принцесса Линг Мэн упала на землю. Громкий удар был доказательством того, что она приложила всю свою энергию, чтобы кланяться перед ним. Это вовсе не было легкомысленным.

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй стояли в шоке.

Какое благородное поведение у принцессы страны! Она твёрдо встала на колени перед вассалом и умоляла его... спасти жизнь телохранителя!

Императорская семья борется за власть с древних времен. В этой семье наверняка было много людей, которые были эмоциональными и справедливыми. Однако действия принцессы Лин Мэн были беспрецедентными.

Люди королевской крови должны вести себя в рамках Королевского достоинства. Но принцесса Лин Мэн проигнорировала всё это. Принцесса стояла на коленях перед Цзюнь Мосе, как будто она стояла на коленях перед высокоуважаемым старшим.

Кто угодно мог разглядеть решимость принцессы по тому, как она встала на колени.

Независимо от того, какой ценой... или с какими шансами на успех. Независимо от того, насколько нелепа надежда... она не колебалась.

Внешний вид Цзюнь Мосе был таким же спокойным, как поверхность неподвижной воды. Но он был сильно потрясён внутри. Он никогда не ожидал, что принцесса Лин Мэн предпримет такой шаг ради Йе Гухана.

Дугу Сяо И сделала огромный шаг вперёд, после чего сказала со слезами в голосе:

- Почему ты колеблешься, мудак? Принцесса стоит перед тобой на коленях и умоляет, чего ещё ты хочешь? Поторопись и сделай что-то, если ты можешь помочь! Разве нас двоих на коленях перед тобой не хватает?

Выражение Цзюнь Мосе оставалось холодным. Он протянул руку и оттолкнул Дугу Сяо И в сторону. Затем он равнодушно посмотрел на принцессу Лин Менг и сказал, не показывая никаких следов эмоций:

- Простите, принцесса... я ничего не могу сделать.

Все тело Сяо Мэй дрожало. Она быстро всё поняла. Она поняла, что совершила непростительную ошибку, сообщив принцессе о способностях Цзюнь Мосе…

Глава 269. Клятва крови

Даже забыв о других вещах, она не учла темперамент Цзюнь Мосе. «Он сильно отличается от других людей. Этот человек не играет в открытую для всех. И нет исключений из этого правила!

Он всегда всё делает по-своему!»

Она только намеревалась помочь принцессе Лин Мэн и дать ей надежду. Однако она прогневила Цзюнь Мосе. Это отняло всякую надежду на спасение жизни Йе Гухана.

Политические позиции принцессы и Йе Гухана были очень нестабильными. Более того, обстоятельства в семье Цзюнь тоже были не очень хорошими. Это заставило Цзюнь Мосе отказаться от задачи спасения жизни человека.

- Почему? Что ещё мне сделать? Чего ты от меня хочешь? Просто скажи это! Я даю слово, я дам тебе всё, что ты попросишь! – принцесса Лин Мэн всё ещё стояла на коленях на земле в отчаянии. Она всё ещё цеплялась за свою последнюю надежду...

- Ничего. Все, что вы предложите, не будет иметь никакого значения: я не доверяю вам, – Цзюнь Мосе поднял голову и посмотрел на небо. Он издал глубокий вздох. Затем он сказал решительно:

- Принцесса, я действительно хочу спасти его, но вы должны знать о ситуации в нашей семье Цзюнь... сказать, что она катастрофически как неустойчива... это ещё мягко сказать. И если я смогу вылечить его, когда даже три главных врача города не смогли... Что это будет значить?

Цзюнь Мосе вздохнул:

- Сейчас... люди могут только подозревать... и подозревать меня. Однако это станет реальностью, если мне удастся спасти жизнь Йе Гухана! Принцесса, Йе Гухан является одним из «запрещённых имён» его величества Императора. Возрождение его равносильно оскорблению Императора! Это одно имеет отношение к жизням тысяч членов семьи Цзюнь... и десятков тысяч последователей нашей фракции. В таких обстоятельствах... принцесса... разве вы не думаете, что пожертвовать жизнью Гухана – это хорошая идея? Принцесса сделала бы это по-другому, если бы была на моём месте?

Как вы можете ожидать от меня доверия?! Семья Тян никогда не была верна никому. Разве принцесса не знает об этом? – Цзюнь Мосе сказал тяжело.

- Я могу обещать хранить твой секрет... ты... ты просто спросил, как ты можешь мне верить... как я могу доказать, что можешь? – принцесса Лин Мэн повесила голову. Она знала, что ни одно обещание, которое она сделает, не будет достаточным. Она не знала, как объяснить, что её обещания будут отличаться от обещаний её семьи. Некоторое время она молчала.

Дугу Сяо И закусила губу. Казалось, она хотела что-то сказать, однако в итоге она решила молчать.

Сун Сяо Мэй вздохнула в сердцах. Слова юного мастера Цзюнь были разумными. Она знала, что проигнорировала бы любые просьбы о помощи в такой ситуации. Она поняла, насколько детскими и неразумными её действия были.

«Нынешний Император очень мудр. Но один из его немногих неоспоримых недостатков заключается в том, что он слишком подозрителен…»

Сун Сяо Мэй потерялась в своих мыслях. Потом она увидела, как принцесса внезапно встала на ноги. Она встала лицом на север и снова встала на колени. Принцесса Лин Мэн очень сильно закусила губу, и из угла её рта начала стекать кровь. Кровь текла по её лицу и начала капать на землю.

Мгновение она колебалась, но потом положила левую руку на грудь. Затем она произнесла мягким, но решительным голосом:

- Небеса над землей и Земля под Небесами! Боги этого мира и последующие поколения моих предков – слушайте мою клятву! Я, Лин Мэн, клянусь…

Она остановилась на мгновение, и её лицо вдруг перекосилось. Затем она продолжила:

- ...Если Цзюнь Мосе сможет спасти жизнь моего дяди Йе, то я клянусь, что вернусь во дворец и не пожалею усилий, чтобы потребовать от моего отца... чтобы я вышла замуж на Цзюнь Мосе. Жена или наложница... я буду исполнять его желания и никогда не пожалуюсь. Я проведу эту жизнь, будучи самой верной женщиной Цзюнь Мосе. Я буду держать свой рот закрытым относительно всех его секретов, и я не буду разглашать ни одной вещи никому другому. Если я отрекусь или нарушу эту клятву... пусть умрёт вся моя семья! И пусть мои предки никогда не найдут покоя! Пусть меня саму разорвёт на тысячу кусков. И никто из моих потомков не должен остаться в этом мире! Я принимаю эту клятву крови перед Небом, Землёй и Богами этого мира!

Принцесса повернула руку после того, как закончила говорить. В её руке блеснул тот самый красивый метательный нож. Нож мелькнул, как молния, и разрезал её кожу на руке. Она даже не вздрогнула, когда сделала это... кровь хлынула на землю. Принцесса нарисовала круг перед ней собственной кровью. Затем она поклонилась головой прямо в центр этого кровавого круга. Ее пышные волосы, разметались на земле. Она не поднимала головы в течение длительного времени…

Небо и Земля, как свидетели, во имя Богов и предков... её душа и её кровь вошли в эту клятву!

Это была самая священная, а также самая зловещая клятва на континенте Суань Суань. Никто не посмеет отказаться от этой клятвы. И принцесса Лин Мэн уже коснулась лбом центра кровавого круга.

Клятва была запечатана.

В этой жизни это было незыблемо.

Дугу Сяо И закричала в ужасе. Её маленькая рука прикрыла рот, а глаза быстро наполнились слезами.

Принцесса Лин Мэн встала. Её лицо было покрыто слезами, но она не плакала. Затем она повернулась к Цзюнь Мосе и сказала:

- Может быть, так я смогу убедить тебя... Цзюнь Мосе?

Цзюнь Мосе молчал, будто парализованный.

Юный Мастер Цзюнь никогда не думал, что принцесса примет такую присягу — даже во сне.

«О чем ты говоришь?»

Цзюнь Мосе ранее решил спасти Йе Гухана. Однако он не мог начать процедуру из-за некоторых сложных проблем. Затем внезапное прибытие принцессы Лин Мэн в сочетании с её «особой индивидуальностью» ещё больше обострило ситуацию.

В противном случае, он бы спас Йе Гухана втайне, и выставил это, как деяние несуществующего «таинственного эксперта». Несколько человек, возможно, сомневались бы в этом, но это не было бы огромным препятствием. Однако он никогда не думал, что принцесса сразу же отправится в его резиденцию после возвращения в Императорский дворец. Более того, она привезла с собой трёх имперских врачей. И эти трое были лучшими медицинскими экспертами в городе Тянсян.

Эта куча из стольких людей убила план Цзюнь Мосе. Он не смог бы спасти человека, даже если он на это способен, так как Император мог узнать о его талантах, если принцесса проронит хоть слово, и оно достигнет ушей Его Величества. Навыки юного мастера Цзюнь могли легко навлечь на него гибель…

Сначала его дедушка воспользовался неоправданным влиянием семьи Цзюнь, чтобы начать зачистку. Затем, травмы дяди таинственным образом исцелились. Затем последовало загадочное появление Аристократического зала. Любое логическое толкование этих фактов указывало бы на семью Цзюнь, и головы бы покатились…

Поэтому Цзюнь Мосе решительно отказался лечить Йе Гухана.

Тем не менее, принцесса Лин Мэн дала эту клятву крови, чтобы завоевать доверие Цзюнь Mосе…

Тело принцессы задрожало. На её лице было ожесточенное выражение, когда она посмотрела на Цзюнь Мосе.

Она знала, что Цзюнь Мосе бесконечно просил своего дедушку, чтобы тот сделал предложение о своём браке с Императорской принцессой несколько лет назад. Однако после того как она отвергла его, её отец также утратил интерес к семье Цзюнь. Всё это произошло спустя некоторое время.

Суждение принцессы Линг Мэн было затуманено нынешними обстоятельствами. Она не обращала пристального внимания на слова Цзюнь Мосе. Она услышала, как он сказал:

«Я тебе не доверяю» и истолковала это как требование о её согласии к браку. «Это явственно показало реальную цель этого забулдыги! Тем не менее, я боюсь, что он не спасёт жизнь моего дяди Йе, если я не соглашусь с его требованиями…

Разве я могу беспомощно смотреть, как мой дядя Йе умрёт?»

Принцесса Лин Мэн пришла к невозможному выводу после того, как обыскала свою душу.

Поэтому она решила сделать эту клятву крови после некоторого колебания.

«Я пожертвую остаток своей жизни, но дядя Йе выживет. Это небольшая жертва, не так ли? В любом случае, кто сказал, что мой отец не будет использовать мой брак в качестве средства для укрепления власти в будущем? Нет никакой гарантии, что мне когда-нибудь разрешат выйти замуж по собственному выбору. На самом деле, он может просто отправить меня Цзюнь Мосе, так как он довольно влиятельный…

Дядя Йе делал так много, чтобы спасти мою жизнь. Разве я не могу сделать это для него?»

Поэтому принцесса Лин Мэн в конечном итоге приняла это решение.

С лезвия метательного ножа, всё ещё лежащего у неё в руках, на землю падала её кровь.

Однако ум принцессы был ледяным.

«Чего еще ты хочешь? Скажи, что хочешь…»

Тем не менее, он был просто в трансе…

Принцесса Лин Мэн смотрела на Цзюнь Мосе. И Цзюнь Мосе смотрел на принцессу. Их мысли были в беспорядке. Сун Сяо Мэй могла понять их мысли. И глаза её были широко открыты от шока…

Вдруг, Дугу Сяо И громко всхлипнула посреди этой тишины... затем она начала рыдать, совершенно убитая горем.

«Брат Мосе... сначала он мне понравился... и всё же ты вдруг приняла клятву, не поговорив со мной сначала! Ты украла его! Нельзя! Сестра даже не обсуждала это со мной! Ты обманула меня!».

Дугу Сяо И чувствовала себя обиженной; ей было очень грустно. И когда она молча посмотрела на этих двух, смотрящих друг на друга... она подумала, что они смотрят друг на друга с любовью. Поэтому она не могла не расплакаться.

Дугу Сяо И была слепа в таких вещах. Она просто воображала эти вещи. То, что она восприняла, как «любящий» взгляд между двумя людьми... на самом деле Цзюнь Мосе был ошеломлён и паниковал. Из языка его тела был намёк на смущение, и ему было тяжело сдерживать свой гнев. А принцессе было очень горько из-за «жертвы», которую она только что принесла.

Так что эти взгляды «любовными» мог назвать только идиот. Или Сяо И.

- Хорошо, блядь! Обещаю! Обещаю, я спасу его! – Цзюнь Мосе потряс головой и со вздохом сказал. – Однако я не принимаю твою клятву. Мы с тобой друг другу не подходим. Характерами не сойдёмся! Поэтому, даже говорить о браке между нами – это абсурд!

Теперь по делу: Йе Гухану придётся остаться здесь в течение длительного времени. Я могу восстановить его здоровье только очень медленно. И я не могу гарантировать степень его восстановления. Ты... понимаешь, о чём я?

«Я могу спасти его или убить. Ты приняла эту паршивую клятву. Даже если ты должна была принять клятву... то только типа «Я ни слова не скажу обо всём этом своим поганым ртом»! Я мог бы придерживаться своей первоначальной идеи, продавая историю о «таинственном мастере», спасшем жизнь Гухана, и ты была бы идеальным инструментом, чтобы заставить мир поверить в это. Только этого было бы достаточно! Но ты решила пойти дальше и добавить обещание, что выйдешь за меня... или станешь моей наложницей, и будешь выполнять мои желания! Какая дерьмовая клятва!

Да даже если ты захочешь выйти за меня... я не хочу жениться на тебе! Я не собираюсь этого делать! Ты не такая красивая. Ты даже не можешь сравниться с этой маленькой девочкой! Да тебя даже нельзя сравнить с той долбанутой из Города Серебряной Метели? Независимо от того, какая она женщина... она имеет верх в этом отношении. Твоя красота хуже метеоризма у носорога для меня!»

Тем не менее, Цзюнь Мосе был ошеломлен суровостью клятвы принцессы. Он был шокирован той жертвой, на которую она была готова пойти для Йе Гухана. На самом деле, он был уверен, что он никогда бы не принял такое жёсткое решение, если бы он был на её месте!

- После того, как клятва крови принята... её нельзя изменить, даже если ты не примешь её! Это известный факт! – сердце принцессы Лин Мэн было наполнено радостью, когда она услышала, что он согласился спасти Йе Гухана. Но она продолжала спокойно:

– Я просто надеюсь, что правда об этом никогда не будет известна моему дяде Йе.

- Я могу гарантировать только свои максимальные усилия в этом вопросе, – Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. «Что это? Почему мне кажется, что я заставил честную девушку продавать свое тело...?».

Глава 270. Это... это Он?!

- Травмы Йе Гухана очень серьёзные. Я постараюсь изо всех сил, но я не уверен, смогу ли я полностью вылечить его. Его правая рука ужасно переломана. Поэтому ему будет трудно удержать меч... даже если его здоровье будет восстановлено. На выздоровление его телу понадобится примерно 70-80 дней. Таким образом, тебе придётся распространить парочку ложных объявлений, чтобы избежать будущих неприятностей для него. Ты должна объявить всему миру, что Йе Гухан умер от полученных травм. И... тебе лучше договариваться со мной, когда ты захочешь встретиться с ним в будущем. Я внесу необходимые коррективы. С этим нет проблем, да?

Принцесса Лин Мэн укусила губу и кивнула. Она прекрасно знала, что Цзюнь Мосе имел в виду, когда он сказал «избежать будущих неприятностей». Эти двое уже выработали молчаливое понимание. Им больше не нужно было объяснять свои слова.

Принцесса Лин Мэн вздохнула, увидев плач Дугу Сяо И. Затем она подошла к девочке, вытащила платок из кармана и мягко стёрла слёзы Дугу Сяо И.

- Глупая сестренка. Я не буду конкурировать с тобой. Возможно ли, чтобы у нас, сестер, была такая жестокая судьба? Ты... только ради этого... парня... он того стоит? – она собиралась сказать «мудака», но потом вспомнила свою клятву и не сказала этого.

Рыдания Дугу Сяо И несколько ослабели. Она открыла заплаканные глаза:

- Правда? Но ты... минуту назад…

- Это правда. Тем не менее, я сделала это, потому что у меня не было другого выбора... – принцесса Лин Мэн улыбнулась мягко. Принцессе было почти столько же лет, сколько и Сяо И. Тем не менее, она казалась гораздо более старшей. – Я попрошу моего отца, чтобы я вышла замуж за Цзюнь Мосе, чтобы я могла завершить свою клятву. Но только после того, как ты выйдешь за него... я обещаю, что это только для того, чтобы придерживаться моей клятвы и ничего больше. Это приемлемо?

Дугу Сяо И покраснела. Её слезы превратились в улыбку. Она раздумывала мгновение, а затем сказала:

- Ты старше меня, так что сначала ты... – хотя она говорила эти слова, но любой мог понять, что она чувствовала себя неуверенной.

Цзюнь Мосе прошёл мимо них. Теперь он сидел рядом с Йе Гуханом. Он чуть не грохнулся, когда услышал эти слова.

«Пока нет признаков успеха. Так почему эти две женщины так разговаривают?

У меня до сих пор нет намерения искать жену... И все же эти две женщины спешат выйти за меня замуж?

У меня пока нет планов в этом отношении!»

Выражение Цзюнь Мосе стало равнодушным, когда он начал вливать чистую Ци в Гухана. Затем он сказал холодно:

- Мисс Сун!

Сун Сяо Мэй извинилась тихим голосом:

- Тебе не нужно ничего говорить. Я знаю, что ты собираешься сказать. Я больше не буду этого делать. Пожалуйста, прости меня!

- Ты – невеста Жиробаса, а также сестра этой девушки. Так что я сейчас это забуду. Но если ты когда-нибудь сделаешь это снова – я убью тебя. Что я ненавижу больше всего... так это предательство! – Цзюнь Мосе поднял веки. В его глазах мелькнуло сильное желание убийства. Затем он изгнал сильную убийственную ауру, и три девушки содрогнулись от холода.

Слова Цзюнь Мосе вызвали у него жажду крови. Никто никогда не посмеет сомневаться в серьёзности его угрозы. Они не посмели бы спровоцировать его, так как знали, что он выполнит свою угрозу.

Сун Сяо Мэй молчала. Она знала, что Цзюнь Мосе не шутит. «Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй разговаривали без ограничений. На самом деле, он также не воздерживался перед Дугу Сяо И. Это показывает, что он считает их своими людьми. Он считает, что они не предадут его. Если бы они раскрыли его тайну принцессе Лин Мэн... он посчитал бы это ошибкой... но никогда не предательством…

Этот факт не изменится, независимо от обстоятельств или рассуждений!

Всегда ли я закрывала глаза на истинное поведение Цзюнь Мосе? По своей природе этот юноша такой... «слушайся меня - ты умрёшь, если не будешь». Это слова тирана». Вдруг Сун Сяо Мэй задрожала. Она была очень напугана его словами.

«Ты такой человек, Цзюнь Мосе?»

Принцесса Лин Мэн была шокирована. Она посмотрела на Цзюнь Мосе широко открытыми глазами. «С каких пор Цзюнь Мосе обладает такой внушительной личностью? Он... изменился?

Именно поэтому Дугу Сяо И безумно влюбилась в него?»

Принцесса Лин Мэн не была уверена. Она медленно подошла к Йе Гухану. Она наклонилась, чтобы посмотреть на смертельно-бледное, почти прозрачное лицо Гухана. Принцесса горевала, но скрыла свои слёзы.

- Сяо И! – Цзюнь Мосе закрыл глаза, вкладывая всю свою силу в передачу Ци.

- Что? – настроение Дугу Сяо И было довольно хорошим. У неё был такой характер, её настроение быстро менялось. Она уже забыла про свои слёзы, но чувствовала себя смущённой из-за своей прежней истерики. Она вскочила, когда услышала, как Цзюнь Мосе назвал её имя.

- Иди к Третьему дядюшке и попроси его отправить кого-нибудь в Аристократический зал. Попросите его вернуть медицинские ингредиенты, – Цзюнь Мосе перечислил названия трав без каких-либо колебаний. – Чем раньше я их получу — тем полезнее они будут.

Дугу Сяо И кивнула, а затем исчезла, как струйка дыма.

Принцесса Лин Мэн приблизилась к Цзюнь Мосе. Она никогда не была так близка к нему раньше. Она наблюдала за ним, как он сидел с закрытыми глазами и вливал силу в её близкого человека. Его лицо не выглядело холодным и жадным. Но казалось, что он презирал всё сотворённое под небом.

Она почувствовала слабое, но очень знакомое ощущение в её сердце.

«Это очень знакомое чувство... безопасности? Это несравнимое тепло и уют... где я чувствовала себя так раньше? И почему я вообще чувствую это тепло?» Принцесса Лин Мэн нахмурилась.

Внезапно в ее голове вспыхнул свет: «Это чувство... почему это так знакомо...?»

Принцесса Лин Мэн не могла ни на дюйм приблизиться к Цзюнь Мосе. И чем ближе она подходила к нему... тем сильнее становилось это чувство. Оно медленно напомнило ей о чём-то. Хотя, она не могла понять, что это было.

Она сидела в стороне, но не произносила ни слова.

Сун Сяо Мэй села рядом с ней с несколько смущённым выражением лица.

- Сестра Сяо Мэй... почему ты в резиденции семьи Цзюнь? – принцесса Лин Мэн сидела, сложа руки. Поэтому она вдруг вспомнила об этом и не могла не спросить. Ум принцессы был по-прежнему зациклен на её решении принести клятву крови…

- Малыш Белыш привёл Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя к нам после того, как ты попала в плен... – Сун Сяо Мэй ответила. – Третий Мастер Цзюнь привёз сюда твоего дядю и нас. А Цзюнь Мосе ушёл, чтобы спасти тебя…

- Что? Цзюнь Мосе пошёл один, чтобы спасти меня? – принцесса Лин Мэн забыла свои манеры и громко спросила. Она вскочила на ноги, на её лице отчётливо был виден её шок.

Она пыталась решить эту головоломку. Однако вдруг показалось, что тёмные облака в её голове прорезал луч солнца: все вдруг оказалось очень ясным.

Таинственный мастер нёс её, когда они выбрались из пещеры. На самом деле, тот таинственный эксперт с метательными ножами всегда защищал её. И то, что она чувствовала на руках этого человека, было то же, что она... только что чувствовала возле Цзюня Мосе…

«Возможно ли, что...? »

Но как это возможно?» Принцесса Лин Мэн энергично покачала головой, чтобы избавиться от этой нелепой мысли. Однако эти две фигуры постепенно стали одной в её голове…

Она вспомнила, что Цзюнь Мосе был поблизости во время предыдущего покушения на её жизнь. Затем он внезапно исчез.

«Может ли он быть ИМ?»

Сердце принцессы Лин Мэн начало биться дико. Она с изумлением посмотрела на Цзюнь Мосе. Её сердце вдруг ощутило небывалое чувство. «Он довольно красив...». Её лицо внезапно покраснело.

Дугу Сяо И вернулась, после того, как она завершила свою задачу. Девушка уже отошла от истерики и была в приподнятом настроении. «На этот раз он назвал меня Сяо И. Было так приятно это слышать. Надеюсь, в будущем он снова будет называть меня так…»

- Сестра Сяо И, – принцесса Лин Мэн старалась сдержать свои эмоции. Её голос был очень ясным, когда она спросила:

- Я слышала, что молодой мастер Цзюнь сделал для тебя нож с драгоценными камнями, верно? Помню, в прошлый раз, когда ты мне его показывала, у него было приятное название – Первый карманный нож Тянсяна, кажется? Не могла бы вы показать мне его ещё раз?

- Ты отнеслась к нему с презрением в последний раз, когда я пыталась показать его тебе. Но теперь ты хочешь взглянуть на него ещё раз. Хорошо, тогда... я покажу его тебе, – пробормотала Дугу Сяо И. Затем она вытащила из рукава тонкий нож.

Цзюнь Мосе едва не потерял сознание после того, как случайно увидел это.

- Дугу Сяо И! Я дал тебе этот нож, чтобы ты могла резать людей на части... он не должен быть привязанным к руке! Какая пустая трата! Вы меня сегодня доконать решили, мать вашу... – гневно завыл Цзюнь Мосе. И он был очень серьёзен.

Эта девушка привязала нож к руке. Это означало, что ей понадобится время, чтобы вытащить его, если понадобится. «В чем разница между таким и повязкой? Да битва уже будет закончена к тому времени, как она вытащит нож! Так что толку от этого?»

Лицо Дугу Сяо И покраснело. Она заскулила от смущения. После она ответила:

- Это... ты дал мне... в знак верности... я буду использовать его, если понадобится... почему ты злишься на меня...?

Она опустила взгляд, когда говорила. От смущения она теребила подол платья, пища, как комар:

- А мой... Нефритовый кулон... Ты всё ещё носишь его?

Кровная клятва принцессы Лин Мэн не пришла от сердца. Тем не менее, принцесса была по-прежнему самой большой угрозой в глазах Дугу Сяо И. Поэтому она добавила два слова «знак и вера», несмотря на смущение, когда Цзюнь Мосе спросил её о ноже. Идея заключалась в том, чтобы отправить сообщение, что — «нравится тебе это или нет... Мы уже обменялись знаками верности!»

«Да! Мы можем быть хорошими сестрами, но я не буду сдерживаться! Я, Дугу Сяо И, буду бороться за свою любовь до конца! Ха! Я тоже приму клятву крови, если ты спровоцируешь меня! Возможно, ты сделала это недобровольно, но я сделаю это, тогда мы увидим, кому кого бояться?!»

«Нефритовый кулон? Знак верности?» – Цзюнь Мосе молча смотрел на неё. Он не знал, откуда это взялось. Что касается того куска нефрита, который он получил от неё... «Я положил его куда-то... хотя я не помню, где я его оставил…»

Принцесса Лин Мэн не обратила внимания на слова Дугу Сяо И. Её руки слегка дрожали, а глаза сияли торжеством, когда она смотрела на нож. Затем она увидела странный свет, отражающийся от камня на ручке. Это её очаровало. Оружие было совершенным. И рукоять этого ножа, и те метательные ножи были явно сделаны руками одного и того же человека.

Был ли это процесс ковки, мастерство, дизайн, или даже метод литья лезвия — все это было гениальным и оригинальным, наряду с отточенным лезвием ножа. Это указывало на один очевидный и неоспоримый факт!

Нож было легко держать. Он был тонкий, маленький и изысканный. Он подходил и для режущих, и для колющих ударов. Более того – самому себе навредить было крайне сложно. Баланс ножа, его лезвия, рукоять... каждая кромка лезвия... была тщательно закалена и изысканно высечена. Кроме того, ручка и лезвие были сделаны без стыков... было очевидно, что кто-то потратил много времени и усилий на создание такого ножа.

Кроме того, ручка была немного короткой. Было очевидно, что рукоять этого ножа специально предназначалась для женской руки. На самом деле, она, вероятно, предназначалась таковой изначально.

Лезвие блестело. Его плавные линии мерцали, как звезды в ночном небе. Казалось, как будто Млечный путь свалился с неба. Все лезвие текло, как река света.

Принцесса вдруг почувствовала укол ревности, глядя на этот нож: «Он хорошо к ней относится... очень хорошо…».

Глава 271. Выговор

- Это хороший нож! – принцесса Лин Мэн смотрела на него с завистью. Она, казалось, неохотно рассталась с ним. Она узнала, кто этот «таинственный человек». Тем не менее, она не была готова разглашать это никому.

Она чувствовала, что... «Цзюнь Мосе играет развратника, и красуется его аморальным поведением повсюду. Разве это не означает, что он хочет скрыть свою истинную сущность?

Он может совершать удивительные дела: дела, требующие храбрости, доблести и мужества. Его медицинские знания могли создать шум во всей столице! Он должен стоять на вершине этого мира. Он мог наслаждаться восхищением каждого — преданностью всего молодого поколения. Тем не менее, он выбрал грязь на себя ради своей семьи…

Итак, то, что он сказал раньше, верно? Его сердце не дожидалось меня!

Он и я, мы не подходим для того, чтобы быть парой. Однако, это не он недостоин меня — это я не заслуживаю его!

Его жизнь, должно быть, была полна горьких трудностей!

Кто-то, способный к таким великим подвигам, должен быть гордым и благородным молодым человеком. Тем не менее, у него нет выбора, кроме как страдать от снисходительных взглядов и издевательств. Но он продолжает демонстрировать крайне неприятную личность на публике! Он не может показать свои достижения... это должно быть великое мучение для него!

Это требует дальновидности. Насколько широко мыслящим, спокойным и талантливым приходится сталкиваться с этим...?!

Кто не хочет быть желанным? Кто не хочет, чтобы ему поклонялись толпы людей? Кто не хочет стоять на вершине? Тем не менее, у Цзюнь Мосе не было выбора, кроме как страдать от унижения в мире из-за обстоятельств его семьи…»

Принцесса Лин Мэн вдруг почувствовала печаль в её сердце.

«Он примерно в том же возрасте, что и я... но он пережил великое множество вещей, чем я... более того, он никогда не хочет, чтобы его имя приписывали за добрые дела, которые он совершает. Он никогда не просит отомстить за то, что он делает. На самом деле, он скорее пострадает от презрения людей, которых он спасает…

Как можно кого-то, такого, как Ли Юрана, даже сравнивать с таким человеком?!

Вдруг образ Цзюнь Мосе изменился от негодяя, который не стал бы чураться никакого преступления, к возвышенному человеку, купавшемуся в ярких лучах света в сознании принцессы.

Это было похоже на продвижение от «дна восемнадцатого слоя» ада до «тридцать третьего уровня» небес. И тоже в одно мгновение!

Принцесса Лин Мэн вдруг почувствовала, что её клятва крови... больше не неприемлема... на самом деле, в её сердце было слабое... чувство восторга?

Жаль, что молодой мастер Цзюнь не знал об этих чувствах. Иначе он бы громко рассмеялся: «Да вы тут, бл.дь, психи все! Небеса и Земля! Ну, нахрен, я даже не буду пытаться понять!»

Тот, старый Цзюнь Мосе никогда не притворялся развратником и мотом. Он был настоящей пустышкой. Не могло быть ложных соображений о нем. Что касается нового молодого мастера Цзюнь, то он всегда делал всё по-своему. Ему было наплевать на чужую точку зрения…

Подводя итог этих изменений в образе Цзюнь Мосе с «бесполезного забулдыги» до «высокого и благородного человека» в чистой и невинной голове принцессы Лин Мэн...

Дугу Сяо И увидела, как принцесса держала этот нож, казалось, принцесса любит его слишком сильно, чтобы отпустить. Сердце девушки напряглось. Затем она вздохнула: «Ты не считаешься с чувствами своей сестры. Я больше никогда не покажу тебе этот нож!»

Она кипела от злости и поджала губы. После она сказала:

- Я полагаю, сестра Мэн достаточно видела? Это всего лишь нож, ничего такого редкого, – затем она протянула руку и выхватила у принцессы нож. Дугу Сяо И гордо сузила глаза и улыбнулась. – Этот нож не очень редкий... но мой брат Мосе сказал, что этот нож уникален и не превзойдён – будь-то по качеству или стилю…

- Уникальный? Не совсем, верно? – принцесса Лин Мэн не знала, почему она чувствовала себя так неудобно, увидев, что Дугу Сяо И это приятно. Она ответила, смеясь:

– У меня есть несколько ножей, которые напоминают этот. Они просто меньше по размеру…

- У тебя есть несколько таких ножей? Я не верю тебе. Этот злодей сказал, что он сделал этот нож с драгоценными камнями для меня, специально для меня! – закричала Дугу Сяо И. Её большие глаза открылись ещё больше:

– Как это возможно?

- А почему это невозможно? Почему не может быть нескольких таких ножей? – принцесса Лин Мэн таинственно улыбнулась. – Не хотела бы ты потратить время, чтобы увидеть их?

Принцесса Лин Мэн не могла не удовлетворить своё эго. Она знала, что метательные ножи, которыми она обладала, были изготовлены молодым мастером Цзюнь. Однако она получила их чисто случайно. Они не были даны ей в дар, не говоря уже о том, что они специально сделаны для неё. Она знала, что не может показать нож прямо сейчас, тогда, как Цзюнь Мосе был поблизости. Она знала, что ему не интересно видеть его «знаки верности». Она могла бы вытерпеть его недовольство, если бы показала эти ножи. Но это было вторично. Как она могла позволить себе потерять лицо перед своими сестрами?

- У нас, конечно, есть время, чтобы изучить сокровища старшей сестры Лин Мэн! – Дугу Сяо И улыбнулась, и острый свет мелькнул в её глазах. Принцесса Лин Мэн также улыбнулась ей. Эти сестры улыбались, но между ними чувствовалась сильная враждебность.

Эта конфронтация уже превзошла категорию «молодых девочек-подростков», она достигла категории взрослых женщин. Женщины могут совершать жуткие вещи, отстаивая своё положение в своей любовной жизни. Это «сестринское» чувство никоим образом не могло встать на пути этого…

Сун Сяо Мэй заметила эту сильную враждебность и ревность между двумя женщинами. Однако очень умная Сун Сяо Мэй не могла ничего сделать, но разинула рот от изумления.

«Привязанность Дугу Сяо И к Цзюнь Мосе является известным фактом. Так что её поведение не странно. Однако, Лин Мэн... её отношение к молодому Мастеру Цзюнь претерпело неожиданные и огромные изменения. Это совершенно необъяснимо».

Принцесса Лин Мэн приняла клятву крови выйти замуж за Цзюнь Мосе. Однако это было сделано неохотно из-за сложившихся условий. Принцесса Лин Мэн никогда не была благоприятного впечатления от Цзюнь Mосе в соответствии с пониманием Сун Сяо Мэй. На самом деле, принцесса его ненавидела. «Так почему же эти две «сестры» стали соперницами в любви так внезапно? Более того, чувство враждебности настолько сильное, несмотря на сильную сестринскую связь, которую они разделяют? В чем дело?

Это смущает, очень смущает…».

Сунь Сяо Мэй всегда считала себя очень способной. Она могла использовать свой большой мозг в любой ситуации. Но в этот момент даже в нём случилось короткое замыкание.

Цзюнь Мосе вздохнул. Он, наконец, исчерпал себя. Он заливал энергию в Йе Гухана в течение столь долгого времени. Он уже использовал огромное количество её. Но состояние пострадавшего стабилизировалось. Суань Ци Йе Гухана была изгнана из его тела, и была заменена мощной небесной энергией Цзюнь Мосе полностью.

Более того, сломанные кости были тщательно окутаны аурой молодого мастера Цзюнь.

Больше никаких проблем не будет, если кто-то случайно сдвинет тело – он не испортит кости.

Цзюнь Мосе очень устал. Он открыл глаза, чтобы посмотреть на трёх девушек, а затем уныло вздохнул. Ему не хотелось говорить. Даже одна женщина была похожа на тысячу уток в глазах Убийцы Цзюнь — многословная и запутанная. Но он столкнулся с тремя такими…

Это было очень страшное дело! И если бы среди них был только один человек... судьба этого человека была бы очень и очень трагичной.

- Как он? – принцесса Лин Мэн спросила, двинувшись вперёд. В её голосе слышался намёк на лесть.

- Как он? – Дугу Сяо И повернулась к нему. Ноздри её тонкого носа трепетали, а брови дрожали. Цзюнь Мосе почувствовал её дыхание. Он даже почувствовал запах её сладких духов.

- Ты устал? – Сун Сяо Мэй не посмела воспользоваться возможностью присоединиться к веселью. Правда, она всё-таки вставила слово после того, как заняла место.

Три женщины вместе поинтересовались у уставшего Цзюнь Мосе. Он не мог говорить, но его глаза, безусловно, говорили вместо него. Он думал о вещах, которые хотел сказать, когда открыл глаза. Он старался держать своё выражение пустым, когда смотрел на трёх женщин; он был холоден, как кусок векового льда.

Его холодный взгляд охватил их, и три женщины задрожали от нервозности. Им было стыдно без причины. Они чувствовали, как будто сделали что-то не так.

- Боже, женщины! – простонал Цзюнь Мосе. Он поднял руки к голове и с усилием начал массажировать виски. Его лицо дёргалось от раздражения. – Я не хотел пороть с вами чушь, но теперь я думаю, что это необходимо! В противном случае, вы меня до смерти заговорите, рано или поздно!

- Что?! – три женщины были поражены. Они некоторое время смотрели друг на друга. Они были в полной растерянности.

- Во-первых... Ты! Ты совершила огромную ошибку! – Цзюнь Мосе указал пальцем на принцессу Лин Мэн. Не было никаких следов вежливости в его поведении. – Взять хотя бы сегодняшнее дело в качестве примера. Не было необходимости жертвовать чем-либо. Однако тебе удалось создать эту ситуацию из ничего! Это всё, что ты делаешь! Йе Гухан вообще не должен был получать такие травмы. Он мог легко отступить, отделавшись малой кровью! Но всё получилось именно так из-за твоего невежества! Твой дядя принёс ради тебя огромную жертву. И теперь ты дала клятву крови его доктору. Это очень трогательно. Я чувствую себя очень плохо из-за Йе Гухана. Его ситуация крайне трагична. И всё это было ради чего-то такого никчёмного! Это слишком грустно! И даже не грустно, а тупо!

Принцесса Лин Мэн, насколько я могу знать – ты на уровне Золотого Суань. Ты можешь показаться очень сильным специалистом… обычному человеку. Тем не менее, ты не могла сражаться против таких мощных убийц. Но Йе Гухан уже заблокировал их. И что, ты не могла позволить себе сбежать? Кроме того, этот инцидент произошел в Имперской столице. Так почему же ты не побежала к первой попавшейся большой семье, которая жила неподалеку? Ты придаёшь такое большое значение своим слезам? Эти «значительные» вещи принесли столько зла Йе Гухану!

Единственное, что ты можешь сделать, когда такой инцидент происходит — на самом деле, единственное, что ты ДОЛЖНА сделать — это воспользоваться возможностью и сбежать! Чем дальше бы ты убежала, и чем быстрее бы ты убежала... тем больше Гухан смог бы расслабиться. Тебе не следовало беспокоиться о безопасности Гухана. Или думать, что ты бросаешь его. Ты должна была думать только о том, чтобы сбежать! Йе Гухан сражался только по этой причине! Он думал отступить, как только ты будешь в безопасности. Он бы мог отступить и получил бы парочку лёгких ран максимум. Но это не привело бы к чему-то подобному! Но ты это сделала? Нет. Ты только оглянулась назад и всё... На самом деле, ты не пробежала даже трёхсот метров! Ты не покрыла бы и это расстояние, если бы не Сяо И и Сун Сяо Мэй, которые тебя тащили... у тебя в башке творог? Чем ты думала?

Цзюнь Мосе выговаривал принцессе, безжалостно и безапелляционно. Глаза принцессы Лин Мэн стали красными, и она собиралась заплакать.

- Не плакать! Я вышвырну тебя и твоего дядю, если увижу, как сегодня из твоих глаз упадёт ещё хоть одна слеза. Я никогда не просил тебя принимать эту чёртову клятву крови! Такая тупая вещь, я просто не могу! Как будто слёзы будут полезны твоему дяде Йе! Твой дядя умирает из-за твоих несчастных слёз! Но будет ли это полезно против врага? Рыдать – это хуже, чем пердеть! Можешь ты сделать что-нибудь ещё, кроме как реветь? Прежде чем попытаешься плакать снова, посмотри, к чему слёзы тебя уже привели! – сердито заревел Цзюнь Мосе.

Глава 272. Вы трое просто писец какие тупые!

Все тело принцессы Лин Мэн начало дрожать. Дьявольское выражение Цзюнь Мосе напугало её. Настолько, что она даже не смела плакать.

- На самом деле, ты не пыталась убежать, когда Йе Гухан получил серьёзные травмы! Действительно, это очень хорошо! Ты очень грозная! Ваше Высочество, ты очень привязана к нему. Ты была готовы сделать так много для твоего дяди Йе! Это так трогательно! Я восхищаюсь тобой!

Цзюнь Мосе скрежетал зубами. Затем он выпустил потрясающий по громкости рёв:

- Ты даже не думаешь о других людях! Ты не думала о двух хороших сёстрах? Ты так разволновалась, что не сбежишь, несмотря ни на что. Но ты думала, что они бросят тебя и сбегут? Ты могла причинить им огромный вред, на самом деле, ты могла убить их! Все трое были бы убиты и превращены в кучу гниющей плоти, если бы нападавшие намеревались убить тебя, а не похитить! Ты красивая, но пользы от этого было бы чуть меньше, чем ни хрена! Твоя смерть была бы столь трагичной, если бы ты была мишенью врага. Тем не менее, тебе удалось привлечь и своих двух невинных сёстер! Как бы ты себя чувствовала, если бы с ними что-то случилось?

- Но... – принцесса Лин Мэн почувствовала странное чувство глубоко в сердце. Она также чувствовала стыд. Разумеется, она не осмелилась поднять глаза на Цзюнь Мосе. Более того, она даже не смела смотреть на своих сестер, которые стояли рядом с ней.

- Но что?! – голос и выражение Цзюнь Мосе были очень суровыми. – Однако и когда Йе Гухан лежал на земле... на грани смерти. Что у тебя в голове было? Это такая бабская логика?!

Давай скажем, что Йе Гухану вообще не обязательно было умирать, защищая тебя... тогда не было бы никаких проблем в этой ситуации. В самом деле, если бы Йе Гухан умер для того, чтобы защитить тебя — это была бы просто смерть! Но он поставил свою жизнь на кон, чтобы прикрыть твой побег — побег должен был быть ценой его жизни! Но ты не только не сбежала... ты осталась на месте! Ты бы сделала его смерть совершенно бессмысленной! Это было бы зря! Он обменял свою жизнь, чтобы дать тебе шанс сбежать. Но он умер бы тупо из-за тебя!

Глупая женщина! Как ты сможешь понять? У тебя же башка полна опилок! Да... Ты тупая... и тебе уже не помочь! Ты веришь, что твой мозг не так уж и плох? А ты даже хвасталась своим интеллектом! Ты думала, что я должен смотреть снизу на тебя, а ты - плевать на меня сверху... Фффуух! – он чувствовал восторг от издевательств над ней. Это было местью за то, как принцесса ранее игнорировала и пренебрегала его существованием.

- А ты! – он указал на Дугу Сяо И. – Нож, который я дал тебе — ты считаешь, что привязывать его к руке очень забавно? Почему бы тебе его в трусы не засунуть?! Разве ты не знаешь, что такой нож идеально подходит тебе? И использование этого ножа может дать отличные результаты?! Но какая польза в том, что ты его к руке привязываешь? Тебя в детстве лягнул осёл прямо в башку?

Цзюнь Мосе просто не мог перестать ругаться:

- Почему ты не хочешь делать, как надо? Что ещё ты планируешь делать с этим? Это нож! Для чего он используется? Ножи не используются в качестве украшения. Ножи используются, чтобы резать людей, рубить врагов и убивать их! Чего ты добьёшься, привязав его к руке? Я сделал его с таким трудом... Разве ты не догадывалась, что твой ежедневный пот и запах могут испортить этот нож? Ты знаешь, сколько умственных и физических усилий, времени и энергии потребовалось мне, чтобы сделать этот прекрасный нож? Какая пустая трата!

Тупая! Ты тоже непроходимо тупая! Если её голова полна творога... в твоей вообще вода плещется! Кому-то нужно выбить эту чушь из головы! – Цзюнь Мосе указал на Дугу Сяо И и плюнул ей в лицо. Лицо Дугу Сяо И побледнело, когда она пыталась уклониться от его плевка.

- Более того, их целью... была не ты! Принцесса Лин Мэн не была готова бежать. Но ты не поспешила искать подмогу. Ты просто тупо смотрела, пока враг не пришёл на всё готовое! Врагами были специалисты Суань Неба! Ты понимаешь, что это такое? Вы – как нищие, объявившие о своём намерении восстать против короля! Враг мог разорвать твоё слабое тело кончиками пальцев. Они могли раздавить вас двоих, одним пальцем! Нет! Ни одного кусочка твоего тела не осталось бы! Ты – как муравей, который пытался утащить дерево. Единственная похвала, которую я могу дать вам двоим – это шикарное оскорбление врагов уровня Суань Неба вашими действиями!

Ты вторая тупая женщина в этой банде! – Цзюнь Мосе сделал длинный вздох.

- А ты! Ты считаешь себя очень умной, да? – Цзюнь Мосе не собирался пропускать и Сун Сяо Мэй. – Ладно, они не поняли... но ты что, тоже тупая? Ты тоже не могла ничего сделать? Ты знаешь, что тебе следовало бежать... а не наслаждаться видом? Разве ты не должна была бежать, спасая свою жизнь? И этот дурацкий путь побега, который ты выбрала, был тем, который выбрал бы только безмозглый человек. Вы бы не нашли много извилистых дорог впереди. Зато стояли шикарные, высокие дома по обе стороны дороги. Там было много людей, чья входная дверь была бы связана с задней дверью. Это привело бы вас в переулки. Это было бы безопаснее, верно? Но неожиданно, вы безумно бросились по главной дороге! Как ты думаешь, ваша скорость быстрее, чем эксперта Суань Неба?!

Да, ты выглядишь плохо. Поэтому ты ведёшь себя... нетрадиционно. Ты смотришь на проблемы. Ты смотришь на людей, и ты видишь дела не так, как все! Поэтому ты очень самоуверенна в этом плане! Но твоя гордость стоит того же пердежа, что красота принцессы! Чем это полезно? Ты никогда не смотришь на себя. Ты только тщательно изучаешь других; и большая часть из этого – тоже херня! У тебя есть мозги? Сяо И не очень логична в отношении таких вопросов, а принцесса там вообще мозгами тронулась. Ты была там единственным ясным человеком. Ты не могла просто вырубить принцессу, а потом уйти с ней? Я уверен, что ты смогла бы сбежать с лёгкостью, если бы ты сразу же вырубила эту тупую женщину. И даже Гухан мог бы сбежать, если бы ты это сделала. Скажи мне, я прав или нет?!

Никогда не думай, что ты можешь понять других, не понимая себя в первую очередь! – Цзюнь Мосе начал стучал по столу. – Думаешь, ты можешь понять мужскую психологию и женские слабости? Позволь мне сказать тебе! Мысли мужчин и женщин являются их собственными, и никто никогда не хотел бы, чтобы кто-то другой мог контролировать их. Никогда не взвешивай чужую личность со своей жалкой мудростью! В любом случае, кажется, что тебе ещё очень не хватает! Даже маленькая «случайность» может быть достаточно опасной, чтобы убить кого-то. И то, что случилось с Йе Гуханом, является прекрасным примером этого!

Это нормально, чтобы быть тупым самому по себе. Однако никогда нельзя вовлекать в свою тупость кого-либо ещё. Особенно тех, кто рядом с вами! – Цзюнь Мосе ревел не хуже пароходной сирены.

После этих слов, Цзюнь Мосе перестал изливать проклятия. Его плевки были везде. Зато его сердце было удовлетворённо.

- Но... как ты только что сказал... мы уровня Золотого Суань... очень далеко от Суань Неба. И как мы должны были решить всё, несмотря на эту огромную и бесспорную разницу в наших силах? А мы могли зависеть только от себя. Так как я могла это сделать? – Сун Сяо Мэй выпрямила шею и спину. Эта девочка не была похожа на принцессу и Сяо И. Она была очень горда. Таким образом, она утверждала обратное.

- Ты думаешь, что сила падает с неба? – Цзюнь Мосе вздохнул. – Разве ты не одеваешься и не украшаешь себя каждый день, вместо того, чтобы тренировать свою тираническую силу? Как ты думаешь, ты можешь иметь исключительную силу, когда ты относишься к себе, как к нежному цветку в вазе? Ты знаешь, сколько сил стоит стать настоящим экспертом, по-настоящему сильной личностью? Очевидно, это то, о чем вы, молодые леди, не узнаете. Всю свою жизнь и душу надо вкладывать в достижение даже самого обычного понимания.

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Вы очень молоды, но уже специалисты Золотого Суань! На самом деле, вас можно даже считать необыкновенными талантами среди подрастающего поколения. Многие люди будут считать это подвигом! И я признаю, что это правда. Культивирование Суань Ци противоречит естественному порядку вещей. А ходить по этому хлопотному пути, значит, тратить много богатства и энергии. И самое главное – отказаться от мира. Вы будете в конфликте с вашим телом каждый день!

Я говорю эти вещи, чтобы убедиться, что вы не наделаете глупых ошибок, каких вы наделали сегодня! Ваша сила слаба. И я уверен, что сегодняшняя ситуация рано или поздно повторится! Но я должен быть уверен, что никто не хочет, чтобы жертва Гухана стала никчёмной. Ты понимаешь мои слова?

Цзюнь Мосе на какое-то время потерял полный интерес к ним. Он подошёл к креслу и уселся в него. Затем он закрыл глаза. После этого он с нетерпением сказал:

- Не оспаривайте правду, которую я говорю вам. Это бесполезно! Это может сделать что-то хорошее, если вы уверены в том, что вы можете использовать эту туфтовую логику, чтобы убедить противника. Если нет... тогда молчите. Я слишком долго трудился, мне нужно отдохнуть.

Три девушки поначалу были очень злы. Затем, они поняли, что слова Цзюнь Мосе были очень разумными, хотя и чрезвычайно грубы. Они не могли не повесить головы и не задуматься над его словами.

Дугу Сяо И скривила рот и повернулась. Затем она фыркнула, сморщила нос и пробормотала:

- Ты такой... глупый! Всякий раз, когда я раздражаюсь... я вынимаю этот нож... и чувствую, что смотрю на тебя…

Вдруг они услышали звук тяжёлых шагов снаружи. Сначала казалось, что монстр размером со слона дико топает в их сторону. Скорость его передвижения была странной. Это было не очень быстро — наоборот, это было очень медленно.

Три девушки посмотрели друг на друга и ахнули. Потом они услышали голос:

- Я говорю, молодой господин... ты умышленно заставил меня бежать с моей сломанной ногой! Мать твою... я, должно быть, похудел килограмм на пять в этом «путешествии». Что было такого важного, что ты так срочно потребовал эти лекарства? Более того, зачем мне их лично приносить? Я заслуживаю особого внимания! Давайте пойдём в Озеро Туманного Духа сегодня!

Ц-ц ц... просто подумайте о тех напудренных и нежных женщинах, брат! У меня уже слюнки текут при мысли о них! Я хотел бы найти несколько из них, и даже попробую твою, если ты не заплатишь за неё... Действительно, молодой мастер – настоящий гений! Этот маленький брат восхищается тобой, он кланяется перед тобой!

Само собой разумеется, кто собирался войти в дом…

Цвет лица женщин внутри комнаты сменился на бордовый. Было темно и страшно. Три женских лица показали одно и то же намерение – убийство!

Это было очень гнетущее зрелище!

Молодой мастер Танг притащил свой огромный живот к порогу двери. Весь путь сопровождался жалобами и лестью. Затем он очень громко выпустил газ. Когда он, наконец, вошёл, он тащил свой живот на руках. Увидев трёх молодых женщин, свирепо уставившихся на него, он немного струхнул. Сглотнув слюну, он даже расслабил хватку рук, и его живот весело запрыгал на уровне коленей. Потом он оглянулся вокруг и испустил холодящий кровь вопль.

Выпустив лекарства, которые пролились на пол, он быстро сорвался с места и сбежал.

Глава 273. Хладнокровный Мастер

Три девушки решили поймать Жирного Танга и ловко набросились на него. Скорость Танг Юаня не позволяла ему убежать даже от улитки, не то, что от трёх решительных девушек… Сун Сяо Мэй схватила его за ухо и потащила обратно. Жирный Танг постоянно умолял о милосердии, терпя жестокое обращение.

- Хорошо, Толстяк Танг. Ты пытаешься заманить молодого мастера Цзюнь в это ужасное место с собой! Сегодня я собью эту жирную спесь с твоей хари. Как ты смеешь упоминать этих девушек…

Сун Сяо Мэй взяла на себя инициативу, и все три девушки начали проклинать Жирного Танга. Они даже топали на него, прямо перед Цзюнь Мосе. Каждая из них накопила в себе гнев. А Жирный пришёл в решающий момент. Он был практически готовой боксёрской грушей для того, чтобы выпустить их гнев. Это была бы пустая трата, если бы они не использовали его по назначению. Особенно когда у них даже была такая справедливая и разумная причина…

Слезы и сопли побежали по его жирному лицу, его жирному телу и пухлым рукам: он потерял счет, сколько раз они его оскорбили. Лицо его становилось последовательно белым, зелёным, фиолетовым, а затем чёрным. Он даже кричал. Жирный беспрестанно просил Цзюнь Мосе пожалеть его и спасти его младшего брата из этого «огненного котла». Однако ответа он не получил.

Видимо, для того чтобы правильно унизить толстого Танга, потребовалось много усилий. Три девушки стали задыхаться. Они остановились, когда вспомнили, что главный виновник сидел рядом. Они поняли, что просто ухватились за возможность выпустить весь свой гнев. Танг Юань тоже устал. Но он продолжал жаловаться:

- Цзюнь Мосе, я не ожидал, что ты... – три девушки разом заткнулись. Это привело к полной тишине.

Место, где сидел молодой мастер Цзюнь, было пустым. Четыре человека тупо искали Цзюнь Мосе в комнате. Они не поняли, когда молодой мастер Цзюнь исчез.

Даже лекарства, которые упали, исчезли…

Его действия были молниеносными.

***

Дедушка Танг получил известие из дворца — его старший внук Танг Юань должен будет пойти туда на следующее утро и получить аудиторию у Императора. Танг Ванли не знал, почему его внук был назван, но было крайне трудно отвергнуть приказ Императора. Поэтому он послал слуг в резиденцию Цзюнь, чтобы вернуть когда-то выгнанного внука домой.

Молодой мастер Танг был покрыт грязью. Тем не менее, он благодарил богов на небесах за полученную передышку от моря страданий, в которых он находился. Он быстро укатился в беспорядке, на самом деле, он даже не переоделся. Он никогда не испытывал столько привязанности к дедушке. Его дед спас его от таких невзгод. Дедушка стал Богом в его глазах.

Небо медленно темнело с течением времени. Огни начали мерцать во дворе семьи Цзюнь. В честь благородных гостей – Дугу Вуди и министра Сун — в зале был устроен банкет.

Этот банкет был очень высокого уровня. Дедушка Цзюнь и Цзюнь Вуй лично сопровождали гостей. Тем не менее, Цзюнь Мосе исчез, как дым. Три женщины скрежетали зубами. Их животы горели от гнева, и они отчаянно хотели свести счёты.

Цзюнь Мосе появился исподтишка из Пагоды Хунцзюнь поздно вечером. К тому времени все уже ушли спать. Он осмотрелся, а затем пошёл к своей спальне.

«Это смешно. Я не прятался от этих трёх глупых девчонок. Почему я должен их бояться? Я спрятался... только для того, чтобы приготовить рецепт для Йе Гухана, вот и всё!

Спасать людей – это как тушить пожар. Как я мог задерживаться? И это лекарство заняло немного времени... эти люди наверняка уже должны были отдохнуть? Нечего суетиться!»

Цзюнь Мосе утешил себя тем, что он приготовил достаточно анестетиков за последние полдня. Одно лекарство нужно быть принимать внутрь, а другое – можно было применять снаружи. Цзюнь Мосе вошёл в свою спальню и начал лечить травмированные кости Йе Гухана.

Потребовалось много усилий, но сломанные ребра в груди Йе Гухана были собраны, как мозаика. К тому времени, как он закончил, он был полностью измотан. Одежда юного мастера Цзюнь была буквально вымочена в поте, который капал с его лица. Он очень устал и не мог больше сидеть на заднице. Он покачал головой и пробормотал:

- Моя мать не так много работала для меня... в следующий раз, когда мне придется так работать — я умру, прежде чем это сделаю!

Вдруг Цзюнь Мосе почувствовал, как вокруг него появилась таинственная аура. Он почувствовал, как зашевелились волосы на голове. Сам воздух стал холодным и начал наполняться порочной и убийственной аурой.

Цзюнь Мосе быстро посмотрел вверх. Он задрожал, увидев удивительную духовную ауру, рассеявшуюся по воздуху…

Разрушительная и бешеная энергия быстро поднялась над городом Тянсян. Потом она вспыхнула. Вскоре она охватила около пяти километров диаметром…

Эта энергия была наполнена бесконечной яростью и болью…

Да, боль! Это было слабо различимо. Но любой, кто чувствовал, понимал, что человек, распространяющий эту энергию, был чрезвычайно печален. Это было очень искреннее чувство.

Цзюнь Мосе мог подтвердить, что человек, распространяющий эту ауру, был экспертом высшего уровня и превзошёл всех конкурентов. Тем не менее, убийца Цзюнь считал этого человека вторым после себя. Однако этот человек казался ещё сильнее Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо.

Очень сильный человек, впавший в крайнюю ярость и печаль…

Цзюнь Мосе нервно начал размышлять. Он не мог сказать, что происходит. Вдруг громкий и холодный голос вторгся в небо и нарушил тишину ночи. Он катился по городу, как цунами:

- Одиночный Сокол! Вэнь Кан Ю! Идите сюда, две сволочи!

Вдруг с неба раздался длинный и возмущённый крик. И это поразило всех.

Многие простолюдины жили в столице. Тем не менее, голос, который повторял такое громовым голосом, словно под самым ухом, кажется, немного пугает. Кроме того, нет необходимости иметь какие-либо сомнения в этот поздний час. Таким образом, человек кричал громко, пропитав таинственной аурой всё свое тело. Внушительной манеры разговора было достаточно, чтобы шокировать всех живых на этой земле под небесами.

Длинный вой продолжало эхо. Оно потрясло окружающую землю и весь город Тянсян. Казалось, что от него река повернёт назад.

Все проснулись от сна. Даже те, кто спал глубоко, не были исключением. Никто не смог бы услышать что-нибудь ещё, так как их уши были забиты.

Худой, одетый в чёрное мужчина стоял на крыше Великолепного Зала Драгоценностей. Его ревущий голос был полон горя и гнева.

...и сильной, разрушительной и тиранической убийственной ауры…

- У вас рука не дрожит убивать моих учеников, но кишка тонка сразиться со мной? Одинокий Сокол, Вэнь Кан Ю, вы там сдохли? Не смейте вести себя как трусы! – одетый в чёрное, человек издал ещё более мощный крик.

Многие люди, которые были поблизости, потеряли слух, когда они услышали этот рёв. Их барабанные перепонки просто разорвало из-за этого громкого звука.

Были слышны два других рева: один из Императорского дворца, а другой – из резиденции Цзюнь. Эти три рёва пронеслись по небу, и столкнулись друг против друга.

Бабах!

Огромная фигура, похожая на птицу, появилась над маленьким внутренним двором Цзюнь Вуя и внезапно взлетела. Она издавала громкий и неизменный рёв, пока взлетала вверх. Она поднялась на тридцать метров в небо, затем закружилась, будто орёл, поднимавшийся на девятый уровень неба. Затем эта «птица» повернулась в сторону Великолепного Зала Драгоценностей и полетела к нему.

- Хладнокровный мастер Ли У Бэй! Ты, наконец-то, приехал, брат! Я тебя давно ждал! – Одинокий Сокол громко смеялся, как безумный. – Я вижу, что этот хладнокровный зверь прибыл. Но почему Пятый Учитель восьми Великих Мастеров пришёл сюда?

Можно было услышать еще один ужасный рев. Это звучало из Императорского дворца:

- Старший Ли и Старший Сокол, вы здесь! Ваш младший брат Вэнь Кан Ю приветствует вас обоих!

Его голос был очень ненормальным. Он был очень нежным, и, казалось, он никуда не спешил. Видимо, он прокричал это без каких-либо усилий. Однако его нежный голос как-то смог конкурировать с ожесточенными голосами двух его «друзей».

Было очевидно, что мистер Вэнь был не так силен, как два Мастера, но он был определённо близок к ним с точки зрения его уровня Суань.

Трое мужчин стояли на крыше Великолепного Зала Драгоценностей. На небесах над ними сверкали бесчисленные звезды. Ветер выл между домами. Одеяния всех трёх мужчин яростно трепетали на ветру. Казалось, божество с девятого уровня неба спустилось на мир смертных.

Удивительно, но лично приехал хладнокровный мастер — Ли У Бэй. Это было зрелище…

Всего у этого старика было десять учеников. Четверо из них были мертвы, ещё трое остались инвалидами... остальные были ранены и ещё не выздоровели. Старик сошёл с ума от ярости после того, как увидел это. Было бы неплохо, если бы они убили свою цель. Но они этого не сделали. Поэтому он бросился лично, чтобы увидеть всё.

Убийца Цзюнь знал, что Ли У Бэй был непревзойденным хладнокровным мастером. Тем не менее, Цзюнь Мосе не чувствовал никакого страха в его сердце, когда он услышал его голос. Вместо этого он быстро активировал «побег Инь Ян» и последовал за Одиноким Соколом. На самом деле, он следил за ним довольно внимательно, он не отступил ни на шаг.

Через минуту Цзюнь Вуй вошёл в комнату Цзюнь Мосе. Его синий халат трепетал на ветру. Тем не менее, он нашёл только Йе Гухана там. В той комнате никого больше не было. Цзюнь Вуй не мог не улыбнуться. Методы его племянника наверняка превзошли Небеса. Однако его мужество было столь же впечатляющим.

Ли У Бэй был высоким. Небо ещё не рассвело, и звёзды блестели на небе. Земля была совершенно тёмной. Однако глаза Лэй У Бэя сияли в темноте холодным, беспощадным светом. Но если внимательно осмотреть его, можно было понять, что его глаза полны скорби.

Он имел репутацию самого хладнокровного Мастера. Однако трое из его десяти учеников были инвалидами навсегда, а четверо были убиты. Это был огромный удар даже для мощных хладнокровных экспертов. И это было то, что он не мог оправдать!

Возможно, никто никогда не мог бы простить этого…

Ли У Бэй натренировал одновременно десять экспертов Суань Неба. Это считалось огромным достижением. Более того, это было тем, чем никто из других Великих Мастеров не мог похвастаться.

Однако в течение месяца он потерял две трети из своих первоначально десяти учеников…

Молодой мастер Цзюнь внимательно следил за Одиноким Соколом. Однако тот не был в настроении, чтобы понять горе и гнев Ли У Бэя. Но он оказался свидетелем очень увлекательного явления.

Он заметил это, ведь он успел осмотреть лучших специалистов этого мира... Ши Чан Сяо, Одинокий Сокол, Ли У Бэй, Имперский Учитель Империи Юнг Тай — Фэй Мин Чэнь, трое старейшин Города Серебряной Метели, мистер Вэнь, и даже два царских зверя из леса Тянь Фа…

Хотя для мистера Вэня это было не очень очевидно... но, глядя на людей, обладающих силой Одинокого Сокола и далее... можно было заметить, что эти высшие эксперты имели одну характерную черту, которая была распространена между ними.

Они все были одиноки!

Глава 274. Ярость Верховного Мастера

Правильно, одиноки!

Казалось, где бы они ни стояли и сколько бы людей не стояли рядом — они всегда были очень одиноки. Они были «несовместимы» с их окружением. Казалось, они были одни в рамках этого безграничного Неба и Земли.

Такое одиночество было действительно героическим.

Тем не менее, было чувство запустения в этом.

«Это цена, которую нужно было заплатить, чтобы стать непревзойдённым мастером? Или это то, что они называют «одиночеством на вершине»? Если человек достигнет своей вершины... он тоже будет одиноким, как они?

Тем не менее, я убежден, что если говорить об одиночестве, то я достиг больших высот, чем они...», – Цзюнь Мосе фыркнул холодно. – «Я не могу сравниться с Вами по силе, но я гораздо более одинок, чем вы!»

Цзюнь Мосе надолго задумался. Потом он вдруг увидел пару теней. Ещё два человека забрались на крышу. Их белые бороды трепетали на ветру, и их выражения были достойными и мудрыми. Новоприбывшие были ни кем иным, как Третьим и Девятым старейшинами Города Серебряной Метели.

- Два пожилых человека почтили нас своим присутствием. Рад, что старейшина Брат Вэнь в нашей компании. Вы оказали честь нашему Городу Серебряной Метели. Почему бы нам всем не пойти и выпить чаю? – Третий старейшина сложил руки и улыбнулся.

Он видел, что трое мужчин нацеливали друг на друга свои кинжалы. Он знал, что его слова не подходят для этой среды. Тем не менее, он по-прежнему просил их следовать за ним в Великолепный Зал Драгоценностей. Никто не захочет потерять милость Города Серебряной Метели. Поэтому он со смелым лицом приглашал их внутрь.

Ли У Бэй был очень печален. Он долго улыбался, но проигнорировал просьбу Третьего старейшины. Он закричал:

- Одинокий Сокол! Мой шестой ученик перенёс серьёзные переломы и разрыв сухожилий. Он останется инвалидом всю жизнь. Зачем ты это сделал?

Лицо Третьего старейшины наполнилось смущением. Его сила несравнима, но он был представителем Города Серебряной Метели. Отношение Ли У Бея заставило Третьего старейшину почувствовать гнев. Однако, он сдержал свою злость, так как он мог видеть очевидную скорбь Ли У Бэя и несколько сумасшедшее выражение его лица.

Одинокий Сокол рассмеялся:

- Почему ты так злишься, старший брат Ли? Он был просто учеником. Этот старик сделал ему одолжение и преподал ему урок вместо тебя. У тебя десять учеников, один из них, даже если его покалечат, не должен так сильно волновать тебя. И он был единственным среди твоих учеников, кто ещё не достиг Суань Неба. Я убрал мусор, который загрязнял твоё имя. Я вынес мусор вместо тебя. Я приберёг тебя от такого смущения! Ха-ха-ха…

Свирепая Ци возникла в теле Ли У Бея. Казалось, что в его теле был невидимый электрический ток. Он посмотрел на Одинокого Сокола. Его глаза показали бесконечную жажду крови. Он медленно кивнул, а затем сказал тихим голосом:

- Хорошо! Очень хорошо! Одинокий Сокол, ты недостоин называть себя «Учителем» старшего поколения. Ты напал на члена молодого поколения! Тебе должно быть стыдно!

Одинокий Сокол вздохнул и с презрением посмотрел на Ли У Бэя. Он усмехнулся:

- Что? Ты собираешься отомстить за своего ученика? Тогда давай, Ли У Бэй. Я тридцать лет ждал этой возможности! Я давно чувствовал, что рейтинги ошибочны!

Ли У Бэй подавил свои эмоции и улыбнулся:

- Я беспокоюсь не совсем об этом. Одинокий Сокол, что мне действительно интересно знать... как мой ученик тебя обидел? Что заставило тебя сделать это злое дело, несмотря на то, что ты знаешь его?!

Одинокий Сокол ответил холодно:

- Как он смог оскорбить меня? Просто моим глазам было больно на него смотреть! Этого достаточно, Ли У Бэй?

Одинокий Сокол, Ши Чжан Сяо и другие сражались за Ядро Суань. Шестой ученик Ли У Бэя прорвался в попытке украсть Ядро Суань из кармана Одинокого Сокола. И ему это почти удалось. Это вызвало огромное смущение для Одинокого Сокола. Однако как он мог это признать сейчас?

Кроме того, не было никакого способа для Одинокого Сокола, чтобы что-либо объяснять хладнокровному мастеру, особенно учитывая наглый тон, с которым Ли У Бэй обратился к нему. Гордый мастер никогда не склонит голову.

Кто был прав и кто неправ... сила была единственной истиной в этом мире.

- Это веская причина! Очень хорошо! Одинокий Сокол, я запомню эту причину, – Ли У Бэй от души рассмеялся. Затем он посмотрел на Вэнь Кан Ю:

– Старший брат Вэнь... ты здесь? Ты остаешься в городе Тянсян?

Вэнь Кан Ю мягко улыбнулся:

- Мастер Бэй очень проницательный! Вэнь прибыл, чтобы защитить священный контракт с Империей!

Ли У Бэй закрыл грустные и скучающие глаза. Когда он открыл их, они начали испускать порыв холодного и ядовитого зеленого света. Казалось, вокруг них был злой и тревожный ветер: этот ветер, казалось, кричал агонией его сердца. Он заговорил несравнимо холодным голосом:

- Старший брат Вэнь Кан Ю, защита договора не является оправданием для убийства четверых моих учеников! Охрана договора не означает, что ты можешь действовать так недобросовестно!

Вэнь Кан Ю посмотрел вверх, в небо, и испустил слабый вздох. След гнева порхал на его лице... Ли У Бэй не в состоянии различать добро и зло. Кроме того, он вёл себя несколько необоснованно. Однако Вэнь вспомнил о своём долге. Он глубоко вздохнул и как-то сумел сдержать свой гнев.

Он некоторое время размышлял, а потом опустил голову. Затем он посмотрел на Ли У Бэя равнодушно:

- Мастер Ли... я не убивал твоих учеников!

Голос Вэнь Кан Ю стал тише:

- Я должен обратиться к мастеру Ли. Но я объясню это тебе только один раз! Поверишь ты этому или нет... или примешь, или нет!

Ли У Бэй некоторое время молчал. Затем он ответил холодно:

- Когда старший брат Вэнь так говорит... как я могу тебе не верить! – его голос был ещё холодным, но жажда убийства в нём, казалось, уменьшилась. - Если старший брат Вэнь расскажет мне... он сможет уйти в любое время!

Но кто тогда убил моих учеников? Ты можете сказать мне, старший брат Вэнь? Если старший брат готов выслушать мои вопросы и сказать мне правду... тогда Ли У Бэй принесет извинения за своё поведение! – Ли У Бэй пожал свои руки в жесте дружбы.

Ли У Бэй был Верховным Мастером. Его ученики были убиты. Тем не менее, он говорил очень достойно, и был готов выслушать людей. Это было бы сочтено весьма похвальным, даже если бы противоположная сторона была экспертом Суань Духа, как и он сам.

- Истоки и сила этого человека загадочны. Я тоже очень заинтересован в нём. Жаль, что это так запутанно. Настолько, что Вэнь убежден, что он переложил вину на меня.

Короткий, но яркий всплеск улыбки распространился по лицу Вэнь Кан Ю. Ему не было стыдно. Его улыбка была похожа на облако перед лицом немощного ветра. Казалось, дело легкомысленное и неважное.

- И теперь я вижу, что мастер Ли лично отправился на поиски этого человека. Но Вэнь беспомощен, и охотно уступает поражение...

- Благодарю тебя за это, старший брат Вэнь, – глаза Ли У Бея мелькнули холодным светом, когда он пожал его руку. – Делай, что пожелаешь, старший брат Вэнь, я очень сильно извиняюсь за сегодняшнее.

Вэнь Кан Ю рассмеялся и пожал его руку в ответ:

- Это очень благородно с твоей стороны. Надеюсь увидеть тебя снова. У меня есть некоторые неотложные дела, так что, пожалуйста, прости меня!

Он снова пожал ему руку. А потом метнулся, как мёртвый лист на сильном ветру. Он взлетел в небо: его худое тело, казалось, напоминало лист бумаги. Он качался в воздухе некоторое время, а затем исчез без следа.

Молодой мастер Цзюнь наблюдал в тишине. Он не мог не проклясть: «Объяснение этого старшего было настолько «ясным». Он просто сказал, что это было недоразумение... разве это не слишком просто? И как хладнокровный мастер Ли У Бэй убедился так легко?! Другой человек просто сказал ему, что он не сделал этого. И что удивительно – это пятый из восьми великих мастеров?!

Этот твой Вэнь что, лгать не может? Или он слишком хорош в мошенничестве?

Я искренне... потерял дар речи!»

Цзюнь Мосе понял одно — людям на таких уровнях культивирования не нужно было врать. Маловероятно, что после такого уровня они ничего не боялись. Однако это объяснение всё равно казалось странным.

«Это объяснение не должно было пройти – даже если это было недоразумение... Это объяснение было слишком слабым!

Отношение Одинокого Сокола тоже не сильно отличалось...!»

Ли У Бэй искренне верил объяснению Вэнь Кан Ю. Более того, хладнокровное отношение Мастера к нему было совершенно другим. Казалось, что Ли У Бэй не имел выбора, кроме как согласиться с Вэнь Кан Ю, даже если он не дал надлежащего объяснения. И казалось, что это как-то связано с личностью Вэнь Кан Ю.

Уровень Суань Ци Вэнь Кан Ю был меньше, чем у Ли У Бея. Однако, казалось, что человек только потому дал объяснения, поскольку он не хотел проявлять неуважения к хладнокровному Мастеру.

«Это тот человек из «того» места?», – Цзюнь Мосе задумался. – «Но где это место? Как Ли У Бэй — член восьми Великих Мастеров – мог испугаться? Есть что-то подозрительное между ними?».

***

Тем временем Ли У Бэй повернулся к Одинокому Соколу. Он убрал свои руки и фыркнул холодно:

- Теперь здесь только двое, Одинокий Сокол», – тогда он вдруг рукой указал в сторону Третьего и Девятого старейшин. Затем он воскликнул:

- Это дело не касается вас! Город Серебряной Метели не имеет никакой квалификации, чтобы ввязываться в это дело!

Казалось, на них подул сильный ветер. Третий и Девятый старейшины вскрикнули от боли. Они были крайне злы на это, но другой человек был гораздо сильнее. Поэтому им не оставалось ничего другого, как поклониться и исчезнуть. Тем не менее, их умы «пели» другую мелодию: «Давайте посмотрим, осмелишься ли ты действовать также высокомерно, когда больше людей из нашего Города Серебряной Метели прибудут сюда!»

Одинокий Сокол рассмеялся. Его высокое тело, как у орла, поднялось в воздух, а он лишь вздохнул:

- У тебя были хорошие отношения со своим учеником! Так ты хочешь отомстить за него? Следуй за мной!

Ли У Бэй закричал. Казалось, за его спиной встали тысячи призраков из врат ада. Его тело медленно поднялось в воздух. Он внимательно следил за Одиноким Соколом, а затем, исчез вместе с ним в мгновение ока.

Млечный Путь горел, как холодная и звёздная река.

Цзюнь Мосе активировал «Побег Инь Ян» и последовал за ними.

Он не мог не признать, что сила мастеров была очень высокой. Цзюнь Мосе активировал самый высокий уровень «Побега Инь Ян». Тем не менее, ему было очень тяжело идти в ногу с ними.

Цзюнь Мосе был экспертом в тайном преследовании. Он был убежден, что никто в городе Тянсян не был бы столь успешным на его месте. И это включало мистера Вэня.

Одинокий Сокол двигался быстрее всех на континенте Суань Суань. Более того, Одинокий Сокол был уверен, что он был одним из сильнейших среди Восьми Великих Мастеров. Поэтому он использовал все свои силы, чтобы показать свою силу Ли У Бэю. Лэй У Бэй, очевидно, не осмеливался пренебречь этим. Следовательно, оба человека оперативно начали соревноваться в быстроте.

Двое мужчин просто обменялись парой слов после того, как они встретились. Однако они достигли предела столь жёсткой конкуренции.

Звуки их рёва, казалось, были гонгом для первого раунда. Тем не менее, оказалось, что культивирования Одинокого Сокола немного не хватает в этом отношении. Но казалось, что его скорость позволила ему пройти во второй тур конкурса...

Глава 275. Умышленно вызвать неприятности

Поэтому Одинокий Сокол и Ли У Бэй поспешили с большой скоростью к полю боя. Они прилагали все свои усилия из-за страха потерять лицо. Суань Ци Одинокого Сокола даже начала производить звуковые волны, пока он летел. Скорость всегда была его самой лучшей областью. Он не мог позволить Ли У Бэю победить его.

Ли У Бэй пришёл отомстить за своих учеников. Следовательно, он не мог позволить, чтобы его силы были недостаточны. Поэтому он гнался за Одиноким Соколом в полную силу.

С этой точки зрения «Побег Инь Ян» Цзюнь Мосе был достоин того, чтобы называться грозным и удивительным. Однако его эффективность была ещё очень мала. Ему ещё предстоит раскрыть тайны Побега. Как он мог конкурировать с этими двумя могущественными мастерами?

Однако ему удалось справиться с этими двумя Верховными Мастерами. Это было удивительно, учитывая его возраст и уровень культивации.

Тени двух мужчин мелькали спина к спине. Они прыгали с дома на дом и вскоре оказались за городом. Затем они исчезли на обширных открытых землях.

Город не мог считаться маленьким, так как в нём жили миллионы людей. Тем не менее, эти два мастера перешли из центра города за несколько вдохов. Цзюнь Мосе прикинул, что даже истребитель F-4 из его предыдущей жизни не мог сравниться с этой скоростью…

Молодой мастер Цзюнь почувствовал себя немного разочарованным, увидев, как два человека исчезают из его поля зрения. Это был первый раз в его жизни, когда нечто подобное случилось с ним. Он не мог не улыбнуться.

«Действительно, это должно быть, судьба! Я пришёл сюда сегодня вечером и едва вырвал себя из чрезвычайно тревожного инцидента. А теперь я снова здесь... посреди ночи!

Это место имеет отношение ко мне?».

Цзюнь Мосе оглянулся, чтобы подтвердить этот вывод.

Это место было необитаемо. Оно было окружено густыми и туманными лесами. Это хорошо подходит, чтобы убить кого-то.

Он стоял на дереве. Ветер ласкал его. Цзюнь Мосе чувствовал себя довольным некоторое время. На самом деле, он даже чувствовал себя героем. Он даже вспомнил песню из своего старого мира: «Твой убийца крепко спит, но ты его найдёшь! О-о-о-у, е! Не спасут его мольбы и святая ложь!»

Это было очень громко, но красиво, хотя он всё-таки не стал петь. Вдруг в середине джунглей ударили два громких взрыва. Они пригнули часть леса, как цунами: волны Суань Ци были столь же внушительными, как ударные волны.

«Я думал, что эти два старых придурка ушли далеко-далеко. Но, похоже, что они начали драться где-то неподалеку. Кажется, эта территория памятна не только мне, но и им. Какой замечательный район!».

Бесчисленные деревья были сильно наклонены. Казалось, стволы деревьев сломаются в любую секунду.

Он стоял на дереве, и ему было очень приятно в этой атмосфере. На самом деле, он был на грани того, чтобы запеть вслух... но молодой господин Цзюнь вдруг покачнулся и едва не упал с ветки. Внутри он проклинал: «Эти старые мудаки не имеют никакого обращения. Разве они не знают, что сражение требует благодати?».

Затем он, молча, посмотрел на внутреннюю часть леса. Возможность наблюдать драку между такими Мастерами была очень редкой...

Одинокий Сокол и Ли У Бэй стояли напротив друг друга посреди джунглей. Они были примерно в тридцати метрах друг от друга.

Земля между двумя мужчинами стала исключительно гладкой. А несколько минут назад там спокойно и мирно росло огромное дерево. Оно едва слышно развалилось на молекулы и исчезло навсегда из-за взрыва, вызванного столкновением их Суань Ци.

В настоящее время это пространство казалось более гладким, чем пол баскетбольной площадки.

«Такое удивительное мастерство! Почему эти два зверя не ремонтируют дороги? Они должны ехать в отдалённые горные районы и строить там дороги. Это даже более гладко, чем работа асфальтоукладчика. И это гораздо удобнее. Эта дорога настолько гладкая, что её можно использовать для скоростных гонок... такое пустое расходование ресурсов... Жаль, что никто за это не возьмётся...».

Невидимое поле Ци распространилось между двумя бойцами. Волосы на голове Одинокого Сокола растрепались. Было похоже, будто они трепетали из-за ветра. Ли У Бэй стоял напротив него. Тем не менее, он не двигался ни на дюйм. Даже подол его одежды не раскачивался.

Оба мужчины молча следили, чьё культивирование было относительно выше.

- Сокол, твоё культивирование значительно продвинулось за эти годы! - Ли У Бэй холодно вздохнул. - Я не могу конкурировать с тобой в скорости, но твой уровень Суань Ци намного ниже моего! Ты должен быть честным перед собой!

- Это так? Необязательно! – Одинокий Сокол вдруг прыгнул и высоко взлетел в воздух. Он был похож на пружину, которую внезапно освободили. Всё его тело было как копьё, которое взлетело прямо в небо.

Суань Ци Одинокому Соколу немного не хватало. Ему было бы трудно продолжать, если бы он сохранил свою позицию. Более того, он был бы слишком бессилен, чтобы спасти себя, если бы попал в поле Ли У Бэя. Поэтому Одинокий Сокол принял оперативное решение и отступил. Он пробил барьер Ци Ли У Бэя в процессе.

Одинокий Сокол занимал последнее место среди Восьми Великих Мастеров. Его Суань Ци было на самом низком уровне среди этих Мастеров. Это был известный факт. На самом деле, он, вероятно, не заслуживал бы звания «Великого Мастера».

У каждого свои сильные стороны. И самым сильным преимуществом мастера Сокола никогда не была мощная Суань Ци.

Этот прыжок побил бы все рекорды. Одним махом мужчина взлетел на семьдесят метров. Он выглядел как нечёткая точка в ночном небе.

Ли У Бэй хихикнул и блестящий свет мелькнул в его глазах. Он начал вращаться на пальцах ног, и его тело вдруг стало похожим на вращающийся пропеллер. Вдруг вокруг него начал появляться торнадо. Он было составлен из совершенно чёрной, странной Ци. Этот торнадо начал вырывать окружающие деревья, траву и почву. Его диаметр становился всё больше и больше — и его мощность тоже росла.

Резкий, разрывающий уши вой эхом раздался в небе. Заунывный и пронзительный вой опустился, подобно молнии.

Бах! Бах! Бах! – звук взрыва эхом упал с неба, когда Одинокий Сокол достиг предела своей скорости. Трение между телом, одеждой и атмосферой рвали воздух на части. Это и вызывало такой громкий звук.

Одинокий Сокол протянул правую руку в «коготь», а левую почти прижал к плечу. Человек спускался с неба, но его длинные блестящие волосы были перпендикулярны земле…

Одинокий Сокол напоминал дьявольского Бога войны. Он громко закричал, падая на Ли У Бэя.

- Хорошо! Иди сюда! - закричал Ли У Бэй холодно. Торнадо вокруг него резко поднялся с земли, чтобы встретить сильную чёрную фигуру в небе. Вскоре двое вступили в контакт. Это привело к громкому взрыву. Две мощные силы исчезли в мгновение ока; они не оставили даже следа. Одинокий Сокол снова стоял перед Ли У Бэем. Его «коготь» исчез, а он схватил своего противника.

Ли У Бэй испустил безжалостный вой. Его ладони были покрыты чёрной Ци. Он встретил атаку противника без следа страха в его глазах. Руки двух мужчин столкнулись несколько сотен раз в одно мгновение. Потом вдруг раздался громкий «Бах!». Тело Ли У Бея улетело, а Одинокий Сокол отступил назад из-за отдачи.

Этот полёт и отступление создали расстояние в более тридцати метров между двумя мужчинами.

В месте столкновения этих двух сил произошел интенсивный взрыв. Двое мужчин были отброшены. Цзюнь Мосе прятался на расстоянии более шестидесяти метров. Однако ударная волна взрыва достигла его. Фактически дерево, на котором он стоял, треснуло под действием взрыва.

Это был огромный и поразительный взрыв.

Убийца Цзюнь с большим интересом наблюдал за этой решающей битвой между этими двумя могущественными Великими Мастерами. Кроме того, это были лучшие бойцы этого мира. И он сравнивал их с теми, что были в его предыдущей жизни. Он чувствовал, что может многому научиться, наблюдая со стороны. Это может помочь ему стать сильнее.

Он нашёл другое укрытие, когда то дерево сломалось. Но оно разбилось на более чем десять кусков. Цзюнь Мосе внезапно бросился на землю. Он упал и прокатился немного. Это случайно произошло, и у него не было достаточно времени, чтобы сообразить. Более того – он ушибся довольно сильно и испустил тихий стон, так как это случилось внезапно.

Этот стон был очень тихим. Однако этот звук был похож на гром для двух Великих Мастеров. Кто-то шпионил за ними, и двое замерли в шоке.

- Кто там?! Выходи и покажи себя! – они закричали в унисон.

Юный Мастер Цзюнь не осмелился. Он развернулся и убежал в лес. Он залез на другое дерево, изучая состязание между двумя мужчинами. Он мог определить, кто был относительно высшим человеком…

Борьба только началась, но он мог видеть, что Одинокий Сокол – не противник Ли У Бэю.

«Боюсь, мне придется пострадать, если он проиграет...».

Это было похоже на драку между двумя чрезвычайно богатыми людьми. У одного один миллиард, а у другого – полтора. Эти два человека были погаными богачами этого мирового стандарта силы. Они потратили достаточно. Но как бы им не нравилось, они по-прежнему транжирили свои деньги. Но если бы обе стороны сражались до конца, победил бы тот, у кого полтора миллиарда. В конце концов... ему было лучше.

«Однако, Сокол на моей стороне! Я просто беспомощно буду смотреть, как его унижают? Блядь, наверное, я доставлю им немного хлопот...», – Цзюнь Мосе вдруг подумал о плане. Он холодно фыркнул, его голос был полон презрения. Затем он снова двинулся.

Две фигуры внезапно двинулись на то место, откуда он стонал.

Однако, «Побег Инь Ян» был чудесной техникой. Он мог спрятаться прямо перед глазами двух Мастеров.

Два Великих Мастера тщательно обыскали местность. Они смотрели друг на друга в ужасе, так как не смогли никого найти.

Эти двое были крайне шокированы. Как кто-то мог проникнуть так близко к ним? Это было прямо перед их глазами...

Уровень Суань этого человека ни в коей мере не был ниже их. Его уровень Суань, может быть, даже превосходит их. «Кто этот человек? Какова его цель?».

Вдруг кто-то холодно вздохнул. Казалось, будто этот человек смотрит на них свысока. «Кто может быть таким высокомерным?».

Одинокий Сокол вдруг пришёл в себя. Затем он проклял:

- Ли У Бэй, ты бесстыдный, бессовестный мудак! Ты пришёл с помощником! Мне противно от тебя! Это твоя манера поведения?! И ты ещё называешь себя одним из Восьми Великих Мастеров!

- Закрой свою варежку! – Ли У Бэй был очень зол. - Я могу справиться с тобой сам. Зачем мне помощник? Это шутка! Этот человек – твой помощник, верно? Сокол не кричи «вор», когда сам собираешься воровать. Я собираюсь преподать тебе урок!

Двое мужчин проклинали друг друга, как базарные торговки. Но они были внутренне начеку. Один может быть лучше другого, но его культивация была весьма ограниченной. Однако их соперник мог легко переломить ход в свою пользу, если бы у человека был кто-то с приличной силой в качестве помощника. Поэтому оба бойца быстро подумали закончить бой сразу же.

Глава 276. Я буду искать мести!

- Даже если у тебя есть помощник — чего мне бояться? – Одинокий Сокол рассмеялся. Он вздохнул, и его руки приняли форму когтей сокола. – Ли У Бэй, твоё культивирование Суань действительно немного лучше, чем моё. И я признаю это. Однако победа в битве зависит не только от уровня Суань Ци. Но сегодня твой счастливый день, потому что я преподам тебе важный урок. Я придумал красивый ход. Мой ход заставит Пятого Великого Мастера нажраться земли! Ха-ха…

Тело Одинокого Сокола ускорилось, и он бешено засмеялся. Его тело внезапно обрело форму демонической и призрачной птицы. Его когти образовывали странные узоры.

Эта птица была «якобы» Соколом.

Девять когтей призрачного Сокола!

- Отличный коготь Сокола! – Ли У Бэй вдруг крикнул, похвалив соперника. Он никогда не видел ничего подобного раньше. Этот шаг привлёк к себе все его внимание. Он настолько вдохновился, что даже забыл про контратаку.

Ли У Бэй никогда раньше не видел такого фантастического знания боевых искусств. Этот шаг оставил его в полной растерянности. Когти Одинокого Сокола нанесли три пореза на теле Ли У Бэя. Тем не менее, Ли У Бэй не испугался... несмотря на то, что он не был готов к этому нападению. Он спокойно отступил на несколько шагов. Одинокий Сокол завыл, и поднялся вверх.

Одинокий Сокол смог выучить только первые два шага «Девяти Когтей Призрачного Сокола». Его уверенность возросла, когда первый шаг показал результаты. Поэтому он решил нанести второй удар, пока железо было еще горячим.

Бах! Бах! Бах! – звуки взрывов стали исходить от тела Ли У Бэя. Затем он испустил ожесточённый рёв и начал накапливать в своём теле превышающее количество Суань Ци; она начала вспыхивать, как цунами. Ли У Бэй был Пятым Великим Мастером. Он не мог позволить себе попасть в такое состояние, сражаясь с Одиноким Соколом. Он не пытался сдержаться.

Раздался громкий взрыв и двое мужчин отпрыгнули назад.

Ли У Бэй был крайне шокирован, когда посмотрел на грудь и увидел пять кровавых отпечатков ладони. Затем он посмотрел на противника:

- Как называется эта замечательная техника? Сколько шагов?

Лицо Одинокого Сокола стало гордым, он даже грудь выпятил. После этого он холодно ответил:

- Как моя новая техника на вкус, а?! Это называется «Девять когтей призрачного Сокола»! Как следует из названия — это девять шагов. Как тебе, понравился твой урок, а?

- Девять шагов? Итак, эта замечательная техника состоит из девяти шагов? Девять когтей призрачного Сокола?! Она достойна названия «призрачный сокол»! – Ли У Бэй застонал в депрессии. Затем он добавил:

- Одинокий Сокол, ты не такой, как раньше! Сегодня я не заинтересован в том, чтобы нагнуть тебя. Так что пока я оставлю этот вопрос. Да! Но я найду тебя, когда захочу!

Одинокий Сокол от души рассмеялся:

- Ты можешь найти меня, когда пожелаешь опробовать новые пиздюлины!

- Одинокий Сокол, нас обоих называют «Восемью Великими Мастерами». Так что я дам тебе совет. Держись подальше от семьи Цзюнь, – Ли У Бэй вздохнул. – Цзюнь спровоцировали две мощные силы. И теперь они добавили тебя в этот список. Похоже, что надо будет принять меры против них! Я не хочу видеть тебя там, когда они уничтожат всю их семью! Иначе я сомневаюсь, что и тебя отпущу!

- Уничтожить семью Цзюнь? Как? – Одинокий Сокол холодно вздохнул. – Почему Одинокий Сокол должен слушать эту чушь, когда он может разобраться с Ли У Бэем легко? Разве ты бы не поторопился, если бы мог сражаться против моих «девяти когтей призрачного Сокола»?

- Ты не представляешь, как мне жаль! Ты всегда ведёшь себя так опрометчиво!

Ли У Бэй вздохнул и повесил голову. Затем его тело поднялось и внезапно исчезло. Ли У Бэй решил действовать, увидев специфику ситуации. «Девять когтей призрачного Сокола» было очень странным и непредсказуемым шагом. Более того, каждый шаг был более мощным, чем предыдущий. Он чувствовал себя в опасности. У него не было уверенности в победе, как раньше. Более того, самый низкий в рейтинге Великий Мастер был известен своей скоростью. Таким образом, было бы очень трудно для Ли У Бэя сбежать, если у Одинокого Сокола был мощный помощник в поддержке.

Поэтому Ли У Бэй принял оперативное решение и сбежал.

Одинокий Сокол некоторое время молчал. Затем он вздохнул:

- Ну, это было близко!

Его соперник по какой-то причине занимал пятое место среди Восьми Великих Мастеров.

Казалось бы, оба бойца показали себя одинаково хорошо в этом бою. Однако Одинокий Сокол знал, что проиграл бы.

Его «Девять когтей призрачного Сокола», по всей видимости, были очень плодотворными. Тем не менее, он, несомненно, оказался бы в сложной ситуации, как только противник увеличил свою мощность по мере затягивания борьбы. Он уже почти исчерпал запас уловок и приёмов. Однако его оппонент только начал раскрываться. Второй шаг его уникальных «девяти когтей призрачного Сокола» доминировал в течение короткого времени, ничего больше. Далее случилось нечто таинственное. Два человека обыскивали всю территорию, но не смогли найти даже следа присутствия этого «зрителя». После этого инцидента двое мужчин потеряли рвение сражаться.

Они опасались, что рыбак вытащит обе дерущиеся рыбы. И рыбак имел бы большое преимущество в этой ситуации; хотя бы тот факт, что они не могли увидеть его! В случае если двое мужчин получили бы серьёзные травмы во время боя... третья сторона могла бы прийти с победой.

Он мог атаковать и убить обоих Великих Мастеров! Как он мог попробовать что-то такое безумное? Кто был этот загадочный человек?

Поэтому двое мужчин подумали об одном и том же, и сдались в бою.

«Боюсь, я был бы унижен, если бы не практиковал этот приём… То, что я недавно осознал второй шаг, было особенно актуально, но... Ли У Бэй намного сильнее меня!

Он действительно достоин того, чтобы его назвали самым «хладнокровным» мастером!

Я благодарен человеку, который сделал этот шум; независимо от намерений, которые он мог укрывать!».

Казалось, ему нужно было узнать больше о «девяти когтях призрачного Сокола». Необходимо, чтобы он быстро освоил эту технику без промедления. Одинокий Сокол вздохнул, а потом быстро ушел.

Юный Мастер Цзюнь ушёл прямо перед двумя Великими Мастерами.

Цзюнь Мосе в тот момент разрывался от гнева.

Убийца был чрезвычайно зол на Ли У Бэя.

«Правильно! Наша семья действительно пережила обиды двух мощных организаций! Но это не значит, что кто угодно может прийти на нас, когда им нравится!».

Его точные слова были: «Держись подальше от семьи Цзюнь. Цзюнь спровоцировали две мощные силы. И теперь они добавили тебя в этот список. Похоже, что надо будет принять меры против них! Я не хочу видеть тебя там, когда они уничтожат всю их семью! Иначе я сомневаюсь, что и тебя отпущу!», – сама мысль о словах Ли У Бэя разжигала огонь в животе Цзюнь Мосе.

Это явная угроза для Одинокого Сокола отказаться от семьи Цзюнь. «Проклятие! Я сумел обмануть Великого Мастера, чтобы он пришёл и защитил меня! И что, если ты – Пятый Великий Мастер! Дерьмо! Ты – всего лишь Пятый Мастер, и всё же осмелишься выступить против меня? Даже если бы ты был Верховным Мастером, Юн Би Ченом... что бы ты мог сделать? Я убью тебя... с первого раза!

Бля, а зачем даже ждать возможности? Давайте поиграем прямо сейчас! Посмотрим, кто кого убьёт!».

Цзюнь Мосе был полон ярости, крайняя ненависть накапливалась в его животе.

«Чёрт побери, старик! У тебя было десять учеников, и четверо из них мертвы! Кажется, этого ещё недостаточно?! Пока я не могу с тобой разобраться. Я не могу разобраться даже с оставшимися учениками Суань Неба... однако, я могу убить твоих покалеченных учеников! Думаешь, это будет сложно для меня?

Так твоё сердце болит за твоих умерших учеников? Тогда этот молодой мастер снова заставит твоё сердце болеть!».

Цзюнь Мосе был безрассудно зол.

Убийца Цзюнь не мог не вспомнить родовое учение его семьи: «Яйца в штанах ещё не делают тебя мужчиной! Мужчиной тебя делает несгибаемый дух!».

«Хорошо!Я отправлю их к их долбаным предкам!». Цзюнь Мосе проклинал в гневе, активировав «Побег Инь Ян» на полную скорость. Он двинулся назад к городу, словно клочок тумана.

«Меня не волнует, если твоя сраная задница занимает пятое или шестое место в списке великих мастеров! Я заставлю тебя плакать сегодня. Я тебе жопу на британский флаг порву!». Его скорость увеличивалась в геометрической прогрессии из-за его гнева…

Он тщательно обыскал резиденцию Ли, но никого не нашел.

«Никто не живет в резиденции семьи Ли? Это очень настораживает... что происходит?».

Молодой мастер Цзюнь почесал голову. Наконец, он топнул ногой от досады, а затем принялся тщательно обыскивать всё вокруг.

Один этаж резиденции... два этажа... потом, наконец… странный голос привлёк внимание Цзюня Мосе…

- ... арбалеты из сухожилий Зверей Суань очень важны... всё было организовано очень тщательно... но хорошо, что..., – несколько прерывистых слов дошли до ушей Цзюнь Мосе. Убийца навострил уши. Он медленно и осторожно следил за звуком.

«Я приготовил план захвата арбалетов. Но удивительно, что я нашёл и другие заинтересованные стороны? Это неожиданный выигрыш!».

- Эти сухожилия Зверей Суань и другие материалы, используемые в арбалетах, помогут сделать отличную комбинацию. Их убойная сила будет огромной. Даже эксперту Суань Земли будет трудно избежать его атаки! Это редкое и убийственное оружие! Жаль, что мы должны отказаться от них, – человек с музыкальным голосом вздохнул.

- Почему мы отказываемся от этого? Юный ученик Ли, мы не можем их так легко отпустить! Это очень редкая возможность для семьи Ли! Это оружие уже готово! Его делали профессионалы! Эти арбалеты – ужасающее оружие убийства! Ты позволишь этой возможности пройти мимо нас? Зачем ты это сделал? – другой человек говорил встревожено.

Цзюнь Мосе уже мог слушать правильно. Это был голос старшего ученика — Лэй Цзянь Хуна. Он с нетерпением пытался уговорить кого-то.

- Старший брат Лэй, как я могу не видеть важность этих арбалетов? – голос, который ответил ему, был звучным, изящным и чрезвычайно изысканным. Можно было представить себе изящную личность этого человека, просто слушая его голос. – Десять братьев-учеников прибыли в Тянсян, чтобы помочь Юрану. Но я ничего не сделал для мастера взамен. Тем не менее, я получил только помощь магистра и любовь старших. Мне действительно стыдно! И четверо моих Старших отправились на небеса из-за моих дел. Трое моих старших были искалечены на всю жизнь. Я раскаиваюсь... какое право имею я проявлять себя перед своими старшими? Если какая-нибудь беда снова постигнет старших братьев... разве поведение Ли Юрана не будет считаться хуже поведения зверя?

- Юный ученик Ли, почему ты говоришь, как будто мы чужие? Мы братья-ученики! Твоё дело – наше дело! – Лэй Цзянь Хун с тревогой ответил. – И если эти арбалеты получит Второй Принц... бог знает, что этот идиот сделает? Это может превратиться в серьёзную угрозу! Семья Цзюнь будет не единственной, кто пострадает, если Второй Принц преуспеет... Твоя семья Ли также пострадает... наряду с силами Императора! Как ты можешь этого не видеть? Младший ученик! Это дело требует немедленных действий! Ты всегда был таким твёрдым. Почему ты слишком чувствителен в такое важное время?

Глава 277. Я ещё не удовлетворен!

- Нет, старший брат. Но твой младший брат ценит твои чувства, – Ли Юран с болью покачал головой. - Старший брат, ты знаешь? Когда я закрываю глаза ночью, я вижу четырёх старших братьев, стоящих передо мной. Они залиты кровью и покрыты шрамами. Я... я... я... Ли Юрану стыдно перед ними! Второй Принц будет использовать все свои силы, чтобы сопровождать эти арбалеты в столицу. Экспертов будет слишком много, чтобы рассчитывать. Если с тобой случится что-нибудь плохое, старший брат... твой младший брат... может тоже... умереть!

Цзюнь Мосе едва не поперхнулся, когда услышал этот эмоциональный вздох. «Что?! Что?! Ли Юран, ты слишком вычурный! Его лесть и притворная скорбь на самом высоком уровне! Этот парень может даже победить меня…

Почему ты намеренно упомянул об этом им, если не желал, чтобы они приняли меры? Ты только что рассказал им о рациональности и угрозах этого курса действий. И после всего этого ты заявил о своём желании воздержаться от участия…

Но теперь они не остановятся, как бы ты не «старался» их сдержать. Они будут тронуты, когда им передадут твои слова, что ты не хочешь, чтобы они пошли... они могут даже уйти, не сказав тебе. Эта схема удивительна! И я принижал этого козла раньше?!

Ты хочешь, чтобы они стали пушечным мясом. Но ты хочешь, чтобы они пошли добровольно. Ты хочешь, чтобы они чувствовали, что они должны тебе. И ты хочешь, чтобы они чувствовали, что твоя забота о них вызывает у тебя большие проблемы…

Ты мудак и святой; в одно то же время. Ты притворяешься настоящим, пока притворяешься...

Это точно!».

- Как это возможно? – три голоса закричали в унисон. - Как мы можем сидеть и смотреть, как семья младшего брата скатывается в такую опасность? Что мы тогда будем делать? Что за люди будут обращаться так с младшим братом? Мы расслабимся, только когда семья Ли получит эти арбалеты. Этот вопрос не требует особого обсуждения. Уже решено. Когда придёт время — мы будем действовать! Мы отберём арбалеты для Ли Юрана, мы передадим их вам. Если младшему брату Ли всё ещё непросто... тогда ты можешь послать кого-нибудь из твоих людей поддержать нас!

- Старший брат... Второй брат... сестра..., – Ли Юран, казалось, от избытка эмоций замолчал. Однако казалось, он становился всё более и более решительным. - Но как может отреагировать твой младший брат? Мне... твоему младшему брату, стыдно... а совесть у меня непростая…

- Ты мужчина, но ведёшь себя нерешительно, как баба?! Что ты делаешь? – видимо, это был голос старшей сестры. - Младший брат Ли! Почему ты не отпустишь нас? Ты хочешь посмотреть, как твоя семья Ли медленно окажется перед лицом опасности?

- Мастер был очень щедрым. Я не позволю старшей сестре и старшим братьям попасть в опасность! - Ли Юран снова повторил эти слова. Казалось, что он решительно скрежещет зубами.

- Это херня! – три его старших возмущённо кричали и стучали по столу. Затем Лэй Цзянь Хун начал говорить:

- Младший брат Ли, мы откажемся признать тебя в качестве товарища-ученика, если ты продолжишь говорить так и смотреть на нас! Я надеру тебе задницу. И я больше никогда на тебя не посмотрю!

Казалось, их героизм достиг своей вершины.

Юный мастер Цзюнь всё ещё прятался в земле. Он чуть не рассмеялся. «Что это? Из какого дерьма Ли У Бэй налепил себе учеников? Ли У Бэй не стал бы добровольцем, после такой херни, верно?».

- Если это так... ты... старший брат... должен быть очень осторожен! – голос Ли Юрана был не очень понятным. Казалось, что он задыхается от волнения:

- Я прошу моих старших быть очень осторожными. Неважно, получу ли я эти арбалеты... вы должны вернуться в целости и сохранности! Я дам вам максимальное количество войск. Пожалуйста, не скупитесь на их силу. Мне будет всё равно, если вы принесёте их в жертву, чтобы обеспечить ваше безопасное возвращение. Вы не должны колебаться!

- Будь спокоен, мы будем заботиться обо всем. И готовься к хорошим новостям, младший брат! – три человека выпятили грудь. Они были переполнены чувством героизма.

Цзюнь Мосе даже не смеялся на этот раз. Вместо этого он издал глубокий вздох. «Похоже, что они не пожалеют усилий, чтобы помочь Ли Юрану. Видимо, Ли Юран полностью зомбировал этих троих…

Старший Ли У Бэй, и эти двое других учеников находятся в жалкой ситуации! Неудивительно, что эти пять мощных экспертов получили такой мрачный результат, когда они окружили и сражались против одинокого Йе Гухана!

Нет ума – считай, калека!».

- Большое спасибо старшим братьям и старшей сестре! По моей информации — я считаю, что эти арбалеты должны достичь столицы через тринадцать дней. Мы сделаем наш шаг, когда придёт время! – можно предположить, что Ли Юран, должно быть, низко поклонился, прежде чем он начал обсуждать специфику своего плана.

Цзюнь Мосе ещё послушал их некоторое время, чтобы понять план. Он не хотел слушать, как Ли Юран играет с этими идиотами. Более того, у него вдруг сложился новый план в голове…

Конечно... это было на потом.

Пришло время убить несколько человек. Убийца Цзюнь никогда не забывал о первоначальной цели своего визита. Даже то, что он услышал такую важную информацию, не мешало Цзюнь Мосе убивать.

Он молча появился над землей и оказался посреди огромного, но пустого двора.

Цзюнь Мосе посмотрел вверх и понял, почему он не мог найти главный операционный центр семьи Ли — он был расположен за пределами резиденции семьи Ли; он был расположен в районе рядом.

«Так вот почему!».

Затем он повернулся, услышав чей-то стон, казалось, стон боли. Он вышел из боковой комнаты. Эта комната была окружена зелёным бамбуком. Рот Цзюнь Мосе изогнулся в жестокую улыбку, когда он двинулся в ту комнату так же быстро, как молния.

В комнате пахло лекарствами. Трое учеников лежали на мягких матрасах внутри комнаты. Они были в основном недвижимы, за исключением случайных дёрганий. И они выглядели смертельно бледными.

«Ах! Жаль смотреть, как вы так мучаетесь, старший брат. Давайте я освобожу вас от страданий!», – Цзюнь Мосе сострадательно вздохнул. Затем он взял меч, который висел на стене — возможно, он принадлежал одному из этих троих. Для остальных меч вдруг поднялся сам по себе. Он секунду провисел в воздухе, а затем началась мясорубка…

Трое мужчин были смертельно ранены во время того боя. Это было удивительно, что они были способны оставаться в живых так долго. Но нельзя успокаиваться, если вы хотите противостоять судьбе...

Кровь брызнула в потолок…

«Быстрый» Шестой ученик был последний оставшийся. Он, молча, уставился, увидев меч, плавающий в воздухе. Он не мог поверить своим глазам. Затем он увидел, как меч, словно хищная птица, упал на его старшего и младшего братьев-учеников, которые лежали рядом с ним. Он почувствовал себя странно, когда увидел, что их головы отделились от тел, а затем покатились, как арбузы. Он был чрезвычайно напуган этим зрелищем. Он собирался кричать, но что-то невидимое закрыло его рот, и он не мог кричать. То, что закрыло его рот, казалось рукой. Было тепло. Но почему оно было невидимо?

«Почему это невидимо? В этом мире действительно есть призраки?» – он только и успел подумать это, прежде чем увидел, как меч падает вниз, на его шею…

Цзюнь Мосе остановился, и взял в руки кусок ткани. Всюду была кровь. Он неправдоподобно улыбнулся, окунул ткань в кровь и написал на стене:

- Я не был удовлетворён после убийства всего четверых человек. Так что я убил и этих троих. Но они уже были полумертвы... Так что я не удовлетворён всё ещё. Подожди несколько дней, и я прикончу последних троих. Но если меня и это не устроит — тогда будет твоя очередь, мой дорогой хладнокровный мастер, У Бэй…

Но он не чувствовал себя удовлетворённым этой угрозой. Тогда он добавил ещё несколько имён. Он покинул комнату, как только он остался доволен своей работой.

Расстояние между этой комнатой и расположением Ли Юрана было едва более тридцати метров. Убийца Цзюнь использовал тот самый метод увеличения скорости его движений в геометрической прогрессии, и его действия были очень быстрыми. Он смог убить трёх человек без какого-либо сопротивления. Никто даже крикнуть не успел на протяжении всей его «тайной операции». Это был основной навык, который требовался от хорошего убийцы: это не считалось чем-то удивительным.

«Кроме того... этот меч очень острый…».

Он был убеждён, что если кто-то услышит его... они просто подумают, что слышали, как кто-то из пациентов пёрнул. Таким образом, никто и не понял бы, что люди в этой маленькой комнате были освобождены от их смертельных страданий и отправились в рай, пока Цзюнь Мосе оставался в этом грешном и противном мире…

Убийца Цзюнь едва вышел, когда увидел во дворе силуэт человека, идущего в его сторону. Руки человека были грязными. Его движения были спокойными, они не были ни слишком быстрыми, ни слишком медленными. Он слегка хмурился, и казалось, что он испытывал некие трудности…

Его имя могло сотрясать всю Землю под Небом: это был хладнокровный мастер – Ли У Бэй!

«Старый ублюдок, ты опоздал!». Цзюнь Мосе безжалостно улыбнулся, и, проходя мимо, едва сдержался, чтобы не пихнуть его в бок.

Как только Цзюнь Мосе прошёл мимо — Ли У Бэй, казалось, это почувствовал. Не было никаких изменений в его позе тела, но он поднял свою мощную Ци в доли секунды, и она страшно ударила во все стороны от него.

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, как всплеск мощной Ци ударил его, и помрачнел. Он высунул язык, подразнился, и ушёл в Пагоду Хунцзюнь.

«Ты думаешь, что я не смогу спрятаться от тебя? Вот сейчас... попытаться найти меня, если хочешь.

Тем не менее, никто никогда не ощущал моё присутствие, пока я невидим. Так как же Ли У Бэй смог?», – Цзюнь Мосе присел в Пагоде Хунцзюнь и задумался. «Может ли этот замечательный «Побег Инь Ян» иметь некоторые недостатки?

Или возможно, что мастера с таким высоким уровнем культивирования могут обнаружить мою аномалию?». Цзюнь Мосе вдруг вспомнил, что он только что убил несколько человек. Это означало, что его тело должно было испускать жажду крови.

Он посчитал, что Ли У Бэй, должно быть, почувствовал это. Более того, его аура содержала много враждебности к Ли У Бэю. Вдруг Цзюнь Мосе понял, что этот инцидент, возможно, был нормальным явлением.

«Так что, я могу легко спрятаться, когда я не враждебен или у меня нет намерения убивать. Однако я могу потерпеть неудачу, как только я получу это настроение...». Очевидно, его идея тайного убийства Великого Мастера провалилась…

Глава 278. Супер-недопонимание!

Вывод убийцы был разумным. Но это было немного непоследовательно.

«Побег Инь Ян» – это замечательная техника уклонения. Так что даже Восемь Великих Мастеров не могли найти следы Цзюнь Мосе. Да, можно было бы спрятаться, но он всё равно был открыт, потому что он не был пустым. Когда он двигался, лёгкие потоки воздуха могли выдать его. С этой точки зрения эта техника была не слишком аномальной. На самом деле, это было довольно обычным делом.

Подавляющее большинство людей не смогли бы обнаружить эти тонкие изменения.

Однако, кем был Ли У Бэй? Он не был бы достоин своего имени, если бы не смог обнаружить эти изменения.

Он мог легко заметить даже самые мельчайшие изменения в потоке воздуха. Однако ситуация перед ним была слишком странной. Он никогда не был свидетелем столь сильной жажды крови. Он мог сделать вывод, что сила человека, от которого исходило это, была довольно высокой. Поэтому Ли У Бэй выпустил свою мощную Ци, чтобы защитить себя.

Тем не менее, Ли У Бэй перестал чувствовать это, как только Цзюнь Мосе вошёл в Пагоду Хунцзюнь.

Цзюнь Мосе осознал это вовремя. Он почувствовал разочарование и остался внутри Пагоды Хунцзюнь с пустым выражением лица. Он оставался там некоторое время, и полагал, что он сбежит, как только Ли У Бэй уйдет. Он вышел, чтобы взглянуть, и понял, что Ли У Бэй неожиданно остался стоять на том же самом месте. Более того, молодой мастер Цзюнь едва вышел из Пагоды Хунцзюнь... будучи невидимым... но глаза Ли У Бэя быстро повернулись, чтобы посмотреть в его сторону…

Казалось, будто его глаза были парой фонариков Джека.

«Чёрт! Этот пердун имеет много свободного времени!». Цзюнь Мосе чувствовал себя очень беспомощным, так как у него не было выбора, кроме как вернуться в Пагоду. Он внутренне проклинал Ли У Бэя. «Такими темпами я не смогу выбраться отсюда до рассвета. Это нехорошо…».

Великий мастер никогда не сомневался бы в своем духовном чувстве. Хоть запах молодого мастера Цзюнь и утих, но оставил глубокое впечатление на мастера Ли. И он не посмеет пренебречь этим.

Ли У Бэй уже не соревновался с Одиноким Соколом. Поэтому он замедлил скорость. Более того, он пытался искать таинственного владельца этого «стона» на протяжении всего путешествия. Это замедлило его ещё больше…

Он едва вернулся в окрестности особняка Ли. Но вдруг он почувствовал, что жажда крови и намерение убийства находятся так близко к его собственному телу. У него не было другого выбора, кроме как мобилизовать свою Суань Ци, когда он был готов перейти к действию по второму сигналу. Он ясно чувствовал очень резкое намерение убийства и жажду крови. «Ужасно!».

Только лучший в мире убийца имел возможность испустить столь интенсивное намерение убийства. «Такое свирепое намерение убийства... Этот убийца, должно быть, может даже убить Великого Мастера, как я». Поэтому Ли У Бэй не осмелился пренебречь этим. Он выпустил свое мощное духовное давление, а затем ждал настойчиво.

Убийца Цзюнь и его аура жажды крови были далеко за пределами обычного человека. И Цзюнь Мосе хорошо знал об этом. Его сила не была очень высокой. Однако это не снизило его намерение убийства ни на йоту.

Ли У Бэй сосредоточился жёстко, и оставался там молча, спокойно и неподвижно. «Это намерение убийства внезапно исчезло, и всё снова успокоилось. На самом деле, нет никаких признаков какой-либо опасности... я не знаю, в чём дело, но нахожу это странным. Я представлял? Но зачем мне представлять что-то подобное?».

Он позволил застать себя врасплох, поэтому он считал, что было бы лучше свалить от врага. Но эта убийственная аура на мгновение появилась как раз тогда, когда он собирался это сделать. Более того, эта убийственная аура оказалась очень близко к его телу. Однако никого рядом с ним не было…

Ли У Бэй собирался действовать, когда внезапно исчезло это чрезвычайно ужасное и возвышенное намерение убийства, оно исчезло без следа.

Ли У Бэй был в ужасе! Какой бесподобный убийца обладал таким ужасающим мастерством?! Все тело Ли У Бэя покрылось холодным потом. Это произошло потому, что он вдруг вспомнил страшного человека.

Может быть, уровень Суань этого человека был даже не наравне с Юн Би Ченом и Ли Ю Тянем, но Ли У Бэй ужесточился при одной мысли о нём: этот человек был очень грозным соперником.

Этот человек был легендой среди сообщества убийц. Все избегали его, как чумы. Даже Юн Би Чен и Ли Ю Тянь никогда не осмеливались принимать этого человека легкомысленно.

Он был пугающим убийцей с мифическими способностями — общепризнанным живым воплощением смерти.

Он был величайшим убийцей – Чу Цзи Хун!

«Кто еще мог выдать такое резкое, мощное и смертельное намерение убийства? Кто, кроме Чу Цзи Хуна, способен прятаться рядом со мной... без того, чтобы я узнал об их присутствии? Кто, кроме Чу Цзи Хуна, может исчезнуть, как только я обнаружу их намерение убийства?

Больше никого... нигде в мире...!

Даже Юн Бэй Чен и Ли Ю Тянь не смогли бы сделать это! Они могут победить меня. На самом деле, они могут даже убить меня! Тем не менее, они не могут прятаться рядом со мной без моего ведома... как Чу Цзи Хун».

Ли У Бэй стал более осторожным, так как он стал ещё более уверенным в этом. И чем осторожнее он становился... тем сильнее становилось чувство страха.

Человек всегда полон сомнений и страха, когда сталкивается с неизвестным. И Великий Мастер не был исключением... тем более что он «знал», что столкнулся с грозным врагом, которого он не мог победить.

Ли У Бэй был уверен, что его уровень и сила Суань ни в коей мере не уступали Чу Цзи Хуну. Тем не менее, Чу Цзи Хун был известен тем, что он умеет сделать первый шаг. Очень неожиданный и смертельный. Это будет стоить мастеру Ли очень дорого, если атака застигнет его врасплох. Попадание в засаду кого-то такого уровня не было шуткой.

Ли У Бэй немного... боялся.

Чу Цзи Хун был признан верховным мастером своего искусства, но он не считался одним из восьми великих мастеров. Следовательно, убийца никогда не нападёт в лицо... даже когда убивает крайне слабого человека. Настолько, что даже человек, которого Чу Цзи Хун мог победить, просто взорвав его воздух в лёгких... никогда не подвергался нападению в лицо.

Этот верховный убийца был чрезвычайно скрупулёзен. Он никогда не оставлял ни одной нити. Его способность достигла аномалии. Само его имя могло заставить человека обделаться. Именно поэтому Верховный Убийца так и не получил «общественной славы», как Восемь Великих Мастеров.

Хотя Чу Цзи Хун не является одним из восьми великих мастеров, но он был самым страшным человеком в этом мире. Это был известный факт. Даже Восемь Великих Мастеров публично приняли это.

Ли У Бэй пристально осмотрел всё вокруг, после чего заговорил тихим голосом:

- Это ты, Верховный Убийца? Старший брат Чу Цзи Хун? Я не знаю, какое преступление я совершил, что старейшина брат Чу Цзи Хун лично пришёл за мной. И для меня большая честь, что ты так серьёзно относишься к этому. Но мы оба в высших званиях... так что приветствие друг друга перед сражением на смерть не причинит вреда, верно?

Всё вокруг оставалось молчащим... осенний ветер свистел... мертвые листья шелестели и кружились в воздухе. Но ответа не было.

Единственному зрителю не оставалось ничего другого, как сидеть в Пагоде Хунцзюнь. Индивидуум, скрывающийся внутри Пагоды, естественно, был Цзюнь Мосе. Однако убийца Цзюнь, хоть и считал себя верховным убийцей, решил не произносить ни слова. Он с нетерпением ждал, чтобы увидеть, как Ли У Бэй поймёт ситуацию. Чем больше недоразумений... тем лучше будет для молодого мастера Цзюнь…

- Разве старейшина брат Чу не покажет мне лицо? – Ли У Бэй заскрежетал зубами. Его голос был полон гнева. - Старший брат передумал? Он не хочет сражаться со мной до смерти?

В ответ ни звука не послышалось.

Ли У Бэй успокоился, но его манера поведения продолжала становиться более навязчивой. Он говорил громким голосом, это звучало подобно спокойствию перед вулканическим взрывом:

- Старший брат Чу боится столкнуться с Ли У Бэем? Это нормально... старший брат может вернуться, когда он приобретёт уверенность в своих силах. Я с нетерпением буду ждать встречи с тобой...

Он закончил говорить. Затем его тело превратилось в духовного дракона, который взлетел к девятому небу и бесследно исчез.

Цзюнь Мосе вышел из небытия Пагоды Хунцзюнь в тот момент, когда Ли У Бэй ушел. Он чуть не разразился смехом, когда Ли У Бэй в столь серьёзном тоне обращался к воздуху.

Однако он был поражен осознанием того, что его коллега-убийца пользовался такой ужасающей репутацией среди Великих Мастеров. Настолько, что только мысль о нём едва не заставила Пятого Мастера из Восьми Великих Мастеров обделаться на месте.

«Этот верховный убийца, должно быть, исключительно силён. Тот факт, что убийца может иметь такой эффект... ещё и достиг самостоятельно...».

Цзюнь Мосе вернулся домой расслабленным, удивляясь этому верховному убийце...

***

Ли У Бэй быстро прибыл во внутренний двор. Его тело ещё плыло по воздуху, когда он открыл ворота. Четыре человека встали у него перед глазами и почтительно приветствовали его:

- Учитель, вы вернулись!

Ли У Бэй холодно вздохнул. Лицо его было безразличным.

- Учитель, каков был исход этой поездки? Можно ли предположить, что Учитель преподал Одинокому Соколу урок? – Лэй Цзянь Хун был сыном Ли У Бэя. Однако он никогда не обращался к нему как к «отцу» перед своими братьями-учениками. Это должно было продемонстрировать равенство. Но, он был единственным человеком в комнате, кто имел смелость задать этот вопрос.

- Этот вопрос сложный, мы обсудим его позже, – Ли У Бэй выплюнул эти слова в торжественной манере. – Отныне будьте внимательнее в своих действиях. Атмосфера в городе Тянсян очень коварная! Есть много крадущихся тигров и затаившихся драконов в этом городе! Вам придется думать, прежде чем действовать, даже если вы пойдёте отлить…

Он думал некоторое время, но потом, наконец, сдался. Ли У Бэй принял решение не упоминать верховного убийцу Чу Цзи Хуна. Он знал, что самого имени было бы достаточно, чтобы напугать своих учеников до полусмерти. Это заставило бы их сидеть дома и не выходить вообще никуда. Его ученики были на уровне Суань Неба... но это было слишком мало.

«Чу Цзи Хун решил сделать из меня «мишень», я не должен рассказывать своим ученикам об этом до тех пор, пока не будет решен исход этой битвы. Почему я должен заставлять моих учеников излишне нервничать, говоря об этом?».

Но и четыре ученика не были дураками. Они услышали голос своего Учителя и поняли, что вопрос с Одиноким Соколом прошёл не так гладко, как они себе представляли. Они сдерживали себя и больше не интересовались этой темой.

Ли У Бэй встал и сказал спокойно:

- Пошли! Пойдём со мной, посмотрим на Шестого! Кажется, он потерял свою Суань Ци. Посмотрим, сможем ли мы её хоть немного восстановить. Если это не сработает... тогда у нас не будет выбора, кроме как отправить его Королю вредных лекарств...

Лэй Цзянь Хун задрожал и крикнул в тревоге:

- Учитель!

Лэй Цзянь Хун вздохнул, но его учитель покинул комнату, не дав ответа. Четыре цвета лица учеников были тяжелыми, когда они последовали за ним, услышав, как их Учитель упоминает «Короля вредных лекарств», их сердца потяжелели...

Глава 279. Парящая Ярость

«Королём злых лекарств», как следует из названия, был человек со злым сердцем. По слухам, он был самым престижным и известным врачом. Однако этот врач был самым дорогим в мире.

На самом деле, не только гонорар, который он взимал, был непомерным, был ещё один критический момент. Ели ты хотел его лечения, ты должен был оказать ему одолжение — независимо от того, каким был окончательный результат лечения. И каждый раз, когда он захочет, ему придётся возвращать услугу.

Был один особый слух о «злом короле лекарств», который распространился далеко и широко. Это случилось более 40 лет назад. Семья Юнь была одной из самых влиятельных семей в мире простолюдинов. Маленькая наложница Патриарха была тяжело ранена, и, в конце концов, он обратился за помощью к злобному королю лекарств. Король лекарств взял один миллион серебра от семьи Юнь, и заставил главу семьи пообещать ему разобраться с определённым вопросом. Однако король лекарств не сказал ему, что это будет на дело.

Глава семьи Юнь охотно согласился на эти условия из чувства любви к наложнице. Разумеется, она была спасена. Прошло два года, и «злой король лекарств» озвучил свою просьбу. Он хотел, чтобы Глава семьи Юнь убил кое-кого. И этот человек был подопечным семьи Юнь по браку.

Как Глава семьи Юнь мог так поступить? Какое лицо он покажет миру, если выполнит эту просьбу? Поэтому он категорически отказал. «Злой король лекарств» от души рассмеялся, он не считал это проблемой. Затем он исчез, не оставив и следа.

Позже «Злой король лекарств» распространил некоторые новости. Он попросил всех, кто должен ему одолжение — независимо от того, кто они были — сделать одно: уничтожить семью Юнь. Даже их кур и собак не оставить. Вся семья должна была быть уничтожена, вплоть до девятого поколения.

«Злой король лекарств» накопил несколько «должников» за десятки лет. Как это может быть банально? Его услугами пользовались, в основном, квалифицированные специалисты. И большинство из них были экспертами высокого уровня Суань. Большинство из них имели дело с болезнью, которую они не могли вылечить иначе. Многие богатые и могущественные люди оказались должны ему тоже. И они стали чрезвычайно грозной силой все вместе. Их объединённая сила была редкой и достаточно мощной, чтобы потрясти мир.

Из-за этого весь «светский» мир закипел. Это привело к вырезанию всей семьи Юнь. Как пожелал «Злой король лекарств» - от семьи не осталось камня на камне.

Говорили, что кровь покрыла километры земель…

Небеса знают, какую странную услугу потребовал бы человек, если бы Ли У Бэй решил доставить своего ученика к «Злому королю лекарств»... Лэй Цзянь Хун знал, что его учитель был одним из Восьми Великих Мастеров! Так как же условия могут быть легкими?

Однако их опасения были сняты и сменились жалобами.

Выражение Ли У Бэя изменилось, когда он подошёл к бамбуковой стене комнаты. Он сказал:

- Почему здесь так воняет кровью?

Пять человек посмотрели друг на друга. Они почувствовали, что что-то ужасно не так. Они закричали в ужасе и распахнули дверь.

Четыре ученика были уничтожены горем и страхом.

Открывшаяся сцена свела их с ума от гнева.

Три трупа лежали на кроватях. Они были порублены на куски. Кровь всё ещё текла из тел. Она свернулась в некоторых местах, но продолжала медленно течь из других.

Вся комната превратилась в алый пруд крови.

Глаза Ли У Бэя покраснели, когда он вошёл в комнату. Его одежда даже не раскачивалась, когда он двигался. Он был крайне зол и был вынужден использовать свой высший уровень Суань, чтобы сдержать себя. Он даже контролировал движение своей одежды.

Он оглянулся вокруг и увидел Ли Юрана, неподвижно стоявшего у стены. Поза Ли Юрана была странной. Ли У Бэй вдруг понял причину этого. Он закричал:

- Убирайся с дороги, Юран!

Ли Юран повернулся к нему, показав страшное лицо, и слабо проговорил:

- Учитель…

- Я же сказал тебе убираться! – Ли У Бэй взревел в ярости и ударил Ли Юрана по лицу. Мальчик был отправлен в полёт с громким «Бах!». Затем Ли У Бэй посмотрел на стену. Он разглядывал её какое-то время. Лицо его покраснело, и он вдруг испустил ещё один злобный рёв.

Мастер Ли плакал кровавыми слезами, он завывал:

- Этот мерзавец бесстыден! Он ведёт себя так со мной! Независимо от того, кто ты — я убью тебя! Я уничтожу твою семью вплоть до девятого колена! Даже кур и собак не пожалею! Меня зовут не Ли У Бэй, если я не выполню этого!

Он заставил своё худое тело идти вперёд. Довести всемирно известного хладнокровного Мастера до такого состояния, оставив лишь одно сообщение... у этого человека был беспрецедентный талант …

Три остальных ученика были в недоумении. Поэтому они подошли ближе, только чтобы увидеть две окровавленные линии на стене. Сообщение было искажено. Было очевидно, что что-то окунали в кровь жертв, чтобы написать это сообщение.

Первая строка гласила:

«Я не был удовлетворён после убийства всего четверых человек. Так что я убил и этих троих. Но они уже были полумертвы... Так что я не удовлетворён всё ещё. Подожди несколько дней, и я прикончу последних троих. Но если меня и это не устроит — тогда будет твоя очередь, мой дорогой хладнокровный мастер, У Бэй…».

Вторая строка была:

«P.S.: Старшая сестра Ли У Бэй, я твою мамку драл!»

Три ученика почувствовали всплеск тьмы: она была почти такой же сильной, как у Ли У Бэя. Они сплюнули кровью – это было слишком! Этот человек убил их братьев-учеников. Более того, он назвал бесстрашного Ли У Бэя... «Старшей сестрой». И более того... он бросил такое оскорбление их Учителю.

«Это ужасное оскорбление! Особенно мастеру! Только одна строка «Старшая сестра Ли У Бэй...» вызывает смертельную ненависть. Этот человек не только убил наших братьев, но и оскорбил предков учителя. Поведение этого человека несравнимо мерзкое!».

- Учитель…, – четыре ученика встали на колени вместе. Они проползли два шага вперёд. Затем они схватились за ноги Ли У Бэя и… расплакались.

- Это явно произошло несколько минут назад! Кровь ещё даже не высохла. Вы были недалеко отсюда. И никто из вас ничего не почувствовал? Кто может сказать мне, почему?!

Тело Ли У Бэя качалось. Потом он вдруг впал в ярость и отбросил ногами людей. Тела четырёх учеников полетели в воздух.

- Отходы! Вы, четверо – бесполезные куски дерьма! – хладнокровный мастер, Ли У Бэй, взорвался. Он никогда не проявлял такого гнева в своей жизни. Его глаза были красными, а его выражение лица было страшным и ужасающим. Казалось, он искал кого-то, кого мог бы убить.

Бабах!

Вся Суань Ци Ли У Бэя освободилась со взрывом. Крыша взлетела высоко в ночное небо, казалось, что это был маленький зонтик…

Стены смело, они превратились в мелкую пыль и исчезли. Бамбуковая роща за пределами комнаты выглядела так, будто по ней прошёлся торнадо.

Ли У Бэй до сих пор не сдвинулся с места. Но его сердце постепенно успокаивалось. Затем, он подумал о возможности. Единственное объяснение, которое могло бы это объяснить…

Глаза Ли У Бэя словно превратились в глубокие лужи крови. Он глубоко вздохнул. Затем он сказал очень медленно, но его голос был полон ненависти:

- Чу Цзи Хун! Мы с тобой больше не можем сосуществовать в этом мире!

- Я убью тебя! – Ли У Бэй посмотрел вверх и издал длинный рёв. Он была похож на мифическую обезьяну, плачущую в ночи: чрезвычайно скорбно и пронзительно. Длинный рёв был очень громким. Он распространился далеко и широко. Граждане города Тянсян услышали его громко и ясно. Бесконечным эхом он распространился очень далеко. Каждый человек в городе Тянсян проснулся от такого страшного вопля…

В резиденции Цзюнь

Одинокий Сокол разделся и сел. Он нахмурился и обиженно посмотрел в сторону, откуда пришёл рев. Затем он проклял:

- Убийство, убийство! Нахрен так орать, придурок старый! Ты совсем чокнулся там, что ли? Чёртов маразматик! Чем старше ты становишься — тем более тупым! Иди ты нахер, старый хрыч! И это твоё зацикливание на Чу Цзи Хуне... Тебе жить надоело?

Одинокий Сокол поматерился ещё немного, а затем лёг.

Цзюнь Мосе был в своей комнате, когда услышал этот длинный рёв. Он закатил глаза и пробормотал:

- Надо было написать целую поэму! К сожалению, мой язык довольно ограничен. Поэтому я не могу писать много... Жаль, что в словах, что я оставил у тебя, недостаточно литературного таланта, но зато их, должно быть, легко понять. Тем не менее, ты не должен так эмоционально реагировать. О, я забыл упомянуть... С чего ты решил, что это он? Это не касается мастера Чу, это была моя работа. Но я не возражаю, если это безумная сука укусит кого-то ещё в замешательстве. Так что не ищи меня…

Он был в хорошем настроении. Поэтому он ухмылялся. Но «талантливый» молодой мастер Цзюнь очень устал после дня и ночи тяжёлой работы. Поэтому он лёг и провалился в глубокий сон. Цзюнь Мосе видел несколько приятных снов в течение всей ночи. Был даже один, в котором он был на горячих источниках. И он был окружён несравненными красавицами, с такими выдающимися достоинствами... Они были чистыми и прекрасными. Ещё у них была одна общая приятная черта... они были обнажены и каждая из них молча манила его…

Однако убийца Цзюнь чувствовал себя немного странно, хотя он только мечтал. «Я не знал, что в повседневной жизни можно творить такие мечты. Кажется, моя мораль разрушается с каждым днем! Похоже, даже аристократы не могут преодолеть это...».

Вдруг он превратился в тигра. Для тигра было естественно есть мясо, как только он входит в лес. Поэтому голый тигр мужественно запрыгнул в этот прекрасный лес и начал пожирать всё живое. Он вел войну повсюду, убивая свою добычу, и каждый раз становился победителем.

Кто-то залез в комнату молодого мастера Цзюнь. Маленькая девочка испугалась «навеса» под одеялом любимого и отскочила назад.

Цзюнь Мосе крепко спал перед ней. Его выражение было шокирующе непристойным и гнусным. Эта улыбка была похожа на улыбку, которую молодой мастер Цзюнь часто показывал около полугода назад. Люди, которые её видели, чувствовали невыносимое желание двинуть промеж глаз чем-то потяжелее.

Она ругнулась вполголоса, так как ей было стыдно видеть такую пошлую улыбку. Потом девочка перевела взгляд ниже. Её рот внезапно открылся и округлился в шоке. Она чуть не закричала. Но, к счастью, она вовремя закрыла рот рукой…

«Это очень страшно! Я чуть не упала!».

Наивная и целомудренная девочка чуть не упала в обморок. Её тело дрожало какое-то время. Потом она спешно выбежала из комнаты. Только тогда она почувствовала это ощущение на своих горящих щеках. Она не знала, когда они стали такими обжигающе-горячими.

Присев на корточки, она спрятала лицо в ладонях. Она не могла спать, ей пришлось ворочаться всю ночь. Всякий раз, когда она закрывала глаза, она видела улыбающееся лицо своего любимого молодого мастера...

Крепко схватив верхнюю часть стёганого одеяла, девочка накинула его на голову.

«Он ужасный, ужасный негодяй! Как ты можешь...? А я не забеременею?». Сердце маленькой девочки начало бешено стучать, когда она занялась своими фантазиями…

Глава 280. Это очень стыдно…

На следующий день, солнце еще не взошло.

Цзюнь Мосе ещё не встал с постели. Он был по-прежнему в его чувственных мечтах, и вдруг совершил очень позорное открытие. Он больше не мог носить трусы, так как обнаружил огромное мокрое пятно. Он даже пощупал липкое пятно руками, чтобы подтвердить…

«Это действительно очень стыдно! Такие влажные сны могут случиться со мной, убийцей Цзюнь!? Это очень унизительно! Ради Бога! Да кто в это поверит? Мое знаменитое имя...».

Молодой господин Цзюнь быстро натянул одеяло, чтобы накрыть компрометирующий участок тела. Затем он посмотрел вокруг внимательно, а потом быстро поднял свою задницу, чтобы снять штаны. Ему было бы очень неудобно, если бы он не сделал этого.

Его движения были несравнимо быстрыми и ловкими, когда он снимал одежду. Он держал одеяло с одной стороны, и растянулся на другой, чтобы сбросить их…

Однако…

Вдруг…

БАБАХ!

Дверь комнаты неожиданно с ужасным треском открылась, едва не разлетевшись на куски в тот самый момент, и Дедушка Цзюнь влетел с его белой бородой под тревожным лицом. Он влетел в комнату и заорал, широко открыв рот:

- Ты, сопляк! Ты всё ещё не встал! Ты не знаешь, сколько сейчас времени?!

Он пришёл в этот чрезвычайно неловкий момент по чистой случайности. К счастью, это был мужчина...

Цзюнь Мосе чувствовал себя жутко. Он натянул одеяло назад, как молния. Затем он закричал из-под этого прикрытия:

- Я встану! Я встану! Но сначала выйди!

- Что ты держишь в руках? – дедуля Цзюнь что-то заподозрил. И не только он не ушёл... он сделал два шага вперёд. Затем он нахмурился и гневно оглянулся, прежде чем закричал:

- Вытащи это и дай мне посмотреть!

- Нет! Это ничего... это ничего! – Цзюнь Мосе чувствовал, что никогда не был в такой сложной ситуации ни в одной из своих жизней. Он зарылся ещё глубже в одеяло, жалуясь:

- Дедушка, у тебя нет вежливости! Я спал, а ты влетел сюда, как ураган! К счастью у меня нет жены. Но если бы ты нашел жену для внука... ты бы так делал, если бы она была здесь со мной?

«Что он сказал?»

Дедуля Цзюнь стал чрезвычайно сердитым. Его глаза наполнились темнотой, когда он сказал:

- Злая тварь! Как ты можешь говорить такие слова?! Ты, ублюдок, ещё не встал? Ты, правда, хочешь побеспокоить этого старика?

Дедушка Цзюнь схватил одеяло одной рукой и потянул его. Как такой новичок, как Цзюнь Мосе, мог противостоять силе эксперта Суань Неба?

Дедушка Цзюнь посмотрел на то, что было перед ним. Даже Цзюнь Чжан Тиан покраснел. Он размахнулся и хлопнул по голой заднице Цзюнь Мосе с очень громким "Хлобысь!".

- Покажи мне, что ты прячешь, – он протянул руку и спокойно вырвал скомканный кусок ткани из рук Мосе.

Этот шарик ткани почему-то был влажным. Это было неожиданно, и он не понял, почему это так. Он таращился на него, а затем поднёс его к носу и понюхал. Странный, но знакомый запах, исходящий из него он узнал…

Он понял всё за секунду.

Его смущённое лицо покраснело, и он быстро отбросил шарик ткани. Затем он продолжал отчаянно орать:

- Да я тебя прикончу, ты, маленький, бессовестный..., – кровь в жилах стыла от крика, что отзывался эхом повсюду.

Цзюнь Вуй услышал кровожадный крик и быстро бросился туда. Он добрался до своего отца вовремя. Краснокожий старик выходил из комнаты Цзюнь Мосе, пыхтя. Однако в его глазах мелькало безумное выражение…

- Папа, Мосе снова тебя разозлил? – Третий мастер спросил торжественно.

- Я не растил это маленькое животное! – дедушка Цзюнь дрожал и странно сжимал правую руку. Казалось, он хотел что-то сказать, но не говорил ни слова. Он продолжал дрожать, а потом, наконец, сказал:

- Увы... этот ублюдок вырос... пора искать невесту..., – затем он сомкнул руки за спиной…

Тем не менее, он вдруг вспомнил, зачем он пришёл туда в первую очередь, когда он вошёл в комнату Цзюнь Мосе. Поэтому он издалека крикнул:

- Да! Третий, поторопись и приготовь это животное. Он должен встретиться с его величеством.

Главнокомандующий войсками страны, Великий генерал Цзюнь, оказался довольно смущённым по поводу сегодняшнего. Герой его поколения держал в руках... «летальное оружие» внука... это было очень унизительно. Тем не менее, он не мог не улыбаться, хотя это было мрачное дело…

Казалось, он немного успокоился. «Наконец-то... он собрал достойное состояние... Ну, конечно, его капитал ещё не достиг уровня взрослого. Но он идет в правильном направлении. Ему едва шестнадцать, и есть много возможностей для роста на этом этапе…

Быстрее расти, ветка, чтобы ты смог пустить листья для нашей семьи!» Дедушка Цзюнь положил руки на грудь и ушёл в воспоминания. Его лицо вдруг расплылось в улыбке...

Третий мастер вошёл в комнату и увидел, как его «мистический» племянник вёл себя, как он никогда не видел его раньше. Цзюнь Мосе опустил голову и, пыхтя, собирал одежду. «Здесь происходило что-то крайне странное...».

- О чём, чёрт возьми, он кричал? Я не видел, что ты сделал, маленький дьявол... но твой дедушка был явно очень зол. Однако он, казалось, радовался чему-то... Он ругал тебя... но и улыбался. Поторопись и объясни мне это, – Цзюнь Вуй был совсем сбит с толку.

Цзюнь Мосе уже не мог стыдиться больше. Он посмотрел в смятении и почтительно попросил:

- Третий дядя, прошу тебя... пожалуйста, не спрашивай…

Этот вопрос нельзя обсуждать лицом к лицу.

Молодой мастер Цзюнь был наглым. Кожа его была толще углов Великой Стены. Но этот вопрос был для него слишком унизителен, независимо от того, насколько он бессовестный. Это был чрезвычайно серьёзный вопрос.

Цзюнь Вуй узнал, что произошло, от отца за их трапезой. Они обедали с Одиноким Соколом. Значит, он тоже слышал. Цзюнь Вуй ел рис, когда услышал это. Рис превратился в две белые линии, равномерно выпадающие из ноздрей. Поперхнувшись, он едва не оплевал Одинокого Сокола.

Мастер Сокол не разозлился, хотя сначала хотел плюнуть в ответ. У него какое-то время было странное, но пустое выражение лица. Потом он рассмеялся. Он давно не был таким счастливым. Прошлой ночью он дрался с Ли У Бэем. Это сделало его очень счастливым. Но это было очень забавное дело…

Цзюнь Мосе и его дедушка игнорировали двух мужчин, чей смех не знал конца, и сосредоточились на их завтраке. Генерал в инвалидной коляске и Восьмой Великий Мастер не могли сдержать смеха на протяжении всей трапезы. Поэтому дуэт деда и внука быстро расправился с трапезой, приготовил лошадей и направился к Императорскому дворцу.

Цзюнь Вуй и Одинокий Сокол всё ещё смеялись, когда эти двое ушли. Казалось, что эти два человека были почти охвачены дьяволом и ржали, не переставая.

Не было известно, почему Император хотел встретиться с Цзюнь Мосе. Что это за безумная просьба? Он даже отменил Золотой Талант Академии, что проводился в тот день. И тоже в Императорском дворце…

Это было крайне необычное дело.

Новость об этом была опубликована прошлой ночью. Учитель права, Сунь Чэн Хэ, бегал, оттоптав все ноги. Естественно, люди, которые были более занятыми, чем он – тоже учителя «Небесного Литературного Института», тоже были в бешенстве, так как их студенты с нетерпением ждали праздника. Их ученики были очень разочарованы, узнав о том, что праздник был отменён. Однако эта неожиданная новость вызвала дикий ажиотаж, тем более что местом проведения был Императорский дворец.

Вечером было решено, что мероприятие обязательно должно состояться на следующий день. Однако это означало, что будет много людей, которые не смогут участвовать...

Несколько учителей в сердцах проклинали самого Императора: «Что это за приказ? Вы должны научиться сдерживать себя, даже если вам не сильно не терпится…».

Но он был самым могущественным Императором под небом. Если бы он хотел, чтобы это случилось в тот день... то это произошло бы именно в тот день. Таким образом, эта группа стариков не могла осмелиться опровергнуть его приказ и отменить его, так как это было бы сродни разрушению золотого пути развития их учительства…

На этот раз время было очень жёстким, место проведения было огромным, а масштаб мероприятия был беспрецедентно-грандиозным. Были приглашены молодые мастера всех важных аристократических семей. На мероприятие должны были прибыть трое Принцев. Даже талантливые молодые женщины из крупных семей были рады явиться.

Цзюнь Мосе, Танг Юань и другие известные дебютанты также были в списке среди других известных имён. Так, они оба даже получили приглашение.

Лицо дедушки Цзюнь было спокойным, и он ничего не говорил. Цзюнь Мосе задумался и почувствовал, что с этими событиями что-то не так. Дедушка и внук одновременно почувствовали, что так называемый «Золотой Талант Академии» не будет хорошим праздником...

«Это очень ненормально! Это крайне ненормально... это уже на той грани, чтобы быть неразумным».

Цзюнь Мосе испытывал чувство слабости, его глаза медленно закрывались... Цзюнь Мосе был озадачен: «Почему я чувствую себя так?

Проклятие! Никто не должен рассчитывать на меня! Признаюсь, я выдающийся талант большой эрудиции и на стипендии. Я очень хорошо знаю прошлое и настоящее, знаком с различными стихами... и я мастер четырёх искусств! Но эти люди этого не знают. Так какой статус я держу в их глазах?».

- Мосе! Я чувствую, что что-то не так, – дедушка Цзюнь Чжан Тиан удостоил его взглядом. – Ты... должен строить дурака из себя; как можно дольше.

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Дедушка, ты мне не доверяешь? Ни в коем случае мы не обманем никого безумием и глупыми поступками. Я первый дебошир, пьяница и распутник города Тянсян. Какой смысл скрывать мою глупость?! Я родился тупым!

- Чертёнок! – дедушка Цзюнь почувствовал, что Мосе его поддразнивает. Он улыбнулся, и ему сильно полегчало.

Перед Императорским дворцом стояла натуральная мясная башня.

Цзюнь Мосе, однако, с первого взгляда опознал своего друга и рассмеялся. Танг Юань и он наверняка были «братьями из одной пьесы».

Дедуля Цзюнь пошёл вперёд, в Императорский Дворец. Цзюнь Мосе и Танг Юань присели снаружи и прислонились к стене. Эти двое казались очень гнусными, даже сидя в такой позе.

Рядом с ними сидели молодые мастера каждой семьи и одарённые ученые. Они смотрелись ярко и аккуратно. От них словно бы исходили флюиды элегантности и искренности. А от этих двоих «мастеров» исходили только флюиды похмелья.

Некоторые люди не узнали этих двоих. Они спрашивали о них своих друзей.

- Ты не знаешь? Ты даже не знаешь этих двоих? – удивленный голос спросил. Это было довольно удивительно. Это было похоже на американцев, не знающих, кто такой Вашингтон... французов, не знающих, кто такой Наполеон... немцев, не знающих, кто такой Гитлер...

Глава 281. Я покажу тебе, что делает меня "Изгоем"!

- Почему? Откуда мне знать? Они что, знамениты? – человек спросил удивленно. «Это два никудышных и самодовольных парня?».

- Разве ты не слышал о «вредителях столицы»? – другой человек ответил ему лекционным тоном.

- Эти двое – «свинья Танг» и «злой тиран Цзюнь»? «Туалетный клещ» и «Муха на столе»?

- Правильно! Это легендарные «жирная свинья» - Танг Юань, и «злой тиран» - Цзюнь Мосе! Это два величайших бедствия этого поколения!

- Неудивительно, что я почувствовал брезгливость, когда впервые увидел их. «Вредители столицы», безусловно, соответствуют своему имени.

- Конечно! И их приезд – очень вредное событие. Думаю, что эти два вредителя имеют право присутствовать на «Золотом Таланте Академии». Увы... Ничего святого!

- Эти дегенераты – из того же поколения, что и я... Какой позор, – говорящий издал длинный вздох. Такое мнение бурлило везде. Все отводили глаза, глядя на эти два бедствия. Они даже указывали на них, перешёптываясь. Глаза каждого жгли ненавистью.

Похоже, Цзюнь Мосе и Танг Юань ничего об этом не слышали. Они продолжали вести себя спокойно.

- Жирный, ты помнишь, что я сказал тебе в тот день? – Цзюнь Мосе сказал полушёпотом.

- Я не могу забыть это, – Танг Юань лениво открыл глаза. – Ты не доверяешь мне?

- Я боюсь, что ты – тупой шмат сала! Хотя, сало ещё поумнее тебя будет…

- Джентльмен не придает значения глупости! Мой дед всегда так говорит, – Танг Юань казался очень гордым.

- Ты ещё называешь себя джентльменом...?! – Цзюнь Мосе оторопел.

Цзюнь Мосе был вполне доволен после осмотра лица Танг Юаня. «Он сегодня выглядит настоящим мерзавцем! Даже для разбойника во мне сложно сдержаться, чтобы не прикончить его.

Мы ждём здесь напрасно? Сколько мне ждать? Когда уже я смогу продемонстрировать свое аморальное поведение? О, придумал».

- Эй, ты, на чё пялишься? Никогда не видел красавца? – Цзюнь Мосе нахмурился и спросил молодого человека, который смотрел на него украдкой. На лице парня лежал макияж, а волосы были приглажены гелем. Он принадлежал к известной семье Мэнг. Цзюнь Мосе и Танг Юань однажды имели дело с ним и Мэнг Хайцзоу. Они ложно обвинили двоих друзей в обмане после того, как они потеряли много денег. Поэтому Мэнг притворялся, что не узнает их.

- Я ни на что не смотрю, – посмотрел в пол Фэй Мэнг и наклонил голову, показав затылок Цзюню Мосе. Каждая влиятельная семья получила приглашение. Семья Мэнг тоже не была маленькой семьей. Поэтому их тоже пригласили.

- Заткни хлебало! – закричал Цзюнь Мосе. Он стал закатывать вверх рукава:

- Какого хрена, а?! Ты знаешь, с кем разговариваешь, петушок? Дерьма ты кусок! Твоя мать не сможет смотреть на тебя, когда я закончу с тобой. Я вырву твои глаза и засуну их в твою сраку, поверь мне!

Синяя вена выскочила на шее молодого мастера Цзюнь: глаза его сузились, а изо рта вовсю летели слюни.

Фэй Мэнг стоял прямо на своем месте со своими маслянистыми волосами и пудрой на лице. «Почему я привлёк их интерес, когда все смотрят на них? Почему я должен страдать, когда все говорят о них? Проклятие!».

Цзюнь Мосе повернулся, его лицо покраснело от гнева.

- Пусть идёт, Третий молодой мастер. Нет необходимости унижать себя до уровня этих низких простолюдинов, – Танг Юань поспешно и великодушно «утешил» своего друга.

Он потянул Цзюнь Мосе и сказал:

- Оставь его, мы скоро пойдём в тронный зал. И мы поразим всех своими блестящими подвигами! Мы покажем им наш несравненный талант; и кто знает... может быть, мы сумеем произвести впечатление на Императора. Он может одарить нас самым высоким официальным постом... тогда мы сможем удовлетворить наши желания о государственной должности!

- Ты прав, – пригладил волосы Цзюнь Мосе и бросил их за спину, надув грудь. – Я не должен унижаться до уровня этих простолюдинов.

Два юноши говорили дальше, а окружающие их люди едва ли блевать не бежали. «Получить в дар пост в правительстве? С таким-то поведением? А ваши «непревзойдённые» таланты? Это херня...».

Осел, который не знал о своем месте, собирался узнать…

- Цзюнь Мосе! Ты что имеешь в виду?! Думаешь, я не могу тебя побить?! – Фэй Мэнг проклял.

- Все смотрите! Этот малолетка без надобности создаёт сцену! Так что я не виноват! – Цзюнь Мосе играл невинную жертву и расправил руки. – Я думаю о каждой влиятельной семье, как о дружной семье. Поэтому я пришёл сюда. Разве каждая влиятельная семья не известна другим? Но этот зверь не хочет понять всё, что я мог сказать ему раньше! Что это за место? Это место – Императорский дворец! Но этот молодой человек так орёт. Он хочет восстания? Семья Мэнг уже хочет узурпировать престол?

Все охренели: «Это слишком стыдно! У него нет ни единой капли стыда! Его обвинение было необоснованным. Это слишком...».

- Ты... Это ты... говоришь херню! – у Фэй Мэнга закружилась голова от гнева. Его тело начало трястись, как мёртвый лист на ветру.

Цзюнь надо было подкреплять и репутацию дебошира… Он быстро бросился к молодому человеку и дал ему два громких пощёчины. Затем он ногой ударил его в живот. Движения Цзюнь Мосе были очень быстрыми.

Фэй Менга он застал врасплох. Тот не ожидал, что Мосе сделает такой шаг внутри Императорского дворца. Молодой человек был ошеломлён. Он упал на землю и схватился за живот. Юный мастер Цзюнь не отступил. Он продолжал избивать его, даже, несмотря на то, что враг упал. Он не хотел упустить эту возможность.

Напудренное лицо молодого мастера семьи Мэнг вскоре превратилось в пухлую морду свиньи; на самом деле это выглядело очень похоже на лицо Танг Юаня.

Все подскочили. «Этот Цзюнь Мосе слишком много себе позволяет!».

- Пусть идёт, молодой мастер Цзюнь! Все ошибаются, простите его, – молодой человек с возмущённым выражением остановил Цзюнь Мосе, когда он поднял ногу, чтобы снова ударить Фэй Мэнга.

Все смотрели на сцену с волнением. Молодёжь из престижных семей смотрела дальше, как крупнейший развратник города, Цзюнь Мосе, отреагировал на это:

- А ты кто? Ты здесь, чтобы поддержать его? Ты знаешь, какое преступление совершил этот подросток? Ты хоть видел, что он сделал до того, как решил явиться в его поддержку?

- Я – Муронг Циан Ли, я из третьего поколения семьи Муронг! – молодой человек в платье с орнаментом ответил. Его лицо было полным наглости, когда он слегка поднял голову, чтобы посмотреть на Цзюнь Mосе. Затем он спокойно обратился к нему в отвратительном тоне:

– Третий мастер Цзюнь... Окажешь мне честь? Это было просто недоразумение, вот и всё. Так почему бы нам не превратить эту вражду в дружбу?

- Ой, блин, это ж писец! Это семья Муронг... Мне страшно... Мне очень страшно! Жиробас, иди сюда и спаси меня... Я не могу дышать!

Цзюнь Мосе сделал вид, что слишком шокирован. Он специально кривлялся, хватаясь за грудь. Вдруг его выражение изменилось так быстро, что, казалось, будто он вдруг надел маску:

- Ты пытаешься меня напугать? Семья Муронг приехала, чтобы оказать на меня давление?!

Цзюнь Мосе придвинулся чуть ближе к Муронг Циан Ли, прежде чем он улыбнулся и скрипнул зубами:

- Ха-ха, Муронг Циан Ли, ты великолепен! Кто здесь не знает знаменитую семью Муронг? Хе…

Цзюнь Мосе продолжил кричать: он не дал Муронгу Циан Ли шанса говорить:

- Ты думаешь, что твоя семья Муронг сильнее, чем моя? Ха! Муронг Циан Ли, ты представляешь семью Муронг, и в таком малом возрасте... кажется, что семья Муронг и Мэнг планируют восстание в моём городе Тянсян! Я это ясно вижу…, – Цзюнь Мосе с умным видом покивал.

- Я никогда не говорил, что представляю семью Муронг! И я никогда не говорил о восстании! Так что прекрати распространять эти слухи! Цзюнь Мосе, этот метод, который ты используешь на других... не будет работать на мне! – Муронг Циан Ли заметил, что некоторые смотрели на него двусмысленно. Поэтому он поспешно объяснился громким голосом.

- Ты не представляешь семью Муронг? Тогда почему ты тут прыгаешь, как петух? Прямо как вон тот… Твою мать!

Цзюнь Мосе нахмурился, прежде чем он посмотрел прямо снова:

- Почему ты притворялся представляющим семью Муронг? Ты раздражаешь меня. Я сказал, посмотри сюда, чёрт возьми! Ты хочешь, чтобы я кастрировал тебя в Императорском дворце, а потом отдал твой хер на диетическую колбасу? Отвечай! Поторопись и отпусти меня. Черт возьми!

Высокомерное поведение Цзюнь Мосе вызвало большой гнев среди одарённых ученых и молодых мастеров. Активная дискуссия вызвала бурю, когда все начали критиковать его. Цзюнь Мосе положил руки на бёдра, а затем стал лаяться со всеми перед главным залом Императорского дворца. Затем, он начал воевать с толпой с помощью нецензурных слов: его плевки летали повсюду. Потоки грязных ругательств и проклятий продолжали увеличиваться.

Жирный Танг с большим восхищением смотрел на стройную и возвышенную фигуру Цзюнь Мосе. Он постоянно восклицал:

- Это красноречие! Эта реакция! Действительно очень проницательно! Ты потрясающий, другие на этой вечеринке беспомощны! Легко, как отобрать конфету у младенца!

Многие начали высказывать свои мнения, и поэтому общественное мнение было слышно теперь даже в главном зале Императорского Дворца. Вскоре громкий шум стал напоминать шумный рыбный рынок. Казалось, что скоро это превратится в очаг сопротивления.

- Такая наглость?! Это Императорский дворец! Кто смеет шуметь здесь?! Вам головы на плечах мешать стали?! – чрезвычайно громкий и достойный голос звучал, как торжественный барабан.

Все громко кричали, но вдруг подняли голову и глаза. Министры и некоторые главы больших семей, стояли у ворот с тёмными выражениями на лицах.

- Какой позор! – громкий крик Дугу Цзенхэн заставил подростков угомониться окончательно.

Лицо каждого подростка вдруг стало угрюмым, и их головы опустились. Их сердца были наполнены крайней ненавистью к Цзюнь Мосе. «Впечатление, которое мы так кропотливо строили в сознании наших старших, внезапно было потеряно, мы упали в глазах наших старших людей — и это из-за этого парня! Тьфу!…».

Глава 282. Прибытие талантливых ученых

Несколько человек были вовлечены в этот словесный бой перед главным залом. Закон Империи не мог привлечь даже такое большое количество людей к ответственности за что-либо.

Все вернулись на свои первоначальные места. Цзюнь Мосе под ненавистными взглядами вальяжно прошёл на своё место. Они вдруг поняли, зачем это волнение было поднято. Чтобы сделать дела хуже... Цзюнь Мосе столкнулся с этим дождем проклятий сидя…

Каждый оставался безмолвен. Были места на скамейках и стульях, но Цзюнь Мосе уселся на другое место... Под его ягодицами лежал избитый парень. На лице молодого человека было выражение, напоминающее свинью, и казалось, что он дышит на последнем дыхании. Этот юноша был молодым мастером семьи Мэнг, Мэнг Фэй... молодой Мастер Цзюнь нашёл оригинальное место для своей задницы. Это вызвало гнев толпы, выразившееся в проклятиях вполголоса.

Из состояния молодого мастера Мэнг было понятно, что он будет отсутствовать на празднике…

- Он плохо выглядит, отведите его к Имперскому врачу, – глава семьи Мэнг, Мэнг Сюэ Шэн вскричал с гневом и тревогой. Затем он повернулся лицом к улыбающемуся и неподвижному Цзюнь Чжан Тиану.

– Генерал Цзюнь, ваш внук действительно очень... «перспективный».

- Он... старший брат Мэнг слишком много льстит. Ха-ха, Мосе очень молод и неопытен. Ты не должен портить его такими словами! – дедушка Цзюнь погладил бороду и прищурил глаза, выражая свою благодарность.

Мэнг Сюэ Шэн был ошеломлён, услышав это; он чуть не упал. Другие главы семей пятнами пошли от возмущения. «Очевидно, что эта бессовестность является наследственной...!».

Развратник Цзюнь преднамеренно создал балаган в передней части главного зала. Его принуждение было очень жестоким. Шум был очень громким. В то время в главном зале велись серьёзные дискуссии по военным и гражданским вопросам, и этот шум влез в уши министров и Императора, так как они, конечно, не глухие. Интенсивность звука продолжала нарастать с течением времени. Вскоре вся их сдержанность полетела к чертям. Поэтому они быстро закончили обсуждение. Эти обсуждения обычно длились не менее двух часов. Однако сегодняшняя дискуссия завершилась менее чем за час.

Обсуждение закончилось преждевременно, потому что ум каждого человека был сосредоточен на грохоте снаружи. Малолетки грызлись друг с другом, как бешеные крысы. Следовательно, каждый человек беспокоится о благополучии своих близких…

Цзюнь Мосе чувствовал себя довольно забавно. «Ха, никто в моей жизни никогда не мог превзойти меня, кроме тех, кто умер... Ты заставил меня ждать перед главным залом, разве мог я слишком легко спустить тебе это?».

Осталось много часов, чтобы начать праздник «Золотого Таланта Академии». Тем не менее, несколько придворных евнухов и дворцовых служанок вышли встречать и приветствовать гостей.

- Это, молодой мастер... что, по-твоему, внутри этих залов? Ты знаешь? – Танг Юань спросил Цзюнь Мосе, пока его поросячьи глазки «сканировали» место. – Я просто вижу кучу книжных червей и ещё несколько книжных... червей; они даже не могут быть людьми. Где те красивые дамы, о которых они говорили? Я тут для того, чтобы попялиться на «конфетки».

- Спрашивать меня бесполезно. Лучше, если ты проконсультируешься с Императором об этой проблеме, – Цзюнь Мосе взял соломинку из нефритовых перил и засунул ее в рот. Он передвинул её туда-сюда. Хоть он и катал соломинку во рту вместо жевательной резинки, он выглядел очень умным при этом.

Танг Юань с завистью посмотрел на него. Его собственные губы были слишком толстыми, а язык был короче, чем у обычного человека. С другой стороны, рот Цзюнь Мосе был очень гибким. Он вздохнул и сказал:

- Я думаю, что мой дед снимет с меня кожу, если я посмею спросить об этом у его величества. Ты сказал, что не знаешь, но сказал мне спросить его величество, когда это может причинить мне серьёзный вред... Ты – мой старший брат…

- Да хватит дерьмо в уши лить! Я приехал в Императорский дворец впервые. Я следую твоим шагам, ведь ты был тут раньше. Так как бы я узнал, если бы ты этого не сделал? И не называй меня своим «старшим братом» перед столькими людьми. Такой толстый младший брат... Люди подумают, что наших родителей ты сожрал.

Цзюнь Мосе закатил глаза. Затем, осмысленный взгляд появился в его глазах после того, как он посмотрел на что-то. Он усмехнулся:

- Жиробас, смотри, пришла ещё одна партия, они тоже не любят мужчин. Они, должно быть, твои близкие друзья! Это одарённые ученые из «Небесного Института литературы Вэньсин»? Их аккуратный стиль ходьбы мог бы сделать честь военному параду. Чёртова куча лицемеров!

На ровные нефритовые ступени перед главным залом прибыла группа белокожих молодых людей. Каждый из них стоял ровно, как по линеечке, выглядел утонченным и двигался так грациозно, как не все женщины могут. У каждого были тонкие черты лица. Их было не так много – всего около двадцати. Двое белобородых стариков вели их в неторопливом темпе.

Широкие рукава давно стали воплощением стиля великих ученых. А эти два учителя из «Небесного Института литературы Вэньсин» были учителями, которыми были восхищены всей страной; Мэй Гао Цзе и Конг Лин Янь.

Ноздри Жиробаса затрепетали, когда он закричал:

- Эти два старых ублюдка, их ученики, их потомки: целая куча лицемеров. Смотри! Я чувствую рвотные позывы при виде их! Они заставляли меня стирать нижнее бельё, когда я не выполнял свою задачу. Я привык считать их сильными в тот день... Но я сожалею об этом сейчас, когда вижу вещи яснее!

Цзюнь Мосе слегка поднял подбородок, чтобы посмотреть на эту группу людей. Он посмотрел на их сардонические выражения, а затем вздохнул в согласии с Танг Юанем. Он знал о злодейском характере толстяка. Тем не менее, он согласился с жирным.

Какой-то человек вздохнул за ними:

- Они действительно достойны имени «Небесного Института литературы Вэньсин». Это место для красивых людей! У них так много книг по литературе. Студенты «Небесного Института литературы Вэньсин» являются гигантами среди мужчин в городе Тянсян. Они такие гордые!

- Ты, блин, иди, им труселя постирай, – Цзюнь Мосе и Танг Юань издевались в унисон, оглянувшись назад с презрением. Затем они одновременно подняли головы и наклонили их.

Взгляды всех людей были прикованы к этим лицемерам. Зал был полон перспективных молодых людей из всех сильных семей. Кроме того, не было недостатка в молодых людях, которые были названы «преемниками» глав своих семей. Потрясающе, что некоторые ученики просто лебезили перед учениками из «Небесного Института литературы Вэньсин», льстя этим «перспективным» молодым людям так, что уши вяли. Их намерение привлечь потенциальных сторонников было довольно отвратительным.

Они оба быстро заткнулись, но главный зал уже замолчал. Они вдвоём сказали это очень громко. Поэтому внимание каждого человека внезапно сместилось к ним.

Двое, возглавлявшие группу учёных из «Небесного Института литературы Вэньсин», посмотрели на Цзюнь Мосе и Танг Юаня, как будто смотрели на дерьмо... То есть, на экскременты. Их взгляд был очень отвратительным.

Жирный Танг со страхом вздрогнул, так как несколько одарённых учёных и молодых мастеров вдруг начали смотреть на него с презрением. Цвет его лица изменился, и он задрожал. Он тайно хотел уничтожить пару «одарённых учёных». Однако презренный человек не смог поднять себя до такого статуса, столкнувшись с элегантными манерами поведения этих учёных. Высокие взгляды ученых и других людей, присутствующих там, были демонстрацией их бесстрашия. Вдруг Жирный Танг начал испытывать нехватку уверенности в себе.

Жиробас был немного напуган, но развратник Цзюнь стоял с такой же кислой рожей. Он поднял голову и посмотрел на зевак…

Цзюнь Мосе столкнулся с пренебрежительными взглядами почти сотни людей. Он в ответ нагло смотрел на них. Он был горд, так как он не кусок грязи: «Я изгой, изгой, манеры которого пугают даже меня… Однако я сильнее, чем кто бы то ни было здесь!».

Это был девиз убийцы Цзюнь!

- Гнилое дерево нельзя рубить, – Мэй Гао Цзе смотрел на двух придурков холодным взглядом. Затем он поднял один конец своих козьих усов и пригладил его. Его взгляд выражал искреннее презрение. Он был известным и опытным учёным. У него был список более презренных слов, но он их не использовал. Он сказал только одно. Но это было очень тяжёлым оскорблением, но, тем не менее, очень изящным.

Хотя «изящный» – было слишком. Взгляд старика оставался зафиксированным на двух индивидуумах по мере того как он вёл свое стадо мимо них. Вскоре они подошли к концу лестницы. Там они приветствовали и вручили памятные подарки министрам. Затем они познакомили своих «замечательных» студентов со всеми.

Цзюнь Мосе заметил косые взгляды тех двух мужчин. Их ненавистные взгляды предназначались для Танг Юаня.

Подлый, мерзкий и коррумпированный Цзюнь Мосе не был человеком для этих талантливых ученых из «Небесного Института литературы Вэньсин». Но человек, которого они ненавидели больше всего во всей Империи Тянсян был — Танг Юань.

Однако это не было неожиданным. Танг Юань использовал свои подлые средства, чтобы попытаться окончить их институт. Позже он использовал власть своей семьи, чтобы выдвинуть непрекращающиеся обвинения против учёных Института. Более того, он использовал свою семью, чтобы заставить институт поступать по его. На самом деле, он даже пытался использовать свою финансовую мощь, чтобы получить контроль над ними.

Если бы это было так... это было бы ещё терпимо. Тем не менее, жирный Танг не остановился на достигнутом. Он заставил одного ученика Института работать на него. Затем он заставил его, учёного, стирать бельё... как Институт мог пережить этот позор?

Жирный Танг не держал это дело в тайне. Мей Гао Цзе и Конг Линг Янг едва ли не плевали кровью, когда слышали о том, что к одному из их учеников обращаются с таким унижением. Танг Юань с тех пор стал признанным в качестве урода внутри Института... хотя, не в Институте, на самом деле, во всём городе Тянсян…

Что касается того учёного, который подчинялся этому акту унижения, чтобы подняться по социальной лестнице, ослеплённый своей жадностью... никто не заботился о том, чтобы избавить его от мыслей. «Мы в порядке, пока наш институт полон талантливых учёных. Естественно, что там будет небольшая доля низменностей, но это лишь небольшие пороки. Какой человек сегодня не такой? Такие люди, в конечном итоге, столкнутся с небесным наказанием!

Но толстяк Танг был неправ, ведь он оскорбил и навредил культурному учёному!».

В «Небесном Институте литературы Вэньсин» были единодушны в том, что их два старых мастера умрут с огромным безрадостным недовольством, если они не смогут опозорить Танг Юаня. И им, наконец, дали возможность сегодня — они не отказались бы от этого так легко.

Одетый в чёрное молодой человек спокойно стоял в другом углу. Его лицо было покрыто вуалью. Он казался равнодушным к разбирательству, происходящему перед ним. Казалось, как будто эта сцена была, как туман в глазах, не стоившая его внимания.

Его взгляд был ясен и равнодушен, но намного теплее и ласковее, чем взгляды остальных. Хотя его лицо было покрыто завесой, но никто не мог сказать, что этот юноша был совершенно исключительным.

Он был внуком Великого мастера Ли, молодым мастером Ли Юран!

Он пришёл на этот раз.

Глава 283. У вас нет денег? Тогда гасите долг внучкой!

На верхнюю ступень лестницы у ворот главного зала прибыл пухлый евнух с хвостиком волос. Его щёки свисали, как у сенбернара, а его странный, но мягкий голос эхом прокатился по залу:

- Пора... прошу уважаемых старших, учёных и многочисленных молодых мастеров, пожалуйста, проходите в главный зал для аудиенции с Императором!

- Бл...! – Цзюнь Мосе отшатнулся. «Этот голос просто слишком... Его ещё менее приятно слышать, чем те, которые объявляют всякую х-ню на ТВ…».

Казалось, этот евнух имитировал телевизионную мыльную оперу. «Сколько раз этот евнух давал этот спектакль?» Но он не имитировал на самом деле... Видимо, «парочка вещей» в промежности этого человека действительно отсутствует…

Все с молчаливым пониманием посмотрели друг на друга. Вместимость главного зала была самой большой во всем дворце. В нем может разместиться тысяча человек на ужин... а потом и ещё кое-кто. Очевидно, что подготовка к празднику достигла больших масштабов. «Так почему же они не уведомили несколько дней назад? Несколько молодых мастеров не могли быть проинформированы вовремя, чтобы они успели вернуться в город».

Юный мастер Цзюнь и его друг собирались уйти, когда услышали резкий голос придворного евнуха:

- Его Величество желает, чтобы отважный и верный Танг Ванли привёл с собой внука... чтобы император мог поговорить с ним.

Танг Юань испугался. Он вскочил и горько посмотрел на Цзюнь Мосе:

- Чёрт! В чём дело?

Молодой Мастер Цзюнь закатил глаза и отказался отвечать Танг Юаню. «Ты думаешь, что я божественная сущность или как? Почему ты задаешь мне такие вопросы?!». Развратник Цзюнь наклонил голову и пожал плечами. Он повернулся и направился к залу проворно, как кошка... его лишь провожали косыми взглядами…

Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на внука и его поведение среди большой толпы и почувствовал, что у него разболелась голова. «Разве я не сказал тебе избегать делать что-то подобное, чтобы ты не выделялся таким образом? Это даже не «журавль среди стада петухов». Нет, его надо назвать петухом среди стада журавлей! Моей пожизненной репутации конец. Ты, маленький сукин сын! Ты разрушил всё, крутя задницей, как беременная баба…».

Дугу Цзенхэн повернул голову, и его взгляд случайно упал на Цзюнь Мосе. Он смотрел, как молодой человек крутил задницей и качал ею, пока шёл. Генерал цокнул языком и сказал:

- Старейшина Цзюнь, это первый раз, когда ты увидел своего внука после того, как он повзрослел, да? Ведь знание человека по своей репутации не может сравниться с видением его лично. И увидев его сегодня... я знаю, что он даже превосходит свое имя! Совершенно удивительный! Он действительно очень уникальный и выдающийся. Он...

Цзюнь Чжан Тиань вздохнул и нахмурился:

- Старший Дугу, я помню, что ваша семья Дугу должна моей семье Цзюнь около девяноста миллионов серебряных таэлей. Кажется, ты ведёшь себя так, будто это мелочь, которой ты не придаёшь большого значения... ты уже можешь вернуть долг? Я просто хочу знать на благо моего сердца!

Дедушка Цзюнь обычно был довольно вежливым. Однако дедушка Дугу был слишком неразумным. Он дразнил Цзюнь Чжан Тиана просто для удовольствия. «Как этот невежественный человек мог прийти и дразнить главу семьи Цзюнь вот так?» Поэтому в тот момент, когда он открыл рот — его прижали к ногтю.

Глаза Дугу Цзенхэна широко раскрылись, и он некоторое время оставался молчаливым. Потом он яростно сплюнул и ответил:

- Безумие! Ты меня убиваешь! Девяносто миллионов серебряных? Ты считаешь мою семью Дугу национальной казной? Да даже Национальное казначейство не сможет справиться с такой суммой!

- Ты, ублюдок, вы планируете отказаться от долга? – Дедушка Цзюнь зарычал. - По словам твоей собственной семьи – вы признали компенсацию в соответствии с ценой аукциона. Так почему сейчас вы думаете отказаться от своего долга? Сомневаюсь, что вашей семье Дугу не хватит средств, если мы сейчас обсудим этот спор перед Императором! Справедливость – это, может быть, только четырнадцать букв в мире смертных! Но имей в виду, Дугу Цзенхэн... что Небеса тоже смотрят на это дело сегодня!

Дугу Цзенхэн был возмущён этим замечанием. Он чувствовал, как будто он был зажат между честью и гневом.

Он был грубым и неразумным, но он был хозяином своего слова.

«Но... что я скажу сейчас...? Как эта тривиальная семья Цзюнь находит мужество сказать что-то такое смелое?» Он едва ли не задыхался, и было очевидно, что он проклинал семью Цзюнь про себя. «Хотя, сам виноват: твоё бессовестное замечание спровоцировало этого старика сейчас!»

Тщательно продуманный план пришёл к нему в голову:

- Правильно, моя семья Дугу должна вашей семье Цзюнь много серебра. Старик, твои жалобы разумны! Убийца должен заплатить своей жизнью, а должник должен вернуть деньги - это справедливо! Не говори мне, старик решил? Этих жалких девяносто миллионов серебра ведь хватит? Это так скупо! Если бы все были такими как ты... они бы приняли всё, что у них было, очень серьёзно! Цзюнь Чжан Тиан, сколько денег ты сможешь взять с собой в гроб? Я искренне презираю это мелочное поведение твоей семьи Цзюнь!

Цзюнь Чжан Тиан был почти в бешенстве: «Девяносто миллионов серебряных – жалкие? Этим можно финансировать три года военных расходов для всей Империи Тянсян! Прекрати нести это дерьмо!»

- Ну, раз уж ты не находишь это большой суммой... поторопись и верни мне мою «жалкую» сумму денег. Зачем ты тянешь кота за это дело? Позволь мне сказать... моя семья Цзюнь ждёт эту «жалкую» сумму денег. И ты называешь нас несчастными? Это, конечно, лучше, чем быть мудаками, которые отказываются от своих долгов!

- Когда я сказал, что не верну? – Дугу Цзенхэн повернулся к нему и закатал глаза. - Мы признаём наш долг. Просто у нас сейчас не хватает денег. Ты не волнуйся. В любом случае, не было решено, когда мы должны погасить долг... Если не в этом году... то в следующем... или в следующем после этого... Если не в этой жизни... может, в следующей? Помнишь, какой-то общественный деятель однажды сказал: «Любой долг может быть погашен, если у человека есть бесконечное потомство».

- Ха-ха-ха, – люди, стоявшие рядом с ним, взорвались смехом.

Некоторые люди заметили, что двое стариков собрались вместе и начали что-то яростно бормотать друг другу. И каждый прислушался уже, когда двое мужчин начали говорить про огромный долг. Главы различных семей были рады услышать шутку Дугу Цзенхэна.

И они услышали, что Дугу Цзенхэн придумал такую бесстыдную классическую линию; вся комната ворвалась смехом в его поддержку. Этот человек был исключительно талантлив. Это был только долг и ничего больше. Он просто скинул его на следующее поколение... и на следующее после этого, на всё его потомство, короче. Он был чрезвычайно бесстыдным. На самом деле, он достиг пика бесстыдства…

«Да у столетнего дуба кора не такая прочная, как кожа этого наглеца! Этот человек самый бесстыдный на всей земле! Сегодня я, наконец-то, узнал…».

- Ну, охуеть теперь! – дедушка Цзюнь сорвался. – Кто знает, какими бесстыдными мудаками окажется твоё следующее поколение? – он посмотрел вокруг, удостоверился, что все смотрят на него, и сказал:

- Старший Дугу, если ты не в состоянии погасить долг деньгами, тогда твоя внучка может помочь тебе погасить его. Мы станем родственниками по браку, если вы выдадите свою внучку замуж за моего внука.

Ты ожидаешь, что я буду торговаться с твоими родственниками по поводу долга? Долг твоей семьи после свадьбы, разумеется, будет забыт: как насчёт этого? Я отпущу твой долг в то же время.

- Чушь! Чёрт возьми, Цзюнь! – Дугу Цзенхэн разозлился и начал сыпать проклятиями. – Моя внучка, как фея! Ты взгляни на своего внука, просто взгляни…

Он указал пальцем на виляющего задницей Мосе, когда сказал это. Он был полон гнева, когда продолжал:

– Может ли этот ублюдок когда-нибудь стать парой моей внучке? Ты найди мне хоть одного человека в этом мире, который скажет, что он хорошо подходит для моей внучки!

- Твои слова разумны. Твоя внучка не достойна стать парой моему внуку. Но, похоже, мой внук благоволит твоей внучке. Значит, тебе повезло.

Затем дедушка Цзюнь сузил глаза и продолжил:

- Старший Дугу, ты пожалеешь об этом, если не согласишься на это. Настанет день, когда на ужин у тебя не будет даже риса. Ты потеряешь всё. Тогда не удивляйся. И не жалуйся, что я тебя не предупредил!

- Да как ты смеешь! Я тебе яйца оторву!

Дугу Цзенхэн задыхался от злости и сделал шаг вперёд. Дедушка Цзюнь отступит? Его поза была твёрдой, и его высокомерие поднялось. Другие старшие поняли, что ситуация стала крайне тяжелой, поскольку эти два человека были готовы броситься друг на друга. Несколько человек начали успокаивать двух спорящих. Это было, чтобы избежать активного инцидента внутри дворца.

Результат был бы немного оживлённее, если бы увидели, как эти два старых и могущественных главы военных семей решили подраться внутри Императорского дворца…

Два старика отчаянно пытались освободиться. Казалось, они хотели погубить друг друга. На самом деле, они пинали и били кого-либо поблизости…

- Цзюнь Чжан Тянь, если твой «дорогой» внук посмеет спровоцировать и раздражать меня... я тебе задницу до синего цвета испинаю, а твой мусор, который ты называешь «внуком», скормлю бродячим попугайчикам! Твоя семья исчезнет, и ты проведёшь последние дни, будучи подчинённым бандитов! – Дугу Цзенхэн плевался и орал.

- Ба! Думаешь, у тебя есть такая возможность?! Ты думаешь, я никогда не сражался? Ты думаешь, я боюсь тебя?! Я уже и забыл, что я не преподал тебе урок за все эти годы! А теперь ты, старый ублюдок, отрастил крылышки и желаешь подняться на небеса! Но я сделаю исключение и выпрямлю тебя сегодня! Ты безграмотный дурак! Ты отказываешься принять доброту, которую тебе оказывают!

Дедушка Цзюнь был сильно в ярости. «Я пожалел об увлечении моего внука. В противном случае, исходя из реальной ситуации моего внука... даже дочь Императора не может быть парой ему! Не говоря уже о внучке этого мудака! Ты презираешь и порочишь такого удивительного мальчика. Ты самый бесстыдный человек под небом!»

Несколько человек спешно прошли мимо этого волнения в страхе…

«Кто мог спровоцировать этих двух старых ублюдков...?

Дугу Цзенхэн лучше. Он очень неразумный, но ваша жизнь не будет в опасности с ним. Этот старый хрыч семьи Цзюнь – это совсем другое дело, обычно он сохраняет спокойствие и, кажется безвредным. На самом деле, он даже красуется его «моральным культивированием»... но в прошлый раз кто-то спровоцировал его... он убил почти треть Императорского Совета, не моргнув глазом. Этот парень очень хладнокровный. Он даже не морщится, когда занимается делом. Он молчаливый палач!

Теперь, когда эти двое спорят здесь, у них будут неприятности. Не стоит оставаться здесь надолго…».

***

- Танг Юань? – Император уставился на толстяка перед ним в Императорском зале. Его лицо было чрезвычайно спокойным, но его глаза метали молнии при виде фрикадельки.

Император был шокирован, увидев внука Танга Ванли. «Его личность сильно отличается от того, кем он был в Аристократическом зале». Тем не менее, Император даже нашёл, как можно использовать тело Танг Юаня, чтобы оно в значительной степени отражало экономическое превосходство Империи.

С одного взгляда на его тело было очевидно, что у простых людей не было недостатка в еде или одежде…

- Да! Я, Танг Юань, свидетельствую своё почтение Вашему Величеству, – ему было трудно встать на колени. Живот упал на пол, и он словно расплылся по ковру. Он пытался прикоснуться головой к полу, но живот был просто непреодолимой преградой...

Глава 284. Жирный проходит тест

Танг Юань был в ужасе. Дед привёл его к входу и ушёл. Он оставил его лицом к лицу с великим Императором. Итак, жирный был крайне нервным.

- Встань. Подойди, присаживайся, – Император ничего не мог поделать и хихикал. Его голос был приветлив.

- Большое спасибо, Ваше Величество, – Танг Юань использовал свои пухлые руки, чтобы суметь кое-как встать. Он тщательно вытер пот, и осторожно двинулся, чтобы занять место.

Он не знал, намеренно это или нет... но евнух придвинул для него круглое кресло. Толстяк обнаружил, что стул не очень большой. Обычный человек бы легко поместился в кресло и мог бы сесть спокойно. Вообще-то, у него было бы достаточно свободного места. В случае жирного, с другой стороны... сесть в кресло стало очень трудной задачей.

Танг Юань вспомнил наставления своего деда:

- Когда будешь у Императора — не сиди нагло, если он попросит занять место. Всегда сиди только половиной задницы на стуле. Запомни это наизусть! - однако этот стул стал бы проблемой, если бы он сел только половиной своей задницы на него. «Сомневаюсь, что даже половина моей задницы сможет вписаться в это. Этот стул слишком маленький. Неудивительно, что люди могут поместить в нее только половину своих задниц».

Он пыхтел и пыхтел, пока половина его задницы не вошла. Но эта часть была достаточно большой, чтобы заполнить весь стул. Жировые складки висели вокруг кресла.

- Ха-ха-ха, – Император больше не мог этого вынести и начал смеяться. Танг Юань чувствовал, что вспотел.

- Танг Юань, я слышал, что ты был главным аукционером Аристократического зала? – Император силой воли перестал смеяться и задал вопрос. Холодный свет мелькнул из глубины его глаз.

- Да, Ваше Величество... молодой чиновник... обычный человек... я..., – жирный Танг начал заикаться. Он хотел назвать себя «молодым чиновником», но это было неправильно, так как у него не было официальной должности. Затем он попытался назвать себя «обычным», но это не было правдой. Затем он попытался сослаться на себя как на «я»... но говорить так было бы очень неуважительно в этой ситуации…

Он неожиданно начал задыхаться…

- Не обращай внимания на любезности, высказывай своё мнение, – Император говорил мягко. - Танг Юань, не подскажешь, чья идея заключалась в проведении этого аукциона в Аристократическом зале таким образом?

- Это... это... Ваше Величество... он... то есть, таким образом…, – мозги Танг Юаня совсем разжижились. «Блин! Неудивительно, что старший Брат торжественно напоминал мне снова и снова. Кажется, что этот старик знает, что есть другой человек за всем этим!».

- Ваше Величество, я был очень молод в то время... и не совсем здравомыслящий... я совершил огромную ошибку. Мой дед выселил меня из дома за это. Так что... я решил сделать что-то, что заставило бы старика задуматься, что выгнать меня из дома было неправильно, – Танг Юань смущённо почесал затылок. – Но что я мог сделать? Мне интересно только зарабатывать деньги…

- Ты... ты говоришь мне, что эта идея была твоей? – выражение Императора потемнело. Затем какая-то невидимая сила спустилась вниз, чтобы оказать давление на Танг Юаня.

Это было не Ци от эксперта Суань Ци... это была на самом деле чистая сила самого Императора.

Это было то, чему даже молодой мастер Цзюнь или даже Восемь Великих Мастеров не могли подражать.

- Да! Ваше Величество... это ничего не значило, просто сделка, маленькое дело... и ничего другого, – одежда Танг Юаня промокла от пота за считанные секунды.

- Ничего? Просто небольшое дело? Танг Юань, ты знаешь, какой грех ты совершил? – Император прищурил глаза и проницательно посмотрел на выражение Жирного Танга.

- Маленький, это маленькое... виноват... я... не знал... ошибся... я пригласил, попросил моего дедушку помочь..., - Танг Юань стал ещё более нервным. На самом деле, он не знал, как ещё обратиться.

Вдруг показалось, что Жирный был уличным продавцом, который держал в руках два чайника, а Император был неосторожным клиентом…

- Так ты виноват в этом? Твой аукцион привёл к массовым беспорядкам в городе, и все обращается в хаос. Это отвратительный беспорядок! – его Величество Император вздохнул, но продолжал оказывать давление. Император был умным человеком.

- Я не думал об этом в то время. Я просто хотел встать на ноги. Я планировал заработать какие-то деньги от гостей, чтобы наскрести на жизнь. Вот и всё. Я не думал о таких вопросах. Я никого не заставлял покупать эти бутылки, они делали это по своей воле, сэр, – пот с Жиробаса лился уже рекой.

Сэр…

Это обращение заставило Императора почувствовать себя покровителем. Более того, Танг Юань не знал, что Император и его сыновья... отношения между ними были такими же, как у попутчиков.

- Не говори ничего больше... ты первый выдвинул этот «символ» аристократов. Ты спровоцировал богатых и могущественных сравнивать себя друг с другом. И ситуация становилась всё более критической с каждым днем. Затем, цены на товары в городе быстро выросли, потому что ты отправил только один пригласительный билет каждому крупному предпринимателю. А то, что эти приглашения были направлены «истинным аристократам», вызвало ожесточенные внутренние споры в делах. Все торговцы солью и тканями города Тянсян открыто борются и тайно замышляют друг против друга, пока мы говорим! Ситуация такая, что случались даже инциденты кровопролития из-за этого! Более того, вся политическая ситуация нестабильна..., – Император не мог открыто говорить о заключительной части. Однако поднятые им вопросы тоже не были тривиальными. На самом деле, их было достаточно, чтобы запугать Танг Юаня.

«Старший брат придумал этот план тайно, а затем всё контролировал из-за кулис! Он... потрясающий! А я думал, что это как раз из-за денег. Я был таким глупым! Мне не хватает мозгов, чтобы прорваться через все вражеские линии... но босс сидит далеко позади. Это было действительно «Высоко сижу – далеко гляжу»!».

Его Величество Император был уверен, глядя на выражение недоумения Танг Юаня, что он не планировал ничего из этого. Или, по крайней мере... он не был инициатором этого плана. Он медленно встал с Императорского трона. Затем он сделал два неторопливых шага и сел в тридцати метрах от Жирного Танга.

- Танг Юань, ты внук храброго и преданного вассала! Ты можешь быть развратником... но ты получишь звание и богатство в будущем, даже если ты невежественный и некомпетентный. Так почему ты так переживаешь за имя кого-то другого? Ты бы испортил будущее своё и своей семьи Танг из-за этого? Думаешь, оно того стоит?

Это была психологическая атака! Это была явно психологическая атака!

Ни один человек из подрастающего поколения не останется спокойным после того, как такая угроза будет угрожать их семье. Император был уверен в этом. Поэтому он произнёс эти слова, а затем посмотрел на лицо Танг Юаня, внимательно наблюдая за ним.

Тем не менее, Император совершенно не знал, что Цзюнь Мосе знал об этом и предупреждал Жирного давным-давно. На самом деле, он и сам издевался над Жирным таким образом много раз для практики. Юный мастер Цзюнь не обладал такой силой, как у Императора, но его жажда крови была равна такой силе. Однако, как Жирный мог справиться?

На самом деле, Император обманул бы Жирного, если бы продолжал говорить о его семье вот так... Молодой человек рано или поздно выдаст часть того, что он пытался скрыть. Независимо от тренировки Жирного — он не сможет противостоять устойчивым усилиям, таким, как эти.

Тем не менее, тысячи людей ждали снаружи. А Император стремился к быстрому способу достижения своей цели. Но, дело в том, что Цзюнь Мосе предсказал эту ситуацию.

Это словно студент решил запомнить все тесты за все предыдущие года накануне экзаменов... но обнаружил, что все эти вопросы были включены в набор тестовых документов на экзамене…

«Старший брат – божественный стратег! Танг Юань поклоняется тебе!».

- Ваше Величество, вы не понимаете. Я уже сказал вам. Меня выгнал из дома дедушка. В любом случае... я заслужил это наказание. Мой дедушка очень сильно избил меня в тот день, и я оставил свою семью весь в синяках и ссадинах. Я остался один и беспомощен. Я двигался по столице без денег. Но Боги не отказались от меня. Мой хороший брат Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь появился! Он не бросил меня и вернул домой. Он спас меня от моей ситуации и спас моё измученное тело. Он заботился обо мне и заботился о моем здоровье с максимальной осторожностью..., - эмоции, казалось, появились на лице Жирного.

- Так этот план молодого мастера семьи Цзюнь? - Император почувствовал себя немного разочарованным, так как Жирный, казалось, нёс что-то бессвязное. Это было крайне отвратительно.

- Ваше Величество, вы неправильно поняли, что я сказал. Пожалуйста, позвольте мне закончить то, что я собирался сказать. Я получил тёплый прием в резиденции семьи Цзюнь. Семья Цзюнь предоставила мне еду, одежду и крышу над головой. И даже, несмотря на то, что я развратник... я мог признать их доброту... и то, что я был гостем под чужой крышей. Я начал задумываться о том, как отплатить им за такую доброту. Бизнес – это немного просто для меня... и меня посетило вдохновение! Я думал, что у меня и моего хорошего брата Цзюнь есть что-то общее…

«Что может быть общим между вами двумя? Что вы оба развратники? Вы оба неудачники? Вы оба не оправдали ожиданий? Что ещё может быть?».

- Ваше Величество должны знать о слухах, о том, что я и мой хороший брат Цзюнь – мудаки номер один и два в этом городе. Этот ничтожный человек искал вдохновения в этом деле. Напомню, что в прошлом — я не ценил деньги! Этот малозначительный человек привык беспричинно и случайным образом разбазаривать деньги... часто на вещи, которые были малозначительны. Я продолжал выбрасывать деньги безрассудно. И теперь, оглянувшись вокруг — я обнаружил, что я и молодой мастер Цзюнь не были меньшинством в нашем поколении. Казалось, что термин «развратник» может быть заменой термину «аристократ». Однако, как можно «аристократа» считать «забулдыгой»? Но это можно рассматривать, как способ заработать деньги, так как эти люди не принимают всерьёз свои деньги!

Как ни странно, я познакомился с величайшим виноделом под небом несколько дней назад — старшим Сонг Шанем. И он согласился предоставить своё уникальное и изысканное вино для Аристократического зала. Мы пришли к сегодняшней ситуации из-за различных ситуаций и удачи. Если у Вашего Величества еще есть какие-то вопросы... Танг Юань более чем готов ответить на них все! – Жирный не знал, следует ему подчиняться или нет. Тем не менее, Цзюнь Мосе точно предсказал реакцию Императора.

Жирный мог легко ответить на любое количество вопросов, которые задал бы Император: подробно и исчерпывающе.

Жирный не был бы так взволнован, если бы понял это. Он бы легко ответил на каждый вопрос неприступной логикой... и разумно. Когда дело дошло до того, что его выгнали из дома... толстяк пошел по замечательному сценарию великого режиссера Цзюнь. Он даже прослезился, когда рассказывал.

Куча слёз и пота брызгала с жирного лица. Сцену была довольно сложно себе представить…

Глава 285. Первый открытый конкурс!

Император вздохнул. Он знал, что сегодня не получит ответов от Жирного... «Разве он не слишком спокойный? Кажется, он поет песню?». Его величество уже заскучал и был истощен. Он вернулся на Императорский трон, сел и нахмурился.

Он стремился показать своё подавляющее величие Жирному с помощью своего огромного зала и оказал некоторое психологическое давление на него. Эта уловка началась успешно, после того как он встал. Тем не менее, это перестало работать после того, как был задал вопрос, так как он пошёл именно в соответствии с предсказанной последовательностью событий Цзюнем Мосе.

Сердце толстого Танга было восхищено юным мастером Цзюнь. Это чувство противодействовало усилиям Императора. Поэтому давление на Жирного оказалось бесполезным.

- Я понял, ты можешь уйти, - устало сказал Император. Одной рукой он потёр висок, а другой слегка махнул, чтобы Жирный вышел наружу.

Это было словно помилованием для Жирного Танга. Его тело значительно расслабилось. «Небо и земля! Этот звездец, наконец-то, прошёл!». Он стоял на пороге, чтобы выразить свою благодарность. Вдруг Император поднял глаза. Его острый взгляд стрелой выстрелил прямо в Танг Юаня, и он высказал предположение:

- Это была идея Цзюнь Вуя?

Тан Юань едва устоял на ногах: его сознание было расслаблено, и он потерял свою силу. Поэтому он начал паниковать после того, как услышал слово «Цзюнь», когда Император задал ему этот вопрос. Он не слышал должным образом все остальное, что говорил Император. Он потерял рассудок от страха и стоял там ошарашенный. Его большой рот превратился в большой круг, когда он подсознательно воскликнул:

- Что?!

Его Величество Император посмотрел на Танг Юаня и слегка улыбнулся:

- Это так?

***

Цзюнь Мосе сделал два шага назад:

- Привет, закрывающей лицо стыдливый юноша! – крикнул он Ли Юрану.

Ли Юран оставался на своем месте, так как он ждал, когда Цзюнь Mосе подойдёт. Было много других молодых людей, которые хотели сопровождать его и ждали, но он слегка помахал им. Он не говорил ни слова, но его жест четко обозначил его желание.

Его товарищи не возражали и продолжали блуждать сами. На нём висело много украшений. Он видел презрительный взгляд в глазах Цзюнь Мосе. Дело в том, что он всегда был украшен подобным образом. На самом деле он считал, что такое украшение является нормой.

Каждое движение Ли Юрана было умелым. Казалось, что он был создан самими небесами.

В его глазах мелькнул необычный оттенок, когда он посмотрел на Цзюнь Мосе. У него была бледность... у него была агрессия, и он боялся... но всё это прошло в мгновение ока.

- Я не знал, что третий молодой мастер Цзюнь имеет советы для меня? – Ли Юран звучал не слишком добро, и не слишком отстранённо. Его голос звучал не слишком громко и не слишком слабо. Но он говорил, словно испытывал дискомфорт.

- Ваша манерность – это хорошо, это требует немного семейного воспитания. А поскольку этот молодой мастер приехал... я дам вам несколько советов.

- Пожалуйста, говори, – глаза Ли Юрана показали радостное выражение, и тон его был звучным. – Я внимательно выслушаю слова молодого мастера. Для Ли Юрана большая честь слушать тебя.

- Я хотел спросить тебя кое о чём: ты носишь эту вуаль весь день... ты не чувствуешь усталости? Не слишком жарко? Разве это не позорно? Или ты подражаешь невинным женщинам? – Цзюнь Мосе посмотрел в пол и провокационно открыл рот. - Или у тебя рожа страшная?

Ли Юран не появлялся на публике. Он был немного старше Цзюнь Мосе, и его репутация была лучше. Он запугал нескольких человек, но этот молодой мастер был очень любопытным. В некоторых отношениях молодой мастер Ли даже боялся последствий, когда речь шла о молодом мастере Цзюнь.

«Этот парень Ли Юран слишком фальшивый. Его мысли слишком глубоки и проницательны: их достаточно, чтобы напугать людей. Как будто он всегда планирует в своей голове что-то. Однако он всегда сохраняет тот же спокойный, скромный и приличный образ...». Убийца Цзюнь опасался этого человека.

Только Небеса знали, когда он начнет планировать против него...

Убийца Цзюнь никогда не боялся злодеев, безумцев, джентльменов, сильных героев или даже ужасных злодеев. Но то, чего он боялся, и что было ему больше всего противно — лицемеры.

Ли Юран был лицемером, притом высокого уровня. Его лицемерие было таким, что он казался искренним и честным. Он явно был очень силён в этом.

Цзюнь Мосе только что избил Мэнг Фэя и оскорбил всех остальных, кого Ли Юран считал младшими братьями. Однако Ли Юран не отреагировал никоим образом. Он преднамеренно или иным образом наблюдал.

«Ли Юран задумывает что-то против меня? Или он обнаружил что-то ещё?».

Поэтому Цзюнь Мосе принял оперативное решение проявить инициативу и решил немного его осмотреть. Он наблюдал за поведением Ли и видел, как он вёл себя, отвечая на вопросы.

- Третий молодой мастер угадал! Моё лицо изуродовано, – глаза Ли Юрана сверкнули с грустью. Он не думал, что Цзюнь Мосе доставит ему неприятности. Его голос звучал тихо, когда он отвечал. Казалось, он был на страже, но не думал, что на Цзюнь Мосе стоит злиться.

- Подними вуаль и дай мне взглянуть, – Цзюнь Мосе внимательно изучил вуаль перед тем, как легкомысленно попросить. - Я не видел, как старший брат смотрится после того, как был изуродован. Я слышал, ты был довольно красивым раньше. Как жаль!

У Цзюнь Мосе была еще одна причина этих действий. Он вспомнил, что Ли Юран не жалел усилий, чтобы преследовать принцессу Лин Мэн. Он наблюдал, как Ли Юран смотрел на принцессу Лин Мэн в Аристократическом зале, и было очевидно, что он был глубоко предан ей.

Это, по крайней мере... не было ложью.

«Однако когда дело дошло до его собственных интересов... он не колеблясь, обрёк женщину, которую он любит, на смерть, а затем двинулся дальше!».

Юный мастер Цзюнь никогда не мог забыть, что Лэй Цзянь Хун и остальные были старшими учениками Ли Юрана. Они были вовлечены в это дело с принцессой Лин Мэн, но это было, конечно, с его подстрекательств.

Это было одной из его целей... У него было смутное ощущение, что Ли Юран пожертвовал женщиной, которую он любит, ради получения какой-то информации о таинственном мужчине, которого он считал угрозой его планам.

«Его чувства не фальшивые. Однако он выбросил их, как старый ботинок!».

Цзюнь Мосе считал, что такой человек не годится, чтобы его называли «человеком». Его можно было назвать только «подонком». Тем не менее, его причины были почётными и изящными на поверхности. Это было прекрасно и отстранённо. Этот факт сделал Цзюнь Мосе ещё злее.

«Разве ты не можешь вести себя как мерзкое существо открыто, как я? Тебе нравится обманывать таких людей?

Поэтому я снесу твою маску!

Я разоблачу твоё истинное лицо!».

Два молодых человека были очень талантливы и умны. Они собирались противостоять друг другу. Один был чистый бандит, а другой был непревзойденным изящным аристократом. И оба были спрятаны за масками. Впрочем, никто не знал, кто разобьёт кого первым.

Это стало соревнованием.

- Мое изуродованное «лицо» – это глаз, – Ли Юран спокойно посмотрел на него и улыбнулся. - Молодой мастер Цзюнь знал бы, если бы он перерезал себе щёки двумя ножами, а затем вернулся домой, чтобы посмотреться в зеркало.

- Серьёзно? – Цзюнь Мосе удивился. – Молодой мастер Ли, твои мысли и знания не очень глубоки. Однако, несмотря на то, что этот молодой мастер хотел увидеть это... он хотел узнать одно — ты был очень красив, но ты не можешь появиться на публике сейчас. Каково это? Захватывающе?

Ли Юран сдержался и в этот раз. Его сдержанность была неоднократно проверена третьим молодым мастером Цзюнь. Это медленно разжигало гнев в его сердце. Его улыбка и выражение стало холодными, когда он ответил:

- Да, очень интересно. Это очень приятное чувство. На самом деле, я могу протянуть тебе руку и заставить тебе почувствовать то же самое, если молодой мастер ненавидит упускать возможности…

- Ха-ха-ха... – Цзюнь Мосе громко рассмеялся и похлопал Ли Юрану по плечу. - Молодой мастер Ли очень близок по духу! Я не знал об этом. Я действительно пропустил столько дел, старший брат исключителен! Ты только что напомнил мне о том времени, которое он провёл в Озере Туманного Духа, ха-ха! Мы оба близки с районом красных фонарей; этот младший брат не знает, когда старший брат Юран покажет ему свои уникальные навыки?

Люди, которые шли рядом, повернули головы, чтобы посмотреть на них. Некоторые люди признали «Публично признанного одарённого учёного номер один» — молодого мастера Ли Юрана. Шокирующий факт: он открыто обсуждал проститутку. Это было большой новостью для всех. Кроме того, он был опытным в таких делах. Более того... столичный «дебошир номер один» кланялся ему. Это было действительно неожиданно.

Взгляд гнева мелькнул в глазах Ли Юрана. Он посмотрел на Цзюнь Мосе и сказал:

- Я довольно молод в этом отношении, несмотря на то, что старше. Как я могу сравниться с третьим молодым мастером Цзюнь? Я должен изящно признать поражение в этом отношении. Юный мастер Цзюнь исключителен в этом вопросе. На самом деле, он... выдающийся!

- О? Я, правда, такой классный? Ты, правда, так говоришь? Мне нравится, когда другие хвалят меня, – Цзюнь Mосе пожал плечами и рассмеялся с подлинным счастьем.

- Например, третий молодой мастер помог Танг Юаню вернуть свою невесту после его беспрецедентной игры... Это было действительно удивительно, – Ли Юран опустил голову и посмотрел на свои ботинки; казалось, что он думал о чём-то.

- О? Да, это правда! Бог удачи был со мной, не было ничего, что могло бы быть сделано, чтобы остановить меня! – Цзюнь Мосе посмотрел на него заинтересованно.

- Опять же, например... молодой мастер Цзюнь и Танг Юань избили Цзинь Сяо Бао однажды днём. Северная городская банда была уничтожена на следующий вечер, – слабая улыбка появилась на лице Ли Юрана. Похоже, он не смотрел на Цзюнь Мосе. Но шестое чувство Убийцы говорило ему, что Ли Юран смотрит на его собственное отражение в глазах Цзюнь Мосе, словно в зеркале.

- Северная городская банда сделала много зла. Так захотели Небеса, и они пали. Это такие обычные вещи... я не считаю их очень важными. Однако, я замечаю, что они, кажется, достойны многократного упоминания молодым мастером Ли, – Цзюнь Мосе сморщил брови. – Похоже, отношения молодого мастера и северной городской банды были не такими уж неглубокими...

Ли Юран улыбнулся, прежде чем заговорил.

– И ещё... третий молодой мастер Цзюнь пришёл в Великолепный Зал Драгоценностей, и заставил Ли Чжэня потратить огромное количество денег, чтобы купить чрезвычайно драгоценный коралловый нефрит…

Ли Юран улыбнулся и посмотрел на Цзюнь Мосе. Затем он заговорил глубоким голосом:

- Однако, я не ожидал, что он станет таким... взрывоопасным после покупки…

Глава 286. Нет ничего плохого в получении удовольствия

- И, например, семеро «Героев легенд семьи Дугу, смело мчащихся вперёд», пришедших к третьему молодому мастеру Цзюнь, когда он восстанавливался в своём доме. Кажется, я помню, что молодой мастер Цзюнь обычно избегал этих семерых. Тем не менее, вы пошли, чтобы поспорить с ними и создать Аристократический зал. Вы смогли заставить семью Дугу отдать вам девяносто миллионов серебряных таэлей. Это было потрясающе…

Ещё я слышал, что один из «Восьми Великих Мастеров», Одинокий Сокол, в настоящее время проживает в резиденции Цзюнь почему-то... хе-хе-хе... третий молодой мастер, вы хотите, чтобы я продолжал? – Ли Юран осторожно посмотрел на него и сказал тихо.

- Я не понимаю... Почему ты участвуешь в каждом из этих вопросов? Ты действительно очень талантливый человек. Это все дело очень загадочно! Понимаешь?

Глаза Цзюнь Мосе мелькнули холодом, когда он рассмеялся. Он ответил небрежно:

- Вообще-то, мне тоже очень странно, что молодой мастер Ли успевает повсюду. От подпольного мира до Императорского дворца... молодой мастер Ли, ты везде показываешь своё изуродованное лицо. Сомневаюсь, что это тебя беспокоит, но ты не думаешь, что напугаешь им детей? И даже если ты не пугаешь детей... нехорошо пугать слабонервных…

Глаза Ли Юрана сверкнули яростью. Но он быстро обрёл привычное спокойствие и мягкость. Он притворился, что смущён, а потом тихо ответил:

- Третий молодой мастер, ты уверен, что твоя фамилия Цзюнь?

- Чушь! Я член семьи Цзюнь! Впрочем, может быть, ваша фамилия не Ли? – Цзюнь Мосе вздохнул.

- Мы оба в одной лодке, – Ли Юран выглядел чересчур понимающим. Затем он сказал:

- Третий молодой мастер, я видел вас несколько раз в прошлом. Но с тех пор как взорвался Коралловый Нефрит... хе-хе-хе…

Ли Юран поднял голову и посмотрел прямо в глаза Цзюнь Мосе:

- Третий молодой мастер, вы можете считать всех вокруг дураками. Но в мире много умных людей. Вы, конечно, один из них, но это не значит, что другие не могут быть такими же.

- Неужели? И вы, конечно, можете быть одним из этих «других» людей, да? – Цзюнь Мосе рассмеялся. - Кажется, отсидка дома после того как тебе рожу подправили, дала тебе много времени, чтобы подумать, не так ли?

Глаза Ли Юрана лишь на мгновение сверкнули болью, потому что Мосе снова упомянул о его изуродованном лице. Однако он улыбнулся, и вскоре его глаза стали мягкими. Там мелькали многие редкие эмоции, когда он улыбчиво сказал:

- Действительно, я много думал после взрыва Кораллового Нефрита. Было много вещей, которые уклонялись от моих глаз в прошлом. Однако сейчас я их ясно вижу. Поэтому я очень благодарен этому взрыву, – Ли Юран сделал шаг и медленно двинулся вперёд, продолжая, - Третий мастер Цзюнь, вы согласны с этим... верно?

Цзюнь Мосе продолжал смеяться:

- Так что... это и называется «нет худа без добра», да? Или ещё лучше – «не было бы счастья, да несчастье помогло»?

- Действительно! Это именно так, – Ли Юран серьёзно кивнул и посмотрел на Цзюнь Мосе, в полголоса проговорив:

- Я никогда не подозревал, что я мог в тебе ошибаться. Такой тупой придурок и развратник, которого ты из себя корчил, не смог бы понять моих планов. Тем не менее, теперь я знаю, что молодого мастера Цзюнь нельзя недооценивать… Особенно после того, как я увидел тебя в Аристократическом зале…

- Возможно ли, что на аукционе была лазейка? – Цзюнь Мосе ожидал, что это может стать проблемой. Вот почему он решил проверить Ли Юрана.

- Естественно, есть лазейка! Кроме того, не маленькая… – Ли Юран остановился, когда он достиг главной двери. Остальные вошли, но Ли Юран, очевидно, хотел закончить то, что он говорил. – Танг Юань... человек, который мог потерять свою невесту из-за собственной тупости… смог придумать такой блестящий план... его план вызвал огромную бурю в столице и создал такую неразбериху... Третий молодой мастер... не кажется ли вам это странным? Достаточно ли у Танг Юаня мозгов? Думаешь, он заслуживает такой чести?

- Так вот в чем дело! – Цзюнь Мосе, наконец, понял. В плане не было недостатков, недостаток был в человеке. Ли Юран не мог недооценивать всех в мире. Но не было сомнений в том, что Жиробас Танг был довольно туп. Аукцион был идеей Цзюнь Мосе, но все договорённости проводил Танг. Его деловые навыки были исключительными. Тем не менее, Цзюнь Мосе не собирался передавать эту информацию Ли Юрану.

- Неважно, насколько хаотичной столица становится, более хаотична… это даже лучше. Из-за хаоса... наша семья Ли, семья Цзюнь, семья Дугу... все другие могущественные семьи будут в относительной безопасности. Мы можем укрепить эти семьи — что бы ни случилось с остальными. Это поможет нам, дав время для передышки, – Ли Юран улыбнулся. – Наша семья Ли выиграла от аукциона, хотя, мало кто оценил бы это.

- Ты хочешь мне спасибо сказать? – Цзюнь Мосе посмотрел на Ли Юрана.

- Если Третий молодой мастер решит убить меня, боюсь, я не смогу избежать этого, – Ли Юран его проигнорировал, и продолжал говорить. Казалось, что он занимается своим делом. - Важно, чтобы я убил Третьего молодого мастера... хотя и не думаю, что буду успешен. Плюс, у тебя есть Одинокий Сокол, живущий в твоём доме, как и у меня есть мой учитель…

Ли Юран слабо улыбнулся и осторожно вздохнул:

- В настоящее время есть баланс между нами. Наша семья Ли контролирует политику, а Цзюнь и Дугу совместно контролируют военных. Это тоже баланс. Тем не менее, я временно не желаю разрушать этот баланс, и я верю, что и ты тоже, молодой мастер Цзюнь. Но если кто-то из нас умрёт... баланс будет нарушен. Согласен со мной, Третий молодой Мастер? – Ли Юран улыбнулся очень спокойно.

- Молодой мастер Ли прав! Ситуация очень сбалансированная и гармоничная, – улыбнулся Цзюнь Мосе. Но его внутренние мысли были жестокими: «Я знаю, что баланс не может быть нарушен в это время. Однако это не навсегда. И я не против перерезать твою глотку в темноте ночи, когда придёт время. Это будет довольно легко для меня!».

- Я не представляю, как будет действовать Третий молодой мастер. Но я, Ли Юран, не буду делать ничего лишнего… на короткое время, – Ли Юран улыбнулся. – Я не осмелился бы действовать слишком опрометчиво. Однако когда условия изменятся, первым соперником я должен срочно ликвидировать именно Третьего молодого мастера...

Ли Юран сказал это совершенно серьёзно. Это было больше похоже на искреннее обязательство, чем на несколько приятностей. Поведение Ли Юрана было очень великодушным в этом случае.

- Я верю тебе, – Цзюнь Мосе улыбнулся в ответ: «Странно!». Если бы Ли Юран мог ликвидировать его без подозрений... тогда, Цзюнь Мосе был уверен, что Ли Юран бы предпринял это без малейших колебаний.

Обратная ситуация была такой же. Тем не менее, ситуация была именно такой, как Ли Юран описал её. Таким образом, семья Ли и семья Цзюнь хотели бы сохранить равновесие. В противном случае, Цзюнь Мосе убил бы Ли Юрана.

Цзюнь Мосе в настоящее время был не очень заинтересован в том, чтобы сидеть и общаться с ним.

- Поэтому нет никакого вреда, если мы немного повеселимся, верно? - Ли Юран не знал, убедил ли он Цзюнь Мосе. Уголки его рта криво поднялись. Его лицо расплылось в счастливом выражении, когда он сказал:

- Третий молодой мастер, ты становишься вполне способным. Ты не был таким несколько лет назад. Но мне кажется, что сейчас мы наравне. У нас обоих было плохое детство... и нам никогда не было весело…

Так что нет никакого вреда в том, что мы немного растянем игру. Возможно ли, что у тебя есть ещё друг? – Ли Юран, казался очень заинтересованным, как он спросил это.

Цзюнь Мосе закашлялся: «У меня не было детства... как и у тебя... но детство Цзюнь Мосе было гораздо красочнее твоего!».

- Получать удовольствие, убивая людей? Или весело провести время, создавая хаос? - Цзюнь Мосе озорно рассмеялся.

- Убийство и создание хаоса... можно считать видом игры, – Ли Юран наклонил голову и размышлял. Однако взгляд на его лице, казалось бы, сродни тоске. – И мы играли в неё…

Двое мужчин вошли в зал. Ли Юран мягко сказал, когда они проходили через дверь:

- Есть очень мало людей в молодом поколении, которые могут играть со мной, а затем победить меня. Ты очень увлекательный товарищ по игре... мы могли бы продолжать играть.

Его глаза были прикованы к земле, и его голос был тихим, когда он произнёс эти слова. На самом деле, казалось, что он просто думал вслух.

- Продолжить играть? – Цзюнь Мосе от души рассмеялся. Он увидел, что в зале собрались сотни людей и проговорил как можно громче, глядя прямо в толпу:

- Ну, давайте продолжим наши «веселые» игры. Ха-ха! Тогда мы начнём играть в игру, как нужно...

Ли Юран не мог ничего сделать, но улыбнулся: Цзюнь Мосе закончил их разговор в своей обычной хулиганской манере. В зале было несколько сотен человек, но он знал, что Цзюнь Мосе направил эти слова именно ему.

Затем двое разошлись, не глядя друг на друга.

Глава 287. Старший брат останется на вершине... даже если небо рухнет!

Сотни столов были размещены по кругу. Небольшое пространство осталось свободным в середине. «Будет ли выступление на этом празднике? Старшие будут петь и танцевать? Нормальный человек не может этого сделать, но, возможно, эти кислые и одаренные ученые будут…».

- Сейчас начнётся праздник, всех просят занять свои места.

Цзюнь Мосе занял свое место. Он посмотрел вперёд и увидел, что напротив него сидит... ни кто иной, как молодой мастер семьи Ли, Ли Юран. Молодой мастер Ли оглянулся. Он увидел молодого мастера Цзюнь, который вёл себя как развратник и слабо улыбнулся. Затем он поднял свою чашу вина, чтобы передать свои наилучшие пожелания. Цзюнь Мосе усмехнулся и положил ногу на ногу. Это был коронный приём дебошира.

Затем, аромат духов ударил в нос Цзюнь Мосе. Запах пришёл сзади. Ему не нужно было оглядываться, чтобы понять, что этот чистый и свежий аромат шёл от Дугу Сяо И. Это было не очень часто, но он уже был знаком с ним. Он был рядом с ней несколько раз. Так что он понял, что семья Дугу сидит за ним. Юный мастер Цзюнь не повернулся, чтобы посмотреть, но Убийца Цзюнь мог отчётливо чувствовать пару глаз, сверлящих его спину.

Была еще одна пара красивых глаз, которые смотрели на него. Цзюнь Мосе поднял глаза, чтобы посмотреть. Неожиданно он осознал, что эти глаза принадлежат принцессе Лин Мэн. Её щеки стали ярко-красными, когда она отвернулась, встретив его взгляд.

«Что с этой девчонкой? Почему она на меня так смотрит, что... неужели она приняла эту клятву крови так близко к сердцу... даже если она примет её всерьёз — нет!

Одна мысль об этом вызывает у меня боль в спине...». Убийца сознательно скрывал свою убийственную ауру, так как это не было местом, где нужно было выставить её. Поэтому он не заметил, когда кто-то появился рядом с ним. Он повернул голову и увидел, что это Дугу Сяо И. Она подошла поговорить с ним. Однако она только что видела, как он обменивался «кокетливыми» взглядами с принцессой Лин Мэн. Поэтому она ущипнула его вместо того, чтобы обратиться к нему…

Цзюнь Мосе оскалился. «Как я могу стерпеть такие издевательства от этой девушки?». Цзюнь Мосе не успел даже повернуть голову. Он не мог видеть, правильно ли направлена его попытка ущипнуть её. Однако он попал. Эта часть её тела была чрезвычайно гладкой и упругой, он чувствовал, как будто сжал губку. Она была полной и упругой, и это было даже приятно.

- Ай! - Дугу Сяо И взвизгнула от боли, в то же время, как Цзюнь Мосе воскликнул в восхищении. Он был такой же толстокожий, как городские стены, но его лицо неожиданно покраснело. Он очень быстро убрал свою руку. Однако все уже смотрели на них и стали свидетелями всей сцены.

Весь зал наблюдал, как лицо девушки стало красным. Она выпрямилась, а её руки подсознательно массировали область, где он её ущипнул. Она была явно смущена и расстроена. Глаза у неё стали наливаться слезами.

Цзюнь Мосе случайно ущипнул её за задницу: все затаили дыхание в ожидании того, как именно девушка умножит его на ноль.

Звуки издевательств и споров начали подниматься вскоре после того, как все стали свидетелями этой сцены. Молодежь в главном зале стала бросать на Цзюнь Мосе такие взгляды, что, будь он чуть менее толстокожим – немедленно самоубился бы.

«Он так свободно ведёт себя с девушкой в такой серьёзной ситуации! Этот мерзавец – самый отъявленный мерзавец в городе! Он не только притеснил маленькую жемчужину семьи Дугу... он сделал это из похоти…».

Дугу Сяо И подошла к Цзюнь Мосе в хорошем настроении. Но потом она увидела, что Цзюнь Мосе и принцесса Лин Мэн обмениваются «любовными» взглядами. Это сильно рассердило её. Поэтому она крепко ущипнула его и развернулась, чтобы уйти. Она надеялась, что Цзюнь Мосе последует за ней, чтобы извиниться. Кто бы мог подумать, что Цзюнь Мосе молча и быстро ущипнёт её «туда» в тот момент, когда она повернётся? Однако он это сделал при первой возможности. Он сразу схватил её за ягодицу и сжал, казалось, он репетировал всё это.

Все смотрели, как шея девушки покраснела от смущения. Она прилетела на своё место и спрятала лицо в коленях. Она сознавала, что её облапали на том месте перед столькими людьми. «Этот негодяй сжал меня «там», хотя я ещё даже не рассказала ему о моих чувствах... как он мог это сделать?».

Поза маленькой девочки казалась немного странной... место, куда её ущипнул Мосе, болело. Она не могла быстро ходить. На самом деле, боль осталась даже после того, как она заняла своё место. Потому у неё не было выбора, кроме как несколько раз изменить свою позу. И, получившаяся поза казалась немного странной…

Молодой мастер Цзюнь весь вспотел. Он не ожидал, что это произойдёт... что он схватит эту часть... это было словно... зелёное яблоко созрело и превратилось в сладкий персик... так бы и укусил…

«Тьфу, блин, о чём я думаю?!».

Он не мог не думать, что было бы, если бы она не повернулась... «Куда бы я схватил, если бы она не повернулась?». Он ехидно улыбнулся и покрутил пальцами. Казалось, как будто он еще мог чувствовать то ощущение на пальцах. Он поднёс их к носу и вдохнул запах... и его лицо стало ещё пошлее, чем было.

- Бесстыдник! Он такой дегенерат! – все присутствующие тоже покраснели, но от гнева. Они подняли свои козьи бороды: «Третий молодой мастер Цзюнь очень бесстыден! Он очень пошлый человек! Я бы хотел отрубить руку этой маленькой сволочи!».

Молодые люди с крайним презрением смотрели на Цзюнь Мосе и проклинали его. Они проклинали его внутри в ярости, но подсознательно потирали свои собственные руки, думая о том, как хорошо было бы, если бы это они ущипнули эту девушку. «Одна из двух лучших красавиц города Тяньсан, с лучшей задницей!».

Вскоре все они сидели с выражением удовольствия на лице. Все, как один, поднесли пальцы к носу, чтобы понюхать... «Ах, такой замечательный аромат…».

Принцесса Лин Мэн сидела с отсутствующим выражением на лице, она не знала, что и думать. Её красивое лицо покраснело, когда она почувствовала странный зуд на своей заднице. Она вздохнула, чувствуя смутную зависть в сердце.

Внезапно все услышали тяжёлые шаги. Понятно было, что к залу приближается важная личность. Преподаватели института и главы различных семей вошли медленными, но твёрдыми шагами.

Главный зал замолчал.

С такими людьми нельзя шутить.

Затем вошли три Принца, сияющие от счастья.

Официально начался праздник Золотого таланта Академии.

Разнообразные вкусные блюда внёс в зал непрекращающийся поток слуг. Сказочный запах расплылся по всему залу. Однако даже смелый развратник Цзюнь Мосе пока ещё не делал свой ход.

Потому что Император ещё не прибыл.

Самый важный человек всегда последний.

По общему признанию, Цзюнь Мосе не очень заботился об Императоре. Однако он не очень желал причинять ненужные неприятности в такое насыщенное событиями время.

Затем, все быстро сели прямо, так как вдруг снова услышали тяжёлые шаги.

Все выглядели торжественно, но уважительно, вытягивая шеи, чтобы увидеть, кто это был...

Тот, кого они видели, был просто... большим толстяком, которого сопровождал придворный евнух.

Танг Юаня узнали все.

Сначала все были шокированы. А потом смех уже нельзя было сдержать. Все едва ли не катались по полу, а Танг Ванли встал, его лицо выражало крайний гнев:

- Маленький дьявол! Какой маразм на тебя напал?

Лицо Танг Юаня было искажено ужасающим страхом! Он шел так же медленно, как зомби — не торопясь и шаркая ногами. Он шёл, изогнувшись, в самой возмутительной позе. На его заднице висело кресло из Зала Императора... Казалось, что это кресло растёт из его задницы…

Вопросы Императора к Жирному не были направлены на Цзюнь Мосе. Его Высочество считал себя умным и сосредоточился только на Цзюнь Вуе. Но разве это не то же самое в глазах Жирного Танга?

«Вот же, какая хренотень!» Это было единственное, что крутилось в голове Танг Юаня во время встречи с Императором.

Он повиновался приказу Императора уйти и встал. Но он забыл поклониться, так как был слишком озадачен. Но его задница была слишком большой... а кресло было слишком маленьким для него. Итак, когда он встал... кресло встало вместе с ним. Оно застряло у него за спиной. И оставалось там, как приклеенное, всю прогулку до этого зала. Но Танг Юань был настолько встревожен, что не заметил ни кресла, ни его веса. На самом деле, он не знал об этом до этого момента…

Он пришёл в себя после того, как услышал смех и упреки дедушки. Он открыл глаза шире и понял, что дошел до главного зала. Он вдруг прослезился... как маленький ребенок, которому попало за то, чего он не делал.

- Ха-ха! Молодой мастер Танг очень талантлив! Его поведение действительно выделяется из массы! Он такой замечательный парень! Должно быть, он боялся, что не найдёт подходящего места во Дворце... так что он принёс с собой своё собственное, – Мэнг Хайцзоу не хотел упустить эту возможность. Его слова добавили масла в огонь смеха.

Лицо Танга Ванли стало фиолетовым. Он встал и сильно ударил по круглому креслу, разбив его на множество осколков. Его борода дрожала, когда он оглянулся и посмотрел на всех. Однако он опустил голову, когда понял, что не сможет остановить смех...

Он вздохнул, увидев внука в таком состоянии. Сердце старика разрывалось от горя. «Я знаю Его Величество много лет... он забыл годы нашей дружбы... почему он не остановил это недоразумение? Однако сейчас не время ставить такие вопросы, лучше решить этот...».

Однако он тогда почувствовал, что человек подошёл и встал рядом с ним. Если он не ошибся... тогда это был молодой мастер Цзюнь.

- Встряхнись, Жирный! – голос Цзюнь Мосе был несколько фамильярным. Он даже мерзко покачивался, когда говорил. Однако Танг Юань понял, что происходит на самом деле. Выражение Цзюнь Мосе было наполнено теплотой. Он решил разобраться с этой ситуацией.

- Старший брат останется на вершине... даже если небо рухнет! Пойдём, выпьем со мной.

Затем Цзюнь Мосе от души рассмеялся. Он активировал Искусство разблокировки Небесной удачи, когда говорил эти слова, и направил реальный смысл в уши Танг Юаня. Все остальные слышали только те слова, которые он сказал.

- Старший брат останется на вершине... даже если небо рухнет, – эти слова были полны радости и бесстрашия. Они пришли, как порыв утешения и очистили тяжёлые мысли Юаня. Толстяк посмотрел вверх, выражение Цзюнь Мосе не имело значения. Затем он вдруг озорно рассмеялся и сказал:

- Похоже, что вино, которое они подают гостям на этом празднике, из нашего Аристократического зала! Не ожидал, что вино на такой большой вечеринке будет действительно хорошим? Похоже, что три принца не присвоили себе всё это. Это хорошо, не так ли?!

Два человека озорно смеялись, уходя вместе.

Танг Ванли стоял в изумлении. Его внук появился очень обескураженным минуту назад. «Казалось, что с самого рождения он не может чувствовать никакой любви к морали! А когда этот маленький дьявол Цзюнь Мосе заговорил с ним о выпивке... он вдруг словно бы вернулся к своему старому я! Что это такое?».

Глава 288. Очень простая и лёгкая цель!

Большинство людей старшего поколения сидели с молодыми из своей семьи. Однако они не хотели пить со своими детьми или внуками. Поэтому старшие стали ходить к столам друг друга, сбиваясь в группы. Затем они «забыли» про первоначальное расположение мест и сидели с людьми собственного поколения.

Поэтому логично было, что Цзюнь Мосе, Танг Юань, Дугу Сяо И и её братья — «Герои легенд, храбро мчащиеся вперёд» — сидели вместе за двумя столами в непосредственной близости.

Молодой человек, который сидел за столом напротив, был Ли Юран, он оставался напротив Цзюнь Мосе... так же, как и раньше.

Это было очередное совпадение…

Танг Юань хотел что-то сказать, но Цзюнь Мосе использовал свой «невидимый» голос, чтобы сдержать его. Он тайно сказал Жирному, что сейчас не время говорить. Даже если это важный вопрос... лучше отложить обсуждение на потом.

Цзюнь Мосе понял, что за ними наблюдают четыре пары глаз с тех пор, как Жирный Танг вошёл в зал. Тем не менее, они не могли обнаружить Искусство разблокировки Небесной удачи молодого мастера Цзюнь. Его голос был скрыт от других людей, и они не могли слышать его слов.

«В настоящее время мы не можем предпринимать никаких действий. Мы с Жирным ничего не можем обсудить даже до того, как этот праздник закончится... не раньше, чем мы доберемся до дома!».

Цзюнь Мосе отколол несколько шуток. Брови Танг Юаня поднимались, и он громко смеялся. Он медленно возвращался к своему первоначальному «я». Он ещё не совсем пришёл в себя, но его настроение стало светлее, более или менее. Дугу Сяо И была на грани слёз, но тоже начала хихикать. Она посмотрела на Цзюнь Мосе и думала: «Игнорируй этого засранца!». Однако было очевидно, что она больше не была такой злой.

Поведение этой девушки было восхитительным. Её темперамент был несколько нелепым, но он постоянно колебался. В этом не было ничего сложного. Настроение Цзюнь Мосе облегчилось в компании этой девушки, и он начал чувствовать себя расслабленным. Он начал улыбаться, так как чувствовал себя очень комфортно рядом с ней.

- Я прошу почётных гостей из Города Серебряной Метели, пожалуйста, войдите, – глаза всех повернулись к дверям, когда придворный евнух, выступавший мастером церемоний, объявил об этом. Юный мастер Цзюнь почувствовал, как лицо его деда на мгновение перекосилось. В его сердце поднялся гнев при виде людей Города Серебряной Метели.

Люди из Города Серебряной Метели были почётными гостями города Тянсян. Цзюнь Мосе глумился, сузив и подняв глаза. «Просто посмотрите на ущерб, который вы нанесли нашей семье Цзюнь, я не прощу вас так легко!».

Сяо Хан и Му Сю Тонг вступили в зал под его взглядом. За ними последовали Хан Янь Мэн и Сяо Фэн Ву. Они были почётными гостями и одеты в белую одежду. Они казались цветами, которые расцвели вне досягаемости земного мира.

Все чувствовали себя свежо и прохладно, когда четыре человека вошли в зал.

Цзюнь Мосе наблюдал, как эти четыре человека сидели за «отдельным» столом. Он внутренне усмехнулся. На тот момент он не интересовался ими. «Но как это Сяо Фэн Ву сумел восстановиться за такое короткое время?». Он мог отчётливо вспомнить, какую силу он использовал в последний раз, когда встретился с малолеткой. Сяо Фэн Ву выглядел немного нездорово и бледно, но он мог ходить нормально. Это было просто потрясающе.

«Восстановление не должно было быть таким быстрым! Разве прошло всего не несколько дней?».

Внезапно он осознал, что Пагода Хунцзюнь снова начала вращаться. Это сделало Цзюнь Мосе очень счастливым. Это чувство было несколько похоже на то время, когда он боролся и выхватил странный нефритовый кулон у Шестого Старейшины. Однако это чувство было намного сильнее…

Ум Цзюня Мосе начал лихорадочно работать: «Это возможно?.. В последний раз это было, когда я сражался и добывал это сокровище... появилось ли ещё одно?». Цзюнь Мосе размышлял. Он не мог не почувствовать, что наткнулся на сокровище — сокровище, которое «созрело» для грабежа. Он ничего не мог поделать, когда его дух поднялся. «Когда мы выйдем из дверей... Я буду играть грабителя. Жаль, что придётся тратить силу впустую на этого кролика!

Действительно, эти люди были щедрыми целями! Они доставили мне такие сокровища... не раз, а дважды!».

Он поднял взгляд и увидел, как Хан Янь Мэн смотрит на него.

Цзюнь Мосе наблюдал за движением губ и понял смысл ее действий. С его мастерством было легко понять движения её губ: - Послушный племянник, твоя тётя здесь!

«Доконала! Этой девчонке не хватает манер, но я научу ее! Эта девчонка смеет строить из себя того, кого я должен уважать!».

Молодой мастер Цзюнь лениво отвернулся.

- Его Величество Император прибыл!

Голос придворного евнуха звучал громко. Император наконец-то появился. Цзюнь Мосе проклял из глубин его желудка: «Да что за хрень! Еда остывает…».

Последовало несколько формальностей, и наконец, начался праздник Золотых талантов Академии. Цзюнь Мосе интерпретировал вещи по-своему, и естественно... начал есть. Однако трудолюбивые и способные одарённые учёные вели себя достаточно правильно, и пока не сделали ни одного шага.

Его Величество, в конце концов, заявил:

- Высокопоставленные люди могут продолжать, как они хотят! – Цзюнь Мосе начал жрать с ещё большей скоростью после того, как он услышал эту фразу. Большинство людей ждали в стороне и колебались... а он уже похоронил половину медведя у себя в желудке.

- Ты не можешь быть немного цивилизованней? Ты ешь, как маньяк, в то время как другие даже не начали, – Дугу Йинг улыбнулся и посмотрел на Цзюнь Мосе с презрением.

Он был сыном семьи Дугу, и явно толстокожим. Однако кожа молодого мастера Цзюнь была толще, чем городские стены. Несколько человек хотели взять жирную и сладко пахнущую медвежью лапу... только для того, чтобы обнаружить, что она уже покоилась во рту Цзюнь Мосе к тому времени, как они протянули руки, чтобы взять её. На самом деле, более половины блюд уже осело в животе этого маньяка к тому времени. Его скорость была невероятной.

Эти действия, как и скорость, с которой он пожирал еду, были почти невозможными для молодых людей из разных семей. «Ты можешь принадлежать к военным семьям Цзюнь или Дугу, но это праздник Золотого таланта Академии! Понятно, что вы не заботитесь о выступлениях, но в такой ситуации вам следует попытаться вести себя немного сдержаннее! Разве каждой семье в этом зале не хватит еды и напитков?». Тем не менее, братья Дугу начали есть, всего на шаг отставая от Цзюнь Мосе.

Не писаным правилам цивилизованности суждено было быть погребенными, когда дело дошло до молодого мастера Цзюнь. Он мог прожить три полных дня без еды и воды в своей предыдущей жизни... и всё ещё имел достаточно выносливости и сосредоточенности, чтобы сделать это. И, наоборот, за один день он мог съесть еды за все три дня…

Кроме того, его миссия сейчас состояла в том, чтобы продемонстрировать его распущенность и идиотизм. И было только логично ожидать такого поведения от дебошира и мудака. Поэтому он продолжал жевать с полной самоотдачей.

- Цивилизованность? Сколько это стоит серебром? – Цзюнь Мосе вздохнул и улыбнулся. Он протянул руку к центру стола. В большой чаше была жирная и немного прозрачная субстанция. Он нахмурился, пробуя суп:

- Это не приготовлено, как надо... разве они не пробовали это?

Цзюнь Мосе, очевидно, мог судить о вкусе супа. Это был суп с тигровой лапой, но он нуждался в дополнительной работе. О чём он сообщил ещё раз, влив в себя ещё три чаши.

Танг Юань просто и молча опрокидывал чаши в рот одну за другой. Семь «Героев легенд, храбро мчащихся вперёд» были шокированы. Их глаза выпучились настолько, что казалось, будто они лопнут. Жирный даже не использовал палочки. Его соседи не успели ещё взять палочки для еды в руки. Но лучшее, что стояло на столе, уже пропало. Неожиданно, что такой жирный парень может жрать настолько быстро. «Мы же не в армии... так как ты можешь есть так быстро?».

- Тебе вообще глотать не нужно, или как? Чёрт! Такая скорость! Как ты не подавился до сих пор? – семеро братьев прокляли в унисон.

- Что это за суп? Зачем вы всё сожрали? – большие глаза Дугу Сяо И осмотрели стол «Брат Мосе оставил только одну чашу на столе… из десяти. Что это значит? Что он заботится обо мне?». Девушка почувствовала себя вполне довольной, когда поднесла миску ко рту и мягко потягивала ртом суп. Запах был немного рыбный.

Цзюнь Мосе протянул руку, схватил блюдо с крабами и поставил его перед Дугу Сяо И:

- Попробуй и это тоже.

Семь братьев были шокированы тем, что разворачивалось на сцене. Тем не менее, они хотели быстро поесть и ловко конкурировали с жирным Тангом. Цзюнь Мосе протянул шею и увидел Жиробаса. Никакая вежливость не могла помешать Жирному Тангу игнорировать такие деликатесы. Он был великим знатоком еды. Семь братьев Дугу были военными, но наблюдая, как он ест с такой скоростью, они просто охренели. А потом они подняли настоящий бунт...

Центр стола был полон еды минуту назад. Однако он внезапно опустел. Каждый загрёб руками столько блюд, сколько смог. Каждый выглядел настороженным и готовым съесть всё, вместе с тарелками. А при случае – ещё и руку соседа откусить, чтобы вкуснее было… Затем, они вдруг поняли, что не слышат вокруг себя ни единого звука. Это смутило их, и они подняли головы, чтобы посмотреть. Все остальные, молча, наблюдали за их столом. Все были поражены, и их глаза были широко открыты: лица их были полны изумления.

Люди на других столах ещё даже не начали есть... а этот стол уже был пуст…

Дугу Цзенхэн, Цзюнь Чжан Тиан и Танг Ванли были чрезвычайно шокированы. У них тоже были толстые шкуры... но они покраснели. Три старика смущённо обменялись многозначительными взглядами.

- Старший Цзюнь, я убежден, что Третий молодой мастер из вашей семьи... Это как традиция... он, возможно, еще не взошёл на поле боя, но я вижу, что он имеет, по крайней мере, одну небольшую черту вашей семьи..., – глава семьи Муронг, Муронг Фэн Юн говорил, качая головой. Выражение его лица было серьёзным. Его слова были похожи и на похвалу, и на насмешку, они заставляли задуматься.

- Это хорошо..., – дедушка Цзюнь бросил на него быстрый и суровый взгляд. Мало кто из старших рядом с ними желал вмешаться. – Как ты можешь быть уверен, брат Муронг?

- Взгляни сам..., – Муронг Фэн Юн указал на Цзюнь Мосе. Одной рукой он охранял свою кучу еды, которую успел сгрести, а другой – запихивал всё это в рот. – Бесстыдство этого мальчишки очень похоже на твоё... в старые времена. Тут только слепой не увидит…

Вся комната взорвалась смехом.

Углы рта Императора потянулись вверх, и он покашлял, чтобы не рассмеяться. Тем не менее, дело в том, что несколько молодых людей действовали самостоятельно и сорвали праздник. Он взял вино без каких-либо предварительных указаний и поднял тост за всех. Весь зал тогда встал и выразил свою благодарность.

Премьер-министр Империи Тянсян произнёс небольшую речь и выпил своё вино: праздник начался. Каждый одарённый учёный на сцене участвовал в конкурсе со своими коллегами. Судьями конкурса были гражданские и военные офицеры.

Замечательное событие началось!

Глава 289. Тебе очень повезло!

Послышалось тихое покашливание. Тогда старый и дряхлый учитель Небесного Института литературы Вэньсин, Мэй Гао Цзе, встал. Его тело, казалось, дрожало от этого кашля. Он подошёл к Императору и сложил руки в приветствии. Затем он развернулся и также поприветствовал остальную толпу:

- Ваше Величество, уважаемые старшие... этот праздник – это лучшее мероприятие, которое когда-либо видел этот скромный человек. Этот старик искренне желает Вашему Величеству и его роду успехов от имени Небесного Института литературы Вэньсин. Пусть небеса присмотрят за Его Величеством и Тянсян. Пусть народ всегда процветает! Пусть военные зачистят весь континент и объединят земли под знаменами Тянсян. Пусть вся земля процветает под благодатью Его Величества! Мы благодарим Его Величество за то, что он позволяет учёным, таким как я, процветать…

Он сделал длинный вдох, потому что сказал этот отрывок на одном дыхании. Однако это звучало так, будто это было только началом его речи. Он вот-вот доберётся до главной темы своей речи... когда раздался ворчливый голос:

- Как можно столько жрать на таком величественном Императорском празднике... Жиробас! Я понимаю, что у тебя большой живот. Но ты должен понимать, что вокруг много людей. Ты прикончил весь стол самостоятельно за столь короткий промежуток времени…

Звук этого голоса был очень тихим. На самом деле, казалось, оратор сознательно снизил громкость. Тем не менее, весь зал торжественно замолчал, чтобы выслушать речь Мэй Гао Цзе. Поэтому все слышали это высказывание достаточно чётко…

Говорящим был ни кто иной, как Цзюнь Мосе. Молодой господин Цзюнь был на своём пике в желании сорвать праздник. Очевидно, что он не позволил бы этой возможности пройти мимо. Что касается обвиняемого, то Танг Юань просто оглянулся на него с отупевшим, но невинным выражением лица. В руке у него была половинка краба. «Кто ещё среди нас двоих больше сожрал, старший брат? Очевидно, это я. Я много ем, но прикоснулся ли я к твоей половине блюд? Так... зачем ты обвиняешь меня?».

Мэй Гао Цзе был в середине произнесения очень трогательной речи. Однако его внезапно прервали. Очевидно, он не мог не разозлиться. Более того, возмущение было вызвано совершенно бессовестным человеком и по совершенно бессовестной причине. Его губы начали дрожать от гнева, когда он повернулся. Однако прозвучал еще один гонгоподобный голос с брезгливым тоном:

- Я видел бесстыдных людей, но я никогда не видел кого-то такого бесстыдного. Человек, который пытается поглотить лучшие блюда, сам по себе имеет наглость обвинять других... что случилось с людьми…

Этот голос принадлежал Дугу Йингу. Дугу Йинг с самого начала положил глаз на медвежью лапу. А она покоилась в животе Мосе. Значит, он явно был очень зол. Поэтому он сознательно повысил голос, чтобы выразить своё недовольство. Однако он был куда более крепким, чем молодой мастер Цзюнь. Это была всего лишь его обычная громкость, но это было сродни крику среднего человека. Юный мастер Цзюнь сумел вызвать больше зла, так как все в толпе услышали этот грохот. Процедура мероприятия была сорвана, но план Цзюнь Мосе только начинал воплощаться.

Цзюнь Мосе ощутил душевный подъём от того, что кто-то неосознанно помог ему. Он дёрнулся:

- И теперь я не могу есть быстро, да? Чушь! Твоя семья притащила больше людей, чем любая другая семья. Твоя семья, видимо, должна накормить много голодных ртов. Должно быть, вы обанкротились. И теперь вы решили нажраться вдоволь здесь. Я думаю, я бы даже не смог попробовать суп, если бы не ел достаточно быстро…

Танг Юань встал, чтобы решить спор:

- Третий молодой мастер... его реакция понятна. Понимаешь... он знает, что не должен платить за эту еду...

Даже Император не смог сдержать смеха, услышав эти слова. Он издал странный звук, пытаясь замаскировать свой смех. Лица других старших в зале исказились, будто они тоже пытались сдержать свой смех. Тем не менее, Дугу Йинг посмотрел на жирного, казалось, что он просто живьём проглотит всего Танг Юаня и не подавится.

Торжественную тишину в зале вдруг переполнили звуки "пффф", когда все начали затыкать рты, чтобы заглушить свой смех.

Старик Мэй Гао Цзе начал дрожать от гнева. Он собирался говорить, когда другой голос прозвучал издевательски:

- Семья Цзюнь действительно очень высокомерна, да. Её репутация полностью оправдана! – все повернулись, чтобы следовать источнику звука. Говорящим был одетый в белое юноша, сидящий за столом, зарезервированным для почётных гостей праздника из Города Серебряной Метели – Сяо Фэн Ву.

Сяо Фэн Ву знал о том, что случилось между дядей Сяо Ханом и Цзюнь Вуем. Кроме того, маленькая принцесса Хан Янь Мэн не переставала злорадствовать о «племяннике» с тех пор, как она вернулась из резиденции семьи Цзюнь. Это, очевидно, заставляло молодого мастера Сяо чувствовать себя... очень неудобно. Поэтому он не упустил случая и произнёс такие иронические слова.

- А ты кто? – Цзюнь Мосе сделал вид, как будто он не узнал человека, которого он недавно избил.

- Я из семьи Сяо, я – Сяо Фэн Ву из семьи Сяо Города Серебряной Метели! Он вытащил складной веер из-за пазухи и начал обмахиваться им в уверенной и лёгкой манере.

- Это хорошее имя, – Ли Юран быстро ответил ему. – Старший брат Сяо имеет очень изысканное имя. Чувствуется, как глоток свежего воздуха! - враг моего врага - мой друг. Цзюнь и семья Сяо ненавидят друг друга. Как, чёрт возьми, Ли мог не воспользоваться этим?

- Кстати... теперь, когда вы упомянули об этом... есть небольшая история за происхождением моего имени, – Сяо Фэн Ву чувствовал себя ужасно довольным собой. Ли Юран изобразил заинтересованность. Поэтому он начал объяснять:

- Однажды вечером моей матери приснился сон, еще до того, как я должен был родиться... во сне, в небе летел красивый Феникс. Он приземлился на зонтичное дерево. Поэтому она назвала меня Фэн Ву. (1)

- Ваше имя действительно даровано Небесами, – Ли Юран зааплодировал. На лице у него было восхищение.

- Ха-ха... – Цзюнь Мосе заржал на весь зал.

- Почему ты смеёшься? – Сяо Фэн Ву казался злым. Он наслаждался моментом гордости. Как он мог допустить такое?

- Ничего. Мне просто интересно... твоя мама, наверное, очень талантлива. Она мечтала о земле Феникса на дереве паразитов, а потом назвала тебя так красиво... Фэн Ву…

Казалось, молодой мастер Цзюнь не мог сдержать смеха. Он покачивался туда-сюда, а потом проговорил:

- Твоя мать мечтала об одиноком Фениксе на зонтичном дереве... а как бы тебя назвали, если бы ей приснилась одинокая курица на банане? Представь себе! Ей приснился хороший сон в соответствующее время. Тебе очень повезло! (2)

Его Величество подавился своим вином. Его лицо стало красным, он раскашлялся на некоторое время: он был буквально между смехом и слезами.

«Сон о курице на банановом дереве...?»

Секунду вокруг было необычайно тихо.

Все дико хотели рассмеяться. Тем не менее, они были напуганы возможностями Города Серебряной Метели. Поэтому все сдерживали свой смех. Некоторые люди чуть не захлебнулись в процессе.

- Что ты пытаешься сказать? – Сяо Фэн Ву не понял сначала. Затем он подсознательно подумал над этим мгновение. Вдруг, его лицо застыло:

- Цзюнь Мосе! Как ты смеешь оскорблять меня?

- Оскорблять тебя? Когда я тебя оскорблял? – Цзюнь Мосе сделал невинное лицо. – Ты думаешь, что можешь говорить всё, что захочешь, потому что ты из Города Серебряной Метели? Ты должен поймать парочку трахающимися, если хочешь обвинить их в измене. Ты должен найти украденное, прежде чем обвинить вора. Надо иметь доказательства, понял?

- Ты посмеялся над моим именем! – Сяо Фэн Ву не мог контролировать свой гнев. Он закричал:

- Цзюнь Мосе, я убью тебя!

- О-о-о, да... Город Серебряной Метели очень мощный... Он достоин называться самой мощной силой в мире, – Цзюнь Мосе покачал головой в восхищении. – Но ты находишься в нашей стране в данный момент... как гость Императора. Тебя пригласили на этот праздник в Императорский дворец в качестве почётного гостя. Тем не менее, ты угрожаешь убить единственного наследника могущественной семьи... перед столькими чиновниками Империи... и Императором в том числе... Я восхищаюсь твоим мужеством!

Лица министров и чиновников вдруг стали неприглядными.

«Он угрожал убить единственного наследника семьи Цзюнь перед Императором! Насколько высокомерным он станет, если ему разрешат покинуть Императорский дворец?»

Сяо Хан быстро встал и заставил племянника сесть. Затем он сцепил руки и извинился:

- Молодой Фэн Ву немного знает о жизни. Он просто действовал импульсивно. Пожалуйста, простите его, – Сяо Хан не очень заботился об Империи. Тем не менее, он не хотел подстрекать Императорскую семью без причины. Ведь у них был древний договор о союзничестве. Более того, Император призвал их добросердечно. Поэтому даже повелитель Города Серебряной Метели не был бы признателен, если бы они подстрекали к неприятностям в Тянсян.

Император великодушно улыбнулся.

Цзюнь Мосе был вынужден сесть. Тем не менее, Дугу Сяо И воспользовалась возможностью и собрала побольше еды. Она открыла глаза и с любопытством спросила: - Курица садится на банановое дерево... а что это имя означает?

Цзюнь Мосе почти упал на стол, когда услышал её вопрос. Он поднял лицо вверх через какое-то время, и вытер нос:

- Спроси у твоего брата... Они это знают. Я только что говорил столько... мне нужно поберечь мою слюну.

Дугу Сяо И хмыкнула и повернулась к Дугу Йингу. Лицо Дугу Йинга покраснело от смущения за секунду. Как мог старший брат объяснить этот вопрос своей младшей сестре? Он яростно смотрел, как Цзюнь Мосе отказался отвечать на её вопрос. Дугу Сяо И, разумеется, не была удовлетворена. Она надула губы, и её рот скривился, будто она собиралась расплакаться. Семь братьев Дугу остались в недоумении над неловкостью ситуации.

Атмосфера в Императорском зале стала несколько неловкой. Поэтому, другой преподаватель Института, Конг Лин Янь, встал и сказал:

- Молодые мастера из крупных семей сражались с учениками из нашего Небесного Института литературы Вэньсин в прошлом году. Наш Институт одержал победу... но только по счастливой случайности. Но внук великого мастера Ли остался непобедимым и чрезмерно впечатляет. Сегодня многие ученики хотят состязаться с молодым мастером Ли... он не заинтересован?

Настроение у всех стало подниматься. Это стало изюминкой мероприятия.

У учеников Вэньсина был странный блеск в глазах с того момента, как они вошли в зал. Они пришли не за вкусной едой и изысканным вином. Они ждали только этого момента. Если бы они могли как-то проявить себя лучше, чем номер один города Тянсян, учёный Ли Юран, в будущем они имели бы безграничные перспективы.

Ли Юран мягко улыбнулся. Он поднялся на ноги, посмотрел вокруг и сказал:

- Этот скромный Юран не достоин поднимать сложные вопросы для таких талантливых учёных. Однако есть один человек, который получил восхищение даже Юрана. Поэтому я хотел бы, чтобы этот человек...

- Кто этот талантливый молодой человек, молодой мастер Ли? – все спросили в унисон. «Кто-то в городе Тянсян способен конкурировать против Ли Юрана? Кто-то, кем даже Ли Юран восхищается? Но почему я не слышал об этом человеке раньше?» Глаза присутствующих выразили замешательство.

- Молодой мастер семьи Цзюнь — Цзюнь Мосе! – Ли Юран торжественно заявил и указал в сторону Цзюнь Мосе для того, чтобы подчеркнуть свою цель чётко. Цзюнь Мосе не мог ничего поделать, но посмотрел на Ли Юрана, продолжая обгладывать жирную куриную ногу, которую он держал в руке.

«Ах ты, крашеный мудила! Ты так решил отомстить мне?!

Это может вызвать дикий скандал!»

(1) Прим.пер.: Фэн значит "Феникс", Ву - один из видов зонтичного дерева. Сяо – пустынный.

(2) Немного поясним: «курицей» на сленге называют проститутку. Дальше - думайте сами...

Глава 290. Я чувствую себя в одном шаге от поступления в Веньсин

Мэнг Хайцзоу и другие начали ржать над Цзюнь Mосе. Они так и не поняли, что Ли Юран был предельно искренним.

- Молодой мастер Юран, действительно, очень смешно, – Конг Лин Янь, похоже, не очень доволен. – Возможно, молодой господин Цзюнь... является экспертом в некоторых других аспектах жизни... однако его познания в литературе не вполне известны…

Тон мастера Конга был очень непонятным. Тем не менее, все пришли к выводу, что область «экспертности» молодого мастера Цзюнь – это бордели, собачьи и петушиные бои и другие презрительные мероприятия. Что этот юноша мог знать о более важных аспектах жизни? Все начали думать очень высоко о старых магистрах Института: «Эти старые магистры удивительны. Они умудряются оскорблять людей таким изысканным образом!».

- Мастер Конг не должен волноваться. Хе… почему бы нам не провести конкурс ваших учеников против Цзюнь Мосе? Тогда мы узнаем, достоин ли он Ли... Ха... – улыбнулся Мэнг Хайцзоу и ответил. Он втихую подстрекал мастера Конга.

Конг Линг Янь был раздражён этим. Он подумал: «Я воспитывал этих учеников с такой тщательной заботой. Я могу привязать веревку к потолку и покончить с собой, если мои ученики не смогут побить этого развратника!». Он ничего не сказал в ответ. Он просто махнул рукой и назначил одного из своих учеников, чтобы принять вызов.

- Ученик Хан Чжи Дон просит молодого мастера Цзюнь на несколько советов, – молодой человек встал с улыбкой. Затем он поднял руку в приветствии и посмотрел вверх. В его глазах мелькнул след презрения, казалось – для его оппонента.

- Эм... я не даю советов, но у меня есть время, чтобы научить вас трюку или двум. После того, как я закончу с тобой, ты сможешь заходить в Озеро Духовного Тумана. Что может быть лучше демонстрации очень… глубоких… тайн этой вселенной? Я могу отвести тебя прямо сейчас, если не возражаешь.

Цзюнь Мосе видел выражение в глазах этого юноши. Поэтому молодой мастер Цзюнь подмигнул, когда встал, и рассмеялся вместе с толпой, добровольно надевая на себя «шляпу стыда». (1)

- Этот молодой ученик избегал злых влияний в своей жизни. Этот молодой ученик никогда не будет приближаться к территории Озера Духовного Тумана! – голос Хан Чжи Дона был несколько холодным. Он брезгливо думал: «Он самый большой дегенерат. Я попросил у него учёного совета, и он начал с упоминания борделя! Ты знаешь, что это публичное мероприятие? Это очень унизительно!».

- Ты никогда не был в Озере Духовного Тумана? Тогда куда ты припёрся вообще? – голос Цзюнь Мосе был брезглив до ужаса. «Я еще не закончил с тобой». Затем он скрестил ноги и продолжал неторопливо:

- Ах, да. Прошу прощения, я забыл, что учёный Хан не очень богат и, возможно, не может позволить себе цены на услуги, оказываемые… в этой области. Кажется, что он держит своего солдатика в руках в своей палатке, в одиночку проводя манёвры и воображая себя генералом. Как солдаты бегут, вперёд и вперёд, всё быстрее и быстрее, вверх и вниз… глубже в пекло боя. Он должен суметь отказаться от миллионов солдат, пока он не выбьется из сил…

«Что это за чёрт!» – Хан Чжи Дон в праведном гневе покраснел.

Выбор слов Цзюнь Мосе был очень элегантным, но очень… неприличным. Все присутствующие в зале, казалось, немного отвлеклись. Они тщательно обдумывали его слова в надежде интерпретировать их истинный смысл. Однако большинство людей, жующих свою еду, не парились и расхохотались, как только они поняли смысл его слов... «Этот ребенок... это уже слишком!»

Каждый присутствующий в главном зале через несколько минут понял слова Цзюнь Мосе. Однако непристойность их смеха не могла быть передана словами…

Принцесса Лин Мэн, Дугу Сяо И, Хан Янь Мэн и другие дамы смотрели с удивлённым выражением в их глазах. Они не могли понять реакцию толпы. Они отчетливо понимали, что дело явно в чём-то пошлом, но не могли понять, что с ним не так. «Слова Цзюнь Мосе, казалось, описывали величественного генерала... но почему это кажется странным?»

Несколько старших выразительно смотрели друг на друга. Однако было лишь несколько мужчин, которые смогли рассмеяться безудержно, не беспокоясь о последствиях. Некоторые даже похлопали руками по столу, в то время как некоторые другие начали аплодисменты. Тело Дугу Цзенхэна дрожало от смеха. Он шлёпнул Танга Ванли по плечам. Затем он прошептал:

- Старый Танг, я вспомнил то время, когда мы двое только-только вступили в армию. Нас отправили на битву в Горах Небесного Волка... Старый Цзюнь был молодым капитаном тогда... Я видел вас, когда вы покидали лагерь, чтобы участвовать в славных сражениях с рассветом…

Танг Ванли внезапно покраснел от ярости. Он забыл о страшной репутации Дугу Цзенхэна, протянул руки и схватил его за шею. Затем он рявкнул шёпотом:

- Ты, старый хрыч! Осмелься сказать ещё одно только слово…

Дугу Цзенхэн начал кашлять. Он, казалось, смеялся и умолял о прощении одновременно. Несколько других глав семей подняли свои большие пальцы, одобряя Танга Ванли. Казалось, что многие слышали это замечание…

Лицо старика Танга пятнами пошло от гнева. Он встал и попытался выйти из зала. Однако несколько других старших встали со своих мест и уговорили его успокоиться.

Дугу Сяо И увидела, что её семеро братьев смеялись с закрытыми губами. Их плечи дрожали от смеха. Она поняла, что это должно быть что-то ужасно смешное. Поэтому, она не могла не спросить:

- А что это значит? Это смешно?

«Эээ...» – семеро братьев посмотрели друг на друга в смятении. Они осознали неловкость ситуации и быстро подстроились. Они покачали головами в унисон и хором ответили:

- Это не смешно. Вообще никак не смешно!

Дугу Сяо И застонала от обиды. Она вдруг почувствовала раздражение при виде своих братьев и Цзюнь Мосе, так как они не ответили ни на один из её вопросов сегодня.

Она тайно вспомнила слова Цзюнь Мосе и повторила их снова, чтобы запомнить их наизусть. «Ты думаешь, я не узнаю, если ты не скажешь мне...? Я спрошу мать, когда вернусь домой... я не думаю, что она откажет мне…»

Хан Чжи Дон сделал глубокий вдох. Он знал, что этот развратник взял верх, но сказал:

- Этот Золотой академический праздник проводится по милости Его Величества. Однако этому юному ученику стыдно быть в компании с этим оппонентом. Ставить этого молодого ученика с молодым мастером Цзюнь – это то же самое, что пара золотой хризантемы и оранжевого османтуса!

Он не дождался реакции Цзюнь Мосе и продолжал:

- Аромат хризантемы, аромат орхидеи, аромат османтуса из Императорских садов... аромат этих ароматных цветов плывет в Тянсян... их небесный аромат плывёт за тысячу миль... и тысячу миль их небесный аромат плывёт... (2)

Этот красивый стих привлекал всеобщее внимание.

Эта поэзия звучала просто, но это не так. Он неоднократно использовал слова «Небесный аромат» в качестве метафоры, чтобы благословить город Тянсян. Все начали ломать голову в поисках достойного, чтобы показать свой талант перед Его Величеством.

Все почти забыли о причастности Цзюнь Мосе. «Как он сможет шутить после такого поэтического стиха? Он бы не смог вызвать большего отвращения, даже если бы ему дали две жизни, чтобы попытаться…»

- Юный мастер Цзюнь, талант этого юного ученика скромен, а знания – малы. Этот молодой ученик может придумать только такие мелкие слова. Это ведь не проблема в ваших глазах? – Хан Чжи Дон усмехнулся. Затем он смиренно посмотрел на Цзюнь Мосе с искренним выражением на лице. – Я надеюсь, что молодой мастер Цзюнь всё ещё хочет научить меня одной или двум вещам.

Все ждали ответа. Они смотрели на Мосе словно бы сверху вниз, но никто не осмелился бы обвинять его в том, что он не может ответить, так как этот стих был действительно отличным, и трудно было ему противостоять. Ведь никто не считал его равным этому молодому учёному. Кроме того, молодой учёный оставлял особый эффект в сердцах всех присутствующих, так как его талант был оригинален, а также удивителен. Однако последнее его предложение понизило его «вес».

«Ты учился в Вэньсин на протяжении многих лет. Так зачем гордиться тем, что ты смог сказать несколько строк стихов?

Будущие достижения этого так называемого молодого учёного не увенчаются успехом…»

Хорошие знакомства могут позволить учёному подняться вверх над некоторыми семьями. Однако они никогда не будут продвигать такого человека на вершину. «Какова гарантия того, что он не избавится от нас, как только получит достаточно власти в семье?» Хан Чжи Дон не знал, что он объявил гибель своей будущей политической карьере последним предложением, которое было произнесено. Поэтому он стоял там с чувством самодовольства в сердце.

***

Цзюнь Мосе сдвинул брови. Любые стихи, которые он придумал в ответ, будут просто плагиатом. Однако даже плагиат поэзии такого уровня оказался вне его возможностей. «Ах... стоит ли мне использовать глупую поэзию из моей предыдущей жизни? Нет... это не сработает! Урод штопаный!»

Мастер Конг Лин Янь сузил глаза. Он, казалось, доволен собой:

- Это нормально, если молодой мастер Цзюнь не может придумать стих, чтобы соответствовать этому... молодой мастер Цзюнь не потеряет лицо из-за этого…

Все посмеялись. «Этот старик не прощает легко. Он просто использует свои обычные методы... он ругает человека, не используя оскорбительных слов…»

В сердце Цзюнь Мосе появился всплеск бодрости. Он вскричал жестким и громким голосом:

- Что в этом такого сложного? Разве это не дерьмовое стихотворение? Я щас прочту лучше его, и скоро оно будет ходить по всему этому твоему Институту!

Несколько человек издали вздохи. «Этот ребёнок слишком смело говорит. Он бросил вызов придумать стих лучше, чем у соперника... он потерял рассудок. Он должен подумать, прежде чем говорить. Похоже, он получит трудный урок от этого юного ученика…»

Однако, выражения лиц Ли Юрана и Цзюнь Чжан Тиана весьма отличались от остальной толпы. Ли Юран был убежден, что ответ Мосе будет достойным. Однако сам он пытался, но не смог до сих пор. Тем не менее, Цзюнь Мосе заявил, что ответит соответствующим стихом... «Разве он лучше меня?»

Дедушка Цзюнь был несколько обеспокоен. «Разве мы не согласились, что он будет делать из себя полного дурака? Как он собирается победить его?»

Конг Линг Янь сказал:

- Молодой мастер Цзюнь кажется очень уверенным в себе. Я предлагаю договоренность. Институт уступает поражение, если молодой мастер Цзюнь сможет придумать ответ, прежде чем палочка благовоний сгорит. Однако если он проиграет... молодой мастер Танг должен будет восполнить всё, что он совершил. Надеюсь, он охотно вернёт моего бедного ученика обратно?

Очевидно, что он имел в виду ученика, которого Танг Юань заставлял стирать нижнее бельё, Чжао Ченг Сонга. Однако Жирный Танг боялся оставлять такого человека в своём доме. Поэтому Танг Юань забил его до смерти после того, как он был изгнан из своей семьи. Так откуда он вернёт этого учёного? Его вонючие кости, вероятно, не приняли его душу, даже если бы она была каким-то образом восстановлена из глубин Ада.

- Договорились, – Цзюнь Мосе размял шею. «У меня нет никаких проблем. Мы вернём его скелет, если я проиграю. Ты никогда не говорил, хочешь ли ты, чтобы его вернули мёртвым или живым? Так зачем мне вообще заморачиваться…»

- Однако вы подчинитесь моему превосходству, если я выиграю. Ваш Институт никогда не будет упоминать слова «поэзия» передо мной после этого. Согласны? – Цзюнь Мосе улыбнулся.

(1) Прим.пер.: начал вести себя, как полный идиот.

(2) Игра слов. «Тян» значит «рай», а «сян» - аромат. Для усиления эффекта он неоднократно использует слово «сян».

Глава 291. Cледующий

- Решено! – Конг Линг Янь не очень высоко отзывался о Цзюнь Мосе. «У него нет навыков, чтобы придумать встречный стих для стиха Хан Чжи Дона. И даже если ему удастся придумать что-нибудь... как этот мелкий стих сможет соответствовать стандартам Института Небесной Литературы Вэньсин? Это смешно!»

Цзюнь Мосе похлопал по бедру. Затем он поднял бутылку вина со стола и положил ногу на стул. Он поднял голову вверх, отхлебнул глоток вина и задумался. Затем он еще раз посмотрел вверх, выпил вина и продолжал размышлять.

Взгляд каждого был зафиксирован на Цзюнь Мосе. Даже Император не стал исключением. В глазах Императора был интерес и слабый след холодности. Ему придется заново оценить семью Цзюнь, если Цзюнь Мосе сможет придумать подходящий стих…

Дугу Сяо И и принцесса Лин Мэн с тревогой смотрели на него. «Как он собирается выиграть? Ему придется столкнуться с большим смущением, если его стих не дотянет до отметки...» Однако они ничего не говорили, так как они не хотели нарушать его мысли.

Тем не менее, Дугу Йинг обеспокоился, увидев, как Цзюнь Mосе поглощает более половины бутылки вина:

- Эй...! Ты же не используешь эту возможность, чтобы выпить лишнего вина, да?

Дугу Сяо И свирепо выстрелила взглядом в сторону старшего брата:

- Никто больше, кажется, не беспокоится об этом, так почему же ты паришься?

Дугу Йинг почесал голову в замешательстве. Он остался сидеть, а его беспомощные глаза оставались прикрепленными к бутылке вина в руке Цзюнь Мосе…

Вдруг!

Цзюнь Мосе поднял правую руку и щелкнул пальцами. Ясный и чёткий звук эхом прокатился по залу, когда он сказал:

- Есть!

Все с тревогой слушали, как Цзюнь Мосе самодовольно декламировал свой контрстих:

- Улицы пахнут дерьмом. Человек воняет дерьмом. Собака воняет дерьмом. Свиньи воняют дерьмом. Дерьмо пахнет точь-в-точь как дерьмо. Чтобы твоё имя вошло в историю – учёный должен быть самым вонючим дерьмом из всего дерьма!

Каждый был ошеломлён!

- Это потрясающе! Действительно удивительно! Использовать «вонь» вместо «аромата», а «дерьмо» вместо «цветов»... Круто, круто… – Танг Юань торопливо заговорил. Тем не менее, он даже не закончил своё предложение, когда его начало тошнить. Затем он заткнулся, потому что его живот выразил сильное желание рвать…

Такой контрстих... был слишком тошнотворным. Эта херня может заставить кого угодно тошнить. Поэтому было не странно, если бы люди проблевались... особенно после такой тяжёлой еды…

У всех был странный взгляд на лицах. Они смотрели на Цзюнь Мосе с горем и негодованием. Вдруг маленькая принцесса Города Серебряной Метели Хан Янь Мэн схватилась за рот и выбежала. Несколько молодых девиц последовали за ней…

Наконец Дугу Сяо И последовала туда же, зажав рот. Она выстрелила в Цзюнь Мосе быстрым ненавистным взглядом, прежде чем побежала…

- Кто посмеет сказать, что я неправ? Я нормальный ненормальный! – Цзюнь Мосе громко сказал. Затем он схватил краба, деловито выудил кусок мяса, положил его в рот и начал жевать.

Все наблюдали, как он жевал мясо краба жёлтого цвета. Внезапно цвет лица каждого стал бледным, когда они вспомнили его стих…

Все остались ошарашенными. Фраза «учёный должен быть самым вонючим дерьмом из всего дерьма» заставила двух старых мастеров дрожать от гнева. Конг Лин Ян и Мэй Гао Цзе не сделали никаких замечаний, однако были обеспокоены…

«Ты рассказал этот стих, пока все ели свою еду. Разве ты не пытался заставить нас выглядеть плохо? Твой стих, возможно, на высоте, но ты наверняка убил аппетит каждого…»

- Что, теперь моя очередь задать вопрос? – Цзюнь Мосе самоуверенно махнул половинкой краба, который оставался в его руке. – Вспоминаю, что я был у себя дома около двух недель назад... я читал стихи... когда вдруг... появился старый друг моего дедушки. Он оставил во мне глубокое впечатление из-за своего странного имени и фамилии, его фамилия была «Хи»... а имя было «Шан»... Он подарил моему деду картину, которую он нарисовал своими руками. Это была картина лотоса. Перед отъездом он посоветовался с моим дедом насчёт стиха. Мой дедушка попросил несколько человек, но никто так и не смог на это ответить…

Дугу Сяо И и другие женщины вернулись в зал. Их бледные лица и ненавистные глаза глядели на Цзюнь Мосе. На самом деле, казалось, они хотели укусить его.

Кто-то спросил из любопытства, прежде чем Цзюнь Mосе получил шанс продолжить:

- И какой был конкретный стих, третий молодой мастер Цзюнь?

- Этот стих был очень простым. Там было всего пять слов. Картина лотоса над картиной монаха... – Цзюнь Мосе бросил эту фразу. (1) Он использовал своего дедушку в качестве инструмента для «колдовства». Он знал, что его дедушка не предаст его. Слишком много людей, которым он никогда не доверял. Однако его дед был среди людей, которых он считал наиболее достойными своего доверия.

Дедуля Цзюнь никогда не вытирал ноги о собственного внука. Таким образом, Цзюнь Мосе мог сказать такую ложь с честным лицом при обществе.

- Картина лотоса над картиной монаха... картина лотоса над картиной монаха... – все хмурились, повторяя этот стих. Этот стих казался очень простым, но он был довольно сложным.

Неважно, с какой стороны смотрели на стих... можно было видеть дар человека. Более того, конец и начало стиха были точно такими же. Однако они были перевёрнуты по отношению друг к другу.

Каждый знаток поэзии в комнате хмурился. Они никогда не представляли, что этот некомпетентный дебошир сможет придумать такую сложную головоломку.

Каждый учёный из Вэньсин понял, что эта загадка невиданной сложности. Они морщили свои брови и ломали себе голову, чтобы найти решение.

Цзюнь Мосе бросил этот стих, не подумав. Тот факт, что он выставил эту головоломку, не мог быть обращён вспять. Он оказался бы в беде, если соперник не сможет найти соответствующий ответ. Это было потому, что ему пришлось бы отвечать на загадку самому, если бы они не смогли. И каждый человек из Института, вероятно, будет на него нападать, если он не сможет ответить на свою загадку…

Решение этой головоломки придёт им как чудо, это чудо должно произойти!

Разве не было бы стыдно, если бы вся мозговая мощь Института не смогла решить головоломку некомпетентного развратника…? Поэтому каждый ломал себе мозги и придумывал несколько решений после применения всевозможных творческих концепций. Однако ни один из встречных стихов не казался достаточно качественным.

Эти одаренные учёные должны были прийти с ответом, прежде чем палочка ладана догорит. Это заставило их беспокоиться всё больше и больше с течением времени.

Два мастера Института тоже боролись!

Брови Мэй Гао Цзе были сведены, он шагал туда-сюда. Он время от времени качал головой, а потом бормотал:

- Нет. Это не сработает.

Старый мастер Конг Лин Янь был неподвижным. Его глаза были закрыты. Он был погружён в глубокие размышления. Однако если смотреть издалека... они увидели бы темноту его мрачного морщинистого лица... его серебристо-серые и снежные волосы падали на его лицо. Каждый мог бы почувствовать странную грусть...

Этот стих был задуман как головоломка для учеников Института. Поэтому участие двух старых учителей Института будет считаться незаконным. Однако этот вопрос связан с репутацией этого Института. Следовательно, два старых мастера не могли помочь…

Цзюнь Мосе не очень заботился об этом. Он бы не побеспокоился, если бы десять-двадцать учителей Института участвовали... не говоря уже об этих двоих…

Время шло очень медленно. Дым благовоний продолжал подниматься вверх до тех пор, пока вся палочка не превратилась в пепел.

Чуда не произошло!

- У меня ничего нет. Я признаю свое поражение, – голова Хан Чжи Дона опустилась в разочаровании. Он не мог не почувствовать разочарование в своём сердце. Как может учёный из Вэньсин проиграть этому молокососу?!

Он хотел умереть.…

- Нет! Ты проиграл, но тебя не винят в этом. Ну, точнее, виноват не только ты, – Цзюнь Мосе наклонился в кресле. – Ты не виноват в этом споре против меня! Ты можешь в лучшем случае считаться шахматной фигурой в этой игре и очень мелкой. Ты не можешь спорить со мной! Независимо от того, каким образом ты это видишь... ты даже не имеешь права спорить со мной! Ты слишком низок для этого.

Затем, Цзюнь Мосе наклонил голову и улыбнулся, глядя на Конг Лин Яня и Мэй Гао Цзе:

- Мастера? Что вы скажете?

- Мы проиграли, – лица двух стариков потемнели. Они прибыли сюда в высоком настроении в качестве двух ведущих представителей Вэньсин — учреждения, которое было публично принято крупнейшим и мудрым центром талантов империи. Тем не менее, они неожиданно потерпели сокрушительное поражение от рук Цзюнь Мосе. Два старых учителя почувствовали, как их жизнь превратилась в живую смерть.

Уста Конг Лин Яня дрожали, когда он говорил мягким голосом:

- Этот старик сдержит своё обещание. Институт Небесной Литературы Вэнсинь никогда не будет говорить о поэзии перед Цзюнь Мосе.

В зале наступила абсолютное молчание.

Цзюнь Мосе вздохнул. Эти двое мужчин заслужили огромное уважение в его сердце. Он не желал подвергать их такой участи. Эти двое мужчин всю жизнь работали в Вэньсин. Они лично выбирали своих учеников и питали кадровый резерв Империи своими неисчерпаемыми усилиями. Они никогда не пренебрегали бедными и низкими. Их единственный критерий выбора – это интеллект и способность к обучению. Они торжественно игнорировали богатство жизни и держались подальше от политического влияния Императорских министров. Они были действительно достойны восхищения Убийцы в этом отношении.

Эти два человека были, безусловно, восхитительны. Однако они имели несколько недостатков. Их знания и учения, безусловно, достойны уважения, но их идеология и методы ошибочны. Они обращали внимание на интеллект ученика и его способности к обучению, но пренебрегали его другими чертами характера.

Преподаватель не должен ограничиваться только передачей знаний.

Цзюнь Мосе всегда верил в это: учителя – инженеры человеческой души.

Эти мастера, безусловно, были величайшими из их поколения. Они передавали своим ученикам обширную базу знаний. Их ученики хорошо разбирались в поэзии. Они хорошо разбирались в стратегических уловках. Они были хорошо подготовлены к работе с важными политическими позициями. Они были уверены, что найдут успех в своей карьере, если они были в состоянии использовать эту подготовку. Однако два учителя пренебрегли тем, что их ученики будут действовать эгоистично, если они не будут хорошими людьми. Их действия будут только вращаться вокруг славы их личности, богатства и прибыли... они будут ужасными слугами народа Империи.

Нет нужды говорить о том, что эти два учителя воспитывали тысячи учеников под своим именем и именем Вэньсин.

Такие лица будут вынуждены действовать в своих корыстных интересах, как только они покинут Институт и отправятся в «бюрократическое» путешествие... независимо от присущего им социального богатства или статуса. Более того, эти ученики были обучены в Институте Вэньсин и, скорее всего, заняли лидирующие позиции во влиятельных фракциях и семьях. На самом деле, даже худшие из них были связаны с чиновниками, пусть даже и низшего звена... например, секретарей или бухгалтеров…

Сколько вреда они могут причинить обществу, если они не имеют соответствующего морального образования? Ущерб, который они могли причинить, был невообразим.

Именно поэтому Цзюнь Мосе их не одобрял. На самом деле, он не просто не одобрял их... он презирал их.

Два старых учителя были чрезвычайно возмущены. Тем не менее, Цзюнь Мосе не верил, что они были оскорблены. Скорее, он считал, что они получили по заслугам.

«Я нехороший человек. Меня не волнуют страдания людей на этой земле. Однако если вы обидели меня — я не хочу ждать кары небес! Эти мирские вопросы, а!» Цзюнь Мосе вздохнул. Затем Убийца Цзюнь внезапно превратился в паладина. Он начал очень благородно думать о себе — «Я избавлю людей от их страданий и мучений независимо от того, в каком мире я живу! Я буду появляться, когда люди остро будут нуждаются во мне…»

Хорошо, что такая ситуация не возникла тогда же...

(1) Прим.пер.: Этот стих в какой-то степени не может быть переведен. Приблизительно так он звучит на китайском: "Хуа Шанг Хи Хуа Хи Шанг Хуа". "Хи Шанг" – это имя мужчины. "Хи" означает "поэтическая рифма". "Шанг" означает "выше". "Хуа" означает "рисунок" или "Картина". "Хи Шанг" означает "монах". "Хи Хуа" означает "Лотос"…

Глава 292.1. Я буду оскорблять тебя, пока не умру (часть 1)!

- Юный мастер Цзюнь, наши два учителя очень изящны. Они всегда считали победу и поражение туманными. Поэтому они не беспокоятся о таких временных выгодах или убытках. Я пренебрегаю самой мыслью спуститься на ваш уровень, однако... думаю, что это не препятствие, чтобы спросить Третьего молодого мастера — так каков соответствующий контрстих к вашей загадке? Если существует исключительно хороший контрстих... пожалуйста, расскажите нам и расширьте наши умы, – высокий учёный из Института Небесной литературы Вэньсин сказал, встав со своего места. Видимо, он не был убежден в их поражении. – Или ты лицемер ещё больший, чем Ли Юран?

Цзюнь Мосе посмотрел на него с ошеломлённым выражением на лице:

- Я прошу вас, пожалуйста, используйте свой мозг, прежде чем говорить. Ещё раз; пожалуйста, не используйте свою задницу, чтобы пытаться через неё думать! Я намеренно усложнил бы всё, если бы у меня был соответствующий контрстих? Тебя осёл пнул в детстве? Как Институт небесной литературы Вэньсин смог взять в обучение такого идиота, как ты?!

А-а-а, погоди, я всё понял... ты ещё и глухой, кроме тупости? Я чётко сказал, что никто не смог решить эту задачу прежде, чем я задал этот вопрос всем! Я просто позаимствовал его, каким ухом (или какой частью своего тела) ты слышал, что я сам придумал этот стих? Думаю, что у вас либо мозгов нет... либо вы страдаете грибковой инфекцией! Хотите, чтобы я дал вам встречный стих? У вас хватило наглости открывать рот! Этот Институт требует оплаты, когда он выигрывает, и начинает борьбу, когда он проигрывает? Разве это разумно?

Никто не высказал опровержение, когда Цзюнь Мосе сказал эти слова. В конце концов... он ясно заявил, что стих не его собственный... а чужой. Учёные не смогли ответить на этот стих. Таким образом, один из них задал этот вопрос в попытке вернуть определённую честь своего Института. Тем не менее, это была неудачная схема. Более того... его попытка спровоцировала несколько издевательств со стороны других.

Тот учёный покраснел от гнева.

Остальные понятия не имели что делать. Затем Ли Юран вдруг открыл глаза. «Что с этим парнем? Он втянул меня в свои проблемы... что ты подразумеваешь под «больший лицемер, чем Ли Юран?» Проклятие! О чём этот парень вообще говорит? Как я был лицемером?»

- Возможно ли, что учителя заранее подсуетились и подговорили учеников, чтобы те подняли шум после того, как они потерпят поражение? Возможно ли, что Институт Небесной литературы Вэньсин – дом для больных неудачников? – Цзюнь Мосе казался очень злым, когда говорил это. – В любом случае, это не имеет никакого значения для этого молодого мастера, если вы не можете принять поражение. Может быть, я и не хороший человек, но уважаю мудрых и почитаю достойных.

«Так ты знаешь, что ты – нехороший человек?» – все в большом зале закатили глаза.

«Уважаешь ли ты мудрых и почитаешь достойных на практике? Похоже, ты пытаешься заставить совесть этих двух стариков грызть их ещё активнее!»

- Ян Фэн, отойди! Поражение – это поражение, спорить бессмысленно. Зачем тебе напрягаться? Это только первый уровень, ты не веришь, что наш Вэньсин Институт не может вытащить победу обратно при следующей возможности? – губы Конг Лин Яня дрожали, когда он использовал эти суровые слова, чтобы ругать своего ученика.

«Мы не стремимся за половиной победы...» – почтенный учитель Конг не смог держать свои мысли при себе из-за его страдальческого состояния души. Так и было – всегда была победа или поражение. Однако казалось, он утратил уважение к учителю. Он всегда достигал побед в прошлом. Однако этот праздник всегда проводился на острове посреди Луны. И Император никогда не присутствовал по такому случаю. Но местом проведения был Императорский дворец на этот раз. Поэтому Император был здесь... более того... не было недостатка высокопоставленных чиновников Империи. Важность этого праздника было гораздо большей, чем раньше. Однако на этот раз он проиграл…

Как он мог не почувствовать себя подавленным...?

Жирный Танг, казалось, был развратником, которого больше всего ненавидел весь Вэньсин. Тем не менее, Жиробасик внезапно упал в рейтинге, и был заменен молодым мастером Цзюнь на вершине ненависти. Казалось, что люди в Вэньсин никогда не забудут их ненависть к нему... даже через десятки тысяч лет. Их ненависть к Цзюнь Мосе теперь будет заложена в их костях, в каждой ниточке ДНК....

- Хе... уважаемый учитель Конг говорит правду. Учёный размышляет только о контрстихах во время своего досуга. Истинное воплощение таланта образованного человека пребывает в его стихотворениях... – Ли Юран улыбался и продолжал, - возможно ли, что Институт не сможет сравниться с молодым мастером Цзюнь и в этом отношении?

Это предложение было очень порочным.

Если Вэньсин уступит на данный момент времени... перед каждым гражданским и военным лидером страны... разве не было бы сродни признанию, что весь Институт не обладает навыками, чтобы соответствовать такому забулдыге, как Цзюнь Мосе? Как может Институт Вэньсин опуститься до такого уровня? Как они могли согласиться оставить этот вопрос?

Они снова ощетинились.

«Я понял. Этот козёл с весёлой фамилией задумал херню. Он подколол этих учителей в попытке заставить меня показать мои карты!»

Цзюнь Мосе закатил глаза и наклонился в сторону. На самом деле, он почти приблизился к лицу Дугу Сяо И. Затем, он улыбнулся, кивнул ей и громко сказал:

- Институт Вэньсин привёл несколько учёных, но у нас тоже есть большой резерв людей! Как молодые мастера от каждой из великих семей могли отказаться от такого приглашения? Это будет очаровательная история… Как этот молодой мастер и молодой мастер Юран объединились, встав лицом к лицу против Института Вэньсин — независимо от того, кто окончательный победитель. Однако, молодой мастер Ли Юран только что говорил, что он восхищается этим молодым мастером. Хе-хе-хе... это значит, что этот молодой мастер превзошёл его. Другими словами – я намного лучше молодого мастера Ли... Хе-хе... все слышали это? Поэтому нет причин бросать мне вызов, если вы даже не на том же уровне, как Ли Юран. Этот молодой мастер очень занят, каждая моя секунда измеряется золотом. Поэтому я не должен его терять!

Эти слова были задуманы для красивой контратаки. Он не только привязал каждого молодого мастера к своей стороне за один ход — он заставил Ли получить моральный хук в челюсть. Эти слова сыграли и наступательную, и оборонительную роли. На самом деле, он выполнил этот шаг очень чисто.

Все воскликнули и изменили взгляд. Тем не менее, объектом их внимания не был Цзюнь Mосе — это была Дугу Сяо И. Цзюнь Мосе наклонился к ней, кивнул, улыбнулся, а затем произнёс эти слова. Эти слова дали ему возможность атаковать, а затем отступить. Даже немой человек мог видеть, что он оказался в ловушке в трудном месте. Поэтому этот ублюдок без тени зазрения использовал красивое лицо Дугу Сяо И как отвлечение. Никто не думал над смыслом его слов, все думали: «И как такой бесстыдный ублюдок смог сказать такую длинную фразу без полусотни непристойностей в её адрес?

Слова этого парня неестественны для его природы. Это звучало как всеобщее одобрение самого себя, но не было ни одного слова ненормативной лексики! Это так странно. Похоже, что он репетировал эту фразу перед зеркалом!»

Все наблюдали, как Цзюнь Мосе упал в кресло и закрыл глаза. Было очевидно, что он не будет объяснять, даже если его попросят. Все из Института Вэньсин чувствовали себя бессильными. Поэтому они обратились к Ли Юрану, так как у них не было лучшего варианта:

- Итак, мы обращаемся к молодому мастеру Ли Юрану за советом во втором туре.

Ли Юран встал и слегка кивнул головой:

- Я чрезвычайно польщён, – удивительно, но он не держал никакого возмущения в отношении Цзюнь Мосе за то, что он кинул его на амбразуру таким образом.

Молодой мастер Цзюнь выиграл этот раунд честно. Неважно, славная это победа или нет. Победа была победой. Он верил, что он был ребёнком небес. Так как Ли Юран мог победить его?

Взгляд Императора с вершины Императорского престола остановился на Ли Юране. Тем не менее, он продолжал наблюдать и за Цзюнь Mосе, который сидел рядом с Дугу Сяо И, углами своих глаз. Его внутренние мысли были непонятны.

- Мы слышали стихи противоположной стороны. Но все знают о знаменитых песнях молодого мастера Ли на флейте. Как насчёт того, чтобы сравнить мелодии наших инструментов? Я, Цзинь Инь Чжэнь, прошу молодого мастера Ли научить меня чему-нибудь новому, – один из учёных встал и подошёл к Императору с поклоном. Затем он повернулся лицом к Ли Юрану. Он спокойно двинул руками и вынул белую нефритовую флейту.

- Мелодии молодого мастера Цзинь Инь могут двигать небо и землю! Разве Ли Юран сумеет когда-нибудь сравниться с вами? Мы не должны даже соревноваться, я признаю своё поражение, – Ли Юран горько улыбнулся. Прием Ли Юрана был направлен в другую цель. Он не хотел излишне напрягаться. Ведь он был в присутствии Императора в данный момент. Поэтому он хотел создать на него благоприятное впечатление. Он хотел добиться этого своевременными усилиями.

Однако Цзинь Инь Чжэнь был грозным противником. Его было бы крайне трудно победить в этой конкретной области. Каждому мужчине в его семье преподавались традиционные навыки флейты после того, как им исполнялось пятнадцать лет. Их музыка была известна на всём континенте. Итак, как Ли Юран мог бы выиграть этот матч? Институт Вэньсин направил его с надеждой, что он победит и свяжет обе стороны ничьей. Эта битва превратилась в грубую…

- Хе... молодому мастеру Цзюнь и мне стыдно. Наши навыки уступают в этом аспекте, и мы готовы признать своё поражение, – выражение Ли Юрана не изменилось, когда он продолжил. – Следующий раунд будет принимать Цзюнь Мосе. Ли Юран желает Третьему молодому мастеру самого лучшего!

«Я, Цзюнь Мосе, скажу только «свали нахрен отсюда»! Этот ублюдок не приложил никаких усилий. Он сразу же признал своё поражение. Если бы у меня был крутой соперник — я бы всё равно ревел популярные песни! Я бы предпочел умереть, чем быть запуганным до смерти!»

Эти праздники, как правило, начинаются с взаимных провокаций поэтов. За этим, как правило, следовали многочисленные достижения великих и знатных людей. После этого было время для стратегий, тактик, социальной политики, внешней политики и т. д. – до тех пор, пока каждое искусство не будет считаться «обсужденным» в целом.

По словам Цзюнь Мосе, обе фракции уже готовы к взаимному противостоянию. Тем не менее, резкий запах их соперничества был гораздо более интенсивным, чем в любом конфликте, в которых он участвовал в своей предыдущей жизни. Каждый человек, ранее участвовавший в этих праздниках, знал, что юный мастер Цзюнь и Танг Юань впервые участвовали в таком жестоком соревновании. Следовательно, им не хватало опыта.

Они, безусловно, участвовали в ожесточенных соревнованиях в прошлом. Но... их соревнования обычно были сосредоточены вокруг таких тем, как... подбор молодых девушек. Эти обстоятельства не могли даже удалённо упоминаться в том же ключе, что и это…

Министр по правам человека — Сунь Чэн Хэ – должен был проконсультироваться с другими и установить тему для поэзии. Затем участники соревновались, а затем победитель был признан, исходя из их заслуг.

- Тема для обсуждения – «знание». Я прошу обе стороны выбрать своих кандидатов! – Сунь Чэн Хэ посмотрел на Цзюнь Мосе, покачал головой, и вздохнул. Он уже мог судить о победителе и проигравшем.

«Цзюнь Мосе не выиграет; он сделает из себя посмешище».

Ученый в синей одежде встал. Его звали Цинь Цю Ши.

- Я прошу молодого мастера Цзюнь дать мне попробовать, – Цинь Цю Ши прочистил горло и сказал. Пока он напрягал свои мысли, успела сгореть половина палочки благовоний.

Перед придворным евнухом была поставлена задача записать стихи. Он приготовился, положил локоть на стол и остановил запястье в воздухе, ожидая, пока Цинь Цю Ши начнёт. Он должен был записать всё.

«Храбрый человек достиг заоблачной ледяной горы,

Он осмелился пересечь море знаний.

Его сердце было усердным — ему не нужно было дороги,

Звёзды на небе были близки.

Он надеялся на благословение своей страны в этой жизни,

Его горячий дух создал радужный мост.

Он, казалось, двигался дюйм за дюймом,

Тем не менее, он не сдался — он схватился за кисть».

Цинь Цю Ши был очень талантлив. У него не было выбора, так как палка благовоний сгорела до половины ее длины. Однако этот стих оказался весьма неожиданным. Его творческая концепция не была первоклассной, но она была хорошо сбалансирована, ее можно было считать «хорошей». Он ясно объяснил понятие «знания». Более того, он продемонстрировал высокие идеалы страны и величие своих личных устремлений.

Глава 292.2. Я буду оскорблять тебя, пока не умру (часть 2)!

Придворный евнух закончил запись стихотворения. Затем он почтительно передал его Императору, чтобы он мог перечитать стих. Император повернулся и посмотрел на лицо Цинь Цю Ши. Он долго смотрел на него, но ни единого изменения в его выражении лица никто не заметил. Затем он махнул рукой и передал стихотворение придворным чиновникам, чтобы они могли читать его, пока все не посмотрят. Судебные чиновники кивнули после того, как просмотрели его, они провозгласили его «хорошим». Чиновники были очень талантливы как личности. Тем не менее, они думали, что если бы они находились на том же месте, что и этот молодой человек... да под таким огромным давлением... если бы им было поручено придумать стихотворение... оставив только половину палочки благовоний — они посчитали, что не смогли бы добиться такого результата.

Цзюнь Мосе громко аплодировал:

- Я должен уступить победу. Ты слишком быстр, слишком быстр...

- Большое спасибо за эту похвалу, молодой мастер Цзюнь. У меня мало знаний и таланта. Итак, вы и старейшины смущаете меня похвалами... – Цинь Цю Ши смиренно говорил о своём стихотворении. Затем он продолжил. – Тем не менее, я должен попросить у молодого мастера наставления в этой теме. Этот человек желает услышать ваш ответ.

- Мой ответ? У этого молодого мастера не так много талантов. Я не могу быть так быстр. Это не в моей природе – заканчивать моё «произведение» так быстро, – Цзюнь Мосе поспешно и скромно отклонил приглашение.

Взрыв смеха от Танг Юаня. Он не смог контролировать свой смех. Он даже обхватил свой живот. Его лицо дергалось от спазма и казалось, что он на грани смерти. Танг Юань долгое время выдерживал влияние Цзюнь Мосе. Он чётко понимал, про какие свои «способности» Мосе говорил. Однако другие люди не понимали слов молодого мастера Цзюнь. Жирный, тем не менее, понял их истинный смысл, и не мог остановить себя от смеха...

Все остальные с презрением смотрели на Танг Юаня, так как не понимали тайны этих слов. «Этот толстяк очень неискренний! Ты здесь с Цзюнь Мосе, но начинаешь смеяться, как только видишь его поражение... такой урод действительно презрителен!»

- Юный мастер Цзюнь очень талантлив, так почему же он уступил победу? Так нельзя, он должен прочитать стихотворение так, чтобы все могли оценить его, – Хан Чжи Дон вскочил и закричал, указывая пальцем на Цзюнь Мосе.

- Молодой мастер презирает мысль о «сражении» с нами? – глаза Мэй Гао Цзе повернулись к Цзюнь Мосе и он продолжал в благоговении. – Это совершенно неприемлемый способ обращения с учёными!

- Юный мастер Цзюнь принадлежит к военной семье... так что, неизбежно, что он не так талантлив, – одарённый учёный усмехнулся. Он был поражен чувством удовлетворения и счастья в этом достижении. Он, казалось, очень рад видеть унижение Цзюнь Мосе. – Так что неудивительно, что он признал поражение.

Эти строки были задуманы как банальная шутка, которая не должна была никого рассмешить. Однако все засмеялись, и их смех был полон злобы.

«Это факт, я смотрю на тебя сверху вниз!»

Цзюнь Мосе не произнёс этих слов вслух: «Блядь, а вы прямо упрашиваете меня издеваться над вами! И с таким, сука, упорством... Кажется, вы получили недостаточно в последний раз. Вы пожалеете…»

Цзюнь Мосе фыркнул холодно:

- Я не хочу быть невежливым, поскольку все так усердно ждут моих стихов. Однако я не сталкивался с поэзией во время моих научных исследований. Поэтому я сочиню песню для всех…

- Сочинить песню? Юный мастер Цзюнь обладает исключительным талантом! Каждое его движение сродни стихотворению само по себе. Он так замечателен; он чрезвычайно достоин! – это снова выделывался Хан Чжи Дон. Он возненавидел Цзюнь Мосе с тех пор, как просрал свой «бой». Но как он мог позволить себе быть избитым Цзюнь Мосе? Это сродни разрушению его будущих перспектив.

Однако ему была предоставлена возможность отомстить. Как он мог упустить её? Он делал это не ради Института Вэньсин — а... он делал это для своей личной мести.

Цзюнь Мосе наклонил голову и улыбнулся:

«Одарённые учёные из Института Вэньсин,

Неужели вы верно ведёте себя?

Я бы лучше отвёз лошадь в бордель,

Нанял баб и оттрахал, как я захочу...

Не откажусь от каких-нибудь преступлений, разврата,

Если такие дебилы к власти придут!

Если это – лучшие, кого Институт может предложить Империи?

Почему вы ведёте себя, как жених, что с любовницей шпёхается каждую ночь?»

Он очень легко говорил эти строки, в самом деле, казалось, будто он небрежно ругает кого-то на дороге. Однако предполагаемые слушатели уделили им должное внимание. Глаза Императора заблестели, и выражение его лица стало задумчивым.

Все большие шишки задумчиво смотрели также.

Все вдруг вспомнили, что желание Института Вэньсин выйти победителем всегда было сильным и необузданным в каждом конкурсе в прошлом…

Неожиданно, взгляды всех повернулись к Цзюнь Мосе: «Был ли этот ребёнок искренне не заинтересован в этом конкурсе? Или он это намеренно?»

Все выглядели очень разочарованными. «Сама мысль об этом... слишком... убогая...»

Цзюнь Мосе тем временем нахмурился, встал и медленно пошёл прочь от своего места. Он шёл словно бы вперёд, но… двигался назад. Казалось, что невидимая рука толкает его назад. Движения юного мастера Цзюнь были очень странными и неестественными... но... свободными и лёгкими.

Любой человек из его предыдущего мира сразу бы узнал его движения. Это был коронный приём Майкла Джексона — легендарная «лунная походка»! Всемирно известные движения из его предыдущего мира теперь будут и в этом…

Жаль, что никто из плебеев этого мира не мог оценить его искусство. Эти люди были совершенно слепы к очаровательным и кокетливым движениям молодого мастера Цзюнь. «Эх... талант есть, но никто не может понять это... Этот мир не понимает таланта! Так что я не ожидаю, что эти люди поймут это. Но я не отступлю сегодня!»

Все в главном зале смотрели на него, как на дурака. Они чувствовали, что больше не могут смотреть на это. «Внук Цзюнь Чжан Тиана – шут; как может семья Цзюнь терпеть такой кусок… того, о чём он стихи сочинял!» Все были безмолвны...

Затем они увидели, как он резко повернулся... и перешёл к рваным, но странно плавным движениям.

Надо признать, что если бы Цзюнь Мосе демонстрировал эти движения в своей предыдущей жизни... они считались бы чрезвычайно жесткими танцевальными движениями, и были бы помечены как шедевры танца. На самом деле, это не могло быть сделано без должного основания и подготовки. Но как Цзюнь Мосе мог выполнять эти движения?

Однако люди этого мира могли ассоциировать эти чрезвычайно трудные и художественные движения высокого уровня с действиями, совершаемыми мужчиной в спальне; даже женщины подумали то же самое о его «танцевальных» движениях. Они посмотрели на это провокационное движение его нижней части тела...

- А-а-ау! – Цзюнь Мосе закричал, казалось, он застонал. В главном зале была принцесса... вместе с несколькими другими замечательными молодыми леди и Императрицей... Они все проклинали в ярости: «Этот человек чрезвычайно пошлый! Ему не стыдно! Он действует таким образом перед столькими людьми!»

Глаза Дугу Сяо И стреляли огнём, в то время как красивое лицо принцессы Лин Мэн стало мертвенно-бледным. «Это крайне позорно! Это слишком вульгарно!»

«Послушайте меня... потому что я говорю со страстью,

Ужасные не сделают,

Не говори мне, что любишь меня,

Я слишком плох.

Не увлекайся этим старшим братом,

Этот старший брат-легенда,

Не провоцируй меня,

Я заставлю тебя харкать кровью».

Цзюнь Мосе читал эти стихи под взором публики. Тем не менее, тон его голоса был недопустимым, но он продолжал:

«Не смейся со мной,

Ведь я – твой отец,

Не связывайся со мной,

Я отрублю твой конец.

Сердце моё – хуже пустыни,

Я убью тебя и сожгу всё,

Ты смеешь меня позорить?

Пошёл ты на х*й!»

Когда Цзюнь Мосе закончил — его пальцы указали на одарённых учёных Института Вэньсин. Его выражение лица пылало яростью и убийством: «Я ещё не старался, старые пердуны! Думаете, можете смущать меня? Хер вам в рыло, сраные уроды! Ты разве не знаешь кто я, старик?»

Поднялся дикий шум в аудитории.

Кто были его слушатели? Они были государственные должностные лица, высказывающие свою точку зрения на протяжении большей части своей жизни. Они терпели каждое оскорбление и внимательно подбирали свои слова, чтобы отказаться от любой пошлости в своей речи. Тем не менее, Цзюнь Мосе прямо указал на своих оппонентов и оскорбил их.

Каждый стих был словно ударом. Затем, в конце, он указал пальцем в сторону учителей Института Вэньсин. Кроме того, он угрожал и оскорблял кого-то из старшего поколения.

- Ты... ты... ты... – Мэй Гао Цзе и Конг Лин Янь были почитаемыми учёными. Им никогда не хамили так раньше! И мало того, что развратник оскорбил их перед высокопоставленными чиновниками — он это сделал перед Императором! Они были крайне возмущены. Их тела начали лихорадочно дрожать, даже их бороды. Их лица посинели, глаза выкатились назад... казалось, что они вот-вот упадут в обморок от чрезмерного гнева...

- Ты проклятое злое существо! – Цзюнь Чжан Тиан вскочил. Его борода растрепалась, когда он гневно спустился вниз. Он не сдерживал своих сил и очень сильно ударил внука по заднице. Цзюнь Мосе чуть не полетел в облака в тот момент и уже планировал поцеловаться с колонной главного зала. Его мозг вылетел бы из черепа, если бы он попал в колонну.

Однако, за секунду до... появился человек и спас его.

Но кто?

Напротив дедули Цзюнь... стоял Дугу Цзенхэн.

Эти двое работали вместе много лет. Ну, как им не знать настроение друг друга? Он поймал Цзюнь Мосе. Его глаза расширились, и он закричал:

- Цзюнь Чжан Тиан! Ты что, идиот? Ты хочешь убить единственного оставшегося наследника своей семьи?!

- Никто пусть даже не пытается остановить меня! Я должен убить эту тварину! Мы потеряли честь! Он запятнал имя семьи Цзюнь! Если я не преподам ему урок, он никогда не сумеет вести себя как следует! – Цзюнь Чжан Тиан словно сошёл с ума от ярости. Его глаза покраснели и вот-вот вылезут из орбит. Казалось, что он собирается убить внука на хрен.

Тем не менее, эти слова заставили других гражданских и военных чиновников презирать его: «Какую честь он запятнал? Цзюнь Чжан Тиан, ты хоть знаешь, что такое честь? Ты уже не привык к поведению внука? Сколько раз он уже запятнал имя семьи сегодня? Но ты говоришь только о том, чтобы убить его сейчас? Вдруг ты изменил свое отношение и желаешь преподать ему урок? Это очень похвально!»

Однако они сдержали эти проклятия в своих сердцах и последовали за дедушкой Дугу. Все бросились к Цзюнь Чжан Тиану, чтобы держать его за руки и ноги. Как ещё они могли бы справиться с этой ситуацией?

Танг Юань кричал в тревоге:

- Он мёртв... Он мёртв, кто-нибудь, спасите его! Третий молодой мастер, мой хороший брат... пожалуйста, не умирай... А-а-а-а! – слёзы и сопли Танг Юаня полились на Цзюнь Мосе, словно волны прилива.

Стало так шумно, что Император вдруг яростно ударил о подлокотник Императорского престола и гневно закричал:

- Тихо! Заткнитесь! Какой позор!

Сила была такой, что все сразу остановились на своих местах и посмотрели друг на друга. Они почувствовали, что их силы исчерпаны.

- Ваше Величество, пожалуйста, рассудите нас. Пожалуйста, накажите этого бесстыдного и бешеного молодого сопляка! – Мэй Гао Цзе плакал горькими слезами, встав на колени на пол. Многие молодые студенты за эти годы терпели неудачу и добивались успеха. Однако кто-нибудь когда-либо унижал его такими вопиющими оскорблениями? Этот случай был чрезвычайно унизительным для него.

Цзюнь Мосе лежал без сознания на земле. Уголки его рта опустились вниз.

- Я очень разочарован сегодняшним днём! Очень разочарован! Как могут великие семьи грызться день и ночь? Как может Институт Вэньсин быть таким мелочным и недалеким вместо того чтобы содействовать на благо простого народа? Это дело заканчивается прямо сейчас! Все вы возвращаетесь домой!

Все были поражены тем, что услышали. Император произнёс эти слова очень серьёзным тоном.

Именно тогда все услышали звук поспешных шагов. Внезапно раздался тревожный голос:

- Чрезвычайное происшествие!

Военнослужащие посмотрели вверх. Битва была тем, чего эти кровожадные старшие жаждали, но не смогли получить удовольствие в течение длительного времени.

Императорский гвардеец поспешил, встал на колени и отдал Императору свиток.

- Волна зверей Суань из леса Тянь Фа атакует наши южные провинции? Как это возможно? – Император нахмурился. Он усомнился в том, что прочёл. Его хмурый голос был очень тихим. – Всё человечество в опасности. Неужели все так серьезно?

Глава 293.1. Нападение на убийцу (часть 1)!

Внутри уединённой комнаты…

Стояла декоративная шахматная доска…

Черно-белые солдаты вели бой. И бой получился очень тяжелым.

- Брат Вэнь, как вы относитесь к сегодняшним событиям? – Его Величество аккуратно поставил фигуру на доску.

Вэнь Кан Ю сидел напротив него. Он был одет в чёрные одежды. Лучший друг Императора словно бы украшал эту комнату своей одеждой.

- Трудно определить. Не было колебаний Ци на его теле, в этом я уверен, – выражение лица Вэнь Ю оставалось спокойным. Однако его глаза сверкнули, когда он увидел, как его белая пешка упала на доску.

- Брат Вэнь, ты веришь, что сможешь убить моего ферзя этой пешкой? Это не так просто, ах, – Его Величество объяснил этот шаг и продолжил. - Но я всегда чувствовал, что младший семьи Цзюнь не очень подходит. Что ты думаешь?

- Он гораздо больше, чем подходит, – мистер Вэнь закрыл глаза и подумал некоторое время. Затем он продолжил:

- Этот Цзюнь Мосе очень странный. Он действовал зло и без забот. Он казался развратником, который наслаждался шутками. Но он, похоже, не притворялся, насколько этот старик обеспокоен.

- Старший брат Вэнь... - слегка опустил голову Его Величество. Он поднял палец к виску и помассировал его.

- Возможно, он боялся открыть себя всем! – мистер Вэнь говорил задумчиво. Очевидно, что он изучал движения Цзюнь Мосе очень чётко, и обдумывал их. Он просто использовал эту возможность, чтобы высказаться:

- Он не хотел выдавать себя перед всеми, в том числе и Его Величеству.

- О, это то, что ты имел в виду, – Его Величество убрал шахматную фигуру с доски, но остановил её на полпути:

- Откуда ты знаешь?

- Нет разумных слов, чтобы доказать. Но я считаю, что Цзюнь Мосе использовал своё известное поведение, чтобы показать свое высокомерие всем, однако, он также сказал тебе одну важную вещь, – Вэнь Кан Ю улыбнулся.

- Он не намерен оспаривать структуру власти! – Его Величество дал ответ сам себе. - Его действия говорили мне это очень ясно, чтобы я мог чувствовать себя спокойно, так что я никогда не должен бояться его. И он использовал свое оскорбительное отношение, чтобы информировать меня о неудачах системы образования Небесного Института Литературы Вэньсин. Он пытался рассказать мне о необоснованных недостатках их так называемых «одарённых учеников»! Он хотел, чтобы я увидел невидимые угрозы со стороны коррупционеров и чиновников. Его скрытая любовь к благополучию Империи оставляет меня в долгу».

- Да. Это верно. Вот такой он человек. Необязательно опасаться его. Система образования Вэньсин превосходила на протяжении многих лет, и их вклад в Империю нельзя отрицать. Однако за последние несколько лет они сосредоточили слишком много внимания на воспитании талантов, но забыли сформировать свои таланты с правильным нравственным образованием. Ученые Вэньсин блестящие на вершине, но шаткие на базе. Они выращивают талантливых людей, но они не более чем просто талантливых. Они сделали хороший временный выбор. Но когда речь идет о благосостоянии народа и поиске соответствующих лидеров для решения проблем общества — их ученые далеки от нужных людей!

Итак, скрытые проблемы Вэньсин – это просто небольшая проблема.

Есть некоторые необыкновенные таланты в группе молодых наследников могущественных семей Тянсян. Но главный центр внимания не очень большой. Есть только два человека достаточно талантливых для нас, чтобы думать о них, – Вэнь Ю улыбнулся. – Один – Ли Юран, а другой – Цзюнь Mосе!

- Ли Юран? – Его Величество Император улыбнулся. - Ли Юран очень амбициозный, но странный. Он никогда не раскрывает свои чувства и ведёт себя очень гладко - не прикопаешься. Я часто слышал, как люди говорят, что он очень талантлив, и что его стратегия может выиграть войну, когда его войска ещё в ста милях. Он может быть очень талантлив, но просто врожденный талант не заслуживает внимания.

- Почему? – Мистер Вэнь был озадачен таким поворотом в разговоре. Он не мог понять, почему талантливый гений не заслуживает внимания.

- Возможно, Ли Юран не воспринимал его сам, но он имел все средства, все исследования и каждый навык... но у него нет основного атрибута. У него есть всё необходимое, чтобы когда-нибудь стать великим чиновником, и, вероятно, он был бы очень заметен в своей карьере. Тем не менее, его черты больше совпадают с чертами чиновника, а не правителя!

Император улыбнулся:

- Таким образом, Ли Юран может, в лучшем случае, стать высшим должностным лицом, но его амбиции будут препятствовать его росту в тот момент. Он будет считаться достойным моих забот, если бы он был в состоянии сделать один шаг дальше, но он не имеет того что нужно, чтобы быть монархом! Его амбиции не достойны моей похвалы. Уверен, что его амбиции со временем исчезнут. Так почему мы должны волноваться?

Был ли заговор? Ли Юран слишком привык действовать из-за кулис. Он не будет действовать, если выйдет на фронт. Его привычки помешают ему привыкнуть к роли Императора! Тем не менее, Император должен быть фигурой с головой. Он обязан предстать перед публикой в открытую. Поэтому Ли Юран временно является мишенью для наблюдения, но только временно. Мы просто должны обратить внимание на его движения, чтобы увидеть, сможем ли мы использовать его, но не более того. Однако нет необходимости исключать его из картины, так как он может вызвать некоторые волны, но он не сможет начать цунами.

Его Величество Император исключил из списка знатных личностей гения номер один города Тянсян.

- Ум Вашего Величества действительно восхитителен, - тщательно подумал Вэнь Кан Ю и одобрил это. Он должен был признать, что аналитический мыслительный процесс его друга действительно намного превосходит его собственные способности. Было огромное различие между мыслительным процессом монарха и военным ученым. Оно было похоже на пресловутое расстояние между небом и землей.

- А вот Цзюнь Мосе намного опаснее чем Ли Юран. Контраст в угрозах, которые они представляют, настолько массивен, что его нельзя даже упомянуть на одном дыхании. Прогресс Ли Юрана будет ограничен в какой-то момент. Но Цзюнь Мосе – это затаившийся дракон. Он должен взлететь высоко, когда он вырастет и расправит свои крылья. Он ясно дал понять, что у него нет жажды власти, но он станет кем-то примечательным независимо от того, как будет развиваться его жизнь. Ли Юран может превратиться в облака и создать дождь одним жестом, но он является управляемым. Тем не менее, Цзюнь Мосе станет неизменным хозяином меча, как только он созреет. И никто не сможет его остановить!

Его Величество глубоко вздохнул:

- В настоящее время в континентальных странах несколько таких людей. Однако, эта земля никогда не видела такие таланты, как у Цзюнь Мосе и Ли Юрана. Хотел бы я пятьдесят лет сидеть и смотреть на этих двух молодых людей. Их достижения могут стать столпами этой империи, как только они достигнут своего возраста! Они могли бы писать историю! Кроме того, их природа очень проста. Это позволило бы им сохранить баланс сил. Поэтому они подходят для того чтобы стать отличными партнёрами! Однако я не знаю, что эти дети для будущего моей империи Тянсян — благословение или проклятие?

- Его Величество находится в расцвете молодости. Он молод и энергичен: откуда такие мысли? - Вэнь Кан Ю проговорил в утешительном тоне.

- У меня ясные представления о моём реальном физическом благополучии. Возможно, моё тело будет сохраняться в течение 10-20 лет, но не намного дольше. Эффект боли от этих ран начнёт оказывать свой эффект со временем. Даже Злой Король Лекарств ясно дал понять, что я не буду жить долго. Так что нет необходимости успокаивать меня.

- У меня только одна проблема и она причина моих глубочайших забот. Я встретил двух людей, которых мир никогда не видел. Я могу держать их в узде, пока я буду жить. Но как только я умру... мои трое сыновей не умеют контролировать себя. У них нет умения подавить даже одного из этих двух детей, когда они расправят крылья... - Его Величество вздохнул с чувством разочарования.

- Четыре моря спокойны. Границы мирные. Каждая семья верна престолу. Я считаю, что такого случая не будет в ближайшее время, – Вэнь Кан Ю продолжал. - Его Величество может быть уверен.

- Это отсутствие возмущений в ситуации и является главной причиной моей нерешительности. Возможно, брат Вэнь ещё этого не видит... но Цзюнь Мосе и Ли Юран уже сместили баланс старшего поколения. Эти двое являются ключевыми в балансе нынешней гражданской и военной ситуации. Если кто-то вызовет неприятности... этот баланс сломается в одно мгновение, и это преобладающее внутреннее спокойствие будет разорвано на части. Эти двое решили сохранить этот баланс на данный момент. Однако нет никаких гарантий, что они будут и в будущем. Вред, который они могут причинить, не незначителен. В будущем обязательно наступит полный звездец.

- Идея Его Величества... это... ликвидировать их...? – Вэнь Кан Ю размышлял над словами Его Величество некоторое время. Затем он опустил голову и спросил мягким голосом.

- Семья Цзюнь страдала очень много. Как я могу устранить их единственного выжившего наследника?

Его Величество горько улыбнулся. Однако мистер Вэнь не был убежден в его словах.

- Давайте просто скажем, что это не подходящее время. Подумай об этом, брат Вэнь... если Цзюнь Мосе умрет, в Империи начнутся массовые беспорядки. Империя будет в состоянии выдержать такой ураган? Если он должен умереть — он должен умереть от несчастного случая. Иначе сейчас не подходящее время его ликвидировать. Вся фракция Цзюнь проведёт контратаку. И это станет ситуацией жизни и смерти. Мы не можем сделать шаг, пока не распадется фракция Цзюнь.

Он вздохнул:

- Более того, давайте не будем забывать, что Цзюнь Мосе поддерживается и другой семьей, кроме Цзюнь. Их сила может быть не такой грозной, как поместья Сюэху или Города Серебряной Метели, но их возмездие во время смерти Цзюнь Ву Хи потрясло весь континент!

Он вздохнул с безграничным сожалением. Казалось, что сожаление в этом вздохе произошло из глубочайшей бездны его души.

Вэнь Кан Ю мог сказать, это было очень ясно по вздоху, который он только что услышал. Однако он не мог сказать, почему Император решил показать эмоции своего сердца в связи с этим делом. Он не мог понять, почему Император пожалел и раскаялся в этом инциденте…

- Семья Донг Фанг! Самая мощная в мире семья убийц! – Вэнь Кан Ю широко открыл глаза, когда воскликнул, - они не исчезли восемь лет назад? Цзюнь Мосе поддерживает семья Донг Фанг?

- Ты правильно догадался! - Его Величество Император болезненно закрыл глаза и задрал голову вверх. - Когда Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэн были таинственным образом убиты в бою... лучшие убийцы семьи Донг Фанг внезапно и судорожно решились взять реванш. Они вышли, чтобы противостоять Империи Тянсян; они вышли, чтобы противостоять Городу Серебряной Метели. Они вышли противостоять всему континенту. И они залили весь континент кровью, чтобы отомстить за смерть Цзюнь Ву Хи! Почти все иностранцы Города Серебряной Метели были убиты за год. Несколько генералов, которые были против Цзюня Ву Хи на поле боя были также убиты! Вот как я получил эту травму... семья Донг Фанг отправила семнадцать своих лучших убийц, чтобы убить меня, и они нанесли мне эту ужасную рану. Я до сих пор не смог оправиться от неё. Моё тело никогда не сможет оправиться от повреждений, вызванных этой травмой!

- Семья Сяо из Города Серебряной Метели не единственная, кто послал своих элитных воинов, чтобы соответствовать им — поместье Сюэху вышло, чтобы противостоять семье Донг Фанг тоже. Эти элитные воины сражались втайне. Эта битва длилась в течение одного года. В конце концов, семья Донг Фанг была подавлена. Син Юн и Бу Ю из семьи Сяо провели окончательный бой против семьи Донг Фанг. Ли Цзю Тиан и Фан Фанг Сюэ подписали соглашение, и они свидетельствовали о ликвидации половины семьи Донг Фанг в то время. Однако семья Донг Фанг не была ликвидирована. Они собрали своих молодых и отправились глубоко в горы, чтобы спрятать. Они поклялись во время их отступления — семья Донг Фанг никогда не покажется снова на материке... только если Заснеженный Пик-Меч разрушится под оползнем, и леса зверей Суань из Тянь Фа встретят свой конец!

- Нет, если Заснеженный Пик-Меч не рухнет под оползнем, и звери Суань из Тянь Фа не вымрут! – Вэнь Кан Ю знал об этой клятве. Однако он не мог не задрожать, когда услышал это снова.

- Пик-Меч находится на вершине заснеженных гор и остаётся там последние десять тысяч лет. Как он может рухнуть под оползнем? Звери Суань живут в их раю, Тянь Фа; как они могут погибнуть? Разве это не значит, что семья Донг Фанг никогда не выйдёт в открытую снова, да?

Глава 293.2. Нападение на убийцу (часть 2)!

- Это необязательно. Семья Донг Фанг отправит свои войска на случай, если кто-то тронет их защищённых. Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Mо Шу умерли в бою через пять лет после того, как они дали клятву. Семья Донг Фанг снова отправила свои войска. Они утверждали, что им нужно отомстить. Генералы Тянсян, командующие войной, не выжили... Головы этих генералов были брошены в Императорский дворец ночью. Там была записка. Она гласила: «Если с Цзюнь Мосе случится «несчастный случай» — то Императорский дворец станет следующей мишенью». Никто кроме меня не знает об этом. Даже Цзюнь Чжан Тиан!

И, брат Вэнь... прошло три года... и мы до сих пор не можем остановить тех убийц, – голос Императора стал злым. Там был сильный след от слабости и унижения.

- Цзюнь Мосе – последний выживший сын их дочери, последний внук их женского рода! А несчастный случай с его жизнью может привести к смерти всей королевской семьи!

Цзюн Чжан Тиан настаивал на восстании при их поддержке. На самом деле, он сломал все связи с семьей Донг Фанг! – Его Величество поставил белую шахматную фигуру на доску и случайно сбил несколько других. Его пальцы дрожали:

- Старший брат Цзюнь проявил непрекращающуюся любовь ко мне... я... я не могу так поступить с моим братом!

Потом он вдруг поднял глаза и сказал:

- Я должен это признать! Я могу... я Император! Я – монарх своей нации. Я никогда не буду отцом моей семьи Тянь! Император будет безжалостен... я всегда должен думать в пользу Империи. Я всегда должен думать о будущем этой страны. Я не могу позволить любой возможной угрозе моей Имперской силе существовать! И я не могу думать о чувствах моего брата, когда... столько всего поставлено на карту…

Возможно... это причина, почему пост Императора такой одинокий! Он должен быть отрезан от остальных... он должен быть отрезанным от остальных... да... – Вэнь Кан Ю молчал в течение длительного времени, прежде чем он глубоко вздохнул.

- Поэтому мы не сможем сделать никаких шагов в отношении членов семьи Цзюнь. Неважно, какую сторону они примут... мы не можем напасть на них. Даже если есть причина, чтобы устранить их... мы не сможем напасть на них! Если они умрут — они должны умереть в настоящем несчастном случае! И, что бы ни случилось... члены Королевской семьи не должны участвовать в этом несчастном случае, ни в каком качестве. Иначе... если нас раскроют... и семья Донг Фанг снова потеряет рассудок... Брат Вэнь... ситуация не такая, как десять лет назад. Мы потеряли Юн Би Чена! Если семья Донг Фанг вернётся... мой Тянсян будет в смертельной опасности!

- Настоящий несчастный случай... убийство такого человека, как Цзюнь Мосе в реальном несчастном случае... – мистер Вэнь вздохнул. - Будет очень тяжело…

- Не так уж и сложно! - Его Величество улыбнулся. В его глазах было сложное выражение. - Этот несчастный случай нужно удачно подгадать. И, к счастью, срок как раз представился! - затем он медленно вытащил свиток из рукава своего халата, а потом выкатил на шахматную доску.

- Волна зверей Суань? Его Величество намерен... – глаза Вэнь Кан Ю сузились и он вздохнул с облегчением.

- Этот инцидент произошел в южной части Тянсян. Ни одна другая страна в этом не участвует. Однако если силы поместья Сюэху падут... первым пострадает мой Тянсян!

Его Величество нахмурил брови, наклонил тело назад и сцепил руки на груди:

- Итак, нам нужно мобилизовать наши войска. И мощи этой армии не должно хватать. Поэтому каждая крупная семья из столицы должна будет предоставить добровольцев. Мы создадим армию элитных бойцов, а потом запросим добровольцев.

- Мы запросим добровольцев для этой армии из семей Муронг, Танг, Ли, Цзюнь... ха-ха. Вся столица будет опустошена, как только эти люди выйдут на юг, и я воспользуюсь этими днями и подготовлю моих сыновей.

И мы будем ждать, пока они вернутся. Я считаю, что вопрос может измениться с течением времени. Вся ситуация изменится к тому времени, как они вернутся, - Его Величество улыбнулся.

Смех Его Величества Императора стал холодным и злобным. Кто бы не одобрил такую силу? Кто бы не захотел присоединиться к такой огромной силе? Никто не будет обращать внимания на угрозы зверей Суань, прежде чем записаться в эту армию! Большинство останутся в тупике!

- Его Величество уже выбрал предводителя этой армии? – Вэнь Кан Ю спросил, хотя он знал ответ.

- Цзюнь Вуй! - Император чудовищно улыбнулся. - Кто, кроме Цзюнь Вуя, сможет возглавить эту армию? Есть ли более подходящий кандидат? – холодный свет блеснул в глазах Императора. «Не знаю, почему ты организовал аукцион в Аристократическом зале, Цзюнь Вуй... но на этот раз я опередил тебя на шаг. И я собираюсь помешать твоим планам! Эти звери Суань из Тянь Фа... пришли как благословение!»

За пределами Императорского дворца лицо Цзюнь Мосе было тёмным. Казалось, что его острые орлиные глаза гневно смотрели на Императора. Он едва сдерживал себя.

Молодой мастер Цзюнь активировал Искусство разблокировки Небесной удачи, чтобы обнаружить любых шпионов в окрестностях. Однако он наткнулся на что-то очень неожиданное. Он прошептал:

- Жирный, я просил тебя собрать травы. Сколько у тебя готово на данный момент?

- Я только начал. Сколько ты думаешь? – Танг Юань был ошеломлён. Молодой мастер Цзюнь попросил его собрать несколько редчайших трав несколько дней назад. Поэтому было бы странно, если бы ему каким-то образом это удалось за столь короткий промежуток времени.

- Слушай, я хочу, чтобы ты собрал эти травы для меня в кратчайшие сроки. Мне неважно, как ты будешь действовать для того, чтобы выполнить эту задачу. Чем быстрее, тем лучше! Сделай публичное объявление, если нужно. Ты должен приобрести их, даже если придётся заплатить двойную или тройную цену! Кроме того, я упомянул три специальные травы... если ты найдёшь их – бери, независимо от того, насколько астрономической будет их цена! В основном, я хочу их как можно быстрее, и мне плевать на стоимость или средства. Я хочу, чтобы ты посылал мне травы, которые ты приобретёшь, каждый день... и я хочу, чтобы ты посылал мне партию утром, днём и вечером. Даже если ты приобретёшь только одну траву — я хочу, чтобы ты прислал её мне. Я хочу их все как можно скорее! Ты понимаешь?

- Я понимаю! Я сделаю все возможное! - Танг Юань почувствовал срочность. Поэтому он согласился без колебаний.

Цзюнь Мосе сделал длинный вдох, его глаза казались очень спокойными. Он повернулся и уставился на Императорский Дворец, который рябил в глазах под золотистыми солнечными лучами.

Он вспомнил своё выступление на мероприятии, внимательно обдумал его, а затем успокоился.

Император подозревал его. Он понял это на аукционе Аристократического зала. Этот праздник в Императорском дворце просто был проверкой Императора. Неважно, насколько высокомерно действовал Цзюнь Мосе... неважно, насколько тщательно он планировал своё поведение... неважно, насколько скрупулёзен он был... он всё равно не смог бы изменить этот факт.

Он нашёл только временное облегчение, когда отказался от своей гордости, и вернулся к тому, предыдущему Цзюнь Mосе. Тем не менее, эта временная помощь позволила королевской семье стать более агрессивной в своих действиях против семьи Цзюнь.

Тем не менее, Цзюнь Mосе предпочел бы умереть, прежде чем он отступит! «Если у тебя есть яйца - это ещё не значит, что ты мужик! Только несгибаемый дух сделает тебя мужиком!» – это учение стало девизом Убийцы Цзюнь.

Таким образом, даже, несмотря на то, что Цзюнь Мосе вёл себя, как развратник, с большинством людей внутри Императорского дворца, он продемонстрировал свое истинное и безудержное высокомерие в реальности. Он сделал это, потому что пришёл к осознанию одной важной вещи, когда Жирный Танг вернулся в главный зал со стулом, висящим на жопе…

Если бы Император хотел сделать шаг против семьи Цзюнь... ему не нужна была бы причина! Даже если бы Цзюнь Мосе был действительно бессмысленным развратником, и Император решил ликвидировать его... он сделал бы это без задней мысли. С другой стороны... если бы Император не захотел сделать шаг против семьи Цзюнь... он никогда бы этого не сделал. Даже если бы Цзюнь Мосе был самым талантливым человеком во всей Империи — ничего бы не случилось с их семьей.

Цзюнь Мосе понял, что его страхи беспочвенны.

Более того, на данный момент у семьи Цзюнь была определённая защита. Репутация Одинокого Сокола как одного из «Восьми Великих Мастеров» вряд ли подведёт их в течение следующего года. Что касается того, что будет дальше... Цзюнь Мосе был уверен, что любой человек, который захочет сделать шаг против семьи Цзюнь, в конечном итоге, заплатит за это очень большую цену.

Цзюнь Мосе не планировал затягивать дело с Городом Серебряной Метели слишком долго.

Он вздохнул, вспомнив, что у него в руках Ядро Суань. Это Ядро Суань ждало момента, чтобы повысить силы человека. Идеальный кандидат тоже был. Тем не менее, у него не было необходимых трав…

Пагода Хунцзюнь, Пламя Первобытного Хаоса и Печь Удачи были готовы... но у него не было необходимых трав.

Цзюнь Мосе нахмурился, вздохнув.

За последние несколько дней Цзюнь Мосе несколько раз читал книгу «Народные средства защиты». На самом деле, он запомнил условия для каждой травы и ингредиента наизусть. Тем не менее, Цзюнь Мосе пришёл к пониманию, что он сможет только создать некоторые лекарства низкого уровня. Более того, успех этого процесса переработки не был обязан быть очень высоким.

Второй уровень Искусства разблокировки Небес удачи позволил ему только уточнить лекарства, которые могли бы повысить навыки человека. Кроме того травы, необходимые для переработки этих так называемых низкоуровневых препаратов, не были особенно ценными или редкими, чтобы найти их. Тем не менее, Цзюнь Мосе был очень недоволен этим, так как инструкции по книге показали, что эти лекарства могут увеличить навыки человека, но они будут делать это только временно. Эффект от этого повышения не будет постоянным и не будет длиться более 8-10 лет. Кроме того, эти препараты нельзя принимать постоянно.

Это заставило Цзюнь Мосе быть очень удрученным.

Следовало отметить, что Ядро Суань девятого уровня может повысить мастерство человека на многие уровнях за один раз. Более того, препарат даже игнорирует ранг и уровень человека. Итак, как можно сравнить этот эффект с временным улучшением? Есть некоторые узкие места, которые человек не может преодолеть в своей жизни. И большинство людей никогда не смогут достичь более высоких уровней даже после их смерти.

Именно поэтому Верховные Мастера были в таком меньшинстве.

Цзюнь Мосе ожидал слишком многого. Он открыл только второй этаж Пагоды. Таким образом, способность создавать препараты была больше, чем он должен был попросить! Ядро Суань девятого уровня было очень дорогим. Сколько подобных существует на свете? Даже если их было больше нескольких... сколько людей могло бы приобрести их?

Следует отметить, что некоторые люди смогли приобретать лекарства, которые могли бы повысить их силу, но никто никогда не создавал лекарство, которое будет способствовать развитию навыков любого человека на постоянной основе.

Его методы позволили бы ему производить препараты, которые могли бы повысить мастерство человека на 8-10 лет. И стоимость сырья тоже была не очень высокой. Новость об этом вопросе может создать беспрецедентный шум в мире.

Более того, молодой мастер Цзюнь запланировал массовое производство этих лекарственных средств. Таким образом, его способность производить более мощные лекарства, вероятно, будет увеличиваться с повышением его эффективности переработки.

Однако человек с животом, полным пищи, никогда не понимает нужды голодного человека.

Цзюнь Чжан Тиан сидел в седле своей лошади. Он смотрел на внука с напряжённым и неподвижным выражением лица. Однако внутри он чувствовал себя очень счастливым.

Он не верил, что выступление Цзюнь Мосе в Императорском дворце приведёт к чему-то значительному. Поэтому ему было всё равно. «Кто в этом городе Тянсян посмеет навредить моему единственному внуку? В самом деле, кто в этой Империи посмеет причинить ему вред?

Мой внук поднимется на вершину! Вот что сделает семья Цзюнь!»

Внезапное изменение произошло перед всеми, в то время как дедушка Цзюнь был в состоянии спокойствия!

Под солнечным светом внезапно появилась странная тень. Она появилась из кроны дерева на обочине и с беспрецедентной скоростью бросилась к Цзюнь Мосе.

Она приблизилась к груди Цзюнь Мосе в мгновение ока.

Точность и время нападения были беспрецедентными.

Время и скорость были настолько беспрецедентны, что даже Цзюнь Чжан Тиан, эксперт Суань Неба, не смог отреагировать вовремя. Этот инцидент произошел перед Императорским дворцом. Кто-то решил убить Цзюнь Мосе в самое неожиданное время.

Каждый чувствовал себя, словно во сне, они беспомощно наблюдали, как тень пробивает в грудь Цзюнь Мосе, и в мгновение ока снова уходит в крону дерева. После чего исчезла без следа…

От начала и до конца — всё произошло в мгновение ока!

Глава 294.1. Острие меча (часть 1)

Цзюнь Мосе сразу же повернулся, чтобы успеть проследить за убийцей. Никто не заметил ничего, так как всё внимание было зафиксировано на Цзюнь Mосе.

Прежде чем кто-либо, в том числе и дедушка Цзюнь, успели хоть что-нибудь почувствовать... Цзюнь Мосе взревел:

- Наа!..

Но всем, кто не внимательно слушал, казалось, что он крикнул:

- Маа!

Грудь Цзюнь Мосе была пробита. Это означало, что он должен был быть весь в крови. Однако он не умер. На самом деле, он чувствовал себя прекрасно. На его теле не было ни одного пятна крови, и он не пострадал!

Все уставились на него с удивлением. «Что происходит? Грудь Цзюнь Мосе пронзил... меч?.. Так как он…»

Чувства Цзюнь Мосе подняли тревогу в тот момент, когда он вошёл в зону досягаемости убийцы. Он был жутким убийцей в своей прошлой жизни. Он приобрел бесценный опыт в искусстве убийства. Его интуиция стала очень чувствительной. Поэтому он почувствовал, что кто-то намеревался убить его ещё до начала нападения.

Выражение Цзюнь Мосе оставалось прежним, но он был мысленно готов к нападению.

Однако скорость движений убийцы удивила даже молодого мастера Цзюнь.

«Он очень быстрый!»

Убийца пришёл, как тень, и попытался пробить грудь Цзюнь Мосе. Он был настолько быстр, что Цзюнь Мосе едва сумел подготовиться. На самом деле, он приблизился так близко, что Цзюнь Мосе на самом деле почувствовал холодную сталь меча убийцы.

Цзюнь Мосе был единственным человеком, который мог видеть глаза нападавшего: они были лишены всякого тепла. Они были мертвенно неподвижны. На самом деле, холод в его глазах ничем не отличался от холода в глазах мёртвых рыб.

«Его скорость такая, что он кажется тенью!

Этот человек слишком быстрый! Слишком поздно уворачиваться!»

Его многолетний опыт оказался бесполезным перед скоростью убийцы. Удар был бы смертельным!

Затем Цзюнь Мосе принял быстрое решение. У него не было выбора, кроме как выдать себя. Третий молодой мастер быстро использовал свой величайший козырь и сбежал в Пагоду Хунцзюнь, чтобы спасти свою жизнь. Но скорость этого была такой, что всем казалось, будто меч успел пройти через его грудь.

Затем он мгновенно вышел из Пагоды и возобновил ту же позу тела. Всё это случилось в мгновение ока. Это было слишком быстро для любых глаз, чтобы понять. Так кто мог подозревать, что Цзюнь Мосе использовал сверхъестественное средство, чтобы спасти свою жизнь?

Итак, все закричали в тревоге.

Свет Суань Земли этого человека остался ещё на мгновение, а затем он начал вторую попытку.

Цзюнь Чжан Тиан уже встал перед внуком. Его тело окуталось голубым светом, когда он активировал всю свою силу. Затем он вдруг начал бить прямо перед собой. И каждый из его ударов взрывался в воздухе, как гром. Было очевидно, что он использовал все свои силы.

Однако его атаки поразили только воздух.

Этот огненный жёлтый свет рассеялся в тот момент, когда он соприкоснулся с синим светом. Тогда он исчез без следа — как будто за ним вообще не было силы.

Уровень Суань Ци нападавшего не мог считаться очень высоким, так как он был только на пике уровня Суань Земли. Однако его скорость была странно быстрой.

Одинокий Сокол прославился своей скоростью. Тем не менее, Цзюнь Мосе посчитал, что он сможет только соответствовать скорости убийцы и ничего больше.

Он был так быстр, что ему удалось оставить после себя свои послеобразы?! Насколько ужасна его скорость?!

«Как может простой эксперт Суань Земли иметь такую невероятную скорость?»

Цзюнь Мосе был не единственным, кто не мог этого понять. Все остальные вокруг него были экспертами Суань, но они тоже не могли ничего понять. «Действительно ли существует человек с такой скоростью?»

Цзюнь Мосе тупо улыбнулся, когда он понял, что все были на страже против врага:

- Не волнуйтесь. Он очень быстрый, но я думаю, что он может ударить только один раз с такой скоростью. Разве он не был бы круче Юн Би Чена, если бы мог продолжать атаковать?

Вдруг все пришли в себя. Они поняли, что даже, несмотря на то, что скорость убийцы была ужасной — он мог нанести удар только один раз. «Но есть только несколько людей, которые могли бы избежать этого удара…

Даже эксперт Суань Неба получил бы серьёзные травмы. Он бы не умер, но он наверняка был бы ранен очень серьёзно. Итак, как Цзюнь Мосе смог избежать этого нападения?»

Однако никто не знал, что молодой мастер Цзюнь был покрыт холодным потом. Страх перед этим событием всё ещё холодил его сердце.

«Такой молниеносный смертельный удар!» Он никогда не слышал о такой скорости, даже в своей предыдущей жизни.

Даже уникальные методы убийцы Цзюнь Мосе не справились с этим.

Такая скорость превзошла вершину возможностей человеческого организма.

Это не означает, что никто не мог этого добиться, поскольку это могли сделать Высшие Мастера. Например, это не было бы удивительно, если бы Одинокий Сокол был в состоянии соответствовать этой скорости на пике своих способностей или даже превзойти её. Но эта скорость была продемонстрирована человеком, который был простым экспертом Земли Суань. Она действительно вышла за рамки ожиданий.

Цзюнь Мосе всегда был очень самоуверенным. Он смотрел на великих воинов мира и военачальников, и чувствовал, что его возраст был единственной причиной, по которой он их не превзошёл. Он очень гордился своей скоростью. На самом деле, он был настолько быстрым в своей предыдущей жизни, что однажды уклонился от пули, которая была выпущена из снайперской винтовки всего в 10 метрах. Ни один волос не слетел с его головы тогда.

На самом деле, его скорость не идёт ни в какое сравнение, ни с кем в этом мире, после того как он активирует Искусство разблокировки Небесной удачи. Однако он не смог уклониться от этого грозного удара смерти с помощью своего обычного метода.

Не мог он сказать, что его скорость была быстрее, чем скорость пули, выпущенной из снайперской винтовки? Пуля из снайперской винтовки могла перемещаться со скоростью девятьсот метров в секунду. Это было почти в три раза больше скорости звука.

Цзюнь Мосе был крайне шокирован. Ему удалось увернуться от этой грозной атаки, но он так вспотел, что его одежда пропиталась потом.

Цзюнь Мосе внезапно поразила идея. «Эксперту Земли Суань невозможно двигаться с такой скоростью. Тем не менее, иногда можно достичь такой скорости, если обладать уникальным навыком... это было бы чем-то похожим на навык самоуничтожения Хай Чэнь Фэна, но в скорости…

С такой точки зрения... убийца может быть не в хорошем состоянии после использования этой техники. На самом деле, он, возможно, ранен...»

Глаза Цзюнь Мосе стали суровыми, когда он смотрел в сторону, где скрылся нападавший.

«Этот человек действительно опасен!»

Очень повезло, что никто не пострадал в этой попытке убийства. Но все оставались на страже на пути домой. Между тем, Танг Юань отделился от них через некоторое время и поспешил в Аристократический зал, чтобы получить деньги за травы.

Вскоре они достигли ворот резиденции Цзюнь. Затем Цзюнь Чжан Тиан, наконец, задал своему внуку вопрос, который он откладывал всё это время:

- Мосе, как ты уклонился от этого удара? - он воздержался от этого вопроса по дороге домой. Он не ожидал и понял, что сам, возможно, не смог бы увернуться от этого удара. Итак, как его драгоценный внук смог избежать этой атаки? Цзюнь Мосе, по общему признанию, обладал некоторыми замечательными способностями, но это не было делом мастерства. Это был вопрос времени. Поэтому вполне естественно, что дедушка Цзюнь был сбит с толку.

Цзюнь Мосе тупо улыбнулся, глядя на дедушку. Но заговорил он серьёзно:

- Не волнуйся, дедушка. Пока я, твой внук — ни один человек не может убить меня, несмотря ни на что! Даже восемь Великих Мастеров не могут навредить ни одному волосу на моей голове. Я в этом уверен!

- Ах! – Цзюнь Чжан Тиана аж дрожь пробрала. «Разве этот маленький засранец не хвастается слишком много?»

- Дедушка, это касается моего самого большого секрета, – лукаво подмигнул Цзюнь Мосе. – Он может быть использован в качестве крайней меры, чтобы спасти мою жизнь при любых обстоятельствах. Ты же не хочешь, чтобы я раскрыл этот секрет?

- Я понимаю... – дедушка Цзюнь вздохнул с облегчением. Затем, он поднял брови и улыбнулся. Дедушка Цзюнь не спросил, в чём секрет. Он был зрелым человеком, который видел много чего в этой жизни. Итак, он, естественно, знал, что подлинные тайны должны храниться близко к сердцу. И чем больше число людей, которые знали об этом секрете, тем выше вероятность его разоблачения. Поэтому он не хотел больше спрашивать, пока знал, что внук обладает такими средствами.

- Мосе, тогда ты должен относиться к нему как к своей самой драгоценной тайне, – дедушка Цзюнь выглядел спокойнее, когда он предупреждал:

- Даже твоей будущей жене не рассказывай. Ты должен держать его запечатанным в своем сердце. Твоя жизнь будет зависеть от этого. Наличие такой возможности сродни козырю в рукаве. Это твоя тайная сила. Но ты потеряешь эту тайную силу, как только твой козырь будет открыт.

- Не волнуйся, Дед. Я понимаю, – Цзюнь Мосе сказал серьёзно. «Мой дедушка заботится обо мне от всего сердца». Никто никогда не проявлял к нему такой заботы ни в одной из его двух жизней.

- Его Величество, безусловно, развернёт свои войска на этот раз, – Цзюнь Вуй был единственным в семье, кто не пошёл на праздник Золотого Таланта Академии. Так дед и внук рассказали ему обо всём, что там происходило. Он произнёс тоном, отражающим его уверенность в себе:

- Его Величество обязательно примет меры на этот раз! Его Величество не прочитал бы это вслух по ошибке, даже если бы небо рушилось!

Дедушка Цзюнь кивнул, но молчал. Цзюнь Вуй сменил своего отца на месте главы семьи после выздоровления. Ответственность за принятие решений лежит на Цзюнь Вуе. Поэтому дедушка Цзюнь старался говорить как можно меньше, чтобы позволить Цзюнь Вую взять на себя бремя семьи. Он высказывал своё мнение только тогда, когда возникала крайне сложная или неожиданная ситуация. Даже тогда он просто предлагал свои взгляды, ничего больше. Он только «окунался» в дела наполовину. Он никогда не проявлял чрезмерного вмешательства.

- Кажется, я должен готовиться, – радостно усмехнулся Цзюнь Вуй. Его глаза упивались картинами битв. Давно забытый воин просыпался внутри него.

Глава 294.2. Острие меча (часть 2)

- А в чём причина? – Цзюнь Мосе был очень умным, но он не мог понять эту фразу. Он не мог понять, почему Цзюнь Вуй должен был готовиться, если Император должен был отправить свои войска в бой. Ему важно было знать, что лишь немногие знали о полном выздоровлении Цзюнь Вуя: он всё ещё был калекой в глазах простых людей.

- На самом деле, этот праздник Золотого Академического Таланта не был праздником, если строго говорить, – Цзюнь Вуй ответил. – Этот праздник был проведен для тебя, Цзюнь Мосе. Ты был самой главной причиной, почему это мероприятие было организовано! Ты бы по любому подвергся нападкам независимо от того, как бы ты действовал — даже если бы ты охотно принимал эти оскорбления. Твой ответный стих был вульгарным и пошлым... но ты смог придумать его за столь короткий промежуток времени. Это талант, в каком-то смысле. Поэтому праздник закончился сразу после твоего встречного стиха, тоже по указанию Императора. Это значит, что к тому времени Его Величество уже пришёл к заключению!

Цзюнь Вуй широко улыбнулся:

- Мосе, ты не видел обычных споров, которые происходят в Императорском дворе. Ситуация во дворце была хаотичной сегодня, но таких инцидентов было много в прошлом, некоторые были даже ещё хуже. Так почему же Император стал так нетерпим к ним сегодня? Вот почему... я думаю, что наша семья Цзюнь была настоящей мишенью Его Величества, маскируясь за этим событием! Мосе, ты, должно быть, оставил немного улик. И Император, будучи слишком подозрительным человеком, задал вопрос «Почему?» Он не подумает, что наши действия направлены на самосохранение. Он будет рассматривать их с ревностью и подозрением. Император будет думать, что мы претендуем на его место и планируем что-то большое! Независимо от того, были ли наши намерения коварными или нет!

Дедушка Цзюнь издал длинный вздох с другой стороны. Казалось, он не хотел слышать того, что было сказано здесь. Он уже думал то же самое, что Цзюнь Вуй рассказал сейчас. Однако он не принял этой точки зрения. Он знал, что это возможно, но не говорил об этом. «Думать так после того, как мы были словно братьями на протяжении многих десятилетий... Император будет относиться даже к своей семье таким образом...» Он чувствовал себя очень грустно при мысли об этом.

- Император очень подозрительный и осторожный человек по своей натуре. Поэтому я считаю, что он вряд ли воспользуется таким громким вариантом против нашей семьи Цзюнь. Он, прежде всего, будет стремиться ослабить силы нашей семьи мало-помалу. И я буду первым, на кого падёт удар. Это нападение волны зверей Суань из леса Тянь Фа предоставляет ему прекрасную возможность иметь дело со мной в первую очередь, – Цзюнь Вуй говорил эти слова непреднамеренно, но холодный и острый свет мелькнул в его глазах. Человек может видеть «общую картину».

Цзюнь Мосе озадаченно улыбнулся:

- Он серьезно ошибается, если думает так... Третий дядя, я провожу тебя в бой, если ты будешь вынужден уйти. Лес Тянь Фа – прекрасное место для нашей семьи, насколько я знаю!

Цзюнь Вуй сузил глаза:

- Ты хочешь пойти? Боюсь, ты тоже рискуешь жизнью в таком случае. Тем не менее, меня в основном беспокоит... – он взглянул на своего отца. – Если Мосе и я должны будем уйти в лес — вы будете одни дома...

Цзюнь Чжан Тиан осторожно рассмеялся:

- Он не будет принимать опрометчивые действия против меня. Будьте спокойны, наша семья Цзюнь еще не растеряла всю свою мощь. Зачем ему пытаться получить пиздюлей раньше положенного?

Цзюнь Вуй хлопнул себя ладонью по лбу:

- Твой ребёнок не считает так.

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Я и не ожидал, что этот вопрос будет беспокоить Третьего дядю так сильно...

Трое мужчин из семьи завершили свое обсуждение. Данное решение в этой ситуации было не окончательным и могло измениться.

Трое мужчин почувствовали, что это дело... ещё не закончено и ударит, когда они будут ожидать менее всего.

Особенно молодой Мастер Цзюнь. Он чувствовал, что он крепко взялся на это дело. Но зачем ему волноваться?

- Мосе, ты не можешь немного облегчить подготовку этих трёхсот охранников?.. Они очень устают. Похоже, ты заставляешь их бегать до того, как они научились ходить... – выражение Цзюнь Вуя было торжественным, когда он поднял этот вопрос.

Цзюнь Мосе некоторое время молча смотрел. Потом он потихоньку начал говорить:

- Третий дядя, я понимаю твою заботу, но мои требования к их обучению ещё безгранично далеки от того, какими я их вижу в конце! Я буду только усиливать их тренировки шаг за шагом. Но я не могу ослабить их! То, что я создам... и что я желаю... это самая сильная военная сила!

Цзюнь Вуй был ошеломлён. «Необходимо ли продолжать такую бесчеловечную подготовку? Если бы я отправил кого-нибудь из этой группы на поле боя... они были бы ничем иным, как машиной смерти! И всё же... он говорит, что их обучение далеко не закончено?

Какой ненормальный отряд хочет натренировать мой племянник?

И смогут ли эти обычные солдаты выдержать такую подготовку?»

Между тем эти солдаты разделились на разные группы и двигались навстречу друг другу на тренировочном поле. Каждый человек ужасно потел, каждый был весь в поту. Цзюнь Мосе ввёл ещё более жёсткий режим подготовки с тех пор, как они вернулись из леса Тянь Фа. Он удвоил интенсивность их подготовки и заставил их работать почти круглосуточно в течение 24 часов в сутки. Молодой мастер Цзюнь был особенно внимателен к последней детали.

Мешок был привязан к каждой руке, бедру и голени солдат в настоящее время. Функция мешков с песком заключалась в добавлении лишнего веса. Им даже не разрешали снимать их, когда они ели... или шли спать. Их обучение становится всё более напряжённым с каждым днём! Это было похоже на борьбу между жизнью и смертью.

Посторонний человек был бы крайне шокирован, если бы увидел это. Это уже перестало напоминать драку между людьми или учения штатных солдат. Скорее, казалось, что бешеные звери безумно рвутся друг на друга. Глаза у каждого зловеще блестели, и убийственная аура излучалась вокруг них. Казалось, что они были переполнены непримиримой ненавистью к своему «врагу»... и шли на битву как в последний бой.

Они переносили эти жестокие тренировки изо дня в день. Суань Ци внутри их тел стал похож на палочку благовоний, которая была полностью выгоревшей. Они полагались исключительно на свои силы и инстинкты, когда они избивали друг друга и получали удары взамен в настоящее время.

На тренировочном поле семьи Цзюнь не осталось ни одной сухой пылинки. Каждый дюйм тренировочного поля орошался потом и кровью. Мужчины неоднократно разбивали в кровь всё, что только можно было. Казалось, даже железный молоток не сможет сделать вмятину на поверхности поля боя. Все поле было словно глянцевым и блестящим…

На это было ужасно смотреть!

Битва достигла своего апогея к тому времени, как Цзюнь Мосе добрался туда. Ни у кого в этом противостоянии уже не осталось сил.

Солдаты безумно ревели и бросались друг на друга. Они жестоко били кулаками и ногами. Они даже не уклонялись от атак — это не было выходом. Ужасные взрывы звучали, когда кулак или нога попадали по телу человека. Затем оба мужчины упали назад с оглушающим взрывом. Оба солдата, не в силах подняться, поползли навстречу и возобновили жестокую борьбу. Казалось, что два гигантских носорога сражались друг с другом.

Пруд семьи Цзюнь был чёрного цвета. Десять огромных чугунных котлов были размещены по берегам пруда. Эти горшки бесконечно варили. Они использовались для приготовления лекарственных трав, и некоторые люди постоянно наливали жидкое лекарство прямо в пруд, как только оно было готово. После этого они добавляли немного воды и продолжали варить дальше.

Около сотни солдат, прямо голыми, были внутри пруда. Их глаза были закрыты, а их выражение лиц было торжественным. Они не принимали ванну. Это была ещё одна тренировка. За это время Цзюнь Мосе заставил каждого из них «замочить» свое тело в этом бассейне, так как лекарство постоянно вливалось в него. Вода в пруду менялась каждые три дня, и лекарство заменялось вместе с ней. Поэтому эти солдаты каждый день укладывались в этот лечебный пруд после окончания обучения, чтобы восстановить свое здоровье и омолодиться, поглощая лекарства.

Причиной этого стала ещё одна тренировка — вода в пруду всегда находилась на грани кипения. Но этого было недостаточно, чтобы приготовить их живьём. Кроме того, вода содержала драгоценные лекарственные травы; она пополняла их энергию и давала питание их телам, чтобы они могли выдержать суровое обучение.

Вполне естественно, что эти солдаты должны будут заплатить соответствующую цену за использование этой полезной лечебной воды. Поэтому задачей смены лечебной воды занимались только они. Более того – эта задача была непреложной обязанностью на время их обучения.

Методы обучения Цзюнь Мосе не могли быть названы просто «жестокими». Цзюнь Вуй был жестоким солдатом, но когда он посмотрел на бедственное положение этих солдат... он чувствовал, что эта подготовка была несколько... бесчеловечна.

Цзюнь Мосе спрятался с фланга. Он внимательно наблюдал за каждым человеком. Молодой мастер менял интенсивность своей подготовки каждый день. И каждый день солдат с удивлением обнаруживал, что как только они приспособились к тренировкам в один день... они были на грани смерти в другой...

Они тренировались каждый день круглосуточно. И они продолжали превосходить свои предыдущие пределы. Их телесные силы увеличивались каждые два дня, и они приятно удивлялись, обнаружив, что их уровень Суань Ци также немного увеличивался каждые несколько дней. И, хотя рост был несколько маленьким... это всё-таки был значительный рост, если учесть время, которое они тренировались.

Такое «быстрое» повышение было просто шокирующим!

Глава 295.1. Решимость (часть 1)!

Возделывание Суань Ци в рядах этих солдат было не очень высоким. Лучшие из них были на пике Золотого Суань, в то время как подавляющее большинство было на Серебряном Суань. Однако физическая сила каждого человека достигла ужасающего уровня.

Пятьдесят человек стояли рядом на небольшом расстоянии друг от друга. Каждый стоял в позиции лошади (1). Они стояли так у подножия стены. Рядом с каждым человеком, стоящем в таком положении, был другой, который держал в руках палку. Они скрежетали зубами от напряжения и размахивали палкой, ударяя по телу человека, стоящего у стены. Звук удара был чудовищным; он несколько напоминал звук выбивания сырой воловьей кожи. Однако ни один из мужчин, получавших удары, не показал никаких признаков боли на лице. Конечно, у некоторых лицо немного дёргалось, а другие слегка хмурились. Однако, кроме этих двух признаков, они не показывали никаких других внешних симптомов.

Они упорно оставались в своей позиции.

Их били сотни раз. Люди сильно дрожали, когда, наконец, поднимались из этой позиции. Затем они растягивали шею, запястья и лодыжки. Это вызывало жуткий хлопок суставов. Шум был похож на взрыв петарды. Затем они брали деревянные палки. А мужчины, которые раньше били их, становились в позицию «лошади». Их мышцы были такими же тугими, как у молодого дракона.

Острые свистящие звуки возобновились. Только на этот раз — те, кого избивали, и те, кто избивал, поменялись местами.

После того, как они закончили, была дана другая команда. Тогда эта сотня мужчин шла на тренировочное поле двумя упорядоченными группами. Обе группы вставали на поле, где предыдущие группы заканчивали сражаться. Две группы, которые воевали, шли к подножию стены. Потом они избивали своего напарника... а потом они менялись местами…

Ещё один приказ – и сотня людей, только что вышедших на поле, начинали свою страшную битву. Каждый удар кулака или ноги бил в жизненно важные точки: желудок, горло, виски, затылок, пах, за колено... каждый неустойчивый сустав...

Сцену была трудно себе представить. Но что требуется, чтобы выдержать такое ужасное избиение снова и снова? Однако мужчины привыкли к этому. Они могли противостоять каждому удару. Они старались подловить все возможные слабинки в обороне соперника. И если они попадали в ловушку – они старались сохранять равнодушие…

Один человек ударил своего оппонента по носу. Кровь из сломанного носа полилась рекой, но выражения их лиц не изменились, они оставались непоколебимыми... Как будто человек, которого он ударил, был не его товарищем, а кровным врагом.

Послышался свисток, и люди вышли из пруда, оделись и выстроились возле него. Между тем люди на поле остановились, построились и пошли в бассейн.

Люди, только что вышедшие из бассейна, начинали ещё более жёсткую подготовку. На этот раз они не сражались один на один. Этот раунд был бы хаотичным избиением, когда две группы идут «стенка на стенку». Иногда это были и бои один на один... или, может быть, в другой раз это было бы много людей, сражающихся с одним человеком.

Человек мог быть окружён многими воинами в один момент, и он может быть частью большой группы, которая окружила одного человека в следующий. Бардак сцены был зрелищным и неописуемым. Много раз можно было увидеть одного человека, лежащего на земле, которого яростно топтала целая толпа. Затем, в следующий момент, можно было увидеть, как вся эта толпа разлеталась в стороны со скоростью автомобиля: каждый человек боролся с силой дракона и свирепостью тигра в этой сумасшедшей битве...

За всё это время, кроме властных боевых команд, никто не открывал рот, чтобы хоть что-нибудь сказать. Они говорили с помощью жестов и движений. Говорили кулаками, ногами, локтями и даже плечами...

Три группы людей были задействованы таким образом. Эти люди якобы играли роль партнеров по обучению своих товарищей. Однако это было только дневное расписание тренировок. Они проходили обучение по Суань Ци вечером. Эта тренировка сопровождалась чем-то ещё более жестоким, чем то, что они выносили в дневное время... бои с оружием!

Каждый человек скрежетал зубами и вкладывал свою душу и сознание в обучение. У них была только одна цель: «Я должен соответствовать стандартам молодого мастера!» Это произошло потому, что молодой мастер сказал им, что их окончательная оценка целиком ложится на их плечи. Они были бы исключены из состава, если бы они не смогли пройти оценку. Тогда эти так называемые «середнячки» явно преуспеют в уборщиках и помощниках по кухне!

...После дегустации сладости устойчивого и быстрого прогресса... после того, как они увидели явную надежду стать мощными и сильными экспертами... никто из них не хотел вернуться к своей прежней расслабленной жизни. Это было бы для них большим стыдом!

Эти отряды были похожи на фениксов, которые достигали нирваны после смертельного испытания, и теперь ждали, чтобы снова воскреснуть…

Глаза Цзюнь Мосе были непоколебимы и безжалостны, наблюдая за суровой тренировкой на поле. Его поза была спокойной и размеренной.

Он не собирался останавливаться на этом. Он будет использовать свои уникальные лекарства на этих солдатах, как только они достигнут самых высоких пределов своих сил. Лекарство будет показывать свои лучшие результаты, и их эффективность будет становиться только больше!

Цзюнь Мосе поручил этим войскам конкретную задачу «бойни» в будущем. Просто бойня! Непрерывная бойня! Непрекращающаяся бойня!

Дедуля Цзюнь и Цзюнь Вуй стояли бок о бок на вершине высокой башни Цзюнь резиденции Цзюнь. Их брови дёрнулись на мгновение, когда они увидели жестокость тренировки, которая проходила ниже.

- Вуй, ты видишь, как он обучает их... как ты думаешь, что он планирует с ними делать? Зачем ему тренировать их вот так? – дедушка Цзюнь спросил тяжёлым голосом.

- Такая подготовка сделает этих солдат хозяевами жизни вражеских солдат! Эти солдаты смогут или не смогут победить врага самостоятельно, но я думаю, что Мосе тренирует их с единственной целью – устраивать бойню! – Цзюнь Вуй ответил с жадным выражением на лице. Вполне естественно, что любой генерал захотел бы такие сильные войска после того, как он увидел бы их. На самом деле, было бы крайне абсурдно, если бы Цзюнь Вуй не завидовал способностям этого отряда.

Такой отряд был частью армии мечты любого генерала. Даже эти, казалось бы, несущественные триста солдат смогут сделать армию генерала непобедимой. Эта армия была бы непобедима и непревзойденна: ничто не смогло бы остановить такую армию!

Они бы стали вражеским кошмаром!

- Бойня!… – Цзюнь Чжан Тиан выглядел встревоженным. - Даже если они будут обучены бойне... важный вопрос — для кого они будут устраивать бойню, и по какой причине? Этот вопрос очень важен, когда ты держишь других людей этой страны в поле зрения…

- Этот ребенок хочет отличаться от своего отца, этот ребёнок считает, что, несмотря ни на что, эти войска должны сражаться только за одного человека! - Цзюнь Вуй опустил глаза. - Эти триста человек будут сражаться только за Цзюнь Мосе: за Мосе и семью Цзюнь! Будущее нашей семьи Цзюнь лежит на плечах Мосе...

- Такая сила... – дедушка Цзюнь, кажется, даже на чуть-чуть не уменьшил своего волнения. – Она привлечет много ревности и подозрений, как только это станет известно людям!

- Ревность и подозрения? Почему? – глаза Цзюнь Вуя сузились. В них блеснул острый и холодный луч света:

- Разве семья Цзюнь когда-либо участвовала в проступках? И разве семья Цзюнь не поддерживала людей?

Старик вздохнул. «Действительно ли я принял правильные решения в те дни? Талант нашей семьи Цзюнь иссяк... должен ли я взять на себя некоторые обязанности?»

- А с Цзюнь Мосе... наша семья Цзюнь будет быстро расти! Никакая сила не сможет удержать нас! Я уверен в этом факте, – Цзюнь Вуй повернул шею, чтобы посмотреть на драку, происходящую на тренировочном поле. Затем, он медленно продолжил:

- Однако, нам нужно время и силы для достижения этой цели. Нам нужна абсолютная сила! И теперь у нас уже есть прототип этой силы, – он сжал кулаки. Его суставы довольно громко щелкнули.

- Разве этот маленький засранец Мосе не сказал, что он будет лично контролировать эти подготовки? Так почему я даже не вижу его тени? – дедушка Цзюнь огляделся.

- Обучение этих людей не требует чьего-либо надзора, – ответил Цзюнь Вуй. Его глаза были полны восхищения:

- Эта тренировка достигла удивительного уровня! Что касается Цзюнь Мосе... я не знаю, где он и что он задумал. Однако мы не должны пытаться контролировать его. Он может позаботиться о себе сам. Мы не должны беспокоиться о нем. Отец, он – затаившийся дракон. Мы должны освободить ему руки.

- Ты думаешь, что мы не должны беспокоиться о нём? Думаешь, что всё в порядке?.. Тогда ты ведешь себя не так, как должен вести себя его дядя. Этого недостаточно. Мосе больше не так молод. Ты не беспокоишься о его браке?

- Разве ты не был свидетелем его «роста» в тот день? Так откуда мне знать, достаточно ли он взрослый, чтобы взять жену...? Кстати, как дела с его состоянием, достаточно хорошо? – Цзюнь Вуй спросил, повысив голос.

- Это действительно хорошо, на самом деле, он превзошёл ожидания этого старика... Ты, маленький пиздюк! Ты как вообще с отцом говоришь! Хочешь, чтобы я тебя отшлёпал?! – Дедушка Цзюнь внезапно пришёл в себя и поднял руку. Он хотел преподать своему сыну урок.

Третий мастер семьи Цзюнь усмехнулся:

- Почему ты злишься, папа? Разве ты не счастлив, что Mосе вырос? Просто когда речь заходит о браке... он, конечно, не торопится принимать решение. Однако если ты планируешь заставить его сделать что-то, чего он не хочет... у меня не будет возражений. Скорее, я буду даже рад увидеть, как это произойдёт!

«Стоять перед моим сыном, как перед армией...» – дедушка Цзюнь погрузился в размышления. Он понял, что, возможно, не сможет убедить своего драгоценного внука действовать вопреки его воле в самых тривиальных вопросах... не говоря уже о теме, столь важной, как брак…

- Эта маленькая девочка Дугу хорошо относится к Мосе, и я вижу, что Мосе считает её интересной. Есть ещё кто-нибудь? Я не могу выдать эту девушку за Мосе! – Цзюнь Чжан Тиан спросил, он, казалось, не желал «уходить в отставку».

В этом нет ничего достойного. Отец и сын начали создавать гарем для внука/племянника...

(1) Прим.пер.: имеется в виду поза йоги, которая называется «лошадь».

Глава 295.2. Решимость (часть 2)!

- Помимо этого... Мосе часто ходит в Озеро Духовного Тумана. Может, там кто-то есть... – Цзюнь Вуй подмигнул.

Цзюнь Чжан Тиан почти потерял сознание. Ему пришлось использовать свою руку, чтобы схватиться за перила, чтобы не упасть:

- А... есть кто-нибудь ещё, кроме этой?

- Я помню, что... Мосе, казалось, был очень амбициозным к Квинхан... – Цзюнь Вуй бросил эти слова и вылетел в открытое окно, как только закончил говорить эти слова. Даже его тень не отставала. Он знал, что его ждёт, если бы он остался.

- Ты, ублюдок! Убирайся отсюда! – Цзюнь Чжан Тиан подскочил от ярости. Однако он понял, что его сын уже исчез без следа. Итак, у него не было выбора, кроме как открыть глаза, и, топая ногами и ревя, как раненый тореадором в круп бык, спуститься вниз с башни. Однако он вдруг прекратил реветь, и начал задумчиво размышлять…

- Должна ли наша семья Цзюнь так долго ждать? – он вздохнул и покачал головой. – Это абсурд! Это совершенно абсурдно! – у старика не было других слов, кроме «абсурд».

Цзюнь Мосе был на обочине тренировочного поля, когда услышал слабый звук грохота дедушки. Он не мог скрыть своё недоумение:

- Почему дедуля кричит? Кто попал под его горячую руку на этот раз?

Молодой мастер Цзюнь не знал, что это он был причиной гнева своего дедушки... даже, несмотря на то, что он был совершенно невиновен в реальности.

Тело Цзюнь Мосе исчезло с поля для тренировок без следа.

Цзюнь Мосе посмотрел в небо и понял, что скоро наступит ночь. Его сердце было полно предвкушения. Он собирался решить много важных вопросов этой ночью.

Первым было дело с Городом Серебряной Метели и конкретно – с Сяо Фен Ву. Это был действительно впечатляющий пункт. Как обычное ювелирное изделие могло вызвать такой отклик у Пагоды Хунцзюнь? Молодой мастер Цзюнь не знал о происхождении этого аксессуара. Впрочем, неважно, знал он об этом или нет. Тем не менее, он разработал план и был вполне уверен, что сумеет это всё понять.

Далее — это убийство его убийцы! Цзюнь Мосе был очень заинтересован в этом вопросе.

Цзюнь Мосе не только хотел казни этого человека... он очень бы это одобрил.

Этот человек даже не оглянулся назад после того, как его удар не принёс вреда. Вместо этого он сбежал очень далеко. И он не делал неряшливой работы. Человек не оставил ни следа. Это была та же самая техника, которую убийца Цзюнь использовал в своей предыдущей жизни. Этот человек был единственным, кого Цзюнь Мосе мог считать настоящим убийцей в этом мире. Другие группы убийц, с которыми он сталкивался в этом мире, были не более чем хорошими экспертами Суань.

«Имели ли они стиль убийцы? Эти люди не заслуживали звания «убийцы»!»

Более того, убийца обладал чрезвычайно быстрой и уникальной техникой. Убийственные способности Цзюнь Мосе поднялись бы вверх, как вихрь, если бы он был в состоянии получить это мастерство. Тогда он мог даже надеяться убить эксперта Суань Духа, устроив засаду.

«Здесь должна быть какая-то тайна в его скорости».

Цзюнь Мосе скрывался в пустоте, пока не подошёл к своему маленькому двору. Его мышление остановилось, и он тупо остался в замешательстве, увидев две фигуры впереди.

У входа в его двор стояли две фигуры. Они были маленькими и хрупкими. Они стояли на коленях на земле: их спины были прямыми. Невозможно было догадаться, как долго они вот так преклоняли колени. Однако они казались упрямыми и не желающими останавливаться.

Цзюнь Мосе вздохнул, когда его демоническая и теневая фигура медленно прошла мимо них. Эти двое были среди многих детей, которых он и его дядя спасли из Хуан Хуа. Остальные дети были пристроены на хорошие места. Тем не менее, эти двое детей отказались оставить их на всю жизнь. Они хотели только научиться навыкам, которые им понадобятся, чтобы отомстить.

Их инвалидность не могла считаться очень серьёзной. Однако они оба были немыми. Их языки были разрезаны пополам. Они больше никогда не смогут говорить. Более того, у одного из них осталась только одна рука.

Дело не в том, что Цзюнь Мосе не был тронут их настойчивостью. Однако он неохотно отвергал их после осмотра. У этих детей была удивительная сила воли, и их ненависть к врагу тоже была бы полезной. Однако их способности были весьма посредственны, не говоря уже о том, что они стали инвалидами.

Цзюнь Мосе от всей души рассматривал возможность обучения двоих детей в один момент. Он решил, что может использовать свои суровые методы обучения, чтобы удовлетворить их цепкие желания. Они могли бы показать значительный прогресс после десяти лет, до тех пор, пока они были готовы выдержать жестокую подготовку и иметь старомодное «крещение огнем». На самом деле у них даже есть шанс достичь уровня Суань Земли!

Уровень Земли Суань никогда не мог считаться скудным. Обычный человек будет бороться всю свою жизнь, чтобы достичь его. Это была очень высокая цель для обычного человека. Однако эта цель не имеет смысла в глазах молодого мастера и детей.

Тем не менее, мог ли Цзюнь Мосе позволить себе обучать их? Ему придётся потратить много времени и денег на их обучение и реабилитацию. Более того, это было бы большой тратой времени, если бы их прогресс был остановлен на уровне Суань Земли. Поэтому Цзюнь Мосе долгое время рассматривал эту тему, и затем решил, что перспектива их «выращивания» не стоит усилий.

Более того, их сильное стремление к мести не помогло бы получить какие-либо краткосрочные результаты. Поэтому они не имели никакого значения.

Однако эти двое детей стояли на коленях у его двора с тех пор, как он отказался обучать их. Они не могли говорить, но их глаза умоляли Цзюнь Мосе, когда они видели его.

Уже девятый день они стояли на коленях у входа в его двор.

Их стройные тела задрожали, когда они услышали знакомый звук шагов Цзюнь Мосе. Они выпрямили спины ещё больше, хотя, они по-прежнему оставались неподвижными на коленях.

Юный мастер Цзюнь вздохнул, медленно шагая, чтобы встать перед ними.

- Взгляните на меня! – его голос был приказом, которому они не могли не подчиниться.

Их тела дрожали, когда они смотрели на Цзюнь Мосе в соответствии с его приказом.

Цзюнь Мосе был поражён. Этим двоим, должно быть, около тринадцати или четырнадцати лет. Однако их глаза перестали проявлять ту же тоску, что и в последние несколько дней. Это выражение было заменено смертельной тишиной.

Однако это было не совсем так... Не совсем пустой вид смертельной тишины. Скорее, это тот случай, когда они игнорировали жизнь и смерть: это был взгляд по-прежнему смертного человека, который всё же игнорировал смертный мир.

Эта «смертельная тишина» не была синонимом «пустоты».

Цзюнь Мосе вздохнул. «Это глаза первоклассного убийцы». Это выражение должно было появиться в их глазах только после того, как они были угнетены до крайней степени, и начали считать человеческую жизнь никчёмной. На самом деле, такие люди считали даже свою собственную жизнь никчёмной.

Если бы их естественные таланты были лучше... даже если бы они были хоть немного лучше — Цзюнь Мосе принял бы их без колебаний. Однако в тот момент он был беспомощен. Их природный талант был слишком низким…

Для этого требовался 1% понимания и 99% «пота» чтобы стать сильным. Однако 1% «понимания» было ключевым. Это было важнее, чем оставшиеся 99% «пота».

- Скажите мне свои причины! Покажите мне степень вашей решимости! – сердце Цзюнь Мосе чувствовало жалость. Эти двое детей сильно пострадали. Нормальный человек даже не представлял себе их страданий. Их сердца были наполнены ненавистью к врагу, но у них не было способности заниматься боевыми искусствами. Поэтому Цзюнь Мосе не мог не вздохнуть.

Решимость?

Дети посмотрели друг на друга. Затем, они стали кивать в унисон.

Ребенок слева медленно протянул палец оставшейся руки ко рту. Он решительно схватил палец зубами. С большим трудом он наклонил голову в сторону, пока не оторвал кусок собственной плоти. Кровь хлынула из пальца. Всё его тело дрожало от боли, и его лицо стало смертельно бледным. Однако, кроме этого, он оставался неподвижным. Затем этот ребёнок начал писать на земле собственной кровью. Он написал только половину того, что хотел, когда кровь перестала идти. Мальчик смотрел на палец неудовлетворенно, немного удивлённо и даже обиженно. Затем он снова сунул палец в рот. Он отчаянно и яростно схватил зубами края раны и вырвал ещё кусок плоти.

Мальчик немного перестарался. В кусочке мяса, который он выплюнул, виднелся белый обломок кости. Фонтан крови выстрелил вперёд. Кровь брызнула довольно далеко, и несколько капель даже попали на лицо Цзюнь Мосе.

Другой ребенок повторил за первым. Два детских тела дрожали, но они поддерживали контроль над собой, когда их кровь хлынула на землю. Затем дети нарисовали большие и прямые символы на земле.

Ребенок слева написал: «Я убью их, я сломаю их. Я не буду сожалеть, пока не умру».

Ребенок справа написал: «Тот, кто не силён, может только умереть - ничего больше».

Их слова не содержали энергии. Они дрожали от боли, но они писали каждую букву тщательно и с большим трудом.

Двое детей встали на колени перед Цзюнь Мосе после того, как они закончили писать, и склонились в глубоком поклоне.

Глаза Цзюнь Мосе внезапно покраснели. Он почувствовал странное чувство в своем сердце: его сердце начало свирепо дрожать.

Цзюнь Мосе провел себя в хладнокровной апатии в обеих своих жизнях. Он никогда не был доброжелательным и смотрел на все живое, как на скот или собак. Он был холодным внутри и ничего не думал о простых людях. Он не чувствовал себя даже немного обеспокоенным, когда он стал свидетелем ужасов Хуан Хуа в тот день. Его совсем не трясло. Однако упрямые поступки этих двух молодых людей очень глубоко тронули его.

- Хорошо! Если вы так себя чувствуете — я не буду скупо предоставлять вам такую возможность, – Цзюнь Мосе часто дышал. Цвет его глаз стал мягче, когда он продолжал утихающим голосом:

- Возможность, которую я предоставлю, может дать вам власть управлять небом и землей когда-нибудь. Однако важно помнить, что такой путь полон убийств и смерти! Я надеюсь, что вы... не разочаруете меня...

Двое детей посмотрели друг на друга. Они не могли говорить, но их глаза были полны восторга. Затем этот экстаз внезапно сменился непоколебимой решимостью. Казалось, что они приняли решение в самой глубине их души. Они посмотрели на Цзюнь Мосе и упали в поклоне. Один из них так стукнулся головой, что разбил лоб в кровь.

Глава 295.3. Решимость (часть 3)!

Цзюнь Мосе быстро взял детей на руки и влетел внутрь двора: он чуть не пробил дверь. Эти двое сильно пострадали, чтобы продемонстрировать свою решимость. Они не создали никакого шума, чтобы показать свою боль, но они были бы в большой беде, если бы им не назначили своевременное лечение. Это может обернуться очень большой проблемой.

Цзюнь Мосе уже решил им помочь. И он не собирался допустить, чтобы с ними случилось ещё одно недоразумение.

Они обладают такой большой силой воли. Они не могут иметь много способностей, но разве их огромная сила воли не позволит им сделать это? Количество людей, обладающих необходимой способностью, совпадало с количеством окуней на этой земле. Но, сколько людей имели такую силу воли?

Как можно добиться необходимого успеха, если у человека нет желания...?

Когда человек может быть настолько жестоким в борьбе с собой — как бы они поступали со своим врагом?

Две фразы были написаны кровью у входа во двор. Слова в этих фразах ярко блестели.

«Я убью их, я сломаю их. Я не буду сожалеть, пока не умру».

«Тот, кто не силён — может только умереть: ничего больше».

Занавес тьмы навесил небо.

Цзюнь Мосе нахмурился и задумался, глядя на две тонкие и слабые фигуры, которые лежали на его кровати.

Его резиденция была полна раненых. В воздухе витал запах медикаментов.

Йе Гухан лежал спокойно на гигантской кровати сбоку. Его дыхание было слабым, но он был вне опасности.

Цзюнь Мосе привёли в порядок постель. В этот момент эти двое детей «захватили» его.

Три раненых, три покалеченных человека.

Эти двое молодых людей растянули свои жизненные силы до предела. Они упали в обморок сразу после того, как Цзюнь Мосе пообещал им помочь. Однако они бесшумно упали в обморок. Они даже не издали стона.

Цзюнь Мосе видел много жестоких людей. Однако это было впервые, когда он видел кого-то с такой сильной базой с точки зрения свирепости, и ни один не относился к боевым искусствам.

«Эти маленькие дьяволы могут оказаться сильнее, чем я?

С тех пор, как я пообещал им помочь... как я могу тренировать этих бездарных людей в кратчайшие сроки?» – Цзюнь Мосе был совершенно твёрд в этом отношении.

«С Суань Ци? Нет, этот метод не сработает. Хуан Хуа не засунул бы их в те гигантские банки, если бы у них были способности к практике Суань Ци...

А если с такого угла?!»

Цзюнь Мосе внезапно встал. В его глазах был зловещий блеск. «В худшем случае, я могу научить их основному закону моей предыдущей жизни! Я буду обучать их в соответствии со стандартами, которые я практиковал в те дни. А насколько они смогут продвинуться... это будет зависеть от их удачи! И я должен быть в состоянии усовершенствовать метод очистки Дан, если я смогу подняться на четвертый уровень Искусства разблокировки Небесной удачи…»

«Я лично буду тренировать эти двоих, чтобы шокировать весь континент Суань Суань! В конце концов, они смогут убить Богов этого континента! С их силой воли, моим основным законом и лекарством Дан... эти два ужасных демона восстанут, как звезды!»

Цзюнь Мосе осторожно покинул комнату и сел на пороге. Он посмотрел на ночное небо. Полет его мысли был долгим, и много времени прошло к тому времени, когда он закончился. Упрямство этих двух молодых людей напомнило ему о его собственном прошлом.

«Разве я не был таким же, как эти двое, в прошлой жизни? Раньше я играл со своей жизнью. Я бы подтолкнул себя к своим пределам в тренировке. Сколько раз я терял сознание от боли? Сколько раз я сознательно подводил себя к грани смерти?»

Каким образом появилась непревзойденная репутация Цзюнь Се? Кто знал, сколько сил, пота и слез было вложено в его репутацию? Его товарищи-ученики старались изо всех сил, но его тренировка превышала их трудности в три раза.

Любой человек, желающий успехов и непревзойдённой славы — должен был быть очень жестоким с самим собой!

Столкновение с врагом с жестокостью не имело ничего общего — жестокость была важна с самим собой. Истинный убийца никогда бы не заботился о своей жизни или своих достижениях. Беспокойство о возможностях приносит вред. Беспокойство ума будет действовать как препятствие.

Это были слова его учителя из предыдущей жизни!

Лица проплывали перед внутренним взором Цзюнь Мосе. Это было лицо, которое было чёрным как железо, и холодным как лёд. Убийственная аура исходила из его глаз. Однако Мосе почувствовал облегчение, когда эти два глаза посмотрели на него. Тем не менее, Цзюнь Мосе чувствовал присутствие этих глаз, хотя он пытался увернуться от них.

Эти глаза были полны пустоты. Как будто они прошли через два мира и смотрели на него издалека.

Он дрожал от холода — точно так же, как в прошлом — но он чувствовал себя спокойно и мирно.

«Учитель...» – Цзюнь Мосе опустил голову и зарылся лицом в колени в печали. Дверь открылась, и луч света вырвался из этой щели. Он нарисовал силуэт Цзюнь Мосе. Было немного одиноко.

Сила... стоит ли тосковать?

Он услышал лёгкие шаги позади него, а затем почувствовал тёплое пальто, накрывшее его тело.

Цзюнь Мосе оставался таким же неподвижным, как и раньше, но спросил:

- Скажи мне, Малышка Ке... ты хочешь стать сильным человеком?

- Ах? – маленькая девочка вскрикнула от неожиданности. Она не ждала никаких слов. – Стать сильной? А какая польза будет?

- Какая польза будет? Интересный вопрос. Если бы ты стала кем-то вроде старого Одинокого Сокола – ты могла бы убить того, кого захотела бы убить. Ты можешь жить в этом мире свободно и беспрепятственно, разве ты не желаешь такой жизни? – Цзюнь Мосе спросил.

Маленькая девочка подошла к нему и спокойно села рядом с ним. Затем она наклонила голову и положила голову на руки, чтобы поддержать её. Затем девушка подняла глаза на луну и начала серьёзно размышлять. Лунный свет осветил её лицо, он принёс несколько красивый и нежный оттенок её лицу.

Прошло немного времени. Потом маленькая девочка застенчиво улыбнулась и сказала:

- Сильной... я не хочу стать таким человеком.

- О? Почему? – Цзюнь Мосе наклонил голову и посмотрел на маленькую девочку. Слова Малышки Ке были очень неожиданными для него. По словам киллера из старого мира Цзюнь — любой человек ответил бы утвердительно, если бы им была предоставлена возможность стать сильной личностью. Неважно, что бы им пришлось сделать, чтобы добиться этого.

Малышка Ке застенчиво опустила голову и начала осторожно щипать свои ногти:

- Молодой мастер, я не знаю, каково было бы быть сильным человеком. Но, я не думаю... возможно, я буду наслаждаться вниманием и похвалами. Но, я не знаю, почему... но я не хочу этого. Я всего лишь маленькая девочка, маленькая девушка молодого мастера. Всё, что я хочу... это заботиться о молодом мастере каждый день. Я с нетерпением жду того, чтобы постирать одежду молодого мастера, приготовить еду для молодого мастера, и жду, когда он вернётся домой, когда он уходит. Я просто хочу быть хорошей служанкой.

Девушка снова робко улыбнулась и сказала:

- Юный мастер, эти слова означают, что у меня нет силы духа? Но... я не хочу становиться сильной!

- Нет, то, что ты сказала... мне очень нравится. Ты очаровательная девушка, которую я очень люблю! – Цзюнь Мосе внимательно посмотрел на девушку, которая сидела рядом с ним, впервые. Лунный свет сиял на её коже. Её белые волосы были завязаны в пучок, и распущенные шелковистые пряди танцевали на ветру. Её длинные ресницы мигали, и рядом с ухом у неё торчала небольшая прядка волос.

Маленькая девочка почувствовала себя немного неловко, когда Цзюнь Мосе обратил на неё пристальное внимание. Она крутила пальцами, но делала вид, что не замечает его взгляда. Однако её сердце бешено прыгало в груди. Лицо её медленно покраснело, когда она опустила голову.

Лицо Цзюнь Мосе расплылось в интересной улыбке, и он почувствовал себя расслабленным. Его сердце чувствовало себя спокойно, имея такую приятную девушку рядом с ним. Он неожиданно почувствовал слабое, но искреннее счастье.

У каждого был свой путь жизни.

Как для маленькой девочки: её мечта была очень простой, практичной и очень тёплой…

Он нежно погладил её красивые волосы и сказал:

- Иди в свою комнату и ложись спать, – Цзюнь Мосе был удивлён, обнаружив, что его голос был очень... нежным.

- Да… – девушка ответила, опустив голову. Она медленно встала, чувствуя, что её щеки становятся теплее. Как будто всему телу не хватало сил, когда она медленно шла к себе в комнату.

Она прошла два шага, прежде чем о чём-то подумала. Повернувшись, она спросила:

- Молодой мастер... вы сегодня пойдёте спать рано... а? - она обнаружила, что молодой мастер, который сидел рядом с ней минуту назад, исчез без следа к тому времени, как она повернула голову.

«Он очень быстрый...» – маленькая девочка закусила губу и снова застенчиво улыбнулась. Затем она прикрыла рот и подняла голову, вспомнив, что произошло в то утро. Это заставило её прикрыть лицо от стыда... «Я думаю глупости…»

Цзюнь Мосе приветствовал ночной ветер. Он даже не оставил тени, так быстро он летел. Он чувствовал, как Искусство разблокировки Небесной удачи активируется в нём. Каждый цикл приносил в него всё больший всплеск грозной силы. В тот момент он чувствовал себя очень довольным.

Первой целью был Великолепный Зал Драгоценностей.

Цзюнь Мосе жёстко сдерживал собственную ауру. Некоторое время он «плавал» молча, а затем погрузился под землю. Он использовал своё духовное чувство, чтобы вначале обыскать каждый дюйм земли.

Цзюнь Мосе не забыл, как его в последний раз обнаружил Ли У Бэй. Он знал, что в Великолепном Зале Драгоценностей есть, по крайней мере, три эксперта Духа Суань. Так как он мог вести себя небрежно?

Быть осторожным и осмотрительным было главным требованием для убийцы.

Однако результат проверки сильно встревожил его.

Когда в Великолепном Зале Драгоценностей было столько специалистов?

Это была ужасная сила!

Цзюнь Мосе ещё раз внимательно обыскал все уголки Великолепного Зала Драгоценностей. Там было несколько сильных людей. Некоторые из них были на уровне Суань Духа, в то время как другие были, по крайней мере, на вершине Суань Неба. Он мог почувствовать семь могущественных личностей! Были и два слабых человека. Это, должно быть, Сяо Хан и Му Сю Тонг.

«Откуда свалилось столько могущественных специалистов?

Возможно, это и есть то самое подкрепление из Города Серебряной Метели?»

И ещё дух Цзюнь Мосе обнаружил очень грозную ауру в центре. «Должно быть, это эксперт Духа Суань». Среди них был один, который, хотя и не был так силен, как Одинокий Сокол... но не был очень слаб в сравнении с ним. На самом деле, он был почти таким же сильным, как Великий Мастер!

Один, два, три... четыре... пять... и ещё один! Там присутствовали шесть других экспертов Суань Духа! Цзюнь Мосе почувствовал, что он заливается потом...

Глава 296. Планы и соглашения семьи Сяо

Шесть экспертов Суань Духа, семь экспертов Суань Неба на пике, и два эксперта Суань Неба среднего уровня! Это была очень страшная сила по стандартам города Тянсян!

«Почему Город Серебряной Метели выслал столько специалистов?» — Цзюнь Мосе мог придумать ответ на этот вопрос... эти силы были собраны для борьбы с семьей Цзюнь: для чего же ещё? Они мобилизовали эту силу с тех пор, как один из «Восьми Великих Мастеров» — Одинокий Сокол — поселился в семье Цзюнь.

Если бы такая сила была организована должным образом — её можно было бы использовать даже для поражения Одинокого Сокола!

Цзюнь Мосе тщательно контролировал свой «Побег Инь Ян» и вошёл в здание. Затем он молча спрятался в земле.

Он не мог сосредоточиться на своей главной цели на этот раз, поскольку это имеет первостепенное значение для понимания истинных целей этих экспертов из Города Серебряной Метели. Он узнает их истинные цели, а затем быстро разработает какие-нибудь контрмеры, чтобы нейтрализовать силы противника.

В противном случае последствия такой операции будут весьма хлопотными…

Он не ожидал, что его «момент жадности» наградит его такой важной информацией. Цзюнь Мосе вздохнул из своего подземного положения: «Блин, а ведь моя жадность очень полезна. Я бы не узнал об этом, если бы не последовал за своей жадностью… Разве я не наткнулся на пресловутый «пирог с неба»?

Небеса благосклонны к добру. Благие поступки этого молодого мастера заменяют небесную справедливость. Я наказываю нечестивых, и поэтому мои добрые дела проложили мост к моему успеху... Небеса сильно благоволили бы этому молодому мастеру, если бы я не совершал благородных дел? Гм? Гм…»

- Что за…? Не говори мне, что убогий калека снова действует? Я думаю, что лучше воспользоваться этой возможностью и уничтожить сами корни этой болезни! В противном случае нам придётся иметь дело с жуткой проблемой! – не так много можно было определить по голосу. Однако, казалось, он был полон обиды и пренебрежения. Поэтому оратором, должно быть, был Сяо Хан.

- Такая наглость!… Мы из верхних эшелонов Города Серебряной Метели! Тем не менее, ты осмеливаешься поставить под сомнение наши слова? Похоже, что вы не осознаёте, кто мы!

Несколько нежный голос ответил:

- Мы были в таких передрягах, где сам дьявол получил бы мечом промеж глаз! Гнев Города Серебряной Метели может обрушиться на тебя. Если бы семья Донг Фанг тогда не выступила, не убила наших членов и не отвела общественный гнев — боюсь, что сам Верховный Альянс попытался бы вмешаться в эту интригу! И твои преднамеренные действия были первопричиной этого хаоса! И ты всё ещё настаиваешь на уничтожении Города Серебряной Метели?

- Может ли ничтожная семья Цзюнь когда-нибудь уничтожить Город Серебряной Метели? Почему ты обвиняешь меня в этом, дедушка? Он пытался украсть мою жену! Он начал эту вражду между нами! Пожалуйста, скажи мне, какой человек на земле может выдержать такое оскорбление? – Сяо Хан спросил несколько эмоционально.

«Дед? Дед Сяо Хана? Разве он не самый главный человек в Городе Серебряной Метели?» Однако он не знал, был ли этот человек Сяо Син Юном или Сяо Бу Юем. Юный мастер Цзюнь затаил дыхание и успокоился. Он оставался неподвижным и продолжал подслушивать. Убийца Цзюнь внимательно слушал всякие голоса... будь-то громкие или слабые... без исключения или халатности.

- Но ты уже уничтожил четырёх важных членов семьи Цзюнь и костяк их власти! И Цзюнь Вуй был искалечен из-за тебя, идиот! Что ещё ты хочешь? Ты не намерен проявлять доброту даже к собакам и курицам из их семьи? – мягкий голос ругался с негодованием и разочарованием. - И каковы нынешние обстоятельства? Поместье Сюэху и Ши Чан Сяо сделали совместный вызов: это тривиально для тебя? Мы должны спешить на юг. И, теперь ты, маленький дьявол, задерживаешь нас из-за бессмысленной обиды...?

«Должен признать... способ решения вопросов у этого человека впечатляет. По крайней мере, Сяо Хан не выдержит».

- Ну, и раз уж ты упомянул об этом — я вспомнил ещё кое-что. Эти два вопроса взаимосвязаны. Я прошу деда прислушаться, – ответил Сяо Хан. - Мы получили небольшой свиток, во время пребывания сегодня в Императорском Дворце. Он был очень коротким. Там сказано, что Цзюнь Вуй приведёт армию, которая будет идти на юг, чтобы противостоять восстанию зверей Суань. Дедушка, было бы лучше, если бы мы…

- Нанимать общих солдат для борьбы с восстанием зверей Суань? – мягкий голос вдруг замолчал... словно обдумывая. Затем он снова сказал:

- Хорошо... если это так... то это действительно возможность... наверное…

- Второй брат... этот свиток даёт нам возможность, но мы должны помнить о вызове! Они призвали всех Великих Мастеров к оружию! Это значит, что Одинокий Сокол может уйти на юг! И, по всей вероятности, он будет сопровождать Цзюнь Вуя на протяжении всего путешествия. Одинокий Сокол – не тот, с кем будет легко справиться, даже если мы сможем справиться с Цзюнь Вуем с лёгкостью. Поэтому умоляю второго брата сосредоточиться только на Одиноком Соколе. Он – суть наших проблем!

«Второй брат? Кажется, это второй в иерархии семьи Сяо – Сяо Бу Ю!»

- Ты прав! Этот старый Одинокий Сокол заслуживает соответствующего ответа, раз уж он решил высунуть голову! Так мы отомстим за Шестого Брата?!

Мягкий голос Сяо Бу Ю был полон убийственной ауры:

- Мы будем ждать идеальной возможности, когда доберемся до юга. Во-первых, нас шестеро и семеро Мечей — нас тринадцать, и нам будет проще убить Одинокого Сокола. Тогда мы можем решить, следует ли нам «привести в порядок» Цзюнь Вуя или нет. В любом случае, нам всё станет ясно, как только мы избавимся от Одинокого Сокола. На самом деле, мы можем легко решить этот вопрос — учитывая естественную угрозу этого района — как только мы подавим восстание зверей Суань.

- Итак, Второй брат предполагает, чтобы мы подождали и разобрались с этим вопросом после того, как восстание зверей Суань будет подавлено? – это был старый и знакомый голос. Цзюнь Мосе выслушал его и решил, что он принадлежит Третьему Старейшине.

- Вот именно! Каждый Великий Мастер был вызван на этот раз. Итак, если мы сделаем шаг и нападем на Великого Мастера до того, как дело на юге будет закончено... я боюсь, что остальные Великие Мастера нападут на Город Серебряной Метели в ответ. Поэтому мы с ним разберёмся после того, как о той ситуации позаботимся, – сказал Сяо Бу Ю.

- Кроме того, есть дело в происхождении и способностях этого одетого в чёрное человека, – Сяо Бу Ю заговорил ещё мягче. – Он похитил Пополняющий Душу Нефрит нашей семьи Сяо, несмотря на наш статус. Он скоро поймёт его важность. Тогда он узнает о нефрите, который носит Фэн Ву. Значит, он придёт, чтобы похитить и его. Это произойдет потому, что Фэн Ву останется один. Мы сделаем это максимально удобным для него.

Он снова мрачно улыбнулся:

- Значит, мы не можем рисковать. Тем не менее, Фэн Ву будет лёгкой мишенью, и он вряд ли почувствует угрозу. Поэтому он не причинит вреда мальчику. Я уже освоил Божественное подавление. Я смогу найти силу его души за 500 километров. Сян Сун останется рядом на всё время. Поэтому он не сможет сбежать от нас, как только украдет Нефрит. Мы найдём его, даже если он сбежит на край земли! Затем мы сможем сконцентрировать свои силы, догнать его и решить вопрос одним ударом. Мы сможем получить оба Пополняющих Душу Нефрита таким образом!

- Хорошая идея, второй брат! – дух каждого поднялся, когда они услышали план. Тем не менее, Цзюнь Мосе был ошеломлён. «Это их план? Они так легко уступили?»

Надо было сказать, что этот план Сяо Бу Юя был бы очень эффективен в обращении с кем угодно. Даже Юн Би Чен не смог бы не попасться на него. Тем не менее, он был никчёмным в глазах Цзюнь Мосе…

Этот план казался «сладенькой ловушкой», но им заманивали кастрированного человека. Эта аналогия звучит вульгарно... но по эффективности – один в один.

Вдруг многие Старейшины воскликнули в тревоге:

- Второй брат, ты можешь использовать подавление Девина?! Вы вышли на четвёртый уровень Суань Духа!

- Хе... – голос Сяо Бу Юя ясно показал его самодовольство. - Мне стыдно, что прошло почти десять лет, чтобы сделать этот прорыв. Тем не менее, это причина, почему я уверен, что я смогу захватить этого таинственного ворюгу.

- Поздравляем, Второй брат! – все ответили в унисон. Тем не менее, Цзюнь Мосе беззвучно рассмеялся. «Доверие? Ты говоришь о доверии перед этим молодым мастером? Как ты можешь так себя вести? Твоё подавление Девина ограничено пятью сотнями километров. Да у меня пердёж с утра мощнее!»

- Ахем... никто не должен допускать никакой информации, если мы сможем справиться с семьей Цзюнь успешно... понятно? – сила излучалась из глаз Сяо Бу Юя, когда он оглянулся.

- Это очевидно! В противном случае лорд Города обвинит всех нас, и последствия будут очень неприятными. Кроме того, за ними стоит семья Донг Фанг. Таким образом, все будут выполнять свои задачи скрытно, – все рассмеялись, когда обсуждали это.

Это очень разозлило Цзюнь Мосе. «Эта семья Сяо очень злорадна! Этот молодой мастер увидит, кто чьи корни уничтожит, когда мы будем на юге...»

- Второй брат, об этих зверях Суань... это, видимо, очень редкое явление. Возможно ли, что короли леса Тянь Фа решили вмешаться в это дело? Как может быть такое огромное смятение в противном случае? Каждый Великий Мастер был вызван. Второй Брат, какие из «Восьми Великих Мастеров», по-твоему, ответят на этот призыв? – это был голос Девятого старейшины.

- Это не очень сложно судить. Никто не видел следы Юн Би Чена в течение многих лет. Боюсь, на этот раз всё будет так же. Великий Синий Мастер Мэн Хун Чен живет слишком далеко от леса Тянь Фа. Он, скорее всего, не сможет прийти, даже если получит новости вовремя. Однако хладнокровный Мастер — Ли У Бэй — и Одинокий Сокол будут точно. В конце концов, они здесь, в городе Тянсян. Они не смогут повернуться спиной, даже если захотят. Кроме того, тот, кто организовал этот призыв — Ши Чан Сяо — уже находится на пути. Ли Ю Тянь, вероятно, вернется в свою усадьбу, так как это больше всего угрожает его семье. Я приблизительно подсчитал, что четыре из восьми Великих Мастеров уйдут. Что касается Города Серебряной Метели... мы пойдём и представим нашего Лорда. И, возможно, мы будем самыми сильными там. А насчёт Великого Мастера Мо Вэнь Тяня — сказать не могу. Он может прийти, или он не может прийти. Но, я думаю, что силы без него будет достаточно, чтобы справиться с восстанием зверей Суань, – Сяо Бу Ю улыбнулся.

- Просто это восстание зверей Суань очень странное. Некоторые говорят, что эти звери непосредственно атакуют Сюэху. Второй брат, я не помню, чтобы у Тянь Фа и Сюэху была какая-то причина для ссоры, – Третий Старейшина нахмурился.

- Должно быть, причина в Ядре Суань. Мы узнаем это после того, как придём туда, – сказал Сяо Бу Ю. Взгляд в его глаза показал, что он не хочет обсуждать его дальше.

Все молчали.

Все были в замешательстве по поводу причины восстания зверей Суань. Однако, находившийся в «подполье» Цзюнь Мосе имел примерное представление, почему…

Молодой мастер Цзюнь горько улыбнулся.

«Если я правильно догадался... я, возможно, имею много общего с этим «восстанием» зверей Суань».

Глава 297. Восстание зверей Суань на юге…

Цзюнь Мосе вспомнил, как поставил условие перед Высоким Журавлем и Большим Медведем — чтобы они вызвали хаос в поместье Сюэху и сломали ноги молодому мастеру — тогда он помог бы им продвинуться вперёд в их культивации и прорваться через узкие места. Это будет их наградой за дело с поместьем Сюэху.

Они сказали, что им потребуется полмесяца, чтобы выполнить свою задачу. Но он ослабил срок до одного месяца. Он ожидал, что они завершат задачу за очень короткий промежуток времени, так как говорили об этом очень легко. Однако, он не получал никакой информации о них некоторое время. Поэтому он начал чувствовать себя странно.

«А теперь это внезапное восстание зверей Суань. Кто, кроме этих двух парней может стоять за этим?

Я просто попросил их поставить временную «проверку» в поместье Сюэху. Я никогда не просил их действовать так агрессивно. А сейчас ситуация на грани войны! Как можно эти две вещи перепутать?»

Этот вопрос оставался загадкой для Цзюнь Мосе; сколько бы он ни ломал над ним мозги. «На кону очень многое. Разве эти двое не поняли это? Но почему они это сделали? У них была другая причина?»

Цзюнь Мосе правда ничего не знал о восстании зверей Суань. Эти два короля Суань зверей из леса Тянь Фа оставили его чрезвычайно мрачным перед лицом перспективы ехать на юг.

«Планы Небес заменяют наши собственные!»

Казалось, что «общение» со специалистами поместья Сюэху не было большой вещью для этих двух зверей Суань. Более того, им не нужно было сталкиваться с врагом лицом к лицу. Они были просто обязаны создать какие-то неприятности. Этого было бы достаточно.

Тем не менее, они не ожидали, что при их появлении в городе Тянсян предупредят Ши Чан Сяо — Мастера жизни и смерти. После битвы за ядро Суань, Ши Чан Сяо уехал на юг, в поместье Сюэху, чтобы навести справки об одном деле…

Короли зверей Суань вышли из леса Тянь Фа; как это могло быть обычным делом?

Лес Тянь Фа был расположен недалеко от усадьбы Сюэху. Поэтому было бы любопытно, если бы поместье Сюэху не было предупреждено, когда короли зверей Суань покинули лес. Затем произошло ещё одно любопытное совпадение. Небесный Мастер Ли Ю Тянь как раз возвращался в поместье Сюэху после того, как устал от своих путешествий…

То, что должно было произойти... и то, что не должно было произойти — произошло случайно в одно и то же время. Это вызвало широкомасштабные волнения.

Высокий Журавль и Большой Медведь устремились в поместье Сюэху. Они решили выполнить просьбу Цзюнь Мосе очень быстро. Поэтому они нагло выбили ворота усадьбы к чёртовой матери и устроили настоящий штурм. Сначала они разрушили всё во дворе, потом избили всех экспертов. Они остановились, только когда они вызвали достаточно неприятностей, чтобы отметить конец первой просьбы. Затем они решили перейти ко второй части. Они начали искать молодого хозяина усадьбы, так как им нужно было сломать ему ноги. Они планировали схватить малолетку, отшлёпать его по самое не балуйся и свалить из усадьбы в темпе вальса.

Как поместье Сюэху отреагировало бы на это? Их так называемый «Лорд» будет опозорен из-за этого.

Эти два короля Суань Зверей обладали высшим культивированием, и их тела были абсурдно сильны. Усадьба Сюэху имела много экспертов Суань Духа и многочисленных специалистов Суань Неба. Но эти две мощные стороны не были подходящими противниками друг для друга.

Мастер – это мастер, а Король – это Король. Большой Медведь и Высокий Журавль были как два тигра в стае овец. Эти двое сражались в хорошем настроении и не сдерживались. Они очень гордились своим происхождением и твёрдо верили, что смогут противостоять даже Великому Мастеру самостоятельно. Поэтому они воспользовались хаосом, вошли в поместье Сюэху, пробили восточную стену и подожгли западную сторону. Эксперты Суань Духа из Сюэху были явно возмущены этим. Однако они не смогли справиться с этой угрозой, поскольку их численность была довольно малой для такой угрозы.

Оба короля были похожи на свирепых монстров, которые радовались, вызывая хаос. Тем не менее, они не смогли наслаждаться собой долго…

Мастер жизни и смерти Ши Чан Сяо поспешил в поместье Сюэху. Приехав вовремя, он увидел ситуацию, выбрал соперника и начал заниматься Большим Медведем. Между тем, остальные специалисты объединили свои силы, чтобы сдержать Высокого Журавля. Беспредел перерос в огромное сражение, и ситуация изменилась очень быстро. Высокий Журавль и Большой Медведь вскоре оказались в невыгодном положении.

Это не имело бы значения, если бы два Короля Зверей Суань решили отступить в тот момент. Их задача была по большому счёту завершена. Однако они оба были королями Зверей Суань: как они могли потерять лицо?

Они не могли так легко отступить. Как они могли встретиться с таинственным человеком, который обещал помочь им преодолеть их узкие места, когда они ещё не выполнили свою задачу должным образом? Они просто сожгли несколько домов. Как это может быть рассмотрено как «хаос»?

Кроме того, их специально попросили сломать ноги Ли Тэнгюну. Тем не менее, они еще не смогли обнаружить его. Могли ли они так легко одурачить этого таинственного Мастера?

Надо сказать, что эти звери действительно были вполне честными в душе. Они решили точно выполнять задачи, которые были возложены на них таинственным Мастером. «Ши Чан Сяо – всего лишь один парень, верно? Мы вернёмся завтра, если сегодня потерпим поражение. Тогда посмотрим, кто кого прибьёт!

Может ли быть, чтобы у вас, людей, было больше выносливости, чем у нас, божественных Зверей? Это чушь!»

Кроме того, эти два Зверя Суань обладали чрезвычайно жёсткой кожей. Мощные удары не имели для них большого значения. Они были окружены, но они доблестно издавали боевые кличи, и с легкостью убивали многих людей. Звери Суань действовали без всякого милосердия и продолжали уничтожение всех и вся... полностью игнорируя Ши Чан Сяо.

Затем…

Они отступили, чтобы перевести дыхание, и вернулись на следующее утро, чтобы сеять ещё больше хаоса. Эти два Зверя Суань решили, что они не сдадутся, пока они удовлетворительно не завершат свою миссию! Оба они, безусловно, были очень щепетильны в этом отношении.

Однако это стало причиной недовольства для экспертов Суань Духа поместья Сюэху. Экспертам не нравилось, что их убивают. В поместье было много специалистов Суань Духа, но они не всегда охраняли ворота или двор. А эти два сверхъестественно могущественных Зверя Суань неоднократно нападали на восточное и западное крылья. Даже божественная сущность не могла остановить их…

Было много экспертов, которые могли сдержать этих двух Зверей самостоятельно, но они не были достаточно сильны, чтобы сдерживать их в течение длительного времени, не говоря уже о том, чтобы убить их...

Эксперты все больше истощались, а два наглых Зверя Суань продолжали нападать. Битвы за эти несколько дней принесли им огромное удовольствие.

Ли Ю Тянь вернулся в поместье посреди хаоса...

Невозможно даже представить, как Великий Мастер разозлился по возвращении. Его не было в течение нескольких лет, но, когда он вернулся, он нашёл свой дом в осаде. Всё в радиусе трёхсот метров от его поместья было полным беспределом. Вещи валялись здесь и там вперемешку с трупами и кусками тел. «Это действительно поместье Сюэху? Это то, что я построил с таким трудом за столько лет?

Это похоже на лагерь беженцев!»

Контратака гневного Ли Ю Тяня оказалась почти смертельной для этих двух королей Зверей Суань.

Звери Суань были чрезвычайно жестокими и очень наслаждались жёсткой борьбой, но они не были ровней для Ли Ю Тяня. Кроме того, они использовали свою энергию на своих оппонентов раньше. Они были крайне истощены.

Тем не менее, два короля Зверей Суань были одарены очень жёсткими телами. Они стали действовать сообща, и на мгновение смогли справиться с Ли Ю Тянем, хотя и с трудом.

Но в итоге двум Зверям Суань удалось сбежать после получения серьёзных травм, в то время как усадьба Сюэху стала победителем.

Однако было небольшим преувеличением назвать это победой. То, что Ли Ю Тянь кропотливо построил за половину своей жизни... лежало почти разрушенным. Многие из экспертов Духа Суань были серьёзно ранены. Ли Ю Тянь победил двух королей Суань, но эта победа, в лучшем случае, могла бы считаться трагической.

Тем не менее, Ши Чан Сяо посетил их: их старый мастер вернулся, и два короля Зверей Суань были почти побеждены — это стало причиной для празднования. Однако несчастье снова подняло свою голову; прямо тем же вечером, когда праздник только начался.

Орда Зверей Суань, настолько огромная, насколько хватало глаз, прибыла без каких-либо предварительных оповещений.

Огромное количество самых разных Зверей Суань...

Что было ещё более пугающим, так это большая стая Кровожадных Волков Суань, летящих вперёд, как бурная волна.

Однако эта массивная свора волков Суань действовала не так, как всегда – они отступили после того, как они нанесли достаточно ущерба поместью Сюэху. На самом деле, вездесущие звери исчезли без следа. Чувствовалось, что удача благоприятствовала им…

Но не успели все расслабиться, как появилась огромная орда Золотых Муравьёв-людоедов.

Им не повезло... на самом деле, им очень не повезло!

Они едва сумели справиться с этими Муравьями, когда всевозможные воздушные Звери Суань начали нападать на них.

Два дня подряд над поместьем Сюэху не было видно солнца из-за туч этих тварей…

Два короля Зверей Суань не приняли поражение и вызвали восстание Зверей Суань.

Это уже было не делом завершения этой таинственной задачи Мастера — это превратилось в дело гордости. Ситуация обернулась очень враждебной. Два короля Зверей Суань были вынуждены поджать свои хвосты и бежать после того, как их прогнал человек... Звери Суань были побеждены! Как они могли называть себя «королями», если не отомстили бы за это поражение?

Более того, эксперты усадьбы Сюэху чрезвычайно обрадовались, когда Ли Ю Тянь победил их двоих.

Таким образом, два короля Зверей Суань были возмущены и взбесились!

Затем в лесу Тянь Фа произошло ещё одно непредвиденное событие, позволившее этим двум Королям стать еще более взбешенными. Это была так называемая ситуация, как в поговорке – «когда нет тигра в горах... обезьяна становится королём» (1) Поэтому они воспользовались этой ситуацией. Как им можно доверять в решении больших проблем, если они даже не могут справиться с такой маленькой задачей, верно?

Таким образом, восстание Зверей Суань прибыло как безрассудная буря и поглотило всё на своем пути.

Даже Ли Ю Тянь не имел иного выбора, кроме как отступить перед лицом такой силы. Тем не менее, два озлобленных и злопамятных Зверя Суань не приняли это как конец. Казалось, что они не хотели, чтобы он был. Казалось, они решили истребить их всех.

Однако они двое думали только об одном: «Старик, мы просто хотим, чтобы ты отдал своего сына нам. Мы сломаем ему ноги и уйдём. Разве ты не понимаешь такую простую просьбу? Мы не будем ломать ноги насовсем... мы сломаем их очень аккуратно... ты сможешь полностью исправить это за пару месяцев! Это просто формальность, которую мы должны выполнить для этого таинственного Мастера! Это такая простая просьба. Почему вы пытаетесь превратить это в матч смерти?»

(1) Прим.пер.: если проще и по-нашему – «Кот из дома - мыши в пляс».

Глава 298. Femme Fatale?

Однако, кем был Ли Ю Тянь? Он был лишь вторым по силе Великим Мастером, после Юн Би Чена. Значит, не будет ли проблемой в будущем, если он сдаст своего сына при таких обстоятельствах? Дело не в том, что никто с обеих сторон не шёл на переговоры, но все усилия на переговорах были недолгими и с треском провалились. Таким образом, каждая сторона атаковала всё более грязным образом. Вскоре поместье Сюэху было полностью захвачено и стояло на грани уничтожения Зверями Суань, казалось, что они станут их едой, а позже... их экскрементами.

Поэтому Ли Ю Тянь и Ши Чан Сяо не имели другого выбора, кроме как выступить с совместным заявлением, и вызвали всех специалистов Суань в мире на помощь.

И вот как Цзюнь Мосе и остальные узнали о сложившейся ситуации.

Этот вопрос уже превратился в большую проблему...

Все запутались в том, почему такое происходит? Они задавались вопросом, что могло спровоцировать этих двух королей Суань.

«Они подняли оружие против поместья Сюэху... но почему? Я не понимаю…»

Этот вопрос не только сделал всех мрачными, но и заставил их чувствовать себя жертвами. Ли Ю Тянь и остальные из поместья Сюэху были очень запутаны и злы. «За что нам это? Почему такое небесное бедствие постигло нас? Кто стоит за всем этим? Это очень странно!»

Ли Ю Тянь несколько раз спрашивал Высокого Журавля и Большого Медведя:

- Почему? Мы жили в мире столько лет. Более того – у нас даже были деловые отношения. Так почему вы вдруг напали на нас? Даже если нам придётся драться... можете хотя бы объяснить причину?

Вопрос Ли Ю Тяня не был необоснованным. На самом деле, это был очень справедливый вопрос. Разве не должно быть веских причин для двух больших сил идти на войну?

Тем не менее, два короля Зверей Суань каждый раз не могли ответить ему: «Было бы неправильно сказать ему, что мы совершили сделку с одним человеком, и ваше поместье Сюэху всего лишь не понравилось этому человеку... Значит, мы пришли сюда, чтобы сломать ноги твоему сыну... ничего больше?

Разве мы не потеряли бы лицо из-за этого?

Казалось бы, мы получим статус «наёмных бандитов»... выполняя приказы другого человека». На допросе Большой Медведь терял самообладание:

- Ты не Второй Великий Мастер? И ты смеешь допрашивать нас? Ты знаешь, кто мы?

Ли Ю Тянь не спрашивал дальше после того, как Большой Медведь сказал эти слова. Но нападения обеих сторон стали ещё более свирепыми. На самом деле, даже если бы Звери Суань отступили в этот момент... Ли Ю Тянь последовал бы за ними, и совершил бы налёт на лес Тянь Фа.

Все были раздражены…

Тогда Большой Медведь придумал классическую линию и сказал:

- Почему бы и нет? Вы мне не нравитесь. Я наблюдаю за вашим поместьем Сюэху уже давно, и думаю, что вы прямо нуждаетесь в порке! Вы издевались над нами в тот день, верно? Так вот, мы пришли с таким количеством зверей, чтобы запугать вас; как насчет этого? Е*аный старый пердун! Тебе тогда было больше 80, но ты играл с молодыми женщинами, чтобы они родили тебе сына! Даже если ты не стыдишься этого – я, твой сосед, чувствую себя очень стыдно! Поэтому, я и решил преподать тебе урок!

Столетний второй по силе Великий Мастер чуть не проблевался кровью. После этого ярость битвы между двумя сторонами ещё больше возросла, так как Великий Мастер был чрезвычайно возмущён, услышав эти слова.

На этом этапе обе стороны достигли точки, где уже нет места для переговоров...

Поэтому бесчисленные люди и Звери Суань рвались в бой, чтобы бороться с риском для своей жизни. Вокруг лежали огромные горы трупов, и было море крови. Но они не понимали причин этой ненависти, и они не знали истины, лежащей в основе этих событий...

Даже создатель этого недоразумения — молодой мастер семьи Цзюнь Мосе — был смущён и ошеломлён.

«Я только сказал вам посеять хаос, верно? Но теперь я вижу, что вы развязали мировую войну!

Меня нельзя винить в этой битве! Я не хотел, чтобы это произошло - я невиновен!»

Ли Ю Тянь посвятил половину своей жизни чтобы создать поместье Сюэху. Но теперь оно было на грани уничтожения. Однако, если бы он узнал, что «реальной» причиной его затруднений было желание его сына получить молодую наложницу — не удивительно, что он покраснел бы от гнева и умер.

Что за роковая женщина? Никто не мог угадать этого в этих обстоятельствах. Но трупы бесчисленных Зверей Суань, и кровь бесчисленных специалистов Суань искали эту истину на небесах выше, и, в конце концов, узнавали об этой страшной и глупой правде…

С незапамятных времен существовали легенды о красивых женщинах, которые вызывали войны между странами. Однако ни одна женщина никогда не вызывала проблем между человеческим военным миром и зверями…

Гуан Квинхан, эта молодая леди из семьи Цзюнь была беспрецедентной красавицей. Она легко могла оставить любую другую красотку далеко позади!

Если список должен был быть составлен относительно этого – юная леди семьи Цзюнь, Гуан Квинхан, несомненно, была бы признана красоткой номер один во Вселенной! Это было естественно только для таких красавиц, что они вызывали шум и смятение в умах всего поколения. И у этих таких красавиц было кое-что общее... они были невинны.

А эта была самой невинной из всех!

Гуан Квинхан не знала об этом с самого начала. Она находилась в тысячах километрах от этого места скорби и трагедии. Откуда ей знать, что из-за неё образовалась такая гора трупов?

На самом деле, весь этот вопрос останется неразрешимой тайной на всю вечность!

На данный момент шесть экспертов Суань Духа на первом этаже Великолепного Зала Драгоценностей выступали со случайными догадками. Аналогичным образом, Цзюнь Мосе также нахмурился и размышлял над этой проблемой, скрываясь под землей.

«Это восстание Суань Зверей... какова его цель? Битва таких массивных армий? Это пустая трата, на мой взгляд...»

Цзюнь Мосе спокойно остался под землёй. Его мысли вертелись у него в голове, как назойливые мухи. Однако он чувствовал, как будто он не вникает в самый важный момент дела. Он считал, что некоторые непредвиденные неудачи превзойдут его ожидания и подготовку.

В конце концов, он решил не беспокоиться об этом. «Имеет ли это восстание Зверей Суань какое-либо прямое отношения ко мне? На самом деле, я думаю, что это очень удачный случай! Кроме того, я еду в лес Тянь Фа только на поиски сокровищ. Другие могут пойти туда, чтобы положить конец этому восстанию. Но у меня нет времени на это…

Более того, эти люди выше действительно мне ненавистны. Они планируют «иметь дело» с Третьим дядей и семьёй Цзюнь. На самом деле, они пошли так далеко, как замышляют уничтожить нашу семью за один ход! Этого нельзя терпеть!»

Затем, Цзюнь Мосе свалил оттуда. Он молча пробирался внутрь земли. Юный мастер Цзюнь всё это время был очень незаметен.

Этот «Побег Инь Ян» был очень таинственным. Даже чрезвычайно сильному специалисту будет трудно найти его. Ранее лишь Ли У Бэй смог обнаружить слабые признаки молодого мастера Цзюнь. Но он не смог по-настоящему найти его. Цзюнь Мосе был действительно поражён остротой чувств Великого Мастера. Тем не менее, его уверенность в «Побеге Инь Ян» выросла во много раз. Если даже Великому Мастеру не удалось найти следы — тогда можно было забыть о простой мелочи.

Сяо Фэн Ву не присутствовал на этой встрече. Возможно, это было из-за его статуса. Возможно, его не считали «достаточно квалифицированным», чтобы посещать такие встречи высокого класса. Однако Цзюнь Мосе не забывал о главной цели своего «визита».

«Только действительно хороший предмет может спровоцировать такую реакцию от Пагоды Хунцзюнь... Пополняющий Душу Нефрит семьи Сяо? Это имя очень неудобно произносить!» Цзюнь Мосе критиковал про себя. Углы его рта искривились. «Божественное подавление Сяо Бу Ю? Учуешь запах моей души за 500 км?

Хм... Я скроюсь в Пагоде Хунцзюнь, как только получу свой «приз». Даже Божественное Подавление Древнего Бессмертного будет бесполезным, верно? И, что касается этой техники... твоя техника может быть удивительной, но она не сможет обнаружить меня, если меня нет, не так ли?

На самом деле, это точно так же, как говорят: «Добродетель – в одну ногу высотой, а дьявол – во все три метра!» Ты силён, но я лучше тебя!

Старейшина Сяо редко проявляет такие благие намерения. Сяо Фэн Ву изолирован в отдельной комнате, как будто это просто приглашение на горячие пирожки. Такие добрые намерения хорошо вписываются в мою жизнь. Как будто они предлагают мне подарок обеими руками! Итак, как я могу разочаровать их и отказаться от этого предложения?»

Цзюнь Мосе почувствовал бы себя очень виноватым, если бы он отказался от предложения Второго старейшины семьи Сяо...

«Второй старейшина этой семьи не просто великодушен...»

Таким образом, Цзюнь Мосе начал обыскивать все здания. «Они сознательно спланировали всё таким образом, что мне было бы легко украсть это. Так что найти её не составит особого труда...»

Ум Цзюнь Мосе был спокойным, когда он обыскивал каждую комнату в здании его грозным духовным чувством. Он понял, что в каждой комнате есть кое-что общее. В каждой комнате пряталась небольшая часть слабо различимой духовной сущности — сильной или слабой — с целью наблюдения за ними. В то время как секретная комната посреди здания была покрыта явными слоями этих сущностей. Вор, решивший украсть вещь, зашёл бы спокойно, но на выходе его схватила бы и начала душить вся эта сущность.

Цзюнь Мосе улыбнулся, не чувствуя страха. Затем он украдкой начал двигаться в сторону секретной комнаты. «Дерьмо! Ты считаешь себя Великим Мастером?! Думаешь, твоя духовная сущность сторожит комнату? Очень? Ты слишком высоко относишься к себе и недооцениваешь меня!»

Конечно, все было как ожидалось.

Сяо Фен Ву сидел со скрещенными ногами и прямой спиной в комнате. Его глаза были закрыты, он сам выглядел немного бледным. Руки его лежали на груди, чтобы поддержать и защищать нефрит. Этот нефрит и был главной целью молодого мастера Юнь — Пополняющий Душу Нефрит семьи Сяо!

Он был подлинным, а не подделкой. Цзюнь Мосе мог чувствовать огромное количество чистой энергии, скрытой в нем. И даже в Суань Ци самого Сяо Фэн Ву. По крупицам она выходила из нефрита и преобразовывалась в Суань Ци, после чего начинала течь по меридианам молодого человека. Видно, что цвет лица Сяо Фэн Ву улучшается после каждого цикла.

Использование Пополняющего Душу Нефрита семьи Сяо стало ясным для молодого мастера Цзюнь.

Юный мастер Цзюнь мог почувствовать чистую энергию, которую Сяо Фэн Ву поглощал. Нефрит скрывал много энергии, но молодой человек поглощал меньше, чем малую часть его. Тем не менее, Цзюнь Мосе был очень огорчён этим: «Как этот ублюдок может обладать такой вещью! Как эта скромная семья Сяо может иметь такое драгоценное сокровище! Как их можно считать подходящим владельцем такого бесценного товара?

Им не должно быть разрешено иметь этот Небесный предмет. Их отношение возмутительно! Они злят Небеса и бесят народ!

Только этот мастер может быть безупречным и достойным обладать этим нефритом!»

Юнь Мосе рванулся вперёд на большой скорости без каких-либо колебаний. Рука его стала похожа на коготь орла, когда он пролетал перед телом Сяо Фэн Ву. Затем он быстро схватил ожерелье, легко сорвав с шеи мальчика.

Его движения были молниеносными!

(1) Прим.пер.: Femme Fatale с французского – роковая женщина.

Глава 299. Нефрит убегает…

Сяо Фэн Ву изо всех сил поглощал энергию нефрита. При этом травмы его тела и меридианы исцелялись. Он знал, что его используют как приманку из-за его Пополняющего Душу Нефрита. И было бы ложью сказать, что он не боялся. Был шанс, что таинственный мастер не убьёт его, так как малолетка была слишком низок по силе. Тем не менее, Сяо Фэн Ву был панически поражён мыслью, что его травмы могут не успеть полностью исцелиться, если таинственный мастер появится очень рано... Ему придётся, скорее всего, страдать этой болью еще несколько дней…

Поэтому он усердно и от всего сердца продолжал поглощать чистую энергию Нефрита. Воздействие этой чистой энергии на его меридианы было таким, что он мог отчётливо чувствовать, как будто всё его тело греет тёплое весеннее солнце. Он чувствовал себя тепло, расслабленно, безопасно и комфортно. Его серьёзно поврежденные меридианы восстанавливались с удивительно быстрой скоростью. Это удивительное и комфортное чувство почти заставило его едва ли не стонать. Как будто его разум плыл, как будто он был на небесах... Сяо Фэн Ву чувствовал, что он был будто в состоянии алкогольного опьянения, или во сне.

Затем, Нефрит, который он держал, внезапно исчез...

Сяо Фэн Ву спешно открыл глаза в тревоге. Он увидел, что Нефрит не на его груди, а парит в воздухе. Однако он «уходил» от него довольно быстро. Самое удивительное для Сяо Фэн Ву было то, что он не мог ни увидеть тени, ни почувствовать ауру любого человека. Как будто Нефрит быстро отрастил себе пару ног, ожил и сам сбежал.

«Как это происходит? Что происходит? Это тот таинственный мастер использует Суань Ци, чтобы манипулировать Пополняющим Душу Нефритом вдали от меня...? Но ведь нет колебаний в Суань Ци...» Сяо Фэн Ву не мог узнать правду о том, чему он был свидетелем.

Сяо Фэн Ву чувствовал себя немного странно, как будто он был во сне. Он потряс головой, чтобы обрести какой-то смысл. Единственное, что он понял – что нефрит скоро исчезнет. Он был огорчён мыслью потерять чудотворный Пополняющий Душу Нефрит. Ему не слишком хотелось, но он набрался мужества и со скорбью в голосе крикнул:

Кто-нибудь... идите сюда... Нефрит убегает!

«Нефрит убегает?»

Цзюнь Мосе чуть не рассмеялся: «Чёрт! Этот парень очень талантливый! Нефрит – это, несомненно, чудесная вещь. Но, это всё-таки неодушевленный предмет. Сказать, что... он убегает... я действительно потерял дар речи…»

Тем не менее, Сяо Фэн Ву был в отчаянии. Более того, он был в недоумении по поводу объяснения происходящего перед его глазами. Что касается того, чтобы кто-то ухватил его и сбежал с ним... но он не мог никого видеть... на самом деле, он даже не мог видеть тени призрака. Поэтому Сяо Фэн Ву крикнул в отчаянии «Нефрит убегает...» — не понимая, как смешно это звучало. Хотя, его слова сумели точно описать то, что он мог видеть.

- Кто-то пытается украсть Нефрит! – Сяо Бу Ю был в другой комнате, но его белые брови поднялись за секунду до того момента, как Цзюнь Мосе выхватил Нефрит из рук Сяо Фэн Ву. Он инициировал своё Божественное подавление, и оно мгновенно дало ему чёткое понятие. Затем полупрозрачный зелёный орел быстро вылетел из его груди и полетел прямо к комнате Сяо Фэн Ву.

Этот результат был чем-то, чего он не ожидал. На самом деле, это было неразумно!

Третий старейшина описал тираническую силу и темперамент таинственного человека. И, поскольку он уже спёр одно сокровище и вряд ли он не попытается забрать и вторую половину. На самом деле, он не сомневался в этом.

Однако комната была покрыта многими слоями духовной сущности к тому моменту времени. Таким образом, это был очень мощный защитный механизм. Даже первому Великому Мастеру, Юн Би Чену, трудно было скрыть своё присутствие. Таким образом, было бы невозможно, чтобы нормальный человек не вызвал колебаний в духовной сущности, которая использовались для охраны комнаты. Но этот таинственный человек сумел проникнуть, ничего не потревожив. Такое мастерство было необыкновенным и крайне редким.

В следующий момент, тонкое тело Сяо Бу Ю быстро вылетело из комнаты.

Он полетел в секретную комнату, где пострадавший Сяо Ву исцелялся.

Сяо Бу Ю испустил мягкий, но пронзительный и долгий крик. Вопль был не очень высоким, но он был непрерывным, и всколыхнул весь Великолепный Зал Драгоценностей. Эксперты Духа Суань отреагировали с удивительной скоростью. В одно мгновение двенадцать экспертов окружили комнату Сяо Фэн Ву в соответствии с планом, изложенным ранее. Все в этом оцеплении сосредоточили своё полное внимание, и, казалось, были готовы отреагировать в любой момент.

Этот человек проник через несколько слоев духовной сущности и украл Нефрит. Он был необычный враг. Все это поняли.

«Этот человек – главный враг!»

Крик Сяо Бу Ю ещё не прекратился. Глаза его распахнулись, раскрыв убийственные намерения. Затем Старейшина взял на себя инициативу и бросился в комнату Сяо Фэн Ву.

Он ударил в толстую дверь из красного сандала своей Суань Ци, когда он был примерно в семи футах от комнаты. Дверь бесшумно распалась на мелкие осколки и исчезла в воздухе. Сяо Бу Ю ворвался в комнату, как молодой дракон. Скорость его движений была такой же быстрой, как молния.

Сяо Бу Ю подсчитал кур ещё до того, как яйца вылупились (1). Он посчитал, что его войска будут одновременно действовать, а он возьмёт на себя руководство. Тем не менее, ему не нужно было, чтобы все мужчины ворвались в комнату. Это привело бы к хаосу и помогло бы таинственному человеку сбежать.

Поэтому он решил, что только сильнейший человек прорвётся через дверь, а остальные образуют вокруг комнаты заграждение. Затем они должны начать строгое наблюдение, и блокировать любого, кто попытается убежать. В таком случае, вор должен был бы столкнуться с одним из них лицом к лицу, если бы вышел из комнаты – независимо от того, какой путь побега он бы попытался принять.

Если бы тот, кто преграждает путь, вывел свою полную силу и сумел остановить его, хотя бы на мгновение... этого было бы достаточно для того, чтобы окружить врага и совершить совместную атаку.

Сяо Бу Ю был в полной уверенности в своих людях, даже самом слабом среди них. Они смогли бы даже остановить сильнейшего из «Восьми Великих Мастеров», Юн Би Чена, правда, ценой своих жизней.

Сяо Бу Ю не поверил бы, что в этом мире есть кто-то, кто смог бы избежать его зорких глаз на этом этапе. Кроме того, пятеро экспертов Духа Суань и семь мечей Города Серебряной Метели ждали снаружи!

Этот таинственный человек смог проникнуть в комнату очень скрытно, но это было бы шуткой, думать, что он сможет избежать такого жёсткого кордона.

Это расположение было абсолютно безупречно и безопасно. Не было никаких шансов на ошибку.

Тем не менее, Сяо Бу Ю не понял, что неудачи часто происходят неожиданно.

Он вломился в комнату Сяо Фэн Ву. Он был весь окружён Суань Ци от головы до ног...

Он слышал слухи об ужасающей силе этого человека в маске. Хотя, он этого не боялся. Третьим и Шестым старейшинами ему также было дано описание характера этого человека. И он не боялся этого. Он беспокоился тем, что по собственной неосторожности он мог помочь этому человеку в маске сбежать. Так как он мог осмелиться быть неосторожным в тот момент?

Его тело было покрыто Суань Ци, когда он вошёл. Затем он быстро крутанулся на пальцах ног. Казалось, балерина пыталась сделать очень сложное па. Тем не менее, Сяо Бу Ю не мог найти ничего странного в комнате.

Только Сяо Фэн Ву был в комнате. Он стоял с глупым выражением на лице.

- Где этот человек? – заорал Сяо Бу Ю. Он думал про себя. «Не говорите, что мы опоздали! Это невозможно! Благоухающий Орёл тоже летел в этом направлении! Что мы сделали не так?»

- Какой человек? – Сяо Фэн Ву был в растерянности от того, что его дед только что спросил его.

- Человек, который украл твой Нефрит! Ты идиот? – Сяо Бу Ю чувствовал тошноту от идиотизма и слабости собственного внука. «Проклятие! Тот человек выхватил Нефрит из его рук, а он спрашивает: «Какой человек?» Это было хорошо, что Сяо Бу Ю был достаточно силён. Иначе он бы загорелся из-за собственной ярости.

- Здесь никого не было! – Сяо Фэн Ву посмотрел на свои пустые руки, а потом на своего злого дедушку. Он был в растерянности от того, что только что произошло, и был бесконечно запутан. «Как этот нефрит улетел от меня? Это очень странно. Он превратился в призрака?»

- Никто? Никто не забирал твой Нефрит из рук? Ты говоришь этому старику, что Пополняющий Душу Нефрит отрастил крылья и улетел сам по себе? – раздался громкий ор в ответ.

- Да, дедушка. Это было очень странно. Нефрит не вырастил крыльев, но он улетел сам по себе... действительно...! – лицо Сяо Фэн Ву было действительно серьёзным.

- Ты... идиот! – Сяо Бу Ю выкрикнул в гневе. Его одежда громко хлопнула, когда он подпрыгнул, психанув. Его лицо было тёмным от гнева. «Я видел бесполезных людей... я даже видел идиотов... но я никогда не видел такого идиота, как этот. И неожиданно, такой «мусор» – мой внук!»

- Но... я сказал правду... Нефрит улетел... не отрастил крылья... но он улетел... и он сделал это очень быстро... – Сяо Фэн Ву бормотал, стоя перед Сяо Бу Ю. Он чувствовал себя обиженным и чувствовал, что с ним несправедливо обращаются. «Почему я говорю правду, когда никто не готов верить мне? Я говорю только то, что видел своими глазами!»

- Я твой дед! Ты, мерзавец, как ты смеешь говорить такую чушь передо мной! – Сяо Бу Ю сыпал проклятиями, зависнув в воздухе. Ци вышла из его ладони и ударила внука по лицу с громких «Бабах!»

Сяо Фэн Ву немного пошатнулся и упал. Его лицо мгновенно распухло.

Сяо Фэн Ву обиженно прикрыл лицо. Но он сохранил свои чувства: «Да что херня! Ты мой дедушка? Тогда найди этого человека. Но ты не мой дедушка, если не можешь найти его…»

Сяо Бу Ю сорвался с места, как метеор, и поднялся метров на тридцать над Великолепным Залом Драгоценностей. Он облетел всю территорию по широкому кругу, быстрый, как молния. Его глаза видели всё под звездным светом на протяжении пяти километров. Тем не менее, он не смог найти самой мелкой улики.

«Может ли движение этого человека быть таким скрытым?»

Небольшой Благоухающий Орёл кружил вокруг него. Очевидно, что он тоже утратил свою цель.

«Как это возможно?»

(1) Прим.пер.: китайская поговорка, означающая что он все предвидел.

Глава 300 Мы не смогли!

Голос Сяо Бу Ю был нежным, но сильным, казалось, будто вулкан вот-вот извергнется. Он не смог сдержать эмоций:

- Вы видели, кто вышел?

Двенадцать экспертов, которые проверяли маршруты побега, с тревогой смотрели друг на друга.

«Мы не смогли обнаружить его, когда он проник в это место. И как, ты думаешь, мы найдём его сейчас? Никто не выходил!»

- Будьте спокойны, Второй брат. Нас двенадцать, и мы создали очень плотный кордон. Даже комар не сможет улететь и убежать. Поэтому я прошу Второго брата сделать шаг, – Третий старейшина прикоснулся к рукояти меча. Он говорил эти слова уважительно. Его волосы были белыми: борода его была бела, как снег, а меч светился холодным светом.

- Третий Старший Брат прав! Пожалуйста, успокойтесь, второй Старший Брат! – все повторили в согласии. Казалось, они дали торжественный обет.

Сяо Бу Ю был бы рад, если бы он слышал эти слова раньше. Вообще-то, он бы даже гордился. После всего, способности его младших братьев никогда не подвергались сомнению.

Однако в настоящее время их смелые слова звучали нелепо. На самом деле, он чувствовал себя несколько стыдно за них. В его сердце возникло несравненное чувство беспомощности. Он поднял глаза и издал долгий вздох. Затем Второй брат медленно спустился на вершину Великолепного Зала Драгоценностей и встал там в изумлении.

- Что-то не так, второй брат? – все видели, что его настроение не очень хорошее.

- Мы не смогли... – Сяо Бу Ю вздохнул глубоко и посмотрел вдаль. Его выражение было меланхоличным и пустым. Это показало полное унижение, которое испытало его сердце.

«Кто был этот человек, который украл Пополняющий Душу Нефрит?

Кто в этом мире мог обладать таким умом, что мы даже не смогли отследить его?

Он пришёл, не оставив своих следов... или даже тени!

Он ушёл, не оставив ни единого следа!

Мог ли мастер Юн Би Чен или другие легендарные герои сделать это?»

- Мы не смогли? Второй Брат, что ты говоришь? – каждый из двенадцати экспертов побледнел. После того, как Сяо Бу Ю сказал: «Кто-то крадёт Пополняющий душу Нефрит», все знали, что произошло. Они предполагали, что этот таинственный человек, наконец, появился. Все были в приподнятом настроении и рвались в бой. Они хотели увидеть, кто это был за человек. Однако они не смогли даже найти его тень. Все предполагали, что это ложная тревога. Но затем они услышали, что «они не смогли» из уст Сяо Бу Ю.

- Может ли быть...? – все посмотрели на Сяо Бу Ю и заметили его выражение. Выражения их лиц раскрывало их неверие, но тон их голоса подсказал, что они уже начали верить в это.

- Да, вы угадали правильно. Пополняющий Душу Нефрита попал в руки этого человека, – Сяо Бу Ю озвучил это мрачным голосом. На самом деле, он не мог говорить как обычно из-за его печали. – Я даже не мог видеть тени этого человека. И Нефрит исчез без следа. Мы не смогли увидеть этого человека, хотя сразу же ворвались на место. Вы, очевидно, тоже не заметили эту иглу в стоге сена. Это первый раз, когда Город Серебряной Метели так бездарно проиграл…

- Как это может быть? Второй брат, мы не должны забывать, что ты использовал своё Божественное подавление на Нефрите! – Девятый Старейшина смотрел на него с широкими глазами. – Но даже с этими мерами предосторожности, которые мы приняли... разве нелегко было бы найти его, если бы мы захотели?

Каждый имел выражение - «Ты идиот» на лице. «Второй брат стоит тут с такой постной рожей, если его методы были сейчас полезны?»

Однако выражение каждого подверглось огромной трансформации, как они подумали об этом.

- Это бесполезно. В тот момент, когда человек схватил в руки этот Нефрит — он каким-то невероятным образом устранил и моё Божественное подавление, и Замок души. Мы не можем использовать это сейчас, – Сяо Бу Ю посмотрел вверх на маленького зелёного орла, который парил выше. Он чувствовал себя очень беспомощным.

- Как это возможно? – двенадцать экспертов едва не задохнулись. – Божественное подавление связывает себя с телом цели, как только оно соприкасается. Итак, как человек мог оборвать эту связь без следа? Более того, какой силой обладал этот человек, чтобы снять это? Кроме того, пятисоткилометровый Замок Души являлся секретным веществом Города Серебряной Метели. Он буквально прикрепляется к душе человека, как только он попадает в контакт с целью. Только специальный антидот из Города Серебряной Метели может снять этот замок. В противном случае, он прилипает к человеку на всю жизнь. Итак, как этот человек мог удалить его? Всё это кажется совершенно немыслимым!

- Ты уверен, второй брат? – суровый голос спросил. Все повернулись к источнику голоса, и они поняли, что Пятый старейшина произнёс эти слова. Из девяти братьев он был самым осторожным.

- Уверен! – Сяо Бу Ю вздохнул и нахмурился. Казалось, что он постарел на десять лет в одно мгновение. Затем, он продолжал тихо:

- Моя главная забота сейчас состоит в том, что... он смог устранить Божественное подавление, и Замок Души... так что... мы не можем сказать, что его сила «номер один под этим небом», но на много уровней выше наших. Поэтому, я считаю, что если он захочет получить наши Пополняющие Душу Нефриты... он может сделать это с легкостью. На самом деле, для него не будет трудно даже заставить нас отдать оставшиеся Нефриты, атаковав Город Серебряной Метели... так что…

Все прекрасно поняли смысл его слов: «Да... если он действительно непревзойдённый специалист... зачем ему охотно брать на себя репутацию вора на всю его жизнь? Его имя будет испорчено этой репутацией. И он не сможет стереть это пятно, если он станет известным на этой земле в будущем. В этом нет смысла!»

Все молчали.

Если бы он был номером один — его сил было бы достаточно, чтобы одолеть Восемь Великих Мастеров. Однако этот человек не раскрыл себя. И те тринадцать экспертов Города Серебряной Метели не сумели ничего сделать против этого загадочного человека. Итак, все чувствовали себя разочарованными. Но они также боялись его. На самом деле, они были очень напуганы…

«Нам повезло, что он хотел украсть только Джейд! Если бы он намеревался сражаться с нами... разве он не смог бы нас раздавить до смерти, как тараканов?»

Семь мечей Города Серебряной Метели стояли в тишине со спокойными лицами. Однако они так сильно сжимали свои мечи, что их костяшки побелели.

- Я шёл на голову впереди всех, вместе с нашим Городом Серебряной Метели последние тридцать лет. Но сегодня мне неожиданно вручили поражение... – Сяо Бу Ю завёл руки за спину, стоя на вершине Великолепного Зала Драгоценностей. Он задумчиво смотрел на город Тянсян. Город казался наполненным огнём под светящимся звёздным светом. Затем он протяжно вздохнул и долго стоял так неподвижно.

Двенадцать экспертов почувствовали удушающее ощущение в груди. Им даже дышать стало трудно... как будто огромное небо над городом Тянсян внезапно стало давить на них.

- Спешите в Город Серебряной Метели. Сообщите им о сегодняшнем случае. Мы скоро уедем в Тянь Фа. Это место не было благосклонным к нам. Надо поторопиться, – волосы, борода и одежда Сяо Бу Ю шуршали на ветру. Его голос был очень пустым и мрачным. Казалось, гордость и высокомерие — всё, что он заработал на протяжении многих лет — покинули его тело, когда он говорил эти слова. В его голосе была только невыразимая печаль…

Он чувствовал, как будто это... конец дороги для героя!

- Второй брат! – двенадцать экспертов произнесли озабоченно.

Сяо Бу Ю махнул рукой:

- Слишком много думать – не хорошо для вас! Все должны пойти отдохнуть, – он уже начал двигаться, когда закончил своё предложение. Затем он внезапно исчез с крыши, оставив только тяжёлую и пустынную ауру.

Цзюнь Мосе перенёс Пополняющий Душу Нефрит в Пагоду Хунцзюнь за долю секунды. Затем, он приложил все усилия, чтобы инициировать «Побег Инь Ян», и стоял неподвижно в углу комнаты Сяо Фэн Ву. Юный мастер Цзюнь решил спокойно наблюдать за ситуацией и любыми изменениями, которые будут происходить после этого.

Тем не менее, Сяо Бу Юй прямо «лопнул» в тот момент, когда он убрал Нефрит прочь. Острая Суань Ци старейшины разошлась во все стороны, наряду с его Божественным подавлением. Как будто тысяча острых мечей дико качались в воздухе. Это затруднило даже дыхание Цзюнь Мосе. Он не мог не удивиться.

«Этот человек из Города Серебряной Метели – не мелкая сошка. Его аура немного уступает Одинокому Сокола, но не на много...

Неудивительно, что Город Серебряный Метели был так уверен в своих планах».

После этого, Цзюнь Мосе спокойно смотрел разворачивающуюся драму бесплатно и без рекламы. Он мог чувствовать только одно от этих экспертов - удивление. Он был не более чем «маленьким окунем» перед ними. Тем не менее, эти большие акулы, как эксперты Суань Духа хвалили его навыки, и чуть было не объявили его «номером один» под небесами.

Это было очень приятно для него! На самом деле, это было почти слишком круто…

Вполне естественно, что молодой мастер Цзюнь просто наблюдал за всем, что происходило в то время, не более того. На тот момент он не собирался оглашать своё мнение. Когда Сяо Бу Ю стоял в депрессии — Цзюнь Мосе стоял недалеко от него. Он положил руки на колени и с интересом заглянул в лицо старейшины. Молодой господин Цзюнь испытывал радость, видя своих врагов в печали.

Он неожиданно почувствовал себя очень расслабленным, когда стал свидетелем, как Сяо Бу Ю принял неожиданное решение пойти к Тянь Фа. Он знал, что эти люди будут пытаться усложнить ситуацию для него и его дяди. На самом деле, они могут даже попытаться убить Одинокого Сокола, но он не беспокоился об этом.

Он знал, что действие его ауры будет намного хуже на юге, чем здесь. Значит, он должен их бояться?

Это было бы большой шуткой!

Тем не менее, он беспокоился о возможностях этих людей из Города Серебряной Метели перехватить и атаковать армию на пути. Шансы на это были очень невелики. На самом деле это показалось нелепым. Но это было главной заботой Цзюнь Мосе.

Все остальное было неважно.

Таким образом, Цзюнь Мосе не ушёл. Он почувствует облегчение только после того, как увидит, как они уйдут. Затем, он будет стараться изо всех сил, чтобы задержать движение армии, так как для него было бы не очень хорошо, если эти люди атакуют армию на полпути…

На следующее утро Цзюнь Мосе увидел шесть Великих Старейшин Города Серебряной Метели, семерых экспертов Суань Неба, Сяо Хана и Mу Сю Тонга. Они сопровождали бледного и слабого Сяо Фэн Ву и принцессу Хан Янь Мэн вместе с её багажом, - они ушли в грандиозной манере. Он увидел, как они покинули город Тянсян. Он заметил, что они были полностью нагружены в своё путешествие. Итак, он почувствовал облегчение и отправился домой.

«Вы, наконец, сбежали! Тянсян теперь мой!» – Цзюнь Мосе вернулся домой. Он почувствовал несравнимое облегчение.

Он едва достиг ворот, когда в его ноздри попал чрезвычайно острый запах. Он чуть не упал. «Что это?» Он осторожно попытался выяснить, откуда он идёт, и вскочил в испуге.

«Небеса мои! Ах! Что это?!»

Глава 301. Вот как закупаются ингредиенты

Он не заметил, что группа солдат сопровождала более десяти колесниц к воротам резиденции Цзюнь. Одна команда солдат снимала ящики с телег на землю. Каждая из этих коробок была либо громоздкой, либо маленькой и красивой. И чрезвычайно острый запах лекарств, который щекотал его ноздри, исходил от этих коробок.

К счастью, эти коробки таскали в дом, а не из него. В противном случае, первой фразой Цзюнья Мосе было бы: «Люди совершили набег на наш дом! Они конфискуют наши вещи!»

Сцена была очень хаотичной. Однако на этом всё не закончилось. Группа из примерно пятидесяти людей среднего возраста бегала вокруг. Они кричали, матерились, скорбели и умоляли. Это делало всю ситуацию еще более хаотичной.

«Что происходит? Что здесь происходит? Что это?»

Цзюнь Мосе ходил сквозь толпу с подозрением и сомнениями. И когда он собирался войти через ворота... он услышал громкие крики с другой стороны. Скорбящие люди среднего возраста бросились к нему и встали перед ним на колени. Их лица были покрыты соплями и слезами. Они начали плакаться:

- Молодой господин Цзюнь, пожалуйста, будьте добры, пожалуйста, будьте великодушны и отпустите нас! Мы желаем вам долгой жизни! Мы молим, чтобы у вас была благословенная жизнь ещё на сотню лет, и вы достигли великого положения! Пожалейте наши маленькие лавочки! Нам надо кормить наши семьи, пожалуйста, помилуйте нас!

Цзюнь Мосе был в тупике: «Как я связан с этим? О чём они говорят? Они делают вид, будто я – злой тиран из легенд, который заставляет маленьких девочек заниматься проституцией, отбирающий у детей конфеты, не дающий чистить по утрам зубы и вообще моральный инвалид... Кто эти люди?! Что тут, блин, творится-то?!»

- В чём дело? – Цзюнь Мосе нахмурился. Он знал, что эти купцы не осмелятся говорить ни с кем из его подопечных. Поэтому он спросил солдата, стоящего рядом. Но солдат лишь покачал головой. Неожиданно, но он также не знал о причине этого волнения.

Только когда молодой мастер Цзюнь начал чувствовать себя мрачно — земля начала трястись. Потом из-за поворота выплыла чудовищно огромная голова.

- Я принёс те лекарства, о которых ты просил. Те, которые были легкодоступны, и те, которые не были: я принёс их все! – Жирный Танг горделиво сказал. Казалось, он показывал свои сокровища. – Вот и всё! Твой брат быстро решил свою задачу на сто процентов!

Цзюнь Мосе чувствовал себя немного удивлённым: «Я сказал тебе найти как можно больше ингредиентов для моих лекарств, как ты можешь. Но это слишком. И что случилось с этими людьми?» Он не мог не ляпнуть:

- Откуда у тебя столько ингредиентов? И что случилось с этими людьми?

- Ах! Молодой мастер, все заодно. Так почему ты так формально говоришь? И почему ты так удивлён? – Танг Юань прошёл через толпу и подмигнул, как будто подразумевал чёткое понимание между ними.

- Молодой мастер Танг, молодой мастер Цзюнь, пожалуйста, будьте добры к нам! Пожалуйста, отпустите нас! Мы просим вас, оставьте хоть немного средств для нашего выживания! – люди вновь начали умолять, когда увидели Танг Юаня. Затем они окружили двух молодых мастеров, встали перед ними на колени и начали стучать головами по земле.

- Вы... – Цзюнь Мос был ошеломлён на некоторое время. Потом он потихоньку начал понимать, что произошло... по большому счету. Казалось, что Жирный Танг пошёл в несколько фармацевтических семей, и изъял эти ингредиенты из их магазинов. «И если я не ошибаюсь... эти люди, возможно, не были в состоянии раздать такое большое количество...»

- Ты срочно попросил эти ингредиенты. Но, сумма была большой. Как я мог закупить столько за такое короткое время? И, куда мне пойти, чтобы взять эти ингредиенты для тебя? Поэтому я тщательно разработал план!

Танг Юань выглядел очень довольным собой, как заговорил:

- Я сделал договоренности, чтобы пойти в эти аптеки. Затем, я изъявил своё желание купить ингредиенты. Тем не менее, ты попросил очень большое количество ингредиентов, и они сказали, что они не хотят расставаться с таким количеством. Они сказали мне, что со дня на день они сумеют продать столько ингредиентов, но...

Цзюнь Мосе не говорил. Он закатил глаза: «Ты сделал глупый шаг! Как они будут делать бизнес, если ты захватил их акции? Разве ты не знаешь, что одной семье требуется несколько дней, чтобы завершить свой оборот? И, ты только что сказал «Всё»? Ты забрал всё из их магазинов?»

- Итак, эти старшие люди очень разозлились, – глаза Танг Юаня открылись широко, и внутри них появилось убийственное выражение. - Они отказались вести со мной дела. Они мне ничего не продавали. Что явно означало, что они пытались обмануть меня! Как они посмели это сделать?! Они осмелились запугивать нас – двух братьев! А разве это не нарушение закона? Так вот, я сразу пошел в министерство и получил письменное разрешение. Затем я настоял на том, чтобы повлиять на этих людей. Затем я пошёл в те самые семьи — и потому, что они действовали так жёстко вчера — я забрал всё, что у них было, и закрыл их магазины. Я перевёз эти лекарственные ингредиенты сюда.

Цзюнь Мосе сказал:

- По какой причине ты дал министерству изъять эти предметы у этих семей? Ты сказал министерству, что хочешь этого... они подумали, что это круто... и дали тебе письменное согласие?

- Третий молодой мастер... ты тупой? Почему ты говоришь так, будто не знаешь, как работает бизнес? – Танг Юань подозрительно посмотрел на него. - Мы можем захватить их вещи, когда мы хотим, из-за нашего статуса. Зачем нам давать какие-то оправдания? Они научатся уважать нас, если мы можем прийти и захватить ресурсы своих семей по нашей прихоти! Именно поэтому мощные люди идут и совершают аресты за безосновательные вещи! Они захватывают предприятия и ждут несколько дней. Затем они обычно отпускают хозяев, если они в хорошем настроении. Тем не менее, они отрубают головы всем, кто их бесит, так как слушать этот плач о мелочах очень раздражает…

Углы рта Танг Юаня поднялись вверх.

Цзюнь Мосе смотрел с широко открытыми глазами. Это был первый раз, когда он понял, что он не был должным образом интегрирован в его социальный статус с момента перехода в этот новый мир. Идеология Танг Юаня была очень разумной. Учитывая условия этого феодального общества... двум молодым дворянам, таким как Танг Юань и Цзюнь Мосе, разве нужно будет давать какое-либо обоснование, если они захотят получить весь запас из магазина?

«Но, не слишком ли деспотично?»

Не было лучшего способа объяснить это. Цзюнь Мосе и Танг Юань могут действовать жёстко и неразумно. Их статус позволил бы им войти в любой магазин, и захватить весь семейный бизнес. Даже если бы они убили каждого из этих людей — они могли бы обратиться в министерство юстиции. После этого они могли бы сказать: «Мы убили их. Важно было подвергнуть правосудию тех, кто заслуживает наказания. Мы действовали в соответствии с разумной самообороной и заслуживаем того, чтобы получить Императорскую благодарность! О, и подожди... семьи покойников всё ещё должны компенсировать ущерб нашему духу! У нас был шок! А остальных мужчин семьи нужно отправить их всех в тюрьму. И, если у вас, низменных чиновников, с этим проблемы — мы не против отправить и вас в тюрьму на несколько дней. Это мы решили!»

Это было преимуществом такого высокого статуса в обществе такого типа. Можно было бы также спросить — сколько людей во всем Тянсян может спровоцировать две большие семьи – Танг и Цзюнь?

«Я не могу говорить за этот мир... но я никогда не мог вести себя так в предыдущем... так что это действительно другой мир!»

Цзюнь Мосе повернулся, чтобы посмотреть на многочисленные мирные лица. Он подсчитал их количество. В конце концов, он понял, что магазинчики из аптек семи семей уходят сейчас за его двери.

Он стал очень ясно понимать этот вопрос. Толстяк Танг вёл себя точно так же, как и Убийца Цзюнь. Он убил цель, и спокойно шёл дальше без задней мысли.

- Все слышали, да? Знаете, в чём проблема? Скажу вам – я не счастлив. Позвольте спросить вас – кто в империи Тянсян посмеет отказаться от дел со мной?!

Танг Юань орал так, что лошади только удивлялись. Разумеется, аптекари не могли пропустить такой ор... «Как же я сожалею об этом сейчас... от всего сердца... Я бы дал ему низкие цены, если бы знал, что это произойдёт... возможно, он оставил бы меня в покое, если бы я дал ему подарок... Я теперь не смогу заниматься делами ещё неделю-две при таких обстоятельствах. Если трезво посмотреть — моя семья уничтожена!»

Люди из толпы почти одновременно кивнули:

- Мы готовы предложить все наши семейные свойства для двух молодых мастеров. Мы просто просим двух молодых мастеров не забирать все наши запасы... и проявить к нам милосердие...

- Дерьмо какое-то! Думаете, этот молодой мастер беден? Думаете, мне нужны ваши предложения? Кроме того, что вы можете предложить мне, кроме лекарств? Проклятие! Вы дадите мне лекарства в подарок? Надеетесь, что я заболею? Будете ли вы счастливы, если я умру? – Танг Юань кричал, размахивая кулаками снова и снова.

«О-о-о, ещё как! Мы надеемся, что ты заболеешь. Простому народу очень повезёт, если ты заболеешь и сдохнешь!» Хозяева магазинов гневно думали. Однако их лица проявляли только покорность из страха.

- Слушайте все! Наш Аристократический зал нуждается в этих ингредиентах и срочно! У нас не было выбора, кроме как использовать такой метод, чтобы получить их. Я с удовольствием приму ваши лекарства. Но позже можно будет договориться с бухгалтером и рассчитаться по счетам с молодым мастером Тангом. Этот молодой мастер гарантирует, что вам заплатят, независимо от того, какую сумму мы должны вам. Мы купим все ваши товары по справедливым ценам. Мы никого не обманываем. Согласны ли вы на это, джентльмены?

Цзюнь Мосе долго размышлял, прежде чем, наконец, открыл рот. Зачем ему эксплуатировать этих торговцев, используя свой статус? Это не слишком хорошо. Жирный перешёл все границы. Поэтому лучше было бы как можно быстрее урегулировать этот вопрос, поскольку было бы совершенно неуместно, если бы возникли какие-то дополнительные проблемы, которые были бы излишне спровоцированы.

- Да. Да. Мы, бедные люди, не посмеем возражать.

- Вы не посмеете возражать? Я здесь главный. И решение моё! Хорошо! Теперь, все должны вернуться по домам. Этот вопрос решён, – Цзюнь Мосе нахмурился, поглядев на Танг Юаня. - Выставь мне счёт за эти срочно приобретённые ингредиенты. Заплати им двойную цену. В любом случае, я поручил тебе заплатить более высокую цену. И да – скажи властям снять эти тривиальные обвинения. Эти люди невиновны, отпусти их.

Лицо Танг Юаня дёрнулось: «Заплатить им вдвойне…»

- Мы, бедные люди, не посмеем возражать... – с этим, вопрос был окончательно решён. Владельцы магазинов расслабились и вздохнули с облегчением. Они ничего не сказали, так как они не хотели попасть в ещё большие неприятности из-за этих ингредиентов. Но, по крайней мере, их семейный бизнес был спасён.

- И мне не нужно этого так много. Мне не нужны будут остатки после того как я закончу, – Цзюнь Mосе указал на ингредиенты и сказал. Он едва сделал шаг, прежде чем остановился. - О, это верно... пришлите своих помощников, чтобы они помогли. В противном случае, я не знаю, когда я смогу закончить с такой большой кучей.

Владельцы магазинов согласились с больными выражениями. Они могли только думать: «И это «процветание в мире»? Мы ведём честные дела. Мы никого не провоцировали. Однако один человек вышел из-под контроля и захватил наши дела. Тогда он угрожал нам смертью. Затем неожиданно с нами решили расплатиться. И мы благодарны за это... но теперь мы должны послать наших помощников, чтобы помочь разобраться и переработать всё, что этот человек не будет использовать? И мы должны улыбаться всё время?! Это несправедливо... это очень несправедливо…

Почему я не предвидел этого?»

Все семь лавочников подумали об одном и том же.

- Хорошо! Теперь расслабьтесь и делайте то, что я вам сказал. И, поторопитесь. Все — пошли, сейчас! – Цзюнь Мосе пошёл в дверь. Он мог плохо слышать голос Танг Юаня на заднем плане. Казалось, что он скрежетал зубами:

- Так, так, так... вы, ребята, открыли рот и убедили молодого мастера заплатить вам дважды…

- Мы бы не посмели... – отвечающие голоса были полны уважения и смирения.

Цзюнь Мосе не мог не улыбнуться. Он чувствовал, что статус и авторитет полезны в решении вопросов. «Ах, почему я не подумал об этом раньше? В этих аптеках не было ни одного легендарного лекарства, но у них было всё, на что обычный человек мог надеяться. Я бы сэкономил столько времени, если бы подумал об этом раньше, а!»

Глава 301.1. Нам просто нужен Восточный Ветер (часть 1)!

Настоящий Цзюнь Мосе использовал бы те же средства, что и Танг Юань, если бы он столкнулся с подобной ситуацией.

Цзюнь Мосе в настоящее время и тот, предыдущий, очень отличались друг от друга. Цзюнь Се был злым духом, и также рассматривался как «свободная птица», но его характер не требовал такого огромного количества разврата и не был столь развращён, как Танг Юань и оригинальный Цзюнь Мосе. Цзюнь Се всегда полагался только на себя. На самом деле, он даже не предупредил бы полицию, если бы он обнаружил порочное преступление: он бы относился к злу, как к своему врагу и предал бы правосудию преступника сам.

Оригинальный Цзюнь Мосе имел привычку угнетать людей, используя свою власть и силу. Он использовал их и своё положение, чтобы толкнуть их вниз. Эти два человека имели такие разные характеристики, так каким образом они так легко слились в одну личность?

Тем не менее, божественное вдохновение Танг Юаня пришло как раз вовремя, чтобы помочь Цзюнь Mосе урегулировать его срочное дело. Время было очень важным, а Цзюнь Мосе был просто новичком в улучшении Дана. На самом деле, он даже не практиковал самых фундаментальных основ. Кроме того, у него всегда был дефицит лекарственных ингредиентов. Но Жирный Танг решил самую большую проблему молодого мастера Цзюнь. И Цзюнь Мосе не собирался винить его, даже, несмотря на то, что методы, которые он использовал, были крайне подлыми. В любом случае, они компенсируют напуганным лавочникам большим количеством серебра. Таким образом, это оправдало бы как «компенсацию их потерь».

«Естественно, это было несправедливо по отношению к ним. Однако этот мир разве когда-нибудь был по-настоящему честным? Этот молодой мастер перешёл в этот мир: могут ли они это сделать? Разве это не несправедливо…»

Мир не существует в балансе справедливости и правосудия. Итак, какова была необходимость зачинать такое «совершенство»?

«Впрочем, это неважно, если этот мир справедливый или несправедливый. Мне нужно улучшить Дан к вечеру!»

Это было очень важно, и Цзюнь Мосе с нетерпением ждал этого. «Каков будет результат, когда я приготовлю эти ингредиенты и сделаю всё как надо?»

Потом вдруг громкий, будто драконий рёв разнесся рядом. Хладнокровный мастер Ли У Бэй появился в небе над резиденцией Цзюнь. Его выражение было равнодушным, когда он говорил:

- Одинокий Сокол, почему бы тебе не уйти, когда вся живая сила из Города Серебряной Метели уже ушла из города? Как долго ты планируешь откладывать? Или ты не боишься восстания зверей Суань?

Внимательные глаза увидели бы нездоровый и не слишком благожелательный цвет лица холоднокровного Мастера. Его глаза были несколько налиты кровью, а его жизненные силы словно колебались, что тоже было не очень хорошим признаком. Человек, ответственный за приведение его в такое состояние, должен был гордиться собой.

- Я пойду, если захочу. И я не пойду, если не захочу туда идти. Так что я пойду только тогда, когда захочу сам. У тебя проблемы с этим? – Одинокий Сокол ответил. Он тоже был в плохом настроении.

Сказать больше – Одинокий Сокол был подавлен. «Эта бессмысленная ситуация произошла в ключевой момент. Не могли бы вы все подождать, пока я не закончу осваивать «Девять когтей призрачного Сокола»? Когда ещё я смогу вернуться и потренироваться в спокойствии, если уеду в Тянь Фа прямо сейчас... Когда я получу такую возможность? Кроме того, я мог бы пропустить лекарства тоже!»

Ли У Бэй фыркнул холодно:

- Это очень важно. Мы бы хотели, чтобы ты пошёл. Мы оба в городе Тянсян, Старый Сокол. Я знаю, что между нами есть какие-то обиды. Но, когда Высшие вызывают тебя и просят прийти — мы должны обо всём забыть. Ты один из Великих Восьми Мастеров, ты должен знать последствия игнорирования, когда Высший собирает нас. Я бы хотел путешествовать с тобой. Но я не знал, что ты будешь так недоволен такой добротой...

Не только Одинокий Сокол... Цзюнь Мосе тоже был встревожен словами Ли У Бея.

Хладнокровный Мастер хочет путешествовать с Одиноким Соколом? Это было очень странно!

Никто не знал, что Ли У Бэй сошёл с ума во время поиска своего личного «врага», Чу Цзи Хуна. Он хотел найти этого человека, чтобы убить его. Он был чрезвычайно напряжённым весь день, и всегда был на страже своего «воображаемого» врага, так как он считал, что убийца номер один может ударить своей известной смертельной атакой из теней в любой момент. В конце концов, тело Ли У Бея стало подводить его, а его ум был почти полностью исчерпан. На самом деле, этот великий Мастер был почти на грани нервного срыва.

Затем пришёл вызов свыше. Ли У Бэй понял, что горный лес или одинокая гостиница на пути к Тянь Фа будет представлять собой очень удобное место для засады Чу Цзи Хуна. Более того, его «враг» был злым и умным. Ли У Бэй понял, что вся его жизнь будет потрачена впустую, если он не будет осторожен. Итак, он придумал идею о путешествии вместе с Одиноким Соколом... У двоих Великих Мастеров были некоторые обиды друг на друга, но это не было похоже на пожизненную ненависть, которая не могла быть забыта хотя бы на время.

Если бы он мог заставить Одинокого Сокола помочь ему... два Великих Мастера смогли бы потрепать нервы Чу Цзи Хуну... и он не мог бы посметь напасть ни на одного из них, пока они вместе.

Тень человека взлетела, и Одинокий Сокол появился перед Ли У Бэем:

- Говори правду, Ли У Бэй, какой хитрый план ты сформировали в этой твоей тыкве с глазками, которую ты зовёшь головой?

- Ты боишься? – Ли У Бэй стал провоцировать его.

- Тебя? Бояться? Ха-ха-ха! Этот старик знает, что это твой хитрый план, чтобы заставить меня пойти с тобой. Я вижу трюк, который ты пытаешься сыграть! – Одинокий Сокол от души рассмеялся.

- Остановись! – юный мастер Цзюнь не мог оставаться спокойным, так как понял, что Одинокий Сокол может уйти с другим Великим Мастером. Итак, он быстро перешёл в действие, чтобы остановить их. Он знал, что Город Серебряной Метели был на шаг впереди, и может ждать в засаде Одинокого Сокола. Молодой мастер Цзюнь не ожидал, что Ли У Бэй будет искать компанию Одинокого Сокола, чтобы защититься против Чу Цзи Хуна. Кроме того, он считал, что Ли У Бэй вряд ли окажет какую-либо помощь в случае, если Одинокий Сокол встретится с какими-либо... «недоразумениями» на пути. На самом деле, он, скорее всего, без зазрения совести добьёт Одинокого Сокола, если он будет служить своей цели.

- В чём дело? – Одинокий Сокол нахмурился.

- Я, как молодой ученик, должен справиться со многими вещами до возвращения моего Учителя. Времени мало, а работы так много... – Цзюнь Мосе потупился.

Сердце Одинокого Сокола встрепенулось, когда он услышал эти слова. Он стал очень взволнованным, ожидая:

- Что?! Ты, маленький засранец, сделал меня счастливым этими словами!

Ли У Бэй был несколько встревожен. «Кто такой Учитель этого юноши? Насколько он силён? Он заставил одного из Восьми Великих Мастеров прыгать от радости, сказав только несколько слов...?»

- Мой Учитель сказал мне прочитать тебе следующие строки... Сокол парит в одиночестве, как облако плывет в пустом небе — так и он растворяется в этом пустом одиночестве. Мёртвых соколов не существует в одиночестве неба. И, десять тысяч законов не существуют в одиночестве на небе. Десять тысяч законов – это одиночество... – Цзюнь Мосе не был очень силён в стихосложении без мата. И, он застрял близко к имени Одинокого Сокола для того, чтобы создать стих, словно бы адресованный для него.

«Сокол парит в одиночестве, как облако плывет в пустом небе — так и он растворяется в этом пустом одиночестве. Мёртвых соколов не существует в одиночестве неба. И, десять тысяч законов не существуют в одиночестве на небе...», – Одинокий Сокол хмурился, раздумывая. Как будто он имел смысл в руках, но не мог понять его должным образом. Его глаза показали, как он недоумевал.

- Это очень умное и творческое изречение. Его можно понять, но нельзя описать. Я не могу выразить это словами. Учитель знал, что тебе придётся спешить к Тянь Фа, он знал, что ты будешь участвовать в нескольких сражениях. Итак, он предвосхитил время, но я не говорил тебе об этом, так как не хотел, чтобы этот инцидент мешал твоему культивированию...

- Большое спасибо! – грубое лицо Одинокого Сокола выражало крайнюю благодарность. Затем он скрестил руки на груди.

- Учитель велел мне сообщить тебе, что шесть экспертов Духа Суань из Города Серебряной Метели уже на шаг впереди, и могут попробовать устроить засаду на тебя на пути к Тянь Фа. Их сопровождают семь мечей. Прошу тебя быть предельно осторожным и двигаться как можно быстрее.

- Шесть экспертов Духа Суань? Семь мечей? Может ли это быть «Семеро Мечников из Города Серебряной Метели?», – выражение лица Одинокого Сокола стало тяжёлым, а его сердце упало. Он бы не поверил, если бы кто-то другой сказал ему это. Но Одиночный Сокол поверил этой новости, так как она пришла из уст того таинственного Учителя.

- Тогда я пойду с Ли У Бэем. В этом могут быть некоторые недостатки, но может быть много преимуществ, если мы правильно скоординируем движение. Да так, что мы сумеем прорваться сквозь любую засаду, отделавшись парой царапин, – Одинокий Сокол пробормотал себе под нос после раздумий в течение долгого времени. Тогда его выражение лица изменилось:

- Что ещё сказал Учитель?

- Учитель сказал, что старший духом будет парить, как сокол, и к тому времени он вернётся, – Цзюнь Мосе хихикнул. Затем он схватил его за руки и крепко пожал. - Божественной скорости! Будь осторожен!

- Прощай! – Одинокий Сокол поклонился, хотя такой знак уважения он оказывал крайне редко, и пожал руку в ответ. - Снова передай мою искреннюю благодарность своему Учителю. Одинокий Сокол очень сильно уважает его. Я отношусь к этому вопросу, относительно семьи Цзюнь, очень серьёзно. Скажи ему, чтобы он не беспокоился насчёт этого, – Одинокий Сокол испустил длинный рёв после того, как он закончил говорить. Затем он взлетел в пустынное небо. Ли У Бэй громко рассмеялся и последовал за ним. Две фигуры летели в небе мгновение, прежде чем исчезли без следа.

Глава 301.2. Нам просто нужен Восточный Ветер (часть 2)!

- Великий Мастер не должен быть утружден, а? – Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и повернулся, чтобы пойти в комнату.

Многие эксперты Суань собрались в городе Тянсян в ту ночь, независимо от их уровня или силы. Затем они бросились к лесу Тянь Фа – кто группами, а кто и в одиночку.

Ведь это был Верховный Призыв. Никто не мог не принимать его всерьёз.

Даже Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн попросили разрешения уехать в Тянь Фа, так как им было необходимо пойти и оказать помощь. Но Цзюнь Мосе запретил им делать это:

- Что вы делаете? У вас есть неприязнь к долгой и счастливой жизни? Я запрещаю вам туда ехать. Вы остаётесь здесь. Сонг Шань, возвращайся к изготовлению вина: я отменю твоё ученичество, если найду тебя слабым. А что касается Хай Чэнь Фэна — возвращайся к присмотру за твоей бандой! Тебе не нужно вовлекать себя в чужие дела. Ты должен сосредоточиться на развитии твоей банды.

Это не было даже смешно. Юный мастер Цзюнь не мог остановить Одинокого Сокола, если тот захотел уйти. Но, он отметил этих двоих как «мужчин из семьи Цзюнь». Как он мог позволить им уйти?

Что будет, если Цзюнь Мосе покинет дом с обычными мужчинами? Но, если бы оба эти эксперта остались позади... они могли бы заботиться о домохозяйстве Цзюнь, даже если бы что-то случилось. На самом деле, семья Цзюнь будет считаться самой сильной в этом районе. Поэтому Цзюнь Мосе решил так в своём мозгу.

Возвращаясь к первоначальному вопросу... он не позволил бы им уйти, даже если бы они не были обязаны присматривать за домохозяйством Цзюнь. Это было потому, что они были отмечены как «мужчины из семьи Цзюнь» в настоящее время. Таким образом, отправить их в Тянь Фа – это было бы всё равно, что использовать их в качестве пушечного мяса против семей Сяо и Ли. Эти два человека были экспертами Неба Суань, но Тянь Фа был полон экспертов Духа Суань в настоящее время. Эксперт Неба Суань будет там так же нужен, как стоп-сигнал зайцу. Таким образом, они лучше останутся в Тянсян.

«Я выбрал членов своих фракций так тщательно! Так зачем мне выбрасывать их в Тянь Фа? Восстание Суань Зверей? Какая разница, если всё равно много людей умрёт, а?»

Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань пошли навстречу Цзюнь Мосе в очень хорошем настроении. Однако у них не было выбора, кроме как вернуться смущёнными после того, как они выслушали слова Цзюнь Мосе.

Резиденция Второго Принца

Второй Принц был в очень весёлом настроении. Он чувствовал себя очень счастливым.

Он чувствовал, что все люди под небом приходят ему на помощь просто по очереди. Два Великих Мастера объявили Высший Призыв как раз тогда, когда арбалеты из сухожилий Зверей Суань должны были прибыть. Так, известные, как и не столь известные эксперты начали уезжать в Тянь Фа. Эксперты города Тяньсян не были исключением из этого.

Силы семей будут несравнимо сокращены, поскольку многие эксперты уезжают. Он мог использовать этот шанс, чтобы доставить смертоносное оружие. Более того, это оружие принесло бы гораздо лучшие результаты, так как у его людей не было бы большой конкуренции. Таким образом, тигр мог отрастить крылья, когда время пришло. Сможет ли он захватить город с лёгкостью?

Второй Принц и его советник были втянуты в напряженную дискуссию в своей тайной комнате. Все казались очень взволнованными.

- Господин Фан, сообщите, чтобы Охрана Шторма Духа поспешила в столицу. Скажи им, что они должны покинуть южные провинции и приехать сюда как можно быстрее, – дружелюбно посмотрел второй Принц на своего соседа. – Господин Фан, я просил бы и вас приступить к планам на будущее...

- Я попрошу Второго мастера об освобождении. Это работа Фан Бо Вэня, и вы можете быть уверены в безопасности.

Фан Бо Вэн затем пробормотал про себя:

- Я знаю, что компания Чжао Трэйдинг послала двести мужчин в качестве сопровождения. Два эксперта Нефритового Суань руководят ими. Затем, вице-президент компании... Сонг Мэн Сяо... он возглавляет группу из восьмидесяти экспертов. Сам этот Сонг Мэн Сяо – эксперт Земли Суань. С ним нет нужды беспокоиться. Торговая компания Чжао будет двигаться при ярком свете — и гильдия в темноте; они будут двигаться вместе, но отдельно. Это в конечном итоге пройдёт гладко. Защитники Шторма Духа и торговая компания Чжао будут путешествовать вместе. Кроме того, Зал Кровавого Меча также был уведомлён. Они отправят двух ассасинов Суань Неба, пять ассасинов Суань Земли и двадцать ассасинов Нефритового Суань. Эти убийцы тайно будут сопровождать конвой, чтобы сделать всё это абсолютно безопасным. И большая часть силы ушла сейчас из столицы. Это сделает его уязвимым; итак, наша сила гарантирует победу!

- Хм! Этот Зал Кровавого Меча никогда не отправлял кого-то больше, чем эксперта Нефритового Суань в любой из своих предыдущих миссий для меня! Это часто приводило к тому, что их убийцы ни черта не могли добиться. Это была пустая трата труда и денег. Но они вдруг послал двоих Небесной Суань и пять экспертов Земляной Суань, когда дело дошло до арбалетов из сухожилий Зверя Суань?! И убийцы самого низкого уровня, которых они послали – это Нефритового Суань! Они просто пытаются показать свою ужасающую силу! – Второй Принц был крайне возмущён. Он говорил эти слова очень злобно.

- Способ работы Зала Кровавого Меча всегда был глубокой тайной. Я не знаю причины этого, – Фан Бо Вэн нахмурился и продолжил, – эти арбалеты из сухожилий Зверей Суань очень важны для них. Поэтому они проявляют осторожность. И это не без причины. Нужно быть лучше для себя, чем для других... Ведь это «каждый сам за себя»...

Затем Фан Бо Вэн внезапно замолчал. В его глазах появилось сомнение. Потом он вдруг начал дрожать от страха. Казалось, он вспомнил очень страшное дело.

Однако Второй Принц не заметил необычного поведения своего вдохновителя. Он всё ещё кипел от гнева. Затем он сказал холодным голосом:

- Пусть тогда так и будет! Они мне не будут нужны после того, как я получу эти арбалеты. Я не буду снова злиться на их непостижимый способ работы!

Белоснежные брови Фан Бо Вэня взлетели вверх, и след страха появился в его глазах. Он хотел что-то сказать, но чувствовал, что его идея была бессмысленной. На самом деле это показалось слишком фантастическим. Поэтому он проглотил свои слова. Но, его выражение беспокойства стало ещё более глубоким в глубине его глаз.

Он не был в настроении слушать говорящего.

Второй Принц просто скулил, ничего больше. Однако его слова звучали как гром в солнечный день в ушах Фан Бо Вэня.

Вопросы, которые были туманны раньше... становились понятными...

«Должен ли я думать о другом способе...? Придется ли мне отступать с этой дороги?»

Второй Принц наклонился в сторону и заложил руки за спину. Его лицо было полным уверенности, когда он рассмеялся. Он проникся доверием человека, который был на грани победы. Принц пробормотал:

- Я могу воспользоваться этой возможностью, чтобы разобраться с Первым и Третьим...

Он не говорил своих мыслей, но на его лице появилось очень жёсткое выражение. Он вдруг обернулся:

- Вот и всё! Господин Вэн, Юэ Эр уже готова?

- В течение нескольких дней никаких новостей о мисс Юэ Эр не поступало. Она совершала... эмм... очень мало публичных выступлений. Наши контакты в павильоне Ничанг... тоже ничего об этом не знают. Этот старик... очень запутался в этом отношении, – Фан Бо Вэн произнёс эти слова очень медленно. На самом деле, он не очень свободно их изложил. Он заикался несколько раз. Было очевидно, что он был обеспокоен, но его мысли были далеки от этого вопроса.

- Так! – холодный свет мелькнул в глазах Второго Принца. Он некоторое время молчал. Затем он, наконец, заговорил:

- Найдите её как можно скорее. В любом случае, она не сможет переломить ситуацию только с её силой... А Ченг Де Као? Что он задумал? Почему он не показывал своё лицо столько дней?

В глазах Фан Бо Вэня мелькнуло лёгкое отвращение. Было очевидно, что репутация молодого мастера Ченга была не очень хорошей. Он ответил:

- Этот старик давно не видел молодого мастера Ченга. Похоже, он занят чем-то. Хотя он никому об этом не говорил... Кроме того, соответствующая рабочая сила ещё не поступила. Возможно, он встретился с каким-то недоразумением...

Второй Принц нахмурился. Он прогулялся немного, прежде чем заговорить мрачным голосом:

- Отложите мелочи на данный момент... Всё будет определено с приходом арбалетов, – его прекрасное лицо вдруг показало убийственные намерения.

«Хмм! Женщина и молодой мастер! Вы считаете себя чем-то важным? Значит, вы согласны со мной снаружи, но бросаете вызов внутри? Юэ Эр, ты не должна думать, что можешь воспользоваться тем, как я отношусь к тебе! Ты пожалеешь об этом!

А этот Ченг Де Као, что, считает себя грозным человеком? Второй Принц может уничтожить тебя, когда захочет!»

- Да, – Фан Бо Вэн почувствовал жажду убийства Второго Принца. Его белые брови дрожали. Вдохновитель ничего не мог сделать, но дрожал. «Ваше Величество уже безжалостно и не знает всякого милосердия. Но, почему ты такой мелочный? Почему ты так хочешь доминировать в таком незначительном деле? Что ты будешь делать, если будешь делать великие вещи в будущем?» Вдруг ему стало скучно до смерти, и он опустил глаза. Он закрыл рот, и держал свои мысли при себе.

Второй Принц посмотрел на лунный свет. Огненное выражение вдруг охватило его лицо. Это было выражение ревности. Его глаза, казалось, горели горячим пламенем. Казалось, он уже считал себя великим существом.

Глава 301.3. Нам просто нужен Восточный Ветер (часть 3)!

Резиденция семьи Цзюнь.

Цзюнь Мосе провёл бессонную ночь.

Он тщательно отфильтровал ингредиенты. Список лекарств, которые требуются Цзюнь Мосе, был, наконец, в порядке. Он неожиданно получил двести трав. Среди них не было ни редких, ни легендарных трав. И среди них не было никаких драгоценных ингредиентов. Но было огромное количество низкоуровневых, из которых были некоторые никогда не виденные им прежде. Как будто можно было найти что-нибудь в этой куче... Весь запас был свален в специальной комнате во внутреннем дворе Цзюнь Мосе.

Затем он разогнал всех остальных людей. Он даже усмехнулся Жирному Тангу. Потом заявил, что желает отдохнуть. Затем он выбрал двух доверенных помощников, чтобы отобрать эти ингредиенты.

Так называемых «доверенных помощников» было очень мало. На самом деле их было всего четыре за всю его историю в этом мире. Цзюнь Мосе никогда не заботился о других людях, но в этом мире...

Но он не мог осмелиться попросить дедушку Цзюнь и дядю. Что касается двух других... он считал, что было очень невежливо заставлять Малышку Ке делать эту работу, но выбора не было... Сестра Квинхан тоже могла помочь. Так, он неохотно попросил её помочь, но ему нужно было больше людей.

В конце концов, Гуан Квинхан была дочерью семьи Цзюнь. Эти лекарства не должны быть ей незнакомы. Да, она была бы большой помощью Цзюнь Мосе. Более того, она была одним из его самых доверенных людей, мягко говоря.

Цзюнь Мосе сидел в месте, куда не мог добраться свет лампы. Он сидел там, как деревянная фигура, неподвижно. Он был сосредоточен и хмурился. Женщины предполагали, что он был погружён в собственные мысли для решения каких-то сложных вопросов, так как он нахмурился очень сильно... Так, они решили не беспокоить его, и позволили ему задуматься с миром...

Они вдвоём вели себя тихо, как мышки. Они даже говорили тихо, чтобы не причинить возмущения мыслям Цзюнь Мосе. Их руки быстро работали в соответствии с его указаниями. Сначала были отделены ингредиенты в зависимости от их веса. Затем они смешали их вместе в соответствии с требованиями. Затем они завернули смесь и поставили номер на каждую упаковку.

Работа не была трудной сама по себе, но работа постоянно на командах выматывала их. То, что это была очень однообразная и скучная работа, то им она быстро надоела. Эти двое поспешно работали до полуночи. Они намеревались сделать не менее пяти партий ингредиентов, каждая из которых содержит по сто наименований.

Две женщины были сонными, когда, наконец, встали. Они не знали, почему Цзюнь Мосе хотел эти лекарства, но он хотел их очень срочно. Так что, они не смели останавливаться и работали постоянно, всю ночь. И вот, наконец, дело было сделано. Обе женщины встали, и устало улыбнулись друг другу. Они чувствовали себя очень слабыми, и у них болели поясницы.

Тем не менее, обе не могли не чувствовать себя хорошо из-за того, что так много работы они сделали так быстро. Они улыбнулись друг другу, а затем посмотрели на Цзюнь Мосе.

«Столько работы уже закончено! Так в чём же дело? Почему он всё ещё хмурится? Какая проблема может занять так много времени, чтобы ее обдумать?»

Цзюнь Мосе оставался на том же месте, так же, как и раньше. Голова его немного опустилась. Молодой мастер серьёзно посмотрел на них. Его хмурый взгляд был настолько глубоким, что казалось, будто он прожил на этой земле уже долгие века...

Он концентрировался так сильно, что обе женщины смогли подойти к нему, а он даже не заметил...

- Ах! Вот ублюдок! Он обманул нас! Мы всю ночь на него пахали, как лошади! А этот ублюдок давно заснул! – Гуан Квинхан наблюдала за ним в течение некоторого времени и пришла к такому выводу. Очевидно, что она очень разозлилась. Нельзя было сказать, что его дыхание на самом деле было храпом, но оно было близко...

«Он просто слишком охренел! Кто так вообще делает?!

Мы обе устали, работая всю ночь! Мы даже не просили помочь нам, чтобы не мешать тебе! Мы не беспокоили тебя с тех пор как думали, что ты размышляешь о чём-то важном. Но... ты спал всё это время! Это слишком!»

Гнев поднялся в сердце Гуан Квинхан. Она протёрла глаза, но так устала, что не смогла их правильно открыть. Это сделало её ещё более угрюмой. Она подняла ногу и хорошенько врезала этому «бесстыдному и бесполезному придурку» по бедру.

*Банг!*

Цзюнь Мосе упал со стула и проснулся. Он открыл глаза и сразу понял причину. Затем молодой мастер спокойно встал, вздохнул и прошёл в своё кресло. И только после этого воскликнул:

- Эта проблема очень сложная! Я размышлял над ней всю ночь, но я до сих пор не могу понять. Это потрясающая головная боль!

Юный мастер Цзюнь выглядел очень мрачно. Он продолжал покряхтывать и стонать от боли. Он изо всех сил старался выглядеть очень обеспокоенным... как будто боялся за целую страну, как минимум. Тот, кто посмотрел бы на его лицо, мог испугаться, что вся земля под небом погибнет, если он не поможет этому гению думать над проблемой...

Гуан Квинхан усмехнулась. Ее прекрасная нога приземлилась около пупка Цзюнь Мосе, а она начала ругаться:

- Юный мастер Цзюнь, для тебя нормально, что ты истекаешь слюнями, когда сосредоточен на трудной проблеме?

Цзюнь Мосе икнул. Затем он ответил разочарованно:

- Это одна из многих проблем, которые у меня есть. Я не обращаю внимания на то, что мое тело делает, пока я долго и упорно думаю о чём-то важном. Так что, мой рот вполне мог надолго открыться, когда я задумался, и я забыл закрыть его. Да, тогда слюна, конечно, течёт, но я этого даже не чувствую...

«Что это за глупость?!»

Гуан Квинхан была в хорошем настроении, и ей показалось, что это смешно. Хотя её лицо было холодным, когда она упрекнула Цзюнь Мосе. Она вдруг поняла, что глаза молодого мастера изменили направление взгляда. Затем он улыбнулся:

- О, дядя! А что ты здесь делаешь так поздно?

Гуан Квинхан и Малышка Ке испуганно оглянулись. Но они даже не заметили тени Третьего дяди. Затем они поняли, что их обманули и очень разозлились. Даже обычно нежная Малышка Ке чувствовала, что её лицо горит от гнева, как она повернулась, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе. Однако их глаза открылись в изумлении, как только они повернулись к лицу Цзюнь Мосе. В кресле Мосе больше никого не было. Он исчез без следа...

Такая скорость была... просто запредельной...

Две женщины посмотрели друг на друга пустыми взглядами. Затем они вспомнили забавный внешний вид Цзюнь Мосе, когда он только проснулся. Они фыркнули и закатились счастливым смехом.

Малышка Ке усмехнулась. Затем она посмотрела на Гуан Квинхан и воскликнула:

- Молодая леди, у вас очень привлекательная улыбка. Я вижу вас улыбающейся первый раз за очень долгое время. Вам стоит чаще улыбаться... Это очень, очень красиво.

«Я вижу вас улыбающейся первый раз за очень долгое время...» – эта фраза заставила тело Гуан Квинхан задрожать. Бешенство промелькнуло в глубине её глаз. Затем она вернула своё холодное выражение и вздохнула:

- Сейчас уже очень поздно... очень поздно, иди и отдохни, – она сказала это и молча вышла со двора.

Её силуэт казался очень одиноким и пустынным в ночном свете. Она выглядела как «Снежный лотос» на далёкой горной вершине, покрытой снегом и облаками — одна, гордая и стоящая абсолютно прямо.

- Боже! – Цзюнь Мосе спрятался внутри Пагоды Хунцзюнь.

«Две тигрицы появились так внезапно! Почему я раньше не спрятался?»

Он не спал две ночи и день. Вот почему он так уснул. Он был очень уставшим. Другая причина была в том, что он вновь истратил почти всю свою энергию, чтобы приготовиться к улучшению Дана.

Что касается выбора ингредиентов и формул, то Цзюнь Мосе уже прочесал Книгу народных средств и был уверен, что сможет создать 5 видов Дана: Дан Таинственного Ян, Дан Пропавшего Инь, Дан Накопитель Духа, Дан Излечивающий, и Соединяющий Меридианы Дан!

Глава 302.1. Алхимия и прогресс (часть 1)

Дан Таинственного Ян и Дан Пропавшей Инь были лекарствами для физического питания и должны были приниматься мужчинами и женщинами соответственно. Их можно было сделать, используя самые обычные травы, и они могли быть использованы самыми обычными людьми, без любого страха побочных эффектов. Однако Дан Накопитель Духа был высокоуровневым Даном и подходил только для высокоуровневых боевых практиков.

Дан Накопитель Духа был так же известен, как Дан Сердца Дьявола. Этот Дан был разработан для употребления во время проведения боевых тренировок. Это увеличило бы концентрацию «духовной энергии» внутри тела человека с очень существенным перевесом. Более того, возможность отката или «Укуса Дьявола» можно было более или менее устранить, даже если человек от всего сердца погружался в свою практику. Эта функция Дана Сердца Дьявола казалась довольно простой, но это не было простым делом. Этот Дан не был редким сокровищем, но он точно не продавался открыто на рынке: у него просто не было цены.

Боевой практик не может позволить себе бояться посторонних предметов, они могут не опасаться боли. Однако «Укус Дьявола» был одним из самых больших препятствий на их пути. И большинство людей боялись этого явления. Трудно было сказать, сколько военных практиков высокого уровня поддались Укусу Дьявола в ходе их подготовки, и потеряли свою жизнь и культивирование в этой трагедии. На самом деле, эффект Укуса Дьявола, скорее всего, будет более серьёзным для военного практикующего более высокого уровня. Но Дан Сердца Дьявола, фактически положил конец возможности этого явления. Следовательно, этот Дан часто рассматривался, как Спасающий Жизнь Дан.

Открытая продажа Дана Сердца Дьявола, вероятно, приведёт к жуткому хаосу на всём континенте Суань Суань. Эта маленькая таблетка может легко вызвать ужасное кровопролитие: очень трагичные получатся торги... На самом деле, интенсивность борьбы за это лекарство не будет сильно отличаться от той, которая развернулась за Ядро Суань девятого уровня.

Дан Излечивающий сделал то, что и предполагало его название. Это было чудо-лекарство, которое могло излечить от множества инфекций и заболеваний. Это лекарство может связываться с множеством инфекционных и ядовитых веществ внутри организма хозяина, и может удалить их из него без причинения вреда субъекту. К Тянь Фа дорога будет длинной. Более того, путешествие и пункт назначения были наполнены разнообразными «элементами», которые могли вызвать инфекции в войсках. И эта лекарственная таблетка могла бы стать основным средством профилактики всех подобных заболеваний путём сохранения здоровья военнослужащих. Поэтому Цзюнь Мосе отдавал этому лекарству предпочтение перед остальными.

Последним был Соединяющий Меридианы Дан. Цзюнь Мосе дал ему другое название: Десятилетний Дан. Согласно его экспериментам — Суань Ци и внутренняя сила человека, вероятно, после потребления этого лекарства существенно увеличатся. Этот Дан точно не откроет меридианы Суань человека, но это может увеличить культивирование Суань человека, словно он культивировал десять лет!

Более того, последствия такого повышения, возможно, будут носить постоянный характер!

Другими словами, это лекарство может обеспечить пожизненное повышение боевой эффективности человека. Более того, это чудесное лекарство может произвести этот эффект за очень короткий промежуток времени. Цзюнь Мосе мог повысить уровень выращивания 300 сотен охранников, которых он тренировал, на совершенно новый уровень, если это лекарство можно было бы совместить с Даном Сердца Дьявола.

Цзюнь Мосе, естественно, сможет синтезировать ещё несколько лекарств, используя второй уровень Искусства разблокировки Небесной удачи. Но те лекарства были, в основном, питающими препаратами, такими как Дан Очищения Духа и т. д. Эти лекарства были также весьма эффективными, но Цзюнь Мосе не очень-то считал их необходимыми, и они ему не были нужны очень срочно. Таким образом, он временно игнорировал их, когда составлял список своих лекарств первого выбора.

Ему необходимо как можно скорее укрепить свои силы. Не только его собственные, но и войск всей семьи Цзюнь.

Цзюнь Мосе сидел в Пагоде Хунцзюнь в позе лотоса. Он сидел перед Печью Удачи и пытался успокоить свой возбуждённый ум. Искусство разблокировки Небесной удачи поднималось, как волна, но начинало течь по меридианам, как прозрачный ручей, и его психическое состояние стало спокойнее. Внезапно он почувствовал всплеск ясности в его голове.

«Вот!»

Цзюнь Мосе вскрикнул и поднял руки, рисуя большой круг в пустоте воздуха. Затем он быстро нарисовал несколько линий пальцем. Он не использовал никаких чернил, но эти странно светящиеся символы появлялись в том кругу, который он ранее нарисовал. И эти странные символы полетели в Печь Удачи, как только они были полностью сформированы…

Бум!

Пламя Первобытного Хаоса слегка вспыхнуло под Печью Удачи, когда он начал. Однако пламя вдруг стало более ярым и ожесточённым. Чёрное пламя взлетело на десять футов вверх и окутало в себе всю Печь Удачи.

Цзюнь Мосе указал пальцем на Печь Удачи, когда это произошло. Из печи раздался гудок. Вскоре вся Печь начала излучать радужный свет, и на её внешней поверхности появилось бесчисленное множество странных узоров. Затем эти узоры внезапно исчезли. Но радужный свет продолжал сиять на ней. Печь продолжала кружиться и гудеть в воздухе, когда ее крышка поднялась вверх.

Цзюнь Мосе бросил лекарственные ингредиенты в печь правой рукой, и воздух вокруг внезапно наполнился ароматом лекарств. Этот густой аромат ожил в тот момент, когда ингредиенты соприкоснулись с печью. Затем крышка печи захлопнулась, и снова загорелось Пламя Первобытного Хаоса. Цзюнь Мосе направил палец на Печь, и её снова окутала чёрная струя пламени.

Вдруг Цзюнь Мосе почувствовал, что духовная энергия внутри его тела вспыхнула, как полноводная река, прорвавшаяся через плотину…

Это было только начало. Юный мастер Цзюнь всегда стремительно плыл, несмотря на направление течения. Тем не менее, он стал жаловаться, как никогда раньше…

«О, Боже мой! Это лекарственная алхимия или высасывание крови? Ощущение, мягко говоря, совсем не из приятных! Переработка такого небольшого количества Данов требует столько сил и такого существенного количества энергии?! И это когда я только дорабатываю самые основные и простые Даны! Если это всего лишь отправная точка... не убьёт ли меня, если я буду совершенствовать элитные Даны? Это слишком...!

Проклятие! Я видел фильмы! Эти даосские алхимики с такой легкостью стряпали себе лекарства. Они просто гладили бороды и щипали усы, а работа уже была выполнена. Облака дрожали, и перед ними появлялось лекарство. И они могли зафигачить себе любое лекарство, хоть поднимающее из мёртвых! На самом деле, человек мог стать таким же лёгким, как перо, и подняться на небеса, как Бессмертный…

Эх... почему все так сложно в моём случае? Я просто хочу вылечить некоторые травмы, вылечить некоторые инфекции, и увеличить культивирование человека на несколько лет... вот и всё! Но почему, что-то настолько простое, должно требовать столько энергии от моего духа, а?»

Цзюнь Мосе ворчал в сердце, но не осмелился отступить. Он старался поддерживать устойчивый поток и позволял духовной энергии его тела гореть…

Долгое время спустя…

*Бабах!*

Печь Удачи издала громкий гул и встала на землю, как и полагается любой нормальной печи. Пламя Первобытного Хаоса превратилось в маленький, небольшой костерок и вернулось к своему первоначальному цвету.

Что касается молодого мастера Цзюнь — он был полностью исчерпан. У него даже не было сил, чтобы пошевелить пальцами. Он выдохнул, как почувствовал, что Пагода лихорадочно заливает энергию в его меридианы. Он чувствовал, как будто он только что пробежал 5 километров с 500 кг камнем, привязанным к спине. Он был буквально на грани. На самом деле, молодой мастер Цзюнь, вероятно, впал бы в глубокий сон, если бы не сумасшедшее количество дополнительной энергии, которую Пагода Хунцзюнь вливала в его тело.

Физическая усталость была вторичной. Важным моментом было то, что его дух был полностью исчерпан. Это была довольно страшная ситуация. Последствия могут быть очень серьезными, если его дух не будет своевременно пополняться...

Долгое, долгое время спустя... Цзюнь Мосе, наконец, почувствовал, как будто его высохшие меридианы были несколько восполнены. Он поднялся на ноги с помощью небольшой оставшейся в его теле духовной энергии и поднял крышку Печи. Затем он заглянул внутрь. Он яростно воскликнул после быстрого взгляда, а его руки задрожали.

В Печи Удачи ничего не было! Кроме сгоревшего пепла…

- Я тебя трахну, ублюдок! – убийца взревел от огорчения. Он продолжал ругаться в гневе:

- Я не верю этому! Я потратил все силы, что мог, а эти лекарства не созданы?! Я не могу поверить, что мне придётся пробовать во второй раз ради таких глупых и обычных Данов!

Он сел, скрестив ноги, запустил Пагоду Хунцзюнь в движение и начал поглощать духовную энергию...

«Я не испорчу это во второй раз…»

Затем…

- Ты, сраная печка! – убийца не мог поверить в результат своей второй попытки.

- Ты опять? Бля, да в тебе проще блинов напечь! Фууух, ладно, я серьёзен! Посмотрим, кто тут настоящий папа!

Затем он начал всё сначала…

Взрыв! Затем…

- Вот так, сученька! Кто твой папа? Я твой папа! Как такая херня, как ты, может превращать мои вещи в пепел? А? Ты, доченька, сука долбаная! Думаешь, я тебя не знаю? Тварь непорядочная! Ха! Ты злая мелочь! Думала, сможешь победить меня? Фуууух…

Молодой мастер Цзюнь с грязными волосами и испачканной сажей рожей не сильно отличался от нищего. На самом деле, даже нищий будет выглядеть лучше, чем нынешний Цзюнь Мосе. Его лицо стало зелёным, как у зомби. Всё его тело дрожало, как будто он страдал эпилепсией. Он протянул руку и выхватил крошечную и блестящую таблетку из Печи. Затем он поднял её в воздух, и начал прыгать вверх и вниз, как псих…

Он скрежетал зубами, держа таблетку в руках. Цзюнь Мосе испытал сильный импульс бросить эту таблетку на землю и растоптать её, как маньяк.

«Проклятие! Я столько страдал за этот крошечный кусок мусора?! У меня судороги от этого мучительного испытания! Что, если бы я бросил тебя на землю и раздавил к чёртовой матери? Было бы весело... было бы так хорошо... как хорошо это было бы?»

Однако бессердечный и беспощадный Цзюнь Мосе не хотел расставаться с ней.

«Чёрт! Я уже двинулся? Мой мозг закоротило? Этого недостаточно! Я собираюсь проглотить тебя! Ты будешь кружиться в моём кишечнике, пока тебя не переварят. И тогда ты станешь моим влажным и вонючим дерьмом! Это лучшее наказание для тебя!»

Он продолжал сыпать проклятиями, медленно положив её в нефритовый бутылёк. Затем он вытащил одну таблетку из нефритового бутылька и положил её в рот. Руки его относились к таблетке, как к бесценному сокровищу, в то время как его рот проклинал «крошечный кусок мусора». Хрум, хрум, хрум... он прожевал её несколько раз и проглотил…

- Результат, вроде неплох... – Цзюнь Мосе упивался послевкусием Дана Таинственного Ян. Затем, лицо Цзюнь Мосе показало горькое выражение, когда он понял, что ему ещё много нужно уточнить.

«А сколько времени это займёт? Ладно, забудем о материале, необходимом для этого Дана Таинственного Ян... я пришёл с сотней пакетов трав... и теперь у меня осталось только 78 таблеток. Мне понадобилось 22 попытки, чтобы добиться успеха. И это могло быть случайностью! Я могу только создать 30 таблеток за один раз. Таким образом, мне придется прийти 10 раз, если я хочу сделать достаточно для всех моих солдат. Сколько попыток понадобится, чтобы добиться успеха в 10 раз...?»

Глава 302.2. Алхимия и прогресс (часть 2)

- Эта дурацкая печь! – Цзюнь Мосе снова сел и начал пополнять свою духовную энергию…

Надо было сказать, что у Цзюнь Мосе была очень жёсткая сила воли. Она, безусловно, превосходила таковую у обычного человека. Обычный человек отступит, если встретится со стеной на своём пути. Тем не менее, Цзюнь Мосе не просто отказывался сдаваться... он продолжал бы стучать в стену головой, пока не пробился бы через неё.

Цзюнь Мосе снова запустил Пагоду Хунцзюнь, чтобы восстановить свою духовную силу в 22-ой раз. Он хотел перезапустить Печь Удачи и Пламя Первобытного Хаоса, чтобы он мог придерживаться своей поставленной задачи: состряпать необходимое количество таблеток. Однако духовная энергия в его теле была исчерпана. На самом деле даже капли от неё не осталось.

Какое ощущение испытал бы военный человек, когда бы их Суань Ци и духовная энергия были бы истощены? Такое чрезмерное напряжение оставило бы их конечности холодными, а их разум в хаосе. И, если человек должен был испытать это чувство более 22 раз... можно было бы сойти с ума... как если бы они увяли в мгновение ока; это было очень жуткое ощущение, которое заставляло волосы шевелиться! Это было сродни рекреационного похода вдоль ворот Ада.

Средний человек в лучшем случае сумел бы вытерпеть это в первый раз из-за своей «дисциплины». Но, он никогда не попытался бы во второй. Более того, память об этом ощущении, скорее всего, разрушила бы волю указанного человека и оставила его травмированным. На самом деле даже люди, наделённые сильнейшей силой воли, не пытались бы больше, чем три-пять раз.

Тем не менее, молодой мастер Цзюнь пытался это сделать 22 раза подряд! Он провалил первые 21 раз... но, судя по его усердию, он однозначно продолжал бы дальше, даже если бы он не добился успеха в своей 22-й попытке.

Кто мог утверждать, что он более упорный, чем Убийца Цзюнь? Кто мог утверждать, что он более безжалостен?

Не говоря уже о духовной энергии... даже психическая дисциплина, необходимая для достижения этого подвига, не была обычной! Это было просто невообразимо!

Молодому мастеру Цзюнь это, наконец, удалось, и было состряпано несколько таблеток. Однако он всё равно не был готов остановиться. На самом деле, он был переполнен желанием использовать все ингредиенты, которые он принёс...

Даже если бы Всемогущий мастер алхимии увидел такую стойкость... он, вероятно, закатил бы глаза и упал в обморок!

Он назвал бы его уродом, возможно, злым духом!

Тем не менее, Цзюнь Мосе не знал об этом. На самом деле, он, вероятно, не беспокоился бы, даже если бы так и было. Итак, он бесконечно собирал свою энергию и погружался в создание таблеток. Затем, он медленно складывал эти таблетки в свой маленький бутылёк.

Один бутылёк мог вместить только сто таблеток. Видя, что один бутылёк наполнился... он вытащил следующий... завалил его... а потом следующий... возможно, это можно было объяснить его предыдущими неудачами, но Цзюнь Мосе стал очень умелым в этом деле. На самом деле, казалось, что он один из лучших алхимиков…

Возможно, он не слишком хорош в начале. Но после того как он приобрёл некоторый опыт, его количество неудач значительно сократилось. Теперь он добивался успеха в одном из трёх раз…

Однако это не было самым важным аспектом. Самое главное – скорость восстановления духовной энергии Цзюнь Мосе постоянно возрастала. Цзюнь Мосе после первой попытки напоминал мёртвую собаку. Но в настоящее время он только ворчал. Затем, он вздыхал, садился медитировать, приходил в себя через несколько мгновений, а потом начинал всё заново... это увеличило его скорость в два-три раза…

Его успех также увеличился!

Трудно сказать, сколько пользы эти таблетки могли бы обеспечить. Но духовная энергия Цзюнь Мосе приносила огромные выгоды от этого процесса изготовления. И эти выгоды, безусловно, будут глубокими и долговечными.

Конденсация духовной силы Цзюнь Мосе и сила духовного сознания Цзюнь Мосе показали значительные улучшения в ходе этой 21 неудачи. И они неожиданно вспыхнули, когда он успешно приготовил свою первую партию таблеток.

Тем не менее, Цзюнь Мосе не знал об этом. На самом деле, он даже не принял к сведению этот аспект.

Цзюнь Мосе случайно или преднамеренно достиг состояния отрыва от своего тела.

Он был полностью отстранён от себя. В его голове было только одно:

«Создать таблетки! Создать таблетки! Создать таблетки! Мне нужно создать таблетки любой ценой! ...нет времени! У меня мало времени! Я должен обратить пристальное внимание на то, сколько времени я провожу на переработке этих таблеток…»

Выражение на лице перешло от волнения к спокойствию... к «это всего лишь вопрос времени»... к деревянному выражению... и, в конце концов, превратилось в человека, который словно бы сидел и ел свою ежедневную капусту…

И при этом одну только долбаную капусту! Ту, что можно было купить за дюжину мелких монеток... ту, что даже есть было бы скучно…

Но затем, Цзюнь Мосе сделал поразительное открытие к тому времени, как он начал готовить Соединяющие Меридианы Дана. И, наконец, он очнулся от своего транса…

«Что за херня?!

Моя духовная сила выдерживала три последовательных процесса изготовления, и я до сих пор не чувствую себя исчерпанным! Это... что происходит? Эти таблетки более низкого уровня, чем предыдущие? Нееет... все они на одном уровне. Но, этот Соединяющий Меридианы Дан самый сложный в изготовлении среди этих... Он самый сложный для изготовления и требует максимального количества энергии... Я помню, что я едва ли живым остался, когда я создал первую партию таблеток... так почему бы мне не чувствовать себя уставшим словно мертвец прямо сейчас? Что происходит?»

Цзюнь Мосе был в шоке. Итак, он заглянул внутрь своего тела. Один взгляд — и он подпрыгнул в шоке!

Следы бесформенной духовной энергии сохранялись в его меридианах. Он прорвался мимо первого слоя и постепенно прорывался через второй слой. Эта духовная энергия была ещё в виде тумана, но она была гораздо плотнее, чем раньше! На самом деле, он почти чувствовал, как будто она затвердела!

«Не говорите мне! Моя духовная сила так выросла, просто синтезируя эти лекарства?»

Цзюнь Мосе не мог этого понять. В конце концов, разве он не просто стряпал таблетки?

Он истощал свою энергию каждый раз, пока готовил ингредиенты. Но он приводил Пагоду Хунцзюнь в движение, так как у него не было времени, чтобы пополнить свою духовную энергию. И Пагода Хунцзюнь наполняла его меридианы чистой энергией и возрождала его духовные силы. Тем не менее, она постоянно пополняла его меридианы немного большим количеством энергии, чем они ранее содержали.

Трудно было сказать, сколько раз он подвергался этому процессу... но, он прикладывал все свои усилия в процесс каждый раз, и постоянно перегружал себя…

Можно сказать, что Цзюнь Мосе умер бы, если бы не Пагода Хунцзюнь. Тем не менее, Пагода Хунцзюнь помогала ему. Это было очень выгодно для него, но трудно было бы описать эти преимущества словами…

Его сила увеличилась более чем вдвое с тех пор, как он начал стряпать эти таблетки в Пагоде!

Что касается его Суань Ци — он, по крайней мере, достиг среднего уровня Нефритового Суань. И он мог сделать ещё один прорыв в любой момент. Что касается Искусства разблокировки Небесной удачи... он достиг среднего уровня отметки второго уровня! Он мог достичь вершины после ещё одного гигантского шага. Затем он сможет продвигаться дальше!

Более того, не прошло ещё даже 15 дней с тех пор, как он прошёл на второй уровень!

Другими словами, ему удалось укрепить себя в течение этого бешеного времени, когда он был погружен в синтез этих лекарств. Две ступени! Простые люди даже не могли и думать о таком прогрессе за такое короткое время!

Культивирование Суань Ци было относительно лёгким, прежде чем человек достигает Серебряного уровня Суань. Итак, рост будет довольно быстрым. Но, каждый шаг будет всё труднее, как только человек сделал прорыв к Серебряному Суань. На самом деле, то же самое относится и к каждой ступени боевого культивирования. С каждым шагом завершить следующий всё сложнее.

Взять, к примеру, Зверей Суань леса Тянь Фа. Они были далеко за пределами обычных. На самом деле, можно было сказать, что они были благословлены небесами. Тем не менее, они застряли на одной ступени в течение десятилетий и до сих пор не видели никаких признаков прорыва. За эти десятилетия они ежедневно добивались прогресса. Но, они до сих пор не смогли совершить прорыв. Таким образом, можно представить, какими фанатичными они, должно быть, стали, когда Цзюнь Мосе предложил помочь им в этом. Это было, вероятно, наиболее меткое описание сложности прогрессирования.

Обычный человек просто не мог понять этого!

Цзюнь Мосе испустил длинный вздох. Его ум был окутан экстазом, но он внезапно ослабел. Затем он вдруг почувствовал сильную боль в голове, словно его череп кто-то не в меру усердный колол иглами. Цзюнь Мосе забыл о прошедшем времени с тех пор, как вошёл в Пагоду Хунцзюнь. На самом деле, он понятия не имел, сколько времени он был здесь!

Однако на данный момент у него была невыносимая головная боль. Всем телом он ощущал ужасное бессилие. Его духовная энергия вновь пополнилась, но его тело уже давно исчерпало все свои силы. Затем возникло сильное чувство голода в желудке. Настолько, что Цзюнь Мосе почувствовал себя умирающим.

«Как долго я был без еды? Ах, не говоря уже... без воды…»

Цзюнь Мосе посмотрел на пол у его ног и снова был шокирован видом…

Ряды нефритовых бутыльков были аккуратно расставлены на полу.

Он посчитал количество бутылок...

«Боже мой!»

Цзюнь Мосе испустил холодный вздох.

«Я действительно сделал так много таблеток? Твою мать! Я такой ненормальный! На самом деле, я даже не человек, а…

Пять бутыльков таблеток Таинственного Ян, три бутылька Пропавшей Инь, шесть бутыльков Сердца Дьявола, восемь бутыльков Пополняющих Меридианы, и пятнадцать бутыльков Излечивающих таблеток…

Это ж пиз*ец просто!

Я слишком велик! Слишком велик! Я очень, очень красив! Я удивителен! Да блин! Ни одно прилагательное не может точно описать мои таланты!

Эти таблетки... они... сила! Насколько сильнее станут мои 300 охранников, как только я дам им эти таблетки? Это, конечно, будет грозной силой!»

Цзюнь Мосе некоторое время хвалил себя. Затем он быстро вышел из Пагоды Хунцзюнь...

«Я же от голода сдохну, если не покину это место…»

Тем не менее, Цзюнь Мосе не знал, что провёл три дня и три ночи в Пагоде Хунцзюнь вместо того, чтобы пробыть там одну ночь, как он хотел. Более того, он был совершенно не осведомлён о волнениях, которые его отсутствие вызвало…

Молодой мастер семьи Цзюнь исчез из своей резиденции... никто не нашёл следов его отъезда, и он никому ничего не сказал. Более того, он никогда не исчезал так надолго в прошлом…

Кроме того, Цзюнь Мосе исчез сразу после того, как Одинокий Сокол покинул резиденцию Цзюнь. На что это указало? Кто-нибудь мог себе это представить?

Вся семья Цзюнь ходила на ушах, бегала на носу, взлетала, хлопая ресницами и всё прочее сразу. По их мнению, случилось что-то очень важное!

Это было возмутительно!

Третий молодой мастер семьи Цзюнь! Их единственный выживший наследник!

Глава 303.1. Спор о лекарствах и прорыв Гуан Квинхан (часть 1)

Однако дедушка Цзюнь и Цзюнь Вуй не могли не волноваться на следующий день.

«Он не приходил домой два дня и две ночи. В чём дело? Такого никогда не было! Может ли быть, что он занят, предаваясь удовольствиям, и забыл о своих обязанностях по отношению к семье?»

Наконец, они потеряли его на третий день. В конце концов, вдруг его утверждения о том, что он может защитить себя от Великого Мастера, не подтвердились…

Дедушка Цзюнь стал крайне обеспокоен, и объявил чрезвычайную ситуацию по всей столице. Он также разогнал свои войска повсюду. Секретные силы семьи Цзюнь были отправлены и они обыскали все уголки города. Затем, семья Цзюнь отправила больше войск в город, так как они не могли найти его. Хай Чэнь Фен и Цзинь Ян Ган также начали всесторонний поиск. Бандиты и солдаты выступили с инициативой работать рука об руку! Дедушка Цзюнь и Третий дядя лично вели поиски, и были тщательны, как никогда. Они обыскивали каждый сантиметр города — несколько раз.

Цвет лица Третьего дяди был крайне неприглядным. Он был крайне груб во время этого обыска. Каждое слово, что выходило из его уст, было неподходящим для такого могущественного человека. Сначала он бил человека, а потом матерился. Выступление дедушки Цзюнь было также очень жестоким.

«Проклятие! Я проведу подробный поиск... даже если небо упадет! И я убью всех, кто не сотрудничает!»

«Я сломаю тебе ноги, если ты осмелишься произнести хоть слово! Ты будешь упорствовать и после того, как я сломал тебе ноги? А если я начну крошить твой череп?»

Бордели были проверены. То же самое относится и к самому печально известному заведению, несчастному Озеру Духовного Тумана и павильону Ничанг. Они, конечно, были в списке...

Далее они взяли под стражу мадам и сутенеров «Радужного павильона». Они даже перехватили и арестовали леди Юэ Эр. Видимо, леди Юэ Эр снова «гастролировала» по влиятельным семьям для того, чтобы продемонстрировать своё мастерство. Каждый бордель превосходил себя в попытке нанять её. Но она планировала большой тур. И она едва закончила с половиной из этого, когда её перехватили солдаты во главе с Цзюнь Вуем.

Но почему?

По какой причине они должны были захватить проститутку?

Все знали отношения между вторым принцем и «Павильоном Ничанг». Но этот инцидент отмечен в первый раз, когда второй принц послал своего доверенного — Фан Бо Вэна — заступиться от его имени. Он рассчитывал на честь семьи Цзюнь. Ему было приказано вернуться только после того, как они выпустят Леди Юэ Эр. Но, лицо Цзюнь Вуя было очень холодным, он сказал лишь одно слово:

- Потеряйся!

Почтенный господин Фан впал в ярость.

И вдруг, Третий молодой мастер Цзюнь снова появился... прямо посреди всего этого хаоса.

Грязный, как нищий, молодой мастер Цзюнь появился у себя во дворе, словно голодающий бездомный пес. Он побежал на кухню семьи Цзюнь.

Малышка Ке умывалась слезами. Она подпрыгнула от страха, когда он появился. Хотя она даже не могла видеть его тени, когда он пробежал мимо, она увидела его поедающим запасы.

Малышка Ке поспешно побежала сообщить Гуан Квинхан. В свою очередь, та сообщила Цзюнь Вую, что Третий молодой мастер Цзюнь вернулся в целости и сохранности.

После этого обе женщины отправились в направлении кухни. Они были крайне шокированы, когда добрались туда.

Одежда Цзюнь Мосе была оборвана, все волосы свалялись. Лицо у него было бледное и под глазами у него были мешки. Он выглядел как убогое животное. Руки у него были чёрные, как куриные когти, его обувь была в дырах, откуда выглядывали пальцы ног. Он схватил рыбу левой рукой и закинул в рот полностью. В другую сторону стола он выплюнул только рыбий череп и кости.

Он держал кусок говядины в правой руке. Кажется, он даже не разжевывал его, когда запихал себе в горло. Перед ним стояла чаша с супом. Он просто опустил лицо в эту миску, ибо свободных рук у него не осталось. Он готов был не обращать внимания на странные звуки из-за его действий.

Под ним была груда костей - рыбьих и говяжьих, непрожёванные хрящи и куски мяса...

Пухлый шеф-повар на кухне вёл себя так, как будто его поразило молнией. Он глупо уставился на голодное воплощение молодого мастера. Его лицо дёргалось. Мосе слишком много ел.

«Мать твою! Даже свинья... нет... даже кабан не может есть так много с такой невероятной скоростью!» - он почувствовал головокружение, когда стал свидетелем этого зрелища.

Гуан Квинхан и Малышка Ке бросились за ним и догнали. Они были очень возмущены.

«Ты, маленький развратник! Ты пропадал бог знает где. Ты ушёл из дома на три дня, даже не оставив сообщения! Не мог бы ты хотя бы подумать о том, как волнуются все остальные?» - тётя хотела преподать племяннику урок. Ведь она была старшим родственником. Но, она увидела его тупой, звериный взгляд, и не смогла ничего сказать.

Глаза старшей дочери семьи Гуан открылись широко. И она прикрыла свой маленький рот, а её выражение лица показало крайний шок. Вообще холодное и красивое лицо молодой женщины впервые был таким...

Малышка Ке раскрыла нежный и маленький рот, испугавшись и удивившись одновременно: можно было засунуть ей в рот два утиных яйца.

В конце концов, Цзюнь Мосе вздохнул с удовлетворением. Затем его голова снова спустилась вниз, чтобы прикончить последние кусочки в миске супа, и поднялась обратно, как только её белое дно стало видно.

Затем он поднял одну ногу и пнул ногой груду костей... которая почти достигла его щиколоток. Молодой мастер тогда икнул в удовлетворении. После этого он вынул метательный нож и спокойно начал чистить зубы. Затем он увидел выражение каждого... которое так и осталось на лицах после того, как они стали свидетелями такого странного события. Он не мог не спросить в недоумении:

- У меня что, прыщ на лбу выскочил?

Все были безмолвны.

Они долго не говорили. Они задавались вопросом, сможет ли кто-нибудь что-нибудь сказать после того, как увидит что-то столь бесстыдное.

- Что ты делал эти дни? – его невестка, Гуан Квинхан, спросила после того, как она вернулась в себя.

- Я? В последние дни? Ха... – Цзюнь Мосе сразу догадался, что произошло. Затем он вздохнул, покачав головой:

- Я был очень занят последние несколько дней, очень занят! В отличие от вас всех — кто спал, пока не проголодается, и ел, пока не останется довольным. Мы не имеем ничего общего... кроме заботы о своих физиологических потребностях.

«Что он сказал?»

Гуан Квинхан ощетинилась, яростно вскрикнув:

- Что ты сказал?

- Что я сказал? Хе-хе... Я сказал, что невестка и Малышка Ке выглядят всё красивее с каждым разом, когда я вижу вас. Особенно невестка! Ты выглядишь не только очень привлекательно, но и моложе. Я верю, что люди, которые не знают, что ты – моя невестка, будут думать, что ты – моя младшая сестра, если ты будешь продолжать с такой скоростью! – Цзюнь Мосе решил польстить после того, как он произнёс эту глупость.

Гуан Квинхан и Малышка Ке были ошеломлены. Они знали, что его слова льстивы, и знали, что он лишь пытается им польстить. Но, они всё равно чувствовали себя в восторге от похвалы. Их настроение изменилось, и смешливое выражение появилось на их лицах, когда он начал говорить. Гуан Квинхан покраснела, и лишь через некоторое время пробормотала:

- Третий дядя вернулся. Он заставит тебя чувствовать себя лучше.

Она отвернулась и утащила Малышку Ке с собой.

Квинхан была права. Более того, она не преувеличивала ни капли.

Дедушка Цзюнь и Третий дядя бросились обратно к Цзюнь Мосе в тот момент, когда они услышали о его возвращении, яростно, как буря. Волосы юного мастера Цзюнь чуть не побелели при виде этого, и он попытался оправдаться...

Молодой мастер Цзюнь был едва в состоянии выдержать эту концентрированную грозу из упрёков. Но он хотел показать свои достижения. Затем он прочистил горло и вынул таблетки Таинственного Ян, Сердце Дьявола и Десятилетний Дан. Но, двое старших продолжали ругать его жестоко, ни на что не обращая внимания.

Э... Эти Даны были очень хороши. Хотя их нельзя было принимать в больших дозах. Таблетки Таинственного Ян можно было принимать раз в десять дней. И было бы хорошо, чтобы принимать очередную дозу для медицинских целей. Но, Десятилетний Дан был одноразовым, принимать его регулярно было бы бесполезно... так что это было бы пустой тратой.

Дедушка Цзюнь и Третий дядя взяли Даны кончиками пальцев. Но, судя по выражению лиц, они выглядели не очень убеждёнными. В конце концов, молодой мастер Цзюнь сказал, что эффективность этих лекарств была чудесной. Они посмотрели на Цзюнь Мосе глазами, полными сомнений.

«Ты обманываешь демона! Этот маленький Дан может улучшить культивирование, будто за десять лет? Это херня!» – одна и та же мысль возникла в мозгу обоих мужчин.

Тем не менее, они чувствовали, что их культивирование лихорадочно стало расти после того, как они приняли таблетки под руководством Цзюнь Мосе. Они чувствовали, что их навыки поднялись до уровня реально десятилетнего культивирования или даже больше. Их выражения стали зелёными, как у молодого мастера. Они посмотрели на молодого мастера Цзюнь, как голодные волки!

- Это такая удивительная вещь! Сколько их там? Отдай их мне! Я снова счастлив! Так что не доставляй мне неприятностей, маленький засранец!

Это был грохочущий голос дедушки Цзюнь. Лицо его залило волнением. Он схватил Цзюнь Мосе за воротник, поднял его в воздух и покачал, словно он высушивал дохлую рыбу на ветру.

Старик жадно открыл рот, крича эти слова, словно тиран.

- С тех пор, как твой дедушка открыл рот... ты должен служить его нуждам прежде всего. Я не такой уж и важный. Ты придёшь ко мне, когда пожелаешь. Просто передай мне сто десятков бутыльков. Но оставшиеся ты должен будешь отдать твоему деду; неважно, сколько их у тебя в общей сложности, – это сказал Цзюнь Вуй. Он хотел больше ста десятков бутыльков этих таблеток.

«Они что, думают, что эти Даны упали с неба? И можно просто подбирать их с земли? Это лекарственные Даны с реальной эффективностью!»

Цзюнь Мосе застонал от шока...

«Даже если бы я мог просто подбирать их с земли... мне бы все равно пришлось работать спиной! Эти препараты являются удивительными добавками... но, эти двое думают, что они похожи на капусту...? Как они могут требовать такую большую сумму...»

Могли ли эти двое убить Цзюнь Мосе из-за этих таблеток? Они легко забыли о внуке/племяннике и единственном наследнике их семьи из-за этих Данов! Дедушка Цзюнь враждебно потянул щёку Цзюнь Мосе. Цзюнь Вуй был немного мягче в своем подходе. Он только обращался к логической чувствительности Цзюнь Мосе. Да и так, лицо Цзюнь Мосе стало фиолетовым от этого щипка дедушки.

«Он потерял сознание перед нами? Мы неправильно оценили намерения этого засранца. Мы ошиблись и посчитали наших цыплят, прежде чем они вылупились!»

Молодой господин Цзюнь выпустил крик, от которого кровь стыла в жилах. Он хотел расплакаться, но не мог найти слёз, чтобы пролить.

- Я больше не могу... Я упаду в обморок... Я больше не могу... вы двое... пожалуйста, отпустите меня!

Глава 303.2. Спор о лекарствах и прорыв Гуан Квинхан (часть 2)

- Ты играешь с огнём! Я только что видел, как ты достал несколько бутыльков! Теперь спокойно передай их мне. Ты ищешь неприятностей? – дедушка Цзюнь поймал Цзюнь Мосе за лодыжки и встряхнул его. Затем он начал свирепо махать ним вокруг себя, как будто сушил полотенце…

Цзюнь Мосе больше не мог переносить такую «сушку»:

- Отпусти... Я умираю! Мне реально хреново, блин! Я отдам... Я всё отдам... Разве этого недостаточно?

Дедушка Цзюнь отпустил внука и смотрел на него, как тигр глядит на свою добычу. Он даже не моргал.

Цзюнь Мосе поднялся и ударил себя по лицу.

«Вот на хрена надо было хвастаться, не так ли?! Разве ты не знал, что ты навлечёшь неприятности? Ты прекрасно знаешь, что эти штуки могут раскачивать сердца людей. Ты знал, что твой дед и Третий дядя потеряют все чувства родственных отношений, когда им предлагают такие удивительные Даны!»

Он всё ещё чувствовал, что это неправильно.

«Я всё равно сделал эти Даны для повышения силы семьи Цзюнь. Так почему же я получаю то жалкое обращение, которым меня встретили?! Столько разных видов пыток! Как будто меня нужно было заставлять!»

Он двигался медленно и достал по одному бутыльку Дана Таинственного Ян, Дана Сердца Дьявола, Излечивающего Дана и Десятилетнего Дана. Затем он поставил их на стол на всеобщее обозрение.

- Это всё!

- Я не верю в это! Давай больше! – двое пожилых мужчин рявкнули в унисон.

- Это действительно всё, что у меня есть! – лицо молодого мастера Цзюнь проявило искреннее выражение. – Этого будет достаточно для сотни человек. Мой учитель дал мне немного...

Он думал:

«Вы хотите, забрать их все для себя? Я хотел ими улучшить силы войск под моим командованием... Но я не отдам ненадёжным. Так что я оставлю оставшиеся у себя».

- Этих бутыльков хватит на сто человек? – двое мужчин были полны неверия. Такие драгоценные лекарства были крайне редкими. Третий дядя переспросил про сотню людей, так как подумал, что Мосе всего лишь шутит.

Обычно один бутылёк мог обеспечить 3-5 человек. Так как же они не могли быть удивлены, услышав, как молодой мастер Цзюнь говорит, что эти крошечные бутыльки могут обеспечить сотню людей?

- Вот именно. Мой учитель использовал все свои силы, чтобы создать эти лекарства. С чего бы мне ещё просить эти травы и ингредиенты? Но мой мастер получил серьёзную травму, пока создавал эти препараты. Чтобы восстановиться, ему может потребоваться до 3-5 месяцев. Более того, он не сможет создавать такие Даны в течение очень длительного периода времени. Поэтому мы должны быть осторожны с использованием этих лекарств, – Цзюнь Мосе, естественно, преувеличивал некоторые вещи. Но, если эти двое узнают, что эти Даны можно было создавать почти постоянно... не заставят ли они его каждый день создавать их до конца своей жизни?

Эти двое посчитали это разумным. Было разумно, если учитель Цзюнь Мосе не мог создавать эти «божественные лекарства» снова и снова. В конце концов, разве не было бы слишком много детского спектакля, если бы такие лекарства могли быть массово произведены?

Двое пожилых мужчин протянули руки и отодвинули Цзюнь Мосе в сторону. Затем двое из них потянули одновременно, пытаясь схватить…

- Моё!

- Моё!

*Бабах! Бум! Бах!* – было совершенно очевидно, что эти двое окончательно помешались на Данах...

Цзюнь Мосе исчез из зала, словно струйка дыма. Он не обращал внимания на этих бесстыдных мужчин. В любом случае, не было бы казуса... сколько бы они ни боролись. Но они заставили землю грохотать.

Намеренно или иначе, Цзюнь Мосе свалил во двор Гуан Квинхан. Она тихо сидела под цветущим деревом. Молодая женщина спокойно смотрела на дерево со спокойным лицом. Очевидно, она слышала шаги Цзюнь Мосе, но она оставалась, как и прежде; на самом деле, она даже не повернулась лицом к нему.

- В чём дело? – она спросила без энтузиазма.

- Ничего серьезного. Я принес несколько лекарств. Они их попробовали, но они не слишком вкусные. Ха-ха... – Цзюнь Мосе издал пустой смешок.

- О? – Гуан Квинхан медленно повернула её холодное и красивое лицо, чтобы посмотреть на него. – Какие лекарства?

- Я создал много видов лекарств. Их эффекты довольно хороши. Ты бы осмелилась попробовать? – Цзюнь Мосе зевнул при этих словах. Но в его голове было только одно слово - афродизиак. Хотя, он не осмелился сказать это вслух.

- Осмелиться? Думаешь, я боюсь, что ты отравишь меня? – Гуан Квинхан вышла за рамки ожиданий Цзюнь Мосе и... она на самом деле улыбнулась. Цзюнь Мосе временно забыл о моральной неприкосновенности, увидев эту потрясающую красоту улыбки... Это было потрясающе... и совершенно неожиданно...

- Цзюнь Мосе, я могу терпеть тебя время от времени, но я пришла к выводу, что ты не тот человек, который всегда пользовался подлыми средствами. И в любом случае, я всегда буду твоей невесткой, – она протянула руку, чтобы принять таблетку от Цзюнь Мосе. Три таблетки: женская Пропавшая Инь, Сердце Дьявола и Десятилетний Дан. Она смотрела на Цзюнь Мосе равнодушно. Затем она подняла голову и без каких-либо колебаний проглотила лекарства.

Цзюнь Мосе широко открыл глаза. Он собирался сказать ей, чтобы подождала, пока она начнет культивировать. Но к тому времени она уже открыла рот и приняла лекарства. Это действительно поразило его.

Сожаление появилось внутри Цзюнь Мосе, когда он понял, что Гуан Квинхан доверяет ему сильно, что она приняла лекарства без задней мысли.

«Я бы создал афродизиак, если бы знал, что она мне так доверяет. Это огромная ошибка! Боже! Должно быть, это дух старого Мосе преследует меня и вызывает озорство. Я такой чистый... как я могу быть таким человеком...?»

Гуан Квинхан собиралась спросить о Данах и их последствиях, когда она почувствовала тёплое ощущение в её дантяне. Вдруг её тело стало тёплым, и её захлестнула волна комфорта. Это было неописуемо удобное ощущение. Затем, Суань Ци начала двигаться через её меридианы по собственному желанию. Он двигалась как могучий речной поток. Её дантянь становился всё теплее, когда Суань Ци продолжала двигаться по её меридианам. На самом деле, он превратился в исключительно чистый вариант Суань Ци...

Таинственный Дан Цзюнь Мосе улучшал способности человека чудесным образом!

Гуан Квинхан была шокирована, обнаружив это. Она немного пожалела, что усомнилась в нём. Однако её культивирование в настоящее время было на пике Серебряного Суань. На самом деле, она собиралась прорваться в царство Золотого Суань. Но она могла чувствовать, что её прорыв в Золотой Суань был неминуем, так как много силы начало спешить через её тело после принятия таблеток.

Впрочем, это был очень страшный момент. И не было никого, чтобы направить её в такой важный момент... к тому же её племянник...

«Почему этот маленький засранец не объяснил этого? Как он мог быть таким беспечным? Я думала, что это конфета!»

Однако у неё не было достаточно времени, чтобы обдумать эти вещи. Чрезвычайно мощная и чистая энергия Дана боролась за её конечности. Она решительно вступила в царство Золотого Суань. Но она вдруг начала чувствовать себя плохо. Её сознание помутилось...

Уровень культивирования Гуан Квинхан был очень низким. Она была только на уровне Серебряного Суань. На самом деле, её уровень культивирования даже уступал молодому мастеру Цзюню. Цзюнь Вуй и дедушка были в состоянии проглотить Десятилетний Дан без каких-либо угрызений совести, так как они были эксперты Небесного Суань. Они могли с лёгкостью контролировать себя в процессе повышения. На самом деле, они могли бы даже сделать прорыв без каких-либо вопросов, если бы момент потребовал этого, без каких-либо проблем.

Это было потому, что у них была сильная основа.

Однако Гуан Квинхан была на грани смерти. Разница между её культивированием и этих двоих была более десяти уровней! Она культивировала всего десять лет. И сейчас она переживает десятилетний процесс культивирования на одном дыхании. Это была почти сумма всего её культивирования. Более того, Ци, протекающая внутри неё в этот момент, была намного чище, чем когда-либо прежде. Кроме того, она никогда не проходила жестокие методы обучения Цзюнь Мосе... так как она могла противостоять этой силе? К счастью, она приняла и Дан Сердца Дьявола... иначе она бы уже сгорела.

Гуан Квинхан чувствовала, как будто она вот-вот лопнет. Её сознание плыло. Она чувствовала себя отчаявшейся:

«Моя жизнь закончится по такой загадочной причине?»

Её племянник изменился к лучшему с таким трудом. Он использовал «Искусство разблокировки Небесной удачи» и придумал такие божественные лекарства. Более того, он не забыл про её потребности во всём этом. Это показало, насколько он улучшился! Но, он забыл о её способности контролировать Суань Ци. Божественное лекарство неожиданно убивало её силой.

Гуан Квинхан чувствовала себя несколько нелепо. Но почему она не хотела сдаваться?

Она улыбнулась счастливо, как она сказала:

- Увидимся снова.

Затем, она закрыла глаза. Но она быстро открыла их... она была в полном шоке.

Гуан Квинхан вспомнила, что она не сказала:

«Я должна идти» перед смертью. Вместо этого она сказала: «Увидимся снова». «Почему я сказала «Увидимся снова»? Кого я не хочу оставлять позади?»

Гуан Куинхан поняла, что у неё нет времени думать об этом.

Потом вдруг она почувствовала прохладное прикосновение ладони к центру спины. Затем она почувствовала, что тёплая энергия проникает в её тело. Эта тёплая энергия очистила её духовное сознание. Это было похоже, будто у неё едва не случился тепловой удар из-за летней жары. Но потом она внезапно нырнула в бассейн с прохладной водой. Она почувствовала себя в восторге...

Затем она почувствовала, что чистая сила исходит из той ладони и начинает течь в её меридианы. Она могла чувствовать, что эта сила методично направляет этот бешеный поток Ци через её меридианы...

Поток Ци был чрезвычайно бешеным мгновение назад. Но с приходом этой тёплой силы он стал очень послушным. Он начал течь туда, куда направляла его сила...

В голове Гуан Квинхан был громкий шум. А потом она почувствовала несравненное ощущение своих меридиан, открывающихся шире. Даже её духовное сознание вышло на новый уровень.

Гуан Квинхан ворвалась в царство Золотого Суань с помощью этой руки на спине!

Эта своевременная помощь была оказана никем иным, как молодым мастером семьи Цзюнь — Цзюнь Мосе.

Гуан Квинхан запаниковала, можно сказать, что она была неопытна в таких вопросах. Но Цзюнь Мосе знал, что Даны, которые он создал, были сильными, но не сверхъестественными. Он также дал ей таблетку Сердца Дьявола, чтобы помочь в этом повышении. Так что она не пострадала от Укуса Дьявола и не умерла. Её сознание, возможно, исчезло ненадолго, но её навыки продолжали расти. Но это была золотая возможность, а Цзюнь Мосе не был джентльменом. Как он мог это пропустить? Ведь должно быть какое-то удовольствие от помощи другим!

Он положил руку на её спину. Его рука отделялась от её кожи всего лишь двумя слоями одежды, хотя в настоящее время была поздняя осень. Гуан Квинхан была экспертом Серебряного Суань, поэтому она имела достойную стойкость к жаре и холоду. Следовательно, она не надевала много одежды. Вот почему она почувствовала всплеск нежности, когда Цзюнь Мосе положил руку ей на спину. Она чувствовала себя так комфортно, что она почти хотела кричать…

Глава 304.1. Баллада о "Настоящем Мужчине" (часть 1)

Голова юного мастера Цзюнь изначально была наполнена множеством запутанных мыслей. Но он вовремя понял, что нужно протянуть руку помощи…

Гуан Квинхан медленно проснулась. Она почувствовала, что её тело расслаблено. Молодая леди чувствовала, словно парит высоко в небе, и чувствовала чистый, совершенно детский восторг. Она прорвалась на уровень Золотого Суань! Это означало, что она достигла немалых сил. Ей больше не нужна была защита. Теперь это бесполезно.

Гуан Квинхан подавила это растущее чувство радости с большим трудом. Она поняла, что ладонь, которая так вовремя легла на её спину и передала ей ту тёплую силу, перестала делать это. Тем не менее... она всё ещё чувствовала тёплую ладонь на спине.

Это была большая, надёжная и тёплая рука!

«Кто мне помог? Этот Цзюнь Мосе не имеет достаточного культивирования, чтобы помочь мне...»

Она с любопытством повернула голову, чтобы посмотреть. Удивительно, но она обнаружила, что Цзюнь Мосе сидел за ней с закрытыми глазами. А его ладонь всё ещё покоилась на её спине...

«Как это возможно?

Это действительно был он!»

Вдруг она почувствовала прилив головокружения.

«С каких это пор у этого маленького мальчишки было такое высокое культивирование? Возможно ли, что...?

Но он неподвижен... он, должно быть, потратил много сил, чтобы помочь в увеличении моих сил, верно? Неудивительно, что он не может открыть глаза. Это должно быть невыносимо утомительно...»

Просто, когда она подумала об этом, она почувствовала, как рука, лежащая на её спине, двигается. Потом она почувствовала, что пальцы этой руки ещё и дрожат. Вдруг ей стало щекотно.

«Этот маленький засранец гладит меня по спине?!» – его пальцы снова двинулись. – «Эта, это... этот... Разве он не ласкает мою спину?»

Тело Гуан Квинхан стало жёстким, когда она повернула голову, чтобы посмотреть. Глаза убогого баловника по-прежнему были закрыты. Но у него явно было счастливое выражение лица. Углы его рта были изогнуты в чрезвычайно вульгарной улыбке. Казалось, что его лицо раскрывает всю похоть его блудливой души...

«Это та же самая вульгарная сторона племянника... Но... разве он не притворялся таким мерзким засранцем?

Как...»

Эта ладонь снова начала двигаться. На этот раз... она понемногу спускалась в направлении её задницы...

Могла ли Гуан Квинхан разрешить её дьявольскому племяшу воспользоваться ей?

- Ах! – она воскликнула.

*Бабах!* – она инстинктивно шлёпнула его по щеке. Затем, она решительно вскочила на ноги. Её лицо покраснело от стыда. Она больше не могла показать своё лицо. Она закрыла лицо руками и убежала.

Скорость юной леди резко возросла вместе с ее культивированием. Её силуэт исчез в её комнате. Её сердце звучало как громкий барабан. Она чувствовала злость и стыд, стыд и бешенство. Глаза Гуан Квинхан метали молнии. Она топала ногами на земле. Она не могла помешать слезам стекать вниз из глаз. Затем она внезапно упала на кровать и прикрыла голову: всхлип слетел с её губ, хотя она и старалась задушить рыдания.

***

Цзюнь Мосе мог чувствовать ее мягкую и атласную кожу, хотя его ладонь была отделена от нее слоем одежды. Его разум был опьянен этим ощущением. Он почувствовал, как во рту пересохло. Его ладони, казалось, имели свой собственный разум. Они передвигались по своей собственной воле…

«Это так гладко... а... что это...?»

Его разум залило волной восхищения. Он совершенно не подозревал о действиях его рук. Он чувствовал, как будто медленно плывёт на ветру. На самом деле, он чувствовал, как будто он стал Бессмертным…

Затем Цзюнь Мосе был поражён внезапным криком страха. Он только открыл глаза, когда – «Бах!» – он почувствовал пощёчину. Очевидно, что он был возмущён этим:

«В чем дело?»

Он собирался отступить, когда вдруг почувствовал резкий удар в живот. Он даже не успел почувствовать боль, но полетел назад. Он пролетел десять метров и упал на клумбу.

Десять метров! Юный мастер Цзюнь родился не таким большим человеком в этой реинкарнации. Он не был даже близко к шести футам в высоту, и его фигура не была громоздкой или даже накачанной. Его тело было как у обычного человека. Как и его вес. Вот почему одного удара от симпатичной девушки хватило, чтобы отправить его тело в полёт!

«Стала ли она такой сильной, просто приняв лекарство?

Это лекарство... Ты не можешь давать его всем без разбора...»

Мало того, что его судьба была довольно колючей... Клумба с розами тоже особой гладкостью не отличалась. Несколько шипов воткнулись прямо в задницу молодого мастера Цзюнь. Он хотел посидеть на шипах и подумать над этим, но внезапная боль выдула все мысли из его черепа. Нечто, что секунду назад поднимало штаны, вырываясь наружу – рухнуло, как подкошенное…

Он выполз из клумбы в тень. В поле зрения не было ни души. Молодой мастер Цзюнь постарался вспомнить последовательность событий. Он почувствовал бешенство:

«Я понимаю, что мои руки действовали довольно безнравственно... и мои мысли были безнравственными тоже... но, я же только собирался помочь тебе! Однако, в итоге...

Что я могу сказать? Ты не могла хотя бы предупредить до того, как ударить меня? Это неразумно! Хотя я, конечно, действовал аморально и первый начал, эх...» – чем больше молодой мастер Цзюнь думал об этом инциденте, тем больше он понимал, что он был неправ... и что пощёчина и удар были подходящим наказанием…

«Я не могу даже отменить мои действия в этом инциденте! Разве это не угнетает?»

Молодой мастер Цзюнь некоторое время молчал. Он отдал часть Данов своему деду и Третьему дяде, только чтобы они не разорвали его на части. Цзюнь Мосе потом дал дозу Гуан Квинхан, тоже поспособствовав увеличению ее культивирования. Он думал, что его прекрасная тётя отблагодарит его за это... или, по крайней мере, будет вести себя осторожно с ним после этого... Кто бы мог подумать, что она вместо этого пнёт его в живот...?

Всё-таки ему повезло, что она ударила его в живот. Что, если бы её удар приземлился немного ниже? Разве его яйца не вывалились бы из ушей?

Цзюнь Мосе вытер холодный пот и сбежал, как собака, поджавшая хвост. Он понял, что не смог бы пойти к Тянь Фа, если бы тот удар разбил ему яйца. Поэтому он быстро спрятал промежность руками, и лягушкой выскочила из её двора.

«Моя легендарная репутация была бы подавлена…».

Юный мастер Цзюнь выкрикнул короткий приказ. На территории семьи Цзюнь интенсивно тренировались 254 сильных охранника. Не имело значения, чем они занимались – оттачивали свои навыки боевой подготовки или замачивались в горячем бассейне, или били друг друга палками — все сразу же бросили свои задачи и последовали приказу. Они быстро разделились на две группы и встали перед Цзюнь Мосе.

Каждый человек в двух группах был в приподнятом настроении.

- Помните, когда я начал тренировки, я сказал вам, что хочу, чтобы вы разделились на две команды? Эти две команды были сильнейшими. А потом я дал вам имена – Небесные Разрушители и Пожиратели Душ. И не только эти две команды были бы сильнейшими — они должны были создать костяк моей боевой силы! Эти две команды — «Небесные Разрушители» и «Пожиратели Душ» – помогут мне беспрепятственно передвигаться по континенту. И члены этих двух команд будут отобраны из лучших среди вас! И эти избранные люди станут легендарным кошмаром для остального мира! Они будут главными воинами этого континента! Им не будет равных!

Цзюнь Мосе неторопливо шагнул вперёд к собравшимся воинам. Его глаза остро глядели на каждого. Его взгляд пронёсся по лицу каждого солдата.

Дыхание каждого человека было грубым и тяжелым. Глаза каждого человека были полны стремления.

Стать сильнейшим воином! Стать кошмаром всех врагов! Это было их величайшее желание.

Это то, чего они жаждали всю свою жизнь!

- Я уже говорил, заслуживаете вы этого или нет... зависит только от вас! Сумеете ли вы претендовать на это место! Я не знаю ни одного вашего имени до этого момента! Во-первых, потому что мне просто пох*й! Во-вторых... потому что вы не заслуживаете моего признания! – Цзюнь Мосе медленно заявил. Его медленная манера речи обладала странной силой. Это было похоже на сверхмощную силу, которая давила на всю землю. Казалось, само время замедлилось.

- Я отправлю вас на вашу первую миссию через четыре дня. И те, кто выживет, станут членами моих «Небесных Разрушителей» и «Пожирателей Душ»! Тогда они встанут на путь силы и путь бойни! Одно только название, одно только имя любого из этих воинов заставит весь континент дрожать от страха!

Цзюнь Мосе смотрел на них. Затем он продолжал довольно тихо:

- Но эта миссия отличается от предыдущей. Я хочу только сильнейших воинов. Итак, эта миссия будет крайне опасной. Возможно, смертельной. Скажу вам, что эта миссия крайне опасна! Смертность составит 90 процентов. И это лишь предварительная оценка. Поэтому любой, кто не хочет идти дальше... может сделать шаг назад. Моя семья и я не будем принуждать кого-либо пройти через это. Таким образом, вы можете уйти при желании. Не стыдно думать о собственной безопасности.

Осенний ветер просвистел по двору. Ни один человек из 254 человек не сдвинулся и на сантиметр. На самом деле, никто даже не моргнул глазом.

- Это последняя возможность уйти, вы не сможете уйти позже. Вполне возможно, что все вы можете умереть. Вы сдохнете навсегда! Это последняя возможность! – Цзюнь Мосе провозгласил холодным голосом.

Никто не пошевелился — так же, как и раньше.

Цзюнь Мосе тихо кивнул. Затем он жёстко проговорил:

- Те, кто хочет войти в команду добровольно — шаг вперёд!

*Бум!*

Двести пятьдесят четыре мужчины одновременно сделали шаг вперёд. Делая этот шаг, они старались вложить свою силу, чтобы именно их выбрали. Их упорядоченный, но мощный шаг вызвал дрожь земли.

- Отлично! Девять из десяти, возможно, не выдержат эту миссию. Но вы не можете иметь никаких сожалений сейчас. Говорят, что человек, который идёт вперед, несмотря на все проблемы — настоящий человек! Позвольте мне сказать вам кое-что…

Цзюнь Мосе пробормотал несколько слов. Затем он вдруг посмотрел вверх со сложным выражением в его глазах. Все стали бдительными и выпрямили спины. Они хотели слушать слова Цзюнь Мосе очень внимательно.

- Настоящий мужчина – это путешествие только в одну сторону. Слава и великолепие в жизни или смерти... но ни шагу назад!

Кровь настоящего мужчины сделана из железа. Он никогда не будет колебаться перед лицом опасности!

Слёзы настоящего мужчины достаются самой дорогой ценой. Он не отступит, даже если враги окружат его со всех сторон!

Его кости могут сломаться. Его кровь может течь из ран, как река. Но настоящий мужчина останется твёрд — он не оглянется назад!

Эта «Баллада настоящего мужчины» может быть прочитана только настоящим мужчинам. Те, кто не настоящие мужчины... даже не смогут понять этого, – Цзюнь Мосе заложил руки за спину. – Я надеюсь, что каждый из моих братьев станет «настоящим мужчиной». Господа, сделайте первый шаг, чтобы стать настоящими мужчинами! Сопровождайте меня, и тогда мы с гордостью пройдём по всему миру!

В ответ было полное молчание.

Выражение каждого было крайне жестоким. Эта героическая баллада разгорячила кровь каждого. Казалось, что каждая пора в их теле вспыхнула страстной силой, их глаза испускали палящее сияние.

Это была отличная баллада!

Глава 304.2. Баллада о "Настоящем Мужчине" (часть 2)

Настоящий мужчина – это путешествие только в одну сторону. Слава и великолепие в жизни или смерти... но ни шагу назад! Человек может двигаться только в одном направлении, если его цель ясна. И он продолжает двигаться в том направлении всю жизнь. Такой человек никогда не пожалеет о своём пути.

Кровь настоящего мужчины сделана из железа. Он никогда не будет колебаться перед лицом опасности! Это было качество, присущее настоящему мужчине.

Слёзы настоящего мужчины достаются самой дорогой ценой. Он не отступит, даже если враги окружат его со всех сторон! Солнце может померкнуть, когда поле боя будет завалено трупами и залито кровью. Союзники могут умереть, но Настоящий Мужчина должен противостоять своим многочисленным врагам, несмотря на любые раны на его теле. Это будет очень трагическая сцена. Но, как мог настоящий мужчина отступить?

Его кости могут сломаться. Его кровь может течь из ран, как река. Но, настоящий мужчина останется твёрд — он не оглянется назад!

Два лидера команд привели двести пятьдесят четыре человека к Цзюнь Мосе. Они взяли у него Даны и раздали их воинам.

Двести пятьдесят четыре человека разобрали свои Даны в один миг. Затем они снова аккуратно встали в две группы, не мешкая ни секунды.

- Эти лекарства редки и легендарны! Этому юному мастеру пришлось столкнуться со многими опасностями и ему пришлось потратить много денег на изготовление этих Данов. И теперь каждый из вас имеет одну дозу этих лекарств в руке. Эти Даны увеличат вашу способность Сюань Ци так, словно бы вы тренировались десять лет. Господа, прошу вас оправдать мои ожидания! – Цзюнь Мосе говорил это суровым голосом, вновь заложив руки за спину.

Все были шокированы. Люди слышали о различных видах редких и ценных лекарств по всему континенту Суань Суань. Например: женьшень, тысячелистник, спорыш и т. д... эти препараты могли способствовать прогрессу индивидуума. Но никогда не было никаких новостей о лекарственных средствах, которые могли бы увеличить культивирование Суань Ци, и так много. А этот молодой мастер не только создал эти бесценные Даны... но и отдал их другим!

Все были очень тронуты этим.

Мужчина положит свою жизнь на кон ради его близких друзей!

И он сделает это, не сказав ни слова…

Два капитана издали приказ, а двести пятьдесят четыре солдата стали двигаться. Они встали так, что каждый мужчина отделился от соседа на расстояние трёх метров. Затем они посмотрели вверх и проглотили эти драгоценные таблетки. После этого они сели, скрестив ноги и торжественно сосредоточили свое внимание на их дантяни, чтобы спокойно поглотить Суань Ци.

Цзюнь Мосе стоял перед ними внешне расслабленным и спокойным. Однако в качестве меры предосторожности в его рукавах лежали метательные кинжалы. Он был в своем собственном доме в данный момент, но он не мог осмелиться выказать ни малейшей халатности на этом этапе.

Более двухсот мужчин сегодня продвинут своё культивирование. Такая вещь была беспрецедентной!

Поэтому Цзюнь Мосе принял крайние меры предосторожности.

Башня располагалась на некотором расстоянии от полигона. Цзюнь Вуй смотрел на это шоу со стороны. Он усмехнулся и прошептал:

- Я знал, что этот засранец большинство оставил себе, и я был прав! Двести пятьдесят четыре солдата... все вместе... это потрясающе...

Дедушка Цзюнь вздохнул:

- Мосе должен использовать эти лекарства, но он не должен использовать их без разбора. Опасные ситуации могут возникнуть в случае, если хоть одна живая душа узнает об этом. Обычному человеку не нужно прятаться за стенами. Но эти препараты способны привести к несчастным случаям, которые могут обречь нашу семью Цзюнь на вечные муки в одно мгновение. Вуй, мы должны быть очень осторожны! Лучше закопать эти лекарства в землю, если их источнику грозит хоть что-то! Я не позволю, чтобы с Мосе что-нибудь случилось! Ты понимаешь?

- Я понимаю... – Цзюнь Вуй кивнул и сказал. – Эти лекарства могут привести к уничтожению семьи Цзюнь. Мы не должны рисковать, если есть какие-то проблемы. Лучше упустить эту возможность, чем рисковать всем.

- Хорошо! – дедушка Цзюнь посмотрел на внука. На его лице были видны любовь и нежность, когда он продолжал:

– Нужно как можно быстрее потребить эти лекарства. И никто не должен знать, что его повышение произошло из-за Данов. Ты знаешь, как это сделать?

Цзюнь Вуй слабо кивнул:

- Моё тело было искалечено в течение десяти лет, но мой разум не прозябал впустую. Я случайно разработал метод для повышения моего культивирования. Я попросту попрошу людей использовать тот же метод. Вот и всё.

Цзюнь Чжан Тиан сузил глаза:

- Ты же понимаешь, что тогда в опасности окажешься ты?

Третий мастер Цзюнь улыбнулся спокойно:

- Успокойся, отец. Я знаю, что произойдёт. Но никто тогда не станет искать Мосе в отношении этого вопроса.

- Ты должен быть очень осторожен! – дедушка Цзюнь кивнул и не говорил ничего некоторое время. Затем, его глаза засияли холодным светом. После этого он заговорил с достоинством:

- Я хочу прочесть досье на всех этих 254 солдат! Я хочу знать об их опыте и связях. Я хочу знать их друзей, их семьи и всех, с кем они могли связаться. Соседи... любовники... проститутки! Когда они сходят в туалет, я хочу знать, сколько раз они стряхивают! Нужно ликвидировать всех, кто окажется подозрительным. Даже если наши действия будут казаться необоснованными или несправедливыми... ты понимаешь?

- Да!

Цзюнь Чжан Тиан дал приказ решительно и твёрдо. Кроме того, речь шла как военный приказ. Особенно, когда он произнес эти последние слова: «Даже если наши действия будут казаться необоснованными или несправедливыми...», — он решительно приказал убивать. Таким образом, Цзюнь Вуй дал торжественный ответ как подчинённый. Но два человека поняли, что это команда равносильна военному приказу!

Цзюнь Чжань Тиан знал, что произойдёт в тот момент, когда появится новость о лекарствах Цзюнь Мосе. Он понимал, что это вызовет волнение и приведёт к проблемам. Так дедушка Цзюнь просто принимал меры предосторожности против любой случайности.

Он вёл себя безрассудно ради безопасности внука!

Точно так же Третий мастер Цзюнь сделал ставку на всё, чтобы защитить племянника. Он даже поставил свою собственную жизнь.

Солдаты, принявшие таблетки, уже испытывали их действие.

Некоторые из них уже были в царстве Золотого Суань. Эти немногие мужчины считают, что сравнительно легче усваивать чистую Суань Ци. И смогли впитать её должным образом. Но более 95% мужчин столкнулись с острой болью. У них не было другого варианта, так как их культивирования Серебряного Суань было недостаточно, чтобы выдержать последствия этих Данов. Мышцы и меридианы по всему телу начали растягиваться. Их кожа стала мерцать серебристым сиянием, так как Серебряная Суань Ци лихорадочно текла через них. Эти люди были в царстве Серебряного Суань, но их фундамент не был достаточно сильным. Поэтому у них не было выбора, кроме как терпеть крайнюю боль, которая была вызвана этим всплеском чистой Суань Ци.

Однако они должны были выдержать это испытание. Они бы многому научились, если бы смогли сделать это самостоятельно. Это очень помогло бы им во время их будущих прорывов. Более того, они приобретут опыт и смогут отточить свою самодисциплину.

Было несколько мужчин, чье культивирование было слабее остальных. С них пот стекал едва ли не ручьями. Цвет их кожи стал напоминать свежую кровь. На самом деле, казалось, что сама их кровь вышла на поверхность кожи. Их лица были мрачные и искажённые: этого было достаточно, чтобы описать ту огромную боль, которую они испытывали.

Культивирование Суань имело различные этапы. И люди должны были прорваться через предыдущие этапы, чтобы двигаться вверх. Например, эксперт Серебряного Суань хотел прорваться к Золотому Суань, а эксперт Золотого Суань – к Нефритовому Суань и так далее. Такой прорыв был качественным по своему характеру. Однако может быть разница в сильных сторонах двух людей, даже если они находятся на одном уровне. Например, большинство из этих солдат были в царстве Серебряного Суань на данный момент. Но их культивирование было не очень глубоким. Так, большинство из этих людей не были наравне даже с Гуан Квинхан.

Семья Гуан Квинхан не была настолько сильной, но с детства её учили правильной практике. Таким образом, она смогла сделать прорыв после принятия этих трёх Данов. На самом деле, она могла бы сделать это без помощи Цзюнь Мосе. Она бы упала в обморок, но ничего больше.

Однако эти храбрые солдаты отличались от неё. Их культивирования Суань было недостаточно. Им было трудно контролировать эти «десять лет» культивирования, так как они не были похожи на Гуан Квинхан. На самом деле, вполне возможно, что они не увидели бы никакого прогресса на протяжении всей своей жизни, если бы они были не в состоянии поглотить эти «десять лет» культивирования должным образом.

К счастью, они прошли через адские тренировки Цзюнь Мосе. И их решимость была намного выше, чем у обычного человека. Таким образом, они могли переносить эту боль, даже, несмотря на то, что она была практически невыносима. На самом деле, никто из них не кричал... и не издавал ни единого звука из их глоток. Но они скрежетали зубами, и скрежет их зубов звучал со всех сторон так, что становилось жутковато.

Не было ни единого стона боли — только скрежет зубов...

Дедушка Цзюнь сказал, когда посмотрел на сцену внизу:

- Неожиданно, но эти двести пятьдесят четыре человека – «настоящие мужчины с железной кровью». Их кости прочные и сильные. Они вселяют надежду на будущее в этого старика!

Цзюнь Вуй улыбнулся. Его глаза были полны похвалы.

В конечном счёте... Серебряный свет вокруг одного человека начал конденсироваться. Затем он стал трансформироваться в светло-золотистый. Золотой свет не ослеплял, но был исключительно стабильным. Он прошёл это испытание и прорвался в царство Золотого Суань.

Затем последовал второй человек... затем третий...

Золотые огни мелькали бесконечно, и уже десять мужчин последовательно достигли уровня Золотого Суань. Они были чрезвычайно довольны тем, что прошли через этот болезненный переход. Однако эти люди не встали на ноги сразу после этого. Они продолжали держать глаза закрытыми и продолжали медленно дышать. Они начали ощущать огромные перемены, которые они пережили; они никогда не чувствовали столько силы в своём теле. Они начали циркулировать поток Ци через свои меридианы медленно и неторопливо, чтобы их тела могли адаптироваться к этим изменениям как можно быстрее.

Тем временем серебряные огни продолжали мерцать ярче и ярче. На самом деле их сияние увеличивалось с течением времени. Вся тренировочная площадка семьи Цзюнь начала купаться в этом блестящем серебристом цвете, так как более 200 мужчин одновременно сияли этим цветом. Эти блестящие вспышки света почти ослепили отца и сына на башне.

- Самый слабый из них является экспертом Серебряного Суань, большинство из них являются экспертами Серебряного Суань на пике! Несколько из них прорвались на уровень Золотого Суань, а самые сильные четверо находятся уже на пике Золотого Суань! – дедушка Цзюнь ахнул. – Если эти войска будут отправлены на поле боя...

- Они не будут отправлены на поле боя. Они больше не обычные солдаты, – ответил Цзюнь Вуй. – Они будут сражаться только за Мосе сейчас. И отправить их на поле боя – будет пустой тратой. Я не позволю таких расходов...

- Мосе однажды сказал, что самый слабый из этих людей будет экспертом Суань Земли на пике. Я думал, что он просто говорит для войск, преувеличивая... но сейчас, я не думаю, что это невозможно... Три месяца назад самый сильный из них был всего лишь эксперт восьмого уровня. Это абсолютно удивительно. Это против воли небес! – Цзюнь Вуй говорил медленно. В его глазах вспыхнуло волнение. – Самый слабый из них будет экспертом Суань Земли на пике...? Разве это не значит... что у нас будет около двухсот специалистов Суань Неба? Даже Город Серебряной Метели и усадьба Сюэху не смогут устоять передо мной... даже если они объединят свои силы... Боже мой…

Дедушка Цзюнь молчал. Он поглаживал бороду и бессознательно дёрнул её, когда услышал эти слова. Дёрнув с такой силой, он случайно вырвал несколько прядей волос из бороды... и совершенно не заметил этого.

Это было потрясающе!

Глава 305. Подводные камни перед битвой

Все двести пятьдесят четыре солдата сумели прорваться, ни один из них не остался на прежнем уровне. Затем они встали с земли и быстро построились так же, как и до этого. Они смотрели на Цзюнь Мосе с глазами, полными благодарности.

*БАХ!*

Двести пятьдесят четыре человека синхронно упали на колени и стукнулись головой о землю в знак признательности. Звук, производимый их «актом благодарности» был настолько громким, что он эхом раздался во все стороны.

- Спасибо, молодой мастер! – более двухсот мужчин рявкнули в унисон.

- Я даю вам два дня. Используйте обычное обучение, чтобы адаптироваться к изменениям в вашем теле. Я хочу, чтобы все координировали свой стиль с изменениями в их Суань Ци. И утром третьего дня вы пойдёте в оружейный арсенал и получите своё оружие!

Затем, Цзюнь Мосе холодно кивнул и продолжил:

- Более того, то, что здесь только что произошло – классифицируется как «сверхсекретная информация». Никому не разрешается разглашать её. Все вы будете вовлечены без исключения, если кто-нибудь сольёт эту информацию!

- Так точно! Я скорее умру, чем выдам! – хор голосов был ему ответом.

Дедушка Цзюнь всё ещё был на вершине башни. В его довольных глазах было чувство тревоги:

- Изящества Мосе достаточно, чтобы сделать его довольно харизматичным лидером. У него есть уважение. И, конечно же, у него есть необходимый гений. Но я не думаю, что он подходит для руководства войсками...

- Почему? Отец, Мосе руководит своими войсками, требуя точного соблюдения инструкций. Его строгая дисциплина дала такие большие результаты. Его руководство превратило эти войска в элитные силы... так почему же он не подходит для руководства войсками? – Цзюнь Вуй был озадачен.

- У него очень жестокий ум! – дедушка Цзюнь вздохнул. Потом вздохнул ещё раз. Казалось, он смотрел на что-то идеальное... кроме одного дефекта:

– Он подходит для руководства «специальными» войсками, но не для обычных солдат. Слова, которые он только что произнёс, были бы обычной угрозой, но обрати внимание на его последние слова: «Все вы будете вовлечены без исключения, если кто-нибудь сольёт эту информацию!»

Дедуля Цзюнь снова вздохнул:

- Мосе не задумывается, когда заявляет свои страшные доктрины, нет ни грамма эмоций в его голосе. Когда я услышал его слова... я понял, что Мосе останется верным его угрозе, даже если один из этих людей выйдет из строя и раскроет тайну. И, на самом деле, он замешан в каждом из них…

- Это же ничего не значит, да? Если он может тренировать эту команду... он также может тренировать и других людей, – Цзюнь Вуй не согласился. – Отец, мы с тобой прекрасно понимаем, что дисциплина очень важна. И всё может быть очень суровым и жестоким порой, но это крайне важно для поддержания порядка и дисциплины. Как мы можем быть мягкими в таких обстоятельствах? Это правильно!

- Вот почему ты будешь только командиром. Но ты не можешь стать главнокомандующим, – Цзюнь Чжан Тиан вздохнул. – Командир будет иметь только несколько войск под его командованием. И ты можешь развернуть их в соответствии с ситуацией на поле боя. Главы войск могут следовать за твоими приказами, так как они хорошо обучены и понимают вещи. Но они не смогут решить проблему, если та появится неожиданно. Примером тому служат твои личные войска и взвод Мосе. Но эти руководители войск составляют лишь небольшую часть реальной армии... под командованием главнокомандующего, вероятно, будут сотни тысяч войск. И крайне важно, чтобы главнокомандующий контролировал общую ситуацию. Но... если ты будешь действовать так жёстко со всеми... боюсь, ты приведёшь собственную армию к гибели.

Трения и противоречия неизбежны, когда многие взводы дислоцируются вместе. Ты можешь иметь сотни споров в течение одной только ночи, когда они квартируют вместе. Теперь, если бы мы последовали за походом твоего войска и взвода Мосе... ты бы всех обезглавил, – Цзюнь Чжан Тиан вздохнул. – Командир должен быть строгим и беспристрастным, но главнокомандующий должен быть терпеливым. Быть командиром и главнокомандующим – это совсем не одно и то же.

Ты слишком непреклонен, а Мосе слишком свиреп. Это ваши сильные стороны... но, и ваши недостатки, – Цзюнь Чжан Тиан говорил глубоко. – Мосе слишком безжалостен, но этого достаточно, чтобы защитить себя. Тем не менее, ты всё ещё можешь понести потери, так как ты действуешь так однозначно. В этом главная разница между вами двумя.

Цзюнь Вуй спокойно стоял. Он размышлял над словами отца и долго оставался неподвижным.

Суровая подготовка началась на полигоне. Но интенсивность тренировок была в десять раз выше, чем раньше.

Цзюнь Мосе вернулся во двор и вздохнул. Он повысил квалификацию каждого. Теперь, единственный человек, который остался – это он сам. Он создал эти Даны, он раздал их всем, но ещё не пробовал их сам.

«Недавно я достиг среднего уровня Нефритового Суань. Итак, Даны окажут хорошее влияние?»

Цзюнь Мосе не был уверен. Но, он также знал, что любые положительные эффекты будут равносильны только дополнительным преимуществам.

Таким образом, он не колебался и проглотил Десятилетний Дан.

Тем не менее, Цзюнь Мосе не принял Дан Сердца Дьявола.

Дан Сердца Дьявола, конечно, было очень надёжным, но это была возможность практиковать самодисциплину. Более того, этот Дан оказал очень негативное влияние на продвижение духовных сфер.

Цзюнь Мосе почувствовал обилие потока Ци в его дантяне. Он был в глубоком восторге от этого.

«Это действительно хорошо...»

Когда его разум успокоился, он понял, что...

«Я что-то забыл».

Он инициировал «Искусство разблокировки Небесной удачи», и его меридианы были затоплены мощными волнами потока Ци.

…

Императорский указ был издан на следующий день. Как и ожидалось, он назначил Цзюнь Вуя командиром армии, которая должна была отбыть в лес Тянь Фа. Он командовал армией в 20 тысяч воинов. Армия будет развёрнута в ближайшие пару дней. Он отправится на юг в сторону леса Тянь Фа. Каждая крупная семья должна будет оказать помощь, чтобы справиться с восстанием Зверей Суань.

Помимо Цзюнь Вуя... Император упомянул имена нескольких других людей из основных семей в этом списке. Имя Цзюнь Мосе занимало впечатляюще высокое место в этом списке. Несколько человек из семьи Мэнг были упомянуты также. Из семьи Муронг отправили Муронг Цин Юна и Муронг Ли Цианя. Семья Дугу отправила троих своих «Героев из легенд». И даже семья Сонг должна была послать некоторых людей.

Однако, вопреки ожиданиям Цзюнь Мосе, имя Ли Юрана не упоминалось в этом списке. Другими словами, Ли Юран не будет рисковать жопой, направляясь в лес Тянь Фа.

«Как его величество мог оставить такого опасного человека в этой пустотой столице?»

Ли Юран был честолюбив и Цзюнь Мосе не мог быть убежден, что Император не понимал этого. Но это было проблемой для Цзюнь Мосе, так как император решил держать Ли Юрана позади... несмотря на то, что знал о его амбициях.

В этом списке содержалось имя одного или другого подростка из каждой большой семьи. Поэтому эти семьи обязаны были направить некоторых специалистов для защиты своих наследников. Императорским Эдиктом не было чётко указано на это, но у каждой могущественной семьи, разумеется, были сильные специалисты, способные играть роль телохранителей.

Цзюнь Вуй бросился в Министерство обороны, чтобы закончить с формальностями в тот самый момент, когда он получил Императорский указ. Император хотел, чтобы армия двинулась в течение двух дней, но как это сделать в столь короткие сроки? Это потребуется, как минимум пять дней, чтобы принять препараты.

Армия не двигалась, но поставки уже выдвигались.

Цзюнь Чжан Тиан — Верховный главнокомандующий войсками – прорвался вдоль провинции, словно шторм, чтобы договориться, и все были настроены на работу. Присоединились даже Министерство общественных работ, Министерство доходов и Министерство обороны. Они действовали быстро, и всё необходимое для дополнения армии было подготовлено менее чем за один день.

Такая эффективность может оставить кого угодно ошарашенным.

Армии ходили на войну и раньше. Но кто мог сделать такую подготовку в такие сроки? На самом деле, армия бы была создана быстро, но поставки для армии никогда не успевали в срок. Пайковые поставки армии всегда будут задерживаться. Трудно было провести сравнение этого неудобства ни с чем…

Однако на этот раз никто не отказался выполнять требования.

Кем был Цзюнь Вуй? Цзюнь Вуй ушёл на пенсию некоторое время назад, но он всё ещё считался легендарным генералом в Империи Тянсян. Прошло десять лет, но этот железнокровный генерал всё ещё был знаменитой легендой.

И он вышел с пенсии для этой битвы. Итак, все военные торжествовали. Его старые товарищи по оружию и его подчинённые были особенно рады. Неважно, находится ли та или иная организация под военным контролем Дугу или семьи Цзюнь... Цзюнь Вуй получал зелёный свет повсюду. Никто не посмел высказать никаких возражений... будь-то гражданские или военная дивизия!

Солдаты и офицеры в армии начали молиться. Они хотели быть частью армии, которую этот легендарный генерал поведёт в бой. Они надеялись, что он укажет в сторону их батальона и отберёт их в состав своей армии.

Армия ещё даже не начала свой марш, но все были в боевом настроении и просто рвались в бой.

~Во дворце~

- Ты думаешь, это странно, что я послал Цзюнь Мосе, но оставил Ли Юрана? – Император на этот раз не играл в шахматы. Он пил чай, а на лице его цвела улыбка, будто у кота, нажравшегося сметаны и встретившего соседскую кошку...

- Да. Тем более, что у Цзюнь Мосе нет амбиций, в то время как у Ли Юрана они не просто очевидны, а лезут изо всех свободных щелей. Так что я не могу понять, почему Твоё Величество послал Цзюнь Мосе и оставил Ли Юрана, – мистер Вэнь сидел напротив него и он ответил с озадаченным выражением на лице.

- Ли Юран имеет некоторые недостатки. Его легко контролировать. Он ничего не может сделать, когда он находится под надзором. И я хочу посмотреть, может ли этот человек быть мне полезен. Так что я оставлю его здесь, чтобы более внимательно наблюдать за ним, – Император улыбнулся слегка. - А что касается Цзюнь Мосе... у него нет никаких желаний. Он уйдёт, если ты попросишь его уйти, и он останется, если ты попросишь его остаться. Он как плавающее облако. Но его нельзя контролировать. Поэтому я и посылаю его на восстание Зверей Суань. Выживет он или погибнет... зависит от него.

- Мне всё ещё непонятно. Если он как плавающее облако... тогда зачем... – мистер Вэнь нахмурился.

- Плавающее облако не беспокоит, когда оно одно. Но облако может вызвать грозу, если с ним есть ещё тучки поменьше... – холодный свет блеснул в глазах Его Величества, когда он вздохнул. – Великие заслуги могут потрясти мир, но великая сила может также привлечь неприятности.

Мистер Вэнь вздохнул молча.

- Были ли какие-либо новости относительно моего второго сына? – Император довольно эксцентрично улыбнулся.

- Да, арбалеты прибудут в южные пригороды столицы утром четвёртого дня, – мистер Вэнь хитро вздохнул, когда говорил это.

- Очень хорошо. Я не хочу, чтобы арбалеты оказались за пределами столицы... – Император положил руки на стол. Его Величество сосредоточил взгляд на пальцах, словно восхищаясь, насколько они совершенны.

- Не волнуйся, Ваше Величество, – ответил мистер Вэнь. – Даже в таком случае... Почему Ваше Величество не издаст имперский указ?

- Если это сделает мой второй сын — у меня не будет выбора, кроме как уничтожить его, – горько улыбнулся Император. Он смотрел вдаль какое-то время. Затем он, наконец, пробормотал:

- Неважно кто сидит в зале, в гареме или где-нибудь ещё на этой земле... это дело может потрясти всех. Сильное подводное течение слишком опасно, даже если ты знаешь, где оно и куда направлено. Мы не можем позволить себе такие потрясения.

Мистер Вэнь опустил взгляд и промолчал.

Он никогда не думал, что Император сделает что-то подобное, так как его отцовские эмоции возьмут верх. Но он пришёл к выводу, что он ошибся, серьёзно ошибся. Он смеялся над собой:

«Император мыслит намного хуже, чем я себе представлял…»

- Отправь письмо. Передай приказ в Зал Кровавого Меча... и будь-то южная семья Чжао или ещё кто-то из южных... а также люди моего второго сына... Никого не отпускать. Убедись, что этот вопрос решён чисто.

Император глубоко выдохнул:

- У моего второго сына не было средств приобрести это страшное оружие. Зал Кровавого Меча сам проявил инициативу, по своему желанию. И всё же, мой второй сын не подозревал ничего «рыбного»... Я потерял надежду насчёт моего второго сына...

Мистер Вэнь продолжал молчать.

«Я не подозревал такого. Скорее... кто мог подозревать, что ты – Император четырёх морей – всё ещё тайно будешь планировать такое убийство?

На самом деле, я убежден, что большинство людей не поверили бы в это, даже если бы это всплыло на свет…»

Мистер Вэнь посмотрел на Императора. В его сердце появился вопрос, но он был слишком напуган, чтобы произнести.

«Сколько ещё козырей держит этот Император в руках?»

Глава 306. Я очень хочу пойти

Естественно, если бы второй принц или Цзюнь Мосе, или другие люди узнали об этих словах... они бы сразу поняли, почему второй принц попросил убийц Зала Кровавого Меча выполнить эту миссию. Мужчины этой фракции должны были потерпеть неудачу ещё до конца!

Зал Кровавого Меча был самым известным «домом» убийц в Империи Тянсян, возможно, на всём континенте Суань Суань. Но личность человека за ними... была чрезвычайно шокирующей!

Однако если бы кто-то это обдумал... это казалось бы нормальным. На самом деле, это имело даже большой смысл.

Разве нет?

Как мог весь верхний эшелон Империи Тянсян узнать об этой организации убийц? И как эта организация могла действовать так открыто без каких-либо проблем? Только, если у них были связи с семьями в Императорском дворе... и даже с более поздними поколениями Императорской семьи...?

Существование такой группы было бы вполне нормальным в маленькой стране, так как малые Империи обычно имеют очень слабые военные силы. Но военная мощь Империи Тянсян была тиранической и очень централизованной. Император был одним из самых талантливых людей своего поколения. Итак, как он мог позволить такой организации убийц действовать так нагло внутри своей страны? Столько, что бы у них даже хватило смелости покушаться на убийство королевской принцессы... как будто это была детская игра...?

С этой точки зрения было гораздо больше. Возьмём, например, пример убийства принцессы Лин Мэн — наиболее известная организация убийц континента, вероятно, обладала разведывательной сетью. И хотя существование Йе Гухана было по общему признанию секретом... но как организация вроде Зала Кровавого Меча могла не узнать о его присутствии на её страже? Тем не менее, они послали всего двух экспертов Золотого Суань, чтобы убить принцессу Лин Мэн…

Разве перед кучей телохранителей уровня Небесного Суань два эксперта Золотого Суань могли принести хоть какую-то пользу? Какой смысл?!

Жаль, что во всём этом участвовал второй принц. Тем более что сообщение о том, что «Твой мозг работает через жопу», уже было отправлено ему. Второй Принц, вероятно, не поймёт этого до конца своих дней... что... его собственный отец использовал его для зачистки и исправления бюрократической структуры Империи. На самом деле, он бы даже использовал это событие, чтобы зачистить свой гарем.

Если бы это когда-нибудь всплыло – убийца Цзюнь признал бы, что он не был самым грозным игроком в мире... во всяком случае, пока. Этот «титул», несомненно, был зарезервирован для Императора Империи Тянсян.

~Палата императорских наложниц~

- Маленькая Мэн, честно скажи маме, в чём проблема? Ты больна? – изящная и великолепная леди вежливо спросила. Она носила жёлтое платье и традиционную корону на голове. Она была нынешней Императрицей, матерью принцессы Лин Мэн — Муронг Сю Сю.

- Я... Не... ничего. Я здорова. Всё нормально. Я не знаю, почему мама спросила, – Лин Мэн ничего не признала. Лин Мэн не знала что будет, если она скажет своей матери о состоянии Йе Гухана. Поэтому, она всегда лгала.

- Нормально? Детка, ты никогда не умела лгать. Ты всегда заикаешься, когда врешь, – Императрица нежно улыбнулась, глядя на дочь с нежностью. – Иногда кажется, что ты очень обеспокоена в эти дни. Кроме того, ты обычно плачешь ночью. Твои слезы уже намочили твои подушки. Это... ты бы назвала «нормальным»?

- Мама... – принцесса Лин Мэн показала свою милую улыбку. – Может ли твоя дочь когда-нибудь врать тебе? Со мной ничего не случилось.

- Может быть... – Императрица улыбнулась. Она с любовью ткнула пальцем в крошечный нос своей дочери. – Возможно, ты влюбилась в молодого человека?

- Мама... что ты говоришь? – принцесса Лин Мэн ляпнула вслух. Она покраснела. Но она всё ещё колебалась внутри.

«Могу ли я использовать этот шанс, чтобы рассказать маме о Цзюнь Мосе?» - принцесса Лин Мэн не могла не покраснеть, когда мысли зашли о нём.

Императрица посмотрела на выражение лица дочери. Как она могла не понять?

«Тело моей дочери больше не маленькой девочки. Она достигла того возраста. Моя дочь выросла!»

- Ты, моя маленькая девочка... но я не могу сказать, что молодой человек завоевал любовь моей дочери...? – Императрица посмотрела на свою дочь, дразнясь.

- Мама... – принцесса Лин Мэн повернулась к ней. Она колебалась мгновение, но, в конце концов, решила сохранить свои чувства при себе на время. Принцесса не была дурой. Как она могла не знать, что чувства Цзюнь Мосе могут не соответствовать её чувствам? Она боялась, что он, возможно, не выкажет благоприятного впечатления о ней.

Однако сердце принцессы было в смятении. «Ты пыталась найти мне ухажёра так много лет, но ни одним я не была впечатлена. Мне было всё равно, сколько внимания ты уделяла мне! А теперь, когда у меня, наконец, нет возражений... этот злобный парень относится ко мне... Блин!»

- Моя маленькая девочка, кажется, застенчива. Не говори, если не хочешь. Твоя мать тебя не заставляет. Он... малышка Мэн, расскажи маме о своём любимом как можно скорее. Ты уже не такая маленькая. Было бы очень хлопотно, если бы твой отец — Император — импульсивно решил выдать тебя когда-нибудь... – Императрица говорила, умело укладывала волосы дочери.

- Ваша дочь понимает, – принцесса прижалась к матери. Она вспомнила, что её дядя Йе Гухан сейчас в очень плохом состоянии. Она чувствовала, что у неё болит сердце, и она хотела плакать.

- Я не знаю, почему... но мне кажется что-то странное в течение последних нескольких дней... как будто что-то очень плохое произошло... – лёгкая улыбка украсила лицо Императрицы. Что это могло быть...? Что могло случиться? Я чувствую странную боль в моём сердце…

Сердце принцессы Лин Мэн напряглось, но она не смела ничего сказать.

«Я не знаю, что с дядей Йе. И я не знаю, сколько проклятых врагов у него в этом Дворце…»

~ Семья Цзюнь ~

Лоб Цзюнь Мосе покрылся потом. Он стоял перед лицом молодой девушки.

Он молчал, потому что...

- Я тоже хочу идти! – Дугу Сяо И нагло заявила, держа Малыша Белыша на руках.

- Что ты говоришь, сестра? Ты собираешься наполнить животы Зверей Суань? Ты собираешься помочь мне или Зверям Суань? – Цзюнь Мосе слегка закатил глаза.

«Боже мой! Избавьте меня, пожалуйста! Эта маленькая дурочка бесит меня всё утро…»

- Ха! Это ты можешь оказаться в животе этих Зверей Суань, но я очень жестокая и сильная! Даже мои семь братьев не могут сравниться со мной, если я правильно использую технику ножа. Никто на уровне Золотого Суань не сможет сравниться со мной! К тому же, что могут сделать пару Зверей Суань с этой маленькой девочкой? – Дугу Сяо И продолжала возвышенным образом. – Только посмотри, как ведёт себя Малыш Белыш... разве он не ведёт себя как маленький щенок, даже, несмотря на то, что он Зверь восьмого уровня Суань? Итак, чего мне бояться, если они все такие? Я могу убить тысячи из них! И эй, я тоже могу найти пару для Малыша Белыша!

Малыш Белыш испустил недовольный скулёж.

«Ты думаешь, легко найти хорошего Зверя такого высокого уровня?»

Он поднял глаза, чтобы посмотреть на неё. Однако он также знал причину слов своей хозяйки. Он знал, что было бы неразумно делать что-либо. Поэтому он проигнорировал её и вернулся спать.

Цзюнь Мосе чувствовал себя беспомощным:

- Да как ты можешь сравнивать? Малыш Белыш является Зверем Суань высокого уровня. Но он ведь не взрослый, да? Нет, мы даже не должны говорить, что... мы должны сказать, что он ребёнок! Как ты можешь связывать его с ними? Ты никогда не видела других зверей Суань? Ты ничего не знаешь?

- Что за бред ты несёшь? Думаешь, я ничего не знаю? Другие Звери Суань? Да все другие Звери Суань убегают в тот момент, когда они видят эту молодую леди. Они даже не осмеливаются поднять голову! – маленькая девочка гордо заявила.

Слезы потекли по щекам Цзюнь Мосе.

«Да ты что? Откуда может знать об этих опасностях обездоленная девушка из могущественной семьи? Ты видела только низкоуровневых зверей Суань, которые были одомашнены другими!»

- Ты прикалываешься, что ли?! Ты всегда носишь с собой Малыша Белыша. И в столице есть только Звери Суань стандартного уровня. Таким образом, они впадают в уныние, когда видят Малыша Белыша. Это логично для тебя? Действительно очень грозный здесь – Малыш Белыш... но даже он ничего не стоит против Зверей из Тянь Фа! – Цзюнь Мосе объяснил всерьёз, когда перестал ржать.

- Ты думаешь, что можешь обмануть меня, словно я ребёнок?! Малыш Белыш такой свирепый! А ты ещё говоришь, что это ничего? Я всё равно пойду! И когда я захочу пойти — я пойду! – Дугу Сяо И говорила всё громче и громче. – Через два месяца будет семидесятый день рождения моего деда. Он получил травму поясницы на поле боя давным-давно. Он не может долго оставаться на ветру — из-за этой травмы у него простуда. Я слышала, что шерсть Снежного Хорька Суань может помешать человеку простудиться. Итак, я планирую выследить Снежного Хорька в этой поездке. Я хочу подарить его дедушке на день рождения, чтобы показать свою любовь.

«Эта девочка думает, что Снежный Хорёк просто ждёт, пока она придёт за ним. Она думает, что может просто пойти и захватить его…»

Цзюнь Мосе чуть не потерял сознание:

- Сестра, добрая леди... ты думаешь, что Снежный Хорёк Суань – это домашний котёнок? что ты можешь просто схватить его? Эта штука намного выше по уровню, чем твоя Железнокрылая Пантера. Они, по крайней мере, восьмого уровня. И не только лишь. На самом деле, восьмой уровень является очень приниженной оценкой... другими словами, он может развиваться и выше. Ты понимаешь?

Он стал нежнее в эти дни. Цзюнь Мосе забыл о своей доминирующей природе. Но, казалось, он возвращается назад, к своим старым привычкам... Кто-то правильно сказал — легко изменить привычки, но трудно изменить свою сущность!

- Что в этом такого сложного? Разве это не просто маленький Снежный Хорёк? В чём дело? – маленькая девочка махнула рукой и крикнула. Она не воспринимала слова Цзюнь Мосе всерьёз. Затем, её глаза сменили направление, когда она опустила голову и умоляла:

- Брат Мосе, ты можешь оставить одну лошадь для меня? Пожалуйста?

- Не могу! Я даже не буду обсуждать это! – Цзюнь Мосе был удивительно решительным, когда он отказал ей.

«Ты думаешь, у меня нет запасных лошадей? Не будет ли твоя семья Дугу мстить потом мне, если с тобой что-то случится? Я не джентльмен. Это будет очень хлопотно, если что-то случится с тобой по пути...»

- Брат Мосе, умоляю тебя! – Дугу Сяо И схватила его за руку и посмотрела на него милыми и нежными глазами.

- Не может быть и речи! Нет смысла соблазнять меня! – Цзюнь Мосе вздохнул. Затем он подумал о чём-то и добавил:

- Смазливый юноша никогда не имел в этом недостатка...

- Ты думаешь, что можешь быть довольным собой? – Дугу Сяо И вздохнула, плюнула и высунула язык. – Ну и тьфу на тебя! Я пойду с моими старшими братьями, если ты меня не возьмёшь! Думаешь, мне нужна твоя «благотворительность»? Засунь её себе... Думаешь, я не смогу попасть в Тянь Фа, если ты откажешься взять меня с собой?

- Делай, как хочешь! – Цзюнь Мосе расправил руки. - Я в порядке, пока я не должен брать тебя! Если твои три старших брата готовы забрать тебя – они спасут меня! Я буду им вечно благодарен за разделение этого тяжкого бремени!

Глава 307. Арбалеты прибыли!

- Но я хочу пойти с тобой... Хи-хи... Следовать за тобой будет довольно забавно. Ты не очень спокоен по своей природе. Итак, путешествие будет очень интересным. Как это может быть весело – идти с моими тремя глупыми старшими братьями? – Дугу Сяо И мгновенно поняла, что её «трюк» был неэффективен. Поэтому она беззастенчиво обратилась к новому трюку.

Цзюнь Мосе ясно было, что три брата этой девочки категорически отклонили её просьбу сопровождать их. Итак, она пришла, чтобы раздражать его.

«Зачем ещё ей приходить ко мне?»

- Я уже говорил. Этого не произойдёт. Ты не будешь вмешиваться в эту поездку. Так что ты можешь забыть об уходе из этого места! – сердце Цзюнь Мосе словно было сделано из железа и камня. Он бы не уступил, несмотря ни на что. – Ты будешь сопровождать мою тётю дома. Ты не можешь пойти в подобное путешествие. Трудно будет за тобой присматривать. Мы идем не на прогулку!

- Я не понимаю, как она будет составлять мне компанию... в любом случае, она не будет сопровождать меня, потому что я тоже собираюсь в Тянь Фа, – холодный голос послышался неподалёку. Хребет Цзюнь Мосе похолодел, когда он услышал эти слова. Он повернул голову, чтобы посмотреть.

«Разве это не Гуан Квинхан?»

У Гуан Квинхан было ощущение, как будто что-то было не так с этой поездкой в лес. Мало кто знал о проблемах с особняком Сюэху. Но большинство влиятельных семей знали об этом и Императорский дворец, очевидно, не был исключением.

«И всё же, они упомянули, что Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе должны были уйти... Зачем им это делать?»

Цзюнь Вую придётся вести войска в бой. Так что, это было приемлемо. Но почему Цзюнь Мосе был втянут в это? Это беспокоило Гуан Квинхан. И больше всего она волновалась...

«Что делать, если поместье Сюэху пытается использовать эту возможность, чтобы создать проблемы для Цзюнь Вуя и Цзюнь Мосе? Всё будет из-за меня... и что мне делать? А судя по характерам этого дяди и племянника – они и сами обязательно сделают всё ещё хуже!

Эти двое не настолько сильны. Итак, как они смогут справиться с поместьем Сюэху, если возникнут проблемы? Должен быть аргумент, если кто-то из сторон назовёт моё имя. И Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй не отступят, учитывая их характер... Тогда чем всё закончится?

И Цзюнь Мосе особенно бесстрашен! Неужели он ничего не сделает?»

Поэтому Гуан Квинхан решила, что она тоже должна пойти. Она должна была уйти... даже если бы это означало её смерть.

«Я отправлюсь в это путешествие одна, если вы откажетесь взять меня с собой!»

Все бы благополучно вернулись, если бы всё было хорошо.

Тем не менее, Гуан Квинхан всегда может использовать себя в качестве предмета торга, если какие-либо проблемы возникнут. Она предпочла бы пожертвовать своей жизнью ради безопасного возвращения Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя. Однако она не могла позволить дяде и племяннику узнать о её намерениях. Если бы они узнали о её намерениях... они бы предпочли сломать ей ноги, чтобы она не могла уйти. Её Третий дядя, скорее всего, не одобрил бы этого. Но она была хорошо осведомлена о гнусной природе своего племянника. Она знала, что Цзюнь Мосе вполне способен удержать её.

Гуан Квинхан прекрасно понимала этот момент.

- Что происходит сегодня, а! Моя тётя... моя собственная тётя пришла, чтобы добавить ещё масла в этот хаос... почему вы все пришли ко мне...? Слушай, я не могу справиться с этим... – Цзюнь Мосе схватился за волосы. Казалось, что его сводят с ума:

- Не приходите ко мне, если хотите поехать в Тянь Фа. Я уже сказал - нет... Итак, идите к... Третьему дядюшке!

- Ваше решение в этом вопросе – ваше дело. Но иду я или нет – моё! – Гуан Квинхан без энтузиазма посмотрела на Цзюнь Мосе. Затем она быстро потянула Дугу Сяо И и ушла, не посоветовавшись ни с кем. Тем не менее, Дугу Сяо И протестующе глянула в сторону Цзюнь Mосе.

Её мысль, лежащая в основе этого жеста протеста, была простой:

«Я буду хорошей, пока вы не создаете мне неприятностей и любите меня».

Рот Цзюнь Мосе скривился.

Во второй половине того же дня Цзюнь Мосе и его более двухсот имперских охранников разделились на группы и исчезли из резиденции семьи Цзюнь.

Позже той же ночью…

Высокое тело дедушки Цзюнь стояло в своём дворе. Он что-то сказал десяти тёмным фигурам, которые стояли перед ним. Затем десять фигур разошлись и исчезли со двора без следа.

Дедушка Цзюнь вздохнул и спросил старого Панга, который стоял рядом с ним:

- Когда они дойдут...?

Старый Панг подумал мгновение и ответил:

- Примерно к завтрашнему вечеру.

- Хм... – старик нахмурился и проговорил. – Старый Панг, подготовь маски на лица и тёмную одежду.

Глаза старого Панга засияли от счастья.

Цзюнь Вуй был внутри своего маленького двора. Третий Мастер рвал лист бумаги. Он усмехнулся и пробормотал:

- Завтра вечером...

Луна уже была на подъёме после захода солнца. Время прошло в мгновение ока. Чжау Ву Цзи уже забыл, сколько раз он поднимал кнут, чтобы ускорить лошадь. Прошло два дня с тех пор, как он покинул свой корабль и сошёл на берег. И прошло два полных дня спешки.

Они не останавливались до тех пор, пока они не покинули южные провинции. Они путешествовали девять дней, спеша и ночью, и днём. Результат был вполне очевиден. Они успевали на два дня раньше графика. На два полных дня!

Несложно было представить, какое количество неудач они избежали из-за этих двух дней.

Это заставляло его немного волноваться. За последние девять дней не произошло ни одного неожиданного инцидента... будь то наземный маршрут или водные пути. Они плавно путешествовали по течению. Впрочем, для него было довольно трудно принять то, что всё было «слишком» гладко.

В результате, Чжао Ву Цзи не мог расслабиться. Напротив, это сделало его ещё более настороженным. Эти обстоятельства были весьма необычными. И он был удивлён отсутствием несчастий.

С тех пор как он получил эту работу — глава семьи Чжао, Чжао Ву Цзи, пытался понять, что это представляет и что это означает. Но, к сожалению, к тому времени, когда он все выяснил, было уже слишком поздно.

Это объясняется тем, что производство уже началось к тому времени, когда он понял это...

«Второй Принц что-то задумал...! Однако, что принц хотел бы сделать с этими вещами? И более того, зачем ему хотеть, чтобы это было сделано тайно?» - Чжао Ву Цзи понял, что он невольно пошёл работать на Второго Принца. И теперь было бы слишком неловко отступать назад.

С того момента как они выполнят эту задачу, его семья в конечном итоге станет привязанной еще ближе ко Второму Принцу, с каждым убийством из тех арбалетов. И стало быть, ещё труднее будет выйти из этой ситуации, если кровь любого другого Императорского Принца будет пролита...

Однако у него не было средств противостоять этому.

Оставляя в покое тот факт, что производство уже началось... как он мог выдержать, даже если бы этого не произошло?

Его семья, конечно, имела какое-то влияние. Но всё равно это было ничем по сравнению с силой Второго Принца. Он боялся, что его семья будет уничтожена через полдня, если он откажется от этой работы - они исчезнут с лица земли.

Большие риски несли с собой и огромную прибыль. Его дело могло заработать трёхсоткратную прибыль от этой работы. Это позволило сделать его дела ещё более прибыльными. Так что, даже если бы ему пришлось ставить свою жизнь на карту ради этой работы... это стоило бы риска.

Более того, весь этот вопрос носил несколько политический характер. Так что, если бы он смог обрести хоть какое-то влияние в политическом устройстве страны в награду…

Чжао Ву Цзи, хоть и чувствовал себя не очень, всё ещё улыбался:

«Муха на вкус отвратительна, когда попадает в рот. Но, это довольно питательно. Ведь она содержит большое количество белка...»

Арбалеты из сухожилий Зверей Суань были изготовлены очень быстро. При их изготовлении ошибок не было. Глава семьи, Чжао Ву Цзи, после этого немного расслабился. Однако вскоре его нервы натянулись до предела, когда он понял одно: путешествие, чтобы доставить эти арбалеты в Столицу было настоящим испытанием.

Поэтому он решил остановить все дела своей семьи и собрал всех экспертов в их рядах, чтобы благополучно сопровождать эти арбалеты в столицу. Но, он всё ещё не чувствовал облегчение в его сердце. Итак, он начал искать дополнительную рабочую силу. Он понёс огромные расходы и нанял вице-президента Южных провинций лично возглавить экспертов, которые должны были сопровождать груз... только для обеспечения полной безопасности.

Однако Второй Принц сорвал разбирательство сразу после начала подготовки. Он послал войска из своей элитной охраны, чтобы сопровождать их. Это было сделано для обеспечения абсолютной безопасности. Но это дело испугало Чжоу Ву Цзи. Ему показалось что подготовка, которую он произвёл, вполне достаточна. На самом деле он чувствовал, что этого будет более чем достаточно, чтобы справиться с любой случайностью.

Однако Второй Принц даже отдаленно не утешился. Это был очень серьёзный вопрос. Таким образом, вполне возможно, что груз окажется в засаде, которую подготовят чрезвычайно сильные люди. Сил первоначального конвоя из экспертов не хватило бы, чтобы разобраться с этим вопросом, если это произойдёт.

Истинное использование этих арбалетов стало в полной мере ясно уже на данный момент. Его планы провалились ещё до их начала.

Каждый шаг лошади под ним приближал его к кровавой Императорской борьбе...

В конце концов, они были близки к городу Тянсян...

- Старший брат, мы благополучно добрались так далеко. Город Тянсян находится всего в двухстах километрах впереди. Даже если бы кто-то хотел перехватить нас... я не думаю, что они могли бы совершить такое страшное преступление так близко к Столице! – худой человек подвёл свою лошадь к Чжао Ву Цзи. Он улыбался и выглядел довольным. – Похоже, мы так волновались без всякой причины. Я не ожидал, что всё пройдёт так гладко. Похоже, что Второй Принц по секретности был действительно выдающимся!

Этот худой человек был младшим братом Чжоу Ву Цзи, Чжоу Ву Тянь. Он также был одним из немногих людей в семье Чжао, кто знал о личности своего «клиента».

- Надеюсь, что так! – Чжао Ву Цзи вздохнул, когда он посмотрел на тёмное небо. Он вдруг почувствовал, что серые небеса превращаются в гигантскую чёрную дыру. Он почувствовал, как будто эта чёрная дыра втягивает его и его семью в это... и у него не было сил противостоять такой мощи...

- Остался только последний участок дороги. Все должны поднять боевой дух, и использовать всю оставшуюся энергию, чтобы как можно скорее добраться до столицы, чтобы мы могли доставить и разгрузить товар. Наша ответственность будет закончена, и мы сможем, наконец, расслабиться... – Чжао Ву Цзи выдохнул. Он опустил голову, стараясь разогнать эти мрачные и хаотичные мысли.

- Да! – Чжао Ву Тянь ответил и быстро замедлил лошадь. Затем он достал небольшой баннер из-за пазухи, и быстро помахал им два раза в воздухе. Весь «караван» двигался довольно быстро. Но он вдруг начал двигаться ещё быстрее.

Внезапно раздался звук быстрых ударов копыт. Высокий и крепкий мужчина среднего возраста быстро догнал их: он был верхом на гнедой лошади. Его обветренное и усталое лицо выдавало в нём путешественника:

- Мастер семьи Чжао, до столицы осталось совсем немного. Так что не надо так торопиться, верно? Мы, братья, были напуганы во время всего пути с тех пор, как нас торопили. Мы уже на пределе сил. Небо темнеет. Я не знаю, как тяжела будет ночная дорога, всё может измениться под тусклым светом ночного неба. Я предлагаю найти место для установки лагеря на ночь. Тогда мы можем начать завтра снова. Мы в любом случае опережаем согласованный график на два дня. Так что нет необходимости спешить, так как у нас будет много времени утром, верно?

Человек, говоривший это, был вице-президентом Южных провинций — Мэнг Сяо Сонг.

Глава 308. Я пришёл сюда, чтобы ограбить!

Он сдерживал гнев весь этот путь. Мужчина даже не знал, что он сопровождает. Всё это путешествие было необычной загадкой для него. Кроме того, они спешили весь путь. В результате, он и его двадцать человек почти умирали из-за истощения. Более того, ничего необычного не произошло с самого начала путешествия.

«Разве это не просто чистое и ненужное мучение?

Мужчины семьи Чжоу кажутся очень серьёзными. Хотя они те ещё сволочи... Бог знает, откуда они пришли! Эти ребята действуют так нагло... как будто мои люди просто предназначены для странной работы! Императорские телохранители поступили бы так со мной, если бы они были здесь вместо этой толпы?» - Мэнг Сяо Сонг был очень мрачным из-за всего этого.

Они спешили всю дорогу. Задницы уже расплющились нахрен после езды на лошадях в течение всего дня. Поэтому они все вздохнули с облегчением, когда стала наступать ночь. Они только начали думать, что наконец-то смогут отдохнуть... что они будут искать приличную таверну и наслаждаться хорошим вином. Они были в настроении найти молодую женщину, чтобы хорошо провести время. Но они неожиданно получили команду ускорить свой темп дальше.

- Это против воли небес! Разве это не неразумно? Каждая миссия, которую я выполняю, становится какой-то хернёй. Так почему же ты тоже решил страдать хренью? Думаете, я бы лично поехал в эту поездку, если бы не твоё обещание заплатить безумно высокую цену за пятьдесят тысяч серебряных таэлей? Однако я оказал вам уважение, как мужчина мужчине. Так что, не думай, что я буду работать на тебя, как осёл! - именно поэтому Мэнг Сяо Сонг — вице-президент Южного торгового союза — больше не выдержал. Поэтому, он спросил грубым и громким голосом.

- Это очень важно! У нас нет выбора, кроме как быть бдительными! Вице-президент Мэнг чрезвычайно великодушен, но всё же я прошу его простить нас за это, – Чжоу Ву Цзи заставил себя улыбнуться и скрестил руки на груди.

- Дерьмо! Очень важно, очень важно, я слышал эту херню уже 800 раз в течение этого путешествия! Меня тошнит от неприятностей, которые ты мне причинил! Чжоу Ву Цзи, я советую, чтобы ты оказал нам некоторое уважение. Ты платишь нам кучу денег, чтобы защищать свой конвой в этой поездке. Но мы не наёмные мальчики семьи Чжоу. Ты должен понять этот момент очень чётко. Не думайте, что мы тупые свиньи!

Мэнг Сяо Сонг был обеспокоен. Он слышал эти слова - «Очень важно!», так много раз в течение путешествия, что это уже натёрло мозоли в ушах. Так что он не мог не взорваться, когда услышал это снова.

Чжоу Ву Цзи заставил себя улыбнуться. Он собирался дать объяснения, потому что не хотел, чтобы его собственная сторона застряла во внутренней борьбе. Но ещё четверо мужчин неожиданно прискакали на лошадях. Лица четырёх всадников были холодными, когда они подошли. Их глаза были открыты широко, когда они смотрели на Мэнг Сяо Сонга и холодно сказали:

- Что происходит? О чём вы спорите-то? Ты, урод, почему ты так недоволен... у тебя мамка сдохла или что-то в этом роде?

Четыре всадника были из Гвардии Святого Шторма. Они также совершили это трудное путешествие вместе с ними. Так, они тоже укрывали много жалоб в их сердцах. Тем не менее, им не понравилось, когда они увидели, что Мэнг Сяо Сонг взял на себя ведущую роль и озвучил своё недовольство.

«Мы ни на что не жаловались. А ты что ноешь?»

Мэнг Сяо Сонг мог ясно чувствовать интенсивные убийственные намерения, исходящие от этих четырёх всадников. Его сердце вдруг впало в ярость:

«Эти обычные солдаты Золотого Суань осмелились угрожать эксперту Суань Земли, как я? На самом деле, они ругают меня? Это противоречит закону небес! Как это может быть разумно?»

- Почему? Вам есть, что сказать насчёт этого? – Мэнг Сяо Сонг посмотрел на них холодно и положил руку на рукоять своего меча.

Однако Мэнг Сяо Сонг мгновенно пожалел, что сделал это, потому что десять других воинов вдруг появились вокруг него. Их мечи издавали звон, а их хозяева кричали, их лезвия сверкали холодным светом. Эти воины внезапно, не сказав ни слова, безжалостно бросились в бой.

- Безумцы! Вы сошли с ума!

Их было много, но они были только в Золотом Суань. Так, они не должны были быть большой проблемой для кого-то с силой, как у Мэнг Сяо Сонга, которая была на уровне Земли Суань. Однако действия Охранников Святого Шторма были совершенно неожиданными, поскольку все они были союзниками на время этого путешествия... Лицо Мэнг Сяо Сона ясно показало, что он не был в точности счастлив, но он ещё ничего не успел сделать. Но, эти люди вдруг начали нападать, ничего не сказав... или объяснив что-либо. Другая сторона даже не была готова…

- Остановитесь! Все остановитесь! Мы все на одной стороне! – Чжао Ву Цзи мгновенно вспотел. Но он решил быть посредником.

*Бах! Бах!* – они, не слушая его, уже столкнулись. Но только тогда Мэнг Сяо напал в ответ: те люди были не очень сильны, но один солдат сразу же заполнял место павшего товарища. Они бы не сдались, пока не победили бы врага.

Чжоу Ву Цзи был чрезвычайно обеспокоен. Он был едва в состоянии кричать:

- Всё! Все мы на одной стороне! Мы все едем в столицу на крупное мероприятие. Так почему вы нападаете на друзей?

После нескольких его усилий обе стороны, наконец, остановились.

Императорские телохранители Второго Принца привыкли угнетать людей. Как они могли терпеть Мэнг Сяо Сонга?

«И что, что твоё культивирование находится на уровне Суань Земли? Многие эксперты Суань Земли умерли от рук наших братьев. А сейчас, будто, всё может быть по-другому?

Мы видим, что ты эксперт Суань Земли, а мы просто Золотого Суань. Но мы братья-телохранители Императорской семьи. Мы – правительство, а ты – простолюдин! Мы бы напали, даже если бы ты был уровня Суань Неба или выше. Но, как ты можешь осмеливаться показать свой характер, когда ты не достоин? Мы заклеймим тебя предателем, идиот!»

Императорские телохранители злобно смотрели на мясистую задницу Мэнг Сяо Сонга.

«Мы слышали, что многие серьезные преступники замечены в мужеложстве…»

Мэнг Сяо Сонг вспыхнул в начале. Но он успокоился после того, как Чжао Ву Цзи прошептал несколько слов ему на ухо:

- Эти люди из Императорских телохранителей, – эти мягко произнесённые слова сразу развеяли гнев Мэнг Сяо Сонга. На самом деле, они напугали его.

Люди не воевали с чиновниками с древних времен.

Это была вечная и устойчивая норма с незапамятных времен.

Императорский телохранитель мог убить местного чиновника без всякого оправдания, и никто не сказал бы им ни слова. Итак, какое значение имел человек из Южного округа? И что, что он тоже имел связи?

«Недаром Чжоу Ву Цзи вёл себя, как послушный внук! Это задание равносильно Императорской службе. Мы могли бы считаться полуофициальными после этого задания?» - Мэнг Сяо Сонг начал смотреть на этих Императорских телохранителей льстиво, когда эта мысль пересекла его разум.

Затем конвой возобновил своё путешествие. Настроение стало вполне гармоничным из-за этой стычки.

Впереди была высокая гора. Она называлась «Железная стена Тянсян». Это было как естественный валун, который защищал столицу.

После того как они взобрались на вершину горы, можно было смутно увидеть город Тянсян.

Можно было сказать, что они преодолели девяносто девять процентов пути после того, как они достигли горы.

Они могли, наконец, вздохнуть с облегчением.

Чжоу Ву Цзи поднял ладонь и приказал короткий отдых у подножия горы. Те пешком разгрузили свои котелки и кастрюли, и начали готовить еду. Каждый должен был наесться досыта, а потом дальше скакать на полной скорости, чтобы покрыть оставшееся расстояние. Чем раньше они окажутся внутри городских стен... тем счастливее они будут. Эти «братья» радостно смеялись вместе.

Дым поднимался из железных котлов и распространял запах риса. На железных каркасах жарили мясо. Его запах тоже витал в воздухе. Все глотали слюну с величайшей жадностью в глазах. Их дух был подавлен весь путь сюда, и их тела чрезвычайно устали. Это была невыносимая поездка...

Тем не менее, они могли, наконец, расслабиться и уйти в себя.

- Подать еду! – Чжоу Ву Тянь крикнул счастливо. Он взял большую железную чашу и двинулся вперед.

- Хе хе... подать еду? Ты думаешь, что сможешь пожрать? Да ты ущербный? Кусок дерьма! Время очень ограничено! Иди к чёрту и там жди, что он такому братишке покушать принесёт! – размеренный голос разлился в воздухе. Казалось, что холодный ветер из ада просвистел рядом. Он пробрал всех до костей!

- Кто это? Выходи! – все нервно вскочили на ноги и обнажили мечи.

- Мы здесь, чтобы ограбить вас! – громкий и возбуждённый рёв раздался и вспыхнул голубой свет. Прозвучал огромный взрыв без предварительного предупреждения. Котлы на земле взорвались, и приготовленный рис разлетелся, как конфетти. Железные осколки котлов летали повсюду. Затем раздались бесконечные крики боли. Дело в том, что... многим не повезло – погибнуть от осколков железных горшков, попавших в их тела.

- Эксперты Суань Неба?! – все воскликнули в тревоге.

Фигура, покрытая синим светом, пролетела как ракета.

*БАХ! ВЗРЫВ!* – несколько воинов были отправлены в полёт. Они летели по воздуху, как облака в небе. В середине стоял человек в маске и чёрной одежде. Он протянул руку и схватил Чжоу Ву Тяня за шею. Затем он поднял его в воздух. Его действия выглядели так легко, что казалось, что он схватил курицу за шею. Лицо Чжоу Ву Тяня стало красным и фиолетовым, в то время как его руки и ноги беспомощно болтались в воздухе.

- Скажите мне! Где эта партия арбалетов из сухожилий Зверей Суань? – синий свет мерцал вокруг одетого в чёрное человека, когда он сжал свою хватку. Холодный тиранический свет мелькнул в его глазах.

- Убить его! – крики возникли со всех сторон, когда тридцать-сорок людей размахивали мечами и бросились в сторону одетого в чёрное человека, не заботясь о нестабильной ситуации Чжоу Ву Тяня. Между тем, Чжоу Ву Цзи кричал:

- Осторожно... мой младший брат...!

Затем, ещё один возбуждённый рёв исходил от леса рядом. Этот рёв буквально сотряс землю. Вторая фигура — его лицо также было спрятано за маской, вдруг выбежал наружу. Он тоже был покрыт синим светом. Он держал меч в левой руке.

Первый человек в чёрной одежде и маске посмотрел на Чжоу Ву Тяня и говорил в холодном тоне: Чжоу Ву Тянь беспомощно боролся в его лапах. Голос человека в маске не имел ни малейшего следа эмоций, когда он спросил:

- Это будет очень плохо для вас, если вы не скажете. И не говори мне, что они внутри повозки. Меня не обманет такая детская ложь. Ты встретишь только один конец, если посмеешь соврать мне – смерть!

- В... – ноги Чжоу Ву Тяня болтались в беспорядке, а его глаза показывали его страх. Жёлтый луч света мелькнул в тот момент. Он закричал и дёрнулся на мгновение. Потом он захрипел.

- Ублюдок! – одетый в чёрное мужчина яростно выругался и бросил его. Почти 500 человек в караване были в полном хаосе.

Чжоу Ву Цзи испустил скорбный крик посреди всего этого хаоса:

- Маленький брат! – он внезапно испытал желание наброситься на воина из Императорской гвардии: – Ты убил моего младшего брата!

Воин, который столкнулся с обвинениями Чжоу Ву Цзи... был фактическим главой Гвардии Святого Шторма Второго Принца — Чжан Кун Сяо. Он ещё более рассвирепел, когда увидел, что Чжоу разозлился. Его лицо стало красным, и он закричал:

- Чжоу Ву Цзи, ты осмелился выйти против Второго Принца?! Твой младший брат жаждал жизни и боялся смерти. Он раскрыл бы тайну, если бы я не принял эти меры! Моё решение убить его было правильным! Это был естественный ход действий! Катастрофа постигла бы всех, если бы ему разрешили раскрыть тайну! И каждый член вашей семьи Чжоу был бы обезглавлен из-за этого, дурак!

Чжоу Ву Цзи дрожал всем телом. Потом он остановился. Ему некуда было выбросить своё горе и негодование. Итак, он неожиданно испустил громкий рёв. Затем он повернулся к первому мужчине в маске и чёрной одежде и бросился к нему...

Глава 309. Я буду только наблюдать; я даже говорить не буду

Кто-то крикнул из центра:

- Великий старший, мы могли бы убить всех, а затем уже искать те арбалеты. Эти люди сопровождали арбалеты. Точно. Оружие не могло улететь в небо, не так ли?

Фигура, покрытая синим светом, пробилась наружу. Сверкающий синий свет его меча горел так, что освещал всё в радиусе трёх метров. Появление этого человека сопровождалось воплями боли. Этот человек прорезал своим мечом толпу насквозь и открыл кровавый путь для себя.

Чжан Кун Сяо громко закричал:

- Все, окружите их! Сотрудничайте, образуйте железный барьер, чтобы убить их! Давайте противостоять врагу! – все откликнулись и бросились вперёд. Рёв убийства исходил со всех сторон: Имперская Гвардия тоже приближалась к центру. Они не были равными этим трёх специалистам Суань Неба, но им постепенно удалось стабилизировать своё положение.

С вершины высокого дерева раздался слабый вздох. Впрочем, никого не было видно. Но это ещё не значило, что там никого нет…

Юный мастер Цзюнь прятался на этом дереве.

Цзюнь Мосе бесконечно качал головой, наблюдая за боем. Эти трое безо всякой причины убивали всех. Это лишило его дара речи.

«Они такие непрофессиональные грабители! Я не знаю, какую чушь преподал этим ребятам Великий Мастер Ли У Бэй!»

Мосе, очевидно, понял, что эти трое одетых в чёрное были тремя оставшимися учениками Ли У Бэя.

В конце концов, он был слишком хорошо знаком с ними.

«У этих троих больше шансов на замешательство, чем на успех! Какая пустая трата!

Грабитель должен прийти молча и напасть сразу. Но вы, ребята, неожиданно посчитали важным сказать несколько слов, прежде чем напасть...!»

У Цзюнь Мосе просто не было слов.

«Это все бред! Не было никакой надежды на исполнение твоих планов. Но ты нарушил идеально созданный план этого молодого мастера тоже! Столько денег я потратил! Столько физических усилий!»

К счастью, Ли Цзянь Хун не сказал: «Эта Гора моя, и я посадил это дерево. Таким образом, вы должны заплатить цену, если вы хотите перейти её» или что-то подобное. В противном случае, это раздражало бы убийцу Цзюнь так, что он бы упал головой вниз с дерева.

Цзюнь Мосе начал раньше времени, и привел свою личную охрану к этому месту за день до этого. Они выкопали яму и спрятались в ней. На самом деле, Цзюнь Мосе даже раздал таблетки каждому из своих людей: эти таблетки помогли подавить их ауру. Более двухсот мужчин спрятались в близлежащем лесу. Естественно, они уже выкопали подземные ходы и теперь скрывались внутри них. Они бы появились как гром среди ясного неба, когда караван подошёл к ним. Они бы захватили предметы и быстро сбежали.

«Эти три человека напали на караван, прежде чем он попал в мою засаду!

Эти е*аные уроды смешали все мои планы!»

Цзюнь Мосе быстро донёс эту новость до своих людей. Он сказал им быть спокойными и неподвижными. Сначала они должны дождаться результата этой битвы. Он проанализировал ситуацию...

«Эти трое, очевидно, довольно сильные. Будет не так легко добиться успеха против них, да... Придётся придумать новый план».

Как раз когда Цзюнь Мосе подумал, об этом... Ли Цзянь Хун бросился вперёд и издал низкий свист. Внезапно раздался громкий шум упорядоченных шагов. Огромная группа одетых в чёрное и в масках мужчин бросилась и сразу же вступила в бой. Тупик между двумя сторонами был сломан в одно мгновение.

Лидеру Гвардии Святого Шторма — Чжану Кун Сяо – ударили в грудь ладонью. Изо рта его вылилась кровь, а сам он был отброшен обратно. Однако он протянул руку за спину и вытащил из-за спины огненную ракету и выстрелил ею в небо. Раздался взрыв, и ночное небо было освещено фейерверком; сформировалось яркое изображение пары кроваво-красных мечей.

- Похоже, что люди из Зала Кровавого Меча также спрятались здесь. Теперь давай подождём и посмотрим, какая сторона сильнее, а какая слабее... В любом случае, я просто сяду здесь и посмотрю, как два тигра дерутся. Я позволю им сражаться до тех пор, пока они не ослабнут, и тогда я пожну плоды, – Цзюнь Мосе присел на ветку дерева, словно сидел на лошади. Ветвь двигалась вверх и вниз из-за ветра, и ритм движения был чрезвычайно... странным. Если бы кто-то увидел его... они бы поверили, что он делает что-то тайное и очень личное с этим деревом…

Юный мастер Цзюнь подпёр подбородок рукой. Он спокойно ждал.

«Это так... прикольно! Зал Кровавого Меча, ученики Ли У Бэя и секретные эксперты Ли Юрана... лучше, если они все понесут серьёзные потери в этой битве. На самом деле, было бы лучше, если бы они все умерли!»

Он хотел, чтобы это произошло, но у него не было больших надежд на это.

«В любом случае... я буду просто наблюдать, я даже говорить не буду».

Вызывает сожаление тот факт, что полученный результат противоречил ожиданиям всех. Сигнал для Зала Кровавого меча был послан некоторое время назад. Но специалисты из Зала Кровавого Меча не пришли им на помощь, даже ни одна тень не пришла.

- У меня действительно было больше поддержки, но вы только блефовали! – Ли Цзянь Хун прохрипел, насмехаясь. – Это очень забавно! Этот трюк может работать на других, но он не будет работать на меня. Ты не можешь играть со мной... но тебе удалось сыграть с собственными шансами! Похоже, тебе не терпится оставить эту жизнь. Я обязательно исполню твоё желание!

Чжоу Ву Цзи закричал, как ленивый осел. Его громкий крик разнёсся по полю:

- Командир! Этот... Это... наше подкрепление... разве ты не сказал, что наше подкрепление будет с нами? Почему? Почему? Почему?

Он хотел сказать: «Почему они ничего не делают?», но три меча со свистом пронзили его грудь, пока он говорил. Это трижды прервало его речь. И всё закончилось так, будто он заикался.

- А я что? Ты думаешь, я не волнуюсь? – Чжан Кун Сяо проклял в ярости. – Беспокойся о своей маленькой жизни в первую очередь!

Элитные воины семьи Ли во главе с тремя экспертами Суань Неба получили подавляющее преимущество в настоящее время. Они усиленно давили своих врагов, шаг за шагом. И мужчины Чжоу Ву Цзи попали в чрезвычайно неудобную ситуацию. На стороне Чжоу Ву Цзи сохранилось немногим более ста человек. Они с большим трудом держали оборону. Они делали всё возможное, чтобы противостоять опасным атакам своих врагов, когда они входили в круг, созданный этими бойцами. Ни один человек с их стороны не остался живым вне их круга!

Мэнг Сяо Сонг, Чжоу Ву Цзи и Чжан Кун Сяо — три этих лидера были в центре оборонительного круга. Их лица были смертельно бледными.

Прошло время с момента отправки сигнала... прошло время, за которое палочка благовоний уже сгорела бы. Тем не менее, не было никаких следов подкрепления от Зала Кровавого Меча.

Мэнг Сяо Сонг не мог не проклясть. Его голос уже начал напоминать плач:

- Что это? Как может кто-то так нагло атаковать Имперскую Гвардию так близко к столице? Я говорю этому старшему... что у меня есть семья, о которой мне нужно позаботиться. На этот раз я поверил тебе, но это было нелегко! Почему бы тебе не поторопиться и не придумать выход? Ты – босс в столичном регионе... так почему бы тебе не принять к сведению и задержать этих людей позже?

Культивирование Мэнг Сяо Сонга было довольно высоким. Он был на среднем уровне Суань Земли. Он был самым сильным экспертом в команде Чжоу Ву Цзи. Тем не менее, он жил как принц в течение многих лет. Он потерял решимость к победе и несокрушимую смертоносную ауру, которыми он когда-то обладал. Он также стал ценить жизнь своей семьи больше, чем когда-либо прежде. Настолько, что он изменил безопасности своей жизни выше возможности заработать денег. Он не мог не ныть об этом, так как их положение стало отчаянным. Но, уже было слишком поздно для сожалений.

«Я ведь мог пить чай в безопасной обстановке дома? Возможно, я гулял бы с собакой, издевался над обычными людьми, или трахал девушку... разве это не было бы весело? Вместо этого, меня обманули за пятьдесят тысяч серебряных таэлей. Я даже не получил эти деньги! И теперь ещё моя жизнь оборвётся здесь…»

Чжан Кун Сяо не мог не взбеситься:

- Ты-то какого хрена ноешь? Сердца моих людей и так дрогнули! И ещё ты орёшь свою чушь? Ты заставляешь их запутаться и рассеиваешь наш боевой дух! Я приказываю тебе... заткнись! Если ты ещё хоть раз вякнешь, я обещаю, я тебя прирежу, как свинью, своим собственным клинком!

Мэнг Сяо Сонг не мог не сердиться. Он защитился мечом, закрыв своё тело, и закричал в негодовании:

- Что это за нелепый аргумент? Ты из благородной Императорской Гвардии, которая служит Императору! Ты посредник чиновников! А мы – просто обычные люди, у которых мало сил. Мы просто помогали вам в доставке этих вещей. Вы подвергаете наши жизни опасности, и вы всё ещё так относитесь ко мне? И теперь мы не можем даже пикнуть?

Мэнг Сяо Сонг замолчал. Затем, он закричал ещё до того, как Чжан Кун Сяо сумел ответить:

- Помогите! Спасите нас! – его уровень культивирования Суань Ци был только вторым по сравнению с тремя экспертами Суань Неба в этой обстановке. Тем не менее, он отступил ещё до начала битвы. Он не получил ни одной травмы, но его громкий голос прозвучал очень далеко.

Цзюнь Мосе чуть не упал с ветки, на которой сидел.

«Дядя, что бы ты ни сказал... ты всё ещё эксперт Суань Земли. Ты не можешь считаться одним из лучших людей в этом мире, но тебе предоставляется уважение! Итак, как ты можешь иметь такую жадность к жизни?»

Ли Цзянь Хун в маске и чёрной одежде тоже не мог не радоваться этому. Он рассмеялся и закричал зловеще:

- Кричи! Плачь! Плачь так громко, как ты можешь! Это бесполезно, даже если ты сорвёшь горло, маленькая девочка! Никто тебя не спасёт!

Цзюнь Мосе дрожал от смеха. Он молчал и спрашивал Небеса... у него было сильное желание упасть в обморок:

«Небеса, вы решили позволить мне умереть! Как вы могли позволить мне услышать такие классические слова в такой решающий момент?!»

Мэнг Сяо Сонг по большому счету кричал, чтобы спасти свою жизнь, так как он был очень жаден к ней. Тем не менее, слова Ли Цзян Хуна были довольно известны в его предыдущем мире.

Цзюнь Мосе был в состоянии транса. Он мог представить зловещего мужчину с пошлым выражением... лица перед молодой девушкой в пустом переулке. Человек оказался вполне доволен собой, закричав:

«Это бесполезно, даже если ты сорвёшь горло, маленькая девочка!»

Он рассеянно подумал, что текст был немного надуманный. Но, это всё равно не могло сравниться со сценой перед глазами. Более того, в этом мире был человек, который говорил те же самые слова!

Странный звук прозвучал из горла Цзюнь Мосе. Будто бы он подавился своей слюной...

«Мне надо вырвать. Это слишком отвратительно!»

Мужчины Чжоу Ву Цзи уже были, в основном, мертвы. Большинство воинов Мэнг Сяо Сонга превратились в трупы. У него не было выбора, кроме как признать, что двести членов Гвардии Святого Шторма — которых послал Второй Принц — были самыми сильными. Почти сто пятьдесят человек гвардии Святого Шторма были ещё живы.

Сила мужчин Гвардии не могла считаться очень высокой. На самом деле они были, вероятно, немного слабее, чем воины Южных провинций и семьи Чжоу. Однако они имели огромное преимущество с точки зрения боевого опыта. И они привыкли воевать в войсках. Поэтому их положение было стабильным, несмотря на то, что они оказались в невыгодном положении. Более того, они особенно хорошо воевали в тесном окружении. Их командная сила была настолько мощной, что они имели немалое преимущество даже в такую чёрную ночь, когда эти две силы стояли лицом к лицу.

Как для мужчин Чжоу, и тех из окраин — их индивидуальные боевые силы были выше, чем у мужчин Гвардии Святого Шторма. Однако они привыкли воевать в одиночку, и не имели опыта, когда речь шла о сотрудничестве с другими. Поэтому они полагались на свои силы и продолжали убивать, несмотря на то, что столкнулись с такой масштабной и хаотичной войной. В результате... они погибли первыми. Они были сильнее в сравнении, когда дело дошло до индивидуальной силы, но их командного духа не хватало перед правильно тренированными воинами.

Ли Цзян Хун и его ученики атаковали с трёх сторон. Было ясно, что они теряли терпение. Ведь это место было очень близко к Столице. Последствия могли бы быть огромными, если бы новости об этом событии распространились...

Глава 310. Мы потеряли одного!

Меч Ли Цзянь Хуна внезапно превратился в синий торнадо посреди этой битвы. Послышались крики, когда он решительно разбил оборонительный круг, который был сделан членами Гвардии Святого Шторма.

Это исключительно свирепое нападение заставило воинов плевать кровью, когда они летали вверх и вниз, как тряпичные куклы. Ли Цзянь Хун не стал пренебрегать этим шансом. Синий свет, который покрывал его тело, обернулся вокруг его длинного меча и он стал рубить мужчин. Семь или восемь человек, находившихся вблизи его меча, были аккуратно разделены на две части.

Ли Цзянь Хун намеревался прорвать брешь в их обороне, используя всю мощь своих сил. Однако сила его предыдущей атаки упала, но новая атака ещё не сменила её. Это был решающий момент. И Чжан Кун Сяо вместе с другими членами Гвардии Святого Шторма быстро помчался, чтобы заполнить пробел. И тогда тридцать мечей упали на Ли Цзянь Хуна с намерением обезглавить его. Ли Цзянь Хун смог собрать свою Ци за заданный срок. Таким образом, он встал в оборонительную позицию, парируя непрерывные удары около десятка мечей. Тем не менее, он был экспертом Суань Неба на пике. Таким образом, он смог сдерживать многочисленных врагов довольно стабильно. Затем он собрал свою мощную Суань Ци, защищаясь от многих атак мечей, и издал громкий рёв. Его ужасная сила меча была пополнена к настоящему времени; около дюжины мужчин получили серьёзные травмы и упали на землю.

Ли Цзянь Хун получил хороший плацдарм, пробив защиту. Однако он прилагал немало усилий, чтобы противостоять контр-атаке. И затем, он поднял свою мощную Суань Ци, чтобы использовать этот убийственный маневр. Это несколько повредило его меридианы. Более того, он получил сильные атаки от более десяти мечей врагов. Его высокое культивирование Суань Ци сделало его кожу такой же твёрдой, как железо. Поэтому он не получил ран на теле, но его одежда не смогла избежать своей судьбы. Его одежда была порезана на фигурные полосочки. Теперь его тряпьё не каждый нищий бы надел. Ли Цзянь Хун быстро развернулся и отступил.

Ли Цзянь Хуну просто нужно было немного времени, чтобы восстановить силы. Всё, что он должен был сделать... это перевести дыхание на мгновение. И тогда он сможет вернуться в своё первоначальное состояние.

Однако исход мощной атаки Ли Цзянь Хуна был очень шокирующим. Он тщательно открыл пробел в его обороне. Это было, когда элитные воины семьи Ли закричали в унисон, и бросились как мощная морская волна. Остальные два эксперта Суань Неба использовали одну и ту же тактику в разных точках. Они тоже создали разрывы... и когда эти бреши в обороне Гвардии Святого Шторма образовались... обороняющиеся войска впали в хаос.

Ли Цзянь Хун и его два товарища первоначально сохранили свои силы, чтобы иметь дело с экспертами Зала Кровавого Меча, когда они появятся. Однако эти люди не появились. Они предполагали, что у противника никогда не было подкреплений. Таким образом, три эксперта Суань Неба расслабились и предприняли атаку. А потом они проявили свою истинную силу. Они не жалели каких-либо расходов, когда речь шла о потреблении их Суань Ци, и набросились на это стадо овец, как тигры. Затем началась бойня.

- Остановитесь... не убивайте меня! Я вице-президент Южного торгового союза! И... я... сдаюсь! – чей-то скорбный крик пронзил голубой купол небес. Это был Мэнг Сяо Сонг.

Его сторона была побеждена. Так что он не мог подавить это чувство ужасного страха в своём сердце, и он не мог подавить свою жажду жизни. Поэтому он капитулировал без боя.

Перед ним стоял Чжоу Цзян Мин — второй ученик Ли У Бэя. Он бездумно собирался пронзить его мечом, когда он неожиданно испугался. Как он, человек относительной чести, мог убить человека, который просто опустился на колени? И чьё лицо было покрыто слезами и соплями?

- Отпусти меня... я... пожалуйста, великий герой... пожалей меня. У меня дома столетняя мать. У меня есть голодные и плачущие дети… Мэнг Сяо Сонг плакал, продолжая хрипеть. - Великий герой... я не хочу умирать!

Чжоу Цзян Мин остановился и пусто уставился на него.

Он никогда не мог себе представить, что в этом мире будет кто-то, кто будет так жаден до своей жизни, и так боится смерти.

«Этот бессовестный человек стоит на коленях, когда две силы сражаются. К тому же, он оказался вице-президентом Южного торгового союза... разве это не унизительно для него? Он действительно бесстыдник! Его бессовестность не знает границ…»

- Кусок дерьма! Иди, ползи к мастеру, трус! Скажи мне, где хранятся арбалеты из сухожилий Зверей Суань, и я отпущу тебя! На самом деле, я сделаю так, чтобы ты сбежал! – Чжоу Цзян Мин закричал в гневе.

- Это... это... эти арбалеты... – Мэнг Сяо Сонг старался изо всех сил стать полезным.

«Разве я не хотел бы сказать тебе, если бы знал? Думаешь, я знаю, где они хранят эти арбалеты? Думаешь, я считаю их важнее моей жизни? Я, правда, не знаю!»

- Поторопись! Проклятие! Что ты тут глазками стреляешь, трус?! Ты хочешь умереть? Кивни, если ты так недоволен жизнью! – Чжоу Цзян Мин закричал громко.

- Великий герой... оставь меня! Я... я бесполезен... я не знаю, где хранятся эти арбалеты! – Мэнг Сяо Сонг был чрезвычайно напуган. Он бухнулся на колени и стукнулся лбом о землю.

- Да я твою мать трахну! Твоя честь не стоит даже пердежа! Ты мне совершенно бесполезен! Иди на*уй, трус! – Чжоу Цзян Мин громко закричал. Его глаза расширились. Затем он поднял ногу и жестоко ударил в живот Мэнг Сяо Сонга. Его удар отправил того человека на три метра, но он остался мрачным.

«Этот трус ничего не знал, и все же он пришел сдаться... серьёзно?!»

Даже летящий в воздухе Мэнг Сяо Сонг до сих пор кричал:

- Оставь... мне жизнь...

Он не закончил своё предложение, когда его голос внезапно остановился. Кроваво-красный меч материализовался в воздухе. Он легко разрезал тело человека в воздухе на две части.

Тело Мэнг Сяо Сонга было разрезано на две части, и повсюду распылился дождь крови. Затем кроваво-красная фигура появилась из этого дождя крови, как дьявол.

Луч света мелькнул вперед, как молния, и отрезал ногу, которую Чжоу Цзян Мин поднял, чтобы пнуть тело Мэнг Сяо Сонга. Чжоу Цзян Мин не успел отступить вовремя. Свет резал плоть так же легко, как нож режет масло.

«Этот мудак очень точно воспринял этот момент для появления!» - Цзюнь Мосе всё ещё сидел на ветке дерева. И он даже похвалил нападающего. Учитывая, что удар был только один — Цзюнь Мосе не был уверен, что он мог бы сделать это лучше, если бы он решил сделать это. Эта стелс-атака была совершена идеальной. По сути, уровень культивирования достиг удивительных высот.

Этот злоумышленник прятался в стороне. Он выбрал момент, когда Мэнг Сяо Сонг сдался и Чжоу Цзян Мин пропустил удар. И, в этот тонкий момент... Чжоу Цзян Мин, Мэнг Сяо Сонг и нападавший были расположены на одной линии. Таким образом, он был невидим для Чжоу Цзян Мина, закрытый телом Мэнг Сяо Сонга в течение короткого момента.

Словно тонкий листок прикрыл глаза человека, и этот человек на мгновение остался неспособным увидеть весь лес...

И этот тонкий момент был чрезвычайно важным. Убийца внезапно перешёл к действиям. Он прошел по прямой линии и разрубил тело Мэнг Сяо Сонга пополам. Затем он двинулся прямо к Чжоу Цзян Мину. Последний в тот момент был очень мрачным и возмущённым. И его бдительность была на самом низком уровне.

Суань Ци убийцы указывал, что он достиг Суань Неба, но его истинная сила была на уровне с Чжоу Цзян Мином. На самом деле, он мог даже быть немного слабее, чем Чжоу Цзян Мин. Поэтому лучший результат был бы ничьёй, если бы обе стороны участвовали в настоящем лобовом столкновении. На самом деле, убийца, по крайней мере, причинил бы незначительные травмы, даже если бы он решил атаковать скрытно. Тем не менее, он гениально выбрал этот идеальный момент, и ему удалось оттяпать ногу Чжоу Цзян Мину!

Чжоу Цзян Мин закричал от ужасной боли, как только он увидел, что его правая нога была отрублена. Фонтан крови хлынул из неё на землю. Его глаза почти выскочили из своих орбит. Он поднял голову в небо и завыл от боли. А убийца в тот момент не расслабился. Он, воспользовавшись моментом, полностью отрубил правую ногу противника у самых яиц... его меч двигался как горячий нож сквозь масло.

Вой Чжоу Цзян Мина звучал очень жалко. На самом деле, он даже не звучал как мужской крик. Он с тревогой пытался отступить, но забыл, что только что потерял ногу. Поэтому он упал лицом вверх вместо того, чтобы отпрыгнуть назад. Локоть его противника, как огромная кувалда, быстро пробила его грудь. Рёбра Чжоу Цзян Мина были сломаны.

Крики, выходящие из уст Чжоу Цзян Мина, были похожи на вой раненого животного, которое приближалось к смерти. Из его рта вылилась кровь вместе с тканями внутренних органов. Маска на его лице давно исчезла. Грубые черты лица эксперта искривились. Его голубые вены вздулись.

В глазах убийцы мелькнул мрачный свет. Он до сих пор не закончил атаку. Рукой он схватил соперника за колено. Он резко рванул его на себя и одновременно сильно ударил противника ногой в промежность. После этого его руки загорелись синим светом, и он обрушил водопад ударов на Чжоу Цзян Мина.

Из всех семи отверстий Чжоу Цзян Мина полились фонтаны крови.

Ноги нападавшего постоянно двигались вверх и вниз, продолжая эту безумную атаку на тело жертвы с разных сторон. Высокий и дородный Чжоу Цзян Мин за секунду превратился в кусок мягкого мяса, к тому времени, когда эта атака подошла к концу. Он стал просто массой мясистой плоти с торчащими обломками костей. Ни одного стона больше не было слышно.

Кости в его теле были превращены в мелкий порошок.

- Второй брат!

- Второй старший!

Два горестных крика раздались эхом. Ли Цзянь Хун и его младшая сестра-ученик Фанг Бяо Хун обернулись. Они использовали свои силы и бросились в бой. Однако было уже поздно. Тело Чжоу Цзян Мина было превращено в фарш. В его теле не осталось ни одного признака жизни. Он, несомненно, был мёртв.

- Ты из Зала Кровавого Меча? Кто ты такой?! – глаза Ли Цзянь Хуна покраснели.

- Зрение старшего Ли исключительное! Этот незначительный солдат благословлён, наконец, встретиться с этими двумя знаменитыми экспертами Суань Неба! – убийца улыбнулся, спокойно потирая руки, чтобы сбросить с них кусочки мяса и костей. Затем он повернулся к ним и улыбнулся. – Я хотел обменяться приветствиями с вами, тремя известными личностями. Но твой Второй брат уже превратился в отбивную... Но всё же, мне очень приятно познакомиться с вами двумя. Прошу прощения, мне не хватает манер. Итак, я прошу двух старших специалистов Суань Неба быть ко мне снисходительными и не бить ногами. А если ногами – то не одновременно.

Цзюнь Мосе всё ещё сидел на дереве. Но его выражение лица стало очень странным:

«Слова этого парня слишком завышены. В них нет ни следа агрессии... как и в его сердце. Я бы сделал то же самое, если бы был на его месте. На самом деле, мои слова не сильно отличались бы от его. Мне просто необходим его труп в целости и сохранности!»

Глава 311.1. Наконец-то моя очередь (часть 1)!

- Я спросил тебя — кто ты? Тебе не хватает смелости сказать мне свое имя? – Ли Цзянь Хун дрожал с ног до головы, когда он спросил тихим голосом. Он не обращал внимания на оскорбление и насмешку противника, и не смотрел на ужасный труп своего брата-ученика, лежащего на земле внизу.

Третья ученица, Фанг Бяо Хун, посмотрела на труп своего старшего. Всё её тело содрогнулось, и она была не в состоянии сказать что-либо.

Интенсивный бой внезапно прекратился. Люди Чжау Ву Цзи сбежали от опасности. Их враги потеряли интерес к ним с тех пор, как этот человек прибыл. Этот человек пришёл немного позже, чем ожидалось, но они, кажется, не заботились об этом в тот момент.

«Неважно, пришёл он поздно или рано... это нормально, что он вообще явился. Разве сохранение жизни не превыше всего?»

Все остановились. Но преобладающая атмосфера на поле боя стала ещё более угнетающей.

Вдруг, одетый в красное мужчина хмыкнул и поднял руку. Громкий взрыв послышался, когда его ладонь ударила по воздуху. Было очевидно, что он ударил пустой воздух. Однако, казалось, что он ударил по чему-то твёрдому.

На ветру прозвучал небольшой свист. Затем, внезапно и тихо силуэты многих людей появились в окрестностях.

Пламя отражало свет от тела каждого нового пришельца. Они были одеты в красные одежды. Каждый из них стоял спокойно и неподвижно. Тем не менее, у всех в глазах мелькал холодный и страшный свет. Казалось, стая кровожадных волков ждала команды от их вожака.

Тени двух человек плыли вперёд в воздухе, и они встали позади первого одетого в красное нападавшего. Их тела сверкали тёмно-синим светом, когда они встали перед Ли Цзянь Хуном и Фанг Бяо Хун. Тем не менее, даже свет, идущий от их тел, поверг Ли Цзянь Хуна в шок.

Все трое нападавших были экспертами Суань Неба.

Если оглянуться вокруг... они увидели бы, что многие новички были покрыты ярким земляно-жёлтым светом: эти люди были специалистами Суань Земли. Там было около десяти человек, которые были в царстве Суань Земли. Остальные сияли туманным зелёным цветом - Нефритовый Суань. Там было тридцать-сорок экспертов Нефритового Суань среди них!

Сердце Ли Цзянь Хуна мгновенно стало холодным.

Словно кусок льда…

«Как мы можем бороться здесь?!

Сила противника намного превышает нашу! И на нашей стороне только третья сестра-ученик и я!»

- Мое имя? Ха-ха! Старший Ли, ты не новичок в этом мире! Я – убийца из Зала Кровавого Меча. Как я могу назвать своё имя? Может, мне плевать на вас двоих, но как мне наплевать на Ли У Бэя? Он Великий Мастер Ли! Что касается того, есть у меня кишки или нет — спроси у своего Второго брата-ученика. Он знает это очень чётко... – человек в красном наклонил голову и ответил Ли Цзянь Хуну, кивнув на изуродованное тело.

- Отлично! Зал Кровавого Меча. Я тебя точно запомню! – Ли Цзянь Хун с горем и негодованием посмотрел на него. Затем он повернулся и сказал:

- Младшая сестра, мы сейчас уйдём.

- Остановись! – вдруг крикнул одетый в красное мужчина.

Ли Цзянь Хун остановился.

- Почему? Не говори мне, что думаешь, что сможешь удержать нас? – Ли Цзянь Хун снисходительно рассмеялся. – Ваша сила намного выше нашей, и мы не можем сравниться с вами. Но ты думаешь, что у тебя есть силы задержать нас двоих?

Ли Цзянь Хун говорил правду. Обе стороны возглавляли мощные специалисты Суань Неба. Залу Кровавого Меча не будет очень трудно победить Ли Цзянь Хуна, если он захочет сражаться. Однако им было бы почти невозможно удержать Ли Цзянь Хуна и Фанг Бяо Хун, если они захотят сбежать. Эти двое могли бы прорубить себе путь к побегу.

- Ха! Старший брат Ли неправильно понимает благие намерения этого младшего брата. Ты единственный кровный родственник Великого Мастера Ли. Мы не посмеем совершить такое преступление! – убийца говорил не спеша. – Но только вот... ваш юный труп... Вы не хотите взять его с собой? Вы собираетесь оставить его здесь?

Ли Цзянь Хун холодно вздохнул, но не двинулся. Затем он поднялся в воздух и потянул за собой Фанг Бяо Хун. Он не собирался произносить ни одного предложения в такой ситуации. Ветка близлежащего дерева слабо колыхнулась...

Ли Цзянь Хун знал, что тело Чжоу Цзян Мина будет очень тяжёлым бременем. На самом деле, это помешало бы им уйти. Одетый в красное убийца говорил эти слова с явным злым намерением, но это было важно для него и его сестры-ученицы, чтобы покинуть это место во избежание несчастья.

«Появилась новая вражда, и она не оставила места для какого-либо компромисса. Этот человек и его спутники будут использовать любые крайние методы, чтобы захватить нас, если мы попытаемся получить тело Второго брата. Какая разница, если мой отец – Великий хладнокровный Мастер? Никого не останется в живых, чтобы рассказать ему, если мы оба умрем здесь. Тогда, даже если бы мой отец решил отомстить... он бы не знал, кому мстить!

Противоположная сторона явно имеет силу убить нас, если мы задержимся хотя бы на секунду!»

Поэтому он принял правильное решение – уйти сейчас.

Противники не видели смысла останавливать их — точно так же, как и подумал Ли Цзянь Хун. Поэтому их никто не пытался остановить.

Вдруг в тусклом ночном свете начал подниматься молочно-белый туман. Он охватил всю территорию, и становился всё более плотным. Казалось, что он образовал тонкий защитный экран.

Ночи и раннее утро всегда были туманными в лесистых горах. Так что на это никто не обращал особого внимания. Кроме того, свежий порыв воздуха прошёл через горные деревья вместе с этим туманом. Это оказало безмятежное влияние на сердце каждого, и они чувствовали, что их дух поднимается.

Однако они не знали, что Цзюнь Мосе спустился вниз по дереву и испустил глубокий вздох.

Он хотел кричать от несчастья.

«Это такая жалость! Ли Цзянь Хун и его люди ушли слишком рано! Он мог бы увидеть это, если бы остался ещё на минуту. Очень жаль, что пришлось приложить такие усилия, и принять невыразимые трудности, чтобы создать этот Аромат Экстаза! К сожалению, эти двое смогли вырваться из этой ловушки...»

Этот самый благоухающий туман был непригодным для использования в бою в более раннее время, так как был очень грозный и мощный поток Суань Ци. Было очень вероятно, что он бы впустую потратил силу, не будучи в состоянии достичь желаемого эффекта.

Однако Цзюнь Мосе понял, что сейчас ситуация стала достаточно стабильной для того, чтобы использовать свой козырь. Аромат Экстаза был сделан из энергии Пагоды Хунцзюнь. Он был бесформенным до того момента, когда он был невидим; и отследить эту технику было совершенно невозможно.

В этом Аромате Экстаза не было никакого вкуса. Тем не менее, там был свежий, прохладный и элегантный аромат. Любой, кто почувствовал бы запах этого свежего и мягкого тумана, потерял бы свою силу. Даже эксперты Суань Ци увидели бы, что их Суань Ци снизилась очень значительно. По сути, они потеряли бы значительную боевую силу, если бы хоть раз вдохнули этот аромат.

Это был самый большой козырь Цзюнь Мосе, подходящий именно для этой операции.

- Ты... наконец-то пришёл, – Чжан Кун Сяо получил много травм. Он хромал, и шёл только с помощью поддержки новичков, которых он активно припряг к этому делу. Чжау Ву Цзи также шёл рядом с ним. Он посмотрел на одетых в красное мужчин из Зала Кровавого Меча с выражением необузданного страха, но это было смешано с неограниченной благодарностью.

- Тьфу, прошу прощения за задержку. У нас получился неожиданный несчастный случай некоторое время назад. Это немного задержало нас. Ну, вы это, видимо, уже поняли, – безапелляционно заявил один из убийц Зала Кровавого Меча, похожий на главаря. – Так где арбалеты?

Чжан Кун Сяо посмотрел на Чжау Ву Цзи. Тот понял жест и пошёл к повозкам, которые тащили несколько человек. Однако он даже не остановился у повозок. Вместо этого он двинулся вперёд к лошадям, которые тащили кареты. С них он снял сёдла. Затем он взялся за петли широкого кожаного пояса на теле лошади, который был предназначен, чтобы сёдла не натирали круп животного. Мужчина быстрым движением сорвал кусок кожи. И вдруг несколько ярко сверкающих арбалетов упали вниз с глухим шумом.

Вот где Чжау Ву Цзи спрятал арбалеты!

Эта схема была очень удивительной. На самом деле, это было исключительно хитрым ходом.

Даже если бы вор захотел забрать эти арбалеты в свои немытые и дрожащие ручонки — он бы начал с повозок. И он бы «работал» в другом направлении поисков, если бы повозок не было. Кому какое дело было до того, что выглядело как просто лошади для перевозки с первого взгляда?

- Есть триста пятьдесят арбалетов в общем; на двадцать больше, чем ожидалось. Мы пришли, чтобы забрать их все. Первоначальный план мы слегка переработали. К животу каждой лошади привязаны двадцать арбалетов. Остальные лошади переносили партии специальных стрел, также привязанных к животам животных. Стрелы мы тоже подсчитали, их около семи тысяч. И это только первая партия этих стрел. Вторая партия уже готовится и довольно быстрыми темпами.

Глава 311.2. Наконец-то моя очередь (часть 2)!

Чжоу Ву Цзи склонил голову в страхе и трепете. Он не знал, почему он чувствовал, что одетый в красные одежды человек был переполнен холодной аурой и, казалось, был недовольным им.

- Отлично! Ты выполнил свою задачу правильно! – одетый в красное мужчина теперь казался довольным. - Теперь тебе, наконец, можно отдохнуть. И тебе также полагается выдать награду…

- Большое спасибо... – Чжоу Ву Цзи был обрадован. Он склонил голову, чтобы отдать дань уважения и выразить благодарность. Однако его голова тут же упала на землю с мерзким звуком. Фонтан крови промочил землю, на которую сразу рухнуло бездыханное тело. На лице Чжоу Ву Цзи всё ещё была благодарная улыбка, лишь его глаза слегка расширились от удивления, когда он был обезглавлен убийцей.

- Идиот!

Это был последний комментарий одетого в красное убийцы, который услышал Чжоу Ву Цзи перед тем, как умереть...

- Единственная награда, которую я дам тебе, состоит в том, что ты сможешь последовать за своим младшим братом и воссоединиться с ним! Теперь вы сможете отдохнуть в Аду... вечно! – главарь убийц из Зала Кровавого Меча выкрикнул жёстко и властно.

- Старший... ты... почему? – Чжан Кун Сяо даже стал заикаться от шока, когда спросил. Главарь одним резким движением быстро ударил в голову Чжан Кун Сяо, и, словно бритвой, срезал ему половину черепа. Чжан Кун Сяо перед смертью успел лишь спросить:

- Но... почему?

- Почему? Я думал, что ты хоть немного умён. Но ты тоже оказался идиотом! Ты действительно спрашиваешь меня, почему?! – одетый в красное мужчина вытер кровь с его рук и улыбнулся:

- Вы, идиоты, действительно считаете, что Зал Кровавого Меча будет готов сотрудничать с этой идиотской свиньёй, Вторым Принцем - козлодоем?! Он заслуживает лишь такого обращения к себе и только!

Затем он махнул рукой и жёстко повелел:

- Закончите задание!

Остальные убийцы из Зала Кровавого Меча быстро бросились выполнять свою задачу. Они намеренно или «типа нечаянно» приблизились к «счастливчикам», оставшимся в живых; они уже стояли рядом с ними на момент первого убийства. Выжившие ранее считали, что тень смерти уже улетела дальше с приходом такой помощи. Они почувствовали, как будто бремя было снято с их сердца. Следовательно, они не предприняли даже малейших мер предосторожности. Они были убиты и растоптаны в тот самый момент, когда лидер, одетых в красное мужчин, начал «восстание»: они были расколоты, как дыни. Даже сама мысль о сопротивлении не возникла в их головах. Или даже не успела возникнуть. Теперь им осталось только рыдать, спускаясь в Ад.

Остальные мужчины в одеждах цвета крови молча рубили их своими мечами, обезглавив всех воинов семьи Ли, кто не успел сбежать с Ли Цзянь Хуном.

Несчастных людей возглавляли два эксперта Суань Неба, когда они атаковали своих врагов. Они были на стороне победителей. И ситуация полностью перевернулась в следующий момент, когда три эксперта Неба Суань, многочисленные эксперты Суань Земли и Нефритового Суань напали на них с полной силой. Каждый из воинов семьи Ли почувствовал отчаяние, когда они стали свидетелями ухода Ли Цзянь Хуна. Поэтому им даже не хватило смелости противостоять, и они были убиты в мгновение ока.

Всего было немногим более десяти одетых в красное убийц из Зала Кровавого Меча, когда они появились на поле боя. Однако их сила была поистине тиранической. Они атаковали, чтобы убивать: ни один из их врагов не был отпущен раненым...

Белый туман, окутавший гору, стал ещё плотнее...

- Быстрее, проверьте и осмотрите! Смотрите и докладывайте, какие лошади несут арбалеты! Быстро, аккуратно, и отступаем! – лидер одетых в красное мужчин приказал со срочностью в голосе.

- Хе-хе-хе... наконец-то пришла моя очередь! Это было, сука, охренеть как утомительно... вы, ребята, играете не по правилам и очень яростно... большинство из вас ещё живы... Это делает этого старшего брата очень несчастным...

Загадочный смех раздался прямо из воздуха. Он послышался слева, потом справа... через секунду – спереди... а потом – из-за спины... Это явление было непостижимым. Можно было только слышать слова, а разобрать, откуда идёт голос, было невозможно. Голос же продолжал измываться:

- Зал Кровавого Меча поистине удивительный! Ваша способность выбирать самые критические моменты... заставляет меня восхищаться вами, хоть вы и говнюки! Но, если вы не работаете на Второго Принца... то на кого вы работаете? Возможно, я должен спросить об этом немного по-другому: у кого есть харизма и обаяние, чтобы заслужить службу таких милашек, как подлых убийц из Зала Кровавого Меча? Этот старший брат очень заинтересован в том, чтобы знать это.

- Кто там? Кто выглядит как Бог, но действует как Дьявол? Покажи себя, урод тряпочный! Кто ты? – лидер одетых в красное людей закричал, в то время как его глаза бегали по окрестностям.

- Хм... Хм... Хм! Ха-ха-ха! Я твой отец! Я – твой папа, дурачина! – человек в тени улыбнулся. Хоть его и не было видно, но стало понятно, что улыбка у него паскудная. Затем он сорвался на сердечный смех. – У сыночка, видимо, мозгов не просто недостаточно – их вообще почти нет? Не хватает даже на то, чтобы сообразить поклониться по прибытии отца?!

- Мой приговор за такое оскорбление – смерть! – лидер убийц из Зала Кровавого Меча закричал в гневе. Он внимательно слушал, а потом вдруг вскочил. Его меч окрасился в очень глубокий синий свет. Луч этого синего света пролетел метров пять, и с диким грохотом ударил несколько деревьев. Земля задрожала, а деревья с шумом и грохотом рухнули вниз. Они ударили по земле и заставили пыль подняться в воздух.

- Что? Да как это возможно? – одетый в красное мужчина убил двоих экспертов Суань Неба всего минуту назад. Даже, несмотря на то, что он бил в полную силу. Но, он закричал эту фразу от шока. Он был потрясен, обнаружив, что его Небесный уровень Суань Ци стал в значительной степени меньше с того времени, когда он направил свой меч секунду назад.

- Ха-ха! В этом мире есть только неожиданное, ничего невозможного. Что можно считать невозможным? – таинственный человек прошипел, казалось, прямо под ухом; но он оставался в укрытии. Вдруг он взревел:

- Выполнить задание!

В одно мгновение на всей территории земля словно взорвалась. Она стала переворачиваться, как волны в море. Ил и пыль летали повсюду. Из земли выпрыгнули крепкие фигуры — люди вдруг стали появляться со всех сторон.

Шустрый силуэт внезапно появился в воздухе и неожиданно полетел прямо к одному из убийц Суань Неба. Этот таинственный эксперт летел к нему с огромной скоростью.

Лидер одетых в красное мужчин воскликнул:

- Берегись! – однако, он едва успел закончить кричать, увидев перед собой вспышку. Затем прямо перед ним внезапно появился одетый в чёрное мужчина в маске. Лидер убийц, одетых в менее стильный, красный цвет, посчитал, что этот мужчина и есть его истинная таинственная цель. Он быстро уклонился назад и поднял меч, чтобы перейти в наступление.

Однако его соперник внимательно следил за его движениями и сразу начал быструю атаку. Холодный свет мелькнул, и убийца с удивлением обнаружил, что он пропустил удар. Холодный свет двигался очень быстро. На самом деле, он был даже быстрее, чем зрение лидера убийц могло увидеть. Он даже не видел оружия, когда услышал громкий и одновременно мерзкий звук. Затем он почувствовал, что что-то холодное колет ему горло.

Одетый в красное человек с трудом поднял свой меч и отпрыгнул назад. Затем он снова услышал громкий шум и понял, что его оппонент собирается от души ударить ему в промежность. Он быстро сомкнул ягодицы и сместил их в сторону, даже обрадовавшись тому, что избежал этой ужасной атаки. Тем не менее, он испугался, когда увидел, что свет вспышки снова. Она тянулась к его глазам. У него уже не было достаточно энергии, чтобы уклониться в сторону или хоть как-то минимизировать ущерб. Он почувствовал сильную боль на лице и понял, что кинжал пронзил его кожу. Затем он почувствовал, что два локтя одновременно с ужасной силой ударили ему в грудь. За этим последовала внезапная боль в паху: каждая уязвимая точка тела была ударена.

Одетый в красное лидер убийц из Зала Кровавого Меча испытывал одновременно гнев, боль, и страх…

Его противник полностью скопировал метод, который он использовал против Чжоу Цзянь Мина. Однако роли поменялись, и теперь именно он получал удары от противоположной стороны. Более того, скорость соперника была намного больше, чем у него самого, и этот человек был более точным.

«Это божественное возмездие?!»

Глава 312. Замучили до смерти

Тем не менее, что пугало его больше всего, так это то, что его собственная Суань Ци исчезает. Кроме того, он не мог сконцентрироваться на дантяне из-за творящегося вокруг хаоса; не говоря уже о том, что у него не было времени принять ответные меры. На самом деле, он не мог конкурировать со своим оппонентом на основе его собственных навыков, даже если бы у него было время, чтобы отомстить…

Скорость соперника была чрезвычайно быстрой. Кроме того, одетый в красное человек был в смятении. Суань Ци было единственным, на что он мог положиться. Однако единственное, на что он мог положиться, внезапно начало исчезать. Он даже забыл, что нужно защищаться, и просто получал удары.

*Бабах!* – убийца получил ногой в промежность. Затем его ударили по затылку прежде, чем он успел закричать. Он отступил на два шага вперед — только чтобы увидеть нападающего на него, уже стоящего перед ним. Через долю секунды на него обрушился дикий водопад ударов.

Скорость его противника была похож на призрака. Лидер людей из Зала Кровавого Меча почувствовал всё свое тело — сверху вниз... каждую часть его, получившую удар. Более того – каждая поражённая точка могла стать причиной смерти человека.

Это таинственное знание злоумышленниками человеческого тела достигло очень высокого уровня. Казалось, что он нападал случайно либо так, как удобно, либо вообще куда попало. Однако каждый удар заставлял жертву чувствовать крайнюю боль; все эти области тела считались табу в боевых искусствах.

Сознание одетого в красное ассасина начало затуманиваться. В его голове была только одна мысль:

«Этот человек ещё более опытен в убийстве, чем люди из моего Зала Кровавого Меча. Кто этот человек?»

Два других специалиста Суань Неба испугались этого внезапного изменения ситуации. Они вздрогнули и двинулись вперёд, чтобы помочь своему лидеру. Они активировали свои Суань Ци — только для того, чтобы открыть для себя плачевную реальность немного позже. Они не понимали, когда это произошло... но их собственная Суань Ци уже развалилась. На самом деле, более половины из неё ушла в никуда. Оба чувствовали, как будто их тела пострадали от яда высокого уровня. Они были взволнованы тем, что не смогли спасти жизнь лидера. Два эксперта старались изо всех сил, чтобы заставить их Суань Ци циркулировать. Они надеялись вытеснить яд из своих тел и восстановить свои боевые силы, сделав это. Тем не менее, чем сильнее они распространяли свою Суань Ци... тем быстрее её остатки распадались. Как они могли не бояться?

Это было очень страшно, так как их товарищи постепенно исчезали, а вокруг становилось всё больше и больше этих «призраков»... они были похожи на болезнь, которая стремительно распространилась с ужасающей скоростью.

Каждое из тел новоприбывших мерцало сверкающим золотым светом. Они не показывали никаких следов страха, когда увидели экспертов Суань Земли и Нефритового Суань; на самом деле, они даже бросались на экспертов Суань Неба без каких-либо колебаний. Мечи в руках просто ломались об их руки. Казалось, они относились к убийцам Зала Кровавого Меча как к детсадовцам, у которых нужно отобрать конфеты.

Сильнейшими среди этой новой партии врагов были эксперты Золотого Суань. Поэтому убийцы, одетые в красную одежду, посчитали бы этих пришельцев «скотом, ожидающим убоя», если бы они не получили пи***лей в первые же секунды боя... Эти новички должны были быть им как муравьи — в лучшем случае. Важно было знать, что самым слабым членом команды одетых в красное мужчин были эксперты Нефритового Суань.

Однако их роли быстро изменились. Эти одетые в чёрное мужчины — кем бы они вообще не были — начали походить на свиту тиранического короля Ада!

Аромат Экстаза подвёл их к сумасшедшей потере их культивации перед их врагом. И она продолжала падать. Этот факт оставил одетых в красное убийц крайне напуганными. Фактически, они уже потеряли волю к борьбе.

Воля этих хладнокровных убийц к борьбе была побеждена Ароматом Экстаза.

Характер человека просто сломался бы, если бы они вдруг потеряли огромную силу, которой всегда гордились...

Поэтому все думали только о том, чтобы сбежать. На самом деле, они были хаотичны, как рой пчел.

Их враги с Золотым Суань, наоборот, были чрезвычайно навязчивы. Они были очень свирепы, и, казалось, не боялись умереть.

Выражения лиц новичков были мрачными и безэмоциональными. Они столкнулись с группой хладнокровных убийц. Однако их собственные выражения лиц были гораздо более жестокими и холодными, чем у самых хладнокровных из этих убийц. Их враги в панике нападали на них очень хаотично, но эти новички не пытались не то, что бежать – они даже не уклонялись! Они просто использовали свои плечи и грудь, чтобы противостоять атакам головой, после чего они били своими собственными мечами в тела противников.

Казалось, они сражались за свою жизнь. На самом деле, казалось, что они могут потерять свою жизнь, не обращая внимания на эти травмы.

Их стратегия была крайне жестокой.

«Если вы столкнётесь с жестоким врагом — тогда вы должны быть ещё жестче!»

Битва началась быстро, но закончилась ещё быстрее. Битва была уже наполовину закончена, когда две силы только столкнулись. Это произошло потому, что... одетые в чёрное люди напали на другую группу. И тела их жертв чернели, как только на их коже появлялся даже маленький порез. Тогда человек просто переставал дышать и умирал в одно мгновение.

Оружие новичков было смазано высокотоксичным ядом. Этот кровавый яд может легко отнять чью-то жизнь в одно мгновение. Даже специалисты Суань Земли не могли противостоять этому яду больше половины времени одного дыхания.

Цзюнь Мосе сохранил яд, который он получил из тела Цзюнь Вуя. И это был тот же самый яд, который он решил использовать в этой битве. Мечи этих людей вымачивались в этом яде целую ночь. И этот яд был смесью первой десятки самых ядовитых веществ в мире. На самом деле, этот яд мог быть удостоен звания «Король всех ядов».

Те 200 с лишним человек были разделены на разные группы. Каждой группе из четырёх или пяти воинов было поручено взять на себя одного человека. Один член команды выступал в качестве «мясного щита» и принимал все удары противника. Остальные 3 или 4 члена группы просто роились вокруг и нарезали врага на салат без помидоров.

Эксперты Суань Земли могли противостоять этому натиску в течение некоторого времени с некоторыми трудностями. Однако они умирали в следующий момент, так как яд разрушал их тела.

Два эксперта Суань Неба старались изо всех сил, чтобы вытеснить яд, наблюдая за разворачивающейся сценой. Их глаза были спокойны, потому что они обладали силой Суань Неба. Однако их брови не могли не дёргаться при виде чего-то, отчего даже их тела начали покрываться холодным потом.

«Эти... эти... это люди?! Эти люди считают наши жизни... и даже жизни своих товарищей никчёмной, не так ли? Понятно, если один борется «зубами и когтями» на поле боя... но, разве эта их «стратегия» – это не варварство?»

Они видели, как один из их товарищей Суань Земли сильно рубанул по плечу мужчине. Лезвие едва не пронзило плечо человека до самых костей. Это, конечно, был смертельный удар. На самом деле, он мог бы разрезать человека на две части, если бы он применил немного больше силы. Однако пропустивший удар даже не вздрогнул. Он неожиданно повернул плечом. Это позволило лезвию прорезать ещё чуть глубже... А затем его мышцы как тисками схватили лезвие. После этого его товарищи энергично бросились за ним. Они громко ревели и закрутили эксперта Суань Земли в мясной фарш.

...живот другого человека был пронзён мечом. Это была определённо смертельная травма. Однако, как и раньше, вездесущий человек оставался быстрым, точным и смертельным. Одной рукой он схватил одного врага, второй – другого, и, не теряя времени, со зловещей ухмылкой насадил одного врага на меч, торчащий из его живота, глазом, а второму перерезал глотку!

То же самое произошло и с другим человеком…

Потом ещё…

«Эти люди!… Они отчаяннее, чем человек, приговоренный к смертной казни!»

Те, кто отчаянно пытались бороться... как правило, по-прежнему чувствовали страх и слабость, словно они находились на пороге смерти. Однако эти воины искренне игнорировали перспективу смерти. Они были обеспокоены только гибелью своих врагов.

Пятнадцать экспертов Суань Земли и сорок экспертов Нефритового Суань, одетые в красную одежду, были убиты в мгновение ока. Что было страшнее... так это тот факт, что ни один из пятидесяти пяти трупов мужчин не сохранился. Их трупы были обезображены до неузнаваемости. Их трупы были гораздо более жалким зрелищем, чем Чжоу Цзян Мин.

Само собой разумеется, что эти убийцы могли подтвердить, что то, что они только что видели... было лучшим способом убийства, так как трупы были полностью расчленены. Однако увидеть такое количество расчленённых тел своими глазами... Было слишком много даже для них.

Эта сцена заставила двух экспертов Суань Неба вспомнить свою экспедицию в лес Тянь Фа год назад. Они пошли искать какие-то лекарства, и неожиданно столкнулись со стаей Волков. Однако эта группа людей была ещё более страшной, чем стая Волков.

«Разве это не огромная жажда крови даже за пределами ранга убийцы? Даже самые кровожадные и жестокие звери Суань леса Тянь Фа не могут достичь такого высокого уровня!»

И вот наконец-то…

Послышался чрезвычайно скорбный и кровожадный крик. Он был полон негодования. Потом этот печальный вой резко затих. Два специалиста Суань Неба развернулись — только чтобы увидеть, что их лидер... который недавно убил эксперта Суань Неба, Чжоу Цзян Мина... стоит, а обе его отрубленные руки лежат на земле. Его рот был широко раскрыт, а его глаза и нос превратились в ужасное кровавое месиво.

Они видели, как тело их лидера после одного удара с очень громким *Бабах!* подлетело в воздух. И тогда буря из ударов упала на его тело. Всё... горло, сердце, промежность, череп... все уязвимые точки его тела были яростно поражены. Обе стороны могли чётко видеть, что каждая атака совершалась в жизненно важные точки тела. Причем эти интенсивные «обстрелы» ударами проводились очень точно! Один только этот факт мог заставить профессиональных убийц дрожать от страха!

Эти непрекращающиеся и точные атаки были очень жестокими и хладнокровными. Удары даже по половине этих жизненно важных точек могут привести к гибели. Поэтому буря таких ударов была, очевидно, шокирующим зрелищем.

Наконец, сцена стала ещё более мерзкой. То, что только что было благоговейным вдохновляющим специалистом Суань Неба... теперь превратилось в мешок сырого фарша. Дьявольский одетый в чёрное человек со всей силы ударил лидера убийц в грудь. Кулак пробил его грудь насквозь и вышел из спины. Рука держала ещё бьющееся сердце...

Волосы на головах двух экспертов Суань Неба встали дыбом.

Это нельзя было просто назвать «жестоким» или «хладнокровным»... или чем-то подобным.

Это было ненормально! Крайне ненормально! Аномалия этой сцены перешла границы того, что человечество могло вынести!

Этот одетый в чёрное, нечеловечески жестокий убийца, естественно, был Цзюнь Мосе. Он знал, что ситуацию нельзя затягивать дальше. Итак, молодой мастер Цзюнь, очевидно, решил напасть первым, чтобы получить преимущество. Тем не менее, он понял что-то после того, как начал свою атаку. И это осознание у него было очень мрачным... очень мрачным.

Убийца Цзюнь был Королём убийц его поколения. Он всегда был против таких тиранических и ненормальных побуждений «играть» со своей целью. Он всегда обращал внимание, поражая цель, и пытался убить цель как можно более чисто. Таким образом, Цзюнь Мосе был втайне обеспокоен, так как он был вынужден иметь дело со своим врагом таким образом как в этом случае.

Аромат Экстаза снизил боевую силу противника до безумно низкого уровня. У врага не осталось воли воевать. Более того, его первоначальные движения и скорость поймали его противника неподготовленным. Скорость его движений была быстрее, чем у противника с самого начала. Но, всё же…

Сила эксперта Суань Неба была слишком высока! Рост силы молодого мастера Цзюнь был молниеносным, он очень быстро достиг Нефритового Суань... но разрыв между ними двумя всё ещё был очень большим! Поэтому он решил использовать этот интенсивный метод атаки. Он уничтожил кости своего врага до такой степени, что никто не мог найти даже их осколков. Однако его противник всё-таки сумел крикнуть…

Глава 313. Хмурые убийцы

Нынешняя мощь юного мастера была ничем по сравнению с той, которой он обладал в своей предыдущей жизни. Ему удалось взять соперника врасплох, и человек ничего не мог сделать. Но молодой мастер Цзюнь до сих пор не мог прыгнуть выше головы. На самом деле, его «ужасное» убийство не было большим достижением.

На самом деле, этот человек даже не мог активировать и собрать его Суань Ци. Поэтому молодой мастер Цзюнь был в полной прострации по этому поводу, это было очень позорно.

Поэтому молодой мастер Цзюнь не посмел расслабиться. Его атаки были интенсивными, но ему было ясно одно — он сам будет корить себя, если он не сможет убить человека быстро... на самом деле, ситуация может даже обернуться против него, если он даст другому человеку любую возможность, чтобы ответить на удар. В конце концов, он был просто экспертом Нефритового Суань, ничего больше. А с другой стороны, его соперник был экспертом Суань Неба. На самом деле, он был экспертом Суань Неба на пике.

«Мой противник может заставить меня пожалеть, даже если его сила сократится до одной десятой от его реальной силы...»

Поэтому Цзюнь Мосе постоянно атаковал, не раздумывая ни секунды. Его кулаки, колени, локти... начали болеть от таких частых и сильных ударов. Но он всё ещё не был готов расслабиться... он не мог расслабиться. Так что, казалось, его атаки становились всё более интенсивными.

Эта односторонняя бойня казалась другой с точки зрения постороннего. Такой человек посчитал бы, что Цзюнь Мосе мог убить своего оппонента одним ударом. Он подумал бы, что тот умышленно использует такой жестокий метод, чтобы пытать своего врага... что ему приносит удовольствие пытать других людей.

Кроме того, Цзюнь Мосе показал свою Суань Ци, чтобы развеять последние сомнения противоположной стороны. Он показал тёмно-синий цвет эксперта Суань Неба на пике!

«Этот эксперт дико избивает другого человека... той же с ним силы! Мало того... его противник даже не может отомстить! Может ли это быть, что его варварские нападения являются признаком его характера? Разве он не мог бы решить это всё одним ударом, а?»

Слёзы текли по щекам Цзюнь Мосе:

«Даже эти «зловещие» атаки идут не очень гладко. Что я должен думать? О том, что моя сила недостаточна?»

К счастью, это не был игровой мир, где все работает на чистых данных. Даже сила Суань Неба имела свои пределы. Молодой мастер Цзюнь постоянно бил свою жертву, нанеся уже более трёхсот ударов в одно и то же место – в живот. И, только после того, как последние остатки Суань Ци, которые защищали тело его противника наконец-то пали, он сумел нанести смертельный удар. Он наконец-то победил соперника такого крепкого телосложения, избив его до полусмерти. Затем, Цзюнь Мосе преградил путь к выживанию этого человека, вырвав его сердце.

Однако он не предусмотрел, что его тело очень устало, поэтому после того, как он вырвал сердце, он остался без сил почти полностью. Поэтому он решил отдохнуть минутку. Но зрители истолковали это зрелище в совершенно ином свете. Этот образ был «крайне злым» для их глаз: он был слишком жестоким и слишком ненормальным.

«Ты уже убил его... так почему ты делаешь это с его трупом? Он похож на солёную рыбу... ты хочешь напугать мёртвых?»

Двести человек смотрели на Убийцу Цзюнь с крайним почтением. На мгновение поле боя объяла полная тишина.

Они были слишком шокированы!

Они были крайне шокированы!

Прошло некоторое время, прежде чем все вернулись в себя. Затем, два других эксперта Суань Неба посмотрели на Цзюнь Mосе с горем и негодованием. Они спросили, скрежеща зубами:

- Кто вы? Вам хватит смелости сказать нам своё имя? Вы такой благородный и далеко идущий человек! Вы удостоитесь вечной благодарности от нашего Зала Кровавого Меча! Мы будем работать от зари до зари, чтобы расплатиться с вами!

- Да? Расплатиться? Разве вы надеетесь сбежать? – Цзюнь Мосе спросил с огорчением. Его глаза сверкали. Затем он вдруг сказал:

- Дерьма кусок! Ваше воображение играет с вами? Когда я говорил, что позволю вам уйти?

- Ха-ха-ха! Мы потеряли больше, чем половину нашей силы после воздействия яда: этот факт является бесспорным. И сегодня мы потерпели громкое поражение! Тем не менее, вы верите, что вы и ваши сопровождающие, группа отвратительных птенцов сможете захватить нас? Право! Вы – самый выдающийся здесь, но находитесь на пике Суань Неба, и ваша сила превосходит нашу с отрывом. Но, даже ваше уважаемое я сможет остановить только одного из нас, если мы действительно будем намерены бежать. Так что кто здесь навоображал себе?

Два одетых в красное эксперта Суань Неба рассмеялись в пронзительной манере. Их холодные слова эхом раздались, когда они снова заговорили хором:

- Мы не боимся сказать вам это по-честному – независимо от того, кто вы... или есть или нет у вас поддержка... вы и ваши сторонники – просто куски дерьма! Не будет красивого сна... только кошмар, нескончаемый кошмар!

- Захватить только одного из вас? Какие позорные слова вы говорите?! Я бы не пришёл сюда, если бы планировал позволить хоть одному из вас уйти! И, «мечтать»? Посмотрим, кто мечтает! – Цзюнь Мосе хихикнул и махнул рукой. – Убить их!

200 человек громко взревели. Их травмы не были лёгкими. Тем не менее, они подняли свои мечи и бросились на врага, как волна, несмотря на свои травмы.

- Ха-ха... – два эксперта Суань Неба посмеялись от души. Потом они вдруг вскочили и поднялись в воздух. Один из них полетел на север, а другой – на юг.

Они двигались очень быстро.

«Даже этот чрезвычайно тиранический эксперт Суань Неба на пике перед нами не будет иметь никакого выбора, кроме как преследовать только одного из нас. Как он сможет захватить нас обоих, если мы оба на том же уровне, что и он?»

Цзюнь Мосе вздохнул и рассмеялся. Он не двинулся ни на дюйм. На самом деле, молодой мастер Цзюнь даже не имел желания двигаться. Он просто закричал холодным голосом:

- Ложись!

В небе прозвучал громкий вопль, и все его люди почти одновременно опустились на землю. Они были хорошо подготовлены.

Двое убийц, одетых в красную одежду, не могли понять, в чём дело, пока не догадались поднять головы и посмотреть вверх.

Десятки сетей появились со всех сторон. Эти сетки были усыпаны блестящими шипами, а сами сети были более тридцати метров в радиусе. Эти сети летели плотным строем, и не было никаких пробелов, через которые можно было бы сбежать. Двое мужчин повсюду искали только чтобы обнаружить, что в сетках не было проёмов. Более того, сети перекрывали друг друга, когда они спускались; у каждой сети была одна над ней. Если бы можно было пересечь одну сетку с трудом... то им пришлось бы столкнуться со второй... а после этого... даже с третьей…

Двое мужчин скорбно закричали от отчаяния, когда сети рухнули на них.

Двое убийц могли бы унести эти сети, если бы они смогли распространить их Суань Ци... возможно, они могли бы даже сломать их. На самом деле, это заняло бы лишь считанные секунды. Тем не менее, их Суань Ци резко сократилась. Таким образом, у них не было достаточно времени, чтобы циркулировать и накапливать их Суань Ци, даже если они стремились бежать.

Действительно, чего им не хватало в этот момент... так это времени.

Как Цзюнь Мосе мог позволить им иметь достаточно времени для контратаки?

200 человек бросили мечи в унисон, как только была дана команда. Затем, они удобно взяли уже подготовленные толстые деревянные дубины. После этого они — без всякой задней мысли — начали беспощадно бить двух бедных дьяволов, которые застряли в сетях.

Это была огромная возможность для таких специалистов Золотого Суань, как они, поиметь специалистов Суань Неба. Это может быть лишь один раз в жизни... так что как они могли пройти мимо этого? Более того, все они видели и ту силу, с помощью которой их молодой мастер растоптал своего врага. И поэтому они не были готовы позволить своему молодому мастеру забрать всю славу…

«Что случилось с вашей силой? Вы всё ещё думаете, что можете нести херню, унижать и убивать...? Нет... это твоя судьба!»

Тёмно-синие огни смутно виднелись через тяжёлый слой сетей. Было очевидно, что два эксперта Суань Неба всё ещё борются всем, что они имели. Они отчаянно пытались спасти себя от этой ужасной ситуации. Однако жестокий факт заключался в том, что... их усилия были напрасны. Деревянные дубины — толстые, как ляжки молодого мамонта — мощно падали на плоть этих двоих, вперемешку с издёвками и плевками от тех, кого они считали мусором...

Их «кошмар» действительно наступил!

Леденящие кровь крики сотрясали небо. Два эксперта Суань Неба сначала пытались терпеть свою боль, чтобы спасти лицо. Но затем они забыли об этом и начали кричать. Их крики пронзили ночное небо: их крики вскоре стали звучать, как вопли многочисленных сов.

Их лидер умер... и это было очень грустно. Однако он был убит «ужасным экспертом» Суань, Цзюнь Мосе. Таким образом, можно сказать, что он умер с честью. Однако, что насчёт этих двух? Они будут растоптаны группой муравьёв Золотого Суань. Как трагична была жизнь?

Цзюнь Мосе изначально много сомневался относительно этих двух мужчин. Они были затронуты Ароматом Экстаза, но они всё ещё были подлинными экспертами Суань Неба. Таким образом, даже их минимальная сила была бы наравне с Суань Земли... а возможно, даже выше — независимо от того, насколько она была уменьшена. Не было возможности кардинально снизить уровень Суань Ци ниже этого. Таким образом, они, вероятно, вызвали бы серьёзную смертность среди воинов Цзюнь Мосе...

Но Цзюнь Мосе, показав тёмно-синий цвет Суань, сумел поймать этих двоих.

Двое убийц, очевидно, думали, что единственный выход для них — бежать... И это было не очень удивительно. Ведь их сила была лишь на начальном этапе Суань Неба. Таким образом, они бы сбежали, даже когда столкнулись бы с экспертом Суань Неба на пике, даже если бы они тоже были бы в пиковом состоянии. Что можно сказать о ситуации, когда их силы были сокращены…

Цзюнь Мосе ранее предложил своим пятидесяти четырём людям спрятаться в деревьях. Каждый из них носил с собой две сети. И они просто ждали этого момента. Можно было увидеть только 200 человек раньше? Однако важно было отметить, что на самом деле таких мужчин было 254!

Они действовали, как 54 квалифицированных рыбака, когда они бросили эти плотные сети. Кроме того, две их жертвы находились в состоянии путаницы и паники, когда эти сети оказались в небе, появившись из ниоткуда в этот критический момент. Как они могли не попасть в эту ловушку?

Эти двести человек не боялись их. Кажется, они размахивали своими деревянными дубинами, как будто наступил осенний сезон... казалось, что сезон «сбора урожая» закончился, и им нужно было высушить соевые бобы. Они кричали от радости, когда забивали своих жертв. Цзюнь Мосе приказал своим бойцам продолжать эту битву в течение периода времени, который длился столько, сколько было нужно палочке благовоний, чтобы сгореть наполовину. У него не было других причин, чтобы сделать это - это было просто осторожность убийцы.

После того, как Цзюнь Мосе пошёл вперёд, чтобы посмотреть на результат — то, что он нашел, могло быть описано только как «очень хорошо». Большие сети были тщательно разрушены. Однако, внутри... то, что было внутри... никоим образом не могло рассматриваться как «мужчина». На самом деле, это даже нельзя было назвать «мясом». То, что лежало внутри... было фаршем... стопроцентным фаршем...!

Даже если бы человек медленно тушил мясо в печи в течение дня... оно всё равно бы так не расползлось!

Глаза Цзюнь Мосе быстро оглядели окрестности. Затем он махнул рукой и приказал:

- Быстро – убрать поле боя! Если враг ещё дышит — поправьте ему дыхание ножом. Позаботьтесь о наших раненых. Тщательно соберите арбалеты! Убедитесь, что не оставляете следов. Начинаем сейчас!

Все отреагировали бурно.

Цзюнь Мосе поднял голову и посмотрел в сторону горы. В его глазах было выражение глубокого счастья.

Поле боя было быстро чисто убрано. Цзюнь Мосе спокойно отдавал приказы. Люди кричали в унисон и повернулись, чтобы сесть на своих лошадей. Затем мужчины исчезли, и только звуки быстрых ударов копыт проводили их. Они исчезли без единого следа.

Все, что они оставили позади... были куски плоти... как свидетельство этой необычайно кровавой битвы...

Глава 314.1. Меч, указывающий на Тянь Фа (часть 1)!

Через некоторое время…

*Блууэээээ... Блууэээээ… Ууф*

*Блууэээээ... Блууэээгх, блууэээээ…*

Цзюнь Мосе повернулся, чтобы посмотреть в направлении шума. Два человека наклонились и опустошали желудки. Затем звуков рвоты стало больше, и вскоре многие люди начали блевать.

- Старый Панг, что можно сделать с этой рвотой...?

- А что можно сделать? Их рвота... бесполезно пытаться решить этот вопрос. Давайте лучше пойдём... Блууэээээ… Сила молодого мастера чрезвычайно... удивительна. Но, этот метод был чрезвычайно... блууэээээ... жестокий... о, чёрт возьми... блууэээээ…

- Заткнитесь нахрен! Поговорите об этом позже! Блууэээээ…

Около десяти человек вышли из своих укрытий. Лица у них были бледными, из углов рта постоянно капало. Одного взгляда на их лица было достаточно, чтобы понять, что они их рвало довольно сильно.

Оказалось, что кто-то взял на себя инициативу дать приказ этим людям, и они тихо ушли. Однако эти люди не показали себя с самого начала и до конца. На самом деле, это было почти, как если бы этот человек не присутствовал…

Глубокие шторы ночи упали. Они скрывали преступления и кровавые события…

Атмосфера стала спокойной вновь.

~ Резиденция семья Цзюнь ~

Было уже после полуночи, но кабинет дедушки Цзюнь был ещё ярко освещён.

Цзюнь Мосе спокойно возвращался домой со своими людьми, когда увидел тот свет, и вдруг почувствовал странное чувство в своём сердце. Он начал петь в своем уме:

«Ночь спокойна, и звезды сверкают на небе. Свет всё ещё светит из окон дедушки впереди... он работает своим сердцем, чтобы написать исследование. Его высокая фигура отражается в моём сердце…»

Юный мастер Цзюнь имел свой собственный способ наслаждаться собой. Он пошёл в свою комнату и лёг спать.

Две команды его людей отдохнули, перегруппировались, выздоровели и зажили. Кроме трёхсот пятидесяти арбалетов и семи тысяч болтов для этих арбалетов, они также нашли двадцать-тридцать тысяч серебряных таэлей. Цзюнь Мосе щедро разделил их среди своих воинов. Те, кто получили травмы, получили еще пятьдесят таэлей сверху. Это оставило всех очень счастливыми и довольными. Его медицинские Даны быстро излечили травмы раненых без каких-либо серьёзных проблем и осложнений.

Это было естественно только с тех пор, как молодой мастер Цзюнь стал обладать очень высокими навыками в области медицины. Его войска получили много ранений в бою. Несколько из них получили очень тяжёлые травмы. Были некоторые травмы, которые были настолько серьёзными, что их можно было считать даже смертельными. Однако могли ли эти серьёзные травмы оказаться большой проблемой с различными лекарствами молодого мастера под рукой? Очевидно, что эти травмы будут вылечены в течение короткого периода времени.

Император потерял своих солдат, свои деньги и арбалеты. Цзюнь Мосе приказал своим бойцам использовать другие методы для нападения или защиты против врага. Эти арбалеты должны были использоваться только для самообороны.

«В любом случае, мы должны вскоре отправиться в Тянь Фа. Нам не нужно бояться, что нас обнаружат, если мы будем использовать эти арбалеты в Тянь Фа...»

Цзюнь Мосе успокоился. Старый Панг также спокойно привёл свои войска обратно в резиденцию Цзюнь. Их лица были зелёными, губы были белыми. Их шаги были слабыми и неустойчивыми.

~ Внутри исследования ~

- Господин, мастер... мы, наконец, вернулись. Ваши подчиненные задержались, потому что нас безумно рвало чуть не до смерти... – старый Панг задыхался и говорил с трудом.

- Что случилось? – дедушка Цзюнь спросил с недоумением.

- Это был молодой мастер. Этот метод его... очень жестокий... блуэрг! – старый Панг чудовищным усилием воли подавил подступающую тошноту.

- Жестокий? В чём дело? Скажите мне нормально, – дедушка Цзюнь ощутил ещё большее недоумение сейчас. Старый Панг был родом из семьи воинов. Он был на его стороне в течение многих десятилетий. Он больше времени провел на поле боя, чем у Цзюнь Вуя. На самом деле, не было бы преувеличением назвать его ветераном ста сражений. Какую жестокость он ещё не видел? Он убил как минимум сотню воинов. И это тоже был очень скромный подсчёт. Итак, что могло бы заставить его выглядеть так?

- Блууууээээ! – старый Панг отшатнулся, когда попытался заговорить. Но он наконец-то смог выдавить из себя:

- Мой мастер, я видел, как убивают людей. Я убил многих людей сам. Но я никогда не видел, чтобы кто-то так избивал человека до смерти, отрывал руки... и только для того, чтобы вытащить сердце ещё живого человека голыми руками, пробив грудь и спину! А другие двое мужчин — их трупы даже нельзя назвать человеческими трупами. Они больше напоминали пельмени. Даже перемалывать в фарш не требуется. Тебе ещё нужно, чтобы я объяснял более подробно...?

- Блуэ! Не говори об этом... заткнись и быстро выходи на улицу... и там блюй! Исчезни! Блуэ! – он не закончил говорить, но дедушка Цзюнь мог хорошо представить себе сцену. Он едва смог сдержать рвотные позывы.

Злой план старого Панга удался. Он зло усмехнулся и исчез, как клуб дыма.

«Нехорошо рвать в одиночестве. Каждый человек должен получить свою дозу блевоты. Ко всем нужно относиться одинаково. Это справедливо и правильно».

Тем не менее, дедушка Цзюнь был высококлассным воином, в конце концов. Он только на мгновение пошатнулся. Затем он пришёл в своё естественное состояние. На самом деле, он не мог не улыбнуться, пробормотав про себя:

- Этот маленький дьявол полон сюрпризов! Этот скрытый яд был на самом деле... я не могу сказать, сколько ещё карт он спрятал в рукаве!

Тем не менее, один эксперт внутри семьи Цзюнь был очень подавлен.

Этот эксперт был тем же человеком, который недавно стал «командиром» экспедиции в Тянь Фа – Цзюнь Вуй. Он лично вёл мужчин в павильон Ничанг, чтобы арестовать и убить Юэ Эр и всех остальных. Ведь арбалеты прибыли и их эксплуатация уже началась. Поэтому Юэ Эр и другие отслужили своё.

Это было частью плана Цзюнь Мосе.

Однако они бросились в это место, и нашли его пустым. Они задавали много вопросов и обнаружили, что Юэ Эр исчезла на рассвете этого дня вместе со всеми остальными. И она не оставила никаких следов.

Цзюнь Вуй был крайне разочарован.

Он использовал гору, чтобы разбить яйцо. Даже обычный камень мог разбить яйцо... но он не смог этого сделать. Он был подавлен... очень подавлен.

«Откуда просочилась информация...?» - эта мысль сильно озадачила его.

Цзюнь Мосе стоял на созванном собрании на рассвете следующего дня.

Он должен был уйти с армией днём. Таким образом, Цзюнь Мосе собирался бежать наперегонки со временем в истинном смысле слова.

- Жирный, я уйду позже. Позаботься об Аристократическом Зале. Неси ответственность за меня. Кроме того, я оставлю тебе несколько медицинских Данов. Проведи аукцион на них. Можно даже пару... Но не слишком много. Убедись, что ты полностью обеспечил секретность информации. А что касается денег, которые ты получишь с аукциона — не стесняйся тратить их на приобретение редких ингредиентов. Тебе не нужно тратить много усилий, чтобы приобрести обычные ингредиенты больше. И не собирай лекарственные травы так, как ты ранее сделал!

Цзюнь Мосе передал Жирному Тангу бутылёк Излечивающего Дана, бутылёк Дана Таинственного Ян и бутылёк Дана Пропавшей Инь для того, чтобы заработать прибыль. Он не собирался продавать Десятилетний Дан. Однако этих трёх Данов было достаточно, чтобы вызвать широкую сенсацию.

- Маленький Ян Мо, тебе не нужно участвовать в повседневных сделках и работах Аристократического Зала. Однако если кто-то из Императорской семьи придёт и предложит что-то, неважно – чрезмерное или нет, неразумное или нет – ты справишься со всем этим. В конце концов, личность Танг Юаня... не приспособлена для этого. Понимаешь, да?

- Но... но... – маленький Ян Мо немного колебался.

- Но ничего! Это уже было решено! – Цзюнь Мосе решительно остановил пререкания. Затем, в заключение он заявил:

- Быстро вернись к своему отцу — принцу-эквиваленту, чтобы попросить руководства, если ты не в состоянии справиться с этим самостоятельно. Этот вопрос уже решён. Мы больше не будем об этом говорить!

Решение было безупречным. Так Ян Мо ушёл с некоторым беспокойством в его уме. Затем, Цзюнь Мосе обратился к Танг Юаню:

- Передай все полномочия, связанные с бизнесом Ян Мо, Императорской семье. Неважно, потерпим ли мы потерю. На самом деле, мне плевать на любые потери. Это ясно?

- Непонятно. Зачем ты это делаешь? Если случайно кто-нибудь из Императорской семьи придёт, и этот маленький дьявол не сможет справиться с этим... не будет ли это означать, что нам не повезёт? – выражение Танг Юаня было явно протестующим. Он не понял этого решения молодого мастера Цзюнь.

Глава 314.2. Меч, указывающий на Тянь Фа (часть 2)!

- Я и не требую, чтобы ты понимал. Мне нужно, чтобы ты это выполнил! – Цзюнь Мосе оглянулся в гневе. Семья принца-эквивалента не присутствовала на празднике Золотого Таланта Академии. Однако он не возражал против намеренного или непреднамеренного подстрекательства Цзюнь Мосе. Всё, казалось, было по-прежнему.

Надо было сказать, что принц-эквивалент мог, конечно, сохранить свое сострадание. Тем не менее, этот шаг не сработает перед Цзюнь Мосе.

«Итак, вы сохраняете спокойствие? Хорошо! Я просто добавлю огня!

Ты думаешь, что можешь просто положить немного денег на стол и купить долю... и тогда этот молодой мастер будет продолжать зарабатывать деньги для тебя? Как это может быть так просто? Какой смысл давать тебе столько денег, если я не могу привязать твою семью к военной колеснице?

Это не совсем открыто. И, можно считать, очень подло эксплуатировать ребенка. Тем не менее, я могу дать вам целое поколение королей, если твой сын выступит хорошо! Кто не будет удовлетворён этим?»

Танг Юань до сих пор не понял намерений мастера Цзюнь. Тем не менее, он держал рот на замке, когда он увидел, что Цзюнь Мосе злится. Поэтому он ответил согласием. На самом деле, он сам не думал об этом... когда его друг детства успел найти характер и стать таким авторитетным и доминирующим?

- Сонг Шань, ты будешь варить вино в течение этого времени, и предоставишь его нашей семье, ты понимаешь? Ты также будешь отвечать за безопасность Аристократического Зала ночью. Убедишь, что ничего не будет происходить!

- Я понимаю, господин.

- Хай Чэнь Фен, я хочу, чтобы ты консолидировал преступный мир в то время, пока меня не будет. Количество боевой силы, которую ты соберёшь, не так важно для меня. Скорее, я хотел бы, чтобы ты собрал столько интеллекта, сколько сможешь. Ты всё понял? Например, нищих на улицах столицы, людей в ресторанах, барменов, сутенёров в различных публичных домах, мужчин, которые будут стоять и караулить у дверей влиятельных семей и так далее... использовать свои скрытые таланты, раскрывать ценную информацию и записывать её. Интеллект – это первый приоритет. Ты можешь иметь дело с вопросом военной силы, как только установишь определённую линию разведки. Ты понимаешь?

Холодный свет мелькнул в глазах Цзюнь Мосе. Он произнёс весь набор инструкций на одном дыхании. Это воплотило в себе важнейшую цель для его контроля над бандами. Поэтому очень важно, чтобы Хай Чэнь Фен понял это правильно.

- Я понимаю. Молодой мастер может забыть об этом. Я, Хай Чэнь Фен, соберу банды города Тянсян и создам такую сеть разведки, что мы будем знать, кто из влиятельных семей и когда в туалет ходит, – Хай Чэнь Фен ответил. Он чётко понял идею Цзюнь Мосе.

- Гм! Хорошо. Теперь мы подошли к другому вопросу. Этот вопрос имеет первостепенное значение. Это то, ради чего я не пойду на компромисс, и это – безопасность семьи Цзюнь. Хай Чэнь Фен и Сонг Шань, вы оба будете отвечать за это дело. Я скажу короче — я не допущу каких-либо происшествий. Никаких! Ничего! Независимо от ситуации! Вы поняли меня?!

- Будьте спокойны, молодой мастер! Всем, кто захочет поссориться с семьей Цзюнь, придётся пройти через наши трупы! – Хай Чэнь Фен и Сонг Шань ответили в унисон.

- Отлично! Тогда я и насчёт этого могу не переживать, – Цзюнь Мосе слегка кивнул. Затем он достал ещё один фарфоровый бутылёк:

- Здесь три таблетки Дана для каждого из вас. Возьмите их. Они будут служить для увеличения вашего культивирования Суань Ци на десять лет! Танг Юань, ты можешь принять помощь Хай Чэнь Фена в этом вопросе. И другое дело: этот вопрос является секретом первостепенной важности. Никто из вас не должен разглашать что-либо!

Три человека ответили в унисон с фанатичными взглядами в их глазах:

«Иметь возможность увеличить Суань Ци культивирование на целых десять лет!»

Танг Юань не обращал внимания на вопросы, касающиеся военной силы в обычных условиях. Однако даже он не был достаточно глуп, чтобы игнорировать это, и тоже разволновался. Хай Чэнь Фен и Сонг Шань были экспертами Суань Неба. Они понимали этот вопрос, очевидно, намного глубже.

- Вы все временно «уволены». Уходите и побыстрее. Я уйду в бой сегодня днём. До этого времени нет необходимости видеть меня, – Цзюнь Мосе махнул рукой. Его глаза показали странное выражение, когда он медленно продолжал.

- Если всё пройдёт гладко в этой поездке... то, когда мы вернёмся... Хе-хе-хе... – он рассмеялся. Его глаза сияли холодным светом, похожим на тот, который отражался от лезвия меча.

Люди, которые видели это, не могли не задрожать:

«Какой план у этого молодого мастера? И, как его выражение может быть таким страшным?»

Солнце слегка сместилось на запад. Барабаны для армейского сбора громко грохотали на огромной городской площади. Их отголоски потрясали небеса и землю.

Генералы, по большей части, выбрали утреннее время, чтобы идти в бой, желательно на восходе солнца. Они принимали восходящее солнце за самый благоприятный путь. Однако обеты перед войсками принимались в полдень в этом случае. Это несколько отличалось от обычной практики. И, если говорить об этом, это не очень хорошая идея. Как может быть хорошо, если солнце быстро садится на западе? Но, Император Империи Тянсян решил это, и никто не осмелился спросить причину.

Холодный кусающий осенний ветер летал над землёй.

«Пусть эта великолепная армия людей последует за мной! Все без исключения пойдут вперед, пренебрегая жизнью и смертью!»

Миллионы радостных криков эхом раздавались, как цунами. Под громкие аплодисменты Цзюнь Вуй схватил его инвалидное кресло, сжал до размеров консервной банки и повернулся лицом к Его Величеству. Он сжал кулаки:

- Ваше Величество, ваш скромный чиновник Цзюнь Вуй просит у Вас отставку со своего поста, чтобы возглавить армию!

- Я позволяю тебе сделать это, – лицо императора покраснело, когда начала звучать громкая праздничная музыка.

- Играйте музыку. Отправляем героев Империи в бой! – дедушка Дугу Цзенхэн шагнул вперёд и провозгласил громким и величественным рёвом.

Боевые барабаны звучали громко, как бурный прилив, так как они играли с энтузиазмом.

Восемь всадников в парадной боевой одежде и сияющих доспехах несли знамя на своих штандартах.

Холодный осенний ветер развевал большое знамя, и заставил его подняться. Оно было цвета крови, и на нем было вышито одно золотое слово — «Цзюнь».

Некоторые ветераны-солдаты Тянсян прослезились.

Военное знамя семьи Цзюнь!

Это знамя всегда символизировало непревзойденную победу! Этот флаг был знаменем железа и крови! Он, наконец, воскрес снова после отсутствия в течение десяти лет! Тем не менее, он по-прежнему возбуждал души всех, так же, как это было в прошлом!

Звук копыт ударов постепенно затих. Отголоски поднялись, когда эскадрилья бронированных кавалеристов двинулась и медленно сформировала огромную и могучую волну стали, когда они скакали на ветру.

Мечи были подняты к синему куполу небес. Мечи был направлены в сторону Тянь Фа. Герои сотен сражений выехали.

«Тянь Фа! Я иду!»

***

На следующий день после того, как армия отправилась... или точнее... в полночь того дня, когда армия отправилась — настоящий заказчик Зала Кровавого Меча, Император Империи Тянсян — наконец-то получил известие, которого он ждал. Мужчины из семьи Чжау, которые пересекали столицу регион, были уничтожены вместе с войсками, которые они наняли в Южном Торговом Союзе. Та же участь постигла и Гвардию Святого Шторма Второго Принца.

Император не нашёл эту новость-доклад шокирующим; на самом деле, этого он и ожидал. В противном случае, разве он бы уже не получил эти вещи? Однако новость-доклад не ограничивался этой информацией. Это произошло потому, что уничтожение не ограничивалось вышеупомянутой смертью. Члены Зала Кровавого Меча, принимавшие участие в операции, также умерли насильственной смертью. Очень насильственной.

Три эксперта Суань Неба, пятнадцать убийц уровня Суань Земли и сорок убийц уровня Нефритового Суань — все были ликвидированы. Эта новость была шокирующей; на самом деле, она была чрезвычайно шокирующей.

Для уничтожения такой силы потребовались бы огромные боевые силы. И это отличается от обычного поражения... может быть, даже нападение и разгром. Это был полный шах и мат. Причём мат трёхэтажный. Скорее, это было полное уничтожение целой военной группировки: ни одному человеку не удалось сбежать.

Кроме того, главная причина этих событий исчезла без следа. То есть... тщательно изготовленное оружие, обладающее непревзойдённой боевой силой и потенциалом убийства даже экспертов Суань, изготовленное с использованием сухожилий Зверей Суань и высокотемпературной стали — на что несколько держав надеялись — также бесследно исчезло!

Глава 315.1. Нарушение дисциплинарных законов армии (часть 1)

Император ударил по столу, и с него упала чаша. С его нахмуренного лица исчезла последняя надежда. Арбалеты и сила Зала Кровавого Меча имели огромное значение для Императора. Он никогда не ожидал, что его безупречные договоренности пойдут наперекосяк вместо захвата этих арбалетов. На самом деле, он не просто проиграл с этими самострелами. Он также потерял элитные войска, которые составляли почти половину скрытой военной силы под его командованием.

Тот факт, что делал его ещё более злым, заключался в том, что это событие не оставило никаких следов. Настолько, что даже самые маленькие улики не остались позади. Так что он не мог определить, кто был ответственным за этот инцидент. И как после этого Император Империи Тянсян мог не быть мрачным? Как он мог не злиться? Этот мрак и гнев создали, словно облако беспокойства и туман страданий в Императорском дворце. Все дрожали от страха и шагали с осторожностью, так как никто не хотел разозлить несчастного Императора.

Что касается влияния новостей об этом событии на Второго Принца... он потерял сознание, когда услышал эту новость. Это не преувеличение... он действительно потерял сознание на месте.

Это было понятно. Ведь наибольший ущерб среди всех участников понёс именно он. Он потратил наибольшее количество ресурсов от начала и до конца. На самом деле, он не мог позволить себе упустить результат. Второй Принц заплатил за сырье, необходимые материалы для изготовления и за саму работу. На самом деле, он заплатил за них очень высокую цену. Возможно, следовало сказать, что он заплатил непомерно высокую цену. А за срочность производства он заплатил двойную плату. Принц также нанял много рабочей силы для организации перевозки. И теперь он понес убытки. Кроме того, его Гвардия Святого Шторма была уничтожена в полном объёме, а ведь они были самыми элитными войсками Второго Принца!

Можно было сказать, что он обанкротился, заплатив за чужое свадебное платье. Тот факт, что был ещё более раздражающим, был тем, что он не знал, кто этот «другой человек» был... Второй Принц, вероятно, не мог понять, как ему реагировать на эту ситуацию, если не потерять сознание в первую очередь…

Другой человек был таким же мрачным. Это Ли Юран. Молодой мастер Ли не понёс такой потери состояния, как Второй Принц. Но он всё равно заплатил немалую сумму. Можно сказать, что он потерял свои с трудом заработанные сбережения…

Он послал половину самых элитных из тайно обученных воинов своей семьи для выполнения этой задачи. И они были полностью уничтожены. Более того, один из его старших братьев-учеников был убит и превратился в фарш.

Однако то, что сделало его ещё более удручающим – было то, что он не знал, кому мстить:

«Должен ли я искать Зал Кровавого Меча? Мне найти убийцу и отомстить?»

Разве Великий хладнокровный мастер Ли У Бэй не сошёл бы с ума, если бы не отомстил? Более того, два его оставшихся старших ученика были настолько потрясены, что они даже не вернули тело умершего брата-ученика. На самом деле, он считал, что его старший брат-ученик и его старшая сестра-ученик не будут оставаться с ним надолго.

Девять старших братьев-учеников и одна старшая сестра-ученик пришли в город Тянсян две недели назад, чтобы помочь ему с его планами. Однако восемь из них уже погибли. И, оставшиеся двое превратились в до ужаса испуганных существ.

Молодой мастер семьи Ли Юран возмущался этой ситуацией очень долгое время.

К огню добавилось еще кое-что. Он послал некоторых из его могущественных Старших, чтобы официально получить контроль над криминальным миром Тянсян несколько ночей назад. Однако они неожиданно напали в ту же ночь, и были вынуждены отступить. И банда Цзинь Янь захватила весь подпольный мир в результате.

Банда Цзинь Янь уже стала самой большой бандой в подпольном мире Тянсян. На самом деле, у них не было конкурентов.

«Старший брат Ли Цзянь Хун и старшая сестра Фан Бяо Хун сегодня вечером сражались с врагами. Эти два эксперта Суань Неба очень давно сражались бок о бок. Сила их врагов была действительно больше, чем у них, но эти двое Старших учеников потерпели неудачу в истинном смысле этого слова. Они стали запуганными и потеряли все намерения отомстить. Эксперт Неба Суань должен, по крайней мере, быть в состоянии поддерживать своё хладнокровие и статус!», - Ли Юран был особенно зол в тот момент.

И эти двое Старших также осознавали свою проблему. Они стыдились оставлять своего младшего и просили его отпустить их. Они хотели найти мастера Ли У Бэя, чтобы обсудить контрмеры с ним.

Ли Юран с готовностью согласился. Он, естественно, предоставил им большую сумму денег на их путешествия. Он вежливо проводил их в путешествие. Тем не менее, он разразился такими проклятиями после того как эти двое покинули его. Он внезапно поднял ногу и одним ударом разбил дверь в своём доме...

Он уже добрался до королевства Нефритового Суань. Таким образом, он стал достаточно сильным. Его свирепый удар уничтожил дверь просто в щепки.

Это был правильный и резкий удар.

«Банда Цзинь Янь? Вы думаете, что я не знаю, что вы – люди Цзюнь Мосе?» – кулаки Ли Юрана бессильно сжались. Затем его выражение постепенно успокоилось, и он медленно расслабил кулаки. Вдруг на его лице растянулась нежная улыбка:

«Цзюнь Мосе покинул столицу. Думаете, я не смогу с вами справиться? Думаешь, я не смогу с тобой справиться? У меня много ресурсов. Это будет сильно бить вас прямо в лоб, а окольным путем тоже можно добиться той же цели!»

Кровь юного мастера Цзюнь кипела во время церемонии клятвы, которая состоялась до того, как они отправились на войну. Это был первый раз, когда он чувствовал горячую кровь героической семьи военных. Тем не менее, Цзюнь Мосе оказался не в состоянии вынести военные обычаи после всего лишь полудня путешествия из столицы. Это было слишком много для него, чтобы соблюдать!

«Это запрещено! Это тоже не сработает!», - Цзюнь Мосе позже обнаружил, что ходить без разрешения, и даже смеяться или говорить вне очереди было неправильным в глазах его Третьего дяди.

Цзюнь Вуй держался подальше от военных более десяти лет. Но, этот варварский контроль армии принёс им победы в прошлом. Казалось, он наблюдал за теми, кто не радовался его холодному и хмурому лицу, и совершал против них быстрые и решительные действия. Он был особенно жесток с группой развратников — во главе с его собственным племянником — ещё более жестким без причины, так как они не были рады смотреть на него. Так что, если бы он видел даже одного из них... он ругал бы этого юнца. Если бы он увидел двоих... он бы ругал их обоих.

Таким образом, это было справедливо и разумно, что Цзюнь Мосе, Муронг Цин Юн, Мэнг Хайцзоу, Мэнг Фэй, Ли Чжэнь, Ли Фэнг, и другие молодые мастера из разных семей только и делали, что ныли без конца.

Цзюнь Мосе знал, что его дядя будет нуждаться в строгой власти над военными для проведения боевых действий. Для этого его дядя должен был установить свой авторитет. Ему нужно будет создать образ жёсткой и твёрдой военной дисциплины, поскольку это обеспечит строгое послушание, когда они вступят в бой. Могли ли они пойти на войну, если бы армия была хоть немного не организована? Это бы означало шествие на смерть!

Поэтому Цзюнь Вуй нуждался в нескольких «козлах отпущения», чтобы установить его авторитет.

Это был классический случай «убить одного, чтобы предупредить многих». Он будет служить примером в качестве предупреждения для других в целях осуществления военной дисциплины.

Тем не менее, Цзюнь Мосе не ожидал, что именно он и будет первым, кому «не повезло» – козлом отпущения.

Этот инцидент мог бы звучать довольно драматично... Цзюнь Мосе сидел верхом на его лошади и боролся с желанием помочиться уже полдня. Он огляделся. Они давно покинули городские стены. Там были леса слева от него, и фермы справа от него; пару деревень можно было увидеть на небольшом расстоянии впереди.

«Войска продвигаются вперёд без перерыва. Так, как я справлюсь с этим?» - это была крайне сложная ситуация для молодого мастера Цзюнь. Итак, он опустил ногу с лошади. Затем, он украдкой скользнул за близлежащие деревья. Он развязал штаны и, наконец, расслабился...

Перед его глазами было несколько деревьев. Великолепная армия двигалась вперёд позади него; очень близко... На самом деле они были так близко к деревьям, что мужчины на крайней линии этих шествующих войск могли протянуть руку и схватить его за хрен…

Поэтому молодой мастер Цзюнь ссал очень энергично и быстро.

Он быстро стряхнул после того, как он закончил. Но только он собирался подтянуть штаны, как он понял, что две руки легли на его плечи.

- Вы отделились от формирования без разрешения. Вы проигнорировали приказы армии и нарушили общественную мораль, мочась перед всеми! Молодой мастер, мы просим, чтобы вы пошли с нами, – два военнослужащих из проверяющих появились, словно из воздуха, и поймали Цзюнь Мосе с поличным.

- Что... разве это не звучит неразумно, а? Я, очевидно, спиной ко всем. Как вы можете сказать, что я мочился перед ними? – Цзюнь Мосе попытался возразить. Однако два «беспристрастных» чиновника закона схватили его и потащили с собой. Жалкий молодой мастер Цзюнь даже не успел подтянуть штаны! Его «вещь» болталась и была немного заметна для посторонних глаз. Он был схвачен и притащен под изящное знамя Цзюнь Вуя.

Глава 315.2. Нарушение дисциплинарных законов армии (часть 2)

Всё вокруг было хорошо, и Цзюнь Вуй — главнокомандующий из семьи Цзюнь — стоял перед его переносной штаб-квартирой. Он торжественно наказал Цзюнь Мосе в официальной манере, довольно серьёзным наказанием в двадцать ударов дубинкой.

Если наказание было слишком тяжёлым для такого преступления... то никто не назвал бы его «тяжёлым». И, если бы Цзюнь Вуй был снисходителен... никто не сказал бы и даже не подумал ничего лишнего. Но никто не просил милосердия к Цзюнь Мосе. Это было естественно. Все знали, что главнокомандующий Цзюнь нашел повод выставить на обозрение свою власть. Более того, молодой мастер Цзюнь ни с кем не имел дружеских отношений.

Большинство настоящих мужчин не плачут в таких ситуациях. Однако Цзюнь Мосе чуть не заплакал. Он поднял глаза и, стиснув зубы, сказал:

- Дядя, вы используете свои полномочия, чтобы навести порядок. Это несчастье этого маленького племянника, что он немного ошибся... но, это, всё-таки, первый раз…

- Молчать! Мы в целом – подчинённые в армии. Я не твой дядя. И ты не мой племянник. Заместитель генерала, вы говорили грубо, и вы нарушили дисциплину армии. Добавьте ему ещё десять ударов штрафа! – выражение лица Третьего мастера Цзюнь было серьёзным и беспристрастным.

Молодой мастер Цзюнь ясно понял, что теперь он не посмеет произнести ни слова. Он был уверен, что его ударят ещё много раз, если он снова заговорит.

Хребет трещал в общей сложности тридцать раз, и все кругом сохраняли молчание. Многие развратники присутствовали там, чтобы засвидетельствовать: и старые, и молодые. Они соболезновали ему в его несчастье, но не сказали ни слова. Это само по себе было желаемым результатом.

Однако командир Цзюнь знал о навыках своего племянника. Казалось бы, Цзюнь Мосе получил серьёзную травму. Его задница переливалась всеми оттенками красного и синего. Тем не менее, это не было большой проблемой на самом деле. На самом деле, это не навредило бы ему, даже если бы ему дали ещё триста ударов, не говоря о тридцати.

Однако дядя только что поймал племянника с поличным после начала военных действий. Итак, он наткнулся на идею:

«Этот ребёнок ошибается. Он крайне недисциплинированный. Это не очень хорошая вещь».

Семья Цзюнь была семьёй военных, в конце концов. Итак, он решил использовать эту возможность, чтобы тщательно закалить темперамент своего племянника. Это было бы важно для создания фундамента в том случае, если бы он должен был вести войска в бой в будущем.

На самом деле... происхождение этой идеи едва ли можно отнести Цзюнь Вую. Дедушка Цзюнь призывал его свирепо обучать Цзюнь Мосе, прежде чем они ушли на войну. Другими словами, сам дедушка Цзюнь дал ему это разрешение. Итак, Третий мастер Цзюнь готовился к жестокому обращению с племянником без всякого сожаления.

Тем не менее, этого и правда было слишком много для первого проступка малолетнего развратника.

Цзюнь Мосе схватился за его ягодицы после того как он получил тридцать раз дубинкой, и вышел из командирской палатки со скрежещущими зубами. Потом он начал искать кого-то, кто ему не нравился.

- О-о-о! Это сверхсильный Третий молодой мастер семьи Цзюнь? Что это за выражение на твоей роже? Это первый раз, когда командир тебя воспитал? Хе-хе-хе... Третий молодой мастер Цзюнь, ты выглядишь очень красиво, когда прикрываешь свою задницу руками! Этот молодой мастер действительно восхищается вами! Правда, ещё бы рот тебе прикрыть - и было бы вообще идеально! – молодой мастер семьи Муронг — Муронг Цянь Цзинь — специально покачал плечами в преувеличенной манере. Цзюнь Мосе был его соперником за любовь принцессы Лин Мэн в минувшие дни. Таким образом, он специально издевался над ним и заразительно заржал в конце своей тирады. В окрестностях также присутствовали Мэнг Хайцзоу и другие. Они просто ревели от смеха.

Цзюнь Мосе ничего не сказал. Он просто подошел и встал перед Муронг Цянь Цзюнем. Затем он неожиданно выхватил копье у солдата, который стоял рядом с ним. Затем он использовал его как дубинку, и обрушил дождь ударов на противоположную сторону. Он в гневе бил так быстро, что за копьём в его руках было невозможно уследить.

«Этот молодой мастер не нашёл места, чтобы сбросить свой гнев, который съедал его изнутри. И всё же, ты ещё осмелился провоцировать меня? Пытаешься отыграть перед общественностью за свою неудачу?

Это то, что я называю «недопустимым»!

По крайней мере, молодой мастер Цзюнь не потерпит этого!»

Чего ещё мог ожидать Муронг Цянь Цзюнь? Другая сторона ошиблась и нарушила армейскую дисциплину. За это он понёс наказание, заслуженное или нет. И затем, этот дебил ещё попытался выделиться перед своими сверстниками. Тем не менее, он был сразу наказан ответными ударами молодого мастера Цзюнь.

Он бы не смог этого избежать, даже если бы был готов к этому. Разумеется, он получил знатных пи***лей. Его глаза мгновенно наполнились золотым светом, и звезды начали блестеть перед ними.

Черепа семьи Муронг были довольно совершенными в отношении строения. Копьё ударило его с бешеной силой прямо в центр лба, и сломалось. Череп Муронг Цянь Цзюня был совершенным, но его лоб даже превосходил его по качеству и ударостойкости. Красный комок — размером с палец, и такой же огромный, как яйцо, вздулся прямо в центре лба с удивительной скоростью. Он появлялся прямо как рог единорога.

- О? Разве это не изящный и элегантный молодой мастер Муронг? У тебя что, хер на лбу вырос? Не говори мне, что это твой врожденный талант? Возможно ли, что твоя хреновина не внутри штанов, а на лбу? Жаль... жаль, что тут только один член. Но, зато он имеет очень изящную и почти идеальную форму. На самом деле, ему нет равных на всей земле. Это поистине беспрецедентно. Я искренне восхищаюсь этим! Даже мой член не такой идеальный. Хотя... Давай щас вытащу, приложу и сравним? – Цзюнь Мосе заржал в ответ. Потом он выбросил половину копья, и ушёл большими шагами.

Он использовал свою Ци в этом ударе. Так что копьё ударило Муронг Цянь Цзюня абсолютно точным количеством силы, и его кожа не порвалась. Тем не менее, его лоб набух в максимальной степени и создал «удивительный» эффект.

Все, кто слышал это замечание, повернулись, чтобы посмотреть — только, чтобы найти шишку на лбу Муронг Цянь Цзюня. Она была прямой, идеальной формы и напоминала член. Это выглядело довольно жалко, так как ему явно не хватало в длину. Но он был совершенной толщины, и имел замечательное сходство во всех других отношениях. Он был имитирован до совершенства, и был очень реалистичным!

- Ха-ха-ха-ха-ха! – все, кто был свидетелем этой смешной и крайне странной сцены, не могли сдержаться и рассмеялись от души. Муронг Цянь Цзюнь пришёл, чтобы насмехаться над забулдыгой Цзюнь Мосе. Но все вокруг смеялись над ним, а он держался за живот и пытался скрыть слёзы и сопли.

Окрестности были наполнены «великими» и «опытными» людьми. Они все были женаты, и знали, что Цзюнь Мосе имел в виду. Более того, такая пошлость была довольно распространена на протяжении всей их военной жизни. Однако этот неожиданный поступок Цзюнь Мосе неожиданно оказался довольно забавным даже для бывалых солдат.

Даже командиры не могли сдержаться от улыбки. А затем их рты открылись, и они также дико заржали. Сначала они громко смеялись. Затем они поняли, что это неправильно. Поэтому, они попытались сдержаться. Однако вскоре они поняли, что это бесполезно. Так что они начали смеяться безудержно, когда другие люди уже начали успокаиваться. Подчинённые, видя, что командиры смеются, тоже продолжили ржать. Так что замкнутый круг смеха длился ещё очень долго...

Тем не менее, Муронг Цянь Цзюнь вскоре оказался в замешательстве, так как он не знал о реальной шутке. На фоне этого смеха молодой мастер семьи Муронг чувствовал невыносимую боль на голове, но ничего не знал о «необузданной трансформации», которая произошла на нём. Он не мог не сердиться, когда спросил:

- Это смешно? Он бросился на ближайшего товарища-солдата! Можно сказать, что он совершил тяжкое преступление! Это молодой мастер... я требую, чтобы доклад по этому вопросу дошёл до главнокомандующего, так, чтобы Цзюнь Мосе получил суровое наказание! Эй! Что ты смеешься? Что смешного?

Одинокий пенис на его голове был ярко красным и начал блестеть на солнце. На самом деле, он стал даже больше. Более того, кровь, которая прилила к голове, сделала эту шишку ещё более зловещей и возвышающейся, а её «хозяин», казалось, стал ещё злее. Он говорил в очень серьёзном тоне, но эффект становился всё более комичным.

Он попросил всех сдержаться. Но они не могли изменить его внешний вид, и продолжали смеяться. Некоторые уже катались по земле, плача от смеха:

- О боже! Это очень смешно! Я умру! Пожалуйста, простите меня! Ха-ха-ха...

Цзнюнь Вуй и другие высокопоставленные офицеры поспешно прибыли туда после того, как они получили новость об этом событии. Они очень разозлились на мгновение после того, как увидели всю ситуацию. Тем не менее, когда они затем увидели эту своеобразную шишку на голове Муронг Цянь Цзюня, они тоже почувствовали неудержимый приступ смеха. Однако они вдруг вспомнили, что смеяться в этой ситуации было бы некорректно, поэтому они быстро сдержали себя. Вскоре все начали задыхаться в попытках сдержать себя. Даже постоянно торжественный командир Цзюнь не стал исключением.

Глава 316. Злокачественная опухоль послужит авангардом!

Цзюнь Мосе не повезло. Он снова был наказан. Главнокомандующий Цзюнь был крайне зол. Он чуть не посадил своего племянника под арест.

«От него слишком много неприятностей. Что мы можем сделать в этом вопросе?

Это просто какой-то легендарный злой дух, приносящий неприятности!»

Тем не менее, этот злой дух явно не сделал ещё ничего сверхнеординарного. Это, видимо, произошло потому, что до сих пор самого важного не произошло.

Две стороны столкнулись в тот же вечер после того, после создания лагеря. Стражи семьи Муронг должны были отомстить за своего молодого мастера. Итак, они столкнулись с двумя с половиной сотнями мужчин Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе ничего не смог сделать, но он не считал, что цифра 250 была немного маловата. Но он был бы счастлив, если бы ещё один мужчина смог присоединиться. Однако его люди получили тяжёлые ранения в ходе предыдущего задания. Поэтому четверо его людей не смогли присоединиться к ним. Однако оставшимся 250 мужчинам не помешало состояние их травм, и они были готовы сопровождать его. Поэтому он приказал им записаться в армию во славу и честь его и семьи Цзюнь в целом. Тем не менее, Цзюнь Мосе был подавлен тем, что они не смогли должным образом тренироваться из-за рутины армии.

«Я думаю, я буду только иметь дело с этими 250. Ну, это 250 плюс я. Значит, 251. Это приводит этого молодого мастера в безумие... Мы должны схватить ногу человека и сломать её. Но это звучит неправильно... Было бы глупо, если бы мы сломали только одну ногу! Надо ломать хотя бы две ноги! Хотя, и этого не хватит... в конце концов, нас 251! Давайте изобьём их должным образом! Чтобы они зареклись навсегда хотя бы косо смотреть в сторону семьи Цзюнь!»

Итог конфликта был огромным разочарованием. Это заставило многих людей отказаться от своих представлений. Те 250 воинов оказались очень жестокими и жёсткими. Они напали на пять сотен охранников семьи Муронг и избили их до полного разгрома. Жертвам, очевидно, осталось только роптать, так как эти мужчины были невыразимо жестокими. На самом деле, больше десяти охранников Муронг были по-настоящему изувечены.

Это вызвало большой гнев. Многочисленные влиятельные семьи обвиняли Цзюнь Мосе. Он только говорил, что это месть, и что охранники сами спровоцировали его людей. Если повторится подобное – его воины не будут сдерживаться. Казалось, скоро произойдёт ещё один кровавый конфликт.

Цзюнь Вуй понял, что ожидания его отца были полнейшей фантазией, так же, как и его собственные. Цзюнь Мосе был смутьяном в армии. На самом деле, он был похож на злокачественную опухоль. Поэтому было бы лучше удалить её как можно быстрее. Гнилая рыба испортит всё блюдо, если будет оставаться там долго.

«Обед уже почти прошёл. Даже день ещё не закончился. Даже небо до сих пор не потемнело! И всё же, этот юноша уже успел получить три наказания. Более того, этот ребёнок совершает все преступления, которые не должны быть совершены. Он бы уже был обезглавлен дважды, если бы я обращался с ним по военному законодательству!»

Поэтому после очередного раунда избиения было предписано наказание. За ним последовали пространные и жуткие выговоры...

- Ты и твои 250 человек получат особое задание, – сказал Цзюнь Вуй. – Ты, засранец, получишь специальное задание, чтобы искупить свою вину. Специальный приказ Цзюнь Мосе заключается в том, что он будет расчищать путь для авангарда. Он откроет тропинки в горах и мосты через ручьи. И он будет нести ответственность, если армия понесёт какой-либо ущерб в этом путешествии из-за его халатности!

Цзюнь Мосе чувствовал, что ему была предоставлена амнистия, когда он услышал его особое наказание. Цзюнь Мосе был так рад, что сжал руки в кулаки, как обычный человек, который достиг мечты своей жизни. Он ответил драматическим тоном, словно в опере. На самом деле, он стал настолько драматичным, что чуть не спел:

- Мне нужно... да... это задание...

Затем он поднял руки и стал махать ими, как крыльями. Так он «пролетел» половину круга. Затем, он сделал пару шагов, ускорил темп и «вылетел» из палатки.

Мужчины в палатке не могли сдержаться от смеха.

«Это единственный член семьи Цзюнь третьего поколения? Он действительно потомок семьи военных?»

Командир Цзюнь Вуй проиграл. У него не было выбора, кроме как придумать следующие два слова — семейное несчастье.

Цзюнь Мосе учёл мрачное настроение своего третьего дяди.

«Я сделал очень дерьмовое имя для себя в армейском образе жизни. Я получил три жестоких избиения всего за полдня. Более того, не было никаких аргументов, которые я мог бы использовать в свою пользу, чтобы предотвратить эти наказания. Потребуется около месяца, чтобы добраться до Тянь Фа. Жив я буду или умру... потеряю я лицо или нет... одно точно — Железная Задница достигнет чудодейственных высот!

С этого момента мне было поручено быть первопроходцем. Я не очень опытен в открытии дорог или преодолении ручьёв. Но любой грабитель, с которым мы столкнёмся на этом пути, будет эффективно сражён. Никого не останется!

Это такая прекрасная возможность обучить мои войска!»

Цзюнь Мосе принял приказ, так как боялся смены и этой команды. Затем, он быстро приказал своим 250 воинам, чтобы они собрались и ушли из лагеря в тот же вечер. Затем они исчезли во тьме, как стрела, выпущенная из лука... точно так же, как приказал командир Цзюнь. Двести пятьдесят и ещё один человек исчезли без следа.

Два дня спустя командир Цзюнь Вуй обнаружил, что это было блестящее решение – отправить Цзюнь Мосе в качестве авангарда. На самом деле, это было удивительное и мудрое решение, которое можно было сделать.

Лучший способ использовать истинный талант человека, это разместить их в правильном положении.

Путешествие стало чрезвычайно гладким. Марш армии начал казаться обзорной экскурсией. Они следовали за группой авангарда Цзюнь Мосе. Поэтому им не нужно было бояться, так как впереди не было никакой опасности. Что касается чиновников по пути — они сердечно приветствовали армию, опасаясь неудовлетворительно принять их. И они даже выходили вперёд и давали некоторые военные материалы, поставки, провизию. Случаев хищения не было.

Цзюнь Мосе инициировал тщательную зачистку, чтобы полностью стереть бандитов с дороги шествующей армии. На самом деле, он даже вышел за пределы официального маршрута, чтобы иметь с ними дело. Но недалеко. Всего на 200 километров. Этот авангардный отряд во главе с Цзюнь Мосе уничтожал всех бандитов на протяжении всего путешествия!

Все путешествие было кровавым, на сто процентов кровавым.

Команда «Небесных Разрушителей» и «Пожирателей Душ» юного мастера Цзюнь использовали это кровавое путешествие, чтобы приучить себя к чисто кровавым конфликтам.

Эти двести пятьдесят человек убивали на протяжении всего путешествия. Не говоря уже о Цзюнь Мосе... даже Цзюнь Вуй не мог бы представить себе убийственную ауру, которая будет культивироваться к тому времени, когда они дойдут до Тянь Фа.

«Убийственная аура и жажда крови должны стать частью души этих двух команд!»

Проход через первую провинцию был по-прежнему приемлемым для Цзюнь Вуя. Однако проход через вторую провинцию был другим. Цзюнь Вуй смотрел на очередного чиновника, и ему показалось, что этот человек вот-вот начнёт жаловаться на отсутствие женщин и борделей.

Тем не менее, чиновник смотрел на Цзюнь Вуя со странным выражением в его глазах. Казалось, он только что увидел свою мать после долгого периода разлуки. Нет... даже отца.

Лицо его было полным слёз и соплей.

Чиновник начал говорить. Ягодицы Цзюнь Мосе уже начали болеть от сидения на седле к тому времени, как он достиг провинции этого чиновника. И таким образом начался «парад» этого чиновника…

Во-первых, молодой мастер Цзюнь захотел карету. Более того... он хотел, чтобы она была очень роскошной. И он хотел, чтобы это было завершено за несколько дней. Далее он хотел, чтобы отчёты о работе приходили к нему каждый час. Однако молодой мастер на этом не остановился. Он также показал удивительно эрудированные навыки бухгалтерского учета, которые он приобрел в своей предыдущей жизни. Он урегулировал все счета чиновника... счета, которые составлялись на протяжении многих лет.

Этот чиновник дрожал от страха. Он вызвал мастеров из ближнего и дальнего зарубежья. Он приказал им построить карету с максимальной осторожностью и самым строгим соблюдением стандартов. Он приказал им изготовить карету, которая предлагала бы максимально комфортную езду и быструю скорость. После этого ему удалось представить чрезвычайно роскошную карету для Цзюнь Мосе в установленные сроки.

Кроме того, материалы, необходимые для производства этой кареты, были приобретены на деньги, которые этот чиновник желал получить из казны провинции в течение многих лет. Фактически себестоимость производства была настолько огромной, что чиновник был вынужден занимать деньги.

Жалкий чинуша дрожал от страха, когда пришёл авангардный отряд Цзюнь Мосе, чтобы сообщить о завершении задания. В то время Цзюнь Мосе держал бухгалтерскую книгу. Он хотел воспитать этого человека во всей искренности.

- Эмм... Фэй Чжу Чанг... – имя этого человека было Фэй Чжу Чанг! Это означало «Кишечник толстой свиньи»... молодому мастеру Цзюнь было трудно справиться с этим. Он не мог не щёлкнуть языком.

«Это большой мир, но нет ничего страннее этого имени. Родители этого парня, должно быть, вышли на совершенно новый уровень!»

- Разве вы не слишком не профессиональны? Так называемый Небесный Император сделал вас чиновником пять лет назад. И как можно было упустить не меньше пятидесяти тысяч серебряных таэлей? Это крайне обидно. Чёрт! Быть коррупционером не принесет вам ничего хорошего. Не зря... вам сорок лет, а вы всё ещё простой мусорный чиновник! Пять лет вашей жадности и коррупции пачкали эту землю. Вы хотели просрать деньги и за мою карету, да? Это то, что ты хотел мне сказать? – Цзюнь Мосе покачал головой и вздохнул. Было очевидно, что несчастье и ярость вот-вот постигнут человека.

- Я, да... Генерал прав. Этот чиновник очень некомпетентен, – ответил чиновник. Он стёр с лица холодный пот, дрожа от страха. Однако в сердце он жаловался.

«Мои святые предки! Карета и её колеса изготовлены из 100-летнего красного сандалового дерева. Интерьеры инкрустированы четырьмя типами жемчуга. И я заплатил за это своими деньгами! Красного сандалового дерева, которого я мог купить, было недостаточно... так что я отдал дверь моей семьи и доски моей кровати. Что ещё ты хочешь? Почему ты до сих пор воспитываешь меня за коррупцию? Моя семья стала бедной и несчастной, и я по самую задницу в долгах. Тем не менее, ты ещё и не позволишь мне жить в мире?»

Глава 317. Две девушки – две проблемы

- Увы, губернатор префектуры Цин собрал сотню тысяч серебряных таэлей с урожая последних трёх лет. К сожалению, за последние пять лет этот чиновник собрал только пятьдесят тысяч! Ты пропащий! – Цзюнь Мосе продолжал вздыхать.

«Ты же сам сказал, что губернатор префектуры собрал сотню тысяч. Но я всего лишь чиновник провинции. Под его юрисдикцией находятся десятки тысяч таких вот управляющих провинциями, как я. Разве моя позиция... не сильно отличается от позиции губернатора префектуры?» - Фэй Чжу Чанг продолжал жаловаться в его сердце. Однако его внешний вид был благоговейным и уважительным, когда он слушал, как Великий Генерал Авангарда Цзюнь увещевает его.

- В любом случае, это не имеет значения. Может быть, вы получили знания после такого... падения в яму. Возможно, вы будете знать, что делать, когда этот молодой мастер вернётся. Этот молодой мастер, скорее всего, вернётся из Тянь Фа через два месяца. И я боюсь, что тогда я не смогу сесть в эту карету. Вы должны обратить особое внимание на время в течение этих двух месяцев. Обложите народ налогами жестоко, и растратьте столько денег, сколько сможете. И это должна быть лучшая карета, ожидающая, когда этот молодой мастер вернётся. Вы должны начать подготовку пораньше... – сказал молодой мастер Цзюнь.

Фэй Чжу Чанг упал на землю и ударился задницей. Он начал плакать, и его голос булькал:

- Молодой генерал! Этот низкопробный чиновник не посмеет! Он покается за свои прошлые ошибки, и начнёт жизнь с нового листа! Этот чиновник исправит свои ошибки, и вернётся на правильный путь! Этот блудный сын вернётся на путь праведности! Я покаюсь и начну всё заново; я начну свою жизнь заново! Я буду упорно трудиться всем своим сердцем на благо народа! Этот низкий человек будет стремиться сделать всё возможное. Он не оставит камня на камне в этой связи…

- Вы очень культурны! Вы говорите столько идиом! Скажите больше! Может быть, я стану сострадательным и проявлю милосердие... а может, и нет... – рассмеялся Цзюнь Мосе и пропел эти слова, глядя на него с похвалой.

Фэй Чжу Чан просто впал в благоговение. Он решил, что скорее умрёт, чем останется без изменений. Человек решил, что он хочет стать честным и порядочным управляющим: хорошим и честным.

«Я больше не могу оставаться коррумпированным чиновником! Я теперь знаю страдания коррумпированного чиновника…

Я сожалею о своём прошлом поведении... Придётся мне сделать ещё одну карету для этого человека, если он вернётся через два месяца!

Я думаю, я потеряю свою жизнь, если заплачу в его присутствии…

Я должен позвонить своим подчинённым должностным лицам, и должен сказать им, чтобы они прекратили свою коррупцию. Я должен сказать им, чтобы они стали честными и чистосердечными... чтобы служить народу…»

Юный мастер Цзюнь снова жестоко уничтожил в регионе всех бандитов. Ранее он уже послал команду Пожирателей Душ. Они вернулись с чьей-то головой. Кровь капала на землю. Кровавый след вёл по дороге к резиденции управляющего. Это ужасно напугало жалкого Фэй Чжу Чанга, на самом деле, он почти потерял сознание.

«Это голова человека... черт возьми!»

Авангардный отряд Мосе «наелся» досыта. Затем они отчитались и ушли. Фэй Чжу Чанг поднял голову в надежде. Он надеялся увидеть силы Цзюнь Вуя в ближайшее время. Это произошло потому, что молодой мастер Цзюнь сказал ему:

- Я вернусь и заставлю вас построить ещё одну карету, если возникнут проблемы с поставками армии. И я сломаю новую карету, если она будет недостаточно хороша. Кроме того, качество поставок будет определяться самим командиром Цзюнь Вуем. Итак, вы считаете всё это правильно, так?

Таким образом, чрезмерное обращение Фэй Чжу Чанга заставило Цзюнь Вуя подозревать.

«Что с этим человеком?»

Между тем, Цзюнь Мосе продолжал руководить его двумя с половиной сотнями человек по дороге на юг в хорошем настроении. Казалось бы, не было необходимости открывать горные тропы или мосты через ручьи. Тем не менее, они распространяли царство террора на их пути.

Он кропотливо закалял их на протяжении всего путешествия кровью и сталью. Их сила росла, как на дрожжах, и они невероятно прогрессировали. Темперамент каждого человека становился всё более убийственным. Каждый из них был похож на злого демона, который был освобожден из самых глубин Ада. Их выражения были безжалостными — как и их аура. И обе эти черты были чётко видны. Они были похожи на пугающие команды машин смерти на поле боя.

Такая сила, естественно, продвигалась с молниеносной скоростью. Команды каждый день рассылались разбираться с бандитами. Они ходили по одной команде за раз согласно дежурному списку. Однако у команд была конкуренция между ними — эффективно убирать противников и быстро ликвидировать их с большой скоростью. Ни один соперник не должен был ускользнуть через их сети. Проигравшая команда не несла очень тяжёлого наказания. На самом деле, назначенное наказание можно было даже назвать «лёгким»... команде, которая потерпела поражение в этом соревновании, пришлось только стирать нижнее белье победителей с предыдущего дня; ничего больше.

Это соревнование заставило мужчин в этих двух командах рассматривать бандитов как вдвойне эффективный афродизиак. Или, возможно, вкусную жирную свинью, так как они рвались, как волки и тигры, и рвали свою добычу на части…

Штраф был небольшой, но их репутация…

К полудню пятого дня авангард Цзюнь Мосе уже очистил расстояние на 400 км от главной армии. Цзюнь Мосе сидел неторопливо в карете, которую везли шесть лошадей. Карета была достаточно просторной. Шириной в два метра, длиной в три с половиной. Внутри была установлена небольшая кровать. Тем не менее, оставалось достаточно места для небольшого деревянного стола. На самом деле, было достаточно места, чтобы Цзюнь Мосе мог собирать совещания внутри его кареты.

Тем не менее, Цзюнь Мосе сделал это только один раз.

Его солдаты были одеты в одежду и обувь, но запах их ног был очень резким. Он был способен заставить людей упасть в обморок. Особенно это имело место в этой почти полностью запечатанной карете. Этот запах был похож на запах солёной рыбы, которую пережарили. Цзюнь Мосе потерял целый день, чтобы проветрить эту карету. Даже пришлось закончить совещание пораньше. Намного пораньше.

- Молодой мастер, пожалуйста, откройте... есть кое-кто впереди. Они блокируют путь, – человек, который был главой Пожирателей Душ, Ван Донг.

«Эти люди должны быть чрезвычайными идиотами, чтобы заставить маньяка-убийцу, главу Пожирателей Душ заикаться…»

- Заблокировали дорогу? Что за дерьмо! Кто в империи Тянсян посмеет блокировать путь этого молодого мастера? – Цзюнь Мосе спросил в удивлении. Затем, он сначала поднял занавески кареты, а затем спрыгнул вниз, чтобы увидеть людей, которые были достаточно дерзкими, чтобы сделать такое.

Цзюнь Мосе вышел из кареты, чтобы посмотреть. Потом что-то привлекло его внимание. Он тут ахнул.

«Мой Бог! Недаром Ван Донг заикался! Неожиданно...»

Сцена впереди не была слишком страшной. Впереди были две божественно красивые женщины, ничего больше. Одна очаровательная девушка была одета в фиолетовые одежды. Она была очень милая и нежная на вид. Она держал на руках белоснежного леопарда. Маленький детёныш леопарда посмотрел на Цзюнь Мосе и подмигнул. Он высунул свой язык. У него едва получилось сдержаться и не броситься на руки Цзюнь Мосе.

Другая женщина носила белое платье. У нее было очаровательное, холодное и гордое лицо. Она была очень красивой. У нее была изящная поза.

Две красивые фигуры смотрели на Цзюнь Мосе с удовлетворённым выражением, которое было сродни кошке, которая сумела поймать мышь.

Эти две женщины были, разумеется, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И.

Цзюнь Мосе застонал. Он чувствовал, что падает в обморок.

Это был слишком большой шок!

«Неудивительно, что я не видел этих двух преследователей целых два дня до того, как мы ушли в бой! Я ошибся, думая, что убедил их, но они рано уехали из дома! А теперь они ждут меня здесь!

Что мне делать?!»

Молодой мастер Цзюнь впервые пожалел о том, что занял должность авангарда…

На самом деле, у него было много сожалений...

«Почему эти две «обжигающие красотки», блин, попали в мои руки? Моя жизнь – это катастрофа!

И почему я выбрал этот авангардный отряд? Почему я не мог просто следовать за главной армией, как хороший мальчик? Какие неприятности могли возникнуть под командованием моего Третьего дяди? Но, теперь... я могу кричать в течение нескольких дней, и никто не придёт мне на помощь... я могу выкричать все мои лёгкие, и всё равно это будет напрасно…

Это маршрут к Тянь-Фа! Это не какое-то место для отдыха!»

Цзюнь Мосе не знал, что он должен сказать. Что он мог сказать в таком крайнем случае?

Юный мастер Цзюнь спокойно повернул голову назад. Он надеялся, что Цзюнь Вуй появится из дыма... что его дядя возглавит их армию из двадцати тысяч и бросит с неба, чтобы спасти его от этого пламенного котла...

«Это слишком экстравагантная надежда... расстояние между нашими двумя сторонами составляет более 400 км по крайней мере... не хватит времени...»

- Не смотри так. Бесполезно выглядеть так. Мы сделали соответствующие запросы, и мы пришли сюда, чтобы ждать вас, – Гуан Квинхан говорила равнодушно, когда она смотрела на него. – Вы можете выйти из кареты. Мы с Сяо И поедем в ней. А ты можешь ездить на лошади. Ты не возражаешь против этого, верно?

Цзюнь Мосе какое-то время молчал.

«Похоже ли это на дружескую дискуссию? Я могу возразить? Я осмелился бы на какие-то возражения? Разве это не то, что вы называете «тираническим поведением»? Как на самом деле... это именно оно. Моё поведение с этим Фэй Чжу Чангом было гораздо более прямым, чем поведение этих... женщин. Они забрали мою карету...»

Члены команды Пожирателей Душ начали тайно хихикать. Цзюнь Мосе посмотрел на них в ярости. Это заставило их моментально остановиться, и они начали смотреть прямо вперёд с торжественным взглядом на их лицах.

- Кхм, кхм... – Цзюнь Мосе прочистил горло и приготовился использовать свой язык. Он стремился убедить красивых женщин вернуться на правильный путь.

– Послушай меня, моя тётя и молодая леди Дугу...

- Старший брат Мосе, разве вы не приятно удивлены, увидев меня? Разве это не неожиданно? Ты не хочешь обнять меня? Я знаю! Я ясно понимаю, что это то, о чём речь! – Дугу Сяо И улыбалась. Она вдруг вскочила перед Цзюнь Мосе, наклонила голову и улыбнулась.

Малыш Белыш всё ещё чувствовал желание броситься в руки Цзюнь Мосе. Однако старшая дочь семьи Дугу сдерживала себя ради своей скромности. Малыш Белыш бы уже прыгнул, но Дугу Сяо И хотела дождаться, пока Цзюнь Мосе возьмёт на себя инициативу, прежде чем она бросится на него.

«Приятно удивлён? Мне страшно. И да, этот инцидент очень неожиданный... обнять тебя? Я чувствую, что мне звездец приходит... Отшлёпать бы тебя по твоей маленькой заднице, зараза...»

Затем Цзюнь Мосе взглянул на её задницу и посчитал, что она не может считаться маленькой. Он даже заинтересовался, как он будет чувствовать, если он отшлёпает её пару раз…

Цзюнь Мосе некоторое время тонко баловался полётами фантазии. Затем, он вернулся в себя и решительно попытался заставить этих двух женщин вернуться. Его лицо стало очень пристойным:

- Старшая тётя, юная леди Дугу... вы беспокоитесь обо мне. И я, как представитель всего личного состава армии экспедиции в Тянь Фа, очень благодарен вам. Однако дорога в Тянь Фа проходит через длинные и опасные горы. Здесь есть много бандитов. И эта дорога полна зверей-людоедов! Кроме того, вы двое – одинокие дамы. Таким образом, это будет очень... неуместно путешествовать так далеко с нами. Поэтому этот человек смиренно просит вас вернуться в город Тянсян.

«Говоря об одиночестве... эти двое пришли без каких-либо горничных! Они думают, что это прогулка по парку с напитками, которые оплачиваются государственными расходами? Мы реально идём на войну!»

- Ты попробуй, и я посмотрю, кто посмеет отправить нас обратно, – Гуан Квинхан заявила непринуждённо, посмотрев на него холодно.

- Брат Мосе, у тебя действительно есть сердце, чтобы отправить нас назад, после того, как мы добрались сюда? – Дугу Сяо И не была так уверена, как Гуан Квинхан. Итак, она жалко посмотрела на него. Углы её глаз стали красными. Казалось, что она начнет плакать в любой момент:

- Кроме того, расстояние до столицы составляет более пятисот километров. Это долгий путь назад! Что бы ты сделал, если бы что-то случилось со мной и старшей сестрой? Дорога опасна, и кто может постичь разум людей?

- Не играйте за мной. Плакать передо мной бесполезно! – Цзюнь Мосе заявил в ответ.

«Я знаю, что путь опасен... не отнять у человека разум? Ты не учла это, когда ехала сюда? Думаешь, такая ложь сработает с этим молодым мастером? Ты думаешь, что я насколько глуп?»

Глава 318. Черепаха забирает себе сорочье гнездо

«Действия этой маленькой девочки просто отличны. Но как этот молодой мастер может быть убеждён в этом? Она каждую секунду меняется кардинально и в следующий момент она снова станет чрезвычайно тираничной... Как может кто-то видеть этого демона и до сих пор не бояться чего-либо зловещего?» - Цзюнь Мосе был обязан спросить об этом себя, так как он испытывал её «преобразования» и раньше. – «Было бы очень неразумно, если бы я был обманут снова!»

- Скажи, ты всё ещё хочешь отправить старшую сестру и меня обратно в столицу? – Дугу Сяо И широко открыла свои круглые глаза. Они были красивыми и большими. В этих круглых красивых глазах мелькнула угроза. Однако она начала увеличиваться...

- Мои две сестры... ваше присутствие вызовет только больше проблем. Скажите мне, что вы можете здесь сделать? Что вы способны делать здесь? Вы бы решились, если бы от вас потребовалось убить кого-то?

Затем, Цзюнь Мосе фыркнул с презрением:

- Поэтому я и говорю вам... вам лучше послушно вернуться. Мы закончили с этой темой. В противном случае, не вините меня, если я соберу вас как рисовые шарики и отправлю обратно в красивой упаковке, перевязанной ленточкой! И никогда не думайте, что я не смогу сделать этого! Однако вы двое потеряете лицо, если это произойдёт!

- Да как ты смеешь! – «маленькая девочка» упрекнула его и обнажила белые зубы. Они были очень заметны.

- Пусть будет так, Сяо И, нет необходимости упрашивать его. Этот человек не имеет никакого сочувствия в его сердце, – Гуан Квинхан говорила непринуждённо, оставаясь стоять на своём месте. Она спокойно посмотрела на Цзюнь Мосе, хотя обращалась к Дугу Сяо И:

- Мы пойдём без него. Разве мы не проехали уже сотни километров, пока не приехали сюда сами? Разве мы не имеем наших собственных ног? Разве мы не можем добраться до леса Тянь Фа самостоятельно?

- Именно! Зачем нам так притворяться? Мы пойдём на наших собственных ногах! – Дугу Сяо И подняла свой маленький подбородок. – Разве ты не заместитель генерала? Моя семья лучше! Ха! Я встречала многих великих, поистине великих генералов. Но, даже они были не такими высокомерными, как ты!

Две женщины повернулись и начали уходить после того, как высмеяли его. Цзюнь Мосе искренне хотел увидеть, как это произойдёт.

«Блядь, вот же две... заразы! Я просто не могу позволить им двоим добираться до Тянь Фа в одиночку... даже если они доберутся туда безопасно. Мой дедушка, Третий дядя, дедушка Дугу и Дугу Вуди... вряд ли кто-нибудь из них меня отпустит просто так...» - Цзюнь Мосе мог даже угадать их слова:

«Ты позволил этим деликатным девушкам уйти? Ты даже не беспокоился от мысли об этих нежных девушках, путешествующих в Тянь Фа в одиночку? Что бы ты сделал, если бы случилось что-то плохое? Да, ничего не случилось, но дело не в этом!»

- Остановить! Забрать их. Для меня! – Цзюнь Мосе скрежетнул зубами и дал команду. Семь или восемь членов команды Пожирателей Душ быстро выполнили приказ. Они безжалостно бросились вперёд и перекрыли путь девушкам, как железные башни. Затем, Цзюнь Мосе застонал и сказал:

- Вам двоим лучше быть послушными моим командам! Всё пройдёт хорошо для вас только до тех пор, пока вы будете послушны! Хм! Иначе…

Цзюнь Мосе остановился после того, как произнёс это.

«Разве это не сродни сильному и злому грабителю, угрожающему обычной женщине?»

- Цзюнь Мосе, я настаиваю на том, чтобы идти в Тянь Фа. Но, если ты используешь силу, чтобы заставить меня остаться... я обещаю, что убью себя прямо здесь! Я, Гуан Квинхан, убью себя перед тобой! Думаешь, я не посмею? – выражение лица Гуан Квинхан было сложным. Но она быстро вытащила сверкающий кинжал и поднесла его к горлу.

«Цзюнь Мосе, единственная причина, по которой я настаиваю на поездке в Тянь Фа... это ради тебя и Третьего дяди. Я не так сильно беспокоюсь о нас двоих. Но, я беспокоюсь, что поместье Сюэху из-за меня всё усложнит. Зачем ещё мне ехать с тобой в тот далекий лес Тянь Фа? Думаешь, я та девушка, которая не понимает серьёзности этого вопроса?

Ты пренебрегал своей жизнью и смертью ради меня. И ты хочешь защитить мою невинность, несмотря ни на что. Ты веришь, что я, Гуан Квинхан, девушка, которая забудет о благосклонности и ничего не сделает, если увидит, как ты входишь в логово тигра?

Ты думаешь, только мужчины могут совершить самоубийство из праведности, а мы, женщины, можем только ни хрена не делать и жить без цели? Ничего страшного, если в Тянь Фа всё будет гладко. Но, если что-то случится... то, что будет делать Гуан Квинхан в её несчастной жизни?»

Дугу Сяо И не повернулась, чтобы взглянуть на её спутницу. Тем не менее, она полагала, что действия Гуан Квинхан, казались полезными. Итак, она стала высокомерной, и сказала с самодовольством:

- Верно! Мы покончим с собой, если ты не отпустишь нас в Тянь Фа! Думаешь, мы этого не сделаем?

Она никогда не видела никого, кто собирался убить себя, но при этом вёл себя с такой гордостью. Слова Гуан Квинхан были очень страстными. Однако маленькая девочка смеялась только потому, что сначала не понимала этого. Затем она повернулась, чтобы посмотреть на её спутницу, и лишилась дара речи…

Цзюнь Мосе почувствовал сильную головную боль. Казалось, что внутри его головы возник конфликт.

Возможно, Дугу Сяо И пожелала наблюдать, как мир горит в хаосе. Однако выражение Гуан Квинхан было очень спокойным и серьёзным. Он мог сказать, что девушка действительно может воплотить её угрозу! Он понял, что ему придется иметь дело с её трупом, если он не позволит ей уйти в Тянь Фа.

«Я не могу играть на этом. Я даже не посмею играть на этом!»

- Вы выиграли! – Цзюнь Мосе непоколебимо смотрел на молодую леди Гуан. Потом он вздохнул с сожалением. Юный мастер Цзюнь был уверен, что он мог бы что-то сделать, чтобы спасти эту ситуацию, если бы это была только эта маленькая дурочка.

«Однако, моя старшая тётя слишком крепка характером. Я не могу позволить себе спровоцировать её!» - молодой мастер Цзюнь чувствовал себя угрюмым в своём сердце. Он, казалось, никогда не чувствовал себя таким угрюмым ни в одной из своих жизней. Затем он заговорил с сожалением и ненавистью:

- Дайте им двух лошадей. Они будут путешествовать на лошадях!

- Это всё, что мне нужно... – Гуан Квинхан сузила свои прекрасные глаза и посмотрела вниз. Потом она, наконец, улыбнулась. Она только попросила поехать в Тянь Фа. Ей было неважно, как. Более того, было совершенно ясно, что Цзюнь Мосе рискнул, позволив им сопровождать его. Военные доктрины запрещают солдатам путешествовать вместе с женщиной в бой. Это было табу в армии, так как на каждом шагу были бы угрозы для их жизни.

- Мы должны путешествовать в карете! – маленькая девочка была молода и неопытна. Значит, она ничего из этого не поняла. Она была счастлива услышать, что молодой мастер Цзюнь наконец-то сдался, и позволил им путешествовать с ним. Однако когда она услышала, что молодой мастер не пригласил их в его карету, она посмотрела на него с бешенством. Потом она снова посмотрела на его красивую карету и почувствовала усталость. Её спина, бёдра... не было ни одной части её тела, которая не болела при виде роскошной кареты.

- Невозможно! Я позволю вам пойти с нами, и это будет достаточно хорошо для вас двоих. Тем не менее, вы неожиданно хотите путешествовать в моей карете? – Цзюнь Мосе презрительно вздохнул.

- Я был бы рад, если бы вы не хотели путешествовать так... Я могу организовать, чтобы мои люди проводили тебя обратно, если ты не хочешь путешествовать так. Давайте, мужики! Приведите лошадей!

- Ты, ты... хорошо! – Дугу Сяо И была взволнована. Её глаза сузились, и она быстро достала кинжал. Она прижала его к шее.

- Ты, ты... я убью себя перед тобой, если ты не позволишь мне путешествовать внутри кареты! Думаешь, я не посмею?!

Маленькая девочка насмотрелась на Гуан Квинхан, вымогающую под угрозой смерти. Итак, она действовала решительно и имитировала то же самое. И маленькая девушка, естественно, добавила импульса к этому действию, чтобы сделать результат ещё более эффективным. Это был чрезвычайно эффективный трюк. Так как она могла не использовать его?

«Я не буду бояться использовать этот хороший и полезный трюк снова. Это очень полезно!»

Кто бы мог подумать, что эта девочка скажет:

«Ты думаешь, что я не посмею?».

Итак, как только эти слова оставили ее рот, окружающие солдаты одновременно закрыли рты, подавляя желание смеяться. Плечи этих мрачных и непоколебимых воинов энергично тряслись. Это был явный признак того, что им было действительно трудно сдерживать свой смех.

Их нельзя было винить. Человек, играющий клоуна, не был таким забавным. Гуан Квинхан также угрожала покончить с собой. Но её угроза была вполне правдоподобной. Затем Дугу Сяо И подражала ей. Более того, она сделала это сразу после. Но это было не что иное, как повторение. Более того, её оправдание покончить с собой было слишком патетичным. Она покончила бы с собой, если бы ей не разрешили ездить в карете?

Цзюнь Мосе закатил глаза:

- Делай, что хочешь. Но я искренне прошу тебя пойти немного дальше и умереть там. Пожалуйста, не мешай нашим глазам и сердцам. Я искренне прошу тебя. Эта просьба не слишком велика, верно?

«Сестра, если ты угрожаешь людям убить себя... по крайней мере, выбирай причину, ради которой ты и правда можешь умереть... иначе, не станет ли это слишком идиотским, если мы все начнем угрожать друг другу по бесполезным причинам? Я умру, если ты меня не впустишь! Я умру, если ты не позволишь мне съесть твою пироженку! Я умру, если ты не дашь мне ударить тебя... что за херня начнётся?»

- Ты... ты просто слишком упрямый, – Дугу Сяо И топнула ногами. Потом она, не сказав ни слова, направилась к карете, подняла занавески и вошла в неё. И не вышла. Затем, она прокричала изнутри кареты:

- Старшая сестра Квинхан, поторопитесь и идите сюда! Здесь достаточно просторно! И, есть удобная кровать тоже... Хе-хе-хе…

Этот шаг был наиболее практичным.

Молодой мастер Цзюнь рассвирепел.

«Это недопустимо! Куда я пойду, если ты там? Этот молодой мастер захватил этого коррумпированного чиновника с таким трудом... только тогда я смог вымогать у него карету! Так много раздумий! А тебе так легко? Ты действительно собираешься грабить результаты моих усилий? Ха!»

Цзюнь Мосе сделал огромный шаг вперёд и схватил руку Дугу Сяо И:

– Ты, спускайся!

- Не выйдет! Я не спущусь! Я поеду в этой карете! – Дугу Сяо И схватилась другой рукой за какую-то ручку в карете. Она решила бороться яростно. Её лицо стало красным. Однако она решила, что не отпустит её ни за что в жизни.

Белая тень мелькнула. Затем, элегантный аромат проплыл мимо. Рука Гуан Квинхан спокойно зашла внутрь кареты. Затем она разжала железную хватку Цзюнь Мосе и отступила:

- Сражаться с женщиной за карету! И это молодой мастер из хорошей семьи?

Цзюнь Мосе сердито сказал:

- Что? Я дерусь за карету? О чём ты говоришь? Очевидно, что это вы, женщины, боретесь за МОЮ карету! Вы думаете, что этот молодой мастер будет страдать молча? Вы обе просто перекручиваете слова, чтобы заставить логику отступить! Разве это не неразумно?

Гуан Квинхан больше не потакала Цзюнь Мосе. Она схватила занавески кареты, и потянула их вниз. Потом две женщины легли на кровать. Казалось, они даже переоделись и собирались лечь спать. Можно было даже услышать удовлетворенный голос Дугу Сяо И:

- Это очень удобно! Мы можем, наконец, спать в комфорте…

Цзюнь Мосе яростно пыхтел и проклял себя за глупость:

«Я пытался поставить факты перед женщинами... я пытался проповедовать логику женщинам... разве это не идиотизм? Но, я не могу проучить их, так как моя тётя тоже попёрлась в карету... независимо от того, как недисциплинированно я себя вёл. Мне придется остаться здесь, независимо от того, как мне неохота...»

Войска продолжали двигаться вперёд. Они двигались полдня, когда Цзюнь Мосе внезапно начал дрожать. Его лошадь была очень большой и сильной, но это было не так удобно, как карета. Затем он быстро повернул голову, чтобы взглянуть на неё. Затем он нахмурился и начал планировать что-то озорное.

Цзюнь Мосе в следующее мгновение испустил леденящий кровь визг. Он наклонился с лошади и рухнул вниз. Он упал на землю, прямо в дорожную пыль. Его глаза были закрыты, и он, казалось, потерял сознание.

Солдаты поначалу были встревожены. Однако они не были дураками и чётко понимали, что происходит. Так вот, они подыгрывали ему:

- Плохо! Это плохо! Молодой мастер потерял сознание! Его травма... Чёрт, это ужасно! – они кричали трагическими голосами.

«Его травма... ужасно?»

«Ослабевший» Цзюнь Мосе был поражён.

«Когда я получил травму? Ну... это разумно... я должен похвалить и наградить этих парней при первой возможности, которую я получу...», – он подмигнул им.

- В чём дело? – Дугу Сяо И подняла занавески кареты и спросила. Она, казалось, глубоко обеспокоена, в то время как Гуан Квинхан только посмотрела на «обморок» Цзюнь Mосе в презрительной манере.

Глава 319. Наркотик Гармонии Инь-Ян?

- Молодой мастер... молодой мастер получил травму... теперь он не может ехать на лошади... вот зачем он заказал эту карету! – лидер команды Пожирателей Душ Ван Донг аж вспотел. Это не потому, что он был напуган. Он просто задержал дыхание, чтобы появился этот эффект. Этот парень придумал ложь. Но разве это не разумно? Он был остроумным человеком. Он знал, что молодой мастер был наказан, когда он нарушил законы военных. Итак, он быстро использовал этот факт, чтобы вызвать оправданную ложь.

- Быстрее поднимите молодого мастера. Несите его в карету и осмотрите его! – несколько членов команды трепетно подняли молодого мастера. Они были группой убийц, но их актёрское мастерство тоже было неплохим.

Дугу Сяо И поспешно выпрыгнула из кареты:

- Дайте мне посмотреть! Быстро, дайте посмотреть! Ах! Боже! Быстрее, несите его в карету! Этот человек действительно ранен... почему он ничего не сказал об этом...?!

Все обильно потели. Семь пар рук подняли тело «бессознательного» Цзюнь Мосе и внесли его в карету.

Гуан Квинхан всё ещё находилась в карете. Она хотела что-то сказать, но в итоге решила промолчать. Она не могла не улыбнуться горько, когда смотрела на «бессознательного» Цзюнь Мосе.

«Я чётко понимаю поведение моего племянника...»

Дугу Сяо И вытянула шею и допрашивала оставшихся на улице воинов:

- Как он получил эту травму? Когда он пострадал? Что это за травма? Это серьёзно или нет? У вас есть какие-либо лекарства? Какие лекарства следует применять? Кто его ранил...?

Эта куча вопросов одурачила хладнокровных воинов. Они придумали эту тактичную ложь с большим трудом. Однако у них не было надлежащего ответа на эти жуткие вопросы.

«Тот факт, что молодой мастер нарушил военную дисциплину и был наказан ударами дубинки... не является славным делом. Более того, травмы, полученные молодым мастером от дубинки, уже исцелены. Он уже давно исцелился…»

- Сяо И! Сначала зайди сюда! Не допрашивай их! – голос Гуан Квинхан звучал изнутри. Дугу Сяо И отозвалась, услышав это, и вошла внутрь. Она волновалась, и это было ясно слышно в её голосе:

- Старшая сестра Квинхан, это... что делать? Что нам делать? Ах! Как он получил травму? Я очень волнуюсь…

Члены команды Пожирателей Душ вытерли холодный пот со лба.

- Ха-ха-ха... – Гуан Квинхан не могла не смеяться.

Цзюнь Мосе медленно «проснулся» в тот момент. Он посмотрел вокруг и спросил:

- Где я?

Гуан Квинхан ничего не говорила, но Дугу Сяо И тут же воскликнула:

- В карете! Ты в карете! Ты... Ты проснулся! Ах! Какую травму ты получил? Скажи нам, как с этим справиться? Я помогу тебе справиться с этим!

Молодая Леди Гуан закатила глаза:

«Эта маленькая девочка слишком наивна...»

- Я ранен? Я был ранен, но уже исцелился. Я в таком плохом состоянии, потому что... меня отравили, – пробормотал Цзюнь Мосе.

«Мужчины и женщины очень разные. Я был в этой карете несколько дней, но она не пахла так. Тем не менее, эти две путешествующие усталые красавицы едва пробыли в карете полчаса, а она уже начала пахнуть так удивительно…»

- Ах! Так это был яд?! – Дугу Сяо И была в ужасе. Она широко открыла глаза:

- Что это за яд? Это очень опасно? Ты знаешь, что это за яд? Трудно вылечить?

- Я имел неосторожность... некоторое время назад. Так что я… меня отравили, – Цзюнь Мосе почувствовал безграничное сожаление. - Если честно, кхе-кхе, это трудно объяснить. Я буду в порядке... Было стыдно сказать вам... Вы не захотите иметь дело с моим ядом…

- Кто это сказал? Почему мы не будем готовы? Расскажи нам быстро! Чем мы можем вам помочь? – Дугу Сяо И спросила.

«Почему этот парень так расстроен? У него внутри яд... и он всё ещё продолжает старательно скрывать! Разве ты не знаешь, что другие беспокоятся о тебе?»

- Кхе-кхе... яд, который влияет на меня... называется Наркотик Гармонии Инь-Ян... – Цзюнь Мосе хитро поднял голову. Он тщательно взвешивал свои слова. Итак, он посмотрел прямо на выражение Гуан Квинхан. Он не мог не дрогнуть, когда взглянул на её холодное выражение. Поэтому он решил не продолжать.

- Наркотик Гармонии Инь-Ян? Что... Название так страшно! Но ты сказал, что у тебя есть лекарство от этого, верно? – Дугу Сяо И с тревогой спросила. Она была как кошка на раскалённой крыше. Ее маленький и нежный нос вспотел.

- Это Гармония Инь-Ян; вправду сказать... трудно вылечить этот яд. Но он имеет хорошее лечение. Хе... Кхе-кхе... – Цзюнь Мосе блеснул зловещей улыбкой. Итак, он поспешно закашлял, чтобы скрыть это:

- Никакое лекарство не может вылечить этот яд, но его вылечить довольно просто. Но мне довольно неловко говорить о его лечении. Кроме того, вы должны были бы пойти на большую жертву, если вы хотите вылечить этот яд...

- Неважно! Я готова принести для тебя любую жертву, – заверила девочка. Гуан Квинхан сидела рядом с ними. Чем больше она слышала об этом... тем больше чувствовала какой-то мерзкий подвох.

«Этот «обморок» был фальшивкой. Сяо И, ты дура, что волнуешься за него. Она не видит правды в этом замешательстве. Но какой злой план он планирует?»

- Вообще-то, это требует... кхе-кхе... полового акта между мужчиной и женщиной. Яд мгновенно будет обезврежен, – Цзюнь Мосе казался смущённым. Он даже прикрыл рот кашлем:

- Кхе-кхе... в противном случае, я умру горящим от страсти через три дня. Я понимаю, что вам должно быть очень стыдно за это. Поэтому забудь об этом... такова моя судьба.

Юный мастер Цзюнь произнёс эту последнюю часть стеснительным голосом.

- Да?! Что?! Для того чтобы обезвредить яд... ты... я должна... ты... ты... – Дугу Сяо И вдруг широко открыла глаза. Её лицо покраснело. Она была молода и невинна. Но она знала, что значит «Половой акт».

Гуан Квинхан ожидала, что её младший племянник сделает что-то мудрёное. Однако она не ожидала, что этот озорной парень потянет на что-то настолько бесстыдное! Она, очевидно, не ожидала, что он будет наглеть до такой степени. Она подумала что-то странное, когда услышала, что он упомянул о наркотике Гармонии Инь-Ян. Она почувствовала, что дело нечисто. Однако Гуан Квинхан всё ещё была неопытна. Она до сих пор не знала о взаимоотношениях между мужчинами и женщинами должным образом. Более того, она недооценила бесстыдство Цзюнь Мосе. Молодая леди никогда не ожидала, что он отчебучит что-то подобное.

«Я была очень терпима, позволив ему войти в карету. Но теперь он хочет…»

- Цзюнь Мосе! – глаза Гуан Квинхан наполнились огнём. – Разве ты не шутишь?! Хочешь, чтобы я снова тебя выгнала? Ты должен быть счастлив, что я впустила тебя в карету! Не будь недовольным тем, что у тебя есть сейчас!

- Старшая сестра Квинхан, пожалуйста, не сердитесь. Он отравлен. Это довольно пугающе! – Дугу Сяо И с тревогой посмотрела на Гуан Квинхан, пытаясь успокоить её.

- Он не ранен и не отравлен! Нет такой вещи, как наркотик Гармонии Инь-Ян! – Гуан Квинхан говорила холодно. - Он был в порядке, когда был в карете. Но он потерял сознание, когда мы отправили его на улицу, чтобы ехать на лошади. Его люди говорили, что он получил травму. Однако он говорит, что его отравили. Младшая сестра Сяо И, как долго ты планируете продолжать обманываться? Ты не можешь ясно мыслить? Ты не можешь использовать свою маленькую голову?

- Да? Старшая сестра Квинхан... не злись... ты говоришь, что он не был отравлен? – лицо Дугу Сяо И покраснело. Затем она сделала угрожающий жест, словно она сошла с ума.

«Думаю, что он говорит правду... я бы даже попыталась вылечить его, если он сумеет уговорить старшую сестру Квинхан...», – Дугу Сяо И не могла ничего поделать, но ей было стыдно. Даже её шея покраснела за секунду. Затем она смущённо посмотрела на Гуан Квинхан и уронила голову. Она была обманута и потеряла лицо. Затем она сказала:

- Старшая сестра! Я больше не могу жить!

- Ах, ты на самом деле не думаешь обезвредить его «яд», так ведь? – Гуан Квинхан спросила холодно.

«Эта маленькая девочка слишком глупа!»

- Ах, кажется, я неправильно вспомнил. Я не был отравлен, – Цзюнь Мосе неловко кашлянул.

Две женщины закатили глаза.

«Ты помнишь, но неправильно?»

Цзюнь Мосе сел. Он улыбнулся и сказал:

- Путь долгий и бесконечный. Это займёт много времени, пока мы доберёмся до места назначения. Это будет очень скучно. Так как вам понравилась история, которую я только что рассказал?

Две женщины были поражены. Их глаза широко открылись, когда они поглядели на молодого мастера Цзюнь.

«Трудно поверить, что в этом мире есть кто-то, чья кожа настолько толстая! Его поймали на лжи... его злые замыслы были разоблачены и его грязные намерения были обнажены! Всё же он даже не покраснел. На самом деле, он даже не испытывает стыда! А потом он бесстыдно заявляет, что он рассказал историю, чтобы он мог облегчить неловкое окружение?!

Разве этот человек не выше всех? Разве его кожа не слишком толстая?»

Милая Дугу Сяо И прокляла в сердцах:

- Я позволила тебе обмануть меня... Ты сволочь... Мерзавец!

Авангарду юного мастера Цзюнь становилось всё комфортнее с течением времени. Кроме того, они сгребали огромные суммы денег путём вымогательства у коррумпированных чиновников по пути. И две красивые женщины сопровождали их всё время. Их сильный и тёплый аромат позволил Цзюнь Мосе предаться удовольствию, и он забыл о своих заботах.

На самом деле, даже мысль о собственной культивации покинула бы его разум, если бы Искусство разблокировки Небесной удачи постоянно не работало внутри него.

Юный мастер Цзюнь был очень счастлив на протяжении всего этого путешествия. Он скоро мог прорваться со среднего уровня Нефритового Суань до Нефритового Суань на пике с точки зрения культивирования Суань Ци.

Каждый день был очень кровавым для команды Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ. Они боролись энергично с каждым днем и становились всё более закалёнными и сильными. Около двухсот мужчин уже начали проявлять слабые признаки прорыва. Жестокой ауры этих двух команд хватало, чтобы шокировать любого.

Молодой мастер Цзюнь пожелал, чтобы это прекрасное путешествие продолжалось еще несколько дней. Тем не менее, команды Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ отправлялись всё меньшее количество раз с каждым днем. Молодой мастер Цзюнь объяснил это...

«Топография этого горного региона становится всё круче. Дорога тоже становится жёстче, в то время как леса стали плотнее. Больше бандитов и грабителей должны были быть здесь при таких обстоятельствах. Однако их стало меньше по пути. Возможно, это потому, что мы приближаемся к поместью Сюэху. Поэтому эти маленькие воришки стали исчезать…»

- Молодой господин, мы примерно в трёх сотнях километров от нашей цели — леса Тянь Фа. Поместье Сюэху немного слева... на краю Тянь Фа. Сейчас мы находимся в передней части двух гор в лесу – капитан команды Пожирателей Душ, Ван Донг, сообщил Цзюнь Мосе.

- Почему мы идём так медленно? Мы путешествуем так долго... – Цзюнь Мосе спросил. Он почувствовал раздражение:

- Мы путешествовали уже месяц. Ты не был быстрее в последний раз?

- Юный мастер... мы можем путешествовать быстро, так как у нас нет большого веса. Но есть и много других вопросов. Мы не должны делать скорость самым важным фактором здесь. Мы, конечно, путешествовали гораздо быстрее, когда в последний раз были здесь. На самом деле, мы, вероятно, проходили и 650 километров в день даже быстрее, чем сейчас. Тем не менее, мы пошли в Тянь Фа другим путем. На этом маршруте гораздо меньше зверей высокого уровня. Итак, нам в основном приходилось иметь дело с низкоуровневыми зверями Суань. Боюсь, никто из нас не стал бы идти так медленно, если бы мы выбрали этот маршрут. Однако сейчас за нами следует большая армия. Мы отряд авангарда, но мы не должны оставлять главную армию далеко позади... и нам придётся чаще посылать наши команды, так как будет много опасностей. Поэтому эту скорость можно считать очень быстрой, – пояснил Ван Донг.

- О... – Цзюнь Мосе вышел из кареты. Он мог почувствовать, что в этих горных лесах было много зверей Суань. Более того, большинство этих зверей были очень быстрыми. На самом деле, они были необычайно быстрыми. Они были гораздо быстрее обычных зверей Суань.

- Кажется, что много Суань зверей в этом районе. Это Тянь Фа очень хорошее место…

Глава 320.1. Я хочу только, чтобы моё сердце было в мире... (часть 1)

- Во-первых, мы должны найти укромную область между горами и ручейком. Мы устроим там лагерь, и подождём, когда прибудут главные силы. Затем мы отправимся с ними вместе, – сказал Цзюнь Мосе, отдавая приказ без особого энтузиазма. Они собирались отправиться в усадьбу Сюэху. И Цзюнь Мосе не собирался действовать, как дурак, и сам искать сильного и могущественного врага.

«Мы всё ещё можем столкнуться с неудачей. Но, по крайней мере, все влиятельные семьи столкнутся с этим вместе с нами в этом случае».

Молодой мастер Цзюнь попытался бы получить некоторые небольшие преимущества втайне, если бы условия позволяли ему такое. В конце концов, у него не было никакого благоприятного впечатления от усадьбы Сюэху в связи с прошлыми событиями. Он даже не огорчился бы, если бы каждый член усадьбы Сюэху до единого погиб.

Более того... к этому времени восстание Зверей Суань окончательно вышло из-под контроля. Тем не менее, оно всё-таки было спровоцировано молодым мастером Цзюнь, прямо или косвенно. Поэтому Звери Суань из леса Тянь Фа сражались за Цзюнь Мосе в любой интерпретации. А если нет... они были, по крайней мере, его союзниками.

Ван Донг отправил восемь человек в восьми разных направлениях, чтобы найти подходящее место для создания лагеря, и мужчины, в конечном итоге, нашли такое место. Цзюнь Moсе, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И сразу же выбрали себе места.

Это был небольшой холм.

Перед холмом была открытая территория. А она, в свою очередь, была окружена густыми лесами. Рядом проходил поворот дороги. Это была единственная официальная дорога в этих краях. Они смогут следить за всеми событиями в окрестностях, если они разместят разведчиков в этом месте.

Из-за холма раздавалось журчание: этот звук был похож на звук кипящей воды. Если немного пройти в ту сторону, можно было увидеть поток среднего размера. Он извивался, когда сходил вниз по камушкам. Поток был чистым, и его дно можно было увидеть очень ясно. И, что неожиданно, ниже по течению была видна естественная запруда, так похожая на небольшой бассейн. Это было не так далеко: она лежала сразу после поворота ручья вниз по течению.

Дугу Сяо И и Гуан Квинхан несколько взволновались, увидев это.

Женщины очень любят чистоту. Эти двое давно путешествовали по этому маршруту. Таким образом, они были очень измучены. Как они могли когда-либо иметь подходящую возможность убраться и помыться? Они могли только умыться, если им удавалось наткнуться на дикий горный ручеёк ночью. Но это было несравнимо с большими ванными в домах их семей. Тем не менее, они, наконец, увидели очень удовлетворительное зрелище в форме этого чистого бассейна. Тело Дугу Сяо И начало чесаться при одном только виде бассейна.

Гуан Квинхан также нашла бассейн очень многообещающим. Тем не менее, она контролировала свой зуд. Она очень хорошо понимала её племянника.

«Он не попытается заглянуть, если я войду в бассейн с Сяо И? Мне нужно подумать о методе, который бы гарантировал, что он не сможет. Разве я не помру от позора иначе?»

Цзюнь Мосе кашлянул достойно, посмотрев на бассейн. Затем он повернул голову, чтобы посмотреть куда-то в другое место, сделав вид, что не заметил этого.

....

Цзюнь Мосе видел много команд экспертов Суань, которые проходили мимо него в течение этого путешествия. Эти люди мчались к Тянь Фа. Однако он заметил, что все эти люди были одинаковы с точки зрения их отношения к нему. Они либо презирали команду Цзюнь Мосе, либо просто проходили мимо, едва взглянув на них.

Было ясно, что армия не имела никакого значения в сознании этих экспертов Суань. Таким образом, они, очевидно, ещё хуже относились к молодому мастеру семьи Цзюнь.

Однако за последние несколько дней число случайных встреч с этими экспертами Суань значительно сократилось. Дорога становилась всё более пустынной.

За пределами редкого леса был перекрёсток трёх дорог. Эти дороги казались очень длинными. Каждая дорога выглядела пустынной и безлюдной. Небо над этой территорией было намного более голубым, чем в городе.

Более двух сотен охранников начали возводить лагерь. Цзюнь Мосе, раздав команды, вместе с Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и ещё несколькими людьми отправился в устье долины, чтобы избежать шума и гама при этом «масштабном» строительстве.

Они вышли, чтобы подышать свежим воздухом. Цзюнь Мосе и две очень красивые женщины были под внимательным присмотром четырёх других людей. Это были заместители руководителей команд Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ.

Цзюнь Мосе издал длинный вздох. Он ощутил просторную пустоту. Небо также становилось всё более тихим и спокойным. В лесу щебетали насекомые и цикады. Цзюнь Мосе, казалось, был в задумчивом состоянии. Его разум казался хаотичным, но, странно спокойным. Его мысли были сложными, но простыми. В конце концов, он почувствовал недоумение.

Даже мгновенного промедления может быть достаточно, чтобы такое недоумение смогло стать фатальной ошибкой для убийцы. Даже первоклассный убийца, такой как Цзюнь Мосе, не является исключением из этого факта. Тем не менее, Цзюнь Мосе полностью потерялся в это время. Более того, это состояние ума длилось довольно долго.

«Природа делает человека. Мои дух и душа не принадлежат этому миру, в который их перенесли. Прошло почти полгода, с тех пор как мой дух пришёл сюда. Каждый день был наполнен борьбой; так же, как это было в моей предыдущей жизни. Я использую свой ум намного больше. Но мои конечности не так много тренированы. Я много играл в дурака, но я не использовал свои методы «Мужчины с железной кровью».

Половина года прошла так быстро. Я был погружён в эти скучные дела. Но по какой причине я пришёл в этот мир?

Мне нужно захватить этот мир? Оставаться дворянином на протяжении веков? Или, возможно, это для жизни свободной и беззаботной? ...с какой целью я был отправлен сюда?»

Цзюнь Мосе положил руки за спину и пошёл вперёд: не слишком быстро, не слишком медленно. Однако это было удивительное зрелище в глазах всех шести человек! Предыдущее распущенное и развратное поведение Цзюнь Moсе было отброшено и забыто. Характер личности и врождённый темперамент были преобразованы в мгновение ока. Он казался отшельником, который превзошёл все земные блага и чувства. Было очевидно, что он шёл по твёрдой земле, но те, кто смотрел на него, чувствовали, что он вступает в другое время и пространство с каждым его шагом.

Это другое время и это другое пространство... было глубокой тайной для этих людей.

В то время другие ощущали очень непостижимое чувство:

«Этого человека нельзя рассматривать, как часть этого мира. На самом деле, он никогда не должен был быть в этом мире!».

Это особое чувство было явно абсурдным для их восприятия. Однако оно существовало.

Он шаг за шагом шёл вперед. Однако казалось, что всё в этом мире – люди рядом с ним... земля под ногами... деревья, растущие из этой земли и пыль в воздухе... не предназначены для него. Было очевидно, что ничто в этом мире не имеет к нему никакого отношения.

Всё существовало в гармонии. Однако один только этот человек казался в раздоре с миром. И это было тот самый человек перед их глазами...

Он казался единственным независимым существом между небом и землёй. Он не относился к живым существам; и он не мог когда-либо слиться с ними. Казалось, что этот один человек – Цзюнь Мосе – был совсем один в своём маленьком мире.

Это не чувство одиночества, которое испытывают те, кто наверху. Скорее... это было отчуждение. Более того... вокруг него разливалась атмосфера полной пустоты.

Он превзошёл всё. Он был независим от живого мира. Однако он всё ещё мог вмешиваться в него.

«Я не из этого мира, но я существую в этом мире. Этот мир не мой, но я умру в этом мире».

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И забыли о том, как ходить. Они просто глупо смотрели на силуэт этого человека перед ними. Обе они имели одну и ту же мысль в их черепе:

«Это его истинное лицо...?»

Дугу Сяо И не могла сдержать себя, и хотела пойти к Цзюнь Мосе, чтобы поговорить с ним. Однако она испугалась этого странного чувства, которое исходило от него. Гуан Квинхан тоже потянула её назад и остановила её, прежде чем она открыла рот.

Гуан Квинхан тоже не знала, что происходит с Цзюнь Мосе. Она не знала, почему вдруг стало так. Однако она остро ощущала, что в этот момент не следует беспокоить молодого мастера семьи Цзюнь. Она знала, что даже маленький звук может прервать его необычное оцепенение.

Затем раздался крик...

Цзюнь Мосе издал очень длинный полувздох-полустон, когда он остановился. Затем он заложил руки за спину и поднял глаза на небеса. Он долго смотрел на белое облако. Затем молодой мастер с горечью улыбнулся и покачал головой. И затем он оставался спокойным и беззаботным – только чтобы найти, что мысли в его сознании стали упорядоченными, ясными и яркими.

«Не будет желаний, если нет мысли. В этом мире нет ничего постоянного».

Казалось, что человек проснулся от сна и вернулся к реальности. Цзюнь Мосе отчётливо ощутил, что его духовная сила увеличивается с огромным отрывом. Однако он всё ещё не смог пробиться сквозь узкое место. Казалось, что у него перед глазами был слабый и тонкий слой тумана. Этот слой тумана и отделял его от следующего уровня. Было непонятно и туманно. Тем не менее, его духовные способности росли бы, как на дрожжах, если бы он смог прорваться через это...

Глава 320.2. Я хочу только, чтобы моё сердце было в мире... (часть 2)

И... Цзюнь Мосе мог смутно почувствовать источник этого препятствия.

Это происходило от его сердца.

- Мосе... ты... о чём ты думал только что...? – голос Гуан Квинхан казался холодным и ясным, как и раньше. Тем не менее, Цзюнь Мосе мог с лёгкость понять, что её голос был наполнен большим беспокойством и заботой.

Гуан Квинхан была очень умной. Она почувствовала, что Цзюнь Мосе внезапно погрузился в духовное царство. И она также чувствовала, что он находится на очень важном этапе неожиданного прорыва. Итак, она наблюдала, как он, казалось, оставался погружённым в духовное царство. Она наблюдала за ним какое-то время. Однако она почувствовала, что он вдруг стал казаться тем, кто был на грани обретения бессмертия, но был поражён мирским миром смертных. Она могла отчётливо почувствовать перемену в нём. Так, она не смогла удержаться и спросила.

- Минуту назад... я подумал... – Цзюнь Мосе всё ещё казался отстранённым. Казалось, одна из его ног оставалась застрявшей в фантастическом духовном царстве. Он спросил:

- Что мне делать в этой жизни? Или, может быть, почему я получил эту жизнь? Какова моя цель? Что я могу сделать? Чего я должен добиться?

- Цель? – Гуан Квинхан нерешительно переспросила, прежде чем она продолжила. – Это не обязательно для каждого живого человека, чтобы иметь цель, не так ли? – однако, она не могла не спросить себя в своих мыслях.

«А как насчёт меня? Почему я жива? Какова моя цель?»

Гуан Квинхан вдруг почувствовала себя в подавляющем большинстве безжалостно:

«Мой младший племянник чувствует, что у него должна быть цель. Однако, я? Есть ли у меня силы для достижения своих целей? Есть ли у меня такая сила?»

- Разумеется, да. У каждого должна быть цель. Каждый человек должен иметь её. Раньше у меня была цель. Я хотел использовать свои силы, чтобы сделать мир ярче. Я хотел убивать и убивать, чтобы исправить мирскую грязь. Я надеялся, что это принесёт миру мир и процветание, которые я желал ему. Я не хотел видеть вещи, которые казались мне несправедливыми... – Цзюнь Мосе горько и с сожалением улыбнулся, произнося эти слова.

- Я никогда не обращал внимания на других людей. Я только следовал своим собственным методам, и я делал то, чего я желал, и так, как я чувствовал, будет правильно. Я всегда шёл своим путём. Я не менялся, даже когда я знал, что моя цель неадекватна и мои стремления бесплодны... однако, я в недоумении после того, как я пришёл сюда. Я в полной растерянности…

Гуан Квинхан, естественно, не знала, что Цзюнь Мосе имел в виду под «бесплодными стремлениями». И она понимала, что он подразумевал под словом «сюда», ещё меньше. Однако она выслушала слова Цзюнь Мосе и пришла к выводу, что он чувствует себя крайне одиноко.

Это сделало её такой же спокойной, как неподвижная вода. Тем не менее, она почувствовала тусклую боль в самой внутренней части её сердца.

Это было, как смотреть на воина с отношением «никогда не говорить о смерти» в состоянии, когда он уже потратил всю свою энергию и умение — оставалось только смотреть правде в глаза, что его враг распространился по всему миру... и что это будет вечно за его способностями победить и уничтожить его врага...

Он упорно вёл себя в течение всей своей жизни. Но, он просто переоценил себя и попытался сделать что-то невозможное в реальности. Это было своего рода запустение, беспомощность, примирение и разочарование, которые не могли быть описаны словами.

Гуан Квинхан подумала некоторое время. Затем она сказала мягким и утешительным тоном:

- У человека есть только одна жизнь; у травы есть только одна весна. Кто может сказать, какова цель жизни? Это очень сложно сказать. Теперь, когда мы говорим об этом... мы, женщины, только хотим помочь нашим мужьям и заботиться о наших детях; день за днём... из года в год... независимо от того, как мы стареем. Однако мы не испытываем разочарования. Я уверена, что большинство женщин в этом мире такие. И такой тупой и твёрдый образ жизни делает многих женщин счастливыми и удовлетворёнными. Что касается мужчин... особенно тех, кто обладает властью, силой и способностями... они стремятся к своей чести, славе и успеху. Каждый из них стремится быть храбрым и жестоким. Даже бездарные и простые люди очень стараются из-за еды и одежды...

Она не понимала, что Цзюнь Мосе развернулся и приблизился к ней, когда она говорила об этом. Его глаза сияли, как полная луна, когда он смотрел на неё. Однако в этих глазах не было легкомыслия или удивления. Они казались глубокими, спокойными и вдумчивыми. Выражение его лица было крайне задумчивым.

Не многие женщины в таком феодальном обществе могли видеть вещи так ясно, как могла Гуан Квинхан. Это оставило его очень удивлённым.

- Большинство людей в этом мире слишком много работают. И это действительно не стоит того, – Гуан Квинхан была в недоумении. Но её глаза, казалось, помимо недоумения, были полны решимости и немного презрения. Казалось, что вопрос: «Что должны делать мужчины?» – был даже недостоин того, чтобы упомянуть о нём.

- Так для чего, по-твоему, все мы на этой земле? Возможно, ты можешь сказать мне, что мы должны делать в этом мире? – Цзюнь Мосе спросил, словно бы продолжая размышлять.

- Я не знаю цели других. Я не имею достаточных знаний, чтобы представлять их. Но, я знаю себя, – Гуан Квинхан медленно проговорила. Её глаза ярко сияли. – Я, Гуан Квинхан, просто слабая женщина. Что касается этих людей в мире... я даже не могу быть хорошей женой... так что то, что я ищу в этот момент... это просто душевное спокойствие... и этого будет достаточно для меня.

«Да. Я, Гуан Квинхан, ищу только истинное спокойствие...

Я была помолвлена с Цзюнь Мо Ю ради моей семьи. Я никогда даже не встречала его раньше. Но я сделала это ради своей семьи... ради своих родителей. У меня не было другого выбора...

И я была готова заплатить эту цену для моих родителей и семьи.

Поэтому моё сердце было в мире.

За всё это время я встречалась с Цзюнь Мо Ю только дважды. Мои эмоции никогда не были достойны упоминания в этой связи... но, я знала, что он был великим человеком, и что он был бы отличным мужем. Более того, я уже была обручена с ним. Так что мне пришлось смириться со своей судьбой…

А потом, когда Мо Ю трагически погиб в бою... я подумала, что о таком хорошем человеке стоит горевать.

Поэтому я была готова скорбеть за Цзюнь Мо Ю — героя Империи. Я решила жить с семьей Цзюнь, как вдова, и оставила свою семью в унынии. Однако героический дух Цзюнь Мо Ю был гораздо важнее для меня. Я бы чувствовала себя недостойной в своей совести, если бы отозвала данную ему клятву.

И дело в том, что... мой выбор был правильным. Мне было одиноко в то время... очень одиноко...

Но моё сердце было в мире.

И теперь, я не колеблясь пошла в Тянь Фа с этим слабым телом для того чтобы обеспечить безопасное возвращение Цзюнь Мосе и Третьего дядя. Я готова ко всем трудностям, которые могут мне встретиться. Я не сомневаюсь и не жалею сил, чтобы эти дядя и племянник благополучно вернулись домой, на север...

Я готова пожертвовать своей жизнью ради этих двух людей!

И моё сердце тоже находится в мире с этим.

У меня нет других требований! Вот и всё!

Семья Цзюнь относилась ко мне справедливо... как к своей собственной плоти и крови. Так что, разве я не была бы хуже зверя, если бы беспомощно наблюдала, как из-за меня умрут и Цзюнь Мосе, и дядя Цзюнь Вуй?»

Кроме того, была ещё одна тайная причина... Цзюнь Мосе, казалось, испытывал к ней большую привязанность. Раньше она была холодна по отношению к нему и не заботилась о его чувствах. Однако она недавно позволила себе отпустить её бдительность, и не обращала внимания на предупреждающие знаки. Это было особенно верно с тех пор, как Цзюнь Мосе помог ей улучшить её культивирование Суань Ци. В то время между ними имел место тот самый «нечаянный» контакт с кожей. Это чувство возвращалось к Гуан Квинхан каждую ночь. В последнее время стало ещё хуже. И это заставляло её паниковать…

«Поэтому лучше идти в Тянь Фа. Моя смерть решит все проблемы. Это решит мои ссоры с этой смертной жизнью. Я могу отплатить за большую доброту семье Цзюнь своей жизнью. Это также избавит моего племянника от его увлечения мной.

Это решит всё, и мое сердце останется в покое.

Честь семьи Цзюнь останется неизменной, и честь семьи Гуан не будет испорчена. Репутация двух семей не пострадает. Что касается меня... мне не нужно об этом думать».

- Хорошо! Ты отлично сказала! Ты сказала очень хорошо! Ха-ха-ха... – Цзюнь Мосе вдруг начал смеяться. – Только стремясь к своему сердцу, можно жить в мире! Только стремление жить с чистой совестью! Люди часто говорят, что мирное сердце может найти справедливость в этом мире. Но, кто бы мог подумать, что мирное сердце и есть справедливость этого мира!

Убивать людей – это нормально в этом мире. Спасать людей – это тоже нормально. Не придётся нести тяжёлое бремя в этой смертной жизни до тех пор, пока твоё сердце находится в мире. Я, Цзюнь Мосе, не буду работать ни на свою страну, ни на свой народ. Я буду работать на своё сердце. Я буду работать только для моего сердца, чтобы оно было в мире! Всё имеет отношение к сердцу! Что за необходимость думать над этим слишком много? Что за процветание страны? Что за мирские дела? Это глупость, больше ничего!

Поэтому я буду жить своей жизнью! Я буду несдержанным, я буду раскрепощенным! Никто не сможет повлиять на мои мысли! Никто не может контролировать мои действия! Мир может клеветать на меня или хвалить меня... он даже может быть равнодушен ко мне... что бы он ни сделал – какая мне разница? Моё сердце будет в мире, пока я иду по этому миру, следуя своему пути! Я только стремлюсь иметь мирное сердце и несгибаемый дух! И этого будет достаточно для этой жизни!

Глава 320.3. Я хочу только, чтобы моё сердце было в мире... (часть 3)

Цзюнь Мосе сорвался на смех. Гуан Квинхан невольно запуталась в его загадке.

Юный мастер Цзюнь был очень счастлив. Однако Дугу Сяо И и Гуан Квинхан были шокированы. И заместители руководителей Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ — те четыре человека, которые по-прежнему стояли позади двух дам — могли отчётливо видеть изменения в Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе претерпел удивительную трансформацию перед их глазами.

Он ушёл от эффектного распущенного развратника молодого мастера к состоянию отшельника. Это изменение, несомненно, было исключительным и возвышенным. Однако с ним произошла ещё одна исключительная и возвышенная трансформация. И эта трансформация тоже сделала его превосходящим обычных людей. На самом деле, это превратило его в чрезвычайно холодную силу.

Он напоминал острый меч, который был вне ножен. Этот острый меч, которым гордились и небо, и земля. Казалось, что он может отразить большое количество света. Небеса и земля были огромны. Однако, казалось, они никогда не могли сдержать его.

Это неописуемое чувство вызывало суматоху в их головах. Они отчётливо чувствовали, что бесформенная духовная энергия его ума поднимается на шаг вперёд.

Он был полностью интегрирован с миром, но он не сводился ни к чему.

«Как я могу быть доволен статусом-кво в этой жизни? Как я могу спать под этим небом?

Я пройду беспрепятственно по этому миру! Я буду держать большой меч, а мир спросит: «Кто тот герой, который дошёл до такой высоты?»

Я не хочу покорять мир. Но никто в этом мире никогда не подумает сказать мне, что делать и куда идти! Они даже не подумают поссориться со мной или моей семьей!

Моя цель, наконец, стала ясна для меня!

Я хочу, чтобы моя семья Цзюнь постигла существование, которое будет превосходить Город Серебряной Метели и усадьбу Сюэху! Я хочу, чтобы она стала семьёй, которая будет сидеть на самом высоком уровне в этом мире!

Даже Император или Великие Мастера не смогут смотреть на членов моей семьи искоса!

И это обязательно потребует потоков крови.

Но моё сердце будет в мире!

Это будет направление усилий всей моей жизни! Я... не пожалею!!

Уголки рта Цзюнь Мосе искривились, когда он улыбнулся в холодной манере. Затем он тихо сказал:

- Тогда моё путешествие бойни начинается с Тянь Фа! – холодная и очень мощная аура убийцы вдруг вырвалась из его тела, и взмыла к небесам.

Убийственная аура бушевала вокруг него, и она заставила рукава его шести компаньонов трепыхаться. Была поздняя осень, и листья были уже на пороге смерти. Они тоже начали трепетать на ветвях. Затем они оставили свои ветви и стали, кружась на ветру, падать вниз.

Несколько маленьких птиц покинули деревья. Их крылья хлопнули пару раз, прежде чем они вдруг наткнулись на эту плотную убийственную ауру. Замерев в шоке, они падали на землю.

Тени трёх лиц быстро мелькали между деревьями на значительном расстоянии из леса. Однако они сразу же остановились после того, как увидели эту сцену. Один из них высказался серьёзным голосом:

- Это очень страшная убийственная аура. Кто за этим стоит?

Двое мужчин, кроме него, с осторожными выражениями лиц, глядели вдаль. Тогда, один из них задумался вслух:

- Может ли быть так, что Чу Цзи Хун, наконец-то, пришёл?

- Это необязательно, правда. Это правда, что убийственная аура Чу Цзи Хуна очень мощная. Однако она острая, колкая и концентрированная. И она движется перед его телом — в том же направлении, что и он. Однако аура этого человека чрезвычайно подавляющая. Она даже заслоняет небеса. Эти две ауры совершенно иные. Так что я могу сказать, что этот человек – не Чу Цзи Хун! Впрочем, убийственная аура этого человека не меньше, чем у Великого Убийцы Чу Цзи Хуна. В самом деле, это может даже превзойти его!

- Неважно, кто это... давайте взглянем! – другой человек предложил. – Мы трое обладаем большими силами. Мы не должны бояться этого парня... даже если это Великий Мастер Чу Цзи Хун!

- Хорошо! – мужчина среднего возраста с чёрной бородой задумался и ответил героически и решительно. - Хорошо! Мы – три меча Донг Фанг. Так почему мы должны бояться? Даже если это Чу Цзи Хун... По какой причине мы должны бояться?

- Правильно, старший брат. Я слышал, что третий командир семьи Цзюнь приедет сюда. Не должны ли мы... – низкий, но крепкий человек пробормотал.

- Нет! Это дело до сих пор грызёт мой разум! Более того, он получил ранения, и его меридианы также были уничтожены. Так зачем нам связываться с семьёй Цзюнь? Это младшая сестрёнка была в коме в течение последних десяти лет. Так зачем нам беспокоиться? Это наше дело – Цзюнь Вуй вернётся живым, или умрёт в попытках выжить здесь? – бородатый мужчина среднего возраста свёл брови и злобно проговорил.

- Однако, несмотря на это... Цзюнь Мосе – наш племянник. Он связан с нами кровью! Мама сказала тебе эти слова... но ты не обеспокоен его судьбой? – низкий и крепкий мужчина спросил с пренебрежением.

- Это грех! – бородатый мужчина глубоко вздохнул. Затем он решительно проговорил:

- Я не позволю никому навредить Цзюнь Мосе. И я знаю, что Цзюнь Вуй – хороший человек. У него есть мужество и полное право на нашу неприкосновенность. Но наша младшая сестра, шурин и наши два племянника не умерли бы, если бы не он! Так что мы не будем обсуждать это снова!

Человек вздохнул, когда говорил это. Затем трое мужчин повернулись и помчались вперёд, как метеоры. Они двинулись в направлении источника этой убийственной ауры.

- Старший брат, как насчёт того, чтобы мы пошли в Тянсян после того, как это дело с Тянь Фа закончится? – низкий человек осторожно и торжественно спросил бородатого человека.

- Что бы мы там делали? Разве мы не должны просто искать неприятности и убивать людей? Разве это не трудная и неблагодарная работа? Ты не помнишь уроки прошлого времени? – бородач закатил глаза.

- Нет. Как я мог забыть, что произошло все эти годы назад? Я просто хотел спросить, могу ли я взять Цзюнь Мосе и привести его, чтобы он остался с нашей сестрой на пару дней... Я слышал, что этот ребёнок отличается от предыдущих. Люди говорят, что он ведёт себя тиранически в эти дни, он притесняет людей всё время... Он также добился значительного прогресса. Маленькая сестра... она была в бессознательном состоянии уже десять лет! – низкий человек проговорил это со следами сожаления на лице.

- Это дело... Хммм... нужно время, чтобы это обдумать. Разве я не люблю свою сестру? Но поведение этого мальчишки очень позорно. Он начал вести себя плохо с самого начала. Кроме того, мать ждала хороших новостей в надежде, что я в последний раз приду домой, чтобы сообщить о поведении нашего племянника. Она очень ждала новостей о нём. Но она так разозлилась после того, как услышала о его поведении, что чуть не умерла... или ты забыл об этом? Я бы бросил его, если бы он не был моим племянником! Ходят слухи, что... он стал намного лучше в последнее время. Но это всего лишь слухи. Но что делать, если слухи окажутся ложными, а поведение этого мелкого засранца окажется ещё отвратительнее слухов? Разве мать не почувствует ярость? Итак, давайте проверим в тайне сначала... – бородатый мужчина вздохнул, когда грустно закрыл глаза.

- Хм, ты прав. Этот маленький мальчишка был крайне разочаровывающим. Урождённая маленькая сестра имела выдающиеся таланты, и младший племянник Ву Хи был просто драконом в человеческом обличье. Как мог кто-то, рождённый от них, быть таким невыносимым идиотом? Нам нужно будет должным образом посмотреть на дальнейшее развитие событий. Но, что если блудный сын неожиданно вернётся? Это было бы очень радостное событие, ведь так? Однако нам будет очень трудно выйти на этот раз... Есть шанс, что что-то может произойти, если мы вернёмся... Старший брат... Город Серебряной Метели, скорее всего, отправит людей в Тянь Фа. Разве мы не должны немного легкомысленно относиться к своему народу? И, говоря о гневе... этот маленький мальчишка из Города Серебряной Метели – это, в основном, будущая угроза... –крепкий человек обнажил зубы. На его лице была скрытная, но ожесточённая улыбка.

- Очень хорошо. По моему мнению – нет никакого вреда в убийстве или небольшой игре с некоторыми из них... Но никто не должен знать, что это мы играли с ними... – самый главный среди них расплылся в улыбке, но предупредил остальных

- Конечно! Молодое поколение Города Серебряной Метели будет умирать, не зная всей необъятности вопроса. Это будет дёшево и сердито. Мы можем рассматривать это как «месть» за младшего племянника, и заодно как месть за состояние нашей сестры! – другие двое мужчин улыбнулись в злой манере, подготовившись к бою.

Глава 321. Племянник и дяди встречаются как чужие

~ За пределами джунглей. На развилке трех дорог ~

Цзюнь Мосе стоял с руками за спиной. Вдруг он стал выглядеть немного испуганным. Его выражение немного изменилось, но вскоре снова стало нормальным. Юный мастер Цзюнь был ориентирован на особое направление. Это произошло потому, что он почувствовал три очень мощные и внушительные ауры, и эти ауры двигались довольно быстро. Их направление было неизменным, и он рассудил, что его нынешнее местоположение именно их и интересовало.

Цзюнь Мосе сузил глаза и сосредоточился. Он думал...

«Я никогда не знал, что мир за пределами города Тянсян так огромен. Эти реки и горы очень живописны». И он был прав...

Из их ауры казалось, что все трое имеют культивирование Суань Духа. На самом деле, их культивирование было более или менее таким же, как у старейшин Города Серебряной Метели. Однако Убийца Цзюнь не терялся из-за этого цвета... главным образом потому, что в данный момент жажда крови и намерение убивать у этих трех людей было довольно слабым. И Цзюнь Мосе не мог ошибиться в этом отношении, так как он был высококлассным убийцей. На самом деле, он также определил, что третий, шестой и девятый старейшины Города Серебряной Метели погибнут страшной смертью, если они столкнутся лицом к лицу с этими тремя.

Было почти невозможно найти даже одного такого эксперта в столичном регионе. Однако он нашёл здесь сразу троих.

«Как я мог узнать о существовании такого количества выдающихся людей, если бы оставался в своём гнезде в городе Тянсян? Я едва вышел, и появилось столько исключительных парней... Кажется, мне стоит выходить чаще».

Поезд мыслей Цзюнь Мосе двигался без перерыва, когда тени трёх мужчин мелькнули в лесу и через секунду встали перед ним.

Во главе импровизированного отряда стоял человек с чёрной густой бородой и в чёрном одеянии. У него было мягкое выражение лица. Один из других двух был среднего роста и довольно тощий. Третий был очень низким. У него была большая голова и маленькие глаза. Он выглядел как детёныш какой-нибудь обезьяны, болеющей облысением: это было очень смешно.

Эти трое опустились на землю в мгновение ока. А потом они молча уставились на Мосе.

Недавно они чувствовали эту сверхъестественную убийственную ауру здесь. Они думали, что она принадлежит какому-то необыкновенному человеку. Поэтому они бросились, чтобы увеличить свои знания, и, возможно, даже подружиться с этой личностью... У них не было ничего особенного в их разуме. Однако, кто-то с такой пугающей убийственной аурой, несомненно, стоит того, чтобы хотя бы знать о нём. Тем не менее, они поняли, что всё было совершенно иначе, чем они ожидали, как только они прибыли туда.

Они видели трех человек — одного молодого человека и двух молодых девушек. Кроме них было ещё четыре человека. Культивирование этих семи человек было совершенно ясно даже для глаз новичков. Две красивые девушки были на среднем уровне Золотого Суань. Однако этих девушек можно было считать «талантливыми», так как они достигли этого подвига в таком молодом возрасте…

Что касается молодого человека — он достиг Нефритового Суань в столь юном возрасте. Он наверняка превзойдёт их поколение в кратчайшие сроки!

Такое культивирование было несколько редким для таких молодых людей. И они никогда не ожидали, что встретятся с тремя такими молодыми людьми. Они были весьма удивлены, по меньшей мере:

«Какая сила способна довести этих трёх молодых людей до такого уровня?». Хотя они и не чувствовали угрозы.

Четверо мужчин, которые стояли позади них, имели очень недобрые взгляды на лицах. Однако их культивирование в лучшем случае можно было считать «средним». Самый сильный среди них был на уровне Нефритового Суань. Остальные трое были на уровне Золотого Суань. Они не могли бы точно рассматриваться как «слабые», если принять во внимание их возраст. Однако они не заслуживали упоминания перед такими сильными людьми, как трое новоприбывших.

Кроме того, сотни людей работали недалеко отсюда, за соседним лесом. Все они, казалось, были в золотом уровне Суань. Это была довольно ценная вещь для такой небольшой силы. Тем не менее, они не были так «велики» в глазах этих трёх «новичков».

В действительности, для того чтобы выполнить тренировку и привести сразу 200 человек к царству Золотого Суань было редкостью; было необходимо специально учитывать возраст тех солдат. Это была роскошь, которую не могли себе позволить даже несколько Империй в этом мире. Этот необыкновенный подвиг был чрезвычайно шокирующим. Даже для крупной Империи было бы не так просто организовать даже небольшую группу экспертов Золотого Суань. Даже если Империя прикажет собраться им в одном месте.

Поэтому можно сказать, что войска Цзюнь Мосе могли изменить направление любой мировой войны!

Однако сила этих войск не имела большого значения для этих трёх экспертов. Эти солдаты не сильно отличались от обычных в их глазах. Они были в лучшем случае немного сильнее муравьёв для них. Каждый человек имеет различные уровни важности для разных людей. Эта маленькая армия могла заставить любого Императора выражаться довольно эмоционально и витиевато, но для этих троих это было небольшим делом.

Как эти войска могли сбить с толку этих трёх экспертов, после той таинственной убийственной ауры?

- Молодой человек, у этого старшего есть о чём спросить тебя. Кто был тот человек, который остановился здесь на мгновение, а затем исчез в мгновение ока? Я прошу тебя ответить правдиво, это будет на твою же пользу. Итак, ты знаешь? – низкий и крепкий человек спросил Мосе. Его звали Донфанг Вэн Дао. Он был третьим по возрасту среди трёх экспертов. Чёрный бородатый мужчина был Донфанг Вэн Цин, а худой – Донфанг Вэн Цзянь. Они трое были настоящими братьями. (1)

Донфанг Вэн Дао понял, что его старшие братья не желают открывать рот. И поэтому он решил спросить, так как его статус был самым низким среди троих.

В его вопросе ничего плохого не было. Однако то же самое нельзя было сказать и о том, КАК он спросил. Он не смотрел на них, когда задавал вопрос. Более того, он также говорил очень высокомерно. Казалось, что это допрос.

Неудивительно, что Донфанг Вэн Дао так говорил. Его сила, возможно, была наименьшей среди трёх братьев, но он всё ещё был экспертом Суань Духа. Его эго пробудилось с тех пор, как он столкнулся с таким количеством Нефритовых и Золотых специалистов Суань. Итак, он говорил за лицо своей репутации. Более того, это звучало так, как будто его слова принесли им большую пользу.

Считается большим одолжением получить инструкции от эксперта Духа Суань. Можно было бы пожинать плоды такого совета всю свою жизнь... даже если это было только полпредложения... или даже одно слово.

Даже старший и средний братья Донфанг считали, что это естественный ход событий. Они не думали, что что-то не так с тем, как задал свой вопрос их младший брат.

Он задал вопрос и рассчитывал, что противоположная сторона мгновенно признает свои силы и расскажет всё как есть. Он ожидал, что другая сторона будет в восторге, и может даже попытается лебезить перед ними, чтобы выслужиться.

Однако, жаль, что он встретил Цзюнь Мосе.

Этот человек не мог быть убеждён силой, убеждением или материальными благами. Более того, он никогда не склонится ни перед какой угрозой.

Даже если эта угроза исходила от трёх экспертов Духа Суань…

Настоящий Цзюнь Мосе встречал своих трёх дядей очень редко. Последний раз это произошло десять лет назад. Ему тогда было не больше шести или семи лет. И он забыл о них благодаря своей неосторожности, и, будем откровенны, тупости. Нынешний Цзюнь Мосе даже не имел ни малейшего представления об их личности. Он мог бы вспомнить их, если бы предыдущий обитатель его тела не обладал такой бесполезной памятью.

Что касается этих трёх его дядей – откуда они узнали? Последний раз они видели Цзюнь Мосе более десяти лет назад. Тогда он был упрямым идиотом. Тем не менее, на данный момент они столкнулись с молодым человеком с многообещающим лицом и выдающимся характером.

«Где мы видели этого необычайно талантливого и красивого молодого человека? Я просто не могу вспомнить... Этот молодой человек очень красив... И у меня есть некое смутное знание о нём. Однако, даже не приходит в голову, кто это…» .

Их разум полнился слухами. Итак, их племянник должен был быть ужасным развратником и расточителем. Как он мог походить на этого красавца и довольно респектабельного молодого человека? Более того, этот молодой человек был на среднем уровне Нефритового Суань, может быть, даже немного выше. Впрочем, по слухам, заявляли, что их племянник растратил свои меридианы в его дебошах. Поэтому установить такую связь было очень трудно.

- Ха-ха... сестра Сяо И, ты, наконец-то, видишь? Это дерево не похоже на дерево поздней осени. Его листья стали серебряными, но они не упали. Они снова станут зелеными, когда весна вернётся. Разве это не замечательно? Разве мы не должны взять с собой несколько листочков на память, когда будем возвращаться домой? – Цзюнь Мосе, казалось, не расслышал вопрос, который задал Донфанг Вэн Дао. Он улыбнулся, указывая на дерево, и показал его Дугу Сяо И.

Донфанг Вэн Дао сразу разозлился:

«Разве мы не заслуживаем признания в его глазах?»

Это был огромный удар по гордости третьего брата Донфанг. Он яростно спросил:

- Эй, ублюдок! Я у тебя кое-что спросил, ты глухой? Ты не слышал вопрос этого старшего? Может, тебе нужно уши прочистить?

Донфанг Вэн Цин стоял рядом с ним. Он нахмурился и сказал:

- Не бойся вопроса третьего старшего, дитя, – однако внутри он чувствовал себя непросто.

«Этот засранец легко почувствовал бы наше внушительное культивирование. Но он не только не удивлён... он спокоен... и он не обращает внимания на наше присутствие! У него есть мощная поддержка? А может, он из известной семьи?»

(1) Прим.ред.: В предыдущих главах фамилия этой семьи была Донг Фанг, а с этой главы в анлейте фамилия пишется именно как Донгфанг.

Глава 322. Неудачно выполнить лёгкую задачу

- Ты проигнорировал человека, который задал тебе вопрос? Чему тебя учили старейшины твоей семьи? Где человек, который пришёл сюда минуту назад? Скажи мне, быстро?! – Донфанг Вэн Дао пытался сдержать свой гнев. Противоположная сторона была все-таки ребёнком, независимо от чего-либо. Как мог великий эксперт Духа Суань впасть в ярость из-за этого вопроса и начать кидаться упрёками? Это была бы огромная потеря лица.

- Моя семья, в отличие от некоторых, учила меня очень хорошо! Старший не должен беспокоиться об этом! А когда спрашиваешь человека, может быть, нужно, чтобы ваш вопрос звучал как вопрос?

Цзюнь Мосе улыбнулся теплой и культурной улыбкой. Он улыбался ярко в элегантной и изысканной манере, так же, как Ли Юран:

- Так вот, если бы старшие спрашивали у меня направление... нужно было сделать это вот так… — Если бы я мог спросить старшего... не могли бы вы сказать мне, куда пошёл человек, который был здесь раньше? Буду признателен за информацию.

Цзюнь Мосе удовлетворенно хмыкнул, когда закончил:

- Вот это называется любезностью. О да! Вот чему меня научили старейшины моей семьи.

«Ха! Дух Суань? Ну и что? Просто потому, что ты на уровне Суань Духа не означает, что ты можешь ездить на моей шее и кормить дерьмом! Я не могу победить тебя, но это не значит, что я сдамся! Я не могу убить тебя, но я всё ещё могу тебя смущать!»

«В любом случае, эти три человека кажутся довольно осторожными. Как будто они чего-то боятся», - именно тогда мозг Цзюнь Мосе работал, как часы, и он отключил свою убийственную ауру незадолго до их появления. Да и как Цзюнь Мосе мог не тыкать всем в нос его исключительностью?

- Маленький ублюдок! Ты хочешь умереть?! – Донфанг Вэн Дао спросил сердито. Возможно, он был грубым, но он не был дураком. Как он мог не понять насмешки юного мастера? Тем более, про «старейшин моей семьи»?!

- Желаю умереть? Я слишком молод для этого. Даже король Ада не может быть готов принять меня, – Цзюнь Мосе смерил его холодным и равнодушным взглядом.

Эти двое не знали, что они дядя и племянник. Итак, они продолжали смотреть друг на друга.

Донфанг Вэн Дао был чрезвычайно зол. Он протянул руку, чтобы схватить мальчишку. Человек ожидал, что поймает и ударит этого маленького засранца, чтобы хоть как-то выместить его гнев. Он хотел преподать баловнику урок, хотя это было неуместно для него, чтобы наказывать кого-то столь молодого.

Кто бы мог знать, что его рука схватит пустой воздух? Цзюнь Мосе сменил позицию, и появился за его спиной в мгновение ока. Третий брат только видел мальчишку перед собой, а потом вдруг мальчишка пропал, а за своей спиной он услышал до боли знакомый звук. Это был звук лезвия, которое пронзает воздух. Он не мог ничего сделать, но почувствовал, как его кровь стынет в жилах.

Двое мужчин просто перешли к активным действиям. Тем не менее, уровень Суань Духа братьев Донфанг неожиданно привёл их в невыгодное положение. Они признали свою вину в недооценке своего оппонента. Однако движения молодого мастера Цзюнь были молниеносными и заслуживали того, чтобы их считали необыкновенными.

- Проклятие! – Донфанг Вэн Дао вскрикнул в тревоге. Он был высококлассным убийцей и мог приспособиться к любым непредвиденным обстоятельствам. Он был поражён этим, но он не запаниковал. Он легко прыгнул вперёд. Скорость эксперта Суань Духа была достаточно быстрой. Его мощный прыжок мог бы охватить более двадцати метров. Он был уверен, что избежит преследования и сам сумеет напасть на этого придурка. Однако он неожиданно почувствовал жуткий холодный ветер за спиной. Фактически эта скорость превосходила даже его.

«Это очень неожиданно!»

Движения третьего брата Донфанг тоже были весьма исключительными. Тем не менее, он всё ещё был вынужден поспешить, чтобы избежать удара своего оппонента. Он уклонился вправо. Однако холодный воздух последовал за ним, как тень. Потом он ушёл налево... но холодный воздух был уже там... такой же, как и раньше…

Донфанг Вэн Дао изменил позу его тела семь раз за секунду. Он также увеличил свою силу в десять раз. Тем не менее, холодный воздух не покидал его. Он прилип к нему, как пиявка, и ситуация продолжала ухудшаться. И как ни странно, он даже не успевал повернуть голову.

Наконец, он задрожал. Холодный нож кольнул задницу третьего брата Донфанг.

Тем не менее, Донфанг Вэн Дао всё ещё оставался экспертом Суань Духа. Он не ожидал такой резкой контратаки от Цзюнь Мосе, но это не повлияло на его способность использовать Суань Ци, чтобы защитить себя. Кинжал держал простой эксперт Нефритового Суань. Это не могло нанести ему никакого ущерба, даже если бы это было божественным оружием. Однако исход этого боя технически был его поражением... громким поражением.

Донфанг Вэн Дао вдруг остановился, ошарашенный. Никакие холод или жара никогда не вторгались в границы его тела с тех пор, как его культивирование достигло уровня Суань Духа. Однако в этот момент он сильно потел. На самом деле, пот уже вовсю впитывался в его одежду.

Восемь зрителей также были покрыты холодным потом; особенно человек средних лет с чёрной бородой, и тощий. Их глаза были настолько широкими, что казалось, что они вот-вот вывалятся из глазниц.

Третий брат встал перед глазами Дугу Сяо И, Гуан Квинхан и других сопровождавших их демонов. Он был как тень, которая вдруг бросилась вперёд... потом назад... потом налево... а потом направо. Оказалось, что в небе начали летать десятки сотен маленьких теней. Люди не могли по достоинству оценить навыки человека, потому что его движения просто невозможно было разглядеть. А потом они увидели, как он резко остановился. После этого он встал неподвижно.

Что касается их же глаз – Цзюнь Мосе даже не двигался с его места. Казалось, что мужчина просто решил продемонстрировать свои уникальные способности.

Впрочем, что говорить о Донфанг Вэн Цине и Донфанг Вэн Цзяне? Они просто побледнели от страха после того, как они стали свидетелями этих событий.

Этого взгляда было достаточно, чтобы подтвердить судьбу эксперта Суань Духа в этой битве.

Они видели, как их младший брат бросился вперёд, а затем использовал всё его необыкновенное мастерство, чтобы избежать чрезвычайно быстрого кинжала этого засранца. Однако они увидели, что он исчез в следующий момент. И потом, он появился около их брата, как призрак. Более того, он держал нож, готовясь к удару…

Затем их третий брат уклонился влево, потом вправо, потом вперёд, а потом даже кругами. Он сменил семь позиций за секунду. Мужчина двигался почти в сорока направлениях едва ли не сразу. Тем не менее, фигура этого мальчишки умудрялась появляться за спиной их брата каждый раз — как тень. Их третий брат выполнил свои исключительные движения в совершенстве, но он всё равно получил кинжал в задницу.

Дело в том, что мальчишка мог легко перерезать шею вместо задницы. Суань Ци эксперта Суань Духа, очевидно, защищала бы тело, и помешала бы ему сильно пострадать. Однако тот факт, что юноша ударил в жопу вместо шеи... свидетельствует о его милосердии.

Ловкость третьего брата намного превосходила их собственную. Их семья всегда признавала его за ловкость. На самом деле, он был всемирно известен. Никто в нынешнюю эпоху не мог конкурировать с ним. Одинокий Сокол был известен своей скоростью, но даже Великий Мастер отступил, когда столкнулся с ловкостью этого третьего брата.

Одинокий Сокол превосходил всех своей скоростью. Но его ловкости несколько не хватало для тайных знаний, передававшихся в семье Донфанг.

«Но, этот сопляк... просто на уровне Нефритового Суань! Это страшно!

Что это вообще значит?! Разве это не слишком страшно?»

Двое мужчин отличались почти на двадцать уровней.

«Боже мой...! Этот мир сошел с ума! Это как человек, который пытается поглотить солнце! Крыса пытается стать кошачьей невестой! Как муравей, который сокрушил короля Зверей Суань!

Что это за боевое искусство? Даже Властелин Тянь Фа, возможно, не сможет достичь такой скорости! Это, это... как этот юноша добился этого?!

Кто он такой?!

Он молод по внешнему виду... сопляку, кажется, шестнадцать или семнадцать лет. Тем не менее, у него уже есть культивирование Нефритового Суань. Так с его учителем будет ещё труднее справиться? Нам повезло, что его культивирование не очень высокое, он по-прежнему не должен победить защищающегося эксперта Суань Духа. Но разве он не смог бы легко убить нас троих, если бы был таким сильным, как мы?

На самом деле, ему даже не нужно быть экспертом Суань Духа. Он сможет повредить жизненно важные точки Суань Духа. Разве это не очень страшно само по себе?»

Абсолютная тишина накрыла район.

Три брата Донфанг... компания молодого мастера Цзюнь... все они молчали.

Дугу Сяо И выглядела поражённой долгое время. Она смотрела на «глупо стоящего» Донфанг Вэн Дао с чувством обожания на лице. Затем она хлопнула в ладоши и закричала:

- Отличные движения! Это было очень сложно! Это было очень замечательно, это было непревзойденно!

Дугу Сяо И действительно имела в виду эти слова. Можно сказать, что они сродни словам, произнесенным в поклонении или обожании. Этот низкий и толстый человек не очень красив, но его ловкость была непревзойдённой. Это изменило его образ в голове этой маленькой девушки. И этот «виртуальный» образ ослепил её. Настолько, что эта маленькая девочка взяла бы его в качестве своего мастера, если бы он был моложе…

Гуан Квинхан была также шокирована. Тем не менее, она могла смутно чувствовать, что атмосфера была странной. Поэтому она потянула за руку Дугу Сяо И и тихо прошептала ей:

- Сестра Сяо И, лучше не говори много...

Донфанг Вэн Дао стоял с отупевшим выражением на лице. Его кожа стала мертвенно-бледной.

Этот инцидент сильно ударил по его уверенности в себе. Эффект на него был несравним. Он всегда гордился своей исключительной ловкостью. Тем не менее, он оказался совершенно никчёмным перед этим молодым человеком... молодой человек с одним только культивированием Нефритового Суань превзошёл скорость, которой он всегда гордился. На самом деле, этот мальчик даже не дал ему времени, чтобы правильно изменить маршрут...

«Как же это тяжело, моя жизнь потеряла смысл…».

Как будто огромный парусник перевернулся над небольшой канавой. Он с треском провалился на очень лёгкой задаче.

Затем, этот голос дошёл до его ушей.

- Отличные движения! Это было очень сложно! Это было очень замечательно, это было непревзойденно!

Этот голос был очень громким и по-настоящему искренний, но…

Он был экспертом Духа Суань... как он мог это пережить?!

Не исключено, что даже десять тысяч талантливых писателей и их цветочные перья не смогли должным образом описать то, что творилось на уме третьего брата Донфанга. Его смертельно бледное лицо мгновенно покраснело. Невооруженным глазом было видно, что краснота движется к его шее, а затем к его груди. Можно было бы увидеть даже красноватые пальцы ног, если бы он снял обувь…

- Буэээ! – зрение Донфанг Вэн Дао размылось. Ему было так стыдно...

Он так разозлился, что его вырвало кровью…

Донфанг Вэн Цин и Донфанг Вэн Цзянь быстро прыгнули вперёд, чтобы поддержать брата. Тем не менее, Донфанг Вэн Дао со злостью оттолкнул их в сторону.

Затем третий брат сделал глубокий вдох и медленно повернулся, чтобы посмотреть в глаза Цзюнь Мосе. Его выражение было чрезвычайно сложным, когда он неуверенно сказал:

- У меня кишка тонка! Я признаю поражение!

Я признаю поражение!

Эти три слова вышли из его уст. Каждому из присутствующих было очень трудно говорить. Каждый из них был для него как тяжёлая гора.

Глаза Цзюнь Мосе не могли не показать сердечной признательности.

Эксперт Суань Духа был побежден молодым экспертом Нефритового Суань на глазах у всех. И всё же... он сумел признать это публично…

Репутация была столь же важна, как и жизнь в этом мире. Не так много было людей, которые могли принять своё поражение таким великодушным образом...

Глава 323. Цзюнь Мосе! Ты осмелился ударить своего дядю?!

Его отношение было: «Это всего лишь проигрыш, и это нормально» — и именно это произвело хорошее впечатление на Цзюнь Мосе. Поэтому он улыбнулся, несмотря ни на что:

- Какие соревнования между старшим и у меня были? Откуда взялись победы и поражения? Ведь причиной всего этого стала крайняя наглость этого младшего. Я не ответил на вопрос старшего. Я даже говорил грубо. Но этот младший не должен был говорить так...

- Ха! Ты выиграл, сопляк! Не нужно уходить со своего пути, чтобы защитить мою гордость. Победа – это победа, а проигрыш – это проигрыш. Что толку пытаться прикрыть его? – Донфанг Вэн Дао гневно сказал. - Ты вправе теперь говорить со мной так с тех пор, как ты смог победить меня! Я был слишком беззаботен, допрашивая тебя. Это действительно вина этого старшего. Поэтому я прошу прощения.

Затем он фыркнул и сказал:

- Однако этот старший придёт и найдёт тебя в будущем. И наши навыки будут лучше соответствовать, когда это время придёт!

- Ха-ха... этот младший всегда будет с нетерпением ждать этого. Однако разница в старшем и в моей силе больше двадцати или тридцати раз. Боюсь, что старший разорвёт меня на куски, если мы столкнёмся лицом к лицу, используя наши истинно сильные стороны! – Цзюнь Мосе желал подружиться с ними. Поэтому он говорил скромно.

- Твои слова верны, – Донфанг Вэн Дао фыркнул и заговорил с какой-то надменностью. - Сопляк тактичен. Если бы я серьёзно сражался с тобой в битве на жизнь или смерть... последствия... не могу сказать точно, какими они были бы... твои движения очень быстры. Они даже быстрее, чем мои! На самом деле, мы даже не можем сравнить их! Проклятие!

Донфанг Вэн Дао не мог не чувствовать себя расстроенным, как он закончил эту фразу. Он проанализировал скорость другой стороны. Он знал, что может убить этого эксперта Нефритового Суань только в том случае, если будет бесстыдно нападать, используя его культивирование Суань Духа.

Он был высококлассным убийцей. Поэтому он был хорош в тайных атаках. Тем не менее, было неправильно использовать его силы, чтобы иметь дело с малолеткой Нефритового Суань. Он сделал бы этот шаг, только если бы у него не было другого выбора. Но, он знал, что он всё ещё может и потерпеть неудачу в убийстве этого мальчика, если мальчик получит шанс подготовить себя против тайной атаки…

«Возможно, я даже не смогу убить этого "кролика", даже если я покажу всё, что у меня есть!».

Донфанг Вэн Дао раньше считал, что никакой человек не может избежать его атак. Однако после того как он увидел пугающую скорость этого мальчика, уверенности в себе у него поубавилось...

«Другие не могли избежать моих нападений... но этот сопляк... трудно сказать...».

Цзюнь Мосе озорно улыбнулся. У этого непостижимого человека был честный, понятный и восхитительный характер. Он не ожидал этого.

Донфанг Вэн Цин вышел вперед. Он протянул руку и сказал очень любезно:

- Как тебя зовут, молодой сопляк? Кто твой учитель? Это боевое искусство было изысканным. Это было удивительно!

Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао посмотрели на него, когда он сказал это. Было ясно, что им тоже интересно узнать.

Оба мужчины полагали, что их подозрения и сомнения будут устранены, как только они узнают имя и семью молодого человека. Три человека были отключены от общества в течение некоторого времени, но они всё ещё знали многие из тайных мировых держав. Нельзя сказать, что они были знакомы со всеми силами, но они знали достаточно.

Трое мужчин уже перерыли свои воспоминания до головной боли. Однако они до сих пор не смогли выяснить сущность, которая могла бы обучать такого дьявольского ученика.

«Как обычный человек может культивировать такую силу в таком молодом возрасте?»

Лица троих мужчин были полны ожидания. Но они готовились к тому, что мальчик не ответит. Однако ответ – если бы они его получили – указал бы на человека, сотрясающего Землю с угрожающей миру силой. Этот человек просто не мог быть обычным!

- Хе... старшие льстят мне! Старшие очень открыто настроены. Твоё культивирование Суань тоже отличное. Этот малыш по-настоящему восхищается старшими! Более того – эти старшие обладают благородным характером и бесспорной честностью! Я искренне вас уважаю, – Цзюнь Мосе говорил это вежливо. Затем, он решил, что нет необходимости хранить такие секреты на этом пути и сказал:

- Я из семьи Цзюнь. Я Цзюнь Mосе!

- Да?!

- Я Цзюнь Мосе, – эти три слова оказали очень необычное влияние.

Донфанг Вэн Цин и Донфанг Вэн Цзянь вскрикнули от удивления. Они даже сделали два больших шага назад. Их глаза смотрели на него с изумлением. Они были настолько шокированы, что казалось, будто увидели призрака в ярком солнечном свете.

Что касается третьего брата Донфанга Вэн Дао... его глаза были открыты ещё шире. Они даже покраснели. На самом деле они начали дрожать, как будто они были пьяны. Казалось, слюна застряла у них в горле, и они могут задохнуться в любой момент.

Цзюнь Мосе не мог не возгордиться собой, когда увидел это.

«Этот молодой мастер стал довольно известным! Моя репутация распространилась далеко до такой степени! Даже три эксперта Суань Духа настолько шокированы, услышав моё имя! Это то, что они называют «известностью»! Похоже, что моя репутация достигла высот Луны... это действительно похоже на достижение…».

- Ты... ты... кто ты такой? Цзюнь Мо... Мосе? Цюнь, Цзюнь... семья Цзюнь из Тянсян, Цзюнь Мосе? Третий молодой Мастер семьи Цзюнь? – Донфанг Вэн Цзянь рот его искривился, а глаза сузились, когда он задал этот вопрос. В его голосе было неверие. Мощный эксперт Суань Духа стоял и заикался. Было очевидно, что это имя его полностью потрясло.

- Да! Я – третий молодой мастер семьи Цзюнь. Что случилось? – Цзюнь Мосе чувствовал себя ещё более гордым сейчас. Он предположил, что эти люди уже мысленно пинают себя. Итак, он занял очень уверенную позицию.

- Ты действительно член третьего поколения семьи Цзюнь? И Цзюнь Чжан Тиан... твой дедушка... а Цзюнь Вуй – твой дядя, верно? – Донфанг Вэн Дао спросил. Его дыхание было хриплым, и его глаза закатились в смятении. Похоже, он собрался упасть в обморок.

Цзюнь Мосе чувствовал себя ещё более гордым. Он поднял голову высоко и скромно ответил:

- Да, точно!

«Похоже, что имя нашей семьи Цзюнь уже распространилось далеко! Даже эти эксперты Суань Духа в шоке от этого! Это кажется большим достижением... Так, вести себя сдержанно и скромно... не пуши хвост...», - Цзюнь Мосе постоянно напоминал себе.

Три эксперта Суань Духа тяжело дышали, широко открыв глаза. Их тела слегка дрожали. Они посмотрели на Цзюнь Мосе осмысленным взглядом. Казалось, как будто они наглотались воды. Они хотели обнять Цзюнь Мосе, чтобы показать ему свою любовь.

- Так, так, что... чего вы... хотите? – Цзюнь Мосе, наконец, понял, что что-то не так.

«У этих троих необычное "хобби" или что-то в этом роде? Как я могу не бояться, глядя на это?!»

Чем больше он думал об этом, тем больше его кровь холодела. Волосы на его теле поднялись, и его плечи начали дрожать. Итак, он заставил себя задать этот вопрос; так спокойно, как он мог.

- Я... чего мы хотим? – Донфанг Вэн Дао тоже выглядел обалдевшим. Глаза его выпучились, как у золотой рыбки. Потом он скрежетнул зубами и сказал:

- Ты спрашивал нас, чего мы хотим? Я хочу надрать тебе задницу за то, что ты ударил твоего дядю! Раз шестьсот! Я... я – твой третий дядя по матери! Ты, маленький сопляк, осмелился ударить своего третьего дядю по матери!

- Дерьмо! Что ты несёшь? Ты хочешь воспользоваться мной, извращенец старый! И ты хочешь отшлёпать меня, как мой троюродный дядя? Веришь или нет — я сделаю то же самое с тобой! – Цзюнь Мосе вдруг ответил с огнём в голосе.

Он ругался и проклинал:

«Вы, засранцы, нагло пытаетесь воспользоваться мной! Вы, три эксперта Суань Духа, действительно верите, что вы такие охрененные?»

- Да ты в хлам охренел, сопляк! Как ты смеешь оскорблять меня?! – Донфанг Вэн Дао возмущённо закричал. Однако он даже не закончил говорить, когда две ладони неожиданно ударили его по щекам с громким *Хрясь!*. Затем он упал на землю. Обе стороны его лица сильно болели. Казалось, что его уши заложены громом.

Тогда кто-то вскрикнул:

- Что за хрень ты только что сказал? Такую бессовестную вещь?!

Донфанг Вэн Дао вдруг понял, что он только что произнёс, и понял, что ему не следовало говорить эти грязные слова. Мать матери Цзюнь Мосе была и его собственной матерью. Он от стыда прикрыл голову руками. Он не осмелился издать ещё хоть звук.

Донфанг Вэн Цин эмоционально обратился к Цзюнь Мосе:

- Мосе, послушай... дело в том... что на самом деле... я – твой старший дядя по матери!

Цзюнь Мосе почувствовал себя очень мрачно…

«Во-первых – этот младший ублюдок сказал, что он – мой третий дядя по матери. И теперь ты говоришь мне, что ты – мой старший дядя по матери. Вы, ребята, по очереди одурачиваете меня?

Это трое экспертов – мошенники?»

- У тебя может возникнуть тысяча сомнений, и это нормально. Но ты ведь знаешь фамилию своей матери, верно? – Донфанг Вэн Цин немного дрожал. Его глаза горели, и он говорил в эмоциональном тоне. – Имя твоей матери было Донфанг Вэн Синь. Она наша младшая сестра... я старший брат твоей матери – Донцфанг Вэн Цин!

- Эти двое – твои другие дяди по матери. Это – Донфанг Вэн Цзянь. И тот, с которым ты только что соревновался – это твой третий дядя по матери — Донфанг Вэн Дао.

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал головокружение.

«Какие черти! Разве это не слишком большое совпадение…

Эти три эксперта Суань Духа... мои дяди по матери?!

У меня есть три дяди Суань Духа?!»

Цзюнь Мосе знал все отношения, которые прежний «Цзюнь Мосе» имел с тех пор, как он получил это тело. Он понимал их. И тот факт, что его семья не контактировала с другими родственными семьями, весьма озадачивала его. Тем не менее, он смутно знал, что это связано с этим вопросом в прошлом. Его отец и второй дядя были убиты в бою. Его мать тяжело заболела из-за этого; на самом деле, она никогда не должна была оправиться от своего состояния. Она вернулась к её родителям. Семья Цзюнь вскоре получила известие о её смерти.

Цзюнь Мосе тщательно изучал этот вопрос в прошлом. Но он всё ещё мало что знал. Однако он до сих пор не сдался. Он продолжал искать подробности втайне. Он унаследовал это тело и полностью принял эту семью. Поэтому он всегда считал своим долгом по отношению к этой семье приложить все усилия.

Однако этот вопрос прошлого был похож на плотный туман. Можно слабо различить, что там было на другой стороне. Но никто чётко не видел другой стороны. Какие ужасные схемы были скрыты? Но, если за кулисами были убийцы... это был только Город Серебряной Метели? Цзюнь Мосе не был так уверен в этом…

Поэтому он занимался сбором информации втайне. Он хотел даже пойти в Город Серебряной Метели, если бы ему пришлось. И, возможно, даже в Империи Шэнь Ци и Ю Тан, если нужно. Тем не менее, Цзюнь Мосе сомневался в империи Тянсян больше, чем кто-либо ещё...

Это было одной из многих причин, почему Цзюнь Мосе решил помочь маленькому Ян Мо. Именно по этой причине он не колебался во внутренней борьбе Императорской семьи за власть.

«Сыны Императора, возможно, стараются изо всех сил. Но разве моё дело просрут они свою семью или нет? Я Цзюнь Мосе! Итак, как я могу позволить потерять мою семью? Ха! Ты даже не подумаешь об этом, а я уже тебе глотку посреди ночи перережу. Моя сила может временно не быть такой высокой, как у экспертов Суань Духа, но ты – только Император. Возможно, у тебя есть специалисты Суань Духа, которые защищают тебя. Но я могу убить тебя до тех пор, пока ты сам не станешь экспертом Суань Духа!».

Глава 324. Не позволяй плодородной воде попадать на чужие фермы!

Как мог Цзюнь Мосе не узнать фамилию своей матери после того, как собрал столько информации? Более того, эти три человека, казалось, были искренни. Их выражения лиц были приятными; как будто они пытались выразить свои чувства при встрече со своими соседями. Как Цзюнь Мосе мог этого не видеть?

Тем не менее, Цзюнь Мосе думал:

«Разве не слишком много совпадений? Я только произнёс свое имя... а потом у меня сразу три дяди?»

Цзюнь Мосе заставил себя улыбнуться. Впервые в жизни он почувствовал себя потерянным. Он издал пустой смешок и сказал:

- Я, что... ха... мой третий дядя... кхм... он будет здесь скоро... поэтому... он... это... тоже... вы будете ждать его приезда?

- Почему он за тобой? – Донфанг Вэн Цзянь поднял брови и спросил обиженно: - Почему он не на фронте?

- Третий дядя – командующий основных сил. Значит, он, естественно, едет с ними. Я – лидер авангарда. Я двигаюсь вперёд, чтобы очистить горные дороги и мосты для главных сил.

Цзюнь Мосе вспотел, когда перестал говорить. Даже Дугу Сяо И и Гуан Квинхан не могли не начать хихикать.

«Когда этот мелкий выполнял свой долг в качестве лидера авангарда? Когда именно он зачистил горные тропы и мосты? Он зачищал горные перевалы... но достаточно широко, чтобы пройти его карете. Насчет мостов... что за бред ты говоришь...?»

- Что? Цзюнь Вуй, ублюдок! Он послал сына моей сестры возглавить авангард? Что бы он сделал, если бы с тобой что-то случилось? У него совсем нет памяти? Или он забыл, что произошло в прошлом? – Донфанг Вэн Цин сердито говорил. – У моей сестры есть такой замечательный сын! Разве у него нет навыков быть генералом? Это абсолютно позорно! Это чрезвычайно безрассудно!

Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао тоже выглядели очень разъярёнными. Они, казалось, решили унизить Вуя.

Каждый обомлел.

«Откуда это вообще взялось? Эти трое даже не подтвердили, что они его дяди, но они уже начали защищать его?»

- Мосе... ходят слухи, что третий мастер семьи Цзюнь стал развратником... что он действует тиранически, и издевается над людьми. Говорят, он ведёт себя безнравственно и... и он развратник... этот человек... это не ты, верно? Есть ли кто-то с тем же именем, как твоё? – Донфанг Вэн Цин спросил с трудом. Было очевидно, что ему трудно формулировать соответствующие вопросы. Кроме того, ему было трудно поверить, даже если это были лишь домыслы…

Цзюнь Мосе, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И, и даже четверо охраняющих их мужчин, сделали тупые лица. На лбу появились тёмные линии, когда они нахмурились.

- Ах, старший брат, что ты говоришь? Эти вопросы не нужны, – Донфанг Вэн Цзянь обратился к своему старшему брату с недовольным тоном. - Взгляни на нашего племянника. Он элегантный, возвышенный и благородный. Он стал настолько способным в таком молодом возрасте, что его навыки могут шокировать весь мир. На самом деле, он даже победил нашего третьего брата в ближнем бою. Он выглядит, как гнусный развратник?

- Так, а кто тогда распространяет эти гнусные слухи? – Донфанг Вэн Дао говорил с обидой. - Я увидел, что он был молод... кроме того, он наш племянник... я только пошутил с ним. Думаешь, я когда-нибудь проиграю ему с теми навыками, которыми обладаю? Ты веришь, что я проиграю сопляку?

- Ба! Скажи это, не краснея! Ты знал, что он был нашим племянником в то время? Ты просто пытаешься похвастаться, – Донфанг Вэн Цзянь фыркнул с презрением и сказал. - Твои навыки не совершенны. И ты ищешь оправдания только для себя. В любом случае, ты проиграл нашему племяннику, в этом нет никакого стыда. Итак, о чём вы тут щебечете? Честно говоря, у тебя нет манеры поведения старшего!

Затем он остановился на мгновение и сказал:

- То же самое относится и к старшему брату. Он такой хороший мальчик. Ты говоришь такую чушь про собственного племянника…

- Я только спрашиваю, – Донфанг Вэн Цин сказал достойно, - тебе нужно заткнуться.

Выражение Цзюнь Мосе стало смущённым.

Он редко чувствовал себя так неловко в его жизни. Сначала он ошибся в понимании своих отношений со своими дядями. Затем он едва не зарезал собственного дядю. После этого, он также красовался его семьёй. Он думал, что его имя собрало мировую репутацию, но затем пришёл к пониманию, что это было точно наоборот. Он понял, что его имя не стало сиять, как луна, и вместо этого стал известен своим позором...

- Пфф, – фыркнула Дугу Сяо И. Потом она начала беззастенчиво ржать. Она даже схватилась за живот и начала дрожать. Она время от времени смотрела на Цзюнь Мосе с озорством. Она подмигнула ему и начала смеяться ещё сильнее.

Четыре охранника отвернулись. Они не хотели, чтобы Цзюнь Мосе видел их лица, так как они пытались приглушить их смех. Но хихикание продолжало исходить из их глоток…

Гуан Квинхан смогла подавить её улыбку наиболее успешно. Хотя на её холодном лице были видны следы «оттаивания». Она была в некоторой степени осведомлена о семье её свекрови, так как она была невесткой семьи. Гуан Квинхан знала, что семья её свекрови не имеет широкой известности. Но она смутно знала, что они обладали великой силой. Тем не менее, она была всё ещё удивлена, поскольку три человека, которые называли себя дядями Цзюнь Мосе, были экспертами Суань Духа.

Гуан Квинхан вскрикнула. Проблемы, скрытые глубоко в её сердце, снова восстали. Им наверняка придется столкнуться с поместьем Сюэху в этой экспедиции в Тянь Фа. И, она была уверена, что они будут иметь некоторые конфликты с ними, так как Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе присутствовали здесь. Тем не менее, она чувствовала себя спокойно, так как такие сильные специалисты Суань теперь на их стороне.

Цзюнь Мосе оглянулся, а затем почесал голову. Затем он опустил руки и развёл их. Затем, он пожал плечами и сказал с невинным взглядом на лице:

- В Тянсян нет других Цзюнь Мосе... и нет никаких других мужчин в третьем поколении семьи Цзюнь. Но... вы уверены, что эти слухи обо мне?

- Это действительно можешь быть ты? – Донфанг Вэн Цин спросил. Трое мужчин смотрели в изумлении. – Ты действительно тот, о ком слухи утверждают, что ты... гнусный и бессердечный развратник?

- Кусок дерьма! – лицо Цзюнь Мосе стало тёмным от гнева. – Кто разрушил репутацию старшего брата? Я такой человек...?! Это хитрая уловка! Это крайне абсурдно! Этот старший брат – молодой и перспективный, добрый и благотворительный, красивый и уверенный в себе! Он известен как «человек добродетели» в городе Тянсян! Героический, но понимающий человек! У него есть стать воина и сердце художника! Можно сказать, что я – известен своим именем, и все хвалят меня! Люди, которые не знают этого…

Дугу Сяо И ещё раз фыркнула и заржала, держась за живот.

Лица Донфанг Вэн Цина и двух других были полны шока. Они начали дёргаться. Донфанг Вэн Цзянь крикнул:

- Паршивец! Это ты для нас «старший брат»?! Мы – твои дяди! У тебя нет чувства уважения?!

Цзюнь Мосе схватился за волосы. Он был крайне подавлен:

- Ваша личность ещё не подтверждена! Нам придется ждать, пока дядя не придёт и подтвердит!

Три эксперта Суань Духа рассвирепели сначала... потом помрачнели.

«Что он говорит? Будет ли наш статус дядей по матери недействительным, если его третий дядя откажется признать нас?»

Палатки были поставлены. И три брата Донфанг заняли — по одной каждый.

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И пробрались, чтобы принять ванну ночью. Юный мастер Цзюнь не мог не вздохнуть, упустив возможность взглянуть из-за этого внезапного развития событий. Более того, он не мог не чувствовать себя подавленным, так как его три дяди вызвали у него много смущения. На самом деле, он надеялся, что их личность останется «неподтверждённой», чтобы он мог выбросить их из своего лагеря.

Цзюнь Мосе стал очень гневным в своём сердце:

«Я не вижу вас, как моих дядей по матери! Зачем мне это? Я бы бросил вас утром, если бы мог победить тебя.…

Мой «план» не может идти в ногу с этими изменениями! Я не могу не воплотить свой «план» в действие! Мой план будет не более чем красивая картинка, если я не смогу воплотить его в игру!

Более того – теперь я должен тратить свою энергию на разговоры с этими парнями, а не воплощать мой план в действие! Даже разговаривать с этими ребятами – это тяжело…».

- То есть, ты хочешь сказать, что эта экспедиция в Тянь Фа – ловушка? И многие люди умрут несвоевременной смертью, попав в эту ловушку? – выражение Донфан Вэн Цина было достойным.

- Неважно, ловушка это или нет. Тянь Фа – это место, где собираются все мои враги, – Цзюнь Мосе улыбнулся. - Более того – некоторые из моих врагов не могут рассматриваться как «обычные». Город Серебряной Метели, например... и поместье Сюэху. Что касается остальных... хм! В лагере есть ещё уроды, которые пытаются помешать мне, но они не заслуживают упоминания.

Трое мужчин испустили длинные вздохи:

- Мы знаем о Городе Серебряной Метели. Но в чём проблема с поместьем Сюэху?

Цзюнь Мосе горько улыбнулся. Затем он рассказал всю историю с ними, и сказал беспомощным образом:

- Старшая тётя настояла, чтобы пойти вместе с нами, потому что беспокоится о третьем дяде и мне. Как я мог не знать ее истинных мотивов? Она всегда оставалась в стороне от дел мира. Так как же она могла так напугать и вдруг поссориться, потом вот так угрожать своей смертью, чтобы просто пойти в Тянь Фа? Я знаю это давно, но пытаюсь придумать решение...

- Грязный сын Ли Ю Тянь хочет забрать жену нашего племянника?! Ха! У него есть яйца! – Цзюнь Мосе едва закончил говорить, когда Донфанг Вэн Цин и два других вскочили. Их лица были наполнены праведной ненавистью, и они, казалось, не в состоянии сдержать свой гнев.

- Этот старший пойдёт в усадьбу Сюэху и кастрирует этого мудака! Он несёт х**ню! Эта жаба хочет съесть мясо лебедя! Проклятие! Он даже ссать не сможет! – Донфанг Вэн Дао сердито махнул рукой.

Цзюнь Мосе икнул, он не ожидал такой реакции от этих трех мужчин.

- Мосе, ты сказал, что твоя тётя... больше не так холодна по отношению к тебе? – Донфанг Вэн Цин осторожно спросил в контраст.

- Да, – ответил Цзюнь Мосе, не задумываясь. Он чувствовал, что трое мужчин спрашивают скучные вещи. К тому времени он начал чувствовать себя сонливым.

- О... какой несчастный ребёнок! Мужа она видела только несколько раз, перед тем, как он умер! Затем она решила остаться вдовой... и теперь это! Она как те трагические принцы из легенд. Её юность утомила, и теперь она может следить только за своими пустыми воспоминаниями... Что это за страдания?!

Тонкое и мрачное лицо Донфанг Вэн Цзянь осветилось улыбкой:

- Мосе, эта маленькая девочка вполне симпатичная. У нее элегантная фигура. Она бы помогла любому мужчине. Более того, она свежа и полна жизни, не так ли?

Цзюнь Мосе подпёр его щеки своей рукой и сказал:

- Вот именно; она полна жизни... - потом он сглотнул слюну.

- Да-а-а. Что я могу сказать в таком случае? – Донфанг Вэн Дао хлопнул в ладоши. Тогда он сказал весело:

- Младший брат должен будет подняться, так как старший мёртв. Как говорит пословица: «Не позволяй плодородной воде попасть на чужие фермы».

- Заткнись, третий. И не говори ерунды, – лицо Донфанг Вэн Цина было суровым, когда он ругался. – Что не даёт твоей плодородной воде попасть на чужую ферму? Это то, что дядя должен сказать своему племяннику? Это очень нагло с твоей стороны говорить такие вещи! Это очень позорно!

Донфанг Вэн Дао довольно боялся своего старшего брата. Он сразу же сжался, увидев, как он рассердился. Он опустил голову и не осмелился произнести ни слова.

Цзюнь Мосе внезапно проснулся от страха и страшно закричал. Он открыл глаза и спросил:

- Кто... что... не пускает вашу плодородную воду на чужую ферму?

Глава 325. Донфанг Вэн Синь

- Я думал, что ты молодой парень, когда я увидел тебя днём. Но ты сказал, что я ошибочно обвинил тебя, когда назвал тебя развратником? Ты действительно безнадежен! Ты был довольно сонлив минуту назад, но проснулся моментально, когда я упомянул об этом…

Донфанг Вэн Цин вздохнул и погладил бороду. Он тогда проговорил задумчиво:

- Это головная боль... если... но это такая жалость... но, если этот брат... это проблема... это проблема... это просто не…

Донфанг Вэн Дао и Донфанг Вэн Цзянь издевались также. Они даже закатили глаза. Казалось, что двое старших играли в одну игру. Эти два человека начали играть глупо, и действовали все благороднее и добродетельнее. Они хитро скрывали свои намерения в тени этики. Их уста говорили словами о путях мира, но не их личных мыслях...

- Этот вопрос... мы будем обсуждать подробно, – Донфанг Вэн Цин заключил и вздохнул. Затем он снова заговорил после продолжительного молчания. - Мосе, твой дядя ругал тебя, потому что слухи вводили его в заблуждение, считая, что ты невыносим. Однако, наконец, я вижу, что ты элегантный и героический человек. Перспективный молодой человек, и самый сильный в своём поколении. Твоя бабушка была бы так рада, если бы увидела это. И твоя мать была бы так счастлива, если бы только могла открыть глаза и увидеть тебя!

Затем три брата опустили головы, когда он закончил говорить. Они испытывали депрессию, вспомнив, что их младшая сестра была без сознания в течение десяти лет.

- Расскажи мне историю моей матери, – Цзюнь Мосе чувствовал себя немного грустно. Он понял, что его сердце немного болело, когда он сказал одно слово - «Мама», – его голос немного дрожал. Кроме того, он обнаружил, что говорить слово «мама» не было трудно для него. На самом деле, это было правильно.

Донфанг Вэн Цин вздохнул. Он начал немного дрожать. Его челюсть и борода тоже дрожали. Видно, что ему очень грустно. Три брата смотрели друг на друга. Они увидели глаза друг друга и поняли, что все они чувствуют ту же печаль в своих сердцах.

- Твоя мать звалась Донфанг Вэн Синь. Мы очень любили нашу младшую сестру. Она была нежной, красивой и прекрасной, – голос Донфанг Вэн Цин содрогнулся от эмоций. Он казался мрачным. И, его глаза стали туманными; они, казалось, пульсируют при свечах. По его голосу казалось, что он в бреду. Он продолжал вспоминать историю, и казалось, что его состояние ума поглотило события прошлого.

…

В те времена все любили мою прекрасную младшую сестру.

Теперь, неожиданно…

Я до сих пор помню этот день — вся семья была против свадьбы моей младшей сестры с Цзюнь Ву Хи. Но она была полна решимости. Она не боялась и продолжала настаивать на этом. Так, у семьи не было выбора, кроме как согласиться на их брак. Но мама сказала ей:

- Возвращайся, если тебе там не понравится. Эта семья всегда будет твоим домом.

Маленькая сестра счастливо смеялась и сказала:

- Вэн Синь спрашивает её сердце, и Ву Хи не пожалеет. Я спросила моё сердце, и не буду сожалеть до конца, – взволнованно сказала она.

Но с тех пор…

Помню эту счастливую улыбку по сей день. Это был великолепный и радостный цветок. Это грело сердце каждого в семье.

И ещё я помню день, когда она вернулась... она вернулась домой измождённой. Казалось, что её сердце умерло от депрессии. Она спит десять лет с тех пор, как... больше не будет Вэн Синь…

Я до сих пор помню, что она не спала, когда она вернулась домой. Но, её глаза были пусты, и она ничего не говорила. Мама и все остальные были на её стороне, и через три дня... тогда она собрала последние силы и пробормотала:

- Я не жалею об этом. Я не сожалею о рождении. Цзюнь не сожалеет, так что и я не сожалею. Я спросила мое сердце, чего оно хочет... быть с Ву Хи, в жизни и смерти!

После того, как она перестала говорить, слёзы упали на подушку из её почти сухих глаз. Она потом медленно их закрыла — чтобы больше никогда их не открывать...

Младшая сестра не испытывала ни сожаления, ни глубокой ненависти до того момента, как потеряла сознание.

- Я буду следовать за ним в жизни, и я буду следовать за ним в смерти! Я не сожалею ни о жизни, ни о смерти!

Наша семья пробовала каждый метод, чтобы сохранить её в живых в течение последних десяти лет. И мы бесконечно пытались оживить её. Но мы не смогли заставить ее открыть глаза.

Она была с Ву Хи без каких-либо сожалений в своём сердце. И она ушла…

Мать стала бесконтрольно злиться. За эти годы она натренировала многих бойцов клана. Она их всех вышвырнула. 196 экспертов Суань Земли и выше развязали бойню. Имя семьи Донфанг потрясло весь мир в течение нескольких лет. И Городу Серебряной Метели было уделено особое внимание. Весь мир чувствовал себя под угрозой; все были в ужасе...

Тем не менее, сила нашей семьи Донфанг была всё ещё незначительной. Так что было трудно заставить весь мир дрожать.

В конце концов, три Великих Мастера прибыли, чтобы остановить нас. Ли Ю Тянь и Хан Фэн Сюэ вышли и победили многих воинов Донфанг в Долине Сломленных Драконов. Даже величайший Великий Мастер — Юн Би Чен — тоже был там.

Было достигнуто взаимное согласие ограничить исход войны результатом одной битвы.

Мама была нашим сильнейшим бойцом. Она должна была бороться с Сяо Син Юн и Сяо Бу Ю из Города Серебряной Метели в одиночку. Тогда они согласились, что судьба жизней Сяо Син Юн и Сяо Бу Ю останутся в наших руках, если семья Сяо потерпит поражение, но вся ненависть и вражда будут списаны. Однако если бы мать проиграла эту битву — семья отступила бы и ушла в подполье.

Это страшное сражение можно назвать только «потрясшим мир»!

Мать, в конце концов, устала, и потеряла свои силы, борясь с двумя экспертами Суань Духа чётвёртого уровня. Она проиграла битву и была вынуждена выполнить условия. Семья Донфанг поклялась, что мы вернёмся только в том случае, если Заснеженный Пик падёт, а Звери Суань выйдут из Тянь-Фа. Еще... восемь Великих Мастеров могли жестоко наказать нашу семью.

Великие Восемь Мастеров не были такими же, как сегодня. Высший Синий Мастер, Мэн Хун Чен и Одинокий Сокол в то время не входили в состав Восьми Великих Мастеров. Они пришли в их ряды после исчезновения двух Великих Мастеров.

Мать умоляла проиграть эту битву, но оставила свой след. Сяо Син Юн и Сяо Бу Ю никогда не пересекут четвертый уровень; их культивирование прекратилось на их нынешнем уровне. Следовательно, они никогда не смогут достичь уровня Великого Мастера.

Однако в результате боя сила семьи Донфанг была серьёзно ослаблена.

Семья Донфанг не выходила из своего укрытия десять лет... кроме как отомстить за смерть Мо Ю и Мо Шу.

…

Донфанг Вэн Цин закончил говорить о прошлом. Цзюнь Мосе почувствовал тяжёлое бремя, похожее на горы, надавившие на него после того, как он услышал об этом. Остальные трое чувствовали то же самое. Юный мастер Цзюнь смотрел на мерцающий свет свечей. Его лицо было невыразительным, но он был взбешен внутри.

В его голове мелькнула неизменная любовь родителей друг к другу, и его желудок превратился в узлы.

Его душа была перенесена в сражения прошлого на мгновение. Он почти видел, как распространились воины семьи Донфанг. Они проливали кровь, и по-прежнему уносили жизни людей. Их удары никогда не были впустую. Таким образом, их престиж поднялся в обществе.

Затем он бросился к Долине Сломленных Драконов, чтобы стать свидетелем отчаянного боя семьи Донфанг — драка, которую леди семьи Донфанг могла выиграть, но не выиграла; она могла победить, но проиграла. Борьба, которую она не могла выиграть, даже если она была уверена…

Иногда победа может принести больше трудностей, чем поражение!

Юн Би Чен, Ли Ю Тянь и Хан Фэн Сюэ — три самых сильных Великих Мастера присутствовали там, чтобы следить. Как можно списать эту кровавую вражду, если бы семья Донфанг одержала победу?

Списать вражду? Было очень приятно слышать об этом. Тем не менее, семья Сяо никогда бы не согласилась отбросить эту вражду, даже если бы семья Донфанг поддерживала своё слово. Как они могли не отомстить за смерть двух старейшин, которые погибли, сражаясь в этой битве?

Более того, как три величайших мастера могли позволить ещё одному из таких споров возникнуть? Поэтому этот вопрос должен был закончиться трагедией для семьи Донфанг. Они были обречены в тот момент, когда их перехватили. У леди семьи не было выбора, кроме как признать своё поражение, чтобы защитить свою семью.

Она могла выиграть, но была вынуждена проиграть. Это было трагическое зрелище…

Цзюнь Мосе был убеждён, что люди, присутствующие на этой сцене, были хорошо осведомлены о том, что леди Донфанг не могла проиграть битву.

«Как могло быть, что она проиграла битву, но тайно заставила культивирование Сяо Син Юна и Сяо Бу Юя остановиться на четвёртом уровне царства Суань Духа?».

Такой результат сложился под давлением трёх Великих Мастеров. И у семьи Донфанг не было выбора, кроме как сдаться.

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал отвращение, возникшее из глубины его сердца. Эта нелюбовь была направлена на тех трёх Великих Мастеров.

«Заснеженный Пик должен были рухнуть, и Звери Суань должны были выйти из Тянь Фа... Что это за суровые условия?

Это самые ненормальные условия!

Проклятие! Почему они не могли просто сказать, что лучше рухнут небеса и расколется земля, чем позволить семье такие условия?

Если бы я ставил условия... я бы сказал... только тогда, когда орлы промчатся под водой при виде крыс, парящих в небе! А может быть, только когда рыбы начнут гоняться за ними на суше...!  Проклятие!»

- А потом мама... то есть, твоя бабушка... разорвала все связи с твоей семьей Цзюнь из-за этого десять лет назад. Она была очень недовольна. На самом деле, она была крайне противна тому, как твой дедушка обращаться с вещами тогда, – Донфанг Вэн Цин испустил длинный вздох. Его глаза были наполнены непередаваемым чувством.

Цзюнь Мосе молчал. Он нашёл это неудобной темой для разговора. Он всегда знал темперамент своего дедушки.

«Королевская семья, должно быть, вмешалась, и бабушка захотела их ликвидировать. Однако, дедушка, видимо, решительно отказался от этой идеи.  Это разногласие и привело бы к тому, что обе семьи разорвали бы все связи! Это возможно благодаря глупо лояльному отношению дедушки в то время. Но, возможно, не стоять же после такого долгого времени и после стольких событий…»

- Цзюнь Чжан Тиань был героем своего поколения. Он чистосердечный, честный и несравнимо верный. Однако, это его самая большая слабость, а также его самая большая заслуга, – Донфанг Вэн Цин вздохнул. - Он очень верный, и его заслуги были высоко оценены всей страной. Однако судьба удивительного военного генерала очень трагична. Он не умер на поле боя. Он был словно обезглавлен и его имущество конфисковано... можно попасть из лука и в богов, если они летят слишком высоко…

Донфанг Вэн Цин посмотрел на Цзюнь Мосе. Затем он громко повторил:

- Высокое положение, огромные богатства и бесконечная слава — мимолётны, как туман. Как это можно сравнить с перспективой свободного и беспрепятственного путешествия в этом мире…

- Ха-ха... вам не придётся беспокоиться обо мне на этот счёт. Я похож на глупого типа? – Цзюнь Мосе рассмеялся. Он намеренно смеялся, чтобы осветить настроение, так как тяжёлая атмосфера стала чрезвычайно угнетающей и душащей для всех четверых мужчин.

- Ты совсем не похож на него, сопляк! Ты, наоборот, маленький хитрец! Никто не может быть настолько хитрым, – Донфанг Вэн Цин рассмеялся.

- Тем не менее, ваша семья не может показать себя... так как же вы вышли? – Цзюнь Мосе спросил любопытно.

- Тем не менее, мы не можем выйти, если мы не используем имя семьи Донфанг, и работать втайне? В любом случае, разве мы не умрём от голода, если все члены семьи уйдут из мира? – Донфанг Вэн Дао посмотрел на Цзюнь Мосе взглядом, выражающим «Ты тупой?».

Цзюнь Мосе был ошеломлён.

- Кроме того, это восстание Зверей Суань беспрецедентно. Это привело к образованию прочных союзов. Мощные силы собираются, и мы трое пришли сюда с тех пор, как нас наняло поместье Сюэху, – Донфанг Вэн Цин рассмеялся, чтобы смягчить смущение Цзюнь Мосе.

- Вас наняли? – Цзюнь Мосе широко открыл глаза в шоке.

Глава 326 Самый большой барьер на пути развития культивации Суань Ци (часть 1)

- Конечно, нас наняли! Когда семья Донфанг сделала что-нибудь без оплаты? – Донфанг Вэн Цин спросил в ответ. - Это основополагающий принцип нашей семьи!

- О... ха... ха... – Цзюнь Мосе тупил пару секунд, но затем вдруг разразился смехом.

Это было круто «иметь много общих черт».

«Я придерживаюсь того же принципа!»

- Что ты улыбаешься? – трое мужчин уставились на Цзюнь Мосе. - Твой дедушка называл нас «спекулянтами» в те дни. Не говори мне, что ты... хм!

- Я не смеюсь. Это точно, именно так вещи и должны делаться. Нужно зарабатывать деньги и избегать бедствий. Естественно, что вы должны получать вознаграждение, если собираетесь что-то делать. Должен ли я делать все бесплатно, чтобы казаться честным? Это просто слишком... – Цзюнь Мосе смеялся счастливо. - И какая цена этой миссии?

- Сто тысяч серебряных таэлей. Вообще-то... сто тысяч на человека. Поэтому мы зарабатываем в общей сложности триста тысяч серебряных таэлей, – Донфанг Вэн Дао говорил с каким-то высокомерием. Он протянул пальцы, чтобы продемонстрировать значение. - Довольно хорошая сумма, верно?

Цзюнь Мосе был ошеломлён.

- Мы возьмём эти триста тысяч в семью, и семья сможет заготовить провизию для нашей семьи в течение длительного времени, – прозвучал голос Донфанг Вэн Цина. Он погладил бороду и прищурил глаза. Казалось, что он достиг чего-то великого.

Бабах!

Цзюнь Мосе внезапно упал. Его голова ударилась о стол, на котором стояла свеча. В результате свеча погасла. Маленький фонарь тоже рухнул, и на лицо ему попало маслом.

- Это... что это? – трое мужчин Донфанг вскрикнули от шока, и поспешили поддержать молодого мастера Цзюнь.

«Столь высокая цена нашей миссии так шокировала его?»

Убийца Цзюнь был, конечно, в шоке.

Однако причины этого шока…

- Сто тысяч на одного человека... и триста тысяч на вас троих? Это очень дёшево! Я пью вина, бутылка которых стоит больше, чем это! С каких пор цены на услуги специалистов Суань Духа сводятся к ежедневной заработной плате рабочего? – шокирующие слова Цзюнь Мосе заставили его трёх дядей Суань Духа чувствовать себя несколько стыдно.

Юный мастер Цзюнь тоже не говорил лжи... он продавал своё изысканное вино в Аристократическом Зале по очень высоким ценам. Тем не менее, это вино по-настоящему достойно называться «Небесным сортом вина». Все, кто опробовал его вкус, едва не сошли с ума от этого. Кроме того, его цена росла ещё дальше, потому что его предложение было ограничено, и только люди из высших эшелонов империи Тянсян – «истинные аристократы» — могли наслаждаться им. Таким образом, его стоимость явно возросла из-за его редкости. Многие, кроме тех, кто находится в границах империи Тянсян, имели удачу попробовать это вино. И они тоже оказались сильно восхищёнными.

Очень высокая цена этого вина не упала вообще. Шум об этом вине, «одном на миллион», не исчез после того, как Аристократический зал объявил, что он больше не будет продавать его. Так, некоторые из бутылок появились на чёрном рынке вскоре после торгов. Одному магнату достаточно повезло – приобрести его на аукционе, чтобы выставить его на чёрном рынке. И, Цзюнь Мосе узнал через жирного Танга, Хай Чэнь Фэна и других людей, что цена этого вина выросла ещё выше. Цена одного кувшина достигла более трёхсот тысяч серебром!

- Вот же дерьмо! Вино, которое ты пьёшь, делается из золота с нефритом? Твоё вино стоит более ста тысяч в серебре? Твоя семья платит сто тысяч ежедневному наёмному работнику?! – Донфанг Вэн Дао мрачно отступил. Тем не менее, он знал, что образ жизни в верхних эшелонах в городе Тянсян был чрезвычайно экстравагантным. Богатство и роскошество этого города было гораздо выше, чем в любом другом месте на континенте. Более того, он знал, что эти слова пришли из уст печально известной семьи развратного молодого мастера. Поэтому он опасался, что заявление на самом деле не является фальшивым или преувеличенным.

Говоря о семье Донфанг... когда-то она считалась одной из великих аристократических семей. И она была достаточно мощной, даже если она была не так сильна, как Город Серебряной Метели или усадьба Сюэху. Она просто вела себя тихо и сдержанно, чтобы привлечь меньше внимания. Но они по-прежнему располагали достойными похвалы ресурсами.

Тем не менее, семья была отрезана от мира в течение десяти лет из-за этого проклятого обещания! Как будто вся семья просто исчезла. Все из этой семьи отошли от общества, чтобы жить в своих тайных владениях, и они полностью отошли от любого взаимодействия с внешним миром.

Многие Великие Мастера не ослабляли пристального внимания в течение первых нескольких лет, так как они боялись, что семья Донфанг не будет придерживаться условий. У семьи Донфанг не было выбора, кроме как сдаться под таким сильным давлением. Поэтому они полностью изолировались от мира. Однако в семье было достаточно человек, и им требовалось много одежды и пищи. У них были большие желания, но они были неспособны свести концы с концами. Прошло много лет, и казалось, что они питаются пустым воздухом. Вскоре несколько крупных сил начали контактировать с семьей Донфанг, и выразили желание возобновить с ними дела.

В конце концов, внешнему миру необходимо сохранить свои средства к существованию, даже если семья Донфанг была изгнана. Но обстоятельства трёх Великих Мастеров, ставших свидетелями их изгнания, со временем изменились. Юн Би Чен исчез. Ли Ю Тянь начал бродить по миру в течение многих лет, и его стало трудно найти. Вскоре Хан Фэн Сюэ был единственным, кто остался из этих троих Великих Мастеров. Тем не менее, он вскоре отправился в Город Серебряной Метели. Таким образом, все три величайших Мастера были изолированы от остального мира.

Семья Донфанг оказалась беспомощной. Таким образом, у них не было выбора, кроме как отправить небольшие команды для поддержания своего бизнеса. Однако их старые предприятия через некоторое время сократились, и новому бизнесу потребовалось много человеческих сил и ресурсов. Очевидно, это было непросто установить.

Однако Ли Ю Тянь лично обратился к семье Донфанг с просьбой о помощи на этот раз. Затем он предложил щедрую оплату в сотню тысяч серебром на каждого человека. Этот жест наглядно продемонстрировал его подход:

- Я знаю, что вы выходите тайно, но я не буду вмешиваться в это.

Можно сказать, что эта сделка имеет большое значение для семьи Донфанг. Поэтому они решили уделить особое внимание этой работе. На самом деле, они были в долгу перед усадьбой Сюэху. Поэтому они отправили своих трёх сильнейших воинов для выполнения этой задачи. Говоря словами, речь шла не только об их жадности к трёмстам тысячам серебряных таэлей.

- Твой дедушка отправляет свои войска в семью Донфанг каждый год и каждый сезон. Они доставляют нам припасы втайне, даже, несмотря на то, что Чжао Чжан Тиан постоянно под присмотром. Однако он не забыл твою бабушку... – Донфанг Вэн Цин горько улыбнулся и вздохнул. Кто бы мог подумать, что когда-то большая семья окажется в таком плачевном состоянии…

Цзюнь Мосе по-прежнему молчал.

Трудно сказать, кто был неправ, а кто был прав в этом вопросе.

«Как дед мог не понимать, как работают умы людей? Вероятно, он уже давно оценил ситуацию... семья Донфанг была тогда очень сильной, и у них даже была справедливость. Но это должно было привести к повсеместному возмущению по всему континенту, если бы они безрассудно ликвидировали Императорскую семью Тянсян. Более того, Великие Мастера были бы вынуждены вмешаться из-за их договора о союзе. На самом деле, даже нынешние Восемь Великих Мастеров восстали бы против, если бы ситуация повторилась.

Более того, их врагом была семья Сяо из Города Серебряной Метели. Таким образом, вопрос был бы только в полном разрушении семьи или нет, как и с семьёй Цзюнь...».

Это было единственным выводом на этот счёт. Он был убежден, что любой человек будет думать таким же образом.

«Мой дед всю жизнь провел на поле боя. Если бы он не мог предвидеть этого, все это было бы пустой тратой… Вес принятия «предпочтительного» решения имел приоритет в присутствии такого давления со всех сторон. И, самый важный аспект, очевидно – сохранить существование семей Донфанг и Цзюнь. Но сохранить их так, чтобы они точно больше никогда и никому не помешали, и не смогли контактировать...».

Такой результат был болезненным для всех, но он обеспечил безопасность жизни людей из обеих семей. Кроме того, это обеспечило семье Донфанг жизнь. В противном случае, как мог кто-то с нравом Цзюнь Чжан Тиана просто сидеть на жопе ровно без каких-либо попыток отомстить?

Цзюнь Мосе всегда думал, что довольно странно, что его дед и дядя — двое мужчин с действительно железной кровью — никогда не пыталась взять реванш за всё это время. Но слова дяди по матери указали на истинную причину их бездействия.

Цзюнь Чжан Тиан не слишком беспокоился о том, что его собственная семья будет уничтожена во время мести. Но он не выдержал бы вовлечения в это семьи Донфанг... и их уничтожения. Он был человеком, который не вздрогнул бы от перспективы пролитой крови своей семьи. Но он не мог допустить, чтобы это случилось с чужой семьей.

Цзюнь Мосе считал, что его домыслы, возможно, не были фактически правильными. Но, по большому счету, это было правильно…

Цзюнь Мосе считал, что его домыслы, возможно, не были обязательно правильными. Но, это по большому счету правильно…

- На самом деле, я думаю, что жить в уединении в течение этих десяти лет не обязательно было плохой вещью для семьи Донфанг, – Донфанг Вэн Цин увидел, что Цзюнь Мосе выглядел грустно после того, как он услышал всё. Поэтому он улыбнулся, чтобы утешить его. - Моя семья Донфанг известна во всём мире своими методами убийства. Тем не менее, секретная техника – большая забота и недостаток моей семьи!

- Почему? – Цзюнь Мосе был несколько озадачен.

- Моя семья Донфанг существует уже триста лет. И она выпустила целый ряд экспертов. Но, она никогда не имела мастеров Суань Духа в своих рядах, – Донфанг Вэн Цин горько сказал.

Глава 326.1. Самый большой барьер на пути развития культивации Суань Ци (часть 2)

- О? Что ты имеешь в виду? Бабушка сражалась с двумя экспертами Суань Духа из семьи Сяо самостоятельно. Хотя, она не выиграла... но могла. Такая сила – просто удивительна! Разве она до сих пор не достигла силы Великих Мастеров? – молодой мастер Цзюнь был весьма озадачен.

- Мать, конечно, достаточно сильна, чтобы самостоятельно осилить двух экспертов Суань Духа. И её сила была действительно наравне с Великими Мастерами. Однако она не достигла истинного царства Великих Мастеров! Семья Донфанг тренируется в убийствах. Мы уделяем пристальное внимание цели... мы убиваем её, а потом сбегаем. Однако убийца никоим образом не является воином.

Донфанг Вэн Цин продолжал в серьёзном тоне:

- Мы пытались усовершенствовать технику убийства с незапамятных времён в попытках сделать её совершенной. Поколения семьи Донфанг сосредоточили своё внимание на изучении техник боевых искусств, основанных на ловкости, и мы делали её всё более изысканной. Поэтому наши навыки стали почти совершенными. Однако, следствие этого в том, что... человек становится очень мускулистым и становится на коварную дорогу. И очень трудно повернуть назад с этой коварной дороги...

- Коварная дорога? – Цзюнь Мосе выглядел задумчивым.

- Можешь догадаться? Ты тоже владеешь такими боевыми искусствами. Так что, я полагаю, что ты поймёшь это очень быстро, – Донфанг Вэн Цин спросил. Затем он посмотрел на выражение Цзюнь Мосе и вздохнул:

- Эксперт Суань Духа, желающий подняться на уровень Великого Мастера, не стремится к тому, чтобы условия были подходящими. Такой эксперт формирует собственную систему. Он интегрирует в неё свою Суань Ци и развивает уникальное понимание. И, таким образом, происходит формирование нового знания, знания, которое они развивают в своей сфере. Можно даже сказать, что каждый Великий Мастер – создатель той или иной секты!

И нужно исследовать себя, чтобы достичь этой стадии. Они должны изучить свои навыки, чтобы отточить их. И где этот процесс происходит? Это происходит в реальных боях! Это происходит от убийства! Во время боя можно обнаружить их слабые места. И потом они направляют свои усилия на улучшение. После этого они снова вернутся в бой, а потом станут ещё лучше. Они, в конечном итоге, смогут достичь духовного постижения после сотен и тысяч попыток. Это первоначальная одержимость каждого Великого Мастера! Какими бы они были Великими Мастерами, если бы не были одержимы повышением эффективности Суань?! Как они могли стать Великим Мастером, если он бессмысленно продолжает культивировать своё тело?

Молодой мастер Цзюнь молча кивнул. Он вспомнил, что Одинокий Сокол, не колеблясь, рисковал своей жизнью, когда он штурмовал опасную снежную гору, чтобы бороться с соколами и орлами Суань. Мужчина также, не колеблясь, уменьшил свою личность, когда вышел искать драку.

«Он сделал всё это по этой причине?»

- Мы, убийцы, убиваем достаточное количество людей. Но нам не хватает прямого боевого опыта в силу того, что мы убийцы. В конце концов, как мы можем считаться ассасинами, если мы начнем ввязываться в непосредственные боевые действия? Это правда, что убийцы убивают многих людей. Но мы можем использовать этот опыт только для совершенствования и повышения наших навыков. И это делает нас неспособными поглотить боевой опыт во время борьбы с кем-то, так как убийца должен обязательно убивать одним ударом, когда он принимает миссию. Итак, этот удар должен быть очень резким и быстрым. Но слабость убийцы будет раскрыта только тогда, когда он не сможет убить свою цель одним ударом. Однако убийца, разоблачающий свою слабость перед противником, похож на того, кто подписывает свой смертный приговор!

Это был величайший недостаток нашей семьи Донфанг! Вот почему мы ничего не смогли сделать, столкнувшись с тремя Великими Мастерами, несмотря на то, что наша сила достигла облаков, и у нас было множество убийц! Поэтому у матери не было выбора, кроме как принять это крайне несправедливое условие...

Глаза Донфанг Вэн Цина сияли, когда он посмотрел на Цзюнь Мосе:

- Ты, должно быть, понял, почему я говорю тебе всё это... Даже твоя сила меньше нашей! Она более гибкая! Никто не может убить тебя, когда ты используешь свои навыки! Тем не менее, это также самый большой барьер для твоего прогресса!

Тебе не нужно будет беспокоиться о своей жизни, как только ты можешь игнорировать силы и оборону любого эксперта. Затем ты бы двигался по всему миру беспрепятственно, так как ты найдёшь безопасность в этом знании!

Но в искусство нужно вкладываться и дальше! Но ты не будешь беспокоиться о своей жизни. С чего бы тебе, да? Однако даже если ты не хочешь признавать это... и даже если ты думаешь, что не будешь небрежен... но... факт в том, что обладая такими умениями и мышлением, ты отличаешься от тех, кто стремится стать Великим Мастером.

Ты уже отличаешься от них, потому что ты не дрожишь в страхе, как они делают. Но можно получить огромный прорыв в силе только под давлением смерти! В противном случае, ты только сделаешь прорыв, когда условия будут правильными. Тем не менее, ты не будешь пожинать неожиданные награды, которые приходят с неожиданными прорывами, которые можно достичь только под давлением смерти. Таким образом, твой шанс достичь уровня Великих Мастеров в конечном итоге превратится в безнадёжное начинание.

Цзюнь Мосе икнул. Огромные возможности Пагоды Хунцзюнь уже гарантировали, что он не умрёт... даже если Восемь Великих Мастеров попытаются убить его вместе.

«Я всегда был в безопасности в этом знании. И вот почему я так дерзок! Я даже не достиг культивирования Серебряного Суань, но я уже собрал мужество противостоять экспертам Суань Неба и Суань Духа! И... не было никакого давления или страха смерти в моём сердце в то время!

Но если я спрошу себя — что, если бы у меня не было Пагоды Хунцзюнь? Сколько раз я должен умереть из-за моих действий?

Я был безмерно доволен собой. Я думал, что у меня нет необходимости иметь какие-то опасения, потому что я обладаю выдающимися способностями. Но смогу ли я добиться прогресса на этом уровне в будущем, если буду и впредь иметь такое отношение?»

Капля холодного пота медленно потекла вниз, когда Цзюнь Мосе подумал об этом.

Донфанг Вэн Цин знал, что дал племяннику задуматься кое о чём. Он видел, что молодой человек усиленно размышляет над этим, и не должен беспокоить его. Поэтому он украдкой махнул своим двум братьям, и они трое тихо вышли из шатра.

Цзюнь Мосе сидел неподвижно внутри палатки - один. Его брови хмурились от мыслей.

«Возможно... мне стоит измениться? Пагода Хунцзюнь – это сокровище, которое идёт против воли Небес. И его функциональность чрезвычайно грозная по этой причине... но, это не поможет мне с моим прогрессом...»

Цзюнь Мосе продолжал размышлять над этим вопросом всю ночь... и до следующего утра. Но он ещё не нашёл решения.

Юный мастер Цзюнь на следующее утро вышел из палатки с огромными мешками под глазами.

Донфанг Вэн Цин ждал долгое время. Он спокойно стоял под деревом перед входом в палатку. Эксперт Суань Духа посмотрел на Цзюнь Мосе и спросил:

- Что? Ты до сих пор не понял?

Цзюнь Мосе заставил себя улыбнуться, и посмотрел в небо:

- Но ты дал мне такую сложную проблему! У меня есть такое замечательное мастерство, и все же я не должен использовать его? Я должен страдать, даже если я столкнусь с врагом, который, я знаю, сильнее меня... но я не должен использовать свои навыки? Даже как эксперт Нефритового Суань против Великого Мастера? Разве это не сродни заигрыванию со смертью?

- Ты не спал всю ночь и это то, что ты смог придумать?! – Донфанг Вэн Цин спросил достаточно грубо. Он некоторое время смотрел на своего племянника. Потом он начал ругать его:

- Дурак! Идиот! Ты абсолютно позорен! Ты идиот! Придурок! Как моя умная сестра родила такого идиотского сына, как ты? Ты действительно оставил меня без слов! У тебя в голове есть мозг?! Или тебя осёл лягнул, когда ты был ребенком?!

- Что? – Цзюнь Мосе был смущён.

«Не один человек хвалил мой интеллект — будь то в моей предыдущей жизни или в этой. Но он называет меня глупым?» - он не смог даже найти слов и продолжал молча смотреть.

- То, что я ранее сказал... Я имел в виду, что ты должен стараться как можно больше воздерживаться от использования твоих специальных навыков, чтобы достичь победы над кем-то на том же уровне, что и ты! Чем труднее победа — тем лучше она для твоего роста! Ты даже можешь пропустить несколько уровней, и бросить вызов экспертам, которые сильнее, чем ты. Но, никогда не пытайся справиться с вещами, которые слишком велики для твоих возможностей Суань! Но ты идиот! Разве я когда-нибудь говорил тебе пойти и бросить вызов экспертам Суань Неба с твоей силой? Или хуже... Суань Духа или Великому Мастеру сразу?! Разве это не сродни ненависти к своей жизни?

- Э... – Цзюнь Мосе не знал, смеяться или плакать. - Ты не очень ясно сказал!

- Об этом тоже нужно чётко заявить? Разве ты не понимаешь разницу между «трудно победить» и «невозможно победить»? У тебя есть замечательные умения, и ловкость, естественно, позволить тебе спастись... но, ты действительно настолько глуп? – Донфанг Вэн Цин нахмурился в гневе.

«Как мой племянник мог быть таким глупым?»

Что он не понимал, так это то, что чем умнее человек... тем труднее было им выйти из проблемы, как только он попался в неё.

- Ты – эксперт Нефритового Суань. Так разве ты не умрёшь в тот момент, когда Великий Мастер прикоснётся к тебе? Как бы ты превзошёл свои навыки в таком случае?! Идиот! – дядя Донфанг был в растерянности.

«Я сказал тебе использовать твои природные способности, чтобы бороться и поглощать столько опыта, сколько ты можешь. Я никогда не говорил тебе забить на свою жизнь…».

- Я понимаю это сейчас... это так очевидно, – Цзюнь Мосе вдруг начал смеяться. Затем он поднял руки к небу и взлетел вверх. На землю он спустился, как только прошёл значительное расстояние.

«Бог знает, что ещё мой дядя скажет мне, если я останусь там! Он казался таким изысканным, элегантным и изящным, когда я видел его вчера. Но, кажется, это было огромное заблуждение! Он был неожиданно груб, когда он ругал меня прямо сейчас!»

Цзюнь Мосе не заметил такого изменения в своём поведении. Он начал считать этих троих своими дядями. На самом деле, он фактически начал приравнивать их к своему третьему дядю — Цзюнь Вую.

...потому что эти трое мужчин проявили настоящую заботу о его благополучии!

- Ты тупой сопляк! – Донфанг Вэн Цин всё ещё был зол на него за невыполнение его ожиданий. Итак, он хотел еще немного поругать его. Тем не менее, он больше не мог видеть даже тени своего племянника…

А через три дня…

Пыль поднялась над большой дорогой вдалеке. Горы начали трястись. Потрясающие и величественные звуки труб ознаменовали приход главнокомандующего Цзюнь Вуя.

Глава 327. Итог былой обиды

Звук марширующих шагов разнёсся далеко кругом. Отголоски энергичного ритма потрясали землю. Тучи пыли летели по небу. Это могло означать лишь прибытие элитных войск. Грибообразное облако пыли возникло бы из-за хаотичной путаницы, если бы это была обычная группа сил. Только из-за упорядоченного марша должным образом организованных войск не было никакой путаницы, и пыль поднималась в воздух таким ровным столбом.

Этот величественный звук марша армии породил тонкое, но разрушительное чувство. Звук марша этой армии был настолько грозным, что казалось, что никакая сила в мире не могла остановить его от продвижения вперёд.

- Цзюнь Вуй – по-настоящему достойный представитель семьи Цзюнь. У него очень большая сила. У нас нет другого выбора, кроме как полюбоваться его работой, глядя на него, – Донфанг Вэн Цин стоял на вершине дерева. Он посмотрел вдаль и вздохнул.

- Этот юноша просто замечательный, – Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао стояли рядом с ним. Они не могли сдержать свои вздохи.

Можно было увидеть несколько кавалерийских отрядов впереди Цзюнь Вуя. Эти отряды шли вперёд, как мощная волна. Даже лошади, казалось, поднимали и ставили свои копыта в унисон. Независимо от того, с какой стороны посмотреть на эти отряды... будь то спереди, сзади или сбоку... всё равно все шли ровно, не сбиваясь ни на сантиметр. Они шли настолько ровными рядами, что, казалось, будто края отрядов были срезаны ножом.

Тем не менее, это был всего лишь продукт твёрдой дисциплины, не более того. Однако лицо каждого солдата в этой армии было наполнено гордостью. Это то, чем характеризуется армия. Армейское подразделение, которому не хватает духа внутреннего сотрудничества, никогда не почувствует такую гордость, как эта.

Даже молодой мастер Цзюнь подпрыгнул от восхищения при виде такой грандиозной и организованной армии.

Нужно знать, что только войска, находящиеся под непосредственным контролем Цзюнь Вуя, были надлежащим образом подчинены во время ухода Цзюнь Мосе из основных сил. Однако частные войска из различных семей также вошли в ряды этой армии. Эти частные войска были назначены в качестве «охранников» для многих молодых мастеров, которые были зачислены в армию. Однако эти частные войска не были дисциплинированы, как остальные солдаты. На самом деле, они были похожи на диких лошадей. Итак, было удивительно, что они были дисциплинированы и введены в строй в течение месяца…

«Похоже, что Третий дядя обладает большими навыками по надзору за войсками».

Юный мастер Цзюнь не был знаком с военными делами, в конце концов. Но он знал, что это не очень просто. Поэтому молодой мастер понял, что у него были бы большие проблемы, если бы он обменялся местами с дядей.

Цзюнь Мосе построил 250 своих людей, чтобы организовать подобающий приём. Однако его встретило холодное лицо. Цзюнь Мосе был «диким и неуправляемым животным». Но он улыбнулся этому холодному лицу, потому что оно принадлежало его третьему дяде — Цзюнь Вую.

Цзюнь Вуй посмотрел на своего племянника с торжественным выражением на лице. Однако его сердце не знало, стоит ли ему смеяться или плакать:

«Подразделение авангарда действовало таким образом? Отпустить твоих людей не сильно отличалось от того, как если бы я выпустил овец в лес. Они в основном исчезли без следа. И ни одна новость о ваших достижениях не была передана нам. Никогда раньше не слышал о подразделении авангарда, которое работало таким образом. На самом деле, это беспрецедентно…».

Молодой мастер Цзюнь сделал хорошую работу по расчистке пути впереди. Армия не сталкивались с какими-либо неудобствами или скрытыми проблемами. Подход юного мастера Цзюнь, возможно, был неправильным и непонятным, но он всё же выполнил свою задачу. Поскольку армия не столкнулась даже с малейшими проблемами, Цзюнь Вуй был чрезвычайно доволен этим. Даже высшие эшелоны командования были вполне удовлетворены этим, так как были проинформированы о его стараниях, ну... по крайней мере, никто не пытался организовать проблемы.

Единственная проблема была в том, что он не оставался в контакте с главной армией.

Однако как насчет тех, кто не знал о его усилиях? Они с готовностью считали, что у молодого мастера семьи Цзюнь нет чувства ответственности. И они приписали командиру Цзюнь заслуги за то, что они не столкнулись с какими-либо проблемами на протяжении всего путешествия. Даже старый мастер Цзюнь, который остался в городе Тянсян, вышел перед всей армией в одиночку, как гласили некоторые заумные записки...

Однако проблема, которая казалась более серьёзной, заключалась в том, что количество людей, которые не знали об усилиях молодого мастера Цзюнь, было огромным. Привести пример... если бы в армии было всего сто человек... девяносто девять из них сказали бы, что это было дело рук третьего мастера Цзюнь или старого мастера Цзюнь.

Поэтому это, естественно, было убеждением большинства населения. Действия молодого мастера Цзюнь, казалось, недисциплинированны на первый взгляд. Так как он мог бы приказывать военным, если его самого нужно наказывать каждые полчаса?

Поэтому командиру Цзюнь не оставалось ничего другого, как проливать дождь на Мосе. Молодой мастер хорошо сыграл свою роль – он поднял брови и опустил взгляд вниз, словно бы от позора. Он вёл себя как очень послушный человек в недоумении. Молодой мастер сделал вид, что его третий дядя хвалит его усилия. В любом случае, Цзюнь Мосе не слушал лекцию дяди должным образом, и почти заснул к тому времени, когда она закончилась.

Третий мастер Цзюнь был занят тем, что выместил гнев на своём племяннике, когда скорее почувствовал, чем увидел, что глаза последнего просто закрываются. Итак, командиру Цзюнь не оставалось ничего другого, как поспешно объявить расположение лагеря войскам, кратко и лаконично. Затем он быстро приказал войскам становиться на отдых.

- Хмм! Командир Цзюнь обладает большим авторитетом и убийственной аурой! С тех пор, как я видел тебя десять лет назад, твой авторитет слегка вырос. Ты послал своего племянника возглавлять авангард, а затем ты, фактически, плюнул ему в лицо, даже, несмотря на то, что он завершил задачу очень удовлетворительно. Но я не слышал ни одного слова ободрения из твоих уст. Это действительно безжалостный метод дисциплины. Ты действительно человек с железной кровью. По твоим венам течёт расплавленное железо и немножечко крови, – издевательски-загадочный эксцентричный голос эхом прокатился рядом с ним.

Холодный свет мелькнул в глазах Цзюнь Вуя. Его меч поднялся вверх:

- Кто это? Выходи!

- Мы выходим, мы выходим, только не говори мне, что главнокомандующий испугался? – три человека вышли из своих палаток.

- Старший Брат Донфанг? – Цзюнь Вуй воскликнул в приятном удивлении, прежде чем он посмотрел дальше. - Второй брат Донфанг... и третий брат! Это действительно вы! – глаза Цзюнь Вуя приняли чрезвычайно виноватый вид сразу после этого приятного сюрприза. Его лицо приняло крайне спорное выражение.

- Ха! Конечно, это мы! Ты стремишься в Тянь Фа так быстро, Цзюнь Вуй. Ты хочешь умереть? Ты устал от своей жизни? – слова, которые вышли из уст Донфанг Вэн Цина, звучали жёстко и насмешливо, но его выражение было очень серьёзным.

Обида трёх братьев по отношению к семье Цзюнь была не так глубока. Более того, их сердца были в покое, так как они видели, что, по слухам, «развратный племянник» их был на самом деле перспективным молодым человеком. Так они почувствовали ещё меньше обиды на Цзюнь.

Десять лет прошло с той трагедии. И Цзюнь Вуй, несомненно, был источником всего этого... но разве он не жертва тоже? На самом деле, он был самой большой жертвой! Он прожил жизнь калекой в течение десяти лет. И он прожил жизнь в раскаянии в течение десяти лет. Этот человек был вынужден нести вину за страдания многих людей. Хуже всего... Цзюнь Вуй даже не знал о ситуации в начале. И всё уже вышло из-под контроля к тому времени, когда Цзюнь Вуй узнал о личности Хан Ян Яо…

Они посмотрели на Цзюнь Вуя и поняли, что эти десять лет его полностью исчерпали. Они были преодолены с виной и позором, так как они поняли, что Цзюнь Вуй вёл самую печальную и трудную жизнь за последние десять лет.

Они глубоко почувствовали себя. Но десять лет назад они уже дали волю своей ярости, принеся в мир широкомасштабную бойню. С тех пор прошло много времени, и уже давно их гнев погас. Это не выгравировано в их сердцах так же, как когда-то…

Тем не менее, Цзюнь Вуй был другим. Всё это произошло из-за него. И этот факт всегда оставался фактом, даже если бы не предполагалось, что это произойдёт…

Цзюнь Вуй этого не хотел, но он всё ещё оставался виновным в этом. Возможно, он не хотел, чтобы это произошло, но это стало самым тяжёлым бременем в его жизни…

Командир Цзюнь чувствовал, что его сердце каждый вечер грызут маленькие муравьи; таковы были его страдания в течение последних десяти лет.

«Мы всё ещё можем напиться и драться в сумасшедших боях, чтобы отогнать боль в наших сердцах, когда она становится невыносимой... Но ноги Цзюнь Вуя так много лет оставались неработающими. Таким образом, у него не было выбора, кроме как терпеть боль в тишине…».

Четверо мужчин посмотрели друг на друга и почувствовали очень странное чувство. Казалось, что их перенесли на десять лет назад. Тем не менее, им было трудно дышать, так как эти воспоминания начали всплывать в их уме.

Веки глаз Цзюнь Вуя медленно покраснели, а уголки глаз стали влажными. Затем он раскрыл руки и улыбнулся:

- Я скучал по вас все эти годы, старшие братья Донфанг! Мы не виделись десять лет, два месяца и семь дней…

Затем он посмотрел на небо, чтобы уточнить время, а затем мрачно проговорил:

- И два часа... я передал вам известия о смерти старшего брата в этот же день, примерно два часа назад…

Глаза Цзюнь Вуя вдруг стали красными.

Четыре человека были сильно потрясены.

Он был точен до самого дня и часа!

«Десять лет, два месяца, семь дней и два часа! Цзюнь Вуй словно записал, так точно он помнит! В чём смысл этого?».

Это показывало, что Цзюнь Вуй не забыл о той кровной вражде, даже на один день. Но он мог только терпеть. Он чётко знал, кто его враг. Однако у него не было выбора, кроме как терпеть. Более того, он был искалечен, и ему пришлось страдать от боли, быть отделённым от своей любви.

Донфанг Вэн Цин и два других брата поняли тяжёлую жизнь Цзюнь Вуя в течение этих десяти лет.

Этого короткого предложения хватило, чтобы всё это понять…

- Ты слишком много страдал, третий младший брат, – Донфанг Вэн Цин сделал шаг вперёд и крепко обнял Цзюнь Вуя. Два человека обнялись молча. Цзюнь Вуй закрыл глаза. Он уже чувствовал себя на грани истерики. Однако он уже плакал пламенными слезами в его сердце. Мышцы его лица дёргались, челюсти сжались, но он не издал ни единого звука и не выронил ни одной слезинки.

«Это слова, которые я так хотел услышать... слова понимания и заботы от семьи Донфанг... пришли через десять лет! Десять долгих лет! Даже если немного поздно... даже если немного поздно... они наконец-то пришли! Небеса знают, сколько раз я падал духом все эти годы... сколько я ждал этих слов!»

Лицо Цзюнь Вуя было безжалостным, но горькая боль пробила его сердце, как затопляющая река.

Донфанг Вэн Цзянь и Вэн Дао думали о десятилетних страданиях Цзюнь Вуя. Затем они увидели эту эмоциональную сцену. Они не смогли сдержаться; в глазах предательски защипало, носы захлюпали, и они оказались на грани плача. Однако, единственное, что они могли сделать, это приложить все свои силы, чтобы покашлять, но несильно, так как они боялись, что слёзы хлынут фонтанами и утопят лошадей, если они не будут сдерживаться. Они справились с этим кашлем с крайней трудностью. Тем не менее, даже при кашле их голоса дрожали.

«Я не знаю, как Цзюнь Вуй справлялся целых десять лет! Я бы уже покончил с собой, чтобы извиниться за свои ошибки, если бы я был на его месте. Тем не менее, он продолжал идти через все мучения в течение десяти лет…».

Настроение у всех вернулось к норме только через какое-то время.

- Разве я не знаю, что ехать в Тянь Фа опасно? Более того, многие другие сильные враги нашей семьи собрались там помимо страшных Зверей Суань! Я прошу, чтобы вы, трое старших, обеспечили Мосе благополучное возвращение в город Тянсян, если я не смогу сохранить свою жизнь! Искренне прошу Вас! – Цзюнь Вуй изменил тему после того, как он вернулся в норму, и озвучил эту срочную просьбу.

Глава 328. Мрачная ситуация

- Что это за бред?! Мосе – наш племянник, как-никак! Очевидно, что мы не позволим ему пострадать! А ты – наш младший брат! Так что, ты не должен пострадать тоже! – Донфанг Вэн Цзянь широко открыл глаза и ответил.

- Дело не в том, что я хочу этого. Тем не менее, я получал данные разведки, пока был в дороге. Мы всё ещё не знаем причину восстания Суань зверей. Но мы знаем, что масштабы их восстания чрезвычайно огромны. На самом деле, оно имеет потенциал, чтобы нанести невообразимый ущерб! Сообщается, что цари зверей Суань Тянь Фа чрезвычайно возмущены, и приказали всем зверям Суань четвёртого и выше уровней участвовать в этой войне. Это уже не локальная стычка, это полномасштабная война!

Цзюнь Вуй улыбнулся и посмотрел на Донфанг Вэн Цина:

- Ваша семья Донфанг приняла невероятную клятву. Но, похоже, половина этой клятвы уже выполнена!

- Звери из Тянь Фа вышли, с этим глупо спорить. Но разве люди не могут интерпретировать нашу клятву по-другому и сказать, что она будет исполнена только тогда, когда все звери Тянь Фа будут мертвы? Так с чего ты взял, что половина нашей клятвы уже выполнена? – Донфанг Вэн Цин был довольно счастлив минуту назад, но сейчас он спросил с сомнением в голосе.

- Это потому, что было подтверждено, что это восстание было спровоцировано третьим и четвертым королями зверей Суань. Таинственные и сильные короли зверей Суань ещё даже не приняли участие! – Цзюнь Вуй сделал глубокий вдох, прежде чем он продолжил. - Это последняя информация, которую я получил. Тем не менее, я считаю, что многие сильные эксперты Суань прибудут в Тянь Фа из-за войны. И затем, сильнейшие короли зверей Суань должны будут выйти на бой, чтобы поддержать других королей зверей Суань. Я в этом убеждён. Поэтому, есть только одна вещь, оставшаяся так далеко, насколько распространяется клятва семьи Донфанг. А вот Снежный Пик...

- Так вот как это бывает...

Ум Цзюнь Мосе пришёл в движение:

«Я не знаю, как выглядит Снежный Пик... но, я пойду и посмотрю, когда у меня появится свободное время…»

- Более того, империя Шэн Си и империя Ю Тан также направили армии для оказания помощи после того, как они увидели увеличение масштабов конфликта. На самом деле даже король Прерий послал с его стороны десять тысяч элитных конных воинов. Это достоверные сведения, которые я успел собрать на данный момент. Я также считаю, что три империи будут препятствовать друг другу в ходе этой войны, поскольку они укрывают взаимные чувства глубокой ненависти. Я также знаю, что второй старейшина семьи Сяо — Сяо Бу Ю — станет ведущим войска Города Серебряной Метели. Более того, эти войска будут в основном состоять из членов семьи Сяо. Наша семья Цзюнь имеет глубокую и давнюю вражду с семьей Сяо. Кроме того, Сяо Хан – мой противник, и между нами непримиримая ненависть. Поэтому я уверен, что что-то произойдёт!

Кроме того, наша семья Цзюнь и поместье Сюэху также имеют... эмм... чувства друг к другу. К сожалению, эти чувства – тоже глубокая ненависть. Так что, мы должны защищаться и от этого! – Цзюнь Вуй говорил всё на одном дыхании.

Потом он сплюнул и продолжил:

- Ситуация мрачная. Очень мрачная. Это достаточно плохо, чтобы заставить даже меня отказаться.

- И Восемь Великих Мастеров... величайший Мастер Юн Би Чен ещё не прибыл. Тем не менее, третий Великий Мастер, Хань Фэн Сюэ... Небесный Великий Мастер Мо Вэнь Тянь... Великий Синий Мастер, Мэн Хун Чен уже прибыли, – Цзюнь Вуй сказал тяжёлым голосом. Но его глаза горели несравнимо интенсивным пламенем.

Цзюнь Вуй с нетерпением ожидал увидеть элегантную борьбу этих Великих Мастеров с близкого расстояния.

- Возможно, есть ещё один человек, ты можешь не быть в курсе... – Донфанг Вэн Цин произнёс. - Тот, кого сместил с его места Восьмого Великого Мастера Одинокого Сокола — Фэнг Хуан Юнь. Он тоже в дороге. И, возможно... возможно, уже приехал туда.

«Фэнг Хуан Юнь…», – Цзюнь Мосе молча сидел в стороне и слегка поднял брови, когда услышал это имя.

«Он ведь не успел сделать прорыв и стать достаточно мощным, чтобы победить Одинокого Сокола, верно?»

- Многие другие могущественные семьи, помимо Города Серебряной Метели и поместья Сюэху, также послали своих людей. Самые известные среди них — семьи Байли, Дуанму, Бейгон, Венрен, Сиконг, Зуку, Диву, Оуян... ну, и Донфанг. В основном девять больших семей собираются вместе на Тянь Фа! Эти семьи выслали не так много людей, но люди, которых они послали, очень сильны и могущественны. Особенно семья Дуанму; даже их глава — Дуанму Чао Фан — будет участвовать в этой войне!

«Дуанму Чао Фан? Типа «Чао Фан» как «жареный рис»? – Цзюнь Мосе вдруг заговорил.

– Это имя довольно запоминающееся и очень глубокое! (1)

Донфанг Вэн Цин рассмеялся и объяснил:

- Глава семьи Дуанму зовётся Дуанму Чао Фан. Чао Фан значит «экстраординарный». Однако он немного заикается. И поэтому всякий раз, когда он произносит своё имя... он удлиняет его, так как он думает очень много о себе. Тем не менее, чем больше он удлиняет имя... тем больше другие слышат его, как жареный рис. Поэтому, люди называли его Жареным Рисом уже давно, ещё с первой встречи «Девяти Великих семей». На самом деле, его настоящее имя было почти забыто…

- Ну ладно! – Цзюнь Мосе торжественно произнёс. - Так этот парень, видимо, тупоголовый. Его следует назвать «Слабоумным Чао Фаном». Это звучало бы гораздо более уместным! (2)

- Ха-ха... – все разразились смехом. Отсмеявшись, Вэн Цин продолжил свой рассказ.

- Кроме того, Золотой Замок Наводнения, Гора Семи Драконов, Отрубающий Душу Дворец и Город Чистого Неба также послали несколько своих людей. Более того, есть бесчисленные мощные «кочевые» эксперты, которые добавятся к этим цифрам, – Донфанг Вэн Цин показал напряжённую улыбку и продолжил, - это секретная информация стала известна нам от Ли Ю Тяня прежде чем мы уехали. Тем не менее, я не знаю о каких-либо новых событиях, которые могли произойти с тех пор.

Цзюнь Вуй нахмурился ещё глубже, когда услышал эти знаменитые имена. Наличие такого сильного подкрепления означало лишь то, что восстание зверей Суань становилось всё более и более интенсивным.

- Чёрт! Их так много! – Цзюнь Мосе не мог не присвистнуть. Затем он продолжил:

- Они могут легко раскочегарить весь Тянь Фа на дрова, если соберутся такие силы. После этого, каждый человек может взять по одному зверю Суань и притащить его домой как «любимчика». Какой смысл идти на такую войну? Эти люди будут сидеть без дела!

- Ты хоть знаешь, что говоришь?! – четверо ртов прорычали эти слова в унисон, а восемь глаз гневно посмотрели на того, кто был плохо воспитан, по их мнению.

- Паршивец! Твой опыт слишком мал, чтобы знать об опасностях! Лес Тянь Фа простирается на десятки тысяч километров. И в нем живёт множество зверей Суань! По крайней мере, десять миллионов живут там... по очень скромным подсчётам! И что ещё важнее – это мы говорим только о зверях Суань уровня четыре или выше! Собравшиеся эксперты не смогут конкурировать с полной силой зверей Тянь Фа. Это неприятно слышать, но просто слюней всех этих животных Суань достаточно, чтобы утопить этих так называемых «экспертов»!

Донфанг Вэн Цин был очень зол на невежество своего племянника. Поэтому он пошёл вперед и подсел к безграмотному, чтобы научить уму-разуму.

- Ты должен также понимать, что тебе потребуется огромнейшее пространство, чтобы встретиться со всеми сразу. Десять миллионов зверей Суань... разве они не помрут от недостатка места даже в степи? ...не говоря уже об этих горах!

Молодой мастер Цзюнь презрительно посмотрел и покачал головой:

- Здесь много сильных людей и там много сильных людей. Маленькая битва начнётся, когда эти люди начнут сражаться. Военная кампания состоит из нескольких таких боёв. А много военных кампаний – это уже то, что мы называем войной. А после многих войн... в итоге наступит мир.

Донфанг Вэн Цин взбесился после того, как услышал это. Поэтому Цзюнь Вую пришлось подсуетиться и успокоить ситуацию. Тем не менее, у него тоже были глубокие складки на лбу:

- Там так много неприятностей, потому что есть так много людей. Это не было бы очень трудно, если бы тут были только три Великие империи, поместье Сюэху, Город Серебряной Метели и войска короля Прерий. Ведь эти субъекты осознают общую ситуацию. Они понимают военные ограничения. Таким образом, в случае возникновения конфликта будет пространство для посредничества. Но, так много других сил также собирается вместе. Итак, во всей этой запутанности обязательно будут глубоко укоренившиеся враги, вспомнив свои старые обиды в самый неподходящий момент. И трудно сказать, сколько людей будет там... и сколько из них мудры... кто может сказать, что несколько безрассудно произнесённых слов не приведут к крупномасштабному конфликту между двумя семьями? И, кто не имеет трёх или шести друзей за их спиной? Более того, эксперты Суань, которые родом из общества, вообще не поддерживают порядок, как дисциплинированная армия...

- Эта проблема является подлинной головной болью, – Донфанг Вэн Цин и двое других кивнули в унисон.

- Мы должны иметь единую команду, так как слишком много людей участвуют. В такой ситуации должен быть один главнокомандующий. В противном случае, не будем ли мы просто предоставлять мясные пирожки для зверей Суань, если все решат бороться, как они хотят, и бегать, как рой пчел? – добавил Цзюнь Мосе. Четыре старших были весьма благодарны за первую часть слов Цзюнь Мосе. Тем не менее, они закатили глаза, когда вторая часть о «сухпайках» Суань зверей была сказана.

- Это верно. Однако главнокомандующий должен быть. Он должен быть тем, кто не занимает эту должность по имени. Более того, ему придётся проделать очень неблагодарную работу. Некоторые конфликты могут даже быть спровоцированы между офицерами, занимающими незначительные должности. Ведь есть силы из трёх Империй, и будут войска из Прерий. Некоторые из них не склонятся, потому что будут там представлять свои страны!

Однако эту проблему сравнительно проще решить. Солдаты подчиняются главнокомандующим, потому что они привыкли, и таков воинский долг. Это не большая проблема. Реальной проблемой является огромное количество мощных специалистов со всего мира, которые не состоят в регулярной армии. Они все недисциплинированны. Более того, они не привыкли к военным ограничениям. Они не только не примут друг друга... но и любое крупномасштабное военное командование. У каждого мощного эксперта будет своя гордость. Так что они не склонятся перед обычным генералом. Это самая большая проблема союзных сил!

Цзюнь Вуй глубоко нахмурился:

- Я командовал битвами в течение половины своей жизни. И я никогда не видел такого удивительного собрания воинов в прошлом. На самом деле, даже объединенная сила моих предыдущих команд не приблизилась бы к этой. Тем не менее, я никогда не видел меньшей надежды на победу в прошлом. На самом деле, это первый раз, когда я даже не вижу возможности для победы...

И наши оппоненты – это звери Суань! У них невообразимо строгая иерархия. Более того, короли зверей Суань лично контролируют их в этой войне. Поэтому звери Суань будут очень организованы – они будут атаковать на один свист, а отступать на другой.

Всё указывает на поражение, – Цзюнь Вуй и Донфанг Вэн Цин посмотрели друг на друга с мрачными выражениями.

- Мы зашли так далеко. Не говори мне, что хочешь отступить? Посмотрим, как всё будет развиваться. Хорошо спасать людей. Но какой смысл спасать кого-то, если мы должны будем занять их место в желудках тварей? Я в порядке, потому что считаю, что у нас достаточно людей, чтобы защитить нашу собственную безопасность. Что касается судеб других... получим ли мы какие-нибудь деньги за их спасение? – Цзюнь Мосе улыбнулся от души.

Цзюнь Moсе был самым уверенным среди всех, когда дело доходило до этого восстания зверей Суань. Цзюнь Мосе мог легко гарантировать, что его армия не пострадает, даже если армии будут разделены на различные группы. Более того, он мог обеспечить поражение остальных…

«Это действительно не будет сложным! Давай просто пойдём и сделаем вид, что это дело уже закончено…

Почему эти парни делают такие несчастные лица?»

____________________

(1) (С китайского "чаофан" – это необычный, выделяющийся. А если протянуть чуть-чуть подольше, то получится "жареный рис" - п.п.)

(2) (На китайском "слабоумный Чао Фан" будет звучать типа "чиохан Чао Фан". А если произносить быстро - то практически одинаково - п.п.)

Глава 329.1. Грозные события в Тянь Фа (часть 1)

- Ты – балованный полудурок! Хватит говорить подобную чушь! Как мы можем эгоистично смотреть на одних только себя при таких обстоятельствах? По крайней мере, десять миллионов Суань зверей разольются, как море, по нашим внутренним землям, если мы потерпим неудачу в этой войне! Как ты думаешь, сколько мирных жителей пострадает или погибнет? По крайней мере, десятки миллионов ни в чем не повинных жизней будут потеряны... из-за того, что мы будем думать только о себе и своей безопасности! Это может обернуться огромным бедствием!

Цзюнь Вуй жестко и довольно громко продолжал отчитывать своего племянника:

– Мы должны засунуть наши личные обиды и благодарности в задницу в этот момент! И мы должны сплотиться и работать вместе для нашего общего блага. Только тогда у нас будет шанс... надежда на победу!

- Вуй – это абсолютно правильно! Эта битва между человеком и зверями Суань решит судьбу нашего континента на ближайшую сотню лет! Человек с высокомерием Ли Ю Тяня ни за что не объявил бы общий сбор всех специалистов Суань, забыв про свою гордость и высокомерие, если бы ситуация была незначительной! Должно быть, он был ограничен суровостью ситуации, чтобы отказаться от своего эго и объявить общий сбор всех специалистов Суань! На самом деле, он был бы осуждён историей, если бы не сделал этого!

Донфанг Вэн Цин горько улыбнулся:

- Несколько независимых экспертов, конечно, будут бороться за прибыль, и они, безусловно, будут иметь высокий моральный дух поначалу. Но я гарантирую, что треть их числа соберёт свои обгаженные штаны и свалит после первого же поражения. Ведь надо сохранить свои силы для обретения превосходства в обществе! Тем не менее, мы сделаем всё, если все мы отложим идею об обретении прибыли в такие хаотические и сложные для всего человечества времена!

- Человеческая природа очень зла... они хотят сражаться с ветром и избивать собак, без их помощи упавших в кювет. Однако большинство людей не будут воздерживаться от отступления, когда ветер становится грубым, а эта собака в канаве превращается в тигра. Большинство людей ждут, пока другие будут сражаться и умирать... а они попытаются воспользоваться ситуацией. После этого они ускользнут, когда никто не будет на них смотреть. Эти люди скорее потеряют свою репутацию, чем свою жизнь. Они сказали бы что-то типа такого: «Прилив оказался выше, чем я могу принять в одиночку... но я не единственный, кто потеряет лицо в этой ситуации... так, какая к чёртовой матери разница, кто это сделает первым...», - Цзюнь Мосе покачал головой, произнеся эти слова в очень циничном тоне. Он, наконец, обрёл радость говорить таким образом. Однако затем, он увидел выражения остальных четырёх мужчин и понял, что они становятся всё темнее.

Потому он издал пустой смешок и проговорил:

– Чёрт! Мне надо поссать! Я держал всё в себе с таким трудом с самого раннего утра. Но люди говорят так медленно... – сказав это, он развернулся и сбежал.

Четверо мужчин в ужасе посмотрели друг на друга.

«Этот озорной мальчишка не имеет никакого стыда вообще!»

- Это дело выглядит не очень хорошо, в действительности. Мы поедем и встретимся с Ли Ю Тянем как только доберёмся до Тянь Фа. А уже после этого мы придём и присоединимся к вашим силам и защитим вас. Идеи о безопасности Цзюнь Мосе можешь забыть – наша защита действительно надёжна. Мы получим возможность выжить, только если будем держаться все вместе. Как сказал Мосе... Да, он, конечно, циничный говнюк, но иногда умеет говорить правильные вещи: спасение других – это доброе дело, но подвергать себя опасности ради выживания всех остальных – бессмысленно. Мы должны быть прагматичными… и даже немного циничными...

Цзюнь Вуй кивнул. Затем он посмотрел на небо и вздохнул:

– Я не знаю причины этого бедствия... или откуда оно взялось... или что спровоцировало такую огромную катастрофу? Но, можно предположить, что звери Суань не покинули бы Тянь Фа без каких-либо своих мотивов или причин. Так кто же их подстрекал? Кто или что заставило их выползти из леса? Я бы убил этого человека, если бы знал его личность! Этот человек принял весь мир за шутку!

Остальные трое согласились, кивая головами.

Молодой мастер Цзюнь вернулся после того, как он ускользнул пару минут назад. В настоящее время он прятался в углу палатки и подслушивал разговор. Его даже прошиб холодный пот после того, как он услышал их слова. Его сердце стало кричать о его невиновности...

«Мои первоначальные намерения были лишь преподать поместью Сюэху урок! Как они посмели смотреть на невестку семьи Цзюнь? На мою тётю? Вдову? Но, я никогда не знал, что это превратится в такой большой вопрос!»

«Я непреднамеренно довёл это дело до такого состояния... так что вы не можете винить меня! Я ведь не хотел всей этой заварухи!»

…

На следующий день Цзюнь Вуй узнал, что Гуан Квинхан и Дугу Сяо И также путешествовали со своим племянником втайне от него и их отцов. Главнокомандующий Цзюнь чуть не сошёл с ума от гнева, увидев виноватые выражения на лицах этих двух женщин. Он чуть не заорал Цзюнь Мосе до смерти. Хотя, Мосе ближе к концу тирады уже думал о том, что лучше было бы помереть в желудках зверей Суань, а потом веками удобрять почву леса Тянь Фа, чем выслушивать это всё... Тем не менее, он плохо знал своего дядю: Цзюнь Вуй не остановился на «простом» оре и издевательствах, как в предыдущий раз. На самом деле, он размахивал жезлом и даже собирался хорошенько стукнуть Цзюнь Мосе в надежде, что хоть тогда у него мозги на место встанут…

«Это такое опасное место. Как эти двое, вообще, могут находиться здесь?»

Это вылилось в игру в прятки между Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуем. Молодой господин Цзюнь, быстро сверкая пока ещё не битыми пятками, бегал по всему лагерю и искал место, где он не мог бы встретить своего дядю до самого окончания войны. Он, естественно, сделал бы это, чтобы избежать жезла своего дяди. Он хотел бежать, как быстрый заяц... так, чтобы, вообще, никогда не встретиться лицом к лицу со своим дядей...

***

Армия двинулась вперёд и, в конце концов, достигла Южного Небесного Города на третий день после соединения. Прошло тридцать три дня с тех пор, как они покинули город Тянсян. Армия перетерпела путешествие примерно в сто восемьдесят километров за один день всего путешествия. Это означало, что они прошли более пяти тысяч километров после пересечения многих гор и бродя по многим ручьям.

Все дышали холодным воздухом и покрывались не менее холодным потом после того, как они достигли Южного Небесного Города.

Область за пределами Южного Небесного Города была бесплодной степью протяжённостью почти пятьсот километров. Лес Тянь Фа был в порядке, но человеческие жилища были все в руинах. Цзюнь Мосе посмотрел в сторону Города и так дико рассмеялся над несчастьем своего врага... что он потянул мышцу в животе.

Территория усадьбы Сюэху превратилась в базовый лагерь для операций зверей Суань…

Они находили большие группы Зверей Суань на дороге в Южный Небесный Город. Эти группы просто роились и немедленно атаковали любых специалистов, которых они находили в окрестностях. Но дисциплина зверей Суань была невероятной. Они не нашли никаких следов зверей Суань в ста пятидесяти километрах отсюда, до того как добрались до Южного Небесного Города.

Таким образом, можно было сказать, что временная цель зверей Суань была – население Южного Небесного Города. Или, возможно... звери Суань не питали ненависти к людям. Или к некоторым... Типа Ли Ю Тяня из поместья Сюэху... или его сына…

Масштаб Южного Небесного Города был ничуть не меньше города Тянсян. Это был первый Южный Город на континенте. Однако звери Суань уже заняли окружающие горы и создали «железный занавес», похожий на мышеловку.

Войска Цзюнь Вуя, наконец, встали по своим номерам, и направилась в Южный Небесный Город стройными рядами. Опыт был непростым, несмотря на то, что они пока ещё не столкнулись с какими-либо недоразумениями. Им довольно легко удалось войти в город.

Но, как только они вошли в город…

*Ааарррррррр!* – громкий рёв прозвучал с северной стороны Южного Небесного Города. Он разорвал воздух, и эхом отразился от ближайших стен. Казалось, что он передаёт какое-то сообщение.

Звук этого рёва резонировал с севера на юг и запада на восток. Он проник во все стороны и распространил своё послание. Оно передалось по всему городу.

*Рррраааррр!* – резкий вой прозвучал из южной части города в ответ, и послание снова стало отражаться эхом.

Казалось, два человека обменивались информацией. Один из них, казалось, сказал:

- Для на снова есть работа. Прибыли десять тысяч военнослужащих, на этот раз из Тянсян. Вкусные, наверное...

А другой ответил:

- Я знаю… У меня тоже живот урчит.

Это толкование не могло быть точным и единственно верным, но эти вопли и рыки, должно быть, означали более или менее то же самое.

- Вау, эти звери Суань действительно дисциплинированы! Они даже лучше армейских войск. Это просто удивительно... Я люблю это! – Цзюнь Мосе оценил систему связи зверей Суань. Затем он покачал головой, прежде чем продолжить:

- Эти звери Суань не так уж страшны. Я считаю, что как-то цивилизованны.

Два прекрасных, как перезвон колокольчиков, голоса рассмеялись из-за его спины. Цзюнь Мосе выдал Гуан Квинхан и Дугу Сяо И форму, и теперь его сопровождали ещё два маленьких солдата, прежде чем они вошли в город. На самом деле, на первый взгляд, никто не мог сказать, что эти два тощих солдата были женщинами. Тощими - да, дистрофиками - да, но не женщинами. Очевидно, что это решение было встречено решительными и неудовлетворительными призывами двух красивых женщин. Однако Цзюнь Мосе настоял на этом. И, несмотря на нежелание, его позиция Мужика с Железной Кровью заставила их выполнить приказ…

Донфанг Вэн Цин беспомощно посмотрел на своего «несравнимо бесполезного» племянника.

«Это поразительно! Этот сопляк решил пошутить в такой момент? Он действительно глуп, как пробка, если не боится их!»

Тогда он вздохнул и сказал:

- Прислушайся. Эти сообщения были сделаны Львами Суань на восьмом пиковом уровне. Сами короли зверей Тянь Фа используют таких высокоуровневых зверей Суань для передачи сообщений. Это не шутка...

- Чёрт! Поразительно! Это так круто! – Цзюнь Мосе ударил себя по лбу и продолжал. - Почему мы не видели ни одного летающего зверя на дороге? Хотел бы я, чтобы мы поймали и надели на них седло, как на лошадей. Они были бы так полезны для уламывания цыпочек! Да мне любая даст, когда увидит меня верхом на летающем звере Суань... Эхх!

Донфанг Вэн Цин посмотрел на него широкими глазами и едва не начал задыхаться от гнева. Этот сопляк стал настолько невыносим, что скоро у него начнётся мозговые кровоизлияния из-за чрезмерного гнева.

Дядя Донфанг, наконец, понял, что его племянник несёт репутацию забулдыги, идиота и развратника номер один во всём континенте Суань Суань не без причины...

Он также понял, что ни один нормальный человек не был способен на какие-то регулярные разговоры с этим дегенератом и извращённым малолетним сопляком... это звучит, как будто курица разговаривает с уткой... сам язык кажется иностранным…

Войска Южного Небесного Города не проявляли обиды к силам помощи, только что прибывшим из Тянсян. Несколько высокопоставленных офицеров, прячущихся в городских стенах, почтительно приветствовали армию Цзюнь Вуя в городе.

Глава 329.2. Грозные события в Тянь Фа (часть 2)

Цзюнь Вуй чувствовал немало сомнений в этом отношении. Южный Небесный Город был так же известен, как и Тянсян, и занимал чрезвычайно большой район. В этом городе проживало очень много людей. Более того, многие подкрепления из разных Империй, организаций и других мест со всего мира приехали сюда. Таким образом, Цзюнь Вуй ожидал, что город будет переполнен, и не будет никакого свободного пространства, чтобы вместить прибытие новых войск.

«Но было бы слишком рискованно размещать большинство моих войск за городскими стенами…», - он был очень обеспокоен этим моментом.

Тем не менее, его 20 000 военнослужащих вошли в город с лёгкостью. На самом деле войска, которые уже находились в лагере внутри города, молчали и даже казались немного смущёнными.

«Это очень странная вещь!»

Но, его сомнения были решены к тому времени, когда вся армия разместилась в городе…

Эксперты Суань Ци просто бесконечным потоком шли по обе стороны городской дороги... некоторые из них были перевязаны бинтами, измазанными в крови: это свидетельствовало о травмах, которые они получили. У некоторых белая ткань была повязана вокруг голов. Вокруг города стало слышно много шума, но он не был хаотичным. Тем не менее, главнокомандующий и его компания всё яснее понимали, что городу не хватает чего-то…

Молодой мастер Цзюнь некоторое время подумал и понял, что не так.

- Как вышло, что в этом городе нет местных жителей? – эти слова привлекли внимание всех остальных и пробудили их от их оцепенения. Однако в городе не то, чтобы совсем не было людей. Их было просто... слишком мало. И удивительно, что те, кто присутствовал... были в самом расцвете сил. Никто не мог увидеть ни стариков и немощных мужчин, ни женщин и маленьких детей…

Высшим офицером городского гарнизона был генерал Ван Ву Ян. В ответ на вопрос о жителях он горько улыбнулся и сказал:

- Восстание Суань зверей очень обширно. Так что мы не посмели игнорировать это. Мы переселили всех женщин, детей, стариков и больных далеко отсюда. Мы сделали это две недели назад, чтобы спасти их от этого бедствия. Здесь остались только мужчины, которые находятся в самом расцвете их сил, и несколько необходимых магазинов. Мы не можем жить счастливо и работать в мире... но мы можем, по крайней мере, защищать наши семьи и дома!

Цзюнь Вуй почувствовал чувство большого уважения к этому человеку.

- Генерал Ван, Цзюнь Вуй восхищается вашими чувствами к своему народу в такие времена!

Ван Ву Ян выглядел больным. Он снова горько улыбнулся:

- Это восстание, безусловно, беспрецедентно. Мощные звери Суань проникали в город, по крайней мере, десяток раз, чтобы искать неприятности. И они причинили больше жертв, чем я могу сосчитать. Итак, зачем беспокоить людей? Я охраняю этот пустынный пост в Южном Небесном Городе последние двенадцать лет... люди в этом месте не самые цивилизованные, но они всё ещё похожи на моих родителей, родственников, друзей и младших братьев и сестер. Так что я бы не оставил это место, даже если бы у меня был шанс…

Южный Небесный Город был его родиной, он вырос здесь. Он осмотрел его с крайней теплотой и тоской…

Атмосфера вдруг стала тяжёлой и душной.

- Для перемещения такого большого количества людей, должно быть, потребовалось много усилий? – Цзюнь Мосе изменил тему.

- Южный Небесный Город не похож на остальные города континента. Население здесь не так велико, даже если город большой. Нас здесь было около полутора миллионов человек или около того, вместе с людьми из окрестностей, – Ван Ву Ян сказал довольно и гордо. Затем он усмехнулся:

- Усилия, которые потребовались, чтобы произвести переселение... были ужасными. Это был вопрос о более чем полутора миллионах жизней! Тяжёлая работа стоила того!

- Удивительно!

Цзюнь Вуй посмотрел на Южный Небесный Город и сказал:

- Генерал Ван, ваша кропотливая работа не будет напрасной. Я, Цзюнь, обещаю, что огромные усилия генерала Ван не будут напрасными!

- Надеюсь. Я просто... прошу третьего мастера Цзюнь... – генерал Ван промолчал какое-то время, а потом заикнулся.

Они проверили армию и организовали лагерь. Затем они отправились с генералом Ван Ву Яном в официальный зал городского правления, чтобы обсудить насущные вопросы.

Цзюнь Вуй вдруг подскочил, испугавшись, после того, как они повернули за угол.

«Это официальный зал? Мой бог!

Это обсуждение на общественной площади?!»

Городская ратуша была снесена вместе с другими «ненужными» сооружениями. Всё, что осталось, это большая плоская площадка, на которой могли разместиться около десяти тысяч солдат. Фундамент здания был ещё виден, его использовали вместо сцены. Она была около трёх метров в высоту и была украшена тканью густого зелёного цвета. Цзюнь Мосе посмотрел на неё и почувствовал, как по спине бегут мурашки: сцена была похожа на таковую из очень драматического спектакля.

По обе стороны сцены было установлено несколько роскошных палаток. И, грандиозные знамёна трепетали от яростного осеннего ветра перед каждой из этих роскошных палаток. Около сотни внушительных флагов трепетали вместе. На них были надписи — «Поместье Сюэху», «Город Серебряной Метели», «Оуян», «Дуанму», «Байли», «Бейгон», «Венрен», «Зуку», «Чен Си», «Ю Тан», «Отрубающий Душу Дворец» и т. д.…

Цзюнь Мосе стал спокойнее. Его брови поднялись, а его глаза засияли от счастья. Он рассмеялся и сказал:

- Это неожиданно! Я не знал, что это станет такой огромной конвенцией всех великих мастеров боевых искусств! Это пиздец как интересно! Обычных «бомжей» с улицы здесь почти нет…

Тем не менее, третий мастер Цзюнь Вуй не воспринимал это так легко. Он морщил брови…

Было очень важно иметь единое командование, чтобы иметь хоть какой-то шанс на победу в этой войне. Эти независимые тиранические эксперты могли бы вести потасовку или «бандитский бой» с десятью... или ещё несколькими людьми. Тем не менее, Цзюнь Вуй знал, что ни один из них не был способен вести большую и единую силу из сотен тысяч воинов в битву.

Однако было очевидно, что армии и войска Больших Империй и люди из семей благородных боевых искусств были на равных в нынешних условиях. Фактически, можно даже сказать, что статус армии был поднят на первое место.

Регулярные войска никогда не будут иметь никакого значения перед мощными экспертами Суань в течение регулярного времени. Но... это были обычные времена? Разве не было бы самой большой шуткой в мире, если бы эти люди смотрели через щель в дверь и думали, что они могли бы делать, как им угодно, и бороться, как им нравится, против страшных Королей зверей Суань, которые имели единое командование над всем восстанием зверей Суань?

- Командир Цзюнь, мы установили палатку для командования армии Тянсян, – улыбнулся генерал Ван Ву Ян и указал пальцем. Он указал на огромную палатку. Она была разбита посреди огромного пространства и покрыта зелёной тканью. Два огромных и прочных столба были врыты в землю по обе стороны от него. Отвернув входной экран, они обнаружили, что палатка была очень аккуратной внутри. Она была довольно просторной. Настолько, что палатка могла легко вместить двадцать человек... так, чтобы они могли комфортно поиграть в прятки.

Перед палаткой на ветру полоскалось красное знамя. На нём были написаны слова «Тянсян — Цзюнь». Два слова трепетали, когда знамя подхватывал ветер, как духовный дракон, но их легко было увидеть. Это знамя было выше, чем у других фракций, по крайней мере, на три метра. Это было также единственное знамя, которое имело имя отдельной семьи.

- Что? – Цзюнь Вуй посмотрел на Ван Ву Яна с сомнением во взгляде; он был несколько озадачен.

Ван Ву Ян рассмеялся. Его глаза были полны почтения:

- Я всегда почитал четырёх командиров семьи Цзюнь из Тянсяна. Великий Маршал – Цзюнь Чжан Тиан; Белый Командир – Цзюнь Ву Хи; Железнокровный Командующий Битвой – Цзюнь Ву Мэн, и Кровавый Генерал – Цзюнь Вуй! Я очень горжусь тем, что принимаю у себя семейство Цзюнь из Тянсян. Здесь, в Южном Небесном городе, собрались очень многие сильные специалисты, но это всё-таки моя территория. Это связано с моим Южным Небесным Городом, и я не позволю героям Тянсян быть под кем-либо здесь! Итак, я прошу вас украсить резиденцию... Командир Цзюнь!

- Большое спасибо! – Цзюнь Вуй молчал некоторое время, прежде чем ему удалось торжественно произнести эти два слова.

- Я слышал много разных вещей в эти дни, и многие люди, кажется, имеют... предубеждения о семье Цзюнь. Вы должны быть осторожны, командир Цзюнь, – Ван Ву Ян снизил голос, предупреждая. Цзюнь Вуй медленно кивнул, а его глаза наполнились непоколебимой решимостью. Однако глаза Цзюнь Мосе светились холодным светом.

Цзюнь Мосе медленно толкнул инвалидное кресло вперед. Четыре заместителя генералов армии Тянсян последовали за ним. Их глаза были настороже, а их руки лежали на рукоятях своих мечей. И три бесстрашных меча Донфанг шли рядом с ними.

Люди из каждой фракции неторопливо начали выходить на широкое пространство перед палатками. Если бы они обратили внимание... они заметили бы, что Цзюнь Мосе толкает инвалидное кресло ровно по центру поля. Он не сместился ни на дюйм влево от центра поля... или вправо.

Это была чрезвычайно агрессивная манера.

«Это моя земля! Это моя территория! Я сделаю всё, что захочу! И я буду двигаться так, как хочу!»

Их маршрут был такой, что люди из нескольких фракций могли видеть их с обеих сторон поля. И далеко не все пялились с равнодушием или доброжелательностью!

Атмосфера внезапно стала очень тяжёлой. Казалось, что Цзюнь Mосе и Цзюнь Вуй принесли тяжёлую погоду и высокое давление с ними.

Шесть мужчин же спокойно продолжали двигаться вперёд. Но, люди по сторонам могли чувствовать, словно если бы эти люди были сильными и непобедимыми. Большинство людей не могли даже вздохнуть, наблюдая, как эти люди идут вперёд твёрдыми и решительными шагами. А Цзюнь Вуй также твёрдо и решительно катится в инвалидной коляске...

Глава 329.3. Грозные события в Тянь Фа (часть 3)

Цзюнь Мосе легко и беззаботно толкал инвалидную коляску перед собой. Его брови изгибались, как энергичные драконы... драконы, которые были готовы вспыхнуть и взлететь в воздух в любое время. Его элегантное, пустое и демоноподобное лицо было совершенно неподвижным. Казалось, он даже не заметил изменений в небе, или толпы горящих взоров вокруг него. Скорость его движений не была не слишком быстрой, не слишком медленной.

Этот дуэт дяди и племянника казался сверкающим божественным мечом, свободно раскалывающим небо прямо сквозь бурю в глазах зевак.

Этот район был в пределах империи Тянсян. И город Тянсян был также самым близким из тех, кто послал подкрепление. Поэтому все обижались на то, что войска из Тянсян прибыли последними. Они считали, что Тянсян очень точно установил сроки прибытия своих войск, чтобы смутить всех. Это было одной из главных причин, почему люди из различных фракций не вышли приветствовать армию Тянсян в момент их прибытия.

Тем не менее, они даже не мыслили сказать и слова, пока они видели, как дядя и племянник постепенно идут вперед. Никто из них не мог вспомнить, что они обсуждали ранее. Пусть не все были рады их видеть. Но уважали все.

Даже Сяо Хан, который был самым ревнивым противником Цзюнь Вуя и хотел его смерти, не мог не посмотреть с завистью и неполноценностью.

«Это... это возможно, что я действительно не равный ему?»

Цзюнь Вуй не имел культивирования Суань Духа, и у него не было движений, таких же сильных, как у Великих Мастеров. Однако он стал настоящим героем во всем мире с тех пор, как командовал этими миллионами в этой решающей битве; он действительно заслужил себе место знаменитого генерала. Бесчисленные эксперты Суань Неба, Суань Духа... и даже Великие Мастера думали о нём, как о несравнимом генерале. С этого момента он отличался своим именем командира.

Его манера поведения была такова, что казалось, что он держал судьбу миллионов солдат в ладонях. Чувствовалось, что одним щелчком пальца он может зажечь маяк войны за тысячу миль и сжечь земли с войсками тысяч генералов. Он был самым сильным генералом в истории. Любая стратегия, которая когда-либо исходила из его командного шатра, могла принести только победу. Даже самые сильные эксперты Суань не могли похвастаться таким непревзойденным стратегическим умом.

Этот тиран держал судьбы народов в своих ладонях! Он презирал простолюдинов, и упрекал их за скромный характер!

Их было всего два человека, но у них хватило бы сил, чтобы все остальные почувствовали холодную дрожь. Этот, казалось бы, спокойный дуэт испускал ауру, которая заставила людей отводить глаза.

«Я буду идти вперёд по земле... даже если это будут горы из ножей, леса из мечей, или даже река адского огня! Я... будет ступать также твёрдо!»

Солдаты из империй Шэн Си и Ю Тан также встали. Они не могли не выпрямить спину при виде некогда вражеского генерала. Они смотрели на него с горячими взглядами, как на божественного идола военных.

Это было воинское масонство!

Партия из девяти человек ритмично двигалась вперёд и вошла в свою палатку.

Погода неожиданно изменилась. Небо покрылось облаками и потемнело.

Затем, громкий голос вдруг прогремел откуда-то:

- Вы действительно достойны называться «Великим содрогающим Землю Кровавым Генералом! Вы обладаете статью истинного «Командира»! Я в этом убежден! Я – Сиконг Ан Е – искренне восхищаюсь вами! И, прошу прощения, что не пришёл поприветствовать вас у ворот! Этот Сиконг хотел бы выпить с командиром Цзюнь, если у него есть свободное время!

Смелый и громкий голос потряс землю, когда её источник вышел из палатки под знаменем Сиконг. Это был высокий и сильный человек. Он был очень крепким, коренастым и очень величественным. Однако, его грубая внешность, как ни странно, давала ощущение комфорта. Он был одет в зелёное, и на обеих сторонах его лица были видны шрамы.

Цзюнь Мосе бросил курьёзный взгляд на человека. Он, должно быть, высотой не менее двух метров. Человек казался величественной железной башней, когда он встал перед палаткой.

Этот человек был главой семьи Сиконг — Сиконг Ан Е.

- Старший брат Сиконг серьёзно смущает меня! Этот маленький брат будет рад принять вас, и он искренне приносит извинения многочисленным присутствующим здесь старшим за то, что он приехал сюда так поздно! И мы со старшим братом можем поговорить о вине в любое время, когда оно заинтересует старшего брата! – Цзюнь Вуй ответил через какое-то время.

- Хорошо! Хорошо! – Сиконг Ан Е посмеялся от души.

- Ха-ха... этот... этот глава семьи... хотел поговорить с тобой. Но этот... этот человек... добрался до... до... третьего Генерала Цзюнь... я... я – глава семьи Дуан... Дуанму Чао... Чао Фан... привет…

Речь этого человека сильно затянулась из-за его заикания. Однако выражение на его лице и тона его речи были достаточно, чтобы убедиться, что этот человек думал слишком высоко о себе.

Цзюнь Мосе сорвался в хихиканье. Просто слушать эту речь было достаточно, чтобы определить, что он был «Дуан Чао Фан», о котором его дядя Донфанг рассказал ему; это не может быть никем другим.

Он не был уверен, был ли он «из ряда вон выходящим», как подсказывает его имя. Но, было очевидно, что он был самовлюблённым.

- Глава семьи Дуанму очень вежлив. Я сразу сообщу вам тот момент, когда я буду свободен, – голос Цзюнь Вуя не был ни слишком радостным, ни злым. Однако это заставило людей чувствовать себя комфортно, как будто они только что испытали на себе свежий весенний ветерок.

- Нет... нет... гость... вежлив... – Дуанму Чао Фан ответил с улыбкой. Он собирался говорить дальше, когда раздался загадочный голос:

- Разве это не слишком высокомерно для этих двух мужчин? Они не принадлежат семье императора Тянсян. Разве что этот парень – Цзюнь Вуй?

Цзюнь Мосе посмотрел на источник этого голоса и увидел человека, не старше двадцати лет. Он стоял прямо и был очень красивым. Однако на его лице был виден намёк на злобу. Он стоял под знаменем усадьбы Сюэху. Человек был одет в расшитый шёлк, и длинный меч висел у бедра в богатых и красиво украшенных ножнах. Он был похож на редкого воина своего поколения. Однако он, казалось, смотрел на них с презрением.

Цзюнь Мосе сразу же узнал его личность.

«Помимо жабы, которая хотела съесть мясо лебедя... это также единственный сын Ли Ю Тяня — Ли Тенгюн. Кем ещё ты можешь быть? Твой отец вырос очень красивым, но у него такой вульгарный сын! Мы разве воевали бы со зверями Суань, если бы не ты! Я покалечу тебя при первой возможности!»

Цзюнь Мосе рассмеялся.

Как Цзюнь Вуй – командир всех воинов своего поколения – мог ввязаться в это тривиальное дело? Поэтому вполне уместно, что развратник – молодой господин Цзюнь – сам справится с этим. Он спросил:

- У этого человека, кажется, глаза на голове, но его нос направлен ввысь. Похоже, молодой мастер усадьбы Сюэху любит задирать людей. Вы – хулиган, молодой мастер Ли – Ли Тенгюн, верно?

- Вы! Ха! Мне нужна власть, чтобы иметь с тобой дело? – в глазах Ли Тенгюна был намёк на злобу, когда он брезгливо говорил. - Твоя семья Цзюнь прибыла так поздно. Что вы задумали? Разве другим людям не разрешено задать вам этот вопрос?

- Мы, очевидно, понимаем, что ситуация тяжёлая. И, что касается темы нашего «позднего» приезда, то почему вы не попросили нашего Императора о помощи раньше? Во-вторых, я хотел бы спросить вашу усадьбу Сюэху – почему вы сами не прислали повестку раньше, если ситуация была столь срочной? Что ВЫ задумали?

Цзюнь Мосе вздохнул и продолжал:

- О! Вот именно! Репутация усадьбы Сюэху очень важна! Это дело дошло бы до такого момента, если бы не твоё высокомерное, слепое и негибкое поведение? Как вы могли отложить вызов до того момента, когда дело стало практически невозможно спасти?

Разве вам не стыдно за свою некомпетентность и отсутствие сил, раз уж вам пришлось просить помощи у других? А потом, у тебя ещё есть мужество обвинять других? Остальные могут задать тебе этот вопрос. А вот ты и твоя усадьба Сюэху не может!

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Конечно, это может быть долгом многих, чтобы задать этот вопрос. Но здесь присутствует очень много хороших специалистов. Не забывай, ты сын Ли Ю Тяня... а не сам Ли Ю Тянь! Так кто ты такой? У тебя действительно есть хотя бы свои собственные яйца, не говоря уже про силы?

- Как ты смеешь так со мной разговаривать? Наглости тебе не занимать! Кто ты такой?! – Ли Тенгюн едва не лопнул от гнева. Он понял, что не может конкурировать с этим человеком в дискуссии. Таким образом, он изменил обсуждение на допрос о личности своего собеседника, укрывая намерение наказать его. До соответствующего момента...

Глава 329.4. Грозные события в Тянь Фа (часть 4)

- С тобой, свинья, не гавкает, а разговаривает Цзюнь Мосе! – юный мастер Цзюнь небрежно улыбнулся. – Ты, должно быть, слышал имя этого известного старшего брата. Разве оно не хорошо известно? Репутация, которая пронзает уши, как гром...? Как яркая Луна в небе...? Разве я не тот человек, который дожил до такой репутации? Ты должен восхищаться мной!

- А-а-а, так ты ТОТ Цзюнь Мосе! Тот развратный расточитель денег и нервов из семьи Цзюнь! Знаменитый бесполезный придурок, который никогда не чурается совершения каких-либо преступлений в городе Тянсян! Для меня большая честь встретиться с вами, молодой мастер! Твоя репутация по-настоящему похожа на «гром в ушах»! Твоя репутация как «грязи» действительно оправдана!

Ли Тенгюн знал, в чём была самая большая слабость соперника. Поэтому он громко рассмеялся и продолжал:

- Здесь собрались самые сильные специалисты эпохи! А как у тебя, негодяй, хватило наглости прийти тоже? Какой стаж у такого молодого мастера, как ты, может быть?

Цзюнь Мосе озадаченно улыбнулся:

- Я не отрицаю, что я бесполезный придурок, который никогда не чурается совершения каких-либо преступлений. Однако даже этот развратник всё равно никогда не пытался схватить молодую женщину, которая уже является невестой другой семьи. Ты старше меня в этом вопросе, молодой мастер Ли. Нам, развратникам и извращенцам, ещё учиться у тебя и учиться!

- Ты... Гуан Квинхан – хорошая женщина. Но твоя семья Цзюнь насильно захватила её! Мы созданы друг для друга! Я только спасу её из Ада. Что в этом плохого? Более того, твой старший брат умер много лет назад. Ты хочешь, чтобы она хранила память твоего дорогого ушедшего брата всю свою жизнь? Что это за логика? – лицо Ли Тенгюна покраснело. Он очень рассердился. Естественно, он не мог допустить такого презрения к своему имени.

- Вы двое предназначены друг для друга? Ты спасаешь её из Ада? Ты хотя бы её согласие на это спросил, глист сушёный? – Цзюнь Мосе поднял глаза в небо и от души рассмеялся. – Я никогда не знал, что кто-то настолько… мудак существует в этом мире! Я начал считать это само собой разумеющимся. Тем не менее, ты – мастер искажения истины, и путать правильное и неправильное. Ты пытаешься насильно забрать женщину; это же женщина, а не просто невеста из другой семьи. Более того, ты угрожал семье этой женщины полным уничтожением, если они не отдадут её тебе! Это то, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что вы двое действительно предназначены друг для друга, и что ты только хотел спасти ее из Ада! Ты действительно выделяешься из массы! Сегодня у меня — самого большого бездельника, развратника, забулдыги и мудака — нет выбора, кроме как уйти, чтобы уступить место молодому мастеру Ли. И я должен написать его имя на знамени разврата! Я искренне восхищаюсь твоим бесстыдством, оно просто самое огромное в мире!

Многие люди из влиятельных семей собрались на этом поле, но большинство из них не знали об этом. Но они с презрением поглядели на Ли Тенгюна после того, как услышали разговор двух молодых мужчин. Усадьба Сюэху была главенствующей семьей, но это было слишком возмутительно. Однако эти взбесившиеся люди не побоятся каких-либо последствий, когда сталкиваются с чем-то настолько возмутительным.

Народ этого мира придаёт большое значение монаршеской дисциплине. Тем не менее, Ли Тенгюн серьёзно оскорбил их нормы, если он действительно сделал что-то подобное!

- Хватит! Мы не должны обсуждать это дальше! – из палатки раздался гневный крик. Это было не очень громко, но его взрывное эхо заставило всех вздрогнуть.

Несколько силуэтов медленно вышли из палатки, и их величественные ауры покрыли всю землю.

Первый человек был высоким. У него было тусклое лицо. Три косы его чёрной бороды падали на широкую грудь. Его глаза излучали силу. Они не были полны наглости и престижа. Но они излучали естественную самоуверенность самой большой силы в мире. Это заставило всех чувствовать, что человек обладает сверхчеловеческой и тиранической силой.

Он не хотел быть высокомерным. Тем не менее, он заставил всех чувствовать, что никто ему не ровня. Чувствовалось, что даже голубое небо выше не посмеет с ним бороться.

Это был человек, который кричал.

Цзюнь Мосе никогда не видел его раньше. Но он знал, что человек, которому, казалось, сорок или пятьдесят лет... был известен на протяжении последних шестидесяти лет. Он был никем иным, как Великим Мастером Ли Ю Тянем!

Никто, кроме него, не мог иметь такого могущественного и потрясающего неба поведения!

Великому Мастеру Ли Ю Тяню, должно быть, было, по крайней мере, сто лет. Тем не менее, он всё ещё выглядел очень молодым! Цзюнь Мосе раскритиковал его внутренне:

«Неудивительно, что у этого столетнего пердуна есть сын, которому всего двадцать лет. Просто посмотри, как он выглядит! Неудивительно, что он заведёт ещё несколько детей...

Он действительно... монстр!»

За Ли Ю Тянем последовали Великий Мастер Жизни и Смерти — Ши Чан Сяо, хладнокровный Мастер — Ли У Бэй; божественный Мастер-Беркут – Одинокий Сокол и ещё один человек. Этот человек выглядел ледяным. Его лицо было как чёрная маска. Одежда его была чёрной, как и ботинки. Ножны его меча, что висел у его бедра, были угольно-чёрными, как и эфес.

Лицо напоминало чёрный обоюдоострый клинок. Он стоял очень спокойно, но все чувствовали, как будто его энергия давит на них.

Его энергия была около девятого уровня Суань Неба! Этот человек был ни кто иной, как тот, кого Одинокий Сокол сместил много лет назад... Божественный Меч Бури — Фэнг Хуан Юнь. Первоначально он не входил в состав Восьми Великих Мастеров. Однако его имя недавно было включено в список. Мужчина тоже был несравненным мечником.

Однако молодой мастер Цзюнь был уверен, что Одинокий Сокол оставил своего старого соперника далеко позади. В конце концов, Одинокий Сокол сделал прорыв после того, как получил инструкции от молодого мастера Цзюнь.

- Поскольку все здесь, я прошу лидеров разных фракций собраться и обсудить стратегию, чтобы отразить нападение врага, –Ли Ю Тянь без энтузиазма просмотрел на поле. Он не упомянул про спор между молодым мастером Цзюнь и его сыном, сделав вид, что его не было.

Его внешность казалась спокойной. Тем не менее, он посмотрел на Цзюнь Мосе, и молодой мастер Цзюнь чувствовал, словно тот швыряет острые кинжалы в него. На самом деле, Цзюнь Мосе почувствовал, что его взгляд был настолько острым, что он может даже проткнуть глаза. Юный мастер Цзюнь против воли содрогнулся до самой глубины души.

«Я должен остерегаться его! Его нельзя сопоставить с кем-либо по силе!

Никто не способен достаточно, чтобы противостоять ему!»

Это был первый раз, когда Цзюнь Мосе почувствовал себя настолько неуверенным в своей жизни.

Он никогда раньше не сталкивался с таким высококлассным Великим Мастером. Юный мастер Цзюнь мог бы легко говорить и свободно смеяться, если бы это были Ши Чан Сяо, Ли У Бэй или Одиночный Сокол. Тем не менее, он чувствовал себя очень слабым и недееспособным, когда он столкнулся вблизи с Ли Ю Тянем.

«Это должно быть похоже на какую-то духовную атаку! После того, как семя такого страха запало в разум, двигаться вперед невозможно».

Однако Цзюнь Мосе был очень зол, так как Великий Мастер пытался скрыть вину своего сына. В самом деле, молодой господин Цзюнь был вне себя от ярости!

«Ты – Второй Великий Мастер. Тем не менее, ты позволяешь себе вмешаться в ссору двух молодых людей, чтобы отомстить и оправдать гнев вашего сына! Это крайне возмутительно!

Ты – не Второй Великий Мастер, ты просто кусок дерьма!»

Тем не менее, он также понял, что Ли Ю Тянь действительно избаловал своего сына.

«Он прекрасно знал, что его сын ошибался. Тем не менее, он ничего не сказал, чтобы осудить его... а затем он бросил в своём взгляде гнев и презрение на семью жертвы!»

Цзюнь Мосе, наконец, понял, почему два Короля зверей Суань согласились только сломать ноги сыну этого человека... и не убивать мальчика. И, ещё, что вызвало такую сильную реакцию от Ли Ю Тяня. Он, в конечном счете, созвал Верховный призыв вместо компромисса. Молодой господин Цзюнь, наконец, понял, почему ситуация была доведена до такой стадии.

Цзюнь Мосе быстро закрыл глаза. Затем он инициировал Искусство разблокировки Небесной удачи, и избавился от этого ужасного чувства.

Однако его сердце всё ещё трепетало от страха.

Сила Ли Ю Тяня была на многие уровни выше Одинокого Сокола и Пятого Мастера Ли У Бэя.

Он был действительно достоин называться вторым самым могущественным человеком в своем возрасте.

Все согласились со словами Ли Ю Тяня. И неожиданно, никто не успел заметить подозрительный взгляд, который Ли Ю Тянь кинул Цзюнь Мосе.

Он был убежден, что в любом случае он не получит никакого правосудия, даже если люди узнают об этом. Ведь кто бы сжал кулаки против Второго величайшего Мастера за молодого и расточительного развратника? Он был убежден, что никто не выберет такой вариант действий…

Все начали появляться из своих палаток. Но вдруг откуда-то раздался слабозаметный, но затянутый визг. Все были шокированы. Итак, они все напрягли уши, чтобы прислушаться к этому.

Затем визг стал громче. Казалось, он был примерно там же, где и они. Звук эхом отражался от ткани палаток. Казалось, что небеса расколются на части. Этот визг стал настолько громким и мерзким, что мог порвать барабанные перепонки…

Глава 330. Неразумный властелин леса Тянь Фа

Три разных крика зазвучали вслед за тем шумом, поднимающим волосы. Два из этих голосов сильно отличались от обычных звериных криков, и каждый в Южном Небесном Городе мог узнать их.

Два крика — один, как крик журавля, а другой, как рёв медведя – испускали два короля зверей Суань, Высокий Журавль и Большой Медведь.

Лишь незначительное число специалистов понимали, что эти двое и были зачинщиками восстания зверей Суань.

Раздался грохот, и сверху вдруг пролетел гигантский журавль. Он был быстр, как молния. Его открытые крылья были, как минимум, пятнадцать-двадцать метров в длину. Перья журавля были ярко-красными, и сверкали в ярком солнечном свете. Его блестящий клюв казался острым мечом, который, казалось, прорезал небо.

Все могли видеть, что журавль с большим презрением смотрит вниз, на резиденцию городского Лорда. Его крыло закрывало небо, и на земле мгновенно стало темнее. Казалось, гигантское облако внезапно появилось из воздуха, и затем исчезло в следующий момент.

Затем с гор внезапно появился гигантский силуэт и стал двигаться вперёд с молниеносной скоростью. Неважно, шло это по дороге или по деревьям, ничто не могло даже притормозить это. Оно врезалось в гигантские деревья и ломало их посередине. Однако оно уже исчезало к тому времени, когда деревья падали...

Ли Ю Тянь внезапно взлетел на крышу. Ни одна часть его тела, включая даже его волосы, не сдвинулась ни на дюйм. Тем не менее, его осанка оставалась такой, как если бы он просто оставался стоять на земле, а не летел в воздухе. Его движения были очень неторопливыми.

Легкость его умений была ближе к магии, чем к чему-либо другому.

- Это прибыл почтенный Лорд Мэй? Пожалуйста, извините Ли Ю Тяня за то, что он не приветствовал вас! – Ли Ю Тянь накопил всю свою Суань Ци и использовал её, чтобы передать его достойный голос громко и далеко. С крыши он испустил рёв, достойный рыка зверей Суань. Он боялся потерять лицо перед этим дьявольским драконом, лордом Тянь Фа. Более того, он не был готов уйти в отставку.

Этот голос поднялся в небо и поплыл на юг. Она казался довольно нежным для тех, кто слышал его на земле. Но, казался ужасным громом среди бесчисленных гор и ручьёв после того, как он достиг долины.

Он эхом пронёсся среди гор и лесов, и прошло довольно много времени, прежде чем его эффект, наконец, заглох.

- ...Извините... за то, что не приветствовал вас…

- ...не приветствовал…

- …приветствовал…

- …приветствов…

- ...привет…

Этот рёв Ли Ю Тяня заставил зверей Суань низкого уровня дрожать от страха и забиться в свои норы. Настолько, что это даже вызвало несколько вспышек паники.

Надо признать, что крик Ли Ю Тяня был на том же уровне, что и предыдущий вопль тех королей зверей Суань. Эффект был совсем иной, но, он был достоин...

Спустя долгое время…

Они услышали чёткий голос. Каждый мог сказать, что этот человек говорил с расстояния не менее пяти километров. Однако голос этого человека звучал так ясно, как будто он стоял прямо перед ними.

Голос этого человека был весьма странным. Он был честным, открытым и мягким. Никто не мог понять, мужчина это или женщина.

- Ли Ю Тянь... это действительно ты...? Ты достиг такого высокого уровня культивирования! Ха-ха!… Неудивительно, что мои младшие братья так разозлились! Как обычный человек мог заставить их стыдиться? И, даже побить их...? Хорошо! Очень хорошо! Ты продвинулся вперёд! Ты действительно прогрессируешь!

Все посмотрели друг на друга в ужасе. Они чувствовали, что их головы сейчас взорвутся. Ли Ю Тянь был лучшим экспертом. Он был вторым Великим Мастером среди всех Великих Мастеров. Он не был обычным человеком!

Однако этот человек не разговаривал с ним даже как с равным. Он даже дополнил, что Великий Мастер «продвинулся вперёд»…

Эти хвалебные слова были похожи на те, что говорит учителем своему очень молодому и послушному ученику: «Дитя, ты так хорошо учишься! Ты такой хороший ребенок!»

Голос Ли Ю Тяня был непревзойдённым, мощь его авторитета была просто неисчерпаема. Но голос противоположной стороны был спокойным и лёгким. Однако кто из слушателей не был экспертом? После того, что они слышали, они точно могли сказать, что уровень говорящего превосходит уровень Ли Ю Тяня! Может быть, он даже выше всего мира...? Или, возможно, они были на одном уровне... однако, разница между ними должна быть как минимум такая же, как у Одинокого Сокола и Ли Ю Тяня...

Они были разделены огромным расстоянием. Голос Ли Ю Тяня прошёл это расстояние, но он звучал с огромным эхом. А голос этого, другого человека, казался таким, будто он стоял рядом с ними. На самом деле, даже эха не было. Этот район был окружён горами. Поэтому даже громкий кашель обычного человека, как правило, давал едва слышное, но эхо. Однако, голос человека не давал ни малейшего эха... хотя он говорил с расстояния более 5 километров…

«Что это за контроль? Можно легко сказать, что он достиг совершенства! Он действительно достиг величайших высот!»

Ли Ю Тянь ответил чуть громче:

- Это дело возникло, потому что два ваших младших брата спровоцировали моё поместье Сюэху без всякой причины. Я — Ли Ю Тянь – просто ответил ударом на удар в данной ситуации. Скажите мне... в чём же моя вина? И, что касается потери... может ли быть, что почтенный Мей не может видеть, кто понёс настоящую потерю здесь...? Кроме моего поместья Сюэху... работы всей моей жизни, которая была сведена к пеплу, здесь ничего не потеряно! Я хотел бы спросить, что почтенный Мей должен сказать по этому поводу...?

Тон Ли Ю Тяня был полон осуждения. Он осознавал разницу в силе между ним и противоположной стороной. Однако он не мог даже на секунду отойти от роли непревзойдённого второго Великого Мастера в присутствии его людей.

Далёкий голос стал резким:

- Ли Ю Тянь! Ты говоришь мне, что сражение с моими братьями было неудачным? Так почему ты обвиняешь меня, как хулигана? Ли Ю Тянь! Ты уверен, что не спишь?

Сердца у всех дрогнули.

«Этот человек только что покрывал до крайности неправильные поступки его сына, и действовал без каких-либо причин. А теперь его глаза открылись. Он защищал сына и избегал неудобной темы. Но теперь он поспорил с кем-то, кто действует ещё более неразумно, чем он сам. Я не знаю, карма ли это или божественное возмездие…»

Цзюнь Мосе поднял подбородок, когда он почувствовал благодарность.

«Отлично! Характер этого человека очень похож на мой! Я, конечно, могу воспользоваться силой этого парня позже!»

- Как ты смеешь?! – Ли Ю Тянь едва не задохнулся. - Как говорится... справедливость – это свободная воля народа... но всё должно иметь причину. Ты не можешь вести себя так дерзко, даже если ты величайший под небом!

Другой человек тогда рассмеялся:

- Да что ты говоришь? Эта твоя шутка не слишком приятная, Ли Ю Тянь. Ты действительно придерживаешься этой поговорки на протяжении всей своей жизни? Почему ты сейчас проповедуешь и поучаешь меня, когда дело дошло до тебя, и твой противник сильнее тебя...? Справедливость – это свободная воля народа... ты только что произнёс эти слова, Великий Мастер Ли Ю Тянь... но, действительно ли твоя без сомнения уважаемая личность верит в них?!

Это было очень колко. Закон мира имеет обязательную силу только для простых людей, он не оказывает никакого влияния на сильнейших в мире.

Разговоры о «справедливости и свободной воле народа» были пустыми словами для сильных.

Только те, чьи кулаки были сильны, могли вершить «справедливость» в этом мире.

Эти слова противоположной стороны были необоснованной риторикой, но они также были фактом. Это издевательство над Ли Ю Тянем заставило Цзюнь Мосе чувствовать себя очень удовлетворённым. Он едва сдержался, чтобы не указать пальцем на Великого Мастера и сказать: «Подлец! Ты продолжаешь проповедовать о справедливости и свободной воле. Но, это разумно? Логично, что твой сын хочет насильно отнять девушку из нашей семьи? Как ты можешь называть это "просто"?»

«Зло действительно попадает в свои собственные ловушки!»

Ли Ю Тянь фыркнул и резко ответил:

- Почтенный Мэй, я предполагаю, что эти слова значат, что ты не различаешь правильное и неправильное, и будешь продолжать выгораживать негодяев?

Ли Ю Тянь был вторым из Восьми Великих Мастеров. И его сознание не позволило бы ему обсуждать такой вопрос. Таким образом, он избежал этой неудобной темы ещё раз. Более того, рядом с ним собрались более половины мировых экспертов. Так что даже почтенному Мэю будет трудно противостоять такой силе, даже если его сила превосходит небеса.

Голос другого человека стал острее и холоднее:

- Ли Ю Тянь, ты и Восемь Великих Мастеров известны своей силой. Но вы – всё ещё не очень сильны в моих глазах. Пожалуйста, подумай о том, что ты только что сказал, и помни, с кем ты говоришь!

После этого голос затих. Казалось, он что-то придумал. Затем, он снова воскликнул, уже в ярости:

- Ли Ю Тянь, когда ты решил перейти в неуловимый мир бессмертных? Ты нанёс огромную травму моему четвёртому младшему брату своим мечом! Давай, наберись смелости!

Сила этого рёва сотрясла мир. В небе над ним чуть не разразилась буря. Было очевидно, что Властелин Тянь Фа был очень возмущён. Оказалось, что Большой Медведь добрался до него, и показал ему свои раны...

Юнь Мосе подумал:

«Неуловимый мир бессмертных...? Почему я никогда об этом не слышал?»

Он посмотрел на лица окружающих его людей. Они тоже были озадачены. Эти люди, очевидно, тоже не знали об этом месте.

Все сомневались, что услышали, но Цзюнь Мосе глубоко задумался. Он, конечно, может ничего не знать о Неуловимом мире бессмертных... однако, тот факт, что Ли Ю Тянь серьёзно травмировал тело Короля зверей Суань был довольно шокирующим. Важно знать, что телосложение Большого Медведя было удивительным и превосходило любые человеческие способности многократно. Большой Медведь был грозным зверем Суань. Более того, он когда-то смехотворно противостоял Одинокому Соколу и Ши Чан Сяо. Тем не менее, он не получил ни малейшей травмы в то время. И он отступил совершенно невредимым. Таким образом, можно было представить себе защиту его тела.

Тем не менее, Ли Ю Тянь использовал его «Неуловимую атаку, расщепляющую сердце и вены», чтобы нанести ему такие травмы. Поэтому можно было легко себе представить мощь его силы…

- Есть вещи, которые нельзя обсуждать. Достопочтенный Мэй не должен пытаться привлечь небесное бедствие к себе в порыве ярости, – в речи Ли Ю Тяня послышались нотки осторожности. - Ты можешь привлечь недовольство Святой земли, если ты будешь слишком много шуметь. Я предполагаю, что «всезнающий» почтенный Мэй обдумает это?

Он неожиданно предложил другой стороне избежать обсуждения темы о вступлении в «"Неуловимый мир бессмертных».

- Ха-ха-ха... – леденящий до самых костей смех поднялся в небо, и продолжал звучать пару секунд. После чего его оппонент ответил:

- Ты пытаешься угрожать мне Святой землей, Ли Ю Тянь?

Глава 331. Сомнения Цзюня Мосе

- Я никогда не посмею это сделать! Я просто советовал почтенному Мэю подумать о том, что я говорю... – Ли Ю Тянь был спокоен. - Небо и Земля не должны быть опозорены. Ты не должен упоминать о Святой Земле. Боюсь, ты нарушил табу.

- Хе-хе... считаешь? Ты так считаешь? Нельзя переоценивать себя. Но когда это дело было достойным в моих глазах? И, что ты сможешь сделать, даже если Неуловимый мир бессмертных, Верховный Золотой Город, и Иллюзорное Море Крови обрушат свой полный гнев на мой Тянь Фа?

Затем, этот человек продолжал высокомерно:

- Даже Юн Би Чен не осмелился показать себя в этом мире уже восемь лет после моего слова. Я уверен, что смогу выгнать и трёх великих существ из моего Тянь Фа!

- Я подожду и посмотрю! – Ли Ю Тянь закончил говорить, и его фигура начала «падать» с крыши. Это указывало на то, что разговор закончился.

Затем ещё один визг возник из далёкого леса.

Затем, зубодробительный гул послышался со всех сторон. Восток, Запад, Север... все три направления потряс громкий вой. Пыль поднялась и закрыла всё небо.

Бесчисленные звери Суань бросились из леса и гор. Даже, несмотря на их количество, они бежали упорядоченными группами. Эти звери Суань бросились из внешних районов города... в одну сторону — на юг.

Казалось, Властелин Тянь Фа и вправду командовал войсками…

Однако сила войск в этих трёх направлениях могла заставить голову взорваться.

На восточной стороне было около десяти золотистых Тигров Суань. У них был один серебряный горн на голове. Эти Тигры Суань построились в шеренгу. Их вёл белый Король Тигров Суань. Тем не менее, его корона также была золотой. Они двигались на экстремальных скоростях. Вскоре всевозможные звери Суань выбежали из окрестностей в аккуратных и упорядоченных группах. Их движения и формирования ничем не отличались от людских на военных парадах. И, они продолжали бежать на предсветовой скорости. Их умения не были под силу даже эксперту Суань Духа.

- Тигры Суань девятого уровня! – Одинокий Сокол посмотрел и воскликнул, стоя за Ли Ю Тянем. - Их так много! И они во главе с Королем Тигров Суань! Он, возможно, даже на пике девятого уровня!

А затем на западе был замечен подобный отряд Львов Суань, окраской белого нефрита.

- Львы Суань Белого Нефрита на западе! – Донфанг Вэн Цин с удивлением сказал. Эти двое мужчин знали, что Цзюнь Мосе был молод и неопытен. Таким образом, он вряд ли узнал бы зверей Суань высокого уровня. Поэтому, он сознательно пытался объяснить, что он видел, так как знал, что Мосе рядом, и может услышать их слова.

Затем, звуки тяжёлых шагов возникли с севера. Огромный медведь вёл десятки гигантских медведей мимо.

- Раскалывающие Горы Медведи! Кроме того, девятого уровня! Лес Тянь Фа настолько силён!

Эти войска едва преодолели половину расстояния, когда из рек и гор вылетело множество теней и взлетело в небо. Они, казалось, были сотканы из различных великолепных цветов. Они беспорядочно кружили в небе некоторое время. Но затем собрались вместе и аккуратным облаком пролетели вокруг Южного Небесного Города.

- Слишком много этих летающих зверей Суань... просто слишком много! – Донфанг Вэн Дао сморщил нос и оскалил зубы. - Каждый из них, по крайней мере, на восьмом уровне! Бога душу мать! Как вы спровоцировали такую мощную силу? Как мы попали на такую битву?

Тот самый зубодробительный грохот эхом летел через долины и горы. Это был звук, издаваемый топотом ног зверей Суань по земле. Это было похоже на непрекращающийся проливной дождь.

Все неосознанно расположились на большой высоте. Все лица потеряли свой цвет, когда они смотрели на это несравнимо грозное зрелище. Перед ними в настоящее время находились десятки тысяч могущественных зверей Суань.

«Боже мой! Этот мир сошел с ума!»

Десятки тысяч зверей Суань восстали. Более того, ни один из этих зверей не был ниже шестого уровня.

Почти у всех рты были широко открыты.

Было одно исключение из всего этого зияющего открытыми пастями войска. Это был Цзюнь Мосе. Он мог видеть всё то же, что и все остальные люди. Однако никто не мог знать, о чём он думает…

У него было бесчисленное количество вопросов в голове…

Все знали, что на континенте Суань Суань есть две крупные державы – Город Серебряной Метели и поместье Сюэху. Никто не мог отрицать, что сила этих двух кланов была непревзойдённой.

Затем из уст этого таинственного властелина леса Тянь Фа послышалось ещё несколько имён.

Неуловимый Мир Бессмертных, Верховный Золотой Город и Иллюзорное Море Крови…

«Что же это? Что это означает? Где эти Святые земли? Какова сила народа с этих мест? Почему я никогда не слышал эти названия?»

Затем он вспомнил слова, которые только что произнес Ли Ю Тянь — «Небо и земля не должны быть опозорены. Ты не должен упоминать о Святой Земле. Боюсь, ты нарушил табу!». Почему этот Ли Ю Тянь говорит об этих Святых землях, как о чём-то выше Небес и Земли?

Что это значит?

Весь мир признаёт десять мировых экспертов. Восемь из них – Великие Мастера. Затем, есть Фэнг Хуан Юнь и верховный убийца — Чу Цзи Хун. Но почему это звучит так, будто этот властелин Тянь Фа кладёт на них? Что это значит?

Из того, что я слышал и видел до сих пор... я убежден, что этот Властелин Тянь Фа обладает ужасными силами.

«Даже Юн Би Чен не осмелился показать себя в этом мире уже восемь лет после моего слова. Я уверен, что смогу выгнать и трёх великих существ из моего Тянь Фа!».

Эти слова всё ещё звенели в ушах.

«Несколько слов заставили величайшего Мастера – Юн Би Чена – не показываться столько лет… Какая сила потребуется для этого?»

Остальные с ужасом смотрели на горы. Тем не менее, Цзюнь Мосе имел спокойное выражение лица... в отличие от других. Но, неисчислимые волны бушевали внутри его сознания, поскольку многие проблемные вопросы начали возникать в его сознании.

«Этот Властелин Тянь Фа, казалось, имеет такую силу... более того, он решил показать себя на людях... так, почему он не подождёт?! Он мог бы легко подождать немного дольше, пока война не разразилась в полном масштабе... и он мог бы легко нанести очень серьёзный ущерб этому сборищу...

Он мог бы наверняка покончить с большинством всей нашей армии одним страшным ударом в этом случае... на самом деле, эта борьба между людьми и зверями Суань была бы закончена раз и навсегда, если бы это было так…

Более того, этот «спор» возник два месяца назад. Но он не появился ни разу. Итак, почему он показал себя только сейчас? Он ждал уже два месяца, разве не мог подождать еще несколько дней?

Нельзя отрицать, что его появление превзошло бы его врагов. Его крайняя сила подобна силе Бога. Это ударило бы по моральному духу всех экспертов. И моральные силы были бы, несомненно, уничтожены!

Но, этот вопрос не стоит у него на уме, учитывая его истинную силу. Так о чём он беспокоится? Метод атаки нашей армии тоже не должен быть проблемой. Он мог бы легко изменить ход битвы... и всего остального, одним только своим видом...!

Какова цель всего этого?»

Эти вопросы вызывали у Цзюнь Мосе головокружение. Он потёр глаза... только чтобы найти ещё одну необычную вещь, когда он открыл их.

Все пялились в одну и ту же точку местности с тех пор, как звери Суань начали массово «мигрировать» на юг. Однако было одно исключение. Высокая и одинокая фигура стояла неподвижно.

Молодой человек стоял один под знаменем семьи Байли. Его лицо источало спокойствие, равнодушие и никаких признаков страха. Его яркое выражение наглядно показывало: «Эти события мне не интересны. Всё это не имеет ко мне никакого отношения».

Он стоял равнодушно. Более того, казалось, что он почти безжизненный. Казалось, что никто в мире не имеет никакого значения в его глазах.

Внезапный интерес к этому человеку внезапно возник в сердце Цзюнь Мосе, очень сильный интерес.

Ничем другим... но тем фактом, что эта одинокая фигура напомнила ему о собственной безразличности и равнодушии к обществу в целом в его предыдущей жизни.

«Разве мне это не нравилось?»

Цзюнь Мосе был бесспорно странным сам. Поэтому он никогда не проявлял заинтересованности в проявлении доброй воли к другим. И вот почему он всегда обращал пристальное внимание на одиноких людей в его окружении.

Донфанг Вэн Цин, наконец, собрался, и заметил, что Цзюнь Мосе больше нет рядом с ним. Он сразу же отвернулся от волн зверей Суаня и судорожно начал искать своего племянника.

Цзюнь Мосе, очевидно, был сокровищем для трёх братьев Донфанг. Они пришли, чтобы сокровище их семьи не было повреждено или, не дай Бог, убито. Три брата даже мечтали вернуть его в семью Донфанг на некоторое время. Ведь как их мать могла не обрадоваться при виде такого способного внука? На самом деле, они даже надеялись, что связь между ребенком и матерью может помочь пробудить их сестру, которая лежала без сознания в течение последних десяти лет…

Поэтому трое мужчин вели себя как курицы с недавно вылупившимися цыплятами вокруг. Они ни на секунду не собирались выпускать племянника из поля зрения. Не было и речи о том, что его чудесные методы ловкости давали ему большую защиту. Однако это до сих пор не принесло им никакой пользы. А здесь собрались люди из Города Серебряной Метели и поместья Сюэху...

И эти братья плакали бы ручьями, если бы с ним случилось что-нибудь плохое…

Поэтому они немедленно последовали за ним и встали рядом с ним, как только они поняли, что Цзюнь Мосе куда-то намылился. Даже эта зрелищная сцена не могла взять верх над вопросом его безопасности…

- Вы знаете, кто этот человек? – Цзюнь Мосе указал на одинокого подростка.

- Он... кто-то из семьи Байли. И... также кто-то, от кого эта семья должна отказаться. Почему ты спрашиваешь? – Донфанг Вэн Дао наклонил голову, а затем ответил с презрением.

- Почему? Почему они должны отказаться от него? Зачем им это делать? – спросил Цзюнь Мосе.

- Посмотри на этих людей... кто из этих парней из больших семей кажется тебе дураком? Кто не понимает серьёзности этого восстания? Эти люди подверглись давлению со стороны поместья Сюэху и Ли Ю Тяня, поэтому им пришлось отправить помощь. Итак, у них не было выбора, кроме как прийти и сражаться. Но семья направила всю свою силу? Более того, все эти люди являются специалистами Суань Неба на пике. Ты видишь среди них слабых людей? Иными словами, эти люди обладают достаточной силой, чтобы иметь шанс спасти свою жизнь и убежать, если эта армия не сумеет справиться с этой угрозой. И эти семьи имеют меньше шансов пострадать от сильного падения их сил в таком случае. Однако ты видишь, чтобы кто-нибудь из других семей посылал своих молодых мастеров? – Донфанг Вэн Цин спросил с насмешкой.

- Значит, они просто выбросили его сдохнуть? Он – просто пушечное мясо? – Цзюнь Мосе казался несколько шокированным.

Глава 332.1. Байли Лу Юн (часть 1)

- Именно! Любой малолетка с таким культивированием, если придёт сюда, чтобы сражаться со зверями Суань, в основном, просто потеряет свою жизнь. Незначительные эксперты Нефритового Суань не имеют никаких шансов на выживание, когда столкнутся с таким количеством высокоуровневых зверей Суань. Что ещё может быть, если не простая трата жизни? Такие люди и сами это понимают... Тем не менее, сказать, что они «пушечное мясо» – не очень приятно, – Донфанг Вэн Цин показал безжалостную улыбку.

- Мосе, не начинай верить, что твои навыки ловкости слишком изысканы. Тебе тоже будет очень трудно убежать, если ты останешься один на один против такого врага. И даже твой чудесный набор навыков не поможет, если тебя окружат. Поэтому не надо вести себя опрометчиво. И ты никогда не должен покидать наше поле зрения в такое время!

- Но этому мальчику всего двадцать пять или двадцать шесть лет. И совершенно ясно, что он уже на пике Нефритового Суань. Я верю, что он всего в шаге от достижения Суань Земли. Так, он очень редкий талант, если он достиг такого уровня в этом возрасте. Почему бы его семье не сохранить такой талант? Почему семья Байли разрешила этому мальчику выбросить свою жизнь? Разве не жалко? – спросил Цзюнь Мосе в замешательстве.

- Причину этого не очень трудно понять. На самом деле, это довольно просто. Этот мальчик родился не от законной жены семьи! Его мать была наложницей! – Донфанг Вэн Цин снова улыбнулся, но теперь с сожалением.

- Этого юнца зовут Байли Лу Юн. Он – один из самых редких талантов, когда-либо родившихся в семье Байли. Семьи, которые практикуют Суань Ци, обычно имеют членов с высоким потенциалом культивации меридианов новорожденного ребенка. Это делается для того, чтобы уменьшить вероятность заболеваний у ребенка. Кроме того, это помогает заложить основу для будущего культивирования ребенка.

Однако никто не улучшал меридианы Байли Лу Юна, когда он родился. Но это не имело значения, так как он уже начал культивировать в возрасте трёх лет. И он прорвался к Девятому уровню Суань, когда ему было десять. На самом деле, он уже достиг пика Серебряного царства Суань к тому времени, когда ему исполнилось пятнадцать, а затем прорвался к Золотому Суань вскоре после этого. После этого он прорвался из Золотого царства Суань в Нефритовое царство Суань к тому времени, когда ему исполнилось двадцать. И теперь он достиг пика Нефритовой сферы Суань. Его легко можно назвать лучшим в подрастающем поколении после того, как посмотреть на его культивацию. Мало кто может сравниться с этим человеком. Тем не менее, это правда, что ты не можешь рассматриваться в той же категории, так как ты можешь сражаться с Суань Духом с твоими движениями, даже если ты только Нефритового Суань. На самом деле, ты можешь даже выиграть. Ты действительно дьявольский талант!

- Но этот парень – редкий и исключительный талант. Возможно, он не законный сын, но с ним всё равно не следовало обращаться таким образом, верно? Он всё ещё из их крови, даже если он незаконнорожденный. Так какая разница, если он не наследник семьи? Он до сих пор редкий и талантливый эксперт их подрастающего поколения! На самом деле, легко представить, что он может достичь уровня Суань Неба через десять лет, учитывая скорость его нынешнего продвижения и достижений, которые он уже сделал в таком молодом возрасте. Более того, он может даже достичь Духа Суань в тридцать! Ты хочешь сказать, что они отказываются от такого таланта, потому что он незаконный сын? Разве семья Байли... не очень разумна? – Цзюнь Мосе был потрясён тем, что слышал. Ему было очень трудно понять это.

Важно было знать, что такой талантливый юноша был крайне необычен. И тот факт не только для могущественных семей мира... даже Город Серебряной Метели и поместье Сюэху стали свидетелями такого таланта раз в жизни. На самом деле, было бы трудно найти многих таких, даже если бы они обыскали весь континент Суань Суань. Любая другая семья обращалась бы с таким талантливым человеком, как с «драгоценным камнем», и охраняла бы их очень внимательно. На самом деле, такой человек будет получать такую же заботу, как три брата Донфанг опекают Цзюнь Мосе. Таким образом, можно только представить важность таких молодых людей.

- Это не все, это ещё не всё... Его отец – главная причина всего этого. Дед – его настоящий отец. Он напился и изнасиловал горничную. И, Лу Юн родился в результате этого; и, он тоже получается старшим сыном семьи. Однако семья Байли никогда не признавала его статус. Более того, они пошли дальше и были очень жестоки к мальчику. Его врожденный талант явно отдалял его ещё больше. И лечение стало хуже, так как его культивация Суань улучшилась из-за его выдающегося таланта. Поэтому его бесчестный статус внутри семьи означал, что с ним обращались как со слугой. На самом деле, даже служащие получали лучшее лечение, в разы. Это, очевидно, привело к нескольким обидам в его сердце, и он, естественно, хочет отомстить. Это чувство мести стало ещё более заметным, как только он ворвался в область Нефритового Суань. А потом произошёл несчастный случай…

Лицо Донфанг Вэн Цина было полным жалости, когда он продолжал:

- Но дело в том, что... он даже не инициировал этот инцидент. В самом деле, этот вопрос довольно прост. Он только что уехал в свой дом, и законный молодой мастер пытался с ним... спровоцировать неприятности. Он начал насмехаться над ним и в ответ получил несколько очень серьёзных плюх в зубы. Причины его гнева легко понять. У него не было никакого статуса в семье, хотя его культивация была намного лучше других, кто принимал помощь извне и получал лечение «Очищение меридиан» в молодом возрасте.

Тем не менее, он по-прежнему принадлежит к родословной своей семьи. И родословная имеет большое значение. Это была одна из главных причин, почему его не убили на месте преступления. Но некоторые люди в семье Байли не хотели его держать. И это путешествие в Тянь Фа предоставило им прекрасную возможность избавиться от него.

- Так... так вот что это такое! – Цзюнь Мосе вздохнул. Затем он прошептал:

- Байли... Лу Юн... - холодный свет вспыхнул в его глазах. Никто не мог угадать его мысли.

- Однако мы также чувствуем, что семья Байли причинила себе большой вред этими действиями. Это как то, о чём ты только что говорил... у этого юнца очень выдающийся врождённый талант! Он лишь незначительно отстаёт в этом отношении. Мы верим, что он может стать новым Великим Мастером за тридцать-пятьдесят лет!

Важно знать, что сила и престиж семьи возрастёт, если у них будет кто-то такой же сильный, как Великий Мастер. Особенно это касается могущественных семей. На самом деле, они оставят позади своих бывших сверстников одним гигантским прыжком!

Город Серебряной Метели и поместье Сюэху ничем не отличаются. Шанс для такого человека родиться в любой семье наступает через сотни лет... раз в несколько поколений. Поэтому я не понимаю, почему семья Байли отпустила такую возможность... это заставляет меня сожалеть об их решении. Я имею в виду... как могла семья Байли быть такой недальновидной? Возможно, они боятся, что он отомстит им, как только он будет достаточно силён...? Может, есть другая причина...?

Донфанг Вэн Цин покачал головой и мягко усмехнулся:

- Но мы всё равно не связаны с ними. На самом деле, для нас лучше, чтобы с потенциальным Великим Мастером было покончено поскорее. Более того, это даёт нам повод праздновать. Ведь восходящий герой будет топтать чужие кости. И, каждый сильный человек, который поднимается на вершину, имеет кровь на руках. Мы, девять семей, конечно, не враги. Но мы – потенциальные конкуренты.

Лидеры каждой могущественной фракции всё это время стояли на большой высоте. Но, наконец, они начали спускаться вниз. Затем они решили перейти в зал, чтобы обсудить насущные вопросы. Донфанг Вэн Цин взглянул в сторону и сказал:

- Я буду сопровождать твоего третьего дядю на встречу, так как эти отбросы из Города Серебряной Метели явно не будут воздерживаться от насмешек. Но они не будут слишком безрассудны, если я буду рядом, – затем он тихо усмехнулся и ушёл. Он мягко толкнул инвалидную коляску Цзюнь Вуя к залу мгновением позже.

Цзюнь Мосе посмотрел на своего третьего дядю, сидящего в инвалидном кресле, и подумал...

«Ноги третьего дяди теперь в порядке. Но, я не знаю, когда он сможет встать должным образом... когда Кровавый Генерал будет по-настоящему высокомерен и горд, и покажет величие своего неповиновения всему миру?

Однако все зависит от силы. Несравненная сила...!

И сила равна... таланту…»

Затем, Цзюнь Мосе задумался ненадолго, а после этого резко и большими шагами пошёл к Байли Лу Юну.

Остальные из семьи Байли начали возвращаться в это время. Трое мужчин смеялись и свободно болтали, когда они вошли в свою палатку. Они даже не удостоили взглядом Байли Лу Юна, который стоял у входа. На самом деле, Байли Сюн Фэн – лидер семьи – смотрел прямо вперёд, когда он спокойно вошёл в зал, чтобы обсудить кризис.

Байли Лу Юн безжизненно смотрел на облачное небо. Он чувствовал горечь внутри, но ему удалось заставить себя улыбнуться.

«Сколько дней я продержусь в такой хаотичной ситуации? Эти тысячи Суань зверей сделают из меня закуску? Это и будет моим концом?»

Байли Лу Юн чётко знал, что его семья сделала с его судьбой.

«Семья Байли не успокоится, пока Лу Юн не умрёт», – это были слова, которые молодой Мастер семьи Байли сказал отцу Байли Лу Юна, когда он прорвался к девятому слою Суань в возрасте десяти лет. И с тех пор Байли Лу Юн жил в тени этих слов.

«Я иногда удивляюсь иронии. Ребёнок с любым потенциалом получает полную поддержку от семьи. И любой мужчина может увидеть мой талант. Так почему семья Байли относится ко мне таким образом?»

Глава 332.2. Байли Лу Юн (часть 2)

«Это дело зашло слишком далеко... на самом деле, этот человек боится, что я могу убежать. И он угрожал мне жизнью моего отца, если я не приду в это место, и не буду сражаться. Зачем он это сделал? И отец также уклоняется от этой темы, когда я пытаюсь говорить с ним об этом. Единственные ценные слова, которые он когда-либо сказал мне, были - «Увы, Лу Юн, твоё желание отомстить слишком сильное! Лучше не лезь в это дело слишком глубоко…»

«Жажда мести? Разве я когда-нибудь хотел спровоцировать хотя бы мелкие неприятности? Я бы предпринял какие-либо действия, опасаясь последствий, если бы этот человек не пересёк границы дозволенного? Как мог человек не противостоять невыносимому поведению, которое я терпел в тот день перед всеми? Или это может быть...? Есть ещё одна причина, о которой я не знаю?»

«Я вернусь и разгадаю все тайны, если мне повезет выжить в этом месте…»

У Байли Лу Юна было безразличное выражение лица, когда он развернулся, чтобы войти в палатку.

«Они никогда не придавали мне значения. Но опять же... разве они когда-нибудь считали меня «семьёй»? Чем раньше я умру – тем лучше будет для них... но почему это не то же самое для меня?!»

Именно тогда он увидел, как к нему подошёл юноша.

Он не был знаком с этим молодым мастером, но он знал, что этого юношу зовут Цзюнь Мосе. Он много слышал об этом мальчике. Поэтому он знал, что этот юноша был намного большим развратником, мотом и просто придурком, чем его второй дедушка и некоторые другие люди в его семье.

Ему не нужно было смотреть дважды, чтобы быть уверенным, что Цзюнь Мосе действительно приближается к нему. Путь юнца был довольно чётким, и в нём не было никаких изменений, чтобы уйти с его пути. Кроме того, у него было очень необычное выражение лица, когда он смотрел на Байли Лу Юна.

- Байли Лу Юн? – Цзюнь Мосе наклонил голову и смерил его взглядом.

- Цзюнь Мосе? Третий молодой Мастер семьи Цзюнь? – лицо Байли Лу Юн было равнодушным. Он не почувствовал ни тревоги, ни счастья от осознания того, что этот юноша пришёл искать его. На самом деле, он даже не пытался угадать, зачем он ему понадобился…

- Ты хочешь, я покажу тебе место, чтобы немного поболтать? Следуй за мной, – пригласил Цзюнь Мосе. Технически это была просьба. Но тон голоса Цзюнь Мосе сделал её более похожей на приказ.

Он был отчужденным убийцей в своей прошлой жизни. Таким образом, он знал методы, которые нужно использовать для управления такой социально затворной личности, хотя его собственная природа значительно изменилась в его нынешней жизни.

Нельзя надеяться, что такие люди проявят инициативу. Такие будут держать рот на замке, даже если бы они действительно хотели что-то сказать. Цзюнь Moсе был хорошо осведомлён об этом, потому что он когда-то был таким…

Единственным методом борьбы с такими людьми было взять ситуацию под контроль, взяв на себя абсолютную инициативу. И твой собеседник будет бессознательно двигаться по твоему плану. На самом деле, они станут соответствовать ритму твоих движений, даже если они не хотят... даже если они оставались при своём мнении... и даже если они не желают принимать его... это произошло потому, что они не хотят показаться хуже, а попытаются говорить с тобой на равных; или... они хотя бы будут искать возможность говорить на равных…

- Я не разговариваю с незнакомцами, – безразлично повернул голову Байли Лу Юн и начал входить в палатку.

Ту самую палатку, которую он ненавидел всем сердцем…

- Я слышал, что ты один из самых редких талантов Суань Ци нынешнего века. Значит, ты не будешь бояться меня, верно? – Цзюнь Мосе шагнул вперёд.

Прямая и возвышающаяся фигура Байли Лу Юна внезапно остановилась.

- Ходят слухи, что тебе двадцать шесть лет. Они также заявляют, что ты уже достиг пика Нефритового Суань. Но ты не посмеешь говорить со мной...? Ты боишься, что я что-то замышляю против тебя? – Цзюнь Мосе озорно улыбнулся.

Байли Лу Юн внезапно обернулся. Его лицо всё ещё ничего не выражало. И его глаза были по-прежнему спокойны, когда он смотрел на молодого мастера Цзюнь.

- Похоже, что слухи ошибались. И это неудивительно... так как девяти из десяти слухов нельзя доверять... – Цзюнь Мосе развернулся, чтобы уйти. Но, прежде он проронил ещё несколько слов:

- И я был слишком смелым. Мне действительно не следовало приходить сюда, – после того, как он это сказал, он развернулся и пошёл. Однако он пошёл не к своей палатке. Вместо этого он пошёл в сторону.

Звук шагов другого человека резанул его слух. Байли Лу Юн спокойно следовал за ним. Он был не слишком близко... и не слишком далеко.

Гордое выражение вспыхнуло в глазах Цзюнь Мосе.

«Поговори со мной, хорошо? Почему ты ничего не говоришь?», - Байли Лу Юн вернулся бы в свою палатку для сна, если бы эти сомнения не возникли в его голове. И, он, конечно, не последовал бы за Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе даже не оборачивался всё время. На самом деле, он даже начал двигаться быстрее, и скорость его шагов увеличилась до шокирующего уровня. Байли Лу Юн тоже ни слова не произнёс. Однако он продолжал следовать за Цзюнь Мосе. Он не подошёл слишком близко, но он тоже не отставал. Два выдающихся молодых эксперта на пике Нефритового Суань следовали один за другим... как будто один преследовал второго. Однако этих талантливых юношей никто не заметил, так как всё внимание было сосредоточено на дискуссиях, которые проходили в зале.

Молодой мастер Цзюнь постепенно ускорялся всё больше и больше. Его движения становились всё быстрее. Вскоре стало казаться, что он вот-вот покинет землю и взлетит в небо. Причем, расстояние между двумя молодыми людьми начало увеличиваться…

Байли Лу Юн всегда сохранял своё безразличие к миру. Однако его глаза начали показывать его удивление.

«Этот молодой мастер с дурной репутацией быстрее меня?», - но он не уступил, и начал проявлять себя. Тем не менее, он всё ещё не мог догнать этого «мота, развратника и идиота». На самом деле, он не мог даже сократить расстояние между ними на дюйм. И, расстояние, которое их разделяло, продолжало постепенно увеличиваться…

«Я потерпел неудачу в этом соревновании скорости...», - Байли Лу Юн не признался бы в этом открыто. Но, он ясно понимал, что другой человек сумел опередить его, хотя он был моложе в возрасте.

По крайней мере, в скорости…

Цзюнь Moсе вёл свой путь к небольшому скрытому склону примерно в пяти километрах. Он быстро забрался на него и сел в мгновение ока. Затем, он взял на себя инициативу, похлопав по травянистой земле рядом с ним, и сказал:

- Подходи, садись.

Ответа не было. Байли Лу Юн стоял прямо, как копьё, так же, как и раньше. Он привык сохранять бдительность в течение длительного времени, не давая себе ни одного момента, чтобы расслабиться. Это было потому, что все в его семье очень хотели убить его, как только у них появился бы шанс…

Поэтому он давно привык оставаться на вечной страже…

Однако след восхищения уже начал рождаться в глубине его глаз.

- Чего ты хочешь? – Байли Лу Юн, наконец, спросил. Он был скуп на слова. Он, казалось, лелеял их, как будто они были сделаны из золота. Этот молодой человек не привык к долгим разговорам. Он всегда держал свои мысли близко к сердцу. Байли Лу Юн задал этот вопрос только потому, что его привели сюда умелые манипуляции Цзюнь Мосе.

«Он намного моложе меня. Но его культивирование по-прежнему никак не дотягивает…»

- Ты пришёл сюда, чтобы потерять свою жизнь, верно? – Цзюнь Мосе говорил, даже не повернувшись к нему. На самом деле, он не сделал этого даже один раз в течение всего пути от поля до этого места. Молодой мастер Цзюнь был стопроцентно уверен, что Байли Лу Юн последует за ним. И он не только следовал за ним... он даже пытался наверстать упущенное.

Это, очевидно, поразило самое неудобное место в сердце Байли Лу Юна.

- Какое это имеет отношение к тебе? – Байли Лу Юн спросил довольно апатично.

- Это не имеет ко мне никакого отношения. На самом деле, ты не будешь угрозой для моей семьи, если ты умрёшь, – Цзюнь Мосе улыбнулся и продолжил, – но есть кое-что, что я нахожу очень странным. Зачем ты пришёл сюда, если знаешь, что умрёшь?

- Это не твоё собачье дело! – Байли Лу Юн сказал несколько раздражённо.

«Этот сопляк извергает чушь передо мной! Что он знает о словах, которые он говорит?»

- Я думаю, кто-то угрожал тебе, чтобы ты приехал сюда, верно? – Цзюнь Мосе проговорил. – Более того, они угрожали жизни тех, кто тебя волнует? В противном случае, зачем бы тебе приходить сюда, если ты уже знаешь, что умрёшь? Ты не выглядишь дураком, а я видел таких до сих пор очень много…

Байли Лу Юн промолчал.

Другой человек правильно догадался. Более того, он также довольно точно понимал его характер. Он не сказал ни слова, но противоположная сторона видела его прямо насквозь.

Это было довольно удивительно для такого молодого человека, как этот молодой развратник.

Глава 332.3. Байли Лу Юн (часть 3)

- Ты хочешь быть главой семьи Байли. Это так? – Цзюнь Мосе сорвал и зажал наполовину высохшую травинку между зубами. Казалось, что он говорил с белыми облаками наверху. - Ты очень спокоен, чёрств, жесток и дерзок; и ты ни за что не остановишься. Более того – твоё желание отомстить очень сильное. И твоя жажда власти также необычайно огромна. Ты хочешь отомстить, но у тебя недостаточно сил для этого. У тебя нет будущего в семье Байли. Итак, ты жаждешь величайшей власти в семье, так как ты не можешь отомстить без неё. Я прав?

- Опять же, какое отношение это имеет к тебе? Я не могу понять, что ты пытаешься сказать!

Голос Байли Лу Юна был невежливым и полным ненависти. Тем не менее, Цзюнь Мосе знал, что его слова поразили самое сердце этого юношу. Иначе такой затворник не произнёс бы столько слов.

- Действительно, это не имеет ничего общего со мной. Но твои желания останутся невыполненными, если ты останешься в семье Байли, – Цзюнь Мосе внезапно встал и обернулся. Он посмотрел прямо в глаза Байли Лу Юна и сказал:

- Тем не менее, я гарантирую, что они станут реальностью, если ты присоединишься ко мне!

- К тебе? – Байли Лу Юн холодно смерил взглядом юношу напротив него. – Зачем мне это? Сила семьи Цзюнь тоже не так уж и велика. И семья Байли – одна из девяти великих семей. И я тоже знаю, что происходит с семьёй Цзюнь. В чём твоя семья может сравниться с семьей Байли в настоящее время?

- Ты ошибаешься. И моя семья Цзюнь не имеет к тебе никакого отношения. Итак, всё, что тебе нужно ответить – присоединишься ли ты ко мне или нет? – Цзюнь Мосе улыбнулся. – Давай поговорим о твоей ситуации. Ты должен знать, что у тебя нет ни малейшей надежды в семье Байли. Ты можешь умереть десять раз в этой экспедиции по миллиону разных причин. Я уверен, что это твой последний шанс избежать смерти. И, возможно, я обманываю тебя... но ты должен признать, что ты, вероятно, умрёшь в предстоящей битве в лесу Тянь Фа, если ты не поймаешь эту последнюю каплю шанса. На самом деле, я полагаю, что даже твои кости станут великолепной закуской для зверей Суань!

Байли Лу Юн молча посмотрел на Цзюнь Мосе. И Цзюнь Мосе вернул ему этот взгляд с улыбкой. Они оставались так в течение некоторого времени. Затем первый наклонил голову, прежде чем он, наконец, нарушил молчание:

- Какое это имеет значение – буду я жить или умру? Жизнь и смерть немного значат для меня. Моя жизнь в этом мире не была счастливой. И смерть, безусловно, означает свободу. На самом деле, это означало бы столь необходимую свободу для кого-то вроде меня...

- Свобода? Но я совсем другой. Если бы я умер... я бы предпочёл умереть после того, как я отомстил бы, – спокойно ответил Цзюнь Мосе.

- Месть... – казалось, в глазах Байли Лу Юна произошёл взрыв. Это слово было очень приятно его сердцу. Он повернулся, чтобы посмотреть прямо на Цзюнь Мосе и сказал:

- У меня два условия. Я обещаю присоединиться к тебе после завершения этого вопроса с Тянь Фа, если ты согласишься с ними.

Во-первых, ты должен победить меня. Ты должен победить меня своими силами! Я знаю, что ты достаточно силён, но мне всё ещё нужно это подтвердить. В конце концов, я – из высших талантов этого поколения.

А во-вторых, в общей сложности пять человек из семьи Байли приехали сюда, в Южный Небесный Город; четыре эксперта Суань Неба и я. Я хочу, чтобы они умерли.

Я буду следовать за тобой в течение десяти лет, если ты выполнишь эти два условия. И я уйду, если ты не сможешь обеспечить исполнение моего истинного желания к концу этих десяти лет. Однако ты получишь к твоим услугам не только мою жизнь, если тебе удастся выполнить их, но и всей семьи Байли!

Цзюнь Мосе выслушал эти два условия. Затем он выпрямился и посмотрел на Байли Лу Юна со слабой улыбкой, после чего развернулся и ушёл. Он даже не повернул голову, пока не исчез из виду.

«Эти условия для меня – не проблема! Я легко могу справиться с тобой прямо сейчас. И я могу позаботиться об этой маленькой проблеме с семьёй Байли хоть сейчас! Не мог бы ты придумать более сложные условия?»

«Мальчик, подожди, скоро я получу контроль над тобой!»

Цзюнь Мосе использовал свои изысканные боевые искусства и тайно вернулся в лагерь. Однако он был удивлён, увидев, что двадцать тысяч человек уже разбили свои палатки. Они также начали охранять лагерь к тому времени, как он добрался туда. Эти лагеря были внутри города. Но они были установлены у стен. И у них были барьеры с обеих сторон. Канавы и ловушки были вырыты, а лучники уже сидели в засаде. Более того, охранники у входов были бдительны и неожиданно сильны. Каждый старательно исполнял свой долг. Границы лагеря регулярно патрулировались взводами.

Смены делились между четырьмя командами. Две группы одновременно выполняли одну и ту же обязанность. Одна команда брала на себя патруль, а другая оставалась в режиме ожидания. Это обеспечивало постоянное состояние готовности к боевым действиям.

Это жёсткое командование силами гарантировало, что ни одному войску не придется беспокоиться о внезапной атаке. И, регулярная смена часовых давала каждому солдату получить полноценный отдых.

Жаль, что они были отправлены на восстание зверей Суань. Поэтому у этих простых солдат не было шансов на выживание. Цзюнь Мосе понял это после того, как он увидел организацию зверей Суань.

«Эти двадцать тысяч человек... со своими солдатами, высокопоставленными офицерами, экспертами и молодыми мастерами из различных семей... просто как мухи. Они все были посланы сюда, чтобы умереть.  Эти ребята – стопроцентное пушечное мясо!»

Цзюнь Мосе тихо вздохнул, прежде чем пробраться в лагерь.

Он едва вошёл, когда почувствовал что-то необычное в воздухе.

Гуан Квинхан почему-то утешала Дугу Сяо И. Красивое лицо молодой леди Дугу было всё в слезах. Казалось, что она потерпела какое-то ужасное зло.

- Что происходит?

- Б... брат Мосе... Малыш... Малыш Белыш... он исчез... – Дугу Сяо И подняла на него глаза, пробормотала это и, разрыдавшись, бросилась к нему.

- Значит, он исчез, пока меня здесь не было? – Цзюнь Мосе горько улыбнулся.

«Ты принесла сюда эту маленькую неприятность. И теперь она исчезла. Ведь царь зверей Суань издал приказ для всех зверей Суань собраться у него. Поэтому Малыш Белыш, очевидно, не мог быть исключением из его «команды», не так ли? Малыш Белыш всё ещё здесь... и, это реальная проблема!»

- Не-е-е-ет... я должна найти его... он до сих пор не обедал... – Дугу Сяо И была в отчаянии. Малыш Белыш был для неё очень важным.

- Мы будем... искать его... может быть... он вышел... ну, поиграть на какое-то время и скоро вернётся... – слабо утешал её Цзюнь Мосе.

В глубинах леса Тянь Фа…

Высокий Журавль и Большой Медведь стояли прямо в почтении. За ними стояли два других. Короли зверей от каждой расы уровня десять и выше также присутствовали здесь. Затем они все встали на колени на землю. Время от времени они подметали пол своими хвостами. И, они не позволили ни одному пятну пыли появиться в этой маленькой области.

Человек перед ними был закутан в чёрный плащ и выглядел очень таинственно. Его волосы, лицо, тело и ноги... всё это было закутано плащом. Даже его глаз не было видно.

Даже сама фигура этого человека не была ясной. Таким образом, можно было забыть о его чертах лица…

- Скажите мне, что всё это значит? Я ухожу в уединение всего на два года, а вы создаёте такой жуткий бардак? У вас теперь такое мужество, что вы собрали здесь всех великих специалистов? Да? – таинственный человек спокойно говорил. На самом деле он был Владыкой леса Тянь Фа; тот же человек, который ранее говорил с Ли Ю Тянем.

- Старший брат... это... это... – Большой Медведь и Высокий Журавль крикнули, а потом посмотрели друг на друга. Затем они замолчали.

- Более трёх миллионов наших вышли из леса Тянь Фа, и все они были шестого уровня или выше... вся сила нашего Тянь Фа была выброшена наружу, – человек продолжал насмешливо, – неужели простой Ли Ю Тянь действительно требует такого большого собрания сил, чтобы бороться с ним?

- Старший брат, всё не так просто с этим вопросом... – сказал Высокий Журавль, после чего захлопнул рот и проглотил слова, которые он собирался сказать.

- Что происходит?! – человек, окутанный чёрным плащом, внезапно выпустил свою Ци. – Я хочу знать полную историю! Скажи мне, четвёртый брат Медведь!

- Эмм... Я... Ну... Я... – Большой Медведь в ответ задрожал и начал заикаться.

Силуэт человека вспыхнул, и Большой Медведь завыл от боли. Его тело полетело назад, как мяч после удара футболиста. С грохотом и шумом, подняв столбы пыли, он пролетел метров триста. Он пытался схватиться руками за три разных дерева, чтобы остановиться, но все три с жутким треском сломались, прежде чем он, наконец, сумел остановиться.

- Вернись сюда! – Большой Медведь поднимался, схватившись за задницу одной рукой, когда услышал эти слова. Он мрачно усмехнулся и побежал назад, встав на то же самое место в такую же почтительную позу.

- Говори!

Большой Медведь поднял лицо, вспоминая, как они крали ядро Суань из города Тянсян. Он рассказал всё подробно о том, что произошло после того, как он и Высокий Журавль украли это ядро.

- Ты говоришь мне... что этот человек может облегчить нам продвижение? Ты уверен в этом? – Король всех зверей Суань тоже начал дрожать...

Глава 333. Ярость Тянь Фа

- Да! – Высокий Журавль ответил уверенно. Затем он продолжил, - я абсолютно убеждён в этом. Он использовал свою технику Ци для четвёртого брата и меня. В результате его особого метода сила в наших телах увеличилась в десять раз! И даже узкое место, которое нас сдерживало, начало ослабевать. Поэтому мы поступили так, потому что он помог бы в нашем продвижении. Могу вас заверить, что всё это правда. Так что не стоит сомневаться, – торжественно ответил Высокий Журавль.

- Так... вот оно как... – закутанный человек пробормотал тихим голосом. - Это понятно, если это так. Но почему вы с четвёртым не попытались поймать его? Вы могли бы всё сделать, если бы могли контролировать его. Можно предположить, что сила этого человека высока. Но он не может бороться с Ли Ю Тянем! Как вы думаете, сколько экспертов такой силы существует в этом обществе? Вы с четвёртым не считались бы слабее, чем Ли Ю Тянь, если бы вы объединили свои атаки! Поэтому, вы двое должны были хотя бы попытаться поймать человека, о котором идет речь!

Высокий Журавль горько улыбнулся:

- Вы думаете, мы не хотели, старший брат? Мы предложили соревнование с этой самой мыслью в нашем уме!

Тем не менее, вы не знаете, как он надавил на нас! Давление его ауры было даже больше вашей, старший брат. Кроме того, у нас будут средства для продвижения наших сильных сторон, если всё пойдёт хорошо. Фактически, мы будем иметь бесконечные достижения после того, как этот вопрос разрешится. И мы можем попрощаться с понятием «узкое место»…

Четвёртый и я были вынуждены уйти с честью после того, как третье соревнование закончилось, так как мы не смогли выстоять против него…

Вы не понимаете, какое искушение этот вопрос давал для нас. Я застрял на нашем уровне в течение сорока лет! Мы не видели второго брата много лет, но мы не можем быть уверены, что он достиг прогресса. Должно быть, он тоже застрял! К тому же, условия этого человека не казались очень сложными. Нам нужно было только остановить поместье Сюэху от поездки на север, и мы должны были избить сына Ли Ю Тяня до состояния, чтобы ему пришлось оставаться прикованным к кровати в течение нескольких месяцев. Как трудно это может быть? Поэтому мы с четвёртым решили действовать, не посоветовавшись с вами!

- Действительно, это разумно... и не очень сложно. Мы можем воспользоваться этим. Но почему всё так получилось? Более половины мировых экспертов по Суань уже собрались у наших ворот! – закутанный человек слегка склонил голову.

- Первоначально я планировал «зажечь огонь» в поместье Сюэху в темноте. Я планировал использовать этот хаос в качестве прикрытия для нападения на Ли Тенгюна, чтобы сломать ему ноги. Но потом... большой Медведь... он внезапно ворвался в поместье Сюэху при ярком дневном свете и закричал. Затем он начал выть о том, чтобы сломать ноги Ли Тенгюна, и высокомерно заявил противникам, что они должны взять инициативу и сами сломать ноги Ли Тенгюну. Даже я бы не стал этого делать... так что забудем о том, что Ли Ю Тянь сделает такую вещь…

- Третий брат Журавль... почему ты меня предал?! Разве я не собирался закончить дело быстро? И сколько бы мы видели задержек, если бы следовали твоему плану? Более того, такой подлый метод меня не радует. Имеет ли значение, как мы выполним задачу, если мы её сделаем? – лицо Большого Медведя покраснело, когда он кричал. Он ещё не закончил говорить, но начал мелко дрожать; после этого он не осмелился произнести ни одного слова.

- Нет необходимости говорить, что поместье Сюэху не последовало совету Большого Медведя. Поэтому в тот же день мы очень решительно атаковали их. У нас было значительное преимущество. Итак, нам удалось ранить несколько человек. Но Ли Тенгюн скрылся. Поэтому мы вернулись на следующий день и сделали то же самое. Но потом мы узнали, что Великий Мастер Ши Чан Сяо внезапно появился в поместье Сюэху. И, естественно, было немного трудно сохранить наше преимущество, когда он был там. Так это продолжалось в течение нескольких дней. Тем не менее, это всё ещё не было проблемой, потому что поместье Сюэху было более или менее разрушено, даже если Ли Тенгюн ещё не показал своё лицо. Но потом мы узнали, что Ли Ю Тянь... эта собака... также вернулся в поместье Сюэху из ниоткуда... – Высокий Журавль поджал губы.

- Вы идёте к чьему-то порогу и доставляете ему неприятности. А потом вы просите их отдать вам их молодого господина, чтобы вы могли сломать ему ноги? А потом... вы удивляетесь, что они не пошли на сотрудничество? Разумеется, когда Ли Ю Тянь пришёл, он впал ярость, увидев, что поместье Сюэху — дело его жизни, кровь и пот – уже почти перестало существовать. Какая семья выдержит и простит такой удар?

Человек, закутанный в чёрное, насмехался:

- Вы действительно ничего не знаете о людях в этом мире? Это весело! Во-первых... вы не выполнили эту задачу в тайне. Потом, вы так смело ходили по этому поводу среди бела дня... и, Большой Медведь, у тебя действительно есть яйца. Хотелось бы тебе их оторвать и посмотреть нормально, насколько они у тебя большие.

Большой Медведь даже дышать перестал.

- Что случилось после этого? – одетый в чёрное человек спросил.

- После этого... мы снова напали. Потом я выяснил, что тело Ли Ю Тяня улучшено ядром Суань. Казалось, что он взял ядро, которое было, по крайней мере, на девятом уровне. На самом деле Ци была похожа на Ци Короля Пантер. Но было что-то довольно странное…

Лицо Высокого Журавля вспыхнуло от гнева:

- Король Пантер исчез два года назад. Мы с Большим Медведем долго искали его, но не смогли найти ни единой подсказки. Затем появилось ядро Суань девятого уровня в городе Тянсян. Итак, мы недолго думали. Но затем мы пришли сюда, чтобы взбудоражить неприятности по приказу этого таинственного человека... только чтобы обнаружить, что тело Ли Ю Тяня обладало колеблющейся энергией ядра Суань Короля Пантеры!

- Король Пантер! Действительно ли это был Король Пантер? Что, чёрт возьми, происходит? Вы уверены в том, что сказали?

Затем его голос стал очень холодным:

- Я просто думал, что я его не видел. Итак, кажется, кто-то убил и поглотил его... даже его ядро стало частью чьей-то энергии... хм... третий брат, четвёртый брат... вы двое очень хорошо справились с Тянь Фа в моё отсутствие... Король Пантер мёртв... таинственно исчез... хм... хорошо... хорошо!

Цвет лиц Высокого Журавля и Большого Медведя внезапно изменился. Они сразу встали на колени и их лбы вспотели. Слов и манеры речи их старшего брата было достаточно, чтобы выразить его гнев.

- Во времена нашего короля было десять королей зверей. Они могли бы с высокомерием игнорировать весь мир. Даже у трёх святых земель не было смелости смотреть им в глаза! Тянь Фа был самой яростной силой во всей Вселенной! Однако тогда царь вознёсся к небесам. И девять старших братьев были ошеломлены и ушли жить в уединении. Это позволило нам подняться и продвинуться... и новые короли зверей родились менее чем за столетие... и в общей сложности двенадцать... поэтому, я думал, что этого будет, по крайней мере, достаточно для нас, чтобы сохранить наше положение!

Но за короткий период произошло так много... что второй брат Орел обманут Юн Би Ченом в азартной игре. Затем он был вынужден стать питомцем этого старшего. Это стало причиной большого позора для нашего Тянь Фа. Младший брат давно не появлялся. Шестой брат – Король Львов и седьмой брат — Король обезьян, сражались с Восемью Великими Мастерами шестьдесят лет назад. Они проиграли эту битву, но ничего не было в эти последние шестьдесят лет…

Его голос был пуст. Два короля зверей Суань — белый Король Львов, и золотисто-рыжий Король Обезьян — стояли позади Большого Медведя. Они повесили головы в сожалении.

- Пятый управлял Тянь Фа тридцать лет назад... но затем... девять неизвестных и могущественных экспертов Духа Суань напали и убили нашего брата. Даже расположение его неизвестно. Что случилось – это до сих пор окутано бесконечной тайной. Затем, одиннадцатый Король Пантер умер и его ядро находится внутри живота Ли Ю Тяня...? Так вот... только несколько из нас осталось из первых двенадцати королей... Журавль, Медведь, Змея, Тигр и Орел...

Закутанный человек старался сдерживать свой голос, но он звучал всё злее:

- Это же Тянь Фа, верно? Тянь Фа жесток, верно? Разве вы, семь Королей зверей, не могли бы вместе, как братья, посеять хаос в этом поместье Сюэху? Да?

Он рассеял Ци вокруг. И его Ци отошла от тела, как бомба, которая только что взорвалась. Но окружающие звери-короли ни капельки ей не сопротивлялись. Они не смели сопротивляться. Фактически, в центре леса словно бы взорвалась бомба. Деревья вырвало из земли.

Огромная площадь в 60 метров в диаметре теперь была совершенно пустой; на ней не осталось даже травинки.

Сила разгневанного властелина Тянь Фа неожиданно достигла таких высот.

- Старший брат, ты не можешь быть таким злым в такой критический момент! – семь Королей зверей Суань преклонили свои колени и заклинали их Лорда.

Человека в чёрном плаще поднял голову на Луну и вздохнул.

- Король Змей, Король Тигров, Король Орлов... вы трое на пике своего уровня? – спросил он. Очевидно, он успокоился.

Мужчина в золотистой одежде, мужчина в чёрной одежде и молодая женщина в зелёной одежде склонились в унисон:

- Да! – эти трое также присутствовали рядом с Высоким Журавлем и Большим Медведем. Однако эти трое были в своих человеческих формах.

Белый Король Львов и Король Золотых Обезьян также присутствовали там. Однако в их глазах была смесь восхищения и негодования.

Эти двое достигли такого уровня и сформировались шестьдесят лет назад. Но они были сведены к своим первоначальным формам из-за сражения, которое произошло шестьдесят лет назад. И никакое культивирование не поможет им обрести пиковую форму…

- Настало время для прорыва. Но где на земле мы найдём так много священных плодов Тянь Фа...? – человек, закутанный в чёрное, вздохнул. Все вокруг него замолчали, и лес стал неподвижным.

- Теперь, когда началась война, пути назад нет! Теперь, чем хуже ситуация... тем лучше будет для нас! Я хочу восстановить место Тянь Фа, как передовой силы во Вселенной! Три Святые Земли, возможно, не признают этого, но я, по крайней мере, хочу убедиться, что Ли Ю Тянь и Юн Би Чен осмелятся прогуляться в Тянь Фа, когда им захочется...!

- Престиж Тянь Фа будет восстановлен в этой войне! – одетый в чёрное человек заявил серьёзно. - Но, вы все должны знать последствия... если мы проиграем эту войну!

Глава 334. Иметь сердце Медведя и кишки Пантеры

- Сила Тянь Фа несравнима! Сила Тянь Фа – самая великая во всей Вселенной! – Высокий Журавль крикнул, махая руками. Белый Король Львов и Золотой Король Обезьян стояли позади него. Они также смотрели в небо и ревели.

- Тянь Фа не будет вторгаться в окраинные земли, так как мы не хотим беспокоить простых людей. Это всегда было нашим обычаем, и мы не будем его нарушать. Большой Медведь — ты примешь командование сухопутных войск Короля Тигров, Короля Львов, Короля Обезьян и Королевы Змей. И ты возглавишь атаку на сопротивление в Южном Небесном Городе. Высокий Журавль — тебе предстоит возглавить борьбу с силами Короля Орлов, и быть готовым в любое время. Мы ударим их первыми, мы ударим их быстро, и мы ударим их сильно. И тогда уже мы решим, следует ли нам продолжать полномасштабную битву. Но, окончательное решение всегда будет исходить от меня! Вы поняли?

- Да! – два человека ответили в унисон.

- Четвёртый брат, как твоя травма?

- Всё прекрасно. Она была исцелена, когда старший брат помог мне, – с благодарностью ответил Большой Медведь. – Эта неуловимая атака меча в сердце и вены могла убить меня, если бы не старший брат!

- Старший брат, есть ещё кое-что... я думаю, что Большой Медведь был главной целью Ли Ю Тяня всё это время, – осторожно сказал Длинный Журавль.

- О? И почему? Ли Ю Тянь – не неразумный человек. Он должен знать, что беззастенчивое убийство четвёртого равносильно бесконечной вражде и ненависти от меня, Лорда Тянь Фа. Думаешь, что он всё же осмелится? – закутанный человек фыркнул.

Высокий Журавль ответил:

- Или, может быть... это потому, что другие не знают, что мы делаем. Мир использует так называемую фразу «иметь сердце медведя и кишки пантеры», чтобы описать мощь мужества человека. Мы знаем, что это не так... но, возможно, Ли Ю Тянь нагло убил Короля Пантер и взял его ядро с этой мыслью…

- И теперь... он хочет взять сердце Большого Медведя? – закутанный человек повторно фыркнул в ярости.

- Верно. Культивирование человека значительно увеличивается, если он принимает ядро Суань. Но нельзя правильно его поглотить, и Ли Ю Тянь столкнулся бы с этой проблемой. Но, если он возьмет сердце Большого Медведя вместе с Королём Пантер... он не только сможет поглотить ядро Суань... но его культивирование Суань также удвоится. И его сила удвоится снова, если он поглотит ядро Большого Медведя. Это привело бы к четырёхкратному повышению его нынешней эффективности. И кто в этом мире смог бы соперничать с Ли Ю Тянем, если это случится? Подумай, почему он считает атаку зверей Тянь Фа настолько опасной, что собрал здесь всех?

Лицо Высокого Журавля было полным ненависти:

- Ли Ю Тянь игнорировал меня на протяжении всего боя. И он продолжал нацеливаться на Большого Медведя. Каждая его атака была направлена на убийство. Таким образом, его намерение было понятным! Это была главная причина, почему мы с четвёртым братом спровоцировали это восстание!

- Ли Ю Тянь! – закутанный человек задрожал от гнева. Казалось, что он выплюнул эти слова из пространства между зубами. - Неудивительно, что он откинул свою гордость и издал Верховный призыв! Неудивительно, что он, не колеблясь, использовал эту Неуловимую атаку, расщепляющую сердце и вены, чтобы убить четвёртого! Он намеревался убить его одним ударом! Этот человек намерен использовать силу и жизни половины экспертов континента Суань для достижения своих злонамеренных амбиций! Но, он подсчитал своих цыплят, прежде чем они вылупились! Зря, очень зря он использовал эту атаку!

Вы все должны пойти и подготовиться к атаке. Отправьте зверей седьмого уровня и ниже в лес Тянь Фа. Мы пока не будем их использовать. Я распишу им расписание тренировок на сегодня, – человек в чёрном одеянии продолжал. - Королева Змей, Зелёный Охотник, твоя скорость сравнительно медленнее. Поэтому, обрати внимание. Только пятого уровня и выше Змеи Летающей Нити, Золотые Сороконожки и Змеи Семи Звёзд должны участвовать. Другим не нужно вмешиваться сейчас.

Он говорил о Змеях Летающей Нити, Золотых Сороконожках и Змеях Семи Звёзд. Эти три группы змей были самыми быстрыми, самыми ядовитыми и самыми свирепыми змеями во всём Тянь Фа. На самом деле, эти змеи были настолько быстры, что средний человек не мог даже увидеть их тени.

Одетая в зелёное девушка – Королева Змей – поклонилась почтительно, принимая приказ.

- Третий и четвёртый... Вы сказали, что этот таинственный человек очень силён. Что... он может быть даже сильнее меня. Как вы оцениваете его культивацию по сравнению с моей? И говорите честно! – голос закутанного человека стал несколько хриплым.

- Культивация этого человека очень высока. Я думаю, она не меньше вашей. Его культивирование более или менее сравнимо с вашим, – ответил Высокий Журавль осторожно, подумав пару секунд.

Однако голова Большого Медведя, возможно, была набита опилками, как и положено медведю. Он не понял смысла ответа Высокого Журавля. Он открыл свой большой рот и сказал:

- Третий брат, тебе нужно открыть глаза, прежде чем говорить такую тупую чушь. Культивирование этого человека было глубокой тайной. Старший брат очень силён, но давай будем честными... он мог легко избить несколько таких человек, как ты, в прах... э-э... на самом деле, я думаю, что он легко мог бы уничтожить двух таких людей с лёгкостью... я... э... блин... это... я не это имел в виду... я не то сказал... Ты самый сильный, старший брат... блин... я не то хотел сказать... блин... я просто говорю, что старший брат может легко победить даже десять таких людей, как он... блин...

Он ещё не закончил говорить, когда всё его тело начало дрожать. *БАБАХ!* – и его тело было подброшено вверх, прямо под ноги закутанного человека. Вскоре можно было услышать только слабый щёлкающий звук. И это было потому, что он, когда упал, ударил несколько подземных корней деревьев... и сломал их…

- Итак, услышав твои слова... я могу понять, что сила этого человека намного выше моей? Ты это имеешь в виду...? Нет необходимости, обдумывать свои слова; говори просто, и не трать своё время! – закутанный человек звучал несколько мрачно. Тихие болезненные стоны Большого Медведя, которому этот человек наступил на руку, также можно было услышать…

- Даже три Святые Земли и те безрассудные старики за её пределами не могут сравниться с моим культивированием. Так в чём же дело с этим человеком? Как он может иметь такое высокое культивирование? – закутанный человек некоторое время двигал ногой туда-сюда. Он был несколько озадачен. Скорбный стон был слышен каждый раз, когда его нога падала на землю…

- Происхождение этого человека довольно загадочно. И его сила огромна. Но я могу заверить вас, что он никоим образом не является посредником из трёх Святых Земель! – Высокий Журавль торжественно ответил. Его спина была прямой, а выражение его лица было очень серьёзным. Он понял ошибку, которую только что совершил Большой Медведь, и обдумал каждое слово своей речи.

Он сделал это, так как боялся, что с ним может случиться то же самое.

- Как ты можешь быть уверен? – закутанный человек продолжал поднимать и опускать ногу. Но его движения даже не поднимали пыль. А вот Большой Медведь с каждым плавным опусканием ноги проваливался всё глубже и глубже в землю…

Шкура Большого Медведя была грубой. Так что, он бы всё равно не пострадал. Он продолжал топать, пока ноги не ступили на пустое место. Закутанный человек был удовлетворён только тогда, когда всё тело Большого Медведя скрылось под слоем почвы под ним.

- Старший брат, ты знаешь, что эти старики из трёх Святых Земель имеют презренную ауру...? И это то, что мы можем легко почувствовать. Но... энергия этого человека не только не презренная, но и довольно восхитительная. Я не знаю, почему... но одна она вызывает желание подружиться с ним...

- Хмм... я понимаю, что это – всего лишь твоё чутьё! – человек, закутанный в чёрное, оборвал его взмахом руки.

- Чутьё? – выражение Высокого Журавля было необычным, когда он посмотрел на него. Затем он тайно бормотал несколько слов про себя.

- На что ты смотришь? О чём ты думаешь? Я ошибаюсь? – закутанный человек яростно крикнул, выпустив свою энергию в гневе. Затем он использовал её, чтобы связать Высокого Журавля.

- Ты действительно заслуживаешь быть старшим братом... Старший брат – самый мудрый... Ха-ха-а-а-а... – Высокий Журавль был очень напуган. Он поспешно произнёс эти слова и даже заставил себя рассмеяться перед тем, как его горло сдавило.

- Высокий Журавль... ты довольно умелый, третий брат.

- Старший брат... пощадите меня... – Высокий Журавль умолял о пощаде. Его отбросило в сторону. Упав на землю, он пропахал спиной глубокую траншею.

Затем, внезапно, ещё немного грязи разлетелось во все стороны, и прямо перед ним из-под земли вылез огромный земляной голем. Через секунду стало понятно, что это Большой Медведь, покрытый жёлтой грязью. Но он был чрезвычайно весёлым при виде страданий Журавля. Он быстро выплюнул грязь и заговорил весёлым голосом:

- Третий брат Журавль, ты тоже получил свою долю оплеух, ха-ха-ха!

Глава 335. Тянь Фа в шоке

- Это естественно! – ответил человек, одетый в черное. - Так как этот человек может помочь вам продвинуться... как я могу действовать опрометчиво, когда этот человек так важен для нас? Вам нужно напоминать мне о чём-то столь понятном?

- Вы говорите очень мудро, старший брат, – кивнули Длинный Журавль и Большой Медведь. Они были весьма смущены. Раньше они хвастались многим, но срок в один месяц, который дал им Мосе, чтобы завершить их задачу, уже прошёл. И этот факт заставил их чувствовать себя очень стыдно.

«Что мы должны сказать, если мы снова столкнёмся с ним?»

Задача недопущения того, чтобы поместье Сюэху направилось на север, была выполнена очень эффективно. Более того, даже Город Серебряной Метели был вынужден приехать на юг, чтобы разобраться с этим вопросом…

Тем не менее, была другая задача — сломать ноги Ли Тенгюну. И эта задача ещё не была выполнена. На самом деле, даже лицо Ли Тенгюна не появлялось посреди этого хаоса. Это смутило всех, и зажгло огонь внутри Длинного Журавля и Большого Медведя. Однако они, скорее всего, не остановились бы на том, чтобы сломать ему ноги, если бы они встретились лицом к лицу с ним. На самом деле, они могли даже прикончить его.

Ли Тенгюн не только умрёт, если это произойдёт... он умрёт несчастной смертью... после невыразимой боли.

Ранее они опасались Ли Ю Тяня. Поэтому они не смели и подумать о том, чтобы убить мальчика, поскольку это создаст беспорядок, который никогда нельзя будет исправить. Но затем Ли Ю Тянь задумал убить четвёртого брата. И это стёрло любые возможности для переговоров. Таким образом, эти два Короля зверей Суань теперь яростно зашевелились. Итак, как они могли так легко отпустить Ли Тенгюна?

На самом деле, они были готовы ждать, чтобы противостоять Ли Ю Тяню снова. И они с нетерпением ждали возможности использовать любую случайность, чтобы расправиться с этим старым ублюдком…

Три человека посмотрели друг на друга и пришли к выводу, что никакого другого вопроса не осталось для обсуждения. Поэтому они решили, что пора разойтись и приступить к подготовке.

Потом вдруг поднялся грохот вдалеке. Большой Медведь нахмурился и заговорил:

- Это группа Пантер! У них, кажется, опять проблемы... эти люди никогда не оставят меня в покое!

- Группа Пантер? – двое других тоже нахмурились и посмотрели вдаль.

Две фигуры быстро пробирались к ним. Эти две фигуры были снежно-белого цвета. Но их глаза полыхали золотым светом, они оба были Золотоглазыми Снежными Пантерами Суань на пике восьмого уровня. Они были чрезвычайно быстрыми и сумели прибыть на место в одно мгновение.

- В чём дело? – Большой Медведь чувствовал себя униженным. Он был ответственным за Пантер с тех пор, как их Король умер. И он только что стал свидетелем того, как двое из них спешат без какой-либо дисциплины. Так что он не мог не злиться.

Две Золотоглазые Снежные Пантеры Суань немного заскулили. Затем они опустились ниц на землю и немного оставались неподвижными. Затем одна повернула голову и вытащила за шкирку маленькое белое существо. Она положила существо на землю. Тем не менее, казалось, что пантера всё ещё не может контролировать дрожь, которая сотрясала её тело.

Две Пантеры упали ещё ниже, и они заскулили немного громче. Затем они быстро удалились и исчезли в лесу.

- Это всего лишь маленький детёныш Железнокрылой Пантеры... похоже, что ему едва больше месяца. Это такая очаровательная мелочь... – человек, закутанный в чёрное, едва произнёс эти слова, когда всё его тело вдруг задрожало от шока. Затем он вдруг напрягся.

Высокий Журавль и Большой Медведь показали почти такую же реакцию. На самом деле, их глаза почти выскочили из орбит, когда они неустанно смотрели на то, что было прижато к земле. Казалось, что они смотрят на редкое сокровище своей эпохи…

Этим маленьким существом был Малыш Белыш…

Он услышал призыв Властелина Тянь Фа и безрассудно устремился к лесу. Это была его скрытая и врождённая природа. Значит, он никогда не мог пойти против этого.

Он только хотел выказать своё почтение Властелину Тянь Фа, а затем вернуться. Но он едва добрался до группы Пантер, и они заметили, что что-то не так. Поэтому они доставили его сюда. Затем он увидел трех Королей зверей Суань так близко к себе, и его естественный инстинкт, как зверя Суань низшего уровня, просто кричал как бешеный. Поэтому очаровательный детёныш сбился с толку и начал дрожать…

- Старший брат! Старший брат! Это всего лишь ребенок! Однако он на восьмом уровне! Восьмой уровень! Восьмой уровень, мать твою! Как это возможно?! Должно быть, мне снится! Третий брат, быстро шлёпни меня! Я, видимо, сплю! Это невероятно! Пресвятые носки...! Это действительно... – Большой Медведь кричал и устраивал суматоху. На самом деле, он полностью пренебрегал тем, как он будет выглядеть при этом…

Лицо Высокого Журавля потемнело.

Все остальные молчали.

На самом деле, это было почти гробовое молчание.

Шесть глаз трех королей зверей Суань были широко открыты. Глаза Высокого Журавля мерцали как лампочка. Глаза Большого Медведя по-прежнему были полны неверия; на самом деле, казалось, что они как раз собирались выскочить из своих гнёзд. Глаза завёрнутого в чёрное были закрыты. Но его острые глаза начали светиться сквозь ткань. Более того, слова Большого Медведя были весьма дурацкими, и лорд Тянь Фа давно разозлился бы при любых других обстоятельствах. Но даже он не произнёс ни слова в этот момент…

«Это очень шокирует! Это невероятно шокирует!»

Властелин зверей Суань нагнулся. Затем он проворно и осторожно схватил маленькое существо и поднял его... как заветное сокровище, которое было довольно хрупким…

Малыш Белыш был в ужасе. Он закатил глаза и хныкал от страха. Он чувствовал доброту противоположной стороны, но всё ещё боялся двигаться.

Владыка Тянь Фа держал мягкое тело Малыша Белыша на ладони. Затем он выдохнул после долгого времени и сказал:

- Этот малыш действительно на восьмом уровне! Реально на восьмом уровне! Это чудо...! Настоящее чудо...!

Эти три Короля зверей Суань могли легко определить уровень, ранг, и силу вновь встреченного Суань зверя, когда сосредоточатся. Это было преимущество высочайшего уровня. Однако владыка Тянь Фа лично и внимательно осмотрел этого невиданного зверя Суань своими руками…

Возможно, это был шок, который заставил речь Властелина Тянь Фа стать немного странной. Однако в его речи появилась тень уверенности, как только это первоначальное чувство удивления прошло. Но его речь стала немного бессвязной.

Однако два других Короля зверей Суань — Высокий Журавль и Большой Медведь — не думали, что его слова были странными. Напротив, они считали их вполне достойными и должным образом описывали это маленькое существо. Затем их рты распахнулись, и они стали безмолвными…

Они всё ещё чувствовали шок в своих сердцах. Они не должны были быть шокированы при нормальных обстоятельствах, так как их способности восприятия давным-давно оценили бы уровень этого маленького существа. Кроме того, это чувство шока должно было быть удалено из их психики, как только они проверят этот факт. Тем не менее, они остались ошеломлены до самого их ядра даже сейчас…

И причина их удивления тоже не была безосновательной. Этот факт был слишком непостижимым и крайне шокирующим…

- Железнокрылые Пантеры, как правило, живут около двухсот лет. Они начинают свое продвижение через десять лет и начинают свой прогресс на базовом седьмом уровне. И, это занимает около семидесяти лет, чтобы они достигли пика седьмого уровня Суань. И, многообещающие прорываются через седьмой уровень Суань, если они достигнут своего пика в течение этих семидесяти лет. Затем они достигают восьмого уровня. Но это предел уровней, которые они могут достичь. У них нет выбора, кроме как остановиться! – одетый в чёрное человек произнёс эти странные слова очень быстро. Однако его голос был несколько резким и мрачноватым…

Эта информация не была очень ценной. Даже обычные звери Суань могли найти подобные общие знания. Однако эти давние общие знания были «полностью и тщательно» спрятаны…

- Тем не менее, у нас тут гуляет детёныш Железнокрылой Пантеры на пике восьмого уровня перед нами...! Просто детёныш! – Властелин Тянь Фа говорил, торопясь. Его халат порхал и трепетал на ветру. Он, казалось, выпустил все свои эмоции из под контроля в тот момент. - Третий, четвёртый, возможно ли, что мы спим?

- Да как это, вообще, возможно? – человек продолжал дрожать. - Независимо, что мы можем сделать... это детёныш Железнокрылой Пантеры. Ему всего лишь несколько месяцев, и он ещё не привык. Но он, всё-таки, продвинулся в таких условиях... Это невероятно! Непостижимо! Я бы убил любого, кто сказал бы мне, что такое случилось, но я бы не поверил ни единому слову. Но теперь... я вижу это прямо перед глазами! Кто-нибудь может мне сказать, как такое возможно?

Властелин зверей Суань снова покачал головой. Фактически, он приложил всю свою силу, чтобы потрясти головой.

Этот факт был по-настоящему непонятен. Это было очень странно, настолько странно, что закутанный человек не мог понять этого...

Кроме Властелина зверей Суань, Высокий Журавль и Большой Медведь стояли также в изумлении. Их разум просто остановился, и слюна начала капать из их распахнутых ртов, а они даже не осознавали этого. Затем величественное тело Большого медведя внезапно качнулось в сторону, и он упал на землю. Затем он начал выть. Он схватил волосы на голове и заорал:

- Боги! Мать вашу! Этот мир действительно сумасшедший!

- Может быть? – Высокий Журавль подумал о возможности и ответил, – старший брат, возможно ли, что король Пантер изнасиловал Железнокрылую Ппантеру седьмого уровня? – он сказал эти слова... но потом, он резко остановился и хлопнул себя по лбу…

Другие двое — включая Большого Медведя – смотрели на него, как на идиота…

- Идиот! Как такое возможно? Вы двое ведете себя так, будто у вас в голове мусор! Как вы думаете, я поражен только его уровнем? Удивительные факты об этой мелочи не ограничивают его силы в одиночку...!

Властелин зверей Суань помолчал и сказал:

- Я осмотрел его очень внимательно. Гены этой мелочи говорят о том, что это – исключительно Железнокрылая Пантера... и никаких других высокопоставленных зверей Суань! Поэтому я могу подтвердить, что продвижение этой мелочи полностью приобретено в её природе. Другими словами... кто-то использовал сильный и чудесный метод, чтобы способствовать его продвижению!

- И это ещё не так удивительно! Что действительно удивительно, так это то, что... врождённые характеристики этого карапуза были полностью преобразованы! Таким образом, он, безусловно, будет продвигаться к девятому уровню в течение тридцати лет... и даже девятый уровень не будет пределом его потенциальных достижений…

Человек, закутанный в чёрное, закончил говорить в торжественной манере. Затем он вспомнил, о чём много лет назад говорил Журавль. Он взлетел с места и ударил Высокого Журавля, прежде чем он начал ругать его:

- Ты – величественный Король Журавлей Суань, готов изнасиловать зверя Суань седьмого уровня? О чём думает твоя голова весь день? Ты не можете придумать ни одной умной, достойной и полезной мысли на этот раз?

Его голос содержал в себе след смущения…

Глава 336. Решение Тянь Фа

Большой Медведь сел на задницу из-за шока. Затем он поднял глаза и начал смеяться, так как он не мог не получить удовольствие от страданий Высокого Журавля. Это было прямо перед тем, как он вдруг крикнул:

- Старший брат... смотри! У этой маленькой штуковины есть нефрит, привязанный к его шее... это означает, что это – чей-то «питомец»... и это не значит... – из его холодного шипения было очевидно, что он был потрясён.

«Питомец?…»

Одетый в чёрное человек не проигнорировал этот комментарий. Он развернул маленькое существо и заметил этот белый кусок нефрита. Он был полупрозрачно-белого цвета, так же, как Малыш Белыш. Так что никто бы и не заметил, если бы они не смотрели внимательно. На самом деле, Большой Медведь не смог бы заметить это, если бы он не сидел на земле... и не заметил отражение света, которое обозначило разницу между мехом и нефритом…

- Город Тянсян... Дугу... – тихо прочитал эти слова закутанный в плащ. Потом он вдруг поднял глаза и начал размышлять. Это заняло некоторое время, прежде чем он, наконец, заговорил:

- Опять этот город Тянсян! Кажется, мы должны отправиться в этот город! Этому малышу удалось чудесным образом прийти туда. И этот вопрос касается и нашего дела. Эта мелочь смогла продвинуться, несмотря на своё хрупкое тело. Кроме того, есть ещё много места для его роста. Кроме того, похоже, что он не пострадал от каких-либо побочных эффектов. Эта чудесная техника действительно потрясает мир!

Большой Медведь вдруг что-то вспомнил. Затем он начал ползти в сторону Малыша Белыша и остановился прямо перед ним. Затем он открыл свой большой рот, издал рык и обнажил свои белые зубы.

Глаза Малыша Белыша засияли. Он поднял свои крошечные когти и сделал какой-то жест. Затем он открыл пасть и заскулил.

Властелин Тянь Фа пнул задницу Большого Медведя:

- Я забыл, что с ним можно поговорить! Почему ты не сделал этого раньше, дурак?

Большой Медведь потер ягодицу, внутренне проклиная:

«Ты тоже забыл об этом. Тогда почему ты делаешь это со мной...?»

Но, он не осмелился открыть рот. Он немного поскулил, а потом начал издавать странные односложные звуки:

-О! О! О!

Большие глаза Малыша Белыша заморгали от волнения. Его передние лапы двигались вверх и вниз. Он издал звук, такой же, как и Большой Медведь:

- О! О! О!

«Противоположная сторона – медведь, а я – пантера... но мы всё ещё можем поговорить друг с другом! Разве это не здорово?!»

Большой Медведь издал более сложную тираду. Белыш наклонил голову и невинно посмотрел на него. После этого он немного поскулил. Он хотел объяснить, но он не смог придумать ничего... и его глаза явно передавали путаницу его разума. Итак, он, в конце концов, сдался и повесил голову в унынии. Малыш Белыш больше не издавал никаких звуков…

Большой Медведь раздвинул руки, чтобы указать, что он закончил задавать свои вопросы.

Человек, закутанный в чёрное и Высокий Журавль спросили в один голос:

- Что?

- О! О! Аввуоо... – Большой Медведь забыл вернуться к правильной речи и продолжал говорить на этом односложном языке. Прежде чем он это заметил, он испытал удар в грудь и в задницу. Он крикнул и начал тереть части, где его ударили…

- Поторопись и говори, идиот! – лица двух других превратились в дьявольские маски. И Малыш Белыш напугался. Он поднял голову, повернулся и двинулся навстречу человека, закутанного в чёрный плащ. Это маленькое существо было совсем молодым. Но Белыш осмысленно поднял глаза и понял, что этот человек был лидером среди троих. Поэтому он знал, что он будет самым безопасным человеком. Так вот, Малыш Белыш вдруг заскулил с сомнением, открыл огромные мокрые глаза, дважды покрутился, сложил лапки в уважении, а затем своим крошечным мягким язычком попытался вылизать руку одетого в чёрное человека.

Тот одёрнул руку, как будто только что получил удар электрическим током. Малыш Белыш не сумел удержаться и упал на землю.

- Эта мелочь! – человек, закутанный в чёрный плащ, произнёс с сожалением и гневом. Затем он закатил свои длинные рукава, взял Малыша Белыша на руки, слегка прижал к своей груди. После этого он начал гладить голову.

- Слишком наивна! – он говорил строго.

Малыш Белыш был в ужасе, глядя на него. Итак, он просто лежал молча, не совершая никаких движений.

- Он сказал, что сильный... очень сильный и хороший... очень хороший человек помог ему, – Большой Медведь сердито запыхался и ответил грубым голосом. Его глаза были открыты, а выражение лица было довольно мрачным.

- Я спросил его, как выглядел этот человек, и эта штука ответила: «Хорошо, очень хорошо». Я спросил его о возрасте этого человека, и он сказал: «Хорошо! Отлично!». У него всё, что с ним связано – хорошо и отлично... – Большой Медведь хмуро продолжил.

- В этом нет ни одной детали. Как именно ты общался с ним, идиот?! – человек в чёрном немного встревожился.

- Был только один другой ответ, кроме «очень хорошо»! Он сказал, что запах человека также был «очень хорошим». На самом деле, он сказал, что это лучше, чем у этого мастера... – Большой Медведь продолжил. Он чувствовал себя очень мрачно, так как всё превратилось в бардак…

- Довольно! Этому малышу всего лишь пару месяцев. Итак это большой подвиг, что он смог так много общаться. Что ты ожидал от такого молодого? Но мы, по крайней мере, подтвердили, что этот мужчина, который может улучшать культивацию зверей Суань... существует!

Высокий Журавль презрительно посмотрел на него. Потом он заговорил:

- Старший брат, я думаю, что этот зверёк связан с тем таинственным человеком в маске. На самом деле, я уверен, что это связано с ним. Во внешнем мире нет никого, кроме того человека, который мог бы это сделать. Более того, у этого малыша есть хозяин. Итак, его хозяин и человек, который способствовал его культивации, должны быть очень близки. Он бы не использовал этот неестественный метод, если бы хозяин этого зверя не был его близким другом.

- Да, слова брата Журавля кажутся разумными. Почему бы тебе не научиться чему-нибудь у него, брат Медведь? Итак, говоря о текущем местоположении таинственного и умелого человека... вполне возможно, что он здесь. В любом случае, мы знаем, что хозяин этого детёныша здесь...

Глаза Властелина Тянь Фа начали ярко сиять. Он сделал два шага и дал решительный приказ:

- Выполнить план, который был утверждён ранее! Но не спешите к Цзюнь и людям семьи Дугу. Если…

Потом он вздохнул.

- Старший брат, если мы достигнем кульминации решающей битвы... не так ли...? – Высокий Журавль и Большой Медведь смотрели на него с тревогой. – Вы на краю уровня земли... если бы это имело эффект... не было бы...?

- Это не имеет значения! – человек, закутанный в чёрный плащ, взмахнул рукавами и сказал. - Это битва за уважение! И у нас будет, по крайней мере, десять лет стабильности, если мы выиграем эту войну! Но настоящая катастрофа нависнет над нами, если мы робко решим воздержаться от драки. Я вернусь в уединение и нападу на двенадцатые ворота, как только это дело закончится. Тогда вы сможете управлять Тянь Фа в это время.

- Да! – двое других сказали в унисон.

***

Южный Небесный Город, казалось, был пронизан замешательством в тот момент времени. И все, казалось, беспокоились.

Великие семьи и могущественные группировки послали своих людей. Кроме того, присутствовали сотни экспертов Суань Неба. И, по крайней мере, от сорока до пятидесяти экспертов Суань Духа присутствовали здесь. Они были полны уверенности и рвения, чтобы пойти в бой... но это было до того, как звери Суань продемонстрировали свою силу. На самом деле, некоторые из них даже надеялись использовать эту битву, поскольку они надеялись собрать несколько ядер Суань к концу битвы.

«Это принесёт нам много богатства!»

Однако эти замечательные мысли исчезли, как только они увидели демонстрацию силы зверей Суань. Уровень восемь зверя Суань равняется эксперту Неба Суань, а уровень девять зверя Суань равняется эксперту Суань Духа. С такими подсчётами — сила Тянь Фа намного превышала их собственную. Они забыли об окружающих, и видели только зверей Суань на девятом уровне. И только их они насчитали не менее ста! И... количество зверей восьмого уровня оценивалось в десятки тысяч.

«Как же мы можем сражаться? Как мы можем это сделать?!»

«Думать о том, чтобы собрать ядра зверей Суань? Вы, должно быть, спите!»

Кроме того, существует миф о том, что... Короли зверей Суань могли сравняться с Великими Мастерами. Тем не менее, их было только пять... то есть, если Фэнг Хуан Юнь включится в эту битву, то можно выстоять! И ещё один миф гласил о том, что сила Властелина Тянь Фа была непревзойдённой! Поэтому Великий Мастер Ли Ю Тянь был, по крайней мере, в невыгодном положении в настоящее время…

Лидеры каждой могущественной фракции были погружены весь день в дискуссии, но до сих пор они не приняли ни одного решения. Если кто-то придумывал план... кто-то другой опровергал его. Если кто-то предлагал тактику... другой отвергал её. Однако было удивительно, что не было никаких внутренних разногласий из-за такого поведения. Кроме того, было много тех, кто внутренне желал сбежать после того, как увидел силу зверей Суань...

Молодой господин Цзюнь тоже не был спокоен. Можно сказать, что этот день был для него очень утомительным. Во-первых, он потратил много энергии на дело, связанное с убеждением Байли Лу Юна. Он психически и физически устал от этой встречи, но он думал, что отдохнёт, как только вернётся в свою палатку. Тем не менее, он прибыл в свою палатку и узнал, что Малыш Белыш пропал. Поэтому у него нет выбора, кроме как попытаться успокоить Дугу Сяо И. Что тоже было безрезультатно...

Молодой Мастер Цзюнь начал чувствовать себя очень уставшим и застрявшим, так как он не мог продвинуться вперёд. А девочка продолжала плакать, что ей нужно идти и искать Малыша Белыша. Это сделало молодого мастера Цзюнь очень беспокойным. В конце концов, он прорычал, что свяжет её как пельмень, и отправит обратно в город Тянсян.

Это сразу успокоило барышню Дугу. Но она осталась тяжело дышащей от гнева.

Гуан Квинхан начала утешать её, выстрелив быстрым и холодным взглядом на развратника.

«Этот мальчишка был весьма забавен с этой маленькой девочкой, прежде чем он начал раздражаться. Так почему сейчас...? Его поведение вдруг стало таким мерзким. Это такой позор!»

Враждебный взгляд двух красивых женщин был похож на уколы булавкой для Цзюнь Мосе. Поэтому он мрачно покинул их компанию:

«Моя жизнь полна трудностей! Любой, у кого есть проблемы... смотрит на меня... я вам что... спасатель?».

Затем он столкнулся с Донфанг Вэн Цзянем и Донфанг Вэн Дао в тот момент, когда они вышли из палатки. И двое дядей не были готовы позволить Цзюнь Мосе уйти просто так. Они допрашивали его о том, что прошло за все эти годы, и обязательно в деталях! На самом деле, они допрашивали его так тщательно, что молодой мастер Цзюнь, казалось, добавил несколько сотен килограммов усталости в свой уже уставший ум…

«Мой Бог! Вы не можешь дать мне немного отдохнуть?»

Затем, Цзюнь Вуй и Донфанг Вэн Цинь вернулись вечером... с серьёзными выражениями на их лицах. И Цзюнь Вуй вернулся в палатку Цзюнь Мосе сразу после того, как он привёл военные дела в порядок.

- Всё плохо? – спросил Цзюнь Мосе. Гуан Квинхан сидела в стороне. Она спокойно открыла глаза и навострила уши, чтобы слушать.

- Это не просто плохо, это ужасно! – Цзюнь Вуй нахмурился и вздохнул. – Битвы не будет. Здесь нет военных сил. Никто ни на что не готов согласиться. Кроме того, многие семьи желают отступить. Я убеждён, что мы, скорее всего, столкнёмся с разгромом в самом начале битвы из-за отсутствия боевого духа, который падает в лагере с каждой секундой в данный момент.

- Что? Итак, ничего не вышло из той дискуссии, которая продолжалась весь день? Ситуация не может быть настолько пессимистичной, верно? – Цзюнь Мосе был в шоке.

«Как люди могут быть такими неэффективными?!»

- Пессимистичная? Это очень «оптимистичная» ситуация! Ты думаешь, что в такой встречи когда-нибудь придут к консенсусу?! – Донфанг Вэн Цин был переполнен гневом. – Мы могли бы договориться о решении положить конец человечеству, если бы мы послушали предложения тех Великих Мастеров. Каждому присутствующему здесь человеку не хватает боевого духа и готовности. Мы рухнем через мгновение, если эти звери Суань нападут сегодня вечером!

- Похоже, что Ли Ю Тянь – очень недееспособный лидер, – вздохнул Цзюнь Мосе.

- О, правда?! Положение этих Великих Мастеров поистине величественно, но они всё ещё люди. Они могут собрать так много войск для войны, но кто из них имеет возможность вести их в бой, а? Каждый из этих мужчин сосредотачивался только на своих тренировках. Как ещё они могли бы достичь такой силы? Но, говоря о лидерских способностях... даже величайших мастеров Юн Би Чена и Ши Чан Сяо можно считать немного лучше остальных. Однако остальные в этом отношении вообще тупы. Особенно этот Одинокий Сокол... он тупой варвар!

Донфанг Вэн Цин продолжал гневно:

- Его слова полностью взбесили меня! Он предложил, чтобы отныне мы сосредоточились только на экспертах Суань Духа. Он сказал, что мы должны тайно проникнуть в Тянь Фа и убить многих Королей зверей Суань, после чего сделать краткое отступление. Я хочу уничтожить его высокомерие. Он действительно упрямый человек!

Глава 337. Они хотят поймать меня в ловушку? Им нужно подготовиться к собственным похоронам!

Цзюнь Мосе был в шоке. На самом деле, он покрылся потом.

«Одинокий Сокол слишком бесстрашен! Я не ожидал, что этот человек будет способен на нечто подобное!

Тянь Фа может даже отслеживать движения крысы на своей территории в это время войны. Итак, как команда может проникнуть скрытно?

Предположим, что мы примем план Одинокого Сокола, и команда проникнет в Тянь Фа скрытно. Они, конечно, будут окружены вражескими силами... и тогда враг будет использовать свою превосходящую силу, чтобы уничтожить эту команду! Этот результат является единственным.

Смерть – это смерть... но эта команда, в основном, убьет сама себя, если примет этот курс действий…»

Цзюнь Мосе понял, что он был слишком консервативен в оценке IQ Одиночного Сокола, он переоценил его. Казалось, что голова этого человека стала похожа на тыкву после тренировок каждый день со снежными горными орлами. С кем поведёшься, от того и надерёшься. Потому его интеллект стал похожим на интеллект Орлов…

- Сегодня не было никакой пользы... – вздохнул Цзюнь Вуй. – Тянь Фа объявил войну. Это дало нам время подготовки в три дня, прежде чем начнутся полномасштабные решающие битвы. И мы всё ещё рассматриваем вопрос о главнокомандующем…

- Говоря о кандидатах на пост главнокомандующего – твой третий дядя довольно популярен... – Донфанг Вэн Цин фыркнул холодно. Затем он продолжал злиться:

- Город Серебряной Метели сразу же рекомендовал его. Затем они энергично восхвалили способности Кровавого Генерала. Затем молодой мастер поместья Сюэху Ли Тенгюн также встал и рекомендовал его... это было решено почти сразу! Эти бесстыдные ублюдки! Они пытаются убить одолженным ножом! Они хотят использовать популярность твоего третьего дяди, чтобы подвергнуть опасности его жизнь!

Цзюнь Мосе закатил глаза:

- Что ты думаешь об этой теме, третий дядя?

Цзюнь Вуй поднял брови:

- Мы пришли сюда, чтобы решить этот вопрос. Итак, какое это имеет значение, если эти люди стремятся убить заимствованным ножом? Это Восстание зверей Суань представляет угрозу всему материку. Поэтому его необходимо сдержать и остановить. Более того, предстоящая решающая битва является «ключом» ко всему этому! Великие люди не делают ничего для удобства! Кто-то другой займёт мое место, если я не встану! Более того, моя смерть не неизбежна, если я займу этот пост…

- Да? Ты принял его? – Цзюнь Мосе встал и осторожно спросил после того, как он сделал два шага.

- Конечно, принял, – Цзюнь Вуй спокойно ответил. – Только я мог быть им, больше никого нет. И престиж семьи Цзюнь сильно пострадал бы, если бы я боялся за свою жизнь в такой ситуации и изменил предложению вести эту войну. На самом деле, престиж нашей семьи упал бы до плинтуса! Вся слава и честь прошлого, которые ваш дедушка, отец, второй дядя и ваши два старших брата заработали для семьи Цзюнь, были бы смыты. И я бы разрушил его, если бы боялся смерти! Поэтому... я обязан не отступать, даже если умру! Великий человек зарабатывает своё имя сам!

- Они назвали твоё имя, так как они знали, что ты не скажешь «нет»; не было никакой другой причины, кроме этой. Они хорошо знали, что ты не отступишь! – Донфанг Вэн Цин застонал. - Ты знаешь, что это не что иное, как ловушка. И всё же, ты всё ещё готов прыгнуть во всё это? Это то, что ты называешь «великий человек»? Это не что иное, как глупость!

- Тогда я умру без сожалений! – выражение Цзюнь Вуя было холодным. - Репутация семьи Цзюнь – это все, что касается меня! И я никогда не позволю репутации нашей семьи упасть!

- Идиот! – Донфанг Вэн Цин резко выругался. - Ты идёшь на войну – это просто бессмысленная жертва с твоей стороны, ничего больше!

- Настоящий мужчина должен выполнять свои обязанности. И репутация семьи Цзюнь – моя обязанность!

Цзюнь Вуй нахмурился. Но у него было решительное выражение лица:

- Семья Цзюнь никогда не упадёт. Отец и Мосе все еще будут там... даже если я уйду. Итак, семья Цзюнь никогда не падёт! И теперь я сделаю шаг вперёд для моей семьи Цзюнь! В любом случае, я сделаю это, даже если я попаду в ловушку... или пройду войну как герой – это только для престижа моей семьи! Семья Цзюнь никогда не будет бояться врага или действовать трусливо!

Донфанг Вэн Цин гневно дрожал с головы до ног. Он топнул ногой и закричал:

- Я никогда не видел никого такого упёртого за всю свою жизнь! Ты прямо как сказал Мосе!

- Я не сражался и ничего не делал для семьи десять лет. И каждую ночь я смотрю на луну и надеюсь приехать в Тянсян... но я знаю, что жизнь не идёт вспять! – Цзюнь Мосе громко прокричал. Он внезапно поднял голову и заговорил просящим голосом. - Ты сделаешь это, несмотря ни на что, третий дядя? Этот вопрос репутации – это мне чуждо — я не забочусь об этом! И я уверен, что даже дед такого же мнения! Твоя жизнь для нас важнее! Кроме того, не забывай, что есть кто-то, кто ждёт тебя на этом снежном пике! Она уже ждала десять лет. И она будет продолжать ждать…

Тело Цзюнь Вуя начало сильно дрожать, и его лицо исказило болью. Его выражение потемнело за доли секунды. Затем он наклонил голову, и его лицо исчезло в темноте, оставленной мерцающей свечой. Затем мужчина заговорил:

- Дело не только в престиже. С древних времен поле боя забирало миллионы трупов. У кого из них не было престарелых родителей? У кого не было прекрасной молодой жены? Я — Цзюнь Вуй – особенный?

- Я принял решение. Старшие братья, вам троим не нужно уговаривать Мосе. В любом случае, я уверен, что моё командование будет иметь огромный эффект. Я смогу, по крайней мере, сделать лучше, чем те упрямые люди, – улыбнулся Цзюнь Вуй.

- Ничего страшного, если ты собираешься драться. Но нужно ли, чтобы ты был только один? Разве другие не могут сражаться?

Цзюнь Мосе закатил глаза:

- Как ты можешь возглавить обычные войска и сразиться с этим врагом? Это считалось бы самоубийством, если бы ты руководил только обычными войсками. Но многие могущественные семьи отправили своих людей в Тянь Фа. И тебе понадобится несколько тысяч элитных войск для этой битвы. Более того, некоторые из них должны быть на уровне Суань Земли, а тысячи должны быть на Нефритовом Суань, если ты хочешь выиграть. Как мы найдём так много таких воинов в рядах обычных войск...? Итак, вы должны попросить командования над элитными солдатами. На самом деле, необходимо ещё заставить поместье Сюэху и Город Серебряной Метели направить их элитные войска в бой…

- Да? Что ты имеешь в виду? – яркий свет мелькнул в глазах Цзюнь Вуя.

- Мы тоже можем убить с помощью заимствованного ножа!

Белые зубы Цзюнь Мосе стали видны, когда он блеснул слабой улыбкой. И они начали блестеть в мерцающем свете свечи. На самом деле, он выглядел как плотоядный зверь. Он опустил руку и яростно сказал:

- Этот заговор, чтобы убить тебя, потребует большой цены. Они хотят, чтобы мы закончили?! Но тогда каждая могущественная фракция встретит с нами свой конец! Кто ещё хочет покинуть этот мир? Кто смеет связываться с моей семьей Цзюнь?! Как мы можем позволить их планам работать так гладко? Их судьба будет связана с нами, если мы потеряем хоть одну каплю крови!

- И вот этим ты должен воспользоваться, дядя! Ты должен ответить так в этом вопросе! – глаза Цзюнь Мосе сузились, когда жажда крови вышла из его тела. - Они планируют отправить нашу семью Цзюнь на похороны, но они как раз приготовятся, когда мы выйдем победителями в этом!

Кажется, что мы собрались выбросить наши жизни, если мы согласимся на это. Итак, мы должны взять с собой всех, кого можем! Эти эксперты Суань хотят, чтобы мы умерли, отправив тебя вести в бой только обычных солдат. И мы не согласимся, если они не согласятся на наши требования. Потому что... это будет вопиющая провокация! И почему мы должны идти в Ад, если они этого не сделают? Почему их жизнь дороже нашей? И если они согласятся, то... хе-хе... кто знает, кто умрет…

Цзюнь Мосе холодно рассмеялся и сказал:

- Будь уверены, дядя... всё будет хорошо! – затем он повернулся и ушёл.

Трое братьев Донфанг взглянули на Цзюнь Вуя и тоже вышли.

- У твоего третьего дяди... сердце человека, желающего умереть, – Донфанг Вэн Цин посмотрел на полнолуние и сделал глубокий вдох. Запах и аура леса вошли в его ноздри.

- Если бы я только знал раньше... – мрачно сказал Цзюнь Мосе. – Его сердце уже какое-то время проявляет признаки депрессии. Если бы дедушка не был так стар... или я не был таким бесполезным в мои первые дни... тогда, третий дядя, возможно... он страдал от всего этого в течение многих лет. Он, конечно, мог бы убить себя много раз... а теперь вы пришли. Это равносильно защите для меня... на самом деле, это равносильно тому, что я получаю тиранического покровителя. Итак, третий дядя... возможно, больше не выдержит этого…

- Это правда... – вздохнули три брата. – Трудно догадаться, какой удар всё это нанесло твоему третьему дяде. Разве он не всегда гордился собой как «великим человеком»? Мы бы давно сошли с ума, если бы были на его месте. Но твой дядя страдает от этой пытки уже более десяти лет!

- Это его испытание не продлится долго – я так решил! – Цзюнь Мосе некоторое время молчал, прежде чем он мягко сказал эти слова. Остальные трое внезапно подняли головы, чтобы посмотреть на него. И их глаза были полны изумления.

«Ему придётся столкнуться с Городом Серебряной Метели, если хочет закончить страдания Цзюнь Вуя. Он думает, что это легко?»

- Я собираюсь спать. Я действительно устал, – Цзюнь Мосе сказал эти слова, повернулся, а затем ушёл.

«Что?»

Дяди были потрясены. Они чувствовали, что их головы готовы взорваться.

«Мы обсуждали такую серьёзную тему... и всё, что этот сопляк сказал, что он хочет спать? Что он устал? Разве он не знает, что семья Цзюнь находится на грани разорения в данный момент?»

- Как этот мальчишка может быть такой бессердечным?! – они в унисон покачали головами и ушли.

Цзюнь Мосе задул свечу. Затем он подумал, сидя в темноте. А потом он исчез из палатки, он быстро двинулся к Тянь Фа.

Он внезапно оказался за пределами Южного Небесного Города. Затем Цзюнь Мосе почувствовал себя непринуждённо и активировал свой Побег Инь Ян в полную силу. Его тело было похоже на метеор, когда его бестелесная тень двигалась вперед.

«Очевидно, что дядя полон решимости участвовать в этой битве», - Цзюнь Мосе решал свои проблемы. «Я должен найти Высокого Журавля и Большого Медведя... и, как можно быстрее. Это окажется «случайным дружественным огнём», если эти два ублюдка посмеют напасть на полк третьего дяди, поскольку они неосознанно нападут на людей, которые находятся на их собственной стороне!

И в любом случае... вы думаете, что я не могу убить с помощью заимствованного ножа? Я гораздо более искусен в такого рода играх, чем вы!»

Цзюнь Мосе, очевидно, не мог действовать сам в то время, и он не мог показать своё настоящее лицо. Таким образом, ему придётся изменить свою личность в «таинственного и умелого» эксперта. И он чувствовал себя вполне счастливым, осознавая, что это не будет легко...

«Кажется, что мне придется работать очень усердно и очень яростно в этот раз».

Цзюнь Мосе чувствовал себя как дракон в море... или тигр в лесу в тот момент, когда он вошёл в Тянь Фа. Фактически, он пересёк около двадцати пяти километров за один миг.

Это было чрезвычайно легко для него.

Было ли это его внешнее тело или внутренняя душа – всё чувствовало себя чрезвычайно расслабленным. И это расслабленное и чрезвычайно удовлетворённое чувство начало усиливать его любовь к лесу Тянь Фа.

Это было самое опасное и жестокое место на всем континенте Суань Суань, согласно общим легендам. Однако эта территория всё-таки давала ощущение комфорта Цзюнь Мосе!

Глава 338. Случайная встреча в Тянь Фа

Всюду были звери Суань на деревьях. Многие патрулировали на земле. Они непрерывно передавали информацию друг другу. Затем, в небе были звери, чтобы следить за Южным Небесным Городом. Они некоторое время кружились над верхушками деревьев, а затем возвращались. Затем они сменялись другой группой зверей Суань. И вся эта рутина была строго распределена. На самом деле, их защита была не менее компетентна, чем у людей.

Он не знал, сколько Суань зверей были спрятаны в темноте этого леса. На самом деле, можно сказать, что каждый закоулок Тянь Фа превратился в смертельную ловушку.

Однако эти ловушки не нанесли большого вреда молодому мастеру Цзюнь.

Например, молодой мастер Цзюнь только что наступил на голову Золотого Тигра Суань девятого уровня. Однако зверь даже ничего не заметил. Он просто продолжал общаться с несколькими золотыми тиграми, которые сидели рядом с ним…

- Р-р-р-р.. роар, рооар? (Ты нашёл что-нибудь или нет?)

- О, о, роар… (Нет, не нашёл)

- Р-р-р, роар, ааум... (Я хочу есть мясо)

- О, о, аум... (Я тоже хочу)

- О, орр, роар, роар, аум? (Твоя жена уже узнала о любовнице?)

- О, аум, р-р-р, роар... (Это так весело... нет никакого способа, чтобы эта старуха смогла узнать…)

Молодой господин Цзюнь не мог понять их, хотя его способности были исключительными. На самом деле, он не мог ничего понять. Однако он взглянул на них, когда они делали какой-то непристойный жест. Так что он не мог не остановиться из любопытства. В конце концов, увидеть двух золотых тигров с таким непристойным выражением морды удается далеко не каждый день. Однако Цзюнь Мосе, конечно, не обладал большими способностями к переводу…

Цзюнь Мосе так и не сумел понять их. Так что у него не было выбора, кроме как уйти. Он как раз собирался уходить, когда намеренно использовал силу, чтобы пнуть голову зверя Суань. Он рухнул на землю.

- Р-р-р-р! – он вскочил, выпрямив хвост, как железный стержень. Зверь осмотрелся вокруг с удивлением и покачал головой. Затем он снова оглянулся и обнажил зубы:

- Роар, р-р-р, уммм? (Вы что-нибудь видели? Почему я чувствую, будто бы обо что-то ударился головой?)

- Роар, рааум! – четыре других зверей Суань повернулись к своему товарищу. Их выражения были полны презрения, когда они закатывали глаза:

- Р-р-р, роар, уммм... (Ты начинаешь спать! У тебя была ещё одна бессонная ночь?)

- Уммм, р-р-р! (Дерьмо собачье! Я здоров!) Тигр Суань протянул свою волосатую лапу и прикоснулся к своей голове. Затем он наклонил голову и немного задумался. Но звери Суань всё ещё не могли понять, что произошло. Поэтому он решил забыть о том таинственном событии и снова лёг на живот. Затем он возобновил обмен знаниями и опытом о том, как уламывать женщин…

Глубоко внутри леса Тянь Фа…

- Ты доставил вызов? – закутанный в чёрное человек держал Малыша Белыша, спрашивая тихим голосом.

- Хм, я думаю, эти высокомерные люди примут этот вызов! – Высокий Журавль подмигнул.

- Сейчас я пойду в уединённое место. Важно, чтобы меня никто не беспокоил! – одетый в чёрное человек вздохнул. – Я чувствовал начало прорыва в последнее время. Сила внутри моего тела накопилась до предела. И это становится чрезвычайно трудно – сдерживать его... эта битва произошла в очень плохое время...

- Будь спокойнее, старший брат. Твой прорыв очень важен. Ты не можешь быть беспечным. Оставь всё нам. Ничего плохого не произойдёт, – ответили Высокий Журавль и Большой Медведь в унисон.

- Хм, тогда решено. Но сначала вы позаботитесь об этой мелочи. И, постарайтесь найти своего мастера, как только сможете... до начала решающей битвы. Я почти уверен, что есть огромный шанс, что его учитель – один из людей семьи Дугу из Тянсян. Это может стать возможностью провести некоторые исследования относительно прорывов.

Затем замаскированный человек отдал Малыша Белыша в руки Большому Медведю. Большой Медведь ухмыльнулся и положил его на голову. Казалось, что чёрная горилла носила белоснежную шляпу. Сцена была очень смешной.

Закутанный в чёрное человек некоторое время смеялся, а затем его возвышающаяся фигура внезапно исчезла. Скорость его движений была чрезвычайно быстрой.

- Навыки старшего брата Суань становятся всё более изысканными. Он настигнет силы Властелинов былых дней, если пробьёт двенадцатый слой, верно? Я могу только смотреть, надеяться, и ждать до конца своей жизни, чтобы дойти до такого, – голос Высокого Журавля был полон неограниченного восхищения и печали.

- Да! Мы оба – неудачники! Мы всё ещё застряли на десятом уровне. Мы сожгли всю нашу жизнь, и мы достигли только десятого уровня! – Большой Медведь повесил голову и продолжал с восторгом. - И, наконец, мы нашли кого-то, кто мог бы помочь нам продвинуться после прохождения через столько трудностей. Кроме того, условия для его помощи не очень сложные. Но этому ублюдку, Ли Ю Тяню, пришло в голову вмешаться... Я поймаю этого мудака и сожру его живьём!

Он стал злее, когда говорил. Затем он схватил Малыша Белыша и вдруг открыл пасть широко, как таз. Затем он сделал вид, что собирается запихать Малыша Белыша в пасть. Вдруг он выпрямился, выпучил глаза и чихнул. Слюни разлетелись во все стороны, а звук вышел такой громкий, что заложило уши. Затем он снова поднял голову и снова чихнул.

Малыш Белыш испугался озорной шутки Большого Медведя. Она пищал и скулил. Но, два Короля зверей Суань тем не менее, заржали. Видимо, игры с маленькими шариками из меха было занятием не только медведя, но и всех Королей зверей Суань.

Одного взгляда на Большого Медведя было достаточно, чтобы сказать, что это довольно типичное поведение для него.

- Достаточно! Хватит дразниться! Тебе звездец придёт, если напугаешь его до смерти! Его хозяин и таинственный эксперт в маске наверняка имеют близкие отношения. Сам понимаешь, кого обвинят, если с ним что-то случится…

Потом Высокий Журавль взглянул в конкретном направлении внутри Тянь Фа. Затем он сказал задумчиво:

- Я не знал, что Королева Змей искала Священный плод Тянь Фа. Как она может это делать в такое время?

- Размышлять над этим бесполезно. В любом случае, мы не можем его получить. Наша сила снова находится на прорывном уровне. Наши тела взорвутся, если мы будем действовать глупо и возьмём его сейчас. И старший брат сказал, что только она должна взять его. На самом деле, мы не смогли бы употребить его на нашей стадии, даже если бы нам разрешили. Но я не знаю, сможет ли она выдержать это... – Большой Медведь поймал испуганного и растерянного Малыша Белыша и снова положил его себе на голову. Но он не осмелился шутить над этой мелочью ещё раз.

Затем Большой Медведь внезапно разозлился и топнул ногой:

– Это всё из-за этого ублюдка Ли Ю Тяня! Этот ублюдок и его подлый сын! Собирались бы здесь такие огромные силы, если бы нам удалось завершить задачу раньше? Было бы здорово, если бы мы сделали прорыв с помощью этого таинственного человека и взяли священный плод после этого. Но этот дуэт отца и сына заставил нас упустить эту чрезвычайно редкую возможность. Это заставляет меня жутко сердиться. Возможно, я не смогу справиться с отцом, но я убью сына, если у меня будет шанс...!

- Мы, безусловно, упустили эту возможность. Поэтому нет смысла размышлять над этим, особенно в такое критическое время. Несколько Королей зверей Суань взорвались и умерли после поглощения священных фруктов, когда они появились в последний раз, так как они не смогли справиться с силой. И теперь, если... – глаза Высокого Журавля были полны беспокойства. – Как будет хорошо, если мы потеряем еще несколько из них на таком критическом этапе?

Они оба успокоились. Затем они вдумчиво посмотрели в глубину леса с волнением в уме.

Цзюнь Мосе бросился, как ветер. Он долго искал ауру Большого Медведя. Впрочем, лес был слишком обширен, чтобы слишком легко найти Короля зверей Суань. Он быстро двигался, когда вдруг что-то заметил, и остановился.

Это произошло потому, что он заметил, что воздух в этом районе был очень тяжёлым. Более того, он был полон мириадами диких и свирепых ядов.

«Это чрезвычайно ядовитая область».

И это было преуменьшением в глазах молодого мастера. Даже чрезвычайно мощный эксперт Суань умрёт из-за яда, если он не будет начеку и вдохнёт хотя бы глоток воздуха здесь. Эти яды были абсолютно исключительными.

«Какой яд может быть таким сильным?», - Цзюнь Мосе пробил холодный пот. «Хорошо, что я использовал Побег Инь Янь. В противном случае, я бы упал и превратился в груду высушенных костей с такой незначительной силой, которой обладаю...».

Затем он заметил шум издалека, и его глаза вдруг повернулись вперёд.

Вспышка зелёного света, и под деревом внезапно появилась молодая леди, одетая в зелёное. Её лицо казалось полным волнения, когда она наклонилась, чтобы посмотреть на что-то…

Кожа барышни была исключительно светлой. Её лицо было красивым и элегантным. Она излучала невинную и очаровательную ауру. Более того, её фигура была довольно соблазнительной. Честно говоря... её фигура была лучшей среди всех молодых женщин, которых Мосе когда-либо видел…

Её фигура была классно сложена от шеи до лодыжек. Казалось, что это было спроектировано небесами. На самом деле «выпуклые области» торчали довольно сильно. Вид её тела был чрезвычайно захватывающим для сердца.

«Она выглядит на семнадцать или восемнадцать. Я не знаю, как эти люди взрослеют... Но у неё лицо ангела и дьявольская фигура!».

Он был ошеломлён всего лишь некоторое время, когда он вдруг стал ещё более поражён другим фактом — эта молодая леди появилась из ниоткуда в таком опасном месте, как лес Тянь Фа, и в такое опасное время! Тем не менее, он был ещё более поражен тем фактом, что она, кажется, не боится чрезвычайно опасных ядов, которые заполнили воздух! И мысль об этом катализировала интерес Цзюнь Мосе к ней ещё больше…

Под деревом росло очень странное растение. Оно было довольно странным по форме и имело разноцветный стебель: этот стебель был тонким, как палец. Девять листьев росли от него. Каждый лист сверкал разным цветом, и на каждом из них была капля росы. Капли росы скатывались туда-сюда, но они не падали с листьев. Сверкающий семицветный экзотический фрукт рос на вершине растения. И он медленно источал сконцентрированный и чудесный запах.

Семь цветов постепенно сходились в один, а запах в воздухе стал более концентрированным. И различные яды в воздухе стали похожи на штормовые ветры...

Глава 339. Фрукт "Тысячи зол и десять тысяч ядов"

«Мой Бог! Этот плод полон яда! Я уверен, что даже эксперт Суань Духа умрёт после того, как он съест этот плод!»

Цвет плода стал ещё богаче с поглощением ядов. Он стал чисто белым. Однако он продолжал поглощать яды безумным образом.

«Может ли это быть... плод «тысячи зол и десять тысяч ядов»...?»

Цзюнь Мосе застыл в шоке. Его разум был в смятении, а его глаза почти выскочили из орбит.

«Я не ожидал такой случайной встречи внутри этого леса Тянь Фа! Я наткнулся на этот гнусный плод! Кроме того, этот фрукт приближается к своей окончательной форме!»

Как предполагает его название – фрукт «Тысячи зол и десять тысяч ядов» был фруктом с невообразимым уровнем токсичности. Цзюнь Мосе был убеждён, что ни одно живое существо не сможет остаться невредимым от его токсичности.

«Я считаю, что даже легендарные и уважаемые бессмертные не будут невосприимчивы к такому чудесному и чрезвычайно ядовитому плоду...».

Это растение нуждалось в области с чрезвычайно концентрированным уровнем яда, чтобы расти. На самом деле, ему нужны были сильно ядовитые жидкости, чтобы поливать его с момента, когда растение проклюнется, не говоря уже о росте. Даже сам воздух требовал присутствия в нём яда в огромных количествах, чтобы растение имело шанс на рост. Самым крайним условием было то, что он требовал увеличения количества яда по мере его роста. В противном случае... он мог завянуть в любое время.

Более того, цикл роста растения был относительно коротким. И он созревало в срок в один год. Тем не менее, оно должно было поглотить огромное количество яда в течение этого времени. Даже десять тысяч видов ядов, накопленных в этой области, будут поглощены в течение периода, меньшего, чем один год. На самом деле, вещь, которая была чрезвычайно ядовита до того, как её яд был поглощён этим растением... впоследствии превращалась в кучу абсолютно безопасного мусора.

Кроме того, этот плод не мог остановить процесс «созревания», как только он начал созревать. На самом деле, это либо завянет, либо сгниёт, но не остановится…

Плоды обычно сначала становились белыми, затем розовыми, синими, зелёными, жёлтыми, голубыми, фиолетовыми, серебряными и, наконец, пурпурно-золотыми в процессе созревания.

Однако плод «тысячи зол и десяти тысяч ядов» больше не будет ядовитым в природе, как только он достигнет окончательного цвета своей трансформации. На самом деле, он был бы способен излечить любой яд в мире. Кроме того, это может увеличить культивацию до легендарной степени…

Это чудесное изменение было вполне разумным. Ничто в этом мире не может считаться «абсолютным». И всё, что достигло отрицательного края, обернётся чем-то положительным, поскольку вещи могут двигаться в противоположном направлении только после того, как они достигли одного предела. Поэтому истинная радость может быть только после крайней грусти. Следовательно, эта «тысяча зол и десять тысяч ядов» превратятся в великое лекарство от яда…

Тем не менее, фрукт тысячи зол и десяти тысяч ядов не может быть поглощен непосредственно, как только он достиг пурпурно-золотого цвета. И даже мощный эксперт Суань просто взорвался бы, если бы он поступил так, поскольку силы в этом лекарственном растении будет больше, чем от бесчисленных взрывов ядерных бомб.

Информация Пагоды Хунцзюнь о лекарствах заявляла, что «тысяча зол и десять тысяч ядов» являются шестым среди чрезвычайно эффективных лекарств. Более того, это был важный ингредиент для Дана Девятого Неба. Как следует из названия, Цзюнь Мосе может усовершенствовать этот эффективный Дан, как только он достигнет девятого уровня Пагоды Хунцзюнь.

Шестой, седьмой и восьмой этажи Пагоды Хунцзюнь могли тоже дать рецепты для использования фрукта тысячи зол и десяти тысяч ядов, чтобы усовершенствовать эффективность Дана, если это необходимо. Тем не менее, какая-то часть этого фрукта будут потрачена впустую. И это было бы равносильно растрате очень драгоценного сырья.

Это растение было бы названо «самым эффективным растением», если бы не его природа, жутко мощная и реактивная. Поэтому его необходимо было сохранить в коробке сдерживания Суань как только он созреет... в случае если он не был использован немедленно. В действительности, даже чудесная белая коробка сдерживания из нефрита не спасла бы это растение надолго.

«Тысяча зол и десять тысяч ядов» завяли бы всего через один день, если бы они не хранились надлежащим образом. Его ветви затем уйдут под землю. И площадь, охватывающая сотни километров вокруг этого увядшего растения, станет бесплодной пустыней. Более того, жизнеспособность этого региона не возродится даже через сто лет…

Что касается метода приёма... это было просто. Нужно было потреблять его только в соответствии с культивацией. Например, эксперт Суань Духа может взять лишь каплю его сока. Только одна капля этого сока может значительно продвинуть его культивирование.

Однако он погибнет, если будет слишком жадным и проглотит больше, чем предписано, так как он не сможет справиться с огромной силой этого плода. И нет права на ошибку в этом плане…

Таким образом, этот плод был желанным для каждого эксперта. Они ненавидели его и любили. Но, это была головная боль, так как им придётся устоять перед искушением взять лишнюю каплю: их тела взорвутся, и они умрут, если они поддадутся этому искушению…

На самом деле, смерть не станет концом их страданий. Даже скелет таких обездоленных сгорит дотла и бесследно исчезнет. И они абсолютно перестанут существовать.

Однако будет ли тот, кто получил возможность достать этот плод, считаться несравненным экспертом? Большинство людей не были достаточно сильны, чтобы справиться с властной силой фрукта, и взорвались к чертям собачьим…

Поэтому можно было бы представить себе «характер» этого плода.

Цзюнь Мосе никогда бы не подумал, что он войдёт в лес Тянь Фа и вскоре наткнётся на такое легендарное духовное растение. Однако это было похоже на случай «тёмного» провидения. И Цзюнь Мосе чувствовал бесконечное сожаление в эту секунду, потому что плод уже стал белым…

Другими словами... плод достиг той стадии, когда он начал созревать.

Токсичность в воздухе понемногу снижалась. Тем не менее, ему всё ещё нужно было изменить восемь цветов, прежде чем он созреет.

Это окончательное преобразование потребует огромного количества ядовитых веществ для жизни.

Однако было понятно, что имеющихся ядов вокруг не так уж и много. Другими словами... этот случай являлся как раз случаем «раз-в-тысячу-лет», который может привести к трагедии.

Это стало бы духовным плодом после того, как оно созрело. Но это был самый гнусный яд во всех трёх реальностях, прежде чем он достиг зрелости.

«Какая польза от него будет сейчас?»

Цзюнь Мосе топнул ногами, и ударил в грудь в сожалении.

«Я бы стал одержим этим, если бы знал об этом раньше. И я бы разграбил все деньги, необходимые для покупки ядов, чтобы помочь этому созреть. Величайший божественный Дан во всём мире находится перед моими глазами...!»

Тем не менее, Цзюнь Мосе не знал, что у этого плода есть ещё одно громкое название на языке Королей зверей Суань из Тянь Фа.

Священный плод Тянь Фа!

Было неизвестно, росту скольких свирепых и токсичных Суань зверей внутри Тянь Фа помог Священный плод Тянь Фа.

Плод стал чисто белым. Его внешний слой начал становиться светло-розовым во многих местах. Процесс созревания фрукта «тысячи зол и десяти тысяч ядов» был похож на прокат колеса истории – он не остановится, как только начнётся.

Цзюнь Мосе едва не сплюнул кровью.

Его существование внезапно стало очень удручающим. Ничто не может превзойти печаль видеть величайшее сокровище в мире в досягаемости руки... только чтобы суметь лишь пялиться на него! И его страдания на этом не закончились. Он был ограничен смотреть на процесс умирания величайшего сокровища беспомощно, пока это не превратится в отходы…

«Я бы использовал всё своё богатство... пожертвовал всем, что у меня есть... даже продал свою кровь, чтобы получить достаточно денег, чтобы купить яды для поддержания этого плода, если небеса позволят мне снова жить в этой жизни после этого!

О, небеса! О, мать-земля! Почему вы позволили мне увидеть этот испорченный фрукт...?! Было бы лучше, если бы я никогда его не видел!

Позвольте мне умереть!»

Цзюнь Мосе был чрезвычайно подавлен, когда одетая в зелёное девушка с неописуемой внешностью вдруг издала шипение. За этим последовала волна шипящих звуков из окружающих кустов. Затем внезапно поднялась странная вонь и аура. Кровь Цзюнь Мосе замерзла. Даже волосы на голове дыбом встали.

Можно было оглянуться и сказать, что весь район стал океаном яда.

Все виды гадюк, многоножек, скорпионов, трёхметровых полосатых жаб, змей с четырьмя жалами — и это только те твари, которых Цзюнь Мосе знал, и знал как чрезвычайно ядовитых — приползли красиво организованными группами.

И это ещё не закончилось…

Небо тогда потрясло громкими воплями…

Ядовитые Журавли, Соколы - летучие мыши, Семицветные Орлы... всякого рода ядовитые летающие Суань звери прибыли в огромных количествах....

Цзюнь Мосе был потрясён...

«Так этот плод "тысячи зол и десяти тысяч ядов" фактически выращивается Тянь Фа! Я должен отдать им своё почтение! Они действительно сохранили яд за несколько сотен лет для этого плода?!

Сколько физической и умственной силы они тщательно потратили на это?!

Это действительно дерзко!»

Сердце Цзюнь Мосе успокоилось, когда он осознал это. Затем он начал радоваться:

«Кажется, что созревание этого фрукта "Тысячи зол и десяти тысяч ядов" не будет проблемой! Так что я просто сяду и подожду...»

А что касается Высокого Журавля и Большого Медведя…

«Я подожду, пока всё закончится. Решающая битва ещё через три дня. Поэтому у меня ещё много времени. Но, кто эта одетая к зелёное девушка? Она, может быть, Королева зверей Суань? Возможно, та, кто руководит ядовитыми зверями Суань? Но это возмутительно! Высокий Журавль и Большой Медведь имеют отталкивающую внешность! Так, как она может выглядеть так хорошо? Это шокирует!».

Уровень токсичности в этом районе становился всё более низким, и воздух скоро прояснился. Однако одетая в зелёное девушка свистнула, и вдруг взлетела на тридцать метров в небо. Затем звери Суань в небе начали пикировать вниз и плевать ядом. Этот яд падал на землю, окружая фрукт "тысячи зол и десяти тысяч ядов". Их яд породил густой туман, который имел очень резкий запах.

Звери Суань казались очень подавленными после того, как они извергли весь их яд. На самом деле, казалось, что они получили травму. Они не смогут восстановиться даже после многих лет. В конце концов, это была сама суть их жизни... которую они накопили.

Плевание ядом остановилось так же резко, как и началось. Затем они захлопали крыльями и улетели в бескрайний горизонт.

Затем, ещё одна "эскадрилья" летающих зверей Суань прилетела, и плевалась ядом, прежде чем они улетели. Причём, эти действия проводились в надлежащем порядке. В самом деле, не было даже малейшего хаоса. Однако это происходило очень быстро, потребовалось лишь мгновение усилий. Тысячи зверей Суань выплюнули свой яд и улетели. Однако многочисленные звери всё ещё оставались в воздухе. И их число не уменьшалось с течением времени…

Глава 340. Я краду этот Священный плод ради "добрых дел"

Фигура одетой в зелёное девушки внезапно вспыхнула. Две длинные цепочки появились из её рукавов. Она бросила одну из них, и та обвилась вокруг шеи одной из птиц, что пикировала вниз перед ней. Лишь небольшое движение рукой – и птице снесло череп.

Цзюнь Мосе ясно видел, что этот Орёл перед смертью нырнул вниз. Он открыл клюв, но яда там не было. Он хитрил и не ожидал, что одетая в зелёное девушка заметит его хитрость. На самом деле, он даже не начал подниматься, когда был снесён цепью.

«Итак, люди не единственные, кто обманывают. Звери Суань делают это тоже...», - Цзюнь Мосе вздохнул, когда подумал об этом.

Потом, одетая в зелёное девушка, произнесла несколько резких слов другим зверям. Её красивое лицо было наполнено гневом. Итак, Цзюнь Мосе было ясно, что она предупредила всех остальных. И неважно, были эти звери в небе, или те, что на земле – они все задрожали от страха.

«Она действительно Королева зверей Суань! Кто ещё, кроме Короля Суань зверей может иметь такую власть?»

Бесчисленные звери Суань плевались своим ядом вокруг фрукта "тысячи зол и десяти тысяч ядов". Из-за этого появилась целая лужа яда, в то время как концентрация ядов в воздухе становилась всё более плотной. Более того, лужа яда была многоцветной и красиво переливалась.

Плод был в процессе превращения в розовый цвет. Однако земля, которая была переполнена разноцветными ядами, начала терять токсичность и становиться серой. Затем она медленно принимала свой первоначальный оттенок. Всё это море яда было поглощено за такой короткий промежуток времени!

«Этот плод явно достиг второго этапа своей трансформации – игристый розовый цвет!»

Крайний верхний кончик плода был настолько мал, что его едва можно было увидеть невооруженным глазом. И он уже посинел.

«Третий этап начнется так скоро?!», - Цзюнь Мосе был поражён.

Одетая в зелёное девица поджала губы и свистнула. И испуганные звери Суань снова начали нырять с неба.

Растение сменило цвет ещё три раза и стало жёлтым. Однако зверей Суань в небе уже не осталось.

Тогда звери Суань, что остались на земле, начали плеваться своим ядом под командованием девушки.

Лицо девицы с зелёными одеждами становилось всё более нервным, но всё более счастливым – каждый раз, когда фрукт менял цвет. Однако вскоре он достиг заключительной фазы своего преобразования и начала превращаться в светло-пурпурно-золотой цвет.

Звери Суань на земле закончили плеваться своим ядом на данный момент. Но, и необходимое количество яда растение уже получило.

- Это было близко! – девушка погладила свой живот и в восхищении высунула язык.

«Это было близко! Этого едва хватило!», - та же мысль пришла и в ум Цзюнь Мосе. Два человека, стоящие в этом месте – один в открытую, а другой, спрятавшись – ощутили приступ облегчения, и вздохнули в унисон.

Цзюнь Мосе, разумеется, прятался. Но взгляд желания и тоски на его лице из-за этого плода был таким же, как и у девушки.

Фрукт тысячи зол и десяти тысяч ядов начал снова трансформироваться…

И на этот раз он начал превращаться в Пурпурно-золотой!

Фрукт тысячи зол и десяти тысяч ядов начал превращаться в пурпурно-золотой цвет!

Это означало, что он почти созрел!

Затем плод расцвел и сиял так же блестяще, как бесчисленные звёзды. И казалось, будто сияющие звезды в ночном небе внезапно опустились в лес.

Красота того момента была несравнима и не может быть описана письменными словами.

Событие было довольно-таки коротким. Тем не менее, Цзюнь Мосе был уверен, что он никогда не забудет то, что видел…

«Это духовное созревание фрукта тысячи зол и десяти тысяч ядов является самым величественным и красивым зрелищем во всем мире...».

Одетая в зелёное девица, казалось, тоже была околдована. На самом деле, она не могла даже подавить фанатичное выражение, которое вспыхнуло в её глазах.

«Я должна закончить это дело с Нефритовым Суань! Тогда мы все сможем продвинуться и прорваться через оковы пика девятого уровня, и официально войти на десятый уровень! Нам нужно только дождаться прибытия старшего брата!».

Этот процесс нёс много риска, так как это была очень коварная процедура. Тем не менее, она не остановилась бы ни за что. И она не пожалела бы, пытаясь сделать это, даже если её тело должно было взорваться в конце.

Молодой мастер Цзюнь вынес правильное решение. Одетая в зелёное девушка была действительно Королевой зверей Суань. Она была зверем Суань девятого уровня. И она ухаживала за этим плодом в течение прошлого года.

На самом деле, Властелин Тянь Фа сделал несколько приготовлений для этого фрукта тысячи зол и десяти тысяч ядов. Он посадил множество токсичных растений, чтобы создать эту ядовитую долину. И потом, он намеренно культивировал множество ядовитых зверей Суань. Кроме того, он делал это последние триста пятьдесят лет.

Триста пятьдесят лет!

Фрукту Тысячи зол и десяти тысяч ядов нужен был только один год, чтобы созреть. Однако подготовка должна была начаться почти за триста лет! Более того, условия в Тянь Фа были исключительными, и довольно удобными для его роста.

Говоря о зверях Суань... ядовитых было не так много. На самом деле, в каждом десятке будет только один или два ядовитых зверя. Однако звери Суань из Тянь Фа готовились к такому важному и большому делу, как священный плод, за триста пятьдесят лет.

И миллионы зверей Суань трудились в поте лица в эти годы. Некоторые из них даже не прожили достаточно долго, чтобы стать свидетелями этого великолепного события. Но они регулярно выливали свой яд в эту область, пока не умерли от старости. На самом деле даже их трупы были похоронены в этом районе.

И... всё это было сделано для этого плода!

Королева Змей — Зелёная Охотница — была очень тронута. Столько трудов было вложено в этот фрукт, и, наконец, он расцвёл! Она не могла не быть потрясена внутри.

«Наконец-то всё готово!».

Затем молодая девушка медленно достала из-за пазухи Нефритовую коробку Суань размером с кулак. Затем она открыла крышку, и спокойно пошла вперёд. Все её действия ясно свидетельствовали о ее осторожности, с которой она шла. Казалось, что она не хотела мешать, казалось бы, неживому Священному плоду Тянь Фа.

«Нужно дождаться, пока Священный плод Тянь Фа полностью созреет и упадёт. Сорвать его даже на мгновение раньше времени вызовет большие проблемы...», - эта мысль приходила снова и снова в разум Зелёной охотницы.

«Терпение... терпение... осторожно... Будь очень осторожна…».

Чрезвычайно яркое свечение от плода со временем начало утихать. Однако его богатый запах не исчез. На самом деле, он стал ещё более восхитительным и утончённым. И это продолжалось целую вечность…

«Король аромата! Несомненно... это Король всех ароматов!».

Затем ветви над священным плодом тихо затрепетали. Казалось, что он не хочет падать. Однако стебель под пурпурно-золотым плодом внезапно засох, и превратился в пепел. Это заставило Священный плод висеть в воздухе долю секунды, прежде чем он изящно упал…

Зеленая Охотница взволнованно открыла крышку Нефритовой коробки Суань, чтобы поймать его. Плод летел прямо в эту коробку…

Когда вдруг…

Королева зверей Суань, Зелёная Охотница распахнула её красивые глаза на невероятное зрелище, которое только что произошло перед её глазами…

В пустом воздухе ничего не было!

Ни одной вещи!

Эти неисчислимые лишения, сотни лет труда и подготовки к Священному плоду Тянь Фа... и затем эта чудесная вещь внезапно исчезла без следа.

Считая павших и рождённых — она была одной из самых сильных Королей зверей Суань в её поколении. И, тем не менее, этот плод исчез из её поля зрения... без всяких признаков!

«Что происходит?».

Она была чрезвычайно шокирована, рассержена и раздражена. Затем она быстро повернула Нефритовую коробку Суань, чтобы заглянуть внутрь, и подтвердить, что фрукт исчез. Через мгновение Королева зверей Суань взмыла в воздух и разместилась на вершине высокого дерева. Её голос был суровым, когда она закричала:

- Откуда взялся этот негодяй? Покажись! Пусть эта Королева зверей Суань увидит, кто имеет дерзость красть тщательно взращенные сокровища Тянь Фа!

Весь лес эхом повторил эти слова…

Цзюнь Мосе потерял дар речи в своём тайном месте:

«Эта Королева зверей Суань очень свирепая! Но я не буду выходить и показывать себя; я не знаю, насколько сильно я спровоцирую эту сумасшедшую женщину, если я это сделаю. Так зачем мне появляться на открытом воздухе и попадать в неприятности? Я не дурак!».

Очень умелый и опытный молодой мастер Цзюнь тайно подбежал и забрал плод... прямо из-под её носа. Он просто слюни пускал на этот фрукт тысячи зол и десяти тысяч ядов. Поэтому он поместил его в Пагоду Хунцзюнь.

Его нельзя было оставить снаружи. Даже коробка Нефритового Суань не могла держать её в течение длительного периода времени. Но он никогда не сгниёт внутри Пагоды.

Поэтому Цзюнь Мосе имел огромное преимущество, когда дело дошло до вопроса об использовании фрукта.

«Мне очень жаль, маленькая девочка, но у меня не было выбора, кроме как одолжить эту штуку. Это очень полезная вещь, но жаль, что её полезность не будет использована в ваших руках. Это действительно божественный объект... и не только по названию!».

«Жаль, что у меня не осталось выбора, когда дело дошло до этого. Но я сделал это, чтобы избежать огромного бедствия. И ещё можно сказать, что я помогаю тебе. Это верно! Этот плод изумителен, но неправильная дозировка заставит твоё тело взорваться! Я спрятал его подальше и в результате я спас несколько жизней твоих людей! Этот старший брат – великий человек! Так что не нужно благодарить меня! Я только сделал это "доброе дело" просо так!».

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал себя праведным филантропом в душе. Он не чувствовал, что украл сокровище. На самом деле, молодой мастер Цзюнь чувствовал, что он действительно спасал бесчисленные жизни... как будто он был столь же доброжелательным, как Будда. Он даже задавался вопросом, как человек, настолько хороший, мог родиться в этом мире…

Однако, это, очевидно, не было подходящим временем для «живого воплощения Будды», чтобы появиться в открытую, так как он не был уверен, примет ли эта женщина избавление от Священного плода Тянь Фа со слезами благодарности. На самом деле, он беспокоился, что она может разорвать его на куски в этой ситуации…

- Выходи!

Она не могла ни видеть... ни слышать вора. Было очевидно, что тот, кто украл сокровище Тянь Фа у неё, имеет странные трюки в рукаве. Кроме того, он должен быть смелым, чтобы сделать такой смелый шаг.

Королева Змей зверей Суань огляделась вокруг в растерянности и злости. Затем она внезапно испустила громкий рёв. Он был страшен, как гром! Она кричала с большого дерева, на котором стояла. Но её крик был настолько мощным, что деревья на мили вокруг, во всех направлениях, нагнуло, словно от урагана.

Шокирующее влияние мужества, способностей и мастерства действий молодого мастера Цзюнь на психику Королевы Змей... невозможно описать простыми словами. На самом деле, это было настолько реалистично, что даже использование спецэффектов, как в кино, не хватит, чтобы изобразить его правильно. Но эта женщина действительно заслужила право называться «Королевой зверей Суань»! Никто ещё не мог орать так и с таким эффектом. Никто другой не смог бы кричать так... даже если они бы кричали, пока горло не порвут!

Глава 341. Миллионы в Тянь Фа зависят от одного человека!

- Ты смеешь приходить сюда и красть наши сокровища? Ты играешь со смертью! Я буду преследовать тебя до конца Тянь Фа и убью тебя! – ответа до сих пор не было. И это делало Королеву зверей Суань — кто была главной из всех ядовитых зверей — очень злой.

«Два поколения властелинов желали этого на протяжении сотен лет. Миллионы зверей Суань трудились триста пятьдесят лет, чтобы вырастить это. Многие из моих братьев и сестёр с нетерпением ждали этого плода сотни лет. Как я могу потерять его?  Это ужасно! Я лучше умру, чем позволю этому случиться!».

Королева зверей Суань — Зелёная Охотница — из-за гнева не могла даже нормально мыслить. Её красивые глаза окрасились в оттенок зелёного. Её зелёная одежда начала трепетать, несмотря на отсутствие ветра. Затем она подняла глаза и испустила громкое шипение. От неё в разные стороны вышла волна силы.

Это была полная сила Королевы Змей Суань этого поколения.

Целью этой выпущенной силы была окружность более трёхсот метров с ней в центре. И ни одно живое существо не могло этого избежать, если бы оно находилось здесь.

*Бабах!*

Эта атака ничем не отличалась от взрыва атомной бомбы. И тёмная ночь была внезапно закрыта медленно растущим грибообразным облаком.

Казалось, что этот взрыв потряс всю ночь. На самом деле, казалось, будто дремлющий демон только что открыл глаза! Казалось, что огромное чёрное облако поглотило всё в этом пространстве.

Между тем звери Суань — ближнего и дальнего — задрожали и зашипели, когда её бешеный рёв направился вдаль.

Весь лес Тянь Фа внезапно задвигался. Летающие звери быстро бросились во все стороны. Лес Тянь Фа начал напоминать гигантское существо, которое только что проснулось ото сна.

Несравненный всплеск жизненной и огромной силы вырвался за короткое время!

Затем два других рёва послышались в унисон. И они, казалось, были в поддержку Королевы Змей Суань. Рёв ещё не стих, когда Высокий Журавль и Большой Медведь уже пришли. Все трое пару секунд стояли ровно и молча. Каждое их лицо было торжественным.

Ауру редкого зверя можно было ощутить в укромном уголке леса Тянь Фа. Густая белая субстанция плавала в воздухе, похожая на густой туман. И этот белый туман окутывал сущность, похожую на человека. Туман был настолько густым, что казался почти твёрдым. Любой знающий человек был бы поражён, увидев это.

Это было неожиданно...

Небесный дух использовался для перемещения земли!

Уровень культивирования Суань этого человека был очень высоким. В действительности, этот уровень культивирования уже достиг пика согласно общим верованиям в континенте Суань Суань. На самом деле, не более десяти человек обладали бы такой силой, даже если бы тайные семьи и три Святые Земли были приняты во внимание…

Белый туман начал вращаться с нарастающей силой. И вскоре он принял форму вихря. Этот человек, очевидно, достиг критического этапа в своей практике.

Дикое шипение Королевы Змей, Зелёной Охотницы, был полон страха, гнева и беспокойства. И её гневный крик прошёл большое расстояние, чтобы добраться до этого места. Поэтому в этой области он звучал очень слабо. Однако звук всё же сохранил свой смысл.

И сообщение в этом звуке ударило этого человека, окутанного белым туманом, как гром с ясного неба...

Даже туман, казалось, был несколько потрясён этим. Скорость вращения тумана стала медленнее. Он даже стал несколько рассеян. Эта Королева Змей шипела со всей своей силой. Более того, её голос был скорбным и полным ненависти. Так что любой мог понять, что этот продолжительный крик был полон неиссякаемой скорби и отчаяния.

- ААА! – алая кровь брызнула изнутри белого тумана. И, область, которая была окутана белым туманом, внезапно окрасилась кровью. Белый туман, который почти достиг перенасыщения, внезапно был разрушен полностью…

Звук резкого дыхания был слышен от густого белого тумана, когда он начал рассеиваться. Прошло много времени, прежде чем послышался измученный голос человека. И этот бесконечно мрачный голос сказал:

- Это воля небес... воля небес сыграла с нами шутку... вот и всё…

Затем голос издал несколько кашляющих звуков. И, казалось, что его владелец становится слабее, когда он пробормотал:

- Старый Властелин Тянь Фа оставил несколько строк после себя... «Тянь Фа не найдёт того, что ищет. Короли зверей умрут. Миллионы зверей Тянь Фа будут зависеть от успеха или провала одного человека»! Я размышлял над смыслом этих предложений в течение сотен лет, но я не смог их решить. Однако сегодня я понимаю их истинное значение. Эти слова предсказали судьбу леса Тянь Фа! Ха-ха... это было совершенно неожиданно…

В первой части сказано, что Тянь Фа не получит того, чего хочет. Зеленая Охотница охраняла Священный плод. Итак, я предполагаю, что случилось что-то плохое. Зачем ещё ей так терять рассудок? Вторая часть говорит... Короли зверей погибнут. Я полагаю, что эта линия предвещает смерть. В заключительной части сказано... что миллионы жизней зверей Тянь Фа будут зависеть от успеха или неудачи одного человека. Я предполагаю, что эта часть говорит о человеке, который украл Священный плод Тянь Фа!

Этот человек украл Священный плод в то время, когда мировые эксперты Суань собираются за пределами Тянь Фа, чтобы напасть на нас! Более того, я был на пороге прорыва, и хотел подавить всплеск силы для того, чтобы прорваться на таком критическом перекрестке. Поэтому меня нельзя было беспокоить в этот момент. Тогда я бы встретил этого Ли Ю Тяня. Но меня нельзя было тревожить в этот критический момент. А этот крик Зелёной Охотницы публично объявил о краже нашего Священного сокровища. Наше драгоценное сокровище было потеряно... так как я мог чувствовать себя спокойно? Эта тревога вскипятила мою кровь. И поэтому я не смог продолжить последний шаг, к которому я так тщательно готовился. Возможно, у меня никогда не будет прорыва теперь! Чёрт! Итак, это то, что предсказал старый Властелин Тянь Фа перед смертью... хорошо... хорошо... тем не менее, я не позволю, чтобы Ли Ю Тянь спокойно сидел на жопе!

Голос этого человека стал тише и достиг такого низкого уровня... что это стало ни чем иным, как просто шёпотом. Но, чувство обиды в его голосе был чрезвычайно интенсивным, и становилось только сильнее...

«Ли Ю Tянь! Это твоя вина! Я убью тебя точно!»

- Что случилось, девятая младшая сестра? – Высокий Журавль спросил. – Что сделало тебя такой сумасшедшей?

Лицо Королевы Змей Суань было бледным, её губы дрожали, когда она обернулась. Она была потрясена, и две слезинки скатились из её глаз. Затем она заговорила, и казалось, что она подавилась эмоциями:

- Третий старший брат, четвёртый старший брат... Священный плод... он созрел... но как раз тогда, когда это произошло... он был украден...

Даже Королева Змей Суань не могла нанести такого сильного удара. Она почувствовала бесконечное отчаяние. Итак, она начала горько плакать после того, как увидела, что Высокий Журавль и Большой Медведь бросились помогать ей…

Священный плод Тянь Фа был связан с лесом в течение сотен лет, и мог бы иметь положительное влияние на него ещё долго. Очевидно, что это был объект большой важности. И это, очевидно, означало, что они не могли ошибиться в этом отношении. Таким образом, Королеве Змей Суань было поручено заботиться о нем. Но могущественный враг дождался этого критического момента и выкрал плод из её рук…

Высокий Журавль и Большой Медведь были ошарашены. Они какое-то время смотрели на небеса. Затем они обратили свой взор к Королеве Змей:

- Что? Священный плод был украден? Как это возможно? Как это, вообще, произошло...?

- Это правда... – зелёная Охотница ни разу не поступилась элегантностью Королевы зверей Суань до этого момента. Она не показывала своих чувств раньше, но сейчас она не могла удержаться от слёз. На самом деле, она говорила обо всём этом в перерывах между рыданиями…

- Ты установила надлежащий периметр? Были какие-нибудь новости о воре? – Высокий Журавль спросил мрачным голосом.

- Я установила периметр... он не повреждён... каждое место... без исключения... всё нормально... но, третий брат... Священный плод... он исчез без следа... – Зелёная Охотница снова начала плакать.

- Не волнуйся! Это правда, что Священный плод был украден сразу после его созревания. Но наши сотни лет работы ещё не потрачены впустую. У нас всё ещё есть шанс вернуть его! Тот факт, что этот человек смог прийти сюда и украсть Священный плод без какой-либо тревоги с периметра объясняет две вещи. Во-первых, этот человек намного сильнее нас. Мы бы смогли обнаружить этого человека, если бы это не было так. Поэтому нет сомнений в его способностях. Мы должны принять это как факт. Если уж он сумел пройти под носом у всего Тянь Фа – как бы ты могла легко справиться с ним самостоятельно? А во-вторых, человек точно не сбежал, украв Священный плод. Значит, он должен быть не очень далеко отсюда. И тщательный поиск поможет нам. Но этот инцидент уже произошёл. Так что не стоит беспокоиться. Нам просто нужно сосредоточиться на решении этой проблемы!

Никто бы не подумал, что это сказал Король Медведей, который смог первым успокоиться в такой ситуации. На самом деле, он был даже сосредоточен и тактичен в его подходе. Это было совершенно неожиданно!

«Мудрый человек может совершать ошибки, когда он принимает тысячу решений. И даже дурак может советовать мудрому время от времени! Это были очень мудрые слова!», - Цзюнь Мосе не мог не похвалить. «У этого глупого медведя есть хотя бы пара граммов мозгов! Это редкое зрелище!».

Слова Большого Медведя были по-настоящему разумны. Зелёная Охотница и Король Журавлей посмотрели на него огромными глазами. По их мнению, эти слова были не только умными, но и очень рациональными.

Высокий Журавль кивнул и молча поднял глаза. Затем он издал громкий крик. Его визг пронзил воздух, когда он произнёс несколько странных слогов. Затем, многие воздушные звери Тянь Фа взмахнули крыльями в унисон. Они двинулись к трём Королям зверей упорядоченными группами. Казалось, что все они только и ждали сигнала.

Затем, Большой Медведь заревел и земные звери Суань — в том числе те, что были на деревьях — начали поступать такими же группами.

Королева Змей также издала приказ, и все ядовитые звери Суань пришли на её зов…

Вскоре миллионы зверей толпились вокруг вора и предотвратили бы его побег, если бы он присутствовал в этом районе. На самом деле, эта толпа даже сможет сжать его до смерти, даже если он попытается спрятаться.

Земля в этом районе была настолько плотно занята... что это стало похоже на железное ведро. Даже воде потребуется разрешение зверей Суань, чтобы вытекать из него... в противном случае она бы застряла там…

Каждый закоулок на земле, в небе, и даже под землёй были плотно забиты тремя типами Суань зверей. На самом деле, подземная местность была настолько густо заполнена ядовитыми змеями и насекомыми, что даже дождевой воде было бы трудно просочиться под землю…

«Сколько зверей Суань, должно быть, собрались здесь, чтобы создать этот эффект?», - Цзюнь Мосе почувствовал, как его голова закружилась. Он смотрел вдаль и чувствовал, что он застрял в бесконечном океане зверей Суань.

Зверям даже не нужно было бы нападать, если бы они нашли вора. Одной их слюны было бы достаточно, чтобы утопить его…

Этот вид рабочей силы в поисковой миссии мог бы даже найти иголку в этом огромном лесу... не говоря уже о живом человеке.

Король Тигров, Король Львов, Король Обезьян, Король Орлов и младший Король Волков - все пришли, спеша. У каждого из них было достойное выражение лица, поскольку они знали, что произошло. Их прибытие привело к появлению ещё большего количества зверей Суань.

И многие другие звери Суань ещё только спешили из далёких уголков Тянь Фа!

Глава 342. Таинственный мастер появляется и имеет другие планы

Королева Змей чувствовала себя очень виноватой. Она смотрела на всех с выражением сожаления.

- Обыщите всё внимательно! Проверьте каждую травинку и укромный уголок! Сделайте это, даже если это кажется пустой тратой времени! – Высокий Журавль поднял руку, когда он отдал эту команду. Его голос был суровым, и его брови были подняты так, как будто он был в убийственном настроении. - Нас здесь восемь. Итак, каждый из нас будет отвечать за одно направление. Мы должны обращать внимание на действия друг друга и соответственно координировать их. Звери девятого и выше уровней, должны подготовиться к бою. Мы не должны позволить этому человеку сбежать, если он здесь. Будьте осторожны, этот человек чрезвычайно способный и опытный. Итак, любой, кто обнаружит хоть что-то необычное, должен сначала подать предупреждающий сигнал!

Короли Зверей согласились в ответ. У них были сумасшедшие выражения в глазах. Они ждали страшного плода Тянь Фа сотни лет. И, он был украден просто так...? Как тут не злиться?

Короли Суань были на грани…

Когда вдруг…

Чрезвычайно ужасающее и разрушающее землю давление опустилось с небес. Казалось, что девять небес оказывали своё давление на Тянь Фа с неба. На самом деле, это давление так сильно давило на их головы... что, казалось, протяни руку и можно коснуться неба!

Эта сила была огромной, великолепной и грозной. Казалось, что на них опустилась высокая гора. Большой медведь и другие Короли зверей Суань подумали, что они никогда не смогут устоять перед такой вещью. На самом деле, это чувство возникло из глубин их сердец. Поэтому они не могли не побледнеть от страха и шока.

Культивирование Королей зверей Суань ещё помогало хоть как-то выстоять против этого давления. Тем не менее, звери ниже их уровня культивирования упали на землю одним движением. Затем они аккуратно опустили головы на землю и не осмелились делать никаких движений! Звери Суань девятого уровня едва могли стоять на ногах. Однако их тела, включая их ноги, дрожали. И было очевидно, что в них не осталось никакого боевого духа.

Эта сцена была похожа на ту, когда обычный человек сталкивается лицом к лицу с возвышенным Богом. Этот великий Бог может легко манипулировать жизнью этого человека на ладони. Поэтому человеку ничего не останется, кроме как позволить Богу решить свою судьбу…

Возможно, этот человек будет чудесным, а, может быть, даже королевским по крови. И, возможно, он будет обладать подавляющей и сверхчеловеческой силой и может контролировать многих людей... Но, не имело значения, каким страшным... или чудесным... или грандиозным он был! Он всё равно будет обычным смертным перед этим благородным Богом! Поэтому разница между ними была бы такой... что он никогда не сможет противостоять влиянию Бога!

Восемь Королей зверей Суань чувствовали то же самое в их сердцах.

«Вся сила Тянь Фа не сможет получить Священный плод, если этот человек забрал его!».

Никто не слышал голоса этого человека. Никто не видел этого человека до сих пор, однако... эта мысль уже пересекла сознание каждого Короля Суань зверей…

«Этот человек кажется более пугающим, чем небеса! Он как Бог! Мы умрём, если достаточно поспешим, чтобы бросить ему вызов!».

Восемь Королей зверей Суань боролись и поднимали головы, чтобы посмотреть в воздух. Однако у них хватило смелости только сделать это…

В воздухе висела чёрная фигура. Он был одет в чёрное. Его лицо... и даже ноги были покрыты чёрной тканью. Тем не менее, он выглядел устойчивым, как грозная гора, хоть он и парил в воздухе. Была ночь, и мужчина был полностью одет в чёрное. Но всё равно казалось, что чрезвычайно яркое солнце взошло во тьме Тянь Фа! Эта фигура казалась настолько ослепительной, что просто нельзя было смотреть на неё!

Только Высокий Журавль и Большой Медведь почувствовали знакомое чувство в своих сердцах…

«Это он?».

- Этот фрукт был моим. Поэтому я взял его, – сказал таинственный человек звучным и ясным голосом. Тенора его голоса было достаточно, чтобы сказать о неоспоримом авторитете, которым он обладал. Из его голоса можно было понять, что он думал:

«Это мой мир. И поэтому я возьму всё, что захочу. Это естественный ход событий».

Однако таинственный человек также объяснил свои слова:

- Потому что этот небесный материал будет слишком большой тратой в ваших руках.

Затем он издал скорбный вздох, и этот печальный вздох длился целую вечность. Затем он продолжил:

- Простая трата этого материала не была бы проблемой сама по себе. Восемь из вас находятся на продвинутой стадии, но никто из вас не может спокойно поглотить суть и действенность этого духовного плода. Я боюсь, что каждый из вас взорвётся и умрёт, если вы продолжите и попытаетесь поглотить его силу. Не будет никаких исключений из этого исхода!

Затем, он холодно фыркнул:

- Было бы безрассудно, если бы кто-нибудь попытался взять этот плод с таким низким культивированием. Такой человек, должно быть, устал жить к тому времени... Но, такой человек мог бы также приставить нож к его горлу и перерезать его, если он не хочет жить дальше. Но почему такое стоящее духовное сокровище должно быть потрачено впустую?

Восемь Королей зверей Суань посмотрели друг на друга в смятении после того, как они выслушали эти слова. Среди них было много легкомысленных. Они знали, что сила противоположной стороны была тайной, и они не могли бы сравниться с ней. Однако они также знали преимущества Священного плода. Итак, как они могут быть убеждены в этой односторонней истории? Поэтому в ответ на это поднялся непонятный гомон…

Особенно это касалось Королевы Змей. Её красивые глаза стреляли пламенем, а кулаки сжались. Казалось, что она вот-вот начнёт безрассудно действовать…

- Сэр... мы имели удовольствие встретиться с вами в городе Тянсян? – Высокий Журавль махнул рукой, чтобы подавить восстание от своих младших братьев и сестёр, когда он задал свой вопрос очень осторожным голосом. Он казался довольно неуверенным и не мог не удивиться:

«Эта аура очень знакома. Но, этот человек даёт совсем другое ощущение. Чувствуется, что этот человек намного превосходит того, которого мы встретили в городе Тянсян. На самом деле, он, кажется, гораздо более сильным!».

У Большого Медведя были такие же опасения. Два брата поняли, кто этот человек, но они ещё не были полностью убеждены…

«Может ли быть, что таинственный и замаскированный человек смог совершить такой огромный прорыв всего за два месяца? Это очень пугающая скорость прогресса! Разве это не слишком странно?».

Тем не менее, они совершенно не знали, что Цзюнь Мосе показал лишь небольшую часть его реальных способностей, когда они встретились в городе Тянсян. Другими словами, у него была только небольшая часть реального поля ауры Пагоды Хунцзюнь. Однако с тех пор его способность и контроль возросли. Более того, этот объект был гораздо дороже. Поэтому ему нужно было бы создать более сильный и подавляющий сдерживающий эффект, если бы он хотел выиграть этот плод. Таким образом, молодой Мастер Цзюнь не сдержал ни капли, и раскрыл энергию Хунцзюнь с максимальным потенциалом, которого он мог достичь на своём нынешнем уровне силы!

Конечный результат тоже не сильно отличался в этом случае. Тем не менее, всё ещё существовали различия в силе, которую он мобилизовал. Как могли эти два «экземпляра» упоминаться в одном ряду...?

Цзюнь Мосе проявил себя по двум причинам. Во-первых, он следовал своему первоначальному плану. Во-вторых, крайне растерянный вид Королей зверей Суань надо было видеть, он не мог вынести этого зрелища. Ведь сколько их, наверное, выращивали это растение в течение сотен лет? Он не мог понять усилий и труда, которые пошли на его рост.

«Сколько поколений было потрачено, чтобы успешно вырастить это растение?».

«Было бы уместно, если бы я взял его для себя? Я должен взять только небольшую часть. Возможно, половину...», - Цзюнь Мосе имел ясное сознание в этом отношении. Однако он не собирался вести себя, как презренный, когда дело дошло до другой половины. Цзюнь Мосе не собирался позволять поколениям тяжелой работы этих зверей и труду миллионов уйти впустую…

Эти простые звери Суань были намного лучше и любезнее, чем человечество, в глазах Цзюнь Мосе. Поэтому он явно хотел бы помочь им, если бы мог.

«Как я могу просто смотреть на этих зверей, как они взорвутся насмерть?»

«Не имеет значения, что произойдёт с моими будущими планами или другими целями, которые у меня есть... будет очень жаль, если эти звери умрут. Неважно, использую я их или нет. Я сделаю это ради хорошей кармы, и потому что это правильно... даже если я не буду использовать этих парней в будущем...».

Важно было отметить, что каждый человек хотел встретиться с таким мастером, но не мог. Поэтому, очевидно, было важно показать эту ситуацию идеальным образом. И это притворство было оптимальным средством для этого.

- Высокий Журавль, Большой Медведь... хе-хе... ваши поступки искренне удивили этого старшего! – Цзюнь Мосе вздохнул, как старый и дряхлый человек. – Этот старик не хотел вовлекать себя в решение такого тривиального вопроса, как поместье Сюэху. Итак, я передал её вам двоим... хе... это была такая простая задача. Однако вместо двух из вас, это переросло в «Восстание зверей Суань». Это превзошло все ожидания, это довольно неразумно. Но этот вопрос по-прежнему остается нерешённым. Более того, половина мировых экспертов Сюань собралась здесь…

Это было вашим делом, и этот старик не имеет с ним никакого отношения. Это должно было произойти, и так случилось. Но этот старик довольно любопытен. Когда сила Тянь Фа стала такой слабой? Этот старик помнит, что мы договорились о сроке. Был один месяц, не так ли? С каких пор один месяц длится уже семьдесят дней?

- Это действительно ты, Старший господин... – Высокий Журавль и Большой Медведь узнали его и сказали хором. Дышать им стало легко. Но они также были омыты гневом и позором. Их лица были горячими от смущения. На самом деле, они выкопали бы яму и спрятались бы в ней, если бы могли…

«Это очень неловко! Этот человек не дал нам места, чтобы спасти нашу репутацию в обществе…».

А что касается причины для лёгкого дыхания…

Это было довольно просто.

«Как мог такой таинственный и способный мастер украсть что-то, как обычный вор? У него, вероятно, есть более глубокие причины, которые мы не можем понять. В любом случае, мы уверены, что не потерпим никаких недостатков в этом вопросе…».

Но они знали, что этот таинственный мастер привык использовать такие методы в каждой встрече. Они поняли, что этот человек практиковал свою силу лжи и обмана с помощью «недобросовестной, бесстыдной и неверной» политики по своему желанию. Он ломал вещи, бил людей и использовал ситуацию для личной выгоды с лёгкостью. На самом деле, мастерство этого человека в этом искусстве было настолько глубоким, что оно почти приросло к нему…

И, они догадались, что это правильно. Трудно найти какие-либо следы совести в Цзюнь…

- Нам стыдно, уважаемый господин. Но ты не должен винить нас в этом. Мы по-настоящему пошли в поместье Сюэху. Но Ли Ю Тянь нехороший человек. И он объединил половину экспертов континента Суань против нас. Итак, у нас не осталось другого выбора. И тогда мы организовали это восстание с полной силой Тянь Фа. На самом деле, мы не посчитаем затрат или усилий, которые мы можем понести, чтобы выполнить своё задание. Мы дали тебе обещание. Таким образом, мы решили, что мы достигнем этой цели, даже если это будет очень трудно. В конце концов, уважаемый человек дал нам задачу. Итак, мы собираемся всё-таки закончить это.

Высокий Журавль посмотрел на него и поспешно объяснил в свою защиту.

Истинный смысл его слов был очевиден:

«Мы собрали здесь такую огромную силу. И, мы сделали это только для твоей задачи. Как ты можешь игнорировать это? Ты не на стороне людей, чтобы справиться с нами. Ты не можешь действовать против нас сейчас. Мы сделали всё это для твоей задачи, и собрали такую большую силу, чтобы завершить её. Мы приложили столько усилий для тебя одного. Но ты такой уникальный и исключительный человек... так что, мы не можем сказать это открыто. Тем не менее, нам больно…».

- А... причина, по которой я дал эту задачу вам двоим, в том, что моя личность слишком важна, чтобы иметь дело с поместьем Сюэху. Разве это не было бы слишком чрезмерно для статуса Ли Ю Тяня, если бы я пошёл и поиздевался над ним сам? Разве это не было ясно для вас двоих до сих пор? Вы двое знали достаточно, чтобы собрать такую большую силу, но вы всё ещё не поняли что-то такое элементарное в моем задании?

Живот Цзюнь Мосе начал болеть. Но его тон был по-прежнему устойчивым и стабильным. Хотя, он передал сожаление…

Глава 343. Верующий в меня будет жить вечно!

- Да, речь идёт о вашем статусе? Что... вы так сильны, что это будет унизительно – сражаться с ним... вы можете и убить Ли Ю Тяня, если вы будете действовать... потому что этот человек – настоящий подонок. Таким образом, Вы не можете сделать это сами, ведь вы потеряете своё достоинство, если сделаете это... – Большой Медведь сказал с видом, будто его озарило.

«Это происходит так долго, что этот таинственный человек тоже пришёл на юг. Первоначальное соглашение в настоящее время аннулировано...».

Тем не менее, в голосе человека был слабый намёк, и он предположил, что таинственный мастер хотел бы, чтобы они продолжали. Это заставило их сердца наполниться радостью. И они были готовы следовать инструкциям, без задержек.

«Этот таинственный человек даёт нам ещё один шанс! Это значит, что у нас есть возможность сделать то, что мы планировали? Это здорово!».

Просто Ли Ю Тянь был вторым величайшим мастером, и кто-то вроде Большого Медведя даже не стоил пердежа для него. На самом деле, это сравнение было даже преувеличением…

- Ах, так...? – Цзюнь Мосе пробурчал себе под нос.

- И поэтому мы собрались здесь, чтобы совершить обещанное, – Высокий Журавль и Большой Медведь почти не двигались, когда они встали и выпятили грудь. Казалось, они готовились начать эту задачу хоть сейчас.

- Ах... ну, если это так... хорошо! – Цзюнь Мосе вздохнул, как старик. Тон его голоса выражал слабый интерес. Он продолжал безутешным голосом:

- Этот старик не в настроении иметь дело с этим молодым Ли Ю Тянем…

- Мы рады, что вы не заинтересованы в решении этого вопроса. Но вы можете чувствовать себя спокойно. Мы, братья, удовлетворительно выполним эту задачу для вас, – хлопнул Большой Медведь в ладоши и резко ответил.

У Высокого Журавля была мысль:

«Этот молодой Ли Ю Тянь... Боже правый! Манера этого человека говорить гораздо более зрелая с того момента, как мы встретились с ним в Тянсян!».

- Это... это не имеет значения, что уважаемый господин заинтересован или не заинтересован в... но Священный плод является собственностью моего Тянь Фа! – Королева Змей выглядела обеспокоенной, когда она сделала шаг вперёд и заговорила. – Этой младшей было поручено охранять Священный плод. Но плод забрали у меня, и это будет считаться ошибкой с моей стороны. Поэтому прошу вас вернуть плод. Я никогда не буду достаточно благодарна, если вы сделаете это, и я никогда не осмелюсь забыть этот жест...

Речь Королевы Змей, Зелёной Охотницы не была ни подневольной, ни властной. На самом деле, она говорила в рамках всех приличий. Цзюнь Мосе был действительно впечатлён этим... вопреки тому, что можно было бы ожидать. Это было просто... может ли персонаж молодого мастера Цзюнь позволить ему отдать что-то хорошее, что он уже получил в свои руки...?

- О? Эта энергичная маленькая девочка говорит так резко, что, кажется, что она ругает меня. Это так, маленькая девочка? – Цзюнь Мосе использовал свою жажду крови с этими словами. Его голос был тих. Но он всё ещё имел несравненно пугающую и тираническую силу в нём. Он пытался угрожать своим авторитетом и запугать противоположную сторону. А потом он попытается напугать ещё больше... на всякий случай, если это потребуется.

Выражение лица Зелёной Охотницы было как у человека, который только что увидел огромную непроходимую гору на своём пути. Она подавленно застонала и сделала три шага назад. Тем не менее, она старалась стоять на своем... хотя её лицо было несколько бледным. Она упорно подняла голову и сказала:

- Это – ответственность этой младшей. Я не могу отказаться от этого любой ценой. Старший, кажется, оскорблён невежеством Зелёной Охотницы и хочет преподать ей урок. Но Зелёная Охотница только просит его вернуть ей Священный плод... даже если он позже накажет её за эту наглость…

Высокий Журавль забеспокоился. Зелёная Охотница на самом деле оскорбила таинственного и опытного человека. Извлечение Священного плода было обычным делом. Однако загадочный человек мог легко решить её маленькую судьбу, если он только разозлится и поднимет руку после этого. Поэтому Высокому Журавлю пришлось поспешно вмешаться:

- Пожалуйста, успокойтесь, уважаемый сэр. Зеленая Охотница молода и невежественна. Она беспокоится только о фрукте. Она не хотела обидеть вас... пожалуйста, игнорируйте её замечания...

- Какой Священный плод Тянь Фа? Почему ты путаешь имена? – Цзюнь Мосе продолжал злостно. – Это, очевидно, фрукт тысячи зол и десяти тысяч ядов! Не говори ерунду, если ничего не понимаешь! Делай, как можешь, маленькая девочка! Вы и восемь маленьких зверей Суань думаете, что вы очень сильны. Но я говорю вам ясно, что это не так! Вы не сможете справиться с Тысячей зол и десятью тысячами ядов! Одна капля от этого фрукта уничтожит вас! Никто из вас не сможет справиться с этим... неважно, кто это! Этот старик открыл себя и сделал этот поступок из доброты! Ты не можешь отличить хорошее от плохого? Не говори мне, что эта маленькая девочка не признает великодушие этого старика и на самом деле торгуется со мной...?

«Второй шаг. Выложу. Если это не убедит ее, то…».

- Затем, даже если я взорвусь и умру... это будет судьба этой юной, – Королева Змей была упрямой. Она протянула свою нежную и маленькую белую руку. Она была чертовски сконцентрирована на своем пути. И она последовательно игнорировала Высокого Журавля и активные и осмысленные взгляды Большого Медведя.

«Вы говорите, что мы, третий и четвёртый брат, не должны беспокоиться? Наша работа состоит в том, чтобы только помочь остальным в продвижении с использованием Священного фрукта. Но побочные эффекты плода очень опасны. Так что было бы прекрасно, если бы у нас был другой метод. И этот таинственный человек перед нами, кажется, знает лучший метод!

Поэтому будет здорово, если мы сможем сформировать лучшие отношения с человеком в маске вместо фрукта. Прибыль будет намного выше, чем понесённые убытки. Тем не менее, Зелёная Охотница говорит своим сердцем и создаёт полный беспорядок. Священный плод уже в его руке. И очевидно, что он намного сильнее нас. Так как ты, вообще, можешь это делать? Не похоже, что этот старик просто уйдет, не вызывая проблем. Было бы здорово, если бы он это сделал! Но что, если он рассердится? Он может избавиться от нас очень легко! Так почему ты провоцируешь его своими словами?».

- Ах! Слова этой девочки разумны в этом отношении! Этот старик забрал твой плод. Он сделал это с добрыми намерениями, но он всё-таки взяли твоё. И это действительно неразумно с его стороны. Но, это будет пустой тратой ресурсов, если я позволю самонадеянным глупцам потреблять его. Кроме того, будет трудно избежать угрозы вашей жизни. Это значит, что нас объединила судьба. Этот старик планирует использовать этот фрукт, чтобы синтезировать лекарство. И он сделает это правильно!

Казалось, что у Цзюнь Мосе было болезненное выражение лица. На самом деле, почти казалось, что он внезапно набрал вес:

- Этот плод тысячи зол и десяти тысяч ядов важен для этого старика для завершения его лекарств. И этот фрукт вам нужен только для того, чтобы совершить прорыв. Поэтому этот старик закончит создавать таблетки и даст вам несколько из них. Затем вы сможете радоваться, и совершите не пугающий и не опасный прорыв. Так?… Что вы думаете об этом? В любом случае, восемь из вас на грани взрыва. Итак, что вы можете сказать о не страшном, и не опасном методе, где нет страха смерти?

Это был третий и последний шаг. У Цзюнь Мосе закончились все возможные средства убеждения. Цзюнь Мосе имел подлость... но у него не было бы выбора, кроме как сбежать втайне, если бы это не сработало…

Однако его слова заставили глаза Королей зверь Суань блестеть почти мгновенно. На самом деле, это даже заставило Королеву Змей колебаться. Её третий брат Журавль и четвёртый брат Медведь уже в открытую пялились на неё. Они мысленно умоляли:

«Просто поторопись и согласись на это, младшая сестра!».

Каждому Королю Суань зверей в настоящее время хорошо известно, что существует высокая вероятность... сильно бомбануть из-за побочного эффекта фрукта. Они сказали бы полную ложь, если бы сказали, что они не боятся или не нервничают от этой возможности. Но они решили пойти на риск для повышения силы…

Однако они могут теперь избежать этого пугающего и опасного метода. Как они могли не быть взволнованы?

Ни один Король зверей Суань не поверил бы этим словам, если бы обычный человек произнёс их. Они бы подумали:

«Ты проклятый обманщик! Такой бред – это просто мошенничество, хитрый обман! Ты думаешь, что нас можно обмануть? Ты, должно быть, спишь!».

Но кто был этот человек перед ними?

«Это очень способный человек! Его культивация даже выше, чем у нашего Властителя! И третий, и четвёртый подтвердили, что он может легко помочь нам в продвижении!

Более того, есть ещё одно неоспоримое и шокирующее доказательство... даже если показания третьего брата Журавля и четвёртого брата Медведя не надёжны или сомнительны! Этот железнокрылый детёныш Пантеры достиг восьмого уровня в таком юном возрасте! Это стирает какие-либо сомнения в том, что у этого мужчины есть какие-то чудесные и дьявольские методы!».

Таким образом, Короли Суань зверей посмотрели на Королеву Змей. И Зелёной Охотнице осталось только ёрзать в такой дилемме.

- Как насчёт этого...? Ты можешь быть обеспокоена, но неужели ты даже не доверяешь Высокому Журавлю и Большому Медведю? Они могут поручиться за меня! Они досконально понимают этого старика. Итак, как насчёт этого? Хе-хе... странная девчонка! Разве Журавль и Большой Медведь не захотят защитить меня и поручиться за мою правдивость?

Молодой мастер Цзюнь говорил это в образе старого человека. Затем он повернулся в поиске Журавля и Медведя. Затем он открыл глаза, чтобы найти их поддержку.

- Мы поручимся за него. Ты не доверяешь нам, девятая младшая сестра? – Большой Медведь открыл рот и заговорил, взяв на себя инициативу.

Высокий Журавль был относительно осторожен с самого начала. Он чувствовал, что что-то не так, так как таинственный эксперт взял на себя инициативу начать этот диалог. Но он думал, что ему просто мерещится. Итак, он молчал.

«Какая-то надежда лучше, чем никакой надежды…».

- Согласна, но... сколько времени займёт у старшего, чтобы усовершенствовать Даны? – Королева Змей колебалась мгновение, так как она чувствовала себя смущённой. Затем она закусила свои красные губы и спросила неловко.

«Чёрт! Она превосходна! Она выглядела такой привлекательной!», - Цзюнь Мосе застонал внутри. Затем он протянул три пальца, чтобы указать время в три года:

- Я могу закончить это за три года... включая поиск необходимых ингредиентов.

В середине фразы он вдруг подумал о чём-то. Итак, он поискал в своей одежде и сказал:

- Этот старик не заберёт у вас имущество молодых людей дешёвым способом. Я уже говорил... что нас собрала судьба. Итак, я вам кое-чем помогу и сейчас. Здесь есть какое-то лекарство внутри этого бутылька. Я тренировался и создал пустяковое лекарство из низкосортных материалов. Поэтому, принимая эти лекарства можно только увеличить свою культивацию всего на десять лет. Ах! Хотел бы я иметь лучшие ингредиенты... Эти вещи были бы более эффективными в этом случае…

Он вынул восемь Данов, когда говорил это, и бросил их высоко в небо. Там было не так много. Было по одному для каждого человека. Точнее... по одному для каждого Короля зверей Суань.

Король Львов и Король Тигров показали признаки опасения, так как они не знали, могут ли они доверять этому человеку достаточно, чтобы взять эти Даны…

Однако у Большого Медведя не было никаких опасений. Итак, он вытянул шею и проглотил таблетку. Затем он переместил свою ауру внутрь своего тела и испугался.

Он трижды задействовал свою ауру внутри своего тела. И он уже поглотил эффективность таблетки. Большой Медведь уже был экспертом высокого уровня. В самом деле, его тело было чрезвычайно мощным, и ни один человек не мог сравниться с ним. Таким образом, он мог бы, очевидно, проверить результат. Он был поражён и доволен результатом. Поэтому он взревел:

- Этот Дан действительно может поднять вашу силу! Да! Это подняло моё культивирование, по меньшей мере, на десять лет! Это небесное лекарство!

Высокий Журавль также стал нетерпеливым после того, как он посмотрел на своего младшего брата и сам проглотил таблетку. Затем он остался приятно удивлённым…

Все смотрели на Высокого Журавля и Большого Медведя и полагали, что это не обман. Итак, оставшиеся Короли Суань зверей посмотрели на них, и потом поглотили их таблетки. И, они внезапно встали ошеломлёнными в следующий момент. Затем они все посмотрели на Цзюнь Мосе в унисон...

«Мой Бог! Этот мир на самом деле имеет чудесные Даны, которые могут увеличить культивирование, как этот! Он действительно существует! Господи! Он даже не имеет никакого побочного эффекта!», - глаза каждого Короля зверей Суань загорелись.

«Он такой опытный человек! Теперь я убежден, что этот таинственный человек чрезвычайно опытен и может усовершенствовать эти даны из Священного плода!».

«Что сказал этот старший ранее? "Я тренировался и создал пустяковое лекарство из низкосортных материалов. Поэтому, принимая эти лекарства можно только увеличить свою культивацию всего на десять лет. Ах! Хотел бы я иметь лучшие ингредиенты... Эти вещи были бы более эффективными в этом случае…." Чёрт тебя дери! Какие Даны он сможет создать, если его Даны из материалов низкого качества имеют такой эффект?!».

«Факты изложены сейчас. В чем тут неопределённость? Такая возможность даётся раз в жизни! Нам больше не нужно принимать решение о жизни или смерти, чтобы продвинуться вперёд. Это такая замечательная вещь! Даже в наших мечтах не было так хорошо!».

Плащ Цзюнь Мосе развевался, а он плавал в воздухе. Он заложил руки за спину, и стильно всплыл вверх, как самый лучший в мире эксперт этой эпохи…

«Ха! Верующий в меня будет жить вечно! Я наконец-то получил контроль над этими глупыми существами!».

Глава 344.1. Сбор урожая (часть 1)!

Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением. Но его рот скривился, когда он подумал:

«Через три года я смогу пересечь шестой или седьмой этаж моей Пагоды Хунцзюнь. Но, я показал смелое лицо и сделал претензию, что закончу свою задачу в течение всего трёх лет…».

- Ах, да, есть ещё одна вещь, о которой я почти забыл! – Цзюнь Мосе красноречиво заложил руку за спину. - Я случайно краешком уха услышал, что между вами и Южным Небесным Городом будет решающая битва. В чем дело?

- Да. Есть битва. То есть, будет битва... И, это запланировано на послезавтра, – ответил Высокий Журавль в ещё более уважительном тоне, чем раньше.

- Хмм... Да! У семей Цзюнь и Дугу из города Тянсян есть некоторые... особые отношения со мной. Я надеюсь, что их люди не пострадают. Для меня это вопрос чести. Надеюсь, вы поняли? – Цзюнь Мосе поставил эту внезапную просьбу особым образом, казалось, это была скромная просьба, которую кто-то услышал случайно. Но можно было бы понять, что это был прямой и абсолютный приказ, если бы они уделили пристальное внимание.

- Это не будет проблемой, – Высокий Журавль усмехнулся. - Мы никогда не собирались иметь с ними дело в любом случае... – он мгновение подумал, после чего достал зелёную бутылку, прежде чем продолжить. - Посыпьте порошок из этой бутылки на мужчин и воинов из этих семей, прежде чем они выйдут на поле боя. Мы, несомненно, узнаем их, если встретим на поле боя, если этот порошок будет присутствовать на их телах. И мы не будем сопротивляться, даже если они нападут на нас.

- Большое спасибо за это, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. Он не показал ни счастья, ни облегчения. Молодой мастер просто поддерживал регулярную, мягкую и лёгкую внешность.

Звери Суань вдруг увидели умопомрачительное зрелище. Тень таинственного человека не двинулась ни на секунду. Спустя мгновение, он уже вернулся к своему первоначальному положению. А зелёная бутылка в руке Высокого Журавля также исчезла именно в тот момент.

«Такой волшебный ход...!»

Короли Зверей Суань начали восхищаться им ещё больше.

Затем он посчитал две цели выполненными и решил вернуться. Но Цзюнь Мосе, естественно, сказал несколько слов, прежде чем он ушёл, ибо он боялся, что звери Суань могут подумать, что он нарушит своё слово, если он внезапно исчезнет…

Тем не менее, он не зашёл далеко, когда он думал про себя:

«Решающая битва произойдёт послезавтра. Есть ещё какое-то время. Но я наткнулся на этот плод тысячи зол и десяти тысяч ядов. Как удивительно! Сколько других чудесных сокровищ я могу найти в этом месте для ингредиентов? Как мог этот молодой мастер забыть главную причину, по которой он пришёл в это место?» .

Невыносимый зуд настиг его сердце, когда эта мысль пришла ему в голову.

Он активировал побег Инь Ян. Его тело вспыхнуло, и он бросился глубже в лес.

В пределах леса…

- Третий старший брат, четвертый старший брат, быстро скажите мне, кто этот таинственный человек? И как вы с ним сумели познакомиться? Вы поручили ему наш Тянь Фа, даже не моргнув глазом. И вы даже беспрекословно отдали ему наше сокровище...?

Королева Змей, Зелёная Охотница спрашивала сомнительным тоном:

- Я понимаю, что сила этого человека неизвестна, и он гораздо более силён, чем мы. Но я хочу знать, почему вы так вели себя в его присутствии? Может ли быть, что вы так сильно верите в него? Этот плод был жемчужиной нашего леса... мы трудились более трёхсот лет, чтобы созрел этот плод!

Все остальные также посмотрели на Высокого Журавля и Большого Медведя после того, как они услышали это. Они уже давно запутались, если честно. Альтер-эго молодого мастера Цзюнь продемонстрировало огромную силу. Можно даже сказать, что он был сильнейшим во всём мире. Но он не был угрозой для Тянь Фа. Высокий Журавль и Большой Медведь говорили о нём и раньше. Тем не менее, Короли зверей Суань не успокоились и не уступили бы... даже если бы Цзюнь Мосе было трудно иметь дело и ему пришлось убить каждого из Королей…

У Высокого Журавля и Большого Медведя были гордые взгляды на лицах. В конце концов, их связь с этим непревзойдённым мастером обеспечила их братьев и сестер средством продвижения без какой-либо опасности отрицательной реакции. Таким образом, они действительно сделали очень много для своего Тянь Фа.

Все они смогли продвинуться вперёд. Тем более что без каких-либо забот или страхов! Поэтому их глаза уже были полны безграничных перспектив будущего…

«Что-то настолько хорошее никогда не случалось в лесу Тянь Фа!».

«Это событие создаст историю!».

Двое радостно открыли рты, чтобы сказать несколько слов и показать свою превосходящую личность. Но, они немедленно закрыли рты после того, как открыли их, так как они были поражены…

«Да ну! Кто знает, кто этот таинственный человек?»

Двое старших братьев, Короли зверей Суань знали его только как Фэн Цзюцина. Но знали ли они, настоящее это имя было или нет? А кто этот человек... или где он жил и как он вёл себя...? Эти двое не знали, что они могут сказать об этом. В самом деле, два Короля зверей Суань не обнаружили эту важнейшую проблему до этого момента…

«Мой Бог!»

«Мы оба доверяли кому-то, о ком мы ничего не знаем, с такой большой уверенностью!»

«Мы оба были так нетерпеливы... и мы сделали, как было приказано!»

«Но как мы, два брата, найдём его для получения лекарств, которые помогут всем продвинуться, если мы не получим новостей, и если не будет никакого сообщения от него после трёх лет...?»

«Употребление Священного плода имело огромный риск. Можно было даже взорваться от этого. Но это верный метод увеличения силы! Не рискованный и абсолютно безопасный метод казался привлекательным, но это только похоже на хлеб, нарисованный на бумаге, в настоящее время. Это ничего не значит, если мы не сможем его съесть. Я не знаю, как мы найдем его, если эта сделка сорвется!»

Они не знали, что делать после того, как они подумали об этом ясно. Два Короля Зверей Суань смотрели друг на друга; они были в растерянности относительно того, что им можно было сделать…

Оба были пойманы врасплох.

Остальные Короли зверей Суань смотрели на них в ожидании ответов. Но эти двое ничего не прояснили. На самом деле, другие также могли видеть, что их цвет лица стал вдруг не очень хорошим. Итак, они нервно спросили:

- Что случилось с третьим братом и четвёртым братом? Почему бы вам не рассказать? Почему вы прячете эти вещи от своих младших братьев и сестёр...?

«Почему? Вы думаете, мы хотим скрыть что-то от вас...? Вы спрашиваете у нас ответы, но кого мы спросим?».

«Чёрт! Он ведь не предаст нас, братьев, верно?», - мысли обоих братьев становились всё более запутанными в тот момент.

Высокий Журавль был подавлен. Он не мог не опустить глаза, когда он говорил:

- Ваше беспокойство не стоит пердежа! Этот человек – высококлассный эксперт с удивительной культивацией. Его даже можно считать самым сильным мастером в истории рождения! Зачем ему умалять свою репутацию в таком тривиальном вопросе, как забрать у нас Священный плод? В любом случае, вы думаете, мы могли бы сопротивляться, если бы он захотел забрать его у нас силой? Вы должны быть терпеливы, если вы хотите этим воспользоваться. Почему вы торопитесь? Тот мастер сказал, что он закончит это задание в ближайшие три года? Что такое три года для нас, Королей зверей Суань? Да мы можем спать дольше, чем это! Итак, почему бы вам не вести себя как истинные Короли зверей? Занимайтесь своими делами! У нас есть битва, до неё осталось всего два дня!

Большой Медведь поспешно вмешался:

- Вот именно! Глядеть на ваши угрюмые рожи – это такая боль в заднице! Поторопитесь и забудьте! Чего вы ждёте? Просто идите! Поднимите себе настроение! Немногие враги смогут сравниться с вами в недалёком будущем!

Другие Короли зверей Суань остались недовольными и несчастными. Они проклинали тайно в своих сердцах:

«Вы и сами выглядите угрюмыми! Вы думаете, что только вы можете так себя чувствовать? Почему мы не можем чувствовать себя плохо?».

Хотя, они ничего не могли сделать после того, как они посмотрели на серьёзные выражения на лицах своих двух братьев. Затем они ушли в растерянных чувствах. Но перспектива этого прекрасного сна жила в их сердцах.

«Ах, мы сделаем безопасный и плавный прорыв через три года!».

Высокий Журавль говорил правду. Назначенные три года – ничего для этих Королей зверей Суань; это был очень короткий период времени в их глазах. У них был чрезвычайно долгий срок жизни. Они не были бессмертными. Но их жизнь была в десятки раз дольше, чем жизнь обычного человека. Возможно, гораздо больше, чем только в десять раз...!

Глава 344.2. Сбор урожая (часть 2)!

«Три года прождать до продвижения и более долгой жизни...! Это очень выгодно. Как будто небесное мясо упало с неба. Конечно, есть некоторые сомнения, но этот загадочный эксперт заслуживает полного доверия. Кроме того, он показал свое удивительное культивирование. Кроме того, каждый испытал "десятилетний скачок" в своем культивировании, просто приняв эти таблетки... Даже не принять, а хотя бы просто увидеть такую волшебную вещь... никто даже не слышал о чём-то подобном раньше!».

«Эти Даны увеличили наше культивирование на десять лет! Это просто против естественного порядка вещей! Что может быть невозможно для этого загадочного человека?».

Поэтому было естественно, что у Высокого Журавля и Большого Медведя не было никаких опасений в отношении таинственного человека. Более того, Цзюнь Мосе никогда не собирался отказываться от этой сделки.

Это была хоть и случайная, но очень выгодная возможность для него. Разве они не должны ему большую услугу, если им всем удастся благополучно пройти через свои узкие места?

«Разве это не означает, что я получу много мощных головорезов бесплатно? Более того, каждый из них будет воином высшего уровня! Ах…», - юный Мастер Цзюнь чувствовал себя свободным от беспокойства... и приятным с этим сокровищем в руках. Всё его путешествие было приятным и полным сюрпризов…

«Этот лес Тянь Фа – сам как одно большое сокровище! Это меня очень радует! Я не смог найти ни одного из этих ингредиентов в городе Тянсян! Мои усилия не увенчались успехом, даже когда я так кропотливо обыскал все места по пути, прикладывая всю свою силу. Но я могу найти здесь всё, что угодно! Никакой ингредиент не редкий здесь. Я могу найти всё, что захочу... пока я серьёзно его ищу. И, их тоже нет в небольшом количестве... их количество здесь огромно!».

«И, похоже, никто никогда не собирал ни одного из них!».

«Это здорово! Это действительно здорово!».

«Есть так много ингредиентов для пика девятого уровня Данов! Трёхцветный Духовный Гриб, Небесная Звёздная Трава, Корень Девятого Уровня Суань. Я уже наткнулся на эти три травы. Они немногие из самых редких трав всех времён, и не могут легко быть найдены. На самом деле, я нашёл Небесную Звёздную траву! Да это второй по редкости ингредиент после фрукта тысячи зол и десяти тысяч ядов! И, таких полезных растений легендарного класса на самом деле здесь существует в изобилии!».

Это стало для него огромным сюрпризом!

Цзюнь Мосе чувствовал тепло внутри. Он продолжал использовать Побег Инь Ян, когда он углубился в лес. Он видел много редких ингредиентов, и сохранял их все внутри Пагоды Хунцзюнь. Но он не зашёл слишком далеко, когда начал чувствовать, что что-то не так...

Это было потому, что здесь не было никаких следов вообще каких-либо зверей Суань в области, которая лежала перед ним. В небе не было птиц. И земля была настолько чистой, что на ней не было видно даже муравья. Что было действительно неразумно – так это то, что он не чувствовал даже половины червяка в земле.

«Это место слишком тихое и безлюдное!».

«Не говорите мне, что здесь есть ещё один плод тысячи зол и десяти тысяч ядов?!».

Цзюнь Мосе огляделся вокруг, осмотрев цветы и деревья. Они все были очень пышными. Он распространил Искусство разблокировки Небесной удачи и вдохнул воздух. Он был свежим, и в нём не было никакого яда. Кроме того, там было духовная энергия. И, что было удивительно – в изобилии.

«Этот район такой оживлённый. Но почему здесь нет ни одного следа какого-либо зверя...?».

«Это очень странно!».

Цзюнь Мосе осторожно шагнул вперёд, а затем вошёл внутрь области. Деревья и цветы становились всё более пышными. Но, не было никакого звука движения, дыхания... так же, как и раньше. Воздух тоже становился всё более свежим и приятным.

Цзюнь Мосе, наконец, остановил Побег Инь Ян и показал себя. Он огляделся, когда шёл вперёд, а затем вдохнул полные лёгкие чистого, свежего воздуха. Там были ярко-фиолетовые и красные цветы вокруг него. Стояла поздняя осень. Но, всё ещё казалось очень пышным в этом районе. На это место, казалось, не влияли никакие сезоны. Растительность была ещё чрезвычайно пышной…

Это было чрезвычайно красиво. Затем Цзюнь Мосе вдруг почувствовал тонкое ощущение. Как будто его разум стал непостоянным и нетерпеливым в этом мире. Все стихло в мгновение ока.

Вокруг стало так тихо, что это заставило его упиваться тишиной. Это заставило ум чувствовать себя непринуждённо и позволило ему чувствовать, что его душа была очищена…

Земля, на которую Цзюнь Мосе только что наступил, была словно шёлк... как луговая трава. Она тихо шуршала, когда парень двигался вперед. Он чувствовал, будто ходит по сказочной стране. Мириады проблем, которые засоряли его разум, исчезли, и он чувствовал, что его разум опустел... как будто он ходил во сне.

Цзюнь Мосе шёл так, словно он был без сознания. Затем он невольно подошёл к одинокому дереву и сел под ним. И он сделал это чрезвычайно мягкими движениями; как будто он боялся, что любой шум или резкое движения испортят спокойствие его ума.

Молодой человек остался спокойно сидеть. В его глазах появилось недоумение, когда он подпёр рукой подбородок и стал смотреть вперёд. Он не мог видеть должным образом. Казалось, что область была покрыта туманом... или он был пьян…

Боевые действия наполняли его душу долгое время. Но сейчас они, казалось, начали ускользать из его тела, словно кровь из разрезанных вен. Его охватило таинственное чувство. Потом он почувствовал разочарование... как будто мясник отбросил свой нож. Молодой мастер тогда чувствовал себя в стороне... как будто он превратился в Будду…

Маленький цветок вращался в воздухе, падая вниз с дерева. Он молча упал на его плечи, но молодой человек даже не шелохнулся из-за шквала эмоций, которые его охватили. Был лёгкий ветерок.

Казалось, что уже прошли века. Но также казалось, что все это произошло в короткий момент…

- Бутон цветка стремительно падает на одинокого человека, – Цзюнь Мосе слегка вздохнул и поднял голову. Затем он прикрыл глаза, чтобы посмотреть на живописный пейзаж. Он глубоко вздохнул:

- Это так красиво, что даже такой пропитанный кровью убийца, как я, чувствует себя приподнятым и отстранённым в своем уединении!

Цзюнь Мосе неохотно оглядел окрестности. Его разум раскрылся. Он усмехнулся и заговорил в насмешке над собой:

- Пребывание в этом спокойствии всего на один день может быть величайшим удовольствием жизни. Но такой элегантный рай не подходит для такого убийцы, как я...

Его силуэт вспорхнул в небо, не касаясь влажной и мягкой травы внизу. Цзюнь Мосе еще немного насладился мягким бризом, а потом внезапно бросился вперёд.

Впереди был густой лес. На самом деле между ними даже не было никакого расстояния. Возможно, им были сотни... а может, тысячи лет. Казалось, что все эти деревья растут из одного и того же места. Они, казалось, ограждали что-то от окружающей среды…

- Как кто-то может жить в таком месте? – убийце Цзюнь стало любопытно. Но он обладал осторожностью убийцы. Поэтому он инициировал Побег Инь Ян.

- Мои Небеса! Какое прекрасное место!

Там была небольшая долина за стеной этих плотно стоящих деревьев! Казалось, что это место было создано небесами. На самом деле, это место было чрезвычайно шокирующим и удивительным!

Всплеск слабого и чудесного аромата исходил от цветов, спрятанных от его зрения. Этот запах ударил по носу Цзюнь Мосе, и он не мог не раздуть ноздри, чтобы вдохнуть его. Он внезапно почувствовал всплеск чрезвычайного комфорта, и его дух поднялся. Он следовал за запахом и не зашёл далеко, когда увидел что-то. Это заставило его хотеть кричать, и, в конце концов, ему пришлось прикрыть рот рукой…

Перед ним было массивное и толстое дерево. Оно росло на гравии. Однако гравий был трёх ярких цветов – золотой, красный и белый. Эти три цвета блестели так великолепно, что у Цзюнь Мосе перехватило дыхание.

Оказалось, что там росло сокровище — трёхцветные грибы. Более того, их было только семь или восемь под одним только стволом этого дерева... несколько росли в каждом укромном уголке. А вокруг можно было найти множество других редких трав…

«Я не сплю, верно?» .

Цзюнь Мосе внезапно охватило большое чувство счастья. Он хотел эти грибы в течение длительного времени. Он мог подняться на третий уровень и усовершенствовать Очищающий Мозг Дан. Он не сумел найти десять ингредиентов в городе Тянсян... несмотря на его тщательные поиски. Но он собрал ингредиенты даже выше уровнем всего за одну ночь после того, как он ступил внутрь этого леса. Более того... он собрал их кучами!

Цзюнь Мосе был очень подавлен некоторое время назад. Он мог совершить прорыв. Но у него не было лекарства, которое могло бы дополнить его. Это вызывало у него огромную головную боль. Он никогда не думал, что эти вещи будут расти, как капуста на ферме, когда он выезжал в Тянь Фа. Но потом он нашёл это непостижимое и загадочное место!

«Это действительно необъяснимо! Неизвестно, сколько ещё редких и удивительных сокровищ можно найти в этом огромном лесу Тянь Фа. Это будет равносильно огромной силе в будущем!».

Глава 344.3. Сбор урожая (часть 3)!

Цзюнь Мосе с радостью шагнул вперёд. Затем он начал вырывать эти травы так быстро, как только мог. Молодой мастер Цзюнь выбрал огромное количество трав. Но он колебался, когда только последние два ствола дерева остались обременёнными этим сокровищем. И, в конце концов, он решил этого не делать.

«Ты не можешь зарабатывать на жизнь в охоте, если ты сожжёшь лес! Слишком много хорошо – тоже нехорошо!», - Цзюнь Мосе не проявил бы никаких колебаний, когда дело дошло до уничтожения чего-то вплоть до его первопричины. Тем не менее, молодой мастер Цзюнь обнаружил, что пребывает в «соответствующем поведении» внутри этой небесной обители.

«Слишком много всего никогда не удовлетворит никого!».

Цзюнь Мосе огляделся вокруг и был поражён, обнаружив, что естественная «база культивации» была несколько скрыта в объятиях этого дерева. И можно найти каждый вид драгоценного ингредиента в подлеске…

«Это и есть источник того духовного влияния?».

Цзюнь Мосе испытывал опасения и с большой осторожностью оглядывался по сторонам.

Можно было бы найти пещеру, если бы он обошёл деревья. Но были деревья, которые наклонились вперёд, чтобы закрыть вход в пещеру. На самом деле, он был убеждён, что даже ветер и дождь не смогут повлиять на область внутри этой пещеры.

«Эта пещера должна быть необычайно сухой!».

Затем молодой Мастер Цзюнь услышал очень слабый звук из входа в пещеру.

«Не говорите мне... кто-то на самом деле живёт здесь? Но моё духовное чувство не обнаружило в этой области никаких аномалий...», - Цзюнь Мосе внезапно стал бдительным. Он быстро инициировал Побег Инь Ян и бросился внутрь пещеры в состоянии невидимости…

Он пошёл вперёд и посмотрел внутрь пещеры. Его рот сразу же открылся от удивления и стал похож на идеально написанную букву «О».

Что-то, чего он никогда не мог ожидать, появилось на его глазах. Он думал, что это место очень скрытное. Он ожидал, что даже птица не сможет попасть сюда. Итак, он, естественно, предположил, что это место будет обителью какого-то большого босса! Или... что это было, по крайней мере, обиталищем Короля зверей Суань в человеческом облике…

Только такие таланты и сила заслуживают такого окружения.

Однако то, что предстало перед ним... Это была голая комната из холодного камня. На самом деле, здесь даже не было кровати. Это достойно было называться «свалкой». В центре пола лежала чёрная одежда. Она лежала, как выброшенный мусор. На самом деле, это даже нельзя было назвать «чёрной одеждой» из стандартов Цзюнь Мосе. Это было больше похоже на массивный кусок чёрной ткани. Он чувствовал, что даже слон будет выглядеть стройным в этом «платье». А что касается человека... ткань покроет любого человека во всей их полноте... даже если её сложить несколько раз…

На чёрной ткани было небольшое пятно крови. Неизвестно откуда оно здесь взялось. Едва живое и крошечное белое животное лежало поверх этой чёрной ткани. Цзюнь Мосе быстро взглянул на это животное. На первый взгляд оно выглядело почти как Малыш Белыш…

Однако он посмотрел более внимательно, и понял, что это маленькое существо не Малыш Белыш. Зверь перед ним был размером с половину руки человека. Его тело было полностью белым и нигде не было меха. Но это белое существо выглядело очень элегантно…

Хрупкая животинка посмотрела на Цзюнь Мосе, когда он появился перед ней. Однако в его глазах не было ни единого следа страха. Он просто повернулся, чтобы посмотреть на него глазами, которые были наполнены спокойствием, ясностью и даже неописуемым чувством высокомерия…

Затем крошечное существо, казалось, смирилось с чем-то и опустило голову. Оно внезапно стало таким тихим, что казалось, что жизнь и смерть больше не имеют смысла в его глазах. Однако это маленькое тело было скручено настолько беспомощно на этой чёрной хламиде, что его вид мог вызвать сильное чувство нежности в сердце.

Цзюнь Мосе ничего не имел против животных. Но по характеру он никогда не был человеком, который любил бы домашних животных. Он не очень-то любил и Малыша Белыша. Но он внезапно почувствовал сильное желание защитить маленькое существо, которое лежало перед ним.

И это было фантастическое чувство…

- Бедняжка, тебе больно? – Цзюнь Мосе спросил настолько нежным голосом, что сам удивился. Он мягко сел рядом, глядя на крошечного зверя.

Зверёк равнодушно опустил голову. Он казался незаинтересованным ни в чём. Было неясно, мог ли он понимать слова, которые говорил молодой мастер Цзюнь... или просто игнорировал их с самого начала…

Цзюнь Мосе видел ленивый и восхитительный маньеризм этого существа и вдруг вспомнил, почему Дугу Сяо И пришла к Тянь Фа. Она хотела поохотиться на Снежного Хорька. Затем она хотела использовать его кожу, чтобы сделать пояс, который её дед мог бы носить на своей болящей пояснице.

Это маленькое существо выглядело точь-в-точь, как легендарный и громовой зверь Суань — Снежный Хорёк — судя по всему.

Тем не менее, Цзюнь Мосе не смог обнаружить даже малейшего следа ауры, похожей на Суань... несмотря на тщательный осмотр. Поэтому, очевидно, это был не Снежный Хорёк восьмого уровня... или кто-либо из его рода. На самом деле, это может быть даже не зверь Суань, если начать сначала!

«Может ли это быть действительно обычным крошечным хорьком? Но почему он выглядит так красиво?».

Затем Цзюнь Мосе медленно протянул руку и слегка прикоснулся к маленькому существу. Тем не менее, существо лежало, опустив голову... так же, как и раньше. Существо было неподвижным, но его тело стало жёстким.

- Я знаю, что ты боишься, малыш! – Цзюнь Мосе улыбнулся. – Не волнуйся, я хороший человек... очень хороший человек. Пойдем, забавная штука... я проверю твою рану. Я дам тебе вкусное лекарство!

Хороший человек?… Это был первый раз, когда Цзюнь Мосе называл себя «хорошим человеком» в объединенных временных рамках его двух жизней до сих пор...

Однако он был действительно хорошим человеком в глазах этого маленького белого существа…

Он обвел свою энергию вокруг маленького существа, которое он теперь держал на руках, и немного осмотрел его…

Однако было кое-что, что Цзюнь Мосе не смог заметить. Он держал тварь в руках едва ли секунду, когда её уши внезапно встали торчком. Затем она открыла глаза, довольно широко. На самом деле, резкий блеск возник в глубине ее глаз. Но затем зверёк почувствовал чудесную Ци, которая исходила из тела молодого мастера Цзюнь. Секунду он продолжал тупо пялиться не него. На самом деле, сначала он выглядел крайне запутанным. Но вскоре он медленно закрыл глаза…

Цзюнь Мосе щёлкнул языком:

- Я не знаю, как ты получила эту травму, маленькая хреновинка. Но она очень, очень паршиво выглядит. Твои меридианы похожи на столетнюю кору, они хрупкие и полны трещин. Они сломаются в тот момент, когда ты сделаешь хоть какое-то движение... но тебе повезло, что ты встретила меня... чьи-то руки были бы связаны, даже если бы они хотели помочь тебе. Однако я редко отказываюсь от шанса сделать доброе дело!

Он медленно выпустил плотную и чистую ауру, которую он накопил на своей ладони, пока говорил.

Освежающая и чистая энергия текла в маленькое существо, как бурлящий поток. Затем она вошла в его меридианы. Эта чистейшая аура усиливала его дух. И тогда невыразимая боль, которую чувствовал зверёк, была значительно уменьшена, поскольку аура продолжала течь в меридианы. Вместо этого он почувствовал несравненный комфорт, на самом деле, он даже хотел застонать…

Аура медленно выпрямила почти сломанные меридианы. Это было сродни высшей целебной медицине того времени. Раны постепенно зажили, и стало немного лучше. Вскоре меридианы были зафиксированы достаточно, чтобы в них не осталось трещин.

- Итак, как ты пострадал от такого Укуса Дьявола? Это Укус Дьявола высокого уровня. На самом деле, от такого Укуса Дьявола может пострадать только человек с уровнем Ци Великого Мастера. Только кто-то с огромным количеством Ци мог сделать это. Как такая маленькая хреновина, как ты, могла сделать такой большой шум? Моё предположение неверно? Это ты корень этих проблем? Разве ты не была бы какой-то большой шишкой Тянь Фа, если бы это было так... возможно, даже Властелином Тянь Фа? – Цзюнь Мосе рассмеялся. Это казалось забавным, даже когда он просто сказал это. И вот, он рассмеялся.

Маленькое существо повернулось, чтобы посмотреть на него, и его глаза показали презрение.

- Ты не уверен, малыш? Разве я не был бы ультра-супер-мастером, если бы ты был верховным Властелином Тянь Фа? Я могу убить тебя в любую секунду с тех пор, как ты в моей руке. Но, очевидно, я никогда не причиню вреда такой прелестной мелочи, как ты... – Цзюнь Мосе посмотрел на него, и его выражение очень резко изменилось. Он не мог не улыбнуться, двинув рукой, и слегка прикоснулся к нежному носу маленькой штуковины.

Легкий шум вышел из горла существа, и в его глазах появилось смущение.

Молодой мастер продолжал дразнить маленького зверя, пока исцелял его. Неизвестно, как долго это продолжалось. Возможно, это было короткое время... или, возможно, продолжалось в течение длительного времени.

Глава 345.1. Крайне Мерзко (часть 1)!

- О? Ты чувствуешь себя неловко, малыш? – Цзюнь Мосе использовал чистую ауру Пагоды Хунцзюнь и, в конце концов, исправил всю полноту повреждённых меридианов маленького существа. Он испустил расслабленный вздох, когда он говорил, продолжая поддразнивать зверька. И затем, он слегка похлопал по спине существа.

Маленький зверёк задрожал после того, как его отшлёпали. Это было похоже на удар молнии. Он пытался бороться, но Цзюнь Мосе держал его довольно сильно.

- Травмы – это нормально. Но будет лучше, если ты не будешь вмешиваться в это. Это может вернуться к первоначальному, повреждённому состоянию, если ты это сделаешь, – Цзюнь Мосе говорил, продолжая гладить спинку. Затем он слегка ударил её... только чтобы обнаружить, что она была чрезвычайно мягкой и эластичной. Казалось, что в ней нет костей. Он чувствовал себя очень хорошо, и он не мог не продолжать разминать её.

- В любом случае, ты не можешь понять ни единого слова из того, что я говорю... – невинная улыбка появилась на лице Цзюнь Мосе. Он улыбнулся и поднял брови. Он даже не заметил, что глаза маленького существа были полны смущения, а потом наполнились стыдом.

- О? – Цзюнь Мосе был слишком сосредоточен на поглаживании зверька. Внезапно ему пришла в голову мысль:

- Ах, ты кажешься таким смущённым. Ты ведь не женщина, правда?

Маленькое существо начало сильно дрожать. Его глаза широко раскрылись. Этот зверёк вдруг стал красным. Его короткие и белые волосы также покраснели. Затем его тело стало очень жёстким, оно вообще не двигалось…

- Женщина... ты женщина, а я большой мужчина. Но я не буду тебя насиловать. Итак, чего ты боишься? – Цзюнь Мосе поддразнивал её и дальше.

Маленькое существо испустило странный крик. Он не вернулся в своё состояние прежнего превосходства, так как ему нужно было больше времени, чтобы полностью исцелиться. Но этот мерзкий и противный человек перед его глазами делал его больным с головы до ног. Он дёргался и содрогался... почти как будто страдал от малярии. Затем он вытянулся и открыл глаза широко... так широко, как их можно было открыть. Затем он наклонил голову под кривым углом и упал в обморок…

- Чёрт! Ты даже столько терпеть не мог? Я только прикоснулся к тебе слегка, и всё же у тебя такая сильная реакция... это было твоё слабое место? – Цзюнь Мосе заговорил в недоумении, когда он схватил голову существа, чтобы осмотреть её с недоумением на лице.

И на этот раз...

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, что его накрыло что-то высокое, мощное и острое. Он мог только содрогаться из-за ледяного чувства, волосы на его затылке встали дыбом. Он отреагировал так из-за убийственной ауры, которая внезапно разошлась по окрестностям. И эта убийственная аура была чрезвычайно грозной. Это было самое сильное желание убивать, которое он испытывал в своей жизни. Его называли «королём зла» в прошлой жизни, но его убийственная аура была омрачена этой холодной и убийственной. Он был сведён к простому неизвестному эксперту перед этой аурой. На самом деле, он чувствовал себя так же, как короткая травинка должна чувствовать себя перед большим деревом. Нет абсолютно никакого сравнения между владельцами этих двух аур.

Это была очень разрушительная убийственная аура.

У него даже не было достаточно времени, чтобы определить точку, откуда в ту секунду исходила холодная убийственная аура. Но он почувствовал, что был заключён в ней! Как будто он попал в холодную пещеру без выхода!

Он чувствовал, что не может избежать этого... независимо от того, что он сделал.

Цзюнь Мосе покрылся холодным потом на некоторое время. Эта аура была настолько острой, огромной и пугающей, что могла проникнуть в тело человека. Настолько... что даже сама его душа станет жёсткой и вялой.

«Есть такая ужасающая и огромная сила в глубинах этого леса!», - Цзюнь Мосе мгновенно стал сожалеть о своей беспечности. «На этот раз я был слишком небрежен...».

Цзюнь Мосе видел и сталкивался со многими экспертами с тех пор, как он пришёл в этот мир. Однако даже убийственная аура эксперта Суань Духа будет считаться ничем по сравнению с тем, с чем он столкнулся в этот момент. Даже Великий Мастер Ли Ю Тянь не сможет сравниться с этим…

Эта убийственная аура была достаточно сильна и ужасна, чтобы превзойти воображение молодого мастера!

«Возможно, это имеет смысл. В этом месте было так много небесных трав! Таким образом, было бы нелогично оставлять эти небесные травы, лежащие вокруг, без мощного хранителя, чтобы защитить их…».

Подсознание Цзюнь Мосе кричало, чтобы он убежал в Пагоду Хунцзюнь и укрылся от этой страшной ауры. Он знал, что не сможет справиться с чем-то таким пугающим и мощным. Он не смог бы избежать этой ауры, даже если бы он был на пике своей предыдущей жизни. Так что говорить о его нынешнем состоянии было еще бесполезнее. Цзюнь Мосе даже не мог придумать средства, чтобы справиться с этой мощной аурой, если её владелец должен был нацелить её на него.

«Какая разрушающая землю убийственная аура исходит от этого человека? Я не могу ни бороться с этим... ни избегать этого!».

Однако пугающая аура исчезла как раз тогда, когда Цзюнь Мосе начал думать о том, чтобы совершить побег. На самом деле, эта аура исчезла без следа... или каких-либо предварительных признаков этого. Её исчезновение было непостижимой тайной…

Она исчезла так же внезапно, как и началась. Теперь небеса и земля восстановились в первоначальном состоянии.

- Это было близко! – Цзюнь Мосе задыхался. Но у него всё ещё оставался страх. Итак, он связал свое духовное чувство с Пагодой Хунцзюнь. Затем, смесь ауры из Пагоды Хунцзюнь и его собственного духовного чувства распространилась далеко и широко. Он смотрел повсюду, но ничего необычного не обнаружил.

- Это очень странно! – Цзюнь Мосе нахмурился, всё ещё держа в руках маленькое существо. Следует отметить, что врожденное духовное чувство Цзюнь Мосе было довольно сильным, даже если бы его сила не была такой высокой. На самом деле, он был ни в чем не слабее, чем эксперт Суань Духа. Более того, аура Пагоды Хунцзюнь и его врождённое духовное чувство сформировали огромную комбинацию. И, это увеличило эффективную силу во много раз. Но существо в его объятиях было высшим существом. Оно было чрезвычайно сильным. На самом деле, это был самый сильный, с кем молодой мастер Цзюнь столкнулся с тех пор, как он пришёл в этот мир. И это был владелец этой убийственной ауры. Духовная сила Цзюнь Мосе была сильной, но он не смог бы обнаружить ауру противоположной стороны, если бы он решил скрыть её. Цзюнь Мосе рискнул и начал искать личность этого таинственного мастера. Но он снова обнаружил, что этот район покинут; вокруг никого не было.

Он даже не заметил, что эта мелочь на его руках проснулась. Её большие и красивые глаза были широко открыты. Но в них были сложное выражение. Выражение в его глазах выглядело непредсказуемым, но показало слабый, но люто зловещий блеск.

Выражение в его глазах было размыто. Иногда возмущение, иногда смущение. В них иногда появлялся убийственный взгляд. И время от времени выглядело озадаченным... эта маленькая штука скрывала много сложных выражений в её глазах. Любой человек нашёл бы это странным. Но Цзюнь Мосе не обратил на это внимания из-за появления и исчезновения этой невообразимой убийственной ауры.

Молодой мастер Цзюнь провёл обыск каждого места... за исключением его собственных рук. Это маленькое существо выглядело как безобидное животное. Тем не менее, тёмный свет, который светился в его глазах, был тем, чего Цзюнь Мосе должен был бояться больше всего…

Бесспорный и сильный мастер!

- Ха-ха! Ты проснулась, маленькая штучка! Ты проснулась, но даже не подумала сообщить мне об этом! Тебя надо отшлепать за это! Эй, кстати, ты не голоден? – Цзюнь Мосе предполагал, что мастер с убийственной аурой исчез и не представлял угрозы для него в настоящее время. Итак, он расслабился. Затем он оживился и опустил голову, чтобы посмотреть на маленького зверька. Именно тогда он заметил, что маленькое существо открыло глаза, и смотрело на него. Молодой мастер Цзюнь не мог не рассмеяться и слегка упрекнуть зверька, увидев это.

Маленькое существо снова плотно закрыло глаза.

- Ты всё ещё в плохом настроении? Ты ведешь себя так, хотя я ещё и не прикоснулся к твоей заднице? Я ведь собирался тебя отшлёпать!

Цзюнь Мосе произнёс это предложение с презрением, а затем скрутил губы. После этого он со звонким шлепком ударил этого маленького зверька по заднице ладонью руки. Затем он начал снова гладить и мять зверька, и на его лице появилось наслаждение.

- Это чувство... я действительно не могу смириться с этим! Боже, ты идёшь со мной... хорошо, мелкая штучка? Я буду давать тебе вкусную еду каждый день. Остальные не будут получать такое лечение. Я даже ничего не буду просить взамен. Я буду только тереть твои маленькие ягодицы каждый день.

Маленькое существо посмотрело на него с негодованием и стыдом. Этот человек помог исцелить его меридианы во время его жуткого кризиса. Он бы сожрал этого бесстыжего парня целиком, если бы не это.

«Что такого ценного в еде и игре с тобой? Что такого особенного в тебе? Что хорошего, что ты будешь тереть мне задницу каждый день? Твои слова – чистая и полная чушь! Это правда, что ты помог мне сегодня. Но, ты ударил меня по заднице и ещё и развёл такую хрень, что даже мне стыдно, ты, сопляк! Вы только вдумайтесь!».

- Ты всё ещё не хочешь этого? Да как ты смеешь! Ха! Я был так добр к тебе, и ты всё ещё не хочешь пойти со мной? – Цзюнь Мосе с упоением продолжал месить задницу зверька, не подозревая о мыслях того. Затем он вдруг подумал о чём-то и сказал:

- Ты же женщина, верно? Это означает, что тебе придётся кормить грудью, когда у тебя будут дети, да? Но я не вижу... эмм... оборудования. Потому что они слишком маленькие? Думаешь, мои глаза недостаточно острые? Почему я ничего не вижу?

Маленький зверь быстро понял, что он сказал. Он быстро открыл глаза, чтобы посмотреть на ненавистное отродье, повернув своё стройное тело вокруг. Затем он повернул к нему его стройный живот... как будто он что-то показывал…

Глава 345.2. Крайне Мерзко (часть 2)!

- Тюю, того, что у тебя есть, слишком мало. Они такие же большие, как горошины. Твоим детям придётся пережить страшный голод... – Цзюнь Мосе улыбнулся, когда обнаружил свою следующую цель. Затем он протянул палец и пощупал их. Затем он потёр и ущипнул её.

Ноги крошечного существа внезапно подкосились. Он покраснел. После этого он издал плачущий стон странным голосом. Затем он наклонил голову и снова упал в обморок…

Упасть в обморок из-за гнева и смущения... уже дважды. Этот другой человек был слишком большим извращенцем…

Крошечное существо нашло себя в руках человека к тому времени, когда оно очнулось; на самом деле, оно довольно неловко висело в воздухе…

Цзюнь Мосе в данный момент почувствовал желание сходить по-маленькому. Тем не менее, он не хотел положить маленькую вещь вниз, так как он чувствовал себя очень комфортно и замечательно. Более того, эта мелочь может ускользнуть, если он положит его. Итак, он повесил маленькую вещь и пошёл искать угол, чтобы облегчить свой мочевой пузырь…

Молодой человек поднял своё платье, расстегнул брюки и позволил им немного соскользнуть. Он спустил трусы на ноги и показал несколько волосатые бедра. После этого, гениталии появились... случайно... прямо перед глазами маленького существа. В любом случае, у него не было никаких сомнений, что он может делать это перед маленьким существом. Разве люди не мочатся перед своими домашними животными, собаками, например? Поэтому Цзюнь Мосе не задумывался об этом. Затем яркая и блестящая линия «воды» вырвалась с плеском. Она блестела радостно и шумно. И, молодой человек чувствовал себя очень расслабленным в результате этого…

Маленькое существо, которое висело в руке этого юнца, никогда не могло представить, что этот человек бесстыдно расстегнёт свои штаны. Существо издало смущенный хнык, и закрыло свои красивые большие глаза своими лапками.

Цзюнь Мосе увидел эту реакцию и дико рассмеялся. Он закончил своё дело и потряс... своим «делом». Но он не затягивал ремень. После этого он начал действовать ещё наглее, и он раздвинул лапы этой штучки своими руками. Глаза маленькой штуковины были открыты, и эта огромная «штука» снова появилась перед ней. На самом деле, эта «вещь» была настолько близка к ней, что она почти коснулась её. Маленькое существо визжало, как птица, когда всё его тело покраснело, и оно закрыло глаза. Его две лапы вытянулись вперед, несмотря ни на что. И, они двигались вперёд с намерением разорвать эту «вещь» молодого мастера в клочья…

Цзюнь Мосе закричал и быстро поднял маленькое существо вверх со свистящим звуком. Затем он снова приблизил эту вещь к зверьку, как только оно открыло глаза, и сказал с чувством презрения в голосе:

- Видишь это? Чувствуешь себя неполноценным? Ха-ха-ха!

У этой крошечной штуки было горе и возмущение написано на морде. Она посмотрела на Цзюнь Мосе со стыдом в глазах. И слёзы начали стекать с её мордочки. Это было так больно, что она больше не хотела жить. Это было ужасно, и казалось, что её разум опустел.

«Это так позорно... пожалуйста, позвольте мне умереть... Я больше не хочу жить…».

Молодой мастер действовал в очень тиранической манере. Он напевал и натянул штаны. Но маленькое существо продолжало бороться в его руках. После того, как он закончил застёгивать, он стал угрожать зверьку:

- Прекрати это, или я запихну тебя в свои штаны!

«Засунуть меня в штаны?», - маленькая вещь мгновенно застыла, когда услышала его слова. Она даже не посмела двигаться. «Я могу совершить самоубийство из стыда, если он засунет меня туда... но надо мной всё равно будут смеяться ещё десять тысяч лет!».

«Только посмотрите на этого парня; он ведёт себя так бесстыдно! Чего ещё он не сделал?».

«Это самый унизительный день в моей жизни! Этот маленький сопляк мерзок до несказанной степени. Он чрезвычайно злой и бесстыдный…».

Цзюнь Мосе положил маленькое существо на небольшой камень и крикнул своей «жертве», направляясь к выходу:

- Если я оставлю тебя здесь, всё будет в порядке? Я хочу собрать тебе кое-какие травы, но я вернусь, чтобы забрать тебя. Тогда мы пойдём.

Но затем он вернулся в следующий момент и схватил маленькое существо. Затем он потер и отшлепал его задницу ещё несколько раз, смеясь.

- Это действительно здорово! Я просто зависим от этого! Не убегай, я скоро! – затем он повернулся и ушёл.

«Не бежать? Да ты уничтожишь меня, когда вернёшься!», - маленькое существо взглянуло на спину Цзюнь Мосе с чистой ненавистью. «Бесстыдный ублюдок! Я уверена, что это ты украл Священный плод моего Тянь Фа. И теперь ты пришёл сюда, чтобы унизить меня! Помощь этого ублюдка была великолепна для меня. Но я... я никогда не забуду этого ни в коем случае!».

«Однажды я заставлю тебя рыдать, сволочь... так же, как я сегодня! И тогда ты больше не пожелаешь жить! Ты захочешь умереть, но я не позволю тебе! Во-первых, я поджарю твою штуку на медленном огне! А потом я разорву его за то, что ты напугал меня так!».

Маленький зверёк плакал от обиды и стыда. Затем он развернулся и вернулся в пещеру. Затем он активировал какой-то неизвестный механизм, который был скрыт внутри комнаты, и исчез.

«Прошло сотни лет с тех пор, как я родилась... и я забыла, каково это – плакать. Но, я выплакала столько слёз унижения сегодня... я просто не могу этого вынести!».

«Это не займёт у меня больше дня, чтобы я полностью выздоровела. Эта скорость выздоровления стала возможной благодаря помощи этого отродья... но... но... я должна отомстить!».

«Я помню твой запах! Я помню твоё лицо! Не волнуйся, я найду тебя! Я найду тебя, независимо от того, куда ты сбежишь на этом континенте! Человек, который может избежать моего гнева, не появлялся на этом континенте сотни лет! ХА!».

«Ты отвратительный сопляк! Ты бесстыдный кусок дерьма! Попомнишь меня, ублюдок!».

Цзюнь Мосе. в конце концов, закончил сбор достаточного количества ингредиентов. На самом деле, он почти вычистил район. Он был в счастливом и удовлетворённом настроении... как будто возвращался из счастливого путешествия. Он был чрезвычайно доволен своими достижениями и чувствовал себя расслабленным. Но затем он был внезапно ослеплён в тот момент, когда он вернулся в пещеру.

Чёрное платье по-прежнему было там, внутри пещеры. Но очаровательного маленького существа не было. Он бесследно исчез.

- Твою мать! Куда делась эта штучка? Почему она убежала, когда я сказал ей не делать этого? – Цзюнь Мосе почувствовал редкое чувство негодования. – Я вылечил твои травмы, и так тебя развеселил! Но ты забыла, что должна мне, и сбежала! Ты неблагодарная хреновина!

Молодой мастер Цзюнь не хотел сдаваться. Он тщательно обыскал внутри пещеры, чтобы увидеть, куда сбежало это неблагодарное существо…

- Обещаю, что никогда больше не буду так мять твою крошечную задницу, как только найду тебя! – Цзюнь Мосе с ненавистью выдавил из себя. Он чувствовал себя очень возмущённым. Он хотел взять эту маленькую зверушку с собой... чтобы он мог регулярно дразнить её. Кроме того, он хотел взять это невероятно крошечное и очаровательное существо в свой дом, чтобы оно могло также осчастливить Гуан Квинхан.

Тем не менее, это были мысли человека, который посчитал своих кур до того, как они вылупились. Это превратилось в бесплодные усилия.

«Не выпендривайся! Просто подожди! Мы ещё встретимся в следующий раз. Я преподам тебе урок! Да!».

Цзюнь Мосе проклинал её снова и снова. Но он также думал и о Пагоде Хунцзюнь. Он думал о целом слое, наполненном легендарными сокровищами, которые он собрал. Это сделало его очень счастливым. Эта поездка в Тянь Фа была обогащающей и прибыльной. На самом деле, прибыль далеко превзошла его воображение.

Цзюнь Мосе остался доволен. Он вздохнул, и его тело внезапно поднялось в воздух, прежде чем он исчез. Он уже инициировал Побег Инь Ян и двигался невидимым по лесу в сторону своего пункта назначения — Южного Небесного Города.

«Остался только один важный ингредиент... корень девяти уровней Суань!».

Культивирование дедушки Цзюнь будет дополнительно увеличено до уровня Суань Духа после того, как он найдёт этот корень девяти уровней Суань. На самом деле, не просто Суань Духа! Он будет на пике второго уровня Суань Духа всего за один увлекательный шаг!

«Культивирование дедушки отсутствует по отношению к миру в целом. Но он – один из лучших в городе Тянсян... возможно, даже во всей Империи. Император Тянсян мог подумать о том, чтобы иметь дело с семьей Цзюнь, несмотря на её военное мастерство, но он не думал бы о том, чтобы возиться с экспертом Духа Суань, не опасаясь последствий!».

«Никто не может легко относиться к такому. Даже Император страны не исключение! Эксперт Духа Суань, как враг, может быть равнозначен океану трупов и крови!».

Затем, Цзюнь Мосе успокоил своё сердце и сосредоточился на решении ситуации своего третьего дяди.

Город Серебряной Метели... он не мог вырезать всю семью Сяо какое-то время. Но ему все равно пришлось встретиться с ситуацией дяди и Хан Янь Яо. Это было величайшее беспокойство, которое охватило сердце его дяди. Это была также самая большая надежда Хан Янь Яо. И Цзюнь Мосе взял на себя помощь этим двоим.

На следующий день Цзюнь Мосе вернулся в Южный Небесный Город. Но уже ночью. Иными словами, он уже провёл целый день и ночь в лесу.

- Куда ты ушёл, сопляк? Почему ты так долго возвращался? – Цзюнь Мосе нарвался на вопрос Цзюнь Вуя, как только вернулся. Три его дяди тоже смотрели на него. И можно было сказать по их глазам, что были готовы избить его до посинения.

Трое мужчин поседели, пока беспокоились за своего драгоценного племянника, так как мальчик пропал на весь день и ночь. Более того, это была территория поместья Сюэху. Итак, Цзюнь Вуй и три брата Донфанг бросились бы в поместье Сюэху... или в Город Серебряной Метели, чтобы искать Цзюнь Мосе, если бы он не вернулся через некоторое время…

- Ну... я только отправился на прогулку. И я не ходил слишком далеко... – Цзюнь Мосе перевёл взгляд со своих четырёх дядей, скользнул подальше в тень, и исчез без следа.

«Я могу только сказать вам, что вчера я пошёл прогуляться в лес. Какая шутка! У меня была очень весёлая и дружеская беседа с семью Королями зверей Суань. И я пришёл к соглашению с ними. Мы единогласно достигли взаимовыгодного соглашения о сотрудничестве…».

Четверо мужчин посмотрели друг на друга.

«Ты пошёл прогуляться? Ты, сопляк, это твой первый раз в этом городе! Ты здесь чужой! И куда же ты отправился на прогулку? И как можно «отправиться на прогулку», которая длится день и ночь?».

«Ты не заходил далеко? Ты мог бы пройти достаточно далеко, чтобы посетить город Тянсян! Ты, сопляк, разве ты не знаешь, что мы, четверо братьев, переживали до смерти?».

Тем не менее, Цзюнь Мосе вернулся, и не хотел обсуждать его местонахождение. В любом случае, он вернулся целым и невредимым. Итак, четверо старших мужчин были не в настроении, чтобы продолжать «расследование». Более того, Цзюнь Вуй знал, что его племянник обладает особыми способностями. В настоящее время они были в Южном Небесном Городе. Но он бы не слишком волновался, если бы его племянник пропал на два-три дня в городе Тянсян...

Глава 346.1. Преследование Ли Тенгюн (часть 1)

Тем не менее, четверо мужчин совсем не поняли, что Цзюнь Мосе и, правда, не заходил очень далеко. Он только отправился в центр леса Тянь Фа для прогулки. И эта прогулка превратилась в коллекцию драгоценных трав, в «растление» маленького существа…

Выражения четырёх человек изменились. Они покачали головой и ушли. Четверо волновались всё это время. Но теперь их сердца были в покое. Битва начнётся на следующий день. Таким образом, ум каждого был занят этим. Они решили отдохнуть. Следующий день должен был быть серьёзным. Именно в этот момент неожиданно пришел солдат с посланием — Ли Тэнгюн из поместья Сюэху пришел «в гости».

Цзюнь Вуй опешил, но пробормотал:

- Пригласить его!

Третий мастер Цзюнь думал о встрече глав семей. Это произошло утром, и Цзюнь Вуй был назначен Верховным Главнокомандующим в решающей битве. То есть... он был выбран в качестве лидера команды, которая должна будет сложить их жизни.

Тем не менее, поместье Сюэху предложило своего третьего мастера в качестве кандидата, чтобы заменить Цзюнь Вуя на должности Верховного Главнокомандующего... как раз в тот момент, когда главы каждой семьи почти достигли решения в этом вопросе; это оставило всех в недоумении.

Так называемый «Верховный Главнокомандующий» не имел бы реальной власти. У него не было бы даже надежды на победу в этой битве. На самом деле, командир будет козлом отпущения в этом поражении, и выйдет только чтобы умереть в этой безнадёжной бойне. Более того, этот человек должен будет защищать свою собственную сторону от навязанных враждебностью заговоров противоборствующих фракций. Поэтому это была действительно тяжёлая и неблагодарная работа. Поэтому никто не мог понять, о чём думал Ли Ю Тянь. Почему он послал третьего мастера из своей семьи — кого-то с культивированием Суань Духа, чтобы заменить козла отпущения, хотя претендент номер один на эту должность – Цзюнь Вуй? Разве это не было бы слишком глупо?

Однако это предложение поступило от высшего мастера коалиции. Так что никто не посмел так легко его опровергнуть. Поэтому окончательное решение по должности Верховного Главнокомандующего было временно отложено. Но выбор командира был бы сделан только среди двух людей – того несчастного третьего мастера поместья Сюэху, и Цзюнь Вуя.

И Ли Тэнгюн предположительно появился, чтобы обсудить этот вопрос.

Могущественные семьи также приняли решение направить в бой некоторых могущественных экспертов в ходе предварительной подготовительной встречи к битве. Сообщники этого зла — усадьба Сюэху и Город Серебряной Метели — не посмели бы отложить эту идею. Весь этот план, чтобы столкнуть Цзюнь Вуя в отчаянную ситуацию, был с самого начала. В конце концов, именно они хотели столкнуть его в эту огненную яму. Так разве весь мир не будет насмехаться над ними, если никто не будет послан с их стороны?

Все знали, что шансы на победу в этой битве были довольно невелики. На самом деле, у них практически не было шансов. Тем не менее, они всё ещё должны были отправить кого-то... даже если бы они посылали этих людей на смерть!

Цзюнь Вуй и семья Донфанг пойдут в битву. Семья Дунму и семья Сиконг будут работать в качестве посредников и связистов. Город Серебряной Метели решил отправить трёх своих старейшин — Третьего, Шестого и Девятого. Два эксперта Суань Неба — Му Сю Тонг и Сяо Хан — также будут сопровождать их вместе с «семью мечами» Города Серебряной Метели. Это было почти семьдесят процентов всей силы, которая прибыла сюда из Города Серебряной Метели. На самом деле, их вклад был не менее щедрым на первый взгляд.

В конце концов, посылать трёх старейшин было бы недостаточно. Семь мечников были наибольшей силой Города Серебряной Метели, но их сила была бы значительно уменьшена, если бы они не были вместе. Значит, им всем придётся пойти. Му Сю Тонг и Сяо Хан были двумя неудачниками. Здесь собралось несколько пиковых экспертов. Таким образом, два эксперта Суань Неба не были слишком сильны.

А вот отправить ещё больше сил будет означать, что они будут в большей безопасности, так как все они могут заботиться друг о друге. Следовательно, они, скорее всего, сумеют не погибнуть... даже если они потерпят поражение в битве. И Город Серебряной Метели не пострадает в результате этого. Однако переход с меньшим количеством рабочей силы может означать просто растрату жизней тех, кто был отправлен в бой…

Что касается остальных специалистов Города Серебряной Метели — Второго, Пятого и Восьмого старейшин — они не пошли бы. Была небольшая вражда между Сяо Бу Ю и семьёй Донфанг. Поэтому он, естественно, не присоединится к остальным. Получилось бы крайне... неловко, если бы внутренний конфликт возник из-за его присутствия…

Сяо Бу Ю был лидером от Города Серебряной Метели в этом задании. И было достаточно зрелым с его стороны, что он принял это решение. Конечно, между ним и семьёй Донфанг было много обид. Однако нынешний кризис может означать, что конец человечества уже близок. Таким образом, было важно действовать против возникновения ссор по старым обидам, учитывая текущий сценарий.

Семьи Дуанму и Сиконг имели дружеские отношения с тремя братьями Донфанг. Итак, они неизменно стояли на стороне семьи Цзюнь, когда увидели, что Вэн Цин стоит рядом с ними.

Поместье Сюэху также решило направить значительные силы. Фактически, они направили более половины своих «сотрудников». Это включало триста экспертов Нефритового Суань, сто экспертов Суань Земли, тридцать экспертов Суань Неба, и пять экспертов Суань Духа. Команда поместья Сюэху была сильнейшей среди собранных сил.

Самой слабой были войска из семьи Байли. Они решили направить двух экспертов Суань Неба вместе с экспертом Нефритового Суань, Байли Лу Юном. Это решение заставило другие семьи втайне с облегчением вздохнуть. Но другие смотрели на них несколько косо...

«Так относиться к такому молодому гению, как этот – слишком недальновидно со стороны семьи Байли…».

«Независимо от того, какой уровень ненависти или вражды, возможно, настроил эту семью против этого уникального гения... они должны были скорее изгнать Байли Лу Юна из семьи как самое суровое наказание вместо того, чтобы делать это!».

«Байли Лу Юн мог бы даже стать одиночкой в обществе по большому счету, если бы они изгнали его. Но у него всё равно будет фамилия Байли. Таким образом, он останется членом семьи Байли в глазах общества. Кроме того, он стал бы экспертом Суань Духа... или, может быть, даже Великим Мастером, если бы они дали ему дюжину лет, чтобы тренироваться!».

«Байли Лу Юн мог стать покровителем семьи Байли тогда. Недовольство, возможно, всё ещё оставалось между Байли Лу Юном и семьёй Байли в этом случае. Но, любой человек, желающий сцепиться с семьёй Байли, всё равно должен был бы подумать о реакции Байли Лу Юна. Он, по крайней мере, будет незримой угрозой! И, незаметная семья Байли тогда была бы в состоянии изменить течение, и поднялась бы в обществе, когда пришло это время!».

Однако семья Байли просто не могла дождаться момента, когда сумеет избавиться от этого человека. На самом деле, они были нетерпеливы в своём желании привести этого редкого гения к смерти. Это заставило всех с презрением смотреть на способности семьи Байли принимать решения.

«Вы – сильная семья. Итак, как вы можете не видеть ситуацию? Как можно быть таким недальновидным? Что вы получите от этого?».

Цзюнь Вуй – Верховный Главнокомандующий, который привёл двадцать тысяч человек в Южный Небесный Город – поведёт в эту битву около трёхсот человек. И двести из этих людей были экспертами Нефритового Суань. Остальные были, в основном, на уровне Суань Земли. На самом деле, большинство собранных экспертов были теми, кого послали влиятельные семьи Тянсян, чтобы защитить своих молодых мастеров.

Цзюнь Вуй ясно понимал намерения Императора в том, как он выделил этих людей.

«Многие молодые мастера из различных семей будут хорошо защищены и им, несомненно, ничего не угрожает. Но моя судьба, несомненно, уже решена – гибель!».

Семьи столицы были довольно разрозненны. И, вероятно, он хотел использовать это время, чтобы реорганизовать их. Их сила была не так велика по сравнению с остальным миром. Тем не менее, они считались довольно сильными внутри города. Ведь даже обезьяны могут стать королями, когда в горах нет тигров...

Тем не менее, сила семей будет искалечена, если большинство этих людей погибнут здесь. И эти люди сопровождали драгоценные сокровища каждой семьи. Таким образом, они, конечно, остались бы чувствовать возмущение, если бы слишком многие из этих «телохранителей» должны были умереть. Более того, эти молодые мастера позже вернулись бы домой к своим братьям и сёстрам. Тогда всё будет улажено и спокойно. Это сведёт их с ума. И тогда всё изменится. Это, в конечном итоге, всё равно ослабит каждую крупную семью.

Глава 346.2. Преследование Ли Тенгюн (часть 2)

Гениальность этой поэтапной схемы деградации должна была быть приписана Императору. Таким образом, он сможет держать в своих руках все могущественные семьи. Могло наступить время, когда главы могущественных семей, возможно, объединились бы, чтобы выступить против Императора. Но этот сценарий теперь исчезнет в воздухе в результате этой схемы.

Это была отличная и далеко идущая схема. На самом деле, это был отличный и изысканный план.

Дальновидный план Императора оправдывал себя.

Третий мастер Цзюнь был погружён в эти мысли, когда Ли Тэнгюн вошёл, одетый в чрезвычайно кричащий наряд. Его одежда была украшена цветами и излучала блестящее яркое сияние. На самом деле, он выглядел как ходячий светящийся маяк. Цзюнь Вуй и трое братьев Донфанг были ошеломлены.

«Этот мальчишка слишком кокетливый!».

Он будет живой мишенью для любого убийцы. На самом деле, сейчас в роли убийцы мог бы выступить восьмидесятилетний однорукий полуслепой инвалид. Ему нужно было только бросить нож в блестящий свет, и этого было бы достаточно, чтобы его цель погибла на месте.

Ли Тэнгюн вошёл с двумя экспертами в роли телохранителей. Он сложил руки, и выглядел довольно высокомерно, заявив:

- Я пришёл навестить Главнокомандующего Цзюнь. Прошу командира не возражать против этого вторжения...

- Молодой мастер слишком вежлив, – Цзюнь Вуй оставался спокойным и сдержанным в своих манерах. - Всё же, я не знаю, почему вы пришли сюда. Чем я обязан этой встрече?

Ли Тэнгюн нежно усмехнулся. Затем он огляделся по сторонам. Молодой человек собирался говорить... но остановился.

Три брата Донфанг улыбнулись. Они знали, что у него были некоторые опасения. Итак, они пробормотали какие-то оправдания и спешно свалили в закат. Но Цзюнь Мосе, наоборот, вышел из-за занавески сразу же, как его три дяди ушли. Однако за тканью, почти незаметно, мелькали ещё две тени. Они, без всякого сомнения, принадлежали Гуан Квинхан и Дугу Сяо И.

Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан подозревали, что знают истинную причину визита Ли Тэнгюна. И, следовательно, они пришли заранее. Дугу Сяо И, естественно, последовала за ними.

- Каждый присутствующий здесь – это семья. Итак, молодой мастер Ли Тэнгюн может говорить свободно, – слегка улыбнулся Цзюнь Вуй. Слабый, но холодный блеск в глазах Ли Тэнгюна несколько раскрыл его намерения. И Цзюнь Вуй не был дураком. Поэтому он, кажется, догадался о причине визита Ли Тэнгюна.

- Этот молодой мастер будет говорить открыто, если это так, – улыбнулся Ли Тэнгюн. У него был взгляд великого доверия в глазах. Только что прибывший Цзюнь Мосе не был важен в его глазах. На самом деле, ему было бы всё равно, если бы там была вся семья Цзюнь. В конце концов, семья Цзюнь была ничем перед тем чудовищем, которым было его собственное поместье Сюэху…

- Этот молодой Мастер отправился в город Тянсян для осмотра достопримечательностей некоторое время назад. Затем он случайно встретил юную леди Гуан Квинхан и был поражён её небесной красотой. С тех пор я жаждал её дни и ночи. Ни дня не проходит, когда я не думаю о ней...

Ли Тэнгюн изящно улыбнулся и продолжил:

- Молодая леди Гуан Квинхан живёт как вдова в семье Цзюнь в течение многих лет. На самом деле, её статус по-прежнему является невесткой семьи Цзюнь, состоящей в браке со старшим из третьего поколения семьи Цзюнь... Ха-ха... но мы все знаем, что упомянутый брак недействителен. На самом деле, это брак только по названию. Так вот, этот молодой мастер пришёл к третьему мастеру Цзюнь, чтобы тот дал свободу юной леди, так чтобы мы смогли заключить официальный брак. Разве это не будет лучшим для обеих сторон? Моё поместье Сюэху также просит спросить вашего согласия и передать свои добрые пожелания, – Ли Тэнгюн махнул рукой, чтобы не дать Цзюнь Вую прервать его, и продолжал.

- Третьему мастеру Цзюнь должно быть известно, что моё поместье Сюэху согласилось на моё предложение по кандидатуре себя на командование сил для решающей битвы завтра. Всем известно, что эта решающая битва – не обычная битва. Вам придется столкнуться с высоким уровнем зверей Суань. Один неверный шаг может привести к несчастью, если не быть осторожным... Главнокомандующий Цзюнь – великий генерал. Ваше культивирование Суань... Хе-хе-хе... очевидно, тоже выдающееся. Этот Ли Тэнгюн искренне восхищается этим в вас. Однако командир Цзюнь был инвалидом в течение нескольких лет. А здесь будут звери Суань очень высоких уровней... И вы должны знать, что вам... не очень повезёт, если вы должны будете пойти туда…

Цзюнь Вуй посмотрел вниз. Он не хотел показывать свою ярость. Затем он заговорил тихим голосом:

- Цель молодого мастера Поместья Сюэху, по которой он приехал сюда, конечно, не ограничивается разговором о его беспокойстве за жизнь этого Цзюнь. Говори своё истинное намерение!

- Ну, я буду говорить ясно, так как командир Цзюнь спешит. Вам не нужно будет терять свою жизнь, если вы согласитесь на мою просьбу!

Ли Тэнгюн, казалось, устал, и показал свою точку зрения довольно прямо:

- Наше поместье Сюэху займёт сильную позицию, и мы принудительно займём должность Верховного Главнокомандующего. Мы не позволим кому-либо причинить вред репутации семьи Цзюнь. Семья Цзюнь будет в безопасности от нападения зверей Суань под нашим крылом. Кроме того, мы также попробуем наши самые лучшие средства для того чтобы посредничать с Городом Серебряной Метели и предотвратить их удар ножом в спину, если таковой, разумеется, есть.

Глаза Ли Тэнгюна к концу тирады уже превратились в щели. Его выражение лица изменилось, когда он говорил:

- И этот молодой мастер знает об опасениях семьи Цзюнь. Но мы не создадим никаких проблем для Главнокомандующего Цзюнь. И семья Цзюнь должна расстаться только с одной женщиной взамен. Кроме того, они должны расставаться только с женщиной, которая и так не имеет к ним никакого отношения!

- Это то, что имеет в виду молодой господин Ли? Что эта женщина ничего не стоит? – Цзюнь Мосе внезапно заговорил.

- Это – лишь одна женщина... Хе-хе... слова третьего молодого мастера не соответствуют личности его семьи. И это меня очень удивляет, – Ли Тэнгюн холодно посмотрел на него, отвечая. – А сколько ценности имеют женщины в этом мире? В конечном итоге они полагаются на заслуги мужа, даже если они чего-то добьются. Как будто наши семьи не могут обменяться несколькими лошадьми, или собаками, или... ха... несколькими женщинами. Обычно это не имеет большого значения, верно? Это всего лишь игрушки, ничего больше. Нет необходимости возиться по этому поводу.

- Всего лишь игрушки...? – голос Цзюнь Вуя был холодным, как ветер, дующий на заснеженной горе. – Это ваша позиция, молодой мастер Ли?

- Я делаю отличное предложение по доброй воле, и командир по-прежнему не удовлетворён? – Ли Тэнгюн услышал холод в голосе Цзюнь Вуя. Он также заметил угрожающий блеск в глазах главнокомандующего и угрожающий тон его голоса. – Подумайте дважды и решите правильно, главнокомандующий Цзюнь. Вы, вероятно, умрёте завтра, если откажетесь от этого предложения, которое я сделал исключительно из доброй воли. Вам придётся столкнуться с этими сумасшедшими зверями, которые в любом случае являются необычными врагами. Кроме того, вам также придётся сражаться с другими. Простая женщина в обмен на вашу жизнь и мир всей семьи Цзюнь! Я уверен, что тот, кто понимает эту ситуацию, будет знать, какой выбор сделать. Более того, такая договорённость принесёт этой женщине большое счастье. Вы на перекрёстке двух дорог, одна из которых сулит жизнь, а другая – смерть, главнокомандующий. Сумеете ли вы выбрать разумно?

- Никак не связана? Гуан Квинхан – часть моей семьи! По крайней мере, сейчас... Да! – Цзюнь Вуй холодно посмотрел на него. – Ни одному постороннему никогда не будет позволено позорить кого-то, как только он станет частью семьи Цзюнь. Молодому мастеру не нужно беспокоиться о жизни и смерти кого-либо из членов семьи Цзюнь... так как вы – простой посетитель!

- Не отказывайтесь, Цзюнь Вуй! Этот молодой мастер пришёл поговорить с вами об этом вопросе. Но я сделал это только ради вашей репутации. Более того, я обеспечил такие прекрасные условия ради вас. Вы действительно думаете, что вы здесь кому-то в радость?

Ли Тэнгюн встал и продолжил безжалостным тоном:

- Почему я должен беспокоиться о тебе, если ты не можешь отличать хорошее от плохого, и желаешь смерти? Ты всё равно сдохнешь! Так в чём же тут дело? Ты всё равно не сможешь помешать мне получить Гуан Квинхан, даже если ты сейчас не согласишься!

Глава 346.3. Преследование Ли Тенгюн (часть 3)

Цзюнь Мосе щёлкнул языком и сказал:

- Молодой господин Ли очень странный, помимо того, что он грубый и тупой. Когда наша семья Цзюнь когда-нибудь просила хоть кого-то беспокоиться о нас? И какой статус у этого молодого мастера есть? Он – всего лишь единственный сын великого мастера Ю Тяня, вот и всё. Молодой мастер из «великолепного поместья» Сюэху и всё. Но где же добродетель? Неудивительно, что он не нравится моей тёте. На самом деле, я уверен, что он никогда не понравится ни одной женщине вообще. И это потому, что у него нет ни одной хорошей черты... за исключением того факта, конечно, что он – сын второго Великого Мастера. У поместья Сюэху нет будущего!

- Очень хорошо! Ты заплатишь за свои слова, Цзюнь Мосе! Просто жди труп своего дяди завтра! – Ли Тэнгюн фыркнул, щёлкнул рукавами, и продолжил, – этот молодой Мастер презирает ссору, которую вы начали, Цзюнь Мосе. Твоя семья Цзюнь даже не подходит для того, чтобы сравниться со мной одним!

Цзюнь Мосе продолжал насмехаться:

- Ну, раз уж перешли на личности... трудно сказать, кто здесь не подходит. Я вижу только жабу, которая пытается сожрать лебединого мяса. Что насчет тебя?

- Вы!… - Ли Тэнгюн сначала очень разозлился. Затем он подавил свой гнев и холодно заявил:

- Я — Ли Тэнгюн — желаю женщину. И все же, я не могу иметь ее?! Цзюнь Мосе, ты в городе Южного Неба. Я хотел бы видеть, как ты поведешь себя, как только потеряешь третьего дядю и как защитишь трех своих дядек по матери. Завтра это будет твой третий дядя. Возможно, ты будешь послезавтра! Ваши три духа Сюань эксперты дяди великолепны, верно? Цзюнь Мосе, сила, на которую ты полагаешься, ничто в моих глазах! Позвольте мне сказать вам... сжатый кулак - величайший аргумент в этом мире!

- Я знаю, что сжатый кулак - величайший аргумент! Усадьба Сюэху бы легко разгромила Сюань зверей, если бы не их сила, так? Итак, я думаю, что «кулак» не был достаточно большим. И Великий Мастер Чжан Тиан был вынужден издать над этим Высший приказ, верно? Но ты все еще такой высокомерный и бесстыдный, несмотря на все это?

Затем Цзюнь Мосе ошарашил, качая головой:

- Усадьба Сюэху действительно хромая утка. Думаю, нам придется подождать, чтобы увидеть похороны усадьбы послезавтра.

- Ну, посмотрим, чья семья будет ждать на похоронах, Цзюнь Мосе. Ты будешь тем, кто будет носить траурную одежду, брат, - Ли Тэнгюн повернулся и начал выходить. Он добрался до выхода. Затем он внезапно остановился, повернулся и спросил:

- Вы уверены, что не пожалеете об этом, Цзюнь Вуй?

- Проваливай!

Это был ответ Цзюнь Вуя. Этот бесстыдный молодой Мастер поместья Сюэху пересек предел своей терпимости.

Резкий свет мелькнул в глазах Ли Тенгюна, когда он фыркнул и отвернулся.

- Подождите, Молодой Мастер Тенгюн! - Цзюнь Мосе крикнул Ли Тенгюну.

Ли Тенгюн повернул голову и фыркнул:

- Итак, теперь ты напуган? Молодой господин Цзюнь, поторопись и скажи своему третьему дяде и дедушке, что нет необходимости доставлять семье Цзюнь неприятности из-за одинокой женщины. Мудрый человек подчиняется обстоятельствам…

- Ах? Молодой господин Тенгюн неправильно понимает этого Цзюнь, когда он просит его остановиться. Я просто хочу напомнить молодому мастеру Тенгюну о чем-то, что отвечает его интересам. Ваши глаза раскрывают надвигающееся несчастье. Твой левый глаз зеленый с молодостью, а правый зеленый с завистью. Твое лицо также манит предстоящую катастрофу. Это кровавая катастрофа, которая случится в ближайшие дни. Но ты даже не можешь убежать от этого. Поэтому Вы не должны беспокоиться о жизни и смерти других людей. Вы должны заботиться о своей собственной безопасности. Я только пытаюсь сказать, что... было бы очень плохо, если бы отец видел, как умирает его сын, прежде чем его собственная гибель настигнет его!

Затем, молодой господин Цзюнь медленно сказал:

- Великому Учителю Ли Ю Тянь далеко за сто лет. Боюсь, его репродуктивные возможности больше не будут работать. Так что... позаботьтесь о себе, молодой господин.

- Ты... – даже нос Ли Тенгюна скрючился от злости. Он повернул голову и, не оглядываясь, пошёл на выход.

- Готовы ли наши войска к завтрашней битве, третий дядя? – спросил Цзюнь Мосе, как ни в чём не бывало.

- Каждый эксперт из каждой семьи был отобран и готов, кроме меня. Военная мощь нашей Империи Тянсян является короной всего континента. Но она считается самой слабой с точки зрения силы среди тех, кто собрался здесь. И все знают этот факт. Более того, я ещё не развернул двести пятьдесят охранников и высокопоставленных генералов.

Цзюнь Вуй слабо улыбнулся:

- Чем можно жертвовать в проигранной битве, верно?

Цзюнь Вуй не объяснил эти слова, но Цзюнь Мосе понял их довольно чётко. Эти двести пятьдесят охранников будут продолжать жить, и станут будущим семьи Цзюнь, так как главнокомандующий Цзюнь, несомненно, погибнет.

«Одной моей смерти должно быть достаточно. Почему эти люди тоже должны умереть?».

Это тронуло сердце Цзюнь Мосе. Цзюнь Вуй не знал, что семья Цзюнь не будет тронута во время битвы на следующий день. Таким образом, он был настроен пожертвовать своей жизнью. Он думал не о себе... но о семье Цзюнь... даже на этом этапе.

- Третий дядя... – невольно пробормотал Цзюнь Мосе. Затем он решительно сказал:

- Ничто не может быть принято как должное. Исход завтрашней битвы неясен. Но с тобой ничего не случится... даже если мы понесём огромный ущерб. В этом я уверяю тебя!

Цзюнь Вуй посмотрел на него некоторое время, прежде чем он вдруг улыбнулся и сказал:

- Я надеюсь, что это так...

Затем он внезапно позвал:

- Ты можешь выйти, Квинхан? Разве ты не всё слышала? Входи!

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И вышли со смущёнными выражениями. Они посмотрели на Цзюнь Вуя. И их выражения изменились на выражения крайнего беспокойства. Особенно Гуан Квинхан, она была очень расстроена.

Цзюнь Вуй закашлялся, а потом замолчал. Некоторое время у него на лице было противоречивое выражение, и он молчал. Затем он, наконец, заговорил хриплым голосом:

- Сейчас три человека стоят передо мной: один – мой племянник, и одна – невестка семьи Цзюнь. И ещё один человек... любимая дочь семьи Дугу – Дугу Сяо И. Ты представляешь семью Дугу. И сегодня вы будете свидетелями для меня, Цзюнь Вуя!

Дугу Сяо И не знала, что он собирается говорить. Цзюнь Вуй, по-видимому, собирался принять серьёзное решение. Поэтому она подсознательно кивнула.

Гуан Квинхан догадалась, что собирается сделать Цзюнь Вуй. Она закричала в печали:

- Третий дядя, нет! Не делай этого!

Цзюнь Вуй вздохнул и улыбнулся. Затем он потряс головой и посмотрел на них исключительно твёрдо. Затем он достал медный знак со своей груди. Драгоценные камни на его поверхности блестели в лунном свете, и образовывали слово «Цзюнь». На обратной стороне знака было написано слово «Честь» в соответствии со строгим языком эпохи.

Это был знак Ордена главы семьи Цзюнь.

- Это передаётся из поколения в поколение. Мосе, твой дедушка вручил мне этот знак три месяца назад. И, я – Цзюнь Вуй – был нынешним главой семьи Цзюнь с тех пор. Какие бы решения я не принимал с этим... это были решения всей семьи Цзюнь! Ни один член семьи Цзюнь не может нарушить мои приказы! Ты понимаешь?

Цзюнь Вуй закончил говорить эти тяжёлые слова. Затем он поднял знак, и сказал с холодным выражением:

- Третья сестра поколения семьи Цзюнь, встань на колени и внимай!

Гуан Квинхан немного испуганно посмотрела на третьего мастера Цзюнь. Его холодное выражение не позволяло вести переговоры или сказать даже слово против. Так что у неё не было выбора, кроме как вздохнуть, сделать шаг вперёд и встать на колени перед Цзюнь Вуем.

- Ты нежна, красива и добродетельна. Родители старшего поколения настояли на браке. Заветный старший сын третьего поколения семьи Цзюнь не смог зарегистрировать брак, так как он неожиданно погиб в бою. И, Гуан Квинхан провела свою молодость, сохраняя её тело чистым в течение последних пяти лет. Она пережила горькие трудности с намерением сохранить дружеские отношения между двумя семьями на протяжении всего этого времени. Но моя семья Цзюнь не может продлить этот упавший брак навсегда. Тебя считали замужней... без настоящего брака. Ты замужем... но не выходила замуж. Более того – ты живёшь, как вдова. Итак, сегодня я – Цзюнь Вуй, хозяин семьи Цзюнь, дарую Гуан Квинхан её свободу властью, данной мне этим знаком власти. Мы больше не будем подтверждать вашу «свадьбу». Семьи Дугу в лице Дугу Сяо И и семья Цзюнь в лице Цзюнь Мосе были свидетелями этого. Об этом свидетельствуют небеса и земля!

Глава 347. Этот сон останется навсегда в этом мире!

Гуан Квинхан уже знала, что он собирался сказать. Но потом, она услышала эти слова, исходящие из его уст... и его голос звучал без каких-либо колебаний. Она услышала эти слова, и её сердце заболело, слёзы стали литься, как дождь.

Дугу Сяо И стояла рядом с ней. Симпатичный ротик маленькой девочки был широко раскрыт. Она не ожидала быть свидетелем такого великого события!

Цзюнь Вуй закончил говорить. Его лицо оставалось таким же холодным, когда он обратился к Цзюнь Мосе:

- Третий потомок третьего поколения семьи Цзюнь — Цзюнь Мосе! Шаг вперёд, и на колени!

Цзюнь Мосе с испугом произнёс:

- Что это... третий дядя?

- Третий потомок третьего поколения семьи Цзюнь — Цзюнь Мосе! Шаг вперёд, и на колени! – Цзюнь Вуй повторил строго.

Цзюнь Мосе пробормотал что-то себе под нос. У него не было выбора, кроме как неохотно встать на колени в такой ситуации, он чувствовал себя взволнованным.

- Третий потомок третьего поколения семьи Цзюнь – Цзюнь Мосе! Ты жёсткий, открытый, и способен нести большую ответственность. Я, Цзюнь Вуй, уступаю своё положение в качестве главы семьи Цзюнь тебе! Пусть небо и земля будут свидетелями этого!

Цзюнь Мосе смутно догадывался о таком исходе. Но он испуганно подпрыгнул, когда услышал приказ. Его руки дрожали, когда он встал.

- Не делай этого, дядя! Ты всё ещё крепкий, и в расцвете своей жизни! Ты ещё в самом расцвете сил! Так что нет необходимости передавать это мне! Я... Я... не хочу быть главой семьи!

- Наглость! – Цзюнь Вуй посмотрел на него и начал ругаться. - Любой потомок семьи Цзюнь, отказавшийся следовать приказам главы семьи Цзюнь является отступником! Ты всё ещё собираешься это сделать, Цзюнь Мосе?

Цзюнь Мосе моргнул, у него не было выхода. Он неохотно взял на себя ответственность и сказал:

- Я знаю, что ты беспокоишься о завтрашнем сражении, третий дядя. Настолько, что ты даже готовишься к смерти...! Но я же говорил, что не буду принимать этот приказ. Я буду исполнять этот долг лишь некоторое время. Звание главы дома вернётся к тебе, если ты вернёшься в целости и сохранности.

Цзюнь Вуй слегка улыбнулся и ответил:

- Я оставлю это тебе.

Цзюнь Мосе сказал правду. Цзюнь Вуй ожидал своей смерти в битве на следующий день. На самом деле, у него даже не было ни малейшей надежды выжить. И это беспокойство побудило его принять это решение сегодня вечером. Поэтому он решил эти два вопроса сразу.

Затем Цзюнь Мосе принял торжественный обет. Цзюнь Вуй считал слова своего племянника просто утешением. Как он мог принять их за что-то ещё? Он ожидал, что другие эксперты Суань улетят в бой, как рой пчел. Это оставит его – Главнокомандующего — одного, открытым. На самом деле, они, вероятно, проигнорируют его судьбу в исступлении этой битвы. Бесчисленные мощные звери Суань, безусловно, разорвут его на куски!

Кроме того, следует ожидать, что поместье Сюэху и эксперты Города Серебряной Метели попробуют совершить что-то коварное в суматохе рукопашной схватки. Таким образом, ему фактически придется столкнуться с агрессией со стороны своих врагов и его предполагаемых союзников. И ему придётся противостоять им с помощью своего культивирования Суань Неба. Даже эксперт Суань Духа не сможет вернуться живым, если он столкнётся с такой ситуацией в одиночку.

- Мосе, будет здорово, если я смогу вернуться в целости и сохранности завтра. Но семья Цзюнь будет полагаться на тебя, если я умру из-за какого-то «несчастья»... – Цзюнь Вуй говорил в спокойной манере. – Твой дедушка сейчас очень стар. Так что тебе придётся присматривать за ним. Кроме того, мы отменили брак Гуан Квинхан. Но она по-прежнему остаётся невесткой нашей семьи. Никто не вправе смеяться над ней; независимо от того, сколько времени пройдёт. Это не будет большим делом, если кто-то, кто делает это... умрёт за это!

- Да, я никогда этого не забуду.

Цзюнь Вуй вздохнул. Затем он стал выглядеть очень сентиментальным, когда он говорил... на самом деле, даже казалось, что он разговаривал во сне:

- Кроме того, у меня есть ещё одна вещь, которую я тебе доверю. Это очень важно. Если ты когда-нибудь поедешь в Город Серебряной Метели и встретишься с ней... скажи ей эти слова...

Цзюнь Мосе спокойно слушал своего дядю и не задавал вопросов. Он знал, кого именно под словами «её» имел в виду Цзюнь Вуй. Это была та бедная женщина, которая жила на снежных вершинах. Та, кто испытывал горькие тяготы за свою любовь... она также была причиной всех этих бедствий – Хан Янь Яо.

Тем не менее, дело с Хан Янь Яо было довольно сложным в голове Цзюнь Мосе. Это было потому, что трагедии не было бы, если бы не она.

«Вы были молодой леди Города Серебряной Метели! Почему ты вышла в светский мир, чтобы развлечь себя? Зачем понадобилось охмурять моего дядю? Разве ты не знала, что твой брак был заключён с детства?».

«Методы Сяо Хана по обращению с вещами чрезвычайно неправильны. Но, думая с его точки зрения... какой человек охотно позволил бы себе быть так обманутым? Какой бы человек сидел, сложа руки, если бы его невеста десяти лет хотела сбежать с незнакомым мужчиной? Это было бы невыносимо для любого человека! Кто бы не сошёл с ума из-за этого?».

Тем не менее, Цзюнь Мосе также знал, что никто не может дать инструкций о любви, это была неразумная эмоция. Это могло бы превратить мудрейших людей в дураков, если бы они были поражены этим. И кто может сказать, почему такое происходит?

Что он мог сказать о любви? Он мог видеть, что Цзюнь Вуй и Хан Янь Яо страдали в течение десяти лет. И всё же, они всё ещё держались за свою глупую любовь, даже пройдя все горькие лишения... даже если они жили далеко друг от друга. Разве не могло что-то подобное тронуть даже человека, чьё сердце было сделано из камня?

Цзюнь Мосе знал, что в сердце его третьего дяди бушевала буря по этому поводу.

Слова, которые он собирался передать для Хан Янь Яо, были, возможно, тем, что Цзюнь Вуй чувствовал к ней на протяжении всех лет.

Через некоторое время Цзюнь Вуй вздохнул. Углы его рта поднялись, когда он показал скорбную улыбку. Тем не менее, она оказалась чрезвычайно нежной, а он медленно сказал:

- Обиды незабываемы, как и ты. Я влюблён, но только в тебя. Я могу отправиться в ад, но мне всё равно снится сон. И этот сон... останется навсегда... в этом мире!

Дугу Сяо И начала давиться слезами.

Красивое лицо Гуан Квинхан было мокрым от слёз.

Они знали о его прошлом довольно отчётливо. И, услышав слова Цзюнь Вуя, они не могли не пролить слезы печали. Этого стиха было достаточно, чтобы выразить, насколько глубока была любовь между Цзюнь Вуем и Хан Янь Яо. Две женщины почувствовали нежность, и их сердца смягчились. Они чувствовали огромную печаль в своих сердцах от его отчаяния.

- Обиды незабываемы, как и ты. Я влюблён, но только в тебя. Я могу отправиться в ад, но мне всё равно снится сон. И этот сон... останется навсегда... в этом мире!

«Я все еще люблю тебя, несмотря на случившуюся трагедию. И теперь я отправлюсь в Ад за тебя. Но я по-прежнему верю, что не забуду тебя... будь то Рай или Ад. Я никогда не забуду тебя! Эта мысль останется со мной навсегда...».

Это была любовь, неизменная, как смерть! Любая другая клятва или обещание бледнеет по сравнению с этой любовью.

Сердце Цзюнь Мосе было потрясено, когда он услышал эти слова, сказанные его третьим дядей.

Эти чувства любви и ненависти в сердце его дяди были сильными и трогательными. Этот скудный стих, по общему признанию, заставил Цзюнь Мосе осознать, что любовь его дяди останется неизменной, до самой его смерти. Но он понимал и другое его значение…

«Обиды не забываются, как и ты», – обиды были неожиданно упомянуты в начале стиха. Обида была явно центральной в сознании Цзюнь Вуя. Обида в связи со смертью двух его старших братьев и двух племянников ныла в его сердце с самого начала.

Он не мог забыть, что произошло, даже если он получил её! Он просто не мог этого забыть!

Это серьезная боль, которая мучила его сердце.

- Я запомню это. Будь уверен, третий дядя, – первоначально он планировал рассказать свой секрет Цзюнь Вую, чтобы он почувствовал облегчение. Ему, в лучшем случае, придётся соткать ещё одну кучу лжи, чтобы скрыть. Он бы сказал, что его Таинственный Учитель и лорд Тянь Фа были хорошими друзьями... и так далее…

Однако он передумал после того, как он понял всё. Цзюнь Вуй готовился к смерти. И это желание уже глубоко укоренилось в его сердце. Ему все равно было бы стыдно даже после того, как он отомстил за своих братьев и племянников. Он всё равно будет чувствовать себя очень виноватым. На самом деле, он всё равно будет чувствовать себя виноватым, даже если он получит Хан Янь Яо. Эта эмоция никогда не позволит ему быть счастливым. Ему суждено было мучиться всю оставшуюся жизнь.

Можно было легко избавить других от мучений. Но, рассеивать мучения в глубине своего сердца, было похоже на удар головой о стену; это не могло быть сделано самим человеком.

Не имело значения, оставался ли Цзюнь Вуй калекой всю свою жизнь... или жил отдельно от своей любимой на протяжении всего этого, не имея никаких шансов встретиться с ней снова. Всё равно будет эта беспрецедентная пожизненная вражда, и она будет продолжать давить на Цзюнь Вуя. На самом деле, это даже не позволит ему спокойно дышать. И это было лишь внешнее давление. Это не могло сравниться с тем, что он чувствовал в глубине своего сердца…

Каждый человек в семье Цзюнь — будь то Цзюнь Чжан Тиан или Цзюнь Мосе — мог только пожалеть третьего мастера Цзюнь. Даже покойный Цзюнь Ву Хи никогда не стал бы винить своего третьего младшего брата. Но, единственный человек в семье Цзюнь, который не понял этого... единственный человек, который никогда не поймёт этого... был Цзюнь Вуй!

Глава 348. Не трогай моего мужа!

Возможно, это было предопределено иным миром. Даже боги, должно быть, жалели такого несчастного человека. Это было время кризиса, и опасность таилась в каждом укромном уголке в Южном Небесном Городе; сильная жажда убийства чувствовалась повсюду в окрестностях. На самом деле, даже шанс совершить побег казался обречённым на неудачу. Поэтому Цзюнь Вуй был убеждён, что он умрёт, и что для него не было никакой надежды. Однако эта опасность была предопределена при посредничестве Цзюнь Мосе. И так Цзюнь Вуй вернётся невредимым, хоть и не знал об этом.

На самом деле, Цзюнь Вуй мог даже не беспокоиться о подлом ударе в спину. Было гарантировано, что он будет в порядке, и вернётся в целости и сохранности.

Тем не менее, третий Мастер Цзюнь не знал об этом. Итак, он был уверен, что умрет в битве на следующий день. Но, проходя через смертельную опасность и переживая почти смертельную ситуацию, возможно, приведет к огромному изменению его отношения. Поэтому это был, пожалуй, благоприятный поворот событий. И, может быть, было бы лучше, чтобы он не знал об этих событиях.

Человек, который умирает и получает новую жизнь, больше не будет иметь такого же сильного и негибкого стремления умереть. Они чувствуют себя обязанными чему-то к жизни. Поэтому они с большим энтузиазмом смотрели бы на будущее и не хотели бы расстаться с жизнью.

Это была тонкая психология.

Цзюнь Мосе понял, что его третий дядя должен почувствовать приближение смерти. Поэтому он ничего не сказал, чтобы развеять его. На самом деле, он даже сказал несколько слов, чтобы стимулировать его.

- Эти обиды... что ты хочешь сказать о них, третий дядя? – спросил Цзюнь Мосе.

«Третий дядя всё равно решил перейти через эту скалу. Так что я мог бы добавить к этому ещё немного огня. Это помогло бы ему избавиться от этого должным образом. Завтра он будет чувствовать себя более спокойным, так как он всё это отбросит».

«Во всяком случае, эти высокие и опасные скалы уже были обеспечены превосходными мерами безопасности...».

- То, что я хотел сказать по поводу этих обид, это... – Цзюнь Вуй поглядел на него. – ...что они будут отомщены. Но Мосе, ты должен мне кое-что пообещать. Я не смогу идти с лёгким сердцем, если ты этого не сделаешь.

- Что это? Пожалуйста, скажи мне, дядя! – ответил Цзюнь Мосе.

- Я знаю, что твои силы уже превзошли моё воображение. Но я всё равно хочу, чтобы ты пообещал, что не будешь пытаться отомстить, пока твоя сила не достигнет уровня Высшего Мастера. Ты обречёшь всю семью Цзюнь на проклятие, если ты сделаешь это. Теперь ответственность всей семьи Цзюнь лежит на твоих плечах. Ты не должен разочаровывать меня никоим образом!

Брови Цзюнь Вуя вытянулись, как стрелы. На его лице было много мучения. Но он продолжал говорить с глубоким чувством горечи и ненависти:

- Цзюнь Мосе, учитывая твой ум и талант... я уверен, что день, когда ты сможешь отомстить, не так далёк. Итак, запомни мои слова — твоего третьего дяди — когда ты станешь достаточно сильным. Я даже не хочу, чтобы собака или цыплёнок из семьи Сяо выжили! Я желаю, чтобы вся она была предана вечному забытью!

Цзюнь Вуй заскрежетал зубами. Его обычно спокойное и доброжелательное лицо выглядело очень зловещим и безжалостным. Убивать врага его мораль не запрещала. Но он всегда верил в принцип, согласно которому вендетта против женщины или ребёнка является преступлением. Это была его обычная позиция. Но он заявил, что даже не хочет, чтобы собаки и цыплята выжили... он хотел проклятия для всех из них. Его ненависть к семье Сяо Города Серебряной Метели уже достигла такой крайности!

- Буду, дядя. Уничтожение семьи Сяо – уже решённый вопрос. Как ты и сказал – этот день не за горами, – Цзюнь Мосе тоже скрежетнул зубами, ответив порочным голосом. Затем он добавил:

- Ты можешь уйти со спокойной душой, третий дядя.

Гуан Квинхан не была рада услышать эти слова. У неё всё ещё блестели слёзы, а её длинные и тонкие брови взлетели вверх.

«Цзюнь Мосе, ублюдок... как ты мог сказать такое...?! Что ты имеешь в виду под «уйти со спокойной душой»? Что ты вообще говоришь?».

Даже Дугу Сяо И была недовольна этими словами. Она нахмурилась, глядя на Цзюнь Мосе. Её выражение лица тоже отражало всё её мысли.

Цзюнь Мосе поднял руку в капитуляции...

«Это дело так эмоционально тронуло вас, женщины... но я не рисковал и не собирался провоцировать. Думаете, я бы попытался создать такую напряжённую атмосферу? Я не готов к этому. И, кто бы больше беспокоился о безопасности моего дяди, чем я?».

Цзюнь Вуй улыбнулся:

- Гуан Квинхан, ты больше не невестка семьи Цзюнь. Но ты будешь готова стать дочерью моей семьи Цзюнь?

- Третий Дядя? – Гуан Квинхан была поражена, но её дух поднялся немного. Она чувствовала себя несчастной из-за аннулирования её брака. Это означало, что ей придётся вернуться в семью Гуан. А потом ей пришлось бы уйти в поместье Сюэху, чтобы они были счастливы. Она была готова принести эту жертву, так как не знала, что ещё она может сделать.

В отличие от этого, она сама хотела бы столкнуться с любыми страданиями или одиночеством в семье Цзюнь, если бы ей дали выбор. Само собой разумеется, что она не хотела выходить замуж за этого негодяя Ли Тенгюна. Её ненависть к нему возросла, когда она услышала его из-за занавески некоторое время назад. Просто глядеть на такого подонка было для неё очень отвратительно. Итак, что можно было бы сказать о перспективе выйти за него замуж и остаться с ним на всю жизнь...?

Гуан Квинхан слушала Цзюнь Вуя и поняла, что его первоначальное намерение не иметь ничего общего с ней было неверным. Он просто заменил способ, чтобы дать ей защиту семьи. Она не могла не быть чрезвычайно тронута.

- Квинхан, я – Цзюнь Вуй – хотел бы принять тебя в качестве моей приёмной дочери, если ты согласишься на это. Наверное, мне не придётся долго жить. Но Квинхан всё равно будет считаться частью семьи Цзюнь. И любой человек будет умыт собственной кровью, если он осмелится тебя обидеть. Даже твоя родная семья Гуан не станет исключением.

Цзюнь Вуй холодно фыркнул после того, как сказал это.

Губы Гуан Квинхан задрожали. Её нежное тело передернуло. Тем не менее, она, не колеблясь, медленно опустилась на колени, и прижалась лбом к земле. Затем она сказала:

- Дочь Квинхан отдаёт свое почтение крёстному отцу.

- Хорошо! Хорошо! Очень хорошо! – Цзюнь Вуй был чрезвычайно рад. Он даже трижды воскликнул одно и то же. Затем он достал нефритовый кулон и передал его ей. – Квинхан, твой крёстный отец даёт тебе этот кулон. Это символ домохозяйства Цзюнь. Возьми это, и помни, что ты не только дочь семьи Гуан отныне... но также дочь и семьи Цзюнь. Итак, семья Гуан должна будет проконсультироваться с нашей семьей Цзюнь относительно вашего брака!

Гуан Квинхан взяла нефритовый кулон. Слова «Квинхан – наша дочь» были выгравированы на гладкой и глянцевой поверхности. Более того, это было сделано почерком Цзюнь Чжан Тиана. Таким образом, было очевидно, что это было подготовлено задолго до этого. Гуан Квинхан казалась озадаченной, когда она подняла голову и взглянула на Цзюнь Вуя.

- Ха-ха, этот нефритовый кулон был заказан дедушкой несколько лет назад. Твой дедушка сказал тогда:

- Аннулируйте брак Гуан Квинхан. Она не будет невесткой нашей семьи, как только это произойдёт. Но она будет нашей дочерью! И вот сегодня я исполняю желание этого старика, – Цзюнь Вуй усмехнулся и продолжил. – Квинхан, каждый мог видеть твои страдания. Мы не позволим тебе тратить на них всю жизнь. И ни одному человеку никогда не будет позволено позорить тебя до тех пор, пока жив хотя бы один человек из семьи Цзюнь!

Цзюнь Вуй вздохнул после того, как он это сказал. Затем он продолжил:

- Сегодня уже поздно. И, к тому же, завтра бой. Так что, я не знаю, увижу ли я ещё один день после этого. Также... нет никакой необходимости, чтобы сказать вам, что... эмм... с тех пор как ты присоединилась к семье... Мосе... он... действовал немного... но были ограничения по твоей позиции, так как ты была его... ну, невесткой. Но теперь эти ограничения ничего не значат... и вы двое… ну...

Он сухо улыбнулся, и не стал говорить дальше. Однако то, что он имел в виду, понимали остальные трое... так же ясно, как день.

Это потрясло остальных троих до крайности. Все они не понимали Цзюнь Вуя поначалу. Но, затем он бросил быстрый и скрытный взгляд на Дугу Сяо И после того, как он закончил говорить.

«Это уже ты должен решить сам, Мосе. Но, я всё ещё могу дать предложение, верно? Ты хочешь отпустить эту красотку, или хочешь... эмм... зажечь две петарды от одной спички? Ты можешь «убить двух зайцев одним выстрелом». Но, это зависит от того, что ты выберешь... я, вероятно, не буду свидетелем этого в любом случае…».

«Я произнес эти запретные слова сегодня после больших трудностей. И я потерял всё уважение в твоих глазах, как твой третий дядя! Как я мог бы сказать что-то вроде этого, если бы я знал, что я выживу в завтрашней битве? Ты – сын моего старшего брата. Итак, я заменил его, когда дело дошло до сватовства для его сына. Что касается её, кого я только что удочерил... неприятно слышать... неважно, что ещё это может быть. Ты должен понимать, что говорить это было ещё труднее, чем умереть...».

Цзюнь Мосе посмотрел на своего дядю ошарашено.

«Третий дядя, ты всё это провернул для своего племянника? Ты думаешь об этом за день до решающей битвы? Я не восхищаюсь тобой за мысли, которые ты хранишь на грани своей смерти. Но я восхищаюсь тобой за мужество сказать их вслух!».

Все тело Гуан Квинхан начало дрожать. Ее красивое лицо покраснело. Даже её крошечная белая мочка уха тоже была красной. Она чувствовала себя очень смущённой. Её рот открылся как у Бегемота, когда она взглянула на Цзюнь Мосе. Но она опустила голову низко через мгновение.

Дугу Сяо И стояла рядом с ней, как будто её поразило молнией. Её глаза были широко раскрыты, и её прекрасное лицо стало смертельно бледным; в нем не осталось ни следа крови.

«Меня призывают в свидетели, верно? Небеса, я свидетель! Но почему я чувствую, что никогда не стану свидетелем семейного блаженства? Как называется это чувство?».

Маленькая девочка начала беспокоиться о своих личных выгодах и потерях. И она стала очень нервной. Она посмотрела на Гуан Квинхан, и её взгляд изменился. Этот доброжелательный и добрый дух старшей сестры превратился в злобное и пугающее существование в мгновение ока.

«Она хочет забрать моего мужчину!».

Каждый вопрос был открыт для обсуждения, за исключением этого.

Маленькая девочка была в ярости. Она закатила глаза и приложила все силы, чтобы подумать о контрмерах.

Дугу Сяо И была очень довольна всё это время, так как она была единственной, кто знал о хорошей личности Цзюнь Мосе. Все остальные считали его развратником, хулиганом, придурком и юбочником.

Маленькая девочка всегда чувствовала себя очень довольной этим фактом. Так был бы счастлив кто-то, если бы у них был тайник с сокровищами. Очевидно, она не могла говорить эту мысль вслух.

«Все попытались бы урвать его, если бы они узнали об этом. Брат Мосе мой! Он предназначен только для меня!».

Поэтому у Дугу Сяо И были чувства крайней нежности по отношению к Цзюнь Мосе. Она хотела сделать его своим... и, как можно скорее! Она знала, что золото всегда найдёт способ, чтобы сиять. Значит, она не сможет «монополизировать» его, если другие узнают об этом. Она хотела оставить его себе, пока он не стал хорошим для кого-то другого.

«Но, если так говорит этот старик…».

Принцесса Лин Мэнг вдруг пришла с клятвой крови в тот день. Мотив был другим, но он всё ещё поражал Дугу Сяо И. Тем не менее, ей очень повезло, так как Цзюнь Мосе ничего не чувствовал к ней. Так что это всё равно было приемлемо. Была ещё одна причина, почему Дугу Сяо И была полна решимости сопровождать Цзюнь Мосе в Южном Небесном Городе…

Как говорится: «Тот, кто ударит первым... получает преимущество». Было бы слишком поздно, если бы Принцесса решила стать серьёзной, и заставила Императора подписать Императорский указ о браке.

Поэтому она тщательно разработала план, чтобы заполучить его любовь. И её план требовал помощи Гуан Квинхан, чтобы повысить её шансы на успех. Но её план внезапно был поражён громом с чистого неба, когда она услышала, что третий дядя Цзюнь обращается к Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан как к паре. Курица превратилась в утку... помощник превратился в соперника. Это привело к тому, что всё стало ещё хуже, чем началось. Она стала жертвой собственной изобретательности.

«Как это возможно?».

- Этого не будет! – Дугу Сяо И начинала злиться с каждым моментом. Её крошечная грудь начала наполняться праведным негодованием, когда она думала об этом. А потом она неожиданно прорычала вслух. Её голос был громким и свирепым. На самом деле, это было очень свирепо и очень громко. Это всколыхнуло весь шатер.

Остальные три человека испугались её рева и вскочили в испуге, прежде чем они посмотрели на неё.

Дугу Сяо И вскочила и шагнула вперёд. Затем она схватила руку Цзюнь Мосе и заявила:

- Он – мой, и только мой! Ты не можешь забрать его в брак!

Потом она вдруг почувствовала себя обиженной после того, как сказала это. Она рыдала и плакала, когда она говорила:

- Я наблюдала за ним долгое время. Как ты можешь забрать его у меня? Он мой, и только мой! Я не позволю тебе забрать его…

Глава 349. Герой не будет один!

Голос у Дугу Сяо И был, как у ребёнка, у которого отбирают конфету. Или... как у ребенка, который ждал полгода под деревом, чтобы его фрукт созрел. А затем, два человека внезапно подошли, взглянули на этот плод... и начали обсуждать, как разделить его между собой, полностью игнорируя ожидающего ребенка.

«Они забыли обо мне!».

Она едва не сошла с ума и чувствовала себя обиженной.

Цзюнь Вуй и двое других смотрели на неё широко раскрытыми глазами, после чего расхохотались почти одновременно. Действия этой маленькой девочки были слишком наивны и очаровательны. Она полностью прогнала тяжёлые мысли Цзюнь Вуя и смущение, которое первоначально чувствовала Гуан Квинхан.

Три человека смотрели на нее. И Дугу Сяо И не могла не отреагировать. Она нахмурилась и прокричала, ещё бурля яростью:

- Мой!

Она закончила говорить и поняла, что полностью забыла свои манеры. Не говоря уже о том, что она и Цзюнь Мосе даже не были помолвлены. И поэтому она была не вправе делать такие бездумные замечания. Более того, третий мастер Цзюнь был, скорее всего, близок к концу своей жизни. Это была ещё одна причина для неё, чтобы не создавать такого хаоса. Кроме того, она сделала это, выступая в качестве свидетеля. Итак, ей действительно не стоило этого делать на тот момент.

Более того, эти слова показывали уверенность, что его брак с его тётей возможен? Она также забыла о своем статусе единственной дочери семьи Дугу.

Маленькая девочка не могла ничего поделать, но покраснела от смущения. Она быстро выпустила из своей руки ладонь обалдевшего Цзюнь Мосе. Она закусила губу и немного смутилась. Маленькая девочка понятия не имела, что она может сделать, чтобы исправить это.

Она открыла рот, но не знала, что сказать. Цзюнь Вуй, Гуан Квинхан и Цзюнь Мосе не знали, что делать, чтобы сгладить атмосферу вокруг. Три человека были потрясены грозными действиями маленькой девочки и ещё не оправились от шока

Четыре человека какое-то время смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами - это был тупик. Потом маленькая девочка завизжала, как птица. Она закрыла своё лицо, которое теперь было красным от смущения, и бросилась бежать, как будто её преследовала стая бешеных собак.

- Мосе... ха-ха... у тебя есть очарование. Чтобы привлечь «богатство» семьи Дугу бороться за вашу любовь – совершенно исключительно!

Цзюнь Вуй улыбнулся в ликующей манере. Гуан Квинхан, возможно, не определилась, но он мог ясно видеть, что девушка Дугу уже имела глубокие чувства к его племяннику. Очевидно, он мог отпустить все волнения, которые возникали у него из-за брака племянника. Кроме того, нельзя было забыть о семейном происхождении маленькой девочки. Эти две семьи были хорошо подобраны с точки зрения социального статуса. Император может быть против их семей. Но даже Император должен будет пересмотреть его действия лучше, если бы Цзюнь и Дугу стали связаны браком. Добрые дела его племянника были гармоничными. Итак, дядя отправился бы в потусторонний мир с улыбкой... даже если его тело превратилось в кровавый труп на следующий день. Единственное, что было тяжело в этом сценарии, так это то, что он не сможет выпить на свадьбе своего племянника.

Молодой мастер Цзюнь тоже был довольно смущён. Он несколько раз открывал рот, чтобы говорить. Но, он не мог сказать даже полслова. Он искренне не знал, когда стал частной собственностью этой девочки. В конце концов, у него не было выбора, кроме как развести руки и пожать плечами. Казалось, что он собирается плакать, но он заставил себя улыбнуться, и говорил с большим трудом:

- Я выгляжу красивым... это не моя проблема... как я могу быть виноватым?

Гуан Квинхан почувствовала, что её лицо снова застыло. Она фыркнула и некоторое время молчала. Затем её лицо внезапно стало красным. На самом деле, она начала напоминать ярко-красное облако на закате.

Цзюнь Вуй улыбнулся в приподнятом настроении. Он также чувствовал, что не действовал с достоинством старшего поколения. Более того, с тех пор, как дело было связано с его недавно удочерённой... он неловко улыбнулся и махнул рукой, произнеся:

- Вы, уходите. Я хочу подумать о завтрашней битве в тишине.

Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан посмотрели друг на друга и вышли. Молодой мастер Цзюнь хотел сказать что-то Гуан Квинхан, но она исчезла, не оставив и следа, едва они вышли из палатки, а выражение на её лице стало ещё более застенчивым и тревожным.

Цзюнь Мосе вздохнул и посмотрел на луну в небе. Затем он принял раздражающее и самовлюбленное выражение. Затем он опустил голову и заговорил кокетливо и приглушённо:

- Я могу заставить таких красавиц влюбиться в меня... Моя безупречная личность заставляет красивых женщин краснеть. Эти женщины хотят сбежать со мной! – он пошёл вперёд, и вернулся к своей палатке, постоянно рассказывая нарциссические рассказы о себе по пути.

А внутри палатки…

Цзюнь Вуй щёлкнул рукавами и погасил свет внутри палатки. Палатка стала чёрной как смоль. Через некоторое время в палатку осторожно заглянул мягкий лунный свет. Фитили недавно потушенных свечей по-прежнему светились оранжевым. Небольшие клубы дыма всё ещё поднимались от них... только для того, чтобы рассеяться в воздухе.

Одетый в чёрное силуэт Цзюнь Вуя медленно скрылся в темноте. Но, он остался неподвижным…

Три брата Донфанг положили свои руки на мечи, стоя снаружи. Они оставались неподвижными и не произносили ни слова. Они решили в тишине сопровождать своего младшего брата.

Эта ночь была, возможно, последней ночью жизни Цзюнь Вуя... последней ночью третьего мастера Цзюнь среди живых! Их кровный брат собирался уйти далеко в преисподнюю. Тогда он будет вдали от тех, кто был рядом с ним. Но герой не может быть одинок, когда он приходит к концу своей дороги.

«Мы составим ему компанию!».

Гуан Квинхан стояла недалеко от палатки Цзюнь Вуя. Слезы текли по её красивому лицу в тишине. Она стояла неподвижно и не решалась произнести ни слова.

«Дядя... Крёстный отец, ты не будешь один сегодня вечером...».

Её первый вечер в качестве его дочери, возможно, также был её последним вечером с живым крёстным…

Всё поле было тихим. Группа солдат прибыла из армии Тянсян. Они были «бронированы и вооружены до зубов». Эти люди пришли сражаться. Таким образом, им могли приказать сложить свои жизни в процессе боя. Но командующий их армией решил пожертвовать только своей собственной личностью.

«Главнокомандующий отправится в бой завтра».

«Но мы составим ему компанию сегодня вечером!».

«Командир не должен быть один! Герой не должен быть один!».

Кровавый Генерал был кумиром армии. Это прославленное имя было выгравировано в сердцах военных, как и его старшего брата, Цзюнь Ву Хи – Белого полководца! Они стали бессмертными в их сердцах!

Легенды о достижениях Кровавого Генерала!

Красивый и безмятежный лунный свет медленно поднялся и распространился по всему небу. В нём купались великолепные горы и огромные леса, окружающие Южный Небесный Город. Однако никто не знал, сколько мужской крови прольется в битве на следующий день.

Слабый силуэт вдруг вылетел из палатки и растворился в воздухе... на самом деле казалось, будто он растворился в небе. Три брата Донфанг уровня эксперта Суань Духа стояли рядом. Они слабо почувствовали, что что-то двигалось над их головами. Тем не менее, они были ошеломлены, не найдя никаких следов чего-либо…

Цзюнь Вуй был в палатке. Он также заметил это, очень слабо. Но, его это не волновало; ему плевать на всех.

Возможно, это был лучший убийца, которого послали убить его. Но что худшего могло произойти даже в этом случае? Он уже ехал по дороге в подземный мир и его кончина на следующий день. Так в чём была проблема?

Поэтому ему было наплевать на это.

И другие даже не знали следов этого движения.

Цзюнь Мосе, наконец, осыпал последнего человека, которого он хотел спасти в бою, и вернул маленькую бутылку обратно в свой карман.

«Я надеюсь, что бутылка Высокого Журавля сработает. Мне придётся рвать жопу на британский флаг, чтобы спасти всех, если этот чёртов порошок не сработает...».

«Но, разве это не было бы хорошим сюрпризом, если третий дядя вернётся в целости и сохранности, когда он, как ожидается, героически погибнет?».

Светящаяся луна со временем стала садиться, и восток постепенно стал ярче.

Свет рассвета всегда сопровождал тьму.

Цзюнь Вуй медленно встал. Затем он сделал два шага, и нерешительно сел в своё кресло. Его ноги к этому времени уже нормально работали. Движения и навыки, которые он не мог использовать в течение последних десяти лет, были восстановлены. Но он не мог показать это всем остальным в тот момент, так как это означало бы бесконечные проблемы для его семьи Цзюнь, если бы он это сделал. Поэтому он должен был закрыть глаза и умереть со спокойным сердцем только таким образом!

«В любом случае, результат будет таким же, поскольку я столкнусь с такими сильными зверями Суань. Я умру, так или иначе. Так что... чтобы избежать ненужных обвинений и неприятностей для моей семьи…».

Он медленно прокатил вперёд инвалидное кресло. Затем он махнул правой рукой. Меч блеснул, очертя перед ним серебристый полукруг. Он вышел из палатки. Но кое-что случилось снаружи. Это заставило его испугаться. На самом деле, это придало ему немного страха.

Даже обычно спокойный и собранный Цзюнь Вуй был напуган ужасающей сценой снаружи.

Братья Донфанг стояли снаружи. Они ждали Цзюнь Вуя. Донфанг Вэн Цин улыбнулся, когда он быстро прошел к нему и помог управлять инвалидным креслом. С обеих сторон стояла огромная толпа. Почти 20 000 офицеров и мужчин стояли с обеих сторон. Они стояли тихо, организованно. Они смотрели на него с почтением, а их глаза покраснели от эмоций.

Глаза Цзюнь Вуя также несколько покраснели, когда он спросил:

- Что всё это? Они должны уйти. Мы же не навсегда расстаёмся! Так зачем же все это?

Никто не двинулся ни на дюйм. Что за «Мы же не навсегда расстаёмся»? Они всё знали!

Цзюнь Вуй некоторое время молчал. Его глаза осматривали каждое знакомое лицо. Выражение лица главнокомандующего было сложным. Его выражение лица тогда стало устойчивым, а он повелел и крикнул:

- Люди, которые пойдут на войну сегодня – шаг вперёд!

Триста мужчин вышли вперёд, как только раздался приказ Цзюнь Вуя. Несколько человек сначала немного колебались. Но они, наконец, решились и встали в строй. Итак, теперь за Цзюнь Вуем стояла большая площадь.

Донфанг Вэн Цин медленно толкал инвалидное кресло, и триста мужчин позади них последовали за ними большими шагами. Они уходили, когда громкий крик прервал их шествие:

- Подождите!

У Цзюнь Мосе было торжественное выражение на лице, когда он махнул рукой:

- Как мы можем не выпить вина, когда мы отправляем храбрых героев Тянсян на войну?! У меня есть лучшее вино, чтобы соответствовать такому случаю! Мосе желает джентльменам безопасной и благополучной битвы и надеется, что все вернутся со славой!

Кто-то вышел из-за спины Цзюнь Мосе; этот человек держал кувшин с вином. Другие появились и вручили чаши всем. Затем понемногу вина налили в каждую чашу.

В глубине глаз Цзюнь Мосе было чувство сожаления. Возможно, у него был какой-то конфликт с несколькими из этих людей, но они теперь решительно стояли за его дядей. Более того, они стояли с гордостью, хотя знали, что скоро умрут. На самом деле, ни один из них даже не ёжился от страха.

Этого было достаточно, чтобы заслужить уважение Цзюнь Мосе.

Они стояли без изменений перед лицом такой беды – были ли они хорошими людьми или плохими. И это делало их героями! На самом деле, только такого человека можно назвать героем!

Герои не имеют хороших или плохих личностей!

«Но мне очень жаль! Я мог бы спасти вас! Это было бы легко для меня. Но я не могу этого сделать! Люди должны умереть в битве. Тем более в битве, которую мы проиграем…».

«Ради третьего дяди... ради семьи Цзюнь – я не могу спасти вас!».

«Простите!».

Глава 350. Внутренние Беспорядки

Цзюнь Мосе поднял свою чашу вина и осушил её с закрытыми глазами. Он вспомнил стихотворение и прочёл нараспев:

- Что такое сегодняшняя смерть? Трудно бороться с жизнью. Это всего лишь заговор умерших из прошлого. Короли Ада сломали многие знамёна!

С этими словами Цзюнь Мосе бросил свою чашу оземь. Он вскочил на своего коня, выпрямился и заявил:

- Нет необходимости говорить, что ваши семьи, триста смелых воинов, отныне будут под заботой семьи Цзюнь. Будь то в старости... или в браке... они могут рассчитывать на нашу семью до тех пор, пока Цзюнь будут живы! Я, Цзюнь Мосе, не позволю обидеть никого из них!

- Большое спасибо, молодой мастер Цзюнь! Мы вернём эту милость семье Цзюнь в следующей жизни! – лица всех трёхсот мужчин светились благодарностью. Они закалили себя к решающей схватке. Но не только из-за высокого и героического Цзюнь Вуя... но и из-за военного положения! Их родители, их дети, их жены... их семьи пострадали бы от позора из-за их трусости, если бы они испугались перед лицом битвы. Так что, они должны были держать голову высоко поднятой. Ситуация была крайне сложной, но они просто не могли повернуть назад.

Однако они боялись умереть. Великие и возвышающиеся герои, возможно, встречали свою судьбу с достоинством... и без каких-либо жалоб. Так повелось ещё с древних времен. Но они были простыми воинами и не желали умирать.

Тем не менее, они чувствовали, что они собираются умереть за «настоящего друга», когда они услышали слова Цзюнь Мосе! Они знали, что умрут в решающей битве. И они не могли не задаться вопросом о своих семьях в этот момент. Тем не менее, человек, на которого они смотрели с такой неприязнью, стал источником их комфорта. И его торжественное обещание заставило их почувствовать облегчение.

Для чего человек живёт своей жизнью? Ради кого он так трудится и работает? За что он сражается в этих кровавых битвах? Он делает это для своих родителей, жены и детей. Мысли о славе и богатстве занимают второе место... особенно перед финальной битвой насмерть.

Единственное, о чем они беспокоились – это семья, которую они оставили. Но Цзюнь Мосе пообещал разобраться с этим вопросом. Они не подозревали, что он принял это решение из-за чувства вины. Но они всё равно чувствовали себя уверенными.

Им грозит смерть, но они примут её со спокойной душой!

Тогда триста мужчин встали на одно колено и осушили свои чаши. Затем они посмотрели на Цзюнь Мосе, прежде чем снова встали на ноги. Затем они пошли вслед за главнокомандующим... не поворачиваясь... и даже не оглядываясь назад.

- Это всего лишь заговор умерших из прошлого. Короли Ада сломали многие знамёна! – Цзюнь Вуй рассмеялся и продолжил, - это хорошее стихотворение. Там уже долгое время находится действительно бесчисленное множество моих хороших друзей!

Затем он приказал тихим голосом:

- Выдвигаемся!

Двадцать тысяч кавалеристов спешились, встали на колени и заговорили в унисон:

- Мы воздаем большое почтение главнокомандующему! Пусть он вернется благополучно и со славой!

«Пусть он вернется благополучно и со славой!» - эти слова звучали как оскорбление для Цзюнь Вуя. Но он не стал ничего делать. Тела трёх братьев Донфанг были прямыми, как копья, когда они медленно толкали его инвалидную коляску вперёд...

За ними были слышны слабые рыдания. Двадцать тысяч стоявших на коленях солдат не смели встать.

Военные знамена Южного Небесного Города развевались на ветру. Им было плевать, какая драма разворачивается внизу.

Четырёхтысячное войско молча ждало у городских ворот. Цзюнь Вуй был в инвалидном кресле. он выглядел спокойным. Будет ли он жить или умрёт... уже не имело для него значения. Он уже пренебрегал мыслями о своей жизни и смерти.

Сяо Хан и другие также стояли в строю. Они посмотрели на Цзюнь Вуя осмысленными взглядами. Их хитроумный трюк удался. В данный момент они выглядели самодовольными. Эта колючка в спине не была бы так счастлива в тот день... несмотря ни на что! Они не должны действовать сами, так как этот заговор работал сам, с момента, когда он согласился на роль главнокомандующего. Теперь он будет вынужден пойти на смерть, и не вернется с этой дороги!

Ли Ю Тянь, Одинокий Сокол, Ли У Бэй, Ши Чан Сяо и Фэнг Хуан Юнь стояли не слишком далеко оттуда. Эти пять человек смотрели вдаль. Ли Тэнгюн и другие из каждой могущественной семьи стояли за ними как зрители битвы. У каждого человека было различное выражение лица. У них, очевидно, были разные мысли.

- Шансы на сегодняшнюю битву действительно неизвестны? – Фэнг Хуан Юнь оделся в чёрные одежды, его волосы были черны, как крылья ворона, а на поясе висели чёрные ножны. Он стоял так же прямо, как копьё, когда он посмотрел на спокойного Цзюнь Вуя, стоящего во главе войска. Его сердце охватила печаль.

«Такой прекрасный человек своего поколения умрёт на моих глазах, и я ничем не могу помочь!».

- Нет никакой возможности и каких-либо шансов! – лицо Одинокого Сокола было мрачным. Глубоко в его глазах плескался гнев, который уже балансировал на краю ярости. Он был на грани взрыва. Он никогда не питал ни капли уважения к Ли Ю Тяню. Но его негодование по отношению к этому человеку достигло точки кипения на этом этапе. В тот день эти двое мужчин, которые были соперниками полжизни — Одинокий Сокол и Фэнг Хуан Юнь, в первый раз придерживались одного и того же мнения.

Ши Чан Сяо стоял сбоку. На его лице застыло удивление. Ли У Бэй стоял словно под кайфом. И Ли Ю Тянь стоял, скрестив руки за спиной. Его выражение лица было спокойным. Но он был полон высокомерия. Это свидетельствовало о его вере в то, что только его правление – самое высшее.

Ли Ю Тянь считал себя непроницаемым, точка зрения других людей не имела для него значения.

«Я решаю, является ли мой способ правильным или нечестным! Я уберу всех, кто отвернётся от меня! Даже если ты Великий Мастер равной славы... это не имеет значения для меня! Я заткну тебя, если ты осмелишься открыть рот! Сжатый кулак – самый сильный аргумент!».

Фэнг Хуан Юнь вздохнул.

Он вдруг решил стать сильнейшим Великим Мастером. Человек не мог понять этого странного чувства. Но он устал от поведения Ли Ю Тяня.

«Каким образом он несёт звание второго сильнейшего человека в мире? Он властен, когда скрывает свои недостатки и действует тираническим образом! В нем нет ничего хорошего... у него, вообще, ничего нет, кроме его разрушающей землю силы!».

Кроме того, Фэнг Хуан Юнь не мог терпеть сотрудничества между поместьем Сюэху и Городом Серебряной Метели в этом вопросе.

«Как они могли решиться свести личные обиды в такой критический момент?».

«Вы знаете, что эта битва будет решать всё будущее между экспертами Суань этого континента и леса Тянь Фа! Тем не менее... вы вступаете в сговор на таком важном этапе, чтобы вовлечь этого человека в руководство войсками. Кроме того, вы даже спешите, чтобы спасти своих собственных высокопоставленных членов! Где ваша совесть? Где ваша мораль?»

«Кроме того, Ли Ю Тянь и Город Серебряной Метели имеют достаточно сил, чтобы отступить, если звери Суань победят в этой войне против людей. Но, жизнь миллионов простых людей будет в серьёзной опасности, если это восстание пойдёт вглубь страны!».

«Это будет огромная катастрофа! Ли Ю Тянь и другие эксперты Духа Суань, вы разве не можете видеть это? Город Серебряной Метели может отступить на вершины гор и дистанцироваться от всего. Но он не может надеяться вечно держаться подальше от внешнего мира!».

Фэнг Хуан Юнь был одиноким и свободным воином. Но его холодная внешность скрывала тёплое сердце и рыцарскую индивидуальность. Он не предавался хитроумным сюжетам. Он также не использовал свою силу, чтобы запугивать слабых. Такие скромные трюки и схемы не подходили для героя в его голове. Он не мог терпеть их.

«Какой смысл быть Великим Мастером, если у человека такой характер? Разве имя Великих Мастеров не будет осквернено, если мы проиграем эту войну, и эта катастрофа пойдёт на тысячи миль вглубь страны? Как мы сможем избавиться от этого? Как Великий Мастер после этого поднимется к славе?».

- Откуда мне знать шансы на жизнь и смерть в этой битве? О.… пусть эти четыре тысячи сражаются и рискуют своими жизнями? Что мы можем сделать, верно? Итак, давайте просто посмотрим на драму, верно?

Фэнг Хуан Юнь усмехнулся и продолжил:

- Я пришёл издалека, чтобы помочь в борьбе за Южный Небесный Город! Даже простые люди по всему миру одолжили свои силы. А поместье Сюэху только отправило своих приспешников. Почему бы вам не отправить меня воевать? Вы послали только некоторых экспертов Суань Неба и Земли. Какая польза от этого?

Он был гордым человеком, и уже многое пережил. Но он не мог больше терпеть этого в тот момент. На самом деле, этот человек говорил бы откровенно, даже если бы он стоял перед Императором.

- Какая польза... Боюсь, это не твоё решение, Фэнг Хуан Юнь. И моё поместье Сюэху не может использовать экспертов высокого уровня!

Ли Ю Тянь скрестил руки за спиной. Он даже не повернулся, говоря:

- Брат Фэнг может добровольно уйти, если сочтёт это неприятным или неправильным. И я полностью приветствую, если он чувствует, что я ошибся, и хочет преподать мне урок!

- У меня нет возможности учить Великого Мастера Тянь. Я знаю это, – холодно ответил Фэнг Хуан Юнь. – Я не хочу учить тебя. Его слова были предельно ясны... Если бы я мог – я бы уже давно надрал твою задницу!

- Фэнг Хуан Юнь, я уважаю тебя как Великого Мастера! Но ты всё ещё не доволен тем, что у тебя есть! Как ты думаешь, кто ты? Как ты думаешь, кто это? С каких это пор у тебя хватает смелости быть таким неразумным перед моим отцом? – Ли Тэнгюн топнул ногой и крикнул.

Выражение Фэнг Хуан Юня стало холодным, как лёд.

*Хрясь!* – и Ли Тэнгюн весело полетел навстречу первому попавшемуся дереву. Его лицо распухло за секунду.

- Ты наглый ублюдок! Ты ставишь под сомнение имя Фэнг Хуан Юня? – две фигуры стояли на месте неудачливого малолетки. Но леща отвесить ему успел Одинокий Сокол. Он был единственным, кто мог сравниться со скоростью Фэнг Хуан Юня в этой компании.

Он видел, как рука Фэнг Хуан Юня двигалась, и понял, что будет в результате. Поэтому он бросился, чтобы первым врезать Ли Тэнгюну. На самом деле, он едва успел.

Кто был Фэнг Хуан Юнь? Уж явно не тем, кого мог попытаться оскорбить Ли Тэнгюн! Ли Тэнгюн был сыном второго Великого Мастера. Но, он был, как муравей в глазах Фэнг Хуан Юня.

Никто в этом мире не смог бы спасти Ли Тэнгюна, если бы рука Фэнг Хуан Юня успела выхватить меч. Даже Ли Ю Тянь не успел бы помочь своему собственному сыну! Фэнг Хуан Юнь обладал силой Великого Мастера, когда у него в руке был меч. Ни один другой меч не мог бы спасти Ли Тэнгюна, если бы он напал.

Одинокий Сокол принял меры и преподал Ли Тэнгюну урок. Он не только спас жизнь мальчика, но и спас жизнь Фэнг Хуан Юня. В конце концов, Ли Ю Тянь убил бы его, если бы он убил Ли Тэнгюна. Тогда жизнь Фэнг Хуан Юня тоже бы закончилась.

В чистом итоге Фэнг Хуан Юнь разменялся бы с Ли Тэнгюном. Но этот подлец не стоил того!

Одинокий Сокол и Фэнг Хуан Юнь сражались друг с другом десятилетиями, и медленно узнавали ценность друг друга на протяжении многих лет. В результате они стали друзьями, несмотря на то, что были соперниками. Поэтому, вполне естественно для Одинокого Сокола, чтобы разрешить ситуацию в его пользу.

Другой человек, который рванулся действовать, был Ши Чан Сяо; вопреки тому, чего все ожидали. Он думал о том же самом, что и Одинокий Сокол. На самом деле, он сделал ещё один шаг вперёд. Альянс рухнул бы, если бы два Великих Мастера начали сражаться друг против друга. Это не было бы хорошо для всего материка, если бы союзные силы были свидетелями внутренней войны и в результате развалились.

Глава 351. Несправедливые обвинения Ли Ю Тяня

Фэнг Хуан Юнь холодно посмотрел на Одинокого Сокола. Затем он повернулся к Ли Тэнгюну и проговорил холодным голосом, как только мальчик упал на землю:

- Ты должен знать, кого ты можешь обидеть, Ли Тэнгюн. Тебе повезло. Я убью всех, кто провоцирует меня... даже если они родственники Императора! Я не убил тебя ради репутации твоего отца. Более того... потому что я не мог игнорировать мои дружеские отношения со вторым Великим Мастером...!

- Фэнг Хуан Юнь, ты действительно очень могущественный! – Ли Ю Тянь, наконец, повернулся и надменно заговорил. Он не скрывал жажды убийства в своих глазах, когда он смотрел на Фэнг Хуан Юня холодным взглядом. Ши Чан Сяо и Ли У Бэй двинулись вперёд, чтобы урегулировать ситуацию, если придётся.

«Вы должны начать драться сейчас, когда мы вот-вот столкнёмся с таким грозным врагом?».

Фэнг Хуан Юнь вернул Ли Ю Тяню столь же холодный взгляд. Затем, он улыбнулся и сказал, качая головой:

- Кажется, мне не следовало приходить сегодня, – затем он повернулся и продолжил, – до свидания всем!

Его фигура взлетела в воздух, когда он закончил говорить. Затем, его суровый голос раздался из воздуха:

- Цзюнь Вуй! Мы ещё должны выпить вина и поговорить, если ты переживёшь этот день! Я – Фэнг Хуан Юнь – вижу твою трагедию и беспомощность. Я желаю удачи семье Цзюнь в ближайшие дни, но сейчас должен попрощаться!

Эхо его голоса не стихло, когда его тело внезапно переместилось. Тело Фэнг Хуан Юня выстрелило вперёд, как комета, и бесследно исчезло. Тем не менее, за ним остался один затяжной крик:

- Город Серебряной Метели, поместье Сюэху... их репутация велика, но они ничто! Хе-хе-хе...

Его голос разнёсся по всей долине: «они – ничто... они – ничто...».

Цзюнь Вуй поднял взгляд. Его холодное и возвышенное лицо наполнилось теплотой, когда он посмотрел на блестящий свет от меча Фэнг Хуан Юня.

- Большое спасибо, – ответил Цзюнь Вуй... как будто он разговаривал сам с собой. Он понял, что «справедливость» существует в этом мире. И что хорошие люди существуют в обществе.

Однако, это событие мгновенно сделало спокойное лицо Ли Ю Тяня тёмным и мрачным.

Он посмотрел на опухшее лицо своего сына; кровь вытекала из его рта. А потом он посмотрел на Одинокого Сокола и Ши Чан Сяо. Они также были с недовольными выражениями на своих лицах. Затем он с негодованием спросил:

- Могу ли я рискнуть спросить двух Великих Мастеров, считают ли они тоже, что это поведение "неуместно"?

- Ты искренне веришь, что твои интриги в этом вопросе соответствуют воле небес и будут считаться разумными? Ты действительно веришь, что это какая-то величественная справедливость? – Одинокий Сокол закатил глаза. Он продолжал с гневом:

- Ли Ю Тянь, разве ты не можешь сказать правильно, несмотря на то, что ты второй Великий Мастер?

- Кто в мире осмелится сказать, что этот старший путает между правильным и неправильным? – свет вспыхнул в глазах Ли Ю Тяня, когда он посмотрел на Одинокого Сокола. – Одинокий Сокол, не забывай, что у этого старика есть только один сын! Я готов сделать весь мир моим врагом, чтобы выполнить его желания!

- Ха-ха! Где был твой героический дух, когда ты столкнулся с этим «Достопочтенным Мэем» несколько дней назад? Я слышал, что твой сын – главная причина этой катастрофы. Ты посмеешь отрицать это? И он твой единственный сын, а? У тебя сердечко прихватило, когда я врезал твоему сыночку и заставил его кататься по земле, как блохастую собаку? Правда, я сделал это! Но мой удар спас ему жизнь в реальности. В противном случае, семья Ли никогда бы не смогла продолжить свой род! Так почему ты не торопишься оказать мне свою огромную благодарность?

Одинокий Сокол был слишком прямолинеен и не выдержал всей этой несправедливости. Он выпрямил шею и сузил глаза, резко высмеивая и игнорируя всё остальное. Он искренне не сдержался, даже, несмотря на то, что столкнулся с Ли Ю Тянем.

Он не дрогнул... несмотря на то, что знал, что он не может противостоять Ли Ю Тяню. Затем он указал на Цзюнь Вуя и повернул голову, говоря:

- Ли Ю Тянь – твой сын – это твой сын. Эти четыре тысячи мужчин, чьи жизни ты выбрасываешь, также являются отцами их детям и сыновьями их матерям. После смерти они превратятся в кости, как и твой сын! Его плоть будет также пахнуть, как и их, после смерти! Так в чём смысл баловать своего сына вот так?

Лицо хладнокровного мастера – Ли У Бэя стало холодным, когда он говорил:

- Ты споришь из-за таких тривиальных вещей, когда дело уже дошло до такой точки? Эта шутка уже не смешная! Мы, черт возьми, умрём такими темпами, но мы не должны умирать здесь. Тем не менее, ты думаешь, что мы можем выжить, если вы, ребята, продолжите вызывать внутренние споры? У этого старика было одиннадцать учеников несколько дней назад, я обучил их скрытности. Но, восемь из них умерли из-за какой-то непостижимой тайны, и я ещё даже не смог определить их убийцу. Разве я не должен отправиться в другое место, чтобы отомстить, если я буду принимать советы от вас?

Ши Чан Сяо также сдерживал свой гнев и пытался всех успокоить. Ли Ю Тянь не принял к сведению его, но Ши Чан Сяо был уважаемым и ответственным за образование в своей родной стране. Но он пришёл на эту сторону границы ради благополучия простых людей. Ши Чан Сяо никогда не считал себя хорошим человеком, но он, безусловно, был одним из лучших из них в этом сценарии; Ши Чан Сяо поспешил на помощь поместью Сюэху, когда они попросили. Слова Ли Ю Тяня были очень неразумны, но он знал, что сейчас не время для «сражения».

Одинокий Сокол был раздражён.

«Проклятие! Я принял меры ради Фэнг Хуан Юня. Но, в конце концов, я всё равно спас жизнь твоего сына. Ты должен быть благодарен мне! Но вместо этого ты только выбрасываешь бурю злых мыслей! Где здесь справедливость?».

«Ты думаешь, что ты можешь запугать меня, потому что я занимаю последнее место в списке Великих Мастеров? Ты думаешь, что я настолько слаб, что ты можешь так унижать меня? Я признаю, что ты сильнее меня. Но у меня есть скорость. Думаешь, ты мог бы догнать меня, если бы я решил убить твоего сына или тебя?».

Перворазрядные специалисты Суань Духа в этом мире, как Сяо Бу Ю, вышли вперёд, чтобы урегулировать ситуацию. Четыре Великих Мастера, в конце концов, фыркнули и отвернулись.

Одинокий Сокол выглядел очень жалко. Он знал, что Ли Тэнгюн был главной причиной всего этого разгрома. Но он не мог понять, почему Цзюнь Мосе помешал ему вступить в бой вместе с Цзюнь Вуем. Он не понял, откуда у Цзюнь Мосе была такая уверенность, хотя сам Великий Мастер был чрезвычайно встревожен этим. Поэтому у Великого Мастера не было выбора, кроме как время от времени оглядываться на Цзюнь Мосе…

Одинокий Сокол не собирался участвовать в этом деле; он уже получил предупреждение Цзюнь Мосе.

Просто молодой мастер Цзюнь ускользнул куда-то, и никто не знал его местонахождения…

Затем тёмное облако поднялось из глубин леса Тянь Фа, так как многочисленные летающие звери Суань быстро двинулись вперёд. Гром и грохот послышались из земли, когда земные звери Суань бросились вперёд. Никто, кто слышал этот грохот, не мог бы сказать количество зверей Суань, которые были частью этой армии. Однако огромного грохота и тряски земли было достаточно, чтобы напугать весь Тянсян.

Произошло внезапное колебание в воздухе, когда что-то пролетело со скоростью звука, чтобы приветствовать их. Это был Цзюнь Мосе, летящий, как комета, с помощью его Побега Инь Ян…

Затем громкий голос пронзил воздух:

- Ты готов, Ли Ю Тянь?

Маленькое чёрное пятно появилось в небе вместе с этим голосом. Оно внезапно стало больше, как таинственный человек, полностью закутанный в чёрное, внезапно пролетел со скоростью молнии и остановился в тридцати метрах перед ними.

Одна только скорость, с которой он преодолел всё расстояние между ними и лесом Тянь Фа, заставила бы любого вскочить на стол и кричать дифирамбы. Однако столов в округе, как назло, не было, поэтому хвалить этого «человека» никто не стал. Уровень эффективности Суань, необходимой для такой скорости, заставил всех онеметь.

- Достопочтенный Мэй! – Ли Ю Тянь сложил руки и поприветствовал этого человека вместе с тремя другими Великими Мастерами. - Я надеюсь, тебе стало лучше с нашей последней встречи!

Уважение к подлинному высшему эксперту мира всегда было бы разумным в любой обстановке.

Тем не менее, Ли Ю Тянь не мог ожидать, что эти слова его вызовут крайнюю реакцию с другой стороны... реакция, которая была такой же взрывоопасной, как извержение вулкана!

«Я надеюсь, тебе уже стало лучше с нашей последней встречи» – эти слова не были грубыми в своём смысле, что касается обобщённого контекста. Таким образом, слова Ли Ю Тяня технически не были проблемой с обобщённой точки зрения. Однако они значили что-то совершенно другое для Почтенного Мэя – «Ты выглядишь, как будто только что оправился от тяжёлой болезни!».

Почтенный Мэй имел чрезвычайно высокое культивирование. Тем не менее, его тело вздрогнуло, и он внезапно упал с воздуха, где он спокойно висел всё это время, когда он услышал эти слова. Таинственный человек быстро смог стабилизировать своё тело, снова завис в воздухе. Но, тем не менее, он упал, по крайней мере, на три метра.

Этот таинственный незнакомец стиснул зубы и заговорил:

- Это всё, что ты решил сказать, Ли Ю Тянь? Три дня прошло с момента нашего последнего разговора, и всё, что ты говоришь – «Я надеюсь, тебе уже стало лучше с нашей последней встречи»? Я думаю, что у тебя нет мозга внутри твоей большой башки. Или, возможно, он просто прогнил там. Может быть, твоя тупая башка просто полна тофу? Ты не можешь использовать свой мозг хотя бы время от времени? Может быть, привыкнешь! Как бесстыдно! Ты – позорный ублюдок! Почему бы тебе не пойти к чёрту?!

Этот несравненный эксперт неожиданно ответил на приветствие другого человека, бездумно бросаясь в него оскорблениями. Никто не мог понять этого поступка.

Ли Ю Тянь помрачнел из-за чрезмерной ярости.

«Что за хрень! Я только спросил, стало ли тебе лучше с нашей последней встречи! Почему ты обвиняешь меня в этом? Это непостижимо! Этот человек отреагировал так, как будто у него пригорела задница! Я всё ещё второй Великий Мастер, несмотря ни на что! Но этот хрен не оставил мне ни малейшей капли чести, и прямо вылил все свои притязания на публике! Как этот урод может вести себя таким образом? Почтенный? Охрененный!».

Как мог Ли Ю Тянь терпеть такое унижение публично, учитывая его статус? Поэтому он с холодным выражением спросил:

- Достопочтенный Мэй... кажется, сегодня ты очень зол... тебе не кажется, что ты слишком груб?

- Ли Ю Тянь, ты позорный ублюдок! Ты знаешь, что разговариваешь со своим старшим? Разве ты не знаешь разницу между старшим и младшим?! – голос «Достопочтенного Мэя» стал чрезвычайно резким... как у кошки, на хвост которой наступили.

Этот человек не был кем-то без хорошей сдержанности. Но, просто у Ли Ю Тяня был плохой день. Слова Ли Ю Тяня были вывернуты этим почтенным человеком в совершенно ином смысле из-за того, что этот человек вытерпел недавно.

Почтенный Мэй связал эти слова с величайшим унижением, которое он испытывал со своего рождения…

Это было похоже на ситуацию... В одном стихотворении сказано: «Можно делать все, что угодно, но даже воды в каждой реке в мире недостаточно, чтобы смыть позор с сердца человека...».

Сердце Почтенного Мэя почти разорвалось, когда он вспомнил это неловкое событие. Его кровь хлынула в мозг. И ему оставалось только кипеть от гнева.

«Мерзкие, противные и ужасные вещи, которые бесстыдный человек неоднократно делал со мной... только потому, что я не мог произнести ни слова! Этот Ли Ю Тянь должен знать об этом, верно? В противном случае, почему он вдруг поступил так, тем более прошло всего три дня с нашей последней встречи? Должно быть, он хотел подшутить надо мной!».

Это был, очевидно, личный психологический вопрос Почтенного Мэя. Как Ли Ю Тянь мог узнать о том, что произошло в лесу в тот день? Это была «путаница» с самого начала!

Однако Почтенный Мэй, очевидно, не понял этого. Поэтому Почтенный Мэй стал ещё более яростным, увидев, что выражение Ли Ю Тяня становится всё более и более вспыльчивым. На самом деле, Почтенный Мэй вскоре начал скрежетать зубами.

«Ты думаешь, что можешь просто подшучивать надо мной?»

«Этот Ли Ю Тянь, должно быть, свихнулся!»

Ли Ю Тянь был очень обеспокоен... он был несправедливо обвинён на горе совсем недавно, а сейчас его беспочвенно обвиняют на глазах у всей армии! Ему было предъявлено обвинение в преступлениях, которые он не совершал, и ему навязывали обвинения, как обычному преступнику. Можно предположить, что в июне начнётся снег, если Ли Ю Тянь умрёт от рук Почтенного Мэя из-за этого... снежные хлопья, возможно, будут единственным способом принести слёзы сочувствия бедному человеку!

Это было крайне несправедливо!

Глава 352.1. Безумная Битва (часть 1)

Властелин Тянь Фа вёл себя безумно, и вокруг него распространялась зловещая аура. Закутанный человек отчаянно хотел вести войну. Между тем, Большой Медведь уже вёл свой отряд наземных зверей Суань как можно быстрее.

Потом вдруг мягкий голос проговорил прямо в его уши из ниоткуда:

- Большой Медведь, ты возглавляешь первый «раунд» в сегодняшней битве?

Большой Медведь очень удивился поначалу. Он чувствовал, что рядом с ним кто-то есть. Как будто этот человек разговаривал с ним прямо во время его бега... как будто он был рядом с его ухом. Но он даже не мог видеть чьей-либо тени рядом с ним.

Однако Большой Медведь почувствовал, что это был Цзюнь Мосе. Он был где-то поблизости. Только он не мог его видеть. Король зверей Суань чуть не рассмеялся, уголки его рта отодвинулись назад. Он не мог не вздохнуть с облегчением после того, как он определил, кто именно сказал эти слова.

«Специалист высшей ступени – это специалист высшей ступени! Сколько людей в этом мире могут использовать такой удивительный метод?».

Он ответил почтительным тоном:

- Да, Король Львов, Король Тигров и я собираемся вести сегодняшнюю битву. Так, Короли Львов, Тигров и Медведей Суань сегодня ведут наши силы, чтобы сражаться против Южного Небесного Города!

- Хм, я посыпал порошок, который вы дали мне, на пять человек, – Цзюнь Мосе рассмеялся и продолжил. – Обратите внимание, и не ошибитесь в их личности.

- Конечно, – Большой Медведь подумал, что с таинственным старшим что-то не так.

«Разве он не слишком многословен сегодня? И, как мы можем ошибиться?».

Он не знал, что Цзюнь Мосе был очень взволнован сегодня. И поэтому он вел себя немного не так, как обычно.

Затем большой Медведь внезапно почувствовал прохладное ощущение, когда чистая Ци вошла в его тело через таинственного старшего. Она прошла через его тело и оставила после себя чувство необычайного комфорта. Травмы, которым подверглись меридианы Большого Медведя из-за «Неуловимой атаки, крушащей Вены и Сердце» Ли Ю Тяня, внезапно полностью исцелились. Он вскочил вне себя от радости. Он прокричал чрезвычайно благодарным тоном:

- Большое спасибо, старший!

Травма Большого Медведя изначально была довольно серьёзной. Тем не менее, Властелин Тянь Фа лечил его и улучшил его состояние до почти нормального. Поэтому аура Цзюнь Мосе подействовала как «Правильное лекарство в нужное время». И это полностью вылечило его травмы. Более того, Большой Медведь принял этот Десятилетний Дан. Таким образом, его культивирование значительно выросло.

Он посмотрел на свои кости, когда услышал, как голос снова говорит:

- Обстоятельства в этой битве сложились против этих пяти людей. Они столкнутся с серьёзной опасностью с вашей стороны. И они также столкнутся с опасностью со стороны их же «союзников»! Среди их «товарищей» будет много таких, кто попытается ударить ножом в их же спину. Я доверяю это дело тебе. Ни один из этих пяти человек не должен пострадать каким-либо образом!

- Пожалуйста, не волнуйтесь, старший. Я сделаю всё, что в моих силах... даже если мне придётся самому закрыть одного из них своим телом! – Большой Медведь решительно стукнул себя кулаком в грудь.

- Хорошо! Я рад, если это так! Вам не нужно проявлять милосердие к остальным; особенно к людям Города Серебряной Метели и поместью Сюэху! – Цзюнь Мосе тихо рассмеялся и продолжил, - а сейчас мне пора.

Большой Медведь огляделся в оцепенении. Но он ничего не мог обнаружить. Король зверей Суань подумал бы, что ему это только показалось, если бы не чувство комфорта, которое возникло из-за исцеления его внутренних повреждений.

Цзюнь Мосе ушёл, используя Побег Инь Ян. Затем он встретился с Высоким Журавлём. Он говорил с ним подобным образом. Затем он использовал Побег Инь Ян и вернулся после того, как почувствовал себя удовлетворённым.

«Это должно решить всё...».

Цзюнь Мосе много чего сделал за последние два дня. Однако он всё ещё чувствовал себя довольно угрюмо. Ли Ю Тянь защитил своего сына. Он открыто и бесстыдно впутал Цзюнь Вуя. И Город Серебряной Метели только добавил масла в огонь. Более того, остальные могущественные семьи просто согласились на всё. Это сделало Цзюнь Мосе чрезвычайно сердитым.

«Был ли мой дядя в такой ситуации сейчас, если бы не их интриги? Ему стало трудно избежать смерти! И это случилось, когда мы привели все наши силы, чтобы помочь усадьбе Сюэху! Этот вопрос вышел за рамки презренного – он стал непристойным!».

«Вы ведёте себя так бессердечно. Так что не вините меня за какую-то дьявольскую несправедливость! У меня сильная поддержка из леса Тянь Фа! Вы, люди, потеряете гораздо больше, чем вы хотели получить, если не будете осторожны с вашими грязными приёмами! Думаете, нашу семью Цзюнь можно так легко запугать? Я тоже припас пару грязных трюков. И вы скоро на собственной шкуре поймёте, что значит "грязная игра"!».

«Ли Ю Тянь и Ли Тэнгюн... я приготовил такой большой сюрприз для вас, отец и сыночек, что вы сами захотите сдохнуть!».

…

Почтенные Мэй и Ли Ю Тянь были в ярости в тот момент. Ши Чан Сяо поспешно шагнул вперёд. Затем он улыбнулся и сказал:

- Похоже, что Почтенный Мэй сегодня не в хорошем настроении. Хе-хе... нет ничего плохого в том, чтобы отдохнуть несколько минут. Мы можем продолжать говорить немного позже, вечером, после того, как мы все возьмём небольшой перерыв!

Мастер Жизни и Смерти произнёс эти слова, когда понял, что в тот день у Почтенного Мэя произошло что-то непредвиденное и очень нехорошее.

«Но его слова были слишком чрезмерными. Вы не должны были рассыпать эти безумные оскорбления на него перед его сыном, даже если бы он не был вторым величайшим мастером!».

«Есть поговорка: "Уважение так же важно для человека, как кора для дерева". Вы можете быть величайшим экспертом в мире. Но вы не имеете права запугивать кого-то так открыто! Разве вы не видите, что этот старший мастер так зол, что его губы стали зелёными? Он же сейчас лопнет от злости!».

Однако это событие превратилось в очень драматическое. Ли Ю Тянь полагался на своё превосходящее культивирование некоторое время назад и действовал властно и не считаясь с общим мнением в ситуации с Одиноким Соколом и Фэнг Хуан Юнем. На самом деле, он их обманул. Но роли быстро поменялись. И, тот, кого считали властным и сильным, теперь получал унижение за унижением…

Одинокий Сокол улыбался. На самом деле, он сиял от радости, когда слышал всё это.

«Ты можешь пожинать большой урожай в один момент, но в следующую секунду ты можешь топать по горячим тропинкам подземного мира! Только посмотри на это. Как быстро судьба дала тебе пинка под твою наглую задницу?».

Он моргнул несколько раз, и почувствовал огромную радость в своём сердце.

- Это у меня плохое настроение? Ха! – Почтенный Мэй услышал это и фыркнул. Затем он указал на Ли Ю Тяня и строго проговорил:

– Кто сказал, что этот «старший» в плохом настроении сегодня? Просто этот неудачник заигрывает со смертью! Эта четырёхлапая плюшевая игрушка на самом деле – второй Великий Мастер! Он бесстыдный и нелепый! Этому неудачнику нужен хороший удар по физиономии. Просто посмотри на его резкое выражение! Он смеет выставлять напоказ свои силы передо мной?! Ты такой чистоплюй, «мастер»! Как ты смеешь?

Ли Ю Тянь рассердился на это ещё больше. Его жажда убийства заставила его одежду трепетать, хотя не было ветра. Его лицо скрутило от ярости, и на нём осталось лишь выражение злости и ярости. Он проревел:

- Почтенный Мэй, я уважаю тебя, как Властелина Тянь Фа. И поэтому я хочу сохранить мир! Но ты унизил меня в третий раз за сегодня! Думаешь, Ли Ю Тянь боится тебя и ничего не сделает в ответ на твои оскорбления?

Даже глиняная фигурка имеет немного тепла внутри. Однако этот человек был вторым Великим Мастером! Что можно о нём говорить? Его оскорбили до конца. Сможет ли он назвать себя вторым Великим Мастером, если не отомстит после такой ситуации? Его репутация канет в Лету. Солдат не будет пахнуть духами, если обосрать ему лицо!

Почтенный Мэй с презрением фыркнул и сказал:

- Этот старший открыто унижает тебя! Что ты можешь сделать? Что ты посмеешь сделать?

Силуэт человека дрожал в воздухе, и никто не мог остановить его слова. На самом деле, никто даже не пытался остановить его. Ши Чан Сяо, Ли У Бэй, Одинокий Сокол и другие были слишком заняты наблюдением, чтобы остановить его.

Тело Ли Ю Тяня двинулось вперёд в ярости; словно от сильного порыва ветра. Он использовал свое мастерство под названием «Тринадцатилетний клинок Ю Тяня». Холодный шквал возник из рукояти его клинка. Каждый чувствовал, как острая Ци возникает из неё и словно бьёт по их лицам. Это заставило одежду каждого трепетать, и самих людей – поморщиться от боли. Поэтому никто из них не мог не сделать шаг назад.

Ли Ю Тянь топнул ногой так, что под ней появилась яма. Вокруг поднялась пыль.

Глава 352.2. Безумная Битва (часть 2)

Почтенный Мэй громко крикнул с воздуха:

- Ну, давай же! – его большой чёрный плащ затрепетал, когда он столкнулся с сопротивлением ветра. Затем он превратился в густой чёрный туман, который мог покрыть весь мир. Затем он рванулся прямо вперед, чтобы встретить своего врага, вместо того, чтобы избежать удара.

Организация решающей битвы даже не началась всерьёз. Но лидеры обеих сторон уже вступили в ожесточённую битву.

Ситуация накалилась до максимума!

Сердце Ли Ю Тяня было наполнено яростью и возмущением. Почтенный Мэй несколько дней назад подвергся неописуемому унижению и гневу. Поэтому они проявили полную силу всего за три хода. Кроме того, они действительно показали свои убийственные способности.

Областью этой решающей битвы была небольшая долина между двумя горами. Расстояние между базами на двух горах составляло не менее пяти километров. Тем не менее, два человека, претендующие на власть, двигались так быстро, что, казалось, облака следуют за их движениями. Их движения были слишком быстрыми, чтобы видеть глазами. Это было похоже на удар молнии... сначала здесь, потом там... а потом далеко... а в следующее мгновение – перед самыми глазами…

Вскоре в воздухе произошел взрыв. Он прозвучал как молния, посланная сошедшим с ума Богом. Звук взрыва разнёсся по воздуху. От места взрыва одна чёрная фигура полетела вниз, как ракета. Вторая чёрная фигура бросилась к Одинокому Соколу и другим, как комета.

Упавшим человеком был Ли Ю Тянь…

Его настигли безумные и пугающие удары Почтенного Мэя. Не успев взлететь, он полетел вниз. Никто не видел, что произошло, но Ли Ю Тянь успел понять, что его ударили по плечу, груди и животу. Не кулаком, а раскрытой ладонью!

Великий Мастер Ю Тянь сделал все возможное, чтобы подготовиться к этой атаке, и попытался сохранить хладнокровие. Однако его падение было слишком быстрым, и он никак не мог контролировать его. Он ударился о землю с громким ударом, и на месте его вынужденного приземления появилась большая воронка. Однако его падение не закончилось на этом. Он продолжал бурить землю из-за силы отдачи. На самом деле, казалось, будто перевернутая гора была выкопана в земле холма, на который он приземлился.

Почтенный Мэй, казалось, совсем сошёл с ума.

Послышался резкий и интенсивный рёв. Тёмная тень летела в воздухе с огромной скоростью. Даже огромный чёрный халат, который он носил, трепетал на ветру, лишь чудом не разрываясь на клочки. От бешеной скорости его плащ даже начал дымиться.

Его черные одежды едва не горели из-за трения о воздух... из-за его бешеной скорости.

Белая рука безупречной формы появилась из рукава чёрного халата. Эта красивая белая рука выглядела как богато изукрашенная резьба на слоновьей кости. Но ею двигала лишь бесконечно жестокая цель: убить и двинулась она в сторону Ли Ю Тяня. Никакой пощады для него сегодня не намечалось!

Ли Ю Тянь безумно взревел. Он сконцентрировал всю оставшуюся энергию в его теле, чтобы противостоять удару и сбежать.

Ши Чан Сяо, Ли У Бэй и Одинокий Сокол быстро поняли, что Ли Ю Тянь в чрезвычайной ситуации. Он был отвратительным человеком, но эти трое знали, что ему нельзя было умереть в тот момент. Они потеряют свой главный актив, если Ли Ю Тянь умрёт. Более того, яростный настрой Почтенного Мэя показал, что жизнь каждого человека скоро будет в опасности.

Трое мужчин почувствовали намерения друг друга и прыгнули вперёд изо всех сил. Второй, Пятый и Восьмой старейшины Города Серебряной Метели догнали их в прыжке, чтобы действовать как второй уровень защиты.

Семь экспертов собрались вместе, чтобы противостоять сумасшедшим ударам; удары, которые были самыми смертоносными во всем мире!

Почтенный Мэй испустил дикий рёв в воздухе и холодно прокричал:

- Ну же! – он не пытался ни уклониться, ни обойти их. На самом деле, этот человек, казалось бы, лишь добавил ещё больше силы в свои атаки за доли секунды.

*БАХ! БАХ! БАБАХ!*

Звуки неоднократных жестоких ударов слышались повсюду. Затем чёрная тень появилась в небе над лесом Тянь Фа. Она медленно поплыла вниз, на вершину дерева, и остановилась на ветке толщиной с мизинец.

После этого послышалось несколько стонов. Сяо Бу Ю и двое других старейшин Города Серебряной Метели были первыми, кто упал вниз. Эти трое скакали по скалам, как резиновые шары, отскакивая от камней и воя от боли.

Одинокий Сокол расправил руки, как Орел расправляет крылья, и взлетел на более чем тридцать метров, прежде чем он внезапно упал вниз. Однако он стабилизировался на молниеносной скорости и начал плавать. Его положение было не столь шатким по сравнению с другими.

Сравнительно более сильный Ли У Бэй был красным. Он повернулся, чтобы избежать атаки, но его вращение ещё не остановилось.

Одежда Ши Чан Сяо была порвана. В действительности, несколько обрывков плавали в небе, как бабочки. Он прыгнул назад, уклоняясь от атаки, сделал сальто, а затем отпрыгнул назад на тридцать метров.

Однако наибольший ущерб был нанесен второму Великому Мастеру, Ли Ю Тяню. Кровь появилась на уголках его рта, когда он яростно ревел. Его тело от удара взлетело в воздух. Тем не менее, никто не мог сказать, куда его тело полетит в следующую секунду…

Затем раздался громкий взрыв, и грибовидное облако пыли поднялось между восьмерыми.

Это было очень похоже на извержение вулкана! Скалы в округе были разрушены на мелкую щебёнку, которая полетела во все стороны. Они улетали в небо очень, очень далеко. Часть камней, которые взлетели вверх, стали падать вниз, как метеоры. Они врезались в землю с жуткой скоростью.

Восемь экспертов Суань Ци ошеломлённо посмотрели друг на друга.

Этого огромного взрыва в воздухе было достаточно, чтобы сильно ударить по самомнению любого эксперта. Это заставило их дрожать.

Ли Ю Тянь и остальные расположились возле вершины холма. Однако этот участок земли поднялся в результате взрыва. На самом деле, большая его часть была сметена этим взрывом. Кроме того, в земле появился огромный котлован. Никто не знал, насколько глубоко он шёл. Но бурлящие подземные воды начали появляться на дне ямы с приличной скоростью. В считанные секунды дно котлована превратилось в грязь…

…

Все, включая зверей Суань, которые только бежали в бой позади Большого Медведя, были шокированы этим. Их пасти распахнулись.

«Это реальный результат его силы!?».

«Мой Бог! Это очень жутко!».

Однако Большой Медведь был в худшем состоянии среди всех.

Этот чрезвычайно шокирующий взрыв заставил его, широко открыв глаза и рот, пялиться на место взрыва. Его щёки побелели, как рога молодого дракона... а затем, камень размером с куриное яйцо... то ли божественным вмешательством... то ли по чистому совпадению... влетел ему прямо в рот. *Крак!* – лишь глухой стук о зубы.

Зубы обычного человека были бы превращены в пыль. Но кем был Большой Медведь? Он был Королём Медведей Суань! И, к счастью, зубы Короля Медведей достойно выдержали испытание. Однако его голова гудела от удара. Он едва сохранил сознание, но бессознательно проглотил камень. Затем, он обнаружил, что этот камень не даёт ему дышать…

…

Семь экспертов Суань Ци объединились и вместе напали. Но они были способны только обороняться против атак Почтенного Мэя. Почтенный Мэй, возможно, использовал дешевые трюки. Тем не менее, важно знать, что четыре Великих Мастера и три эксперта Суань Духа нападали вместе.

Однако культивация Суань Ци Почтенного Мэя была на чрезвычайно шокирующем уровне.

Можно считать, что этот тип достиг ужасной силы и величайших высот в этом мире!

Пыль рассеялась и разлетелась вокруг. Ли Ю Тянь, Ши Чан Сяо, Ли У Бэй и Одинокий Сокол появились на оставшейся половине холма. Сяо Бу Ю и двое других сидели со скрещенными ногами и пепельными лицами. Они медленно пытались переместить свою Суань Ци, чтобы стабилизировать дыхание и восстановиться.

Этим троим не повезло больше остальных. Они были простыми экспертами Духа Суань. Даже их культивирование Суань было сравнительно слабее. В результате они уже получили внутренние повреждения. Эти внутренние травмы пока ещё были не очень серьёзными. Но отсутствие силы негативно сказалось на них при столкновении с таким ошеломляющим мастером. Они сравнительно медленнее отреагировали во время этого огромного взрыва в результате их более слабого культивирования. И это отняло у них драгоценное время, поэтому они получили намного больше повреждений, чем все остальные. Сила была важна на критическом этапе, и её отсутствие могло привести к тревожной ситуации... или смерти. Таким образом, они быстро пытались ухватиться за любой момент, когда они могли хотя бы секунду стабилизировать своё дыхание, и максимально восстановиться.

Однако им не повезло...

Глава 353. Великие мастера, сотрясающие миры

Цзюнь Мосе спрятался высоко в небе, чтобы наблюдать за разворачивающейся драмой после того, как он сделал всё, что хотел. Он был очень взволнован, когда он смотрел на разворачивающуюся сцену внизу... особенно когда Властелин Тянь Фа высмеивал Ли Ю Тяня. Молодой мастер Цзюнь почувствовал желание станцевать и громко похлопать в ладоши, как в цирке. Затем он стал очень ликующим, когда два эксперта начали сражаться.

Однако этот момент крайнего счастья и волнения быстро превратился в момент скорби. Огромный взрыв Ци произошёл под ним. И, в конце концов, он не был экспертом Суань Духа. Он не мог понять, что происходило внизу, и был пойман врасплох. Затем пришла интенсивная взрывная волна вместе с валуном, который был не менее трёх метров в диаметре. Этот валун летел прямо вверх, и никто не мог его остановить... Даже задница Цзюнь Мосе, которую он встретил по пути...

Его задница напоминала диск в данный момент. На самом деле, она напоминала диск, который покраснел от тепла. Поднимаясь всё выше и выше, он не мог оторваться от скалы. Цзюнь Мосе почувствовал сильную боль и чуть не закричал. Он поднял глаза и почувствовал, что вот-вот умрёт и достигнет мира бессмертных. Хотя, если этот камень не перестанет лететь вверх, то он достигнет мира бессмертных, прямо сидя на нём...

«Черт, да что за пипец здесь происходит?! Я просто наблюдал, а мне такой поджопник ни за что ни про что!».

«Я всё ещё использую Побег Инь Ян», - Цзюнь Мосе, в конце концов, подумал о том, чтобы совершить побег после того, как он достиг уже большой высоты. Тем не менее, он не мог оттолкнуть этот валун, так как его скорость была слишком велика. Поэтому он решительно и злобно пнул его, развалив на куски. И затем, Цзюнь Мосе воспользовался этой возможностью и ушёл в Пагоду Хунцзюнь.

Это было действительно захватывающе!

Все могли только смотреть, как огромный валун в три метра взлетел вверх, но не опустился вниз. Это произошло потому, что Цзюнь Мосе беспощадно развалил его на куски своим ударом…

Почтенный Мэй поднял взгляд с вершины дерева, и осмотрел эту сцену с подозрительностью. Затем он снова обратил внимание на четырёх Великих Мастеров. Тогда Владыка Тянь Фа заскрежетал зубами и поднялся в небо. Почтенный Мэй снова приготовился атаковать!

– Подождите, Почтенный Мэй! – издали раздался громкий крик. Культивирование Суань помогло произвести этот звук очень громко. Звук взорвался, и громко повторился эхом. Это было разрушительно. Голос принадлежал Ли Ю Тяню, и два человека в чёрном неожиданно появились перед ним. Было заметно, что они оба носили пурпурно-золотые пояса на талии. Более того, у них обоих были мечи в пурпурно-золотых ножнах.

У этих двух мужчин была яркая и красивая внешность. Это были мужчины среднего возраста с элегантной выправкой. Чёрные одежды, в которые они были облачены, делали их ещё более героическими. Двое мужчин поднялись в воздух со своих позиций и повернулись к Почтенному Мэю. Затем они сложили руки и с улыбкой сказали:

- Нас не было много лет. Я верю, что вы были здоровы с нашей последней встречи, Почтенный Мэй. Вы узнаёте этого старого покойного друга?

Почтенный Мэй невесомо поднялся в небо. Его светлые глаза изучали новичков. А затем, Владыка Тянь Фа заговорил тихим голосом:

- Это вы! Это... несколько неожиданно! Как я могу быть не в порядке, если вы в порядке?

Ли Ю Тянь теперь стоял за двумя мужчинами. Он стал чрезвычайно мрачным и закатил глаза.

«Эти двое задали тот же вопрос, что и я тогда. Но он даже ни слова против не сказал. Дело в том, что... Почтенный Мэй не рассердился, когда они спросили об этом. Итак, почему я чуть не потерял свою жизнь, когда спросил то же самое?».

Один из мужчин среднего возраста улыбнулся и говорил:

- Почтенный Мэй уже может свободно и беспрепятственно бродить по всему миру. И мы видим, что ваше культивирование Суань ещё больше увеличилось! Поэтому мы должны вас поздравить!

- Поздравить меня? Вы оба должны получить похвалу! Вы, два прославленных воина, исчезли без объяснения причин, и не показывались в смертном мире десятилетиями. Но, оказывается, вы стали высшими ректорами при Императрице Неуловимого Мира Бессмертных!

Достопочтенный Мэй говорил холодно, но его голос затих, когда его глаза снова обвели их:

- Ли Бао Ю, Бу Кан Фенг... два великих мечника тех дней! Бао Ю, Кан Фенг... два великих мастера пришли в Тянь Фа. Чему этот Мэй обязан такой чести?

Большинство людей не могли понять эти слова. Эти два имени были слишком далёкими для большинства из них. Но Ли Ю Тянь вместе с другими Великими Мастерами, старейшинами Города Серебряной Метели и несколькими главами некоторых могущественных семей показали шок и трепет на их лицах.

Большинство людей не помнят эти имена. Однако эти имена напугали бы всех людей без исключения шестьдесят лет назад. На самом деле, просто их имён было бы достаточно, чтобы заставить людей покинуть свои дома. Любой, кто достиг наивысших эшелонов культивирования Суань, знали их имена и дрожали при одном их упоминании.

В прошлые дни среди восьми Великих Мастеров были две пары побратимов. И они были неразлучны, как коллеги. Тем не менее, две пары не любили друг друга, и среди них было чувства взаимного сдерживания. Они сражались каждый раз, когда сталкивались друг с другом, и эти бои всегда были разрушительными по своей природе.

Более того, характер этих четырёх человек был довольно злым. У них не было никаких сомнений в своих силах, и они делали так, как им было угодно. Эти четверо несли ответственность за большую часть хаоса на континенте. Но затем, четыре известных человека исчезли в одно и то же время, в один день. Все думали, что их убили. Бесчисленные люди чувствовали облегчение и хлопали в ладоши от радости. И с течением времени легенды об этих четверых исчезли. С тех пор прошло шестьдесят лет. Поэтому остались очень немногие, кто знал о делах тех дней.

Однако одна из этих пар побратимов внезапно появилась перед ними в это время.

Двое Мечников, сжимавших мир за яйца – Ливень и Ураган! И оба они были Великими Мастерами!

Их настоящие имена были Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг!

Что касается другой пары братьев... они были настоящими братьями. И они тоже были очень знаменитыми. Но славились они совершенно нелепо.

Жанпо Фэн Юн и Жанпо Тянь действовали безумно всю свою жизнь!

Они были такими всю свою жизнь. И они остались бы такими, если бы были живы. Они оба тоже были Великими Мастерами.

Никто даже не ожидал услышать кошмарные имена Великого Мастера Ливня, и Великого Мастера Урагана перед битвой здесь, в Тянь Фа... и гораздо меньше ожидали увидеть их лично!

Тем не менее, было кое-что ещё более запутанное, чем это. Эти двое не были молоды, когда они исчезли. На самом деле, им тогда было, по крайней мере, по восемьдесят лет. Итак, как они могли выглядеть в среднем возрасте после шестидесяти долгих лет? Может ли быть, что они практиковали какие-то омолаживающие техники?

- Вы льстите нам, – тот, кто ответил, имел родинку рядом с одним из его глаз. Старшее поколение знало и об этом. Это была ярко выраженная особенность лица Великого Мастера Ливня – Ли Бао Ю. Затем они услышали, как он рассмеялся и продолжал:

- Мы с братом слишком незначительны для этого. Как мы можем посметь воздать честь Почтенному Мэю? Просто мы были посланы Неуловимым Миром Бессмертных, чтобы быть свидетелями битвы между Тянь Фа и остальным континентом.

- О? Таинственный Неуловимый Мир Бессмертных был возмущён такой тривиальной вещью? Если это так, то Мэй будет гордиться этим! – Почтенный Мэй рассмеялся в ответ. Не имело значения, придется ли ему сражаться и убивать этих двух Великих Мастеров.

- Опять же, вы льстите нам. Мы, два брата, просто пришли, чтобы передать вам послание Императрицы Почтенному Мэю, – ответил Бу Канг Фенг.

- Пожалуйста, говорите... я не знаю, что эта лицемерка может мне предложить. Что она сказала? – Почтенный Мэй спросил с чувством любопытства.

Ли Бао Ю дёрнулся, когда услышал слово «лицемерка». Тем не менее, он усилием воли подавил свой гнев и заговорил:

- Императрица сказала: «Хорошо, что Тянь Фа идёт на войну. Мы верим в поведение Почтенного Мэя. Этот конфликт между экспертами Суань также прекрасен. Три святые Земли и сражение за власть. Но мы просим Почтенного Мэя проявлять снисходительность по отношению к простым людям».

- Ха-ха! Она всегда оплакивала состояние Вселенной и жалела человечество в своём отвратительном тоне! – Почтенный Мэй рассмеялся. – Но мой Тянь Фа никогда не допускал какого-либо влияния от других лиц — даже если это существо из Неуловимого Мира Бессмертных. Не говорите мне, что она думает, что она может приказывать моему Тянь Фа? Какая большая шутка!

- Почтенный Мэй может делать то, что ему хочется. Мы не будем вмешиваться. Мы бессильны вмешиваться. На самом деле, мы ничего не будем делать, независимо от результата. Мы сообщим только то, что видели, и Императрица решит, – Ли Бао Ю улыбнулся.

Почтенный Мэй фыркнул и сказал:

- Два земных мечника тех дней – Ливень и Ураган, Великие мастера – привыкли перемещаться беспрепятственно и свободно. Они обладали лёгкостью, природной уверенностью и жестокостью. Я никогда не ожидал, что они станут предвестниками нравственной целостности, как только они станут ректорами Неуловимого Мира Бессмертных. Я восхищаюсь обучением, которое происходит при дворе Императрицы. На самом деле, мне не показалось бы странным, если бы вы двое не смогли остаться непобедимыми, если бы снова встретились с вашими безумными соперниками.

Эти слова явно предназначались для того, чтобы назвать Ливня и Урагана рабами. Слова не были произнесены прямо, но смысл, стоящий за ними, был понятен только им. Кроме того, они также сравнивались со своими старыми личностями. Тогда было отмечено, что их культивирование Суань не увеличилось намного, хотя они появились моложе. Фактически, предполагалось, что эти двое не смогут идти в ногу с величайшими и самыми безумными из своих противников.

Лица Ли Бао Ю и Бу Канг Фенга исказились. Их глаза наполнились яростью, а они бессознательно схватились руками на рукояти своих мечей и шагнули вперёд.

Лицо Ли Ю Тяня внезапно наполнилось радостью.

«Эти двое собираются войти в бой? Наши шансы на успех будут выглядеть намного лучше, если они…».

Тем не менее, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг отошли назад после того, как они сделали этот шаг... и это произошло именно тогда, когда Ли Ю Тянь думал об их вмешательстве. Ли Бао Ю спокойно сказал:

- Почтенный Мэй – очень способный человек. Нет необходимости провоцировать нас сегодня. Это неуместно для нас. Мы не вступим в сражение сегодня, но это не означает, что мы не сделаем этого в будущем. На самом деле, мы, два брата, сможем найти способ позже, если Почтенный Мэй огорчён такой упущенной возможностью!

Одежда Почтенного Мэя издавала на ветру хлопающий звук. Он улыбнулся, когда заговорил:

- О, правда?

Глава 354. Битва Начинается

Затем Бу Канг Фен заговорил мрачным голосом:

- Почтенный Мэй, похоже, заинтересован в нашей тренировке. Почему бы нам не пойти навстречу и не принять? Я уверен, что он тоже изменился. Он, по крайней мере, будет отличаться по сравнению с нами, двумя братьями, – слова, которые он говорил, казались им очень загадочным значением. Даже Ли Ю Тянь не мог понять, что они имели в виду.

Почтенный Мэй «плавал» на расстоянии. Однако он казался очень злым. Его одежды начали трепетать на ветру, и, казалось, он готов был нанести удар. Но затем он остановился и восстановил спокойствие. Затем он ответил мягким тоном:

- В конце концов, я отправлюсь в Неуловимый Мир Бессмертных и покажу вашей Императрице тот конец, который предназначен для лицемерки!

Ли Бао Ю собирался ответить, когда Почтенный Мэй прервал его:

- Подойдите, если вы двое собираетесь участвовать в сегодняшней войне. Но отойдите в сторону, если вы только хотите наблюдать. У меня нет никакого интереса спорить с вами двумя. Убирайтесь!

- Очень хорошо, мы пришли сюда только для того, чтобы понаблюдать. Таким образом, Почтенный Мэй может просветить нас в детали, – ответил Ли Бао Ю холодным голосом.

- Это просто. У нас будет три битвы, чтобы определиться с победителем. Легионы, расположенные в боевых формированиях, будут сражаться в первом бою. Вторая битва состоится между лидерами группировок. И третья, решающая битва будет между экспертами! – Почтенный Мэй фыркнул и обратился ко всем. – Мы вернёмся к Тянь Фа, если вы выиграете. И звери Суань никогда не появятся после этого. Но у нас есть три условия, если вы проиграете. Во-первых, Ли Ю Тянь вернёт ядро Короля Пантер Суань. Во-вторых, экспертам Суань будет запрещён вход в Тянь Фа. Я заберу десять тысяч жизней с материка, даже если один из вас зайдёт в лес. Я заберу двадцать тысяч жизней, если двое, и я также уничтожу их семьи до девятого поколения в качестве компенсации в этом случае! В-третьих... я сломаю обе ноги сыну Ли Ю Тяня. Эта война началась из-за него. Пусть она закончится и для него.

- Это очень несправедливо! – Бу Кунг Фенг усмехнулся. – Вам нужно только отступить, если вы проиграете, а мы должны придерживаться трёх условий? Вам не кажется, что это слишком, Почтенный Мэй?

- Разве будут возникать будущие споры, если вы не будете входить в лес? И почему ядро Суань Короля Пантер в животе Ли Ю Тяня? Разве вы не находите это неправильным, Бу Кунг Фенг? – Почтенный Мэй воскликнул в гневе.

Ли Ю Тянь шагнул вперёд и произнёс суровым голосом:

- Эта ситуация была создана твоим Тянь Фа! Как мы, отец и сын, виноваты в этом? Ты был тем, кто сегодня перепутал правильное и неправильное. Разве ты не возлагаешь всю вину на нас? Человек, который перепутал правильное и неправильное, это ты, а ты – один. Более того, какое отношение эта решающая битва имеет к моему сыну? Почему третье условие такое долбанутое? Что мой сын сделал, чтобы вызвать такие меры? Тебе не кажется, что ты слишком жесток, Почтенный Мэй? Твои заявления просто нелепы!

Великий Мастер Ли был очень зол. Однако он чувствовал, что получил по заслугам. Он вынудил Цзюнь Вуя выйти на поле боя, потому что его сын попросил об этом. Он послал только четыре тысячи мужчин, хотя он должен был продемонстрировать всю свою силу. Можно сказать, что эти люди были отправлены умирать без пользы. Другими словами, это будет полное поражение; не было никаких шансов на успех. Любой, у кого есть глаза, мог видеть это очень ясно.

Однако Почтенный Мэй теперь поднял условие относительно ног его сына, и результат этого будет зависеть от победы или поражения. Поэтому он сейчас был в растерянности. Ли Тэнгюн замышлял бы снова против Цзюнь Вуя, если бы он знал, что его ноги также будут зависеть от него?

Послали бы тогда Цзюнь Вуя на смерть, если бы так было?

- Я дал вам отличный вариант. Хорошо, если Великий Мастер Ли не согласен, тогда я просто поведу все свои силы, чтобы продолжить нападение на остальной континент. Ты не сможешь винить меня за все страдания смертного мира. Во всяком случае, я предложил вам мирное решение. Я ничего не могу сделать, если вы не согласны.

Почтенный Мэй посмотрел на Ли Ю Тяня. Выражение в его глазах было понятным: ему было вообще плевать, согласится ли противоположная сторона на его предложение или нет…

Эти условия, очевидно, были связаны с престижем Тянь Фа сейчас; и это было необходимо.

- Я не буду менять три условия, несмотря ни на что. Вы согласны или нет?

- Я не согласен!

- Я согласен!

Два разных ответа одновременно исходили из уст Ли Ю Тяня и Ли Бао Ю.

- Ректор Ли... мы должны рассмотреть этот вопрос, – Ли Ю Тянь едва не плюнул кровью от гнева. Однако он знал, что не может провоцировать Неуловимый Мир Бессмертных. Он отличался тем, что является Вторым Великим Мастером, и уважал это достижение в мирском обществе. Но он знал, что этот статус его был ничем в глазах Неуловимого Мира Бессмертных. Кроме того, он также знал, что он даже не сможет сравниться с двумя Великими Мастерами – Ли Бао Ю и Бу Кунг Фенгом – даже если он будет сражаться с ними по одному.

- Нет необходимости рассматривать это. Это эквивалентно приказу Императрицы, – отрезал Ли Бао Ю. Затем он улыбнулся и продолжил тихим голосом. – Брат Ли, успокойся. Как ты думаешь, кому-то ранга Почтенного Мэя будет нелегко справиться с твоим маленьким сыном, если мы проиграем эту битву? Сделай шаг назад и подумай. Жизнь твоего сына не будет в опасности. В лучшем случае ему сломают ноги. Но, трём святым землям нужно найти козла отпущения, чтобы закрепить ответственность за разрушения, причиненные восстанием зверей Суань, если мы не согласимся на условия Почтенного Мэя.

- Но... – Ли Ю Тянь хотел сказать, что он уже поглотил ядро Короля Пантер. Как он мог выплюнуть это сейчас? Он собирался сказать это, но он проглотил свои слова обратно. Он взял ядро Суань, но оно всё ещё было внутри его живота. Ли Ю Тянь ждал, чтобы поглотить ядро Короля Медведей Суань. Но ядро Короля Пантер останется нетронутым, пока это не произойдёт. Однако, что бы Ли Бао Ю и Бу Кунг Фенг подумали, если бы они знали, что Суань ядро всё ещё цело?

Ли Ю Тянь оценил ситуацию. Затем он спросил себя:

«Что бы я сделал, если бы был на их месте? Я, конечно, захотел бы забрать это сокровище силой... но, могу ли я надеяться конкурировать с этими двумя великими мастерами, если они соединят руки?».

Ли Ю Тянь промолчал. Итак, двое других предположили, что он дал своё одобрение. Затем они обратились к Почтенному Мэю:

- Почтенный Мэй, мы можем начать битву?

Почтенный Мэй медленно кивнул. Он не сказал ни слова и протянул руку. Из рукава вылетел маленький золотой меч. За этим последовал жестокий порыв ветра.

Ожидалось, что меч будет двигаться очень быстро, так как от него исходил такой мощный звук; на самом деле, это было бы совершенно разумно, если бы он двигался со скоростью звука. Однако он двигался очень медленно. На самом деле, это было даже медленнее, чем обычная стрела.

Однако свет меча за ним становился всё более толстым. Казалось, что молодой дракон с девятого неба протягивал свою лапу. Он продолжал издавать этот крик, похожий на драконий, пока он не достиг другой стороны горы.

Это была боевая команда!

Ли Ю Тянь поднял руку. Его выражение лица было жестоким.

Большой Медведь испустил дикий рёв. На самом деле, он почти напоминал громовой удар, когда он потряс девять небес. Тогда Король Медведей прыгнул вперед. За ним последовали три вида разных зверей Суань — медведи, тигры и львы. Три Короля зверей Суань вели свои силы и вырвались из леса, как буря.

Их было не много... всего четыре тысячи.

Цзюнь Вуй махнул рукой, указывая сигнал. Затем четыре тысячи мужчин быстро собрались в конусную формацию. Однако после этого они оставались неподвижными.

Цзюнь Вуй не имел ни малейшего представления о внутренней истории. Но он знал, что силы его из четырёх тысяч человек были гораздо слабее, чем четыре тысячи зверей Суань, с которыми они собирались столкнуться. Он знал, что они находятся в невыгодном положении. Разница в силе между двумя сторонами была как минимум в три-четыре раза; может быть, даже больше. Поэтому на данном этапе им придётся использовать надлежащую тактику. В противном случае, это не было бы даже «борьбой» против зверей Суань... это было бы односторонней бойней.

Его план начался с закладки ловушек впереди. Затем они ждали, когда нападавшие приблизятся. Четыре тысячи его людей запустили бы своё секретное оружие, как только враг достаточно приблизится. Он разместил самых сильных экспертов в области, где сильные звери Суань попытаются прорваться. Он организовал их группами по семьдесят восемь человек, и эти люди должны были напасть на своих противников со всех сторон. Остальные его люди заполнили бы пробелы и сделали всё возможное, чтобы обеспечить поддержку по мере продвижения битвы.

Некоторые жертвы были бы неизбежны в этом боевом плане. Однако их шансы на успех увеличивались на значительное число, если бы всё пошло по плану. И они могли бы дать хороший отпор своим врагам. Тем не менее, Цзюнь Вуй не думал об окончательном исходе битвы.

Тем не менее, даже если бы они умерли в этой битве... они, по крайней мере, умрут доблестной смертью!

Следует отметить, что стратегия Цзюнь Вуя была очень эффективной даже перед лицом столь грозного натиска зверей Суань. Да, они всё равно все погибнут. Тем не менее, они достигнут большего результата, чем, если попрут в бой, сломя голову. На самом деле, они могли бы нанести большой ущерб зверям Суань. По оптимистическим оценкам, они сумеют забрать с собой в Ад не менее половины зверей Суань!

Их было всего четыре тысячи, и они собирались столкнуться с таким же количеством врагов. Однако сила зверей Суань в несколько раз превышала их собственную. Таким образом, эта битва будет считаться победой человечества, даже если всего половина их врагов погибнет.

Однако этот план будет работать только на бумаге, если возникнут проблемы в осуществлении; независимо от того, насколько превосходный план. Можно ли искренне ожидать, что многие люди, собравшиеся там, подчинятся приказам Цзюнь Вуя? Многим из них было дано указание помочь его смерти наступить быстрее. И эти потенциальные «союзники» сделали всё возможное, чтобы в его рядах подавляющее большинство солдат составляли именно такие «помощники».

Бойня, которой можно было избежать... или хотя бы задержать... началась…

- Отсиживаться в этой жопе и ждать, пока мы сдохнем? Братья, не слушайте этого трусливого верховного мудака-инвалида! Следуйте за мной, чтобы убить их! Мы можем легко убить шесть или семь зверей! Разве мы не победим, если каждый человек убьёт одного или двух врагов?

Позади раздался крик, и члены поместья Сюэху двинулись вперёд. Они были размещены на задних рядах, но теперь неслись на фронт. И вскоре они оказались на фронте формирования Цзюнь Вуя. Битва ещё даже не началась, но формирование уже было сломано. И семь сотен человек поместья Сюэху продолжали мчаться вперёд, несмотря на опасности, под руководством трех экспертов Суань Духа.

Глава 355. Странная Битва

Они взяли на себя инициативу.

Двенадцать членов Города Серебряной Метели нарушили строй. А потом, эксперты из влиятельных семей последовали их примеру. У изначального формирования Цзюнь Вуя был лишь квадратный массив из трёхсот человек.

Следует отметить, что побуждающие слова, которые были произнесены людьми из поместья Сюэху были, отчасти, правдой. Они непременно победят, если каждый человек сумеет убить в среднем два зверя Суань. Тем не менее, была ли у них сила, чтобы убить много войск? Сколько из них были экспертами Суань Духа или Неба?

Однако следует признать, что три с лишним тысячи человек, которые бросились вперёд, молчаливо понимали это. Люди из поместья Сюэху вышли вперёд. Они внезапно повернули налево, и попытались обойти зверей Суань. А возмутители спокойствия из Города Серебряной Метели повернули направо, пытаясь обойти их с другой стороны. Люди за ними не понимали, что происходит. Итак, они также повернули направо. Некоторые люди позади не решались пойти направо и оказались в затруднительном положении. Но, вскоре они увидели волны тысячей зверей Суань, которые бросились на них, и остались на месте с перепугу. Единственное, до чего они додумались – просто уйти с дороги. Им было всё равно, направо или налево... самым важным в тот момент было спасти свою жизнь.

Тем не менее, триста мужчин Верховного Главнокомандующего Цзюнь Вуя остались погибать под когтями зверей Суань.

Четыре тысячи зверей Суань текли вперёд ревущей рекой!

- Мать вашу! Что они творят? – Донфан Вэн Цин кричал в гневе. Глава семьи Дуанму — Дуанму Чао Фан — стоял рядом с ним. Его усы дрожали от гнева и растерянности, когда он ругался в своей обычной манере. – Этот... мать его... Ли... Ли Ю... мать его…

Глава другой семьи – Сиконг Ан Е – стоял рядом с ним. Выражение его лица было выражением человека, утопающего в воде. Он гневно прорычал:

- Чёрт возьми! Я убью всех перед моими глазами! И ты перестань заикаться! Тебя ещё не сожрали звери Суань. Так что перестань быть таким мрачным!

- Да дерьма кусок! Я... я не закончил... говор... говорить...! – Дуанму Чао Фан был очень зол, но сумел сказать несколько... гладко. Особенно первое слово – Дерьма кусок! Это слово было произнесено ясно и без каких-либо проблем.

- Хватит болтать! – Сиконг Ан пришёл в ярость, и вытащил свой меч со зловещим взглядом. К ним бежал золотой Тигр. Укус такого тигра может порвать всё что угодно. Его хвост был похож на железный стержень и мог ударить не хуже меча. Однако движения тигра были ещё более странными. Его стиль сражения казался, как будто у него были дикие боевое инстинкты, но он всё ещё был довольно изысканным. Сильный ветер свистел и трепетал шерсть, когда он рвался вперёд, и было очевидно, что он освоил свой собственный стиль боевых искусств.

У кого был шанс, если эти звери Суань были такими искусными в использовании боевых искусств?

Их только что накрыло волной зверей Суань несколько минут спустя. Донфанг Вэн Цин и другие сейчас столкнулись с несколькими зверями Суань. Хоть они и были бдительны, они задавались вопросом:

«Что, если эта волна зверей Суань была сродни какому-то приветствию. Звери просто кружили вокруг них. А потом, они просто… Ушли!».

Лица всех, кто наблюдал с вершины холма, стали тёмными.

- Так ты организовал свои войска, Ли Ю Тянь? Эксперты ушли, и сбежали в разных направлениях. Они вступили в бой без каких-либо обязательств и оставили своего Верховного Главнокомандующего открытым! Они уничтожили весь строй! Любой, кто подвергает своего Верховного Главнокомандующего такой опасности, может быть обвинён, даже если бы это была обычная битва. Эти три тысячи мужчин не выжили бы, если бы это было так!

Ли Бао Ю указал пальцем на поле боя и спросил Ли Ю Тяня, рассмеявшись и покачав головой:

- Неудивительно, что ты не хотел принимать эти условия. Ты никогда не намеревался выиграть эту битву, да? Я полагаю, что многие из этих четырёх тысяч воинов – твои враги, которых ты решил спокойно слить? Это отличный трюк!

Бу Канг Фенг затем вмешался в разговор и сказал:

- Верховный Главнокомандующий, как великий знаток этого поколения, когда дело доходит до «искусства войны», начал с организации войск в форме клинка. Такая формация будет защищать от атак в начале. На самом деле, эта защита поглотила бы всю тяжесть удара. Тогда он смог бы стабилизировать ситуацию... даже если он не мог победить зверей Суань. Кроме того, он заложил много ловушек на фронте, чтобы свести к минимуму потери на его стороне. Затем они могли бы получить поддержку друг от друга, чтобы набрать силу для контратаки против зверей, если бы они пережили первую волну атак. Это такой блестящий план! Он просто великолепен! Жаль, что подлая душонка разрушила его!

Слово «подлая душонка», очевидно, относилось к Ли Ю Тяню. Лицо Великого Мастера Ли вдруг стало синим и красным.

Ли Бао Ю И Бу Канг Фенг пришли не для военной поддержки. Однако более ста лет мудрости, необыкновенного зрения и опыта дали им понимание. Поэтому они смогли распознать эту ловушку.

Ли Ю Тянь, очевидно, становился всё более обиженным, когда Бу Канг Фенг добавил:

- Великий Мастер Ли, похоже, тебе не очень-то нужны ноги твоего сына. Как ты мог так безрассудно обращаться с вещами, если бы ты был обеспокоен благополучием своего сына? Это невообразимо!

Лицо Ли Ю Тяня покраснело от смущения. Он не знал, как на это ответить. В результате мужчина не мог произнести ни слова.

Как Ли Ю Тянь мог знать, что Неуловимый Мир Бессмертных пошлёт кого-то, чтобы стать свидетелем битвы? Кто-нибудь осмелился бы сказать хоть слово против него, учитывая его статус в этом бренном мире...? Даже если они не согласны с его поведением...? Любой, кто скажет что-нибудь против него, очевидно, исчезнет вскоре после этого. И, в конце концов, никто не хотел бы умереть за оскорбление второго Великого Мастера.

Тем не менее, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг прибыли, и Ли Ю Тянь стал очень... огорчённым в результате. На этот раз он потерял лицо перед Тремя Святыми Землями. На самом деле, он не просто потерял лицо... он ещё и своего сына подверг беде…

Тем не менее, он совершенно не знал, что люди из Неуловимого Мира Бессмертных будут наблюдать за битвой…

В тот момент Цзюнь Мосе стал крайне тревожным. Он забыл о двух людях — Дуанму Чао Фан, и Сиконг Ан Е! Ситуация его дяди была страшной, но не опасной. На самом деле, это не было бы большое дело, если бы он даже был в окружении многочисленных зверей Суань. Однако главы семей Сиконг и Дуанму были в опасности.

Сиконг Ан Е был в окружении пяти или шести зверей Суань. Его одежда развевалась, он был словно в центре урагана. И Дуанму Чао Фан был в ещё более помятом и истощённом состоянии. Глава семьи Дуанму неоднократно ревел, рубя своим мечом.

Цзюнь Мосе полетел вниз, и понял, что в одежде Дуанму Чао Фан была большая дыра. Прямо на заднице. Он не знал, как зверь Суань сумели сделать это, но в результате его ягодицы были голыми. А на одной из них были расплывчатые царапины…

Цзюнь Мосе рассмеялся в хорошем настроении и поспешно посыпал порошок на этих двух мужчин. Затем он быстро отступил.

Сиконг Ан Е был мрачен и ревел изо всех сил. Затем он заметил, что давление на него значительно снизилось. Звери Суань всё ещё делали угрожающие движения, и нападали на него минуту назад, теперь смотрели на него с растерянными выражениями в глазах. Затем эти звери повиляли хвостами, наморщили носы и ушли!

В итоге звери Сунаь были разделены на четыре группы. Три Короля зверей Суань повелели им напасть со всех сторон, так что на Цзюнь Вуя бросились лишь несколько. Однако эти звери Суань были на девятом уровне, и были чрезвычайно сильны. На самом деле, они могли бы уничтожить несколько человек, просто открыв пасть. Однако у них, похоже, не было никакого намерения атаковать эту небольшую группу людей.

Сиконг Ан Е вдруг стал озадачен. На данный момент перед ним был только один зверь Суань. И он был очень умный. Он столкнулся с ним, подмигнул ему, а потом ушёл…

«Подмигнул? Что ты задумал? Я здесь, чтобы сражаться. Так почему у тебя такое выражение морды?», - Сиконг Ан Е широко раскрыл глаза, глядя на него. Он ничего не мог понять, когда тот Золотой Тигр с тревогой поднял свой коготь и указал на окрестности. Затем зверь взревел и бросился на него. Его мощь была чрезвычайно ужасающей, и жизнь Сиконга Ан Е, казалось, была в реальной опасности.

Сиконг Ан Е собрал всю свою силу и пытался блокировать атаку с чувством неуверенности в своём сердце. Однако он связался со своим противником и понял, что власть и мощь его оппонента были только для шоу; реальной силы в атаке не было. С другой стороны, он просто вилял хвостом и снова подмигнул ему!

Именно тогда Сиконг Ан Е наконец-то всё понял.

«Мать твою! Это ложное нападение на меня!»

Он повернул голову и понял, что все остальные тоже поняли это. Каждый из его товарищей громко кричал на Суань зверей. И звери Суань громко ревели в ответ. Мечи двигались как молнии, но теряли точность и упускали свою цель. Когти двигались, как ветер, но не смогли поразить свои цели…

Однако человеком, который был в самом трудном положении, был Верховный Главнокомандующий – Цзюнь Вуй. Его безумно осаждали два зверя Суань девятого уровня. Но, тем не менее, он спокойно сидел на своём инвалидном кресле. Даже волосы на голове не пострадали в этой ситуации. Двое медведей Суань – весом более тонны каждый — прыгали на него с обеих сторон и громко ревели. Их лапы ударялись о землю и наполняли всё вокруг пылью. Даже Великий мастер, или Эксперт Духа Суань вряд ли сумел бы уклониться от этой атаки. Тем не менее, он видел, как Верховный Главнокомандующий спокойно протягивал свой меч, и оба зверя Суань дико носились, чтобы «избежать» этого. Эта атака меча была не настоящей победой, это был всего лишь манёвр в разумной пикировке.

Медведи снова набросились подобным образом, и Цзюнь Вуй снова взмахнул мечом. А потом они снова отступили…

«Что здесь происходит?».

Рот Сиконга Ан Е разинулся широко, казалось, что он челюсть вывихнул. Потом он повернулся и обнаружил, что Дуанму Чао Фан уже не в его сложной и опасной ситуации. Однако он всё ещё находился в несколько неловком положении. Он поспешно сдирал одежду с мертвеца, и обвязал её вокруг его талии, в попытке сделать фартук. Но, этот фартук прикрыл только его задницу…

Потом Дуанфу Чао Фан бросил свой меч, и использовал все свои силы, чтобы накрыть себя фартуком. Однако его противником был Тигр Девятого уровня. Зверь дьявольски бросился вперёд, взревел и поднял пыль, перепрыгивая через него. Затем он развернулся и снова перепрыгнул через него. Выглядело это довольно безумно. Затем он поднял голову и зарычал…

Он атаковал воздух и землю перед ним, чтобы показать степень своей силы. Однако он никогда не трогал Дуанму Чао Фан. Казалось, что у главы семьи Дуанму было какое-то особенное Суань Ци, которое не давало никому повредить ему…

«Моё слово!», - Сиконг Ан Е открыл рот ещё шире. Затем он услышал треск. Его челюсть действительно вывихнулась! В результате ему осталось только испускать кровожадные крики.

Золотой Тигр испугался и перестал скакать вокруг. Затем он подозрительно наклонил голову и посмотрел на своего «противника».

«Он такой хрупкий. Я не трогал его! Но, он сумел ранить себя, открыв рот слишком широко. У него такое слабое телосложение! Или, возможно, я освоил легендарную технику Ци!».

- Что ты делаешь, Чао Фан? Мы в самом разгаре битвы! Но тебя больше интересует твой фартук! Ты хочешь превратиться в жареный рис или что-то типа? – Сиконг Ан Е, казалось, был в настроении для шуток, так как опасность, казалось, прошла. Поэтому он потёр рукой подбородок.

Дуанму Чао Фан закрыл его голую задницу, и взял свой меч довольно неспешно. Затем он ответил:

- Мелк... мелкий... Мелкий Сиконг... моё... моё... имя... Дуанму... Дуанму... Чао... Фан…

Глава 356.1. Пытаться украсть курицу только для того, чтобы в конечном итоге потерять рис, которым пытался приманить эту курицу (часть 1)...

- О Боже, Брат! Ты должен говорить быстрее... слушать твои слова становится очень трудно для меня, если ты говоришь так... – Сиконг Е застонал. Ему удалось сражаться с несколькими мощными зверями Суань некоторое время назад, и он сильно устал. Поэтому речи Дуанму Чао Фан едва ли не заставляли его уши кровоточить.

Они не знали, что происходит на этой возмутительной сцене. Тем не менее, человек калибра Цзюнь Вуя понял несколько вещей очень ясно.

«Очень способный человек помогает нам, организовывая всю эту драму. Но где "директор" этого шоу?».

Дуанму Чао Фан, наконец, снова стал нормально орудовать своим длинным мечом. Его меч блестел серебряным светом. Он наконец-то мог лучше скоординироваться. Затем, он принял изящную позу. Фактически, его позиция была выставкой отличных боевых искусств сама по себе. Затем он рванулся вперёд и попытался ударить Золотого Тигра. Глава семьи Дуанму пожелал схватить тигра за хвост, но тигр, разумеется, не позволил ему сделать это. Итак, «война» между человеком и зверем Суань продолжилась.

Байли Лу Юн был не слишком далеко. И его «показ» был ещё более образцовым. На самом деле, он казался достойным прозвища «гений», так как он был только в Нефритовом Суань. Он не попал в невыгодное положение, хотя он нападал и защищался от «врага» девятого уровня. Он издавал громкий рык, и «сражался» с искрой, а вокруг него поднималась пыль. На самом деле, он даже, казалось, обретает верх.

Тем не менее, его два дяди Суань были довольно... неудачными. Они уже почти были превращены в мясо несколькими зверями восьмого уровня Суань…

Эти обстоятельства были довольно ироничными. Эксперты Неба Суань были уверены, что они смогут полагаться на свои силы, чтобы сбежать. Им нужно было только подтвердить смерть Байли Лу Юна до того, как они ушли. Возможно, он был гением, но юноша всё ещё был просто экспертом Нефритового Суань. Поэтому его смерть должна была наступить рано, у него не было никаких шансов. И эти двое просто ждали, когда он умрёт.

Тем не менее, они не ожидали, что он вытащит свой меч, и не умрёт, когда он должен был сдохнуть уже тысячу раз. Двое мужчин были в полнейшем шоке от такого. Но в шоке они были недолго. А затем они оказались в окружении многих Суань зверей высокого уровня, и им стало уже не до него. Байли Лу Юн – Нефритовый Эксперт Суань – сражался с силой. И, тем не менее, эти два эксперта Неба Суань не могли даже двигаться. Вскоре их сожрали заживо…

Эти двое умерли, совершенно не понимая, что происходит!

Это был очень умный сюжет…

Крики боли и смерти звучали повсюду на поле боя. Те, кто решил сломать формирование и пути отступления – поместье Сюэху, Город Серебряной Метели и остальные люди из каждой могущественной семьи — вскоре были пойманы в сумасшедшем и смертельном окружении. Кровь лилась рекой, а расчленённые трупы валились, как кегли. Оторванные руки и ноги летали по небу, как странные. Кто-то умирал каждую секунду…

Большой Медведь крест-накрест бросался через всё поле боя. У Большого Медведя была очень жёсткая кожа и крепкие кости, так же, как и у его собратьев — Короля Тигров и Короля Львов. Они проигнорировали нападения, которые начинали на них, и вовсю атаковали воинов поместья Сюэху. Затем они повернулись и двинулись к основным формированиям поместья Сюэху. Трое из них продолжали совершать мощные атаки и продолжали носиться по всему полю боя. Три Короля зверей Суань закончили свой кровавый путь через отряды воинов из поместья Сюэху в результате.

Войска поместья Сюэху были погружены в полнейший хаос. Они были разделены на две группы кровавой жатвой Королей зверей Суань. Затем они были вынуждены разделиться на четыре группы, и в конечном итоге были вынуждены сражаться отдельно. Затем, многочисленные звери Суань пробились в их строй и окружили их. Это привело к непрерывным крикам отчаяния, которые потрясли небо…

Первоначальный план состоял в том, что Цзюнь Вуй и его люди умрут. Но их собственный народ не должен был понести большие потери. На самом же деле, Город Серебряной Метели и люди поместья Сюэху даже не ожидали получить какие-либо травмы…

Глаза всех Великих Мастеров и старейшин Суань Духа едва не выскочили из своих гнёзд, когда они смотрели с вершины холма на поле боя в недоумении…

«Что происходит?».

«Это крайне неразумно!»

- Так вот что это было! Я наконец-то понял! – Одинокий Сокол был шокирован и несознательно крутил прядь волос пальцами.

- Ты понимаешь? – Бу Канг Фенг был озадачен. – Что ты понимаешь? Быстро объясни этому старшему!

- Мастер Бу, разве ты не видишь? – Одинокий Сокол триумфально указал пальцем, – Великий Мастер Ли запланировал чистку для своего поместья Сюэху! И он также включил в него Город Серебряной Метели! Оригинальный план Ли Ю Тяня был — «Я плохо себя чувствую по отношению к некоторым парням. И вы не будете чувствовать себя лучше из-за своих. Но, у меня есть способ заставить нас чувствовать себя хорошо, хоть мы и грустим сейчас. И их убийство сделает меня счастливым!». Разве ты не видишь это, Мастер Бу? Это так очевидно…

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг плюнули от презрения, когда услышали это.

«Дурак! Разве ты не видишь, как шокирован Ли Ю Тянь? Почему он хотел зачистить своё поместье Сюэху? Поместье Сюэху – это работа его жизни! Даже его сын, Ли Тэнгюн, в его сердце занимает лишь второе место! Ли Ю Тянь не дурак. Так зачем ему копать себе могилу?».

«Но что, чёрт возьми, происходит перед нами, если это не так?».

Ли Тэнгюн стоял, разинув рот. Его лицо было бледным, а его губы дрожали, он выглядел жутко безжизненным. Он вдруг почувствовал большое сожаление. На самом деле, он едва чувствовал своё тело, его ноги были ватными…

Руки Ли Ю Тяня были плотно сжаты. Он чувствовал крайнюю ярость.

Он был бы идиотом, если всё ещё не мог понять, что его разыграли. Тем не менее, он не мог понять: у кого было такое небесное умение, что он мог бы приказывать Королям зверей Суань, чтобы разыграть такой большой фарс?

*А-а-а-а-аргх!* – леденящий кровь крик раздался. Эксперт Суань Духа из поместья Сюэху был сбит ударами ладони и ноги Большого Медведя. В результате кровь хлынула из его тела. Но Большой Медведь зло улыбнулся и продолжал атаковать его. Он быстро бросился на лежащего эксперта со взрывным ударом. Затем Большой Медведь нанёс ещё пару ударов руками и ногами. Потом он спокойно схватил ноги этого мужчины, сломал их и сложил крест-накрест на его же животе. Эксперт Суань Духа уже получил серьёзные травмы. Его сила никак не могла сравниться с силой Большого Медведя. Но Большой Медведь не остановился даже после того, как он сломал ноги ему. Поэтому он решительно схватил его, поднял в воздух, сломал ему позвоночник и просто разорвал его.

Нога взлетела высоко в небо. Кроме того, остальная часть тела эксперта Суань Духа полетела высоко в небо от удара Медведя... пока этот мужчина ещё был жив. Кровь хлынула из каждого из семи отверстий в его голове. Большой Медведь взлетел в воздух и догнал его тело в воздухе. Затем он нанёс два быстрых удара. *Бабах! Бабах!* – его удары настигли этого эксперта подряд, и послышался жуткий треск. На самом деле, треск костей был очень чёткий…

Большой Медведь громко заревел и поймал ляжки своей жертвы. Затем его грудные мышцы раздулись, он зашипел, и его руки растягивали тело жертвы пошире. Эксперт Суань Духа был затем разорван на половинки в воздухе. Затем его жизненно важные органы вылетели из его тела и попадали на землю.

Крики паники и шока отразились на всём поле боя. Однако Большой Медведь просто рассмеялся, когда это окровавленное тело упало на землю. Казалось, что тигр убил овцу.

Ли Ю Тянь задрожал и не мог не сделать шаг вперёд. Его рот открылся немного, а на его лице вспыхнула боль. Но Властелин Тянь Фа смотрел на него. На самом деле, он, наклонив голову, смотрел на него. Было очевидно, что он сделает свой шаг, если Ли Ю Тянь хотя бы пошевелится!

Ли Ю Тянь видел плоть и кровь своего народа, и он слышал их крики. Он чувствовал желание открыть рот, но во многих случаях он терпел поражение. Но он использовал всю свою силу воли, чтобы контролировать себя, и ничего не делал. Его лицо было спокойным. Казалось, что люди, которых убивали ниже, не были обучены его руками... как будто они были просто мусором для его глаз.

Человеческая армия была обречена на сокрушительное поражение ещё до начала битвы. Разница в сильных сторонах была слишком велика. Если объяснять на примере... у зверей Суань был подготовлен целый отряд элитных специалистов. Но армия союзников не была подготовлена, и в основном собрала неопытную толпу.

Глава 356.2. Пытаться украсть курицу только для того, чтобы в конечном итоге потерять рис, которым пытался приманить эту курицу (часть 2)...

Тем не менее, Тянь Фа был вынужден заплатить огромную цену за победу, если бы человеческая армия следовала стратегии Цзюнь Вуя. Ведь в их рядах присутствовало много сильных личностей. И они могли бы компенсировать разницу в силе, если бы они следовали хорошей стратегии.

Однако внутри отряда союзников происходили и внутренние распри. Итак, они ослушались своего приказа и бросились вперед. И поражение союзных сил людей уже было предопределено. Они не увидят удачи! И не было бы никакой надежды на смену ситуации!

Ловушки всё ещё присутствовали на поле боя, но не было никого, кто мог бы следить за ними и мог дать приказ. Звери Суань попали в них, но очень быстро выскользнули. И после этого они, очевидно, стали ещё более свирепыми.

Ли Ю Тянь стал больным от своей неудачи. Он даже не мог позволить себе признать поражение, чтобы спасти его силы. Он считался вторым Великим Мастером на всём континенте. Значит, он потеряет лицо, если признает поражение. Более того, Властелин Тянь Фа был не за горами, и этот ужасно сильный эксперт наблюдал за ним. Поэтому, Ли Ю Тянь должен был бы принять его согласие... даже если бы он хотел уступить.

Однако любые попытки добиться его согласия после его показа были очень нелепым понятием. Это было невозможно!

Поэтому, Ли Ю Тяню оставалось только внутренне молиться...

«Почему бы им просто не убежать, если они не совпадают с врагом? Суань звери не будут преследовать их до конца земли, чтобы убить их, верно? Они хотят только победы на этом этапе, вот и всё!».

Однако вначале они не пытались бежать. И было слишком поздно, если бы они захотели попробовать это сейчас.

Он намеревался уничтожить Цзюнь Вуя. Но это оказалось похоже на ситуацию, когда кто-то «пытается украсть курицу... только чтобы в конечном итоге потерять рис, которым приманивал эту курицу». На самом деле, это было похоже на то, что он потерял всю банку риса!

Три Короля зверей Суань, как охотники, глазами искали свою добычу. Все три тысячи семьсот зверей Суань разделились на несколько штурмовых групп для атаки в абсолютном хаосе. Семьсот человек из поместья Сюэху уже уменьшились до примерно двухсот. Город Серебряной Метели ещё не понёс никаких потерь, так как их сравнительная индивидуальная сила была намного выше. Но помимо всего, они стали становиться всё более слабыми и утомлёнными…

Третий, Шестой и Девятый старейшины сформировали кольцо вместе с семью мечниками Города Серебряной Метели. Эти люди в совокупности имели силу намного выше, чем десять экспертов Суань Духа. Сяо Хан и Му Сю Тонг были защищены внутри этого формирования. В любом случае, эти двое тоже не были обычными экспертами. Таким образом, звери Суань не могли повредить им.

Тем не менее, они могли защитить себя, когда столкнулись с этой волной зверей Суань.

Однако глаза Сяо Хана уже едва не кровоточили. Он был раздражён, и мог взорваться в любой момент, как маньяк. Он топнул ногой и закричал:

- Почему? Почему так много зверей Суань присутствуют здесь, но, ни один из них не атакует Цзюнь Вуя? Почему этот калека ещё не умер? Я хочу, чтобы он умер! Почему он не умер?! Цзюнь Вуй! Почему ты не умер?! Ох...!

Ситуация Цзюнь Вуя была довольно своеобразной в той горькой и хаотичной битве. Сяо Хан тоже был потрясён. На самом деле, он мог только смириться с осадой зверей Суань, когда он наблюдал издалека. А сам Сяо Хан был вынужден терпеть такое смертельное давление. Так что его разум больше не мог терпеть такое горе. И он слепо продолжал кричать, как сумасшедший, в результате этого…

Он подготовил свой разум, чтобы наблюдать за смертью Цзюнь Вуя. Посторонний человек не мог понять, почему это такая огромная проблема для него в данный момент.

Цзюнь Вуй хотел убить Сяо Хана своим мечом... и уже более десяти лет!

Так что, разве Сяо Хан не хотел бы убить Цзюнь Вуя так же? Он тоже желал этого в течение десяти лет. На самом деле, он хотел убийства на несколько месяцев больше, чем Цзюнь Вуй…

Эксперты, присланные другими семьями, уже умерли... за исключением сильнейших Суань Духа. Они всё ещё боролись, поддерживая друг друга. Однако остальная часть армии была уничтожена.

Они, возможно, были побеждены, и Цзюнь Вуй, возможно, умер бы, если бы они действовали в соответствии с планом Цзюнь Вуя. Но эти эксперты Суань Духа смогли бы выжить и благополучно вернулись бы, даже если бы их армия была побеждена. На самом деле, больше, чем половине экспертов Суань Неба удалось бы вернуться в целости и сохранности!

Они были бы побеждены, но они бы не потеряли ядро своей силы. И Цзюнь Вуй был уверен в достижении этого!

Тем не менее, эти люди боялись Ли Ю Тяня и его власти. Итак, вместо этого они решили принять «стратегию» Ли Ю Тяня. Они последовали за поместьем Сюэху, но они не ожидали, что радоваться чужому несчастью и, пиная «уже мёртвых», они лишь приблизятся к своим собственным похоронам.

Чем злее природа человека... тем быстрее их смерть наступала в этой жестокой битве.

Разве это не предупреждение?!

Эта односторонняя бойня медленно подошла к концу. Никто не заметил, но крики стали редкими. Рёв и мычание стали тише. Только войско Цзюнь Вуя обладало такой же энергией, что и раньше... и их «оппоненты» тоже. И они нападали так активно, что выглядело это очень страшно. Их бои были напряжённым событием.

Молодой мастер Цзюнь наконец-то сделал себя видимым. Он подошёл к вершине холма, где стоял Одинокий Сокол. Всё шло по плану, который он описал. На самом деле, всё шло очень гладко.

- Чёрт! Более половины из них мертвы! И те, кто ещё не умерли... вряд ли смогут выжить».

- Я однажды сказал, что тебе лучше подготовиться к похоронам, если ты попытаешься сделать нам подляну! - одежда Цзюнь Мосе порхала, когда он шёл к вершине холма. На его лице была написала спокойная жестокость.

Кто бы мог подумать, что такой хрупкий молодой человек может обладать навыками, чтобы организовать драмокомедию такого масштаба?

Верховный Главнокомандующий Цзюнь Вуй находился в трагической ситуации до того, как началась битва. И он был беспомощен, когда дело дошло до того, чтобы сделать что-то с этим. И затем ситуация стала комедией с тех пор, как бой начался. Многие были довольны его несчастьем и замышляли его гибель. Однако сами эти люди попали в трагическую суматоху.

Цзюнь Мосе был похож на неизвестного эксперта. Он тайно спланировал всю эту сложную вещь. Он не только запланировал всё для себя, но и заранее предупредил врага. Он ничего не упускал из виду во всём этом планировании.

У него было культивирование Нефритового Суань. Но, что это меняет, если его планы могут захватывать специалистов Суань Духа и экспертов Неба Суань? Их трагедия не превратится в комедию!

И такое поведение действительно можно описать как «Поворачивает ладонь вверх и собирает облака. Поворачивает ладонь вниз, и превращает их в дождь».

Всё было под контролем!

Как он мог не появиться теперь, когда он пожинал плоды своего труда? Как бы режиссёр этого спектакля мог не появиться, чтобы принять аплодисменты? Как ему могло не понравиться?

«Смех должен быть сердечным и безудержным. И надо громко петь, когда они довольны собой! Почему так много опасений? Жизнь жестокая и короткая. Так что наслаждайтесь, пока можете».

«Будьте спокойны, если вы гордитесь собой. Зачем вы ведёте себя дерзко, если с вами кто-то разговаривает? Мне не нравятся те, кто ведет себя как притворяющиеся придурки. Мне не нравится слишком много напряжения. Я горжусь собой, и я классный! Кто смеет считать меня сумасшедшим и смеяться надо мной? Спросите себя... есть ли у вас какие-либо достижения, подобные этому безумцу? Закройте свои пасти, если нет! Восемнадцать поколений ваших предков были неженками, и у ваших носков были вонючие дыры в них!».

«Почему я должен заниматься каким-либо из этих проклятых вопросов?».

Это была философия Цзюнь Мосе.

«Пойте, когда вы гордитесь собой. И остановитесь, когда потерпите неудачу. Многие заботы и сожаления могут длиться целую вечность. Жить надо данным моментом. Заботьтесь о завтрашнем дне, когда наступит завтра».

«Те, кто не проявит своего мастерства, сломаются. И те, кто сломается, в конце концов, сдохнут. И я убью их, когда они будут сломлены. Нужно очень осторожно смеяться над облаками, если кто-то может сбить тебя с земли. Важно использовать собственные средства. И это важно... чтобы такие люди пошли к черту!».

Глава 357. Трагедия великого мастера Ли Ю Тяня

- Вот же малолетний засранец! – Одинокий Сокол не знал, что происходит, но он понял, что Цзюнь Мосе каким-то образом связан со всем этим. Зачем ещё Цзюнь Мосе попросил его воздержаться от участия в битве? Итак, он не мог удержаться, когда увидел его. Затем Одинокий Сокол засмеялся, и похлопал Цзюнь Мосе по плечу.

Цзюнь Мосе рассмеялся озорно. Он стоял на склоне горы. Его губы растянулись в улыбке, пока он наблюдал за решающей битвой, которая происходила на расстоянии.

- Одинокий Сокол, ты победил Фэнг Хуан Юня в бою? – спросил Цзюнь Мосе. Он не видел, как это произошло, но он чувствовал, что эти двое уже пересекались.

Фэнг Хуан Юнь был сложной преградой для него на протяжении десятилетий. Итак, как он мог позволить этой возможности пройти мимо? Более того, Одинокий Сокол только что выучил новый ход, и у него был шанс победить своего старого соперника с его помощью. Так почему бы ему не показать его?

- Хе-хе... мне повезло... просто повезло! – рот Одинокого Сокола растянулся в улыбке. Но он пытался сохранить торжественное лицо. Однако его лицо было наполнено гордостью, хотя он делал все возможное, чтобы скрыть своё выражение. И из-за этого казалось, что кто-то ударил его по лицу.

Цзюнь Мосе самодовольно рассмеялся. После он спросил:

- Ты избил его основательно...?

Углы губ Одинокого Сокола выросли в широкую улыбку, когда он ответил:

- Да, я сделал, я всё сделал! Но мы же друзья... Так что мы просто учимся друг у друга, вот и всё! Ха-ха... – он не мог сдержать свою гордость. Затем он расхохотался…

Неудивительно, что Одинокий Сокол был в таком приподнятом настроении. Он, наконец, победил своего соперника за последние тридцать-сорок лет. Фактически, он установил абсолютное господство. Такой подвиг оставит любого мужчину довольным собой!

- Над чем ты смеешься? Одинокий Сокол! Армия союзников проигрывает! Это делает тебя счастливым? Это заставляет тебя гордиться...? – Ли Ю Тянь повернул голову, чтобы посмотреть на Одинокого Сокола. Его глаза стреляли острыми мечами. Казалось, он вот-вот взорвётся.

Ли Ю Тянь был очень мрачным. И ему нужно было на ком-то выместить свою злость. Но он не ожидал, что кто-то с его стороны будет смеяться так счастливо в это время.

«Это как пощёчина моему лицу! Ты так издеваешься над моей утратой?».

- Да, бл**ь! Ли Ю Тянь, тебя трахнули! Но меня-то нет, понял? – Одинокий Сокол был чрезвычайно счастлив в тот момент. Он был счастлив, потому что у него давно не было такого долгожданного личного успеха. Более того, Ли Ю Тянь упрекнул его перед Цзюнь Мосе. Поэтому это стало вдвойне раздражающей ситуацией для Одинокого Сокола. Следовательно, он сразу же пришёл в ярость:

- Другие не могут смеяться, потому что люди из твоего поместья подыхают? Какая логика? Это уже третий раз, когда ты мне сегодня мозг выносишь! Думаешь, можешь строить Одинокого Сокола, как хочешь?

Вдруг казалось, что Одинокий Сокол вот-вот даст ему в челюсть! Всё явно вышло из-под контроля!

«Я спас жизнь твоего сына, когда этот идиот обидел Фэнг Хуан Юня! Но ты всё ещё злишься на меня? А теперь ты переборщил! Я даже не могу смеяться, когда хочу? Я что... прислуга поместья Сюэху?».

Ли Ю Тянь фыркнул. Затем он поднял ногу, чтобы пойти к ним.

Выражение Цзюнь Мосе, очевидно, выразило его дикое желание посмотреть ещё несколько действий со стороны. Он даже толкнул Одинокого Сокола. Это было почти так, как будто он заявлял о своем желании – «Ну давай, сделай это для меня!».

- Остановись, я говорю! – голос, полный горя, негодования и ярости, раздался как грозовой удар.

Ли Ю Тянь и Одинокий Сокол собирались начать. Но они только подпрыгнули от испуга. Они подняли глаза и увидели, что Почтенная Мэй каким-то образом сумела приблизиться к ним, не будучи замеченной. Её глаза смотрели на Цзюнь Мосе очень внимательно. Тогда Властелин Тянь Фа задрожал, а в его глазах засиял яркий свет. Её щеки уже почти покраснели. (1)

Цзюнь Мосе едва появился, и Почтенная Мэй уже поняла, что он был тем самым грязным ублюдком. И это внезапное и шокирующее открытие заставило её остолбенеть!

Она видела это красивое и элегантное лицо, но она могла вспомнить только кошмары, которые ей снились в течение прошлого дня... из-за жестокого обращения. Почтенная Мэй чувствовала, как её сердце бешено забилось. Кровь прилила к лицу. Дышать стало трудно. На самом деле, она могла видеть перед собой звезды замешательства. Она едва сумела вдохнуть, и, в конце концов, немного успокоилась.

Для нее это не было ни приятным сюрпризом... ни любовью. Эта реакция была вызвана чрезмерной яростью.

Это было крайнее горе, возмущение и стыд.

На самом деле, даже небеса жалели ее.

«Я наконец-то встретила этого человека снова!».

«Я сделаю из него фарш. Я дам ему смерть от тысячи порезов! На самом деле, мой гнев не утихнет даже после того, как я собственноручно сделаю десять тысяч порезов этому грязному и презренному парню!». (2)

Она пыталась контролировать свои эмоции и насильно подавляла свой гнев. Владыка Тянь Фа старалась изо всех сил контролировать себя, но она всё ещё не могла остановить ее тело от дрожи.

Тем не менее, Ли Ю Тянь и Одинокий Сокол оправились от шока к этому времени. Ли Ю Тянь громко крикнул и снова начал двигаться. Он был вторым Великим Мастером мира. Он бы прекратил, если бы кто-то ему сказал? Особенно, когда этот «кто-то» был его врагом?

Одинокий Сокол тоже бросился в бой. Он собирался встретиться со вторым Великим Мастером в битве. Так как он мог успокоиться? Поэтому он готовился показать всё, на что он способен, чтобы противостоять этому вызову…

Тем не менее, Одинокий Сокол даже не инициировал свою контратаку, когда Ли Ю Тянь внезапно исчез из его прямой зоны видимости.

Почтенная Мэй была в ярости. Она сказала им остановиться, но Ли Ю Тянь осмелился продолжать, несмотря на это. Таким образом, она не смогла предотвратить превращение её накопленного гнева в плохо контролируемую ярость. Она гневно бросилась вперед и схватила Ли Ю Тяня за шею. Затем она изо всех сил ударила им в землю. Голова Ли Ю Тяня врезалась в камень. Раньше он сидел на этом камне... Тем не менее, скала, которая ранее была под его задницей, теперь была разбита его головой. Затем Почтенная Мэй ударила его по лицу.

*Бабах!*

Звук был очень громким! Звук этого удара по его лицу резонировал по всей окрестности.

- Я сказал тебе остановиться! Разве ты не слышал, ублюдок?! Старый ублюдок! – Почтенная Мэй продолжала бить его в ярости. Было очевидно, что она стала безумной и потеряла контроль над собой. Она ревела, продолжая нападать в ярости:

- Ты глухой? Разве ты не слышишь меня? Я не могу заставить тебя слушать? Как ты смеешь меня не слушать? Разве ты не слышишь меня, урод чёртов? Ты, старый-грязный-бесстыдный-смиренный ублюдок осмелился притвориться, что не слышишь меня?

Второй Великий Мастер – Ли Ю Тянь – не имел ни сил, ни возможности нанести ответный удар. Он мог просто смотреть на Почтенную Мэй с горем и негодованием. Он был унижен до такой степени, что внезапное желание совершить самоубийство появилось в его сердце.

«Я хочу умереть!».

Трагедия Ли Ю Тяня была необъяснима.

«Я... Я просто сражался против Одинокого Сокола! Как я обидел тебя, сделав это? Почему ты меня избиваешь?».

Он не знал об этом, но его неудача началась с того момента, как он сказал: «Я надеюсь, что вам стало лучше с момента нашего последнего разговора?». И, очевидно, из-за Цзюнь Мосе. И тогда Почтенная Мэй потеряла свой разум из-за ярости, в тот момент, когда её главный виновник — Цзюнь Мосе – появился перед её глазами. Так как же она могла совладать с собой и не обращаться с ним жестоко, когда он не послушал её приказ?

Ли Ю Тянь понял бы причину своего затруднительного положения, если бы знал об этом. На самом деле, он бы понял, что избиение, которое он получал, не было необоснованным. Но проблема была в том... что он ничего не знал о ситуации…

Поэтому Ли Ю Тянь был чрезвычайно опечален и возмущён; на самом деле он достиг своего предела. Самый сильный человек в мире непрерывно избивал второго Великого Мастера.

«Это преднамеренное оскорбление! Как я могу столкнуться с героями и сильными экспертами этого мира сейчас?».

«Даже хулиганы не запугивают так! Ты взбесился, когда я сказал эти слова. Но в этот раз я даже ничего не сказал. Я просто общался с Одиноким Соколом! Какое мое дело ты сочтёшь правильным? Что мне делать, чтобы угодить тебе?».

Ли Ю Тянь хотел закричать об этом громким голосом. Но он не мог этого сделать. На самом деле, это было невозможно. Потому что…

Ли Бао Ю и Бу Канг Фэнг воскликнули в шоке:

- Сила Вселенной? Клетка Мира! – они с трепетом посмотрели на Почтенную Мэй. Оба ранее планировали посредничать с ней. Но они не могли не сделать два шага назад в это время.

Возможно, Великий Мастер Ли и остальные не знали. Но как могли два бывших Великих Мастера и нынешние Золотые Провокаторы Неуловимого Мира Бессмертных не знать?

- Сила Вселенной трансформирует небо и землю! Сила Инь и Ян переполняет меня! Сила Вселенной в моих руках. Итак, я лучший в мире! Ни один враг не сможет противостоять мне, если я смогу свободно использовать эту силу, чтобы справиться с ними! – это была сила самой Вселенной.

Казалось, что набор навыков Почтенной Мэй достиг пика совершенства, когда она имела дело с Ли Ю Тянем. Для него не было места, чтобы он мог увернуться. И у Ли Ю Тяня, похоже, не было сил отомстить. Это, очевидно, было связано с приёмом «Клетки Мира».

Это было, как если бы мир превратился в клетку. Противник станет узником. И тогда тот, кто применил эту технику, мог творить всё, что вздумается, со своим пленником. Это был эффект «Клетки Мира». Это объяснение было несколько преувеличено, но это то, чем это было…

Почтенная Мэй атаковала из-за своего бешеного душевного состояния и показала пик своей истинной силы. Но было очевидно, что предыдущий бой едва ли послужил для неё разминкой!

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг посмотрели друг на друга. Они были внутренне встревожены. Им повезло, что они не приняли меры. Иначе на месте Ли Ю Тяня сейчас могли бы быть они...

Двое издали глубокие вздохи. Но они были чрезвычайно рады.

С Ли Ю Тянем разбиралась Почтенная Мэй. И он не мог уклониться или устоять. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что он даже пальцем не может пошевелить. Бедняга вообще не мог ничего сделать. Итак, он только беспомощно смотрел, как Почтенная Мэй схватила его за шею, прижала к земле и била его по лицу, не давая ему передышки. На самом деле, он не мог даже издать стона…

В конце концов, Почтенная Мэй достаточно выместила злость на Ли Ю Тяне. Итак, она отбросила его, казалось, что она выбросила мусор. Затем она медленно повернулась и посмотрела на Цзюнь Мосе. Её взгляд был резким и холодным. Казалось, что она хочет раздавить его!

- Кто этот мальчишка? – Почтенная Мэй заскрежетала зубами и спросила приглушённым голосом. Ее пальцы указывали на Цзюнь Мосе, но её глаза повернулись к Одинокому Соколу.

- Я из семьи Цзюнь. Могу я знать, чего хочет от меня этот старший? – Цзюнь Мосе сделал шаг вперёд и ответил. Она не знала темперамент Одинокого Сокола, но Цзюнь Мосе знал. Почтенная Мэй была непревзойдённым мастером, но никто не мог использовать такой тон перед Одиноким Соколом и уйти, не услышав «кое-что» в ответ.

Цзюнь Мосе догадался, что Одинокий Сокол спросил бы прямолинейно и грубо:

- И кого ты спросил? – если бы он не действовал достаточно быстро. Эти слова, очевидно, оскорбили бы Почтенную Мэй. И Одинокий Сокол тогда бы в конечном итоге выглядел как Ли Ю Тянь, и пострадал бы даже сильнее, чем он.

Поэтому Цзюнь Мосе действовал до того, как Одинокий Сокол успел. Он предполагал, что у Почтенной Мэй не будет никаких жалоб на него. Поэтому он решил, что для него не будет большой проблемой говорить.

«Может быть, этот старший видел мои силы, и хочет, чтобы я был его учеником…».

«Кого мне тогда нужно будет бояться в этом мире, если это случится? Уа-ха-ха-ха…».

___________________

(1) Прим. ред.: Почтенный Мэй, Властелин Тянь Фа, Почтенная Мэй и маленький зверек, которому оказал помощь в пещере Цзюнь Мосе, один и тот же персонаж, поэтому описывается автором как в мужском, так и в женском роде.

(2) Прим. пер.: действительно, у китайцев существовала казнь, называемая "смерть от тысячи порезов". Ещё её называли "Лиин Чи" или "Укусы морской щуки". В общем, жертву накачивали опиумом – чтобы раньше времени не помер – и на площади, при большом скоплении народа, отрезали от казнимого небольшие кусочки тела. Иногда так смерть могли растянуть на полгода. Тогда палач отрубал приговоренному фалангу мизинца, например, прижигал рану и отправлял обратно в камеру, чтобы завтра продолжить экзекуцию.

Глава 358. Имя потрясает мир!

Цзюнь Мосе не знал об этом, но его фантазии о самом себе явно преувеличивали реальность. Впечатление, которое, как он думал, он оказал на Почтенную Мэй, было беспочвенным. Она ненавидела его. На самом деле это была вечная и очень глубокая ненависть. Настолько, что она никогда не забудет свои обиды, даже если она проживет три жизни. Её ненависть так глубоко укоренилась!

Цзюнь Мосе выглядел несколько довольным собой в тот момент.

«Быть красивым имеет свои преимущества тоже. Этому старшему, должно быть, что-то понравилось во мне…».

- ...Ты из семьи Цзюнь? Как тебя зовут? Кто из них ты? Сколько тебе лет? – эти слова она процедила сквозь зубы. Но другая сторона услышала её, и Мосе подумал, что Почтенная Мэй заинтересовалась им, и хотела взять его под своё крыло.

- Этот молодой человек – Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь города Тянсян. Мне восемнадцать, но я не женат. Я хорошо разбираюсь в стихах. На самом деле, нет ничего, в чем я не хорош. Я изучал политические и военные стратегии, и каждое из четырёх искусств. Этот молодой человек также изучал различные философские школы, – Цзюнь Мосе усмехнулся. Он выглядел уверенным, хвастаясь собой.

Он хотел добавить:

«Я также свободно владею восемью иностранными языками», но, тем не менее, он проглотил эти слова именно тогда, когда собирался сказать это.

- Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... – Почтенная Мэй повторила эти слова, как стон. Её голос напоминал рыдания. Её голос становился всё громче и потрясал горы и долины. На самом деле, этот крик, как цунами, потряс все горы в горах поблизости …

- Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе... Цзюнь Мосе...

Небо и лес на мгновение были наполнены этим именем. Имя «Цзюнь Мосе» потрясло небеса в тот момент.

- Эм, я не знаю, что старший хочет мне посоветовать... – Цзюнь Мосе начал чувствовать нечёткое чувство в своем сердце... как будто что-то не так.

«Твою мать! Почему мне кажется, что меня ненавидят до костей? Я никогда не обижал тебя... я никогда даже не видел этого Почтенного Мэя в чёрном...».

Тем не менее, Цзюнь Мосе сказал себе, что он сбежит в Пагоду Хунцзюнь, если что-то пойдёт не так... даже если это означает, что он в конечном итоге разоблачит свой секрет.

С этой Почтенной Мэй было очень трудно справиться.

«Великий Мастер Ли Ю Тянь перевернулся и был прижат к земле одной рукой. Так что я даже не смогу вынести ни одного удара!».

«Ли Ю Тянь чрезвычайно силён, и мог бы нести на себе всю тяжесть этого чрезвычайно сильного напора атак от Почтенного Мэя. Но, если он меня ударит... моё тело может остаться здесь, а моя голова полетит в город Тянсян, чтобы праздновать Новый Год...».

- Дать тебе совет...? – Почтенная Мэй повторила это, и внезапно остановилась в недоумении.

«Правильно, что мне делать? Я забью его до смерти...? Но... не будет ли это слишком легко для него? Моя ненависть к нему не исчезнет, даже если я убью его тысячу раз!».

«И... что нужно сделать? Этот паршивец не выглядит так, как будто он может принять правильное избиение…».

«И, в конце концов, можно сказать, что этот мальчишка спас мне жизнь тогда. Не убить его будет слишком много?».

- Совет... – Почтенная Мэй внезапно двинулась и схватила его.

Они были в около тридцати метрах друг от друга. И это было достаточно безопасное расстояние в разуме Цзюнь Мосе. Тем не менее, Почтенная Мэй подняла руку, и он почувствовал, что не может сдвинуть своё тело ни на сантиметр. Затем он почувствовал силу притяжения на своём теле. И его тело начало двигаться самостоятельно. В следующий момент его уже схватила Почтенная Мэй.

Почтенная Мэй была такой же, как и раньше. Однако Цзюнь Мосе уловил странный, но простой и элегантный запах. На самом деле, это был очень замечательный запах. Он никогда не пах так сладко, как раньше. Молодой мастер Цзюнь не мог не закрыть глаза, сделав глубокий вдох. Затем он открыл глаза и воскликнул:

- Как мило!

«Этот мальчишка всё ещё пытается воспользоваться дешёвым преимуществом?».

Почтенная Мэй внезапно изменила свою точку зрения и почувствовала острую необходимость задушить молодого человека.

Однако Почтенный Мэй почувствовала, как чистая небесная Ци пробегает по его телу, когда она сжала его горло. Затем она определила, что таинственный опытный человек, который продвинул культивацию зверей Суань, ворвался в Тянь Фа и украл Священный плод, и придумал эти Даны, был связан с этим молодым человеком.

Более того, он появился в лесу в тот же день, что и тот таинственный эксперт. Кроме того, у них была аналогичная чудесная Ци. Таким образом, было весьма вероятно, что эти двое были учителем и учеником.

Не то, чтобы Почтенная Мэй не думала, что таинственный эксперт и молодой человек могут быть одним и тем же человеком. Но ей открылось, что вышеупомянутый таинственный эксперт имеет блестящее культивирование. Но сила этого молодого человека была просто мусором по сравнению с ним. Поэтому она никогда бы не смогла установить связь между ними, если бы они не появились в Тянь Фа в один и тот же день, и если бы она не почувствовала Ци молодого мастера Цзюнь минуту назад.

Ум Почтенной Мэй был в беспокойстве. Она боялась ужасных последствий, если бы задушила его прямо сейчас.

«Звери Тянь Фа продвинулись. Это было здорово для нас. Разве этот альянс не сломается, если я убью этого юнца? Разве мы не потеряем много, если я попытаюсь отомстить? Возможно, меня и не волнуют навыки этого таинственного эксперта. Но что насчёт Королей зверей Суань?».

- Старший? – Цзюнь Мосе почувствовал нерешительность в Почтенной Мэй. Его крик даже не закончился, когда отлично поставленный хук справа согрел его лицо. Всё на земле внезапно начало казаться маленьким, когда он взлетел среди туманных облаков и продолжал лететь дальше...

Почтенная Мэй отбросила его на триста метров в воздух. Затем она прыгнула и догнала его в воздухе. Её чёрный халат закрыл ему глаза, когда произошла внезапная смена сцены, и *Бах! Бах! Бум!* – его неоднократно ударили по лицу. Почтенная Мэй ударила его по лицу в воздухе... и была очень радостной.

«Я не убью тебя, но я буду издеваться над тобой столько, сколько захочу. Что может быть хуже, если я не убью тебя?».

- Бл**ь! Ты больной?! Ты бьёшь меня без причины! – Цзюнь Мосе разозлился, и попытался повернуть лицо, чтобы спросить. Тем не менее, у него ни черта не вышло. Он должен был рассмотреть плюсы и минусы, так как его голова была перевернута. Это была ударная устойчивость Цзюнь. Любой другой был бы раздавлен на куски.

Ветер на этой большой высоте был сильным, и Цзюнь Мосе даже не смог закончить свои предложения. Но Почтенная Мэй, очевидно, поняла их смысл.

«Ублюдок! Твой грубый рот слишком грязный! Пришло время это исправить!».

Он замолчал, и закусил губы, когда удары продолжались непрерывно.

Цзюнь Мосе мог ясно увидеть, что противоположная сторона в чёрном была «в восторге» от него, поскольку она, казалось, избивала его с восторгом.

«Чёрт! Этот урод – садист хренов!».

«Мудрый человек знает, что не нужно сражаться, когда шансы против него. Я вернусь, если у меня будет возможность нанести удар», - Цзюнь Мосе подумал об этом, а затем внезапно исчез без следа.

Это был Побег Инь Ян. Даже Ли Ю Тянь не смог бы благополучно сбежать, когда Почтенная Мэй вложила свою душу и всецело сосредоточилась на его избиении.

Почтенная Мэй была в хорошем настроении, и она замахнулась, чтобы ударить его в другой раз. Однако ей только удалось попасть по пустому воздуху. Она перевела дыхание и растерялась. Она оглянулась, но ничего не увидела.

«Странно... этот мальчишка сбежал из моих лап!».

«В лучшем случае он Нефритового Суань! Так как он сбежал? Это абсурд!».

Цзюнь Мосе, в конце концов, сбежал. И Почтенная Мэй снова стала очень мрачной, так как у неё больше не было места, чтобы выместить свой гнев. Она казалась озадаченной, когда медленно плыла вниз. Только один загадочный факт терзал её разум...

«Как он сбежал? Это невообразимо странно!».

Цзюнь Мосе проклинал её внутри Пагоды Хунцзюнь, в то время как она задавалась этим вопросом.

Молодой мастер Цзюнь был очень зол.

«Это слишком много издевательств! Когда я тебя обидел? Ты ударил меня, когда я впервые встретил тебя. Я похож на кого-то, кто нуждается в избиении?».

«Ты только что встретил меня! И, тем не менее, ты наполнился крайней ненавистью? Я убил твоих родителей? Трахнул твою жену...? Или взял ребёнка и бросил его в колодец? Ты буквально взорвался, когда увидел меня! Почему такая ненависть? Ты можешь быть Владыкой Тянь Фа, но ты жди! Я вернусь однажды и поджарю тебя!».

«Это совершенно сбивает с толку!».

Цзюнь Мосе сжал челюсти, когда почувствовал жжение. Ни в одной из своих жизней он никогда так не страдал... но человек, который сделал это, был величайшим экспертом. Обычному человеку, возможно, выпала честь быть поражённым этим человеком. Но Цзюнь Мосе не чувствовал этого.

«И что, если твоё культивирование Суань круче, чем у всех остальных? Я ускорю своё развитие, чтобы обогнать тебя. И, в следующий раз, когда я увижу тебя – садист сраный – я разбросаю твои вшивые кусочки на восемь километров вокруг... или меня зовут не Цзюнь Мосе!».

Битва уже закончилась.

Десять экспертов Суань Духа из Города Серебряной Метели видели кровавые убийства, так как они должны были защитить Сяо Хана и Му Сю Тонга. Эти двое были легко ранены. Однако этим людям удалось прорвать осаду и сбежать. Никто из них не умер. Их травмы не были настолько серьёзными. Но, что касается поместья Сюэху... двое из трёх экспертов Суань Духа были мертвы. Третий случайно сбежал. Тем не менее, они тоже были изуродованы, и их культивация Суань претерпит необыкновенное падение, несмотря на долгий путь к выздоровлению. Его разум был брошен в состояние заблуждения. Семьсот экспертов ниже уровня Суань Духа были мертвы. Даже их дюжина или около того экспертов Суань Духа не были исключением.

Очень немногие мужчины из других влиятельных семей избежали своей участи. Остальная часть армии тоже была связана боем.

Однако группа, которая понесла наименьшие потери, осталась под руководством Цзюнь Вуя. У него было более трёхсот человек под его командованием. Несколько сотен из них погибли. Но около двух сотен из них смогли выжить! На самом деле, Байли Лу Юн — эксперт Нефритового Суань — выжил, был цел и невредим.

Все устали. Поэтому Донфанг Вэн Цин и другие преклонили колени, оперлись на свои мечи и глубоко дышали. И звери Суань, с которыми они столкнулись, тоже были уставшими. Они также высовывали свои языки, виляли хвостами и задыхались.

Даже «представление» требовало огромной энергии.

Первый раунд боя закончился. И он закончился победой Тянь Фа.

Цзюнь Вуй нахмурился. Он не чувствовал восторга от новой жизни, хотя он едва избежал своей смерти. Он также не чувствовал счастья, пережив эту осаду зверей... или радости от того, что прошёл невредимым. Он отвернулся от Золотого Тигра, который стоял перед ним, и сосредоточил своё внимание на вершине холма с волнующим выражением на лице.

Имя Цзюнь Мосе потрясло само небо минуту назад. Так что он, очевидно, тоже это слышал. И именно по этой причине он выглядел взволнованным…

Глава 359.1. Я буду проклинать вас, пока вы не лопнете от ярости! (часть 1)

Превосходство и талант не всегда могут быть хорошими. Такие вещи могут даже привести к катастрофе и гибели хозяина таких талантов. И не придется слишком долго искать пример. Байли Лу Юн был исключительно талантлив. Но он не привлёк бы зависть всей своей семьи, если бы не его лучшие, чем у всех, врождённые таланты. Он мог бы принести им много славы и известности в будущем, если бы они смотрели на него по-другому. Однако они только хотели избавиться от него. И, как можно скорее!

«Ветер может уничтожить любое хорошее дерево...».

Цзюнь Вуй знал, что его племянник был ещё умнее и талантливее, чем Байли Лу Юн. Он знал, что будущие достижения Цзюнь Мосе будут потрясающими. Но это также было причиной беспокойства для него. Все, кто хотел узнать о талантах Цзюнь Мосе, очевидно, попытаются пресечь эту потенциальную угрозу в зародыше, если они заимеют хоть какие-то сомнения по поводу будущих достижений Цзюнь Мосе.

«А тот бунт, в прошлом я создал... только по этой причине?».

На вершине холма…

- В этой битве победа досталась Тянь Фа! – Ли Бао Ю красноречиво объявил результат битвы, так как он был «свидетелем». Исход боя был фактом, и каждый старший, кто там стоял, видел его.

- Подождите! – гневный голос послышался. Затем он решительно продолжил. - У нас ещё есть военная сила на поле боя. Не все наши люди ещё умерли. Так почему это было объявлено победой для Тянь Фа? Цзюнь Вуй, этот трус, всё ещё не сражался. Он ещё не умер. Так, почему он не нападает?

Все присутствующие единодушно презирали идиота, который открыл рот, чтобы сказать этот идиотизм. В самом деле, это описание было даже слишком хорошим для него. Человек, который говорил это, очевидно, идеальное сочетание умственной отсталости и безмозглости мозга.

Человеческая армия была рассеяна, и каждая группа сражалась отдельно. А сколько урона им удалось нанести зверям Суань? Даже со всеми их экспертами Суань Духа? Восемьдесят или девяносто, и это все жертвы зверей Суань, вместе взятые! Остальных зверей Суань было более чем достаточно, чтобы «позаботиться» о выживших. Человеческих сил всё равно оставалось, по меньшей мере, три сотни, если не считать убитых и раненых. Так разве они не проиграли бы наверняка, если бы сражались дальше? Разве они не должны признать поражение сейчас? Даже толстокожие могли это увидеть!

Все повернули головы, чтобы увидеть окровавленное лицо с волчьим выражением на нём. Яростный свет в глазах этого человека горел просто адским огнём, когда он смотрел на Цзюнь Вуя. Этим человеком был Сяо Хан. И смысл его слов был ясен. Это не было «поражением», пока Цзюнь Вуй и его люди не погибли. Он не примирился бы с этим фактом, пока его соперник не умрёт.

Каждый понимал намерения его сердца.

Разве не было очевидно, что он хотел увидеть смерть Цзюнь Вуя?

Все знали о событиях прошлого. Они понимали, что зависть этого человека взлетела до небес. Он по глупости открыл рот, чтобы выразить свою зависть. Причём, его слова были чисто необоснованными и провокационными!

- Первый, кто сбежал, вернулся. Разве он не похож на собаку, которая вернулась, виляя хвостом? Возможно, тебе стоит вернуться на поле боя, рискуя жизнью, и показать свою кипящую кровью героическую гордость... но это больше похоже на то, как дезертир хвастается своими подвигами, в то время как битва ещё не закончилась? – послышался циничный и ленивый голос.

Это был ни кто иной, как молодой мастер Цзюнь. Молодой человек открыл рот, чтобы высмеять этого мудака. Теперь он находился на значительном расстоянии от Почтенной Мэй. Она растоптала его. Итак, его сердце питало затяжной страх перед ней. На самом деле, молодой мастер Цзюнь не собирался появляться в это время. Но он не выдержал бесстыдных слов Сяо Хана. Более того, он понимал, что «Почтенный Мэй» хотел избить его, но он не собирался убивать его.

В результате ему не пришлось беспокоиться о своей жизни. Кроме того, у него был важный вопрос. Итак, он рискнул и появился.

Слабый свет появился в глазах Почтенной Мэй, когда она увидела внезапное появление Цзюнь Мосе.

«Этот сопляк очень загадочный. Он необъяснимо исчез минуту назад. Но он внезапно появился. Более того, он также смог скрыть свою духовную сущность. Это очень странно!».

- Что за постыдное дерьмо ты говорил, невежественный сопляк? – Сяо Хан ответил вопросом.

- Что я тебе сказал? Разве я не достаточно ясно выразился? Во-первых, твой Город Серебряной Метели сломал всё построение ещё до того, как наша сторона была побеждена. Твои люди сбежали! Это преступление, караемое казнью!

Цзюнь Мосе фыркнул и продолжил:

- Ты сказал, что битва ещё не закончилась. Так почему твои люди вернулись? У тебя нет авторитета и уважения, чтобы сказать, что битва не закончена! Я не понимаю, каким качественным вещам учат тебя в Городе Серебряной Метели... ты боялся за свою жизнь, и сбежал в самом начале битвы. Затем ты называешь того, кто на самом деле сражался на поле боя с самого начала, трусом! Так что ж... Звери Суань из Тянь Фа всё ещё здесь. Если ты хочешь, можешь пойти вперёд с твоей риторикой. Ты возглавишь войска, и я гарантирую, что силы Тянсян последуют за тобой. Никто не останется позади. Ты осмелишься это сделать, трус паршивый?

Сяо Хан был в недоумении от слов.

«Разве я не буду заигрывать со смертью, если я выйду в это время? Звери Суань будут снисходительны к тебе, но я не получу такого же отношения...».

Затем Цзюнь Мосе поднял глаза и сказал:

- К счастью, здесь много старейшин Города Серебряной Метели. Я хотел бы спросить старейшин Суань Духа, присутствующих здесь. Извините, конечно, но является ли эта бесстыдность традицией в Городе Серебряной Метели? Этот человек – восходящая звезда семьи Сяо Города Серебряной Метели? Является ли сила ваших десяти экспертов Суань Духа достаточно высокой только для того, чтобы бежать с поля боя, поджав хвост, несмотря на то, что часть армии союзников ещё бьётся? Её достаточно только для того, чтобы защитить ваших двоих экспертов Суань Неба? Вы поджали хвосты и побежали спасать только своих людей. Ваши лица не краснеют при этом?

Слова Цзюнь Мосе были очень резкими и злыми. Но, они всё ещё оставались не пустым трёпом, а фактами. Никто не может этого опровергнуть. Более того, дело не в том, что один человек из Города Серебряной Метели сбежал в одиночку. Это было коллективное предательство. И это привело к полному крушению всей стратегии битвы. В конце концов, их сила была наибольшей среди союзных сил. И их проступок был коллективным проступком. И они не могли никак опровергнуть его слова в этот момент, даже если эти действия не были традицией в их Городе Серебряной Метели.

Это была лишь традиция семьи Сяо, а не всего Города. Однако они присутствовали здесь как представители Города Серебряной Метели. Таким образом, даже их пердёж может быть принят как метеоризм самого их города.

Третий, Шестой и Девятый старейшины Города Серебряной Метели были ошеломлены; семеро мечников не отличались от них. Все они дружно стояли в недоумении от этих слов перед лицом упрёка со стороны молодого человека. Они сделали одно и то же: опустили головы. Их лица жёг стыд. Они не могли показать свою злость, даже если бы захотели, так как стояли перед тысячами глаз. Итак, они выбрали стратегию отвлечения.

Даже их тени нельзя было увидеть на поле боя, пока сам Верховный Главнокомандующий продолжал сражаться. Очевидно, они сбежали без причины. Поэтому на данном этапе они не имели возможности для каких-либо аргументов.

Было неприятно это слышать. Но, это считалось бы тяжким преступлением, если бы они сбежали, как это было на критическом этапе в реальном поле боя! Очевидно, они были бы казнены за свои действия. На самом деле, случай, если бы вся собственность их семьи не была конфискована в свете их трусости, считался бы «снисхождением»...

Кроме того, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг также были свидетелями этой битвы. Эти двое были величайшими экспертами своего поколения, и они также представляли Неуловимый Мир Бессмертных. Поэтому тот факт, что они свидетельствовали о своих действиях, придал дополнительный вес аргументам Цзюнь Мосе...

Многие старейшины, вместе с тем самым, кого они защищали – Сяо Бу Ю – чувствовали раздражение в Сяо Хане. Он чувствовал, что его внук опозорил их всех.

«Его жизнь была спасена. Он должен был рассмеяться. Зачем нужно было кричать об этом?».

«Десять из наших экспертов Суань Духа должны были бежать, если бы мы не были обременены задачей защитить тебя. Ты маленький ребенок...? И теперь противоположная сторона высмеивает нас. И мы даже не можем оспорить его аргументы. Город Серебряной Метели потерял лицо перед героями и экспертами во всём мире. Эта потеря репутации ужалит на долгие годы!».

Глава 359.2. Я буду проклинать вас, пока вы не лопнете от ярости (часть 2)!

- Говоря об отсутствии стыда... семья Цзюнь была целью всех, – Цзюнь Мосе яростно столкнулся взглядом с каждым. Затем он посмотрел на Ли Ю Тяня и начал со своей настоящей цели.

- Сегодня здесь присутствуют очень способные старшие герои из Трех Священных Земель. Они все были свидетелями битвы. Более того, герои мира и мощные звери Суань здесь тоже собраны. Пришёл даже Владыка Тянь Фа – Достопочтенный Мэй. Итак, я хотел бы попросить у великого мастера Ли Ю Тяня несколько вещей в их присутствии.

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг выглядели так, как будто они это оценили.

«Юноша этой семьи, Цзюнь, довольно молод. Тем не менее он уже достиг пика Нефритового Суань. Даже у нас не было такого культивирования в этом возрасте! Он очень талантливый! Редко видно, что кто-то сталкивается с экстраординарными легендарными экспертами из прошлого, и все же не начинает действовать подневольно или властно. Эта свободная и безудержная манера – результат самоподготовки!».

«Этот ребёнок станет очень впечатляющим с течением времени! Мир станет свидетелем ещё одного эксперта Великого уровня менее чем за тридцать лет!».

На самом деле, Цзюнь Мосе почувствовал, что его лёгкая лесть оставила благоприятное впечатление на двух Верховных господ.

- Мы были в городе Тянсян. Мы жили беззаботно и безудержно. Итак, будет ли это стоить хотя бы медной монеты для нас, если Южный Небесный Город будет разрушен? Или все люди из поместья Сюэху будут превращены в призраков? Но Великий Мастер, Ли Ю Тянь, издал Высший Призыв, и мы забыли нашу прошлую вражду. Мы вызвались помочь и провели нашу армию на тысячи километров... через горы и реки, чтобы добраться сюда. Но ради чего мы бросились через звёздные ночи? Ради поместья Сюэху! Мы действовали как часть человечества и делали всё возможное для того, чтобы благородное общество могло жить вечно, чтобы справедливость восторжествовала во всём мире!

Голос Цзюнь Мосе был громким и хорошо поставленным. Он был похож на прокурора, который выносит свой последний обвинительный вердикт. На его лице была изображена холодная справедливость:

- Мы пришли сюда добровольно. Но мы должны страдать от непостижимого давления, а не получать тёплый прием? Нас подставили, а этот великий и могучий мастер Ли неожиданно поставил под угрозу безопасность всего человечества по его эгоистичным причинам и давней личной злобе! Он создал заговор, чтобы осуществить своё желание убить нас!

Великие верховные мастера Ураган и Ливень имеют зрение. Они, должно быть, видели, что произошло с отрядом, очень чётко. Даже тот, кто не знает историю, стоящую за этим, мог видеть это ясно как божий день! Мы приехали сюда издалека, чтобы оказать помощь нашим союзникам в бою. Можно даже сказать, что мы оказали существенную помощь в час нужды. Итак, как я могу не высмеивать их всех в этот момент? Два мастера из Неуловимого Мира Бессмертных присутствуют здесь сегодня. Так что я не буду бояться и буду говорить свободно. Какой второй или третий Великий Мастер отомстил бы сейчас? Итак, я хотел бы спросить вас... где в этом совесть? Где справедливость? Где мораль? Может ли сжатый кулак действительно противостоять мировой справедливости и воле народа?

И позвольте мне спросить вас ещё кое о чём, если вы готовы принять такие решения, чтобы урегулировать личные обиды... Все знают, что победа Тянь Фа в этой войне будет означать катастрофу для простых людей, поскольку они смогут затем вторгнуться внутрь страны. Так почему же вы запутались в таком важном моменте со многими коварными схемами? Вы решили завлечь Верховного Главнокомандующего этой битвой! Хорошо, а простые люди в ваших глазах имеют хоть какое-то значение? Вы каждый – эксперт Суань Духа на пике. Но разве у вас нет человечности? Даже немного? Может ли быть, что у вас нет ничего другого, кроме ваших собственных эгоистических интересов...?

Цзюнь Мосе чувствовал себя эмоционально взволнованным, когда говорил. Он планировал пропустить эту часть, но он слишком сильно возмутился к тому времени, когда он достиг этой темы:

- Великий мастер Ли, теперь я буду достаточно смелым, чтобы спросить тебя об этом... вам всё равно... тебе всё равно, что мы пришли помочь вам. И ты даже готов связать нас боем и уничтожить. Так почему же ты в первую очередь подписал Верховный Призыв? Почему ты не возглавил и не выстроил своё поместье Сюэху против зверей Суань, если у тебя такой высокий уровень мужества? Зачем ты ведёшь себя как страус, который пытается спрятаться от правды?

Почему бы тебе не поставить всё на кон? Почему бы тебе не пойти и не убить или не быть убитым... просто и понятно...? Разве не весь мир воспел бы хвалу твоей силе и назвал бы тебя героем и возвышенной личностью, если бы ты это сделал?

Однако ты этого не сделал. Ты боялся за свою жизнь, и ты обратился за помощью к Верховному Призыву! Ты сделал это, потому что все на континенте знают, что это нельзя игнорировать? Ха! Это всё равно что сидеть на жопе и звать на помощь, понимаешь? И ты издал Верховный Призыв. Это значит, что ты жаждал жизни и боялся смерти! Это первый Верховный Призыв во всей известной истории этого континента. Ли Ю Тянь, ты – первый человек с древних времен, который труслив достаточно, чтобы активировать его! Никто не сможет превзойти эту трусость в будущем. Это останется беспрецедентным! Ты навсегда останешься в истории первым трусливым Великим Мастером!

Наша сила – самая слабая, самая низкая среди союзнических сил. Но мы не убежали с поля боя. Мы стояли там до последнего человека. Другие семьи, которые сражались, тоже не отступали. Их кровь разлита по всей этой земле. Но ты пытался сбежать как можно скорее! Твои люди – причина этого конфликта. И люди, издавшие Верховный Призыв, были также из поместья Сюэху и Города Серебряной Метели! И более того... ваши люди сильнейшие! Вам не стыдно стоять здесь среди всех?

Цзюнь Мосе насмехался:

- Ты планировал завлечь моего дядю в бой! Значит, ты не уступишь эту победу, так как видишь, что он ещё не умер? Ли Ю Тянь, Сяо Хан, я поверю, что вы двое являетесь Верховными хозяевами Вселенной с этого дня! Потому что вы двое – бесспорные и величайшие Высшие Мастера, когда дело доходит до бесстыдства! Кто может сравниться с вами?! «Высшие Бесстыдные Мастера»! Это имя подходит вам обоим! Я уверен, что никто не сможет этого опровергнуть!

Люди, на которых снизошёл дождь проклятий Цзюнь Мосе, стали смертельно белыми. Было много тех, чьи руки не были чистыми. И они использовали эту возможность, чтобы создать эту бесстыдную схему. Тем не менее другие ещё только раскачивались на волнах и следили за ходом событий.

Ли Ю Тянь был пойман Почтенной Мэй немного раньше. Затем его неоднократно ударили по лицу, и он не смог сопротивляться этому избиению в какой-либо степени. Его репутация уже сильно пострадала. Более того, он был тяжело ранен после того, как Почтенная Мэй закончила свой моральный урок. Однако у него не осталось сил, чтобы встать. Итак, он просто остался там и всё ещё лежал на земле. Он мог бы избежать проблемы, и мог бы спасти себя от такого ненужного унижения в обычное время, если бы он не получил это избиение. И в таком случае его бы не так сильно опозорили.

Как он мог не желать возмездия? Но его мастерство не равно тому, кто сейчас стоит за этим мальчиком. Как он может отомстить?

Ли Ю Тянь всё ещё лежал на земле, и люди из поместья Сюэху присматривали за ним. Именно тогда он услышал длинную и увлекательную речь Цзюнь Мосе. Каждое предложение касалось правосудия, каждое слово было направлено в сторону сущности правосудия.

Однако то, что для него было трудно переварить, так это то, что Цзюнь Мосе не обсуждал несколько другие аспекты. Он не рассказал о том, почему много экспертов Суань Неба и экспертов Суань Земли умерли... почему многие эксперты Суань Духа также потеряли свои жизни... но многим экспертам Нефритового Суань под начальством Цзюнь Вуя всё-таки удалось выжить...? А потом юноша разыграл из себя «жертву». Он использовал «справедливость», чтобы апеллировать к человеческим эмоциям в своих насмешках. Более того, этот человек действовал смело и уверенно... как будто справедливость была на его стороне. Его голос был мощным и громким, и он спорил с силой своих убеждений позади него. Он насмехался над людьми и позорил их. Он так сильно их опозорил, что они даже боялись опровергнуть. Настолько, что все начали испытывать симпатию к Цзюнь Вую.

Но затем Ли Ю Тянь услышал причитания Цзюнь Мосе:

- Ли Ю Тянь, Сяо Хан, я поверю, что вы двое являетесь Верховными хозяевами Вселенной с этого дня! Потому что... вы двое – бесспорные и величайшие Высшие Мастера, когда дело доходит до бесстыдства! Кто может сравниться с вами?! «Высшие Бесстыдные Мастера»! Это имя подходит вам обоим! Я уверен, что никто не сможет это опровергнуть! – он не мог переварить это предложение. Эти слова эхом отдались в животе и груди. Затем он быстро встал и повернул голову, чтобы указать на Цзюнь Мосе. Его палец трясся, когда он гневно ответил:

- Невежественный сопляк! Ты... Ты... лжешь!

Глава 359.3. Я буду проклинать вас, пока вы не лопнете от ярости (часть 3)!

Он выплюнул кровь, как только открыл рот.

Второго Великого Мастера заставили выплюнуть кровь проклятия Цзюнь Мосе – мальчика, который был не более чем муравьем в его глазах.

Ли Ю Тянь был тяжело ранен. Его внутренние повреждения были критическими. Почтенная Мэй напала на него яростно и в гневе.

Ли Ю Тянь полагался на Суань Ци своего тела, чтобы защитить свои внутренние органы. Он бы не умер, даже если бы стало хуже. И он очень гордился этим фактом. В конце концов, Владыка Тянь Фа измотал его довольно сильно. И эта сущность была ни кем иным, как высшим экспертом Вселенной! Он был заключен в «тюрьму» и избит до такой степени, что его кости были сломаны в нескольких местах, а его внутренние органы кровоточили очень сильно.

Он мог легко убить Цзюнь Мосе одним шагом даже в таком серьёзно раненном состоянии. На самом деле, он не мог осмелиться. Потому что... у Цзюнь Мосе на его стороне был Одинокий Сокол. Ли Ю Тянь не испугался бы Одинокого Сокола при нормальных обстоятельствах и столкнулся бы с ним с полной уверенностью. На самом деле, он мог с легкостью прикончить Одинокого Сокола. Но он боялся, что Одинокий Сокол воспользуется повреждённым состоянием его тела и вместо этого прикончит его.

Более того, здесь присутствовали два человека из Неуловимого Мира Бессмертных. Права и обиды уже были разоблачены. Как они могли не вмешиваться? И даже если они не присутствовали бы здесь — Владыка зверей Суань ещё была здесь!

Он, очевидно, мог легко убить противника, но не осмелился. И вот почему Ли Ю Тянь был вынужден нести эти бесконечные жестокие проклятия от оппозиции. И тот факт, что Ли Ю Тяню пришлось терпеть эти проклятия, был причиной того, почему кровь вышла из его рта. Это дело перешло предел его толерантности.

И что делало его очень беспомощным в нынешнем состоянии... второго Великого Мастера... состояние, в котором он ничего не мог сделать и должен был смириться с кровавой рвотой, было, главным образом в том, что Цзюнь Мосе собрал мужество, чтобы проклинать его так открыто и жестоко.

И... что касается позже... не было бы «позже» для Ли Ю Тяня! Это потому, что Цзюнь Мосе уже решил убить его. Ли Ю Тянь был опаснее, чем Город Серебряной Метели. Город Серебряной Метели был сдержан и не мог начать конфликт так открыто в результате этого. Однако Ли Ю Тянь был другим. Он был сумасшедшим. Он мог сделать всё, что его сын только попросит…

Он действовал без каких-либо опасений. И будет действовать без зазрения совести при этом. И это была именно та проблема, которой Цзюнь Мосе никогда не позволил бы существовать.

Тем не менее нынешнего культивирования Цзюнь Мосе было недостаточно, чтобы убить Ли Ю Тяня, даже если всё тело великого мастера было сломано. Итак, как он мог убить человека?

Цзюнь Мосе уже принял решение о своем плане действий в этой связи. Он получил очень мощное оружие с тех пор, как вошёл во второй этаж Пагоды Хунцзюнь. Это было то, что он ещё никому не показывал!

И это было — Пламя Первобытного Хаоса!

Это чёрное пламя было источником всего мира! У него была ужасающая способность сжигать что-либо. И опять же... Ли Ю Тянь был простым смертным. Однако Пламя Первобытного Хаоса могло даже сжечь Золотого Бессмертного, а затем могло распылить остатки его души.

Тем не менее культивирования Суань Цзюнь Мосе было недостаточно, чтобы контролировать Пламя Первобытного Хаоса. Поэтому он не смел использовать его до этого момента. В противном случае разве он уже не использовал бы его, чтобы «позаботиться» о ком-то, кого он не любил? Дело в том, что он мог придумать таблетки бессмертия, которые могли бы помочь контролировать Пламя Первобытного Хаоса и всё же оставить его с некоторой силой, чтобы сэкономить Суань Ци. Однако был огромный риск ущерба для самого себя, если бы он попробовал провести активацию Пагоды Хунцзюнь внутри его тела. Это вызовет огромный износ его тела. Поэтому он должен был быть очень осторожным. В противном случае он сам может оказаться кучей пепла...

Можно было бы пострадать от Укуса Дьявола. Да, ему будет больно очень сильно. И его разум также пострадает от серьёзного ущерба. Кроме того, Цзюнь Мосе не знал, что есть состояние ума, известное как изначальный дух. Никакие длительные периоды выздоровления не восстановили бы его душевное состояние, если бы его изначальный дух не смог выдержать ущерб. Последствия были тяжелыми, и он не имел права допустить ни одной ошибки. На самом деле, он не должен был думать, чтобы использовать его... если только в качестве последнего средства.

Однако у Цзюнь Moсе не было другого выбора на данный момент. Это был критический момент, и это было его последнее средство.

Более того, это был также самый удачный момент для удара. Многочисленные кости в теле Ли Ю Тяня были сломаны Почтенной Мэй. Он также страдал от серьёзных внутренних повреждений. В результате второй Великий Мастер оказался в слабейшем состоянии в своей жизни. Это была возможность раз в жизни убить его в его слабом состоянии. Это означало бы конец Цзюнь Мосе и семьи Цзюнь, если он не заберёт жизнь Ли Ю Тяня в наиболее уязвимом его состоянии.

На самом деле, Ли Ю Тянь никогда бы не отпустил бы Цзюнь Вуя или семью Цзюнь... даже если бы Цзюнь Мосе не обрушил на него проклятия - «бросив вызов урагану». Поместье Сюэху потеряло около трети своей силы в результате их плана. В итоге они понесли большие потери за небольшой выигрыш. И потеря включала трёх экспертов Суань Духа... Они, несомненно, обвинят в этом главнокомандующего Цзюнь Вуя!

Более того, Цзюнь Мосе был главной причиной дикого поведения Почтенной Мэй. Нельзя было винить Цзюнь Мосе за это в данный момент, но он был главной причиной этого. Это верно... особенно во второй раз! Он стал мишенью её гнева вместо Цзюнь Мосе.

Однако как кто-то с темпераментом Ли Ю Тяня может позволить дуэту дяди и племянника уйти? Он не мог напасть на Почтенную Мэй. Но это не значит, что он не мог сделать то же самое с этой парой дяди и племянника. В любом случае Ли Ю Тянь никогда не стал бы рассматривать причину и следствие в таком вопросе...

Поэтому у Цзюнь Мосе не было другого выбора. Он решил рискнуть из-за отчаяния.

«Я должен убить Ли Ю Тяня! Я должен нанести ему смертельный удар!».

Ли Ю Тянь был загнан в угол Почтенной Мэй. И Цзюнь Мосе сделал то же самое в это время!

Поэтому семья Цзюнь увидит свой конец, если Ли Ю Тянь не умрёт здесь и сейчас!

Кроме того, не было лучшего способа решить все, чем убийство Ли Ю Тяня!

Все думали, что Цзюнь Мосе был безрассудным, так как он постоянно бросал проклятия на второго Великого Мастера. Он постоянно произносил его имя во время дождя проклятий. На самом деле, он даже не остановился, чтобы вздохнуть. И все считали, что это тоже крайне безрассудно. Однако мысли Цзюнь Мосе были другими…

«Ли Ю Тянь тяжело ранен, на самом деле он получил самую тяжёлую травму за всю свою жизнь! Более того, он пережил величайшее унижение, которое когда-либо испытывал любой Великий Мастер с самого начала времен. Поэтому его психическое состояние сейчас будет весьма возбуждённым. И он не сможет контролировать это! В любом случае его природа очень порочна, и ему самому довольно трудно контролировать его разум. Так что, чем сильнее я проклинаю и оскорбляю его в этот момент... тем лучше. Чем больше Ли Ю Тянь услышит от меня в этот момент... тем больше он будет раздражён... И это приведёт к абсолютной потере самоконтроля с его стороны!».

«Лучший случай, очевидно, был бы, если бы я мог разозлить его до такой степени, что он просто лопнет от чрезмерного гнева! На самом деле, его внутренние повреждения будут усугубляться, даже если он не умрет от злости! И это приведёт к наиболее благоприятным условиям для успеха!».

Цзюнь Мосе ожидал, что его дождь проклятий будет еще более эффективным, чем удары Почтенной Мэй, если Ли Ю Тянь услышит их должным образом. Ли Ю Тянь потеряет контроль над своим умом, и это сделает его травмы ещё хуже. Он будет в ярости, и его эффективность Суань очень сильно упадёт. Это приведёт к причинению вреда его внутренним органам. Это заставит его плеваться кровью, и его состояние ещё более ухудшится.

Цзюнь Мосе посмотрел холодно и был рад видеть, как Ли Ю Тянь плюётся кровью.

«Это только начало, старик. Ты скоро будешь рад видеть, как твой ребёнок сдохнет перед твоими глазами. Подожди минутку, и я покажу тебе труп твоего сына. Тогда я увижу, что ты выплюнешь ещё больше крови, ублюдок!».

«Ли Тэнгюн, этот молодой мастер предупредил тебя о кровавом событии. Я говорил тебе, что ты не сможешь этого избежать, даже если захочешь. Ты не поверил мне, верно? Просто жди. Этот молодой мастер покажет тебе доказательства!».

«Сегодня я получил возможность, которая выпадает один раз в жизни. Меня зовут не Цзюнь Мосе, если я не убью тебя!».

Эти последовательные проклятия и оскорбления должны были ударить по психике Ли Ю Тяня! Можно сказать, что Цзюнь Мосе использовал самую изощрённую психологическую тактику. Он отождествил слабость в его душе и поймал эту слабость. Затем он продвинулся вперёд, чтобы поймать его, и создал возможность шаг за шагом. Цзюнь Мосе неоднократно нападал на него и в результате расширил разрыв. И таким образом он достиг своей цели.

Цзюнь Мосе видел, как Почтенная Мэй избила Ли Ю Тяня. И именно тогда Цзюнь Мосе придумал эту яркую идею сломить своего врага.

Глава 360. Как ты можешь быть таким бесстыдным?!

Он планировал унизить Ли Ю Тяня с самого начала. Город Серебряной Метели только помог ему, дав ему прикрытие, вот и всё. На самом деле, Цзюнь Мосе нашёл бы причину дождаться проклятий в адрес Ли Ю Тяня, даже если бы Сяо Хан не заскочил и не произнёс эти глупые слова.

Тем не менее этот идиот Сяо Хан, заявивший, что «мы не побеждены, пока они не умрут», дал Цзюнь Мосе идеальную причину для начала.

В голове Цзюнь Мосе возникла злобная мысль.

«Я не пожалею никого, кто попытается уничтожить или опозорить мою семью Цзюнь!»

«Не имеет значения, кто ты... это не имеет значения, если ты был вынужден в него... это не имеет значения, если у тебя были какие-то трудности. Ты столкнёшься с моим гневом, если будешь обречён гневом злого монарха!»

- Кхм, этот вопрос закончился поражением и это не беспричинно. Мой брат и я сочувствуем горькому опыту Верховного Главнокомандующего Цзюнь. И мы рады, что ему сегодня повезло, и он остался невредимым. Это дело действительно стоит отпраздновать! – темперамент Бу Канг Фенга был несколько прост. Более того, он с самого начала испытывал недовольство по поводу того, что был свидетелем в этой битве. Тем не менее он был, в основном, раздражён Ли Ю Тянем и Городом Серебряной Метели.

Это было потому, что он стал свидетелем того, как очень трагический герой пришел издалека оказать помощь человеку, но тот был слишком занят интригами, чтобы помочь этому герою. На самом деле, герой сам пошёл вперёд, решив сражаться и умереть без сожалений! Он выполнял свой долг, даже когда он столкнулся с неминуемой смертью. Более того, он дал ему всё, что у него было... независимо от планов.

Трусливые заговорщики действовали как тираны. Они не подчинялись его приказам и нарушали ряды. Но у героя была бы чистая совесть: останется он жив или умрёт. Он решил использовать всю свою военную мощь, чтобы защитить всех, даже тех, кто хотел его подставить... и это было просто потому, что они были частью его группы.

Любой, кто видел формирование войск Цзюнь Вуя, мог бы догадаться, что результат был бы проигрышем. Но можно также сказать, что это не было бы таким плохим. Тем не менее никто не мог обвинить Цзюнь Вуя в ошибке.

Он знал, что это ловушка. Но солдат – это солдат. А главнокомандующий – это главнокомандующий. Цзюнь Вуй сражался за континент, а не за то, чтобы сделать ещё один вдох. Это казалось глупым. Но этого было достаточно для мужчин, чтобы следовать его приказам и относиться к нему с высоким уважением и восхищением.

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг пришли в качестве свидетелей. Но Неуловимый Мир Бессмертных и Ли Ю Тянь всё ещё имели некоторые отношения. Поэтому их точка зрения была немного смещена в сторону Ли Ю Тяня и этой стороны континента. Тем не менее они медленно и бессознательно обнаружили, что их точка зрения отклоняется, когда они увидели какие события разворачиваются перед их собственными глазами.

Цзюнь Вуй не совершал ошибок. И люди в любом случае сочувствовали ситуации аутсайдера. Более того, посланники Неуловимого Мира Бессмертных считали себя на стороне правосудия. Итак, они очевидно и неосознанно оказались на стороне Цзюнь Вуя.

Этого было достаточно в тот момент... даже если это было только временно.

Трагическими героями всегда было легко восхищаться. И Цзюнь Вуй был главным героем в тот день. Он стал центром внимания многих экспертов Суань Духа.

- Первая битва закончилась победой для Тянь Фа! – Бу Канг Фенг заявил. Затем он посмотрел на Почтенную Мэй, прежде чем он спросил:

- Кто будет сражаться во втором раунде от Почтенного Мэя?

- Во втором раунде будет сражаться Королева Змей! Вы можете отправить любого человека, чтобы бороться с ней. Независимо от победы или поражения в этом раунде – я буду сражаться в третьем раунде со всеми присутствующими старшими экспертами. Я уверен, что обойду всех.

Почтенная Мэй фыркнула и уставилась на Цзюнь Мосе.

- Почтенный Мэй действительно смелый! – Бу Канг Фенг улыбнулся и продолжил. – Этот юноша также очень хорош. Он не открыл свои меридианы специальными лекарствами. У него не было ни одного эксперта Суань Духа, который вливал в него Ци. И все же он уже на пике Нефритового Суань, несмотря на свой юный возраст! Можно сказать, что он редкий и талантливый гений... подобные которому рождаются раз в тысячу лет! Почтенный Мэй приблизился к нему несколько минут назад. Возможно ли, что вы хотите принять его как ученика?

Он использовал здравый смысл. Нынешнего состояния Цзюнь Мосе было достаточно, чтобы определить, что его навыки будут усиливаться стремительно, как только его духовная Энергия претерпит качественное преобразование с увеличением уровня. На самом деле он, вероятно, будет считаться одним из лучших на континенте. И что-то подобное не могло остаться скрытым от глаз человека, который наслаждался статусом Великого Мастера сотни лет. На самом деле он тоже хотел сначала принять молодого мастера в качестве ученика! Но Почтенная Мэй была первой. Поэтому он последовал здравому смыслу и предположил, что нападение Владыки Тянь Фа, не повлекшее за собой смертельных травм, было всего лишь испытанием…

- Да? Принять его как ученика...? – глаза Почтенной Мэй обвели взглядом всех присутствующих. Затем она улыбнулась и ответила.

- Старший Бу прав... вопреки тому, что можно было бы ожидать. Это правда! Я искренне хотел этого!

«Почему не взять его в качестве ученика? Я могу издеваться над этим отвратительным существом, если он мой ученик! Его будут пытать каждый день. Его будут пытать каждую ночь. Я буду пытать его в любое время и в любом месте!» - Почтенная Мэй чувствовала себя вполне счастливой, когда смотрела на Цзюнь Мосе.

- Хе-хе... поздравляю Почтенного Мэя! Это хороший ученик! Я уверен, что общество увидит другого Великого Мастера очень скоро! – у Бу Канг Фенга было чувство сожаления и зависти в голосе. Почтенный Мэй – величайший эксперт – решил взять этого мальчика учеником. Тем не менее он не мог не подумать...

«Этот молодой Мастер семьи Цзюнь даже не заплакал и не поблагодарил его за такую привилегию? Надо было дать ему пи**юлей в этом случае!».

Почтенная Мэй издала длинный и громкий крик, приказав войскам уйти. Но войска, стоявшие «в конфронтации», несколько неохотно расстались. Дуанму Чао Фан, Сиконг Ан Е и другие – включая Донфанг Вэн Циня – махали руками, а противостоящие им звери Суань также вежливо махали лапами им. Затем они помахали хвостами и удалились.

Эта крайняя гармония между человеком и зверем оставила многих, кто наблюдал с холма, ошеломлёнными.

«Забавно! Цзюнь Мосе кричал весь день! Он несправедливо обвинял нас в том, чтобы получить сочувствие! Но это была просто большая драма! Некоторые люди неожиданно даже не имели шанса выжить в этом хаосе, в то время как остальные из нас буквально зубами и ногтями тащили себя вперёд в этой битве!» .

Сяо Хан почти выплюнул кровь. Он поднял дрожащий палец на Цзюнь Moсе с возмущением и желанием убить. Затем он сказал:

- Как оказалось... как получается... вы в сговоре... это отвратительно!

- Да ты охренел, мудозвон рогатый? Кто может быть более презренным, чем ты?! – Цзюнь Мосе яростно ответил. – Где ты видишь сговор? Это называется «манеры»! Ты ничего не чувствуешь после того, как так долго дрался с кем-то? Что плохого в том, чтобы помахать ему «до свидания» перед уходом?

- Что? Как у тебя есть лицо, чтобы сказать это...? – Сяо Хан был возмущён до смерти. – Только несколько ваших людей погибли в бою. Но ты всё ещё испытываешь эмоции людей. У тебя нет стыда?

- Чушь! Только некоторые из нас умерли...? Мы потеряли около половины или более наших сил! Но ты...? Ты не потерял ни одного человека! И ещё ты мне в лицо говоришь что-то!

Цзюнь Мосе также был очень возмущён. Он оглянулся:

- И это человеческая жизнь, о которой мы говорим! Человеческая жизнь не имеет ценности, ты не знаешь? Ты знаешь, сколько мне придётся заплатить за похороны? Это будет астрономическая цифра!

«Астрономическая цифра? Похоронные расходы? Этот парень действительно всё это просчитывает?».

- Ты... ты... ты... – Сяо Хан не мог дышать. Он начал заикаться. На самом деле, он чуть не упал в обморок от чрезмерного гнева.

- Ты просто знаешь, как кидаться обвинениями! Во-первых, ты жаждешь спасти свою сраную шкуру и сбежать. Во-вторых, ты обвиняешь нас в сговоре с врагом...! Ты когда-нибудь видел, чтобы человек и тигр сотрудничали? Почему бы тебе не попробовать вступить с ними в сговор и не показать мне?

Цзюнь Мосе не собирался отпускать его. Он топнул ногой и стал исходить проклятиями:

- Большинству людей не нравятся такие люди. У тебя нет никаких собственных достижений. Итак, ты пытаешься принизить достижения других! Ты... ты... почему ты не можешь сказать правду? Как ты можешь быть таким бесстыдным?

Сяо Хан громко заревел от гнева. Потом он внезапно упал навзничь! На этот раз он потерял сознание из-за чрезмерного гнева.

Все смотрели друг на друга и думали:

«Мы не знаем, как вам удалось вступить с ними в сговор! Но одного взгляда на эту последнюю сцену было достаточно, чтобы все поняли, что происходит что-то очень подозрительное! Мы не видели, как вы сотрудничали, но мы никогда не видели, чтобы звери Суань и люди сражались друг с другом полдня, а затем стали друзьями вместо того, чтобы убивать друг друга.

Кроме того, зрелище, как эти звери Суань машут лапами на прощание, было окончательным доказательством. Это было то, чего не видели сотни тысяч лет! Я перережу глотку, но я всё равно не поверю, что Вы не вступили с ними в сговор!».

Но все очень разумно решили не произносить ни слова... даже если все думали об этом.

«Ты слышал, что он сказал? Он сказал, что мы должны попытаться вступить с ними в сговор и увидеть сами! Как будто мы можем вступить в сговор согласно нашим пожеланиям! Разве с нами не обращались бы как с небесными существами, если бы мы могли это сделать?».

«Сговор с этими зверями Девятого уровня? Где в этом сговор? Я недостаточно прожил. Я только что сумел вырваться из окружения и чудом сбежал, прежде чем они разорвали бы меня на куски! Зачем мне снова идти к ним?».

Глава 361. Королева Змей выходит сражаться!

Сиконг Ан Е и другие тоже слегка обалдели, когда услышали, как говорит Цзюнь Мосе. Затем Сиконг Ан Е обратился к Дуанму Чао Фан и улыбнулся. Затем он воскликнул:

- Этот мальчишка чрезвычайно бесстыден. Он напоминает мне о твоей юности!

Дуанму Чао Фан очень разозлился на эти слова. Он схватил Сиконга Ан Е за руку и ответил:

- Я... как... нет... нет...

Сиконг Ан Е поднял руки в капитуляции. Он улыбнулся, хотя выглядел так, будто собирался заплакать. Он говорил со своим коллегой, но казалось, что ему больно:

- Я плохой, брат, прости. Я не должен был тебя раздражать. Слушать, как ты говоришь, очень больно. Измени свою манеру речи для меня! Почему ты не хочешь? Чёрт возьми, я пытался изменить эту паршивую привычку твоей речи на протяжении десятилетий, но всё равно ты ни фига не делаешь!

Донфанг Вэн Цин толкал кресло-коляску Цзюнь Вуя вперёд и остановился перед Цзюнь Мосе среди всей этой путаницы.

Цзюнь Вуй поднял брови и беспомощно улыбнулся, глядя на своего племянника. Затем он нежно спросил:

- Ты?

Цзюнь Мосе усмехнулся и ответил:

- Третий дядя, ты очень храбрый! Ты в одиночку имел дело с таким количеством зверей Суань Девятого уровня. И они отступили! На самом деле, они отступили, и ты даже не запыхался после того, как прошёл через всё это! Это чудесно! На самом деле, ты всё это время сидел в инвалидной коляске! Ты даже не двигался! Этот юный искренне восхищается тобой!

- Ты – маленький дьявол! – Цзюнь Вуй уставился на него и фыркнул. Однако он больше ничего не спросил. Он знал, что все это как-то связано с Цзюнь Мосе, но он не спрашивал, как именно. Это было не то, что он мог спросить в то время. Одна из причин этого была довольно очевидной... там было много присутствующих, которые могли подслушать. И, другая... он был уверен, что Цзюнь Мосе организовал это, но метод достижения этого, должно быть, один из его секретов. Поэтому, чем меньше другие знали об этом... тем лучше. Ведь это был секрет…

«Лучше, когда кто-то не знает некоторых вещей».

Поэтому Цзюнь Вуй решил забыть об этом.

Однако Цзюнь Вуй гордился своим племянником. Потому что его племянник совершил такое чудо. На самом деле, он верил, что никто, кроме его племянника, не смог бы сделать что-то подобное.

Можно сказать, что он был главным экспертом этого мира с этой точки зрения.

В тот момент на поле оставалось открытым пустое пространство.

В центре открытого пространства стояла очень красивая и нежная женщина. Она казалась магнолией в долине цветов, когда стояла там спокойно и тихо. Такая красота была редкой. Но темперамент этой девушки был даже реже, чем её красота.

Красивая фигура, объёмные выпуклости, талия настолько стройная, что можно было почти сжать её... на самом деле, казалось, что легкий ветерок может сломать её. Первая мысль любого человека, который увидит такую женщину, будет – «Она потрясающая!».

Тем не менее, никто не получил это чувство, глядя на тело этой молодой женщины. Она просто казалась прекрасной, теплой, красивой и живой.

Её глаза были ясны, как вода. Её черты лица были чрезвычайно изысканными. Легкий ветерок нежно ласкал её длинные волосы. Это могло заставить поверить, что она была фея или бессмертная. Чем больше человек будет смотреть на неё, тем больше он будет влюбляться в неё. Он чувствовал, что эта, одетая в зелёное девица, с её свежим и чистым лицом плохо разбиралась в жизненных делах и была очень невинна. И это заставило бы мужчину почувствовать сильное желание защитить её.

Королева Змей!

«Как может такой привлекательный человек... такая потрясающая мир своей красотой молодая женщина быть легендарной Королевой ядов? Как может кто-то столь чистый иметь что-то общее с жестокими, зловещими и страшными зверями Суань, в частности, Королевой Змей?! Разница была сродни небу и земле!».

Однако она была!

Эта, одетая в зелёное молодая женщина, была одной из двенадцати Королей зверей Суань из леса Тянь Фа! Она была королевой ядов! И, кроме того, она была самым страшным зверем Суань из леса Тянь Фа — Змеиной Королевой!

Зелёная Охотница!

В глазах Цзюнь Мосе это было крайне неожиданно.

«Почтенный Мэй не послал от себя самого сильного Короля зверей... то есть... Высокого Журавля...? Он послал Королеву Змей вместо этого? Может быть, это потому, что она более способна, чем он? Или она использует яд, чтобы победить?», - Цзюнь Мосе думал об этом, но понял, что это вряд ли произойдёт.

Важно было знать, что Королева Змей была ещё и Королевой ядов. На самом деле, она была королевой всех ядов. Тем не менее, человек, с которым она столкнётся, будет одним из восьми Великих Мастеров континента. Нельзя сказать, что ни один яд не может повлиять на них... возможно, какой-то очень злой яд и сможет проникнуть в их тело. Но обычный яд не оказал бы никакого влияния на человека, чьё культивирование было на пике Суань Духа.

Можно также сказать, что Великие Мастера были проницательны и имели предвидение. Более того, они обладали богатым и изысканным боевым опытом. Их жизни, возможно, подвергались бы опасности от ядов во многих случаях, так как не было недостатка во врагах, которые пытались бы отравить их. Поэтому они, должно быть, уже придумали контрмеры, чтобы предотвратить такие ситуации.

Даже легендарный яд, который может убить человека, вступив в контакт с их телом, будет иметь значительно меньшее влияние на кого-то с большим уровнем развития мастера!

Была интенсивная дискуссия среди Великих Мастеров, которые представляли человечество. Затем, одинокая, одетая в чёрное фигура шагнула вперёд и встала напротив Королевы Змей. Этого человека Цзюнь Мосе не ожидал... представители человечества послали хладнокровного мастера, Ли У Бэя.

Кандидат был выбран гораздо быстрее, чем прогнозировал Цзюнь Мосе. Однако он не думал, что Ли У Бэй был лучшим выбором. Лучшим выбором был бы Одинокий Сокол. Нужен был кто-то с ловкими движениями... кто-то, кто быстро прекратит борьбу, имея дело с противником, который отравляет оружие. Более того, человечеству требовался кто-то, кто мог попасть в цель с высоты, и мог избежать её атаки с помощью воздушного преимущества плюс ловкости.

Одинокий Сокол имел естественное и всестороннее преимущество в этой ситуации. Кроме того, его боевые навыки были получены от птицы. И врагом была Королева Змей. Змеи были естественной добычей для таких птиц! Соколы едят змей!

Цзюнь Мосе мог бы подумать об этом. Так почему лидеры альянса не додумались? Ши Чан Сяо и другие также хотели, чтобы Одинокий Сокол сражался в этом раунде. Однако они не могли осмелиться это сказать. На тот момент ситуация была вполне очевидной. Альянс был в проигрыше в этих «трёх раундах», так как они уже проиграли первый раунд. Таким образом, не будет необходимости в третьей битве, если они проиграют вторую.

Одинокий Сокол посмотрел на Ли Ю Тяня и его сына с неудовольствием. Его отношения с молодым мастером Цзюнь были очевидны для всех. Дело в том, что семья Цзюнь вступила в бой с огромным неравенством в сравнительной силе по отношению к своим противникам. Но им удалось вернуться невредимыми. Можно сказать, что Тянь Фа был небрежен. Но кто поверит в это?

«Им повезло? Триста человек были такими счастливыми? Они что, получили небесное благословение?».

Только идиот поверит в это!

Никто не верил, что семья Цзюнь и Одинокий Сокол предадут континент ради их личных целей. Но что, если они сделали это... ну, на всякий случай? Кто будет нести ответственность, если что случится? Поэтому альянс решил выбрать свой второй лучший вариант, и отправить Ли У Бэя вместо него.

Во всяком случае, культивация Суань Ли У Бэя была лучше, чем у Одинокого Сокола.

Обе стороны прислали своих соперников – пятого Великого Мастера от альянса... против Королевы Змей!

Внезапно яркий луч света вспыхнул с другой стороны Тянь Фа, и энергичный силуэт бросился вперёд. Он появился между Цзюнь Вуем и Донфанг Вэн Цинем, как молния. Он схватил человека, который стоял между ними – Цзюнь Мосе. Затем он исчез с такой же молниеносной скоростью.

Два размытых образа прибыли на левую и правую стороны поля соответственно. Они были настолько плотно упакованы, что выглядели как две параллельные линии. На самом деле они напоминали две эскадрильи солдат, которые стояли в организованных формациях. А потом они исчезли…

- Бессмертное воплощение Миллиона Миражей! Клетка Мира! – Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг вскрикнули в тревоге. Двое мужчин были потрясены, увидев бесконечно сильные методы Владыки Тянь Фа.

«Сколько скрытых трюков у этого Почтенного Мэя? Может ли быть, что его сила догнала силу Владыки Неуловимого Мира Бессмертных?».

«Но... Тянь Фа... также...».

Двум мужчинам едва удалось проглотить слюну.

Почтенная Мэй использовала свою мощную технику, чтобы захватить Цзюнь Мосе. Это было то же самое, с чем раньше имел дело Ли Ю Тянь — Клетка Мира. Цзюнь Мосе скрытно сбежал из её рук некоторое время назад. И она была несколько смущена тем, как у него это получилось... но она была уверена, что это была глубоко таинственная техника, тем не менее.

Тем не менее, она тогда решила, что этот молодой мастер Цзюнь вполне мог быть учеником этого таинственного эксперта. Это также объяснило бы его таинственную технику. Она не могла понять эту технику. Она не могла понять метод борьбы с ним. Однако быть начеку против этого отродья, и быть в состоянии сдержать её желания – это два разных дела!

Поэтому Почтенная Мэй использовала свою технику Клетка Мира для захвата Цзюнь Мосе. Она не использовала эту технику в своей последней попытке, потому что она почувствовала, что сила маленького мальчишки так же хороша, как прошлогодний мусор. Поэтому использование такого небесного навыка было бы сродни убийству. Тем не менее, она подтвердила, что его навыки уклонения не имеют аналогов в мире, хотя его сила была ужасно низкой. Поэтому она использовала все свои усилия, используя этот острый навык, чтобы поймать его. Затем она быстро вернулась на свою сторону поля и бросила его задницей на землю.

БАБАХ! – боль хлынула через задницу Цзюнь Мосе, когда он упал на землю. К счастью, на земле не было камней... иначе его жопа точно бы порвалась…

Цзюнь Вуй поднял брови. Донфанг Вэн Цин поспешно прошептал ему в ухо:

- Это был властелин Тянь Фа... тот же человек, который оценил отличные способности Мосе... и мы также слышали, что этот человек заинтересовался тем, чтобы взять Мосе в качестве ученика. В моих глазах, это удача, а не катастрофа для него. Так что давайте не будем безрассудными.

Глаза Цзюнь Вуя были полны беспокойства. Но он знал, что ничего не может сделать против могущественного Властелина Тянь Фа. Он мог молиться только за безопасное возвращение Цзюнь Мосе в Тянсян.

Никто не ожидал, что Почтенная Мэй вступит в действие или воспользуется этим навыком. На самом деле, даже Цзюнь Мосе не ожидал этого. Тем не менее, он понял, что он не может пошевелить ни одной частью его тела к тому времени, когда он подумал сделать что-то в ответ. Тогда молодой Мастер решил отправиться в Пагоду Хунцзюнь, чтобы сбежать от своего похитителя. В конце концов, его дух всё ещё был связан с Пагодой. Тем не менее, он был потрясён, обнаружив, что его тело не может сделать даже это движение.

Его тело было как неживое, как камень!

Почтенная Мэй могла блокировать все возможные типы Ци от функционирования внутри Клетки Мира. Цзюнь Мосе вернулся к первоначальному состоянию внутри этой клетки. Это... словно он вернулся на первый уровень. Его дух мог войти в Пагоду Хунцзюнь, но его тело не могло. Цзюнь Мосе ненавидел это...

«Чего хочет этот старик...? Почему он ведет себя со мной так снова и снова?!».

«Как я обидел его? Почему он так беспощаден со мной?! Может быть, ты зависим? Тебе обязательно над кем-то издеваться? Ты садист?! Зачем так со мной обращаться, когда есть так много духов экспертов на Пике Духа Суань вокруг? Они могут заставить тебя чувствовать себя более совершенным. Так почему ты нацелился на меня?», - Цзюнь Moсе оставался в недоумении, несмотря на много мыслей.

- Ну-ка, тихо! Будь послушным мальчишкой, и сиди спокойно! Иначе ты не будешь чувствовать себя хорошо, – Почтенная Мэй ударила его по заднице. Она расположила тело Цзюнь Мосе таким образом, чтобы другие не могли видеть. Цзюнь Мосе, тем не менее, принял это насилие. Боль пронзила его душу, но он оставался неподвижным. На самом деле, у него была улыбка на лице.

«Мудрый человек знает, что не нужно сражаться, когда шансы против него. Просто жди...».

Глава 362. Бой Ли У Бэя

Техника Клетки Мира Почтенной Мэй была чрезвычайно загадочной и не могла быть понята просто так.

«Я хочу двигаться. Но он контролирует мои движения!», – Цзюнь Мосе проклинал его в своем сердце, когда он сидел перед Почтенной Мэй с улыбкой на лице. Он даже не мог контролировать свои мимические мышцы внутри Клетки Мира.

БАБАХ! БАБАХ! БАБАХ!

Её нога трижды поднималась, и три тяжелых удара приземлились на ягодицы Цзюнь Мосе. Молодой мастер Цзюнь тихо проклинал в своём сердце. На самом деле, он был готов взорваться от злости.

«Пинать меня стало привычкой для тебя или что...? Проклятый старый извращенец!»

Он не знал этого, но рот Почтенной Мэй молча бормотал то же самое снова и снова за его спиной:

- Я уверена, что ты всё ещё хочешь шлёпать меня по заднице каждый день! Я снова буду месить твою задницу! Я снова буду тереть твои ягодицы! Ты – отвратительный ублюдок! Всё перевернулось, и я не позволю тебе умереть так легко!

Она молча вспоминала, что произошло тогда. И она безжалостно пинала его. На самом деле, она испытывала удовольствие от того, что пинала его. Казалось, что она, возможно, даже пристрастилась к этому, поскольку она продолжала молча произносить эти строки, продолжая пинать его. Борьба между Королевой Змей и пятым Великим Мастером ещё даже не началась. Но задница Цзюнь Мосе уже распухла. На самом деле, она распухла до невыносимой степени, и была готова взорваться к настоящему времени.

Донфанг Вэн Цин внимательно посмотрел туда, где виднелся Цзюнь Мосе. Затем он с облегчением улыбнулся и сказал:

- Видишь? Цзюнь Мосе улыбается всё это время! Кажется, происходит что-то хорошее!

Цзюнь Вуй сосредоточился и посмотрел туда. Затем он также улыбнулся с облегчением и сказал:

- Этот мальчишка действительно благословлён удачей! Такой эксперт высокого уровня оказал ему поддержку. Мосе очень повезло. Семье Цзюнь очень повезло!

- Да. Только посмотри, как он так улыбается! Кажется, он отлично справляется! Я думаю, что Почтенный Мэй предоставил ему много преимуществ! – Донфанг Вэн Цин коснулся его подбородка рукой и засмеялся.

- И не говори! Я тоже был бы очень счастлив, если бы был им! В конце концов, этот человек – самый опытный человек вокруг! – Донфанг Вэн Цин взглянул на своих трёх братьев.

«Это что-то, что нужно упоминать? Как может кто-то не чувствовать себя хорошо после того, как такой эксперт получил такого учителя в таком молодом возрасте?»

«Почему нам не повезло, когда мы были молоды?», - три брата очень ревновали. – «Наша родословная очень близка к этому засранцу…».

Однако они совершенно не знали, что Цзюнь Мосе действительно был «очень рад»! На самом деле, он чувствовал себя таким «очень счастливым», что чуть не умер от этого. Ему было так больно, что он хотел умереть. Его задница подвергалась атакам без конца, в то время как остальная часть его тела неоднократно была искривлена. Всё его тело покраснело, и боль достигла глубины самой его души. Он хотел плакать, но его лицо даже не могло показать ни одного из этих чувств…

Его дяди не ревновали бы так, если бы они знали, какой метод используется на их «очень счастливом» племяннике…

Цзюнь Мосе ясно чувствовал, что его жопа уже стала похожа на надутый воздушный шар. Она увеличилась не менее чем в три-четыре раза по сравнению с первоначальным размером. И, кажется, всё ещё могла расшириться и дальше...

«Это, бл**ь, задница? Или воздушный шарик? Если я сейчас сяду на землю своей жопой, я всё равно буду чувствовать, что сижу на стуле…».

А потом раздался звук какого-то движения неподалёку.

- Хладнокровный Мастер, Ли У Бэй? – голос Королевы Змей был довольно ясным и мелодичным. В нём даже были следы мягкости. Она моргнула. На самом деле, она казалась наивной и любознательной, когда задавала этот вопрос.

Ее внешний вид и поведение заставили её казаться молодой девушкой, которая была наивной и глуповатой. Казалось, что она стеснялась видеть незнакомца и была слишком стыдливой, чтобы поздороваться. Почти каждый зритель чувствовал сильное желание подойти, погладить её по голове и сказать:

- Маленькая девочка – хорошая девочка. Не бойся. Я куплю тебе сладкого…

Однако ее противник – Ли У Бэй – никогда не посмел бы так думать!

Культивирование Суань Королей зверей Суань были не чета восьми Великим Мастерам; Почтенная Мэй была единственным исключением. Но причина, по которой они были столь же знаменитыми, как и восемь Великих Мастеров, заключалась в том, что их тела были чрезвычайно сильными и крепкими. На самом деле, обычные атаки были похожи на чесотку.

На самом деле, эти Короли зверей Суань могли идти в ногу с восемью Великими Мастерами с помощью своих тиранических тел... даже если их культивация была немного ниже. Более того, они могли бы уничтожить своих оппонентов, если бы им удалось использовать некоторые зловещие методы...

Девушка перед ним казалась милой, миниатюрной и хрупкой... почти так же, как если бы она не была в состоянии стоять против нежного ветерка... но, Ли У Бэй ясно знал, что тело этой девушки было телом Королевы Змей!

Более того, она была одной из самых ядовитых особей в лесу Тянь Фа!

«Я сомневаюсь, что её кожа хотя бы покраснеет, если я ударю её кулаком. Однако смогу ли я вытерпеть, если она ударит меня?».

- Вы – Королева Змей? Это честь познакомиться с вами! – Ли У Бэй вёл себя так, будто столкнулся с очень грандиозным врагом. Он повернул руку и вытащил сверкающее и гротескно зазубренное лезвие. Одна сторона была яркой и полированной. Она была настолько яркой, что могла осветить человека ярким светом. На самом деле, это похоже на острое лезвие столовых приборов. Но другая сторона была плотно зазубрена, как пила. Очевидно, это была более смертоносная часть острого оружия.

Цзюнь Мосе наконец-то понял причину назначения Ли У Бэя после того, как увидел это оружие. Первая причина – очевидно, тот факт, что у них не было лучшего кандидата на данный момент. Но его смертоносное оружие было самым важным фактором, способствующим выбору. Это оружие даровало бы большую разрушительную силу против зверей Суань, хотя у них была чрезвычайно толстая кожа. Кроме того, зубцы пилы будут очень разрушительны против изысканной кожи Королевы Змей в частности.

Королева Змей – Зелёная Охотница – стоял там деликатно и робко. На самом деле, она казалась прекрасной и несколько жалкой в тот момент. Она была несколько шокирована, крича:

- Великий Мастер Ли! Такое ужасное оружие! Вы действительно очень хладнокровны! – она вскрикнула словно бы в шоке. Затем она подняла руку и прикрыла свой крошечный рот, словно бы в ужасе. Казалось, что она развернётся и убежит…

Цзюнь Мосе не мог двинуть ни одной частью своего тела, кроме глаз. Итак, он повернул их. И, очевидно, он хорошо использовал их. Он мог видеть, что одежда Королевы Змей очень хорошо прилегает к её узким плечам. Но то же самое не относится к её рукавам. Нижняя часть её рукавов была слишком широкой. На самом деле, они почти опустились на землю.

«Это странно. Это очень странно...».

Как и ожидалось, Ли У Бэй фыркнул, когда Королева Змей произнесла это предложение. Затем он неожиданно рубанул вбок. Лезвие блеснуло в воздухе и перерубило двух маленьких змей размером с палочку на четыре маленьких кусочка. Они упали на землю и почти мгновенно иссохли.

- Вы действительно достойны своей зловещей репутации, Королева Змей! – Ли У Бэй гневно фыркнул. Его тёмное лицо несколько побледнело. Эти две змеи были очень ядовитые. Его статус «Великого Мастера» не помог бы ему, если бы они укусили его. Он бы не умер, но он, наверняка, был бы парализован на некоторое время.

Этот паралич длился бы всего один-два вздоха. Но этого было бы достаточно для кого-то на уровне Королевы Змей, чтобы использовать сотни ходов. И всё было бы по-другому, если бы это произошло…

- Вы несправедливо меня обвиняете! Что люди могут с этим сделать?! – Королева Змей улыбнулась. – О, что это такое? Это просто ужасно! – она проговорила и посмотрела на змей на земле. Её глаза открылись широко... как будто она была в шоке, увидев эти вещи.

Лезвие Ли У Бэя попало в землю со щелчком, ударив ещё одну змею. Она двигалась еще быстрее, и на самом деле уже пыталась нацелиться на горло Ли У Бэя. И это привело бы к ужасной, но молчаливой смерти. Змея даже не оставляла небольшой тени на солнце. От этой атаки Королевы Змей было практически невозможно защититься. Она привлекала противника своими медовыми речами. А затем, она давала им быструю, но мучительную смерть, отравляя их.

Цзюнь Мосе смотрел на эту сцену и почувствовал, что по его спине бегают холодные мурашки.

Можно было бы подумать, что она просто молодая и очаровательная девушка, которая была наивной и чистой... что она будет безвредна для человека и зверя. Кто бы мог подумать, что она совершит три зловещих нападения на Ли У Бэя в мгновение ока! Это было похоже на то, как мило называть человека «старшим братом» в лицо, тихо воруя вещи из его кармана...

Ситуация на поле боя вновь изменилась.

Королева Змей скрутила свою узкую талию, и её красивое тело быстро закрутилось. А потом её два рукава внезапно открылись. После этого их внешний вид внезапно изменился, и, казалось, что два длинных зелёных дракона появились из них. На самом деле они растянулись более чем на двадцать один метр. Они могли достигнуть везде... независимо от расстояния. Сильный ветер свистел вокруг них, когда они превратились во что-то, похожее на зелёный океан, окутавший Ли У Бэя.

Это было проявлением истинной силы Королевы Змей.

И это было только начало...

Чёрный силуэт Ли У Бэя вытянулся между этим океаном зелёного, как риф. Он стоял неподвижно, как каменный столб среди зелёных волн.

Затем послышался глухой грохот. Наступление Королевы Змей стало более интенсивным, вместо того, чтобы остановиться. Нежная фигура взлетела в небо. И, казалось, эта фигура начала изящно танцевать над волнами того зелёного океана. Казалось, будто фея девятого неба спустилась в небо над волнами.

Затем она повернула руку и подняла её. Вокруг мелькнули бесчисленные блестящие звезды. Затем эти звезды внезапно вспыхнули снова и окропили Ли У Бэя. Лицо Королевы Змей всё ещё было невинным. Казалось, что ей было так весело играть в эту игру, что она никогда не хотела, чтобы она закончилась.

Ли У Бэй не мог оставаться в том зелёном океане. И хладнокровный Мастер, в конце концов, был вынужден сделать шаг. Послышался странный звук, когда его длинное лезвие внезапно изменилось, и от него стала исходить чрезвычайно величественная и мощная аура. Он оставался стоять в центре зелёного океана…

Люди, которые наблюдали за Великим Мастером, сразу же использовали свою Суань Ци, чтобы защитить себя. Лезвия Ли У Бэя прорвали бы их оборону, если бы они этого не сделали, и упали бы на группу людей, как дракон, пересекающий реку. На самом деле, его лезвия проложили бы кровавую аллею на его пути...

Ли У Бэй получил выгодную позицию, когда он разворачивал одну атаку за другой. Однако Королева Змей снова попыталась восстановить полный контроль над ситуацией. Её нежные белые руки и её белые нефритовые ноги начали двигаться быстрее. И её выражение смешливости постепенно стало превращаться в серьёзное. Она махала своими белыми руками. Все холодные звезды соединились в единый поток и превратились в яркий луч света.

Поле битвы, которое ранее было свидетелем ожесточенной и ужасной борьбы, неожиданно стало радовать глаз в этот момент. Серебристо-белый луч света непрерывно исходил из середины зеленого океана, а холодный яркий свет продолжал светить в небе. Это была очень красивая сцена…

Любой, кто видел эту сцену, казался беззаботным и расслабленным... хотя они знали о великом намерении убить внутри него!

Этот пейзаж уже нельзя описать как принадлежащий к землям смертных.

Глава 363. Третья Битва

Ли У Бэй внезапно издал резкий крик. Затем его чёрный силуэт прорвался через зелёный океан, как серебристо-белый нож, и взлетел высоко. Казалось, будто фонтан появился в зелёном океане и выстрелил в сторону небес. Он блестяще светился в солнечном свете и осветил большую часть окружающей территории. Он проявил чрезвычайно высокую и грозную силу. На его лице было написано «Я не желаю отступать», когда он нагло взошёл в небо.

- Настоящая битва начинается сейчас, – сказал кто-то. Зрители тогда быстро стали более сосредоточенными. Они даже не моргали, наблюдая за дракой.

Выражение лица Цзюнь Мосе стало торжественным, когда он смотрел на это. Он даже немного забыл о боли. Стиль Королевы Змей и хладнокровного Великого Мастера продолжал меняться. Они двигались быстро. Они бросались вперёд и отступали в быстром темпе. Они уворачивались и ловко контратаковали. Их умы медленно воспроизводили все, что видели их глаза. Было очевидно, что они модифицировали свои собственные стили в соответствии с их оппонентом. Они использовали силу другого, чтобы восполнить свою собственную слабость.

Высокий Журавль и Большой Медведь вытянули шеи со стороны Тянь Фа. Цзюнь Мосе мог явно чувствовать Почтенного Мэя, который сейчас зачем-то схватил его за задницу. Затем он так скрутил её, что Цзюнь Мосе едва из кожи не выпрыгнул от боли.

«Чёрт возьми! Зачем ты щипаешь меня за жопу, старый больной ублюдок?? Разве это не для женщин?».

Затем Цзюнь Мосе вдруг что-то понял.

«Может ли быть, что Королева Змей столкнётся с серьёзной опасностью в этой сокрушительной борьбе с Великим Мастером? Зачем ещё этим трём Королям зверей Суань так волноваться?».

«Но я могу только видеть, что Королева Змей справляется с борьбой с лёгкостью... она должна «пройти» также легко…».

Цзюнь Мосе не смог справиться с болью, когда эта мысль пришла ему в голову. Но кричать от боли он не мог, так что он лишь открыл глаза шире и продолжал смотреть…

Змеиная Королева – Зелёная Охотница – издала громкий крик в этот момент, и её стройное тело закрутилось вокруг. Зелёный океан на земле исчез. Она поднялась высоко и покрылась ярким зелёным светом.

А потом серебристо-белый свет выстрелил в небо. Этот свет смутно переплетался с чёрным силуэтом. Был слышен резкий свист, когда эта фигура выстрелила в небо. На самом деле, этот свисток мог разорвать мир на части. Казалось, что бушующий дракон только что сбежал из-под земли после того, как вырвался из своих оков. Эта странно совмещенная форма человека и меча бросилась к небу в таком великолепном образе, что, казалось, что они собьют само солнце вниз!

Этот последующий свет имел огромный блик, и лица всех, кто смотрел снизу, стали смертельно бледными.

- Единство человека и клинка! Более того, это необычное единство человека и клинка! – Цзюнь Мосе вскрикнул в шоке. – Это и есть суть самой чистой формы техники клинка! Никогда не думал, что Великий Мастер Ли обладал таким козырем в рукаве!

Затем у Цзюнь Мосе второстепенные мысли тоже полились вслух:

- Ли У Бэй может обладать таким козырем, и это разумно, поскольку он один из восьми Великих Мастеров. Но эта молодая женщина также очень опасна…

Королева Змей впервые подняла её лицо вверх и взлетела выше в небо. А потом она сердито завизжала. Её голос разорвал воздух, и тысячи зверей Суань склонили головы. Она развернулась в воздухе и превратилась в несколько холодных звезд, которые осыпались вниз.

Сначала раздался мелодичный и нежный крик. Затем был слышен гнетущий рык. После этого звуки огромного взрыва появились прямо перед лучом света.

После этого возникли непрекращающиеся грохочущие звуки... как из батареи пушек. В результате земля затряслась, а небо выглядело так, как будто было заполнено фейерверками. И затем, казалось, что всё выше тридцати метров в высоту на мгновение погрузилось в темноту. В тот момент в небе присутствовала только яркая радуга…

Цзюнь Мосе чувствовал себя довольным. Он чувствовал, что вернулся в свой предыдущий мир и был свидетелем фейерверков на фестивале фонарей...

- Они равны, – произошло ещё одно столкновение в воздухе. Но Ли Бао Ю, Бу Канг Фенг и Почтенная Мэй уже пришли к такому выводу.

Бабах!

Звуки взрывов не прекращались, пока эти двое продолжали сражаться.

На землю полилось что-то вроде дождя из крови. Бесчисленные фрагменты змей всевозможных размеров посыпались на землю. Вскоре на земле образовался толстый слой из трупов рептилий разной толщины нарезки.

То, чего никто не мог понять, было... как нежная Королева Змей могла найти в небе столько змей, чтобы осыпать ими Ли У Бэя?

БАБАХ!

Королева Змей ударилась в землю. Она пошатнулась, и отошла примерно на десяток шагов назад, прежде чем она, наконец, остановилась. Густой поток фиолетовой крови медленно вытекал из угла её рта. Её цвет лица был бледным, и её зелёное платье было порвано во многих местах этим острым лезвием. Её нежные и белые руки теперь были открыты для глаз, так как ее длинные и широкие рукава превратились в зелёные лохмотья, похожие на бабочек.

Затем был слышен мягкий звук, когда Ли У Бэй «упал» на землю. Сначала он тихо приземлился на пальцы ног. И затем он сильно прижал ноги к земле, чтобы встать прямо. Он выглядел ещё хуже. Его чёрные одежды были грязными и изодранными множеством змеиных укусов. Более того, было видно много разрывов. Очевидно, они были сделаны оружием. Его волосы были растрепаны и похожи на лохмотья нищего. Из уголков его рта скатились капли тёмно-красной крови. Затем он не мог больше контролировать это, и кровь начала течь более свободно. Его каменно-холодное лицо стало красным. Казалось, будто бы он напился. В следующий момент он стал белоснежным. После этого он снова покраснел.

Оба они находились на равных условиях.

Эти двое некоторое время смотрели друг на друга. Затем Ли У Бэй проговорил сквозь сжатые зубы:

- Это было хорошо! Змеиная Королева действительно исключительно сильна!

- Хладнокровный Мастер действительно заслуживает звания Великого Мастера! – Зеленая Охотница нежно улыбнулась. Кровь, льющаяся из уголков её рта, падала, когда она улыбалась. Однако это никоим образом не уменьшило ее красоту. На самом деле, это было даже привлекательно.

- Это похоже на ничью. Что вы думаете об этом, достопочтенный Мэй? – Ли Бао Ю сделал шаг вперёд и улыбнулся, когда он задал этот вопрос.

- Ничья? – Почтенная Мэй дала ещё один тяжёлый удар по заднице Цзюнь Мосе, прежде чем посмотрела на Ли Бао Ю. Через секунду она улыбнулась:

- Хорошо! Это ничья!

Ли Бао Ю покраснел.

Это правда. Это действительно казалось ничьёй в тот момент. Они оба находились в равном положении. Ли У Бэй имел некоторое преимущество в этот момент, но Ли Бао Ю знал, что Королева Змей не показала её истинную силу. На самом деле, ей ещё предстоит разыграть собственный козырь. Поэтому он был убежден, что Ли У Бэю будет нелегко, если эта битва действительно превратится в ожесточенную битву за жизнь и смерть.

Но опять же, даже Королеве Змей было бы нелегко... даже если бы Ли У Бэй должен был бы умереть там. На самом деле, её сила понесла бы огромный урон, даже если бы она не умерла. Настолько, что она, вероятно, потеряла бы свою способность трансформироваться в человеческую форму. Кроме того, её сила будет уменьшена до просто зверя Суань уровня семь или восемь.

Это, очевидно, привело бы к взаимному уничтожению. На самом деле, никто не мог сказать иначе.

Тело Ли У Бэя было прямо, и он был столь же эмоционален, как и раньше. Он всё ещё был холоден и равнодушен... как его собственный меч. Тем не менее, множество возгласов повторилось из толпы позади него.

Они резонировали до небес!

Ли У Бэй не выиграл. Но ему удалось добиться ничьей. Это означало, что союзные войска с материка проиграли только первый бой до этого момента. Это также означало, что они всё ещё могут победить. Они болели за Ли У Бэя не потому, что он был хладнокровным мастером. Они радовались, потому что в тот момент он стал героем континента. Фактически, он стал героем всего человечества.

В первом бою произошло много тактических ошибок и презренных заговоров. И, следовательно, они потерпели поражение – неприглядное и ужасное поражение. Однако вторая битва была прямо противоположной. Их чемпион нагло бросился со своим мечом и поставил всё на кон. На этот раз не было никаких «фальшивых» боёв.

Поэтому этот раунд с Королевой Змей, тем не менее, дал им время продышаться. Это дало им немного пространства для поиска возможности... даже если это не победа.

Многие люди верили, что союзные силы могли бы иметь шанс, если бы они следовали превосходной стратегии Цзюнь Вуя... и если бы не поместье Сюэху и гнилой план Города Серебряной Метели.

Затем оппозиция отправила Змеиную Королеву на эту битву. Поэтому отправить Одинокого Сокола к ней было бы идеальным. Однако союзники не могли на него рассчитывать. Кроме того, у них не было много знаний о различных ядах, которые были доступны в Тянь Фа. На самом деле, не было никаких знаний о ядах, которые могла бы использовать Королева Змей. К счастью, Ли У Бэй много изучал различные яды. И именно поэтому он был известен в обществе как «хладнокровный Мастер». Тем не менее, большинство людей не задумывались обо всём этом здесь.

Теперь всё зависело от третьей битвы!

Почтенная Мэй хотела полагаться на свою собственную власть. На самом деле, она собиралась сражаться со всеми Великими Мастерами сразу! Однако никто не верил, что Почтенная Мэй может быть настолько могущественной. В конце концов, на их стороне было четыре Великих Мастера.

Два человека на поле посмотрели друг на друга и сложили руки. Ли У Бэй сказал:

- Это была случайность.

Королева Змей фыркнула и повернулась, чтобы уйти. Тот факт, что она не добилась полной победы, сильно ударил по её самолюбию.

Ли У Бэй слабо улыбнулся. Затем он пошёл обратно. Его рука слегка вздрогнула. Он понял, что ручка его лезвия согнулась. Кроме того, на его лезвии было много крошечных трещин. Он всё ещё мог бы выдержать несколько боёв, но он больше не мог выдержать битву уровня «Великого Мастера».

Королева Змей была действительно чем-то. Она могла спрятать смертоносное оружие по всему телу. И огромными толпами! Кроме того, её оружие было крайне токсичным!

Эти двое получили травмы, но это было не очень серьёзно. Эти двое знали, что происходит на самом деле. Два бойца намеренно решили уступить после этого взрыва, чтобы сохранить статус-кво. Тем не менее, они бы в конечном итоге убили бы друг друга, и никакой явный победитель не появился бы, если бы они продолжали бороться.

Поэтому два человека вздохнули с облегчением... даже если они не приняли результат в своих сердцах.

Земля была смесью зелёной травы и камней перед битвой, но теперь она почернела. На ней повсюду были дыры.

Ничего не будет расти на этом месте в течение сотен лет.

Яд Королевы Змей был действительно лучшим во всем мире.

На поле внезапно появилась тень, в которой все опознали Почтенного Мэя. Затем он заявил:

- Пришло время для финальной битвы. Все присутствующие Великие Мастера могут выйти на эту финальную и решающую битву!

Ли Бао Ю собирался говорить, но внезапно проглотил свои слова и заставил себя улыбнуться.

Тем не менее, каждый мог почувствовать, что было что-то другое в Почтенном Мэе, когда он появился на поле. Он был несколько раздражительным и неадекватным некоторое время назад, но он был довольно спокойным в этот момент... почти как Будда. Никто не мог видеть его лицо, но аура из его тела показала всё это.

Цзюнь Мосе лежал стороне. Он чувствовал свою задницу и проклинал:

«Этот человек так мою задницу набил, что она увеличилась вчетверо! Сволочь...».

Глава 364. Четыре Великих Мастера сражаются с Тянь Фа

Битва вот-вот начнётся.

Одинокий Сокол фыркнул, когда он взял инициативу, и, сложив кулаки, сказал:

- Достопочтенный Мэй, этот Одинокий Сокол рад обратиться за советом к вам, – его голос был жёстким, но бесконечно звучным. Одинокий Сокол занимал последнее место в рейтинге Великих Мастеров. Но он всегда был воинственным. Более того, он уже дважды сталкивался с тем таинственно искусным человеком, и он считал, что тот человек был ещё более удивительным и пугающим, чем его нынешний противник. Сила Почтенного Мэя, должно быть, была примерно такой же, как и у того таинственного человека. И этот факт действительно поражал Одинокого Сокола. Однако он не боялся этого противника. На самом деле, он считал, что таинственный мастер превосходит Почтенного Мэя.

Мастер жизни и смерти – Ши Чан Сяо – последовал его примеру и тепло улыбнулся:

- Почтенный Мэй, меня зовут Ши Чан Сяо.

Ли У Бэй вернулся только несколько минут назад. Он тихо простоял в течение короткого периода времени, а затем медленно шагнул вперёд. Его выражение было холодным, когда он говорил:

- Почтенный Мэй, я не думаю, что вам нужно моё представление, не так ли?

- Очень хорошо! Только вы трое? – Почтенная Мэй фыркнула. Она не могла не почувствовать разочарование. Её три текущих оппонента имели объединенную силу Короля Журавлей, Короля Медведей и Королевы Змей, сражающихся вместе в своих человеческих формах. На самом деле, эти три Великих Мастера могли быть даже немного слабее, чем эти три звериных короля.

«Надо иметь квалификацию, если они хотят сражаться с врагом!».

- А ну-ка, ждать! Этот старший тоже будет сражаться! – Ли Ю Тянь взревел от горя и возмущения. Великий Мастер Ли тогда встал, спеша. Ли Ю Тянь, возможно, получил серьёзные травмы, но он всё ещё был одним из восьми Великих Мастеров. Так, он не собирался терять свою репутацию на этом этапе, несмотря на боль, он не собирался отступать.

Это была единственная возможность, которую получил Ли Ю Тянь, чтобы вернуть свою честь перед Почтенной Мэй. На самом деле, это был, пожалуй, последний шанс вернуть его честь. Он смог бы смыть свое безобразие, если бы победил Почтенного Мэя, заручившись поддержкой со стороны трёх других Мастеров. На самом деле, он мог бы даже достичь немного большего.

Тем не менее, Ли Ю Тянь был в безысходности, если бы он должен был рассказывать о борьбе на публике снова в случае, если он пропустил бы эту возможность сегодня.

У него были серьёзные травмы, множественные переломы костей и тяжёлые внутренние травмы некоторое время назад. Но он заставил своего верного человека вправить его сломанные кости на место, пока Королева Змей и Ли У Бэй сражались. Затем он принудительно инициировал самоубийственную технику под названием «Закон против воли Небес». Эта техника излечила его до оптимального состояния здоровья, но при этом уменьшила продолжительность его жизни. Кроме того, его изысканного культивирования Суань было достаточно, чтобы держать его кости на месте.

Эта битва была самой важной финальной битвой, что касается Ли Ю Тяня. Поэтому он должен был быть самым великолепным. Ему нужны были его атаки, чтобы внушить благоговение и страх, чтобы установить свою пошатнувшуюся власть среди людей.

- Почтенный Мэй, так называемая удача обратилась вспять! Ты некоторое время назад устроил мне хорошее избиение. Что ж, я отдам тебе то же самое сейчас! – Ли Ю Тянь задыхался от гнева, яростно глядя на Почтенного Мэя. Казалось, он питал глубокую ненависть. На самом деле, оказалось, что этот противник был величайшим личным врагом, с которым он когда-либо сталкивался.

На самом деле ненависть между ними непримирима, она никогда не может быть забыта. Возможно, это было не так для Почтенной Мэй, так как она выиграла предыдущий раунд их поединка. Но этот случай был величайшим неописуемым позором и унижением в жизни, что касается Ли Ю Тяня. И он чувствовал, что его честь не будет исправлена, если он не одержит победы над Почтенным Мэем.

- Ты собираешься пойти против меня, Ли Ю Тянь? – культивация Почтенной Мэй была чрезвычайно высокой. Таким образом, она, очевидно, могла сказать, как Ли Ю Тянь смог встать, несмотря на его травмы. Она не могла не пожалеть его в результате. Она также знала, что Ли Ю Тянь был совершенно невиновен в её ситуации. Он был просто достаточно несчастлив, чтобы быть пойманным в моменты её крайней ярости в этих двух случаях и, следовательно, подвергался этим бедствиям.

Тем не менее, она была самой мрачной и самой уязвимой за всё время своего существования в эти два момента. Поэтому ей было просто срочно необходимо найти кого-то, на ком она могла бы выразить своё возмущение в те моменты горя и негодования. Ли Ю Тянь был вторым Великим Мастером. И выразить свою злость на нём её тянуло чуть больше. Было ли это культивирование Суань или статус Ли Ю Тяня, но он служил наиболее подходящим кандидатом вокруг!

Таким образом, Ли Ю Тянь пережил эту трагедию.

И эта трагедия была рождена по её ошибке…

Потому что... мастер может быть убит, но не должен быть посрамлен!

Почтенная Мэй, очевидно, понимала эту истину. Но она схватила его за горло и избила под взглядами всех присутствующих. И она уничтожила всю полноту накопленного уважения великого мастера Ли Ю Тяня.

Он не сопротивлялся ей всем, что у него было в тот момент. И это было самое странное. Но его сила была бесполезна в этом случае... так как же он мог это сделать? Но все Великие Мастера должны были объединиться в этой битве. Как он мог отказать в такой прекрасной возможности?

- Это того стоит? – Почтенная Мэй чувствовала себя несколько виноватой, напомнив ему. – Ты использовал «Закон против воли Небес». Ты должен понять, какую цену тебе придется заплатить за это, Ли Ю Тянь. Разве ты не подумал, прежде чем принести такую огромную жертву? Тебе лучше отступить, если ты пересмотришь это решение сейчас. Через несколько месяцев твои раны вылечатся сами, без такой бессмысленной жертвы. Ещё есть время.

- Нет! Уже слишком поздно! Слишком поздно! – казалось, что в глазах Ли Ю Тяня загорелся огонь, и он ответил пронзительным и скорбным голосом. – Ты боишься, Почтенный Мэй? Ты должен был знать, что всё стало «слишком поздно» в тот момент, когда ты ударил кого-то в лицо! Я, Ли Ю Тянь, годами копил репутацию. Я пользуюсь уважением среди людей. И это единственный способ, которым я смогу смыть такое унижение. Другого выхода нет!

- Что? Боюсь? Я боюсь тебя? Значит, убить меня – единственный способ смыть твой позор? – Почтенная Мэй тихо засмеялась, что заставило её чёрный халат слегка раскачиваться.

- Именно! – Ли Ю Тянь ответил серьёзно. – Это вопрос пожизненной репутации и статуса этого Ли. Поэтому я прошу, чтобы Почтенный Мэй не скупился на его жизнь!

- Не скупиться на мою жизнь? Ты просишь меня не скупиться на мою жизнь, пока ты скуп на свою ничтожную репутацию? Ты должен знать, что твоя репутация – ничто в моих глазах. Мною был дан совет тебе минуту назад. Это была милость вышестоящего мастера. Этот совет был дан из жалости. Это был редкий поступок, возникший из моего хорошего ума. Итак, мною была показана доброта к тебе. Но ты на самом деле воспринял это как страх? Ты действительно такой же наивный, как лягушка в колодце!

Почтенная Мэй не могла не рассмеяться. Затем она заговорила, качая головой:

- Как ты сможешь забрать мою жизнь... если твой уровень мастерства так низок, Ли Ю Тянь? Боюсь, вместо этого ты потеряешь голову...

- Почтенный Мэй слишком рано решил, чья голова упадёт! – Ли Ю Тянь сильно фыркнул. – Но почтенный Мэй сказал правду. Моя репутация мало что значит для тебя. Но, гораздо важнее, чем твоя голова, моя собственная!

- Я боюсь, что рейтинг Великих Мастеров снова изменится после окончания сегодняшней битвы, – заговорила Почтенная Мэй, одетая в чёрное, со слабым намёком на разочарование в её тоне. – У меня были опасения в течение многих лет относительно жизни известного Мастера Ливня. Затем культивация Фэнг Хуан Юня достигла достаточного уровня, но он не смог стать Великим Мастером. Но... после сегодняшнего дня появится свободное место. И, я полагаю, что Фэнг Хуан Юнь не сможет отступить от обязанностей, даже если он захочет, верно?

Бу Канг Фенг улыбнулся издалека:

- Титул Мастера Ливня для меня больше не применим. Почтенный Мэй заставляет меня чувствовать себя маленьким этими словами.

Почтенная Мэй фыркнула и улыбнулась, прежде чем она снова заговорила:

- И вот этот хладнокровный Мастер. Он сражался в одной битве. Но он всё ещё взял себя в руки и вышел против меня! Он, вероятно, пришёл как козёл отпущения, верно? Я действительно не знаю, что он думал, когда принимал это решение. Он думает, что я не убью Великого Мастера?

Слова Почтенной Мэй можно было рассматривать как свирепую психологическую атаку. Она впервые повредила психическое состояние Ли Ю Тяня. И затем, она собрала больше ненависти, указывая на реальную причину неудачных попыток Фэнг Хуан Юня быть возведённым в статус Великого Мастера. Очевидно, она намеревалась подавить боевой дух столь же известного Одинокого Сокола, сделав это.

«Он был сильнее меня. Ни один из них не мог опередить другого. Ты был не лучше него. На самом деле, он давно должен был стать Великим Мастером. Однако тебе повезло, и ты стал Великим Мастером!», – примерно это услышал Одинокий Сокол, и был потрясён словами Почтенного Мэя.

После этого Почтенная Мэй прицелилась на Ли У Бэя и указала, что он активизировался, хотя и получил травмы всего лишь минуту назад. Она указала, что он пришёл воевать, но он был там, просто чтобы добавить число. Фактически, она подразумевала, что он был всего лишь жертвенным бараном. Разве он не был использован другими Великими Мастерами в качестве щита и принесён в жертву?

Эффект этих слов, возможно, не был столь очевиден в случае других. Но тяжесть беспокойства и подозрительности всегда терзала сердце Ли У Бэя. Ли У Бэй всегда считал каждого человека в мире врагом. Поэтому эти слова глубоко проникли в его сердце. На самом деле, они ударили по самой его душе.

На самом деле, это было причиной того, что он не решался раньше!

Отношения между различными Великими Мастерами всегда были очень жестокими. Таким образом, они бы избавились от одного конкурента, если бы пожертвовали Ли У Бэем, чтобы спасти себя. Кроме того, они также смогли бы воспользоваться так легко полученным преимуществом и сформировать взрывную контратаку, чтобы впоследствии увеличить свою известность…

«Разве для них это не было бы здорово?».

Однако у него не было выбора, так как он получил звание героя континента мгновение назад. Поэтому он должен был выйти, даже если он знал о рисках…

Тем не менее, эти слова Почтенной Мэй заставили Ли У Бэя изменить цвет лица после того, как они опустошили Одинокого Сокола. Ореол героя континента казался довольно славным. Но для мертвеца это было не более чем бесполезным украшением…

- Психологическая атака Почтенной Мэй очень неплохая! Этот Ши искренне восхищается вами! Тем не менее, я боюсь, что Почтенный Мэй нацелился на неправильные цели, – Ши Чан Сяо ласково посмеялся. – Мы четверо – ветераны сотен сражений. Можно даже сказать, что мы являемся инициаторами психологической войны. Почтенный Мэй смотрит на нас свысока, используя это против нас? Дело в том, что мы вчетвером одинаковые. Но давайте вернемся к сути. Мы – четыре плеча, держащие большое доверие миллионов людей. Итак, как Почтенный Мэй может спровоцировать нас друг против друга? Зачем Почтенному Мэю тратить свои слова, если у него есть такая уверенность в себе?

Его слова сразу разбудили двух других.

Ли Ю Тянь произвёл свирепый крик и сказал:

- Нет необходимости тратить слова! Мы можем видеть правду! Четверо из нас хотят обратиться за советом к так называемому пугающему Владыке Тянь Фа сегодня! – он рассмеялся и улыбнулся широкой улыбкой. А потом он взял на себя инициативу и ступил вперёд, несмотря на серьёзность полученных травм.

Кто-то всегда должен ударить первым в битве между несколькими людьми. И человек страдает больше всего, потому что он сталкивается с лобовым ударом. Но, принимая это «удар», тем не менее, может представиться возможность для тех, кто остаётся на его стороне.

Казалось, что слова Ши Чан Сяо действительно развеяли влияние психологической атаки Почтенной Мэй на сердца других людей. Но они никогда не боялись чрезвычайно сильных и тиранических методов Почтенной Мэй. И теперь, когда всё это пришло в голову — у них не было иного выбора, кроме как сражаться.

Кроме того, был ещё один важный момент, который нужно было рассмотреть... большинство Великих Мастеров не пострадали бы много, даже если бы они проиграли эту битву... только Ли Ю Тянь пострадал бы очень сильно в этом случае.

Он уже потерял половину силы поместья Сюэху в битве между людьми и зверями Суань. Затем его унизил Почтенный Мэй. И затем было указано, что он пренебрегал безопасностью человечества и плёл интриги против Цзюнь Вуя. Из-за этого его репутация опустилась на самое дно. Поэтому всё, что ещё осталось, также исчезнет, если он не сможет одержать победу над Почтенным Мэем в этой битве.

Поэтому у других был выбор... но у Ли Ю Тяня его, по факту, не было. Так что у него не было выбора, кроме как поставить всё на один бросок. А значит, он мог только рвануть вперёд...

Глава 365. Величественная Битва

Ши Чан Сяо, Одинокий Сокол, и Ли У Бэй не смели пренебречь этим ходом Ли Ю Тяня. Они быстро поменяли позиции. Они заняли свои соответствующие места за долю секунды и приготовились к последовательной атаке. Они не консультировались заранее о «плане нападения». Но разве они трое – не ветераны бесчисленных сражений? Ранее они размещались в совершенно непринужденной обстановке в различных местах. Однако каждый из них встал таким образом, чтобы они могли координировать свои действия с двумя другими. Более того, их позиционирование было таким, что они были в «наилучшем месте» в соответствии с позицией Ли Ю Тяня.

Ли Ю Тянь бросился вперёд, и его фигура словно размылась. Он был первым, кто решил атаковать. Почтенная Мэй фыркнула и послала взрывной удар в ответ.

Ли Ю Тянь быстро отступил в сторону от Почтенной Мэй. На самом деле, он ускользнул, как скользкая рыба. Фигура появилась почти за спиной Ли Ю Тяня. Внезапно два кулака ударили Почтенную Мэй из-за спины Ли Ю Тяня. Между тем, Одинокий Сокол использовал свою ловкость в стиле Орла и взлетел в небо на высокой скорости, когда это произошло. Он показал первый метод «Девяти когтей призрачного Сокола»!

Длинный и блестящий клинок Ли У Бэя был снова обнажён. Широким взмахом, рассчитанным так, чтобы не коснуться Ши Чан Сяо, но при этом ударить Почтенную Мей. Фактически, эта атака охватила около пяти метров площади вокруг её туловища. Это была самая важная битва в его жизни. Он не собирался скупиться на свой драгоценный клинок.

Ли Ю Тянь отошёл в сторону. Но он быстро развернулся, когда это произошло, и снова бросился в бой с большой скоростью. Пока двое бились с Почтенной Мэй, он решил атаковать с фланга.

Четверо нападали без какого-либо предварительного обсуждения, но их атаки были безупречно скоординированы.

Сначала эти атаки выглядели довольно просто. Но Почтенная Мэй прекрасно понимала, что они могут превратиться в поток сложных ударов. Она будет в ловушке одного из своих противников в течение короткого периода времени. И тогда оставшиеся трое смогут использовать свои соответствующие козыри, чтобы избавиться от неё, в то время как один из них поймает её в ловушку.

Почтенная Мэй столкнулась с совокупными атаками четырёх Великих Мастеров. Но она не осмеливалась быть небрежной по этому поводу. Она громко взревела, а её тело начало вращаться. Во-первых, она избегала кулака Ши Чан Сяо. Затем её чёрный халат закрутился в воздухе, пропустив колющий удар мечом Ли У Бэя, буквально в миллиметре. После этого она развернулась и одновременно наклонилась в сторону. Похоже, она не оправилась от удара. Но она всё ещё нападала на Ли Ю Тяня. Она также подняла левую руку и нанесла удар по приближающемуся Одинокому Соколу.

Почтенная Мэй была довольно спокойна перед лицом объединённых атак четырёх Великих Мастеров. Она блокировала их атаки в мгновение ока. Более того, она не только блокировала эти атаки, но и сумела контратаковать.

Ли Ю Тянь скрежетнул зубами и ускорился. Он знал, что один из четырёх должен будет пострадать, попав под атаки Почтенной Мэй. Только тогда у остальных троих будет возможность завершить окружение! У других, кажется, не было такого мужества или было его недостаточно, чтобы внести свой вклад именно в этом смысле. В любом случае, его травма не даёт ему много времени, чтобы закончить эту битву. Так, он должен был сделать это сам!

Это была огромная ненависть, которую питал Ли Ю Тянь к Почтенной Мэй, которая заставила его принимать такие сумасшедшие решения. Был слышен звук взрыва, когда он сжал кулак. Слабый зелёный газ словно бы накрыл его тело. Было очевидно, что он собирался дать всё, что у него было, в этот конкретный удар. Было важно, чтобы он не показал никаких «поддельных усилий» в отношении Почтенной Мэй на этот раз.

Он понял, что навыки ловкости Почтенной Мэй стали бы её врагами в попытках избежать непрерывных атак трёх других Великих Мастеров. Поэтому у неё не было бы выбора, кроме как встретиться с его ударом, поскольку она была в ловушке в такой ситуации! Фактически, он знал, что это будет единственное решение, которое он принял бы, если бы он был на её месте.

Выражение лица Почтенной Мэй стало холодным. Она быстро размахнулась и снова напала на Ли Ю Тяня и Одинокого Сокола. Затем она зарычала и ударила сорок девять раз меньше, чем за секунду. Затем её тело взмыло в небо, как ракета; три Великих Мастера, которые стояли под ней, были ещё в оцепенении к тому времени, когда она встретилась с Одиноким Соколом в воздухе, и уже обменялась с ним несколькими ударами. На самом деле, их столкновения словно бы устроили фейерверк в небе.

В небе мелькали две тени. После очередного пропущенного удара, Одинокий Сокол опустился на колени, а Почтенная Мэй наклонилась и двинулась вперёд по замысловатой траектории. Однако она сделала резкий поворот ногами, войдя в пике, и рухнула прямо в середину строя Великих Мастеров, только успевших понять, что к чему. Её руки быстро нанесли удары по Ши Чан Сяо и Ли У Бэю. После этого она яростно набросилась на Ли Ю Тяня!

Было очевидно, что Почтенная Мэй двигалась с большим импульсом в данный момент. Более того, было очевидно, что она намеревалась воспользоваться травмами Ли Ю Тяня и надеялась избавиться от самого «жесткого и мотивированного» противника в самом начале боя.

Ли Ю Тянь громко закричал, отступив, как молния. Он надеялся решительно противостоять Почтенной Мэй. Но это нападение было слишком сложным. На самом деле, было бы неразумно оставаться с Почтенной Мэй в этот момент. Остальные трое были поражены атакой Почтенной Мэй. Так что, скорее всего, ему придётся сражаться с ней в одиночку. Более того, на данный момент он несколько утратил равновесие своей силы. Его прежняя сила была исчерпана, но он ещё не заменил её новым взрывом. Это означало, что Почтенная Мэй могла легко убить его... даже если бы он напал, поставив свою жизнь на кон. Кроме того, Почтенная Мэй могла легко увернуться от любой атаки после того, как она убила бы его.

Одинокий Сокол ещё даже не оклемался от последнего удара в данный момент. Это, очевидно, означало, что «воздушная угроза» была устранена на данный момент.

Поэтому Ли Ю Тянь мог только пытаться отступить.

«Это слишком плохо, чёрт!»

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг были на некотором расстоянии от боя. Они оба хлопали в ладоши.

Ли Ю Тянь отошёл, но понял, что Почтенная Мэй не преследовала его. На самом деле, она даже не проявила намерения преследовать его; это было довольно неожиданно. Владыка Тянь Фа всё ещё был в небе. Но она быстро, как оса, двинулась к другой цели – Ши Чан Сяо. Человек даже не оправился к тому времени, когда на него опустился шквал ударов.

Ли Ю Тянь никогда не был целью Почтенной Мэй. Мастер жизни и смерти – Ши Чан Сяо – был! Он был человеком, который представлял наибольшую опасность для Почтенной Мэй, так как он был единственным бойцом среди трёх «наземных» Великих Мастеров, которые не были ранены каким-либо образом.

Было очевидно, что Почтенная Мэй хотела сделать с Ши Чан Сяо то же самое, что она уже сделала с двумя теперь травмированными Великими Мастерами.

Цвет лица Ши Чан Сяо стал серым, как туман. Мужчина громко крикнул и ударил кулаками в гневе.

Однако он стоял твёрдо!

Ши Чан Сяо не мог отступить, потому что за его спиной был Ли У Бэй. Хладнокровный мастер должен был вынести всю тяжесть этой атаки, если бы Ши Чан Сяо отошёл. И у Ли У Бэя, скорее всего, не было достаточно сил, чтобы противостоять этой жуткой атаке, так как он уже получил травмы.

Удары Почтенной Мэй посылали ударные волны.

Команда из четырёх человек была бы разбита, если бы Ли У Бэй был ранен. И оставшиеся трое, несомненно, были бы побеждены вскоре после этого.

Поэтому у Ши Чан Сяо не было иного выбора, кроме как твёрдо стоять на месте.

БАБАХ!

Удар ноги Почтенной Мэй попал в кулак Ши Чан Сяо. Тело Великого Мастера задрожало от удара. Он собрался отвести кулак назад, высвободить полную силу, влить ещё больше силы в свой второй удар. Тем не менее, он даже не успел убрать кулак назад к тому времени, когда нога Почтенной Мэй снова ударила по нему же, в то же место.

Ши Чан Сяо был встревожен. Он быстро ударил левой рукой, чтобы купить себе хоть немного времени. Тем не менее, нога Почтенной Мэй в третий раз ударила его правую руку с громовым звуком и ужасной силой, прежде чем его тело встряхнуло от второго удара... нет нужды говорить, что его левый кулак также не достиг желаемой цели…

Эти три непрерывных удара если и имели какие-либо перерывы между собой, то их было едва заметно. Казалось, что Почтенная Мэй пнула трижды за один удар! Но сила каждого удара была больше, чем раньше. Тело Ши Чан Сяо было на грани краха, и он не мог не сделать шаг назад.

Его левый кулак, наконец, ударил в тот момент. Однако Почтенная Мэй была готова и ждала. Они быстро ударила левой ногой.

Бабах!

Звук взрыва при ударе левой ноги в левый кулак Великого Мастера громко повторился. И затем Почтенная Мэй повторила тот же трюк, что и с его правым кулаком — она быстро ударила трижды.

Ноги Почтенной Мэй на данный момент напоминали ножницы. Однако каждый удар был мощным и, казалось, мог легко снести гору.

Ши Чан Сяо почувствовал боль в животе. На самом деле, от взрывной волны он почувствовал сильный дискомфорт. Он отпрыгнул назад и пошатнулся. Нос зачесался, и тонкая струйка крови вытекла из него.

У него были внутренние повреждения!

Тем не менее, Ли У Бэй не сумел действовать при возможности, которую Ши Чан Сяо предоставил ему, рискуя своим телом и получив травмы. Тело Ли У Бэя, казалось, двигалось словно марионетка, когда он увернулся и бросился вперед. Его рука вытянула длинный клинок. Затем он ударил в чёрное одеяние Почтенной Мэй.

Однако он даже не начал радоваться своей успешной атаке, когда он вдруг обнаружил, что удар, который он сделал своим длинным лезвием, почему-то чувствовался «пустым». Его сердце сошло с ума от этого открытия, и он сделал сумасшедшую горизонтальную косую черту своим лезвием.

Однако он вдруг почувствовал себя вялым. Его атака была заблокирована. Почтенная Мэй вытянула руки из своей одежды и схватила клинок за острый край, прежде чем он двинулся вперёд.

Её руки держали это почти Божественное оружие на его остром пилообразном краю без каких-либо проблем.

Ли Ю Тянь и Одинокий Сокол бросились на неё со спины в тот момент. Почтенная Мэй оставила левую руку держать лезвие и повернулась, а Ли У Бэй попытался применить силу в обратном направлении, чтобы порезать её руку. Левой рукой она подняла один указательный палец и трижды стукнула по лезвию, после чего на мгновение отпустила.

Ноги Почтенной Мэй, наконец, коснулись земли, так как она оставалась «подвешенной» в воздухе до этого момента. Её одеяния, казалось, плавали вокруг неё, как железные листы. Повернувшись, она легко отразила атаку Ли Ю Тяня сзади. Затем её ладони превратились в бесчисленные размытые линии. Ветер свистел, когда сто ударов ладоней словно слились в белый треугольник. Эта атака обладала огромной силой и мощью. Её силу и проверил Одинокий Сокол, когда вся эта сила и мощь обрушились на него, заставив его вновь полететь в воздух.

Меч Ли У Бэя, по которому трижды ударил указательный палец Почтенной Мэй, словно передал мощный взрыв, который отдался в животе Ли У Бэя. Как будто кто-то огромный взял кувалду и трижды ударил его в грудь. Его глаза почувствовали всплеск давления, и он внезапно потерял фокус. Хладнокровный мастер был вынужден отойти назад. Он даже дрожал. Это непроизвольное движение его тела назад произошло из-за сильного ветра, который возник из-за атаки Почтенной Мэй. Затем это тело шатнуло в сторону, и оно стало препятствием для прыгнувшего Ши Чан Сяо.

Лёгкий звон прозвучал, когда заветный клинок Ли У Бэя превратился в бесчисленные кусочки стали. Эти куски затем упали на землю со звоном. Все, что осталось в руке Ли У Бэя – это короткая ручка…

Это была ручка редкого Божественного оружия! Тем не менее, оружие превратилось в металлолом! Ли У Бэй был шокирован горем!

Да, клинок получил несколько царапин в предыдущей битве с Королевой Змей. Ли У Бэй знал об этом. Но он не очень беспокоился.

«Я буду держать его вместе с моей Суань Ци. И тогда я возьму его на ремонт после того, как эта борьба четырёх Великих Мастеров закончится».

«Подумать только... Почтенный Мэй сломал мой клинок всего тремя ударами его пальца…».

Глава 366. Проигрыш!

Следует отметить, что лезвие не было уничтожено одной только рукой Почтенной Мэй. Это удары в сочетании с эффективностью Суань Почтенной Мэй и Ли У Бэя в предыдущем бою привели клинок в плачевное состояние.

Это произошло потому, что Почтенная Мэй рванула клинок к себе прямо перед тем, как постучала пальцем. А Ли У Бэй использовал свои силы, чтобы повернуть его в противоположную сторону. Оба человека одновременно использовали всю свою силу. Это означало, что противостоящие силы пытались крутить лезвие в разные стороны. И именно тогда Почтенная Мэй накопила свою Суань Ци и ударила пальцем прямо в слабую точку лезвия. Её время было очень точным!

Силы Почтенной Мэй и Великого Мастера были приложены к мечу одновременно. Какое Божественное оружие смогло бы противостоять таким силам?

Ответ был просто «нет»! По крайней мере, так обстояло дело с заветным клинком Ли У Бэя…

Как бы лезвие не превратилось в металлолом, когда три разные силы действовали на нем...?

Поэтому можно сказать, что его заветный клинок был уничтожен совместными действиями с Почтенной Мэй.

Почтенная Мэй сжала кулак, и из него вытекла тонкая струйка крови.

Её руку можно считать исключительно «жесткой»... даже по меркам зверей Суань! Но в то время она была в человеческой плоти. И таким образом, она получила эту травму, потому что держала лезвие за острый край. Однако ее травмы были довольно незначительными по сравнению с ценой, которую заплатили Ши Чан Сяо и Ли У Бэй. На самом деле, её травмы были слишком незначительны…

Потому что... эта маленькая травма принесла ей победу!

Ли Ю Тянь был потрясён. Это было всего на секунду... но к тому времени Почтенная Мэй уже достигла земли. На самом деле, она уже отбила атаку Ли Ю Тяня. Кроме того, он стал инициатором этого нападения, удвоив свои усилия. Поэтому Почтенная Мэй двинулась вперёд в направлении Ли У Бэя. Затем она несколько раз ударила его ногами по ступням. Можно сказать, что Ли У Бэй стал бы называться «Великим Инвалидным Мастером» вместо «Великого Хладнокровного Мастера», если бы эти удары имели серьёзную силу за ними.

На самом деле, было бы очень удивительно, если бы его ноги не были раздроблены этими ударами!

Ли У Бэй побледнел от испуга. Он мгновенно отпрыгнул назад, сделав сальто. Но... он мгновенно пожалел об этом!

Потому что... Ши Чан Сяо появился к тому времени позади него и заблокировал его путь…

Почтенная Мэй развернулась вокруг Ли У Бэя и предстала перед Ши Чан Сяо, как чёрный дракон, который окрутился вокруг столба. Затем её ноги начали атаковать Ши Чан Сяо, как капли дождя.

Ши Чан Сяо был очень встревожен этой атакой, так как тело Ли У Бэя закрывало его видимость. Он знал, что это тревожный момент в борьбе. Но он не заметил, что Почтенная Мэй подошла к нему так близко. Таким образом, он был подвержен атакам Почтенной Мэй, в то время как он пытался избежать тела Ли У Бэя.

Ши Чан Сяо пытался сопротивляться этому шквалу атак. Он, несмотря ни на что, освободил своё сердце и разум и приготовился к атаке. Но потом он увидел, что Почтенная Мэй была слишком близко к нему. Более того, она уже была готова атаковать его своими ладонями. У него не было достаточно времени, чтобы собрать достаточно Суань Ци. Более того, у него не было времени отступить... даже если бы он захотел. Поэтому Ши Чан Сяо мог только закрыть глаза, прикусить зубы и ждать своей судьбы.

БАБАХ!

Удар в плечо заставил Ши Чан Сяо катиться по земле, как детский мячик.

Затем Почтенная Мэй отступила с молниеносной скоростью и отпрыгнула назад на двадцать пять метров. Это позволило удару Одинокого Сокола с воздуха упасть на пустое пространство между ними. Затем она столкнулась с красноглазым Ли Ю Тянем и снова ударила его своими ладонями - трижды!

Ли Ю Тянь не мог даже уклониться. Таким образом, он мог только сделать ставку на свою жизнь, чтобы выдержать три удара ладонью.

Это было сродни издевательствам над людьми!

Можно сказать, что Почтенная Мэй почти не пострадала. Однако к этому моменту внутренние повреждения Ли Ю Тяня стали очень серьёзными. Результат этих трёх ударов был довольно очевиден. Тело Ли Ю Тяня покинуло землю, как мяч, который взлетел в небо. Из его рта выплеснулось довольно много крови. Это выглядело так, как будто фонтан начал распылять воду кровавого цвета…

Ли Ю Тянь использовал свою Суань Ци, чтобы сдержать свои кости на месте. Однако они вскрылись и разорвались в этот момент. Они были полностью разорваны. Кровь хлестала из всего его тела как иглы ежа. Можно сказать, что тонкие струйки крови выстрелили из каждой поры в его теле.

Затем, длинные рукава Почтенной Мэй обернулись вокруг травмированного тела Ли Ю Тяня и бросили его дальше в небо. Это был очень хитрый и своевременный ход! В этот самый момент Одинокий Сокол начал очень агрессивную атаку в нисходящем направлении – третий «коготь» из «Девяти когтей призрачного Сокола»!

Это был самый смертельный удар в арсенале Одинокого Сокола на данный момент. И это был также самый быстрый его удар. Более того, он использовал всю свою Суань Ци для этой атаки. Тем не менее, он не мог знать, что бедный, хлещущий кровью Ли Ю Тянь прилетит прямо под его удар. Рот Ли Ю Тяня открылся, и на Одинокого Сокола хлынул поток крови.

Одинокий Сокол был поражён. Он быстро решил отступить. Сначала он уклонился от этого потока крови. Затем он поймал тело Ли Ю Тяня руками. После этого он быстро отошёл на десять метров в горизонтальном направлении, чтобы уклониться от последующей атаки Почтенной Мэй.

Как могла Почтенная Мэй не намереваться продолжать атаку, если она вот так бросила Ли Ю Тяня, заблокировав атаку другого противника? Одинокий Сокол быстро понял это. И вот, он схватил тело и уклонился как можно быстрее.

Реакцию Одинокого Сокола можно считать очень быстрой. Тем не менее, он не мог себе представить, что она будет слишком медленной перед этим противником!

Он почувствовал внезапную и резкую боль в животе. Почтенная Мэй атаковала своими тремя ударами ладони. Двое из них потерпели неудачу, а третий оказался на высоте. И одного этого удара было достаточно, чтобы оставить Одинокого Сокола кричать в агонии. Его лицо исказилось, и он старался изо всех сил, чтобы получить контроль над своим телом. Но он не смог этого сделать. С криком он выплюнул кровь, и она пролилась на тело Ли Ю Тяня.

Изначальные движения Одинокого Сокола были чрезвычайно быстрыми. На самом деле, это было даже вне досягаемости Почтенной Мэй. Но Одинокий Сокол был вынужден отступить, а затем поймал Ли Ю Тяня. Это уменьшило его эффективность Суань. Затем он был вынужден уклониться от чрезвычайно сильной атаки. Кроме того, он использовал много Суань Ци, чтобы защищать себя всё это время. И его Суань Ци упала до очень низкого уровня в результате этого. Опять же, использование Суань Ци никогда не было сильной стороной Одинокого Сокола. Казалось, что его просто задела это атака. Однако полученные им травмы не были лёгкими.

Почтенная Мэй была способным воином. Так как же она могла упустить эту золотую возможность? Её тело исчезло и внезапно появилось перед Ли У Бэем. Затем она начала свою ураганную атаку на него.

В тот момент Одинокий Сокол летел по нисходящей наклонной траектории вместе с Ли Ю Тянем. Ли Ю Тянь был тяжело ранен. Ши Чан Сяо лежал на расстоянии более пятнадцати метров. Поэтому следующие несколько моментов были сродни поединку один на один с Ли У Бэем.

Ли У Бэй получил шокирующую травму минуту назад. Его драгоценный клинок был также уничтожен минуту назад. Поэтому его воля к борьбе была на самом низком уровне в эту секунду. Он не мог не испугаться, когда понял, что ему придется сражаться с Почтенной Мэй самостоятельно. Но он попытался сопротивляться и быстро отступил.

БАБАХ! БАБАХ!

Звуки взрывов эхом отдавались повсюду. Было непонятно, почему... но пыль внезапно покрыла все небо и сделала всё тёмным. Ши Чан Сяо поднялся и хотел помочь. Но он мог различить только два очень туманных силуэта в этом густом облаке пыли. И обе эти фигуры были одеты в чёрное. Поэтому человек искренне не мог сказать, какой силуэт был Почтенной Мэй... а какой принадлежал Ли У Бэю...!

Он даже полсекунды не колебался, когда услышал взрыв. Вскоре последовал болезненный стон Ли У Бэя. А потом он увидел, как фигура вращается и падает. Чёрная одежда цеплялась за эту фигуру довольно плотно – это был Ли У Бэй.

Кровь вырвалась изо рта Ли У Бэя с булькающим звуком. Его правая рука была согнута под странным углом. Было очевидно, что его правая рука была сломана. Тем не менее, можно сказать, что Почтенная Мэй легкомысленно обошлась с ним. Если бы она была хоть немного серьёзнее – рука Ли У Бэя была бы оторвана. Кости в его руке превратились бы в белый порошок, а сама рука улетела так далеко, что хрен бы кто сумел её найти.

К настоящему времени исход сражения стал довольно очевидным.

Владыка Тянь Фа вытерла пол четырьмя Великими Мастерами!

Можно сказать, что победа Почтенной Мэй была очевидна. Четыре Великих Мастера потерпели поражение. Они даже не смогли дать отпор должным образом.

Битва получилась бы совсем иначе, если бы четверка действительно дала каждую каплю своей силы, чтобы уничтожить всё, что стояло на их пути. Они всё ещё не смогли бы победить Почтенную Мэй, но исход битвы был бы гораздо более благоприятным для них в этом случае…

Почтенная Мэй могла использовать технику «Клетка Мира» только на одного человека. И это доставило бы ей много напряжения её сил, если бы она использовала её на Великом Мастере. Человек, на которого она будет использовать эту силу, не сможет двигаться. Однако в этот момент Почтенная Мэй и сама окажется в большой опасности.

Поэтому Почтенная Мэй не могла осмелиться использовать технику «Клетки Мира» в этой битве.

Однако каждый дорожит своей жизнью! Более того, это была битва «победы и поражения» — не одна из «жизни и смерти». И цена, которую придется заплатить после поражения, не была очень болезненной. Только поместью Сюэху придется заплатить болезненную цену. Но другие Великие Мастера не сильно пострадали бы.

На самом деле, в случае проигрыша только Ли Ю Тянь лишится многого. Так зачем же другим трём рисковать жизнью?

Почтенная Мэй взмахнула длинными рукавами. Внезапно показалось, что это облако пыли стало ураганом. Это облако пыли исчезло без следа за секунду. Высокая фигура Почтенной Мэй стала видна всем. Она выглядела высокомерной, а её чёрное одеяние трепетало, словно на ветру.

Внезапно человек в толпе ахнул и закричал:

- Посмотрите... Посмотрите посередине!

Все посмотрели на то место, которое он указывал. Толпа задохнулась. Место, где началась драка, состояло из шероховатого гранита. Но, казалось, что кто-то каким-то образом выкопал слой земли из этого места; очень глубокий слой при этом! Казалось, воронка была трёх метров глубиной. А в ширину она была около 30 метров!

Вполне возможно, что при сражении Великих Мастеров, при особо сильно атаке, можно так ударить по земле. Тем не менее, проблема заключалась в том, что... никто не видел ни одного падающего камня... и они не слышали ни малейшего звука.

«Этот огромный камень исчез?».

«Он вырастил крылья и улетел?».

Эти люди совершенно не обращали внимания на факты. Эти пять высших экспертов не делали ставку на свою жизнь в этой битве, но они всё ещё использовали некоторые из своих сильнейших навыков. И эти скалы были исполосованы их Суань Ци. Эти камни были превращены в порошок и уплыли с ветром. На самом деле, ещё больший слой был бы соскоблен прочь, если бы борьба была более интенсивной.

Однако это стало результатом того, что Почтенная Мэй проявила сдержанность. Другие были бы вынуждены использовать всю свою силу, если бы она использовала всю свою эффективность Суань. И этот небольшой холм превратился бы в равнину, если бы это произошло.

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг вздохнули в унисон.

Они уже ожидали такого результата. Но они никогда не думали, что это произойдет так быстро.

Даже Одинокий Сокол, Ли У Бэй и Ши Чан Сяо не ожидали такого. Ли У Бэй и Ши Чан Сяо стояли в изумлении.

Одинокий Сокол положил Ли Ю Тяня на землю и прошёл несколько шагов вперёд. Он хотел что-то сказать, но не мог открыть рот. Затем его лицо покраснело.

Четыре Великих Мастера потерпели сокрушительное поражение.

Как могли эти четверо хвастливых высших экспертов мира принять такой исход? Представители человечества потерпели поражение в этой битве. Кроме того, авторитету этих Великих Мастеров был также нанесён серьёзный удар!

Их статус утратил смысл…

Глава 367. Метатель ножей появляется снова!

Кто бы не узнал имя Почтенной Мэй после того, как эти события стали достоянием общественности? Её имя было пока известно очень немногим людям на континенте. Но весь мир знал о Великих Мастерах.

Они могли бы найти место, где никто не будет издеваться за их спинами? Их репутация была разрушена. Люди буду смотреть на них и смеяться.

«Эти четыре человека все вместе сражались против него одного, но не смогли победить кого-то, чьё имя мы даже не слышали…».

Три Великих Мастера, которые всё ещё могли стоять прямо на ногах, чувствовали острое желание вырыть большую яму и спрятаться в ней.

«Я не могу позволить себе проиграть этому человеку!».

- Наша сторона признает поражение в сегодняшней войне. Почтенный Мэй полностью убедил нас в непревзойдённой силе их культивирования Суань, – никто не говорил долгое время, так что, Ли Бао Ю вздохнул и нарушил эту неловкую тишину.

- Вы признаёте поражение? Не проблема. Надеюсь, вы помните мои три условия. Тянь Фа для вас закрыт на данный момент! – она указала на мужчин могущественных семей. Затем она сильно фыркнула. - Я уничтожу семьи любого до девятого поколения, даже если один из вас войдет в Тянь Фа. Интересно будет посмотреть, у кого из вас хватит смелости войти в Тянь Фа после того, как я это сделаю!

- Мы, очевидно, согласимся на три условия, которые вы установили с тех пор, как мы проиграли эту битву, – Ли Бао Ю улыбнулся. Любой, кто слышал, как он говорит, почувствовал, что этот человек из Неуловимого Мира Бессмертных не заботился об исходе. Он продолжил. - Итог уже решен, но я всё равно хочу сказать кое-что Почтенному Мэю.

- И что же? – Почтенная Мэй холодно спросила.

- Три Святые Земли согласились на сражение в конце седьмого месяца – через три года. Императрица Неуловимого Мира Бессмертных надеется, что в нём примет участие Почтенный Мэй.

Ли Бао Ю усмехнулся и продолжил:

- Имя леса Тянь Фа стояло в конце рейтинга в течение последних пятисот лет... Великий правитель также находился в уединении в течение пятисот лет... Хе-хе... многие даже считали, что он покинул наш мир. И теперь, когда мы говорим об этом... я должен сообщить вам ещё об одном. Наша Императрица послала вам эти несколько слов — «Если Властелин Тянь Фа не появится... и если Тянь Фа проиграет – мы отзовем Грозный статус Тянь Фа. И с того момента по всему миру будет проходить большая часть писания о Трёх Святых Землях. Тянь Фа не будет считаться ничем!»

Почтенная Мэй задрожала. Она стиснула зубы и ответила:

- Так вот в чём была настоящая цель для вас сегодня! Посредничество в этой войне было всего лишь оправданием! Разве твоя лицемерная Императрица не может подождать? Не забывай, что война за захват небес грядёт! Сможет ли ваша Императрица нести ответственность, когда придёт время, и не будет Тянь Фа?

- Это было рассмотрено её Превосходительством! – Бу Канг Фенг сузил глаза, и в них вспыхнул холодный свет. – Почтенный Мэй, вы думаете, что Тянь Фа сможет сделать что-нибудь без Великого правителя? Как вы думаете, может ли нынешняя сила Тянь Фа что-нибудь сделать, если она примет участие в войне за захват небес?

- Неважно, насколько мы будем бесполезны... это все равно будет лучше, чем такой мусор, как вы двое, – Почтенная Мэй была не уверена. Она больше не собиралась принимать глупости. Потом она махнула рукой и сказала:

- Пора платить!

Визг послышался с неба. Затем тень упала на землю рядом с ними быстрее, чем скорость звука, и сбила солдат среди войск поместья Сюэху, как молния.

Точный удар этого существа сделал довольно очевидным тот факт, что он оставался скрытым в небе в течение длительного времени. Именно в этот момент Цзюнь Мосе понял, почему он не видел Высокого Журавля с начала войны.

«Так вот где он был!».

Лицо Ли Тэнгюна уже было покрыто слезами в то время. Он сидел на земле перед отцом. Он беспокоился и не знал, что делать. Он привык полагаться на репутацию своего отца. Таким образом, казалось, что скорее небо падёт на землю, чем он увидит, как его отец получит серьёзную травму. Он искренне не знал, что делать в это время. Ли Ю Тянь был очень серьёзно ранен. На самом деле, он даже не мог двигаться. Но его жизнь не была в опасности. Его дыхание было слабым, и его глаза были закрыты, чтобы он мог восстановиться. Он уже потерял свою честь. Таким образом, сохранение его жизни и восстановление его сил были его главными приоритетами в данный момент.

Однако этот громкий визг в тот момент повторился, и чёрная тень рухнула на землю. Оставшиеся эксперты поместья Сюэху охраняли Ли Ю Тяня. Они не могли не закричать от страха. Однако они не могли избежать этой тени в тот момент, и все были поражены ударом. После этого пара огромных когтей схватила Ли Тэнгюна. Этот силуэт остановился на секунду, а затем снова выстрелил вверх. Он поднялся на тридцать метров в небо за долю секунды. В воздухе остались лишь пара тонких перьев.

Глаза Ли Ю Тяня широко раскрылись в гневе. Он вдруг сел и крикнул:

- Мой сын!

Все в толпе внезапно воскликнули:

- Король Журавлей!

Это был третий по рангу Король — Высокий Журавль из леса Тянь Фа!

В тот момент он был в своем первоначальном виде и летел, крепко схватив Ли Тэнгюна своими острыми когтями. Имя «Ли Тэнгюн» означало «парящий над облаками». Это было хорошее имя, но он никогда не делал так в своей жизни. Однако в этот момент он действительно парил над облаками. Он наконец-то оправдал своё имя!

Он был избалованным ребенком, и он всегда вел себя как хулиган. Он никогда не был в такой волнующей ситуации. Молодой человек всегда жил беззаботно, но он был так напуган, что начал терять контроль над обоими своими... «выделительными» органами. Он мог только кричать:

- Папа, спаси меня!

Но через пару секунд он заткнулся, полностью потерял контроль и начал изрыгать из себя свой завтрак спереди и ужин сзади в одно и то же время.

Зловоние царило в воздухе. Все, кто стоял ниже, схватились за носы.

Сердце Ли Ю Тяня замёрзло. Он вспоминал свою ставку с Владыкой Тянь Фа. Его тело получило очень серьёзные травмы. Таким образом, он не мог самостоятельно решить этот вопрос о своей репутации. Поэтому Великий Мастер посмотрел в сторону Ли Бао Ю и крикнул:

- Брат Ли! Посмотри на меня! Я не жалел усилий для Неуловимого Мира Бессмертных за последние годы! Я прошу тебя, спасти моего ребенка!

Он использовал свой статус второго Великого Мастера, чтобы поддержать эти слова. Тем не менее, это не отличалось от коленопреклонения и мольбы.

Ли Бао Ю колебался и посмотрел на Почтенную Мэй. Он думал, что дело наконец-то закончилось. Более того, он уже разозлил другую сторону словами, которые он произнёс. Итак, как он мог снова столкнуться с ними в этот момент и ходатайствовать от чьего-то имени?

Как Ли Бао Ю мог поддержать этого человека перед мировым экспертом? Более того, это было бы еще хуже, так как это произошло бы от представителя Неуловимого Мира Бессмертных...

Выражение Ли Ю Тяня показало полное отчаяние. На самом деле, казалось, что он постарел на десятки лет в одно мгновение. Этот гениальный и всемирно известный второй Великий Мастер не делал такого выражения даже тогда, когда Почтенная Мэй основательно подпортила ему мордашку. Его лицо просто проявило всё его горе и негодование. Однако тот жестокий факт, что он был беспомощным в это время, заставил Ли Ю Тяня впасть в отчаяние...

- Ли Бао Ю! Ты отказался от своего слова! Ты обещал мне, что будешь защищать моего сына. Ты обещал, что он будет в порядке! – Ли Ю Тянь тихо проговорил. Звучало так, будто он стонет. Затем он открыл глаза и сказал жестоко. – Я – Ли Ю Тянь – клянусь, что я уничтожу всех присутствующих здесь... и их семьи до девятого поколения, если что-нибудь плохое случится с моим сыном сегодня!

За этим последовал крик в воздухе, и Высокий Журавль рассмеялся:

- Наша мечта за последние три месяца, наконец, осуществилась! – он махнул своим правым крылом, и изо рта Ли Тэнгюна вышел леденящий кровь крик. Через мгновение воздух наполнился кровью. Ноги Ли Тэнгюна были отрезаны от основания! Через пару секунд они упали на землю с хлюпающим звуком.

- Мой сын! Мой Тенгюн! – Ли Ю Тянь зарыдал. Неизвестно откуда у него появились силы, но он как-то встал. – Мой сын, Тенгюн! – Ли Ю Тянь был в слезах. Он испытывал горькую боль в данный момент.

Однако кого можно обвинить за всё это? Как Ли Ю Тянь мог вести себя как мудак и быть властным, с таким крайним высокомерием относясь к другим? И какой молодой мастер из могущественной семьи мог попытаться похитить жену кого-то другого? Более того, Ли Ю Тянь действительно знал о невыносимых действиях своего сына. Однако он даже не пытался остановить его. Фактически, он поощрял это тираническое поведение своего сына и даже поклялся исполнить желания своего сына.

Тщательное исследование показало бы, что Ли Тенгюн должен был бы страдать всю оставшуюся жизнь. И именно Ли Ю Тянь был человеком, ответственным за это. Был ли второй Великий Мастер действительно таким удивительным? Никто не мог его спровоцировать?

Ноги Ли Тенгюна лежали на земле отдельно от его тела, и это показало величайшую ошибку, которую совершил Ли Ю Тянь.

Внезапно, дело приняло радикальный поворот…

Между палатками вспыхнул золотой свет, и два изысканных метательных ножа внезапно появились перед Ли Ю Тянем. Один из них ударил его в горло, а другой пронзил его грудь.

Там присутствовали многие способные люди. Но никто из них не мог сказать, откуда прилетели ножи. Никто не мог найти человека, который бросил эти ножи. Однако всем было ясно о намерениях человека, кинувшего эти ножи – смерть Ли Ю Тяня!

Появился еще один метательный нож. Он летел прямо в глаз Ли Ю Тяня со скоростью молнии!

Ли Ю Тянь заревел от гнева и поднял руку, чтобы помешать ножу. Нож ударил его руку, пронзив её насквозь.

Его имя могло потрясти мир. Он был одним из Великих Мастеров. Его кожа была почти неразрушимая, а кости были как сталь. Никто в мире не мог противостоять ему. Однако он даже не смог уклониться от небольшого метательного ножа с той силой, которая осталась в его теле в этот момент.

- Кто? – Ли Ю Тянь поднял глаза и резко взревел. – Кто хочет убить меня? Выходите, если у вас есть смелость!

Все присутствующие тоже хотел задать этот вопрос.

«Кто хочет убить Ли Ю Тяня? Кто бросает эти ножи?».

Правда, многие из присутствующих на месте «преступления» хотели воспользоваться этой возможностью, чтобы убить Ли Ю Тяня.

Он только минуту назад угрожал всем, кто был здесь: «Я – Ли Ю Тянь – клянусь, что я уничтожу всех присутствующих здесь... и их семьи до девятого поколения, если что-нибудь плохое случится с моим сыном сегодня!» – эти слова были прямой угрозой всем присутствующим. Возможно, все хотели убить его после этого. Но они этого не сделали. Никто не осмелился принять меры для того, чтобы убить Ли Ю Тяня на глазах у всех.

В конце концов, оставшаяся сила поместья Сюэху была по-прежнему исключительной, несмотря на то, что она была значительно уменьшена. Поэтому немногие люди решились бы тыкать палкой в гнездо шершней. Если бы они хотели принять меры – они должны были бы сделать это втайне. Но этот человек, который открыто бросил эти ножи, был довольно нетерпелив. Или, возможно, второй Великий мастер не был кем-то важным в его глазах.

Затем в этом районе началось чрезвычайно сильное давление. Эта сила давила на разум каждого и заставляла их дрожать.

После этого человек внезапно появился высоко в небе. Этот человек, казалось, появился без каких-либо предварительных признаков. Этот человек был одет в чёрное. Можно сказать, что стиль одежды этого человека был очень похож на стиль одежды Почтенной Мэй. На самом деле, большинство людей считали бы этого человека Почтенной Мэй, если бы они не видели Властелина Тянь Фа, стоящего неподалеку.

Глава 368.1. Смертельный Удар! Последствия (часть 1)!

- Ли Ю Тянь! Я должен убить тебя! – человек в чёрном неподвижно стоял в воздухе, когда говорил эти слова. Затем он сделал движение ногой и спустился с более чем тридцати метров. Казалось, что он спускается по лестнице. Его руки были за его спиной, и его голова была слегка наклонена вверх, когда он шёл.

Все были встревожены!

Даже звери Тянь Фа... Да что звери, даже Король летающих зверей Суань, Высокий Журавль никогда не демонстрировал такого замечательного мастерства. Навыки Суань этого таинственного человека, очевидно, были на очень высоком уровне.

Выражение Ли Ю Тяня потемнело, и он в изнеможении упал на землю. Он едва успел встать, как последнее сияние умирающего солнца. Однако вскоре он увидел этот несравненно удивительный подвиг. Возможно, он чувствовал, что у него был небольшой шанс против Почтенной Мэй, но он знал, что он не подходит для этого таинственного новоприбывшего.

«Этот человек, возможно, более грозный, чем Почтенный Мей из Тянь Фа. Гораздо более грозный!».

Ли Ю Тянь потерял последние частички своего боевого духа. Он просто опустил голову и спросил:

- Почему?

- Почему? Тебе ещё нужно объяснять, почему? Разве не ты говорил, что кулак – это величайший аргумент? – таинственный, одетый в чёрное, человек холодно фыркнул и продолжил. – Есть некоторые люди, которых ты не можешь обижать... некоторые люди, которых ты не можешь позволить себе обижать! И ты должен будешь заплатить соответствующую цену за то, что ты посмел провоцировать их. Ты понимаешь?

- Я понимаю, – Ли Ю Тянь поднял голову и спросил очень мрачным голосом. – Я не надеюсь пережить это. Но я хочу знать... кого я обидел?

- Кого ты обидел? – таинственный человек в чёрном рассмеялся и ответил. – Не говори мне, что ты не понял, что звери Тянь Фа испортили твой план? Они не нападали на единственного человека, которого ты пытался убить! Не говори мне, что ты не подумал, что совпадение столь многих неразумных вещей не было странным...?

- Это были вы! Это вы помешали зверям Суань атаковать Цзюнь Вуя! – свет мелькнул внутри разума Ли Ю Тяня. Он обо всём догадался. Но он всё ещё был в недоумении из-за этого шока. Итак, он открыл рот и едва слышно проговорил:

- Семья Цзюнь? Вы выступаете за семью Цзюнь? Почему я не знал этого...?

В тот момент, когда слова таинственного эксперта услышали все, вокруг поднялся крик и гвалт. И даже Цзюнь Вуй был среди этих людей! Он сидел с широко открытым ртом, как и остальные.

«С каких это пор у нашей семьи Цзюнь есть такой сильный покровитель? И почему я о нём не знаю?».

Тем не менее, все остальные посмотрели на Цзюнь Вуя лишь с одним выражением — с бесконечным восхищением!

Они очень сильно завидовали ему. Изначально в семье Цзюнь был такой потрясающий мир человек, поддерживающий их из темноты.

«Мы вообще не должны провоцировать семью Цзюнь... мы просто не можем позволить себе это сделать…».

- Семья Цзюнь... Хе-хе... не так мала, чтобы такие люди, как Ли Ю Тянь, могли уйти от последствий причинения проблем. Я исчез из этого мира двадцать лет назад. И многие несчастья постигли их после этого. Это также привело к тому, что многие, как вы, переоценили свои возможности. И вы действовали с ограниченным взглядом на вещи из-за этого!

Загадочный человек в черном закончил говорить и склонил голову, чтобы посмотреть на людей из Города Серебряной Метели. У него было резкое выражение в глазах. Сяо Бу Ю и другие начали чувствовать холод без всякой причины, и их лица претерпели очень радикальные преобразования.

Затем одетый в чёрное человек издал ледяной смех и, осмотрев всех, продолжил:

- И что касается вас... вам не нужно пугаться. Этот старший не заинтересован в причинении проблем вам, пока вы сами не сделаете его несчастным. Кто-то несёт ответственность за каждую жалобу. И за каждым должником рано или поздно придут, чтобы взыскать долг. Ха-ха... – он издал длинный и печальный смех, когда он посмотрел на Сяо Бу Ю многозначительным взглядом. Его глаза явно предупреждали его.

Сяо Бу Ю вынужденно улыбнулся и ответил:

- Этот Сяо восхищается добротой к остальным!

Одетый в чёрное человек фыркнул и проговорил:

- Можно ли легко отличить благодарность и злобу? Я так не думаю. Хе-хе... но с этого момента я вступаю в игру…

Он стоял неподвижно. Но чёрное пламя внезапно вырвалось из его тела и охватило Ли Ю Тяня.

Человек в чёрном рассмеялся и заговорил... как будто ничего не случилось:

- Твоё поведение как Великого Мастера было ужасным. Но твоё поведение как Великого Мудака было довольно впечатляющим…

Сцена внутри пламени была размыта. Но все могли слышать, как бывший второй Великий Мастер испустил страшный вой…

Затем одетый в чёрное человек махнул рукой. Произошла вспышка золотого света, и в его руках появилось ещё что-то, помимо метательного ножа. Почтенная Мэй внезапно издала громкий крик в этот момент:

- Стой! – она уже видела, что «вещь» в руке таинственного мастера – это ядро Суань короля Пантер.

Однако она пришла в себя в тот момент, когда закричала.

«Почему этот таинственный человек решил извлечь ядро Суань из тела Ли Ю Тяня...? Может быть, это тот таинственный человек...?».

Человек в чёрном фыркнул. Но он полностью проигнорировал её в этот момент. Затем он огляделся жестоким взглядом. Его действия, по-видимому, были признаком предупреждения... возможно, они были предназначены для прощания... или, возможно, за этим стоял более глубокий смысл…

После этого он развернулся и сделал шаг. И затем, он внезапно исчез с этим шагом!

Казалось, что невидимая дверь была помещена в воздухе перед ним. Он просто шагнул и исчез. После этого он стал невидимым для всех в мире…

«Как... это может быть возможно?».

Многие люди и звери потеряли свои голоса одновременно. Сцена стала чрезвычайно спокойной. На самом деле, это можно описать только как минуту молчания…

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг посмотрели друг на друга, но увидели только ужас в глазах друг друга. Долгое время прошло в тишине. Затем кто-то внезапно крикнул:

- Ли Ю Тянь! Он…

Все были встревожены. Они развернулись, чтобы посмотреть, но они ничего не увидели в том месте, где стоял Ли Ю Тянь. От него осталась только маленькая груда пепла!

Небесный Великий Мастер Ли Ю Тянь был превращён в очень маленькую груду пепла после того, как он был поглощён этим странным чёрным пламенем!

«Что это была за техника?».

Даже Почтенная Мэй смотрела в шоке широкими глазами. На самом деле, она даже не заметила, когда Королева Змей встала перед ней…

- Старший... – Королева Змей казалась несколько смущённой, когда она смотрела на неё и говорила. – Этот человек... его задница была очень большой…

Почтенная Мэй поражённо спросила:

- Что?

«Большая задница...», – почтенная Мэй покачала головой. Она не знала, должна ли она смеяться или плакать. Она проговорила со смехом:

- Королева Змей... это мужчина. Почему ты смотрела на его задницу?

Лицо Королевы Змей покраснело. Она повернулась и ушла в гневе. Почтенная Мэй, похоже, улыбнулась. И она больше не обращала внимания на этот вопрос. Но, она продолжала размышлять, так как она была сбита с толку одним фактом...

«Кто этот человек в чёрном? Каково его происхождение? Откуда он вообще взялся?».

«Никто никогда не делал таких поразительных вещей на моей памяти. И как мог этот человек оставаться неизвестным на протяжении всей моей жизни, если он способен на такой шокирующий подвиг?!».

Она могла ломать голову как угодно, но она всё равно не могла этого понять. Властелин Тянь Фа не могла не оказаться в убытке в результате.

Тем не менее, она никогда не могла подумать, что этот таинственный опытный человек, который внезапно появился и превзошёл всех присутствующих... был тем же человеком, которого она жестоко налупила за заднице пару минут назад – Цзюнь Мосе.

И причина, по которой Королева Змей заметила, что задница этого человека отличается от обычной человеческой... была в том, что удар Почтенной Мэй гарантировал, что она увеличилась во много раз. Итак, как это могло не казаться ненормальным по размеру?

Когда Почтенная Мэй вышла сражаться в первый раз, она так сильно ударила по земле, что огромный трёхметровый камень взлетел вверх с ужасающей скоростью. И на его пути, к сожалению, был невидимый Цзюнь Мосе. После того, как его жопу хорошенько пропекло, он всё-таки уничтожил этот камень и быстро исчез в Пагоду Хунцзюнь.

Когда он появился второй раз – услышав оскорбления Сяо Бу Ю – она поймала его, обездвижила и начала бить по заднице изо всех сил, вымещая злобу.

Но сейчас, когда она вышла на битву с Великими Мастерами – эффект Клетки Мира исчез. Цзюнь Мосе снова мог двигаться. Получив эту возможность, он первым делом ушёл в Пагоду Хунцзюнь. И первое, что он сделал после этого... он быстро тёр и разминал его обожжённые и ударенные ягодицы…

«Очень больно! ...тем более, что это именно эта часть...!».

Тем не менее, он стал свидетелем того, что Ли Ю Тянь и остальные трое были побеждены. Он не ожидал, что это произойдёт так быстро. Он мог бы активировать Искусство разблокировки Небесной Удачи на его задницу, но он не смог бы устранить этот отёк за такой короткий период времени. Таким образом, у него не было выбора, кроме как перевязать свою пострадавшую жопу и сбежать. Итак, он быстро ликвидировал Ли Ю Тяня и сбежал как можно быстрее.

Однако необычно острое зрение Королевы Змей заставило «молодую женщину» заметить аномалию с его задницей…

Цзюнь Мосе не думал, что его мощная внешность оставила неизгладимое впечатление на всех. Великие Мастера и несколько духовных экспертов Суань составляли малую часть среди этой толпы. Даже специалистов Суань Земли и Суань Неба было мало. Большинство людей были в Нефритовом Суань или Золотом Суань.

И человек на этом уровне будет считаться экспертом в обществе в целом. Но после сегодняшних событий они опускались до уровня муравьёв. Пусть сильных, но муравьёв!

Глава 368.2. Смертельный Удар! Последствия (часть 2)!

Мощные эксперты прибыли со всего континента. И каждый из них был легендой за свои заслуги. На самом деле, каждый из них был человеком, деяния которого были великими. Они были оставлены немного подавленными, когда они прибыли в Южный Небесный Город и увидели этих великих мастеров. На самом деле, они чувствовали, что их присутствие здесь не очень полезно.

Но всё равно, даже четыре Великих Мастера, взявшись за руки, чтобы сражаться, были раздавлены чужими руками!

Кроме того, появились ещё два Великих Мастера. Они были известными во всём мире Великими Мастерами меча – Ливнем и Ураганом. У них были такие громкие имена! Более того, они имели статус главных Ректоров Неуловимого Мира Бессмертных…

Они появились как люди Неуловимого Мира Бессмертных. И это имя было чем-то, что большинство присутствующих на этой сцене слышали впервые. Об этой легенде никогда не говорили. Поэтому это еще больше озадачило всех.

Это была тайна, и это сделало всё ещё более туманным для присутствующих людей. Они не знали об этом раньше, но вскоре осознали, что Неуловимый Мир Бессмертных был величайшей силой во всем мире. И этот факт был подтвержден после того, как они стали свидетелями поведения Ли Ю Тяня. Более того, два Великих Мастера были главными ректорами Неуловимого Мира Бессмертных. Итак, что это повлекло за собой?

Вполне естественно, что Почтенный Мэй – человек, который полностью победил четырех Великих Мастеров – был принят в качестве величайшего эксперта в мире всеми присутствующими.

Однако никто из них не ожидал, что таинственный человек в чёрном также появится на этом этапе. Итак, они, очевидно, никогда не предполагали, что этот человек будет ужаснее, чем Почтенный Мэй. Этот человек просто пришёл, чтобы убить Великого Мастера Ли Ю Тяня в одно мгновение!

Всё это происходило последовательно и за очень короткий промежуток времени. И эти непредвиденные события просто давили на психическую терпимость этих людей.

«Одна большая гора заменяется еще большей!».

У каждого человека, присутствующего на этой сцене, была такая же мысль. Они жили в обществе... они жили в уединении в лесистых горах... некоторые были, возможно, членами больших и могущественных семей... но в этот момент они чувствовали шок. Эти люди были очень довольны своим статусом. Но им вдруг стало стыдно за свое высокомерие и безосновательное презрение к другим.

«Кем я буду выглядеть перед такими людьми? «Шутка»... верно?».

«Я всё ещё тупой человек с ограниченным мировоззрением и опытом!».

Кроме того, большинство присутствующих на этой сцене были в сговоре с поместьем Сюэху, Ли Ю Тянем и Ли Тэнгюном. И они помогали этому дуэту отца и сына в их плане. Некоторые из них воздержались от этого, но большинство из них либо открыто, либо тайно участвовали в этом заговоре. На самом деле, большинство людей в лучшем случае закрыли глаза на планы поместья Сюэху…

Однако статус семьи Цзюнь изменился. Никто из членов их семьи не умер. Более того, новоприбывший таинственный человек чётко обозначил свое покровительство семье Цзюнь.

«В чем смысл всего этого?».

Даже Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг не осмелились провоцировать этого персонажа. У Почтенной Мэй были некоторые опасения в этом отношении, но даже она не вступила в действие. И этот человек поддерживает себя силой.

И мысль об этом оставила всех в панике.

«Что бы мы делали, если бы семья Цзюнь решила ответить на такой удар?».

Затем все одновременно подумали об одном и том же...

«Мы должны дружить с семьей Цзюнь! Мы сообщим нашей семье об этом, как только вернёмся. Затем мы быстро составим условия и устремимся в город Тянсян. Затем мы будем стремиться получить благоприятное впечатление у семьи Цзюнь...».

«Пожалуйста, не мстите нам... мы не осмелимся спровоцировать такую силу, которой вы обладаете!».

Естественно, было много тех, кто имел более толстую кожу. Эти люди уже поспешили обрести дружбу Цзюнь Вуя. Они на минуту задумались, а потом бросились к третьему мастеру Цзюнь. В настоящее время они кружили вокруг него, как мухи, пытаясь создать огромный рой.

Каждая речь была произнесена в попытках завоевать его благосклонность. Преемственность этих слов была довольно непрерывной. Эти слова орошали уши Цзюнь Вуя, как проливной дождь, и уже едва не довели его до белого каления. Цзюнь Вуй был простым человеком, и сейчас он почувствовал уже головную боль, слушая всё это. Это была борьба за него и его благосклонность. Однако у него не было выбора, кроме как быть очень осторожным в отношениях с этими людьми.

Надо сказать, что эта удивительная новость вызвала огромный и массовый шок, как только она распространилась в ближайшие дни. Положение и безопасность семьи Цзюнь были вполне гарантированы после этого. На самом деле, нужно было сказать, что даже землетрясения впредь решили обходить эту семью стороной!

Никто не посмеет спровоцировать гнев этого чрезвычайно сильного и ужасающего человека. Поэтому никто не будет связываться с семьей Цзюнь. И не будет никаких исключений из этого!

Люди из семьи Сяо Города Серебряной Метели были, очевидно, самыми напуганными в этом месте. Лицо Сяо Бу Ю казалось таким, будто он тонет в воде. Хотя, давление на него, пока этот человек присутствовал здесь, заставило его реально почувствовать себя так.

«Будет силы Города Серебряной Метели достаточно, чтобы вынести месть этого таинственного человека? Я искренне не могу сказать…».

Таинственный человек сказал: «Кто-то несёт ответственность за каждую жалобу. И за каждым должником рано или поздно придут, чтобы взыскать долг». Эти слова несут в себе намёк на предупреждение и ненависть. Как мог Сяо Бу Ю не уловить этот факт с десятилетиями опыта, которым он обладал? Этот таинственный человек хотел, чтобы Цзюнь Вуй добивался справедливости для себя и своей семьи... и все присутствующие смогли понять это довольно ясно…

Однако главный вопрос остался прежним. Что могла сделать семья Сяо, если Цзюнь Вуй решит отомстить?

«"Кто-то несёт ответственность за каждую жалобу. И за каждым должником рано или поздно придут, чтобы взыскать долг". Это заявление будет относиться и к нам, если мы не будем осторожны в попытках избавиться от Цзюнь Вуя. Этот таинственный человек пришёл, чтобы лично действовать, если бы мы…».

«Однако не столкнётся ли ненависть Цзюнь Вуя сродни уговору любимого ребёнка? Мы могли бы поддержать ребёнка своими руками, но ребёнок может просто положить руку в рот и пожевать. Разве нам не нужно быть очень осторожными?».

«Что это такое?!».

Сяо Хан повернулся и посмотрел на Цзюнь Вуя. Он вдруг почувствовал сильное давление в груди. Он чувствовал, что умирает. Это была невыносимая боль. Этот человек был его смертельным врагом. Он ненавидел его до крайности. Этот человек был кем-то, кого он даже мечтал убить! Этот человек был для него просто игрушкой. Но как этот человек вдруг стал таким впечатляющим в это время?

«Я могу пожелать разобраться с ним, но семья обязательно оспорит моё дело! Семья не хотела бы оскорблять этого человека... даже если Лорд города выдаст строгий приказ!».

«Итак, что мне делать? Боже... мой!».

В глазах Сяо Бу Ю был намёк на истерику. Он издал крик и выплюнул полный рот крови. А потом он упрямо встал. Он смотрел на Цзюнь Вуя, не моргая, и его выражение становилось всё холоднее и безумнее.

«Цзюнь Вуй! Неважно, кто тебя поддерживает! Я хочу убить тебя! И я убью тебя!».

Ещё один отчаянный крик прозвучал в воздухе, когда Высокий Журавль выпустил изуродованное тело Ли Тэнгюна. Затем мальчик упал с криками шока. Он упал с высоты сотни метров!

Тысяча людей бросились бы вперёд, чтобы поймать Ли Тэнгюна, если бы его бросили некоторое время назад. Однако в это время он превратился в «персону нон-грата». Кто посмеет ему помочь? Кто согласится это сделать?

Бабах!

Тело Ли Тэнгюна упало на землю, и кровь разлетелась во все стороны. Его тело превратилось в кучу плоти. Каждая кость из его тела разлетелась по окрестностям. Даже его пальцы не оставались прикреплёнными к его рукам...

Эта жалкая сцена заставила сердце каждого прыгать и громко биться.

Почтенная Мэй махнула рукавом и развернулась, чтобы уйти. Она проревела:

- Вы, люди, должны помнить сегодняшние условия! Мы прощаемся в этот момент, но что-то мне подсказывает, что мы встретимся снова!

Она не упоминала конкретно ни одного человека. Но Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг поняли, что она сослалась на них двоих. Итак, они почтительно ответили:

- Не волнуйтесь, уважаемый старший! Слова человека несут в себе большой вес! Поэтому важно, чтобы мы придерживались условий с тех пор, как мы потерпели поражение. Мы не нарушим наше слово!

Почтенная Мэй усмехнулась.

- А кто осмелится нарушить слово? – эти слова были просто насквозь пропитаны угрозой.

Глава 368.3. Смертельный Удар! Последствия (часть 3)!

Ли Бао Ю и его спутник посмотрели друг на друга и заставили себя улыбнуться.

Почтенная Мэй сместила взгляд, когда она обернулась. Тем не менее, она не могла даже обнаружить тени Цзюня Мосе на месте, где он ранее стоял.

«Кажется, что отродье ускользнуло, как крыса, после того, как я побила всех мастеров…».

Она задумалась об этом на мгновение. Затем она внезапно развернулась и направилась к Цзюнь Вую. Все, кто роились вокруг него, видели, как её чёрные одежды трепетали на ветру. Итак, они разбежались на расстояние... как будто видели приближение дьявольского проклятия.

Цзюнь Вуй, наконец, расслабился и выдохнул. Он чувствовал, как всё его тело вспотело. Он не был ошеломлен перед лицом горы клинков... или леса трупов... или даже океанов крови. Но, столкнувшись с потоком лести, ему было трудно дышать.

Эти люди не могли даже смотреть ему в глаза в течение короткого периода времени. Но, имея дело с ними, неожиданно он почувствовал себя ещё более уставшим, чем после тяжёлой битвы.

Цзюнь Вуй сложил ладони и улыбнулся идущему к нему человеку:

- Почтенный Мэй. Чем обязан такой чести?

- Движения вашего племянника довольно замечательные. Он настоящий талант, – Почтенная Мэй била сплеча. Она говорила очень прямо:

- У меня появилось желание взять его в качестве ученика. Что скажете, главнокомандующий Цзюнь?

Цзюнь Вуй был готов, так как он догадывался о предназначении. Тем не менее, он всё ещё не мог помочь своему разуму не опустеть, когда он услышал эти слова. Он очень обрадовался на мгновение. Но он внезапно вспомнил непонятный темперамент Цзюнь Мосе в следующий момент. Он, тем не менее, улыбнулся и ответил:

- Почтенный Мэй, это большое счастье для того мальчишки, на которого вы смотрите. У этого Цзюнь нет никакого мнения на этот счёт. Тем не менее, моя семья Цзюнь очень открыта, и Мосе в основном был дисциплинирован. Но он очень самоуверенный. Но у моей семьи Цзюнь не будет проблем, если Почтенный Мэй действительно захочет взять его... если сам Мосе согласится на это.

- Дисциплинированный... – Почтенная Мэй была ошеломлена. Похоже, она не могла понять эти слова. Судя по её тону, она услышала что-то «диковинное». Но она пришла в себя достаточно скоро и ответила из-за сжатых зубов, через силу улыбаясь:

- Неплохо, неплохо... очень хорошо... Ах! Дисциплинированный... очень хорошо…

Тем не менее, она ругалась внутри.

«Этого презренного и бесстыдного отродья можно считать "дисциплинированным?" Откуда это взялось?!».

- У меня есть собственные средства, если это так, – Почтенная Мэй была полна презрения.

«Этот главнокомандующий может смотреть мне в глаза и говорить чепуху... Он же твой племянник! Как ты можешь хвастаться им?».

- Но разве вы не знаете, где ваш племянник? – Почтенная Мэй торжественно спросила. Она была буквально на грани дождя проклятий. Однако она стояла перед лицом легенды недавнего прошлого, по-настоящему непоколебимого Кровавого Генерала. Поэтому она подавила свой гнев. Однако перед лицом другого она бы уже давно изрыгала проклятия и маты…

- Мосе... Эмм? – Цзюнь Вуй собирался что-то сказать. Но затем он подумал и ответил:

- А он разве не был на вашей стороне минуту назад?

- Ах, некоторое время у меня заняли разборки с моими соперниками. Но вашего племянника не было там к моему возвращению, – Почтенная Мэй говорила таким образом, чтобы максимально скрыть неприглядные факты и свой пол, но она всё равно покраснела, а её дыхание участилось. – Мы с вашим племянником очень радостно поговорили…

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг договорились о всеобщем отходе, в то время как эти два человека были вовлечены в разговор. На самом деле, все видели, как Почтенная Мэй и Цзюнь Вуй участвовали в «радостном» разговоре. И все остальные молчали от страха. В результате семья Цзюнь добавила ещё больше славы своему имени.

Никто не посмел беспокоить этих двоих, и они покинули это место в тишине. Более того, за очень короткий период времени более половины холмов опустели.

Звери Суань также отступили в леса Тянь Фа. Только несколько Королей зверей остались позади, чтобы присматривать за Почтенной Мэй. Они казались очень обеспокоенными.

Звуки исчезли, и чувство спокойствия снова распространилось по лесистой долине. Ли Бао Ю слегка улыбнулся и заговорил, сжав кулак:

- Почтенный Мэй и все Короли зверей... мы все благородные и далеко идущие существа. Поэтому я уверен, что мы встретимся снова. Мы, два брата, должны вернуться во дворец, чтобы предоставить наш отчёт. Поэтому мы должны попрощаться в это время.

Почтенная Мэй слегка кивнула. Она вот-вот заговорила, когда из-за неё внезапно появилось величественное тело. Затем она громко крикнула:

- Рекруты Неуловимого Мира Бессмертных поистине удивительны! Они сваливают, но не получили в зубы ногой с разворота!

Звук шуршания небесного ветра послышался в то же время. За этим последовал шум грома. На самом деле, казалось, что облака упали на землю. Затем прозвучал резкий голос. Этот голос казался настолько раздражённым, что казалось, что он убьёт любого, кто не уйдёт с его пути:

- Я тоже считаю, что рекруты Неуловимого Мира Бессмертных чрезвычайно наглые!

Это был Король медведей, Большой Медведь. И Король журавлей, Высокий Журавль!

Все знали, что два Короля зверей Суань не хотели мешать или убивать двух бывших великих мастеров. Они просто хотели создать небольшую потасовку, чтобы все помнили, кто здесь главный.

Кто мог бы сказать, как сильные стороны Властелина Тянь Фа пройдут против Неуловимого Мира Бессмертных?

Ли Бао Ю нашёл свои слова непостижимыми. На самом деле, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг скрывали ту же идею. Но как бы эти звери получили ещё одну возможность, когда эти двое ушли?

Потом раздался крик. Королева Змей начала действовать!

Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг улыбнулись, когда они посмотрели на неё. Пурпурно-золотые мечи на их бёдрах не двигались. Но вокруг них внезапно вспыхнуло что-то ослепительное, и небо мгновенно наполнилось блестящим ливнем. И, не успело пройти эхо разговоров вокруг, как поднялся шторм. Он превратил всё вокруг них в захватывающий беспорядок, заставляя трупы, огромные камни и оторванные конечности летать вокруг них.

Атаки трёх Королей зверей Суань были сильными, но их атакам было трудно нацелиться в этом шторме.

Эти два потрясших мир мечника — мастера Ливень и Ураган. Они были величайшими мастерами своего поколения. Их культивация Суань была чрезвычайно высокой, и их координация была безупречной. Фактически, это почти удвоило их индивидуальную мощь!

Ясный звук повторился, когда Высокий Журавль поднялся и засмеялся:

- Вы заслуживаете звания мастеров Ливня и Урагана. Вы действительно очень достойные!

Послышался яростный свист, и Бу Канг Фенг ответил:

- Тянь Фа также заслуживает своей огромной репутации! Мы встретимся через три года! Прощайте!

Они были уже в километре, когда они попрощались.

Эти пять человек обменялись ударами. И после этого они отступили. Казалось, что пять человек – два человека и три Короля зверей – на первый взгляд находились на равных. Но, три Короля зверей отчётливо осознали, что преимущество лежит в руках их собратьев.

«С Неуловимым миром Бессмертных очень трудно справиться!».

Три Короля Зверей, должно быть, были поражены этим. Но Почтенная Мэй предвидела заключение этой стычки. Поэтому она не обращала на это внимания. Она лишь нахмурилась и сделала шаг вперёд. Её сердце погрузилось в совершенно другие мысли...

«Цзюнь Мосе... куда этот маленький ублюдок сбежал...? Я даже использовала свои духовные чувства. Так почему я не могу его найти? В чём причина всего этого?».

Воины Цзюнь Вуя, Донфанг Вэн Цин и Сиконг Ан Е подошли, чтобы попрощаться. Но Почтенная Мэй только рассеянно кивнула. Большинство экспертов Суань Духа и Суань Неба были не по её статусу. Не было ничего плохого в третьем мастере Цзюнь и трёх братьях Донфанг, раз уж дело дошло до них. Однако Почтенная Мэй не хотела с ними много общаться, так как это было бы довольно неловко для кого-то её статуса. На самом деле, она даже хотела бы сэкономить и кивки в их сторону…

Она даже не обратила внимания на то, что они говорили, так как беспокойство в её собственном сознании ещё не было разрешено. Долгое, долгое время прошло таким образом. Затем она подняла голову к небу и увидела реку звезд вместе с яркой луной…

«Уже наступила ночь!».

«Я не обратила внимания, что прошло так много времени, пока я была погружена в свои мысли. Но о чём я думала? Что меня так обрадовало? Со мной такого никогда не случалось... Что со мной происходит...?».

Затем она развернулась, но заметила, что там осталось всего три человека. Короли Тигров и Львов уже увели зверей Суань в лес, спокойно и тихо. В глубине неба над лесом можно было увидеть слабое облако пыли. Слабый след пыли, который распространялся в воздухе, очевидно, из-за отступления Суань зверей…

Глава 369. Разлетелись как облака

«Это очень необычно. Так много зверей Суань отступили. Возможно, они отступили организованно и мирно. Но они всё равно должны были издавать ужасный шум. Но я всё равно ничего из этого не заметила. Я не была такой рассеянной уже сотню лет…».

Почтенная Мэй не заботилась о союзнических силах. Они также отступили в некоторое время назад. Даже трупы уже были унесены. Единственным исключением были тела отца и сына – Ли Ю Тяня и Ли Тэнгюна. Одно превратилось в пепел, а другое – в груду мяса. Союзные войска похоронили их в спешке. На самом деле, они просто навалили холмик земли над ними. Заходящее солнце светило на тот «Курган», и над ним одиноко стояла белая деревянная доска. Эту доску, очевидно, вырубили из соседнего дерева. Она выглядела довольно заметной. На ней небрежно была написана едва разборчивая строчка — «Гробница отца и сына Ли».

Кроме этого, там не было написано ни одного слова.

Он был одним из Великих Мастеров его поколения. В прошлом он пользовался заслуженным уважением. Но он был очень высокомерен. И, в конце концов, он неожиданно встретил такую несчастную и мрачную судьбу…

Почтенная Мэй словно очнулась, когда увидела эту доску из дерева. Она решила взглянуть поближе на неё. Затем она горько рассмеялась, прежде чем пробормотать:

- Второй Великий Мастер мёртв. Его репутация тоже. Он, как обычный нищий, голодный и холодный...

Она вздохнула и повернулась. Среди этого величественного горного леса остались только четверо.

Более месяца сражений, обвинений и обид подошли к концу. Герои и эксперты со всего мира собрались там. Но они рассеялись, как облака.

Всё вернулось к тому, как было раньше. Однако число живущих сократилось…

В воздухе всё ещё висел слабый запах крови, и это делало это широкое пространство открытой местности ещё более несчастным.

- Вы сражались с Ли Бао Ю и Бу Канг Фенгом. Как вы к этому относитесь? Вы померились силами с четырьмя Великими Мастерами, которые пришли сюда. Как вы относитесь к сильным сторонам восьми Великих Мастеров? Я хочу знать, как нам правильно применять силу нашего Тянь Фа против Неуловимого Мира Бессмертных…

Почтенная Мэй положила руки за спину и долго смотрела вдаль после того, как спросила об этом. По идее, трём лицам, стоявшим рядом с ней, был задан очень скучный вопрос. Однако три Короля зверей Суань чувствовали огромное давление.

- Эти два человека... были очень жестокими... и довольно сложно было с ними сражаться... – Высокий Журавль тщательно обдумал ситуацию на поле боя некоторое время назад. – Их сила была больше, чем у четырёх Великих Мастеров, которые прибыли сегодня. На самом деле, они были сильнее даже Ли Ю Тяня – величайшего из четырёх Великих Мастеров. Кроме того, их мечи работали в идеальной гармонии, когда они стали сражаться вместе. Их сила также была увеличена многократно, когда это произошло. Шансы на победу меньше, чем шансы на поражение, если мы трое будем сражаться с ними... даже если мы были в наших первоначальных формах. И это просто оценка, основанная на силе, которую они только показали сегодня…

- Я согласен с тем, что сказал третий старший брат. Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг из Неуловимого Мира Бессмертных только показали верхушку айсберга, когда дело дошло до определения их силы. Их истинная сила была бы несколько выше, чем у нашего Тянь Фа, – Королева Змей пригладила волосы, и выражение её лица стало серьезным.

- Несколько выше нас... – слишком консервативный аргумент! Я не осмелюсь преувеличить наши надежды! Я чувствую, что их сила превосходит нашу. На самом деле, она намного выше, чем у нас! – Почтенная Мэй медленно повернулась и говорила пугающим голосом. – Ваш прогресс был очень медленным! Меня это очень разочаровывает!

Лица Высокого Журавля и двух других Королей зверей Суань стали красными, когда они опустили головы.

- Три Священных Земли очень свирепы... и лес Тянь Фа... очень быстро сокращается в течение последних нескольких лет... возможно, мы в конечном итоге потеряем титул «страшного» места в ближайшем будущем. Какой позор! Хе-хе... Большой Медведь и Высокий Журавль! – Почтенная Мэй усмехнулась и продолжила. – Вы двое гарантировали мне что-то, когда потеряли Священный плод. Что бы вы двое сделали, если бы у нас не было новостей об этом после трёх лет?

Тон Почтенной Мэй стал очень резким.

Длинный Журавль и Большой Медведь расправили свои тела и ответили торжественным тоном:

- Будьте уверены! Мы, два брата, ставим головы на кон!

- Хмм! – Почтенная Мэй сказала мрачным голосом. – Вы двое думаете, что ваши головы... так ценны?

Все некоторое время молчали.

Как могли головы двух Королей зверей Суань не быть ценными? Однако какое значение имело бы отрубить головы, если бы всё обернулось к худшему? Это только уменьшит силу их стороны без всякой причины.

Почтенная Мэй подняла глаза и молча подумала.

«Тянь Фа не найдёт того, чего хочет. Короли Зверей умрут. Миллионы жизней зверей Тянь Фа будут зависеть от успеха или провала одного человека. Какой глубокий смысл скрывался за этими словами? Тянь Фа не найдет того, чего хочет... Так что же означали другие слова?».

Почтенная Мэй поняла, что следующая фраза указывает на серьёзное изменение обстоятельств, касающихся судьбы Королей зверей. Это объясняет то, что «Короли зверей умрут». Это, конечно, так, но никто не мог быть уверен. Однако последняя часть относительно «Миллионы жизней зверей Тянь Фа будут зависеть от успеха или неудачи одного человека» была по-прежнему глубокой тайной.

«Что это означает, в конце концов?».

- Владыка... с тех пор, как вы хотели получить этого ребёнка в качестве ученика... так почему бы и нет... – спросила Королева Змей.

- У меня, очевидно, есть другие средства, – Почтенная Мэй не спеша посмотрела вдаль и медленно проговорила. – Как я могу позволить ему так легко избежать моих ладоней? Если у меня даже не будет возможности поучить его поведению – разве это будет не слишком просто?

Она стала очень холодной и мрачной, когда она проговорила последние слова. На самом деле, её зубы начали скрежетать от гнева. Три Короля зверей знали её много лет. Так что они дрожали, когда думали о том, как она может отомстить. Они не могли ничего сделать, кроме как посмотреть друг на друга в ужасе.

«Старшая хочет взять его в качестве ученика. Но она хочет отомстить? Какая зловещая и глубокая ненависть у неё к этому парню?» .

- Я на грани прорыва. У меня была вспышка озарения во время сегодняшней битвы. Путь без аскезы – лучший вариант, если хочется прорваться через последний барьер. Нужно путешествовать по этому миру!

Почтенная Мэй немного рассмеялась и сказала:

- Король медведей, Король Журавлей... вы двое будете охранять Тянь Фа должным образом. Вы не оставите его в следующие два года. Между тем, Зелёная Охотница и я пойдём и исследуем мир.

Она вздохнула после того, как закончила говорить. Можно было бы увидеть, что ясные и прозрачные глаза Почтенной Мэй были полны потери и противоречия, если бы их можно было увидеть из-за пределов её чёрной ткани и увидеть её лицо.

Большой Медведь и Высокий Журавль поклонились и согласились.

Почтенная Мэй оставалась спокойной, когда занавес ночи сошёл на землю внизу. На вершине горы начал подниматься холодный ветер. Почтенная Мэй не использовала свою Суань Ци, чтобы защитить своё тело. Её чёрный плащ слетел с её плеч и, развеваясь, улетел на ветру, хлопоча тканью, будто сумасшедшая птица, разучившаяся летать. Фигура, которая была скрыта под ним, была фигурой удивительно изысканной женщины. На самом деле, один этот силуэт мог привести в «подъём» любого мужчину, даже если бы они увидели его смутно со стороны…

Эта несравненная красавица могла пробудить чувства первой любви…

Просто очертания её фигуры могут заставить весь мир пробормотать:

- Какая красивая женщина!

Другие женщины будут чувствовать себя неполноценными. Она не раскрывала своих истинных особенностей, но манера, с которой она стояла на ветру, уже показывала её несравненную и утончённую структуру. На самом деле Луна в небе уже потеряла свой блеск перед её красотой.

Небо потемнело.

Самое изысканное и элегантное творение всё ещё оставалось грациозно стоять прямо на вершине. Она не двигалась, но её элегантное тело раскачивалось под ночным ветром…

Человек, казалось, тихо вздыхал в течение длительного времени. Голос казался тихим и сонным... как будто она разговаривала во сне. И её голос стал ещё слабее, когда он уходил вдаль по воздуху…

- Как... как я должна... поступить с тобой...?

Свистящий ночной ветер улетал вдаль, и эти слова продолжали звучать внутри него.

Последнее прикосновение света погасло. Небо стало тёмным, но фигура на вершине горы, казалось, излучала сияние зелёного лотоса, который рос на вершине снежной горы. И последний лучик света исчез после того, как она ушла…

***

Большая часть союзников уже разошлись после того, как люди вернулись в Южный Небесный Город. Они потерпели сокрушительное поражение. И самая сильная фракция людей – поместье Сюэху – была раздавлена, будто асфальтовым катком. Даже Ли Ю Тянь — один из восьми Великих Мастеров — умер. Однако окончательный исход битвы был в том, что звери Суань из Тянь Фа вернулись в свои леса. Более того, они больше не будут беспокоить человечество. Таким образом, основная цель союзников была достигнута. Никто не бездействовал. Каждый человек двигался и прощался с остальными.

Тем не менее, человек, который был больше всех в центре внимания во время этой войны — Цзюнь Вуй — беспокоился.

Цзюнь Мосе пропал без вести!

Молодой Мастер таинственным образом исчез и с тех пор не вернулся. И это испугало всех! Все были очень обеспокоены. Такие люди, как Одинокий Сокол и Донфанг Вэн Цин искали повсюду, но они даже не смогли найти его следов. Так вот, Цзюнь Вуй беспомощно решил отложить обратную поездку и планировал для всех отдых тем временем.

Тем не менее, он совершенно не знал о том, что происходило в мире, пока он выздоравливал. Эксперты Суань из каждой могущественной семьи, участвовавшие в этой войне, беспредельно пропагандировали мощь семьи Цзюнь после того, как они покинули Южный Небесный Город. Таким образом, репутация семьи Цзюнь поднялась на вершину за короткое время в несколько дней…

Семья Цзюнь всегда считалась известной семьёй. Но в основном это было связано с его военным авторитетом. Общество не могло спровоцировать семью Цзюнь. Тем не менее, это не означало, что другие семьи не могли... особенно когда дело дошло до семей, в которых были эксперты Суань Неба или Суань Духа…

Фракций, которые никто не провоцировал, было не так много. Город Серебряной Метели и поместье Сюэху были среди горстки фракций, которые никто не осмелится провоцировать...

Однако сейчас обстоятельства были другими. На самом деле, они были совершенно разные. Кто бы ни знал, что у семьи Цзюнь есть покровитель, человек, которого можно считать «сильнейшим под небесами»? И эта шокирующая новость распространилась, как шторм, по всему континенту…

Глава 370. Укус Дьявола Пламени Первобытного Хаоса

Гуан Квинхан была внутри палатки. Она подпирала щеку рукой, глядя на мерцающую свечу. Затем она издала длинный вздох.

- Старшая сестра Квинхан, ты думаешь о брате Мосе? – Дугу Сяо И тихо сидела рядом с ней. Маленькая девочка не видела его несколько дней и в результате даже похудела. Кроме того, её глаза и лицо показывали неописуемое и крайнее беспокойство, которое у неё было на уме.

Она очень испугалась после того, как произнесла эти слова. Она не знала, хочет ли она, чтобы ответ её старшей сестры Гуан был «Да» или «Нет»... более того, она чувствовала, что даже называя имена Гуан Квинхан и Цзюнь Мосе, таким образом сделает их слегка похожими на пару. Итак, она тут же поправилась:

- Может быть... ты думаешь о нём?

Гуан Квинхан повернулась и мягко улыбнулась:

- Почему ты спрашиваешь это, Сяо И? Каким должен быть мой ответ?

Дугу Сяо И нахмурилась, прежде чем ответила:

- Ну... третий дядя Цзюнь пытался поженить вас двоих некоторое время назад. Так о ком ещё ты думаешь? Никто не думал о нём раньше... Только я выбрала его! Так почему все сразу пришли забрать его сейчас? – она чувствовала себя очень обиженной, даже края её глаз покраснели.

Свет мелькнул в глазах Гуан Квинхан, прежде чем она ответила:

- Не волнуйся, сестрёнка Сяо И. Просто он вышел давно и не вернулся с тех пор. Это единственная причина, по которой я беспокоюсь об этом человеке. Я беспокоюсь за члена нашей семьи в качестве старшей невестки. Нет никакой другой причины.

Дугу Сяо И нахмурилась ещё больше, прежде чем она сказала:

- Ты больше не его невестка! Ты теперь его близкий родственник! Ты можешь использовать свою близость к нему в своих интересах... это так очевидно, что тебе не нужно думать об этом... Этот парень пропал без вести в соответствии с его прихотями. Но я должна быть осторожна, когда он вернется, и…

Затем она внезапно сместила взгляд, девушка придумала изысканную идею. Итак, она остановилась на полуслове, и её лицо стало красным. Затем Дугу Сяо И стала очень беспокойной. После этого она поспешно встала:

- Я должна уйти... Есть одна вещь... – сказала она и быстро вылетела из палатки.

Гуан Квинхан казалась озадаченной, наблюдая за уходом Дугу Сяо И. В конце концов, она не могла не улыбнуться. Она вздохнула и в недоумении посмотрела на мерцающий свет свечи, пробормотав:

- Что же мне делать? Что... я должна сделать? Я в таком положении…

Все были очень обеспокоены Цзюнь Мосе. Но он также столкнулся с большим кризисом в это время…

Он рискнул и использовал Пламя Первобытного Хаоса, чтобы разобраться с Ли Ю Тянем. Нападение прошло гладко. На самом деле, дела шли так хорошо, что даже он не мог в это поверить. Ли Ю Тянь был превращён в пепел с лёгкостью! Однако эта атака оказалась слишком удачной. И в результате он получил Укус Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса. На самом деле, все пошло так опасно, что Цзюнь Мосе мог быть убит!

Ли Ю Тянь не смог нанести ему ответный удар, когда Цзюнь Мосе напал на него. Но молодой Мастер Цзюнь знал, что он был в присутствии трёх других экспертов высокого класса. Более того, они очень внимательно следили за их движениями.

Этими тремя экспертами были: Почтенная Мэй, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг.

Убийство Ли Ю Тяня само по себе не было трудным делом, когда он получил возможность напасть на него из засады. Но самая большая проблема заключалась в том, что был огромный шанс разоблачения его истинной личности в процессе убийства Ли Ю Тяня при такой публике. Эти три эксперта вступили бы в действие и раскрыли бы его истинную личность, если бы его метод убийства Ли Ю Тяня не соответствовал его предполагаемой личности таинственно опытного сверхэксперта…

И семья Цзюнь действительно была бы в самой жопе, если бы это произошло. На самом деле, не было бы никаких средств, чтобы спасти их из такой ситуации.

Однако любой эффективный и загадочный метод принес бы немалое количество опасности ему. Поэтому Цзюнь Мосе, в конце концов, рискнул и использовал Пламя Первобытного Хаоса. Цзюнь Мосе потратил почти все свои силы, чтобы избавиться от болезни под названием «поместье Сюэху».

Он по большому счету готовился столкнуться с Укусом Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса. Тем не менее, он не ожидал, что Укус Дьявола повлияет так быстро. Кроме того, это было чрезвычайно сильным! На самом деле, даже жёсткие и несравнимые со стальными нервы Цзюнь Мосе едва ли выдержали.

Цзюнь Мосе всегда хвастался своей выносливостью. На самом деле, он искренне верил, что никакие пытки не смогут его сломить. Он был уверен, что сможет выдержать любые пытки. Он верил, что умрёт, прежде чем сломается. Цзюнь Moсе прошёл жёсткую подготовку против пыток в своей предыдущей жизни. Поэтому он верил, что может вынести любую боль…

Поэтому он всегда хвастался, что любая форма пыток – это не что иное, как жизненный опыт в его глазах!

Цзюнь Мосе никогда не уделял особого внимания какой-либо физической или умственной боли в результате этой твердой веры в его непобедимость. И он всегда действовал без ограничений. Именно поэтому он всегда вёл себя так, как вёл себя. Именно по этой причине он следовал подходу «авторская фантазия» к жизни и всегда рассматривал жизнь как игру.

«Я сделаю то, что заставит меня чувствовать себя счастливым!».

«Ничто в этом мире не может напугать меня! Так что мне нечего бояться!».

Вот почему он мог вести себя как развратник в присутствии Императора. И это было причиной, по которой он мог осмелиться оскорблять Великого Мастера, несмотря на то, что он был просто экспертом Нефритового Суань.

«Что ты можешь со мной сделать?».

«Что бы ты сделал, даже если бы мог поймать меня?».

«Я пережил самую сильную боль в мире. И я не боюсь смерти. Так почему я должен бояться ТЕБЯ?».

Можно было бы оказывать на всех сильное психическое состояние и действовать высокомерно, если у тебя была сила. Тем не менее, можно было бы только издеваться над мыслью о том, чтобы действовать с высокомерием, если бы у тебя не было силы.

Власти стран могут вести себя как вычурные уроды где-нибудь перед обычными людьми. На самом деле, они могут действовать так, как они того пожелают, без каких-либо опасений. И богатые могут так относиться к бедным, не беспокоясь об этом…

Причина?

Потому что никто не мог им угрожать. Они ничего не боялись. Этим людям не придётся беспокоиться о каких-либо последствиях.

Однако может ли нищий действовать решительно перед богатым бизнесменом? Этот сценарий невообразим.

У Цзюнь Мосе были силы, поддерживающие его. Так что он явно вёл себя как надменный придурок.

«Почему я должен беспокоиться или заботиться? У меня есть Пагода Хунцзюнь. Эксперты этого мира не смогут убить меня, даже если они все возьмутся за дело вместе. Так почему же я не должен делать то, что хочу, когда у меня есть такая власть?».

«Я достиг уровня культивирования, которого люди изо всех сил пытаются достичь, даже после того, как они провели дюжину лет на практике. А я здесь всего несколько месяцев! Почему я не могу быть пафосным придурком, когда у меня есть такое сильное преимущество? Кто посмеет назвать себя первым гением этого мира, если я назову себя вторым?».

Поэтому, Цзюнь Мосе действовал гордо и дико нагло. Он всегда искоса смотрел на мир и его людей. Он даже думал, что рай и ад не представляют угрозы его существованию. Он ничего не боялся. Поэтому он не беспокоился.

Однако он знал, что он совершил ошибку!

Чудовищную ошибку!

Была какая-то боль, которую даже духи не могли вынести... не говоря уже о живом человеке!

Цзюнь Мосе мог улыбаться и махать – ему было практически плевать на физическую боль, сломанные руки или ноги... Но, даже Золотой Бессмертный рассыпался, когда столкнулся с болью, которая могла мучить душу человека.

И это дело было примером этого…

Укус Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса!

Он был внутри Пагоды Хунцзюнь в этот момент, и он был покрыт густой аурой. Он держался за голову, и ему было больно.

Он никогда бы не подумал, что Укус Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса будет иметь такой тиранический эффект.

Были некоторые вещи, которые никто не должен пытаться делать... даже если у них нет выбора.

Цзюнь Мосе не чувствовал никакого дискомфорта или боли, когда он использовал Пламя Первобытного Хаоса. На самом деле, он даже почувствовал себя немного помолодевшим...

Пагода Хунцзюнь может вылечить любую боль или горе. Тем не менее, это была одна из видов ужасающей боли, с которой даже Пагода Хунцзюнь не могла помочь…

И это потому, что Пламя Первобытного Хаоса было пламенем, из которого всё возникло…

И это Пламя сжигало большую часть ядра его души в этот момент…

Цзюнь Мосе крепко сжимал зубы от боли. Его лицо было искажено. Он чувствовал, что каждый дюйм его души распадается и горит адским пламенем. Маленькое пламя, казалось, горело в его сердце. Пламя горело ни быстро, ни медленно. Пламя медленно обжигало его хрупкое сердце, но он всё равно оставался в сознании. И это означало, что ему придется пережить самые жестокие и невыносимые пытки, которые он когда-либо знал…

Внутренняя часть его мозга перестала гореть, так как в какой-то момент она превратилась в пульпу. Но он снова начал гореть. Это было почти так, как будто пепел снова загорелся. Сначала боль начиналась медленно. Но она быстро усилилась до такой степени, что внутри его мозг начал кипеть…

И он был полностью в сознании всё это время…

Более того, боль в его нервах была увеличена в десять миллионов раз!

Он свернул свое чёрное одеяние и засунул его в рот. По крайней мере, он сделал так вначале. Сейчас он уже пережевал его в клочья. Цзюнь Мосе надеялся, что он упадёт в обморок в один момент времени, но он не осмелился. Это было потому, что был шанс, что Укус Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса сожжёт его, как Ли Ю Тяня, в случае, если он упадёт в обморок.

Поэтому он мог только поддерживать себя жесткостью в этот момент! Он мог только поддерживать свой дух! Цзюнь Мосе прекратил бы существовать в этом мире, если бы он потерял свое сознание во время этих трудностей!

На самом деле, он перестанет существовать в любом мире, который когда-либо существовал!

Боль от пыток ядовитыми бамбуковыми палками казалась просто лёгким покалыванием по сравнению с Укусом Дьявола Пламени Первобытного Хаоса.

На самом деле, вышеупомянутый пример, вероятно, лучше объяснить как разницу в боли от укуса комара и боли после того, как нога была отрублена. Разница была огромной!

Цзюнь Мосе поднял глаза и закричал. После этого он перевернулся лицом вверх. Он был как зомби. Его тело скручивалось под неожиданными углами…

И такая боль продолжалась день и ночь!

Темное Пламя Первобытного Хаоса прыгало вокруг, как довольный домашний питомец. На самом деле, казалось, что боль и страдания Цзюнь Мосе только добавляют ему удовольствия…

Искусство открытия состояния Небес текло по его меридианам. Кроме того, там была и эта лечащая энергия Пагоды Хунцзюнь.

Густая молочно-белая энергия в воздухе напоминала огромный всасывающий водоворот. И всасывалась она в тело Цзюнь Мосе...

Глава 371. Прибыль от катастрофы и прорыв в третий раз!

Большая часть энергии входила через поры и хлынула из ног Цзюнь Мосе. Потом она исчезала без следа. Казалось, что энергия просто проходила через его тело. Однако эта энергия, казалось, старалась заместить собой всю энергию Цзюнь Мосе. В этом отношении она, по-видимому, стремилась к совершенству. Поэтому через некоторое время не осталось ни малейшей примеси другой энергии.

Тем не менее, Цзюнь Мосе не понял этого. И это было потому, что он был погружён в мучительную боль все это время.

Цзюнь Мосе использовал Пламя Первобытного Хаоса, но он не ожидал, что неожиданный Укус Дьявола повлечёт за собой такую боль, которую ни один живой человек не мог выдержать даже на один процент! На самом деле, можно сказать, что это была самая мучительная из всех страданий, которые существовали. Молодой мастер Цзюнь не смог бы вынести эту боль, если бы не его улучшенное состояние ума... и если бы он не инициировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи... или если бы аура Пагоды Хунцзюнь не питала его тело... Цзюнь Мосе умер бы, если бы любая из этих вещей не сработала. Его душа рассеялась бы, и он бы никогда не достиг мира, если бы это произошло…

Это был Укус Дьявола самого Пламени Первобытного Хаоса! Как он мог быть слабым?

Есть старая поговорка: «Хорошее и плохое в судьбе взаимозависимы». И эти слова никогда не были ложными!

Это было потому, что человек мог достичь уровня, который обычные люди не могут, если они способны выдержать боль, которую не могли вынести последние. Следовательно, они выиграют от преимуществ, которые обычный человек даже не сможет себе представить…

Но нужно заплатить соответствующую цену, если они хотят получить какие-то преимущества. Тем не менее, один возрождается и достигает нового уровня после того, как он платит определённую цену.

На самом деле, ни одна сущность в этом мире не является исключением из этого правила!

Печали, в конце концов, превратятся в радость, если человек сумеет перенести крайнюю боль и страдания с помощью жёсткой воли.

Цзюнь Мосе инициировал Пламя Первобытного Хаоса. Итак, в настоящее время он имел дело с Укусом Дьявола. Но он держался своей воли, чтобы выжить. Тем не менее, награда, которую он достигнет после такого исключительно жуткого наказания, также будет исключительно велика…

Это суровое наказание было самым серьезным испытанием. И это была очень высокая цена. Один аспект этой боли приписывался аду, а другой соответствовал раю.

Зачем ещё незначительному второму этажу Пагоды Хунцзюнь обладать Пламенем Первобытного Хаоса?

У всего есть своё предназначение. Каждое препятствие на дороге к вершине имеет свою причину. Все имеет свою полезность…

Тело Цзюнь Мосе было зачищено до самой своей сути, когда его тело очутилось в Пагоде Хунцзюнь. Он стал совершенно новым в это время. Поэтому его телосложение стало намного лучше, чем у обычного человека. Но он всё ещё был в категории «смертного». Тем не менее, его тело полностью изменилось, поскольку он прошел этот тщательный процесс чистки.

Можно попытаться провести аналогию, чтобы объяснить это лучше. Тело Цзюнь Мосе было похоже на дрянной мешок мяса, когда он вошёл в этот мир. Но его тело стало лучше после того, как он получил Пагоду Хунцзюнь. Он стал выдающимся, но он все еще находился в рамках многих людей.

Это значит... что это было в пределах человеческого понимания. И таким образом, их способности к пониманию…

Тем не менее, физическая оболочка Цзюнь Мосе больше не могла быть описана как «тело». Было бы немного преувеличением сказать, что тело молодого мастера Цзюнь было похоже на тело просвещенного монаха династии Тан, который отправился на запад, чтобы изучать буддийские Писания...

Тело того монаха, очевидно, было сделано из плоти. Вышеуказанное объяснение не было дано, чтобы показать, что телосложение молодого учителя было равно телосложению монаха. Напротив, молодой мастер стал сильнее по сравнению с ним. Тело монаха, очевидно, накопило гораздо больше энергии, чем мог себе представить обычный человек. Тело молодого мастера также накопило ужасающее количество энергии. Однако внутреннее качество его тела также далеко перешагнуло качества обычного человека…

И это было правдой, независимо, с точки зрения характера, телосложения или духа…

Его телосложение было укреплено, энергия по меридианам текла беспрепятственно, а аура густо наполняла всё тело и даже внутренние органы. Это потому, что эта трансформация изменила его во что-то совершенно новое!

Прежней скорости культивирования молодого мастера было уже достаточно, чтобы его называли «ненормальным». Но его скорость, вероятно, станет в несколько раз быстрее после этих событий. Более того, далее его тело было бы защищено от любого случайного Укуса Дьявола на его дальнейшем пути…

Это было потому, что никакого шанса Укуса Дьявола после такого не останется физически. Меридианы всего его тела были расширены намного больше. В действительности, они были расширены к пределам меридиан человеческого тела…

Поэтому дальнейшая практика Цзюнь Мосе будет только процессом «накопления»; это всё.

Например, мощность даньтяня среднего человека была равна глубине колодца, если сравнивать так. Но «ёмкость» Цзюнь Мосе стала равной озеру на тот момент. Однако в настоящее время в этом озере было очень мало воды...

Однако туманные воды этого озера будут тянуться дальше горизонта, когда оно будет заполнено. Но это, очевидно, произойдёт после длительного процесса накопления…

Цзюнь Мосе оправился после одного дня и ночи…

Некоторый страх всё ещё оставался в сердце Цзюнь Мосе, когда он медленно открыл глаза. Он чувствовал, как будто все восемнадцать слоёв Небес одновременно открылись для него во время этого испытания. И это чувство заставило дрожать даже сердце бесстрашного злого монарха…

«Это очень больно!».

Он пытался пошевелить пальцем, но оказался совершенно беспомощным.

Он чувствовал, что каждая мышца в его теле, казалось, превратилась в хлопок. У него не осталось сил в теле... кроме того, очень тяжело было дышать.

Это было похоже на чувство человека, когда всё его тело функционировало нормально, но он всё ещё был парализован по какой-то таинственной причине…

Цзюнь Мосе задыхался, но он приложил большие усилия, чтобы медленно активировать Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Затем он сосредоточился и задействовал свою Ци. Однако он вдруг широко раскрыл глаза в изумлении.

«Это нереально!».

Цикл Искусства Разблокировки Небесной Удачи требовал некоторого времени, чтобы начать полноценно работать внутри его тела. Однако на этот раз это произошло в мгновение ока. Он думал об этом, и просто активировал его... но всё это уже циклически проходило по его меридианам и возвращалось в его даньтянь.

Это произошло с молниеносной скоростью.

Самым большим преимуществом этой молниеносной скорости движения было то, что ему никогда не придется беспокоиться о том, что его Суань Ци будет недостаточно. Более того, ему никогда не придется беспокоиться о том, что она закончится…

Это означает, что Цзюнь Мосе мог сражаться бесконечно, если он так захочет. На самом деле, он мог сражаться вечно!

Пока он не голодал... или пока чрезвычайно сильный эксперт не отрежет ему голову…

«Что это значит?».

Цзюнь Мосе уже был гением. Но это означало, что он теперь превратился в необъяснимого монстра.

Цзюнь Мосе был в восторге!

Он не мог понять всего в это время, он всё ещё не знал, что он был фундаментально возрождён, как феникс, из пепла своего «сгоревшего» тела. Поэтому он сдерживал свое волнение с трудом. Затем Цзюнь Мосе начал Искусство Разблокировки Небесной Удачи, так как он до сих пор не восстановил никакого контроля над своим телом. И он хотел сломать это положение дел. В конце концов, какая польза от его замечательного телосложения, если он останется парализованным?

К счастью, его сила, которую он использовал, чтобы получить контроль над своим телом, также начала увеличиваться с каждым циклом его Суань Ци. И он чувствовал комфорт каждый раз, когда его Суань Ци проходила через его тело.

Его практика теперь стала приятной, не болезненной и несложной.

Волнение Цзюнь Мосе росло каждый раз, когда его сила увеличивалась. К этому моменту его Суань Ци уже сделала в его теле семьдесят два цикла. После этого она перестала бегать по кругу, как бешеная собачонка, и Цзюнь Мосе внезапно почувствовал всплеск взрывной силы по всему телу. На самом деле, он чувствовал, что он может уничтожить всё, что он захочет…

Цзюнь Мосе выпрямил спину и медленно поднялся. Затем он вытянул ноги. Он собирался прервать свою связь со своей эффективностью Суань, когда его Суань Ци была запущена в движение. И он мог двигаться без помощи каких-либо приспособлений или помощи, и…

Аура Пагоды Хунцзюнь засветилась сильным синим светом и исчезла в небытии.

«Черт!».

Задница Цзюнь Мосе плюхнулась на землю.

Он был в абсолютном шоке!

«Твою мать... Откуда появился этот синий свет? Я схожу с ума!».

«Я был на пике Нефритового уровня Суань, прежде чем это пламя опустошило моё тело. Итак, как я мог оказаться на начальном уровне Суань Неба? Даже сидя на ракете-культиваторе, я не мог так быстро повысить свой уровень, верно?».

Этот великий сюрприз... был случайностью в реальности!

Он непонимающе смотрел по сторонам в течение длительного времени, прежде чем он смог вернуться в себя. Вокруг не было никого, кто сумел бы объяснить Цзюнь Мосе, что происходит, поэтому он уже было подумал, что ему снится сон. В конце концов, он просто махнул рукой. И из него исходил синий свет. Более того, это был яркий светло-голубой цвет.

«Это, безусловно, начальный уровень Суань Неба!».

«Но... как такое возможно?».

«Не говорите мне, что использование Пламени Первобытного Хаоса произвело такой большой эффект?!» – молодой мастер Цзюнь не мог не быть безмерно довольным собой. На самом деле, он даже забыл о том, каким ужасам он подвергался некоторое время назад…

Надо знать, что Пламя Первобытного Хаоса было лучшим пламенем для приготовления Данов и лекарств. Кроме того, это было также источником всего огня в мире. И это было самое разрушительное пламя. Ни одно другое пламя в этом мире не могло превзойти его.

Пламя Первобытного Хаоса существовало внутри Пагоды Хунцзюнь. А Пагода Хунцзюнь существовала в сознании Цзюнь Мосе. Поэтому ему нужно было перенести его из Пагоды Хунцзюнь, если он захотел бы его использовать. Другими словами, молодой мастер Цзюнь должен был бы передать его в своё сознание из Пагоды Хунцзюнь. И, как всем известно, сознание находится в разуме, а не в заднице...

Должно быть понятно, что извлечение такого опасного существа в свой разум, а затем его прохождение через его меридианы могло легко нанести огромный ущерб. На самом деле, это было даже более рискованно, чем ходить по канату в десяти тысячах футов над землей.

Цзюнь Мосе знал, что рискует, когда начал им пользоваться. Однако он не ожидал, что опасность будет настолько огромной. То, что он сумел извлечь его, было только из-за Искусства Разблокировки Небесной Удачи. И именно с помощью Пагоды Хунцзюнь и Искусства Разблокировки Небесной Удачи он смог защитить свои хрупкие меридианы. Иначе он бы умер на месте. Он был чрезвычайно удачлив.

Все условия были незаменимы.

Надо сказать, что он был невежественным и пережил такой ужас только из-за удачи. Но его удача также была непревзойдённой в этом случае!

Как будто бедный нищий отправился в пустынный район, чтобы испражниться. Затем он протянул руку, чтобы схватить кусок камня в надежде использовать его в качестве туалетной бумаги. А внезапно, вместо камня он схватил гигантскую кучу золота вместо собачьего дерьма вокруг…

Ситуация молодого мастера Цзюнь была похожа на ситуацию этого человека... просто нереально повезло…

Цзюнь Мосе был ошеломлён. Он только что попал в «аварию». Но он также достиг начального уровня Суань Неба. И этот факт был неоспорим.

Семнадцатилетний эксперт Суань Неба!

Его культивация достигла царства Суань Неба за четыре месяца!

Он был всего лишь практикующим Суань третьего уровня четыре месяца назад. Но он стал экспертом Суань Неба за четыре месяца. Его скорость была настолько страшной, что это было почти как сидеть на ракете, летящей в небо…

Цзюнь Мосе был в восторге. Затем он внезапно вспомнил:

«Моё культивирование Суань приняло такой удивительный скачок. А как насчёт Искусства Разблокировки Небесной Удачи? На какой уровень продвинулось это Искусство?».

Глава 372. Прорыв на третий уровень!

- Ах... это здорово! – Цзюнь Мосе пробормотал, глубоко вздохнув. Он был полон энергии. Он громко и безудержно взревел, чтобы дать волю своему волнению. Затем он успокоил свой ум и управлял Искусством Разблокировки Небесной Удачи.

Необходимо выражать свои чувства радости или печали, так как это влияет на меридианы человека, если человек вынуждает себя стабилизировать свои чувства. И это, в свою очередь, означало бы, что можно было перенапрячься, и состояние человека в результате ухудшится.

Тем не менее Цзюнь Мосе знал об этом. Он беспокоился о масштабах своих нынешних достижений. Но он не использовал Искусство Разблокировки Небесной Удачи в спешке, чтобы проверить себя. Вместо этого он сначала рассмотрел только что упомянутый вопрос. И молодой Мастер Цзюнь действовал в безумной манере и дал волю своему волнению настолько, насколько он мог…

«Какие проблемы у меня будут, если я развею шанс Укуса Дьявола?».

Поэтому практика Цзюнь Мосе протекала без сучка и задоринки. И вся его аура циклически вращалась внутри его тела на экстремальных скоростях. Затем Цзюнь Мосе начал проверять собственное внутреннее положение дел. И его челюсть снова упала!

- Бл*ть... Бл*ть... Да ну нахер! – череда бранных слов вырвалась из его рта. Цзюнь Мосе не знал, что еще сделать или сказать. Его разум был в полном беспорядке, и в нём остались только чрезвычайно вульгарные слова.

- Действительно... Да! – яростно закричал он. Потом он вытянул руки и начал бить себя по груди. Действия Цзюнь Мосе сделали его похожим на чёрного медведя, демонстрировавшего свою силу. Можно сказать, что молодой мастер Цзюнь был в полном восторге.

Никто не мог видеть, что было внутри Пагоды Хунцзюнь в любом случае. И никто также не знал, что молодой мастер Цзюнь был полностью очищен изнутри. Более того, на его теле не было ни единой ниточки одежды. Тело молодого мастера изначально было покрыто одеждой. Но он порвал свою одежду на куски, когда проходил через ту боль и страдания.

Молодой мастер Цзюнь был шокирован!

Это было потому, что он нашел ясную и тонкую сущность, протекающую внутри его меридианов. И это вещество выглядело очень похожим на ртуть. На самом деле эта вещь, казалось, имеет несколько мерцающий блеск, и было очевидно, что она содержит огромное количество энергии!

Энергия и аура Пагоды Хунцзюнь первого уровня исчезли, и эта таинственная субстанция появилась вскоре после этого. Поэтому было очевидно, что его духовная сущность преобразилась. Кроме того, это свидетельствует о том, что его сущность оставалась неизменной в количественном отношении, но претерпела качественные изменения.

Это, очевидно, означало, что его эффективность Суань претерпела существенные изменения. И эта тонкая и серебристая нить объявила, что Цзюнь Мосе ступил на третий уровень Искусства Разблокировки Небесной Удачи!

Это означало, что он, наконец, увидит ещё один прорыв!

Цзюнь Мосе сосредоточился и начал вращать свою Суань снова через всё своё тело. Скорость становилась всё быстрее, а тонкая серебряная «струна» начала издавать шумный звук. Она, казалось, вибрировала…

Первый прорыв... второй прорыв... и вот он был на пике второго уровня. Цзюнь Мосе продолжал дальше, и он ясно чувствовал, что барьер, преграждающий путь на этаж Пагоды впереди становился таким же хрупким, как бумага. Он чувствовал, что ему нужно будет только немного напрячься, и он пройдёт…

Цзюнь Мосе медленно дышал, стабилизируя своё психическое состояние. И затем он осторожно увеличил скорость, когда подошёл к узкому месту.

Он не хотел перегружать свои силы и прорываться, потому что считал, что успех будет только в правильных условиях. И этот момент проявится, только когда все условия окажутся достигнуты. Так что пытаться быть слишком быстрым, было не совсем хорошо. Поэтому Цзюнь Мосе не беспокоился. Более того, он не смел рисковать снова.

Кто знал, какие вредные побочные эффекты могут быть высвобождены, если он прорвётся силой? Возможно, будет жестокий и вредный Укус Дьявола... как в случае с Пламенем Первобытного Хаоса…

Надо сказать, что Укус Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса сделал Цзюнь Мосе очень осторожным…

Цзюнь Мосе в конце концов начал чувствовать, что врата на следующий уровень как минимум прогнулись из-за воздействия его силы. После этого барьер стал немного тоньше и со временем стал прозрачным…

«Отлично!»

Очень слабый звук, похожий на вздох. И очень маленькое отверстие появилось в барьере на третий уровень. Казалось, что воздушный шар соприкоснулся с очень маленькой иглой, и он, наконец, лопнул.

Цзюнь Мосе не двигался в быстром темпе. Он медленно и осторожно продвигался вперёд, мягко вливая свою ауру. И, наконец…

БАБАХ!

Цзюнь Мосе почувствовал взрывной звук в своем сознании и почувствовал, что мир перевернулся. Он чувствовал, что вся Пагода Хунцзюнь словно вращается. Печь Удачи мерцала слева от него, а через секунду справа от него. Неуклонно горящее Пламя Первобытного Хаоса также двигалось…

Цзюнь Мосе остался равнодушным к этому. И он снова стабилизировал свой разум.

И тогда, наконец…

Произошло неожиданное воздействие мощной силы. Эта сила была чрезвычайно высокой и пересекла любые его ожидания! Цзюнь Мосе чувствовал, что его меридианы внезапно распухли. А потом перед ним появился иллюзорный образ…

Иллюзорное изображение медленно плыло вниз и становилось стабильным, пока спускалось. Затем оно превратилось в настоящий дверной проем!

Цзюнь Мосе стоял перед дверью.

Он чувствовал, что духовное влияние в его теле может сотрясать горы и вызывать цунами. Сердце Цзюнь Мосе билось очень часто после того, как он изучил своё духовное влияние.

Затем он, наконец, инициировал третий слой Искусства Разблокировки Небесной Удачи. И открыл третий уровень Пагоды Хунцзюнь после этого!

Цзюнь Мосе улыбнулся, вспоминая боль, которую он перенёс некоторое время назад. Это было похоже на боль от всех восемнадцати уровней Ада сразу.

«Только настоящий мужчина может выдержать самую разрушительную боль и тяготы! Это не просто пустые слова!».

Было естественно, что кто-то с настойчивостью Цзюнь Мосе сумел выдержать такую боль и страдания. Но не каждый мог это выдержать. На самом деле большинство людей не смогут этого вынести. Они будут в ужасе и никогда не смогут уйти от тёмной судьбы.

Итак, очень повезло, что Цзюнь Мосе выжил. За две жизни он встретил много людей. Но количество людей, которые могли пережить это испытание, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

И этого было достаточно, чтобы заставить его гордиться!

У него была настойчивость злого монарха. И у него была сумасшедшая выносливость злого монарха. Но это также было его величайшим достоянием!

Нечеткое и расплывчатое пение внезапно появилось в голове Цзюнь Мосе.

«Дорога к небу выше. Подними голову и посмотри на красивые деревья. Сердце горы духа – это только озеро у подножия бессмертного. Этот путь можно пройти после девяти преобразований души…».

Аура на третьем уровне Пагоды Хунцзюнь охватила небо и землю.

Он, наконец, преодолел ещё один барьер! В то время, когда он ворвался на второй этаж Пагоды Хунцзюнь, его культивирование перешло последние девять уровней Суань Ци. Но на этот раз он перепрыгнул с пика Нефритового Суань на начальный уровень Суань Неба. И этот прорыв был равен продвижению ещё одного из четырёх барьеров культивирования Суань Ци! Это было удивительно. На самом деле это было ужасно!

Это были лишь четыре главных препятствия. Однако прогресс был экспоненциальным с каждым этапом.

Все знают, что время, необходимое для прорыва к последующим уровням, увеличивается по мере того, как культивация Суань человека достигает более высокого уровня. Более того, организация уровней очень чётко организована. Таким образом, человеку придётся столкнуться с четырьмя серьёзными трудностями или барьерами в пути. Первое – это сломать девять барьеров. Это влечет за собой первые девять уровней культивирования Суань Ци. И это то, что отличает практикующего Суань Ци от обычного человека.

Вторым был входной барьер на уровень Нефритового Суань. Это было важно, потому что это была истинная отправная точка для будущего. Нефритовый Суань был, конечно, не очень высоким уровнем. Тем не менее, человек никогда не сможет проникнуть в царство Нефритового Суань, если у него не будет врождённого таланта, достаточного для культивирования Суань. Итак, возможность достичь Нефритового Суань в раннем возрасте доказывала, что человек обладает прекрасным врождённым талантом. И это, очевидно, диктовало, что у них была высокая вероятность достижения большего в будущем. Например... Байли Лу Юн был просто экспертом Нефритового Суань. Но это было главной причиной того, почему бесчисленные эксперты высокого уровня были удивлены при виде его.

И третий крупный прорыв произойдёт, когда человек продвинется от пика Суань Земли до пика Суань Неба. Была огромная разница в силе этих двух уровней. На самом деле разница в мощности после прорыва была настолько велика, что ее невозможно было рассчитать. Для того чтобы стать экспертом Суань Неба, потребовалось много усилий и времени, кроме врождённого таланта. Было сказано, что достижение этого уровня было чем-то похожим на переход от первого уровня одного царства Суань к пику Земли Суань!

Что касается четвёртого прорыва... это Суань Духа. Любой эксперт Суань Неба, культивирующий на этом уровне в течение тридцати лет или более, может достичь сферы Суань Духа. Однако большинство экспертов Суань Неба, когда достигают этой сферы, становятся очень старыми к тому времени. Таким образом, ещё тридцать лет культивирования часто выходит за рамки их воображения к тому времени. Тем не менее человек достигнет совершенно другого уровня силы, как только он поднимется в царство Суань Духа. На самом деле большинство людей не могли даже мечтать прикоснуться к нему. И это потому, что они уже очистили все четыре основных препятствия!

Подводя итог, молодой мастер сильно пострадал. На самом деле не было бы преувеличением сказать, что ему едва удалось пережить это болезненное испытание. Тем не менее награды, которые он получил взамен, также были довольно щедрыми. Это продвижение было огромным скачком. И его прогресс был беспрецедентным в том, что касается истории. На самом деле можно было бы считать, что этот подвиг, вероятно, никогда не будет достигнут снова!

Цзюнь Мосе молча перешел к мантре, которую он только что получил. Затем он вспомнил мантры, полученные на предыдущих двух уровнях. Он вспомнил мантру с первого уровня: «Душа, которая претерпит девять улучшений, не попадет в Ад». Второй уровень провозгласил: «Девять преобразований стабилизируют душу». Затем, как и ожидалось, на третьем уровне появилась ещё одна мантра. И она сказала: «Можно пройти этот путь после девяти преобразований души...».

У этих трёх мантр было одно общее слово – «девять». Цзюнь Мосе молча кивнул и подумал:

«Есть ли более глубокий смысл в этом?».

Число «девять» казалось важным. Пагода Хунцзюнь имела девять этажей. Искусство Разблокировки Небесной Удачи также имело девять уровней. Кроме того, каждый уровень появлялись мантры. И каждая из этих мантр имела в себе число «девять». Он ещё не достиг высшего уровня. Но Цзюнь Мосе был уверен, что он столкнется с числом «девять» в каждой из мантр, поскольку он продвинется дальше.

«На что это может намекать?».

Цзюнь Мосе вспомнил о своих двух предыдущих достижениях. Его душа не претерпела ни девяти улучшений, ни девяти преобразований.

«Моя душа ничего не видела. Но почему я всё же продвинулся?».

Глава 373. Что это за Лекарство?

Цзюнь Мосе размышлял некоторое время, но ничего не мог понять. Поэтому он решил пока пропустить это. Тогда молодой мастер почувствовал всплеск ауры. Его энергия стала чрезвычайно живой.

«С этого момента я больше не слабая креветка. Сила эксперта начального уровня Суань Неба не совсем грозная по сравнению с лучшими экспертами материка и леса. Тем не менее это мощный и недостижимый по сравнению с обычными экспертами Суань. Более того, у меня есть много других методов, чтобы превзойти всех!».

«Теперь я могу действовать открыто и свободно с этой силой. Я могу решать вопросы так, как хочу. Мне не нужно полагаться на мою таинственную личность и чрезвычайно внушительную силу Пагоды Хунцзюнь, как раньше…».

«В конце концов, сжатый кулак — абсолютный аргумент!».

«Мне нравится это чувство, но это не моя настоящая сила, в конце концов. Что произойдёт, если моя сила когда-нибудь сможет достичь этого царства?».

В глазах Цзюнь Мосе был слабый, но обнадеживающий взгляд. Искусство Разблокировки Небесной Удачи принесло столько приятных сюрпризов. Что оно принесёт дальше?

Он всё ещё помнил, как он смотрел эти вымышленные боевые искусства по телевизору в своей предыдущей жизни. Там были эксперты, уничтожающие маленькие горы простым ударом ладони, в то время как их мечи могли обезглавливать сразу несколько сотен человек. В то время он смотрел эти шоу с унылым энтузиазмом. На самом деле он чувствовал, что это чистая чушь.

«Где такое ненормальное боевое искусство существует в человеческом мире? Я – король убийц. И даже я не могу совершать такие подвиги. Так как это может делать кто-то ещё?!».

Однако он видел Почтенную Мэй в действии. Он видел Ли Ю Тяня, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенга. Он даже видел много Королей зверей Суань…

Уничтожить небольшой холм простым ударом ладони было для них плёвым делом. Они могли бы сравнять с землёй огромную гору, если бы захотели.

Это не фантастика. Он сам был свидетелем этого. Так что можно считать невозможным?

Затем Цзюнь Мосе улыбнулся, высмеивая себя, и подумал, что у каждого мира есть свои пределы.

Он отложил этот хаотичный ход мыслей в сторону и сделал шаг вперед, чтобы войти.

И этот шаг вперед привел его на третий этаж Пагоды Хунцзюнь.

«Могу ли я получить таинственный подарок и здесь?».

«На первом уровне было Искусство Разблокировки Небесной Удачи. На втором уровне было Пламя Первобытного Хаоса, Печь Удачи и техника "Побег Инь Ян". Значит, на третьем уровне...?».

«Какой приятный сюрприз ждет меня?».

Цзюнь Мосе почувствовал тяжесть в тот момент, когда вошел. На самом деле, он почувствовал непритязательное, но тяжёлое ощущение. Это было похоже на то, как драгоценный клинок резал его лицо. Он чувствовал, как будто его тело рубили Божественным оружием.

Огонек золотой нити выплыл из темноты и вошёл в тело Цзюнь Мосе. Тогда казалось, что тысячи призраков внезапно нашли хозяина. Они, похоже, издевались, мчась с молниеносной скоростью. Они летели вперед без остановки и входили в лоб Цзюнь Мосе.

Другой огонек света — на этот раз блестящий и сияющий зелёный свет – подлетел медленно и спокойно, и тоже вошёл в голову Цзюнь Мосе…

Во всем теле Цзюнь Мосе появились неистовые ощущения. И затем возник всплеск жажды крови и быстро интегрировался с его существующей убийственной аурой. После этого в его голове появились два «сообщения»…

Первое послание было:

«Превращай обычные металлы в чудесное золото. Сотри всё в небытие. Это сила, которая контролирует золото среди пяти элементов».

Второе сообщение:

«Изменение происходит в момент уведомления. Но она покрывает небеса и землю. Это сила, которая контролирует древесину среди пяти элементов».

«Сила золота? Сила дерева? Что это?» - Цзюнь Мосе снова почувствовал замешательство.

«Что означают эти две линии? Не было ли это довольно просто, когда я получил Побег Инь Ян? Но это очень странно».

Однако аура от Пагоды внезапно начала входить в Цзюнь Мосе, когда он размышлял в замешательстве. И она наполнила его до краев в одно мгновение. Она вращалась внутри его тела, и Цзюнь Мосе понял, что эта сила и сила в его теле были совершенно разными.

«Кажется... несколько особенным...?».

«Это еще одна особая способность, как Побег Инь Ян?».

Цзюнь Мосе продолжил на мгновение распространять эту силу, и внезапно сформировалось понимание происходящего. Это было потому, что его аура стала очень живой и во много раз сильнее по сравнению с тем временем, когда он распространил эту новую ауру. На самом деле он чувствовал себя величественным и мощным, как массивная река!

Его разум заработал, как часы, и его умственная сила вспыхнула, как ураган. Цзюнь Мосе мгновенно достиг понимания…

Это была психическая атака! Эта сила может захватить разум!

Он закрыл глаза и спокойно все усвоил. Когда он их открыл, его глаза замерцали.

«Я возьму себе весь мир, просто подняв брови, и я решу исход взмахом моей руки!».

«Я сейчас обладаю настоящим боевым преимуществом!».

В это время в Южном Небесном Городе…

Дугу Сяо И ходила взад и вперед внутри своей палатки. Её красивое лицо казалось тёмным, когда она заскрежетала зубами и говорила сама с собой:

- Чёрт! Я ведь положила на него глаз уже очень давно. Брат Мосе мой! Я нашла его первой. Так почему я должна отойти сейчас? Ох! И что, ты попытаешься использовать свою близость к нему в своих интересах? У меня есть свои средства!

Затем она стиснула зубы и решительно крикнула:

- Сюда! Я хочу, чтобы несколько охранников семьи Дугу вошли! У меня для них важное задание!

Стражи, спеша, вошли к ней. Они выглядели озабоченными. Молодая леди никогда раньше не издавала такого приказа, но они всё же собрались быстро.

«Она выглядит обеспокоенной. Произошло что-то опасное?».

Вассалы и мужчины, связанные с семьей Дугу, бросили все свои дела и поспешно бросились к Дугу Сяо И.

Дугу Сяо И спокойно относилась к семейным охранникам. Она вела себя достойно, и её изящные глаза имели торжественный вид, когда она оглядела их. Затем она дважды прокашлялась, прочистила горло и сказала:

- Я позвала всех сюда, потому что столкнулась с проблемой с лекарственным препаратом, который я пыталась изготовить.

Эти люди выглядели смущёнными. Итак, они смотрели друг на друга в ужасе.

«С каких пор юная леди начала исследовать лекарства?».

Но они в унисон ответили:

- Юная леди, вы можете приказать нам сделать всё, что пожелаете, и мы будем подчиняться вам без исключения! Но вы позволите нам испытать их сперва?

- Вы так и должны поступать, – на лице Дугу Сяо И был праведный гнев. Она торжественно кивнула головой. - Послушайте, что я собираюсь сказать. В последнее время я занималась изучением лекарств. И сделала несколько больших открытий. Я только что вспомнила кое-что, сказанное моей сестрой, во время моего пребывания в столице. И это заставило разволноваться. Итак, я позвала вас сюда, чтобы обсудить это.

- Мы не понимаем, о чём говорит молодая леди, – лидером войск семьи был сорокалетний мужчина. Он не мог не стать осторожным, увидев серьёзность, с которой говорила Дугу Сяо И. Она впервые рассказала о своих исследованиях по медицинским вопросам. Затем она перескочила на другую тему.

«Может ли быть, что лекарственное исследование и этот другой вопрос связаны?».

- Ах... на самом деле... это не главное... это просто... – глаза Дугу Сяо И сузились. Она не могла найти нужных слов. Затем она, наконец, успокоилась и сказала:

- Несколько сестёр сказали мне, что в этом мире есть лекарство, очень сильно подвергающее женщин опасности. Это, возможно, оставляет женщин с пожизненными сожалениями и заставляет красивых женщин страдать от несчастной судьбы. И потом, это заставляет их совершать самоубийство. Итак, я готовлюсь изготовить противоядие для него. И я планирую распространить его далеко и широко для всех женщин в мире, как только оно будет готово. Женщинам не нужно будет бояться этого. И, следовательно, это будет великое дело.

Дугу Сяо И приложила много усилий, чтобы казаться достойным человеком, который был обеспокоен миром в целом. Она пыталась сохранить «невозмутимое» выражение лица, чтобы казаться серьёзной. Однако было жаль, что её лицо покраснело ещё до того, как она закончила говорить.

Все задумались после того, как услышали эти слова. Они смутно догадывались, что пыталась передать Дугу Сяо И, но они не могли в это поверить. Затем командир войск приготовился и спросил с заиканием:

- Я не знаю... ч... что это за лекарство?

- Ах... какие-то таблетки или яд... то есть... – Дугу Сяо И стала полностью красной.

- Какие таблетки? – мужчины семьи схватились за головы в замешательстве. Они всё ещё опасались подтвердить это. Итак, они еще раз спросили:

- Что это за яд? Пожалуйста, назовите нам его название, юная леди.

- Вы очень глупые и неисправимые! – Дугу Сяо И покраснела окончательно. Затем она опустила голову и заговорила низким рычанием:

- Афродизиак... вот что! Теперь вы это понимаете?

Десять охранников семьи Дугу остались ошарашенными и ошеломленными. Они никогда бы не подумали, что услышат, как их юная леди произносит это слово!

«Да? Афродизиак?… мой Бог! Это самое большое табу в обществе! Даже хулиганы и воры не использовали бы его! Так как же эта девушка придумала эту идею?! Это страшно!».

Лицо Дугу Сяо И сравнилось по цвету с помидором. Она нахмурилась перед тем, как впала в ярость от унижения и крикнула:

- Почему вы так на меня смотрите? Я делаю это для множества сестёр по всему миру – простых людей! Итак, я спрашиваю, есть ли у вас это или нет? И быстро передайте это мне, если есть! Я буду изучать его. И тогда я придумаю противоядие!

«Что?» - темные линии растянулись на лбу каждого.

«Этот афродизиак... кто-нибудь сказал бы о нем и вытащил его, даже если его имел? Разве они не хотели бы сохранить свою репутацию на публике? И они отдали бы его молодой леди семьи, даже если бы у них не было чести? Забыть об этом человеке... выживет ли даже девятое поколение его семьи, если с ней что-то случится из-за этого "лекарства"?».

«Также... ты говоришь, что тебе это нужно для исследования... но Бог знает, что вы действительно будете делать с ним! Это будет очень плохо, если вы попросите нас потреблять его, чтобы лично испытать результаты исследований! На самом деле это будет очень плохо для всех нас!».

«Это дело не шутка! Святой бог...».

У каждого была одна и та же жалоба в их сердцах…

«Что касается приготовления противоядия... Я никогда не знал, что этой штуке понадобится какое-то противоядие. Единственное противоядие, которое требуется – это мужская работа! Кроме этого, мы не слышали ни о каком другом методе. Даже окатить себя холодной водой не сработает…».

Они все смотрели друг на друга в ужасе. Казалось, что это были глупые утки, которые были поражены громом и стали сумасшедшими в результате.

- У вас его нет? – глаза старшей дочери семьи Дугу метали молнии. – Разве у вас, мужчин, его нет? Разве вы не мужчины?

Надо сказать, что Дугу Сяо И должна была быть очень смелым человеком, чтобы говорить эти слова!

И эта смелость заставила всех похолодеть и задрожать.

«Мать моя женщина! Что это?».

Глава 374. Я хочу "готовить рис" с тобой, Цзюнь Мосе!

«Какова причина, по которой мы должны таскать с собой афродизиак? Что может быть причиной этого? У нас есть жёны и наложницы. Так этого должно быть достаточно, чтобы "вещь" работала. Потом, повсюду знаменитые бордели. И там легко можно было бы решить свои физиологические проблемы. Так зачем мужчине нужен афродизиак? Это можно рассматривать только как инструмент самых подлых людей!».

«Разве человек, вытащивший афродизиак в это время, не сказал бы всем, что "Я чрезвычайно подлый человек?". Не станет ли всё предельно ясно? Как этот человек может спасти свою честь после этого?».

Десять огромных воинов стояли с открытыми ртами и опущенными плечами. И у них было смутное выражение лиц. Они не знали, как им реагировать. На самом деле они выглядели как деревянные фигуры…

- Я только хочу изучить это, чтобы подготовить противоядие, вот и всё. Этот поступок связан с доброжелательностью. В этом нет ничего плохого. Почему у вас такие выражения лиц? – Дугу Сяо И открыла рот, пытаясь убедить их. – Кроме того, я изучу афродизиак и сформирую противоядие, если вы дадите мне его образец. Тогда всем женщинам мира не надо будет волноваться. Вы не знаете, сколько сестёр будут вам благодарны. Вы оказали большую услугу миру!

Все оставались тихими, но их лица становились темнее.

«Вы, очевидно, не сделаете ничего плохого. Потому что... у вас нет навыков, необходимых для того, чтобы сделать что-то плохое, даже если вы этого хотите. Кроме того, вы ничего не получите от этого... кроме того, что заставите нас выглядеть плохо…».

- Давайте, отдайте его, отдайте, блин! Отдайте его немедленно! – Дугу Сяо И с требовательным выражением лица протянула руку.

- Нет, юная леди! – ответил лидер войск.

- Вы отдадите его мне, и я никому не скажу, что нашла у вас. Это должно упростить все для вас, – Дугу Сяо И стала ещё более дружелюбной.

- У меня его нет! Я этого не делаю, правда! – главу войск пробил холодный пот.

«Я вернусь к исполнению своих обязанностей, как только вернусь домой, если отдам ей афродизиак. Более того, нет гарантии, что кто-то не будет мучить меня за это. Так что я не отступлю от своей позиции, даже если сегодня меня изобьют до смерти. Кроме того, у меня его даже нет сейчас...».

- У нас нет! – десять охранников стояли совершенно прямо и ответили холодно и громко. Им был предельно ясен этот вопрос.

Более того, все они были военными. Таким образом, они могут подавить свои желания ради таких низменных вещей. Было несколько, кто не мог. Но разве головы таких личностей не считались бы гнилыми?

- Бл*дь! – прокричала Дугу Сяо И. Она кричала довольно долго, искривив рот и опустив глаза. Эти люди никогда не могли представить, что эта молодая девушка могла так ругаться. – Итак, ни у кого из вас, влиятельных людей, нет его?

Десять человек кивнули вместе.

- Все вы будете наказаны за то, что ни у кого из вас его нет. Кто-нибудь, подойдите сюда! – у Дугу Сяо И был убийственный взгляд на лице, когда она сказала. – Я хочу, чтобы вы наказали этих людей и дали каждому из них по сто тяжелых ударов военным жезлом!

Все были ошеломлены.

«У нас нет афродизиака. Разве это не значит, что мы честные и добрые люди после этого? Мы хорошие люди! На самом деле мы солдаты! Мы солдаты на поле боя! Разве нас не обижают этим отношением? Что за логика такая?».

«О Боже, что это за рассуждения?».

Специальные телохранители ворвались, как стая волков, после того, как Дугу Сяо И дала этот приказ. Эти люди были выбраны из специальной команды Цзюнь Мосе. Десять глупейших воинов из его взвода, состоящего из двухсот пятидесяти человек, были назначены присматривать за Дугу Сяо И. Однако все они были закаленными и ужасающими воинами. Никого из них не волновало, были приказы молодой леди разумными или нет. И они просто последовали её приказу и потащили её солдат, чтобы осуществить их наказание в соответствии с военным законом.

- Подождите! – командир войск покрылся холодным потом.

«Остальные и я скончаемся, если эти парни используют этот жезл, чтобы нанести нам сотню ударов в наказание. Мы просто должны удовлетворить условия молодой леди, верно? Мы можем сообщить об этом молодой леди Гуан Квинхан позже, и мы можем попросить её внимательно следить за нашей молодой леди. И в этом случае не будет никаких несчастных случаев. Однако было бы слишком несправедливо, если мы умрём из-за этого вопроса…».

- О? Теперь он у тебя есть? – Дугу Сяо И махнула рукой, давая сигнал специальным охранникам, чтобы они ушли.

- Давай, тощая обезьяна, у тебя он есть, верно? Я помню, что ты с восторгом прятал что-то, когда мы покинули город Тянсян. Давай бегом неси его! – лидер войска взглянул на самого тощего из десяти охранников и сказал без всякого сомнения в голосе.

- Я... э... – тот парень, которого назвали "тощей обезьяной", жалко промямлил в ответ. Мужчина не знал, как реагировать на эту ситуацию. И он не мог поверить, что его собственный командир предаст его перед угрозой этого наказания.

- Что ты стоишь? Поторопись и притащи его! – гневно крикнул командир. Он даже ненавистно отругал "тощую обезьяну". – Ты, бестолковый придурок!

- Я взял его, чтобы использовать для себя... Я думал, что это дело с Тянь Фа не будет настоящей военной экспедицией. Поэтому, я приготовился к расслабляющей обратной поездке... – ответил парень и обиженно посмотрел на своего лидера. Его лицо покраснело, он задыхался от ярости и смущения.

Никто не мог ничем помочь ему, но вокруг послышалось добродушное ворчание.

Объяснения даются, когда нужно что-то скрывать. И нужно лишь скрыть правду. Какой мужчина будет держать афродизиак при себе? Не нужно думать слишком много, чтобы ответить на этот вопрос…

- Это то, что используют мужчины? – глаза Дугу Сяо И заблестели. – Это превосходно! Поторопись и отдай мне его! Мне не терпится исследовать его!

Лицо "тощей обезьяны" горело от стыда. Он дрожал, засовывая руку за пазуху, и выудил маленький предмет, завёрнутый в бумагу. Солдат отдал его, но у него были некоторые опасения. Он ясно чувствовал, как его товарищи смотрят на него со странным выражением лиц. "Тощая обезьянка" почувствовала, как копает сама себе яму, прыгает в неё и хоронит себя в ней.

Он не знал, сколько денег ему придется потратить, чтобы закрыть рот своим товарищам. Было бы хорошо, если бы только эти люди знали об этом. В конце концов, они были братьями. Но у него не было бы выбора, кроме как вынуть нож и перерезать горло тому, кто попытается рассказать об этом другим…

Дугу Сяо И поняла, что мужчине было очень стыдно. Она нетерпеливо шагнула вперёд и вырвала предмет. Она казалась очень счастливой, озорно улыбнувшись. Затем она вспомнила, что должна сохранить своё лицо. Итак, она торжественно спросила:

- Эта штука... как её использовать?

Лицо "тощей обезьяны" стало ещё краснее. Даже его шея стала глубокого красного оттенка, когда он изо всех сил пытался ответить на этот вопрос:

- Вам придётся открыть его своими ногтями. Затем вам нужно растворить его содержимое в вине и выпить его…

- Пффт... – группа людей, стоявшая позади него, не могла не рассмеяться. Они быстро закрыли рты руками и начали демонстративно кашлять, пытаясь заглушить свой смех. Однако их тела продолжали дёргаться.

- О? – Дугу Сяо И изящно кивнула и спросила дальше. – И какова будет реакция? Будут какие-нибудь вредные побочные эффекты на теле?

- Не будет... но реакция... э... реакция... – лоб "тощей обезьяны" покрылся бусинками пота. Он искренне не знал, как объяснить особенности.

Люди, стоявшие позади него, действовали таким же образом: они плотно закрыли рты руками...

- Хотя ладно! Я получила его. Ты не должен объяснять дальше. Вы все можете уйти сейчас! – лицо Дугу Сяо И снова стало красным. Казалось, она понимала, что её вопрос неправильный и махнула рукой. Она всё равно сделала дикое предположение. Все начали спешно уходить, когда Дугу Сяо И сказала:

– Подождите!

Все сразу же остановились, когда услышали её.

- Этот вопрос – секрет. Вы понимаете? Это связано со счастьем миллионов женщин. Вы не должны никому об этом говорить! – Дугу Сяо И продолжала очень достойно. – Особенно мои старшие братья. Они не должны узнать об этом, ясно? Эмм... Я беспокоюсь, если они используют его... Да, это правильно... если они используют его... и, учитывая, сколько они едят... что может случиться?

«Да? Ты боишься, что они поглотят это? Сыновья семьи Дугу вообще не должны есть это...» - у всех цвет лица стал странным. Братья Дугу Сяо И упали бы в обморок, если бы они услышали эти слова.

Они бы закричали: «Мы нормально функционирующие мужчины…».

Тем не менее, эти люди видели, что глаза Дугу Сяо И забегали:

- Так что они не должны знать об этом! Я разозлюсь, если кто-то скажет им, и я... я сама съем всё это! Вы слышали или нет?

- Мы слышали вас, – эти люди выходили из палатки так быстро, как только могли. А потом они все бросились на землю. После этого они заржали и начали кататься по земле. На самом деле эти люди смеялись так сильно, что казалось, что они умрут до того, как остановятся.

- Вы... вы... – "тощая обезьяна" была очень зла и смущена. Он пристально посмотрел на своего командира. Кожа его щёк дрожала, но он больше не мог говорить…

- Ха-ха-ха! Это так смешно... я сдохну! "Тощая обезьяна" была таким человеком всё время! Так вот почему ты пропадал, когда мы ходили в эти бордели! Ха-ха! Многие молодые мастера тоже потребляют такие вещи! Ты должен гордиться собой, брат! – многие хватались за животы, когда катались по земле. Они внезапно сорвались на ещё более громкий смех, продолжала катиться по земле.

Лицо "тощей обезьяны" уже стало опухше-фиолетовым. Он слегка вздрогнул. Затем он схватился за ствол дерева и начал яростно биться головой об него…

Он хотел плакать, но слез не было…

Они все долго смеялись. Затем командир войск закашлялся и произнес торжественным тоном:

- Мы смеялись столько, сколько хотели. Я прошу, чтобы никто никому не рассказал о сегодняшнем деле. Мы все знаем последствия, если это дело всплывёт. Всем нам будет конец! Сегодня никто из нас не смог бы выдержать этой сотни ударов. Итак, вы можете представить свою судьбу, если мы получим военное наказание за то, что это дело откроется. Вы понимаете?

Все кивнули, чтобы выразить, что они будут хранить этот вопрос в секрете.

- Я должен пойти и найти юную леди Квинхан. Я попрошу её внимательно следить за нашей юной леди. У нас не должно быть неудач из-за этого случая! – командир войск семьи поспешил прочь.

Дугу Сяо И взяла предмет, завернула в свой платок и засунула в нагрудный карман. Затем она огляделась с виноватым видом, прежде чем гордо улыбнулась.

- Гм! – Дугу Сяо И чувствовала себя очень счастливой. На самом деле она почти хотела петь. Она обнажила белые зубы, смеясь, и подскочила к зеркалу. Затем девушка внимательно осмотрела себя и пробормотала:

- Я смотрю за тобой. Куда ты мог убежать? Цзюнь Мосе, эта юная леди изнасилует тебя. И мы будем "готовить рис". И будет слишком поздно, чтобы изменить что-нибудь после того, как это произойдёт. Ты всё ещё можешь убежать от меня? Ха! Старшая сестра, не обижайтесь на эту младшую сестру за то, что она не была прямолинейной. Хе-хе-хе... как ты сможешь урвать его на этот раз?

Она казалась очень довольной собой. Она улыбнулась от восторга.

Дугу Сяо И выросла в большой семье и не понимала таких вопросов должным образом. Слова Цзюнь Вуя о Гуан Квинхан в этом отношении произвели на неё панику. Поэтому она и придумала этот странный план…

Глава 375. Превращение обычного железа в чудесное золото!

Это произошло потому, что Дугу Сяо И слышала, как кто-то говорил, что мужчину и женщину никто никогда не сможет разлучить, потому что они "приготовили рис". Мужчина должен был взять на себя ответственность за эту женщину. Дугу Сяо И, очевидно, понятия не имела о том, как этот конкретный "рис" должен был "приготовлен".

Более того, она понятия не имела об эффектах афродизиака. Дугу Сяо И знала только, что афродизиак поможет ей в "приготовлении этого риса". И именно поэтому она создала такую огромную драму.

- Брат Мосе мой, он весь мой! Ха! – Дугу Сяо И открыла багаж и начала подбирать одежду. И затем она стала ее примерять в ожидании того, какая будет более эффективной, чтобы помочь им с Цзюнь Мосе приготовить этот "вкусный рис".

Молодой мастер Цзюнь был в хорошем настроении. Но он был внутри Пагоды Хунцзюнь. Таким образом, он не мог ожидать, что маленькая ведьма наметила его для "приготовления риса" и готовила котёл для того же…

На самом деле Дугу Сяо И не нужно было бы прилагать столько усилий, если бы она знала об этом. Более того, конечный результат всегда мягче, если оружие закаляется собственными силами…

Дугу Сяо И напевала песню, продолжая искать подходящую одежду. Затем, занавеска позади неё внезапно открылась, и элегантный аромат наполнил её палатку. Это была Гуан Квинхан.

Командир войск отправился на поиски Гуан Квинхан. Очевидно, он не посмел говорить об этом деле с афродизиаком. Мужчина только заикался, что его госпожа вела себя довольно странно последние несколько дней. И он добавил, что её настроение кажется довольно странным. Кроме того, он сказал ей, что он беспокоится, что может произойти какая-то странная ситуация, так как она может заразиться какой-то болезнью и так далее…

Чем больше он запинался, тем больше Гуан Квинхан волновалась. И она начала думать, что у Дугу Сяо И может быть какая-то странная болезнь. Она выслушала мужчину, пока он говорил с большим трудом, а затем бросилась к ней после того, как тот закончил…

- Что случилось, сестренка Сяо И? Тебе плохо? Быстро скажи своей старшей сестре! – Гуан Квинхан с тревогой спросила, как только вошла.

Эти внезапные вопросы напугали Дугу Сяо И. Она подпрыгнула и вскрикнула от испуга. Затем она повернулась и в панике спросила:

- Почему ты здесь, сестра Гуан? Ты тоже хочешь лекарство?

- Что? Лекарство? Я не больна. Что я буду с ним делать? – это подтвердило Гуан Квинхан, что Дугу Сяо И действительно плохо себя чувствует.

«Зачем еще ей принимать лекарства? И почему она попросила меня взять его тоже?».

- Ах! – Дугу Сяо И расслабилась и легко вздохнула. После этого девушка объяснила со страхом:

- Я думала, что ты пришла, чтобы оспорить со мной "приготовление риса". Но, к счастью, ты этого не сделала!

- Готовить? Что ты собралась готовить? – Гуан Квинхан шокировано закричала. У неё на лице было написано беспокойство. Молодая женщина подняла руку и пощупала лоб Дугу Сяо И:

- Что с тобой, сестренка Сяо И? О чём ты говоришь... и ещё так бессвязно?

«Сначала она спросила меня, хочу ли я лекарство. И затем, она хочет знать, собираюсь ли я мешать ей готовить? Но как мы можем готовить лекарства в этом военном лагере? Кроме того, Дугу Сяо И готовит лекарства? Разве это не слишком странно?».

- Я в порядке. Ничего страшного. Ха-ха-ха... это ничего... вообще ничего... ха-ха-ха-ха! – Дугу Сяо И рассмеялась. Но она выглядела несколько безумно. На самом деле её совесть заставила её протянуть руку и прикоснуться к предмету, который лежал в её одежде. Затем она стала решительной, лукаво посмотрела на Гуан Квинхан и сказала, заикаясь:

- О, кстати... он вернулся, старшая сестра Гуан?

- Он ещё не вернулся, – на лице Гуан Квинхан появилось обеспокоенное выражение.

Но затем она продолжила утешительным тоном:

– Не волнуйся, хорошо? Ничего страшного. Он силён и у него так много трюков в рукавах! Так что же может с ним случиться? Думаю, он вернется через некоторое время.

Дугу Сяо И немного посмеялась. Затем она с облегчением сказала:

- Вот именно! Мастерство этого парня потрясающее! Я уверена, что у него не будет никакой неудачи! Я просто жду, когда он вернётся, потому что мне нужно сделать с ним кое-что.

- Ты ждёшь его возвращения? Что ты хочешь от него? – спросила Гуан Квинхан.

«Вряд ли Дугу Сяо И будет слишком волноваться. Разве это не слишком странно?» - чем больше она думала об этом, тем больше она не могла не волноваться.

- Я ждала, когда он вернется, чтобы мы могли приготовить... ха-ха-ха-ха... – Дугу Сяо И почти проговорилась. Но затем она быстро изменила тему. – Я пойду и посмотрю, вернулся ли Малыш Белыш. Я так много дней не видел своего милого малыша. Я действительно скучаю по нему.

Её лицо покраснело к тому времени, когда она договорила. Затем она подняла воротник своей куртки и вышла из тесной палатки. Она сделала себе выговор, когда шла:

«Дугу Сяо И, ох, Дугу Сяо И... почему ты потеряла своё хладнокровие? Если бы план провалился... Что бы случилось с твоим "упреждающим шагом", если бы сестра Гуан узнала...?».

Гуан Квинхан тайно определила курс действий:

«У Дугу Сяо И, кажется, есть настоящая проблема. Она обычно так себя не ведёт. Это не имеет смысла. Ее действия очень странные. Я буду внимательно следить за ней».

Потом она тоже вышла из палатки.

Это был уже полдень третьего дня к тому времени, когда молодой мастер Цзюнь прекратил Искусство Разблокировки Небесной Удачи и вышел из Пагоды Хунцзюнь.

Он продолжал размышлять над чем-то, возвращаясь в Южный Небесный Город:

«"Сила золота" и "сила дерева" кажутся очень волшебными. Жаль, что я не знаю, как их использовать…».

«Превратить обычные металлы в чудесное золото. Стереть всё в небытие. Это значит, что с помощью этой силы я могу превратить нормальный металл в Божественное оружие? Разве это не единственный способ уничтожить всё в небытие?».

Тем не менее, Цзюнь Мосе ругал себя в тот момент, когда подумал об этом:

«Может ли что-то подобное даже существовать в этом мире? Разве это не будет равносильно руке Мидаса? Разве это не очень неестественно? Это просто Божественная волшебная техника из легенд».

Жалкий молодой мастер Цзюнь... он даже не знал, что навыки, которыми он овладел до этого момента, были не менее Божественной магией по своей сути. Это были ультрамощные техники.

Возможность практиковать и культивировать безо всяких препятствий не была чем-то беспрецедентным в истории. Но чрезвычайно быстрая скорость его культивирования заставила бы многих мужчин сломать их черепа…

Цзюнь Мосе решил, что прошло около двух дней с тех пор, как он исчез. Значит его третий дядя, должно быть, беспокоился. Или, возможно, он уже уехал. В конце концов, его третий дядя знал о его методах. Но то же самое нельзя сказать о его трёх дядях. Так что они могли и не задержаться. Поэтому он пошёл прямо в Южный Небесный Город и побежал сразу к Донфанг Вэн Цину.

Новость о возвращении Цзюнь Мосе, очевидно, стала самой важной. И, в конце концов, она дошла и до Гуан Квинхан и Дугу Сяо И. Гуан Квинхан была очень рада. На самом деле можно также сказать, что она чувствовала себя немного довольной. Дугу Сяо И внезапно покраснела, когда узнала о его возвращении. Её маленькое сердце пропустило удар и не смогло стабилизироваться в течение долгого времени. Никто не мог сказать, о чем думала эта девушка…

Цзюнь Мосе имел дело с увещеваниями Цзюнь Вуя. Кожа молодого мастера Цзюнь была явно толще городских стен. Поэтому он просто улыбался на протяжении всей лекции. Он исчез, как дым, после того, как всё закончилось, и убежал в свою палатку.

Цзюнь Мосе сел и начал раздумывать о своей недавно приобретённой способности. Затем он взял клинок, который висел в его шатре, и решил проверить, мог ли он что-нибудь сделать с помощью своей новой способности…

Цзюнь Мосе глубоко вдохнул, держа клинок. После этого он наполовину закрыл глаза и начал перемещать "силу золота" внутри своего тела. Он двинул её к ладоням через меридианы и затем в пальцы. Затем перевёл её в тот холодный и сияющий клинок, который держал в своей руке.

Странная трансформация произошла в мгновение ока.

Слабый золотой свет начал мерцать. После этого весь клинок был освещен великолепным сиянием.

Яркий свет мелькнул на мгновение и бесследно исчез. Некоторое время таял зелёный дым. Затем он исчез. Цзюнь Мосе открыл глаза и не мог не быть ошарашенным, увидев, что держит в руке.

«Мой Бог!».

Огромный полуторный меч в его руке исчез. Вместо этого у него в ладони лежал крошечный, размером с зубочистку, клинок.

Это было больше похоже на иглу. Более того, он был похож на иглу, но вес его в десять раз превышал вес обычного.

Однако было отчетливо видно, что эта "игла" была в форме меча. И это было именно в соответствии с тем, что хотел Цзюнь Мосе. Он хотел, чтобы этот меч был изменён в "очень маленький" в то время, когда инициировал "силу золота"…

С той лишь разницей, что он сократился в тысячу раз.

Цзюнь Мосе был между смехом и слезами. Он начал верить, что линия "Превратите обычный металл в чудесное золото" была правдой. Однако существование такого метода противоречило воле небес. Более того, это было не то железо, которое превратилось в чудесное золото. Скорее, этот кусок железа был сжат до самой высокой прочности. Есть ещё одно большое преимущество в дополнение к этому. Этот кусок металла мог принять любую форму, которую он хотел.

Цзюнь Мосе был озадачен. Итак, он взял другой клинок и снова попытался использовать эту чудесную магию. Однако на этот раз он наблюдал за процессом трансформации с восторженным вниманием. И он увидел, что всё произошло очень чётко на этот раз.

«Моё первоначальное предположение было на самом деле правильным! Он неожиданно сжался!».

Он видел в воздухе мерцание золотого света. Свет ярко полыхнул. И после этого он исчез. Снова появился слабый зелёный дым, он ужасно пах. Лезвие исчезло вместе с дымом и было заменено крошечной зубочисткой.

Цзюнь Мосе горько улыбнулся этому результату. Ему, возможно, понадобится гора отличного железа, если он захочет построить хороший меч, который будет обладать теми же качествами, что и эти два крошечных.

Более того, эти два новых лезвия, несомненно, были размером с зубочистку, но они весили в несколько раз больше.

«Разве меч такого качества не размером в сотни фунтов? Это было бы Божественным оружием не только в его названии. Но кто сможет этим владеть?».

Руки Цзюнь Мосе ослабли, и два лезвия размером с зубочистку скользнули сквозь пальцы и упали. Он услышал лишь слабый звук, когда перед ним произошло невероятное событие. Деревянный стол перед ним был пронзён двумя крошечными лезвиями насквозь. По сути, они пробили отверстия в нём с такой же легкостью, как горячий нож проходит сквозь масло. Сначала он не мог сказать, куда они ушли. Но затем он услышал, как они пролетели и пронзили землю. Даже ручки больше не были видны над землей…

Цзюнь Мосе остался ошарашенным…

Глава 376. Я пришла готовить!

- Мой Бог! – глаза Цзюнь Мосе стали круглыми. Он поспешно добрался до ручек двух "крошечных лезвий", но понял, что мечи ещё не остановились. Они зарылись как минимум на два фута внутрь земли. Более того, они всё ещё бурили дальше в землю.

- Это действительно потрясающе! – Цзюнь Мосе посмотрел на ручки двух этих "крошечных лезвий". На его лице было восхищение.

Цзюнь Мосе ясно понимал, что два клинка упали в состоянии свободного падения, когда он ослабил свою хватку на них. Он не придавал им силы.

Однако лезвия проникли в пятидюймовую древесину так же, как горячий нож проходит через масло. На самом деле, их движение было настолько лёгким, что казалось, что они пронзают воздух.

«В чем смысл этого? До какой степени дошла острота этих двух мечей?».

«Это божественное оружие... оружие, о котором мечтают все люди!».

«Разве боевые способности моего деда, третьего дяди и других людей не будут повышены до охренительной степени, если я использую этот метод, чтобы сделать для них мечи? Просто невероятно, что часть оружия может в такой степени повысить боеспособность...».

Нормальный человек не сможет справиться с их весом. Но его дед был экспертом на пике Суань Неба. Его третий дядя тоже был Суань Неба. Таким образом, им не нужно будет тратить большую часть своей энергии, чтобы поднять сто пятьдесят килограммов веса. Сначала это было бы непривычно, но они привыкли бы к ним через десять дней или около того…

Такая острота может даже быть эффективна против весьма грубой кожи Верховного Короля зверей Суань. На самом деле, даже они не смогут конкурировать с ними. Результат был бы идеальным, если бы Ли У Бэй использовал это Божественное оружие вместо своего драгоценного клинка против Короля Змей в тот день. Даже тот бой с Почтенной Мэй мог бы пойти по-другому в любом случае…

«Если это опасное оружие попадет не в те руки...» - Цзюнь Мосе улыбнулся чрезвычайно злой улыбкой. В его глазах была вспышка, когда он подумал о нескольких способах, которые он мог использовать для борьбы со своими врагами. Он, очевидно, чувствовал себя очень счастливым в этих мыслях…

«Это хорошо! Это очень хорошо!».

«С этого момента мои метательные ножи станут непреодолимыми в истинном смысле этого слова. Кто в этом мире может бороться против такого мощного Божественного оружия?».

Ответ был — никто.

Кто-то мог бы увернуться от этого. Но никто не мог столкнуться с этим и остаться жить, чтобы рассказать историю.

«Я могу убить Бога, если встречу его! Я мог бы убить Будду, если бы столкнулся с ним!».

Цзюнь Мосе рассмеялся озорно. Он был очень счастлив в этот момент. Молодой мастер вдруг понял, что у него не осталось сил. На самом деле он чувствовал себя таким же бессильным, как и тогда, когда Пламя Первобытного Хаоса оставило его тело парализованным. Итак, он начал поглощать энергию вокруг себя, и состояние его тела начало восстанавливаться.

«Ах, в этом мире нет бесплатного сыра. Даже создание этих двух "крошечных лезвий" забрало такое огромное количество моей силы...».

Тем не менее Цзюнь Мосе не понял, что ему удалось использовать эту способность дважды подряд, хотя он только что получил её. Ему удалось собрать достаточно сил, чтобы провести процесс дважды без каких-либо проблем. Это непростая задача…

Это было очень похоже на Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Нужно было идти шаг за шагом, чтобы добиться прогресса. Это было так же бредово, как верить, что человек может стать таким же толстым, как Жиробас, просто съев много еды... как такое могло случиться так легко? Даже Бессмертный с первоклассным культивированием Суань не смог бы это сделать…

Голова и плечи Цзюнь Мосе были покрыты холодным потом. Он продвинул свою эффективность Суань и начал вращать её вокруг малой скоростью для того, чтобы его тело работало. Тем не менее скорость его Искусства Разблокировки Небесной Удачи увеличилась. Так, его сила восстановилась в относительно более быстром темпе...

- Брат Мосе, ты вернулся? Ты там? – сладкий голос Дугу Сяо И пришёл со стороны входа. Он звучал несколько стыдно и неловко. Затем она схватила входной клапан палатки и открыла его. Дугу Сяо И вошла с красивой бутылкой вина в руке.

Дугу Сяо И чувствовала себя виноватой и немного раздражённой. И это потому, что...

«Его не было очень давно. Он вернулся утром. Почему он не мог вернуться вечером?» - Дугу Сяо И очень разочаровалась, так как она собиралась "готовить" с ним…

Она опустила голову и задумалась. Затем она решила изучить его отношение, прежде чем делать следующий шаг:

«Я не буду готовить с ним, если он скажет так. Но если он согласится... Тогда мы будем готовить вместе... неважно, что он скажет. Я уже готова к обеим ситуациям!».

Дугу Сяо И также подготовила для других непредвиденных расходов наряду с организацией этой наркотическое вино.

«Папа всегда говорил, что подготовка приводит к успеху в бою...».

Поэтому Дугу Сяо И продумала все возможные способы и сделала всё возможное, чтобы ускользнуть от Гуан Квинхан. Затем она скрытно направилась сюда…

- Ах, сестра... Почему ты здесь? – Цзюнь Мосе слабо помахал. Его сила в определённой степени восстановилась. Но он по-прежнему не хотел двигать руками и ртом. Молодой мастер Цзюнь был доведен до предела. Таким образом, он быстро задействовал свою эффективность Суань, чтобы восстановить свои силы в быстром темпе.

- Э... Мне нужно готовить... Нет... Ты спрашиваешь, что я здесь делаю... Ты ушёл так надолго... Плюс, ты даже никому об этом не рассказывал. А потом ты вернулся так хитро! Ты не знаешь, как все волновались?! – Дугу Сяо И не знала об этом, но её манера говорить была похожей на жену, которая вправляет мозги мужу…

Девушка всё равно очень нервничала в это время. Более того, она была шокирована, увидев, что Цзюнь Мосе находится в плохом состоянии. Итак, она бросилась к нему в страхе:

- Что происходит? Почему ты выглядишь таким больным? Ты ранен?

Цзюнь Мосе фыркнул и ответил:

- Ничего особенного. Нет необходимости поднимать шум. Я просто хочу воды… – он вспомнил, что за последние два дня у него не было ни капли воды. Более того, он находился в Пагоде Хунцзюнь, когда имел дело с Укусом Дьявола от Пламени Первобытного Хаоса. И даже нельзя было оценить, сколько он потел за это время. Поэтому неудивительно, что он чувствовал себя очень плохо. На самом деле, ему повезло, что он не умер от обезвоживания.

Он был чрезвычайно взволнован после своего прорыва. Однако он учёл тот факт, что он отсутствовал в течение двух дней. Кроме того, эта территория была охвачена хаосом войны. Поэтому было вполне естественно, что его третий дядя, должно быть, беспокоился. И он поспешил обратно в лагерь.

Цзюнь Мосе очень интересовался своими новыми возможностями. Поэтому он закончил объяснять всё своему третьему дяде так быстро, как только мог. Затем он опрометчиво инициировал это "превращение обычного железа в чудесное золото" дважды. И это потребило всю энергию внутри его тела. Поэтому неудивительно, что в это время он чувствовал себя крайне уставшим.

Цзюнь Мосе горько улыбнулся.

«Неудивительно, что я чувствую себя так уставшим сейчас. Не могу поверить, что совершил такую рудиментарную ошибку. Я увлекся, потому что все шло в мою пользу. Такое небрежное отношение недопустимо!».

Цзюнь Мосе всегда был таким. Он казался высокомерным, но он был очень дотошным внутри. Особенно это касалось его недостатков. Он никогда бы не приукрашивал их, и всегда искал их после того, как они происходили. И тогда он убеждался, что никогда не повторит такой серьёзной ошибки. Это была одна из величайших сильных сторон короля убийц в его предыдущей жизни.

Осторожность стала основным инстинктом для него, учитывая, что он вёл опасную жизнь... где можно умереть в любое время.

Дугу Сяо И горела нетерпением. Она обернулась и поставила бутылку вина на стол, который был перед Цзюнь Мосе. Затем она пошла за водой.

Цзюнь Мосе увидел бутылку вина и задался вопросом...

«Эта девушка совсем тупая? Здесь уже присутствует сказочный напиток. Так зачем ей приносить воду?» - он открутил пробку, и прекрасный аромат вплыл в его ноздри. Цзюнь Мосе очень хотел пить. Поэтому он, недолго думая, взял бутылку и начал пить вино.

Цзюнь Мосе не пил много напитков из этого мира. Кроме того, у напитков в этом мире не было других хороших моментов, кроме того, что у них был отличный запах. Как могли виноделы скрыть ужасный вкус и запах вина, если бы не добавление этих ароматов? Винное ремесло этого мира было далеко позади по сравнению с его старым миром. Но Цзюнь Мосе очень сильно хотел пить.

Поэтому в тот момент Цзюнь Мосе ничего не имел против него. А потом он даже почувствовал в напитке нотку мёда. И это делало его запах ещё лучше. Тем не менее он не понял, что Дугу Сяо И добавила немного мёда, чтобы уменьшить шансы того, что Цзюнь Мосе поймёт, что что-то не так...

Жаль было, что человек, который был чрезвычайно осторожен в обеих своих жизнях, пал средь бела дня на хитрость маленькой девушки…

Можно ли считать это случаем "Мудреца, который вычисляет каждый сценарий, всё равно иногда может потерпеть неудачу"?

Возможно, природа может обмануть любого мужчину...

Цзюнь Мосе выпил бутылку дочиста. Но он всё равно почувствовал жажду. Однако молодой мастер Цзюнь не увидел в этом ничего плохого. В конце концов, вино не использовалось для утоления жажды, а лишь добавляло ещё огня. Чем больше у них было... тем больше они жаждали этого.

И в тот момент...

БАБАХ!

Дугу Сяо И только что вернулся с чашкой воды. Но она увидела, что Цзюнь Мосе выпил досуха вино из бутылки. Он прикончил её полностью и поставил обратно на стол. Он сделал это в мгновение ока. Она испугалась, так как не была морально готова к этому. Поэтому эта чашка воды упала из её рук со щелчком и разбилась о землю. Качество чашки, очевидно, было не очень хорошим. Таким образом, она разбилась на мелкие осколки.

«И... И... Я всё ещё не определилась, стоит ли нам "готовить", а он уже выпил его! Что теперь делать...? Что мне теперь делать? Должна ли я готовить или нет?».

Яркие глаза маленькой девочки широко раскрылись, когда она тупо смотрела на Цзюнь Мосе. Она не знала, что делать. Она не знала, как действовать. Она не знала, что делать в этой ситуации. Поэтому глаза маленькой девочки потемнели. Она была в совершенном замешательстве...

Цзюнь Мосе закончил пить вино. Его горло всё ещё было сухим, но его сила в значительной степени восстановилась. Итак, он был довольно удивлён, когда эта маленькая девочка уронила чашку воды. Но он также знал, что у молодой леди Дугу был довольно вспыльчивый характер. Так что он не был очень шокирован этим. Он встал, подошёл к ней, взял бурдюк воды у неё и просто выпил его. Он пил, пока тот не опустел. Затем он перевёл дыхание. Раньше у него было очень сухое горло. Но состояние его тела в значительной степени восстановилось в мгновение ока после того, как он выпил эту воду.

Затем он посмотрел на Дугу Сяо И, которая выглядела так, как будто она была поражена. Её глаза были широко раскрыты, брови взлетели высоко, а розовые губы слегка раскрылись. Она выглядела восхитительно, но и немного нелепо. Цзюнь Мосе коснулся её головы рукой и слегка погладил её, когда спросил:

- Почему ты так на меня смотришь, девочка? Да, ты уронила чашку воды на землю и разбила. Такое иногда случается. Но почему ты выглядишь такой напуганной? Ты боишься, что я буду ругать тебя за это?

Дугу Сяо И немного моргнула. А потом она вернулась в себя. Маленькая девочка не ответила Цзюнь Мосе, а бросилась к столу и схватила бутылку. Она потрясла её и поняла, что бутылка вина кажется невесомой. Маленькая девочка очень сильно встряхнула бутылку, но плеска внутри не оставалось.

Было очевидно, что Цзюнь Мосе выпил его досуха. Полностью!

Глава 377. Я не буду играть, не так ли?

Дугу Сяо И хотела плакать, но слёз не осталось.

«Что мне делать? В нём было много вина. Как он выпил всё это так быстро? Я только хотела, чтобы он выпил из неё маленькую чашечку... я просто хотела, чтобы он немного выпил…».

Кто бы подумал о таком? Обычный человек старается учитывать каждый фактор. Но психическое состояние Дугу Сяо И просто пошло на помойку. Итак, она вложила огромное количество "препарата" в эту бутылку вина. Другие люди бы покачали головой, если бы узнали, что здесь произошло. Забудьте о других... Цзюнь Мосе бы качал головой без конца, если бы знал об этом…

Это превратилось в вопрос жизни и смерти. Однако, главный вопрос, чья жизнь и смерть? Мозг Дугу Сяо И полностью опустел в это время…

- Что случилось, девочка? – Цзюнь Мосе чувствовал себя странно после того, как он посмотрел на странное выражение Дугу Сяо И.

- Нет... Ничего... Почему? – Дугу Сяо И была напугана. Она осмотрела Цзюнь Мосе несколько раз. Но, казалось, ничего не изменилось в нём. Она чувствовала, что что-то не так. И она хотела оценить ситуацию. Поэтому Дугу Сяо И осторожно спросила с надеждой в голосе:

- Ты... ничего не чувствуешь?

- Что я могу чувствовать? Я... хорошо. Я только что почувствовал небольшую жажду пару минут назад. Но теперь, когда я напился, всё хорошо, – Цзюнь Мосе чувствовал себя немного озадаченным. Он ничего не понимал.

«Не должно быть вопроса о том, что я выпил за один раз. Определенно, что-то ещё происходит».

Итак, он, очевидно, чувствовал, что необычные действия маленькой девочки, должно быть, имели некоторые причины для этого.

- Ты в порядке? Ты действительно в порядке? Я имею в виду... ты даже не чувствуешь себя немного жарко? Как будто тебя готовят или типа того...? – Дугу Сяо И в какой-то степени расслабилась и спросила. У маленькой девочки были некоторые ожидания в её сердце.

- Чувствую, что меня готовят? Нет... – Цзюнь Мосе чувствовал себя ещё страннее.

«Что случилось с этой девушкой сегодня? Она разговаривает очень странно. Я не то, что можно съесть. Так зачем меня готовить?».

Молодой мастер Цзюнь затем протянул руку и коснулся лба Дугу Сяо И. Он решил проверить, не было ли у неё лихорадки. Потом он спросил:

- Тебе плохо, девочка? Ты ведешь себя очень странно сегодня.

- Это хорошо! Это очень хорошо! – Дугу Сяо И вздохнула с облегчением после того, как увидела реакцию Цзюнь Мосе. Она с нетерпением ждала встречи с Цзюнь Мосе, готовясь быть полностью "приготовленной". Но она также беспокоилась о возможной неудаче, так как она использовала большое количество этого предмета. Тем не менее она стала чрезвычайно расслабленной после того, как Цзюнь Мосе отреагировал нормальным образом. Она едва расслабилась, когда вдруг что-то вспомнила, и её лицо потемнело. Маленькая девочка прокляла:

- Это так отвратительно! Этот молодой солдат дал мне поддельный предмет!

Очевидно, он не дал ей поддельный предмет. Дело в том, что маленькая девочка никогда не видела таких вещей. Поэтому она не знала, что такие вещи вступают в силу не сразу после того, как они вошли в горло. Какой наркотик в этом мире будет работать так быстро... за исключением того, что Императоры использовали для смерти врага?

Маленькая девочка, очевидно, не понимала серьёзности этого вопроса, как только она увидела, что молодой мастер Цзюнь не чувствовал себя совсем иначе. Поэтому она оставила всю тему после того, как вздохнула некоторое время.

- Поддельный? Что за фигня? – Цзюнь Мосе беспомощно вздохнул и потер свою макушку, обдумывая её слова. Он смутно понимал, что существует восьмидесятипроцентный шанс, что маленькая девочка играет с ним в какую-то игру. Молодой мастер решил просто спросить:

- Что с тобой сегодня, маленькая девушка? Почему ты говоришь вещи, которые другие не могут понять? Ты можешь говорить нормально или нет?

Дугу Сяо И смотрела, как Цзюнь Мосе допрашивал её, но её сердце было наполнено мыслью, что она была обманута. И она стала ещё злее, когда ей в голову пришла эта мысль. Поэтому, чем больше она размышляла над этим... тем больше она чувствовала себя обманутой. Она вдруг закричала:

- Это очень отвратительно! – она развернулась и помчалась из палатки. Было довольно очевидно, что она бросилась в мощном припадке ярости.

«Этот "тощая обезьяна" был мертв в тот момент, когда дал мне лекарство!».

Дугу Сяо И действовала импульсивно. Она с нетерпением ждала "приготовления пищи" с молодым мастером Цзюнь и выполнения её желания после этого. Говоря об эффекте, это средство медленно начало показывать свой эффект после того, как его приняли. Его эффект не будет быстрым в начале. Но это будет иметь огромный эффект позже. Это, очевидно, не имело большого значения вначале, если принять во внимание телосложение Цзюнь Мосе. Но с течением времени оно начало течь по его кровеносным сосудам. Его эффект будет становиться всё более ожесточенным с течением времени. И Цзюнь Мосе начнет испытывать эффект этого "лекарства", как только придёт время…

Врожденная энергия Цзюнь Мосе обладала хорошей стойкостью по отношению к большинству лекарств. И ужасающее "лекарство" Дугу Сяо И не оказало бы большого влияния на него, если бы он не выпил всё это за один раз из-за крайней жажды. Он бы в лучшем случае стал "возбуждённым" на мгновение при нормальных обстоятельствах…

Однако в данном случае ситуация была иной. Цзюнь Мосе очень хотел пить. Он выпил всё это зараз и прикончил всю бутылку за секунду. И в результате его кровеносные сосуды были наполнены препаратом. Более того, этот препарат должен был увеличить половое влечение мужчины. Это было необычно по своей природе, но его нельзя было классифицировать как "яд". Таким образом, энергия внутри Пагоды Хунцзюнь была совершенно беспомощной против неё.

Молодой мастер Цзюнь, казалось, был "приготовлен"…

- Кто слишком презрен? Скажи мне. Я помогу тебе разжечь твой гнев, – Цзюнь Мосе протянул руку, чтобы остановить Дугу Сяо И, когда он увидел её в гневе. Он нашёл это забавным. В результате этого девушка привлекла его интерес.

«Ты не сказала, почему ты хочешь уйти? Думаешь, ты можешь так уйти?» - Цзюнь Мосе хотел знать, что заставило Дугу Сяо И отказаться от её плана.

- Он слишком бесчестен! Я, я, я... – лицо Дугу Сяо И покраснело, так как она больше не могла контролировать свою ярость. – Я планировала что-то приготовить, но они не дали мне настоящее лекарство... Ужасный человек! Они решили, что я не пойму, в чём дело. Значит, они обманули меня! Неужели они искренне верили, что было бы хорошо обманывать эту маленькую девочку?!

Дугу Сяо И жаждала драки. Её длинные и тонкие брови взлетели, когда она говорила. Затем она инстинктивно почувствовала, что что-то не так. Поэтому она сразу перестала говорить. Затем маленькая девочка посмотрела на Цзюнь Мосе. Затем она моргнула и удивленно спросила:

- Эмм... Почему твой цвет лица такой красный, брат Мосе?

Цзюнь Мосе чувствовал, что что-то не так, когда Дугу Сяо И спросила это. Более того, его тело вдруг начало лихорадить. Затем он почувствовал бурный и бушующий огонь, вспыхнувший внутри его даньтяня, и его глаза начали краснеть. Молодой мастер потом почувствовал, как будто у него в груди извергся вулкан. После этого он вдруг почувствовал, что в его теле начал подниматься импульс...

«Что происходит?».

Цзюнь Мосе всегда был проницательным человеком. И он прожил две жизни. Итак, он уже понял, что это было. Он стиснул зубы и опустил голову. Он повторил всё в своем уме и понял, что произошло. Тогда молодой мастер Цзюнь проговорил Дугу Сяо И от всего сердца:

- Девочка! То, что ты сделала, нехорошо! Ты не должна была так со мной поступать! Честь, которую я соблюдал за эти две жизни, была уничтожена тобой!

Он смотрел на Дугу Сяо И, пока думал о чистоте. И чем больше он думал об этом, тем больше его кровеносные сосуды открывались. И он начал терять контроль над собой. Цзюнь Мосе чувствовал, как будто он страдает от боли борьбы против небес. И его выражение также становилось все более зловещим…

- Ты... ты... ты... что происходит? Ты... не пугай меня... И... – маленькая девочка начала бояться. Непостижимая женская интуиция Дугу Сяо И начала давать ей предупреждения о надвигающемся "кризисе", когда она смотрела на зловещее выражение Цзюнь Мосе. Смелость маленькой девочки приготовилась покинуть её душу, когда она увидела, что Цзюнь Мосе "готовится". Дугу Сяо И подумала об этом странном совпадении и что-то поняла, когда она посмотрела на него...

«Препарат, который я ему дала, начал действовать. Я хочу домой!».

Дыхание Цзюнь Мосе становилось всё более тяжёлым. Он старался изо всех сил контролировать свой врождённый мужской инстинкт. Но чем больше он пытался сопротивляться... тем более соблазнительным стало для него притяжение этого аромата молодой леди.

Перед этим притяжением было чрезвычайно трудно устоять!

Он не мог этого вынести.

Контролировать себя становилось крайне сложно...

- Ты добавила какой-то препарат внутрь этой бутылки вина?! – Цзюнь Мосе шагнул вперёд. Его ноздри расширились, и он выдохнул теплый воздух.

- Да, я хотела приготовить рис с тобой! У меня не было другого намерения! – Дугу Сяо И смотрела на него довольно жалко. И она отступила, сделав шаг назад. Молодая леди выглядела смущённой, когда она смотрела на зловещее выражение Цзюнь Мосе. На самом деле, она была напугана достаточно, чтобы закричать.

- Ты хотела приготовить рис со мной? Что это значит? – ум Цзюнь Мосе был в хаосе, но он всё ещё был поражён. Однако он задумался об этом на мгновение и понял его смысл.

«Конечно... вот что значит "приготовить рис"!».

Он не мог не ухмыльнуться в гневе. Затем молодой мастер заскрежетал зубами и, издеваясь, продолжил:

- Ты хотела "приготовить рис" со мной... и поэтому ты дала мне эту дрянь? Ты думала, что помашешь рукой, а я буду "приготовлен"? Ты знаешь, что это правда значит?

- Я вижу... что ты до сих пор не приготовлен... Ты... держись от меня подальше! – Дугу Сяо И задрожала. На самом деле, её тело почти съёжилось. Она уже забралась в угол палатки. Таким образом, у неё оставалось места для отступления…

Это заставило дугу Сяо и чувствовать себя очень обиженной.

«Почему? Очевидно, он принял этот препарат. Так почему он ведёт себя так со мной? Он приблизился ко мне... хорошо это или нет? Я очень боюсь! Мне страшно... мне очень страшно! Он выглядит таким свирепым...», - тело Дугу Сяо И замерло. Она чувствовала, что взгляд Цзюнь Мосе словно бьёт её током. И это заставило её ещё больше испугаться. Дугу Сяо И больше не могла этого вынести. Она была на пределе своих возможностей. И вот она наконец-то закричала:

- Мне очень жаль! Отпусти меня! Я не должна была связываться с тобой! Я не хочу связываться с тобой!

Маленькая девочка искренне пожалела о своих действиях в это время. Это было похоже на ситуацию, когда она завела машину, но не могла остановить её, независимо от того, что делала. Цзюнь Мосе перенёс много боли в это время. И эта ситуация была совсем не такой, как думала Дугу Сяо И.

«Чёрт! Почему никто не сказал мне об этом?».

Вскоре в этой палатке вспыхнул настоящий рукопашный бой.

Потом внезапно…

- Цзюнь Мосе! Что ты делаешь? – резкий голос наполнил палатку.

Гуан Квинхан внезапно прибыла, как божественный спаситель, чтобы спасти Дугу Сяо И в этот решающий момент.

- Цзюнь Мосе! Ты, презренная каракатица! Ты позволишь Сяо И уйти прямо сейчас! – крикнула Гуан Квинхан. Всё её лицо покраснело, когда она бросилась вперёд.

Глава 378. Должна иметь чистую совесть

Два человека, которые присутствовали в палатке, были... близки. Одного взгляда на сцену было понятно, что Цзюнь Мосе использовал силу, так как Дугу Сяо И не была готова. Это была "неловкая" сцена…

Дугу Сяо И и Гуан Квинхан сидели вместе некоторое время назад. Дугу Сяо И достала свою музыкальную трубу и спросила, хочет ли Гуан Квинхан присмотреться к ней поближе. Искусство игры в музыкальные трубы было одним из величайших интересов в жизни Гуан Квинхан. И поэтому она радостно согласилась и приняла этот инструмент, чтобы оценить её.

Тем не менее Гуан Квинхан ещё не успела начать осматривать её, когда Дугу Сяо И внезапно сжала свой живот. Затем она сказала, что ей нужно идти. После этого она поспешно покинула палатку. Гуан Квинхан, очевидно, не подозревала ни о чём некоторое время. Кроме того, Дугу Сяо И покраснела, и, казалось, что она на пределе своих возможностей. Кроме того, она также издала странный звук. Поэтому Гуан Квинхан отпустила её и начала осматривать музыкальную трубу. А потом она начала ждать возвращения девушки.

Однако она не вернулась ни через минуту... ни через две. Через три или четыре минуты также не было никаких следов маленькой девушки. Итак, Гуан Квинхан не могла не волноваться. Затем она, наконец, вышла искать Дугу Сяо И и спросила солдат, видели ли они юную леди Дугу. Солдаты просто указали пальцами в направлении, куда она убежала…

Она следовала их указаниям и спрашивала всех встречных. В итоге она узнала, что Дугу Сяо И отправилась в палатку Цзюнь Мосе. Она нашла это довольно забавным. Но она также почувствовала странное ощущение в сердце…

«Я думала, что мы вместе пойдём, чтобы встретиться с этим парнем. Но я не ожидала, что Дугу Сяо И использует такой трюк, чтобы бросить меня, и убежит в его палатку одна…».

Цзюнь Мосе уже был там. Таким образом, предположительно, не было никакой опасности для Дугу Сяо И. Поэтому Гуан Квинхан колебалась у входа и решила вернуться назад. Однако она вдруг услышала что-то странное в тот момент — Дугу Сяо И крикнула о помощи…

Гуан Квинхан вдруг вспомнила, что Цзюнь Мосе вёл себя как полный развратник несколько месяцев назад. Она стала нервничать, когда вспомнила это...

«Что это может быть?».

Крики Дугу Сяо И становились всё более пронзительными и вскоре превратились в плач. Поэтому Гуан Квинхан наконец-то приняла решение и ворвалась внутрь.

Она знала, что ей нужно спешить, но она никогда не ожидала увидеть такую неловкую сцену внутри палатки…

Гуан Квинхан почувствовала, что её сердце разбилось, и стала крайне разочарована. На самом деле, она даже прослезилась, когда говорила:

- Ты действительно разочаровал меня, Цзюнь Мосе!

Однако не имело значения, как чувствовала себя Гуан Квинхан. Цзюнь Мосе уже сошёл с ума. Он не мог слышать, что она говорила. На самом деле, ему было пофигу, и он не понимал, даже если бы услышал это в своём нынешнем состоянии...

- Поторопись и спаси меня, сестра Гуан! – кричала Дугу Сяо И, умоляя. Её заплаканное лицо было поражено горем и выглядело очень жалким.

Гуан Квинхан очень разозлилась:

- Ты чудовище! Ты всё ещё не отпустил её! – она произнесла эти слова и бросилась вперёд. Затем она толкнула Цзюнь Мосе. Но она не могла его оттолкнуть, несмотря на то, что использовала всю свою силу.

Дугу Сяо И каким-то образом удалось, используя все капли своих сил, помочь Гуан Квинхан оттолкнуть Цзюнь Мосе. То, что открылось глазам возмущённой Квинхан... Полупрозрачная белая кожа Дугу Сяо И словно бы цвела. Тем не менее дело в том, что Цзюнь Мосе покрыл её кожу любовными укусами…

Цзюнь Мосе был смущён и запутан в этот момент, и не мог использовать какие-либо навыки из-за этого. В противном случае, даже десять Гуан Квинхан не помогли бы.

Дугу Сяо И была в ужасе. Ей было стыдно. Она использовала эту возможность, чтобы сбежать. Затем она бросилась в объятия Гуан Квинхан и разрыдалась.

- Что происходит? – Гуан Квинхан схватила упавший халат Цзюнь Мосе и накрыла тело Дугу Сяо И.

Тем не менее, Дугу Сяо И даже не успела ответить, когда Цзюнь Мосе набросился на них сзади, как злой волк.

Молодая леди Дугу закричала в страхе. Она была напугана. Она крепче запахнула плащ и попыталась убежать. Дугу Сяо И очень испугалась...

Состояние Цзюнь Мосе было похоже на состояние стрелы, которая была выпущена из лука... но потеряла цель. Что могла делать стрела? Она, очевидно, не понимала, что её первоначальная цель была заменена другим человеком. Поэтому он набросился, как тигр, и схватил новую цель.

Нежное тело Гуан Квинхан вздрогнуло, и она закричала:

- Цзюнь Мосе! Ты сошёл с ума! Ты думаешь, что я... – она не закончила говорить, когда вдруг увидела покрасневшее лицо Цзюнь Мосе, его красные глаза и смущённое выражение. Это было очень не похоже на его спокойный и собранный вид в прошлом. Было видно, что он потерял рассудок. Она не могла не испугаться, когда поняла это...

«Что происходит?!».

Гуан Квинхан сама была девицей. Но она была старше Дугу Сяо И. И её знания были гораздо глубже, чем у маленькой девочки. Она не заметила этого, когда вмешалась. Но теперь она видела "странности" и могла догадаться, что случилось с Цзюнь Мосе.

«Афродизиак!»

«Более того, это выглядит как очень ожесточенная доза! Иначе бы такого не случилось!».

Гуан Квинхан хотела вытащить свой меч, чтобы напугать Цзюнь Мосе. Но мгновение она колебалась. В любом случае, уже было слишком поздно. Цзюнь Мосе набросился, как хищник, и схватил её. Затем он сморщил рот, чтобы поцеловать её…

Гуан Квинхан была смущена и обеспокоена в тот момент. Она толкалась и позабыла обо всём, что у неё было. Но как её сила могла сравниться с силой такого человека, как Цзюнь Мосе? Кроме того, она, очевидно, могла видеть опасность, в которой находился Цзюнь Мосе. И её сердце не могло вынести этого вида. Так что она просто не знала, что ей делать…

«Просто посмотрите на текущее состояние Цзюнь Мосе... он не сможет дать волю своим желаниям, если я уйду... сможет ли он выдержать эффект такой дозы сильного препарата? Его разум может разрушиться, и он может даже потерять свою жизнь…».

Она никогда не рассматривала Цзюнь Мосе в хорошем свете. Но, в конце концов, он был её младшим племянником. И он также был последним оставшимся в живых членом молодого поколения семьи Цзюнь. Более того, этот образ яростно стоящего перед миром за ошибки, которые были совершены ею, всё ещё глубоко был выгравирован в её сознании.

Одинокое сердце двадцатилетней женщины снова начало пульсировать.

«Этот молодой человек был так добр по отношению ко мне! Я буду просто смотреть на то, как он проходит через такие мучения? Кроме того, он может понести серьёзные последствия…».

«Цзюнь Мосе осмелился выступить против всего мира, настроившись против поместья Сюэху ради меня. Он ни разу не отступил! Разве я не должна отдать должное его дружбе?».

«Семье Цзюнь было всё равно, что я не принадлежу к их семье. Они всё ещё принимали меры в этих обстоятельствах и прилагали все усилия, чтобы защитить меня. Итак, как я могу просто смотреть, в то время как единственный наследник семьи страдает от афродизиака?».

«Даже мой приемный отец – Цзюнь Вуй – был унижен сотней способов поместьем Сюэху в эти последние несколько дней в Южном Небесном Городе. Его подставили и обрекли на смерть. И всё это произошло из-за меня. Ему едва удалось избежать такой судьбы. Но он бы умер в этой битве, если бы ему не повезло... и если бы кто-то не оказал тайную помощь».

«Все это было ради меня!».

«И теперь... Цзюнь Мосе в таком положении, отравлен... могу ли я действительно уйти от этого...?».

«Цзюнь Мосе произвёл на меня благоприятное впечатление с тех пор, как я пришла в семью Цзюнь. И он пытался выразить свои чувства своими дебошами и издевательствами. Тем не менее теперь я поняла, что он намеренно вёл себя так. Но зачем он это сделал? Почему он тогда сознался?».

«Такие чувства очень редки в наши дни... могу ли я остаться равнодушной к этому?».

«Редкие драгоценные камни легко найти. Но любовь найти очень трудно...».

«Как так называемые "молодые таланты" других аристократических семей могут сравниться с небесным гением Цзюнь Мосе? И теперь у меня есть свобода над моим телом. Но…».

Надо сказать, что действия "глубокой дружбы", которые совершал Цзюнь Мосе, совершал оригинал. А сейчас в этом теле был уже не тот самый Цзюнь Мосе! Но тело Цзюнь Мосе было таким же. Но душа внутри была заменена другой. Поэтому всё, что связано с предыдущим молодым мастером Цзюнь, не имело никакого отношения к нынешнему Цзюнь Мосе.

Однако в настоящее время даже тело оказалось другим.

Нельзя сказать, что у Цзюнь Мосе не было определённой степени привязанности к Гуан Квинхан. Однако чувства хладнокровного убийцы были несколько отдаленными. На самом деле они не были близки к раскалённой страсти. Более того, они были далёкими достаточно, чтобы опровергнуть саму мысль о браке.

Нынешняя природа Цзюнь Мосе была непокорной и безудержной. Он тоже был недобросовестным. Но он никогда не проявит инициативу самостоятельно, чтобы признаться в своих чувствах. На самом деле, он остался бы неженатым, если бы не женщины, преследующие его... или его дедушка, принуждающий его к заключению брака.

Это было потому, что нынешний образ мышления Цзюнь Мосе был таким же, как и у короля убийц в его прошлой жизни. И женитьба была немыслимой роскошью для убийцы!

Гуан Квинхан потерялась в своих мыслях. Потом она увидела огонь похоти, горящий в глазах Цзюнь Мосе. Но внутри неё возникло нежное чувство...

«Позвольте мне использовать эту жизнь, чтобы отплатить за великую доброту, которую семья Цзюнь даровала мне...».

Гуан Квинхан тихо закрыла глаза, и красивые слезы текли по её щекам.

Она уже бросила все сопротивление…

Дугу Сяо И испугалась до самой глубины души и убежала в свою собственную палатку. Затем она быстро переоделась и немного отдохнула, так как была в панике. Вся её верхняя часть тела выглядела ужасно... очень ужасно...

«Мой Бог!» – Дугу Сяо И хлопнула себя по голове, так как чувство страха всё ещё глухо впилось в её психику. Она вспомнила ожесточенное выражение на лице Цзюнь Мосе. Казалось, что он собирался съесть её... как будто бы он хотел проглотить её целиком…

«Слава небесам за старшую сестру Квинхан...».

«Ах! Старшая сестра Гуан!».

Дугу Сяо И немедленно встала. Её прекрасные глаза открылись до предела.

«Как я могу просто сбежать и забыть о старшей сестре Гуан? Брат Мосе был "приготовлен" с тех пор, как он принял это средство! Что если он причинит боль старшей сестре Гуан? Как я могу позволить старшей сестре так страдать? И это тоже из-за моих грехов?».

Дугу Сяо И стала беспокойной и выбежала из своей палатки, как торнадо. Тогда ничего не имело значения. Она использовала свои навыки и безумно устремилась к палатке Главнокомандующего Цзюнь Вуя.

Цзюнь Вуй, Одинокий Сокол и три брата Донфанг обсуждали вывод войск, когда они увидели, что палатка открылась. Дугу Сяо И едва могла перевести дыхание:

- Третий дядя Цзюнь... Брат Мосе... в его палатке... там плохо... поторопитесь туда... если опоздаете... это будет плохо для старшей сестры Гуан...

Глава 379. Такой же яростный, как удары грома!

Маленькая девочка ужасно спешила и забыла правильно дышать в своём порыве. Она задыхалась и едва могла говорить, но попыталась выразить срочность ситуации. Затем её язык вывалился из ее открытого рта, и она начала тяжело дышать. Её нежное тело было покрыто потом, и она не смогла встать прямо.

- Что случилось? – Цзюнь Вуй побледнел от шока и встал. Остальные четверо также с любопытством смотрели на Дугу Сяо И.

- Скорее... – Дугу Сяо И прохрипела и закашлялась, слабо махнув рукой.

- Идём! – пять человек просто вылетели из палатки, когда было сказано это слово.

Дугу Сяо И попыталась перевести дыхание. Её руки и ноги дрожали, когда она пошла следом за ними. Маленькая девочка очень волновалась.

«Как они двое там сейчас? Ничего не случится, верно?».

«Действительно ненавижу!».

«Эти ребята ясно сказали, что этот предмет не вызовет проблем. Но почему кажется, что брату Мосе было плохо? Это не имеет никакого смысла! В чём дело... Боже мой…».

Цзюнь Вуй отстал от других экспертов. Одинокий Сокол был, очевидно, самым быстрым из них, и в мгновение ока преодолел больше расстояния, чем остальные.

Цзюнь Вуй и другие трое поспешно прибыли к палатке Цзюнь Мосе. Но они увидели, что у Одинокого Сокола на лице было очень странное выражение. Более того, он стоял неподвижно. На самом деле, человек даже не пытался войти... или уйти.

«Что здесь происходит?».

Затем Одинокий Сокол быстро преградил путь четверым мужчинам после того, как он увидел, как они нетерпеливо пытаются ворваться внутрь:

- Не входите!

- Почему? – четыре человека спросили одновременно. Однако им не нужен был ответ Одинокого Сокола. Четверо мужчин были взрослыми. И звуки, исходящие из палатки, были далеко не тихими. Четверо из них были опытными мужчинами, и они просто не могли не понять смысл этих звуков. Их лица внезапно потемнели…

Цзюнь Вуй посмотрел на солнце в небе. Его лицо покраснело, когда он вздохнул.

«Поведение моего племянника крайне абсурдно…».

Главнокомандующий Цзюнь что-то подумал и крикнул громким голосом:

- Слушать мой приказ! Каждый обязан прибыть на тренировочную площадку для тренировки! Любой человек, который не в состоянии сделать это до того, как половина палочки благовоний сгорит, будет наказан по праву военного времени, без права на провал или неподчинение!

Как только этот приказ был отдан, вокруг послышались громкие крики и шум. Мужчины были напуганы и поспешили на тренировочную площадку. Никто не смел медлить.

Одинокий Сокол сузил глаза и последовал за третьим мастером Цзюнь и другими к деревьям вдалеке. Затем он сел и вздохнул:

- Главнокомандующий Цзюнь очень умён. Этот приказ должен вытащить мальчика из палатки. Но действия этого подростка довольно... "экстравагантные"...

Донфанг Вэн Цин и его братья начали смеяться. Все верили, что Цзюнь Мосе ведёт себя немного "похотливо" в середине-то дня. И было немного нелепо думать об этом. Но они не могли придумать ничего другого в отношении этого вопроса…

Лицо Цзюнь Вуя покраснело, когда он смотрел на палатку своего племянника и нахмурился:

- Звук такой жуткой военной деятельности, должно быть, был слышен и внутри. Почему же нет ответа из палатки? Военные приказы должны быть выполнены. Он не должен…

- Хе-хе... я бы тоже сделал вид, что не слышал приказа, если бы я был на его месте. Мосе – всего лишь мальчик. Верно, старший брат? – Донфанг Вэн Дао произнёс эти вульгарные слова и блеснул озорной улыбкой.

- Возможно, ты так себя и ведёшь, но Мосе обычно этого не делает. Я всегда думал, что в нём было что-то странное. Я всегда чувствовал, что у него была странная сторона. Но я никогда не был в состоянии понять это должным образом... – Цзюнь Вуй нахмурился и размышлял довольно серьёзно…

Дугу Сяо И, в конце концов, пришла к ним…

Она была поражена, когда увидела странные выражения на лицах пяти мужчин, которые стояли там. После этого маленькая девочка огляделась и сильно разозлилась, так как не видела Гуан Квинхан...

- Где старшая сестра Гуан? – Дугу Сяо И спросила в волнении и гневе. – Вы ещё не спасли её? Брат Мосе ненормальный сейчас... может произойти несчастный случай! – Дугу Сяо И казалась бесконечно взволнованной, когда она бормотала эти слова, расхаживая туда и сюда…

- Сяо И... женщина внутри – Гуан Квинхан? – выражение лица Цзюнь Вуя за секунду изменилось на тревогу. Этот вопрос превратился бы в большое дело, если бы женщина внутри была действительно Гуан Квинхан...

Он посмотрел на палатку и зарычал от ненависти:

- Этот ублюдок! Он не знает никакого стыда и делает столь презренные вещи! Я... Я никогда не прощу его!

"Ублюдок", о котором шла речь, очевидно, не была Гуан Квинхан. Очевидно, это был "яростный нападающий" Цзюнь Мосе.

Однако было уже слишком поздно.

Как Гуан Квинхан могла бы пережить этот стыд, если бы они бросились внутрь, чтобы застать их в середине...? Это не будет спасением Гуан Квинхан... у неё не останется другого выбора, кроме как совершить самоубийство. Таким образом, они могли справиться только с последствиями и надеяться, что Гуан Квинхан не покончит с собой…

Цзюнь Вуй на мгновение почувствовал жгучую головную боль.

Он думал, что это не имеет большого значения, если Цзюнь Мосе действовал абсурдно или создавал некоторые проблемы. Кто не создавал неприятностей, когда был молод? Но он вдруг понял всю серьёзность этого вопроса…

«У Гуан Квинхан очень холодное и отстранённое отношение. Как она может заниматься любовью с Цзюнь Мосе средь бела дня? Разве она не говорила, что они никогда не были так близки...? И Гуан Квинхан никогда не сделала бы такого средь бела дня, даже если бы они были женаты!».

Однако это не имело значения, потому что это происходило прямо перед ним. Но как он мог это объяснить? У него было только одно объяснение – Гуан Квинхан была вынуждена. Это, очевидно, заставило его поверить, что ошибка была сделана только Цзюнь Мосе…

И в результате волосы Цзюнь Вуя встали в гневе!

«Это огромный скандал!».

«Гуан Квинхан была предоставлена свобода над ее телом, но этот указ ещё не был объявлен миру. Этот вопрос, очевидно, будет рассматриваться как случай, когда невестка и племянник имеют аморальные интимные отношения, если эта новость выйдет и распространится. Как это может быть хорошо для нас? Семья Цзюнь уже хорошо зарекомендовала себя на протяжении нескольких десятилетий. Разве это имя не будет уничтожено?».

- Цзюнь Мосе, маленький ублюдок! Я... я... я убью его! – лицо Цзюнь Вуя стало фиолетовым, так как он не мог сдержать свою ярость. – Он бесстыдно разрушает имя семьи! Он... Я должен убить его!

Третий мастер Цзюнь был похож на свирепого зверя, которого заперли в клетке. И он продолжал шагать взад и вперед с яростным и расстроенным выражением на лице.

«Сломать ноги Цзюнь Мосе – и то будет слишком лёгким наказанием, если это станет известно! Тут даже переломом ног и рук не отделаешься! Это непотребство – величайшее табу! Цзюнь Мосе нарушает права человека. Более того, человек, с которым он это делает... это его собственная невестка!».

Цзюнь Вуй также мог себе представить, в какой степени его отец будет в ярости…

- Брат Вуй, дело уже дошло до этого момента. Уже может быть слишком поздно. Итак, мы могли бы забрать Мосе и заставить его спрятаться с нашей семьей Донфанг, если потребуется. И мы можем решить этот вопрос, как только гнев вашего отца уляжется, – Донфанг Вэн Цин погладил свою бороду, когда сделал это предложение. Похоже, он был готов прибрать беспорядок за своим племянником.

Он также очень хорошо понимал темперамент Цзюнь Чжан Тиана. И всё выглядело не очень оптимистично. Но одним из лиц, вовлеченных в это дело, был его собственный племянник. Так как мог бы Донфанг Вэн Цин позволить ему испытывать трудности? Его младшая сестра уже достаточно пострадала…

- Именно! У какого настоящего мужчины нет трёх жен и четырёх наложниц? Что такого в "игре" с женщиной? Как такое банальное дело может провоцировать такие военные действия?

Слова Донфанга Вэн Дао не имели ничего общего с ситуацией его племянника:

- О чём ты суетишься? В этом нет ничего странного! Другие не хотят говорить об этом, но позволь мне сказать тебе кое-что... у старшего брата было более двадцати наложниц одновременно. Что из этого вышло...?

Третий брат Донгфанг даже не закончил говорить свои "благонамеренные" слова для примирения, когда его старший брат посмотрел на него убийственным взглядом:

- Ты, бесстыдник! О каком дерьме ты говоришь?

Элегантное лицо Донфанг Вэн Цина перекосилось от злости. И он посмотрел на своего третьего брата, как будто хотел раздавить его. Старший брат Донфанг сжал кулаки так сильно, что костяшки затрещали…

Донфанг Вэн Дао откинул шею и отступил на несколько шагов, чтобы спрятаться за Донфанг Вэн Цзянем. Затем он продолжил несколько бесстрашно:

- А что я сказал? Я только что изложил факты... кто не знал о делах в те дни? Зачем злиться на что-то подобное... Я сказал что-то не так? Ты не можешь сказать, что я говорю дерьмо...

Все рассмеялись.

- Урод вонючий! – Донфанг Вэн Цин крикнул и набросился на своего брата.

- Что происходит? Что вы... не говорите мне, что брат Мосе... – большие глаза Дугу Сяо И невинно моргнули.

- Не произноси имя этого урода! Меня это бесит! – Цзюнь Вуй начал сипеть от гнева.

- Почему вы проклинаете брата Мосе? Третий дядя, почему вы ругаете его так, когда он не имеет ничего общего с этим вопросом... но вы ругаете его таким неприятным образом... – Дугу Сяо И казалась смущённой. Она каким-то образом набралась смелости. Но потом она снова опустила свою маленькую голову.

- Что?! Он не связан с этим? – пятеро экспертов снова были ошеломлены.

- Нет, это не его вина! – голова Дугу Сяо И всё ещё была опущена, но её голос был твердым.

- Боже мой! Как ты можешь говорить, что он не связан с этим? А кто вообще тогда связан с этим?

Братья Донфанг были не очень знакомы с ней, но они знали, что у маленькой девочки была привязанность к их племяннику.

«Мы считали, что ты пытаешься ему помочь. У тебя могут быть чувства к нему. И, возможно, ты хочешь помочь ему, но ты не можешь рассуждать, где правильно и неправильно! Этот сопляк сделал такую возмутительную вещь. И всё же, эта маленькая девочка всё ещё говорит, что он не связан с этим! Тогда чьё это дело?».

Великий Мастер Одинокий Сокол был ещё более ошеломлён.

«Вы, ребята, разберитесь с этим вопросом между этими детьми!».

Третий мастер Цзюнь был очень зол. Но разгневанный человек умудрился взять себя в руки и говорить очень спокойно:

- Ты знаешь, что происходит, Сяо И? Что здесь происходит?

- О! Это правда, что брат Мосе не начинал. Фактически... это я! – лицо Дугу Сяо И было красным. Она теребила края своей одежды, опустив голову. Она была так смущена, что казалось, готова провалиться сквозь землю.

- Что случилось? Маленькая Сяо И, объясни внимательно. Можешь говорить медленно... тебе не нужно беспокоиться ни о чём, – глаза Цзюнь Вуя бегали.

«Возможно ли, что этот вопрос может иметь некоторые другие причины?».

Третий мастер Цзюнь был спокоен, но как мог человек его поколения понять тревоги этой маленькой девочки? Она беспокоилась и хотела поговорить. Но она не могла говорить об этом, потому что это было не то, о чем она могла сказать этому человеку очень легко…

- Я... я... в тот день, когда третий дядя Цзюнь говорил о соединении брата Мосе и старшей сестры Гуан... Я... я очень разозлилась! – слова Дугу Сяо И были не очень ясны. Но она чувствовала себя очень обиженной, когда говорила о "гневе", который она чувствовала в то время. И её гнев внезапно вспыхнул. Её голос внезапно стал очень громким.

- Я была очень зла! Очень, очень зла! – яростно сказала она.

- Я понимаю, что ты была очень зла. Очень, очень зла... но как это связано с этим? – Цзюнь Вуй был немного смущён.

«Этот вопрос относится к Цзюню Moсе. Так почему эта девушка пытается взять вину на себя? Как эти двое связаны?».

Глава 380. Смелая маленькая девочка

- Я была первой, кто поверил в брата Мосе. И, очевидно, я первая, кто полюбила брата Мосе. Он мой! Никто не может забрать его у меня!

Дугу Сяо И, гневаясь, громко заявила об этом. Фактически она забыла, что происходило в то время. И она также забыла, кто был зачинщиком этой огромной проблемы…

- Ну... да. Он твой, твой. Но... – Цзюнь Вуй горячо кивнул и попытался успокоить эту явно эмоционально возбуждённую маленькую девочку.

- Не перебивайте! Просто послушайте, что я говорю! – слишком взволнованная девочка выкрикнула этот приказ так, что даже ошеломлённый Главнокомандующий Цзюнь заткнулся.

- Я должна была принять меры, чтобы не дать брату Мосе уйти от меня. И поэтому я... я... – Дугу Сяо И вернулась в себя, когда сказала эти слова. И она была несколько смущена этим. Маленькая девочка только что сказала им "Не перебивайте!", но она сама не могла говорить после этого…

Цзюнь Вуй, Одинокий Сокол и три брата Донфанг — пять экспертов молча смотрели на доблестную маленькую девочку и ждали её продолжения. И они могли думать только об одном...

«Молодые быстро превосходят нас!».

- ...И поэтому я... так... я... – Дугу Сяо И огляделась, заикаясь. Она была сердитой и смелой маленькой девочкой минуту назад. Но она внезапно растеряла слова и стала очень несчастной. Эта внезапная трансформация заставила брови пяти экспертов подняться.

«Это странно…».

- ...Поэтому я подумала, что я должна "приготовить рис" с братом Мосе! Тогда он не сможет оставить меня, верно? И никто не сможет забрать его у меня! – Дугу Сяо И выпалила это, закрыв глаза.

Пять экспертов стояли, как громом поражённые. И они начали потеть, как водопады. В конце концов, они сели прямо на землю. Но они не могли оторвать глаз от этой смелой маленькой девочки, которая стояла перед ними, они были ошеломлены.

- Я вызвала своих охранников и заставила их принести мне афродизиак. Затем я налила его в бутылку вина и пошла искать брата Мосе. Так случилось... что он очень хотел пить. Поэтому он выпил всю бутылку…

Дугу Сяо И не стеснялась, она продолжала говорить об этом с самого начала, рассказав даже и о разбитой чашке.

– Но брат Мосе не был "приготовлен" должным образом и сошёл с ума вместо этого. Затем он попытался заставить меня и пытался сделать непристойные вещи со мной! Я запаниковала и закричала о помощи. Именно тогда старшая сестра Гуан прибыла, чтобы спасти меня. И я сбежала. Мои действия могли причинить вред старшей сестре Гуан...

Пятеро великих экспертов покрылись потом. Они натурально лишились дара речи. На самом деле, казалось, что их поразило молнией. Они были ошеломлены и могли только глазеть на неё с открытыми ртами.

Это была как поездка на американских горках – услышать об этом странном деле из уст маленькой девочки. Они никогда не предполагали, что она может быть инициатором такого дела.

«Что происходит? Она хотела "готовить". Таким образом она "приготовила" другого человека, но решила не "готовить" в конце концов».

«Она действительно "приготовила" интересное блюдо!».

Пять великих экспертов одновременно приложили руку ко лбу. Их лица были тёмными, и они до сих пор не могли ни слова вымолвить…

Они знали, что девушка была очень смелой. Так что они никогда не думали недооценивать её. Но они всё-таки сильно недооценили её, в конце концов!

«Эта маленькая девочка уже такая же жесткая, как свирепая женщина!».

Жестокая женщина...?

Подсунуть афродизиак в напиток своего объекта привязанности, чтобы "приготовить рис", потому что она ревновала его к другой девушке... Это было более или менее понятно. Но потом... она испугалась и убежала. Это неслыханно!

Это было похоже на поджог... и бегство…

"Большие" действия Дугу Сяо И не имели прецедента во всей истории континента Сюань Сюань. Фактически, этот непревзойденный и великолепный подвиг был огромной частью новаторской работы…

Это было действительно удивительно!

- Ты хоть понимаешь, что значит "приготовление риса", девочка? – Донфанг Вэн Дао открыл рот и спросил. Его глаза были открыты так же широко, как колокол, а его брови едва не спрыгнули с его лица.

- Конечно, я знаю... "Приготовить рис" означает, что сердце мужчины и женщины становится единым и не может быть разделено... – Дугу Сяо И нахмурилась и топнула ногой. И затем она продолжила яростно. – И никто не может разлучить их после этого!

Пятеро мужчин чувствовали себя на грани обморока.

- Твоё... Эмм... лекарство... как оно называется? И какое количество? – Цзюнь Вуй с трудом проглотил свою слюну и спросил с проблеском надежды.

- Это лекарство называется... оно называлось... Эрект 150 мг... – Дугу Сяо И наклонила голову и вспомнила. Она чувствовала себя несколько раздражённой. – Это очень эксцентричное и странное название. Трудно произнести это правильно. Я не думаю, что правильно вспомнила…

- Что? Эрект 150мг... – пять человек вздохнули и одновременно покачали головой.

Это было одно из самых лучших снадобий "специального качества" для людей. Оно имело весьма интенсивное влияние на половое влечение. Более того, оно может в наибольшей степени воспламенить стремление человека. Это может даже заставить их потерять рассудок. И он не остановится, пока не сожжёт эффект препарата.

Самым страшным было то, что... это средство было чрезвычайно мощным! Только немногие могли сравниться с ним в эффективности.

Цвет лица Цзюнь Вуя изменился, когда он спросил дрожащими губами:

- Это... Сяо И, забудь о бесполезном названии "лекарства"... скажи третьему дяде... сколько его ты положила в бутылку вина? Сколько ногтей?

«Сколько ногтей...?» .

На лицах трёх братьев Донфанг и Одинокого Сокола появилось странное выражение. Они не ожидали, что генерал будет знать о правильном использовании. Таким образом, это событие было для них действительно неожиданным. Однако они были очень обеспокоены Цзюнь Мосе. Иначе они бы засмеялись…

- Сколько ногтей...? Я не знаю. Там трудно догадаться. Там было около одного полного пакета, – глаза Дугу Сяо И округлились, когда она руками показала пакет. – Я положила всё это в бутылку. Я только хотела, чтобы он выпил чашу, которую я принесла... Но, брат Мосе очень хотел пить и выпил всё это за один раз. Он закончил всю бутылку, прежде чем я смогла что-нибудь сделать! Он выпил его очень быстро!

- Ты положила всё это в вино, а он выпил всю бутылку? – пятеро мужчин воскликнули в тревоге и посмотрели друг на друга в ужасе.

«Боже Мой! Да он там действительно сошел с ума…».

- Ты... ты... ты... маленькая девочка... чёрт... ты причинила неприятности... ты действительно причинила большие неприятности! – Цзюнь Вуй впал в панику.

«Человек, который использует так много этого лекарства, просто взорвётся!».

Затем он продолжил строгим голосом:

- Твои... Твои охранники – кучка идиотов! Зачем солдату идти на войну с афродизиаком в карманах? Это очень позорно! И это нарушение воинской дисциплины! Такое ужасное поведение невозможно простить!

Цзюнь Вуй был несколько взволнован. Его выражение было таким же свирепым, как у живодёра, который собирался снять кожу с кролика или собаки. Но он также выглядел немного напуганным.

«Такое большое количество Эректа, очевидно, создало бы проблему! Если Мосе действительно... чёрт! Тогда что...?».

«Можем ли мы ожидать, что он... отойдёт... но вероятность этого очень низкая. А что будет с семьей Цзюнь? Более того, Квинхан... она считалась невесткой семьи Цзюнь, но она всё ещё девица. Как она может это терпеть? Что делать, если она не в состоянии это вынести?».

Донфанг Вэн Цзянь также запаниковал и предложил:

- Как насчёт того, чтобы мы ворвались и оторвали этих двоих друг от друга...? Этот яд будет вытеснен, если мы передадим нашу Суань Ци. Я бы не подумал сделать это, если бы дело не было таким срочным…

- Ты, свинья! Афродизиак – не яд! Яд течёт внутри кровеносных сосудов и меридианов, но может быть удален! А афродизиак проникает в само существо! Это пробуждает основной инстинкт человека! Как ты это вытеснишь? – Цзюнь Вуй, казалось, потерял рассудок, рассыпаясь проклятиями.

- И скажи мне ещё раз... что мы будем делать с Квинхан, если мы ворвёмся? Что мы будем делать с Мосе? Ты, свиная голова! Срочное дело... херня срочная! – Цзюнь Вуй был сведён с ума.

Тем не менее Донфанг Вэн Цзянь знал, что Цзюнь Вуй не это имел в виду. Он понимал ум командира... потому что его собственный был таким же.

Одинокий Сокол подумал немного и попытался успокоить всех:

- Давайте успокоимся. Нет необходимости путать ситуацию. Мы не можем забыть, что Цзюнь Мосе унаследовал удивительные боевые и медицинские навыки своего учителя. И эти навыки очень чудесны. Так что нам не стоит беспокоиться, так как его учитель научил его этим удивительным вещам. Мосе будет в порядке...

Характер Цзюнь Вуя медленно начал стабилизироваться. Однако его глаза были полны беспокойства, когда он сказал:

- Я надеюсь...

Три брата Донфанг стали любопытными и спросили:

- Учитель Мосе? Кто это? С каких пор у Мосе появился учитель?

Им было чрезвычайно любопытно, так как эти слова, казалось, несут в себе чудесный эффект. На самом деле, эти слова даже заставили полусумасшедшего Цзюнь Вуя успокоиться.

«Но почему?».

- Вы уже видели его учителя. Он – действительно опытный человек! – лицо Одинокого Сокола было наполнено восхищением. И три брата могли сказать, что это чувство восхищения пришло из глубины его сердца и не поддельное.

- Мы видели его...? Кто он? Почему такой эксперт не произвёл на нас впечатления? – три брата Донфанг были несколько напуганы. Надо сказать, что Одинокий Сокол был одним из восьми Великих Мастеров. Кроме того, он также был одним из самых высокомерных. Но он всё ещё питал такое уважение к этому человеку... Донфанг Вэн Цин никогда не ожидал, что кто-то в этом мире мог быть достоин этого подвига...

- Учитель Мосе – тот самый таинственный человек в чёрном, который избавился от Ли Ю Тяня! – Одинокий Сокол ответил с благоговением.

Остальные четверо потеряли дар речи. Даже Цзюнь Вуй не знал, что таинственный и грозный эксперт, одетый в чёрное, был учителем Цзюнь Мосе!

«Неудивительно, что этот старший появился, чтобы спасти семью Цзюнь!».

На самый большой вопрос в разуме третьего мастера Цзюнь, наконец, был дан ответ:

«Этот таинственный эксперт – учитель Мосе!».

Дугу Сяо И была несколько озадачена, поскольку она видела реакцию всех. Поэтому она спросила:

- Что происходит со всеми... Лекарство было плохим?

- Плохим? – Цзюнь Вуй посмотрел на Дугу Сяо И. У неё было озадаченное выражение лица. На самом деле, очаровательная и глупая маленькая девочка всё ещё надеялась, что Цзюнь Вуй решит всю ситуацию.

- Лекарство не было плохим? Дело не в этом, маленькая девочка. Решающим моментом является то, что твоя идея "приготовления риса" пошла не так, как планировалась... – Донфанг Вэн Дао улыбнулся и продолжил. – Ты хотела приготовить рис. Ты положила рис в кастрюлю, а затем добавила в неё воду. После этого ты поставила её на плиту, чтобы вскипятить. Тем не менее ты отказались от риса, когда он уже был готов. И ушла. Твой рис приготовлен, но его съел кто-то другой. Таким образом, твои кропотливые усилия используются другим человеком…

Донфанг Вэн Дао вздохнул:

- Как будто ты упорно трудилась, чтобы найти красивое свадебное платье, но на свадьбу его надел кто-то другой...

Все успокоились, как только они узнали о личности учителя Цзюнь Мосе. На самом деле Донфанг Вэн Дао был в настроении, чтобы шутить с маленькой девочкой…

- Что? Кто его ест? – Дугу Сяо И очень разгневалась. – Я приготовила этот рис!

Глава 381. След вины

- У твоей старшей сестры это... – Одинокий Сокол не мог не рассмеяться. Но он чувствовал, что эта маленькая девочка была очень смелой и очаровательной.

Дугу Сяо И была ошарашена. Можно предположить, что она подумала об этом, прежде чем спросить:

- Старшая сестра Гуан... этого не может быть... "готовить рис", это как... раздеваться?

Мужчины остолбенели.

«Эта девушка слишком наивна! Она ещё этого не понимает!».

- Барышня! А как не раздеваться, если ты хочешь "приготовить рис"? – Донфанг Вэн Дао оглянулся. Он почувствовал волнение. Ведь она хотела готовить с его племянником. Так что он не мог не волноваться, так как был дядей мальчика.

«Я только пытаюсь просветить тебя, чтобы ты сама могла "готовить" с моим племянником должным образом в следующий раз...».

Тем не менее он не успел сказать больше, когда Донфанг Вэн Цин отвесил ему подзатыльник и сказал:

- Заткнись! Такой взрослый и всё равно идиот... разве ты не знаешь, что такие слова запретны? Не совращай ребёнка!

Тем не менее Дугу Сяо И всё ещё стояла ошеломлённая. Через некоторое время по её щекам стекли две слезы. Затем она упала на землю и заплакала. Её сердце было разбито:

- Я не хочу жить... я потратила столько усилий! Но теперь эти двое готовят рис!

Все в очередной раз взорвались смехом…

***

Солнце садилось на Западе, но никто ещё не вышел из шатра. Более того, слабые звуки всё ещё исходили от него. Пять человек начали понемногу волноваться. Дугу Сяо И потратила свои силы на плач и теперь сидела там с пустым выражением на лице.

- Ещё не закончили? – Одинокий Сокол нетерпеливо посмотрел на солнце. – Эти звуки являются доказательством того, что они оба всё ещё находятся там и... заняты делом... Но разве это не было слишком долго? Разве это не слишком?

Дунфан Вэнь Цин неуклюже улыбнулся, но молчал.

Донфанг Вэн Цзянь тоже молчал. Никто ничего не говорил…

Донфанг Вэн Дао подпёр голову кулаком. Его лицо подёргивалось, когда он пробормотал:

- Он слишком свиреп... даже для того, кто съел такую дозу. Мне даже как-то не по себе…

***

Прошло много времени. Луна уже высоко висела в небе…

Звуки "деятельности" внутри шатра окончательно стихли. Пять великих экспертов стояли снаружи, как глиняные статуи. Их тела были пропитаны потом, а на лицах была написана усталость…

«Это было так долго... этот молодой мастер Цзюнь... он слишком долго держался, даже если он принял этот препарат... хорошая у него выносливость... блин!».

Цзюнь Вуй выглядел взволнованным. Он ожидал, что два человека быстро выйдут из палатки. Но он не знал, что он будет делать и что говорить, когда они выйдут. Более того, он боялся, что он сможет сделать, если эти двое не выдержат стыда…

В конце концов, это неудачное стечение обстоятельств и несчастный случай. И никто к этому не был готов. Это правда, что Гуан Квинхан пострадала, как невинная жертва. Но Цзюнь Мосе тоже не был виноват. Он тоже пострадал, как ещё одна жертва. И самым невероятным было то, что... Дугу Сяо И была виновницей всего инцидента.

Все молчали…

Даже мудрый и дальновидный Цзюнь Вуй ничего не мог поделать. У него только голова шла кругом.

«Но... кого я могу винить в этом? Могу ли я обвинить Дугу Сяо И?».

«Это правильно. Она – главная причина этой херни. Итак, она главный виновник. Но она сделала это из любви к этому парню. Более того, она не понимала и не знала, что наделала. И когда маленькая девочка также поняла, что она наделала – её слезы не прекращались. У меня есть сердце... Как я могу ругать её?».

«Более того, Квинхан... эта бедная девочка! Она не могла ничего сделать, чтобы сопротивляться Цзюнь Мосе, если бы он заставил её после того, как потерял рассудок. Но она даже не обратилась за помощью. Что это значит? Должно быть, она поняла, что что-то не так с Мосе. На самом деле она могла бы понять, что афродизиак был в игре. Значит, она, должно быть, хотела спасти Цзюнь Мосе. Что может быть причиной, почему она терпела всё молча…».

«Я не знаю, что эти чрезмерные токсины сделали бы с телом Мосе, если бы не жертва Квинхан. Это означает, что Квинхан пожертвовала своей честью, чтобы спасти Мосе, и сделала огромный акт доброты ко всей семье Цзюнь!».

«Итак, как должна ответить семья Цзюнь? В конце концов, её личность очень неоднозначная. Пожалуй, более уместен вопрос – как мы относимся к ней?».

«Эта проблема вызывает у меня головную боль!».

«Статус Квинхан должен быть объявлен всему миру без промедления!».

Ум третьего мастера Цзюнь был в хаосе. Можно сказать, что ему было трудно принять решение. Но как другие могли поделиться своими мыслями? Например, братья Донфанг связаны только с Цзюнь Мосе. И у них не было бы проблем, если бы их племянник был в порядке. Почему они должны заботиться о жене их племянника?

«Мы – богатая семья. Разве мы не можем позволить себе воспитывать другого человека? Мы даже можем позволить себе растить сто детей без каких-либо проблем!».

«Более того, иметь многоплановую невесту всегда хорошо, поскольку это означает лучшие качества в будущих поколениях. Эта девушка Гуан, очевидно, очень хороша для нас в этом отношении. Она прекрасна. Она смелая и дерзкая. Плюс, она также может взять на себя ответственность за свои действия. Мы хорошо знали отца Мосе. Разве он не рассматривал бы эти моменты в хорошем свете?».

Трудно было сказать, сколько прошло…

Цзюнь Мосе, наконец, проснулся. Он чувствовал себя очень комфортно. Приятное послевкусие всё ещё оставалось в его голове. Он оглянулся с рассеянным взглядом на лице, и ему потребовалось время, чтобы протрезветь.

Молодой мастер Цзюнь потянулся и покачал головой. Затем он медленно вспомнил, что произошло, и не мог не застонать. Он сел. Но он услышал болезненный и слабый стон в тот момент, когда он двинулся. И этот звук исходил не от него.

Цзюнь Мосе повернулся, чтобы посмотреть, и не мог не испугаться.

Рядом с ним была элегантная и божественная красота. Но её красивое лицо, казалось, было искажено от боли. Она едва дышала. Он наклонился и увидел, что её нежная кожа больше не была белой. Она была зелёной и фиолетовой... в результате того опустошения, что он причинил ей.

Тем не менее молодой мастер Цзюнь не был бы так напуган из-за этого факта. Его удивление сильнее было связано с тем, что эта женщина была…

«Гуан Квинхан!».

По коже Цзюнь Мосе побежали мурашки.

«Что происходит?».

«Я точно помню, как пил ту херню, что принесла Дугу Сяо И. А потом я понял, что она подсыпала туда афродизиак. После этого она сказала, что "я буду готовить рис с тобой". Тогда я почувствовал жгучее желание, и вскоре я... уже ни хрена не помню. После этого... после этого... Нет, ни черта не помню…».

«Но почему я нашёл Гуан Квинхан рядом со мной, когда я проснулся?».

«Это странно!».

Тем не менее Цзюнь Мосе увидел синяки на теле Гуан Квинхан, её болезненное выражение лица и слабое дыхание. И он ничего не мог поделать, но в его сердце появились странные чувства.

«Маленькая идиотка подсунула мне очень мощный афродизиак. Даже мое особое телосложение не смогло устоять, и я потерял рассудок. Небеса знают, как много боли Гуан Квинхан была вынуждена терпеть!».

Он посмотрел на небо, чтобы понять время, и был шокирован ещё раз.

«Уже поздняя ночь?!».

«Я помню, как пил вино из той бутылки. Но это произошло утром. Так я мучил Гуан Квинхан весь день? Как её нежное тело могло выдержать столько...?!».

«Я действительно несчастный!» – Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Его разум был в хаосе. Цзюнь Мосе бы так не чувствовал, если бы нашёл здесь Дугу Сяо И. В конце концов именно её средство сделало это. И она также говорила о "готовке риса". Это было бы естественно и логично. Но вместо этого это была Гуан Квинхан... Цзюнь Мосе чувствовал себя очень виноватым…

Он бы не испытывал угрызений совести, если бы убил кого-то... или если бы совершил поджог.

Но это была невинность женщины!

Более того, надо сказать, что Гуан Квинхан была совершенно невиновна.

Цзюнь Мосе поспешно встал и начал искать свою одежду в замешательстве. Он нашёл ее под их телами. Там также присутствовали несколько обрывков зелёной и белой одежды. И на них также было несколько пятен крови…

Цзюнь Мосе был в недоумении. Светло-зелёная одежда принадлежала маленькой идиотке. Но где была Дугу Сяо И?

Цзюнь Мосе старался вспомнить всё, но он мог помнить только кусочки. Однако этой ситуации было достаточно, чтобы позволить ему предположить, что Гуан Квинхан, должно быть, пришла, чтобы спасти Дугу Сяо И. Тем не менее он потерял рассудок из-за своих "побуждений" и, должно быть, держал Гуан Квинхан там силой…

Цзюнь Мосе вздохнул и подошёл к столу. Затем он взял бурдюк с водой и выпил из него немного воды. Его шаги были лёгкими. На самом деле он чувствовал, что плывёт. Но ему всё ещё нужна была поддержка для его уставшего тела. Затем молодой мастер Цзюнь осторожно поднял Гуан Квинхан и аккуратно положил её на кровать.

Его тело претерпело большие изменения, и его телосложение было необычайно сильным. Более того, его физическая способность противостоять мощным токсинам также была довольно сильной. Любой другой человек умер бы из-за такого количества афродизиака... ещё до того, как препарат смог достичь его живота. Человек был бы, по крайней мере, серьёзно ранен, если бы не умер. И возможность постоянной импотенции также нельзя было отбросить…

Цзюнь Мосе посмотрел на болезненные шрамы на теле Гуан Квинхан... даже её губы были укушены и оставлены в кровавом и травмированном состоянии. Он чувствовал крайнюю нежность, глядя на неё. Молодой мастер Цзюнь не чувствовал этого ни в одной из своих жизней. Было бы хорошо, если бы Гуан Квинхан просто спасла Дугу Сяо И и ушла. Но она не ушла.

«Она видела моё состояние. И она, должно быть, поняла, что я пострадал от этой дряни. Итак, она поняла, что последствия были бы ужасными, если бы я не дал им волю. Значит, она пожертвовала собой…».

Как Гуан Квинхан не могла не предвидеть, что ей придётся вынести... особенно учитывая её чуткую личность как женщины?! Необходимо понимать, что мировое общество считает целомудрие женщины более важным, чем её жизнь. И потерять её таким образом было даже хуже, чем умереть…

И Цзюнь Мосе чувствовал себя виноватым.

Он впервые в жизни почувствовал столько вины. На самом деле вина пронзила самое дно его сердца.

Впервые... он чувствовал, как будто он должен кому-то...!

Цзюнь Мосе смотрел на женщину, которая чуть не умерла, спасая его жизнь. Но он не мог понять, что он чувствовал в своём сердце. Он чувствовал себя несчастным. Это чувство было сложным и болезненным. И это было то, что он не мог выразить словами. Это был первый раз, когда он чувствовал такое к женщине.

Цзюнь Мосе слегка прикрыл Гуан Квинхан одеялом. Затем он взял бурдюк с водой и мягко подвинул его к её губам, чтобы заставить выпить воды. Но она была опустошена и потеряла сознание уже давно.

Цзюнь Мосе немного замешкался. Затем он принял твёрдое решение. Он подошёл и набрал воды в рот. Затем он посмотрел вниз, и прижал свои губы к её. Он перевёл один глоток воды... потом другой... потом ещё...

Он стоял так долго, прежде чем он почувствовал, что её сердцебиение стабилизировалось. Он остановился после того, как это произошло, и осторожно взял её за руку. И затем он начал переносить свою чистую врождённую энергию в её тело.

Дыхание Гуан Квинхан, в конце концов, стабилизировалось до нормального уровня после долгого времени. Даже лицо её стало ближе к нормальному оттенку. Вскоре она погрузилась в глубокий сон. Цзюнь Мосе перестал переносить свою ауру, как только почувствовал уверенность. Затем он ещё раз осмотрел красивое лицо Гуан Квинхан. Её лицо обычно было холодным и отчуждённым, но в это время оно было непревзойдённо красивым. Внезапно в его сердце всплыл след нежности.

Нежное чувство!

Это было новое и чужое чувство для Цзюнь Мосе!

Глава 382.1. Ответственность и фарс (часть 1)

У Цзюнь Мосе никогда не было времени на настоящие эмоции в его предыдущей жизни, так как он был настоящим, прирождённым убийцей. Так что он никогда не испытывал никаких сколько-нибудь романтических чувств. Он просто тратил серебро и золото, чтобы хорошо провести время, если хотел удовлетворить свои физиологические потребности.

Но не поэтому он не мог позволить себе любить…

Он не мог себе этого позволить, несмотря на то, что был королем убийц.

Сердце закрывается в оковы, если человек влюбляется. Семья может быть серьёзным недостатком, если против тебя стоит хоть немного думающий противник, так как враг может легко сделать твою семью своей целью. Цзюнь Мосе был убийцей. Таким образом, трудно было сказать, сколько он видел семей, которые пали от рук убийц, не будучи виновными ни в чём, кроме того, что они выбрали не того отца или мать…

Он не боялся, что его семья навредит ему. Скорее, он боялся, что причинят вред его семье!

Боль от потери близких людей, будь то ты или близкие родственники – это мучительное наказание.

Поэтому он не смел этого делать. Он искренне не мог осмелиться на это.

Он сталкивался со многими красивыми женщинами с тех пор, как пришёл в этот мир. Гуан Квинхан, Дугу Сяо И, Принцесса Лин Мэн, или Принцесса Города Серебряной Метели, Хан Ян Менг — каждая из этих женщин была очень красива. И найти таких несравненных красавиц было очень сложно. Они, возможно, были холодными и отстранёнными, милыми и симпатичными, изящными или даже очень умными... но каждая из них будет считаться лучшей женщиной…

Цзюнь Мосе восхищался их красотой. На самом деле, у него было очень благоприятное впечатление от них. Но он всегда следил за тем, чтобы никогда не переходить с ними черту. Он был полностью осведомлён, что Дугу Сяо И любила его до потери памяти. Но Цзюнь Мосе всё ещё колебался и нашёл, что это трудный вопрос…

Это было не то, что он "колебался", когда приходилось думать об этом... это было больше похоже на то, что он рассматривал различные аспекты…

В его сердце было особое чувство к Гуан Квинхан. Но Цзюнь Мосе никогда этого не раскрывал и старался не думать об этом.

Это было потому, что Цзюнь Мосе ещё не понял, что он может создать семью сейчас... возможно, не был готов к этому в своем сердце.

Тем не менее он никогда бы не подумал, что он потеряет свой разум из-за каких-то неудачных обстоятельств и несчастного случая... и затем он насильно украдёт девственность Гуан Квинхан. И таким образом сделает её своей первой женщиной!

...

Цзюнь Мосе не будет уделять много внимания женщине, которая была очень красивой... или даже визуально привлекательной. Возможно, он будет наслаждаться флиртом, но он забудет её, как только отвернётся. Но он никогда не смог бы сделать то же самое с Гуан Квинхан. Затем он попытался оценить причины и последствия этого инцидента. И его сердце наполнилось до краев острым чувством ответственности и нежности, как только он осознал это…

«Ответственность! Ответственность перед женщиной!».

Цзюнь Мосе ясно понимал, что это было не тем чувством, что он собирался отвергнуть... даже не понимая всего должным образом. На самом деле, даже наоборот, эта эмоция была для него особенно тёплой.

Он не знал о мнении Гуан Квинхан по этому вопросу. Но Цзюнь Мосе уже решил, что эта женщина будет "его женщиной" с этого дня! Первая женщина, которую принял Злой Монарх!

Цзюнь Мосе нежно ласкал мягкие и длинные волосы, которые покрывали подушку, на которую опиралась её голова. И он почувствовал прикосновение спокойствия в своём сердце.

«Я наконец-то нашёл спутника в этом мире. И такое чувство, что мне не нужно беспокоиться о том, чтобы отделиться от нее…».

«Это очень замечательное чувство».

«Эти оковы... это чувство нежности... не так ужасно, как я думал, когда они будут...».

Уголки рта Цзюнь Мосе сложились в улыбку, когда он посмотрел на лицо Гуан Квинхан. Затем он погладил её лицо и нежно прижался губами к её лбу, тихо прошептав:

- Мне жаль... и спасибо...

После этого он встал и решил выйти. Он вышел, ничего не сказав. Врождённые качества его тела были поистине потрясающими. Он был в крайне утомленном состоянии некоторое время назад. Но за короткое время ситуация значительно улучшилась. Он в значительной степени восстановился, и его энергия также была восстановлена. Своим духовным чувством он обнаружил пять или шесть человек. И он мог сказать, что они стояли там с глупыми выражениями лиц. Цзюнь Мосе знал, кто они... и почему они были там…

«Звуки активности в моей палатке не должны были быть слабыми. Более того, это продолжалось очень долгое время…».

«Поэтому было бы очень странно, если бы третий дядя и другие не приняли никаких мер».

Цзюнь Мосе горько улыбнулся. Он уже догадался, с какими опасностями столкнётся, когда покинет свою палатку…

«В конце концов, тот факт, что третий дядя освободил Гуан Квинхан от ее супружеских связей с семьей Цзюнь, ещё не стал известен миру. Итак, все должно быть думали, что Гуан Квинхан всё ещё была моей невесткой. Итак, мои действия равносильны принуждению к инцесту с моей невесткой…».

Тем не менее Цзюнь Мосе не хотел выходить из этой ситуации. На самом деле он не сбежит. Если он совершил дело... он ответит за все последствия! Настоящий мужчина признал бы свою вину. И как он мог не поддерживать счастье своей женщины? Как его можно назвать "мужчиной", если бы он этого не сделал?

«Я столкнусь с этим. Это может быть ужасная буря, но я столкнусь с нею лицом к лицу! На самом деле, только я могу справиться с этим!».

Гуан Квинхан мягко моргнула. Затем её глаза медленно открылись, когда Цзюнь Мосе вышел. Две маленькие слезинки стекли с углов её глаз. Однако на её лице была довольная улыбка…

«Это то, что чувствует "семья"?».

«Это то, что "жена чувствует" к "мужу"?».

«Это чувство... потрясающее. И это то, что я не хочу отпускать...».

Она много страдала. Она потеряла честь. Но в её сердце не было никакого сожаления. Она не смогла остановиться, как только догадалась об обстоятельствах, которые сложились вокруг Цзюнь Мосе. Можно сказать, что сначала у нее был выбор в этом вопросе. И она могла бы уйти в начале, если бы захотела. Поэтому можно сказать, что она добровольно выбрала это…

И потом, Цзюнь Мосе был очень нежным и внимательным минуту назад, так как он думал, что она ещё не проснулась. И это сделало её счастливой... очень счастливой. И это потому, что он сделал, полагая, что она до сих пор спит. Это указывает на то, что эти нежные чувства действительно возникли из его сердца. Это была нежность настоящего мужчины. И это подняло огромные волны хаоса в сердце Гуан Квинхан.

Это было чувство, что о ком-то заботятся.

«Это было действительно приятно и тепло... так тепло... Боже, я сейчас расплачусь…».

Слезы текли по лицу Гуан Квинхан, но она улыбалась. Её лицо напоминало розовый цветок, смоченный утренней росой. Её улыбающееся лицо было как красивый цветок. Это был очень трогательный момент. Но потом она вспомнила обо всех обстоятельствах, что окружали её "услугу"…

«Что мне делать? Это... грех…».

***

Цзюнь Мосе был весь в холодном поту, когда он вышел.

Этот холодный пот возник не из-за "физических упражнений", которые он делал с Гуан Квинхан. Цзюнь Мосе, по общему признанию, чувствовал себя неловко, но он больше беспокоился о страданиях Гуан Квинхан.

«У меня крепкое телосложение, и этот жалкий препарат оказал на меня огромное влияние. Я потерял контроль над телом и мозгом из-за этого наркотика, и эти "движения" продолжались весь день. Как Гуан Квинхан могла выдержать всё это?».

Позже он заметил, что Гуан Квинхан чуть не умерла. Так что было довольно удачно, что он больше не продолжал. Фактически, ароматное и нежное тело Гуан Квинхан было бы "разрушено", если бы он продолжал ещё четверть дня…

«Это было близко!».

«Это было довольно рискованно!».

«Препарат, который мне подсунула Дугу Сяо И, был действительно жестоким, но, к счастью, не был слишком чрезмерным. Более того, тело Гуан Квинхан тоже не слишком слабое. Её фигура всегда была хорошей, так как она была обучена сражаться с раннего детства. Её телосложение намного лучше, чем у обычных женщин. И вот почему она смогла пережить это безумное мучение. В противном случае ситуация могла бы обернуться к худшему…».

Глава 382.2. Ответственность и фарс (часть 2)

Тем не менее, Цзюнь Мосе совершенно не знал, что препарат, который дала ему маленькая девочка, не был слишком чрезмерным – это было далеко за пределами чрезмерности! Дугу Сяо И боялась, что её "рис" не будет правильно "приготовлен"... Поэтому, она пошла ва-банк, и решила добавить всю дозу этого "лекарства", что у неё было, в вино.

У Цзюнь Мосе было особое врожденное телосложение, а энергия Пагоды Хунцзюнь также питала его физическое тело. Эти факторы нейтрализовали часть эффекта "лекарства". В противном случае, вполне возможно, что он бы до сих пор мучил уже бездыханное тело Гуан Квинхан…

Молодой мастер Цзюнь горько улыбнулся, когда вышел. Его тело в какой-то степени восстановилось, но он всё ещё чувствовал ноги немного ватными. Он чувствовал, что его ноги ещё немного подводят его, когда шёл…

«Чёрт! Это так утомительно! Я чувствовал себя так хорошо минуту назад…».

Цзюнь Мосе не понимал, что работал без остановок последние десять часов. И тот факт, что он смог стоять и ходить после этого интенсивного высокого темпа и непрерывных "упражнений"... сам по себе был огромным чудом.

Это, может быть, трудно представить некоторым. Но любой человек может попробовать делать отжимания в течение десяти часов без перерыва. Можно было бы гарантировать, что после этого человек даже не сможет встать…

Цзюнь Вуй и другие казались мрачными... и в растерянности. Они смотрели как Цзюнь Мосе, пошатываясь из-за слабости, которую он чувствовал в своих ногах, выходит из палатки. Следовательно, они не знали, смеяться или плакать, и их выражения лиц стали очень странными. Маленькая девочка сидела на земле с пустым выражением на лице. И она начала дрожать, когда увидела Цзюнь Мосе. Потом она снова разревелась от печали и сожаления…

Цзюнь Мосе был поражён этим.

«Ты сама подсунула мне эту херню, начала этот пожар, а потом ты сбежала. А теперь ты ещё и ревёшь? Ты ещё и чувствуешь себя обиженной? Ну о**еть теперь...».

Он не знал, что Дугу Сяо И чувствовала. Это было как в поговорке "Хотела как лучше, а получилось как всегда". Она пыталась сделать умелый маневр, но была неуклюжей и вместо этого уронила камень на собственную ногу. Она испугалась из-за смены судьбы. И таким образом, её сердце было полно сложных чувств, которых она не могла вынести…

Изначально она планировала "приготовить рис" и "монополизировать" его. Следовательно, "рис" был "приготовлен" очень тщательно. На самом деле, он кипел. Но ей это не понравилось, потому что было жарко. Поэтому она не съела его и не смогла воспользоваться своим планом... как она могла не впасть в депрессию?

И затем она увидела, как Цзюнь Мосе вышел из палатки, и вспомнила, что Гуан Квинхан всё это время "жрала рис, который она приготовила". Это заставило её чувствовать себя обиженной и сердитой. На самом деле, она хотела что-то сказать, но не смогла. Сначала она хотела кричать, но вместо этого начала плакать…

Цзюнь Мосе едва вышел из палатки, когда увидел, как Одинокий Сокол показал ему большие пальцы вверх. Но его три дяди Донфанг мерили его очень странными взглядами, в которых читались значимые намёки... которые были действительно очень значимыми…

Тем не менее Цзюнь Вуй не знал, смеяться или плакать, когда он видел, как вышел его племянник. Он посмотрел на Цзюнь Мосе с тёмными кругами под глазами и спросил:

- Ты вышел, наконец? Как ты? И как там Квинхан?

Третий Мастер Цзюнь не беспокоился о своём племяннике в реальности. Молодой мастер Цзюнь выглядел слабым и нестабильным. На самом деле его лицо даже казалось немного похудевшим. Но он всё ещё был в безопасности. Итак, Цзюнь Вуй на самом деле беспокоился о своей приёмной дочери — Гуан Квинхан. Третий мастер Цзюнь решил, что Квинхан хотела помочь Цзюнь Мосе, так как он страдал от этого невыносимого отравления, и, возможно, решила стойко вынести всё это. Однако это был бы ужасающий сценарий, если бы она стала подавленной из-за потери своей чести и решила покончить свою жизнь самоубийством из-за этого…

- Э... я... я в порядке... да... мои ноги немного болят... и... и, невестка... ой, блин... Квинхан ещё спит... она тоже в порядке... – Цзюнь Мосе почесал затылок. Он чувствовал себя очень смущённым, когда отвечал. Молодой мастер Цзюнь по привычке назвал Квинхан "невесткой". Но он сразу понял, что она больше не была его "невесткой", так как он решил признать её своей "женщиной".

«Как я могу по-прежнему называть ее "невесткой"? Это было очень странно…».

Цзюнь Мосе не встретил ругательствами его дядя, когда он вышел. И это было довольно странным и редким в характере дяди. Он ожидал, что тот будет бросать в него оскорбления и проклятия... на самом деле, он не был бы очень удивлён, если бы его дядя сходу сломал ему нахрен обе ноги. Поэтому Цзюнь Мосе не смог понять причину текущей реакции своего дяди…

«Может ли третий дядя запутаться из-за своего гнева?».

- Даже ноги самых могущественных людей стали бы слабыми после такого долгого времени... – Одинокий Сокол закатил глаза. – А этот мальчишка всё ещё может ходить сам. Его выносливость удивительна.

- Отлично, мой племянник! Просто потрясающе! Десять часов! Десять, мать твою, часов! Этот третий твой дядя восхищается силой твоей спины и задницы, и простирается ниц! Это действительно исключительно! – Донфанг Вэн Дао ухмыльнулся, когда похлопал Цзюнь Мосе по плечу. – Ты доказал, что являешься сыном Белого Командира! В будущем у тебя будет много детей. Будущее семьи Цзюнь действительно яркое и славное! Твой дядя возлагает на тебя большие надежды!

Цзюнь Мосе чувствовал себя очень слабым в данный момент. И когда его дядя просто хлопнул его по плечу, он чуть было не распластался на земле. Тут же его лицо стало тёмным, когда он услышал эти слова.

«Что? Что ты говоришь, дядя...? Как сегодняшнее дело связано с тем, чтобы быть сыном Белого Командира?».

Донфанг Вэн Цин, очевидно, был взволнован этим замечанием и сказал:

- Третий брат! Ты получишь дисциплинарное взыскание после того, как мы вернёмся! Ты – его дядя! Как ты можешь такое говорить?! У тебя нет стыда? Ты очень грязное создание!

- Брат Мосе... – Дугу Сяо И подбежала к нему и крепко обняла его, всё ещё продолжая плакать. – Прости меня... я не знала... я... я не должна была уходить... – Дугу Сяо И чувствовала себя очень грустно.

Тем не менее маленькая девочка не знала, что доза, которую она дала Цзюнь Мосе, была слишком сильной даже для её собственного блага. Тело Гуан Квинхан было сильнее её собственного. Но даже Гуан Квинхан едва сумел выдержать воздействие препарата. Итак, можно считать, что трагедия точно случилась бы, если бы Дугу Сяо И заменила Гуан Квинхан…

И это было бы большой трагедией при этом! На самом деле, это могло бы изменить многие вещи... можно было бы попытаться представить, если бы дед Дугу узнал, что его драгоценная внучка пережила битву... но позже умерла... в постели... последствия были бы невообразимыми!

В это время тело Цзюнь Мосе было очень слабым. Поэтому он не смог увернуться от неё. Следовательно, он впервые почувствовал мягкое тело девицы в своих объятиях. А потом он увидел, как слёзы Дугу Сяо И падают, как капли дождя. На самом деле, она плакала взахлёб. Цзюнь Мосе не мог ничего поделать, но почувствовал, как его сердце смягчилось…

- Чёрт... я уже узнал причину и всю подноготную этого инцидента. И я знаю, что ты делал это не по своей собственной воле... так что, прежде всего... – Цзюнь Вуй долго двигал губами, но ничего не мог добавить к этому. В конце концов он махнул рукавами и сказал. – Неважно. Я напишу письмо и сообщу об этом твоему деду. И я также внесу свои предложения в это письмо. Тем не менее, твой дедушка будет решать, как с тобой нужно будет поступить в свете этого инцидента…

Он закончил и повернулся, чтобы уйти. Он прошёл несколько шагов и вдруг повернулся. После этого он, скрежеща зубами, добавил:

- Ты, маленький засранец... лучше веди себя хорошо в последующие дни! Я вырву тебе ноги, если будет хоть один, единственный, тривиальный случай! Ты ясно меня слышишь?

Глава 382.3. Ответственность и фарс (часть 3)

Третий мастер Цзюнь всё-таки обрушил на него полный рот проклятий. Суровость его гнева была довольно очевидна из его слов... особенно в этих последних словах. Более того, тон его голоса был чрезвычайно строгим. После этого его лицо стало пепельным, когда он ушёл.

Цзюнь Мосе неоднократно обещал вести себя хорошо в ответ. И его смущение было видно по его лицу…

«Ага! Значит, Дугу Сяо И уже во всём призналась. Неудивительно, что я не получил нагоняй. Но, это крайне абсурдно…».

С громким звуком Одинокий Сокол и его три дяди Донфанг исчезли в тени. Однако после них остались несколько слов:

- Восстанови силы должным образом. И не теряй мозга.

- Брат Мосе... – Дугу Сяо И всё ещё крепко обнимала его. Она со всхлипом подняла глаза и спросила. – Ты... ты не злишься на меня, верно?

«С ума сошла?».

Он был зол, когда дело дошло до этого. На самом деле, он был очень зол. Он никогда не был так несчастен ни в одной из своих жизней, так как он никогда не попадался на настолько тупой и любительский трюк, как этот. Более того, он попался на трюк, который был запланирован кем-то вроде этой маленькой девочки... это было чрезвычайно унизительно для него!

Однако он не мог отрицать, что был в некотором восторге втайне своего сердца.

«Я очень популярен! Эта маленькая девочка даже пошла на всё, чтобы накачать меня наркотиками, чтобы заполучить меня...?».

«Кроме того, я бы никогда не сделал этого с Гуан Квинхан, если бы не это…».

«Разве это не будет считаться удачным ударом? Разве я не получил выгоду от катастрофы?».

В тот год Гуан Квинхан исполнится двадцать один год. Это сделает её на четыре с половиной года старше Цзюнь Мосе. И Цзюнь Вуй уже аннулировал её брак в их семье. Так что обоим придется беспокоиться о её браке. В конце концов, двадцатилетняя незамужняя женщина считалась довольно старой для брака в ту эпоху. Так как же он мог не волноваться?

Во всяком случае, Цзюнь Мосе чувствовал, что возможности заключить брак для них не существовало. Это потому, что она когда-то была его невесткой. Возможно, её брак и был аннулирован, но никто не мог отрицать тот факт, что это было когда-то. Поэтому их союз в браке был невозможен, учитывая устаревшее мнение его деда, а также мнение общественности во всем мире…

Общество нападёт и разрушит такие скандальные отношения. И что бы они сказали, если бы узнали о существовании такой пары?

«У этого ублюдка и его невестки был роман все это время. Это просто не укладывается в голове!» и так далее…

У него нет выбора, кроме как думать о таких вопросах. Цзюнь Мосе, очевидно, не заботился о таких вещах. Но разве две великие семьи не заботятся об этом? Разве Гуан Квинхан не волнует это?

Поэтому можно сказать, что у этих двух людей не осталось никакой надежды. На данный момент это был случай свершившегося факта. Однако они не знали, со сколькими трудностями им придётся столкнуться.

Гуан Квинхан подверглась этому из-за любопытного совпадения, в которое превратились действия Дугу Сяо И. Как могла эта женщина убежать от него?

«Мы не должны думать о том, как избежать этого вопроса. Вместо этого мы должны рассмотреть методы, чтобы пройти через это... один аспект положительный, а другой отрицательный. Между этими двумя аспектами существуют различные аспекты. Их нельзя сравнивать на любом уровне...».

Это событие было несчастным случаем, но оно значительно сократило будущие переменные.

«Да в пи*ду это! Я буду продолжать делать то, что хочу! Кто посмеет так сплетничать? Кто может контролировать, кого или что я хочу любить? Чужие взгляды и мнения общества – ничто в моих глазах!».

Поначалу Цзюнь Мосе был немного подавлен, но он также чувствовал себя немного активизировавшимся. На самом деле он даже не очень злился. Кроме того, Дугу Сяо И намеревалась только укрепить свою "власть" над ним посредством этого плана. Она не хотела, чтобы кто-то оторвал его от неё. Она была молода и невежественна. Иногда добрые намерения могут перерасти в плохие вещи... и это было приемлемо до тех пор, пока ничего чрезмерно вредного из этого не вышло.

Цзюнь Мосе смирился с тем, что не сердится по отношению к маленькой девочке. Он тоже не хотел её ругать или бить. Но он и не собирался отпускать её очень легко. Незнание – это не грех. Но это может стать грехом, если приведёт к тяжёлым последствиям. Что бы он сделал, если бы не преподал ей урок, и она решила действовать умышленно в будущем?

Важно было понять, что этот инцидент загнал двух человек в Ад...

- С ума сошла?! Думаешь, я не буду злиться после того, что ты сделала? – Цзюнь Мосе подумал некоторое время и медленно, сквозь зубы, ответил.

- Но, я... я... я ошиблась... – Дугу Сяо И рыдала и вытирала слезы, продолжая плакать. – Я должна была сама съесть мой... ааааа...

- Я очень разочарован этим! – Цзюнь Мосе фыркнул и холодно продолжал. – Я не хочу, чтобы что-то подобное случилось снова!

- Да... Да... Я не посмею... Я действительно не посмею... Я изменюсь... – Дугу Сяо и кивнула, как будто освободилась от огромного бремени. Но она также чувствовала, что её сердце несколько ныло от боли. Маленькая девочка, казалось, выросла на много лет после этого инцидента…

- Я вернусь и узнаю об этом, осторожно... спрошу мою мать... Мне очень жаль! – маленькая девочка начала тереть лацкан своего платья.

Цзюнь Мосе пошатнулся и чуть не упал. Внезапно ему стало тяжело дышать. На самом деле, вещи почти достигли точки кипения для него.

«Ты хочешь узнать об этом, спросив свою мать?».

- Так ты не злишься... "приготовленный рис", который ты... "съел" с сестрой Гуан... ты хочешь и со мной? – глаза маленькой девочки открылись широко, когда она спросила.

- Э... мы обсудим этот вопрос позже... – лоб Цзюнь Мосе покрылся каплями пота.

- Мне всё равно! Мы с тобой будем правильно готовить! – девушка нахмурилась. – То, что "проглотила" старшая сестра Гуан, воспользовавшись тем, что я приготовила... моя мать не рассказывала мне об этом должным образом... Я не знала, что такое "приготовление риса"...

В то время Цзюнь Мосе уже чувствовал, как пот стекает по его вискам. Гневные мысли исчезли из его разума и единственные мысли, которые у него были... это быстро свалить.

«Вот только не хватало мне сейчас ещё и устраивать ликбез на тему сексуального воспитания с этой... дурочкой...».

Дугу Сяо И была вынуждена уйти после бесконечных уговоров и ее неизбежного плача. Цзюнь Мосе был физически и эмоционально уставшим. Поэтому он инициировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи и, пошатываясь, пошёл назад к своей палатке.

- Это фарс! – некоторое время стояла тишина. Затем низкий голос послышался из дерева, где пять великих экспертов ранее отдыхали. Голос был мягким, но холодным. Это было похоже на ледяную вершину горы... отстраненный и надменный, безудержный, но естественно изящный…

Любой, кто услышал бы этот голос, мог догадаться, что говорящий является высшей личностью всего мира.

- Да. Это дерьмо какое-то. Единственная выгода – это этот сопляк Цзюнь! – ещё один резкий, но тактичный голос поддакивал первому.

Было неизвестно, когда два человека разместились на вершине этого большого дерева. Пять экспертов были ниже. Однако они об этом даже не узнали. Это ясно показало, насколько грозным было культивирование этих двух людей…

- Это не обязательно может быть преимуществом. Информация, которую мы собрали, предполагает, что маленький ублюдок Мосе не должен был даже ходить рядом с этой Гуан Квинхан... но он переспал с ней! Это другая переменная. На самом деле, это будет очень неловко для семьи Цзюнь. Давайте посмотрим, как семья Цзюнь справится с этим, – ответил первый голос, намеренно затягивая слова.

- Однако последствия этого вопроса не будут малыми для семьи Цзюнь... независимо от того, как они с этим справятся, – резкий голос, казалось, получал удовольствие от несчастья других. Затем он быстро добавил. – Старшая сестра, ты хочешь сделать этого мальчишку своим учеником. Так почему бы тебе не сделать шаг в это время? Давай просто схватим его и уйдём в тишине?

- Сделать его моим учеником? Я просто хочу пытать его! – казалось, что владелец первого голоса заскрежетал зубами. – Этот бесстыдный ублюдок! Я бы разорвала его на тысячу клочков, если бы не это...!

- Ах... что мог сделать этот маленький мальчишка с таким незначительным культивированием, чтобы обидеть тебя, старшая сестра? – резкий голос спросил в запутанном звучащем тоне.

Глава 383. Я – эгоистичный человек!

- Обидеть меня? Как мог мальчишка с таким низким уровнем навыков обидеть меня? Мне просто он не нравится, вот и всё!

Первый голос стал несколько смущённым на секунду. Затем он быстро восстановил самообладание и сказал:

- Никогда не думай, что у меня будет какая-либо привязанность к такому развратному уроду! Я только подделала эти чувства! Я хочу избить его и преподать ему правильный урок. И я буду чувствовать себя очень счастливой, как только я преподам ему урок, который желает моё сердце!

Другой голос замолчал. Он явно был шокирован.

«Что случилось с голосом старшей, когда она говорила это?».

Прошло много времени, прежде чем второй голос снова заговорил:

- И что ты собираешься делать, старшая сестра?

- Цель нашего путешествия – путешествовать по миру, так? Поэтому мы можем проследить за этими людьми. И разве ты не слышала Донфанг Вэн Цина? Он сказал, что они могут взять этого мальчишку, чтобы спрятать его с семьей Донфанг... Это означает, что эти люди могут расстаться с войсками семьи Цзюнь позже. Увидишь, как я справлюсь с этим отродьем, когда придет время! Его участь будет хуже смерти! – первый голос фыркнул.

- Так почему же старшая сестра не вмешалась, когда Дугу Сяо И дала ему это забавное "лекарство"? – резкий голос казался смущённым. – Он не смог бы ничего сделать, если бы мы вмешались в то время. На самом деле, это был бы один из худших способов пыток. Разве это не было бы интересно...?

Эти две женщины говорили слова, которые казались всё более жестокими…

Сила этих двух таинственных женщин была чрезвычайно высока; они были исключительно грозными!

- Вступиться? Почему ты так говоришь? – первый голос снова, казалось, испытывал напряжение и смущение. – Зелёная Охотница... мы с тобой приняли эту форму... мы в форме женщин на данный момент. Так что мы не могли остановить его от этого... скандала! Мы могли бы убить его с легкостью... но остановить... мы не могли этого сделать!

- Старшая сестра права! Мы не должны были вмешиваться, так как мы не могли остановить его... – второй голос оказался голосом Зелёной Охотницы…

- Этот человек презренный и ему нужен урок. Но он всё ещё имеет какое-то значение, и ему действительно не нужно пока умирать, – первый голос фыркнул и продолжил. – Более того, таблетки, вовлечённые в сделку со священным плодом, могут прийти через него. Разве ты не слышала, как Одинокий Сокол говорил, что таинственный человек – учитель этого мальчишки? И разве ты не подтвердила, что таинственный человек дал торжественный обет отдать нам эти эффективные таблетки в обмен на Священный плод?

- Это верно! Я почти забыла... – глаза Королевы Змей засияли. – Многое меняется, если учесть это! Сила этого таинственного человека удивительна и мистична! Я всё ещё чувствую себя немного слабой при мысли о том, что случилось недавно! Я чувствую, что даже старшей сестре может быть трудно конкурировать с этой высокой силой!

- Моя встреча с этим таинственным человеком была короткой. Более того, он не сражался по-настоящему. Он просто двинулся и убил Ли Ю Тяня своими обманчивыми движениями и уловками. Да, я не могу сравниться с такими навыками. Я даже не могу понять, какую технику использовал этот человек. Я думаю, что это было что-то вроде "Пламени Просветления" или какой-то другой формы "чистого огня". Будет хорошо, если у такого опытного человека не будет ненависти к нам. И мы можем гарантировать, что этот человек даст нам больше таблеток, если мы поможем обучать его молодого ученика. В таком случае у нас будет хотя бы несколько карт в руках! – человеком, говорящим эти слова, была Владыкой Тянь Фа – Почтенная Мэй.

- Поэтому мы не можем позволить себе быть беспечными в этом вопросе! Мы слышали, как они сказали, что он может пойти к семье Донфанг. Но есть много вопросов, касающихся этого. И один из них – клятва, которую должна была принять семья. Хе-хе... Наш отъезд из леса Тянь Фа уже выполнил половину их клятвы. Оставшаяся часть относится к разрушению горы Снежный Меч в тех снежных вершинах. Это потребует некоторого планирования. В любом случае, это очень интересный вопрос...

- Так вот как это бывает! Ты уже столько придумала, старшая! Старшая искренне заслуживает того, чтобы ее называли Владыкой! – Королева Змей весело сказала. – Так что мы просто смотрим веселье сейчас...?

- Смотреть? Необязательно. Возможно, у нас будет возможность присоединиться к веселью! – Почтенная Мэй слегка улыбнулась.

Всё стало тихо. Они больше не разговаривали. Внезапно показалось, что их никогда не существовало...

Любой, кто посмотрел бы на дерево со стороны, был бы поражён, заметив, что их тени не были видны всё это время... хотя были звуки, исходящие от дерева. На самом деле ни одна веточка на ветвях этого дерева даже не колебалась за всё это время…

Цзюнь Мосе был в сложной ситуации на данный момент. На самом деле он был в очень сложной ситуации.

Он только что вошёл в свою палатку, когда увидел элегантную фигуру, стоящую перед кроватью. Она была очень красивой и грациозной.

Гуан Квинхан!

Её лицо было невыразимо. Оно было таким же холодным, как и в прошлом. Она смотрела на кровать в изумлении. И в руках держала свои рваные одежды. И доказательства потери её целомудрия измазали эту одежду…

Она была одета в белые одежды. Её нынешняя одежда принадлежала Цзюнь Мосе. Значит, они были довольно широки для нее. Тем не менее они смотрелись на её красивой фигуре ещё лучше и делали её ещё более привлекательной. Её выражение лица было сложным и несколько печальным... несколько застенчивым... немного рассеянным... и даже немного разочарованным…

Тело Гуан Квинхан слегка задрожало, когда она услышала, как вошёл Цзюнь Мосе. Её лицо покраснело, но она не обернулась. Однако её лицо вскоре вновь побледнело.

Цзюнь Мосе встал за её спиной. Ни один из них не говорил ни слова. Они просто слушали друг друга, дышали и молчали.

Они были лишь в одном шаге друг от друга. Но, казалось, что они были на противоположных концах мира. Они оба были вовлечены в этот интимный акт некоторое время назад. Но всё равно казалось, что они незнакомы. Атмосфера в шатре стала довольно душной в результате, она стала ужасно душить…

Через некоторое время Цзюнь Мосе ласково улыбнулся. А потом он спокойно сел на деревянный стул позади нее.

Цзюнь Мосе посмотрел на спину Гуан Квинхан, но, казалось, что он говорил сам с собой:

- Я знаю, что чувства в твоём сердце должны быть сложными. На самом деле ты, должно быть, в растерянности. Ты не уверена, что делать с этого момента. На самом деле ты даже, должно быть, смущена тем, что нужно сделать в этот момент...

Тело Гуан Квинхан дрожало.

- На самом деле, даже я не знаю, что делать. Я тоже в замешательстве! – медленно сказал Цзюнь Мосе. Нежное тело Гуан Квинхан продолжало дрожать, но она не могла не повернуть голову.

«Ты не знаешь, что нужно сделать? Ты не знаешь, что будет дальше с девушкой?».

Она поняла только это, слушая медленный голос Цзюнь Мосе. Гуан Квинхан наконец-то поняла странное поведение Дугу Сяо И в последние пару дней. Она не могла не вздохнуть.

«Это всё... лишь результат несчастного случая... это было ужасное совпадение... просто я попалась в эту беду...».

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и решительно сказал:

- Я знаю, что это несчастный случай. Это было странное совпадение. Тем не менее с этого момента ты – моя женщина, хочешь ты этого или нет... твой предыдущий статус больше не имеет отношения. Ты – моя женщина... признаёшь ты это или нет. И это неизменный факт.

Это никогда не изменится. Никогда и никем не изменится... независимо от времени и места, – Цзюнь Мосе говорил эти слова медленно и тщательно. И всё же его голос казался очень властным.

Однако его необычайно доминирующий маньеризм не создал чувства антипатии в сердце Гуан Квинхан. Вместо этого её сердце почувствовало неописуемое чувство надёжности.

Голос Цзюнь Мосе усилился, когда он продолжал говорить:

- Называться моей женщиной может быть нелегко. Но я не пожалею усилий, чтобы лелеять и защищать тебя, пока ты – моя. И я позабочусь о том, чтобы ты никогда не страдала.

Возможно, я могу дать тебе время обдумать это, если ты ещё не готова.

Цзюнь Мосе выдержал небольшую паузу и неторопливо продолжил:

- Мы знаем, что твоя помолвка с моим братом была бесполезной. Это было хуже, чем бесполезно. И ты больше не жена моего брата. Ты теперь приёмная дочь третьего дяди. Надеюсь, ты это помнишь. Будет много сложностей, если мы будем вместе, и будет много клеветы, слухов и сплетен. Но тебе не нужно ни о чем беспокоиться!

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Это дело мужчины. Будет много слухов, но я гарантирую, что ни один из них не дойдёт до твоих ушей. Ни единого слова! Ты понимаешь? Так что ты можешь не беспокоиться...

Плечи Гуан Квинхан немного опустились... и она вдруг, казалось, расслабилась.

- Я верил, что ты должна правильно понимать мой темперамент. Я не великий герой... или очень героический. Я очень эгоистичный человек. В этом мире не так много вещей, о которых я забочусь. Но я всегда заботился о своих близких – моей семье, моей женщине и моих братьях. Ничто другое не имеет значения, пока они в безопасности и счастливы. И я – Цзюнь Мосе – не имею никакого отношения к другим людям по всему миру. Я неблагородный человек!

Цзюнь Мосе улыбнулся озорно и продолжил говорить с уверенностью:

- Я боюсь, что я разочарую тебя, если ты ожидаешь от меня больших достижений. Потому что я... не герой. Я эгоистичный человек. Я настолько эгоистичен, что если кто-то просто заикнётся, что хочет запугать мой народ... или опозорить мою женщину – этот человек подвергнется долгой и жестокой мести от меня! И это включает в себя и твою семью Гуан... потому что они не одни из людей, о которых я забочусь!

Гуан Квинхан не могла оставаться спокойной. Она обернулась, кусая губы. Её выражение было чрезвычайно сложным, когда она смотрела на спокойное лицо Цзюнь Мосе. Ее рот открылся и закрылся, но она не сказала ни слова.

Она не знала, как её семья отнесётся к ней, когда этот вопрос станет достоянием общественности. Она не знала, как ей придется страдать от их рук. И мысль об этом погружала её сердце в бешеную панику. И она просто не могла больше думать, что делать…

Жестокие слова Цзюнь Мосе внезапно заставили Гуан Квинхан почувствовать холод в её сердце. И она начала беспокоиться о них вместо того, чтобы беспокоиться о себе...

Она пыталась представить, какой была бы реакция Цзюнь Мосе, если бы кто-то из семьи Гуан не отнёсся к ней с должным уважением. Кроме того, впечатление семьи Гуан о Цзюнь Мосе было совсем не хорошим, так как они пытались заставить её выйти замуж в поместье Сюэху.

«Цзюнь Мосе вряд ли даст им возможность свободно вздохнуть...».

Глава 384. "Подводное течение" в столице

Цзюнь Мосе редко когда-либо был серьёзным. Но всё, что он говорил серьёзно, представляло собой своего рода обязательство. И Гуан Квинхан уже понимала этот факт к тому времени. Однако именно понимание этого и заставило её чувствовать страх.

Кто-то мог бы плюнуть от презрения, если бы кто-то произнёс эти слова, даже серьёзно. Тем не менее найдите хоть одного идиота, который посмел бы плюнуть в Цзюнь Мосе, видя его лицо!

«Никто не может изменить его решение. Он уже поклялся защищать меня, когда столкнулся с угрозой поместья Сюэху. Так что я уверена, что на этот раз он тоже это имеет в виду...».

- Все всегда называли меня распутным развратником... они говорили, что я невежественный и бесполезный... – горько улыбнулся Цзюнь Мосе. – Однако я не понимаю женского ума в реальности... и не знаю, как говорить о любви. Может быть, мне стоит тщательно уговаривать тебя в это время... или передавать нежные чувства медовыми словами. Ты многое для меня сделала. И я не бессердечный человек. Но я могу... я не могу... я действительно не знаю, как сказать всё это…

Я никогда не говорил о любви! Я действительно никогда не говорил об этом! То, что случилось вчера... это был мой первый раз в этой жизни. И это было болезненно и для меня... Я не буду тебе лгать. Ты была не единственной, кто чувствовал боль. Я тоже это чувствовал. На самом деле у меня сейчас немного кружится голова. Я могу сказать тебе это, но мне было очень стыдно, когда я подумал упомянуть об этом другим... – лицо Цзюнь Мосе казалось болезненным и немного смущённым.

Гуан Квинхан хотела рассмеяться на секунду. Она была девственницей до тех пор. Так что этот "случай" был и её первым "случаем". И она тоже чувствовала боль. Так почему же она едва не рассмеялась? Потому что она услышала эти слова из уст Цзюнь Мосе…

В эти слова было очень трудно поверить, поскольку они исходили из уст молодого мастера с такой отвратительной репутацией. Но Гуан Квинхан не смеялась, потому что увидела выражение на лице Цзюнь Мосе. Оно было странным и неловким, но Гуан Квинхан могла с уверенностью сказать, что эти слова не были ложью. На самом деле они, казалось, пришли прямо из его сердца…

«Возможно, что это правда?!».

«Легендарный тиран... величайший развратник Тянсяна вчера делал это в первый раз? Этого не может быть, верно? Даже если мужчина скажет мне, что женщины в Озере Духовного Тумана являются девственницами – я бы в это поверила больше... Но Цзюнь Мосе…».

Тем не менее Гуан Квинхан не слушала должным образом. Цзюнь Мосе, в частности, говорил "в этой жизни". Или, может быть, она его чётко услышала. Однако была не в состоянии понять истинный смысл этих конкретных слов.

Брови Гуан Квинхан поднялись, а её лицо снова стало холодным.

Цзюнь Мосе подождал минуту. Он заметил, что блестящий рот Гуан Квинхан открылся на мгновение, но её лицо в какой-то степени смягчилось. Так что он не мог не расслабиться, когда он сказал:

- На самом деле прошлой ночью... меня опоили сильным афродизиаком, и я потерял разум. Там воцарился хаос... я знаю, что я приложил всю свою силу, но я ничего не чувствовал... это действительно огромная жалость…

Гуан Квинхан не ожидала, что маленький мальчишка будет говорить такие слова, но он был серьезен. Следовательно, её лицо стало красным от смущения.

Намерение Цзюнь Мосе состояло в том, чтобы исследовать ситуацию, используя эти слова. Он замечал, что Гуан Квинхан впадала в ярость, когда он говорил или делал что-то грязное и дерзкое. На самом деле он даже собрал своё мужество, чтобы держать себя в руках…

Тем не менее Гуан Квинхан была поражена этим, и поспешно сделала два шага назад. Она вытерла слёзы со щек. Её лицо снова стало холодным, и она сказала:

- Мы ничего не могли сделать. Но это была ошибка. Я хотела спасти тебя. Я сделала это не только для тебя, но и для единственного наследника семьи Цзюнь! Мы совершили эту ошибку, но это не значит, что можно безрассудно оскорблять меня! Цзюнь Мосе, мы не можем снова совершить эту ошибку! Ты... снова ведёшь себя как скот!

Цзюнь Мосе остановил руку в воздухе. Его цвет лица изменился за короткое время. Затем он положил руку на ногу и заговорил:

- Ты не можешь принять что-то в один момент, и... можешь сказать и позже... ты сказала... ты – моя женщина! Так зачем тебе теперь убегать? Твой статус в семье изменится после нашего возвращения, и третий дядя примет тебя как свою приёмную дочь. У нас будет огромный банкет. И все уважаемые люди мира придут, чтобы присутствовать... так что, я считаю, там и можно будет всем сказать. А потом я могу провести тебя через брачную арку...

- Кто... кто сказал, что я выйду за тебя?! – Гуан Квинхан была смущена и зла.

«Я никогда не видела такого тирана! Он ещё не сказал мне сладких слов, и уже хочет жениться на мне...?».

- Выйдешь замуж ты или нет... это твоё дело. А вот возьму я жену или нет... это моё, – брови Цзюнь Мосе поднялись, когда он гнусно улыбнулся и сказал. – Иди сюда, красавица... у тебя был утомительный день. Я знаю, что ты устала. Иди сюда, я дам тебе отдохнуть…

Лицо Гуан Квинхан мгновенно стало красным. А потом она стала такой же белой и холодной, как лёд. Она посмотрела на Цзюнь Мосе и отчётливо произнесла каждое слово:

- Ты сам отдыхай, Цзюнь Мосе. Не пытайся использовать эти методы со мной! Не заставляй меня смотреть на тебя свысока! И можешь забыть о том, что произошло сегодня. Ты возвращаешься к своему дедушке и рассказываешь ему всё. Он всё уладит. А я никогда не останусь здесь с тобой, никогда в моей жизни...

Цзюнь Мосе улыбнулся и ответил:

- Я сказал, что дам тебе отдохнуть. Я никогда не говорил, что заставлю тебя остаться здесь. Старшая сестра, кажется, думает как-то не в ту сторону…

Глаза Гуан Квинхан открылись широко, когда она указала на него:

- Ты... ты лжёшь! Я буду твоей старшей сестрой?!

Цзюнь Мосе громко рассмеялся:

- Давай вместе посмотрим на это. Ты – приёмная дочь моего третьего дяди. Значит, ты моя старшая сестра, верно?

Гуан Квинхан очень разозлилась. Она одёрнула рукава и повернулась, чтобы уйти. Но она внезапно почувствовала острую боль в нижней части тела в тот момент, когда она сделала шаг. Её лоб покрылся бусинами холодного пота, так как она не могла сделать ещё даже шаг!

Гуан Квинхан только что потеряла свою добродетель. Это уже было слишком для её нежного тела. И, добавляя масла в огонь... Цзюнь Мосе был очень груб.

Цзюнь Мосе увидел это и бросился вперед. Он наклонился, и его левая рука обняла её шею, а правая рука изогнулась под ее ногами. Он держал её, как будто держал ребёнка, прижав её тело к твоей груди. Молодой мастер встал, улыбнулся и вышел на улицу, неся её на руках. Он улыбнулся, сказав вполголоса:

- Не волнуйся. Я отнесу тебя обратно.

Гуан Квинхан была встревожена и пристыжена. Как бы она могла жить с гордостью, если бы она была так увлечена им? Поэтому она энергично старалась бороться.

Но Цзюнь Мосе жёстко контролировал своё тело и не позволял ей двигаться. Гуан Квинхан чувствовала себя так неловко и стыдно, что спрятала голову у него на руках. Молодая леди не желала, чтобы кто-то видел её, и сама не желала никого видеть…

Тем не менее они не слышали ни малейшего звука, когда вышли. Ни единой души не было и в помине, поскольку уже была поздняя ночь. Это заставило Гуан Квинхан немного расслабиться. Но затем её стыд и смущение снова нахлынули, так как её нёс Цзюнь Мосе. Голова её лежала на его груди. Она могла слышать его сердцебиение. И она не могла не опешить, услышав его трепетное сердце…

Цзюнь Мосе отнёс её назад и после этого исчез из её палатки. Он горько улыбнулся и вернулся в свою. Затем он начал циркулировать свою энергию через свое тело, чтобы восстановить силы как можно быстрее. Тем не менее его навыки развивались, и энергия стала чище. Таким образом ему удалось восстановить свои силы менее чем за час…

Молодой мастер встал и немного пошевелился. Затем он пробормотал:

- Сегодняшние события кажутся сном. Я не могу сказать, было ли это бесследной иллюзией... Затем его тело внезапно исчезло из палатки.

Цзюнь Мосе не забыл, что у него ещё есть одно обещание, которое нужно выполнить.

«Нельзя нарушать обещание. Нельзя давать обещание, если ты не сможешь его выполнить!».

«Король медведей, Большой Медведь, и Король журавлей, Высокий Журавль, сделали всё от них зависящее, чтобы помочь справиться с поместьем Сюэху. Итак, я всё ещё должен завершить свою часть соглашения! И сегодня у меня последний шанс погасить долг!».

Естественно, это была также возможность усилить его личное влияние!

Цзюнь Мосе не нравилось, когда за ним остаётся долг — независимо от того, был ли он эмоциональный или материальный. И он особенно не хотел быть в долгу перед кем-то, кто действовал первым и сделал всё возможное, чтобы выполнить свою часть сделки.

Дело переросло в большое. На самом деле это вышло за пределы всеобщего контроля. Однако они сделали это потому, что взяли на себя обязательство. Итак, Цзюнь Мосе не смог нарушить своё обещание.

Более того, ликвидация поместья Сюэху превратилась в огромную угрозу всему миру.

Гуан Квинхан была его женщиной, и поместье Сюэху было разрушено. Это, очевидно, заставило Цзюнь Мосе чувствовать себя более отдохнувшим.

«Ты смеешь пытаться забрать мою женщину?! Тебе пи*дец в любом случае!».

Таким образом он восстановил свою силу, а затем активировал Побег Инь Ян на полную мощность, чтобы устремиться к Тянь Фа.

Встревоженный голос зазвучал на расстоянии около ста пятидесяти метров, когда исчезла его тень:

- Что происходит? Как этот сопляк так внезапно исчез? Его скорость настолько поразительно быстра, что превзошла моё восприятие?!

Затем другой человек ответил:

- Почему старшая сестра заботится об этом? И что, если скорость этого мальчишки чрезвычайно быстра? Все из семьи Цзюнь ещё здесь. Монах не может убежать из храма. Так зачем бояться, что он сбежит...?

Два голоса снова затихли…

Столица, Город Тянсян

Было много больших изменений с тех пор, как Цзюнь Вуй увёл свою армию. В один день даже случился конфликт между двумя могущественными семьями. И Император должен был посредничать в делах. Затем будет посредничество между двумя другими семьями, на следующий день. Объявление о выходе Императорской семьи на следующий день…

Одним словом, Имперские войска всё чаще бегали туда-сюда. Кроме того, произошли изменения в официальных назначениях, и Его Величество активно назначал многих молодых мастеров. Тем не менее эти небольшие изменения, в основном, остались незамеченными, так как он использовал изысканные средства для "смазки" всей структуры и вносил изменения, не делая никакого шума средь бела дня. Следовательно, никто не заметил, как он спокойно рассовывал этих молодые мастеров в различные отделы с помощью обычных средств. И затем некоторые гнилые чиновники... или пожилые члены некоторых влиятельных семей, которые не были на очень высоком посту, были отправлены на пенсию... возможно, для того, чтобы они могли вернуться домой и наслаждаться остальной частью своих лет в мире…

Из этого герметичного механизма не было пролито ни капли воды. Это был бесшовный и умный метод.

Количество людей, пострадавших непосредственно, было немного. Так что немногих людей вообще заботило это. Три-пять человек были уволены в один день... затем пять-шесть человек – на следующий день... и в следующий... и это продолжалось в течение всех этих двух месяцев. Таким образом, имперское государство было перевёрнуто с ног на голову, и произошли массовые изменения…

Высшие полномочия первоначально занимали члены могущественных семей. И большинство из них сохранили свои позиции. Однако многие из находящихся под их командованием лиц были заменены новыми новобранцами... или членами других семей.

Всё это прошло очень гладко. Итак, могущественные семьи остались в неведении. Они, возможно, захотели бы принять некоторые контрмеры, как только осознали это. Однако было уже слишком поздно. Поэтому они оказались беспомощными перед лицом этого.

Они были ошеломлены!

Более того, внутренние условия влиятельных семей не были такими уж хорошими. И это было потому, что в этих семьях были свои каналы, по которым приходят новости. Никто не знал, кто распространил слух... но было сказано, что молодые мастера, которые были отправлены с Цзюнь Вуем на поле боя, получили бесценный опыт. Кроме того, было сказано, что эти молодые мастера станут преемниками главы своей семьи, если они вернутся в целости и сохранности…

Этот слух быстро породил огромные волнения!

Глава 385. Стратегия Тан Юаня

У каждой могущественной семьи был свой собственный метод борьбы с этими слухами. Остальные кандидаты на должность главы семьи были вполне уверены в своих силах. Однако этот слух всё ещё заставлял их немного волноваться. Этот слух довольно быстро исчез, но он сделал своё дело, создав недоверие. Вследствие этого многие люди начали действовать. Причем частота их действий постоянно росла…

Некоторые люди знали, что слух был, вероятно, ложным. Но они всё ещё намеревались воспользоваться этой возможностью, чтобы разместить своих сыновей... или, возможно, их отцов на вершине. Поэтому они также начали свои схемы в тайне.

Эти семьи казались мирными на поверхности, но внутри бушевали тайфуны. Все спешили. Тем не менее они также были очень осторожны из-за страха, что они будут действовать небрежно и создадут беспорядок…

Единственными семьями, которым удалось остаться в стороне от этой ситуации, были лишь семьи Цзюнь и Дугу. Более поздних поколений этих двух военных семей там не было. Поэтому существование или отсутствие таких слухов не оказало на них никакого влияния. Эти семьи были как монолитный блок внутри. Вода может присутствовать там, но контейнер был водонепроницаемым.

Эти слухи не повлияли на обе семьи. Поэтому они сохранили свою внутреннюю стабильность. Однако этого нельзя было сказать по их военной мощи. И это было потому, что их наиболее доверенные военные подчиненные ушли вместе с другими старыми офицерами. Кроме того, последователи этих двух семей также слышали слухи, отличавшиеся от тех, которые слышали последователи других семей. Но две семьи не могли получить никакой возможности изменить ситуацию. В результате они оказались беззащитными. Это было почти так, как будто они были изгнаны.

Семья Муронг, семья Мэн и семья Танг были "великими" семьями Тянсяна. И пожилые люди этих семей, очевидно, тоже были такими же. Тем не менее они казались простыми и прикованными к постели перед лицом этого хаоса. На самом деле, молодые этих семей были очень уважительны и послушны на поверхности. Но они были похожи на обоюдоострый меч. Таким образом, эти семьи вызвали много кровопролития...

Была ещё одна семья, которая оставалась в значительной степени спокойной. И эта семья была семьей Ли. Но у них был великий гений Ли Юран, старший молодой мастер. Так что другие молодые члены семьи не смели конкурировать с ним. Он использовал очень страшные методы, чтобы подавить любое возможное восстание на раннем этапе. Поэтому слухи об этой битве за наследника были наименее кровопролитными в семье Ли.

Было только очевидно, что некоторые крупные силы не пострадали от этого урагана.

Например…

Владелец аристократического зала – Танг Юань – проигнорировал эти иностранные дела. Он заботился только о развитии своего заведения... и о прибыли. Таким образом, он становился всё более процветающим с каждым днём. Он провел несколько аукционов, и каждый раз зарабатывал огромные суммы золотом. Цзюнь Мосе дал ему много эффективных таблеток, прежде чем уйти. И метод ведения бизнеса толстяка был исключительным. Он выставил на аукцион первую партию этих лекарств, и их результаты вызвали огромную сенсацию в столице.

После этого Жирдяй начал ограничивать и контролировать продажи. Он продавал только 20 таблеток каждого вида. И один человек мог купить только максимум 5 таблеток. Из-за этого цены выставленных на аукцион товаров росли как на дрожжах. Однако и число людей, которые приходили на эти аукционы, также продолжало расти.

Цены на эти товары вскоре начали достигать пугающе высоких уровней из-за их сенсационной популярности. Но очередь людей, приходящих купить эти товары, была всё ещё бесконечна. В действительности клиенты были готовы потратить любые деньги внутри Аристократического Зала. И тем, у кого не было сотен тысяч... или миллионов... оставалось только смущённо глядеть по сторонам.

Жирный Танг дал лекарствам очень приятные и модные описания. Дан Таинственного Янь очень прославился своим описанием: «Даже самый последний импотент в Империи сможет носить хоть полтонны на своём нефритовом стержне с помощью этого громогласного Дана Таинственного Янь!». Это звучало, как будто он предлагал импотентам афродизиак. Фактически эта реклама даже говорила, что даст им гораздо больше, чем это…

Было это так называемое стихотворение: «Вино и романтика - удел молодых. В пятьдесят можно вступить в брак. Но промежность даже в восемьдесят лет будет по-прежнему искать приключений...».

Дан Потерянной Инь был ещё подписан ещё более феерично: «Улучшает внешний вид и придаёт вашей коже Божественную красоту, которую хранят лишь несорванные бутоны цветов. Даже небольшое количество этого превратит последнюю уродину в первую красавицу, которая будет обращать вспять потоки могучей реки и перемещать звёзды по своему желанию!».

Танг Юань казался путешествующим бардом, продающим невнятный мусор.

Эти два чрезвычайно модных, неуклюжих и вульгарно звучащих лекарства вскоре стали известны как Божественные таблетки города Тянсян.

Позже Танг Юань говорил, что у его учреждения не было достаточно рабочей силы. Затем он использовал свои официальные полномочия в частных интересах и заставил свою невесту Сун Сяо Мэй, помогать ему в Аристократическом Зале. Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань – два эксперта Суань Неба – бесконечно жаловались на него.

Два эксперта несколько раз с самого начала восставали против демонстрации "власти" толстяка.

«Вся твоя семья Танг не имеет ни единого эксперта Неба Суань. Тем не менее ты смеешь заставлять нас работать, как чернь. Кем ты себя возомнил?».

Однако Танг Юань постепенно придумал выход. Однажды, когда он имел дело с Хай Чэнь Фэном, он просто стал придерживаться этой линии:

- Третий молодой мастер сказал, что ты будешь самым подходящим человеком для этой работы. Хай Чэнь Фэн, как ни странно, заткнулся и стал выполнять работу. Более того, он был резким, стремительным и решительным в своих действиях. Он боялся медлить.

Жиробас, каким бы тупым не был, быстро понял, в чём дело. Когда в следующий раз заартачился Сонг Шань – он применил тот же метод и с ним. И результат был тем же. Поэтому Танг Юань с того дня и начал действовать самым наглым образом.

«Я ничего не думаю о том, кто я. Я всего лишь представитель старшего брата Мосе в Тянсян. Я просто занимаюсь делами старшего брата Мосе. Ты подчиняешься тому, что я тебе говорю. Иначе я расскажу старшему брату Мосе!».

Это привело к одному – два эксперта Суань Неба бежали всякий раз, когда они видели толстяка. Они никогда не встречались с ним лицом к лицу.

«Я не могу ему отказать. Но это не значит, что я не могу избежать его, верно?».

Тем не менее у жирного Танга была стратегия, чтобы справиться и с этим. Он указал, что они должны приходить в Аристократический Зал один раз в день. И он назначил им кабинет каждому. Он прикрепил на входе трёхметровый лист бумаги на случай, если он захочет поручить им какую-то задачу. И любая задача неизбежно начиналась следующим образом: «Третий молодой мастер сказал…».

А потом появился молодой принц – Ян Мо. Танг Юань, очевидно, не позволял ему сидеть без дела. Маленький принц дал им огромное количество денег, когда открылось заведение. В конце концов эти деньги поступили очень своевременно.

Однако Аристократический Зал в это время пытался сделать больше золота. Но принц просто протянул руку в ожидании своей доли денег. Танг Юань, очевидно, чувствовал «лютую боль в заднице» из-за этого. Поэтому он начал возиться по этому поводу каждый день:

- Я бегаю и разбираюсь со всем этим... Бегаю каждый день... как обезьяна... только для того, чтобы обеспечить этих халявщиков...

Танг Юань, очевидно, уже забыл, как всё началось. Кроме того, он забыл проблемы, с которыми они столкнулись в начале... И семью, которая финансово поддерживала его, когда он нуждался в этом больше всего. Таким образом, он мог видеть, как его с трудом заработанные деньги текут сквозь пальцы. И он чувствовал, что теряет часть своей плоти…

Рука Танг Юаня дрожала каждый месяц, когда он отдавал части прибыли. На самом деле, его глаза были красными.

«Третий молодой мастер сделал всё это. Итак, это принадлежит ему. Ты приходишь сюда отдыхать и есть сладости, сопляк! Тем не менее ты также получаешь деньги. И так много на что! Почему?».

Таким образом, ум жирного Танга выходил из равновесия.

Кроме того, Танг Юань был полон решимости справиться со всеми проблемами, даже если бы Цзюнь Мосе специально не просил его. Однако у маленького Ян Мо было несколько тётушек и дядей. И, очевидно, они были принцессами и принцами. Некоторые из них прибыли однажды. Танг Юань только закатил глаза на это.

«Ах, ещё больше членов Императорской семьи! Этот бизнес предназначен только на пользу им! Кто не хочет, чтобы их здесь было больше?».

У маленького мальчика, кажется, не было чувства самоуважения вначале. Итак, он, очевидно, понес много потерь. Более того, Танг Юань не делил прибыль должным образом. Он рассчитывал долю в прибыли. Затем он вычитал, сколько Аристократический Зал потерял из-за Императорской семьи, из доли принца.

«Ты должен платить от имени Императорской семьи! В любом случае, твоё самоуважение не стоит денег».

И вот, наконец…

Этот застенчивый маленький мальчик в конце концов начал беспокоиться ради своих собственных интересов...

Маленький мальчик смотрел на ежедневные сделки Аристократического Зала. Деньги просто вылетали из дверей. На самом деле эта куча бумажных денег взлетала в небо. Тем не менее он мог только тупо смотреть на них, так как ни одна купюра из них не принадлежала ему. Иногда он даже вёл бухгалтерию. Но он понял, что теряет деньги вместо того, чтобы зарабатывать их... кто мог вынести такую несправедливость?

Поэтому маленький мальчик стал умным и настороженным. Он не давал даже маленьких сумм. На самом деле он вскоре начал торговаться за каждую монету. Иногда он почти напоминал маленького петуха из петушиного боя.

«Я мог бы получить парочку дополнительных наград, если старейшина из Императорской семьи посетит зал. Я – всего лишь ребёнок. Так что, заставить их принести мне что-то маленькое – не будет лишним, верно?».

Тем не менее королевские посредники были хороши и в сладких разговорах. Поэтому вполне естественно, что возникли противоречия. Но маленький мальчик оставался строгим и беспристрастным. Он отдал свой приоритет деньгам превыше всего. На самом деле, даже отец мальчика бы рухнул на месте, если бы он видел, как его маленький сын начал говорить…

Принцы... члены Императорского гарема... и их посредники вскоре стали сталкиваться с всё большими трудностями при попытках воспользоваться Аристократическим Залом во время своих визитов. На самом деле членам фракций трёх Принцев приходилось хуже всего. Следовательно, трое Принцев разозлились и решили посетить заведение сами. Очевидно, что они прибыли с намерением нанести урон маленькому мальчику. И маленький мальчик в конечном итоге, разумеется, проиграл... как маленькая рука могла поднять большую ногу? Более того – три пары взрослых ног?

Затем Танг Юань и Сонг Шань однажды тоже подставили его. Они наполнили чашу маленького мальчика вином на вечернем банкете. Сам юноша в то время очень беспокоился. Он был огорчён и не мог не вспомнить, что говорил ему его старший брат Цзюнь Мосе в тот момент беспомощности:

- Твой отец – не Император. Как я могу тебе помочь? Помогать тебе будет означать идти против сына Императора. И это то же самое, что идти против будущего Императора. Мне разрешат жить, если я это сделаю?

Юноша полностью напился. На самом деле он был в стельку пьян! И он начал петь в пьяном ступоре. Очевидно, вино ему не пошло... На самом деле это почти сделало его сумасшедшим. Более того, такая большая доза не давала ему нормально уснуть. Он встал с постели ночью и громко крикнул в свой детский голос:

- Я хочу стать императором! Б*ядь! Я, сука, хочу стать Императором! Я буду бунтовать! Я хочу быть Императором, чтобы над моими детьми не издевались!

В то время он был маленьким мальчиком. Тем не менее он уже понял, что его сыну придется когда-нибудь столкнуться с издевательствами.

Этот крик посреди ночи напугал Танг Юаня. Настолько, что он испачкал штаны. Тем не менее он не смел вмешиваться из-за страха, что какой-то посторонний мог слушать это посреди ночи. На самом деле Танг Юань был напуган до такой степени, что он скорее забыл бы своё имя, чем этот вечер…

«Это преступление, за которое могут уничтожить всю семью!».

Танг Юань вдруг решил, что никогда больше не будет поить этого маленького мальчика.

«Я заставлю других напиться. Может быть, я напьюсь сам. Но, напоив этого ребенка, я тоже буду рисковать своей жизнью! Это слишком рискованно!».

Глава 386. Вход в Тянь Фа уже в третий раз

В Императорском Дворце…

Император нахмурился. Его достойное лицо выглядело мрачным. Он ходил туда-сюда некоторое время. Его темп был не слишком медленным... и не слишком быстрым. И в конце концов он издал длинный вздох. Лицо Императора выражало путаницу его мыслей. Казалось, он застрял на важном решении. На самом деле казалось, что он столкнулся со сложной проблемой.

Несколько могущественных экспертов Суань Ци объявили о своей поддержке семьи Цзюнь. И этот список теперь включал очень сильного таинственного Мастера. Эта мысль и поразила сердце Императора и не давала ему спать ни днем, ни ночью.

- Как ты думаешь, сколько правды есть в этом, старший брат Вэн? – он получил эту удивительную новость некоторое время назад. На самом деле, многие люди это подтвердили. Но Император все еще не мог поверить... однако, возможно, дело скорее в том, что он не хотел верить в это...

- Старший брат Вэн, семья Цзюнь пережила большие потрясения двенадцать лет назад. Мы должны учитывать, что эти трагедии не могли бы произойти, если бы такой человек стоял за семьей Цзюнь все это время. Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэн не погибли бы, а Цзюнь Вуй не стал бы калекой. Кроме того, у третьего поколения семьи Цзюнь не осталось бы только одного выжившего ребенка. И это потому, что Город Серебряной Метели просто ничего не осмелился бы сделать. Поэтому я убежден, что есть что-то странное в этом вопросе!

Император нахмурился, продолжая:

- Но ты не думаешь, что это просто странно? Ты не думаешь, что это всего лишь акт семьи Цзюнь, чтобы нейтрализовать намерения тех, кто хочет охотиться на них? Итак, было ли это сделано с намерением дать семье Цзюнь возможность процветать? Это предотвратит гибель поколения Цзюнь Мосе, мягко говоря!

Лицо мистера Вэна давно утратило свое спокойное выражение. Он сидел с серьёзным лицом в данный момент, и было видно, что он размышлял над чем-то.

- Этот субъект, в первую очередь, должен быть несравненным экспертом. По слухам, он – один во всём поколении эксперт. Так почему же о нем не было легенды, если он существовал в мире смертных в течение многих лет? Более того, невозможно, чтобы такой эксперт появился за такое короткое время. Во-вторых, этот человек должен быть великим и несравненным мастером, существовавшим десять-двадцать лет назад. Значит, у него должна быть внушающая благоговение аура. И было бы не очень трудно поверить, если бы этот человек был вызван силой, которая находится на уровне Города Серебряной Метели или поместья Сюэху. Однако семья Цзюнь далеко не на одном уровне с ними. Таким образом, этот вопрос кажется очень запутанным…

В-третьих, такой трагедии не было бы, если бы он действительно наблюдал за семьей Цзюнь. И, наконец, самая важная часть – этот таинственный Мастер, возможно, долго отсутствовал. Поэтому он, возможно, не знал о трагедиях, которые произошли с семьей Цзюнь. Однако он до сих пор не предпринял никаких действий, хотя снова появился! Любой человек нашел бы эти вещи невыносимыми! А этот человек не проявлял себя в последние десять лет. После этого он убил только Ли Ю Тяня. Но он всё ещё позволил людям Города Серебряной Метели жить. Он даже пощадил мужчин семьи Сяо! Это очень неразумно! В конце концов Сяо Бу Ю заставил семью Донфанг принять очень унизительную клятву. Более того, Цзюнь Вуй и Сяо Хан всегда испытывали непримиримую ненависть друг к другу… Но они живы.

- «Кто-то несёт ответственность за каждую жалобу. И за каждым долгом рано или поздно придут...» - в этих словах есть доля истины. Но мы знаем, что ноги Цзюнь Вуя до сих пор не исцелены. Как он мог отомстить? Нет никаких шансов, что он отомстит! Но что бы этот человек ни сказал и ни сделал в этом вопросе, становится ещё необъяснимее, если мы будем отрицать эти его слова! Итак, в этом деле слишком много несостыковок!

Его Величество нахмурился.

- Но Ваше Величество, есть большая вероятность, что эта информация имеет какую-то истину, – сказал Мистер Вэнь серьёзным тоном. – Поэтому я прошу Ваше Величество рассмотреть это... большинство людей, присутствующих во время появления этого таинственного человека, находились под влиянием Ли Ю Тяня. И Ли Ю Тянь не ладил с семьей Цзюнь. И большинство семей, присутствующих на этой сцене, сговорились выставить Цзюнь Вуя, как жертвенного барана. Так почему они хотели так поступить? Более того, действовать лживо перед такими исключительными мастерами, как Владыка Тянь Фа и людьми из Неуловимого Мира Бессмертных невозможно!

Опасения Вашего Величества, естественно, очень разумны! Тем не менее я считаю, что единственное разумное объяснение этого лежит в том, что семья Цзюнь, возможно, каким-то образом получила поддержку такого способного человека совсем недавно. Это может быть похоже на то, как им удалось получить поддержку восьмого Великого Мастера — Одинокого Сокола. Только сила этого человека ещё более грозная!

Затем мистер Вэнь продолжил:

- Не имеет значения, является ли эта поддержка недавней... или была уже некоторое время. Но этот человек действительно существует. И в этом нет никаких сомнений!

Это правда. Я понял, что это была лишь демонстрация и не более того. Но сейчас это кажется невозможным. Итак, нам нужно определить, как Императорский двор будет относиться к семье Цзюнь с этого момента.

Император издал глубокий вздох. Темная линия на его лбу явно обозначала беспокойство, когда он смотрел вдаль. Его состояние не было ясным. Правитель Империи Тянсян уже признал существование этого таинственного человека. Тем не менее, казалось, что он ждал, когда кто-то скажет ему, что это просто огромная выдумка.

- Семья Цзюнь... нынешние отношения с семьей Цзюнь, возможно, не то, что считает важным Ваше Величество. На самом деле это может очень гармонично вписаться в наши силы! – мистер Вэнь продолжил говорить. – И недавно приобретенная поддержка семьи Цзюнь не может быть плохой вещью для Вашего Величества и Империи. Всё, что вам нужно сделать, это... сохранить свои отношения с ними. Затем вы можете попытаться завоевать их. Этот Цзюнь Чжан Тиан – не тот человек, который забудет старые благосклонности и дружеские отношения... и не забудет эмоций.

- Неплохая идея... – Император горько улыбнулся и тихо пробормотал. – Цзюнь Чжан Тиан – не тот человек, который забудет старые благосклонности и дружеские отношения...

Не было известно, почему он повторил то, что говорил мистер Вэнь, но его тон звучал эксцентрично и жутко.

Мистер Вэнь был поражен, когда смотрел на лицо Императора. Оно было неподвижно, как вода в озере. Он не мог видеть никаких эмоций. Раньше на нем был след мрачности, но в это время даже это выражение исчезло. Однако мистер Вэнь также чувствовал, что Его Величество подавляет свои глубокие эмоции.

Затем в окно внезапно ворвался сильный ветер. Бумаги, лежавшие на столе, разлетелись в разные стороны от этого порыва. Письмо примерно мгновение висело в воздухе, после чего упало на землю. От удара оно открылось, и на развёрнутом листе бумаги можно было прочесть:

«Цзюнь Вуй благополучно возвращается с армией из битвы в Южном Небесном Городе. На месте происшествия появился таинственный человек. И ни один из тысяч людей не осмелился ослушаться его, хотя он вел себя очень высокомерно. Он убил величайшего мастера Ли Ю Тяня всего лишь поворотом своей руки. После этого он провозгласил себя за семью Цзюнь. Люди поместья Сюэху уничтожены. Даже Владыка Тянь Фа не осмелился вызвать его на бой. Два ректора из Неуловимого Мира Бессмертных тоже не решились ничего предпринять против него…».

Губы мистера Вэна двигались, пока он читал эти строки.

«Да кем может быть столь опытный человек?».

Мистер Вэнь сузил глаза и посмотрел вверх, размышляя над этим.

Это дело в Тянь Фа произошло только три дня назад. И всё же Император уже получил эту секретную информацию. Это сообщение дошло сюда даже быстрее орла, который летел на полной скорости…

Семья Цзюнь…

Цзюнь Чжан Тиан стал затворником с тех пор, как его сын и племянник ушли на войну. На самом деле он даже не появлялся на публике с тех пор.

Старый Панг спешил со своей бамбуковой тростью, чуть не крича:

- Повелитель! Секретный отчёт из Южного Небесного Города!

Цзюнь Чжан Тиан широко открыл глаза, вскочил и сказал:

- Я хочу прочитать это! Неси мне! – он поспешно принял отчёт. Его руки начали немного дрожать. Лицо старика, получившего в прошлом много срочных военных сообщений, было спокойным. На самом деле никакого движения на нем не было. Но внутри ему было страшно. На самом деле он был почти на краю.

Только Старый Панг знал, что Цзюнь Чжан Тиан не спал должным образом в течение двух месяцев с тех пор, как Цзюнь Вуй отправился сражаться вместе со своим племянником. На самом деле у него даже не было ни одной ночи сна.

Цзюнь Чжан Тиан очень быстро прочитал этот секретный отчёт. Затем он обнаружил, что он забыл прочесть шифр. Итак, он начал читать его снова... более тщательно на этот раз... слово за словом... предложение за предложением…

Его напряжённое тело, наконец, расслабилось, когда он сел на стул.

- С Вуем всё в порядке. И даже Мосе в порядке! Они возвращаются триумфально! – Цзюнь Чжан Тиан пытался контролировать свое счастье. Он казался спокойным и равнодушным, но его бровей было достаточно, чтобы определить, что он был очень счастлив. – Ещё лучше: Мосе сопровождают братья его матери, и он поедет к семье Данфанг на некоторое время. Об этом просил Донфанг Вэн Цин.

- Это действительно отличные вести, повелитель! – старый Панг был искренне счастлив.

Лицо Цзюнь Чжан Тиана расцвело, он улыбнулся и ответил:

- Это действительно здорово! Семья Донфанг очень хорошо относилась к нашей семье Цзюнь все эти дни. Мосе очень сильный, и его остроумие также похвально! Ву Хи, должно быть, очень гордился бы таким сыном!

Секретный отчет вышел из Тянь Фа три дня назад. Однако он не сообщил дедушке, что его "хваленый" и заветный внук сделал что-то потрясающее...

Это было похоже на землетрясение в восемь баллов по Рихтеру... или цунами девятого уровня для семьи Цзюнь!

Старик схватил бы палку, чтобы сломать ноги этого юнца, если бы он только узнал об этом…

Цзюнь Мосе как раз входил в лес Тянь Фа в третий раз.

Он взял Священный плод Тянь Фа, когда впервые вошёл в лес. Второй раз был во время боя. Он преобразился в свое бесформенное состояние и произнес несколько слов наставлений Большому Медведю.

И он снова украшал собой Тянь Фа в третий раз…

Молодой мастер Цзюнь чувствовал, что лес Тянь Фа был для него лучшим местом.

Здесь он чувствовал себя в своей тарелке больше всего.

На самом деле он бы даже не ушел, если бы это было возможно.

Это было единственное место, где он мог немного расслабиться.

Молодой мастер Цзюнь двигался, как вспышка света. Он знал из опыта, что звери Суань из леса Тянь Фа не проводят время на краю леса.

Лес Тянь Фа занимал огромную территорию. И Цзюнь Мосе не знал, где находился центр леса. Он собирал редкие травы для лекарств, как саранча, в последний раз, когда был там. Но он знал, что если перенести концентрацию этих лекарственных трав и нанести на карту – Тянь Фа будет на ней одним большим зелёным пятном. Тем не менее он был на большом расстоянии от центрального региона в это время. Цзюнь Мосе пронесся по району и не оставил ничего не выщипанного на его пути. Но это была всего лишь капля в океане.

Однако это также означало, что он был в убытке в этом случае, так как он мог только отслеживать местоположение лучших трав в Тянь Фа…

Он, очевидно, проник очень глубоко в Тянь Фа раньше. Но его общие знания о "дорожной карте" леса были очень плохими. Поэтому ему будет очень трудно найти кого-то на этой огромной территории. Следовательно, молодой мастер Цзюнь был вынужден полагаться только на свою память, и он решил продолжить путь к месту, где общался со зверями в первый раз, когда был здесь…

Диапазон духовного чувства Цзюнь Мосе также увеличился с прогрессом его культивирования. Таким образом, он положился на своё сильное духовное чувство и быстро обнаружил место, где в последний раз встретил Королей журавлей и медведей.

Все вокруг ядовитой долины казалось мрачным. Молодой учитель не углубился в долину, но ему и не нужно было... его мощного духовного чувства было достаточно, чтобы определить, что Короля Журавлей и Короля Медведей там не было. На самом деле даже Королевы Змей не было там в это время.

Молодой мастер не был в настроении искать их, так как это не было легкой задачей. Во всяком случае, было бы намного проще, чтобы они сами нашли его вместо этого…

Цзюнь Мосе показался в лесу Тянь Фа. Затем он резко взлетел в небо. После этого он стал излучать грозную ауру из Пагоды Хунцзюнь. Чистая аура вышла из его тела и вырвалась наружу. Затем она распространилась в районе вокруг него…

Глава 387. Короли медведей и журавлей

Это, несомненно, был сигнал. На самом деле это был взрывной сигнал! Не было места для ошибки с тех пор, как он послал такой сигнал. Большой Медведь и Высокий Журавль, несомненно, придут к нему, если они вообще были в лесу Тянь Фа.

Король журавлей и Король медведей сидели в самой глубине леса и пили вино.

Разум Высокого Журавля был осторожен, как обычно. Но Большой Медведь наслаждался жизнью в данный момент. Это была типичная ситуация, когда "Обезьяна царствует в лесу, пока нет тигра".

«Я босс, так как самого старшего здесь нет!».

Поэтому он затащил Высокого Журавля "культурно выпить", и это продолжалось уже два полных дня. Его даже не волновало, что произошло в Тянь Фа за последние несколько дней... или с чем им придется столкнуться в будущем. Этот простодушный темперамент полностью отличался от темперамента Цзюнь Мосе, но он каким-то образом сумел дать те же результаты.

Два звериных короля в тот момент пили не в человеческих формах. Они пили это море алкоголя в своих первоначальных формах. С одной стороны был огромный медведь, покрытый золотым мехом. На самом деле он почти напоминал гору. Журавль с короной красных перьев стоял с другой стороны. Его тело было еще больше и было покрыто белыми перьями. Его глаза напоминали два пылающих факела. Перед этими двумя Королями зверей была гигантская естественная платформа. Они использовали её в качестве стола. На этом их "столе" были выставлены винные чаши, вырезанные из красного сандалового дерева. И каждая из этих чашек была размером с большую бочку вина.

И вино, которое пили эти два Короля зверей, испускало исключительно приятный аромат. В действительности это вино варили обезьяны из леса Тянь Фа. И эти два Короля зверей использовали свое положение, чтобы закупить это вино. Огромная пасть медведя открылась вместе с гигантским клювом журавля, и они быстро залили вино в горло.

- В-третьих, я заметил, что ты становишься все более осторожным. На самом деле твоя осторожность пересекла все границы. И ты особенно беспокоишься об этом вопросе относительно нашего Священного фрукта! Я думаю, что это бесполезно – так волноваться! – зрение Большого Медведя было расфокусированным из-за опьянения. Он похлопал по груди, покрытой золотистым мехом, и продолжил. – Я не понимаю этого. Ты беспокоился весь день. Как ты не устал?

Было очевидно, что Высокий Журавль был очень обеспокоен всем этим вопросом вокруг Священного плода Тянь Фа. Однако Большого Медведя это совершенно не заботило. Он был очень уверен, когда дело доходило до того таинственного мастера. Его интуиция подсказывала ему, что человек с таким высоким уровнем культивации не видит необходимости обманывать их. Поэтому он не мог понять тревогу Высокого Журавля. На самом деле, он даже несколько презирал это.

- Твой мозг состоит из мускулов, Большой Медведь! Что ты знаешь? – Высокий Журавль повернулся и поднял веки, чтобы посмотреть на Большого Медведя своими огромными рубиновыми глазами. – Мы должны беспокоиться, так как есть шанс, что всё может пойти не так! Как бы мы с тобой спаслись, если бы больше не увидели даже тени этого человека? Твой медвежий мозг слишком мал. Любой может обмануть его с легкостью! Второй брат был небрежен и играл глупо. Теперь он должен служить другим. Ты тоже так себя ведешь! И у тебя тоже не будет шанса бежать!

Большой Медведь помолчал мгновение. Затем он тихо сказал:

- Третий брат, я верю в того таинственного мастера. Более того, я чувствую, что риск использования Священного фрукта слишком велик для нас! Всегда есть опасность, что наше тело может взорваться. Фактически показатель успеха даже не достигал тридцати процентов в прошлом. И, похоже, что опытный и таинственный человек обладает методом, который не влечет за собой никаких рисков. Значит, стоит подождать и рискнуть…

Высокий Журавль оглянулся после того, как услышал слова Большого Медведя. Он никогда не ожидал, что его четвёртый брат — этот невежественный Большой Медведь — сможет выдвинуть аргумент, который будет настолько разумным:

- Я никогда не думал, что ты можешь привести хоть один мудрый аргумент, четвёртый брат. Это подлинно, как в поговорке "Раз в год и палка стреляет". Я искренне уважаю тебя за эти слова!

Большой Медведь был очень счастлив, когда услышал эти слова. Но затем он прикончил три или четыре стакана на одном дыхании и опомнился:

- Стоп, что значит "Раз в год и палка стреляет"? Вообще-то я, как Король зверей, всегда был умным! Я никогда не открываю рот, не давая умных мыслей!

Высокий Журавль не мог не улыбнуться после того, как услышал хвастовство Большого Медведя. На самом деле он собирался поднять тост, когда вдруг вспомнил что-то:

- Как у тебя хватило смелости вот так обратиться ко мне? Кого ты называл "третьим братом" минуту назад? Я твой третий старший брат! Что, уважение между старшими и младшими уже пропил? Я едва произнёс эти слова похвалы, а ты забыл элементарную вежливость? Во всяком случае, ты, возможно, привёл разумный аргумент, но это дело все еще слишком рискованное! В конце концов, Священный плод, не находящийся в наших руках... всё-таки не очень хорошо!

Большой Медведь фыркнул и ответил:

- Какой риск? Разве не рискованно иметь Священный плод в одиночку? И никто никогда не мог украсть наш Священный плод. Этого никогда не случалось с древних времен! И этого не произойдет и сейчас. Хочешь сделать ставку?

Длинный Журавль закатил красные глаза. Он, кажется, не был в хорошем настроении:

- Когда ты откажешься от этой плохой привычки делать ставки? Не забывай, что второй брат проиграл, потому что он сделал ставку! И я вижу подобную тенденцию с тобой! Кроме того, на что мы можем поставить? Нам обоим перережут горло, если не найдём этого человека. Хочешь поставить на это? Ставлю... мою задницу!

Гнев Большого Медведя вспыхнул, и он крикнул, вставая:

- Я действительно люблю делать ставки! Так что поспорим с тобой, что... этот человек не тот плохой парень, за которого ты его выдаёшь!

Высокий Журавль фыркнул и ответил:

- Не такой человек? Ты уверен? Он должен был выполнить свое обязательство и сдержать своё обещание, так как поместье Сюэху превратилось в пыль! Ха! Давай не будем говорить о том, сможет ли он сдержать свое обещание дать нам таблетки в обмен на Священный плод нашего Тянь Фа... Он должен был, по крайней мере, помочь нам прорваться через барьер десятого уровня Суань, как обещал! Так почему он пропал, хотя мы выполнили нашу часть соглашения?

- Возможно, он был занят другим делом? Такой опытный человек не будет таким бесстыдным, верно? – тон Большого Медведя звучал очень уверенно минуту назад. Однако он внезапно рухнул. На самом деле он, казалось, потерял часть своей уверенности сейчас…

- Ты уверен, что очень опытный человек не будет бесстыдным? – Высокий Журавль вздохнул и сказал. – Среди людей всегда было много предателей. Скольким из них не безразлично одно обещание? Ты всё ещё очень наивен, Большой Медведь. Большой интеллект кажется тебе глупостью? Ты сам себя одурачил!

Большой Медведь фыркнул и энергично схватил чашу вина. Затем он наклонил голову и проглотил её содержимое с обиженным взглядом на лице. Было очевидно, что он не мог смириться с доводами Высокого Журавля.

Он собирался опровергнуть, когда вдруг почувствовал, как разрушительная сила проходит через Тянь Фа. Большой Медведь вдруг задрожал. Даже его рука начала дрожать, когда он бросил эту большую чашку вина наземь. Затем он вскочил и заговорил в исключительно возбужденной манере:

- Это он! Он ищет нас! Он здесь, чтобы помочь нам в прорыве! Что ты можешь сказать по этому поводу, третий Журавль?

Лицо Высокого Журавля тоже загорелось от восторга. На самом деле он даже забыл заметить слова о "Третьем Журавле". Король зверей взлетел с места. Его крылья блестели, когда он закричал:

- Ты выиграл пари, четвёртый! Он прибыл!

Два Короля зверей посмотрели друг на друга. Их глаза были наполнены восторженным экстазом.

Большой Медведь явно не желал ждать ни минуты. Он крикнул и запрыгнул на длинную спину Журавля. После этого он громко крикнул и указал пальцем вперед:

- Поторопись! – его голос был решительным. На самом деле это было похоже на приказ. Но Высокий Журавль не был подготовлен для его тысячи килограммов веса и рухнул вниз в результате. Затем он возмутился:

- Придурок! Никогда не прыгай на меня в своей медвежьей форме! Разве ты не знаешь, что весишь полторы тонны?!

Тем не менее он не почувствовал никаких изменений к тому времени, когда закончил говорить. Тогда он добавил еще:

- Поторопись, мать твою! Я – твой третий брат, а не питомец для перевозки! Беги сам по себе!

Большой Медведь схватил два длинных пера Журавля и не отпустил. Затем он быстро преобразился в свой человеческий облик, но бесстыдно отказался спускаться. Высокий Журавль чувствовал себя беспомощным. И он также боялся задержаться в такой критический момент. Итак, он хлопнул крыльями и взлетел. Затем он бросился вперед, как молния.

Он быстро приблизился к тому направлению, откуда исходило это огромное давление.

Цзюнь Мосе стоял в воздухе. Он мог чувствовать, как звери Суань съежились под его чрезвычайно грозной силой. Никто из них не решался сделать шаг.

«Я уверен, что есть не так много Суань зверей, которые смогут выдержать это».

Вдалеке поднялся сильный ветер. Это сопровождалось огромным силуэтом, который летел прямо к нему.

Это был Большой Медведь верхом на Высоком Журавле! Сцена выглядела как внушающая благоговение, как из мифических легенд про рыцаря-наездника на драконе.

Цзюнь Мосе оставался в воздухе до тех пор, пока Высокий Журавль не превратился в человеческую форму, и оба Короля зверей не приземлились на землю. Затем молодой мастер Цзюнь также "упал" вниз.

- Старший... ты... ты пришел! – Высокий Журавль чувствовал себя несколько смущенным. Он называл его "Старшим братом Фэн" в то время в городе Тянсян. Но теперь он уже называл его "старшим". На самом деле два Короля зверей Суань чувствовали себя несколько подавленными, так как они ранее осмелились считать его своего ранга и поколения…

Более того, они усомнились в этом человеке всего несколько минут назад. Поэтому Высокий Журавль чувствовал себя немного неловко, так как этот человек появился перед ним в это время…

- Хм... я собирался покинуть Южный Небесный Город. Но я вдруг вспомнил, что всё ещё должен вам обещание. Человек – ничто без его доверия. Итак, как я мог уйти, не отплатив вам за прошлое одолжение? – ответил Цзюнь Мосе.

- Старший – действительно надёжный человек! Третий Журавль беспокоился, что ты не придёшь. Он чувствовал, что ты, скорее всего, сбежишь как вор! Но я сильно отругал его. Ты понял свою ошибку, не так ли, третий Журавль? Ха-ха-ха! – Большой Медведь очень гордился собой.

Как он мог не гордиться собой? Этот человек проявил себя и показал, как он относится к своим обещаниям.

«Как он мог украсть Священный плод и уйти? Значит, это дело с таблетками тоже не может быть трюком, верно?».

Следовательно, Большой Медведь выложил всё, что было на его уме.

- Ты... ты... ты... ты – проклятый медведь! О какой ерунде ты говоришь? Я... как я мог не верить в старшего? – Высокий Журавль стал очень злым. Его пальцы начали дрожать. Он хотел задушить Большого Медведя. Он никогда не ожидал, что Большой Медведь предаст его, чтобы выиграть одолжение у человека перед ними…

- Херня вопрос. Это было естественно, – усмехнулся Цзюнь Мосе. Он не знал почему, но он чувствовал себя очень весело, когда сталкивался с этими двумя Королями зверей. Это было не то удовольствие, которое он получал от того, что вёл себя как притворяющийся придурок. Скорее, это было из-за комфорта, который он чувствовал, так как ему не нужно было анализировать какие-либо схемы, имея дело с ними…

Эти Короли зверей Суань из леса Тянь Фа были простыми и чистыми по сравнению с людьми. И эта атмосфера заставляла Цзюнь Мосе чувствовать себя спокойно. Он чувствовал себя спокойно, так как был далеко от этого бесконечного обмана и интриг…

- Кхм... я пришёл сюда, чтобы сдержать свое обещание. Во-первых, вы должны подготовиться. Я хочу, чтобы вы успокоили свою энергию и привели свои условия к самому оптимальному. Самое главное, что вы двое приведёте свое психическое состояние в самое мирное. И сначала я посмотрю на границы вашего прорыва.

Цзюнь Мосе улыбнулся. Он не понимал, что он был очень любезен. На самом деле его редко видели вот так... за исключением случаев, когда он был с дедушкой Цзюнь, его третьим дядей и парочкой других людей.

Высокий Журавль и Большой Медведь воспринимали эту очень любезную ауру вокруг него очень чётко. Таким образом, они также стали полностью ему доверять.

Глава 388. Помочь Королям зверей с прорывом

Звери Суань были абсолютно разных форм и размеров. Тем не менее они всё ещё были звери, в конце концов. Таким образом, с древних времен между ними и человечеством всегда существовал определенный барьер. На самом деле их часто противопоставляли человеческому миру.

Поэтому была одна "грозная Земля" за пределами "трех святых земель". На самом деле были бы четыре "святые Земли" вместо трех, если бы не существование этой разницы. Тем не менее уровень их силы намного превышал уровень людей, занимающих первое место. Как же обычный человек мог сравниться с ними?

Цзюнь Мосе исходил из этого, обращаясь к ним непринуждённо и слегка любезно. Любезность была очень слабой, но шла из сердца. А звери Суань были очень чувствительны к симпатии и антипатии. Они почувствовали это и сочли это очень приятным.

Высокий Журавль и Большой Медведь искренне чувствовали, что человек перед ними был по-настоящему дружелюбным и заслуживающим доверия.

Поэтому они смотрели на Цзюнь Мосе с особой благодарностью и, не задумываясь, сели, скрестив ноги. Прошло не так много времени, и этот сильный запах вина испарился из их тел. Следовательно, их ранее красные морды вернулись к их нормальному цвету.

Большой Медведь чувствовал, что его аура течет свободно и безудержно. Он был в очень спокойном настроении. Король зверей собирался открыть глаза, когда почувствовал нежную руку на плече. Затем эта рука переместилась к одной из жизненных точек на его плече, а мягкий голос наставлял:

- Стабилизируй свой разум. Не двигайся. Высокий Журавль, проследи, пожалуйста. Никто не должен мешать этому процессу.

Тогда Большой Медведь впервые в своей жизни снял всю защиту. И вся его структура Ци была открыта для исследования рукам этого человека. На самом деле это был также первый раз, когда Большой Медведь стал настолько безоговорочным и предоставил такое доверие к человеку.

Высокий Журавль исполнил просьбу и тихо взлетел в воздух. Он стал очень внимательно наблюдать за окрестностями. Это должно было быть их территорией, но Высокий Журавль вёл себя так, как будто здесь прятался великий враг. Он был чрезвычайно бдителен…

Потому что... этот прорыв был очень важен для Большого Медведя и него!

Глаза Большого Медведя были закрыты, и он чувствовал только прохладное ощущение на плече. На самом деле, казалось, что сейчас зима. Затем он вдруг почувствовал нечто похожее на ледяную воду, льющуюся на его плечо. Это чувство просочилось к его костям. Он чувствовал чистую ауру из той руки, которая вливалась в него. На самом деле она текла, как река. И эта река начала омывать его меридианы!

Его меридианы уже достигли критической точки. Фактически они достигли пика силы Короля зверей. Но сейчас, когда их омывала эта чистая энергия, они впитывали её и начали оживать... постепенно. После этого меридианы стали принимать энергию и со временем начали немного расширяться…

«Это так быстро. Это удивительный прогресс. И это так эффективно!».

Большой Медведь был поражён этим, и его немедленной реакцией было восхищение. Но он всё ещё не решался позволить даже малейшему хаосу проникнуть в его разум. Вместо этого он приложил большие усилия, чтобы направить поток этой мощной внешней энергии через свою внутреннюю структуру культивирования. И она начала стекать в его Даньтянь понемногу…

Высокий Журавль был на расстоянии около тридцати футов, когда обнаружил, что тело Большого Медведя внезапно начало излучать слабый молочно-белый туман. И с каждым мгновением он становился все плотнее. Фактически туман продолжал становиться все более и более концентрированным, пока большое и прочное тело Большого Медведя не было окутано им полностью.

- Это ненормальная аура! На самом деле это признак того, что кто-то на грани прорыва до десятого уровня! Как он мог достичь прорыва так быстро?! Как такое возможно?! – Высокий Журавль вскрикнул в тревоге. Фактически Король Журавлей подсознательно потирал глаза, так как он не мог поверить в то, чему он был свидетелем…

«Передо мной происходит чудо! Невероятное чудо!».

Таинственный человек обещал помочь им в их прорыве. Тем не менее Высокий Журавль принял всё это по-другому. Человек может искренне попытаться помочь, и он может даже обладать каким-то чрезвычайно замечательным методом. Тем не менее он полагал, что лучшим результатом будет увеличение их культивации, которая приведет их к критической точке в прорыве. Итак, он чувствовал, что им обоим придется пережить горькие тяготы и боль, прежде чем они в конечном итоге перейдут на более высокий уровень.

Он считал, что этот сценарий – наилучший возможный выход!

Однако Высокий Журавль никогда не мог себе представить, что этот таинственный и опытный человек будет использовать свою мощную энергию, чтобы помочь им пробиться через узкое место без паузы... и, что самое главное – в мгновение ока!

«Что это значит? Что это означает?».

Это означало, что этот таинственный человек в чёрном был готов пожертвовать своей силой ради них. Он прошел через трудности и путешествовал по всему миру, чтобы помочь этим двум братьям. Глаза Высокого Журавля быстро стали несколько влажными.

«Мы сделали незначительную услугу в обмен на это. Чем такое задание было в глазах такого несравненного человека? И этот таинственный опытный человек всё равно выполнил своё обещание! Он даже жертвует своими силами ради этого!».

«Сколько людей в истории с такой серьёзностью выполняли свои обещания? Как такие люди могут быть ненадежными? Как кто-то еще может сомневаться, что этот человек обманет нас и убежит со Священным плодом? Это была бы огромная шутка!».

Важно знать, что этот таинственный человек мог легко убить двух Королей зверей за один ход, так как они отпустили своих охранников. И он бы получил два ядра Королей зверей Суань высокого уровня, которые были на грани прорыва на десятый уровень. Более того, ему не пришлось бы тратить на это энергию. Это было бы отличным приобретением для него, и это, безусловно, было бы очень выгодно для его культивирования.

Однако он этого не сделал. Вместо этого этот человек выполнил соглашение. Фактически он даже жертвовал своей силой, чтобы помочь двум Королям зверей с их прорывом.

Высокий Журавль спросил себя: а мог ли он пожертвовать своей силой, чтобы помочь Большому Медведю с его прорывом?

И он стал красным от стыда после того, как тщательно рассмотрел возможность на некоторое время. И это потому, что он пришёл к ясному подсознательному ответу – нет!

«Я не хочу приносить эту жертву за моего собственного брата... не говоря уже о других людях!».

«Этот таинственный человек в черном заслужил восхищение всех во всем мире. Любой его друг будет чувствовать себя спокойным, бесстрашным и почитаемым».

Цзюнь Мосе был бы счастлив до головокружения, если бы узнал, о чем думали два Короля зверей в это время. Он даже упал бы в обморок и всё равно очнулся бы с головокружением. Кроме того, этот цикл продолжался бы в течение нескольких итераций.

Очевидно, это было большое недоразумение.

Цзюнь Мосе был серьезно настроен насчет своего обещания. И он действительно потратил огромное количество чрезвычайно чистой энергии. Но он не жертвовал своими силами, чтобы помочь им с их прорывом. На самом деле молодой мастер Цзюнь никогда бы не согласился на эту сделку, если бы ему пришлось сделать такую вещь. Он никогда не был великим и возвышающимся героем. Как он мог совершить такое великое и альтруистическое дело?

Причина была очевидна. Все звери Суань из Тянь Фа считали эту чистую ауру чрезвычайно ценной. Ими она ценилась гораздо больше, чем молодым мастером Цзюнь. Более того, количество ауры внутри Пагоды Хунцзюнь было очень большим для Цзюнь Мосе. Она была почти неисчерпаемой. Её было всё больше, он поглощал всё больше и больше ауры с увеличением его культивирования. Тем не менее он не чувствовал необходимости беспокоиться о её дефиците…

Использование Пагоды Хунцзюнь для помощи Королям зверей Суань с их прорывом не было великой услугой со стороны Цзюнь Мосе. На самом деле человек с золотой горой размером с Великие Гималаи пытался выставлять напоказ свои богатства перед обычными офисными крысами. Такой человек мог бы легко дать каждому несколько золотых монет и казаться очень щедрым. А сам он бы говорил:

- Да это хрень, с меня не убудет. Идите и получайте удовольствие…

Масштаб помощи, которую он предоставлял, был чем-то похожим...

Более того, Большой Медведь и Высокий Журавль были простыми и честными существами. И это понравилось Цзюнь Мосе. Поэтому он был готов им помочь. И, добравшись до сути дела, помощь им всё равно принесёт много пользы и ему…

Эти двое – необычные люди. Фактически они оба равны Великому Мастеру. Поэтому протянуть им руку дружбы не принесло бы никакого вреда…

Часто говорят, что более чем достаточно иметь только одного друга, который готов помочь вам в час потребности. Но как кому-то может не нравится иметь больше таких друзей?

«Я получил много быстрой помощи от этих парней. Я получил от них "Плод тысячи зол и десяти тысяч ядов". Я также собрал много других редких трав из их леса».

Это заставляло Цзюнь Мосе чувствовать, что он ничего не сделал для них, если сравнивать. На самом деле он даже чувствовал себя немного виноватым. Молодой мастер Цзюнь никогда не считал себя хорошим человеком, но у него всё ещё была совесть. Поэтому он чувствовал себя крайне плохо…

«Я мало сделал для них, если сравнить это с тем, что они сделали для меня».

Однако два Короля зверей чувствовали то же самое. Их настроение было даже в сотню раз сильнее, чем у Цзюнь Мосе.

«Он действительно исключительный человек!».

Большой Медведь всем сердцем вздохнул. Он был эмоционально взволнован этим. Внезапно он почувствовал, что энергетическая циркуляция внутри его Даньтяня становилась всё более быстрой. На самом деле она вскоре приняла форму водоворота. И эта небесная аура стала исключительно неистовой в мгновение ока…

Аура накопилась!

Он прошёл через эту критическую точку без остановки и достиг своего прорыва!

Состояние Большого Медведя было очень напряженным, и он не позволял энергии блуждать по его телу просто так. Он не жалел сил и отдавал их все, чтобы укреплять свои меридианы. Мощная аура, исходящая от этой руки, почувствовала тепло. Внезапно прозвучал громкий звук. На самом деле этот звук был достаточно громким, чтобы потрясти горы!

Бабах!

Густой туман, окружавший Большого Медведя, внезапно исчез. Потом был громкий шум, не совсем понятный откуда. Но он оставил сердце каждого дрожать. Это было действительно очень загадочное чувство.

Тело Цзюнь Мосе внезапно вспыхнуло. Он появился на расстоянии десяти футов и встал рядом с Высоким Журавлём. Его чёрный капюшон был несколько влажным. Его тело слегка дрожало. Высокому Журавлю даже показалось, что он вот-вот рухнет.

Король Журавлей чувствовал себя очень благодарным в это время, и он собирался заговорить. Затем он увидел, как Цзюнь Мосе прижал свой палец к губам в знак того, что ему нужно молчать. Он лишь шёпотом поведал:

- Он только что совершил прорыв!

Как мог такой зверь, как Высокий Журавль, не знать этого? Его душа была потрясена минуту назад. И он сразу понял, что Большой Медведь наконец прорвался.

Сила Большого Медведя после прорыва была легко сравнима с силой второго Великого Мастера, Ли Ю Тяня. На самом деле она могла даже превзойти её…

Большой Медведь невольно испустил громкий и бодрый рёв. Затем была вспышка золотого света. Этот ослепительный свет, казалось, сжигал землю, пока распространялся.

После этого тело Большого Медведя начало подниматься перед этими двумя людьми, несмотря на отсутствие ветра. Затем раздался громкий хруст костей. Отголоски этого звука, казалось, достигли самой души. Впоследствии было слышно много подобных щелчков. А за ними последовал очень громкий звук:

Бах!

Накопленная сила внутри тела Большого Медведя наконец-то разразилась. И его величественное тело медленно спустилось с воздуха. Теперь у него было тело великолепного, свирепого и крепкого медведя.

Золотистая шерсть, покрывающая его тело, внезапно стала ещё более глубокого оттенка. Каждая из его шерстинок, казалось, источала великолепие. Это удивительное явление продолжалось некоторое время, прежде чем остановилось…

Звери Суань на всей территории Тянь Фа сидели молча. Многие звери Суань даже начали дрожать от страха. Их души могли почувствовать, что в Тянь Фа появилось грозное существо. Настоящий Король зверей родился!

Глава 389. Праздник!

Прошло много времени, прежде чем Большой Медведь спустился на землю. Затем он снова превратился в свою человеческую форму. Он выглядел очень счастливым, осматривая себя. Казалось, что ему приснился сон. Прошло много-много времени.

Он осмотрел свое тело очень тщательно несколько раз, прежде чем наконец-то признал, что он действительно сделал прорыв.

Большой Медведь посмотрел вверх и испустил рёв. Затем две слезы скатились из его больших глаз. Большими шагами он подошёл и встал перед Цзюнь Мосе. После этого он благоговейно преклонил колени.

Цзюнь Мосе был поражен этим. У него даже не было времени, чтобы остановить Большого Медведя, когда тот начал стучать головой о землю. Между тем, Большой Медведь задыхался от эмоций, когда говорил:

- Спасибо... спасибо…

Высокий Журавль стоял в стороне всё это время, и его глаза были немного покрасневшими.

Он также был Королём зверей Суань, как и Большой Медведь, и он застрял на том же узком месте. Поэтому он понимал, о чём думает Большой Медведь. И он также понимал, почему Король медведей кланялся. Большой Медведь вёл себя так, потому что этот таинственный человек дал ему новую жизнь.

Цзюнь Мосе поспешно поднял Большого Медведя, чтобы тот встал прямо, и сказал:

- Для чего это? Мы заключили соглашение. И я лишь выполнил свою часть обязательств. Нет необходимости делать это!

Цзюнь Мосе чувствовал себя несколько смущённым, говоря это. На самом деле он чувствовал себя обыкновенным человеком, который подешевле использовал преимущества других…

«Это не такое уж большое дело. Я могу делать это восемь-десять раз в день. И у меня все еще будет место для большего…».

Однако Большой Медведь и Высокий Журавль так не чувствовали. И вот они заговорили со слезами на глазах:

- Возможно, это было соглашение, и, возможно, это не так много для вас... но это значит для нас очень, очень много. По сути, это похоже на получение новой жизни! У нас нет слов, чтобы поблагодарить вас за эту огромную пользу! Старший может отправить нас по любому поручению без колебаний, и мы сделаем всё, что он скажет. Сила наших тел довольно высока. Нас не называют Королями зверей без причины!

Цзюнь Мосе посмотрел на Большого Медведя. Его глаза светились искренностью. На самом деле Цзюнь Мосе почувствовал, что его будущие планы использовать их силу были немного презренными после того, как он стал свидетелем подлинной искренности в их глазах.

Он встал и вздохнул, когда наконец понял это.

«Может потребоваться много схем, чтобы мотивировать своих подчиненных к встрече с врагом. И, возможно, придется использовать такую схему снова и снова. Однако для обращения за помощью к истинному другу такие методы не требуются. На самом деле немного доброты было бы достаточно, чтобы мотивировать их».

И Большой Медведь был, очевидно, таким "человеком"…

Он не забудет чью-то доброту до дня своей смерти.

И с такими людьми стоило подружиться.

Выражение лица Цзюнь Мосе стало особенно мягким, когда он слегка похлопал плечо Большого Медведя и сказал искренним тоном:

- Не будь таким, Большой Медведь. Я искренне считаю тебя другом!

Он долго вздыхал и говорил:

- У меня не так много друзей в этом мире. Ты один из немногих... так что не надо меня благодарить!

Лицо Большого Медведя загорелось, он очень обрадовался этим неожиданным словам:

- Отлично! Это потрясающе! Я действовал очень неестественно, ха-ха...

Цзюнь Мосе мягко усмехнулся:

- Теперь твоя очередь охранять, пока я помогу Высокому Журавлю и выполню свое обещание.

Высокий Журавль с тревогой предположил:

- Вы, должно быть, очень устали. Почему бы вам не отдохнуть и восстановиться?

Цзюнь Мосе ответил:

- Нет, я всё ещё могу это сделать. Иди сюда. И, пожалуйста, не обращайся ко мне на "вы". Затем он протянул руку.

Сначала Высокий Журавль замешкался. Он неоднократно осмотрел Цзюнь Мосе, чтобы убедиться, что тот был в порядке, прежде чем в конечном итоге сел.

…

Прошло некоторое время. Цзюнь Мосе смотрел на наполненные экстазом лица Высокого Журавля и Большого Медведя. И он вдруг почувствовал себя очень счастливым внутри. На самом деле он даже не мог описать это странное и невыразимое счастье.

Это счастье было совсем не то, что он чувствовал после того, как его хорошо продуманный план увенчался успехом... или экстаз от внезапно обнаруженного сокровища... или даже облегчение после того, как он убил врага.

Это было очень чистое счастье! И это странное счастье удивительным образом подарило Цзюнь Мосе великую радость.

«Борьба со смертью очень захватывающая... но помогать людям, хоть это и странно, тоже дарит счастье…».

Цзюнь Мосе улыбнулся, размышляя...

Молодой мастер Цзюнь всю ночь чувствовал себя веселым и довольным.

Большой Медведь и Высокий Журавль не жалели усилий, чтобы пригласить своего благодетеля на праздник. В действительности они даже поклялись, что они уже подготовили Обезьянье вино как знак их благодарности…

Было очень трудно для молодого мастера Цзюнь отказаться от великой доброты и принять приглашение двух Королей зверей Суань. И было бы неразумно это делать. Кроме того, до рассвета оставалось ещё много времени. Поэтому Цзюнь Мосе с радостью принял их приглашение…

Обезьянье вино считалось легендарным по сравнению с низшими винами остального мира. Поэтому было бы слишком большой тратой, если он не попробует его…

Большой Медведь неустанно отдавал приказы зверям девятого и восьмого уровней и просил их принести лучшее и самое вкусное вино. На самом деле он даже сказал им "Доставить вино со скоростью Короля журавлей!". Следовательно, в центре Тянь Фа начался форменный хаос.

Этой суматохи было еще больше, чем тогда, когда началось восстание зверей Суань. Глубины леса Тянь Фа обычно были тихими посреди ночи. Но в это время небо было покрыто пылью. И самые сильные звери Суань бегали вокруг, как обычные комнатные мухи. На самом деле, казалось, что они носятся в беспорядке.

Шум, созданный во время восстания зверей Суань, был масштабным, но он не оказал никакого влияния на глубины Тянь Фа. Но территория внезапно стала свидетелем крупного хаоса посреди ночи…

Медведь хаотично летал через лес за фруктовым вином с северной стороны. Его тяжелые шаги заставляли землю дрожать. Золотой Тигр мчался рядом с ним с корзиной фруктов на спине…

Кто-то часто не соизмерял скорость и "БАБАХ!" – оба падали на землю так, что аж деревья тряслись. Следовательно, земля в конечном итоге покрылась слоем спелых плодов…

Король Тигров, Король Львов и Король Орлов также носились как торнадо в быстрой последовательности. Они, очевидно, понимали, что у них не будет много возможностей пить за одним столом вместе с таким сильным человеком! И только дурак не сделал бы все от него зависящее, чтобы не воспользоваться таким случаем.

«Может быть, этот человек поможет нам с нашим прорывом... разве мы не видели, как третий и четвертый братья прорвались так быстро? Ни одно небесное сокровище, кроме Священного плода, не может иметь такого ужасающего эффекта, верно...?».

Глаза Цзюнь Мосе открылись широко, когда он увидел огромный каменный стол перед ним.

Молодой мастер Цзюнь почувствовал головокружение, когда увидел две "винные чаши". Фактически он подозревал, что Большой Медведь и Высокий Журавль, возможно, пригласили его искупаться в вине вместо того, чтобы пить его.

«Размеры этих "винных чаш" и "винных бочек" феноменальны...! Даже ванна не такая огромная…».

Одна золотистая обезьяна с искренним усилием перетаскивала маленькую бочку Обезьяньего вина. Однако этого небольшого бочонка вина было достаточно только, чтобы наполнить чашу Высокого Журавля или Большого Медведя один раз. Следовательно, можно было увидеть вдалеке десятки Золотых обезьян, несущих много таких бочек. Все без исключения прилагали усилия для решения этой задачи…

Затем пришли начальники пикового девятого уровня зверей Суань, девятого уровня зверей Суань и восьмого уровня зверей Суань. У каждого из них было лестное выражение на лицах, когда они предлагали некоторые редчайшие плоды. На самом деле они даже виляли своими хвостами, прежде чем отступали в уважительной манере.

«Чёрт! Здесь так много редких фруктов. Забудьте о еде, увидев их — они упоминаются только в легендах! Это такая редкость!».

Молодой мастер Цзюнь не мог ничего поделать, когда в его глазах мелькнул свет.

«Сколько денег я смогу заработать, если заберу их с собой в Тянсян?».

«Эти плоды изумительны. Но эти звери Суань ещё более удивительны! Кто когда-либо видел лица Львов и Медведей с похожими на человека выражениями лести... как будто они хотят выслужиться? Только я!».

Более того, оно было не только у одного или двоих из них... или даже у группы — это было у каждого из них. Так как же эта сцена не могла быть странной...?

Каждый из них прибыл с намерением поприветствовать Цзюнь Мосе!

Следовательно, самомнение Цзюнь Мосе взлетело в считанные секунды…

Он вдруг почувствовал себя легендарной фигурой – королем обезьян!

Он почти почувствовал себя королем обезьян из сказок. Король обезьян создал бедлам на небесных горах. Поэтому он был изгнан. Однако позже он был провозглашен королем гор, и все пали ниц перед ним. Эта сцена была чем-то похожа на эту…

Этот приятный день был таким, который предназначался только для бессмертных…

Затем огромный белый Лев осторожно подошёл к каменному столу. Он неловко сложил свои две пушистые лапы и выгнул спину, встретившись взглядом с Цзюнь Мосе. После этого он сел своей неуклюжей задницей на каменную скамейку, в то время как его хвост вилял, как флаг на ветру…

Цзюнь Мосе был ошеломлен на мгновение. И это заняло некоторое время, прежде чем он понял, что Лев поприветствовал его. На самом деле зверь действительно сложил свои лапы в любезном приветствии!

«Он такой вежливый!».

«Это действительно удивительно!». (1)

Большой Медведь представил их через некоторое время после того, как новоприбывшие сели:

- Старший, это мой шестой брат. Он Король Львов, Небрежная Скала.

- Хе-хе-хе... – Цзюнь Мосе закашлялся и сказал, - Король Львов? Действительно ли его фамилия связана с коровьим навозом? Не воняет? Ха-ха-ха! Это имя очень... уникально!

Большой Медведь и Высокий Журавль замерли. На лбу Короля Львов появилась морщина. Он хотел провалиться под землю от смущения. Смущённый Король зверей многозначительно посмотрел на Большого Медведя. Это означало...

«Поторопись и объясни ему мое имя! Это убивает моё настроение пить вино!».

- Старший, возможно, неправильно понял... Имя шестого брата означает "Небрежная Скала", а хм... хм... не "Небрежно высранные камни"... Кхм-кхм... – Высокий Журавль закашлялся, объясняя.

- Так вот что это такое! Думаю, я неправильно понял из-за моей предвзятости. Я прошу Короля Львов простить меня и не держать зла, – Цзюнь Мосе кивнул и сложил руки в сторону Короля Львов.

Король Львов успокоился.

«Этот таинственный человек на самом деле извинился передо мной! Его поведение действительно соответствует поведению такого опытного человека!».

Он чувствовал себя несчастным минуту назад. Но сейчас он почувствовал, что снова обрел честь.

Через некоторое время прибыл ещё один человек. Однако он был в своем человеческом облике и был одет в золотые одежды. Этот человек был Королём Золотых Тигров. Он тоже хотел высказаться, но почувствовал удушье, услышав замечание, которое было сделано на имя Короля Львов. Однако он быстро поклонился в приветствии, поскольку глаза Цзюнь Мосе сдвинулись в его сторону.

- Это девятый брат. Король Золотых Тигров – Раскалывающий Землю, – уголки большого рта Большого Медведя всё ещё улыбались, пока он произносил эти слова. Он, похоже, еще не отошел от предыдущего замечания…

- Король Тигров, Раскалывающий Землю! Ах, это имя действительно смелое и мощное! А интересно, как это соотносится с Большим Медведем! – выражение Цзюнь Мосе было даже уважительным. Король Золотых Тигров был очень доволен этим комментарием. Фактически он был поражен благодатью этого старшего к тому времени, когда он занял свое место.

______________________

(1) Примечание переводчика: далее идёт много игр со словами, которые актуальны только на китайском языке. Эти игры слов очень забавны на родном языке, но в переводе теряют очень большую долю юмора.

Глава 390. Я сделаю это для вашей репутации

Внезапно темное облако появилось над головой, когда Король Орлов, расправив свои огромные крылья, скользнул вниз. После этого его тело внезапно уменьшилось в размерах и превратилось в темно-серого мрачного человека. У него на лице был большой крючковатый нос, и он выглядел очень свирепым. Приземлившись, он сложил руки в почтительном приветствии для Цзюнь Мосе.

- Это наш десятый брат, Король Орлов — Небесный Разрушитель, – это сказал уже Король Журавлей. В соответствии с иерархической системой Тянь Фа воздушные звери Суань были под командованием Высокого Журавля, а земные – под командованием Большого Медведя.

Можно было ясно видеть, как огромная обезьяна бросилась к ним с молниеносной скоростью. Она была заметно больше, чем любая другая обезьяна. Задыхаясь, она появилась рядом с Цзюнь Мосе и поприветствовала его.

- Это наш седьмой брат — Король Обезьян. Его зовут Седьмой Граф, – глаза Большого Медведя выглядели так, будто что-то заставило его настроение упасть. Он сказал:

- Вы уже познакомились с нашей восьмой младшей сестрой – Королевой Змей. Она вышла с нашим старшим братом на работу. Они сейчас не в лесу. А наш младший брат исчез, и его не видели три года с тех пор…

- Ну ладно. Я мог встретиться с владыкой Тянь Фа — Почтенной Мэй — только на короткое время. И я действительно сожалею об этом. Я пришел, чтобы встретиться и с ней, но не знал, что её нет. Как жаль!… И эта маленькая девочка – Королева Змей – действовала мужественно. Она взяла на себя ответственность, и я искренне ценю это!

Цзюнь Мосе усмехнулся, открывая крышку своей чаши вина. Короли зверей думали, что он будет пить, но были сбиты с толку, увидев, что он некоторое время не трогал чашу. Но затем она всплыла в небо, и аромат осенил их ноздри. Это был аромат Обезьяньего вина. Затем она закружилась в воздухе, как кит, плавающий в морской воде. После этого она направилась к Цзюнь Мосе и скрылась под его капюшоном.

Цзюнь Мосе сделал глоток и почмокал губами. Потом он закрыл глаза. Казалось, что он наслаждается послевкусием. Затем он сказал:

- Хорошо! Это заслуживает того, чтобы называться Обезьяньим вином! Оно действительно заслуживает своей репутации!

Звериные Короли были ошеломлены этим.

«Этот человек действительно очень опытный! Даже то, как он пьет вино, так уникально!».

Короли зверей намеревались воспользоваться этой возможностью, чтобы заставить Цзюнь Мосе выпить вина. Они верили, что таким образом заставят этого таинственного мастера снять капюшон и показать лицо. Но Цзюнь Мосе использовал свой навык, и они потерпели неудачу в своей цели. Однако они могли только вздохнуть, так как чувствовали себя немного разочарованными.

Затем Цзюнь Мосе сменил тему и спросил:

- Ах да! Большой Медведь, я немного запутался с именами, которые ты говорил минуту назад. Я знаю, что в Тянь Фа работает иерархическая система, и всегда так было. Это не секрет. Король тигров – девятый, а король орлов – десятый. Итак, почему же они приняли свой человеческий облик, когда Король Львов и Король Обезьян всё ещё находятся в их звериных формах, хотя они являются шестым и седьмым?

Эти слова сразу наэлектризовали атмосферу до крайности. Все замолчали. Глаза Короля Львов и Короля Обезьян внезапно наполнились крайней печалью.

- Старший задал вопрос. Итак, мы ответим. Это не секрет... Король Львов и Король Обезьян покинули Тянь Фа для своих приключений шестьдесят лет назад...

Высокий Журавль продолжал в глубоком и задумчивом тоне:

- Но им не хватало опыта работы с окружающим миром. Так они обнаружили себя и своё местонахождение после того, как они вышли из леса. Четверо из восьми Великих Мастеров объединились и начали атаку на них. Это была тяжелая битва. Шестой и седьмой не смогли сравниться с ними. В действительности они едва смогли вырваться живыми... Им повезло сбежать... но не без неизбежных травм. Фактически они бежали от этой битвы с неизлечимыми ранениями. Мы смогли спасти их жизни, но они понесли невосполнимый ущерб. Вследствие этого они вернулись на девятый уровень. С тех пор эти двое также утратили способность принимать человеческий облик. И, как вы можете видеть, эта травма ещё не зажила...

Король Журавлей с горем и возмущением крикнул:

- Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг были среди тех четырех великих мастеров! Эти два ублюдка! Старшая была в ярости, когда это случилось. Старшая даже штурмовала Неуловимый Мир Бессмертных, чтобы искать справедливости. Но этого было недостаточно, чтобы справиться с силой Неуловимого Мира Бессмертных. Таким образом, не было другого выбора, кроме как оставить этот вопрос нерешенным…

Король Львов и Король Обезьян повесили головы в печали. Их сильные стороны были ослаблены, и их культивация потерпела серьёзный провал. Следовательно, даже старшинство их должности в Тянь Фа не было гарантировано. На самом деле они должны были бы отказаться от своих титулов Королей зверей, если другой зверь из их соответствующих видов когда-либо достигнет пика уровня девять…

Было много львов и обезьян, которые близко подошли к вершине девятого уровня в течение многих лет. Разница в силе была не слишком большой. Эти звери были лишь на шаг позади. И это представляло серьёзную угрозу для руководства двух Королей зверей. Они были бы беспомощны, если бы их силы не хватило. Это было стандартным правилом, и правила должны быть соблюдены. Тираническая сила была всем…

Более того, ситуация в обеих группах Королей зверей постепенно стала несогласованной на протяжении многих лет. Это не напоминало ситуацию того времени в прошлом, когда их слово было законом. Было время, когда они провозглашали строгое повиновение, абсолютную власть и абсолютную силу. Однако это время прошло. На самом деле, они бы уже потеряли свои позиции, если бы другие звериные Короли не помогали им тайно…

Однако группы зверей Суань всегда отдавали предпочтение сильным и выбраковывали слабых. Это была непростая, но вечная истина. Их подчинённые могут иметь некоторые тёплые чувства к ним. Но у них нет выбора, кроме как соблюдать основные законы "выживания сильнейших", если в их группах появляется более жизнеспособный кандидат. И Большой Медведь, и другие не могут вмешиваться в их внутреннюю борьбу за позицию Короля зверей, когда приходит время...

Это станет концом для этих Королей, когда придёт такое время…

- Вы получили травму... Хе-хе... какая же травма может быть достаточной, чтобы иметь такие серьёзные последствия? Позвольте мне взглянуть. Возможно, я смогу исцелить её... но не могу сказать наверняка, – эти слова едва вышли изо рта Цзюнь Мосе, как шесть Королей зверей Суань уже начали дрожать. Их глаза были наполнены экстазом!

«Кто этот человек перед нами?».

«Он великий и непревзойденный человек!».

«Я уверен, что нет ничего, чего он не может достичь! Он не сказал, что может помочь им наверняка. Но для Королей есть надежда, пока он пытается!».

«Этот человек обладает силой, которая помогла двум королям зверей продвинуться без сучка и задоринки. Итак, какие повреждения были бы незначительными для него?!».

Короли львов и обезьян были тронуты этим.

Надежда, которую они ждали... наконец-то появилась!

Цзюнь Мосе спокойно протянул руку и слегка коснулся широкого и пушистого плеча Короля Львов. После этого в его меридианы вошла прядь освежающей и чистой Божественной ауры. Король Львов вдруг почувствовал себя очень комфортно, когда это произошло. Эта маленькая прядь ауры вращалась по меридианам внутри его тела. Он продолжала цикл некоторое время, пока Цзюнь Мосе не убрал руку. После этого он мягко положил руку на плечо Короля Обезьян…

Лица Королей выражали нервозность, когда они смотрели на него. Тем не менее ни один из них не осмелился произнести ни одного слова из страха, что они могут побеспокоить этого очень способного человека.

Они не могли видеть выражение этого таинственного человека, так как лицо Цзюнь Мосе было закрыто капюшоном. Таким образом, они могли только сделать все возможное, чтобы попытаться угадать его выражение. Однако выражение лица Цзюнь Мосе было очень мягким и спокойным.

Цзюнь Мосе, наконец, остановился. Затем он медленно вздохнул. Но его дыхание показалось злым для шести Королей зверей. На самом деле сердца этих шестерых начали бешено стучать в рёбра…

- Состояние Шестого Камня и Седьмого Графа не очень хорошее. Их меридианам были нанесены тяжелые повреждения. Более того, часть из них была уничтожена. И это перекрыло циркуляцию энергии от их даньтяней. Кроме того, есть непостижимая, вредоносная и таинственная сила, которая осталась скрытой внутри их меридианов. И с этой силой довольно трудно справиться. Эта злонамеренная сила приводит к непрекращающемуся разрушению. На самом деле вы должны были быть в состоянии восстановиться давным-давно, если бы не было этого. Внутри вас не слишком много этой энергии. Но её всё ещё достаточно, чтобы привести ваше культивирование в тупик. На самом деле это сокращает ваше культивирование медленным и устойчивым образом. Я уверен, что признаки тенденции уже проявились…

Это очень зловещий навык Суань. Кто из этих четырех Великих Мастеров сделал это с вами?

Короли львов и обезьян беспомощно посмотрели друг на друга. И спонтанно увидели ответ в глазах друг друга.

Король Львов смочил свои когти вином и медленно что-то написал на столе. Они утратили способность принимать человеческий облик. Таким образом, они также потеряли способность говорить как люди. Но они все еще могли писать…

Великий Мастер злых Ветров – Инь Хуан Цянь!

- Так это был Великий Мастер Злых Ветров! Неудивительно, что это так зловеще! – Высокий Журавль и остальные воскликнули в унисон.

- Старший... вы осмотрели их... нет ли надежды? Их можно вылечить? – Большой Медведь спросил нервно. Короли львов, обезьян и других четвероногих зверей Суань попали под юрисдикцию Большого Медведя. Более того, они долгое время работали вместе. Так что они были очень близки друг к другу. Было неизвестно, сколько боли Большому Медведю придется испытать... и сколько времени потребуется, чтобы сформировать такое тесное партнерство с кем-либо снова…

- Этой жуткой и зловещей травме от Великого Мастера Злых Ветров исполнилось шестьдесят лет... – Цзюнь Мосе намеренно или ненамеренно потряс головой. Короли львов и обезьян увидели этого очень умелого человека и почувствовали, что он выглядит беспомощным перед лицом опасности. Поэтому они не могли не почувствовать себя обескураженными, так как их надежды превратились в пыль.

Выражение Большого Медведя также претерпело резкие изменения:

- Не говори мне, что нет надежды!

Цзюнь Мосе посмотрел на выражение глаз Большого Медведя и испустил глубокий вздох. И его глаза потеплели:

- Этому делу уже шестьдесят лет. И я не хотел вмешиваться. Но я не могу смотреть на твоё выражение лица, Большой Медведь. Я думаю, они обречены... но я помогу тебе! Эти травмы довольно тяжёлые, но они не неизлечимы. Инь Хуан Цянь должно быть, довольно безжалостен, но он – ничто перед моей силой!

Это продемонстрировало огромную репутацию Большого Медведя.

Большого Медведя тронули его слова. Его большое и пушистое лицо начало упиваться гордостью и славой. Его лицо обнажило высокомерную ухмылку, но он не знал, что сказать…

«Я не могу смотреть на выражение твоего лица…».

Короли львов и обезьян начали дрожать. Эта новость была не меньше, чем внезапным громом с небес. Фактически их бьющиеся сердца почти остановились.

Они были в аду минуту назад – и они внезапно оказались на небесах.

Сначала у них не было надежды. Поэтому у них не было другого выбора, кроме как отчаиваться. И вдруг они получили такой огромный сюрприз!

Отчаявшиеся Короли были ошеломлены. В конце концов они видели, что старший, похожий на божество, выглядел беспомощным минуту назад. Более того, этот таинственный человек отрицал, что может помочь секунду назад...

Однако эта проблема была куском дерьма для Цзюнь Мосе в действительности...

Это было очень похоже на время, когда ноги Цзюнь Вуя были тяжело ранены. Эксперты Суань Духа прилагали все силы и использовали весь свой медицинский опыт, чтобы вылечить его. Тем не менее они всё равно не могли ничего сделать. Более того, даже культивированию самих экспертов Духа Суань наносился урон после таких попыток.

Большой Медведь и Высокий Журавль с их "прорывом" были ещё одним примером такого случая. На самом деле Владыки трёх святых земель могли бы соединить усилия, но они все равно будут считать этот вопрос "невозможным". Но эта "неизлечимая травма" не была таковой для молодого мастера Цзюнь…

Глава 391. Великолепный план Цзюня Мосе!

Причина была не в нем. Это была аура Пагоды Хунцзюнь. Это было проклятие этой зловещей силы, так как это была самая чистая аура, которую когда-либо видели. На самом деле это была аура с наибольшей энергией, так как это была аура жизни. То есть... это была сила жизни.

Весь мир возник из Первобытного Хаоса. И ничто не может обмануть силу Первобытного Хаоса, поскольку всё появилось из нее. Пагода Хунцзюнь внутри Цзюнь Мосе была самым важным источником этой силы.

Тем не менее вполне естественно, что нужно будет приспособиться в соответствии с местной обстановкой. В противном случае Цзюнь Мосе потеряет преимущества такого чудодейственного воздействия Пагоды.

Цзюнь Мосе всегда был в восторге от леса Тянь Фа. И он вдруг задумался после того, как закончил с помощью Большому Медведю и Высокому Журавлю с их прорывами.

Он не мог всю жизнь жить хаотичной жизнью. В действительности Цзюнь Мосе очень устал от всех этих потрясений. Путешествие молодого мастера Цзюнь в этом мире началось недавно, но он уже начал надеяться на уединенное место, чтобы вести свою жизнь в мире.

«Однажды я выполню свои обязанности. Тогда я найду себе тихое место и осяду там, чтобы вести мирную жизнь».

И лес Тянь Фа был идеальным местом уединения для Цзюнь Мосе...

На самом деле, даже змеи в лесу Тянь Фа казались гораздо более приятными, чем эти высокие и могучие люди в глазах Цзюнь Мосе.

И это было... свободным от схем и сюжетов, которые преследовали внешний мир.

Цзюнь Мосе ненавидел интриги и заговоры. Он мог плести интриги. Но он всегда предпочитал прямое противостояние.

«Ты хочешь увидеть, кто более могущественный? Почему ты не ударишь меня? Зачем ходить вокруг да около? Зачем тратить время на эту ерунду?».

На самом деле идею Цзюнь Мосе можно было бы считать грандиозным планом.

«Я изменю правила общества, если когда-нибудь стану высшим в этом мире».

«И я изменю этот мир своими методами!».

«Никто не пойдет против моих правил! Даже знатоки Духа Суань и Великие Мастера не смогут стать исключениями!».

«Я не хочу править всем миром. Но я хочу, чтобы мир понял, чего я хочу!».

«Эксперты Суань должны будут проходить тестирование каждый год. В культивировании Суань есть разные уровни. Так, каждый уровень должен иметь свою специфическую одежду и цвет. Каждый должен получать новый цвет одежды, как только он достигнет нового уровня. И им придется продолжать носить свою старую одежду, если они не достигнут более высокого уровня».

«С войсками всё будет намного проще, если это будет реализовано... так же, как было в моей предыдущей жизни... весь путь от детского сада до университета!».

«И лес Тянь Фа будет местом пребывания власти. Тянь Фа будет местом, откуда будут изданы эти законы!».

«Потому что это место будущего проживания Цзюнь Мосе!».

Цзюнь Мосе даже думал о том, чтобы выписывать шляпы каждому подразделению. И это вызвало улыбку на его лице. Это было потому, что Цзюнь Мосе внезапно представил себе сцену, где два человека встречаются, наступают друг другу на ногу и хотят сражаться. Тем не менее, выходя из здания, они надевают свои шляпы, рассматривают шляпы друг друга... пожимают руки и расходятся.

- У тебя зелёная шапка? У меня чёрная! Я намного ниже тебя по званию! Пойдем. Пойдем и выпьем!

- Да, это так! Посмотри, какая уродливая твоя чёрная шляпа! Хе-хе... а как прекрасна моя блестящая зелёная шляпа!

- Я искренне восхищаюсь зеленой шляпой, которую вы надели!

- Вы слишком добры. Вы мне льстите. Хе-хе... Вы также сможете носить зеленую шляпу, если будете работать над собой.

- Возможно, я мог бы достичь этого с вашим руководством. Ха-ха!

*****

Цзюнь Мосе думал об этом и так увлёкся... что не смог сдержать свой громкий смех в результате…

Эта внезапная и импульсивная мысль могла показаться ему шуткой в это время. Тем не менее Цзюнь Мосе никогда не мог себе представить, что он станет Законом континента Суань Суань на тысячи лет вперед. Его бы называли Законом Злого Монарха!

Он останется неизменным на протяжении тысячелетий! И всё это пришло бы из этой шутки...

Короли львов и обезьян начали верить, что их неизлечимые травмы скоро будут вылечены. И они не могли не расслабиться…

Почему они не могли чувствовать себя счастливыми и взволнованными? Почему бы им не расслабиться?

Цзюнь Мосе вернулся в себя после долгого времени. Затем он усмехнулся и сказал:

- Мы не должны больше откладывать это, если это так. Шестой и седьмой, подойдите ко мне прямо сейчас. Я посмотрю вас... и вы вернёте свой человеческий облик. Это также должно помочь вам в употреблении вина. В любом случае, эти зверские формы выглядят очень некрасиво за столом...

Цзюнь Мосе подумал...

«Это впервые, когда я пью внутри Тянь Фа. Неужели мне придется выпить бокал с обезьяной и львом? Это было бы очень неудобно...! Они все равно останутся обезьяной и львом, как только превратятся в человеческие формы. Но они хотя бы будут выглядеть как люди… Тем более, это может помочь мне в будущем...».

Поэтому молодой господин Цзюнь был очень активен в это время.

Король Львов едва мог сдержать свои пылкие слезы. Его белые волосы дрожали. Фактически он напоминал возбужденного щенка, когда он подошёл к Цзюнь Мосе и присел. Хвост Короля зверей вилял. Но он был так эмоционально возбуждён, что его хвост вилял очень быстро и врезался в кубок Большого Медведя. От этого удара "чаша вина" была отброшена далеко-далеко…

Другие Короли зверей сорвались на смех. Цзюнь Мосе уже не заботился об этом. Однако он не терял времени, поднимая руку. Он запустил Пагоду Хунцзюнь энергией своего тела, и возвышенная аура вспыхнула с громким звуком. Она блестяще сияла в небе, как и он…

Остальные пять Королей зверей были в шоке.

Цзюнь Мосе использовал быстрый и мощный метод, чтобы облегчить себе работу. На самом деле он дошел до своих пределов. Скоро должно было наступить утро. Поэтому у него было мало времени, чтобы тратить его впустую…

Этот экстремальный метод, очевидно, не был похож на тот, который он использовал, когда помогал Королям медведей и журавлей с их прорывом. Их прорыв был очень нежным. Однако аура хлынула через меридианы Короля Львов в очень быстром темпе. Невообразимое и тираническое воздействие этой яростно вздымающейся ауры заставило Короля Львов поднять голову и издать леденящий кровь рык, а из его пасти выплеснулась кровь…

После этого из его тела была изгнана эта аура досаждающего холода, которая оставалась внутри Короля Львов в течение последних шестидесяти лет.

Бурная аура выполнила свою миссию. Затем она прошла через меридианы Короля Львов, чтобы убедиться, что холодной ауры не осталась внутри них. И она стёрла в порошок всю зловещую ауру, которая ещё оставалась там. Очень способный молодой мастер поднял голову и отодвинул Короля Львов в сторону, хотя глаза Короля всё ещё были закрыты. Затем он проговорил холодным голосом:

- Следующий!

Его манера говорить была холодной и тиранической. Она была похожа на врача, который пошел в начальную школу для "программы иммунизации" и позвал следующего ученика, хотя еще не выдернул шприц из предыдущего…

«Что? Это уже сделано! Это чудесно! Разве это не чудесно?!».

Король Обезьян дрожал, подходя к Цзюнь Мосе. Затем он занял место, которое ранее занимал Король Львов. Однако он не был готов, почувствовав давление на плечах. Более того, это давление было тяжелым, как гора. Молодой мастер уже положил руку на Короля Обезьян. Итак, чистая аура ворвалась в тело последнего...

Король Обезьян почувствовал комфорт и едва не застонал. Но он не знал, что мучительное и опустошительно болезненное ощущение пройдёт через него в следующий момент... Его зубы едва не раскрошились, когда он визжал, и чёрная стрела крови выстрелила в деревья из его рта, когда это произошло…

«Это болезненно... крайне болезненно... как можно использовать такой болезненный и мучительный метод для лечения болезни? Это слишком экстремальный метод!».

Король золотых обезьян думал так, когда вдруг услышал крик экстаза со стороны.

Он был очень занят, испытывая сильнейшую боль. Однако он сумел открыть глаза и посмотреть в сторону углом глаза. И то, что он увидел... настолько удивило его, что он широко открыл глаза, даже забыв о боли.

«Мой Бог зверей! Добрая Матерь Божия!».

«Это действительно чудо! Это поистине чудо!».

Рядом с ним стояла странная, но знакомая, одетая в белое фигура.

«Это, это Король Львов?! Мой Бог! Этот метод работает так быстро! Это такой быстрый результат!».

Король Обезьян испытывал зависть и облегчение одновременно.

«Эта боль не является проблемой, если мои травмы могут быть исцелены. Что это за незначительная боль, если я могу быть исцелен? Пусть боль будет сильнее!».

Король Обезьян внезапно забыл о мучительной боли, которую он чувствовал в этот момент. Вместо этого он начал чувствовать экстаз. Он не мог не почувствовать себя очень счастливым и в результате начал дико смеяться. Однако звук этого дикого смеха поразил других Королей зверей. На самом деле, даже небесная аура, которая текла из руки Цзюнь Мосе, заколебалась в некоторой степени…

«Почему ты смеешься, приятель? Ты сошел с ума от мучительной боли? Ты ведь не убьешь меня, да?».

Король Обезьян смеялся в экстазе, несмотря на мучительную боль. Можно сказать, что его уровень терпения вышел за пределы мифических уровней…

«Он действительно... великий человек!».

Тёмная аура покинула тело Короля Обезьян вместе с чёрной кровью, которую он вскоре выплюнул. Цзюнь Мосе произнёс:

- Отлично! Теперь каждый может пить вино правильно!

Затем Цзюнь Мосе поднял глаза и увидел, что шесть Королей зверей смотрят на него с озадаченными выражениями. Он вспомнил, что это выражение было чем-то, очень похожим на то, что он видел в глазах гималайских паломников в своей предыдущей жизни.

Там было полно... фанатизма!

Это действительно фанатизм! Экстремальный фанатизм! Он был похож на тот, который испытает буддийский монах, который может видеть самого Будду! Или... нациста, который вдруг увидел Адольфа Гитлера…

Теперь он был их кумиром!

Он был для них как Бог!

Они скулили и хныкали... они были чрезвычайно тронуты...

Цзюнь Мосе посмотрел на шестерых Королей зверей в их человеческой форме, когда они стояли перед ним, и чувствовал себя очень довольным. Он мог легко заставить их перестать благодарить его, сказав одну фразу…

«Вы думаете, что я помог вам за ваше "спасибо"?».

И эти простые слова... эти очень простые слова заставили бы всех шестерых Королей зверей задуматься…

«Да, это верно! Не будет слов, чтобы отблагодарить его за такую великую доброту! Чтобы выразить мою глубокую благодарность все самые искренние слова будут нести лишь вес перьев...».

«Этот очень способный и услужливый человек может снова приехать к нам. И все мы должны сделать всё, что в наших силах, чтобы оказать ему любую помощь, в которой он нуждается, если он когда-нибудь попросит. Мы не будем жалеть, даже если потеряем свои жизни ради него! Зачем нам выражать свои чувства словами и разрушать эту атмосферу?!».

Короли зверей чувствовали то же самое. Следовательно, они думали те же мысли. Поэтому ни один из них не выразил свою благодарность словами. Однако все они выражали свою благодарность этому таинственному и умелому человеку своими действиями и выражениями лиц...

Глава 392. Конечная Цель

Цзюнь Мосе медленно продолжал пить вино. И в конечном итоге молодой мастер понял иерархию зверей Суань. Оказалось, что иерархия зверей Суань была гораздо суровее, чем уровни Суань людей.

Зверям Суань приходится пройти ещё одно препятствие после того, как они достигнут пика девятого уровня в случае, если они хотят стать Королём зверей Суань. И это препятствие было проблемой. Они смогут трансформировать своё тело только после того, как им это удастся.

Некоторые изменяют формы на пике девятого уровня, а некоторые никогда не могут этого делать на протяжении всей своей жизни.

Зверь Суань автоматически считается Королём зверей Суань, если он может принять человеческую форму на пике девятого уровня. Однако они будут считаться подлинным Королём зверей Суань, только когда прорвутся на уровень десять. На самом деле они будут считаться истинным Королем зверей Суань!

Цзюнь Мосе помог Высокому Журавлю и Большому Медведю с их затруднением в прорыве некоторое время назад. Но это был только первый шаг. И было очевидно, что им придется столкнуться с большим количеством таких препятствий, поскольку они пойдут вперёд. Однако Высокий Журавль сообщил ему, что никто, кроме их Короля мудрецов, никогда не достигал этого царства.

Цзюнь Мосе схватил "странную" чашу вина и пробормотал:

- Итак, вы двое – Основные звери Суань десятого уровня. И эти четыре Короля зверей Суань сумели принять человеческую форму после того, как они достигли пика девятого уровня.

Шесть Королей зверей Суань кивнули.

- Я создам таблетки из плода тысяч зол и десяти тысяч ядов и дам их вам. И ваш уровень должен... возрасти еще на один шаг, когда это произойдёт... – сказал Цзюнь Мосе неопределенно. Молодой мастер был уверен в своей способности создать эти божественные лекарства. Но он не тестировал их. Поэтому он не знал о степени их влияния.

Глаза шестерых Королей зверей Суань заблестели…

«Мы продвинемся еще на шаг!».

«Мы сделали прорыв только недавно. Но мы сделаем это снова через три года? Мой Бог! Эта скорость удивительно быстра! Короли зверей прошлого никогда не совершали прорывов с такой скоростью!».

Три года не были коротким периодом для людей. Но это был очень короткий период времени в долгой жизни зверей Суань.

Важно знать, что говорить о продвижении ещё на один шаг очень просто. Но разрыв между двумя рангами был очень велик. У шестерых Королей зверей Суань участилось дыхание, а их глаза были полны пылкого восхищения.

За этим последовало короткое молчание. После этого Высокий Журавль заговорил, заикаясь, но, казалось, что он также нетерпелив:

- В-великий старший, вы хот... хотите усовершенствовать эти божественные таблетки. Н-но вам не хватает некоторых важных трав для них? – все остальные навострили уши, когда эти слова были произнесены.

- Увы... это правда. Но мне не хватает только нескольких видов трав, – сначала Цзюнь Мосе издал длинный вздох. Затем он вдруг открыл глаза. – А откуда вы знаете, что мне не хватает некоторых трав?

Высокий Журавль усмехнулся и ответил:

- Это было предположение. Ха... старший обладает великолепными навыками. Вероятно, он бы уже создал эти таблетки, если бы у него были все необходимые травы. Но старший сказал, что даст нам эти таблетки через три года. Это должно означать, что старшему всё ещё требуется много трав. И, можно предположить, что эти травы не являются обычными, не так ли?

- Король Журавлей искренне заслуживает своего титула. Его разум дотошный и экстраординарный! – Цзюнь Мосе улыбнулся. Его тон был неопределённым, когда он, колеблясь, сказал. – Да. Как процесс создания таких эффективных таблеток может быть сравним с чем-то нормальным? Плоды тысячи зол и десяти тысяч ядов очень редки. Но, во всяком случае, это только один ингредиент. Мне всё ещё нужно собрать огромное количество других трав, прежде чем я смогу начать. Многие мощные и магические ингредиенты будут смешаны в одно. И плод тысячи зол и десяти тысяч ядов будет использован, чтобы помочь в этом на более позднем этапе. Только тогда я смогу создать эти непревзойденные божественные таблетки.

Тон Цзюнь Мосе был тяжелым, когда он продолжал говорить. Короли зверей Суань даже задержали своё дыхание, слушая его.

- Эти непревзойдённые таблетки будут иметь огромный потенциал. Она смогут увеличить жизнь обычного человека на сто лет и более. Эксперт Суань также может принять её. Эксперт Суань Земли станет экспертом Суань Духа второго уровня всего за несколько месяцев с помощью этой таблетки... может быть, даже сильнее. Кроме того, не будет никакого побочного эффекта, так что тело пользователя не взорвётся. И это потому, что таблетки будут работать в соответствии с культивацией человека и будут постепенно распространять свою энергию. Можно сказать, что это не страшно и не опасно. Это действительно можно назвать Божественными таблетками, которые захватывают состояние небес…

Раздался синхронный вздох. Глаза всех шести Королей зверей округлились, как медные колокола. И их тела начали содрогаться от волнения…

«От Суань Земли к Суань Духа? Жизнь увеличится на сто лет? Не страшно, не опасно?!».

«Мой Бог! Это – Божественная таблетка! Это безумие! Это то, чего мы так жаждали! Чёрт! Чёрт!».

- Сколько трав вам ещё нужно? Мы можем придумать решение вместе! Пожалуйста, не поймите меня неправильно. У старшего есть замечательные способности, но он всё ещё один человек. Наша сила не такая замечательная, как у старшего. Но нас намного больше, чем один человек.

Глаза Большого Медведя были огромными и круглыми, и в них начал гореть волчий зелёный свет. Однако он говорил очень мягко.

- Да, да! Наш Тянь Фа очень огромен. Я уверен, что мы можем помочь старшему собрать эти небесные травы очень быстро, – энтузиазм других Королей зверей заставил их едва ли не орать. Многие из них высказывались, облизывая губы... они, очевидно, казались очень жадными в это время.

- Ну... это хорошо. Все хотят помочь. И это устранит много ненужной работы и сэкономит время в моих поисках. На самом деле это будет очень полезно, – Цзюнь Мосе размышлял некоторое время, прежде чем он, наконец, согласился. И это сделало лица Королей зверей светящимися от счастья.

- Травы, которых у меня нет... трава Бороды Дракона, цветок Хвоста Феникса, Лотос Девяти Узлов, корень Стойкоцвета, Трехцветная трава и корень Лотоса семи цветов... – Цзюнь Мосе ответил честно. Затем он сделал короткий перерыв, чтобы перевести дыхание, прежде чем продолжил список. – Тысячелетний Женьшень, Белый плод Вермилиона, трава Девяти Пустот, корень Девяти глубин и так далее... чем совершеннее они будут, тем лучше. И будет здорово, если вы сможете найти как можно больше.

Шесть Королей зверей были ошеломлены этим. Король Орлов был самым внимательным среди них. Он оторвал большой кусок коры от дерева, чтобы использовать его как свиток. Затем он использовал свои когти, чтобы записать весь список. Тем не менее его запястье начало болеть к тому времени, как Цзюнь Мосе закончил…

Затем Цзюнь Мосе рассказал в подробностях как выглядит каждое из этих растений... в какой среде они растут... как их собрать и так далее. Короли зверей слушали чрезвычайно спокойно и скрупулезно. Они даже затаили дыхание в страхе, что могут пропустить крошечную деталь, которая позже может иметь решающее значение для важного вопроса в их продвижении…

- Я знаю, что сбор этих драгоценных и чрезвычайно редких материалов сразу будет невозможен... даже если будет использована вся сила Тянь Фа. Таким образом, вы можете собрать как можно больше за одно время, послать кого-то к городу Тянсян и доставить груз семье Цзюнь, пока вы будете готовить следующую партию. В любом случае, я буду посещать семью Цзюнь через регулярные промежутки времени, – усмехнулся Цзюнь Мосе. – Вы будете ответственны за сбор трав внутри Тянь Фа. И вы сможете встретиться со мной на Крайнем Севере, чтобы забрать свои таблетки через три года. Мы получим лучшие результаты, если будем следовать этому двухстороннему подходу…

Цзюнь Мосе подумал:

«Этот вопрос не займёт много времени, если мы сделаем это таким образом. Еще мне нужно съездить на север. Этот вопрос с травами только один из нескольких. Так что я мог бы сделать всё сразу…».

«Третий дядя, должно быть, сходит с ума от ожидания. Красивая женщина на снежной вершине горы с нетерпением и надеждой ждет его прибытия целых десять лет... Сколько десятилетий может быть в одной жизни? Сколько десятилетий может ждать пара любящих друг друга людей? Неужели они подождут, пока их волосы станут белыми, и они станут старыми? Что бы они сделали, если бы они были объединены тогда?».

Кроме этого... речь шла о клятве семьи Донфанг! Потому что гору Снежного Меча нужно уничтожить. И Цзюнь Мосе искренне хотел увидеть гору Снежного Меча, так как её крах – это замечательное зрелище. Молодой мастер уже подготовил свои планы по созданию такого небесного и впечатляющего чуда!

И было бы более целесообразно сделать это как можно скорее…

Поэтому Цзюнь Мосе делал свои приготовления. Он всё ещё не выполнил своё обещание перед Тянь Фа. Но он уже начал строить планы поездки в Город Серебряной Метели…

Дело не в том, что в сердце молодого мастера были какие-то зловещие мысли. Это было только потому, что Короли зверей просили о помощи. Кроме того, список трав, упомянутых в "Книге народных средств", было не так-то легко собрать…

«Эти шесть Королей зверей смогут собрать эти травы. В тоже время я, возможно, буду не в состоянии сделать это за всю свою жизнь…».

Молодой мастер пришел в Тянь Фа, чтобы собрать небесные травы. И он собрал их в большом количестве. Однако этого всё ещё было недостаточно для его потребностей…

Однако Высокий Журавль и другие предложили помощь Цзюнь Мосе. И они тоже получат то, что хотят, если ему это удастся. Итак, Цзюнь Мосе решил сказать им свои требования честно и прямо. Это, очевидно, означало, что он спасет себя от ненужного труда и усилий. Ему нужно было много трав и божественных сокровищ для сырья, и ему потребовалось бы много времени, чтобы собрать их самостоятельно. На самом деле он считал, что не смог бы собрать их и за восемь жизней...

«Я использую этих Королей зверей в данном случае. Но ни один из них не пострадает, если я создам таблетки. Каждый получит свою долю. Я считаю, что эти таблетки стоят гораздо больше для них... намнооого…».

Поэтому Цзюнь Мосе не чувствовал себя виноватым в этом. Фактически его совесть была чиста.

Короли зверей приняли требования Цзюнь Мосе без каких-либо проблем и дали обет завершить список. Они не будут возражать, даже если им придется остановиться в любом другом деле. Они использовали бы все свои силы, чтобы найти эти ценные материалы. Ведь это, в конце концов, связано с прорывами самих Королей. Так как же они не могли быть дотошными в этом вопросе?

Не говоря уже о том, что несколько дней назад мастера Ливень и Ураган богохульствовали над свирепым достоинством Тянь Фа. И эта обида горела в их сердцах. Поэтому Короли стремились продвигаться вперед после того инцидента. Тем не менее они не смогли раньше найти путь вперед. Но Короли львов и обезьян внезапно стали четырьмя живыми примерами потенциального пути к их успеху…

Кроме того, этот очень опытный человек также разработал эффективный способ контакта через семью Цзюнь города Тянсян. Короли зверей чувствовали себя ещё более уверенными, так как цели были установлены. В действительности у Королей была только одна мысль в их сознании...

«Разве я не должен добровольно доставить эти травы в город Тянсян, если нам удастся собрать каждую из этих трав? Я стал бы первым, кто получил бы свою награду, если это произойдет!».

Каждый из Королей думал об одном и том же в этот момент. И их лица стали выглядеть несколько странно. Затем они оглянулись и увидели лица своих братьев.

«Никто не захочет упустить эту возможность. Похоже, что борьба будет неизбежна…».

Цзюнь Мосе посмотрел в небо, чтобы установить время, и понял, что скоро будет утро. Итак, он встал, чтобы попрощаться со всеми. Короли зверей настоятельно призывали его остаться, но он принял решение. Он ушёл…

Глава 393. Столкновение духовных чувств

Цзюнь Мосе чувствовал себя очень счастливым, плывя в воздухе. На самом деле он едва сдерживался, чтобы не запеть. Молодой мастер никогда не думал, что всё пройдёт так гладко. Но он также не знал, что любой другой человек не был бы успешным, находясь в его положении... даже если бы он был в тех же обстоятельствах.

Здесь Пагода Хунцзюнь была ключевым фактором. Аура Пагоды заставила Королей зверей Суань "прогреться" до самого дна их сердца. И это первое впечатление было очень сильным. И в результате ему удалось создать таинственное и сказочное впечатление. Кто-нибудь еще смог бы это провернуть?

Цзюнь Мосе посмотрел вокруг в поисках быстрого выхода. И он оказался весьма удивлен. Это было потому, что он оказался рядом с местом, где он столкнулся с тем самым зверьком. Это было очень близко, так как он уже мог видеть то упорядоченное образование деревьев, которое создало этот "особняк"…

Цзюнь Мосе не мог не почувствовать себя лучше, когда он посмотрел на этот пейзаж.

«Хе-хе... это будет очень весело, если я смогу достать эту очаровательную маленькую херню и забрать её с собой. Мять и гладить этот комок шерсти и мяса так приятно... особенно эта маленькая задница! Это то, что я никогда не устану щипать... я действительно с нетерпением жду этого…».

Надо сказать, что процесс мышления Цзюнь Мосе был несколько неприятным. Другие люди защищали бы это очаровательное животное и бережно воспитывали его... так же, как маленькая девочка обожала Малыша Белыша. Однако его подход был очень презрительным...

Этот крошечный зверь был очень милым. Однако этот редкий экземпляр человеческого вида также сильно отличался от обычных людей. Так что он мог думать только о том, чтобы поймать эту крошечную штучку и снова сжать её задницу.

Молодой мастер вошёл в эту маленькую долину с радостью и ожиданиями. Он хотел снова встретиться с этим существом в течение долгого времени. Вид красивых цветов, когда он ступил в долину... был таким же, как и раньше. И их изысканный аромат снова влился в его ноздри. Но это место было пустынно. На самом деле он не мог слышать даже маленького звука...

Цзюнь Мосе сделал два шага. Все было тихо, и он слышал лишь эхо собственных шагов. Место было, очевидно, полным жизненной энергии. Но эта долина была такой же тихой, как "долина смерти". Эта тишина была в полном контрасте с яркими и красочными пейзажами. И этот контраст оставил странные чувства в его сердце…

Молодой мастер Цзюнь кружил вокруг, тщательно обыскивая. Но он ничего не нашел. Так он подошел к этой красивой каменной пещере и заглянул внутрь. Только чёрный плащ всё ещё был там. Но больше ничего не было…

Не было ни одного следа очаровательного маленького существа…

Цзюнь Мосе всё ещё не хотел уходить. Тогда он инициировал свое духовное чувство для поисков... на случай, если это маленькое существо отправилось на охоту за едой. Духовное чувство молодого мастера стало намного сильнее с тех пор, как он перешел на третий уровень Искусства Разблокировки Небесной Удачи. На самом деле его способность тогда и сейчас не могла даже упоминаться в одном предложении. До этого он мог ощущать всё в радиусе около тридцати метров. Но теперь его дальность увеличилась до сотен метров.

Духовное чувство молодого мастера в значительной степени возросло. Фактически оно достигло очень высокого уровня. И это не имело ничего общего с Божественной аурой Пагоды Хунцзюнь, так как эта сила была получена от уровня культивирования Суань Неба Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе продолжал расширять охват своего духовного "радара" шаг за шагом. И он чрезвычайно скрупулезно обшарил всё окружение. Однако не обнаружил ни одного следа этого крошечного существа. Все было тихо, как и раньше. На самом деле это место было мертвенно тихим…

«Как это может быть? Это место было тихим, когда я был здесь в последний раз. Но в то время это было мирное молчание. Но сейчас в этом молчании сквозит некоторое зло. Как я могу не чувствовать подозрительности?».

«Это – самый центр Тянь Фа и понятно, что звери Суань не осмеливаются заходить сюда. Но даже лучшие Суань звери на пике уровня девять не осмеливаются прийти сюда?».

Молодой Мастер обменялся многими словами с шестью звериными Королями. Поэтому он знал, что есть другой зверь Суань на пике уровня девять, кроме них.

«Здесь мертвая тишина. Такого не должно было произойти, верно?».

Цзюнь Мосе укрепил свое сердце и собрал свою силу, как должно. Затем он послал своё духовное чувство в глубины леса Тянь Фа, как бесплотные стрелы.

Молодой мастер направил свое духовное чувство в диаметре более шестисот метров. Он обнаружил активность зверей Суань на севере, востоке и западе. Однако южная сторона была смертельно молчаливой.

«Кажется, что источник этого странного события находится на юге».

Цзюнь Мосе "извлек" свое духовное чувство из трех других направлений и сузил поиск на юге. Он понимал, что странные вещи, происходящие в центре Тянь Фа, как-то связаны со странной ситуацией на юге.

Внезапно!

Движение его духовного чувства к югу сначала казалось прекрасным. Но оно после этого ударилось об исключительно толстый барьер. И сильное духовное чувство молодого мастера было "поймано". По сути, оно не могло двигаться ни вперед, ни назад. Как будто небольшая мушка на лету была поймана в паутину.

Цзюнь Мосе был поражен поначалу. Но он быстро очнулся. Затем возникло мощное духовное чувство и устремилось вперед к Цзюнь Мосе. Это духовное чувство лоб в лоб столкнулось с Цзюнь Мосе.

БАБАХ!

Духовное чувство Цзюнь Мосе тоже не было слабым. Однако он чувствовал, что у него нет права сопротивляться мощному духовному чувству, возникшему до него.

Что-то вроде взрыва в его голове. У него закружилась голова, и он упал. Из ушей, ноздрей и даже глаз потекли тонкие струйки крови. На самом деле молодой мастер был бы ранен очень серьёзно, если бы не достиг мощного и тиранического состояния, в котором он был в настоящее время…

Духовное чувство Цзюнь Мосе уже достигло мощного уровня. Но он не ожидал, что не сможет выдержать даже одного удара от противоположного духовного чувства, с которым он только что столкнулся. Он никогда не предполагал, что столкнётся с такой силой.

Его противник использовал тайную атаку. Но он не мог отрицать огромную силу его духовного чувства. У противника было очень сильное духовное чувство. Он должен быть сильнее Великих Мастеров. Этот человек, возможно, не был могущественнее, чем Почтенная Мэй, но их сила была более или менее одинаковой.

«Может ли Тянь Фа скрывать другого сильного человека?».

Он был обеспокоен конфликтом между различными землями, так как он чувствовал, что Тянь Фа будет побежден. Поэтому Цзюнь Мосе помогал Королям зверей преодолевать преграды в их продвижении и исцелял раненых. Молодой мастер сделал это, потому что любил честность и простоту зверей Суань. Таким образом он усилил их сильные стороны, так как они будут нуждаться в этом, чтобы защитить себя.

Не было необходимости помогать Королям зверей, если они должны были столкнуться с силой, подобной городу, который оставался скрытым в снежных вершинах. Будущее Королей зверей, возможно, останется неизменным. Но вопрос относительно самого будущего Тянь Фа был совершенно другим.

Даже обычно спокойный и собранный Цзюнь Мосе побледнел от страха перед таким мощным и ужасающим духовным чувством. Его собственное духовное чувство разлетелось в клочья, даже, несмотря на то, что атака противника не закончилась. Более того, противник не унимался в своих атаках. На самом деле, казалось, что он решил добить раненого.

Разум Цзюнь Мосе работал очень быстро. Он старался изо всех сил подавить свою психическую травму и использовал последний кусочек своего сознания, чтобы каким-то образом запустить грозную и бесконечную ауру из Пагоды Хунцзюнь. Это было похоже на треснувший меч, который окончательно раскололся. И он бросился вперед, чтобы напасть на духовное чувство, которое столкнулось с духовным чувством молодого мастера.

Духовное чувство Цзюнь Мосе, очевидно, не могло сравниться с чувством Пагоды Хунцзюнь. На самом деле их даже нельзя было упомянуть на одном дыхании. Он начал мощную контратаку и попытался перехватить мощное духовное чувство противника. Но духовное чувство того было также ярким и бдительным. И он быстро вынес решение, что вторая волна духовного чувства будет больше, чем предыдущая. На самом деле тот человек, похоже, оценил, что вторая волна будет намного сильнее, чем его собственная к тому времени, когда обе стороны снова столкнутся. Поврежденное духовное чувство Цзюнь Мосе, наконец-то смогло оторваться от этого толстого барьера, а затем отступило с помощью Пагоды Хунцзюнь.

Несчастный и трагический крик послышался с юга, когда это произошло. Духовное чувство того человека было чрезвычайно сильным. На самом деле оно было гораздо мощнее, чем у Великих Мастеров. Более того, время реакции его было удивительным. Однако его духовное чувство было несравнимо с Пагодой Хунцзюнь. Этот человек сумел убрать свое духовное чувство очень быстро после второго столкновения. Однако он всё равно получил очень сильный удар. Таким образом, было очевидно, что он должен был понести большой ущерб.

Звук этого крика был несколько низким, но всё равно очень резким. В действительности это даже потрясло деревья на стороне Цзюнь Мосе. После этого, когда этот вопль затих, был слышен слегка шелестящий звук.

Только небесам было известно, когда колотящееся сердце Цзюнь Мосе вернулось в норму, и это чувство беспомощности и бессилия исчезло. Цзюнь Мосе сел и вытер кровь изо рта. Он посмотрел на юг, как волк в холодную зимнюю ночь.

«Есть еще одна великая сила!».

«И в это место, кажется, даже бестелесный и бесформенный дух не может проникнуть…».

«Что это за место?».

«И кто находится внутри него?».

Цзюнь Мосе подскочил со всей своей силой и активировал Побег Инь Ян. Он добился больших успехов и исчез, преодолевая расстояние между ним и противником.

«Поход в эту странную область только увеличит мою мудрость и опыт. В любом случае я хочу сделать комфортную жизнь для себя в этом лесу в будущем. Так почему бы мне не узнать о такой загадочной и могущественной личности?».

«Этот человек может быть огромной угрозой!».

Странный молочно-белый туман появился перед Цзюнь Мосе. Можно сказать, что до того, как он вернулся с гор, не было даже малейших намеков на этот горный туман. На самом деле в небе тоже не было никаких признаков этого. Тем не менее он столкнулся с чистым белым туманом в тот момент, когда он пересёк гору. И этот туман, казалось, окутал всё…

Он был огромным и безграничным.

И этот туман был не совсем обычным. В нём не было никакой Божественной ауры. Казалось, что туман слабый, мягкий и нежный снаружи. Однако он было очень податливый на самом деле...

В этот странный белый туман не могло проникнуть духовное чувство, но физическое тело могло войти в него…

Цзюнь Мосе попытался засунуть руку внутрь. Он протянул её и не почувствовал ничего, что мешало бы ему. Молодой мастер затем зашёл дальше, и, стало очевидно, что за этим туманным барьером было огромное пространство.

Цзюнь Мосе попытался проникнуть в белый туман своим духовным чувством снова. Однако он снова почувствовал, что столкнулся с толстым барьером. Он не мог попасть туда таким образом. Туман был чрезвычайно жёстким для его духовного чувства. Это было похоже на ощущение, когда тычешь пальцем в надутый до предела воздушный шар. Палец может чуть прогнуть стенку воздушного шара, но он не лопался.

Молодой мастер чувствовал то же самое, когда он пытался силой прорваться своим духовным чувством.

«Это действительно странно!».

«Это впервые, когда я вижу такое странное место, куда тело может войти, но духовное чувство не может исследовать! Это либо еще одна тайна леса Тянь Фа... или какое-то огромное существо…».

Цзюнь Мосе фыркнул. Он использовал Побег Инь Ян и вошёл внутрь…

Глава 394.1. Корень Девяти Суань (часть 1)!

У Цзюнь Мосе не было выбора, кроме как войти туда. И это было потому, что молодой мастер заметил своеобразные листья, похожие на виноградную лозу на краю белого тумана в тот момент, когда он собирался уже уйти. Листья были семиугольной формы и кроваво-красного цвета. Их внутренние жилки были хорошо видны. Было похоже на то, что они пытаются вырваться из поверхности листьев.

Эта стройная лоза была белоснежной. На самом деле это было похоже на шелковую нить. Тем не менее любой, кто прикоснется к нему, поймет, что она прочнее стали.

«Корень Девяти Суань! Этот Корень Девяти Суань я не мог найти нигде!».

Цзюнь Мосе был в восторге от этого неожиданного открытия. Это был последний ингредиент, который ему нужно было найти для Дана Продвижения Суань! Цзюнь Мосе случайно наткнулся на этот "сюрприз". Как он мог оставить эту траву? Да, внутри может быть опасно. Но он будет винить себя целую вечность, если не возьмет этот Корень Девяти Суань.

Таблетки, полученные из плода тысячи зол и десяти тысяч ядов, тоже будут иметь этот же эффект. Но эти таблетки всё ещё были недоступны Цзюнь Мосе, так как ему не хватало большого количества сырья. Более того, его нынешнее культивирование было недостаточно высоким, чтобы усовершенствовать его. В любом случае молодой мастер просто не мог дождаться...

Кроме того, он всегда мог использовать таблетки, которые он создаст из плода тысячи зол и десяти тысяч ядов, как он сделал то же самое с таблетками улучшения Суань. И это будет означать два всплеска достижений. Кроме того, был шанс, что таблетки, очищенные от тысячи зол и десяти тысяч ядов, могут не быть такими эффективными, как он себе представлял. Так не перевешивает ли выигрыш все потери, если он сможет найти эту виноградную лозу для таблетки улучшения Суань?

У Цзюнь Мосе чрезвычайно приподнялось настроение, увидев то, чего он совсем не ожидал. И он активировал Побег Инь Ян на полную мощность.

Однако он снова был разочарован. Побег Инь Ян в прошлом был неудержим. И это всегда было чрезвычайно замечательно. Но молодой мастер неожиданно столкнулся с препятствиями, используя его в этом месте. У него была свобода направления, но он чувствовал, что попадал в болото всякий раз, когда прикасался к белому туману. И каждый его шаг требовал огромного количества энергии…

Цзюнь Мосе чувствовал, что попал в ловушку. Было ощущение, как будто он вошел в гору хлопка. Хлопок выглядел лёгким, как пёрышко. Но нельзя было ничего разглядеть, когда ты уже вошёл в эту гору белого хлопка. Глаз мог видеть только один цвет, но чистота этого цвета все равно имела ослепляющий эффект…

«Такое фантастическое место существует внутри леса Тянь Фа?».

Цзюнь Мосе был полностью поражен.

Очевидно, он не выключал Побег Инь Ян. Разве он не стал бы легкой мишенью для какого-нибудь скрытого эксперта, если бы сделал это? Человек может умереть в этом тёмном месте, а остальные даже не узнают об этом…

«Использование Побега Инь Ян забирает много энергии. Но это всё-таки сохраняет мою невидимость. Таким образом, я буду невидим, даже если внутри присутствует чрезвычайно талантливый эксперт. Это мое самое большое преимущество!».

«Это замечательная вещь! Как здорово!».

Цзюнь Мосе был в ловушке внутри этой фантастической среды. Итак, он потянулся к Корню Девяти Суань, словно бы во сне.

Молодой мастер не волновался, так как уже проводил эксперименты. Было нелегко идти вперёд, если он этого хотел. Но было довольно легко двигаться назад. Поэтому он мог быстро уйти, когда ему захотелось бы…

Следовательно, его безопасность была обеспечена…

Цзюнь Мосе рискнул бы зайти в такую странную область, только пока его безопасность была обеспечена на сто процентов. И он бы не двинулся вперёд, если бы всё выглядело хоть немного опасным…

Это было благоразумие, которое принесло ему звание величайшего убийцы его поколения.

Однако Цзюнь Мосе всё равно не очень хотел отступать легко…

И это было потому, что он был полон решимости получить Корень Девяти Суань.

Шесть королей зверей пили и праздновали в то время, когда Цзюнь Мосе исчез в этой долине. Они также услышали тот мрачный крик, который возник с юга. Сначала они безучастно смотрели. Затем они вскочили. На самом деле, казалось, будто кто-то включил плиту под задницей каждого.

- Это было слышно от направления пещеры Тянь Фа! – голос Высокого Журавля был наполнен тревогой и паникой. Он действительно очень нервничал.

- Это действительно пещера Тянь Фа! – Большой Медведь и остальные побледнели. Они не теряли времени зря и устремились туда со всей своей скоростью.

- Это как-то связано со старшим? Мы пили, и он поспешил уйти. Итак, мы забыли сказать ему, что он не должен идти туда! – Король Тигров, казалось, несколько волновался, и его лоб был покрыт потом.

- Трудно сказать... – тёмное лицо Короля Орлов стало ещё темнее. Его острый взгляд мог видеть только кромешную тьму далеко впереди.

- Кто, кроме этого старшего, осмелится войти в священное место Тянь Фа? Ты осмелишься это сделать? – Седьмой Граф выглядел очень тревожно. Затем он продолжал нетерпеливо. – Этот звук, возможно... старший. И мы должны молить о снисхождении и освободить его, если это так... – Король Обезьян недавно получил пользу от него. Как же он мог видеть, как он пострадает в десяти метрах от него?

Большой Медведь фыркнул и сказал:

- Ещё слишком рано говорить об этом. Очень трудно сказать, кто из этих двух будет иметь верх. Так что очень сложно решить, кого нам в итоге придется умолять. Я просто надеюсь, что старший по-прежнему придаёт вес моему слову…

Этих слов было достаточно, чтобы определить абсолютную и несравненную веру Большого Медведя в того таинственного человека. Трудно было оценить, является ли репутация Большого Медведя достаточной, чтобы говорить эти слова или нет. Однако было видно, что его кожа была достаточно толстой. Его кожа, возможно, не была самой толстой вокруг. Но это, безусловно, не имело аналогов во многих отношениях…

- Заткнитесь все! Сейчас самое время для этого? Давайте сначала туда доберемся! – Высокий Журавль довольно громко крикнул. Затем он перестал бежать по земле и поднялся в воздух, приняв свою первоначальную форму. Он быстро превратился в огромного белоснежного журавля. Он хлопнул огромными крыльями и быстро полетел дальше.

Большой Медведь увидел Высокого Журавля, взлетающего в небо, и сразу понял план Короля журавлей. Так что он тоже прыгнул. На самом деле он прыгнул даже выше, чем Король журавлей. Он продолжал парить в небе, пока Король журавлей не появился. Затем он принял форму медведя, чтобы падать быстрее из-за чрезмерного веса. Высокий Журавль поймал его, когда он начал падать, и тот живо вернулся к своей человеческой форме, прежде чем приземлиться на спину Короля журавлей. Так они оба смогут двигаться вперёд вместе…

Два Короля зверей сотрудничали друг с другом десятилетиями. Поэтому они очень хорошо знали друг друга.

Однако на этот раз произошёл просчёт. Король журавлей явно был очень нетерпелив в это время. Он перевернулся в воздухе и остановился. Большой Медведь понял это, уже падая вниз, и превратился в свою звериную форму. Тем не менее нетерпеливый Король журавлей издал странный визг и бросился вперёд ещё быстрее.

Это была большая ошибка…

Большой Медведь вместе со своим полуторатонным весом упал на землю с громким взрывом. Он упал на землю очень сильно. На том месте, где он "приземлился", образовался огромный кратер. Он был совершенно не готов к этому событию и, следовательно, был застигнут врасплох. Конечно, он не был ранен, так как он был очень сильным, а его тело – очень прочным. Но не было ни сантиметра его тела, которое не болело после такого неудачного приземления. Король медведей сел и проклял Короля журавлей в гневе.

Другие Короли зверей в это время спешили. Это было почти так, как если бы они были пожарными, спешащими, чтобы потушить серьёзный пожар. Король Орлов был самым добрым, пролетая над Большим Медведем, он бросил ему свою одежду. Однако его скорость не замедлилась, когда он это сделал. После этого он также взлетел в небо и выстрелил на юг, как чёрная стрела.

Шесть Королей зверей прибыли в запретную область леса почти мгновенно из-за их уровней культивирования.

Они не нашли причин того крика, который они слышали, и только увидели этот белый туман. Шесть Королей зверей тут же обыскали область вокруг белого тумана, но не обнаружили никаких следов, указывающих на то, что человек вошёл в неё. Они, очевидно, были очень рады этому…

Однако они не знали, что Цзюнь Мосе добрался сюда, используя Побег Инь Ян, и не оставил никаких следов в результате…

Это была замечательная техника. Он не оставил никаких следов вообще…

- Кажется, сюда никто не пришёл. И это здорово, что никого не было! – Высокий Журавль успокоился и заговорил. – Ни один средний человек не может войти в запретную зону. Всё, кажется, прекрасно...

- Я думаю, что все еще нужно узнать. Крик, который раздался изнутри, заставил меня волноваться, – Король Львов всё ещё был тревожным. – Мы все знаем, что никто не стал бы так кричать, если бы он не был серьёзно ранен…

Король Обезьян не согласился:

- Иногда можно чувствовать невыносимую боль во время практик. И это может произойти особенно часто, когда совершаешь прорыв. Возможно, этот крик был из-за этого? Такой звук не распространён внутри Тянь Фа, но он также не очень редок. Так что мы должны сделать, суетясь из-за ничего?

Глава 394.2. Корень Девяти Суань (часть 2)!

- Ты прав. Каждый зверь Суань кричит во время практики культивирования. Но ты когда-нибудь слышал такой звук из запретной зоны? – Король львов ответил саркастическим тоном.

Высокий Журавль раздумывал мгновение. Затем он повысил свой голос и спросил:

- Нынешний Король журавлей пришёл отдать дань уважения. Есть ли у старшего из Священной Земли какие-то инструкции для нас? – его голос был глубоким и громким, чтобы он пробрался внутрь белого тумана.

Голос кого-то, скрежещущего зубами, ответил из тумана по прошествии довольно длительного времени:

- Конечно, вы пришли отдать дань уважения! Пошли нахер отсюда прямо к чёртовой бабушке!

Шесть Королей зверей были ошеломлены. Их большие глаза сузились, когда они, помрачнев, вернулись обратно.

На этот раз шести Королям зверей не повезло. Человек внутри был застигнут врасплох мощным чувством духа из Пагоды Хунцзюнь Мосе. Поэтому он потерпел ужасное поражение и в настоящее время скорбел о том, насколько сильным он был в прошлом. И это сделало его очень нетерпеливым и раздражённым. Именно тогда шесть Королей зверей решили прийти. Так как же они могли остаться не оскорблёнными, несмотря на их благие намерения...?

Шести Королям зверей дали в лицо, но они не смели жаловаться. На самом деле они развернулись и с большой скоростью исчезли с места происшествия.

Затем этот голос снова заговорил из-за этого тумана:

- Чёрт побери! Я забыл спросить у них, не приходил ли кто-нибудь сюда. Кто был этот парень? Он был такой болью в заднице! Его духовное чувство было настолько сильным и пугающим!

Цзюнь Мосе использовал Побег Инь Ян всеми силами, что у него были. У него были трудности при движении внутри густого тумана, но он не мог не рассмеяться после того, что услышал.

«Кажется, что парень в этом месте испытывает трудности. Я, кажется, довёл его до белого каления. Насколько силён дух Пагоды Хунцзюнь? Я был в состоянии бороться против силы этого человека. По сути, Пагода Хунцзюнь сама оставила этого человека пострадавшим. Это действительно удивительно!».

Он всё ещё мелкими шажками следовал за виноградной лозой Корня Девяти Суань шаг за шагом. И каждый его шаг был чрезвычайно осторожен…

Цзюнь Мосе не мог поверить, что человек внутри этого густого тумана может жить в этом месте...

«Он должен быть уже мертв... более того, я не наткнулся ни на одно дерево... или любое другое растение кроме этой "виноградной лозы". Это крайне ненормально!».

«Корень Девяти Суань растёт здесь. Так почему же вокруг нет других растений...?».

«Это не имеет никакого смысла!».

Неизвестно было, сколько Цзюнь Мосе прошёл, прежде чем он, наконец почувствовал, что густой туман начал редеть. Тогда он собрал свои силы и пошёл вперёд…

Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, что его тело расслабилось, когда он оставил этот густой белый туман. И он оказался внутри полянки. Область всё ещё была окружена стеной этого белоснежного тумана. Поэтому никто не мог ничего видеть за ним. Молодой мастер мог видеть только несколько метров вокруг себя, а всё, что было дальше – было просто бесконечным и белым туманом.

Недалеко от него было скопление деревьев. А дальше, немного впереди, был холм. Но он также был окутан туманом.

Можно было увидеть немного тумана между растительностью. Деревья были толстыми, но довольно редкими.

Цзюнь Мосе вдруг что-то понял. Он всё ещё не понял, что это за белый туман, но определенно понял одну вещь.

«Этот странный туман редок там, где пышно растут деревья, но он плотен там, где растительность скудна…».

Молодой мастер увидел бесконечный белый туман и вздохнул.

«Кажется, здесь не так много растительности. Неудивительно, что что-то такое ядовитое, как этот Корень Девяти Суань, растет в этом месте в одиночку…».

Корень Девяти Суань разросся здесь довольно широко...

Молодой мастер обнаружил, что деревья внутри этого тумана были не очень высокими. В действительности они были не больше десяти метров в высоту. Однако они были очень толстыми. Было очевидно, что туман замедлил рост деревьев в высоте. Вместо этого они росли горизонтально.

Тем не менее Цзюнь Мосе всё ещё был очень озадачен этим, так как в этой области не было солнечного света. Итак, он не мог понять, как здесь удалось вырасти этим деревьям. Более того, они, казалось, росли тысячи лет…

Цзюнь Мосе вздохнул. Он решил, что больше не будет думать об этих тайнах. Лес Тянь Фа был полон тайн, и у него не было сил, чтобы решать их все в этот момент.

«Мне трудно добиться прогресса с методом Побега Инь Ян, и мои навыки также не помогают. Но однажды я разгадаю эти тайны. И именно тогда этот Тянь Фа полностью примет меня!».

«В любом случае, у меня нет времени думать над этими вопросами "ограничения" прямо сейчас. Мне нужно только выкопать этот Корень Девяти Суань, и я закончу после этого...».

Он собирался начать, когда услышал мягкий звук. Он шёл из леса, и это походило на фырканье животного…

Цзюнь Мосе внимательно посмотрел в ту сторону. Огромный золотисто-пушистый медведь медленно встал из тумана, окутывающего его тело. Затем он растянул своё огромное тело…

Это был зверь Суань девятого уровня.

Цзюнь Мосе не хотел все усложнять. Поэтому он решил уйти в землю. Он ушёл под землю и выкопал Корень Девяти Суань. Он мог чувствовать аромат Корня Девяти Суань более отчетливо внутри почвы. Он держал Корень в руке, и его лицо показывало восхищение.

Белоснежный Корень Девяти Суань сверкал, как нефрит, в руке Цзюнь Мосе.

У Корней Девяти Суань была очень строгая система старения. Он становился чёрным после того, как прорастал. И он оставался чёрным до тех пор, пока не пройдут первые десять лет. После этого он становился коричневым. Цвет изменится на желтый, когда только пройдёт сто лет... красный – после тысячи... и он станет молочно-белым через десять тысяч лет.

«Это место имеет лучшие по качеству Корни Девяти Суань!».

Цзюнь Мосе не ожидал такого сюрприза. Да и сам этот Корень Девяти Суань тоже был не маленьким. Его можно было использовать для таблеток дедушке Цзюнь, и после этого все равно останется очень много. Вполне достаточно, чтобы выполнить создание каждого вида Божественных таблеток…

Молодой мастер радостно взял корень и поместил его в Пагоду Хунцзюнь. Затем он расхохотался, не осознавая этого. Внезапно весь район разразился громкими криками. Оказалось, что здесь было больше, чем один зверь Суань девятого уровня...

Цзюнь Мосе использовал своё духовное чувство, чтобы обыскать район, и обнаружил, что источники так же сильны, как духовное чувство, с которым он ранее сталкивался. На самом деле в этой области было несколько таких!

Цзюнь Мосе пробрал холодный пот.

«Мой Бог! Почему здесь так много могущественных существ?».

Он не мог осмелиться задержаться и свистнул.

Было трудно войти сюда, но вернуться было довольно легко. Ему требовалось всего мгновение, чтобы выйти из сферы белого тумана. Молодой мастер улыбнулся, глядя на этот белый туман издалека, и пробормотал:

- Я ещё вернусь! Это точно!

Цзюнь Мосе затем наткнулся на огромный камень, на котором были большие надписи. Именно тогда он понял, где он был…

«Пещера Тянь Фа!».

«Это место оказалось самым загадочным местом во всем мире!».

«Пещера Тянь Фа! Это здорово! Она искренне достойна своего легендарного и загадочного статуса!».

Цзюнь Мосе не мог не улыбнуться. Затем он взлетел, как ветерок, когда рассвет вспыхнул в шелковисто-голубом небе. После этого он быстро вернулся в Южный Небесный Город.

«Это действительно отличная добыча! И неожиданный большой "урожай" при этом!».

Этот "большой урожай" заставил Цзюнь Мосе чувствовать себя чрезвычайно счастливым.

Теперь у него были все материалы, необходимые для продвижения деда. Кроме того, у него также будет достаточно материала, чтобы создать множество Божественных таблеток. Было ли какое-либо лекарство, которое не могло быть создано из этой травы, которая накопила в себе десятки тысяч лет ауры Тянь Фа?

Едва ли были любые другие места, кроме Тянь Фа, имеющие такую специфическую среду, в которой могут расти такие небесные травы.

«Сколько усилий это сэкономило с моей стороны?».

«Более того, мои отношения с Королями зверей стали намного лучше после сегодняшнего дня. На самом деле мы хорошо знакомы друг с другом. И это будет очень полезно там, как хорошо!».

Цзюнь Мосе выглядел как бесполезный развратник полгода назад. Однако сейчас он был совершенно противоположным.

Военную мощь семьи Цзюнь нельзя было считать низкой. У них было много людей под их властью. Кроме того, Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань были там, чтобы заботиться о домовладении Цзюнь. И преступные банды города работали на них. Таким образом, у них была полная планировка столицы.

Кроме того, бизнес процветал с талантами Танг Юаня. Аристократический Зал был словно легендарное сокровище столицы. Кроме того, это было дерево сокровищ, из которого просто вываливались сокровища, если его встряхнуть хотя бы один раз.

С точки зрения индивидуального культивирования... Цзюнь Чжан Тиан был на пике Суань Неба, Цзюнь Вуй был экспертом Суань Неба среднего ранга, а Цзюнь Мосе был на начальном ранге Суань Неба. И каждый из них был на грани ещё одного прорыва, особенно Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй! Вскоре они станут экспертами Суань Духа в соответствии с планом Цзюнь Мосе.

Они также имели и помощь извне, так как один из восьми Великих Мастеров — Одинокий Сокол — жил в резиденции семьи Цзюнь. Кроме того, Цзюнь Мосе был на грани завершения плана по освобождению семьи Донфанг от бремени их присяги. И это принесло бы ему чрезвычайно поразительную силу в виде этих убийц. Каждый из его трех дядей Донфанг был экспертом Суань Духа. Итак, разве семья Донфанг не стала бы более могущественной, когда их полная сила будет принята во внимание?

Кроме того, он без особого труда оказал большую услугу шести Королям зверей в лесу Тянь Фа. Можно даже сказать, что звери Суань девятого уровня и Короли зверей придут на помощь в любом сражении, если он попросит их в виде того таинственного мастера.

Более того, Цзюнь Мосе представлял себя, как таинственного мастера, и это было одним из его величайших преимуществ. Кто во всем мире не знал, что такой божественный и могущественный человек поддерживает семью Цзюнь?

Эта бесплотная и таинственная сила была величайшей поддержкой семьи Цзюнь. Кто в мире будет бороться против семьи Цзюнь после того, как такой человек решил поддержать их? Разве они не видели, как второй Великий Мастер превратился в пепел?

Кроме того, молодой гений семьи Байли — Байли Лу Юн — ждал его в Южном Небесном Городе. Его приглашение также было частью большого плана Цзюнь Мосе.

Можно сказать, что Цзюнь Мосе стал Великой державой в этом мире.

Он стал чрезвычайно удивительным!

Глава 395. И как ты будешь это есть?

В Южном Небесном Городе…

Очень измученная Гуан Квинхан закрыла глаза и легла на свою кровать после того, как Цзюнь Мосе покинул её палатку. Её сердце было спокойным. Остальное не имело значения. Тем не менее разум Гуан Квинхан был нечетким, и она была чрезвычайно истощена. Боль сверлила её тело. На самом деле не было точки на её теле, которая бы не болела. Более того, ей было стыдно, что нижняя часть её тела сильно болела... На самом деле она чувствовала, как будто её разрывают на части. Даже малейшее движение приводило к мучительной боли…

«Это полностью вина этого идиота! Чёрт... это так больно!».

Гуан Квинхан чувствовала себя бессильной и слабой. Она не могла двинуть ни одной частью тела, даже мизинцем. Слезы потекли по её щекам. Она не жалела, что помогла молодому мастеру. Она и не обижалась на Цзюнь Мосе. Но... это было слишком больно. И эти слёзы были её единственным средством избавления от этой боли…

Юная леди была пассивной на протяжении всего этого "бурного события". На самом деле она даже морально подготовилась к этому. Но она всё равно теряла каждую унцию своей физической силы. Фактически каждая частичка её силы Суань также покинула её…

Она чувствовала, будто в ее теле исчезли кости и мышцы. Она не могла найти и каплю силы в какой-либо части своего тела. Но она неожиданно смогла подвигать глазами. Гуан Квинхан чувствовала себя несколько удивленной. Но слёзы оставили её глаза до того, как она смогла отреагировать.

Она потратила последние капли своих сил, чтобы спасти свою гордость и достоинство, когда она встала внутри палатки Цзюнь Мосе и надела свою одежду…

Юная леди не хотела показывать свою слабость в присутствии Цзюнь Мосе. Она сказала себе, что совершила эту ошибку, чтобы спасти Цзюнь Мосе... чтобы спасти последнего выжившего члена третьего поколения семьи Цзюнь. Она думала, что не будет никаких следов этого события, и что она не будет связываться с ним после этого. На самом деле она убедила себя, что не будет необходимости связываться друг с другом после этого "инцидента".

Она пыталась думать в этом направлении, но не смогла убедить себя.

- Ты моя женщина! Это факт!

Цзюнь Мосе произнёс эти слова властно. И его тон был непререкаемым авторитетом. Эта сцена повторялась в её сознании, и эти слова звенели в её ушах…

- Я возьму тебя в жены, когда эти проблемы утихнут! – сказал он.

«Это было обещание? Это было его желание?».

«Это была ошибка, верно? Не так ли?».

«И почему я так напугана?».

«Но почему в своём сердце я чувствую тепло?».

«Я сделала это, чтобы спасти единственного выжившего члена третьего поколения семьи Цзюнь. Но почему я уже не покончила с собой? Почему я не променяла свою жизнь на защиту имён двух семей? Почему эта идея не пришла мне в голову? Почему?…».

«Я женщина без чувства стыда и чести...?».

«Почему?».

Она тихо лежала в постели, когда эти мысли захлестнули её и затопили разум множеством вопросов. Гуан Квинхан даже забыла о боли в результате. Сначала её лицо покраснело. Затем оно стало смертельно бледным... прежде чем снова стало тёмно-красным... и в конечном итоге у неё покраснела даже шея…

Две слезинки стекли по её щекам и смочили её длинные чёрные волосы.

Однако они не были из-за боли в этот раз.

«Этой ночью... мне... мне не уснуть…».

Она не знала сколько времени прошло, когда услышала, как кто-то что-то говорит рядом с её палаткой. Ей было всё равно. Всё казалось ей очень банальным в её нынешнем настроении…

Но всегда есть что-то, что провоцирует человека, независимо от того, как сильно он пытается этого избежать. Кто-то поднял вход шатра и засунул свою маленькую головку внутрь. Этот человек затем незаметно осмотрелся вокруг и вошел на цыпочках…

- Старшая сестра Гуан... ты в порядке...? – лицо Дугу Сяо И было наполнено чувством стыда. Её глаза блестели от слёз, когда она смотрела на Гуан Квинхан. Затем она осторожно села у её кровати.

Маленькая девочка родилась во второй по силе семье столицы Империи Тянсян. И она была единственной девочкой в своем поколении в этой огромной семье, остальные наследники – мальчики. Таким образом, Дугу Сяо И росла в такой семье, будучи обожаемой. На самом деле заботу, которую она "получала", было трудно себе представить…

Было очень трудно иметь отношения между мужчиной и женщиной в ту эпоху. Причем, этот случай был одинаковым даже для самых обычных девушек из самых распространенных домашних хозяйств. Эти отношения тщательно изучались до вступления в брак. Это было из-за страха, что кто-то узнает что-то неприятное. И разве она не из такой большой семьи, как семья Дугу?

Даже жители соседних семей должны были быть очень бдительными. Они могут осмелиться говорить о таких запретных вещах, но уши молодой леди не должны были слышать о них. В противном случае это было бы огромным и непростительным преступлением…

В их семье были дед, три великих генерала и семь молодых мастеров, довольно сильных для своих лет, и многие другие могущественные члены семьи. Кто из них не мог решить вопрос жизни или смерти человека из повседневного домашнего хозяйства? Поэтому последствия даже одного неприличного слова, дошедшего до ушей юной мисс Дугу, были бы ужасными…

Более того, маленькой девочке сейчас было всего шестнадцать лет... что она могла понять?

Это была эпоха, когда юные девицы могли понять такие вещи только за ночь до брака. Мать и дочь будут одни, и обе будут краснеть. Мать бы осторожно передавала эротические картинки, показывая дочери. А дочь очень осторожно убирала их.

После этого мать посылала верную и пожилую даму со своей дочерью после её брака... в качестве "проводника". И вот тогда начиналось реальное образование. Инструкции о том, что делать... и когда... и так далее... молодожены будут следовать учениям этой верной пожилой леди...

Даже мать слишком стеснялась говорить о таких вещах своей дочери!

Поэтому тот факт, что Дугу Сяо И уже понимала много... и теперь знала, что такое неопределенное, как "приготовление риса" означало... что-то иное, было удивительным подвигом в её заслугах.

Однако Дугу Сяо И не понимала этого аспекта общества, поскольку она была очень очаровательной и чистой.

Какая семья когда-нибудь осмелится взять такую невестку в ту эпоху? И они были бы очень несчастны, даже если бы они приготовились и пришли бы с предложением о браке…

...

Выражение лица Гуан Квинхан стало сложным, когда она увидела виновницу перед собой. Как она могла не питать ненависти, когда увидела виновную в совершении такого крупного преступления?

Маленькой девочке пришлось бы потерять свою добродетель и пришлось бы вынести эту боль, если бы они случайно не поменялись местами…

«Она считала себя умной и отправилась "готовить рис". Разожгла, блин, огонь, но сама напугалась тем, что этот рис булькает! И затем я воспользовалась ситуацией... тьфу, блин... я не воспользовалась ситуацией. Очевидно, я была невиновна в этом…».

«Можно ли считать это "преимуществом"? Мне очень больно. Это огромный грех!».

Лицо Гуан Квинхан начало нагреваться от этой мысли. Как будто её лицо загорелось. Однако она не знала, было ли это из-за гнева или стыда…

- Старшая сестра Гуан... мне очень жаль... я сделала это не специально... я не знала, чем это обернется... – Дугу Сяо И умоляла её. Она была расстроена тем, что из-за своей ошибки потеряла такую редкую возможность "раз в жизни". Маленькая девочка, очевидно, приготовила отличный рис. Но кто-то другой съел его. На самом деле она даже пришла извиниться. Но вместо этого маленькая девочка чувствовала себя обиженной…

- Это ничего... это в прошлом... – с трудом улыбнулась Гуан Квинхан. Она хотела поднять руку, но не смогла, так как это было очень больно.

- Старшая сестра Гуан... разве тебе не больно...? – Дугу Сяо И видела, как Гуан Квинхан оставалась неподвижной. Поэтому она спросила любознательно.

- Ах... хм... эм... – Гуан Квинхан со своим красным лицом посмотрела на неё с упреком. Как она могла на это ответить?

«Как я могу ответить на это так, чтобы это не звучало неправильно?».

- Старшая сестра Квинхан, ты не отвечаешь... но я знаю, что тебе очень больно... ты много страдала, старшая сестра... – с некоторым сочувствием заговорила Дугу Сяо И. – Он тебя ударил?

- Ударил меня? – Гуан Квинхан открыла свои большие и красивые глаза при этих словах.

«С чего бы это? Цзюнь Мосе потерял рассудок из-за этого чрезмерного яда. Он не стал берсерком на поле боя. Так с чего ему бить меня?».

- Ооо, я видела дьявольские глаза брата Мосе в тот день. Он наверняка ударил тебя. Эмм... это моя вина... – Дугу Сяо И произнесла эти слова рассеянно. Было очевидно, что она не осмеливалась говорить слова, которые она думала на самом деле…

- Хе-хе... – Гуан Квинхан, наконец поняла, что эта маленькая девочка не понимала, во что она сама верила минуту назад.

«У нее определенно много мужества. Как еще она могла посметь задать этот вопрос...?».

- Могу я задать вам вопрос, старшая сестра Квинхан? – Дугу Сяо И расслабилась, когда увидела, как Гуан Квинхан смеется.

- Какой вопрос? Можешь спросить, – Гуан Квинхан нежно посмотрела на нее. Она ничего не могла сделать с этой маленькой девочкой в это время…

- Э-э... кхм-кхм... это, ну... а как ты ела? Это было вкусно? – Дугу Сяо И теребила в руках краешек одежды, а её лицо покраснело от смущения.

- Что? Что ела? У меня вообще-то ничего нет, чтобы поесть! – Гуан Квинхан была ошеломлена.

- Я... брат Мосе... разве он не готовил рис, который я дала? – лицо Дугу Сяо И стало чрезвычайно красным. Она собрала оставшееся мужество и спросила. - Я приготовила рис, но ты съела его, в конце концов... так как же ты его съела?

Красивые глаза Гуан Квинхан расширились ещё больше...

Глава 396. Истинный стиль злого монарха

- Это... такая вещь... – Дугу Сяо И чувствовала себя очень смущенной. Она не могла смириться с этим, когда увидела, что Гуан Квинхан не может понять её. Итак, маленькая девочка прошептала:

- Хорошая сестра... скажи мне, как ты это сделала...!

Гуан Квинхан окаменела, когда услышала это. Ее глаза сияли черным блеском, когда она смотрела на…

«Как... сделать это? Как я могу сказать об этом...? И как эта девочка может спрашивать о таком?».

- Ты... ты... Сяо И, о какой ерунде ты говоришь? Ты – девушка из большой семьи. Тебе не стыдно задавать такие вопросы? Я устала. У тебя есть еда, так иди и отдохни! – лицо Гуан Квинхан покраснело до ушей, когда она заговорила со смущением.

- Старшая сестра Гуан... Ты сказала мне, что мы все – женщины, когда находимся дома. Поэтому мы не должны вести себя как незнакомцы при обсуждении таких вопросов... – улыбнулась Дугу Сяо И. Она пришла в свою палатку, чтобы понять ситуацию. И теперь она поняла, что Гуан Квинхан не злилась на нее. Итак, она сразу же стала дерзкой и подняла одеяло, чтобы заглянуть туда.

- Ты... не делай этого! – Гуан Квинхан была поражена таким нахальством, и обернула одеяло сильнее вокруг себя.

- Я посмотрю... что это за отношения... – Дугу Сяо И продолжала с горечью. – Почему все так скрытно относятся к этому вопросу? Я до сих пор не знаю, в чем дело. В противном случае я бы не была так взволнована сегодня... и старшая сестра не смогла бы воспользоваться ситуацией...

«Я воспользовалась ситуацией? Это просто охренеть можно!».

Маленькая девочка приложила все силы, пока говорила, и снова потянула одеяло. Гуан Квинхан был совершенно бессильной в это время. А любопытство Дугу Сяо И было чрезвычайно сильным. Следовательно, малышке удалось стянуть одеяло и забраться в кровать. В результате этой борьбы Гуан Квинхан снова почувствовала боль, и она не могла не застонать.

- Дай мне посмотреть, где болит. Я помогу старшей сестре с этим... – Дугу Сяо И вела себя, как куртизанка.

Гуан Квинхан шёпотом проклинала её, стараясь бороться. Затем она начала умолять... но, в конце концов, она прекратила свою борьбу…

- О! Как там может быть такое набухание? Как это произошло? Разве это не страшно? – Дугу Сяо сама заплакала от страха. Она была поражена немыслимым потрясением. – Как такое вообще возможно? – глаза и рот маленькой девочки были широко открыты от изумления.

Гуан Квинхан же хотела только немедленно умереть от стыда:

- Прекрати... ты... прекрати... говорю тебе... отстань...

Дугу Сяо И поудобнее замоталась в одеяло и положила голову на подушку Гуан Квинхан. Затем она приготовилась внимательно и усердно слушать:

- Эм, расскажи мне все в деталях, старшая сестра…

Все молчали всю ночь.

Небо мерцало солнечным светом ранним утром.

По улице прошёлся порыв ветра, когда молодой мастер Цзюнь появился внутри своей палатки после ночи напряженной работы. Он не спал всю ночь. Но его дух всё ещё был высок.

Они должны были собрать лагерь в этот день. Но был ещё один вопрос, который Цзюнь Мосе еще не рассматривал.

Он умыл лицо и привел в порядок свой внешний вид. Затем он вышел из своей палатки. Тем не менее он привлек внимание в тот момент, когда вышел.

В тот момент молодой мастер был как магнит. И все глаза вокруг не могли не быть обращены к нему.

Цзюнь Мосе был одет в редко ношеный белый халат. Его лицо выглядело так, будто оно было вырезано из нефрита. Его брови, похожие на меч, были подняты, и его глаза казались нежными и духовными. Он действительно выглядел как красивый молодой мастер... элегантный и красивый молодой человек. Его выражение лица было ледяным, дьявольским, свирепым и мрачным.

Рот Цзюнь Мосе был закрыт. Но на нём была дьявольская ухмылка. Тем не менее зеваки чувствовали тревогу и страх. Каждый мог почувствовать, что за этой улыбкой была потрясающая убийственная аура…

Он улыбался так же тепло, как весенний ветерок. Но флюиды, которые исходили от него, заставляли людей почувствовать страх…

Как будто он постиг абсолютную власть и силу для убийства любого. Казалось, как будто каждый был под ним. На самом деле молодой мастер, казалось, был высоко в облаках...

Намерение убить в его ауре было похоже на сильный прилив, но это было также похоже на лёгкий ветерок в то же время.

Большая часть волос была собрана в изящный хвостик на затылке. Но он оставил несколько прядей свободными, чтобы придать себе свободный и изящный вид... Молодой мастер казался человеком, стоявшим в одиночестве на высокой вершине, холодной и одинокой.

Вокруг его талии был зеленовато-голубой пояс. И, казалось, он не был обычным человеком этого мира.

Меч висел на его поясе. Однако этот блеск в его глазах казался острее меча.

Он был похож на прекрасное и небесное создание. Он выглядел как кто-то, кто в любое время может спокойно взлететь над землей. Тем не менее любой человек мог почувствовать, что этот юноша был обезумевшим демоном, который был выпущен из ворот подземного мира.

«Повинуйся мне или умри от моей руки».

«Я могу разнести этот город до основания! Я убью королей людей. И я убью их богов!».

Это было очень запутанным и противоречивым. И, несомненно, это порождало очень странное чувство.

«Как такие противоречивые личности могут находиться в одном человеке? Это невозможно!».

Более того, эта уникальная личность каким-то образом появилась внутри молодого мастера Цзюнь. Это было что-то вроде воды и огня в одной кастрюле на горячей плите. Казалось, что Инь и Ян переплетаются внутри одного человека абсолютно органично.

Это произошло впервые с тех пор, как в этом мире появился Цзюнь Мосе.

И это был первый раз, когда поведение и стиль движения злого монарха отразились в Цзюнь Мосе. Это был первый случай, когда так называемая "кровожадная и ужасающая убийственная аура злого монарха" была выпущена в этот мир свободно и безудержно…

«Я больше не буду молчать! Я больше не буду притворяться! Я злой монарх с этого дня!».

«Потусторонний Злой Монарх!».

Цзюнь Мосе сделал шаг, медленно следуя вдаль, к одной из палаток.

Трое выживших членов семьи Байли жили в этой палатке.

Следующей целью молодого мастера Цзюнь был Байли Лу Юн.

Семья Байли отправила немногих мужчин на эту битву. Фактически они отправили только пять человек. Их вел Байли Сюн Фэн, эксперт Духа Суань. Остальные были экспертами Суань Неба... кроме Байли Лу Юна, так как он был только Нефритового Суань. Однако только эксперт Нефритового Суань на пике Байли Лу Юн вышел невредимым в боях со зверями Суань, в то время, как два эксперта Суань Неба семьи Байли погибли…

Байли Сюн Фэн был в замешательстве и подавлен этим. Семья Байли выбрала своих экспертов после тщательного рассмотрения. Они прекрасно понимали, что эти два эксперта Суань Неба на пике могут потерять свою жизнь в этой битве, когда их отправляли в Тянь Фа. Однако семья Байли выбрала их, так как их смерть не привела бы к какой-либо нестабильности в структуре их семьи. Однако это не значит, что они хотели, чтобы эти два эксперта Суань Неба погибли. На самом деле их смерть была ценой, которую они едва ли могли себе позволить.

Семья Байли была сильной. Но это была не очень сильная семья. Сколько экспертов Суань Неба на пике могли бы они иметь в своих рядах?

Соглашение Цзюнь Мосе и Бейли Ло Юня, заключенное еще до боя, было до сих пор не выполненным. Но все должно закончиться сейчас. Семья Цзюнь стала силой, которую никто не посмеет спровоцировать. Итак, пришло время развеять любые опасения, которые были у Байли Лу Юна…

Поэтому Цзюнь Мосе выбрал этот момент для борьбы.

«Байли Лу Юн – один гений на миллион. Он может не нравиться его семье. Но отношение "я лучший в мире" всё ещё укоренилось в его душе!».

Это был здравый смысл: нужно было сломать гордость кого-то столь талантливого, как Байли Лу Юн, прежде чем он мог взять его в качестве подчинённого. В противном случае, указанный "подчиненный" не будет слушать приказы должным образом.

Убийственная аура и высокомерие злого монарха распространялись в течение долгого времени. Каждый мужчина чувствовал это своей душой. И это было чем-то, чем просто не обладал Байли Лу Юн…

Но у Байли Лу Юна была очень упрямая гордость.

Однако гордостью злого монарха была сущность, которая стояла на вершине этого мира.

Эти двое не могли сравниваться ни в одном аспекте. Сила Цзюнь Мосе не была величайшей в этом мире на данное время. Но Пагода Хунцзюнь давала ему уверенность, которая заставила его почувствовать, что он действительно стоит на вершине мира.

Если бы в этом мире когда-нибудь был Бог... он смотрел бы вниз на своё творение.

И Цзюнь Мосе считал себя таким человеком!

«Кто это будет — если не я?».

Причина, по которой Цзюнь Мосе так сильно хотел получить Байли Лу Юна в подчинение, была очень проста. Это потому, что он нашёл особый темперамент в Байли Лу Юне. Более того, это был темперамент, который рассматривал жизнь или смерть как ничто. Можно даже сказать, что Байли Лу Юн останется спокойным, даже если мир рухнет прямо перед его глазами.

Неудивительно было бы найти такой темперамент у людей преклонного возраста... или тех, кто страдал от тягот в течение долгих лет. Но Байли Лу Юну было всего двадцать лет. И это было примечательно. Страдать от рук собственной семьи было одно. Но его личность была чем-то другим!

Такой человек обладал определенным нравом убийцы. И чрезвычайно искусным убийцей при этом! Фактически он был тем, кто мог даже соперничать с убийцей, таким как Цзюнь Мосе!

Так называемые убийцы, которые были ранее убиты, из зала Кровавого Меча были ничем в глазах Цзюнь Мосе. И это потому, что они были всего лишь группой бойцов. Они не были настоящими убийцами. На самом деле молодой мастер Цзюнь видел только двух мужчин, у которых был темперамент настоящего убийцы с тех пор, как он пришел в этот мир.

Убийца, которого он встретил у дверей дворца во время праздника ученых, был кем-то, чья молниеносная атака всё ещё оставляла небольшой страх в сердце Цзюнь Мосе. Его атаки были почти непреодолимы и могли нанести смертельный удар по их цели. На самом деле нельзя было даже заметить место, откуда она пришла. Такой и должен быть стиль у настоящего убийцы!

Жаль было, что этот убийца был его врагом…

А другим был Байли Лу Юн!

Семья Цзюнь имела военный опыт, личную силу, разведку от банд и внешнюю помощь людей, чьи сильные стороны были почти на вершине мира. Единственное, чего им не хватало, это... людей из предыдущей "работы" Цзюнь Мосе…

Группа убийц!

Небеса знают, сколько сил можно сэкономить, если у них будет группа убийц в своих "закромах"! Убийцы всегда были королями тьмы! Они всегда были окончательным решением для разрешения любого спора!

Глава 397. Подстрекательства, хаос и фанатизм

Способ мышления Цзюнь Мосе был очень прост. Он не хотел оказаться в неудобной ситуации, когда противоположная сторона начнет бесполезные споры всякий раз, когда он решит начать действовать.

«Ты собираешься слушать меня? Отлично! Пошлите кого-нибудь сразиться со мной. Мы поговорим после того, как с этим покончим!».

«У тебя есть время, чтобы париться над аргументами? Но моё время очень ценно…».

Силы Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня были намного выше, чем сила Байли Лу Юна. Но Хай Чэнь Фэн был человеком с очень праведным характером. На самом деле он был благородный воин из рода. Поэтому на него нельзя было возложить многие задачи. А Сонг Шань был без ума от вина. Это делало его ещё более непригодным в этом отношении. Поэтому ни один из них не подходит для этой позиции.

Вот почему Цзюнь Мосе высоко ценил Байли Лу Юна за…

Силуэт Цзюнь Мосе прошел мимо палатки Верховного Главнокомандующего. Цзюнь Вуй, Одинокий Сокол, три брата Донфанг, Дуанму Чао Фан, и Сиконг Ан Е обсуждали неотложные дела внутри. Они были поражены, почувствовав холод, который превзошёл любой в мире. Они также чувствовали толстую и холодную ауру вместе с ним…

Казалось, что за шатром мелькнул смертоносный меч. Это было только мгновение, но этого было достаточно, чтобы напугать мужчин внутри. На самом деле дрожь пробрала их до костей!

«Почему такой чрезвычайно могущественный человек прибыл в лагерь?».

Семеро мужчин развернулись в унисон. И это произошло вовремя, чтобы они увидели, как белая одежда Цзюнь Мосе трепещет на ветру через вход в палатку. Они просто взглянули на эту маленькую фигуру. Но семеро мужчин были ошеломлены…

«Цзюнь Мосе!».

«Это был Цзюнь Мосе!».

«Как такое возможно?» .

Кто из этих семерых мужчин не был отличным экспертом? Они обладали острым зрением и острым мозгом. Как может любой обычный человек сравниться с ними?

Среднестатистический человек был бы чрезвычайно удивлён, увидев такое. Но эти семеро человек восприняли самую суть этого.

«Это незабываемое ощущение! Сколько людей пришлось бы убить, чтобы получить такую сильную и жестокую ауру? Сколько всего нужно было пережить, чтобы достичь такого величия?! Есть ли в этом мире душа, способная пережить столько смертей?».

Цзюнь Вуй когда-то был великим Кровавым Генералом, и он командовал миллионами солдат в то время. Он сплотил своих солдат, и обширные районы заполнились трупами из-за ужасных кровопролитий, которые последовали за этим. Однако он анализировал и понял, что даже он сам никогда не смог бы достичь ауры Цзюнь Мосе…

Цзюнь Вуй был, несомненно, эмоциональным человеком…

И это "эмоциональное" отношение его гарантировало, что он никогда не достигнет уровня Цзюнь Мосе…

Одинокий Сокол путешествовал по миру и относился к человеческой жизни как к траве, в то время как он бродил абсолютно свободно. Его культивация Суань достигла вершины, и он стал Великим Мастером. Но даже он не обладал такой высокой аурой, как у Цзюнь Мосе.

Три брата Донфанг родились убийцами. Горстка кровавых убийств была для них ничем. Но их убийственной ауры даже всех троих вместе взятых не хватало, если сравнивать её с очень страшной и острой, как наконечник копья, аурой, которая распространялась вокруг Цзюнь Мосе.

И, разумеется, нет необходимости упоминать Дуанму Фан Чао и Сиконга Ан Е. Они были никем в сравнении…

Кто бы мог подумать, что человек, который был источником всеобщего смеха прошлой ночью... мог бы ввести всех в огромный шок сегодня...

Это очень сильное воздействие. На самом деле, это было потрясающе!

- Цзюнь Вуй... ты... ты... чёрт возьми... я же не ошибся, верно? – Донфанг Вэн Цзянь говорил бессвязно. – Разве это не сын твоего брата? Сын моей сестры...? Сын Вэн Синь? Мосе, этот маленький ублюдок!

Каждый перевёл свой взгляд на Цзюнь Вуя, когда эти слова были произнесены.

«Сколько вещей скрывает твоя семья Цзюнь? Такой малолетка, развратник и идиот, которым он был почти десять лет... как ты это скрывал?!».

Глаза Цзюнь Вуя итак едва не вываливались из орбит. Казалось, что он спал. Он едва сумел ответил в почти бредовом состоянии:

- Откуда мне знать?! Это был Мосе, верно? Это должен быть он!

Донфанг Вэн Дао был очень зол:

- Что "должен быть"?! Он рос с тобой с самого рождения! Кто ещё может знать, если не ты? Дай мне чёртов однозначный ответ!

«Это верно! Кто знает, если не ты?!».

Все посмотрели на Цзюнь Вуя. Их выражения были странными.

«Вы все еще думаете, что можете скрыть это…».

Цзюнь Вуй замолчал.

«Да я сам не знаю, что происходит! Я действительно не знаю…».

Цзюнь Мосе не знал, что он так шокировал всех, кроме своего дяди. Таким образом, он не обращал внимания на тот факт, что создал такую большую проблему для своего дяди, просто пройдя мимо его палатки.

Он только выпустил всю эту пустынную убийственную ауру, которая собралась в его сердце. Тем не менее это было чувство, которое давно спало внутри него. Таким образом, эта аура зла становилась всё сильнее с каждым его шагом. И жажда крови, собранная в его душе, также испускалась с каждым шагом, который он делал…

Он рассчитал расстояние между своей палаткой и палаткой семьи Байли. Он сделал это, когда сделал первый шаг. И намерение тирана Цзюнь состояло в том, чтобы заставить членов семьи Байли дрожать к тому времени, когда он подойдёт к их палатке.

Он делал это не для того, чтобы просто убедить Байли Лу Юна. Он делал это, чтобы осуществить заветную мечту Байли Лу Юна!

Цзюнь Мосе понял это, даже если Байли Лу Юн не сказал ему сам.

Впереди стояла простая палатка. Гуан Квинхан и Дугу Сяо И были внутри неё. Они освежились и приготовились к новому дню после какофонии прошлой ночи. Гуан Квинхан сумела отдохнуть только немного. Но она уже в значительной степени выздоровела. Она получила некоторую медицинскую помощь от энергии Цзюнь Мосе и отдохнула должным образом в течение ночи. И это очень помогло ей. У молодой леди, по крайней мере, появилась энергия, чтобы ходить…

Дугу Сяо И вздыхала и стонала. Казалось, что разум Гуан Квинхан был в лучшем состоянии по сравнению с ней. У маленькой девочки было много мыслей. Время от времени она смотрела на свою грудь и задницу. Но чем больше она это делала... тем хуже себя чувствовала…

«Почему они такие? Почему у старшей сестры такие большие…?».

Дугу Сяо И несколько потеряла уверенность в себе. Она повесила голову и сказала:

- Твоя фигура очень красивая, старшая сестра Квинхан. У тебя такие большие... Как ты это делаешь?

Красивое лицо Гуан Квинхан покраснело, когда она сердито ответила:

- Что ты говоришь? Ты ещё молода. Подожди пару лет, и у тебя будут большие! Возможно, даже больше, чем мои!

Дугу Сяо И обхватила щеки. Ум маленькой девочки начал работать. Она ничего не слышала о том, что ей ответила Квинхан. Вместо этого она продолжала роптать сама по себе:

- Такие большие и такие мягкие... Брату Мосе, должно быть, было приятно после того, как он почувствовал это... Мне тоже было так приятно вчера вечером. Может мои тоже будут, в будущем? Они могут...?

Гуан Квинхан была крайне смущена и встревожена. Она быстро закрыла рот маленькой девочки и сказала:

- Глупая девочка! Что за чепуху ты говоришь?

Слезы уже начали течь из глаз Дугу Сяо И. Тем не менее рука Гуан Квинхан закрыла её рот. Поэтому её слёзы капали на ее руку. Она выглядела довольно жалкой. Гуан Квинхан испугалась, подумав, что она сделала этой девчушке больно. Так что она быстро убрала руку.

Дугу Сяо И стала ещё слезливее. Слёзы текли ручьём. Её рот дрожал, а глаза выражали бесконечное горе. Было очевидно, что ей очень грустно…

- Сяо И... ты... да что с тобой происходит? Быстро скажи своей старшей сестре! – Гуан Квинхан была в шоке, вытирая слёзы маленькой девочки.

- Я знаю, что старшая сестра пытается утешить меня... я должна быть большой в этих местах! Но я не такая большая, как ты... и, тем более, не мягкая! – Дугу Сяо И начала кричать от горя. – Я позволила этой хорошей возможности ускользнуть прошлой ночью! Я идиотка! Я большая идиотка! – Дугу Сяо И продолжала рыдать, шмыгая сопливым носом.

Гуан Квинхан даже не нашлась, что сказать.

Затем Дугу Сяо И увидела силуэт снаружи палатки. И её плач резко остановился. Казалось, она не могла поверить в то, что увидела. Она усиленно потёрла глаза и проговорила тихим и удивленным голосом:

- Брат Мосе?!

Голос Дугу Сяо И был очень удивлённым, как будто увидела привидение средь бела дня.

Гуан Квинхан сначала не повернулась. Но она не могла не повернуть голову, когда услышала, что говорит маленькая девочка…

Они увидели белоснежную фигуру недалеко от своей палатки, и она медленно приближалась, как восходящее солнце. Он шел не слишком быстро... как шелест листьев на ветру. Но они не могли ничего сделать, но инстинктивно затаили дыхание при его приближении. На самом деле, Дугу Сяо И подумала, что только что видела Императора…

Это верно. Это то, что она должна была почувствовать!

Казалось, что этот человек обладает огромной властью в своих руках. Как будто этот человек мог смотреть вниз на все человечество, как будто они были "травой". Это был кто-то, кто был отделен от всего мира…

Этот человек шёл очень элегантно, как будто мог бы править миром.

Его лёгкие шаги издавали звук, который, словно диктовал всему миру ритм, по которому нужно жить. Казалось, что люди мира будут чувствовать радость и страх от каждого шага, который он делал... и что они будут готовы встать на колени перед ним от паники и уважения…

«Это... это брат Мосе, о котором я думаю? Или это тот самый извращенец Мосе? Мой брат Мосе?».

Ум Дугу Сяо И опустел. Она как будто спала. На самом деле, в её глазах появился... фанатизм. Как будто её околдовали.

Этот Цзюнь Мосе был тем самым "идеальным мужчиной", о котором эта девушка фантазировала с детства.

«Мой муж – несравненный герой! Великие герои мира будут растоптаны под его ногой! Он Король, который смотрит на всех свысока! Но он будет очень близок и заботлив ко мне. Он не будет дразнить меня, когда я несчастна. И будет поддерживать меня, когда я скорблю. Он также будет смеяться со мной, когда я счастлива…».

«Это мой идеальный муж!».

Гуан Квинхан была поражена…

Этот Цзюнь Мосе заставил её забыть весь разврат, который он совершал в прошлом. Он также очистил плохое впечатление, которое он производил на её разум. Она хотела отвлечься, но не смогла привести себя в порядок. Его элегантность и сила привлекали её взгляд к нему, и она просто не могла оторваться от него…

Холодный взгляд Цзюнь Мосе переместился как раз вовремя, чтобы встретить ошеломленные глаза Гуан Квинхан…

Девушку пробрала дрожь. Это было впервые, когда она смотрела на Цзюнь Мосе с той ночи. И в ее сердце внезапно появилась мысль...

«Он действительно изменился?».

«Это властный человек с поразительно внушительной осанкой. Он обладает чрезвычайно убийственной аурой. Этот демонический человек – тот, кто забрал мою добродетель? Он действительно тот же развратник?».

«Как могло произойти такое огромное изменение?!».

Два человека молча посмотрели друг на друга. Цзюнь Мосе многозначительно улыбнулся и пошёл дальше. Его выражение лица снова стало холодным и острым, когда он двинулся к палатке семьи Байли.

Его внушительная аура достигла сейчас чрезвычайно больших высот!

Гуан Квинхан осталась недоумевать на заднем плане…

Глава 398. Цзюнь приходит в ярость

Цзюнь Мосе даже не нужно было приближаться к людям из семьи Байли, так как они уже могли чувствовать его острую ауру. Ведь Байли Сюн Фэн был на базовом уровне Суань Духа. Таким образом, его культивация Суань Ци была лишь незначительно ниже трех братьев Донфанг.

Кроме того, двое других мужчин семьи Байли были на пике Суань Неба, в то время как Байли Лу Юн был на пике Нефритового Суань. Так разве они не смогли бы ощутить эту "окутывающую" убийственную ауру? В действительности же для них было очевидно, что эта внушительная аура движется к их палатке. Поэтому они приготовились…

Трое мужчин этой семьи во главе с Байли Сюн Фэном встали у входа в палатку.

Затем они увидели этот славный силуэт, как он медленно приближался к ним. Зрачки лидера семьи Байли расширились при виде этого. Этот яркий, сияющий и золотой мальчик был тем, кто оказывал на него такое большое давление…

«Как такое возможно? Он просто молодой ребенок! Почему я чувствую такое сильное давление?».

Он чувствовал, как будто глаза Цзюнь Мосе могли читать каждую мысль, которая кружилась в его голове. Он чувствовал, что его судьба была под контролем этого юнца. На самом деле он чувствовал, что у него нет собственной воли.

Он чувствовал себя очень беспомощным.

«Почему молодой человек, обладающий культивацией далеко ниже моего уровня, способен оказать на меня такое влияние?».

- Третий молодой мастер семьи Цзюнь? – Байли Сюн Фэн сумел выдавить из себя. На самом деле даже его сердце уже дрожало от страха. Настолько, что он даже не понял, когда сделал шаг назад... Он спросил громким голосом, чтобы скрыть свою тревогу:

- Могу я осмелиться спросить, почему третий молодой мастер пришел сюда?

Однако даже Байли Сюн Фэн понял, что его голосу не хватало какой-либо силы перед оппонентом.

Три великих эксперта семьи Байли оказались в невыгодном положении в тот момент, когда они выбежали из своей палатки, увидев внушительную ауру убийцы. Фактически они утратили право говорить на равных условиях. Не имело значения, были ли они экспертами Суань Духа или Великими Мастерами... результат был бы таким же.

И это потому, что они были вынуждены выйти!

Они оказались бы в гораздо лучшей ситуации, если бы остались в своей палатке, когда Цзюнь Мосе прибыл снаружи, поскольку он должен был бы взять на себя инициативу и заговорить первым, чтобы попросить войти...

Однако было жаль, что они не смогли этого сделать…

Байли Лу Юн и два других члена семьи Байли стояли за Байли Сюн Фэном. И они видели, что Цзюнь Мосе казался очень спокойным, но высокомерным. Его аура казалась сильной настолько, чтобы заставить весь мир подчиниться! Тем не менее их глаза сияли блеском фанатизма.

И это было потому, что это была та сила, которую они стремились получить всю свою жизнь.

Возможно, эта сила не была величайшей. И, возможно, она не была самой большой в мире. Но это была область, которая влекла за собой абсолютную уверенность в себе. И это была подлинная гордость!

Байли Сюн Фэн всегда гордился тем, что не является частью стада. Но он чувствовал себя крайне неполноценным сейчас, сравнивая себя с исключительной силой, с которой только что столкнулся.

- Я пришел за тобой, Байли Лу Юн. У нас было соглашение, – заговорил Цзюнь Мосе скучным голосом. Он не обратил внимания на лидера семьи Байли, хотя мужчина стоял прямо перед ним. Молодой мастер Цзюнь вместо этого обратился со словами к Байли Лу Юну.

Цзюнь Мосе, по-видимому, не слышал вопроса, который задал Байли Сюн Фэн, эксперт Суань Духа. Или, возможно, он пренебрегал ответом…

Это было проявление полного пренебрежения... голого и вопиющего пренебрежения.

Отсутствие предвидения со стороны семьи Байли и их попытки уничтожить такой большой "актив" заставили Цзюнь Мосе презирать их. На самом деле обречённость семьи Байли была предопределена в глазах Цзюнь Мосе.

Байли Сюн Фэн чувствовал, как внутри него поднимается гнев. И он внезапно потерял чувство разума и самосознания. В это время он был экспертом Суань Духа. Что-то подобное редко случалось с ним, даже когда он был экспертом Суань Неба. Тем не менее этот мальчишка просто и нагло игнорировал его и его силу!

Глава семьи Байли не мог понять, что происходит...

Он глубоко вздохнул и сделал все возможное, чтобы сдержать свой бушующий гнев, крикнув:

- Я говорю с тобой, Цзюнь Мосе!

Сила семьи Цзюнь внезапно возросла с тех пор, как появился этот таинственно сильный человек, который убил второго Великого Мастера. Таким образом, Байли Сюн Фэн попытался сохранить чувство уверенности, несмотря на то, что он чувствовал себя очень сердитым.

Семья Байли не могла позволить себе спровоцировать семью Цзюнь из-за того человека, который стоял за ними. Какая семья Байли... даже такие чудовищные силы, как Город Серебряной Бури, не могут обидеть этого таинственного человека.

Поэтому тон Байли Сюн Фэна был несколько тёплым, хотя он был очень зол.

- Я думал о нашей сделке. Итак, я здесь, чтобы освободить вас от трёх ваших родственников. Я наконец смог выбрать немного времени для этого сейчас, – Цзюнь Мосе дружелюбно улыбнулся. И, казалось, что он ждал продолжения. – Ты не торопишься, не так ли?

Цзюнь Мосе снова сделал вид, что не слышал слов Байли Сюн Фэна. Это было сродни двум пощёчинам для последнего.

Байли Лу Юн внезапно всё понял.

Цзюнь Мосе встречался с ним и разговаривал с ним. На самом деле молодой мастер Цзюнь даже не взглянул на Байли Сюн Фэна. Это указывало на то, что даже командир войск семьи Байли был не так важен в его глазах…

Это ясно показывало то, что семья Байли была ничем в глазах Цзюнь Мосе.

Суань Неба? Суань Духа? Ему было совершенно наплевать.

Цзюнь Мосе смотрел только на одного человека в этот момент…

Байли Лу Юн!

Но почему?

Байли Лу Юн очень чётко понимал причину...

«Этот молодой мастер хорошо понимает меня. На самом деле он даже понимает, о чем я думаю...».

«Это верно! Он вымещает этот гнев вместо меня! ...за всё, как я страдал от рук семьи Байли за эти дюжины или около того лет...!».

«Он знает, что я хочу оставить семью Байли в пламени. Он также знает, что я не должен оставлять их тайком, как собака...».

«Я гений. Я знаю свою ценность. Я бы давно ушел из семьи Байли, если бы захотел. Ни одна семья никогда не упустит возможности иметь такого талантливого члена в своих рядах. Но я не ушёл. И это потому, что я хочу претендовать на славу, которую я заслуживаю!».

«Я хотел уйти наверх, а не вниз!».

«И теперь этот мальчик не сдерживается... он оскорбляет всю семью Байли за мою славу... за мою справедливость... и за несправедливость, которой я подвергался…».

«Кто в этом мире сделал бы так много для меня?».

Цзюнь Мосе не произнёс ни одного слова больше. Но Байли Лу Юн уже начал восхищаться им.

Глаза Байли Лу Юна мерцали. Он не сказал ни слова, но он дал торжественный обет в своем сердце.

«Цзюнь Мосе сделал то, что я просил. Он не заботился ни о чём, когда дело дошло до выполнения его обещания. Он был чрезвычайно дерзким. Поэтому я также выполню свое обязательство. На самом деле я всю свою жизнь буду выполнять своё обязательство. Я никогда не откажусь от своих обязательств, пока жив! Я посвящу свою жизнь верности ему!».

Тем не менее Байли Сюн Фэн уже дрожал от ярости.

Откровенно высокомерное отношение Цзюнь Мосе заставило эксперта Суань Духа топнуть ногой от ярости.

«У тебя может быть даже самая исключительная поддержка. Семья Цзюнь, возможно, избежала своего вырождения и, возможно, начала покрывать себя славой. Но молодой паренек не должен проявлять неуважения к семье Байли только из-за этого. Более того, он, конечно, не должен проявлять никакого пренебрежения к Байли Сюн Фэну!».

«Кто может когда-либо терпеть такое...?».

«Семья Цзюнь может иметь безграничные перспективы на будущее. И никто не посмеет с ними связываться. Но это не значит, что они могут запугивать людей просто так!».

Байли Сюн Фэн никогда не обладал широким кругозором. Это было очевидно из того факта, что его семья решила действовать против своих будущих интересов и отправила Байли Лу Юна умирать. Кроме того, Байли Сюн Фэн лично взял на себя ответственность за сопровождение Байли Лу Юна до его смерти в Южном Небесном Городе.

Тем не менее люди с более высоким сродством к таким чертам характера часто склонны придавать большее значение своей репутации…

Низкий рык прозвучал из горла Байли Сюн Фэна. Он боялся таинственного человека, который поддерживал семью Цзюнь. Итак, он старался изо всех сил держать свой гнев под контролем. Однако его гнев продолжал расти. И это, в свою очередь, увеличило трудности, с которыми он столкнётся, контролируя свой гнев. Он тяжело скрежетал зубами, но его сдержанность, наконец, рухнула, когда он сказал несколько слов:

- Цзюнь! Мо! Се!

Байли Сюн Фэн, вероятно, вернулся бы к своему раболепному лизоблюдству, если бы молодой мастер Цзюнь проявил к нему хоть какое-то уважение... именно такое, какое он проявлял к поместью Сюэху несколько дней назад. Это было потому, что престиж семьи Цзюнь был теперь выше, чем у поместья Сюэху. Намного выше. Так как же такая незначительная семья, как семья Байли, могла их провоцировать?

К сожалению...

Молодой мастер Цзюнь отказывался замечать главу семьи Байли вообще. В самом деле, казалось, что он даже не слышал его. Байли Сюн Фэн, казалось, был словно бомж в глазах Цзюнь Мосе, так как он всё ещё мягко улыбался Байли Лу Юну:

- Я знаю, ты беспокоишься, что твой отец будет страдать от проблем из-за интриг семьи Байли в твою сторону. Он может даже страдать от несправедливых издевательств и преследования. Но тебе больше не о чем беспокоиться.

Цзюнь Мосе всё ещё улыбался. Он понизил голос, и, казалось, что он утешает Байли Лу Юна. Тем не менее он все еще, казалось, провоцировал других в то же время:

- Я никогда не замечал мусора, типа семьи Байли. В моих глазах они – ничто, – он понизил свой голос, но его тон всё ещё был злорадным. – Я только считаю, что твоя ценность... заслуживает определённого отношения...

Да, Цзюнь Мосе понизил свой голос, но эксперт Суань Духа, как Байли Сюн Фэн, всё ещё мог услышать его очень ясно. На самом деле само по себе понижение голоса молодого мастера Цзюнь, когда он обращался к Лу Юну, заставило их почувствовать, что ему совершенно наплевать на Байли Сюн Фэна…

Байли Сюн Фэн услышал шум в ушах. Казалось, внутри него что-то сломалось. Его кулаки сжались, глаза покраснели, а лицо стало фиолетовым. Он вдруг выпрямился и взревел:

- Ты меня разозлил!

Цзюнь Мосе моргнул. Он заложил руки за спину и нахмурился. Затем он снова обратился к Байли Лу Юну:

- Погода сегодня херовая. Солнце, кажется, так высоко в небе и так ярко, но небо всё ещё гремит. Ну, нахер такую погоду...

Звук этих слов едва угас, когда подул резкий ветер. Чрезвычайно разгневанный Байли Сюн Фэн протянул руку, чтобы схватить Цзюнь Мосе. Он считал, что приготовление фарша из этого ненавистного мальчишки — единственный способ успокоить его гнев…

Глава 399. Сражение с экспертом Суань Духа и экстраординарное шоу!

Байли Сюн Фэн полностью забыл про тот факт, что семья Цзюнь имела таинственного и непревзойденного мастера в качестве защитника.

Он, казалось, игнорировал только этого таинственного человека в этом "уравнении". На самом деле он чувствовал, что ему повезло, что этого человека не было там в это время, и он верил, что последующая месть не постучится сразу после эксцесса. Однако Байли Сюн Фэн упустил из виду другую вещь. И этот аспект было смертельно игнорировать…

Лидер семьи Байли попал в очень невыгодное положение, так как он взбудоражил воздух вокруг себя своими движениями. И он невольно попал в зону, где Цзюнь Мосе был едва ли не богом. На самом деле убийца мог почувствовать направление атаки... даже если бы он закрыл глаза и уши…

Более того, его взбесил Цзюнь Мосе. Поэтому он потерял подлинный край силы эксперта Суань Духа…

Белый халат красиво плыл позади Цзюнь Мосе. Его руки оставались за спиной, когда он быстро увернулся от атаки и вернулся на своё место. Затем правая рука молодого мастера Цзюнь быстро двинулась из-за его спины и мягко двинулась к ладони своего противника. Казалось, молодой мастер Цзюнь переоценивает свои способности…

Однако золотой свет вспыхнул из его рук; это казалось более призрачным, чем настоящим... молодой мастер изящным пируэтом ушёл на десяток метров. Он снова убрал руки за спину.

Несколько челюстей упали, когда кровь полилась на землю...

В середине ладони Байли Сюн Фэна зияла рваная рана…

«Один удар!».

«Это был всего один удар!».

«Разница между силами этого юнца Цзюнь Мосе и Байли Сюн Фэна – это разница между небом и землей! Тем не менее ему удалось ранить эксперта Суань Духа Байли Сюн Фэна? Это невероятно!».

«Кто бы поверил в эту невероятную вещь, если бы не был свидетелем своими собственными глазами?».

Никто бы не осмелился поверить в это…

Байли Сюн Фэн был опытным человеком. Тем не менее он сам не хотел верить, что он был ранен, пока не почувствовал резкую боль в руке. И это было потому, что тот, кто ранил его, был ребенком не более семнадцати лет…

- Байли Сюн Фэн готов! – семь могущественных экспертов скрывались за углом. Их культивация была очень высокой. Таким образом, маловероятно, что кто-нибудь смог бы обнаружить их. Эти эксперты видели, как вся сцена разворачивалась, и не могли не вздохнуть. Человек, который говорил это, был Вэн Цзянь…

- Этот Байли Сюн Фэн уже давно готов! Он потерял момент, когда почувствовал внушительную ауру Мосе, и вышел, чтобы противостоять ему, – холодно прокомментировал Одинокий Сокол. – Он был обречен на поражение в тот момент, когда потерял самообладание. Поражение Байли Сюн Фэна можно объяснить только его собственными ошибками. Может, у него и нет морали, но он все еще в царстве Суань Духа. Таким образом, он не должен был недооценивать эксперта Суань Неба независимо от того, насколько он плох...!

Все кивнули, чтобы показать свое согласие. Однако Одинокий Сокол был ошарашен в тот момент, когда он закончил говорить. На самом деле Великий Мастер был напуган тем, что он только что сказал...

Потом он вдруг вскрикнул от страха. И его длинные волосы встали дыбом, когда он сказал:

- Эксперт начального Суань Неба? Что я только что сказал...? Я не неверно истолковал это, верно? Проклятье! Проклятие! Когда этот ребенок достиг первого уровня Суань Неба?

Его шокированный взгляд коснулся Цзюнь Вуя и трёх братьев Донфанг. На самом деле глаза Великого Мастера в это время распахнулись от ощущения крайнего шока:

- Я ясно помню, что этот мальчишка был еще на пике Нефритового Суань в день битвы со зверями Суань! Он поднялся на первый уровень Суань Неба за пару дней? Он продвинулся на четыре уровня за одну ночь?! Есть ли в этом мире справедливость?!

Все внезапно осознали этот момент, когда он сделал это заявление.

Все задумались, насколько культивация молодого мастера Цзюнь выросла. В конце концов все они, кроме Цзюнь Вуя, были экспертами Суань Духа.

Однако они не думали об этом факторе до того момента, пока Великий Мастер не указал на него. Следовательно, рты этих талантливых людей стали круглыми, как буква "O" перед этим существующим вопросом. На самом деле исключений из такой реакции не было…

«Это верно! Все видели, что этот мальчишка был на пике Нефритового Суань два дня назад. В то время мы хвалили его талант. Но он продвинулся на первый уровень Суань Неба в мгновение ока? Как это произошло? Какими словами можно было бы похвалить его сейчас? Он считался чрезвычайно талантливым два дня назад... А теперь...».

Глаза шестерых из них повернулись и сосредоточились на лице Цзюнь Вуя. Их мысли были чётко различимы...

- Ты его дядя! Ты, должно быть, знал об этом! Ты не сказал нам, но ты всё равно знал это... верно?!

Цзюнь Вуй чуть не упал с инвалидного кресла.

- Почему вы смотрите на меня? Я сам не знал! Вы не знали, это понятно... но я – его дядя, и я тоже понятия не имел! У этого мальчишки много секретов! Бог знает, сколько карт он спрятал в своих руках?!

Все были ошеломлены, когда увидели, что Цзюнь Вуй не смог объяснить это. Тем не менее перед их глазами была замечательная сцена, поэтому они не могли не переключить взгляд, чтобы сосредоточиться на сражении. Первый уровень Суань Неба побил эксперта Суань Духа! Это свергло все устоявшиеся знания о войне. На самом деле это было что-то настолько редкое, что такого не видели тысячелетия…

Байли Сюн Фэн еще был сбит с толку, когда посмотрел на поток крови из руки. На самом деле он был в полной растерянности.

«Моя рука! Я так много тренировался с детства! Я могу засунуть руки в плиту, но они все равно будут целыми и невредимыми несколько часов. На самом деле я могу даже заблокировать лезвие божественного меча голыми руками, и мне будет пофигу!».

«Однако мне пробило руку, хотя у моего противника нет никакого оружия!».

Байли Хан Хай стоял за ним все время. Тем не менее его глаза широко раскрылись в это время, так как он никогда не видел своего старшего брата в такой сложной ситуации. Более того, поставивший его старшего брата в такое сложное положение, был молодой паренек…

Байли Лу Юн спокойно стоял. Он тоже был поражен, увидев сцену, которая развернулась перед ним. Однако, по его мнению, этот результат был не совсем неожиданным. На самом деле этот результат был предрешён в момент прибытия Цзюнь Мосе. И Байли Лу Юн понял, что что-то подобное произойдёт, так как он знал, что Цзюнь Мосе не будет действовать таким образом, если не будет иметь полный контроль над ситуацией.

Южный Небесный Город уже стал родиной семьи Цзюнь. Итак, он верил, что многие эксперты будут скрываться. И он понял, что они убьют Байли Сюн Фэна, как только время придёт. Но Байли Лу Юн никогда не предполагал, что Цзюнь Мосе сам решит иметь дело с Байли Сюн Фэном. И он не предполагал, что Цзюнь Мосе получит абсолютное господство над ситуацией…

«Цзюнь Мосе младше меня... но он обладает таким великим культивированием!».

Байли Лу Юн чувствовал, что культивирование Цзюнь Мосе было лучше, чем его собственное некоторое время назад. Но он никогда не думал, что Цзюнь Мосе будет так далеко впереди, что достигнет уровня Суань Неба! Кроме того, он бросил вызов эксперту Духа Суань, хотя был на уровне Суань Неба... и выиграл с легкостью!

«Что такое истинный гений? Только Цзюнь Мосе имеет право быть связанным с этими двумя словами. Другие так называемые "гении" этого мира были омрачены этим талантливым и таинственным юношей, который стоит передо мной!».

Эта мысль уничтожила любую гордость, которая давала убежище Байли Лу Юну.

«Цзюнь Мосе является единственным наследником третьего поколения авторитетной семьи Тянсян, Цзюнь. А я...? Этому молодому мастеру Цзюнь всего семнадцать лет. Тем не менее его культивация Суань намного больше, чем моя. На самом деле разница подобна небесам и земле... нельзя даже упомянуть нас на одном дыхании!».

«Я был доволен пребыванием на пике Нефритового Суань. Между тем, этот ребенок, который на шесть или семь лет моложе, спокойно атакует экспертов Суань Духа... и на самом деле избивает их!».

«Почему я должен быть гордым? Почему я должен действовать в стороне?».

Байли Лу Юн был покорён в истинном смысле этого слова. Но Байли Сюн Фэн с другой стороны был сильно взбешен. На самом деле он был почти сведён с ума…

Он не смог потерпеть собственного поражения.

«Я – эксперт Суань Духа! И вообще, я старше него во всех отношениях. Я мог бы издеваться над Цзюнь Мосе очень легко. Я мог бы преподать ему хороший урок, и это было бы хорошо, если бы я не зашел слишком далеко... Я мог бы поставить его на место. А потом, я бы передал этот вопрос Цзюнь Вую, объяснив ему причину моих действий. Я бы тогда попросил его самого присмотреть за этим делом. Я думаю, что Цзюнь Вуй ещё посчитал бы меня великодушным человеком... Ну... я, по крайней мере, не стал бы провоцировать сильную военную реакцию со стороны семьи Цзюнь…».

«В конце концов, Цзюнь Мосе сначала оскорбил мою семью Байли. И никто бы не смог вынести подобного. Итак, тот факт, что я не убил его на месте, отразился бы как большой признак уважения к семье Цзюнь с моей стороны... Семья Цзюнь – благородная семья. Таким образом, не было бы большой реакции с их стороны…».

«Однако я не ожидал, что я буду побежден таким образом, хотя я взял на себя инициативу. Более того – я потерпел поражение за один ход! Как я смогу это объяснить? Я должен пойти к Цзюнь Вую и сказать: "Слушай... твой племянник такой хулиган! Он ударил меня!"? Да я больше не смогу жить после такого позора…».

Глаза Байли Сюн Фэна стали круглыми, в то время как руки двигались, как ветер, когда он начал неустанные атаки.

Тело Цзюнь Мосе казалось сделанным из дыма, когда оно свободно и беспрепятственно плавало в воздухе, не попадая ни под один удар. И его руки двигались так же свободно, как ветер, когда он атаковал в ответ. Но обучение Цзюнь Мосе и его предусмотрительность позволили бы ему избежать разрушительных атак Байли Сюн Фэна, даже если бы он не сделал прорыв на уровень Суань Неба.

Однако его реакция была острее, и его позиция стала совершенной после прорыва.

Байли Сюн Фэн, казалось, нападал в диком безумии. Тем не менее он постоянно напоминал себе, что он только хотел преподать Цзюнь Мосе урок... и не хотел убивать его. И это потому, что семья Байли будет уничтожена, если Цзюнь Мосе умрёт от его рук, так как у них не было возможности защитить себя от мести этого таинственного и могущественного человека.

В этот момент Байли Сюн Фэн впал в состояние ненависти. Но он только хотел вернуть свою честь, он никогда не хотел приносить бедствие своей семье…

Тем не менее он не знал, что Цзюнь Мосе также рассматривал ситуацию убийства Байли Сюн Фэна в это время.

«Должен ли я убить Байли Сюн Фэна? Будет ли это того стоить?».

Молодой мастер Цзюнь продолжал думать над этим вопросом и размышлял, стоит убивать его или нет…

Стиль сражения Байли Сюн Фэна был мощным, смелым и тираническим в глазах других. Но опытный глаз Цзюнь Мосе уже нашёл сто лазеек, через которые можно было бы нанести смертельный удар. Цзюнь Мосе знал широкий спектр боевых стилей в своей предыдущей жизни. И эти боевые стили развивались на протяжении тысяч лет. Однако даже у них были некоторые лазейки...

Цзюнь Мосе не смог бы думать об убийстве Байли Сюн Фэна в прошлом, даже, несмотря на то, что он мог видеть его атаки. Ведь разница в их силе была бы слишком велика. Сила эксперта Суань Духа была невообразима для нормального человека. Однако в настоящее время обстоятельства были совершенно иными. Как можно было сравнивать этого Цзюнь Мосе с Цзюнь Мосе того дня?

Другим важным моментом было... задействованное оружие!

Глава 400. Смертельный удар!

Это "превращение обычных металлов в чудесное золото" действительно позволило молодому мастеру Цзюнь разрезать железо, как горячее масло. На самом деле, казалось, не было ничего, что он не мог преодолеть. Например... он использовал свой меч, похожий на зубочистку, чтобы сделать дыру в руке Байли Сюн Фэна. И это было явным доказательством.

Тем не менее Цзюнь Мосе рассматривал необходимость убийства своего противника в это время.

«Должен ли я убить его? Разве я не должен прикончить его? Но в чём преимущество его убийства? И в чем преимущество оставить ему жизнь? Какие плюсы и минусы? Я должен серьезно это рассмотреть...».

«У Байли Лу Юна не будет выбора, кроме как подчиниться мне, если я убью Байли Сюн Фэна. У него не будет выхода!».

«А если я не убью его…».

Цзюнь Мосе сначала бросил вызов, но сейчас вдруг почувствовал себя глупцом. Убивать или не убивать этого человека было бы примерно то же самое. Но он понял, что есть один вопрос, бесконечно ноющий в его голове. Это было условие, установленное Байли Лу Юном в тот день... и это было - "Убить всех, кого семья Байли прислала сюда".

Однако Цзюнь Мосе не хотел этого делать.

Дело не в том, что у молодого мастера Цзюнь были некоторые опасения по поводу условий после того, как он принял их. Просто Цзюнь Мосе не хотел следовать за Байли Лу Юном.

«Что произойдет, если я сделаю всё, что пообещал ему? Кто будет иметь более важное значение в этом случае? Это окажет негативное влияние на мой авторитет!».

Цзюнь Мосе попал в капкан. Байли Лу Юн хотел, чтобы он убил своего противника. Однако это было вторично. Реальный вопрос был в том, хотел ли сам молодой мастер Цзюнь убить этого человека?

«Байли Лу Юн может попросить меня сделать это... он может даже умолять меня сделать это... но его усилия будут напрасны, если я не захочу убивать его. Но с другой стороны Байли Лу Юн может умолять меня спасти жизнь этого человека, но я все равно убью его, если захочу его смерти».

Это не имеет ничего общего с Байли Лу Юном.

Этот вопрос был связан с самим Цзюнь Мосе.

Тело Цзюнь Мосе издало шипящий звук, и его белые одежды затрепетали в воздухе, когда его тело ускорилось в одно мгновение. Затем он трижды менял направления в мгновение ока. После этого он бросился вперёд, как демон. Затем он быстро отступил, встав примерно в пятнадцати метрах. Он холодно посмотрел на Байли Сюн Фэна. Его глаза были полны намерения совершить убийство. На самом деле, казалось, что он был на грани окончательного удара.

- Цзюнь Мосе будет убивать! – острые чувства Одинокого Сокола осознали жажду крови, которая внезапно вспыхнула в Цзюнь Мосе. Он был самым сильным среди присутствующих. Навыки ловкости Великого Мастера Одинокого Сокола были всемирно известны. И только он мог различить движения молодого мастера Цзюнь в это время. Остальным людям было трудно увидеть быстрые движения Цзюнь Мосе, даже три брата Донфанг не были исключением...

Молодой мастер Цзюнь трижды изменил свою позицию и напал на три слабых места Байли Сюн Фэна в этом процессе. Более того, он нашёл лазейки в стиле Байли Сюн Фэна, чтобы убить его.

Однако был шанс на последнюю отчаянную контратаку. Поэтому Цзюнь Мосе отступил назад, в поисках лучшей возможности.

Сиконг Ан Е уже обратил внимание на это с самого начала. Так что он не мог не вздохнуть:

- Этот юноша укреплял свои позиции с каждым шагом. Его стратегия чрезвычайно блестящая! Во-первых, он одержал верх, используя свою убийственную ауру, чтобы заставить Байли Сюн Фэна показать себя. Движения этого парня настолько быстрые, что я едва могу их увидеть. Результат этого боя предрешён.

Третий молодой мастер контролирует эту ситуацию с самого начала. И он первым спровоцировал этот бой. Во-вторых, он выпустил свою жажду крови. И начал использовать свои слова в полной мере, и ему удалось спровоцировать и разозлить Байли Сюн Фэна. На самом деле он заставил человека отказаться от здравого смысла и суждений и заставил его совершать ошибки. В-третьих, он совершил эту громовую атаку и ранил руку Байли Сюн Фэна, когда тот был в хаотичном состоянии ума. Это позволило ему нарушить ритм противника. Именно тогда молодой мастер Цзюнь обнажил свои клыки и использовал свою высокую скорость, чтобы нанести смертельный удар. Эта цепочка событий может работать только в борьбе между двумя людьми. Но это также самый эффективный метод, что позволяет сохранить много ненужных усилий...

Третий молодой мастер семьи Цзюнь... по слухам, дебошир и развратник номер один города Тянсян оказался таким свирепым человеком! – голос Сиконга Ан Е звучал с большим восхищением. И Цзюнь Вуй вдруг почувствовал чувство большой гордости и облегчения.

- Но я не хочу бросать вызов племяннику. Я мог бы многому научиться, тренируясь с ним, но я действительно не хочу, чтобы меня избил кто-то такой молодой, – Донфанг Вэн Дао всё ещё чувствовал себя несколько неудобно.

- Он не действует, как должен старший. Он ведет себя как ребенок. Я озадачен действиями Байли Сюн Фэна. Почему он даже лебезил перед Мосе, несмотря на старшинство его статуса? Почему он не пошел к Цзюнь Вую искать справедливости? Семья Цзюнь очень уважаема. Вуй никогда бы не стал защищать несправедливость. Мосе в данном случае не вёл себя должным образом. Но сейчас это даже не имеет значения. Байли Сюн Фэн должен будет жить в позоре, если он потерпит поражение. И его победа была бы не более, чем шутка. Эксперт Суань Духа, показывающий такую сильную злобу против шестнадцатилетнего – просто шутка! – голос старшего члена семьи Донфанг выражал его нескрываемое презрение.

- Но он уже был в ярости, когда был вынужден выйти против Цзюнь Мосе. Но это сражение не могло быть так легко воспринято другими. На самом деле мы не смогли бы обнаружить его, если бы наши сильные стороны не были такими сильными…

Великий Мастер Одинокий Сокол обладал обширными знаниями. И он быстро указал на ключевой фактор:

- Цзюнь Мосе полностью уловил нужный момент. У Мосе не было бы ничего, если бы Байли Сюн Фэн не открыл рот в самом начале. Но Цзюнь Мосе смог использовать свою ауру, чтобы получить преимущество, так как тот выступил первым. Затем Мосе просто контролировал Байли Сюн Фэна, заставляя его все больше беситься. После этого он действовал, чтобы убить его…

- Байли Сюн... Сюн... Сюн... Сюн... Фэн слишком... у него нет никаких... у него нет никаких... – мышцы на большой шее Дуанму Чао Фана вспухли, когда он сказал. – - Этот... этот... молодой человек... имеет такую... такую ауру! Мать моя жен... жен... женщина! Смотрите!

Сиконг Ан Е сжал голову от боли. Это постоянное заикание вызывало у него головокружение.

- Твоя сдержанность хороша? Разве ты не был бы в ярости от Цзюнь Мосе, если бы мы поэкспериментировали и обменялись местами с Байли Сюн Фэном? – Сиконг Ан Е посмотрел на Дуанму Чао Фана с презрением. – Это говорить легко, а сделать – другое дело. Почему ты так хвастаешься?

Все почувствовали, что этот аргумент был разумным. Кто из них остался бы на месте, если бы был в положении Байли Сюн Фэна? На самом деле, Дуанму Чао Фан, вероятнее всего, задохнулся бы и умер от своего заикания…

«Этот сопляк слишком хитер!».

- Обратите внимание! Самая важная часть! – Одинокий Сокол наблюдал за боем все это время. Он позвал, чтобы напомнить всем.

Байли Сюн Фэн мог чувствовать холодную и суровую убийственную ауру Цзюнь Мосе довольно четко. И это отрезвило его истеричный ум. Он чувствовал, что приближается очень опасная атака. Более того, его подсознание побудило его использовать свой уникальный навык – ладонь Дикого Дракона.

Сильная аура появилась изнутри, и фигура вышла из его руки и закрыла небо. Каждый удар его ладони нёс достаточно сил, чтобы разрушить скалу до щебня. Он с гулом бросился вперед в сторону Цзюнь Moсе. Аура сходилась в его ладонях.

Силуэт Цзюнь Мосе слегка сдвинулся и увернулся от этой страшной атаки. Атака ударила в место, где Мосе стоял долю секунды назад. А сам Цзюнь Мосе появился прямо перед Байли Сюн Фэном. Фактически он столкнулся лицом к лицу со своим противником. Более того, он улыбался Байли Сюн Фэну своими блестящими зубами.

Его белые зубы слегка блестели. Они напоминали слабую вспышку, которая видна в глазах голодного волка в холодную зимнюю ночь.

Байли Сюн Фэн был шокирован. И он отступил…

Однако было уже поздно!

Вспыхнул золотой свет, и выплеснулась тонкая кроваво-красная линия. Затем Цзюнь Мосе отступил на пару шагов. Байли Хан Хай стоял примерно в десяти метрах позади Байли Сюн Фэна все это время и разгневанно наблюдал за боем. Но он издал крик, увидев, что Цзюнь Мосе и этот золотой свет вдруг оказались перед ним.

Две ладони Цзюнь Мосе наотмашь ударили в грудь Байли Хан Хая. Тело эксперта Суань задрожало, а его грудь с жутким хрустом прогнулась внутрь.

Кто бы мог подумать, что Цзюнь Мосе будет нападать на Байли Хан Хая, яростно сражаясь с Байли Сюн Фэном?

«Он был настоящей целью! А Байли Сюн Фэн не был!».

«Он не хочет никого отпускать живым!».

Затем Цзюнь Мосе встал перед Байли Хан Хаем и повернулся в сторону Байли Лу Юна. Затем он улыбнулся и прошептал:

- Я выполнил твоё желание. Эти двое мужчин мертвы.

Байли Лу Юн молчал, и его выражение было чрезвычайно сложным.

Байли Сюн Фэн и Байли Хан Хай стояли прямо в этот момент. Они дрожали, хотя стояли прямо. Более того, у них на лицах было написано отчаяние.

Одинокий Сокол вздохнул и пробормотал:

- Эти двое... были убиты в одно мгновение экспертом Суань Неба. И его белые одежды даже не испачкались. Эта интрига и такого рода движения оставили меня в изумлении! У меня нет слов, чтобы хвалить его…

Байли Сюн Фэн стоял неподвижно, как статуя. Затем он медленно повернулся и пристально взглянул на Цзюнь Мосе. После этого он проговорил тихим голосом:

- Позволь мне увидеть твоё оружие.

Все видели стрелу крови, выстрелившую из тела Байли Сюн Фэна. Однако до сих пор никто не смог увидеть оружие…

Цзюнь Мосе молча повернул ладонь, и каждый смог увидеть, что зубочистка, похожая на меч, размером в полпальца сияет на солнечном свете.

Байли Сюн Фэн с негодованием улыбнулся и сказал:

- Я видел твой меч у твоей талии. И я всегда был начеку против него. Но я не ожидал, что настоящее оружие будет в твоей ладони все это время!

Семь могущественных зрителей, стоявших в стороне, внезапно поняли все, услышав эти слова.

«Так вот почему Цзюнь Мосе не использовал свой меч? Он все время планировал использовать свой меч в качестве приманки! Мальчик, кажется, все просчитал с самого начала!».

- Хороший удар! – Байли Сюн Фэн выпрямился и странно улыбнулся. Затем его тело внезапно упало, и фонтан крови хлынул из его шеи.

Цзюнь Мосе перерезал ему горло вспышкой того золотого света!

Эксперт Суань Духа семьи Байли – Байли Сюн Фэн – умер.

Бабах!

Байли Хан Хай рухнул на землю. Тонкая струйка крови медленно потекла из-под его тела. Эксперт Суань Неба даже не успел сказать ни слова, когда Цзюнь Мосе его убил.

- Я исполнил твоё желание. Ты всё ещё хочешь сражаться со мной? – Цзюнь Мосе улыбнулся, когда посмотрел на Байли Лу Юна. Его белые одежды даже не запятнались кровью…

Глава 401. Помогите мне немного, если вы не спешите?

- Сражаться с тобой? – Байли Лу Юн горько улыбнулся.

«Боевое мастерство этого молодого мастера Цзюнь невероятно. Ты убил двух из наших пяти человек минуту назад. И один из этих двоих был экспертом Суань Духа. Более того, ты сделал это будучи экспертом Суань Неба. И с какого это хера я теперь буду сражаться с тобой?».

«Я очень высоко оценил себя. Но мой мозг не наполнен водой. И меня не пинало какое-то животное, что я не знаю разницы между небом и землей. Я бы никогда не стал сражаться с тобой!».

«Я полностью осознаю, что я не ровня тебе. Так что не будет ли попытка сражаться с тобой указывать на то, что у меня есть дефект в мозгу?!».

Семья Байли, возможно, была бы уничтожена бесчисленное количество раз, если бы Байли Лу Юн мог бросить вызов и одержать победу над кем-то таким сильным, как эксперт Суань Духа. И почему он ждал все эти годы и прошел через такие бесконечные и ужасные страдания, если он мог сделать что-то подобное?

Байли Лу Юн посмотрел на два трупа, лежащие на земле. Два некогда известных главы его семьи имели сложные выражения в их безжизненных глазах в это время. Эти люди использовали свою тираническую силу, чтобы пугать его на протяжении многих лет его детства. Они всегда смотрели на него с неудовольствием... как бы он ни старался, и, неважно, сколько преданности он проявил по отношению к семье Байли. На самом деле они часто тратили свою энергию на поиск причины помучить его…

Тем не менее сейчас они лежали на земле, постепенно приближаясь к комнатной температуре. Эти двое ещё пару минут назад, до того, как превратились в безжизненные куски плоти, были тесно связаны с ним с точки зрения родословной. Но Байли Лу Юн всё ещё питал пожизненную ненависть к этим двум людям.

- Сражаться нам нет необходимости. Я буду следовать за тобой всю свою жизнь после того, что только что произошло! Теперь моя жизнь – твоя! – Байли Лу Юн выпрямился и посмотрел на Цзюнь Мосе. Его глаза были полны огня.

Бушующего огня!

Байли Лу Юн посмотрел на двух мужчин, лежащих перед ним, и почувствовал, что он наконец освобожден от оков, которые всегда сковывали его. Он всегда чувствовал пустоту в глубине души. Но теперь её быстро сменило огромное желание сражаться. И казалось, что это желание сражаться загорелось из самой глубины его сердца.

«Я уверен, что моя жизнь будет очень интересной, пока я буду следовать за этим молодым человеком».

- Что тебе нужно от меня? – спросил Байли Лу Юн.

- Слишком рано задавать эти вопросы, – Цзюнь Мосе блеснул слабой улыбкой и отвернулся, прежде чем сказал. – Я сказал всем наслаждаться сценой в качестве зрителей. Вы видели достаточно, верно?

- Ха-ха-ха-ха... – послышался взрыв смеха, когда появились семь человек. Донфанг Вэн Дао показал большой палец вверх. – Мосе, ты стал очень свирепым! Тебе на самом деле удалось избавиться от эксперта Суань Духа! Как ты это сделал? Твоему дяде очень любопытно! И когда ты успел войти на уровень Суань Неба? Ты меня искренне поразил! Я был бы мертв, если бы ты использовал этот метод против меня в тот день! Новичок Суань Неба победил сегодня эксперта Суань Духа! Ты создал легенду!

Все смотрели на Цзюнь Мосе, когда он произнес эти слова.

- Ха-ха... это не так волшебно... у этой тайны есть объяснение…

Глаза Цзюнь Мосе повернулись, когда он сказал:

- У моего учителя есть уникальная техника. Ее можно даже назвать самой уникальной техникой во всем мире. С её помощью человек может переоценивать свой потенциал на крайне короткий срок. Кроме того, она имеет ещё одно преимущество... её использование не имеет никаких последствий. Таким образом, пользователь будет восстановлен после того, как он отдохнул в течение трех-пяти дней. Это не похоже на те другие "секретные" методы, которые быстро истощают силы... или причиняют травмы... или сокращают твою жизнь... эти методы – мусор! Более того, я слышал, что у Байли Сюн Фэна сейчас были проблемы с желудком. И в результате у него не осталось сил. В противном случае я не смог бы победить его, несмотря на прорыв...

Все заскрежетали зубами от досады.

«Что за херню ты несёшь?! У Байли Сюн Фэна проблемы с желудком? Кто видел, как у эксперта Суань Духа могут быть проблемы с желудком? У эксперта Духа Суань не будет проблем с желудком, даже если он нажрётся камней!».

Однако данное объяснение было очень шокирующим! Этот секретный метод может помочь одному человеку улучшить его способности в течение короткого периода времени... это было удивительно само по себе. Но еще более поразительным был тот факт, что цена использования этой способности составляла всего три-пять дней.

«Что это за секретная техника? Неудивительно, что он не уважает никого в этом мире. Эта техника слишком хороша!».

«Тем не менее, это секретная техника. Итак, как он может открыть это нам?».

Семь экспертов были связаны в этом отношении, ведь в этой секретной технике участвовал кто-то другой. И они не могли посметь спровоцировать такого могущественного и загадочного человека.

- Есть еще один вопрос, который я хочу обсудить. У меня есть небольшая просьба для двух старших, – весело улыбнулся Цзюнь Мосе и повернулся к Дуанму Чао Фану и Сиконгу Ан Е, сложив руки за спиной. Затем он продолжил в вежливой манере. – Можно предположить, что двое старших собираются покинуть это место и вернуться в свои семьи. Но готовы ли они помочь мне немного, если они не спешат? Более того, двум старшим не придется прилагать много усилий, чтобы помочь мне с этой просьбой…

- Что случилось? Я, Сиконг Ан Е, не отступлю, пока это в моих силах! – Сиконг Ан Е был уверен в своих словах. Он встречался с этим мальчиком всего несколько раз, но он знал, что этот юноша был маленькой лисой.

«Я буду пойман в его ловушку, если я не буду осторожен. Так что я должен быть осторожен! Я сказал ему, что не отступлю, пока это в моих силах. Но мне будет очень жаль, если у меня не будет власти над этим делом».

- Нет... нет... нет необходимости спрашивать. Вы... вы... вы не должны стесняться просить, – Дуанму Чао Фан был очень искренним человеком. Так что он не особо задумывался.

Он только сказал, что ему нужна "маленькая" услуга от них. Но как они могли догадаться, что он попросит их совершить убийство или поджог для него? Однако они дали своё обещание. Так что им придется сдержать свое слово. Более того, ситуация вокруг семьи Цзюнь была не такой, как раньше.

Цзюнь Мосе улыбнулся, когда услышал их. Тогда он сказал:

- Ничего особенного. И я пошлю с вами пятьдесят охранников, когда вы уйдёте. Это поможет избежать ненужных неприятностей и домогательств, которые может вызвать просьба этого молодого человека…

- Нет необходимости. Мы оба не так хороши как эксперты, но нам не нужно сопровождение. Итак, третий молодой мастер не должен причинять себе неудобства. Но мы ценим вашу доброту, – Сиконг Ан Е покачал головой и отказался.

Все остальные также думали, что слова этого юнца звучали несколько неразумно.

«Что он говорит? Два великих эксперта Суань Духа будут путешествовать вместе. Зачем им ещё нужен эскорт? Кто бы ни пытался их ограбить – это будет всецело его проблема... Разве это не идиотская ситуация?».

Все думали так, когда услышали речь Цзюнь Мосе:

- Я прошу двух старших послушать меня. Охранники, которых я отправлю сопровождать вас, вернутся после вашего ухода из семьи Байли. Они помогут вам пройти удобно и не будут препятствовать вашей скорости в любом случае. Хе-хе... я надеюсь, что двое старших не будут обижаться на это маленькое дело... и не сформируют отрицательного мнения о моей просьбе...

Все замолчали.

«Черт! Бесстыдство этого парня не знает границ! Толщина его кожи достигла неслыханных уровней!».

Шестеро из семи мужчин сместили взгляд и посмотрели на Цзюнь Вуя. Их мысли были довольно очевидными...

«Этот сопляк действительно из твоей крови? И единственный из его поколения при этом? Как ваша прямолинейная семья не видит этого...?».

«И почему нам нужно проложить маршрут через семью Байли? Или ты не знаешь, что нам обоим придется проехать ещё тысячу километров по этому "вопросу". Более того, он пытался вести себя как бенефициар и даже пытался добавить эмоций к этому вопросу. Тем не менее реальная цель этих сопровождающих будет...».

Сиконг Ан Е и Дуанму Чао Фан проклинали в тайне их сердец.

«Мы оба лично видели, как вы убили двух глав семьи Байли своими руками. И теперь мы должны пойти и встретиться с людьми из этой семьи. Мы оба имеем определенный статус и влияние в обществе. Поэтому эта просьба немного неприятна…».

- Я не могу этого сделать... – Дуанму Чао Фан покачал головой. Этот лидер семьи Дуанму даже заикаться перестал, когда столкнулся с такой огромной проблемой.

- Двое старших не должны быть такими вежливыми. Вы двое шагнули вперёд в час нужды семьи Цзюнь и проигнорировали опасности ради нас. Я искренне восхищаюсь божественным благородством, воплощенным вами двумя. Я только хотел показать вам свое уважение. И я не позволю этому тривиальному делу задержать вас двоих…

Казалось, будто Цзюнь Мосе не слышал его отказа. Он улыбнулся, продолжая:

- Я уверен, что двух старших не волнует небольшая задержка. Надо отметить, что оба старших являются непревзойденными бойцами. Более того, они также праведны. Они герои и настоящие мужчины! Они, несомненно, извлекут своё оружие и станут на помощь всем, над кем издеваются и унижают. Третий дядя, старший Одинокий Сокол... скажите мне... это правда?

Цзюнь Вуй серьезно кивнул и ответил:

- Это правда. Эти двое старших относятся к твоему третьему дяде с величайшим достоинством. Они хорошие люди. Я сам являюсь свидетелем этого.

Выражение Одинокого Сокола также было торжественным, когда он ответил:

- Их репутация подлинна. Мы хорошо ладили в эти несколько дней. Они не аморальные мужчины!

Сиконг Ан Е и Дуанму Чао Фан остались стоять с открытыми глазами и круглыми ртами. На самом деле они потеряли дар речи.

«Эти люди неразумны! Дуэт дядя-племянник и Одинокий Сокол поют одну и ту же песню! Как мы можем считаться достойными мужчинами, если мы отказываемся принять их задачу или не сделаем все возможное для ее выполнения? На самом деле нас даже не будут считать мужчинами, если мы откажемся!».

«Это слишком низко! Цзюнь Вуй раньше был прямолинейным. Его чувство справедливости вышло за пределы облаков! Но даже он стал лукавым с этим хитрым племянником?».

Они оба чувствовали себя настолько мрачно, что хотели убить себя об стену. Как они могли не согласиться, ведь были сказаны такие слова? Они просто не могли сказать "нет" в этой ситуации.

«Проклятие! Убиваешь человека, выкапываешь ему могилу, а потом хочешь, чтобы мы прибрали за тобой? Или ты хочешь, чтобы мы не просто убрали... ты хочешь, чтобы мы вычистили всё безупречно? И ты не просто хочешь, чтобы мы безупречно прибрали за тобой весь беспорядок... но ты также хочешь, чтобы мы прошли лишнюю милю для этого? Что это за херня?!».

Дуанму Чао Фан и Сиконг Ан Е тупо уставились в точку на некоторое время, прежде чем они внезапно вскочили и сказали:

- Блин! Мы должны начать наше путешествие и приступить к работе! Мы должны быстро воспользоваться временем. В противном случае кто знает, что произойдет, если они получат новости об этих смертях из слухов? Мы должны уже быть в пути! Мы признаем поражение после того, как столкнулись с вами - дядей и племянником. У нас нет выбора, не так ли?

Двое мужчин быстро развернулись и скрылись. На самом деле они ушли в такой спешке, что казалось, что они две рыбы, пытающиеся вырваться из сетей.

«Мы не должны больше оставаться в компании дуэта "дядя-племянник". Бог знает, что они попросят нас сделать дальше! Они могут просто продать нас за хорошую цену…».

Глава 402. Правосудие Небес нельзя отменить!

Цзюнь Мосе рассмеялся. Затем раздался свист. Пятьдесят членов команды «Небесные Разрушители» уже были готовы сопровождать двух экспертов из Южного Небесного Города.

Когда они прошли около пятидесяти километров, Сиконг Ан Е и его спутник стали мрачными. И это произошло потому, что они кое-что поняли. Они не взяли с собой ничего для этой поездки... Они забыли свой багаж. Фактически они даже забыли об элементарных потребностях. Деньги и все остальное было в этих сумках. Более того, они не могли нормально функционировать натощак. В конце концов, даже специалистам Суань Духа нужно было есть... И как они могли есть хорошую еду, не заплатив за нее деньги?

Эти двое обернулись, осознав это. Однако они увидели, что пятьдесят человек молча следуют за ними. И каждый из них несет вещи, которые кажутся очень знакомыми.

«Но мы видим этих людей впервые. Итак, почему вещи, которые они несут, выглядят знакомыми?»

«Этого не может быть... верно?»

«Это наши вещи!»

«Чёрт! Этот сопляк, Цзюнь Мосе, сумел предсказать нашу реакцию в точности! Он уже попросил этих парней упаковать вещи, чтобы они могли нести их. Более того, то, как они переносят наши вещи, неплохо...»

Они внимательно посмотрели на пятьдесят человек. Самый сильный из них был только в царстве Золотого Суань. Но все они были единообразными в этом отношении. И это было потому, что все они были в области Золотого Суань... они только отличались по внутренним уровням. Более того, каждый из этих мужчин выглядел мрачным и жестким. У них был свирепый взгляд в глазах. На самом деле казалось, что жестокая аура распространяется от их самой души...

«Эта группа людей? Они – всего лишь охранники Цзюнь Мосе? Чёрт! Эти люди больше похожи на свирепых волков в холодную зимнюю ночь. Они покрыты убийственной аурой!»

Эксперт Суань Духа Сиконг Ан Е ужаснулся от этого.

«Было бы неудивительно, если бы только один или два из них были такими. Многие могущественные семьи обучают нескольких хладнокровных воинов самого высокого качества, таких, как эти люди. Но этот Цзюнь Мосе сумел обучить пятьдесят таких людей? Это шокирует!»

Однако в действительности это было не так странно. Эти изначально несчастные охранники ждали своей смерти. Но чрезвычайно сильный третий молодой мастер Цзюнь Мосе заставил их пройти холодную и жестокую трансформацию. Итак, как можно было сравнивать их с обычными охранниками? Не было бы преувеличением сказать, что эти люди были машинами смерти...

Эта команда возглавлялась человеком с холодным взором и острыми чертами лица. У него был высокий рост и тёмный оттенок кожи. Он был капитаном этой команды, и его назвали Ли Тай. Его имя означало "Железная Башня", и он полностью соответствовал своему имени... Особенно с этим высоким ростом и темным оттенком кожи...

Они посмотрели на него как раз тогда, когда Ли Тай сделал шаг вперед. Затем он уважительно проговорил:

- Наш молодой учитель поручил нам передать вам небольшую вещь перед отъездом. Мы искренне благодарим двух старших за то, что они пришли на помощь нашей семье Цзюнь, когда это было крайне необходимо. Итак, мы дарим вам эту вещь, – сказав это, он поднял руки над своим телом и выудил две маленькие нефритовые бутылки. Затем он передал их двум экспертам Суань Духа.

- Что это? – Дуанму Чао Фан и Сиконг Ан Е с любопытством смотрели на бутыли.

- Это тайные таблетки Десятилетия Суань нашего молодого мастера. В каждой бутылке – три таблетки, которые могут увеличить культивирование Суань любого специалиста по Суань на десять лет, – после этих слов их глаза заблестели.

«Это уникальная вещь. Кто бы не посчитал это исключительно ценным сокровищем? Люди будут держать его подальше от страха потерять. Но молодой учитель дал это мне, чтобы передать его другим людям. Более того, он не просто дал мне одну таблетку... он дал мне две бутылки, в которых было в общей сложности шесть таблеток...»

Это был вопрос славы для Ли Тая. Более того, это показало, сколько веры мастер вложил в него.

- О, это правда? – Дуанму Чао Фан и Сиконг Ан Е были поражены.

«Наше культивирование вырастет на десять лет после того, как мы съедим одну таблетку? Это действительно какой-то легендарный магический эликсир?»

- Это не подделка, я слышал, что молодой мастер сказал, что его учитель сам создал эти чудесные таблетки. Я могу даже осмелиться сказать, что это самые уникальные сокровища во всем мире. Молодой мастер также сказал, что двое старших – очень благородны и сами вызвались помогать нашей семье Цзюнь. Мы никогда не сможем вернуть такую же услугу. Так что он дал три таблетки каждому из старших... в надежде, что они не откажутся от них, – торжественно сказал Ли Тай.

- Отказаться от них? Как мы можем отказаться от них?! – Дуанму Чао Фан и Сиконг Ан Е слышали, что учитель Цзюнь Мосе лично создал эти таблетки. И их глаза внезапно стали такими горячими, что казалось, что эти нефритовые бутылки были их первой любовью...

«Это божественные таблетки!»

Двое мужчин крепко обняли "драгоценные предметы". Затем они погладили бутылки и немного поглядели вокруг... в случае, если вокруг был человек, который был в царстве Суань Духа.

Они не ожидали, что коварный и предательский Цзюнь Мосе будет таким замечательным. Двое мужчин стали очень расслабленными в течение секунды. И их прежний мрачный вид исчез в воздухе. Сиконг Ан Е махнул своими огромными руками, размахивая сокровищем, и сказал:

- Поехали! Мы с вами идем в семью Байли и встретимся с их людьми!

Очевидно, эти люди чётко выразили приказ. Однако на их приказы всем было глубоко наплевать...

- Этот скромный человек благодарит вас от имени молодого мастера, – сказал Ли Тай, не слишком грубо или раболепно.

Дуанму Чао Фан и Сиконг Ан Е стали довольно приветливыми, продолжая свой путь. Но по мере продвижения путешествия вперед двое мужчин начали волноваться и снова стали подавленными.

Причина была довольно простой... Пятьдесят мужчин, сопровождающие их, вели себя таким образом, что они казались пятьюдесятью кусками дерева, если они не ели и не спали. Они не издавали никаких звуков. Они даже не разговаривали. На самом деле, Сиконгу Ан Е пришлось прибегать к разговору с Дуанму Чао Фан, чтобы он чувствовал себя лучше, поскольку это был единственный способ услышать другой голос... или любой другой звук...

Общение с Дуанму Чао Фаном и его заиканием было тяжёлым. Всё же лучше, чем эти пятьдесят немых людей.

- Вы – личная охрана Цзюнь Мосе? – спросил Сиконг Ан Е.

- Да, – Ли Тай, казалось, лелеял каждое слово, как золото. Другие даже не сказали "да". Их выражения лиц были пустыми. На самом деле казалось, что они даже не слышали, что было сказано.

- Кажется, что охранники, обученные третьим мастером Цзюнь, очень квалифицированы. Как он тренировал вас? Как вы тренировались, чтобы стать настолько хорошими? Скажите мне, я хочу послушать. Я искренне желаю научиться, – Сиконг Ан Е был искренне заинтересован. Он хотел использовать эти методы обучения, чтобы семья Сиконг могла тоже обучить таких охранников...

- ... – Ли Тай просто смотрел вперёд.

- Какие тренировки вы делаете каждое утро?

Только взгляд в ответ.

- Тренировки очень жестокие?

Тишина.

- Есть ли у Цзюнь Мосе ещё такие люди, как вы, под его командованием?

Деревянное молчание.

- Третий молодой мастер очень жесток...

Глаза Ли Тая выразили нетерпение.

«Этот эксперт Суань Духа ноет, как женщина!»

- Семья Цзюнь...

- ...

Сиконг Ан Е, наконец, замолчал.

«Кто хочет, чтобы такие люди находились под их командованием? Я повешусь к чёртовой бабушке, если у меня будут такие люди! Они не говорят ни слова! Я не прошу ваших секретов! Я – эксперт Суань Духа, который просто демонстрирует вам некоторое уважение. Я проявляю уважение, задавая эти вопросы более низкоуровневому специалисту Суань! Но ты грубишь старшему! Ты действительно меня раздражаешь...»

Через некоторое время они встретились с группой разбойников. Сиконг Ан Е чувствовал себя очень мрачным, и эти разбойники были точно для него, чтобы выразить свой гнев. В какой-то степени он проявил свою внушительную силу.

«Позвольте мне показать вам, Золотым Суань, как выглядит тираническая сила эксперта Суань Духа!»

Кто бы мог подумать, что охранники мгновенно активируют свою силу с намерением убийства? Десять разбойников превратились в фарш в доли секунды. Фактически весь бой закончился мгновенно. После этого земля была зачищена, а то, что осталось от тел, похоронено. На всё ушло минут пять, не больше...

Сиконг Ан Е был ошеломлён. Однако он не был поражён боевой силой этих стражей. В конце концов каждый из этих охранников был экспертом только Золотого Суань. На самом деле они могли даже создать определенную проблему для такого эксперта, как он. Однако он был ошеломлен, потому что видел, как один из них столкнулся с бандитом. Засада бандитов застала их прямо во время обеда. Этот охранник рванулся к бандитам, на ходу бросая в рот тушёные клецки. Он забил до смерти одного, второго перерубил мечом вдоль, а третьему вырвал глаза и сердце, после чего перерубил пополам. Кровь залила всё его тело. Даже клецки, набитые в рот, залило кровью. Она даже начала капать вниз. А этот охранник, как ни в чём не бывало вернулся назад и сунул свой меч в ножны на талии. Затем он, наконец, вспомнил про клёцки во рту и стал их жевать с довольным видом...

Сиконг Ан Е не смог удержаться от желания блевать, хотя он был в царстве Суань Духа.

«Эти парни слишком отвратительны... Я никогда не буду есть с ними за одним столом...»

... ...

- Ты чувствуешь себя спокойнее сейчас? – Цзюнь Мосе спросил Байли Лу Юна после того, как два эксперта Духа Суань ушли.

- Большое спасибо, юный мастер Цзюнь! – глаза Байли Лу Юна были полны благодарности. Эти люди родом из семьи его отца, и этот факт доставлял ему некоторые неприятности.

Однако у Байли Лу Юна больше не было никаких опасений.

Неужели семья Байли не проявит уважения, если туда прибудут главы семей Дуанму и Сиконга? В конце концов, эти две семьи были в лучшем положении, чем семья Байли!

- Спасибо... никогда больше не повторяй эти слова со мной. Ты должен понимать, что я бы не потратил столько энергии, если бы это было пустой тратой. В конце концов, они называют меня молодым мастером... – Цзюнь Мосе улыбнулся. Затем он достал из рукава своего белого халата сложенный лист бумаги и передал его Лу Юну.

- Это то, что тебе нужно выполнить в течение следующих двух месяцев, и это должно быть сделано ровно через два месяца. Ты можешь прийти и найти меня в городе Тянсян после этого, – сказал Цзюнь Мосе. – Мы будем заботиться о своей семье, даже если ты не сможешь завершить эту задачу через два месяца. Однако тебе не нужно возвращаться, если ты не сможешь выполнить миссию, – глаза Цзюнь Мосе стали резкими и холодными.

Тело Байли Лу Юна задрожало, когда он взял белую бумагу и развернул ее. Затем он в шоке взглянул на Цзюнь Мосе, прежде чем снова посмотрел вниз и внимательно прочитал.

- Имена, приведённые здесь... это пятьдесят человек. Должностные лица, богатые торговцы, эксперты Суань и тому подобное... Каждый из этих людей совершил преступление. Я хочу, чтобы ты убил эти пятьдесят человек в течение двух месяцев и преуспел в создании своего имени. Создай своё имя. Ты понимаешь?

Цзюнь Мосе медленно продолжал:

- В конце концов доброе и злое будет разоблачено. Правосудие Небес нельзя отменить. Рука с Небес спустилась, чтобы убить мерзость.

Байли Лу Юн вздрогнул. Затем в его глазах появилась кровавая аура. Наконец он понял, чего хочет от него Цзюнь Мосе.

- Ты должен помнить другое: ты не должен оставлять никаких доказательств после убийства. Никаких травм... ничего! Ничего, кроме этих слов! И, разумеется, никто не должен знать, что это ты.

Молодой мастер Цзюнь медленно продолжал:

- Ты можешь прийти и найти меня в Тянсян после того, как твоя миссия с этими пятьюдесятью людьми будет закончена. Когда это время придёт – я дам тебе силу, о которой ты мечтаешь!

Байли Лу Юн торжественно кивнул. Затем он медленно сложил этот лист бумаги. Фактически он делал это осторожно и деликатно. Лицо молодого человека всё ещё было спокойным, как и прежде. И он смотрел вниз. Но огонь уже горел в его глазах...

Глава 403. Я никогда не буду отклоняться далеко!

Разум Байли Лу Юна сформировал цель в мгновение ока. Он даже уже наметил примерный план. Но он не говорил об этом. Он просто собирался его выполнить.

План был неполным, если бы он стал говорить об этом. Поэтому говорить об этом было не лучше пустых слов. Значит, не о чем было говорить. На самом деле это было бы бессмысленно, даже если бы он говорил об этом.

Он должен был убить пятьдесят человек в течение двух месяцев. Итак, времени было мало. Байли Лу Юн осторожно убрал бумагу в нагрудный карман своего халата. Затем он посмотрел на Цзюнь Мосе. Молодой человек казался несколько расслабленным, когда он улыбался и сказал:

- Я доберусь до них.

- Чем раньше, тем лучше, – Цзюнь Мосе улыбнулся, похлопал друга по плечу и сказал. – - Тебе нужно идти.

Байли Лу Юн кивнул, обернулся и сделал шаг. Было очевидно, что он не хотел тратить время.

- Подожди. Возьми это! – Цзюнь Мосе поднял руку и уронил маленький нефритовый бутылёк в руку Байли Лу Юна. – В этой бутылке есть два вида таблеток. Желтые могут обезвредить сто видов ядов. А красные могут увеличить твоё культивирование на десять лет.

Байли Лу Юн плотно сжал нефритовую бутылку. Его тело остановилось, и на его лице отразилось удивление. Но он не показал никаких признаков колебаний, когда бросился вперёд и исчез в мгновение ока.

Цзюнь Вуй, Одинокий Сокол, и три брата не говорили ни слова в то время как Цзюнь Мосе разговаривал с Байли Лу Юном.

Пять экспертов знали, что сегодняшняя беседа была средством Цзюнь Мосе увеличить свое личное влияние... только его личное влияние. Однако Цзюнь Мосе никогда не игнорировал их. На самом деле даже сама мысль об их игнорировании никогда не приходила ему в голову. Причем, пять экспертов чувствовали себя очень довольными, зная это.

Они знали, что, если бы они прервали беседу – это повлияло бы на авторитет Цзюнь Мосе. Пятеро из них были хитрыми в своих собственных интересах... так как же они не знали об этом?

Они увидели, что Цзюнь Мосе закончил с делами. Тогда Цзюнь Вуй взглянул на трёх братьев Донфанг и сказал:

- Иди сюда, Мосе. Нам нужно тебе кое-что сказать.

Одинокий Сокол улыбнулся и заговорил:

- Вы, ребята, говорите. Этот старик прогуляется, – сказал он, развернулся и исчез без следа. Он более или менее догадывался, о чём будут говорить эти люди. Но Одинокий Сокол не интересовался этим. Он только хотел продвинуться через барьер своего культивирования и двигаться вперёд.

«Меня не волнуют отношения между мужчинами и женщинами? Меня не волнует, кто с кем "занимается любовью"? Это их дело...»

Великий Мастер Одинокий Сокол не был в настроении участвовать. Итак, он ускользнул. На самом деле, он был настолько быстрым, что, казалось, ему налили скипидар...

Цзюнь Вуй и Донфанг Вэн Цин выглядели несколько смущенными. Ведь они хотели обсудить запретную тему с кем-то из подрастающего поколения. На самом деле все четыре дяди казались смущенными.

Дугу Сяо И и Гуан Квинхан стояли на расстоянии. Они посмотрели друг на друга, когда увидели, как пять человек двигаются к большой палатке. Потом они тоже начали двигаться в ту сторону. В конце концов, они также хотели знать, почему была такая большая трансформация в Цзюнь Мосе?

Разница в этом "до и после" была слишком велика! Более того, это было слишком странно…

Они обе наблюдали за недавней битвой из укрытия. И у них обеих были чёткие мысли. Дугу Сяо И восторженно думала:

«Он очень свиреп! Он так долго терпел столько всего... Но он наконец-то взорвался! Я очень умная! Я первой увидела брата Мосе! Но кто же не захочет урвать его теперь?»

Тем не менее мысли Гуан Квинхан были гораздо сложнее, чем мысли Дугу Сяо И. На самом деле она была в изумлении, когда смотрела на Цзюнь Мосе. Она подумала:

«Он позволял мне…»

«Социальное положение женщины всегда было ниже, чем у мужчины. Если бы мужчина хотел унизить женщину – ему бы не пришлось даже скрываться... А если подумать – я столько лет сама унижала Цзюнь Мосе... Я била и ругала его так часто. Более того, у меня никогда не было хорошего впечатления о нём... Но этот человек с большим мастерством всегда был терпеливым. Он вел себя таким образом, что был признан презренным всеми остальными в его попытках приблизиться ко мне…»

Она вспомнила, что Цзюнь Мосе всегда серьёзно тренировался. Но он только смеялся и вёл себя как хулиган, когда она запугивала его. Гуан Квинхан не могла ничего поделать, но её сердце вдруг наполнилось тёплым чувством…

«Он гордый человек. Но он был готов столько страдать за женщину, которую любит... Разве такие люди не редки?»

«Легко обнаружить ценное сокровище. Но найти такого влюблённого – редкость...»

«Однако этот человек показал свои истинные способности. Более того, он вот-вот раскроет своё отношение к миру. И совпадение, в котором я была беспомощна, заставило меня стать его женщиной. Более того, он был первым, кто признал меня своей женщиной…»

«Может быть, это судьба?»

«Но как это может быть так просто? Как мы встретимся с этим позже?»

Разум Гуан Квинхан был в хаосе, когда она начала размышлять о своих проблемах. В это время Дугу Сяо И потащила её, и они пробрались ко входу в палатку Верховного Главнокомандующего.

Цзюнь Вуй и другие, казалось, очень волновались, заняв свои места. Четверо взрослых посмотрели друг на друга, но никто не мог сказать ни слова. Они не знали, как они должны были сказать это... или что они должны были сказать в первую очередь... Кроме того, лица в палатке знали, что эти две девушки подслушивают их снаружи. Но они не сочли необходимым скрывать это от них. В конце концов, эти двое тоже были вовлечены в это...

Цзюнь Мосе был озадачен. Он посмотрел на своего третьего дядю:

- Что случилось? Почему все так выглядят? Что-то плохое случилось дома?

- Что бы плохое не случилось дома... это из-за тебя, сопляк! – четверо мужчин закричали в унисон. Они не планировали этого, но у всех это вырвалось одновременно. На самом деле, они даже посмотрели друг на друга после этого…

- Мосе, это касается тебя и Квинхан. Мы с тремя твоими Дядями говорили об этом минуту назад, – у Цзюнь Вуя было очень сложное выражение на лице, когда он продолжал. – Я удочерил Квинхан, и признал её своей дочерью. Я аннулировал её старую помолвку. Но мир еще не знает об этом. На самом деле даже твой дедушка ещё не знает об этом…

- Да? И что? Что ты хочешь сказать, дядя? – Цзюнь Мосе не был глупым. Но он не думал об этом. Гуан Квинхан была его женщиной, и только это его волновало. Он знал, что могут быть какие-то сплетни, когда дело станет достоянием общественности. Но он не ожидал, что это будет серьёзно.

«Личность женщины не имеет значения. Её муж, то есть мой брат, мёртв! Вы же не можете ожидать, что красивая женщина будет жить вдовой всю свою жизнь! Мы даже не должны проходить церемонию, если мы не хотим... так что это за рассуждения?»

«Кто бы не хотел счастья? Семья Цзюнь намерена вернуть Гуан Квинхан её свободу. Фактически семья Цзюнь уже сделала это. И Гуан Квинхан, очевидно, хотела бы выйти замуж за кого-то другого через некоторое время. Рано или поздно это должно было произойти. Ей придется выйти замуж за кого-то другого! Так почему я не могу жениться на ней?»

Вот как Цзюнь Мосе думал об этом. И он всегда думал, что это не имеет большого значения. Эти мысли, очевидно, возникли из образа мыслей его предыдущего мира. Однако он неосознанно игнорировал строгие обычаи, которыми сопровождались отношения между мужчинами и женщинами в мире, в котором он в настоящее время жил. Более того, к понятиям этикета и нравственности в этом мире относились очень серьезно. И они полностью отличались от мира, который он оставил позади!

- Я не знаю, о чем ты думаешь, сопляк. Но, даже идиот может предсказать, что произойдет, как только твой дедушка узнает об этом... его гнев будет страшнее удара молнии!

Цзюнь Вуй посмотрел на своего племянника и продолжил:

- Главе семьи Гуан тоже будет стыдно. Поэтому я поговорил с тремя твоими дядями. И мы решили, что ты последуешь за своими дядями к семье Донфанг, как только армия свернёт лагерь. Ты увидишь свою мать и познакомишься со своей бабушкой... в конце концов, прошло десять лет с тех пор, как ты их видел последний раз. Тем временем я постараюсь решить этот вопрос как можно быстрее. Ты вернешься только после того, как ярость твоего дедушки утихнет. В противном случае, я не знаю, что твой дедушка сделает в гневе…

Цзюнь Мосе нахмурился. То, что он слышал, нарушало его планы:

- Третий дядя, что ты имеешь в виду, что я должен уйти, пока все не успокоится?

- Ты не идиот, малолетний засранец! Ты хорошо знаешь, что я имею в виду! – Цзюнь Вуй вздохнул и ответил. – Этот случай приведет ко многим вещам. Таким образом, мы должны будем свести на нет многие негативные последствия от этого дела…

- Какие негативные последствия? Что будет делать дедушка в гневе? Третий дядя, что ты хочешь сказать? – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Какие последствия? Действительно ли этот вопрос является позором для нашей семьи?

Гуан Квинхан стояла снаружи палатки. Её нежные руки закрыли свой рот, и две слезы упали с её щёк на землю.

Три брата Донфанг и Цзюнь Вуй полагали, что этот мальчишка был очень шустрым в понимании вещей. Итак, они не могли понять, почему он вёл себя так запутанно... четверо мужчин знали, что ни Цзюнь Мосе, ни Гуан Квинхан нельзя обвинять в том, что произошло. Но результат оставался прежним. И это была огромная ошибка…

Это была ужасная ошибка, так как мир, по большому счету, не признает новую личность Гуан Квинхан.

- Третий дядя делает это для твоего блага! – брови Цзюнь Вуя взлетели. – Я не хочу, чтобы ты бегал и прятался... но ты должен знать, что не все в этом мире происходит так, как ты этого хочешь. Мы должны очень много работать для общего блага. И я уверен, что это не займет много времени, прежде чем все успокоится! Более того, разве ты не хочешь встретиться с мамой и бабушкой?

- Нет! Это совсем другое! Я хочу навестить мать и бабушку! Но я не могу сделать это прямо сейчас! – Цзюнь Мосе твердо отказался. – Я никогда не сбегу и не спрячусь за семью Донфанг! Я не буду ждать, пока всё пойдет своим чередом, сидя в конуре, как побитая собака! Цзюнь Мосе не сделает этого!

Четверо не ожидали от него такой страстной реакции. На самом деле они были ошеломлены этим.

«Но очевидно же, что это – лучший способ решить этот неловкий вопрос. Так в чем проблема с этим отродьем?»

Цзюнь Мосе вскочил на ноги:

- Я не знаю ни одной проклятой вещи об обычаях этого мира! И для меня не имеет значения, как люди будут рассматривать то, что произошло. Я больше не буду это обсуждать! Я не собираюсь уступать и идти на компромисс! Я никогда не уйду отсюда!

Не говорите мне, что эта женщина должна соблюдать дебильные обычаи и останется вдовой на всю свою жизнь? Не забывайте, что эта женщина даже не видела своего мужа... она не имеет брака... и тем более не получала никакого наслаждения от него! В чем смысл такого брака? Разве женщина не может стремиться к счастью для себя?!

Семья Цзюнь уже решила вернуть ей счастье. Мы позволили ей снова выйти замуж. Так почему она не может выйти за меня? Я что, бл*дь, не человек? Разве я не могу принести ей счастье? Более того, она УЖЕ моя женщина!

Почему мы должны заботиться о том, что подумают другие люди... или о том, как они отнесутся к этому? Какое отношение они имеют к нам? Эти гнилые дворяне не лучше жуков-навозников! Я покорю землю и сожгу каждого из них, если они хотя бы попробуют обидеть меня, мою семью или мою женщину! Я уничтожу их корни! Весь род таких людей придёт к концу! – Цзюнь Мосе был словно сумасшедшим. Безумная жажда убийства всколыхнулась в его глазах!

Глава 404. Я сам буду защищать свою женщину!

- Не будь таким эмоциональным, Мосе. Я никогда не говорил, что не позволю вам быть вместе. Я лишь говорю, что мы должны отложить это дело на некоторое время. Да, ваши отношения с Квинхан – это отношения мужа и жены. Это факт, который не нужно напоминать. Каждый из нас хочет облегчить это. И никто из нас не хочет мешать этому. И ты должен это понять!

Цзюнь Вуй стукнул рукой по столу:

- Но это дело требует времени! Ты должен дать нам время для того, чтобы привести всё в порядок! Подожди, пока новая личность Квинхан не станет известна всему миру. После этого я лично возьму на себя ответственность за вашу свадьбу! Пусть она живет с честью и достоинством, как твоя жена! Разве ты не можешь подождать немного? Ты хочешь, чтобы все были оскорблены? Ты хочешь, чтобы наша семья затухла и все насмехались над нами? Тогда ты будешь доволен?

- Как это может произойти? – Цзюнь Мосе не уступал. Он поднял глаза и ответил. – Третий дядя, кто выдержит давление этих ошибок, если я избегу этих проблем и спрячусь, как черепаха, в свой панцирь? На кого ляжет груз этой ошибки?

Вдруг Цзюнь Мосе озарила идея. Он обернулся, и из его пальцев появилась полоса синего света. Она пересекла вход в палатку и порезала лоскут, как лезвие. Ткань упала вниз и показала заплаканное лицо Гуан Квинхан. Дугу Сяо И стояла рядом с ней с паникой и беспомощностью на лице.

Внутри палатки воцарилась тишина. Никто не смел говорить.

«Кто выдержит это? Реально необходимо говорить это?»

- Хорошо, я уйду и успокоюсь. И я избегу всех наказаний. В конце концов позор не будет иметь ничего общего со мной, если меня не будет рядом. Но это не значит, что он не найдёт к кому пристать! Кому-то всё равно придётся нести груз этой ошибки. И этот "кто-то" будет Гуан Квинхан, да?! – Цзюнь Мосе подошёл, схватил Гуан Квинхан за руку и втащил ее внутрь палатки.

- Этой женщине придется нести бесчестье, если я сбегу! Вам не кажется, что эта девушка... уже достаточно пострадала за семью Цзюнь? – Мосе даже покраснел от гнева. Он старался сдерживать свой гнев. Но не мог остановить его полностью. – То есть моя женщина будет нести все за меня, а я буду прятаться за её юбкой?!

Цзюнь Мосе посмотрел на своего дядю. Его глаза вспыхнули светом:

- Ты – опытный человек, третий дядя. Как ты можешь не знать силу сплетен? Нет конца зависти миллионов людей! Как может нежная молодая девушка одна нести этот груз? Разве это давление не доведёт её до смерти?

Гуан Квинхан лишь немного вздрогнула. Её холодное лицо казалось беспомощным. Она была сильной, и она могла вынести гораздо больше, чем обычная женщина. Но она всё равно не сможет противостоять всему миру, как только они начнут высмеивать потерю её добродетели.

- Она – моя приёмная дочь и жена моего племянника! Я буду защищать её! Я спрячу её в нашем доме, и не позволю ей услышать ни одной из этих клеветнических сплетен! Она немного подождёт, прежде чем показать своё лицо. И всё станет спокойным к тому времени, когда она сделает это! – Цзюнь Вуй был несколько тронут. – Ты думаешь, что я не знаю этого?

- Эта ситуация когда-нибудь успокоится? – фыркнул Мосе. – Сколько из этих людей ты мог бы назвать "решительными"? Есть много безмозглых идиотов! Есть много уродов, которые каждые выходные трахают проституток, но все они такие благородные, когда приходит время критиковать других! Эта проблема, возможно, никогда не будет разрешена, если я не буду утверждать себя! Если я не буду утверждать свою силу! Они не остановятся, пока Гуан Квинхан не убьёт себя! Они остановятся только после того, как её кровь очистит это дело. Поэтому…

Я сам буду защищать свою девушку! – голос Цзюнь Мосе был чрезвычайно резким и властным. Он, казалось, был наполнен убийственной аурой, когда Мосе выпрямил спину и посмотрел на четырех мужчин. – Это – моя ответственность! Я не стану избегать её! Я никогда этого не сделаю!

Меня не волнует её предыдущая личность. Я только знаю, что она теперь моя женщина! И она стала моей женщиной, чтобы спасти меня!

Сияющие глаза Цзюнь Мосе были полны жажды крови. И они засияли еще ярче, когда он продолжал:

- Мне всё равно, что произошло раньше! Меня вообще не волнует, какими были мои чувства в то время. Я только знаю, что Гуан Квинхан – моя женщина! Она – женщина Цзюнь Мосе! И никто не посмеет даже подумать о том, чтобы навредить ей!

Голос Цзюнь Мосе был очень властным. И он звучал очень громко:

- Смогу ли я назвать себя настоящим мужчиной, если я спрячусь от правды и заставлю мою женщину справляться с бременем океана критики вместо меня...? – Цзюнь Мосе усмехнулся и продолжил. – Можно ли считать меня настоящим мужчиной, если я сбегаю от проблем и избегаю ответственности за свои дела? Я все еще буду "собой"? Не забывай главное учение семьи Цзюнь, "Даже если у тебя между ног болтаются яйца – это не делает тебя мужчиной. Лишь неукротимый дух и сила воли делают это!"

Так что – даже если все придут проклинать и критиковать нас...

Я буду поддерживать мою женщину в этом мире! Я продолжу свой путь... даже если мне придется убить всех остальных в мире! Я не отступлю даже после того, как десять тысяч смертей запятнают мой путь!

Гуан Квинхан внезапно невольно расплакалась. И её плач был громким…

Она беспокоилась об этом с предыдущего вечера. На самом деле Гуан Квинхан не знала, как она будет вести себя, если Цзюнь Мосе спрячется, и ей придётся нести всё это одной... она, возможно, убила бы себя…

Однако каждое слово Цзюнь Мосе было сильным и решительным. Каждое его слово было словно решающим ударом, который мог убить любого врага…

«Этот человек не говорит медовых слов. И он не обещает своей бессмертной любви. Но он готов выступить против всего мира ради меня. Более того, он даже готов бороться против морали и идеологии всего общества!»

«Он будет сражаться со всем миром ради меня!»

«Какой мужчина сделал бы такое для своей женщины?»

Опасения Гуан Квинхан исчезли в одно мгновение.

Дугу Сяо И посмотрел на Цзюнь Мосе. Его слова казались объявлением войны. Его глаза, казалось, были наполнены любовью. А потом она увидела выражение Гуан Квинхан. Маленькая девочка, очевидно, не могла не завидовать.

«Если бы однажды он сделал что-то подобное для меня…»

- Ха-ха... хорошо! – серьёзный голос Цзюнь Вуя внезапно изменился. Его лицо наполнилось восхищением. Он хлопнул в ладоши и сказал. – Хорошо! Ты достоин быть названным племянником Цзюнь Вуя! Ты – человек неукротимого духа, который заслуживает похвалы! Это настоящий мужчина!

Три брата Донфанг также смотрели на Цзюнь Мосе с чувством неизмеримого удовлетворения в их глазах. Донфанг Вэн Дао рассмеялся и заговорил:

- Ты решителен, сопляк! Ты действительно достоин быть названным сыном белого командира Цзюнь Ву Хи! Очень редко можно найти человека с такой решимостью! Ты достоин быть моим племянником! Твой дядя всегда будет на твоей стороне в этом вопросе... даже если весь мир будет против тебя!

Цзюнь Мосе заткнулся. Через минуту, заикаясь, он спросил:

- Вы, ребята, что... проверяли меня с самого начала?

- Это не было испытанием, – Цзюнь Вуй был очень доволен, когда посмотрел на своего племянника. – Мы и правда беспомощны в этом вопросе. И всё закончилось бы, если бы ты согласился спрятаться. Ведь обычаи и ценности этого мира очень строги. Никто не осмелится принять их легкомысленно! Так что прятаться от этого вопроса – вполне нормально. Однако брать на себя такую ответственность на плечи молодого мастера – это труд. И особенно если этот мальчик – настоящий мужчина из семьи Цзюнь! Хе... не многие люди в этом мире взяли бы на себя эту ответственность. Но ты заставил дядю гордиться тобой, Мосе. Мой племянник меня не разочаровал! Ты настоящий мужчина с неукротимым духом!

И не беспокойся! Твой дядя сделает все возможное, чтобы помочь вам. И мы получим желаемые результаты! Но твой дедушка тоже там... так что, тебе придется страдать от боли... Я не могу помочь тебе с этим... – Цзюнь Вуй улыбнулся.

Цзюнь Мосе кивнул и заскрежетал зубами, когда сказал:

- Не волнуйся, третий дядя! Твой племянник будет оставаться на своём! Я пошёл по этому пути. Так что я не буду сожалеть, даже если мне придется встать на колени. Я готов пойти на любые крайности!

- Хорошо! Отлично! – Цзюнь Вуй и три брата Донфанг громко приветствовали.

Гуан Квинхан посмотрела на решительное выражение Цзюнь Мосе. И она не могла не вспыхнуть чувством нежности. В ее сердце вспыхнуло неописуемое чувство безопасности. Но она понимала, что не имеет права ничего делать, поэтому молча опустила голову и покраснела…

Дугу Сяо И дулась в стороне. Её щеки были очень красными, а её глаза показали, что она не смирилась с тем, что происходит…

Цзюнь Вуй был в приподнятом настроении. Он наклонился на стол и на некоторое время что-то написал на бумаге. Затем он отбросил своё перо и крикнул:

- Кто-нибудь, войдите! – личный охранник тут же заскочил внутрь палатки.

- Быстро отправьте это письмо орлом моему отцу в столицу. Это совершенно секретно и очень срочно! – Цзюнь Вуй холодно приказал.

- Да, сэр!

- Я, Верховный Главнокомандующий, отдаю первостепенный приказ офицерам и бойцам армии. Держите рот на замке. Я буду действовать в соответствии с военным законом, и я казню всю семью человека, который осмелится разгласить эту тайну. Я уничтожу всю семью до девятого колена! – голос Цзюнь Вуя почти не изменился, но в нём явственно послышалась угроза.

Кровавый Генерал впервые превысил свои полномочия, и издал не боевой приказ для счастья своего племянника и будущего семьи Цзюнь. Но намерение убийства в его голосе было настолько сильным, что любой, кто его услышал, понял бы, что Цзюнь Вую наплевать на количество крови, которое ему придётся пролить, если они ослушаются этого приказа...

- Да, сэр!

Приказ быстро перешел к офицерам, а от них – к солдатам, и заставил каждого из них дрожать. Два отряда, которые были возле палатки Цзюнь Мосе, дрожали ещё больше, чем другие…

Они действовали опрометчиво и обсуждали этот вопрос с того дня. Конечно, в основном они перемыли кости уже в первый день, но они всё ещё иногда говорили об этом. Однако члены этих двух групп полностью поняли значение этого приказа в тот момент, когда он был издан. На самом деле каждый из них чувствовал, как будто на них подуло сквознячком из самих врат Ада…

Эти два отряда внезапно стали чрезвычайно организованными и дисциплинированными. На самом деле теперь их можно даже считать идеальным отрядом…

Казалось, что два тихих голоса обсуждали что-то на далёком дереве, в то время как Цзюнь Мосе произнёс эти слова. Было также очевидно, что оба голоса были в разногласии…

- Это очень неожиданно, старшая сестра! Этот Цзюнь Мосе был очень серьёзным и благородным. Он также взял на себя ответственность! Как он, тот презренный и бесстыдный человек, которым, по словам старшей сестры, он является, может говорить такое? Разве старшая сестра неправильно его поняла?

- Как я могу неправильно понять? Этот мальчишка очень подлый и бесстыдный! Он такой, я уверена…

- Действительно... ты уверена? – ответ прозвучал очень скептически.

- Он, очевидно, обнаружил нас снаружи. Поэтому он устраивает представление для нас.

- Это... как это может быть?

- В любом случае... он нехороший человек. Он очень нехороший человек.

- Но... я не уверена... он кажется хорошим человеком... как это может быть...?

- Хммм…

Армия стала собираться, как только Цзюнь Вуй отдал приказ. Их знамена развевались, когда они начали свой триумфальный марш назад в город Тянсян.

Глава 405. У каждого свои проблемы

Цзюнь Вуй и командующий обороной Южного Небесного Города – Ван У Янь – искренне попрощались друг с другом. Казалось, что они не хотят расставаться, будто они старые друзья.

- Третий генерал Цзюнь, Ван У Янь ценит вашу доброту. Тем не менее люди Южного Небесного Города переживали ту же участь, что и моя семья Ван на протяжении многих лет. Так что моей семье было бы неловко уходить. Кроме того, возможно увеличение налогов, если я уйду. Так что будет слишком тяжело для пожилых людей Южного Небесного Города, если я уйду... Я буду охранять этот город, пока не умру!

Цзюнь Вуй предложил ему ходатайствовать о том, чтобы Ван У Янь позже перешёл под его командование. Тем не менее Ван У Янь категорически отказался без каких-либо колебаний.

- Я не буду выдвигать это предложение. Но Вуй будет стараться изо всех сил, чтобы гарантировать, что генерал Ван У Янь сохранит свою позицию командующего обороной этого города, если Министерство войны когда-нибудь решит перенаправить вас! – Цзюнь Вуй сложил свои руки и ответил.

- Большое спасибо, третий генерал Цзюнь! – Ван У Янь был вне себя от радости. Он сложил кулаки, вставая, и торжественно сказал. – У Янь не может беспрепятственно сопровождать Верховного Главнокомандующего по всему миру. Но я ни о чем не сожалею. Я лишь надеюсь, что героика Верховного Главнокомандующего распространится повсюду, словно осенний ветер. И пусть он достигнет Великой славы и почестей! Берегите себя, Верховный Главнокомандующий. Мы встретимся снова!

Оба мужчины попрощались, после чего неохотно расстались. Звук ударов копыт, сначала медленный, но он быстро ускорился. Развевающиеся знамена армии свистели на осеннем ветру, когда они двигались. Эта армии взяла курс на север!

Армия Тянсян двинулась длинной колонной. Удивительно, но среди всего войска поддерживался идеальный порядок.

Ни один солдат из армии Тянсян не погиб в той битве в Южном Небесном Городе. Все пришли подготовленными к кровопролитию. И все они готовились пожертвовать своей жизнью. Поэтому в это время все были в восторге.

Все думали, что идти на эту битву означает верную смерть. Солдатская карьера – это карьера крови и стали. Приказы подобны горам, и смерти не стоит бояться. Однако все мужчины боятся смерти. Даже самые свирепые солдаты не являются исключением. Любой человек почувствовал бы скорбь, когда мысль о его смерти пришла бы ему в голову. Более того, эта армия была послана, чтобы столкнуться с силой, которая может уничтожить армию в десять раз сильнее!

Тем не менее никто не думал, что печально известное, мощное и смертоносное восстание зверей Суань не приведёт к большим потерям с их стороны. Даже призывать войска из резервных сил не возникло необходимости. На самом деле многие даже не поцарапались. Это можно рассматривать как "сильный старт, но слабый финиш". И войска теперь возвращались в столицу. Но никто не праздновал, когда они шли назад. На самом деле все словно очнулись от кошмара. Тем не менее все были счастливы, поскольку возвращались домой. Так что их разговоры были долгими и оживленными.

И молодые мастера из могущественных домов, вызванные Императором для участия в этой войне, также чувствовали, что они чудом избежали смерти. Кроме того, их партия потеряла лишь несколько охранников. Они впервые отправились в путь. Но, казалось, что они сделали огромный вклад…

Триста солдат, призванных для участия в сражении, также содержали и охранников из многих могущественных семей. И оставшиеся в живых члены других семей были очень недовольны своими молодыми мастерами. Но они не смогли этого выразить.

«Молодой мастер Цзюнь даст двести таэлей серебра каждому, кто остался в живых из его гвардии. Кроме того, он будет заботиться о семьях тех, кто погиб в бою!»

«Ты должен знать, что мы тоже пришли сюда ради тебя... иначе кто бы пришел за тобой, чтобы выбросить свою жизнь? Кто бы не захотел остаться дома и спокойно спать с женой?»

«Наша преданность молодому господину была бы лучше вознаграждена другими... возможно, даже незнакомыми людьми!»

«Между этими людьми существует подлинное неравенство!»

Тем не менее эти негативные эмоции были полностью потеряны, так как все были в возбужденном состоянии ума. В любом случае они бы не беспокоились, даже если бы они совсем забыли об этих чувствах…

В конце концов, эти молодые мастера выросли в крайней роскоши. Более того, они знали, что их шансы на выживание в этой битве были девять к одному в начале. И это заставило их чувствовать себя обиженными и мрачными...

«Почему братья наслаждаются комфортной жизнью дома, в то время как меня отправили сюда, чтобы рисковать своей жизнью? У кого из нас нет влиятельного отца? Кого из нас не вырастила заботливая мать? Так почему же мы бесполезная грязь, в то время как другие молодые мастера рассматривались как драгоценное золото?»

Более того, из столицы поступили некоторые новости. И они говорили, что каждая могущественная семья столкнулась с проблемами из-за внутренних междоусобиц в результате поиска следующего наследника на должность Главы семьи. Кроме того, ходили слухи о том, что молодые мастера, отправленные на битву, уже были признаны мёртвыми.

Один или два человека догадались, что эта новость, возможно, ложная. Но что будет, когда сто человек скажут, что это не так? Поэтому все начали верить в это в скором времени…

И это оставило многих молодых мастеров, ушедших на войну, чрезвычайно сердитыми…

«Вы, груды мусора, можете оставаться дома с комфортом. Тем не менее тебе ещё и положено место Главы семьи после этого? Я, как идиот, пошёл на войну, столкнулся с серьёзной опасностью и едва выжил... Однако наши права отменили нахер, несмотря ни на что?!»

«Вы – просто кучи дерьма! Я – герой!»

«Да, пусть я и не вышел на поле боя. Но это было потому, что у меня не было возможности! Но это не значит, что я не был готов пожертвовать собой! В любом случае я был в бою!»

«Я вернулся! И с выдающейся военной службой, чтобы поддержать мои заслуги!»

Поэтому молодые хозяева разных семей превратились в кучку боевых петухов. Более того, их боевой дух казался очень высоким. На самом деле глаза каждого из них сияли жаждой убийства, которую они не могли подавить. И эта ярость была направлена на их семьи... особенно на их братьев, пожинающих весь урожай. Поэтому они скрежетали зубами и готовились к бою.

Можно представить, что эти молодые люди будут похожи на стаю обезумевших красноглазых Волков, когда они вернутся в город Тянсян.

Они начнут бесконечную и непрерывную борьбу за власть.

Но они не знали, что их братья в столице были в состоянии паники с тех пор, как новости о безопасном и триумфальном возвращении армии достигли города. Эта новость даже не утихла, когда все начали славить молодых мастеров, ушедших на войну. Люди, очевидно, начали говорить, что эти молодые мастера будут идеальными наследниками на место Главы семьи, как только они вернутся. На самом деле, даже не имело значения, действительно ли они вышли на поле боя или нет. Они прошли выдающуюся военную службу с тех пор, как подвергли свою жизнь риску, приняв участие в войне…

Поэтому молодые мастера, оставшиеся в городе, также подготовились и ждали... для сражения!

«Чёртов братишка не откинул там свои вонючие копыта. И теперь он возвращается!»

Неизбежно возникнет конфликт между противоборствующими "группировками". И это приведет к неплохой такой бойне внутри семьи!

Обе стороны уже были готовы к войне. Их разделяли тысячи километров, но они уже были готовы к бою.

«Ты готов, мудила? А я готов! Кто боится тебя?!»

Очевидно, что существовали и некоторые исключения из такого положения дел. Не все молодые мастера семьи были такими. Семьи Дугу и Ли были двумя такими примерами, кроме семьи, которая больше всего выиграла от этой войны... и эта семья, очевидно, была семьей Цзюнь!

Тем не менее третий мастер Цзюнь Вуй и члены его семьи всё ещё были очень серьёзными. В действительности они были еще более серьезными, чем молодые мастера, претендовавшие на власть.

То, что произошло между Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан, произошло слишком не вовремя…

Цзюнь Мосе придётся столкнуться с потоком клеветы и слухов. На самом деле Цзюнь Вуй считал, что первая волна будет так сильно подниматься, что её нельзя будет контролировать...

Цзюнь Мосе был коронованным "развратником" города Тянсян, и никто не мог его вынести. Кроме того, он оскорбил великих ученых во время научного праздника. И важно знать, что эти ученые имели огромное влияние в городе. На самом деле многие в Имперском Совете пришли из их рядов…

Молодой мастер Цзюнь находился в официальном военном положении. И любое беспорядочное поведение было строго запрещено. И игнорировать это правило было крайне опасно. Таким образом, было бы трудно предложить оправдание, даже, несмотря на то, что война уже закончилась на момент инцидента. Более того, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И не были частью армии. На самом деле можно сказать, что даже Верховный Главнокомандующий Цзюнь не смог бы избежать порицания в свете строгих военных положений, если бы так влип. Итак, какие шансы были у Цзюнь Мосе...?

Кроме того, правила, касающиеся отношений между мужчиной и женщиной, являются очень строгими. И Цзюнь Мосе переспал с женой своего старшего брата. Таким образом, правосудие в отношении этого преступления, очевидно, было бы очень суровым. Как они могли оставить Цзюнь Мосе быть в покое с таким количеством оснований на их руках? Кроме того, семья Цзюнь породила многих выдающихся военачальников. Однако важно отметить, что Гражданское и военное руководство всегда противостояли друг другу. На самом деле они никогда не нравились друг другу. И это была редкая возможность атаковать. Так что никто не знал, чем всё это обернется. Тем не менее оптимизма всё это не внушало с самого начала…

Более того, Цзюнь Вуй определил, что новость о скандале уже успела попасть в столицу. Он отдал приказ, но в армии было много шпионов и информаторов. И эти люди принадлежали к другим семьям, а также к Императорскому двору. Так зачем же им в частном порядке следовать его приказам? Поэтому можно предположить, что многие люди в столице уже готовились к совершению донесений…

Поэтому победивший и славный Верховный Главнокомандующий Цзюнь Вуй был в это время весьма обеспокоен. На самом деле он хмурился всю дорогу. Его племянник был блестящим и божественным талантом. Но как он справится перед лицом языков человеческих во всем мире? Более того, как могла нежная Гуан Квинхан пережить эти бурные моря слухов?

«Накопившаяся ненависть может подняться так же высоко, как гора, если все враги семьи Цзюнь начнут свои нападки на нас. На самом деле я уверен, что они не упустят такую хорошую возможность...»

Чем больше Цзюнь Вуй думал об этом... тем печальнее он становился.

Тем не менее Цзюнь Мосе удалось сохранять спокойствие на протяжении всего времени. Даже не было видно, что он собирается встретиться лицом к лицу с сокрушительным наступлением общественного мнения. На самом деле в его глазах не было ни капли беспокойства. Он был очень расслаблен. Фактически он даже использовал оставшуюся часть своей личной охраны, чтобы снова выступить в качестве авангарда…

Цель Цзюнь Мосе была проста.

- Мои команды не будут ходить по главной дороге на этом обратном пути из Южного Небесного Города. Более того, мы не оставим ни одного бандита на этой дороге. Все они должны быть устранены. Убить столько, сколько вы сможете найти! Чем больше... тем лучше! Но не трогайте невинных. Мы будем зачищать весь маршрут на нашем пути к Тянсян!

Молодой Мастер Цзюнь часто отделялся от своих охранников. Он даже следовал после Гуан Квинхан, дурачась в течение дня. И иногда он слушал хвастовство Дугу Сяо И. Однако никто не мог заметить его тень после наступления темноты. Таким образом, никто не знал, что этот мальчишка был до наступления темноты…

На протяжении всего пути не было никаких серьезных инцидентов. Однако произошли некоторые странные события. Оружие каждого молодого мастера крали каждую ночь. И было крайне странно, что это оружие просто исчезало без следа. В самом деле, казалось, что оно растворялось в воздухе. Но это оружие не было частью военных запасов. Таким образом, военные не заботились об этих инцидентах. И они просто записывали каждую кражу... ничего больше. Тем не менее это было бы крупным событием, если бы оружие армии было украдено…

Они будут фиксировать эти инциденты каждый день. И они даже назначили группу людей охранять это оружие каждую ночь. Однако кражи продолжали происходить. И любые усилия в обороне были напрасны. На самом деле они не видели даже тени!

Охранники начали терять рассудок из-за этого вопроса с течением времени...

«Чёрт возьми! Какой-то мудак любит красть вещи. И, похоже, мы не можем поймать его. Мне всё равно, что он будет делать, пока он не украдет мои вещи! В любом случае этот меч не был каким-то божественным оружием! Так что забудь о нём теперь…»

Глава 406. Поистине Божественное оружие

Нельзя винить охранников за то, что они не были бдительны. На самом деле можно даже сказать, что один меч охраняли почти пятьдесят человек. Значит, охрана была просто-напросто непреодолимой. Однако этот самый меч всё равно исчез... как они могли защитить что-либо от исчезновения, которое было настолько странным и таинственным? Более того, это произошло не только с одним или двумя мечами. Многие другие были украдены таким же образом. На самом деле это событие было настолько необъяснимо, что все были в недоумении…

«Невозможно защититься от этого…»

«Да и хрен с ним... это всего лишь один клинок, верно?»

Люди, потерявшие своё оружие, могли только утешаться, громко проклиная:

- Ты хочешь украсть оружие? Так кради его из арсенала Императора! Там много чего есть! Ты реально настолько бедный, что крадёшь тупые иззубренные мечи?!

«Это трудно понять! Просто какой-то кусок дерьма!»

Дугу Сяо И тратила все свои усилия, чтобы начать активное наступление на Цзюнь Мосе в последние дни. Эта девушка очень спешила с тех пор, как она увидела, как Гуан Квинхан достигла своей цели…

Девушка заботилась о своем будущем счастье. Более того, ей было все равно, что думают другие. Почему она должна заботиться об их мыслях? Если бы её братья узнали об этом – они бы уже слегли с сердечными приступами. Однако ей было абсолютно пофигу…

Гуан Квинхан, напротив, вернулась в своё нормальное ледяное состояние после обсуждения этого инцидента. Цзюнь Мосе ни в коем случае не отклонял это дело. Она постоянно избегала его. Но это, похоже, никоим образом не отпугивало Цзюнь Мосе. На самом деле, казалось, что он наслаждается своим поражением.

Кожа молодого мастера Цзюнь была очень толстой. Многие люди убедились в этом факте за последние несколько дней.

Цзюнь Мосе не раздражал Гуан Квинхан. Утром он выходил на прогулку. Он здоровался с каждым офицером или солдатом, которых видел. Затем он стучал в дверь ее палатки. Получал отказ и просто продолжал общаться с мужчинами. Затем он улыбался двум девушкам, когда они выходили из палатки после того, как освежились, и говорил им пару дежурных комплиментов. Он выглядел счастливым, если они обращали на него внимание. Тем не менее он не был обеспокоен, если они его игнорировали.

Но Дугу Сяо И приходила к нему, чтобы увидеть его, как только он заканчивал свою "пьесу". На самом деле она иногда приходила беспокоить его еще до того, как она должным образом была подготовлена. Маленькая девочка использовала тот же метод, который Цзюнь Мосе использовал на Гуан Квинхан. И Цзюнь Мосе реагировал именно так, как это делала Гуан Квинхан. Он не был ни отдаленным, ни слишком близким. Он держал разумное расстояние. Однако со временем Дугу Сяо И становилась смелее. И она продолжала пытаться, несмотря на неудачи. И весь этот процесс продолжался циклами, будто день сурка. По сути дела, их попытки становились все более жесткими по мере усиления разочарования. Тем не менее три человека продолжали кружиться друг вокруг друга таким образом…

Этот цикл продолжался в течение полудня. И вечером это начиналось снова…

Однако солдаты со временем потеряли интерес к просмотру этой драмы.

«Вы трое не можете добиться хоть какого-то прогресса! Достали уже! Вам не досадно? Чёрт! Даже мы уже чувствуем досаду, глядя на вас…»

Однако в последнее время произошло еще одно очень странное событие. Большинство людей наутро казались подавленными, если не сказать больше. А молодой мастер Цзюнь выглядел уставшим после пробуждения в течение последних нескольких дней. На самом деле, казалось, что хороший ночной отдых не приносил ему никакой пользы. Кроме того, это происходило каждый день в течение нескольких дней. На самом деле, казалось, что он начал худеть. Тем не менее он постепенно восстанавливал своё настроение после того, как ел и отдыхал.

Все были явно озадачены этим.

«Третий молодой мастер, кажется, больше устаёт ночью, чем отдыхает. Но по ночам он один. Так почему он такой уставший утром? Более того, мы не видим, чтобы он работал днем. Так что происходит? Молодые дамы Гуан и Дугу также ложатся спать рано. Так что это не может быть из-за них. Тогда в чём дело?»

Сначала его дядя Донфанг Вэн Цин анализировал эти аномалии. В конце концов он, устав париться, просто отозвал Цзюнь Мосе в сторону, и тихо сказал ему:

- Мосе! Твой дядя знает, что ты впервые испытываешь такое прекрасное чувство. И я не порицаю, что ты даёшь выход своему... "дискомфорту". Твой дядя тоже когда-то был молод. Я понимаю, что это очень естественно. Но ты делаешь так каждую ночь... Ты не умрешь, если прекратишь на один вечер. Я понимаю, что делать это несколько раз за одну ночь очень весело. Но это также очень вредно для организма... особенно для тех из нас, кто практикует боевые искусства. Более того, это также не слишком хорошо для потомства. Итак, ты должен научиться контролировать себя!

Глаза Цзюнь Мосе расширились, когда он услышал это. Он был ошеломлён и не знал, смеяться ему или плакать…

- Дядя, ты слишком много думаешь. Я не... – молодой мастер Цзюнь пытался оправдаться.

«Боже правый! Что происходит?»

- Что такое "я не"?! – Донфанг Вэн Цин посмотрел на него. Он вздохнул и решил послужить ему примером. – Все здесь – мужчины! И тем более – я твой дядя! Думаешь, ты не можешь говорить, потому что твой недалекий дядя не понимает? Тебе стыдно? Это нормально для взрослых молодых людей иметь такие потребности. Твой дядя тоже опытный человек... я тоже был молод. И у меня не было особого контроля. Увы... другими словами... Короче, разве я не узнаю о вещах, связанных с этим? Твой дядя говорит тебе это ради твоей выгоды! Не говори ничего! Просто слушай меня и подчиняйся!

Лицо Цзюнь Мосе потемнело. Он потерял дар речи.

«Дядя говорит мне учиться на его ошибках...? Итак, как я могу говорить? Как я могу посметь заговорить?»

- Ха-ха! Все всё понимают. У молодых людей внутри огромный огонь! Таким образом, контролируй его столько, сколько можешь. И не предавай это огласке... – Донфанг Вэн Цин дружелюбно похлопал своего племянника по плечу. Затем он вернул на своё лицо очень торжественное выражение эксперта Суань Духа. После этого он ушел. На самом деле, эксперт почувствовал себя очень довольным, "чему-то научив" молодого человека…

«Мне повезло, что я обнаружил это рано. Мой племянник еще не увлекся этим. Так что мне удалось его быстро проинструктировать. Было бы слишком плохо, если бы это стало зависимостью. На самом деле это могло быть похоже на то, что случилось со мной тогда... И потом это уже нельзя изменить...»

На лице Донфанг Вэн Цина была гордость. Впрочем, некоторые следы печали были видны на его лице...

Цзюнь Мосе позже спросил у своих двух других дядей и узнал, что у его старшего дяди было много жен и наложниц. Однако он также узнал, что у мужчины не было детей... некому было называть его "отцом". Таким образом, он набирал всё больше наложниц, так как он не мог достичь желаемых результатов. Тем не менее негативные результаты также продолжали накапливаться вместе с увеличением числа наложниц. И это в конечном итоге превратилось в порочный круг…

Говорили, что число жен и наложниц Донфанг Вэн Цина... достигало сорока или пятидесяти! Это была ужасающая цифра! На самом деле, он мог менять список каждую ночь... однако это все равно заняло бы у него два месяца, чтобы…

«Так вот как это…»

Цзюнь Мосе рассмеялся своим мыслям. Тем не менее позже ему пришла в голову мысль...

«Я же могу использовать свою медицинскую технику, чтобы помочь восстановить способность дяди к воспроизведению. Это возможно! Но как мне это объяснить?»

Старший старался изо всех сил помогать молодому мастеру. И, следовательно, он закрепил за собой плохое имя. Таким образом, помочь ему на этом этапе было немного неправильно. На самом деле в данное время об этом нельзя было даже упомянуть. Более того, он был дядей по матери молодого мастера. Поэтому его положение в обществе было намного выше, чем у молодого мастера…

Цзюнь Мосе быстро вернулся в свою палатку после того, как он понаблюдал за тем, как его дядя шёл вдаль. Он повернул запястье, и в его руке появился яркий и блестящий меч. Длина этого меча была чуть меньше 75 см. Он был на 15 см короче традиционного трехфутового меча. Его эфес был без прикрас, и весь облик был довольно средним и очень простым.

Однако его кончик и края излучали свет.

Несколько простых выпадов этим мечом заставили температуру в палатке внезапно упасть. На самом деле, температура в палатке стала такой, какая бывает глубокой ночью, несмотря на то, что за окном был солнечный полдень.

Казалось, что на кончике и края меча плясало холодное пламя. Этот меч может служить божественным сдерживающим фактором среди солдат, даже если он будет в руках молодого мастера.

Цзюнь Мосе двинул пальцем по лезвию. Явный и страстный рев в результате прогромыхал из палатки. Казалось, что жестокий и кровожадный дракон, спавший тысячи лет, проснулся от своих снов и взревел…

Рев меча внезапно наполнил воздух.

Люди в радиусе более тридцати метров слышали это. Бесчисленные лошади, размещенные поблизости, едва не сошли с ума от страха и громко ржали. Они чувствовали, как будто древний демон спустился среди них... страх, который они чувствовали, был неописуемым.

Цзюнь Мосе взял меч, висевший на стене палатки. Клинок был средней длины. Он подбросил его вверх, а затем ударил…

С мягким шумом лезвие задрожало, и холодный свет пронесся через него к его кончику. Затем меч развалился на две части... После этого он упал на землю.

Цзюнь Мосе пробормотал, поглаживая рукоять меча:

- Что это за славное острое оружие перед вами? Я – король оружия! Монарх с мечами!

Меч молчал.

- Триста тридцать три меча, триста тридцать три коротких меча, триста тридцать три алебарды! Девятьсот девяносто девять разных видов оружия объединились, чтобы создать тебя! Сколько крови нужно, чтобы накормить твой аппетит? – казалось, будто Цзюнь Мосе разговаривает с реальным человеком.

И это потому, что у этого заветного оружия была душа. В действительности настоящее божественное оружие обладало душой...

Меч немного дрожал. Он не двигался, но прядь странного света двигалась от рукояти к кончику. Затем она вернулась обратно. Казалось, что душа кровожадного змея двигалась туда-сюда…

Цзюнь Мосе бережно держал меч на руках и ласково поглаживал его. Капля крови стекла по клинку меча.

«Я питаю свой меч своей кровью и почитаю свое божественное оружие своей душой!»

Это была древняя традиционная церемония китайских фехтовальщиков! Эта церемония существовала тысячи лет... пока существовали мечники.

Тем не менее Цзюнь Мосе проявил большую преданность своему мечу и совершил такой древний обряд по собственной инициативе. Он использовал этот метод, чтобы донести свою любовь до своего меча. И он также напомнил себе…

«Я китаец... независимо от того, где я нахожусь! Я – кровь Китая!»

«Даже если я единственный в этом мире!»

Глава 407. Кровь жёлтого пламени

Не было никаких сомнений в том, что за этими кражами, произошедшими в течение последних нескольких дней, стоял Цзюнь Мосе. Это было очень очевидно. Он был единственным, у кого было умение быть таким божественным вором.

Однако этот так называемый "очевидный" факт был известен только нам. Другие люди ничего об этом не знали.

Молодой мастер Цзюнь выходил и крал вещи, только когда у него было свободное время. Кто в мире мог остановить его, когда он использовал свои методы? Он мог протянуть руку и схватить все, что захочет. Его навыки росли и развивались всё это время. Более того, его духовная сила достигла очень глубокого уровня.

Ему нужно было только одно умственное действие, и он входил в Пагоду Хунцзюнь на случай, если сталкивался с владельцами этого оружия. Этот метод приводил его в другую "лигу". И в результате он не оставлял никаких следов или улик. На самом деле он был убежден, что даже ведущие ученые из его предыдущей жизни не смогли бы ничего выяснить, если они будут исследовать этот случай.

Затем он использовал метод "превращения обычного железа в чудесное золото" внутри своей палатки поздней ночью, как только заканчивал "приобретать" всё необходимое. Это уничтожало любые доказательства кражи, сделав структурные изменения в оружии.

Было бы трудно описать боль, с которой были связаны методы Инь Ян, чтобы украсть это оружие. Тогда нужно учитывать, что это оружие было обычным. И материал, используемый в них, также не был какого-то исключительного качества. Это была простая обычная сталь, используемая для изготовления обычного оружия…

Цзюнь Мосе использовал свои навыки в течение нескольких ночей, не щадя никаких усилий. Следовательно, он использовал свой удивительный набор навыков для сбора девятисот девяноста девяти видов оружия, а затем использовал "превращение обычного железа в чудесное золото" на каждом из них, чтобы сделать только один меч взамен.

Можно сказать, что это был первый меч, который Цзюнь Мосе лично "выковал" в этом мире. Можно также сказать, что он использовал такой экстремальный метод, чтобы сделать свой окончательный меч. Это было потому, что он использовал свою энергию триста раз за последние несколько дней, делая этот меч. И это было исключительно огромное потребление по любому понятию!

Молодой мастер Цзюнь, возможно, до сих пор бы использовал технику "превращения обычного железа в чудесное золото", чтобы доделать меч. Но он должен был платить огромную цену с точки зрения его духовной энергии всякий раз, когда он чуть доделывал новый меч.

Даже человек с настойчивостью Цзюнь Мосе нашёл бы, что терпеть такое потребление энергии трудная задача. Кроме того, он также почувствовал бы, что не может найти мужество и время, чтобы сделать что-то подобное на более позднем этапе своей жизни…

Враги, с которыми он столкнется в будущем, будут продолжать становиться все более страшными, поскольку его сила возрастёт. Они больше не будут слабаками. И они не позволили бы ему найти требуемое время, чтобы стать сильнее. Цзюнь Мосе, конечно, мог скрыть факт, что его энергия была израсходована. Но его родственники и подчиненные, вероятно, не смогут. Так что даже малейшее невнимание может привести к непоправимой трагедии и смерти.

Цзюнь Мосе упорно работал над совершенством!

Молодой мастер Цзюнь крал это оружие, а затем приступал к созданию своего оружия. Затем он повторял этот цикл снова, до бесконечности. На самом деле он работал день и ночь без перерыва. И он делал все это, чтобы доделать тот меч.

Цикл таким образом продолжался, и он постоянно использовал свою удивительную силу. Сосуды внутри его даньтяня и меридианы напоминали водохранилище на вершине холма. Сначала оба конца блокировались. Затем нижние концы были открыты, и вода рухнула вниз. Это "водохранилище" пустело за мгновение…

Впоследствии верхний конец открывался, как только "водохранилище" пустело. Таким образом оно быстро наполнялось водой. И этот цикл вновь продолжался. Этот цикл становился все быстрее и быстрее с каждым разом. Кроме того, он становился все более эффективным. Емкость "водохранилища" также незначительно увеличивалась с каждым циклом. Емкость хранилища продолжала увеличиваться по мере увеличения частоты этих циклов. Однако хранилище все равно пополняло свои запасы за очень короткий период времени, независимо от масштабов его расширения…

Поэтому сила Цзюнь Мосе значительно возросла, потому что он успешно усовершенствовал этот меч. На самом деле его навыки Суань и культивация также возросли.

Он уже приблизился к среднему уровню Суань Неба в соответствии со стандартами континента Суань Суань. Это был только подъем от начального до среднего уровня с одной точки зрения. Однако это был огромный прогресс, если учесть стандартные нормы культивирования Суань. Молодой мастер попал на начальный уровень Суань Неба несколько дней назад. Но обстоятельства за последние несколько дней позволили ему взлететь и дойти до грани прорыва на средний уровень. Это было настолько тревожным, что заставило бы человека потерять зубы от шока. Такой скорости культивирования Суань ещё не знали в этом мире. На самом деле, даже "легендарные фигуры" в "легендах" не были такими уж и легендарными по сравнению с ним.

Кроме того, молодой мастер Цзюнь также стал более опытным в использовании своих удивительных новых сил. На самом деле не будет преувеличением сказать, что он очень хорошо с ними ознакомился. Мастерство молодого мастера Цзюнь больше не ограничивалось лишь извлечением материала. Он мог бы даже попытаться манипулировать этой техникой, чтобы уменьшить длину меча до половины... или, возможно, сделать из этого меча "999 в одном", снова крошечный меч, чтобы сделать его более сильным…

Важно было знать, что сравнительно легче выпустить замечательную силу в приступе ярости. Но молодой мастер Цзюнь не мог полностью контролировать свою силу. Но он постоянно изучал силу и работал над развитием своего мастерства...

Однако это потребление энергии в течение длительного периода времени все равно оставляло Цзюнь Мосе несколько усталым. Пагода Хунцзюнь постоянно пополняла его физическую энергию. Но это мастерство также требовало огромного количества духовной и ментальной энергии. И лучшим средством для пополнения духовной и умственной энергии был крепкий сон в конце дня. Достижения молодого мастера Цзюнь были знаменательны, но они всё ещё не могли заменить преимущества этого сна. И отсутствие сна неизбежно приведет к "изношенному" выражению лица…

И именно по этой причине Цзюнь Мосе был вынужден вытерпеть лекцию своего дорогого дяди, поскольку этот человек хотел помочь…

Цзюнь Мосе чувствовал себя одновременно и хорошо, и хреново. Но его отрицательные чувства были смягчены в тот момент, когда он увидел свой меч...

У молодого мастера Цзюнь в глазах был только этот меч в тот момент!

Цзюнь Мосе использовал Церемонию Жёлтого Пламени впервые. И это был также первый раз, когда он использовал метод Жертвоприношения Крови, чтобы создать такой мощный меч. Более того, он сам "выковал" этот меч. И при этом без использования каких-либо инструментов! Другими словами, он сотворил этот меч из воздуха. На самом деле это было похоже на то, что он внезапно зачал ребенка. Возможно, можно сказать, что это был как хороший друг, с которым он воссоединился после долгого времени...

«В тебе моя кровь. Я потомок пламени и жёлтых императоров! Я – Китайская кровь! Я буду держать это в моем уме всегда... в этой жизни и навсегда!»

Цзюнь Мосе посмотрел на свой меч необычайно нежно. В этом взгляде был намёк на тоску и грусть. В этом взгляде было немного ностальгии. Это было похоже, будто он прошёл бесконечное пространство и время, чтобы вернуться в место, которое любил. Но его взгляд был столь же решителен, как и прежде.

- С этого момента тебя будут называть "Кровью Желтого Пламени", – речь Цзюнь Мосе была очень тяжелой. И его глаза пылали страстью. Казалось, будто его кровь начала гореть. – Я пришел в этот мир. И ты будешь моим спутником. Ты будешь моим напарником. Я буду славить имя "Желтый Огонь" как Злой Монарх. Мы обезглавим всех, кого не любим. Только один меч и один человек будут беспрепятственно стоять на этой земле!

Я буду питать тебя кровью моих врагов в этом мире. Ты, "Кровь Жёлтого Пламени", станешь вечной легендой! – голос Цзюнь Мосе был тихим и серьезным, очень серьезным. На самом деле это не звучало как шепот вообще. Это звучало как обещание!

Клятва, которая продержится до конца времен!

Меч громко вскрикнул, услышав это. И этот звук был похож на крик дракона и рев тигра!

~В столице~

В эти дни семья Цзюнь была оживленной.

Принцесса Лин Мэн посещала резиденцию семьи Цзюнь каждый день с тех пор, как армия ушла. И она оставалась там весь день. Даже Её Величество, Императрица, время от времени начала таскаться вместе с ней.

Старик Цзюнь знал все об этом, но он не сильно беспокоился. Он просто махнул рукой на это. В любом случае Гуан Квинхан пока не проживала в своём доме. Поэтому её комнаты были готовы принять Императрицу и принцессу Лин Мэн.

Императрица во время посещений всегда останавливалась в жилье Гуань Квинхан. Она часто вынимала нефритовую флейту и играла нежную песню. Тогда Императрица оставалась там надолго... не двигаясь. Она всегда играла на флейте.

Тревожные ноты флейты казались холодными. На самом деле это было так скорбно, что это заставило бы слушателей плакать и сокрушаться.

Выражение лица Императрицы было очень безмятежным. Казалось, что она использовала весь свой дух, чтобы играть эти мелодии. Никто не мог устоять, увидев это безмятежное горе.

На самом деле глаза Императрицы иногда выражали... нежное отчаяние... или беспомощное горе, когда она играла на флейте.

Йе Гухан продолжал лежать во дворе Цзюнь Мосе. Он становился спокойнее всякий раз, когда слышался звук флейты. Он мог даже двигаться в какой-то степени. Он даже мог сделать несколько шагов. Но его тело получило очень серьёзные травмы, а его меридианы были сильно повреждены. Кроме того, его правая рука была отрублена до плеча. Итак, его превосходный стиль боя на мечах был навсегда потерян. Его даньтянь также получил тяжелую травму. И это привело к уничтожению его культивирования Суань Неба.

Йе Гухан был худым и выглядел больным. Его сила Суань Неба сократилась до Суань Ци калеки. На самом деле он и был калекой...

Это массовое изменение ситуации привело некогда гордого Йе Гухана до грани безумия. Он не жалел об этой потере. И он не жалел, что стал калекой ради принцессы Лин Мэн. Но он винил себя за то, что не умер в тот день. И он обвинял себя в том, что выжил вместе с тем разрушенным телом, которым он сейчас владеет. Его высокомерие не могло смириться с такой позорной судьбой. Итак, он бы делал всё, что в его силах, чтобы найти смерть.

Тем не менее даже берсерк Йе Гухан становился послушным ребенком, когда звук флейты разносился по двору. Он сидел спокойно и таким образом проводил свое время...

Глава 408. Радость старика Цзюнь быстро превращается в горе

Выражение Йе Гухана становилось спокойным каждый раз, когда это происходило. Он становился даже сентиментальнее. Он ощущал чувство утраты... но оно также сопровождалось чувством... счастья. Его глаза были полны эмоций и привязанности; они были полны боли и счастья. Его губы неоднократно беззвучно повторяли имя. Он не произносил слов, но эти два слова всё равно оставались на его устах...

«Сю Сю…»

Йе Гухан часто бормотал то самое стихотворение. То самое, что он читал, когда собирался умереть в тот день. Он часто снова повторял этот стих…

«Не жалей о такой глубокой любви,

Я охотно паду и умру в одиночестве.

Сожаление о моей возлюбленной будет преследовать меня вечность,

Я откажусь от небес, но не от возлюбленной...»

Но все же Йе Гуань изменил последние несколько слов:

«Если следующей жизни будет недостаточно... Я откажусь от небес, но не от возлюбленной». Йе Гухан немного изменил эти слова. И эти слова больше не говорили о ненависти, а о надежде на следующую жизнь…

Следующая жизнь... стала его прекрасной и заветной мечтой…

Эти два человека были разделены лишь стеной. Но, казалось, что между ними пролегла длинная и трудная дорога по всему человеческому миру.

Казалось, что эта кирпичная стена – огромная вечная пропасть, которую невозможно пересечь.

«"Если следующей жизни будет недостаточно... Я откажусь от небес, но не от возлюбленной". Моя дорогая Сю Сю... ты любила этот стих, когда мы были вместе. И, наконец, я слышу это сейчас...» – думал Йе Гухан с грустью.

- Дядя Йе, я никогда не знала, что мама умеет играть на флейте. Кроме того, она так хорошо это делает... – принцесса Лин Мэн подперла щеку, и её глаза стали туманными. – Это первый раз, когда я слышу, как мать играет на флейте...

- Что? Это первый раз, когда ты слышишь, как она играет эту мелодию? – у Йе Гухана неожиданно вырвался вопрос. Он поднял голову, и его глаза внезапно засияли, отражая его неожиданное удовлетворение.

- Да. Я вообще никогда не видела, чтобы мама играла на музыкальных инструментах. На самом деле я никогда даже не слышала, чтобы она читала стихи. Я всегда думала, что она не любит музыку. Так что это – сюрприз для меня! – принцесса Лин Мэн спокойно ответила.

Йе Гухан улыбнулся. И эта улыбка исходила из глубины его сердца.

Он был очень доволен в этот момент. Иначе он бы не задал этот вопрос.

Одна мелодия называлась: "Слушая ветер с Королём", а другая – "Мир вдали от слез".

«Спасибо, Сю Сю».

«У меня есть кое-что очень ценное в этом мире... твоя привязанность…»

«Спасибо тебе!»

«У меня уже была награда, которую я жаждал. И цена, которую я заплатил за это, стоила того!»

«Я доволен, я действительно доволен!»

Йе Гухан был искалечен, его культивация была практически уничтожена. Однако с тех пор он не выглядел одиноким. Он не выглядел даже измученным. Этот человек больше не был берсерком. Йе Гухан даже не возражал против невыносимой боли, которую он чувствовал. На самом деле он даже не стонал...

И это потому, что Йе Гухан понял, что цена, которую он заплатил... стоила того.

«Я больше не страдаю. Я больше не один. Я больше не чувствую себя одиноким. Я не жалею…»

«Потому что... у меня есть ты…»

С того дня начали поступать новости из Южного Небесного Города. И они продолжали приходить каждый день. Император также начал посещать семью Цзюнь каждый день с этого дня. Он приходил разделить теплый и сердечный разговор с Цзюнь Чжан Тианом. И это заставило семью Цзюнь суетиться ещё активнее. Очевидно, что охрана была усилена во много раз.

Император также мог слышать этот чёткий звук мелодии флейты в тех случаях, когда он приходил. Он вздыхал всякий раз, слыша эту музыку. Его зрение иногда размывалось, но он спокойно сидел и пил чай. На самом деле он даже чувствовал себя немного виноватым, когда прошлое мигало перед глазами…

«Мы запутываемся в обидах. Мир смертных очень непостоянен…»

Однако в настоящее время большинству семей приходилось иметь дело с внутренними беспорядками. Но старик Цзюнь только гладил бороду и выглядел спокойным. Он даже улыбался, наблюдая, как разворачивается великая "драма" во дворе. На самом деле он чувствовал, что вот-вот разорвётся от счастья…

Цзюнь Чжан Тиан был также немного взволнован. На самом деле он как будто смотрел свою любимую драму. Его многочисленные современники и соперники были полны гнева. Лицо старика Цзюня было спокойным, но его сердце радовалось их бедам.

«Хах! Вы, старожилы, шутили о моем внуке! Теперь все вы будете страдать!»

Все эти события заставили старика Цзюнь чувствовать себя очень счастливым. Он не любил ходить на Императорский двор в прошлом. Но он начал бродить там каждый день в эти дни. Почти все присутствующие в зале выглядели озабоченными. Но сердечный смех Цзюнь Чжан Тиана никогда не прекращался. Как будто старик Цзюнь Чжан Тиан получал удовольствие от чужой печали. На самом деле, казалось, что он наконец-то выдавил ненавистный прыщ на заднице – настолько он был довольным. Но это действительно было нелегко для других стариков. Кто бы хотел, чтобы такое случилось с их потомками?

На самом деле дедушка Цзюнь видел, как Муронг Фэн Юн сужал глаза и морщил нос. Поэтому он не упустил возможности вставить саркастическое замечание для старика семьи Муронг…

- Почему хитрый глава семьи Муронг так зол? На что тут злиться? Хорошо, что молодое поколение стремится к должности Главы семьи! Как это называется...? Ах, да, точно! Это называется цикл! Ах! Это объясняет процветание семьи Муронг!

Это отражает их мотивацию! Это показывает, что у них есть дух, чтобы бороться и продвигаться вперед! Ты должен быть счастлив, ублюдок! Этот старший искренне вам завидует! Просто посмотри на меня... я так стар! И все же, я все еще борюсь за процветание семьи Цзюнь. Я действительно изношен! Я бы поднял свои конечности и с радостью приветствовал ситуацию, если бы Вуй или Мосе должны были взойти на моё место! Я думал об этом... почему они не пытаются занять мое место? Они должны поторопиться и сделать это! Я просто уйду на пенсию, если это случится! Посмотри на себя... посмотри на себя... как это называется? "Уже одной ногой в могиле", да? Ты должен дать своим молодым шанс! Не скупись!

Эти слова, очевидно, оставили старика Муронга дрожать от гнева. Даже белые волосы на его голове и бороде начали дрожать. На самом деле как будто они танцевали:

- Глупец Цзюнь! Ты просто болтаешь! Знаешь ли ты что-нибудь, кроме радости от чужой скорби со стороны? Чёрт! У твоей семьи Цзюнь ничего нет! Нет ни единого идиота, который мог бы конкурировать! У меня здесь тридцать человек! Займи моё место и посмотри! Хочешь попробовать?!

- Ха-ха! Ты, Муронг, половой гигант! Ну или идиот... Про средства контрацепции не слышал? У тебя на самом деле тридцать человек! Я искренне восхищаюсь тобой! – Цзюнь Чжан Тиан плюнул и продолжил. – Ты, старый ублюдок Муронг, разве ты не выставлял напоказ своих внуков? О чем ты говорил три года назад? Ты сказал мне перед всеми этими старыми дураками, что твоя семья будет расти и процветать. Что у тебя есть тридцать три внука, которые могут возвысить твою семью!

Цзюнь Чжан Тиан продолжал громко голосить:

- У тебя всё ещё есть тридцать единиц оружия в вашем арсенале, верно? Но патроны там восковые. Они выглядят впечатляюще, но на самом деле они бесполезны!

Старик Цзюнь затем презрительно посмотрел на других стариков и указал пальцем на них, когда от души смеялся:

- И ты тоже, и ты, и ты... Ха! Вы, люди, хвастались тем, насколько большие ваши семьи! Вы говорили мне, что у вас будет кто-то, кто сможет принять власть из ваших рук, даже если ваши сыновья принесут всего по одному сыну. Вы давали мне такие проповеди, когда мы встречались для веселого собрания! И как обстоят дела сейчас? Что случилось со всем этим шумом? Где сейчас эти слова? Вы, ребята, засохли? Вы не собираетесь сейчас хвастаться? Ха-ха-ха... этот старик действительно очень расслаблен! Мой внук, как меткое огнестрельное оружие! Он может принести мне десять побед, может, даже сто! Ха-ха-ха-ха…

Цзюнь Чжан Тиан чувствовал себя чрезвычайно довольным, когда он пел эти дифирамбы. И это, очевидно, вызвало большой гнев с другой стороны. На самом деле семь или восемь стариков буквально обвиняли его в нападках. Но старик Цзюнь просто засмеялся и ушёл.

Он был вынужден уклониться и бежать с места "преступления". Но он также смог выпустить гнев, который накапливался и давил на него в течение десятилетий. Цзюнь Чжан Тиан был теперь в покое и очень счастлив в результате.

Однако старик Цзюнь начал радоваться слишком рано.

Экстремальное счастье, как правило, партнер печали.

Сильный ливень последует за сильными ветрами. Он никогда не мог предвидеть, что внук, которым он очень гордился... и который говорил так умно... стрелял сам по себе. На самом деле этому внуку даже удалось создать огромную проблему.

Старик Цзюнь вернулся домой, радостно напевая мелодию. И его приветствовал лежащий на столе сборник документов. Он открыл его, и его улыбка исчезла. Его лицо замерло, и его рот стал открываться, как у рыбы, выброшенной на берег.

- Мать твою! Как это могло произойти?! – Цзюнь Чжан Тиан сумел произнести эти слова после того, как прошло некоторое время. Его глаза широко раскрылись. Затем он упал на стул из сандалового дерева. Однако стул разлетелся на куски от удара. Тем не менее его задница продолжала падать, пока он, наконец, не сел на землю. Но, похоже, он даже не заметил этого.

- Ах! Мой внук! Я ждал этого полгода! Было бы хорошо, даже если бы это произошло два или три месяца назад! Но почему такое произошло в такое критическое время? Твой дедушка умрёт, если это шутка...

Старик Цзюнь был шокирован. В действительности старик был настолько ошеломлён, что даже произнес несколько нецензурных выражений. Кроме прочего, старик был обеспокоен потерей чести перед своими современниками...

«Это будет проблемой» .

- Господи... что случилось?! Это как-то связано с Верховным Главнокомандующим и молодым мастером? Разве мы не получили сообщение, что они прошли безопасно? Разве они не собирались вернуться? – старый Панг подпрыгнул от страха и бросился, чтобы помочь.

- Что случилось...? Случилось что-то серьезное! – Цзюнь Чжан Тиан задрожал. Он издал длинный вздох, прежде чем поднял руку. Затем он ударил по столу ладонью так, что стол разлетелся на куски.

- Да?… – выражение старого Панга изменилось, и он начал излучать убийственную ауру. –Может быть, у Верховного Главнокомандующего и молодого мастера случилась неудача?

Цзюнь Чжан Тиан медленно встал. Старику удалось восстановить привычное самообладание после первоначального шока. Его лицо восстановило спокойствие. Но затем он начал ходить взад-вперед, хмурясь.

Он в конечном итоге вздохнул и сказал:

- Ты поймешь, когда посмотришь на это.

Потом он сунул письмо в руки старого Панга.

Старик Панг вскрикнул после его прочтения. Он крикнул так, что ему удалось вывихнуть челюсть…

Такого возмутительного не видели и не слышали с древних времен!

Это было смело и дико. Старый Панг застонал от боли, когда быстро вставил челюсть обратно. Затем он разразился смехом. Эта ситуация была слишком смешной для него.

На самом деле комичная степень этого вопроса заставила старого дворецкого не заметить предстоящие неприятности…

Глава 409. Ты наш родственник?

Генерал Цзюнь Вуй очень подробно описал все в своем докладе. Кроме того, он сделал это очень прямолинейно и ненавязчиво. В докладе говорилось, что отношение Гуан Квинхан к семье Цзюнь было отменено. Затем писалось, что он удочерил её. Далее было сказано, что Дугу Сяо И была влюблена в Цзюнь Мосе и почувствовала угрозу. Поэтому она вызвала много неприятностей из-за своей ревности. Она планировала совершить неоправданный акт "приготовления риса" с использованием очень тяжелого препарата…

Но она не смогла нормально "приготовить" его, потому что у неё не было полного знания об этом вопросе. Поэтому она испугалась и сбежала. Однако Цзюнь Мосе к тому моменту уже потерял рассудок от желания. Но Гуан Квинхан появилась в тот момент. И она без колебаний пожертвовала собой, чтобы спасти его жизнь. Так вот и приготовили…

Позже в докладе был сделан акцент на поведении Цзюнь Мосе. В частности, был отмечен инцидент, когда он указал на родовое учение семьи Цзюнь о том, что "Настоящий мужчина берет на себя ответственность". В докладе далее говорилось, что он скоро прибудет в город Тянсян, чтобы столкнуться с критикой со стороны мира, и что он готов справиться с этим.

Там было много написано.

- Тебе ещё хочется смеяться? – Цзюнь Чжан Тиан посмотрел на старого Панга, скрестив руки на груди. – Тебе всё ещё смешно? Ты знаешь, насколько велика эта проблема?! Ты знаешь, что наша семья Цзюнь будет просто похоронена, если мы не справимся с этим вопросом должным образом?!

- Я смеюсь, потому что... эта молодая леди из семьи Дугу... просто слишком тупа! Ха-ха-ха... – старый Панг ответил. – Она хотела "приготовить рис" и даже достала препарат. Но в последний момент она отступила. Это просто слишком тупо! Должно быть, очень трудно для Дугу Цзенхэна иметь такую внучку…

- Да? Семья Дугу...? – глаза Цзюнь Чжан Тиана загорелись. Затем он хлопнул в ладоши и погладил бороду. – Не так ли? Черт! Как может этот старый дурак Дугу Цзенхэн не быть вовлечен в это, когда такая огромная вещь произошла? Ведь это произошло из-за вмешательства его внучки! Я не смогу покоиться с миром, если не утащу его с собой...

Однако этот маленький негодяй Мосе не сможет отделаться так легко сейчас! – настроение Цзюнь Чжан Тиана прояснилось. Он двигался кругами и фыркал некоторое время. Однако он не сказал ни одного слова.

- Кхм, милорд... это дело... не ошибка молодого мастера... или той юной леди Гуан... но это все равно не банальное дело. Имперские цензоры не отпустят это так легко. Они могут использовать это как предлог, чтобы восстать против нас. На самом деле даже эти одаренные ученые могут восстать против нас. Эти ученые не заботятся о долгосрочной перспективе. Они заботятся только о немедленных результатах... – старый Панг осторожно сказал. – В конце концов, молодая леди Гуан всё ещё является невесткой молодого мастера в их глазах... так что, это…

- Эти гнилые ученые ничего не знают! Мой внук является гораздо более сильным, чем они все! Он достоин быть моим внуком! Он достоин быть мужчиной из семьи Цзюнь! Он настоящий мужчина! – старик Цзюнь взмахнул большой рукой, как будто он отмахивался от мух. – Эти дерьмовые ученые могут только делать дерьмо, кроме написания чертовых стихов и романсов. Да дерьмо от коров полезнее их! Я заберусь в горы и проберусь в лес клинков и вернусь живым! Я сделаю горы трупов и океан крови, если начнётся хоть что-нибудь! Нет необходимости прислушиваться к болтовне этих беззащитных чиновников. Я зачищу их, если они посмеют спровоцировать меня. И это будет необыкновенная зачистка! Я вырежу их в каждой части города!

Старик Цзюнь не только имел надменную и героическую ауру, когда он говорил... у него также было странное очарование! Он сказал, что его не волнует этот вопрос. Но дело в том, что он заботился. На самом деле, это дело неожиданно вернуло его жесткое поведение в десятилетия назад…

Он был очень похож на своего внука. Он хотел завоевать мир, и он хотел сжечь этих ученых. Он хотел прокатиться на своем коне и очистить Императорский двор. И он хотел добиться всего этого вопиющим, кровавым и исключительно силовым методом. Дедушка и внук Цзюнь были очень свирепыми мужчинами!

- Я пойду и найду Дугу Цзенхэна! – старик Цюнь быстро собрался. – Внучка этого демона причинила мне много неприятностей! Как я могу простить его так легко? Он, должно быть, спит, если думает, что может держаться от этого подальше!

- Хорошая идея, мастер! – старый Панг слепо последовал его примеру и пошел за ним. Он схватил плащ и быстро накинул на плечи своего хозяина. Ведь уже была ранняя зима, и погода стала очень холодной. Затем он почтительно проводил мастера. Величественный Цзюнь Чжан Тиан был готов идти. Его паланкин быстро поднесли прямо к его ногам. Но дедушка Цзюнь махнул рукой.

– Этот старик сегодня будет кататься на лошади!

Цзюнь Чжан Тиан сел на коня, как только его привели. Перед тем как уехать, он остановился и опустил голову, чтобы посмотреть на старого Панга. После этого, он спросил:

- Старый Панг, неужели ты думаешь, что семя Мосе зацветёт в цветок? Сможет ли этот старик увидеть своего правнука в этом году?

Старый Панг был на стороне своего хозяина. Тем не менее он нахмурился, так как он был глубоко обеспокоен.

- Это предстоящее дело не тривиальное... Я надеюсь, что это сумеем уладить более гладким образом. В противном случае тиранические силы Цзюнь и Дугу в конечном итоге столкнутся с этим...

Он был готов молиться всем богам, когда услышал удивительные слова, которые произнес Цзюнь Чжан Тиан. Он не мог не поднять голову. Эти слова оставили его ошеломленным и безмолвным. Старый Панг, очевидно, не ожидал этих слов в данный момент…

- Что? Нет... разве это не слишком большое совпадение? – дедушка Цзюнь ждал этого целую вечность. И старый Панг всегда знал об этом желании своего хозяина. Поэтому было совершенно случайно, что его ответ сильно отличался от желаний его хозяина. На самом деле его ответ был противоположен тому, что ожидал Цзюнь Чжан Тиан…

- Ты старый дурак! Такое чувство, что ты брызнул холодной водой на меня! Мой внук всегда был великолепен! – старик Цзюнь запыхтел в бороду и бросил ненавистный взгляд на Панга. Казалось, что слова старого Панга сродни объявлению правнука Цзюнь Чжан Тиана "мёртвым". Старик Цзюнь пнул свою лошадь. Та заржала и бросилась вперед.

Охранники семьи Дугу видели, как старик Цзюнь Чжан Тиан скакал на лошади, и был довольно агрессивно настроен. На самом деле, казалось, что он летит, чтобы разрушить дом Дугу. Поэтому один охранник побежал внутрь, чтобы сообщить своему начальству, а остальные семеро приготовились к прибытию.

Старик Цзюнь Чжан Тиан притормозил свою лошадь и крикнул громким голосом:

- Где этот старый ублюдок, Дугу Цзенхэн?

Стража почтительно ответила:

- Его светлость вернулся в свою резиденцию...

Кто посмеет лгать, когда столкнется с Цзюнь Чжан Тианом? Однако охранники даже не закончили говорить, когда старик Цзюнь хлестнул лошадь, будто та лично плюнула ему в кашу, и бросился через ворота в дом Дугу. Затем он взмахнул хлыстом и взревел:

- Дугу Цзенхэн! Я пришел за тобой! Выходи! Поторопись и выйди! Выходи, подлый трус!

Охранники семьи Цзюнь спешились и последовали за ним. Однако они двигались медленнее. Цзюнь Чжан Тиан просто ворвался во двор вместе с лошадью. Но они не могли осмелиться ворваться таким образом. На самом деле они хорошо знали, что даже леди семьи Дугу выходит из своего паланкина и идёт внутрь пешком. Кто осмелится спровоцировать печально известную семью, которая была местом сбора хулиганов и логовом смутьянов?

Только дедушке Чжан Тиану хватило смелости сделать это, одному из всей Империи. Исключая этого старика... даже Глава первой семьи Империи – Муронг Фэн Юн – соблюдал правила вежливости.

В семье Дугу на мгновение воцарился хаос.

Генерал Дугу Вуди спешил, как раненый в печальное место боец. Он вернулся только несколько минут назад, а сейчас удобно возлежал на бедре молодой наложницы. Однако именно тогда он услышал этот жуткий рев. И, очевидно, он был напуган этим. Генерал Дугу бросился вниз по лестнице, увидев, как великий генерал Цзюнь Чжан Тиан ворвался в большой двор семьи Дугу один и верхом на лошади…

Во внутреннем дворе было высажено множество экзотических растений. Более того, зимой эти растения даже не засыхали. Семья Дугу, очевидно, тратила много усилий и денег, чтобы вырастить эти вечнозеленые растения. Тем не менее сейчас там воцарился подлинный беспорядок. Все рухнуло и запуталось. У генерала Дугу задёргались губы, когда он увидел эту сцену…

- Дядя... Дядя... ты должен успокоиться... ты должен действительно успокоиться... в чём дело? – Дугу Вуди побежал к лошади Цзюнь Чжан Тиана. Его грубое лицо было нервным, когда он отступил назад, так как лошадь продолжала метаться из стороны в сторону.

- Отойди от меня, щегол! – громко крикнул Цзюнь Чжан Тиан. Его голос звучал как гром. – Я отстраню тебя от службы. Твоей военной карьере хана!

«Что? Отстранить меня? Моя карьера пострадает? Какое отношение это имеет к моей военной карьере?!»

- Ты такой могущественный и внушающий благоговение! Ублюдок Цзюнь! Сегодня ты перешёл все границы! Ты пришёл ко мне домой и растоптал все растения. И всё ещё скачешь вокруг! Ещё и грозишь отстранить моего сына от должности? Я не знал, что у тебя столько официальных полномочий. Я не должен тебе денег? Ты слишком охренел! Повлиять на его военную карьеру? Объясни мне... как ты повлияешь на его военную карьеру? И ты можешь считать, что деньги, которые я должен тебе, ты никогда не увидишь, если у тебя не будет достаточного объяснения этому случаю!

Голос, наполненный яростью, повторился, когда старик Дугу Цзенхэн медленно пришёл. Его рев был равен реву Цзюнь Чжан Тиана. Его голова была покрыта шляпой, а борода напоминала усы льва. Его руки были сложены на груди. Он посмеялся над Цзюнь Чжан Тианом, когда увидел, как его ровесник насмехается над ним.

Было время, когда старик Цзюнь приходил и прогуливался по двору семьи Дугу. Это было потому, что Дугу Вуди задолжал семье Цзюнь большую сумму денег из-за инцидента с "вином". Этот старик Дугу, очевидно, не хотел видеть старика Цзюнь в то время. Тем не менее Цзюнь Чжан Тиан припёрся и начал орать о каких-то непонятных вещах. Однако старику Дугу позже удалось получить некоторую информацию, которая могла быть использована, чтобы уничтожить весь его долг…

- Ах... мой родственник прибыл! Какая разница, какие деньги? Все мы на одной стороне! Что такое деньги, когда речь идет о семье? Твоя семья – моя семья, а моя семья – твоя семья! – Цзюнь Чжан Тиан рассмеялся и спрыгнул со своей лошади. Затем он продолжил приветствовать Дугу Цзенхэна очень ласково.

- Что? Семья?… – глаза Дугу Цзенхэна и Дугу Вуди широко раскрылись.

- Подожди! Цзюнь Чжан Тиан, ты наш родственник? – мозг Дугу Цзенхэна не мог понять эти слова. Он от шока даже отступил на шаг назад. Это произошло потому, что дедушка Дугу внезапно обдумал очень ужасную возможность...

Глава 410. Дело обстоит примерно так...

- Этот старик называет тебя своим родственником. Очевидно, он имеет в виду тебя. Кто еще может быть в этом случае? В любом случае сколько других людей в городе Тянсян способны стать моими родственниками? – Цзюнь Чжан Тиан выглядел недоумевающим. На самом деле, казалось, что его выражение лица говорит "Ты идиот?"

- Ба! И когда я сделал тебя своим родственником по браку? Не плюйся желчью и иди ссать куда-нибудь за угол! У твоей семьи Цзюнь есть только ты, один сын и один внук. Твой сын – калека, а твой внук – развратный идиот. Семя твоей семьи засохло. Ты всё ещё думаешь, что я буду искать отношений с твоей семьей? Ты бредишь! – лицо Дугу Цзенхэна задёргалось. Более того, в его глазах появился зловещий свет, и, казалось, что он в любой момент взорвётся.

Старик Цзюнь был бы очень зол, если бы услышал, как его "коллега" сказал: "Твой сын – калека" в любой другой день. На самом деле он, возможно, даже мог бы и съездить по морде старику Дугу из-за такого замечания…

Однако в тот момент…

Цзюнь Чжан Тиан неожиданно не рассердился. Вместо этого он, улыбаясь, проговорил:

- Ты – мой родственник, но... теперь это не имеет значения... даже если ты не хочешь... послушай меня внимательно. Вопрос, который я поднял, довольно прост в реальности. Короче говоря... "неоправданный поступок" был сделан! Рис приготовлен! Ты понимаешь, о чем я? Я расскажу детали. Вуди, ты тоже послушай. Ведь твой отпрыск – мой самый прямой родственник…

Лицо Дугу Цзенхэна стало зелёным, когда он услышал термин "неоправданный поступок". Однако затем он стал фиолетовым, когда он услышал ссылку на свою внучку в этом отношении.

- Я только что вспомнил, что офицеры искали меня из-за чего-то важного в казармах. Мне нужно пойти и разобраться с этим. В противном случае планы военных серьезно пострадают. И это было бы уголовным преступлением по закону. Жизнь человека очень важна. Я не могу пропустить это... я просто не могу…

Дугу Вуди понял, что все выглядит... не очень хорошо. Поэтому он решил, что лучшей стратегией было бы залечь на дно. И он также нашёл вескую причину. Ведь человеческая жизнь бесценна…

- Ты останешься здесь со мной, сопляк! – и без того фиолетовый Дугу Цзенхэн посмотрел на него широко раскрытыми глазами и выдал потрясающий небо рёв. – Я сломаю тебе ноги, если ты хоть попытаешься уйти, прежде чем будет дано надлежащее объяснение всему этому! Я сломаю тебе ноги, если я услышу еще хоть один звук из твоего рта!

Дугу Вуди развернулся секунду назад, но теперь он застыл на месте. Он даже не осмелился произнести ни слова. Он просто замер на месте. Одна из его ног была перед другой. Он очень напоминал человека с проблемами с желудком, но у него не было другого выбора, кроме ожидания у туалета, так как он не мог войти.

- Пожалуйста, Цзюнь Чжан Тиан! – глаза Дугу Цзенхэна сузились, в то время как его голова наклонилась, когда он смотрел на старика Цзюнь. Его руки были подняты в жесте, который показал: "Давайте не будем говорить об этом здесь. Давай сделаем это внутри... за закрытыми дверями".

- Вы, ребята, ждите здесь. Не впускайте никого внутрь. Убивайте всех, кто окажется достаточно неосторожным, чтобы подойти в попытке подслушать эти секретные военные переговоры! – Цзюнь Чжан Тиан повернулся и отдал приказ.

Дугу Цзенхэн чувствовал, что проблема была чем-то необычным, когда он услышал, как Цзюнь Чжан Тиан отдал такой приказ. Итак, он последовал этому примеру и приказал гвардии своей семьи объединить усилия с охранниками семьи Цзюнь для постоянной охраны. Две группы охранников быстро разбежались по критическим точкам, заняв посты.

Старик Цзюнь пошел внутрь после того, как старик Дугу взял на себя инициативу и установил порядок.

Дугу Вуди пошел за ним по пятам. Однако его мысли становились всё более ясными.

«Непоправимая ситуация? Этого не может быть, верно? Мой Бог! Моя дочь... мою дочь толкнули через эту огненную яму?!»

- Ты, сволочь Цзюнь, говори, что хочешь! И не говори загадками! – цвет лица Дугу Цзенхэна уже стал черным. Он казался нетерпеливым и становился все более вспыльчивым, глядя на выражение его лица.

Дугу Вуди обычно имел ауру генерала. Однако сейчас он сидел сдержанно в углу. Его высокое и крепкое тело, казалось, усохло... Он продолжал вытирать пот. Сейчас была ранняя зима в Тянсян. Тем не менее, казалось, что генерал Дугу живет в середине лета.

- Твоя дочь Сяо И... ха-ха-ха... очень хорошая девочка... на этот раз в Южном Небесном Городе, она... – Цзюнь Чжан Тиан не жалел слов, когда он начал говорить. Однако он был внезапно прерван Дугу Цзенхэном в самом начале.

- Остановись! – Дугу Цзенхэн поднял руку и повернулся, чтобы посмотреть на Дугу Вуди. Затем он спросил очень жёстко. – Разве ты не говорил... что Сяо И находится в императорском Дворце с принцессой? Так как она оказалась в Южном Небесном Городе? Этот негодяй лжёт мне?

Дугу Цзенхэн был человеком с многолетним опытом. Таким образом, он понял слова Цзюнь Чжан Тиана очень чётко. Но в его сердце всё ещё была надежда. В конце концов, старик Цзюнь, говорящий о "неоправданном поступке", был слишком шокирующим.

- Это... что... – лоб Дугу Вуди стал покрываться потом прямо на глазах. На самом деле пот непрерывно стекал с такой высокой скоростью, что он почти мешал его глазам. Но он продолжал вытирать его, когда его лицо стало черным... красным... а затем белым. Он оказался перед дилеммой. И, казалось, он не мог говорить. В самом деле, генерал буквально догнал знаменитого Дуанму Чао Фана!

Дугу Сяо И последовала за Гуан Квинхан в Южный Небесный Город в тайне. И генерал Дугу узнал об этом только через несколько дней после того, как она уехала. Но его старик снял бы с него живьём кожу, если бы узнал об этом. Поэтому Дугу Вуди поручил трем своим могучим племянникам отправиться туда, чтобы охранять его дочь. Он молился богам миллион раз в надежде, что ничего не случится. После этого он миллион раз молился, чтобы девушки вернулись благополучно и без каких-либо инцидентов.

Однако все обернулось против того, что он хотел. И, казалось, его заветная дочь создала там большой беспорядок. Ну... это было очевидно из слов Цзюнь Чжан Тиана.

Надежды Дугу Цзенхэна начали рассыпаться, когда увидел своего сына молчащего и без конца вытирающего пот. Тогда он сказал в гневе:

- Я стар. Я очень стар. А теперь ещё и моя семья относится ко мне, как к слепому...

- Отец... этот... что... – Дугу Вуди начал мямлить. Ему было трудно объяснить это. На самом деле он не мог даже выдавить половину предложения.

- Заткнись, ублюдок! Я действительно сломаю тебе ноги! – Дугу Цзенхэн громко крикнул. - Продолжай свою историю, старик. Есть некоторые детали, которые нужно прояснить!

- Хм, вы, ребята, знаете отношения, которые девица Квинхан имела с нашей семьей Цзюнь на данный момент... Сяо И видела, что Квинхан больше не была невесткой Мосе. И она встревожилась, так как она очень любит Мосе. Затем эта девочка разработала план и заставила сопровождающих семейных охранников достать ей афродизиак. Его было немного... только пакет. И всё. Но она хитростью заставила Мосе выпить весь пакет. А Мосе не ждал от неё такой подляны, верно? Он выпил всё до капли... но девочка не смогла справиться с ним самостоятельно при таких критических обстоятельствах... Благожелательная Гуан Квинхан опасалась, что Сяо И может натворить что-то не то. Поэтому она пошла искать её. И в итоге... хе-хе... была совершена серьезная ошибка... и так оно и получилось...

Старик Дугу... ты сказал, что мы не родственники по браку, верно? Ну, это твоя внучка взяла инициативу на себя. Да и вообще! Неважно, кто взял на себя инициативу! Этот мальчишка Мосе возьмет на себя ответственность за всё, что случилось, – погладил бороду Цзюнь Чжан Тиан. Он сознательно не разъяснил важные части и намеренно говорил очень расплывчато. Затем он подчеркнул инициативу молодого мастера Цзюнь взять на себя ответственность.

После этого он принял вид жертвы и вздохнул.

На самом деле старик Цзюнь говорил только правду. Однако он сделал это весьма странным и подозрительным образом. Например... слова "не смогла справиться с ним самостоятельно при таких критических обстоятельствах". Это правда, что Дугу Сяо И не смогла справиться с молодым мастером Цзюнь в то время. Однако это предложение не прояснило вопрос должным образом. Но этого предложения было ещё достаточно, чтобы люди задавались вопросом и разговаривали в определенном направлении. И двое мужчин семьи Дугу не отличались…

Дугу Цзенхэн и Дугу Вуди, очевидно, думали, что...

«Цзюнь Мосе сожрал так много афродизиака из-за Сяо И. И эта глупая маленькая девочка не имеет опыта в этих вопросах. Так что она не смогла бы справиться с ним сама. И...»

Они продолжали думать в этом направлении. И в конечном итоге сформировалось определённое представление об инциденте.

«Цзюнь Moсе начал бы интимные отношения с Дугу Сяо И. Однако она не смогла справиться с этим самостоятельно. Именно тогда Гуан Квинхан, должно быть, пришла, чтобы спасти Сяо И. Тем не менее она тоже заплатила бы своей честью, чтобы спасти Дугу Сяо И…»

Это был самая обычная дедукция. Средства спасения Дугу Сяо И были отрезаны с тех пор, как она использовала этот препарат. Так как же она могла сбежать?

Глаза дуэта отца и сына стали чрезвычайно увеличенными, поскольку Цзюнь Чжан Тиан продолжал рассказывать свою историю. И звук их дыхания становился всё громче и громче...

Это было задолго до того, как Цзюнь Чжан Тиан, наконец, закончил говорить. Однако дуэт отца и сына всё ещё смотрел на него с широко раскрытыми глазами и тяжело дышал. Цзюнь Чжан Тиан был очень рад отметить, что выполнил свою задачу. Так, он не проигнорировал их тяжёлое положение, и даже полил их водой из чаши, чтобы помочь им успокоиться.

- Ах, я очень зол!

Неожиданно подскочил генерал Дугу Вуди. Он буквально прыгал от ярости. Даже его лицо исказилось из-за чрезмерного гнева:

- Цзюнь Мосе, этот маленький ублюдок! Он сделал это... И... и... и... Да я кастрирую его! Я порежу его на миллион кусочков! Проклятие! Я…

Он орал подобное минут пять без остановки. Однако затем он получил тяжёлую пощёчину и рухнул, как мешок картошки.

- Ты... ублюдок... что ты несёшь?! Твою мать... Разве я не говорил, что сломаю тебе ноги, если ты произнесешь хоть слово! Мои слова ни хрена для тебя не значат, да?!

Казалось, что Дугу Цзенхэн вот-вот взорвётся. Его лицо стало фиолетовым. Он несколько раз пнул своего сына, продолжая проклинать:

- Вот каким образом ты вырастил свою драгоценную дочь! Ты испортил ее! Да люди будут издеваться над тобой. Думаешь, люди обвинят в этом Цзюнь Мосе?! Идиот тряпочный... ты сводишь меня с ума! Я тебе ноги выдерну и в задницу засуну! Ох, моя спина!

Глава 411. Землетрясение в семье Дугу...

- Ты... Ты... ты вырастил свою дочь так... я... я... я... Дугу Цзенхэн... разочарован в своей же семье! Я вырастил кучу злых существ! Ты обманул меня? И теперь вся эта катастрофа на наших руках! Ты счастлив? Ты сейчас в восторге? – Дугу Цзенхэн вскочил. Он выглядел как голодный волк, который кружил вокруг стада овец. Он обошел вокруг и не нашел ничего, чтобы выразить свой гнев. Потом он вдруг крикнул:

– Этот старик зол!

Он прыгнул и пнул Дугу Вуди. Этот удар был чрезвычайно мощным. Величественное тело генерала Дугу пробило противоположную стену и в результате улетело вдаль. И, в конце концов, он приземлился внутри большого двора.

Охранники семьи Дугу и Цзюнь были в полной боевой готовности. Так что они быстро развернулись. Два старика отдали серьёзный приказ несколько минут назад... "Убить любого, кто осмелится приблизиться, чтобы подслушивать военные секреты". Это была не шутка. Они подумали, что кто-то подслушивал, когда услышали этот удар. Тем не менее, увидев, кто именно приземлился между ними, они остались стоять, открыв рты.

Никто не знал, что происходит. Вдруг они услышали еще один громкий звук. Затем они увидели, как старик Дугу рванул вперед и яростно пнул генерала Дугу с перекошенным ртом и суженными глазами. Он даже не обращал внимания на их присутствие, когда он жестоко пинал и проклинал:

- Блядь! Да ты о*уел! Убью нахер!

Дугу Вуди очень часто получал от своего отца. И он уже заработал определённый опыт. Руками он защитил голову, затем свернулся в форму мяча, едва ли не засунув голову в промежность. Тем не менее он продолжал громко кричать, когда получал пи**юли:

- Хорошо, бей меня! Бей меня сильнее! Оставь миллион синяков! Яростно избивай меня! Я тоже в ярости! Меня очень бесит! Проклятие!

Две группы охранников изумленно смотрели. Их брови взлетели вверх. Они не знали, что происходит.

«Что происходит? Зачем вообще бить так сильно?»

Ладно охранники семьи Цзюнь... даже охранники семьи Дугу никогда не видели такого. Итак, это была большая новость для всех! И все они были полностью потрясены!

Охранники вначале начали пересматриваться. Потом начали сплетничать. Именно тогда пришел Цзюнь Чжан Тиан. Он громко крикнул:

- Вы что здесь делаете? Отставить! Разве вы не знаете, что это дело сверхсекретное? Я убью всю семью любого, кто хотя бы косо посмотрит или скажет хоть слово о том, что было здесь!

«Что?! Даже это Военная тайна...? Что это за ерунда?!»

«Так, забыть об этом! Это секрет высокого уровня между двумя семьями. Мы, маленькие люди, не должны вмешиваться…»

Две группы охранников тут же разбежались в разные стороны.

Тем не менее Дугу Цзенхэн всё ещё не закончил. Его кулак продолжал забивать как метеор, когда он бил и проклинал в своём сердце. Чем больше он проклинал... тем больше слюны он плевал во все стороны. Но было ли это избиение действительно настолько жестоким? Дугу Вуди ничего не мог сделать. Поэтому он смирился с избиением…

Цзюнь Чжан Тиан сузил глаза, глядя на дуэт отца и сына. Однако они всё ещё выглядели очень "энергичными".

- Достаточно. Достаточно, послушай меня, старый Дугу. Этого достаточно. Избиение не решит ничего... послушай меня... это нормально, чтобы проклинать его... это оправданно... но ты заходишь слишком далеко... ты уже избил его бессмысленно... он твой сын, чёрт возьми! – Цзюнь Чжан Тиан решил выступить посредником, как только он почувствовал, что они уже выдохнули свой гнев в значительной степени. Дело не в том, что он не хотел вмешиваться раньше. Однако он также знал, что этот дуэт отца и сына должен был дать волю своему гневу. В противном случае, было очень трудно сказать, что может сделать человек с характером Дугу Цзенхэна…

Он пытался справиться с ситуацией. Но, казалось, он добавлял больше топлива в огонь.

- Что случилось? Ты пытаешься сломать эту семью?! Ты знаешь, что это такое? – пронзительный и резкий голос эхом повторился в окрестностях. Группа великолепных женщин вошла в большой двор. И возглавляла их леди. Её лицо было крепким, а её фигура была изящной. Она была женой Дугу Цзенхэна. Она была хозяйкой дома... старушкой Дугу.

Жены и наложницы Дугу Вуди были позади этой группы женщин. В этой элегантной делегации было не менее семи или восьми человек. И все они, казалось, были огорчены при виде Дугу Цзенхэна, избивающего своего сына. Но они не осмелились перечить гневу старика Дугу, пытаясь посредничать между ними. Таким образом, они могли только смотреть на старушку Дугу за помощью.

- Что происходит?! – старушка Дугу сильно ударила палкой по земле и закричала в гневе. – Что здесь происходит? Что это? Разве ты не знаешь, как себя контролировать?

Затем она резко взглянула на Цзюнь Чжан Тиана.

«Не говори, ты, идиот! Ты только усугубляешь ситуацию! И твой саркастический тон ещё более позорен! Я разберусь с тобой позже...»

- Ты хочешь знать, что случилось?! – Дугу Цзенхэн посмотрел на свою жену, и, наконец, опустил руки. Но он всё-таки еще раз пнул по заднице своего сына. Затем он продолжал в гневе:

- Этот неполноценный сопляк сделал меня очень сердитым! Не останавливай меня сегодня! Я не буду его убивать. Но было бы хорошо, если бы я это сделал... И я буду очень мирным, даже если убью его! Тем не менее я сломаю ноги этому засранцу за то, что он обманул меня, даже если я не убью его!

Многие дамы видели, что старик Дугу, наконец, остановился после слов старушки Дугу. Поэтому они бросились вперед со слезами на глазах. Они помогли генералу Дугу встать на ноги. Нос Дугу Вуди был кровавым, его одежда была в клочьях, а его лицо было опухшим…

Внезапно раздался громкий крик. Затем красивая и грациозная леди упала на землю. Она вскрикнула от боли. Лёжа на земле, она выглядела удивленной, и слёзы стекали по её лицу. Она была в полном замешательстве и чувствовала себя очень обиженной. Это была первая жена Дугу Вуди и мать Дугу Сяо И…

- Это так позорно! Что с тобой случилось? Ты что, сошёл с ума? – старушка Дугу ударила по плечу Дугу Вуди своей тростью. – Ты ударил свою собственную жену, чтобы выпустить свой гнев?! Разве ты не мужчина?!

Дугу Вуди встал и воскликнул в гневе:

- Ты не знаешь об этой матери! Эта мерзкая женщина родила и вырастила такую дочь! И эта девушка создала большой скандал сейчас! Я убью ее! И это все равно будет легким наказанием! Я не жалею! – избиение генерала Дугу, разумеется, не подавило его гнев. На самом деле, казалось, что отец должен был побить своего сына немного больше…

- Сяо И...? Что случилось с Сяо И? – женщины внезапно стали нервничать. У семьи Дугу была только одна обожаемая дочь. Так что все ее лелеяли как драгоценный камень. И любое упоминание о дочери, очевидно, относилось к Дугу Сяо И. Генерал Дугу внезапно оказался в окружении этой группы женщин.

- Что случилось, мой муж? Что случилось с Сяо И? Поторопись и расскажи нам! – леди Дугу всё ещё было больно, но она с нетерпением ползла к ногам и спросила нервно. - Что случилось с Сяо И? Что случилось с моей дочерью?

Дугу Цзенхэн поднял глаза и вздохнул, а генерал Дугу скривил рот. Затем двое мужчин пробормотали от горя:

- Ах! Наша семья разрушена!

Цзюнь Чжан Тиан почесал нос, собрался и сложил руки, когда встретился со старушкой Дугу. Затем он усмехнулся и сказал:

- Ах, мои родственники по браку... примите мои поздравления...

Старая леди Дугу не смотрела на Цзюнь Чжан Тиана непосредственно перед этим. Однако когда она услышала термин "родственник по браку", она чуть не потеряла дыхание от этого звука. В результате она сильно закашлялась:

- Цзюнь Чжан Тиан, ублюдок! Твой... твой подлец-внук... что он сделал с моей ненаглядной внучкой?! – старушка Дугу была зрелой и утонченной леди. Как она могла так говорить? Тем не менее она не могла ничего поделать, когда услышала, что старик Цзюнь сказал "родственники по браку".

Сила слов "род по браку" была поистине велика.

Глаза семи или восьми женщин внезапно превратились в большие поисковые огни, когда они начали смотреть на Цзюнь Чжан Тиана умоляюще.

Выражение лица старика Цзюнь не изменится, даже сли он столкнётся с армией в одиночку. И он ничего не почувствовал, когда столкнулся с отцом и сыном Дугу. Но он почувствовал, что у него шевелятся волосы на затылке перед лицом этой группы женщин. На самом деле он вдруг почувствовал невольное уважение перед Дугу Вуди...

«Этот Дугу Вуди, это потрясающе! Ему удается иметь дело с таким количеством таких женщин каждый день! Он почти так же хорош, как и я в те дни…»

Цзюнь Чжан Тиан прокашлялся и сказал:

- Говорите осторожно, родные. Мой внук ничего не сделал с твоей внучкой. Вместо этого, твоя внучка кое-что сделала с моим внуком. Сяо И была тем, кто схватил сковороду, и решил "приготовить рис"... это серьезное дело. Вы должны правильно понимать это, прежде чем рассуждать о том, как и почему это…

Старушка Дугу начала раскачиваться на месте, потому что вдруг подумала о многих возможностях. Тем не менее она быстро восстановила самообладание, и ее лицо превратилось в холодную маску:

- Я видела информацию, которая исходила из Южного Небесного Города! – леди Дугу прошептала. – Я прочитала каждое письмо, поступившее из Южного Небесного Города. Но я не прочла ни слова о Сяо И.

Это было также разумно с одной стороны. Трое молодых людей Дугу знали об этом. И они были очень смелыми. Тем не менее они не могли осмелиться передать эту информацию в свой дом. В принципе, никто из них не хотел тыкать в гнездо шершней.

Фактически братья Дугу уже разработали свой план на случай непредвиденных обстоятельств.

«Мы ускользнем, как только вернемся домой. Возможно, мы сможем спрятаться на пограничных постах. Тогда не имеет значения, какую какофонию создает эта история. В конце концов, это не связано с нами напрямую…»

Старик Дугу вспыхнул в гневе:

- Отлично! Итак, вся семья знала, что маленькая девочка отправилась в Южный Небесный Город. И вся семья скрывала это от меня! Кажется, этот старик – изгой, а все вы – одна семья! Отлично!

- Пасть заткни, "изгой"! Прекрати ныть! Кто бы мог рассказать тебе об этом с твоим зверским характером?! Разве нам не придется прятаться, чтобы скрыть это от тебя?! – старушка Дугу говорила сурово. Затем она вернулась к делу. – Поспеши и расскажи мне всю историю с самого начала. Я хочу знать, как я стала родственницей по браку с этим стариком Цзюнь.

Старик Дугу дрожал от гнева, но он всё ещё ничего не мог сделать против жены. Он всегда был бессильным, чтобы вырваться... даже когда он хотел. И это было потому, что "враг" всегда был слишком властным…

Глава 412. Две военные семьи объединяются

Дуэт отца и сына остановился, когда они услышали вопрос старушки Дугу. Однако они не ответили.

- Ты, скажи мне! – старушка Дугу указала пальцем на Дугу Вуди и спросила.

Но Дугу Вуди не отвечал. Он просто дрожал от гнева, когда думал об этом. Он с трудом дышал, пытаясь подавить ярость в своем сердце.

Мужчина сказал ей, что маленькая дьяволица потеряла рассудок и заставила охранников принести ей сто граммов афродизиака. Затем она обманом заставила Цзюнь Мосе употребить весь пакет. Разве этого не было бы достаточно, чтобы старушка Дугу догадалась, что произошло потом? Дугу Вуди даже не закончил говорить, но он уже начал раскачиваться. Трость старушки упала из ее руки и упала на землю. Старушка была сейчас на грани обморока…

Дугу Вуди и его жена бросились вперед, чтобы поймать ее.

- Это грех... – пожилая леди Дугу взяла себя в руки, открыла рот и закричала. Она не сомневалась в этой новости. Она знала личность Дугу Сяо И очень хорошо, и она также знала о её чувствах к Цзюнь Мосе. Поэтому она знала, что это было вполне возможно.

Более того, кто-то вроде Цзюнь Чжан Тиана будет врать о таких вещах? И особенно накануне возвращения армии? Как долго мог старик Цзюнь поддерживать такую неопровержимую ложь, даже если он должен был потерять свое самоуважение? Он будет высмеян всем миром, если он сделает что-то подобное?

Кроме того, у Дугу Сяо И всегда было благоприятное впечатление о юном мастере-развратнике семьи Цзюнь. И этот вопрос не был секретом для семьи Дугу.

Однако основная проблема до сих пор не решена. Итак, генерал Дугу приготовился и закончил повествование второй части истории. Детали были легкими до сих пор... А потом пришла очередь части про Гуан Квинхан. Выражения всех женщин, присутствующих на сцене, стали тяжелыми, когда они услышали об этом…

- Что вы планируете делать? – старая Леди Дугу выглядела так, как будто она тонула, когда она смотрела на Дугу Цзенхэна и Дугу Вуди.

- Что мы можем сделать? Я не согласен с этим! Этот Цзюнь Мосе – развратник и испорченный ребенок. На самом деле он тот, кто ищет проституток средь бела дня! Мальчишка – настоящий бездельник! Как может Сяо И выйти замуж за такое отродье? Тридцать поколений нашей семьи будут чувствовать себя обиженными, если это произойдет! – Дугу Вуди заговорил в гневе. – Я кастрирую этого мальчика, как только он вернется! Я сделаю это!

- Да заткнись уже, имбецил! Это уже произошло! Может ли Сяо И когда-нибудь выйти замуж за кого-то еще? – старушка Дугу была мрачной. – И ты все еще хочешь кастрировать его? Ты... ты идиот... ты настолько глуп? Как ты смеешь думать об этом?

- Ты хочешь кастрировать его...? Хе-хе... я дам генералу Дугу эту власть. Но осмелится ли он это сделать? – Цзюнь Чжан Тиан проговорил, наклонив голову. Старик протянул руки и фыркнул. – Внук этого старика всегда был вежливым и внимательным. Он утонченный и нежный. Он талантлив, и его гений касается неба! Как ты могла сказать о нем что-то подобное? Я не знаю, слепы ли вы или та девушка Сяо И…

- У тебя все еще хватает наглости говорить эти слова, Цзюнь Чжан Тиан? – старушка Дугу с ненавистью посмотрела на старика Цзюнь. – Тебе не стыдно говорить такие слова о внуке? Что бы маленькая девочка понимала? Несколько сладких строк было бы достаточно, чтобы обмануть ее!

- О, мои дорогие родственники, спросите свою совесть, когда произносите эти слова. Этот мальчишка Мосе никогда не брал на себя инициативу и не трогал Дугу Сяо И. Это Сяо И была той, кто взяла на себя инициативу! И все об этом знают! Я прав? Более того, в начале аукциона в Аристократическом зале я услышал, как кое-кто очень конкретно сказал.

- Я оплачу долг дочерью, если у меня не будет денег! Я всегда могу заплатить свой долг, сделав ее его женой! - старик Цзюнь неторопливо говорил это.

Старушка Дугу перевела свой взгляд на Дугу Вуди и спросила:

- Ты сказал это, зверь?!

Генерал Дугу был ошеломлен этим. Тем не менее он пытался отрицать это перед лицом властного присутствия своей матери:

- Что... этот паршивец сбился с толку... Я говорил это, не думая... никто бы не воспринял это всерьез…

- Ба! Кто не примет это всерьез? Разве ты не чувствуешь никакого стыда, говоря эти слова?!

Старушка Дугу не могла найти слов.

Однако Цзюнь Чжань Тянь увидел этот шанс и решил воспользоваться преимуществом.

- О, мои дорогие родственники, настоящий мужчина не сражается с женщиной. Я пришел не для того, чтобы драться. Мы должны действовать в это время. И самая большая проблема, которая у нас есть, это то, что эти двое зажгли огонь и совершили нечестный поступок. И я пришел сюда, чтобы узнать ваше мнение по этому вопросу.

Старик Цзюнь усмехнулся и быстро изменил тему:

- Неприятно слышать это... но нашей семье Цзюнь не обязательно нужна ваша дочь, если ваша семья Дугу настаивает на том, чтобы не жениться на ней. Говоря более ясными словами, мы не хотим брать её, если вы не хотите выдавать её за нас. Мосе найдёт себе пару. Молодые люди, такие талантливые, как мой внук, редки. Но нет недостатка в подходящих женщинах. Императорская Принцесса Лин Мэн посещает наш дом каждый день в эти дни. Ваша семья Дугу – не единственная, у которой есть дочь в столице. Не лучше ли стать родственниками Императорской семьи, чем женить моего внука на Сяо И? Кроме того, Квинхан уже идеально подходит для положения его жены. Кроме того, она также совершила тот же грех…

Цзюнь Чжан Тиан говорил это очень уверенно. Дугу Вуди был очень груб, когда он говорил о кастрации. И подход Цзюнь Чжан Тиана различался тем, что он ругался прямо. Но эффект был тот же.

- Я здесь, чтобы спросить вас о том, что вы планируете сделать в этом вопросе. И у меня тоже есть вторая цель. Действия вашей внучки также связаны с Мосе и Квинхан. Наша семья отменила отношения Квинхан с нами как его невестки, и она была принята в качестве приемной дочери Вуя. Но об этом знают лишь немногие. Итак, она все еще невестка Мосе в глазах большинства посторонних. Мы не можем скрывать того, что случилось. Итак, мы должны решить эту проблему! Этот вопрос включает в себя Квинхан. Это огромный скандал! Поэтому ваша семья Дугу должна дать мне показания по этому инциденту, даже если вы не хотите выдавать Сяо И замуж за нашу семью!

Ах да, есть и третье дело! У нас нет проблем, если ваша семья Дугу не хочет связываться с нами. Однако вы все еще можете помочь нам с деньгами! Я не возражаю, если вы используете немного денег, чтобы решить этот вопрос. Так что быстро передайте деньги, которые вы должны мне! Не откладывайте это в долгий ящик!

Цзюнь Чжан Тиан произнёс эти слова с тревогой, но быстро и ясно. И мужчины и женщины из семьи Дугу были ошеломлены, слушая их. Слова Цзюнь Чжан Тиана казались неприятными, но в этом была какая-то суть. Они беспокоились только о Дугу Сяо И до сих пор. Они забыли об отношениях Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан.

И это был очень важный фактор. В конце концов, Дугу Сяо И совершила грех сама. Но жертвами его стали молодой мастер Цзюнь и Гуан Квинхан.

Семья Дугу не смогла бы держаться подальше от этого вопроса, если бы это всплыло. В конце концов, это дело было вызвано Дугу Сяо И. Таким образом, все уровни общества нападут на них. В конечном итоге это был вопрос, который касался их родственницы. На самом деле даже люди, знающие, что это не вина Дугу Сяо И в целом, не упомянули бы эту часть в приличном свете.

Не у многих хватило бы смелости спровоцировать две могущественные военные семьи, если бы они стояли вместе. Но семья Цзюнь могла сказать всем, что Дугу Сяо И вызвала этот инцидент, если бы на них стали давить. Таким образом, люди узнают, что молодая леди сделала неоправданный поступок с молодым мастером, даже когда они не были женаты. И это стало бы огромной шуткой... и огромным скандалом!

Кроме того, Дугу Сяо И была замешана с афродизиаком, и этот факт, в первую очередь, привел к возникновению этой ситуации.

Только крайне хитрые хулиганы или проститутки принимали такие методы…

Старая леди Дугу в гневе заговорила, когда подумала об этом:

- Почему у охранников нашей семьи был такой афродизиак? Они – верные люди, и они были отобраны из лучших, прежде чем были отправлены в Южный Небесный Город. Кроме того, они должны были охранять женщин нашей семьи. Так почему у них был афродизиак? О чем они думали?

Дугу Цзенхэн и Дугу Вуди холодно вздрогнули, услышав это. Их выражения стали очень торжественными и мрачными. Орлиным взором Дугу Вуди прошёлся через семь наложниц. Его взгляд был холодным и плотным, как нож.

- Хм-хм... афродизиак, который эта девушка использовала, был настроен для мужчин... она опустошила весь пакет... я слышал, что здоровье одного из охранников было несколько... дефектным... хм-хм... это не очень хорошо... – Цзюнь Чжан Тиан чувствовал себя несколько неловко и не имел выбора, кроме как дать такое объяснение. Очень кровавое событие могло произойти, если бы он не дал этому объяснения...

- Так вот, в чём дело...

Женщины почувствовали облегчение. Каждая была очень нервной. И это было видно, так как их лбы были покрыты потом. Никто из них никогда не мог снова посмотреть людям в глаза, если бы они были запятнаны такой плохой репутацией. На самом деле даже простое подозрение будет очень позорным для них…

Этот вопрос ещё не поднял большой волны. Но слова Цзюнь Чжан Тиана вызвали чрезвычайно пугающую картину.

Старая леди Дугу и Дугу Цзенхэн сгорбились, когда они услышали три условия Цзюнь Чжан Тиана. Сначала старик Дугу начал скорбеть по этому вопросу. Затем он снова наполнился жестокой яростью. Он принялся снова избивать Дугу Вуди:

- Чёрт тебя побери! Ты жалкий ублюдок! Ты втянул меня в миллионный долг! Но твоя дочь еще лучше! Она создала такой жуткий скандал! Я... Я... я убью тебя! Я убью тебя, ублюдок!

- Остановись! – Цзюнь Чжан Тиан громко крикнул. – Ты, ублюдок, не должен снова ставить передо мной спектакль! Ты уже говорил о том, что думаешь. Что ты будешь делать по этому поводу? Я уже готовлю контрмеры в отношении этого. Вуй плотно занялся этим вопросом ещё в Южном Небесном Городе. Но, я думаю, что каждая семья уже получила новости. На самом деле я уверен, что даже Его Величество услышал об этом! Я также в ужасном состоянии в это время! Но вы, отец и сын, всё ещё спорите об этом! Разве вы не знаете, что время сейчас дороже золота? Как вы думаете, сейчас самое время разыгрывать эту драму?!

- Мы могли бы отложить вопрос о браке. Но в данном случае... мы никогда не работали вместе раньше, но мы должны сделать исключение для этого случая. И мы должны работать вместе сейчас... Репутация твоей семьи Цзюнь не должна падать, и наша столь похвальная добродетель Сяо И не должна быть запятнана! – старушка Дугу оперативно приняла окончательное решение.

- Ее добродетель? Какая, к чёртовой матери, добродетель? – грудь Дугу Цзенхэна расширилась. – Она сама решила и притащила препарат этому человеку! Как мы можем говорить о ее добродетели?

Затем он поднял свой толстый, похожий на морковку, палец на Дугу Вуди и его жену и начал увещевать их снова:

- Вы... вы... ты... вы вырастили свою дочь вот так! Вы научили ее всему этому! Она опозорила нашу семью! Молодая девушка из большой семьи вызвала такой большой скандал! Вы очень разозлили этого старшего!

Дугу Вуди и его жена опустили головы и выслушивали проклятия. Но все думали об одном и том же:

«Разве это не ты баловал её? Ты был бы в ярости, если мы даже повышали на неё голос. Поэтому она привыкла жить без чувства ответственности. И это произошло потому, что она не была дисциплинирована. Ты сам несёшь девяносто процентов вины в реальности!»

Однако они могли только думать так. Кто осмелится говорить об этом вслух?

- Мы должны быть готовы в этом случае! Важно знать, что Имперские цензоры могут признать человека виновным и приговорить к смерти человека своим вердиктом в таком деле, как это! Более того, любые попытки дать объяснение будут бесполезны! Мы должны правильно понимать этот факт. Мы должны действовать и решить этот вопрос как можно скорее. В противном случае в будущем нас будут ждать непостижимые ужасные вещи!

Старик Цзюнь звучал очень серьезно, когда говорил это. Однако на самом деле он был очень рад внутри.

«Я наконец-то обманул эту надоедливую семью, чтобы заманить их на нашу сторону! Это было нелегко. Но победа в пределах досягаемости, так как они на нашей стороне! Мы станем самой мощной силой в этом мире, если наши две военные семьи объединятся. Как тогда какие-нибудь гнилые ученые посмеют связываться с нами, если мы будем стоять вместе?»

- Старая ты собака, Цзюнь... ты прав! Мы должны работать вместе, чтобы преодолеть это! Что касается брака... мы должны рассмотреть его должным образом... и не сейчас... попозже!

Старушка Дугу говорила это, но вдруг передумала. Затем она сказала:

- Стоп, почему попозже? Нет. Это не сработает! Этот вопрос о браке должен быть урегулирован как можно скорее! На самом деле мы должны поторопиться, а не то... что, если эта маленькая девочка забеременела из-за этого? Что мы будем делать, если это произойдёт?

- Это невозможно, верно? Нет никаких шансов, верно? – Дугу Цзенхэн и Дугу Вуди посмотрели друг на друга в ужасе, и синхронно вцепились в свои волосы. Дугу Вуди простонал сквозь зубы:

- Подумай как следует, мама! Это не произойдёт с одной попытки, ведь так? Разве этот старик Цзюнь не будет танцевать, если его мальчик настолько силен? Более того, Сяо И ещё очень молода! Шестнадцать лет – это слишком рано!

- Вы двое – свиные головы! – старушка Дугу посмотрела на них с негодованием. – Вы верите, что мальчик и девочка будут бездействовать на протяжении всего путешествия, как только у них появится вкус к этому? И они будут здесь только через два месяца после... того позорного поступка! Мы должны быть осторожны... я посмотрю, что скажете вы, ублюдки, если это случится…

Кроме того, мы также должны посмотреть на другой аспект о семье Цзюнь. Это – репутация Цзюнь Мосе за последние несколько лет. Но разве мы не слышали, что он в последнее время изменился? Это не отразится на репутации Сяо И? – лицо старой Леди Дугу было очень тревожным, когда она закончила говорить.

Глаза нескольких дам внезапно показали смущение, когда они услышали это. И их цвет лица стал смертельно бледным. Это предположение было вполне возможным, если подумать об этом...

- Чёрт! – отец и сын Дугу воскликнули в унисон. И после этого они остались ошеломлёнными.

Глаза Цзюнь Чжан Тиана приняли более счастливое выражение, когда он продолжал слышать, что они говорили. Он фыркнул...

«Кажется, всё не так уж и плохо…»

Глава 413. Безумие Сяо Хана

В некотором отдалении от Южного Небесного Города находился незаметный городок. Он назывался Кот-Таун. В городе было всего несколько сотен домохозяйств. Тем не менее в закусочной за пределами города было сильно шумно и неспокойно. Это было потому, что группа одетых в белое людей сидела в кругу и время от времени смотрела на юг.

Их было много. И все они без исключения были одеты в белоснежную одежду. Они были немного шумными, но их лица были ледяными.

Даже управляющий закусочной не посмел подойти к ним после того, как поприветствовал их в первый раз. Он понимал, что эту группу не должны беспокоить. Более того, даже выдыхаемый ими воздух казался очень холодным. Так что никто не хотел их провоцировать.

Эти люди были экспертами Суань Духа из Города Серебряной Метели – семеро мечей и шестеро старейшин. Сяо Хан, эксперт Суань Неба, и Му Сю Тонг тоже были там. Также присутствовали Хан Янь Мэн и Сяо Фэн Ву. Можно сказать, что эти люди из Города Серебряной Метели были чрезвычайно мрачны. Цзюнь Вуй из семьи Цзюнь должен был умереть. На самом деле у него не должно было быть шансов на выживание. Но его положение неожиданно развернулось на 180 градусов. Он вернулся целым и невредимым. Более того, его положение значительно улучшилось, да так, что Город Серебряной Метели больше не мог осмелиться относиться к нему легкомысленно.

Их главной целью было выбить Одинокого Сокола из игры. Однако у них не было никакого шанса сделать это во время их пребывания там. И к тому же объявился тот потрясающий небеса могущественный и таинственный человек в чёрном, когда не просили. Его сила была такова, что даже семеро мечей и шестеро старейшин почувствовали страх перед ним. Они боялись, что этот таинственный человек попытается найти их из-за проблем, которые они причинили семье Цзюнь. Так что они даже не дождались окончания дела и отправились из Южного Небесного Города. Они готовились пройти через Тянсян на обратном пути в Город Серебряной Метели.

Они уже отправили отчет обо всем, что произошло в Южном Небесном Городе, в Город Серебряной Метели с орлом. В верхних эшелонах власти Города Серебряной Метели уже почуяли большую опасность, услышав такие чрезвычайные новости. Можно было только представить себе силу таинственного человека, если ему удалось с такой легкостью убить кого-то вроде Ли Ю Тяня.

Великий Старейшина семьи Сяо, Сян Юн, и Лорд Города Серебряной Метели дали команду... все люди, отправившиеся в Южный Небесный Город, должны были уйти без промедления. Остальные силы города тоже должны были вернуться.

Суровость этого приказа была даже больше, чем в то время, когда Город Серебряной Метели столкнулся с семьей Донфанг. Первые оказались в невыгодном положении. Тем не менее Город Серебряной Метели был уверен, что сможет изменить ситуацию. Настолько, что власти даже не направили свои высокопоставленные войска. Никто из них не придавал никакого значения убийцам Донфанг, хотя они сеяли хаос по всему миру…

Однако эта ситуация была совершенно иной. Сила этого таинственного человека была слишком высока по сравнению с семьей Донфанг, чтобы даже сравнить... тем более что он не противостоял всему миру сразу. Поэтому другие города, семьи и могущественные субъекты просто следили бы за своей безопасностью, если бы он решил иметь дело с Городом Серебряной Метели. Фактически был сделан следующий вывод: никто не придет на помощь Городу в таком раскладе.

Поэтому этот приказ был крайне срочным. И это можно было увидеть из-за потрясения, нервозности и даже паники Города Серебряной Метели.

Сяо Хан чуть не сошел с ума в ходе этого путешествия. Его глаза были красными. Число ни в чем не повинных людей, погибших от его рук, уже перевалило за десяток. На самом деле, казалось, что они не смогут добраться до Города Серебряной Метели до того времени, когда он окончательно сойдет с ума, если все будет продолжаться так.

«Такой ничтожный человек! Я был выше этого ничтожного существа все эти годы! Он может быть героем. Его характер может быть высоким и непреклонным. Но я все еще обладаю силой, которая намного превосходит его! Даже моя поддержка в восемь-десять раз сильнее его! Я даже могу оскорблять его, как мне нравится!»

«Я – Сяо Хан – эксперт Суань Неба! А кто ты, Цзюнь Вуй?»

Сяо Хан получал удовольствие от жестокого обращения с Цзюнь Вуем в течение всех этих лет.

«Ты хочешь забрать мою невесту? Я разрушу твою семью! Я уничтожу твоих потомков и сделаю тебя позором этого смертного мира! Но я не позволю тебе умереть даже тогда. Я буду оскорблять тебя понемногу, пока ты не умрешь!»

Тем не менее человек, которого он мог оскорблять, как хотел... человек, с которым он мог бы поиграть... внезапно превратился в того, кого он даже не мог осмелиться спровоцировать.

«Все изменилось из-за этого таинственного человека! Этот таинственный человек все изменил!»

Это было радикальное изменение. Это было почти так, как будто он был творением, которое было высоко на небесах и смотрело вниз на всю землю. Тем не менее он внезапно упал с небес и пересек восемнадцать уровней ада, чтобы в конечном итоге попасть в самый низший. И такое изменение было тем, что такой мелкий человек, как Сяо Хан, не мог вынести.

Более того, с ним были тринадцать старейшин. Все они были на уровне Суань Духа. Они были пиковыми экспертами. Их всеобъемлющей силы было достаточно, чтобы растоптать весь континент. Но даже такая мощная сила внезапно оказалась в тупике перед мощью этого таинственного человека. На самом деле они даже не думали брать инициативу на себя и даже не смели выделяться.

И Сяо Хан сошел с ума в результате. Можно было сказать, что у него не было других мыслей, кроме тех, которые разрушали его разум.

Лидер контингента из Города Серебряной Метели – Сяо Бу Ю – был беспомощен. Ему пришлось отложить путешествие из-за отсутствия лучшего варианта лечения. Этот вопрос вызвал много неприятностей у второго старейшины Сяо. Фактически он потерял свою честь. Он не был так опозорен, даже когда ему пришлось столкнуться с мощью старушки семьи Донфанг.

Более того, он знал, о чем думает Сяо Хан... о чем надеется. Однако он не мог осмелиться действовать в соответствии с желаниями своего внука. Он чувствовал себя несколько виноватым за Сяо Хана. Однако Сяо Бу Ю стало бы очень стыдно, если бы его внук сошёл с ума окончательно.

Поэтому он положил конец их путешествиям, чтобы они могли отдохнуть.

- Что такое Цзюнь Вуй? Он – мусор, который получает помощь от других и их талантов. Как он может сравниваться и соревноваться со мной? Я благороднее, чем он! Я более выдающийся, чем он! Я должен топтать его всю свою жизнь! Он навсегда останется незначительным калекой! – Сяо Хан не мог успокоиться и продолжал все время выкрикивать эти слова.

Но ему никто не отвечал. Это было потому, что все знали, что он в корне говорит ерунду.

«Кто такой Цзюнь Вуй? Он – великий Кровавый Генерал! Он свободно правит полем битвы и никогда не был побежден! Человек уже многого добился в столь юном возрасте. Никто не знает, каким он был бы блестящим, если бы не необоснованное вмешательство старейшин семьи Сяо. Тем не менее он не отказался от повышения даже после десяти лет жизни калекой. Какая у него непоколебимая решимость? Какой силой воли он обладает?»

«Но что ты такое, Сяо Хан?! Тебе были предложены лучшие услуги и обучение в семье Сяо. У тебя была лучшая учебная среда и бесчисленное количество редких лекарств! Но ты все еще на первом уровне царства Суань Неба. И все же, ты думаешь сравнивать себя с кем-то другим?»

- Я решил... У меня с Цзюнь Вуем будет решающая битва! Чтобы... решить, кто получит невесту! – Сяо Хан, похоже, не осознавал бессмысленность своих слов. Более того, его глаза покраснели, и его тело содрогнулось, когда он посмотрел прямо на Сяо Бу Ю. Эти слова, казалось, исходили из глубины его сердца. Его грубый и мрачный голос напоминал разбитый гонг.

Возможно, это было всё, что мог придумать Сяо Хан.

- Не имеет значения, выживу я или умру! Я должен пойти и сразиться с ним! Я не могу жить в одном мире с Цзюнь Вуем! – указательный палец Сяо Хана дрожал, когда он поднял его вверх. Его волосы были растрепаны, лицо – бледным, а глаза были полны безумия. – Я пойду один, если вы не согласитесь! Я решил, что не вернусь в Город Серебряной Метели вот так! Мне слишком стыдно вот так возвращаться!

Сяо Хан в тот момент выглядел очень грустно и жалко. Хан Янь Мэн никогда не имел хорошего впечатления о нем. Однако даже ей стало жалко мужчину.

У мужчины забрали его невесту. Даже если его невеста к нему ничего не чувствовала! Если бы они добровольно отказались от своей помолвки, то это было бы одним делом. Но когда кто-то украл его заветную невесту – это совсем другое.

Сяо Бу Ю посмотрел на неё. Затем он посмотрел на других старейшин. И все они медленно кивнули.

От решения Сяо Хана было трудно уйти.

Все они были частью общества. И у всех в венах была кровь. Как они могли не понять? Они не могли осмелиться уничтожить семью Цзюнь. Но Сяо Хан всё ещё был жертвой в их глазах. Таким образом, его желание сражаться с человеком, который украл его невесту, было вполне понятно.

- Он украл мою жену! – эти слова всегда были табу вокруг Сяо Хана. Никто в Городе Серебряной Метели не смел упоминать эти слова... включая старейшин семьи Сяо. Тем не менее Сяо Хан произносил эти слова сам. Итак, было понятно, в какой ситуации он оказался! Сяо Хан, вероятно, будет страдать от крайней скорби и потеряет свой разум навсегда, если его просьба не будет выполнена…

Поэтому эти люди из Города Серебряной Метели решили подождать на этом месте до прибытия армии Цзюнь Вуя. Они бросили бы ему вызов, как только он прибыл. И они знали, что гордый Цзюнь Вуй никогда не откажется от такого вызова, даже если у него есть какой-то недостаток…

Сяо Хан положит конец своему позору и будет оскорблять своего противника, чтобы дать полный выход своим чувствам. Всё будет хорошо, пока он не заберёт жизнь Цзюнь Вуя.

Их скорость была довольно высокой. Поэтому люди из Города Серебряной Метели прибыли гораздо раньше. И они ждали четыре дня прибытия армии Цзюнь Вуя.

Солнце село, прошел еще один день...

Все из Города Серебряной Метели готовились к ужину. Старейшины Города Серебряной Метели выглядели холодными. Но они были чрезвычайно богаты и очень щедро платили управляющему харчевни. На самом деле, деньги были эквивалентны сумме, которую хороший политик клал себе в карман, нажившись после продажи годичного урожая. Поэтому человек не испытывал отвращения. На самом деле он был благодарен Богу богатства. Он также гарантировал, что никто не будет беспокоить этих людей. Он был очень счастлив и очень любил их.

Затем они вдруг услышали топот множества копыт. Он был не слишком быстрым и не слишком медленным. Он шёл со стороны Южного Небесного Города.

Это были две женщины!

Глава 414. Несравненное великолепие!

Каждый из Города Серебряной Метели оглянулся. И все были ошеломлены увиденным. Особенно Сяо Фэн Ву... его глаза сверкали. Шесть старейшин и семь мечей были намного старше его, но даже они сидели с удивленным выражением лица. Даже несколько сумасшедшее выражение лица Сяо Хана внезапно стало немного мягче.

На спинах двух лошадей, скачущих вперед, сидели одетые в белое и зеленое две девушки. Внешность девушки в зелёном было трудно различить. Они видели, что ее поза была изящной, но лицо оставалось в тени. Так что было трудно её рассмотреть. Но все же оно казалось довольно милым. Её глаза были озорными, как озера осенью. Ее общий вид делал её больше похожей на маленькую девочку. Она была полна любознательности и словно излучала невинность. Она казалась чистой и восхитительной.

Ее лицо было трудно различить. Однако все уже составили своё мнение.

Потом они посмотрели за неё и увидели девушку в белом. И люди просто забыли свои манеры.

Одежда, покрывающая её тело, была белой, как снег. Ее волосы были черны, как тучи. Черты лица молодой женщины были нормальными, ничего особенного на первый взгляд. Но любой, кто взглянет на ее лицо, осознает, что любой мужчина, стоящий перед ее великолепной красотой, не найдёт мужества смотреть на нее. Они думали, что она очень чиста. Даже самые красивые женщины будут чувствовать себя дурнушками, когда столкнутся с этой белоснежной молодой женщиной.

Она напоминала сияющую Луну в ночном небе. Её холодное сияние светило по всему миру. Однако никто не мог к ней приблизиться. Она была слишком высока, чтобы достичь. И все же, она была грациозна, когда плыла над земным миром, как фея с девятого неба.

Её фигура была нежной, как красивый цветок. Все нашли ее очень красивой. На самом деле она выглядела так красиво, что они даже не могли понять, как кто-то может выглядеть так красиво. Можно сказать, что даже самые красивые слова, которые можно было бы использовать для описания женщины, звучали бы бледно, если бы они использовались для описания этой несравненной красоты…

Казалось, что никакие слова не могут описать красоту этой женщины!

Только небеса могли описать что-то настолько красивое; создания этого смертного мира не справились бы с этой задачей.

Ее внешний вид был чертовски великолепен. Будет ли достаточно сказать, что ее красота может привести к падению Империй? Будет ли этого достаточно, чтобы считать ее красоту столь разрушительной? Города, страны или даже весь континент... с готовностью перевернутся ради красоты этой женщины. И у всех в голове проскочила эта мысль, когда они положили глаз на нее.

Ее тело словно окутано таинственным хлопковым туманом. На самом деле она была как восходящая луна... несравненно ясная, но в то же время неясная. У всех была одна и та же мысль, когда они смотрели на нее...

«Как такая красивая женщина живет на этой земле?»

Уникальная, божественная и несравненно великолепная красота, казалось, остановила заходящее солнце в тот момент, когда она появилась на дороге. На самом деле, казалось, что редкость красоты этой женщины в белых одеждах заставила солнце прекратить свое движение вниз, чтобы позволить этой женщине сиять под лучами его света.

Однако великолепный солнечный свет потерял свое великолепие в тот момент, когда она спешилась. Вместо этого сама земля под ее ногами начала словно бы излучать ауру бессмертной.

Однако никто из Города Серебряной Метели не понял, что в глазах женщин мелькнул странный свет. Более того, этот странный свет очень быстро исчез.

- Старшая сестра, это поспешное путешествие заставило меня сильно устать. Мы могли бы остановиться здесь и попить чай, прежде чем продолжить наше путешествие. Как звучит эта идея? – голос девушки, одетой в зелёное, был похож на певчую птицу – острый и сладкий.

- Ты права, младшая сестра. Нет необходимости торопиться. Мы можем отдохнуть здесь некоторое время, прежде чем продолжим наше путешествие. В любом случае он позади нас... – улыбнулась одетая в белое женщина в ответ. Однако люди из Города Серебряной Метели думали, что перед ними цветут цветы. Нет. Одна эта улыбка может привести к падению Империи…

- Но... здесь так много людей. Я не знаю, может ли управляющий предоставить еще два места? Более того, может ли этот сельский чайный магазинчик быть хорошим...? – одетая в белое женщина нахмурилась с некоторым беспокойством.

- Две дамы... я прошу девочек, пожалуйста, сесть здесь... я могу постоять некоторое время... это не проблема! Вот... пожалуйста, выпейте чаю. Он просто отличный! Это может быть недостойно двух молодых дам. Но я прошу вас принять его, так как это место очень отдаленное…

Сяо Фэн Ву посмотрел на одетую в белое девушку. Его глаза наполнились любовью. Его лицо было горячим, когда он поспешно встал. Затем он охотно предложил ей особенный "снежный чай" Города Серебряной Метели. После этого он вежливо почистил свое место рукавом. Он даже забыл несколько раздражающее присутствие Хан Янь Мэн, когда сказал:

- Ваши ноги, должно быть, устали после такого долгого путешествия, верно? Проходите, садитесь. Мы встанем. Ваши ноги должны отдохнуть.

Хан Янь Мэн надулась в момент, когда эти слова покинули рот Сяо Фэн Ву. На самом деле ее мимика очень четко иллюстрировала ее недовольство.

«Что этот парень сказал? Снежный чай Серебряного города – лучший в мире. Но он недостаточно хорош для этих женщин...? Тогда я не знаю, что это за чай! К тому же, отношение этого парня совершенно позорное... Он не ведёт себя как человек из молодого поколения Города Серебряной Метели. Он искренне не соответствует своему статусу…»

«На самом деле, Сяо Фэн Ву должен называть меня "тётей", если мы соблюдаем строгую иерархию. Но старейшины сказали, что я слишком молода для этого. И это заставило мой статус упасть. Разве я не должна называть свою старшую сестру "тетей" по этой логике? Что это за логика?!»

Хан Янь Мэн позже поняла, что падение ее статуса не было случайностью. На самом деле она обнаружила, что некоторые люди сделали это специально.

«Это было сделано для того, чтобы жениться. Нет никаких сомнений в том, что я очень молода, так как остальные моего поколения старше меня на тридцать-сорок лет. Тем не менее есть много мужчин моего возраста в поколении, которое приходит за моим. Но они, очевидно, разделены иерархией поколений. И человеческие отношения необратимы. Кроме того, семья Сяо не захочет получить родство с аутсайдером. Таким образом, это строгое падение моего статуса поколений произошло для того, чтобы избежать каких-либо ненужных неприятностей…»

«И присутствие Сяо Фэн Ву только осветило эту проблему, так как две семьи единогласно решили назначить его моим мужем. Он моего возраста, конечно, но он еще недостаточно взрослый. Более того, они должны бояться, что я смогу повторить дело своей старшей сестры. Но этот Сяо Фэн Ву станет моим мужем, если все пройдет гладко…»

«Это такая глупость. На самом деле это сродни целенаправленному самообману. Но ни один человек в Городе Серебряной Метели и слова не скажет против этого. Это потому, что начнётся огромная борьба за власть в городе, если кто-то извне станет моим мужем. Это не может быть проблемой сегодня. Тем не менее моим детям придется столкнуться с его тяжестью...»

У Хан Янь Мэн не было хорошего впечатления от ее обручения, если честно. Но и особо плохого тоже не было. На самом деле она была в замешательстве. Но она заметила, что Сяо Фэн Ву был особенно внимателен к привлекательной девушке, о которой он никогда не слышал. Она сочла это смехотворным, но также чувствовала себя несколько неловко. Затем он неожиданно предложил ей свое место. И это очень противоречило обычной его вежливости. Это заставило девушку выглядеть испуганной, поскольку она чувствовала, что ей, возможно, придется отказаться от своего места ради этой женщины…

«Никто из старейшин Сяо ничего не сказал о таком повороте событий!»

«Такова реальность этих людей!»

Как могло это неожиданное событие не оставить девушку чувствовать себя крайне обиженной? Она наклонила голову вниз и делала вид, что ничего не слышала.

«Это твой выбор, если ты решил нарушать нормы. Но ты тянешь меня вниз вместе с собой? Кем ты себя возомнил? Кто ты?!»

- Сестренка, пожалуйста, освободи свое место... – взглянул Сяо Фэн Ву на Хан Янь Мэн. Затем он посмотрел на одетую в белое женщину со страшным взглядом. Казалось, он боялся, что она разозлится. Поэтому он выкрикнул свою просьбу.

- Как ты можешь так говорить с маленькой принцессой, Фэн Ву?! – Му Сю Тонг больше не мог этого терпеть. Его голос был полон гнева.

Однако многие старейшины сочли его упрек неуместным. Один взгляд на Сяо Фэн Ву показал, что первый внук семьи Сяо влюбился в женщину в белом с первого взгляда.

Хан Янь Мэн была очень недовольна этим. Она всегда была самой привилегированной и обожаемой молодой девушкой. Однако на данном этапе ни один из этих мужчин не открыл уста в ее поддержку. Она сморщила нос и топнула ногой. Затем она встала и сердито сказала:

- Сяо Фэн Ву! Ты действительно оказался великим человеком! Я наконец-то узнала тебя сегодня! – затем она побежала в сторону Му Сю Тонга в гневе. Она едва успела закрыть рукой слёзы, падающие вниз.

- Пожалуйста, присаживайтесь, юные леди... хе-хе... отдыхайте спокойно... вы устали. Пожалуйста... позвольте мне подать вам ваш чай, – казалось, что Сяо Фэн Ву даже не заметил Хан Янь Мэн. Он быстро вычистил сиденье, которое она освободила. Лицо молодого человека было полно рвения.

- Ах, это так мило! Спасибо, молодой мастер! – тонкий и незаметный след презрения мелькнул в зеленых глазах девушки. Затем две женщины подошли в элегантной манере.

Женщина в белом не сказала ни слова с самого начала.

- Добро пожаловать... Добро пожаловать... может этот Сяо Фэн Ву осмелиться спросить имена молодых дам? – Сяо Фэн Ву сложил руки. Его лицо было почтительным.

Девушка в зеленом быстро посмотрела на него и ответила:

- Старшую сестру зовут Мэй... и меня тоже зовут Мэй…

- Мэй? Вашу семью зовут Мэй...? Хе-хе... это так красиво... словно цветущая слива после холодной зимы! Это так благородно и высоко! – лицо Сяо Фэн Ву было полно восхищения. Но он продолжал заикаться. Казалось, что он даже не знает, что сказать.

- Мэй? – семь мечей Города Серебряной Метели и шесть старейшин оттуда же задрожали. Это имя было ничем само по себе. Но эти люди возвращались из Южного Небесного Города. Таким образом, они не могли не вспомнить неразумную силу Почтенного Мэя — Владыки Тянь Фа. На самом деле у них всё ещё оставался какой-то затяжной страх, когда дело дошло до имени "Мэй".

- Могу я спросить, где родина молодой леди? Этот старик ходил повсюду под небом, но я никогда не сталкивался с такой редкой красотой, как ваша. Возможно, молодая мисс – родня моего старого друга... – Сяо Бу Ю погладил бороду и усмехнулся, а его глаза вспыхнули.

- Мы сестры из Тянсяна, – одетая в белое девушка всё еще молчала. Она посмотрела на этот высококачественный чай из Города Серебряной Метели. Но она не сдвинулась ни капельки. Поэтому девушка в зеленом ответила вместо неё.

- Две одинокие женщины, путешествующие в одиночку... вы должны быть очень смелыми и талантливыми, – Сяо Бу Ю становился все более подозрительным, продолжая смотреть на них. Эти двое, кажется, не имеют никакой эффективности Суань.

«Какой силой обладают эти двое, что они могут скрыть свое культивирование от меня...? Возможно ли, что...?»

Глава 415. Мой туалет известен как Город Серебряной Бури!

- Мы одни путешествуем, да... но у нас есть охранники... ха-ха-ха... но они не появляются перед другими, – снова ответила одетая в зелёное девушка. Затем она быстро прикрыла рот. Потом она издала весёлый смех. Она искренне паниковала в этот момент.

Сяо Бу Ю подумал про себя:

«Кажется, я погорячился. В последнее время ситуация была весьма неспокойной. Поэтому мы и начали паниковать при первых признаках тени. На самом деле мы относимся к каждому дереву как к вражескому солдату. У этих двух девушек нет никаких признаков колебаний Суань Ци в их телах. Однако, очень вероятно, что они не специалисты. На самом деле все должно быть хорошо, пока они не путешествовали из Южного Небесного Города».

Он был напуган минуту назад. На самом деле он верил, что все может обернуться очень плохо, если одетая в белое девушка имела какие-то далекие отношения с Почтенным Мэем. Но это, безусловно, было не так.

«Эта девушка привлекла внимание Фэн Ву. И сможет ли любая девушка в этом мире противостоять "приманке" Города Серебряной Метели? И вполне естественно для настоящих мужчин – иметь трех или четырех жен и наложниц. На самом деле это не было бы большой проблемой, если бы Фэн Ву взял много жен... пока маленькая принцесса – его первая жена…»

Сяо Бу Ю дал Сяо Хану осмысленный взгляд. Сяо Хан все еще выглядел как сумасшедший. Его дух был подавлен. И он искренне хотел сразиться с Цзюнь Вуем. Но его усталость от путешествия последних нескольких дней еще не утихла.

«Пусть Сяо Хан симулирует сумасшествие и юродствует! Кроме того, я могу спасти эту ситуацию на случай... в конце концов, Сяо Фэн Ву – всё-таки моя кровь. Он мой правнук! Эта девушка выглядит очень талантливой, и она очень красивая к тому же. Так что ничего страшного, если семья этой девушки не настолько влиятельна. На самом деле это нормально, даже если они совсем отличаются от нашей...»

Его суждение было очень точным. Эта одетая в белое девушка и Почтенный Мэй не были родственниками. Это было абсолютно верно. Но то, о чем он не подумал, это…

- Ты выглядишь так, будто тебе нравится девушка в белом, Фэн Ву! – Сяо Хан понял намек. Итак, он поднял голову и наклонил ее, когда посмотрел на своего племянника. На самом деле, он сознательно выставил себя придурком.

- Ах... я... – Сяо Фэн Ву был беспомощным. Он незаметно взглянул на одетую в белое женщину, прежде чем он начал заикаться. – Дядя... дядя…

- Я только спрашиваю тебя, правда это или нет? Думаешь, эта девушка красивая? Ты хочешь забрать ее домой, как свою жену? – Сяо Хан выглядел пьяным, когда он хлопнул рукой по столу. Затем он широко открыл глаза. Его посыл был очевиден.

«Твой дядя сыграет "плохого парня" ради тебя, если ты любишь её».

Одетая в зелёное девушка закатила глаза.

«Ты хочешь взять мою старшую сестру в жены? Ты должен представлять хоть что-то из себя!»

- Да... но... – Сяо Фэн Ву всегда был властным. Но ему стало стыдно, когда он услышал об этом.

- Все в порядке! Твой дядя сделает это за тебя! – Сяо Хан повернулся, чтобы посмотреть на одетую в белое женщину. Затем осмотрел её и сказал:

- Могу ли я осмелиться спросить у молодой леди, слышала ли она когда-нибудь о Городе Серебряной Метели?

Это прекрасно, если небеса заставят одного совершить грех. Однако не следует грешить по собственной инициативе...

Му Сю Тонг продолжал смотреть на одетую в белое женщину, когда Сяо Хан принял "безумную" форму и произнес эти слова. Красота леди отложилась в его сердце. И все любят красоту. Итак, Му Сю Тонг почувствовал потребность защищать её. Поэтому он не хотел, чтобы такая красивая женщина была осквернена дуэтом дяди и племянника Сяо.

«Однако я не могу действовать в интересах этой молодой леди, рисуясь без объяснения причин. Любой может видеть, что это Сяо Бу Ю контролирует всё. Итак, чего бы я мог достичь, если бы сделал что-то в это время?»

Тем не менее Му Сю Тонг также заметил что-то неожиданное. Было странно, что он не мог видеть ее очень чётко на таком близком расстоянии, несмотря на его уровень культивирования. Эта женщина не скрывала свою внешность. Она также не была одета в вуаль или что-то вроде того. Более того, она казалась такой же бесстрашной, как Император перед своим народом. Однако никто не мог разглядеть её внешность.

«Что здесь происходит? Что означает это чувство?»

Но что озадачило Му Сю Тонга больше всего – это тот факт, что любая женщина была бы огорчена или смущена, как только она услышала бы, о чем говорили Сяо Хан и Сяо Фэн Ву... больше всего потому, что их слова были направлены на эту женщину! Однако выражение лица женщины с самого начала не изменилось ни на каплю. Ей удалось остаться холодной, равнодушной и очень спокойной. На самом деле, казалось, что она даже не слышала их. Барышня тогда взяла свою чашку чая и сделала глоток из нее. На самом деле, казалось, что она видит только чай в ее чашке.

Даже потрепанная чашка выглядела как Золотая императорская перчатка, когда ее держали в руках.

Похоже, она не слышала, о чем ее спрашивал Сяо Хан. На самом деле она даже не моргнула. Слова Город Серебряной Метели могли заставить людей дрожать от страха, но они, казалось, были ничем в ее глазах. На самом деле они, казалось, не имели никакого значения…

- Город Серебряной Метели...? Где это? – одетая в зелёное девушка улыбнулась. Затем она мило наклонила голову. После этого она приняла очень грустное, извиняющееся и искренне смущенное выражение лица, когда она извинилась. – Мне очень жаль. Я никогда не слышала об этом месте. Более того, я никогда не слышала, что он знаменит или что-то еще...

Сяо Хан пошатнулся. Он думал, что две женщины будут смотреть в крайнем почтении и восхищении, когда он скажет слова "Город Серебряной Метели". На самом деле он также планировал сказать это очень высокомерно. Он считал, что никто никогда не сможет отклонить предложение от Города Серебряной Метели…

Однако его фантазия и воображение полностью отличались от реальности. Противоположная сторона даже не слышала о названии Города Серебряной Метели. Казалось, что Сяо Хан и Сяо Фэн Ву уже подготовили свои тела к агрессивной позиции. Тем не менее дуэт дяди и племянника выглядел как выбитые хлопковые мешки вместо этого. Казалось, что их деформированные "хлопчатобумажные" тела больше не могут физически напрягаться…

Они не знали, кто эти люди. Более того, они никогда не слышали об их происхождении. На самом деле у них даже было искреннее и извиняющееся выражение лица. И Сяо Хан, очевидно, был представлен в очень глупом положении в результате.

- Город Серебряной Метели – наш дом! Ха-ха-ха... две дамы, возможно, не знают об этом, потому что они сами не эксперты Суань. Так что, возможно, вы не встречали нас. Поэтому вы мало знаете о мире экспертов Суань, – быстро рассмеялся Сяо Фэн Ву. Но его тон голоса все еще был высокомерен. – Было бы очень редким найти эксперта на континенте, который не слышал имени Города Серебряной Метели! Он находится на вершине этого континента Суань Суань!

- Это так жестоко! – одетая в зеленое барышня воскликнула, когда ее нежная рука закрыла рот "от шока". – Серебряной Метели... он покрыт снегом? Там нет солнца?

- Город Серебряной Метели... это только название места... он построен не изо льда и снега на самом деле… – Сяо Фэн Ву выглядел тупо.

- Но почему мы никогда не слышали о таком известном месте? – одетая в зеленое девушка смотрела на него скептически, прежде чем она что-то поняла. – О, правильно! Сейчас я вспоминаю Город Серебряной Метели…

Дуэт дядя-племянник наконец-то вздохнул.

«Итак, вы, наконец, вспомнили! Это должно было произойти! Имя нашего Города Серебряной Метели, очевидно, должно быть известно людям, у которых даже нет Суань Ци!»

Потом они увидели, как одетая в зеленое девушка повернулась к своей подруге и сказала:

- Сестра, разве ты не помнишь время, когда мы праздновали новый год зимой за пределами трущоб? Разве снег не накапливался в то время...? Я помню, что ты построила из нее стены и замок? И разве ты не дала ему имя? На самом деле ты называла это Городом Серебряной Метели, верно? Но разве это не выглядело как место, где можно было бы облегчить себя в мгновение ока...?

Одетая в белое девушка слабо улыбнулась и медленно кивнула. Это была единственная реакция, которую она дала до сих пор!

Одетая в зеленое девушка внезапно встала и подпрыгнула. Ее тон звучал высокомерно, когда она обращалась к Сяо Хану и Сяо Фэн Ву:

- Хм! Я думаю, что это место – всё ещё туалет в нашей сельской местности! Моя сестра дала ему то же имя, что и ваш город! Так с какого перепуга оно стоит такого высокомерия? А?! Вы носите такие хорошие шмотки... у вас много денег? Так почему же вы, люди, живете в туалете, если у вас столько денег? Может быть, это потому, что у вас есть деньги, но вы еще не потратили их! Для этого тоже есть термин... как он называется? О, верно! Разве это не называется «выскочка»?

Углы рта Сяо Хана задергались. Он выглядел сердитым.

Сяо Фэн Ву был ошеломлен. Молодой мастер семьи Сяо не мог придумать, как отреагировать на это. На самом деле он не мог не задаться вопросом, действительно ли такое великое совпадение существует в этом мире…

- Ты говоришь бред, ты, плебейская девушка! – Сяо Хан крикнул в гневе и встал. Он показал истинные масштабы манеры эксперта Суань Неба. Разум Сяо Хана и так был немного не в себе на протяжении всего путешествия. И эти слова сумели добавить больше топлива в огонь.

«Действительно ли он нападет на этих двух слабых женщин? Он уже убил восемьдесят-девяносто человек на этом пути до сих пор. Итак, он собирается добавить еще два имени в этом списке?»

- Дядя... успокойся дядя... ты должен успокоиться. Это может быть совпадением! Эти две девочки – дочери богатой семьи, которые не знают о нашем Городе Серебряной Метели. Вот и все! – Сяо Фэн Ву с тревогой пытался успокоить своего дядю. Его лоб был покрыт потом.

Он был поражен очарованием этой девушки до безумия. Молодой человек даже верил, что он будет чувствовать себя "на вершине мира", если она даже скажет ему слово. Следовательно, Сяо Фэн Ву давно потерял рассудок.

- Убирайся с дороги! Ты, идиот! Разве ты не видишь, что эти двое шутят с нами?! – Сяо Хан отбросил своего племянника в сторону в гневе.

- Что ты сказал? У тебя хватило смелости сказать это мне? – прозвучал чрезвычайно холодный и внушающий трепет голос. Он был лишён каких-либо признаков человечности. Это было похоже на холодный ветер, который дул прямо из Ада. На самом деле он даже оставил самого сильного человека из Города Серебряной Метели дрожать.

Глаза этой очаровательной и прекрасной девушки, одетой в зеленое, уже не были веселыми. Вместо этого они излучали жажду крови. Эти озорные глаза внезапно превратились в бездонные пропасти. Сяо Фэн Ву только взглянул на них, но он чувствовал, что упал в бездонный водоворот.

Сяо Бу Ю был очень напуган этим.

«Это на уровне Великих Мастеров! Это аура Великого Мастера!»

Такая аура оставила Сяо Бу Ю не в состоянии использовать свою собственную мощную ауру.

«Кто эта одетая в зеленое девушка?!»

Неважно, кем была эта одетая в зеленое девушка... дело уже дошло до свалки!

Атмосфера была на грани полномасштабного конфликта. Слова Сяо Хана "плебейские девушки" явно вызвали огромное количество неприятностей.

Более того, это была та беда, с которой он был неспособен справиться. Он был неспособен решить эту проблему, и он был неспособен противостоять ей…

По совпадению, громкий грохочущий звук возник издалека в тот момент. Флаги и знамена развевались на ветру, когда в небо поднялась пыль. Армия Цзюнь Вуя, наконец, прибыла!

Глава 416. Есть еще больше повезло в этой ситуации?

- Подождите, пожалуйста! Это недоразумение! – Сяо Бу Ю быстро двинулся и встал рядом с одетой в зелёное девушкой. Выражение его лица изменилось и стало серьёзным. Он также выглядел сбитым с толку. – Пожалуйста, успокойте свой гнев, юная мисс. Это просто недоразумение. Пожалуйста, позвольте этому гнилому старику объяснить вам!

- Недоразумение?… Эта шутка не смешная! Мы были бы захвачены в плен, если бы были обычными сестрами из богатого дома. Ты бы вопиющим образом оскорбил и опустошил нас, если бы нас не убила рука этого идиота! Ведут ли так называемые "люди" Города Серебряной Метели себя так? Объясни мне это! – одетая в зелёное девушка вперилась холодным взглядом в Сяо Бу Ю. И она не сдерживала своё намерение убийства. Вместо этого оно продолжало расти.

Нельзя сравнивать Сяо Бу Ю с Сяо Ханом. Намерение убийства девушки продолжало расти, но он не мог сопротивляться этому. Однако давление было слишком велико. Таким образом, это в какой-то степени подавляло его.

Однако это был пример "невежды бесстрашны". Сяо Хан был в ужасе, когда он почувствовал ужасающую внушительную ауру девушки в зелёном. Но его уверенность возросла, как только Сяо Бу Ю встал в его поддержку. На самом деле он до сих пор не осознал, какая опасность ему грозит. Он верил, что кто-то будет беспомощен перед ним до тех пор, пока его будет поддерживать Сяо Бу Ю.

Тем не менее сам Сяо Бу Ю уже покрылся потом, делая все возможное, чтобы противостоять этой подавляющей жажде убийства. Он чувствовал, будто за ним наблюдает ядовитая змея. Более того, он чувствовал, что никак не может сравниться с этой змеёй... было ли это с точки зрения скорости, силы или ловкости…

Все тело Сяо Бу Ю похолодело. Как будто холодный ветер ударил его ножом в затылок.

И это было потому, что он наконец-то подумал, кем эта зеленая девушка может быть.

На самом деле его вывод не очень похож на предположение. Итак, он начал вести себя так, как будто он был рядом с одним из самых сильных существ в мире.

- Пожалуйста, успокойтесь, уважаемая мисс. Фэн Ву и Хан молоды. Они не очень хорошо понимают вещи. Они говорили, не задумываясь. Но у них не было никаких плохих намерений. Я должен умолять тебя не обижаться! Прошу прощения от их имени!

«Блин, нам пиздец! Эта знакомая импозантная аура, эта знакомая одежда и этот ядовитый блик... только ее лицо отличается! Разве это не значит, что она – Королева Змей из леса Тянь Фа?»

«Однако противоположная сторона не желает раскрывать свои истинные личности, и они путешествуют в тайне. Поэтому говорить с ними об этом в это время будет иметь очень плохие последствия. На самом деле это было бы сродни совершению огромной ошибки…»

«Затем эта одетое в белое девушка... она старшая сестра Королевы Змей... и её зовут Мэй…»

«Добрый Бог!»

«Убей меня сейчас же!»

«Я планировал сделать старшую сестру Королевы Змей женой Фэн Ву... или, может быть, даже незначительной наложницей! Как будто у моего мозга судорога! Даже настоящие идиоты не сделают ничего такого идиотского!»

«Разве это не было бы огромной шуткой, если бы это вышло наружу?»

«Она, безусловно, старшая сестра Королевы Змей. Это очевидно из уважения, которое она получает от Змеиной Королевы. Я уверен, что она немного слабее, чем Почтенная Мэй. Но я не могу понять, насколько слабее... но я уверен, что она не слишком слаба. Звери Суань дают иерархический статус в соответствии с силой. Они считают себя "ничем", если у них нет сил. Более того... ее фамилия Мэй...? Может ли она быть младшей сестрой Достопочтенной Мэй?»

Неудивительно, что он думал в этом направлении. В конце концов, Почтенная Мэй была человеком в глазах всего мира. На самом деле она должна была быть очень старым человеком. Однако эта одетая в белое женщина была чрезвычайно красива и обладала несравненным стилем. Более того у нее была очень юная внешность.

Сяо Бу Ю не был в настроении, чтобы даже удостоить половины взгляда на прибывшую армию Цзюнь Вуя. Он даже не слышал их движений с тех пор, как стал глух ко всему остальному. Этот человек был в шоке в этот момент...

«Боже мой! Какую огромную ошибку я совершил? Я позволил внуку так вольно обращаться с младшей сестрой Почтенной Мэй! И он даже назвал Королеву Змей «плебейской девушкой»!»

Сяо Бу Ю был на грани краха.

«Я – е*аный старый дурак! На мне, блин, порча висит! Но это должно было быть так плохо? Почему я позволил Сяо Хану вести себя так свободно, как идиоту? Какая разница между этим и флиртом со смертью?»

Сяо Бу Ю не мог не посмотреть строгим взглядом на Сяо Хана, когда он подумал об этом.

«Проклятие! Мы бы остановились здесь, если бы ты не сошел с ума? И как мы могли бы тогда столкнуться с этими двумя небесными существами, если бы не остановились здесь? И как ты мог бы так себя вести... или даже назвать Королеву Змей "плебейской девушкой", если бы мы не столкнулись с ней в первую очередь? И как ты мог бы разозлить ее, если бы этого не случилось?!»

«Мы уже установили, что наша семья Сяо получила неутолимую ненависть этого чрезвычайно могущественного таинственного мастера. И теперь мы добавили ещё и Королей зверей Суань в список! Почтенной Мэй даже не нужно самой идти... эти звери Суань из Тянь Фа могут сделать Город Серебряной Метели следующим поместьем Сюэху. Они могут уничтожить нас!»

«Ты... ты посланник смерти! У тебя проблемы с такой ужасающей женщиной! Мы устроились здесь, чтобы подождать Цзюнь Вуя. Но ты сумел найти нам такие огромные проблемы! И теперь мы спровоцировали чудовищных Королей Тянь Фа!»

- Город Серебряной Метели! Ты думаешь, что ты слишком силен...! Ты осмелился вести себя с моей старшей сестрой, как с последней шлюхой, а потом ещё и назвал меня... хам! У тебя есть мужество? Или ты достоин только называться "молодым мастером известного дома"?!

Глаза Змеиной Королевы были полны холодных молний, когда она осмотрела семнадцать человек. Затем она проговорила холодным тоном:

- Это дело ещё не закончено. Я буду искать Город Серебряной Метели. Я поговорю с этим Хан Фэн Сюэ! Так он воспитывает свой народ?

Голос Змеиной Королевы становился все более приглушенным из-за топота копыт прибывающей армии. Так что, только Сяо Бу Ю слышал ее. Тем не менее другие люди Города Серебряной Метели не знали, насколько велика проблема, которую они спровоцировали в этом случае…

Тем не менее они видели, что Сяо Бу Ю говорил очень тихо. Более того, он даже говорил о компенсации и объяснял. Поэтому те мужчины определили, что эти две женщины не были "нормальными", и с ними нельзя было шутить.

Однако теперь глаза Сяо Фэн Ву сияли еще ярче. Он подумал:

«Разве мой престиж в Городе Серебряной Метели не взлетит до небес, если эта одетая в белое женщина родом из могущественной скрытой семьи?»

«В моих планах брака может быть большая перемена, если эти женщины принадлежат к какой-то могущественной и скрытной семье. Но это будет стоить того. Я даже не против отказаться от своего брака с маленькой принцессой Хан. На самом деле я бы тоже неплохо жил с семьей моей жены. Компания этой красивой женщины намного лучше, чем у этой непослушной маленькой девочки!»

Надо сказать, что мужские мысли не имеют границ. Сяо Фэн Ву всё ещё думал об этих вещах даже в тот момент. На самом деле он все еще принимал желаемое за действительное и великие мечты жить с семьей этой девушки.

Культивирование Сяо Хана было на начальной стадии Суань Неба. Но его культивация была в основном результатом помощи ему старейшин, так как они открыли его меридианы. И он также принимал много лекарств. Однако очень мало из этого было его собственным достижением. Он был настоящим знатоком Суань Неба, но его нельзя было сравнить с кем-то, кто сам накопил Суань Ци и сделал свои прорывы тяжелой работой.

Даже Му Сю Тонг мог заметить, что что-то не так. Но Сяо Хан только думал о сильной поддержке своего несокрушимого деда, Сяо Бу Юя.

Таким образом, взгляд Сяо Хана никогда не падал на одетую в зелёное девушку. Он даже не понимал, какие проблемы он спровоцировал. Вместо этого человек смотрел только на пыль, которая поднималась с юга. И его глаза явно демонстрировали безумное желание бороться.

«Ты наконец-то прибыл, Цзюнь Вуй! Я ждал тебя! Это день, когда ты умрёшь!»

Только Сяо Бу Ю понимал, что здесь происходит. И он был поражен. Тем не менее он не мог кричать, чтобы привлечь внимание, так как в этой ситуации все еще был вариант смягчить последствия. Однако не было бы никакого другого выбора, кроме большой схватки, если бы он заговорил о личности противоположной стороны.

«Сражаться? Мы можем с ними сражаться? Да, наша сторона чрезвычайно сильна. Мы можем смотреть на мир свысока, с высокомерием... но наши люди не могут выдержать против этого противника, который так силен, как хладнокровный мастер Ли У Бэй. А потом, таинственная девушка Мэй со Змеиной Королевой…»

«Не похоже на то, что мы не подходим противнику, если я подумаю об этом... но осмелимся ли мы столкнуться с ними? Допустим, мы сможем выстоять против них. Но мы все равно проиграем в каждой ситуации. Это потому, что мы привлечём гнев Тянь Фа, даже если мы победим этих двух девочек! И силы Города Серебряной Метели будет недостаточно перед их мощью!»

Город Серебряной Метели стоял на вершине мира. Но только три другие партии были столь же свирепы, как лес Тянь Фа!

Сяо Бу Ю был сильнейшим экспертом Города Серебряной Метели. Он также был Старейшиной семьи Сяо. И он был одним из самых сильных экспертов в мире. Однако он испугался.

- Эти люди стоят того, чтобы пачкать наши руки? Мы пойдем и преподадим этому Хан Фэн Сюэ урок за это преступление, – одетая в белое женщина молчала до сих пор. Однако, наконец, она сказала несколько слов. Но эти несколько слов заставили Сяо Бу Ю и других едва ли не присесть от страха…

- Эмм... эта младшая сестра послушается того, что сказала старшая сестра, – Королева Змей почтительно кивнула. Затем она взглянула на Сяо Бу Ю и спросила. – Почему ты здесь?

- Хе-хе... я не буду ничего скрывать от... вас. Наша семья Сяо и семья Цзюнь имеют несколько обид друг на друга. Мой внук дал обет бросить вызов Цзюнь Вую на одиночную битву! – Сяо Бу Ю собирался сказать "не буду ничего скрывать от Королевы Змей", однако он понял, что не хочет раскрывать их личности. Так что он быстро поправился.

Он видел, как далекая армия становилась всё ближе. Его лицо стало серьёзным, а его голос – мрачным.

Мог ли он позволить Сяо Хану бросить вызов Цзюнь Вую при таких обстоятельствах?

Слова, сказанные этой одетой в белое молодой женщиной, обеспечили временное решение этой ситуации. Но проблема не закончилась в долгосрочной перспективе. На самом деле слова "Мы пойдем и преподадим Хан Фэн Сюэ урок за это преступление" означали, что его Город Серебряной Метели вызвал сильную ненависть.

Это было похоже на то, что кто-то сломал себе ноги, слишком сильно пёрнув. Попасть в такую плохую ситуацию было не чем иным, как лучшим анекдотом в мире!

Он почувствовал, что ему просто необходимо лететь в Город Серебряной Метели, чтобы созвать экстренное собрание.

«Королева Змей – непревзойдённое небесное существо. А тон Мэй ещё более страшен».

«Нам очень не повезло!»

«С каких пор нам приходится проявлять такое смирение? Но обстоятельства сильно против нас. Я верю, что даже Хан Фэн Сюэ не смог бы одержать победу, если бы он был здесь. Итак, что я могу сделать?»

Глава 417. “Несчастье " Цзюнь Мосе!

Однако его подчиненные этого не знали. Они не знали истинной личности этих двух женщин. Они не понимали, насколько они слабы. Таким образом, они верили, что их нельзя победить, поскольку они могут полагаться на своего лидера. Поэтому было довольно трудно принять... что этот вопрос сильно повлияет на их будущий авторитет. Но они ничего не могли с этим поделать. Однако они знали, что будет кровь, если они будут опрометчиво провоцировать другую сторону в этот момент.

- Все в порядке. Но ненависть между нами почти непримирима! Однако мы должны оставить этот вопрос на потом. Давайте сейчас посмотрим на другую ситуацию. Я хотела бы увидеть эту "решающую битву" с Цзюнь Вуем. Может ли элита Города Серебряной Метели встать над поверженным Кровавым Генералом? Надеюсь, я не буду разочарована... – одетая в белое девушка даже не подняла глаз. Как будто она разговаривала с младшей сестрой.

Королева Змей встала и приняла почтительный вид. И снова на неё словно легло покрывало, закрывающее всю её силу и опасность. Через секунду перед ними стояла симпатичная девушка из скромной семьи. На самом деле она выглядела бы очаровательно, если бы не ее темное и неприглядное лицо.

Сяо Бу Ю не знал, смеяться или плакать.

«Эти две женщины хотят наблюдать это со стороны…»

«Но мое сердце не выдержит, если мы потерпим вторую неудачу за час…»

Хорошо, что Сяо Хан не знал истинной личности этих двух женщин. В противном случае он бы не смог продемонстрировать свою истинную силу.

Невежество не знает страха. И иногда это может быть корнем счастья.

Второй Старейшина семьи Сяо, Сяо Бу Ю, думал об этом и, очевидно, понял смысл этого предложения.

...

Настроение молодого мастера Цзюнь было плохим в последнее время, на самом деле оно было очень плохим…

С каждым шагом его лошади он приближался к городу Тянсян. Это, очевидно, означало, что он приближался к довольно однозначной общественной реакции. Цзюнь Мосе уже готовился к этому. Так что даже худший сценарий ничего для него не значил. Но предстоящее всё же немного способствовало ухудшению его настроения.

Кроме того, молодой мастер Цзюнь был очень встревожен из-за того, что может потерять контроль над своим характером, и в результате он... "смертельно" повеселится. На самом деле Цзюнь Мосе должен был сдерживать свой поток жажды крови каждый раз, когда он даже думал об этих ненавистных "сплетниках" и "благородных людях". Но Цзюнь Мосе все еще знал, что мысленная подготовка к этой ситуации может не защитить его от неожиданных действий, когда он столкнется с их комбинированной реакцией.

А потом появилась Гуан Квинхан…

Мысли молодого мастера Цзюнь пронзили его, будто он был листом бумаги.

«Я сдерживался обе мои жизни. Я не поддавался своим телесным искушениям с тех пор, как прибыл на этот континент Суань Суань. Тем не менее надо мной до сих пор издеваются люди. Меня называют множеством имён: забулдыга, распутник, ненужный мусор и прочее... Однако мы уже начали тесно общаться. Значит, эти сомнения больше не должны существовать, верно?»

«Кроме того, я готов взять на себя ответственность за все в этом вопросе. Так разве мы не должны хотя бы общаться комфортнее друг с другом?»

Поэтому он намеревался пройти второй раунд. И он позволил своей похоти вырваться на свободу. И его вожделение начало бушевать, как огненный поток внутри него. Но Гуан Квинхан оставалась как холодный ледяной айсберг... какой бы ни бушевал в нем ад. На самом деле она была в стороне и непреклонна к нему…

Он не мог найти ни одной возможности. Ничего нельзя было сделать, чтобы помочь спасти его.

Молодой мастер Цзюнь проигнорировал то, о чем думала Гуан Квинхан все это время. Кажется, он ее не смущал. Однако он уже сделал отметку о ее эмоциях. Цзюнь Мосе понял, что у нее была привязанность к нему. На самом деле Гуан Квинхан сформировала благоприятное впечатление о нем давным-давно. Кроме того, ее статус также изменился к настоящему времени, так как Цзюнь Вуй взял ее в качестве своей приемной дочери в течение этого путешествия. И все в лагере знали об этом. И факт был фактом, даже если бы никто не знал об этом.

Можно даже сказать, что Цзюнь Вуй решил этот вопрос между ними двумя.

Однако это не означало, что Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан могли опрометчиво насытить свои желания до того, как они "поженились". То, что случилось той ночью, было ошибкой. И у нее не было другого выбора, кроме как совершить эту ошибку. Тем не менее она, безусловно, стала бы посмешищем, если бы у нее и Цзюнь Мосе были такие интимные отношения.

«В конечном итоги люди нашего общества далеки от принятия чего-то столь смелого. И это особенно верно для этого времени...»

Таким образом, отношение Гуан Квинхан к достижениям Цзюнь Мосе было... застенчивое, смущённое, опасливое...

Поэтому юная леди Гуан стала еще более холодной красавицей, чем раньше. Теперь она была поистине великолепной и холодной красавицей.

Итак, как кто-то с интеллектом Цзюнь Мосе не мог понять такого вопроса? Ну... он был похож на человека, который недавно открыл врата страсти. Более того, он был лицом к лицу с очень красивой женщиной. И эта красивая женщина была его женщиной! Но она даже не позволяла ему прикоснуться к ней. Поэтому он жил в полном воздержании.

«Мне придется терпеть это».

Однако что невероятно заманчиво, Дугу Сяо И постоянно крутилась рядом. И она готова была воспользоваться любой возможностью. Она всегда была готова соблазнить его, чтобы она могла получить то, что она хотела...

Поэтому молодой Мастер Цзюнь был несчастен... очень, очень несчастен.

Вены молодого мастера Цзюнь начинали появляться на его лбу всякий раз, когда наступало "это" время. Он кричал и начинал петь. Затем он выбегал из своей палатки и искал холодную лужу, чтобы окунуться в нее…

Ни один обычный человек не смог бы выдержать этого…

К счастью, это было в начале зимы. Он надевал несколько слоев одежды, но нечёткую выпуклость все еще можно было заметить время от времени. Если бы было летнее время, ему пришлось бы много объяснять, почему он ходит со своим "оружием" наперевес...

Как он мог быть в хорошем настроении при таких обстоятельствах?

За последние три дня стало еще хуже: его трое дядей направились в другую сторону от развилки на дороге и вернулись к семье Донфанг. С тех пор желание Цзюнь Мосе стало более безудержным.

Причина ухода трех братьев Донфанг была довольно проста. Остался только один потомок их сестры. Значит, они должны были его спасти. Они должны были вернуться домой, чтобы дать отчет своей старушке, так как произошло такое "неловкое" событие. И они также должны были сделать приготовления в случае, если нападения насмешек не остановятся против семьи Цзюнь. В этом случае они предпочли бы нарушить пакт и направить войска. Все еще может выйти из-под контроля. Тем не менее они всегда могли привести молодого мастера Цзюнь и юную леди Гуан Квинхан в семью Донфанг.

Поэтому трое решили двигаться без всякого отдыха.

Цзюнь Мосе ехал на лошади в данный момент. И он следовал за экипажем, который перевозил Гуан Квинхан и Дугу Сяо И. Они были внутри той же кареты, которую он требовал для себя. Тем не менее он не мог даже сидеть в ней сейчас. Этот строгий приказ пришел непосредственно от Цзюнь Вуя. На самом деле Цзюнь Вуй запретил его племяннику находиться внутри кареты. И у молодого мастера Цзюнь тоже не было намерений нарушать этот приказ.

Однако он снова почуял слабый и прекрасный аромат, исходящий из кареты. Молодой мастер Цзюнь не мог помешать его кровеносным сосудам активизироваться. Это привело к реакции, которой он хотел бы избежать…

Лошадь, на которой он ехал, была спокойной сначала. Но она внезапно вздрогнула и повернула голову, чтобы озадаченно и даже обиженно посмотреть на Цзюнь Мосе. Глаза лошади были полны сомнений и обиды.

«Мастер, я и так чувствую себя обиженным, так как ты едешь на мне, а не наоборот. Но тебе мало было просто меня унизить, и ты решил ещё и потыкать меня этой короткой палкой? Это может показаться странным, потому что нищие не могут выбирать. Я – конь. Так разве ты не должен подумать о моих чувствах? Есть вероятность, что тебе, возможно, просто похрену, так как ты находишься в выгодном положении... но, это же моя шея, чёрт тебя дери…»

Цзюнь Мосе принял взгляд лошади с невинным выражением лица.

«Я знаю, о чем ты думаешь, брат конь. Но моя "игрушка" не слушается моих приказов в последнее время. Ты такой живой и активный конь... у тебя, должно быть, были те же проблемы, верно?»

«Пожалуйста, пойми меня…»

Как ни странно, конь словно понял его и повернул голову обратно. Затем он продолжал двигаться вперед, молча неся свои проблемы.

Цзюнь Мосе отдыхал несколько дней после того, как он выковал "Кровь Желтого Пламени". Тем не менее он получил это новое страдание. Тогда он решил, что ему лучше быть вором. В конце концов, его внимание и энергия будут оставаться отвлеченными, пока у него есть что-то еще на уме...

Цзюнь Мосе попытался найти альтернативное решение своей "проблемы". Однако он терпел неудачу снова и снова. Следовательно, "вор" снова устроил разгул. Как его можно обвинять в этом при таких обстоятельствах?

Молодой мастер Цзюнь был очень расстроен, и ему некуда было выходить. Итак, он крал всё... будь то гражданское или военное. Однако он уже проинформировал Цзюнь Вуя об этом. Он сказал своему дяде, что не нужно паниковать. Он также отметил, что оружие собирает он.

Таким образом, Цзюнь Вуй был подготовлен к жалобам. И он не потерял хладнокровие перед "кризисом". Он доверял своему племяннику. Верховный Главнокомандующий Цзюнь не проводил различия между правильным и неправильным и решил поступать так, как он считал будет правдиво и справедливо. Таким образом, он решил оградить вора. Квартирмейстер пришел к Цзюнь Вую однажды, и он нервно сообщил о текущем состоянии оружейной. Дрожащий человек ожидал сурового наказания... или даже казни. Но Цзюнь Вуй преуменьшил ситуацию и сказал, размахивая рукой:

- Это большое дело? Это всего лишь несколько мечей, не так ли? Ты здесь, чтобы беспокоить меня за такие мелочи?! Иди отсюда!

Квартирмейстер уже принял решение сообщить об этом и признался в своей неудаче. Его лоб был покрыт потом и лицо полно опасений, когда он пришел. Однако его тело расслабилось, когда он вышел. Он даже подумал, что спит. Ведь он потерял не три или пять мечей. Он потерял почти половину арсенала! Это был огромный грех для квартирмейстера!

«Как это произошло?»

«С каких пор Верховный Главнокомандующий стал так хорошо разговаривать? Он был таким любезным...»

Поэтому молодой мастер Цзюнь каждый вечер ковал оружие. Однако он не прикладывал тех же усилий, что и в предыдущем случае. Он использовал только сто мечей или около того, чтобы сделать одно оружие на этот раз. Он выковал около девяти единиц такого оружия, прежде чем потерял интерес.

«Я не ё*аный кузнец! Я делаю это оружие, только чтобы убить время. Не разумно делать это снова и снова. В этом нет никакого смысла. Это очень скучно…»

«Да и этих мечей все равно достаточно! Один для третьего дяди, один для дедушки, один для Хай Чэнь Фэна, один для Байли Лу Юна... и еще один для старого Панга. Нет никого другого, у кого достаточно сил, чтобы использовать одно из них. Значит, нет смысла отдавать их им...»

«Поэтому девяти мечей хватит по за глаза!»

Но одно преобразование в Цзюнь Мосе стало очевидным. Его убийственная аура стала холоднее с тех пор, как он развил лучшее понимание и чувство знакомства с "Кровью Жёлтого Пламени".

Глава 418. Вопрос десяти лет

Его взгляд стал более холодным. Бестелесная жажда крови непрерывно перерабатывалась по всему его телу. Она вращалась внутри его тела, а затем выходила довольно неустойчивым образом. Тем не менее она возвращалась через некоторое время.

Это было похоже на приливы и отливы моря. И во время "отлива" казалось, что это была спокойная пульсация, которая не поднимется и через тысячу лет…

Нынешний Цзюнь Мосе и тот, которым он должен был быть в городе Тянсян, были совершенно разными личностями. На самом деле их нельзя было упомянуть на одном дыхании.

Однако сейчас молодой мастер Цзюнь был чрезвычайно суетливым. Он чувствовал, что его задница превратилась в один большой синяк, а его "копьё" уже натёрло на его бедрах мозоли. Однако его орудие всё равно стояло ровно. Похоже, оно не готово было сдаться каким-либо образом.

И никакие усилия не могли помочь…

Это было потому, что Дугу Сяо И постоянно тёрлась рядом. Эта девушка не сидела внутри кареты. Она потребовала себе пони, чтобы ехать дальше. И, разумеется, совершенно случайно, она постоянно катилась рядом с молодым мастером. И она болтала и хихикала всю дорогу. В действительности она даже часто запрыгивала на спину коня Цзюнь Мосе и садилась за ним. Затем она хватала его за талию. И при этом совершенно не обращала внимания на то, как на них смотрели окружающие.

Поэтому офицеры и мужчины тоже привыкли к такому по прошествии некоторого времени.

В конце концов, эта симпатичная маленькая девочка сделала многих из молодых войск счастливыми, будучи хотя бы визуальным удовольствием. И ее продолжительное благоухание также услаждало каждого солдата.

Например, в это время Дугу Сяо И снова разговаривала с Цзюнь Мосе в приподнятом настроении. Затем она начала дрожать от холодного северного ветра. После этого она вдруг перескочила к нему.

Однако на этот раз она не прыгнула на спину лошади. Скорее, она прыгнула в руки молодого мастера Цзюнь. Правильно было бы сказать, что она приземлилась на шею лошади. Затем она обняла шею Цзюнь Мосе будто так и надо.

Все это произошло очень неожиданно. Поэтому у Цзюнь Мосе не осталось много вариантов. Он протянул руки и обнял Дугу Сяо И, чтобы та не упала с лошади. Он отреагировал скорее инстинктивно.

То, что случилось потом... не было неожиданностью. Цзюнь Мосе издал подавленный стон. Его лицо изменилось, когда он сжал зубы от боли.

Дугу Сяо И вскрикнула, когда её руки обвились вокруг шеи Цзюнь Мосе. Ее задница едва приземлилась на лошадь, а она уже побледнела. Она не могла не протянуть руку, чтобы пощупать этот выступ рядом с ее ягодицами. Затем она упрекнула:

- Что это за хрень?! Это так мучительно на меня давит. Я умру от боли! Брат Мосе, ты должен вытащить свое оружие…

«Бляяя…»

«Пххххх…»

Окружающие солдаты в наглую принялись ржать, услышав это. Они, очевидно, знали, что именно мешало Дугу Сяо И.

«Это хорошее и острое оружие!»

Каждый из них качался из стороны в сторону и давился смехом.

- Что это?! Быстро убирай! – Дугу Сяо И схватилась за рукоять предполагаемого меча и попыталась сместить её в сторону.

Цзюнь Мосе зашипел уже от боли и удовольствия. Он поспешно схватил ее руку и убрал от "оружия", которое она схватила:

- Перестань возиться с этим! Почему ты вообще пересела?!

- Почему? Неважно. Я буду просто сидеть здесь! – глаза Дугу Сяо И превратились в большие круги, когда она пыталась встать. Затем она попыталась сместить своё тело немного выше, так как она хотела избежать этой "вещи". Однако это не помогло ей, так как эта вещь была непоколебимо сильной и прямой. На самом деле она не могла этого избежать, как бы она ни старалась. Дугу Сяо И поерзала ягодицами:

- Что это такое? Такое тёплое...

- Эй... – накопившаяся похоть внутри Цзюнь Мосе была готова вырваться наружу. А её было достаточно, чтобы зажечь и сжечь само небо! Он силой схватил наивную девушку и будто бы собирался надругаться над ней прямо в седле. Но, в конце концов, он взял себя в руки, и усадил её за собой.

Солдаты к тому моменту уже подмигивали друг другу и делали ставки.

Дугу Сяо И схватилась за талию Цзюнь Мосе. Она закопалась своим маленьким личиком еще глубже в его спину и с удовлетворением вздохнула. Затем она принюхалась и сказала:

- У тебя очень хороший запах. Ты пахнешь, как Малыш Белыш... – но эти слова напомнили ей о её проблеме, и она начала плакать. – Я не знаю, где он...! Я не знаю... хнык-хнык…

Темная линия появилась на лице Цзюнь Мосе.

«Малыш Белыш? Он бы так продвинулся, если бы я не помог ему? Ты должна была сказать, что он пахнет как я! Подожди... это же неправильно, мать твою! Я большой человек. Как можно сравнивать меня с таким зверьком?»

Он почувствовал наслаждение от ощущения её ароматного и мягкого тела, прилипшего к его спине. Она приближала свои красные губы к его ушам, когда говорила. И он ясно слышал слова из этих сладких губ. Даже ее мягкие волосы иногда касались его лица и дразнили... Его ноздри ощущали дуновение её сладкого аромата. Цзюнь Мосе не мог не почувствовать, как в его сердце бьются волны.

Несомненно, его удача с женщинами была чудесной. Однако это также влечет за собой страдания. Цзюнь Мосе открыл ворота, которые привели его в мир страсти. Поэтому что-то вроде такого внимания лишь заставляло его кровеносные сосуды работать активнее. И это означало, что ему было ещё труднее контролировать себя. Поэтому помочь себе он мог только надев дополнительные слои одежды на переднюю часть своего тела.

Он не мог больше терпеть в это время. Однако они вдруг услышали громкий голос спереди:

- Цзюнь Вуй! Выйди, если ты мужчина, и сразись со мной до смерти!

Этот голос прозвучал, как гром в небе. Это было сочетание безумия и крайней ненависти. Все в двадцатитысячной армии могли это услышать.

Это был голос Сяо Хана из Города Серебряной Метели!

Это было очень внезапным…

Войска, несшие знамёна впереди армии, остановились. Тысячи солдат и лошадей не издали ни звука. Они подавляли свои эмоции и оставались спокойными. Они бы свергли любые горы и пересекли любые моря, если бы им дали приказ. Любой, кто говорил бы грубо, превратился бы в фарш... даже если бы он был экспертом Суань Неба. В этой армии был океан солдат. Один заменял бы другого, пока они не растоптали бы врага.

Выражение лица Цзюнь Мосе изменилось, и его глаза заблестели холодным светом. Он пнул свою лошадь. Она сделала шаг вперёд и внезапно набрала скорость. Дугу Сяо И закричала в страхе за его спиной. Затем она подняла глаза, крепко вцепившись в одежду Цзюнь Мосе.

Мужчины из Города Серебряной Метели почувствовали внушительную ауру этой девушки в зелёном. Она была не похожа на любого обычного человека и превосходила всех остальных. Но затем она убрала свои "когти", как только девушка в белом вмешалась и разрешила конфликт. Таким образом, все были спокойны в это время. Кроме того, Цзюнь Вуй был их предполагаемой целью, в любом случае. Таким образом, они были бы обижены, если бы они случайно начали сражаться с каким-то другим великим экспертом.

Это не имело бы значения, выиграли бы они или проиграли. Тем не менее они начали проклинать Сяо Хана и его племянника:

«Вы проклятые развратные идиоты! Вы должны знать, кого вы можете спровоцировать! Вы достаточно сильны, чтобы провоцировать этих двух женщин? Эти двое очень безрассудны!»

«Идиотизм этих двух слабоумных должен быть рассмотрен позже. Они уже заварили кашу и едва сумели расхлебать её...»

«Сегодняшнее событие очень беспокоит…»

Однако пока эта проблема была предотвращена. Таким образом, каждый ум обратился к предстоящему вызову, который Сяо Хан предоставит Цзюнь Вую. Странно было это говорить... но все они ранее надеялись стать свидетелями того, как Сяо Хан преподаст Цзюнь Вую хороший урок. Однако все вдруг передумали. И все они хотели, чтобы Сяо Хан теперь был избит Цзюнь Вуем.

«Я надеюсь, что он получит таких пи*дюлей, каких никогда в жизни не получал. По-любому, лишь бы только не сдох...»

«Одетая в зеленый цвет девушка может и не будет искать наших людей, чтобы вызвать больше проблем, если сама набьёт морду Сяо Хану после того, как он спровоцировал её, верно?»

Сяо Хань стоял, держа оружие. Его одежда была как снег, а меч отливал серебром.

Армия остановилась в надлежащем порядке.

После этого, в гробовой тишине прозвучал голос:

- Сяо Хан?

Разумеется, это спросил Цзюнь Вуй.

Авангард армии расступился, когда Цзюнь Мосе медленно вывел инвалидное кресло своего дяди вперёд. Глаза на спокойном лице Цзюнь Вуя были наполнены горячим огнем.

«Сяо Хан, это хорошо, что ты пришел искать меня, так как я искал тебя. Так что давай погасим наши долги с тех пор, как ты стучишь в мою дверь...»

«Ты ищешь меня из-за своей ненависти ко мне за то, что я забрал твою жену. Но я также искал тебя, чтобы погасить старый должок. Наша вражда не может быть решена иначе...»

«Для моих старших и младших братьев... для моих двух племянников и... для Яо!»

Цзюнь Мосе же сходил с ума от злости. На самом деле он был очень угрюм и свиреп.

«Кусок ты пи*ара! Вы, мудаки, из своей усратой Серебряной Метели должны были припереться в такой важный момент?! Это хорошо! Этот молодой мастер уничтожит ваши мышцы и кости! Нашей ситуации суждено решиться только одним путём. Поэтому я помогу вам достичь смерти, если вы пожелаете! На самом деле я считаю, что использование моего Пламени Первобытного Хаоса на вас было бы просто растратой, ребята!»

Гнев этого дуэта "дядя-племянник" взлетел до небес. Их накопленный гнев заставлял их чувствовать себя берсерками. Они хотели сеять хаос на самих небесах. Вокруг них быстро разливалось страшное давление.

- Цзюнь Вуй! Ты посмеешь сегодня сражаться со мной, как мужчина?! – выражение лица Сяо Хана было искажено. – Не прячься за своими тысячами солдат и не отказывай мне! Какой смысл прятаться за другими экспертами? Сразись со мной за Яо!

- За Яо... – Цзюнь Вуй повторил это слово тихим голосом. Затем он поднял голову, и на мгновение в его глазах вспыхнул резкий свет. – Сяо Хан! Кто тут скрывается за тысячами солдат? Кто скрывается за другими экспертами? Насколько я помню, раньше ты спокойно отправлял тысячи солдат на смерть, чтобы прикрыть свою задницу! А теперь ты боишься напасть на мою армию? Что случилось с твоим мужеством? Что случилось с твоей силой? Ты за эти десять лет стал таким слабым, что уже боишься калеку?

Слова Цзюнь Вуя звучали зловеще и издевательски в то же время. Но эти слова отошли далеко назад по сравнению с огромной проблемой, которая преследовала ум Цзюнь Вуя.

«Как произошла та трагедия с моими старшими братьями и племянниками в те годы?»

Этот вопрос беспокоил Цзюнь Вуя в течение десяти лет! Это заставило его подозревать всех в течение десяти лет!

Глава 419. Это хороший меч! Ещё и дешево!

Важно знать, что палатки армии, состоящей из сотен тысяч солдат, располагались на расстоянии более пяти километров, когда они разбивали лагерь. И палатка Верховного Главнокомандующего была посередине.

Было нелегко проникнуть в армейский лагерь длиной в пять километров. Можно только представить, как трудно было бы это сделать, если бы пришлось сражаться с солдатами лагеря в пути. Это правда, что нужно было пройти только полпути, чтобы добраться до палатки Верховного Главнокомандующего. Однако какая сила нужна была бы для достижения такого подвига?

Даже сильный эксперт не мог пролететь пятикилометровый лагерь без паузы на передышку. И как только бы они остановились, чтобы перевести дыхание, лучники сделали бы из них дикобразов. Значит, они не смогут выбраться из окружения какое-то время. Таким образом, они будут задыхаться к тому времени, когда они достигнут палатки Верховного Главнокомандующего. И этот вторженец потратил бы очень много энергии даже для этого…

Однако палатка Верховного Главнокомандующего может быть быстро сдвинута, если солдаты успеют дать тревогу.

Возможно, Одинокий Сокол мог бы попытаться убить Цзюнь Вуя среди его двадцати тысяч солдат. Тем не менее даже ему, безусловно, будет трудно выполнить эту задачу.

Только молодой мастер Цзюнь мог бы принести отрубленную голову Верховного Главнокомандующего, пройдя тысячи солдат. И это было потому, что он мог полагаться на удивительную технику Побега Инь Ян.

Цзюнь Вуй точно знал, что человек, выступающий против него, был только экспертом Суань Неба. Более того, этот человек не появился из ниоткуда, как гриб. Поэтому ему не нужно было опасаться нападения, к которому он не смог бы подготовиться...

Более того, вокруг Верховного Главнокомандующего была очень строгая охрана. Можно считать, что даже комар не сможет пролететь мимо часовых.

Поэтому какой человек мог бы преуспеть в штурме?

На самом деле было невозможно убить Цзюнь Вуя, если в рядах его армии не было предателя.

«Однако кто мог бы быть предателем...? Ну... если бы кто-то вообще существовал. И где теперь эти предатели?»

У Цзюнь Вуя всегда были такие подозрения. На самом деле он подозревал кого-то особенного. Но целью его подозрений был кто-то важный. На самом деле влияние этого человека может создать огромные проблемы, если Цзюнь Вуй будет действовать опрометчиво. Итак, Цзюнь Вуй сначала должен был подтвердить эти подозрения. Таким образом, ему нужны были конкретные доказательства!

Это было главным различием между Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуем. Цзюнь Вуй был подлинным талантом более позднего поколения семьи Цзюнь. На самом деле он и Цзюнь Чжан Тиан были очень похожи в этом отношении. Они могут даже отказаться от своей ненависти к стране, народу и семье. Они могли бы даже отложить свою месть, если это необходимо…

Но Цзюнь Мосе будет действовать сразу же, если с ним произойдет то же самое. Он бы расследовал всех, кого подозревал. На самом деле он бы даже пытал и угрожал им.

«Я буду доказывать своими кулаками, независимо от того, насколько велика и сильна ваша поддержка. И я уничтожу всю вашу семью, если вы повредите хотя бы один мой палец! Я не буду беспокоиться, если толпа невинных умрет из-за бури, которая поднимется из-за этого! Я буду винить только того, кто вызвал эту беду. Как семьи жертв могут винить меня за это?»

- Ха-ха! Ты смущён, Цзюнь Вуй? Ломаю голову над вопросом: что делает тебя таким унылым?! – у Сяо Хана была безумная улыбка на лице. – Позволь мне сказать тебе, что я знаю. Но я не буду тебе говорить! Я никогда не сделаю этого! Ты можешь пойти к чёрту с этим твоим вопросом! Ха-ха-ха…

- Итак, мое предположение было правильным! В этом вопросе замешана давняя внутренняя история! Я буду драться, раз уж ты бросил мне вызов! Сначала ты, а потом и твой Город Серебряной Метели! Ни за что другое... а за двух моих старших братьев... – глаза Цзюнь Вуя были полны жажды крови. Из глубины же был виден проблеск скорби.

Его сердце болело.

«Старший Брат... Второй Брат…»

«Простите меня за то, что я так долго стирал позор вашей смерти!»

Вдруг Цзюнь Вуй стал спокоен и холоден. Он протянул руку и сказал:

- Дайте мне мой меч!

Цзюнь Мосе уже был готов к этому. Он сделал запястьем круговое движение, и в его руке с зеленым светом появился меч. Затем он передал его своему дяде.

Цзюнь Вуй протянул руку и взял его. Однако вес меча был неожиданно выше, чем он себе представлял. Кто-то уровня Суань Неба среднего ранга мог бы и не поймать его, если бы он был небрежен. Его запястья согнулось, и меч начал опускаться вниз. Но он переместил свою силу Суань и остановил падение меча. Этот меч был средним по внешности, но его вес был более чем в три раза больше, чем у обычного меча.

Более того, этот меч не был даже вторым лучшим мечом, который выковал Цзюнь Мосе. На самом деле, Цзюнь Мосе выковал этот меч всего несколько минут назад в срочном порядке. И он использовал только пятнадцать мечей, чтобы сделать этот. Цзюнь Вуй мог бы справиться с мечом, который был выкован с помощью сотен мечей. Однако вес меча был бы в десять раз тяжелее обычного. Так что он не смог бы использовать его для свободного сражения. Таким образом, третьему мастеру понадобилось бы некоторое время для практики с этим оружием, если бы он хотел использовать его эффективно против врага. Было бы контрпродуктивно давать ему такой меч.

Поэтому Цзюнь Мосе быстро выковал этот меч, пока они шли вперёд. Это был всего лишь троекратный нормальный вес меча. Но человек силы Цзюнь Вуя мог привыкнуть к его использованию очень быстро.

Этот поспешно выкованный меч не мог сравниться с тем, который ранее создал Цзюнь Мосе. Но это было по-прежнему "божественное оружие" по сравнению с обычными мечами.

Цзюнь Вуй изумленно посмотрел на своего племянника. Его племянник вернул ему взгляд со слабой улыбкой, но не сказал ни слова.

Верховный Главнокомандующий махнул мечом. Меч начал двигаться довольно медленно. Но странный синий свет исходил от меча, пока он двигался. Он нарисовал косую черту в воздухе, когда он двигался вниз!

- Это хороший меч! Это очень хороший меч! – Цзюнь Вуй произнёс довольно громко.

Выражение Сяо Бу Ю стало тяжелым.

«Этот меч явно божественное оружие!»

- Старшая сестра, я думаю, что этот меч немного странный... Кроме того, свет и текстура этого меча не очень отличаются от того, что использовал Ли У Бэй.

Королева Змей произнесла на ухо девушке в белом. Но последняя даже не отреагировала на сказанное. Королева Змей не могла не найти это странным. Сначала она думала, что её подруга тоже была замешана в этом. Но потом она подняла голову и увидела, что ее сестра смотрит в другую сторону.

Зеленая Охотница последовала за этим взглядом и увидела молодого человека. Он стоял, выпрямившись и расправив грудь. Он выглядел красивым, и его глаза мерцали. Он стоял среди тысячной армии, но казался одиноким. Казалось, что он единственный во всем мире!

Одного этого взгляда на него было достаточно, чтобы вызвать горькое и одинокое чувство в сердце Зелёной Охотницы. На самом деле это чувство возникло из самой глубины ее сердца. Она чувствовала, что этот юноша всегда чувствовал одиночество... безграничное одиночество. И она не могла не пострадать от восприятия этого чувства...

Цзюнь Мосе!

Королева Змей ещё помнила этого юнца.

Тем не менее она не могла понять, почему ее сестра смотрела на этого мальчика, не моргая...

«Этот мальчик действительно довольно талантлив для человека. Он обладает такой большой культивацией в таком молодом возрасте! Но он все еще не входит даже в лигу Королей зверей нашего Тянь Фа...»

Поэтому Зелёная Охотница не могла не взглянуть с озорством на Мэй. И она увидела, что рука её сестры все еще сжимала чашку, как будто ничего не случилось. Однако ее костяшки стали белыми. Ее выражение лица также изменилось, и, казалось, что она вот-вот сорвется.

«Почему?»

Она могла видеть, что чашка в руке ее сестры все еще не сломалась. Она всё ещё была полна чая. Но проницательные глаза Королевы Змей могли сказать, что чашка уже превратилась в пыль. Она держалась в форме только эффективностью Суань её сестры. Как только Суань из чашки убрать – она сразу превратится в летающую пыль.

«Старшая сестра никогда не была так зла... она бы не вела себя так странно, даже если бы видела своего самого ненавистного врага. Итак, почему теперь...?»

Было жаль, что у Зелёной Охотницы не было достаточно времени, чтобы больше задуматься над этим вопросом. И это потому, что эти два человека начали мобилизовать свои силы.

Цзюнь Вуй воскликнул:

- Это хороший меч! Это очень хороший меч! – однако лицо Сяо Хана покраснело, когда он услышал это. Это потому, что он каким-то образом услышал не то, что сказал Цзюнь Вуй, а: «Это дешёвка! Он – дешёвка!»

Сяо Хан, казалось, закипел от гнева.

Жители Города Серебряной Метели часто говорили такие комментарии за его спиной. Они часто считали его "дешёвым" человеком. Даже старейшины его собственной семьи часто чувствовали, что он не оправдал их ожиданий. На самом деле они часто смотрели на него и задавались вопросом:

«Как ты мог стать таким дешевым?»

«Эта женщина тебя не любит. У нее никогда не было хорошего впечатления от тебя. Она любит кого-то другого. И ты пытался убить этого человека? Что ты делаешь? Эти двое были счастливы друг с другом. И эта женщина – дочь Владыки города. Ты искренне веришь, что обручение детей является обязательным для них, когда они повзрослели? Тем не менее ты отомстил его семье и всё равно не угомонился... Кого ещё можно назвать "дешёвкой", если не тебя?!»

«Как ты можешь быть такой дешевкой, Сяо Хан? Почему ты такой мелочный?!»

«Я дешёвка? Это я, б*ядь, дешёвка?!»– глаза Сяо Хана стали красными. Вспыхнул яркий белоснежный свет от меча. Но Цзюнь Вуй едва вышел из своего инвалидного кресла к этому времени. На самом деле он даже не стоял ещё в боевой стойке. Он уже встал. Но он не успел подготовиться к бою. Однако Сяо Хан все-таки перешёл к активным действиям. Разве такое поведение и характер не были "дешевыми"? На самом деле любому человеку будет очень трудно найти лучшее прилагательное.

Цзюнь Вуй очень хорошо понимал характер своего оппонента. Поэтому он уже был готов к чему-то подобному. Поэтому он быстро поднял свой меч, и два меча столкнулись со звоном! Инвалидная коляска отлетела назад, как стрела. Цзюнь Вуя также отбросило. Его чёрные одежды порхали, как крылья ворона. Ещё в полёте он вонзил свой меч в землю и использовал его, чтобы поддержать свое тело.

Цзюнь Вуй упал и сел на землю. Он посмотрел на Сяо Хана и сказал:

- Ты пришёл сюда воевать. Так что не беспокойся о травмах!

Сяо Хан почувствовал прилив сожаления. Его запястье пострадало от столкновения их мечей. Кроме того, его меч был также сильно повреждён.

Важно знать, что Сяо Хань носил этот меч более двадцати лет. Его носили несколько поколений членов семьи Сяо. И он наследовался каждым членом от старейшины семьи, когда они достигали определённого возраста…

Его меч был лучшим в Городе Серебряной Метели. Этот меч был очень острым. Эти качества делали его оружием мирового класса. Меч Сяо Хана заставлял его противников чувствовать себя нищими в прошлых встречах. На самом деле были времена, когда противники с немного более сильной силой Суань впадали в депрессию из-за силы его меча. Но Сяо Хан неожиданно пережил такой поворот судьбы – его меч был поврежден в столкновении.

Однако длинный меч Цзюнь Вуя все еще выглядел прекрасно. Он не понёс ни малейшего ущерба!

«Не говорите мне, что меч в его руке – одно из редких сокровищ мира?»

Затем его внезапно поразило осознание.

«Этот меч – только один из аспектов. Я чувствую, что эффективность Суань Цзюнь Вуя очень глубока. Фактически она даже лучше, чем моя! Как такое возможно? В действительности было бы трудно взять верх, если бы я использовал свою силу Суань Неба и своё божественное оружие!»

Тем не менее уверенность Сяо Хана снова взлетела, когда он увидел Цзюнь Вуя, сидящего на земле. Затем он подумал:

«И что, что твоя Суань Ци сильнее? Ты все ещё калека! Разве я не могу победить калеку?!»

Углы рта Сяо Хана скрутились в жестокую кривую ухмылку. Он закричал и бросился вперёд, намереваясь пронзить Цзюнь Вуя...

Глава 420. Это неправда!

Меч с ярким светом превратился в яркую дугу и взорвался, напоминая фейерверк. Затем ярко сверкающий меч начал вращаться вокруг тела Цзюнь Вуя.

Этот трюк Сяо Хана можно назвать подлым. Он ослеплял врага. А затем он спокойно атаковал соперника, пока тот не мог защититься.

Прямо скажем, эта атака могла легко запугать калеку!

Его действия были совершенно бесстыдны. В действительности они показывали ничтожность за пределами любого известного уровня. Трюк Сяо Хана ясно доказал его характер.

Нападение Сяо Хана, безусловно, было очень бесстыдным. Однако положение Цзюнь Вуя стало тяжелым из-за Сяо Хана. На самом деле он был в серьезной опасности.

Никто не мог смотреть, как Сяо Хан использовал этот трюк. И даже семеро мечей из Города Серебряной Метели оказались в списке этих людей…

- Что происходит? Его ноги не работают. Разве не очевидно, что он не может двигаться? Так ты спасаешь свою честь? Разве так работает Город Серебряной Метели? – не выдержав, произнёс третий меч. Он нахмурился, и его выражение было отвратительным.

- Ноги Цзюнь Вуя искалечены. Он – калека, но он не бесполезен. Он провел десять лет, сосредоточившись на своей Суань Ци. Таким образом, не очень удивительно, что он в середине Суань Неба. И он уже превосходит Сяо Хана. Кроме того, его меч намного лучше, чем Нефритовый меч Сяо Хана. Шансы Сяо Хана решить этот вопрос не так уж плохи... Он по-прежнему получает наибольшее преимущество, если сравнивать их. Как вы думаете, он не должен перестать делать то, что приносит ему ещё больше пользы? Разве это не подло?

Шестой Старейшина холодно сказал:

- Человек может совершать любые преступления, сражаясь насмерть против смертного врага. Где здесь возникает вопрос чести?

Методы Сяо Хана были дешёвыми и подлыми. Но эти двое сражались насмерть, в конце концов. Кроме того, бой был полон великолепия и блеска. Таким образом, не имело значения, были ли это люди из Города Серебряной Метели... или люди из армии Тянсяна — все они уделяли полное внимание борьбе. Фактически не было никаких исключений.

Кроме, разве что нескольких людей. Например…

Одним из таких исключений была Хан Янь Мэн из Города Серебряной Метели. Она, надувшись, прислонилась к Му Сю Тонгу. Её выражение лица было крайне недовольным, и у неё не было интереса даже взглянуть на развернувшуюся борьбу.

Му Сю Тонг, с другой стороны, был как камень. Он беспокоился о Цзюнь Вуе. Он посмотрел в сторону Хан Янь Мэн и прошептал ей на ухо:

- Почему ты чувствуешь себя обиженной, маленькая девочка? Разве это не отличная возможность, если ты против этого брака? Глупая маленькая девочка…

Стройное тело Хан Янь Мэн задрожало. Её глаза и лицо засияли, и она вскрикнула:

- Да! И вдруг рассмеялась и вскочила.

Цзюнь Вуй испытывал неудобства из-за "инвалидности" своего тела. И Сяо Хан не был тем человеком, который пощадил бы его. Поэтому он уже установил для себя подавляющее превосходство. На самом деле третий мастер Цзюнь давно бы умер, если бы не его превосходящая эффективность Суань и его страшное божественное оружие. Однако только окончательный вывод определяет, превратится преимущество в победу или нет…

Мужчины Города Серебряной Метели смотрели, как высокомерный Сяо Хан продолжал доминировать в битве. Однако их выражения казались очень сложными. В действительности нельзя было даже сказать, были ли они взволнованы или разочарованы... или счастливы или грустны.

...

Белобрысая девушка, наконец, сдвинула глаза от Цзюнь Мосе и посмотрела на сражение.

Она бросила лишь один быстрый взгляд!

Затем она вздохнула:

- Сяо Хан из вашего Города Серебряной Метели – мертвец.

Королева Змей нахмурилась и сказала:

- Я тоже думаю, что этот бой несколько странный. Да, я тоже считаю, что Цзюнь Вуй сильнее Сяо Хана. Но его ноги…

Одетая в белое девушка заявила тихим голосом:

- Ноги Цзюнь Вуя в порядке. Он притворяется калекой! Он сознательно создал "недостатки", которые мы видим!

Цзюнь Вуй уверенно выигрывает, когда дело доходит до культивирования Суань и силы оружия. Но он был калекой в течение многих лет. Поэтому он всё ещё не до конца ознакомился со своим боевым мастерством. И боевые навыки этого идиота из Города Серебряной Метели довольно хороши. Но Цзюнь Вуй уверенно превосходит его. Лишь в одной области Цзюнь Вуй проигрывает Сяо Хану. Однако ему совершенно просто выиграть. Ему только нужно сломать меч противника мощным ударом. Этого может быть достаточно, чтобы определить разницу между победой и поражением.

Но Цзюнь Вуй, похоже, больше заинтересован в убийстве своего противника. Разница в силе не так велика. И Цзюнь Вуй не может ударить и убить Сяо Хана, пока другие из этого долбаного Города... я уже устала это говорить... Короче, его прихлебалы успеют его спасти. Поэтому Вуй устроил такую ситуацию. Он заставляет своего противника исчерпать свою Суань Ци как можно больше. Кроме того, он также ждёт шанс убить его одним ударом. И Сяо Хан не сможет выжить, если Цзюнь Вуй даже на секунду получит такой шанс. Кроме того, никто не сможет его остановить...

- Я поняла!

...Меч визжал в воздухе. Волосы Сяо Хана порхали на ветру в безумной манере. Его выражение было жестоким. Его навыки и сила достигли своего пика после этой разминки. Все мастерство его жизни было в этом ударе мечом вместе со всем остальным. Это был его убийственный приём!

Безжалостный Меч Бури!

Температура в этой области резко уменьшилась. Он чувствовал, как будто холодный ветер из середины зимы неожиданно появился здесь.

- Тебе конец, Цзюнь Вуй! Разве важно, что твоя Суань Ци выше, чем моя? Ты всё ещё калека! Калека! И ты умрешь калекой! Ха-ха-ха... – Сяо Хан рассмеялся, как психопат.

Цветы и шестиугольные снежинки внезапно появились в небе вместе со смехом Сяо Хана. Они ярко искрили, падая вниз.

Цзюнь Вуй был на земле. Так что он не мог уклониться, даже если бы захотел…

Сяо Бу Ю вздохнул. Его сердце колебалось.

«Должен ли я остановить это? Или я должен позволить этому продолжаться?»

Тем не менее Одинокий Сокол и Цзюнь Мосе внезапно странно улыбнулись, наблюдая за этим издалека. Это была своего рода насмешливая улыбка... и даже восторженная! Но все остальные сосредоточились на борьбе между двумя мужчинами. Поэтому они этого не заметили.

Разум Сяо Хана в тот момент был наполнен убийственной ненавистью и радостью.

«Я наконец-то достиг своей многолетней мечты! Я, наконец, смыл свой позор его кровью! Ты всегда был непоколебима, верно... Яо? Твой любимый сегодня умрёт от моего меча!»

«Если ты не стала моей – ты не будешь ничьей!»

Лицо Сяо Хана искривилось, когда он безумно взмахнул своим мечом, и послал его, как стрелу, в Цзюнь Вуя со всей своей силой.

Казалось, что Цзюнь Вуй ничего не успеет сделать.

Но внезапно улыбка появилась на спокойном и собранном лице Цзюнь Вуя. Его улыбка была удовлетворенной и гордой. На самом деле он даже подмигнул Сяо Хану. Всем остальным было интересно, почему Кровавый Генерал сделал такой жест.

А потом почти все вдруг закричали в шоке!

Потому что, в тот момент…

Цзюнь Вуй швырнул свой меч куда-то вверх, после чего внезапно вскочил на ноги. Затем Цзюнь Вуй резко сделал простой шаг вперёд и свирепо пнул Сяо Хана в живот!

Сяо Хан сосредоточил всё своё внимание на верхней части тела Цзюнь Вуя. На самом деле он даже не думал о ногах противника. Как мог человек, чьи ноги были искалечены, использовать их, чтобы атаковать? Только дурак может подумать об этом…

Сяо Хан стал еще более расслабленным, когда Цзюнь Вуй потерял свой меч. Поэтому он был готов к тому, что его верхняя часть тела будет отделена от нижней от его последней атаки. По сути, он считал себя уже победившим, и его ум был полон мыслей, как он будет пытать своего противника.

«Ты всегда был под моей ногой, Цзюнь Вуй! Как и раньше! Неважно, какой метод я использую... это всё мое мастерство! Я могу оскорбить тебя, если выиграю. Я могу шутить с тобой до глубины души! Я могу навредить тебе!»

Тем не менее Сяо Хан никогда не мог себе представить, что его искалеченный противник может пнуть его! И так сильно!

«Как Цзюнь Вуй ударил меня? Разве он не калека? Как может мужчина, у которого работают ноги, быть калекой? Как он меня ударил?»

Этот удар был мощным... очень мощным! Тело Сяо Хана отлетело от этого удара. Фактически он улетел, как воздушный змей. Изо рта и носа Сяо Хана брызнула кровь.

Однако его глаза все еще были полны недоверия. Даже рот был широко раскрыт и не закрывался.

«Как такое возможно? Разве он не был калекой последние десять лет? Как он мог меня ударить?»

«Как?»

Никогда еще такое противоречивое чувство гнева и изумления не испытывал Сяо Хан, пока он падал…

Цзюнь Вуй не остановился. Его тело выстрелило, как стрела, чтобы не отставать от Сяо Хана, хотя тот был очень занят удивлением и полётом на бреющей высоте. Он снова ударил врага, на этот раз в грудь. В результате Сяо Хан закричал от боли. Его глаза отражали хаос и смятение его ума, а по ребрам уже побежали трещины. Редкий меч из Города Серебряной Метели улетел в неизвестном направлении – никому даже в голову не пришло поглядеть, куда он полетел.

Но Цзюнь Вуй не дал Сяо Хану достаточно времени, чтобы подумать о сломанных рёбрах. Кулаки третьего мастера Цзюнь сжались, и он ударил Сяо Хана в голову. Глаза Цзюнь Вуя налились кровью…

«Это то чувство, которое человек получает от уничтожения врага, когда он мстит?»

«Десять лет вражды! Десять лет ненависти! Десять лет разлуки! Десять лет угрюмого горя! Десять лет сожаления! Десять лет уродства!»

Цзюнь Вуй безумно взревел и продолжал избивать врага. Он бил, как сумасшедший, но по его лицу текли слёзы, вызванные чувством вины...

«Старший брат! Я отомщу за тебя!»

«Второй брат! Ты не забыт!»

«Вы можете видеть это, мои братья? Вы можете это увидеть?»

«Яо! Моя Яо...»

Цзюнь Вуй кричал бесшумно. Слезы продолжали падать, а он решительно продолжал бить по животу Сяо Хана. Он мог слышать только звуки от своих ударов и вырывающийся из лёгких Сяо Хана воздух. В один момент дантянь Сяо Хана со щелчком развалился на части.

Тело Сяо Хана было искалечено и изломано. Однако в этот момент он не чувствовал никакой боли. Его глаза до сих пор были полны страха и неверия. Он продолжал кричать:

- Невозможно! Абсолютно невозможно! Как это может быть возможно? Это неправда! Это неправда…

Но Цзюнь Вуй не дал ему набрать воздуха в изорванные сломанными рёбрами лёгкие и приблизился к нему…

С мерзким звуком его нога пробила грудь Сяо Хана.

Глава 421. Цзюнь Мосе против Сяо Бу Ю

Цзюнь Вуй дал полную волю за все десять лет горя и негодования в этот момент! Он бил и бил раз за разом. Жестокие звуки ударов и треск костей противника казались самой красивой музыкой для него.

Сяо Хан не хотел быстро убить Цзюнь Вуя своим мечом. Он хотел помучить Верховного Главнокомандующего медленно и долго. Точно так же и Цзюнь Вуй не хотел оставлять Сяо Хана в покое. Более того, он даже не хотел быстро раздавить череп мужчины кулаками. Потому что это было бы слишком легкая смерть для него.

«Десять лет ненависти! Старший брат и второй брат умерли из-за него! Два молодых племянника тоже мертвы! Старшая невестка лежит далеко в коме. Старик видел, как многие его потомки умирали на его глазах. Он так стар, и все же он стремится удержать семью Цзюнь от краха. Когда-то процветающая семья Цзюнь пришла в упадок. Это как гора ненависти... море ненависти! И этот человек – первопричина всего этого! Как смерть Сяо Хана может компенсировать столько ненависти? Не будет ли это слишком простым выходом для него?!»

Цзюнь Вуй никогда не испытывал такой ненависти, как против Сяо Хана. Даже если бы он встретил своего личного врага или сумасшедшего торговца детьми... или злого лорда, который не чурается любого преступления... третий мастер Цзюнь подумал бы, что быстрой смерти от его меча было бы достаточно. Но он не верил, что этого будет достаточно для Сяо Хана!

Цзюнь Вуй даже не захотел бы убить его, если бы это было возможно. Он бы хотел, чтобы его врага медленно пытали всю жизнь. Третий мастер Цзюнь хотел подвергать Сяо Хана боли с самого восемнадцатого уровня Ада каждый день. И он считал, что даже этого будет слишком мало для Сяо Хана…

Длинный меч упал с неба. Его лезвие блестело холодным и ослепительным светом. Меч, казалось, разрезал само небо. Затем он вонзился в большую скалу. Только эфес меча остался торчать из камня...

Это был меч Цзюнь Вуя!

Это было чрезвычайно острое и божественное оружие.

Он был настолько острым и мощным, что пронзил твердую скалу до эфеса, как тофу.

«Что это за божественное оружие?!»

Почти у каждого воина, смотрящего на этот меч, в глазах запылал огонь. На самом деле даже Одинокий Сокол не был исключением, хотя он никогда не использовал меч!

Надо сказать, что тот факт, что ноги Цзюнь Вуя были исцелены, шокировал всех из Города Серебряной Метели. И они все еще не оправились от шока, даже когда Сяо Хан попал под этот шквальный шквал атак.

- Как вы посмели?! Все, наконец, оправились от своего шока благодаря этому новому и удивительному зрелищу. Сяо Бу Ю сердито крикнул и бросился вперёд. Его рука двигалась как небесный топор, который обезглавил бы Цзюнь Вуя.

Сяо Бу Ю был бы огорчен и взбешен, если бы меч Цзюнь Вуя убил Сяо Хана. Но Сяо Бу Ю было бы трудно вмешаться. В конце концов, эти двое были в середине поединка насмерть. Тем не менее Цзюнь Вуй получил абсолютное преимущество, но он не убивал Сяо Хана. Вместо этого он тщательно избивал и мучил своего врага. И это равносильно падению чести Города Серебряной Метели... и чести семьи Сяо! Как мог Сяо Бу Ю сидеть и смотреть, когда такое происходит?

- Старик! Ты очень бесстыдный! – высокая фигура появилась прямо перед Сяо Бу Ю, и сверкающий меч пронесся к его горлу без какого-либо предупреждения.

Меч ещё не коснулся его горла, но Сяо Бу Ю уже начал чувствовать ужасные мурашки из-за ци, которой был окружён меч. Его окутывала острая и пронзающая небо аура.

«Божественное оружие! Это божественное оружие!»

Сяо Бу Ю был потрясен этим.

«Как семья Цзюнь может иметь столько божественного оружия?»

Тело специалиста Суань было крепче, чем сталь. Поэтому ему не нужно было бояться атак из обычного оружия. Но этот божественный меч, покоряющий небеса, заставил Сяо Бу Ю почувствовать, что его жизнь такая же хрупкая, как зефирка. По сути, такое чувство можно сравнить с инстинктивным предчувствием смерти.

Сяо Бу Ю двигался быстро, но он успел изменить направление с молниеносной скоростью. Он поднялся в воздух и остался там, так как знал, что он теперь был вне зоны нападавшего. Более того, Старейшина Сяо мог наконец посмотреть на того, кто напал на него...

Тем не менее Сяо Бу Ю чуть не упал с неба, когда он, наконец, увидел атакующего. Он сильно потер глаза и снова посмотрел. Глава семьи Сяо даже забыл о "затруднительном положении" своего внука от удивления. Его рот широко раскрылся...

«Как такое возможно?»

Это был молодой человек. Он держал сверкающий холодом меч, и его лицо было насмешливым и самоуверенным.

Цзюнь Мосе!

Меч в руке…

«Божественное оружие!»

Кровь Желтого Пламени!

Молодой мастер Цзюнь казался вполне довольным собой. Первой жизнью, которую возьмет его Кровь Жёлтого Пламени, будет эксперт Суань Духа! Это действительно было достойно имени и славы его меча!

- У тебя есть честь, старик? Это драка между двумя мужчинами. И ты всё ещё хочешь вмешаться? Какой ты эксперт по Духу Суань? – Цзюнь Мосе издевательски улыбнулся. – Твой внук сам вызвал его на бой. Могу ли я спросить второго старейшину Сяо, что люди из Города Серебряной Метели думают о перспективе вызова человека для сражения до смерти? Ты всё ещё собираешься вступить в бой? Теперь вся ваша группа будет сражаться против одного человека?

Белая борода Сяо Бу Ю трепетала на ветру, когда он холодно фыркнул и ответил:

- Этот мальчишка слишком много говорит! Сильный холодный ветер поднялся из его рук, когда он устремился к Цзюнь Мосе.

Состояние ума Сяо Бу Ю стало спокойным после первоначального шока.

«Цзюнь Мосе, должно быть, покоряющий небеса талант, но ему все еще семнадцать или восемнадцать лет. Так с чем ему может быть трудно справиться? А что если у него есть божественное оружие? Я побью этого высокомерного мальчишку. И тогда я заберу это божественное оружие себе!»

Это божественное оружие внезапно стало приоритетом в жизни Сяо Бу Ю.

Цзюнь Мосе насмехался, а его тело словно мерцало. Он указал своим мечом в одну сторону, а атаковал с другой. Его меч испускал свет, когда он противостоял человеку Города Серебряной Метели четвёртого уровня Суань Духа, Сяо Бу Ю! И в результате, все небо наполнилось блестящим дождем света.

Сяо Бу Ю уже был почти на уровне великого мастера. Но в глазах молодого мастера Цзюнь он все еще был никем. У Цзюнь Мосе в руке была Кровь Желтого Пламени. И из-за этого его сила повысилась на два-три уровня. Более того, сила молодого мастера Цзюнь не могла сравниться с обычными специалистами Суань Неба. Таким образом, общая сила Цзюнь Мосе была не меньше, чем у Сяо Бу Ю.

На самом деле он может даже победить!

Занавес ночи опустился, чтобы править землей…

Вокруг была драка. Фактически это была ситуация открытого конфликта.

Одинокий Сокол взлетел как Орел с молниеносной скоростью и рухнул с небес, чтобы остановить семь мечей, которые не осмелились сломить строй перед мощью великого мастера. Все они были на пиковом уровне Неба Суань. Значит, они не могли сравниться с Одиноким Соколом. Они едва ли смогли бы справиться с ним, даже если бы сражались вместе. Однако у них не было умения иметь дело с Одиноким Соколом, если даже один из них сделает что-то не так. И все они умрут в результате этого промаха…

Боевые действия зашли в тупик на данный момент.

Остальные пять старейшин хотели помочь. Но они внезапно почувствовали удушение по какой-то причине. И в результате у них появилось желание оставаться на месте. Они были окутаны холодной жаждой крови. Более того, эта жажда было настолько грандиозной, что, казалось, будто все небо было наполнено чрезвычайно мощной убийственной аурой.

Тем не менее было странно, что они не могли сказать, откуда исходила эта убийственная аура. Так как же они могли двигаться? Одетая в зелёное девушка пассивно наблюдала со стороны. Очевидно, это была не она. И одетая в белое девушка спокойно пила чай, как и раньше. Значит, это тоже не могла быть она...

«Кто это? Кто может иметь такую ужасающую силу?!»

Однако было очевидно, что сила этого человека уже превзошла силу великого мастера. В действительности он даже достиг самого высокого уровня. Каждый из пяти старейшин был в царстве Духа Суань. Но все они стояли ошарашенными перед лицом такой чудовищной ауры. Итак, каждый из них активировал и распространил свою силу по всему телу и делал все возможное, чтобы противостоять натиску этой убийственной энергии. Таким образом, они не могли помочь Сяо Хану или Семерым Мечам в этот момент. На самом деле они не могли даже пошевелить пальцами...

Они просто не смели двинуться ни на дюйм!

И это было потому, что они чувствовали, что они не должны ничего делать. Они верили, что их всех убьют, если хоть кто-то из них двинется.

«Мы не можем торопиться! Только один человек умрет, если все станет хуже. И это будет Сяо Хан... но все мы будем уничтожены, если мы попытаемся помочь...»

Это не было угрозой. Это был факт. И чрезвычайно мощная аура была лучшим доказательством.

Одетая в зеленое девушка широко открыла глаза от удивления. Она была единственной, кто знал, откуда исходила эта убийственная аура. В этом мире было бесчисленное множество способных экспертов. Но Королева Змей встречала только одного человека, который мог использовать такую ауру и контролировать ее так свободно.

И этот человек был ее старшей сестрой!

«Что происходит? Старшая сестра явно ненавидит Цзюнь Мосе. Так почему она ему помогает?»

Это было действительно трудно понять. И, казалось, что Королева Змей скорее сломает мозг, прежде чем она поймет, почему это происходит.

Цзюнь Мосе сражался с Сяо Бу Ю.

Движения молодого мастера Цзюнь были великолепны. Он летал в небе на очень высокой скорости. Ни секунды он не стоял на месте. Однако Сяо Бу Ю стоял мрачно и спокойно. Его дыхание было устойчивым, и его выражение лица было очень враждебным. Это вышло далеко за рамки ожиданий всех присутствующих. По слухам, величайший развратник Тянсяна не просто удерживал, и даже нападал на хорошо известного эксперта Духа Суань, Сяо Бу Ю... он даже брал верх! Кроме того, молодой человек также взял на себя инициативу в более семидесяти процентов атак.

Лицо Сяо Бу Ю было спокойным и собранным внешне. Однако он был шокирован внутри.

Он никогда не сражался за свою жизнь! Фактически старик даже не чувствовал такого, когда сражался со старым Владыкой Города Серебряной Метели. Он чувствовал, что его конечности были связаны. Более того, казалось, что опасность таится повсюду.

«Почему я чувствую, что не могу контролировать жизнь и смерть?»

«Как этот молодой паренек может заставить меня чувствовать такую сильную опасность?!»

«Движения этого мальчишки очень странные. Я даже не могу предсказать его следующий шаг. И он не дает мне никакой хорошей возможности атаковать. Он продолжает появляться в разных местах, и его непредсказуемые шаги загоняют меня в трудное положение. Кроме того, его прерывистые движения меча очень трудно контратаковать...»

Движения этого юнца на мечах были чрезвычайно удивительными. На самом деле они значительно превысили диапазон воображения Сяо Бу Ю. Каждый удар был непревзойденным, и каждый шаг был полон жажды крови. Тем не менее ни один из ходов не мог быть отслежен и предугадан. Более того, каждая атака была направлена на слабые места противника!

«Есть удивительные книги в Городе Серебряной Метели. И каждое движение, о котором знали члены касты воинов, было записано там. У них даже есть соответствующие методы противодействия этим движениям. Но этот мальчишка постоянно меняет свой стиль. В действительности его фехтование уже изменилось более десятка раз. Однако я даже не могу распознать эти стили. Таким образом, бесполезно даже упоминать о перспективе противодействия им!»

«Это просто невообразимо!»

Глава 422. Именно то, чего хотелось от игры!

Степень остроты меча в руке этого юнца заставила всех задохнуться в изумлении. Сяо Бу Ю никогда в жизни не видел такого божественного оружия.

«Он может разрубить что угодно, едва прикоснувшись! Не имеет значения, камень это, сталь или даже сила Суань».

На самом деле этот меч может даже прорвать защиту Суань Ци четвёртого уровня Духа Суань.

Поэтому у Сяо Бу Ю не было иного выбора, кроме как занять твердую защитную позицию. Он был сосредоточен только на защите в это время. Тем не менее Сяо Бу Ю всё равно чувствовал себя невыносимо бессильным.

«Ни одна из вещей, произошедших сегодня, не является чем-то невообразимым или фантастическим!»

«Я бы нашел это очень забавным, если бы я видел, как эти вещи происходят с кем-то другим».

«Но это жуткая трагедия, что... что-то вроде этого происходит со мной!»

Сяо Бу Ю не мог даже расплакаться, хотя очень хотел.

Этот бой был похож на бой между человеком и призраком. Человек, возможно, имел такую подавляющую силу, что он мог потрясти горы и уничтожить скалы... но у противника не было физического тела. Поэтому сила не работала против него. Фактически она было бесполезна. Более того, это была бы только большая трата усилий со стороны человека.

«Я знаю, что призрака невозможно достать физической атакой. Но этот "призрак" все еще способен убить меня!» – Сяо Бу Ю было очень грустно. На самом деле, он очень сожалел:

«Было бы так здорово, если бы мы вернулись, когда поступил приказ из Города Серебряной Метели! Мы бы не попали в такие большие неприятности!»

«Очень жаль! Какая жалость! Но уже слишком поздно, чтобы этот старик покаялся сейчас!»

Сяо Бу Ю всё ещё ждал ошибки со стороны Мосе. И ждал, когда он исчерпает свою силу. В конце концов, это был очевидный факт, что он не сможет атаковать Сяо Бу Ю, как только он исчерпает свои силы, даже если он был покоряющим небеса талантом и с чрезвычайно великолепным набором навыков.

В конце концов, Цзюнь Мосе был ещё молод. Итак, насколько высокой может быть его сила?

Сяо Бу Ю пришел к выводу, что Цзюнь Мосе уже достиг первого уровня сферы Неба Суань после последнего противостояния. И такая культивация в этом молодом возрасте была шокирующей.

«Этот уровень силы Суань сравнительно выше, чем обычный. Тем не менее моя сила Духа Суань четвертого уровня всего на один шаг отстает от силы Великого Мастера. И, возможно, мне придется пострадать чуть больше, постоянно защищаясь от этих атак, но мое физическое истощение всё равно в сравнении будет намного меньше, чем было бы, если бы я нападал! Эта буря безумных атак от молодого мастера Цзюнь, должно быть, очень быстро изматывает его силу Суань!»

«Я должен затянуть эту борьбу на долгое время. Так что я не могу тратить энергию впустую. И я уверен, что получу возможность выиграть, если буду держать защиту устойчиво. Я утомлю его до смерти!»

План Сяо Бу Ю казался безупречным. На самом деле он был великолепен. Ведь такая тактика была применима где угодно. И, можно сказать, что никто в мире не смог пойти дальше.

Это правда, что, как правило, невозможно было победить такую тактику. Однако это не означало, что это было абсолютно невозможно.

Например... использование тактики задержки против Цзюнь Мосе было огромной и ужасной ошибкой...

И это было потому, что молодой мастер Цзюнь был монстром с таким же количеством голов, как у Гидры. Более того, ему было наплевать на трату энергии…

Но все же молодой мастер Цзюнь имел пару опасений, даже если у него было всестороннее преимущество в тот момент. В конце концов, Сяо Бу Ю был экспертом Духа Суань четвёртого уровня. Он, безусловно, был на шаг позади Одинокого Сокола по силе, но разница в их культивировании Суань не была такой огромной. На самом деле разница в сильных сторонах этих двух противников была настолько огромной, что молодой мастер Цзюнь считал, что его превосходящий набор навыков может привести эту борьбу к проигрышу, если он попытается использовать всю свою силу в тотальной атаке. Молодой мастер Цзюнь понесет большие потери, если попробует. И он мог бы нанести аналогичные повреждения и другой стороне, однако эти травмы все равно не окажутся смертельными…

Но как молодой мастер Цзюнь мог быть готов принять такое отчаянное решение против этой старой лисы? Цзюнь Мосе был так же молод, как восходящее солнце, и он еще не прожил достаточно своей экстравагантной жизни. Так что, не будет ли умереть в схватке с этим почти столетним стариком немного обидно?

Жаль было, что Сяо Бу Ю так же дорожил своей жизнью. На самом деле он дорожил ею гораздо больше, чем мог себе представить Цзюнь Мосе. Более того, он всё ещё хотел сохранить свою честь эксперта Духа Суань. Фактически он даже попал в невыгодное положение, но до сих пор не использовал свой меч.

В конце концов, было бы совершенно неоправданно, если бы известный боец высшего уровня и эксперт Духа Суань четвёртого уровня использовал свой меч против шестнадцатилетнего мальчика…

Тем не менее Сяо Бу Ю не мог себе представить, что его "отказоустойчивый" план - заставить врага исчерпать свою энергию - работал с точностью до наоборот, так как он только изнурял себя, делая это!

Атаки и тактика Цзюнь Мосе становились все великолепнее по мере прогрессирования борьбы. Но он также испытывал восхищение в своем сердце.

«Мои атаки сильны и резки. Более того, ни одно из моих движений не видели в этом мире раньше. На самом деле я уверен, что каждый мой шаг может вызвать огромный шок для всех, кто его увидит!»

«Но этот второй старейшина семьи Сяо действительно достоин своей славы. Он достоин быть названным как кто-то, кто только на один шаг позади Великого Мастера! Мои атаки безумны, и с ними очень трудно справиться. Иногда мне даже удавалось запутать его. Но он все же сумел использовать свои навыки Суань и глубокий боевой опыт, чтобы продержаться так долго…»

«Сила Суань Сяо Бу Ю не могла сравниться с силой этого несчастного Байли Сюн Фэна. На самом деле они даже не на одной ступеньке! Оба они могут быть названы экспертами Суань Духа. Но Байли Сюн Фэн был просто обычным экспертом Духа Суань, в то время как Сяо Бу Ю находится на четвертом уровне Духа Суань!»

«Это огромная разница!»

«Более того, у меня было бесчисленное множество возможностей ударить Сяо Бу Ю мечом. Но мне пришлось бы столкнуться с сумасшедшей контратакой, если бы я попытался это сделать. И его контратака была бы смертельной!»

«Я мог бы нанести смертельный удар любому нормальному человеку, если бы я использовал свое Искусство разблокировки состояния Небес. Более того, в таком случае не было бы никакого риска для моей жизни. Но я не могу подавить этого старика одной тупой силой. Фактически прибыль не стоила бы потерь...»

Поэтому молодой мастер Цзюнь просто продолжал двигаться…

Свое культивирование Суань Ци уровня Суань Неба он использовал, чтобы защитить свое тело, а Пагода Хунцзюнь питала его энергию. Духовная энергия Цзюнь Мосе была похожа на бесконечный поток. И можно сказать, что он может использовать её бесконечно, так как она никогда не закончится. Поэтому Сяо Бу Ю всё более и более уходил в защиту, пока они сражались. И его неизменно принуждали к более жестким оборонительным действиям. Тем не менее молодой мастер Цзюнь медленно получал больше места, чтобы делать то, что он хотел. Таким образом, его движения также становились смелее и жёстче. Его меч двигался, как фейерверк в ночном небе. Казалось, что его меч был похож на Луну, освещающую храм в холодную ночь…

Сяо Бу Ю становился все более осторожным из-за страха разоблачить любую слабость.

А Цзюнь Мосе становился всё более активным в результате. Он начал двигаться свободнее. Поэтому молодой мастер Цзюнь явно выглядел очень доблестным и героическим!

Цзюнь Вуй уже закончил своё сражение. Он вырвал свой меч из скалы и поднял его в руке. Между тем Сяо Хан лежал, свернувшись на земле, как шарик грязи. Трудно было сказать, жив он или мертв. А Одинокий Сокол расправился с семью мечами еще более блестящим способом.

Тем не менее Королева Змей и девушка в белом были сосредоточены на борьбе между Цзюнь Мосе и Сяо Бу Ю с самого начала. Они сделали это не из-за жестокости боя. Вместо этого, они обращали пристальное внимание на стиль сражения Цзюнь Мосе. Это было действительно удивительно... Каждое движение было удивительным. Некоторые из этих ходов, возможно, казались средними и даже простыми. Однако тщательное исследование позволит любому человеку осознать, что на самом деле они являются очень сложными. Каждый удар может быть использован и для атаки, и для защиты, если это будет необходимо. Кроме того, фехтование и работа ног идеально сочетались, и это оставляло их в изумлении.

Они не поверили бы, что такие замечательные движения действительно существуют в мире, если бы не видели их сами.

Они смогли увидеть настоящую силу меча Цзюнь Мосе из-за их чрезвычайно выдающейся силы. Цзюнь Мосе был лишь на базовом уровне Неба Суань, но он уже использовал эти движения и сражался с экспертом четвертого уровня Суань Духа и даже завёл его в тупик. Фактически он доминировал в наступлении на большом протяжении боя. Были и другие факторы, но это был тот факт, который навязывал свой стиль сражения противнику в большей части боя. Насколько сильным стала бы Королева Змей или девушка в белом, если бы кто-то из их сил использовал эти движения?

- Ха-ха! – Королева Змей рассмеялась и встала. Она отреагировала таким образом, потому что Цзюнь Мосе сделал необычный шаг после своего последнего движения. Нанеся последний удар, он развернулся к Сяо Бу Ю своей задницей и несколько раз хлопнул по ней ладонью. Эти действия казались очень оскорбительными, по меньшей мере. На самом деле это было неправильно почти во всех стратегиях боя. Поэтому Королева Змей не могла не рассмеяться, сказав:

- Одно дело – сражаться на таком уровне. Но совсем другое – делать такие жесты. Он – всего лишь новичок Суань Неба, сражающийся против эксперта четвёртого уровня Суань Духа. Он что, своей смерти хочет?

- Ты ошибаешься! – одетая в белое девушка посмотрела на сражающихся мужчин и медленно продолжила. – Сяо Бу Ю – эксперт Суань Духа на четвёртом уровне. За свою жизнь он накопил много Суань Ци. У этого юноши Цзюнь есть замечательный метод, который быстро восполняет его Суань Ци. Но он всего лишь новичок Суань Неба в любом случае. Таким образом, его боевая мощь и сила несколько ограничены. Таким образом, было бы трудно определить победителя в этой битве, даже если этот бой затянется еще на одну ночь и день, так как ему будет трудно заставить Сяо Бу Ю тратить свою энергию.

Поэтому у Цзюнь Мосе есть только один шанс – если ему сначала удастся спровоцировать гнев Сяо Бу Ю. Затем он может воспользоваться ситуацией с его сумасшедшими атаками. Цзюнь Мосе находится в доминирующем положении, если проанализировать текущую ситуацию. Но разнообразие его плотных и свирепых атак в конечном итоге будет исчерпано в какой-то момент. Сяо Бу Ю, возможно, получит один или два удара, если он проявит слабость, но он сможет выдержать их. Тем не менее Сяо Бу Ю сможет нанести смертельный удар, используя свою силу эксперта Суань Духа, если ему выпадет возможность.

- Но сумасшедшие действия Цзюнь Мосе не спровоцировали Сяо Бу Ю, не так ли? В конце концов, Сяо Бу Ю является членом общества в целом. Он накопил много Суань Ци и имеет опыт многих лет сражений. Значит, его не так легко разозлить, да? – Королева Змей не была убеждена.

- Сяо Бу Ю, очевидно, опытный человек, и не попадётся на такие трюки. Но ты не заметила, что Сяо Бу Ю теряется каждый раз, когда Цзюнь Мосе делает изысканный ход? И теперь он сделал очень оскорбительный жест. И Сяо Бу Ю снова потерялся на мгновение. Можно сказать, что это действие Цзюнь Мосе было очень эффективным с определенной точки зрения. На самом деле смутное состояние ума старейшины Сяо очень затруднит ему воспользоваться возможностью атаковать, даже если Цзюнь Мосе проявит некоторую слабость случайно.

Кроме того, Сяо Бу Ю вряд ли попадётся на этот трюк в прямом смысле. Он будет рассматривать это как новую тактику Цзюнь Мосе. Следовательно, Сяо Бу Ю не сможет начать контратаку, когда Цзюнь Мосе сделает что-то подобное снова. И это только создаст больше возможностей для Цзюнь Мосе, так как Сяо Бу Ю будет продолжать оставаться в смутном состоянии ума. Так что можно сказать, что это трюк Цзюнь Мосе был для того, чтобы поддерживать это текущее положение дел! Я должна признать, что эта идея действительно очень новаторская!

Глава 423. Угрожать востоку, а наносить удары по западу

Одетая в белое девушка слегка улыбнулась и сказала:

- Итак, я могу заключить, что Цзюнь Мосе намекнул Сяо Бу Ю, что он может сражаться с ним бесконечно. И теперь он специально дразнит его, чтобы вывести из себя и заставить допустить ошибку. Но Сяо Бу Ю старый и опытный. Он не хочет рисковать и ударить наверняка, когда попадётся шанс. Поэтому он не станет делать рискованную контратаку. Сяо Бу Ю будет продолжать свою стратегию – заставить Цзюнь Мосе умереть от истощения. Однако не похоже, что Цзюнь Мосе исчерпает свои силы в ближайшее время. Но Сяо Бу Ю будет продолжать надеяться, что это произойдёт. Поэтому он не будет ни нападать, ни отступать. Таким образом, я думаю, что эта борьба будет продолжаться ещё долго...

- Но, старшая сестра... разве ты не сказала, что Цзюнь Мосе пытается разозлить Сяо Бу Ю? – Королева Змей еще больше озадачилась. – Разве то, что ты сказала, не противоречит этому? Он дал такой намек Сяо Бу Ю, хотя старик очень осторожен. Так как это заставит Сяо Бу Ю злиться? И как он покажет какую-либо слабость, если его разум находится в спокойствии?

Сяо Бу Ю чрезвычайно закален в боях. Кроме того, он имеет достаточно времени со своей стороны. Однако Цзюнь Мосе продолжает насмехаться над ним сейчас. Он должен был дождаться лучшей возможности, раз уж искренне хотел разжечь ярость Сяо Бу Ю...

Девушка в белом усмехнулась и произнесла:

- Тебе не кажется, что ты что-то пропустила? Разве Цзюнь Мосе не посмотрел на бой между Одиноким Соколом и "семью мечами" по крайней мере три раза?"

- Ты говоришь, что он хочет подкрасться к семи мечникам? Он так планирует разозлить Сяо Бу Ю? – глаза Королевы Змей сияли, когда она продолжила. – Но это же блестящий план, если это так! Сяо Бу Ю, несомненно, потеряет своё спокойствие, если Цзюнь Мосе избавится даже от одного из семи мечей!

- Однако даже я не понимаю одной вещи. Движения Цзюнь Мосе скрытны, но Сяо Бу Ю также является известным экспертом своего поколения. На самом деле он эксперт Суань Духа четвертого уровня. Таким образом, он будет чрезвычайно наблюдательным во время боя. Как может Цзюнь Мосе скрывать свои движения от Сяо Бу Ю, несмотря на все усилия? И как бы Сяо Бу Ю позволил ему одержать победу, если бы уже заметил это? Семеро мечников рухнут, если все пройдет гладко, так как Одинокий Сокол убьет их очень быстро. И Город Серебряной Метели будет полностью побежден после этого. Сяо Бу Ю должен быть начеку. Поэтому, кажется, что расчеты Цзюнь Мосе, возможно, пошли не так... – девушка в белом, казалось, сначала ясно всё поняла. Однако сейчас у нее появились сомнения.

Но эти слова наполнили сердце и Королевы Змей сомнениями.

Однако в этот момент ситуация неожиданно вновь изменилась.

Цзюнь Мосе повторно использовал движение, которое он уже использовал дважды раньше. Этот шаг был превосходным. Более того, на этот раз молодой мастер Цзюнь внезапно ускорился. Казалось, что десять молодых мастеров Цзюнь обратили свои мечи и напали.

Сяо Бу Ю насмехался над этим.

«Любитель! Ты наконец-то исчерпал все трюки в своём запасе? Это третий раз, когда ты используешь тот же трюк! Ха-ха... ты трижды использовал один и тот же трюк против эксперта Духа Суань четвертого уровня! Твоя атака была определенно быстрее и лучше на этот раз. Но это не меняет того факта, что ты используешь её уже в третий раз!»

«Моё время наконец-то наступило! Теперь этот старик преподаст тебе урок за то, что ты переоценил свои возможности и бросил вызов мне!»

Сяо Бу Ю рассмеялся и слегка наклонил ладони, переходя в атакующую позицию. Его ладони мгновенно стали крепче камня. Затем он переместил ладони в левую сторону, чтобы встретиться лицом к лицу с мощной атакой меча Цзюнь Мосе. Это был момент, когда Цзюнь Мосе допустил ошибку!

Теперь нет никаких сомнений.

Суждения Сяо Бу Ю действительно не были неправильными. У Цзюнь Мосе неизбежно возникнет проблема, если он израсходует весь набор своих трюков. Поэтому повторное использование этой атаки привело бы к трагедии для него.

Однако было жаль, что Цзюнь Мосе не использовал этот же трюк в реальности…

Никогда нельзя считать что-либо постоянным при вычислениях!

Меч Цзюнь Мосе уже завершил половину своего движения, когда Сяо Бу Ю решил воспользоваться этой ситуацией. В боевых искусствах есть основной принцип:

«Нельзя думать, действительно ли ты хочешь пересечь реку, когда находишься в середине потока».

Никто не мог изменить свой стиль атаки в середине удара. Даже эксперт по Духу Суань... или, может быть, даже Великий Мастер не смог бы совершить такое. Тем не менее Цзюнь Мосе использовал Искусство разблокировки состояния Небес, и невозможное превратилось в возможное!

Меч Цзюнь Мосе был на полпути, и, когда удар Сяо Бу Ю уже должен был попасть в меч, тот неожиданно исчез! Молодой мастер Цзюнь просто перестал двигаться в этом направлении и изменил его.

От взрыва серебристо-яркого света, который вырвался из меча, и победного крика, вырвавшегося из глотки Цзюнь Мосе, у Сяо Бу Ю зашевелились волосы даже на заднице. "Развратник и идиот" пролетел рядом с ним, превратившись в длинную серебряную линию. Свет меча прочертил горизонтальную линию почти в пятьдесят метров и устремился прямо к Семи Мечам.

Тело и меч стали единым целым!

Цзюнь Мосе использовал это в самых грандиозных и самых мощных движениях в самые неожиданные моменты.

Эта атака с мечом была действительно выше всех ожиданий.

Кроме того, Семеро Мечей также находились в очень напряженной ситуации в этот момент. Эти семь человек были в жуткой опасности и с большим трудом сдерживали Одинокого Сокола. Таким образом, этот шаг Цзюнь Мосе только сделал их положение ещё хуже, так как у них был враг на фронте и в тылу. Ситуация была и раньше плохая. И теперь хуже быть уже не могло.

Есть выражение "соломинка, переламывающая хребет верблюда". Но кто-то вдруг бросил на бедное животное не соломинку, а сто килограммов. Разве бедолага не разлетится на куски?

Сяо Бу Ю издал холодный крик, когда понял, что его обманули. Он даже не подумал о том, как маленькая лиса семьи Цзюнь сумеет изменить направление в середине атаки, хотя этот странный инцидент шёл против самого принципа боевой теории. В конце концов, его главным приоритетом было сделать все возможное, чтобы спасти Семерых Мечей. Он гневно взлетел, как ракета на полной скорости. Кроме того, он срочно активировал всю свою Суань Ци и передал эффективность Суань от остальной части своего тела к ладоням. Его атака ускорилась почти в два-три раза выше первоначальной скорости!

Сяо Бу Ю был очень зол в тот момент. Поэтому он сделал все возможное с этим движением. Он вложил всю свою силу в атаку. Эффективность всего его тела была в этой атаке!

Семеро мечей понесли бы некоторый урон, если бы удар Цзюнь Мосе был успешным. Но потом Цзюнь Мосе неизбежно умрёт. Сяо Бу Ю был уверен в этом. Поэтому он был зол, но не очень волновался.

И это было потому, что Семь Мечей принадлежали семье Владыки Города Серебряной Метели. Они были частью Города Серебряной Метели, но они не были родом из семьи Сяо!

Поэтому Сяо Бу Ю не будет чувствовать себя слишком грустным, даже если атака Цзюнь Мосе будет успешной, и ему удастся убить одного или двух из них в результате. На самом деле Сяо Бу Ю будет в порядке, пока он сможет убить этого мальчишку.

Таким образом Сяо Бу Ю не был чрезвычайно разгневан, хотя он был немного зол…

Кажется, свет меча не остановился. На самом деле он уже приближался к Семи Мечам, как молния. И Сяо Бу Ю поспешил наверстать упущенное. На самом деле он был менее чем в двадцати метрах позади Цзюнь Мосе в это время. И это расстояние не было большим для эксперта Суань Духа…

Рукава Сяо Бу Ю яростно развевались на ветру и издавали низкий гул. Его скорость снова значительно возросла.

Молодой мастер Цзюнь придумал грандиозный план в своем сознании. Но не похоже, что у него было какое-то преимущество в это время.

Одинокий Сокол нахмурился. На самом деле он даже почти обиделся, когда увидел, что Цзюнь Мосе прибыл со своим мечом.

«Я уже установил надлежащее доминирование здесь, а ты вмешиваешься! Ты можешь думать, что пришёл, чтобы помочь мне, но ты причиняешь мне неудобство на самом деле!»

«Я бы выиграл очень легко, пока ты бы продолжал сражаться с Сяо Бу Ю. Но ты просто должен лезть не в свое дело! Ты можешь щас сдохнуть из-за этого, даже если я ускорю свою победу! Тебе это показалось хорошим планом?»

Культивирование Семи Мечников было значительно ниже. Таким образом, они уже чувствовали огромное давление во время борьбы с Одиноким Соколом. И теперь им пришлось бороться с жестокими и сумасшедшими атаками Цзюнь Мосе. У них теперь враги и спереди, и сзади. На самом деле эти люди чувствовали, что за их спинами появился шип, который начал прокалывать их кожу…

Сяо Бу Ю неприятно улыбнулся. Сила Суань, хранящаяся в его ладонях, ударила с громким взрывом...

Но все вскрикнули от удивления.

Это было потому, что силуэт Цзюнь Мосе внезапно исчез…

На самом деле он исчез очень резко!

Казалось, будто его никогда не существовало. Его жуткий меч также бесследно исчез. Они бесшумно исчезли, и никаких признаков, куда именно, не было. В самом деле, казалось, что свет от меча был иллюзией…

Однако Сяо Бу Ю уже достиг пика своей скорости. И он не мог изменить своё движение по одному желанию, как Цзюнь Мосе. Кроме того, цель этих двух ударов исчезла. Он быстро изменил угол своей атаки чуть ниже. Он решительно ударил Одинокого Сокола.

Давление на Семь Мечей Города Серебряной Метели внезапно исчезло. И вместо этого они увидели, что Сяо Бу Ю прибыл, чтобы помочь им. Это сделало их чрезвычайно радостными. Итак, они напали на Одинокого Сокола со всей своей силой.

Тем не менее всё внезапно изменилось для Одинокого Сокола, так как он сражался с могущественной группой врагов. Давление с противоположной стороны резко возросло и увеличилось по сравнению с предыдущим в три-четыре раза. Он не мог не фыркнуть на эту смену событий…

«Похоже, этот мальчишка пришел сюда не для того, чтобы помочь мне. Вместо этого он стал источником моего бедствия! Он смотрел на меня и думал, что моя борьба с этими семью была легкой?»

Даже такой сильный человек, как Одинокий Сокол, не мог не почувствовать отчаяния перед лицом тотальных атак этих восьми человек!

Все слышали, как он закричал:

- Призрачный Сокол! После чего стал атаковать со всей силой. Небо словно покрыло изображение ужасающего когтя. На самом деле, казалось, что бесчисленные изображения призрачных когтей бросились контратаковать восемь человек Города Серебряной Метели со злостью самого Ада.

Суань Ци просто визжала в воздухе. Атаки ладоней Сяо Бу Ю создали грохот. А коготь "Призрачного Сокола" разрывал ночное небо своей интенсивно мощной Ци. Девять человек столкнулись.

Но раздался громкий и высокомерный смех, как только девять мужчин столкнулись вместе. Этот смеющийся голос принадлежал молодому мастеру Цзюнь Мосе! Молодой человек внезапно появился перед Сяо Ханом!

Такая удивительная скорость была Божественной и не могла быть измерена. Было похоже, будто что два разных Цзюнь Мосе появились в двух самых разных местах одновременно. На самом деле это казалось единственным возможным объяснением, поскольку никто не успел бы повернуть свою голову, чтобы увидеть, что "оба" этих Цзюнь Мосе были одним и тем же человеком. Они не смогли бы понять это, даже если бы сломали свои черепа, пытаясь понять этот факт.

Сяо Бу Ю был шокирован в тот момент, когда он услышал ясный и высокомерный смех молодого мастера Цзюнь. Он обернулся, чтобы посмотреть... только, чтобы увидеть, что у Цзюнь Мосе была жестокая насмешка на лице. Его меч, блестящий холодным светом, быстро устремился к неподвижному Сяо Хану!

Глава 424. Жестокость!

- Этот презренный мальчишка на самом деле осмелился это сделать?! – взревел Сяо Бу Ю, испытывая желание разорвать его на части.

В конце концов, этот человек был его внуком…

Он чувствовал, что его мужество падает, так как теперь все вышло из-под его контроля. На самом деле он чувствовал, как будто его сердце остановилось. Старик был так зол, что начал гореть бешеной яростью. Волосы Сяо Бу Ю встали дыбом... будто его поразила молния…

Тем не менее он мог только разозлиться. Но он больше ничего не мог сделать. В действительности он даже не смел делать ничего другого. И это было потому, что тираническая атака Одинокого Сокола столкнулась с ладонями Сяо минуту назад.

Великий Мастер нанес ответный удар со всей своей силой. Как это могла быть обычная атака? Сила Сяо Бу Ю была всего в шаге от силы великого мастера. И у него даже было семь квалифицированных людей на его стороне. Однако ситуация на поле боя все еще не казалась оптимистичной.

Казалось, что атомная бомба взорвалась в центре их битвы!

Восемь человек были отброшены назад в восемь разных направлений из-за взрыва!

Одинокий Сокол героически стоял в центре. Он был неподвижен, и его волосы развевались на диком ветру.

Один из крупнейших специалистов Суань своего поколения не отошёл ни на шаг перед лицом мощных атак от восьми противников.

Из уголка губ Сяо Бу Ю вытекла капля крови, пока он летел назад. Но у него не было времени проверить свои травмы... или даже проверить свои силы, когда он летел. Вместо этого он издал длинный и жалкий крик, бросившись в направлении Сяо Хана.

Его лицо было искривлено, обижено, и на нем было жестокое выражение…

Цзюнь Вуй получил подавляющее преимущество над Сяо Ханом в их битве, и дал своему противнику тщательный урок. Он сломал Сяо Хану руки и ноги, а также поразил его нижнюю область живота. Меридианы Сяо Хана были разбиты на множество частей. Таким образом, он стал калекой и инвалидом.

Однако Цзюнь Вуй не убил своего врага, он только покалечил его. Убийство Сяо Хана не было бы достаточным наказанием. Итак, третий мастер Цзюнь хотел, чтобы его враг перенес его боль, прежде чем убить его. Он хотел выразить свой гнев таким образом... даже если бы его победили потом.

Степень травм Сяо Хана была больше, чем то, что перенес Цзюнь Вуй ранее.

И Сяо Бу Ю очень ясно понял намерения Цзюнь Вуя. Поэтому он не был раздражён. Сяо Хан после этого не смог бы тренироваться в Суань. Но Сяо Бу Ю знал, что его внук имел помощь Пополняющего Душу Нефрита семьи Сяо. Поэтому он был убежден, что есть надежда на выздоровление раненого Сяо Хана.

Однако Цзюнь Вуй не знал этого факта!

Сяо Бу Ю также планировал разрешить конфликт между Цзюнь и семьей Сяо, используя этот вопрос в качестве предлога. В конце концов, Сяо Хан был корнем всего, что произошло. Это было не то, что Сяо Бу Ю хотел прикончит... или намеревался отказаться от Сяо Хана... скорее, это было из-за этого ужасно тиранического и непревзойденного таинственного человека, поддерживающего семью Цзюнь!

«Отношения между двумя семьями станут легче, если этот вопрос будет решен».

На самом деле Сяо Бу Ю был очень рад. Сяо Хан, несомненно, был калекой. Кроме того, он также был оскорблен Цзюнь Вуем очень сильно. Тем не менее он не чувствовал необходимости беспокоиться о жизни своего внука. И это было потому, что Сяо Бу Ю ясно понимал личность третьего мастера Цзюнь.

Цзюнь Вуй и Сяо Хан испытывали глубокую ненависть друг к другу. Но Цзюнь Вуй всегда был человеком с благородным характером. И никто не мог отрицать этого факта.

«Человек благородного характера, возможно, пожелает немного помучить врага. Он может даже решить убить своего врага, но такой человек никогда не пойдет на крайние пытки…»

Поэтому Сяо Бу Ю почувствовал большое облегчение после того, как увидел, как Цзюнь Вуй причиняет Сяо Хану только боль. В конце концов, Цзюнь Вуй не собирался его убивать. Да, Сяо Хан тоже не будет постоянно калекой. Другими словами, Сяо Хан получил бы серьезные травмы, но он не умер бы в конце концов, и даже сумел бы восстановиться со временем...

Но Сяо Хан попал в руки Цзюнь Мосе. И после этого всё изменилось!

На самом деле всё сильно изменилось!

Кто был Цзюнь Мосе? Он был самым жестоким и беспринципным человеком на свете. Манера, в которой он имел дело с людьми, сильно отличалась от стиля Цзюнь Вуя. На самом деле их нельзя было сравнить, так как младший Цзюнь был слишком злобным и жестоким…

Фактически его методы могут вызывать дрожь в душе любого!

Цзюнь Мосе обманул Сяо Бу Ю и повернулся в сторону Сяо Хана. В действительности он намеревался использовать этот метод, чтобы заставить Сяо Бу Ю нервничать и злиться. И позже он хотел использовать это, чтобы убить его, как только появится возможность.

Кровь Жёлтого Пламени была лучшим мечом во всем мире. И Цзюнь Мосе хотел омыть свой меч в крови эксперта Суань Духа в первую очередь!

Тем не менее мышление Цзюнь Мосе пережило бурное изменение в тот момент, когда он встал перед Сяо Ханом. И сердце его охватило горе и печаль…

Его мысли внезапно захлестнула жажда жестокости. На самом деле это желание затмило даже саму его душу!

Перед ним предстал образ высокого и грозного мужчины средних лет в белой одежде. Его взгляд был мягким, но острым. Он стоял высокий и гордый, непоколебимый, как скала. Мужчина махнул рукой, и огромная армия окровавленных людей победоносно атаковала в бою. Ничто не могло победить атаку его армии. И мужчины почтительно обращались к белому человеку как к Белому Командиру!

Однако жестокосердный Сяо Хан подло уничтожил такого доблестного человека... человека, который был как святой покровитель Тянсян...

Глаза Цзюнь Мосе покраснели.

Его разум внезапно оказался наполнен негодованием, жестокой яростью и бесконечным желанием убивать!

На самом деле этот гнев и ненависть заполнили его сердце и саму душу.

Затем перед его глазами появилась еще одна могучая и яркая фигура. Это был его второй дядя Цзюнь, Ву Мэн!

Сцена в его сознании снова изменилась, и появилась нежная и добродетельная женщина. Она смотрела на него исключительно любящим взглядом. Её взгляд был чрезвычайно любящим и ласковым. На самом деле эта любовь была такой же огромной, как океан. Ведь это была любовь матери...

«Матери? Мама...?»

Затем появились два красивых молодых человека. Они выглядели почти так же, как он. И они смотрели на него с надеждой и ожиданием…

«Отомсти! Отомстить!»

Эти крики внезапно заполнили разум Цзюнь Мосе, как цунами. И эти слова начали звучать в его голове.

Только эти два слова…

Ничего, кроме этих двух слов!

Цзюнь Мосе не знал, что эти образы... эти сцены... и эти голоса появились у него так внезапно...

Тем не менее эти исключительно резкие и таинственные воспоминания были получены из его собственной памяти. В конце концов, его память была слита с памятью предыдущего владельца этого тела. Поэтому он сохранил и эти прекрасные образы. Но эти воспоминания вызвали горькую ненависть на фоне событий прошлого!

«Этот непревзойденный герой и эта несравненная красота были обижены и убиты из-за заговоров этого скромного и презренного Сяо Хана!»

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, что его вены взорвутся. Он испытывал неописуемое горе и возмущение. Затем это чувство устремилось к его сердцу. Затем оно направилось к его разуму, и он отделился от своего первоначального намерения, когда это произошло…

«Отомстить!»

«Как эти герои могут умереть напрасно? Как эти герои могут быть обижены такой тварью?»

Цзюнь Мосе взревел, его глаза покраснели, когда он поднял меч.

Сяо Бу Ю повернулся и увидел, как Цзюнь Мосе пронзил глаза Сяо Хана. И затем он услышал холодные свирепые слова:

- Сяо Бу Ю! Я хочу, чтобы твой внук больше никогда не видел! Мой меч должен отомстить за тысячи солдат, которые были убиты вами!

Бессознательный Сяо Хан осунулся от боли, когда Меч вонзился в его глаза. Он издал дикий, животный визг. Затем с громким треском он так заскрежетал зубами, что те разлетелись на куски. Он вскричал с несравненной ненавистью:

- Я отомщу за эту боль, Цзюнь Вуй! Я сделаю рабов из всех мужчин и женщин семьи Цзюнь! А-а-а-а...!

Жажда убийства расцвела в глазах Цзюнь Мосе, и убийственная аура внутри его тела стала еще более концентрированной.

Сяо Бу Ю взревел и полетел вперед.

«Мой внук!»

- Цзюнь Мосе, остановись! Или... я разрежу твое тело на миллион кусочков!

Но Цзюнь Мосе уже был рядом с Сяо Ханом. Так что это было слишком легко для него. Он отрубил мечом руки Сяо Хана. Эти удары ответили криком боли и брызгами крови. Тело Сяо Бу Ю сильно дрожало, и его вырвало кровью, когда он беспомощно смотрел на это жестокое зрелище.

- Сяо Хан! Я забрал твои руки! Что, Сяо Хан, ты ещё хочешь отомстить? Я буду преследовать тебя до конца этого мира! Я уничтожу позор моей семьи этим мечом!

Цзюнь Мосе заскрежетал зубами, и издал зловещий и жестокий смех, прежде чем сказал:

- Сяо Бу Ю! Разве ты не эксперт Духа Суань? Разве ты не величайший из старшего поколения? Иди скорее и спаси внука! Приближайся! Или ты не можешь осмелиться?!

Тогда я сейчас отниму у него ноги! Это месть за моего дядю! Это за десять лет страданий, которые ему пришлось пережить! – меч вспыхнул дважды, и сухожилия ног Сяо Хана были перерезаны. Глаза Цзюнь Мосе были необыкновенно ясны, так как уголки его рта свернулись в свирепую улыбку. Его суженные глаза быстро повернулись к Сяо Бу Ю, когда он усмехнулся и взревел:

- А этот удар – за моего отца! С этого момента ты не сможешь слышать, Сяо Хан!

- Не надо! – все из Города Серебряной Метели закричали в унисон.

Но меч Цзюнь Мосе снова вспыхнул, и уши Сяо Хана отлетели от его головы. Затем меч снова вспыхнул, и нос Сяо Хана также отделился от тела. Через мгновение за ним последовал его язык...

- Теперь ты не сможешь говорить, кусок дерьма! Это – долг за моего второго дядю! – Цзюнь Мосе закричал с каким-то диким восторгом и дико рассмеялся.

Кровь Сяо Бу Ю закипела. Травма, которую ему нанёс Одинокий Сокол, не была серьёзной. Но они всё ещё были внутренними травмами в конце концов. Он был экспертом по Духу Суань, но даже он не смог сдержать кровь при виде страданий своего внука. Поэтому он не мог помешать своей Суань Ци действовать и рассеиваться внутри меридианов.

Он все еще был на некотором расстоянии от Цзюнь Мосе, когда пошатнулся и упал. Затем Сяо Бу Ю с трудом встал и поднял голову, прежде чем его вырвало кровью. Он мог видеть только золотой свет, мигающий перед его глазами. Старик беспомощно посмотрел на Цзюнь Мосе. Затем он заскрежетал зубами от ненависти, прежде чем заговорил низким голосом:

- Почему ты так жесток, Цзюнь Мосе? Ты не боишься кармы? Ты не боишься возмездия?

Цзюнь Мосе жестоко посмотрел на него и рассмеялся:

- Ты упоминаешь карму и возмездие, Сяо Бу Ю? Разве ваша семья Сяо не думала об этом дне, когда вы замышляли заговор против нашей семьи Цзюнь? Вы не думали, что было жестоко, когда сотни тысяч солдат погибли за эгоизм этого человека? Когда бесчисленное множество людей были разлучены со своими семьями... когда семьи были разрушены и их люди погибли! Разве ты не был счастлив тогда? Разве ты не был счастлив, сука?

Какое ты имеешь право называть меня жестоким? В этом мире сотни тысяч сирот и вдов из-за твоего злого эгоизма. Многие люди были унижены и убиты! И многие из этих храбрых солдат стали мучениками!

Многие герои этого мира были обижены из-за тебя! Все произошло, потому что ты был сильнее! Ты был сильнее, верно? А теперь – иди н**уй! Ты всего лишь кусок говна! Кучка ублюдков!

Что, сука, тебе не нравится, когда ты смотришь на своего внука под моими ногами... ни живого, ни мёртвого? Да?! Нравится тебе это или нет? Старый ублюдок! Думаешь, твоего внука будет достаточно?! Это не так! Просто жди! Это случится со всеми твоими потомками! И поверь мне... очень скоро ты будешь видеть такое достаточно часто!

Цзюнь Мосе громко, пронзительно и скорбно рассмеялся. Зловещий свет замерцал в глазах Сяо Бу Ю. Он уже решил предпринять решительные действия. Он решил принять решительные меры против Цзюнь Мосе!

- Ты недалёк от такой судьбы, Второй Старейшина! Я принял меры к тому, чтобы этот человек не мог ни видеть, ни слышать. Он даже не сможет использовать свои конечности! Но я сделаю его ещё большим калекой! Я прослежу, чтобы у него не было детей! Я превращу его в объект насмешек! Я сделаю его абсолютно бесполезным!

Цзюнь Мосе поднял глаза и дал свирепый рев. Кровь капала с его меча, когда он указал на небо! Затем появилась вспышка. И за ней последовал брызг крови. Сверкающий меч вонзился прямо в промежность Сяо Хана с неумолимой точностью. Кусок плоти полетел и упал на ногу Цзюнь Мосе. Тот пинком отправил его прямо в воздух.

Сяо Хан был не в состоянии что-либо делать. Однако он еще не умер. На самом деле было бы намного лучше для него, если бы он умер мучительной смертью, чем остаться живым в том состоянии, в котором он был в настоящее время…

Лунный свет сиял над землей. Все молчали от страха... их тела дрожали, а лица побледнели!

Глава 425. Я не так близок к демону, как ты!

Королева Змей была известна как королева ядов. И она была необычайно жестокой по характеру. На самом деле Короли зверей Суань были уверены, что её злоба не уступает ничьей. Но даже она задрожала в этот момент. Её глаза хорошо выражали страх её сердца

«Такое жестокое наказание может существовать в этом мире! Этот человек настолько хладнокровный и жестокий!»

«Сердце Цзюнб Мосе такое холодное...? Оно сделано из железа или типа того? Он так холоден и равнодушен! Он такой бесчувственный! Он такой безжалостный! Тем не менее это правда, что такое наказание было заслуженным...»

Глаза девушки в белом не изменились бы, даже если бы прямо перед ней произошел оползень или протанцевали три носорога в чулках. Однако сейчас они изменились и стали неизмеримо глубже.

«Этот очень жестоко. Я слышала о "Смерти от тысячи порезов". Ещё бывали случаи, когда пять лошадей разрывают преступника на пять частей. Я уверена, что большинство людей знает о таких жестоких методах казни. На самом деле многие, должно быть, даже мечтали о таком, так как у каждого есть какой-то объект жалкой ненависти, с которым они хотели бы сделать всё это. Но есть очень мало людей, которые смогли бы осуществить то, что происходит в данный момент...»

«Человек – это всегда человек. Таким образом, у него всё ещё есть предел тому, насколько он может ненавидеть, и сколько психического давления его душа может выдержать в отношении такой ненависти».

«Можно даже сказать, что в группе из десяти тысяч человек не было бы никого, кто бы подумал сделать что-то подобное этому».

«Более того, говорить или думать о чём-то подобном – это одно. Но делать это по-настоящему – это совсем другое дело. Люди, которые способны сделать такие вещи... и сохранять равнодушное лицо после этого... очень редкие! И это потому, что за этим стоит что-то, что далеко выходит за рамки выносливости нормального человека...»

«Кто не говорит о том, что он может сделать такие безжалостные вещи? В самом деле многие мужчины говорят об этом по отношению к врагам. Тем не менее количество людей, которые действительно пойдут вперёд и сделают эти вещи, очень мало. Но такие жестокие и хладнокровные действия можно было бы совершить в реальности, только если бы ненависть накапливалась на глубоком уровне и вспыхнула в определённый момент».

«Но Цзюнь Мосе проводит эту пытку очень методично. Сам же он кажется незатронутым и незаинтересованным. Это очень редкое явление. Только представьте... нормальный человек будет хмуриться от одной только мысли убить кого-то. Но это реальный человек... реальный и живой человек, чьи части он отрезает одну за другой. Забудьте о том, чтобы говорить о чем-то подобном... даже представить себе – это невыносимо для большинства людей!»

Пределы терпимости Сяо Бу Ю уже были преодолены, несмотря на то, что он был экспертом четвёртого уровня Суань Духа. Его глаза стали безжизненными, когда он смотрел на этот едва дышащий кусок плоти на земле. Казалось, что его поразила молния. Он был полностью ошеломлен и изумлён.

Как он мог знать, что Цзюнь Мосе будет настолько смелым и безжалостным? Как он мог представить, что этот юноша не оставит места для милосердия?

И Сяо Юу Ю был не единственным, кто так думал…

Было много других специалистов Суань, стоявших неподалёку. Присутствовали и многие ветераны, привыкшие к кровавой бойне на поле боя. Но все они затаили дыхание при виде этой сцены.

Принцесса Серебряного города – Хан Янь Мэн была не очень сильной на психологическом уровне. Так что сейчас она уже могла только плакать без остановки, прежде чем её глаза не закатились назад. Уже на середине пытки она упала в обморок на руки Му Сю Тонга. Однако был ещё один человек, который был бы в восторге от перспективы обморока.

И этот человек был тем куском плоти, который всё ещё не перестал извиваться на земле. Почти мертвый Сяо Хан отчаянно хотел упасть в обморок. На самом деле он хотел даже умереть! В конце концов, это положит конец боли. Боль была очень мучительной. Но смерть была большой роскошью для Сяо Хана.

Лица остальных пяти старейшин покраснели. Но они не двигались ни на дюйм с тех пор, как были окутаны этой энергичной убийственной аурой. Вместо этого они тщетно скрежетали зубами, а их глаза открылись так широко, что едва не выпадали из глазниц.

Они считали, что такая сильная аура может исходить только от какого-то таинственного и уникального специалиста. На самом деле они верили, что это был тот самый таинственный мастер, который поддерживал семью Цзюнь. Они знали, что они не могут действовать или вмешиваться в этот момент. Они верили, что разозлят этого таинственного мастера, если будут действовать. И он убил бы их всех, если бы это произошло. Они чувствовали, что это будет так же просто, как махнуть рукой для кого-то столь же сильного, как этот таинственный человек…

Это было то, что называлось "не слишком близко и не слишком далеко". Это мощное возмездие придет по их душу, если они будут действовать. Но исходило это не от таинственного мастера, который поддерживал семью Цзюнь. Вместо этого это исходило от девушки в белом…

- Хе-хе-хе-хе-хе-хе!

Внезапно мягкий, но возвышенный голос захихикал в этой смертельной тишине. Все проследили за звуком смеха к его источнику. Выражение лица "источника" было довольно безразличным и спокойным. У него даже была приветливая улыбка на лице. Его тело стояло прямо в героической манере – это был Цзюнь Мосе!

Тот, кто смеялся... был Цзюнь Мосе!

Он смеялся даже в этот момент! Он только что своими руками совершил это исключительно жестокое злодеяние. Тем не менее он всё ещё смеялся, как будто ничего не произошло.

- Это очень хорошо! – Цзюнь Мосе посмотрел на Сяо Бу Ю. – О, ты ещё тут, Сяо Бу? Это чувство, когда медленно разрезаешь тело человека, которого ненавидишь больше всего в мире... это очень замечательно. На самом деле даже слова "замечательно" недостаточно, чтобы описать это счастье... особенно, когда человека зовут Сяо Хан, а мою семью – семья Цзюнь.

Сяо Бу Ю стоял неподвижно, как камень, до этого времени. Однако теперь он начал раскачиваться. Он твёрдо смотрел на Цзюнь Мосе. Странный булькающий звук вышел из его горла, но, в конце концов, он не смог ничего сказать.

- Тебе не нужно ничего говорить! Я понимаю, что ты чувствуешь. Я могу даже выказать тебе своё понимание и выразить своё сочувствие... от всего сердца!

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

- В конце концов, он – твоя плоть и кровь. Он – твой род... видеть, как твой род умирает перед собой, должно быть, огромная трагедия. Я приношу свои извинения. Нет, это звучит неправильно, не так ли? Я очень сожалею об этом. Я сказал неправильно в первый раз. Но я обязательно обращу внимание в следующий раз…

Цзюнь Мосе затем попытался сменить тему:

- Кхм, нет... я нахожу, что я действительно говорил неправильно. Видите ли, я был очень счастлив и взволнован минуту назад. Поэтому я говорил неправильно, не обращая внимания. Ты не должен обижаться, ха-ха-ха! Вообще-то ты должен быть благодарен мне. Сяо Хан, конечно, калека, но я всё ещё позволил ему жить. Значит, это не то же самое, что смотреть, как умирает твой родственник. Разве я не прав насчёт этого?

Молодой мастер Цзюнь потер руки и продолжил в слегка смущённом тоне:

- Более того, его всё ещё нельзя назвать полноценным калекой. В конце концов, я ещё не сломал ему позвоночник. У моего сердца слабость к этому человеку. Моё сострадание к нему не останавливалось ни на минуту. И поэтому я не смог сделать свою работу должным образом. Я понимаю, тебе это не нравится. Конечно, я могу исправить свою ошибку и полностью искалечить его, если ты хочешь. Обещаю, что не оставлю тебя недовольным. Я хотел бы извиниться перед тобой ещё раз!

- Ты... ты... ты демон! – губы Сяо Бу Ю дрожали от неописуемого горя. – - Демон…

- Я не очень люблю это слово. Ты мне очень льстишь, если честно. Но я действительно не заслуживаю этого слова, – Цзюнь Мосе покачал головой. – Ты должен подумать о том, чтобы немного изменить его. Потому что я – не демон по сравнению с семьей Сяо…

Он поднял свой меч, когда говорил. Затем он направил его вниз. В результате кровь Сяо Хана стекла вниз. Меч в мгновение ока снова стал чистым и сверкающим.

- Я, наконец, понял, что такое истинное божественное оружие! Убить миллионы... и даже не запятнать! Я всегда думал, что это пустые слова. Хе-хе... я наконец-то обнаружил, что такое оружие действительно существует. Это хороший меч! Это очень хороший меч! – Цзюнь Мосе вздохнул. Его слова заставили всех трепетать.

«Убить миллионы, и даже не запятнать…»

- Второй Старейшина Сяо, я знаю, что ты только притворяешься, что на грани краха. Ты копишь энергию в реальности. Я знаю, что в конце концов ты захочешь сделать шаг, чтобы убить меня. В конце концов, ты уже решил убить меня сегодня. Ты даже готов игнорировать последствия. Разве это не правильно?

Цзюнь Мосе искренне улыбнулся:

- Это вроде как очевидно, не так ли? Но ты был ранен, и твой дух тоже пострадал. Итак, ты хочешь ещё немного времени, чтобы подготовиться? Позволь мне спросить тебя об этом, пока ты... ты знаешь о зале Хуан Хуа, второй старейшина Сяо? Это ад?

«Хуан Хуа! Зал Ада...!» – глаза Цзюнь Вуя широко открылись и начали ярко светиться.

Он никогда не забудет ту ночь, когда он ворвался в тот зал с Цзюнь Мосе, и стал свидетелем этого чрезвычайного человеческого зверства. На самом деле, он дрожал от гнева каждый раз, когда вспоминал об этом.

Сяо Бу Ю посмотрел на Цзюнь Мосе с крайней ненавистью. Он приложил все усилия, чтобы призвать свою силу, но потерпел неудачу.

«Я – тот человек, который несёт ответственность за разрушение твоего Зала Ада! Разве это не неожиданно?»

Ранее весёлое состояние Цзюнь Мосе было стёрто с его лица за секунду. На смену ему пришла холодная беспощадность. Убийственная аура в его голосе усиливалась, когда он говорил:

- Всё кажется случайностью. Мой план был очень прост, когда я действовал против этого Ада. Сначала я думал, что это была жестокая организация, зарабатывающая деньги. Но потом мне стало известно об обучении проституток в Тянсяне. И я понял, что был неправ. На самом деле я ошибался... Это потому, что те низшие люди, которые заставляют женщин заниматься проституцией и продавать своих детей, наполовину не так бесчеловечны, как люди за Залом Ада! На самом деле они будут неспособны выполнять задачи, которые от них потребуют выполнять в Зале Ада! В конце концов, они обычно продают девочек и мальчиков, которые не выглядят привлекательными. Возможно, они начинают обучать их делать странные работы или сами становятся торговцами плотью…

В любом случае даже у торговцев детьми достаточно совести, чтобы не ломать детям конечности и пронзать их бесконечными штырями, а потом топить в банках... Такое могли сделать только те самые сознательные дикари из Зала Ада. Никто до них не мог сделать ничего подобного...

Итак, я был сбит с толку. И я начал интересоваться этими вещами.

Я задавался вопросом: какая глубокая ненависть должна быть у владельца этого учреждения? Эти дети, очевидно, не могли спровоцировать владельца заведения на такое. Значит, осталось только одно решение. Какая ненависть у владельца Зала к родителям этих детей, чтобы делать с ними такое?

Мой дедушка и третий дядя говорили о той ночи. Они упомянули о войсках, которые служили под их командованием в прошлом. Но потом и тени этих солдат нигде не было видно в течение длительного времени. Возможно, они были разочарованы из-за прошлого. Но разве они не должны были приходить в дом своего Господина время от времени? Разве они не должны были сообщить своему бывшему Господину, что они всё ещё живы и счастливы...?

Цзюнь Вуй начал дрожать, когда Цзюнь Мосе заговорил об этом. Цзюнь Вуй мог ясно вспомнить тот день, когда он разговаривал об этом со своим отцом. Он мог вспомнить то чувство разочарования, странное чувство большой потери и ностальгии... однако он смутно догадывался о чём-то из тона голоса Цзюнь Мосе. И его глаза стали красными от того, что он понял…

Глава 426. Эксперт Духа Суань пал!

- Я давно слышал о том, что говорить — это искусство: у говорящего нет особого намерения что-то говорить, но слушатель видит в его словах свой смысл. Итак, я начал собственное расследование. И я начал изучать войска, которые служили при моем отце в то время. Где они теперь жили? Чем они занимались? Полмесяца я потратил на это расследование. И мне сообщили, что эти мужчины таинственным образом исчезли вместе со своими женами и детьми в какой-то момент времени...

Я, разумеется, продолжил свое расследование. И я проверил каждое дело, которое в то время сняли, потому что не было ни единой зацепки. И я обнаружил, что было бесчисленное множество убийств, где были стёрты все доказательства убийства. Эти убийцы не оставляли никаких улик. Таким образом, власти не могли ничего сделать против них. Кроме того, эти трупы были в ужасном состоянии. Ни один человек не мог даже идентифицировать их должным образом. Единственное – это то, что эти трупы были не пожилых людей... более того – не было там и детей...

Голос Цзюнь Мосе наполнился горем и жестокостью:

- Поэтому я очень внимательно изучил каждую деталь... Кто был за этим Залом, который так плохо обращался с этими детьми? Возможно, эти дети были сиротами тех солдат? Но это означало, что эти дети так много страдали, потому что их родители были связаны с семьей Цзюнь... И это также означало, что человек за Залом Ада, должно быть, питал глубокую ненависть к моей семье, семье Цзюнь. Но кто же тогда мог быть этим скрытым врагом? Кто это мог быть?!

Глаза Цзюнь Мосе встретились с обиженным взглядом Сяо Бу Ю. И глаза молодого мастера Цзюнь также начали становиться яростнее. Он сделал шаг вперед, взглянув на Сяо Бу Ю и серьезно спросил:

- Второй Старейшина Сяо, я слышал, что ты – самый мудрый в семье Сяо. Так ты можешь сказать мне, кто этот человек за Залом Ада? Кто это?! Кто может быть настолько лишен человечности? У кого может быть такая ненависть к нашей семье Цзюнь... что они готовы выплеснуть свою ненависть на невинные жизни таким безумным способом? Второй Старейшина Сяо, скажи мне... кто это?

Цзюнь Мосе сделал ещё один шаг вперед. Его холодная и убийственная аура становилась всё сильнее с каждым его шагом.

Сяо Бу Ю, наконец, отвернулся, так как молодой мастер Цзюнь продолжал смотреть на него. Неожиданно старик больше не мог противостоять ему. На самом деле, Сяо Бу Ю бессознательно делал шаг назад с каждым шагом, который молодой мастер Цзюнь делал вперед. Более того, его поведение стало тревожным и озадаченным. Эксперт по Духу Суань испытывал стыд и недоумение от вопросов Цзюнь Мосе!

Каждый шаг Цзюнь Мосе напоминал небесный гром в ушах Сяо Бу Ю. На самом деле, его сердце также начало биться в ритме шагов молодого мастера.

- Откуда этому старику знать? О какой нелепой загадке ты говоришь? – сердито спросил Сяо Бу Ю. Но его голос дрожал. Любой человек, даже с небольшим знанием счёл бы странным, если голос эксперта по Духу Суань дрожал вот так.

- Я только подозревал это раньше. Но потом Сяо Хан пришел в город Тянсян после того, как я разобрался с Адским Залом. Более того, он, казалось, взял на себя инициативу искать моего третьего дядю, чтобы доставить ему неприятности. Почему он так быстро прибыл в такое "удачное" время? Можете ли вы ответить на этот вопрос для меня, второй Старейшина Сяо?

- Ты подозреваешь меня? Как этот старик мог сделать такое? Какие у тебя есть доказательства? – голос Сяо Бу Ю дрожал, когда он громко кричал.

- Я подозреваю тебя в какой-то степени. Но ты очень прославлен в Городе Серебряной Метели. Таким образом, ты не смог бы провернуть такое. Тем не менее было так много убийств, и так много случаев без доказательств... Было бы понятно, если бы было несколько случаев, когда не осталось никаких доказательств. Но столь много... это заслуживает более пристального внимания. И какая сила будет иметь возможность подавить так много дел? А доказательства? Ты просишь у меня доказательств? Тебе нужны доказательства? Как человек, решительный в своем сердце, может оставить какие-либо доказательства?

Цзюнь Мосе странно улыбнулся:

- Однако теперь у меня есть еще кое-что. Видишь ли, в моем сердце появилось новое подозрение. Почему ты спросил, подозреваю ли я тебя, вместо того, чтобы спросить, подозреваю ли я семью Сяо? Или, может быть... ты должен был спросить меня, подозреваю ли я Сяо Хана, а? Мудрый и дальновидный Сяо Бу Ю должен чётко помнить, что я специально указал на Сяо Хана. Так почему ты принял мои обвинения на себя? Это такой счастливый удар! Твоё признание даже вытаскивать не пришлось!

Сяо Бу Ю споткнулся и снова пошатнулся. С его бровей капал пот:

- Полная чушь! У тебя нет доказательств! Эти пустые слова из твоего поганого рта нужны, чтобы заманить в ловушку невинного человека... чтобы заманить в ловушку семью Сяо! Какой злой план ты задумал?

- Ты опять ошибаешься, второй Старейшина Сяо. Я ясно упомянул только Сяо Хана. Когда это я обвинял семью Сяо? Какая в этом логика? Сяо Хан представляет всю семью Сяо? – Цзюнь Мосе давил с каждым шагом, преследуя своего отступающего врага. Его глаза сверкали всё более ярко.

И методы Цзюнь Мосе давали результаты...

Разум Сяо Бу Ю был в замешательстве.

Он уже не собирался убивать своего врага.

Во-первых, Сяо Бу Ю был вовлечен в эту надоедливую драку. Затем ему пришлось столкнуться с нападением Одинокого Сокола, и он получил травму. Затем Сяо Хан подвергся жесточайшему обращению. И затем бесчеловечный Зал Ада был упомянут ему, как только слабость в его психической защите была найдена. Следовательно, умственная защита старейшины Сяо была разбита полностью!

- Цзюнь Мосе, ты клеветник и лжец! Ты хочешь сказать, что у тебя есть доказательства против моей семьи Сяо? Твой язык похож на нож! Ты выдвинул эти обвинения против семьи Сяо Города Серебряной Метели! – лицо Сяо Бу Ю обливалось потом. Его лицо начало подёргивать, как у сумасшедшего.

- Доказательства? Я уже много раз говорил тебе, что у меня их нет. У меня только подозрения. И моих подозрений в этом деле достаточно.

Взгляд Цзюнь Мосе резал, словно холодный нож:

- Сяо Бу Ю, ты все еще думаешь, что мне понадобятся какие-то дерьмовые доказательства на данном этапе? Кто в этом мире способен держать это дело в тайне? У кого есть власть подавлять такие дела? И у кого такая глубокая ненависть к моей семье Цзюнь?

Молодой мастер Цзюнь произнес последние слова тихим голосом, чтобы только немногие из его близких могли услышать их. Следовательно, лицо Цзюнь Вуя превратилось в жестокую и ужасную маску.

Эти указатели носили лишь умозрительный характер. И Цзюнь Мосе признался в этом. Но эти предположения были очень разумными. И каждая из этих спекуляций указывала только на одно направление!

Глаза Цзюнь Вуя наполнились слезами. Он отчаянно хотел улететь обратно в город Тянсян, чтобы найти место, где могли бы поселиться эти дети…

- Знаешь что? Некоторое время назад я получил небольшой платёж от маленькой девочки. И я обещал уничтожить Зал Ада взамен, – образ этой беспомощной маленькой девочки появился в глазах Цзюнь Мосе. Он мог видеть маленькое мёртвое тело её младшего брата... И то, как она пыталась связаться с ним... и эта сломанная медная монета...!

З Таким образом, очевидно, что я должен был сделать эту работу, так как я получил оплату!

Цзюнь Мосе затем безжалостно продолжил:

- Расслабься, Сяо Бу Ю. Я не убью никого из семьи Сяо. Я просто покалечу их одного за другим. Я отрежу им языки, носы и уши. Я выбью им все зубы. Я отрежу им яйца или сиськи и сломаю им хребет. Затем я запихну их в банки, пока они не состарятся и не сдохнут. Я покажу всему миру, какие они "скромные" люди. Я дам миру знать, куда ведет дорога дикости и жестокости! Тебе нравится мой план?

- Ты... как ты смеешь! – Сяо Бу Ю издал сильный рев. – Как ты, сука, смеешь! – но его голос был очень слабым, так как он увидел, что все смотрят на него с презрением. Его рёв уже не был ужасающим и страшным…

Разум эксперта четвёртого уровня Духа Суань был побеждён Цзюнь Мосе, хотя он был почти так же силен, как Великие Мастера! Старик не был связан с Адским Залом напрямую. Но это не значит, что на нём не было никакой вины. Это было потому, что Сяо Хан... его внук... был вовлечён в это дело.

Более того, ни одно из этих злодеяний никогда бы не произошло, если бы Сяо Бу Ю не поддержал хладнокровные репрессии своего внука в то время…

У каждого есть темная сторона. Можно попытаться скрыть ее. И можно попытаться притвориться в ошибочном совершении, подавляя эту темную сторону в себе. Тем не менее, эта темнота в конечном итоге откроется миру, как только крышка, покрывающая ее, будет снята. Человек может быть крайне презренным. И человек может быть совершенным... или даже фальшивым... но никто не сумеет уйти от своей тёмной стороны!

Сяо Бу Ю сломался!

У его духа и тела уже не было сил, чтобы отомстить!

Третий, седьмой и девятый старейшины имели разные выражения на лицах. Одному было стыдно, другой смотрел с ненавистью, а третий – обиженно. Глаза Семи Мечников были полны отвращения. Они никогда не думали, что семья Сяо может быть вовлечена в такую бешеную дикость!

Хан Янь Мэн уже очнулась. Она не могла не задрожать, когда услышала, что произошло. Даже она смотрела на семью Сяо с отвращением и ненавистью.

Любой человек с любым чувством совести не смог бы остаться равнодушным, если бы услышал о таких жестоких событиях…

Любой, кто не мог увидеть улики, после допроса Цзюнь Мосе и последующей реакции Сяо Бу Ю... перестал сомневаться.

- Сяо Бу Ю, как члены семьи Сяо проникли в эту армию? Скажи мне, я уверен, что ты знаешь! – эти слова вышли из уст Цзюнь Мосе в то время, когда все думали над этой темой, и разум Сяо Бу Ю был в беспокойном состоянии…

- Кто этот предатель?!

Этот крик был ещё громче. Это было результатом накопленной энергии всего тела Цзюнь Мосе. Этот громкий крик состоял исключительно из духовной энергии. На самом деле, это звучало как рёв легендарного Льва Суань. Даже пламя горящих факелов заколебалось в тот момент. Каждый чувствовал громкий взрыв в своем сознании. Их культивация стала казаться скудной, а разум поплыл. К ним начали возвращаться события прошлого…

Сяо Бу Ю дрожал, так как основная тяжесть рухнула на него. Его глаза наполнились чувством потери в этот момент. И вдруг он почувствовал, что стоит перед господствующим и внушающим благоговение Верховным Богом. Этот Бог задал ему этот громовой вопрос и, делая это, навязал ему чувство чистого господства над ним. И это вызвало непроизвольную реакцию в глубине его сердца! Он почувствовал, что не может игнорировать этот приказ…

Глава 427. Метод Сдерживания Великого Духа!

Вокруг стояла тишина. Крик Цзюнь Мосе прозвучал как громкий гонг с небес. И это было похоже на удар грома для ушей Сяо Бу Ю, так как его разум и так уже был в хаосе в этот момент.

Цзюнь Мосе спросил Сяо Бу Ю о Зале Ада в очень резкой манере. Но Старейшина Сяо подсознательно сделал бы все, чтобы сопротивляться, несмотря на то, что он подвергся жестокому нападению. И было бы не так легко добиться от него правды. В конце концов, Сяо Бу Ю был экспертом четвёртого уровня по Духу Суань. Таким образом, его ответ был бы очень быстрым, но лживым, даже если бы его разум сломался. Поэтому было очень трудно привести его в такое душевное состояние…

Тем не менее Цзюнь Мосе тщательно воспользовался этим состоянием и прорвался в бездну духа Сяо Бу Ю. Затем он сделал еще один выстрел, чтобы атаковать внутреннее ядро своего противника, и снова застал его врасплох.

Разум Сяо Бу Ю был в полном хаосе. И он невольно пробормотал:

- Предатель?

Однако голос Цзюнь Мосе внезапно изменился в этот момент. Он стал нежным и добрым. На самом деле его голос был полон магнетизма... словно у матери, которая обращается к своему ребёнку. Он был пронзительным и полным сил. Выражение молодого мастера Цзюнь, казалось, излучало фантастический и яркий свет. Он посмотрел Сяо Бу Ю в глаза и медленно спросил:

- Кто те люди, которых ты использовал, чтобы проникнуть в лагерь семьи Цзюнь? Кто помогал тебе в убийстве Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна? Кто они такие? Скажи мне, кто эти люди?

Слабый взгляд Сяо Бу Ю встретился с глазами Цзюнь Мосе. Они словно пытались бороться…

Веки Старейшины Сяо начали опускаться и оставались такими долгое время... затем они внезапно открылись снова. Однако теперь его выражение было другим…

- Эти люди...? Я слышал, что было несколько мужчин в красных масках, – выражение лица Сяо Бу Ю стало очень расслабленным. На самом деле, казалось, что он говорил во сне. – Позже я узнал, что они были из Зала Кровавого Меча. Они помогли нашей семье Сяо. Они даже договорились сами. Обе стороны преследовали одну и ту же цель.

- Люди из Зала Кровавого Меча... хе-хе... они... но почему они помогли тебе? Ваши цели были одинаковыми? Они также были против Цзюнь Вуя? Или всей семьи Цзюнь? Или был другой человек, который подстрекал их сзади?

«Зал Кровавого Меча!»

В глазах Цзюнь Мосе вспыхнул резкий свет. Но его голос был по-прежнему нежным, как теплый ветерок, дующий по верхушкам деревьев. На самом деле каждый, кто слышал его разговор, чувствовал себя очень комфортно и тепло внутри. Голос этого человека может заставить человека чувствовать себя так безопасно и комфортно, что глаза закрывались сами…

И тот, на кого рухнула вся тяжесть этого удара – Сяо Бу Ю. Его сердце ещё больше дрогнуло. И его выражение стало очень лёгким и расслабленным. Он, казалось, забыл о горе и возмущении... и позор, и бесчестье, которые он перенес минуту назад.

Это был великий метод сдерживания Духа. И он был смешан с гипнозом!

Это было экстремальное сочетание современных методов гипноза и великого древнего метода сдерживания Духа. И Цзюнь Мосе успешно использовал эту комбинацию в данном случае.

Цзюнь Мосе воспользовался нервным срывом Сяо Бу Ю и широко распахнул самые сокровенные двери его сердца. Затем он вошёл так же быстро, как молния.

Базовый Эксперт Суань Неба сумел загипнотизировать эксперта Духа Суань четвёртого уровня! Это было чудом техники, и этот мир никогда не видел ничего подобного раньше. Он достиг замечательных высот, которых никогда не видел в своем поколении...

У всех на лицах было изумление.

В глазах девушки в белой одежде вспыхнул свет изумления. Она посмотрела на Цзюнь Мосе таким образом, что казалось, будто она начала питать сильное желание понять этого чудесного юношу всеобъемлющим образом. Эта неслыханная и невиданная чудесная техника даже оставила кого-то с ее достижениями, чтобы чувствовать себя избитым и потрясенным…

- Я не знаю, почему они это сделали. Наша семья Сяо уже должным образом подготовилась к нападению в то время. Мы даже не ожидали, что они протянут руку самостоятельно. Но мы пришли к мгновенному соглашению, поскольку наши цели были одинаковыми. И после этого все прошло без сучка и задоринки…

Лицо Сяо Бу Ю упивалось детской гордостью. Однако его глаза всё ещё были пусты:

- После этого мы не смогли найти ни одного их следа. Люди, которые шли в лагерь, чтобы оказать поддержку, каждый раз были разными. Сначала их было легко идентифицировать. Но мы никогда не видели их снова, как только их работа была выполнена. Зал Кровавого Меча, по-видимому, организовал это…

- Хмм... Зал Кровавого Меча не оставляет никаких доказательств, когда они работают. Хе... значит, ты не знаешь, кто они такие... – Цзюнь Мосе кивнул с пониманием, продолжая говорить мягким и ободряющим тоном.

- Да... – на лице Сяо Бу Ю было выражение стыда. Он повесил голову, как ребёнок, совершивший проступок. – Я не участвовал в этих операциях. Это был Сяо Хан и его братья. Я услышал об этом намного позже.

Затем на его лице показалась гордость, когда он проговорил с гордыней:

- То, что должно было быть сделано, было сделано. Сила – лучший аргумент. Кроме того, эти муравьи были ничтожествами. Они не стоили моего личного вмешательства!

- Ах! Ты прав! Хорошо. Отлично! Сила – лучший аргумент! – синие вены начали пульсировать на лбу Цзюнь Мосе. Тем не менее он взял себя в руки и продолжил. – И те же люди имели дело с Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуем позже?

- Да... это были тоже они... люди из Зала Кровавого Меча... – Сяо Бу Ю ни капли не колебался.

- Скажи мне... кто конкретно участвовал в этих операциях? Только Сяо Хан и его братья? Должно быть, было много людей, верно? – Цзюнь Мосе улыбнулся. Его выражение было мягким.

- Да, как могли несколько человек сделать это так быстро? Мы имели дело с армией, и всё было очень сложно... ах... я помню... это был Сяо Хан, Сяо Лян, Сяо Чжэнь, Сяо Чен, Сяо Гуан... – Сяо Бу Ю выдал имена то ли четырнадцати, то ли пятнадцати человек на одном дыхании. Затем он продолжил. – В конце концов мы заставили презренную семью Цзюнь заплатить высокую цену. Вы должны заплатить цену, если вы провоцируете семью Сяо!

- Цена, которая была заплачена... не была слишком маленькой. Тем не менее Цзюнь Вуй посмел покушаться на невесту Сяо Хана. Но вы предприняли такие действия. Зачем нужно было делать такое огромное дело? – Цзюнь Мосе твёрдо запомнил эти имена. Затем он задал другой вопрос. – Просто посмотри на войска, которые пришли сюда из Города Серебряной Метели. Каков статус Сяо Хана? Почему у него такое большое влияние?

- Почему бы нам не быть чрезмерными? Между всем этим есть большая связь. В конце концов, у нынешнего владыки Города Серебряной Метели нет сына. У него всего две дочери. Обручение старшей дочери и Сяо Хана было согласовано давным-давно. Мы надеемся, что младшая дочь также выйдет замуж за одного из семьи Сяо. Мы очень много работали для этого. Наша семья Сяо сможет управлять Городом Серебряной Метели и всем миром через примерно десяток лет, если обе его дочери будут в нашей семье!

Предок нашей семьи Сяо умер за Город Серебряной Метели. И он не просто погиб. У него была сильнейшая культивация Суань. В то время он также был Владыкой Города Серебряной Метели. Более того, он был первым среди этих побратимов. Итак, можно сказать, что Город Серебряной Метели основан благодаря работе моей семьи Сяо. Но семья Хан стала Владыкой Города Серебряной Метели после смерти нашего предка. Почему? Наша семья Сяо была подавлена в течение нескольких сотен лет. Нас номинально считают "младшими братьями". Но мы должны быть равны им или, может быть, даже выше... что одна безосновательная клятва даже не стоила собачьего дерьма! Но это лишило нашу семью Сяо всего, чего мы желали! Почему?!

В это время у Сяо Бу Ю появилось зловещее выражение на лице:

- Этот урод, Цзюнь Вуй, прибыл именно тогда, когда наш план должен был воплотиться. И всё, что наша семья Сяо готовила в течение длительного времени, в результате было зря! Наша семья Сяо ждала такой возможности сотни лет! Но этот проклятый Цзюнь Вуй разрушил это... этот проклятый Цзюнь Вуй... эта проклятая семью Цзюнь... чёрт их побери! Они заплатят свою цену! Тот, кто посмеет разрушить планы семьи Сяо, должен быть уничтожен!

Сяо Бу Ю проклинал в ненависти.

Это была удивительная информация! На самом деле это было потрясающе!

Мужчины из Города Серебряной Метели тоже были поражены. Оставшиеся старейшины – Третий, Пятый, Шестой, Восьмой и Девятый – разделились на две группы в мгновение ока. Они всё ещё были окутаны темной и скрытной внушительной аурой. Таким образом, они не осмелились сделать шаг, даже если они хотели. Но их поведение и выражения явно демонстрировали этот разрыв.

Шестой, Девятый и Восьмой старейшины пытались подавить тревогу в своих глазах. И на их лицах были выражения ужаса. Было очевидно, что эти трое старейшин были членами семьи Сяо. Но у Третьего и Пятого старейшин было выражение негодования. На самом деле они почти начали ругаться.

Эти двое мужчин, очевидно, были со стороны семьи Хан.

Однако Хан Янь Мэн была поражена сильнее всего этим откровением. Её красивые глаза открылись так широко, что почти достигли ее ушей. Она никогда не могла себе представить, что эти приветливые дедушки и дяди из семьи Сяо всё это время замышляли интриги против её семьи Хан.

Цзюнь Мосе скрытно огляделся. Затем он продолжил:

- Семья Сяо действительно планировала далеко вперёд. Аранжировки тоже были довольно изысканные. Но разве у семьи Хан нет мужского потомства? В семье Владыки нет сына. Но у него должны быть братья... Или ты говоришь, что даже у его братьев нет сыновей? Так зачем им передавать все семье Сяо? Это просто выдача желаемого за действительное…

- Хе-хе, мы, очевидно, думали об этом, так как мы хотим взять всё под контроль, – рассмеялся Сяо Бу Ю с гордостью и продолжил. – Мы начали планировать эти вещи после рождения второй дочери Владыки. Братья Владыки пострадали не совсем от несчастных случаев, вы знаете? Кроме того, есть много других старейшин и младших братьев... но мы, очевидно, знаем, как обращаться с ними…

- Ты должен знать об Адском Зале Сяо Хана, верно? Вся ваша семья Сяо решила начать это предприятие, верно? – Цзюнь Мосе изменил тему. Его лоб уже был покрыт бусинами пота размером с фасолину.

Он тратил много духовной энергии, чтобы поддерживать гипноз Сяо Бу Ю. Духовная энергия и развитие Цзюнь Мосе были очень глубокими. Но он медленно начинал чувствовать себя некомпетентным перед лицом этой задачи. Поэтому он снова обратился к вопросу о семье Цзюнь. Более того, голос Сяо Бу Ю стал стабильным в ходе этого диалога. На самом деле не было никаких признаков настороженности от его подсознания на данный момент...

- Нет. Сяо Хан и его братья сами решили сделать это. На самом деле было слишком поздно, когда мы узнали об этом. Так, у нас не было выбора, кроме как следовать за ними. Очень немногие люди в семье Сяо знают об этом вопросе. В конце концов, эта вещь слишком позорна... она вредит самим небесам! Но, во всяком случае, эти люди были никем. Более того, прибыль от этого предприятия была довольно велика! – выражение Сяо Бу Ю было довольно противоречивым... в нем были следы раскаяния и жадности.

Никто не ожидал, что этот седой старик с таким боевым статусом и славой будет способен мыслить так узко и грязно. Кто бы поверил в это, если бы он сам не сказал? Кто бы посмел в это поверить?!

«Крайне бесстыдно!»

- Ну... ты хорошо справился. Я решил вознаградить тебя. И это будет огромная награда! – глаза Цзюнь Мосе пылали буйным пламенем, когда он говорил легко и свободно.

- Большая награда?! Какая это награда?! – выражение Сяо Бу Ю стало чрезвычайно возбуждённым. Казалось, что ребёнок смотрит на вкусные и заманчивые конфеты.

- Ты должен сделать кое-что, прежде чем я вознагражу тебя. Ты должен попрыгать и раздеться. Ты получишь награду, когда всё сделаешь. Тебе очень понравится награда, которую ты получишь, – злобный свет вспыхнул в глазах Цзюнь Мосе.

Цзюню Мосе нужно было только крутануть запястьем, чтобы убить Сяо Бу Ю при таких обстоятельствах. Но молодой мастер Цзюнь чувствовал, что он будет осужден в истории, если он позволит этому зверю уйти чистой и лёгкой смертью!

Глава 428. Крайнее унижение!

Цзюнь Мосе нужно было только крутануть запястьем, чтобы убить Сяо Бу Ю при таких обстоятельствах. Но молодой мастер Цзюнь чувствовал, что он будет осужден в истории, если позволит этому зверю уйти чистой и лёгкой смертью!

Поэтому было важно, чтобы смерть Сяо Бу Ю запомнилась, как самая позорная. Важно было, чтобы он оставил после себя вечные насмешки над своим именем. На самом деле было необходимо, чтобы этот позор даже не позволил его духу упокоиться с миром после того, как он умрёт и станет призраком... даже вид его призрака должен будет вызывать смех в сердцах людей!

Было бы хорошо, если бы все остальные тоже это увидели. Тем не менее Цзюнь Мосе всё равно чувствовал, что он сделал всё возможное.

В конце концов злой человек должен умереть злой смертью.

Поэтому Цзюнь Мосе настаивал на дебильных условиях, хотя и чувствовал усталость.

- Большая награда?… Мне придется раздеться...? Но я не хочу прыгать... – Сяо Бу Ю выглядел застенчивым.

- Да-да, это называется "стриптиз"... крутишь своей задницей, а потом снимаешь предмет одежды. После этого снова крутишь и снимаешь другой предмет. Продолжаешь делать это, пока не станешь совсем голым! Все будут хвалить тебя за это! А в конце ты получишь огромную награду. Ты не будешь разочарован. Продолжай... будь послушным... – сказал Цзюнь Мосе терпеливо. Его голос был чрезвычайно приветлив. Тем не менее в его глазах плыла крайняя злоба к нему.

- Ах! Я хочу свою награду! Я буду прыгать... – покорно пообещал Сяо Бу Ю. Затем старик покачал бедрами и даже покрутил задницей. После этого он подпрыгнул и начал свой стриптиз под взглядом тысяч глаз.

Этот шестидесятилетний эксперт по Духу Суань был известным человеком. Тем не менее он прыгал и так неприлично танцевал в общественном месте... Цзюнь Мосе искренне верил, что «Этого должно быть достаточно, чтобы унизить этого глубокоуважаемого старейшину так сильно, что он не сможет показать своё лицо никому и никогда!»

Эта безумная форма унижения для такого известного эксперта Суань Духа была немного чрезмерной, хотя он и убил чьего-то отца и попытался украсть чью-то жену.

Тем не менее совесть Цзюнь Мосе не была ничуть обеспокоена, подвергая Сяо Бу Ю такому унижению.

«Его наказание соответствует его преступлениям!»

Одежды на теле Сяо Бу Ю постепенно становилось всё меньше.

Его нагрудник улетел от его тела...

Его плащ накрыл камень у дороги…

Его рубашка немного не долетела до обомлевших мужчин из Города Серебряной Метели…

Его штаны подхватило ветром, и они полетели вдаль, маша штанинами, будто легендарная птица крыльями…

- Да, да... двигайся более кокетливо... более нежно... немного мягче... немного более дерзко... Ты должен быть красивым... сосредоточься на этом! Покажи мне страсть! Поверни свою задницу в ту сторону еще немного! Все будут счастливы, если ты сделаешь это снова! Давай, танцуй под мой ритм: Тап, тап! Тап, тап! Сконцентрируйся на этом ритме. Так будет лучше! Вот теперь ты двигаешься очень ритмично, умничка! – лицо Цзюнь Мосе было искажено злобой, когда он мягко и деликатно руководил инструкциями.

Этот белобородый старик теперь был похож на бессмертного бога, любящего всех людей. У него была очаровательная улыбка на лице. Он вёл себя соблазнительно и кокетливо. Кроме того, он делал все это на глазах у всех! Старик эксцентрично крутил своей задницей, да так шустро, что могло показаться, что у него там был мотор…

Только крошечные трусы остались на теле Сяо Бу Ю в это время. Свой торс он обнажил минут пять назад. Тем не менее он, похоже, не чувствовал этого скорбного холодного ветра. Более того, выражение его лица было таким же весёлым! На самом деле он был несколько застенчив. Казалось, он считал, что эротические танцы и снятие одежды перед публикой – это чрезвычайно уважаемая и славная вещь для человека в его положении.

Надо было сказать, что тело Сяо Бу Ю было чрезвычайно сильным, несмотря на его возраст. Его мускулы были рельефными, и на его теле не было ни сантиметра жира. Его кожа была похожа на кожу мужчины средних лет.

- Он очень хорошо заботился о себе... – Одинокий Сокол проглотил зависть.

Сяо Бу Ю снова покрутил ягодицами и сорвал последний кусок ткани со своего тела. Его гордая и непреклонная "винтовка" стояла в это время перед всем миром.

Солдаты воскликнули в восхищении, когда смотрели на это. Они, казалось, наслаждались начальником:

«Это так грандиозно и внушительно. Это так замечательно. Он непреклонен даже в присутствии стольких людей! Он настоящий эксперт Духа Суань! Да здравствует Суань Духа!»

Внезапно раздался громкий крик страха…

Это кричала Хан Янь Мэн. Она закрыла лицо и глаза. Маленькая девочка никогда раньше такого не видела. Она ненавидела Сяо Бу Юя, но она ничего не могла поделать...

Этот крик ознаменовал начало неудач!

Цзюнь Мосе почувствовал странное волнение в своей духовной силе. Затем он внезапно почувствовал головокружение и истощение. На самом деле, он чувствовал, что на его разум напали. И в результате его техника Сдерживания Духа была разорвана.

Рука Сяо Бу Ю остановилась, когда он собирался выбросить своё нижнее белье. Затем его глаза расширились, и в них вернулось сознание.

Этот эксперт по Духу Суань внезапно узнал о своей "компрометирующей" ситуации, когда холодный ветер подул снова. И он стоял ошарашенным целую минуту. Поблизости было много людей. Кроме того, у них были зажженные факелы, так как было поздно. И свет от этих факелов отражался на его теле. На самом деле каждый дюйм его тела был хорошо виден каждому!

Даже Семь Мечников в это время смотрели на него с ненавистью и безразличием. Фактически у них не было ни малейшего сочувствия к нему. Другие старейшины смотрели на его стыдливое и жалкое лицо со злостью. Только люди из его семьи Сяо были исключением из этого. В действительности Третий и Пятый старейшины смотрели на него так, что казалось, что они сейчас рванутся вперёд и забьют его до смерти.

«Почему все предали меня?» - Сяо Бу Ю был внутренне потрясён. Он вдруг вспомнил, что произошло. Затем каждый диалог, который имел место между ним и Цзюнь Мосе пришёл ему на ум…

- Ах!, – он горько вскрикнул от страха. Сяо Бу Ю внезапно присел на землю и сделал все возможное, чтобы прикрыться руками. Но его руки были слишком маленькими. Так, ему удалось прикрыть "винтовку", но он не смог прикрыть задницу. Старик не мог использовать свое нижнее белье, так как он порвал его во время "шоу". Более того, все уже всё видели. Так что не было смысла прятать голову в песок…

Его действия были молниеносными. Но сколько он мог закрыть своими ладошками...?

- Хлопайте! Хлопайте! – Цзюнь Мосе захлопал в ладоши. Затем он громко рассмеялся и сказал: - Хорошо, хорошо! Это было действительно удовольствие для всех. Им очень повезло, что они получили возможность оценить такого несравненного эксперта. Сяо Бу Ю из Города Серебряной Метели занимает великое положение второго старейшины. Но он наплевал на свою гордость и исполнил эротический танец, скидывая свою одежду для этих людей! Разве это не вопрос чести и гордости? Я уверен, что даже человеку, который прожил десяток жизней, не посчастливилось бы стать свидетелем чего-то подобного!

Старейшина Сяо Бу Ю – единственный человек с незапамятных времен, который собрал мужество, чтобы исполнить голый танец перед тысячами солдат. Этот молодой мастер искренне восхищается таким уровнем искусства, целеустремленности и мужества!

Войска армии уже слышали о нечестивости семьи Сяо из Города Серебряной Метели. Поэтому они начали ненавидеть семью Сяо до мозга костей. Поэтому войска хрипло и громко закричали, услышав слова Цзюнь Мосе.

- Я никогда не думал, что задница такого старого человека может быть такой свежей! – воскликнул один человек.

- Такая же свежая, как твоя? – спросил кто-то другой.

- Нет, как у моей бывшей! Я совсем не такой, как этот старик! Он – Старейшина Города Серебряной Метели! Он также эксперт по Духу Суань! Так чья же еще задница такая чистая? Кажется, он очень часто её натирает. Была бы она такой накачанной, если бы он не массажировал её несколько раз в день с маслом? Или вазелином...

- Почему человек так часто хочет лапать свою задницу? Разве это не то место, к которому не прикасаются очень часто? – всё большее число людей начали присоединяться.

- Кхм... кхм! Откуда мне это знать? Может быть, у Второго Старейшины очень тяжёлая жизнь... так что, возможно, у него не было выбора, кроме как продавать свою задницу за деньги!

- Это имеет смысл! Но во сколько Второй Старейшина Сяо открывает свою лавочку? Я хотел бы стать его клиентом!

- Ба! Этот старик – эксперт четвертого уровня по Духу Суань! Его гонорар не будет низким! Думаешь, он сделает это бесплатно?! Спроси себя... ты можешь себе его позволить?

- Статус Духа Суань поразителен, это да! Я не могу себе его позволить. Но я думаю, что у семьи Сяо есть куча дополнительных ресурсов. Значит, они бы не просили Старейшину Сяо сделать это за деньги, верно? Так может быть, он делает это, потому что ему это нравится?

- Это тоже звучит разумно! Так и должно быть. Как ещё задница может быть такой хорошей? У тебя хорошие знания и понимание, брат мой! Эта выдающаяся задница искренне искушала меня после того, как он крутил ею и танцевал так дерзко…

- Ты льстишь мне. Но я думаю, что кто-то вроде Второго старейшины Сяо потребует от нас, чтобы его "оприходовали" человек пять одновременно. Как ты сможешь оправдать его ожидания в одиночку? Культивирование Суань старейшины превосходно. Я слышал что он – самый сильный человек, если исключить Великих Мастеров из списка! Он превосходен в этом отношении. Обычный человек не сможет оправдать ожиданий! Никто не сможет! Это не так просто. Так что нам с тобой стоит пойти вместе. Один должен пойти сверху, а другой должен будет идти снизу одновременно. Мы должны атаковать клещами. И я уверен, что мы в конечном итоге удовлетворим этого Старейшину!

- Хорошо, хорошо! Но нам ещё понадобится отрезать немного бамбука, прежде чем мы встретимся с ним. В конце концов, есть шанс, что нам придётся сдаться и сложить наше "оружие" на полпути. Итак, мы должны будем подготовить палку заранее. Он – самый сильный человек, если исключить Великих Мастеров! Чья ещё жопа сможет вытерпеть бамбуковые палки, как не его?

- О! Это хороший совет! Ты достоин быть лидером третьего батальона! Твоё оружие всегда бьёт в цель! Мы, безусловно, можем обслужить этого Старейшину должным образом, если будем следовать этому совету!

- Ах, это ничего... ты льстишь мне! Мой метод не настолько хорош. И разве этот Старейшина не будет создавать проблемы для моей семьи, если я не смогу удовлетворить его должным образом? Никогда в этом не сомневайтесь. Он хорошо знаком с этой дорогой... На самом деле, для него это как прогуляться в парке. Ха-ха-ха!

- Ха-ха-ха-ха... Великие умы думают одинаково!

Это были неотесанные солдаты. Они часто вредят другим. Так как же они могли не навредить сопернику? И те, у кого нет морали, не удержались бы от битвы слов... или непристойных комментариев о других. Однако эти слова сделали Сяо Бу Ю просто бешеным.

- А-а-а-а-а-аа! – Сяо Бу Ю посмотрел вверх и издал очень громкий рёв. Его выражение лица выражало крайнее горе, когда он вдруг встал прямо. Его кожа покраснела, и цвет продолжал темнеть с каждым мгновением. Кожа старца начала надуваться, словно воздушный шар…

- Сяо Бу Ю беспрепятственно двигался по всему миру. Но моё падение неожиданно наступило, да еще так бесстыдно! Танцевать голым перед этими маленькими кусками дерьма! Я перенес столько насмешек и ненависти сегодня. Я не забуду этой ненависти... даже если я реинкарнирую! – Сяо Бу Ю посмотрел вверх и прорычал. В его глазах был гнев и желание разорвать всех на части. Из уголков его рта и глаз потекли тонкие красные огоньки.

- Цзюнь Мосе! Жди меня! Я превращусь в злого духа и буду искать тебя, чтобы отомстить за это безобразие! – Сяо Бу Ю закричал громким голосом. Затем произошел громкий взрыв, когда его тело лопнуло.

Это ужасное унижение заставило Сяо Бу Ю потерять любовь к жизни. Таким образом, этот мощный эксперт совершил самоубийство чрезвычайно ужасающим образом!

Он мог пойти к врагу, и забрать несколько из них с собой в том взрыве. Но он этого не сделал. И это было потому, что Сяо Бу Ю хотел превратиться в небытие как можно скорее! Он так отчаянно хотел покончить с этим унижением, что не мог ждать ни одной дополнительной секунды. Итак, он покончил жизнь самоубийством в тот момент…

Глава 429. Выполнение обещания!

- Он очень слаб! Его толерантность вообще на нуле! – Цзюнь Мосе стоял довольно близко к Сяо Бу Ю, когда тот исполнял этот страстный стриптиз некоторое время назад. Однако Сяо Бу Ю внезапно взорвал собственное тело. Молодой мастер Цзюнь был спокоен и собран в тот момент, но он всё равно не смог вовремя среагировать. Он понял, что Сяо Бу Ю сделал это, чтобы освободиться, и не собирался убивать кого-либо еще. В конце концов, взрыв не содержал никакой смертельной силы. Но молодой мастер Цзюнь был застигнут врасплох брызгами крови, и она покрыла все его лицо.

Молодой мастер Цзюнь вытер лицо и сначала немного недовольно покачал головой. Затем он сказал:

- Он был экспертом, который был только вторым великим мастером. Как он мог не выдержать такого... и убить себя? Он порушил все мои планы. Жаль, что мы не увидим эти удивительные ягодицы снова. Разве мы не хотели бы увидеть их ещё пару раз? Проклятие! Я планировал, что я сдеру кожу его правнука и залью ртуть в его тело, пока он будет смотреть. Или, может быть, я бы расколол его череп и вскипятил его мозг. Это прекрасное зрелище едва началось... и мы еще даже не дошли до его лучшей части. Но это уже закончилось... это произошло так быстро. Я бы хотел, чтобы у него было больше терпимости и силы... это такое разочарование, когда ты много слышишь о ком-то, но он не соответствует своей славе…

Все, кто слышал слова Цзюнь Мосе, имели одно и то же выражение на своих лицах — все они смотрели прямо на него в восторге.

Замечание Цзюнь Мосе, очевидно, привлекло внимание кого-то ещё, кто присутствовал на месте преступления. Следовательно, ноги Сяо Фэн Ву уже дрожали, как струны на инструменте. И его маленькое лицо стало мертвенно белым. На самом деле это было почти так, как если бы его лицо было сварено в известковой соде…

Мощная и таинственная аура, покрывавшая пятерых старейшин, исчезла в это время. На самом деле это произошло очень внезапно и тихо, и не оставило никаких следов своего существования.

В результате все пятеро начали двигаться. Пятеро мужчин разделились на две чётко определённые группы в тот момент, когда они смогли двигаться. Трое мужчин из семьи Сяо остались лицом к лицу с двумя из семьи Хан. Кроме того, мужчины обеих групп смотрели друг на друга с дикой ненавистью.

У трех старейшин из семьи Сяо был некоторый стыд в глазах... но не слишком много.

Состояние пятерых мужчин было довольно схожим. Они сильно пропотели, так как подвергались огромному давлению со стороны этой таинственной ауры. Пот пропитал их одежду, и их лица также выдавали их истощение. Было очевидно, что они исчерпали свою энергию, пытаясь выдержать это грозное давление. И каждый из них чувствовал себя слабым в это время. Но они все ещё смотрели на другую сторону. На самом деле было очевидно, что им не терпелось уничтожить тех, кто был их союзниками и братьями несколько минут назад.

- Семья Сяо великолепна! Они делают большие схемы! У них большие планы! Они великолепны! – Третий Старейшина задыхался от гнева. Его глаза горели от злости. – Владыка Города Серебряной Метели относился к членам семьи Сяо с особой вежливостью и уважением. Но он воспитывал тигров, которые навредят ему в будущем! Хотя, о чём это я? Какие они, к чёртовой матери, тигры? Тигры должны править другими животными. А мы, в основном, вырастили стаю коварных шакалов! Как такие люди, как вы, могут жить в этом мире?

Восьмой Старейшина наклонил голову и холодно фыркнул. Затем он сказал:

- Что бы ты сделал, Хан Фей Юн?

Третий Старейшина дрожал от ярости. Он ответил очень прямо:

- Ваша семья Сяо начала это. И всё же, ты спрашиваешь меня, что я буду делать? На твоем месте я бы уже посчитал жизнь невозможной. На самом деле я бы нашел ближайшее дерево и повесился на нём! Ты настолько лишён стыда... что укусил руку, которая кормит тебя!

- Ты хочешь, чтобы мы умерли? Хан Фей Юн, у тебя нет никакой квалификации, чтобы желать этого! Ха! В действительности ваша семья Хан не сможет выиграть в битве между нашими двумя семьями, как только мы вернемся в Город Серебряной Метели! – восьмой Старейшина холодно посмотрел и усмехнулся, когда говорил.

- У меня нет квалификации? Давайте проверим это и посмотрим! – лицо Третьего Старейшины резко дернулось, когда он поднял ладонь и закричал: - Семь мечей! Построиться! Соблюдать Семейный закон! Возьмите повстанцев семьи Сяо под стражу! – семеро мечников рвались вперёд в унисон, чтобы задержать трех Старейшин семьи Сяо. Старейшины Сяо выглядели сильными, но было очевидно, что они не смогут продержаться долго.

Цвет лица Восьмого Старейшины и его спутников в этот момент сильно изменился. Контраст в их силе сразу был очевиден. Эти пять старейшин были вынуждены сдерживать это непреодолимое давление совсем недавно. Следовательно, их энергия Духа Суань была на 10-20% от его нормальной мощности. Таким образом, можно сказать, что они были самыми слабыми в это время.

В это время между этими пятерыми существовал явный разрыв. Однако трое всё ещё могли выиграть двух своих противников. Но семь мечников были довольно сильными вместе. На самом деле обычный эксперт Духа Суань не мог сравниться с ними в обычное время. Однако они получили раны во время боя с Великим Мастером – Одиноким Соколом. Таким образом, Семь Мечей не могли гарантированно справиться с тремя Старейшинами Сяо, даже если бы они объединились против них…

Тем не менее у семьи Хан был ещё один туз в рукаве — Му Сю Тонг! Сила этого эксперта среднего ранга Суань Неба не пострадала до сих пор!

Му Сю Тонг был просто экспертом Неба Суань. Он не был слишком сильным в глазах этих экспертов Суань Духа. Но в это время обстоятельства изменились очень кардинально. Следовательно, эта, казалось бы, незначительная персона может легко оказаться козырной картой, и может сыграть решающую роль.

Может ли быть, что Му Сю Тонг сделает решающий удар в гражданской войне Города Серебряной Метели?

Внезапно необычно мягкий голос повторил:

- Трудно сказать, достаточно ли у них квалификации или нет... я должен сказать, что жизни семьи Сяо больше не являются их собственными. Но они также не принадлежат и семье Хан…

Никто кроме молодого мастера Цзюнь не мог говорить таким неторопливым тоном при таких обстоятельствах.

Цзюнь Мосе шёл так же легко, как и его слова, но потом он внезапно исчез в воздухе. Затем он внезапно появился перед Сяо Фэн Ву одним быстрым движением. Цзюнь Мосе протянул руку и схватил его за шею. А затем молодой мастер Цзюнь вернулся на то место, откуда он исчез. Всё это произошло за долю секунды…

Мышцы горла Сяо Фэн Ву онемели от страха. Цзюнь Мосе появился перед ним как призрак. На самом деле, мальчик Сяо даже не успел подумать о сопротивлении!

Шестой, Восьмой и Девятый старейшины внезапно очень встревожились, когда увидели, как Цзюнь Мосе схватил за шею Сяо Фэн Ву, будто мясник схватил курицу перед бойней. Они в страхе сделали шаг вперёд:

- Цзюнь Мосе! У каждого преступления есть преступник! Но Фэн Ву не совершил никакого преступления против тебя! Не убивай невинных!

Вполне естественно, что три старейшины были обеспокоены. Мужская линия семьи Сяо истончалась. В поколении Сяо Фэн Ву было, конечно, много молодых людей, но не так много достойных. Более того, Сяо Фэн Ву был самым талантливым юношей в своем поколении…

- Я убиваю невинных? Этому молодому мастеру даже нет семнадцати лет, но вашему внуку скоро двадцать, верно? Итак, как я могу быть тираном? У каждого преступления есть преступник? Эти слова прозвучали из уст вашей семейки Сяо? Разве вы не всегда гневаетесь на невинных? Разве вы не всегда делаете то, что хотите? Не говорите мне, что Сяо Бу Ю рассказал нам о том, что он организовал все один?! Ребята, вы ничего об этом не знали? Проклятье, высокомерные старые пердуны!

Цзюнь Мосе использовал свою свободную руку, чтобы почесать ухо, пока говорил. Издевательства над толпой все это время повторялись вместе с его голосом. Даже Семь Мечей были среди тех, кто насмехался…

- Сколько миллионов людей пострадали от несправедливости из-за личных обид вашей семьи Сяо? Сколько сотен тысяч человек погибло насильственной смертью? И это даже не конец! Вы даже навредили бесчисленному количеству невинных детей! И теперь каждое преступление внезапно имеет конкретного виновника, чтобы наказать его, когда вы сами столкнулись с проблемой?

Любой человек мог произнести эти слова для помилования. Однако мужчины семьи Сяо не имели на это права!

Цзюнь Мосе взглянул на них холодным и острым взглядом. Он казался спокойным, но он все еще излучал ледяную убийственную ауру, когда медленно говорил:

«Я поклялся Сяо Бу Ю, что не отпущу ни одного человека из семьи Сяо! Те, кто не может быть правдивым, не должны стоять высоко. И молодой мастер из хорошей семьи не должен нарушать своих обещаний. Молодому мастеру необходимо сдержать своё обещание! На самом деле он не может отказаться от своего обещания, даже если он умрет, выполняя его!»

Шестой Старейшина дрожал от ярости от издевательств молодого мастера Цзюнь. Ему было трудно контролировать свой гнев. На самом деле он собирался рычать и броситься вперёд, когда... Цзюнь Мосе ухмыльнулся и раздался звук ломающихся костей. Сяо Фэн Ву заверещал, как умирающая свинья. Молодой мастер Цзюнь сломал ему плечо!

- Нет! Не убивай меня! Не режь мне череп и не вливай в него ртуть! Я умоляю тебя... умоляю тебя... старший брат Цзюнь! Мой великий старший брат Цзюнь! – Сяо Фэн Ву начал молить о пощаде. Чем больше он говорил, тем больше боли он испытывал. И это автоматически заставило его больше бояться. Он вдруг закричал и начал плакать.

Шестой Старейшина остановился на секунду. Затем он взревел в ярости и страхе:

- Цзюнь Мосе, как ты можешь быть таким презренным?

Цзюнь Мосе громко рассмеялся:

- Презренным? У тебя хватает наглости называть меня "презренным"? Ты не думал, что было презренно и подло, когда вы убивали десятки тысяч людей? Вы не думали о небесном суде, когда калечили детей людей, которые были верны нам? Итак, как это презренно, когда пришла ваша очередь страдать? Могу ли я сделать сегодня что-нибудь, что может быть хуже, чем то, что сделала семья Сяо?

Жалкие крики Сяо Фэн Ву сопровождали смех Цзюнь Мосе. Звук ломающихся костей также звенел в воздухе, когда каждая из конечностей юнца Сяо была сломана одна за другой. Шестой Старейшина лихорадочно взревел и бросился вперёд. Цзюнь Мосе видел, как старший начал двигаться. Поэтому он схватил Сяо Фэн Ву за затылок и бросил его вперёд с дикой силой. При этом раздался чёткий и резкий звук. Было очевидно, что позвоночник Сяо Фэн Ву был сломан...

Затем Цзюнь Мосе последовал за летящим телом Сяо Фэн Ву. На самом деле, казалось, что он двигался с молниеносной скоростью.

Шестой Старейшина был шокирован этим, и он бросился прямо к падающему телу Сяо Фэн Ву. Он собирался протянуть руку и поймать его, когда его коснулся ветер. И он понял, что Цзюнь Мосе мчится сзади.

Шестой Старейшина видел бой Цзюнь Мосе с Сяо Бу Ю. Итак, как он мог не знать проблемы, которые могут вызвать удивительные, демонические и магические движения Цзюнь Мосе? Более того, сила Старейшины не была на своем обычном пике. Он знал, что для него не будет выхода. Таким образом, он принял быстрое решение и решил не ловить тело Сяо Фэн Ву. Вместо этого он увернулся влево и вытащил свой меч. Ураган снежинок наполнил небо в тот момент, когда он вытащил свой меч!

Старик только успел вытащить свой меч, когда он услышал громкий "Бабах!". Очевидно, это был звук ломающихся костей. Затем он увидел, что тело Сяо Фэн Ву было отправлено в полет на него еще раз. Оказалось, что Цзюнь Мосе перешёл в наступление и снова пнул Сяо Фэн Ву. Этот удар изменил направление тела Сяо Фэн Ву и перенаправил его к уклоняющемуся Шестому Старейшине.

Этот удар изменил направление полета в совершенстве. Кроме того, он также сломал нижнюю часть позвоночника Сяо Фэн Ву. Следовательно, состояние Сяо Фэн Ву было лишь на шаг позади состояния Сяо Хана. На самом деле, только его лицо оставалось целым…

Сяо Фэн Ву был полностью уничтожен…

Шестой Старейшина знал, что на этот раз он не сможет избежать удара. Более того, он понял, что Сяо Фэн Ву будет первым, кто пострадает, если он продолжит атаку мечом. Так что у него не было выбора, кроме как сдерживать атаки на скорую руку. Он схватил тело Сяо Фэн Ву. Тем не менее он быстро понял истинный вред, причинённый телу мальчика в тот момент, когда он схватил его. Следовательно, старик не мог не кричать в гневе и страхе:

- Как вы можешь использовать такие методы, Цзюнь Мосе?!

Тем не менее он был ошеломлен, сказав это... и это было результатом того, что он увидел!

Глава 430. Потрясающая атака мечом!

Шестой Старейшина был экспертом по Духу Суань. Он был полностью осведомлён о предстоящей атаке Цзюнь Мосе. И, разумеется, он провёл полную подготовку к этому.

На самом деле, он был не единственным. Все остальные тоже были готовы.

Лучшим вариантом Цзюнь Мосе было атаковать Шестого Старейшину своим лучшим ударом в это время. Однако он должен был бы отступить, если бы этого было недостаточно. Восьмой и Девятый Старейшины стояли на расстоянии сбоку. Их руки были на рукоятях мечей, и они были готовы оказать поддержку своему товарищу, если потребуется.

Все стали опасаться после того, как стали свидетелями сверхъестественной и непредсказуемой "работы" Цзюнь Мосе. Даже эксперты Суань Духа не были исключением. На самом деле, даже кто-то вроде Одинокого Сокола понимал, что не может гарантировать победу над быстрой игрой на мечах Цзюнь Мосе, хотя он сам был всемирно известен своей скоростью и ловкостью!

Просто базовый ранг Суань Неба должен был быть маленьким в глазах экспертов Суань Духа. Однако он стал для них гораздо важнее. Фактически он был повышен до эксперта наравне с самими собой.

У них не было выбора, кроме как защищаться!

Они не только проявляли большую осторожность, но и принимали очень высокие меры защиты.

Все могли ясно видеть, что Цзюнь Мосе бежит рядом с падающим телом Сяо Фэн Ву. На самом деле они даже могли видеть, как его меч мерцает холодным светом.

Однако Цзюнь Мосе внезапно исчез в следующий момент. Затем он вновь появился позади Восьмого и Девятого Старейшин.

Уголки его рта изогнулись в жестокой ухмылке, когда вспыхнул холодный свет.

Божественное оружие!

Кровь Жёлтого Пламени!

Блестящий сияющий меч внезапно прочертили линию у ног Восьмого и Девятого Старейшин! И казалось, что вспышка света потрясла мир на мгновение!

На самом деле этот меч сиял так блестяще, что никто, кто видел взмах, не мог устоять перед его светом. И в результате все невольно были вынуждены закрыть глаза.

Тем не менее он оставил после себя блестящее сияние. Сам росчерк меча давно исчез. Но это все еще оставалось в сознании каждого, даже, несмотря на то, что они закрыли глаза.

Затем тело молодого мастера Цзюнь поднялось в воздух, как парящий дракон, и исчезло в мгновение ока. Никто не знал, куда он отправился снова…

Восьмой и Девятый Старейшины почувствовали холод внутри. Они чувствовали, что что-то не так...

Даже девушка в белом подняла голову в замешательстве и задумалась. Это было потому, что она не могла понять, куда Цзюнь Мосе отправился, несмотря на её уровень культивации. Как будто он внезапно исчез из самого мира...

«От него нет никаких следов! Даже дух не видит его!»

«Как он это делает? Он снова использовал это таинственное движение! Но я все равно ничего не могу почерпнуть из этого!»

«Это не может быть набором навыков обычного эксперта этого мира. Это какое-то бессмертное и божественное движение!»

Шестой Старейшина всё ещё держал Сяо Фэн Ву одной рукой. Он некоторое время дрожал, прежде чем закричал:

- Восьмой, Девятый... вы в порядке? – он ясно видел, как свет меча Цзюнь Мосе прошёл через обоих этих людей. Но почему никто из них не отреагировал на это?

«Что происходит?»

Шестой Старейшина ни на секунду не поверил, что Цзюнь Мосе сделал это только ради шоу.

«У него, должно быть, была какая-то цель! Но почему Восьмой и Девятый кажутся совершенно нетронутыми...?»

Восьмой и Девятый Старейшины смущенно смотрели друг на друга. Эти двое достигли Суань Духа, но они были слабее Шестого. Следовательно, Шестой Старейшина уже пришёл в себя достаточно, чтобы заставить себя действовать. Однако эти двое ещё чувствовали некоторую слабость.

Каждый из них осмотрел другого и подтвердил, что ран нет. Затем они рассмеялись и заговорили:

- Мы в порядке! Этот маленький ублюдок Цзюнь Мосе на уровне простого Суань Неба. Он только подшутил и блефовал. Как он мог что-то с нами сделать?

Однако они даже не закончили говорить, когда их выражения лиц внезапно претерпели радикальные и трагические изменения…

Куски белой ткани мягко отвалились от каждой из их бедер и выставили их голые ноги на ветер. Следовательно, они почувствовали небольшой холод, так как их голые ноги обдувались холодными ветрами.

«Верхняя и нижняя половина одеяния, очевидно, были сделаны из одного куска ткани. Так почему же нижняя половина упала?»

«Возможно ли, что... он отрезал их?»

Они едва начали думать об этой возможности, когда вдруг почувствовали острую боль в ногах. Они оба смотрели друг на друга в ужасе. Затем они попытались переместить свои тела, но не могли сделать ни одного шага…

Они пытались сделать шаг, но верхняя половина их тел просто упала вниз. Кровь хлынула из их тел, как фонтан. На самом деле, казалось, что четыре столба крови яростно выплеснулись во все стороны.

Двое мужчин издали вой боли. На самом деле, их крики, вероятно, были слышны на протяжении многих сотен километров.

Две пары голых ног остались там, где стояли мужчины минуту назад. Они стояли прямо от стоп и до бедер, как величественные каменные столбы. Они были неподвижны, но верхушка их бедер сильно вспенивалась кровью.

Цзюнь Мосе использовал свой свет меча, чтобы разрезать четыре ноги с жуткой скоростью. И его Кровь Жёлтого Пламени была настолько острой, что оба мужчины даже не поняли, что их ноги были отрезаны в течение длительного времени.

Возможно, они узнали об этом немного раньше. Однако ни один из двух мужчин не считал это правдой!

Вся окрестность снова погрузилась в мёртвую тишину!

Никто не мог себе этого представить...

- Кто-то обладает такой скоростью!

- И у него есть такой острый меч!

Девушка в белой одежде тихо вздохнула. Ее голос был настолько тихим, что никто не мог его услышать. Она была единственной, кто видел фехтование Цзюнь Мосе ясно и правильно. В этом не было ничего умного... и это не было очень изобретательно…

Был только один необычный аспект – это было очень быстро!

Его скорость продолжала увеличиваться, пока не достигла вершины. Затем он соединил скорость своего меча со скоростью своих ног. И это еще больше увеличило скорость его атак. И именно тогда он нанёс удар!

Нет ничего, чего нельзя достичь. Нет скорости, которую нельзя было бы победить. И нет скорости, которой нельзя достичь. Все достижимо, и все может быть разрушено!

Цзюнь Мосе был подростком, который еще два дня назад не был экспертом базового уровня Суань Неба. Тем не менее он уже искалечил двух экспертов Суань Духа перед таким количеством людей. Два эксперта Суань Духа, несомненно, исчерпали значительную часть своей силы. Это справедливо в отношении их душевных сил и культивирования Суань. На самом деле, любой, кто был подвергнут такому высокому давлению, несомненно, израсходует большую часть своих сил...

Однако... они всё ещё были экспертами Суань Духа, в конце концов!

И Цзюнь Мосе сумел нанести им серьёзные повреждения... Которые они даже не осознали.

И теперь их ноги были отрезаны от их тел.

Будь то скорость движений, скорость меча или его острота... каждый аспект достиг пугающего уровня!

- Восьмой! Девятый! – Шестой Старейшина взревел от гнева и отчаяния. Его глаза стали красными. Тело Сяо Фэн Ву упало с его рук, когда он заревел. Однако дрожащая фигура Шестого Старейшины продолжала стоять на месте.

Город Серебряной Метели послал группу беспрецедентной силы. Сяо Бу Ю лично возглавил группу. Он был экспертом четвертого уровня Духа Суань, и он также был самым сильным экспертом, который не считался Великим Мастером. Глава семьи Сяо послал четырёх своих старейшин. И еще двое из семьи Хан сопровождали их. Таким образом, в общей сложности шесть экспертов Суань Духа вошли в одну команду. Затем были ещё Семь Мечей. Эти семь экспертов могли одолеть почти любого, когда сражались вместе! И два эксперта Суань Неба... Сяо Хан и Му Сю Тонг также сопровождали их…

Такая сила, несомненно, создаст волнение, куда бы она ни пошла. Будет ли какая-нибудь сила, с которой они не посмеют столкнуться лицом к лицу?

Однако такая огромная сила по какой-то загадочной причине понесла жуткие потери. Фактически они получили разрушительный удар еще до того, как смогли отступить. Более того, силы семьи Сяо были полностью разгромлены к настоящему времени...

И причина этого была очень тривиальной по своей заслуге – Сяо Хан захотел бросить вызов Цзюнь Вую! Они знали, что у семьи Цзюнь была сила Одинокого Сокола, который поддерживал их. Поэтому они не осмеливались недооценивать семью Цзюнь. Тем не менее они знали, что они могут победить Великого Мастера с их общей силой в шесть экспертов Духа Суань и Семь Мечей…

Цзюнь Вуй мог использовать море тактики и мог бы поставить численное преимущество своих войск, чтобы уйти. Однако какие по численности должны быть армии обычных мужчин, чтобы можно было расправиться с экспертами Духа Суань?

Тем не менее они никогда не ожидали, что Сяо Хан останется полностью искалеченным в этом бою. Затем Сяо Бу Ю взорвал себя от позора после того, как Цзюнь Мосе разоблачил этот презренный и бесстыдный акт семьи Сяо…

Они потеряли всю свою репутацию!

В это время остался только Шестой старейшина. И, можно сказать, что он был осаждён со всех сторон.

Семья Цзюнь, очевидно, хотела разобраться и с ним. Более того – даже его собственные товарищи хотели иметь с ним дело!

Он действительно пожалел об этом…

«Почему этот таинственный человек появился и ограничил нас пятерых? Хватило бы у семьи Цзюнь сил, чтобы встретиться с пятью из нас, экспертами Суань Духа, вместе с Сяо Бу Ю, если бы этого не произошло?!»

Шестой старейшина огляделся в ужасе. Но он только увидел, что глаза в окрестностях смотрели на него, как будто он был какой-то добычей. Старик вздохнул от этого. Затем он пронзил мечом горло Сяо Фэн Ву!

«Лучше быть мертвым, чем жить жизнью в крайнем унижении!

Сегодня нет никакой надежды. У меня нет никаких шансов на побег. Ноги моих братьев тоже отрезаны. Таким образом, они не смогут сбежать тоже…

Единственное, что я могу сделать – это облегчить их страдания... и убить себя после этого. Тогда мы все вместе отправимся в путь вперёд…»

- Предок... ваши дети некомпетентны! – Шестой старейшина посмотрел на небо и горько закричал. Слёзы текли из его глаз. Концентрированный свет меча разделился на две части и полетел в сторону Восьмого и Девятого старейшин.

Однако он стал рассеянным. На самом деле он даже не понял, что Цзюнь Мосе появился позади него.

БАБАХ!

Из груди Шестого старейшины появилось яркое и блестящее лезвие. Через секунду оно исчезло, а фонтан крови выплеснулся наружу.

Эта атака мечом уничтожила позвоночник, а, следовательно, и все надежды Шестого старейшины на какие-либо действия. Его меч упал на землю, а тело начало раскачиваться. В его глазах ещё несколько секунд теплилась искорка жизни, когда он покачался и рухнул на землю. Человек дёрнулся пару раз, прежде чем погиб...

Божественное оружие вернулось в ножны. Казалось, что он съел свой ужин и был вполне удовлетворён результатом своего первого боя.

Он поглотил кровь четырёх экспертов Духа Суань и одного эксперта Неба Суань.

Кровь этих пяти смиренных и презренных людей пришла как первое приношение Крови Жёлтого Пламени после её ковки.

Такое достижение было трудным... даже невозможным. На самом деле, любого, кто не видел это своими глазами, вряд ли получилось бы в этом убедить.

Цзюнь Мосе спокойно стоял в этот момент. Затем он повернул свое невыразительное лицо к оставшимся старейшинам Города Серебряной Метели и Семи Мечам. Затем он медленно заговорил:

- Обиды между семьёй Сяо и семьёй Цзюнь были урегулированы в этот день. У вас есть, что сказать по этому поводу?

Глава 431. Да если честно - я добрый малый!

Цзюнь Мосе спокойно стоял в этот момент. Потом он повернул свое невыразительное лицо к оставшимся старейшинам Города Серебряной Метели и Семи Мечам. Затем он медленно заговорил:

- Обиды между семьёй Сяо и семьёй Цзюнь были урегулированы в этот день. У вас есть что сказать по этому поводу?

«А что мы можем сказать? Ты убил и покалечил каждого из них. Ты закончил работу и не оставил места для переговоров! А теперь ты спрашиваешь нас, что мы должны сказать?»

«Ты такой жестокий и злобный! И у тебя есть этот таинственный могущественный человек за спиной. Что мы можем сказать?»

«Более того, нам действительно нечего сказать об этом. Таким образом, похоже, что обиды между Сяо и семьей Цзюнь были устранены. Во всяком случае, семья Сяо является общим врагом Города Серебряной Метели и семьи Цзюнь в это время»

«Как мы можем сказать, что это... этот вопрос причудливо диковинный!»

Десять человек посмотрели друг на друга, но никто из них не открыл рот.

- Ах у меня были личные обиды. Но я знаю, что Город Серебряной Метели потерял немного репутации из-за этого. И я извиняюсь за это, – выражение лица Цзюнь Мосе было серьезным.

«Ты знаешь, что Город Серебряной Метели потерял репутацию? И как ты об этом догадался?! Ты заставил нашего старейшину танцевать стриптиз! Ты не понимал, что это окажет негативное влияние на репутацию Города Серебряной Метели, когда заставил его сделать это...?»

«Сяо Бу Ю, конечно, говорил о восстании перед смертью... но разве не все знают, что семья Сяо также является частью Города Серебряной Метели?»

Затем они услышали, как Цзюнь Мосе изменил тему:

- Однако позвольте мне прояснить одну вещь. Я извиняюсь только из-за моего дяди... а не из-за самого Города Серебряной Метели! Это должно быть объяснено должным образом, потому что мы обнаружили заговор семьи Сяо против Города Серебряной Метели. Но этот молодой мастер чувствует, что это хорошо для Города Серебряной Метели... или, по крайней мере, для вашей семьи Хан!

«Хорошая вещь – это хорошая вещь. Но, похоже, что влияние нашего великолепного Города Серебряной Метели упало перед старшей дочерью нашего Владыки! Забудь об этом... у нас еще есть какое-то влияние, по крайней мере…»

- А дело обстоит так... я не демонстрирую свои достижения здесь... хе-хе... все видели сегодняшние дела. Все знают, что вы не смогли бы открыть заговор семьи Сяо, если бы я не использовал эту удивительную технику. Хе-хе... это стало бы довольно тревожным будущим для Города Серебряной Метели, если бы я этого не сделал…

Тем не менее я хороший малый в глубине души. Я бы никогда не позволил вещам дойти до таких крайностей, – голос Цзюнь Мосе изменился, когда он вздохнул и продолжил, – все всегда признавали, что жертвовать и спасать людей – это самое достойное дело. Фактически человек мгновенно достигает нирваны, если он совершает такой поступок. Они мгновенно освобождаются от всех преступлений и достигают более высокого и божественного статуса! Нирвана... я слишком хорош, чтобы быть правдой. Я оказал большую услугу человечеству. Я справился очень своевременно. Это очень хорошо. Это превосходно!

Эти слова заставили брови мужчин из Города Серебряной Метели выгнуться дугой. Даже Одинокий Сокол был поражён и онемел вместе с солдатами. Они никогда не могли себе представить, что этот мир мог когда-либо дать убежище такому толстожопому человеку…

«Он осмеливается зайти так далеко, что говорит, что он "добросердечный"? Разве он сейчас не доводит всё до крайности? Как его язык мог произнести такое высокомерное высказывание?»

«Твоё лицо даже не покраснело, когда ты говорил эти слова... твоё сердце даже не забилось при мысли об этом! Это значит, что ты вышел на новый уровень бесстыдства! На самом деле, этот уровень бесстыдства оставит любого задыхаться в изумлении! Как ты можешь называть то, что ты сделал, "услугой"?»

- Ненависть между семьями Цзюнь и Сяо не знает границ! Но я добросердечный человек. Так что я все равно не пролью никакой ненужной крови, даже, несмотря на то, что мы питаем такую огромную ненависть к семье Сяо. Я имею в виду то, что я говорю! Иначе зачем мне жалеть жизнь такого злого человека, как Сяо Хан? Все, кто был свидетелем моей милости, знают, что мои слова не пусты…

«Они, очевидно, не пусты! Но то, что ты сделал, не было хорошим поступком. В самом деле было бы лучше убить его своим мечом! Ты бы проявил к нему великое милосердие, если бы убил его, а не жестоко обращался с ним! В таком случае ты считался бы чистым существом!»

Семь Мечей Города Серебряной Метели почувствовали рвотные позывы. На самом деле они чувствовали, как будто их зубы начали таять в их желчи.

Цзюнь Мосе оплакивал состояние человечества, продолжая:

- Жизнь, которую дает нам Бог, добродетельна. Понимаете... я бы даже не убил Шестого старейшину, если бы был другой способ спасти жизнь Восьмого и Девятого старейшин. Кроме того, когда дело доходит до смерти Сяо Бу Ю — я только заставил его прыгать и раздеваться для развлечения. Все, кто его видел, чувствовали себя счастливыми и веселыми. На самом деле он даже получил возможность продемонстрировать его шикарное для его возраста тело! Это был беспроигрышный вариант! Он был таким старым человеком! Он видел столько всего в этом мире! Однако у него не было терпимости... и Сяо Фэн Ву был также убит Шестым старейшиной. Я только передал его тело старцу, чтобы он смог его подержать. В конце концов, они были связаны кровью. Как я мог знать, что Шестой убьёт собственного правнука, потому что он больше не радует глаз? И он сделал это так быстро... так что у меня даже не было времени спасти мальчика. Мне действительно стыдно.

Все знают, что я очень хороший человек с чрезвычайно мягким сердцем. Я справляюсь со всеми проблемами своими руками... на самом деле я даже подметаю пол очень осторожно, потому что боюсь повредить маленьким насекомым. Я даже покрываю свои фонарики тканью, потому что я забочусь о мотыльках. Я знаю, что жизнь важна. И этот факт, естественно, неизменен…

Одинокий Сокол отвернулся, и его вырвало.

Солдаты подражали ему и тоже начали блевать.

«Он слишком бесстыдный! Он слишком отвратителен! Это возмутительно!»

«Такие бесстыдные люди очень редки в этом мире!»

- Я только прошу, чтобы вы, люди, отвезли этих троих обратно в Город Серебряной Метели. Это не должно быть проблемой, верно? Вы всё равно идёте в этом направлении... более того, вы также можете исследовать их планы... – Цзюнь Мосе проигнорировал тот факт, что всех тошнило, и продолжил с большой улыбкой в добродушном тоне. – Такова была их судьба.

Семь Мечей и два старейшины подошли к Сяо Хану и двум другим калекам после того, как Цзюнь Мосе произнёс эту часть.

«Будет здорово, если мы сможем покинуть эту маленькую дьявольскую сторону как можно скорее. Он слишком отвратителен.…»

Му Сю Тонг подошёл к Цзюнь Вую, сложив руки, перед тем, как уйти. Он хотел что-то сказать.

Надо было упомянуть, что маленькая принцесса Хан Янь Мэн с нетерпением ждала отъезда. Она посмотрела на Цзюнь Мосе, и он выглядел как демон в ее глазах. Маленькая девочка боялась, что этот демон проглотит её и даже не оставит ни капли крови…

- Мосе! – глаза Цзюнь Вуя были красными. Он выглядел эмоционально взволнованным, когда схватил племянника за руку и спросил. – Это правда?

- Что именно "Это"? – Цзюнь Мосе спросил несколько озадаченно.

- Дети в Адском Зале... дети? Это дети моих братьев? – глаза Цзюнь Вуя блестели от слез, и его голос был хриплым.

Кровавый Генерал мог думать только об одном в это время — были ли эти дети потомками его братьев. И он очень надеялся, что Цзюнь Мосе ответит на его вопрос "Нет".

Это потому, что Цзюнь Вуй не знал, как его сердце будет противостоять такой ненависти, если это правда…

- Я не буду лгать об этом. Это верно для подавляющего большинства из них, – Цзюнь Мосе понял этот вопрос и продолжил серьёзно. – Не волнуйся, третий дядя. Я уже провёл повторное расследование. Их положение намного лучше, чем раньше. Более того, я уже назначил людей лечить их для более быстрого выздоровления. Некоторые из них уже в какой-то степени восстановились. И я также попросил своего учителя, чтобы он смог усовершенствовать некоторые божественные лекарства, которые могли бы помочь им быстрее восстановиться…

Цзюнь Мосе был вынужден сказать это, чтобы заставить Цзюнь Вуя чувствовать себя лучше…

Цзюнь Вуй всегда был человеком с сильными эмоциями. Поэтому этот вопрос необходимо решать надлежащим образом. В противном случае третий мастер Цзюнь будет грустить всякий раз, когда он подумает об этих сиротах... даже если он воссоединился с Хан Янь Яо. На самом деле, этот вопрос может даже создать раскол между Цзюнь Вуем и Хан Янь Яо. Чувства двух людей друг к другу были так же глубоки, как океан, но он всё равно будет сожалеть на протяжении всей своей жизни.

Такая вещь не была невозможной, учитывая природу Цзюнь Вуя. На самом деле были все возможности, чтобы это стало реальностью…

Сейчас ситуация начинает улучшаться. Поэтому было бы очень жаль, если бы этот вопрос привел к очередной трагедии. Поэтому Цзюнь Мосе ухмыльнулся и дал иллюзорное обещание.

Он спихнул всё на своего воображаемого "учителя". И это, по крайней мере дало бы надежду Цзюнь Вую... даже если бы этого не удалось сделать. Это было что-то похожее на восстановление его ног. В конце концов это также казалось иллюзорной надеждой в какой-то момент времени...

Кроме того, эта вещь не обязательно была невозможной, учитывая продвижение Цзюнь Мосе с Пагодой Хунцзюнь.

- Это хорошо! Это очень хорошо! Я уверен, что всё будет хорошо, если старший будет работать над этим! – Цзюнь Вуй был эмоционально взволнован и не мог сдержать себя. Его брови, похожие на мечи, взметнулись вверх, когда он продолжил по-прежнему в тяжёлом тоне: - Я не смогу смотреть в глаза моим братьям по оружию, если я не позабочусь об этих детях.

Сердце Цзюнь Мосе пропустило удар.

Состояние ума Цзюнь Вуя погрузилось в суматоху с тех пор, как он услышал о том, что случилось с этими детьми из-за ненависти между семьёй Цзюнь и семьёй Сяо.

«Это не очень хороший знак».

- Это самое малое, что я могу сделать для тебя, третий дядя, – ответил Мосе.

Цзюнь Вуй прослезился, и его выражение лица стало довольно сложным, когда он посмотрел на своего племянника. Затем он громко рассмеялся и похлопал Цзюнь Мосе по плечу. Однако он не сказал ни слова и ушел со своими мыслями.

Цзюнь Вуй выглядел очень одиноким, когда уходил. На самом деле он выглядел отшельником. Можно сказать, что этот вопрос будет грызть его разум вечно. Цзюнь Мосе мог только вздохнуть...

Офицеры и солдаты повернули назад и выступили. Они сделали это без единого слова из уст Цзюнь Вуя.

Одинокий Сокол посмотрел на Цзюнь Мосе и медленно подошел к нему:

- Цзюнь Мосе, этот твой метод шокирующий и стремительный! Твоя сила хороша, но ты показал её рановато, – Одинокий Сокол уже привык думать о вещах с точки зрения семьи Цзюнь.

- Ещё слишком рано? – Цзюнь Мосе посмотрел на него с забавой.

- Вопрос между тобой и Гуан Квинхан создаст огромное беспокойство, как только он выйдет наружу. Но ты вышел с такими потрясающими мир откровениями в это время. Как это не создаст никаких разногласий? Ты технически на уровне Суань Неба, но твоя боевая сила уже достигла уровня эксперта Суань Духа! Но ты ещё даже не достиг вершины своего уровня. Так что этого недостаточно, чтобы внушить трепет всем, – нахмурился Одинокий Сокол, вернув свой взгляд.

- И тебя это волнует? – Цзюнь Мосе наклонил голову, и уголки его рта свернулись в его обычную злую насмешку. – Я сделал это, чтобы заставить этих гнилых старых ублюдков обдумать это должным образом. Хм…

Я хочу, чтобы они внимательно обдумали – какая из их семей сможет пережить мой гнев, если семья Сяо Города Серебряной Метели не смогла! – глаза Цзюнь Мосе сияли от злого взгляда, когда он продолжал серьезно. – Я сделал это однажды. Таким образом, я могу сделать это в пятнадцать раз больше! Власть императорских семей... их этика и мораль... она никогда ничего не стоит в моих глазах!

Мы можем выступать! – взревел Цзюнь Мосе.

Глава 432. Меня зовут Мэй Сюэ Янь

Третий мастер Цзюнь освободился от своей глубокой ненависти, так как их вражда с Городом Серебряной Метели была улажена. Однако затем он услышал об этой немыслимой тайне. И в результате его живой, энергичный и яркий внешний вид снова потускнел. На самом деле это было похоже на толстый слой тёмного тумана, который окутал его ауру.

Но третий мастер Цзюнь все еще был Верховным Главнокомандующим армии. Итак, он скорректировал свои эмоции, прежде чем вернуться. Эта битва оставила армию дезорганизованной. Поэтому ему нужно будет как можно скорее реорганизовать армию, если они захотят своевременно продолжить свой путь.

Одинокий Сокол и молодой мастер Цзюнь не сразу вернулись в ряды войск. Одинокий Сокол широко использовал возможность сражаться с Семью Мечами. Они, несомненно, объединили свои усилия против него. Тем не менее они только помогли ему попрактиковать и усовершенствовать свои навыки. Они не подходили для этого маньяка, жаждущего битвы. Однако эта борьба принесла ему большую пользу в любом случае…

Одинокий Сокол был вынужден столкнуться с объединенной силой семи мечей и Сяо Бу Ю в конце концов. И это, несомненно, оставило его в отчаянной ситуации, когда он понес некоторые незначительные потери. Однако общая польза от этой битвы намного превысила потери. Поэтому Одинокий Сокол пошёл своим обычным путем, как только все закончилось. И он решил, что он мог бы также немного помедитировать на месте, чтобы выздороветь. Кроме того, это также помогло ему усвоить идеи, которые он получил от битвы.

Молодой мастер сделал то же самое. Прошло около полугода с тех пор, как он пришел в этот мир. Он много раз сражался и в прошлом. Но ни одна из этих битв не может считаться правильной битвой. Тем не менее эта борьба с Сяо Бу Ю действительно может рассматриваться как битва не на жизнь, а на смерть. Борьба, возможно, выглядела простой с самого начала... но она имела совершенно другое значение для Цзюнь Мосе в реальности. В конце концов, он слил большинство техник из своей предыдущей жизни с теми, которые он узнал в этой жизни!

Одинокий Сокол начал медитировать и впитывать свои достижения. Армии также потребовалось некоторое время для реорганизации. Таким образом, молодой мастер тоже присел на минутку.

Прошло некоторое время, когда раздался приказ. Лагерь был возведён, так как был уже поздний вечер. Медитации молодого мастера и Одинокого Сокола также подошли к концу.

- Подожди. Что бы мы сделали, если бы вы тоже ушли? – Цзюнь Мосе и Одинокий Сокол встали, чтобы вернуться, когда они услышали тонкий и застенчивый голос, обращенный к ним.

Двое мужчин были ошеломлены, когда повернулись. Они, казалось, вспомнили, что в чайном домике, где отдыхали люди из Города Серебряной Метели, были еще две женщины. Кроме того, эти две женщины находились в середине некоторого спора с семьей Сяо, когда прибыла армия.

Молодой мастер и Одинокий Сокол подняли глаза, когда услышали этот голос.

Девушка в зелёной одежде стояла недалеко от двух мужчин. Она немного нервничала. Ее маленькие руки застенчиво крутили и теребили подол её халата. Её лицо не сильно выделялось. Но её глаза ярко светились, как полная луна. На самом деле на них было довольно приятно смотреть. Тем не менее в ней не было ничего особенного, кроме этих глаз, на самом деле, она даже казалась несколько уродливой...

Цзюнь Мосе знал, что никогда раньше не видел эту женщину. Но он не мог сказать, почему он чувствовал ее немного знакомой...

У него был разум первоклассного убийцы. Фактически он был королем убийц своего поколения. Поэтому Цзюнь Мосе никогда бы не упустил из виду дело, даже если бы в его сердце было хоть малейшее опасение. Он задумался на мгновение. И силуэт мелькнул в его голове вспышкой божественного света; это была фигура Змеиной Королевы! Однако он не мог сказать, почему силуэт Королевы Змей слабо напоминал силуэт девушки, стоявшей перед ним. На самом деле это было чрезвычайно удивительно…

Одинокий Сокол также проходил через то же самое, и он также подумал о Змеиной Королеве. Двое мужчин не могли не посмотреть друг на друга. И они увидели одно и то же недоверчивое выражение в глазах друг друга.

Они видели Змеиную Королеву на поле битвы за пределами Южного Небесного Города. Она надела зелёное платье и выставила напоказ соблазнительную фигуру. Но ее лицо было красивым и очаровательным. Кроме того, её движения были непредсказуемы и сильны. Даже её выражение лица отражало высокомерие и доминирование. Поведение Змеиной Королевы было таким же сильным, как у Великих Мастеров. Так как же эта ничтожная деревенская девушка могла сравниться с ней?

- Кто ты такая? Почему ты здесь? – Цзюнь Мосе посмотрел на неё довольно подозрительно. Молодой мастер Цзюнь уже опроверг мысль, что эта девушка может быть Королевой Змей. Но эти две женщины были очень похожи. И этого было достаточно, чтобы он оставался начеку.

- Моя старшая сестра и я из Тянсяна. Мы вышли с охраной за лекарственными ингредиентами. Но мы не ожидали, что столкнёмся с таким количеством зверей, как несколько дней назад. Затем нас неожиданно разлучили с нашими охранниками... – жалостливо продолжила девушка в зелёном одеянии. – Мы с моей старшей сестрой сумели сбежать, сохранив наши жизни после невыразимых трудностей. Но мы столкнулись с этими отвратительными людьми, когда пришли сюда. Они хотели похитить нас, чтобы мы стали жёнами в их семье. Они даже сказали, что заставят нас, если мы не пойдём сами. Они нас очень напугали…

Девушка в зелёном говорила так же тихо и смиренно, как и раньше. Но Цзюнь Мосе обнаружил что-то странное в её тоне.

«Не кажется ли ей, что это смешно... или презрительно?»

- Вы прибыли в самый критический момент. Эти злые люди ушли... благодаря вашему прибытию. Вы – спасители для нас! – девушка в зелёной одежде продолжала мелодичным голосом. – Вы – молодой герой, который спасает одинокую юную леди от хулиганов. История чрезвычайно трогательная…

- Эээ... так ты говоришь, что юноша Сяо хотел похитить тебя и сделать своей женой? – Цзюнь Мосе был ошеломлён, когда он посмотрел на лицо темнокожей девушки. Затем он немного закашлялся и сказал. – Это отличается от обычных дел для семьи Сяо. Это очень необычно.

- Не меня! Мою старшую сестру! Её... – застенчиво ответила девушка в зелёном. Тем не менее она почти выпустила свою силу Суань и чуть не раскрыла свою личность...

«Я убью этого отталкивающего урода одним движением! Я преподам ему урок, даже если не убью его в конце!»

- Ах, неудивительно... хе-хе... я только хотел сказать, что этот ребёнок из семьи Сяо встретил прекрасных женщин. Нищие могут выбирать... ой... я имею в виду... я не говорю, что ты уродливая... – улыбнулся Цзюнь Мосе.

У Королевы Змей было нежное и красивое тело. Однако она была крайне возмущена словами молодого мастера Цзюнь. На самом деле она даже задрожала от ярости.

«Это объяснение более раздражает, чем отсутствие объяснения вообще. Это не ложь, что этот ребенок – развратник и урод номер один в Тянсян. Я наконец поняла, почему старшая сестра не любит его…»

Ранее она считала его заботливым и праведным человеком. На самом деле она считала его важным человеком! Поэтому у нее было достойное мнение о нем. Но это "хорошее впечатление" улетело к чертям собачьим, когда она увидела, что он судит о её внешности таким образом. На самом деле она почти сломала свои клыки от гнева. Один из Королей зверей из леса Тянь Фа был едва ли не доведён до грани слез из-за чрезмерной ярости...

Цзюнь Мосе тайно наблюдал за её реакцией. Он полагал, что Королева Змей либо сошла бы с ума... либо ей было бы вообще плевать на его слова. Тем не менее она никогда бы не стала бы плакать, как эта девушка. Это было поведение нормальной девушки…

Королева Змей была одним из самых старших Королей зверей Тянь Фа. Однако она до сих пор принимала облик двадцатилетней девушки. Поэтому все её реакции становились подобны человеческим после того, как она изменяла свою внешность. Цзюнь Мосе, очевидно, не знал об этом факте. Кроме того, её интеллект обычно намного превосходит интеллект обычного человека. Но нынешний темперамент Зелёной Охотницы был, как у восемнадцатилетней или девятнадцатилетней девушки. Поэтому степень, в которой она могла бы выдержать, не обязательно была бы намного больше, чем у девочки указанного возраста, если бы она не использовала свои истинные силы...

Это было одним из основных различий между Зверями Суань на пике девятого уровня и настоящими Королями зверей Суань. Это было одной из причин, почему некоторые звери на пике девятого уровня были только зверями Суань, а некоторые становились Королями зверей Суань...

Однако какая женщина не дорожит своей внешностью? Королева Змей, конечно, знала, что она только замаскировала свой внешний вид в тот момент. Но её сердце всё равно было поражено его словами...

Все мужчины считают, что они могут добиться любви принцессы, если они разбогатеют. Все женщины также одинаковы. Они надеются, что человек откроет для себя их внутреннюю красоту, а не просто будет липнуть к ним из-за их внешней красоты.

Богатые мужчины всегда хотят, чтобы женщины приходили за ними, но не за их деньгами. И красивые женщины всегда хотят, чтобы мужчины подходили к ним, но не из-за их внешней красоты.

И все всегда будут верить, что это настоящая любовь…

Но эта тема – отступление…

Красивая девушка в белом сидела на расстоянии. Вдруг она внезапно встала и медленно подошла, пока все говорили. Даже человек, обладающий решительной силой Одинокого Сокола, был ослеплён, когда посмотрел на великолепие одетой в белое девушки...

На самом деле, казалось, что яркая луна спустилась в царство смертных…

Одинокий Сокол на какое-то время замер. Затем он посмотрел на Цзюнь Мосе.

«Мог ли этот юноша с таким меньшим опытом в любви когда-либо видеть такую красивую женщину, как она? Он может совершить огромную социальную ошибку... или, по крайней мере, будет ошарашен... на самом деле это не будет ненормальным, даже если он начнет пускать слюни на неё! Этот парень из молодого поколения Города Серебряной Метели хотел сделать шаг, чтобы жениться на этой девушке. Но, это не удивительно, учитывая её красоту…»

Гуан Квинхан была очень красива, но великолепие этой женщины было непревзойдённым. Дугу Сяо И была свежей, чистой и очаровательной... но эта девушка была на пике красоты человеческого мира.

Её красота была непревзойдённой.

В этом отношении эта девушка в белом поднялась над остальным миром...

Однако все оказалось совсем не так, как ожидал Одинокий Сокол. Цзюнь Мосе выглядел абсолютно спокойным в этот момент. Как будто он даже не взглянул на эту красотку, которая может привести к гибели человечества. На самом деле она казалась обычным человеком в его глазах.

Он был совершенно безразличен...

Более того, это было не искусственной реакцией. В конце концов, преднамеренные действия никогда бы не привели к таким естественным выражениям…

- Этот ребёнок ненормальный! Я вижу, как он смотрит на такую красивую женщину... и он даже не моргнул! Это потому, что битва была слишком напряжённой для него...? Он на грани смерти?! – Одинокий Сокол начал бездумно бормотать.

Тем не менее Цзюнь Мосе не был полностью равнодушен к ней. Эта девушка пришла поблагодарить его. Но молодой мастер не почувствовал ни капли благодарности в её словах. Вместо этого он почувствовал леденящий кровь холод...

Красота этой девушки в белом была, по общему признанию, несравненной. Но он не мог сказать, почему она, казалось, излучала такую неописуемую враждебность. Она старалась изо всех сил, чтобы скрыть это. Но Цзюнь Мосе жил в состоянии "засады со всех сторон" в обеих своих жизнях. Итак, как он мог не уловить её попытки?

«Такое чувство, ах... такое чувство, что я совершил какое-то серьёзное преступление против неё. Не говорите мне, что ненависть к какой-то семье из моей предыдущей жизни также пришла и сюда? Это невозможно, не так ли? Более того, никто не должен знать, что я – Цзюнь Се, даже если какая-то ненависть прошла через мой предыдущий мир...»

Молодой мастер Цзюнь был искренне озадачен.

- Красота юной леди подобна Небесам, ах! Но как зовётся эта милая леди? И почему она пришла сюда? – Цзюнь Мосе искал повсюду, но он не нашёл следов силы Суань ни в одной из двух женщин. Поэтому он умело задал этот вопрос.

Девушка в зелёном уже ответила на этот вопрос минуту назад. Тем не менее Цзюнь Мосе повторил вопрос, чтобы увидеть, если кто-либо из этих женщин сделает какие-либо небольшие ошибки…

- Эту молодую женщину зовут Мэй – Мэй Сюэ Янь. А мою младшую сестру зовут Мэй Цянь Цянь. Мы благодарим молодого господина Цзюнь за помощь, которую он нам оказал, – лицо женщины в белом покраснело, когда она ответила мягким голосом.

- Это было совпадение. У меня было несколько счетов, которые необходимо было свести с семьей Сяо. Так что вы можешь сказать, что я не специально вам помогал. Поэтому барышне не нужно быть такой вежливой. Тебя зовут Мэй Сюэ Янь. Это здорово! Цветущий в снегу цветок... такое красивое имя может подойти только девушке такой красоты! А имя твоей младшей сестры тоже неплохое... Мэй Цянь Цянь. Ах, неплохо... неплохо... – глаза Цзюнь Мосе расширились, когда он произнёс эти слова.

«Он неправильно произнёс мое имя! "Нет денег"?» – чёрная линия пересекла лицо Змеиной Королевы. Казалось, она хотела откусить ему голову, чтобы он знал, над кем он посмел посмеяться...

- Неважно, намеревался ли молодой господин Цзюнь помочь нам или нет... факт остается фактом, что он спас нас, – гармонично проговорила девушка в белом. Тем не менее она не ответила на "удар" Цзюнь Мосе в отношении имени своей сестры.

- Юная леди очень вежлива. Откуда юная леди знает мою фамилию? – молодой господин Цзюнь спросил в ответ.

- Эти хулиганы произнесли имя молодого господина во время боя. Кроме того, мы, сестры, очевидно, знаем имена известных молодых господ города Тянсян, – ответила одетая в белое девушка небрежно.

- Вы тоже из Тянсян... Ах... мы сограждане в этом случае. Это здорово! Кажется, мы действительно встретили молодых леди Мэй волею судьбы, – молодой мастер выглядел рассеянным.

«Этот тон начинает звучать более знакомо».

Девушка в белой одежде блеснула скрытной улыбкой.

«Волею судьбы? Мы с тобой действительно встретились по воле судьбы. И я заставлю тебя пожалеть об этой судьбоносной встрече до конца твоей жизни!»

Девушка в белом, Мэй Сюэ Янь, сказала, что они хотели сопровождать армию обратно в город Тянсян.

Цзюнь Мосе согласился на их просьбу. Однако в его сердце не было никакого чувства вожделения.

«Красивая женщина – это красивая женщина. Однако через несколько лет она потеряет свою красоту. На самом деле кто-нибудь увидит красивое лицо, как только ночник погаснет...?»

«Тем не менее эта несравненная красота в белом могла бы помочь мне достучаться до Гуан Квинхан…»

«Возможно, что Гуан Квинхан сможет открыться мне, если эта красивая девушка заставит её нервничать. Разве это не здорово? Кроме того, не имеет значения, есть ли у этих двух девушек какие-либо другие тайные мотивы, связанные с путешествием с нами. В конце концов, у них нет ни малейшего следа сильных сторон Суань вокруг них. Итак, какие проблемы могут вызвать эти две женщины?»

Он быстро взглянул на Одинокого Сокола. Великий Мастер задумался на мгновение и в конце концов ответил уверенным кивком. Тогда Цзюнь Мосе решил:

«Это ещё понятно, если я не найду большую силу в этом мире. Но не будет ли это странно, если Великий Мастер Одинокий Сокол не в состоянии сделать это?»

«Нужно быть таким же сильным, как четыре Великих Мастера, если они хотят скрыть свою силу от Одинокого Сокола. Возможно, им придется пойти еще дальше и обладать ужасающей силой Достопочтенной Мэй!»

«Кроме того, эти две молодые женщины даже не выглядят двадцатилетними. Но если у них действительно есть силы быть наравне с великими мастерами... тогда я заберу этого старого Сокола домой... и съем его живьем!»

Поэтому Цзюнь Мосе пригласил двух сестер – Мэй Сюэ Янь и Мэй Цянь Цянь в карету.

Однако что-то странное произошло посреди ночи в этот же день...

Глава 433. Подозрения Гуан Куинхан

Тишина ночи была внезапно нарушена, когда Дугу Сяо И громко крикнула. Это даже заставило не слишком далеко ночующего Цзюнь Мосе задрожать. Он перекинул свой халат через плечо и рванулся в их палатку, чтобы исследовать причину крика. И он узнал, что пропавший питомец Дугу Сяо И неожиданно и непостижимо как вернулся посреди ночи.

Важно знать, что к настоящему времени они преодолели расстояние более десяти дней от леса Тянь Фа.

Однако этот сюрприз свёл Дугу Сяо И с ума от счастья.

Две женщины получили достаточно времени, чтобы изучить внешний вид Цзюнь Мосе после того, как они ответили на его вопросы. Надо сказать, что молодой мастер только надел свой халат, да ещё и второпях. Значит, некоторые части его тела не были закрыты должным образом. На самом деле его бедра и ноги маячили без одежды. И двум женщинам оставалось только кричать при виде них. Их крик в основном был вызван неожиданностью. Однако в их крике была слышна ещё и зависть. Кроме того, был ещё один странный элемент... который было довольно трудно оценить…

Время, которое молодой мастер провёл в Пагоде Хунцзюнь, принесло удивительные результаты в плане его физической трансформации. Его тело стало очень сильным. На самом деле, даже конкурсная модель не могла достичь такого уровня. Можно сказать, что ему даже не нужно было бы показывать свое красивое лицо, чтобы привлечь женщин на современной земле... что его телосложения было бы достаточно, чтобы свести женщин с ума…

Однако степень трансформации его тела немного перешла все рамки. Возможно, следует сказать, что его чрезвычайно белый цвет кожи был немного неправильным. Следует отметить, что он не был смертельно белым. На самом деле это был очень здоровый оттенок белого. Но он был ещё и несколько полупрозрачным... как снег.

И этот момент заставил двух прекрасных женщин ревновать. В действительности же несколько сумасшедшая Дугу Сяо И неоднократно спрашивала Цзюнь Мосе о том, что он делал, чтобы сделать его кожу такой гладкой и глянцевой. И это, очевидно, делало молодого мастера очень мрачным.

«Красивая женщина восхищается кожей мужчины... я должен чувствовать себя счастливым или грустным...?»

Молодой мастер прибыл сюда в спешке после того, как услышал крик Дугу Сяо И. Таким образом, он смог накрыть себя только своим одеянием. Его верхняя часть тела была лучше. Однако область ниже колен оставалась открытой для посторонних глаз.

Однако в этой палатке было в общей сложности четыре женщины. Итак, почему было только два крика? Это было потому, что только Гуан Квинхан и маленькая девочка кричали... Мэй Сюэ Янь и Мэй Цянь Цянь неожиданно упали в обморок, и с тех пор не приходили в сознание.

Тем не менее Сяо Бай (1) стал гораздо лучше себя вести, когда он вернулся. Было время, когда он сразу бросался на молодого мастера Цзюнь, как только видел его. Однако он больше безрассудно не рвался вперед. Вместо этого он старательно практиковал свое культивирование. Он часто держал нож в своих когтях, когда тренировался перед четырьмя женщинами. Это было похоже на то, что он устраивал шоу, и не беспокоился о том, кто наблюдал за ним.

Маленький чертенок Дугу Сяо И, казалось, забыл свои обиды. Казалось, он наконец-то стал здравомыслящим, повзрослел и возмужал. Он должен найти жену в ближайшее время.

Маленькая девочка перестала дразнить своего зверя Суань. Она лишь слегка вздохнула. Было очевидно, что она поняла эти намеки. Гуан Квинхан тоже вздохнула после неё. Было неясно, была ли это цепная реакция... но даже Мэй Цянь Цянь вздохнула после них. Девушка в белом была единственной, кто не вздохнул. Тем не менее она мягко кашляла.

Они продолжили свой путь на следующий день. В действительности они даже набрали темп.

Цзюнь Мосе заподозрил, когда Сяо Бай вернулся. Но затем он подумал о перспективе Короля зверей Суань, путешествующего сюда, чтобы вернуть маленького зверёнка... и эта идея, очевидно, показалась ему смешной. Поэтому он отмахнулся от этого со смехом.

«Может, есть какая-то телепатия между Сяо И и этой мелочью. Кроме того, возможности выслеживания этого зверя достаточно хороши, чтобы найти кого угодно. Таким образом, этот вопрос не очень удивителен…»

Цзюнь Мосе попытался вовлечь Мэй Сюэ Янь в разговоры во время путешествия. Он только хотел использовать это как предлог, чтобы получить некоторую реакцию от Гуан Квинхан.

«Хе-хе... Ты будешь продолжать игнорировать меня? Посмотри, как у меня всё хорошо и без тебя... или ты можешь поторопиться и присоединиться ко мне. Я жду тебя под простынями. Мы снова займемся любовью. Мы будем переплетаться, как ветер и дождь. И эта блаженная весна вернётся снова... поторопись и приходи ко мне!»

Тем не менее реакция Мэй Сюэ Янь на Цзюнь Мосе была, как у Ленина на буржуазию. Молодая леди Гуан была холодной к нему. Однако в случае Мэй Сюэ Янь теперь на вершине айсберга был ещё один айсберг. Юная леди Мэй всегда оставалась в стороне. Она немного говорила и всегда хмурилась. Она очень быстро теряла терпение и сразу показывала ему на дверь. На самом деле её отношение даже заставило бы Гуан Квинхан замёрзнуть. Гуан Квинхан была самым холодным человеком. Она игнорировала его только тогда, когда худшее становилось хуже. Но прекрасная Мэй Сюэ Янь была полной противоположностью. Её слово было подобно закону, и она заповедала строгое послушание. Она могла быть Императрицей среди Императриц!

Молодой мастер понял, что его план был провален таким отношением молодой леди Мэй, но он чувствовал, что еще есть место для надежды.

Затем Гуан Квинхан, наконец, уступила в один день. Она тайно сказала Цзюнь Мосе ждать в своей палатке поздно ночью. Она также упомянула, что ей есть что сказать.

Область чуть ниже пояса у Цзюнь Мосе аж дымиться начала, как только он услышал это.

«Труд неумолимого человека окупается. Кажется, что эта девушка всё ещё осознаёт ситуацию, и хочет закрепить свою позицию вместе со мной…»

Молодой мастер Цзюнь провел весь день в поисках места, чтобы помыться. После этого он надел шелковисто-мягкий белый халат. Он даже надел на себя маску элегантного и грациозного молодого человека. Проще говоря... он хотел казаться как можно более соблазнительным…

Он услышал резкий и холодный кашель за пределами своей палатки, когда спустились шторы ночи…

«Айсберг прибыл!» - Цзюнь Мосе очень гордился собой. Он даже рассмеялся внутри. Затем, когда он заговорил мужественным, грациозным и исключительно устойчивым голосом, его тон стал отчуждённым:

- Пожалуйста, входите.

Входная заслонка открылась, и яркое и улыбающееся лицо Цзюнь Мосе стало кислым.

Гуан Квинхан, несомненно, пришла к нему. Тем не менее проблема была в человеке, который был позади нее... это была Дугу Сяо И! И она также несла Сяо Бая на руках.

Цзюнь Мосе сдулся, как воздушный шарик.

Даже человек, который думал пальцами ног, а не мозгом, знал бы, что Гуан Квинхан не придёт к нему с желанием, на которое он надеялся. Цзюнь Мосе горел огненной страстью с тех пор, как была назначена эта встреча. Однако пламя страстного желания в конце концов было встречено с разочарованием. На самом деле он чувствовал, как будто кто-то вылил на него ведро ледяной воды в снежный день. Все его тело почувствовало холод…

- Мы хотим обратиться к тебе с серьёзным вопросом. Мы с Сяо И обсуждали, что две женщины, которых ты пригласил к нам, всё усложнили. Они не такие простые и обычные, как ты сказал. Они немного говорят. Так почему же они захотели присоединиться к нам? Это заставляет меня поверить, что у них есть скрытые мотивы. Почему ты должен быть таким беспечным? – Гуан Квинхан холодно посмотрела на него. – Ты решил дать приют двум неизвестным женщинам. Разве ты не знаешь, что сейчас трудные времена?

- Как вы можете быть уверены? – Цзюнь Мосе внутренне закатил глаза:

«Я, очевидно, знаю, что эти женщины нам неизвестны. Но вы не должны быть настолько серьёзны, не так ли?»

«Вы двое влюбились в меня из-за моего обаяния. Но позже вы начали отказываться от моих шагов к вам. И я подумал, что могу использовать Мэй Сюэ Янь, чтобы приблизить вас ко мне. Я чувствовал, что вы не сможете мне отказать, если почувствуете конкуренцию. Это был просто трюк, чтобы привлечь ваше внимание!»

- Мосе, я знаю, что последние несколько дней всё шло гладко. На днях ты избавился от многочисленных влиятельных экспертов из семьи Сяо. Так что, ты, должно быть, доволен собой. Гордость – это нормально. Но ты не должен быть слишком гордым. Что бы ни говорили эти женщины, в этом нет никакого смысла. Разве ты не заметил этого? – Гуан Квинхан нахмурилась, продолжая.

- Это не имеет никакого смысла? Я знаю, что их история не совсем правдива. Но я еще не обнаружил конкретной проблемы с их историей. Но я бы попросил тебя просветить меня об этом! – молодой мастер выглядел спокойным.

- Эти двое говорят, что они из города Тянсян. Они сказали, что они дочери химика. Более того, они знали, кто вы, когда попросили нас поехать вместе. В этом нет никакого смысла! – Гуан Квинхан фыркнула.

- Да? Как это не имеет смысла? Они из города Тянсян... так что хорошо, что они путешествуют с нами. И нет ничего странного в том, что они знают меня. В конце концов, те люди из семьи Сяо много раз называли моё имя. Так что, было бы очень странно, если бы они не знали меня, даже после того, как мое имя было произнесено так много раз. Более того, у них возникли проблемы с семьей Сяо, и я действовал справедливо, помогая им выйти из их затруднительного положения. Это очень галантно, правда? – молодой мастер спросил в недоумении.

Гуан Квинхан лишилась дара речи на некоторое время, прежде чем она, наконец, заговорить:

- Разве ты не знаешь, какова твоя репутация, третий молодой мастер? Ты хоть представляешь, в каком плохом состоянии твоя репутация? Эти две женщины убежали бы ещё дальше от Тянсяна в тот момент, когда они услышали имя Цзюнь Мосе, если бы они действительно были родом оттуда! Зачем им проситься в наш лагерь? Почему они попросили стать нашими попутчиками? Разве это не как если бы ягнёнок попросился в логово тигра?

- Ну, это тоже разумный аргумент. Я не думал об этом с такой точки зрения... Подожди... что?! – Цзюнь Мосе пришёл в себя и начал размышлять над этим... когда внезапно вскричал. – Что это значит? Неужели мой имидж так невыносимо плох в городе Тянсян?

Эти слова заставили двух женщин хихикать.

- Образ брата Мосе очень хорош. Но, кажется, я единственная в городе Тянсян, кто знает об этом. Иначе брат Мосе заставил бы остальных кипеть от ревности! – Дугу Сяо И подошла и самодовольно прижалась к его рукам.

- Ты достаточно хорошо знаешь свой имидж. И ты всё ещё хочешь, чтобы я всё тщательно объясняла? Подожди. Дай подумать... с каких пор твоя репутация начала улучшаться?

Гуан Квинхан просто взглянула на него, прежде чем продолжила:

- Во-первых, они солгали. Во-вторых... они столкнулись с бедой от людей Города Серебряной Метели, когда мы приехали. Это тот момент, о котором я беспокоюсь больше, так как обе стороны стояли в конфронтации! Сосредоточьтесь на "конфронтации"! Это значит, что у двух женщин хватило сил сразиться с Городом Серебряной Метели! И, что более необычно, что эти две женщины не имеют никаких сил на первый взгляд…

- Итак, ты имеешь в виду, что... у них есть какой-то мощный эксперт, защищающий их от "темноты"? – Цзюнь Мосе нахмурился.

- Именно. Но ни ты, ни Одинокий Сокол не обнаружили его. И это чрезвычайно странно, – Гуан Квинхан была женщиной. И женщина – это женщина. Она, очевидно, всё продумала в деталях. – Было бы приемлемо, если бы ты не смог обнаружить этого скрытого эксперта. Но Одинокий Сокол – один из Великих Мастеров. Так что, это может быть кто-то очень сильный, если он не смог найти этого человека! Насколько мощным был бы этот эксперт, если он смог спрятаться таким образом?

Цзюнь Мосе заложил руки за спину и дважды прошёлся по палатке.

- Итак, эксперт, защищающий этих двух женщин, должен быть сильнее Одинокого Сокола. Вот почему они смогли противостоять людям Города Серебряной Метели. И вот почему Одинокий Сокол не смог обнаружить этого человека. Это единственное правдоподобное объяснение! – Гуан Квинхан прямо пришла к своему заключению.

(1) (прим.пер: с этой главы зверек Дугу Сяо И будет называться его китайским именем, Сяо Бай, вместо "Малыша Белыша").

Глава 434. Пилюля для закалки костей!

- Правильно! Что-нибудь ещё? – Цзюнь Мосе кивнул.

- Но такой вывод приводит к другому вопросу. Почему они должны были приходить и искать защиты в нашем лагере, если кто-то такой силы охраняет их? Охраняющий их эксперт должен быть очень сильным. Однако нельзя забывать, что это военный лагерь. Таким образом, их опекун должен будет оставаться скрытым, даже когда они входят в лагерь. Это означает, что у их опекуна может не хватить времени, чтобы спасти их, если у кого-то здесь появятся плохие намерения, – выдохнула Гуан Квинхан. – Итак, я предполагаю, что у них могут быть другие средства, чтобы защитить себя, – её тонкие брови нахмурились. – И ни ты, ни Одинокий Сокол не обнаружили, что это за способности... и это чрезвычайно странно!

Цзюнь Мосе продолжал кивать.

- Я даже предполагаю, что эта таинственная способность к самообороне исходит от самих двух женщин? – Гуан Квинхан, наконец, передала мысли, которые были скрыты в глубине её ума. – Это единственный способ, которым эти загадочные вещи могут быть связаны и объяснены, – Гуан Квинхан всё больше воодушевлялась, продолжая говорить. – Можно сделать вывод, что эти две женщины еще сильнее, чем несравненный Великий Мастер Одинокий Сокол?

- Этот анализ кажется разумным, но это очень маловероятно, – тяжело кивнул Цзюнь Мосе. – Эти две женщины не проявили к нам никакого зла. Они только попросили нас отвезти их в город Тянсян, вот и всё. И я уверен, что эти сомнения прояснятся, как только мы доберемся до города. Так что пока нам нужно лишь подготовиться. Но втайне от них...

- Это всё, что я хотела сказать. И ты хорошо умеешь готовиться. Так что лучше мне остаться с ними и присматривать за ними. В конце концов, для них невозможно всегда быть безупречными в своих словах и делах, – вздохнула Гуан Квинхан и перевела дыхание.

Цзюнь Мосе закатил глаза. Красивая Гуан Квинхан ясно указала, что она возвращается в свою палатку, так как разговор закончился.

«Это означает, что я останусь крайне разочарованным... Чёрт! Мне можно было не мыться!» – Цзюнь Мосе мрачно подумал.

Цзюнь Мосе стал еще более подавленным, так как Гуан Квинхан даже не обернулась, когда уходила. Он собирался войти в Пагоду Хунцзюнь, чтобы потренироваться, когда он поднял голову и обнаружил, что Дугу Сяо И всё ещё там. Более того, она смотрела на него широкими и круглыми глазами…

- Ты ещё не ушла? Всё в порядке?

- Брат Мосе… – нахмурилась Дугу Сяо И и, воспользовавшись возможностью, приблизилась. – Я хочу с тобой кое-что обсудить. Всё в порядке?

Дух Цзюнь Мосе дрожал. Его тело тоже задрожало. Интонация Дугу Сяо И заставила все волосы на его теле встать:

- Не... эммм... я сделаю всё, что скажешь. У меня не будет никаких возражений... обещаю!

- Ничего особенного... я только хотела... знать, когда ты дашь мне шанс снова "приготовить рис"? – красивое лицо Дугу Сяо И покраснело. Она была очень застенчивой, но она все еще твердо держалась... независимо от того, как этот вопрос решится.

- Да? Снова готовить? Готовить что? – Цзюнь Мосе уставился широко раскрытыми глазами. Он, конечно, жаждал "приготовить рис" в это время. Но как он мог готовить? Его жажда этого не означала, что он был не в том положении, чтобы делать выбор. И это, безусловно, не означало, что он был готов быть порабощенным эффектом этого афродизиака... и опустошить ее до смерти…

- Эмм... леди... пожалуйста, простите меня... пожалейте моё маленькое оружие. Он не поднимется снова, даже если его будут болтать из стороны в сторону.

- Нет! Не будет никакого обсуждения! – Дугу Сяо И подняла голову. – Что произойдёт, если вы двое вернётесь и тайно пройдете ритуал? После этого вы станете мужем и женой! Ты хочешь, чтобы я была твоей наложницей? Я надавлю на тебя, если ты не согласишься!

«Быть моей наложницей...? Заставить себя на меня...? Эта девушка смелая, но она намного опережает свое время…»

Цзюнь Мосе был сбит ею с толку.

- Эмм... ты все еще маленькая. Ты не сможешь справиться с этим. Как насчет того, чтобы сначала всё обсудить? – Цзюнь Мосе не просто произнёс эти слова, чтобы вырваться из этой ситуации. Вместо этого они были жесткой истиной. Ему было всего семнадцать лет в этой жизни. Но у него всё ещё были мысли зрелого человека из его предыдущей жизни. Поэтому делать это с шестнадцатилетней девочкой было для него преступлением.

«Она все еще ребенок!»

- Ты сказал, что я маленькая? Насколько ты старше? Ты всего на полтора года старше меня! Итак, как ты стал слишком стар, а? Я не настолько маленькая! – упругая грудь Дугу Сяо И едва не вырвалась из её одежды. Цзюнь Мосе почувствовал, что сосуды в его носу сильно напряглись…

«Ах, мама! Это моя судьба?!»

- И не беспокойся о том, что произойдёт, когда мы вернемся домой. Старшая сестра Мэй Цянь Цянь дала мне представление об этом... – лицо Дугу Сяо И покраснело, когда она прикусила губы. – Не будет никаких проблем... если мы сделаем это.

- Да? – Цзюнь Мосе почесал голову в замешательстве.

- Она сказала мне, что не будет никаких проблем, пока я не вернусь с большим животом. Это может быть немного трудно, но мы можем продолжать и в этом случае, – лицо Дугу Сяо И стало ещё более красным, когда она накрутила волосы на палец и заговорила тихим голосом.

«Что? Вернуться с большим животом?» – этот вопрос относительно напряженный или нет... напомнил Цзюнь Мосе о том, что произошло ранее. И в результате он покрылся потом.

«Этот громадный скандал с участием Гуан Квинхан еще даже не успокоился. И это, вероятно, создаст ещё один жуткий шторм. Если я сделаю её живот "большим"…»

Цзюнь Мосе внезапно и тихо исчез из палатки со свистом.

«Ты не уйдешь... но я могу, верно? Думаешь, я не могу спрятаться?» – молодой мастер Цзюнь сразу же подумал о переходе в действие. И он вошел в Пагоду Хунцзюнь.

Дугу Сяо И застенчиво ждала ответа. На самом деле цветы уже начали цвести перед её глазами. Однако Мосе уже исчез…

Это заставило юную леди невыносимо разозлиться.

- Цзюнь Мосе! Я считаюсь одной из двух самых красивых цветов города Тянсян! Но ты всё ещё не готов? Знаешь, сколько парней хотят меня? Думаешь, ты единственный, кто рядом? – было трудно сказать, откуда она научилась этой мудрости. Однако ее слова явно не соответствовали ее действиям.

Она огляделась дважды. Затем она подошла к кровати Цзюнь Мосе и села. Затем она пощупала кровать рукой и застонала с любовью. Затем что-то вспыхнуло в ее голове. Она быстро схватила одеяло и укуталась в него.

Два маленьких сапога упали на пол.

«Ты можешь бежать! Я буду ждать тебя здесь! Я посмотрю, куда ты пойдёшь! Я обязательно заставлю себя, когда ты вернёшься. Я отдам все за тебя!» - Дугу Сяо И фыркнула и немного застонала. Она все еще чувствовала себя немного неловко. Но она позволила этому пройти, несмотря ни на что. Дугу Сяо И завернулась в постель и почувствовала мужской запах. Она не могла не почувствовать, как её сердце громко забилось...

«Этот запах... не так уж плох…»

Там больше никого не было. Но она все еще чувствовала себя немного виноватой. Дугу Сяо И затем украдкой огляделась, чтобы убедиться, что там никого больше нет. Она снова откинулась в постели, убедившись, что никто не смотрит. Она, извиваясь, вылезла из платья. Затем она легла на спину и положила голову на подушку, раздумывая...

«Как я могу заставить его?»

Тем не менее Цзюнь Мосе не возвращался. Она ждала еще какое-то время. Но Цзюнь Мосе все еще не вернулся. Дугу Сяо И начала чувствовать сонливость. Она пыталась бороться, чтобы держать веки открытыми. Однако она зевнула дважды... и, в конце концов…

Заснула…

Первоклассный сон – лучший способ отдохнуть. И этот сон этой маленькой девочки можно было бы назвать "интимным".

Тем временем Цзюнь Мосе был в Пагоде Хунцзюнь. Он внимательно осмотрел каждый из девяти мечей, которые он выковал ранее. И он положил их обратно после того, как немного обдумал кое-что. После этого он взял несколько душистых трав и начал создавать божественные пилюли. Он получил сообщение от толстяка несколько дней назад. И в этом послании говорилось, что их запас божественных пилюль закончился. Они были основным источником его богатства. Таким образом, поставка не должна быть остановлена. На самом деле ему даже было необходимо подготовить запас, если это возможно...

Поэтому молодой мастер начал наращивать мощность своего "магазина". Кроме того, он также состряпал божественные пилюли, которые могли бы увеличить силу Суань в ещё большей степени.

Третий уровень Пагоды Хунцзюнь дал ему возможность создавать другой вид пилюль. Эти пилюли назывались "Закаляющая кости" пилюля. Преимущество таких таблеток в том, что они могут трансформировать кости человека так, чтобы те стали более плотными и твёрдыми. Но другого преимущества это не дало...

Однако эти пилюли можно было совместить с другими пилюлями. И это давало мгновенные результаты. На самом деле это может принять посредственный боец, и они превратят его в боевого гения! Не имело значения, была ли это его физическая сила, его меридианы или его дантянь... всё будет преобразовано!

Человеку будет дана новая жизнь!

Тем не менее было жаль, что "очищающие" пилюли могут быть созданы только на четвёртом уровне Пагоды Хунцзюнь. Поэтому Цзюнь Мосе мог только смотреть вверх и вздыхать, так как у него не было лучшего варианта. Итак, он продолжал совершенствовать пилюли Пропавшей Инь и пилюли Таинственного Ян. Даже эти пилюли для закаливания костей...

«Этим неуклюжим идиотам-быкам будет лучше, если их кости будут более крепкими, верно?»

Но Цзюнь Мосе не понял, что эти таблетки для закалки костей будут иметь большее значение на континенте Суань Суань, чем он ожидал. На самом деле они стоили бы намного больше, чем пилюли Десятилетнего Дана.

Эти пилюли могут увеличить культивацию на десять лет. Тем не менее эти таблетки при этом будут игнорировать естественную иерархию. Другими словами, они будут действовать против воли небес. Это было действительно здорово, когда кто-то задумался бы об этом! Однако это было бы "одноразовой вещью" даже если она помогала увеличить культивирование. Это значило, что оно не имело бы никакого влияния после одного принятия. Но таблетки для закалки костей могут изменить основные свойства. Они могли разрушить первоначальную форму костей и собрать их с нуля…

Это было то, что никто даже не мог себе представить.

Такое улучшение в чьём-то телосложении не могло произойти после процедурной подготовки. Тем не менее были некоторые вещи, которые могли бы улучшить чьё-то телосложение. Священный плод леса Тянь Фа был одной из таких вещей…

Тем не менее пилюля, которая могла бы улучшить кого-то изнутри, была очень редкой. Это было потому, что ни одно легендарное зелье никогда не было в состоянии достичь такой цели…

Цзюнь Мосе отставил крошечную нефритовую бутылку после того, как он успешно закончил создание таблеток. Затем он самодовольно рассмеялся.

Молодой мастер Цзюнь почувствовал ауру от Пагоды Хунцзюнь, наполняющую его тело и восполняющую энергию, которую он потерял ранее. И он удовлетворенно улыбнулся. Скорость этого процесса стала очень удивительной. Последние несколько дней он постоянно совершенствовал свои навыки. В последнее время он также очень часто использовал свое умение "превращения железа в золото". Но его способность пополнять потерянную энергию также значительно улучшилась. И в результате он поднимался всё выше через Суань Неба…

На самом деле его сила уже стабилизировалась выше среднего уровня Суань Неба!

Можно даже сказать, что приблизиться к прорыву к Духу Суань не было невозможно, если бы эта скорость улучшения продолжалась…

Глава 435. Нет способа выжить…

Скоро Цзюнь Мосе обнаружил небольшую проблему — аура Пагоды Хунцзюнь становилась слабее! Важно было знать, что Пагода Хунцзюнь имела обильную ауру внутри. Однако Цзюнь Мосе поглощал её без перерыва из-за своей тренировки.

Аура в настоящее время вернулась на тот же уровень, когда он был в городе Тянсян. Но Цзюнь Мосе ясно помнил, что аура была намного плотнее, когда он был в лесу Тянь Фа. На самом деле аура была не только более глубокой... она была гораздо более глубокой.

Когда-то сила молодого мастера была очень мала. Таким образом, он не мог понять разницу между качествами ауры. Но теперь его сила стала более глубокой. Пагода Хунцзюнь, несомненно, имела очень большой запас ауры. Скорее всего, она вообще вряд ли закончится. Но она становилась тоньше…

Люди, как правило, пугаются, если они не знают или не понимают о происходящем.

Казалось, что изменение окружающей среды повлияло на Пагоду Хунцзюнь.

Цзюнь Мосе поглощал огромное количество ауры каждый раз, когда тренировался. И только небольшое количество этой ауры поглощалось его телом. Большинство из неё вновь входило в Пагоду Хунцзюнь. Эта аура была бы поглощена его телом на более поздней стадии.

Однако Цзюнь Мосе понял еще один момент – Пагода Хунцзюнь также должна была пополнять свою энергию!

Казалось, что ему нужно будет придумать решение этой проблемы. В конце концов, Цзюнь Мосе был недоволен скоростью пополнения своей ауры с тех пор, как испытал ее потенциал в Тянь Фа.

Это изменение в отношении Цзюнь Мосе было вполне нормальным аспектом человеческой природы. Это было похоже на случай с мужчиной, который был с обычной девушкой. Однако потом этот человек получил шанс побывать с очень красивой девушкой. Это продолжалось в течение шести месяцев. Затем мужчина захотел жениться. Но он снова оказался с обычной девушкой. Эта ситуация была чем-то похожей…

Так думают мужчины. И молодой мастер тоже был мужчиной. Так что он не был исключением...

Цзюнь Мосе удовлетворенно вздохнул, когда вышел из Пагоды. Уже была очень поздняя ночь. Сначала у него были эти долгие разговоры. Затем он состряпал несколько таблеток. И после этого он практиковал свое Искусство разблокировки Небесного состояния…

Поэтому можно сказать, что молодой мастер Цзюнь очень устал. Более того, некоторое время назад он был очень взволнован. Но его надежды не сбылись, и ничего из этого не материализовалось. И это оставило Цзюнь Мосе в неприятном настроении.

«Придется ли мне в конечном итоге заставлять себя?»

Цзюнь Мосе быстро сбросил свою одежду... за исключением белья. Затем он подошёл босиком к своей кровати, и рухнул на неё.

Но как мог молодой мастер отважиться "спать" после приземления в "ловушку", которая была установлена там для него…

Цзюнь Мосе выскочил с кровати.

- Чёрт! Что это такое?! – Цзюнь Мосе тут же забыл про сон. Его глаза широко раскрылись, когда он посмотрел на свою кровать. У него на лбу была темная линия.

«Я лёг не в ту кровать?»

Он почувствовал мягкое и благоухающее тело в тот момент, когда лёг. И это заставило его поверить, что он уснул…

«Этот сон очень красив! Надеюсь, я не проснусь слишком рано!»

Молодой мастер Цзюнь скользнул и двинулся к входу. Затем он скрытно огляделся вокруг.

«Да, это моя палатка. Так почему Сяо в моей постели? Кроме того, она…»

Думая так, Цзюнь Мосе снова подошёл к своей кровати. Затем он протянул руку и легко толкнул:

- Эй, проснись. Не спи здесь.

Дугу Сяо И перевернулась, закрываясь одеялом, и сонливо пробормотала:

- Перестань шуметь... дай мне поспать...

Цзюнь Мосе почувствовал головокружение.

Его верхняя и нижняя головы становились больше...

Одинокий мужчина и одинокая женщина были одни в одной палатке в тёмном и спокойном лагере. В воздухе витали слабые струйки нежного аромата. Они явно провоцировали дикие и причудливые мысли. Более того, эта чрезвычайно красивая женщина выставила себя так при таких обстоятельствах. И она спала в его кровати.

Цзюнь Мосе не был бы мужчиной, если бы у него не было реакции на это...

«Могу ли я это сделать? Или... разве я этого не делаю?»

Цзюнь Мосе размышлял над этим непонятным вопросом с некоторой нервозностью в сердце.

Дугу Сяо И перевернулась на кровати. Одеяло наполовину свалилось с её изящных ног. И, в результате, чрезвычайно красивая фигура была выставлена перед глазами Цзюнь Мосе...

Нежные руки, упругая грудь, тонкая талия и стройные ноги... глаза Цзюнь Мосе сверкнули при виде этого. И он с трудом проглотил слюну.

«Вот это да! Это ж просто восхитительно!»

Похоть преобладала над логикой...

Что-то переместилось в сердце Цзюнь Мосе. Он сделал два шага вперёд, и двинулся к кровати. В его глазах был злой зелёный свет. Он был похож на голодного волка холодной зимней ночью.

- Да? Ты наконец вернулся? – Дугу Сяо И внезапно проснулась. Затем она взволнованно посмотрела на Цзюнь Мосе. – Я ждала тебя всю ночь. Где ты был?

- Я... – Цзюнь Мосе как раз собирался прыгнуть и наброситься на неё. Однако он остановился. Таким образом, его поза была довольно странной в это время...

- Хорошо, что ты вернулся... – Дугу Сяо И держала одеяло и наклонила голову, глядя на Цзюнь Мосе. Её глаза были полны любопытства. – У тебя глаза затуманенные. Ты готов или нет?

- Что? Я готов? – Цзюнь Мосе выпрямил спину. Его маленькая голова стояла высоко некоторое время назад. Однако сейчас она упала.

- Ах, ты готов приготовить рис или нет? Говорю тебе... я готова сама кинуться на тебя сегодня! Так что будь хорошим мальчиком! – Дугу Сяо И открыла рот и говорила в тиранической манере. Затем она опустила голову. Её лицо покраснело.

- Что? Что ты собираешься делать?

- Ты подожди! Я пойду и возьму лекарство, – взволнованно выскочила девушка из кровати и накинула одежду. Затем она выбежала из палатки за "лекарством".

Цзюнь Мосе ударился головой о кровать и отскочил из-за мягкого столкновения. Затем он использовал всю свою силу, чтобы ударить по кровати рукой:

- Мать твою! Я совершил величайший грех в своей жизни! Пожалуйста, дай мне умереть! Это просто сон... Но кошмары – это тоже сны? Пожалуйста, дайте мне умереть…

Затем со звуком "БАБАХ" три брата Дугу ворвались в его палатку. Они начали орать на голого Цзюнь Мосе:

- Цзюнь Мосе! Что ты сделал с нашей младшей сестрой? Ты, маленький развратник!

Молодой мастер Цзюнь молча повернул голову, чтобы посмотреть на них. Молодой мастер был так подавлен, что даже не смутился... на самом деле, он уже был на грани истерики. Молодой мастер внезапно встал и залез в постель. Затем он крикнул:

- Проваливайте нахрен отсюда! Или... ваша сестра заимеет ребёнка!

Дугу Сяо И быстро нашла своё "лекарство". Жутко задыхаясь, она всунула голову через щиток палатки…

- У меня есть лекарство, брат Мосе! Итак, мы будем готовить рис, так...? – Дугу Сяо И была в приподнятом настроении. Она даже не закончила говорить, когда подняла голову и поняла, что её старшие братья смотрят на неё широко раскрытыми глазами. Она раскрыла глаза ещё шире:

- А? Что вы здесь делаете?

Цзюнь Мосе притащил Гуан Квинхан к себе в палатку рано утром. Он просто проигнорировал ее сопротивление, запихал к себе в палатку и только после этого начал кланяться и умолять её. Гуан Квинхан уже было подумала, что его волчья натура снова вспыхнула. Однако вместо этого она хотела обсудить вопрос о сёстрах Мэй. Так что она не могла не нахмуриться на него обиженно.

«У нас тут творится такое. Но ты заботишься только о своих личных нуждах! Будет большая проблема, если действия этого бессмысленного человека станут достоянием общественности! И все будут упрекать этого молодого мастера, если это произойдет…»

Тем не менее молодой мастер продолжал умолять и скулить:

- Я умоляю тебя, я прошу тебя, сестра... я умоляю тебя... пожалуйста, научи Дугу Сяо И! Я больше не могу... я так больше не могу... пожалуйста…

Гуан Квинхан была ошеломлена этим…

Молодой Мастер, несомненно, страдал в это время. Но город Тянсян был в полном беспорядке. Цзюнь Мосе даже не вернулся в город Тянсян, но его новый роман уже вызвал там дикую какофонию.

Даже Император казался перегруженным в эти дни!

Кровосмесительное дело Цзюнь Мосе было подавлено под огромным давлением, чтобы предотвратить его "взрыв" на открытом воздухе. Ведь роман молодого мастера Цзюнь может вызвать огромный скандал в этом крайне консервативном и феодальном обществе!

Семья Цзюнь, очевидно, пыталась протолкнуть это дело побыстрее и попроще. Даже семья Дугу и Император оказывали на неё давление. В конце концов, этот вопрос может привести к очень опасной ситуации, если он будет раскрыт...

Его Величество не хотел, чтобы этот скандал стал достоянием общественности, потому что семья Цзюнь проявила свою силу в лесу Тянь Фа. Императору было ясно одно – последствия падения семьи Цзюнь из-за этого вопроса будут катастрофическими. Нельзя позволять правительственным чиновникам использовать эту информацию. В конце концов, семья Цзюнь ответит, если это произойдёт. Он, конечно, был правителем нации. Однако он не смог бы сдержать ситуацию, если бы это произошло. Таким образом, можно было только представить себе интенсивность проблемы...

Глава 436. Чью сторону ты примешь?

Учёный перечислил не менее пятнадцати преступлений, совершенных стариком Цзюнь. Это противоречило бы естественному порядку вещей, если бы Цзюнь Чжан Тиан не был наказан за них. На самом деле это было бы серьёзным несчастьем для простого народа!

В обвинениях была одна особенно интересная часть. Конкретное содержание было следующим — "солдаты и охранники вокруг столичных министров находятся под угрозой со стороны семьи Цзюнь". Подразумевалось, что семья запугала охранников. Было похоже, что Цзюнь Чжан Тиан готовит восстание…

Всего было перечислено пятнадцать преступлений. И одно из них, как говорят, был совершено внуком старика, Цзюнь Мосе:

- Этот молодой и бесстыдный мальчишка осквернил свою старшую невестку. Он совершил аморальный поступок. Гуан Квинхан приходится ему невесткой. Тем не менее, она соблазнила молодого мастера. Она разрушила семейные ценности, и очень значительно снизила их мораль!

Это обвинение могло идти вместо семи простых обвинений само по себе.

Его Величество нахмурился, глядя на старого ученого.

Тем не менее Конг Лин Ян казался эмоциональнее, поскольку он продолжал громким голосом:

- Этот чиновник считает, что Цзюнь Чжан Тиан является предателем и негодяем, который виновен в этих преступлениях. И он должен быть наказан казнью без дальнейшего промедления. Цзюнь Вуй бесстыдно игнорирует правила военных. Он должен быть уволен. И против него должно быть начато военное расследование. Этот человек должен быть отправлен в тюрьму, и ему должно быть назначено очень строгое наказание. Преступление Цзюнь Мосе против его невестки отвратительно до крайности. Ему должна быть назначена казнь от тысячи порезов. Он послужит примером для будущих правонарушителей. Гуан Квинхан – не та женщина, которая защищает свою честь. Она крайне бесстыдна. Она овдовевшая женщина, и, тем не менее, она разделила постель с другим мужчиной. Её преступления должны быть объявлены публично. Это будет поддерживать моральную целостность города Тянсян в мире в целом!

Эти слова были очень ядовиты по своей природе. На самом деле они могут испортить и разрушить семью Цзюнь.

Глава семьи Дугу усмехнулся. Он не слышал ни слова об уничтожении всей семьи. Но это наказание было столь же жестоким. В конце концов, все три члена семьи Цзюнь были "номинированы" на эшафот…

Цзюнь Чжан Тиан сидел с опущенной головой. Тем не менее он, похоже, не обращал внимания ни на что. В действительности казалось, что он спит.

- Официально поддерживаю!

- Я также поддерживаю это предложение!"

....

Все в зале преклонили колени перед Императором и попросили его наказать семью Цзюнь.

Многие люди, родом из различных влиятельных семей, не решались высказаться. Итак, они просто наблюдали за тем, как всё продолжалось. Однако брови Императора только хмурились чуть больше...

- Ваше Величество, я верю, что Цзюнь Чжан Тиан потерял свой статус прошлого великого воина. Он больше не имеет такого же статуса и власти в армии. Это будет хорошо для Тянсяна, если мы "выкорчуем" семью Цзюнь, используя эту возможность. И это будет хорошо и с точки зрения морали, – даже Цзюнь Чжан Тиан поднял брови, услышав голос этого человека.

«Я знал, что кто-то попытается достать меня, когда я упаду. Но я никогда не думал, что он будет первым, кто это сделает...»

Это была глава семьи Сонг. Он также был генералом в армии. Его звали Сонг Де Хай.

- Глава семьи Сонг правильно высказался. Официально поддерживаю это заявление! – глава семьи Мэн – Мэн Ю Вэй – тоже встал. Его лицо было наполнено горем и возмущением. - Цзюнь Чжан Тиань – это злокачественная опухоль на теле Империи. Будет трудно сохранять спокойствие на остальной части континента, если мы не удалим его. Будет очень трудно поддерживать дисциплину в суде, если мы не удалим его. И будет трудно помешать простым людям говорить об этом на протяжении веков. Поэтому я искренне надеюсь, что Его Величество разрешит этот вопрос как можно скорее!

- Мы искренне надеемся, что Его Величество разрешит это как можно скорее! – все вместе закричали, падая ниц.

Присутствовали все семь великих семей столицы. Семья Муронг оставалась нейтральной, как обычно. Семья Танг также не сказала ни слова. Однако многие другие выступили против семьи Цзюнь. Но одна семья действовала вне всякого ожидания... семья Ли не участвовала в этом нападении, даже если они были самыми большими соперниками семьи Цзюнь!

- Этот вопрос имеет первостепенное значение! Мы обсудим это завтра! – Его Величество тихо объявил. – Чиновники могут подняться!

Император собирался бежать со двора. Тем не менее он услышал, как старый ученый Конг начал говорить снова…

- Ваше Величество не должно уходить! Ваше Величество, не уходите! Вы должны разобраться в этом вопросе немедленно! Мы не можем медлить! Любой, кто сомневается, не сможет разрешить этот хаос. Ваше Величество божественно мудр, и он знает военные законы! – Конг Лин Ян не был готов уйти. Поэтому он взял на себя инициативу и начал выкрикивать эти лозунги. Его смысл был очень понятен.

«Мы не сдадимся, если ты не разберешься с семьей Цзюнь сегодня!»

Император серьёзно нахмурился вставая. Тем не менее, казалось, что эти слова вырвались из глубины его души:

- Я чувствую себя плохо. Поэтому я и собираюсь уйти.

Затем он взмахнул рукавами и исчез, как дымка.

«Вы любите преклонять колени, не так ли? Я не могу поверить, что ты поставил меня в такое положение. Я так с ума сойду!»

Даже Император хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы разобраться с семьей Цзюнь. И любой, кто проникнет в его сердце, понял бы это. Но он не мог на это решиться. Он был правителем Империи. Таким образом, он, очевидно, думал намного дальше, чем большинство людей. Возможно, эти гнилые ученые не рассматривали этот вопрос так, как нужно. Возможно, они думали, что последствия общения с семьей Цзюнь не будут такими плохими…

Однако Император знал, что семья Цзюнь имела полное командование и влияние на военных. Поэтому он был уверен, что утром будет новый мятеж, если он сделает хоть шаг против семьи Цзюнь. На самом деле даже выступление против Цзюн Чжан Тиана приведёт к тому же! И затем такие же мятежи начнутся, по крайней мере из пяти или шести мест в течение трёх дней...

Что бы тогда сделал весь народ Тянсяна?

«Так ли легко иметь дело с семьей Цзюнь в это время? Какая большая шутка! Я бы подождал, пока ты подашь петицию, если бы мог с ними разобраться?»

Чиновникам тоже пришлось уйти после того, как Император ушёл. Цзюнь Чжан Тиан, казалось, уснул в зале. Но он тут же встрепенулся, когда все остальные вышли. Он не воспринимал обвинения этих гнилых ученых всерьёз.

Это было бы серьёзным вопросом, если бы семьи Муронг и Ли также поддержали обвинения. Но этих маленьких букашек было недостаточно, чтобы сломить боевой дух старика Цзюнь.

- Цзюнь Чжан Тиан! Ты не воспитал своих детей, и теперь твой внук творит такие преступления! Тем не менее ты осмеливаешься показать своё лицо в приличном обществе! Возмездие ждёт тебя! – Конг Лин Ян дрожал крича. Подавляющее большинство чиновников уже ждали у дверей. Общественное мнение было в их пользу. Так что они были вполне уверены.

Старый учёный Конг был совершенно уверен, что он может смахнуть семью Цзюнь одним махом!

Цзюнь Чжан Тиан остановился и повернулся, чтобы посмотреть на него. Затем он фыркнул и сказал:

- Эй, книжный червь, ты не мог бы закрыть пасть? Я очень раздражён. У меня нет времени разбираться с тобой сейчас. Мы обсудим этот вопрос завтра.

Конг Лин Ян пришёл в ярость, когда услышал это. Даже его усы начали дрожать:

- Ты... ты... ты... – однако Цзюнь Чжан Тиан просто закатил глаза, повернулся и ушел.

Один из чиновников подошёл ближе к уху Конг Лин Яна и сказал:

- Господин, этот старик Цзюнь – один из сильнейших экспертов города. Более того, он достиг вершины Суань Неба. Он почти так же хорош, как самый сильный эксперт в городе. Поэтому я умоляю учителя быть осторожным.

- Пик Суань Неба? Самый сильный эксперт? И что это? – Конг Лин Ян поднял глаза и решительно посмотрел на своего ученика. Затем он с презрением ответил. – У него просто боевое мастерство! Чего ты должен бояться?! Есть древняя поговорка – "слова – это закон земли". Сила может выбирать только стороны. Разве ты этого не слышал? Талантливые решают судьбы Империй! Ты понимаешь? Как может простой воин подняться на вершину императорского двора? Ему будет очень трудно найти оправдания... или извиниться в этой ситуации! Он ничего не сможет сделать. Этот вопрос уже решен! Как такой обычный человек, как он, может быть чем-то в моих глазах?

Философия этого старого учёного была такой...

«И что, если ты на пике Суань Неба, Цзюнь Чжан Тиан? Ты всё равно был бы простым воином, даже если бы был с силой Суань Духа! И у тебя нет мозгов, раз ты воин. Значит, ты бесполезен!»

Надо было сказать, что этот старик всю жизнь учился в башне из слоновой кости. Следовательно, он понятия не имел, насколько пугающим может быть воин Суань Неба или Суань Духа...

- Завтра! Все не пришли сегодня участвовать. Но завтра мы нанесём смертельный удар семье Цзюнь! – Конг Лин Ян холодно фыркнул и продолжил. – Я хотел бы призвать всех должностных лиц в границах этой страны принять участие. Мы должны сформировать общественное мнение внутри города. Я не позволю этому грязному моральному развратнику существовать! Имеет ли эта бесстыдная семья право стоять выше Императорского двора?

Сегодняшнее возмущение было неплохим... но этого всё ещё недостаточно, когда дело доходит до семьи Цзюнь. Мэн и глава семьи Ли должны поддержать, – повернул голову Конг Лин Ян.

- Будьте спокойны, учитель. Семья Мэн не уклонится от своего долга, – Мэн Ю Вэй ударил кулаком себя в грудь. – Семья Цзюнь не очень приятна для глаз семьи Ли. Так что всё должно пройти гладко.

- Ха-ха-ха-ха! – рассмеялись все, глядя друг на друга.

В это время, далеко оттуда...

- Что ты думаешь об этом? – глава семьи Муронг – Муронг Фэн Юн спросил Дугу Цзёнхэна. Дугу Вуди молча стоял позади них. Тем не менее его борода дёргалась снова и снова.

- Что? Разве ты не видел, что этот ублюдок Цзюнь просто сидел там? Ему было на это наплевать! Эти надоедливые учёные могут только жрать до тех пор, пока не лопнут. Им больше нечего делать! Тупые дегенераты! – Дугу Цзёнхэн с презрением поднял голову. – Цзюнь Чжан Тиан может им всем их же яйца на уши накрутить! Им нечем будет прикрыть свои задницы, если он придет за ними завтра!

Муронг Фэн Юн нахмурился и сказал:

- Как ты можешь так говорить? Ты – глава семьи! Разве ты не можешь быть более изысканным?

- Изысканным? В жопе я видал ваши изыски! Да волосы на женской заднице и то красивее, чем твои изысканные слова! – Дугу Цзёнхэн орал и плевался. – Я – военный генерал! Ты когда-нибудь видел генерала, который сражается мило, утончённо и красиво?

- Это моя вина... что я попросил тебя быть изысканным... я глубоко ошибся... – Муронг Фэн Юн почувствовал бесконечное раскаяние. – Но могу я спросить, уверен ли ты в этом? Цзюнь Чжан Тиан выглядел спокойным и собранным, но этот Конг Лин Ян, кажется, имеет поддержку и кучу аргументов. Сможет ли этот старик Цзюнь устоять перед этим?

- А как же? Я уже говорил, что эти гнилые учёные не смогут ничего сделать! – Дугу Цзёнхэн фыркнул, презрительно осматривая группу чиновников, собравшихся в стороне. – Было бы огромной шуткой, если бы эти ученые могли сбить этого негодяя! На самом деле, я кастрирую себя зазубренным детским мечом, если им удастся доказать вину и вытребовать казнь для этого проходимца. Чёрт, да я надену юбку и выйду замуж за мужчину!

- Чёрт! Я и не думал, что ты такой извращенец!"

- Пошел на х*й, старик! Я спрашиваю тебя, на чью сторону встанешь ты? Или ты снова будешь сидеть на заборе? – широкие глаза Дугу Цзёнхэна напоминали глаза быка.

- Спокойно сидеть на заборе – это всегда хорошая идея! Но ты спрашиваешь меня... что ты собираешься делать? – глаза Муронг Фэн Юна напоминали глаза старой лисы.

- Разве я буду, как ты, прятать яйца и стоять посередине, как ты? Я, очевидно, держусь с Цзюнь Чжан Тианом. Какой идиот поможет этим глупым собачьим какахам? – Дугу Цзёнхэн скривился. – Кроме того... он и я теперь связаны браком...

- Да? Родственники по браку...? – Муронг Фэн Юн был шокирован. – Когда это произошло?

- Да иди в жопу! Не вспоминай об этом никогда! Моя семья очень несчастлива! – Дугу Цзёнхэн рассердился на упоминание этой темы. Он, конечно, не мог ударить Муронг Фэн Юна. Поэтому он обернулся, чтобы найти своего сына. Но Дугу Цзёнхэн был очень громким секунду назад. Поэтому "очень послушный" Дугу Вуди повернул задницу и свалил, как только услышал упоминание этой темы. – Ублюдок! Подожди меня, маленький рогоносец! Ты не позволил мне выразить свой гнев?! Я побью тебя вдвое сильнее, как только вернусь!

Белые брови Муронг Фэн Юна опустились, когда он нахмурился. Казалось, что он впал в глубокую задумчивость.

«Итак, семья Цзюнь и семья Дугу стали родственниками по браку из-за этого вопроса... это неправильно... на самом деле, это большие новости! Похоже, моей семье Муронг придется передумать. В конце концов, это всегда хорошая идея, чтобы выбрать более безопасную сторону заранее…»

Глава 437. Слабость Цзюня Мосе

Семья Ли.

Великий наставник Ли Шан сидел в своём кресле. Его лицо было покрыто густыми морщинами. С каждым днем здоровье старика ухудшалось.

- Юран, ты веришь, что пришло время для нашей семьи, чтобы сделать наш шаг? – Ли Шан посмотрел на своего внука.

Ли Юран был в белой одежде. Его волосы были чёрными, а лицо выглядело очень красивым. На самом деле он каким-то образом удалил шрамы, которые ранее уродовали его лицо. Молодой мастер Ли слабо улыбнулся:

- Ты издеваешься надо мной, дедушка. Это не подходящий момент для нас, чтобы сделать шаг против семьи Цзюнь. Нам лучше держаться от этого подальше.

- О? У тебя есть опасения, когда дело доходит до борьбы с Цзюнь Чжан Тианом? – в глазах Ли Шана было сложное выражение.

- Нет! У меня нет никаких опасений, когда дело доходит до борьбы с Цзюнь Чжан Тианом... даже с Кровавым Генералом. У меня есть опасения относительно третьего молодого мастера — Цзюнь Мосе, – Ли Юран вздохнул и продолжил. – Цзюнь Чжан Тиан – довольно безрассудный человек. Так что с ним, очевидно, будет трудно справиться. Но он человек благородного характера. Цзюнь Вуй – военный стратег. Он выигрывает каждую битву. Но он эмоциональный человек. Такие люди могут обладать Божественной силой, и они могут обладать несравненной силой Суань. Но мы знаем их слабые стороны. Таким образом, мы можем поймать их, оставаясь скрытыми. Ведь мудрость всегда победит в состязании силы и мудрости!

Тем не менее этот Цзюнь Мосе оставил меня полностью озадаченным, – Ли Юран опустил голову, и на его лице мелькнула спокойная улыбка. Однако затем его взгляд стал резким, и он нерешительно сказал. – Я не смог увидеть, что это за человек. Цзюнь Мосе... Я не чувствую его слабости…

И это, несомненно, пугает. Я всегда мог видеть, что характер Цзюнь Мосе был пронизан слабостями. И это было так с самого детства. Каждая его слабость была роковой, и это был конец семьи Цзюнь. Но я пришел к пониманию, что эти слабости были просто уловкой. Теперь, когда я решил всерьёз им заняться. Кажется, я переоценил себя, и в результате меня обманули.

- Твой анализ очень хороший. Ты, должно быть, заметил, что Цзюнь Мосе осторожен, – Ли Шан дважды кашлянул. Он слушал слова Ли Юрана очень спокойно. – Но ты должен понять одну вещь. Это правда, что Цзюнь Мосе не проявил слабости. Но он всё ещё молодой человек!

- Молодой человек?… Что ты имеешь в виду, дедушка? – Ли Юран был несколько озадачен.

- Молодой человек может быть сильным, и он может быть очень талантливым. Однако молодой человек по-прежнему полон молодости и энергии. Значит, он должен быть импульсивным! – Ли Шан усмехнулся. – Цзюнь Чжан Тиан смог превзойти кого-то столь дальновидного и мудрого, как ты. Это дело не было забыто до сих пор! И даже не пытайся отрицать это передо мной! И это твоя слабость!

- Да! – Ли Юран поклонился, слушая его указания.

- Во-вторых, молодой человек может быть умным и спокойным. Но в нём всё равно бушует страсть. И это всегда сильное оружие против любого подростка, – сузил глаза Ли Шан. – Цзюнь Мосе никогда не показывал этого, но можно сделать вывод, что его самая большая слабость –женщины! Он заботится о женщинах! Возьми, например, Гуан Квинхан... или, может быть, Дугу Сяо И!

- Ты прав, дедушка! – Ли Юран снова поклонился.

«Опыт имеет больше значение!»

- Очевидно! Ты считаешь своё сердце "бесчувственным и холодным". Но ты всё равно чувствовал себя подавленным, когда планировали иметь дело с принцессой Лин Мэн, верно? – взгляд Ли Шана стал ещё твёрже. – Даже не пытайся сказать мне, что это не так!

- Да... так и было... в то время... я был очень вспыльчив... – спокойно признался Ли Юран.

- И третье место, где мы можем напасть на молодого человека – это его близкие родственники! Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй являются его близкими родственниками. Его отец и старшие братья давно умерли. Но в то время он был слишком молод. Так что, возможно, он не чувствовал боли потери близких. Но теперь он взрослый человек. Таким образом, он может понять всё. Поэтому он будет дорожить ими вдвое больше. Тем не менее это будет ужасный удар по Цзюнь Мосе, если его оставшиеся родственники умрут в это время!

Я считаю, что это три способа справиться с этим "непобедимым" Цзюнь Мосе, – Ли Шан предупреждал серьезным тоном. – Нет врагов, с которыми нельзя справиться. И нет человека без слабости. Ты должен хорошо запомнить этот важный момент.

- Я буду помнить совет деда всегда, – Ли Юран встал прямо. Было очевидно, что он был в восторге от полученного им совета.

Нельзя отрицать, что опыт имеет значение. Великий наставник Ли не был великим учёным. Он не командовал великой армией. Он даже не обладал непревзойденной силой Суань. Тем не менее он всегда занимал место, которое могло конкурировать с Цзюнь Чжан Тианом и Дугу Цзёнхэном за тройку лучших. Цзюнь Мосе и Ли Юран были одаренными людьми. И они также овладели своими врожденными талантами. Тем не менее они все еще были захвачены мрачной стороной человеческой природы. И это делало их немного хуже этих пожилых мужчин.

- Юран, это три слабости Цзюнь Мосе. Тем не менее есть еще один аспект о нем, который ты должен принять к сведению, – Ли Шан говорил очень медленно.

- Есть ещё одна слабость? – Ли Юран был очень заинтересован.

- Это может быть или не быть. Но ты всё равно должен иметь это в виду, независимо от того, правда это или нет. Это предотвратит от ошибок в будущем, так как этот аспект относится к природе Цзюнь Мосе.

Великий наставник Ли мягко перевернул толстые файлы данных, которые лежали на столе перед ним. Не менее трёх довольно толстых папок! На них было написано: "Цзюнь Мосе, №1", "Цзюнь Мосе, №2" и "Цзюнь Мосе, №3". Если немного подумать, можно было предположить, что в них лежат данные о Цзюнь Мосе. Хотя это не точно.

Каждое движение Цзюнь Мосе было записано в них... всё, начиная с того времени, когда он ел... и заканчивая тем, когда он пользовался туалетом. Кроме того, там были также упомянуты многие комментарии, анализирующие предоставленные факты. Эти факты, очевидно, добавляли размер документам…

- Поведение Цзюнь Мосе? – Ли Юран поднял брови и заговорил задумчиво. – Мы не заметили ничего странного в поведении Цзюнь Мосе сначала. Мы начали записывать эту информацию три месяца назад. На самом деле, тридцать экспертов анализировали всю информацию и записывали её. Но я не нашёл слабости его характера в этих подробных отчетах и анализе. Хе-хе... Я восхищаюсь дедом! В конце концов, я понятия не имел о слабостях, на которые указал дед…

Улыбка Ли Юрана, несомненно, была с оттенком зависти. Однако эта завистливая улыбка также содержала искреннее восхищение.

- Я перечислил эти моменты как слабые стороны Цзюнь Мосе. Однако они не специфичны для Цзюнь Мосе. Вместо этого они являются общими слабостями всех молодых людей. Поэтому ты должен сначала увидеть, имеют ли они к нему отношение. Кроме того, ты должен рассмотреть способ, которым мы должны использовать их. И тебе нужно будет быть очень осторожным в этом. Иначе он всё поймёт и будет настороже. И мы можем не получить второго шанса, – Ли Шан кашлянул.

- Дедушка упомянул, что был какой-то аспект о поведении Цзюнь Мосе. Но ты не объяснил подробно. Твой внук жаждет твоих учений, – слегка кивнул Ли Юран. Его взгляд был глубоким.

- Как мне это сказать? Я думал о поведении Цзюнь Мосе какое-то время. На самом деле это не обязательно может быть его слабость. В конце концов, мы можем считать это его слабостью. Однако его слабость также может обернуться его преимуществом.

Морщины на лице Ли Шана стали глубже:

- Это очень трудно понять. Даже я не могу понять это сейчас. Поэтому я прошу тебя всерьёз разобраться в этом, Юран. Потрать немного времени и подумай об этом. Ты явно впечатлён Цзюнь Мосе. Однако ты стоишь против него. Ты правильно понимаешь его характер?

- Цзюнь Мосе... конечно, дикий и гордый. Он высокомерен, напыщен и, кажется, требует всеобщего внимания. Но ему удается привлекать внимание людей очень быстро. Однако он заставляет всех ненавидеть его. На самом деле он часто становится невыносимым. Но настойчивый человек со временем поймёт, что его поступки принесли ему много преимуществ.

Ли Юран подумал и продолжил:

- Но этот человек стал чрезвычайно невыносимым за последние несколько лет. Это был бы невероятный подвиг, если бы он делал это специально. Более того, кажется, что изменение в положении этого человека только начало отражаться в последние полгода. Вот чего я не понимаю... как он может так сильно измениться за столь короткое время? Это невероятно!

- Неужели это действительно непонятно? Всё было бы легко, если бы ты подумал об этом в упрощённых терминах. Предположим, что Цзюнь Мосе был очень талантливым юношей. Кажется, он даже не желал ничего в прошлом; он хотел только жить весёлой жизнью. Есть ли смысл, если следовать этому? – голос Ли Шана был скучным, но его слова содержали глубокий смысл.

Глаза Ли Юрана сверкнули, и он стал спокойным снова. Он не сказал ни слова, но понял слова своего деда.

- Кажется, что многое станет легче понять, если мы установим эту точку зрения. Предположим, что мы не решили иметь дело с семьей Цзюнь. Можно сказать, что военная мощь семьи Цзюнь постепенно уменьшилась бы после смерти старого Цзюнь. Это потому, что Цзюнь Мосе не взял бы на себя семейные обязанности. В конце концов, сначала это не казалось его целью.

К сожалению, для этого человека всё изменилось. И за последние полгода он очень сильно преобразился. Другие люди могут не знать об этом, но я вижу это очень ясно, – Ли Шан слегка фыркнул. – Цзюнь Чжан Тиан усиленно пытался обеспечить будущее семьи Цзюнь около шести месяцев назад. Поэтому можно предположить, что семья Цзюнь достигла переломного момента. Таким образом, Цзюнь Мосе пришлось измениться.

На самом деле этот старик Цзюнь предложил жениться Цзюнь Мосе на принцессе Лин Мэн. Это было равносильно тому, чтобы сказать ему "Я больше не могу тебя поддерживать. Я могу только надеяться организовать безопасный путь для тебя после моей смерти. В конце концов, со временем я умру. И ты не продержишься и дня, как только я уйду". Однако Император отказался от этой идеи, хотя и сопереживал им... – Ли Шан вздохнул. – И Цзюнь Мосе пришлось измениться после этого события. Отношение Императора к беспомощности его деда, должно быть, вызвало в нем перемены. Зачем ему отказывать старику Цзюнь? Это показало, что Император не хочет, чтобы семья Цзюнь существовала в его Империи. Это, должно быть, заставило Цзюнь Мосе раскрыть свои пугающие скрытые таланты. На самом деле, я чувствую, что Его Величество умрёт от раздражения, если он поймёт это!

Глава 438. Громовые новости из Южного Небесного Города!

Голос Ли Шана был достойным:

- Ты понимаешь, Юран? Давление, которое вызвало это изменение, на Цзюнь Мосе, было настолько велико, что у него не было выбора, кроме как изменить себя. Высокое давление иногда может заставить человека измениться. На самом деле, даже самые большие трусы вдруг могут становиться героями под давлением. Возможно, ты никогда не испытывал такого... Но это неожиданное изменение в Цзюнь Мосе очень логично…

Ли Юран задумался. Затем он медленно кивнул.

Предположение Великого наставника Ли было разумным. Но он никогда не мог догадаться о настоящей причине. На самом деле его догадки будут только продолжать отклоняться и удаляться от истины, поскольку он будет следовать своей логике. Это потому, что этот Цзюнь Мосе не был таким же, как старый Цзюнь Мосе. В действительности между ними было различие, как между небом и землёй. Поэтому сама база теорий Ли Шана была ошибочной…

- Твой дедушка даст тебе ещё один совет относительно Цзюнь Мосе — не пытайся слишком сильно давить на него, если у тебя нет полной уверенности в том, что ты нанесёшь смертельный удар, – белые брови Ли Шана дрожали, когда он улыбнулся и продолжал. – Ты и семья Ли только хотите больше власти. Но Цзюнь Мосе не желает власти. На самом деле он игнорирует власть. Поэтому у Цзюнь Мосе нет существенного конфликта с нами. Вот почему соперничество между тобой и Цзюнь Мосе отличается от соперничества между Цзюнь Чжан Тианом и мной.

- Он игнорирует власть...? Как ты можешь быть уверен? – Ли Юран поднял брови.

«Кому не нужен высокий пост, щедрая зарплата и власть над Империей? Кто не завидует мужчинам, которые имеют власть над тысячами мужчин? Кто не в восторге от пробуждения всего мира в ваших руках и пьянящей красоты у ваших ног? Почему Цзюнь Мосе обладает таким независимым и уникальным характером? Почему он не хочет этого?»

Он не мог поверить этому.

На самом деле он не мог поверить ни единому слову!

- Это видно из каждого действия и каждого движения Цзюнь Мосе. Его не волнует чье-то мнение. Более того, он вряд ли заботится о чести или позоре... или о жизни, или смерти. Таким образом, он не заботится о славе или смерти. У него есть возможность тратить миллионы таэлей, поднимая руку, и он также способен жить в неограниченной роскоши, просто улыбаясь своему пути к богатству. Он смотрит свысока на всех людей в мире в истинном смысле этого слова! Он идет своим путем и делает то, что ему вздумается. Этот юноша свободно передвигается и не имеет никаких ограничений, – Ли Шан вздохнул. – Вот такой он человек! Его цель больше твоей. Он лучше, чем ты. Я не хочу этого признавать. Однако у меня нет выбора, кроме как сделать это!

- Он лучше, чем я... лучше, чем я... – Ли Юран медленно повторил эти слова, и вдруг ему стало очень горько.

«Я сделал все возможное, чтобы достичь то, что я желаю... но к моим усилиям так пренебрежительно относятся?»

Это была насмешливая ирония для такого гордого человека, как Ли Юран.

- Да, он лучше тебя. Я вижу твои амбиции... я вижу их очень ясно, – седые брови Ли Шана слегка сдвинулись с места. – Ты искал это всю свою жизнь... ты хочешь, чтобы трон мира был в твоих руках. Ты хочешь править всеми людьми... даже если это невозможно. Этот чудесный вкус силы – твоя цель, но она также станет твоей гибелью. На самом деле ты пожертвуешь чем угодно ради этого прекрасного чувства!

- Да! – Ли Юран ответил твёрдо. Его глаза наполнились кровавой и убийственной аурой. – Каждый желает власти. И каждый должен стремиться к улучшению. Императоры могут измениться со временем, и мой шанс тоже когда-нибудь придет. И я проявлю свой потенциал, если это произойдет. Я поднимусь, чтобы моя семья Ли продержалась ещё тысячу поколений. Я стремлюсь установить династию Ли в тот момент, когда я увижу шанс!

- Однако то, что преследует Цзюнь Мосе, оторвано от всего остального! Он хочет выйти за пределы Имперской власти... как Город Серебряной Метели, или поместье Сюэху... или что-то ещё выше! Но я не знаю, что это такое... – вздохнул Ли Шан. И Его Величество также очень ясно это видит. Поэтому он более терпим, чем раньше. Но он также полностью раскаивается, – улыбнулся Императорский наставник.

- Я могу понять, что Его Величество раскаивается, когда слушаю слова деда. Но насколько он более терпим, чем раньше? Он был таким нетерпимым в прошлом? – Ли Юран был озадачен.

«Что произошло?»

Императорский наставник улыбнулся, но не ответил. Вместо этого он просто сказал:

- Кто знает причины и результаты? Что бы ни было между нашей семьёй Ли и семьёй Цзюнь... это не что иное, как злоба между Цзюнь Чжан Тианом и мной. В противном случае нет причин для конфликта. И мы стареем…

- Итак, дедушка имеет в виду... – Ли Юран был несколько озадачен.

«Тон моего деда говорит о том, что он хочет, чтобы глубокая ненависть между нашими семьями была забыта, даже если она продолжалась в течение трех поколений?»

- Юран, ты должен помнить это... иметь дело с семьей Цзюнь означает иметь дело с кем-то вроде Цзюнь Мосе! Не действуй, пока не будешь уверен, что уничтожишь всю его семью... и убедись, что видишь труп Цзюнь Мосе прямо перед своими глазами... – закрыл глаза Ли Шан. Он продолжал несколько устало. – Это единственный случай, в котором ты должен сделать ход! Но не действуй опрометчиво, если ты даже самую малость не уверен в результате!

- Тогда мы должны атаковать первыми... – Ли Юран склонил голову. Его мягкие волосы упали на лицо и закрыли его. Однако его истинное выражение не было видно никому…

Ли Юран был шокирован:

«То, что дедушка сказал прямо сейчас, и то, что он говорил раньше... "Не пытайся слишком сильно давить на него, если у тебя нет полной уверенности в том, что ты нанесёшь смертельный удар"... эти слова имеют тот же смысл. Однако дедушка подчеркнул их, и даже сказал их дважды!»

«Что это значит?»

«Это объясняет чувства дедушки... он считает, что я не смогу противостоять контратаке Цзюнь Мосе. Более того, это будет конец для нашей семьи Ли, если он решится контратаковать».

Тем не менее Ли Юран не мог принять эту точку зрения.

- Всё это по-прежнему твой план. И ты должен быть лучше меня... независимо от того, как ты себя ведёшь. Так что я не могу высказывать своё мнение. Эта семья полагается на тебя! Так что делай всё, что считаешь нужным. И не беспокойся о моих впечатлениях.

Великий наставник Ли утомлённо закрыл глаза и махнул рукой:

- В нынешней ситуации нужно помнить только две вещи – не ослушаться Его Величества, и быть очень осторожным с Цзюнь Мосе. Иметь полный контроль над ситуацией. Не провоцируй этих двоих. И всё должно быть в порядке. Тогда ваши усилия, несомненно, окупятся для нашей семьи Ли. На самом деле они поднимут нас на большие высоты.

Затем Великий наставник Ли замолчал, и этот разговор между дедом и внуком подошел к концу.

Сейчас была только ранняя зима. Но жаровня горела в комнате Ли Шана. Ли Юран всегда чувствовал тепло, когда жаровня горела рядом. Однако на этот раз он чувствовал холод... и это было из-за этого разговора. На самом деле он чувствовал себя очень холодно.

Это холодное чувство заставило его дрожать. И он не мог не прислониться к жаровне.

Сложное выражение его красивого лица показало, что он глубоко задумался. В конце концов он не мог смириться с тем, что он... проиграет.

«Могу ли я быть намного хуже, чем он? Я так старался, но это все равно не имело большого значения?! У меня не было времени много думать об этом аспекте. Но как Цзюнь Мосе уже превзошел меня так сильно?»

«Он настолько свиреп? С ним так трудно соперничать?»

Ли Юран глубоко вздохнул.

Ли Шан закрыл глаза и откинулся на диване. Он мог только вздохнуть, когда он задавался вопросом, о чем может думать его внук. Очевидно, он понимал это ясно. Его внук мог рассчитывать на его помощь, когда дело доходило до анализа плюсов и минусов. Тем не менее Ли Юран мог полагаться только на себя, когда дело дошло до него...

- У меня есть доклад для молодого мастера. Глава семьи Мэн, Мэн Ю Вэй желает встретиться с господином мастером, – сообщил голос извне.

- Скажите ему, что Великий наставник нездоров и нуждается в отдыхе. Значит, Великий наставник не может никого встретить. Молодой мастер вышел и ещё не вернулся... – слабым голосом ответил Ли Юран.

Мэн Ю Вэй, должно быть, прибыл, чтобы объединиться с семьей Ли, чтобы они могли обсудить, как они должны иметь дело с семьёй Цзюнь. Но Ли Юран не хотел слышать слова "Цзюнь". Поэтому всё должно подождать, пока буря в его сердце не уляжется...

Он посмотрел на три папки с данными на Цзюнь Мосе и горько улыбнулся. Затем он внезапно взял простыни и бросил их в огонь жаровни. Огонь заревел, и пламя разгорелось ярче.

Тем не менее лицо Ли Юрана всё больше наполнялось разочарованием. Пламя освещало его лицо темно-красным цветом.

В небе раздался звук хлопающих крыльев. Затем кто-то сообщил:

- Молодой мастер, отчёт об армии, возвращающейся из Южного Небесного Города здесь.

Ли Юран бросил оставшиеся простыни в жаровню. Его движения не были не слишком быстрыми, не слишком медленными. Затем он медленно ответил:

- Зайдите! Прочтите его вслух!

- Да! – большой человек осторожно вошел. Он совершил обычный ритуал приветствия и открыл письмо, которое он держал. – На девятый день марша возвращения армии произошел инцидент. Им помешал второй Старейшина Города Серебряной Метели – Сяо Бу Ю. С ним было пять других старейшин уровня Суань Духа, Семь Мечей, и два эксперта Суань Неба. Сяо Хан бросил вызов Цзюнь Вую на смертельную дуэль.

Глаза Ли Шана внезапно широко раскрылись, и он сел прямо. Ли Юран перестал подбрасывать бумаги, и стал совершенно неподвижным. Большой человек был шокирован этим и замолк.

- Продолжай, – Ли Юран произнёс, стиснув зубы.

- Цзюнь Вуй победил Сяо Хана, и последний был искалечен в бою. Семь мечей сражались с восьмым Великим Мастером – Одиноким Соколом. Великий Мастер победил Семь Мечей. Сяо Бу Ю сражался с Цзюнь Мосе…

- Сяо Бу Ю сражался с Цзюнь Мосе? – Ли Юран задрожал и с удивлением взглянул на читающего.

- Да. Сяо Бу Ю сражался с Цзюнь Мосе, но не сумел одержать победу. Затем Цзюнь Мосе использовал какую-то злую схему и заставил Сяо Бу Ю исполнить стриптиз на публике под какой-то странный ритм. Это опозорило его до такой степени, что он покончил с собой. Меч Цзюнь Мосе также обезглавил Сяо Фэн Ву. Также он отрубил ноги Восьмого и Девятого старейшин Города Серебряной Метели. Кроме того, Цзюнь Мосе пронзил грудь Шестого старейшины. Цзюнь Мосе сражался с четырьмя экспертами Суань Духа Города Серебряной Метели и одержал над ними верх…

Ли Юран уже не слушал, что было сказано дальше, так как он был шокирован до глубины души. Его глаза потемнели, и только эта единственная информация резонировала в его уме – «Сяо Бу Ю сражался с Цзюнь Мосе, но не сумел одержать победу. Затем Цзюнь Мосе использовал какую-то злую схему и заставил Сяо Бу Ю исполнить стриптиз на публике под какой-то странный ритм. Это опозорило его до такой степени, что он покончил с собой. Меч Цзюнь Мосе также обезглавил Сяо Фэн Ву. Также он отрубил ноги Восьмого и Девятого старейшин Города Серебряной Метели. Кроме того, Цзюнь Мосе пронзил грудь Шестого старейшины. Цзюнь Мосе сражался с четырьмя экспертами Суань Духа Города Серебряной Метели и одержал над ними верх…»

«Цзюнь Мосе сражался с четырьмя экспертами Суань Духа Города Серебряной Метели и одержал над ними верх…»

«Цзюнь Мосе сражался с четырьмя экспертами Суань Духа Города Серебряной Метели и одержал над ними верх…»

Его будто бы громом поразило. Как будто его душа вылетела из его тела. Ли Юран покачнулся, и его правая рука ухватилась за что-то, чтобы не упасть. Толстая куча бумаг, которую он держал, упала из другой его руки и приземлилась в жаровню. Бумага с жалобным хрустом тут же воспламенилась, породив густой шлейф чёрного дыма...

Глава 439. Шокирован до глубины души!

Затемнённые и постаревшие глаза Ли Шана также оживились. Никто долго не двигался. Однако огромное облако дыма собралось внутри комнаты.

Через некоторое время три человека подняли шторы и бросились из комнаты. Массивный шлейф дыма взлетел в небо. Стало понятно, что что-то было подожжено. В результате в доме раздался колокол тревоги. И охранники начали прибегать с вёдрами воды…

Ли Юран несколько раз прокашлялся, прежде чем вернулся в норму. Однако он продолжал наблюдать за поднимающимся дымом в тишине.

Ли Шан взял письмо, которое было доставлено орлом. Он читал его очень внимательно от начала и до конца. И в результате его лицо стало очень серьёзным. Великий наставник Ли поднял голову и посмотрел на тёмное облако чёрного дыма. Он очень долго вздыхал и пробормотал:

- Я пытался переоценить его как можно выше... но всё это время я всё равно очень сильно недооценивал его. О, боже... должно быть, что-то изменилось…

Ли Юран с мрачным выражением лица пробормотал:

- Он сражался с четырьмя экспертами Суань Духа... сражался с четырьмя экспертами Суань Духа... – было похоже, что обычно спокойный молодой мастер Юран внезапно потерял рассудок…

...

Каждая могущественная семья также получила эту новость от своих собственных разведывательных сетей; Императорская семья также не была исключением. Формулировки их несколько отличались, однако содержащаяся в них информация практически не изменилась…

Следовательно, Город Тянсян стал свидетелем ещё одного потрясения!

Это было просто землетрясение! На самом деле это было то, что могло перевернуть мир с ног на голову!

Цзюнь Мосе вызвал землетрясение, когда распространилась новость о его романе с его невесткой. И эти вибрации ещё даже не успокоились. На самом деле люди с амбициями всё ещё пытались раздуть пламя, чтобы увеличить его эффект...

Более половины жителей Тянсяна ждали возвращения этого бесстыдного бандита, чтобы опозорить его. На самом деле они планировали проклинать его до смерти. Более того, они были уверены, что утопят его своими плевками, если он не умрёт от их проклятий на месте…

Нынешняя репутация Цзюнь Мосе в городе была ещё хуже, чем та, которая запятнала его имя до того, как он пришёл в этот мир. Фактически он стал синонимом таких слов, как "грязный", "бесстыдный", "презренный", "мерзкий" и "распутный". И тот же эффект распространился на имя Гуан Квинхан из-за её отношений с ним. Разговоры об этой "супружеской паре" уже распространились по всему городу... И их все проклинали повсюду!

Следует отметить, что гражданские служащие смогли обеспечить весьма эффективную работу своей кампании. Ведь они знали, что простые люди не знают правды. Таким образом, им было легко спровоцировать массы. Само собой разумеется, что такая вещь была неприемлема для всех в эту эпоху. Следовательно, этим учёным удалось превратить весь город в океан оскорблений для Цзюнь Мосе.

Они были уверены, что сокрушат его в море крика, когда он только войдёт в город Тянсян. Молодой мастер мог бы оглохнуть от этих издевательств. Однако что насчёт Гуан Квинхан? Могла ли она вынести такую неловкую ситуацию?

Однако они услышали последние удивительные новости. И это было похоже на взрыв бомбы в деревенском сортире... Это вызвало еще больший шум. У всех, кто услышал эту новость, была такая же реакция – они были ошеломлены и удивлены. На самом деле было похоже, что они были поражены молнией... они просто не могли поверить!

Некоторые группы учёных и чиновников не были готовы в это поверить. Тем не менее было много тех, кто чувствовал, что они схватили валун и бросили его на свою ногу…

«Молодой мастер Цзюнь такой свирепый? Как он может быть таким жестоким?»

«Одинокий человек сражался с четырьмя экспертами Духа Суань... и одержал ошеломляющую победу?! Чёрт!»

Все знали, какими людьми были эти эксперты Духа Суань. Итак, каждый почувствовал легкий холод в своих сердцах.

«Как один человек способен сражаться с четырьмя экспертами Духа Суань и быть на одном уровне с Великими Мастерами? Разве нельзя сказать, что семья Цзюнь стала существовать наравне с Городом Серебряной Метели? Или, может быть, даже выше... как окончательное существование какой-то силы?»

«И что, я должен оскорблять такую ужасающую силу? Я что, не люблю свою жизнь?»

Тем не менее кто мог контролировать эффект слухов? Это было похоже на старую поговорку: "Гораздо легче поймать в сети реку, чем остановить рот человека!" и это было правдой! Кроме того, эти слухи все только преувеличивали и приукрашали... И такие вещи распространяются так же быстро, как молния…

Более того, это были не просто сплетни или слухи... это было в основном правдой!

Можно сказать, что люди, которые только впитали научный текст, могли знать только литературные различия между гражданскими и военными вопросами. Они могли отстаивать плюсы и минусы всего, и говорить о вещах, которые были лучше. Они могли говорить об экспертах Суань Духа. На самом деле они могли даже говорить о высших силах. Тем не менее эти эксперты Суань были не более чем странствующими рыцарями для этих ученых…

Они верили, что даже легендарные воины подчинялись закону земли. В конце концов, был бы полный хаос, если бы не было никаких законов. Поэтому эти люди не верили, что есть люди, которые могут стоять за пределами Имперской власти и не могут быть ограничены в этом мире. Следовательно, представление о том, что кто-то, достигнув определенного уровня силы, был выше Имперской власти, казалось им ещё более абсурдным…

Ведь каждый клочок земли и берега под небом принадлежал Императору!

Новость о том, что Цзюнь Мосе убил этих экспертов Суань Духа, дошла до ушей Мэй Гао Цзе. Однако старик просто скривил губы и фыркнул, сказав:

- Преступления, которые он совершил, ещё даже не были осуждены, а его дело ещё и дополнено убийством! Этот жестокий, бессердечный и упрямый Цзюнь Мосе явно должен умереть, чтобы искупить свои грехи. Этот мир не будет мирным, пока он не умрёт.

Дело дополнено убийством? Это удивительное и потрясающее событие было всего лишь "уголовным делом", по словам этого старика. Тем не менее город Тянсян был как муравейник, в который льётся вода вперемешку с говном... все было в полном хаосе!

Внутри королевского дворца.

Император горько жаловался Императрице и принцессе, когда получил это письмо...

- Вы сказали, что этот Цзюнь Мосе со временем успокоится. Однако сначала он устроил огромный бардак в столице. Затем он похлопал себя по ягодицам перед Имперским Советом и отправился в Южный Небесный Город. И вот, он совершил там такую грязную вещь. Однако это хорошая вещь, с другой стороны... Это было бы просто вопросом для сплетен, если бы это случилось с кем-то ещё. Но это случилось с Цзюнь Мосе! И это создало прекрасную возможность напасть на него! И не забывайте, как Цзюнь Мосе оскорбил тех великих ученых некоторое время назад. Более того, он сделал это перед Императором, его родственниками и придворными чиновниками! Кроме того, этот старик Цзюнь также презирает правительственных чиновников. Военные и бюрократия всегда были в противоречии друг с другом. На самом деле они, вероятно, останутся такими навсегда. Итак, разве эти ученые не воспользуются этим шансом, чтобы ударить семью Цзюнь? – лицо Императора выражало просто детскую обиду. На самом деле, казалось, что его возмущение возникло, так как его ожидания не оправдались.

Выражение лица Императрицы было безразличным. На самом деле, казалось, что она даже не услышала ни слова. Был шанс, что она, возможно, услышала что-то из этого. Однако у неё не было никакой реакции на это. Тем не менее принцесса имела несколько грустное и обеспокоенное выражение на своем лице. На самом деле она с тревогой смотрела на своего отца — Императора.

Эти вещи происходили время от времени внутри дворца в эти дни. И главная причина этого заключалась в том, что Император хотел использовать эти возможности в качестве предлога, чтобы попытаться поговорить с Императрицей. Тем не менее нить разговора перешла на Цзюнь Мосе на этот раз…

Но результат был таким же, как и всегда... Императрица сидела холодно. На самом деле она была бы такой же спокойной и тихой, как ледяная скульптура. И Император в конце концов закончит говорить, вздохнёт и уйдёт…

Принцесса помнила, как её отец тосковал по матери с тех пор. На самом деле сердце принцессы испытывало много жалости к своему отцу. Ведь это было уже более десяти лет.

«Как он дожил до этого дня? В конце концов, отец – правитель Империи. Тем не менее в течение десяти лет он ни разу не изменил своей жене! Разве это не доказывает всё?»

«Но моя мать не изменилась... даже немного».

«Почему?»

«Дядя Йе несчастен, и отец также очень несчастен...» – сердце принцессы Лин Мэн испытывало глубокое сочувствие к обоим этим влюбленным мужчинам. Она не знала, что она может сделать, чтобы все было хорошо. Она не могла выбрать сторону…

Как долго это продолжалось? Император знал, что это продолжалось очень долго. На самом деле это было так долго, что он забыл, когда это началось. Но Императрица всё ещё помнила об этом очень ясно.

Императрица относилась к мужу с уважением после церемонии бракосочетания. Однако рождение принцессы Лин Мэн заставило Императора едва ли не сойти с ума от счастья. Следовательно, он хорошо выпил и сказал что-то, чего он никогда не должен был произносить перед Императрицей…

Это была настоящая причина уничтожения семьи Йе Гухана!

В результате была возведена холодная стена между мужем и женой. И она продолжала оставаться сильной до сих пор. С тех пор она даже не оттаяла. И, возможно, она никогда не оттает в будущем…

Итак, Император закончил говорить и вздохнул, глядя на безразличное лицо жены. В любом случае было бы странно, если бы она отреагировала на его жалобы…

Однако на этот раз его усилия превзошли его ожидания…

И случилось нечто странное!

- Тебе не нужно говорить о том, как все в городе сплетничают о Цзюнь Мосе. Это дело, то, о чём знает каждая крыса в переулке! Ты был тем, кто послал его в Южный Небесный Город, чтобы он умер. А сейчас ты ведёшь себя, будто на тебе нет вины? Ваше Почтенное Императорское Величество, почему вы всегда используете такие грязные методы? – Императрица медленно процедила сквозь зубы.

Император обернулся, как вихрь:

- Что ты сказала? Ты понимаешь, о чём говоришь?

- Конечно, я знаю, о чем говорю. Я хочу сказать... ты можешь быть не таким бесстыдным? Не думаешь ли ты, что это повлияет на твой имидж правителя этого народа? Настоящий мужчина действует мужественно, и он берёт на себя ответственность. Думаешь, тебя можно считать настоящим мужчиной после того, что ты сделал, а потом ещё и прибежал жаловаться? – Императрица ответила ещё медленнее.

Император был поражён этим.

«Она никогда не проронила ни слова, когда я говорил с ней. Тем не менее эта тихая женщина внезапно начала путать правильное и неправильное, когда я поднял тему о Цзюнь Мосе. На самом деле она даже унижает меня! Это первый раз за более чем десять лет! Почему?»

«Почему?»

Он чувствовал себя виноватым все эти годы, и он хотел искупить вину... он мечтал вернуться во времена своей юности…

Императрица всегда действовала достойно и грациозно. Она никогда не действовала в гневе. На самом деле она никогда не говорила так резко, даже когда была несчастлива. Это был первый раз после того "инцидента прошлого", когда она вела себя так.

Выражение лица принцессы Лин Мэн стало испуганным, когда она посмотрела на своего отца. Затем она посмотрела на свою мать. Она уже давно привыкла к той холодной стене между родителями. На самом деле она даже представить себе не могла, что будет свидетелем чего-то, кроме того, обычного, сценария, между этими двумя.

- Я бесстыжий? Почему ты всегда говоришь, что я бесстыжий? Почему ты называешь меня бесстыдным? – Его Величество заговорил в ярости. – Я – Император! Я должен заботиться обо всём обществе! Я должен думать о каждом, кто живет на моих землях! Где я мог ошибиться? Я должен заботиться о миллионах людей! Поэтому для меня роскошь такие слова, как "настоящий мужчина"!

Глава 440. Влияние семьи Цзюнь

- Для страны? Для людей в твоей стране? Это отличный аргумент! Как помпезно с твоей стороны! Почему бы тебе не сказать, что ты думал о себе? Это всё из-за твоего эгоизма! Это потому, что ты боишься, что кто-то свергнет тебя. Ты боишься и завидуешь всем! Ты никому не доверяешь и не смеешь никому доверять! Ты сам поднимаешь людей высоко, а потом бросаешь их в бездонную пропасть, когда они достигнут высокого положения и накопят значительную силу. Ты никогда ни с кем не будешь снисходителен. На самом деле ты будешь использовать его, чтобы объявить твоему совету должностных лиц, что "будут облака, если ты повернёшь руку, и будет дождь, когда ты уберёшь её". Ты используешь это, чтобы показать, что ты всемогущ. Более того, ты пошлёшь им это послание с помощью своих аргументов: "Повинуйтесь мне, и вы будете процветать. Ослушайтесь меня, и вы умрёте!". Ты действительно считаешь себя кем-то очень благородным? Нет! Ты заставишь их подчиняться приказам, верно? На самом деле они не обязательно будут процветать, если они будут подчиняться тебе. Но ты, безусловно, прикончишь любого, если они этого не сделают! – Императрица язвительно посмотрела на него. Её глаза были такими же ледяными, как горное озеро зимой. – Но ты больше ничего не можешь с этим поделать, не так ли? Таким образом, ты можешь сейчас только плакаться об этом!

- Это чушь собачья! Ты – баба, и смотришь по-бабски! Что бы ты понимала?! – прорычал Император. Он чувствовал, что его отчужденность и притворство не повлияли на его жену. И он не мог контролировать свой гнев...

- Я несу чушь собачью? Я ошибаюсь? Ты говоришь мне, что я обвиняю тебя необоснованно?! Хорошо, позволь мне спросить тебя! Какова была причина истребления семьи Йе?!

Императрица истерически рассмеялась. Затем она внезапно встала и заговорила:

- Кто стоял за злом, сделанным Цзюнь Ву Хи? Кто стоял за убийством Цзюнь Ву Мэна? Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Чу были молодыми людьми с неограниченными перспективами... что и вызвало их преждевременную смерть, да? Что заставило этих молодых людей погибнуть с таким количеством войск? Что оставило Цзюнь Вуя калекой на десять лет? И почему никто не мог найти труп Дугу Сюна?

- Это... это... сколько ты знаешь? Сколько дел тебе известно?! – казалось, что у Императора внезапно открылась давняя рана. Его Величество почувствовал огромную боль... как будто его легкие были разорваны. Более того, он начал паниковать. У него даже стал подёргиваться в нервном тике глаз.

Он не верил, что Императрица наконец-то открыла свой золотой рот, только чтобы спорить. И он подумал, что она будет спорить и на следующий день. И эти случаи будут только увеличиваться в будущем. Поэтому он считал, что существует вероятность того, что их отношения мужа и жены могут постепенно стать нормальными.

Однако теперь он не мог контролировать свой гнев!

Семья Йе, Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Мэн, Дугу Сюн... эти имена были как острые иглы, колющие в его сердце.

В действительности боль в конечном итоге достигла его костей!

Император отпустил бы любого со смехом, если бы они задали ему эти вопросы. Возможно, он признался бы в несущественных вещах и затем покрыл бы свои действия слабыми оправданиями. Но задавала эти вопросы Муронг Сю Сю…

Это был человек, о котором он заботился больше всего... женщина, которую он любил больше всего!

Женщина, к которой он стремился... даже во сне.

Он мечтал о ней с тех пор, как был ещё совсем молодым. Он мечтал и надеялся заполучить эту женщину, даже когда он стал принцем. Он был готов взять на себя любые расходы, чтобы получить её. На самом деле он бы сделал что угодно, чтобы она была его женщиной…

В конце концов она стала его женщиной.

Он не жалел средств, чтобы заполучить ее. Он поднялся на позицию Императора, чтобы заполучить ее. Он даже развёлся со своей предыдущей Императрицей, чтобы получить ее. И он пережил десять лет, чтобы вернуть её. Для нее... всё это было ради неё!

Все пошло дальше, и она, наконец, стала его Императрицей и пришла в его дворец. Но его долгожданное счастье длилось всего два коротких года. Люди остались прежними, но условия изменились. Единственное, что осталось – это их статус мужа и жены. Однако между ними не было никакой личной связи.

Ему снилось много снов ночью. Он всегда испытывал крайнюю ненависть и любовь. Однако он никогда не ненавидел её непоследовательную любовь к нему. И он никогда не ненавидел тот факт, что он не смог заполучить её сердце. Вместо этого, он ненавидел человека, который жил в её сердце. Все было бы по-другому, если бы не он. Затем было покушение на принцессу Лин Мэн, и Йе Гухан получил серьёзные ранения. Это только увеличило пропасть между Императором и его Императрицей. Поэтому он начал питать к нему ещё большую ненависть…

Затем он услышал о том, что с ним сделали. Его правая рука была отрублена. Даже его сила Суань была уничтожена. Значит, он больше никогда не сможет сражаться. На самом деле это состояние было еще хуже, чем у Цзюнь Вуя…

«Ха-ха-ха…»

Император чувствовал лишь тираническое возбуждение, когда услышал эту новость.

- Да, я многого не знаю. Мне и не нужно много знать. Но, я знаю одну вещь. И этого достаточно! Разве этого недостаточно? – она холодно посмотрела на него. – Ты бы не стал истерить, если бы что-то плохое случилось с семьей Муронг, хотя они являются первой семьей. Но почему ты забылся и забегал, когда власть семьи Цзюнь так подскочила? Почему? Можешь назвать мне хоть одну причину?

- Причина? Какая причина? Какая причина может быть там? Как женщина может понимать события, которые волнуют страну? У тебя есть своя жизнь... и ты живешь хорошо и комфортно. Что ты вообще видела? – проворчал Император, нетерпеливо шагая вперед и назад.

- Ха-ха... что я видела? Братья Цзюнь Вуя были убиты, а его тело было едва ли не уничтожено. Семья Цзюнь продолжала унижаться и чахнуть в течение десяти лет, и у них не было квалифицированных преемников. Но тогда ты был очень жизнерадостным, не так ли? В конце концов, ты больше не чувствовал угрозы, - я права? Ваше Величество, должно быть, чувствовал себя потрясающе, когда такие великие люди были уничтожены вместе с их могучими армиями! В конце концов, это, должно быть, была удобная сделка, так что, ты, должно быть, чувствовал себя отлично?

Императрица усмехнулась, увидев, что Император выглядит раздражённым перед её саркастическими замечаниями. Она даже почувствовала небольшое чувство восторга при этом взгляде. Это был такой восторг, который человек чувствует после того, как он дал волю своей давней ненависти. Поэтому её слова стали звучать еще острее.

- Что ты можешь понять? Что ты вообще понимаешь во всём этом? – лицо Императора потемнело, а его голос стал удивительно громким. У Его Величества больше не было никаких опасений по поводу его дочери, которая смотрела со стороны. – Ты понимаешь, насколько слабым и нестабильным было наше положение Императорской семьи в то время? Наша позиция была под угрозой! Империя Тянсян была внешне сильна, но внутри она была очень слаба! Ты... ты хоть знаешь, насколько серьёзными были эти условия? Нет! Ты ничего не знаешь!

Он осмотрел себя и махнул рукой от негодования. Затем он прогремел:

- Ты не знаешь! Ты никогда не знала! Только и знаешь, как критиковать без конца... жаловаться бесконечно, да сидеть на заднице на мягком троне! У тебя есть только беспочвенные подозрения! Ты ни хрена не знаешь! Знаешь, сколько я должен был заплатить, чтобы мы могли просто погулять сегодня?

- Я мало что знаю об этих событиях. Но я знаю одну вещь очень чётко. Всё изменилось в тот момент, когда Цзюнь Ву Хи принял командование и отправился в бой. Империя Ю Тан и Шэнь Си до сих пор не осмеливаются вторгаться в наши границы. Разве это не из-за вклада семьи Цзюнь? Ты будешь и это отрицать? Они были полны талантливых людей... они не пропускали сражений... у них были такие божественные способности! Тем не менее ты их убил! Ты использовал все возможные средства и методы; ты использовал всё, что не должен был использовать, и использовал все методы, которых не должен был допускать... чтобы их убить! Но есть кое-что, чего я никогда не понимала. Это то, как у тебя может быть такое отсутствие элементарного предвидения?!

Принцесса Лин Мэн была потрясена, услышав это. Она дрожала. Её маленькие руки плотно закрывали рот. На самом деле в какой-то момент она чуть не закричала от страха, но каким-то образом сдержалась. Однако её глаза были полны ужаса и отчаяния.

- Отец... не говори мне... ты…

- Ты права! Цзюнь Ву Хи действительно был божественно талантливым генералом своего поколения! Он придумывал идеальные тактики и отличные стратегии. И никто не мог с ним сравниться! Я всегда признавал это! Я никогда не отрицал этого!

Вены уже проступили на лице Императора. У него был фанатичный и пламенный взгляд:

- Две другие Империи не посмеют нарушить наши границы из-за Цзюнь Ву Хи, его братьев и Цзюнь Чжан Тиана. Это то, что я уже знаю! Ты понимаешь? Мне все это известно! Я прекрасно это знаю! Я знаю это гораздо лучше, чем ты! – голос Императора гремел, как гром, в то время как его поведение уже грозило истерикой.

- Тогда зачем ты это сделал, если всё знал? – Императрица пристально посмотрела. – Не говори мне, что ты хочешь править побеждённой нацией?!

- Ты знаешь внутреннюю историю? Знаешь ли ты, что только армия в западной части была под контролем семьи Дугу? Более того, это была самая слабая! Тем не менее Цзюнь Ву Хи имел под собой восемьсот тысяч человек. Восемьсот тысяч! Ты понимаешь, что значит восемьсот тысяч? Ты понимаешь? Нет, ты не можешь этого понять!

У Цзюнь Ву Мэна было ещё пятьсот тысяч! А у Цзюнь Вуя было двести пятьдесят тысяч! Более того, Цзюнь Чжан Тиан руководил всеми военными, потому что он был Верховным Главнокомандующим. Ты понимаешь, что это за число? И ты понимаешь, что это значит?

Четыре генерала Цзюнь собрали более полутора миллионов человек! В то время военная сила всей Империи составляла два с половиной миллиона! Семья Дугу имела только двести пятьдесят тысяч мужчин, в то время как семья Муронг имела двести тысяч. Затем была армия обороны... пёстрая команда... лесники и охранники. Однако даже у этих фракций в рядах были люди из семьи Цзюнь!

Ты знаешь, что это значит? Ты понимаешь? Нет, ты ни хрена не понимаешь! Я тебе всё расскажу! – глаза Его Величества налились кровью. Он опустил голову и решительно продолжил. – Это означало, что мы были бы беспомощны, если бы семья Цзюнь решила восстать. И это означало, что моя голова... наши головы... – Император указал пальцем на голову и прорычал. – Мы были под мечом с самого начала! И любой мог бы снять мою голову этим мечом, если бы захотел! Ты понимаешь? Ты могла бы позволить такой семье существовать на моём месте? Позорище!

- Но семья Цзюнь никогда не собиралась бунтовать. Я знаю это, и я уверена, что ты тоже это знаешь. В действительности ты всегда это знал! – Императрица холодно посмотрела на него. На самом деле её холодный взгляд следовал за ним, когда он ходил из угла в угол. – Тянсян был бы назван в честь семьи Цзюнь, если бы они когда-либо подумали о восстании. И сегодня название остаётся прежним. Ты будешь это отрицать? Ты можешь это отрицать? Но они лояльны. Так почему бы тебе не дать им отдохнуть? Почему ты так быстро стремишься от них избавиться?

- Почему я хочу избавиться от них так быстро? Ты уже говорила о самой важной причине. И я действовал только ради этого! – Император жестоко улыбнулся. – Вспомни, что ты сказала? Тянсян уже был бы назван в честь семьи Цзюнь, если бы они захотели восстать! Разве это не веская причина? Разве этого недостаточно?

Глава 441. Его непревзойдённый авторитет!

- Ты думаешь, что я не знал, насколько лояльными были четыре генерала Цзюнь? Я знаю это лучше, чем кто-либо другой! Такого рода генералы – мечта любого правителя, но они также и его кошмар. И я тоже не исключение! Мы приобрели огромные преимущества, когда сражались с империями Шэнь Ци и Ю Тан! Мы могли взять штурмом их столицы в любое время, когда я или Цзюнь Ву Хи этого захотели бы! Война уже достигла своих последних мгновений! Но я позволил мечте о единой земле подо мной пойти в обмен на поражение и заплатил тысячами жертв! Я отказался от жизни Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна в этой битве, чтобы сохранить равновесие... трехстороннее равновесие! Думаешь, мое сердце не чувствует боли внутри?

- В этом случае я тебя вообще не понимаю! Почему ты упустил возможность объединения земли? Ты не только позволил этому ускользнуть, но и был доволен тем, что потерпел поражение?! Ты что, совсем сошел с ума? – Императрица была действительно озадачена.

- Это была моя мечта – объединить землю под моим правлением! Это была моя самая большая и заветная мечта, кроме того, чтобы сделать тебя моей женой! Но что бы случилось после того, как я объединил всю землю? Чем я мог наградить семью Цзюнь после того, как они использовали свою силу, чтобы объединить всю землю? Единственная награда, которую ты можешь дать кому-то с такими боевыми заслугами... это сделать их правителем! Однако у семьи Цзюнь уже было пугающее количество вотчины. Кроме того, они обладали значительной военной мощью. Это было в дополнение к их безумно мощному влиянию по всей Империи... это было равносильно созданию самого сильного врага, которого только мог иметь любой правитель! Это был бы тупик! И семья Цзюнь взбунтовалась бы, если бы я не наградил их!

- Ты не позволил им выиграть, потому что не мог их наградить? Это просто абсурд! – Императрица сначала была ошеломлена. Однако потом она улыбнулась с насмешкой.

- Очень смешно, правда? Позволь мне сказать тебе, что это ни черта не смешно! В этом нет ничего смешного! Знаешь ли ты, что генералам нужно официальное разрешение для отправки войск? Генералы имеют только половину разрешения на их руках! Вторая половина остаётся со мной! И можно мобилизовать войска только после того, как две половины будут соединены вместе. Но знаешь ли ты, что происходило в то время? Четырём генералам Цзюнь было вообще плевать на какие-либо разрешения на мобилизацию войск! Они не нуждались в нём, чтобы собрать войска! Армия чётко следовала их приказам. Ты знаешь, что это значит?

- Когда я вышел проводить Цзюнь Ву Хи, когда он возглавлял армию из восьмисот тысяч человек двенадцать лет назад, они были спокойны и бесстрастны, как злые духи, пока я обращался к ним. Они начали подбадривать и аплодировать только после его сигнала, после того как я закончил! Это было синхронно, будто они были автоматами! Ты понимаешь? – лицо Императора искривилось, и он выглядел пристыженным.

- Я ничего не понимаю! – Императрица покачала головой.

- Их скоординированные аплодисменты были отрепетированы заранее! А потом все затихло после того, как они перестали аплодировать! Восемьсот тысяч человек стояли там же, и была полнейшая тишина! Ты знаешь, что это значит?! – Император скрежетал зубами, когда говорил.

- Разве это не означает, что дисциплина войск была очень строгой при Цзюнь Ву Хи? Ты должен быть счастлив! Ты говоришь, что злишься из-за того, что сотни тысяч солдат придерживались строгой дисциплины? – Императрица смутилась ещё больше.

- Ты всё ещё не понимаешь, что я имею в виду? Знаешь, что случилось, когда я отдал Цзюнь Ву Хи свою половину разрешения? – лицо Его Величества подёргивалось. По его выражению можно было понять, что он до сих пор чувствует себя униженным. – Армия вдруг начала его подбадривать – в воздухе развивались флаги, боевые кони ржали, солдаты орали и радовались! Казалось, что мир перевернётся с ног на голову, и горы поглотят цунами, а небо и земля побледнеют! И это продолжалось долгое время!

Я стоял на пьедестале, и я видел глаза тех восьмисот тысяч человек, когда они с фанатичным рвением повернулись к Цзюнь Ву Хи. Все они подняли оружие и орали с такой радостью... Цзюнь Ву Хи сделал лишь один жест рукой... и вся армия успокоилась в одно мгновение. На самом деле там воцарилась абсолютная тишина!

Затем он взял разрешение, показал его всем. Он повернулся к армии и посмотрел на них, на всех. Его глаза охватили войска, ни один солдат даже не двинулся с места. Ты знаешь, что это даже не было отрепетировано? Затем он повернулся ко мне лицом, поднял кулон, вынул меч и начал давать клятву…

Но возгласы тех восьмисот тысяч человек, казалось, обрубили мечом в тот момент, когда он повернулся к ним после клятвы. На самом деле было полное молчание. Было тихо... можно было ясно слышать звук капли воды, падающей на землю! Ему не нужно было обнажать меч... ему не нужно было делать жеста — он только повернулся! Один неосторожный взгляд от него, и те восемьсот тысяч человек сразу замолчали!

- Великий и внушающий трепет Цзюнь Ву Хи! Великий, внушающий трепет и вдохновляющий Белый Генерал! – сердца Императрицы и принцессы Лин Мэн дрогнули, когда они услышали это. Они могли себе представить эту зрелищную сцену. Они могли представить себе непревзойдённое величие Цзюнь Ву Хи.

- Я знал, что вы так подумаете! Пара идиоток! – Император сорвался на крик. – Я тоже был там, на той сцене! Но где было моё место? Где наш престиж, если солдаты болели за Цзюнь Ву Хи в сто раз больше, чем за меня?! Я чувствовал, что увижу восемьсот тысяч трупов, лежащих в упорядоченном строю, если Цзюнь Ву Хи прикажет им покончить жизнь самоубийством! Императорский Дворец разобрали бы на кирпичи, если бы Цзюнь Ву Хи отдал им приказ осадить наш дворец! Ему даже не нужно было отдавать приказ... крошечное движение, небрежный взгляд, и это стало бы реальностью!

Императрица глубоко вздохнула. Она, наконец, поняла, откуда шли опасения Императора. Степень влияния Цзюнь Ву Хи была поразительной. Его сила действительно внушала благоговение. Однако это было угрозой для жизни Императора. И всё оставалось бы таким, пока он не умер…

- Теперь ты понимаешь? – Император горько улыбнулся. – У семьи Цзюнь было более полутора миллионов человек армии! К тому же, Дугу Вуди из семьи Дугу едва ли не поклонялся Цзюнь Ву Хи. На самом деле этот Дугу следил за ним, как щенок за хозяином. Таким образом, они бы объединились, чтобы иметь около 1,8 миллионов солдат, как только силы Дугу Вуди были бы добавлены к семье Цзюнь! Кроме того, у семьи Цзюнь были люди на высоких постах в обороне города... и даже в более высоких рангах в гвардии! На самом деле их было около двухсот тысяч. И оборонительные силы также имели около тридцати тысяч войск Цзюнь в своих рядах. Однако оставшаяся часть нации имела только объединенную силу в шестьсот тысяч солдат! Это означает, что сила семьи Цзюнь превышала в общей сложности два миллиона! Более того, большинство из них были элитными войсками, которые пережили всевозможные сражения. Это означает, что мы могли собрать только шестьсот тысяч самодеятельных солдат, если бы мы отправили армию. И это ещё очень оптимистичная оценка!

Как ты думаешь, что мне оставалось делать в такой ситуации? Как я мог оставить всё как есть? Было бы тебе легче, если бы это была ты? Как я мог не знать, что семья Цзюнь – хорошая и верная семья? Как я мог не знать, что они были настолько лояльны, что они никогда не могли даже подумать о восстании? Что они никогда не восстанут? Но... я всё равно должен был это сделать... даже если я знал, что семья Цзюнь никогда не взбунтует! На самом деле у меня не было выбора, кроме как сделать это!

Император нахмурился от боли:

- Потому что я – Император! И потому что я не выношу такой угрозы! Нет! Я не думаю, что какой-либо Император может выдержать такое!

Какой Император стоял бы и наблюдал подобное? Он потерял способность мобилизовать свои войска! Однако четыре генерала Цзюнь плевать хотели на какие-либо одобрения для мобилизации войск!

Это означает, что мог произойти переход власти в любое время... или в любом месте!

Семья Цзюнь, возможно, не хотела бунтовать, и они, возможно, не думали о перевороте власти. Но это не значит, что другие бы тоже так не думали! Знаешь ли ты, что семья моего великого предка также считалась лояльной во время её восхождения? Их поддерживала династия Тянь Ю и сформировала для неё самую сильную базу. И было очень легко заставить их восстать! Им нужен был только один мятеж, чтобы сделать нового Императора! Его толкнули на дорогу, с которой он не мог повернуть назад, и он стал Императором! Я научился этому у своих предшественников. Так ты всё ещё думаешь, что я под наивным заблуждением? Ты хочешь, чтобы я сидел и ждал смерти?

Голос его величества был полон горя:

- Разве ты не знаешь об этом как потомок семьи Муронг? Разве ты не знаешь о Муронг Цянь Цю?

Династия Тянь Ю была несравненно великолепным предшественником династии Тянсян. Родоначальник семьи Янь имел блестящую военную карьеру в те времена. На самом деле это было похоже на пугающую карьеру Цзюнь Ву Хи. Предок семьи Янь одерживал победу в каждой битве. И он был слепо предан своему королю. Но Муронг Цянь Цю был одним из генералов под его командованием. И предок семьи Муронг убедил его совершить невероятное, нелепое восстание. Они возглавили войска в ночном нападении и казнили короля династии Тянь Ю... и наследного принца!

После этого уже не было никакой возможности предотвратить ту резню. И Империя Тянсян сегодняшнего дня постепенно вышла из горы трупов и океана крови...

Другими словами... мятеж привёл к подъему нынешней Империи Тянсян! Помощь была оказана семьей Муронг в то время. И это привело к нынешнему положению семьи Муронг в Империи.

- Во времена Великого предка был только один Муронг Цянь Цю. Но можешь ли ты догадаться, сколько "Муронгов Цянь Цю" присутствовало при четырёх генералах Цзюнь? Ты знаешь, сколько мужчин, возможно, пытались посодействовать чему-то подобному против нас? Что ещё более важно – ты знаешь, насколько они были фанатичными? Я тебе расскажу! Было, по крайней мере двадцать мужчин, которые могли бы заставить семью Цзюнь сделать то, о чём они бы сами потом пожалели! И Империя Тянсян была бы разрушена до основания, даже если бы один из них стал действовать! Теперь ты это понимаешь? Твои вопросы были полны наивности! – Император рычал тихим голосом. Однако его голос был наполнен болью и беспомощностью. – Цзюнь Ву Хи был таким талантливым генералом! Любой правитель хотел бы, чтобы такой человек командовал войсками и вел войны, чтобы расширить его границы! Тем не менее я должен был приложить свою силу в попытках убить его любыми средствами! Ты знаешь, сколько боли я чувствовал? Я – Император! Как я могу не желать завоёвывать земли? Я был бы Императором Небес, Земли и Берегов! Один приказ – и весь мир содрогнулся бы. Одно слово... и весь мир прогнулся бы!

- Но ты когда-нибудь думал, что эта власть и влияние были даны семье Цзюнь твоими собственными руками?! Как он мог бы достичь такого уровня, если бы ты не дал ему такой власти тогда? – Муронг Сю Сю остановилась, хотя она сказала только половину.

Глава 442. Совесть!

- Не дать им власть? Ты серьёзно? В те дни Империя Тянсян подверглась нападениям со всех сторон! Цзюнь Чжан Тиан был ранен. Значит, он больше не мог отвечать за военные вопросы. Дугу Цзёнхэн – храбрый человек, но он не подходил для такой ситуации. Империя Ю Тан напала на восток с шестью сотнями тысяч человек. Империя Шэнь Си атаковала со своими пятью сотнями тысяч человек с запада, как молния. Кроме того, Империя Лин Сяо напала с четырьмя сотнями тысяч человек с юго-востока, а Король Пастбищ напал с четырьмя сотнями тысяч кавалеристов с севера. Наша империя была осаждена со всех сторон!

Я приказал Цзюнь Ву Хи взять двести тысяч человек. Он должен был взять на себя шестьсот тысяч солдат Ю Тан на востоке, и четыреста тысяч – Лин Сяо на юго-востоке. Это было двести тысяч против миллиона! Цзюнь Ву Мэн и Цзюнь Вуй встретили Волков Пастбищ на севере, а Дугу Вуди и Муронг Фэн Юнь отправились с двумя сотнями тысяч против полумиллиона солдат империи Шэнь Си на западе. Такое разделение войск потребовало от нас даже отправить большую часть солдат из оборонительных формирований. В столице с нами осталось меньше десяти тысяч человек!

Все верили, что Империи Тянсян конец. И я не стал исключением! Была ужасная разница в силе. На самом деле это было похоже на богомола, пытающегося остановить колесницы, которые катятся на него со всех сторон. Но кто бы мог подумать, что Цзюнь Ву Хи обладает таким сверхчеловеческим военным талантом...? Он взял на себя инициативу на поле боя, прежде чем враг успел начать действовать, и сделал шаг первым. И он всего за три месяца полностью расправился с силами Ю Тан!

Да, при этом сгорело семь тысяч километров горных лесов. Затем он уничтожил четыреста тысяч человек Лин Сяо за три месяца. Он смело пошёл вперед и взял девятнадцать городов без всякого подкрепления! Более того, он даже использовал пленников, которых он захватил, и каким-то образом увеличил размер своей армии до восьмисот тысяч человек! Он уничтожил силы Лин Сяо и уничтожил их опасность на юге. Затем он набросился на силы Ю Тан на границе. Последовательные сражения выигрывались систематическими атаками. И репутация "Великого Белого Генерала" никогда не опускалась!

И Цзюнь Ву Мэн и Цзюнь Вуй тоже не хотели оставаться позади старшего брата. Они сражались с Волками Пастбищ на севере. Они изменили неблагоприятную ситуацию и подогнали под неё свою стратегию. В конце концов они изгнали этих падальщиков и вошли прямо в степные луга. И не забывай, что Цзюнь Вую тогда было всего девятнадцать. Кровь текла, куда бы он ни пошёл, головы катились, как мячи. Его стали называть "Кровавым Генералом". Его убийственная аура была самой жуткой в стране. Цзюнь Ву Мэн был хладнокровен и поддерживал строгую дисциплину. Он очень жёстко руководил действующей армией. Он редко говорил, и его слово было законом. Он двигался быстро и решительно, и убивал всех в каждом бою — он не оставлял ни одной живой души. Его прозвали "Кровавым Богом Битвы!". Популяция кочевников из степных лугов значительно сократилась, и она не восстановилась до сегодняшнего дня! На самом деле они больше не осмеливаются атаковать перед лицом моих имперских сил!

Слава этих четырех генералов Цзюнь распространилась повсюду после этого! Они сражались на всех фронтах и не проиграли ни одной битвы. Боевое мастерство семьи Цзюнь становилось всё более известным! Слава Белого Генерала, Кровавого Бога Битвы, и Кровавого Генерала начала звучать повсюду! И я уже не смог сократить их военную мощь даже после того, как прошло несколько лет! Весь мир знал о четырёх генералах семьи Цзюнь, но не многие могли вспомнить правителя Империи Тянсян!

Семья Цзюнь могла поднять всю страну... или даже районы на тысячи миль за пределами Тянсян! На самом деле они могли сплотить весь мир! – Его Величество сказал это и издал длинный вздох. – Тяжёлые ситуации показывают героев. Это действительно мудрые слова. Цзюнь Ву Хи и его братья стали живыми богами войны на всем континенте Суань Суань. Они были окутаны вечной славой, став легендами!

Однако легенды эти троих были тремя очень острыми мечами, и поэтому я обеспокоился! Более того, это были мечи, которые висели над моей головой! Вся страна праздновала после окончания кризиса. Но наши казначейства были исчерпаны, и экономика росла с трудом. Тем не менее Имперские войска были свидетелями беспрецедентного расцвета! Территория Империи также расширилась до блестящей степени. Мы смело смотрели на остальной мир, и ни один герой не посмел посмотреть нам в глаза! Океаны на некоторое время затихли, и внешняя агрессия утихла. Но... внутри страны был кризис. И он разгорался очень быстро! Я был уверен, что тот, кто сидел на троне во время мирного периода Тянсян, был либо Цзюнь Чжан Тиан, либо Цзюнь Ву Хи — но, конечно, не я! Это потому, что Тянсян не обязательно будет Тянсян, когда придёт это время!

Принцесса Лин Мэн горела от гнева, когда она слушала это. Бесчисленное множество людей упоминали о военных успехах Цзюнь Ву Хи. Но её сердце было возбуждено, когда она слушала, как её могучий отец говорил о великолепной славе тех дней…

«Он был таким героическим человеком! Цзюнь Ву Хи!»

«И Цзюнь Мосе является единственным оставшимся потомком этого славного и великолепного героя!»

- Я понимаю... и даже признаю твои опасения. Но твои планы пошли дальше Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Мэна и Цзюнь Вуя! Почему ты включил в план и Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу? – голос Императрицы показал некоторое понимание. Но она всё ещё не совсем всё поняла. Её голос был по-прежнему резким. – В то время они были только детьми. Кроме того, они были сыновьями того, кто так хорошо послужил Тянсян! Как твоё сердце и совесть могли вынести это?!

- Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу были молоды, но они уже были молодыми талантливыми командирами. Они стали популярными только после нескольких сражений, и их престиж достиг чрезвычайно больших высот! Что бы случилось, если бы такие талантливые генералы узнали, что это я планировал убийства их отца и дядей? Что бы они со мной сделали? Однажды я уже отвернулся от семьи Цзюнь... так почему бы мне не сделать этого снова? Я бы отказался от всего мира, если бы мы были в опасности! На самом деле нет никого, кого бы я не включил в список! – Император блеснул мрачной улыбкой. – Более того, в тот момент времени почти не было боевых действий. Империи Ю Тан и Шэнь Си были отброшены назад, и они подали прошение о мире. Я боялся, что больше не будет тумана войны. Поэтому я воспользовался тем, что они до сих пор не расправили крылья должным образом. И я убрал их!

Однако была и другая причина. Я лишь слегка подтолкнул к тому, чтобы убить членов семьи Цзюнь. Но убить их хотели в Городе Серебряной Метели! Это были людьми семьи Сяо... а не я!

- Какое прекрасное оправдание! Ты действительно урод! – Императрица усмехнулась. – Но ты всё равно не отпустил семью Цзюнь! Ты вцепился в них, как клещ... даже после того, как ты сделал так много! Единственные люди, которые остались в семье, которая могла когда-то достигнуть Небес... были стариком, калекой и развратником! Но ты всё равно их не отпустил! Почему же? Какое у вас есть "великое оправдание" для такого поступка?!

- Почему? Ты спрашиваешь меня почему? – глаза Императора открылись ещё больше. Он посмотрел на нее, как на какое-то странное создание. – Ты всё ещё задаёшь мне этот вопрос? Ты всё ещё не поняла?

- Я действительно не знаю! Они были семьей великого генерала! Более того, они были семьей героев, которые спасли империю Тянсян и больше не представляли для тебя никаких проблем. Но ты подавил их и заставил страдать в течение многих лет! Я не понимаю, зачем ты это делаешь! Это так называемое "сердце Императора"? – выражение лица Императрицы стало ещё холоднее.

- Потому что... я тоже мужчина! Ты понимаешь? – Император прорычал тихим голосом. – Моя душа становится неспокойной каждый раз, когда я сталкиваюсь с Цзюнь Чжан Тианом. Я чувствую вину! Ты понимаешь? Я чувствую, что подвёл его! Я подвёл всю семью Цзюнь! Так что я чувствую боль и вину каждый раз, когда сталкиваюсь с ним... но всё будет лучше, если все они будут мертвы! Моя вина исчезнет, если они умрут! Ты понимаешь это?!

Я понимаю всё, что ты сказала. Но я не мог бы снова обратиться против семьи Цзюнь, если я уже сделал это один раз раньше? Я был в опасности перед самим собой... своим сердцем! Я должен был жить в мире! И кто мог жить с моими поступками? Я убил своих благодетелей! Я убил героев Империи! Но я должен был найти способ успокоить свою совесть!

Императрица молчала. Затем она начала бормотать в гневе:

- Совесть... совесть... совесть всё объясняет... это первый раз, когда я это слышу! Так ты всё-таки человек? Даже у тебя есть совесть? Это приятно слышать… – затем она усмехнулась и продолжила. – Тогда почему бы тебе не продолжать угнетать семью Цзюнь сейчас? Почему ты защищаешь их на этот раз? Разве твоя совесть больше не будоражит твоё сердце? Ты так долго угнетал их. И ты можешь, наконец, уничтожить их, используя эту порочность Цзюнь Мосе! Разве это не твоя заветная мечта? Итак, что заставило тебя так сильно измениться?

- Это потому, что семья Цзюнь... я не понимаю этого должным образом. Я не могу... не могу позволить себе спешить. Кто этот влиятельный человек, который поддерживает семью Цзюнь? – Император задумчиво нахмурился. На его лице было выражение легкой путаницы. – Будет ли этот человек вмешиваться, если я попытаюсь уничтожить семью Цзюнь? Семья Донфанг однажды бросила триста голов в Императорский Дворец, чтобы отомстить за смерть Цзюнь Ву Хи. Но тогда у них было только подозрение на меня. Тем не менее у меня даже нет Города Серебряной Метели, чтобы использовать его как ширму... так как я могу уничтожить семью Цзюнь?

- Да ты боишься! И это не потому, что ты заботишься о них! – Императрица рассмеялась. – Ты поймал в ловушку и прикончил верного генерала, потому что боялся! И теперь ты тоже ничего не можешь сделать. На самом деле ты пойдёшь на компромисс только потому, что боишься, верно?

- Компромисс? Как это "компромисс"?! – Император взбесился. – Почему мои действия всегда так невыносимы для твоих глаз? Почему ты не можешь стоять там, где я, и смотреть на вещи с моей точки зрения? Почему ты не можешь действовать, как правитель, и сама взвешивать дела мира?

- Взгляд Императора... всегда бесстыден, – лицо Императрицы было холодным. – Я восхищаюсь твоим мнением о совести! Насколько толстая кожа тебе нужна, чтобы иметь такую сговорчивую совесть? Я в шоке от твоего "удивительного плана". И я действительно восхищаюсь тем, как бесстыден ты, и как ты можешь сохранять спокойствие... я всегда считала тебя великим Императором! Но сейчас я вижу перед собой только комок бесстыдства, обмазанный трусостью... В любом случае я очень устала. Ты можешь выйти на улицу?

- Я всегда думал, что ты хорошо меня знаешь. Но я был неправ. На самом деле, ты совсем меня не знаешь, – грустно сказал Император. – Сотни людей умрут, если семья Цзюнь будет уничтожена. Но сколько миллионов умрет, если на их месте будет Империя Тянсян? Расцвет династии – это не только появление великого генерала! Но как можно измерить жертву и беспомощность Императора здравым смыслом?

- Я могу терпеть амбиции и беспощадность правителя. Я даже могу вынести его готовность использовать как честные средства, так и грязные дела. Я также могу терпеть правителя, если он безжалостно убивает всех на земле, чтобы объединить её под своим командованием. Но меня не волнует правитель, который действует эгоистично, бесстыдно и вульгарно. Мне всё равно, чего он добьется. Такой правитель будет не более чем мусором в моих глазах. На самом деле он не будет другим в моих глазах, даже если бы он был Императором на всю вечность!

Глава 443. Трудности пути

Выражение Императрицы оставалось ледяным. Но говорила она, казалось, от всего сердца:

- Ты уже сказал, что я человек, которого ты любишь больше всего. Ты нацелился на семью Йе из-за меня! Итак, я была "целью", раз уж ты об этом сказал. Но вот всё это дело с семьей Цзюнь – из-за твоего гнилого сердца, особенно тот факт, что ты никак не можешь оставить их в покое после всего этого!

Да, я всего лишь женщина, и я ничего не могу сделать. Я долго думала, и я действительно ничего не могу сделать. И я даже знаю, что у меня не будет шанса покинуть дворец с тех пор, как ты сказал мне всё это сегодня. Разве это не так? – Императрица спокойно подняла голову. И она оставалась такой же спокойной.

Однако Император не сумел встретить её взгляд своим.

- Ты бы не сказал мне так много сегодня в противном случае... и затем – да, я пошла бы в дом Цзюнь... прямо как ты подозревал... Но позволь мне предупредить тебя, – Императрица подняла голову, и острый свет мелькнул в глубине её глаз. Воздух вокруг словно стал немного холоднее, когда она сказала. – Йе Гухан!

Тело императора задрожало. Он, наконец, понял, почему Императрица отвечала ему в этот день... это было потому, что Йе Гухан был защищён в доме Цзюнь в это время.

- Я надеюсь, что ты не навредишь ему! Он калека. У него ничего не осталось. У него уже ничего нет, он выживает только на остатках силы Суань, – тон Императрицы был пустым, когда она смотрела на этот великолепный дворец с пустым выражением; она казалась безжизненной.

- Но ты все еще у него есть! У него есть твое сердце! – Император издал раздирающий разум и лёгкие рёв.

- Моё сердце умерло восемнадцать лет назад, – ответила Императрица. – И мне глубоко наплевать, умрёт ли моё тело. Если оно умрёт – оно заберёт и твоё сердце…

Император попятился.

Посланник-евнух вдруг произнёс:

- Ваше величество, послание прибыло из Южного Небесного Города.

- Заходи, – Император долго молчал. По его лицу было видно, что он старается подавить свое поражение и разочарование. Затем он заговорил, как малыш, который только учится говорить. – Дай его.

Он протянул руку и развязал нить, которая стягивала свиток. Затем он медленно открыл его и посмотрел. Пока он читал, его зрачки уменьшились, и его глаза внезапно стали похожи на острые глаза ястреба. На самом деле, казалось, что открытое письмо было его величайшим врагом.

Его руки задрожали, и лист бумаги упал на землю.

Тем не менее руки Императора оставались так, как будто они всё ещё держали бумагу. Его глаза также стали тусклыми и неподвижными. Казалось, что он был поражён молнией. Затем он вдруг почувствовал головокружение. На самом деле он чуть не упал…

Затем он медленно посмотрел вниз и поднял письмо. Затем он повторно прочитал его в надежде, что текст изменится.

Он покачнулся, а его лицо стало мертвенно-бледным. Письмо снова упало на пол, как мёртвый лист под осенним ветром... только он не поднял его на этот раз.

Содержание этого листа бумаги было таким же, как и в письмах, полученных любой другой семьей. Однако это письмо было намного более подробным.

Было несколько строчек, которые привлекали внимание Императора больше, чем другие...

"...Цзюнь Мосе сражался с Сяо Бу Ю в одиночку... ...Сяо Бу Ю совершил самоубийство, не выдержав позора... ...подозреваем, что сила Цзюнь Мосе достигла уровня Великого Мастера…"

"...Цзюнь Мосе задавал вопросы о прошлом. И Сяо Бу Ю упомянул Зал Кровавого Меча как случайность…"

"...Ноги Цзюнь Вуя восстановились. Он сражался с Сяо Ханом и выиграл. Цзюнь Мосе после этого полностью искалечил Сяо Хана…"

"...Восьмой Великий Мастер, Одинокий Сокол, в настоящее время с семьей Цзюнь… Информация подтверждена..."

- Уровень Великого Мастера... Зал Кровавого Меча... Одинокий Сокол... Цзюнь Мосе... – Император пробормотал эти несколько слов странным голосом.

«Семья Цзюнь... семья Цзюнь...»

Император долго вздыхал. В его глазах было глубокое выражение, когда он закрыл их и сказал утомлённо:

- Я сожалею об этом. Я не должен был проявлять такое снисхождение в то время... и теперь я должен страдать за это! – его голос был хриплым. Сам он видимо дрожал.

Он поспешно вышел после этого. Однако в дверях он споткнулся о порог. В результате он сильно пошатнулся и навзничь рухнул на пол. Его охранники поспешили помочь ему в этой жалкой ситуации, но он успел встать до того, как они подбежали. Вдруг что-то мелькнуло в его голове. Он повернулся и сосредоточился на лице принцессы Лин Мэн.

После этого его фигура исчезла…

В покоях Императрицы остались только мать и дочь. И им оставалось только смотреть друг на друга в ужасе. Принцесса Лин Мэн вздрогнула, сделав два шага, и подняла открытое письмо с пола. Тем не менее, казалось, что этот кусок бумаги каким-то образом весил более тысячи килограммов для нее…

Она ненавидела себя в этот момент. Почему она услышала столько секретов? Это был огромный удар по принцессе. На самом деле это было то, что она не могла вынести. В последние дни она наконец-то начала видеть проблеск счастья. Однако ее отец говорил так много вещей и разрушил это "счастье" во всей его полноте. Итак, она посмотрела на свою мать, но выражение лица Императрицы было таким же, как её собственное.

Мать и дочь посмотрели друг на друга и осознали отчаяние друг друга.

Они прижались друг к другу и прочитали письмо. Однако выражение Императрицы после того, как они прочитали письмо, изменилось снова. Она не знала, должна ли она смеяться или плакать. Затем она вздохнула в беспомощности и произнесла предложение с глубокой печалью и одиночеством.

Принцесса Лин Мэн напоминала испуганного оленя и слушала свою мать, дрожа. Она упала на пол, а её глаза были полны страха и отчаяния...

Это потому, что Императрица сказала:

- Небесный грех... он согрешил... и не выжил... Мы теперь тоже не сможем жить дальше! Это произошло слишком быстро... Его небесная воля... Это возмездие... Цзюнь Мосе... Цзюнь Вуй... Империи Тянсян... конец...

Молодой мастер Цзюнь путешествовал вместе с войсками дальше, не зная, что его считают Бичом Божьим. Но на самом деле он был очень встревожен. Он был словно в шоке, его глаза были полны отчаяния.

Слишком много странных событий сопровождало молодого мастера в этом путешествии. На самом деле можно даже сказать, что какой-то уникальный "специалист" на протяжении всего путешествия разыгрывал молодого мастера. И это заставило молодого мастера почувствовать себя крайне расстроенным. Более того, он не мог оградить себя от этого... и не мог спрятаться от этого. На самом деле не было места, чтобы спрятаться…

Одним из примеров этих немыслимых событий был случай, когда он спокойно ехал со своими людьми. Ничего не предвещало беды, но вдруг над ними пролетела стая ворон. Затем все они решили "освободиться" на лету, в один и тот же момент. Это было уже очень неразумно само по себе. Но дело не в этом. Кроме неожиданного приступа одновременного поноса, вороны были прирождёнными снайперами. Единственные, кто промокли – Цзюнь Мосе и его бедная лошадь…

Ни один нормальный человек не мог себе представить, что вся стая ворон решит облегчиться одновременно, когда они летят над головой…

Молодого мастера Цзюнь также можно считать нормальным человеком в этом отношении. Так что, он никогда не представлял себе, что такая вещь случится... и, следовательно, не ожидал такого коварного "нападения"...

Ужасная вонь взмыла до небес, и даже бывалые солдаты едва сдерживали желание блевать. Разве молодой мастер не был "дерьмовым человеком"?

В другой момент, Мосе счастливо ел рис. Разумеется, он не сидел в одиночестве где-нибудь в уголке, а был окружен солдатами, которые также спокойно питались. Он прикончил большую часть своей миски, когда вдруг прямо из риса выполз живой, выспавшийся и вполне наевшийся таракан.

Эти вещи можно было бы объяснить как совпадения, если бы они произошли однажды... даже если они были чрезвычайно странными. Но может ли это все еще называться "совпадением" после того, как это произошло во второй, третий или даже четвертый раз?

Однако на этом всё не закончилось. В конце концов, "дерьмовый человек", очевидно, хотел очиститься. Поэтому он поехал к реке и отмылся с большим трудом. Но его чистая одежда исчезла, когда он вышел на берег. Он пытался искать их в течение долгого времени... он так внимательно осматривался вокруг, что даже не заметил стаю ворон, летящих на бреющем полёте... очевидно, ему пришлось снова возвращаться к реке и отмываться...

Время этих странных событий также было чрезвычайно изобретательным. На самом деле они давали "цели" время для реакции. И даже кто-то со сверхчеловеческими рефлексами, как у Цзюнь Мосе, мог бы уйти. Но большую часть времени его отвлекали...

Цзюнь Мосе рассматривал факты...

«Земля оставалась неподвижной и плоской, когда вся армия маршировала по ней. Но она провалилась именно подо мной и лошадью, когда я ехал по ней. Это уж слишком похоже на ловушку... Но какая сила и талант могут создать такую ловушку так быстро...?»

Он даже не спал в палатке по ночам. Это потому, что он находил ярко окрашенных змей в своем нижнем белье, когда просыпался и одевался утром...

Надо было сказать, что молодой Мастер был бы беспомощен, если бы не защита Пагоды Хунцзюнь и Побег Инь Ян...

Тем не менее контрмеры и реакции Цзюнь Мосе заставили устраивающего эти озорства, смотреть на него с восхищением.

В конце концов, у кого-то еще случился бы уже нервный срыв перед лицом этих событий. Но Цзюнь Мосе каким-то образом сумел оставаться в трезвом уме и твёрдой памяти. На самом деле даже его лицо не уныло. Он пошел помыться в реке, когда испачкался. Однако на этот раз он даже не пытался искать свою вновь исчезнувшую одежду. Вместо этого он вылез оттуда и исчез с голой задницей! Было очевидно, что никто не знал, куда он исчез. Итак, они просто почесали головы и смотрели по сторонам широко открытыми глазами…

Он перестал есть рис во время утренней трапезы. На самом деле он даже не ел из больших мисок. Вместо этого молодой мастер жарил для себя мясо змей... Более того, он ел их с радостью. Даже его личные солдаты смотрели на него странно:

«Было бы очень жаль тратить такую жирную змею...»

Это зрелище заставляло Змеиную Королеву скрежетать зубами.

Вороны снова пытались пролететь над его головой. Однако он просто перестрелял их, когда они были ещё далеко. Они не были хороши как еда, но для охотничьей игры они подходили. Снова на дороге появились "подводные камни". И ловушка нашла свою цель. Но рухнула в грязищу только испуганная лошадь...

Казалось, что Цзюнь Мосе принял эти розыгрыши на протяжении всего путешествия как "единственную в своём роде" битву. И, похоже, он даже испытывал аппетит к этим боям. И путешествие продвигалось таким образом. Тем не менее люди, вызывающие эти шалости, остались в ярости: [

«Как может одинокий человек быть таким сильным умственно? Как его умственная защита так сильна? Сколько ещё он будет выдерживать такие издевательства?»

Тем не менее Цзюнь Мосе жил в очень неприятной среде в своей предыдущей жизни. Он пережил много событий, которые были гораздо более опасными, чем эти. Во всяком случае, это было просто озорство; это, очевидно, не было вопросом жизни или смерти. Таким образом, эта ситуация была далека от предсмертного опыта, который он пережил в прошлом. На самом деле молодой мастер чувствовал давно потерянное тёплое, дружелюбное и счастливое чувство даже после этих шалостей…

Однако это заставило "Мэй Сю Янь" и "Мэй Цянь Цянь" беспомощно смотреть друг на друга.

«Может ли такой урод существовать в рядах людей? В конце концов, любой другой человек уже искал бы дерево, чтобы повеситься от таких "шалостей"...»

Глава 444. Возвращение в Тянсян

Цзюнь Мосе решил большую часть вопроса, касающегося семьи Сяо. Таким образом, большинство из этих злодеев затихли. Тем не менее аура его "чар" всё росла вокруг его тела в течение этого путешествия. Фактически она становилась всё более плотной. Но это увеличение его ауры сопровождалось пропорционально притупляющимися взглядами в его сторону. Это изменение, безусловно, носило весьма противоречивый характер. Тем не менее это только добавило неописуемый злой шарм его личности…

Это была харизма Цзюнь Мосе из его предыдущей жизни. Это была харизма того, кто смотрел на мир и все его творения свысока.

Это было тогда.

И теперь всё стало так же.

Дугу Сяо И хотела посмотреть на Цзюнь Мосе и не могла сделать этого…

Цзюнь Мосе редко бывал в районе для девочек после того, как он вырезал членов семьи Сяо. Вместо этого он в основном сидел с мужчинами. Гуан Квинхан могла оставаться спокойной, но Дугу Сяо И не могла сдержать себя. Поэтому она регулярно бегала к Цзюнь Мосе. Но ее усилия не давали никаких результатов…

Это было потому, что Цзюнь Мосе действительно исчезал в эти дни. Он не проводил много времени снаружи. Вместо этого молодой мастер провел большую часть времени в Пагоде Хунцзюнь и сосредоточил свои усилия на культивации.

«Сжатый кулак – величайший аргумент в этом мире».

Цзюнь Мосе хотел заменить меч, который он дал Цзюнь Вую перед боем, на один из девяти божественных мечей, которые он выковал. Но Цзюнь Вуй не согласился на это. Он сказал, что меч, которым он пользовался тогда, был очень хорош, и он остался доволен им. В основном, конечно, он был привязан к этому мечу, потому что это было оружие, которым он победил Сяо Хана.

Этот меч очистил величайший позор жизни Цзюнь Вуя. Поэтому он будет ценить его, даже если это будет просто железный лом. Кроме того, разве этот меч не был выкован с помощью техники "превращения железа в прекрасное золото" Цзюнь Мосе? Его качество, возможно, не было таким хорошим, как девять божественных мечей Цзюнь Мосе, выкованных позже, но это все еще было чрезвычайно редкое и сильное оружие в глазах обычных смертных.

Цзюнь Мосе очень хорошо понимал это чувство и не стал настаивать дальше.

Более того, качество оружия не всегда было конечным параметром. Ведь также было важно найти идеального человека для меча. Человек и меч, которые хорошо подходят друг другу, имеют потенциал перед самым лучшим мечом в руках идиота.

Цзюнь Вуй был не единственным, кто был таким. Молодой мастер также питал слабость к своему божественному оружию – "Крови жёлтого пламени". У людей есть души, а у мечей – дух. И всё могло бы работать только в идеальной синхронизации, если бы у них была глубокая связь.

Цзюнь Мосе не знал ни о духах мечей, ни об их легендах. Но он также верил, что божественное оружие, которое может разрубать железо, как глину, должно иметь в себе дух.

Возможно, это зависело от психологии воинов... например... воин не заслуживает держать в руках меч, если он не чувствует никакой связи с ним... даже если он сделан из лучших металлов!

Поэтому Цзюнь Мосе использовал этот "золотой метод", чтобы настроить свой разум на движения меча. Ведь этот меч был единственным спутником, который никогда не предаст его.

Люди могут меняться, и люди могут предавать. Но меч никогда бы этого не сделал, никогда!

Он мог сопровождать своего хозяина вечно... пока меч не сломается или человек не умрёт!

Цзюнь Мосе даже почувствовал, как его меч дрожит, когда они приблизились к городу Тянсян. Это было потому, что он почувствовал безжалостные и кровавые события, ожидающие впереди. На самом деле, казалось, что он жаждал бойни.

Такое слабое убийственное намерение также вызвало и убийственную ауру Цзюнь Мосе. И его аура также начала становиться плотнее, когда намерения его меча становились сильнее. Его лицо становилось всё более демоническим, в то время как его сердце начало биться всё сильнее.

Мужчины и лошади обходили гору.

Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй посмотрели на маленькую гору одновременно.

Это была та самая гора…

Здесь Цзюнь Мосе уничтожил зал Кровавого Меча, чтобы забрать арбалеты. Но теперь он знал, что его поступки не были несправедливыми. В конце концов, зал Кровавого Меча был врагом семьи Цзюнь всё это время.

«Даже их смерть не может оправдать их преступления!»

Дорога впереди казалась пустой. Стены города Тянсян уже можно было увидеть в лунном свете, если поднять голову и посмотреть.

Суженные глаза Цзюнь Мосе загорелись злым светом. Это было похоже на то, как спящий Бог смерти внезапно открыл глаза. Его убийственная аура вспыхнула в тиранической манере.

Бог смерти открыл ему глаза. Король Ада посмотрел, а король зла сосредоточился!

«Это путешествие было долгим, но я, наконец, увижу, кто создает этот хаос и сплетни в городе Тянсян!»

Меч Цзюнь Мосе сам наполовину выскочил из ножен, когда почувствовал убийственную ауру хозяина. Он ярко блестел в лунном свете и выглядел очень угрожающим.

Правитель смотрел на простых людей свысока, и ему было наплевать на весь мир. Казалось, что он готов столкнуться со всем городом, творя кровавое безумие.

Эта убийственная аура пронзила даже Тянсян.

Люди вокруг Цзюнь Мосе почувствовали приход ужасной, внушающей благоговение, пугающей силы рядом с ними. Им потребовалось время, чтобы понять, что произошло. Тем не менее они обнаружили, что Цзюнь Мосе уже проехал вперёд добрые тридцать метров…

Более того, этим железным солдатам... этим ветеранам сотен войн было трудно выдержать ауру Цзюнь Мосе в этот момент...

Даже очень сильная Мэй Сюэ Янь открыла свои ошеломлённые глаза. Затем она посмотрела на меч этого парня и нахмурилась. Другие бы об этом не подумали. Но она чувствовала, что меч был таким же мощным и внушающим трепет, как и человек, который им владел.

«Этот человек и его меч могут стать очень грозными противниками. Эти двое могут легко представлять огромную угрозу даже для меня, когда вместе!»

«Как это может быть? Это всего лишь меч и ничего больше! Он может быть уникальным по своему качеству, но это всё-таки неодушевленный объект! Так почему это вызывает у меня такое странное чувство?! На самом деле... этот меч кажется более опасным, чем сам Цзюнь Мосе…»

Армия разбила лагерь в пятнадцати километрах от города Тянсян. Это был обычай. Армия не должна входить в Имперский Город сразу после своего триумфального возвращения. Они получали приказы, а высокопоставленные генералы входили в город первыми. Остальным военнослужащим будет разрешено вернуться в свои казармы только позднее.

Цзюнь Мосе сразу же двинулся вперёд армии.

Все услышали громкий визг и лязг металла. Этот странный звук слышался из флагштока кареты рядом с ними. Флаг со скрипом и скрежетом проржавевшего механизма поднялся вверх и начал развеваться на ветру. Однако после этого раздался громкий звук, и флагшток внезапно вырос почти вдвое. На самом деле, казалось, что острый меч пронзил небеса.

Это было очень странно. Но никто не смел спросить, что случилось, потому что они продолжали чувствовать эту сдержанную, но тираническую ауру, исходящую от Цзюнь Мосе.

Казалось, что Цзюнь Мосе был вулканом, который оставался спящим в течение тысяч лет. Однако вскоре этот вулкан должен был извергнуться...

Внезапно в городе Тянсян прозвучал громкий рёв горна. Подъёмный мост упал, и группа всадников внезапно выехала оттуда. Два огромных знамени также были сброшены со стен по обе стороны ворот.

Слева было написано – "Божественная сила Кровавого Генерала".

Справа – "Победоносное возвращение с Южного Небесного Города".

Затем вслед за первой группой всадников вышел отряд солдат. Это была официальная торжественная почесть для вернувшегося с триумфом генерала.

Первая группа всадников приблизилась с громовым топотом. Однако они не снизили свою скорость. На самом деле они ехали с возрастающей быстротой. Но Цзюнь Вуй не мог не улыбнуться при виде человека впереди.

«Прошло много времени с тех пор, как мы встречались последний раз, Дугу Вуди!»

Цзюнь Вуй знал, что это была самоубийственная миссия, когда он отправлялся на войну. Но он вернулся живым и здоровым и, наконец, встретился со своим другом после долгого времени. Он улыбнулся и двинулся навстречу ему. Но потом он заметил, что что-то не так. Он вернулся обратно и был вынужден обуздать свою лошадь.

Он увидел, что управляющий семьи Дугу Вуди скакал с двумя своими старшими сыновьями и племянниками. На самом деле можно было видеть, что борода генерала Дугу, похожая на ежа, дрожала, как у молодого дракона, когда они приближались. Его глаза были широко открыты, как круглые тарелки, и казалось, что он может стрелять огнём из них. Казалось, что лошади не остановятся, пока не задавят минимум десяток человек. И в этот же момент человек вдруг издал громкий рёв…

- Дугу Чонг, Дугу Шанг, Дугу Цян — выходите нахер, троё ё**ных ублюдков! – его голос, как и несдержанность в выражениях, потряс всех. – Дугу Сяо И... ты тоже выходи! Быстро! Аааа! Вы меня разозлили!

Один только звук этого рева говорил о том, что генерал Дугу был чрезвычайно зол. На самом деле было видно, что он даже не смог сдержать свой гнев!

Дугу Чонг, Дугу Шанг, Дугу Цян – три члена семьи Дугу, "Герои легенд, храбро и бесстрашно бросающиеся вперёд", почувствовали, что их души улетели в страхе после того, как они слушали этот громкий рев Дугу Вуди.

Три брата заранее просчитали свои действия и остались довольны. Они думали, что войдут в город, получат приказ, а затем сбегут на Западный фронт искать прибежища у своих отцов и дядей. Они, очевидно, знали, что не могут вернуться домой. Ведь их шкуру бы содрали и повесили как коврик, в случае, если они только ступили бы домой…

Но они не ожидали, что Дугу Вуди сам выйдет вперёд, чтобы поймать их снаружи. И с такой скоростью…

Трое с ужасом посмотрели друг на друга и начали дрожать, когда увидели ужас в глазах других. Итак, они удрученно вышли из-за спин остальных. Они, очевидно, поняли, что прятаться не будет хорошо для них. Однако они напоминали побеждённые войска и излучали ауру поражения и раскаяния...

- Я разберусь с вами тремя, жалкими уродами! – глаза Дугу Вуди были широко открыты, когда он хрипло вскричал. Он поднял свою лошадь на дыбы. – Я послал вас троих присматривать за вашей младшей сестрой! Вашей сестрой, верно?! Да? Вы трое хороши только для того, чтобы выглядеть как гигантские медведи на поле битвы? Мать вашу! Да вам нельзя доверить охранять даже кучу дерьма! Вам жить надоело? Тогда почему бы вам не пойти к черту? Моей семье Дугу было бы хорошо, если бы она избавилась от вас, ничтожных неудачников!

И больше никаких слов. Только удары хлыстом. Однако три здоровенных юнца стояли неподвижно. На самом деле они даже подмигивали друг другу.

«Мы предвидели, что он нас выпорет. Поэтому мы напялили доспехи под одежду. В любом случае всё будет хорошо, пока он не посмотрит на наши лица... хе-хе…»

- Дугу Сяо И? Ты почему не вышла, грязная маленькая девочка? Ты можешь спрятаться на время, но сможешь ли спрятаться навсегда? Выходи скорее и иди ко мне! – Дугу Вуди дважды треснул кнутом перед толпой. Затем он отбросил его в сторону и закричал, как гризли в марте.

К тому времени прибыла и стража. Фактически они встали на шаг позади Дугу Вуди.

- Папа... твоя дочь очень скучала по тебе... – Дугу Сяо И медленно вышла из рядов армии. На самом деле каждый её шаг был необычайно медленным.

- Ты... ты... – генерал Дугу бросил на неё один взгляд. Потом у него перед глазами всё потемнело, и он упал на землю…

Глава 445. Ты станешь дедушкой…

Глаза Дугу Вуди широко открылись, когда он пришёл в себя. Затем он поднял свой дрожащий палец:

- Ты, ты, ты... – он даже не мог сказать больше полуслова долгое время. Он был в жалком положении, но всё равно напряг шею и повернул глаза, чтобы посмотреть на дочь. Однако он не мог поверить в это даже после того, как увидел её.

Цзюнь Мосе стоял в шоке. На самом деле его глаза едва не выскочили наружу.

«Что это такое? Что здесь происходит?»

Что касается Дугу Чонга, Дугу Шанга и Дугу Цяня... глаза трёх братьев также почти выскочили из орбит.

Они видели, как Дугу Сяо И держалась за живот и шла очень осторожно. Её тело выглядело очень раздуто. Это была фигура беременной женщины, которая перенесла много трудностей и приближалась к своему времени родов. На самом деле, казалось, что она даже не сможет увидеть свои пальцы на ногах, если она посмотрит вниз.

«Тело этой дурочки было стройным до вчерашнего дня. На самом деле её бы сдуло порывом ветра. Так почему у неё сейчас такой большой живот? Это слишком быстро... Во всяком случае, её живот не стал бы таким большим, даже если бы она забеременела в октябре и была накануне родов! Не говоря уже о том, что этого ещё вчера не было. В любом случае её живот не стал бы таким большим так быстро, верно? Эта маленькая девочка слишком смелая…»

Цзюнь Мосе не знал, смеяться или плакать.

«Оказывается, что эта девушка прибегла к этому последнему трюку сейчас!»

Цзюнь Мосе рассмеялся, но он также внезапно почувствовал себя немного тронутым.

Этот шаг девушки был, несомненно, своенравным и принесёт много хлопот. Но это также показало, что она действительно и искренне любила Цзюнь Мосе. На самом деле, казалось, что её привязанность достигла точки, когда ситуация не имела значения для нее!

«Мне всё равно, чего это будет стоить! Я люблю Цзюнь Мосе! И я хочу выйти замуж за Цзюнь Мосе!»

Её способы решения вопросов были очень похожи на методы молодого мастера. Молодой мастер тоже делал всё, что пожелает. Его никогда не волновало, что подумают или скажут другие. Маленькая девочка также игнорировала всех остальных из-за своей любви к нему. Эти двое не были зеркальными отражениями, но у них было много общего…

Поэтому можно было представить, что эта маленькая девочка должна была вынести, когда она решила выйти вот так перед огромной армией у ворот города Тянсян. В конце концов, она была единственной девушкой в третьем поколении такой влиятельной семьи, как семья Дугу! Что будет с её репутацией? Маленькая девочка не была глупой, и она не могла не знать последствий. Но она всё равно сделала это без каких-либо колебаний.

Она действовала умышленно, но это также показало её решимость следовать за молодым мастером, хотя им придётся столкнуться с критикой всего Тянсяна. Этот поступок был смешным, но он сказал Цзюнь Мосе – "Я буду сопровождать тебя... независимо от того, сколько я должна буду страдать за это. Ты не будешь один. Ты никогда не будешь одиноким! Потому что я всегда буду с тобой!"

Уголки чёрствого рта Цзюнь Мосе внезапно тронула улыбка. Он был глубоко тронут поступком этой глупой и наивной Дугу Сяо И.

Привязанность этой маленькой девочки была настолько сильна... как еще можно относиться к ней?

- Сяо И, ты, ты, ты... я, я... это грех! Это грех... я забью его молотком! Где... – Дугу Вуди ударился головой. Глаза и нос великолепного генерала начали истекать слезами и соплями. Он закричал, но никто не ответил. Он снова закричал, но и это не сработало.

- Папа... не будь таким! – Дугу Сяо И встревожилась и забыла, что она должна быть "беременна". Она быстро бросилась к отцу, не подумав. Очевидно, у нее было не много практики с этим "реквизитом". Разумеется, начинка выпала бы, если бы она попыталась бегом преодолеть расстояние до отца.

- Остановить! Ты, ты... не двигайся... ты, глупая девчонка... – Дугу Вуди побледнел от страха и вскочил. Он даже не мог скорбеть должным образом, и ему пришлось протянуть руки, чтобы остановить ее. Затем он нервно заговорил. – Не... не... не двигайся... у плода будут неприятности! Вашу мать...

Дугу Сяо И быстро пришла в себя и поняла, в каком состоянии она якобы находится. Очевидно, она не могла бегать или прыгать. Поэтому она остановила свой рывок. А её руки осторожно потянулись к её животу в страхе, что начинка выпала. Затем она встала и неловко пошла, как пингвин, с любовью говоря:

- Не сердись, папа... твоя дочь недостойна... но я буду мамой... а ты будешь дедушкой... ты должен быть счастлив... а не зол…

- Я не злюсь... я не злюсь... я должен быть счастлив... я должен быть счастлив... – Дугу Вуди хрипло повторил. Тем не менее его глаза были синими от гнева. Его сердце билось где-то в районе горла, когда он сопротивлялся, разрываясь от ярости. Затем он пальцем ткнул в живот своей дочери и спросил:

- Кто?

Генерал Дугу был отцом многих детей. Логично, что он видел женщин, носящих детей. Поэтому было необычно, что его так легко одурачили. Ведь маленькая девочка ушла из дома всего несколько месяцев назад. Поэтому тело его дочери не должно было стать таким большим так рано, даже если она была беременна. Однако первое впечатление от поступка дочери было настолько сильным, что он просто проигнорировал этот элементарный факт.

- Что? Что... кто? – Дугу Сяо И обалдела. Её глаза округлились, как тарелки.

Дугу Вуди чуть не вырвало кровью. Он дрожал, глядя на Дугу Сяо И. Он заревел так, что едва не порвал себе глотку:

- Я спрашиваю... чей это ребёнок?!

- Чей? О... это... – Дугу Сяо И стыдливо повесила голову и тихо ответила. – Кто ещё это может быть... брат Мосе...

Дугу Вуди задыхался от гнева. Он был готов, но, увидев, как его заветная дочь предстала перед ним с таким большим животом, генерал внезапно потерял себя. Он стиснул зубы и затопал ногами. Затем он поднялся и прорычал:

- Цзюнь Мосе! Я кастрирую тебя!

Цзюнь Мосе стоял среди войск. Однако дрожь пробрала его до глубины души, когда он услышал этот вой.

«Да? Кастрировать меня? На каком основании? Твоя дочь накачала меня наркотиками и оставила парить между жизнью и смертью. Тем не менее ты хочешь кастрировать меня? Разве это не несправедливость...?»

- Что ты хочешь сказать, папочка? – Дугу Сяо И топнула ногой, и её лицо покраснело. Её маленькие руки закрыли уши, когда она набралась смелости открыть рот. Она не испытывала близости в отношениях между мужчиной и женщиной, но она понимала, что такое кастрация. Значит, она явно не обрадовалась этому.

- Не топай ногами... не топай ногами... – Дугу Вуди тут же подскочил к ней. В растерянности он почесал затылок. – А... это... моя дорогая, твоё тело поддерживает две жизни... Так что, тебе лучше не делать резкие движения... Пожалуйста, будь осторожна...

Охранники, оставшиеся за ним, отдышались. Они повернулись к Цзюнь Вую и первый среди них прокричал:

- Императорский Указ! Императорский Указ для Цзюнь Вуя!

- Да пошел ты к черту со своими указами! – Дугу Вуди топнул ногой. Он был в гневе, но ему некуда было его выплеснуть. И тогда он услышал, как этот человек заговорил. Гнев Дугу Вуди уже заволок его сознание, как тяжелые облака, окутывающие вершину горы туманом. Он внезапно вспыхнул, как вулкан, и заорал, даже не слушая, что тот сказал. – Заткни свою сраную пасть, когда я разговариваю! Я твоей бабке рот натяну прямо на задницу!

Придворный евнух услышал эти проклятия уже в воздухе. Через десять метров полёта он рухнул на землю. Он издал писк и сразу же после этого потерял сознание.

Императорский Указ, который он держал, упал в лужу. Воде, очевидно, было абсолютно фиолетово, Императорский Указ это или нет. Она пропитала его с журчанием и надпись на нём растеклась.

В полной тишине послышался стук падающих челюстей.

Никто никогда не видел, чтобы кто-то избивал Императорского Посланника... с самой древности! Более того, Дугу Вуди проклял так сильно, что они несколько раз повернули головы, чтобы понять, что он говорил.

Этому Имперскому посланнику очень не повезло. В конце концов, награда, дарованная Цзюнь Вую, была немаленькой. Таким образом, можно было рассчитывать, что Цзюнь Вуй наградил бы посланника за такие новости. На самом деле он мечтал разбогатеть. Но как он мог ожидать, что его ударят по лицу ни за что? Поэтому его всё-таки смущал такой поворот событий, когда он терял сознание. На самом деле он даже не знал, какое преступление он совершил…

Цзюнь Вуй смотрел, как Императорский Посланник приблизился к нему, как сбитый истребитель. Он был одет в церемониальную одежду генерала. Ведь ему нужно было быть готовым получить этот указ, как подобает. Однако он только услышал, как посланник сказал: "Императорский Указ...". Третий мастер Цзюнь поначалу долго смотрел на Дугу Вуди. Затем он вздохнул и заговорил:

- Старший брат Дугу, тебе только ещё больше неприятностей не хватало...

- Неприятностей? Брат Вуй... я... это... этот парень просто мудак! – Дугу Вуди посмотрел на Цзюнь Вуя и закричал. – Твой племянник напал и изнасиловал... я этого не потерплю! Где этот ублюдок Цзюнь Мосе? Иди сюда! Покажись и умри от моих рук!

Раздался стук копыт, и молодой мастер Цзюнь вышел из толпы, сидя на своей лошади. Его губы были красными, зубы белыми, а черты лица выглядели красиво и элегантно. Его изящная осанка делала его чрезвычайно элегантным.

- Цзюнь Мосе! Маленький ублюдок! – глаза Дугу Вуди покраснели, и он бросился вперёд. Но Цзюнь Мосе спокойно уклонился от удара и запрыгнул на флагшток на высоту пяти метров. Затем он проворно залез на вершину флагштока высотой в десятки футов. Уже оттуда он прокричал:

- И что ты делаешь? Я не имею к этому никакого отношения! Проверь ещё раз, а потом уже ори! Ты сходишь с ума. По крайней мере, найти правильную цель для своей злости!

Флагшток был слишком высоким. Навыки генерала Дугу были, конечно, хороши, но он не мог прыгать так высоко. И гибкий флагшток не смог бы выдержать его большое и здоровенное тело, если бы он даже запрыгнул на него. Таким образом, он мог только стоять под флагштоком и сердиться, услышав замечания Цзюнь Мосе:

- Что?! Ты не имеешь к этому никакого отношения? А кто ещё мог? Б**дь, я должен ещё и разбираться? Ты разрушил невинность моей дочери, и ты даже не готов признать это! В чём я, б**дь, должен лучше разобраться?

Дугу Вуди едва не лопнул от ярости. Он схватил флагшток руками и яростно встряхнул его. Цзюнь Мосе лишь схватился за него рукой и закружился, словно воздушный гимнаст на шесте.

Глава 446. Приходит Беда

Генерал Дугу был в ярости, но он все еще сдерживал себя в некотором смысле. В противном случае с его удивительной силой даже убийство не было бы из ряда вон выходящим…

Слова Дугу Вуди были очень жестоки. Но он понимал, что ему придётся смириться со всем этим ради счастья его дочери…

- Папа! – Дугу Сяо И вытерла слезы. – Почему ты устраиваешь такую сцену? Твоя дочь... мне... мне стыдно видеть это... я не хочу жить...

Дугу Вуди испугался и перестал трясти флагшток. Его лицо вдруг стало угрюмым и нервным:

- Дорогая... Сяо И... не надо... ты ранишь моего внука... ты не должна сердиться, ты же знаешь…

Лицо Дугу Сяо И покраснело, так как её отец всё еще держал флагшток и не отпускал его. Она сердито сказала:

- Ты всё ещё не отпустил его... что ты будешь делать, если он упадет с такой высоты и пострадает?

Дугу Вуди закатил глаза. Он подумал:

«Этот сопляк находится на первом уровне Суань Неба. И он гораздо более силён. Так как он может упасть и получить травму?»

Однако он мог говорить только с ненавистью:

- Ну и хрен с ним! Пусть упадет и расшибётся к чертям собачьим! Вместо этого ты пойдешь со мной домой!

Однако генерал Дугу знал пути мира. Он также знал о силе этого ублюдка. Он знал, что не сможет победить его в одиночку. На самом деле даже вся семья Дугу не могла бы победить его. В конце концов, этот юноша сумел противостоять эксперту четвертого уровня Духа Суань! Тем не менее мелкий ублюдок забрался на этот столб, вместо того, чтобы противостоять ему. Очевидно, это означало, что он не был готов встретиться лицом к лицу с генералом Дугу. Тем не менее генерал Дугу все еще не мог сдержать свой гнев, так как мысль о том, что его дочь беременна его ребёнком, не покидала его. Поэтому он решил, что лучше оставить это дело, пока они не вернутся домой…

Но у генерала Дугу внезапно появилась сильная головная боль, когда он представил себе опасную ситуацию, с которой ему придется столкнуться, когда он вернется домой...

Его разум был погружен в водоворот этой мысли. Затем он указал на него своим хлыстом и сказал:

- Я всё ещё не доволен! Возьмите паланкин и принесите мне! Быстро! – это был паланкин, на котором прибыл Императорский Посланник, чтобы сделать своё объявление. Дугу Вуди, очевидно, решил захватить его, как будто это было его естественным правом...

Цзюнь Мосе быстро воспользовался возможностью, чтобы скользнуть вниз с флагштока. Затем он вытер холодный пот:

«Семья Дугу полна раздражающих людей! Все они слишком смелые! Что я могу сказать, что не оставило бы Дугу Вуди в замешательстве после выходки Дугу Сяо И? Эта девчонка довела дело до таких крайностей. Итак, как я могу колебаться и показывать фальшивую браваду как мужчина?»

«Мне придется жениться, нравится мне это или нет. В противном случае отношения между Цзюнь и семьей Дугу будут разорваны навсегда. И семья Дугу либо должна будет полностью уничтожена... или эта вражда будет продолжаться на протяжении веков…»

Надо было сказать, что маленькая девочка поставила эту сцену с добрыми намерениями. Но она всё-таки принесла чрезвычайно серьёзные результаты. Обеим семьям просто не осталось выхода. На самом деле не было никакого способа, чтобы договориться в этой ситуации сейчас! Можно установить, что беременность была поддельной, как только она вернётся домой. Тем не менее так много людей видели это... так что на этот момент даже подделка стала истиной в это время…

У Дугу Сяо И были стальные нервы. Но Цзюнь Мосе был не меньшим в этом отношении.

«Ну мать твою в качель! Разве я не могу взять больше одной жены? Разве у меня нет на это права? Эта маленькая девочка моложе меня, но она все еще очень красива. Более того, она глубоко предана мне. Разве она не сказала, что не может потерять меня?»

«Я сделаю её своей любовницей!» – Цзюнь Мосе фыркнул зловеще. Он посмотрел на живот Дугу Сяо И, а затем яростно подумал:

«Я тебе сделаю этот живот по-настоящему большим в один прекрасный день!»

- Ребята, а вы что там делаете? – Дугу Вуди повернул голову и обнаружил, что люди, пришедшие с паланкином, одеты в одежду королевских слуг. Он быстро пришел в себя и сказал. – О... а... это... вы пришли издать указ, верно? Вы не будете возражать, если я воспользуюсь этим паланкином?

Все смотрели друг на друга в ужасе:

«Наш лидер получил от тебя в лицо, когда он попытался провозгласить Императорский указ. А ты еще хочешь его паланкин?»

- Ах! – Дугу Вуди наконец понял, что он сделал. Он бросился к Императорскому посланнику и присел над его бессознательным телом. Он не мог не нахмуриться, когда сказал: - Это нехорошо... я ведь всего лишь оттолкнул его в сторону. Как это могло случиться...?

Однако все до сих пор молчали:

«Ты сам это натворил. И ты спрашиваешь об этом сейчас? Ты его "оттолкнул" в сторону? Да кто во всём Тянсян выдержит такой "толчок"?»

- Ну, пусть так и будет. Это не имеет значения. Третий мастер Цзюнь, ты можешь спросить Императора о твоей награде на обратном пути. Не забудь забрать её. Я думаю, что твоя награда будет существенной... и не забудь позвать меня выпить позже. Я принесу особое золотое вино моей семьи! Думаю, мне стоит поговорить об этом с моим стариком. И ты также должен объяснить кое-что своему старику. Тогда мы позволим этим двоим разобраться в этом вопросе... ну, это здорово. Вот как мы будем действовать...

Дугу Вуди говорил это очень непринуждённо, и осторожно проводил свою дочь в паланкин. Затем он махнул хлыстом над головой и резко обернулся, чтобы яростно посмотреть на Цзюнь Мосе:

- Я буду искать тебя, чтобы погасить твой долг, ты, сопляк! И не забудь отправить несколько кувшинов вина, когда вернёшься домой! И не смей даже слова сказать! Пошёл! – он ударил хлыстом по бокам своей огромной лошади. Та всхрапнула и умчалась, как ветер.

«Он принимает тебя в качестве своего зятя теперь...?»

Все посмотрели друг на друга в ужасе. Они знали, в какие неприятности они могут попасть с этими людьми, если они не будут действовать тактично. Так вот, они привыкли держать ровное лицо даже при таких странных событиях. Они улыбались, махали руками и возвращались в город вместе с Императорскими слугами. Однако они даже не дошли до городских ворот, когда вдруг услышали жуткие и непрекращающиеся проклятия изнутри. Если бы генерал Дугу был магом – участь Цзюнь Мосе была бы незавидной...

Затем словно бы из ниоткуда появилась группа должным образом одетых учёных. Лицо каждого из них было наполнено ненавистью, и их глаза источали презрение. Ими руководили несколько человек: именно те, кого Цзюнь Мосе ранее публично оскорблял.

Зрачки Цзюнь Мосе расширились, и его выражение стало серьезным. Из его тела неконтролируемо поднялась чудовищная убийственная аура!

Цзюнь Мосе огляделся и заметил, что рядом с ним не было даже нескольких сотен человек. Цзюнь Вуй был там, также были молодые мастера других больших семей и их охранники. Карета Гуан Квинхан стояла чуть поодаль; Мэй Сюэ Янь и Мэй Цянь Цянь также были в карете. Однако воины семьи Дугу уже вошли в город вместе с Дугу Вуди.

Другие молодые мастера смотрели на молодого мастера Цзюнь и радовались его бедствию:

«Ты столь впечатляющий... Но даже тебе не устоять перед проклятиями всех в мире. Мы бы хотели посмотреть, как это убьет тебя, Цзюнь Мосе... хе-хе-хе...»

- Цзюнь Мосе, ты бесчестный мудак! Ты даже осмелился вернуться в Тянсян! – говорил мужчина высокого роста. Он двигался медленно и вальяжно, как положено учёному. Однако его лицо было полным презрения. Это был тот же ученый, которого Цзюнь Мосе видел на фестивале – Хан Чжи Дон.

Цзюнь Мосе со своими выходками едва не сорвал фестиваль. Более того, он унизил главу учёных и многих других будущих и талантливых ученых. Цзюнь Мосе также победил каждого из этих ученых в стихосложении. Таким образом, никто из них не получил возможность стать Имперским чиновником.

Это означало, что Цзюнь Мосе преградил им путь к вершине! И они уже никогда не получат такой шанс снова. Эти талантливые ученики науки всю жизнь мечтали о статусе чиновника. Итак, как они могли выдержать такое?

«Куда нам теперь деть эти десять лет тяжёлых испытаний? Куда запихать чрезвычайно изнурительные исследования за столько лет?»

«Мы так много учились, чтобы сидеть с принцами и Императорами!»

«Но мы не смогли ничего сделать из-за этого гнилого Цзюнь Мосе!»

«Он виновен во многих преступлениях! Его вину не искупить ничем!»

Тем не менее Цзюнь Мосе был вовлечён в шокирующий мир секс-скандал. Так как же эти ученые не могли воспользоваться шансом и не ударить его, когда он был внизу?

«Цзюнь Мосе должен заплатить окончательную цену! Ты можешь быть наглым, Цзюнь Мосе. Но у тебя не может быть такой толстой кожи! Ты не умрёшь от всех проклятий, что на тебя посыпятся?! Но ты обязательно утонешь в ненависти простого народа!»

Таким образом, эти учёные сделали всё, чтобы спровоцировать слухи! И, разумеется, к этому времени все ненавидящие Цзюнь Мосе бросились к городским воротам.

«Ты хочешь войти в город? Забудь! Тебе придётся пройти через нашу живую "баррикаду"! Мы слышали, что среди них есть и его неверная невестка! Она также не должна быть достаточно застенчивой, чтобы умереть так скоро!»

Можно сказать, что этот план этих ученых был очень злым! Есть старая поговорка: "Те, кто убивают собак, чтобы поддержать закон, никогда не смогут поддержать научную мудрость". Однако эти ученые студенты были слишком расстроены. Таким образом, они стали ещё большими уродами, чем преступники!

Никто не боится встать на кривую дорожку после того, как они сделали это один раз. Это правда…

Дугу Вуди заметил этот парад, когда он въезжал в город. Но он решил позволить Цзюнь Мосе страдать и не хотел помогать. Ведь его "девственно чистая" дочь была "беременна". Кроме того, были два старика, которые с нетерпением ждали "великого внука"…

Поэтому генерал Дугу притворился, что не видит ничего.

- Бесчестный мудак? С какого это собачьего хрена мне должно быть стыдно возвращаться? У меня явно хватит чести вернуться! Я одержал победу в битве! Я имею величайшее право в этом мире вернуться! А что? Ты думаешь иначе?! – тем не менее Цзюнь Мосе оставался спокойным и собранным и помешал Цзюнь Вую участвовать в разговоре, ответив первым. В конце концов, эти люди посмели собраться там. Это, очевидно, означало, что они не боялись Кровавого Генерала. Это также указывало на то, что за ними может стоять кто-то могущественный. Поэтому это может быть опасно, если Цзюнь Вуй будет вовлечён в этот конфликт.

Только экстремальный метод будет работать в это время. Только чрезвычайно кровавый метод может подавить это. Фактически метод разрешения этого вопроса должен был бы создать такой кровавый прецедент, что люди должны были бы бояться даже кашлянуть по этому вопросу вслух. Это был единственный способ, которым этот вопрос может быть подавлен теперь…

«Кривотолки? Ха!» - Цзюнь Мосе рассмеялся про себя. Он просто не мог понять их действия. – «Могут ли слухи быть более ужасающими, чем меч? И что, если весь мир осуждает меня? Думаете, вы можете убить меня этим? Я думаю, что умереть под давлением слухов – это... трусость!»

«Вы будете противостоять мне этими слухами. А я буду убивать, пока никто не сможет найти в себе смелости говорить об этом больше!»

«Я убью любого, кто заговорит! Во всяком случае, сколько людей будут храбры перед лицом смерти?! Я убью даже всех, если понадобится!»

- Ты крайне бесстыден, Цзюнь Мосе! Ты даже смеешь так говорить? Ты и твоя грязная невестка... вы бесстыдная пара! Каждый имеет право строго наказать вас!

Эти слова были очень резкими и холодными. Более того, эти неприятные слова были очень чётко слышны Гуан Квинхан в своей карете. Она не могла не побледнеть, хотя готовилась к этому. Но её глаза наполнились отчаянием и горем после того, как она услышала громкие и потрясающие небеса обвинения.

Она ожидала такой сцены. Но сейчас она столкнулась с этим в реальной жизни... и она поняла, что она... не могла этого вынести…

Глава 447. Я дам вам два варианта

Мэй Сюэ Янь сидела рядом с Гуан Квинхан; уголки её рта дергались без видимой причины. Она не знала почему, но чувствовала, что в ней поднимается гнев. "Молодая женщина" почувствовала внезапное желание выскочить из кареты и помочь в решении проблемы. На самом деле она чувствовала, что хочет просто превратить этих муравьёв в фарш.

«В чем дело? Эти люди слабы, сам Мосе мог отбросить их одним взглядом. Но они все еще осмеливаются качать права перед самым сильным человеком своего поколения? Неужели этот мир стал для меня таким непонятным?»

Человек, который произнес последнее предложение, был ещё одним учеником-ученым. Он также был на фестивале ученых. Его звали Цинь Цю Ши. Его лицо было холодным и полным жизненной силы.

- Ах, я помню тебя. Тебя зовут Цинь Цю Ши, верно? А разве твоё имя не означает, что ты старательно стремишься стать дерьмом? Наверное, это хорошее имя. Но чего я не понимаю, так это хочешь ли ты стать "дерьмом" или "служить в качестве официального служащего". Твоё имя не такое очевидное...

Цзюнь Мосе улыбнулся, глядя на него, и произнёс это. Его глаза были холодными, как лёд.

– Я только хочу спросить тебя об этом — ты выдвинул эти обвинения против меня. Но откуда они взялись? На чем они основаны?

- Откуда они взялись? На чем они основаны? Цзюнь Мосе, ты все еще думаешь, что это не ясно в такой важный момент? Разврат, такой как ты и твоя невестка совершили – это просто отвратительно! Вы прелюбодейники! Но вы всё ещё думаете, что можете скрыть это от мира? Ради чего ты играешь в невинность? Ты можешь быть внуком великого генерала этой страны. Ты даже можешь быть наследником благородной семьи. Но ты не можешь скрыть свою врожденную бесстыдность! – лицо Цинь Цю Ши побледнело от гнева, когда он указал пальцем и пролил дождь проклятий.

- Ах, хорошо... ты полон праведного негодования! Это очень хорошо! У тебя есть ещё что-нибудь, что ты хотел бы добавить к своей пламенной речи? – Цзюнь Мосе навострил уши.

- Цзюнь Мосе! Ты говоришь, что слов старшего брата недостаточно, чтобы заставить тебя стыдиться? – вперёд вышел другой ученый. Он посмотрел на Цзюня Мосе с негодованием. – Ты – отпрыск генералов. Ты станешь благородным позже. Ты живешь в роскоши и великолепии, и ты получаешь поощрения от Императора. Можно сказать, что ты уже стоишь на пике Тянсяна. Но ты совершил такой поступок, не зная никакого чувства чести? Ты разрушил репутацию Тянсяна! Знаешь ли ты, что наш Тянсян стал посмешищем для соседних народов? Ты бы давно убил себя от стыда, если бы у тебя была хоть капля совести! Но вместо этого ты появился у ворот города, как будто так и нужно, ещё и требуешь почёта! Ты ведёшь себя невинно после всего этого? Ты очень бессовестный! Разве ты не способен почувствовать стыд, Цзюнь Мосе?!

Это был еще один "талантливый" ученый по имени Янь Фэн. Он также был известным лицом.

Цзюнь Мосе наконец-то понял:

«Кажется, что "Институт небесной литературы Вэньсин" хочет сразиться со мной до смерти. Тогда давайте я преподам вам ещё один грустный урок, если это так!»

Слова учёного спровоцировали огромную толпу, которая стояла позади, и они начали громко скандировать:

- Пара любовников! Даже смерть не может стереть ваши преступления! Катитесь в ад!

- Значит, я виновен в этих преступлениях?! – Цзюнь Мосе радостно рассмеялся и спросил Янь Фэна. – Янь Фэн, у меня, может быть, и есть чувство стыда. Но какое отношение это имеет к тебе? Почему ты встал тут и вешаешь мне лапшу на уши?

- Негодяи должны быть строго наказаны. Так почему же я не могу встать здесь? Я не могу сравниться с тобой ни по силе, ни по боевому опыту. Но наш институт олицетворяет праведность! Таких бесстыдных негодяев, как ты, надо стыдить! Мы должны снова сделать мир чистым и мирным! – Янь Фэн громко крикнул. Его лицо было полно самодовольства.

- Это очень хорошо сказано! Мы можем ничего не иметь, но мы праведны! Важно, чтобы мы сохранили мир чистым и мирным! – группа учёных громко закричала. Они были так эмоционально взволнованы, что их лица покраснели.

Цзюнь Мосе сжалился над ними, наблюдая, как атмосфера становится все более пылкой. Это было потому, что он мог чувствовать чрезвычайно тираническую ауру, поднимающуюся в его сердце.

- Очень праведные, да? Ха-ха-ха! – Цзюнь Мосе вдруг начал смеяться. –Хорошее и праведное окружение... или то, что вы называете "хорошим и праведным" – это то, где вы ставите свою мораль на первое место и критикуете чужую этику, верно? Итак, ваша так называемая "праведная среда" должна контролировать эмоции других людей? Ваша "праведная среда" диктует, что единственный выбор, сделанный кем-то, является правильным? Возможно, это диктует, что можно заставить невинную девушку умереть?

В глазах Хань Чжи Дона, Цинь Цю Ши, Янь Фэна и других, которых они привели, на мгновение вспыхнула вина, когда они услышали слово "невинная девушка". Цзюнь Мосе, смотревший им в глаза, понял, что эти люди знали о невиновности Гуан Квинхан. Она была всего лишь рыбой в пруду, пойманной во время шторма. Но они всё равно хотели создать ей неприятности…

Убийственная аура Цзюнь Мосе нахлынула на него, заставляя сознание мутнеть...

- Я знаю твою настоящую цель! Ты здесь, потому что я испортил твой научный фестиваль и перекрыл тебе путь к чиновничеству. И ты хочешь отомстить за это сейчас... хе-хе... я говорю правильно, не так ли? – глаза Цзюнь Мосе стали очень злыми.

- И что? Цзюнь Мосе, ты стал ещё более виноватым после того, как упомянул об этом! – эти одаренные ученые не чувствовали стыда, когда говорили эти слова. Вместо этого "праведный" Янь Фэн продолжал сердито. – Движения твоих губ уничтожили карьеру пяти тысяч талантливых ученых! У тебя... у тебя нет никакой совести! Мы очень усердно учились от восхода до заката... с единственным желанием – помочь народу страны! Человек, который может совершить такой разврат, уничтожил десятилетия упорного труда пяти тысяч человек! И отныне для нас будет только посредственная и простая жизнь! Ты похоронил наше будущее! И ты хочешь сказать, что все еще не заслуживаешь наказания? Разве твоя совесть не заставляет тебя стыдиться?

И теперь ты совершил еще больше зла! Ты и твоя невестка – прелюбодейники! Вы двое дурачитесь и изобилуете пороками! На самом деле сама вонь от него наполняет небо! Тот, кто совершает такие грехи, не может жить под этим небом! Вы столкнетесь с осуждением со всего мира! И вы должны умереть, чтобы извиниться, если у вас есть чувство стыда!

- Напряженная учебная жизнь... на благо людей... Но такого мы от вас не ждали, ребята... Группа злонамеренных книжных червей... Я ждал такого от чиновников, влиятельных людей, религиозных фанатиков, но не от вас... Вы слепо совершаете репрессии и вовлекаете невинную и слабую женщину из-за ваших личных обид. Значит, вы быстро стремитесь загнать других на смерть... И это – ваши усилия ради народа этой страны? – Цзюнь Мосе фыркнул. – Позвольте мне сказать вам – используйте вашу собственную совесть, если вы стремитесь помочь народу страны! Ваши сердца запятнаны пороком и грехом не меньше, чем моё. Вы только коррупционеры, и больше ничего! Не имеет значения, сколько десятилетий такие люди проводят напряженные исследования... вы не люди, а куски дерьма, даже если вы будете учиться всю свою жизнь!

Цзюнь Мосе уже горел ненавистью:

- И вам не нужно беспокоиться о том, что вам и вашим семьям придётся вести "посредственную жизнь"! Я могу указать вам другой путь. На самом деле это даст вам славу и прибыль и сделает ваши семьи чрезвычайно богатыми!

Он вдруг улыбнулся и сказал:

- У меня есть друг. Его зовут Ву Ву Шань Юнь. Но, все называют его "Гора сексуальных отсылок". Однажды он сказал кое-что о таких людях, как ты. Я никогда не понимал, что он сказал. На самом деле я думал, что это была всего лишь случайная чушь... но его слова внезапно обрели для меня смысл. Он сказал: "Люди, которые без всякой на то причины лезут в чужие дела, никогда не найдут мира в сердцах. И однажды наступит день, когда между их ягодиц кто-то влезет!"

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- Поэтому можно сказать, что твоя будущая дорога очень широка! Тебе нужно только познать мораль и начать разрабатывать свою задницу. И тогда у тебя будет много денег... это не очень большой рынок, но дворяне каждой страны привыкли держать мужчину-раба! Им особенно нравятся люди, которые достигли чего-то в своей жизни... Так что ты, "опытный, одарённый и праведный учёный", будешь стоить очень дорого...

- Цзюнь Мосе! Ты оскорбляешь нас! – многие талантливые учёные взревели в ярости. – Только у тебя может быть такой грязный ум, чтобы думать о таких вещах! Позорить такую утонченную культуру – значит быть виновным в страшных преступлениях! Ты... ты очень пошлый человек!

- Пошлый? Пошлая ваша бабушка! Думаете, вы утончённые и культурные? Ваши методы грязны, мотивы ещё грязнее, а вы все еще называете меня "вульгарным"? – гнев снова захлестнул сердце Цзюнь Мосе. – Сейчас я не в настроении обсуждать всё это. В любом случае я уверен, что вы уже знаете суть. Так что вам не нужно это отрицать. Более того, я не обязан давать вам объяснения, даже если вы чего-то не знаете. Вы – лишь кучи собачьего дерьма в моих глазах! Вы – подонки с ног до головы! Учёные? На дерьме толчёные! Вы – куча агрессивных и злобных пи***асов, которая продает свои задницы! Ещё и пытаетесь гавкать на нормальных людей!

Тысячи людей начали дико шуметь, когда услышали это. Они кричали и издевались. На самом деле вульгарность этих ученых не могла даже сравниться с торговцами на рынке. Возмущение, которое спровоцировал Цзюнь Мосе, было похоже на волну гнева, которую было трудно контролировать.

Гуан Квинхан дрожала внутри кареты. Её голова поникла, она закрыла лицо руками, а её плечи дрожали.

Глава 448.1. Жестокие Методы (часть 1)

Цзюнь Мосе взревел и внезапно встал на спине своей лошади:

- Вы чувствуете себя праведными, даже когда вы обвиняете невинных. Так что вы не имеете права винить меня за то, что я порочный и беспощадный! Вы обвиняете меня в том, что я соответствую вам, нашему "цвету нации"?

Цзюнь Мосе перенёс свою ауру через дантянь после того, как закончил говорить. Затем он крикнул:

- Несите!

Внезапно по толпе пробежала волна ропота, и она разделилась на две части. Группа здоровенных людей прошла сквозь толпу, как огромные парусники по морю. Это были члены команды «Небесные Разрушители» Цзюнь Мосе, которых он послал, чтобы помочь Байли Лу Юну. Они прибыли несколько дней назад. Они тихо вошли в город Тянсян и внимательно оценивали деятельность города по приказу Цзюнь Мосе.

Они несли трех женщин. У этих женщин были изящные фигуры и не менее красивые лица. Однако сейчас их лица были искажены страхом. Некоторые мужчины тащили больших волкодавов, а другие – больших белых свиней.

Лица Янь Фэна, Цинь Цю Ши и Хань Чжи Дона стали бледными и жалкими, и они одновременно произнесли:

- Моя дорогая...

Оказалось, что эти три женщины были их женами.

- Я не хочу тратить усилия на то, чтобы доказать вам правду. У вас нет прав требовать этого, и вы этого не заслуживаете! Я не собираюсь обсуждать, что такое "праведная среда", так как вы не считаете меня подходящим для обсуждения этого. Итак, я даю вам только два варианта.

Цзюнь Мосе говорил теперь очень высокомерно. Уголки его рта свернулись в жестокую улыбку. Он напоминал орла, смотрящего на гнездо белых кроликов. Он был полон необузданной жестокости.

- Вариант первый... – поднял палец Цзюнь Мосе. – Каждый из вас встанет на колени и торжественно извинится передо мной. А потом я дам каждому из вас знамя. Вы будете держать их и прокладывать путь для моего входа в город. Также вы будете кричать "Третий молодой мастер велик! Третий молодой господин Цзюнь благороден и праведен! Мы искренне приветствуем третьего молодого господина Цзюнь в городе Тянсян!". Также вы будете добавлять свои имена, желательно с приставкой "Жалкий книжный червь", "Долбящийся в задницу дятел" или "Блаженный идиот". Но это не принципиально.

- Размечтался! – трое ученых пренебрежительно фыркнули. Они, очевидно, ожидали, что Цзюнь Мосе выдвинет какие-то условия. Однако они не ожидали настолько причудливых условий. Как это может быть возможно?

«Они наши жены. Но они всё-таки не больше, чем удобство…»

- Не беспокойтесь. У вас есть второй вариант... – Цзюнь Мосе поднял второй палец и понизил голос. – Эти три женщины – ваши жёны, и я не могу использовать их по прямому назначению в настоящее время. Но позвольте мне заверить вас в одном – вы не захотите их, как только они проведут один день с этими свиньями и собаками. Итак, я продам их самым дешевым и грязным борделям в Тянсяне! В конце концов, вы, возможно, не захотите использовать их снова, так как они будут "грязны" и "не праведны", но вы думаете, что другие будут возражать против того, чтобы кинуть им пару палок? Как думаете, вам это понравится?

- И, пожалуйста, не сомневайтесь, что я могу это сделать. В конце концов, у меня есть возможность "пригласить" этих дам сюда. Таким образом, это также означает, что у меня достаточно возможностей, чтобы выполнить всё остальное, что я сказал. И вам не нужно беспокоиться о другом вопросе. Видите ли... правда в том, что у меня в руках полный пакет афродизиака. И это средство работает независимо от того, является это собакой или свиньёй; оно может вызвать скачок "жизненных сил" в них! Я сам подвергся действию этой дряни и знаю, о чём говорю!

- Ты – зло, Цзюнь Мосе! Ты делаешь очень бессердечные вещи! Эти трое невиновны! Весь мир смотрит на тебя! И ты ещё смеешь это делать?! – трое учёных стали смертельно бледными.

- А почему я не могу? Почему бы и нет? Вы используете такие презренные средства, чтобы убить невинную женщину. Так почему этот молодой мастер не может сделать то же самое? Разве я не знаю, что они невиновны? Но вам это ничего не напоминает? В конце концов, они виновны в том, что они ваши жены, даже если они невиновны в остальном! И вы – группа мужчин (если в вас осталось хоть что-то от мужчин), знающих, что женщина невиновна, но вы ведь используете такие бесстыдные стратегии против неё! Весь мир смотрит на меня – пускай. Но вы думаете, что они не смотрят на вас?! – Цзюнь Мосе продолжал насмехаться. – Хотите попробовать?

Цинь Цю Ши не хотел отказываться от своих усилий на полпути. Но его перспективы были бы разрушены, если бы другие сдались. Более того, люди семьи Цзюнь казались жестокими, но они были добродушными мужчинами. Поэтому он не верил, что Цзюнь Мосе будет безжалостно оскорблять невинных женщин на публике. Поэтому он решил действовать жёстко и сердито заговорил:

- Цзюнь Мосе, ты бесстыдный ублюдок! Ты достаточно жесток, чтобы использовать невинных женщин, чтобы принуждать нас! Имя твоей семьи Цзюнь будет навечно в позоре, если ты будешь использовать наших любимых жен для шантажа!

Цзюнь Мосе ответил исключительно холодным и жестоким смехом:

- А мне разве не похер? Это же моё обычное поведение – развратника, морального урода и извращенца, живущего за деньги своей семьи? Разве такое моё поведение – не обычная история? Разве вы не знали об этом? Этот молодой мастер – "тиран, который не уклоняется от любого преступления". Вы ведь так обо мне говорили, да?

А потом, сука, ведут тут разговоры о невинности... у вас вообще хватает смелости говорить со мной о невинности? Кто не виновнее в реальности? Вы начинаете кричать о невинности, когда дело доходит до вещей, которые связаны с вами. На самом деле вы прикрываетесь волей небес и человечества! Но ваши стратегии становятся чрезвычайно презренными, когда дело доходит до других невинных женщин. На самом деле вы становитесь безжалостными и совершаете все виды преступлений! Итак, какое право вы имеете говорить о невиновности? Так что идите вы на х*й со своими нравоучениями! Вы стоите на так называемой "высоте морали", чтобы без нужды заманивать и оскорблять других?

Янь Фэн и Хань Чжи Дон долго колебались. Они посмотрели на толпу и поверили, что у них есть поддержка. Поэтому они осмелели и хором закричали:

- Мы стоим за спокойствие мира и очищение всего под небесами! Ты осмелишься это сделать?

Выражение лица Цзюнь Мосе стало жёстким, а его голос стал чрезвычайно холодным:

- Спокойствие этого мира? Очищение всего под небесами? Я сейчас прикончу вас среди бела дня, как насчёт такого очищения? Раньше я планировал разобраться с вами через некоторое время. Но раз уж вам так не терпится, я могу это сделать и сегодня. Для меня это будет справедливый и праведный поступок. Так же, как для вас справедливо и праведно прикончить меня. Подождите, позвольте мне найти кого-нибудь, кто поможет вам снять ваши панталоны. А потом я преподнесу вам удивительные лекарства. Посмотрим, кем вы, "честные джентльмены", станете после этого. Я оставлю вас в состоянии сумасшествия, но не дам вам решить вашу проблему. Думаете, этот молодой мастер не посмеет это сделать?

Молодой мастер Цзюнь спрыгнул с лошади и пошёл к ним. Он лишь слегка надавил на голову Цинь Цю Ши. Затем он погладил его резко побледневшую щеку хлыстом и спросил мягким голосом:

- Вы же честные и благородные господа, которые имеют привычку оскорблять и втаптывать в грязь других людей абсолютно безнаказанно, так? Тогда позвольте мне показать вам, что чувствует человек, над которым издеваются и которого втаптывают в грязь абсолютно безнаказанно!

Цинь Цю Ши подсознательно поднял голову от давления хлыста. Его выражение лица показало смертельный ужас, а штаны потяжелели от выпавших кирпичей. Однако он не посмел выплюнуть даже полслова. Ведь он знал о поведении молодого мастера в прошлом. Поэтому он знал, что этот человек был полностью способен на такие поступки…

Судьба семьи Цзюнь была для них бессмысленной, если вдуматься... И это потому, что они не смогут увидеть, как разворачивается судьба семьи Цзюнь. В конце концов, даже простого унижения было достаточно, чтобы заставить их потерять волю к жизни…

Эти мужчины ранее оставались неуступчивыми из-за гнилого понятия – женщины для них были похожи на одежду, а мужчины – на тела. Так что им было наплевать, когда Мосе угрожал их женщинам: в конце концов, они всегда могут заменить своих жен, если этих испортят…

Однако теперь настала их очередь. И это уже было действительно страшно…

Глава 448.2. Жестокие Методы (часть 2)

Однако они не знали, что в глубине души Цзюнь Мосе ругал себя за это. Он не мог простить себе этот просчёт. Он бы никогда не смог простить себя, если бы он сделал это с их женами, а позже понял, что им действительно было наплевать. Поэтому он мгновенно изменил цели на самих этих людей. И это изменение в тактике дало большие результаты…

- Почему вы не говорите сейчас? Разве вы не были преданы праведности минуту назад? Посмотрите на людей позади вас — они не знают правды. Но вы, уроды, хорошо знаете её... – Цзюнь Мосе озорно улыбнулся. – Но это не имеет большого значения. Им также придется заплатить, если они будут действовать бездумно. Так что не имеет значения, понимаете вы правду или нет. В конце концов, это бессмысленно, насколько я могу судить. Это потому, что результат повредит тем, кто мне дорог, независимо от ваших причин или точки зрения! И не имеет значения, невиновны они или нет, если это произойдёт. В конце концов, вы обидели меня. И вам придётся нести последствия за то, что вы обидели меня!

Я никогда не пощажу никого, кто обидит меня! Особенно, когда дело касается лицемеров вроде вас! Тем не менее те, кто стоит за вами, должны быть рады. В конце концов я не буду вовлекать их семьи! Но если вы не сделаете то, что я хочу... Хе-хе-хе... – Цзюнь Мосе зловеще усмехнулся. – У меня плохая репутация. Но я гарантирую, что она будет намного лучше, чем у вас. Как вы считаете, если вас поочерёдно отымеют сначала хряки, потом – волкодавы, а потом – каждый из вас, друг друга и по нескольку раз – какая у вас будет репутация? Если мне кто-то не верит – попробуйте проверить. Кто там сказал, что молодой мастер не посмеет этого сделать?

Странные звуки исходили из горла Цинь Цю Ши. Его глаза ярко светились страхом, когда он сделал шаг назад, чтобы встать между Янь Фэном и Хань Чжи Доном. Все трое дрожали, как осенние листья на ветру. Они не могли даже подумать о сопротивлении в это время и полностью забыли обо всей своей смелости. Более того, "преданность праведности" тоже как-то забылась...

Поведение Цзюнь Мосе было внушительным и зловещим в этот момент. Его выражение лица было чрезвычайно спокойным, и его слова не содержали никакого намёка на яд или сарказм. И это заставило их почувствовать, что этот мальчик легко сделает то, что он сказал…

Он был как царь, который сошёл с небес, а затем провозгласил будущее и судьбу своего народа.

Эти трое не смогли бы остаться в Тянсяне, если бы он сделал то, что сказал. Они стали бы самыми презираемыми среди самых низших ступеней общества, если бы они хотя бы только кричали те дифирамбы, которые он хотел услышать. Даже научная сила, к которой они всегда привязывались, не могла помочь этим троим. В конце концов они выделялись перед своими сверстниками. Таким образом, они не могли сбежать, чтобы выйти из этого затруднительного положения, так как это привело бы к тому же самому…

Однако результат был бы еще страшнее, если бы они этого не сделали. Тогда они будут преданы вечному проклятию. Это потому, что этот юноша устроит им величайшее унижение. На самом деле это унижение не забудут на протяжении веков. Это было бы бесполезно, даже если бы они умерли сразу после этого. Тем более, они явно не хотели умирать…

У трёх мужчин не было выбора. Они испугались своего противника и были в растерянности.

Тем не менее Цзюнь Мосе продолжал смотреть на них, холодно и спокойно, ожидая их выбора.

Молодой мастер не беспокоился, ему явно было наплевать. Ему было всё равно, какой выбор сделают эти три лицемера.

В конце концов не было большой разницы в исходе…

Эти трое станут примером для остальных в любом случае...

Сотни людей, которые стояли сзади, уже поняли, что что-то не так. Поэтому их взгляды теперь сосредоточились на сцене перед ними. Им всем было дико любопытно.

«Ни черта не понимаю! Почему эти три женщины вышли? Точнее, почему их вынесли такие здоровые и жутко сильные солдаты? Почему эти собаки и хряки стоят здесь? Для чего тут весь этот парад? Более того, эти трое мужчин выглядели такими серьёзными минуту назад. Так почему же сейчас они выглядят такими мертвенно-бледными? Почему они больше не выглядят как живые люди?»

- Я могу делать с вами всё, что захочу... потому что у меня много силы. А у вас, жалких червей, нет ничего, кроме пера в руке. У вас нет возможности сопротивляться или противиться мне! Сжатый кулак – самый сильный аргумент в этом мире. Так что, мне даже не нужно противостоять вашей тактике, несмотря на ваш так называемый "интеллект"; мне нужно только заставить вас трястись за ваши гнилые душонки! Но, видите ли... мне не нравится применять силу. И я просто даю людям вкус их собственного лекарства. В принципе, я отношусь к человеку так, как он обращается с другими!

Цзюнь Мосе очень спокойно повернул хлыст. Затем он продолжил очень мягко:

- У меня очень ограниченное время. И моё терпение... ещё более ограничено. Надеюсь, вы сделаете свой выбор очень быстро. В противном случае я сделаю его за вас, если вам будет трудно сделать его самостоятельно. Я скажу вам правду – мне абсолютно наплевать, что вы выберете, я только хочу посмотреть большую драму!

Когда они услышали эти слова, цвет лица трёх мужчин стал просто белым. Цинь Цю Ши больше не мог этого вынести. И он начал дрожать ещё сильнее. На самом деле это было похоже на то, что он собирался сдаться…

Внезапно из толпы раздался приглушенный голос:

- Цзюнь Мосе, ты грязный ублюдок! Ты посмел держать чужих жен в заложниках?! Ты пал так низко! Мы не будем отвечать на твои угрозы. Мы бы предпочли, чтобы нас убили! По крайней мере мы оставим эту землю чистой в таком случае! Честь жён трёх ученых очень важна и не может быть запятнана. Но от личной неприкосновенности нельзя отказаться! На самом деле это ещё более важно. Поэтому мы никогда не должны склонять головы перед этим злом семьи Цзюнь. И мы должны продолжать бороться против этой пары! Более того, нас поддерживает весь мир! Цзюнь Мосе чрезвычайно силён, но может ли он противостоять всему миру?

Эти провокационные слова мгновенно спровоцировали толпу. На самом деле, даже в глазах трёх учёных появился блеск.

Цзюнь Мосе усмехнулся и поднял руку. И вдруг из неё появилась тонкая, но очень длинная верёвка. Затем она метнулась в толпу с молниеносной скоростью, как гадюка. Потом кто-то вдруг издал пронзительный и скорбный крик. Огромная фигура взлетела в небо и упала на землю перед толпой; это был человек со щербатым лицом.

Этот человек вмешался в толпу и воспользовался возможностью, чтобы создать хаос. Он даже ушёл в сторону после того, как произнёс эти слова. Так что никто бы не узнал, откуда пришёл этот голос. Он, конечно, был очень хитрым, но как он мог уклониться от чрезвычайно сильного духовного чувства Цзюнь Мосе? Фактически он уже стал целью ещё до того, как закончил говорить. И, очевидно, он не мог спрятаться, как только он стал мишенью. Таким образом, он был быстро пойман молодым мастером…

Этот большой человек зарычал после того, как упал. Затем его тело покрылось зеленоватым светом, когда он взревел и вскочил на ноги. Цзюнь Мосе жестоко улыбнулся:

- Итак, это эксперт Нефритового Суань! Ты думаешь, что сможешь сражаться со мной с этой культивацией? Ты действительно не знаешь разницы между жизнью и смертью!

Верёвка снова двинулась, когда прозвучали слова "жизнь и смерть", и большой человек снова упал на землю. Затем верёвка, казалось, нырнула вниз на мгновение. В следующий момент она поднялась в небеса. Провокатор полетел вслед за ней.

Ещё через секунду Цзюнь Мосе удлинил флагшток, чтобы он поднялся в небо. Человек не успел даже пикнуть, когда острый конец флагштока пронзил его шею и голову.

Тело мужчины висело прямо на флагштоке, но он ещё не умер. Его лицо было полным отчаяния, а ноги подёргивались в агонии…

Цзюнь Мосе взлетел так же легко, как перо, и снова встал на спину своей лошади. Он взмахнул кнутом, и громкий щелчок отразился от небес. Его острые глаза вспыхнули молнией; все почувствовали это изменение. Затем его глаза охватили толпу, и все почувствовали, как будто стальной клинок прошелся по их лицам. Воздух вокруг их лиц внезапно стал чрезвычайно холодным; они даже почувствовали ломоту в костях. За мгновение все заткнулись.

Однако это молчание продолжалось только до тех пор, пока Янь Фэн не воскликнул с удивлением:

- Этот мужчина... – однако он понял, что это был не подходящий момент. Поэтому он мгновенно закрыл рот, но было уже поздно.

Цзюнь Мосе усмехнулся, повернул глаза и посмотрел на Янь Фэна. Казалось, что его взгляд пронзил его насквозь, что он видит всю глубину его сердца... и самой души. Затем он суровым голосом спросил:

- Кто он такой?

Цзюнь Мосе вложил в вопрос свою духовную энергию. Какое бы сопротивление Янь Фэн не собрал, оно разлетелось вдребезги от одного взгляда.

- Он... человек семьи Мэн... – Янь Фэн потерял голову от страха и быстро ответил на вопрос. Сразу же его вырвало пеной, и он рухнул на землю, как подкошенный. Даже эксперты Суань Духа вряд ли выстояли бы против такой сильной духовной атаки. Итак, как могла слабая умственная сила Янь Фэна справиться с этим? Так что, очевидно, не было очень шокирующим, что он упал в обморок. На самом деле было бы нормально, даже если бы он сразу же сошёл с ума и стал полным идиотом после такой жестокой атаки…

- Мужчина семьи Мэн? Этот ничтожный человек из семьи Мэн имел наглость связываться со мной? Я запомню это, – от души рассмеялся Цзюнь Мосе. – Ты сказал, что предпочёл бы умереть, чтобы этот мир остался чистым. Итак, я осуществил твоё желание!

Глава 449. Дай мне увидеть твою чистоту!

Цзюнь Мосе с трудом сдерживал свою жажду крови и силу. Однако внезапно раздался свист, его тело закрутилось и поднялось высоко в небо. Затем в небе вспыхнул ослепительный свет.

Пламя Жёлтой Крови было готово к бою!

- Нет... пожалуйста... пощади меня... – большой человек, нанизанный на флагшток, как бабочка на булавку, даже не закончил говорить, когда его одним чудовищным ударом разрубили на две половины. Затем с хлюпающим звуком его нижняя часть тела рухнула вниз. Верхняя часть продолжала висеть в воздухе, и из неё вниз гротескным водопадом лилась кровь. Кишки вывалились из живота и повисли, словно мерзкие змеи. Они висели, напоминая кроваво-красные ленты, обрамляющие флагшток.

Тем не менее этот человек всё ещё не умер. Он закричал от боли, его верхняя половина тела дёрнулась, но осталась подвешенной на флагштоке. Он дрожал, а от чрезмерной нагрузки его глаза выскочили из глазниц и остались висеть на его лице...

Лица ближайших зрителей были забрызганы его кровью. Но никто даже не дёрнулся, продолжая, как завороженные, глупо смотреть на эту сцену. Они не могли осмелиться сделать ни одного движения; даже их глазные яблоки замерли на месте от страха. На лицах был написан крайний ужас.

Эти ученые лишь читали жёсткие и неодушевлённые книги. Могли ли они когда-нибудь увидеть такую кровавую сцену? Эти люди ничего не слышали о внешнем мире и были поглощены только книгами. На самом деле они даже курицу не убивали. Однако теперь они были свидетелями одной из самых жестоких и кровавых сцен в мире. Даже обморок при виде такого ужасного зрелища был бы для них роскошью…

Кто мог это предвидеть? Казалось, что у Цзюнь Мосе был просто спор с тремя учёными. У них явно был спор, но никто не думал, что ситуация так повернётся…

Не было никакого предупреждения, когда тот человек взлетел в небо. Затем его затылком нанизали на флагшток. После этого его нижняя половина упала вниз с мерзким хлюпающим звуком. Его живот был похож на бездонный аквариум, а его органы падали оттуда, как огромные откормленные рыбы.

Цзюнь Мосе создал такую бойню средь бела дня и сотен свидетелей!

Эта толпа пришла сюда с возвышенным настроем. Более того, они думали так:

«Закон не может привлечь к ответственности людей за то, что они собрались вместе!»

«Ты можешь быть очень бесстыдным, Цзюнь Мосе. Но даже ты никогда не убьёшь кого-то на глазах у стольких людей среди бела дня. Даже ты не посмеешь этого сделать! Более того, ты сможешь только бегать и прятать свой хвост перед лицом такого великого осуждения. И репутация твоей семьи Цзюнь просто утонет перед всем Тянсяном, как только ты сбежишь. Даже плевка одного человека будет достаточно, чтобы утопить тебя, как только придет время!»

«Есть Император и его власть. Но ни один Император не может игнорировать такой беспорядок в своём городе; Император не может пренебрегать реакцией толпы людей! Таким образом, у Императорского двора не было бы иного выбора, кроме как отреагировать на этот шум, как только он достигнет двора. И у них было бы только два варианта – послать войска для подавления протеста. И второй – заставить семью Цзюнь публично извиниться с надлежащими объяснениями!»

Однако как могли многие семьи заставить императора действовать в их пользу, против семьи Цзюнь? Они размахивали своими знамёнами и вызывали народные чувства в свою пользу. Это был единственный способ, которым они могли попросить о казни семьи Цзюнь…

Поэтому они чувствовали, что Судный День семьи Цзюнь, наконец, наступил…

Их действия, очевидно, были очень экстремальными. Однако никто из них никогда не ожидал, что действия, предпринятые Цзюнь Мосе, будут ещё более экстремальными, чем их! Он не убегал и не прятался. Вместо этого он столкнулся с ними лицом к лицу. Он даже не произнес "Великой речи", чтобы объяснить правду. Вместо этого он открыто использовал свою силу, чтобы действовать жестоко и кровожадно.

Зрители чувствовали, как их сердце билось где-то в горле, когда они смотрели эту чрезвычайно жестокую, мучительную и кровавую сцену. На самом деле они чувствовали, как будто их глаза выскочат. Их зрение внезапно размылось, и они даже не могли слышать. Они чувствовали, что они спят и находятся в каком-то кошмаре…

Они могли думать только об одном:

«Я должен покинуть это место как можно скорее! Не имеет значения, виновна семья Цзюнь или нет... мне все равно, совершили ли они грех перед всем миром... неважно, кто победит или проиграет в этой борьбе! Даже не имеет значения, как другие будут воспринимать это! Я не хочу иметь с этим ничего общего! Это просто не имеет значения для меня больше... это так ужасно...»

- Ха-ха-ха... Ты предпочёл, чтобы твоё тело было раздавлено, потому что ты хотел покинуть этот мир, но оставаться чистым, верно? Итак, где же эта "чистота" сейчас? Твоё тело разваливается тут на запчасти! Но где же ты оставил свою чистоту? Почему я её не вижу? – Цзюнь Мосе жестоко рассмеялся. Затем он осмотрел сцену бойни. – Я вижу только кучу мяса. Но я не вижу никакой "чистоты"!

Продолжая смеяться, юноша медленно направился к учёному, который стоял перед ним. Затем он спросил его, по-прежнему дружелюбным тоном:

- Я не видел его "чистоты". А ты видел? Пожалуйста, скажи мне, если увидишь, хорошо?

Этот учёный средних лет хотел затолкаться обратно в толпу и спрятаться где-нибудь подальше. Но его ноги стали слабыми и бессильными при виде этой бойни. Более того, за ним было много людей. Он приложил всю свою силу, но люди, стоявшие позади него, не оставили места. На самом деле он чувствовал, что он столкнулся с самой прочной медной стеной, и был поражен ужасом. А затем Цзюнь Мосе внезапно подошёл к нему и "дружески" задал этот вопрос.

Однако эти слова казались взрывами в ушах. Приветливый внешний вид Цзюнь Мосе уже никого не мог обмануть: он превратился в демона из самых глубин Ада. На самом деле бедный учёный даже видел два длинных рога над головой молодого мастера…

Учёный посмотрел на Цзюнь Мосе с отчаянием в глазах. Затем он издал странный звук и упал на землю, как рыхлая лапша; у него был обморок…

- Ах... почему получилось так плохо? Разве я не говорил достаточно мягко, чтобы мой голос можно было назвать "дружелюбным"? – Цзюнь Мосе покачал головой с сожалением. Затем он подошёл к другому человеку. – Как видите, мне не дали ответа... Может быть, вы сможете увидеть... здесь есть какая-то чистота? Ну же... взгляните и скажите мне... я искренне хочу знать!

Этот человек в ужасе смотрел на него. Его цвет лица стал мертвенно-бледным, когда он едва заметно покачал головой. Цзюнь Мосе вздохнул:

- Значит, вы тоже этого не видели. Я даже думал, что сначала ошибся. В конце концов, он кричал так громко, что я подумал, что это правда. Итак, я верил, что смогу увидеть его чистоту после того, как его тело будет разрублено... такое разочарование…

Учёный, с которым молодой мастер говорил, отреагировал только в тот момент, когда Цзюнь Мосе повернулся и ушёл: он присел и его вырвало.

- Я спросил несколько человек, но они не видели чистоты этого человека. Как насчет того, чтобы взглянуть? – Цзюнь Мосе медленно подошёл к трём "ведущим" учёным. Затем он дал пощёчину упавшему в обморок Янь Фэну, и он сразу же очнулся…

Затем Цзюнь Мосе схватил их троих и бросил на центр, к самому флагштоку. Он схватил их за головы и приблизил их, едва не окуная лицами в отрубленную половину человеческого тела, яростно рыча:

- Ну же! Смотрите! Попробуйте найти "чистоту" для меня! Где она? Мне очень любопытно!

Он рассмеялся, продолжая говорить:

- Чистота? Ха! Позвольте мне взглянуть на вашу чистоту! Она бесплодна, как пустыня!

Трое мужчин были вынуждены смотреть на кровавую сцену вблизи, так как пальцы Цзюнь Мосе держали их головы так крепко, что, казалось, ещё немного и их головы разлетятся, как переспевшие арбузы. Они чувствовали себя беспомощными и очень хотели блевать. Более того, этот большой человек всё ещё висел над их головами и даже ещё не умер. Он всё ещё издавал слабые болезненные стоны…

Эти трое ученых чувствовали себя в аду. Они были охвачены таким страхом, что изо всех сил пытались упасть в обморок. Но их нервы были чрезвычайно крепкими, и они не могли. На самом деле они даже не могли закрыть глаза, если бы захотели.

- Вы это видите? Здесь есть чистота? Скажите мне, если увидите. Мне очень любопытно, – мягкий и дружелюбный голос Цзюнь Мосе заставил трёх мужчин дрожать, как будто у них была лихорадка. – Отвечайте мне! Иначе кончите так же, как он! Я могу захотеть, чтобы люди увидели и вашу чистоту! Итак, скажи мне... вы видите эту мифическую, сука, чистоту?

- Н... нет... – трое мужчин выглядели как разложенный штатив, так как они были сжаты вместе рукой Цзюнь Мосе. И они могли только попытаться покачать головой в ответ…

- Так... а вы всё ещё чувствуете себя "чистыми"? – Цзюнь Мосе улыбнулся, как демон.

- Нет, нет, нет... мы не чувствуем себя так... – трое мужчин яростно покачали головами.

- Ну что ж... Итак, какой из двух вариантов вы, наконец, выбрали? – терпеливо спросил Цзюнь Мосе. Его голос снова был очень мягким.

- Я... выбираю... я выбираю первый... первый... – трое мужчин пытались перекричать друг друга, заикаясь и сбиваясь. Они были напуганы до смерти, и их решимость давно полетела к чертям.

«В чем смысл сплочённости? В чем смысл образа жизни чиновника? Какова ценность праведности? Они важнее, чем моя жизнь? Выживание – самый главный приоритет!»

- Отлично! Я очень доволен вашим выбором! На самом деле я очень доволен! – Цзюнь Мосе казался удовлетворённым и даже отпустил их.

- Цзюнь... Цзюнь... третий молодой мастер... я знаю, кто стоит за всем этим... – Цинь Цю Ши поднял голову и внезапно громко крикнул. – И я готов сказать! Я только прошу вас... я прошу вас... пощадите... наши жизни в обмен на ответ!

Казалось, что этот Цинь Цю Ши, наконец, "отказался от тьмы и искал света". Казалось, что он наконец-то исправился перед угрозой своей неминуемой гибели. Но этот юноша был очень умён. Итак, он знал, что Цзюнь Мосе не позволит им жить даже после того, как дело завершится. Поэтому он чувствовал, что этот момент был самым удачным для попрошайничества, даже это означало, что он потеряет свою честь...

Во всяком случае, им, вероятно, не придется видеть лицо Цзюнь Мосе после этого дня…

- Пощадить ваши жизни? Я никогда не ожидал, что у тебя хватит смелости торговаться со мной, особенно сейчас! – Цзюнь Мосе даже не думал об этом. Ведь он никогда не был великодушным человеком.

Человек должен заплатить соответствующим образом за свои преступления. И ошибка останется ошибкой, даже если упомянутый человек попытается исправить её позже. На самом деле это будет совершенно бесполезно!

- Человек, стоящий за этим...? – Цзюнь Мосе фыркнул. – Ты думаешь, я не знаю? Я лучше тебя знаю, кто стоит за всем этим! И я подумаю над тем, чтобы оставить вам жизни... так что, убирайтесь с моего пути!

Голос Цзюнь Мосе был холодным, как лёд. Он махнул рукой, и его тело начало кружиться, как вихрь. Никто не мог понять, что происходит. К тому времени, когда он остановился, в его руках увидели три очень странных предмета. Они напоминали небольшие горны для передачи сообщений, но они были очень странными.

Это были грубые вещи, но они появились в этом мире впервые — первые мегафоны!

Цзюнь Мосе вручил по одному каждому из них и холодно произнёс:

- Давайте! Расчищайте мне дорогу!

Глава 450. Кровавые события и убийства

Он посмотрел на ошарашенную толпу после того, как закончил говорить. Эти люди до сих пор не могли отреагировать. Он усмехнулся и заговорил:

- Вы, люди, всё ещё не ушли? Вы тоже хотите быть похожими на него? Вы предпочитаете, чтобы ваше тело было раздавлено, чтобы вы оставили этот мир чистым? В любом случае, меня очень интересует эта чистота. У кого и вас она есть? Хе-хе-хе... идите сюда... Дайте мне взглянуть!

Все сделали шаг назад от страха. Те, кто сделал его позже или раньше, закричали от боли, потому что их едва не затоптала толпа.

- Я говорю это в первый и последний раз — я не позволю, чтобы об этом говорили в городе Тянсян после сегодняшнего дня! – голос Цзюнь Мосе холодно коснулся каждого. На самом деле его голос, казалось, принёс холодный ветер. – Ваш рот – часть вашего тела. Что бы вы ни обсуждали наедине – это ваше дело! Я не остановлю это... я буду искать вашу "чистоту", если я услышу об этом... на самом деле я буду искать "чистоту" у всей вашей семьи... вплоть до девятого поколения!

А теперь – свалили нахер отсюда! – неожиданно взревел третий молодой мастер.

Толпу мгновенно охватила паника. Они кричали без разбора и бежали, куда глаза глядят.

- Эти недоучёные были достаточно самонадеянны, чтобы думать, что они могут вызвать проблемы у меня! – Цзюнь Мосе сначала от души рассмеялся. Затем он внезапно взлетел и встал на голове большого человека, который висел на флагштоке. Он вздохнул и повернулся к городским воротам. Оттуда он закричал в сторону города Тянсян:

- Что, люди, жить устали?

Его крик потряс город, когда он пронесся сквозь него, как грозовой удар.

Он освободил всю свою силу и непревзойденную убийственную ауру. Казалось, что сама молния опустилась перед городскими воротами.

Цзюнь Мосе стоял возле городских ворот. Солнце светило высоко и отбрасывало его тень через ворота. И вдруг показалось, что весь город окутан его тенью…

Тысячи волков разбегались в разные стороны, чтобы спастись. Импульс ауры Цзюнь Мосе казался диким и дьявольским мечом, когда он бросился в город.

Кроме той толпы, в городе было много людей. Сначала они не поняли всего, что говорил Цзюнь Мосе. Однако даже они были поражены внушительной аурой молодого мастера. Поэтому они также начали в беспорядке бегать по улицам.

К счастью, это была широкая и хорошо построенная дорога!

Молодой мастер взмахнул кнутом, и щелчок эхом отдался от ближайших стен. Затем он наклонил голову и фыркнул:

- Я вернулся в город! Итак, сейчас я посмотрю, сколько сплетников в городе Тянсян! Давайте посмотрим, сколько людей готовы умереть смертью храброго воина! Я также посмотрю, сколько людей желает остаться со своей "чистотой", и сколько людей способны оставаться чистыми! Я проверю всех! Одного за другим!

Затем все услышали цоканье копыт лошади, когда Цзюнь Мосе крикнул и заставил её пройти через ворота города.

Тысячи людей видели, как он вошёл на коне, но все молчали от страха.

Тяжелые колеса покатились, и карета с Гуан Квинхан и двумя другими женщинами медленно последовала за ним.

Слова Цзюнь Мосе заставили вскипеть кровь каждого.

Но были исключения. И Цзюнь Вуй был как раз одним из таких исключений.

Этот третий мастер Цзюнь наклонил голову и посмотрел на высокую и прямую спину Цзюнь Мосе, ехавшего впереди. Он не мог не пробормотать:

- Чёрт возьми! Он поступил так прямолинейно. Даже я не стал бы так действовать, даже в военное время! Это было слишком чрезмерно! – он с сожалением фыркнул. На самом деле, он чувствовал себя несколько угрюмым, когда следовал за своим племянником.

Цзюнь Мосе излучал холодную и мощную ауру. Его лицо было мрачным, спина – прямой, губы - поджатыми, а брови, похожие на мечи, едва заметно дрожали.

Затем он вдруг услышал, как кто-то говорил очень тихим голосом:

- Я не знаю, почему он так выглядит! Он прелюбодействует со своей невесткой. И всё же, он пришёл сюда с таким надменным выражением? Бесстыжий негодяй!

Тело Цзюнь Мосе оставалось неподвижным. Но из его рукава вырвалась полоса серебряного света. Раздался крик, и очень худой человек вылетел из толпы. На этот раз молодой мастер был ещё более прямолинейным; он даже не стал допрашивать его. Молодой мастер просто повесил этого человека на флагшток.

Тело этого человека вспыхнуло золотым светом, прежде чем он погиб. Таким образом, было очевидно, что он также был экспертом Суань, который скрывался в толпе, чтобы создать слухи. Тем не менее ему повезло больше – его последнее дыхание покинуло его, ещё когда он летел к флагштоку.

Раздался крик тревоги, и вся толпа начала отступать, когда увидела это. Они смотрели на Цзюнь Мосе с выражением ужаса на лицах.

«Этот мальчик сумасшедший?! Он что, действительно будет делать то, что он сказал? Он будет убивать так нагло?»

Несколько мужчин внезапно стали, дрожа, как осиновые листья, пробиваться сквозь толпу, подальше от Цзюнь Мосе. Они сделали все возможное, чтобы пробиться дальше и едва не сломали ноги в своих попытках убежать.

Но как они могли убежать от огромной сети духовного чувства Цзюнь Мосе? Взгляд Цзюнь Мосе оставался холодным, но в его руках вспыхнул золотой свет. Восемь человек, которые пытались убежать, упали на землю. У каждого из них в спине зияла кровавая рана. Золотые метательные ножи, красиво блестя на солнце, торчали из этих ран.

Несколько членов команды Небесных Разрушителей быстро побежали вперёд, вырвали метательные ножи из ран и почтительно вернули их Цзюнь Мосе…

Глаза третьего молодого мастера остались невыразительными, когда он взял восемь ножей. Затем они закружились в его руках, и внезапно исчезли во вспышке золотого света.

Он спокойно продолжал двигаться вперед. На его тёмном и красивом лице было написано только одно – «Я сказал это однажды, и я не буду повторять это. Я убью тебя, если ты посмеешь открыть рот! Итак, ты открываешь рот – я убиваю тебя! Просто! Ясно! Ни одного исключения!»

Трое учёных хрипло кричали впереди. Их крики звучали как предвыборные лозунги:

- Третий молодой мастер Цзюнь велик! Третий молодой господин Цзюнь благороден! Он – лучший человек в мире! Он очень хороший человек! Он очень доброжелательный человек! Мы, трое жалких учёных, приветствуем его в Тянсяне!

Они продолжали выкрикивать эти лозунги, как роботы. Казалось, что они даже не знали, о чём кричат. Однако их лица были переполнены слезами, и на них было написано бесконечное унижение. Но они до сих пор не осмеливались сделать хоть что-то. И это было потому, что тень смерти всё ещё висела над ними. Их голоса стали хриплыми очень скоро, но они до сих пор не осмелились остановиться. И это потому, что их единственной целью было выжить.

«Какое значение имеет небольшое страдание? Мне нужно выжить…»

Внезапно перед ними встало тридцать-сорок учёных из Института Вэньсин. Они пару секунд стояли в шоке, а потом один из них спросил:

- Брат Хан? Брат Янь? Брат Цинь? Что вы делаете? Вы с ума сошли? Вы открываете путь для этого ничтожества?

Какой ответ могли дать Цинь Цю Ши и другие? Они могли только намекать и бросать предупреждающие взгляды, прежде чем они быстро двинулись дальше. Но этот учёный не понимал предупреждений, и он, переполненный праведного возмущения, сердито крикнул:

- Цзюнь Мосе! Разве у тебя совести нет? Ты совершил жуткий грех – прелюбодеяние со своей невесткой! Это аморально! Но ты продолжаешь оскорбляешь ученых Тянсяна?! Ты зашёл слишком далеко!

Многие люди, стоявшие позади него, уже видели кровавую расправу над другими. Они поняли, что случится через секунду. Поэтому многие из них бросились вперёд, чтобы закрыть ему рот и затащить обратно в толпу, подальше от глаз Мосе. Однако этот юноша упорно продолжал кричать:

- Такой бесстыдный человек не должен существовать в том же мире, что и Ши Вэнь Чун!

Цзюнь Мосе посмотрел на этого человека очень холодно. Его брови слегка шевельнулись, и он тихим голосом ответил:

- Будь по-твоему!

Свет меча вырвался вперед. Казалось, его не волновало, кто его жертва, поскольку он разрубил всех, кто блокировал его путь. Молодой учёный закричал от неверия, через секунду – от боли, а ещё через секунду мёртвым рухнул в лужу собственной крови.

Цзюнь Мосе вздохнул, когда его лошадь прошла мимо тела этого ученого. Он мягко сказал:

- Возможно, у тебя действительно было мужество. Возможно, ты не хотел беспокоить меня. Но это не значит, что я не буду тебя убивать. В конце концов, как люди поверят мне, если я не буду следовать тому, что я сказал? Ты не поверил... и я сожалею об этом. На самом деле я должен запомнить – нужно не выдвигать такие категоричные требования в следующий раз...

Цзюнь Мосе выглядел спокойным, когда он снова пустил свою лошадь вперёд; он даже не оглядывался назад. Но его мягкий голос ещё можно было услышать: "

- Во-первых, вам нужно иметь силы, чтобы справиться со всем, что на вас рухнет. Во-вторых, вам нужно иметь сильную поддержку, чтобы другие не провоцировали вас. Вы также должны обладать непоколебимым мужеством и решимостью. Только тогда у вас будет достаточно сил, чтобы гавкать на других. Но никогда не пытайтесь стать героем в ином случае…

У вас могут быть железные кости. Но я вижу в вас только несчастных существ, которых я теперь должен убить. Более того, ваша смерть не может стоить никакой справедливости...

Этот ученый был разрублен пополам, но ещё не покинул этот мир. Слёзы текли из его глаз, когда он закрывал их. Он пробормотал, когда он приблизился к дверям смерти:

- Учитель... вы... были неправы…

Цзюнь Мосе слегка вздрогнул.

«Учитель? Мэй Гао Цзе? Кон Лин Ян?»

Он внезапно взмахнул кнутом и ударил трёх учёных, которые шли впереди. Они закричали от боли и повернулись лицом к Цзюнь Мосе. Он жестом заставил их приблизиться и тихо сказал:

- Теперь вы будете кричать громче. Мы скоро пройдем через ворота. И вы будете кричать: "Мэй Гао Цзе – старый пи**рас! Кон Лин Ян – мудак тряпочный! Семья Мэн – логово ублюдков!" когда мы войдём туда. Вы ведь не хотите умереть, правда? Сделайте это, и я оставлю вас в живых!

Три человека чуть не рухнули, когда услышали это. Как они могли кричать что-то подобное? Ведь учитель занимал в обществе наивысший статус. "Учитель-ученик" не был частью пяти кардинальных отношений. Тем не менее учителю оказывалось самое высокое уважение. Более того, Мэй Гао Цзе и Кон Лин Ян были их учителями.

«Нам не придётся заботиться о том, чтобы утопить семью Цзюнь, если мы скажем это. В конце концов мы сами утонем раньше, чем гнев достигнет семьи Цзюнь. Более того, семья Мэн – чрезвычайно могущественна и влиятельна. Возможно, тебе не придётся беспокоиться об этом, Цзюнь Мосе. Ты очень силён! А что насчёт нас?»

Цзюнь Вуй приблизился к своему племяннику. Затем он прошептал:

- Это слишком, Мосе. Будь осторожен, это всё-таки суд!

- Слишком? – Цзюнь Мосе посмотрел на него озадаченно. – Третий дядя, ты ведь не глупый, верно? Не говори мне, что нам так важен этот суд? Третий дядя никогда не должен забывать, кем мы являемся сейчас! Мы на одном уровне с Городом Серебряной Метели! Почему мы должны заботиться о незначительной Императорской семье?

Глава 451. Вход в город!

- На одном уровне с Городом Серебряной Метели? Ха... – Цзюнь Вуй замолчал. Но его точка зрения не изменилась.

«Это... так мы станем суперсемьей? Но мы всё те же самые люди. Итак, как мы вдруг стали великими...?»

Цзюнь Мосе холодно улыбнулся и сказал:

- Более того, Императорская семья... мне не хватает доказательств против них в данный момент. Сценарий, когда я превращаю Город Тянсян в кучу горящих руин, вполне возможен, как только у меня появятся доказательства против них! Третий дядя... ты веришь в то, что сказал Сяо Бу Ю из Города Серебряной Метели о Зале Кровавого Меча? Зал Кровавого Меча – это просто кучка убийц! Как они смогли проникнуть в лагерь, состоящий из многих тысяч солдат, и принять "меры"? Третий дядя... не говори мне, что ты не думаешь об этом? Что это означает? Кто стоит за этим?

Все докатилось до такой степени... Но мы будем страдать, только если у нас будет слишком много опасений. В конце концов... мы всё ещё несколько слабы в сравнении... поэтому мы должны быть сильными в этот момент... очень сильными! У нас есть доказательства, что у нас есть реальные и мощные таланты! Это время будет нашим, если мы будем действовать с предубеждением и не будем спешить!

То, чего нам действительно не хватает сейчас... это время! Даже дня достаточно, чтобы всё изменить! – Цзюнь Мосе думал о своем запасе лекарственных средств и ядре зверя Девятого уровня.

Все были готовы. Лекарства также были на месте. Одинокий Сокол также присутствовал. Кроме того, у него было Искусство Разблокировки Небесной Удачи, чтобы защищать и помогать. Поэтому продвижение деда нельзя было останавливать! Тем не менее он должен был подумать о способе продвижения культивации Цзюнь Вуя до уровня Духа Суань. Кроме того, ему нужно было продвинуть Небесных Разрушителей и Пожирателей Духа. И ему также придется сделать то же самое с силой Байли Лу Юна и Хай Чэнь Фэна…

«Нас едва ли можно назвать суперсемьей в это время. Но мы сейчас просто пустая оболочка, даже если мы можем действовать так тиранически. Поэтому на этом важном этапе мы не можем позволить себе предпринимать неправильные шаги!»

Лицо Цзюнь Вуя дёрнулось. Он также подозревал о том, что только подумал Цзюнь Мосе. На самом деле он подозревал это более десяти лет, втайне ото всех; это было то, что беспокоило его сердце всегда.

Как мог Цзюнь Вуй не заподозрить этого? Но он не хотел в это верить. Его семья так много отдала за Тянсян... но с ними так обращались...?

Это было трусливо... но такова человеческая природа! Ведь семья Цзюнь проливала свою кровь за Тянсян. Их семья очень много работала. Так что верить в эту жестокую истину было бы равносильно уничтожению всего, что они построили сердцем и душой…

И это было серьезным бременем, которое никто не мог нести.

- Но ты не будешь действовать слепо, если у тебя не будет неопровержимых доказательств! – Цзюнь Вуй сказал тихим голосом. – Ты можешь поговорить со мной об этом. Но не говори об этом своему дедушке... если у тебя нет доказательств! Характер старика…

- Это очевидно, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, прежде чем он заговорил. – Ты – не дурак, третий дядя. Как и я. Но и дед не дурак. Так что тебе не стоит беспокоиться об этом. Но Император ещё дальше от того, чтобы быть дураком…

Цзюнь Вуй вздохнул. Потом ему стало грустно, и он замолчал.

Цзюнь Мосе снова замер в седле, лишь взмахнул своим хлыстом. Это заставило каждого из трёх ученых дёрнуться от страха. Но они не посмели даже пикнуть. Тон молодого мастера Цзюнь был мрачным и полным жажды крови, когда он проговорил тяжёлым голосом:

- И что вы заткнулись?

Трое мужчин принялись драть глотки изо всех сил, так как они были напуганы его жаждой крови:

- Мы – ученики Мэй Гао Цзе, Кон Лин Яня и Хан Чжи Дона из Института небесной литературы Вэньсин! Янь Фэн... Цинь Цю Ши! Третий молодой господин Цзюнь великолепен! Третий молодой господин благороден! Он самый лучший человек! Мы приветствуем его в Тянсян! Мэй Гао Цзе – старый пи**рас! Кон Лин Ян – мудак тряпочный! Семья Мэн – логово ублюдков!

Было странно видеть, что оскорбления, которые были брошены тремя учеными, становились всё более спокойными после того, как они сказали это однажды. Они, кажется, больше не беспокоились о презрении или проклятиях. В конце концов, они потеряли чувство чести и стыда, когда впервые произнесли эти слова. Таким образом, они стали гораздо более свободны сейчас…

Цзюнь Мосе напоминал обезумевшего хранителя борделя. Он скрежетал зубами и от души смеялся, погоняя лошадь вперёд. Он был похож на адское создание для всех, кто видел его выражение лица...

Город Тянсян погрузился в полный хаос…

Мощный вход Цзюнь Мосе напоминал беспрецедентную бурю. И она охватила весь город Тянсян в одно мгновение!

Несколько больших семей начали действовать в тот момент, когда Цзюнь Мосе ступил в город. Они собрали целые списки его ошибок и бросились в свои паланкины, чтобы отправиться в Императорский Дворец.

Однако семья Дугу наблюдала пассивно.

Также не было никаких признаков активности семьи Ли.

И семья Танг тоже сидела в тишине.

Семья Муронг прибыла, задала несколько вопросов о новостях и исчезла.

Старик Цзюнь спокойно сидел в напряжённой обстановке и велел кухонным рабочим готовить лучшие блюда и напитки. Приехали его сын и внук. Поэтому старик хотел хорошо выпить с ними. Ведь его сын и внук уже позаботились о "вещах" на улице. Итак, что нужно было старику, чтобы начать действовать?

«Надо сказать, что методы этого ублюдка Мосе чрезвычайно смелые! Но они также – самые лучшие методы, которые мы можем использовать! В конце концов, мы уже против всех в обществе. Так что мы можем пойти и по сумасшедшему пути!

Это похоже на то, что старый предок Цзюнь однажды сказал "Настоящий мужчина – не тот, у кого яйца размером с кулак! Настоящий мужчина – это человек с неукротимым духом!" Сука, как он был прав!

Хорошо, хорошо! Это первый раз... Да, чёрт возьми! Ах, хороший человек! Хе-хе-хе...» – старик выпустил редкую улыбку, потягивая своё вино.

«Мосе, несомненно, создаёт сцену снаружи. Тем не менее он также отвечает за формирование огромной силы. Сила этого старика огромна. Затем у нас также есть Восьмой Великий Мастер из прерий – Одинокий Сокол. Кроме того, Мосе может самостоятельно надавать под зад экспертам четвёртого уровня Духа Суань. И не нужно упоминать, что за нашей семьёй Цзюнь стоит этот таинственный и непревзойдённый мастер. Итак, моя семья Цзюнь теперь может считаться настоящей суперсемьей. Могут ли ещё быть сомнения?

Моя семья Цзюнь наконец-то может сделать передышку!

Также не нужно беспокоиться об этом гнилом деле в суде. В конце концов, Муронг и семья Дугу будут подавлять этих бедных ублюдков от бунта. На самом деле мы можем даже игнорировать их. Я в очень хорошем настроении...»

Лицо старика было спокойным, как гора. Он был полон гордости и счастья. Он даже забыл, как беспокоился несколько дней назад…

Он даже не заботился о чувствах Императора в данный момент.

В конце концов, даже Империя не могла иметь дело с семьей Цзюнь в это время... и все знали свои собственные места.

Например, семья Сун была так же взволнована, как кошка на горячей крыше. Семье Мэн было ещё труднее выносить это. На самом деле они вели себя как плешивый пёс с отрубленным хвостом, когда отчаянно шли к Императорскому двору со своими записями. Они также пытались притянуть ещё и семью Ли. Но все видели, что там все сидят на жопе ровно. В конце концов, никто не был настолько глуп, чтобы желать быть похороненным рядом с ними…

Глава семьи Мэн – Мэн Ю Вэй услышал о трёх ученых, которые обрушивали проклятия на Мэй Гао Цзе, Кон Лин Яня и семью Мэн. Итак, он удручённо вернулся в семью Ли. Он неоднократно пытался привлечь к себе внимание. Но он был оставлен без ответа в течение длительного времени, так как не было никакого результата. Затем он сел на лошадь и отправился к семье Муронг…

Мэй Гао Цзе был у него дома. Он весело ждал благой вести, когда услышал, что его ученики обрушивают на него проклятия. И эта новость оставила его в замешательстве и гневе.

Жирный Танг был в Аристократическом Зале, когда услышал, что молодой мастер вернулся. Он хлопнул в ладоши и подпрыгнул высоко, как резиновый мяч. Затем он бросился навстречу ему. Но, Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань притащили его обратно. Причина была проста – Цзюнь Мосе дал им серьёзный приказ, чтобы Танг Юань не был вовлечён в беспорядки, которые он создаст по возвращении…

Возможно, другие не посмеют связываться с семьей Цзюнь. Но это не обязательно означало, что они будут принимать такие же меры предосторожности против семьи Танг. Надо было сказать, что семья Танг была последней в рейтинге влиятельных семей города Тянсян. Более того, крайняя близость молодых мастеров семьи Цзюнь и Танг была лишь одним аспектом вопроса. Однако глава семьи Танг была предана Императорской семье. Таким образом, она никогда не будет стоять за своего "младшего брата" если что-то случится.

Поэтому этот вопрос был тем, что Цзюнь Мосе хотел провернуть в одиночку.

Он должен был бы подстрекать Город Тянсян самостоятельно.

Цзюнь Мосе в конце концов добрался до особняка семьи Цзюнь. Затем он спешился и пошёл к нему. Но он повернулся в дверях, прежде чем войти в дом, и дал последнюю команду:

- Идите! Конфискуйте все имущество и бизнес, которые контролирует семья Мэн в городе Тянсян. Они напали на меня открыто и смело! Это, разумеется, не очень хорошо! Хай Чэнь Фэн примет все дела в свои руки. Вы наблюдайте и проверьте, чтобы все вопросы с семьёй Мэн были решены должным образом. И скажите семье Мэн, что они могут прийти и поговорить со мной, если они останутся недовольны. Пока мы примем этот малый процент их долга. Всё нужно оценить и вычесть из счёта семьи Мэн в бухгалтерской книге!

Пятьдесят шестьдесят членов команды Небесных Разрушителей проревели в согласии в унисон!

«Захват собственности семьи Мэн? И это всего лишь небольшая выплата процентов? Есть ещё бухгалтерская книга...?»

Цзюнь Вуй закатил глаза. Он чувствовал, что ему всё труднее понять своего племянника.

Внутри Императорского Дворца…

Император хмуро глядел на сидящего напротив "господина Вэнь". В прошлом они говорили и играли в шахматы. Но Император, похоже, больше не имел возможности играть в шахматы... или обсуждать мир…

И это потому, что он был глубоко обеспокоен!

На его стороне скопилась гора досье. Лицо Императора было полно ярости и беспомощности.

Содержание этих файлов было прежним – просьбы наказать Цзюнь Мосе!

«Просим привлечь Цзюнь Мосе к ответственности!»

«Цзюнь Мосе вышел из-под контроля. Его не волнует власть. Он создаёт хаос в Столице, и он приносит позор на землю. Его преступления заслуживают наказания. Мы просим Императора принять меры!»

«Мы умоляем Императора начать действовать! Целостность нации будет в опасности, если так будет продолжаться!»

«Мы умоляем Императора действовать быстро!»

Император вздохнул.

«Чёрт вас дери... я тоже хочу действовать! Разве я не хотел бы устранить Цзюнь Мосе? На самом деле нет никого, кто хотел бы сделать это больше, чем я! Но вы можете... хотя бы быть более внимательными ко мне?!

Человек должен знать свои пределы, верно? Сила Цзюнь Чжан Тиана была велика, но он всё ещё застрял на пике Суань Неба. В конце концов, Город Серебряной Метели не потерпел бы, если бы он двинулся дальше. Более того, у меня всегда были средства, чтобы принять решительные меры против военной силы Цзюнь Чжан Тиана. Фактически отправка Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя в Южный Небесный Город должна была стать первым шагом к уничтожению семьи Цзюнь…»

Но жизнь похожа на игру в шахматы. Не всегда всё соответствует ожиданиям людей. И трудно предсказать действия человека. В конце концов, посещение Тянь Фа не навредило дяде и племяннику. Вместо этого, ветер изменился, и они вернулись ещё более сильными! Цзюнь Мосе сражался с четырьмя экспертами Духа Сюань в одиночку и всё же сумел одержать победу. Какая сила нужна для чего-то подобного?

Это невообразимо!

Глава 452. Отказаться?!

«И вы хотите, чтобы я действовал против него? Обстоятельства уже вышли из-под моего контроля! Итак, какие действия я могу предпринять? Я могу даже осмелиться действовать в этой ситуации?»

- Ваше Величество, что обременяет ваш разум? – господин Вэнь едва вернулся после того, как стал свидетелем убийства, совершённого Цзюнь Мосе. Он спокойно поднял свой мудрый взгляд, чтобы посмотреть на Императора, и улыбнулся, спросив:

- Это... это Цзюнь Мосе?

- Да.

Император вздохнул и долго неподвижно смотрел на закат.

- Не думаю, что Императору стоит так волноваться. Я не думаю, что это обязательно плохо в долгосрочной перспективе, – некоторое время молчал господин Вэнь, прежде чем заговорил снова. – Силы Цзюнь Мосе велики. И сила семьи Цзюнь в целом также достигла больших высот. Фактически они достигли своей собственной "лиги". Однако они не представляют угрозы для Императорской семьи…

- Они достигли собственной "лиги", но не представляют угрозы? – Император нахмурился. – Что ты имеешь в виду?

- Всё верно. Семья Цзюнь стала бы чем-то вроде семьи Муронг, если бы они хотели власти и двигались к ней. У них была бы сила вызвать хаос в обществе, и они могли бы перевернуть небеса. Но скорость, с которой увеличивается их сила, слишком велика. Они перешли от обычной влиятельной семьи к чрезвычайно мощной семье за короткий период, от трёх до четырёх месяцев. Ваше Величество, вы знаете, где эти семьи размещались с древности? – господин Вэнь медленно улыбнулся. – Такие семьи занимают очень особые области и не заинтересованы в титуле Императора. Поэтому я уверен, что семья Цзюнь постепенно исчезнет со всех уровней общества. Они будут бродить среди облаков и наблюдать за великими преобразованиями. Но они будут равнодушны к изменениям. Это было нормой с древних времен. И ни одна суперсемья никогда не была исключением из этого.

И это потому, что эти "суперсемьи" не преследуют славу одного поколения. Вместо этого они ищут того, что проживёт долгие века! Они смеются над нестабильными ситуациями и остаются без изменений. Они в восторге и обладают темнотой мира в ладонях своих рук!

А значит, Вашему Величеству нужно только набраться терпения. Эта выскочка-семья вызовет бурю с их внушающей благоговение силой. Но в конце концов они устанут от внимания. Затем они поселятся на своём месте. Более того, наличие такой суперсемьи в границах Тянсян будет большим сдерживающим фактором против соседних стран! Причина такой огромной реакции на этот вопрос между Цзюнь Мосе и его невесткой заключается не только в старых врагах семьи Цзюнь – соседние страны, которые видят в нём угрозу, также воспользовались возможностью причинить ему неприятности. В конце концов, они хотели бы создать вражду между семьёй Цзюнь и Императорской семьей, даже если они не смогут этим устранить семью Цзюнь.

Это ведь незначительное дело, по сути. Да, это аморальный поступок, но раздувать такую истерику? Так почему это вызвало такую огромную реакцию? Репутация Цзюнь Мосе когда-нибудь была хорошей? Ваше Величество всегда был дальновидным. Таким образом, ты должен рассмотреть эти проблемы должным образом. Этот высокомерный Цзюнь Мосе не будет лебезить перед тобой, даже если ты решишь эти вопросы в его пользу. Но старик Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй, безусловно, будут считать это огромной услугой с твоей стороны...

- Ты говоришь это... Естественно, я это знаю! – Император встал и заложил руки за спину. Его выражение было пустым. – Это не проблема... самая большая проблема... это Зал Кровавого Меча…

- Зал Кровавого Меча...? Я помню, что Ваше Высочество сказал, что это была тайная сила в твоих руках. А-а-а, понятно! Я могу более или менее выяснить этот вопрос, если мы объединим это с признанием Сяо Бу Юя. Правда о смерти Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна... однако, у семьи Цзюнь нет доказательств! Кроме того, Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй всё ещё имеют последнее слово в этой семье. И эти двое испытывают глубокие чувства к городу Тянсян. На самом деле у них много власти... – господин Вэнь снова улыбнулся. – Ваше Величество... трудно повернуться против своей родины. Цзюнь Мосе может не волноваться. Но Цзюнь Чжан Тиан будет. Итак, есть возможность для посредничества.

- Возможность... посредничества... – глаза Императора загорелись.

- Да. Эти события произошли очень давно. Ваше Величество ничего не раскрыл, но Цзюнь Чжан Тиань и Цзюнь Вуй – проницательные люди. Так как же они могли не подозревать, что замешан ты? Здесь важно то, что Зал Кровавого Меча – это просто группа убийц, несмотря на их силу. Итак, как это могло повлиять на армию? Этот дуэт "отец и сын" подозревал в течение десяти лет, но они не сделали и шага. Они никогда не мстили... Ваше Величество знает, почему? – господин Вэнь был спокоен. Очевидно, у него был туз в рукаве.

- Почему?

- Я верю, что семья Цзюнь не сомневается, что это было сделано Вашим Величеством. Однако члены их семей – живые или мертвые – сделали слишком много для Тянсян! И это "слишком много" является главной причиной здесь!

Господин Вэнь продолжил серьезным тоном:

- Члены семьи Цзюнь были оплотом Империи Тянсян в течение последних нескольких десятилетий. Они несколько раз спасали Тянсян и были его величайшими слугами! Тянсян имеет десятки тысяч квадратных миль своей территории и имеет огромное население из-за их тяжелой работы. Массы живут в мире и спокойствии. И это результат крови и пота семьи Цзюнь. Это из-за вклада бесчисленных мужчин семьи Цзюнь. В конце концов, их народ приложил огромные усилия, чтобы сделать такую ситуацию возможной, – он продолжал улыбаться. – Итак, поставь себя на их место, Ваше Величество. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы уничтожить эту страну, если бы ты сделал так много для неё и заплатил за это двумя поколениями? Ты разрушишь свое величайшее достижение? Думаешь ли ты уничтожить безопасность и радость миллионов людей?

- Ты прав! Семья Цзюнь слишком добрая. Они бы никогда этого не сделали! – в глазах Императора вспыхнул свет, когда он быстро вскочил. Он взволнованно зашагал по комнате, и его лицо снова начало светиться.

- Однако, Ваше Величество, когда придёт время, придется дать им объяснения. Итак, я дам тебе один совет... – загадочно улыбнулся господин Вэнь. Он опустил ладонь и сказал:

- Оставь!

- Оставить? – Император задрожал. Его радостное выражение застыло, и ему оставалось только безучастно смотреть. – "Оставить...?" – его сердце было в агонии. – Но это моя самая элитная сила. Они выиграли так много сражений за эти годы! Они отдали всё за столько лет, чтобы сделать меня Императором! Действительно ли мне нужно отказаться от них?

- Да, оставь их! Сделай это, даже если ты не хочешь — у тебя нет выбора! – господин Вэнь говорил без колебаний. – Тебе придётся столкнуться с семьей Цзюнь, если ты не покинешь Зал Кровавого Меча! Но семья Цзюнь может потрясти весь мир в противостоянии! Итак, ты осмелился бы противостоять им? И Император может быть следующим, если ситуация ухудшится. Твоя жизнь и жизнь всей Императорской семьи будет в опасности!

Лицо Императора стало мрачным, и его тело начало раскачиваться.

- Покинь Зал Кровавого Меча! Не для Цзюнь Чжан Тиана! Не для Цзюнь Вуя – но для Цзюнь Мосе! – господин Вэнь вздохнул и продолжил. – Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй потратили много крови ради Тянсяна за свою жизнь! Таким образом, нет необходимости сомневаться в их привязанности к Тянсяну! Этих двух людей не слишком много, если ты посмотришь на это с гуманной точки зрения! Так что, я уверен, они не сделают ничего радикального, даже если они полностью осознают, что смерть Цзюнь Ву Хи была твоей виной. Это потому, что... кровь семьи Цзюнь, их усилия, вся жизнь Цзюнь Чжан Тиана и половина жизни Цзюнь Вуя – всё это было для Империи Тянсян! Даже жизни Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна были принесены в жертву ради этой нации!

Тянь Сян является столпом для семьи Цзюнь! Это плод их трудов, и это также их самое большое утешение!

Я уверен, что Вашему Величеству нужно будет только безудержно вознаградить и извиниться перед Цзюнь Чжан Тианом, даже если он действительно получит убедительные доказательства твоей вины. И затем ты можешь поклясться в верности и поддержать его. Они также будут гордиться и примут это. Они не будут делать это ради официальных должностей. Но они сделают это для жителей страны! Я не ошибаюсь, Ваше Величество. Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй – хорошие люди, которые работают на народ этой страны. Они настоящие, уважаемые и смелые люди! Таким образом, Вы можете игнорировать этих двоих!

Но Цзюнь Мосе отличается – он совершенно другой! Он имеет способности отца вести солдат. Он никогда не проявлял своих ключевых черт. Он всегда скрывал свои таланты! Но Цзюнь Мосе ведёт себя так сейчас! Он выделяется последние полгода! В прошлом он был лишь развратником и идиотом. Но теперь он как безудержный шторм! Его можно было остановить до того, как он покинул Тянсян. Но он – полноценный орёл, который расправил свои крылья теперь, когда он вернулся из Южного Небесного Города. Он молод, но его сила взлетела над девятью небесами. Он герой, который смотрит на мир свысока и может посметь сделать что угодно!

Более того, он был мстителен с тех пор, как появилась эта порочная личность! И его поведение ещё более беспощадно. Его средства ужасны, и он без колебаний принимает решение убивать. Ты действительно не можешь позволить себе быть виноватым перед ним! И у него также есть эта мощная поддержка. Поэтому у него не будет никаких опасений из-за этого. Он будет презрительно смотреть на мир, если так будет продолжаться. Я заметил кое-что по его возвращении сегодня – никто не имеет никакой ценности в его глазах! Неважно, кто он такой! Его не волнует пролитая кровь, и он равнодушен к любому преступлению! Такой человек самый ужасный! Вашему Величеству не нужно беспокоиться о том, что Цзюнь Чжан Тиан или Цзюнь Вуй получат убедительные доказательства того, что произошло в те дни. Но все придёт к концу, если этот ребенок получит доказательства в свои руки!

- Нет ли альтернативы отказу от них? Я очень... – лицо Императора побледнело, он сжал кулаки. Казалось, что он принял решение.

- Это самый безопасный и надёжный метод. Мы должны иметь дело с кем-то вроде Цзюнь Мосе... так что мы должны быть начеку, чтобы этот Цзюнь Мосе не нашёл ничего, за что можно держаться. Ваше Величество, ты должен знать, что основное различие между Цзюнь Мосе и Цзюнь Чжан Тианом заключается в том, что у первого нет никаких чувств к Тянсяну. И с того времени... Цзюнь Мосе... он... – в глазах господина Вэня был странный свет.

- Он – что?

- Он игнорирует людей... точнее, он может даже не рассматривать их как "людей"! Он чрезвычайно хладнокровен. И я видел, как он убивал людей. Его выражение лица было таким же спокойным в течение всего времени, когда он убивал их. Ты должен знать, что в твоих глазах будет видно некоторое колебание, даже если ты убьёшь курицу или собаку. Но Цзюнь Мосе не реагировал вообще никак при убийстве людей! Его выражение, возможно, показывало некоторые эмоции, но его глаза оставались спокойными. На самом деле убийство человека для него – то же самое, что еда для голодного человека... это было похоже на естественный ход событий…

Глава 453. Кот из мешка

Тон господина Вэня стал тяжелее, когда он говорил:

- Известный хладнокровный Великий Мастер Ли У Бэй был известен своими убийствами. Но даже он не смог бы быть таким хладнокровным, как Цзюнь Мосе! Это кровожадный зверь, который не ценит человеческую жизнь! Ваше Величество, этот Цзюнь Мосе очень опасен. Фактически он превзошёл всех! Это в его врожденной природе – убивать! Даже Великий ассасин Чу Ци Хун не может быть так опасен!

Господин Вэнь остановился на долгое время, так как он чувствовал что-то неописуемое. На самом деле он даже не знал, почему он перестал говорить…

Император задрожал. Ему было холодно.

Ему не нужно было, чтобы мистер Вэнь говорил дальше, чтобы понять, в чём дело. Он уже очень чётко знал. Последствия того, что такой человек, как Цзюнь Мосе, получит в свои руки доказательства предательства его отца... Император мог представить их очень ясно…

«Цзюнь Мосе не заботится ни о чём!

Более того, он уже получил много силы! Он уже несгибаемое и грозное существо! Даже внезапное нападение на него не принесет уверенности в результате! Я могу штурмовать ворота семьи Цзюнь. Тем не менее я должен быть готов к возможной мести, в случае даже если одному из их лучших людей удастся сбежать. Дни моей жизни будут наполнены невыразимыми страданиями, и нам придётся столкнуться с большим психическим давлением. И этого достаточно, чтобы кто-нибудь утонул в ликёре (стал алкоголиком - п.п.) из-за сильного давления!

Зал Кровавого Меча... я должен бросить их! Я не могу позволить себе остаться с ними!»

- Кроме того, тебе также нужно успокоить семью Цзюнь. Ты должен успокаивать их, пока сам без сил не рухнешь! – господин Вэнь внезапно улыбнулся. – Я уверен, что у семьи Цзюнь нет никаких конкретных доказательств. Таким образом, у нас всё ещё есть запас времени, чтобы спасти ситуацию. Этот вопрос не будет беспокоить тебя, если Ваше Величество восстановит первоначальные отношения... я также помню, что старик Цзюнь однажды предложил брак между Цзюнь Мосе и принцессой Лин Мэн…

Император с решительным выражением лица смотрел на закат. Он глубоко вздохнул и сказал:

- Да! Это правда.

Господин Вэнь рассмеялся и сказал:

- Тогда у Вашего Величества появился план!

Император долго молчал. Затем он вздохнул, но, казалось, что ему было не очень комфортно. Затем он внезапно спросил:

- Господин Вэнь, ты знаешь, есть ли у Неуловимого Мира Бессмертных такой молодой талант?

Господин Вэнь был озадачен этим вопросом. Он долго молчал, прежде чем ответил:

- Нет, нет. В этом месте много талантливых людей, но все они очень старые... как может быть что-то вроде этой семьи?

Тем не менее император не сдался:

- Как насчёт молодой леди той земли?

- Молодой леди тех земель... в этом году будет шестьдесят, – горько улыбнулся мистер Вэнь. – Её сыну – тридцать, а внуку всего пять или шесть лет. Император может пожелать установить отношения с неуловимым миром Бессмертных. Но даже они не захотят становиться врагами семьи Цзюнь. Ведь сила человека, поддерживающего семью Цзюнь, это глубокая тайна. Даже у самой леди может не оказаться хороших шансов на успех, если она столкнётся с ним в открытом противостоянии.

Император вздохнул и сказал:

- Мне придется торговаться с Цзюнь Мосе, если это так.

Мистер Вэнь также вздохнул и сказал:

- Ваше Величество не должен быть слишком оптимистичным. Трудно сказать, согласится ли семья Цзюнь на это или нет. Легко ожидать, что люди добавят цветы к парче, но трудно ожидать, что они окажут помощь в час нужды...

В комнате стало тихо, так как двое мужчин перестали говорить…

Прошло много времени, и двое мужчин вздохнули в унисон…

Семья Дугу.

Глаза Дугу Цзёнхэна выглядели как медные колокольчики, когда он смотрел на движения девушки. У нее была осиная талия в прошлом. Но теперь она напоминала пингвина, выходя из паланкина. Она покачивалась, когда шла вперёд, и держалась за живот. Старик почувствовал, что таким макаром его сердце скоро откажет.

Мама Дугу Сяо И рыдала позади неё, своими причитаниями разгоняя с дороги, будто сирена. Она не смела поверить своим глазам.

Все рты были открыты, все стояли окаменевшими.

Старик, в конце концов, пришёл в себя. Он напоминал безумного тигра, кружащего вокруг своей клетки, когда он начал ходить кругами вокруг внучки. Затем он, наконец, нашёл цель, чтобы выразить свой гнев. Итак, он взревел и свирепо бросился вперёд. Он схватил одного из своих семи внуков и начал избивать его в ярости.

Во время экзекуции он не забыл кричать отборным матом. Тем не менее проклятия были настолько хаотичными, что никто не мог даже понять, что он кричал. Дьявол было подумал, что его призывают, но, прислушавшись попристальнее, решил не высовываться.

Все семеро молодых людей уселись на корточки и засунули свои головы в промежности для безопасности. Таким образом, первый раунд ударов ногами приземлился на их ягодицы с такой силой, что задницы опухли до размеров "живота" Дугу Сяо И.

«Ты хочешь избить нас, верно? Но ты не можешь бить нас по лицу. Ведь мы семеро провели с тобой пятнадцать лет своей жизни!»

Дугу Вуди прикрыл голову и ускользнул.

Дугу Сяо И поспешила успокоить ситуацию. И результат был потрясающим. Все расходились перед ней, куда бы она ни шла. В конце концов, они боялись, что что-то может пойти не так, если они коснутся её... Дугу Сяо И почувствовала себя более гордой и смелой. В конце концов, казалось, что она была лесным пожаром в этой хаотичной ситуации. Все поспешно убегали от того места, куда она шла. И таким образом эта забавная игра продолжалась некоторое время. Кроме того, группа женщин семьи шумно преследовала её в надежде, что она остановится после того, как прислушается к их голосам и нытью.

В любом случае, разве Дугу Цзёнхэн не терял самообладания в семье Дугу ранее? Поэтому Дугу Сяо И тоже привыкла к этому.

Зато…

Дугу Сяо И несколько забыла про своё "состояние" в этой ситуации. Толстая подушка, которую она привязала к животу, была не очень крепко привязана. Поэтому, пока она носилась, веревки ослабели... На самом деле было удивительно, что они держались до этого момента…

Старушка смотрела на внучку с тех пор, как та приехала. И, наконец, она обнаружила одну чрезвычайно шокирующую вещь…

Старушка Дугу вообще почувствовал что-то неладное в тот самый момент, когда она впервые увидела "беременную" Сяо И:

«Просто посмотрите на эту девушку. Разве это похоже на? Подожди, что?» Её брови взлетели вверх, а шея выпрямилась.

«Это не похоже на осквернённое тело. Как беременная женщина может стоять так прямо? И как она стала такой большой за эти несколько дней?»

Однако первое впечатление самое сильное. Поэтому проницательная старушка сначала не могла разобраться в этом вопросе. На самом деле она даже начала сомневаться в себе. Но затем она увидела, что Дугу Сяо И бегает. Верёвки "опоры беременности" маленькой девочки начали ослабевать, и живот медленно начал скользить вниз. Подушка изначально была под её грудью, как и положено. Тем не менее она вскоре доскользила до её живота, а затем продолжила скользить вниз к её бёдрам…

Глаза старушки внезапно широко раскрылись.

Дугу Сяо И также осознала, что всё идет не так. Итак, она быстро, как только могла незаметно, засунула свои руки вниз и подтолкнула подушку вверх. И она не посмела снова бегать. Вместо этого маленькая девочка начала осматриваться, как нашкодивший котёнок...

- Стоять! Какой скандал! – старушка Дугу пошла вперёд на своих костылях, сердито крича.

Девять мужчин в семье всё ещё были заняты друг другом. На самом деле эта банда деда-отца-сыновей всё ещё казалась в приподнятом настроении. Их восторженный обмен ударами и пинками производил достаточно шумихи, чтобы дать конкуренцию оживлённой бойне в центре города.

- Сяо И! Подойди сюда, пожалуйста! – старушка Дугу ничего не могла поделать с мужчинами и их борьбой. Поэтому она громко закричала.

- По-почему? Это неудобно для беременной! – Дугу Сяо И медленно подошла, держась за "живот". Она вдруг показалась послушной и выглядела несколько виноватой.

- Ты бегаешь вокруг с тех пор, как вернулась. Это разве не было неудобно? Ну-ка дай мне взглянуть! – старушка Дугу осторожно протянула руку и пощупала "живот" девушки. Тем не менее Дугу Сяо И оттолкнула её руки в тревоге и отскочила назад, как маленький и проворный олень. Затем она заговорила:

- Что ты делаешь, бабушка?! Это твой внук! Ты должна быть осторожнее...

Она даже не закончила говорить, когда почувствовала, что что-то не так. Её "ребёнок, которым она была беременна", внезапно упал на пол. Это была круглая подушка, на которой даже была красивая вышивка – восхитительный котёнок!

Скакалка была прикреплена к нему, как длинная лента. И еще одна лента всё ещё висела на талии Дугу Сяо И.

Это действие, очевидно, должно было привести к "трудным" последствиям. Дугу Сяо И попыталась сказать:

- Это... это... – но её губы задрожали, и она закрыла смущённое лицо руками.

Это было, словно взрыв бомбы в середине комнаты!

Старик Дугу Цзёнхэн, задыхаясь, остановился. Его кулак летел кому-то в нос, а нога – в яйца.

Дугу Вуди упал на землю с открытыми глазами. Он был покрыт пылью.

Дугу Чонг чувствовал себя обиженным, когда смотрел на своего дедушку. Его рот искривился, когда он пробормотал:

- Я же говорил тебе, что ничего не произошло... я говорил, что не было. Я бы точно знал, если бы что-то произошло! Я говорил тебе…

- Ты также сказал, что ты идиот! Тебе нужна хорошая порка! – рёв Дугу Цзёнхэна был как ужасающий грозовой удар. Дугу Чонг закрыл рот и снова спрятал голову между ног, когда услышал это.

Лицо Дугу Цзёнхэна искривилось, когда он медленно пошёл на Дугу Сяо И, как тигр. Он улыбался в ярости:

- Хорошо! Хорошо! Хорошая девушка! Теперь ты повзрослела. Ты обманула своего дедушку... это удивительно... – старик яростно кивал; он не знал, что ещё сказать…

- Дедушка... я... дедушка... я... я... я... – Дугу Сяо И два не родила от страха и огляделась вокруг. Затем она огляделась вокруг ещё раз, чтобы найти помощь. Но все вдруг отводили взгляд и отказались помочь.

«Эта девушка вышла из-под контроля. Ей нужен хороший урок! Бог знает, что произойдёт, если она не получит его... это возмутительно! Молодая девушка из большой и знатной семьи вызвала такой скандал?! Она обманула собственную семью. Кроме того, она пошла вперёд и подделала свою беременность перед тысячами людей, чтобы привлечь внимание к себе!»

- Я разорву тебя на куски! – в бешенстве прорычал Дугу Вуди.

- Помогите... – Дугу Сяо повернулась и бросилась бежать. Тем не менее Дугу Цзёнхэн сделал большой шаг и схватил длинную ленту, которая лежала на земле. Казалось, что он рыбачил, а маленькая девочка была рыбой, которая попалась на крючок с наживкой. Она полетела назад и упала на четвереньки прямо перед ним.

Дугу Сяо И боролась и визжала, а слёзы текли по её лицу.

Дугу Цзёнхэн мог спокойно избивать своих внуков. Но он тут же начал жалеть свою внучку, едва дав ей две пощёчины. Больше её ударить он не мог…

- Позволь мне разобраться с этой непослушной девочкой, отец! Я не позволю ей... – Дугу Вуди выполз с пола, потерев руки и закатив рукава. У него было очень свирепое выражение лица. – Эта девушка играла со мной! Она заслуживает морального урока! Я переломаю ей кости!

- Что, ублюдок?! – борода Дугу Цзёнхэна встопорщилась, когда он закричал. – Сломаешь кости милой и нежной девушке? Да ты с ума сошёл, придурок!

Темная линия появились на лице Дугу Вуди:

«Ты только что дал две пощёчины этой "милой и нежной девушке". Но ты вдруг жалеешь мою дочь, когда я хочу с ней разобраться? Ты не можешь поверить, что я тоже могу быть с ней довольно мягок? И ты её защищаешь...»

Глава 454. Оставь все мне!

Дугу Сяо И встала, рыдая, и вытерла слезы. Она выглядела так, будто её серьёзно обидели.

Вся семья замолчала, глядя на ту подушку вдалеке, как кролики на удава.

Лицо матери Сяо И было беспомощным. Затем, в конце концов, она посмотрела на свою мать:

- Мама... что нам с этим делать?

Старушка Дугу задыхалась от ярости:

- Что нам с этим делать? Перепеленать, блин, и подмыть! – она фыркнула, после чего задумалась. Затем она сказала. – Дело уже зашло так далеко. Итак, что же теперь можно сделать?

Глаза Дугу Цзёнхэна были широко открыты. Он слишком запыхался от ярости:

- Что можно сделать? Эта девушка сейчас "беременна" для всех! И я уверен, что все в Тянсян верят, что внучка семьи Дугу беременна ребёнком семьи Цзюнь! Итак, что мы можем сделать? Да ни*уя мы сделать не можем! Я в ярости! Любой, кто воспользовался бы этой ситуацией, был бы лучше, чем семья Цзюнь! Наша семья очень несчастлива!

- Отец, ты имеешь в виду... – очень осторожно заговорил Дугу Вуди. Он, наконец, понял, в чём дело. Сегодня большую ошибку сделала не Дугу Сяо И, а он. Казалось, всё, что он говорил, было неправильно. И теперь это стало капканом, в который он сам себя загнал…

«Моя дочь не беременна. Значит, она не будет рожать незаконнорожденного ребёнка…»

- Что я имею в виду? Это позор! Что это значит для нашей семьи? Что это значит для вашей дочери? Это значит, что репутация нашей семьи Дугу рухнет до самых глубин Ада! Ты не можешь использовать свои мозги? Ты... ты... ты просто хочешь ещё больше разозлить меня, не так ли? Ты идиот! – Дугу Цзёнхэн подскочил на месте и изрыгнул дождь проклятий.

Дугу Вуди отвернулся и замолчал.

«Я всего лишь спросил, а он меня так обругал. Тогда я лучше буду молчать…»

- И что ты заткнулся? Язык проглотил? Ты всё ещё смеешь молчать и бунтовать против меня? – старик Дугу орал, как злой монстр, а его палец указывал на нос генерала Дугу.

«Я не ожидал, что молчание также вызовет столько проблем», – Дугу Вуди потерял дар речи.

- Завтра мы организуем нашим людям поездку в семью Цзюнь, чтобы обсудить этот вопрос. Мы не можем позволить этому отродью нанести ущерб и ускользнуть! Что является причиной этого хаоса! – старушка Дугу смело приняла решение. – Этот развратник будет чувствовать себя очень удовлетворённым после того, как женится на моей внучке? Позволь мне встретиться с ним завтра!

- Завтра... не очень хорошо. Семья Цзюнь также столкнулась с проблемами прямо сейчас. Так что завтра... будет хлопотно, – Дугу Вуди откинул голову назад, чтобы посмотреть на свою мать. У него было предчувствие.

- Я сказала, что мы поедем завтра. Значит, мы поедем завтра! И никаких вопросов об этом! – старушка Дугу широко открыла глаза. – Вы, отец, сын и семь идиотов, встретите лицом к лицу то, что происходит в столице! Что в этом такого особенного?

- Цзюнь Мосе убивает людей по всей столице! – Дугу Вуди заговорил тихим голосом. Однако он увидел, что никто не отреагировал. Он продолжал говорить. – Этот ребёнок очень свиреп!

- Очень свиреп! – старушка с удовлетворением кивнула. – Зять дочки этой старушки не может быть слабаком! Ходят слухи, что он одержал верх над четырьмя экспертами Духа Суань! Я всегда думала, что это слухи. Но я могу сказать, что его сила достигает небес теперь, когда я вижу, как он убивает прямо в городе. Он – сильный мальчик! – потом, она вдруг рассердилась. – Ты, позорный ублюдок! Ты знаешь, что мы сейчас в одной лодке с семьёй Цзюнь? Но ты всё ещё не поднял свою жопу, чтобы помочь им?! Что ты будешь делать, если они начнут запугивать Сяо И после свадьбы, потому что наша семья не поддерживала их? Ты возьмешь на себя ответственность за это?

Дугу Вуди был ошеломлён.

«Мои родители сошли с ума! Я всегда думал, что мать разумна...

Как они до этого дошли? Они уже думают о счастье Сяо И после свадьбы?

У моей матери действительно есть дальновидность…»

Женщины внезапно столпились вокруг старушки Дугу и Сяо И и начали болтать и хихикать. Свадебные дискуссии уже через секунду можно было услышать по всему особняку. На самом деле, даже рождение детей и их имена обсуждались…

Дугу Вуди и Дугу Цзёнхэн смотрели друг на друга в ужасе. Они не знали, смеяться или плакать…

Прошло много времени вот так. Затем старик Дугу внезапно поднял ногу и пнул задницу Дугу Вуди:

- Ты всё ещё слишком несчастлив, чтобы помочь, ублюдок? Что ты делаешь здесь? Что здесь такого хорошего?

Дугу Вуди поспешно ускользнул. Но он всё ещё злился внутри.

«Цзюнь Мосе... Да иди ты на*уй! Всё это из-за тебя... ты, бессовестная скотина…»

Семеро "героев легенд, смело несущихся вперёд" видели, как их дед посмотрел на них. Поэтому они быстро подняли свои задницы, и припустили следом за Дугу Вуди…

Мир снаружи был переполнен людьми, и весь город перевернулся с ног на голову. Тем не менее Цзюнь Мосе был дома. И он готовился к продвижению своего деда.

«Это мир, в котором уважают сильных. Так что чем быстрее становишься сильным – тем лучше! В любом случае, куда мог убежать этот клоун, стоящий снаружи? Монах может убежать. Но он никогда не сможет убежать из храма!»

Поэтому Цзюнь Мосе не слишком беспокоился о репрессиях. Более того, он считал, что эти люди будут обсуждать только те вопросы, которые их ещё больше запугают…

Он отвёл Гуан Квинхан обратно в её двор, когда они вернулись. Но она сказала ему остаться, когда он собирался уйти…

Цзюнь Мосе повернулся в изумлении... только чтобы увидеть, что Гуан Квинхан стояла у двери довольно робко. Её фигура была нежной, а лицо – утончённым. Она, казалось, затаилась в страхе, глядя в глаза Цзюнь Мосе, словно бы прося защиты.

Цзюнь Мосе оглянулся на Гуан Квинхан. Она немного опустила голову, и слёзы упали на землю перед ней…

Цзюнь Мосе задрожал.

«Эта красивая девушка... такая непревзойдённая красота... кто знает, сколько ей пришлось пережить... Сколько мучений она пережила?

Кто бы мог понять её? Я полагаю, что мужчины верховные, а женщины стоят меньше, чем одежда слуг, но...»

Тем не менее Цзюнь Мосе пришёл из современного мира. Таким образом, он мог понять её ужасные страдания. Только он мог поставить себя на её место, и только он мог думать о ней с женской точки зрения…

Никто другой не мог этого сделать. И даже если кто-то и мог подумать об этом – они ни на секунду не подумают, что это правильно!

Эта женщина всегда была как лёд. Она была гордой и холодной женщиной. Но, в конце концов, она всё ещё была женщиной. И, наконец, она показала свою слабость!

Возможно, холодный и отчужденный манеризм Гуан Квинхан был ничем иным, как беспомощностью. Ведь барышня в самом расцвете молодости превратилась в не что иное, как в инструмент для подъёма по социальной лестнице ради власти! И мужчины этого мира исправили эту жизнь для неё…

Осознание того, что её жених был настоящим героем, должно быть, немного утешило сердце молодой леди. Незадолго до её свадьбы... незадолго до того, как она оделась бы в шелка... незадолго до того, как она смогла помочь своему мужу в управлении домом и воспитании детей... вместо этого она услышала новости о смерти своего жениха вместо свадебных колоколов. Её жених пал и погиб в бою…

Она понесла огромную потерю, но всё равно "вышла замуж" ради своей семьи.

Она, возможно, стала бы ещё одним инструментом для большей власти, если бы осталась со своей семьей. Но это было не так с семьей Цзюнь. Она наверняка была бы одна в семье Цзюнь, но она также была бы свободной. Кроме того, она была бы вдали от этих уродливых схем и интриг…

Поэтому она согласилась остаться в семье своего жениха.

Иначе как могла порядочная девушка, чья нежность могла породить поэтическую мечту в жизни любого мужчины, выйти замуж за умершего героя ради жизни одинокой вдовы?

Однако у Гуан Квинхан действительно не было другого выбора.

Она уже отчаялась во всем. Она отчаялась о браке... о самой мысли о браке... даже в жизни!

Поэтому она пришла в семью Цзюнь. И, к счастью, семья Цзюнь была добра к ней. Но потом появилось это дело с проклятым поместьем Сюэху…

И таким образом, её и без того отчаявшаяся семья оказалась в тяжёлом положении.

Гуан Квинхан думала о смерти…

Тем не менее семья Цзюнь неожиданно встала на её защиту. Поэтому она не пожалела бы и своей жизни, чтобы сделать что-нибудь для семьи Цзюнь. Она искренне не пожалела бы! Поэтому она и последовала за армией в Южный Небесный Город с тайными намерениями пожертвовать собой ради семьи Цзюнь.

Но, в конце концов, ей не понадобилось жертвовать собой. Однако произошла ещё одна "неудача"... Цзюнь Мосе отравился чрезмерным количеством афродизиака, и его жизнь оказалась в опасности. А та, кто сотворил эту хрень, уже свалила в панике. Она знала, что могла бы уйти, если бы захотела. Но где бы Цзюнь Мосе нашёл женщину в военном лагере?

Поэтому у Гуан Квинхан не было другого выбора, кроме как использовать своё тело, чтобы спасти его.

Кто-то может возразить, что Гуан Квинхан знала о привязанности Дугу Сяо И к Цзюнь Мосе. Так почему она не заставила её вместо этого?

Однако как она смогла бы объяснить это семье девочки? И почему Дугу Сяо И сбежала? Разве она не знала о последствиях применения препарата? Кто может применить афродизиак и не знать, что произойдёт в результате? Дугу Сяо И, возможно, была исключением, но Гуан Квинхан знала…

Она подумала:

«Зачем ей сбегать, если она ввела ему афродизиак? И разумеется, она не вернётся, если уже сбежала...»

У Гуан Квинхан не оставалось другого выбора, как только она поняла это. Поэтому она могла только отдать свою честь семье Цзюнь... она могла только дать своей семье-благодетелю шанс продолжить свою родословную…

У Гуан Квинхан не было выбора. Более того, её честь также помешала ей сбежать. Не имело значения, что она чувствовала к Цзюнь Мосе — она не могла смириться с этой ситуацией!

Но она попала в дикий шторм, когда спасла жизнь Цзюнь Мосе. И, в результате, она была запятнана обвинениями всего мира. Она была запятнана безнравственностью отношений между ней и Цзюнь Мосе... и она не могла избежать этой чёрной метки, независимо от того, какова была причина ее действий…

Её честь!

Честь двух семей!

Её добродетель!

Её целомудрие!

Гуан Квинхан хотела убить себя каждый раз, когда Цзюнь Мосе показывал даже крошечное пятнышко колебаний в отношении этого инцидента. И возвращение в город Тянсян уже было самой храброй вещью, которую она сделала в своей жизни.

Потому что у неё всё ещё тлела маленькая надежда в сердце…

И Цзюнь Мосе не подвёл её!

Тем не менее она всё ещё чувствовала себя уязвимой, как раньше.

Сердце Цзюнь Мосе отчаянно стучало, когда он сделал два шага вперёд. Они посмотрели друг другу в глаза. И Цзюнь Мосе, наконец, увидел беспомощность и отчаяние в глазах Гуан Квинхан.

Он внимательно посмотрел на неё, взял её руку в свою и сказал нежным, но твёрдым тоном:

- Не бойся! Оставь... всё на меня!

Слова Цзюнь Мосе были похожи на удивительный меч, пронзающий небеса. И это небо, полное чёрных облаков, внезапно пронзил маленький лучик света…

На самом деле эти слова напоминали величие бескрайней горы... они были неиссякаемы, как бездонная река... они были громоздки, как снегопад летом... И Гуан Квинхан вдруг почувствовала, что она может полагаться на эти слова, как если бы они были незыблемой основой возвышающейся горной вершины!

Глаза Гуан Квинхан внезапно засияли, как полная луна.

Её губы немного дрожали, когда она вытащила свою руку из тёплой ладони Цзюнь Мосе... несмотря на то, что она этого не хотела.

Тем не менее Цзюнь Мосе не отпустил ей. Он держал её ещё крепче, снова сказав:

- Не бойся! Я обо всём позабочусь!

Гуан Квинхан наконец-то подчинилась объятиям Цзюнь Мосе. Её губы шевелились, но слов не было слышно... только слёзы падали вниз.

Глава 455.1. Достижения и подозрения

Цзюнь Мосе покинул двор Гуан Квинхан и направился в свой собственный двор, чтобы проверить состояние Йе Гухана. В конце концов, культивирование Суань Йе Гухана было уничтожено, а его дантянь был поврежден. Поэтому его физическое состояние стало ещё хуже, чем у обычного человека. Однако он не мог догадаться, откуда у Йе Гухана вдруг появилось такое желание жить. Кроме того, его искалеченное тело было переполнено энергией. И это оставило Цзюнь Мосе очень удивлённым.

Каково положение дел? Индивидуальное упорство, индивидуальность и желание жить! Однако положение дел Йе Гухана удивило молодого мастера Цзюнь. Но он спал, и Цзюнь Мосе не хотел его беспокоить. Цзюнь Мосе спас его только для того, чтобы сохранить честь своего третьего дяди. На самом деле он бы не сделал этого, если бы его дядя не дал такое обещание. Для него не имело бы значения, сколько времени принцесса Лин Мэн умоляла бы его. Её призыв к бескорыстной любви тоже не тронул его. Слово его дяди было единственным, что заставило его спасти Йе Гухана.

Затем молодой мастер вернулся в зал и начал планировать подготовку к продвижению своего деда.

Тем не менее Цзюнь Мосе не очень беспокоился об этом. В конце концов, он всегда верил, что хорошее не может быть приобретено мгновенно; то же самое было ещё вернее для великого! Более того, возможность всегда может быть перехвачена кем-то другим, даже если она в настоящее время находится в твоих руках. Таким образом, ничто не может быть по-настоящему твоим, если ты не переварил это в чреве.

И ядро зверя Суань на пике девятого уровня было чем-то вроде этого. Это когда-то создало огромное волнение и привлекло людей со всех уголков мира. Поэтому такую великую вещь можно было захватить в любой момент…

В последнее время семья Цзюнь воспользовалась множеством возможностей. И это материализовалось во многие большие преимущества для них. Поэтому они могли смотреть сверху вниз на империю Тянсян... и даже на весь мир! Но молодой мастер Цзюнь ясно понимал, что семья Цзюнь все еще очень слаба внутри. На самом деле они были далеки от подлинной суперсемьи. В конце концов, это был просто блеф — они были только пустой оболочкой на данный момент!

Его выдуманный учитель был самым большим преимуществом, на которое полагалась семья Цзюнь. Однако этого чрезвычайно могущественного и таинственного мастера, разумеется, не существовало. Более того, у семьи Цзюнь не было настоящего эксперта Суань Духа. Цзюнь Мосе, возможно, стал известен тем, что победил четырёх экспертов Суань Духа. Однако это утверждение было преувеличено.

Рост семьи Цзюнь в настоящую суперсемью потребует длительного периода напряжённых усилий. Тем не менее семье Цзюнь необходимо иметь в своих рядах настоящего эксперта Суань Духа. Поэтому помощь старику в продвижении к уровню Суань Духа имела первостепенное значение.

Цзюнь Мосе пригласил озадаченного Цзюнь Чжан Тиана в подвал недавно построенной башни вместе с Одиноким Соколом. Эта башня была построена по специальному заказу Цзюнь Мосе. Она была особенно крепкой, а большие гранитные ступени были дополнительно обложены мрамором. Это дало "запечатывающий" эффект интерьеру башни. И в действительности мир снаружи не смог бы услышать никаких звуков, даже если бы кто-то сознательно кричал, плакал и стенал внутри этой башни!

Это, очевидно, было построено для этого конкретного момента…

Ведь колебания мощности на пике девятого уровня ядра зверя Суань были слишком велики!

Цзюнь Мосе дал Цзюнь Вую подробные инструкции заранее. Поэтому Цзюнь Вуй разместил элитные войска вокруг башни для защиты, как только три человека вошли туда. Кроме того, под покровом темноты скрывались ещё десять охранников. Цзюнь Вуй, Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн – три эксперта Суань Неба вышли на свои три соответствующие секции и встали на страже. Кроме того, при этом они приняли крайние меры предосторожности. Они устранили все возможные непредвиденные случаи и обеспечили невозможность нарушения процедур внутри башни.

Личные команды Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ Цзюнь Мосе были призваны обеспечить безопасность внутри башни. Они были спрятаны в тайных местах и были оснащены мечами и арбалетами из сухожилий зверей Суань. На самом деле их оружие было настолько острым, что даже в темноте сверкало холодным светом.

Повсюду было множество ловушек – ловушки со струнами, яд, дымовые ловушки и так далее. В семи или восьми местах даже было секретное оружие, которое сделал сам Цзюнь Мосе. Более того, это оружие было предварительно отравлено. Поэтому один неверный шаг во тьме – и даже эксперт Суань Неба или Духа сразу увидят свет в конце туннеля.

На самом деле даже Великому Мастеру было бы чрезвычайно трудно прорваться мимо такого рода боевой силы и засад.

Внутри башни…

Цзюнь Мосе вынул ядро зверя Суань, и его энергия просто разлилась повсюду. Одинокий Сокол уставился широко раскрытыми глазами и некоторое время молчал. Затем он в конце концов заговорил:

- Б*ядь! Люди со всего мира сражались друг с другом до смерти из-за этого. Даже я не моргнул глазом, прежде чем покинул луга и пришёл сюда из-за этого. Но я никогда не представлял, что оно спрятано в безопасности, здесь! На самом деле оно же не появлялось в открытую! А за что мы тогда боролись... что это было?

- Это... естественно, это было подделкой! – Цзюнь Мосе потёр нос. Он озорно улыбнулся и проговорил без намёка на смущение. – Мне было очень стыдно, когда я видел, как вы так увлечённо сражаетесь за него той ночью...

Одинокий Сокол фыркнул:

- Да ты улыбаешься, как кот, который сметаны обожрался! Где в тебе хоть капля стыда? Даже злиться на тебя – пустая трата чувств. В любом случае меня это не волнует! Мне это ядро нахрен не сдалось с самого начала! Закалять себя и продвигаться самостоятельно – это путь чести!

- Хорошо, что ты не обижаешься. Такой открытый Великий Мастер был бы идеален, чтобы направлять моего дедушку, – сказал Цзюнь Мосе с хихиканьем. Его слова, очевидно, были насмешкой. Однако его выражение вдруг стало очень достойным. Затем он повернулся к Одиночному Соколу и заговорил серьёзно.

- Пожалуйста, господин Сокол!

Цзюнь Мосе говорил эти слова очень серьёзно. В конце концов, Цзюнь Чжан Тиан был первым среди признанных родственников Цзюнь Мосе. Продвижение силы его деда, безусловно, было очень важным. Но его жизнь была ещё более важна. Продвижение силы было неважным по сравнению с сохранением жизни. На самом деле продвижение было даже несущественным.

Молодой мастер имел достаточно уверенности в этом вопросе. Но он всё ещё говорил эти слова, потому что он хотел, чтобы Одинокий Сокол знал, что они не могут потерпеть неудачу сегодня.

Они не могли позволить себе потерпеть неудачу!

Только успех был позволен.

Выражение лица Одинокого Сокола вдруг стало торжественным. Он ответил тяжёлым голосом:

- Не волнуйся! Однако затем он нахмурился и сказал. – Но я не могу сделать это самостоятельно. Мне понадобится несколько лекарств для помощи. И эти лекарства…

Цзюнь Мосе повернул ладони, потёр их, и вытащил из кольца три вида лекарств.

Более того, это были три чудесных лекарства.

Трава Небесной Звезды.

Трёхцветный Гриб.

Корень Девяти Суань.

Для плавления ядра Суань требовалось три вида специальных трав. И ни одна не была упущена, Цзюнь Мосе сумел собрать все необходимые. Более того, каждая из них был вдвое качественнее обычной и далеко превосходила обычные травы, которые можно было бы использовать.

Одинокий Сокол воскликнул, когда увидел их. Затем он внимательно осмотрел их и сказал:

- Ты обладаешь величайшими способностями, сопляк! Не будет никаких проблем, так как ты уже подготовил их!

Цзюнь Чжан Тиан только понял, что Цзюнь Мосе собирается использовать ядро зверя Суань девятого уровня для его продвижения. Тем не менее он не мог не разозлиться:

- Мосе, твой дедушка очень старый! Так какой смысл использовать такие замечательные вещи на меня? Не трать впустую этот чрезвычайно дорогой подарок! Не теряй эту прекрасную возможность! Кроме того, ты также будешь тратить большое количество сил Суань Одинокого Сокола. Продвижение культивирования твоего третьего дяди будет намного лучшим выбором, если ты так хочешь кого-то продвинуть! Это было бы здорово для семьи Цзюнь. На самом деле было бы намного лучше! Но использовать это на меня – огромная и пустая трата!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. Его глаза наполнились глубоким волнением, когда он медленно сказал:

- Слова дедушки ошибочны. Нужно срочно использовать эту штуку только потому, что дедушка такой старый. Возраст человека имеет значение. Средний человек может прожить от шестидесяти до восьмидесяти лет, если не случится несчастного случая. Эксперт Суань может прожить в среднем сто лет, а эксперт Суань Неба может прожить от ста пятидесяти до двухсот лет. Однако если он не попадал в серьёзные аварии… – затем молодой мастер вздохнул и продолжил. – Но дед сражался с юности и всю жизнь был в военных походах. Итак, я считаю, что ты получил много серьёзных и ещё больше незначительных травм. Твоё тело было повреждено в течение этого длительного периода времени. То же самое можно сказать и о твоих меридианах. Ты находишься в чистой среде Суань в данный момент. Таким образом, не должно быть проблем с твоим здоровьем. Но твои травмы могут проявиться, если ты будешь участвовать в жестокой борьбе... или пострадаешь от внезапной болезни. И твоё здоровье стало бы безнадёжным, если бы это произошло. Но твой жизненный период увеличится на 100 лет если ты используешь это ядро Суань. Кроме того, это позволит позаботиться о твоём здоровье, и твоё физическое состояние также будет доведено до оптимального состояния.

Цзюнь Мосе улыбнулся и продолжил:

- У нас с третьим дядей есть другие средства. И они более эффективны. Так что, не беспокойся о нас.

Цзюнь Чжан Тиан погладил бороду, размышляя в тишине. Тем не менее он по-прежнему не хотел соглашаться. В конце концов, у него было мышление старика — он ненавидел использовать хорошие вещи, которые он приобрел за свою жизнь. Вместо этого он хотел, чтобы эти хорошие вещи использовались его потомками, когда они будут в них нуждаться. На самом деле он был бы доволен, даже если бы он не получил ничего из того, что заработал. Он был бы очень доволен...

Глава 455.2. Достижения и подозрения

Цзюнь Мосе увидел, что старик всё ещё колеблется. Поэтому он поспешно сказал:

- Я всё равно уничтожу эти вещи, если ты не согласишься их использовать. Это отличные вещи, но они могут вызвать много неприятностей. Кроме того, третий дядя и я не будем использовать их в любом случае. Дедушка... ты должен знать, что ты – боевой костяк этой семьи. На самом деле ты самый важный человек, если учитывать общую ситуацию!

У Цзюнь Чжан Тиана не осталось выбора, кроме как согласиться, так как Цзюнь Мосе поставил такое условие. Тем не менее он всё ещё пытался узнать, были ли у Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуя какие-либо другие средства. Ведь ему нужны были гарантии.

Цзюнь Мосе не мог сказать много перед Одиноким Соколом. Некоторые вещи всё равно не надо было произносить вслух. Тем не менее потребовалось много мозгов, чтобы уклониться от вопросов старика. Настолько, что это заставило его вспотеть…

Цзюнь Мосе был тем, кто даже не моргнул бы, если бы увидел, как убивают весь мир. Однако ему было очень трудно убедить этого человека...

Цзюнь Мосе поспешно занялся измельчением травы небесной звезды, когда дед Цзюнь в конце концов согласился. В конце концов, он боялся, что кошмарный допрос начнётся снова. Затем он налепил растёртую траву небесной звезды на поверхность ядра Суань. Ядро ответило на эти манипуляции вспышкой красного света. Яростное изменение мощности ядра Суань внезапно стабилизировалось. Оно сразу же стало сдержанным и стало напоминать послушного и культурного ребенка.

Тем не менее Цзюнь Мосе не мог даже вздохнуть из-за нехватки времени. Он быстро повернулся к Одинокому Соколу и сделал жест рукой. Одинокий Сокол понял жест и подошёл к Цзюнь Чжан Тиану. Затем он положил одну ладонь на затылок Цзюнь Чжан Тиана, а другую – на середину спины. Цзюнь Чжан Тиан сел, скрестив ноги, и торжественно закрыл глаза.

Горький аромат Трёхцветного гриба вскоре наполнил воздух. Цзюнь Мосе инициировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи, и эффективность Трёхцветного гриба начала просачиваться в ядро Суань; он не растратил ни капли энергии в процессе. Внезапно кромешная тьма ядра Суань сменилась яркостью восходящего солнца. На самом деле она была настолько яркой, что было больно даже смотреть на него…

На этот ослепительный яркий свет, может быть, было трудно смотреть. Тем не менее любой человек под его бликом почувствовал бы великое спокойствие.

Цзюнь Мосе не пропустил ни одного удара сердца и тут же быстрее активировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Ядро Суань стало ярким снова и мелькнуло яростным огнём. Затем из него внезапно вырвалась яркая река жёлтого цвета со сладким запахом. Она направилась прямо в рот Цзюнь Чжан Тиана.

Последний оставшийся корень в руке молодого мастера – корень девяти Суань – внезапно превратился в густой поток небесно-голубой жидкости в это время и выстрелил в воздух. Затем он влился в лимонную реку, текущую в рот старика.

Одинокий Сокол также активировал свою энергию, когда это произошло. Его энергия текла в меридианы Цзюнь Чжан Тиана непрерывным потоком...

Цзюнь Мосе наконец-то расслабился и вздохнул с облегчением.

«Все идет хорошо! На самом деле это уже можно назвать полууспехом!».

Была ли это трава небесной звезды или трёхцветный гриб – Цзюнь Мосе выбрал лучшее. И он смог захапать ещё и лучшую часть корня девяти Суань…

«Нет никаких сомнений в продвижении дедушки благодаря гармоничной смеси трех трав и добавлению большой силы Одинокого Сокола!»

Цзюнь Мосе использовал свое духовное чувство, чтобы проверить окрестности. Ведь это был критический момент. И даже небольшое беспокойство могло быть разрушительным для человека, продвигающегося в царство Суань Духа. На самом деле, даже Великий Мастер может пострадать, если что-то плохое случится! Поэтому он не мог позволить себе быть беспечным никакими средствами.

На самом деле Цзюнь Мосе был очень удивлен, когда Одинокий Сокол согласился помочь. Он действительно не ожидал, что Великий Мастер согласится так легко. В конце концов, как мог человек с опытом Одинокого Сокола не понять степень опасности в этом процессе?

Любой провал может привести к катастрофе!

Фактически угроза для них обоих появится, даже если трёхлетний ребёнок начнёт плакать в этот момент. Их может постигнуть Дьявольский Укус такой силы, что придётся от стенок отдирать!

Цзюнь Мосе ожидал, что ему придется приложить серьёзные усилия, чтобы уговорить Великого Мастера. На самом деле он даже рассматривал различные условия, которые он мог бы выдвинуть. Однако в конце концов ему не понадобилось идти даже на компромисс. Таким образом, казалось, что даже в самых мерзких сердцах может появиться привязанность, если им дать достаточно времени. Даже Великий Мастер не стал исключением.

Все было тихо за пределами башни, не было никаких следов движения.

Казалось, что для этого процесса всё было в целости и сохранности. Итак, Цзюнь Мосе наконец вздохнул с облегчением…

Однако он тут же почувствовал, что что-то забыл. Но, похоже, он не мог вспомнить, что это было, хотя он старался изо всех сил. Таким образом, он не мог не обратить пристального внимания на детали, спокойно размышляя, что же он упустил из виду... или забыл что-то.

Густой белый туман появился из Цзюнь Чжан Тиана. Затем он постепенно окутал Одинокого Сокола...

Цзюнь Мосе не мог не вспомнить чистую ауру Пагоды Хунцзюнь, когда он стал свидетелем этой сцены. Затем он вспомнил тот странный белый туман, который видел в лесу Тянь Фа. Он вздохнул.

«Этот мир действительно странный и очень большой...»

Внезапно что-то ярко вспыхнуло в голове молодого мастера, и он вдруг вспомнил, что забыл.

«Мэй Сюэ Янь! Мэй Цянь Цянь!

Эти две женщины пришли в город с нами. И я ясно помню, как видел их с Гуан Квинхан в карете, когда входил в город. Но как они могли исчезнуть так внезапно и непонятно?

Когда они покинули карету? И когда они исчезли?»

Цзюнь Мосе ахнул и нахмурился.

«В то время было много хаоса. Но я привык иметь дело с такими ситуациями. Мои глаза смотрят на все дороги, и мои уши слышат всё! Они были позади меня, и не должны были скрываться, спасаясь от меня. Но я всё-таки не заметил, когда они исчезли!»

Более того, появление таких красивых девушек должно было вызвать сенсацию в толпе. Но Цзюнь Мосе ясно помнил, что он не видел удивлённого выражения в глазах кого-либо в то время…

Это означало, что никто не заметил их!

«Но как они могли так исчезнуть? Я использовал каждый метод, чтобы проверить эти двоих, и я не нашел ничего странного! Может быть, эти две женщины настолько талантливы, что даже я этого не увидел? Есть ли у них такая сила, что они могли бы скрытно вырваться из-под моего носа? Какая сила нужна кому-то, чтобы это осуществить?

Какой страшной эта сила должна быть?!

Эти две женщины, возможно, были больше, чем казалось. На самом деле они могли быть даже сильнее меня. Но они не могли быть абсолютно недоступны, верно? Более того, они не могли превзойти уровень Великого Мастера? Это была бы полная чушь!

Но тогда... как я могу объяснить этот инцидент, если это не так?»

Цзюнь Мосе нахмурился, когда в его голове появилась тревога. Он воспроизводил каждый разговор с ними в своем уме – прямо с момента его первой встречи с ними... и до того времени, когда они вошли в город Тянсян.

Он тщательно перебрал каждое крошечное движение, и все выражения лиц этих двух женщин. И, наконец, он смог найти подозрительные вещи. Во-первых, внешность девушки в зелёной одежде претерпела небольшие изменения в течение этого месячного путешествия. Это небольшое изменение было связано только с изменением толщины бровей. Тем не менее Цзюнь Мосе смог обнаружить его.

«Девушка в зеленой одежде изменяла свой внешний вид. Это подтверждено, в этом нет никаких сомнений. Но почему она изменила свою внешность? Это, конечно, не имело бы значения, когда дело дошло до того, чтобы быть внутри армейского лагеря. Может, она бояться быть узнанной? Но это значит, что я видел её раньше!

Итак, кто она такая?

А вот Мэй Сюэ Янь не изменяла своего внешнего облика. Это тоже очевидно. Более того, её предвзятость обо мне также была очевидна. И она постоянно доставляла мне неприятности на протяжении всего путешествия. Это также то, что я должен запомнить. Но разве я обидел её в прошлом?

Но она не изменила своей внешности, и я не видел её раньше. Итак, когда я обидел её?

Кроме того, я бы никогда не забыл такую исключительную красоту, если бы увидел её раньше!

Более того – у них было противостояние с командой Города Серебряной Метели, когда мы их встретили!»

Цзюнь Мосе вздохнул:

«Эти две женщины, очевидно, не обычные...»

Цзюнь Мосе думал об этом снова и снова, но он не мог понять, кто эти женщины.

Затем в его сознании появилось ещё одно сомнение:

«Девушка в зелёных одеждах, должно быть, каким-то образом была связана с Королевой Змей! Откуда ещё могло быть так много змей, чтобы беспокоить меня на протяжении всего путешествия? Если она не может быть Королевой Змей, то она, должно быть, её сестра или что-то ещё! В этом нет никакой ошибки!

Но кто была та девушка в белой одежде? Мэй Сюэ Янь... я никогда не слышал об этом раньше. Может ли быть, что... она имеет отношение к этой Леди Юэ Эр из Озера Духовного Тумана?»

Затем Цзюнь Мосе вдруг подумал:

«Я боюсь, что у меня будет много проблем с этими двумя дамами в будущем... Это может очень проблемно…»

Тогда он вспомнил про аспект его удачи с женщинами. Цзюнь Мосе знал, что он выглядит красивым. Но он был недостаточно самовлюблен, чтобы думать, что любая женщина влюбится в него с первого взгляда…

«Пока я не могу это объяснить... я не могу найти ни малейшей подсказки. Это очень раздражает...»

Цзюнь Мосе вздохнул.

- Над чем ты вздыхаешь, сопляк? – раздался голос.

Цзюнь Мосе открыл глаза, чтобы увидеть сияющего Цзюнь Чжан Тиана, стоящего перед ним. Тем не менее дедушка Цзюнь с беспокойством смотрел на него в данный момент. Цзюнь Мосе спросил:

- Как ты себя чувствуешь, дедушка? Ты совершил свой прорыв?

- Прорыв? Разве это прорыв? – старик Цзюнь пыхтел, от души смеясь. – Это не прорыв, это прорывище! Я никогда в жизни не мечтал о таком!

- Это действительно так! Прогресс мастера Цзюнь поистине невероятен! – Одинокий Сокол сделал все возможное. Его голос показывал, насколько он истощён. Однако ещё там слышалось восхищение и зависть…

- Твой дедушка чуть не высосал всю мою энергию на последней стадии... – Великий Мастер горько улыбнулся. – Сила этого ядра Суань удивительна. На самом деле такой огромный прогресс редко можно увидеть с незапамятных времен! Такой огромный прогресс за такое короткое время... – Одинокий Сокол улыбнулся, прежде чем продолжил. – Я практиковал всю свою жизнь. Но я чувствую себя глупо, увидев такой потрясающий результат…

- Прогресс огромен, верно? – Цзюнь Мосе спросил в экстазе.

- Это далеко не огромный! – Цзюнь Чжан Тиан счастливо рассмеялся. Затем он заговорил с весёлой улыбкой. – Я был на вершине Суань Неба перед прорывом – прямо на краю прорыва, чтобы войти в царство Суань Духа! Но я преуспел в достижении царства Духа Суань из-за ядра Суань и силы Одинокого Сокола!

- Твой дед прорвался через сильный барьер над пиком Неба Суань сразу после того, как он впитал силу из ядра Суань. И он достиг второго уровня царства Суань Духа! – Одинокий Сокол вздохнул. – Но это не всё. Эффект этого ядра Суань замедлился к этому моменту. Однако сила трёх трав стала просто невероятной на этом этапе, и вместе с остаточным потенциалом Ядра Суань его снова подтолкнуло вперёд. Их сила хлынула через его меридианы и чуть не убила нас! Мне каким-то образом удалось защитить меридианы твоего деда. Потом я вдруг понял, что... что твой дедушка – счастливый старик! Он, к счастью, прорвался на третий уровень!

- Ты хочешь сказать, что мой дедушка сейчас находится на третьем уровне Суань Духа? Он лишь чуточку слабее Сяо Бу Ю? – Цзюнь Мосе хлопнул в ладоши от волнения, рассмеявшись. – Результат почти такой, как я и ожидал. Я думал, что он достигнет второго уровня Суань Духа. Но он пошёл на один уровень выше!

- Какой еще уровень выше этого?! Второй уровень Духа Суань также имеет три уровня – базовый, средний и пик. Третий уровень Духа Суань приходит после этих трех подуровней. И он прошёл прямо на базовый третий уровень Духа Суань! На самом деле твой дед находится на пике первого подуровня третьего уровня Духа Суань! Проклятие! Ему действительно очень повезло... – Одинокий Сокол махнул руками. Он чувствовал себя очень уставшим. – Я собираюсь спать! Не хочу оставаться рядом с тобой, тупой внук и счастливый старый пердун!

Цзюнь Чжан Тиан от души рассмеялся:

- Большое спасибо за твою помощь, старший Сокол! Я не могу тебя отблагодарить! Вся моя семья не может отблагодарить тебя!

Одинокий Сокол улыбнулся и ушёл.

Глава 456. Возвращение к убийствам

Цзюнь Чжан Тиан был очень взволнован, совершив прорыв. Поэтому он продолжал говорить долгое время, прежде чем обнаружил, что его внук задумался. Мальчик не говорил и выглядел угрюмым. Он обратил внимание, как его внук смотрел на него, и даже немного удивился:

«Что-то не так с моим телом? Как ты можешь так обращаться со своим дедушкой?»

Затем он внимательно посмотрел на себя. И он обнаружил, что что-то действительно не так – он был покрыт пятнами. Его свободные одежды почему-то прилипли к телу. И его обычно белое одеяние было покрыто толстым слоем какой-то краски.

Старик прожил довольно долго. В прошлом ему было наплевать на такие вещи. Но в наши дни он был герцогом и жил, как принц, много лет. Кроме того, он пересмотрел свои взгляды, а также развил одержимость чистотой. И, в частности, он уделял пристальное внимание этим аспектам перед подрастающим поколением. Поэтому он вскрикнул от страха, когда увидел это "постыдное" происшествие. Поэтому он исчез в тени в ту же секунду. Однако он успел промолвить:

- Я, пожалуй, приму душ. Вернусь через минуту.

Цзюнь Мосе невольно рассмеялся.

Это было нормально. В конце концов, его дед прорвался через жёсткий барьер минуту назад. Более того, он прошел несколько уровней и значительно увеличил свою силу. Он получил помощь от Великого Мастера и очень мощного предмета. Это очень тщательно очистило его. И в результате все нечистоты, накопившиеся в его теле за последние десятилетия, вышли наружу. Кроме того, травмы, которые он получил ещё в юности, были устранены вместе с любыми другими спящими заболеваниями. На самом деле молодой мастер начал бы сомневаться, что всё пошло не совсем так, если бы эта грязь не вышла из его тела.

Цзюнь Мосе был уверен, что Цзюнь Чжан Тиан сможет теперь легко дожить до двухсот лет и даже больше. На самом деле в этом не было никаких сомнений. Кроме того, его способность защищать себя также значительно возросла. Фактически он мог бы даже бороться против Великого Мастера, если бы он объединил свою нынешнюю силу с чудесными боевыми искусствами, которые знал Цзюнь Мосе.

Поэтому Цзюнь Мосе, наконец, решил отложить все заботы на потом…

Затем молодой мастер внезапно сердечно улыбнулся. В этот момент он чувствовал себя очень довольным и счастливым.

В конце концов, это был мир, где сжатый кулак был самым верным аргументом. Таким образом, это был единственный способ обеспечить безопасность его семьи.

Для чего люди жили своей жизнью?

Можно сказать, что люди не заботились о собственной судьбе. Вместо этого можно сказать, что люди жили ради других — ради людей, о которых они заботились... для тех, кто заботился о них... для своих родных и близких!

Он был один в своей прошлой жизни. Но это было бы поверхностным заявлением, если бы кто-то сказал, что он жил только для себя. И это потому, что он тоже хотел жить для кого-то другого. Но такого в его жизни не существовало. Таким образом, он жил, полагаясь на веру, которую он хранил в своём сердце:

«Кто может быть достоин любви? Кто может того стоить?»

Он грабил богатых, чтобы помочь бедным. Его осуждали за разврат. Однако он жил для своей страны и жил для своего народа. Другими словами, он делал всё возможное, чтобы поддержать веру, которую он хранил в своём сердце. Он был убийцей в прошлой жизни, но всё же сражался за справедливость. Однако он делал это ради справедливости, в которую верило его сердце.

Он убивал и издевался, не беспокоясь об этом. Но эта вера в его сердце оставалась непоколебимой.

Человек шёл по самым несправедливым дорогам мира, но он всегда делал это, чтобы позаботиться о справедливости в мире.

Однако, поступая так, он постоянно уходил с так называемого "пути праведности".

Цзюнь Мосе... Цзюнь Се был очень одинок. Обычный человек не может понять такой беспомощности.

Однако в этой жизни у него неожиданно появилась семья. Кроме того, Цзюнь Мосе принял свою новую личность, а также принял эту новую семью.

Цзюнь Чжан Тиан погрузил столицу в кровавую бойню ради него. И Цзюнь Мосе чувствовал глубокую привязанность к своей семье.

Поэтому Цзюнь Се... Цзюнь Мосе больше не чувствовал себя одиноким. И это потому, что в его сердце, наконец, нашлось место для других людей!

В этой семье были люди, которые заботились о судьбе Цзюнь Мосе. И это было то, ради чего он мог жить!

На самом деле Цзюнь Мосе использовал бы любые средства, и пошел бы на любые меры, чтобы обеспечить здоровую, счастливую и долгую жизнь для членов своей семьи. И он никогда не позволит никому разрушить такое прекрасное чувство!

Этот "безродный" человек наконец-то обрёл любовь и привязанность семьи! И никто не мог себе представить, как сильно он мог заботиться о них взамен... В действительности он был готов даже настроить себя против всего мира, чтобы защитить их от вреда!

И это потому, что он не хотел снова чувствовать эту "безродность"…

В конце концов, это было слишком горько!

Горечь может заставить человека потерять интерес к жизни. Однако знать, что кто-то заботится о себе – это очень тёплое чувство. Он всем сердцем и душой стремился к тому, чтобы защитить это.

От исцеления ног Цзюнь Вуя до создания Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ... от продвижения Цзюнь Чжан Тиана до убийств ради Гуан Квинхан – Цзюнь Мосе предпринял все эти шаги ради своей семьи.

И он будет продолжать это делать…

Пока позор этой семьи не будет смыт навеки. Пока семья не встанет на вершину мира! Пока никто в мире не сумеет набрать смелости просто взглянуть на них!

Все живые существа будут смотреть на семью Цзюнь с надеждой, когда она будет смотреть вниз на весь мир.

Это была конечная цель Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе расслабился, когда смотрел в тёмную ночь. Он приказал охранникам вернуться на свои места и отозвал усиленные патрули. После этого его тело покачнулось и исчезло из подвала башни в мгновение ока.

Были ещё несколько других важных дел, которые необходимо было сделать в эту ночь. Сделать их в дневное время было недостаточно. На самом деле это было бы практически бесполезно! Ему понадобились бы головы нескольких больших шишек этого города, если бы он захотел избавиться от возмущения…

Парочка гнилых учёных осмелились напасть на семью Цзюнь так открыто и нагло!

«Как может семья Цзюнь стоять над всем миром, если мы позволим кому-то пользоваться таким дешёвым преимуществом? Как мы можем стать суперсемьей в будущем, если так будет продолжаться?! Это не шутка!»

Поэтому Цзюнь Мосе счёл необходимым заниматься такими вопросами.

«Вы планируете использовать "честь", чтобы нападать на меня?

Хе-хе, давайте посмотрим, кто больше заботится о чести…

Вы сказали, что я бесчестный и бесстыдный. Итак, давайте посмотрим, сколько чести в вас!»

Этой ночью небо было покрыто тёмными облаками. Не было видно ни звёзд, ни луны.

Это была ветреная и безлунная ночь. И такая ночь всегда подходила для совершения убийств и злодеяний.

Молодой мастер Цзюнь не собирался совершать злодеяния. Но ему было наплевать на убийство, если он посчитал это необходимым. В самом деле, казалось, что он планировал сделать что-то ещё более ужасное, чем убийство…

Семья Мэй.

Старик Мэй Гао Цзе застонал и вздохнул. Дело переросло в такую неожиданную "ситуацию". Старик Мэй не ожидал, что такой развратник, как Цзюнь Мосе, сможет прибегнуть к таким жёстким методам в отношении его учеников.

Цзюнь Мосе продемонстрировал сильное презрение к Императорской власти средь бела дня. Единственным объяснением этого было то, что он либо имел достаточно сил, чтобы бросить вызов Императору самостоятельно... либо у него была достаточно сильная поддержка, чтобы сделать это! Однако не имело значения, как именно — старик Мэй не был рад его видеть.

Старик Мэй не понимал, что произошло:

«Цзюнь Мосе! Ты должен был дрожать от страха перед лицом такой публичной критики. Ты должен был извиниться и молить о прощении. И ты должен был пойти к Императору, чтобы просить его о помощи. Это обычный, рациональный и правильный ход событий. После этого чиновники обвинили бы тебя и загнали в угол. Военные сделали бы всё, чтобы нанести ответный удар. И Император вмешался бы, чтобы всё исправить. Он бы не уничтожил семью Цзюнь, но их сила была бы очень сильно ослаблена. И таким образом, влияние семьи Цзюнь в конечном итоге исчезло бы из Тянсяна! Тогда этот преступник, Цзюнь Мосе, должен был умереть!»

На самом деле он бы без колебаний уничтожил Гуан Квинхан, даже если она сделала это, чтобы спасти кого-то. Старик уважал её храбрость, но он не стал бы сочувствовать ей ни в коей мере. Более того, разве она не провозгласила бы невиновность Цзюнь Мосе людям, если бы её не обвинили во всём, так же, как его?

Они были любовниками для всех, кого это касалось, и должны были быть преданы смерти.

Необходимо отметить, что каждая Империя полагалась на такие крепкие семьи. Но было бы не очень хорошо, если бы одна семья стала сильнее самой Империи.

На самом деле это вызовет катастрофу в долгосрочной перспективе!

Семья Цзюнь и сила Цзюнь Мосе испытали очень резкий подъём. Тем не менее он внезапно получил эту удивительную возможность. Ведь это был огромный скандал! В действительности это была возможность, о которой говорят "раз в тысячу лет"!

Мэй Гао Цзе полагал, что он правильно догадался о намерениях Императора. И вот почему он взял на себя такое враждебное отношение и пообещал "утопить" семью Цзюнь. Ведь поддержка Императора – как поддержка всей Империи. Семья Цзюнь была сильной, но в этом случае их не нужно было бояться.

В конце концов, семья Цзюнь поднималась в данный момент, но их крылья ещё не полностью распахнулись. Поэтому это было лучшее время, чтобы напасть на них. Такой благоприятный шанс выпадал крайне редко. Так что он жалел бы об этом всегда, если бы пропустил.

«Но почему отношение Его Величества так расплывчато теперь, когда вопрос открыт? Не говорите мне, что он думает, что этого недостаточно, чтобы сделать ход? Что ещё может быть?

Тем не менее высокомерие Цзюнь Мосе достигло шокирующей степени!

Всё вышло из-под контроля!

В конце концов, сила характера учёных была втоптана в грязь, раз уж эти трое в конечном итоге обрушили проклятия на своих же учителей!»

Всемирно известный Институт Небесной Литературы Вэньсин неожиданно оказался втянут в такой огромный скандал. Фактически этот скандал был даже больше, чем у Цзюнь Мосе с его невесткой! И это было ещё более невыносимо для старика.

Он терпеть не мог бесстрашных. Тем не менее Мэй Гао Цзе чувствовал себя еще удручённее из-за своей неудачи в качестве учителя, по сравнению со скандалом семьи Цзюнь. В конце концов, он обучал так много невыносимых учеников!

А ситуация вышла из-под контроля только за один день! Всё полетело псу под хвост!

У Мэй Гао Цзе болело сердце. Можно предположить, что у его коллеги, Конг Лин Яна, было такое же беспокойство.

- Похоже, учитель Мэй сегодня в очень хорошем настроении. Ветер завывает, как крик призрака в безлунную ночь. Однако учитель Мэй стоит надменно и торжественно под ночным небом. Вот почему звезды не осмелились явить себя в ночном небе сегодня вечером? – с ветром донёсся слабый, но ясный голос. Голос был едва слышен, но все равно был очень ясным. Более того, казалось, что тот, кто говорит это, улыбается. Но странный холод внезапно заставил содрогнуться…

Мэй Гао Цзе вздохнул. Он не удивился, лишь заложил руки за спину и остался стоять за каменным столом, который был установлен во дворе. В руках он всё ещё держал чашу вина. Он даже не повернулся назад. На самом деле, казалось, что он говорит сам с собой:

- Цзюнь Мосе?

Глава 457. Ты принесёшь великие страдания простым людям!

Он произнес эти слова очень медленно, однако, вместе с тем – очень спокойно. На самом деле, казалось, что он ожидал и готовился к этому; он точно знал, что это не может быть ни кто иной, как Цзюнь Мосе.

- Учитель Мэй заслуживает звания мудрейшего из своего поколения. Он явно понимает многое, – тихий голос, как будто разговор со старым другом. Он не был ни злым, ни тревожным. Более того, он был полон терпения.

- Этому старику стыдно! Как он теперь может называться мудрецом? И о каком предвидении ты говоришь? Молодой мастер давно дал понять, что придёт ко мне, поэтому я не спал. Вместо этого я ждал, чтобы поприветствовать молодого мастера Цзюнь с честью.

Мэй Гао Цзе, наконец, обернулся. Он был спокоен. Но в его глазах на секунду мелькнула тревога, когда он посмотрел на юношу, стоявшего перед ним.

«Этот человек не тот молодой развратник, которого я помню, верно?»

Перед ним был очень красивый и элегантный молодой человек. Этот молодой человек был одет в белые одежды. И, казалось, он стоял спокойно и беззаботно. На самом деле казалось, что божество спустилось с девятого неба в хаосе этой ночи!

Этот отстранённый, величественный, холодный и элегантный мальчик, но он очень тепло улыбался. Но эта очень тёплая улыбка излучала очень холодную и плотную убийственную ауру. На самом деле это было похоже на холодный ветер зимы... может быть, даже холоднее.

Этот "тёплый" мальчик не носил никакого оружия. Кажется, он даже не носил тот божественный меч, о котором говорили слухи. Но острая аура, исходящая от него, создавала впечатление, что он сам был кровожадным, демоническим и чрезвычайно исключительным божественным оружием!

Этот молодой человек, разумеется, был Цзюнь Мосе!

Распутник, идиот и транжира уважаемой семьи вдруг стал опорой, с грозным и властным характером…

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся в ответ. Его выражение, похоже, не выказывало обиды. Он подошёл к столу и спокойно налил себе вина. Затем он поднял тост:

- Позвольте мне выразить вам своё почтение, прежде чем я попрошу у вас объяснений! В конце концов, удивительно видеть, что вы так спокойны. И учтите – я мало к кому обращаюсь на "вы"... Жаль, что это вино настолько уступает хорошему... Это не может сравниться с вином моего Аристократического Зала. Так что, честно говоря, это вопрос жалости…

Мэй Гао Цзе улыбнулся и опустошил чашу. Затем его согбенное тело выпрямилось, и он медленно отступил вглубь двора. Там он нашёл стул и сел напротив Цзюнь Мосе:

- Это вино – просто обычное вино; это очевидный факт. Так почему молодой мастер Цзюнь должен заботиться об этом? Сегодня всё уже вышло из-под моего контроля... Итак, какие вопросы у молодого мастера могут быть ко мне? Этот старик знает, что ему нечего будет сказать в свою защиту.

- Я только хочу спросить тебя об этом, прежде чем мы начнем. Это был твой первый "пункт назначения" этой ночью?

- Нет, уважаемый. Я прибыл из резиденции семьи Конг!

- Тогда, я предполагаю, что учитель Конг уже мёртв? – Мэй Гао Цзе усмехнулся.

- Правильно. Характер учителя Конга был непоколебим. Он не хотел сотрудничать с нами. На самом деле он был довольно упрям. Так что у меня не было выбора, кроме как ужесточить своё сердце, скрежетать зубами и топать ногами – прямо как в дешёвых мыльных операх. Но у меня не хватило жалости, чтобы доставить его через дорогу в загробную жизнь. Сейчас он, должно быть, бродит по окрестностям дороги, хе-хе... хотя, скорее всего, ему не нравится тишина и одиночество. Так что он, возможно, ждёт кого-то, с кем он мог бы поговорить по пути…

- Ха-ха! Хорошо, хорошо! Мы были вместе всю нашу жизнь. Так что этот старик обязательно к нему присоединится! Но мне очень интересно узнать, какие вопросы молодой мастер Цзюнь хочет задать мне, прежде чем я уйду из этого мира, – сказал Мэй Гао Цзе. И в его голосе звучала насмешка.

Этот бедный учёный неожиданно действовал с редким хладнокровием и безразличием в этот момент, когда его жизнь висела на волоске. Он говорил так свободно и оптимистично, будто разговаривал со своими студентами.

- Мой первый вопрос – откуда Мастер Мэй узнал, что сегодня я нанесу ему визит? Я ясно помню, что я не посылал никого, чтобы уведомить вас, – небрежно спросил Цзюнь Мосе. Он погладил край пустой чаши в руке и повернул её. Его глаза оставались сосредоточенными на бокале, проворно вращающемся в его руках. Казалось, он находил это очень интересным. В конце концов, он даже не взглянул на Мэй Гао Цзе, хотя учёный сидел напротив него.

- Молодой мастер Цзюнь сегодня публично оскорбил моих учеников. И он также заставил их оскорбить меня. Это заставило меня понять, что ты придёшь! Я знал, что ты сделаешь это сегодня, чтобы уладить наши взаимные обиды.

Мэй Гао Цзе улыбнулся и продолжил:

- Потому что ты не оставляешь места для манёвра. Так что нам с тобой теперь не за что посредничать! В конце концов, я бы боролся с тобой всеми силами, что у меня есть, если бы ты не пришёл сегодня. Возможно, я не смогу навредить твоей семье. Но у меня достаточно уверенности, что пострадало бы значительное количество ваших подчинённых! Эти люди под нашим контролем! И, маловероятно, что проницательный молодой мастер не знает этого! Более того, молодого мастера Цзюнь может не волновать, живы они или нет. Тем не менее старик Цзюнь Чжан Тиань и генерал Цзюнь Вуй, безусловно, озаботились бы этим!

- Верно, – Цзюнь Мосе медленно кивнул. Это, конечно, было правдой, но это не было главной причиной:

«Я пришел сюда, чтобы проверить, как много вы знаете».

- Сегодняшнее дело ясно показало, что семье Цзюнь наплевать на Императорскую власть — и ты не боишься её. Так что было бы бессмысленно, даже если бы я завтра пошел к Императору. Тем не менее я мог бы использовать это время, чтобы пойти в суд. И это могло быть очень тяжёлым ударом по силе твоей семьи Цзюнь. Я не могу уничтожить твою семью, но я бы заставил тебя заплатить огромную цену. На самом деле это была бы цена, которую ты не можешь себе позволить! – он от души рассмеялся. – Этот старик – судебный чиновник. Но у него всё ещё достаточно сил, чтобы одержать победу над многими "всемогущими героями". И я также могу низвергнуть многих "непревзойдённых героев"! Члены нашей семьи имели глубокие корни и большинство власти в суде Тянсяна. Таким образом, ты не смог бы победить нас, даже если у тебя была бы величайшая военная сила! Поэтому, лучшее время для тебя, чтобы начать... было сегодня!

Более того, молодой мастер открыл сегодня свои истинные силы. Таким образом, кажется, что молодой орёл семьи Цзюнь, наконец, расправил крылья. Однако он также продемонстрировал, что он нацелен на тех, кто у власти. Поэтому этот старик и Конг Лин Ян были уверены, что мы достигнем оптимальных целей. Я и молодой мастер почти не контактировали. Однако я был уверен, что молодой мастер – мстительный человек! Ты ядовитый человек, который может справиться с завтрашним штормом обвинений, но зачем тебе ждать до завтра, если можно расправиться с этим сегодня?

Молодой мастер может быть бесчестным. Однако надо сказать, что он хотя бы обладает сыновним уважением. Тот, кто несёт на себе основную тяжесть этого нападения на семью Цзюнь – несомненно, Цзюнь Чжан Тиан! Однако ты не позволишь никому напасть на твоего дедушку! Эх, я ведь неоднократно рассматривал стратегию, как нужно иметь с тобой дело. Я хотел заставить тебя подчиниться, используя давление общественного мнения. Но жаль, что планы мужчины не всегда оправдываются. Ты адаптировался и показал ужасную силу. И ты успешно поклал большой и толстый на все планы, что я создал. Молодые действительно превзойдут нас, пожилых!

Это и была причина, по которой я был убеждён, что ты придёшь независимо от того, что произошло. Ты бы пришёл за мной и Конг Лин Янем. Твоё прибытие было неизбежным. Так как же этот старик мог не быть здесь?

- Я действительно увидел мастера Мэй в новом свете. Я чувствую ещё большее почтение, – кивнул Цзюнь Мосе.

«Мэй Гао Цзе явно долго и тщательно анализировал моё поведение и поступки, чтобы прийти к этому выводу».

Поэтому Цзюнь Мосе говорил с ним с уважением.

- Мой второй вопрос – почему бы учителю Мэй не подготовиться, если уж он знал, что я приду? Учитель Мэй, может и официальный чиновник, но он организовал много убийств. Значит, он мог устроить мне неплохую засаду, раз уж я собирался убить его. Но, когда я пришёл, я не нашёл никакой охраны. Очевидно, что учитель Мэй убрал их специально. Зачем это делать?

- Потому что, как я только что упомянул... я понял тебя довольно хорошо, хотя наше взаимодействие было ограничено. Может показаться, что молодой мастер ведет себя буйно, тиранически, а может даже и нелепо... но теперь можно предположить, что всё взаимосвязано. Кроме того, твои планы далеко идущие. Итак, ты должен был тщательно подготовиться, так как ты посмел прийти сюда. Я действительно организовал несколько смертей. Но как я могу конкурировать с твоей семьей Цзюнь? Более того, я боялся, что у меня даже не будет возможности поговорить с тобой, – Мэй Гао Цзе грустно улыбнулся. – Этот старик – очень слабый ученый. Я никогда не понимал, что такое культивирование Суань, и никогда не знал, что такое Суань Неба или Суань Духа. Но я знаю, что не могу сравниться с семьей Цзюнь. Однако я знал, что молодой мастер обязательно заговорит со мной, если я буду здесь единственным человеком.

- Раньше я считал учителя Мэй гнилым учёным. Но теперь я вижу, что он очень мудрый человек! – Цзюнь Мосе рассмеялся и налил два бокала вина. – Мосе снова отплатит вам уважением за то, что вы сказали!

Выражение лица Мэй Гао Цзе оставалось мягким.

- Мой третий вопрос – мои действия, возможно, были бесчестными в твоих глазах. Однако это было моё дело. Итак, какие у вас дела с моей семьёй Цзюнь? Более того, ты знал правду об этом. Почему ты так решительно высказался в пользу того, чтобы покрыть мою голову позором и убить меня? – эта проблема действительно оставила Цзюнь Мосе очень озадаченным. – Кажется, что мой личный порок не имеет ничего общего с обычаями Тянсяна. Но почему ты потрудился, собирая эти неуместные связи и обвинения? Почему ты спровоцировал гнев моей семьи Цзюнь, пытаясь убить меня? Когда я вёл себя должным образом в прошлом? Но я никогда не видел, чтобы ты всех объединял тогда... не могли бы вы быть щедрым в своём объяснении, учитель?

- Этот спор заканчивается тобой, молодой мастер. Но он и начался из-за тебя! Между Цзюнь Чжан Тианом и мной были споры. Но этот старик никогда бы не поступил против него таким образом. В конце концов, этот старик был очень хорош для страны и её народа. Его сын – Цзюнь Вуй – тоже был хорош. Наши политические взгляды расходились, и мы боролись против отца и сына. Но мы всё же восхищались ими. Мы бы не обвинили их, если бы они были на твоём месте. Более того, мы бы попытались спасти их! Ты – причина, по которой это произошло! Молодой мастер Цзюнь – Цзюнь Мосе! – Мэй Гао Цзе холодно улыбнулся. – Потому что... в тебе нет никого важного! Ты игнорируешь всех в мире! Но, как ни странно, сейчас я чувствую, что знаю молодого мастера, как близкого друга. Тем не менее это принесло бы бесконечные несчастья, если бы ты унаследовал власть семьи Цзюнь! Я в этом убеждён. Весь Тянсян был бы охвачен хаосом! Появление твоих талантов было первым признаком опасности. Поэтому тебя нужно было задушить как можно скорее, так как весь Тянсян был бы уничтожен твоими руками. Фактически пока только Тянсян. Но ты точно причинишь большое разрушение всему миру, если одержишь победу!

Не было никаких сомнений в том, что слова Мэй Гао Цзе содержали какой-то глубокий смысл. Но Цзюнь Мосе больше не спрашивал. Сейчас не лучшее время, чтобы мстить, даже если Мэй Гао Цзе действительно знал правду. И, возможно, не было бы необходимости в каких-либо доказательствах, если бы это было подходящее время...

Глава 458. Юный герой не сможет решить проблемы

Кроме того, Цзюнь Мосе уже подтвердил свои сомнения. Все его сомнения указывали в одном направлении. И Цзюнь Мосе нужна была только ещё одна возможность, вот и всё.

- Есть ещё один момент... Цзюнь Мосе, ты очень опасен, и сила семьи Цзюнь также очень высока. Тем не менее сила семьи Цзюнь была рассеяна в течение этих лет. Сегодня на земле царит мир, и, похоже, нет никаких признаков войн. Таким образом, ты, вероятно, не получил возможность достичь того, чего ты хотел. Ты бы в лучшем случае стал другим Цзюнь Чжан Тианом, и мы могли бы пережить тебя. Кроме того, страна сможет наслаждаться долгосрочной стабильностью только в том случае, если будет баланс между воинами и чиновниками. Но разница в силе семьи Цзюнь до и после войны в Южном Небесном Городе – это ночь и день! Такая скорость очень... пугает! Я думаю, что сила семьи Цзюнь увеличится в два-три раза, как только ты полностью созреешь…

И у Тянсяна не будет правителей и чиновников, когда это произойдёт. Так что всё действительно закончится, – Мэй Гао Цзе удовлетворённо улыбнулся. Но его улыбка вышла и горделивой. – Этот старик – очень старый чиновник Тянсяна. И я посвятил всю свою жизнь Империи Тянсян... с юности и до наших дней. И этот старик никогда не позволит семье Цзюнь раскачать основы этой Империи! Я могу умереть, но я умру, сражаясь!

- Я понимаю, – Цзюнь Мосе сузил глаза и тихо спросил. – Но я ещё ничего не сделал. Так почему же учитель Мэй верит, что я уничтожу Тянсян?

- Молодой мастер уже понял, в чём дело. Так почему он задаёт этот вопрос? – Мэй Гао Цзе усмехнулся. – Почему молодой мастер притворялся развратником и полным идиотом в течение десяти лет, если он обладал такими исключительными возможностями? Почему он страдал в течение десяти лет, когда его культивация Суань настолько велика? Он валял дурака, разрушал свою репутацию и стал очень знаменитым. Зачем? Молодой мастер сидел на заднице десять лет. Однако сейчас он решил взлететь. Он даже не ревёт... он сотрясает землю! Ты даже не уважаешь правителя, почему?

- Ха-ха... есть ещё одна причина. Учитель сказал это с уверенностью, но он неправильно истолковал это, – горько улыбнулся Цзюнь Мосе:

«У этого старика удивительная точка зрения. Его знания и опыт также велики. Раньше Мосе был настоящим подонком. Но этот старый развратник стал легендой в глазах людей моего поколения...»

Цзюнь Мосе стал легендой, потому что он терпеливо ждал, чтобы подняться? Это даже шуткой не назовешь! Даже призрак бывшего Цзюнь Мосе был бы напуган до смерти, если бы он услышал об этом…

- Старик может сделать предположение или два о причинах молодого мастера. Но сейчас не время обсуждать эти вопросы, – понимающе улыбнулся Мэй Гао Цзе, махнув рукой.

- Последний вопрос – вы были вовлечены в это дело, потому что боялись, что не выдержите бурю. Можно предположить, что вы работали с кем-то другим. Два учителя – прекрасные планировщики, но я боюсь, что даже вы не настолько презрительны. Значит, в этом деле замешан и кто-то другой. Это люди из империй Шэнь Си и Ю Тан, если этот молодой мастер угадал, верно? – в глазах Мосе на секунду мелькнула вспышка света. – Почему вы совершили предательство, сотрудничая с ними, чтобы заманить семью Цзюнь в такие проблемы? Я попросил учителя дать мне объяснение, когда я только приехал. Интересно, а ты сможешь объяснить мне?

- Ха-ха-ха... предательство? Это самая умная вещь, сказанная сегодня! – Май Гао Цзе громко рассмеялся. – Цзюнь, Дугу и семья Муронг защищали границы своими войсками без какого-либо беспокойства. Некоторое время будет хаос, если семья Цзюнь погибнет. Тем не менее Империя может использовать ресурсы, которые она сберегала в течение многих лет, даже если две другие Империи заключат союз и вторгнутся в нас. На самом деле не будет никаких изменений в династиях, даже если мы проиграем войну. Но такого рода катастрофа неизбежна, если тебе позволить расти и дальше! Тем не менее выживание Тянсяна будет намного легче, если будет только временный хаос из-за уничтожения семьи Цзюнь. Так что у нас не было выбора, кроме как взвесить наши варианты. Это было меньшим злом!

- Учитель Мэй, я прошу вас принять к сведению... – Цзюнь Мосе холодно посмотрел на свободно говорящего старика. Отблеск его глаз был холодным. – Возможно, ваш вывод разумен. Но это только предположение и ничего больше! На самом деле это совсем не факт! Более того, вы использовали этот вывод, чтобы навредить моей семье Цзюнь — навредить стражам этой страны! Вы никогда не чувствовали, что ваши действия чрезмерны? Вы когда-нибудь думали, сколько людей могло умереть из-за вашего неподтвержденного вывода?

Возможно, у вас есть некоторые обиды на семью Цзюнь. Возможно, я сам не радую ваши глаза. Но это не может скрыть того факта, что вы исказили правду, чтобы напасть на нас! Более того, ваш вывод – это, в лучшем случае, ваше личное мнение. У вас нет никаких доказательств. Кроме того, вы использовали мерзкие методы, чтобы унизить невинную и добрую девушку, которая с готовностью пожертвовала своей честью, чтобы отплатить за доброту моей семьи! И вы точно знали, что она невиновна. Вы знали, что она не имеет к этому никакого отношения!

Более того, вы также знаете, что её прошлое было таким же чистым, как снег, даже если она потеряла свою добродетель для меня! И вы также знали, что мой дядя принял её в качестве приёмной дочери на тот момент. Значит, она больше не была моей невесткой. Но вы использовали её прежний статус, чтобы напасть на неё! Позвольте мне спросить вас: как вы считаете, счастье женщины – это то, от чего можно отказаться, растоптать или использовать в соответствии со своими пожеланиями? Разве это так в глазах таких великих учёных, как вы? Вы можете пожертвовать кем-нибудь ради своих целей? Я хочу знать, почему великий и добродетельный учёный сделал это, хотя он хочет поддерживать справедливость и праведность?

Голос Цзюнь Мосе был ледяным.

Мэй Гао Цзе выглядел надменно. Он, казалось, не был готов уступать хоть в чём-либо:

- Это даже козлу понятно. На самом деле я даже брезгую это объяснять. Но так уж и быть, я объясню, так как молодой мастер попросил. Не имеет значения, будь это та конкретная женщина или любая абстрактная. Я бы даже пожертвовал принцессой страны ради Тянсян! Пожертвовать одной женщиной на благо Империи – это благо. Она – всего лишь женщина. Так почему бы и нет? И что, что она невиновна? Она всего лишь женщина!

- Вам не кажется, что эти ваши слова бесстыдны, учитель Мэй? – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Что если бы это была ваша дочь или жена? Вы всё равно сделаете это?

- Абсолютно! Так это и должно быть! Это – естественный порядок вещей, и этот старик не жалеет об этом! Я бы пожертвовал их честью ради страны! Я бы не стал ставить семью выше праведности, даже если бы Гуан Квинхан была моей дочерью! Более того, я лично наказал бы её! – Мэй Гао Цзе с гордостью поднял голову. Он сделал это решительно и без колебаний. Было видно, что старик гордился своей преданностью народу.

Цзюнь Мосе улыбнулся. Он понял, что его точка зрения никогда не сойдётся с таковой у этого старика.

«Он может спорить со мной в течение десятилетий, и всё равно будет говорить о своей "справедливости"…»

- Тогда позвольте мне спросить вас: насколько вы чувствовали себя виноватым, когда делали это? – Цзюнь Мосе подавил его кипящую кровь.

- Смешно! Этот вопрос был оправдан! Итак, в чем же необходимость вины? Женщины – это одежда! Они нужны, лишь чтобы радовать глаз и показывать статус хозяина. Почему я должен чувствовать себя виноватым, если я решил выбросить свой плащ? – Мэй Гао Цзе с презрением посмотрел на Цзюнь Мосе. – Я всегда думал, что ты взрослый. Но я никогда не думал, что ты будешь таким эмоциональным ребёнком! Позволь – человек, который стоит у дверей смерти, даст тебе один совет... Юный герой не может решить проблемы, если он не может отбросить свои чувства. Не заставляй меня смотреть на тебя свысока!

- Это моя вина! Слова, которые вы только что произнесли, разрушили все иллюзии, которые я питал относительно уважения к вам как к личности! Я действительно не должен был говорить с вами о таком вопросе... – Цзюнь Мосе с сожалением покачал головой, усмехнувшись. – Я не сентиментален! Но ты не можешь думать о том, чтобы трогать моих людей, даже если это ради страны! Это – ещё одна причина, почему я пришёл к вам сегодня, учитель Мэй! И ты никогда бы не подумал об этом!

Мастер Мэй, ты полон самодовольства и любви к чести своей страны. Но такие люди, как ты, никогда не узнают о мужском упорстве! Таким образом, ты можешь преуспеть в политике, но ты никогда не станешь настоящим мужчиной! На самом деле ты и те ученики, которых ты учил, в моих глазах не более чем куски дерьма. Да, я не вхож в Императорский двор. Так что я не могу сказать наверняка. Но я полагаю, что Императорский двор, должно быть, чувствовал себя опозоренным из-за таких, как ты!

- Чушь собачья! – Мэй Гао Цзе парировал. Он учил многих молодых учеников. Это было его величайшим достижением и величайшим источником его гордости. Тот факт, что его ученики были распространены по всей земле и правили, давал ему огромное чувство комфорта. Цзюнь Мосе мог бы говорить о чём угодно, и ему было бы всё равно. На самом деле он бы лишь рассмеялся в ответ. Но замечание юнца по этому поводу мгновенно вызвало его гнев. На самом деле этот несчастный седовласый старик вдруг стал агрессивным и эмоциональным.

- Да все мои ученики являются столпами правительства! Девятнадцать моих учеников уже стали второстепенными правителями на границе! Они получили благосклонность от Императора и нации! Они – как величайшие столпы Империи! Какая квалификация у такого богатого отродья, как ты, чтобы говорить такое плохое о моих учениках, Цзюнь Мосе? Это самые знаменитые таланты Империи!

Он встал. Его лицо покраснело от эмоций, а пальцы дрожали.

- Сидеть! Твои эмоции и ор не стоят моего пердежа, старик! Я ещё щедр к твоим ученикам, называя их "мусором"! В конце концов, мусор имеет хоть некоторую ценность, для повторного использования! А это говно даже такой оценки не удостоится! – Цзюнь Мосе усмехнулся и повернул ладонь. – Открой глаза и посмотри на своих учеников, Мэй Гао Цзе! Они получили благосклонность от Императора и нации, верно?

В его руке появился тонкая тетрадь. Затем он бросил её в сторону Мэй Гао Цзе.

Мэй Гао Цзе оставался ошарашенным после того, как заглянул внутрь. Поэтому он сначала подозрительно посмотрел на Цзюнь Мосе. Затем он снова посмотрел в тетрадь.

В ней содержались "славные достижения" его учеников.

Один его ученик заставил богатого торговца давать ему взятки в течение месяца. Затем он насильно взял чью-то дочь в наложницы, того ему показалось мало, и он довёл её родителей до смерти…

Было много других случаев, когда его ученики нарушали закон. На самом деле их было много... около дюжины или более того. Кроме того, все сообщения основывались на вещественных доказательствах. Так что сомнений относительно них не было.

А потом появился ещё один…

Расследования этих инцидентов были датированы. Кроме того, для каждого дела и преступления были установлены разные даты и сотрудники следственных органов. На самом деле какие-то из страниц были достаточно стары…

Это были горы неопровержимых железных свидетельств. Даже смерти от тысячи порезов было бы недостаточно, если бы эти люди были наказаны в соответствии с их преступлениями…

Руки Мэй Гао Цзе дрожали после того, как он просмотрел тетрадь. Затем он уронил её на стол...

Этот дом и двор был дарован ему предыдущим Императором в награду за его заслуги. Тем не менее никто не смог бы найти какие-либо дорогие предметы в доме или вокруг. На самом деле, казалось, что он был безденежным старым учёным. Однако взятки, взятые его учениками, были астрономическими. На самом деле некоторые из них были даже выше, чем сумма его десятилетних государственных доходов!

Глава 459. Это никому не сойдёт с рук!

Мэй Гао Цзе разрыдался. Ему было слишком стыдно перед острым и презрительным взглядом Цзюнь Мосе.

Это были ученики, на которых он потратил свою кровь и усилия. Это были самые яркие из самых ярких в его Империи. Он гордился ими и помогал им, чтобы они стали столпами Империи. Но их поведение ничем не отличалось от поведения коррумпированных чиновников. Тем не менее отличались ли они от термита, который питался деревом страны?

Мэй Гао Цзе не говорил ни слова.

- Мэй Гао Цзе, ты потратил всю свою жизнь на обучение этих учеников. Ты с гордостью думал, что они – самые яркие в стране. На самом деле это лишь малая их часть. В конце концов, ты руководишь Институтом Небесной Литературы Вэньсин на протяжении десятилетий. Скольких из таких учеников ты обучил за это время? Мэй Гао Цзе, ты всегда стоял на пике праведной морали, но ты никогда не знал грязи, которая процветает в мире под тобой. Тем не менее ты обвиняешь меня в уничтожении Тянсян! Но почему бы тебе не открыть глаза и не увидеть, кто принёс разрушение в Тянсян уже очень давно?

Разрушение, которое ты принёс этому народу, во много раз больше, чем я смогу когда-либо сделать. Итак, позволь мне спросить тебя, Мэй Гао Цзе – какое право у тебя есть, чтобы критиковать меня? Ты говоришь, что я могу вызвать восстание. Но откуда, по-твоему, я получу для этого военную мощь? Они восстанут среди жертв плохого управления твоих учеников! Поэтому я могу сказать, что Мэй Гао Цзе станет моим величайшим соучастником, моим величайшим помощником и самым странным тайным сообщником на случай, если я решу поднять бунт! Вы согласны с тем, что я говорю, великий и мудрый Мэй?! – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Не говори, что ты не знал этого. Я думал, что мы разные люди. Но нет! Мы одинаковые! Но кто не любит утверждать, что они чисты?! В чужом глазу соринку замечает, да? Но все они одинаковы! Не так ли?

Мэй Гао Цзе пошатнулся. Его ранее спокойное поведение забылось. Цвет его лица стал пепельно-серым...

- Мэй Гао Цзе... Учитель Мэй – очень мудрый человек! Ты продолжаешь повторять, что ты культивировал яркие умы, чтобы выступать в качестве столпов для Империи. На самом деле ты говорил это десятилетиями! Но теперь ты видишь, что ты сделал? Они не более чем термиты, которые приведут страну к катастрофе! Ха-ха-ха... это так смешно! Ты видишь, где ты живешь? Чем ты отличаешься от нищего? Но твои чистые руки отменяют твои преступления? Нет! Твои преступления неисчислимы! Ты сказал, что я принесу катастрофу на землю, верно, старик? Прости, но я даже не могу найти прилагательное, чтобы описать удивительную работу, которую ты сам сделал для Империи! – слова Цзюнь Мосе становились всё более резкими.

Истинная цель Мосе наконец открылась в этот момент…

Главной целью Цзюнь Мосе было утихомирить этих великих лицемеров. Но его исследования были лишь верхушкой айсберга. В конце концов, грязь Института Вэньсин глубоко укоренилась внутри Империи Тянсян.

Более того, у этих людей было много власти. Лишь немногие из них были в высших министерствах. Но они всё равно могли принести большой ущерб стране и Империи.

Однако Цзюнь Мосе не был героем. Так что он не имел бы дела с этими людьми, если бы они не обидели его. Он бы справился с ними, только если бы они решили встать на его пути…

Однако учёные стали на его дороге, когда решили привести массы людей против него. И, следовательно, Цзюнь Мосе предпринял шаги, чтобы стереть их с лица земли!

Он мог бы даже убить десять тысяч человек, если бы они осмелились преградить ему путь. Он даже убил бы сто тысяч, если бы они стояли на его пути! Цзюнь Мосе даже не подумал бы дважды об убийстве более ста тысяч таких людей!

«Я убийца, но я верю в хорошие вещи! Я не ищу справедливости, но я буду действовать честно!

Неважно, кто это... я буду честен!

Не для всего мира! Не для Закона! Но для себя!»

Это было частью веры Цзюнь Мосе.

- Учитель Мэй... ты когда-нибудь рассчитывал сумму потерь, которые ты причинил Империи? Думаешь, я хотел оскорбить тебя, когда унижал твоих учеников? Я только заткнул им рот, чтобы уговорить тебя открыть глаза. Я надеялся, что ты вернёшься на правильный путь! Но жаль, что вместо этого ты упорно следовал не за тем. И ты продолжал повторять эти слова "всё ради Тянсян". Итак, скажи мне сейчас... как ты искупишь свои грехи? Как ты избавишься от этой вины? – голос Цзюнь Мосе был несколько зловещим. – Ранее я позволил твоим ученикам оскорблять своих учителей. В конце концов, я хотел показать, что они предадут своих учителей рано или поздно! Ты должен быть благодарен мне! На самом деле ты должен поклоняться мне! Но я хочу увидеть, какое место такой достойный лицемер, как ты, сможет занимать в обществе после того, как тебя разоблачат!

- Искупить мои грехи? – Мэй Гао Цзе ухватился за последнюю соломинку, которая могла спасти его. – Могу ли я действительно искупить такие серьезные грехи?

- Некоторые грехи не могут быть искуплены. Но мы все еще можем исправить некоторые из них. И я уверен, что учитель Мэй может уменьшить эти грехи, если он постарается! – Цзюнь Мосе подумал, что он очень похож на волка, который пытался соблазнить Красную Шапочку.

- Ха-ха... Цзюнь Мосе! Теперь я ясно вижу твои истинные намерения! Ты хочешь использовать мою руку, чтобы уничтожить моих студентов, чтобы Институт Вэньсин больше никогда не стоял в Тянсян! Я ясно вижу твои намерения! Но я – причина этих преступлений. Мои руки чисты, и моё сердце преданно. Но как я могу не попытаться очистить то, что я сделал? Я прекрасно знаю, что ты используешь меня. Но мне всё равно приятно!

Мэй Гао Цзе горько улыбнулся. Затем он нахмурился, прежде чем заговорил:

- Небеса... пожалейте меня. Я сбился с пути, но наконец-то очнулся. Тем не менее я должен заплатить за всё, что я сделал в прошлом. Я должен всё прояснить! Но учёные не могут быть уничтожены. И Тянсян тоже не может быть. Тем не менее Тянсяну, безусловно, нужна новая атмосфера! Как этот старик стал таким бессердечным учителем?

Слезы текли из его глаз, он дрожал, пока говорил. Он вспоминал студентов, которых обучал... от простых молодых идиотов до известных учёных. С течением времени они продвинулись в своей карьере и стали второстепенными губернаторами приграничных районов. Некоторые даже стали старшими должностными лицами. Он трудился всю свою жизнь. И он питал много надежд на возвращение. Однако его усилия неожиданно оказались напрасными…

Он кропотливо работал над созданием Института Небесной Литературы Вэньсин. Он хотел, чтобы его имя было увековечено в книгах истории; он надеялся, что его запомнят в анналах истории. Теперь казалось, что его имя действительно будет записано в анналах истории. Но теперь его имя будут помнить с вечным позором…

«Это всё было ошибкой?»

- Учитель Мэй, твоя отправная точка была верной. Никто не может критиковать твоё первоначальное намерение. Но ты упустил из виду человеческую жадность.

Цзюнь Мосе видел, о чём думал старик. Поэтому он сразу же решил его успокоить:

- Способности, очевидно, являются необходимым аспектом. Но добродетель важнее! Чрезвычайно талантливый человек может принести столь же великое бедствие, если у него нет добродетели. Твой Институт всегда обучал праведности. Но ты говоришь только о праведности, как будто это был просто лозунг. Это никогда не было главной целью образования. И эта "праведность" стала оружием, которым ты нападал на других из-за этого. На самом деле это означало, что ты действовал с самодовольством, даже если ты делал что-то неправильно! – Цзюнь Мосе рассмеялся. – В конце концов, чья-то вина не имеет значения, если можно найти этому громкое оправдание. И это было очень просто понять твоим прилежным и образованным учёным! Поэтому они и становились всё более самодовольными. И долгосрочные последствия этого легко себе представить…

- Добродетель – это первое, чему нужно учить ребенка! – Цзюнь Мосе продолжил. – Это – истинная цель образования!

- Добродетель – это первое, чему нужно учить ребенка... – эти слова звучали как громкие барабаны. На самом деле они казались такими громкими, что взорвались в голове старика, и он вдруг понял многое…

Он рванулся в другую комнату и вскоре вернулся. В руках он принёс толстую папку, которая содержала сотни, тысячи имен. Имена разных людей были перечислены внутри вместе с карьерой, которую они начали. На самом деле в нём было всё... где они занимали должность, куда их переводили, что они делали сейчас... всё было отмечено очень чётко…

Каждый человек из Института Вэньсин был вписан здесь.

Ранее это было величайшим источником гордости Мэй Гао Цзе. На самом деле он показывал эти записи очень часто. Однако теперь это стало знаком смерти для его учеников...

- Цзюнь Мосе! Неважно, хороший ты или плохой... или ты делаешь это ради справедливости или личных обид! Но этот старик был убеждён в том, что ты говорил об истинном значении образования! Поэтому я прошу тебя уничтожить этих людей! Я буду в долгу перед тобой за это! И я верну этот долг в следующей жизни! – цвет лица Мэй Гао Цзе вернулся в норму, и он продолжал суровым голосом. – Но ты должен провести надлежащее расследование! Ты не должен навредить невинным среди моих учеников! Иначе призрак этого старика никогда тебя не отпустит!

Цзюнь Мосе фыркнул и заговорил:

- Я никогда не думал о себе как о хорошем человеке. Но я гораздо более сознателен, чем ты. Я не смогу спать по ночам, если по ошибке убью хорошего человека. И какой смысл будет иметь моя жизнь, если я даже не смогу спать спокойно?

Мэй Гао Цзе разразился смехом. Его голос был пронзительным:

- Только хороший человек может хорошо выспаться. Но хороший человек должен иметь хорошее сердце. И для этого он должен быть должным образом воспитан в детстве. Этот старик научил тысячи студентов. Но я только сегодня понял истинное значение слова "образование". Этот старик искренне сожалеет об этом. Почему я был глух к этому слову раньше? Почему я смеялся над ним? Ха-ха-ха... я хотел, чтобы моё имя запомнилось в истории... только чтобы в конце оно вошло в позор! Я сожалею об этом! Очень сожалею!

Очистить мой дом с помощью моего врага! Такая нелепая вещь может случиться только со мной – Мэй Гао Цзе! Ха-ха-ха!

Он рассмеялся и отступил. Затем он бросился вперёд. Цзюнь Мосе вздохнул и отошёл в сторону.

Старик Мэй Гао Цзе ударился головой о каменный стол громким "Бабах!". Седовласый мужчина с открытой раной упал на землю, бездыханный. Он не закрыл глаза, и они оставались открытыми, слепо глядя в мрачное небо. В его глазах даже можно было увидеть смутный намёк на стыд…

- Мэй Гао Цзе, вы говорили с осуждением. Но ваши педантичные мысли были бессмысленны с самого начала. Ваш разум заблуждался, но ваше сердце всё ещё могло отличить правильное от неправильного! Вы были прокляты, но не были несчастны! Но вы обидели меня, не будучи несчастным человеком. Значит, вы всё равно были прокляты!

Цзюнь Мосе взял папку. Он не чувствовал себя ни счастливым, ни грустным, когда тихо сказал:

- Я не буду убивать хороших людей... но я не позволю ни одному плохому уйти...

Глава 460.1. Тянсян наполнен кровью (часть 1)!

Весь Тянсян был наполнен кровью той ночью.

Ночь последовала сразу после кровавых событий, которые произошли в городе днём, во время приезда Цзюнь. Но степень резни в эту ночь стала ещё грандиознее.

Цзюнь Мосе в тот день вошёл в город просто легендарно. Он прикончил двоих, заставил троих учёных распевать ему дифирамбы и заодно публично оскорблять своих учителей. Весть об этом инциденте распространилась повсюду. Однако эта шокирующая новость даже не закончила облетать город, когда появились другие новости — более семидесяти деловых поместий, принадлежащих семье Мэн города Тянсян, были атакованы. Это было ещё более шокирующим, чем предыдущие новости.

Генерал армии – Цзюнь Чжан Тиан – приказал всем войскам стоять в полной боевой готовности, в ожидании. Нельзя было спешить с действиями. Те, кто ослушается, будет казнён на месте.

Вскоре после этого поступил приказ от генерала Дугу Вуди. Причём, в этом приказе говорилось, что ни один солдат не должен бросаться в бой. Ни один солдат не должен был оставлять гарнизоны. Более того – нарушитель сразу же заработает смертную казнь.

Семья Муронг тоже не хотела отставать. Они быстро отозвали и своих людей. Семья Ли также не сделала никаких замечаний в молчаливом согласии. Между тем, другие большие семьи Тянсяна, казалось, предпочли подождать и посмотреть со стороны.

И тогда Императорский двор подействовал в соответствии – ни один Императорский гвардеец не должен был покидать свой пост без разрешения. И они должны были дождаться Императорского Указа.

Можно сказать, что Императорская семья превратила город Тянсян в запретную зону с помощью других влиятельных семей. Однако они позволили одному субъекту открыто действовать в пределах этой запретной зоны. И эта единственная сила всколыхнула всё!

И, разумеется, безусловную власть над этой запретной зоной имела семья Цзюнь!

Многие группы воинов из семьи Цзюнь напали на поместья семьи Мэн. Они выбрасывали мужчин семьи Мэн из домов без всякой пощады. Всех, кто оказывал сопротивление, избивали до потери сознания. Многим повезло отделаться сломанной рукой или ногой. Менее везучих отвозили хоронить. Власть семьи Мэн закончилась в столице за сутки.

Однако семья Цзюнь была не единственной силой. Даже военная мощь семьи Дугу была в игре. Следовательно, город был на мгновение встревожен этой ситуацией. Цзюнь Мосе устроил бойню на улицах, и потекли реки крови. Ещё не успели утихнуть волнения по этому поводу, когда начался этот жуткий день...

Ещё не пришёл вечер, когда раздавленные трупы этих трёх скрывающихся учёных были найдены у городских ворот.

В результате лицемеры уже собрались снова надавить на семью Цзюнь утром. Но их планам было суждено оставаться планами…

Потому что многие чиновники были убиты той ночью...

Министр обрядов (1) – Чжао Чэн Цзюнь – склонился вперёд в темноте ночи. Он старательно выписывал буквы на бумаге с огромной скоростью. Он писал меморандум, который должен был "уничтожить" семью Цзюнь. Он был готов к храброй Божественной смерти на следующий день. Но он все равно хотел победить их.

В тот момент министр Чжао был неожиданно уверен в себе. Более трёхсот ученых из непревзойденного Института Вэньсин подписали совместное заявление под руководством своих двух преподавателей. И это заявление также обвиняло семью Цзюнь.

«Разве это не показатель?

Я уверен, что ни один Император не сможет игнорировать это! Власть семьи Цзюнь может превысить все уровни, и они могут даже контролировать военных Тянсяна. Но они – всего лишь одна семья, не более того. Могут ли они когда-нибудь превзойти всю бюрократию Тянсяна?

Семья Цзюнь отправила этого маленького зверя на убийственное веселье. Они намерены нас запугать! Но какое это имеет значение? Он – всего лишь один смелый и безрассудный человек! Ха! Чем шумнее он становится – тем лучше будет! Чем больше людей он убьет – тем лучше! В конце концов, ему не останется поля для манёвра! Таким образом, семья Цзюнь будет уничтожена и предана вечному проклятию!

Создавай беспорядки, Цзюнь Мосе! Создавай их больше! Сколько ты сумеешь натворить за день? Ты умрёшь, как только Император захочет! И у нас, мужчин, достаточно власти, чтобы повлиять на желания Императора!

Мы можем убить тебя руками самого Императора! На самом деле, мы можем убить всю твою семью! Императорский указ будет означать твою гибель!

Семья Цзюнь обречена!»

Поэтому министр Чжао не спал всю ночь и написал прекрасные обвинения. И это было бы отличным оружием при дворе на следующий день…

«Я наконец-то закончил!»

Министр Чжао вздохнул. Разумеется, он тут же его перечитал. Это был прекрасный доклад. Он даже представил себе Его Величество, когда он прочтёт его утром...

- Семья Цзюнь – благодетель Тянсяна. Однако их преступления не могут быть смыты даже их кровью! Мало будет даже убить их – их нужно убить минимум трижды!

Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан, разумеется, являются главными виновными. И, похоже, что они ни капли не раскаиваются в содеянном! Называть их "бандитом и шлюхой" было бы слишком вежливо. Этот мужчина – ничтожен, а эта женщина – развратная сука. У них нет чувства стыда и ни капли совести! Несправедливостью по отношению к простым людям будет даже просто сохранить им жизнь. Это будет несправедливо по отношению к Тянсяну, и несправедливо по отношению ко всему миру! Поэтому они должны умереть, чтобы искупить свои грехи!

- Это отличный доклад! Обвинения оптимальны! Боюсь, что я больше никогда не напишу такого хорошего доклада... – очень радостно прочитал свою работу министр Чжао. Затем он с удовлетворением воскликнул и с гордостью покачал головой. Он чувствовал, что это был первый раз, когда он написал такой хороший доклад с тех пор, как покинул Институт Вэньсин. Его слова были резкими, но, казалось, были подкреплены убедительными доказательствами. Это были просто слова. Тем не менее они могли убить человека.

- Это действительно очень хорошее письмо! – голос произнёс из-за спины министра Чжао, пока тот смотрел на своё творение.

- Да! – согласился министр Чжао с гордостью. Но в следующий момент он испугался. – Кто здесь?

- Доклад замечательный. Но вот человек не так хорош. Тем не менее ты был прав в том, что сказал после того, как написал это. Ты больше никогда не сможешь написать такой хороший доклад. И это потому, что министр Чжао больше не получит такой возможности. В конце концов, люди с такими талантами, как ваш, не должны оставаться в этом мире. Значит, вы должны отправиться в Ад. Там тебе канцелярии хватит до конца Вечности.

Одетый в белое юноша медленно шагнул вперёд из тени. Затем он внезапно оказался прямо перед Чжао Чэн Цзюнем и взял доклад. Бумага в его руке внезапно превратилась в пепел и рассеялась на ветру...

После этого юноша повернулся и холодными глазами взглянул на министра Чжао.

Его глаза были как два острых меча!

- Цзюнь Мосе? Ты... как ты сюда попал? – министр Чжао вскочил в панике, яростно закричав. – Сюда... кто-нибудь... кто-нибудь, идите сюда! – но его голос едва выходил из его горла. На самом деле его голос был настолько слаб от страха, что даже он сам не мог услышать себя.

Цзюнь Мосе мрачно улыбнулся. Затем он внезапно поднял руку, и стальная хватка сомкнулась на шее Чжао Чэн Цзюня. Юноша поднял служителя в воздух, и ноги жертвы оторвались от пола…

Министр Чжао был крайне напуган. Он не мог издать ни звука... не говоря уже о том, чтобы говорить. Лицо мужчины покраснело, а ноги беспомощно дёргались в воздухе. Однако его глаза молили о пощаде...

Он хотел просить прощения, но всё равно не мог произнести ни слова.

- Ты хотел причинить мне боль? – Цзюнь Мосе был спокоен, словно воды древнего озера. – Мне было бы всё равно, если бы ты хотел причинить мне боль. Но ты умрёшь, потому что хочешь навредить моей семье! – Цзюнь Мосе сжал хватку. Услышав треск ломаемой гортани, он усмехнулся. Язык мужчины вывалился изо рта.

- Тем более – ты хотел причинить боль моей женщине... и, таким порочным образом?! – Цзюнь Мосе приложил ещё капельку сил.

Шея Чжао Чэн Цзюня сломалась с мерзким треском.

- Нет ничего плохого, когда вы говорите о власти. Это даже хорошо, если вы называете чёрное белым. На самом деле это требует большого мастерства. Тем не менее это ханжество вашего лицемерия является и вашим проклятием!

Тело Чжао Чэн Цзюня ударилось о землю, когда Цзюнь Мосе отпустил его горло. Конечности министра подёргивались в агонии, но скоро он стал неподвижен. Он был мёртв, но его глаза всё ещё оставались широко открытыми. Они были полны страха и неверия…

- Он даже посмел умереть с обидой в сердце! – Цзюнь Мосе вытер руку полотенцем, которое лежало рядом. Затем он шагнул вперёд.

Словно случайно он наступил на лицо трупа министра Чжао. Затем он оттолкнулся изо всех сил.

Глаза министра под его ногами не выдержали такого давления и лопнули…

Белый лист спокойно упал на изуродованное лицо министра Чжао и накрыл это чрезвычайно жестокое зрелище. На листе что-то было написано.

(1) (Церемониальный министр. В средневековом Китае действительно существовало министерство, которое следило за исполнением обрядов и само проводило их)

Глава 460.2. Тянсян наполнен кровью (часть 2)!

Белая тень летала, как призрак. Там, где она останавливалась, умирал чиновник. Более того, каждый из них умирал ужасным образом…

Почти восемьдесят процентов чиновников, которые выпустились из института Вэньсин, были убиты.

За одну ночь было убито более тридцати человек!

Некоторые из этих людей жили на востоке города, а некоторые – на западе. Они не жили рядом друг с другом. И они не были собраны в одном и том же месте. Но все они были убиты за одну ночь. Большинство людей считали, что это было сделано организацией убийц. И, должно быть, было, по крайней мере десять квалифицированных убийц, чтобы достичь таких результатов…

Эти чиновники были мощными и влиятельными бюрократами столицы. Можно представить, какая у них была защита, какая стража... Не помогло ничего. Кто-то убил их, скрытно и тихо, не боясь ни Бога, ни чёрта. А сделав "дело", бесследно исчез…

Несколько чиновников были даже убиты во сне. И люди, спящие рядом с ними, даже не узнали об этом. Они спали рядом с мертвецом до утра…

Выражения мертвецов были выражениями крайнего ужаса... или, может быть, мучения.

Такие убийцы и такие навыки убийства были очень редкими и ужасными!

Еще одна распространённая вещь о тех, кто был убит, заключалась в том, что у каждого из них был белый лист бумаги на лице. И на этом листе подробно описаны причины их убийства. Каждый из этих людей был виновен. Убедительные доказательства были оставлены на листе над их окровавленными лицами.

Бесчисленное множество людей в Тянсян жгли свечи, когда услышали новости об убийстве этих чиновников. На самом деле, казалось, что в городе празднуют Новый Год. Только грустный Новый Год. Многие люди зажигали ароматические палочки и кланялись небесам, но слёзы текли по их лицам.

Однако дело и правда шло к Новому Году. Поэтому люди и покупали свечи и ароматические палочки, чтобы отметить новогодние праздники.

Люди, которые молились и праздновали, были теми, кого преследовали и заставляли страдать эти проклятые чиновники. Они беспомощно умоляли и просили небеса о справедливости. Но они оставались разочарованными. Однако боги, наконец, открыли свои глаза и сделали им добро, наказав зло. Последствия зла наконец-то проявились. Эти люди не знали ни имени, ни внешности любимого героя. Но этот безымянный герой теперь стал заветным и почитаемым в городе Тянсян!

Бесчисленные горожане складывали руки и молились за долгую жизнь этого таинственного героя!

Большинство людей думали, что это сделала семья Цзюнь. В конце концов, эти мёртвые чиновники были людьми, которые не жалели усилий, чтобы использовать это дело между Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан, чтобы избавиться от семьи Цзюнь. Фактически они были частью основной силы, которая нападала на них внутри Императорского двора.

Поэтому, возможно, это была форма возмездия со стороны семьи Цзюнь?

Однако все держали эти вопросы в своих сердцах. Никто не смел говорить об этом, так как они могли отплатить за такое хорошее дело, только промолчав. Поэтому они только молились о благополучии семьи Цзюнь в тишине.

Цзюнь Мосе в своей победоносной белой одежде встречал рассвет. Он появился перед дверью семьи Цзюнь с улыбкой. Его лицо было наполнено удовлетворением, и всё его тело излучало особенно тёплую ауру. Выражение молодого мастера было резким, но нежным. Его меч был у него на талии, и на его одежде не было ни одной пылинки. На самом деле, казалось, что молодой мастер вышел на утреннюю прогулку и вернулся, собрав цветы.

Никто бы никогда не поверил, что этот нежный и красивый молодой мастер вернулся после того, как совершил резню по всему городу. Не говоря уже о том, что он унёс жизни более тридцати чиновников!

Меч на его талии был чист, как вода, но он был напоен кровью чиновников.

Институт Небесной Литературы Вэньсин потратил много усилий за последние десятилетия. И именно по этой причине многие из его учеников смогли подняться на высокие позиции. Каждый из них был одним из самых ярких представителей своего поколения. Кроме того, огромное количество серебра и труда было потрачено на то, чтобы получить эти должности.

Однако меч молодого мастера уничтожил их за одну ночь!

Цзюнь Мосе мог заставить своих людей сделать это. Но он не совершал таких убийств долгое время. Поэтому у него уже руки чесались. И он был очень счастлив после того, как отправил этих насекомых в Ад.

Он сделал это ради семьи Цзюнь. Но он всё равно чувствовал себя очень довольным после того, как причинил вред этим людям. На самом деле это привело его разум в спокойствие и очистило его сознание. Всё дело было чрезвычайно кровавым. Но молодой мастер не чувствовал, что совершил преступление. Вместо этого у него было чувство радости, что небесные законы воплотились в его мече, и справедливость была в его руках. Он чувствовал, что может вознаградить добро и наказать зло.

Посторонний мог бы подумать, что это – жестокий человек, и он был зависим от убийства. Но Цзюнь Мосе не питал таких чувств.

«Каким образом то, нравится постороннему человеку что-то или нет, может меня беспокоить?

Я буду действовать согласно своей совести; а не от внешнего мира!

И моя совесть чиста от того, что я принёс справедливость Небес!»

Цзюнь Вуй стоял у дверей своего дома; он улыбался, глядя на своего племянника. То, что ноги Цзюнь Вуя были излечены, не было секретом с тех пор, как он едва не убил Сяо Хана перед всей армией. Поэтому, он наконец освободился от инвалидной коляски. И сейчас он, на радостях, делал всё, что только мог, лишь бы побольше использовать ноги. Казалось, что он даже спал бы стоя, если бы мог.

Те, у кого нет инвалидности, никогда не поймут чистой радости стоять на своих ногах. Это было чрезвычайно радостное чувство…

Можно сказать, что Цзюнь Вуй, стоящий на своих ногах, был ничем не примечательным по сравнению с великим подъемом семьи Цзюнь. В конце концов, многие из тех, кто издевался над семьей Цзюнь, немного пораскинули мозгами (некоторые – физически) и решили успокоиться (некоторые – навечно).

- Ты закончил? Понравилось? – спросил Цзюнь Вуй.

- Да... я очень доволен! Но это не всё, что мне нужно... есть ещё кое-что, что я хочу сделать... – Цзюнь Мосе озорно улыбнулся, когда увидел, что Цзюнь Вуй собрался прочесть ему очередную лекцию. Наверное, о том, что нехорошо убивать в день больше десяти человек. Или – что после этого нужно мыть руки…

- Дядя, я не спал всю ночь. Я очень сонный. Так что я хочу спать, дядя! Увидимся завтра!

«Увидимся завтра? Раннее утро, а ты говоришь "увидимся завтра"?»

Цзюнь Вуй был не в настроении ругать своего племянника. Поэтому он закрыл рот и беспомощно улыбнулся.

«Мой племянник вырос. Его навыки также достигли непревзойдённых высот. Его поведение стало более уместным. Так что лучше оставить его…»

В ту же ночь... и в то же время…

Между двумя великанами на вершине снежной горы шла чрезвычайно ожесточенная борьба.

Старейшины и другие из двух семей возвращались под руководством Третьего старейшины, когда их внезапно встретили могущественные эксперты во главе с великим Старейшиной Города Серебряной Метели, Сяо Син Юнем.

Все были очень серьёзны, поскольку вернулись в Город Серебряной Метели издалека. Но не это было главной причиной серьёзности.

Три члена семьи Сяо были либо мертвы, либо полумертвы. Эти три человека были важными людьми в Городе Серебряной Метели. Третьему Старейшине уже перевалило за восьмой десяток. Но этот огромный контраст даже заставил его чувствовать себя неудобно.

Эти два старейшины семьи Сяо выросли с ним с детства, как братья. На протяжении многих лет между ними возникали некоторые трения. Борьба и интриги также были частью их жизни. Но... они в любом случае сталкивались со многими трудностями за эти восемьдесят лет вместе.

Они были как братья целых восемьдесят лет!

Он принадлежал к семье Хан, а остальные принадлежали к семье Сяо. Но даже постоянные враги за восемьдесят лет развивают некоторые эмоции... или даже взаимозависимость по отношению друг к другу. Они определенно не дружили. Однако вид восьмидесятилетнего врага в полумёртвом и искалеченном состоянии, как ни странно, ничем не лучше друга…

«Но почему они предали нас? Не имеет значения, будет Город Серебряной Метели в руках семьи Хан или семьи Сяо. Кто в мире не знает, что нет никакого реального различия между семьей Хан и Сяо Города Серебряной Метели? Одна семья – названный правитель города, вот и всё! Но как это вообще важно?

Имя Города Серебряной Метели не изменится!

Так почему?»

Глава 461. Что истинно, а что – нет?

У Третьего Старейшины болело сердце. Он был очень зол и не менее – озадачен.

Семь Мечей и Третий Старейшина прошли долгий и трудный путь в мрачном настроении и, наконец, вернулись на снежные вершины. И как только вернулись, сразу же они отправились в Город Серебряной Метели.

Небо не было видно из-за метели. Было очень холодно.

Однако жители Города Серебряной Метели, очевидно, привыкли к такой погоде. Ведь они выросли в таких условиях. Эти люди не боялись холода, но то же самое нельзя было сказать о раненых. Однако не нужно было за них переживать. Несмотря на то что они были заклеймены Городом Серебряной Метели как предатели, их товарищи по-прежнему присматривали за ними, - ведь обида ушла через пару дней. Поэтому состояние раненых не ухудшилось.

В конце концов, люди – эмоциональные существа...

Му Сю Тонг спросил, должны ли они отправить орла, чтобы уведомить высшую власть Города Серебряной Метели об их прибытии заранее. Но Третий Старейшина, немного подумав, решительно отверг эту идею.

Разумеется, он сказал "нет" не без причины. В конце концов, Город Серебряной Метели контролировался семьей Сяо, независимо от того, как всё выглядело снаружи. Это было особенно верно с момента рождения маленькой принцессы Хан Янь Мэн.

«Я всегда верил, что семьи Хан и Сяо были одной семьей. Кто мог сказать, что мы разные? Мы даже не думали об этом вопросе. Но внезапно оказалось, что семья Сяо была одержима этим всё время. Мысль, о которой я никогда даже не думал, внезапно заставила мою кровь замёрзнуть!

Письмо, несомненно, попадет в руки члена семьи Сяо, если мы пошлём орла впереди нас. И наша семья Хан будет просто уничтожена».

Поэтому мудрый Третий Старейшина принял более безопасный вариант и решил переночевать в Городе Серебряной Метели. В конце концов, Лорд города и старый хозяин города заметят их прибытие, пока они появятся у ворот.

Тем не менее, он никогда не ожидал быть перехваченным великим Старейшиной Сяо Син Юнем у основания пика. Кроме того, великий Старейшина возглавлял команду сильных экспертов.

«Как он получил новости и пришел, чтобы меня здесь остановить?»

- Старший брат? Как вы сюда попали? – Третий Старейшина удивлённо посмотрел на Сяо Син Юня. Не то, чтобы он слепо доверял ядовитой змее. Он знал, что у его старшего брата были зловещие мотивы. Однако этот человек всё ещё оставался его "старшим братом" в течение восьмидесяти лет. Таким образом, он не мог изменить обычное обращение, когда этот человек внезапно появился перед ним.

Третий Старейшина проклял его миллион раз за время путешествия. Но ему всё ещё было трудно принять такую жестокую реальность, когда он столкнулся с этим знакомым и дружелюбным лицом.

- Старший брат? Ты ещё смеешь называть меня "старшим братом"? – лицо Сяо Син Юня помрачнело. Казалось, что он собирается проглотить его целиком. – Два моих младших брата мертвы из-за тебя! Мой внук едва жив и тоже из-за тебя! Мой правнук умер и опять из-за тебя! Более того, ещё двое моих братьев стали калеками на всю жизнь... и из-за кого? Из-за тебя! Ты…

Ты думаешь, что всё ещё можешь называть меня "старший брат" после всего, что произошло? Как ты посмел произнести эти слова? Я не позволю тебе так со мной обращаться! – Сяо Син Юн усмехнулся. Его взгляд был острым, как нож. – Хан Фей Юн, ты создал вражду в Городе Серебряной Метели, убив их. Ты совершил величайший грех. И Небеса не потерпят этого! Тем не менее ты спокойно стоишь вместо того, чтобы стоять на коленях и каяться в том, что сотворил!

- Ха-ха-ха! Сяо Син Юн, я не буду называть тебя "старшим братом", если ты не хочешь! Но все же, почему ты так нагло лжёшь, когда все здесь хорошо знают о случившемся? Я хочу, чтобы ты спросил свою совесть... ты всё ещё думаешь, что ты достоин называться "старшим братом"? – борода третьего Старейшины задрожала, когда он грустно рассмеялся. Затем он медленно поднял глаза. – Сяо Син Юн я никогда не думал, что ты задумаешь это предательство! Ты предал Город Серебряной Метели. Но ты слишком высокомерен, если думаешь, что можешь занять место Лорда. Небеса не смирятся с такими мерзкими амбициями!

- Задумать предательство? Ха-ха-ха! – Сяо Син Юн нагло рассмеялся. – Ты говоришь, что я пытаюсь предать? Все знают, кто был первым истинным Лордом Серебряного Города, верно? Итак, позволь мне напомнить тебе, почему умер предок моей семьи Сяо – это было из-за твоей семьи, Хан! Мой покойный предок основал "Серебряный Город" и шаг за шагом продвигал его вперёд. И в конце концов он умер за это. Тем не менее следующие поколения семьи Сяо к тому времени уже родились…

Нельзя отрицать, что сын наследует мантию отца. Итак, скажи мне, Хан Фэй Юн, разве Хан Чжан Мэн должен наследовать за умершим Лордом власть?

Третий Старейшина потерял дар речи. Эти аргументы звучали и казались правильными. На самом деле, было разумно утверждать, что восхождение семьи Хан к положению Лорда было неуместным.

Однако семья Хан никогда не подводила семью Сяо. Они даже знали, что семья Сяо совершала много несправедливостей во имя Города. Однако они игнорировали это. На самом деле их положение виноватых способствовало возгоранию высокомерия семьи Сяо за последнее столетие. Кроме того, детей семьи Хан с самого начала учили проявлять терпимость по отношению к семье Сяо. И вот почему Сяо Хан смог вызвать такое огромное беспокойство в те дни…

- Что? Тебе нечего сказать? Семья Хан должна была поддержать молодое поколение семьи Сяо на позиции Лорда, если бы они искренне чувствовали благодарность и братскую любовь к своему благодетелю! Они должны были изо всех сил стараться помочь! В конце концов – это лучшее, что можно было предпринять после того, как кто-то сделал им огромную услугу. Но твоя семья Хан узурпировала позицию Лорда хитростью, после этой бессмысленной клятвы. На самом деле они бесстыдно сделали это перед всем миром!

В результате истинный молодой Лорд Города стал последователем Города Серебряной Метели. И семья Хан превратилась из последователей в семью Лорда! Есть старая поговорка: "Дайте несколько капель воды, и они будут жаждать целую реку"! Семья Хан узурпировала власть в городе у потомков их спасителя! Ха-ха-ха! Более того, семье Хан даже удавалось действовать с такой самоуверенностью после того, как они узурпировали это положение! На самом деле их даже хвалил весь мир за их действия! Этот мир смешон! Ты не находишь это смешным, Хан Фей Юн? Почему ты молчишь? – Сяо Син Юн стал ещё более агрессивным после того, как он увидел, что Хан Фэй Юн продолжает молчать.

- Ты говоришь глупости! Многие соперничали друг с другом после поражения Великого Альянса. На Город Серебряной Метели навалилось огромное количество проблем, начался кризис! Остальной мир поглотил бы нас целиком, если бы порядок не был возвращён такими экстремальными средствами! Поэтому глава семьи Хан смело пошёл вперёд. Да, он захватил весь город. Но он шаг за шагом вывел Город из смутного времени! Семья Хан сражалась в каждой битве на передовой, чтобы защитить вашу семью! Ваша семья Сяо всегда была в безопасности, и ваши жертвы были наименьшими! Ты можешь это отрицать?

Более того, Город Серебряной Метели в те времена был лишь некрупной силой в обществе. Но теперь — это всемирно известная сверхдержава, которая может раздавить любого! Наш старый Лорд взял на себя огромную проблему в то время. И он работал всю свою жизнь, чтобы привести Серебряный Город к его нынешнему статусу! Можно сказать, что Город Серебряной Метели достиг своей нынешней славы благодаря стараниям старого Лорда! Ты будешь это отрицать? Почему твоя семья Сяо не может говорить со своей совестью? Очень интересно искажать правду. Не так ли? – Третий Старейшина громко рассмеялся. Его лицо наполнилось ненавистью. – Семья Хан за эти столетия слишком кланялась семье Сяо! Мы просили прощения за нашу вину слишком много раз! Более того, это была не только клятва! Итак, какие у вас претензии?

- Чушь собачья! Серебряный город был домом семьи Хан? Так почему бы ему не сделать для Города всё возможное? Он же вместо этого строил фундамент для себя! Значит, он украл его у кого-то другого! Позиция семьи Сяо была украдена семьей Хан, и у вас ещё хватает наглости говорить с таким напыщенным отношением? На самом деле у вас даже хватает смелости говорить о том, что ваша семья помогла в критической ситуации! Но почему семья Хан сохранила власть над Городом Серебряной Метели после того, как кризис прошёл? – Сяо Син Юн сердито взревел. – Твои слова действительно позорны! Ты бессовестно использовал это оправдание, чтобы скрыть свои мерзкие поступки! Твоя семья была невероятно мерзкой! Что за чушь ты говоришь? Твоя семья Хан всё это время была истинными предателями!

- Ты искажаешь слова и логику! – глаза Третьего Старейшины покраснели. Его руки дрожали. – Сила и мужество лидера напрямую связаны с силой города, которым он управляет! Разве ты не понимаешь такой простой вещи? Следующее поколение твоей семьи тогда было молодым и трусливым. Так как же они могли удержать наш город в это неспокойное время? Как эти потомки могли быть лучше, чем старый Лорд? Ты только хочешь заставить меня почувствовать вину, используя эти слова. Более того, ты даже пытаешься использовать память о жертве твоего предка в своей эгоистичной борьбе за контроль над городом! Тебе не кажется, что ты слишком подлый?

Сяо Син Юн равнодушно рассмеялся:

- Не говори глупостей! И не нужно тянуть время, Хан Фэй Юн! Знаешь, почему этот старик тратит столько времени на споры с тобой? Это потому, что никто из семьи Хан никогда не придёт сюда с пика Города Серебряной Метели! На самом деле я уверен, что никто не пройдёт здесь в течение двух месяцев! Так что мне не о чем беспокоиться! Ха-ха-ха... я держал эти слова в своём сердце так много лет! Но я, наконец, говорю их и говорю от всего сердца! Я уверен, что могу говорить эти слова прямо, не таясь, на весь мир! И я уверен, что они убедят весь мир!

Сяо Син Юн прорычал эти слова. Но потом он заговорил очень грустным и пустым голосом:

- Мы с моим Вторым братом планировали это на протяжении всей нашей жизни! И теперь наши желания уже почти достигнуты. Однако он не сможет увидеть этого! Он никогда и ничего не сможет увидеть! – он взревел, дрожа, в его глазах появились слёзы.

Сильнейшие в семье Сяо, Сяо Син Юн и Сяо Бу Ю, никогда не разлучались с детства. Тем не менее теперь они расстались навсегда …

Невозможно было описать боль сердца Сяо Син Юня…

Разумеется, он возненавидел членов семьи Хан ещё больше... особенно тех, кто стоял перед ним в это время.

- Сяо Бу Ю сам виноват в случившемся с ним и Сяо Ханом! Какое отношение к этому имеет Город Серебряной Метели? Какое мы имеем к этому отношение? Но ты всё-таки хочешь взвалить все на нас? Это смешно! – Хан Фэй Юн выхватил свой меч. – Это восстание, Сяо Син Юн! Это восстание против Города Серебряной Метели!

Я разрываю все связи с тобой с этого момента! Я разрываю нашу дружбу!

Глава 462. Битва насмерть

- Ха-ха-ха! Хорошо! Отлично! На хрен все связи! Забудь о них! – Сяо Син Юн от души рассмеялся. В его глазах вспыхнула жажда крови. Затем он крикнул, махнув рукой. – Вперёд! Убейте этих повстанцев! Никого не оставлять в живых! Убить!

Хан Фэй Юн отпрыгнул назад в тот момент, когда его противник закричал. Он появился перед Му Сю Тонгом и произнес тихим голосом:

- Ничего хорошего. Боюсь, среди Семи Мечей есть предатель. Так что здесь нам конец. Ты должен защитить маленькую принцессу. Беги при первой же возможности. Город Серебряной Метели кажется близким, но до него не добраться. Бегите обратно в Тянсян. Там ищи Цзюнь Вуя и Цзюнь Мосе! Они – единственные, кто сможет нам помочь! Мы задержим этих людей подольше! Это касается Серебряного Города и будущего маленькой принцессы. Ты не должен попасться!

Он быстро закончил говорить, и как раз в эту секунду его окружили люди в серебристых одеждах. Раньше они с уважением приветствовали его, называя "Старейшиной". Тем не менее сейчас они не показали ни капли уважения, обратив мечи против него.

Сяо Син Юн свистнул, и пять белобородых мужчин подбежали с обнажёнными мечами. Их мечи были довольно странными. Казалось, что из них сочится гнев дракона!

- Суань Духа второго ранга! Двойные Снежные Мечники! – Третий Старейшина, Хан Фей Юн, вскрикнул в тревоге.

Это были пять одарённых экспертов Серебряного Города. Эти пять человек пострадали от Укуса Дьявола во время культивации в прошлом. Но они были очень живучими по своей природе. Поэтому они нашли другой метод культивирования. И этот странный метод культивирования открыл другие каналы меридианов внутри их тел. Их изначальные меридианы были запечатаны во время Укуса Дьявола. Однако эти запечатанные меридианы также открылись в результате их продвижения.

Каждый из этих пятерых обладал силой эксперта Суань Духа второго уровня. Тем не менее этот странный метод культивирования сделал каждого из них в два раза сильнее, чем обычный эксперт Суань Духа. Половина их тела была холодной, а другая половина – теплой. Поэтому они и были названы так!

«Но эти люди пятнадцать лет назад отправились в пустыню, чтобы разобраться со своими недостатками. И с тех пор о них не было никаких новостей! Все в Серебряном Городе думали, что они умерли там и песок похоронил их. Но они внезапно появились здесь вот так!»

Третий Старейшина тревожно выкрикнул:

- Как вы оказались здесь? Разве вы не умерли в пустыне пятнадцать лет назад?

Пятеро мужчин не показали ни капли эмоций. Казалось, они понятия не имели, о чём говорил человек перед ними. Их мечи атаковали, не мешая друг другу, но создавая почти непроходимую сеть атак, а обжигающе холодная аура рухнула на мужчину, сковывая движения.

Семь Мечей закричали, обнажив мечи. Они бросились вперёд, чтобы выбить хоть немного времени для задачи, о которой ранее говорил Третий Старейшина.

Борода Пятого Старейшины трепетала, в то время как он взлетел, как дракон, и бросился к Сяо Син Юню. До недавнего времени его кумиром был его почитаемый старший брат. Поэтому у него были слёзы на глазах, хотя он и бросился в бой.

Однако глаза Сяо Син Юня были полны жестокости и злобы. Он быстро поднял свой меч и беспощадно атаковал в ответ.

Сяо Син Юн привёл с собой много людей. Здесь было не меньше сотни мужчин. Более того, большинство из них были воинами уровня Земли и Неба Суань. Кроме того, он также мог полагаться на свою собственную силу и ещё на Суань Духа этих пяти Двойных Снежных Мечников. Такие силы ясно показали, что он намеревался убить Третьего Старейшину.

Однако Третий Старейшина, напротив, немного отдохнул на своем долгом и трудном пути в Серебряный Город. Более того, у него был только Пятый Старейшина и он сам. И оба они были на уровне Суань Духа. Сила Семи Мечей была огромной, поэтому они смогли даже сражаться с этими пятью Двойными Снежными Мечниками. Однако врагов было слишком много.

Му Сю Тонг обнажил меч, свободной рукой прижав маленькую принцессу к себе. Он был сосредоточен на поиске малейшей возможности для побега. Жизни других для него больше не имели значения.

Ведь безопасность Серебряного Города была важнее!

Серебряный Город однажды узнал бы об этом, если бы он и Хан Янь Мэн смогли сбежать сегодня.

«Заговор семьи Сяо не должен дать плоды!»

Даже Му Сю Тонг считал, что он был лучшим человеком, кто может помочь сбежать принцессе Янь Мэн. Третий Старейшина, конечно, имел больше шансов пробить осаду и сбежать с принцессой, но он являлся главной целью врагов. Более того, сам Сяо Син Юн следил за Третьим Старейшиной. Не исключено, что Третий Старейшина всё-таки сумеет оторваться от него, с толикой удачи. Тем не менее он не смог бы убежать далеко, так как ему придётся тащить и принцессу.

Поэтому сильные могли только пожертвовать собой и задержать преследователей настолько, насколько могли, чтобы он сбежал с маленькой принцессой.

Однако сейчас было не время для размазывания соплей. Поэтому Му Сю Тонг понял, что сказал Третий Старейшина, и молча согласился на это.

Хан Янь Мэн почувствовала отчаяние, увидев группу людей, сражающихся вокруг неё. Она была знакома с большинством из этих людей. Они считали её драгоценным камнем и играли с ней в детстве. Они были как близкие родственники.

Однако несколько её "родственников" внезапно восстали и напали, чтобы убить людей, которые пытались защитить её…

«Все мы рождены и росли вместе, но сейчас мы сражаемся, чтобы убить друг друга!»

Хан Янь Мэн расплакалась, но её нельзя за это винить. В конце концов, она была чиста сердцем и не понимала, почему это происходит...

У Третьего Старейшины внезапно появилась идея. Он быстро отступил, оставив на Пятого Старейшину и Семь Мечников большую часть боя. Затем он внезапно испустил очень мощный столб света из своего меча.

Казалось, будто солнце взошло на небо в кромешной темноте ночи!

Десять тысяч огней в форме меча упали с неба... казалось, что сама галактика рухнула на землю. Третий Старейшина использовал все свои силы.

Это была борьба не на жизнь, а на смерть!

Му Сю Тонг молча схватил маленькую принцессу и бросился прочь, как вихрь, в соответствии с указаниями, когда Третий Старейшина выпустил эти огни.

Сяо Син Юн внезапно почувствовал, что что-то не так. Он отдал очередной приказ:

- Остановите их! Схватить эту девку!

Затем он взревел:

- Сделай это!

Внезапно всё изменилось. Один из Семи Мечей молча развернулся и атаковал своих.

Было неизвестно, сколько лет братства они разделили…

Трое из Семи Мечей с широко раскрытыми глазами смотрели, как кровь потекла из ужасных ран на их груди. Они повернулись, чтобы посмотреть на своего младшего брата. Их глаза были полны грусти, смятения и гнева...

Глаза этого человека были полны боли. Тихим голосом он сказал:

- Мне жаль. Я – мужчина из семьи Сяо.

Трое осознали эти слова за секунду до того, как безжизненно упали на землю. Но у них не было ни малейшего следа обиды на их лицах. Они считали его своим братом до самой смерти...

Но в глазах этих трёх мужчин было выражение бесконечной боли...

Третий Старейшина взревел, когда увидел это. Он уже догадался, что что-то подобное случится. Он предвосхитил это несчастье, но всё равно с трудом поверил в это. Он взмахнул мечом, и тот загорелся. После этого Старейшина стал бешено прорубать себе путь в толпе врагов. Кровь обрызгала его белые одежды и бороду. Но несмотря на все усилия, к двум убегающим приближались и уже готовились ударить в спину.

Хан Фей Юн взревел, когда увидел это. Его тело окуталось светом, когда он бросился к Му Сю Тонгу и маленькой принцессе.

Старейшина успел и заслонил собой Му Сю Тонга и Хан Янь Мэн. Затем старик встал, выпустил всю свою энергию и закричал:

- Кто посмеет сразиться со мной?! Я прикончу каждого, кто подойдёт!

Му Сю Тонг уносил Хан Янь Мэн всё дальше и дальше, не оглядываясь. Он ускользнул вдаль, как дым. Голос Хан Янь Мэн, кричавший: "Дедушка!" - раздался эхом.

Но Третий Старейшина этого не услышал.

Его взгляд был непоколебим, когда он смотрел на младшего из Семи Мечей. Его глаза были наполнены такой ненавистью, что казалось, будто он съест его живьём. Если бы глаза могли убивать... Предатель бы уже сам совершил показательное самоубийство!

- Почему? – Третий Старейшина дрожал, а его глаза наполнились слезами. Он медленно сделал шаг вперёд и спросил с детской наивностью:

- Почему? Ван Чэн Гуан, почему? Почему ты так поступил? Ты замерзал в снегах, а старый Лорд нашёл тебя и привёл в Город из сострадания. Он воспитал тебя, относясь с большой любовью, и ты даже стал одним из Семи Мечей! Так почему же ты так поступил?

Этот почти столетний старик не смог сдержать слёзы. Было видно, насколько жестоко удары последних дней подкосили его. Третий Старейшина культивировал свою силу и ум в течение почти ста лет, однако он всё-таки не смог выдержать этих ударов...

Лицо Ван Чэн Гуана побледнело под ненавистным взглядом третьего старейшины. В страхе он даже не заметил, как отступил назад. Его глаза наполнились чувством вины, когда он заговорил:

- Я... я тоже не... не хотел делать это... Третий Старейшина... но я из семьи Сяо... моё настоящее имя Сяо Цзянь Мэн! В те дни... я…

- Ха-ха! Тебе не показалось странным, что я знаю всё, Хан Фей Юн?! Теперь ты понимаешь, откуда? Это только один из многих великих секретов семьи Сяо! На самом деле, это только один из наших козырей! Твоя семья Хан так же хороша, как и ничтожна, Хан Фей Юн. И она будет забыта очень скоро. Но я оставлю твой труп нетронутым ради нашей предыдущей дружбы.

- Ха-ха-ха... ты искренне веришь, что это произойдёт, Сяо Син Юн? – Третий Старейшина сознательно выбрал самую узкую часть прохода между двумя скалами. Он знал, что погибнет…

- Убейте его! Убейте его быстро! Мы не можем позволить тем двоим сбежать! – Сяо Син Юн махнул рукой.

Оставшиеся три человека из Семи Мечей и Пятый Старейшина уже были в крови из-за многочисленных ран. Однако, несмотря на изнеможение, они встали рядом с Третьим Старейшиной.

Они даже не стали смотреть на предателя.

«Он недостоин нашего взора!»

Третий Старейшина взревел:

- Остановите их любой ценой! Они не должны сделать ни одного шага вперёд!

Остальные лишь кивнули. Их глаза были полны решимости, а их мечи были подобны серебряному льду, чей блеск наполнял небо кровавым светом...

Сегодня им суждено было погибнуть.

Но они никогда не позволили бы принести себя в жертву, как обычное животное!

«Мы дадим маленькой принцессе время сбежать, пока дышим!

Каждая секунда, вырванная нами у смерти, даст чуть больше надежды!

За будущее Серебряного Города!»

Обе стороны столкнулись, как кровавые торнадо. Земля медленно окрашивалась в тёмно-бордовый. Кровь медленно начала собираться в небольших нишах в лужи…

Холодный ветер кричал, а снежинки падали, кружась, как листья осенью…

Глава 463.1. Три Убийцы (часть 1)

Му Сю Тонг, крепко прижимая к себе Хан Янь Мэн одной рукой, выдал всё, на что был способен, когда мчался по снегу. Он даже не посмел оглянуться. Потому что он знал, что его скорость замедлится, если он взглянет назад хотя бы на секунду. И был шанс, что его поймают, если он остановится или сбросит скорость хотя бы на мгновение. Тогда это означало бы, что жертва Третьего Старейшины и других будет напрасной.

Поэтому он опустил голову от горя и возмущения, но бежал изо всех сил, прикладывая каждую капельку энергии, которую мог собрать.

Он слышал громкие взрывы на расстоянии за его спиной. Казалось, что эксперты Суань Духа выдавали всё, что могли. На самом деле они, вероятнее всего, истощали все свои скрытые запасы энергии, все свои техники и трюки, делая всё возможное, чтобы хотя бы замедлить врага. Му Сю Тонг был только экспертом Суань Неба, но его считали вундеркиндом. В Городе Серебряной Метели было много экспертов Суань Духа. Таким образом, он мог очень чётко распознать смысл таких взрывов.

Третий Старейшина смеялся своим громоподобным голосом:

- Тебе это нравится, Сяо Син Юн? Ха-ха-ха!

Голос Сяо Син Юня звенел от ярости:

- Какого хрена вы так долго копаетесь? Используйте всё, что у вас есть, и прикончите этого ублюдка!

После этого раздался резкий свист, а затем – лязг при столкновении нескольких видов оружия. Однако вскоре после этого раздался приглушённый расстоянием скорбный крик. Сразу после Третий Старейшина решительно сказал:

- Идите сюда! Вам придётся уйти со мной! Ха-ха-ха!

Бах!

Послышался сильный взрыв, сопровождавшийся чередой безумных криков боли…

Слёзы текли из глаз Му Сю Тонга.

Он знал, что это значит…

Хан Фей Юн пожертвовал своей жизнью в этом взрыве.

«Третий Старейшина даже не оставил своё тело для похорон... Вместо этого он ещё задержал своих противников... чтобы дать нам ещё немного времени…»

Му Сю Тонг бросился через густой и заснеженный сосновый лес вместе с Хан Янь Мэн. Он оставлял слабые, едва видимые следы, которые вели в трех разных направлениях. Затем он сделал глубокий вдох и использовал всю свою силу, чтобы взлететь как можно выше. В результате он пролетел более четверти километра. Пока он был в воздухе, он позволил себе оглянуться на секунду. Затем он опустился за обрыв, который лежал впереди. Двое беглецов исчезли за обрывом....

Эта диверсия была лучшим способом сбежать.

Сяо Син Юн прибыл в крайней спешке через некоторое время. Сначала он очень внимательно огляделся. Затем он взмахнул рукой в гневе:

- Ищите очень внимательно! На снегу есть следы! Значит, они не могли уйти далеко! Разделитесь на команды и внимательно проверьте три направления! Этот маленький предатель – это всё, что осталось, и он недостаточно пострадал! Смотрите везде! Обыщите каждый сантиметр земли! Выкопайте снег на три фута вниз, если это необходимо! Их не нужно оставлять в живых, если их найдём! Убивайте их без пощады!

…

Юный господин Цзюнь лег спать. Он хорошо вздремнул и проспал до следующего дня. Проснувшись, он подумал, что давно так хорошо не спал.

Малышка Ке дежурила у его дверей. Пусть она и была маленькой, но она была очень старательна и ответственна. Так что никто не вошёл внутрь, чтобы нарушить его сон.

Только в полдень следующего дня кто-то пришёл с новостями. Как оказалось, это был Байли Лу Юн. Он вернулся, чтобы встретиться с молодым мастером. Цзюнь Мосе потянулся и сел. Затем он пробормотал:

- Он прибыл на три дня раньше, чем я ожидал! После этого ему пришлось вставать.

«Наконец-то я нормально пообщаюсь с этим мальчиком» .

Вся одежда Байли Лу Юна была в пыли. Поэтому талантливый "мальчик" выглядел уставшим и измотанным, когда Цзюнь Мосе вышел на встречу с ним. Его лицо было обветренным и измученным. Но его выражение лица всё ещё оставалось решительным. Его взгляд был острым, как наконечник копья у солдата на параде. Более того, из его тела исходили следы безжалостной ауры.

Молодой господин излучал очень холодную, плотную и внушающую благоговение ауру, даже просто стоя на месте. Охранники семьи Цзюнь чувствовали большое беспокойство из-за этого. Разумеется, они проявили повышенную бдительность в его отношении. Охранники, которые следили за дверями дома Цзюнь, были просто обычными солдатами. Однако они всё равно оставались ветеранами многочисленных сражений. Таким образом, можно было бы хорошо представить себе величие и тиранию ауры, которая могла бы заставить их чувствовать себя так неловко…

Хоть он и выглядел донельзя уставшим, свет вспыхнул в глазах Байли Лу Юна, когда он увидел, что Цзюнь Мосе пришел встретиться с ним лично. Он торжественно сложил руки и сказал:

- Я вернулся, молодой господин!

- С возвращением! – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и спросил. – Как дела?

- Я убил пятьдесят человек. Там, где я был, не осталось никаких следов... за исключением тех записок, которые вы упомянули, – Байли Лу Юн говорил с безразличием в голосе. Но даже это безразличие каким-то образом выражало его несравненную уверенность и гордость.

- Ты отлично справился! Спасибо за труд! – Цзюнь Мосе похлопал его по плечу. – Я выделил место для тебя. Иди отдохни. Другие вопросы могут подождать! – Цзюнь Мосе нахмурился, так как Байли Лу Юн был слишком эмоционален. И молодой господин явно почувствовал гордость, с которой он отчитывался.

«Это неприемлемо... убийца с такой гордостью? Это не может быть хорошо...»

- Молодой господин... как насчет моего... моего отца... он... – голова Байли Лу Юна опустилась, он говорил, колеблясь и запинаясь.

- Я сказал, что другие вещи могут подождать. Разве ты этого не слышал? – выражение лица Цзюнь Мосе было непроницаемым. Его глаза смотрели на Байли Лу Юна, словно бы излучая абсолютную власть.

Бэйли Лу Юн понял смысл этого. Его цвет лица стал зелёным, и он поспешно и почтительно сказал:

- Лу Юн будет делать, как вы прикажете!

Цзюнь Мосе мягко рассмеялся:

- Я знаю, что ты спрашиваешь это из сыновней почтительности к своему отцу. Но это единственный раз, когда я это позволил. Такого не должно повториться!

Выражение лица Байли Лу Юна стало почтительным просто до невозможности, когда он быстро сказал: "

- Большое спасибо, молодой господин!

- Императору не хватает... "голодных" солдат. Я обещал тебе кое-что, и я, очевидно, выполнил это... они вошли в город Тянсян три дня назад. Кроме того, я договорился о проживании для твоего уважаемого отца. Тебе не нужно беспокоиться о своём отце. На самом деле ты мог бы даже взглянуть. Следуй за мной! – Цзюнь Мосе повёл его к задней двери.

Байли Лу Юн был умным человеком. Ему нужно было только дать указание, и этого было достаточно, чтобы он понял. Не было необходимости объяснять дальше. Он бы всё понял достаточно хорошо.

Недалеко от усадьбы Цзюнь стоял впечатляющий дом.

«Дом Лу Юна».

Эти большие и золотые буквы блестели на солнце. Они казались великолепными, выполненными из золота.

У ворот было много охранников. Они были полны сил и стояли навытяжку, будто гвардейцы Её Величества.

Отец Байли Лу Юна сидел на стуле в центре двора. Он был одет в роскошные чёрные, отделанные кожей одежды, а его лицо было наполнено удовлетворением и счастьем. За ним стояла симпатичная молодая горничная, и она старательно массировала его плечи. Несколько слуг были заняты уборкой двора.

Байли Лу Юн был приятно удивлён, обнаружив, что цвет лица его отца намного лучше, чем раньше. В его глазах, движениях словно проснулась молодость. На самом деле, казалось, что этот человек переродился. Будто бы он стал моложе на несколько лет. Даже морщины на его лице разгладились.

- Это твой дом — дом Байли Лу Юна, – тихо улыбнулся Цзюнь Мосе.

- Мой дом... – поражённо повторил Байли Лу Юн.

В прошлом у него тоже был дом и семья. Но этот "дом" семьи Байли был для него местом горьких воспоминаний. Это была клетка, из которой было трудно убежать. Он никогда не питал к ней никаких чувств.

«Мог ли я подумать, что у меня здесь будет дом? Совершенно новый дом! Дом только для меня и моего отца…»

Сердце Байли Лу Юна потеплело, когда он посмотрел на цветы и высокие деревья во дворе. Да, сейчас был довольно прохладный ноябрь, но молодой человек ещё чувствовал тепло.

Его ранее ледяное сердце понемногу оттаивало.

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и спокойно вышел. Он оставил Байли Лу Юна, чтобы тот сам осмотрел свой подарок – свой дом.

Молодой господин, очевидно, понимал это чувство. Поэтому он решил не беспокоить юношу.

Байли Лу Юн слишком эмоционально для него фыркнул и бросился вперёд. Его выражение стало торжественным, когда он увидел Цзюнь Мосе. Затем он торжественно встал на колени перед ним.

Цзюнь Мосе левой рукой поддержал Байли Лу Юна. Он, разумеется, понял, что Байли Лу Юн намеревался преклонить колени и поклониться перед его покровительством. Поэтому он заговорил мелодичным голосом:

- Что ты делаешь? Я сделал это для тебя, раз уж ты работаешь на меня. Я сделал это, чтобы тебе не пришлось волноваться лишний раз. Это естественный порядок вещей. Так что не делай этого. Мне нужен надёжный подчинённый. Но я не хочу, чтобы ты пресмыкался передо мной! – затем он жёстко подтянул его и поставил на ноги.

- Может быть, молодой господин считает, что он должен был это сделать. Однако для меня это похоже на Небесную милость, – торжественно ответил Байли Лу Юн, уставившись на Цзюнь Мосе. Его взгляд был наполнен почтением, в первый раз, с того момента, когда он благоговел перед силой Цзюнь Мосе.

Глава 463.2. Три Убийцы (часть 2)

- Но тебе не нужно этого делать! Пожалуйста, пойми одну вещь, Лу Юн. Тебе не нужно много говорить. Ты понимаешь всё, что происходит. Поэтому об этом можно говорить открыто. Я не буду вознаграждать тебя, если ты станешь бесполезным для меня. И ты должен понимать, что твоя ценность не ограничивается этим домом! Мы должны встряхнуть этот сраный мир! И для этого мне нужны твои навыки, твоя сила! Помнишь, что я говорил раньше – это был единственный раз. Это не должно повториться! – Цзюнь Мосе говорил медленно.

Его слова были грубыми. Возможно, немного неприятными, если говорить мягко…

Но Байли Лу Юнь знал, что это была истинная правда. И это сделало эти слова приятными для восприятия.

Каждый мечтает, чтобы хорошие вещи упали на колени прямо с небес. Но никто никогда не думал о том, почему это должно произойти. Почему хорошие вещи должны падать вам на колени? Зачем кого-то вознаграждать, если у него нет навыков, или они не сделали ничего важного?

Именно поэтому дарят подарки чиновнику, а не фермеру. В конце концов, чиновник может делать работу, которую простой фермер не сможет. Ну, и очевидно, это будет другое дело, если подарить цветок его дочери…

Однако понимать эту истину – это одно. А быть в состоянии заявить об этом так откровенно – другое. Более того, делать то, что было сказано – вообще третье дело.

«Разве в больших семьях нет сотен талантливых бойцов? Даже самый богатый человек в мире может погибнуть, оплачивая расходы своих подчиненных, за каждого талантливого человека был закреплен дом, полный слуг…»

«У семьи Цзюнь много несравненных экспертов. Итак, почему молодой господин так обо мне заботится? Не говорите мне, что я полезнее, чем эти старые лисы... или даже эксперт Суань Неба?» – Байли Лу Юну не хватало уверенности в себе, когда дело дошло до этого вопроса.

Поэтому юноша лишь торжественно кивнул и не показал снова, как он был тронут. Вместо этого он твердо сказал:

- Я понимаю.

- Вот и отлично! Кажется, что ты немного продвинулся вперёд в твоей силе Суань! Ты был на пике Нефритового Суань, когда я видел тебя в последний раз. Но сейчас ты находишься на пике нижнего уровня Суань Земли! После ещё одного решительного шага ты будешь на среднем ранге Суань Земли! Этот темп прогресса довольно быстрый. Это действительно молниеносно! – Цзюнь Мосе оглядел его и сказал несколько ошеломленно.

- Это благодаря тем божественным таблеткам от молодого господина. Я прорвался сквозь барьер Нефритового Суань после того, как принял эту таблетку. И я смог продвинуться на уровень Суань Земли. Некоторое время я продолжал впитывать силу лекарства. И даже мне было трудно поверить, что приём обычных таблеток может так сильно продвинуть меня вперёд. Это действительно Небесная Таблетка!

Байли Лу Юн снова стал довольно эмоциональным в тот момент, когда эта тема была поднята. Его конечности дрожали от волнения, когда он вспомнил тот момент, как этот земляной цвет затопил его тело в первый раз.

«Моя Божественная Таблетка должна увеличить культивацию человека на десять лет, верно? Однако его прорыв идет вразрез с обычной нормой!»

Цзюнь Мосе смотрел широко раскрытыми глазами. Его рот был открыт, но он молчал.

«Что это за человек такой? Многие мужчины принимали эту таблетку раньше. Но ни у кого не было такого роста в уровне в такой ужасающей манере. Тем не менее этот парень продвинулся так высоко только с одной таблеткой? Он добрался до прорыва... Это возможно. Но он пошёл ещё дальше вперёд, пока не достиг пика следующего подуровня?»

«Эта скорость потрясающая!»

Это продвижение, конечно, было всё ещё очень далеко от семи-восьми уровней, которые Цзюнь Мосе смог «проскочить» за один раз. Но Цзюнь Мосе хорошо понимал разницу.

«Я могу прыгать на более чем десять уровней за один раз. Но это потому, что у меня есть жутко читерный инструмент – Пагода Хунцзюнь! Таким образом аура моего тела может пополняться в любое время и везде. Но у Байли Лу Юна ничего нет... У него только врожденные способности. Но этот врождённый навык не является нормальным!»

«Стоит ли вкладывать в такой врожденный талант? Единственная плохая вещь в этом мальчике – это то, что он всё ещё не может следовать строгим приказам. Но это важное правило необходимо прививать медленно и неуклонно...»

«Капля по капле и камень сточит, да?»

- Для тебя есть новое задание. Ты будете нести ответственность за обучение и общее развитие твоего тела, – Цзюнь Мосе передал Байли Лу Юну несколько листов бумаги. На этих документах были изображены несколько поз для медитации и упражнений вместе с примечаниями к ним. Каждая поза была чрезвычайно странной... она почти превышала пределы способности человеческого тела.

Байли Лу Юн быстро взглянул на бумаги. Разумеется, в первую секунду он мог только моргать от удивления. Обычный человек, посмотрев эти позы, найдёт их диковинными и неосуществимыми. Однако Байли Лу Юн был гением в боевых искусствах. Кроме того, он обладал отличной способностью к пониманию. Таким образом, даже быстрого взгляда на бумаги было достаточно, чтобы оценить, что эти позы содержат бесконечный потенциал.

Байли Лу Юн искренне жаждал улучшить свою силу. Так что это была лучшая и самая большая награда для него.

Юноша убивал людей на протяжении всего пути сюда. И он постепенно начал наслаждаться этим процессом. Поэтому он был вполне доволен происходящим. Однако он всегда наслаждался процессом постепенного и проверенного наращивания своих сил.

Поэтому Байли Лу Юн не колебался и согласился на это без раздумий.

- Вот список имен. Я хочу, чтобы ты запомнил их. Ты должен убивать по одному из этого списка после каждых трёх дней тренировок, – жестокий свет вспыхнул в глазах Цзюнь Мосе. – Ты сам решаешь, кого убивать первым и в каком порядке. Эти люди – наши враги! Тем не менее нет большой спешки, чтобы убивать их прямо сейчас. Так что мы можем позволить зачистить их позже, медленно. Нет никакой срочности. Ты понимаешь? – медленно сказал Цзюнь Мосе.

Байли Лу Юн медленно кивнул, взяв ценные бумаги.

- Я хочу, чтобы ты достиг пика Суань Земли за три месяца, – сказал Цзюнь Мосе, слегка пошевелив руками за спиной. – Я помогу тебе прорваться через барьер Суань Земли, когда придёт время. Я приведу тебя в первые ряды Суань Неба... а может быть, даже выше!

Байли Лу Юн задрожал. Но в его глазах загорелся огненный свет.

Цзюнь Мосе вернулся во внутренний двор и услышал, как Гуан Квинхан играла на флейте где-то рядом. Музыка была довольно грустной. Настолько грустной, что эта мелодия давила на сердце, будто выворачивая его наизнанку...

Цзюнь Мосе вздохнул и покачал головой. Его взгляд остановился на двух сумасшедших маленьких детях, которые тоже были в его дворе в это время. Это были те самые дети, которые ранее резали и грызли себе пальцы, чтобы написать свои клятвы кровью.

У обоих не было языков, а у одного даже руки. Более того – правой руки.

Он дал им учебное пособие, прежде чем отправиться в Южный Небесный Город. Уровень подготовки был в три-четыре раза выше, чем у детей их возраста. Более того, даже их скелет и кости вряд ли подошли бы для таких тренировок. Таким образом, их перспективы были, мягко говоря, не слишком радужными, даже если бы они тренировались всё это время без перерыва.

Тем не менее Цзюнь Мосе был удивлён, обнаружив, что эти двое детей каким-то образом не искалечились, несмотря на то, что они казались настолько тонкими, будто их мог сдуть порыв ветра. Фактически они каким-то образом увеличили свою способность к обучению в три-четыре раза...

Можно сказать, что Пожиратели Духа и Небесные Разрушители тренировались до предела. Однако эти двое детей тренировались на грани своей жизни, если сравнивать их таким образом. Они тренировались четыре раза в день, и они не останавливались, пока не чувствовали, что ещё одно движение – и они упадут замертво. Более того, они продолжали тренировки в тот момент, когда чувствовали, что к их телам вернулась даже небольшая кроха сил.

И они делали это последние три месяца!

Они уже сломали деревянные копья, которые Цзюнь Мосе сделал для них. Если быть более точным – они изломали их просто в щепки.

Цзюнь Мосе почувствовал холод в сердце, когда увидел, как эти двое измучили себя с этими тренировками.

Это было удивительной неожиданностью для Цзюнь Мосе. В конце концов, молодой господин был человеком. Он прожил две жизни, и у него был читерный инструмент, Пагода Хунцзюнь. Но он по-прежнему питал те же ожидания, что и другой человек. Поэтому он так же, как и обычный человек, был поражён вещами, которые превосходили его ожидания.

Эти двое детей, одиннадцати и двенадцати лет, были очень слабы, но они казались волками, когда сражались.

Двумя очень голодными волками!

С их стороны не было ни малейших колебаний. Они ни на секунду не проявляли милосердия ни к себе, ни к товарищу. Каждый удар можно назвать смертельным. Один из них очень часто получал такой удар, что долго пытался подняться с земли. Тем не менее второй будет только ждать с холодным и непоколебимым лицом. Они не только не пытались помочь друг другу встать на ноги, но, чаще всего, упавший получал ещё пару раз ногой.

Упавший ребёнок в свою очередь вставал, чтобы дать отпор в тот момент, когда его противник ослабнет и также навалять ему по самые помидоры. Эти двое продолжали избивать друг друга каждый день таким образом. Они даже не щадили друг друга; солнечное сплетение, глаза, кадык, пах – удары летели куда угодно.

Глава 463.3. Три Убийцы (часть 3)

Оба этих маленьких ребёнка знали, что должны были помогать друг другу. Но сейчас было не то время. Вместо этого настало время для решающей битвы. В конце концов, они были бы убиты другими в будущем, если бы не смогли выдержать это обучение сейчас. Разве не лучше ли было умереть от руки брата?

Обучение, проведённое этими двумя, было просто шокирующим.

Эти два ребёнка с неординарными талантами очень сильно отличались от Байли Лу Юна. Однако нельзя сказать, что от их тел веяло убийственной аурой. На самом деле их беспощадность была ещё более заметной в сравнении.

У этих троих был характер убийц, и Цзюнь Мосе давно обнаружил это. Фактически он нашёл для себя трёх великих убийц!

Старик Цзюнь однажды навещал этих детей. Тем не менее он не смог забыть их пугающий характер и методы обучения даже после того, как он вернулся к себе домой…

На самом деле старик Цзюнь сказал, что эти двое детей даже не были людьми. Генерал, который всю свою жизнь вёл широкомасштабные сражения и отправлял сотни солдат на смерть, был потрясён их тренировками...

Двор Цзюнь Мосе был идеально ровным до того, как он ушёл. На самом деле, земля стала такой же крепкой, как сталь, после того, как тут свирепствовала буря духовной силы, которую он выпустил некоторое время назад. Но он обнаружил, что теперь земля полна выбоин и трещин. Масштаб изменений был не очень велик. Но он был отчётливо виден.

Более того, этот ущерб был нанесён телами этих двух детей.

Даже тяжелые железные кувалды не могли бы нанести такого рода урон. Но телам этих двух "маленьких и слабых" детей удалось сделать это в течение их обучения за последние три месяца. Уже только из этого можно было видеть, до какого состояния их обучение дошло к настоящему времени...

Цзюнь Мосе вздохнул сначала. Затем он хлопнул в ладоши и сказал:

- Подойдите сюда, вы двое!

И снова великий убийца прошлого был удивлён, когда эти двое подошли к нему. Они выросли, стали немного выше. Их мышцы также укрепились. Однако в их глазах было выражение, которое опровергало их безразличие к жизни. И это удивило Цзюнь Мосе больше всего на свете.

Они встали на колени одновременно и опустили головы в знак уважения. Это было их приветствие Цзюнь Мосе. Молодой господин Цзюнь сказал им не делать этого. Но они словно бы не слышали этого и продолжали это делать. Молодой господин также знал об их упрямстве характера. Поэтому он решил просто закрыть на это глаза.

- Встать. Я хочу увидеть, как хорошо ваши тела стали подготовлены, – протянул руку Цзюнь Мосе. Затем он освободил своё духовное чувство и проверил их меридианы. Пока он проверял, он даже слегка вздохнул.

Двое детей очень усердно тренировались. Никто не мог этого отрицать. Их физическая сила и координация достигли больших успехов.

Тем не менее врождённые ограничения никуда не делись.

Врожденный талант этих двоих был намного ниже, чем у Байли Лу Юна. На самом деле разница была, как между небом и землёй...

Цзюнь Мосе чувствовал, что ему нужно будет создать другой вид таблеток для них.

Он вытащил два "Десятилетних Дана" из кармана на груди:

- Возьмите это! А затем практикуйте свою культивацию Суань.

Их врождённые таланты были очень скудны. И у них было только три месяца тренировок. Таким образом, эти двое будут страдать от ужасной боли, если они будут принимать эти таблетки так опрометчиво. На самом деле их боль будет в десять раз выше, чем та, которой страдал бы средний человек. Но Цзюнь Мосе понял, что характер этих двух детей был довольно жестоким после того, как он увидел их "обучение".

«Другие не смогли бы выдержать этого. Но эти двое "маленьких" детей, конечно, смогут».

Можно сказать, что эти двое детей очень быстро увидят результаты, как только проглотят эти таблетки Десятилетнего Дана. Тем не менее они начали культивирование Суань только три месяца назад. Поэтому их культивирование было только в самом начале начального этапа. Фактически в это время они достигли только третьего уровня выращивания Суань. Но все же эти Десятилетние таблетки нарушили бы естественный порядок вещей. Ведь их действие оказывало влияние – хоть и не без боли – даже на специалистов Неба Суань…

Однако меридианы этих недодетей расширились бы и укрепились в весьма большой степени, если бы они прошли через это. Чем больше человек вынесет, тем больше он получит. Например, это не имело бы никакого значения для эксперта Суань Духа, если бы кто-то из них принял эту таблетку. Не было бы большой реакции. Они только проглотили стоимость 10 лет чистейшей энергии культивации Суань Ци в форме маленькой пилюльки.

Но у этих двух детей были очень слабые меридианы. Поэтому использование этих таблеток дало бы им большое начало. На самом деле это могло бы даже компенсировать отсутствие врождённого таланта.

Мышцы их тел прошли тягостное расширение по мере того, как Цзюнь Мосе наблюдал. Их зубы скрежетали так громко, что даже старик Цзюнь подошёл к окну, чтобы понять, что происходит. Тем не менее дети стояли с застывшими от боли глазами и не издавали ни одного стона боли. Они молча терпели всё это. Даже взрослый не смог бы выдержать и одну десятую часть этой боли…

Они вспотели в один миг, их ноги дрожали, но они держались!

Цзюнь Мосе смотрел, как их слабые тела содрогаются. Он внезапно вспомнил технику владения кинжалом, когда увидел дрожащую руку калеки. Это определённо была она! Это была однорукая техника владения клинком!

Эта техника владения клинком была чрезвычайно сложной. Но это была техника убийцы!

Этот основанный на одном кинжале метод был создан его учителем из его предыдущей жизни. Меч этого человека был всемирно известен. Его сила была ещё более известной. К сожалению, однажды его врагам удалось устроить засаду, и ему сумели отрубить правую руку. Но они намеренно не убили его. В конце концов, его навыки были бы бесполезны, так как его правая рука была отрублена. Значит, он больше не смог пользоваться всеми его удивительными техниками. Его враги, очевидно, планировали искалечить его, чтобы он мог лишь позориться перед всем миром.

Однако этот человек не был обескуражен. Он вынес огромное количество боли, и нашёл чрезвычайно простое и одновременно мудрое решение. Он создал чрезвычайно мощную технику боя с одним клинком и одной рукой после десяти лет тяжёлой работы. Затем он вернулся и убил всех своих врагов после того, как его техника была готова.

Этому человеку не было равных, когда он был на пике своего мастерства. Тем не менее его враги даже не смогли дать ему отпор, когда он разработал, изучил и применил против них эту технику боя. И этого было достаточно, чтобы оценить истинную гегемонию этой техники.

Однако эта техника была чрезвычайно опасной и довольно странной. Можно было порезать тело пользователя, если он не будет осторожен. И это потому, что каждый удар во врага исходит из очень неожиданного угла. Это, очевидно, делало удары очень трудными для блокирования или парирования, не говоря уже о контратаке. Но практиковать тоже было довольно опасно.

Однако это был единственный метод, который мог использовать ребенок с одной – левой – рукой.

Конечности другого ребенка были целы. Тем не менее Цзюнь Мосе планировал научить этого другого ребенка другой, но тоже очень странной технике меча. Вдвоём они сформировали бы очень смертельную силу после того, как они объединили бы свои методы боя в гармоничной манере.

Двое детей страдали от невыносимой боли в течение часа. Они лежали, дёргаясь на земле во время последних минут. Даже пот на их лицах высох через пару минут. Они сжимали зубы так сильно, что их дёсны начали кровоточить!

Вены пульсировали по всей поверхности их тел.

Они всё ещё скрежетали зубами, хотя сильная боль уже закончилась. На самом деле их мышцы были настолько напряжены, что они даже не могли открыть рты…

Огромная духовная сила молодого господина Цзюнь резко окутала их. Они открыли глаза и увидели болезненные выражение друг друга. Их тела были покрыты кровавым потом.

- Это набор движений с мечом, – Цзюнь Мосе удобно перехватил клинок. Он держал его в левой руке и поднял, сказав. – Это идеально тебе подойдёт!

Лицо однорукого ребенка стало выражать ещё большее внимание, когда он услышал это. Он внимательнейшим образом следил за каждым движением Цзюнь Мосе. Его глаза были широко открыты. Он даже не смел моргнуть, боясь пропустить какую-то мельчайшую деталь…

Цзюнь Мосе двигался медленно. Его сила Суань циркулировала под его ногами, когда он двигался, и оставляла неглубокие следы на твердой земле. Затем он провёл ещё раз то же движение, демонстрируя эту технику во второй раз:

- Ты понял?

Однорукий ребенок дважды кивнул. Его талант был очень ограничен. Он не понял бы большую часть техники, даже если бы она была показана ещё десять раз. На самом деле он бы даже не вспомнил многие штрихи...

Тем не менее он ясно понял намерения Цзюнь Мосе — он мог практиковать эту технику, повторно прослеживая следы молодого господина Цзюнь.

Затем Цзюнь Мосе научил другого ребенка другой технике меча и сказал им практиковать её, пока не выучат в совершенстве. Внезапно их прервали охранники, объявив:

- Семья Дугу прислала приглашение. Они пригласили молодого господина на ужин сегодня!

Цзюнь Мосе просто офигел от этого.

«Что? Меня пригласили на ужин? Что им надо?»

Глава 464. Последствия вынужденного похудения

«Семья Дугу ищет меня, чтобы поговорить о браке с Сяо И?» – это была единственная возможность, которая пришла в голову Цзюнь Мосе. – «Как я справлюсь, если они поднимут вопрос о помолвке?»

Приглашение говорило очень чётко. Оно было довольно лаконичным и всеобъемлющим. Там было только одно предложение:

«Мосе из семьи Цзюнь, вас просят приехать в поместье семьи Дугу», - подписано было неожиданно – Дугу Цзёнхэн.

Почерк был очень неуклюжим. Если говорить честно – это было почти неприглядно. Даже кончик кисти, казалось, был полон враждебности. Это было смело и неотёсанно. Таким образом, было очевидно, что Дугу Цзёнхэн лично написал его.

Это было исключительно простое приглашение. Но в нём была отражена важность, которую семья Дугу придавала этой встрече. На ней также было изображено их негодование…

Старик Дугу Цзёнхэн написал его сам. И этого было достаточно, чтобы сказать, какое значение они придавали этому. Но сжатая формулировка указывала прямо на суть вопроса.

Молодой господин попробовал рассчитать:

«Семья Дугу, очевидно, хочет восстановить репутацию девочки только путём моего брака с ней?»

В конце концов, эта девушка показалась перед всеми с большим животом. Одно дело было шутить над этим. Однако разве ни один решительный человек не нашёл странным, что её живот стал таким большим всего за три или четыре месяца? Но факт оставался фактом – репутация маленькой девочки была разрушена. И этот момент также коснулся Цзюнь Мосе.

Что касается фактов, то можно считать, что семьи Цзюнь и Дугу соответствуют друг другу. На самом деле не было других, кто был бы лучше подобран друг к другу. Но семья Дугу никогда бы не позволила своей единственной внучке стать наложницей. На самом деле не имело бы значения, даже если бы они знали, что Дугу Сяо И всё ещё сохранила своё целомудрие. Более того, они не поймут, что Цзюнь Мосе заботился только о Гуан Квинхан.

Им было крайне необходимо установить положение маленькой девочки в качестве первой женщины. Гуан Квинхан пожертвовала своей добродетелью, чтобы спасти молодого господина. И было приятно сказать это... но она была невесткой молодого мастера не так давно. Таким образом, всегда будет социальная проблема, даже если он проведёт официальную свадебную церемонию с ней. В конце концов, прежний статус Гуан Квинхан никогда не позволит ей стать его настоящей женой. Тем не менее маленькая девочка имела большие отношения с Гуан Квинхан. Так что было бы неплохо, если бы маленькая девочка была первой женой, а Гуан Квинхан – наложницей...

Цзюнь Мосе нахмурился.

«Должно быть, поэтому семья Дугу ищет меня так срочно...»

Однако разве старик Дугу искал того человека? Разве он не должен был искать Цзюнь Чжан Тиана вместо Цзюнь Мосе? В конце концов, Цзюнь Чжан Тиан был номинальным главой семьи Цзюнь. Кроме того, вопрос о браке подростка должен быть доведён до их родителей и бабушек и дедушек в первую очередь...

Кроме того, Цзюнь Мосе не был тем, кто мог разговаривать с Дугу Цзёнхэном напрямую.

В конце концов, его статуса было недостаточно.

Цзюнь Мосе, конечно, в настоящее время был покрыт славой и испытал дикий военный успех. Однако этого было недостаточно.

Этот аспект статуса не имеет ничего общего с личной силой. Вместо этого, это был естественный порядок уважения среди людей. Молодой господин был юношей, даже если он был мудрым в течение двух жизней. Более того – брак был важным поворотным моментом в жизни, и Цзюнь Мосе не имел опыта в этом вопросе.

Цзюнь Мосе сложил своё приглашение. Он не знал, смеяться или плакать.

Цзюнь Чжан Тиан узнал об опасениях Цзюнь Мосе после того, как услышал об этом. Однако старик только скривил губы, презрительно говоря:

- И что в этом такого странного, дорогой маленький внучок? Похоже, старому Дугу Цзёнхэну ничего не оставалось, как прийти к этому после того, как он услышал рёв своей тигрицы. Я думаю, что эта тигрица хочет увидеть тебя лично. Этот старый дурак Цзёнхэн не позвал бы тебя ни при каких других обстоятельствах. Я предполагаю, что он всё-таки не хотел приглашать тебя в одиночку... это всё, потому что нужно... ну, в любом случае, разве ты обычно не очень смелый и дерзкий? Так почему ты ведёшь себя так робко и испуганно? Скройся с моих глаз и не мешай мне тренироваться!

Надо было сказать, что двое стариков взаимодействовали всю свою жизнь. Таким образом, они очень хорошо понимали мыслительные процессы друг друга. И старик Цзюнь мог оперировать правдой.

Более того, его предположения даже не были близки к фактам — это было то же самое, что и факты!

Старик бессердечно выгнал излишне подозрительного юношу своими последними словами. Затем он продолжил своё развитие и обучение. Ведь возможность совершить такой прорыв была редкостью. Поэтому он хотел бы стабилизировать свой недавно достигнутый уровень как можно скорее?

Цзюнь Мосе горько улыбнулся, и взгляд его вдруг остановился на толстой стопке бумаг на столе старика. Они были открытыми. И было очевидно, что это были секретные сообщения, которые были принесены орлами.

Сверху лежал лист бумаги, на котором было написано:

«Судья западной провинции был зверски убит прямо в своём доме. Есть подозрение, что его убил тот же убийца, что и многих других, так называемый "Дрейфующее Облако". Этот убийца недавно сеял хаос в столице. Убийца оставлял после себя только лист бумаги со строками "Добро и зло в конечном итоге откроются. Справедливости небес не избежать". Таким образом, кажется, что работа этого "Дрейфующего облака" только…»

Ниже был краткий ответ, написанный почерком Цзюнь Чжан Тиана:

«Расследовать в срочном порядке!»

Следующие были с похожими донесениями. Цзюнь Мосе пересчитал их. Листов было пятьдесят. Пятьдесят человек. Пятьдесят трупов. Ни одного лишнего. Разумеется, всех их убил Байли Лу Юн.

Цзюнь Мосе только вздохнул:

«Такая эффективная разведка чрезвычайно желательна и для меня. Байли Лу Юн едва прибыл в город Тянсян, но описание всех его действий уже составлены здесь. Более того, старик уже всё прочитал. Это показывает, что информация поступила очень оперативно».

Семья Цзюнь контролировала эту разведывательную сеть. Однако жаль, что его настоящим хозяином была Императорская семья Империи Тянсян. На самом деле разведка не была под влиянием семьи Цзюнь никаким образом. Это означало, что эта сеть станет бесполезной в случае вражды с Императором. Более того, это также станет огромной проблемой.

Цзюнь Мосе нахмурился. Он положил бумагу на прежнее место и медленно вышел из комнаты. Он едва вышел, когда человек, стоявший неподалёку, увидел его и поспешил к нему. Это была гротескная пародия на человека, если говорить откровенно...

Сначала Цзюнь Мосе был шокирован. Он едва распознал Танг Юаня. Он не видел толстяка три месяца. Но теперь он стал ещё толще. Более того – он не стал немного толще — вокруг него, кажется, наросло ещё несколько слоев жира!

Танг Юань был просто круглым в прошлом. Но теперь он выглядел как треугольник. Его огромная голова выглядела как острый пик огромной жировой горы.

- Третий молодой... – Танг Юань очень разволновался, когда увидел его. Он бросился к нему, тяжело дыша. Казалось, толстяк хотел обнять его медвежьими объятьями.

- Стоп! – Цзюнь Мосе отпрыгнул в испуге. – Что ты делал в эти дни? И как ты стал таким жирным? – он осмотрел своего коллегу, и нахмурился. – Раньше ты мог, по крайней мере, увидеть свои лодыжки... Но теперь ты же даже свою морковку не увидишь!

- Ах... не говори...! – Танг Юань скорчил скорбное выражение. – Твой брат очень страдал всё это время. Я был вынужден похудеть за эти месяцы…

- Что? Вынужден похудеть? Чушь собачья! – Цзюнь Мосе охренел. – Вынужден был похудеть, что стал вместо ста пятидесяти килограммов весить двести?

- Неправильно! – Танг Юань серьёзно отнесся к ошибке Цзюнь Мосе. – Я бы не был так подавлен, если бы было двести. Я похудел до двухсот шестидесяти со ста восьмидесяти…

- Я ... о*уеть! – Цзюнь Мосе просто не мог сказать ничего иного. Прошло много времени, прежде чем он закричал. – Ты пожирнел со ста восьмидесяти до двухсот шестидесяти всего за три месяца... это более восьмидесяти килограммов! Чёрт! Даже свинья не может набрать так много после того, как будет только жрать в течение трёх месяцев!

- Свинья...? – Танг Юань переспросил с раздражением. – У меня для этого есть особая причина!

- Какая особая причина? Не говори мне... – Цзюнь Мосе моргнул. Нужно было сказать, что теперь тело Жирного Танга уже больше нельзя было описать словом "жирный". Подходящее слово было бы "ужирсающим" сейчас…

- Эта мерзкая женщина Сунь Сяо Мэй заставляла меня худеть каждый день! – Тан Юань хотел плакать, но слёз не было. – Она хлещет меня каждое утро и кричит на меня, чтобы я бегал! Она преследует меня и заставляет работать каждый день, когда мне нечего делать. И ни один человек не встаёт на мою сторону дома! На самом деле все гоняются за мной вместе с этой мерзкой женщиной! Как моя жизнь докатилась до такого? Со мной всегда кто-то, даже когда я в Аристократическом Зале, чтобы контролировать меня!

- Я до сих пор не понимаю... Ведь все пытаются заставить тебя похудеть. Более того, это очень эффективные и отличные методы похудения. Так, каким это хреном ты до сих пор не только не похудел, но и ещё пожирнел? – Цзюнь Мосе просто не мог понять ответа на эту тайну.

- Упражнения – это упражнения, брат. Но я очень голоден после тренировок! На самом деле очень, очень голоден... как волк! – Танг Юань заскрежетал зубами и закричал. – Я голоден после каждой тренировки! У меня было три приёма пищи в день, прежде чем я начал эту "потерю веса"! Я съедал шесть паровых пирогов в день. Но теперь у меня девять приёмов пищи в день! И десять пирогов за раз! И это не считая полуночного перекуса…

Цзюнь Мосе чуть не упал. Его лицо потемнело:

«Этот человек... точно какая-нибудь легенда, верно?»

- Ну... тогда то, что ты потолстел, теперь понятно! – Цзюнь Мосе убедительно покивал. Его лицо наполнилось изумлением. – Неудивительно, что ты стал таким огромным за этот короткий период в три месяца! Это очень... разумно. Ведь у тебя такой железный аргумент... На самом деле было бы непонятно, если бы ты не стал толще…

- Вот именно! – Танг Юань вздохнул, поглаживая свой живот. Ну, пытаясь погладить верхнюю часть своего живота... – Я мог, по крайней мере, держать свой живот на руках раньше. А теперь его и двое не удержат...

- Кажется, нам нужно найти ещё более жесткие упражнения... – лицо Цзюнь Мосе было полным сожаления.

- Ты хочешь ещё ужесточить упражнения? Я стану весить больше трёхсот килограммов, если ты сделаешь их более жёсткими... – Танг Юань выглядел несчастным. Он скромно посмотрел на Цзюнь Мосе. Затем он снова стал очень взволнован. – Во всяком случае, мы сотворили чудо, третий молодой господин! Твои таблетки продаются по очень высоким ценам последние три месяца! Более того, цены в наши дни непрестанно бьют все рекорды! Бутылки, которые ты оставил, превратились в сокровищницу! Мы сделали около девятисот миллионов сияющих белых денежек! И это только доля Аристократического Зала! Доля маленького принца не включена в это! Его доля уже отправлена ему…

- Что за? Девятьсот миллионов? Девятьсот, мать твою, миллионов? – Цзюнь Мосе был жутко потрясён таким числом. Дело не в том, что он никогда раньше не видел денег. На самом деле он ожидал, что эти лекарства будут продаваться за высокую цену. Но он никогда не ожидал, что она будет так высока…

«Я могу приготовить от восьми до десяти бутылок этих лекарств. Но разве я не смог бы заработать сотни миллионов своими пальцами, если бы действительно приступил к делу? Этот мир потерял рассудок? Не слишком ли это высоко?»

- Более того, я даже не выставил на аукцион лекарства, которые ты недавно прислал — Таблетки для закалки костей! – Танг Юань поднял палец. – Сработает ли это, молодой господин? Ты уверен, что их нужно выставлять на аукцион?

Глава 465. Агония Танг Юаня

- Это всего лишь пилюли, не так ли? У нас их достаточно! – губы Цзюнь Мосе скривились в презрении. – Продай их! Чем они популярнее – тем лучше!

- Я чувствую облегчение с тех пор, как ты это сказал. Я описывал эти пилюли для закалки костей как лекарственную добавку мечты, которая «реконструирует всю костную структуру, реструктурирует мышцы и меридианы, чтобы дать человеку более сильное тело, и продвигает их уровень Суань очень быстро!» Как насчёт этого? Разве это не шикарная реклама? Наши таблетки теперь можно описать большими словами на бумаге! Лекарство просто офигительно эффективное, брат мой! Мы, два брата, будем работать вместе! И мы обеспечим общественность божественными таблетками, о которых они мечтают!

Танг Юань рассмеялся и похлопал себя по животу. Затем он радостно сказал:

- Я придумал ещё одну рекламу для этого лекарства. Послушай: «Вы беспокоитесь о своих посредственных способностях? Вы беспокоитесь, что не можете сравниться со своими сверстниками, несмотря на ваши усилия? Вы беспокоитесь, что не можете продвинуться? Вы беспокоитесь, что не можете стать сильным? Просто примите эту таблетку. Она реконструирует всю костную структуру, реструктурирует мышцы и меридианы, чтобы дать вам более сильное тело, и продвигает ваш уровень Суань очень быстро! Это будет иметь так желаемый вами эффект! Вы станете талантливым гением! Серебро и золото будут дождём литься с неба. Возьмите себе сейчас же! Идите! Чего же вы ждёте? Нельзя терять времени, иначе возможность будет упущена! Божественные пилюли уже здесь! Они будут на аукционе всего семь дней! Вы просто не можете опоздать! Не пропустите это, иначе будете сожалеть об этом всю свою жизнь! Божественные пилюли! Просто будь мужчиной!» Как считаешь? Разве это не отлично?

Танг Юань был очень доволен, когда закончил говорить. Затем он увидел, что Цзюнь Мосе в упор смотрит на него.

- Жирный Танг... ты, ты, ты... ты пришёл с планеты Земля, что ли?! Чёрт! Почему ты мне не сказал? – Цзюнь Мосе схватил его за плечи. Его глаза были наполнены слезами.

- Что? Что... какая планета Земля? – Танг Юань замер в шоке. Он не знал, смеяться или плакать. – Планета… Ты думаешь, мне нравится быть толстым? Я не хочу быть толстым!

- Ах, значит, это не так? – Цзюнь Мосе вздохнул с разочарованием. – Просто у тебя огромный талант! Ты можешь придумать такие хорошие рекламные объявления… У тебя были бы большие перспективы в рекламе, если бы ты отправился на Землю!

- Реклама? Правильно... мы сможем продать эти вещи, только если будем распространять рекламу повсюду! – Танг Юань внезапно понял значение этих слов. Тем не менее он не перестал благоговейно смотреть на Цзюнь Мосе. – Третий молодой господин, только у тебя одного есть величайшие таланты! Ты воплотил в себе всё мастерство! Моё восхищение тобой так же бесконечно, как вода в большой реке. Мой разум движется как бушующий шторм в океане, когда мои глаза видят тебя!

- Чушь собачья! Хватит нести чушь! Как ты планируешь их продавать? Какую минимальную цену ты поставил? – молодой господин не знал, смеяться или плакать, поэтому просто махнул рукой.

- Эффективность этих таблеток, вероятно, будет такой же, как и у предыдущих. И они были проданы за базовую цену – около полумиллиона серебра за две таблетки на аукционе, – Танг Юань блеснул безжалостной улыбкой. Он вытянул руку с растопыренными пальцами. – Мои первоначальные оценки показывают, что цена также может превысить пять миллионов за две таблетки. Важно знать, что приглашения должны быть адресованы семьям, культивирующим Суань. Ведь эти лекарства – это то, что им нужно больше всего!

Цзюнь Мосе потерял дар речи. Он вдруг понял, что человек, с которым он столкнулся, был самым настоящим бизнесменом:

«Этот парень просит запредельную цену в пять миллионов за две маленькие таблетки! Более того, это цена двух таблеток, которые даже не важны для меня...»

Следует отметить, что всего десять серебряных таэлей могли бы обеспечить комфортный образ жизни семье из трёх человек в течение полугода!

- Это будет так весело! Это просто пи*дец как весело! – Танг Юань был взволнован. Его глаза были полны блеска, в котором отражалось сверкающее серебро. – Я всегда мечтал о таком дне... когда мне будет удобно сидеть и считать деньги. Чёрт! Но я никогда не ожидал, что я буду считать банкноты, стоящие сотни и тысячи серебряных монет вместо серебряных монет! На самом деле я могу даже потянуть мышцы руки при подсчёте денег от толщины пачек! Это так весело! Я сам считаю каждый вечер, и отсчёт продолжается до полуночи! Это здорово…

- Ты... слишком велик! – Цзюнь Мосе почувствовал удивление. Он никогда не предполагал, что он не найдет что сказать:

«Всё богатство Аристократического Зала уже нельзя измерить в серебряных монетах. Можно предположить, что даже одной десятой наших денег будет достаточно, чтобы заполнить всю комнату до потолка. И жирный Танг, вероятно, потеряет хорошее количество веса за один вечер подсчёта... Вероятно, он утомит себя несколько раз за одну ночь… Там ведь столько серебра, что оно просто перекрывает пути в комнате. Думаю, за одну ночь он потеряет около десяти килограммов веса... Даже если он будет жрать всё время – это не повлияет на его вес...»

«Подожди?» – Цзюнь Мосе думал в этом направлении, когда вдруг ему в голову пришла исключительная идея, которая может заставить Танг Юаня похудеть. И он не смог сдержать свою фирменную, лёгкую, но чрезвычайно зловещую ухмылку, которая сама собой наползла на его лицо.

Танг Юань явно неправильно понял это и, задрожав, спросил:

- Кто-то замышляет против меня? Люди всё ещё пытаются строить планы против меня? У меня есть Сонг Шань, который защитит меня! Должен ли я беспокоиться о том, что кто-то замышляет против меня? На моей стороне сам Сонг Шань! – толстяк пробормотал про себя тихим голосом.

- Ах, Толстяк... скажи покупателям, что сделки на предстоящих аукционах будут заключаться либо в золотых, либо в серебряных монетах. Мы больше не будем принимать банкноты! Более того, аукцион будет отложен на десять дней, чтобы все получили достаточно времени для мобилизации средств, – Цзюнь Мосе вдруг вспомнил о своей "золотой" технике. Он понял, что может использовать металл из этих монет, чтобы закалить и улучшить свою Кровь Жёлтого Пламени.

Кроме того, это также заставило бы эту ходячую фрикадельку потерять вес.

- Что? Теперь мы заключаем сделки только серебряными и золотыми монетами? – Танг Юань смутился. – Что ты хочешь сделать с этим, третий молодой господин? В итоге нас просто завалит этими монетами по самую крышу!

- Поверь, я найду для них шикарное применение! Просто делай, что я сказал! – Цзюнь Мосе ответил абсолютно серьёзно.

- Хорошо. У тебя, должно быть, свои причины. Я сделаю это... – жирный Танг был несколько озадачен, но всё равно согласился. – Но я прошу третьего молодого господина сделать мне одолжение.

- В чём дело?

- Это всё ещё та мерзкая женщина – Сунь Сяо Мэй. Ах, ты же не знаешь... это насчёт тех таблеток, которые ты дал мне, чтобы я отдал их той женщине. Сунь Сяо Мэй взяла половину. Но проблема возникла, когда она закончила их, – Танг Юань издал долгий вздох.

- Что случилось? Были какие-то побочные эффекты? – Цзюнь Мосе внезапно заинтересовался:

«Судя по внешнему виду Танг Юаня – что-то пошло не так».

- Ах, таблетки очень эффективны! Эта мерзкая женщина стала стройной. Её теперь почти можно сравнить с принцессой Лин Мэн! Но проблема в том, что... её лицо выглядит теперь ещё уродливее!

Танг Юань попытался прокашляться и сказал:

- Третий молодой господин... видишь ли... Сунь Сяо Мэй может заставить любого потерять рассудок, если посмотреть на неё сзади. Но она может отпугнуть любого мужчину, как только повернётся к нему лицом, как в том анекдоте! Такой контраст вводит меня в панику. И это особенно ощущается, когда я подумаю, что она будет моей женой в скором будущем…

- Лицо? Так уродливо? – Цзюнь Мосе очень озадачился. Те таблетки должны были помочь в приобретении и поддержании аппетитной и молодой внешности. Так как же её лицо могло стать уродливым? Это явно противоречило общей логике...

- Сяо Мэй съела какую-то неизвестную дрянь, когда она была ребёнком. Затем она вдруг стала некрасивой и начала терять форму. Вот почему эта женщина не была… привлекательной на глаз. Но её тело начало меняться после того, как она приняла таблетки. На самом деле, казалось, что даже её кости… эмм… похудели. Она становилась всё стройнее... я посмотрел на неё и дал ей ещё полбутылки из квоты Зала…

Танг Юань смущённо почесал голову, глядя на Цзюнь Мосе:

- Я снова увидел её через несколько дней. И её задница, и спина, и ноги… всё стало выглядеть ещё более привлекательными! На самом деле она стала гораздо более элегантная! Но её лицо... оно реально стало ещё уродливее! Кроме того, появилось много прыщей, комков и бородавок! Третий молодой господин! Ты не понимаешь боль моего сердца! Такая идеальная фигура... жаль, что…

Цзюнь Мосе понял всё, когда услышал это. Оказалось, что жуткая фигура Сунь Сяо Мэй не была естественной. Эта неизвестная вещь, которую она съела, каким-то образом нанесла ущерб гормональному балансу в её теле. Следовательно, её конституция стала более мужественной. Но пилюля молодого господина стала противоядием. Поэтому Танг Юань непреднамеренно вывел этот яд из тела Сунь Сяо Мэй, дав ей ещё больше этих таблеток. Однако это привело к передозировке. И весь яд из её тела двинулся к её лицу и заставил её выглядеть ужасно. Затем это и привело к текущему сценарию, когда «Если у кого-то появятся гнусные мысли, когда они увидят тебя сзади – они сами свалят от страха, когда увидят твоё лицо». Это была довольно щекотливая ситуация…

- Это не так серьёзно; я сам пойду и посмотрю. Я не думаю, что это так страшно. Я верну тебе, бесспорно, красивую жену. Но ты должен быть осторожен, Толстяк. Сунь Сяо Мэй растопчет тебя, если она станет красивой…

- Что? – Танг Юань ещё больше удивился. – Не упоминай об этом, а? Дело не в том, что я не знаю. У этой женщины довольно жестокий характер. И, вероятно, всё станет хуже, если она будет выглядеть лучше. Но она не убьёт меня, верно? – он задумался на мгновение и огорчился. Затем он крикнул в истерике: - Но её лицо убивает мои желания с такой скоростью, что даже она этого быстрее не сделает!

- Да, я должен признать, что у тебя есть пунктик…, – утешил его Цзюнь Мосе. Затем он закатил глаза и сказал. – Но, моя дорогая двухсоткилограммовая фрикаделька... Хотя, какая к чёрту фрикаделька, ты уже больше на котлету похож… Ладно, давай на секунду будем честными... я понимаю, что у твоей жены такое странное состояние. Но разве не считается жульничеством, что ты так злоупотребил своим положением в Аристократическом Зале и захапал все эти таблетки в своё единоличное пользование?

- Эмм... – Танг Юань закатил глаза.

- Ты также знаешь строгие правила нашего Аристократического Зала. Мы продаём наши таблетки, намного увеличивая их цены, выше самой высокой рыночной цены. И мы вычтем стоимость этих таблеток из твоих активов – Цзюнь Мосе не показал ни тени эмоций. – И я конфискую твои акции, если это ещё хоть раз повторится.

- Не надо... нет! Нет! Не делай этого, третий молодой господин! Это всего лишь блестящие деньги! Но эти блестящие деньги – моя жизнь! Ты планируешь лишить своего брата жизни?! Я же твой брат... – Танг Юань издал жалкий и скорбный крик, как будто ему живьём сердце вырвали. – Ты не можешь этого сделать! Ты очень жестокий…

«Я никогда не думал, что такое произойдёт со мной. Я грабил весь мир своими обманами. Но я никогда не думал, что Цзюнь Мосе ограбит меня, когда вернётся! Это карма?»

- Тогда так. Что ты выбираешь – хочешь красивую жену или деньги? – Цзюнь Мосе сцепил руки за спиной, игнорируя мольбы толстяка.

- Это... это... деньги – моя жизнь... но жена – это как спасательный круг! Спасательный круг важнее... Конечно, я хочу жену! – хрюкнул и проворчал Танг Юань, наконец, принимая такое сложное решение.

Глава 466. Крещение Йе Гухана

- Разве это не верно? – Цзюнь Мосе широко открыл глаза и уставился на него. – Не думай, что я не узнаю, набиваешь ли ты карманы, сопляк! Это всего лишь небольшой урок! В одном бутыльке лежало сто таблеток, и каждая стоила около миллиона в среднем! Ты забрал пятьдесят таблеток. Мы обычно рассматриваем двойную цену при таких обстоятельствах. Это значит, что тебе нужно выложить сто миллионов прямо сейчас!

С громким БАБАХ! Танг Юань упал навзничь. Его рот вспенился, а тело конвульсивно подёргивалось.

Но Цзюнь Мосе проигнорировал это и как ни в чём не бывало продолжил:

- Я сейчас сосчитаю до трёх. И я удвою сумму, если ты не встанешь к этому времени. Для меня не имеет значения, даже если у тебя реально кружится голова, раз уж ты решил обмануть меня!

Но Цзюнь Мосе даже не начал считать, когда Танг Юань проворно вскочил на ноги:

- Тебе не нужно беспокоиться о подсчётах. Я признаю это, хорошо? Ты очень жестокий, третий молодой господин. Ты только открыл рот и сразу же заговорил о сотне миллионов... у меня всего триста миллионов! – Танг Юань сильно скрежетал зубами, говоря с ненавистью. Затем он вдруг почувствовал, что сболтнул лишнее…

- А? Триста миллионов?! Б*ядь, да ты настоящий бизнесмен, Танг Юань! Ты хорошо заполнил свою казну! Я твой отец и бог! А ты спокойно спёр триста миллионов у меня! Хорошо, теперь мы будем говорить так… У тебя сейчас два варианта. Первый – ты отдаёшь мне все триста миллионов, которые ты присвоил у меня. Второй – ты сопровождаешь меня к семье Дугу вечером, – свирепо заговорил Цзюнь Мосе, желая поэксплуатировать.

Необходимо отметить, что Танг Юань владел двадцатипроцентной долей в Аристократическом Зале. И Аристократический Зал сделал прибыль на сумму девятьсот миллионов к настоящему времени. Это означало, что его доля составляла около ста восьмидесяти миллионов. Тем не менее Цзюнь Мосе не ожидал, что этот толстяк выкачает триста миллионов чисто для себя.

«Не было другого человека во всем Тянсяне, у которого была бы такая высокая «зарплата»...»

Цзюнь Мосе чувствовал бы себя очень беспокойно в глубине души, если бы он не поэксплуатировал эту жирную свинью каким-либо образом…

- Разве это не лёгкий выбор? Мы двое – братья! Поэтому я, очевидно, буду следовать с тобой, куда бы ты ни пошёл! Я даже последую за тобой в логово тигра не задумываясь! Итак, что такого важного в доме семьи Дугу? Чёрт! Ах! Семья Дугу?

Танг Юань принялся стучать себя по груди и чуть ли не клясться. Он вдруг понял, что говорит о семье Дугу, только когда закончил говорить. Потом он задрожал. Затем он поднял голову и с выражением мировой скорби на лице сообщил:

- Третий молодой господин, твой брат не может выполнить своё обещание. Ничего не могу с этим поделать. Я только что вспомнил, что сегодня вечером у меня запланировано кое-что важное. И я должен разобраться с этим вопросом…

- Разве? Ну, я уверен, что ты примешь правильное решение. И я уверен, что ты решишь сопровождать меня, – усмехнулся Цзюнь Мосе.

- Я действительно занят! И я серьёзно не могу отложить это дело! – Танг Юань улыбнулся, глядя на молодого господина. Он думал, что он всё ещё сможет выкрутиться…

- Хорошо, я не буду заставлять тебя, раз уж ты занят. Тогда отдавай мне триста миллионов, которые ты спи… спионерил у меня и расходимся по делам! – Цзюнь Мосе поднял три пальца.

- О... я вспомнил… Моё дело очень тривиально, старший брат. Хе-хе, оно не так важно... в любом случае сопровождать тебя в дом Дугу – мой долг. Как я могу сказать, что я не пойду? Чёрт! Всё равно недостаточно? Чёрт побери... я даже готов продать себя этой ужасающей семье ради тебя. Этого должно быть достаточно, верно? – лицо Танг Юаня было трагическим, героическим и торжественным одновременно.

- Ну, это почти нормально. На самом деле я почти поверил, что ты был занят после того, как ты сказал это с таким взволнованным лицом... – Цзюнь Мосе хлопнул в ладоши и засмеялся. – О, и эти сто миллионов... – брови Танг Юаня взлетели вверх. В конце концов, был шанс, что даже его долг в сто миллионов серебряных таэлей может быть аннулирован, если он будет сопровождать молодого господина в семью Дугу...

«Как хорошо это было бы…»

«Это стоило бы даже того, как надо мной будут издеваться в доме Дугу…»

Поэтому он посмотрел на Цзюнь Мосе с волнением. Тем не менее он только услышал, как молодой господин сказал:

- Я думаю, что я переживу, если ты вернёшь штраф завтра в таком случае. Во всяком случае, я думаю, что даже семья Дугу не сможет съесть всё количество жира, которое на тебе есть...

Танг Юань с громким БАБАХОМ снова рухнул на землю. БАБАХ был такой силы, что его отголоски потрясли даже Южный Небесный Город…

Цзюнь Мосе заметил, что осталось ещё много времени. Поэтому он заставил Танг Юаня ждать его и поговорить с Йе Гуханом. Затем он тихо ускользнул…

Это было потому, что беседа с Йе Гуханом, сама по себе, была трудным заданием. Это было потому, что этот человек всегда говорил сам с собой и никогда не обращал внимания ни на кого другого. Он со страстью говорил об интересующей его теме. Более того, он сердился, если слушатели не слушали его слов. Сила Суань этого человека была искалечена. Даже Танг Юань сможет победить его… ну, если сильно разозлится. Но у кого-нибудь хватит безжалостности, чтобы избить калеку? Тем не менее нужно было бы слушать его, если у тебя не было сердца, чтобы избить его…

Поэтому Цзюнь Мосе заставил Танг Юаня делать это в тот день. Жирный Танг был очень возбуждён в начале. В конце концов, страстная история Йе Гухана распространилась среди каждого юноши столицы.

Привязанность Йе Гухана... любовь Йе Гухана... легенда Йе Гухана...

Тем не менее не прошло и пяти минут, а Танг Юань уже начал сожалеть об этом…

Йе Гухан был явно погружен в свой собственный мир. Он говорил об этом снова и снова. Человек рассказывал историю от начала до конца, но казалось, что он рассказывал её себе. На самом деле ему было всё равно, слушает ли кто-нибудь. В конце концов, он был ответственен только за рассказ об этом... но он очень расстраивался, если видел, что толстяк собирается уходить. Он выражал своё расстройство тем, что смотрел широко раскрытыми глазами на жиробаса и орал благим матом, кроя жирного самым отборным матом…

Танг Юань хотел заплакать, но не мог.

«Я потеряю сто миллионов, я пообещал сопровождать третьего молодого господина в дом Дугу. Эти Дугу – это кошмар этого города! Но меня ещё и заставили сидеть и болтать с этим сумасшедшим... Это несправедливо…»

Но тут, когда Йе Гухан снова хотел матом напомнить толстяку, кого нужно внимательно слушать, то тут звук ветра привлёк его внимание. Он встал и двинулся посмотреть в окно. И он не смог отвести глаз от того, что увидел. Через некоторое время он быстро вышел.

Двое детей тренировались снаружи. Один практиковался со своим кинжалом, в то время как другой использовал свой меч. Их движения были робкими и неопытными, они не успели овладеть ими в полной мере. Даже на первый взгляд можно было сказать, что они начали изучать боевые искусства совсем недавно.

Тем не менее ребёнок, который использовал клинок, привлёк внимание Йе Гухана…

«Этот ребенок использует технику левой руки!»

«Более того, это та самая однорукая техника клинка! Ведь косые черты идут в направлении правой руки. Таким образом мечник отрубит себе вторую руку, если она у него будет...»

Йе Гухан был экспертом-ветераном. Таким образом, он мог, очевидно, сказать это с первого взгляда.

«Эта техника была разработана одноруким человеком. Нет другого способа, чтобы кто-то мог придумать такую технику для инвалидов...»

Однако его правая рука была отрублена. Следовательно, он также был тем, кто мог использовать только левую руку. С тех пор как он потерял правую руку, он поставил на себе жирный крест. Его меч был его спутником всю жизнь. Разумеется, он больше не мог использовать свой стиль меча, так как он потерял правую руку. Более того, он каким-то образом пережил эту трагедию по счастливой случайности. Но его меридианы всё равно оставались уничтоженными, и он больше не мог использовать свою силу Суань Неба. И эти удары постепенно привели Йе Гухана в отчаяние…

Однако мужчина внезапно обрёл новую надежду.

«Другие люди могут создать такую левостороннюю технику клинка... и тоже после перенесённой травмы. Итак, почему я не могу создать технику меча, которая подходит моей левой руке? Разве это не было бы огромным навыком, если бы я мог развивать его на основе этой нетрадиционной техники клинка?»

Йе Гухан наблюдал, как этот парень упорно тренировался со своим мечом. Он постоянно рубил оппонента снова и снова…

Тем не менее он казался дураком…

Пацан тренировался уже довольно давно, но он не мог понять основные моменты. Однако когда он уже собирался бросить от досады, он услышал, как кто-то заговорил:

- Этот шаг должен быть сделан вот так... – рука внезапно взяла его меч, и мужчина, который был владельцем этой руки, проделал это же движение с легкостью.

Малыш просто не мог сказать, кому ещё удалось бы выполнить эту технику с таким блеском.

Кроме того, этот человек также использовал левую руку.

Лицо Йе Гухана сияло пылким блеском. Его глаза постепенно стали красными, когда он посмотрел на меч, который держал в руке. Затем он спокойно прижал клинок к своему лицу и замер так на довольно долгое время. Затем он мягко сказал:

- Спасибо. Спасибо, что дал мне знать, что я всё ещё полезен! Со мной ещё не покончено!

Гордость и героизм победы в тысячах сложных сражений внезапно вернулись к нему!

***

Гуан Квинхан была очень смущена, когда Цзюнь Мосе прибыл, чтобы проведать её.

- Как у тебя дела? – Цзюнь Мосе улыбнулся и сел рядом с ней.

- Неплохо, – слегка улыбнулась девушка.

- Мы иногда слишком много думаем о страшных вещах, пока они не случатся. Но тогда мы обнаруживаем, что это не обязательно было так ужасно, когда это уже случилось. На самом деле нет ничего, что могло бы сделать нашу жизнь ужасной. Всё одно и то же, и всё это – ерунда. Всё станет намного легче, если перестать бояться этого, – пустился в философию Цзюнь Мосе. – И эта ситуация – не исключение, понимаешь?

- Да, я не ожидала этого. Я никогда даже не осмеливалась думать о таком. Я никогда не думала, что всё пройдёт вот так, – мягко кивнула Гуан Квинхан и меланхолично улыбнулась. – Я думала, что эта проблема отравит мне жизнь. Я думала, что не смогу пройти через это.

- Нет. Это дело ещё не полностью улажено, – улыбнулся Цзюнь Мосе. – Просто потому, что ты ещё не перешла через все проблемы. Третий дядя готовится принять тебя как свою дочь перед всем миром. Ты станешь дочерью семьи Цзюнь, как только это произойдёт. И после этого ты не будешь моей невесткой. Любой, кто попытается использовать это дело, чтобы опорочить тебя, станет врагом всей семьи Цзюнь. И тогда им придётся смириться с безжалостной судьбой – быть уничтоженными – поскольку они станут нашими врагами.

- Приёмный отец – хороший человек... – эмоционально вздохнула Гуан Квинхан. Её глаза светились, когда она посмотрела на Цзюнь Мосе. – А вот ты... тот, кто не заслуживает внимания.

- С чего ты это взяла? – Цзюнь Мосе был ошеломлён этим.

- Я слышала, что Мэй Гао Цзе и Конг Лин Ян были убиты. Ты это сделал? – Гуан Квинхан обвиняюще взглянула на него. – Эти учёные были несколько консервативны, но они всё равно были чистосердечными людьми. Более того – их знания были удивительными, и они служили этому народу всем сердцем на протяжении всей своей жизни. А значит – убивать таких великих людей всё равно чересчур, что бы они ни говорили!

- Ха-ха! Ты всё ещё не понимаешь! Хорошие люди иногда могут принести большой вред, когда они делают плохие вещи. И не имеет значения, какими были их убеждения или какова была их цель! Более того, причинённая катастрофа ещё больше, если человек благородный! На самом деле они могут даже прямо или косвенно препятствовать прогрессу всего человечества! Ты не поймёшь, что я говорю... – вздохнул Цзюнь Мосе. Он не мог не подумать о своей бывшей родине.

Китай!

Глава 467. Посещение семьи Дугу

Четыре великих изобретения Древнего Китая были заменителями игр. Народ процветал, как утверждали сотни школ философии. Небесный завоеватель Чингисхан когда-то с гордостью завоевал большую часть мира.

Однако высокомерие ученых направило эту великую страну с их узким мышлением в последующую эпоху. И они закрыли страну для остального мира. «Враг» снаружи создал огромные улучшения с течением времени. Тем не менее учёные остались без изменений, хотя они знали обо всём. Они позволили другим воспользоваться их собственными изобретениями. И позже они были атакованы с помощью этих самых изобретений... и были вынуждены понести большие потери! Таким образом, они отстали как в военном, так и в экономическом плане. И с тех пор это продолжало преобладать. Поэтому они были вынуждены направить свои усилия на то, чтобы догнать других, а не на руководство миром.

Эти причины и последствия были результатом высокомерия этих учёных.

Но были ли они плохими людьми? Нет! У каждого из них были только старомодные и высокомерные умы. Но их моральные качества были лучше, чем у многих мужчин. На самом деле каждого из этих людей можно назвать чистым и хорошим человеком. Но они по-прежнему были главной причиной отставания страны.

Цзюнь Мосе мог только вздохнуть, когда вспоминал эту чрезвычайно печальную историю…

Хороший человек делает плохие вещи, порой гораздо худшие, чем плохой человек!

Однако это факт, доказанный времени!

Это нельзя стереть. Это невозможно забыть.

Итак, Мэй Гао Цзе и Конг Лин Ян были хорошими людьми? Да! Никто не мог этого отрицать. Даже Цзюнь Мосе не мог этого отрицать! Но эти два человека хотели оставить свои имена в истории на вечность. И решения, которые они приняли по этой причине, причинили вред миллионам людей в Тянсян…

Однако какими будут критерии оценки плюсов и минусов их работы?

Цзюнь Мосе был немного разочарован, когда пробормотал:

- Или, может быть, это только изменение перспективы. То, что делает каждый человек, кажется правильным, по его мнению. Но кто бы мог заглянуть так далеко вперёд? Никто не смог бы ничего сделать, если бы они так много думали о своих действиях! А люди, которые ничего не делают, только толпа!

Таким образом, мы можем только действовать, как велит сердце, – сказал Цзюнь Мосе. – Тебе не нужно беспокоиться об этих бесполезных людях. В этом мире нет ни одного человека, который вмешается в наше решение. Ни одного! Таким образом, ты будешь в своей тарелке. Я никогда не позволю тебе грустить. И я не позволю другим легко уйти, если они обидят.

Гуан Квинхан тихо вздохнула:

«Цзюнь Мосе ошибается, но его слова тоже имеют смысл. Кажется, он тоже полон бунтарства. Я могу понять только половину…»

- Давай не будем говорить об этом. Ты пришёл ко мне, ты искал меня. В чём дело? Что я могу сделать? – Гуан Квинхан успокоилась и спросила.

- Ничего особенного. Я слышал, как ты играешь не так давно. Так что я подумал о встрече с тобой. Но сначала мне пришлось навестить дедушку, – коротко сказал Цзюнь Мосе. – Мы, возможно, стали могущественными в эти дни. Но мы также в некотором роде стоим против Императорской семьи. Фактически мы можем оказаться в битве не на жизнь, а на смерть против них, если некоторые предположения окажутся правдой. Однако я считаю, что эта скрытая разведывательная сеть может быть большой проблемой. На самом деле у меня от этого болит голова. Это добавляет много сложностей…

- А... Так вот в чём проблема... – нахмурилась Гуан Квинхан. Затем она задумалась на мгновение и сказала. – Как Императорская семья будет обращаться с людьми, которыми командует семья Цзюнь, если мы станем врагами? Будут ли они доверять этим людям? Я так не думаю! Вместо этого они решат убить этих людей! Они даже будут готовы убить нескольких невинных, но они не позволят никому подозрительному уйти прочь! На самом деле я бы не рассматривала такую возможность, учитывая чрезвычайную подозрительность нынешнего Императора…

- Это правильно! Эти слова пробудили меня от моих снов! – Цзюнь Мосе внезапно оживился. Затем, улыбаясь, он сказал. – Я сбил с толку власти. Императорская семья не позволит нам жить. Я подозрителен. Тогда эта аналогия делает их ещё более подозрительными! Я наконец-то понял это! Это успокаивает меня, ха-ха! Это все благодаря тебе, моя дорогая!

Лицо Гуан Квинхан покраснело. Первая половина слов этого парня была довольно серьезной. И она также чувствовала себя счастливой, что он понял проблему. Однако она не ожидала, что этот человек придумает такое...

- Кто... кто твоя дорогая?! Не говори глупостей! – Гуан Квинхан упрекнула его. Затем она смутилась.

- А-а... Да я! Я – мой дорогой... хорошо? Ха-ха-ха... – Цзюнь Мосе от души рассмеялся и ушёл. Гуан Квинхан от злости топнула ногой. Через пару минут она успокоилась. Тем не менее её лицо ещё долго оставалось красным…

Солнце садилось, когда Цзюнь Мосе отправился из дома с подарками. Его сопровождали Толстяк Танг и ряд охранников. Затем вся свита направилась к дому семьи Дугу…

Молодой господин Танг сидел, покачиваясь в своём летнем паланкине, и следовал за молодым господином Цзюнь.

Этот паланкин в основном использовался в летнее время. Никто в Тянсян не будет использовать такой паланкин зимой. На самом деле Танг Юань был, казалось, единственным человеком на всей Земле, кто использовал этот паланкин зимой…

Однако у Танг Юаня не было другого выбора. Его тело стало слишком огромным. И паланкин, который он обычно использовал, больше нельзя было задействовать. Плюс, новый паланкин ещё не прибыл. В последний раз, когда он сидел в паланкине, произошел небольшой «инцидент». Не прошло ещё даже полпути, когда паланкин сломался снизу. Затем последовал грохот, когда он упал на землю. Причина была очевидна – строение паланкина не рассчитывалось на его страшный вес, и он сломался…

Цзюнь Мосе всё больше и больше чувствовал, что жиробасу нужно потерять вес:

«Он же сдохнет от чрезмерного жира, если будет продолжать набирать вес…»

Его телесный жир всё ещё можно было считать нормальным в прошлом. Но к настоящему времени это уже перешло все границы нормы. Это уже казалось крайней степенью...

Это может даже представлять угрозу для его жизни.

В Пагоде Хунцзюнь почему-то не было рецепта таблеток для похудения. И это заставило Цзюнь Мосе чувствовать себя очень беспомощным.

«Мне что, использовать нож, чтобы срезать весь его жир?»

Четверо слуг, несущих паланкин, едва дышали, и с них капал пот, когда они завершили это «путешествие» к вратам семейства Дугу!

Четыре таскателя чувствовали, что они рухнут к тому времени, когда Танг Юань медленно, с трудом выбирался из паланкина.

Ношение паланкина для других людей было средством заработать деньги. Но носить этот паланкин был просто мучением. У четырех носителей на мгновение возникло желание уйти в отставку. В конце концов, вес этого толстяка увеличился с пугающей скоростью. Его вес был около ста пятидесяти килограммов всего около недели назад. Это, конечно, больше, чем вес среднего человека, но четыре носителя всё ещё могли носить его. В конце концов, толстяк платил не самую низкую зарплату. В действительности он платил втрое больше, чем кто-либо. Четверо мужчин, несомненно, были истощены к концу работы, но им всё ещё завидовали их коллеги.

Однако вес этого толстяка увеличился почти наполовину. И четверо мужчин думали, что носить зубра будет легче, чем Танг Юаня. И это потому, что даже вес зубра не может сравниться с весом Танг Юаня...

Их сверстники больше не смотрели на них с завистью в эти дни. Вместо этого, казалось, что они смотрели на них с жалостью…

Однако то, что произошло дальше, было довольно неожиданным для Цзюнь Мосе:

«Семья Дугу, безусловно, показывает хоть какую-то роскошь…»

Его приветствовали закрытые ворота со звонком.

Он вытащил своё приглашение и долго ждал, когда подойдёт охранник. Охранник внимательно прочёл и сказал:

- Старший господин велел молодому господину войти.

Цзюнь Мосе воскликнул:

- А как так вышло, что никто не приветствует меня здесь?

Охранник закатил глаза и подумал:

«Я уже сказал тебе очень ясно. Но ты ещё хочешь, чтобы вся семья стояла тут и ждала тебя, чтобы поздороваться?»

Поэтому он только ответил:

- Старший господин сказал, что молодой господин больше не посторонний. Таким образом, нет необходимости в формальностях или ложных приветствиях.

Цзюнь Мосе кивнул и сказал:

- Это очень хорошо! Все здесь – одна семья. Поэтому я не буду считать их чужаками. У меня есть кое-какие мысли. И я уверен, что все в семье поймут, если я приду снова в другой день.

Казалось, молодой господин услышал:

«Старшего господина нет дома. Молодой господин может прийти позже?»

Он развернулся и начал уходить:

«Будь ты проклят! Я был готов прийти сюда, потому что ты пригласил меня. И теперь ты так со мной обращаешься? Ты думаешь, что можешь обращаться со мной как хочешь?»

«В любом случае это тебе нужно, старый пердун. Мне всё равно!»

«Посмотрим, кто кого боится... не провоцируй меня! Я женюсь на твоей внучке. А если ты не успокоишь свою гордыню – я заберу её и буду бить восемь раз в день!»

Охранник уставился на него, видя, что тот уходит.

Он никогда не видел, чтобы кто-то вёл себя высокомерно. Однако он никогда не видел, чтобы кто-то осмеливался быть столь высокомерным по отношению к семье Дугу.

Носители паланкина Танг Юаня чуть не заплакали:

«Ты даже не даёшь нам отдышаться... ты сопляк? Мы, жалкие парни, носили его…»

Цзюнь Мосе же ушёл уже довольно далеко. И, казалось, что он не собирался возвращаться.

Однако в этот момент из ворот семьи Дугу вылетела фигура:

- Пожалуйста, останься, третий молодой господин Цзюнь! – это был Дугу Чонг.

- Все в семье ждут тебя внутри, третий молодой господин! Ты действительно уходишь? Все уже здесь. Нет необходимости беспокоиться! Еда была приготовлена с большим усилием! – выражение лица Дугу Чонга было дружелюбным и тёплым. Он подбежал и схватил Цзюнь Мосе за руку. – Пойдём, пойдём! Пойдём со мной!

Затем он повернул голову и заругался:

- Разве я не сказал, что сам приду и поприветствую его? Слишком хорошо живётся, охранник ворот? Как ты можешь говорить такую чушь?! «Не нужно приветствовать»! Третий господин Цзюнь – уважаемый гость! Как ты смеешь оскорблять его? Ты получишь двадцать плетей! И это небольшое наказание за это огромное преступление!

Охранник закрыл рот и повесил голову.

Цзюнь Мосе едва не рассмеялся и повернулся. Он обнаружил, что Дугу Чонг был довольно интересным. В конце концов, мальчик предал себя в тот момент, когда открыл рот.

Сначала он сказал, что выйдет поприветствовать Цзюнь Мосе. Затем он сказал «Не нужно приветствовать?» – разве это не означает, что он подслушивал, как охранник разговаривал с Цзюнь Мосе?

Более того, он даже, казалось, гордился собой после того, как сказал это... Цзюнь Мосе никогда не видел ничего подобного раньше…

- Ха-ха! Люди не понимают приличий. Третьего молодого господина не нужно сбивать с толку. Я предлагаю тебе войти, – Дугу Чонг думал, что он говорит великие слова, и он, казалось, восхищался собственным остроумием. Тем не менее затем он увидел жуткую гору плоти и подмигнул. – Ах, молодой господин Танг... молодой господин стал ещё более... эмм… могучим! Я искренне восхищаюсь тобой!

Танг Юань фыркнул. Тем не менее этот большой кусок плоти остался неподвижным, когда рассмеялся и сказал:

- Ах, Танг Юань также восхищается молодым господином Дугу! Для меня большая честь!

Тем не менее Дугу Чонг не мог не рассердиться, когда услышал странную саркастическую манеру, в которой были произнесены эти слова.

Раньше Танг Юань был очень тихим. Однако он не обязательно был лучше, чем Цзюнь Мосе. И он бы отступил в страхе, если бы увидел кого-то из безжалостных семи братьев Дугу в прошлом. Но уверенность толстяка в себе возросла с тех пор, как его богатство выросло более чем на сто миллионов. Следовательно, он мог даже осмелиться подрезать, когда увидел, что Дугу Чонг ведёт себя нечестиво.

Дугу Чонг задушил свою ярость. Тем не менее у него появилась тёмная линия на лице:

«Мне нельзя позорить этого толстяка сегодня? И этот Цзюнь Мосе… Внешность его такая неряшливая. Как моя сестра может влюбиться в него? Более того, он даже будет моим шурином?»

«Нашей семье очень не повезло!»

Дугу Чонг подумал об этом и поднял своё большое и похожее на шимпанзе лицо вверх, подавив желание заорать от злости.

Глава 468. Что такое подавление пагоды?

Дугу Цзёнхэн сидел на стуле господина. На его плечах лежала шкура тигра, как у главного антагониста. Он смотрел на Цзюнь Мосе, как верховный лорд на крестьянина. Его выражение было удивительно похоже на характер бандитского военачальника Ястреба из эпоса Тигровой Горы.

Дугу Вуди смотрел широко раскрытыми глазами, и был похож на быка. Его рука была прижата к рукояти меча, и он стоял прямо перед стариком Дугу. Его выражение было настолько бдительным, что казалось, будто он был в поисках тайного шпиона.

Семь крепких и сильных братьев стояли по обе стороны трона. Каждый из них, казалось, был готов к агрессивным действиям.

Цзюнь Мосе чувствовал, что он закончит тем, что скажет: «Наша Пагода подавляет речных монстров», если бы Дугу сказал «Мы – повелители над тиграми». И следующие шутки о том, что лицо красное и желтое, потекли бы ещё более плавно… (1)

Однако было бы невозможно воссоздать диалог «Мы – повелители над тиграми», даже если обстановка выглядела очень похожей.

Никто не говорил долгое время. Атмосфера была довольно накалённой. Все в зале смотрели на лицо Цзюнь Мосе с торжественным и свирепым выражением. Молодой господин Танг стоял позади него. Но Танг Юань, казалось, сражался с собой. Его губы были синими, лицо белым, и он едва мог стоять прямо.

Прошло много времени, прежде чем Дугу Цзёнхэн взревел:

- Ты! Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе был по-прежнему погружён в чудесные мечты о находчивости великого Ян Цзи Жуна. Поэтому он подсознательно двинул правой рукой вперёд и выпалил:

- Наша Пагода подавляет... Ой, тьфу… Пусть старший Дугу будет здоров и счастлив!

- Пагода подавляет... Что это такое? – девять человек из семьи Дугу были сбиты с толку. – О какой Пагоде ты рассказываешь нашей семье Дугу? Ты, «великий» братец Цзюнь? Какую хитрость ты удумал?

- Ах... Пагода... что я имел в виду... – Цзюнь Мосе закатил глаза и поспешно заговорил. – Что я имел в виду… То, что я ясно почувствовал вашу величественную ауру, когда вошёл в этот зал. Это было похоже на огромную Пагоду, которая поддерживает Небеса. Она покорила меня! Это то, что я имел в виду.

Лицо Дугу Цзёнхэна засияло от радости, когда он услышал это. Он хотел громко рассмеяться. Но он сдерживался и поддерживал торжественность. Он оставался холодным снаружи, но сказал:

- О-о! Я настолько могуч?

- Вы переполнены могуществом! Уважаемый старший обладает грозной мощью! – Цзюнь Мосе поднял большой палец.

- Ты хороший мальчик! Ты обладаешь проницательным зрением! – взор Дугу Цзёнхэна просветлел. – Ты способен придумать сладко звучащие слова!

Тёмная линия покрыла лицо Цзюнь Мосе.

- Тебе не нужно полагаться на лесть и шутовство. Я вижу, что ты стараешься выглядеть хорошо! – генерал Дугу Вуди видел, как его отец смеялся, и чувствовал, как меняется атмосфера. Поэтому он закричал, чтобы напомнить ему, что дело не было сделано. В конце концов, они не могли позволить этому засранцу уйти.

- Ах, да! Кхм... – Дугу Цзёнхэн закашлялся и сел прямо.

- Как я могу предаваться шутовству? Разве твой отец не могуч? Так почему ты говоришь, что я просто стараюсь выглядеть хорошо? Хе-хе... ты слишком добр, дядя Дугу! Но я всегда делаю добрые дела. Делать добрые дела никому не сложно... Но редко кто-то упорствует на протяжении всей своей жизни, чтобы делать добрые дела... как и я... – слова Цзюнь Мосе звучали искренне. Он прошёлся по комнате. Потом он нашел пустой стул и сел на него.

Кроме того, он сел прямо напротив Дугу Вуди.

Тот сморщил нос в гневе:

«Многие люди думают, что люди нашей семьи Дугу – это просто боль в заднице. Но я хотел бы показать им, что этот ребенок – настоящий нарушитель спокойствия!»

«Мой отец и я сделали попытки напугать его, но он не был ошеломлён ни в малейшей степени. На самом деле он спокойно сел на жопу. Более того, он говорит о себе праведно и даже осмеливается хвалиться, что на протяжении всей своей жизни упорствует в добрых делах! Он даже не покраснел, говоря это. Он почти так же хорош во лжи, как и я…»

- Кто разрешил тебе сесть? Встань! – генералу Дугу разгневался. – Я – твой будущий тесть – не давал тебе разрешения сидеть! Но ты сел так высокомерно, будто у себя дома. Я вышвырну твою задницу в небо!

- О... Кхм! Ха! Мне было интересно, когда я пришёл сюда – почему старший так внезапно позвал меня? Поэтому я подумал об этом и вспомнил, что... возможно, семья Дугу хотела отдать ту небольшую сумму денег, которую они должны мне уже несколько месяцев?

Цзюнь Мосе шумно скрестил ноги:

- Поэтому я пришёл как можно скорее. Но, похоже, у вас нет средств. Прошло не так много времени с тех пор, как вы мне задолжали. Этот вопрос не следует затягивать. В любом случае конец года – хорошее время для погашения долгов. Более того, это лишь небольшая сумма денег. Там было девять миллионов, верно? Нет, подожди. Забыл малость… – он громко щёлкнул пальцами. Затем он указал на служанку сбоку. – Милая леди, вон там... не могли бы вы принести чашку чая? Ах, это моя ошибка... пожалуйста, принесите две чашки... Хе-хе... кажется, погода слишком жаркая для моего брата. Он сильно потеет. Таким образом, он должен пить очень много.

Горничная знала, что не должна улыбаться. Поэтому она едва сдержалась.

«Что ты хочешь сказать? Погода жаркая? Сейчас середина зимы…»

«Кроме того, у тебя глаза есть? Твой толстый брат явно очень напуган! Даже я могу это видеть…»

Слова Цзюнь Мосе привели к резкому изменению ситуации. Генерал Дугу внезапно оказался в тупике, когда разговор зашёл о долге:

«Небольшое количество денег? Девяносто миллионов в серебре – это небольшая сумма? Кто во всем Тянсян может принести такую "Небольшую сумму денег?"»

Однако генерал Дугу также понял и другой момент:

«Этот мальчик явно угрожает мне — «я сразу же расскажу об этих девяноста миллионах, если ты плохо со мной обращаешься». У меня есть кредитор. Более того, это кредитор, который может сделать семью Дугу банкротом!»

Генерал Дугу начал задыхаться и захрипел от гнева. Затем он в конце концов взревел:

- Ну же! Принеси этот чай! И принеси стул для молодого господина Танга! – затем он подумал секунду и добавил. – Принеси самый большой стул!

Дугу Чонг и его братья приняли очень странные выражения лиц, когда эти слова были произнесены. На самом деле им пришлось сдерживать свой смех изо всех сил.

- Ах, толстяк... этот старший пригласил третьего молодого господина семьи Цзюнь, Мосе на банкет. Итак, почему вы пришли вместе? – Дугу Цзёнхэн посмотрел на Танг Юаня. Он смотрел широко раскрытыми глазами, когда говорил это. Смысл его был ясен: «Я тебя не приглашал. Итак, почему ты здесь?»

Цзюнь Мосе не мог не восхищаться этим:

«Этот старик говорит очень прямо. На самом деле, он даже не приказал ему уйти прямым способом».

Танг Юань подумал:

«Ты думаешь, что я хотел бы прийти к вам? Я бы никогда не пришёл сюда, если бы третий молодой господин не заставил меня…»

Однако старик Дугу задал ему вопрос, а молодой господин Танг был опытным бизнесменом. Он знал, что сейчас не время бояться. В глубине души он ещё чувствовал муки страха, но его разум стабилизировался. Поэтому он, подумав секунду, ответил:

- Третий молодой господин и я – очень близкие друзья. Тем не менее мы не виделись друг друга в течение нескольких месяцев. Сегодня мы впервые встретились. Более того, мы, молодёжь, не очень талантливы. И я не хотел, чтобы третий молодой господин оставался один на этой дороге. Так что у меня не было выбора, кроме как сопровождать третьего молодого господина, когда он пришёл сюда, когда решил отдать дань уважения старому Дугу.

Танг Юань был настоящим другом. Его даже можно назвать неуступчивым. Его, несомненно, притащил сюда Цзюнь Мосе. Тем не менее он также мог видеть, что Цзюнь Мосе боялся семью Дугу по какой-то причине. Более того, он знал, что Цзюнь Мосе окажется в невыгодном положении, если скажет что-то неуместное. Поэтому он протянул руку для поддержки…

- Так вот в чём дело. Ты очень преданный человек! – Дугу Цзёнхэн кивнул и сказал. – Я поверю тебе на слово. Сядь.

Танг Юань поблагодарил его и сел на огромный стул, который только что принесли ему. Его нервозность полностью прошла к этому моменту. Необходимо упомянуть, что качество стула было выдающимся... он просто заскрипел, но не развалился.

Дугу Цзёнхэн широко распахнул глаза и осторожно сравнил Цзюнь Мосе и Танг Юаня. Затем он вздохнул через некоторое время:

«Два пресловутых дебошира столицы – это два настоящих мужчины на самом деле. Я никогда этого не ожидал!»

Затем он посмотрел на своих семерых внуков. Они начали ерзать в страхе под его взглядом. Старик Дугу не мог не разочароваться при этом…

Дугу Цзёнхэн похвалил их, назвав их «настоящими мужчинами»! Таким образом, было очевидно, что Цзюнь Мосе и Танг Юань не были простыми, по его мнению. А вот даже его собственные внуки ещё не получали от него такой похвалы...

Необходимо отметить, что каждый аспект этой встречи был специально организован в семье Дугу. Старик сам создал эту торжественную атмосферу. Здесь был генерал – ветеран ста сражений с его внушительной аурой. Обычный человек давно бы утонул под давлением. На самом деле этот человек даже не смог бы дышать. В действительности толстяк четыре месяца назад, вероятно, обоссал бы штаны, если бы он был здесь…

Тем не менее Цзюнь Мосе действовал очень естественно после того, как он прибыл сюда. На самом деле он даже смеялся и шутил. Казалось, что это самое обычное дело. Ни один среднестатистический развратник не мог бы так вести себя. Танг Юань, конечно, чувствовал себя несколько стеснённо ранее. Однако даже он стал более свободным. Его нельзя считать таким же, как Цзюнь Мосе. Но Танг Юаню всё же удалось действовать свободно в такой атмосфере. И что можно было само по себе считать достижением...

Тем не менее это было немного неправильно для старика считать своих внуков неравными с этими двумя молодыми людьми. В конце концов, его внуки... и даже его сын были в ужасе от того, что он преследовал их и избивал всю их жизнь. Так что это было похоже на кошки-мышки с ними. Как они могли действовать свободно и комфортно, когда они видят кота?

Однако даже эти надоедливые мужчины не испугались бы, если бы пошли в чужой дом и не сопровождались старшим. В конце концов, разве не эти семь братьев разбили в тот день кувшины с вином Цзюнь Мосе?

Затем раздался звон. За ним последовали звуки шагов, когда большая дверь в задней части зала открылась, и несколько женщин вошли внутрь. Их возглавляла старушка. У неё был румяный цвет лица, и она была окутана благодатью. Она опиралась на трость. Когда она вошла, её поддерживали две тридцатилетние женщины.

(1) (п.п. – автор сравнивает ситуацию с почти аналогичной из эпоса о Тигровой Горе)

Глава 469. Преследование старушки

Дугу Сяо И, уже вернувшая свою первоначальную стройную фигуру, шла позади старушки. Однако она посмотрела на Цзюнь Мосе и высунула язык. Она указывала:

«Будь осторожен».

- И это Цзюнь Мосе? Ну-ка, встань! Посмотрим, какой «герой» сделал мою внучку такой сумасшедшей бунтаркой! – старушка подошла сзади и встала перед Цзюнь Мосе. Затем она начала осматриваться в поисках мошенника, который обманул её внучку.

Цзюнь Мосе малость вспотел:

«Я всегда слышал, что семья Дугу – логово смутьянов и идиотов. И эти слухи не без причин. Даже эта старушка такая тупая! Для Дугу Сяо И было нелегко расти в такой среде. На самом деле, было бы трудно не стать смелой и полусумасшедшей…»

У него не было выбора, кроме как встать и сказать:

- Это я.

- О... А это, кто, Танг Юань? – спросила старушка.

Толстячок поспешно поклонился в ответ.

Старушка слегка улыбнулась:

- Новый Бог богатства столицы… это замечательно!

«А? Бог богатства столицы? Толстяк получил модное прозвище...» – Цзюнь Мосе остолбенел. Затем он гневно посмотрел на ухмыляющегося Танг Юаня. Неудивительно, что толстяк стал известен благодаря Аристократическому Залу. Кроме того, его социальный статус также многократно возрос. Поэтому звание «Бог богатства» не было безосновательным, если быть честным...

Пожилая леди махнула рукой:

- Вы, семеро мальчишек, выйдите на улицу и поиграйте с молодым господином Тангом. Здесь для вас нет дел. Будьте хорошими хозяевами для нашего гостя!

Семеро «героев из легенд» поспешно согласились и вывели толстяка. Они были настолько быстрыми, что казалось, что за ними гонится собака…

- Садись, не будь таким формалистом, – кивнула старушка Дугу. Затем она повернулась и села в кресле около Дугу Цзёнхэна. За ней уже пришла её женская свита и встала позади старушки. Однако женщины очень внимательно следили и наблюдали за молодым господином. В конце концов, им было любопытно узнать о дурно известном молодом господине, который околдовал их маленькую девочку и заставил её перевернуться с ног на голову.

Это было особенно верно для леди слева от старухи. Она смотрела на него без конца.

Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди тут же растеряли свою воинственность, когда старушка пришла. Они просто заткнулись, и не смели говорить громко.

- Цзюнь Мосе... эмм... этот мальчик выглядит очень хорошо. Очень хорошо... он привлекательный молодой человек, – похвалила старушка. Затем она повернула голову и заговорила с другими. – Его нос и его глаза... как у куклы.

Другие женщины кивнули в знак согласия.

Лицо Цзюнь Мосе помрачнело:

«А? Можно ли считать эти слова комплиментом внешности человека? Тут даже показалось, что я не мужчина... я – кукла, похожая на мужчину. И что там с глазами и носом? Вот где должен быть нос. Там что, уши должны быть, что ли? Они хвалят меня... или унижают?»

- Ах... Цзюнь Мосе... ты, сопляк. Ты уже поднял этот вопрос. Итак, теперь я хочу знать, что ты собираешься делать с моей Сяо И, – прямо сказала старушка Дугу. Она не стала вести светскую беседу, прямо подняв этот чрезвычайно острый вопрос. Более того, она не колебалась и не избегала вопроса…

- Что я планирую сделать? – Цзюнь Мосе был ошеломлён на секунду. –Слова доброй леди очень поразительны. Я даже не знаю, что я сделал. Поэтому я прошу старушку любезно объяснить особенности того, что я сделал.

- Хмм! Твои брови и глаза выглядят хорошо. Но твой рот очень хитрый... Ты заставил нашу Сяо И изображать беременную перед всеми в тот день. Ты не понимаешь последствий? – лицо старушки Дугу оставалось спокойным, а её голос был ровным.

- Да представляю. Этот инцидент произошёл из-за отсутствия внимания к мисс Дугу... Но есть одна проблема. Я не провоцировал её. Я никогда такого не делал и даже не думал об этом. Я только видел это со стороны... – поспешно пояснил Цзюнь Мосе.

Тем не менее молодой господин не закончил говорить, когда старушка прервала его:

- Я также уверена, что ты не делал этого умышленно, сопляк. Но не имеет значения, спровоцировал ты это или нет. В конце концов, девушка сделала это ради тебя. Ты будешь отрицать это?

Цзюнь Мосе оставалось только кивнуть. На самом деле он даже не мог думать об отрицании этого.

Молодой господин Цзюнь сохранял чистую совесть на протяжении всей своей жизни. Поэтому отрицание этого запятнало бы его чистую совесть. И это привело бы к огромной вине в его душе.

- Это принесло наибольший вред репутации нашей семьи Дугу. Разве ты этого не знаешь? – старушка продолжала давить.

- Да... но это семья Дугу, о которой мы говорим... так что это не должно быть настолько серьёзным вопросом, верно? – Цзюнь Мосе слегка нахмурился.

«Репутация семьи Дугу всегда была синонимом глупости и бесстыдства. Таким образом, можно сказать, что это дело никогда не было таким ужасным с самого начала. Кроме того, любой с проницательным глазом легко увидел бы, что Сяо И обманывает всех. Так будет ли это действительно так серьёзно, если я не возьму замуж эту девчонку?»

- Но этот инцидент оказал огромное влияние на репутацию Сяо И. И это то, что ты должен помнить всегда, не так ли? – старушка фыркнула. Она не могла не рассердиться, когда увидела, что этот мальчик не понимает её.

- Это действительно будет иметь огромное влияние, – честно кивнул Цзюнь Мосе.

- Итак, что ты будешь делать теперь?

- У меня пока нет конкретного плана, если быть честным, – сказал Цзюнь Мосе.

- Никакого плана? – старуха внезапно встала. – Ты говоришь, что не хочешь признаться после того, как сожрал всё, что тебе принесли? – старушка первый раз решила говорить иносказательно.

- Что? Я вообще вашу «тарелку» не трогал. И уж точно ничего не ел, – Цзюнь Мосе думал, что он умрёт от того, в чём его обвинили:

«Как я могу объяснить это всем? На самом деле, действия этой маленькой девочки чуть не убили меня однажды. Я не могу игнорировать её увлечение мной. Но я не могу упустить из виду цену, которую мне придётся заплатить за это. Леди, ты думаешь, что я не способен ходить круг за кругом, когда дело доходит до такой откровенной херни? Даже я немного злюсь из-за всего этого! Так почему на меня повесили всех собак?»

- Позволь мне сказать тебе, что происходит – Сяо И очень влюблена в тебя. Так что не подведи её, сопляк! Иначе эта старушка никогда тебе не простит! – медленно процедила старушка. Затем она посмотрела в глаза Цзюня Мосе. – Ты беспокоишься о Гуан Квинхан, верно?

Цзюнь Мосе нахмурился и ответил:

- Я попрошу старушку успокоиться. Я не отвернусь от Гуан Квинхан, даже если приму это предложение. И я не отвернусь от Сяо И. Очевидно, у меня есть план.

- У тебя есть план? Ха-ха... иметь трёх жен и четырёх наложниц – это нормально. Тем не менее должно быть различие в статусе! – старушка улыбнулась, внимательно посмотрев на Цзюнь Мосе. – Каждая группа мужчин должна иметь своего лидера. Точно так же среди жён должен быть лидер. Разве все не будут бороться друг против друга, если не будет главного? Не будет ли хаоса? Как тебе это пойдёт на пользу? И именно поэтому я позвала тебя сегодня. Я хочу спросить тебя – кто твой первый выбор, если речь идёт о жене? Сяо И или та девушка?

Хорошо собранный гарем может принести мир во всем мире. Эти слова для императоров. Но они также применяются и к обычным семьям. А мирная семья – это способ двигаться вверх в жизни, – старушка взглянула на Цзюнь Мосе. – Кроме того, хорошо, если можно исправить вещи как можно скорее. В противном случае это может привести к долгим ночам мечтаний, которые могут быть разрушены в будущем!

- Что это значит, Старшая Леди?, – Цзюнь Мосе поднял брови.

- Наша семья Дугу имеет только одну дочь. И мы не можем позволить ей стать наложницей! Наша семья Дугу не должна окончательно потерять нашу репутацию! Поэтому важно, чтобы Сяо И была женой. Кроме того, она должна быть замужем, как первая жена! – старушка фыркнула.

- Первая жена? – Цзюнь Мосе не мог не улыбнуться. – Старушка всё-таки бредит! Но это не смешно, даже если это должно было быть шуткой!

- Шутка? Не говори мне, что ты всё ещё хочешь сделать Сяо И наложницей? Как нелепо с твоей стороны! – старушка посмотрела широко раскрытыми глазами и так крепко сжала трость, что та сломалась.

Дугу Сяо И испугалась ссоры между её возлюбленным и бабушкой. Поэтому она быстро подошла и схватила старушку за руку. Затем она встряхнула её и тихо сказала:

- Бабушка... – она взглянула на Цзюнь Мосе. Казалось, она умоляла его прекратить спор с бабушкой. В конце концов, её брак, «заключённый на небесах», был бы разрушен, если бы эти двое поссорились.

«Я должна сделать так много для вас обоих, чтобы всё обернулось к лучшему!»

Цзюнь Мосе собирался взорваться минуту назад. Но он успокоился, когда услышал, как говорит Дугу Сяо И. В конце концов, Цзюнь Мосе вспомнил о глубоких чувствах, которые она питала к нему. Поэтому он сделал два глубоких вдоха и успокоил свой гнев, хотя он был на грани взрыва. Но сейчас его выражение стало чрезвычайно торжественным и достойным.

- Позвольте мне объяснить кое-что очень чётко, раз уж старушка Дугу подняла эту тему, – взгляд Цзюнь Мосе стал острым, как меч. Он мельком взглянул на всех присутствующих, и сердца их едва не остановились. – Я верил, что мой брак – это моё дело! Это моё дело и, повторюсь, только моё! Более того, это самое большое решение в моей жизни! Поэтому важно, чтобы я тщательно выбирал женщину, с которой хочу провести свою жизнь. В конце концов, моя беспечность может привести к ненависти между двумя семьями, а не только двумя людьми. Поэтому это решение нельзя принимать легкомысленно.

Сяо И всегда была глубоко привязана ко мне. И я знал это с самого начала. Но я всегда думал, что она слишком молода и наивна. Таким образом, её натура ещё не полностью сформировалась. Поэтому не исключено, что в будущем она встретит более подходящего мужа. И вот поэтому я никогда не давал прямого ответа. Однако её «уловка» в лагере чуть не стоила мне жизни. Честно говоря, я был очень зол на неё по этому поводу. Но потом она вышла с таким большим животом перед всеми у ворот города Тянсян. И это меня тронуло. Это действительно тронуло меня. И я решил сделать Дугу Сяо И моей женой в результате. Моей... первой женой Цзюнь Мосе!

Старик Дугу и его леди просто замерли от шока.

Но…

- Но это не означает, что я приму это общее предложение, – слова Цзюнь Мосе остановили старушку, которая собиралась что-то спросить. – Сяо И подмешала мне эту херню в Южном Небесном Городе. А затем она появилась с тем животом у ворот города. Она делала это из любви ко мне – Цзюнь Мосе. Человек – это не растение. Кого бы это не тронуло? Я был искренне и глубоко тронут безрассудными действиями, которые она предприняла ради меня.

Но мы также должны посмотреть на это с другой стороны — эти два события свидетельствуют о её эгоизме в конце концов! Она действовала эгоистично из своих чувств и совершала просто ужасные действия. Это заставило меня и даже две семьи попасть в эту… неприятную ситуацию. Её действия не оставили нам выбора! Я уверен, что никто не может этого отрицать. И я уверен, что вы также очень сожалеете об этом!

Глава 470. Вот как можно сделать

- Тем не менее она сделала обе эти вещи по своей собственной инициативе. И последствия, к которым это привело, были непоправимыми и очень серьёзными. То, что произошло в тот день… мне очень не повезло, но мне это не сильно навредило. Но Гуан Квинхан была бы вынуждена покончить жизнь самоубийством из-за обвинений этих гнилых учёных. Что произойдёт с отношениями между нашими двумя семьями, если этот вопрос будет вынесен на обсуждение? В этом случае не будет никакой свободы действий!

Моя совесть никогда не будет чиста, если я приму эту свадьбу. Но две семьи распадутся, если я не приму этот брак. К счастью, у меня всегда было благоприятное мнение об этой маленькой девочке. Так что принять этот брак не будет слишком сложно. Но что, если бы она мне вообще не нравилась? Можно предположить, что наши семьи стали бы смертельными врагами, и сражались бы годами без конца! И это явно не привело бы к концу семьи Цзюнь... Тем не менее это ознаменовало бы конец семьи Дугу! И эти «последствия» ни один из нас бы не выдержал!

Более того, этого можно избежать! И я должен сказать это, несмотря на то, что Сяо И сейчас здесь... она очень своенравна! Она действует опрометчиво, не заботясь о последствиях. Итак, как я могу быть уверен, оставляя положение первой жены в её руках?

Цзюнь Мосе произнёс эти серьёзные слова очень нежно, но довольно торжественно.

Дугу Сяо И в позоре опустила голову. Она была довольно умной девочкой. И она уже давно поняла, что её необдуманные действия приведут к очень мерзким последствиям. Поэтому ей нечего было сказать в свою защиту…

Старушка Дугу открыла рот, желая что-то сказать в оправдание своей внучки. Но она не могла сказать ни слова, и только вздохнула. Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди молча посмотрели друг на друга. Они попытались поставить себя на место других и поняли, что даже они не захотели бы такую «смелую» жену.

- Но, Сяо И ещё молода... – это сказала дама со стороны старушки... та самая, которая с самого начала пристально смотрела на Цзюнь Мосе. Она была матерью Дугу Сяо И. Поэтому она поспешно вмешалась, чтобы объяснить действия своей дочери.

- Да, эта девушка очень молода. Но это не разумное оправдание тому, что она сделала! Она – младший ребенок семьи Дугу. Видимо, семья Дугу испортила её, и это привело к таким ужасным и плачевным последствиям. Поведение этой маленькой девочки представляет собой само воспитание семьи Дугу! Пожалуйста, обратите внимание на то, что я скажу сейчас… – Цзюнь Мосе откашлялся и строго продолжил. – Давайте предположим, что ваши семь внуков создадут огромную катастрофу и сами попадут в большие неприятности из-за этого. Старшее поколение вашей семьи не будет участвовать в этом беспорядке, так ведь? Вы позволите этим молодым людям справляться с последствиями самостоятельно, если только это не очень серьёзно. Теперь предположим, что что-то плохое случится с Сяо И вместо семи братьев... семья Дугу даже не будет заботиться о том, что правильно, а что неправильно в таком случае. В действительности молодые и старые будут бросаться в бой просто так. Более того, даже не имеет значения, законно это или нет. Оправданно вмешиваться, когда дело касается этой маленькой девочки. Однако, к счастью, эта девушка добродушна. В противном случае, она бы породила вам уже много непоправимых проблем!

Кроме того, нынешнее поведение Дугу Сяо И проистекает из того факта, что власть семьи Дугу поддерживает её и прикрывает её задницу. Но представьте, что произойдёт, если она выйдет замуж за меня и получит поддержку моей семьи, Цзюнь? Её поддержка увеличится во много раз! Я думаю, что на данный момент против сил одной только семьи Цзюнь в открытом бою способны выстоять лишь несколько знатных семей культиваторов Суань. Большинство благородных семей будут просто стёрты в пыль из-за её опрометчивости, если она сделает что-то глупое, что заденет их честь! У них же не будет выбора, кроме как сражаться!

Возможно, у неё есть потенциал стать первой женой в будущем. Но я не могу согласиться прямо сейчас. На самом деле я просто не могу согласиться! – Цзюнь Мосе говорил прямо и без страха. – Давайте поменяемся местами. Вы бы сами согласились на такое, если бы столкнулись с чем-то подобным? Так почему я должен сделать это?

Я пока не возьму другую жену. У меня уже есть Гуан Квинхан! Девушка была вынуждена заплатить максимальную цену, чтобы спасти мою жизнь. Кстати, из-за ошибки Сяо И. Именно это и привело к такой запутанной ситуации! Это, конечно, неприятно говорить... но я бы умер, если бы не она. И как бы вы тогда договаривались с семьёй Цзюнь, если бы со мной случилось что-то подобное? Более того, насколько несправедливо было бы для Квинхан, если бы я решил взять Сяо И в качестве первой жены? Квинхан оказалась под опалой этих гнилых аристократов, потому что она исправляла ошибку Сяо И. А теперь, по идиотским законам вашего времени, её можно предать вечному позору и проклятию! Сможет ли она выдержать, если мы все поставим эту маленькую девочку над ней?!

- Но Гуан Квинхан всегда была твоей невесткой. Как она может быть твоей первой женой? – старушка Дугу сначала размышляла над словами Цзюнь Мосе, а затем задала ему этот вопрос.

- Старушка говорит о том, что было раньше. Но теперь это вопрос прошлого! Гуан Квинхан теперь приёмная дочь моего третьего дяди. И я уверен, что это больше не секрет. Так почему я не могу жениться на ней сейчас? Более того, я не хочу разбираться во всей галиматье с наследованием и прочим. Старший и младший, второй и третий... Аспект старшего и младшего сродни борьбе за позицию… Однако вас считают старшей, пока все вас так принимают. И это справедливо, даже если ты самый младший, – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся. – У меня всегда была пассивная позиция по вопросу, который вы подняли, так что теперь мы возвращаемся к главному вопросу... и я не хочу быть таким пассивным. Но разговоры об этом браке сейчас идут слишком поспешно.

- Итак, ты хочешь сказать, что... ты не сделаешь Сяо И своей первой женой? – Дугу Цзёнхэн очень яростно посмотрел на Цзюнь Мосе. Его тело слегка наклонилось вперёд, и он испустил мощное давление своей Суань Ци.

- Хе-хе... я пытался говорить, как разумный человек. Я всегда больше люблю работать с разумными. Мне не нравится, когда мне угрожают, несмотря ни на что... и мне всё равно, от кого исходят угрозы! – Цзюнь Мосе ответил сдержанным тоном. – Я резко теряю интерес к беседе, если люди начинают угрожать мне в вопросах, которые важны для моей жизни. Так что вместо этого я могу вообще послать вас нахер с этим браком, потому что вашу Сяо И я и пальцем не тронул.

Жёсткий и непреклонный ответ Цзюнь Мосе явно рассердил Дугу Цзёнхэна. Тот смотрел на юношу широко раскрытыми глазами, похожий на быка, перед которым машут красной тряпкой. Казалось, что его борода вспыхнет пламенем.

- Хорошо. Очень хорошо! Давайте больше не будем разбираться в этом вопросе! – старушка вдруг улыбнулась. Затем она продолжила. – Позиция Сяо И ещё не определена. Но я уверена, что Мосе подумает об этом в ближайшее время. Так что это всё равно, что обручение. И я уверена, что молодые справятся сами, когда дело дойдёт до вопросов будущего. Так почему мы должны так волноваться? Все будет хорошо, ведь Мосе хорош для Сяо И. Всё будет хорошо, пока он любит Сяо И.

Более того, Мосе не уступил, несмотря на давление со стороны всей семьи Дугу сразу. Его слова было, конечно, неприятно слышать. Но, надо сказать, что мы не можем отрицать ни одного из них. Всё, что он сказал, было правдой. Все слышали их очень чётко. Однако это оставляет меня видеть его достойным похвалы человеком! Он могуч и непреклонен, он настоящий мужчина! Я считала Мосе бесхребетным червяком, если бы он испугался наших угроз и согласился бы на всё, что мы бы сказали... на самом деле у меня были бы сомнения относительно продолжения этого брака в этом случае. Этот мальчик, Мосе, как по мне, так очень хорош. Он выглядит очень хорошо для меня. Моё старое «я» не может не восхищаться им…

Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди остались озадачены:

«Приняли решение? Это ты сказала, что он не очень хорош. Но что мы можем сделать сейчас, в любом случае? Это была твоя идея – проверить его здесь. Но кто осмелится сказать что-нибудь, даже если у нас и есть, что сказать, так как ты говоришь за всю семью?»

- Вы – двое мужчин, назначите встречу с Цзюнь Чжан Тианом через несколько дней. И вы быстро решите этот вопрос. Всё остальное можно оставить на потом. Но сначала мы должны как можно скорее завершить эту помолвку.

Старушка сделала лёгкий жест в сторону двух мужчин, даже не посмотрев на них:

- Ах, вы лично пойдёте, чтобы проявить добрую волю. Затем вы пришлёте организатора свадьбы после того, как заключите правильное соглашение. Затем вы обменяетесь соответствующими документами и назначите благоприятную дату. Вы должны решить, какое время наиболее подходит. Но мы должны быстро организовать церемонию помолвки.

Она размышляла какое-то время. Затем она снова заговорила:

- Эта церемония принесёт большую суету, так как Императорская семья, дворяне и чиновники приедут на неё. Более того, вы вернёте деньги, которые мы им подарим, через несколько лет. Учтите, я запишу имена всех, кому мы что-то подарим. А потом вы двое вернёте деньги, которые мы потратили на эти подарки. Это будет очень толстая и подробная запись. Вы запомните имена всех, кому мы подарим хоть что-нибудь на свадьбе Сяо И. А я запишу каждое из этих имён. Мы не забудем ни одного из них! Мы должны, по крайней мере, вернуть деньги, которые мы потратили на торжество…

Также нужно составить список людей, которых мы не считаем важными. В конце концов, мы должны дать им шанс оставить лицо. Поэтому мы сделаем так: мы подождём, пока эти двое поженятся. А потом уже мы разошлём приглашения этим не очень важным людям. Мы пригласим на свадьбу всего несколько сотен человек. Но мы можем расширить масштабы, если семья Цзюнь тоже решит вложиться в свадьбу. В конце концов, это также связано с честью семьи Цзюнь…

Число человек, которых мы пригласим, должно быть чётким. Допустим, мы можем сделать… ну, четыреста подарков. Поэтому мы обойдёмся только четырьмя сотнями подарков. Нет необходимости звать людей, которые не смогут вернуть подарки. Кроме того, мы пригласим всех, у кого день рождения или именины в ближайшие недели. Можно будет сказать что-то типа: «Эй, разве твой день рождения не через пару дней? Отлично, в таком случае мы просто обменяемся подарками, ведь даты очень близки!». Отличная идея. Всё, работайте!

Даже Цзюнь Мосе прошиб холодный пот.

«Эта старушка сводит всё к величайшей крайности!»

«Это не семья... это ни в коем случае не нормальная семья. Они сумасшедшие!»

Дугу Вуди с минуту молчал, потом широко улыбнулся и покивал головой:

- Правильно, это абсолютно правильно! Мама великолепна!

«Мы сможем быстро погасить долг, который мы должны семье Цзюнь, как только мы соберём деньги таким образом…»

- Сообщите астрологам, чтобы выбрать благоприятную дату! И пусть проверит, чтобы эта благоприятная дата была поближе к дням рождения самых богатых людей города. Затем сообщите Конг Лин Яну, что он должен прийти и провести свадьбу…

Дугу Вуди прервал её в этот момент, сказав:

- Мам, Конг Лин Ян мёртв. После этого он взглянул на Цзюнь Мосе.

«Убийство Конг Лин Яна было либо делом рук этого парня... либо делом рук призрака!»

- Он мёртв? Какая жалость. Он был талантливым человеком! – однако выражение лица старушки даже не изменилось, когда она вздохнула. Казалось, что ей не жалко, что большой талант потерян. Казалось, что она больше расстроилась из-за кончины лучшего свадебного ведущего вместо смерти отличного учёного. – Пойдите и найдите кого-нибудь из величайших институтов обучения в этом случае. И будьте с ними вежливы…

Дугу Цзёнхэн кивнул и ответил:

- Это легко. Мы не ладим с этими ребятами. Но в данном случае это не имеет значения. Мы свяжем их верёвкой и притащим сюда, если они не согласятся. И я хотел бы посмотреть, хватит ли у них смелости не проявлять к нам уважения, даже если мы притащим их сюда в верёвках!

- Это хорошо, – старушка Дугу с облегчением кивнула. – Вы мужчины – вам и разбираться в таких вопросах самостоятельно. В конце концов, вмешивать женщин в эти проблемы нехорошо.

Цзюнь Мосе закатил глаза:

«Что это такое? И ты называешь это «не вмешиваться в вопросы»?! Да ты тут и рулишь этим балетом! Тем более, Дугу Цзёнхэн приказал привести людей, связав их верёвками! А эта старуха прокомментировала: "Это хорошо"…»

Глава 471. Я могу вылечить эту болезнь!

- Вы, мужчины, идите и пейте. У нас, женщин, нет причин присоединяться к вам! Пойдём, Сяо И! – последние слова были произнесены немного жёстко. И это было потому, что Сяо И пошла в сторону Цзюнь Мосе, чтобы поговорить. Однако она сразу остановилась, когда услышала этот приказ…

Старуха повернулась, чтобы посмотреть на Дугу Цзёнхэна и Дугу Вуди:

- Ах, я забыла спросить у вас одну вещь. Разве вы не говорили, что внук Цзюнь Чжан Тиана – невыносимый развратник, трудный в воспитании, чрезвычайно тупой и стоящий меньше, чем собачье мясо? Эти слова вы говорили абсолютно точно. Он необъяснимым образом изменился сегодня? Я думаю, что он гораздо лучше, чем те семь идиотов. Вы двое, объясните мне это чуть позже.

Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди остались стоять в шоке.

«Объяснить? Что объяснить? Как мы можем объяснить? Мы тоже хотим узнать объяснение такого быстрого роста Цзюнь Мосе за эти несколько месяцев! Но кто нам это объяснит?!»

- Он такой хороший мальчик. Он обладает сильным характером и не подчиняется тирании. У него непоколебимый ум, он не говорит неуместно. Так как же его можно назвать развратником? Вы двое намеренно искажали факты для меня, потому что не думали о семье Цзюнь? Или вы беспокоитесь о мнении Императора? Вы двое беспокоитесь, что союз двух военных семей через брак будет выглядеть подозрительным для него? Ха! Позвольте мне сказать вам, что ваши узколобые страхи испортили брак моей драгоценной внучки! Зависит ли счастье моей внучки от ваших симпатий или страхов? На самом деле я считаю, что этот Цзюнь Мосе намного лучше, чем даже вы двое! И позвольте мне сказать вам, что я очень зла по этому поводу! И стоять! Я не закончила! Это ещё не всё! – старушка проревела, прежде чем, наконец, ушла. Отец и сын посмотрели друг на друга. Они хотели плакать, но слёз не было…

«Армия» женщин медленно отступала. Тем не менее мужчины всё ещё могли слышать резкий голос старушки, ворчащей себе под нос, но её странным образом было слышно. Это звучало как боевой клич...

- Мне всё равно, как вы это сделаете, но мы должны превратить эту маленькую девочку в ту, кто достоин быть первой женой наследника семьи Цзюнь! И как можно скорее! Вы её испортили. Чему вы её учили? Она должна вести себя как девушка из влиятельной семьи, разве вы не согласны? Вы бы хотели такую девушку как эта, чтобы она стала первой женой вашего сына? Я оставлю это дело вам одиннадцати! И я лично выкину вас из семьи нахер, если вы не справитесь с этой задачей! Сяо И, почему ты нахмурилась, моя дорогая? Иди к бабушке и улыбнись! Не бойся, оставь всё бабушке! Бабушка всё исправит! Всё…

Одиннадцать дам, которым старушка высказала всё это, замолчали, услышав последнюю фразу. Дугу Цзёнхэн, Дугу Вуди и Цзюнь Мосе вообще чувствовали себя свидетелями семейной ссоры… Хоть это так и было…

С одной стороны, она дала дамам жёсткие замечания. Но она яростно защищала свою внучку с другой...

«Как вы можете учить её чему-то подобному? Что можно достичь в своей жизни с этим?»

Трое мужчин молча посмотрели друг на друга. Они сохраняли молчание в течение долгого времени. Старик Дугу Цзёнхэн был первым, кто нарушил тишину и прокричал:

- Б*ядь, да принесите мне вина! Давайте! Тащите! Вы там, б*ядь, сдохли, что ли? Быстрее!»

Дугу Вуди, когда увидел, как кричит его отец, не сдвинулся с места, но добавил пару выразительных жестов…

Стол был заполнен хорошей едой и прекрасным вином в мгновение ока.

Дугу Чонг и другие вернулись вместе с Танг Юанем. Разумеется, вовремя; уж этому они точно были хорошо обучены.

Одиннадцать человек сели за два стола. Изначально они хотели объединить эти столы. Но все были довольно большими, кроме Цзюнь Мосе. На самом деле их можно рассматривать как «огромных» по меркам обычного человека. И жирный Танг был особенно огромен. Фактически он занял место четырёх мужчин, когда сел. Все молчали…

Дугу Цзёнхэн опустошил свою чашу вина и вытер рот:

- Младший брат, не нужно упоминать, что ты должен очень хорошо заботиться о моей драгоценной внучке. Этот человек не оставит тебя в покое, если ты обидишь её хоть немного! Другие могут бояться этого старого Цзюнь Чжан Тиана, но я не боюсь!

Цзюнь Мосе не мог даже заставить себя улыбнуться, так как он понял это очень ясно. Эти слова были в хорошем смысле. Однако всё, что исходит из уст людей этой семьи, звучало как провокация или угроза. Ведь люди этой семьи никогда не могли говорить мягко…

- Да! Цзюнь Мосе, я тебе глаз на жопу натяну, если ты посмеешь обидеть мою дочь! – Дугу Вуди поднял свой бокал и чокнулся с Цзюнь Мосе. Затем он поднял его и выпил одним глотком.

- Зять... ха-ха... Зять, блин! Давай выпьем... «Возвышающиеся герои легенд» окружили его и чокались с ним. Их отношение показало, что они хотели напоить «зятя».

Дугу Цзёнхэн посмотрел на молодёжь и вздохнул. Он не мог не заговорить пустым голосом:

- Вы, мальчики, пейте! Я не буду в этот раз... Я теперь могу выпить только три стакана... но я мог бы выпить тысячу таких и даже не опьянеть, когда был молодым! Я был элегантным и возвышающимся героем!

Дугу Вуди поспешно утешил его:

- Отец, тебе не нужно беспокоиться об этом. Травма поясницы очень серьёзная! Но твоя травма не помешает тебе, как только мы найдем мех этого снежного хорька! Затем ты сможешь пить столько, сколько захочешь!

- Мех снежного хорька... легче сказать, чем сделать! Эта вещь является одной из самых трудных для поиска! Я уже искал его в течение десяти лет, и я до сих пор не нашёл ни малейшей подсказки в этом отношении! Поймать снежного хорька сложнее, чем получить ядро зверя Суань девятого уровня! Он даже реже, чем эта вещь! – энтузиазм Дугу Цзёнхэна явно выдохся за десять лет.

- Травма поясницы у старого деда? Что это за травма такая? – Цзюнь Мосе уставился на него, затем спросил в любознательной манере.

Сначала Дугу Вуди заткнулся, но затем он вспомнил, что этот парень был тем «великим доктором», который вылечил ноги Цзюнь Вуя. Поэтому он с надеждой посмотрел на него и сказал:

- Мой отец получил травму в бою, когда был молод. Он повредил свои меридианы. И с тех пор он не может нормально пить. На самом деле, даже немного алкоголя может привести к затруднению дыхания. Мы до сих пор не нашли эффективного лекарства от этого... ты хочешь это изучить?

- Дайте мне посмотреть, – Цзюнь Мосе невежливо схватил левую руку Дугу Цзёнхэна. Затем он протянул два пальца, чтобы проверить пульс старика, и активировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи. Это немедленно позволило ему визуализировать состояние меридианов Дугу Цзёнхэна в его разуме.

- Его меридианы повреждены и уже засохли. Не говорите мне, что не было лекарств, чтобы вылечить это? – Цзюнь Мосе долго размышлял, прежде чем он убрал руку. Затем он продолжил. – Должно быть, это была рана от стрелы. Она повредила лёгкие. Вначале это было не так серьёзно, но со временем это стало старой травмой. Так что боюсь, что мех легендарного снежного хорька тоже будет временным решением…

- А? Это настолько серьёзно? У тебя есть лекарство? – Дугу Вуди был шокирован.

- Дело не в том, что у меня нет лекарств... просто... это сравнительно сложно. Кроме того, это потребует, по крайней мере, полмесяца навыков и усилий, – нахмурился Цзюнь Мосе. Однако он говорил с уверенностью.

- Это вылечится за полмесяца? Это недолго! – голос Дугу Вуди дрожал. Затем он внезапно схватил Цзюнь Мосе за плечи. – Достойный зять, у меня не будет никаких возражений в вопросе между тобой и Сяо И, если ты вылечишь травму моего отца!

Это было чрезвычайно эффективно. В конце концов, Дугу Вуди сразу же назвал его «достойным зятем».

«У тебя, естественно, не будет никаких возражений! Это у меня есть возражения!»

Цзюнь Мосе закатил глаза и ответил:

- Пока ничего серьёзного. Я дам вам рецепт. Купите эти лекарства. Пусть он принимает их каждое утро. Каждый третий день пусть приходит ко мне на иглоукалывание. Если всё пойдёт как надо, лечение закончится за десять дней, если лечение будет регулярным.

Цзюнь Мосе улыбнулся, когда говорил это. Затем молодой господин взял ручку и написал названия лекарств. Дугу Вуди взял его, как будто это был самый драгоценный камень в мире. На самом деле его пальцы дрожали от эмоций. Затем он быстро убрал его в нагрудный карман и непрерывно похлопывал, чтобы убедиться, что он там.

Травма старика Дугу была одним из неудобств на самом деле, но это было не слишком тяжело. Его меридианы были просто повреждены. Это, возможно, казалось неизлечимой болезнью для медицинских экспертов той эпохи, но это было ничем для молодого господина. Старик жил с этой травмой около десяти лет. Но это было не так серьёзно, как паралич ног Цзюнь Вуя. Это было бы хорошо после того, если бы он использовал ауру Пагоды Хунцзюнь, чтобы вылечить её. В конце концов, это была чистейшая аура от происхождения этого мира.

Расплывчатый план уже начал формироваться в сознании Цзюня Мосе:

«Как я могу отпустить семью Дугу так легко после того, как я помогу им с этим? Я, очевидно, заставлю этих двух генералов заплатить достойную цену. Я поговорю с ними о деньгах за вино, когда придет время».

Однако у Цзюнь Мосе не было никаких планов, когда дело дошло до отношений между ним и Дугу Сяо И. В конце концов, дело было в его личных отношениях с той девушкой. Значит, он не хотел использовать это дело. Более того, это противоречило бы его собственным чувствам и интересам.

Все начали веселиться после того, как дело было улажено.

Дугу Цзёнхэн ухмылялся от уха до уха, так как он обрёл надежду на полное выздоровление. Он не мог пить, но стал очень весёлым. Поэтому он настоятельно призывал всех пить больше. На самом деле его широкие глаза смотрели с диким укором на всех, кто пил меньше.

Танг Юань получил больше всего взглядов. Он был толстым, но его способность пить была не очень хорошей. На самом деле он тайно вышел, и его вырвало через три чаши. Но он продолжал пить после того, как он вернулся, и даже потерял сознание в результате. Затем он встал, собрав последние кусочки трезвости, оставшиеся в нём, и вышел, покачиваясь, к уборной; и он не вернулся после этого. Цзюнь Мосе услышал громкий шум чуть позже. Это звучало так, как будто это был плеск из пруда. Казалось, что огромный монстр упал в озеро и создал огромный всплеск от своего падения. Но он не воспринял это очень серьёзно. В конце концов, это была семья Дугу, а не семья Цзюнь. Кто знал, что там задумала семья Дугу?

Генерал Дугу не знал, сколько он выпил. Восемь мужчин из семьи Дугу были сбиты с толку в начале:

«Почему этот Цзюнь Мосе не напивается даже после того, как он так много выпил?»

Однако позже все забыли об этом. Они просто поднимали свои чаши и ревели:

- Ура!

Дугу Вуди в конце концов сузил свои большие глаза, вытащил свой огромный язык и обнял Цзюня Мосе. Затем, он пьяно икнул:

- Эм... ик... я действительно... ик… доверяю тебе это дело, старший брат... ик…

Болезненный цвет распространился по лицу Цзюнь Мосе. Он не знал, сможет ли он принять эту иерархию обращений…

Дугу Цзёнхэн дал пощёчину своему сыну и крикнул:

- Твоя мать! Это же твой зять!

Глава 472. Шутка... или подстава?

Семеро «героев легенд, смело несущихся вперёд» громко орали, стараясь перекричать друг друга, явно наклюкавшиеся. Чуть позже они хрипло затянули песни, изредка смахивая скупые мужские слёзы. Их пьяные глаза в конце концов начали слипаться, и семь братьев, наконец, попадали на землю. Сразу же они захрапели так, что вполне могли вызвать землетрясение баллов в пять.

Все так напились, что даже не могли услышать, что сказала горничная, когда она вошла.…

Даже молодой господин Цзюнь никуда не сбежал с места преступления. Он провёл всю ночь в доме семьи Дугу. У него не было другого выбора; он тоже был довольно пьян. Молодой господин вывел много вина из своего тела, используя Суань Ци. Но всё равно осталось, примерно с кувшин. Со временем оно начало действовать, и в результате он опьянел. Он пытался найти Танг Юаня, но безуспешно. Поэтому он просто пошёл обратно в дом и уснул.

Он услышал, как две горничные шептались снаружи, когда он проснулся:

- Эй, ты знаешь о «уважаемом госте», который пришёл вчера? Он так много выпил…

- Ах, я слышала об этом. Но, не в деталях…

- Я тебе всё расскажу. Но никому больше не говори…

- Клянусь, я никому больше не скажу…

- Я слышала, как толстяк вчера ушёл в уборную и долго там блевал. А потом он отправился знаешь, куда?

- Куда?

- Он прыгнул прямо в дыру уборной! Кажется, он хотел поймать там какую-то рыбу или что-то ещё... ах, боже правый! И это было после тех… «проливных дождей», которые он вылил туда... А потом сам булькнулся туда, прикинь. Как же это мерзко…

- Что, серьёзно? Прямо в эту дырку?

- Да, кошмар! Собралась куча людей, чтобы вытащить его. Запах был ужасным, и все вокруг заляпано… ну, ты поняла. Этот толстяк как следует туда нырнул. Его, блин, вдесятером вытащить не смогли, пришлось ещё звать! И все они покрылись этим... Буууэээээ!... Затем они потащили его к пруду и пять раз помыли. После этого его отнесли в гостевую комнату. Но в комнате всё равно стоит дикая вонь. Так что у них не было выбора, кроме как принести семь или восемь ведёр и вымыть его ещё дважды, чтобы хоть как-то отмыть…

- Э-э... этого молодого господина оставили там, и он всё ещё не проснулся?

- Он не проснулся! Более того, он продолжал кричать, что хочет поймать рыбу…

- Охренеть... надо ж так нажраться...

- Так это ещё не всё! Я слышала, что один из наших молодых господ сидел на корточках, когда туда вошел молодой господин Танг. Однако молодой господин Танг просто схватил хозяина и выгнал его. Думаю, это даже хорошо. Иначе, молодой господин Танг мог взять его с собой… на «рыбалку». Именно наш молодой господин и услышал, как господин Танг говорил о том, что хочет отправиться на рыбалку... и после этого прыгнул в дыру…

- Ха-ха-ха! Как по мне – так всё равно смешно.

- Ха-ха-ха! Я умру от смеха...»

Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что это было унизительно для его брата, и он не должен смеяться над этим. Но на этот раз Толстяк перестарался.

Две горничные были поражены, когда услышали смех молодого господина. Но они расслабились, когда увидели, как он выходит, смеясь, чтобы спросить о том, где находится Танг Юань. Важно знать, что правила в этой семье были очень строгими. На самом деле горничные даже не могли позволить гостям узнать, что они обсуждали здесь...

Толстяк спал, завернутый в одеяло, когда Цзюнь Мосе нашёл его. Вся комната воняла алкоголем.

Цзюнь Мосе не смог обнаружить никаких следов того, что произошло прошлой ночью.

Молодой господин Цзюнь счёл это очень забавным. Толстяк слишком напился. Затем он убежал в уборную, чтобы ловить там рыбу. Но сомнения внезапно поднялись в его душе, когда он увидел лежащего жирного Танга.

Танг Юань, возможно, не был самым уважаемым человеком. Он может быть тупым или разочаровывающим, но он не должен был терять голову до такой степени. Возможно, он слишком сильно напился. Но он не может быть настолько слабоумным, чтобы ловить рыбу в уборной. Более того, какая яма будет достаточно большой, чтобы вместить массивное тело Танг Юаня?

«Мог ли он упасть туда? И тем более, едва не утонуть?»

«Это же не б*я*ский бассейн!»

Цзюнь Мосе не знал, как были спроектированы уборные других семей. Тем не менее он знал ямы в уборных семьи Цзюнь. Было несколько ям для членов семьи. Несколько ям были зарезервированы для гостей. И была большая яма для охраны семьи. Яма для охранников была довольно огромной, а сортир над ней был сколочен кое-как. Тем не менее над другими ямами столь хорошие, добротные туалеты. Разумеется, там всё было спроектировано таким образом, что не было никаких шансов, что кто-то может случайно упасть туда. Кроме того, нужно было учитывать размер тела Танг Юаня. И молодой господин Цзюнь подсчитал, что толстяку пришлось бы приложить немало усилий, чтобы пробиться внутрь. Более того, он всё равно не смог бы поместить в дыру всё своё тело…

Поэтому вопрос был в том, как мог Танг Юань попасть внутрь?

И единственным объяснением было…

«Это было запланировано?»

Цзюнь Мосе мягко вошёл в поток Ци Танг Юаня и внимательно изучил всё его тело. Но он не видел ничего особенного. Поэтому он вышел из комнаты и лениво махнул охранникам:

- Отведите меня туда, где я пил прошлой ночью.

Охранник стоял перед будущим зятем семьи. Разумеется, он не осмеливался игнорировать. И он отвёл Цзюнь Мосе в то место, где они пили прошлой ночью. Беспорядок был убран давным-давно. Но слабый запах алкоголя всё ещё не рассеялся.

Цзюнь Мосе отправился туда, где Танг Юань сидел прошлой ночью. Однако особо жироусточивый стул уже убрали. Молодой господин спросил:

- Сколько туалетов поблизости?

Охранник секунду молчал в ступоре, а потом сказал:

- Здесь есть несколько. Остальные находятся дальше.

- Отведи меня туда. Я хочу увидеть их, – махнул рукой Цзюнь Мосе.

Охранник был крайне удивлён этим. Он подумал:

«Этот будущий зять очень странный! Раньше все посещали альпинарии и подобные места. Но это первый раз, когда кто-то посещает туалеты!»

Однако гость попросил. Более того, этот юноша был не кем иным, как будущим зятем семьи. Так что у него не было выбора, кроме как согласиться. Затем он отвёл туда молодого господина.

Сомнения продолжали возникать в сознании Цзюнь Мосе, когда он осмотрел три туалета подряд. Ничего подозрительного не было в тех туалетах. Однако всего три туалета было в этом районе. Итак, где был тот, который использовал Танг Юань?

- Здесь есть другие туалеты? – Цзюнь Мосе задумчиво спросил тихим голосом.

- Есть и другие. Но они немного далеко друг от друга. И этим местом пользуется множество людей. Так что там невыносимо грязно... – охранник почувствовал неописуемое прикосновение холода.

«Этот молодой господин Цзюнь очень странный. Обычный человек будет держать нос в таких местах. Но он идет туда так спокойно. На самом деле он даже не морщится!»

- Чёрт! Ладно, веди меня туда, – лицо Цзюнь Мосе оставалось спокойным, когда он вышел.

Охранник занервничал. Он понял, что что-то не так.

«Я боюсь, что этот будущий зять расследует дело Танг Юаня и уборных ям».

Итак, он привёл Цзюнь Мосе на место происшествия. Но он многозначительно посмотрел на несколько охранников по пути. Он велел им привести молодых господ и Лорда.

Цзюнь Мосе не обращал на это внимания:

«Пусть он распространяет новости. В конце концов, важно, чтобы об этом вопросе сообщили семье Дугу. Этот человек сэкономит моё время, делая это…»

Цзюнь Мосе убрал руки за спину, когда он прибыл в уборную, которая была местом инцидента предыдущей ночи. Затем он внимательно огляделся:

«Должно быть, это произошло здесь. Там глубокая яма после нескольких шагов. Однако есть небольшой выступ около сорока-пятидесяти сантиметров на краю дыры. Это должно быть, чтобы убедиться, что никто не упадёт пьяным внутрь. На самом деле это даже предотвратит падение детей внутрь».

«Я должен сказать, что семья Дугу проделала эффективную работу».

«Но... как Танг Юань попал внутрь?»

Рядом был пруд. Но он был слегка подморожен из-за зимы. Выражение лица Цзюнь Мосе продолжало становиться всё холоднее, когда он оглядывался вокруг. В конце концов он фыркнул и вышел. После этого он спросил:

- Я слышал, что один молодой господин пользовался этим туалетом прошлой ночью. Могу я спросить, кто этот человек?

- Да. Это племянник второй леди. Он был здесь, в семье Дугу, много дней...

- Позови его! Скажи ему, что молодой господин Цзюнь хочет у него что-то спросить! – охранник даже не закончил говорить, когда Цзюнь Мосе прервал его. Более того, голос молодого господина Цзюнь был холодным, и его слова, казалось, были полны убийственных намерений.

Генерал Дугу уже пришёл к уборной. Он, казалось, горел от тревоги. Его сопровождали три брата Дугу – Дугу Йинг, Дугу Сионг и Дугу Хао. Дугу Йинг заговорил, когда увидел Цзюнь Мосе, выходящего из туалета:

- Зачем ты смотришь на уборные так рано утром, зять? Ты ещё не нашёл места, чтобы присесть?

Однако Дугу Вуди заметил, что выражение лица Цзюнь Мосе было мрачным. И он понял, что что-то не так. Итак, он спросил:

- Что случилось, Мосе?

- Танг Юань напился вина прошлой ночью... хе-хе... ему не повезло. Он упал в эту яму. Вот что случилось... – Цзюнь Мосе протянул палец и указал на яму в туалете. Затем его взгляд стал холодным, когда он повернулся, чтобы посмотреть на отца и сыновей Дугу.

- Он упал в выгребную яму? – Дугу Вуди был простым человеком, но он не был дураком. Как он мог стать известным генералом, если бы был им? Его разум работал быстро, и он понял:

- Как он мог упасть в неё?

- Итак, генерал Дугу тоже задается вопросом? У меня тоже есть сомнения по этому поводу... В вашем доме много уборных. Так почему же он пошёл так далеко? Более того, это не его дом. Он был бы незнаком с этим местом. И он был пьян. Однако он пришёл сюда, чтобы прыгнуть в эту яму на расстоянии целого километра от банкетного зала... – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Не говорите мне, что толстяк был одержим призраком?

Лицо Дугу Вуди омрачилось. Танг Юань, возможно, выглядел не очень. Но он всё ещё оставался следующим подтвержденным наследником семьи Танг. Более того, Танг Юань больше не был таким, как раньше. Теперь он был главным управляющим Аристократического Зала, и он был известен как «Бог богатства» в городе Тяньсян. Можно сказать, что его социальный статус значительно улучшился. Кроме того, он был признанным братом молодого господина Цзюнь. Как это можно игнорировать? Им пришлось бы иметь дело с чрезвычайно серьёзными последствиями, если бы даже была небольшая ошибка в обращении с этой ситуацией.

Генерал Дугу обратился к своим трем старшим сыновьям:

- Кто может сказать мне, что здесь происходит?

- Это очень странно, папа... что происходит, когда кто-то напивается? Жирный Танг довольно толст. Он много выпил и упал в эту яму. Я не думаю, что нужно поднимать из этого шум, – углы рта Дугу Йинга искривились. Он хотел посмеяться. Ведь это дело было для него очень забавным.

- Ты, щенок! Хочешь посмеяться? У тебя мозгов нет? Или его уже плесень съела? – Дугу Вуди чуть не вырвало кровью от гнева:

«Это не стоит шума? Разве ты не видишь, что твой шурин почти готов к убийству? О и ещё громоздкое тело Танг Юаня. Думаешь, он пробежал бы километр, выпив столько?»

- Я слышал, что здесь есть ещё один молодой господин, – Цзюнь Мосе сузил глаза и улыбнулся. Тем не менее он неожиданно заговорил очень мягко. – И он почему-то сидел на корточках в этом туалете перед Танг Юанем. Я хотел бы увидеть этого человека.

Глава 473. Никто не имеет права оскорблять моего брата!

Выражение лица Дугу Вуди исказилось. Этот молодой господин был племянником его второй жены. И он был родом из семьи Хуан города Золотого Востока. Семья Хуан также считалась чем-то вроде семьи Суань. Но она всё ещё была намного ниже великих семей, таких как семьи Цзюнь и Дугу.

Этот молодой господин переоценил престиж семьи Хуан и приехал сюда со странной просьбой. Даже вторая леди не знала, как с ним обращаться. Поэтому она направилась прямо к Дугу Цзёнхэну и старушке Дугу за спиной Дугу Вуди. Однако оба отказали ему. Это было потому, что его семья была малоуважаемой. Более того, он сам был никчёмным человеком.

На самом деле Дугу Цзёнхэн сказал:

- Что? Этот маленький червяк пришёл к нам, чтобы жениться? С таким же успехом мы могли бы выдать её замуж за Цзюнь Мосе! В конце концов, по крайней мере, статус семьи Цзюнь высок!

Однако этот мальчик был очень наглым. И он использовал статус своей тёти в семье Дугу после того, как его отвергла старая пара. Он хотел дождаться возвращения Дугу Сяо И, поскольку он хотел спросить её мнение по этому вопросу. Ведь эти двое играли вместе в детстве. На самом деле они выросли как юные влюбленные. Но они не поддерживали никакой связи в течение многих лет. Но у них всё ещё оставалась связь детства как эмоциональная основа.

Затем он услышал, что семья Дугу однажды отвергла предложение Императорской семьи о браке. Таким образом, ему показалось, что семья Дугу искала хорошую семью для своей девочки, и им не очень важен статус семьи. Более того, он слышал, что молодая девушка влюбилась в Цзюнь Мосе — развратника и идиота. А вся семья Дугу была против этого. Таким образом, надежды этого мальчика окрепли…

Поэтому он беззастенчиво ждал возвращения Дугу Сяо И.

Вторая леди умоляла Дугу Вуди, когда дело дошло до этого. Но генерал Дугу не уделял много внимания, когда дело касалось этого подростка. В конце концов, семья Дугу была большой и могла заботиться о еде и жилье для многих людей.

Однако вопрос о браке Дугу Сяо И возник совсем недавно. Кроме того, можно сказать, что её бракосочетание с Цзюнь Мосе было решённым вопросом. Поэтому Дугу Вуди, естественно, начал находить присутствие племянника своей жены несколько раздражительным. Ведь было бы ужасно, если бы на этом этапе произошло что-то плохое...

Генерал планировал отправить этого мальчика обратно ещё несколько дней назад. Но он не ожидал, что Цзюнь Мосе клюнет на это имя в этот момент...

Это семья Дугу, а не Цзюнь. Но Цзюнь Мосе всё равно произнёс эти слова. Это означало, что он был крайне уверен в этом вопросе. Более того, казалось, что у него были средства, чтобы определить, что это сделал какой-то другой молодой господин…

Репутация семьи Дугу растаяла бы, как парафин, если бы это оказалось правдой. В конце концов, эта женщина из семьи Хуан была второй женой Дугу Вуди. Она тоже не была обычной наложницей — она пришла сюда после проведения настоящей свадьбы. Она, конечно, не была его первой женой, но она всё равно считалась его женой. Тем не менее нынешнее выражение Цзюнь Мосе выглядело так, как будто его не волнует репутация семьи Дугу, если это окажется правдой. На самом деле, казалось, что он не успокоится, даже если вся семья встанет перед ним на колени.

«Когда этот юноша Цзюнь Мосе проявлял заботу о человеческой жизни?»

- Этот маленький ублюдок! Он создал такую большую беду! – Дугу Вуди говорил эти слова в негодовании. Он был крайне раздражён:

«Почему я не отправил его назад раньше? Я не должен был слушать болтовню этой женщины! Чёрт побери! Разве это не пи**ец? И эта женщина навлекла это на нас. Её любовь к племяннику привела нас к вратам Ада!»

«Ты можешь спровоцировать это отродье, Цзюнь Мосе? Он убьёт всех в вашей семье, просто увидев этого урода! На самом деле ваша незначительная семья Хуан не должна провоцировать даже Танг Юаня! И даже не имеет значения, является ли он членом семьи из Тянсян! В конце концов он просто навлек беду на ваши головы!»

«Ты осмелился!»

Все присутствующие были смущены... Однако дело трёх братьев Дугу было несколько иным, поскольку они бездумно скрестили руки на груди и ждали, чтобы смотреть эту драму с равнодушными выражениями. Дугу Вуди тихо поманил охранника. Затем он приказал ему найти старика Дугу и попросить его прийти. В конце концов, Дугу Вуди знал, что он не сможет остановить своего «достойного зятя», если Цзюнь Мосе слетит с катушек.

Этот молодой господин, наконец, был приведён под пристальным взглядом каждого. Он искренне улыбался, когда пришёл. Но на его лице отразилось замешательство, когда он увидел, что все стоят перед уборной. Однако он очень быстро восстановил свой первоначальный легкомысленный облик.

Глаза Цзюнь Мосе слегка сдвинулись, когда он посмотрел на молодого господина «не-Дугу». Глаза молодого господина Цзюнь были похожи на бинокль, и он мог легко видеть выражение лица этого человека, даже когда он был на расстоянии более десяти метров. На самом деле Цзюнь Мосе мог видеть каждое микровыражение его лица очень чётко.

Разумеется, он увидел вспышку тревоги на его лице и панику в его глазах! Кроме того, молодой господин Цзюнь также видел, как раскрытые ладони этого мальчика сжались в кулаки, когда он осторожно шёл к ним. Кроме того, подёргивание мышц его шеи выдало, насколько он стал подозрительным, когда он увидел всех собравшихся у этого туалета.

«Верно, это сделал этот юноша!»

«Достаточно доказательств».

- Дядя, ты меня искал? – этот малолетний урод подошёл близко. Он почтительно и осторожно подошел к Дугу Вуди. Его фигура была стройной и прямой. На первый взгляд он выглядел элегантно и красиво. Но его глаза опустились, и выражение его лица было злым. Более того, его губы были сжатыми и тонкими, а лицо приняло такое невинное выражение, что всё стало понятно.

- Не я искал тебя – это молодой господин Цзюнь, – Дугу Вуди спокойно повернулся лицом к Цзюнь Мосе. – Ты честно ответишь на все его вопросы. Это понятно?

- Молодой господин Цзюнь? Молодой господин Цзюнь Мосе? – молодой господин быстро посмотрел на Цзюнь Мосе и кивнул. Затем он улыбнулся и сказал. – Моя фамилия – Хуан. Я – Хуан Шу Лю из семьи Хуан города Золотого Востока, – в его глазах промелькнуло изумление. В конце концов развратник с такой отвратительной репутацией во всем Тянсяне оказался очень хорошим мальчиком.

«Хуан Шу Лю? Это имя означает «человек, который выглядит извращенцем»! Тебе это хорошо подходит», – Цзюнь Мосе кивнул, прежде чем повернулся.

– Я слышал, что ты видел, как молодой господин Танг пошёл в уборную прошлой ночью. Или, кажется, он вытолкнул тебя оттуда прошлой ночью...?

Хуан Шу Лю был ошеломлён, услышав эти слова. Он сказал:

- Да, это несчастье произошло прошлой ночью. Я всё ещё не отошёл от того испуга. Но, что молодой господин Цзюнь хочет сказать?

- Я ничего не хочу сказать. Я хочу спросить, где ты видел молодого господина Танга прошлой ночью? На тропинке или внутри уборной? – Цзюнь Мосе мягко улыбнулся и спросил.

Тем не менее Цзюнь Мосе чувствовал себя очень нетерпеливо. На самом деле он мог сразу же использовать свою технику гипноза, чтобы заглянуть в этого подростка, если бы не уважение к присутствовавшему Дугу Вуди. В конце концов, он был на уровне Серебряного Суань.

Однако они находились в резиденции семьи Дугу. И Дугу Вуди был на его стороне в данный момент. Более того, Цзюнь Мосе искренне хотел сохранить репутацию семьи Дугу в этом вопросе.

- Это было здесь, в уборной... хе-хе... мне нравится оставаться чистым. Вчера у меня были проблемы с желудком. Но я не пошёл в туалет гостевой комнаты из-за страха, что звук моего… эмм… кишечника будет беспокоить почётных гостей. Итак, я пришёл сюда... хе-хе... так как мне было стыдно, что кто-то услышит меня, – глаза Хуана Шу Лю не меняли выражения, он оставался улыбающимся.

- Разве это так? Но я должен попросить тебя принять к сведению, молодой господин Хуан. Я только спросил тебя, где ты видел Танга Юаня. Я не спрашивал тебя, почему ты так далеко пошёл, – Цзюнь Мосе посмотрел на него холодным взглядом и решил надавить на него. – Пожалуйста, ответь на мой вопрос!

- Я пришёл сюда и присел на корточки, когда он внезапно ворвался. Затем он схватил меня за шиворот и вышвырнул отсюда. Я так испугался...

Хуан Шу Лю рассмеялся:

- Я уверен, что каждый может понять, в какой плохой ситуации я оказался. В конце концов, я едва успел стянуть штаны, когда меня внезапно схватили и выбросили. Это так напугало меня, что я чуть не сделал… эммм… то, что хотел, прямо на штаны... Хе-хе...

- После? – спросил Цзюнь Мосе ровным голосом.

- Я повернулся и увидел, что это молодой господин Танг. Поэтому я сначала попросил прощения. Я сказал: «пожалуйста, подождите минутку, молодой господин Танг. Дайте мне натянуть штаны, хе-хе...» Тем не менее молодой господин Танг был очень пьян, и он не мог понять меня. Затем он вышвырнул меня. И я упал на задницу, когда он меня вышвырнул. На заднице, кстати, до сих пор ссадины. Я ведь не успел задрать штаны к этому времени. После этого мой живот снова скрутило... и я почти опозорился…

- Была полночь, когда Танг Юань пришёл сюда. В небе не было ни звезд, ни луны. Должно быть, видимость была очень низкой. Более того, ты пришёл в уборную и был застигнут врасплох его действиями. Должно быть, тебе было ещё труднее его увидеть. И это особенно верно, раз уж ты сидел на корточках. В конце концов, твоя голова, должно быть, была наклонена вниз. Как же ты смог увидеть, что это был Танг Юань? Ты вообще знаешь Танг Юаня лично? Кроме того, кажется, что твоя сила Суань находится на уровне Серебряного Суань. Танг Юань огромный, но его сила довольно мала. Как такое возможно, что он смог так легко тебя вышвырнуть? – Цзюнь Мосе проигнорировал его и продолжал говорить мрачно.

- Очевидно. Но я видел молодого господина Танга, когда он пришёл... Как же я мог осмелиться сопротивляться ему? – Хуан Шу Лю отвернулся и поспешно ответил.

- Но семья Дугу пригласила меня только вчера вечером. Только Цзюнь Мосе! Тебе не показалось странным, когда ты увидел Танг Юаня?

Цзюнь Мосе посмотрел на него с жалостью:

- Хуан Шу Лю, это твой последний шанс! Тебе всё равно будет трудно избежать смерти, даже если ты спрячешься за брюками своего дяди, если я узнаю или найду хоть что-то странное! Так что подумай ещё раз...

Молодой господин Цзюнь прекратил давление, когда задал этот вопрос. В результате Хуан Шу Лю почувствовал небольшое облегчение. Однако через мгновение он вдруг почувствовал, как на него давит аура. И эта аура была в сто раз сильнее той, которую он чувствовал раньше. На самом деле молодой господин Хуан почувствовал себя очень маленьким и незначительным…

- Я... действительно видел его там! Я говорю тебе правду! – Хуан Шу Лю почувствовал, что его голова лопнет от этого давления Цзюнь Мосе. Теперь он был весь в холодном поту. Он хотел дать объяснения в свою защиту. Но как могла его простая сила Серебряного Суань сравниться с силой Цзюнь Мосе? Он был спокоен минуту назад. Но внушительная аура Цзюнь Мосе уже вовлекла его разум в хаос. Следовательно, он запаниковал и не мог придумать, что сказать. – Я могу поклясться своей душой, и я уверен, что дядя и другие также могут свидетельствовать за меня... более того, как бы я мог столкнуть его в эту яму?

Трое братьев Дугу вздохнули, когда услышали. Даже они нашли эти слова подозрительными.

В конце концов, Цзюнь Мосе никогда не спрашивал, как Танг Юань упал в яму. Но тот человек ответил:

- Как я мог столкнуть его в яму?

Разве это не признание?

- Что теперь? – Цзюнь Мосе посмотрел на Дугу Вуди. Дугу Вуди вздохнул и закрыл глаза. Затем он заговорил через долгое время.

– Цзюнь Мосе, он всё-таки мой племянник. Ты можешь хотя бы оставить некоторую честь ради меня…

- Но он оскорбил моего брата! – Цзюнь Мосе холодно прервал своего будущего тестя. – И никто в этом мире не может оскорблять моего брата!

Глава 474. Отвратительный заговор

Цзюнь Мосе стоял прямо, на его лице была видна неприкрытая насмешка, когда он обратился к Дугу Вуди:

- Не говорите мне, что я должен сделать это ради репутации семьи Дугу! На самом деле я даже не буду этого делать, даже если это была бы просьба Императора! Теперь я не спасу чье-то лицо прямо сейчас. На самом деле я не могу этого сделать!

Губы Дугу Вуди скривились. Он чувствовал себя очень истощённым:

- Ты не можешь этого сделать? Не можешь... ну хотя бы молодой господин Танг может сделать это?

- Я прошу вас не говорить об этом. Вы и мой третий дядя – друзья на всю жизнь. Поэтому я и спрашиваю вас, что бы вы сделали, если бы вы вышли с моим третьим дядей в гости и его кто-то столкнул в навозную яму? – холодно спросил Цзюнь Мосе.

- Б*ядь! Да кто посмеет это сделать?! Я уничтожу всю его семью! – Дугу Вуди взбесился. – Кто посмеет связываться с моим третьим младшим братом?

- И вы всё ещё просите меня отступить в этом случае? – Цзюнь посмотрел на него в недоумении. Его лицо было холодным, но он был в восторге:

«Генерал Дугу всегда был отличным другом!»

Дугу Вуди остался привязанным языком. На самом деле он даже не мог сказать ни слова.

«Честно говоря... я бы тоже чувствовал то же самое, если бы был на его месте!»

Цзюнь Мосе повернул свой острый взгляд в сторону Хуана Шу Лю:

- Кроме того, у него должна была быть причина, раз уж он это сделал. Не говори мне, что ты не знаешь, о чём мы?

- Нет. Я этого не делал! Почему вы говорите, что я это сделал? Танг Юань упал в яму из-за собственной неосторожности! Как это связано со мной? Почему вы выдвигаете против меня эти обвинения? – Хуан Шу Лю внезапно вскочил. В конце концов, он знал, что его семья Хуан не должна была провоцировать семью Дугу или семью Цзюнь... или даже семью Танг.

Это означало, что ему конец, если эти обвинения подтвердятся. На самом деле вся его семья может столкнуться с угрозой уничтожения.

Цзюнь Мосе протянул руку и прижал её к голове Хуана Шу Лю. Движения Цзюнь Мосе были неповоротливыми и медленными. И Хуан Шу Лю ясно видел, как рука Цзюнь Мосе приближается, но он не мог увернуться, даже если бы захотел…

Он почувствовал прикосновение правой руки Цзюнь Мосе к своей голове. Потом он почувствовал обилие мощной энергии, перед которой трудно устоять, просачивающейся в его тело. Буквально за секунду эта энергия взяла под контроль каждую часть его тела. На самом деле он даже не смог бы закрыть глаза, если бы захотел. Затем он услышал эхо голоса Цзюнь Мосе в ушах:

- Открой глаза и посмотри на меня!

Хуан Шу Лю открыл глаза и не увидел ничего вокруг, кроме пары глаз прямо перед собой. Затем его глаза прищурились и стали сонными. Он вдруг почувствовал дикую сонливость. И всё стало казаться ему сном. Хуан Шу Лю сделал всё возможное, чтобы бороться со сном, но не сумел ничего сделать...

Самое яркое звёздное небо... самые яркие звёзды неба…

Он чувствовал, что взлетел высоко-высоко, прямо в звёздное небо, и звёздная пыль щекочет ему ноздри...

Затем он услышал исключительно мягкий и дружелюбный голос. Тем не менее голос казался довольно неясным и отдалённым. На самом деле он напоминал очень тёплую колыбельную. Это заставило его расслабиться. На самом деле это заставило его ослабить бдительность. Этот голос в его ушах заставил его чувствовать себя в безопасности так же, когда он ложился на колени матери во времена его детства.

Выражение лица Хуана Шу Лю изменилось от недоверчивого до чрезвычайно любезного. Он также был полон тоски... и чрезвычайного облегчения сразу.

- Как тебя зовут? – голос был по-прежнему нежным. Он напоминал весенний ветерок, который ласкал ветви ивы. Это было похоже на шёпот матери... или утешение любимой.

- Хуан Шу Лю... – на лице Хуана Шу Лю появилась приятная, облегчённая и нежная улыбка.

....

- Что ты делал прошлой ночью? – мягко спросил Цзюнь Мосе. Некоторые из людей семьи Дугу стояли рядом с ним. И все они выглядели крайне удивлёнными.

«Есть такой ужасный метод? Он позволяет контролировать ум человека? Под действием этой техники человек с восторгом раскроет свои глубочайшие тайны!»

«Это невероятно!»

- Прошлой ночью... прошлой ночью... – мягкое выражение лица Хуана Шу Лю внезапно стало несколько зловещим и болезненным. – Я был в резиденции семьи Дугу прошлой ночью... И я слышал, что они принимали у себя своего будущего зятя. Чёрт бы его побрал...

- О? А какое это имеет отношение к тебе? И что ты с ним сделал?

Выражение лица Хуана Шу Лю становилось всё более болезненным и обиженным:

- Я должен был быть будущим зятем семьи Дугу. Я жаждал Дугу Сяо И в течение шести долгих лет! Она повзрослела. Но её зрение не созрело, чтобы увидеть правду о людях. Поэтому она повелась на обаяние этого несравненно ужасного и отвратительного развратника и идиота. Но как я могу признать поражение перед ним?! Кроме того, наша семья Хуан не очень сильна! Над нами все издеваются с давних пор! На самом деле она уже была бы уничтожена, если бы не наш статус родственника семьи Дугу. Но моя семья Хуан сможет жить без каких-либо забот, если между мной и Дугу Сяо И возникнет любовь! В конце концов, мы не можем стать ближе к семье Дугу только из-за моей тёти. Но было бы иначе, если бы я стал мужем Дугу Сяо И... на самом деле это можно считать даже не одним шагом, а целым десятком! – он даже усмехнулся с гордостью.

Все затихли:

«Он жаждал её в течение шести лет?! Ей сейчас всего шестнадцать с половиной лет! Это означает, что он хотел Сяо И с тех пор, как ей было десять лет…»

«Как-то мерзко!»

- Я слышал, что семья Дугу отвергла предложение Императорской семьи. Поэтому я поспешил к её родителям. Во всяком случае, семья Дугу, похоже, не очень довольна наследником семьи Цзюнь. Тем не менее я — Хуан Шу Лю – тоже считаюсь самым ярким талантом моего поколения. И наши семьи – уже родственники. Так что всё может получиться хорошо, если моя тётя сумеет уговорить родителей Сяо И. Но я не ожидал, что они так просто откажут. Более того, они даже принимали передо мной своего будущего зятя!

Все заржали один за другим, когда поняли, о чём идёт речь. Дугу Цзёнхэн, разумеется, тоже знал о сложившейся ситуации. Но теперь он понял куда больше. Его лицо стало фиолетовым от гнева, когда он услышал, что мальчик говорит эти слова. Он рванулся вперёд, чтобы ударить его.

Цзюнь Мосе лишь слегка покачал головой и махнул рукой, чтобы указать старику не действовать опрометчиво и не тревожить его технику.

- О... принимал будущего зятя... и что же ты сделал? – голос Цзюнь Мосе становился всё более мягким.

- Что я сделал? А что я мог сделать? Я не мог этого вынести! Я слышал, как они пили и громко орали. Они издавали столько шума, что я даже не мог уснуть. Поэтому я спокойно пошёл посмотреть, как выглядит этот легендарный новый зять семьи Дугу. Как раз в тот момент огромный, чрезвычайно толстый человек вышел оттуда. Он схватил меня и велел отвести в туалет. Что это за толстяк, раз принял меня за прислугу? Он выпил так много, что даже не мог открыть глаза, чтобы увидеть мою элегантность?! Он был слеп, как летучая мышь!

Я спросил его, кто он такой. И этот толстяк ответил:

- Цзюнь... Цзюнь… - и это ещё больше разозлило меня. Мне показалось, что он – будущий зять семьи Дугу. Я знал, что семья Дугу ищет хорошего зятя. Но он был чрезвычайно жирным... уродом! По сравнению со мной... Он ни в коей мере не мог сравниться со мной! Чёрт побери! Кто мог вынести такую невыносимую вещь?!

- Итак, ты…

- Я отвел его в уборную и собрался уйти. Однако я вдруг подумал, что он может захлебнуться и умереть, если я столкну его в эту яму. Ну, или, по крайней мере, это стало бы огромной шуткой, даже если бы не задохнулся или не умер. И как семья Дугу после этого могла сделать его своим зятем, если бы это произошло? Разве моя ценность не возросла бы? Хе-хе... – он злобно хихикнул.

Все вздохнули.

- Поэтому, я проверил вокруг – есть ли кто рядом. Затем я помог этому ненавистному толстяку, держа его руку, довёл его до этой далёкой уборной. Она очень далеко, и этот толстяк был слишком тяжелым и громоздким. На самом деле я чуть не умер, пока притащил его сюда. Кроме того, этот жирный нажрался, как свинья, и его дико рвало. Он даже поблагодарил меня после того, как меня вырвало! Наконец-то я довёл его и закинул внутрь. Жаль, что он не умер…

Это должно было пройти тихо, чтобы никто не узнал. Но парочка охранников подошли к уборной в это неудачное время. Мне было слишком поздно прятаться. Поэтому я крикнул им, чтобы они пришли и помогли... я сказал им, что молодой господин упал в уборную…

На его лице появилось раздражение, когда он сказал:

- Я только тогда понял, что этот толстяк – не Цзюнь Мосе. Только когда они пришли. Я понял, что на этот раз совершил огромную ошибку! В конце концов, этот толстяк не был Цзюнь Мосе. Но он тоже не из маленькой семьи! Фактически он был наследником министра доходов! Так что я не мог никому сказать, что это я сделал! В конце концов, вся моя семья Хуан будет уничтожена к чёртовой бабушке, если кто-то узнает! Я потратил столько усилий... но только чтобы спровоцировать такие большие неприятности!

После этих слов Цзюнь Мосе так сильно ударил этого юношу, что тот сразу потерял сознание. Затем молодой господин Цзюнь встал и рассмеялся:

- В семье Дугу действительно много скрытых талантов! На самом деле здесь даже есть такой молодой и перспективный убийца! Мы, два брата, пили в вашем доме, но мы не ожидали, что нам здесь не рады, раз уж сами позвали! Я не знаю, можно ли считать это преднамеренным планом убийства? Это... действительно невообразимо…

Глава 475.1. Братья! (часть 1)

Мужчины всех трёх поколений семьи Дугу вспыхнули от гнева.

Им было стыдно за то, что такое произошло в семье Дугу. Голос Цзюнь Мосе был тихим, но они почувствовали, будто это горячий нож, вонзающийся в их внутренности.

Тон молодого господина был довольно обычным, но его слова были острыми, как нож. Более того, они были полны правды. На самом деле не было никакого преувеличения.

Это, несомненно, было для них крайне унизительным делом. В конце концов, это невообразимое событие произошло в семье Дугу, и это, безусловно, разрушит их репутацию. Один из их родственников толкнул гостя в уборную в их собственном доме! И тот факт, что это можно назвать «преднамеренной попыткой убийства», не делал лучше…

Более того, этот гость был внуком Лорда семьи Танг, Танга Ван Ли. И он был сыном министра доходов! Он был будущим наследником семьи Танг и «Богом богатства» города Тянсян!

Семья Дугу была бы высмеяна на всем континенте Суань Суань, если бы новости об этом распространились. Кто осмелится прийти и выпить в доме Дугу в будущем?

- Охрана! Сюда! Возьмите это отродье, казните и скормите собакам его рубленое мясо! – Дугу Цзёнхэн взревел в ярости. – Отправьте письмо семье Хуан. Напишите им, чтобы они объяснились передо мной лично! Я пошлю армию, если мне хоть что-то не понравится! Скажите им, что мои бронированные лошади вытопчут к чертям весь город Золотого Востока! Ни один член семьи Хуан не останется в живых! Давайте посмотрим, кто осмелится сыграть в игру в моём доме снова!

Старик Дугу был крайне зол. Он даже подпрыгивал на месте и ревел, как раненый в пятую точку бизон.

Дугу Вуди тоже был полон негодования. Его лицо дрожало, а вены на шее пульсировали так, что это наводило ужас. Он не мог сдержать свой гнев. Ведь его дочь наконец-то нашла идеального мужа. На самом деле, Цзюнь Мосе оказался просто самородком среди мужчин в тот момент времени. Дугу Вуди, конечно, не хотел признавать этого, но он понял это в своём сердце.

«Не нужно упоминать, что моя дочь появилась перед воротами города с таким большим животом! Итак, кто, кроме Цзюнь Мосе, осмелится жениться на ней? Весь этот вопрос был решён после многих трудностей. Я пил вместе со своим «зятем» прошлой ночью и всё было отлично. Более того, Цзюнь Мосе даже пообещал вылечить травму моего отца! Это можно рассматривать как два счастливейших события для моей семьи Дугу! Это был самый счастливый день для всей моей семьи!»

«Тем не менее этот племянник, чтобы его собаки драли, захотел столкнуть моего зятя в уборную в такой критический момент?!» – Дугу Вуди вытер холодный пот. – «Повезло, что он совершил ошибку и столкнул вместо этого Танг Юаня. Предположим, а что если бы он действительно столкнул Цзюнь Мосе…»

Дугу Вуди только попробовал представить себе, что бы случилось в этом случае:

«Только в одном я мог бы быть уверен в этом случае... моя маленькая девочка не получила бы в его семье вообще никакого статуса, жила бы хуже, чем собака, и в конце концов сошла бы с ума! Все надежды на исцеление травмы моего старика остались бы мечтами на протяжении десятилетий! Более того, Цзюнь Чжан Тиан послал бы огромную армию, чтобы прикончить нас! В конце концов, разве темперамент этого старика позволил бы ему спокойно жить, если бы его внук так опозорился бы?»

В конце концов, приемлемо, если кто-то умирает. Тем не менее никто не может терпеть, когда их род оскорбляют…

Две семьи стали бы непримиримыми врагами, и ситуация переросла бы в очень… эмм… неприятную…

Отец и сын орали благим матом, во дворе творился полный хаос. Через пару минут к ним присоединились женщины семьи во главе с бессменной старушкой:

- Какого хрена вы тут орёте ни свет ни заря? С ума посходили, охламоны? – старушка Дугу, как всегда, была просто образцом вежливости.

- Я не только сойду с ума сегодня — я ещё и собираюсь прикончить пару человек! – Дугу Цзёнхэн не спасовал и не заткнулся перед угрозами жены, как обычно. – Что насчет этого?

Старушка смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она впала в ступор на пару секунд, и после этого Цзёнхэна можно было бы хоронить, но из-за спины старушки выбежала молодая и симпатичная женщина, одетая в роскошные одежды. На её лице была паника:

- Лю... дитя моё... что случилось? Почему ты лежишь на земле?

Она кричала и тормошила его, но он оставался бессознательным. Поэтому она просто закричала в тревоге:

- Что здесь случилось?!

- Что случилось? Спроси своего племянника! Ваша семья Хуан, видимо, очень хорошо относится к образованию своей молодёжи! Я никогда не ожидал, что у твоей семьи хватит мозгов для столь дикой интриги! Это хорошая интрига... очень хорошая, я бы сказал! – Дугу Вуди рявкнул так, что стёкла в доме задрожали. Его лицо было холодным.

Цзюнь Мосе понял, что этот дом становится очень шумным, а эти дела быстро перешли на личные проблемы семьи. Разумеется, ему не было до них никакого дела. Более того, он всё ещё оставался чужим человеком для них. Поэтому он решил уйти подальше от этих орущих как по делу, так и нет людей. Однако он сделал только два шага, когда внезапно остановился и развернулся. Затем он указал на Хуана Шу Лю:

- Этот человек является родственником семьи Дугу. Так что я ничего не буду делать с ним. Но он должен умереть! И здесь даже места быть не может для компромисса. Я, Цзюнь Мосе, готов сам объяснить ситуацию семье Хуан, если у них будут хоть какие-то возражения по поводу этого решения. На самом деле я могу дать им объяснение в любое время и в любом месте!

Он не должен был даже пальцем тронуть моего брата! Мне всё равно, что он сделал раньше! Меня также не волнует, насколько честным или хорошим он был в прошлом! Он не может избежать смерти из-за того, что всю жизнь жил как праведник! Кто посмеет унижать моего брата? Никто! Кроме того, я не знаю, как толстяк решит отомстить ему! Не могу даже догадаться, что он решит предпринять против семьи Хуан. Но знайте, я окажу ему свою безоговорочную поддержку!

Его голос был впечатляющим, холодным и мрачным. Его голос звучал как голос Верховного правителя, который объявил приговор о казни.

Никто не видел, как невидимая ниточка энергии спокойно и медленно текла из его указательного пальца прямо в середину лба Хуан Шу Лю. Эта энергия эффективно гарантировала, что этот мальчик не увидит ещё одно утро, даже если семья Дугу решит каким-то образом обмануть его.

Никакой пощады.

«Я не оставлю своему врагу ни малейшей надежды вновь встать на ноги!»

«А враг моего брата – мой враг!»

После этого монолога Цзюнь Мосе развернулся и спокойно пошёл вперёд, уходя с территории семьи Дугу. Кто бы ни стоял на его пути, все со страхом уступали ему дорогу.

«Стой!»

Лицо второй леди было холодным, когда она встала:

- Молодой господин Цзюнь, вы будущий муж Сяо И. Значит, вы больше не посторонний для нашей семьи. Могу я спросить, какое преступление мой племянник совершил против вас, что мы должны предать его смерти? Разве я не должна получить объяснения?

Цзюнь Мосе даже не повернулся назад, ответив через плечо:

- Какое преступление он совершил против меня? Пожалуйста, спросите генерала Дугу. Тем не менее я могу с радостью сказать вам, что семья Хуан была бы уничтожена ещё до заката, если бы не их отношения с семьей Дугу! Ни одного чёртового цыплёнка не осталось бы! – он заложил руки за спину и мрачно заключил. – Так что вы должны радоваться, что будет всего одна смерть!

После этого Цзюнь Мосе просто ушёл, не оборачиваясь и не обращая внимания ни на что более:

«Не имеет значения, кто ты такой. Ты никогда не должен связываться с моим братом! А уж если решил связаться с ним – ты заплатишь за это!»

«И невообразимо много заплатишь!»

Вторая дама собиралась сказать что-то ещё, когда генерал Дугу просто подошёл к ней и дал такую пощёчину, что та едва на ногах устояла. Затем он проклял:

- Ты ещё смеешь ворчать, ведьма?! Репутация семьи Дугу была разрушена из-за такой ведьмы, как ты! Давай даже не будем говорить о причине, по которой ты вышла замуж за меня в то время! Это ведь было не по дикой любви, так ведь?

Вторая леди тоже была отнюдь не глупым человеком. Она сделала вывод обо всей ситуации после того, как посмотрела на место происшествия. И пощёчина генерала Дугу полностью прекратила её попытки к сопротивлению…

- Молодой господин Цзюнь Мосе! Умоляю вас! Пожалуйста, простите моего племянника! – женщина не выдержала, расплакалась и закричала. Тем не менее она не могла придумать никаких причин, чтобы оправдать свою просьбу о снисхождении. Какие у неё права против такого влиятельного человека, как Цзюнь Мосе? Вторая леди задумалась, прежде чем, наконец, вспомнила семейную легенду. Затем она крикнула:

- Молодой господин Цзюнь... молодой господин Цзюнь! У моей семьи Хуан есть предок в Бескрайнем Океане Крови…

- Бескрайний Океан Крови? – Цзюнь Мосе остановился на секунду. Затем он медленно произнёс. – Ничего нельзя сделать, если кто-то решил навредить моему брату. На самом деле не имеет значения, даже если его отец – это Император Небес!

После этих слов он ушёл.

Глава 475.2. Братья! (часть 2)

- Ты ещё не вспомнила дорогу к своей комнате, ведьма?! Ты потеряла уважение и всякое право стоять здесь! Иди в свою комнату, заткнись и обдумай свои ошибки! Проваливай! – Дугу Вуди закричал, как бешеный тюлень. Но он всё ещё любил свою жену. Поэтому он очень сильно доверял ей. Поэтому он и упустил из виду, когда она, обойдя его, пошла прямо к его родителям в последний раз, чтобы просить за своего племянника. Но одно дело – это попросить за своего племянника перед его родителями, а другое – притащить в семью такого вот подонка, который едва не устроил жуткую катастрофу!

Лицо Дугу Цзёнхэна тоже помрачнело. Он вдруг взревел на своего сына:

- Ты, сопляк! Ты тоже ублюдок! Ты даже не можешь позаботиться о своей женщине! Она всё ещё плачет, а ты орёшь на неё вместо того, чтобы успокоить! Дугу Хао! Быстро отведи свою мать в её комнату! Ты всё ещё здесь, ублюдок? Вуди, мать твою, к тебе обращаюсь! Почему бы тебе не пойти отсюда нах… то есть проверить Танг Юаня? – старик топнул ногой после того, как произнёс эти слова.

Дугу Вуди мгновенно пришёл в себя. В конце концов, ключом к этому делу был не Цзюнь Мосе... или семья Дугу! Ключом к произошедшему был Танг Юань!

Первым приоритетом Цзюнь Мосе в этом деле была репутация Танг Юаня. Семья Дугу будет второй, после этого. В конце концов, они были будущими родственниками мужа. Таким образом, семья сможет придержать его дела в секрете, пока они не смогут сесть и решить их, чуть позже.

Тем не менее Танг Юань был ключом. Семье Дугу очень повезло бы, если бы это дело прошло без огласки. Они должны были убедиться, что этот вопрос не станет достоянием общественности! В конце концов, последствия были бы ужасными, если бы это дело дошло до ушей старика Танга! Поэтому Дугу Вуди беспрекословно подчинился и поспешно бросился за Цзюнь Мосе, чтобы догнать его.

Хоть что-то заставило этот дуэт отца и сына работать сообща…

Известие о том, что Цзюнь Мосе убил Конга Лин Яна и Мэй Гао Цзе, дошло до них некоторое время назад. И старик Дугу Цзёнхэн сказал:

- Этот Цзюнь Мосе порочен и беспощаден. Он может убивать без раздумий, когда решит что-то сделать. Ни один мужчина не должен связываться с ним... или с его женщиной... или с его семьей!

Было ясно, что семья и женщина Цзюнь Мосе были его слабыми местами. Но нужно быть полным идиотом, если ты осмелишься стоять и палкой тыкать в слабое место дракона!

Однако они поняли другое после того, как стали свидетелями сегодняшнего события. Никто не должен связываться и с его братом, кроме его семьи и женщины; особенно брата, которого он признал!

В конце концов, он создал такой дикий шум и едва не разругался со своими будущими родственниками ради своего брата, хотя он пил с ними вино прошлой ночью.

На самом деле, казалось, что он не оставит от репутации семьи Дугу камня на камне.

Однако было жаль, что этот дуэт отца и сына пренебрёг другим аспектом. И это был очень важный аспект. Возможно, эти двое сильно переоценили влияние своей семьи. Молодой господин Цзюнь согласился больше не заниматься этим вопросом. Но согласится ли толстяк сделать то же самое?

Деньги могут поработить демонов; они также могли действовать как Бог. На самом деле деньги были всемогущи во многих случаях!

Жирный Танг был новым Богом богатства в городе Тянсян. И как этот аспект можно воспринимать легкомысленно?

Старик Дугу посмотрел на шестерых своих внуков, которые остались на месте происшествия. Затем он вздохнул полной грудью и заговорил тихим голосом:

- Я вложил большую часть своего сердца в этот вопрос относительно Сяо И. Этот старик будет очень рад, если Цзюнь Мосе когда-нибудь признает, что вы, дети, его братья…

Голос Дугу Цзёнхэна был очень тихим, когда он произнёс эти слова. И шестеро братьев, разумеется, не смогли услышать его должным образом. Поэтому они навострили уши и посмотрели в его сторону, одновременно переспросив:

- Что? Дедушка, что ты сказал?

- Ничего. Просто порубите этот кусок дерьма на куски и скормите его собакам. Я чувствую раздражение, когда просто смотрю на него, – Дугу Цзёнхэн почувствовал, что его интерес несколько ослабевает. Он даже не мог разозлиться после того, как стал свидетелем хаоса, который устроил Цзюнь Мосе…

«Вот каким должен быть настоящий мужчина!»

«Он даже не побоится гнева небес ради своего брата. Это настоящий мужчина! Настоящий и верный человек!»

Дугу Цзёнхэн вспомнил, что сказал Цзюнь Мосе в последний раз:

- Ничего нельзя сделать, если кто-то решил навредить моему брату. На самом деле не имеет значения, даже если его отец – это Император Небес!»

«Он высокомерный мальчишка! Но этого большого ребёнка ждёт великое будущее!»

«Как я мог принять его за развратника и идиота в прошлом?» – старик покачал головой. – «Неужели я сошёл с ума?»

- Дедушка... нам… эмм… убить его по-настоящему? – Дугу Цзие поднял голову и горько спросил. Он был самым близким Дугу Хао, и он был также сравнительно хорошо знаком со своим двоюродным братом. Следовательно, он не смог бы заставить себя сделать это.

- Убейте его! И сделайте это быстро! – глаза Дугу Цзёнхэна стали свирепыми. Он говорил абсолютно серьёзно. – Это прямой приказ!

Шестеро братьев одновременно выпрямились. Они стояли прямо, как солдаты на плацу:

- Мы проследим за порядком и исполнением вашего приказа!

Танг Юань ещё не проснулся к тому времени, как Дугу Вуди пришёл к нему. Храп толстяка всё ещё сотрясал небеса.

Цзюнь Мосе увидел генерала Дугу и понял, почему он пришёл сюда:

- Танг Юань много выпил. Так что, возможно, он не сможет ничего вспомнить.

«Это было бы лучше всего!» – Дугу Вуди вздохнул. Его лицо несколько покраснело. Он закашлялся и выдавил:

– Весь этот... инцидент... эмм… был…

Цзюнь Мосе странно улыбнулся. Казалось, он даже представить себе не мог, что этот неотёсанный парень попытается извиниться. Поэтому он прервал его и сказал:

- Не волнуйтесь. Я скажу Танг Юаню не рассказывать об этом инциденте, даже если он вспомнит об этом.

- Это хорошо! – Дугу Вуди вытер пот со лба. Затем он подумал о чём-то и спросил. – Погоди… даже если вспомнит? Только не говори мне, что Танг Юань даже не знает, что произошло? Ты сам это выяснил? Танг Юань не искал тебя, чтобы пожаловаться на это?

- Братья дороги сердцу. Можно ли назвать меня «братом», если я буду ждать, пока мой брат придёт ко мне за помощью? Разве меня можно будет назвать братом? Могу ли я по-прежнему считаться братом? – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся. – Я был целью этого отродья. Тем не менее Танг Юань был унижен вместо меня. Он попал в такую нелепую ситуацию, а я не пострадал... но я не смогу назвать себя его братом, если бы я остался равнодушным к этому инциденту!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и посмотрел на спящего Танг Юаня. Затем он повернул голову и посмотрел на улицу, спокойно сказав:

- Проблема моего брата – моя проблема.

Дугу Вуди задрожал, как будто через него прошёл электрический ток.

Слова Цзюнь Мосе напомнили ему о его почтенном старшем брате Цзюнь Ву Хи и втором брате Цзюнь Ву Мэне. Он вспомнил, как эти братья выходили за пределы города, чтобы гулять и тренироваться. Эти братья были крепкими и в расцвете сил в то время. Цзюнь Ву Хи однажды стоял на вершине холма и смотрел на далёкие облака, застилающие небо. Он похлопал Вуди и Мэна по плечам и сказал, продолжая всматриваться в облака:

- Ты мой брат, Вуди, так же, как Ву Мэн и Ву И. Все вы – мои драгоценные братья!

Дугу Вуди всё ещё помнил, что сказал Цзюнь Ву Хи. Он стоял на вершине холма, гордо глядя на бескрайнюю землю и океан облаков. Однако его спокойный голос был наполнен глубоким чувством родства.

Цзюнь Ву Хи тогда дал обет, что ради своих братьев он станет сражаться с самими небесами!

«Братья! Это священное слово!»

Дугу Вуди запомнил эти слова на всю свою жизнь.

Тем не менее Цзюнь Мосе произнёс эти слова с тем же спокойным тоном и решительным выражением, что и Цзюнь Ву Хи. Выражение его лица и манера, в которой он говорил их, также были одинаковыми. Не было никакой разницы. На самом деле он даже выглядел как Цзюнь Ву Хи со стороны…

Даже выражение в его глазах было таким же.

«Братья!»

«Проблема моего брата – моя проблема!»

«Ты мой брат, Вуди, так же, как Ву Мэн и Ву И. Все вы – мои драгоценные братья!»

Эти слова Цзюнь Ву Хи эхом остались в его сердце навсегда...

«Цзюнь Мосе действовал напролом ради своего брата. Его даже не волновало, что он спровоцирует такого огромного монстра, как наша семья Дугу. Но что я сделал для своего брата?»

«А что я сделал, когда узнал, что мой брат умер? Когда он умер, несправедливо, нечестно, после того, как попал в ловушку?»

Дыхание Дугу Вуди спёрло, в горле появился неприятный ком. В нём поднимался сильный порыв эмоций. Он закашлялся и внезапно выбежал, прикрывая рот. Он даже закрыл глаза... и бежал вслепую…

Он ничего не сказал. Ему нечего было сказать.

Он вернулся в свою комнату и посмотрел на мемориальную табличку, которую он установил в память о Цзюнь Ву Хи. Дугу Вуди смотрел на табличку очень долго. Его пальцы дрожали. Он с трудом выдавил из себя:

- Старший брат... старший брат... я скучаю по тебе... я, твой младший брат, не смог... – слёзы потекли из его глаз. Он упал на колени перед табличкой и заплакал.

Глава 476. Только кровью можно смыть это унижение!

Наступило время для полуденной еды, когда Танг Юань проснулся. Толстяк широко открыл глаза и подполз к краю кровати, чтобы встать. Уже оттуда он взревел:

- Чёрт бы вас побрал, мать вашу! Я вашу бабушку в кино водил! У вас, ребятки, есть мужество, чтобы схлестнуться с дедушкой Тангом! Вы погодите и увидите, что сделает дедушка Танг!

Он громко орал и проклинал, но это не помешало ему схватиться за голову и застонать в перерывах между матами.

Его похмелье было очень болезненным. Казалось, что даже сам череп его невыносимо болит.

- Жирдяй! – ароматный алкогольный запах превосходного вина попал в его ноздри. Затем он услышал голос Цзюнь Мосе. – Проснулся? Выпей эту чашу вина. Это протрезвит тебя.

Танг Юань поднял слезящиеся глаза:

- Третий молодой господин... пожалуйста, подождите… Я сейчас…

- Вставай и умойся. А вот после этого поговорим. Я должен сказать тебе кое-что, – Цзюнь Мосе посмотрел на него. – Ты действительно повзрослел!

Танг Юань ухмыльнулся. Осторожно попытался приподняться, но головную боль как ветром сдуло. Он попросил горничную принести воды, чтобы умыться. Тем не менее Танг Юань отказался от достаточно прохладной воды, тёплой воды и даже горячей воды. Вместо этого он окунул свой большой череп в ледяную воду. И поднял голову из воды только когда горничная уже всерьёз начала беспокоиться за его жизнь. Довольный, жирдяй помотал головой, как мокрая собака, обрызгав всё вокруг. Затем он взял полотенце и осторожно вытер голову. После этого он помахал рукой, чтобы горничная, наконец, ушла.

Танг Юань посмотрел на Цзюнь Мосе и ухмыльнулся:

- Я был очень пьян прошлой ночью, третий молодой господин...

- Это ещё мягко сказано! Ты выпил чуть более чем до хрена! – Цзюнь Мосе кивнул. – Как голова, всё ещё болит?

- Не болит, но я не могу вспомнить, что случилось прошлой ночью. Какая-то проблема точно была, я помню... И очень важная... Чёрт, почему я не могу вспомнить? – Танг Юань наклонил голову. У него на лице было досадное выражение.

- Должно быть, это не было большой проблемой, если ты даже не помнишь об этом, – вздохнул Цзюнь Мосе и молча кивнул. Он не волновался бы, если бы Танг Юань попытался докопаться до сути дела после пробуждения. Однако всё случилось даже проще – он сам ничего не вспомнил…

Но Цзюнь Мосе понял, что он говорил:

«Этот парень показывает, что мы не можем говорить о этом здесь. Ну, если он, конечно, помнит об этом. Он не желает упоминать об этом; по крайней мере, не в этот раз…»

В конце концов, молодой господин Цзюнь знал, что жирный Танг не будет считать своё счастливое спасение из дерьма обычным делом! Однако было бы очень неудобно, если бы они говорили об этом прямо сейчас. Ведь в этот раз это место и их нынешняя компания были неуместны для обсуждения этого вопроса.

Толстяк не пытался сохранить только свою собственную репутацию; он также пытался спасти честь Цзюнь Мосе. В конце концов, это произошло в доме семьи Дугу. А Цзюнь Мосе почти наверняка станет зятем этой семьи в недалёком будущем. Этот инцидент не был напрямую связан с действиями семьи Дугу, но Танг Юань всё-таки решил перестраховаться ради своего брата. Было бы неуместно начинать орать, что вчера в этой семье его пытались утопить в говне...

Лицо Танг Юаня выглядело весёлым, когда он ухмыльнулся и сказал:

- Уже довольно поздно. Поэтому я должен быстро вернуться к работе. В конце концов, мне нужно сообщить этим «жирным овцам», чтобы они пришли с серебряными и золотыми монетами на аукцион. Ха-ха! На этот раз мы получим большую прибыль, третий молодой господин!

- Ха! Было бы лучше, если бы ты не набивал свои карманы под столом! – Цзюнь Мосе сурово взглянул на него.

Танг Юань закричал, почувствовав себя обиженным:

- Но третий молодой господин... я такой добрый и честный человек! Я действительно хороший парень!

Вдвоём выходя из комнаты, они продолжали смеяться и подшучивать друг над другом.

Танг Юань и Цзюнь Мосе казались очень расслабленными, когда они прощались с семьей Дугу. Они даже не упомянули о том, что напились прошлой ночью. Это было скорее противоположно тому, что ожидал напряжённый Дугу Цзёнхэн…

Они видели труп перед воротами. Он был накрыт белой тканью. Глаза Танг Юаня сузились, когда он увидел это, но больше он ничем не выдал своего волнения. Он только повернулся, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе, после чего молча продолжил путь.

Цзюнь Мосе же посмотрел на Танг Юаня с удивлением. Он вдруг почувствовал, что его друг очень вырос:

«Он повзрослел за последние несколько месяцев. Этот «мой брат» наконец-то способен и вправду стать моим братом!»

На протяжении всего путешествия они не обмолвились и словом.

Тем не менее Танг Юань позвал Цзюнь Мосе, когда двое молодых людей вошли в Аристократический Зал. На обычно улыбающемся лице Танг Юаня не было и следа улыбки. Вместо этого там было выражение крайней серьёзности:

- Третий молодой господин... смерть этого человека… твоих рук дело?

- Да. Это был я! – Цзюнь Мосе даже не повернул головы. Он не хотел видеть выражение лица Танг Юаня. – Этот мальчишка мёртв. А я полностью поддерживаю тебя, что бы ты ни хотел сделать.

- Да, он мёртв. Но этот вопрос ещё не закончен, – Танг Юань заскрежетал зубами. – Кем он был?

- Он был из семьи Хуан города Золотого Востока, – ответил Цзюнь Мосе унылым голосом. Ему вдруг пришло на ум:

«Семье Хуан конец».

Личность Танг Юаня не позволила бы ему остановиться, пока он не осуществил бы свою месть, которую он посчитал бы удовлетворительной, так как он знал, где находится дом его врага. Он просто не остановится, пока не будет доволен результатом!

Влияние и чистая стоимость Танг Юаня могли гарантировать, что его власть и деньги просто сметут незначительную семью Хуан. На самом деле толстяк мог даже встряхнуть любую могущественную семью в городе Тянсян. Ведь деньги могли поработить демонов. Таким образом, многие сложные вопросы становятся лёгкими, если накопить ужасающую сумму денег. А она у него была…

Инцидент прошлой ночью был крайне унизительным для Танг Юаня.

Он был молодым господином из семьи Танг. Он был будущим преемником Главы семьи Танг. Он был вторым хозяином Аристократического Зала и недавно провозглашенным "Богом богатства" города Тянсян. Тем не менее его столкнули в уборную!

Никто из этих четырёх поодиночке – от простого молодого господина до самого Бога богатства – не смог бы вынести такого унижения... даже если он был пьян просто в хлам! Он не мог принять это ни при каких обстоятельствах!

И только кровью можно смыть такое унижение!

Хуан Шу Лю был мёртв. Так что Танг Юань уже не мог обрушить свой гнев на него. Однако он всё равно хотел отомстить. Поэтому семья Хуан города Золотого Востока будет вынуждена попасть под удар. В конце концов она станет объектом, на котором Танг Юань выместит свой гнев за унижение, которое он перенёс.

Цзюнь Мосе мог только представить, насколько жестокой будет месть Танг Юаня. На самом деле она будет настолько ужасающей, что даже небеса закроют глаза, чтобы не видеть этого. В конце концов, там же будут и невинные, которые также попадут под удар.

Тем не менее Цзюнь Мосе знал, что не станет мешать Танг Юаню. В конце концов, Танг Юань не сможет поднять голову, если не сделает этого. Ему всегда будет стыдно, пока имя семьи Хуан города Золотого Востока будет продолжать существовать.

Это была просто психологическая проблема. Но она распространит тьму в его сердце. И эта тьма будет преследовать его всю жизнь.

- Семья Хуан из города Золотого Востока? Это очень большая семья! – Танг Юань усмехнулся, а слова вышли такими презрительными, что, услышь кто-нибудь из семьи Хуан их – он бы сам сделал себе ритуальное харакири. – Я сделаю их очень счастливыми! Они дождутся дядюшку Танга!

Затем он повернул голову и сказал очень медленно:

- Мне нужно использовать силу Аристократического Зала, третий молодой господин.

Цзюнь Мосе не колебался. Он с готовностью ответил:

- Ничего не должно пройти через меня. Сила и людские ресурсы Аристократического Зала теперь в твоём распоряжении. И это включает в себя все девятьсот миллионов серебром. Более того, тебе нужно будет связаться со мной, только если рабочей силы Аристократического Зала будет недостаточно. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе! – Цзюнь Мосе мельком взглянул на него. – Не имеет значения, что ты хочешь сделать. Помни, ничто не выходит за рамки!

Танг Юань надолго задумался. Затем он громко вздохнул и сказал:

- Ну, б*ядь, раком вас через… хе-хе... Я всего лишь хочу позаимствовать немного рабочей силы из Аристократического Зала. Я использую свои методы, чтобы уладить это дело. Я буду очень недоволен, если полностью буду полагаться на твою силу, третий молодой господин. Но я уверен, что моей нынешней силы достаточно для решения многих проблем.

Слова Танг Юаня претерпели радикальные изменения. Первую половину он бормотал себе под нос, едва слышно, немного запинаясь, но вторая половина была произнесена очень чётко.

Это показало, что Толстяк плавно сумел взять под контроль свои эмоции в этот короткий момент.

Двое парней на мгновение уставились друг на друга. Затем Танг Юань внезапно спросил:

- Мои действия могут вызвать много общественного гнева. Это может также привести к весьма серьёзным последствиям. Так почему бы тебе не попытаться убедить меня в том, что я не должен этого делать? Я ведь послушаю тебя, если ты это скажешь.

- А что я должен сказать? Ты действительно хочешь услышать то, что я должен сказать? И ты будешь счастлив, даже если послушаешь меня? Так почему я должен делать своего брата несчастным, ради счастья чужаков? – Цзюнь Мосе лениво говорил ему. – Я сказал, что буду считать твои действия правильными... независимо от того, что ты сделаешь! Это может привести нас к сильному противнику. Но мы встретимся с ним вместе. Если мы умрем из-за этого – так тому и быть! Что плохого может случиться? Это мир, где сильные охотятся на слабых. Это общество, где сжатый кулак является основным, самым главным, и всегда, сука, самым правильным аргументом. Так что мы ничего не можем сказать. Умрём, если будем слабее соперника. Но почему мы должны смиряться с унижением, если наша сила больше их? Во всяком случае, кто, б*ядь, будет раздумывать так много? Я получил одобрение общественности, прежде чем заняться этим вопросом несколько дней назад? Последствия были очень простыми? Но почему мой брат не может этого сделать, если я могу?

Танг Юань долго молчал. Затем он с благодарностью похлопал Цзюнь Мосе по плечу:

- Ты – хороший брат!

Внезапно странное раболепное выражение наползло на жирное, круглое и пухлое лицо. Затем он схватил Цзюнь Мосе за руку и хихикнул:

- Повернись и посмотри на лицо моей жены, о, мой брат!

Цзюнь Мосе пожал плечами. Это внезапное изменение цвета лица Танг Юаня несколько сбило его с толку. Ожидая худшего, он заставил улыбнуться и пошёл за ним.

Цзюнь Мосе почти сразу увидел спину Сунь Сяо Мэй и испугался, заметив изменения.

Она всё ещё оставалась высокой, но её ранее твёрдая, мужская фигура исчезла. Её заменила несравненно изящная женская фигурка. Казалось, что она обладала обаянием и изяществом, с которым не могли сравниться даже спутники богов.

Да, она могла заставить человека раздумывать о совершении греха!

Цзюнь Мосе едва не задохнулся от удивления.

Прошло всего три месяца. Но изменения, которые она претерпела, были больше, чем между небом и землей.

Причём такие изменения были очевидны и в муже, и в жене.

Резкое увеличение веса жирного Танга было огромным чудом. И Сунь Сяо Мэй, казалось, родилась заново. Она превратилась в красавицу из большого и громоздкого мужчины!

- Привет, красавица... – позвал её Цзюнь Мосе, подходя ближе.

- Цзюнь Мосе? – Сунь Сяо Мэй удивилась, услышав голос третьего молодого господина. Она повернулась, только чтобы услышать леденящий кровь крик Цзюнь Мосе.

Он забормотал, будто сошедший с ума:

- Как это могло быть? Это... я... не… чёрт… Бл… Ёпт…

«Я хотел совершить преступление, когда смотрел на неё сзади. Но я вдруг нашёл очень разумным не нарушать вообще никакие заповеди, как увидел её лицо».

«Это слишком страшно!»

Танг Юань тоже хотел плакать, но у него не было слёз. Он сказал:

- Она может заставить любого потерять рассудок, если ты посмотришь на неё сзади. Но она может отпугнуть миллионы мужчин, как только она повернётся к ним лицом! Теперь ты веришь мне, третий молодой господин Цзюнь?

Глава 477. Романтика Танг Юаня

Лицо Сунь Сяо Мэй было покрыто угрями и гноящимися нарывами. Десятки прыщей и бородавок были усеяны по всему её лицу. Это больше не было похоже на женское лицо. На самом деле это не было похоже на лицо человека вообще. Только её прежние черно-белые глаза можно было увидеть на её лице.

«О... Боже мой!» – лицо Цзюнь Мосе выражало неподдельный страх. Он тщетно пытался сделать вид, будто дело не в её лице, а в том, что он жутко испугался кошку, что проходила мимо. Кошка поверила. Сунь Сяо Мэй, к сожалению, нет.

Девушка едва сдержалась, чтобы не топнуть ногой от гнева, так как над ней издевались эти два ненавистных человека. Телосложение юной леди Сунь полностью преобразилось, но её врождённый темперамент ничуть не изменился. Она немного боялась молодого господина Цзюнь, но всё равно обрушила на него проклятия после этого дела с принцессой Лин Мэн. Но он издевался над ней сегодня и сейчас! И этого она не могла вынести. Не обращая внимания на свой страх, она закричала:

- Вы, двое, хотите сдохнуть прямо сейчас? Вы издеваетесь надо мной вместо того, чтобы думать, как мне помочь! Вам ваши яйца вообще нужны, или я могу из них сделать украшение во-о-он для той двери?

- Хе-хе... мы… это… Ладно, мы посмеялись над твоим лицом, ты права. Прости. Но это указывает на то, что у нас есть лекарство от этого; иначе мы бы не издевались над тобой. Молодая леди Сунь очень умна. Как она могла этого не увидеть? – Цзюнь Мосе щёлкнул языком и наклонил голову, посмотрев на неё. Затем он сказал. – Однако нынешняя красота юной леди – слишком редкое зрелище! Так что я должен оценить её очень внимательно. Ведь я не смогу оценить её позже...

Сунь Сяо Мэй ещё больше рассердилась. Она закрыла лицо и начала топать ногами в истерике. Затем молодая леди внезапно сделала великолепно поставленный удар ногой, и Танг Юаню достался смачный подсрачник:

- Жирный Танг! Ты привёл сюда своего брата, а он издевается надо мной! За кого ты меня принимаешь?!

Танг Юань закричал, получив удар. Затем он обхватил задницу и завопил:

- Третий молодой господин, пожалуйста, начинай побыстрее! Сжалься надо мной, брат! Эта ведьма сводила меня с ума последние несколько дней. Даже мой веселый и большой аппетит начал увядать…

Цзюнь Мосе озорно рассмеялся, пару раз щёлкнув пальцами:

- Вау... да, она действительно с дьявольским лицом, но ангельским телом…

Танг Юань побежал к дверям со скоростью хорошего сверхзвукового истребителя. Но он точно бежал на дозвуковой скорости, поскольку успел прокричать на бегу:

- Я – в Зал, собираюсь организовать вопрос относительно золотых и серебряных монет для аукциона! Третий молодой господин будет относиться к тебе... нежно и ласково. И я уверен, что ты избавишься от болезни с помощью лекарств!

- Чёрт! Ты собираешься оставить свою жену со мной? Счастливец... – Цзюнь Мосе издал крик ужаса. В конце концов, ему пришлось столкнуться с этим ужасающим лицом одному. Мужество Цзюнь Мосе, безусловно, было очень высоким. Тем не менее даже его нервы начали подводить его в этот момент…

- Ха-ха... ты не будешь издеваться над женой своего друга. Разве я могу не верить в молодого господина? Мне было бы немного неловко оставлять её извращенцу вроде тебя, но сам понимаешь – дела! Ты давай тоже работай! – голос Танг Юаня эхом раздался издалека. Однако он ушёл так далеко, что его последние слова даже не дошли до их ушей...

- О-о-о, да! Да грехом с ней можно наказывать преступников вместо смертной казни… Хотя, гуманнее будет четвертовать, – пробормотал Цзюнь Мосе себе под нос, чтобы она не услышала. Затем он добавил громче:

- Иди сюда, дамочка. Позволь этому брату взглянуть на…

Со свистом воздуха кинжал, появившийся в руках Сяо Мэй, едва не отрезал пальцы Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе засмеялся, увернувшись:

- Ты – очень жестокая девушка! У толстяка будет очень счастливое будущее!

....

Через пару часов Цзюнь Мосе закончил лечение Сунь Сяо Мэй. «Болезнь» девушки не была настолько серьёзной, если говорить правду. В конце концов, это был просто случай гормонального дисбаланса. Яду, который накопился в её теле, некуда было выйти. Поэтому он собрался у нее на лице. Это было, безусловно, неизлечимое заболевание, что касается медицины той эпохи. Но для Цзюнь Мосе это было очень легко.

Эту проблему нельзя сравнить с проблемой его третьего дяди... или даже старика Дугу. На самом деле это было как два пальца обос… об асфальт.

Он активировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи, и чистая аура вошла в меридианы над шеей Сяо Мэй. Затем энергия двинулась к её лицу. Девушка лишь почувствовала прохладу. На самом деле это было очень приятное ощущение. Но это приятное чувство длилось лишь мгновение. После этого она вдруг почувствовала пронзительную боль... как будто десятки тысяч муравьев ползали под кожей её лица, нещадно прогрызая путь наружу…

Прыщи на лице Сунь Сяо Мэй лопнули одновременно, когда Цзюнь Мосе убрал руку. Её лицо просто покрылось маской из мерзко пахнущего гноя. Цзюнь Мосе несколько раз протягивал руку, порываясь убрать его, но почувствовал, что просто не сможет. Поэтому юная леди Сунь сама отошла к тазику с водой, чтобы умыться.

Сунь Сяо Мэй попыталась просто умыться холодной водой. Но многие прыщи, которые к настоящему времени разорвались, начали очень сильно чесаться. Желание почесаться было настолько нестерпимым, что она не выдержала. Но, почесавшись, молодая леди поняла, что что-то не так… Она открыла глаза и увидела, что она счесала слой кожи со своего лица…

Это был слой грязной кожи.

Сунь Сяо Мэй закричала в страхе и отбросила его, как мерзкое насекомое. Со страхом девушка снова ощупала своё лицо и была приятно удивлена. Её лицо стало довольно гладким. Она умылась так быстро, как только могла, и бросилась посмотреть на себя в зеркало. На лице девушки в зеркале всё ещё оставались красные пятна, но лицо теперь было довольно ясным. Оно больше не было таким ужасающим, как раньше. На самом деле оно было даже довольно красивым…

Глянцевая, ровная, розовая кожа была видна почти на всём её лице.

«Это сработало так быстро!»

Сунь Сяо Мэй ошеломлённо уставилась на зеркало.

Прошло много времени, прежде чем два потока слёз потекли по её лицу.

Цзюнь Мосе стоял позади неё. Он вздохнул и сказал:

- Нам нужно сделать это, по крайней мере, ещё два раза... тогда твоё лицо превратится в красивый цветок, каким оно должно было быть. На самом деле, я уверен, что ещё один цветок будет добавлен в бесподобно красивый сад города Тянсян. Ты будешь считаться такой же, как Сяо И и принцесса Лин Мэн, которых прозвали «весенними цветками». На самом деле ты даже сумеешь обставить их! Жаль, что такая красивая девушка – невеста Танг Юаня. Мой дух слабеет, когда я смотрю на это неравенство. Это пустая трата ценной вещи. Но я сделаю такую красивую женщину, как ты, моей девяносто девятой наложницей, если ты пойдёшь со мной!

Цзюнь Мосе всё чрезмерным образом отыгрывал роль злодея. А что поделать? Имидж – это всё…

- Иди к чёрту! – Сунь Сяо Мэй забыла обо всём и безжалостно огрела своего «благодетеля» тазиком по голове и ногой по яйкам, чтобы он не издевался над ней.

Цзюнь Мосе лишь увернулся и весело рассмеялся.

Сунь Сяо Мэй внезапно вздохнула. Затем она сказала:

- Молодой... господин Цзюнь, мне не хватает слов, чтобы поблагодарить тебя. Но ты же брат толстяка. Так что я не буду говорить больше. Я хочу попросить тебя только об одном. Вес толстяка... есть ли шанс уменьшить его? Я беспокоюсь о его здоровье. Вдруг он достигнет трёх центнеров…

«Да вы на пару охренели просто! Я вылечил тебе лицо, а ты просто повернулась и просишь меня уменьшить вес этой котлеты!»

- Это очень опасно... но тебе нужно будет заставить его работать изо всех сил, что у него есть, если ты хочешь, чтобы он похудел, – эта проблема была головной болью и Цзюнь Мосе тоже:

«Как парню похудеть, когда он жрёт, как вся моя команда «Небесных разрушителей»? И он ещё может похудеть? Да даже я верю в это с трудом!»

- Пожалуйста... ты должен помочь ему похудеть! Он наверняка умрёт, если продолжит набирать вес, – Сунь Сяо Мэй подняла голову и тревожно взглянула Цзюнь Мосе в глаза. – Толстяк однажды сказал... что он лично возьмёт на себя инициативу отменить нашу помолвку, если моё лицо станет таким же красивым, как прежде. Но для меня не имеет значения, какой он. Он хороший человек в моих глазах! Я... Я... Я хочу быть с ним! Я хочу прожить свою жизнь с этим человеком... я хочу состариться с ним!

Она даже немного покраснела, когда говорила эти слова.

«Толстяк хороший человек?»

«Когда этот Толстяк стал таким хорошим?»

«Я что, в сказку попал?»

Цзюнь Мосе остался ошеломлённым. Он поднял брови и тихим голосом ответил:

- Будет очень трудно заставить толстяка похудеть. Тем не менее твоё лицо было восстановлено. На самом деле теперь ты стала красавицей, за которую не жалко уничтожить город-другой. Более того, толстяк готов отменить свою помолвку с тобой. Так почему бы тебе не воспользоваться своей свободой? В конце концов, ты легко сможешь найти человека, который выглядит лучше, чем жиробас. Все мы здесь друзья, но то, что я говорю – правда!

- Цзюнь Мосе, толстяк тоже говорил очень искренне и честно, когда он говорил о разрыве нашей помолвки, – Сунь Сяо Мэй вернулась к своему обычному спокойному «я». Она вытерла слёзы и посмотрела на Цзюнь Мосе. – Ты проверяешь меня? Я кажусь тебе непостоянной и неверной девушкой? Я, по-твоему, такая?

- Ах... это... – Цзюнь Мосе смутился. Он потёр нос, но ничего не сказал в ответ.

- Да, Танг Юань толстый, и его внешность не выдающаяся! На самом деле я уверена, что ни одна женщина не найдёт его привлекательным. И я такая же, но Танг Юань обращается со мной как настоящий мужчина, даже если он толстый! И я этому очень рада. Я сопротивлялась решению отца, когда узнала, что обручена с Танг Юанем. Я сказала ему, что не выйду замуж за такого печально известного толстяка. Тем не менее я в конце концов смирилась с тем, что я очень уродливая, и я не смогу найти хорошего мужа. Но я передумала, узнав его за последние месяцы!

Она говорила тихо, но твёрдо:

- Неважно, хороший он или плохой... Я решила, что стану его женой, будь он хорошим человеком или тираном! Я буду счастлива быть его женой, независимо от того, похудеет он или нет. Я стану женой чиновника, если он станет чиновником. Я буду помогать ему считать деньги, если он станет банкиром. Я останусь рядом с ним и буду бить собак дубиной, если он станет нищим! Толстяк – хороший человек, и я люблю его! – Сунь Сяо Мэй подняла голову, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе. – Неважно, богат он или беден... красив или уродлив. Я хочу сопровождать его всю эту жизнь! На самом деле я бы не хотела, чтобы моя внешность была исправлена, если это помешает нашему браку. В конце концов, мы могли остаться вместе, если у нас обоих будут такие изъяны во внешности...

Все женщины дорожат своей внешностью. Сунь Сяо Мэй выглядела уродливой большую часть своей жизни. Тем не менее кто-то вроде неё никогда не отказался бы от возможности внезапно превратиться в красотку. Но Сунь Сяо Мэй была готова отказаться от своей красоты ради уродливого человека, у которого не было никаких положительных качеств, на чужой взгляд. Кто не был бы эмоционально тронут таким?

Глава 478. Выброси девятьсот миллионов, но не теряй чести!

- Хорошо! Ты очень хорошо сказала, – произнёс Цзюнь Мосе торжественно. Он даже поаплодировал ей. Пройдя два шага, разделяющие их, он продолжил. – Я, Цзюнь Мосе, благодарю тебя за искреннюю любовь к моему брату.

После этого Цзюнь Мосе повернулся и вышел из комнаты. Он был счастлив внутри; он чувствовал подлинное счастье за Танг Юаня.

«Я решила, что стану его женой, будь он хорошим человеком или тираном! Я буду счастлива быть его женой, независимо от того, похудеет он или нет. Я стану женой чиновника, если он станет чиновником. Я буду помогать ему считать деньги, если он станет банкиром. Я останусь рядом с ним и буду бить собак дубиной, если он станет нищим! Толстяк – хороший человек, и я люблю его».

«Каждый мужчина мечтает о такой любви. Жизнь жирного Танг никогда не будет напрасной, так как он нашёл эту любовь!»

- Ты ещё не сказал мне, есть ли способ заставить его похудеть! – Сунь Сяо Мэй с тревогой крикнула ему в спину.

Цзюнь Мосе остановился не поворачиваясь. Затем он поднял руку с большим пальцев вверх, и от души рассмеялся:

- Я всегда делаю то, что обещал! Ничто в этом мире не невозможно для Цзюнь Мосе! Тем не менее ты не должна жалеть его, когда придёт время, и ты увидишь, как он страдает! Более того, я надеюсь, что ты всегда будешь помнить, что ты сказала сегодня! Я принял это очень близко к сердцу!

Сунь Сяо Мэй так и стояла на месте, когда Цзюнь Мосе вышел. Она фыркнула и сказала в пустоту:

- Что за бред ты нёс? «Я надеюсь, что ты всегда будешь помнить, что ты сказала сегодня»?! Ты это принял близко к сердцу? Ты думаешь, я это пошутила так? Думаешь, я шучу со своими чувствами? Шутник хренов! Я не мужчина, но у меня есть ответственность за свои слова!

....

Танг Юань явно не сидел, помалкивая, его голос, приказывающий окружающим, был слышен издалека. Приказы беспрестанно звучали в воздухе, и, казалось, что толстяку даже не нужно набирать воздух в лёгкие, чтобы продолжать орать. Хай Чэнь Фэн организовывал работу Аристократического Зала. Все остальные бегали, как муравьи, едва не сталкиваясь друг с другом.

Цзюнь Мосе послушал несколько приказов. Танг Юань как раз говорил, что реклама таблеток для закаливания костей должна быть направлена всем семьям Суань на континенте. Ведь эти таблетки были сделаны специально для тех, кто культивирует Суань, и семей военнослужащих.

Основная цель Танг Юаня была вполне ясна.

Тем не менее семьям Суань, живущим далеко, было бы трудно перевозить своё золото и серебро сюда... но у Цзюнь Мосе внезапно появилась идея:

«Эти люди могут принести свои банкноты в город Тянсян. И здесь уже они могут обменять их на серебро. Разве мы не можем получить прибыль, разграбив их? Например, серебряный билет стоимостью в одну тысячу серебряных монет будет стоить здесь… только восемьсот серебряных монет! Хе-хе, это отличная возможность для бизнеса…»

Раздача приказов заняла у Танг Юаня довольно много времени. Только Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн остались с ним в это время. Цзюнь Мосе спокойно стоял, прислонившись к дверному проёму. Выражение лица Танг Юаня было мрачным. Затем его взгляд упал на Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня. Торжественное выражение тут же появилось на его лице, когда он медленно сказал:

- Я хочу сделать важное заявление.

Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань закатили глаза. В конце концов, когда Танг Юань так говорил, обычно их нагружали горькой работой. И, казалось, что этот раз не будет исключением.

- Мы должны начать решительную атаку на семью Хуан из города Золотого Востока. Мы должны атаковать их со всех сторон — будь-то земля или вода. Использовать все средства в нашем арсенале и даже то, чего у нас нет. Использовать как честные, так и подлые методы. Не скупитесь ни на что. Игнорируйте любой сопутствующий ущерб. Но мы должны уничтожить эту семью как можно быстрее! – Танг Юань подчеркнул каждое слово. – Хай Чэнь Фэн, я прошу тебя использовать твои контакты. Свяжись с администрацией преступного мира внутри города Золотого Востока. Совершайте любые необходимые преступления; вызывайте волнения, угрожайте, запугивайте, похищайте и шантажируйте семью Хуан. Убивайте любых чиновников, которые осмелятся помочь семье Хуан! Я разберусь со всеми последствиями!

Пухлое лицо Танг Юаня горело невиданной жаждой крови. Он холодно улыбнулся и сказал:

- Доведите семью Хуан до края. И приведите их мне, когда это произойдёт!

- Какова предполагаемая сумма средств, которые вы можете потратить на это? – Хай Чэнь Фэн нахмурился. – Должен заметить, что это тотальное нападение на достаточно влиятельную семью. Может ли наш Аристократический Зал позволить себе расходы на то, чтобы покончить с этим за короткий промежуток времени?

Он тайно задавался вопросом:

«Этот парень обычно улыбается, как Будда. Какое же преступление семья Хуан могла совершить против Танг Юаня, чтобы заставить его замышлять против них, как хищного волка на стаю овец?»

«Этой семье действительно не повезло…»

- Я использую все ресурсы Аристократического Зала для этого дела. И я использую все ресурсы семьи Танг, если этого будет недостаточно! В конце концов, я – будущий глава семьи Танг! – чрезвычайно жестокий свет вспыхнул в глазах Танг Юаня, когда он ответил тихим голосом.

- Молодой господин Танг, молодой господин Цзюнь знает об этом? – Сонг Шань нахмурился.

- Я знаю. И я поддерживаю его слова своей силой! Всё будет сделано согласно приказам Танг Юаня! Он – главный управляющий Аристократического Зала! И его приказы имеют первостепенное значение. Таким образом, вам не нужно спрашивать — вы даже не должны в них сомневаться! – Цзюнь Мосе произнёс тихим голосом. С тех пор, как он вошёл, он не произнёс ни слова. Поэтому никто не заметил его присутствия.

Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань быстро вскочили, чтобы поприветствовать его.

- Мы сделаем это. Нет никаких проблем, если это так! – Хай Чэнь Фэн тут же успокоился и вышел вперёд. Затем он сделал некоторые расчёты в уме и повернулся к Танг Юаню. – У меня есть ещё один вопрос. Зачем ты это делаешь?

- Почему я это делаю? Почему я должен оправдываться? – мышцы на лице Танг Юаня задёргались.

- Тебе, конечно, не нужно объяснять причины, – медленно сказал Цзюнь Мосе. Он посмотрел на Танг Юаня. – Но позволь напомнить тебе, толстяк. Мы можем сойти с ума, мы можем действовать сколь угодно подло, и мы можем игнорировать всех людей в этом мире! Мы даже можем смотреть на людей, как на муравьёв. Но мы не должны терять чести!

Мы должны отомстить, но мы не можем быть чрезмерными! Кто-то спровоцировал нас, и мы обязательно убьём его в ответ! Однако у каждого преступления есть свой исполнитель. Семья Хуан плохо воспитала своих людей. Но остальные невиновны в этом деле. Мы только выражаем твой гнев. И я надеюсь, что ты это понимаешь. Ты сказал, что хочешь посмотреть на них, когда они будут в бедственном положении. Я могу тебя понять! Но я не остановлю тебя, даже если ты убьешь все девять поколений их семьи! Но это только потому, что ты мой брат! Если нужно – мы вместе отправимся в самые глубины Ада!

Лицо Танг Юаня содрогнулось от боли, после чего он глубоко задумался, мрачнея всё больше и больше. В полном молчании обдумав эти слова, он ответил хриплым голосом:

- Не волнуйся... я только хочу, чтобы все знали, что каждый заплатит цену, даже если один из них совершит ошибку! Да, я не буду против полного уничтожения, но это только если они не поймут этого…

Цзюнь Мосе усмехнулся и похлопал его по плечу, не говоря ни слова.

- Я просто пытаюсь выразить свой гнев. И ты знаешь, что я просто пытаюсь выразить свой гнев. Но ты готов дать мне на это девятьсот миллионов? Ты готов отдать мне всё, что у нас есть? – Танг Юань посмотрел на него.

- Это потому, что ты мой брат! Конечно, я готов сопровождать тебя в этом безумии! Разве за все эти сто-тыщ-мильонов я смогу купить себе нового Танг Юаня? В задницу деньги, брат важнее! – Цзюнь Мосе улыбнулся.

Танг Юань внезапно отвернулся и засмеялся.

Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн посмотрели друг на друга. В их глазах промелькнули слёзы при виде такой настоящей дружбы.

«Выбросить девятьсот миллионов, чтобы твой брат мог выразить свой гнев и вздохнуть с облегчением? Что это за братство такое? Сколько братьев с древнейших времён были готовы выбросить такое богатство за своих братьев?»

«Император? Да даже он такого не сделает? Никогда!»

«Это девятьсот миллионов! Это не девять миллионов, не девятьсот или девять тысяч! Даже государственная казна такой большой нации, как Тянсян, не зарабатывает сто миллионов за весь год!»

«Государственная казна Тянсяна не заработала бы столько даже за десять лет! И потратит ли Император всю сумму денег на одного человека... рискнёт ли он собственной жизнью ради друга...? Потратит ли он всё своё состояние на друга? Тратить девятьсот миллионов? Да можно построить город за такие деньги!»

«Никто никогда не делал этого с древних времен!»

Они ничего не сказали. Вместо этого они тихо вышли, чтобы устроить то, что толстяк приказал им сделать. Следовательно, там остались только два брата.

Цзюнь Мосе заговорил тихим голосом, когда они почти вышли:

- Каждый из вас должен сначала принять таблетку для закалки костей. Вы почувствуете эффект сразу же. И я уверен, что это улучшит ваши способности очень сильно!»

Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань, разумеется, были в восторге от этой идеи.

Танг Юань, наконец, вздохнул с облегчением, когда увидел, что двое мужчин ушли. Оказалось, что он исчерпал все свои силы. Он сидел в своём кресле, будто парализованный, закрыв лицо руками…

Но через пару минут он очнулся и огляделся. После этого он подошёл к дверям и высунул голову наружу. Затем он подошёл к окну и закрыл его. Воспользовавшись возможностью, он украдкой вытер глаза рукавом. Он надеялся, что Цзюнь Мосе не увидит этого. Но Цзюнь Мосе видел всё очень чётко, как бы Танг Юань не скрывался.

- Что ты делаешь? Почему ты запираешься, как последний подлец? – Цзюнь Мосе посмотрел на него. – Не беспокойся. Даже эксперт Суань Духа или Великий мастер не смогут подслушать нас, пока я здесь.

- Это хорошо! – Танг Юань вымученно улыбнулся. – Что-то не так в последнее время, третий молодой господин.

- Что случилось? – Цзюнь Мосе поднял брови.

- Что-то не так с Императорской семьёй. Можно сказать, что с самим Императором что-то не так, – Танг Юань стал задыхаться от страха. – Молодой господин, всё уже было готово к тому моменту, когда ты покинул Южный Небесный город. На самом деле они приготовили всё заранее и устроили засаду у городских ворот. Тем не менее ты убил всех, кто устроил засаду на тебя. После этого ты забрал имущество семьи Мэн. Ты поубивал всех, кто начал эти резкие атаки на тебя. Затем более тридцати правительственных чиновников погибли странным и таинственным образом. Я уверен, что увижу твою руку за этими событиями, даже если буду думать жопой! Я бы попытался привлечь тебя к ответственности и конфисковать твоё имущество за огромные преступления, которые ты совершил. Тебе не кажется странным, что мы не видели, чтобы Император хоть что-то сделал?

- Должен ли я найти это странным? – Цзюнь Мосе положил подбородок на руку и принял позу великого мыслителя.

- Да Император даже не пригласил тебя на Императорский двор с тех пор, как ты вернулся! – Танг Юань сказал глубоко обеспокоенным тоном. – Ты должен быть морально готов к этому, третий молодой господин. Сейчас семья Цзюнь процветает. Но ты не сможешь ничего сделать, если он хочет избавиться от вас. Ведь сила всей нации – не то, с чем один человек может справиться!

- Что ж… Ты прав. Я приму это к сведению! – выражение лица Цзюнь Мосе становилось всё менее серьёзным…

Глава 479. Разведка и контрразведка

- Семья Танг всегда была верна Императорской семье. Мой дед всегда был предан его величеству, и моя семья обязательно последует за ним, – Танг Юань нахмурился. Он был очень расстроен. – Мой дед сражался вместе с Императором в те дни. Император может решить предпринять активные действия против семьи Цзюнь. И, мой дедушка... он это сделает... – Танг Юань стиснул зубы. – Он будет стоять на стороне Императора!

- Я понимаю! – Цзюнь Мосе похлопал Танг Юаня по плечу, чтобы утешить. – Я не причиню ему вреда.

- Спасибо! – у Танг Юаня словно камень с души свалился.

- О? Ты научился благодарить меня? Теперь ты чувствуешь себя лучше, котлета? – Цзюнь Мосе наклонил голову и посмотрел на него.

- Хе-хе... мы – братья! Я не хотел говорить то, что сказал минуту назад. Но мы же братья! И я всегда буду стоять на твоей стороне, но... – выражение лица Танг Юаня было очень серьёзным.

- Толстяк, ты также знаешь, что я хочу, чтобы моя семья и братья чувствовали себя в безопасности и были счастливы, не так ли? И семья моего брата явно включена в этот список! Но ты поблагодарил меня за это, будто я тебе чужой! – Цзюнь Мосе тихо усмехнулся.

- Ты мой брат. Мы братья на всю жизнь... – Танг Юаня смущённо схватился за голову и заговорил нервным тоном. – Третий молодой господин... этот вопрос должен быть решён. Но это не должно стать известно никому в семье! И Сунь Сяо Мэй тоже не должна узнать об этом... иначе я не смогу никому показаться на глаза!

- Что не должно быть известно никому? О чём ты говоришь? Об - этом?? Чёрт! – Цзюнь Мосе удивился. Затем он начал ходить по комнате. – Почему ты раньше не сказал?! Видишь ли... я говорил об этом всего минуту назад. Я не был осторожен и сказал перед ней... Я думал, это не имеет значения... Я думал, что раз уж вы – муж и жена... Прости меня за это! Прости меня! Я такой тупой!

Танг Юань сначала подумал, что он шутит. Но потом он заметил, что Цзюнь Мосе правда выглядел расстроенным. На самом деле не было похоже, что Цзюнь Мосе шутит. Сердце толстяка рухнуло куда-то в необъятный живот. Его пухлое лицо постепенно стало мрачным. Он рухнул в кресло и начал понемногу сползать на пол. Затем он слабо спросил с последней надеждой:

- Ты… серьёзно?

- Конечно... это правда! Я могу солгать тебе, но посмотри в мои глаза! – лицо Цзюнь Мосе выражало искреннее сожаление.

Со звуком БАБАХ Танг Юань окончательно скатился с кресла и рухнул на пол. Его глаза выглядели потерянными, будто он плакал без слёз:

- Кончено... Всё кончено...

Цзюнь Мосе сказал в печали:

- Ещё слишком рано это говорить. Ещё должно быть какое-то время. Она собиралась поехать в семью Танг, когда я в последний раз её видел...

- Что? – более двухсот пятидесяти килограммов мяса Танг Юаня подскочили, как ужаленный медведь. Выражение его лица было таким, будто он узнал о кончине матери. Он поднял глаза и закричал. – Мать моя мама! Мне конец! Сяо Мэй... – после этого он выскочил с такой скоростью, будто у него в животе хранился движок от феррари из прошлого мира Мосе. Слабый топот вдали – и он исчез без следа…

Цзюнь Мосе усмехнулся. Он жестом показал горничной, чтобы та забрала чайник. Затем он скрестил ноги и вытянул руки. Затем он снова фыркнул и начал напевать старую народную песню:

- Нас оставалось тооооолько трое из восемнаааадцати ребят…

Затем он нахмурился и сказал:

- У этой песни явно серьёзная проблема с текстом! Какого фига в бой вообще отправили восемнадцать человек? Да и потерять пятнадцать человек…

Затем он вдруг услышал, как Танг Юань кричал вдалеке:

- Ничего не случилось! Клянусь Небесами! Ничего страшного! Иди и спроси третьего молодого господина, если не веришь мне! Я только хотел посмотреть на тебя... Ничего страшного! Никогда не позволяй мне войти в комнату для новобрачных, если узнаешь, что я солгал тебе! Ты должна верить моим словам!

Затем он услышал чрезвычайно яростный и раздражённый голос:

- Так почему ты не скажешь мне, если это ничего? Что, помрёшь, если скажешь? Что ещё хуже может случиться с тобой? Ты не хочешь говорить мне? Ссылаешься на… О! Цзюнь Мосе! Позови его… Нет! Притащи сюда его задницу! НЕТ! Я сама пойду и найду его! Я спрошу его и разберусь сама, тряпка!

БАБАХ!

Стены затряслись…

После этого последовал звук шагов. Эти звуки были смешаны с ужасными криками мольбы Танг Юаня:

- Дорогая... моя дорогая... пожалуйста, прости меня...

- Почему ты просишь прощения, если не сделал ничего плохого?

- А... И... Ох! Третий молодой господин! Ты убил меня сегодня! Ты меня убил! Ох... мать моя женщина! – жирный Танг яростно орал в потолок.

Цзюнь Мосе усмехнулся:

«У тебя испортилось настроение, сопляк? Я позволю твоей жене починить его… Уж она приведёт тебя в порядок!»

Он поднял голову и крикнул:

- Что ты сделал? Это из-за того, что ты вчера с горничной сходил выпить? Из-за чего такая суета? Не отвлекай меня по пустякам!

Сун Сяо Мэй остолбенела, когда услышала это. Она схватила Танг Юаня за ухо:

- Жирная свинья! Так ты - сопровождал третьего молодого господина в дом Дугу, засранец жирный? Ты бухал с горничными?! Ты великолепен! Ты реально сам себя превзошёл...

Танг Юань бы заплакал, да слёз не было. Как он мог объяснить? Всё это было явной ложью. Но говорить правду было бы ещё хуже... Поэтому он мог только кричать своим хриплым голосом:

- Дорогая моя... ты посмотри на мой живот! Как я могу напиться? Да и какая девушка будет сопровождать меня? Даже под угрозой расстрела со мной ни одна не пойдёт!

Цзюнь Мосе хихикнул, говоря:

- О, кстати... я вдруг что-то вспомнил... Ты затем куда-то ушёл...

Крики и вопли Танг Юаня явно стали тише, зато теперь было отлично слышно смешанные звуки ударов кулаками, пинков и допросов.

Цзюнь Мосе чувствовал себя очень расслабленно, когда вышел на улицу. Однако Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, что кто-то следует за ним. Поэтому он ускорился и начал петлять по маленьким улочкам. За одним из удачных поворотов он активировал Побег Инь-Ян и исчез без следа.

Никто больше не мог его увидеть. Но он просто стоял в том же месте, что и раньше. Однако он стал невидимым. Какое-то время ничего странного не происходило. Он уже начал было сомневаться в своих подозрениях, но тут со вспышкой зелёного света он почувствовал холод по всему телу. Это леденящее чувство напомнило ему лес Тянь Фа. Это леденящее душу ощущение прошло от его головы, достигло его позвоночника и быстро пробралось к его пальцам…

Казалось, будто появилась свирепая и ядовитая змея.

Цзюнь Мосе было более чем знакомо это чувство. Он мгновенно вспомнил время, когда хладнокровный Великий Мастер Ли У Бэй сражался с Королевой Змей, Зелёной Охотницей!

Аура Змеиной Королевы была столь же впечатляющей, когда она впервые появилась в то время.

Цзюнь Мосе вдруг многое осознал в этот момент…

Зелёный свет вспыхнул ещё раз, когда он осматривал всё в пределах пятидесяти метров. Мосе взмыл в небо. Он пролетел более тридцати метров в небе и следил за ней своим острым взглядом. Девушка постояла немного, затем подняла рукава и бесследно исчезла с другой вспышкой зелёного света.

Цзюнь Мосе улыбнулся. Это была – «младшая сестра» девушки в белом – Мэй Цянь Цянь!

Он, наконец, убедился, что Мэй Цянь Цянь была Змеиной Королевой из леса Тянь Фа.

Она была Зелёной Охотницей.

Он чувствовал, что что-то не так, когда впервые встретил двух сестёр на том пути. Затем они исчезли, как только они вошли в город.

«Они следят за мной... что они планируют сделать? Что они пытаются сделать? Они что-то замышляют против семьи Цзюнь?»

«Король зверей, сильный, как Великий Мастер, последовал за мной в город Тянсян... Могут ли они знать о моем секрете?»

Цзюнь Мосе вдруг вспомнил кое-что. Он выпустил ауру из Пагоды Хунцзюнь, активируя Искусство Разблокировки Небесной Удачи, и использовал своё духовное чувство. Затем он двинулся в погоню за своей целью, как невидимая тень.

Этот зелёный свет плыл, вспыхивал и менял направление, по крайней мере, десять раз. После этого он бросился вперёд со скоростью арбалетного болта и направился куда-то за город.

Скорость Королевы Змей была чрезвычайно быстрой. Её тело будто бы превратилось в метеор. И казалось, что её зеленая одежда загорится в любой момент.

У неё не было никаких опасений, даже несмотря на то, что сейчас был полдень. Это было потому, что она была уверена, что ни один обычный человек не сможет увидеть её из-за её нынешней скорости. На самом деле ни один человек не сможет увидеть её лицо, даже если они встретятся с ней лицом к лицу.

Так она думала…

И правда, обычные люди только почувствовали бы внезапный и прохладный ветерок. Но они никогда не заподозрили бы ничего другого.

«Даже талантливый эксперт Суань не смог бы увидеть меня, если бы они не были на уровне Суань Неба. Да и эксперту Суань Неба придётся сосредоточить всю свою силу в глазах. И при этом ещё внимательно смотреть на путь, по которому я проберу, чтобы увидеть меня»

«И, на случай, если кто-то захочет отследить меня…»

Королева Змей была уверена, что даже всемирно известный Одинокий Сокол не сможет догнать её за короткий промежуток времени.

Эта молниеносная скорость была врождённым навыком Королевы Змей.

Ни один обычный человек не смог бы достичь такой скорости.

Королева Змей покинула город в течение нескольких мгновений…

Она с лёгкостью пролетела мимо городских стен высотой метров пятнадцать-восемнадцать. Казалось, что городские стены были для неё ровной землёй.

Более того, Королева Змей не использовала ни малейшей её силы для этого полёта. Скорость её бега ничуть не уменьшилась. Но когда она преодолела стены, она вытянула ноги и бросилась вперед с ещё большей скоростью.

«Зелёная Охотница достойна быть Королевой Змей!» – Цзюнь Мосе восхищался тайно.

«Обычный человек не смог бы достичь такой высокой скорости. Скорее всего, даже Одинокий Сокол не сможет этого сделать. Ведь он человек...»

Это была врождённая способность одного из великих Королей зверей из леса Тянь Фа.

Никто не мог этому научиться.

Королева Змей продолжала мчаться на сумасшедшей скорости. За несколько мгновений она преодолела примерно десяток километров. Вскоре перед ней появился горный лес. Лес становился всё гуще, но она продолжала двигаться дальше. Однако её стройное тело внезапно остановилось. Затем она внезапно поднялась в воздух, как ракета. Казалось, что она готова к охоте...

Потом она вдруг оглянулась. Её милое, очаровательное и невинно выглядящее лицо было убийственно красивым. Её зеленые одежды мягко колыхались, будто от ветра. От неё исходила чрезвычайно резкая жажда крови.

Её глаза были ясными и холодными, когда она оглядывалась вокруг острым взглядом. Внушительная и сокрушительная аура Змеиной Королевы вырвалась из её тела, когда она отпустила контроль над ней. Все растения и деревья в районе нескольких сотен метров просто смяло и вбило в землю.

Она почувствовала, что кто-то следит за ней!

Глава 480. Снова две симпатичные женщины

Тело Цзюнь Мосе оттолкнуло этой жестокой аурой, несмотря на то, что он находился в состоянии невидимости. Он упал с десятка метров на землю, как воздушный змей, которому срезали нить.

От неожиданности он вскрикнул. Повезло, что он был невидим в данный момент. Было очевидно, что Королева Змей была достойным соперником для Великих Мастеров.

Королева Змей долго оглядывалась вокруг, но ничего странного не нашла. В замешательстве она удивлённо пробормотала:

- Я уверена, что кто-то следил за мной... Но почему вокруг никого нет? Мне мерещится? Это не может быть правдой! Как я могу напридумывать такое? – она снова внимательно огляделась, но ничего не нашла. Её тело снова вспыхнуло зелёным светом, и она быстро опустилась на землю. Не было ни звука, ни движения из подлеска, когда она скрылась там. Но теперь она пристально наблюдала за окрестностями в полной в тишине.

Выражение её лица было уверенным и спокойным. Казалось, что она может ждать так вечность. Если тот, кто следит за ней, не появится в ближайшем времени – у неё не останется иного выбора, кроме как выйти на «охоту» самой.

Тем не менее они станут мишенью грозной атаки от Змеиной Королевы, как только они покажутся!

Поэтому Королева Змей уверенно ждала, когда выйдет тот, кто её преследовал.

Однако никто не появился даже после того, как она прождала долгое время. Солнце было прямо над ней. Но к настоящему времени оно начало медленно клониться к западу. Тем не менее она всё ещё не смогла ничего обнаружить.

- Я действительно ошиблась? – Королева Змей подумала вслух в смятении; час бдения уже прошёл к тому моменту:

«Мой преследователь должен был бы уже выйти, чтобы осмотреться вокруг... даже если он достиг уровня самого сильного из Великих Мастеров…»

К сожалению, Королева Змей не знала, что человек, которого она ждала, был не очень далеко от неё…

Цзюнь Мосе был королём убийц своего поколения. Он бы уже умер уже восемьсот раз, если бы у него не было терпения, которое намного превышало бы терпение нормального человека. Кроме того, молодой господин Цзюнь мог скрываться как никто, так как у него был Побег Инь-Ян. На самом деле он верил, что он смог бы скрыть свое присутствие с лёгкостью, даже если бы он был против дюжины врагов.

Тем не менее в это время ход мыслей молодого господина принял очень странный оборот...

Он смотрел на Змеиную Королеву, которая лежала на земле. Его мысли в голове метались со скоростью молнии:

«Эта задница такая сочная! Я прямо чувствую, какая она упругая… Это прямо задница высокого класса! Нет, я уверен, что это задница класса люкс! Эх, так хочется пощупать её... Блин, как же хочется её полапать…»

Королева Змей, наконец, решила сдаться, так как она никого не увидела уже долгое время. Но она всё ещё оставалась начеку, как и раньше, и ни капли не расслабилась. Её тело всё ещё лежало на земле, когда она начала потихоньку отползать назад. Затем она развернулась без какого-либо шума – даже листик не зашуршал. А после этого она так быстро рванула вперёд, что воздух вокруг неё стал издавать гул. Однако видимых признаков движения не было.

Слабая улыбка появилась на лице Цзюнь Мосе, когда он спокойно продолжал следовать за ней.

Можно было бы найти любого человека или животное, даже если бы они были экспертами по пряткам. Но может ли кто-то следить за призраком? Ведь Цзюнь Мосе использовал Побег Инь-Ян в это время. Поэтому он тоже двигался с молниеносной скоростью, но его присутствие было таким же слабым, как у призрака, если те существуют...

Змеиная Королева не увидела никаких признаков её преследователя, так что она продолжала двигаться глубже в лес. Она была подозрительной на протяжении всего своего путешествия и меняла направления несколько сотен раз. Но она всё равно не могла избавиться от чувства взгляда в спину.

И эта беспомощность привела одного из величайших Королей зверей Тянь Фа в состояние, близкое к истерике.

Короли зверей обладали врождённой способностью ощущать, что за ними следят, несмотря на то, что молодой господин использовал такую замечательную технику слежения.

Это можно было даже назвать «звериным инстинктом». Или, может быть, даже «шестое чувство»...

Цзюнь Мосе использовал свой читерский Побег Инь-Ян. Таким образом, даже очень сильный человек не смог бы ничего заметить, даже если бы он танцевал прямо перед ними танец с саблями, одетый в одни носки. Например... Одинокий Сокол тоже неосознанно привёл бы Цзюнь Мосе в своё логово, если бы он был на месте Королевы Змей.

Однако Королева Змей сумела обнаружить что-то необычное в этой ситуации. Она на самом деле почувствовала, что кто-то следит за ней. И это само по себе было крайне неожиданным для Цзюнь Мосе.

Королева Змей, в конце концов, исчерпала своё терпение. Она зашипела и остановилась. Затем она громким голосом проговорила:

- Могу я спросить, зачем за мной идёт сильный человек? О чём он хочет меня попросить? Я прошу, чтобы ты показался! Эта маленькая девочка уделит тебе внимание, если ты что-то ищешь!

Пустые горы молчали. Не было никакой реакции.

Королева Змей была зла и встревожена в тот момент. Это было потому, что она почти добралась до места, где остановились эти две «сестры». И она потеряет лицо, если какой-то способный и таинственный человек сможет проследить за ней до их тайного логова. На самом деле ей придётся вернуться в Тянь Фа, если она позволит этому случиться…

В конце концов, она приведёт врага к своей старшей…

В этот момент раздался ясный голос:

- Что случилось, Зелёная Охотница? Почему ты выглядишь такой растерянной? Кто-то следил за тобой? Тебе не нужно паниковать, даже если кто-то и впрямь последовал за тобой! – из-за деревьев раздался мягкий голос. Казалось, что фея с девятого неба спустилась в человеческий мир.

Горный лес словно бы преобразился, стал каким-то волшебным, сказочным в тот момент, когда она появилась. На самом деле каждая травинка, казалось, наполнялась жизненной силой.

Зеленая Охотница подошла к ней, уже лёгкой и неспешной походкой. Но её лицо было омрачено унижением. Однако она всё равно выглядела привлекательно, несмотря на то, что она стояла перед сказочной женщиной в белом – «Мэй Сюэ Янь». На самом деле две «сестры» выглядели ещё более ослепительно, когда стояли вместе. Одетая в белое Мэй Сюэ Янь, казалось, была наполнена непревзойдённой грацией и великолепием. Но Зелёная Охотница выглядела более милой и обаятельной.

- Старшая сестра, ты не знаешь, но я ясно чувствовала, что кто-то следит за мной. Я меняла направления несколько раз, и я использовала все секретные техники, что я знаю, чтобы узнать, кто это. И я до сих пор никого не заметила... Тем не менее это чувство преследования всё ещё не оставляет меня. Их метод, очевидно, превосходен, но такого рода неизвестность заставила меня очень испугаться. Мне пришлось использовать замечательную технику старшей сестры, потому что я чуть не сдалась от страха. Я была уверена, что смогу ускользнуть, используя твою технику, но... я всё ещё не уверена в результате. Я знаю, ты скажешь, что я слишком подозрительна. В конце концов, кто в этом мире может обладать такой замечательной техникой... – обычно спокойная и собранная Королева Змей выглядела очень уставшей, когда она сказала после некоторого колебания.

- Глупая девочка! Твой уровень культивации можно считать одним из лучших в мире. Поэтому ты не должна быть такой нерешительной при таких обстоятельствах! – девушка в белом улыбнулась и продолжила. – Ты думаешь, что кто-то следит за тобой? Тогда это так! Ведь интуиция – это врождённый навык всех зверей Суань. В этом нет никаких сомнений! Можно предположить, что твой преследователь обладает ещё более превосходной техникой. Не зря люди говорят: «Как бы высоко ты не забрался, орёл всё равно выше летает». То есть всегда найдётся кто-то сильнее, чем ты. Ты уверена, что кто-то шёл по твоему следу, несмотря на то, что ты использовала мои методы антислежки. Но разве кто-то в этом мире сможет превзойти меня?

- Старшая сестра хочет сказать, что... такой могущественный эксперт существует в этом мире?! И он может быть даже сильнее тебя? – в глазах Зелёной Охотницы вспыхнуло понимание, и выражение её лица стало резким и нетерпеливым.

Одетая в белое девушка нежно улыбнулась и ответила:

- Я не знаю, сильнее он меня или нет. В конце концов, он может быть экспертом, который специализируется на искусстве слежки. Но мы должны продолжать идти. Не имеет значения, почему этот человек следует за тобой. Но у него есть своя цель, так как он делает это. Тем не менее он не показал себя на протяжении всего твоего пути. Можно предположить, что он не может разоблачить себя в ближайшее время. Так что давай пока будем игнорировать его. И я уверена, что он появится, когда придёт время. Расскажи, что ты узнала…

Девушка в белом улыбнулась, как будто в её сердце не было ни капли беспокойства. Затем она взяла за руку Зелёную Охотницу. Казалось, будто две молодые девушки играли и гуляли в лесу. Они прошли несколько шагов и сели под деревом.

Молодой господин Цзюнь скрывался все это время. Однако он сейчас едва локти себе не кусал.

Он был примерно в четырнадцати-пятнадцати метрах от Змеиной Королевы. Но он не знал, почему он вдруг почувствовал такое сильное и грозное давление. На самом деле он чувствовал, что он едва ли может противостоять этому давлению, даже если он прорвётся на следующий уровень Суань Ци. Более того, он чувствовал, что окажется в ещё большей опасности, если будет заставлять себя оставаться здесь. В этот момент его сердце было очень сильно подавлено.

Цзюнь Мосе никогда не сомневался в своей интуиции. В конце концов, эта интуиция верой и правдой служила ему и спасала его задницу бесчисленное количество раз в прошлом. Так что он вошёл в дерево в тот момент, когда почувствовал это давление.

«Побег Инь-Ян – Побег в дерево!»

Он вошёл в это дерево в тот самый момент, когда девушка в белом встала перед Зелёной Охотницей…

Нельзя сказать, произошло это случайно или нет... но Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница сели у корней того самого дерева, в которое он вошёл.

«Это очень хорошо!»

Молодой господин Цзюнь Мосе даже дыхание задержал.

Он не смел действовать опрометчиво, даже если он всё ещё использовал Побег Инь-Ян. В конце концов, было небольшое колебание в его ауре, когда он двигался. Колебания очень незначительны, но с этими двумя женщинами не стоит шутить. Они наверняка почувствуют это на таком близком расстоянии. Затем они начнут его искать. Он мог бы, конечно, «переключить режим» и стать совсем «пустым местом», если бы захотел. Однако для этого ему потребуется немного времени и пространства. Но у него не было такой роскоши сейчас...

Цзюнь Мосе не был уверен, что девушка в белом заставила Змеиную Королеву сесть рядом с этим деревом специально. Тем не менее он не мог осмелиться двинуться, так как был шанс, что она могла сделать это намеренно…

К счастью, репутация молодого господина Цзюнь в прошлой жизни как «короля убийц» не была незаслуженной. Разумеется, он умел скрывался. И делать это в течение трёх-пяти часов... или даже трёх-пяти дней для него не было проблемой. Ведь ассасин должен быть привычным к засадам в течение длительных периодов времени…

Глаза одетой в белое девушки были наполнены удивлением. Она была уверена, что Королева Змей не ошибалась в том, что чувствовала. В конце концов, Зелёная Охотница обладала безумно высокой культивацией. Кроме того, у неё также был врождённый инстинкт Короля зверей. Поэтому понятие о том, что она «чрезмерно и излишне» подозрительна, было большой шуткой.

«Если она что-то почувствовала – так и есть!»

«Нет другого разумного объяснения!»

Но что её удивило, так это то, что даже она не могла быть уверена, что такой человек действительно существует. Более того, она даже не могла узнать, где скрывается преследователь…

Поэтому она предложила просто отдохнуть.

Глава 481. Реакция Мэй Сюэ Янь

Решение сидеть под этим деревом было подсказано только интуицией Мэй Сюэ Янь. Не было никакой конкретной причины для этого; это был просто её инстинкт зверя Суань. Она чувствовала, что с этим местом что-то не так... что в нём было что-то странное. Но она не могла объяснить, что в этом плохого или странного.

- Я чувствую, что ребёнок становится всё более таинственным, – Зелёная Охотница была со своей старшей сестрой. Поэтому она отпустила свои подозрения на некоторое время. Она чувствовала себя в безопасности, потому что была в компании старшей сестры. Поэтому для неё не имело значения, кто за ней следил, пока она была со своей старшей сестрой. На самом деле она не почувствовала бы страха, даже если бы это был Император Небес; она всё равно оставалась бы бесстрашной…

- Таинственным? Почему ты так говоришь? – выражение лица Мэй Сюэ Янь ничуть не изменилось. Она просто слегка нахмурилась.

- Это правда. Я слышала, что он творил после того, как мы подошли к городским воротам. Он использовал чрезвычайно жестокие и кровавые методы, чтобы остановить эти слухи. Затем он открыто и нагло послал своих охранников в одну из главных семей Тянсяна в тот же день – семью Мэн. Его люди разграбили и захватили всё, что принадлежало семье Мэн. Затем он убил главных заводил в толпе, несмотря на то, что они оказались двумя очень уважаемыми учёными Тянсяна. Он также убил более тридцати других чиновников той же ночью! Но Императорская семья Тянсян ничего с этим не сделала. Затем на следующий день он отправился в семью Дугу, чтобы обсудить брак...

- Обсудить брак? – Зелёная Охотница даже не закончила говорить, когда её прервала Мэй Сюэ Янь. – Обсудить брак? Чей брак он хотел обсудить с семьей Дугу? – выражение лица Мэй Сюэ Янь стало холодным, как лёд.

- Чей брак? Очевидно же, раз уж он пошёл в семью Дугу, чтобы обсудить брак между Дугу Сяо И и им... – Королева Змей удивлённо посмотрела на свою старшую сестру.

- О... Я думала, это из-за брака Цзюнь Мосе с Гуан Квинхан. Я была немного шокирована, так как думала, зачем ему идти в семью Дугу по поводу этого брака... твоя речь была очень непонятной, девочка. Почему ты не объяснила этого раньше? – Мэй Сюэ Янь упрекнула, посмотрев на неё.

Мысли Змеиной Королевы смешались:

«Зачем он пошёл в семью Дугу, чтобы обсудить свой брак с Гуан Квинхан? Разве это не смешно? Как старшая сестра могла так подумать? Трудно ли до этого догадаться?»

- Что случилось потом? Раз уж ты об этом заговорила, значит, должно быть что-то интересное, верно? – Мэй Сюэ Янь спросила.

- Мужчины напились. И брат Цзюнь Мосе – Танг Юань – попал впросак. На самом деле его столкнули в уборную... Старшая сестра, ты не знаешь... Танг Юань очень толстый. Я посмотрела на него... он должен весить как минимум двести пятьдесят килограмм... Тем не менее Цзюнь Мосе навёл ужасный бардак в семье Дугу из-за этого. И ему даже было наплевать на свои отношения с семьей Дугу, так как он заставил своих будущих родственников убить виновника – кстати, тоже из семьи Дугу – чтобы отомстить за своего брата.

- …ему даже было наплевать на свои отношения с семьей Дугу... – Мэй Сюэ Янь неторопливо смотрела на плывущие по небу облака. Затем она равнодушно сказала. – Кажется, они закончили говорить об этом браке…

Королева Змей снова была поражена:

- Мы же пришли сюда за учителем Цзюнь Мосе. Изысканные таблетки из того священного плода тоже. Но почему старшая сестра обеспокоена проблемой брака Цзюнь Мосе?

- Жаль, что твоя младшая сестра не нашла никаких следов таинственного учителя Цзюнь Мосе. Я думала, что Цзюнь Мосе должен был попросить помощи своего учителя, когда столкнулся с той проблемой. Но я никогда не ожидала, что этот сопляк справится с этим самостоятельно и действительно решит всё…

Зеленая Охотница нахмурилась:

- Цзюнь Мосе, конечно, справился со всем очень беспринципным и беззаконным образом. Но это заставило меня почувствовать, что у него есть чрезвычайно мощный покровитель. И этот покровитель – тот, с кем никто не хочет связываться. Более того, кажется, что он появится в любое время и в любом месте, где этот ребёнок будет нуждаться в нём.

Поэтому я считаю, что покровитель Цзюнь Мосе прячется в резиденции семьи Цзюнь, – пришла к решительному выводу Королева Змей и продолжила. – Поэтому я решила последовать за Цзюнь Мосе, но этот ребёнок очень способный. Я едва начала следить за ним из Аристократического Зала, но он как-то почувствовал, что я иду за ним. Я потеряла его след после двух или трёх поворотов…

Лицо Змеиной Королевы покраснело:

- Но меня не было долгое время. Поэтому я решила вернуться. Тем не менее я едва сделала половину пути, когда я почувствовала, что за мной следят. И это чувство стало сильнее в тот момент, когда я летела над городской стеной!

Человек, который следовал за мной, был чрезвычайно силён. Но я не чувствовала, что он питает ко мне злобу. На самом деле я чувствовала это очень чётко... – Королева Змей опустила брови.

Её старшая сестра долго молчала. Змеиная Королева посмотрела в её сторону и увидела, что лицо её старшей сестры было мрачным, но в её глазах был странный блеск. Взгляд Мэй Сюэ Янь остановился на земле в это время. На самом деле, казалось, что она даже не слышала, что её сестра сказала.

Королева Змей испугалась и посмотрела туда же. Но она не нашла ничего странного. Но она не могла найти этого незнакомца:

«О чём ты думаешь, старшая сестра? Почему ты так странно себя ведёшь?»

- Зелёная Охотница... давай поговорим откровенно на секунду – что произойдёт, если мы раним или убьём Цзюнь Мосе? – Мэй Сюэ Янь посмотрела вперёд; казалось, будто она разговаривала с воздухом.

- Ранить его? Убить его? – Королева Змей испугалась. – Мы не можем этого сделать, старшая сестра! Разве я не говорила тебе, что Священный плод нашего Тянь Фа в руках учителя этого отродья? У нас нет никакой надежды на себя, если он решит оставить фрукт себе, если что-то случится с Цзюнь Мосе. Более того, его учитель обладает необычайно большой силой! Наш лес Тянь Фа всё равно скоро столкнётся с тремя святыми землями. Так что мы не можем позволить себе иметь ещё одного сильного врага!

- Ты права. Наш Тянь Фа не может позволить себе иметь слишком много могущественных врагов в эти смутные времена. Но нам всё равно нужно оказать давление на Цзюнь Мосе. И этого давления должно быть достаточно, чтобы он почувствовал угрозу безопасности его жизни. В конце концов, он должен будет попросить своего учителя прийти... разве это не то, чего ты хочешь? Учитель Цзюнь Мосе никогда не появится, если он сможет решить все вопросы сам! – медленно ответила Мэй Сюэ Янь.

Слова Мэй Сюэ Янь, несомненно, имели смысл. Фактически предложенный ею метод является наиболее эффективным средством, которое они могут использовать в этих обстоятельствах. Но Королева Змей чувствовала себя крайне озадаченной этим предложением:

«Старшая сестра ведёт себя странно, когда упоминается имя Цзюнь Мосе. Она хочет ранить его, если не прикончить! И теперь она хочет оказать на него огромное давление! Этот ребёнок каким-то образом смог обидеть её?»

Зелёная Охотница даже почувствовала, как сердце её старшей сестры сильнее забилось от гнева, когда она упомянула Цзюнь Мосе. Она почувствовала, что настроение Мэй Сюэ Янь испортилось. Но она решительно подавила его.

Более того, все планы мучить Цзюнь Мосе, пока они ехали из Тянь Фа, исходили от Мэй Сюэ Янь…

«Что всё это значит?»

- Хорошо... старшая сестра... какое давление мы должны оказать на него? На мой взгляд, оно не будет иметь никакого влияния, если оно будет слишком мало, и оно может иметь «побочные эффекты», если его будет слишком много. В конце концов, мы ищем этого таинственного и опытного человека, – с осторожностью спросила Королева Змей.

- Я точно определила одну вещь! Цзюнь Мосе пригласит много людей через несколько дней, если моя оценка верна. Он собирается провести огромный банкет. Затем Имперские офицеры сделают объявление всему миру. Они объявят, что Цзюнь Вуй взял Гуан Квинхан в качестве приёмной дочери — это будет возможность для нас. Более того, эта Дугу Сяо И появилась перед воротами города с таким большим животом. Таким образом, Цзюнь и Дугу не хотели бы откладывать вопрос о том браке. И они, несомненно, проведут большую церемонию, как только эти двое будут связаны браком. На самом деле они обручатся очень скоро, даже если не поженятся сразу — это также... возможность для нас…

Красивые глаза Мэй Сюэ Янь обычно были наполнены просто Императорским высокомерием. Однако холодный свет вспыхнул в них, когда она сказала:

- Разве он не обворожил этих двух тупоголовых красавиц? Разве он не наслаждается своей большой удачей с красивыми женщинами, пока его сердце в покое? Разве ему не стало слишком легко? Как такое может произойти в этом мире?! Этот грязный ребёнок не заслуживает такого!

Королева Змей подумала, что эти претензии были чрезвычайно нелепыми. Она подумала:

«Что это такое? Мы первоначально пришли сюда, чтобы заручиться поддержкой учителя Цзюнь Мосе! Нашей целью было не настроить учителя и ученика против нас! Но предложение старшей сестры направлено против женщин Цзюнь Мосе! Она собирается опозорить его? Так вот как она хочет надавить на него? Но разве это не похоже на ревность…»

Тем не менее она не сказала бы этого ни за что.

Она не могла себе представить, что Мэй Сюэ Янь думала:

«Ты, грязное отродье! Твой счёт с Тянь Фа до сих пор не решён... а ты уже о жене думаешь? Ты выглядишь очень довольным собой! Ха! Подожди и посмотришь, что я тебе устрою!»

- Иди приготовь что-нибудь поесть. Я посижу здесь ещё немного, – спокойно сказала Мэй Сюэ Янь, глядя на небо.

Королева Змей встала. Она немного колебалась, но ничего не сказала. В конце концов она улетела, как порыв ветра.

Тем не менее она даже отдалённо не чувствовала, что за ней следят в это время.

Нежный горный ветер колыхал волосы Мэй Сюэ Янь. Затем она вдруг тихо пробормотала:

- Ты здесь уже давно. Ты слышал наш разговор. И, я думаю, этого достаточно. Так что выходи сейчас же.

Она спокойно смотрела в небо, когда говорила об этом.

Цзюнь Мосе лишь холодно фыркнул:

«Я использую Побег Инь-Ян прямо сейчас. Таким образом, я могу ходить где угодно, и никто не сможет ничего увидеть. И ты тоже не можешь меня видеть! Думаешь, я выйду только потому, что ты мне сказала? Я что, должен поверить, что ты меня заметила? Мне нужна только одна секунда свободного времени, когда ты оставишь этот ствол дерева... я обману тебя, быстро убежав в Пагоду Хунцзюнь, когда придёт время! Просто жди и смотри!»

Цзюнь Мосе ранее принял Мэй Сюэ Янь за деликатную и робкую женщину. Тем не менее теперь он понял, что она была выдающимся экспертом Суань с культивацией, которая была гораздо выше, чем у Змеиной Королевы. Эта Мэй Сюэ Янь была единственной, кого можно было сравнить с почтенной Мэй из леса Тянь Фа, если судить по силе. Возможно, даже их сила не слишком отличалась…

«В лесу Тянь Фа есть ещё один человек с такой ужасающей силой!»

Тем не менее Цзюнь Мосе был уверен, что она не сможет найти его, так как он использовал Побег Инь-Ян. Поэтому он не волновался.

Глава 482. Угрожал тебе; и что?

Мэй Сюэ Янь подождала некоторое время, но не увидела никаких признаков движения. Так что она просто усмехнулась и махнула рукой. От этого взмаха появился дикий порыв ветра. В окрестностях было много высоких и густых деревьев. На самом деле они были настолько толстыми, что потребовалось бы несколько человек, чтобы полностью обхватить их. Однако даже они начали дрожать от взмаха ладони.

Ветер не прекращался. Корни огромных деревьев стало вырывать из земли. Упавшие деревья начали превращаться в груды опилок.

Восемь высоких деревьев возле Мэй Сюэ Янь исчезли в одно мгновение. Вместо них теперь лежали восемь груд мелких опилок; они выглядели как серые груды золы. А самое главное – в процессе «перемолки» не было слышно никаких звуков.

Казалось, что эти восемь деревьев никогда не существовали в этом горном лесу.

Цзюнь Мосе взмок:

«Что это за техника? Она просто махнула рукой, чтобы создать такое! Эта Мэй Сюэ Янь ужасающе сильна!»

Белое платье Мэй Сюэ Янь слегка развевалось от ветра, когда она тихо сказала:

- Цзюнь Мосе, ты ещё не собираешься выходить? Ты это видел? Кто в твоей семье может сравниться с силой, которой я обладаю? Я сосчитаю до трёх. После этого я отправлюсь в город Тянсян, если ты не появишься. И я убью Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя! Я знаю, ты однажды сказал, что тебе не нравятся угрозы. Но я угрожаю тебе прямо сейчас! Твой таинственный учитель, может быть, мне и равен. Но как ты думаешь, он сможет защищать твою семью всю свою жизнь? Он сможет защитить всех от меня?

Её глаза были равнодушными. Её красные губы слегка шевельнулись, и она сказала:

- Один!

Цзюнь Мосе всё ещё прятался в том дереве. Тем не менее его ум был в шоке:

«Как она узнала, что это я здесь прячусь? И почему она так уверена в этом?»

Цзюнь Мосе искренне занервничал, когда услышал, как она произнесла его имя.

Мэй Сюэ Янь сказала правду. Она была достаточно опытна, чтобы убить кого угодно. На самом деле даже восемь Великих Мастеров не смогут остановить её!

Он колебался. Мэй Сюэ Янь спокойно продолжала:

- Два!

Она слегка приподняла своё красивое лицо, но продолжала смотреть в небо. Она выглядела как невинная молодая девушка, которая пыталась сосчитать звезды. Но жажда крови, которая исходила из её тела, была исключительно решительна.

- Похоже, ты не планируешь выходить, – вздохнула Мэй Сюэ Янь. – Это тоже хорошо! Я пойду и убью Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя! Надеюсь, у тебя ещё есть время, чтобы остановить меня. Спеши и беги к своему хозяину за помощью! И, надеюсь, он успеет вовремя! – она встала после того, как сказала это. Температура вокруг резко упала. Затем её тело вспыхнуло светом и превратилось в белую линию в небе. Она преодолела шестьдесят метров за одну секунду!

И направлялась к городу Тянсян!

Потом вдруг…

- Стой! – крикнул Цзюнь Мосе. Мэй Сюэ Янь остановилась и медленно повернулась. Затем она увидела, что мальчик стоял, где она сидела минуту назад. Он смотрел на неё; его взгляд был холодным и резким.

- Как и ожидалось... это ты! Ты! – Мэй Сюэ Янь ужасающе улыбнулась. Она аккуратно убрала волосы за уши и медленно стала опускаться на землю. Затем она медленно и неторопливо вернулась назад.

- Откуда ты была уверена, что это был я? Я уверен, что техника моего учителя не имеет недостатков. Никто не сможет увидеть через неё! – Цзюнь Мосе не собирался скрываться теперь, так как он уже показал себя. Итак, он сел там, где ранее сидела Мэй Сюэ Янь и похабно ухмыльнулся:

- Здесь ещё тепло... моей заднице щас прямо отлично. Действительно очень удобно…

Мэй Сюэ Янь замерла. Её выражение лица было жестоким, но в глубине её глаз было видно смущение:

- Ты сам мне это сказал.

- Я сам тебе сказал? – Цзюнь Мосе был озадачен этим.

- Твоя секретная техника так исключительна, как ты говоришь. Возможно, в этом веке и мире нет никого, кто мог бы видеть сквозь неё. Но уникальность этой техники в том, что я наблюдала за твоими движениями, когда ты сражался с Сяо Бу Ю. Все знают, что твои движения исключительны и постоянно меняются. На самом деле они даже не могут определить, где ты находишься. Ты внезапно появляешься слева... или справа... или спереди или сзади. Но я заметила, что твои методы уже превзошли основные законы смертного тела. Это потому, что твоё материальное тело переходит в какую-то исключительную форму каждый раз, когда ты исчезаешь. Так что, кажется, ты исчезаешь! Я уверена в этом! – она слабо улыбнулась. – Я не могу отследить Змеиную Королеву, даже если использую всю свою силу. Это потому, что её врождённое мастерство дано Небесами! Никто не может отследить её. Тем не менее кто-то был в состоянии следовать за ней, не раскрывая себя. Так что только ученики твоего учителя способны достичь этого с помощью техник, которые он передал; никто другой не сможет этого сделать.

Королева Змей сказала, что она почувствовала, что кто-то следует за ней. И она не смогла найти того, кто это был. Так что этого было достаточно, чтобы убедиться, что это ты был этим таинственным преследователем! – Мэй Сюэ Янь спокойно посмотрела на Цзюнь Мосе. – И, оказалось, моё предположение было верным!

- Ну и зачем ты угрожаешь мне, если ты догадалась, что это я? Ты знаешь, что ты уже пересекла эту «нижнюю линию» для меня! Ты должна знать, что каждый человек, который пересёк эту черту, заплатил ужасную цену за свою ошибку! И никто не является исключением из этого! – Цзюнь Мосе говорил очень мрачно.

- Это не было угрозой. Мои слова, скорее всего, сбудутся! Это потому, что я бы убила тех двоих, если бы ты не появился, – продолжала Мэй Сюэ Янь. – Я не шутила! Мне не нужно использовать угрозы, когда дело доходит до убийства! Убийство не имеет большого значения для меня!

- Ты заставляешь меня? – выражение лица Цзюнь Мосе потемнело, он мрачно поглядел на Мэй Сюэ Янь. Затем он сказал. – Ты заставляешь меня противостоять вам? Думаешь, ты можешь шутить со мной?

Мэй Сюэ Янь громко рассмеялась сначала. Затем она посмотрела на Цзюнь Мосе очень высокомерно. Лицо выражало крайнее презрение:

- Ты? Против меня? Я не понимаю, откуда у тебя такая уверенность? Ты получил это от своего воображаемого учителя?

Цзюнь Мосе говорил медленно и холодно, совершенно не сдерживаясь:

- Настоящий человек будет использовать только свою силу. Он не будет полагаться ни на кого другого. Но, Мэй Сюэ Янь... ты думаешь, что я не смогу убить тебя, потому что ты обладаешь значительным боевым мастерством и непревзойдённым великолепием? Или ты думаешь, что я не убью женщину?

- Разве это не так? – Мэй Сюэ Янь слегка наклонила голову. Её белоснежные щеки казались полупрозрачными на солнце.

- Для меня разница между мужчиной и женщиной – лишь то, что между ног болтается. Ты сейчас очень красивая. Но ты станешь простой грудой костей после смерти! А я не интересуюсь кучей костей!

Тело Цзюнь Мосе излучало демоническую ауру. Его взгляд медленно становился похож на острый меч... он смотрел на Мэй Сюэ Янь взглядом, который выражал адскую злобу. Затем он неспешно произнёс:

- Женщина, неважно, кто ты... или какой силой ты обладаешь. Ты должна помнить одну вещь – ты никогда не должна пересекать нижнюю линию! Иначе... ты пожалеешь об этом! Тебе придётся заплатить цену, которую ты не можешь себе позволить! На самом деле ты даже не можешь себе представить!

- О-о-о, теперь ты мне угрожаешь? – Мэй Сюэ Янь подняла глаза. У неё не было выражения гнева на лице, когда она спросила тихим голосом. На самом деле она даже нашла это слегка забавным. В конце концов, сила Цзюнь Мосе была как у муравья. Но он ещё осмеливался угрожать ей!

- Угрожать тебе? Я не думаю, что угрожаю тебе. Мои слова, скорее всего, сбудутся! В любом случае – что даже если я угрожаю тебе? – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Что ты будешь с этим делать? Или теперь ты такая же, как я, что не можешь мириться с угрозами?

Цзюнь Мосе вернул ей её же слова, не моргнув глазом.

Это была та же угроза. Мэй Сюэ Янь угрожала Цзюнь Мосе, и это разозлило его. Так что Цзюнь Мосе угрожал ей в ответ. Но это заставило Мэй Сюэ Янь чувствовать себя очень униженной.

В конце концов, огромное несоответствие в их личности не позволило ей угрожать кому-то вроде Цзюнь Мосе.

Голос Цзюнь Мосе едва утих, когда он увидел белоснежную вспышку перед собой. Ладонь Мэй Сюэ Янь уже почти ударила его по щеке.

Избежать удара уже было нельзя. Он никогда не ожидал, что Мэй Сюэ Янь будет обладать такой скоростью. Выражение лица Цзюнь Мосе внезапно стало холодным. Но он не пытался увернуться. Вместо этого он просто размахнулся и отвесил ей пощёчину сам. Он стоял против самой красивой женщины в мире. Однако он не проявит к ней никакого милосердия!

Мэй Сюэ Янь дёрнула головой, и рука Цзюнь Мосе лишь коснулась её щеки. Тем не менее Цзюнь Мосе также смог избежать её удара. Оба они двигались аналогично. Оба они сдвинули ноги назад…

Нога Мэй Сюэ Янь двигалась как молния, пнув Цзюнь Мосе по колену.

Правая нога Цзюнь Мосе двигалась точно так же, но он направил удар в дантянь Мэй Сюэ Янь.

Пальцы Мэй Сюэ Янь согнулись, будто когти хищного зверя, и она ударила, едва не попав в глаз Цзюнь Мосе.

Пальцы Цзюнь Мосе также превратились в когти орла, когда он ударил в ответ; но его целью было горло Мэй Сюэ Янь!

Эти два эксперта начали сражаться, чтобы выразить гнев, который они накапливали внутри. Они были связаны вместе, и ни один из них не был готов сдаться.

У Цзюнь Мосе не было выбора. В конце концов, он знал, что его сила, а также уровень его Суань Ци намного уступают этой женщине.

Поэтому он мог прибегнуть только к такому методу.

Тем не менее Мэй Сюэ Янь неожиданно поняла, чего ей не хватает. И это заставило её задуматься:

«Женщина всегда будет в невыгодном положении в ближнем бою…»

Бах!

Двое одновременно отпрыгнули назад. Цзюнь Мосе пошатнулся. Красивое лицо Мэй Сюэ Янь побледнело от гнева:

- Ты очень безжалостный человек в глубине души, Цзюнь Мосе!

Глава 483. Сражение с Мэй Сюэ Янь!

Атаки Мэй Сюэ Янь были очень жестокими. Но они не были смертельными для Цзюнь Мосе в любом случае. Эти атаки в лучшем случае покалечили бы его, даже если бы они попали в цель. Кроме того, её атаки обеспечили ему большую свободу действий. Тем не менее каждая из атак Цзюнь Мосе была фатальной!

Жертва стала охотником в доли секунды. Мэй Сюэ Янь уже дважды едва не отправилась к вратам Ада. Фактически она была вынуждена активировать свою Суань Ци, так как она была ошеломлена остротой атак Цзюнь Мосе.

«Я не ожидала, что этот, казалось бы, похожий на смазливого сопляка мальчик будет использовать смертельно опасные даже для меня атаки, хотя мои удары не были предназначены, чтобы убить его!»

- Мы в одной лодке! Но ты не получишь другой возможности! – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и закашлялся. Он совершил ошибку минуту назад. И эта ошибка заставила его почувствовать страх в своём сердце. В конце концов, он уже три или четыре раза мог остаться калекой на всю жизнь.

«Я был бы обречён лежать здесь вечно, если бы проявил к ней снисхождение. Она искалечила бы мои ноги и вырвала бы мои глаза. Мне пришлось бы прожить остаток жизни во тьме!»

«Эта красивая женщина очень опасна!»

- Я тоже не собираюсь тебя отпускать! Но давай не будем использовать нашу Суань Ци. Давай сражаться честно, чтобы увидеть, кто выйдет победителем! – Мэй Сюэ Янь фыркнула и потянулась, пользуясь секундной заминкой. Она была известна своей ловкостью ещё до того, как стала Королём Зверей. На самом деле её скорость и ловкость была единственной в своём роде, даже среди миллионов зверей Суань в лесу.

Однако она оказалась в невыгодном положении, когда обменялась ударами с этим отродьем. Фактически она была вынуждена использовать свою мощную Сюань Ци, чтобы стряхнуть его. Это было невообразимо для нее. И это было также очень унизительно…

«Я должна очистить свою честь!»

«Назад пути нет!»

Это уже не было сражением от гнева, это было сражение чести!

Цзюнь Мосе не мог позволить себе быть добрым или милосердным перед своим чрезвычайно сильным врагом. Он слегка усмехнулся, когда выражение его глаз стало ледяным. Он был спокоен, как снег, и молчал, как ледник. Мальчик начал действовать, как только тело Мэй Сюэ Янь показало малейший намёк на движение.

Длинные и чёрные, как смоль, волосы молодого господина внезапно распростёрлись позади него, и он с силой устремился вперёд. Взвыл ветер, но порыв даже не успел утихнуть, когда две фигуры вновь сошлись в ближнем бою.

Эти два человека настолько тесно перепутались, что казались неразлучными. Их фигуры, казалось, образуют одно белое изображение. Никто не смог бы сосчитать, сколько ударов каждый из этих двух людей произвёл в течение доли секунды.

Этот вид рукопашного боя на четверть был продиктован рефлексами и ловкостью человека. Однако борьба между этими двумя больше не могла считаться борьбой не на жизнь, а на смерть. Вместо этого, этот рукопашный бой являлся для них единственным средством, чтобы выразить свой гнев.

Мэй Сюэ Янь была мрачной, очень мрачной. Она была так мрачна, потому что Цзюнь Мосе осмелился угрожать ей. Более того, он был всего лишь незначительным человеком, который не достиг даже Суань Духа. Её не очень волновала сама угроза. Дело в том, что Цзюнь Мосе не на что было положиться... кроме тех таблеток из Священного плода. Очевидно, он не сказал ей этого, но она всё равно знала.

Поэтому Мэй Сюэ Янь почувствовала, что понесла потерю. Более того, эта потеря не могла быть восполнена. И это только сделало её ещё угрюмее…

Но не имело значения, как мрачно она себя чувствовала по этому поводу. В конце концов, она была вынуждена подчиниться этой угрозе, так как у неё не было выбора.

И как мог Цзюнь Мосе не чувствовать себя мрачным? Он был таким же мрачным. На самом деле он чувствовал себя очень угрюмо. Цзюнь Мосе привык иметь преимущество. Он привык иметь превосходство над другими. Он возился с Великими Мастерами, даже когда его сила была слаба. С его ладони разве что только не кормились Короли Зверей Тянь Фа. Как мог кто-то столь выдающийся принять чужие угрозы и подчиниться им?

Однако у него не было выбора, кроме как выйти после того, как Мэй Сюэ Янь озвучила свою угрозу. Он не мог игнорировать эту угрозу, он не мог перестать думать о ней. Это потому, что эта угроза была направлена против двух его ближайших родственников. Он знал только этих двух родственников в своей жизни. Это были два человека, о которых он заботился больше всего. Молодой господин не смог заменить этих двоих никем…

Разумеется, он почувствовал себя не в своей тарелке после её угрозы. Поэтому он был чрезвычайно мрачен и зол.

Но не имело значения, насколько мрачно он себя чувствовал. В конце концов, он был вынужден подчиниться этой угрозе, так как у него не было выбора.

Настроение этих двух запутавшихся бойцов было довольно схожим, несмотря на разницу в их причинах. И оба они старались изо всех сил, чтобы победить другого, и ни один из них не был готов принять поражение. На самом деле каждый из них был готов получить нехилые побои, но не был готов отказаться от избиения другого.

Любая другая пара бойцов уже бы улыбнулась и сказала, что хватит. Тем не менее эти двое никак не были готовы принять поражение. Оба они уже успели отхватить своё, и были потрёпаны одинаково. Но оба всё ещё верили, что могут победить.

В конце концов, они хотели увидеть, кто упадёт первым, а кто посмеётся в конце.

Более того, эти двое были обязаны сотрудничать из-за Священного плода Тянь Фа, и из-за вопроса Тянь Фа со святыми землями. Но исход этой битвы определит относительное положение этих двух людей. И он также решит, какой вес будут иметь их слова.

Поэтому они оба использовали свои самые сильные уникальные навыки в этом рукопашном бою.

У Цзюнь Мосе был обычай – он всегда прилагал все свои усилия; неважно, насколько слабым был враг. Он всегда хотел, чтобы его первый шаг был таким, что ему не нужно было бы делать второй — так же, как лев выкладывается по полной, даже когда охотится на кролика. Ведь умение убивать врага было лучшим способом защитить себя. Он всегда практиковал это золотое правило. На самом деле это был величайший опыт короля ассасинов.

Тем не менее Мэй Сюэ Янь была очень тактичной. И её такт позволял ей отражать атаки Цзюнь Мосе. Фактически Мэй Сюэ Янь даже сумела бы контратаковать между ударами, если бы Цзюнь Мосе атаковал чуть реже. Но она всё равно находила долю секунды, чтобы дать противнику по чайнику, который он называл головой. Следовательно, их борьба продолжала становиться всё более интенсивной…

Скорость этих двух фигур становилась всё выше, как будто два торнадо скручивались вместе. Уже было неясно, кто есть кто. Королева Змей скрытно вернулась обратно, услышав шум. Однако эта сцена оставила её ошеломлённой.

«Существует много видов зверей Суань в лесу Тянь Фа. На самом деле он полон странных вещей. Но никто никогда не мог соответствовать ловкости старшей сестры! Даже знаменитый Высокий Журавль и я не смогли успеть за движениями старшей сестры, несмотря на то, что объединились против неё! А этот ребёнок – всего лишь человек! Но он каким-то дьявольским образом успевает за ней! И не только успевает – некоторые из его атак даже толкают её назад! Как это может быть возможно?»

«Он... кто он такой?»

Мэй Сюэ Янь становилась всё мрачнее. Но этот мрак отличался от того, что она чувствовала некоторое время назад:

«Этот мальчишка очень свирепый! Каждое движение и каждая позиция этого отродья фатальны. Более того его атаки никогда не бьют туда, куда они изначально направлены! Неважно, насколько хорошо я уклоняюсь. И неважно, насколько острыми становятся мои контратаки... этот сопляк всегда знает то место, которое наиболее уязвимо для ожесточённой контратаки заранее!»

Однако то, что заставляло её мрачнеть – это то, что ему было всё равно, что его противник – женщина; и к тому же очень красивая женщина! Кроме того, ему было полностью наплевать, куда он атакует. Ему было всё равно, бил ли он её в грудь, живот, глаза или горло. Он был готов атаковать в любое место, которое его противник оставил «без присмотра»...

Его движения были жестокими и хитрыми. Он атаковал важные суставы тела, если не пытался нанести смертельный удар. Мэй Сюэ Янь знала, что даже Великий Мастер почувствует сильную боль, если он не будет осторожен и будет поражён его атакой.

«Даже я не буду исключением!»

«Как он может быть таким опытным?» – Мэй Сюэ Янь поняла одну вещь, сражаясь с Цзюнь Мосе – каждое его движение имело только одну цель. И его целью было убийство — убийство своего врага.

Люди, возможно, никогда не любили зверей Суань. Однако такая степень ярости не встречалась ей.

Но Цзюнь Мосе показывал её прямо сейчас!

Мэй Сюэ Янь была уверена, что её врожденная ловкость была намного больше, чем у Цзюнь Мосе. Но боевой стиль Цзюнь Мосе был довольно нечестным с самого начала. Он спокойно использовал подлые трюки в дополнение к своей злобе. Таким образом, это сражение становилось немного трудным для неё.

Он нападал на неё, защищая свои жизненно важные точки. Он был словно ёж; она не могла выбрать место, чтобы ударить его. Его атака и защита были очень плавно скоординированы. На самом деле, казалось, что он мог видеть, где появляются дыры в его защите, когда он начинал любую атаку, и поэтому исправлял их заранее. Он был уверен в безопасности своей атаки, прежде чем начинал её. Поэтому любая такая «дыра» в защите являлась на самом деле ловушкой. Даже можно было сказать, что это являлось смертельной ловушкой!

Это была ужасающая тактика!

Мэй Сюэ Янь столкнулась с бесчисленными врагами на протяжении своей жизни. Но она никогда не видела такого свирепого человека. Он был предельно ясен в своих преимуществах и еще яснее в своих слабостях. Но он атаковал с яростью берсерка, как только видел хоть малейшую брешь в обороне противника…

«Этот парень – монстр!»

«Я могу ударить его дважды. Но я не ударю ни по одной из его важных частей тела... Ну я, по крайней мере, не смогу поразить части, которые причинили бы ему серьёзный ущерб. Тем не менее он легко сможет ударить меня в то время, когда я ударю его дважды. И его удары, безусловно, нанесут мне очень большой урон…»

«Ему будет наплевать, если я ударю его дважды. Он сможет выдержать это. Но его ответные атаки будут фатальными для меня!»

«Я, очевидно, могла бы раздавить всё его тело, если бы я ударила его даже по пальцам ног, если бы я использовала свою полную силу. На самом деле, это не имело бы значения, даже если бы он использовал всю свою силу для защиты. Но я сказала, что мы не должны использовать нашу Суань Ци в этой борьбе. И не говорите мне, что кто-то моего статуса должен будет забыть своё слово в бою против этого отродья?»

Мэй Сюэ Янь не знала, что это было очень неприятно и для молодого мастера Цзюнь.

Цзюнь Мосе просто волком выл внутри:

«Эта женщина чересчур сильна! И не только телом! Она жёсткая – и умственно, и физически. Её ловкость ужасает. Как будто она рыба, которую обмакнули в масло – она такая скользкая, что не остаётся в моих руках. Как мне вообще ударить её?»

Внезапно, озарение случилось в разуме Цзюнь Мосе прямо посреди боя. Он крикнул:

- Так это ты была тем, кто строил мне козни на протяжении всего путешествия из Южного Небесного города?

Холодное и красивое лицо Мэй Сюэ Янь не изменилось. Она лишь воспользовалась этой возможностью для нанесения ударов. На него обрушились девятнадцать ударов кулаками, тридцать четыре – ладонями, тринадцать ударов локтя и тридцать пинков. Она даже издевательски крикнула:

- Ты только теперь это понял? Ты действительно тормоз! Тебе понравилось путешествие, не правда ли? Это было незабываемо?

Выражение лица Цзюнь Мосе стало спокойным, но в его глазах вспыхнул тёмный свет…

Глава 484. Что-то нашёл, что-то потерял

Это возвращение из Южного Небесного Города было самым унизительным опытом в его жизни. Имя Злого Монарха всегда вызывало страх в сердцах каждого в его прошлой жизни. Следовательно, никто не осмеливался так с ним связываться…

И никто в этом мире тоже не смел.

Но эти унижения заставляли Цзюнь Мосе время от времени уходить в Пагоду Хунцзюнь. Фактически он был вынужден убегать. Из-за этого его сила увеличилась в огромной степени. Но Цзюнь Мосе всё ещё чувствовал, что он был вынужден делать это!

Ведь это была не его собственная инициатива.

Поэтому Цзюнь Мосе хотел отомстить своим мучителям, но так и не выяснил личности людей, которые всё это устроили. Однако он уже опознал Королеву Змей, Зелёную Охотницу. А потом он увидел Мэй Сюэ Янь. Кроме того, он также оценил её пугающую силу в ходе ближнего боя. Затем Мэй Сюэ Янь призналась в том, что эти «шалости» – её рук дело.

Цзюнь Мосе издал громкий рёв. Он проигнорировал все остальные слова Мэй Сюэ Янь, будто их и не было. Развернувшись, он высоко взлетел и, снова повернувшись, бросился на неё. Его тело меняло направления так быстро, что было невозможно увидеть. Но эти финты были лишь для того, чтобы уклониться от ударов Мэй Сюэ Янь и приблизиться к ней…

«Хорошо, девочка, позволь мне преподать тебе урок, если это так! Теперь давай я с тобой сыграю, сучка! Посмотрим, как тебе это понравится; давай посмотрим, оставит ли это тебе добрые, сука, воспоминания!»

«Твоя сила Суань намного превосходит мою. Но ты высокомерно поставила условие не использовать силу Суань!»

«Между нами довольно большая пропасть. И устанавливать это условие было так же хорошо, как просто просить об избиении. Ты должна знать, что я гордый и беспощадный человек. Я не проявлю снисхождения, даже если ты девушка. Я тебя уничтожу, тварь!»

Мэй Сюэ Янь внезапно почувствовала, что интенсивность боя увеличилась. И на такой скорости она долго протянуть не могла. Тело Цзюнь Мосе было ниже неё, но он всё равно начал атаку с этой позиции, и его правая нога рванулась вверх. Удар был направлен на её горло, но его левая нога также совершала удар, пусть и на долю секунды позже. И второй удар был направлен на нижние женские части её тела.

- Это бесстыдно! Ты отвратителен! – лицо Мэй Сюэ Янь стало холодным. Её тело слегка наклонилось вперёд. Её правая рука двигалась как молния, чтобы сбить удар левой ноги Цзюнь Мосе. Но, уже совершив контратаку, она поняла, что отбила не удар, а лишь пустой воздух. Пока она соображала, что же случилось, ей прямо в горло уже летел идеальный удар кулаком. Мэй Сюэ Янь пришлось прогнуться назад, чтобы получить преимущество. Её колено направилось к животу Цзюнь Мосе.

С громким БАБАХ! столкнулись колени двух бойцов. Мэй Сюэ Янь отступила на дюйм. Однако колени двоих бойцов оставались неподвижными между ними. Внезапно произошло странное движение ниже колена Цзюнь Мосе. Затем его колено каким-то образом перевернулось, и удар полетел в сторону бедра Мэй Сюэ Янь.

Колени молодого господина были распрямлены полностью. Тем не менее ему удалось совершить этот удар, хотя его правая нога словно бы искривилась. Это было крайне ненормально. Он просто нарушал законы природы. Никто не мог бы принять эту позу, если кости ноги не были бы сломаны или их просто не было...

Тем не менее Цзюнь Мосе каким-то образом использовал эту позу для атаки.

У Мэй Сюэ Янь было очень много боевого опыта. Однако даже она испугалась, когда увидела это. Она быстро отступила назад. Но Цзюнь Мосе быстро поднял свою опущенную голову, стараясь ударить её хотя бы головой. Мэй Сюэ Янь, больше с восхищением, чем с ненавистью крикнула:

- А у тебя есть яйца, мальчишка!

Тем временем её белая ладонь красиво блеснула на солнце, двигаясь к его лбу. Этот удар не использовал её Суань Ци, однако он легко развалил бы лоб молодого мастера на куски, как гнилой арбуз, если бы удар попал в цель.

Тем не менее волосы Цзюнь Мосе внезапно растопырились во все стороны с треском. Его длинные чёрные волосы стали прямыми, как стрелы. Они стали напоминать миллионы острых игл.

Даже волосы можно использовать, чтобы ранить своих противников!?

Однако это не было концом атаки Цзюнь Мосе. Одно из его плеч словно бы отклонилось от тела. На самом деле, казалось, что он вывихнул плечо, но этот «вывих» позволил ему заблокировать левую ладонь Мэй Сюэ Янь.

Это произошло очень внезапно и неожиданно. Мэй Сюэ Янь рассчитывала на более хорошее развитие событий. Однако она поняла, что этой странной атаки было достаточно, чтобы закончить этот бой. В конце концов, она не хотела быть пронзённой этими игольчатыми прядями немытых волос. Она слегка выдохнула, а её тело поднялось вверх. Затем она быстро отступила назад. Эти два движения были завершены в мгновение ока. Тем не менее ладонь Цзюнь Мосе успела ударить её прямо между ног, когда она поднималась!

Девушка закричала от гнева. Фактически она больше не могла придерживаться ограничения не использовать Суань Ци. Её красивое тело взлетело ввысь, когда она выпустила холодный рык гнева и стыда.

Цзюнь Мосе же только почувствовал прикосновение ладони к чему-то мягкому и довольно приятному. На самом деле он не смог собрать достаточно сил, чтобы ранить врага. Тем не менее тело Мэй Сюэ Янь уже было в середине движения вверх. Его рука была нацелена на её солнечное сплетение, но парень не учёл, что Мэй Сюэ Янь станет подниматься вверх. Таким образом, его рука попала ниже, чем он целился. Его ладонь лишь скользнула по её груди, животу и промежности… Но неожиданно, этот удар принёс ему много удовольствия… Было довольно горячо и приятно…

Юноша пробормотал:

- Здорово!

Быстро поднимающаяся вверх Мэй Сюэ Янь внезапно почувствовала замешательство и упала сверху. Она оставалась чистой с тех пор, как приняла человеческий облик. На самом деле большинство людей даже не знали, что она женщина. Но этот развратник всё испортил...

Мэй Сюэ Янь хотела просто беситься от ярости.

Вся сила Суань, хранящаяся в её теле, взрывом пролилась во всех направлениях и вызвала сумасшедшее давление. Даже небо разразилось громом. На самом деле, казалось, что конец света приближается к Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе испугался этой внезапной перемены:

«Сила этой женщины была так велика?! Ни один из экспертов, с которыми я сталкивался в прошлом, не может сравниться с этой Мэй Сюэ Янь!»

Цзюнь Мосе увидел, что ужасный удар приближается к нему. И он знал, что это будет смертельный удар. Поэтому он крикнул:

- Стой! Ты проиграла, но всё же не признаешь поражение? Как тебе не стыдно?

Как ни странно, но это подействовало: жуткий удар остановился, когда он произнёс эти слова.

Лицо Мэй Сюэ Янь было наполнено жаждой крови, когда она приземлилась прямо перед ним. Она смотрела на него так, что казалось, будто она готова голыми руками превратить его в фарш.

Её глаза были полны убийственной ярости, но её лицо покраснело от уха до уха. Её прежнее элегантное и спокойное выражение лица исчезло. Сейчас на её лице читались менее приятные, но более человечные эмоции – злость и смущение молодой девушки.

Но Цзюнь Мосе был в хорошем настроении. Его лицо выражало серьёзность:

- Молодая Мэй, победа и поражение уже решены. Я выиграл по счастливой случайности. Поэтому я должен извиниться перед тобой. Кроме того, уже поздно. Итак, я должен попрощаться!

«Ты ещё торгуешься по вопросу победы и поражения?»

«Теперь, когда дело дошло до этого... этот ребенок ведёт себя как хулиган и играет со мной! Ты просто хочешь воспользоваться этим, пощупать мою задницу и уйти?!»

Мэй Сюэ Янь уже забыла настоящую цель боя. Ей было так стыдно, что казалось, будто это её, а не жирного Танга спихнули в отхожую яму. И это заставляло её бурлить от ярости.

- Победа и поражение были определены? Как это было определено? И почему я об этом ничего не знаю? Ты думаешь, что сможешь уйти, сделав что-то настолько низкое! – это заявление было доказательством того, что Мэй Сюэ Янь действительно потеряла голову. Было важно знать, что Мэй Сюэ Янь обладала несравненной силой. Она была открытой и честной, и никогда не пыталась скрыть своё поражение. Но сейчас обстоятельства изменились. Она испытала странное, но приятное ощущение, когда этот урод прикоснулся к её груди. Её сердце бешено колотилось. Всё тело будто бы нагрелось, как в лихорадке. Она хотела избавиться от этого чувства смущения и стыда. Поэтому она подняла руку и закричала:

- Посмотрим, как ты сбежишь от меня! Мировая Клетка!

Лицо молодого господина Цзюнь было серьёзным. Тем не менее его сердце просто кричало от удовлетворения:

«Потрясающе... так полезно!»

Ненависть должна быть отомщена. Однако его ненависть была отомщена с процентами. Поэтому он втайне был доволен собой. И именно в этот момент он был полностью парализован. Даже его духовное чувство было запечатано!

«Б*ядь!»

Он был незнаком с этой так называемой Мировой Клеткой. Эта техника была единственной, которая могла успешно подавить его в этом мире. На самом деле, он не мог даже сбежать в Пагоду Хунцзюнь под её влиянием однажды. Но тогда на него использовала эту технику Почтенная Мэй из леса Тянь Фа.

«Эта женщина тоже может использовать эту технику! Чёрт!»

Ему больше не нужно было ничего объяснять. Это осознание пришло в голову Цзюнь Мосе в одно мгновение. Все другие идеи, о которых думал молодой господин, отошли на второй план.

Но нельзя винить его в том, что он ни о чём не думал в это время. В конце концов, удары Мэй Сюэ Янь посыпались на него без всякой пощады…

Только одна мысль осталась в его черепе:

«Такая же злющая стерва, и так же терроризирует меня!»

БАБАХ! – ему прилетело в глаз.

ТРЕСЬ! – удар едва не сломал ему челюсть.

ХЕРАК! – от пинка по заднице его позвоночник едва из уха не вылетел.

БАБАХ! – спина, бёдра, плечи, грудь... удары сыпались ливнем.

Цзюнь Мосе летал в воздухе, как мёртвый лист осенью. Он летал вверх и вниз, вправо и влево, но не падал на землю. Удары звучали со скоростью барабанного боя. У него даже не было времени восстановиться. Уже через секунду его лицо теперь напоминало панду. Голова распухла. А что касается задницы – даже невооруженным глазом было видно, как быстро она набухает…

БАБАХ!

Молодой господин, наконец, упал на землю. Пошевелиться он не мог, поэтому так и рухнул навзничь.

Стройная нога Мэй Сюэ Янь сильно ударила по груди молодого господина. Затем она нагло посмотрела на него, ухмыляясь от гнева, и спросила:

- Ну и кто победитель в этом сражении?

Мэй Сюэ Янь слегка задыхалась. Удары, которые она нанесла минуту назад, сорвали её дыхание. Более того, она так долго воздерживалась от использования своей Ци, сражаясь врукопашную, и это истощило физическую силу её тела. Поэтому было бы ложью сказать, что она не устала.

Она очень устала, но это того стоило. В конце концов, она отомстила за свою ненависть. Фактически её ненависть была отомщена с процентами! Поэтому она была счастлива! Она была очень довольна!

Она чувствовала себя помолодевшей.

Тем не менее ей, очевидно, нужно было отменить Мировую Клетку, допрашивая Цзюнь Мосе. Иначе как бы этот мальчик заговорил?

Но Мэй Сюэ Янь сделала ошибку – серьёзную ошибку. Она была слишком беспечна. Она не должна была отключать Мировую Клетку!

Глава 485. Атаки Мэй Сюэ Янь

Мировая Клетка была техникой, которой больше всего боялся Цзюнь Мосе. На самом деле это было, пожалуй, единственное, чего он боялся. Тем не менее Цзюнь Мосе был как дракон, вернувшийся в океан, если оковы этой Мировой Клетки снять. Возможно, он был больше похож на тигра, который вернулся глубоко в свои горы. И он никогда бы не дал ей второго шанса сделать это.

Казалось, что стройная правая нога Мэй Сюэ Янь весила на самом деле много тонн. Будто бы целая гора давила на грудь Цзюнь Мосе. Она отключила Мировую Клетку, как только закончила говорить. И Цзюнь Мосе сразу же исчез, как только это произошло. По всем законам физики, в тот момент, когда он исчез, там оставался лишь воздух. Мэй Сюэ Янь чувствовала себя очень самодовольной в этот момент. Однако она вдруг почувствовала пустоту под ногой и в результате потеряла равновесие.

Мэй Сюэ Янь не была обычной девушкой. Она бы ни за что не упала, если бы у неё была хоть одна секунда на реакцию. Но она не получила эту возможность в данном случае! Нога её лежала на груди Цзюнь Мосе, а правую она вытянула вверх, чтобы ударить его, но неожиданно она потеряла опору. Как она могла подумать, что человек, которого она прижала к земле, сумеет куда-то исчезнуть? Разумеется, она рухнула на землю в крайнем удивлении. Сильное и крепкое тело мужчины придавило её сверху. Её правая нога оставалась поднятой, когда она «прилегла» на землю. Так что сейчас её нога лежала рядом с её лицом.

Тут же звуки жесточайших ударов эхом повторились в окрестностях. Красивая Мэй Сюэ Янь пыталась подумать хоть об одной части тела, которая не болела бы в данный момент. Но больше всего получила её сочная задница – по ней пришлось явно не меньше тысячи шлепков, пинков и укусов…

Она расплатилась с этим человеком полностью несколько минут назад. Поэтому она чувствовала себя очень довольной собой. Тем не менее он снова сумел перевернуть всю ситуацию…

Мэй Сюэ Янь сильно разозлилась. На самом деле она больше не могла контролировать свою ярость. Её глаза покраснели, когда она закричала в гневе:

- Мировая Кл…

- Я покажу тебе мировую! Я тебе твою клетку… – Мэй Сюэ Янь лишь почувствовала горячее дыхание мужчины на своих губах. Он прервал её атаку! Сама она была прижата к земле. Сильное тело мужчины давило на неё сверху. Более того, её ноги лежали в крайне неудобном положении. Она даже сопротивляться не могла...

«О Боже…»

Она пыталась вырваться на свободу со всеми силами, что у неё были. Но в этот момент она почувствовала, как чрезвычайно проворный язык скользнул в её рот.

Однако это было инстинктивно; это было чисто инстинктивно со стороны Цзюнь Мосе. Ведь он случайно «поцеловал» ароматные губы этой красивой женщины. А потом уже сладкий и чудесный вкус её губ просто отключил ему мозги напрочь. Поэтому его язык решил двигаться сам по себе…

Мэй Сюэ Янь вдруг почувствовала, что у неё даже голова закружилась. Она даже перестала бороться в какой-то степени…

Однако этот момент колебания длился недолго. На самом деле это была, возможно, тысячная доля секунды. Затем Мэй Сюэ Янь с силой выдохнула и перекрестила руки, активируя способность без слов…

Мировая Клетка была активирована!

Тем не менее она почувствовала, что её тело освободилось прямо перед тем, как она использовала Мировую Клетку; Цзюнь Мосе снова исчез…

Мэй Сюэ Янь встала, тяжело дыша. Она кружилась вокруг, как собака, бегающая за собственным хвостом. Она будто сошла с ума, повсюду разыскивая любые признаки Цзюнь Мосе. Но вдруг из ниоткуда внезапно появилась нога и пнула её по нежному и избитому заду.

Этот удар заставил юную леди Мэй пошатнуться. Разумеется, она очень разозлилась. С громким «БАБАХ!» сила её тела взорвалась повсюду, чтобы защитить её. Мэй Сюэ Янь внезапно вспомнила, что она может использовать свою силу Суань, чтобы защитить своё тело...

Цзюнь Мосе как раз поднимал ногу, чтобы ещё раз пнуть её, находясь в состоянии невидимости. Однако этот мощный взрыв заставил его улететь.

Можно сказать, что его техника скрытности не была идеальной для каждого сценария.

- Цзюнь! Мосе! – прорычала Мэй Сюэ Янь. Её лицо быстро покраснело. Она чувствовала, что её задница опухала от боли. Но лицо её становилось всё краснее и жарче. Она чувствовала, что вот-вот взорвётся.

- Выходи, сопляк! Выходи, если у тебя есть мужество! – Мэй Сюэ Янь продолжала рычать.

Королева Змей пряталась в подлеске. На её лице читался шок.

«Чёрт! Меня бес попутал? Что я только что видела? Мужчина был на моей старшей сестре минуту назад? Он вел себя с ней аморально... он даже поцеловал её! Боже правый! Я ведь не сплю, правда?»

Цзюнь Мосе скрежетал зубами, продолжая прятаться. Время от времени он поглаживал свою избитую задницу, чтобы она перестала болеть:

«Это очень больно, девочка! Ты отвратительная девушка! Давай, попробуй теперь надрать мне задницу! Ха, всё изменилось! На этот раз ты почувствовала вкус возмездия, не так ли?»

«Намерения Мэй Сюэ Янь были очень очевидны с самого начала. Она только хотела преподать мне урок; она не намеревалась убить меня. Иначе зачем бы она так избила меня, когда я был заперт в той Мировой Клетке? В конце концов, только половины её силы было достаточно, чтобы убить меня, когда она вошла в эту безумную ярость...»

Поэтому Цзюнь Мосе не делал этого для своей личной выгоды. Он делал это только для того, чтобы отомстить за свою бедную задницу.

«Я надеру тебе задницу, если ты побьёшь мою! Это справедливо и разумно!»

«А этот поцелуй можно рассматривать как проценты по кредиту! Более того, больше я ничего не мог сделать в то время!»

В конце концов, эта женщина собиралась использовать Мировую Клетку. Но Цзюнь Мосе не мог ничего сделать к тому времени.

Этот метод, хоть и аморальный, был, пожалуй, единственным способом шокировать кого-то столь сильного, как она…

Мэй Сюэ Янь глубоко вздохнула. И, наконец, она подавила желание убивать всё живое, что только увидит. В результате красивая женщина медленно успокоилась. Но ее лицо продолжало краснеть...

Она обдумала это секунду, и не смогла скрыть улыбку:

«Я тренировалась столько лет. Тем не менее я до сих пор не смогла забыть про свою хроническую нелюбовь к конкурентам. Разница между Цзюнь Мосе и моими сильными сторонами Суань огромна. Тем не менее я все ещё схожу с ума, столкнувшись с таким незначительным человеком. На самом деле я даже не стала активировать свою силу, чтобы я могла конкурировать с ним в рукопашном бою…»

«Это мой типичный подход. Я встречаюсь с врагом на равных и страдаю за это потом…»

«Мог ли он победить меня, полагаясь на свою собственную силу, даже если бы он был проворнее, чем я? Так что спорить с ним не имеет смысла».

«Это мой характер заставил меня страдать от этой проблемы…»

Задница Мэй Сюэ Янь всё ещё чувствовала себя неуютно. И её лицо покраснело просто до предела. Она перенаправила свою первичную энергию, чтобы исцелить задницу. Затем она глубоко вздохнула и заговорила:

- Выходи, Цзюнь Мосе. Есть важный вопрос, который мы должны обсудить!

Мэй Сюэ Янь была сильнее Великих Мастеров, в конце концов. Таким образом, она могла контролировать свои эмоции легче. Она чувствовала себя очень смущённой минуту назад. Но теперь это чувство грызло её сильнее, чем раньше…

Губы Цзюнь Мосе изогнулись в улыбке, но он ещё оставался в состоянии невидимости. Он активировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи в своих ладонях и приложил свои силы, чтобы потереть свою задницу, игнорируя призывы Мэй Сюэ Янь.

«Я не собираюсь доверять тому, что ты говоришь, женщина!»

«И я особенно не собираюсь доверять женщине, которая отпинала мою задницу! Более того, она – женщина, на чьей заднице я отыгрался, и чьи губы я страстно поцеловал! В конце концов, она сейчас как вулкан, который может извергнуться в любое время!»

«Я буду уничтожен, если она взорвется и ударит меня…»

«Как я могу быть настолько глупым, чтобы попасться на такую тупую уловку? Как я могу столкнуться с вулканом, услышав от него несколько милых слов? Ты продолжаешь кричать. И я отдохну минутку, прежде чем убежать. Я ясно вижу, что ты не хочешь связываться с моей семьёй! Так почему я должен париться дальше?»

Мэй Сюэ Янь ждала некоторое время, но Цзюнь Мосе не появлялся. Она знала, что Цзюнь Мосе не доверял ей, но она всё равно постояла ещё немного. Затем она медленно сделала два шага вперёд и подошла к синему камню, лежащему неподалёку. Рукой она смахнула с него пыль и уселась на него.

Её движения снова были элегантными и расслабленными. Она снова стала похожа на фею, которая спустилась на землю. Мэй Сюэ Янь выглядела необычайно красивой в это время; никто не мог догадаться, что такая великая красавица участвовала в ожесточённом рукопашном бою минуту назад.

- Выходи, молодой господин Цзюнь. Мы оба знаем, что никто из нас не питает чувства ненависти и злобы друг к другу. На самом деле мы должны сотрудничать в подлинном смысле этого слова. Ты также должен понимать, что нам обоим принесёт пользу наше сотрудничество. То, что случилось раньше, было шуткой!

Я уверена, что ты не принял это близко к сердцу. И я также не собираюсь нападать на тебя. Так что успокойся и покажись…

Цзюнь Мосе щёлкнул языком. Он вёл себя как мудак, а эта женщина всё ещё была спокойна. Это был первый раз, когда он видел такое.

«Но где была «шутка» в том, что произошло минуту назад? Эта женщина ясно оценила мою истинную силу!»

- Конечно, молодой господин может появиться в тридцати метрах, если он всё ещё питает какие-либо опасения в своём сердце. Плевать, мы можем поговорить, даже если будем стоять на таком расстоянии. Однако молодой господин обладает таким удивительным мастерством. Так что я уверена, что не смогу ничего сделать с тобой, даже если я воспользуюсь Мировой Клеткой, – Мэй Сюэ Янь говорила проницательно. – Мне больше нечего сказать молодому господину Цзюнь, если он ещё сомневается. Итак, я прошу молодого господина появиться.

Она повернула голову, сказав это. Затем продолжила:

- Ты тоже можешь перестать прятаться. Выходи, Зелёная Охотница. Я уверена, что молодой господин Цзюнь также обнаружил твоё присутствие, как и я.

Королева Змей молча появилась из-за дерева.

И фигура Цзюнь Мосе появилась в этот момент. Но он появился не в тридцати метрах. Вместо этого он внезапно появился прямо перед Мэй Сюэ Янь. Затем молодой господин улыбнулся и сказал:

- Молодая Мэй говорит о сотрудничестве даже с таким характером…

В это время дух молодого господина Цзюнь был связан с Пагодой Хунцзюнь. Таким образом, ничего не случилось бы с Цзюнем Мосе, даже если бы Мэй Сюэ Янь внезапно активировала свою Мировую Клетку. Таким образом, не было никакого вреда в том, чтобы чуточку повыпендриваться и появиться прямо перед этой красивой женщиной.

Мэй Сюэ Янь ожидала, что Цзюнь Мосе снова появится. Но она всё равно немного удивилась, несмотря на то, что ожидала этого. Вспышка смущения появилась на её лице, когда она заговорила скучным голосом:

- Ты не слишком-то хороший человек, молодой господин Цзюнь.

Глава 486. Я буду делать то, что сам захочу

- Вообще-то я никогда и не утверждал, что я хороший человек, верно? Но мы в одной лодке. В конце концов, юная Мэй сама далеко не ангел, – Цзюнь Мосе улыбнулся. Затем он с любопытством спросил. – Могу я спросить, как ты связана с Почтенным Мэем из Тянь Фа? (1)

- Почтенный Мэй? – Мэй Сюэ Янь закатила глаза. Она проклинала себя за то, что была дурой. Затем она улыбнулась и сказала.

– Он – мой старший брат.

- Понимаю, – Цзюнь Мосе помрачнел.

«Неудивительно, что у них одна и та же техника! Чёрт побери! Я так сильно пострадал из-за этой техники Мировой Клетки. Оказывается, они – брат с сестрой. Они проклятые брат и сестра Мэй!»

Неудивительно, что Цзюнь Мосе так подумал. В конце концов, тиранический Почтенный Мэй казался настоящим мужчиной, когда он появился в лесу Тянь Фа в тот день. Всё в нём выдавало настоящего мужчину... будь-то голос или стиль боя. Но эта Мэй Сюэ Янь – всё-таки женщина. Она была очень красива, изящна и мила. Эти два человека, если их можно так назвать, были разными, как небо и земля.

Воображение Цзюнь Мосе было, конечно, очень диким. Тем не менее, даже он не мог себе представить, что красивая женщина, чью задницу он так яростно отхреначил, была тем самым Почтенным Мэем, который так плохо обращался с ним в лесу Тянь Фа так же, как она сделала здесь…

- Цзюнь Мосе, у людей есть прекрасная поговорка: «Светлые люди не говорят темных слов». Так что я скажу тебе прямо сейчас всё, как есть... мы искали тебя, чтобы добраться до твоего учителя. И ты, вероятно, должен знать, для чего. Можно даже сказать, что мы, люди из Тянь Фа, можем показаться недалёкими. Хе-хе... но, похоже, твой учитель – просто тайна за семью печатями. Он как тот дракон, даже чей хвост нельзя увидеть! – Мэй Сюэ Янь говорила спокойно. – Поэтому мы хотим встретиться с твоим учителем. Нормально, даже если это будет ненадолго. Поэтому я прошу молодого господина сообщить учителю, что я хотела бы обсудить с ним один очень важный вопрос.

Цзюнь Мосе наклонил голову.

- Но я пойму, если молодой господин сочтёт это неудобным, – улыбнулась Мэй Сюэ Янь. Важность этого Священного Плода для зверей Суань из Тянь Фа не могла быть объяснена словами. Поэтому Мэй Сюэ Янь решила последовать за Цзюнь Мосе, даже несмотря на то, что она ушла из Тянь Фа, чтобы испытать человеческий мир.

- Ах, это было бы крайне неудобно. Большое спасибо за понимание, молодая Мэй, – ухмыльнулся и ответил Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь была очень возмущена этим ответом. Прошло много времени, прежде чем она взяла себя в руки и заговорила:

- Ты действительно неблагородный человек, Цзюнь Мосе.

Это была уже вторая оценка Цзюнь Мосе к настоящему времени — сначала это был «нехороший человек». А теперь уже он упал до «неблагородного человека»…

- Слова молодой Мэй выдают её заблуждение. Я признался, что не был хорошим человеком всего минуту назад. И, очевидно, я не могу быть благородным, потому что я даже не хороший, – Цзюнь Мосе пожал плечами и хихикнул. – Хороших людей очень легко ранить. А благородный человек слишком ограничен. Так что ты можешь относиться ко мне как к бандиту или злому тирану. Ты даже можешь относиться ко мне как к негодяю, демону или мудаку. Но никогда не относись ко мне как к хорошему или благородному человеку! Ты будешь страдать, если сделаешь это…

- Ты... ты... что ты говоришь? Разве люди не хотят быть хорошими? Разве они не хотят похвастаться благородством? Я не понимаю, почему ты не хочешь быть хорошим человеком! Возможно ли, что вы, люди, отказались от нравственности, которая передавалась на протяжении тысячелетий? Или, может быть, я не понимаю нынешних моральных норм среди людей?

Мэй Сюэ Янь пробормотала это в плохом настроении. Она сталкивалась и имела дело с бесчисленными неприятными людьми в течение своей жизни. Но она просто не могла справиться с этим озорным Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе сначала от души рассмеялся. Затем он сказал:

- Не обобщай. Я расскажу вам обеим историю, чтобы вы меня поняли. Когда-то давным-давно жили два человека. Они жили в небольшой деревушке среди семи или восьми других семей. Один из этих двух людей был пресловутым и ужасным негодяем; он был настоящим разбойником. Однако другой был хорошо известным хорошим человеком. Негодяя боялись и ненавидели. Но хороший человек каждое утро выходил, чтобы набрать воды из колодца. Затем он наполнял вёдра каждого человека, который просил его. Он помогал соседям, когда им было нужно. На самом деле он не оставил бы камня на камне, чтобы помочь другим людям. Поэтому все его любили. И все были рады видеть его дома.

Потом однажды что-то случилось. Негодяй возвращался домой после неудачного ограбления. Он слишком паниковал и не мог нормально скрыть следы или даже спрятаться сам – он просто нёсся, не разбирая дороги. И, конечно, случайно столкнулся с другим человеком, сбив его с ног. Да так удачно, что тот ударился головой о камень и сразу же помер. Тем не менее этот человек тоже был ужасным негодяем. Он насиловал и убивал женщин, и никто не мог его поймать. Первый негодяй-разбойник сделал это непреднамеренно, но он всё равно сделал доброе дело. Поэтому все его хвалили. На самом деле они говорили о нём, как о спасителе и человеке, который внезапно покаялся в своих грехах. Власти даже считали его образцовым гражданином. Так что все хвалили его и забыли о злодеяниях, которые он совершил в прошлом.

Мэй Сюэ Янь не могла понять, что он пытается сказать. Очевидно, она не понимала, зачем он рассказывает ей эту историю. Но она решила, что в этой истории должен быть смысл. Так что она спокойно слушала его и не прерывала. Королева Змей сидела рядом с ней и тоже молча внимала.

Цзюнь Мосе рассмеялся и продолжил рассказывать:

- А однажды хорошо известный хороший человек серьёзно заболел. Он не мог встать с кровати тем утром, потому что его лихорадило, и у него не осталось сил, даже чтобы сходить за водой. Но он очень хотел пить. А в его доме, как назло, вода кончилась. Он кричал и звал кого-нибудь, но никто его не услышал. Но он, собрав остатки сил, вынудил себя встать с постели и вышел за водой. Это небольшое усилие едва не убило его, и он вернулся в постель, не наполнив вёдра соседей.

Его соседи вернулись домой ближе к вечеру. Они привыкли, что хороший человек сам наливает им воду. Они вернулись домой уставшими и жаждущими. Но они обнаружили, что воды у них нет. Они тут же разозлились и пошли в дом хорошего человека, чтобы отругать его. Войдя, они увидели, что хороший человек пьет воду, лёжа на кровати. Они разозлились и начали проклинать его в ярости:

- Ты эгоист! Ты притворяешься больным и бездельничаешь дома. Для всех остальных ни хрена сделать не хочешь, да?!

И вот так этот хороший человек оказался изгоем. Все говорили, что этот человек обманывал их в течение долгого времени. В конце концов, они пришли к выводу, что он был чрезвычайно эгоистичным человеком на самом деле.

Цзюнь Мосе усмехнулся и сказал:

- Так что такое хороший человек? И что такое плохой человек? Это – всего лишь узкая точка зрения глупых мужчин и женщин. Это очень похоже на то, как люди смотрят на правительственных чиновников. Давайте предположим, что есть очень честный и отличный чиновник. Он говорит правду и не берёт взяток. У него праведность просто из карманов вываливается. Но у людей, живущих под его присмотром, даже еды едва хватает. Конечно, все будут называть его нечестным человеком. Они скажут, что он – чиновник, не умеющий ничего делать. Однако давайте предположим, что есть ещё один правительственный чиновник. И этот ведёт себя как пиявка. Он хочет сожрать все народные деньги. Его жадность к богатству так же ненасытна, как бездонная яма. И даже божества с девятого неба не могут поставить его на правильный путь. Но люди под этим чиновником довольны своей участью. У них достаточно еды, и они живут очень комфортно. Таким образом, они будут говорить, что он очень хороший чиновник, который заботится о благополучии людей... это истинная мораль масс в наши дни!

Так почему же я должен жить согласно мнению других? Каковы преимущества хорошего человека? Чего в этом хорошего? Более того, что плохого в том, чтобы быть плохим человеком? Я – Цзюнь Мосе! Я – это я! Скажем так, есть кое-что, что я хочу сделать. И весь мир говорит, что я не должен этого делать. Но я всё равно хочу это сделать. Так что, я сделаю это! И это только потому, что я хочу это сделать! Скажем так: каждый хочет, чтобы я что-то сделал, но я не хочу этого делать. Они скажут: «Ты заслужишь имя и славу, если сделаешь это. Так что тебе стоит это сделать. Ты должен это сделать!». Но «буй там плавал», как у меня говорили! И это только потому, что я этого не хочу! У меня есть простая философия в моей жизни. Ничто не обращается так легко, как разделение между хорошим и плохим. В конце концов, правильное и неправильное – не истина! Это только вопрос перспективы…

Так что я буду делать то, что сам захочу!

Мэй Сюэ Янь была ошеломлена этим. Прошло много времени. Затем она покачала головой и улыбнулась:

- Есть одна вещь, которую я не понимаю, даже после того, как услышала это твоё заблуждение... ты либо дальновиден, либо фанатичен... но то, что ты сказал, правильно. Возможно, это общая проблема всех людей.

- Твои слова не совсем верны. Это не значит, что все люди такие. Разве вы, звери Суань, не такие же? Все презирают «плохих» и смотрят на них свысока. На самом деле все тайно чувствуют, что они намного лучше, чем этот человек. Таким образом, каждый подозревает этого плохого человека в случае, если он или она решит измениться и пытается исправить свой путь. И каждый привыкает к помощи хорошего человека, который добросовестен и всем помогает по доброте душевной. На самом деле все ему благодарны. Однако все неизменно думают, что он лучше них. Но, предположим, что этот хороший человек вдруг совершает одну ошибку. Тогда критика со стороны окружающих в несколько раз серьёзнее, чем та, с которой пришлось бы столкнуться нормальному человеку. И это происходит от того чувства неполноценности. Следовательно, массы не простят его ошибки: «Ага, он не лучше нас, в конце концов...» – Цзюнь Мосе спокойно продолжил. – Поэтому, я считаю, что быть хорошим человеком – очень утомительная и неблагодарная работа. Более того, сначала нужно быть хорошим человеком, чтобы стать благородным человеком. Поэтому быть благородным ещё труднее! Ах да, есть ещё и так называемые «герои». Но для этого ты должен быть хорошим человеком и благородным человеком. Это не утомительно – это просто ужасно!

Поэтому я предпочёл бы быть плохим человеком. На самом деле я даже хочу быть плохим человеком! Я только хочу стать сильным. Я никогда не думал о том, чтобы стать хорошим человеком или плохим. Но мне кажется странным, что вы, «люди» из Тянь Фа, так привязаны к понятию хорошего или плохого человека. Вы же всегда мерили всё силой? Не говорите мне, что ваши представления изменились?

Мэй Сюэ Янь была поражена этим:

«Это правда, что фундаментальная доктрина леса Тянь Фа заключается в том, чтобы дать лидерство сильным. Но почему я запуталась в понятии того, кто хороший и кто плохой человек, если это так? Хороший человек или плохой... не имеет для меня никакого значения. Мы тоже похожи на людей?»

«Или я принимаю человеческие стандарты морали, потому что я приняла человеческую форму?»

- Молодой господин говорит правильно. Кажется, я была очень привязана к этому, – улыбнулась Мэй Сюэ Янь, высмеивая себя.

- Возможно, дело не в том, что ты сильно привязана к этому. Может быть, это мой взгляд, который слишком открыт, – спокойно улыбнулся Цзюнь Мосе. – Может быть, такие люди, как я, лучше подходят для жизни в лесу Тянь Фа вместо этого внешнего мира смертных.

- Дело не в этом. Это из-за твоей природы. Ты неизбежно найдёшь способ быть плохим человеком, независимо от того, где ты будешь жить. В конце концов, ты – это ты. И ты всегда будешь собой, – ответила Мэй Сюэ Янь.

- Конечно! Я просто эксперт в получении выгоды за счёт других. Я отдам всё, что у меня есть, чтобы иметь возможность использовать людей. И я лучше умру, чем проиграю! – Цзюнь Мосе фыркнул.

Мэй Сюэ Янь едва сдержала свой гнев:

«Этот вульгарный парень не может даже услышать два слова похвалы без того, чтобы не повыделываться!»

(1) прим. пер.: Почтенный Мэй снова стал мужчиной! То ли это такая задумка автора, то ли он делает ошибку между «он» и «она», но сейчас в анлейте убедительно написано «elder brother» – старший брат, точно… Пока допустим, что все люди уверены, что Почтенный Мэй – всё-таки мужик, а то, что это на самом деле девушка, знают только Короли Зверей…

Глава 487. Любое Условие!

- В любом случае... ты упомянула о сотрудничестве... – озорно улыбнулся Цзюнь Мосе. – Но я не понимаю, что означает твоё предложение.

«Все Короли Зверей твоего Тянь Фа уже сотрудничают со мной, а ты всё ещё не знаешь об этом? Глупая девчонка!»

- Верно! Давай сотрудничать! – выражение лица Мэй Сюэ Янь стало донельзя торжественным. – Лес Тянь Фа должен увеличить свою силу. Нам это нужно для ожесточенной борьбы с тремя святыми землями; нам нужно больше сил, чтобы конкурировать с ними. Но будет слишком поздно, если мы будем просто культивировать дальше. Поэтому мы должны использовать внешние силы для укрепления нашей силы.

Девушка многозначительно взглянула на Цзюнь Мосе:

- Выращивание Священного Плода нашего Тянь Фа является примером этого! Но его можно было бы использовать только на одного человека. И для нас этого недостаточно. Более того, сами мы не можем производить лекарства. Но твой учитель может создать их. Я слышала, что он уже усовершенствовал божественные таблетки, которые могут увеличить силу Суань на десять лет. Кроме того, эти таблетки не имеют никаких побочных эффектов. Нам необходимы такие вещи. Но увеличение силы на десять лет кажется нам слишком маленьким.

Цзюнь Мосе нахмурился:

- Ты хочешь сказать, что... ты хочешь больше таблеток, как только они будут созданы из Священного плода. И, очевидно, у них тоже не должно быть побочных эффектов. Затем ты также хочешь и другие подобные таблетки. После этого, ты намерена использовать их, чтобы увеличить силу как можно быстрее. Ты хочешь, чтобы Короли зверей Суань вновь прорвались через «узкое место». Затем ты хочешь дать им другие препараты, чтобы они вновь дошли до следующего узкого места. Другими словами, ты хочешь, чтобы Короли зверей Суань последовательно поднялись минимум на два ранга в кратчайшие сроки. Ты это хочешь сказать?

- Правильно! Умные люди говорят умные слова! Это именно то, что я имела в виду, – в глазах Мэй Сюэ Янь мелькнуло удовлетворение. Она не показала этого, и продолжила говорить дальше: – Но я не смогла найти твоего учителя. Поэтому я пришла, чтобы искать тебя.

- Я нахожу твой образ мыслей смешным, молодая Мэй! На самом деле это чересчур фантастично. Я уверен, что ты знаешь, что такое «сотрудничество» создаст много проблем для нас. Позволь мне сказать тебе кое-что – вы обречены потерпеть неудачу в этой борьбе, даже если учитель явит чудо и выйдет к тебе сам.

Ты поймешь это, когда увидишь таблетки, созданные из Фрукта Тысячи Ядов. Во-первых, нужно огромное количество удачи, когда дело доходит до создания таких таблеток. Во-вторых, нужно очень много лекарственных ингредиентов под рукой. Кроме того, лекарственные травы, необходимые для таких таблеток, должны быть свежайшими и без изъянов. В-третьих, создание таких таблеток занимает много времени. И, наконец, процесс переработки требует огромного количества энергии. Однако окончательный результат всё равно зависит от воли Небес, даже если эти четыре требования будут выполнены. Вероятность успеха или неудачи всегда очень трудно предсказать…

Кроме того, лекарства, которые улучшают вашу силу, имеют некоторые ограничения. И этот момент остаётся верным всегда, без исключения. Учитель часто отмечал, что тело создает сопротивление стимулятору, такому, как эти таблетки после того, как твоя сила возрастает под его влиянием. Это означает, что ты не сможешь жрать эти таблетки горстями и становиться сильнее и сильнее. Подумай сама... таблетки Десятилетнего Дана увеличивают твою силу, будто бы ты культивировал десять лет без остановки. Разве никто бы не догадался уже увеличить свою силу в десять тысяч раз, принимая постоянно эти таблетки? Но это невозможно сделать. Так что, я могу только сказать тебе, что придумала ты хорошо, только вот хрустальные мечты опять о чугунную задницу реальности сделали «Дзынь!»

Ты должна понять одну вещь, если ты хочешь увеличить силу так быстро. Тебе понадобятся три вида таблеток! И каждая из них должна обеспечить около 30 лет подъёма сил. Более того, ни одна из таблеток не должна быть такой же, как другая. Это единственный способ достичь твоей цели. Пилюли из Священного плода Тянь Фа смогут помочь тебе в достижении прорыва только после того, как эти основные требования будут выполнены!

Это всё равно, что сказать, что мой учитель не может ничего делать в течение долгого времени. Он будет создавать эти таблетки для тебя всё своё время. Разве ты не думала, что это немного чересчур, когда решилась просить его об этом? Ты думала, что мой учитель – простой аптекарь, которого можно нанять, когда хочешь?

- Я знаю, что моя просьба – это слишком много. И я даже не знаю, что за человек твой учитель. Но у нас нет другого выбора! – Мэй Сюэ Янь продолжала спокойно. – Через три года... хотя нет... теперь уже примерно через два года и девять месяцев три Святые Земли будут сражаться. И не имеет значения, с кем из них мы столкнёмся, если будет продолжаться так, как сейчас. В конце концов Неуловимый Мир Бессмертных или Великий Золотой Город, или Бескрайний Океан Крови — любой из них легко уничтожит наш лес Тянь Фа, если мы продолжим так же, как сейчас! Наш Тянь Фа сохраняет свой статус в течение девяти тысяч лет. И последствия будут слишком ужасными, если я... если мой старший брат потеряет этот статус!

Мы, звери Суань, всегда оставались ущемленными на этом континенте! Мы могли лишь полагаться на нашу яростную силу. Однако лес Тянь Фа не останется лесом Тянь Фа, если мы потеряем этот статус!

У Мэй Сюэ Янь было несколько болезненное и даже просительное выражение лица. И Цзюнь Мосе мог с уверенностью сказать, что ситуация перешла точку отчаяния, если у кого-то столь сильного, как Мэй Сюэ Янь, было такое выражение лица.

«Кажется, что... им и правда некуда больше деваться…»

Цзюнь Мосе нахмурился и зашагал туда-сюда. Его сердце колебалось. Цзюнь Мосе знал, что у него будет пожизненный союзник в лесу Тянь Фа, если он поможет им в этом. Таким образом, позиция семья Цзюнь ещё укрепится. Кроме того, срок жизни этих Суань зверей очень высок. И это означает, что даже их потомкам не нужно будет беспокоиться о каких-либо неприятных ситуациях в будущем. На самом деле, это будет благом для многих поколений после поколений его потомков!

И это будет стоить ему всего несколько божественных таблеток!

Это звучало просто, но нужно было сказать, что в настоящее время он мог создать только один вид таблеток, которые отвечают их требованиям. А другие могут быть созданы только после того, как он продвинется на четвёртый и пятый уровни Пагоды Хунцзюнь. Кроме того, ему нужно войти на шестой уровень, чтобы создать таблетки из фрукта Тысячи зол и десяти тысяч ядов или, как его называют звери Суань, Священного Плода Тянь Фа. Однако это сокровище превратилось бы в пепел, если он не будет соответствовать необходимым условиям.

«Смогу ли я взойти на шестой уровень в течение двух лет и девяти месяцев?»

Цзюнь Мосе не был уверен в этом. Парень был хорошо осведомлён о трудностях в продвижении всего на один уровень внутри Пагоды Хунцзюнь и продвижении с Искусством Разблокировки Небесной Удачи.

Не прошло и года с тех пор, как он пришёл в этот мир. Но он уже продвинулся вперёд просто семимильными шагами. Фактически за этот короткий промежуток времени он преодолел три уровня. Но это были три начальных уровня. Однако ему потребуется всё больше времени, чтобы каждый раз подняться снова. Фактически требования могут возрастать многократно.

- Я знаю, что это беспокоит тебя и твоего учителя. Но наш Тянь Фа сумеет предоставить любые лечебные травы, которые вы потребуете для создания таблеток, пока ты и твой учитель согласитесь сотрудничать с нами! Не имеет значения, находится она на дне океана или на вершине снежных гор. Не имеет значения, слишком ли жарко там для человека или слишком холодно — мы добудем всё, чтобы помочь вам! – Мэй Сюэ Янь заложила руки за спину. – Более того, мы согласимся на любые условия, которые вы поставите, независимо от того, насколько необоснованными или иррациональными они будут. Любые условия!

Сердце Цзюнь Мосе забилось, когда он услышал это.

«Условия?!»

Одно из самых сокровенных желаний Цзюнь Мосе – построить себе поместье в лесу Тянь Фа. В конце концов, ему не придётся беспокоиться о проблемах внешнего мира, как только он это сделает. Более того, молодой господин Цзюнь очень любил Королей зверей леса Тянь Фа.

Их характер очень понравился Мосе. Он планировал помочь им, даже если он ничего не выиграет от этого. Но теперь оказалось, что он тоже сможет извлечь из этого пользу. Более того, его преимущества были огромны. Для него это было непреодолимым соблазном.

Цзюнь Мосе стиснул зубы:

«Да чёрт тебя дери! Сила не может быть достигнута без давления! Разве это не всего лишь шестой уровень Пагоды? Я смог пройти три уровня за полгода. Так почему я не смогу пройти ещё три за два года?»

«Давай сделаем это! Вопрос только в том, чтобы заставить себя тренироваться больше; вот и всё! И я получу одинаково хорошие преимущества с точки зрения повышения силы и дополнительных преимуществ!»

- Ну, лично я думаю, что в этом вопросе нет никаких проблем. Но мне нужно посоветоваться со своим учителем. В конце концов, успех или неудача этого зависят от желания моего учителя. Но будь спокойна. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы облегчить это сотрудничество. Тем не менее лучше, если мы обсудим тему условий позже. В конце концов, я не могу говорить за своего учителя. На самом деле, я полагаю, что молодая Мэй не поверит мне, даже если я скажу, что я точно знаю, что ему нужно. Ведь так? – Цзюнь Мосе изменил тему в мгновение ока. Ведь он знал, что он не мог раскрыть свои карты в это время.

«Если я дам этим людям знать, что я – тот «таинственный и непревзойдённый мастер» в чёрной одежде…»

«Последствия будут слишком ужасными!»

«Все враги когда-либо обиженные – справедливо или нет – как тараканы сбегутся. Да и многие простые люди будут пытаться прикончить меня, даже если у них нет никакой вражды со мной. Поэтому этот секрет никому нельзя открывать; даже если этот человек очень дорог мне!»

- Я понимаю. Большое спасибо, молодой господин Цзюнь! – Мэй Сюэ Янь даже улыбнулась.

- Но что это за так называемые три святые Земли? Может ли юная Мэй прояснить мои сомнения? – Цзюнь Мосе наконец-то получил возможность задать этот вопрос. Следует отметить, что этот вопрос уже давно беспокоил молодого господина.

Вполне возможно, что большинство обычных людей не знали даже о Городе Серебряной Метели и поместье Сюэху. В обществе в целом было всего несколько знаменитых семей Суань. Тем не менее, даже эти семьи Суань считали Город Серебряной Метели и Поместье Сюэху ведущими силами мира.

Даже Цзюнь Мосе не думал, что будет что-то выше леса Тянь Фа.

Но затем он обнаружил, что существует ещё более высокая гора. Это было тогда, когда он узнал о «чрезвычайно свирепых» трёх Святых Землях. Лес Тянь Фа был известен всем, как самое опасное место в мире. Итак, что это были за Святые Земли?

По отношению к лесу Тянь Фа, казалось, что они были даже выше, чем Город Серебряной Метели. И этого было достаточно, чтобы шокировать даже Цзюнь Мосе. На самом деле, он задавался вопросом, есть ли сущности, которые были даже выше, чем три Святые Земли…

«На каком уровне находятся эти люди, если они существуют?»

«Но главный вопрос остается прежним — почему нет даже легенд об этих местах?»

- Три Святые Земли... возникли более девяти тысяч лет назад. В то время все боролись за превосходство. Континент был погружён в хаос. Поэтому вполне естественно, что в таких условиях возникали всё более сильные структуры. Ведь времена бед часто рождают много героев. И герои также создают особые обстоятельства, – медленно объяснила Мэй Сюэ Янь, заставив себя улыбнуться. – Однако в самый подходящий момент на континенте произошло крайне непредвиденное событие. Ты когда-нибудь слышал о «Столбах, поддерживающих небеса», Цзюнь Мосе?

Глава 488. Битва за захват небес и свирепая Троица

- Столбы, поддерживающие небеса? (1) Так называют самый высокий горный хребет на континенте Суань Суань, верно? Он расположен на самой южной точке континента. И, как говорят, это чрезвычайно огромная гора. Люди говорят, что она поднимается к небесам на тысячи километров и пронзает само небо. Также говорят, что она ужасно широка. Она простирается от одной стороны континента до другой. Легенды говорят, что она достигает до конца неба и держит его, чтобы небо не рухнуло на землю! Ни одна птица не может пролететь над ней; даже орлы не являются исключением. Там нет признаков человеческого обитания и, говорят, что никто не может покорить её. Столбы, поддерживающие небеса тянутся к богам. Даже божества и дьяволы не смогут подняться на неё! – Цзюнь Мосе знал об этом горном хребте. На самом деле, он был очень заинтересован в нём:

«Интересно, этот горный хребет сравнится с горами Куньлунь на Земле? Более того, эти Столбы, поддерживающие небеса должны быть выше самых высоких хребтов на земле. Кроме того, их высшая точка настолько поразительна, что она даже выше, чем Эверест. Да и простирается она по всему континенту. Это должно быть чудом природы, не иначе».

Поэтому молодой господин Цзюнь уже планировал путешествие к этой горе и попытаться взобраться на неё.

- Да, эта гора внезапно начала рушиться по какой-то причине в то время. Пламя поднялось на многие километры в высоту. Громадные камни летали на десятки километров. Миллионы людей, которые жили вблизи этого хребта, погибли. Даже эксперты Суань Духа не смогли уйти живыми. Вся земля содрогалась. Странная горячая жидкость била из-под земли. Эта жидкость была настолько горячей, что могла расплавить даже золото. Этот инцидент стал бедствием, затронувшим весь человеческий мир. И после этого катаклизма число погибших на континенте Суань Суань превысило десятки миллионов. Даже вершины вокруг горы, поддерживающей небеса, внезапно рухнули более чем наполовину…

Никто не был способен преодолеть эти горы до этого инцидента. Даже птицы не могли пролететь. Тем не менее она, наконец, стала меньше. Люди всё ещё не могли пройти через неё, хотя размер этого хребта уменьшился очень значительно. Ведь эти горы были ещё много километров в высоту. Но вскоре люди обнаружили нечто поразительное из-за этого... Континент Суань Суань не закончился этой горой, «поддерживающей небеса»! За этими горами был другой мир! – голос Мэй Сюэ Янь стал тяжёлым. Цзюнь Мосе же догадался, что катастрофа в горах, должно быть, была вызвана сильным землетрясением и извержением вулкана.

- Однако две гротескные вещи внезапно перешли на эту сторону после того, как вершина рухнула. Или следует сказать, что они были гротескно выглядящими людьми, – продолжала говорить Мэй Сюэ Янь. – Тогда эти два гротескно выглядящих человека жестоко сражались с людьми по эту сторону гор. На самом деле всё стало настолько плохо, что Великие Мастера той эпохи были вынуждены объединиться, чтобы убить их. Но вскоре в той области появилось ещё больше таких «людей»...

Даже Великие Мастера той эпохи не могли сражаться со многими из этих странных людей. Эти странные люди обладали огромной силой, и они могли бы вызвать невероятные разрушения, если бы смогли вторгнуться на остальной континент. Поэтому все специалисты Суань континента были сосредоточены к северу от Столбов, поддерживающих небеса. Эти люди пытались остановить тех недолюдей всеми силами, что у них были.

Мэй Сюэ Янь глубоко вздохнула.

- Весь континент стоял вместе, как непроницаемая стена. И им удалось заставить этих странных существ отступить. Но все поняли одно из этой битвы... это была расточительная жертва – отправлять кого-то слабее Великих Мастеров, чтобы иметь дело с этими людьми. На самом деле даже эксперты на четвёртом уровне Суань Духа на пике не могли никак навредить этим существам, несмотря на то, что использовали всю свою силу. Поэтому эти сражения стали вестись между сильнейшими воинами Суань с обеих сторон. А тем, кто был слабее Великих Мастеров, велели расформироваться и вернуться. Ведь не было нужды в бессмысленных жертвах.

- Четыре величайшие силы были сформированы на континенте в то время. Цель этих сил заключалась в том, чтобы эффективно сражаться с вторженцами. Эти силы назвались Неуловимым Миром Бессмертных, Великим Золотым Городом и Бескрайним Океаном Крови. Даже самые сильные Короли зверей Суань сражались в той битве, потому что эта война решала судьбу всего континента Суань Суань. Более того, наша сила была полностью самодостаточной. Сила леса Тянь Фа была самой высокой среди тех четырёх в то время. На самом деле, можно сказать, что сила Тянь Фа была величайшей во всей Вселенной!

А три великие земли... три Святые Земли стали стеной между людьми и этими существами. И люди могли отправиться в три Святые Земли, если их сила Суань достигала уровня Великих Мастеров. Затем они ожидали следующей Битвы за захват небес. Эти люди проходили строгую подготовку Суань в течение этого времени. Им даже не разрешалось выходить. Это потому, что любой провал мог привести к катастрофическому поражению в Битве за захват небес. И поражение в этой битве привело бы к величайшему из бедствий для всего человечества. Поэтому три Святые Земли стали как концентрационные лагеря для наибольшей силы континента. И только истинно могущественные получат шанс войти в три Святые Земли.

Наша сила леса Тянь Фа, естественно, состоит из зверей Суань. Люди никогда не объединятся вместе с нами. Таким образом, три Святые Земли становились всё более процветающими с течением времени. Однако лес Тянь Фа застрял со своими ограничениями и остался таким же, как и раньше. Следовательно, сила Тянь Фа начала снижаться, хотя когда-то она была самой могущественной.

Каждая из трех Святых Земель выбрала чрезвычайно суровые условия для того, чтобы более эффективно сдерживать вторжение. Но такие экстремальные условия жизни привели к большим преимуществам в их силе. Таким образом, три Святые Земли постепенно исчезли из поля зрения общества с течением времени. Они время от времени выходят на поиски экспертов уровня Великого Мастера, которые готовы вступить в их ряды. Никого другого никогда нигде не видели. Прошли тысячи лет, и они постепенно были забыты обществом. Но Битва за захват небес никогда не прекращалась!

Это история происхождения «Свирепой Троицы», – неторопливо посмотрела на горизонт Почтенная Мэй.

- Итак, вот в чём дело, – Цзюнь Мосе, казалось, принял это к сведению без каких-либо эмоций. Однако его сердце переполняло восхищение:

«Есть люди, которые защищают этот континент втайне. Они сражаются там в тишине. Они приносят жертвы в тишине... эти места достойны называться «Святыми Землями» только из-за этого!»

- Поэтому я была несколько ошеломлена, когда увидела, что кто-то с такой мощной силой Суань, как сила твоего учителя, двигался так свободно и беспрепятственно, – Мэй Сюэ Янь медленно переместила свой взгляд и посмотрела на Цзюнь Мосе.

- Хмм… это, наверное, потому, что мы, учитель и ученик, живем простой жизнью и не связываем себя с бедами общества. Поэтому мы не раскрываем себя в обществе, – Цзюнь Мосе рассмеялся.

- Возможно. Однако Свирепая Троица открыто сражалась на протяжении последних тысячелетий. И, кажется, они забыли свою первоначальную цель и значение! Можно предположить, что в эти дни там много влиятельных и разочарованных людей. И три Святые Земли больше не являются «святыми», – вздохнула Мэй Сюэ Янь. Затем она продолжила говорить:

- Видишь ли... борьба и ежедневное бдение были чрезвычайно утомительной задачей. Поэтому Троица в конце концов решила выдвинуть предложение о решающей битве. В конце концов, это означало, что они могли время от времени приезжать на материк и жить жизнью, которую могли бы вести всемирно известные люди. Кроме того, погода в горах, поддерживающих небеса, чрезвычайно холодная, и ни один человек не может вести комфортную жизнь там. Поэтому они решили призвать этих уродов с намерением предложить свою идею решительного сражения. Существа, как ни странно, пришли обсудить это. Но эти уроды явно хотели навредить интересам Троицы. В конце концов, они были грязными, отвратительными, злыми и совершенно не уважали обычаи. Поэтому они не согласились с этим предложением.

И бои продолжались, но с регулярными интервалами в десять лет. На самом деле это стало обычаем. Но потом они почувствовали, что десять лет – это слишком короткий промежуток времени. Ведь они не могли восстановиться за это время. Таким образом, они изменили временной промежуток на сто лет. Но сила трёх Святых Земель значительно возросла за первую сотню лет. Таким образом, они уничтожили силы противника в последовавшей за этим Битве. В этой войне очень сильно пострадали силы этих чужаков. Но они не вторглись снова после того, как прошли следующие сто лет. На самом деле они не приходили, пока не прошло двести лет. Тем не менее они восстанавливались и становились сильнее за эти сроки. Но их всегда останавливали и оттесняли силой три Святые Земли, какими бы сильными они не были. Таким образом, сроки между войнами продолжали увеличиваться. И прошло уже пятьсот лет с момента последнего нападения, – Мэй Сюэ Янь вздохнула.

– Временные рамки между двумя Битвами продолжали увеличиваться. И теперь они достигли пятисот лет от первоначальной десятки. Увеличение этого периода прекращения войн принесёт пользу только этим посторонним. Ведь их главная задача - выбраться из суровых условий, в которых они живут. Поэтому они продолжают упорно трудиться ради своего процветания. Но пятьсот лет – это чрезвычайно долгий период времени для тех, кто находится по эту сторону гор. На самом деле поколения могут меняться за такое долгое время. Следовательно, мы уже забыли о терроре и последствиях этих войн. Свирепая Троица всё ещё существует. Но они не смогли остаться тремя «святыми» землями в истинном смысле. Более того, я не знаю, когда это произошло... но кажется, что их люди тайно вошли в общество и начали дёргать за ниточки императорских сил из темноты...

Их трансформация пошла от плохого к худшему. На самом деле три Святые Земли тайно начали сражаться за власть в течение последних ста лет. Такое положение дел стало весьма плачевным. Я всё ещё не понимаю этого. В конце концов, три Святые Земли теперь вне досягаемости кого-либо. Итак, зачем субъекту их статуса пытаться вмешиваться в мирские дела? – Мэй Сюэ Янь говорила несколько меланхоличным тоном.

– И, что ещё более трагично – так это то, что три Святые Земли начали сражаться сейчас! Они хотят видеть, кто выше кого! Ха! Я даже не знаю, сколько сил они потратили на эту борьбу! Жаль... И время Битвы придёт в течение нескольких лет! Тем не менее сейчас всё выглядит совсем не хорошо впервые за более чем девять тысяч лет... Впервые всё настолько паршиво. Я очень беспокоюсь об этом... – красивые глаза Мэй Сюэ Янь были наполнены грустью.

– Да, я – зверь Суань, а не человек. Но я всё равно чувствую себя частью этого континента! Последовательные поколения Тянь Фа гибли в этих сражениях за последние девять тысяч лет. Мы потеряли огромное количество наших храбрых воинов, в то время как три Святые Земли сражались за господство. По сути, эти сражения стали миссией нашего существования. И мы уже потеряли много крови в этих Битвах за захват небес. Это правда, что я всегда смотрела сверху вниз на ваше скудоумное и слабосильное человечество, которое населяет этот огромный континент. Но мы всё равно будем его охранять. Мы делаем это не для вас, грязные люди. Мы делаем это, потому что наш долг – охранять эту землю. В конце концов, лес Тянь Фа – наша ответственность, и мы не можем убежать от него! Таким образом, репутация Тянь Фа не может пострадать в моих руках, так как я ношу имя «Мэй»!

Именно поэтому на этот раз нам нужно увеличить нашу силу. Важно, чтобы мы сделали всё возможное и сделали Тянь Фа сильнее как можно быстрее. В конце концов, нам придется взять на себя задачу отбросить этих захватчиков на случай, если они прорвутся мимо людей Троицы. Всё может обернуться к худшему. Но, по крайней мере, мы сможем забрать их с собой в Ад!

Поэтому мы должны участвовать в Битве за захват небес. Однако для участия в этой битве мы должны стоять в одном ряду с тремя Святыми Землями. В противном случае, они оспорят и отменят наше право сражаться в решающей Битве!

Цзюнь Мосе почувствовал глубокое почитание, когда услышал это.

Он сказал, что он не был хорошим или благородным человеком. На самом деле он даже презирал так называемых рыцарей и героев. Но он всегда восхищался настоящими героями в своём сердце!

Генерал Ю Фэй из истории его предыдущего мира был одним из таких людей.

Точно так же он восхищался генералом Цзюнь Ву Хи в этом мире.

Мэй Сюэ Янь была только зверем Суань в человеческой форме. Но её настойчивости и почтительности долгу было достаточно, чтобы заставить всех людей стыдиться…

(1) Прим: Столб, поддерживающий небеса – это буквальный перевод названия горы Тянь Чжу. Это настоящее место. Горы Куньлунь – одни из самых длинных горных цепей в Азии.

Глава 489. Ужасные люди странной расы

- Ситуация, которую ты описала, заставляет думать, что она становится всё таинственнее, поскольку время между двумя последовательными сражениями увеличивается, – немного подумал Цзюнь Мосе прежде, чем заговорил. – Было прекрасно, когда десятилетний период был продлён до ста лет. В конце концов, вы, звери Суань, легко можете прожить сотню лет. Более того, даже сильные люди смогут прожить так долго. Некоторые могут даже принять участие в двух... или, может быть, даже трёх или четырёх Битвах за захват небес! Но этот короткий срок был продлён до пятисот лет. Таким образом, звери Суань до сих пор должны чувствовать себя отлично. Но этот план принимает зловещий оборот, когда дело доходит до нас, людей, – Цзюнь Мосе задумчиво почесал подбородок. – Все знают, что человек может продлить свою жизнь, опираясь на поддержку своей Суань Ци, если его культивация Суань выше уровня Земли Суань. Человек может прожить от ста пятидесяти до двухсот лет, если достигнет уровня Суань Духа. И, можно прожить ещё дольше, если пройти на шаг дальше и достичь уровня культивации Великого Мастера. Но и они не смогут продлить срок жизни более трёхсот пятидесяти лет, – Цзюнь Мосе узнал об этом от Одинокого Сокола. Однако даже Одинокий Сокол не знал об уровнях выше Великого Мастера.

- На самом деле есть люди, которые сильнее, чем уровень Великого Мастера. И эти люди могут иметь продолжительность жизни от четырёхсот до шестисот лет. Я уверена, что культивация твоего учителя должна была достичь такого уровня. На самом деле записи в Тянь Фа предполагают, что можно даже выйти за пределы и этого уровня. Люди могут стать ещё сильнее и продлить свою жизнь ещё больше. Но таких людей очень мало. За последнюю тысячу лет было очень мало людей, которые достигли такого высокого уровня.

Те, кто участвовал в последней Битве за захват небес, к настоящему времени должны добавить ещё пятьсот лет к своему возрасту. Таким образом, можно сказать, что подавляющее большинство из них не будет иметь никаких шансов участвовать в следующей решающей Битве! И это потому, что нужно тренироваться не менее двухсот лет, чтобы стать достаточно сильным, чтобы претендовать на участие в Битве за захват небес. Однако следующее сражение состоится через пятьсот лет после последнего. Таким образом, продолжительность жизни людей не позволит им участвовать в предстоящей Битве. Даже самые талантливые и необычные люди будут связаны ограничениями человеческой жизни. Поэтому они смогут участвовать только в одной решающей битве. Следовательно, единственный способ для них сражаться в Битве за захват небес – передать эстафету будущим поколениям, – тяжело вздохнула Мэй Сюэ Янь. – В конце концов, те, кто живёт более тысячи лет благодаря своей силе Суань, существуют только в мифах и легендах.

Каждая Битва за захват небес трагична и несёт катастрофы. Каждый сильный эксперт, который идёт на битву, должен идти только после того, как примет понятие верной смерти; независимо от того, насколько они неоправданно сильны. И это же касается их учеников. В конце концов, ученики должны стоять в стороне и смотреть, как их учителя жертвуют свои жизни в битве с этими дикими недолюдьми. Только так истинные учителя могут заставить будущее поколение не жалеть жизни, сражаясь с захватчиками… – красивые глаза Мэй Сюэ Янь на секунду затмила боль. – Мне повезло, что тогдашний Владыка Тянь Фа взял меня посмотреть Битву за захват небес в те дни. Я была очень слабой, с седьмым уровнем...

Каждый Владыка леса Тянь Фа всегда заявлял, что продление этих временных промежутков между Битвами за захват небес – это явно заговор этих странных людей с другой стороны. Они прожили в ожидании эти пятьсот лет. Они готовы это делать. Но мы не можем позволить себе этого. Эти уроды также переживают изменения поколений. Но условия там чрезвычайно ужасные. Их образ жизни основан на естественном отборе. Выживание наиболее приспособленных – их самый важный принцип. Таким образом, каждое их поколение растёт и улучшается по сравнению с предыдущим. Но эта сторона континента пронизана множеством недостатков. Этот период времени слишком длинный для нас. Кроме того, для людей свойственно забывать трудности, а взамен получать комфорт. И это ещё больший враг боевого духа человека, чем износ непрерывными боями.

- Так почему бы нам просто не пересечь горы и не убить тех чужаков? Не будет ли лучше, если мы избавимся от этих будущих проблем? – Цзюнь Мосе нахмурился.

- Ты думаешь, что все бесчисленные чрезвычайно сильные сущности с той стороны – идиоты? Твоя болтовня была бы реальностью, если бы это было возможно! На самом деле это решение уже было опробовано многими сильными экспертами. Однако пересечь границу крайне сложно. Были очень сильные эксперты, которые смогли перейти на другую сторону. Но только очень немногие из таких людей присутствуют на всём континенте в каждом поколении; может быть, около десяти в лучшем случае. Тем не менее есть бесчисленное множество могущественных существ, ожидающих их на другой стороне. Да, они терпеливо ждут, как будто мы – их добыча. Более того, их там миллионы. И как, по-твоему, мы должны убить их всех сразу?

Нас просто перебьют до последнего, если мы поспешим. Столб, поддерживающий небеса – не просто ров для тех существ с другой стороны. Это также ров и для нас, людей, на этой стороне! – Мэй Сюэ Янь вздохнула и продолжила. – Закончить войну раз и навсегда, очевидно, было бы здорово. Но это невозможно! Взгляни трезвым взглядом... мы едва ли сможем противостоять их вторжению сейчас! Так что о какой атаке может идти речь? Кроме того, окружающая среда на стороне наших врагов чрезвычайно сурова. Условия там настолько суровые, что людям даже нельзя гарантировать выживание. Даже звери Суань не могут быть уверены в том, что выживут на той стороне! Так что мы просто не можем говорить о том, чтобы «прикончить их всех до единого»!

Цзюнь Мосе замолчал на некоторое время, но он продолжал обдумывать ситуацию:

- Это очень сложный вопрос. Кроме того, я вряд ли знаю обо всех подводных камнях. У нас есть три Святые Земли с одной стороны. Они ведут борьбу за превосходство и больше не могут работать ради одной цели, забыв, для чего вообще были созданы. В наших рядах недостаточно сильных бойцов. Нам понадобится несколько сотен бойцов уровня Великих Мастеров для такой бойни. Более того, эти бойцы должны быть объединены под одним командованием. Такая команда может легко нанести большой ущерб противостоящим силам, даже если не удастся уничтожить их одним махом. Правда, что враг устраняет слабых среди них и сохраняет только сильных. Они, безусловно, следуют правилу «Выживает сильнейший». Но вряд ли все они будут чрезвычайно сильными…

Он не мог ничего сделать, но думал о войсках под его собственным командованием — Небесных Разрушителях и Пожирателях Душ.

- Если они... – Цзюнь Мосе покачал головой. – Мои «домашние» охранники ещё недостаточно сильны. Даже самый сильный слишком слаб; он только на первом уровне Суань Земли. Боюсь, они даже не смогут пересечь перевалы Небесной горы. Но... если это произойдёт через несколько десятилетий...

Он покачал головой. Будет слишком поздно.

Если вы хотите убить настоящего мужчину — вы должны сделать это, пока он ещё не достиг совершеннолетия. Не так легко убить человека, когда он вырос. Вполне возможно, что человек не сможет достичь многого в своей жизни. Тем не менее он, безусловно, получит опыт…

- Есть кое-что, что мне кажется немного странным. Континент Суань Суань всегда был толерантным к сосуществованию зверей Суань и человека. Так почему же мы не можем принять и этих людей? Более того, их можно считать людьми. Разве они не похожи на людей? Эти чужаки... чем они отличаются? – спросил Цзюнь Мосе, всё ещё смущённый. – Более того, они также довольно сильны. Так почему же их нельзя принять и ассимилировать?

- О, ты не видел этих чужаков. Поэтому ты не знаешь, насколько они ужасны. Более того, ты не знаешь, в каком грязном и отвратительном состоянии они находятся. И именно поэтому ты думаешь по-детски наивно! – Мэй Сюэ Янь, казалось, чувствовала отвращение.

- О? – Цзюнь Мосе, казалось, наоборот, был весьма заинтересован. – И как они выглядят?

- Это племя... как это правильно описать? У них… эмм… двойное тело. Они чем-то напоминают тех деформированных человеческих близнецов, которые называются сиамскими. Одна половина тела не может выжить после потери другой половины. Фактически бесчисленные сильные эксперты в прошлом полагали, что это основная слабость этих чужих. Но их недостаток также является и их преимуществом. Это потому, что их тела состоят из двух человек. Кроме того, меридианы внутри их тел могут дополнять друг друга. И таким образом они могут покрыть любые недостатки другой половины. Их внешний вид очень отталкивает, а их поведение до ужаса жестокое. Можно сказать, что они не люди! Поэтому было бы верно сказать, что у них нет человеческих качеств. Но это потому, что они даже не могут рассматриваться как люди! – Мэй Сюэ Янь даже нахмурилась. – Более того, племена этих соединившихся людей обладают чрезвычайно странными и причудливыми техниками. Они могут спрятаться в никуда. Они могут слиться с деревьями или водой. На самом деле, можно сказать, что они могут трансформировать свои формы. И это может вызвать огромную головную боль.

- Сиамские близнецы? Все они соединены? – Цзюнь Мосе уставился на неё широко раскрытыми глазами. Он часто слышал, что быть соединённым – это дефект. Но он никогда не думал, что будет целое племя таких людей. Тем не менее он услышал, как Мэй Сюэ Янь описала их методы...

«Разве это не звучит знакомо?»

- Их приёмы кажутся похожими на те, которые ты использовал ранее, – пробормотала Мэй Сюэ Янь себе под нос уже по инерции.

- Что ты имеешь в виду под этими словами? Ты видишь, что я – красавец! Как ты можешь сравнивать меня с этими дерьмовыми деформированными людьми?! – Цзюнь Мосе сам думал об этом, но от красивой девушки это слышать было обидно.

«Метод, используемый этими соединившимися людьми, можно в лучшем случае рассматривать как приём «Пятиэлементный побег». И это очень скромная техника! Как это может сравниться с несравненным Искусством Разблокировки Небесной Удачи? Или с Побегом Инь-Ян? Это слишком большое оскорбление!»

Глава 490. Возмущение несправедливостью

- Не злись, молодой господин. Я знаю, что ты пытаешься сказать. Твои приёмы имеют сходство с их. Но я точно знаю, что они слишком далеко друг от друга, когда дело доходит до качества. Разница-то как между небом и землёй! Тем не менее моя техника Мировой Клетки является величайшим врагом их приёмов. В конце концов, мне просто нужно поднять руку, чтобы убить любого, даже самого величайшего из врагов. Моя техника может даже посадить тебя «в тюрьму». Но на тебя она действует только короткое время. На самом деле я думаю, что ты сможешь сбежать, как только я дам тебе малейший шанс. Более того, я думаю, что я могу сдерживать тебя только потому, что твоя культивация всё ещё очень низкая. Тем не менее я буду очень удивлена, если моя Мировая Клетка сработает против тебя, как только ты достигнешь культивации твоего учителя.

Слова Мэй Сюэ Янь были довольно неожиданными для Цзюнь Мосе. В конце концов, Мэй Сюэ Янь намеренно польстила молодому господину Цзюнь.

Разумеется, парень не мог не почувствовать восторга от лестных слов Мэй Сюэ Янь. Но он продолжал задаваться вопросом, даже когда его довольная рожа светилась гордостью:

- Каким оружием эти люди сражаются? И насколько они хороши?

- Эти чужаки, в основном, используют длинные и тонкие клинки. Их лезвия эволюционировали на протяжении тысячелетий. Кроме того, они знают необычные способы рубить и колоть. И у них также есть привычка кричать песни, используя свои мечи. Но культура и язык остальной части континента сильно отличаются от их. Так что мы не можем понять их песнопения. На самом деле очень раздражает, когда они поют…

- Эти люди могут быть соединены. Но они – всё ещё люди, верно? Это так странно… Стоп! Только не говори... – Цзюнь Мосе моргнул. Его глаза были наполнены любопытством. На самом деле он испытывал огромное желание пойти и захватить одного из этих чужаков прямо сейчас, чтобы его изучить.

Мэй Сюэ Янь покашляла. Она казалась немного смущённо. Красивая женщина колебалась, открыв рот на секунду. Тем не менее она не выдержала и заговорила:

- Ты не знаешь этих объединённых людей... каждый из них – один мужчина и одна женщина, объединённые вместе, как один человек...

- Итак, братья и сестры разделяют одно и то же тело... – раздумывал вслух Цзюнь Мосе. – Похоже, что структура тела этих чужаков такова из-за их генов. Но как они размножаются, если их тела такие? Допустим, мужчина отправляется на поиски жены. Тем не менее он также будет всё время видеть рядом свою младшую сестру и старшего брата своей жены... не так ли? Это было бы… эмм… неловко. И это, безусловно, идёт вразрез с принятыми границами человеческих отношений…

Для Цзюнь Мосе было естественным верить, что соединенная пара мужчины и женщины от одного родителя делает их братом и сестрой…

Лицо Мэй Сюэ Янь стало красным. Она казалась встревоженной и смущенной. Девушка не знала, как она должна ответить. Она некоторое время смотрела на Цзюнь Мосе молча. Затем она закрыла глаза и, собравшись с силами, сказала:

- Наши предки попытались бы принять этих соединившихся людей, если бы они знали, каковы границы нормальных человеческих отношений. И это было бы замечательно. Тем не менее эти грязные существа... не ищут себе пару. Эти сиамские братья и сестры... и есть супружеские пары...

Некоторые люди из свирепой Троицы решили дать этим чужакам имя, так как было неудобно называть их странной расой или сиамскими близнецами. В конце концов они были названы «волколюдьми», так как их злобность была похожа на безумных волков!

- Волколюди! Ха... Итак, в этом мире существуют и такие низменные существа! Пи**ец какой-то! Е**ть их в шоколадный глаз… – Цзюнь Мосе был ошеломлён. В конце концов, он даже не мечтал о том, что сможет когда-нибудь услышать такие новости…

- Что? Ты же молодой господин из благородной семьи! Почему ты не можешь быть хоть немного утончённее перед леди? Тебе обязательно использовать эти непристойные слова? – красивое лицо Мэй Сюэ Янь стало мертвенно белым; её чрезвычайно красивые глаза были широко открыты, а палец обвинительно указывал на Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь прожила долгую жизнь. Но она не ожидала, что кто-то будет использовать такие непристойные слова перед ней. Даже значение этих слов было чрезвычайно тошнотворным и отвратительным.

Но нужно сказать, что для Цзюнь Мосе было вообще фиолетово на значение слов. Ему хотелось просто выругаться. Но его выбор «термина» был слишком хорош, поэтому изображения, которые появлялись перед глазами после этих слов... казались чрезвычайно отталкивающими...

- Да идите вы нахер со своей утончённостью! – Цзюнь Мосе почувствовал гнев. Его лицо было полно гнева и презрения. Он угрожающе махал руками, брызжа слюной во все стороны. – Я хочу, чтобы их предки были более культурными! Я всегда ненавидел подобных бесстыдных ублюдков всю свою жизнь! Эти мелкие сукины дети... они даже посмели причинить неприятности на землях континента Суань Суань! Они посмели вести эти Битвы за захват небес?! Да будь они прокляты! Такая несправедливость наполняет моё сердце негодованием! Я заявляю, что буду стремиться к их уничтожению всю свою жизнь! Я собственноручно отрублю себе свой маленький… то есть большой… то есть громадный хер, если не смогу искоренить сами корни этой кучи самоё*ов».

Прекрасные лица двух красивых девушек стали красными. Они чувствовали себя очень смущенными, когда видели, как этот мальчик прыгал вверх и вниз, извергая из себя эти невыносимые непристойности.

«Он слишком агрессивен. Я только рассказала об этих чужаках, вот и всё. Так почему этот молодой господин так полон обид? Будто кто-то из этих чужих разграбил могилы его предков или что-то вроде того...»

«Кроме того, одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что его гнев не поддельный! Он действительно исходит из глубины его сердца!»

Откуда этим двоим понять, откуда взялся гнев в сердце Цзюнь Мосе? В конце концов, человек культурного наследия и истории континента Суань Суань никогда не сможет понять, откуда произошло возмущение Цзюнь Мосе.

Эти волколюди были лишь чужаками для людей этого мира. Но в Цзюнь Мосе, пришельце из другого мира, им удалось активировать давно забытое националистическое чувство ненависти, которые было похоронено в глубочайшей бездне его сердца. И именно поэтому он решил обезглавить этих бесстыжих людей!

- Ты в порядке, молодой господин Цзюнь? – лицо Мэй Сюэ Янь оставалось красным, и она спросила об этом с некоторым презрением. Ведь молодой господин только что дал волю своим чувствам. Но его манера делать это полностью противоречила тому, чего можно было ожидать от молодого господина из благородной семьи.

- Я в порядке. Что со мной может случиться? – Цзюнь Мосе закатил глаза и прорычал. – Не волнуйся! Я исполню твою просьбу! Я в деле. У тебя есть моя абсолютная и полная поддержка в этом деле! Мы должны устранить этих чужаков, прежде чем они станут ещё большей угрозой! Мы должны решительно проводить в жизнь политику искоренения этого… эмм… внешнего фактора. Мы должны навсегда искоренить эту проблему! Этот молодой господин будет лично участвовать в битве, когда придёт время. Я перебью их всех к чёртовой матери. Я посею хаос в их мире! Такие грязные и бесстыдные существа не заслуживают того, чтобы жить в этом мире!

Мосе даже ударил кулаком в грудь. Его глаза смотрели прямо вперёд. Затем он заговорил, дрожа от переполняющей его энергии и гнева:

- Я, Цзюнь Мосе, буду охранять Континент Суань Суань, так как я – его часть. Клянусь честью, что ни за что не попытаюсь сбежать с поля боя! Я пожертвую собой и не пожалею усилий, чтобы убить этих чужаков. Я устрою им кровавую баню! Их кровь окрасит землю и потечёт реками по их проклятой земле! Я убью всех их, включая родственников до седьмого колена. Я скормлю их тела диким псам!

Мэй Сюэ Янь рассмеялась и сказала:

- Я признаю, что твои навыки великолепны, молодой господин Цзюнь. Но твоя сила всё ещё довольно мала. И Битва за захват небес почти пришла. От тебя не будет никакого смысла в этой решающей Битве, даже если скорость твоего продвижения увеличится в два-три раза. Устремления твои похвальны, и я могу посочувствовать твоим эмоциям.

Цзюнь Мосе фыркнул и ответил:

- Ещё посмотрим.

- На что посмотрим? Ты думаешь, что ты экстраординарен, потому что ты достаточно силён, чтобы сломать пару камней? Твой божественный меч может резать золото и рассекать нефрит. Этот лёгкий и удивительный навык может преобразить твоё тело и удвоить твою силу. Но, как ты думаешь, это превратит тебя в невиданного ранее героя этого мира? Теперь мы – друзья. Так что я возьму на себя ответственность сказать тебе, даже если это может повредить твоей уверенности. Ты не сможешь сравниться даже с настоящим экспертом с твоей текущей силой. На самом деле ты не будешь представлять собой никакой угрозы для него!

Молодой господин Цзюнь взглянул на Мэй Сюэ Янь:

- С настоящим экспертом? Например?

- Да любой высший эксперт может легко тебя прикончить. Даже не имеет значения, Один из восьми Великих Мастеров или Король зверей Тянь Фа — ты будешь не более чем обычный человек перед ними, – сказала Мэй Сюэ Янь скучным голосом.

- Ага. И это значит, что вы, две сестры, тоже можете сделать то же самое?

- Конечно, Зелёная Охотница и я. Мне нужно использовать только пять процентов моей силы, чтобы точно прикончить тебя. На самом деле не имеет значения, насколько удивительна твоя ловкость или боевая техника. Ты никогда не должен даже сомневаться в этом факте! – Мэй Сюэ Янь нежно улыбнулась, глядя на Цзюнь Мосе. – Так что ты должен непрерывно и правильно тренироваться, молодой человек. Ты поймёшь всё, когда вырастешь.

Цзюнь Мосе едва не задохнулся от гнева:

«Ты думаешь, что я не знаю разницы между нашими сильными сторонами? Ты думаешь, что я не знаю, что я не могу сражаться против твоей силы? Но твой тон похож на старую бабку, которая рассказывает о великих путях мира молодому человеку. Или на мать, утешающую маленького сына…»

«Как могу я говорить о том, что я – настоящий мужчина большого роста, когда меня все считают таким мелким и незначительным?»

Зелёная Охотница стояла немного в стороне. И она тоже была ошеломлена:

«Как старшая сестра может так говорить? Да ещё и голос у неё… Как будто она пытается казаться сильной, но чувствует себя слабой внутри…»

Глава 491.1. Новая волна поднимается до того, как осядет первая (часть 1)

Выражение лица Мэй Сюэ Янь не изменилось, но она была очень напугана. Она была потрясена его словами и делами. И она почувствовала необходимость в защите этого мальчишки!

Тем не менее это была не та защита, когда защищаешь кого-то от врага. Это было то чувство, что чувствует мужчина, когда защищает свою женщину от другого мужчины!

Много лет не было такого человека, который заставил бы её вот так защищать. И это было потому, что они не были кем-то в ее глазах. Но этот мальчик породил это чувство внутри неё.

«Чего мне бояться?»

- Я могу вас удивить, – ответил Цзюнь Мосе в чрезвычайно спокойной манере.

- О? Молодой господин, по общему признанию, уже удивил меня до известной степени. Но ты говоришь о беспрецедентном подвиге, если ты утверждаешь, что ты перейдёшь от эксперта среднего уровня Суань Неба к тому, чтобы стать, по крайней мере, таким же сильным, как Великий Мастер, за эти недостаточные три года. На самом деле это больше похоже на фантазии сумасшедшего! Я говорю тебе только правду. И, я надеюсь, что ты не обижаешься, – ответила Мэй Сюэ Янь.

Некоторая истина, конечно, была в словах Мэй Сюэ Янь. Многие великие герои родились на континенте Суань Суань с тех пор, как начались эти Битвы за захват небес. Ведь времена бед рождают великих героев. Поэтому многие личности с пугающими талантами появлялись в прошлом. И они совершили много чудесных подвигов.

Тем не менее, даже те, кто достиг наибольшего из уровней с удивительной скоростью, всегда достигали уровня Великого Мастера больше, чем через сорок лет ужасно изнурительных тренировок. Исключений не было. Байли Лу Юн был уже редким талантом по отношению к прошлым поколениям. В конце концов, он достиг уровня Суань Земли в возрасте двадцати пяти лет. Но даже этот гений был ничем по сравнению с талантами, которыми могла похвастаться долгая история этого континента. На самом деле, Байли Лу Юн не сможет достичь уровня Великого Мастера до шестидесяти лет. Однако даже это будет считаться редким достижением!

Молодой Мастер Цзюнь, безусловно, был редкостью, что появляется один раз в тысячелетие, достигнув уровня Суань Неба в возрасте шестнадцати или семнадцати лет. Но в прошлом было около восьми или десяти таких людей, как он. Но молодой гений не всегда превращается в старого гения. Многие из тех, кто достиг Неба Суань в возрасте до двадцати лет, не достигли уровня Великого Мастера и до своих ста лет, несмотря на обучение без перерывов. Поэтому Мэй Сюэ Янь не насмехалась над Цзюнь Мосе, когда она назвала его слова «фантазиями сумасшедшего».

- Слова молодой Мэй – просто драгоценный камень мудрости, осветивший мой разум. Как такой молодой господин, как я, может пренебречь ими? Но есть много странных вещей в этом мире. И они очень редко достигаются людьми. Всё зависит от конкретного человека. Молодая Мэй, возможно, говорит о вещах, которые она не могла сделать. Но это не значит, что другие не могут этого сделать. В конце концов, лягушка, вглядывающаяся в небо из своего колодца, не может осознать всех размеров необъятного неба, не так ли? – холодно ответил Цзюнь Мосе.

Зеленая Охотница ещё стояла в стороне. Тем не менее она едва не набросилась на него с кулаками, когда услышала это:

- Как ты смеешь называть нас лягушками в колодце, Цзюнь Мосе?

- Разве я так сказал? Не греби всё под себя! И не говорите мне, что вы таких людей никогда не видели. Я извиняюсь перед молодой Мэй и тобой, Зелёная Охотница, если вы отнеслись серьёзно к моим словам, – спокойно и собранно ответил Цзюнь Мосе.

- Стой, Охотница. У молодого господина, должно быть, есть туз в рукаве, раз уж он так нагло бредит. И, возможно, среди нас и правда есть лягушка, выглядывающая из колодца, – слова Мэй Сюэ Янь, казалось, были сформулированы так, чтобы ругать Зелёную Охотницу. Но любой, кто услышал бы её голос, понял бы, что она явно говорила о Цзюнь Мосе, переоценившем свои возможности.

Молодой господин надменно улыбнулся. Медленно он проговорил:

- Цзюнь Мосе был всего лишь развратником и расточителем полгода назад. Он был только на третьем уровне Суань. Он был на незначительном уровне Нефритового Сюань, прежде чем отправиться в Южный Небесный Город. Цзюнь Мосе, возможно, не стал таким же сильным, как Короли зверей Суань из Тянь Фа, но он всё равно достиг среднего уровня Суань Неба. Молодая леди Мэй имеет опыт бесчисленных прожитых лет. Итак, она очень дальновидна. Но как она может судить, что я не смогу достичь уровня Великого Мастера за эти два с лишним года, что пройдут? Или даже более высокого уровня? Более того, ты называешь завтрашний факт бредом сумасшедшего!

Мэй Сюэ Янь осталась молчать после того, как послушала «бредни» молодого господина Цзюнь:

«Он превратился из никчёмного мусора в эксперта среднего уровня Суань Неба за полгода! Эта трансформация – не то, что обычный человек может осуществить. Так почему же он не может сделать больше прорывов в ближайшие два года или около того?»

Голос молодого господин Цзюнь снова зазвенел в ушах ошеломлённой и красивой Мэй Сюэ Янь:

- Ничто в этом мире не может остановить меня от того, чтобы что-то сделать, если я хочу это сделать. Даже Небеса меня не остановят!

Голос Цзюнь Мосе был очень скучным. Но героический дух, заключённый в них, всколыхнул обеих женщин.

Мэй Сюэ Янь медленно сузила глаза. Она с удивлением обнаружила, что верит высокомерным словам Цзюнь Мосе по какой-то таинственной причине. На самом деле она искренне в них верила.

Она обладала твёрдым и решительным характером. Таким образом, можно было сказать, что он был ужасающе уверен в себе, чтобы лишь словами вызвать такие изменения в ней.

- Я слышала, что твой Аристократический Зал продаёт легендарные таблетки для закалки костей? – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась.

- Ха-ха, легендарные? Это просто незначительные игрушки. Юная леди Мэй тоже заинтересована в этом? – Цзюнь Мосе ответил с улыбкой.

- Незначительные? Молодой господин Цзюнь говорит очень смелые слова! Эта «незначительная игрушка» не может быть очень полезна для нас, Королей зверей Суань. Но она очень важна для вас, людей! На самом деле это сродни получению новой жизни! Разве твой учитель дал их тебе так много? Более того – ты даже решил выставить их на аукцион! У меня нет выбора, кроме как восхищаться необъятностью твоего мужества!

Мэй Сюэ Янь сначала слегка улыбнулась. Затем она произнесла:

- Я думаю, что даже три Святые Земли отправят своих людей на аукцион, как только подлинность твоих таблеток будет подтверждена. В конце концов, таблетки, которые могут улучшить естественную костную структуру... Такого в нашем мире ещё не было!

- Три Святые Земли тоже пошлют людей? Разве это не невозможно? Эти таблетки могут только сделать кости обычного человека очень плотными, вот и всё. Но специалисты в трёх Святых Землях ведь веками укрепляли свои силы. Так почему они должны быть заинтересованы в этом? – Цзюнь Мосе был несколько ошеломлён.

- Почему это невозможно? Думаешь, эти таблетки обычные? И ты смеешь называть себя экспертом Суань!? Разве ты не знаешь, что человеческое тело всегда остается немного несогласованным? Этот факт не меняется, даже если человек – небесный гений, который очень усердно тренируется. Поэтому боевые навыки экспертов Суань имеют дефекты. Мы обычно называем такие дефекты «точками разрыва». Более того, скорость их движений напрямую связана с костями, мышцами и венами.

Большое количество человеческих специалистов исчерпывают свои природные возможности. Они продолжают стремиться увеличить свои силы, но не могут прорваться, – Мэй Сюэ Янь явно увлеклась своей же лекцией, – Однако большинство экспертов могут легко прорваться, если у них будут такие таблетки в руках. И всё же, ты выставил эти таблетки на аукцион... ты знаешь... даже эксперты сильнее, чем Великие Мастера могут тренироваться только в соответствии с их естественной костной структурой. Даже у них нет средств, чтобы изменить это. Но эти таблетки для закалки костей позволят таким людям увеличить свою силу ещё на шаг, так как они смогут изменить свою костную структуру. На самом деле, даже самые маленькие преобразования будут иметь результаты. И ты должен знать, как трудно для таких сильных людей пройти ещё дальше в их культивации…

- Кажется, что... я был несколько небрежен в этом вопросе! – Цзюнь Мосе задумался и кивнул. – Кажется, я не уделил этому вопросу достаточно времени… – он поднял глаза и сказал. – Юная леди Мэй, большое спасибо, что рассказала мне об этом. Вы двое, очевидно, очень сильные, но жить здесь, должно быть, неудобно для вас. Будет лучше, если вы придёте жить ко мне. Вы уже знаете Гуан Квинхан. Кроме того, нам также будет легче вести какие-либо дискуссии таким образом. В действительности, это будет намного удобнее…

Цзюнь Мосе уже делал расчёты на будущее:

«Если удастся уговорить этих двух симпатичных цыпочек прийти ко мне домой – это будет сродни получению двух чрезвычайно мощных защитных амулетов для семьи Цзюнь! Тем более – эти две женщины так же прекрасны, как небесные феи. И их сила ещё более небесная!»

«И они могут превратиться в демонов, если их довести!»

«Эта Мэй Сюэ Янь намного сильнее Великих Мастеров. И Зелёная Охотница так же сильна, как и Великие Мастера. Кроме того, Одинокий Сокол уже живёт у нас дома... наша семья сможет легко защитить себя от всей Императорской силы Империи Тянсяна с такой силой. На самом деле все оставшиеся Великие Мастера не смогут ничего сделать, даже если они будут работать вместе. Мы можем даже противостоять силе всех трёх Святых Земель, если они попытаются вторгнуться. Вокруг меня много людей, которые не могут защитить себя. Но даже они будут защищены таким образом...»

«И, наконец, я смогу забыть свои заботы и нанести визит семье Донфанг. Тогда я смогу проделать долгий путь к Городу Серебряной Метели, чтобы погасить долг».

Глава 491.2 Новая волна поднимается до того, как осядет первая (часть 2)

Разрушение Снежной Горы Меча и воссоединение с любовью своего Третьего дяди – это были две вещи, которые Цзюнь Мосе в настоящее время стремился достичь.

«Я должен тренироваться очень долго, независимо от того, останутся они в моём доме или нет. Я должен, и я буду. Я буду упорно тренироваться, чтобы прорваться через уровни Искусства Разблокировки Небесной Удачи и Пагоды Хунцзюнь! Прорыв – это единственный способ собрать больше энергии!»

- Хорошо! Тогда мы беззастенчиво воспользуемся вашим гостеприимством. Я также воспользуюсь этой возможностью, чтобы связаться с твоим учителем в надежде, что мы сможем углубить наше сотрудничество, – Мэй Сюэ Янь колебалась лишь мгновение.

Цзюнь Мосе оставалось только радоваться.

Три человека выдвинулись обратно в сторону города Тянсян. Цзюнь Мосе задал вопрос из любопытства, когда они шли:

- Юная леди Мэй, ты сказала, что эти волколюди ревут каждый раз, когда нападают. Что это именно за песни?

Красивые брови Мэй Сюэ Янь взлетели вверх. Она некоторое время размышляла, прежде чем ответить:

- Что-то типа «Крушение титана»... я слышала это очень давно, во время последней Битвы... Так что, я не помню этого точно.

Цзюнь Мосе разозлился ещё больше, когда услышал эти слова. Он заскрежетал зубами и проклял:

- Тиран сокрушает всё на своем пути!

- Да... Да, точно! Это то, что они пели... Стоп! Откуда ты знаешь? – Мэй Сюэ Янь с удивлением уставилась на Цзюнь Мосе. - Откуда ты это знаешь? Не говори мне, что твой учитель участвовал в Битве за захват небес!

- … – Цзюнь Мосе промолчал и ускорил свой шаг.

Третий молодой господин Цзюнь привёл двух женщин в дом семьи Цзюнь. Затем он договорился, чтобы они остались с Гуан Квинхан, ведь женщины уже знали друг друга. Затем Цзюнь Мосе начал свое неумолимое обучение. В последующие дни он получил кучу приглашений. На самом деле эти приглашения можно было сложить в башню высотой в несколько футов. Были приглашения от всех трёх принцев и от каждой более или менее могущественной семьи Тянсян. Даже семьи Суань из пригорода приходили за ним…

Однако Цзюнь Мосе проигнорировал их все. В конце концов, у него не было времени, чтобы тратить время на такие тривиальные вопросы и незначительных людей во время обучения.

Танг Юань был чрезвычайно занят в этот период. С одной стороны - он должен был организовать аукцион для продажи таблеток для закалки костей. А с другой стороны ему также нужно было заняться семьёй Хуан. Однако он всё сделал очень быстро и решительно.

Вскоре толстяк понял, что предстоящий аукцион будет непростым делом. Он, по крайней мере, не будет похож ни на один из лёгких аукционов, которые он проводил в прошлом. Но этот аукцион уже нельзя было изменить даже после того, как он понял, что именно не так.

Но больше всего неудач свалилось на семейство Хуан в Городе Золотого Востока. Их сын уехал в город Тянсян. Они мечтали, что он вернётся с добрыми вестями. Они даже надеялись, что он вернётся с обещанием жениться от семьи Дугу. Ведь это исполнило бы их желания, и семья Хуан получила так необходимую ей сейчас силу и поддержку. Они надеялись и ждали великих вестей... Но вместо этого они получили кипу печальных новостей…

Их сын был внезапно убит. Более того, Дугу Цзёнхэн вместо извинений был крайне зол на них. Он даже хотел жёстко поговорить с ними. Семья Хуан, разумеется, начала паниковать, когда услышала об этом...

Семья Хуан даже не могла иметь дело со стариком Дугу, когда их дочерние предприятия были втянуты во всесторонний кризис. Большинство из их деловых партнеров уехали в ночи и прекратили все связи с ними. Более того, их основные предприятия были подавлены до такой степени, что они уже не могли восстановиться. Они терпели огромные убытки в каждой сделке, на которую только соглашались.

Эти проблемы даже не утихли, когда внезапно участились нападки бандитов, вымогателей, грабителей и простых мошенников, которые вымогали у их предприятий деньги каждые несколько дней. Более того, люди их семьи не могли даже уйти без того, чтобы их не избили. Большинство из них возвращались домой в синяках и благодарили бога, что отделались только синяками.

Некоторые из местных чиновников были не прочь посидеть и поболтать со старым главой их семьи за бутылкой вина при обычных обстоятельствах. Однако теперь офисы этих чиновников внезапно превратились в Ад. Например, предположим, что для выполнения обычной процедуры требовалось три дня. Тем не менее это можно было сделать за полдня для семьи Хуан в прошлом. Но сейчас... даже треть этих процедур не была завершена за полмесяца. И они даже не могли жаловаться... потому что процедуры полностью останавливались, если они подавали жалобу. Это, очевидно, означало, что им приходилось начинать весь процесс снова…

Конечно, семью Хуан можно было назвать «глупой», если бы они не поняли, что оскорбили очень могущественного человека. Старик Хуан лично пошёл к семье Дугу. Через такой Ад старик не проходил никогда. На самом деле увидеть свою дочь он смог только пройдя через множество трудностей. Именно тогда он узнал, что его внук действительно умер. Он также узнал о человеке, которого оскорбил его умерший внук. Оказалось, что юноша обидел семью, которую семья Хуан никак не могла себе позволить обидеть. Кроме того, преступление было тем, что они никогда не могли позволить себе совершить…

Более того, это преступление и стало причиной, приведшей к смерти юноши!

Ноги старика Хуан ослабели после того, как он услышал настоящую причину всего, что происходит. На самом деле он чуть не упал в обморок. Он не мог удержаться от крика:

- Мальчик, я никогда бы не возразил, если бы ты захотел сразиться с соперником за свою любовь. Но разве ты не мог сначала подумать о том, кто это и перед кем тебе потом отвечать? Ты из ревности решил пойти против единственных наследников семьи Танг и семьи Цзюнь... и ты даже замышлял убить их? Я теперь так и не узнаю – ты был настолько смел или настолько туп!

- Я, естественно, ненавижу их, так как они убили тебя! Но эта ненависть кажется ничтожной по сравнению с интересами выживания всей семьи. Ведь в семье остались сотни людей. И все они всё ещё должны зарабатывать на жизнь! И эти вопросы важнее, чем жизнь одного-единственного мальчика! Гораздо важнее!

Благосостояние их семьи сокращалось быстрыми темпами. На самом деле темпы можно было назвать тревожными. Поэтому старик Хуан решил отбросить своё достоинство и просить прощения у молодого господина Танга. Однако ситуация в семье Хуан вдруг стала лучше, прежде чем это произошло...

И этот неожиданный поворот событий сделал старика Хуана вдвойне уверенным в своём положении. Он забыл о своих планах-извинениях. Кроме того, он даже решил заставить их пострадать:

«Я сделаю так, что этот жирный ублюдок Танг и развратник Цзюнь на коленях приползут ко мне, вымаливая о прощении! Я не позволю им так легко уйти после всего, что случилось!»

И ладно бы, он это просто про себя подумал и скромненько заткнулся. Но на самом деле старик Хуан открыто заявил:

- Моя семья Хуан никогда не подчинится силе! Не важно, кто обидел нас – они заплатят! И тот, кто совершил преступление – убийство моего внука – вернёт этот долг своей жизнью!

Не важно, кто ты! Нужно расплачиваться жизнью, если кого-то убил! Это небесный закон! – скрежеща зубами, он объявил «правду». – У нас было соглашение о браке с семьей Дугу. Но они отказались от этого соглашения, чтобы их дочь вышла замуж за этого отродья из семьи Цзюнь! Они продали свою дочь ради славы! А мою семью Хуан повергли в презрение! Но помолвка была зафиксирована. Таким образом, это нельзя менять. Мой мальчик погиб, но девушка из семьи Дугу всё равно выйдет замуж за представителя моей семьи Хуан в соответствии со свадебным контрактом!

Небеса наблюдают за действиями людей! Истина и ложь будут опознаны, когда небо распространит свой свет!

По отношению к Танг Юаню старик Хуан был ещё более непреклонен:

- Мой мальчик случайно толкнул тебя в эту яму, так как он думал, что это была ванна, не так ли? И ты отказался простить его ошибку? Сначала ты убил его. Но ты не остановился на этом! Тебе этого показалось мало? Затем ты использовал какие-то мерзкие трюки, чтобы разорить нас? Как это можно назвать законом Небес? Какое это правосудие?

Разумеется, это вызвало огромный шум. В конце концов, теперь все узнали, что толстяк упал в ту яму. Это очень разозлило старика Танга. И жирный Танг, очевидно, пострадал от унижения и боли, как только дело стало известно широкой публике. Тем не менее, можно сказать, что жирный Танг разбил свою собственную ногу камнем, который он поднял, чтобы швырнуть. В конце концов, эти покровители семьи Хуан, возможно, не появились бы, если бы не аукцион этих таблеток для закалки костей. А если бы они не объявились – они никогда бы не узнали о смерти этого мальчика…

Затем семья Хуан также тщательно нацелилась на молодого господина Цзюнь:

- Ты – величайший развратник и расточитель Тянсяна? Ты думаешь, что можешь делать всё, что захочешь, благодаря поддержке своего учителя? Думаешь, твоя семья супер сильная? Ты игнорируешь законы и угнетаешь народ тиранией! Ты украл возлюбленную другого человека. А потом ты даже убил его! Что это за неземная злоба? Как такое поведение можно терпеть? Более того, девушка, которую ты пытаешься похитить, всё ещё будущая невеста моей семьи Хуан! Ты заигрываешь со смертью!

После этого семья Хуан выслала много экспертов, чтобы избить тех, кто несколько дней назад причинил им столько неприятностей. Их войска были довольно страшными… пока избивали торговцев, которые отказались иметь с ними дела или тех, кто «кинул» их. В течение всего лишь одного дня они умудрились найти и избить всех торговцев – и город задрожал от стонов.

Семья Хуан заняла чёткую позицию — они поклялись сражаться против этих трёх могущественных и бесстыдных семей. Они никогда не сдадутся!

Семья Хуан была полна гнева!

Все слои общества были потрясены и возмущены этими новыми новостями:

- Кто бы мог подумать, что незначительная семья, вроде Хуан, может быть такой сумасшедшей?! У них даже хватает смелости оскорбить одновременно семьи Дугу, Танг и Цзюнь! Стопудово они молока с огурцами пережрали и им дерьмо в голову ударило?

- А этого старика, главу семьи Хуан, видимо осёл в голову пнул? Или у него голова наполнена водой? Он сошёл с ума после смерти внука? Он провоцирует семьи Дугу, Танг и Цзюнь одновременно. Это действия сумасшедшего! Хотя, даже сумасшедшие знают, что это за семьи и что будет, если их провоцировать…

Бесчисленное множество людей наблюдали за тем, как эти события разворачивались. Большинство из них думали, что семье Хуан пришёл конец, пусть они этого пока и не знают.

Но были и другие, кто предположил, что семья Хуан имела за собой поддержку. Ведь как ещё они могли сделать что-то подобное? Как они могли даже посметь?

Глава 492. Три великих таблетки

Тем не менее каждая семья, казалось, решила что-то своё. Они продолжали смотреть на эти безумства довольно отстранённо, заботясь лишь о своих собственных делах. Но самая странная реакция была от Императора. Он игнорировал все вопросы, серьёзные или нет, с тех пор, как армия вернулась из Южного Небесного Города. Он сидел на троне, будто спокойный рыбак на берегу, когда море бушует:

«Я буду вести себя глухо и немо. Не важно, что вы делаете. Не имеет значения, какой шум вы создадите. Почему всё это должно влиять на меня?»

Однако его неясное поведение заставило людей ещё больше молоть языками…

…

Новость о поразительной силе таблеток для закаливания костей распространилась повсюду. И город Тянсян мгновенно стал очень популярным местом. Новые колесницы въезжали в город почти каждый день. Обычно они перевозили членов из разных семей Суань. Экипажи оставляли глубокие борозды на своём пути. Это показывало, что они перевозили тяжёлые вещи. Многие из них, казалось, перевозили что-то жёлтое и серебристое.

Было много людей, прибывших как одинокие путешественники. Но они также несли с собой огромные баулы с деньгами. И они начинали превращать их в золото и серебро, как только входили в город. Каждый банк в Тянсяне был наполнен бумажными деньгами под завязку, в то время как всё золото и серебро перекочевало в гостевые дома и таверны.

А люди всё приходили бесконечной рекой…

Цзюнь Мосе вошёл в Пагоду Хунцзюнь в тот момент, когда вернулся домой. Он поглощал небесную ауру, превращал её в энергию, а затем использовал её…

Все знали, что Цзюнь Мосе был в резиденции Цзюнь. Но если его нужно было срочно разыскать – никто точно не видел и не знал, куда он отправился.

Цзюнь Мосе тренировался как сумасшедший в это время. Но в то же время он также изучал «Книгу народных средств» лихорадочнее, чем когда-либо.

«Десятки миллионов рецептов лекарств записаны в Искусстве Разблокировки Небесной Удачи. Не говорите мне, что в этих миллионах рецептов нет ни одного, который я могу использовать, чтобы улучшить силу человека на данный момент…»

Цзюнь Мосе не мог в это поверить.

Но иногда бывает очень трудно найти что-то, даже если кто-то знает, что это существует. Он искал везде, где только мог, но всё равно оставался с пустыми руками.

Тем не менее было не очень удивительно, что его исследования оканчивались таким образом. Следует отметить, что Искусство Разблокировки Небесной Удачи должно было быть самым удивительным искусством Суань. И простой смертный никогда не должен был опускать даже один-единственный палец в бассейн такой чудесной силы. Ведь в нём содержатся все конечные методы культивирования Суань. Объяснить это можно было бы лучше, проведя аналогию: допустим, учёный нашёл величайшую энциклопедию и попытался найти в ней элементарные знания. Можно было пролистать всю книгу, но получить только поверхностные знания. Дело не в том, что в книге было описано неправильно или неполно… просто уровень разума учёного был недостаточным, чтобы понять эту великую энциклопедию…

Цзюнь Мосе, к сожалению, попал в такую же неловкую ситуацию. Искусство Разблокировки Небесной Удачи зафиксировало в нём отличные средства и рецепты. Однако было жаль, что он либо не мог создать эти таблетки... либо не мог использовать их, даже если сумел создать. Были таблетки, которые он мог и создать, и использовать. Но его тело, вероятно, взорвётся после приёма даже одной такой таблетки…

«Это суперэнциклопедия. Так что это вряд ли она оставит меня разочарованным. Например, Десятилетняя Таблетка была исключением из всего этого. И я уверен, что в этой энциклопедии есть и другие «исключения». Мне только нужно ещё поискать. Я уверен, что найду что-нибудь!»

Следует отметить, что за это время молодой господин Цзюнь накопил большие запасы таблеток, например, тех же Десятилетних. Сейчас у него уже было больше сотни бутыльков. Он также сделал запасы в десятки бутыльков, когда дело дошло до таблеток для закалки костей. Таким образом, он был уверен, что у него достаточно средств. Он сделал это, потому что знал, что звери Суань будут заинтересованы только в этих таблетках…

Это потому, что сила была самым важным в глазах зверей Суань! И второй по важности вещью для них тоже была сила! И третьей была тоже... сила.

Это то, чего они хотели. Это было их единственное желание.

Молодой господин Цзюнь собрал очень много уникальных ингредиентов в лесу Тянь Фа. Цзюнь Мосе первоначально собрал эти ингредиенты, чтобы увеличить свою собственную силу. И, конечно, у него было много таких же материалов в магазине, если уж дело дошло до его собственных нужд. Но он всё ещё не имел достаточно, когда пришел к самому соответствующему комплекту необходимых ингредиентов. И по этой причине большинство из них было потрачено впустую…

В действительности он мог легко увеличить свою силу в скором времени, если бы начал поглощать некоторые таблетки. Но всё равно будут довольно неприятные долгосрочные последствия. Например, этот столетний женьшень. Он мог бы легко увеличить свою силу, если бы съел этот корень; качество его Ци также улучшилось бы…

Однако результат не будет слишком эффективным. В конце концов, этот женьшень накопил эффективность, которая подходит его собственному составу за эти сто лет. Но это не означало, что он на сто процентов пригоден для использования человеком…

Говорят, что каждое лекарство имеет свои побочные эффекты. Поэтому, принимая только один вид целебных трав, привело бы к плачевным результатам. Более того, эта практика также привела бы к дисбалансу в его атрибутах Инь и Ян. В конце концов, что-то вроде женьшеня было богато мужским атрибутом Ян, но в нём не хватало женского аспекта Инь. Разумеется, это увеличило бы его силу. Но это больше похоже на врача, который решает излечить пациента, остро нуждающегося в лечении, любыми средствами, лишь бы не помер. Если бы Цзюнь Мосе сожрал весь этот женьшень – он определённо дал бы ему достаточно Ян для того, чтобы улучшить его силу. Однако это также создаст дисбаланс от отсутствия атрибута Инь...

Ещё в пример можно привести плод тысячи зол и десяти тысяч ядов, найденный им в лесу Тянь Фа. Этот предмет был чрезвычайно ценен для общества в целом. Но если судить по первоклассным рецептам, записанным в Искусстве Разблокировки Небесной Удачи, он не так уж и важен. Потому что ему требуется обилие других высококачественных ингредиентов, дополняющих его природу. Но Цзюнь Мосе всё ещё держал этот плод при себе. И это было не потому, что его цена была выше, чем у других предметов. Это было потому, что Цзюнь Мосе смог бы использовать его как важный ингредиент для того, чтобы состряпать исключительнейшую таблетку, как только он прорвётся на шестой этаж Пагоды.

Атрибуты плода тысячи зол и десяти тысяч ядов были очень экстремальными, если рассматривать их с точки зрения использования человеком. На самом деле они были чрезвычайно жуткими и демоническими. Можно было бы, конечно, попытаться устранить большое количество его ядовитой природы, если бы было достаточно времени. Однако огромная сила этой таблетки всё ещё была чрезвычайно велика для обычного человека. Тело зверей Суань было совершенно другим. Но даже они, возможно, не смогли бы вынести всю его силу. Естественно, они смогут преодолеть порог уровня, если им удастся справиться с этим бременем. И в результате их культивация будет прогрессировать в геометрической прогрессии. Но их тело просто разорвёт в клочья, если они не смогут справиться с этой силой.

Короли зверей Суань были прекрасно осведомлены об этой опасности. Но они были готовы рисковать своей собственной жизнью для того, чтобы получить силу. Это было похоже на божественный путь в глазах молодого господина Цзюнь. В конце концов Небеса возьмут цену за всё...

Это, очевидно, не означало, что это было не легендарным ингредиентом. В конце концов, одна только сила Суань увеличивалась просто диким скачком... но это означало и то, что и применять его можно было только в исключительных случаях. Один из таких случаев – сделать Божественную таблетку высокого уровня. Успешная переработка этих ингредиентов в таблетки повысит эффективность. Кроме того, его воздействие можно будет применить на большое число людей. Можно ли такую траву тупо потратить?

Различие между легкостью и важностью часто игнорируется. И священный плод Тянь Фа можно было также включить в этот список. Короли зверей Суань из Тянь Фа не были бы единственными, кто получил бы преимущества от свойств этого плода, если бы Цзюнь Мосе смог создать таблетки, используя его... многие другие люди также могли бы извлечь из этого пользу.

Поэтому об этом нужно было думать надлежащим образом. Иначе это было бы только лишним.

Культивация Цзюнь Мосе постоянно увеличивалась по мере того, как проходили дни. Таким образом, он уже был почти на пороге прорыва со среднего уровня Суань. Это означало, что он приближался к пику Суань Неба.

Цзюнь Мосе, когда не практиковал своё культивирование, всё время размышлял о создании легендарной таблетки. В это время он очень тщательно изучал Книгу народных средств. И неустанные усилия Цзюнь Мосе, наконец, начали окупаться. Он наконец-то нашёл парочку рецептов.

«Энциклопедия», по общему признанию, обладала редкими элементарными знаниями. Но это не означало, что упомянутое знание отсутствовало в его тексте вообще. Кроме того, нехватка таких знаний также означает, что в них перечисляются лишь углубленные знания из указанной категории. Это было похоже на случай фрукта тысячи зол и десяти тысяч ядов. Это был легендарный лекарственный ингредиент для общества в целом. Но это всё равно было тем, что никто не мог бы использовать без страха негативной реакции. Однако, кажется, народным средствам удалось добиться такого подвига.

Цзюнь Мосе читал только названия и шаги, как создавать таблетки в прошлом. Однако теперь он начал читать всю дополнительную информацию и все подробные заметки, какие были.

Он нашёл много других видов таблеток, кроме Десятилетних, когда дело дошло до категории добавок, которые могли увеличить силу. На самом деле он нашёл ещё семь или восемь видов рецептов в своей охоте за иглой в стоге сена. Более того, действие каждой из этих таблеток было экстраординарным. И это открытие, очевидно, преподнесло Цзюнь Мосе приятный сюрприз.

Однако он игнорировал таблетки первого и второго уровня. Ведь он сейчас был на третьем уровне. Очевидно, он хотел научиться создавать таблетки, максимально подходящие ему по уровню.

Он нашёл три таких: таблетку жизненной силы, таблетку связи жизненной силы и таблетку небесной жизненной силы.

Цзюнь Мосе потратил огромное количество усилий, чтобы найти эти три вида таблеток.

Мосе даже верил, что весь учебный план Пекинского университета был бы у него в кармане, если бы он проявил такое же сосредоточенное рвение в своей предыдущей жизни. Язык каждой страны был бы не более чем пёрышком, которое нужно сдуть с кожи. Даже получить степень доктора в каждом престижном ВУЗе было бы для него не более чем лёгкой прогулкой после таких усилий...

Таблетка жизненной силы была божественной таблеткой, которая способствовала ускорению скорости потока ауры через меридианы человека. Кроме того, она могла быть использована для Суань Ци нормального человека и первичной Суань Ци зверей Тянь Фа. Эта таблетка, конечно, не могла продвинуть чью-то силу Суань. Но это значительно повышало скорость, с которой аура будет работать внутри тела.

Представим себе скорость течения воды внутри трёхметровой реки. Скорость воды в этой реке довольно ровная: ни быстрая, ни медленная. И есть ещё одна река такой же ширины. Но вода в этой второй реке течёт с большей скоростью. Разве сила второй реки не была бы намного больше?

И эффективность этой таблетки не ограничивалась только этим сравнением! Предположим, меридианы обычного человека были как ручей. После принятия этой таблетки их меридианы будут напоминать высокогорный водопад.

Река останется той же самой рекой. Но её суть будет совершенно иной.

Цель таблетки жизненной силы была превратить «тихую реку» в «горный водопад».

Предположим, что некий эксперт смог бы нанести три удара на одном дыхании. Затем этот человек сможет нанести девять ударов за то же время после того, как он примет эту таблетку. В конечном итоге боевая способность человека увеличится в десять раз в решающий момент боя. И это было особенно верно для быстрых и могущественных Королей зверей Суань. На самом деле эта таблетка была почти специально для них.

Даже Цзюнь Мосе чувствовал, что такое удивительное изменение было пугающим! Однако хорошее вознаграждение часто сопровождается высокими рисками. И эта таблетка также имела справедливую долю опасностей. Нужно быть выше уровня Суань Духа с точки зрения силы. Все остальные просто лопнули бы от переизбытка силы, и спасти их не было никакого способа…

Таблетка связи жизненной силы…

Эта таблетка имела схожий характер действия, поскольку она не могла увеличить силы напрямую. Но она могла ускорить скорость собрания физической силы, духовной силы, первичной силы и силы Суань внутри тела. Кроме того, дантянь также будет служить остальной части тела в сто раз лучше; то же самое верно для различных сосудов, связанных с ним. Она могла также увеличивать поглощение и преобразование Ци. Кроме того, скорость обучения также будет увеличиваться семимильными шагами после приёма этой таблетки. На самом деле предыдущая скорость культивирования станет казаться черепаховой после приёма этой таблетки.

Глава 493. Изготовление Таблеток

И ограничения были такими же, как и у таблетки связи жизненной силы. В основном, большие награды всегда сопровождаются высоким риском.

Надо сказать, что любой мог подумать, что Цзюнь Мосе был идиотом. В конце концов, он не понял, что таблетки связи жизненной силы были почти такие же, как таблетки, накапливающие дух с предыдущего уровня. Однако их эффективность была намного больше, чем у тех таблеток.

Таблетки небесной жизненной силы…

Эта таблетка могла быть использована для увеличения силы, но у неё не было других преимуществ. Можно сказать, что это было модернизированной версией Десятилетних таблеток. Приём всего одной таблетки увеличивал силу настолько, словно человек культивировал без перерыва 50 лет! Однако и ограничения были больше чем у Десятилетних таблеток. Её не мог принимать никто, не достигнув уровня Суань Неба или выше.

Цзюнь Мосе словно сошёл с ума внутри Пагоды Хунцзюнь. Он смеялся и ругался, кричал и матерился:

«Тяжёлая работа всегда окупается! Этот пример доказывает, что можно пожать неплохой урожай, если усердно пахать поле. Я так усердно вкалывал, но наконец-то нашёл эти три вида таблеток! Это как найти глоток воды в пустыне, умирая от жажды!»

Однако у молодого господина остались некоторые сомнения. Ведь сила всегда имела первостепенное значение в его сознании. Следовательно, он считал, что таблетка небесной жизненной силы лучше, чем таблетка жизненной силы и таблетка связи жизненной силы. В конце концов, эта штука может увеличить силу на пятьдесят лет!

«Почему что-то такое удивительное и ужасающее, как таблетка небесной жизненной силы, имеет такое низкоуровневое ограничение?»

«Кроме того, другие две таблетки ограничены для использования до сферы Духа Суань и выше. Но ограничение таблетки небесной жизненной силы только на уровне Суань Неба. Разница между этими двумя слишком велика, верно? Это не имеет никакого смысла…»

Люди, вероятно, избили бы его, если бы услышали о сомнениях, которые у него возникали. Пинали бы его долго, усердно, с чувством, с толком, с расстановкой… Его глаза заплыли бы так, что он мог бы видеть только звёзды, парящие вокруг него. Его голова стала бы похожа на голову свиньи... или, может быть, на голову слона. И надо было бы ещё сказать им «Спасибо!», что не стали бы бить дальше…

Он реально был идиотом – полным и истинным идиотом, в подлинном смысле этого слова! От такого божественного уровня идиотизма даже боги не нашли бы, что сказать. Однако молодой господин, разумеется, так не считал. Но как такая великая вещь могла попасть в руки такого большого идиота? Казалось, что превосходная капуста лежала перед свиньёй, которая продолжала рыть землю своей мордой в поисках чего-нибудь съедобного…

Цзюнь Мосе почти постоянно «проживал» в Пагоде Хунцзюнь. И он делал только одну из двух вещей: либо изготавливал таблетки, либо практиковал свои боевые искусства. Он часто чувствовал жажду или голод. Но он просто съедал несколько «общих» ингредиентов, которые он хранил там. Это была пустая трата, но она могла насытить его жажду и голод в сложившихся обстоятельствах. Кроме того, эти «общие» травы также давали ему энергию. Очевидно, у него был огромный запас самых разных ингредиентов в резерве. Таким образом, он не беспокоился, так как у него в запасе было очень мало времени.

Было ясно, что эти вещи не были столь важны для Цзюнь Мосе, так как он начал сравнивать эти «простые» материалы со списком рецептов и понимал, что эти материалы не годятся для создания нужных таблеток. Поэтому молодой господин Цзюнь был расточителен с ними. Можно даже сказать, что он растрачивал их безрассудно. Любая другая семья континента Суань Суань держала бы эти травы, плоды, листья и корни под самой высокой охраной. Они даже приняли бы мучительную и страшную смерть для того, чтобы просто сохранить эти ингредиенты в семье.

В конце концов, это были первоклассные материалы, которые можно было найти только в самых глубинах Тянь Фа! В конце концов, сколько людей в мире были способны безопасно достичь самого центра Тянь Фа? Даже восемь Великих Мастеров боялись бы за свои жизни, если бы они вошли в этот лес…

Даже столетняя трава считалась бы сокровищем, если бы её выставили на рынок. Тем не менее Цзюнь Мосе рассматривал тысячелетник как обычную морковку... На самом деле он даже жаловался:

«Эта трава – редкостная гадость. Безвкусная до ужаса. Хотя бы соли сюда... На вкус как будто я жую воск. Это совсем не вкусно... С этим молодым господином плохо обращаются…»

Многие старики и седовласые мужчины из божественных семей целителей просто погибли бы на месте от инфаркта, узнав, что Цзюнь Мосе жрёт на завтрак Столетнюю Траву, на обед закусывает Травой Тысячелетней силы, а вечерами откусывает по очереди от корня Столетнего женьшеня и Лунного корня, ещё и жалуясь при этом на безвкусие. На самом деле они бы передрались до смерти, чтобы прийти сюда первыми:

- Я прошу вас... прошу вас, позвольте мне принять ваше бремя... я вас умоляю... все восемь поколений моей семьи умоляют вас разрешить нам терпеть это на вашем месте... позвольте нам потерпеть такое ужасное отношение…

А жирный Танг... такой жалкий скряга, как он стал бы кричать и плакать:

- Старший брат! Ты мой старший брат! Почему бы тебе не избить меня лучше, а? Можешь избить меня десять раз, да даже сотню раз, но прекрати жрать это! Ты как будто на моих глазах сжираешь гору серебра и золота! Издевайся надо мной сколько хочешь, но прекрати это…

Лицо молодого господина Цзюнь покраснело, как только Тысячелетняя трава достигла его желудка. Энергия пронзила его тело, и ему некуда было её выпустить. Поэтому он начал плавно, но неуклонно циркулировать свою энергию по всему телу. Затем он зарычал от скуки и принялся культивировать. После этого он, хихикая как сумасшедший, рылся в рецептах, чтобы найти что-то ещё. Затем он немного потренировался на мечах. И после этого он снова начал изготавливать таблетки...

Цзюнь Мосе уже был достаточно опытен в создании таблеток. В конце концов, можно сказать, что он получил довольно богатый алхимический опыт от лихорадочного создания сотен и тысяч таблеток закалки костей и Десятилетних таблеток в прошлом. Тем не менее Цзюнь Мосе всё равно запнулся об изготовление этих трёх новых видов таблеток. И он справедливо полагал, что должен начать с таблетки самого низкого уровня. Он ждал, пока наберёт больше опыта, прежде чем начать создавать более сложную и более ценную таблетку небесной жизненной силы. В конце концов, разбазаривание таких первоклассных ингредиентов было бы огромной тратой…

Поэтому его первым выбором была таблетка, которая изготавливалась сравнительно просто – Таблетка связи жизненной силы.

Молодой господин Цзюнь был в приподнятом настроении. Он немного успокоился, чтобы начать. После этого он начал бормотать песнопения, которые выучил:

- Оммм... маа ми... маа ми... хонг... хонг... ма ми... Хонг…

Затем он указал пальцем, как мечом.

«Печь Удачи» начала свистеть. Она поднялась в воздух и начала вращаться. Из-под крышки вырвались пары различных ароматов, а под печью играли огни десяти тысяч оттенков…

Чёрное Пламя первобытного Хаоса тихо и почти незаметно вплелось в эти оттенки и поглотило их все. Затем пламя поднялось с громким взрывом, будто добралось до канистры с бензином, и закрыло печь. Чёрное пламя двигалось, как тысячи призрачных языков. Через пару минут пламя уютно устроилось внутри печи. Чёрный цвет пламени великолепно освещал разноцветную «Печь удачи»...

Цзюнь Мосе блеснул гордой улыбкой: он был полон уверенности. Правой рукой он схватил двадцать трав, которые он приготовил заранее. Они очень медленно поплыли из его рук. На самом деле, казалось, что невидимая струна тянет их вперёд. Эти травы вошли в печь одна за другой... как мотыльки, тянущиеся к пламени.

Цзюнь Мосе сделал несколько колебательных движений пальцами. Затем он услышал: БАБАХ! - крышка печи взлетела вверх. Но она взлетела только на секунду, прежде чем снова рухнуть на своё место. Затем произошёл ещё один взрыв, когда Пламя первобытного Хаоса вспыхнуло с новой силой, снова охватив всю печь.

Цзюнь Мосе двигал руками и пальцами в соответствии с инструкциями по созданию таблетки. Он двигался вокруг чёрного пламени, а его пальцы делали множество жестов. Энергия текла из его тела, чтобы поддерживать горение Пламени первобытного Хаоса.

Время пролетело незаметно. Однако молодой господин Цзюнь вдруг почувствовал, что что-то не так.

«Чёрт! Я уже давно создаю эти таблетки. Кажется, что я уже потратил, по крайней мере в десять раз больше времени, чем я когда-либо тратил на какие-либо таблетки в прошлом. Так почему же я не вижу никакой активности? Я бы уже вынул таблетки из печи, если бы это были таблетки Десяти лет. Но нет никакой реакции у этих таблеток! Что происходит...?»

Прошло некоторое время, и Цзюнь Мосе начал чувствовать, что его энергия истощается. Он чувствовал, что его умственная сила ослабевает, и он был на грани потери сознания. Его ноги дрожали от слабости, а его тело вспотело, будто он таскал мешки с углём. Энергия молодого господина почти закончилась. Однако не было никакой активности от тёмного пламени, окружающего печь.

«Я должен твёрдо стоять на ногах! Это очень ответственный момент! Я не могу облажаться! Я должен твёрдо стоять!»

Цзюнь Мосе стиснул зубы, вынул Десятилетнюю таблетку и бросил её себе в рот:

«Она больше не может увеличить мою силу, но она всё ещё может восстановить мою энергию…»

Фортуна, видимо, снова благоволила молодому господину. Когда он был уже почти полностью истощён и не мог продолжать дальше, из печи раздался звук гонга, и её крышка взлетела в небо с нежным звуком, напоминающим пение птиц. Пламя первобытного Хаоса молча отступило и медленно превратилось в небольшой костерок внутри печи.

- Да будут прокляты Небеса! Это слишком сложно! Как это вообще может быть так сложно? Это не похоже на таблетки для закалки костей или большинство других таблеток! Как это может быть так сложно? Я тут чуть не сдох! – Цзюнь Мосе хрипло задыхался и ругался. Его ноги дрожали и, в конце концов, подкосились. Он рухнул на жопу, отбив копчик, но даже не заметил этого. Казалось, что он просто пахал на протяжении многих суток без отдыха. Он был как лошадь, которая пробежала тысячу миль, не отдохнув ни минуты. Он сидел, отдыхая, довольно долго. Затем он с трудом встал и вытянул шею, чтобы заглянуть в печь.

- Что, б*ядь? – Цзюнь Мосе воскликнул в гневе. Он не мог поверить в увиденное. Молодой господин даже потёр глаза и снова уставился в печь.

Там спокойно и тихо лежала куча чёрной золы…

Цзюнь Мосе чувствовал себя как надутый воздушный шарик, из которого вытекает воздух. Запасы его тела были исчерпаны полностью. Его энергия была осушена до пределов. И его уверенность в себе понесла сокрушительный удар:

«Я потратил столько энергии и всё равно потерпел неудачу! В рот мне ноги! Как это может быть так сложно?»

- Б*ядь! Это же пи*дец какой-то! Я не верю! Ну ничего! Я с тобой ещё разберусь! Не думай, что я не смогу взять тебя под свой контроль только потому, что однажды потерпел неудачу! – выражение лица Цзюнь Мосе точно могло бы напугать любую божественную таблетку, если бы они могли его видеть...

Он закрыл глаза, активировал Искусство Разблокировки Небесной Удачи и начал собирать энергию. Его дантянь разогрелся. Поток чистой энергии устремился через его меридианы. Божественная аура внутри Пагоды Хунцзюнь яростно начала двигаться в сторону Цзюнь Мосе, будто водоворот в море.

Прошло много времени. Глаза Цзюнь Мосе, открывшись, внезапно испустили резкое сияние. Его физическая выносливость и энергия были восстановлены до его привычного уровня. Однако, на секунду заглянув в себя, он понял, что его предел «энергетического овердрафта» на удивление увеличился по сравнению с предыдущим.

Это увеличение лимита овердрафта было большим шагом на пути к следующему уровню в Искусстве Разблокировки Небесной Удачи. На самом деле он мог ясно чувствовать, что его способность поглощать ауру увеличилась в три или четыре раза.

«Это странно!» – Цзюнь Мосе почесал голову. Затем он вышел в реальный мир, в свой двор, и понял, что его усилия по созданию этих таблеток заняли не менее суток, если также принять во внимание его последующее восстановление силы.

Он пробыл в Пагоде Хунцзюнь более десяти дней, если учесть все обстоятельства. Его первоначально белоснежные одежды стали настолько грязными, что на них даже нельзя было смотреть. Его волосы были растрёпанными и грязными. Казалось, что он был не молодым господином одной из самых сильных семей, а уборщиком в свинарнике одной из самых грязных семей на континенте Суань Суань. На его лице плотным слоем лежала копоть и сажа, а его пот просто капал на пол. Он не был похож даже на нищего... даже нищие так не выглядят.

Цзюнь Мосе быстро отдал несколько приказов не видевшим его слугам. Затем он поспешно проскользнул в большую ванну и с диким наслаждением помылся. Но он всё время думал о том, что произошло, и как он это сделал…

Он даже не знал, как ему повезло, что он не выбрал таблетку, которая была ещё сложнее. Он выбрал только таблетку для связи жизненной силы второго уровня. Он был бы в гораздо худшем состоянии, если бы вместо этого он выбрал таблетку жизненной силы. Тем не менее всё было бы по-другому, если бы он выбрал таблетку небесной жизненной силы. Возможно, что он уже закончил бы создание первой партии...

Глава 494. Коварство и контрмеры

Тем не менее кто-то с уровнем идиотизма молодого господина, естественно, не понимал этого. На самом деле неудача в создании этих таблеток заставила его поверить, что эти супертаблетки чрезвычайно трудно создать и освоить. Он считал, что таблетка небесной жизненной силы была самой эффективной таблеткой в этом списке из трёх. И он также принял её за самую драгоценную. Поэтому он предположил, что процесс её создания должен быть труднее, чем даже таблетка связи жизненной силы…

Цзюнь Мосе намеревался вернуться в Пагоду Хунцзюнь для ещё одного «раунда» борьбы с таблеткой, после того, как он искупается и отдохнёт.

Красивое личико Малышки Ке покраснело от смущения, когда она ждала его в стороне. Она смотрела на красивое, крепкое и сильное тело молодого господина. Казалось, что его тело блестело таинственным блеском драгоценных камней. Её маленькое личико покраснело, и она почувствовала жар. Сердце девочки бешено билось. Взгляд её красивых глаз бегал по телу молодого господина. Она пыталась увести его, но время от времени она снова ловила себя на том, что рассматривает его...

«Он так хорошо выглядит! Как он может быть таким красивым? Молодой господин – настоящий мужчина...» - маленькая девочка думала про себя.

- Что? Третий молодой господин вернулся? Впусти меня... Что? Почему ты меня не впускаешь? Я его брат! Хороший брат, ты знаешь? Он принимает ванну? Чёрт! И что? Мы оба – мужчины! Так какая разница, если я войду, пока он будет принимать ванну? Думаешь, я его изнасилую? Уйдите нахер с моего пути! – было слышно возмущение и громкие вопли, когда Танг Юань пытался войти к молодому господину.

Танг Юань вошёл через дверь с треском. Дверь ванной молодого господина была очень узкой... Но толстяк заставил себя пройти через дверь. Цзюнь Мосе отмокал в ванной, лёжа с закрытыми глазами. Однако он мгновенно открыл глаза и безучастно посмотрел на жирдяя. Танг Юань выглядел так, будто с минуты на минуту лопнет от гнева.

- Третий молодой господин... я умру от гнева... я действительно умру от гнева! – Танг Юань бушевал. На самом деле он едва ли не извергал огонь из задницы. – Вот в чём дело... Семья Хуан... Эта семья Хуан не понимает своего места! Они хотят, чтобы я заплатил своей жизнью за их чёртового сыночка! Они всё ещё хотят сохранить право на брак своего мёртвого ребёнка! Они хотят, чтобы Дугу Сяо И вышла замуж за мемориальную доску их сына. Они мерзкие и тупые! Они даже хотят, чтобы ты – третий молодой господин Цзюнь – пошёл к ним и встал на колени перед мемориальной табличкой их сына в качестве извинения за твою «ошибку»! Что в этом мире происходит!? Это как будто е*аный кролик пытается угрожать волку!

- Что случилось, толстяк? – молодой господин Цзюнь закрыл глаза, нахмурился и откинулся назад в ванной. Он начинал терять терпение:

«Я здесь лежу с голой задницей. Было бы одно дело, если бы мы были в общественной бане, там бы и все остальные тоже были бы голыми. Тогда ещё было бы удобно разговаривать. И у меня не было бы никаких проблем с этим. Более того, у меня потрясающее тело. Так что я бы даже заставил тебя чувствовать себя неполноценным. Но я открываю глаза, чтобы видеть тебя, полностью одетого и заливающего мою ванну слюнями... это так неловко…»

- Старший брат, ты не знаешь, что происходит! Я не знаю, что случилось с этой семьей Хуан. Они внезапно стали слишком смелыми и агрессивными... даже бешеной собаке до них далеко! – Танг Юань прыгал со злости вверх и вниз. – Они выступили с решительным заявлением к обществу. Они действовали крайне опрометчиво, и я не мог этого терпеть! Я решил послать несколько солдат, чтобы уничтожить их. Но я не знаю, что происходит с моим дедушкой. Мой дед послал человека в Аристократический Зал, и он предостерёг меня от любых безрассудных действий. Даже семья Дугу решила пока придержать свои войска. Я прямо, сука, в е*аной депрессии! Не говори мне, что эта ничтожная семья Хуан может перевернуть небеса?

- Семья Хуан? Они ведут себя высокомерно? – Цзюнь Мосе тренировался и создавал таблетки в течение последних нескольких дней. Он не знал, что творится во внешнем мире и был немного сбит с толку. Он постепенно собрал свои мысли и быстро сел. Лицо молодого господина сейчас имело серьёзное выражение.

Это было, в основном потому, что Цзюнь Мосе внезапно вспомнил тот момент, когда он приказал казнить Хуана Шу Лю... Вторая жена Дугу Вуди что-то говорила. И, следует отметить, что она тоже родом из семьи Хуан:

«Один из моих родственников является членом Бескрайнего Океана Крови».

И слова Мэй Сюэ Янь также всплыли в его разуме:

«Эти твои таблетки действительно чудесны. Я считаю, что аукцион на таблетки для закаливания костей, вероятно, сможет привлечь людей даже из трёх святых земель».

Цзюнь Мосе нахмурился и подумал про себя:

«Только не говори мне, что действительно припёрлись люди из Бескрайнего Океана Крови? Но это слишком большое совпадение, не так ли?»

- Не волнуйся, толстяк! Твоё волнение пердежа не стоит! Расскажи мне всё подробно, что произошло, когда ты начали эти «действия»... И не пропусти ни одной детали! – Цзюнь Мосе снова закрыл глаза и откинулся в ванной. Но, несмотря на внешнюю расслабленность, его разум работал с огромной скоростью, размышляя над повествованием Танг Юаня. На самом деле он не пропустил ни единого слова из рассказа гуманоидной фрикадельки.

Разумеется, он хотел узнать правду по крошечным, незаметным другому глазу уликам.

Танг Юань был человеком с необыкновенным темпераментом. Он, конечно, был взбешен минуту назад. Однако он тоже понял, что что-то не так. В его голове словно что-то вспыхнуло, и он не смел продолжать лепетать всякую ерунду. Вместо этого, он сел и честно рассказал обо всём, что происходило. Кроме того, он рассказывал о делах очень подробно, в меру своих возможностей.

Он верил, что его старший брат Цзюнь Мосе был тем, кто ничего не боялся:

«Я никогда не видел такое осторожное выражение на его лице… Не говорите мне, что всё действительно очень серьёзно? Неужели ужасающий и удивительный человек прячется среди людей семьи Хуан?»

Цзюнь Мосе прислушался к словам Танг Юаня: у семьи Хуан не было сил, чтобы дать отпор в самом начале, когда жирдяй решил прижать их к ногтю. Они даже были готовы просить прощения. Вся семья была крайне встревожена и пребывала в растерянности. Но в последние несколько дней они внезапно подверглись необъяснимой трансформации. Они приходили с поклонами и просьбами... А теперь стали очень наглыми и неуступчивыми.

Более того, многие требования, которые они выдвинули, не могли быть приняты ни одной из трёх могущественных семей. Семья Хуан явно хотела опозорить их всех. На самом деле, казалось, что они хотят возвысить себя выше мощи этих трёх больших семей...

«Как семья Хуан может осмелиться сделать это? Давайте посмотрим на силы мира... даже помощь Императорской семьи... или других влиятельных семей по всему миру не будет достаточной, чтобы действовать так уверенно. Так как же они могли осмелиться это сделать?» – Цзюнь Мосе размышлял. – «Решение семьи Хуан не может быть глупым. В конце концов, они готовились к компромиссу в начале. Таким образом, маловероятно, что они захотят играть с жизнью людей своей семьи».

Поэтому это внезапное и массовое изменение в их отношении заставило Цзюнь Мосе прийти к окончательному выводу:

«Должно быть, дальний родственник семьи Хуан внезапно вернулся из Бескрайнего Океана Крови. В противном случае, семья Хуан никогда бы не осмелилась на такую провокацию, даже если бы они были очень смелыми. И это потому, что они знают, что им некуда отступать, если уж они займут эту позицию…»

«Но этот вопрос примет совершенно другой оборот, если вернулся родственник семьи Хуан из легендарного Бескрайнего Океана Крови, чтобы поддержать их. В конце концов, семья Хуан может бросить вызов Цзюнь, Танг и семье Дугу с поддержкой Бескрайнего Океана Крови. На самом деле они могут даже бросить вызов такой силе, как Город Серебряной Метели».

«Однако семья Хуан так свирепо гремела в течение многих дней. Но грозовые облака до сих пор не собрались».

Это сделало Цзюнь Мосе ещё более уверенным в том, что сказала Мэй Сюэ Янь — эти люди пришли за таблетками для закалки костей!

- Спокойствие, Танг Юань, только спокойствие, – Цзюнь Мосе сказал вслух. – Стоит ли начинать такую суету из-за незначительной семьи Хуан? Я буду немного занят в течение следующих нескольких дней. Давай пока оставим этот вопрос в стороне. В любом случае месть может стать ещё более приятной, если её принести чуть позже…

Толстяк был ошеломлён этим. Он не собирался возражать против заявления Цзюнь Мосе, ведь угнетать кого-то понемногу было действительно очень приятно. Но проблема была в дальнейшем поведении Цзюнь Мосе.

- Более того, таблетки для закаливания костей больше не должны храниться в Аристократическом Зале. Я попрошу Одинокого Сокола пойти с тобой, чтобы забрать их. Им безопаснее оставаться здесь со мной, – холодный свет вспыхнул в глазах Цзюнь Мосе.

«Вы хотите бросить мне вызов, мусор? Хотите мои таблетки для закаливания костей? Думаете, в жизни всё будет так просто? Меня не волнует, бескрайний ты океан крови или маленькая лужа мочи! Что могут сделать три Святые Земли? Вы должны быть готовы быть уничтоженными моей рукой, если хотите сразиться со мной! Итак, вы думаете, что у вас достаточно сил, чтобы напасть на этого молодого господина? Я уже решил, что не убью вас одним ударом. Я буду убивать вас всех долго и очень болезненно!»

Было безопасно отправить Одинокого Сокола за таблетками для закалки костей. В конце концов, он будет в порядке, даже если оставшиеся Великие Мастера нападут на него вместе. Одинокий Сокол, конечно, не сумеет противостоять им в открытом бою. Но он сможет сбежать с лёгкостью…

- Ах, это тоже хорошо. В последние дни вокруг Аристократического Зала было много активности в ночное время. Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань, конечно, следят. Но пользы от них не так уж и много. Я начал бояться... – Танг Юань вытер холодный пот. Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн точно помогли бы ему похудеть килограммов на пятьдесят с помощью мечей и маникюрных ножничек, если бы услышали это.

Они занимались этим каждую ночь. И они оставались полуживыми каждую ночь. На самом деле Аристократический Зал уже был бы снесён до самого фундамента, если бы не эти двое. Между тем, храп Танг Юаня тряс весь город Тянсян каждую ночь. В действительности вполне возможно, что его храп распространялся километров на пять за периметром города. Так что он точно «очень сильно боялся»…

- Да. И тебе не нужно ставить свою жизнь под угрозу, если кто-то поймает тебя, чтобы допросить о местонахождении этих таблеток. Можешь сказать им, что эти таблетки находятся во «Дворе Элегантного Аромата» резиденции семьи Цзюнь. Кроме того, ты скажешь им, что те, которые хранятся здесь, намного лучше, чем те, что мы выставляем на продажу, – сказал Цзюнь Мосе очень серьёзно.

- Почему? – спросил Танг Юань озадаченно. – Двор Элегантного Аромата? Но ведь именно там живет сестра Квинхан! Что будет, если кто-нибудь ворвётся в это место? Ведь это будет не слишком хорошо для сестры Квинхан, как для женщины, верно?

- Всё будет в порядке! Всё будет в полном порядке! – Цзюнь Мосе улыбался, когда говорил. – Тебе не нужно беспокоиться об этих тривиальных деталях. Ты просто расскажешь всем, что я тебе сказал, если тебя поймают. Послушай меня и не волнуйся!

«Толстяк, ты знаешь только то, что там живёт сестра Квинхан. Но как ты можешь знать, что с ней теперь живут ещё две тигрицы? Ха! Они даже не тигрицы! Они намного свирепее! Эти две королевы-тигрицы!»

«Не важно, кем бы ни были эти люди... они умрут ужасной смертью, если они поверят тебе и пойдут туда, чтобы украсть эти таблетки! Лучше бы уж они просто сели верхом на бочку с порохом и подожгли. Результат будет таким же, независимо от того, кто придёт: его просто разорвут в маленькие ажурные клочки…»

И самое прелестное: ни одно из слов, что скажет Танг Юань, нельзя назвать ложью. В конце концов, молодой господин Цзюнь дал несколько таблеток Мэй Сюэ Янь и попросил её осмотреть их…

«Хе-хе-хе... это смертельная ловушка. Это смертельная ловушка, из которой нельзя вырваться…»

Танг Юань в изумлении кивнул. Он не знал, что имел в виду Цзюнь Мосе, но он решил поверить ему. Этот вопрос обсуждался довольно долго. И вода в ванной Цзюнь Мосе уже остыла. Поэтому он открыл глаза и посмотрел на жирдяя:

- Ну, ты ещё не насмотрелся?

Жирный Танг даже заикаться начал:

- Что? В с-смысле н-насмотрелся?

- Ты видел уже достаточно, но всё ещё не торопишься отсюда! Проваливай! И побыстрее! Мне нужно одеться! – Цзюнь Мосе даже зарычал от злости. – Ты взрослый мужчина и сидишь, пялясь на другого взрослого мужчину, пока тот голый! Я не знал, что ты получаешь от этого удовольствие, извращенец чёртов!

Глава 495. Тянь Фа отправляет партию трав

- Что? Думаешь, я прямо сильно хотел видеть твою голую задницу? Да я не смотрел на тебя, даже когда мы были на горячих источниках! Ты такой тощий, что меня аж тошнит! – уголки рта Танг Юаня дёрнулись с презрением. Но, казалось, они могли быть и улыбкой, потому что на его лице было много слоёв жира. Он встал и отряхнул свою огромную задницу, после чего вышел через дверь.

- Толстяк, ты вломился в мои двери без позволения! Я оштрафую тебя на пять тысяч монет из твоей доли, чтобы компенсировать это...

Жирный Танг вломился к нему, говорил грубо и даже осмелился высмеять величественное тело Цзюнь Мосе. Молодой господин Цзюнь не мог не разозлиться:

- ...и, кстати, золотых монет!

ХЛОБЫСЬ!

Земля задрожала, когда Танг Юань упал на задницу:

«Пять тысяч... золотых монет? Что это за дверь такая дорогая?»

Цзюнь Мосе медленно вытерся полотенцем. Затем рыжеволосая Малышка Ке помогла ему переодеться в сухое... надо было сказать, что переход в этот мир причинил много вреда Цзюнь Мосе. В конце концов, убийца был самодостаточен в прошлой жизни. Тем не менее теперь он привык к образу жизни, в котором он полагался на других, чтобы даже одеться. Это подлинная испорченность…

Молодой господин Цзюнь залез в свою одежду. Он снова выглядел опрятно и очаровательно. Осмотрев себя в зеркало, третий молодой господин слегка потрепал Малышку Ке за щёку. Девочка в ответ будто бы обиженно надулась. Мосе посмеялся над этим и быстро пошел искать Одинокого Сокола, чтобы заставить его забрать таблетки из Аристократического Зала.

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй готовились к важным ритуалам, необходимым для признания Гуан Квинхан приёмной дочерью. Тем не менее в эти дни в резиденции семьи Цзюнь был ещё один безработный старик — Дугу Цзёнхэн!

Оказывается, старикан приходил в резиденцию семьи Цзюнь каждый день с тех пор, как он услышал, что Цзюнь Мосе может исцелить его травму. Обе могущественные семьи уже были знакомы. Более того, они вскоре будут связаны браком. Значит, Дугу Цзёнхэн не чувствовал себя чужаком в этой семье. Тем не менее все в резиденции Цзюнь лихорадочно бегали, так как они были очень заняты. Кроме того, у Цзюнь Мосе, похоже, не было времени на него за последнее время. Дугу Цзёнхэн терпеливо ждал в течение всех прошедших дней. Но в конце концов он начал возмущаться. Пугающе громкий голос старика Дугу эхом отдавался по всей резиденции семьи Цзюнь. На самом деле это было похоже на удар молнии в ясном небе. Это было похоже на ночной храп Танг Юаня, который пугал людей даже в четырёх-пяти километрах от стен города...

Это заставило слуг в резиденции Цзюнь благодарить Бога за то, что они служат Цзюнь Чжан Тиану, а не этому старику…

Как раз в тот момент Цзюнь Мосе появился со своими божественными лекарствами и быстро вылечил старика Дугу. Нечего было лечить, если уж говорить об этом. В действительности молодому господину было достаточно вставить несколько игл в мясистую задницу Дугу Цзёнхэна и провести свою ауру через меридианы старика Дугу с помощью Искусства Разблокировки Небесной Удачи.

Этот процесс не требовал много усилий от Цзюнь Мосе, но Дугу Цзёнхэн внезапно почувствовал дикое облегчение. Старик тут же прорычал, что молодой господин Цзюнь был просто божественным доктором! Тем не менее этот огрубевший старик был довольно проницателен по своей природе. Он тщательно записал, как и куда Цзюнь Мосе тыкал иглами. Он даже пробормотал про себя, мучимый сомнениями:

«В этом районе нет ничего, кроме мяса. Действительно ли там существуют точки акупунктуры? Как может простое использование игл на моей заднице дать такие результаты?»

«Это очень странно!»

Дугу Цзёнхэн много и часто консультировался со многими другими «божественными докторами» в столице. Но он только посылал миллионы проклятий на каждого из них впоследствии. Это потому, что квалификация этих докторов была одинакова по отношению друг к другу. Они ставили иглы в тех же местах. Даже боль, которую он чувствовал, была такой же. Однако помог ему только Цзюнь Мосе. Старик ещё долго сокрушался впоследствии:

«Неудивительно, что у нас такая нехватка хороших врачей, которые могут вылечить эту проблему…»

Старик Дугу в прошлом часто доверял этим врачам лечение своей теперь вылеченной травмы. Как же он мог не обрушивать на них проклятия?

«Ваше лечение ни хрена не помогает! Ваше обычное лечение не вызывает ничего, кроме боли! Вы ни на что не годны!»

Разгневанный старик едва не свёл парочку самых впечатлительных докторов с ума.

Он прошёл только один сеанс лечения. Таким образом, это ещё не искоренило проблему. Но Дугу Цзёнхэн уже был очень доволен, ведь он не чувствовал такого расслабленного, приятного и комфортного ощущения в течение многих десятилетий. В тот же вечер он встретился с Цзюнь Чжан Тианом. И он много выпил в тот вечер. Он так много выпил после стольких лет... как он мог не получить кайф от этого?

Цзюнь Мосе же вернулся в Пагоду Хунцзюнь посреди этого хаоса и снова начал своё сражение. Но вскоре он обнаружил, что его навыки и способности могут значительно улучшиться, если он пополняет энергию после достижения состояния полного истощения.

На крайнем юге…

Двое крупных мужчин скакали на север. Их скакунов можно было бы назвать «лошадьми», но на головах у них были рога. Более того, их головы были не такими длинными. Их можно было назвать оленями, но копыта у них были круглыми. Кроме того, можно было увидеть белые волосы под их копытами, когда они поднимались. На самом деле, казалось, что на них были какие-то перчатки для копыт. Но они двигались с молниеносной скоростью. Не нужно было говорить об обычных лошадях... потому что даже легендарные боевые кони не могли сравниться с ними в скорости.

Однако ещё более странным было то, что эти люди не использовали сёдла. Они не использовали также ни поводьев, ни стремян; они даже не говорили своим скакунам ни слова. Но эти странные кони всё же продолжали везти их куда-то. Более того, выражения этих двух мужчин казались совершенно нормальными, будто «кони» и сами знали, куда их везти...

Огромные баулы были закреплены на заднице каждого из этих двух коней. Эти пакеты были ужасающе большими по размеру. Причем, было видно, что они имели немалый вес.

Эти два человека почти постоянно чувствовали на себе завистливые взгляды многих людей.

Это было потому, что эти две упаковки испускали запахи лекарственных трав. В действительности они пахли как первосортные целебные травы! Хотя нет, даже словами «первосортные целебные травы» невозможно было описать степень чистоты и свойств этих трав. Поэтому назвать их «легендарными сокровищами с Небес» было бы более уместно…

Их запаха было достаточно, чтобы привлечь кого угодно!

- Человеку даже не нужно есть их, – заявил один полусумасшедший старик под одобрительный гул слушателей. – Можно почувствовать себя очень энергичным и обновлённым, даже если понюхать эти травы через задницу!

Было очевидно, что такие травы привлекали внимание многих людей.

Поэтому путешествие этих двух людей никак нельзя было назвать мирным. Бесчисленные аптекари приставали к ним для того, чтобы купить эти ингредиенты за большие деньги. Бесчисленные семьи целителей делали всё: начиная от простых предложений купить эти травы за огромные деньги и заканчивая мелкими ворами и грабителями, которые пытались украсть эти ингредиенты.

Однако эти два больших человека бесстрашно продолжали своё путешествие наглым образом. Они почти не обращали внимания ни на кого. Они двигались спокойно и мирно. Даже последовательные волны грабителей, похоже, не влияли на их настроение.

Они уже были на полпути к месту назначения и никак не задерживались. Более того, их длинные одежды всё ещё были яркими и опрятными... даже пылинка не испачкала их.

Двое мужчин просто болтали на протяжении всего путешествия... как будто они были на приятном пикнике.

- Четвёртый Старший брат, это долгое путешествие… Но оно всё равно довольно приятное, – этот большой человек был одет в богато расшитые одежды. Усы жизнерадостно торчали из его щёк. Эти усы были похожи на усы молодого дракона. На самом деле, казалось, что они сделаны из железа. Рост этого человека заставил бы обычного человека думать о лестных словах, таких как: «Величественный!», «Могучий!», «Возвышенный!», «Крепкий!», «Сильный!» и другие…

- Эх, старший Девятый... ты сказал... Мдаа... твой Четвёртый брат не знает, что он должен сказать тебе... почему ты настаивал на том, чтобы пойти... Я бы поехал на спине Третьего старшего брата, если бы не твоё бесстыдное упорство. И мы бы уже были на месте в этом случае. Но мы сейчас…

Другой человек был того же типа. Однако он был ещё выше и ещё крепче. Он был очень большим. На самом деле он напоминал огромного медведя. Но его тон сейчас ясно давал понять, что этот огромный мужчина жалуется.

– Не надо было тратить на это такой долгий путь. Мне действительно не повезло... Четвёртый брат много пострадал из-за тебя. Я мог бы потратить это время на…

- Четвёртый старший брат, ладно тебе... Ты же знаешь, что я не выходил поиграть так уже много десятилетий. У меня никогда не было такой возможности. Хе-хе... так что это хорошее путешествие. Эта дорога очень хорошая. Взгляни на все эти очаровательные пейзажи! Мы можем сделать так много вещей на этом пути! Это самый счастливый день в моей жизни! Это как мифический день!

Крепкий здоровяк в расшитом халате улыбнулся, а глаза его наполнились удовлетворением. Он сказал:

- Жаль только, что я не могу сражаться с этими людьми чуть подольше... один маленький удар, и они ложатся на землю. Это невесело в любом случае! Скажи мне, может ли какой-нибудь эксперт Суань Духа или грабители уровня Великих Мастеров прийти, чтобы ограбить нас?

- Чушь собачья! Что за хрень ты несешь? Сколько людей в этом мире смогут выдержать удар от тебя – Короля Золотых Тигров? И потом, ты хочешь, чтобы эксперт Суань Духа или Великий Мастер устроились ворами? О чём ты вообще думаешь? Кто-то с твоим интеллектом не должен говорить такой чуши! Я по сравнению с тобой – просто образец мудрости и дальновидности!

Большой и крепкий человек несчастливо закатил глаза и протяжно вздохнул:

- Чёрт, этот Третий... Старший Журавль слишком бессердечен! Он не пошёл сам, и он даже не позволил Королю Соколов подвезти нас двоих! Он так бессердечен, что заставил нас отправиться в такое путешествие! Как только я вернусь…

- Я не думаю, что идти медленно – это плохо, — почесал голову Король Золотых Тигров. Он выглядел несколько смущённым. – Я же… это… высоты боюсь.

- Вот почему я называю тебя обузой! – большой и крепкий Король Медведей ругал его без следа мягкости. – Я не хотел, чтобы ты пошёл, но ты так хотел, что упросил остальных! Всё было бы лучше, если бы ты позволил Третьему брату пойти! Просто взгляни, сколько неприятностей мы спровоцировали на всём пути? Ты убивал людей всю дорогу!

- Хе-хе-хе... – Король Тигров радостно улыбнулся, похрустывая костяшками кулаков. – Но разве это не намного веселее, Четвёртый старший брат? У этих людей нет хороших сторонников. Было бы неплохо, если бы у них был какой-нибудь наёмник Духа Суань…

Большой Медведь посмотрел на него несчастно и глубоко вздохнул. Он выглядел очень подавленным.

- Ах, четвёртый старший брат... такая возможность поехать в город Тянсян очень редка! Мы можем играть в течение многих дней! – лицо Короля Золотых Тигров было окрашено оттенком жадности. – Просто доставить эти ингредиенты – недостаточно! Нам нужно ещё остаться там на несколько дней, чтобы выследить людей, которые решат потягаться с нами силой. Я предполагаю, что в Тянсяне будет несколько таких людей. Или, может быть, мы снова встретим этого таинственного старшего. Может быть, он утолит нашу светлую жажду…

- Ты безмозглый идиот! Разве ты не достаточно утолил свою «лёгкую жажду»? – Большой Медведь не выдержал. – Боже, ну как ты можешь быть моим братом? Не разговаривай со мной! Я чувствую разочарование, когда даже просто смотрю на тебя! Не могу дождаться встречи с остальными. Я хочу, чтобы они знали, что я подумываю отречься от тебя как от младшего брата!

- Хе-хе... успокойся, Четвёртый брат, успокойся... ты должен успокоить свой гнев... – ухмыльнулся Король Тигров. Королю Медведей ничего не оставалось, кроме как вздохнуть. Это было похоже на то, когда он был с Высоким Журавлём. Большой Медведь теперь мог ясно понять, как Высокий Журавль, должно быть, чувствовал себя в то время... ужасное желание поднять ногу и пинать этого бесстыдного идиота, пока не сдохнет…

«Брат Журавль, должно быть, тоже хотел убить меня к чёртовой матери!» – Большой Медведь фыркнул. – «Чёрт возьми! Я точно расплачусь с долгами, как только вернусь! Это, видимо, его расплата за бесчисленное количество раз, когда он терпел меня!»

Глава 496. Поддержка семьи Хуан

«Это слишком много для меня! Но брат – это всё-таки брат…»

Большому Медведю осталось только молча размышлять. Затем он заскрежетал зубами, глядя на Короля Тигров – Ломающего Землю.

«У каждого есть черта характера, которую стоит засунуть куда подальше…»

Эти два больших человека, очевидно, выполняли соглашение, которое они заключили с Цзюнь Мосе, в то время как он был замаскирован под «таинственного мастера» в Тянь Фа. Первая партия трав доставлялась в Тянсян из Тянь Фа этими двумя Королями зверей Суань.

Короли зверей Суань не делали ничего другого после того, как Цзюнь Мосе дал им это задание. Они срочно поручили всем зверям Суань искать легендарные лекарственные травы. И они собирали их до тех пор, пока не набрали достаточно, чтобы сделать одну партию. После этого Короли зверей решили доставить эти травы без промедления…

Между семью Королями зверей почти вспыхнула драка, когда они пытались прийти к решению, кто именно будет сопровождать груз. Ведь такие «походы» были очень редки. Фактически это было похоже на поездку «всё включено». Кроме того, был шанс, что они могли получить дополнительную награду от этого таинственного мастера... так кто не хотел бы отправиться с этим грузом?

Король Медведей и Король Тигров упорно сражались и отстаивали точку зрения и, в конце концов, получили право сопровождать материалы. Высокий Журавль, разумеется, должен был остаться и руководить лесом. Большой Медведь верил:

«Я, очевидно, не смогу остаться и взять командование в нынешних условиях. Тянь Фа станет местом для ежедневных дуэлей, если я останусь и буду следить за всем. Может случиться даже ещё одно восстание зверей Суань…»

Высокий Журавль вынужден был признать, что угрозы этих бесстыдных негодяев имеют под собой основание. Поэтому у него не было выбора, кроме как признать поражение. Но он установил одно правило:

«Вам двоим придётся путешествовать пешком! Я не позволю использовать ни одного летающего зверя!»

И какой летающий зверь Суань посмел бы подвезти их после того, как Король Журавлей отдал такой приказ?

Поэтому Большой Медведь и чувствовал себя обиженным на протяжении всего путешествия.

Однако Король Тигров не покидал леса Тянь Фа в течение нескольких десятилетий. Всё, что он видел, казалось ему новым и интересным. Он был счастлив и взволнован на протяжении всего пути. И это сделало Большого Медведя настолько обиженным и угрюмым, что у него не было другого выбора, кроме как выразить эти чувства...

Король Тигров не был таким образованным, как его спутник. Таким образом, эта поездка была очень приятным и уникальным опытом для него. На самом деле он даже чувствовал, что его щёки уже болят от улыбок. Но одного взгляда на его Четвёртого старшего брата хватало, чтобы понять, что он обижен до глубины души.

На них регулярно нападали грабители. И эти грабители стали мишенью для его обид. В противном случае Большой Медведь уже читал бы лекции Ломающему Землю в течение всего путешествия.

Два Короля зверей приближались к городу Тянсян, неторопливо продолжая своё путешествие. На самом деле они, казалось, наслаждались нападениями, которые на них организовывали на протяжении всего путешествия. Могли ли эти простые грабители соперничать с двумя Королями зверей Суань?

Король Золотых Тигров играл на протяжении всего путешествия. Сначала он спрятал свою ауру в попытках приманить врага. Затем он перебросил мешок с этими столетними травами через плечо, чтобы все видели, что внутри. Следовательно, разбойники спешили к нему, как пчёлы на мёд…

Он даже сказал:

- Нам не нужно лететь и в следующий раз, если нас пошлют делать что-то подобное, старший брат! Чёрт! Полёт в воздухе – даже наполовину не так весело! Идти пешком – это слишком здорово…

Большой Медведь закатил глаза:

- Думаешь, в следующий раз у тебя будет шанс? Мне нечего тебе сказать, если это так. И позволь мне сказать тебе кое-что для твоего же блага – даже не пытайся сунуться на мою сторону. Я не хочу быть рядом с тобой…

Король Тигров глупо улыбнулся. Он продолжал льстить своему брату... и эти двое продолжали свое путешествие…

Золотой Восточный Город, резиденция семьи Хуан…

Старик в фиолетовых одеждах медленно уселся на стул посреди гостиной. У него были седые, полностью белые волосы, а уголки его седых бровей были направлены вверх. Он, казалось, испускал очень жестокую ауру, хотя он был неподвижен. Но его лицо было довольно розовым и моложавым. Седые и белые волосы на голове казались уникальными, но взаимно несовместимыми. По чертам лица этого человека ему можно было дать от тридцати до сорока лет. На самом деле он выглядел как юноша, несмотря на свой возраст. Его глаза были слегка сужены, но свет, мерцающий в них, был глубоким. Он ничего не говорил, но казался мудрецом, чья мудрость и опыт огромны, как океан. Никто не мог ни увидеть, ни даже прочитать его. Он сидел так спокойно, что казался просто предметом интерьера.

Казалось, будто он растаял в огромном океане Вселенной!

Этот человек казался единым с природой.

Этот одетый в фиолетовый цвет человек уже превзошел уровень Великих Мастеров...

Пять или шесть человек сидели рядом с ним. Они тоже выглядели не очень молодыми. Они также были одеты в украшенную фиолетовую одежду. На первый взгляд, все были одеты в одну и ту же одежду. Но проницательный глаз мог определить разницу. Воротники и манжеты старика в фиолетовых одеждах были отделаны блестящим золотом. Но у других людей в фиолетовых одеждах рядом с ним они были вышиты серебром. Серебро и золото отличало их статус в иерархии.

Среди них был мужчина средних лет. Казалось, ему было лет тридцать-сорок. Тем не менее его одежды также были отделаны золотом. У него были густые брови, а под ними пара зорких глаз. Этот мужчина средних лет, казалось, был самым молодым в этой группе. Но его иерархический статус был на одном уровне с сидящим рядом стариком с золотыми манжетами...

Восемь человек молча пили чай. Они реально не издавали никаких звуков в течение длительного времени.

Даже портреты людей семьи Хуан не могли сравниться с этими людьми. Одна симпатичная горничная в чёрном наливала тёплую воду в чайные листья. За столом сидел глава семьи Хуан – Хуан Цзюнь. Улыбка лести словно приклеилась к его лицу. Он сидел так осторожно, что его ягодицы занимали только половину места. Его второй младший брат — Хуан Ри — сидел напротив него. Его лицо было ещё хуже, чем у старшего брата. Его лицо было мертвенно-бледным, и он едва не дрожал от страха. Но его выражение также передавало невыразимое волнение.

- Что случилось? – спросил старик в фиолетовой одежде. Он был тем, кто сидел в центре; он даже не пошевелил головой, когда спросил об этом.

- Новости уже распространились далеко. Я уверен, что три влиятельные семьи, должно быть, уже слышали об этом. Однако наш предок и все эти старшие здесь. Поэтому я уверен, что победа в наших руках. Я в этом уверен! Семьи Цзюнь, Танг и Дугу могут быть лучшими семьями в этом мире. Но они всё ещё люди этого смертного мира. А предок и все эти старшие – боги в сравнении с ними! – Хуан Цзюнь опустил спину, когда он почтительно ответил.

- Этот старик не посещал этот мир смертных в течение семидесяти девяти лет, но я не ожидал увидеть таких огромных изменений! – одетый в фиолетовый цвет старик фыркнул. Его веки даже не поднялись, когда он мрачно продолжил. – Моя семья Хуан, возможно, не считалась великой семьёй в те дни. Но никто никогда не смел нас провоцировать. Но вы, недостойные дети, разрушили престиж семьи, оставленный вашими предками! Это причиняет мне боль! Я бы избил вас, ублюдки, насмерть, чтобы очистить имя этой семьи, если бы в ваших венах не текла кровь Хуан.

Он внезапно широко открыл глаза. Они сияли, глядя на Хуан Цзюня:

- И ты особенно дегенеративен, ублюдок! Тебя так сильно унижали, и ты терпел всё это унижение? Ты терпел это! Они убили твоего внука и уничтожили большую часть твоей семьи! Тем не менее ты был готов пойти и умолять их? Ты бы умолял их простить нашу семью? Это огромная шутка! Разве ты не знаешь, что можно контролировать свою судьбу тяжёлым трудом? К счастью, этот старик прибыл вовремя! Иначе вы, выродки, разорили бы эту семью и уничтожили её окончательно!

- Да! Да! Пожалуйста, успокойся, предок! Твой правнук некомпетентен! Я опозорил имя семьи... – Хуан Цзюнь мгновенно вспотел. Со стуком он рухнул на колени.

- О-о, кажется, у тебя ещё есть чувство стыда. Вставай! Кто так легко становится на колени? Ты что, богомол? – одетый в фиолетовый цвет старик сузил глаза. – Всего лишь три незначительных семьи осмелились оскорбить мою семью Хуан! Они вообще не знают пределов собственной силы! Хе-хе... они заигрывают со смертью! Разве для них не будет слишком легко, если им не преподадут урок, который они запомнят навечно?

- Может ли этот потомок осмелиться спросить, что хочет сказать предок? – Хуан Цзюнь был несколько встревожен. Ему было уже за пятьдесят. Но этот предок, очевидно, не относился к нему как к таковому. Вместо этого, он обращался с ним как с трёхлетним ребёнком.

- Условия – те же, как те, которые я ставил раньше! Я уверен, что эти три семьи не примут таких суровых условий. Таким образом, у нас есть оправданная причина, чтобы совершить атаку на них, и приносить разрушение и смерть до тех пор, пока они не примут наши условия. И вообще – не называй их тремя «могущественными» семьями. Мне очень неприятно слышать, как ты называешь их «могущественными». Так что делай это, только если хочешь обидеть меня! Никто из этих трёх семей не сможет пережить эту катастрофу!

- Да! – Хуан Цзюнь улыбнулся. Это то, к чему он стремился:

«Отрезать корни сорняков, от которых хотите избавиться. Мы можем действовать высокомерно, пока предок здесь. Но ему придётся вернуться назад в недалёком будущем. И кто знает, когда он вернётся сюда в следующий раз. Таким образом, я боюсь, что моя семья Хуан будет обречена, если даже одна из этих трёх семей всё ещё останется существовать к тому моменту!»

«Итак, мы должны стереть эти три семьи из этого мира... раз и навсегда!»

- Старший Хуан... я думаю, что этот вопрос требует некоторого рассмотрения... Лорд послал нас сюда, чтобы исследовать эти таблетки для закалки костей. Они выставляются на аукцион в Аристократическом Зале. А Аристократическим Залом управляют семьи Цзюнь и Танг. Кроме того, семьи Цзюнь и Дугу – будущие родственники... – улыбнулся другой старик. Его улыбка была задумчивой, а слова – осторожными.

- Это естественно. В конце концов, молодой Лорд прибыл сюда вместе с вами. Таким образом, этот Хуан, очевидно, не будет принимать это решение только по своему усмотрению, – предок Хуан слабо улыбнулся и продолжил. – Мы, очевидно, должны подчиняться мнению молодого Лорда, когда дело доходит до наших действий.

Взгляд каждого был обращен к самому молодому из людей, одетых в фиолетовое.

Этот мужчина средних лет был молодым Лордом Иллюзорного Океана (1) Крови! Было удивительно, что он был на равных с предком Хуан, хотя он был так молод!

Сердце мужчины средних лет сжалось. Он подумал:

«Ты уже предельно ясно выразился по этому вопросу, старший Хуан. Могу ли я не согласиться с тобой в этом случае? Разве ты не потеряешь лицо, если я не соглашусь? И разве это не приведёт к потенциальной внутренней борьбе? В конце концов, ты высоко стоишь в Иллюзорном Океане Крови, старший Хуан!»

«Разве ты не потеряешь авторитет, если я опровергну твоё решение перед столькими людьми? И что делать с таблетками для закаливания костей, если мы хотим следовать твоим идеям? Убийство нескольких человек из обычного общества, естественно, не имеет большого значения. Но эти люди связаны с теми таблетками для закалки костей! И эти таблетки для закалки костей являются приоритетом для нашего Иллюзорного Океана Крови. Они нам нужны для большего авторитета перед двумя другими Святыми Землями».

Молодой Лорд уже даже не думал о лесе Тянь Фа…

Он пробормотал про себя пару слов, прежде чем сказал в полный голос:

- Семья старшего Хуана подверглась большому издевательству и унижению. Мы, естественно, не можем игнорировать это. Иначе, разве люди не станут унижать наш Иллюзорный Океан Крови? Поэтому вполне естественно, что мы заявляем о своей ненависти! Это естественно, что мы показали нашу ярость!

(1) прим.пер.: Бескрайний Океан Крови анлейтером (а может и автором), было решено переименовать в Иллюзорный Океан Крови – дескать, так звучит лучше.

Глава 497. Допрос

После слов молодого Лорда на лице предка Хуан появилось удовлетворение. Он даже пригладил бороду и улыбнулся. Но молодой Лорд снова заговорил:

- Однако мы должны разделить эти дела на две основные части. Наша главная цель – таблетки для закалки костей. Мы не должны потерпеть неудачу ни в коем случае. И уже вторая – это вражда семьи Хуан. Мы должны отомстить за них. Поэтому мы должны сбалансировать эти две цели. Но я уверен, что у старшего Хуана есть план на этот случай?

Его слова были настолько гладкими, что никто не смог бы обидеться, даже если бы хотел. Но ему всё же удалось сделать акцент на том, что они не могли потерпеть неудачу, когда дело касалось таблеток для закалки костей. Это была их самая важная цель.

Предок Хуан что-то бормотал себе под нос почти минуту. Затем он сказал:

- Мы определили, что таблетки для закаливания костей связаны с семьями Цзюнь и Танг. Мы можем расспросить их о местонахождении таблеток, если поедем к ним сейчас. Мы также можем установить личность человека, который создал эти таблетки. Возможно, мы даже сможем получить рецепт этих таблеток. Тогда все наши проблемы будут решены, и мы сможем двигаться вперёд. И мы сможем убивать без опасений после того, как это произойдёт — и уже не будет иметь значения, будет это семья Цзюнь, Танг или Дугу.

- Старший Хуан абсолютно прав. Но мы не можем сделать шаг против этих трёх семей, прежде чем вопрос о таблетках для закаливания костей не будет решен, – спокойно сказал молодой Лорд.

- Это очевидно. Тем не менее для нас будет невозможно выяснить местонахождение этих таблеток для закалки костей, если мы будем полагаться на нынешнюю силу семьи Хуан. Я боюсь, что потребуется несколько человек с нашей стороны, чтобы правильно сделать это дело, – предок Хуан посмотрел на нескольких людей в фиолетовой одежде и блеснул мрачной улыбкой.

Молодой Лорд слегка кивнул.

Эти люди сложили кулаки и хором произнесли:

- Мы не будем уклоняться от нашего долга. Мы сделаем это ради Иллюзорного Океана Крови!

Предок Хуан фыркнул и сказал:

- Нельзя терять времени. Мы сделаем это сегодня вечером! – в его глазах плескалась беспрецедентная жажда крови…

....

Это была ветреная и безлунная ночь.

Прогнозы Цзюнь Мосе сбылись. Танг Юань постоянно ругался:

«Будь проклят он и его мерзкие предсказания! Его слова сбываются! Всё очень плохо!»

Все в Аристократическом Зале были нервными и похожи на параноиков. Они относились ко всему подозрительному как к врагу. Многие эксперты высокого уровня рычали и кричали. Волны врагов накатывали сразу после того, как они расправлялись с предыдущей. На самом деле времени на отдых почти не было.

Эта ночь была особенно насыщенной.

Два эксперта Суань Неба – Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань — уже выстояли три или четыре волны атак. И одна из этих волн была довольно жёсткой. Им пришлось использовать всю свою силу, чтобы отразить её. Они были очень уставшими и хотели спать, уже подумывая о том, чтобы помыться и отдохнуть. Но тут, как назло, прибыла очередная волна врагов. Двое мужчин очень разозлились.

«Чёрт возьми, вы ещё и уснуть нам не даёте!»

Следовательно, двое мужчин потихоньку начинали сходить с ума. Они преследовали нападавших, пока никто из них не остался в живых. И всё это время они дулись из-за того, что им не дают поспать. В конце концов они вернулись победителями в Аристократический Зал, но выяснили, что Танг Юань делал всё это время…

Окно в комнате Танг Юаня бесшумно открылось, когда Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань побежали сражаться. Двое мужчин вошли в комнату, как плывущие облака – бесшумно. В это время Танг Юань спокойно лежал на кровати. На самом деле его храп был достаточно громким, чтобы потрясти небеса и отпугнуть врагов послабее…

Двое мужчин увидели этого огромного «монстра» на кровати и посмотрели друг на друга. Затем они покачали головами…

«Он слишком толстый!»

Они планировали вытащить его из комнаты, прежде чем приступить к допросу. Тем не менее они видели слонов поменьше, чем этот человек. Оба мужчины были умными и бросили свою идею там же.

«Уйти, унеся этого огромного и толстого человека, было бы чрезвычайно трудной задачей. На самом деле, даже перспектива пронести его через двери Аристократического Зала может быть затруднительной, если не невыполнимой. В конце концов, «цель» слишком большая. Кроме того, будет чрезвычайно трудно найти место, чтобы спрятать его, если это будет необходимо…»

«Такое количество усилий будет сродни испытанию силы для нас. Блин, только посмотрите на него... он выглядит не просто жирным, а супержирным!»

Даже просто смотреть на него было отвратительно для них! Что можно было говорить о том, чтобы унести его? В любом случае им пришлось действовать не по плану – сразу перейти к делу и допросить его там…

Надо было сказать, что быть очень жирным – это плохо. Но это превратилось в благословение для жирного Танга, когда он столкнулся с таким допросом. На самом деле это была отличная вещь! Небеса знали, сколько бы он страдал, если бы его похитили эти двое. На самом деле он, возможно, и не вернулся бы, даже если бы он рассказал им всё.

Двое мужчин подошли к кровати. Один из них протянул руку и похлопал по лбу Танг Юаня. Но Танг Юань просто всхрапнул чуть громче и повернулся на другую сторону. Он продолжал храпеть…

Двое мужчин были ошеломлены этим. Они никогда не ожидали, что он будет таким спокойным.

«Он не проснулся даже после того, как его ударили по голове».

В темноте послышалось два звука «ХЛОБЫСЬ!», когда толстяку зарядили две пощёчины сразу. Однако он всё ещё дрых. Один из мужчин разозлился. Он схватил воротник пижамы толстяка Танга и заставил его сесть. Огромный живот рухнул Тангу на ноги, накрыв их, будто одеялом.

Руки Танг Юаня опустились, его голова наклонилась, и ниточка слюны потекла из его открытого рта. А храп не прекратился…

- Чёрт! – у одного из двух мужчин в чёрной одежде было хорошее чувство юмора. Он нашёл это довольно забавным. – Я прожил уже почти двести лет. Но это первый раз, когда я вижу кого-то, кто может спать так! Разве этот парень не спал в прошлой жизни? Мы его так тормошим, а он до сих пор не проснулся. Это просто легендарно!

- Давай сделаем немного побольнее. Тогда он обязательно проснётся! – предложил другой человек.

- Мы не можем этого сделать. Этот толстяк разбудит все девять небес, если начнет орать! Звук будет очень громким. И это не будет хорошо для нас, – вздохнул человек в чёрном, который держал воротник Танг Юаня. Затем он протянул другую руку и зажал нос толстяка. Тем не менее потный и жирный нос пытался выскользнуть из его пальцев, как сырая кишка свиньи.

Этот человек сопротивлялся накатившей тошноте и продолжал сжимать нос жирного Танга.

Спящий Танг Юань внезапно почувствовал, что его дыхание было… затруднено. Он открыл рот, в то время как яростно пытался вытянуть воздух через нос, в результате раскашлявшись. В конце концов он распахнул глаза в недоумении.

Одетый в чёрное мужчина, который держал нос толстяка довольно близко к себе, сразу понял всю полноту своей ошибки. Он не мог поверить, что этот парень был молодым господином благородной семьи. Нападающий никогда не ожидает такой реакции. Значит, он не смог этого избежать. Но теперь он чувствовал себя очень неудобно и тошнотворно, так как теперь его шея была покрыта слюнями и соплями...

Он вытер шею в растерянности. Затем он прорычал, кипя от гнева:

- Жирная мразота! Не смей двигаться, сука! Я сломаю твою жирную шею, если ты сделаешь хоть один шаг!

Танг Юань внезапно осознал, что он оказался в очень опасной ситуации. Его глаза стали широкими и круглыми. Он собирался вскрикнуть в тревоге, но задушил свой крик, когда услышал угрозу. Следовательно, из его горла послышался звук, похожий на кудахтанье курицы, несущей яйца.

- Где таблетки для закалки костей? Быстро отдай их мне! Я позволю тебе жить, если ты отдашь их сейчас же! – с яростью спросил человек в чёрных одеждах и маске. Он был человеком, культивирующим много лет. И обычно он никогда не злился так легко. Но в данном случае всё вышло из-под контроля. Он прибегнул к использованию такой силы на простого толстяка. И слишком жалкий жирдяй даже не мог дать отпор! Но слюни на его шее наполнили его разум достаточным гневом, что он больше не заботился о таких незначительных мелочах.

- Таблетки для закаливания костей... – Танг Юань мгновенно пришёл в себя. Он моргнул и закричал: – Цзюнь Мосе, мудак ты! Накаркал!

- Заткни хлебальник! Жить расхотелось? – одетый в чёрное человек едва не сбежал со страху. Затем он схватил жирный бок Танг Юаня и скрутил его, второй рукой закрывая толстяку рот.

Танг Юань закричал от боли, но крик захлебнулся в его горле. Значит, ему оставалось только дрожать...

- Таблетки для закалки костей! Где они находятся? Кто создал эти таблетки? Где рецепт? Жиробас хренов... учти, я из тебя жир кусками буду вырывать, пока ты не скажешь мне, где они!

- Эй... эй... не... не надо… я всё скажу... – Танг Юаню хватило мозгов сложить два и два и не строить из себя героя. Так что он сдался. – Ай! Но... позвольте сначала... грудь... соски... Ай! – оказалось, что грабитель схватил и скрутил часть груди толстяка...

Человек в маске сначала просто охренел от его слов. Но через мгновение он рассердился:

- Ты... называешь это грудью? Чушь собачья! – он обнаружил, что реально ухватился за его грудь. Так что он не мог не проклинать, быстро отпуская. Но он всё ещё чувствовал себя немного неловко...

«Чёрт возьми! Я строил свою репутацию сотни лет, но этот проклятый жиробас разрушил её. Люди скажут, что я лапал мужскую сиську… Ну хрен же разберёт, где в этой куче жира что находится…»

- Говори быстрее, сопляк! – старик начал терять рассудок.

- Я не знаю, кто создавал эти таблетки, – произнёс Танг Юань. – И я даже не знаю о рецепте. Я просто младший партнёр в аукционах.

- Да е*ал я твою мать! Ты смеешь играть с нами?! – человек в маске сердито сжал хватку на горле толстяка.

Глаза Танг Юаня закатились, но он уважал свою мать. Он собирался сдать больше информации, но он очень разозлился, когда услышал, что над ней издевается этот человек в маске. И вдруг он забыл об опасной ситуации, в которой оказался. Он начал бороться и проклинать:

- Твою мать! Я... я... я не закончил говорить, ублюдок! Но ты посмел оскорбить ее?! Да я... сам... тебя прикончу! – хватка на шее Танг Юаня стала крепче. Толстяк быстро понял, что лучше действовать согласно его главному принципу – знать, когда не сражаться, а нужно умолять о прощении.

- Продолжай говорить, сучёныш; и говори правду! – человек в маске был уже в очень плохом настроении.

Танг Юань решил рассказать обо всём. Он говорил с тревогой и быстро:

- Таблеток для закаливания костей здесь нет. Они чрезвычайно ценны. Поэтому они хранятся в резиденции Цзюнь. Эти вещи тайно переместили туда перед аукционом. Ведь они очень ценные. Значит, хранить таблетки в Аристократическом Зале небезопасно! Меня просто убьют, если они потеряются! А я не могу себе этого позволить!

- В резиденции Цзюнь? – двое мужчин в масках посмотрели друг на друга. Слова толстяка имели смысл. Они также проанализировали ситуацию по разным направлениям.

- В какой часть резиденции Цзюнь? Сволочь! Резиденция Цзюнь огромна! Ты бесполезен, сопляк! Я тебя в Ад отправлю! – мужчина в маске яростно огрызнулся, но, не повышая голоса.

- Не убивай меня... я скажу... они... во Дворе Элегантного Аромата! – казалось, что Танг Юань потерял голову от страха. – Пощадите мою жизнь... я сказал вам всё... не убивайте меня…

- Какой жалкий и трусливый кусок дерьма! Двор Элегантного Аромата? Разве не там остаётся любовница Цзюнь Мосе? – двое мужчин посмотрели друг на друга и кивнули. Они, казалось, хорошо знали резиденцию Цзюнь.

- Да, да, да, да! Она там! – Танг Юань кивнул, как курица, клюющая зерно.

- Двор Элегантного Аромата... хорошо... они должны быть там, – двое мужчин в масках посмотрели на Танг Юаня с презрением. – Говорят, что толстые люди самые трусливые из всех. Кажется, что это не ложь!

Глава 498. Стук в дверь вдовы ночью

Танг Юань проклинал их про себя:

«Я не боюсь умереть! Я только обманываю вас, идиоты, чтобы вы сдохли, как вам и положено!»

Тем не менее говорил он совершенно иное:

- О... два героя, великих героя... я... я прошу вас... я трудолюбивый работник... у меня нет никакого положения в Аристократическом Зале. О, два героя, пожалейте меня. У меня восьмидесятилетняя мать. Мой бедный ребенок будет плакать от голода, если со мной что-то случится... вы смилостивитесь над ними, верно? Верно?

Он даже не закончил говорить, когда два одинаково одетых человека в масках задрожали, будто от холода:

«Это бесстыдно! Этот толстяк молит о своей жалкой жизни самыми бесстыдными способами! Восьмидесятилетняя мать... жалкое дитя... чёрт... ты ведь только помолвлен, не так ли? И, насколько я помню, твоей матери ещё нет сорока! Так откуда взялась твоя восьмидесятилетняя мать?»

«Только твоя бабушка прокатит за восьмидесятилетнюю. И то через двадцать лет!»

Эти двое были людьми высокого статуса. Так что они не стали бы марать руки кровью такого морального урода в любом случае. Этот толстяк всё ещё может быть им полезен. Было бы не очень хорошо, если бы они убили его и не смогли найти таблетки потом...

«Этот жирный – аукционист, в конце концов. Значит, он не может умереть прямо сейчас».

Фигуры двух мужчин вспыхнули, когда они побежали во тьму с большой скоростью. Бежали они очень быстро, так как боялись умереть от тошноты. А от этого жалкого жирдяя их уже начало тошнить.

Глаза Танг Юаня оставались закрытыми, и он продолжал молить о пощаде в течение длительного времени. Однако когда он вновь открыл глаза, он понял, его мучители уже давно исчезли. Следовательно, весь этот инцидент показался ему сном... как будто этого никогда не было…

Он решительно ущипнул себя. Ему стало так больно, что он громко и визгливо закричал. Дрожа, он пополз к свету лампы. На своей руке жирдяй увидел фиолетовое пятно. На его шее был след от удушения, и он сильно болел. Толстяк какое-то время оставался в оцепенении. Но, в конце концов, очнулся.

Затем раздался очень испуганный, резкий и болезненный голос; он звучал, как будто кто-то потерял своих родителей или супругу:

- Идите сюда! Быстро идите сюда... кто-нибудь...

Голос был громким и ясным. До ультразвука ему не хватало лишь нескольких герц, поэтому этот назойливый и мерзкий голос услышали все, кто был в Аристократическом Зале. Даже другие люди в окрестностях Аристократического Зала, уже привыкшие к звукам сражений и потасовок, всё равно в страхе соскочили с кроватей.

Этот голос был чрезвычайно громким и резким!

Двое мужчин в масках быстро убегали вдалеке. Однако они споткнулись, когда услышали этот вопль. Один из них даже чуть не упал от неожиданности. Грабители невольно стали вспоминать, не кастрировали ли они случайно этого жирдяя. Так почему же он так ужасно кричит?

Танг Юань дрожал от страха, сидя на кровати, когда вернулись Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань. Он задыхался, казался смущённым, а всё его жирное тело неудержимо дрожало, напоминая холодец.

- Что случилось? Что происходит? – двое мужчин ворвались в комнату, как торнадо.

- Что случилось? Вы двое спрашиваете меня: «Что случилось?» – Танг Юань наконец-то пришел в себя. Он разорался, брызжа слюной. – Если бы я ждал, пока вы вернётесь и спросите «Что случилось?», мой жир уже успели бы перетопить, чтобы сделать свечки для небесных фонариков! Чёрт побери! Почему они так угрожали мне? Кто говорит такие вещи?! Небесные фонарики так забавны? Должен ли толстяк всегда быть виноватым?

Танг Юань ревел от возмущения. Но он увидел, что даже Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань исчезли к тому времени, когда он закончил…

- Игнорируете меня? Отлично! Отлично! Слушайте! Приготовьте еду для испуганного аукциониста! Я хочу много свинины и булочек на пару! – взревел Танг Юань. Он понял, что его живот начал урчать от страха, который он только что испытал. Поэтому ему нетерпеливо захотелось запихнуть в себя пару килограммов сочной свинины…

Снижение веса этого жирдяя будет подлинной проблемой...

....

Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница хорошо ладили с Гуан Квинхан ещё в путешествии из Южного Небесного Города. Они восхищались ею и сочувствовали ей. И теперь эти три человека снова жили вместе. Таким образом, атмосфера во Дворе Аромата была, очевидно, очень вежливой. У всех троих были отдельные комнаты. Комната Гуан Квинхан была в центре. Три женщины разговаривали до позднего вечера перед сном... как обычно…

На лицах Мэй Сюэ Янь и Зелёной Охотницы были сладкие и понимающие улыбки, когда они услышали о развратном поведении Цзюнь Мосе в прошлом. В конце концов, три женщины сошлись на том, что Цзюнь Мосе притворялся всё то время. Чуть позже они пришли к выводу, что ему, должно быть, было очень трудно притворяться таким мудаком. В конце концов, как можно было легко создать себе репутацию главного развратника, идиота и транжиры Тянсяна?

«Его сердце должно быть очень сильным. Ему было очень трудно всегда маскироваться под такого мерзкого человека…»

Гуан Квинхан всё ещё нервничала, несмотря на то, что тяжёлый кризис миновал. Тем не менее она внезапно обнаружила, что живёт с двумя людьми, с которыми она может поговорить по душам. И это помогло снять груз с её сердца. Компания этих двух женщин помогла ей в какой-то степени избавиться от тени прошлого. И в результате она стала немного веселее.

Три женщины расстались несколько минут назад, и каждая вернулась в свою комнату. Сейчас они как раз переодевались и готовились ко сну. Но брови Мэй Сюэ Янь внезапно дёрнулись. Она быстро задула лампу на своём столе. Она явственно почувствовала две грозные ауры. И они шли прямо в её сторону. Более того, эти два человека были действительно очень сильны…

Зеленая Охотница тоже почувствовал это. Она постучала в окно. Мэй Сюэ Янь медленно выдохнула и показала, что им нужно оставаться спокойными. Затем холодный свет вспыхнул в её глазах среди темноты комнаты:

«Кто осмелится вломиться, пока мы здесь?»

Таких людей можно было считать сильными в глазах обычных мужчин. Но могли ли они когда-нибудь иметь хоть какое-то положение в глазах Владыки леса Тянь Фа?

Королева Змей с пониманием кивнула. Затем она быстро скрыла свою ауру, и стояла спокойно и неподвижно.

Ночь была очень тёмной.

Две фигуры – темнее, чем темнота ночи – появились, тихо скользя по воздуху, как летучие мыши. Они не издавали ни звука, когда спускались к воротам двора. Глаза двух мужчин мерцали, когда они смотрели на большое здание.

Двор Элегантного Аромата.

«Это то самое место».

Двое мужчин посмотрели друг на друга и с уверенностью кивнули.

«Кажется, что эта семейка не стоила того внимания, которое мы им уделили…»

Эти двое мужчин казались лёгкими, как перья, когда их фигуры взлетели, и приземлились внутри двора.

«Кажется, что это не они двигаются, а сама земля сдвигается, как им надо. Это почти лучшая ловкость, на которую способна человеческая раса!» – глаза Мэй Сюэ Янь сузились. Разве она не думала пробраться в резиденцию Цзюнь вот так? Но это были два специалиста уровня Великого Мастера!

Культивирование этих двух мужчин не уступало таковому у Одинокого Сокола.

Эти двое мужчин закрыли свои лица, и их черты нельзя было различить. Но Мэй Сюэ Янь уже определила, что эти двое были из Великого Золотого Города или Иллюзорного Океана Крови... если не из Ускользающего Мира Бессмертных.

Не было другого места в этом мире, кроме этих трёх, которые могли бы послать экспертов уровня Великого Мастера, чтобы украсть что-то ночью. Не исключено, что другие силы могут иметь аналогичные намерения и мужество для этого. Тем не менее эти силы не имели возможности послать двух великих мастеров-экспертов.

Двое мужчин прибыли к воротам в мгновение ока. Они внимательно проверили любые признаки движения внутри. Затем они, наконец, выбрали свою цель, и пошли прямо туда, где жила Мэй Сюэ Янь. Это произошло потому, что Мэй Сюэ Янь намеренно издавала звуки, напоминающие сопение спящей девушки.

Откровенность Танг Юаня наполнила их несравненной уверенностью и надеждой. Как они могли подумать, что толстый трус, который так боялся смерти, заложит для них такую изысканную смертельную ловушку?

Поэтому у них не было никаких опасений, и они высокомерно двинулись вперед, чтобы украсть то, что им было нужно.

Нельзя винить этих двоих за неосторожность. Все в мире знали, что у семьи Цзюнь есть исключительный эксперт, поддерживающий их. На самом деле все считали, что таинственный эксперт семьи Цзюнь был легендарным и непревзойдённым экспертом культивации в нынешнюю эпоху.

Эта новость могла напугать всех, по всему миру. Но это было не более чем шутка для тех, кто был в Иллюзорном Океане Крови.

«Непревзойдённый? Кто смеет считать себя непревзойдённым? Более того, кто-то из общего мира называет себя «непревзойдённым» перед лицом Иллюзорного Океана Крови из трёх Святых Земель? Это слишком много даже для шутки!»

Любой, кто достиг порога на уровне Великого Мастера, сразу вербовался кем-то из трёх Святых Земель. Само название было божественным. Кроме того, они работали во имя будущего континента и мира. Ни у кого никогда не было причин отказаться от борьбы в Битве за захват небес. Таким образом, можно сказать, что ни один «непревзойдённый мастер» не присутствовал на землях этого простых людей.

Очевидно, существовала вероятность того, что один или два таких Великих Мастера не могли уехать в три Святые Земли, поскольку они должны были позаботиться о какой-то тривиальной вещи из жизни простого смертного. Однако даже эти люди соглашались установить дату присоединения на будущее. И они шли и докладывали в одну из трёх Святых Земель, как только решали свои вопросы.

Следовательно, все могущественные люди этого мира были в их рядах…

«Мы хотели бы видеть этого «непревзойдённого мастера» семьи Цзюнь...»

Восемь экспертов Иллюзорного Океана Крови прибыли в Тянсян. И все они были экспертами на пике в прошлом. Более того, все они были на уровне Великих Мастеров. Итак, как мог этот так называемый «непревзойденный мастер» быть чем-то в их глазах?

Поэтому два одетых в чёрное человека были вполне уверены, что в обычном смертном мире вряд ли найдется кто-то, кто мог бы доставить им неприятности. Следовательно, они свободно шли по коридору... как если бы они были у себя дома. Затем они подошли к двери и вежливо постучали в неё.

Должно быть известно, что этот район был резиденцией Гуан Квинхан. Семья Цзюнь до сих пор не объявила миру о новом статусе приёмной дочери. Значит, она всё ещё считалась их невесткой. И она все еще была вдовой Цзюнь Мо!

Она всё ещё оставалась известна, как его вдова.

И эти люди постучались в дверь вдовы в полночь!

Два эксперта из Иллюзорного Океана Крови были способны сделать даже такую мерзкую вещь.

Нежный и холодный голос изнутри спросил:

- Кто это?

Двое мужчин посмотрели друг на друга несколько неловко. Они были довольно стары, им было больше сотни лет. Голоса этой женщины было достаточно, чтобы определить, что внутри была ни кто иная, как Гуан Квинхан. В конце концов, они были проинформированы о слухах, что речь этой красивой женщины была очень холодной…

Поэтому двое мужчин в масках решили не отвечать. Вместо этого они решили сделать своё дело и уйти как можно быстрее. Один из них пошевелил ладонью, и дверь бесшумно обратилась в пыль. Затем они вошли, не оставив никаких следов. Было очевидно, что их навыки ловкости достигли вершины.

Они осмотрелись в комнате и увидели элегантную даму в белом платье; она спокойно сидела за столом. Она смотрела на них, и её глаза казались холодными, как далёкие звёзды. Оба мужчины воскликнули в своих сердцах при виде этой женщины:

«Везёт же этому сукину сыну, Цзюнь Мосе, на красоток!»

Глава 499. Тук-тук

Она была очень красивой. Её лицо было подобно цветку. Её непревзойдённая красота была способна разрушать Империи. Её глаза были похожи на спокойные озёра, а брови – на нефрит. Никакие слова не могли описать её внешность и несравненную грацию…

Нельзя было даже думать, что в этом смертном мире можно найти такую же женщину, как она.

- Не бойтесь, молодая Гуан. Мы – неплохие люди, – двое мужчин в масках неожиданно показали выдержку, столкнувшись с такой красивой женщиной. Они даже сложили руки и сделали извиняющиеся жесты.

«Неплохие люди...» – эти два человека чуть не рассмешили Мэй Сюэ Янь. – «Вы вдвоём вломились в комнату женщины ночью без её разрешения. И всё же, у вас двоих есть наглость сказать, что вы неплохие люди... А то, что вы дверь выбили – прямо по-джентельменски?»

- О? Два почётных гостя... говорят, что они неплохие люди. Тогда почему же вы, прячась в темноте звёздной ночи, вломились ко мне в комнату? Вы постучали в дверь минуту назад, но я не открыла её. Тогда вы двое просто вынесли её, не уделяя должного внимания манерам; вам не кажется, что этот поступок – самую чуточку неправильный? Так что теперь молодой девушке будет очень трудно поверить вам. Не могли бы вы, двое неплохих людей, объяснить этой милой девушке, какого, собственно, хрена? – Мэй Сюэ Янь произнесла эти слова с улыбкой.

Глаза двух мужчин переполнились смущением. Некоторое время они колебались, но так и не сказали ни слова.

Оба эти мужчины были несравненными экспертами. Они планировали быстро забрать эти таблетки и сбежать оттуда. Таким образом, они не должны были сталкиваться с такой ситуацией. Но с кем они столкнулись прямо сейчас? Они противостояли нынешней Владыке Тянь Фа! А она была на равных с Владыками трёх Святых Земель!

Она была экспертом, чьи навыки вознеслись на вершину девятого неба!

Мэй Сюэ Янь, конечно, заранее скрыла свою ауру. Поэтому её тело сейчас выдавало ауру обычной женщины. Но она долгое время находилась на высоком посту и высокомерно смотрела на всех остальных. Как она могла скрыть темперамент, который она приобрела, приказывая миллионам и миллионам зверей Суань в течение своей жизни?

Она сидела спокойно, и она не использовала ни капли из своих сил Суань. Но её присутствие автоматически вызывало мощное поле ауры вокруг неё. Это и привело в замешательство умы двух мужчин.

Вот почему эти двое мужчин так странно себя вели.

Как будто парочка мышей вошла на территорию кошки. Кошка не появилась, и не издавала никаких звуков. Но мыши невольно чувствовали, что их кровь стынет…

- Мы оба чувствуем себя очень неудобно, так как мы беспокоим молодую девушку ночью. Но мы оба сразу уйдём, как только молодая девушка отдаст таблетку для закалки костей. Мы не осмелимся беспокоить вас после этого! – один из мужчин в масках продолжал мирно. – Вы – умная молодая девушка. Вы ведь не думаете, что мы уйдём с пустыми руками?

- Хе-хе, таблетку для закалки костей? – выражение в глазах Мэй Сюэ Янь изменилось. Она слегка улыбнулась и наклонила голову. Затем она спокойно ответила. – А что будет, если я не отдам? Вы двое примените силу?

«Что произойдёт, если вы не отдадите?» – эта фраза несколько разозлила двух экспертов. – «Мы оказали тебе достаточно уважения, маленькая девочка! Ты не более чем обычная женщина, вот и всё! Но ты ещё намерена потанцевать на чужой гордости?»

- Эти таблетки необходимы для безопасности и будущего мира! Они могут вызвать большие неприятности. Мы не собираемся причинять вам вред. Но у нас не останется выбора, если молодая девушка будет настаивать на том, что не хочет отдавать их. В конце концов, мы делаем это ради простых людей, – с сожалением вздохнул один из мужчин в маске. Ему было очень неловко при мысли поднять руку на красивую девушку. На самом деле ему хотелось бы поднять на неё кое-что другое…

- Безопасность и будущее мира? Ради простых людей? Какое удивительное оправдание! Я не могу взять на себя такую большую вину! И ещё смешнее – навредить мне? Как ты собираешься навредить мне? Эта молодая девушка хотела бы спросить, как вы, двое влиятельных и сильных мужчин, можете причинить мне вред, – слегка улыбнулась Мэй Сюэ Янь. Эта улыбка была как слабый ветер. В самом деле, казалось, что весна вернулась на землю.

- Мы... э... – глаза у этого мужчины закатились. Этот человек был на уровне Великого Мастера. И он был довольно стар. Но его взгляд был устремлен на неё, и его волосы встали дыбом. Было очевидно, что красота и очарование Мэй Сюэ Янь достигли единственного в своём роде уровня.

- Будь осторожен! – другой мужчина в маске внезапно отступил к дверям. Он встал в боевую стойку, будто бы столкнулся с очень сильным врагом. –Ты... кто ты такая?

Он, наконец, понял, что именно здесь не так. Аура Мэй Сюэ Янь понемногу просачивалась из её тела, и он заметил её.

«Каким человеком она должна быть, чтобы победить двух экспертов уровня Великого Мастера несколькими словами в одиночку?»

«Это было очень страшное дело».

Дезориентированный человек в маске также очнулся и пришёл в себя, как только услышал слова своего спутника. Светящиеся взгляды этих двух мужчин смотрели в сторону Мэй Сюэ Янь. Но теперь их глаза были наполнены крайней осторожностью…

Мэй Сюэ Янь лениво потянулась. Она выглядела ещё красивее, когда зевала. Затем она заговорила так, что казалось, будто она ещё наполовину сонная:

- Но я не знаю, вы двое из Неуловимого Мира Бессмертных? Или, может быть, из Великого Золотого Города? Возможно... Иллюзорный Океан Крови? Я не могу ошибаться – вы из одной из трёх Святых Земель. В противном случае, вы не были бы такими величавыми в своих речах. В противном случае, вы бы никогда не открывали рот, чтобы говорить о безопасности и будущем мира.

Мэй Сюэ Янь широко открыла глаза, и оба мужчины вдруг почувствовали, как будто её острый и резкий взгляд пронзил их насквозь.

Конечности обоих экспертов мгновенно застыли.

На самом деле её ослепительные глаза оставляли чувство, будто её взгляд мог видеть сквозь их тела. Но самое страшное было то, что эти двое мужчин поняли, что они даже не могут двигаться под её взглядом.

Фактически они даже не смели двинуться! Это потому, что они показали бы ей свои недостатки, как только они бы двинулись. А недостаток – это недостаток. На самом деле, даже небольшие недостатки всё ещё остаются недостатками в конце дня. И они чувствовали, что эта женщина прикончит их, если они покажут ей малейшие недостатки. Ведь разница в силе между ними была слишком велика.

«Эта женщина, несомненно, является экспертом. На самом деле она эксперт среди экспертов».

«На этот раз мы стучались в железную плиту. Но откуда взялась эта... железная плита?»

Это было неожиданно!

- Ты! Кто ты такая? Откуда ты знаешь о трёх Святых Землях? Более того, ты смеешь противостоять нам, даже когда знаешь, что мы пришли из Святой Земли? – маска одного из мужчин пропиталась потом за считанные секунды. На самом деле капли пота текли с его лица, как река.

- Три Святые Земли? Они очень страшные? Почему я не могу противостоять им? – милый смех послышался из-за их спин, и девушка в зелёной одежде вошла в комнату. Её чёрные волосы плыли, как облака.

Девушка, которая вошла, была не кем иным, как Змеиной Королевой — Зелёной Охотницей!

Мышцы этих двух мужчин напряглись:

«Эта женщина в зелёной одежде, по крайней мере, на уровне Великого Мастера! Она не слабее, чем любой из нас в любом случае! На самом деле она может быть даже сильнее!»

Такие специалисты появлялись очень редко в мире смертных. Но они встретили в той комнате сразу двоих. Более того, один из них был явно более ужасающим, чем другой…

Они пришли так поздно ночью и попали в засаду. И тот факт, что они попали в засаду, сам по себе не был ужасен. «Ужасная» часть заключалась в том, что они попали в засаду двух небесно красивых женщин. Более того, эти двое мужчин не могли сражаться с этими двумя женщинами!

Оба мужчины подумали о плане в тот момент:

«Мы вернёмся в Аристократический Зал и замучим этого жирного мудака. Затем мы вытащим из него каждый грамм жира и, сука, наделаем из него небесные фонарики!»

«На этот раз мы заставим этого толстяка страдать по-настоящему!»

Однако эти двое по-прежнему оставались лучшими экспертами своего поколения. Так, они быстро успокоились и начали смеяться. Их смех был хриплым и неприятным для ушей. Но это всё равно был смех, а не плач. Тем не менее звук такого смеха был более жалким, как плач…

- Ха-ха... юные леди... Вы ведь не Гуан Квинхан, верно? – мужчина слева засмеялся. Но в его глазах мелькнула горечь. – Мы, братья, признаём поражение сегодня, но вы не знаете, во что ввязались!

- Вы ещё не ответили на мой вопрос!», – Мэй Сюэ Янь слегка сузила глаза. Затем она медленно продолжала. – Мне не нравится повторять мои вопросы. И я не привыкла ждать.

- Этот вопрос остановим на данном этапе. А молодая леди хочет вступить с нами в драку... и выступить против трех Святых Земель, сделав это? Желает ли она не оставлять себе места для капитуляции? – один из одетых в чёрное мужчин спросил внушающим страх голосом.

- Ты ошибаешься! Вы оба родом только из одной из трех Святых Земель. Так что я буду против только одной из этих фракций, если выйду против тебя. Я не настрою против себя все три одновременно, – холодно улыбнулась Мэй Сюэ Янь. Более того, мне нечего бояться, даже если мне придётся встретиться лицом к лицу с тремя Святыми Землями.

Кроме того, я пытаюсь дать вам сохранить лицо, позволяя ответить мне. Так что не смейте растрачивать мои кропотливые усилия! – Мэй Сюэ Янь говорила очень медленно. – Каждый человек из ваших земель имеет символ на своей одежде. Итак, ваше поведение отражает только вашу глупость... в конце концов, я узнаю, откуда вы приперлись, как только сниму ваши чёрные одежды. Но я, как хорошая девушка, не делаю этого прямо сейчас, так как хочу позволить вам сохранить честь. Но это не значит, что я не буду этого делать... вы действительно хотите умереть за то, что просто не ответили на мои вопросы? Не говорите мне, что вы думаете, будто я позволю вам уйти просто так...? Я не такая добросердечная, как кажусь!

- Кто ты такая?! – двое мужчин отступили на шаг, глядя на Мэй Сюэ Янь в шоке:

«Эта девушка очень хорошо знакома с обычаями трёх Святых Земель! Но почему мы не можем догадаться о том, кем она может быть?!»

- Ха! – Мэй Сюэ Янь сидела прямо и неподвижно. Её выражение было неизменным и холодным. Но она внезапно выпустила плотную, холодную и чистую ауру из своего тела. Эта аура двигалась в воздухе, будто клубок змей. Эта чистая аура достигла двух мужчин в масках, и сразу же послышался треск. Фактически аура просто сорвала переднюю часть их чёрных одежд, обнажив их серебряно-фиолетовые одежды.

Маски двух мужчин также слетели с лиц, выставив их густо морщинистые лица, белые волосы и встревоженные глаза...

Одетые в чёрное люди изо всех сил пытались увернуться от этой ауры, но они не успели.

- Ах, значит, вы серебряные Хранители Закона из Иллюзорного Океана Крови. Не низкий статус... – Мэй Сюэ Янь посмотрела на них скучно. – Но вы двое очень слабые. Они не могли выбрать вас из смертного мира... А-а-а... вы прирождённые уроженцы Иллюзорного Океана Крови?

- Ты... – двое мужчин уже пропитались потом насквозь.

- Хуань Тянь Фэн такой старый? – Мэй Сюэ Янь нежно спросила. – Что ему нужно посылать вас двоих, чтобы украсть таблетки для закалки костей?

Глава 500. Отбивные из Великого Мастера!

- Старый Владыка... – один из мужчин в чёрном выпалил под давлением её грозной ауры. Но он быстро понял, что сдаст информацию. Поэтому он поспешно закрыл рот.

- Старый Владыка? Итак, этот старик Хуань Тянь Фэн теперь решил руководить из-за трона... Новый Лорд... это его сын?

Мэй Сюэ Янь цинично взглянула на них:

- Этот старый Хуань стал таким высокомерным? Ваши три Святые Земли всегда были презренными, и теперь даже власть передаётся по наследству? Он даже забыл традицию отречения от должности в пользу самого достойного человека. Три Святые Земли всегда полагались на меритократию для преемственности руководства. Но ваш Иллюзорный Океан Крови сделал это делом наследства... что старый Хуань сделал своего третьесортного сына Владыкой Иллюзорного Океана Крови? Я поражена!

- Ха! Какая из трёх Святых Земель не придерживается наследственной преемственности? Ты, девочка, говоришь такие громкие слова, оскорбляя и понося нашего Владыку Святой Земли! Ты стала врагом всего Иллюзорного Океана Крови. Теперь мы никогда не простим тебя! Но… я могу попросить Владыку простить тебя, если ты согласишься извиниться и передашь таблетки для закалки костей! – лицо старика слева исказилось гневом. Он даже поднял палец, как оружие, и направил его на неё. Его лицо показывало, что он был дьявольски зол, но в сердце он всё ещё боялся ее.

- Вы двое явно ушли из общества давно, не так ли? – уголки рта Мэй Сюэ Янь свернулись в жестокую насмешку. – Человек становится опытным и сильным экспертом, как только он преодолевает общество на своём пути к уровню Великого Мастера. Как вы думаете, такой эксперт потеряет эмоциональное равновесие в неожиданной ситуации, столкнувшись с врагом? Одного взгляда на вас достаточно, чтобы сказать, что Иллюзорный Океан Крови поднял вас двоих на уровень Великого Мастера. Возможно, вы и приобрели силу таким неторопливым образом, но вы не обладаете характером Великого Мастера. Кроме того, у вас даже нет опыта уровня Великого Мастера. Куски мусора… Вы не лучше, чем обычные эксперты Суань Духа из мира этих простых людей! И вы ещё смеете так расхаживать передо мной?! На самом деле вы даже хотите заставить меня отдать вам таблетки для закаливания костей? – тон Мэй Сюэ Янь становился всё более презрительным.

Их волосы встали дыбом, когда они услышали такие вопиющие оскорбления!

Эти два старика из Иллюзорного Океана Крови закричали в гневе и внезапно прыгнули, взлетев в воздух. Их ладони охватили холодные и резкие ветра, сплавившись в один ужасающий удар.

Мэй Сюэ Янь фыркнула, разведя свои красивые и нежные руки. Затем она закричала:

- Вы глупо тщеславны в своей силе! Вы сами навели на себя беду! Клетка Мира!

Внезапно от неё распространилось грозное поле ауры; оно изолировало эту область от остальных. Старик слева замер на месте, и понял, что не в силах двинуть даже пальцем. Его тело так и застыло в воздухе.

Другой старик побледнел от страха, когда увидел это. Затем раздался резкий крик. Мэй Сюэ Янь уже успела трижды ударить старика ладонью.

Три удара её ладони!

Цвет лица Мэй Сюэ Янь не изменился ни в малейшей степени. Она медленно повернулась и холодно посмотрела на второго старика. Стул под ней сломался с лёгким треском.

Тем не менее старик выглядел не очень хорошо. Его тело внезапно снова обрело способность двигаться, и он отлетел назад, как мяч. Однако он сумел извернуться в воздухе и приложил все силы, чтобы встать на ноги. Из его раскрытого рта в направлении лица Змеиной Королевы вылетела струйка крови. Он не остановился ни на секунду. Вместо этого он продолжал быстро отступать.

«Здесь я ничего не могу сделать!»

«Разумно уйти пораньше! Это шокирующе и неожиданно! Информирование старшего Хуана и молодого Лорда имеет первостепенное значение! Кто мог подумать об этом? Кто бы мог подумать, что эта незначительная семья Цзюнь будет скрывать такого непревзойдённого эксперта?»

Поэтому он принял оперативное решение – «Бежать!»

Даже обмен несколькими ударами может определить жизнь и смерть в битве между экспертами. Исход этой битвы был решён в этот короткий миг.

Они обменялись всего несколькими ударами. Но атаки этой неназванной женщины были такими же жестокими, как молния. Её сила была непревзойдённой. Она нанесла ему десятки травм, просто ударив ладонью.

Но этот старик всё-таки был на уровне Великого Мастера. Он был в состоянии остановить небольшое кровотечение в мгновение ока. Фактически он также мог использовать кровь как острое оружие против Змеиной Королевы...

Следует отметить, что его способность справляться с непредвиденными обстоятельствами была весьма исключительной. Но было жаль, что он столкнулся именно со Змеиной Королевой из леса Тянь Фа. Она заслужила себе имя Королевы Ядов благодаря предательскому и убийственному использованию ядов. Как она могла быть обманута этим маленьким трюком?

Змеиная Королева не была намерена вмешиваться в борьбу. Но этот старик спровоцировал её. Так что сейчас нечего было сказать. В конце концов, он поднял голову и выстрелил в неё стрелой крови. Затем его руки хлопнули о землю, и он собрался подняться в небо. Тем не менее Змеиная Королева использовала огромное количество силы и сделала решительный удар в ноги убегающего старика.

Из такой неудобной позиции старику защитить свои ноги было практически невозможно. На самом деле можно было бы считать, что старик сможет забыть про свои ноги, если этот удар достигнет цели. Он, безусловно, был Великим Мастером. Но даже это не спасло бы его.

Хоть старик и был напуган этим шагом, он не замешкался. Он быстро поднял руки с земли и использовал их, как мечи, целясь в лодыжки Змеиной Королевы под касательным углом.

Королева Змей холодно фыркнула. Подпрыгнув, она сумела увернуться от решительных атак старика. Затем она направила удар одной ноги к груди старика. Между тем, её другая нога ударила по его колену кончиком пальцев.

Эти две атаки были крайне тяжелы. Более того, этот старик мог уклониться только от одной из них при его нынешней силе. Он остался бы калекой на всю свою жизнь, если бы его ударили по колену. Но сама его жизнь будет под угрозой, если удар в грудь достигнет цели!

Оба они были на уровне Великого Мастера с точки зрения силы. Итак, разница в их сильных сторонах была не очень большой. Но старик столкнулся с Мэй Сюэ Янь и получил травмы от её ударов, и травмы серьезные! Следовательно, он потерял не менее тридцати процентов своей боевой силы.

Что ещё более важно, Лорды трёх Святых Земель помогали культивировать этим людям за закрытыми дверями. Поэтому им было очень трудно получить реальный боевой опыт по сравнению с Великими Мастерами, вышедшими из обычного общества. Но это было, конечно, ничто по сравнению с Королями зверей Суань из леса Тянь Фа. И это было причиной того, что этот старик попал в такое невыгодное положение так рано.

- Забудь об этом. Пусть уходит, – холодно фыркнула Мэй Сюэ Янь. Затем она продолжила. – Этот Иллюзорный Океан Крови – ничто для меня. Так что мы можем позволить ему вернуться и рассказать обо всём. Что плохого может случиться? В любом случае нам начнут угрожать этим Иллюзорным Океаном кровавых репрессий, если ты прикончишь его прямо сейчас.

Королева Змей услышала это. Ещё находясь в воздухе, она повернулась, и удары ног прошли в миллиметрах от старика. Он смог вылететь наружу в результате её отступления. Затем он перепрыгнул через стену, чтобы сбежать, и его непрерывно рвало кровью в воздухе. Его Суань Ци была в движении. Он бежал, перегружая своё тело. И это только усиливало его внутренние повреждения.

У него оставалось только одно желание – умереть здесь и сейчас. В конце концов, смерть положит конец всем бедам.

«Такой позор!»

«Я сражался изо всех сил. Я даже рисковал своей жизнью. Но мне удалось сбежать, как простой пешке, которая была во власти противника!»

Мэй Сюэ Янь, конечно, позволила ему уйти. Но это не означало, что другие люди тоже позволят…

Ярко сверкающий меч внезапно появился в небе, когда этот старик пытался пересечь стену!

Этот сверкающий меч был чрезвычайно ярким. На самом деле он был как молния в небе.

Звук, производимый молниеносной скоростью этого меча, звучал как раскат грома.

Тот старик не мог ничего сделать в бою. Но сейчас он начал верить, что ему удалось избежать этой ситуации. Поэтому он начал радоваться, и это привело к некоторому ослаблению внимания. Кроме того, про серьёзные внутренние травмы, которые он получил, нельзя забывать. В конце концов, внутренние повреждения его органов серьёзно истощили его силы. Он был очень слаб в тот момент.

Появление сверкающего меча было очень хитро рассчитано. Должно быть известно, что даже самый высокопоставленный убийца не смог бы извлечь большую выгоду из такого прекрасного момента для уверенного удара против эксперта уровня Великого Мастера!

Лучи света от меча наполнили воздух убийственной аурой. Борода и волосы старика окрасились в нефритово-зелёный цвет. Страх, шок и отчаяние заполнили его лицо в этот момент. Но у него не осталось времени открыть рот, чтобы закричать…

Лучи этого меча окутали все небо, когда он ударил в правое плечо старика. Однако меч не остановился. Вместо этого он продолжал резать, как раскалённый нож – масло. Со свистом и мерзким скрежетанием костей он разрубил тело старика до левого бедра. Он засиял ярким блеском, когда вновь оказался на открытом воздухе. Из меча даже послышался звук, подобный рёву дракона. После этого он исчез.

Божественный меч – Кровь Жёлтого Пламени!

Одетый в белое мальчик быстро появился возле комнаты Мэй Сюэ Янь.

Это место было не менее чем в двадцати метрах от места, где он напал на старика в чёрной одежде!

Тело этого старика ещё двигалось вперёд. Но его глаза уже погасли. Верхняя половина его тела, включая плечи, руки и голову отделилась от нижней части его тела, когда он упал. Верхняя половина тела врезалась в стену, а нижняя половина ударила в стену чуть позже…

С неба пролился кровавый дождь.

Дело было завершено!

У Цзюнь Мосе было тёплое выражение лица. Он даже не повернул голову, чтобы оглянуться назад, когда вошёл в комнату, неторопливо и уверенно. Затем он улыбнулся и сказал:

- Очень неловко получилось… Защита этого идиота, должно быть, заставила двух дам испугаться... – любой бы посчитал этого юнца невинным человеком, если бы они не были свидетелями этой сцены…

Молодой мастер Цзюнь был занят тренировкой и созданием этих таблеток в течение последних нескольких дней. Фактически он работал, пока не потеряет сознание. Было неизвестно, было ли это из-за его мастерства или чистой удачи... но, наконец, ему удалось создать таблетку связи жизненной силы. Так что он был вполне счастлив и взволнован этим. Тем не менее в этот момент он внезапно почувствовал, что двое мужчин движутся ко двору Гуан Квинхан с молниеносной скоростью.

«Кажется, мой план был эффективным!» – молодой мастер поначалу очень гордился собой. Но потом он вдруг подумал:

«Как дела с Танг Юанем? Они бы не...» – он быстро вышел из Пагоды, когда эта мысль пришла ему в голову.

Он обладал тактической чувствительностью и опытом первоклассного убийцы. Очевидно, он знал, когда лучше всего сделать ход. Итак, он спрятался в стороне и стал ожидать времени для хода. Он сумел воспользоваться ситуацией, и его острый меч разрубил эксперта уровня Великого Мастера на две половины!

Глава 501. Вы несправедливо обвиняете меня…

Мэй Сюэ Янь не думала о людях Иллюзорного Океана Крови. Но Цзюнь Мосе знал, что его семья недостаточно сильна, чтобы так думать. Поэтому он не мог позволить этим людям уйти, тем более ему представилась эта прекрасная возможность. В конце концов, истинная сила семьи Цзюнь была бы раскрыта, если бы этим людям позволили уйти. Кто знает, что бы тогда случилось?

Лучшее качество злого человека – это убить своего врага…

- Как ты можешь быть таким лицемерным? – Королева Змей посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

- Твоя атака мечом была очень быстрой! На самом деле это, может быть, лучший удар среди всех, которые я могу вспомнить! – Мэй Сюэ Янь медленно подняла веки и посмотрела на Цзюнь Мосе. – Но ты не должен был убивать его! Ты действительно не должен был!

Мэй Сюэ Янь была глубоко потрясена такой жестокой атакой. И она была ещё более шокирована тем фактом, что такую атаку мечом провёл Цзюнь Мосе!

Этот меч появился только на долю секунды, но его внешний вид навеки запомнится всем, кто видел его хоть однажды! Меч исчез, враг тоже был мертв. Но великолепие вспышки этого меча всё ещё грело сердца двух женщин.

Королева Змей начала воспринимать молодого господина Цзюнь в другом свете, хотя она не обнаружила никаких изменений в своём отношении. И это потому, что она знала, что она тоже не смогла бы уклониться от этого удара, если бы она была на месте этого человека в чёрной маске.

«Этот меч – Божественное оружие!»

Мэй Сюэ Янь сталкивалась со многими врагами на протяжении своей жизни. И большинство из них были Великими Мастерами. Но она должна была признать, что меч Цзюнь Мосе был одним из лучших, что она когда-либо видела.

- Почему я не должен был этого делать? Ты намекаешь, что я должен был поприветствовать его и пригласить на чашку чая, хотя он вломился в резиденцию моей семьи Цзюнь так поздно ночью? Насколько это разумно? – Цзюнь Мосе фыркнул и поднял брови. – Я убью любого, кто обидит меня! Нет никаких возможностей для переговоров, если уж дело доходит до этого! Так никогда не будет! И этот... – он указал пальцем на другого человека из Иллюзорного Океана Крови – того, кто не мог двигаться, так как он был в плену Клетки Мира. – Я не могу позволить ему уйти!

- Но они из Иллюзорного Океана Крови! – Мэй Сюэ Янь пристально смотрела в лицо Цзюнь Мосе. – Иллюзорный Океан Крови – незаменимые союзники, когда дело доходит до Битвы за захват небес! И твоя атака испортила ситуацию до такой степени, что вряд ли теперь есть место для мирного урегулирования!

- Я испортил ситуацию? В любом случае ты действительно полагаешься на этого человека, когда дело доходит до Битвы за захват небес? Ха-ха... ты смеёшься надо мной? Ты хочешь зависеть от этих проклятых людей? – Цзюнь Мосе дико рассмеялся. – Я слышал, как ты сказала, что в трёх Святых Землях много удивительных экспертов. Но они не сравнятся с такой репутацией теперь, когда я видел их сам. Эти парни такие придурки! На самом деле я считаю, что эти два «Великих Мастера» не смогли бы справиться даже с нашим старым Соколом, если уж на то пошло! Эти двое, безусловно, обладают силой Суань Великих Мастеров. Но они абсолютные новички, кроме их уровня культивирования! Эти двое сдохнут, если столкнутся с опытом Одинокого Сокола, если судить справедливо! На самом деле они даже не продержатся и сотни ударов сердца! Даже у меня достаточно сил, чтобы убить их!

- Ты прятался в сторонке, сопляк! – Мэй Сюэ Янь холодно фыркнула. Её лицо словно стало ледяной маской. – Ты использовал тот факт, что мы препятствовали могущественному врагу. Ты, я смотрю, хорошо себя чувствуешь, да?

- Откуда молодая Мэй знает то, о чём говорит? – у Цзюнь Мосе было невинное выражение лица. – Я тренировался всё это время, чтобы увеличить свою силу, когда возникнет необходимость. Я едва закончил тренировку минуту назад. Я пришёл, когда увидел, что эти двое подкрадываются, чтобы провести свою отвратительную операцию. Но затем я понял, что эти двое были исключительно сильными экспертами уровня Великого Мастера. Так что это было бы неуважительно по отношению к этим двум, если бы я необдуманно вмешался. В конце концов, я просто незначительный боец уровня Суань Неба. И этого недостаточно, чтобы сражаться против силы одной из легендарных Святых Земель! Поэтому я спрятался в сторонке с намерением захватить преимущество, когда оно представится. Но кто бы мог подумать, что их навыки будут такими… эмм… неряшливыми? Что плохого в том, что я сделал это... если можно спросить? И вы ещё и обвиняете меня... как я мог когда-либо скрывать такие мысли? Я всегда был прямолинейным и честным! Как может такой открытый человек, как я, делать такое? Молодая Мэй обвиняет меня несправедливо! Это серьёзная несправедливость!

Мэй Сюэ Янь долго смотрела на него. В конце концов, она вздохнула и сказала:

- Я долго ходила по смертному миру, молодой господин Цзюнь Мосе. Но твоя кожа самая толстая из всех, кого я видела!

- Ты льстишь мне. Молодая Мэй, ты слишком льстишь мне! – Цзюнь Мосе не выглядел смущённым ни в одном глазу. Вместо этого у него, казалось, была чистая совесть. Он спокойно уселся.

- Ты не признаёшь, что спланировал это с самого начала. Тогда почему же эти люди пришли ко мне за таблетками для закаливания костей? – Мэй Сюэ Янь видела, что выражение лица Цзюнь Мосе выглядело так, будто он невиновен ни в одном преступлении с начала мира. Поэтому она заговорила ледяным голосом.

– Более того, как ты пришёл сюда в такой подходящий момент, если не планировал ничего с самого начала? Не мог бы ты дать мне рациональное объяснение этому?

- Теперь ты относишься ко мне ещё несправедливее! Я уговаривал своего учителя выделить время на создание таблеток для тебя – только для тебя, кстати! Я просил его, убеждал его, и даже бесстыдно издевался над ним, пока он, наконец, не придумал, какие таблетки будут самыми правильными для тебя! Мой учитель дал мне эти таблетки всего несколько минут назад. И именно поэтому я решил поспешить сюда в это время! Я придаю этому делу очень большое значение. Так что я не хотел задерживать доставку этих таблеток даже на секунду! Но кто знал, что так получится? А ты говоришь, что я сам всё это решил, что вызвал этот инцидент... я... До смерти обидно!

Лицо Цзюнь Мосе отражало множество выражений. Казалось, что солдат был неправильно сброшен с вершины горы за непорядки в строю. На его лице была написана горечь и крайняя обида. Казалось, что он чувствовал себя удручённым, потому что его несправедливо обвинили, не дав ему возможности объясниться. Эти выражения были яркими и реалистичными. Он действительно подражал им в совершенстве.

- Эмм... что такое? – Мэй Сюэ Янь моргнула, внимательно посмотрев на его выражение лица:

«Это не кажется фальшивкой…»

Разумеется, она почувствовала за собой вину.

– На этот раз... кажется… на этот раз я, возможно, обвинила тебя несправедливо…

- Как это «может быть»? Это действительно так! – Цзюнь Мосе тайно вздохнул с облегчением. Его голос звучал всё самодовольнее. – Я не виню вас, сёстры, за то, что вы это говорите. В конце концов, вы, две сестры, накопили опыт за многие годы, путешествуя по этому миру. Кроме того, нет ничего плохого в том, чтобы быть немного подозрительным. Но быть подозрительным к тем, кто на вашей стороне? Я действительно... совсем... неожиданно... вы разбили мне сердце…

Он дико дрожал. Его лицо немного покраснело. Его глаза уставились на неё. Казалось, ему и правда было больно. Тем не менее он смеялся внутри…

- Кхм-кхм... – Мэй Сюэ Янь почувствовала некоторое смущение. Она даже не могла думать о том, как она должна говорить в это время. Владыка Тянь Фа взглянула на Змеиную Королеву; она приказала ей уйти. Поэтому Зелёная Охотница ушла абсолютно тихо, так как она не хотела будить Гуан Квинхан. Только звуки ворчащего желудка исходили из комнаты девушки в это время...

- Молодой господин Цзюнь... кхм-кхм... спасибо за твоё волнение, – Мэй Сюэ Янь была Владыкой Тянь Фа. Когда она извинялась перед кем-либо? На самом деле кто-то с её уровнем культивации мог бы и покраснеть в первый раз в жизни... Это был первый раз, когда она чувствовала себя виноватой.

Мэй Сюэ Янь колебалась мгновение, когда увидела, что лицо Цзюнь Мосе напоминало лицо недавно вышедшей замуж женщины, которой муж с утра вместо поцелуя влепил ногой с разворота. Однако затем она вспомнила, что он упоминал о тех божественных таблетках, которые принёс. Она прикусила губы и сказала:

- Молодой господин Цзюнь...

- Хм! – Цзюнь Мосе отвернулся от неё, театрально повернув голову. Он всё больше и больше походил на молодую жену, которая была оскорблена.

- Молодой господин Цзюнь... пожалуйста, не злись... – осторожно заговорила Мэй Сюэ Янь. Она не знала, как справиться с обидой Цзюнь Мосе. Следует отметить, что Мэй Сюэ Янь была исключительно сильным экспертом, но в таком деле ей не хватало уверенности…

Даже Мэй Сюэ Янь была поражена своим собственным поведением, когда она произнесла эти слова:

«Что со мной не так?»

- Пффф... – Цзюнь Мосе в порыве озарения стал подражать манере Дугу Сяо И. Затем он вдруг понял, что это было не очень мужественно. Поэтому он вздохнул и сказал:

- Забудь об этом. Это нормально, что у тебя будут сомнения, раз уж ты впервые подружилась с кем-то. Более того, ты сказала это не специально. Так что я... прощаю тебя…

Мэй Сюэ Янь вздохнула с облегчением. У неё всё ещё оставались некоторые сомнения, но она не озвучила их опрометчиво. Например:

«Эти двое мужчин не пошли искать тебя. Почему они пришли прямо в обитель женщин, чтобы искать таблетки для закаливания костей? Как ты можешь это объяснить?»

Тем не менее она сохранила свои вопросы в себе, так как она видела, как Цзюнь Мосе вёл себя... это было похоже на встречу с капризной девушкой.

- Эти... я не знаю... эти... таблетки…

Цзюнь Мосе снова нахмурился. Затем он посмотрел на этого несчастного старика из Иллюзорного Океана Крови, который всё ещё был заключен в Клетку Мира.

- Этот секрет не должен дойти до ушей других в Святых Землях.

Лицо жалкого человека мгновенно окрасилось в цвета паники.

Мэй Сюэ Янь немного нахмурилась. Она схватила этого человека и вышвырнула его в окно в мгновение ока. Мэй Сюэ Янь, казалось, схватила этого человека довольно нежно и аккуратно. Однако Цзюнь Мосе ясно заметил, что она уничтожила его даньтянь и внутренние органы, а затем её аура ударила в его голову. По расчётам Цзюнь Мосе, после такого удара всё внутри черепа теперь представляло собой однородный, слегка дымящийся фарш...

Следует отметить, что этот старик чувствовал, что Цзюнь Мосе выместил на нём свой гнев. Тем не менее человек в маске даже не получил достаточно времени, чтобы вздохнуть, прежде чем умер…

Эти два эксперта уровня Великих Мастеров были казнены так ужасно, что они даже не смогли использовать свои навыки... нужно было сказать, что им просто очень сильно не повезло. В конце концов, их общая сила, казалось, могла бы вызвать полный хаос в мире в целом, если бы резиденция семьи Цзюнь не была их первой остановкой. Однако здесь они были обречены на такую угрюмую смерть...

Более того, они не смогли сделать ничего со своей смертью. На самом деле они даже не смогли понять, что происходит здесь…

Это было очень грустно.

«Это хорошо!» - Цзюнь Мосе едва не показал большой палец: «Я чувствую облегчение, раз уж ты сама прикончила его. В конце концов, я очень боялся, что ты начнёшь его допрашивать. Я был готов, если бы он признался в том, что Танг Юань сказал ему про местонахождение этих таблеток! Тогда бы я уже хрен отвертелся, а ты бы меня точно не простила… В конце концов, такой великий эксперт, как я, должен был бы извиниться в этом случае!»

- Эти таблетки... – нефритово-зелёная бутыль тихо появилась в ладони Цзюнь Мосе. Однако его выражение лица было болезненным. Ведь это стало результатом его третьей попытки. Он мог сделать сотни Десятилетних таблеток с одной попытки. Но он почти помер, чтобы сделать шесть этих таблеток связи жизненной силы:

«Это просто смешно!»

- Что это за таблетки? Какой эффект? Насколько они могут увеличить силу? – глаза Мэй Сюэ Янь сияли. Она пыталась сдержать себя, но её голос всё ещё был полон нервозности. Ведь это было связано с будущим леса Тянь Фа!

- Это таблетка связи жизненной силы... она не увеличивает силу, – Цзюнь Мосе сейчас на самом деле стало стыдно.

- Она не увеличивает силу? А зачем... – Мэй Сюэ Янь тупо уставилась на него.

- Эффект от этих таблеток сравнительно… особенный. Они увеличивают скорость Суань Ци в меридианах. В принципе, скорость циркуляции Суань Ци или первичной Ци в твоих меридианах станет примерно в три раза быстрее, чем раньше, – объяснил Цзюнь Мосе. – Она в основном увеличивает скорость движения…

- А? Так она увеличивает скорость Суань Ци? – глаза Мэй Сюэ Янь загорелись ещё ярче. Она не была похожа на Цзюнь Мосе, который не знал ценности этих таблеток. Поэтому она была глубоко потрясена, услышав это.

Глава 502. Приятный сюрприз и двусмысленность…

- Как насчёт того, чтобы взять одну и проверить? Посмотришь на результаты сама, – несколько пессимистично высказался молодой господин Цзюнь, потому что он принял одну таблетку некоторое время назад. Скорость циркуляции его Суань Ци, конечно, увеличилась по сравнению с предыдущей, но она оказалась не намного быстрее, чем его первоначальная скорость. Поэтому он и был несколько не уверен и раздражён…

Однако молодой господин Цзюнь не знал, что Искусство Разблокировки Небесной Удачи и Пагода Хунцзюнь уже изменили его меридианы. И результаты преобразований, которые они принесли, были почти такие же, как могла сделать эта таблетка…

Эти таблетки, безусловно, улучшили его тело. Но результат был минимальным. Тем не менее это было потому, что его скорость уже достигла вершины своей возможности. Ему было необходимо совершенствоваться дальше, если бы он хотел существенно увеличить свою скорость…

Тем не менее нормальный человек стал бы свидетелем немедленных результатов, если бы они приняли эту таблетку вместо него.

Мэй Сюэ Янь посмотрела на него, наполовину веря, наполовину сомневаясь. Она немного колебалась, но взяла в руки таблетку связи жизненной силы. В конце концов, она не могла себе представить, что такие «небесные и божественные» таблетки связи жизненной силы, могут существовать.

Что было единственной целью тех, кто тренировался в боевых искусствах всю свою жизнь? Разве они не хотели бы быть быстрее, чем их коллеги? Более того, если бы их скорость могла стать в три раза быстрее, чем у кого-то, кто был на том же уровне, что и они? Что это значило бы для них?

Это было бы невероятно!

Пальцы Мэй Сюэ Янь слегка гладили тёмно-зелёную таблетку, а глаза пристально рассматривали её. Туманные и завораживающие огни светились вокруг этой таблетки.

«Это кажется чем-то очень удивительным...»

Она открыла губы и приняла таблетку. Таблетка даже не была во рту достаточно долго, чтобы она успела насладиться её вкусом, она очень быстро растаяла. Она превратилась в сильный поток энергии, который рухнул в её живот. Затем она почувствовала, что «холодная вода», которая наполняла её дантянь, внезапно «закипела». Бесчисленное количество пара возникло с взрывом. Затем «пар» с молниеносной скоростью разлился, наполнив собой четыре её конечности, сотни костей и все меридианы её тела...

Мэй Сюэ Янь была поражена этим. Она поняла, что эта таблетка была действительно волшебной по своему действию. Она быстро успокоила дыхание и застыла, наслаждаясь эффектом. Затем она приложила немного усилий для того, чтобы правильно направить этот турбулентный поток «пара» внутри её меридиан.

Она почувствовала, что её Первичная Ци стала намного живее и быстрее. Она уже превзошла свою первоначальную скорость. Однако она по-прежнему увеличивалась. Волнение Мэй Сюэ Янь также возрастало по мере того, как это происходило.

Прошло много времени. Глаза Мэй Сюэ Янь внезапно открылись снова. В её ледяных глазах сейчас бушевали огни. Казалось, всё её тело взорвётся от восторга. Она внезапно вскочила и нетерпеливо схватила за руки Цзюнь Мосе, как будто её жизнь зависела от этого:

- Только честно, сколько ещё этих таблеток у тебя есть?

Её голос выдавал её волнение, хотя оно и без того было написано на её лице. Эта небесная красотка обычно была очень спокойной. Это был первый раз, когда она забыла свои манеры!

Она обнаружила, что может перемещать свою первичную Ци просто лёгкой мыслью. Перемещалась её Ци просто с молниеносной скоростью. Она ворвалась в каждую из её конечностей за миг. Это означало, что она могла атаковать в один момент. Более того, она могла атаковать всей своей силой.

Мэй Сюэ Янь была словно опьянена таким волшебным чувством.

«Это полностью опускает необходимость задействовать Ци до последнего момента. Теперь скорость поднята на уровень, где мне нужно думать только об использовании силы. Более того, моя скорость увеличилась в три раза по сравнению с тем, что было раньше!»

Эта крошечная таблетка принесла огромное качественное изменение в силу Суань Мэй Сюэ Янь. Это не увеличило её силу. Но рост, который мог быть вызван Таблеткой Небесной Жизненной Силы, был ничем по сравнению со скоростью, которую дала эта таблетка связи Жизненной Силы. Мэй Сюэ Янь могла изначально быть словно сказочный дракон по силе. Но после того как она приняла эту таблетку, она превратилась в настоящего дракона...

Давайте предположим, что кто-то предложил бы ей обменять эту таблетку связи жизненной силы на ту, которая могла бы обеспечить силу культивирования за двести лет в один миг... Она отказалась бы от такого предложения без каких-либо колебаний. В конце концов, она могла увеличить свою силу после этих самых двухсот лет культивирования. Но качественное изменение скорости движения её Суань Ци было настолько удивительным, что, несмотря на все усилия, этого достичь не удавалось.

«Это великое дело идёт вопреки законам природы!»

Мэй Сюэ Янь не ожидала, что Цзюнь Мосе принесёт ей такую замечательную вещь. Это стало очень приятным сюрпризом!

Цзюнь Мосе же подпрыгнул от испуга. Он был встревожен этим неожиданным действием исключительно красивой Мэй Сюэ Янь. В конце концов, молодой господин Цзюнь не ожидал, что таблетка, которую он рассматривал как «мусор», может активировать такую «экстремальную» реакцию со стороны Мэй Сюэ Янь.

Он посмотрел в её пылающие глаза. Затем он почувствовал, как её маленькие и мягкие ладони крепко схватили его за руки. Он даже заикаться начал:

- Это... это только испытание... в будущем будет больше...

- Раз, два, три, четыре... – Мэй Сюэ Янь тщательно пересчитала оставшиеся таблетки. Её глаза сияли, как гирлянды на рождественской ёлке. На самом деле все её лицо сияло, а она сама, казалось, была полна сил и энергии:

- Это отлично! Есть ещё четыре! У тебя было так много?! СТОП! Что ты сказал? У тебя будет больше? Это очень неожиданно для меня! Это... это бесценное сокровище! Это удивительно…

Мэй Сюэ Янь не могла сдержать своего волнения. Она произнесла эти слова без своей постоянной желчности и холодности. Затем девушка внезапно крепко поцеловала Цзюнь Мосе.

Сказать, что юноша охренел – значит, ничего не сказать:

«Что? Эти таблетки тебя так возбуждают? Что же произойдёт, когда я дам тебе сотню таких?»

Тем не менее он не знал, что такие удивительные вещи даже не существовали в легендах. Плод тысячи зол и десяти тысяч ядов был самым действенным средством для улучшения сил в лесу Тянь Фа. Но его применение было сопряжено с огромными рисками. Более того, мир за пределами Тянь Фа не имел возможности использовать даже такие рискованные средства!

Эти четыре божественные таблетки оставили Мэй Сюэ Янь очень довольной. В конце концов, это означало, что боевая мощь Королей зверей Тянь Фа увеличится в три-четыре раза.

Цзюнь Мосе же почувствовал её мягкие губы и неописуемо приятный аромат. Разум молодого человека от этого поцелуя просто спасовал. Чувствовал себя молодой господин, как будто он воспарил в облака. Тем не менее его первая реакция была:

«Чёрт! На меня неприлично нападают! Меня домогается эта молодая леди! Если бы я сделал что-то вроде – меня бы уже по стене размазали!»

«Я — Цзюнь Мосе – буду страдать от этой женщины?»

Поэтому его вторая мысль была:

«Нет! Я не могу проиграть ей! Я должен, как всегда, сделать что-нибудь непристойное, чтобы смутилась она, а не я! Я должен вернуть своё преимущество!»

Поэтому он, недолго думая, повернул голову и поцеловал её в ответ.

Мэй Сюэ Янь вдруг стряхнула с себя свой экстаз. В порыве экстаза она поцеловала Цзюнь Мосе. Но этот поцелуй внезапно показался неуместным. Она словно почувствовала удар электрическим током и покраснела.

Трудно было сказать, как быстро она отстранилась. Но Цзюнь Мосе остался целовать пустой воздух вместо неё, с мерзким, чмокающим звуком.

Тем не менее в этот момент они были почти в полуметре друг от друга. Две пары глаз были не так далеко друг от друга. Атмосфера была наполнена неким неописуемым чувством. Это было очень неловко... это было неопределённо... или, может быть, время остановилось?

Оба были ошеломлены. Даже время и пространство, казалось, охренели.

Цзюнь Мосе смотрел на красивое... удивительно красивое лицо Мэй Сюэ Янь. Её большие и очаровательные глаза смотрели на него. Сначала в её глазах было лишь удивление и немного отвращения. Затем их вытеснило стеснение и смущение. Её грациозное лицо медленно краснело. Когда лицу краснеть было уже некуда – покраснела и шея…

Её розовые губы дрожали.

Цзюнь Мосе почувствовал прилив горячей крови к голове. Он задыхался, опустив голову и пытаясь хоть как-то привести мысли в порядок. Девушка напротив обладала тиранической силой. Тем не менее он всё ещё держал её в объятьях. Его руки инстинктивно сжали её крепче. Он снова прильнул к её губам, уже довольно бесцеремонно, с языком. Было неясно, как это произошло... но его язык прорвался через её сжатые губы. Её маленький и проворный язычок уклонился от «удара», но вторженец погнался за юрким дезертиром.

Мэй Сюэ Янь явно не ожидала, что он будет таким смелым и наглым. Но сейчас она видела только его глаза, потерявшие фокус, и чувствовала его тяжёлое дыхание. Надо сказать, что она никогда не испытывала этого раньше, но её инстинкты подсказывали, что приближается маленький ценный пушной зверёк. И именно в этот момент он поцеловал её. Она уже собиралась закричать, но как раз в эту секунду его скользкий язык «пробился» через её губы.

Это был первый раз, когда Мэй Сюэ Янь испытала подобное. Она, безусловно, обладала уникальной силой и культивацией Суань. Но в тот момент она была только женщиной. Более того, она была женщиной, которая никогда раньше не испытывала такого чувства.

Мэй Сюэ Янь почувствовала, что её мозг будто бы взорвался, и она задрожала перед таким соблазном. Разум отступил, и она перестала сопротивляться. Она даже забыла о своей непревзойдённой силе Суань. И она просто стояла, ошеломлённая, в объятиях молодого господина Цзюнь.

Молодой господин тоже не терял время зря: его руки скользнули по её талии и схватили за её задницу.

Мэй Сюэ Янь мгновенно очнулась от своего замешательства и вспомнила, что произошло в прошлом:

«Малыш, иди домой со мной! Я буду массировать твою задницу каждый день!»

Она мгновенно вернулась в себя и почувствовала стыд и гнев. Вся её сила Суань, про которую она сразу же вспомнила, внезапно вырвалась из её тела. Взрыв её силы напоминал взрыв бомбы. Однако Цзюнь Мосе не был готов защищаться от нападения. В его разуме витали мысли, про которые детям совершенно точно знать нельзя. Однако именно тогда и произошло кое-что неожиданное. Он внезапно обнаружил, что его ноги покидают землю, и он полетел…

Причём «полетел» – не фигурально говоря. Тело молодого господина Цзюнь просто вылетело из комнаты и докатилось до дальнего конца двора. Врезавшись в забор, он рухнул в очень «изящной» позе…

Он чувствовал бесконечную нежность секунду назад. Тем не менее сейчас он чувствовал дикую боль в своей заднице…

Этот огромный контраст между нежностью и болью, разумеется, оставил Цзюнь Мосе крайне расстроенным. Но он даже не успел встать, когда вдруг осознал, что только что произошло. Даже не вставая с места, он пропитался холодным потом...

«Дерьмо! Эта ошибка может стоить мне жизни!»

«Как я мог быть таким грубым? Я потерял рассудок, оскорбив человека, которого просто не должен был оскорбить... мне конец... её сила наравне с неразумным почтенным Мэй... более того, она такая же упрямая и неразумная, сестра почтенного Мэя…»

Глава 503.1. Предок Хуан начинает действовать (часть 1)

«Она напала на меня. Она думает, что она слишком сильная! Она напала на меня раньше... и снова напала на меня... но она показывает свою тираническую силу, когда я пытаюсь вернуть ей должок? У неё нет чувства справедливости!»

«О, Боже! О, Мать-Земля! Как такое вообще возможно?»

Пока он ныл внутри, он поднял взгляд. Покрасневшее лицо Мэй Сюэ Янь было наполнено гневом. Девушка была очень смущена из-за трёх инцидентов сразу; особенно третьего. Следовательно, её гнев вырвался наружу, как мощный торнадо. Даже не торнадо, а самый настоящий ураган, сметающий всё на своём пути.

- Это... как... я... ну... я… в смысле... ты... почему ты напала на меня так коварно? – Цзюнь Мосе попытался одержать верх в споре, сразу ударив ей в лоб своим вопросом.

- Я... что... Я напала на тебя? – лицо Мэй Сюэ Янь потемнело. Она даже подняла руку, будто собиралась сражаться:

- Что ты несёшь? Ты – взрослый мужчина, а я – женщина... и я напала на тебя? С чего ты это вообще взял? Тебе не стыдно это говорить?

Цзюнь Мосе медленно перевернулся и сел на земле. Его задница так болела, что он боялся, что она снова распухла. Затем молодой господин улыбнулся, как идиот:

- Я... я... это не специально сделал! Я... признаю, что совершил ошибку... ты... я... хочешь взять на себя ответственность? Нет... я хочу взять на себя ответственность за это!

- Хуятственность! – Мэй Сюэ Янь было одновременно и смешно, и стыдно. Её лицо стало красным. Она хотела жестоко избить его. Но её сердце смягчилось по какой-то неизвестной причине, когда она увидела его таким тупым и озорным. Следовательно, она не стала нападать на него, вместо этого ограничившись топаньем ноги и рычанием.

Цзюнь Мосе, казалось, умолял о помиловании. Так что он не осмелился говорить много. Пошатываясь, он встал на ноги. Затем молодой господин сбежал, исчезнув, как крыса с тонущего корабля…

«Я наконец-то сбежал! Боже правый! Но почему она не ударила меня за то, что я сделал? Она тоже влюбилась в этого молодого господина?»

Мэй Сюэ Янь топнула ногами и закрыла лицо. Её волновала почти такая же проблема:

«Как это произошло? Что со мной случилось? Почему я позволила ему сбежать? Это не похоже на моё обычное "я"…»

- Старшая сестра... что с тобой случилось? Этот сопляк снова тебя спровоцировал? – Королева Змей заглянула в комнату, ибо теперь дверь хоть и была, но лежала в пятнадцати метрах от косяка, выбитая телом Цзюнь Мосе. Увидев старшую сестру, она закричала:

- Старшая сестра! Ты... ты... что с тобой случилось?!

Причина столь эмоциональной реакции была в том, что Королева Змей обнаружила, что её старшая сестра покраснела, будто молодая девушка, которая влюбилась в первого парня на деревне и стыдится ему признаться, когда он проезжает мимо на своём тракторе. Эта «влюбившаяся девушка» закрыла лицо руками и топала ногами. Змеиная Королева никогда раньше не видела её в таком состоянии и просто окаменела от удивления!

«Боже правый! Сколько лет мы были сестрами? Я никогда не видела, чтобы старшая сестра вела себя так…»

«Только не говорите мне... этот сопляк приставал к старшей сестре? У него что, внезапно яйца выросли до размеров Луны? Никто во всём лесу Тянь Фа никогда не посмеет сделать такое! Я даже не смею думать о таком! Это... совершенно невероятно, не так ли?»

Мэй Сюэ Янь не сказала ни слова. Она просто закрыла лицо и убежала в свою комнату.

Затем пришла сонная Гуан Квинхан, чтобы узнать, что произошло. Но она видела только Зелёную Охотницу, стоящую перед зияющей дырой, ведущей во двор. Королева Змей была молчалива и стояла со странным выражением лица. Поэтому молодая леди Квинхан спросила от удивления и беспокойства:

- Что случилось? Что случилось с сестрой Мэй?

- Ничего... ничего, ничего... – поспешно ответила Королева Змей. Прошло много времени, прежде чем она смогла оправиться от шока. Затем она заговорила вслух.

– Совсем ничего… – затем она топнула ногой и продолжила. – Чёрт! Я пойду к старшей сестре, – после чего также выбежала из комнаты.

Она не забыла об отношениях между Гуан Квинхан и Цзюнь Мосе. Итак, как она могла осмелиться рассказать то, о чём подумала? Более того, на данный момент она знала, что это только предположения... она не была уверена:

«Разве может быть, чтобы у Цзюнь Мосе набралось столько смелости? Но... поведение старшей сестры на этот раз было очень странным! Более того, звуки... нет, это не обсуждается. Сначала я должна всё это подтвердить. Как мы можем позволить этому развратнику-отродью уйти, если это правда так?!»

Гуан Квинхан осталась стоять в одиночестве перед огромной дырой, которая только вечером была частью стены и дверью. Разумеется, такое поведение девушек только раздразнило её подозрительность:

«Что здесь произошло? Почему атмосфера кажется такой… неловкой?»

Она не видела ни Мэй Сюэ Янь, ни Цзюнь Мосе, но какие-то странные звуки было слышно…

Особенно ярко и хорошо она услышала громкую, злую и не очень цензурную рифму к слову «ответственность», озвученную Мэй Сюэ Янь. На самом деле было бы странно, если бы она этого не услышала…

«Кажется, что Мосе как-то обидел её. Я поговорю с Мосе завтра. Они всё-таки наши гости! И важно, чтобы мы хорошо относились к нашим гостям...» – Гуан Квинхан нахмурилась и вернулась в свою комнату. – «Характер Мосе жестокий; даже слишком жестокий. Необходимо внести некоторые изменения…»

Незадолго до этого мёртвые тела были убраны молчаливыми и почти незаметными охранниками вместе с любыми следами того, что произошло. Так как охранники сами не заметили ни единого нарушителя, кроме трупов, они были ещё тише и незаметнее обычного.

«Это было так приятно... таааааак ароматно! Это было очень мягко... О, Боже, это было безумно мягко... очень приятно!» – Цзюнь Мосе размышлял о чувстве, которое ему только что пришлось пережить. Свалил он, разумеется, в Аристократический Зал.

«Это было так здорово!»

«Если забыть обо всём остальном... её губы были очень сладкими. Это было даже слаще, чем самый сладкий мёд на Земле! Это было слишком хорошо. Даже послевкусие от него такое приятное!»

«Более того, тёплые прикосновения этого языка... это невероятно мягко… неописуемое чувство! Это было неописуемо! Я даже не могу описать это прекрасное чувство! Это было самое лучшее в мире!»

Молодой господин Цзюнь Мосе продолжал смотреть невидящими глазами, будто мешком по голове ударенный, и двигался, будто пьяный. Его душа дрожала. На самом деле он шёл словно во сне. Повезло, что никто не ждал, чтобы устроить ему засаду. В противном случае было бы очень легко убить Цзюнь Мосе. В конце концов, это был момент наименьшей бдительности убийцы Цзюнь за обе его жизни. Точнее, даже само слово «бдительность» – слишком сильное слово…

Молодой господин уже успел дать самому себе решительный обет:

«Я сделаю это — не важно что, не важно как, не важно какими средствами... я хочу... я... абсолютно... я очень, очень хочу, чтобы она стала моей женой!»

«Не важно, кто она такая! Не имеет значения, насколько велика её сила Суань! Не важно, кто она... я сделаю её своей женой! У меня нет конкретной причины! И мне не нужна конкретная причина!»

«Более того, она даже не сможет сказать мне «Нет»»! Ха! Я даже буду шантажировать её при каждом удобном случае! Мне всё равно, насколько бесстыдно это будет выглядеть…»

Можно сказать, что в прошлом он презирал отсталость феодальной системы этого мира. Но это вдруг показалось ему очень привлекательным. В конце концов, брать трёх или четырёх жен или наложниц было нормальным делом для мужчин этого мира — особенно для молодых господ из богатых семей. Это было словно бы символом аристократии…

Тем не менее Цзюнь Мосе внезапно столкнулся с серьёзной проблемой, когда размышлял над этим на протяжении всего своего путешествия. И это была серьёзная проблема. Или очень логичный вопрос, чтобы быть более точным... он был тесно связан с различными женщинами. Но Дугу Сяо И была непослушной и упрямой. Более того, она была слишком молода. Значит, она ничего не смыслила о необходимых вещах. Это означало, что она была не в состоянии стать самой старшей женой в его семье. Гуан Квинхан была слишком холодной и отчужденной. Так что даже она не подходила, чтобы возглавить гарем. Но Мэй Сюэ Янь была очень красивой женщиной, обладавшей исключительными талантами. Кроме того, она была бесподобна. Это, очевидно, означало, что она была лучшим выбором на роль старшей жены...

«Хорошо, это ты! Ты не сможешь убежать от моей красоты! Ты будешь моей прекрасной женой!»

Цзюнь Мосе с щелчком пальцев вошёл в Аристократический Зал. Тем не менее беспокойство его сердца ослабло, когда он увидел, что Танг Юань набивает себя едой. Затем молодой господин задал несколько вопросов, касающихся его планов. Но молодой господин Цзюнь пренебрёг всеми правилами приличия и сбежал после того, как Танг Юань, в слезах и соплях, поднял свой халат, чтобы показать «области его тела, которые подверглись жестокому обращению».

«Какая разница между этим жиробасом и свиным салом? Более того, это живое свиное сало! Это слишком тошнотворно…»

Тем не менее жирный Танг чувствовал, будто пережил тяготы и страдания самой горькой из жизней. И Цзюнь Мосе стоял за всем этим. Поэтому Толстяку захотелось пожаловаться ему и рассказать обо всех унижениях, боли и позоре, которым он подвергся. Жирный, очевидно, планировал получить наибольшую выгоду из этого. На самом деле он надеялся получить, по крайней мере, несколько миллионов красивых серебряных таэлей за такие адские мучения. Но как он мог ожидать, что молодой господин Цзюнь просто исчезнет, прежде чем он даже закончил описание злоключений?

Этот неблагодарный Цзюнь просто исчез со словами:

- Жиробас! Мне повезло заиметь хорошее настроение сегодня, но твой толстый живот разрушил его! За такую подляну я подвергну тебя штрафу в десять процентов твоей месячной прибыли!

Сначала толстяк был ошеломлён. Затем он нежно погладил свой огромный, висящий живот в тишине. Точнее, он попытался погладить живот, но смог погладить только верхушку.

«Неужели мой живот настолько жуткий?»

Затем он вдруг вспомнил кое о чём и закричал так же ужасно, как умирающая свинья:

- СТОП! Это я здесь жертва! И ты ещё хочешь забрать мою долю прибыли! Где справедливость? Я заслуживаю минимум сто тысяч серебряных таэлей за то, через что я прошел! О, Боже! О, Мать-земля! Убейте меня!

Глава 503.2. Предок Хуан начинает действовать (часть 2)

Специалисты Иллюзорного Океана Крови мирно спали в резиденции семьи Хуан Золотого Восточного города. Они полагали, что для решения такой простой и обыденной задачи, как выбить пару таблеток из малолетнего придурка богатой семьи, достаточно лишь одного из восьми экспертов. Что они подумали об отправке двух человек? По их мнению, это было похоже на излишество; успех был гарантирован на десять тысяч процентов!

Жаль, что в мире нет ничего определённого. Всегда был один или два недостатка, даже если всё казалось учтённым. Ведь ничего не бывает абсолютно точного.

Все были готовы услышать хорошие новости, когда проснулись. Но когда они спросили, им сказали, что их два человека до сих пор не вернулись.

Они не вернулись в течение всей ночи.

Это было явно неожиданно. Но никто не обращал на это слишком много внимания:

«Возможно, таблетки для закаливания костей хранятся очень далеко. Так что их поиск мог занять некоторое время. В конце концов, эти два человека – настоящие Великие Мастера. В любом случае они смогут сбежать, даже если столкнутся с врагом, которого не смогут победить, не так ли? Эти двое должны быть в состоянии сбежать и вернуться без каких-либо проблем, даже если их сила будет меньше, чем у врага. Хотя стоп. У кого в этом мире смертных может быть сила выше, чем у Великого Мастера?»

Когда кто-то поднял вопрос о том, что они могли не суметь сбежать, его подняли на смех:

«Это вообще возможно? Кто в обычном обществе обладает такой силой? Это нелепость и идиотим!»

Поэтому никто не волновался.

Они ждали до полудня. Но эти двое всё ещё не вернулись. На самом деле они как будто исчезли. Как будто эти двое просто растворились в воздухе. И, наконец, это вызвало у всех некоторую панику.

- Обстановка не выглядит очень обнадёживающей, старший Хуан, — нахмурился молодой Лорд Иллюзорного Океана Крови Хуан Сяо, постучав пальцами по столу. – Очень, очень странно, что старший пятый и старший шестой ещё не вернулись. Мы так долго ждали, а они так и не вернулись. Я боюсь, что они могли… как бы выразиться… столкнуться с неизбежной и ужасной неудачей. Означает ли это, что Аристократический Зал действительно обладает какой-то великой силой? Возможно ли, что даже эксперты из моего Иллюзорного Океана Крови не могут сравниться с этой силой?

Предок Хуан нахмурился. Его белые брови заметно дрожали на его мрачном лице. Подумав, через пару минут он ответил:

- Мы очень хорошо знаем «силу» Аристократического Зала. У них есть только один ученик Хун Мэн Чена и какой-то парень, который делает ужасно мерзкое вино. Оба этих человека только на уровне Суань Неба. Так что не о чем беспокоиться, если дело касается этих двух незначительных экспертов. Кроме того, там нет никого, кроме этих двух людей; нет никого с чрезвычайно большими возможностями. Есть вероятность, что двое наших людей могли столкнуться с гораздо более сильным врагом. Но это не могло быть в Аристократическом Зале.

- Может ли такая сила принадлежать этим трём семьям? – Хуан Сяо нахмурился.

- Нет! Мощь Империи Тянсян является величайшей среди народов континента. И здесь также самое высокое число специалистов Суань. Но трудно найти даже несколько экспертов Духа Суань во всей Империи. Таким образом, нет практически никаких возможностей для того, чтобы кто-то более сильный существовал в пределах Империи, – нахмурился старший Хуан, так как он был в мрачном настроении. Злой свет мелькнул в его глазах, и он продолжил с ненавистью в голосе:

– Такая мощная сила, должно быть, из семьи Цзюнь... то есть, если она вообще существует. На самом деле только семья Цзюнь может иметь такую могущественную силу в запасе.

- Семья Цзюнь? Может ли семья, которая была угнетена почти до исчезновения Городом Серебряной Метели, иметь такую силу? Разве это не глупо? – Хуан Сяо, похоже, не был согласен.

- Молодой Лорд не должен забывать, что некоторое время назад мы получили известие... в Южном Небесном Городе появился эксперт в чёрной одежде и в маске. Говорят, что он просто не имеет себе равных во всём мире. Я не верю, что этот человек так непревзойдённо силён, как утверждают, но он был, по крайней мере, таким же сильным, как Юн Би Чен. Старший пятый и старший шестой обладают большим уровнем культивирования, даже с точки зрения другого Великого Мастера. Но их тренировали за закрытыми дверьми. И разница между ними и тем, кто достиг этого уровня, набираясь опыта и сражаясь в обычном обществе, не мала. У них нет достаточного боевого опыта, чтобы сражаться с таким врагом, если они попадут в ловушку, будучи застигнутыми врасплох. На самом деле вполне возможно, что они могли понести серьёзные потери в таком случае...

Предок Хуан тихо пробормотал:

- Кажется, я недооценил его…

- Как вы думаете, что нам лучше предпринять, если у семьи Цзюнь действительно есть такой сильный эксперт? – Хуан Сяо спросил, тоже нахмурившись. – И эти таблетки для закалки костей, вероятно, создаются этим самым таинственным экспертом. И это – самый важный аспект в этом деле. На самом деле отец убеждал меня, что мы должны сделать всё возможное, чтобы такой человек — если он вообще существует — присоединился к нам в Иллюзорном Океане Крови. Более того, он говорил, что мы должны поладить с этим человеком, даже если мы не сможем заставить его присоединиться к нам. На будущее, чтобы он не стал так враждебно к нам относиться. Это будет означать, что эксперты из Неуловимого Мира Бессмертных и Великого Золотого Города не смогут воспользоваться нашим с ним конфликтом.

Так как вы считаете, не провалятся ли наши планы, если мы вступим с ним в конфликт? – Хуан Сяо почувствовал головную боль от всей этой лекции.

- Наш Иллюзорный Океан Крови не может пострадать в этом случае... независимо от того, какой силы этот человек, – предок Хуан блеснул злой улыбкой. – Мы будем ждать до полуночи. И я лично пойду разбираться, если эти двое ещё не вернутся. Я пойду к семье Цзюнь и посмотрю, что это за логово тигра на самом деле! Посмотрим, что за эксперт там скрывается! Действительно ли он «не имеет себе равных в этом мире»? Он действительно стоит своего имени? Хе-хе…

- Вы должны быть очень осторожны, старший Хуан... Вы не должны убивать этого человека, если столкнётесь с ним. Ведь нам нужны эти таблетки для закалки костей, – Хуан Сяо поспешил сказать. Он не беспокоился о том, что предок Хуан может попасть в беду. В конце концов, сила предка Хуан считалась одной из десяти величайших в самом Иллюзорном Океане Крови. И это означало, что его можно было спокойно назвать «действительно непревзойдённым» в обычном обществе, и это не будет ложью.

- Этот старик, очевидно, будет вести себя хорошо! Но ситуация уже стала немного враждебной! Я не позволю другим воспользоваться ситуацией, если не смогу завербовать его для нашего Иллюзорного Океана Крови! Он послушается меня и будет прав, получив преимущества союзничества с нами. Или он выступит против меня и умрёт! – блеск в глазах предка Хуан потемнел. На его губах играла кровожадная ухмылка...

***

Город Тянсян был покрыт темнотой ночи. На самом деле город казался огромным гигантом, спящим с самой древности.

Две фигуры, пошатываясь, едва плелись по дороге. В конце концов они увидели очертания города и вздохнули с облегчением. Казалось, что вздох отнял все их силы, и они упали на землю.

Эти два человека были теми, кто избежал кровавой битвы ранее – Му Сю Тонг и Хан Янь Мэн. Они бежали очень долго, через многие отдалённые, но безлюдные районы. За это время они сильно пострадали, и были почти полностью истощены. Последний месяц был особенно тяжёлым. В основном потому, что их маршрут всё же разгадали, и они неоднократно попадали в засады семьи Сяо. Следовательно, эти двое постоянно бежали в панике и ужасе.

Му Сю Тонг был немногим лучше. В конце концов, он был на уровне Неба Суань, и путешествовал далеко и ранее. Поэтому он был в состоянии выдержать более длительные периоды времени без нормальной пищи и воды. Но Принцесса Серебряного Города – Хан Янь Мэн – была в ужасном состоянии. Следует отметить, что эта маленькая девочка была очень избалованной маленькой принцессой Города Серебряной Метели. У неё всегда была лёгкая жизнь. Она никогда не страдала. А сейчас ей ежесекундно угрожала опасность попасть в засаду и быть жестоко убитой. Кроме того, она была лишь на незначительном уровне Золотого Суань. Таким образом, она бы погибла уже бесчисленное количество раз, если бы Му Сю Тонг не помогал ей всё это время.

Они прибыли в город Тянсян по чистой случайности. В основном это было благодаря обширному опыту, который Му Сю Тонг приобрёл во время путешествий по миру в прошлом. Они меняли свой внешний вид и маршрут бесчисленное количество раз. На самом деле всё дошло до того, что им пришлось поймать шмеля и заставить того ужалить маленькую принцессу прямо в нос, чтобы обеспечить лучшую маскировку. И, разумеется, им приходилось повторять этот трюк.

- Знаешь, откуда у меня эти шрамы? - всякий раз спрашивала принцесса, когда отёк начинал отступать. Они также использовали специальную жидкость на лицах и руках, чтобы их кожа стала тёмной, будто бы у людей, всю жизнь живущих под открытым солнцем. Эти хитрости и помогли им пересечь горные перевалы.

Эти двое также постоянно на протяжении всего путешествия принимали таблетки, изменяющие голос; они никогда не говорили без них. Даже когда они считали, что они были одни и в безопасности, таблетки всё равно были обязательны. Они так боялись быть пойманными врагом, что эти таблетки стали привычными для них.

Они были крайне осторожны на протяжении всего путешествия. Тем не менее они всё равно оставили много крошечных и непреднамеренных подсказок на этом пути, и были почти обнаружены в результате. Они были атакованы многочисленными врагами сразу. Но им повезло, что они были далеко от Серебряного Города в это время. В конце концов, это было причиной, почему они не столкнулись со слишком большими силами. Му Сю Тонг сражался изо всех сил и сумел убить их. Однако этот случай помог подтвердить их маршрут. Поэтому эксперты семьи Сяо вскоре перекрыли все дороги, ведущие в город Тянсян…

Глава 504. Побег

Они даже не знали, как долго они бродили. Наконец им удалось прибыть к месту назначения. И они знали, что в этом городе есть, по крайней мере, один человек, который сможет защитить их обоих. Поэтому они вздохнули с облегчением, расслабившись. Но Му Сю Тонг до сих пор не забыл, что великолепный ювелирный зал также находится внутри города Тянсян. Можно было бы догадаться, что в этом месте могут быть несколько членов семьи Сяо. На самом деле была вероятность, что семья Сяо уже могла получить полный контроль над этим зданием. И это означало, что беглецам нельзя было быть небрежными.

Они не могли расслабиться, пока не встретятся с Цзюнь Вуем или Цзюнь Мосе. Ведь любая ошибка или неосторожность с их стороны могут обречь их на вечные муки. На самом деле их беспечность могла даже стоить гибели всего Серебряного Города.

Семья Сяо готовилась к этому восстанию в течение многих лет в тайне ото всех. Поэтому сейчас накопленные ими силы стали чрезвычайно опасными.

Му Сю Тонг чувствовал себя крайне печально, когда мысль об этом приходила ему в голову.

«Семья Хан всегда обучала своих детей проявлять максимальную терпимость по отношению к членам семьи Сяо. На самом деле они старались быть чуткими и всячески им помогали. И это то, что помогло увеличить силу семьи Сяо. Сяо была трудолюбивой и добросовестной силой. Они всегда заботились о делах и решительно брали на себя всю ответственность. Они были поистине железными союзниками семьи Хан. Но сейчас...» – Му Сю Тонг горько улыбнулся.

Город Серебряной Метели был колоссальной силой. Но правда останется скрытой от всех, так как семья Сяо, возможно, контролировала ситуацию. Даже правящая семья Хан из Серебряного Города была слепа и глуха ко всему. Серебряный Город имел тайные контакты в каждом крупном городе огромного континента. И это означало, что любой узел этой обширной сети может быть использован для отправки информации в Серебряный Город. Но он, разумеется, не мог осмелиться их использовать.

Потому что костяк этой информационной сети контролировался семьёй Сяо.

Семья Сяо контролировала всё, что было за пределами Города Серебряной Метели!

Следовательно, эта обширная информационная сеть стала препятствием для его миссии. Нет нужды говорить, что он не получит никакой помощи. Кроме того, он также беспокоился о том, что его местоположение будет передано куда нужно в течение пары минут.

В конце концов он взял на себя ответственность, которая касалась самого подъема или падения Серебряного Города! И это означало, что он не мог осмелиться на какую-либо беспечность или безрассудство.

Му Сю Тонг успокоил своё дыхание, медленно, с трудом, вставая. Он достал два куска хлеба из нагрудного кармана. Он вручил один Хан Янь Мэн, сказав тёплым голосом:

- Младшая Мэн, съешь это, восстанови свои силы. Сейчас мы пойдём в город и попытаемся найти Цзюнь Вуя или Цзюнь Мосе.

Лицо Хан Янь Мэн было тёмным из-за той мази. Но одного взгляда на её ранее красивое лицо было достаточно, чтобы сказать, что она очень сильно похудела в течение этого путешествия. Этот побег научил эту наивную и очаровательную молодую девушку истинному значению слова «злоба».

Она даже не мечтала о том, что старейшины, которые всегда были добры по отношению к ней, будут тайно совершать такие презрительные поступки. Они не скупились ни на что, чтобы её убить. В результате маленькая девочка чувствовала, как будто весь её мир перевернулся с ног на голову.

Она безучастно взяла хлеб из рук Му Сю Тонга. Маленькая девочка поднесла кусок ко рту и откусила. Затем она мучительно долго жевала его. Кислый вкус и запах плесени заставлял слёзы наворачиваться на глаза, но она знала, что в следующий раз еды может не оказаться вовсе. Му Сю Тонг вздохнул и посмотрел на неё с жалостью:

«Она всё-таки избалованная и капризная Принцесса Серебряного Города. Эту малышку любили и баловали тысячи людей. Как она может терпеть такие страдания?»

«Семья Сяо виновата во всём этом! Проклятая семья повстанцев!»

«Ты должна съесть это... даже если это трудно. Тебе нужно съесть эту гадость, чтобы у тебя хватило сил, чтобы дойти до города» .

Съев сухой и явно испорченный хлеб, они недолго отдохнули. Почувствовав, что часть их сил восстановилась, они медленно встали. Сложное чувство возникало в сердце, когда они смотрели на город Тянсян. Кто бы мог подумать, что само будущее Города Серебряной Метели однажды упрётся в семью Цзюнь? Та самая семья Цзюнь, которая когда-то была почти уничтожена тем самым Городом Серебряной Метели!

«Разве это не смешно?»

Му Сю Тонг нашёл бы это смешным, если бы ему сказали о таком в прошлом. Но эта ситуация стала реальностью сегодня.

Это была единственная соломинка, за которую эти два человека могли ухватиться, чтобы хоть как-то попытаться спастись.

- Идём!

Они заставили себя подняться и идти дальше.

Почти наступила полночь.

Мэй Сюэ Янь сидела перед лампой, от которой было больше дыма, чем света. Её подбородок лежал на руках. Она казалась то ли бессознательной, то ли в трансе, когда свет лампы мерцал в её глазах. Могущественная Почтенная Мэй командовала землями со своей верховной властью бог знает сколько лет. Итак, можно было бы хорошо представить её решимость. Тем не менее она никогда не испытывала это чувство трепета раньше…

Тот внезапный поцелуй от Цзюнь Мосе – словно камень, упавший в спокойное озеро её сердца. И это внезапно вызвало большие волны в её спокойном разуме. Точнее, волны, начавшиеся с того места, где упал этот маленький камень, уже вышли наружу. И более того – они даже не собирались останавливаться.

Королева Змей была очень обеспокоена. Она задала старшей сестре несколько вопросов по этому поводу. Но Мэй Сюэ Янь отказалась отвечать. Вот только её выражение лица стало настолько мрачным, что это напугало Зелёную Охотницу. Поэтому Королева Змей сбежала, как мышь от кошки, и вместо этого пошла поговорить с Гуан Квинхан.

«Да в ней сейчас бурлит такая злоба, что помереть можно от одного взгляда! Если она вдруг разозлится на меня – она меня прикончит. В конце концов, два тигра не уживутся на одной горе... Тьфу, что за мысли? Будто не из этого мира… Во всяком случае сидеть рядом с ней, боясь за свою жизнь, конечно, не так весело, как слушать Гуан Квинхан. Лучше уж посплетничать с ней…»

«Только представьте – прошлое этого Мосе чрезвычайно смехотворно! Перемыть ему косточки, безусловно, очень приятно!»

Цзюнь Мосе чихнул, продолжая создавать свои таблетки. Его навыки, конечно, улучшились, так как он уже не провалил свои попытки на этот раз. Ну, не все… Ну ладно, большинство провалил, но всё же… Он успешно создал кучу таблеток. После этого он обследовал своим духовным чувством резиденцию Цзюнь, оставаясь скрытым внутри Пагоды Хунцзюнь. Его духовное чувство позволяло ему ясно чувствовать всю массивную резиденцию.

«Эти два эксперта из Иллюзорного Океана Крови исчезли из моего дома прошлой ночью. Итак, их последующая «операция» должна состояться сегодня вечером!»

Цзюнь Мосе не мог позволить себе быть беспечным ни в коем случае. В конце концов, те люди из Иллюзорного Океана Крови, возможно, не были опасными в глазах Мэй Сюэ Янь. Но они всё равно были настоящими экспертами уровня Великого Мастера. Цзюнь Мосе знал, что он не смог бы сражаться на равных с этими двумя, если бы не Мэй Сюэ Янь.

В тот вечер он сделал ещё шесть таблеток. Цзюнь Мосе наконец-то узнал о свирепой силе этих таблеток. Поэтому он, очевидно, не намеревался сначала удовлетворить потребности леса Тянь Фа. В конце концов, это было бы сродни концентрации на деталях, игнорируя основы.

Одна из этих шести таблеток предназначалась его дедушке. Остальные были для Цзюнь Вуя, Одинокого Сокола, Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня. Байли Лу Юн тоже получит одну из этих таблеток, если сможет завершить поставленные перед ним цели в течение согласованного периода времени.

Большинство из этих людей не достигли уровня Духа Суань. А этот уровень силы был минимальным требованием для этих таблеток. Но Цзюнь Мосе был уверен, что они смогут продвинуться до этого уровня за короткий промежуток времени.

«Мы сможем смотреть на весь мир с высокомерием, если сила нашей семьи будет расти!»

Можно сказать, что Цзюнь Мосе был полон уверенности, так как у него были эти таблетки. До сих пор он создал только один вид из трёх. Но Цзюнь Мосе был уверен, что создание этих двух других не за горами. Это было потому, что Цзюнь Мосе явно чувствовал свой прогресс. На самом деле он мог почувствовать, что он достиг пика уровня Суань Неба! Более того, он чувствовал, что уровень Духа Суань находится всего в шаге от него.

Это увеличение в его силе также улучшило его способности создавать таблетки.

Те двое детей всё ещё упорно учились бою. Двое немых детей практиковали стили меча, которые он им показал... даже в темноте ночи. На самом деле двое детей, казалось, никогда не закончат. Было неизвестно, сколько потов с них сошло за всё это время.

Цзюнь Мосе вздохнул. Тяжёлый труд этих двоих мог бы шокировать любого. Но их врождённые способности были слишком низкими. Они приняли Десятилетние таблетки. Но их нынешняя сила всё ещё была слишком низкой, чтобы дать им таблетки для закалки костей. Более того, они не могли ни говорить, ни писать. Так что общаться с ними было очень сложно...

«Они не могут говорить?» – глаза Цзюнь Мосе загорелись, когда он вспомнил кое-что особенное: очень уникальный навык, чревовещание.

«Изучение этого может занять некоторое время. Но не будет ли проблема решена с лёгкостью, если я смогу передать этот навык им? И это будет особенно полезно с этими двумя детьми, так как они не могут говорить! Одной проблемой станет меньше, как только это произойдёт! И как я раньше не допёр?»

Глава 505. Хуан Тай Ян

Йе Гухан сидел со скрещенных ногами, наблюдая за тренировками двух детей. Его лицо не выражало абсолютно ничего, а тело было неподвижным, будто статуя. Тем не менее в его разуме кружились мысли о его технике меча.

За последние несколько дней он не делал ничего другого; он только размышлял и практиковал свои методы боя. Он взял этих двух маленьких детей в качестве образцов для подражания. И он начал создавать и практиковать однорукую технику меча. Он решил использовать эту возможность, чтобы снова жить с единственной целью – создать свою оригинальную технику меча!

Одинокий Сокол тоже не спал. Он был в кабинете дедушки Цзюнь с Цзюнь Вуем. Неизвестно, что они обсуждали в это время...

Всё казалось довольно мирным. Всё казалось благоприятным.

Цзюнь Мосе расслабленно улыбался, наслаждаясь минутами отдыха.

Внезапно издалека раздался шум сокрушительного порыва ветра. Но исключительно мощная и живая аура напрочь отметали версии о буйстве стихии. Более того, эта ужасающая аура двигалась в сторону Цзюнь Мосе совершенно наглым и слишком быстрым образом. Если приглядеться, даже на таком расстоянии можно было разглядеть в ауре килограмм гнева и маленькую тележку желания убивать!

Эта аура была настолько сильной, что казалось, будто её источник просто поглотит Небо и сотрясёт Землю. Она была несравненно свирепой. Цзюнь Мосе мог подумать только об одном человеке, который мог быть настолько сильным. Или, может быть, чуть сильнее... и этот человек был Почтенным Мэем – Владыкой леса Тянь Фа!

Можно сказать, что даже два ужасающих мечника из Неуловимого Мира Бессмертных – Мастер Ливня и Мастер Урагана – не были на одном уровне с этим человеком.

Такая сила, очевидно, достигла вершины человеческих достижений.

Зрачки Цзюнь Мосе сузились:

«Он наконец…»

«Это будет отличная разборка!»

«Я уверен, что этот человек – старый предок семьи Хуан!»

Он смог понять, кто этот человек, лишь приняв во внимание злобу и гнев в его ауре.

«Она совершенно безудержна; он словно вопит во все углы, что идёт на серьёзные разборки!»

«Он имеет на это право: способности этого человека поистине непревзойдённые в этом мире! Хотя, по сравнению со мной… Интересно, какую-то большую рыбу я поймаю сегодня вечером?»

Одинокий Сокол и двое из семьи Цзюнь в кабинете малость охренели и резко подняли головы.

Королева Змей была в своей комнате. Её лицо тоже наполнилось шоком. Она подпрыгнула на месте и быстро выбежала из комнаты.

Мэй Сюэ Янь тоже нахмурилась, а её глаза вспыхнули от негодования. Но она продолжала сидеть неподвижно и ровно.

В следующий момент на вершине самой высокой башни в резиденции семьи Цзюнь ударила огромная молния, из которой появился силуэт. Человек был одет в богатые фиолетовые одежды. У него были белые волосы, он был довольно высок и очень крепок. Золотая вышивка по краям его одежд блестела при лунном свете. Это делало его образ ярким и вычурным.

Он стоял с руками за спиной и не произнёс ни слова. Но внушительная аура, которая выходила из его тела бушующими потоками, уже «сообщила» всем о его прибытии. Человек его статуса не будет говорить по собственной инициативе в резиденции семьи Цзюнь. Поэтому он ждал, когда кто-то выйдет и заговорит первым.

Тем не менее этот исключительный эксперт не понял, что его ноги приземлились на вершину Пагоды Хунцзюнь, когда он коснулся вершины башни резиденции Цзюнь. Мосе прятался внутри Пагоды в это время.

- Могу ли я спросить, кто такой пи**ец какой способный и сильный человек, решил украсить дом моей семьи Цзюнь своей светлой персоной так поздно ночью? Меня зовут Цзюнь Чжан Тиан. Великодушно простите, что не пришёл принять вас заранее. Почему-то не был предупреждён о вашем визите, – раздался глубокий и сильный голос.

Старик Цзюнь уже определил, что никто в семье Цзюнь не может соперничать с этим незнакомцем. Но его голос был спокоен и не имел даже намёка на страх.

Цзюнь Чжан Тиан встречал немногих таких экспертов за свою жизнь. Но его жизнь была долгой, и он повидал множество неожиданных событий. Фактически он был человеком, способным сохранить самообладание даже перед лицом извержения вулкана. Даже Великие Мастера редко могут достичь такого уровня самообладания.

- Цзюнь Чжан Тиан? Ха-ха... Ты недостоин говорить со мной! – человек на вершине башни безумно рассмеялся. – Человек, который был достаточно смелым, чтобы помешать делам моих людей Иллюзорного Океана Крови прошлой ночью, должен встать передо мной! Ты же не хочешь разозлить меня?

В это время раздался и насмешливый голос:

- Иллюзорный Океан Крови? Какое причудливое название! Вы подразумеваете, что другие не имеют права задержать вора, если этот долбаный вор каким-то образом связан с Иллюзорным Океаном Крови?

Тонкий и высокий силуэт медленно подходил ближе. Его длинные волосы развевались на ветру. Казалось, что в его глазах собрались молнии. Он стоял прямо и непоколебимо, как гора, его руки тоже были заложены за спину. Это был Одинокий Сокол!

Характер Одинокого Сокола всегда был необузданным. Он всегда жил на своих условиях. Он искренне презирал тех, кто использовал силу, чтобы запугивать других; особенно если они этого не заслужили. Так что он, разумеется, рассердился и ответил довольно высокомерно, когда увидел, что этот человек говорит довольно громкие слова с крайним высокомерием?

Одинокий Сокол смутно слышал о том, что произошло накануне вечером. Он понял, что кто-то упустил прекрасную возможность. И тут припёрся этот высокомерный хмырь. Одинокий Сокол знал, что он вряд ли сможет сравниться с этим человеком. Но он всё равно хотел попробовать себя в бою.

Во всяком случае, следует сказать, что Одинокий Сокол был очень удивлён, услышав такие громкие разговоры и громкий рёв этого старика:

«Три Святые Земли настолько удивительны? Высокомерие этого человека, вероятно, не имеет себе равных в этом мире. Но мне всё равно наплевать на тебя!»

- Кто ты такой? – предок Хуан посмотрел. – Скажи мне своё имя. Я должен узнать его, прежде чем прикончить! Я никогда не убиваю безымянные куски дерьма!

- Я Одинокий Сокол! Тебе хватит или повторить? – Одинокий Сокол поднял голову и с презрением посмотрел на старика:

«Этот старый пердун похож на театрального актёра! «Я должен узнать твоё имя, прежде чем прикончить! Я никогда не убиваю безымянные куски дерьма!» Да в нём актёр драматического театра погибает! Великие Мастера этих трёх Святых Земель конкретно самоуверенны!»

«Если ты хочешь хорошенько подраться – это нормально и понятно. Но зачем ты раскидываешься такими красивыми словами? Ты думаешь, что ты герой драмы или типа того?»

- Одинокий Сокол? Ха-ха... Можно предположить, что ты Новенький восьмой Великий Мастер, верно? Я слышал о тебе! – старик поднял белые брови и прорычал. – Но я о тебе не слышал ничего впечатляющего! У тебя слишком мало сил, чтобы попасть в наш Иллюзорный Океан Крови! И всё же ты смеешь шуметь передо мной, полагаясь на свою скудную силу? Ты недостоин драться со мной!

- Я хотел бы проверить это в бою, как мужчина, а не крича об этом на всю округу, как тупая баба! В любом случае ты припёрся сюда незваным и ведёшь себя нагло, будто ты тут хозяин. Я предполагаю, что ты не намерен скрывать свою личность. Я даже не знаю, какое положение ты занимаешь в Иллюзорном Океане Крови. Но я даже спрашивать не буду, ведь ты настолько тщеславен, что сам будешь орать все свои титулы на весь район, так ведь? – Одинокий Сокол фыркнул.

- Я скажу тебе своё имя, юноша. Но после этого ты твёрдо поймёшь; ты не должен позволять имени этого старика запугать тебя! – предок Хуан рассмеялся. Затем он взглянул на Одинокого Сокола и сказал. – Я — солнце, сжигающее тысячи гор – Хуан Тай Ян!

- Пфф, – хихиканье послышалось из пустого воздуха. Скрывающийся Цзюнь Мосе не смог удержать смех:

«Имя этого старика – потрясающее. Он на самом деле зовётся «Хуан Тай Ян»... прямо как «Чрезвычайно порнографичный мужик»! Нашёлся лысый из… А-а-а, я уже не в том мире… Ладно, а вот его прозвище интересно. Ведь его легко можно понять как «Подвиг тысячи гор»! Это идеально! Я думаю, что невозможно смеяться над этим человеком!»

Цзюнь Мосе действительно нашёл это имя очень смешным, но Одинокий Сокол не чувствовал того же.

Это было потому, что это забавно звучащее «Солнце, которое сжигает тысячи гор» – Хуан Тай Ян – было великой легендой сто тридцать лет назад. Он родился со средними талантами; в нём не было ничего исключительного. Его таланты считались хорошими в семье Хуан, но даже они не считали его очень великим. Внезапно его сила неприлично возросла в один прекрасный день, и он резко достиг уровня Духа Суань. Затем он путешествовал по миру в поисках противников. Он был очень жесток в те времена. Точно неизвестно, сколько экспертов погибло от его рук.

Легенда гласила, что его сила Суань была безгранична. Она продолжала расти с шокирующей скоростью. Он прошёл путь от уровня Земли Суань до Великого Мастера очень быстро. На самом деле ему потребовалось всего несколько лет, чтобы стать лучшим экспертом в мире, как только он прорвался через порог Духа Суань. Следовательно, он стал великой легендой в те времена; он стал просто величайшей легендой в сообществах Суань. Поговаривали даже, что он однажды столкнулся с одним-двумя Королями зверей Суань. Более того, он просто размазал их, как котят.

Прогресс его силы Суань стал самой большой тайной мира в те дни.

«Какая сила может заставить эксперта Земли Суань внезапно прорваться на уровень Духа Суань... и сразу после этого – на уровень Великого Мастера? Всего через несколько лет?»

Очень многие люди старались узнать о его происхождении.

Семьи убитых врагов и многие другие эксперты Суань постепенно собрались в такую большую толпу, что ни один Великий Мастер не сумел бы справиться с ними. Но он убил их всех с лёгкостью, используя только свою собственную силу.

Это продолжалось до тех пор, пока Хуан Тай Ян внезапно не исчез. Его кровавая легенда подошла к концу.

Так называемая «легенда» исчезла из мира, но, оказалось, что он попал в Иллюзорный Океан Крови в реальности.

Когда он исчез, семье Хуан едва не пришёл конец. Все обозлённые им люди решили, что, если начать убивать и пытать членов его семьи – он появится снова. Члены семьи Хуан знали, что он присоединился к Иллюзорному Океану Крови. Однако он никогда с ними не общался. И у них не было достаточной силы, чтобы связаться с Иллюзорным Океаном Крови. Таким образом, они потеряли все контакты с ним.

Семья Хуан потеряла своего самого влиятельного сторонника. Поэтому у них не было другого выбора, кроме как терпеть любые издевательства, и они не могли что-либо сделать. Их продолжали давить, пока они не превратились в обычную семью Суань без каких-либо сил. Это было особенно верно в последние годы. Фактически им бы уже давно пришёл конец, если бы не покровительство семьи Дугу.

Очень любопытное совпадение, что этот легендарный небесный предок семьи Хуан прибыл как раз тогда, когда Цзюнь Мосе и Танг Юань решили покончить с ними.

- Итак, этот старик Хуан – старший! Должен ли я предположить, что старший Хуан прибыл сюда, чтобы восстановить былую мощь? – Одинокий Сокол был ошеломлён, так как он знал, кто такой Хуан Тай Ян. Но его язык работал так же, как и раньше.

- Чтобы восстановить мощь... и я не против убить несколько человек, – Хуан Тай Ян посмотрел на него с презрением. Его голос звучал, как уханье совы. – Например, человечка, который полагался на свою незаслуженную репутацию, чтобы стать Восьмым Великим Мастером по счастливой случайности. Или, может быть, даже самым никчёмным Великим Мастером, который думает, что он лучше меня – величайшего в этом мире...

Одинокий Сокол мгновенно взбесился. В его глазах вспыхнул резкий свет:

- Хуан Тай Ян! Я назвал тебя «старшим», чтобы показать уважение! Но не продолжай издеваться над другими из-за твоей гнилой репутации из прошлого! Ты слишком стар и забыт с тех самых пор, как давно исчез! Сейчас мир – не тот, с которым ты когда-то был знаком! Ты бы лучше начал беспокоиться о своей давно просроченной легенде! Ты ведь не хочешь, чтобы твоя двухсотлетняя репутация была уничтожена мной, а?

Предок Хуан рассмеялся. Он был вне себя от радости... как будто услышал очень смешную шутку. Его тело даже задрожало от смеха.

Внезапно холодный и безразличный голос нетерпеливо проговорил:

- Откуда взялась эта старая ворона? Какого чёрта ты так поздно ночью каркаешь? Своим шумом ты нарушил мой глубокий сон!

Голос был не очень громким, но, тем не менее, он эхом разнёсся по всей резиденции, как гром. Кроме того, он с легкостью заглушил ауру Хуан Тай Яна. Казалось, будто острый меч внезапно упал на землю с небес в темноте ночи.

Каждое слово звучало так, как будто Бог грома давал волю своему гневу. Все, кто слышал это, задрожали.

Глава 506.1. Смертельная атака сокола и змеи! (часть 1)

- Кто это такие? Могу я спросить, кто эти двое других жителей Святой Земли? Я прошу вас показаться, чтобы какое-нибудь недоразумение не повлияло на нашу дружбу!

Предок Хуан осторожно взглянул на появившегося. Этих слов было достаточно, чтобы он оценил силу этого человека. Эти слова были простыми, но он понял, что этот человек был чрезвычайно силён. Фактически он просто проигнорировал оскорбление, скрытое в словах этого человека и задал вопрос вместо того, чтобы отвечать оскорблением на оскорбление. Даже тон его голоса изменился. И это потому, что он быстро понял, что сила этого незнакомца была чрезвычайно высока.

Следует отметить, что все оскорбительные слова были не более чем обыденностью, когда речь шла об обеспечении его безопасности перед лицом такой опасности. Хуан Тай Ян был человеком, который обладал опытом в сотни лет. Как он мог не понять эту истину?

«У семьи Цзюнь всё-таки есть такой эксперт!»

«И один только его голос говорит о том, что его сила не может быть ниже моей…»

Хуан Тай Ян был чрезвычайно потрясен в этот момент.

«Кажется, я недооценил семью Цзюнь. Этот чрезвычайно сильный эксперт и Великий Мастер Одинокий Сокол могут стать огромной угрозой для меня, если они будут действовать сообща. На самом деле они могут даже представлять смертельную угрозу для меня!»

Хуан Тай Ян прибыл в семью Цзюнь с намерением шантажировать их и забрать таблетками для закалки костей. Однако эта мысль быстро развеялась в его голове. Он даже начал обдумывать путь к отступлению... потому что его способность восприятия и интуиция уже дали ему понять, что он, возможно, попал в большую опасность. Он чувствовал, что одно неверное движение может всё разрушить. Фактически это может привести к его похоронам, в худшем случае.

Его многолетний опыт работы в обществе умерил его инстинкты. А предок Хуан всегда доверял своим инстинктам.

Раздался лёгкий шорох, и рядом с Одиноким Соколом появилась одетая в зелёное девушка. Она холодно посмотрела на Хуан Тай Яна и сказала:

- Это я.

Оказывается, бесплотный голос принадлежал Мэй Сюэ Янь. Но человек, который появился в открытую – Королева Змей!

Глаза Хуан Тай Яна широко раскрылись, когда он посмотрел на неё. Он думал, что человек, который говорил, будет экспертом уровня Великого Мастера. Он ожидал, что этот человек будет старым, как и он сам. На самом деле он представлял себе старушку с морщинистой кожей и сгорбленной спиной. Но он не ожидал, что этот человек окажется такой красивой молодой девушкой. От удивления он вскрикнул:

- Это была ты?

Это был первый раз, когда Королева Змей и Одинокий Сокол встретились после того, как они прибыли в резиденцию Цзюнь. Надо сказать, что их первая встреча прошла явно не по сердечным мотивам. Поэтому Одинокий Сокол уставился на неё широко раскрытыми глазами. Его реакция была бы довольно… бурной, если бы не его сильная способность контролировать себя. И всё равно, не вскрикнуть от удивления стоило ему больших усилий. Тем не менее он сдерживал себя с большим трудом. Но в его глазах витало такое недоумение и удивление, что прочитать его мысли ничего не стоило.

«Как Королева Ядов – величайшая из всех Королев Змей, Королева зверей Суань из леса Тянь Фа – появилась здесь так внезапно?»

- Ну что ты так на меня уставился, Сокол? Ты находишь шокирующим то, что я появилась здесь? – фыркнула Королева Змей, недовольно посмотрев на него.

- Эмм... ну… проблема в том... Да, серьёзно – как ты здесь оказалась? – Одинокий Сокол был в тупике. Он запнулся, как будто его разум закоротило:

«Разве она не должна была последовать за старшим в лес Тянь Фа? Итак, как она внезапно появилась в резиденции Цзюнь? Разве это место не слишком далеко к северу от ее южных территорий?»

- Я последовала за тобой сюда... хе-хе... – усмехнулась Королева Змей.

- О... Так вот что случилось! – он посмотрел на Королеву Змей, и удивление окончательно заняло главенствующее положение в его голове. Затем он подумал о том, когда Цзюнь Мосе пропал на два дня в Южном Небесном Городе.

«Возможно ли, что он отправился в лес Тянь Фа... и в итоге очаровал Змеиную Королеву в то время? Да уж, он действительно… энергичный молодой человек!»

«Хотя можно ли назвать его просто энергичным человеком? Нет... Даже лучшие из мужчин не смогли бы это провернуть!»

«Похоже, молодой господин Цзюнь встретил Королеву Змей как раз в те два дня. Более того, они, должно быть, влюбились друг в друга или даже полюбили друг друга. После этого Королева Змей стала переживать из-за их отношений, после того как Цзюнь Мосе покинул Тянь Фа. Должно быть, она последовала за ним сюда. Более того, я даже помню, что Цзюнь Мосе бесследно исчезал много раз в те дни. Так значит, это, оказалось, любовные свидания!»

«Чёрт, вот совратитель! Ему даже удалось пошалить с Королевой зверей Суань…»

Одинокий Сокол даже нарисовал план, диалоги и общий сценарий этой драмы в своей голове за такой короткий период времени. Более того, он даже «нашёл» соединительные нити. И чем больше он думал об этом... тем больше он чувствовал, что всё должно было произойти именно таким образом…

Одинокий Сокол действительно хотел пасть ниц в восхищении в этот момент:

«Кто бы мог соблазнить такую прекрасную женщину, даже если бы она происходила из обычных смертных людей? Но этот молодой господин Цзюнь преспокойно сумел соблазнить Королеву зверей Суань из Тянь Фа! Он очень доблестный человек! Его мастерство и обаяние поистине необыкновенны!»

Нужно было сказать, что мысли Одинокого Сокола были немного неверными. Но это было не очень далеко от истины – он просто ошибся в реальной цели мальчика…

Эти два человека говорили так, как будто никого больше там не было. Тем не менее Хуан Тай Ян был экспертом с силой уровня Великого Мастера из одной из трёх Священных Земель. Он был чрезвычайно опытным человеком из тайного мира. Но его вопросы были проигнорированы и остались без ответа. Человек с такой личностью и силой был просто проигнорирован, да ещё и так нагло. Хуан Тай Ян сначала попытался вытерпеть это оскорбление. Но двое других просто продолжали болтать между собой, как двое встретившихся после долгой разлуки бывших любовников, и не придавали ему никакого значения. Это, очевидно, очень разозлило предка Хуан. Его гнев в конце концов вспыхнул, и он злобно взревел:

- Вы, сопляки! Как вы посмели так унизить и оскорбить меня? Как вы посмели вести себя так, будто этого старшего здесь нет?! Я покажу вам, что случается, когда я свирепею!

Со свистом ветра силуэт «игнорируемого» Хуан Тай Яна слетел вниз с вершины башни. Его белые волосы красиво развевались позади. Его руки в это время делали странные вращающиеся жесты в воздухе, когда он камнем падал вниз.

Все присутствующие внезапно почувствовали очень странное ощущение в тот момент, когда старик упал. Это было очень резкое и странное чувство; все вдруг на секунду почувствовали, что потеряли контроль над своим телом. Никто даже вздохнуть не мог – ни нос, ни рот не слушались мозга. Разумеется, это шокировало всех вокруг.

Этот приём Хуан Тай Яна, казалось, переместил воздух из этой области. И в результате этот большой двор, казалось, стал полностью безвоздушной зоной. А центральной точкой этой аномалии стал какой-то закрученный вихрь Суань Ци. Все присутствующие почувствовали, как будто этот вихрь притягивает их тела.

Тем не менее если человек попадёт в этот вихрь, несомненно, Хуан Тай Ян сможет сделать с ним всё, что захочет!

Результат этой техники были несколько похож на ту самую Клетку Мира. Но их относительная сила отличалась просто кардинально. В конце концов, эта техника не достигла того уровня, когда атакующему нужно было только поднять руку, чтобы прикончить врага. Но эта техника всё ещё могла шокировать всех.

Четыре человека, присутствующие здесь, одновременно активировали свою силу Суань. Самая низкая сила среди Цзюнь Чжан Тиана, Цзюнь Вуя, Зелёной Охотницы и Одинокого Сокола, была на уровне Суань Неба. Поэтому все успели вовремя отреагировать. Тем не менее более слабые могли потерять контроль, когда попали в зону атаки. Отец и сын Цзюнь знали, что они недостаточно сильны, и стали бы обузой для остальных, если они станут действовать опрометчиво. Поэтому они приняли единственно верное решение: они быстро развернулись и побежали назад, подальше от вихря. Одинокий Сокол взмахнул рукой и отбросил их подальше от этого странного вихря. Из-за его силы Цзюнь Чжан Тиан смог отбежать в безопасное место. Тем не менее он увидел волосы Одинокого Сокола и Королевы Змей, развевающиеся в воздухе... они уже начали сражаться с Хуан Тай Яном!

Они оба делали похожие движения. Одинокий Сокол расправил руки и начал вращаться, чтобы противодействовать грозной тяге из центра вакуума. Его два «птичьих когтя» словно бы кричали на ветру. Королева Змей тоже вращалась в противоположном направлении. Затем она вдруг неподвижно замерла на секунду. А потом она стремительно бросилась на Хуан Тай Яна, подобно скользящей змее.

Ветер яростно завыл, когда Одинокий Сокол поднялся в воздух. Он поднялся вверх, как хищная птица. Через долю секунды он был на умопомрачительной высоте, а ещё через долю секунды – бросился сверху на Хуан Тай Яна.

Глава 506.2. Смертельная атака сокола и змеи! (часть 2)

Эти два человека напали сверху и снизу... как парящий сокол и ядовитая змея. Кроме того, их совместная атака стала почти синхронной, как будто они договаривались и репетировали заранее!

Смертельная атака сокола и змеи!

Хуан Тай Ян резко крикнул:

- Это Всё бессмысленно! Лишь показуха, великолепный блеск от маленькой никчёмной жемчужины!

Его тело внезапно начало очень быстро вращаться, как будто он превратился в торнадо. А в следующую секунду он начал бить кулаками. На самом деле, казалось, что перед ним появилась стена из кулаков, разящих с ужасной силой.

Одинокий Сокол взревел:

- Призрачный Сокол!

Его тело снова взмыло вверх, а удары когтей сотрясали землю. Зелёный свет вспыхнул в глазах Королевы Змей, и несколько тонких тёмных теней, похожих на волосы, выстрелили из её тела, рванувшись к врагу. Они бросились к его рукам, ногам и голове.

Хуан Тай Ян на секунду остолбенел. Затем он холодно фыркнул:

- Откуда может быть так много змей в такую холодную зиму!

Несколько взмахов – и многочисленные тени от его ударов разлетелись во все стороны. Тем не менее Королева Змей и Одинокий Сокол уже приблизились к нему.

С взрывом три человека разлетелись в разные стороны. Но их это даже не смутило: они двигались с такой умопомрачительной скоростью, что в глазах рябило.

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй были на одной стороне с Одиноким Соколом и Королевой Змей. С самого начала они едва могли увидеть удары и движения этих троих. Но едва они моргнули, как скорость этих троих увеличилась в геометрической прогрессии. В их глазах эти трое внезапно превратились в тени, а чуть позже и вовсе слились в одно целое тёмное пятно. Теперь можно было различить только громкие крики и звуки ударов.

Разумеется, три человека, сражающиеся не на жизнь, а на смерть, не обращают внимания на окружающую обстановку. Они творили хаос! Цветы и листья разлетались в воздухе. Однако ни один предмет не оставался на земле долго. Три разъярённых человека использовали в качестве оружия все, что угодно: доски, палки, камни потяжелее, даже веточки толщиной со спичку. Никто никогда бы не подумал, что обычный листочек с дерева можно использовать, чтобы ранить противника. А одуванчик – вообще смертельное оружие в руках Великого Мастера…

Одинокий Сокол и Королева Змей были известны своей скоростью и ловкостью. Свирепость Восьмого Великого Мастера была несравненной, а Зелёная Охотница была несравненным экспертом в ядах и скрытых атаках. Сокол и змея – естественные враги. Но эти двое объединили свои атаки таким образом, что их слабые стороны были скрыты сильными сторонами другого. Следует отметить, что эти два человека впервые координировали свои действия. Так что, честно говоря, это было не совсем гладко. Но их объединенные силы всё равно давали эффект, которого было достаточно, чтобы сражаться против их противника, который превосходил Великих Мастеров.

Тем не менее скорость движений Хуан Тай Яна была удивительной; она была не меньше, чем у его двух противников! Его сила Суань была очень высокой. На самом деле он был намного сильнее, чем его соперники. Два его врага, безусловно, сотрудничали, чтобы сформировать идеальную боевую пару. Тем не менее Хуан Тай Ян всё ещё не сдался и даже не уступал им.

Обычный человек никогда бы не ввязался в драку между этими тремя людьми. Эти люди атаковали бесчисленное количество раз каждую секунду. Кроме этого они также успевали и блокировать такое же количество ударов за эту же секунду.

Уровень Суань Духа Цзюнь Чжань Тиана среднего ранга был самым сильным среди тех, кто наблюдал за боем. Но даже он не мог различить, кто враг, а кто был на его стороне! Поэтому было бы бессмысленно, если бы он поспешил вмешаться в бой. В конце концов, его участие было бы лишним, так как он не смог бы оказать никакой реальной помощи.

Предок Хуан действительно заслуживал, чтобы его называли «Великим экспертом, прославившим своё имя на протяжении сотен лет». Его сила была поистине необыкновенной. Он не ушёл в глухую оборону, когда начал сражаться с Одиноким Соколом и Змеиной Королевой. На самом деле он даже имел преимущество в начале. Но со временем координация атак и совместные действия Одинокого Сокола и Королевы Змей становились всё лучше и лучше. За какие-то несколько минут они начали сражаться гармоничнее. Их движения стали более плавными. Следовательно, они начали преуспевать в подавлении Хуан Тай Яна. Фактически они даже смогли взять инициативу в свои руки. Но победить предка Хуана всё ещё оставалось довольно сложным делом…

Хуан Тай Ян оставался спокойным в течение всего этого времени. Он следил за каждым своим шагом и не показывал никаких признаков тревоги или страха. Только уголки его рта медленно превращались в злую усмешку. Казалось, что Хуан Тай Ян был уверен, что он всё равно может победить семью Цзюнь и достичь своей цели.

Одинокий Сокол рассмеялся, опьянённый сражением:

- Это действительно весело! Я могу сражаться, сколько душе угодно!

Он на секунду замер в воздухе, когда проревел эти слова. Затем он быстро вернулся в драку. Хаун Тай Ян был начеку и в тот самый момент, когда Одинокий Сокол решил поболтать – предок Хуан провёл мощную и решительную атаку ладонью. Тем не менее Одинокий Сокол всё же решил атаковать, вместо того, чтобы уйти в защиту.

Внезапно кровавая аура вырвалась из тела Одинокого Сокола, когда он приготовился столкнуться с тираническим давлением такого исключительного эксперта. Его волосы трепетали на ветру, он безрассудно бросился в бой, пренебрегая собственной безопасностью. Фактически Одинокий Сокол двигался так, что почти восемьдесят процентов импульса свирепой атаки Хуан Тай Яна попадёт в него!

Зато огромное давление, которое оказывалось и на Королеву Змей, уменьшилось из-за его действий. Но как Королева зверей Суань из Тянь Фа могла принять преимущество за чужой счет? Она громко зашипела, а её кожа стала отливать матово-зелёным цветом. Через долю секунды она атаковала прямо в голову Хуан Тай Яна! Её тело внезапно разделилось на восемь частей, когда она приблизилась. Затем все восемь Змеиных Королев атаковали одновременно.

Хуан Тай Ян лишь усмехнулся и крикнул:

- Давай!

Он резко ударил вперёд ладонями, встречая атаку. Уголки рта Королевы Змей свернулись в усмешку. Её тело вспыхнуло зелёным светом, на мгновение ослепившим всех. А когда свет исчез, оказалось, что всё поле битвы заполнено двойниками Королевы Змей!

Хуан Тай Ян был поражён, увидев это, и даже не мог скрыть свой шок. Одинокий Сокол тоже не терял времени даром и бросился вниз. Жестокая усмешка давала понять, что он идёт на безжалостный удар. В конце концов, была только одна область, которую он мог использовать, чтобы дополнить убийственный ход Королевы Змей — небо!

Хуан Тай Ян взревел и контратаковал изо всех своих сил.

В мгновение ока девять ладоней Королевы Змей ударили в цель. Ни одна из копий не была фантомом, как надеялся Хаун Тай Ян. Между тем, семь когтей Одинокого Сокола ударили его в грудь.

Хуан Тай Ян дико рассмеялся, даже не предпринимая попыток уклониться от этих атак. Тремя ударами ладони он отразил атаки Одинокого Сокола. Лишь одной ногой он обрушил целый ряд ударов, чтобы отразить Змеиную Королеву. Королева зверей Суань издала тихий стон, но сразу же ответила на удар. Все три человека получили удары одновременно. Но эти три человека считались и почитались как самые сильные среди многих экспертов своего окружения. Как они могли выдержать такое? Они пришли в ярость и зарычали, бросившись в атаку снова. На самом деле они решили атаковать изо всех сил!

Три рёва отозвались эхом, когда эти трое устремились в небо. Облака над городом Тянсян не выдержали такого ужасного давления и рассеялись.

Звуки ужасных ударов долетали до земли, где в них вслушивались зрители поневоле. Холодные проклятия Королевы Змей, безумный смех Одинокого Сокола и громкий рёв Хуан Тай Яна также отдавались эхом среди этого хаоса. Внезапно послышался очень громкий взрыв.

Этот внезапный и громкий взрыв потряс всю землю. Казалось, что город Тянсян тряхнуло землетрясение!

Этот громкий взрыв сопровождался всплеском непреодолимой силы. Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй смотрели на всё это со стороны. Однако даже их отбросило метров на тридцать назад. Дальше лететь они уже не могли, потому что врезались в стену дома.

Силуэты трёх человек разлетелись в стороны и рухнули на землю. Одинокий Сокол встал, сделал два шага назад и попытался твёрдо встать на ноги, но он пропустил ужасной силы удар в грудь. Одинокий Сокол едва мог стоять на ногах. Его лицо стало бледным. Кровь медленно вытекала из уголков его рта. Однако даже это не помешало ему яростно скалиться.

Королева Змей рухнула вниз, будто воздушный змей с подрезанной нитью. Но она тоже поднялась с земли, слегка пошатываясь. Её милое личико побледнело. Её ноги, казалось, приросли к земле.

Хуан Тай Ян тоже не смог удержаться на ногах и громко рухнул на землю, дважды перевернувшись в воздухе. Его ранее аккуратно расчесанные волосы были в полном беспорядке... Его лицо выражало лишь всепоглощающую ярость. Он взмахнул руками, и десятки пурпурных объектов отлетели от его тела, как бабочки.

Глава 506.3. Смертельная атака Сокола и змеи! (часть 3)З

Оказалось, что Хуан Тай Ян не смог блокировать удары Одинокого Сокола и Королевы Змей. Его ударили девять ладоней и семь когтей сразу. Но старик обладал отличной культивацией. Таким образом, его тело было способно выдержать эти удары. Но его фиолетовое платье было разорвано в шестнадцати местах от этих ударов. И сейчас, когда окружающая его тело защитная плёнка Ци истончилась, шестнадцать кусков отделились от его одежды и упали на землю.

Растрёпанное фиолетовое платье теперь напоминало одежду нищего. Тем не менее это обнажило мягкие золотые доспехи, которые он носил под одеждой.

Цзюнь Мосе прятался всё время, пока шли боевые действия. Сейчас же он оставался в укрытии, но едва дышал. Молодой господин прекрасно понимал, насколько ужасны были атаки Одинокого Сокола и Змеиной Королевы. Но эти свирепые шестнадцать атак, по-видимому, не оказали никакого влияния на предка Хуан.

«Что носит этот урод?»

«Этот золотой доспех, должно быть, сыграл в этом какую-то роль. Но сила старика очень высока. Кроме того, прочность его тела также достигла шокирующей степени».

«Неудивительно, что Мэй Сюэ Янь сказала, что мои исключительные и быстрые атаки будут бесполезны против настоящего мастера. Даже мой острейший меч не принесёт никакой пользы против такого сильного врага. Я должен признать, что даже моя внезапная атака может не сработать против этого Хуан Тай Яна!»

«Есть на самом деле что-то странное в этом мире!» - Цзюнь Мосе ликовал втайне, так как он, к счастью, не использовал свой божественный меч для скрытной атаки. В противном случае его нынешняя жизнь подошла бы к довольно печальному концу.

Хуан Тай Ян молча склонил голову, чтобы посмотреть на свою теперь разорванную фиолетовую одежду. Затем он тяжело поднял глаза. Старик улыбнулся:

- Это удивительно! Я не получал травм бог знает сколько лет. Но вы, сопляки, каким-то образом добились этого! Это странное и новое чувство! Ха-ха-ха... я удовлетворён! Я очень доволен!

Он остановился и посмотрел на Одинокого Сокола:

- Твоя репутация не незаслуженна, Одинокий Сокол! Этот старик признает, что репутация Восьмого Великого Мастера твоя вполне заслуженна! Но очень обидно, что тебе придётся умереть сразу после получения признания этого старика! Честно говоря, это прискорбно!

Одинокий Сокол рассмеялся в ответ:

- Умру я или нет... или даже когда и как я умру... не имеет ничего общего с тем, что ты говоришь и во что веришь!

Хуан Тай Ян проигнорировал его и злобно посмотрел на Королеву Змей:

- Ты тоже очень сильна, молодая девушка. Этот старик надеется, что с возрастом его глаза не ослабели... но ты, должно быть, выдающаяся Королева Змей из леса Тянь Фа, если я не ошибаюсь?

- Ты всё ещё смеешь называть меня молодой девушкой, хотя знаешь, что я Королева Зверей из Тянь Фа? Ты слишком самоуверен, Хаун Тай Ян! Тебе едва исполнилось двести лет. И ты всё ещё ведёшь себя как старший передо мной?

- Ха-ха... Королева Змей – старое существо, это верно! Но твой возраст приравнивается к человеческому эквиваленту, когда ты появляешься в человеческой форме. И Королева Змей из Тянь Фа не выглядит старше тридцати лет. Но этот старик провел двести лет в этой оболочке плоти. Значит, будет неправильно, если я назову тебя "молодой девушкой"? Только не говори мне, что ты хочешь, чтобы я называл тебя змеёй с запахом рыбки? – предок Хуан злобно рассмеялся.

- Ублюдок! Что ты хочешь этим сказать? Ты хочешь сказать, что я пахну рыбой? – у Королевы Змей была внешность девушки, которой не было и двадцати. Разумеется, и её характер не был достаточно спокойным. И эта черта была особенно видна, когда слова касались её физической красоты. Ведь женщины всегда любят казаться красивыми. Поэтому слова Хуан Тай Яна внезапно разозлили её.

- Я думал, что Цзюнь, наконец, поднялись по служебной лестнице при поддержке таинственного мастера. И я принял это за причину, по которой они осмелились так открыто противостоять нашему Иллюзорному Океану Крови. Но теперь я вижу, что их поддерживает лишь Королева Змей из Тянь Фа! Думаю, это хорошая маскировка для работы. Однако, это очень жалко... В конце концов, это имя могло заставить меня бояться двести лет назад. Но сейчас... ха-ха-ха... лес Тянь Фа давно стал вчерашним днём. У вас, зверей, нет достаточных сил, чтобы считаться Священной Землей! Более того, вы, люди, ничто перед сильными экспертами моего Иллюзорного Океана Крови. На самом деле ты – всего лишь ничтожная змея! И не говори мне, что ты думаешь, будто ты дракон или типа того? Ха-ха, – выражение лица Хуан Тай Яна становилось все более жестоким, когда он издевался над ней.

- Лес Тянь Фа может быть и не таким сильным, как раньше. Но воры, обученные твоим Иллюзорным Океаном Крови – ещё более постыдно! – в глазах Зелёной Охотницы вспыхнул свет. Было видно, что она искала возможность напасть. Слова этого старика уже успели её разозлить. Так как же она могла уйти, не дав волю своему гневу?

- Но появление Королевы Змей в этом месте стало настоящим шоком для этого старика!

Очень яркий свет вспыхнул в глазах Хуан Тай Яна. Он заметил, что правая рука Королевы Змей дрожит от гнева. Затем он заговорил с намерением разозлить её ещё больше:

- Я слышал, что отродье семьи Цзюнь настолько бесстыдное, что он даже не пощадил собственную невестку. Люди говорят, что он даже лишил её девственности! И, кажется, он нисколько не сожалеет о своих действиях! Но, кажется, что это отродье и правда обладает уникальными навыками, когда дело доходит до женщин! Ха-ха-ха!

Взгляд предка Хуана потемнел, и он продолжил:

- Ещё я слышал, что этот презренный мальчишка был в лесу Тянь Фа некоторое время назад. Только не говори мне, что Королева Змей тоже была обманута этим сопляком? Или он уже успел и Королеве Змей показать своего «ужа»? Это и есть причина, по которой она припёрлась за ним в этот город? Или тебя выгнали, как последнюю шлюху? Хотя ты, кажется, используешь свою силу, чтобы завоевать его расположение! Ну, тебя нельзя в этом винить. В конце концов, ты приняла облик красивой женщины. А этот сопляк, должно быть, появился перед тобой как прекрасный принц, с «клинком» наперевес! Ха-ха-ха... И как этому мусору семьи Цзюнь хватило сил, чтобы удовлетворить Змеиную Королеву? Или он не сумел, и ты поэтому злая, как сука? Если надо, я могу познакомить тебя с людьми, которые смогут удовлетворить тебя, если он не справится! Хотя, я бы и сам тебя с удовольствием трахнул! Ха-ха-ха!

Хуан Тай Ян намеренно пытался разозлить Королеву Змей. И у него это получалось…

- Заткнись, придурок! Ты подлый и бесстыдный человек! Ты всё ещё смеешь называешь себя человеком из Священной Земли? Я тебя прикончу, ублюдок! – в ярости выплюнула эти слова Королева Змей, а она уже собиралась атаковать. Но Хуан Тай Ян от души рассмеялся, готовясь встретить атаку. В конце концов, это было именно то, что он задумал. Он был сильнее обоих своих противников. Но Одинокий Сокол и Королева Змей очень хорошо дополняли друг друга. Они могли бы сформировать огромную силу, если бы хорошо координировали свои атаки друг с другом. И это увеличило бы их эффективность в два-три раза! Была вероятность, что он всё ещё сможет победить их, несмотря на их сыгранность. Но ему придется заплатить за это высокую цену…

Поэтому он решил спровоцировать одного человека. И он использовал бы эту возможность, чтобы убить человека одним ударом. Следовательно, ситуация снова будет под полным его контролем. Это также было причиной, почему он не колебался, раскрыв свою личность, и не чурался использовать настолько грязные слова. Тем не менее он не ожидал, что это будет так легко. В конце концов, это был широко используемый трюк!

В его языке тела было много презрения, когда он извергал эти провокационные слова. Тем не менее он начал концентрировать всю свою физическую силу, так как он готовился к удару! Он был готов пойти на всё, чтобы убить Змеиную Королеву одним ударом. Всё ещё был шанс, что ему не удастся убить её. Тем не менее он хотел ранить её так сильно, чтобы она потеряла способность сражаться после этого! В конце концов, ситуация будет под его контролем, если всё сложится таким образом…

Глаза Хуан Тай Яна вспыхнули зловещим блеском. Его жажда убийства наполнила воздух вокруг! Вся его сила Суань сконцентрировалась в одном месте! Все эти аспекты были предвестниками того, что он подготовил всю эту силу, чтобы сделать решающий шаг!

Он не позволит Королеве Змей вырваться из его ловушки живой! В конце концов, такая возможность была крайне редкой!

Его планы были на грани реализации!

Фигуры Хуан Тай Яна и Королевы Змей уже сблизились на расстояние удара, но вдруг изящная фигура внезапно мелькнула в небе, и послышался крик:

- Назад!

Королева Змей услышала команду этого человека, и сразу же последовала ей. Она остановилась и отступила, в мгновение ока вернувшись на своё прежнее место. Кроме того, язык её тела не показал никаких следов колебания или нежелания при этом…

Хуан Тай Ян молча смотрел на это. Затем он поднял голову, чтобы посмотреть на источник звука. Тем не менее он вдруг обнаружил, что блестящая тень ладони была в воздухе перед ним. И он сбился с дыхания от удивления:

«Этот человек скрывался в стороне всё это время, но я совершенно не осознавал этого! Что это за человек?»

«Довольно очевидно, что сила этого человека не ниже моей!»

«Чёрт… похоже, что человек, который говорил из пустоты в самом начале... это этот человек! Тем не менее я ошибочно полагал, что это был голос Змеиной Королевы! Поэтому, когда появилась Королева Змей, я перестал обращать внимание на окружающие звуки. Кто бы мог подумать, что враги скрывали такого супер мастера всё это время? Насколько ужасно было бы, если бы этот человек объединился с Одиноким Соколом и Змеиной Королевой?»

Он быстро отступил, когда эти мысли пришли ему в голову. Тем не менее тень ладони уже превратилась в ужасную стену ударов ладонью!

Оказалось, что скорость атаки этого человека превышала скорость звука! Многочисленные ладони мелькали и грохотали в воздухе. Казалось, что они уничтожат небеса и погасят солнце. Будто бы двери Ада распахнулись, и миллионы миллионов демонов вырвались наружу!

Этот удар смертелен!

Можно сказать, что Мэй Сюэ Янь чувствовала себя немного не в духе. Сначала она не собиралась выполнять эту задачу. Тем не менее она решила раскрыться в этот критический момент. Кроме того, слова Хуан Тай Яна очень разозлили её:

«Чёрт тебя возьми! Ты имеешь что-то против Зверей Суань, которые используют женские тела? Этот старый дурак сделал мне замечание?»

После этого красивая Мэй Сюэ Янь появилась, извергая гнев изо всех щелей. Но появилась она не одна, а принесла с собой для Старшего Хуана ровно девятьсот девяносто девять пиз*юлей ладонью…

Глава 507. Трагедия Хуан Тай Яна

Мэй Сюэ Янь вдруг ощутила, что все её мрачные и злые мысли куда-то делись. И в результате она почувствовала себя намного лучше. Оказалось, что избиение кого-то от всей души было хорошим способом дать выход гневу, запертому в её сердце в течение очень долгого времени. Поэтому Мэй Сюэ Янь не унималась.…

А Хуан Тай Яну досталась роль гораздо тяжелее. Фактически он стал просто живой боксёрской грушей!

Можно сказать, что трагедия Хуан Тай Яна имела определённое сходство с трагедией Ли Ю Тяня! В конце концов, они оба попали в подобную ситуацию из-за одного и того же человека – Цзюнь Мосе! Ведь это он был настоящей причиной злости Мэй Сюэ Янь в обеих случаях...

Хуан Тай Ян был застигнут врасплох этими атаками. Он постоянно отступал назад. Но скорость его отступления не могла сравниться с пугающей скоростью атак Мэй Сюэ Янь. Их сильные стороны в любом случае отличались со значительным отрывом. Кроме того, Мэй Сюэ Янь уже приняла таблетку связи жизненной силы. И в результате её скорость возросла до ужасающего уровня!

Бам! Бабах!

Эхо гуляло по городу, когда шквал ударов обрушился на тело старика. Эти звуки были больше похожи на взрывы петард. Хуан Тай Ян кричал от боли, а после особенно жестокого удара он отлетел назад, а из его рта выплеснулась кровь.

Его «сильное и крепкое» тело было очень серьёзно искалечено только после одной порции атак!

Предок семьи Хуан пошатнулся, пытаясь непослушными руками вытереть кровь, вытекающую из уголков рта и разбитых губ. Он был бледен, как призрак. Тихим и даже каким-то жалобным тоном он спросил:

- Кто ты?

Прискорбно, но Хуан Тай Ян получил в ответ ещё более свирепый шквал атак…

Эти атаки были не просто дикими и интенсивными – они были смертельными!

Хуан Тай Ян закричал, предчувствуя смерть. До сих пор он даже не мог увидеть внешность этого человека. Вместо этого, он видел только смутный силуэт и слышал этот ясный и мелодичный голос. Тем не менее он получал жуткие волны ударов.

Хуан Тай Ян никогда даже не думал, что человеческое тело способно над ним достичь такого превосходства!

Всё его тело сильно пострадало: и жизненно важные органы, и менее важные. Он верил, что у него было несокрушимое тело, но оно не давало никакой возможности сопротивляться этим атакам. Но все же его тело было не единственным, что страдало в данный момент. Даже его душа испытывала только одно ощущение – боль!

Он не испытывал этого странного чувства последние лет сто или даже больше... поэтому он постепенно забыл о её существовании. И это стало причиной того, что это «Солнце, сжигающее тысячи гор», стало таким высокомерным с течением времени. Но сейчас он, наконец, снова попробовал этот давно забытый вкус страха!

Он понял, что нападавший не собирался убивать его. Ведь сил противника было достаточно, чтобы убить его в любую секунду. Хуан Тай Ян не знал о причине такого рода действий этим человеком, он также не мог понять, почему этот человек не пытается убить его. Тем не менее он мог сказать, что этот человек явно был в ярости, и только пытался выплеснуть свой гнев на него!

Но старик также знал, что у него не останется достаточно сил, чтобы сбежать, если эти почти смертельные атаки продолжат обрушиваться на него с такой силой. Эти атаки в конечном итоге уничтожат его боевые способности, даже если они не убьют!

Хуан Тай Ян попытался пробудить свою силу Суань. Затем он взревел и устремился в небо. Но пока он только взлетал, ему в спину прилетела серия из четырёх ударов! Можно ли это также рассматривать как счастливый случай? В конце концов, разве он не сможет убежать, используя импульс этих ударов?

Цзюнь Мосе наблюдал за дракой из своего укрытия. Тем не менее он закричал от волнения в этот момент:

- Не отпускайте его! Поймайте его живым!

Одинокий Сокол и Королева Змей одновременно прыгнули вперёд. Они бросились в погоню за Хуан Тай Яном. Но все же они действовали не по желанию молодого господина. Они сделали это, потому что этот проклятый Хуан Тай Ян пытался убить их минуту назад. И это, естественно, никак не способствовало началу крепкой и искренней дружбы. Очевидно, они хотели убить этого старика одним махом!

Особенно это касалось Королевы Змей... Мэй Сюэ Янь спасла её, когда она совершила ту ошибку. Иначе она должна была получить тяжёлую травму, которая значительно снизила бы её силу. И это означало бы, что она, возможно, потеряла бы свою квалификацию, чтобы принимать человеческую форму. Кроме того, этот сомнительный старик недавно пытался оклеветать её и очернить её репутацию своими словами…

Очевидно, Королева Змей была очень зла! Как она могла его отпустить, когда затаила на него такую обиду? Надо сказать, что у Одинокого Сокола и Хуан Тай Яна не было какой-либо глубоко укоренившейся вражды. Но это была отличная возможность уничтожить уже поверженного врага. Так как же он не хотел убить человека, который хотел убить его?

Хуан Тай Ян прыгнул вверх и сбежал от этой тени смерти, и уже вздохнул с облегчением, когда обнаружил, что ужасная белая фигура исчезла без следа. Эта белая фигура не преследовала его, чтобы напасть!

Он даже расслабился в какой-то степени. Но он понял одну вещь очень ясно:

«Это место может оказаться очень… болезненным делом!»

Он тайно клялся себе и всем богам, что не вернётся сюда, пока его сила не станет выше, чем у семьи Цзюнь:

«Столкнувшись с этой неописуемой силой... я словно приношу им себя на блюдечке с голубой каёмочкой!»

Вдруг он заметил что-то неясное впереди. Мощные когти Одинокого Сокола приближались, чтобы схватить его за голову. Хуан Тай Ян взвыл в гневе, увидев это. Он был не в самом лучшем состоянии в это время, но ему всё ещё не нужно было бояться Одинокого Сокола. Поэтому он спокойно контратаковал. Одинокий Сокол фыркнул, а затем направил когти вниз.

Удары противников столкнулись, и Хуан Тай Ян безумно закричал. Как оказалось, он уже не мог победить Одинокого Сокола. Кроме того, верхняя часть его плеча была прорезана ударом и залита кровью. Но это было разумно с одной стороны... в конце концов, он уже перенёс многочисленные атаки Мэй Сюэ Янь. Но всё же ему повезло: Мэй Сюэ Янь дала выход гневу своего сердца, и он бы превратился в груду фарша, если бы она захотела убить его. Хотя, ту кровавую жижу, которая бы от него осталась, и фаршем-то назвать было бы нельзя…

Тем не менее он получил тяжёлые травмы, несмотря на то, что ему «повезло» в целом. Фактически его внутренние органы и меридианы уже пострадали. Но он всё равно слишком высоко себя ставил. Поэтому он не придавал большого значения этому столкновению с Одиноким Соколом. На самом деле он верил, что сможет защититься в любую секунду... как при обычных обстоятельствах. Кроме того, он чувствовал, что сможет противостоять атаке Одинокого Сокола, чтобы заставить его отступить. Но всё было не так просто, как ему казалось. И он не смог собрать достаточно сил, чтобы парировать…

Ещё одна смертельная рана, теперь уже от когтей Одинокого Сокола, добавилась к его «коллекции». Но он всё ещё мог призвать свою силу Суань, чтобы, обезумев, броситься к стене. Но Королева Змей уже ждала его там. Она холодно улыбнулась и сказала:

- Что случилось, старик? Почему ты так торопишься? Ты сможешь уйти только после того, как заплатишь за свои грязные слова!

Само собой разумеется, что после этих слов на него посыпался град ударов. Королева Змей была очень похожа на Мэй Сюэ Янь в некотором смысле. Как её удары могли быть не смертельными? Кроме того, она намеревалась прикончить этого урода! Хуан Тай Ян чувствовал себя очень хреново в этот момент: он очень сожалел, что дал волю языку. В конце концов, он решил сам прийти в семью Цзюнь. Затем он даже бросил вызов, как величественный и непобедимый воин, хотя у него не было никакой поддержки. Он даже попытался выставить напоказ свою властную силу. Но…

Но как он мог знать, что, делая так, ткнул палкой в гнездо шершней? Теперь он был весь в жалах этих шершней. А их укусы оказались не только ужасно болючими — они оказались ядовитыми!

Хуан Тай Ян завыл, когда его кровь брызнула на землю. В конце концов, он уже получил тринадцать ударов ладоней и шесть пинков ногой от Змеиной Королевы. Однако этот человек всё же дожил до призвания в Священную Землю. И это потому, что у него было очень много сил! Он взмыл в небо и поспешил прочь оттуда. Кроме того, его скорость ускорилась до такой степени, что его тело едва можно было увидеть. Одинокий Сокол и Королева Змей были известны своей скоростью и ловкостью. Но эти двое разозлились, увидев, что он бежит с такой скоростью. И это потому, что они поняли, что не сумеют догнать его…

Надо сказать, что его навыки были пугающими! Он был по-настоящему выше Великого Мастера!

Одинокий Сокол и Королева Змей поняли, что Мэй Сюэ Янь не собиралась убивать этого старика. Тем не менее они питали огромную ярость по отношению к Хуан Тай Яну. Нужно иметь возможность закончить дела, если уж началась вражда. Хуан Тай Ян уже получил серию диких и свирепых атак от трёх великих экспертов. И он получил сотни ранений. Тем не менее он всё ещё мог сбежать. Это было действительно ужасно!

Но Хуан Тай Ян уже потратил слишком много сил.

Глава 508. Потрясающий Удар Мечом!

Фигура Хуан Тай Яна быстро взлетела высоко в небо, а кровь капала с его тела вниз. Он пролетел метров двадцать; его золотой доспех ярко сиял под лунным светом.

Одинокий Сокол и Королева Змей не могли догнать его в это время, так как он преодолел огромное расстояние просто молниеносно. Ведь скорость предка Хуана была очень быстрой. На самом деле никто кроме невероятно красивой Мэй Сюэ Янь не мог поймать его сейчас.

Хуан Тай Ян обернулся, убегая, и издал резкий рёв:

- Отродья семьи Цзюнь! Вы быстро напали на этого старика! Я клянусь отомстить! Клянусь, меня больше не назовут мужчиной, если я не уничтожу резиденцию Цзюнь! Кроме того, вы атаковали меня коварно и нагло, прячась в стороне! Этот старик тебя не отпустит! Этот старик покажет тебе, что значит «долгая и мучительная смерть»!

Он знал, что его жизнь уже вне опасности. Но унижение и жестокое обращение с ним, в тот вечер оставили его в плохом настроении. Поэтому, разумеется, он бы попытался отомстить позже.

Тело Хуан Тай Яна понемногу опускалось на протяжении всего полета. В конце концов, он израсходовал много своей Суань Ци. В результате он довольно быстро падал, задыхаясь и глотая воздух. Как только его ноги коснулись земли, он снова взлетел. У старика хватило сил совершить побег, выполнив всего лишь два-три прыжка…

Разум Хуан Тай Яна был полон злых мыслей и планов мести!

Он шёл вперёд и обучался в течение двухсот лет. Разве когда-нибудь он терпел такое унизительное поражение? В прошлом были времена, когда он был связан с другими семьями, питающими к нему глубокую ненависть. Его часто окружали сотни экспертов. Тем не менее он всегда убивал семерых из восьми. И затем спокойно и неспешно сбегал из битвы, если она была невыгодна. Но он никогда не ожидал, что эта, казалось бы, безобидная и незначительная семья Цзюнь чуть не лишит его жизни.

Пламя бесконечной ярости горело в его груди. Осмотрев себя, он пересчитал внутренние травмы. Он даже посчитал:

«Меня ударили не менее двухсот раз, и это только ладонями!»

«Также хорошо, что этот старик пришёл один. Разве других моих союзников не превратили бы здесь в фарш?»

Хуан Тай Ян забыл, что последний из этих людей не собирался его убивать. Вместо этого он только вспомнил, что его ударили более двухсот раз!

Его ненависть была крайней! На самом деле она была просто неизмеримой!

Старик, безусловно, дал выход своей ненависти. На самом деле эта ненависть была настолько сильна, что навсегда запечатлелась в его сознании!

Его ноги были на волосок от земли. Он прыгнул вверх, как только кончики его пальцев коснулись земли:

«Я уничтожу семью Цзюнь! Как семья из обычного общества может провоцировать гнев Священной Земли в пределах мира смертных?»

Он не мог сделать ничего в этот момент. В действительности он всё ещё убегал. Но его разум уже был переполнен приятными мыслями о неописуемых пытках, которые он мог причинить семье Цзюнь. Он даже воображал различные методы, которые он бы использовал, чтобы пытать и унижать членов семьи Цзюнь:

«Я заплачу им стократно за сегодняшнее унижение. Нет, в тысячу раз больше! В десять, нет, даже в сто тысяч раз!»

Он больше не хотел мстить только за обиду, нанесенную его семье, он также хотел сделать это из-за травм, которые недавно перенёс:

«Я не буду этого терпеть! Я не собираюсь их отпускать! Члены семьи Цзюнь не будут единственными... даже члены семей их жён... их гости и друзья... любой, кто имеет хоть какие-то отношения с семьёй Цзюнь – все они пострадают! Все они пострадают от моей кровавой мести!»

Предок Хуан поклялся себе и в этом. Затем он немного подумал и крикнул:

- Семья Цзюнь! Я растопчу всех вас в будущем! Я не буду мужчиной, если позволю уйти даже одной собаке! Вы, люди, должны наслаждаться количеством времени, которое у вас осталось! Ха-ха-ха!

Этот жестокий рёв потряс всё ночное небо!

Но подумал он всё-таки плохо… Или не тем местом.

Холодный голос ответил ему из пустоты в тот же момент:

- Ты не будешь считаться мужчиной? Это даже не смешная шутка! Думаешь, тебя сейчас можно считать мужчиной? Ты озадаченный дурак, как ты думаешь, тебя можно оставлять в живых теперь?

Вместе с этими словами перед Хуан Тай Яном появилось поистине «всепоглощающее солнце».

Чрезвычайно яркие солнечные лучи ослепили его на мгновение.

Это светящееся солнце испускало яркие разноцветные лучи во все направления; это было, несомненно, гораздо ослепительнее, чем сам Хуан Тай Ян — «Солнце, которое выжигает тысячи гор»!

Эти бесчисленные разноцветные лучи света превратились в бесчисленные мечи, освещая тёмное ночное небо сверху. Затем эти светящиеся мечи слились в один, и он полетел к горлу Хуан Тай Яна, словно молния.

Он собирался ударить его в полете!

Этот удар мечом выгадал самый подходящий момент, чтобы приблизиться к нему. На самом деле его удар был настолько идеально выверенным, что этот двухсотлетний Верховный эксперт – Хуан Тай Ян – почувствовал себя проклятым.

Однако у него не было времени на проклятия и жалобы. На самом деле он бы не потратил впустую то немногое, что у него осталось, проклиная вслух, даже если бы у него было на это время.

Человеком, нанесшим этот смертельный удар, разумеется, был Цзюнь Мосе! Молодой господин Цзюнь долгое время прятался в ожидании такой прекрасной возможности устроить засаду. Как он мог упустить такую возможность? Он культивировал очень острые чувства для убийств в своей предыдущей жизни. И это помогло ему определить, что Хуан Тай Ян потерял свою силу довольно много времени назад. И это означало, что он мог убить этого старика, воспользовавшись представившимся случаем.

«Я могу никогда не получить такую редкую возможность снова, если я пропущу его сейчас!»

Поэтому Цзюнь Мосе решил атаковать изо всех имеющихся у него сил.

Нет необходимости учесть скорость, угол и подходящий момент – в конце концов, Цзюнь Мосе даже принял во внимание сопротивление воздуха, прежде чем он начал эту атаку.

Поэтому Цзюнь Мосе был очень уверен в себе!

Даже величайший убийца этого поколения – Чу Ци Хун – не смог произвести такую идеальную атаку божественного меча.

Эта атака мечом была абсолютной, лучшей, чего мог достичь любой убийца!

Эта атака мечом была сродни легендарному удару для любого убийцы!

Это была атака мечом, которая нанесёт смертельный удар и убьёт любого!

Мэй Сюэ Янь стояла недалеко и наблюдала за всем этим. И она, очевидно, увидела эту блестящую атаку меча. Он достиг вершины мастерства. Эта захватывающая дух атака мечом поразила её. Но это также оставило ей небольшое чувство стыда. Она поняла, что даже она не смогла бы использовать эту возможность с таким совершенством.

«Искусство фехтования Цзюнь Мосе... или конкретно... его искусство убийства достигло удивительного уровня, такого удивительного совершенства!»

Тем не менее сомнение тоже возникло в её уме:

«Этот паршивец – убийца по своей природе... или, он прирождённый убийца…»

«В противном случае, как мог мальчишка, которому даже восемнадцати нет, быть в состоянии совершить такую великолепную атаку мечом? Даже люди, которые обладают сотнями лет культивирования, не смогут скрыться от такой атаки мечом, несмотря на то, что достигли уровня Великого Мастера».

Почтенный Мэй – самый могущественный человек из Тянь Фа – тоже вряд ли уклонился бы от такой атаки...

«Не говорите мне, что он может убить Великого Мастера, используя лишь силу Суань Неба?»

«Тем не менее это происходит прямо сейчас перед всеми присутствующими!»

Пальцы Хуан Тай Яна ещё не коснулись земли. Тем не менее он уже чувствовал приближение земли. Это было очень близко, был лишь крошечный момент до того, как он успеет оттолкнуться.

Но этот крошечный миг и уничтожил все его надежды на спасение.

Все тело было похоже на оплывшую свечу, которая изо всех сил пыталась упасть. На самом деле он выдохнул воздух, и как раз собирался сделать ещё один глоток, чтобы сбежать. Но именно в этот проклятый миг всё и разрушилось.

Хуан Тай Ян издал крик отчаяния. Точнее, он хотел издать крик отчаяния, но не успел. У него даже не было времени подумать о побеге в это время. Его тело пронзил последний всплеск силы. Он ударил себя кулаком в грудь и заставил энергию в своем дантяне дрожать. Это мгновенно заставило активизироваться последние остатки энергии в его теле. Затем столб крови вырвался из его рта и выстрелил в сторону атакующего меча, как копьё.

Он знал, что потеряет большую часть своей силы Суань из-за этой атаки. На самом деле он никогда не сможет восстановить свою силу до текущего уровня, даже после того, как его раны будут излечены. Но у него не было выбора.

Потому что только так он мог спасти свою жизнь. В конце концов, в его горле появилась бы большая дыра, если бы он этого не сделал. Что было лучше — потерять половину своей жизни или потерять всю жизнь? Даже трёхлетний ребенок мог ответить на это. А это был Хуан Тай Ян – человек, который очень дорожил своей жизнью. Жизнь часто является самым большим желанием стариков. Он прожил уже двести с лишним лет, но хотел бы прожить ещё двести.

Он всё ещё не насладился прекрасными его сердцу вещами. Он всё ещё хотел сохранить вершину своей славы. Поэтому он предпочел бы покалечить себя, если бы мог хоть как-то убежать и сохранить свою жизнь!

В конце концов, лес рубят – щепки летят!

Свет меча приблизился так близко, что Хуан Тай Ян даже почувствовал холод клинка!

Внезапно выстрелила кровавая стрела. Она прошла свет меча и направилась в сторону Цзюнь Мосе. Тем не менее молодой господин просто наклонил голову. Кровавая стрела чуть не попала ему в ухо. Но она просвистела мимо и едва коснулась его волос. Затем она улетела в пустое небо!

Тем не менее Хуан Тай Ян успел извлечь выгоду даже из такого малейшего движения. Но его тело всё ещё падало на землю. Его пальцы, в конце концов, достигли земли. Однако он запнулся. Поэтому его пятки ударились о землю с такой силой, что много грязи взметнулось вверх. Эта грязь покрыла и Цзюнь Мосе, и Хуан Тай Яна.

Старик рухнул на землю и заскользил на спине.

Он проскользил почти пятьдесят метров. На самом деле он так быстро скользил, что от трения его кожа сгорела и теперь испускала мерзкий запах жареного мяса.

Он не думал о том, куда он катится в это время. Он ни о чём не думал. Старик только бросился, как стрела. Но он явно забыл посмотреть, куда прыгнул. Со звуком БАБАХ его голова ударилась в стену семьи Цзюнь. Он оставил огромную брешь в стене после этого удара. Но он и этого не заметил, он лишь бросился дальше от этого убийцы с жутким мечом…

Глава 509. Умирать вот так?

Это было место, где он сражался лишь несколько минут назад. Здесь он бился с Одиноким Соколом. Здесь он храбро заставил Королеву Змей отступить! Но теперь, это было ещё и место, где он подвергся величайшему унижению…

Тем не менее самым интересным было то, что предок Хуан не понял этого. Но ему простительно – у него не было достаточно времени! Он знал, что уклонился от удара меча. Но его острое восприятие дало ему понять, что меч не исчез, не пропал, а где-то рядом и явно хочет прикончить его.

Холодная и пронзительная аура меча следовала за ним. Она застилала глаза, сжимала ледяными когтями горло и заставляла дрожать ноги. И чувство, что этот клинок не бросит его преследовать, пока не пронзит его тело, как только появится возможность.

Побег Хуан Тай Яна стал неожиданностью для его врага, когда он отступил и бросился бежать. Следовательно, он до поры до времени мог спасаться бегством. Но его враг не откажется преследовать его.

Внезапное «возвращение» Хуан Тай Яна через стену удивило Одинокого Сокола и остальных:

«Этот старик проклинал нас так ликующе минуту назад. Так как получилось, что он уже прилетел обратно?»

«Он хотел убить нас, пока мы не настороже? Он настолько высоко о себе думает?»

Одинокий Сокол и Королева Змей защищались от атак Хуан Тай Яна изо всех сил. Кроме того, они потеряли в этом бою довольно много сил. Борьба, конечно, продолжалась в течение нескольких минут. Но эти двое знали, что они ходили по краю в каждый момент этой битвы. На самом деле эта битва была намного опаснее, чем та, в которой они сражались со зверями из Тянь Фа.

В конце концов, эксперт с силой выше Великого Мастера не был простым противником!

Поэтому, как только враг сбежал, они стали восстанавливать энергию, вместо того, чтобы подняться в воздух и смотреть на удирающего противника. Следовательно, они пропустили тот великолепный удар мечом. Более того, они никогда бы не подумали, что Хуан Тай Ян столкнётся с убийцей столь же искусным, как Верховный Убийца Чу Ци Хун.

Хуан Тай Ян был вынужден отступить, спасая свою жизнь, и попал в ещё большую задницу, так как он не выбрал правильный маршрут побега. Следовательно, он пробил стену и прямо на спине приехал к первоначальному месту сражения.

Тем не менее все сомнения рассеялись в следующий момент, когда фигура в белом последовала за отступающим Хуан Тай Яном. Эта фигура не остановилась ни на мгновение, и ворвалась в ту большую дыру, которую предок Хуан оставил в стене. Человек изящно пролетел сквозь пыль со скоростью молнии. Меч в его руке испускал ослепительные лучи света.

Мужчина с мечом был красив и высок. Всё его тело испускало холодную энергию, а его лицо было безразличным и холодным.

Это был Цзюнь Мосе!

Хуан Тай Ян издал громкий рёв. Каким-то невероятным усилием он, словно торнадо, прокрутился на одном месте и изменил направление своего скольжения в долю секунды, чтобы избежать удара меча и продолжал катиться дальше. Его тело всё ещё тёрлось о землю. За ним оставался след из кусочков его кожи и мяса после того, как он сделал этот поворот.

Его доспех защищал только его грудь и спину. Однако остальные части его тела были обнажены: плечи, бёдра, руки. И тот неистовый вихрь, который он сделал минуту назад, оставил плоть на том месте, где это случилось. Земля стала похожа на двор мясника, который рубил свинью.

Меч Цзюнь Мосе не остановился. Выражение его лица было спокойным и собранным. Желание убийства в его глазах было столь же сильным, как и прежде. Он был человеком, который мог позволить себе жестокость в адрес обычных людей, чтобы чего-то добиться. Таким образом, можно было хорошо представить уровень ярости, которую он был способен показать своим врагам. Он бы никогда не позволил этому человеку жить! Кончик его меча был менее чем в футе (30 см) от горла Хуан Тай Яна, хотя тот и изменил свой «маршрут».

Хуан Тай Ян хотел издать громкий крик, но он не смог. Его глаза были широко раскрыты, и, казалось, что его глаза вот-вот вывалятся из орбит. Из распахнутого рта капала слюна. Ногами он старался зацепиться за землю, чтобы вскочить и бежать уже нормально. Он так старался, что на твёрдой земле оставались его следы…

Он пытался подпрыгнуть на тридцать метров, как раньше, в своих тщетных попытках сбежать. Но землю за ним усеивало всё больше и больше плоти с его плеч, бёдер и задницы.

Этот могущественный эксперт из Иллюзорного Океана Крови был даже сильнее Великого Мастера. Тем не менее сторонний человек сейчас не увидел бы плоти на его бедрах и плечах, если бы он посмотрел на него. Вместо этого он увидел бы только его обнажённые кости. На самом деле даже кости уже казались тоньше, чем должны быть.

Однако предок Хуан не чувствовал боли. Это было потому, что его разум уже предчувствовал смерть. Фактически он бы без колебаний отрубил себе голову, если бы ему сказали, что он сможет убежать, сделав это.

И это потому, что он уже сломался — он был полностью сломан!

Этот меч был как мерзкая, питающаяся плотью личинка, что откусывала куски от его тела, хотя упорно целилась в его горло. Эксперт был даже сильнее, чем Великий Мастер. Тем не менее он даже не успел встать. Вместо этого он оказался в такой ужасной ситуации!

Он мог бы сопротивляться атаке меча, если бы был в лучшем состоянии. Он без проблем сумел бы зажать меч между подбородком и ключицей и нанести ответный удар по нападавшему. Он мог бы сделать это с его силой! Но сейчас его тело потеряло силу, необходимую для чего-то подобного.

Он знал, что умрёт, если меч пронзит его горло. Поэтому Хуан Тай Ян изо всех сил пытался найти любую возможность встать или сражаться, или даже убежать... даже малейшую возможность!

Однако он не ожидал, что меч этого человека будет следовать за ним так близко. Излишне было говорить о возможности встать – у него даже не было шанса моргнуть! Он мог успевать только подталкивать себя ногами, чтобы ехать на спине дальше.

Сильнейший эксперт поколения... эксперт, который был сильнее Великих Мастеров... высший эксперт, который бродил по миру свободно и беспрепятственно в свои дни... однако сейчас он был доведён до такого жалкого состояния неизвестным юношей...

Это было печально, чрезвычайно печально!

Только чистая воля предка Хуан заставила его скользить вперёд в попытке убежать. Тем не менее непрекращающееся трение о землю делало своё дело, и он оставлял за собой лужу крови, дымящуюся странным зелёным дымом. На самом деле можно было предположить, что Хуан Тай Ян умрёт, даже если Цзюнь Мосе остановится. В конце концов старик вряд ли выживет, когда его разум расслабится.

Это было потому, что почти вся кровь в его теле уже окрасила землю во дворе Цзюнь!

Тем не менее Цзюнь Мосе не остановился. Он даже не собирался останавливаться!

Он искренне ненавидел, когда ему угрожали. И Хуан Тай Ян из семьи Хуан совершил этот величайший грех!

Намерения Цзюнь Мосе изменились с его первоначальных: он больше не хотел убивать этого человека. Вместо этого он хотел, чтобы этот человек «сточился» до смерти сам!

Над ухом засвистело, и Хуан Тай Ян едва успел уклониться от удара. Тем не менее его Золотая Броня уже не могла выдержать напряжения, и удар сорвал её с его тела. Она разлетелась в стороны, а на землю упала куча кровавой плоти.

Он давно стёр кожу и мышцы до самых костей выше и ниже жилета. Таким образом, плоть в его броне превратилась просто в кучу мяса, которая сохранялась на месте только потому, что была закрыта бронёй.

Это было невероятно шокирующее и кровавое зрелище!

«Наконец-то пришло время!» - Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Послышался звон маленького колокольчика, когда он вложил меч в ножны и остановился. Затем он холодно посмотрел на Хуан Тай Яна, и уголки его рта превратились в злобную насмешку.

Предок Хуан, наконец, вздохнул с облегчением. Неизвестно, откуда он черпал силы, но он даже вскочил на ноги. Старик хотел повернуться и убежать, но обнаружил, что у него не осталось сил. Он попытался переместить свою энергию, чтобы исцелить себя, но понял, что его с таким трудом заработанная двухсотлетняя сила Суань исчезла.

Хуан Тай Ян побледнел от испуга и посмотрел вниз. Своими выпученными от удивления глазами он увидел ужасное зрелище. Вместо груди у него зияла словно бы сквозная дыра с маленькими ошмётками окровавленной плоти. Он мог разглядеть землю прямо сквозь грудь. Потом вдруг его правая рука, державшаяся на маленьком кусочке мышцы, отвалилась и покатилась в сторону.

Его позвоночник был единственным, что мешал смотреть сквозь него. Но это был только позвоночник, даже рёбер не осталось!

Хуан Тай Ян широко раскрыл глаза:

«Что… Что… происходит? Как я могу видеть землю через своё собственное тело? Что случилось со мной? Где мои внутренние органы? Где, чёрт возьми, моя задница?»

«Куда это всё подевалось?»

Он с трудом повернулся, чтобы посмотреть на свою задницу, и громко закричал. В конце концов, он обнаружил, что его задница исчезла...

Только тонкий слой остался от его бёдер и жопы. Он растерянно взглянул на Цзюнь Мосе и спросил:

- Где моя... плоть?

Цзюнь Мосе нахмурился и холодно ответил:

- Она превратилась в такой низменный мусор, что ею даже собак нельзя кормить!

Хуан Тай Ян произнёс:

- О...

Казалось, что он понял всё очень ясно. Как раз в этот момент его позвоночник с хрустом переломился пополам. Должно быть, это было очень больно, но его лицо не показало ни капли боли. Вместо этого, выражение его лица стало пустым, а затем его озарила странная улыбка.

Затем он тихо пробормотал:

- Хе... когда я был молод... Я отправился в долину Девяти Скрытых Земель... хе-хе... Там... четыре человека сражались насмерть... и… удивительно, но все они были отличными экспертами уровня Мастера! К тому времени они уже умирали... Я пообещал исполнить одно желание для каждого из них. Они поверили моей клятве. И они заставили свою Суань Ци течь в обратном направлении и передали её мне, потому что они были на пороге смерти. Вот так я и стал экспертом всего за один день. Когда первый передал мне свою силу, я поднялся на уровень Суань Неба... затем я перешёл на уровень Великого Мастера. Потом я стал ещё сильнее... Но я не исполнил ни одной клятвы, которые дал им! У любого живого человека работы больше, чем он может выдержать... Итак, кто заинтересован в исполнении желаний мертвеца? Смерть, которую я упомянул в клятве, была самым жестоким способом умереть... Я поклялся, что моя плоть будет разорвана кусочек за кусочком и развеяна по земле… Я думал, это был самый невозможный способ умереть... Хе-хе-хе…

Его глаза сияли, а он улыбался сквозь боль. Затем он тупо произнес:

- Неужели эта жестокая смерть – следствие клятвы, что я дал?

Хуан Тай Ян хотел сказать что-то ещё, но его голова оторвалась от позвоночника и укатилась в угол. Она катилась, прежде чем, ударившись в стену, остановиться и позволить безжизненным глазам глядеть в тёмное небо…

Он был лучшим экспертом своего поколения. Он был сильнее Великих Мастеров. Но умер он после того, как его плоть была кусочек за кусочком оторвана от тела и рассеяна по земле…

Глава 510. Вы должны взять на себя ответственность!

Цзюнь Чжан Тиань и Цзюнь Вуй тупо смотрели на происходящее. Их глаза были устремлены прямо вперёд. Оба эти человека были великими генералами и командовали миллионами солдат на протяжении своей карьеры. Неужели они не видели кровавых побоищ? Но они никогда не видели ничего более устрашающего. Более того, человек в этом конкретном случае был тем, кто существовал только в легендах. На самом деле его можно было считать самым Верховным среди Великих Мастеров... однако они не могли не содрогнуться, когда Хуан Тай Ян говорил о своей клятве перед смертью…

«Было ли это провидением? Действительно ли Бог наблюдает за нами?»

«Неужели мы все на Небесном пути?»

Уголки глаз Одинокого Сокола дрожали, когда он спросил:

- Он мёртв?

Ошеломлённые глаза Королевы Змей смотрели на расчленённый труп на земле. Затем она словно бы в полусне ответила:

- А мог бы он оставаться живым после такого?

Одинокий Сокол задрожал. Он схватился за плечи и с чувством произнёс:

- Чёрт тебя дери! Такой ненормальный способ умереть... Какую клятву он тогда дал? Точнее, какого хрена он дал такую клятву? Чёрт возьми! Ты сам навлек это на себя... Стоит ли клятва того, если от твоего тела останется лишь кусочек?

Королева Змей ещё раз взглянула на труп. На этот раз она уже не сумела сдержать рвотные позывы. Она закрыла рукой рот и убежала... её нынешняя скорость движений была намного выше той, что она показала в бою некоторое время назад; она действительно достигла уровня Хуан Тай Яна в это время…

У Цзюнь Чжан Тиана было сложное выражение лица. Он замер на мгновение. В конце концов, он сказал:

- Давайте… эмм… очистим этого человека и похороним его. Обиды умирают вместе с человеком. Он должен быть похоронен красиво. В конце концов, он был Великим Мастером своего поколения. И утро ещё не наступило. Так что всем нужно отдохнуть, – затем старик Цзюнь и Цзюнь Вуй отвернулись и молча ушли.

Сила обоих этих мужчин выросла совсем недавно. И теперь их сила достигла такого уровня, что им было трудно найти подходящего противника. Культивация, которой они обладали, обеспечила им определённый уровень «старшинства» в обществе. Поэтому они гордились своей силой. Но их культивации всё ещё оказалось недостаточно для участия в этой битве. И отец и сын Цзюнь были несколько разочарованы из-за этого.

Конечно, вопрос относительно Королевы Змей и Мэй Сюэ Янь оставался открытым. Ведь Цзюнь Мосе не стал представлять их своей семье. Это указывало на то, что эти два человека хотели сохранить тайну своей личности во что бы то ни стало. И старик Цзюнь, очевидно, понял этот момент довольно ясно. Поэтому он проигнорировал это дело, повернулся и ушёл спать к себе в комнату.

Мэй Сюэ Янь стояла неподалёку. Её белое платье развевалось, когда она вздохнула:

- Какая жалость! Эксперт выше уровня Великого Мастера... погиб здесь вместо великой битвы... человеческая природа так печальна!

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Человеческая природа действительно печальна. В конце концов, человек, который был даже выше уровня Великого Мастера, оказался человеком с таким презренным характером... но, не важно! Мисс Мэй, вы не должны ожидать, что все будут такими, как вы. Очень редко на земле попадаются действительно сильные и великодушные люди... Ай-яй-яй... в любом случае я бы предпочёл совершить самоубийство, если бы мы должны были полагаться на таких людей, как Хуан Тай Ян, чтобы спасти этот континент!

Мэй Сюэ Янь взглянула на него. Затем она вздохнула и сказала:

- Нужно учитывать силу континента. В конце концов, у нас очень мало людей, которые обладают такой высокой силой... и каждую минуту чаша весов может склониться в одну или другую сторону. Кроме того, есть очень мало людей, которые обладают такой силой, как он! Если эти чужаки вторгнутся на материк... весь континент может…

Цзюнь Мосе закатил глаза. Затем он усмехнулся и сказал:

- Подъём или падение континента – не моё дело! Так что не говори мне об этих несущественных вопросах! Какая разница, если эти чужаки вторгнутся на наши земли? Это будет борьба не на жизнь, а на смерть, если плохое станет действительно худшим; вот и всё! Не говори мне, что каждый из этих чужаков выше уровня Великого Мастера с точки зрения силы? Я не смогу убить самых могущественных, если они вторгнутся сюда. Но я всё ещё могу убить слабого? Чертовски верно! Так что мы ещё посмотрим, кому морду разобьют!

- Как ты можешь такое говорить? – Мэй Сюэ Янь почувствовала раздражение. – «Успех или неудача этой битвы повлияет на следующие десять тысяч лет. На самом деле весь материк будет в беде, если эти чужаки добьются успеха. Ты тоже принадлежишь материку. Так как же ты можешь не чувствовать за него никакой ответственности?

- Чувство ответственности? Благо, у меня оно есть! Но могу я дать тебе небольшой совет: не компрометируй основной принцип этого общества ради этой проклятой битвы! Слепые компромиссы только помогут твоему противнику продвигаться вперёд шаг за шагом. В конце концов, ты можешь пытаться видеть всю картину здесь, но другие не могут сделать то же самое! Поэтому споры будут всегда! Возьмем, к примеру, этот случай... возможно, он бы вернулся, чтобы отомстить, если бы я его не убил. Следовательно, Иллюзорный Океан Крови и лес Тянь Фа стали бы заклятыми врагами! И споров становилось бы всё больше и больше. И количество мёртвых бойцов уровня Великого Мастера было бы намного больше в этом случае! – Цзюнь Мосе холодно посмотрел на неё.

– Мисс Мэй, я говорю это со всей серьёзностью! Даже земля, полная Великих Мастеров, может проиграть, если поражение будет суждено! И даже один боец Серебряного Суань может одержать безоговорочную победу, если поражения ещё не случилось! Я никогда не боялся сильного врага. Но я очень боюсь глупцов и идиотов. И те, кто на нашей стороне, чрезвычайно тупы! В любом случае можно ли считать что-то само собой разумеющимся в мире, полном таких тупых людей? Когда-то давно я слышал одну фразу: «Не так страшен враг, как союзник-дол*оёб». А у нас таких большинство! На самом деле, вполне возможно, что Столпы, держащие Небеса, могут ещё раз обвалиться. А возможно, что эти проклятые «инопланетяне» будут разбиты полностью... поэтому они не являются предметом беспокойства в этот момент. Так что ты можешь подумать об этом сама, если тебе больше не о чем думать! Тебе лучше попытаться найти себе сильного и толкового мужа, который сможет с тобой справиться. Вот это – серьёзное дело, а не думать о каких-то вторженцах, которые ещё у отца в яйцах болтаются!

Молодой господин Цзюнь вдохнул воздух:

- Например... я! На самом деле ты знаешь, что я элегантный, талантливый и симпатичный молодой человек. Я как то дерево, которое смело стоит перед лицом шторма. Я рыцарь, мужественный и благородный. У меня достаточно таланта, чтобы затмить Небеса. Это доказывает, что я – лучший на роль твоего мужа. Кроме того, ты сама начала приставать ко мне прошлой ночью. Так что теперь ты должна взять на себя ответственность! И ты должна знать, что этот молодой господин не поднимал шум из-за тебя. Это также говорит о том, что я очень элегантный и благородный человек.

Мэй Сюэ Янь покраснела на долю секунды. Она указала дрожащим пальцем на бесстыдного балабола и пыталась что-то сказать, но потеряла дар речи. Она боролась с собой некоторое время и в конце концов выдавила:

- Ты... ты... как ты можешь быть уродом? Да у тебя зубов нет! (1).

Мэй Сюэ Янь беспрепятственно двигалась по всему миру на протяжении всей своей жизни. Можно сказать, что существовало мало тем, о которых она не знала. Независимо от того, как или что было сказано — у Мэй Сюэ Янь всегда было своё собственное мнение по любому вопросу. Фактически она была способна опровергнуть мнение людей до такой степени, что они просто теряли все аргументы. Тем не менее вопрос любви и брака был единственным, что могло заставить её смутиться и замолчать...

Очевидно, это ограничивалось только Цзюнь Мосе. Можно предположить, что она бы превратила кого-то другого в мясной сэндвич, если бы он осмелился сказать что-то подобное…

- Что? Нет зубов? Как это так-то? – Цзюнь Мосе парировал и сверкнул зубами. Зубы его были белыми и чистыми. Затем он лукаво улыбнулся. – У этого молодого господина полный рот здоровых зубов. В детстве я даже не ел сахар. Кроме того, у меня никогда не было вредных для зубов привычек. Я чищу зубы два или три раза в день. И у меня нет ни одного зуба, который бы болел кариесом! Как ты можешь говорить, что у меня нет зубов? Мисс Мэй... ты, кстати, даже почувствовала мои зубы прошлой ночью! Так с чего ты взяла, что у меня нет зубов? Кстати, я слышал, что непристойное нападение на людей – это самое бесстыдное, что можно сделать. Как ты можешь говорить, что я бесстыдный? Это ко мне вчера бесстыдно приставали…

Так что ты должна взять на себя ответственность передо мной! Мисс Мэй, ты должна подумать об этом. Во всяком случае, к тебе тоже… приставали. В конце концов, тебя поцеловали и пощупали... я, конечно, ничего не мог сделать, но я готов принять судьбу. В конце концов, я всегда был честным и порядочным человеком...

Цзюнь Мосе закончил свою речь, затем пожелал «Спокойной ночи» и, с удовлетворением напевая народную песенку, пошёл спать в свою комнату. Мэй Сюэ Янь могла только наблюдать, как он уходит. Даже уходя, он продолжал клацать зубами...

«Уровень бесстыдства этого человека действительно превзошёл все мои ожидания. Как я наткнулась на такого бесстыдника?! О, Небеса... О, Мать-Земля! Я же лопну от гнева!»

«Боже, пожалуйста, пускай сюда прямо сейчас придёт другой эксперт, как Хуан Тай Ян! Мне нужно выплеснуть свой гнев!»

Было трудно сказать, почему молитвы Мэй Сюэ Янь остались без ответа... возможно, Бог не слышал этого... или, возможно, эксперты с силой Хуан Тай Яна внезапно кончились…

Тем не менее для Мэй Сюэ Янь слова Цзюнь Мосе стали торжественным напоминанием об одном, даже несмотря на то, что он не упомянул об этом очень конкретно:

«Битва за захват небес не должна восприниматься так серьёзно! Подготовка к этой битве стала моим рабством! Это стало моей слабостью!»

«На самом деле три святые Земли соперничают друг с другом. Таким образом, вполне возможно, что они не смогут принести много пользы в это время! Цзюнь Мосе сказал это очень запутанно… В действительности он сказал это ещё и пошло. Но его намерения были очень тактичны!»

«Вот же подхалим! Я должна была убить Хуан Тай Яна своими руками!»

Гнев Мэй Сюэ Янь медленно угасал, когда она думала об этих вещах, и лёгкая улыбка появилась на её лице:

«А, кажется, этот парень серьёзно думает обо мне…»

На следующий день солнце взошло как обычно...

Мир был точно таким же. Не важно, кто вчера умер... или сколько людей погибло вчера, солнце светило всё так же…

Хуан Тай Ян не вернулся прошлой ночью. И это заставило людей из Иллюзорного Океана Крови паниковать.

Семья Хуан же просто не могли найти себе места – они метались, как кошки на раскалённой крыше!

Следует отметить, что эти два места были далеко друг от друга. Но Хуан Тай Ян был достаточно силен, чтобы совершить путешествие туда и обратно за пару минут. Тем не менее уже прошла целая ночь. Прошло уже достаточно времени, как бы на это не смотрели…

Тем не менее Хуан Тай Ян не вернулся!

Он уверенно высказался перед отъездом:

- Этот человек – всего лишь деревенский клоун. Одного меня должно хватить. Так зачем нам посылать так много людей? Этот старик вернётся до рассвета! А вам, слабакам, лучше организовать вино для торжества!

На самом деле он решительно отказался от сопровождения и поддержки Иллюзорного Океана Крови!

Семья Хуан даже начала готовить деликатесы и напитки в тот же вечер. В конце концов, они надеялись, что их предок вернётся с победой. Они намеревались отпраздновать славный подвиг своего предка! Но со временем небо на востоке начало светлеть, и все начали терять терпение.

Все отчаялись, когда взошло солнце.

Все чувствовали, как будто что-то тяжёлое и мрачное сдавило их сердца. В конце концов, поначалу были какие-то звуки, указывающие на активные действия. И это было особенно верно, когда Хуан Тай Ян сражался с двумя великими экспертами – Одиноким Соколом и Королевой Змей! Вся земля тряслась от их атак. Даже люди в резиденции семьи Хуан почувствовали это.

Поэтому было очевидно, что Хуан Тай Ян столкнулся с исключительно мощным противником!

Кроме того, Хуан Тай Ян ещё не вернулся. Поэтому все мысли медленно, но верно продвигались к наихудшей возможности!

Остальные четыре Великих Мастера из Иллюзорного Океана Крови предложили послать подкрепление, но молодой Лорд Хуан Сяо категорически отверг эту идею! Причина, по которой он отменил это, была довольно проста:

— Старший Хуан – самый могущественный человек среди нас! Так что мы не пойдём, если он не сможет решить этот вопрос и вернуться! В конце концов, мы не сможем решить этот вопрос, если он не сможет. Есть вероятность, что он не сможет сравниться со своим противником. Но что, если он не сможет даже убежать от своего противника? Я боюсь, что будет бесполезно, даже если все мы последуем за ним. На самом деле мы только добавим жертв!

Поэтому все будут терпеливо продолжать ждать!

(1). Прим.пер.: у китайцев это сродни бесстыдству. Чем меньше зубов – тем меньше стыда. Непонятно какая тут связь, но…

Глава 511. Даже мошенник не может быть настолько мошенническим…

Оправдание Хуан Сяо было неоспоримым. В конце концов, это факт!

Поэтому они не осмелились действовать вслепую, даже несмотря на то, что волновались.

Тем не менее Хуань Сяо подумал и о другой причине:

«Неспособность старшего Хуана справиться с этой задачей будет доказательством того, что сила семьи Цзюнь достигла точки, где их чрезвычайно трудно сломить. Кроме того, у них было то, в чем срочно нуждается мой Иллюзорный Океан Крови: эти таблетки для закалки костей. И их эксперт кажется непостижимо сильным. Поэтому лучше всего не вступать в бой с этим врагом».

«Мы притворимся вежливыми и примем участие в аукционе. Тогда мы завладеем этими таблетками для закалки костей. Мы должны сосредоточиться на сложившейся ситуации. И мы должны думать о будущем».

«Кроме того, что может сделать оставшаяся команда, если старший Хуан действительно мёртв? Как они могут сравниться с этим врагом, если уж он справился с Хуаном? Давай пока притворимся, что мы глухонемые... и притворимся, что даже не знаем об этом... в конце концов, мы не можем отомстить сами, даже если бы хотели…»

«Кроме того, этот старик всегда хвастался о своих собственных силах. Он был высокомерным и лицемерным. На самом деле он даже не оказал мне никакого уважения, несмотря на то, что я молодой Лорд. Чёрт возьми! Чёрт, сколько этот старик стоил перед другими супер экспертами Иллюзорного Океана Крови? Как он вообще мог считать себя таким великим?»

Молодой Лорд Иллюзорного Океана Крови в какой-то мере получал удовольствие от чужих несчастий. Однако эти эмоции, разумеется, не проявились на его лице.

Сначала их заставили разбираться с незначительными делами семьи Хуан, когда они прибыли. И это задержало многие их личные дела. Очевидно, это оставило молодого Лорда очень недовольным. В конце концов, заслужила ли эта ничтожная семья Хуан такую услугу от Иллюзорного Океана Крови? Тем не менее предок Хуан спокойно распоряжался членами Иллюзорного Океана Крови для решения вопросов своей собственной семьи. Это было действительно невыносимо!

«Какова позиция твоей семьи и детей? Они выше важного дела Иллюзорного Океана Крови?»

«Это было полное игнорирование ситуации. Это было очень недальновидно с его стороны!»

«Старший Хуан не умер бы, если бы эта семейка Хуан не испортила всё. Мне придётся взять ответственность за это, как только мы вернёмся на нашу Священную Землю…»

Молодой Лорд посмотрел на семью Хуан со злым выражением, когда эта мысль пришла ему в голову…

Затем молодой Лорд сказал:

- Мы не должны проиграть на этом аукционе. Драгоценные таблетки будут выставлены на аукцион. Таким образом, количество золота, необходимое для торгов, будет огромным. Глава семьи Хуан, сколько золота вы можете выставить на аукцион? Я верю, что есть много поместий, которые ваша семья может продать, чтобы достать нам ещё золота. Ведь нехватка золота приведёт к проигрышу. А это повлияет на исход сражений, в которых будет сражаться Иллюзорный Океан Крови. И это негативно скажется на будущем простых людей во всем мире. Так что я верю, что семья Хуан не будет скупиться, верно?

Глава семьи Хуан – Хуан Цзюнь – услышал эти слова, и его ноздри расширились от гнева. Он был ошеломлён на мгновение и не мог выдавить и слова.

«Почему ты не сказал этого в присутствии нашего предка? Наш предок ушёл на большее время, чем ожидалось. На самом деле мы не можем быть уверены, что он в безопасности... возможно, он уже... уже мёртв. Тем не менее этот молодой Лорд сразу же стал враждебно относиться к нашей семье...»

«Ты не говорил об участии нашей семьи в этом аукционе раньше. Но ты вдруг хочешь, чтобы мы продали наши поместья, так как ты заметил, что наша семья не имеет достаточно сил, чтобы противостоять тебе, да? Кроме того, этот аукцион, очевидно, является важным вопросом в отношении Иллюзорного Океана Крови. Но какое отношение к этому имеют деньги моей семьи? Как наша маленькая семья и малые дела могут позволить себе расходы Иллюзорного Океана Крови? Допустим, мы готовы внести свой вклад в дела Иллюзорного Океана Крови… но скажи мне... какие у вас отношения с людьми мира? Вы действительно считаете себя спасителями этой земли?»

«Кроме того, как наша семья Хуан может взять на себя ответственность за будущее мира? Будем ли мы вот так сидеть перед вами, если сможем контролировать будущее людей этого континента?»

Он долго размышлял и проклинал. Но в конце концов он не осмелился отказаться. Он лишь пробормотал:

- Могу я спросить молодого Лорда... как мы решим этот вопрос с этими тремя великими семьями?

- Как вы будете решать этот вопрос с тремя семьями? Глава семьи Хуан задал странный вопрос, – вежливо улыбнулся Хуан Сяо. – Как говорится: работа человека принадлежит ему. Это было вопросом семьи Хуан с самого начала. Мы были только путниками, которые проходили мимо, как друзья. Итак, как я могу многое сказать на эту тему? Кроме того, этот молодой Лорд уже сделал достаточно с точки зрения дружбы. В конце концов, старший Хуан хотел нарушить наши законы, участвуя в мирских делах. Но этот молодой Лорд не запрещал этого. Но это было лишь потому, что старший Хуан родился в семье Хуан. Поэтому было хорошо, что он хотел внести свой вклад в дело своей семьи... однако другие люди не обязаны этого делать…

Глава Хуан Цзюнь, подъём любой семьи всегда зависел от их собственных сил и способностей. Давайте предположим, что на этот раз мы сделаем для вас исключение... но что вы будете делать в следующий раз? Поэтому глава семьи Хуан должен продемонстрировать своё мужество в это тяжёлое время. Ведь людям Иллюзорного Океана Крови очень неудобно в это ввязываться. Более того, я только попросил главу семьи Хуан собрать немного денег на благо всего материка и простых людей. И я должен заявить, что это не ради Иллюзорного Океана Крови. Итак, я надеюсь, что лорд семьи Хуан не неправильно меня понял? Я должен сказать, что семья Хуан, очевидно, поднимется и будет самой известной и уважаемой во всём мире, если она сумеет сокрушить эти три семьи одновременно. На самом деле это будет история, достойная легенд!

Хуан Цзюнь был ошарашен этим!

«Вы даже не собираетесь принимать во внимание жизнь и смерть моей семьи, когда дело доходит до оплаты ваших расходов? В чём заключается эта логика? Так вот как люди Святых Земель думают? Они смотрят на общество простых людей с презрением...» - Хуан Цзюнь не мог думать о чём-либо другом в это время. На самом деле в его голове сейчас было только два слова:

«Нам конец!»

«Уничтожить сразу три великие семьи? Легче сказать, чем сделать! Сколько сил по всему миру способны сравниться с силой этих трёх великих семей? Никто, кроме трёх Святых Земель! Может быть, Город Серебряной Метели... кроме того, семья Цзюнь – одна из этих трёх великих семей... А сила семьи Цзюнь, как мы уже успели понять, непостижимо глубока в это время. Юный Лорд Иллюзорного Океана Крови тоже напуган, поэтому и не хочет ввязываться?»

«В любом случае, даже если забыть о трёх великих семьях сразу... мы не можем осмелиться оскорбить даже половину силы любой из этих семей...»

«Вы пришли сюда и начали подстрекать нас против этих трёх семей. Ты сказал нам не подчиняться им. Именно твои мужественные слова привели к этим бесконечным неприятностям, которые для нас смертельны! Более того, весь мир ждёт хорошее шоу сейчас... но вы вдруг испугались непостижимой силы противника в последнюю минуту и решили праздно постоять в стороне...»

«Разве это не сродни чистейшему мошенничеству?»

«Даже мошенник не настолько мудак! Это самый высокий уровень мошенничества! Твои пустые слова обрекли мою семью Хуан на вечное проклятие!»

«Сначала ты обманул нас так, а теперь ты даже хочешь, чтобы мы продали нашу собственность и дали тебе золото для аукциона... Ах, да, и это – для будущего простых людей? Пи**ишь, мудень! Даже воры не такие бесстыдные... но отношение этого молодого Лорда… он может уничтожить всю мою семью, если мы не выполним его «просьбу»!»

Молодой Лорд говорил спокойно и даже дружелюбно в этот момент. Тем не менее Хуан Цзюнь не сомневался в возможности того, что этот молодой Лорд попросит по-другому, если послать его.

«Этот урод не думает о простых людях. И он не будет скупиться на уничтожение моей маленькой семьи ради своей цели…»

«Кроме того, всё ещё есть шанс, что я смогу заслужить благосклонность Иллюзорного Океана Крови, если они смогут купить больше таблеток для закалки костей у семьи Цзюнь» - поэтому Хуан Цзюнь не стал качать права.

Это была трагедия Хуан Цзюня!

Глава семьи Хуан молился каждый день, но его молитвы остались без ответа. Он хотел плакать, но не нашёл слёз. Он полностью развалился…

У него даже возникло желание поднять нож и совершить ритуальное самоубийство…

****

Цзюнь Мосе едва заснул, когда его снова разбудили. На этот раз это был его третий дядя: Цзюнь Вуй лично пришёл и сдёрнул с него одеяло. Цзюнь Мосе посмотрел на свои блестящие белые бедра и не мог понять, смеяться ему или плакать. К счастью, он изменил свою привычку спать голым. В противном случае, этот человек видел бы всё:

- Третий дядя, ты только скажи мне, что я должен ответить на это? Сначала дедушка, теперь ты! Вы так и будете приходить посреди ночи и лезть ко мне под одеяло, когда я найду себе жену? Или у вас фетиш на сдёргивание одеял с подростков? Вас это заводит, блин, или как?

- Заткнись. Быстро вставай и идём. Это серьёзно! – невозмутимый Цзюнь Вуй отвесил нехилую пощёчину своему племяннику. Бедный Цзюнь Мосе рефлекторно прикрыл свою задницу, но вскочил. Он быстро оделся, стараясь не поворачиваться задницей к дяде, и вышел за ним из комнаты, хотя по лицу было видно, что он ещё спит.

Цзюнь Мосе добрался до двора Цзюнь Вуя и увидел двух людей. Но он был настолько шокирован, что сонливость исчезла в одно мгновение:

«Это слишком неожиданно. Как такое вообще возможно?!»

- Вы двое... какого хрена вы пришли сюда? И как это вообще произошло? – Цзюнь Мосе смотрел на мужчину и девушку, что стояли перед ним, – Му Сю Тонг и Хан Янь Мэн. Они были в синяках и ссадинах. Выглядели они очень измученными, и их одежда ничем не отличалась от одежды нищих. Это были просто крайности, когда Цзюнь Мосе вспоминал утончённого и культурного Му Сю Тонга и умную и красивую Хан Янь Мэн!

«Что происходит?»

- Возможно ли, что... Люди Города Серебряной Метели мертвы? – Цзюнь Мосе спросил довольно злорадным тоном.

- Нет. Ещё не мертвы... но более или менее мертвы! – Му Сю Тонг фыркнул, и в его глазах блеснула глубокая ненависть. – Мы пришли сюда с надеждой объединить усилия с семьей Цзюнь, чтобы уничтожить семью Сяо. Что думает об этом третий молодой господин?

Му Сю Тонг знал, что третий молодой господин семьи Цзюнь — Цзюнь Мосе — был ключом к их нынешней известности. Поэтому, спрашивая об этом, он повернулся к Цзюнь Мосе.

- Объединить усилия? Уничтожить семью Сяо? Ах! Какое ужасно интересное предложение… – глаза Цзюнь Мосе блеснули. Он выпрямился, почесал подбородок и что-то пробормотал. Затем он усмехнулся.

– Мы также можем сидеть здесь в безопасности, пока ваши семьи будут сражаться. А когда всё кончится – мы могли бы пойти и пожать плоды. В конце концов, это было бы удобнее для нас. Нам лучше подождать, пока семьи Сяо и Хан не прикончат друг друга.

Глава 512. Сверхъестественное предвидение

Му Сю Тонг осторожно посмотрел на Цзюнь Мосе. На самом деле он был несколько потрясён:

«Этот юноша сумел предвидеть, что в Городе Серебряной Метели произошли большие и непредвиденные изменения! На самом деле он даже сразу указал на ключевое изменение!»

- Полагаю, вы даже не вернулись в Серебряный Город. Вместо этого, вы попали в засаду по дороге. Затем несколько экспертов вашей семьи Хан пожертвовали собой, чтобы дать вам шанс совершить побег. Я должен сказать, что нелегко быть настолько решительным... После этого вы, должно быть, блуждали по всему миру, но не могли осмелиться пойти куда угодно, так как они могли бы найти вас. Итак, вы бродили вокруг, и в конце концов пришли сюда, к семье Цзюнь, – слова Цзюнь Мосе били, словно нож.

– Семья Цзюнь – единственная, кто может защитить вас в это время. Итак, вы намерены использовать наши силы для подавления восстания. Тогда вы будете вести себя так, будто семья Хан помогла нам осуществить нашу месть, я прав? Ни у кого не будет проблем с таким объяснением, и семья Хан продолжит править Серебряным Городом. Дядя Му, я даже могу догадаться, что это твой личный план, верно? Но, должен сказать, что ты придумал отличный план!

Му Сю Тонг был поражен этим. Он вдруг выпрямился:

- Ты... как ты догадался?

- Тот факт, что вы появились здесь, делает это довольно очевидным. Кроме того, как вас могли выбрать, чтобы представлять семью Хан? Вашего статуса недостаточно для выполнения этой задачи. Мы, конечно, можем считать, что Хан Янь Мэн – Принцесса Серебряного Города, но это пока ещё слишком несущественно. Другими словами, ты бы не пришёл сюда, если бы у тебя не было других вариантов, – Цзюнь Мосе покачал головой.

Выражение Му Сю Тонга изменилось. Он успокоился и тихо спросил:

- О чём ещё ты можешь догадаться?

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и сел:

- Есть много вещей, которые можно понять из этого. Но жаль, что вещи, о которых я догадался, не очень хороши для семьи Хан. Семья Сяо уже начала своё крупномасштабное восстание. Но им понадобится контроль над официальной разведкой. Они постепенно должны были захватить различные узлы разведки и в конечном итоге приступили бы к замене всей разведывательной сети Города Серебряной Метели. На самом деле они бы заменили всех людей на более или менее важных должностях своими людьми. И это означает, что семья Хан будет слепой и глухой ко всему, пока кто-то из семьи Сяо не заговорит.

Затем их следующим шагом будет устранение людей, которые могли бы помочь семье Хан с позиции влияния. Я полагаю, что некоторые из людей семьи Хан были отправлены на миссии в течение последних нескольких лет. Это было сделано, разумеется, организованно и спланировано. Тем не менее эти люди смогли бы вернуться в Серебряный Город, только если бы им очень сильно повезло. Больше половины влиятельных и сильных людей не вернулись в город. Эти события, несомненно, вызвали бы переполох во внешнем мире. Но Лорд Серебряного Города сидел в своей штаб-квартире. Он бы даже не знал об этом. И это потому, что семья Сяо никогда бы ему не сказала. В конечном итоге волнения исчезли бы.

Затем они приступили к следующей ступени... медленно и неуклонно… Они будут ждать подходящей возможности прибрать себе власть. Но семья Хан будет спать спокойно, даже когда произойдёт эта насильственная смена правления. И это потому, что будет казаться, будто семья Сяо дает всё, что у них есть, чтобы справиться с этим должным образом. Возможно, сердца семьи Хан наполнятся благодарностью при мысли, что семья Сяо является верным и трудолюбивым подчинённым, которая тратит свою кровь и пот. Они даже будут считать их действительно надёжными... на самом деле они, вероятно, дадут семье Сяо ещё больше власти из-за вины, которая внушается им из-за того, что случилось в прошлом. Это будет продолжаться до тех пор, пока семья Хан, наконец, не станет абсолютно безмозглой и беззащитной... и тогда она будет уничтожена… – Цзюнь Мосе улыбнулся. – Я прав?

Му Сю Тонг глубоко вздохнул, глядя на него:

- Ты прав! Ты совершенно прав! Как ты догадался об этом?

- Нужны ли объяснения? Так бы сделал и я, если бы делал это сам! – Цзюнь Мосе улыбнулся. Его глаза наполнились насмешкой:

– Ты слишком долго жил в этой норе. Ты жил как настоящий принц. Ты давно забыл мирские обычаи. Возьми эти инциденты, например... разоблачение заговора семьи Сяо... нанесение увечий Сяо Хану... смерть Сяо Бу Юя... всё это произошло перед армией из двадцати тысяч человек. Поэтому новости об этом, должно быть, распространились по всему миру. Серебряный Город должен был отреагировать сразу же, молниеносно, если бы он был под контролем семьи Хан. Во-первых, они бы поместили членов семьи Сяо под арест. Во-вторых, они бы послали большое количество сильных экспертов, чтобы сопроводить вас в безопасное место. И главы трёх семей из Серебряного Города, в конце концов, встретились бы лицом к лицу перед всем миром. Тем не менее вы не получали никаких новостей из Серебряного Города на протяжении всего путешествия. Почему? Весь мир знал об этом. Итак, ты никогда не подозревал, почему Серебряный Город не знает? Почему они не ответили? Не говори мне, что ты не думал об этих проблемах?

Ты не знал об этом на протяжении всего путешествия в Серебряный Город. Вместо этого, ты шаг за шагом двигался по пути к своей гибели и попал в ловушку семьи Сяо! Нет необходимости что-то говорить! Теперь, когда я увидел вас здесь, я всё понял. Но меня озадачивает, что в вашей компании были эксперты Суань Неба и Духа. Они были известны во всем мире и были очень сильными экспертами. Как они могли быть такими идиотами? Не говорите мне, что никто из вас не подозревал, что что-то было не так? Вы совсем не были настороже?

На самом деле вам нужно было путешествовать всего два дня после этого инцидента в городе Южного неба. И вы должны были определить, что впереди была засада, если Вы не получили никаких новостей из Серебряного Города к тому времени. Нужно было залечь на дно, чтобы спрятаться. Тогда тебе надо было придумать, как замаскироваться, чтобы вернуться в Серебряный Город. Но вы, люди, никогда не думали об этом, и вместо этого попали в засаду, устроенную семьей Сяо! Я никогда не ожидал, что вы будете такими наивными, беспечными и глупыми!

Хотя, возможно, вы и не глупы. Возможно, давняя легендарная репутация Серебряного Города затуманила ваши мозги! И, возможно, поэтому вы не подумали об этом. Следовательно, вы наивно путешествовали, думая, что вы в безопасности, потому что вы не передавали никаких сообщений о вашем возвращении. А семья Сяо внезапно напала на вас. Но, честное слово, я просто не могу, как это смешно! Только не говорите мне, что вы забыли, кто контролирует разведывательную сеть Города Серебряной Метели?

Цзюнь Мосе произнёс всю эту речь так, словно видел, как это произошло своими собственными глазами.

Услышав эти слова, Му Сю Тонг был ошарашен:

«Цзюнь Мосе абсолютно прав. И это действительно так!»

Му Сю Тонг и погибшие третий и пятый старейшины считали, что семья Сяо была очень дальновидной. Они чувствовали, что семья Сяо очень амбициозна и жестока, как хитрые волки, и чувствовали, что их необходимо уничтожить как можно быстрее. Но они никогда не думали, что семья Сяо сделает это раньше них…

Возможно, им пришлось бы чем-то пожертвовать, но жертвы не были бы такими катастрофическими, как сейчас.

Всего можно было бы избежать, если бы эти люди подумали о том, что сказал Цзюнь Мосе.

Му Сю Тонг глубоко вздохнул. В конце концов он решился и поднял глаза. Затем он честно сказал:

- Да. Город Серебряной Метели находится в очень опасном положении. Восстание семьи Сяо разразится в тот момент, когда они сочтут время подходящим. Только маленькая принцесса и я смогли выжить из всей группы, более чем из дюжины человек. Мы сбежали и пришли измученными к семье Цзюнь в поисках помощи. Я не знаю, имеем ли мы права просить о союзе, но я всё ещё надеюсь, что семья Цзюнь видит в семье Сяо общего врага. Поэтому, я надеюсь, что вы окажете нам свою помощь! – он глубоко вздохнул и продолжил:

– Семья Сяо является врагом семьи Цзюнь. Но семьи Хан и Цзюнь никогда не враждовали. На самом деле семья Сяо неоднократно хотела уничтожить семью Цзюнь. Но Владыка города не давал им этого сделать. В принципе, именно из-за вмешательства городского Владыки эти схемы и не состоялись. Поэтому семья Цзюнь не должна иметь никаких жалоб на семью Хан. И я не собираюсь угрожать или умолять вас об одолжении. Я только хочу, чтобы третий молодой господин обдумал всё, что поставлено на карту. Кроме того, третий брат и наша старшая принцесса испытывают чувства друг к другу. Старшая принцесса доживает свои дни на снежной вершине в надежде на возвращение уже десять лет! Она тосковала по своей любви столько лет... Не говорите мне, что вы сможете спокойно смотреть, как она попадет в руки семьи Сяо, чтобы быть униженной и осквернённой?

Цзюнь Вуй был напуган и эмоционально тронут. Он открыл рот, чтобы ответить, но…

Но Цзюнь Мосе внезапно махнул рукой, чтобы прервать дядю. Затем он многозначительно посмотрел на Му Сю Тонга:

- Вот почему ты пришел просить нашей помощи. Мы можем это пообещать. Но дядя Му не должен говорить о сотрудничестве. В конце концов, ваши разговоры о «сотрудничестве» не имеют никакого веса. В конце концов, решение сотрудничать – это не детская игра. Более того, об аспекте сотрудничества мы, безусловно, сможем поговорить на более позднем этапе. Но это только после того, как я встречусь с Владыкой Серебряного Города для обсуждения.

Прикончить к чёртовой матери семью Сяо, очевидно, заветная мечта нашей семьи Цзюнь. Но они не представляют никакой угрозы для семьи Цзюнь в настоящее время. Кроме того, это дело также касается семьи Хан. В конце концов, они разделяют тысячелетнее наследие и союз с семьёй Сяо. Поэтому семья Хан должна доказать свою искренность, если они действительно намерены сотрудничать с нами против семьи Сяо. Наша семья Цзюнь имеет право отомстить семье Сяо. И у нас есть силы, чтобы сделать это сейчас. Но мы не обязаны рисковать своими жизнями ради семьи Хан! Истина, безусловно, важна, когда дело доходит до неё, с точки зрения человеческих эмоций. Однако реальность своей чугунной задницей обычно рушит хрустальные мечты. Я надеюсь, что дядя Му сможет это понять.

Му Сю Тонг вздохнул с облегчением. Затем он сказал:

- Это естественно! И я уверен, что Владыка города не будет относиться к семье Цзюнь несправедливо. Вы можете быть уверены в этом.

Цзюнь Мосе улыбнулся, но больше не заговорил:

«Совершенно верно! Это может быть то, что я искренне надеюсь сделать, но я сделаю это только тогда, когда я сам подумаю, что время пришло. Более того, у меня в голове будет только одна цель — я сделаю это ради личной мести и желания!»

«Но я прошу вас проявить искренность, если вы хотите смешать свои личные интересы с моими. В конце концов, я не обязан работать в чужих интересах, даже если они полностью совпадают с моими. Я сделаю кое-что для себя. И я сделаю это с чистой совестью. Вот и всё!»

«Я могу признаться, что я буду иметь дело с семьей Сяо, даже если семья Хан не пойдёт ко мне со своими просьбами. Но я сделаю это только после того, как семья Хан и Сяо закончат сражаться. В конце концов, я уверен, что это будет означать меньше проблем и много других преимуществ для меня…»

«Кроме того, важно знать, что даже высшие эшелоны семьи Хан всё ещё находятся в неведении относительно семьи Сяо. Поэтому семье Цзюнь, возможно, придется нести всю ношу в одиночку, если она безрассудно ворвётся извне. На самом деле это может даже привести к контратаке со стороны семьи Хан, так как она не знает правды…»

«Риск слишком велик».

«Тем не менее всё будет ясно и просто, если мы вмешаемся после того, как две семьи начнут сражаться. В конце концов, в таком случае нам придётся иметь дело лишь с семьёй Сяо. Тем более, они будут ослаблены и истощены».

Цзюнь Мосе знал, что даже Цзюнь Вуй и Му Сю Тонг понимали это. Поэтому Цзюнь Мосе сказал:

- Ты пришёл к нам за помощью. И мы обещаем это сделать. Но не называй это союзом.

Такой подход Цзюнь Мосе даже завоевал ему некоторую признательность.

Глава 513. Нестабильность

Цзюнь Мосе пошёл на эти уступки, потому что считался с Цзюнь Вуем. Можно сказать, что он уделил должное внимание той прекрасной женщине, которая жила на заснеженной вершине. В конце концов, она рисковала своей жизнью ради семьи Цзюнь.

Хан Янь Яо!

В противном случае, как семья Хан и Сяо отличались с точки зрения семьи Цзюнь? Разве они обе не были из Города Серебряной Метели?

«Разве не семья Хан поощряла высокомерие семьи Сяо? Была бы семья Цзюнь убита, если бы не семья Хан? И ты упомянул, что вы подавили план семьи Сяо позже? Хочешь, чтобы я тобой восхищался? Ты хочешь, чтобы я помог тебе в этой ситуации из-за этого? Да мне плевать на этот аргумент! Почему ты не сделал этого раньше? Разве ты не ждал, пока семья Цзюнь будет искалечена, прежде чем сломать планы семьи Сяо? Разве ты не сделал это с намерением заставить нас ненавидеть семью Сяо?»

«Кроме того, наша семья Цзюнь обладает достаточной силой, чтобы спокойно пожать трофеи войны между вашими двумя семьями, пока мы подождём в стороне и понаблюдаем, а потом прикончить обе ваши семьи к чертям собачьим. И мы могли бы легко отомстить за один удар…»

- И когда начнём? Не могу дождаться этого момента. Мы могли бы уменьшить ущерб в значительной степени, если бы мы начали как можно раньше... – Му Сю Тонг вздохнул с облегчением, выслушав Цзюнь Мосе. Он знал, что Цзюнь Мосе, безусловно, выставит некоторые условия для семьи Хан за это дело. И он также знал, что эти условия будут очень жёсткими. Однако на данном этапе всё было хорошо.

Цзюнь Мосе был абсолютно не похожим на Цзюнь Вуя. На самом деле Цзюнь Мосе был человеком, который не стал бы действовать без какого-либо стимула. Этот юноша не имел ни малейшего следа благородства.

- В этом нет необходимости... Нам важно сначала разобраться с некоторыми вещами. Наша нынешняя сила не слаба, но её ещё недостаточно, чтобы потрясти весь Серебряный Город. Мы понесём много жертв без какой-либо выгоды, если будем действовать опрометчиво сейчас, – улыбнулся Цзюнь Мосе и продолжил. – Более того, я не думаю, что семья Сяо будет действовать в ближайшее время. Так что мы ещё можем немного подождать.

- Почему бы семье Сяо не сделать шаг в ближайшее время? – Му Сю Тонг не понимал этого так же, как и Цзюнь Вуй.

- Ты не должен забывать, что семья Сяо не так давно потеряла четырёх экспертов Суань Духа. И это огромная потеря для их общей боеспособности. У семьи Сяо всё ещё достаточно сил, чтобы уничтожить вас и продолжать рулить Городом. Но в этом случае они понесут большие потери. Поэтому им необходимо восстановиться после этой потери в силе…

Семья Сяо хочет восстать, потому что они хотят захватить власть над Серебряным Городом. И они также хотят взять себе всё, что Город Серебряной Метели получил в прошлом. Они могут выиграть, если двинутся прямо сейчас. Но это будет жалкая победа. На самом деле они даже почувствуют, что легко отпустили семью Хан. Семья Сяо не сделает ни шагу, пока у них не будет абсолютной уверенности в победе. В конце концов, они бы позволили вашей команде вернуться на гору, и они бы уничтожили вас после того, как вы все собрались бы в одном месте. Иначе зачем бы они устроили вам засаду на полпути? Таким образом, мы можем сказать, что семья Сяо ещё не полностью готова! Это событие, безусловно, является чрезвычайной ситуацией для семьи Хан. Но разве это не то же самое для семьи Сяо? Вы в растерянности, когда дело доходит до того, что будет дальше. Но семья Сяо наверняка будет более раздосадована. Поэтому нам не нужно тревожиться слишком много по поводу мелочей, которые легко можно закончить. Кроме того, мы можем позволить семье Сяо ослабить бдительность. В конце концов это позволит нам ударить, как гром, когда придёт нужное время! И мы отправим семью Сяо на вечное проклятие без надежды на восстановление лишь одним точным ударом!

Му Сю Тонг тяжело кивнул. Однако его мысли перестали метаться, и на душе полегчало.

Анализ Цзюнь Мосе заставил его понять, что ситуация действительно обстояла очень плохо. Но он также понял, что всё не так плохо, как он себе представлял.

Поэтому он обернулся, чтобы посмотреть на маленькую принцессу Хан Янь Мэн. Та, безмерно устав, уже уснула на стуле. Весь путь был очень трудным, и они всю дорогу не могли отдохнуть от паники и страха. И она перенесла всю тяжесть этого ужасного путешествия. Тем не менее она расслабилась и успокоилась, когда услышала, что молодой господин Цзюнь Мосе согласился помочь им. Она хотела что-то сказать, но была так измотана, что тут же заснула.

Му Сю Тонг осторожно взял её на руки и перенёс на кровать. Посмотрев на неё, мужчина вполголоса сказал:

- Весь этот путь был полон горьких трудностей... Но маленькая принцесса... ты не произнесла ни слова жалоб на протяжении всего путешествия. Ты сопровождала меня на протяжении всего этого трудного путешествия...

Цзюнь Мосе тоже вздохнул. Его преследовали, чтобы убить на протяжении всей его предыдущей жизни. Он хорошо знал это чувство из прошлого опыта:

«Но я прошел через очень жёсткую подготовку. Тем не менее у этой маленькой девочки не было опыта, который был у меня. Должно быть, это укрепило её. Му Сю Тонг был вместе с ней. Но это всё равно было очень трудно...»

- Мне нужно знать точную силу семьи Хан. Она включает в себя скрытых экспертов. Я также хотел бы знать о тех, кто, возможно, отправился в три Священные Земли из прошлых поколений. И то же самое касается членов семьи Сяо... – Цзюнь Мосе привёл в порядок свои мысли и задал вопрос.

«В каждой битве можно одержать победу только в том случае, если хорошо знаешь себя и врага».

«Мы сейчас решили сражаться. Поэтому нельзя пренебрегать ни одним фактором, который может повлиять на исход войны. Даже самая маленькая ошибка может привести к нашему уничтожению! Этот Хуан Тай Ян из семьи Хуан является ярким примером этого. Он вслепую ворвался сюда, но был похоронен здесь, потому что он считал себя сильнейшим экспертом той эпохи...»

Поэтому Цзюнь Мосе решил, что они должны устранить все угрозы заранее. Они будут принимать во внимание все факторы, даже если они не смогут устранить каждую угрозу. Это был единственный способ победить семью Сяо за один ход.

На самом деле был шанс, что они не смогут вынести последствия даже одного промаха.

- Общее количество экспертов Суань Неба в семье Хан... – Му Сю Тонг даже не закончил говорить, когда Цзюнь Мосе прервал его.

- Не нужно принимать во внимание экспертов Суань Неба. Только Суань Духа и выше.

- Ну, в Серебряном Городе есть девять старейшин Суань Духа, которые присутствуют там в течение года. Кроме того, есть три старейшины в зале правоохранительных органов, которые принадлежат семье Хан. Каждый из них находится на уровне Духа Суань. Но это те цифры, которые я знал раньше. У нас также есть Владыка города – Хан Чжань Мэн — и Леди. Оба они находятся на уровне Духа Суань. Владыка находится на четвёртом уровне Духа Суань, а Леди – эксперт Духа Сюань первого уровня. Ещё четверо старейшин ушли на снежные вершины в уединение. Но никто не знает их точное местоположение. Ещё есть старый Владыка. Он отправился в уединение двадцать лет назад, и с тех пор его никто не видел. Насчёт трёх Священных земель я ничего не знаю».

Цзюнь Мосе немного подумал:

- Таким образом, мы можем рассчитывать на четырнадцать экспертов Духа Суань. Более того, эти четыре старейшины и старый Лорд пока не включены в этот список. Но они могут рассматриваться как возможная помощь... как насчёт семьи Сяо?

- Семья Сяо... имеет около одиннадцати старейшин Духа Суань, в зале правоохранительных органов ещё трое. И пара, которая завела семью... плюс, у них также есть около пяти человек в уединении. Более того, я слышал, что у них есть ещё пять или шесть человек, которые спустились с гор несколько лет назад. Тем не менее они не вернулись по неизвестным причинам... однако большее количество экспертов Суань Неба также находятся под командованием семьи Сяо…

Му Сю Тонг вспомнил относительную силу обеих сторон.

- Это означает, что сила обеих сторон практически одинакова. Оба могут использовать около четырнадцати экспертов и иметь дополнительно неопределённое количество экспертов. Семья Сяо могла запланировать что-то и на этот случай, но у семьи Хан есть преимущество в старом Владыке города. Каждый из них может более или менее противодействовать друг другу с точки зрения силы. Но семья Хан будет в невыгодном положении. Подчинённый силён, а старший слаб. Поэтому неудивительно, что такая ситуация возникла!

Цзюнь Мосе слегка щёлкнул пальцами:

- Тем не менее семья Сяо действует тайно, а семья Хан - открыто. Это несколько неблагоприятно…

Му Сю Тонг кивнул:

- Правильно. Поэтому мы должны найти способ сообщить Городу Серебряной Метели о том, что происходит. Иначе, всё обернётся очень плохо. Я боюсь, что это будет стоить семье Хан слишком много...

- Не так-то просто создать заговор против Духа Суань, – слегка улыбнулся Цзюнь Мосе. Затем он цинично продолжил. – Даже не нужно двигать руками, чтобы справиться с целью, как только они достигнут сферы Духа Суань; даже одного взгляда будет достаточно, чтобы вызвать реакцию. Итак, что может сделать эксперт Суань Духа, если он захочет кого-то убить? Семья Сяо приступила бы к действию, если бы было так легко убить эксперта Духа Суань. Почему они ждали так долго? Ведь не хотят же они сражаться один на один?

Му Сю Тонг покраснел от смущения. Он знал это, но он не думал об этом из-за своих проблем.

Тем не менее его глаза внезапно засияли в этот момент:

- Кроме того, семья Сяо может иметь предателей в семье Хан. Так было в случае с Семью Мечами. Мы не сможем защититься от этого. Но когда дело доходит до сражения...

- Это то, что касается сражения! Так что нет необходимости думать об этом сейчас! – Цзюнь Мосе встал. Он выглядел сонным и усталым. Щеки его глубоко впали, а вокруг глаз были фиолетовые синяки. Он был морально и физически истощён.

- Вы останетесь в семье Цзюнь. Так что будьте спокойны и выздоравливайте. И позаботьтесь о том, чтобы никто не узнал о вашем местонахождении! Я позабочусь обо всем остальном.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, выйдя из комнаты. Цзюнь Вуй подошёл к нему и серьёзно спросил:

- Мосе, ты уверен насчёт этого?

Его глаза были полны беспокойства.

У семей Хан и Сяо было более десяти экспертов Духа Суань, наблюдающие за своими семьями. И Цзюнь Вуй прекрасно понимал, что у семьи Цзюнь ещё не было достаточно сил, чтобы ввязаться в такую драку.

Цзюнь Вуй, очевидно, хотел спасти Хан Янь Яо. Он даже хотел помочь семье Хан с их затруднительным положением. Но он не хотел жертвовать семьёй Цзюнь просто так. Надо сказать, что он был не против пожертвовать собой. Но он не мог пожертвовать всей своей семьёй. И эта цена была ещё более неприемлемой, если бы она включала в себя жертву Цзюнь Мосе...

Поэтому Цзюнь Вуй никогда бы не согласился сделать это, если бы Цзюнь Мосе не пообещал.

- Расслабься. Я знаю, что происходит, третий дядя. Семья Сяо задолжала нашей семье Цзюнь очень много. В прошлый раз я лишь частично погасил проценты. Но сейчас мы полностью рассчитаемся с ними. Мы не смогли уладить это в последний раз, так как время было неподходящим. Но сейчас время пришло. Мы разберёмся с этим как следует. Третий дядя, у меня такое чувство, что структура всего общества изменится, если мы вмешаемся. Кости мертвых будут свалены в высочайшие горы!

Цзюнь Мосе выглядел необычайно спокойным и уравновешенным. Он сжал кулак и медленно поднял его вверх. Казалось, что он хочет посеять хаос во всём мире. На самом деле, казалось, что он хочет держать мир в своей ладони! Нечёткий кровавый блеск на секунду появился в бездне его зрачков!

«Этот мир видит изменения в своих владыках! Мы будем использовать семью Сяо в качестве ступеньки. Затем мы направим наш меч на мир и спросим: "Кто могучий герой?"»

Глава 514. Кто будет нести ответственность за все эти грехи? Чья это была ошибка?

«Частично погасили процент... не будь таким жестоким!» – Цзюнь Вуй подумал и, в конце концов, выдавил:

– Я не хочу, чтобы семья Цзюнь... пострадала из-за меня. Я бы предпочел ... не мстить за эту вражду, даже если ущерб будет очень незначительным!

Цзюнь Вуй смотрел на тускло освещённый двор семьи Цзюнь. На его лице были видны глубокие эмоции и привязанность к этому месту.

Человек начинает понимать ценность семьи, как только понесёт утрату!

А потеря близкого человека вызывает самое острое сожаление…

Никто не может быть по-настоящему счастлив, если не может перенести свои сожаления…

- Третий дядя... – Цзюнь Мосе спросил прямолинейно. – Ты веришь, что семья Сяо решила отомстить из-за тебя? Ты думаешь, что они захотели уничтожить нас из-за тебя? Тот же Адский Зал творил множество ужасных вещей. Но разве они стали бы разрушать столько семей только из-за тебя? Стали бы они так плохо обращаться с этими детьми... что остались ни живыми, ни мёртвыми? Ты думаешь, что тебя можно в этом винить? Ты чувствуешь, что этого бы не случилось, если бы тебя не было? Ты поэтому такой мрачный последнее время?

Цзюнь Вуй внезапно обернулся: его высокая фигура казалась ещё более высокой и грозной, а в глазах плескалась бесконечная боль:

- Заткнись! Не говори этого!

- Почему я не должен этого говорить? Ты всё равно думаешь так! Ты держишься за все эти грехи, и ты винишь себя за них! – Цзюнь Мосе крикнул в ответ. – Третий дядя, это очень глупо! Есть много того, о чём ты не думал... вся наша семья Цзюнь причинила много грехов миллионам людей... на самом деле, даже то, что дела Адского Зала по сравнению с ним – детские игры. Даже дела семьи Сяо незначительны перед преступлениями нашей семьи Цзюнь. Не будет преувеличением сказать, что семья Цзюнь во много раз хуже! На самом деле их даже сравнивать нельзя!

- Как ты можешь такое говорить? Мосе, я знаю, что ты относишься к остальным очень высокомерно. Ты всегда косо смотрел даже на истинных героев этой земли. И ты всегда говорил о них грубо. Но это из-за твоей глупости и ревности. Поэтому я игнорировал это. Но ты потомок семьи Цзюнь ... как ты можешь говорить такое о своей собственной семье? – Цзюнь Вуй нахмурил брови. Он чувствовал какую-то фальшь в своих собственных словах.

- Я где-то преувеличил? Это правда. Тем не менее ты и дедушка... на самом деле вся семья Цзюнь никогда не принимала этого. Возможно, мы не осмеливались принять это! Но это действительно правда. Дед привёл свою армию к победе с того дня, как он надел свой военный плащ и отважился окропить клинок чужой кровью. Ты думаешь, что он спокойно и мирно объезжал вражеских солдат? Ты согласен с тем, что сотни тысяч наших и чужих людей погибли в этих войнах? – Цзюнь Мосе говорил спокойно. Но в его голосе звенел металл. – Более того, отец, второй дядя, оба моих старших брата... И ты тоже сражался на поле боя, третий дядя! Можно сказать, что бесчисленное количество солдат погибло из-за семьи Цзюнь! Причём этот факт не зависит от того, были ли причины убивать противника или нет! Мы можем считать, что в общей сложности погибли миллионы солдат! Ты когда-нибудь думал об этом?

Цзюнь Вуй посмотрел на него и сказал:

- Твоя точка зрения однобокая! Семья Цзюнь омывала эти поля сражений кровью ради Империи Тянсян и её народа! Жертвы на поле боя неизбежны. Но это идеальное место для солдата! Как ты можешь сравнивать эту жертву с эгоизмом семьи Сяо?

- Действительно ли эти два аспекта несравнимы?! Солдаты надеются пожертвовать жизнью ради своей страны? На самом деле они хотят отплатить своей стране смертью на поле боя? Хорошо, даже если так, как насчёт их семей? Насчёт их детей? Не говори мне, что дети тоже должны умирать со своими отцами, как герои на поле боя? Почему их дети должны нести ответственность за мученическую смерть их отца? Почему их следует принуждать продавать себя в рабство и заниматься проституцией? – Цзюнь Мосе ухмыльнулся в ответ.

– Миллионы солдат погибли ради нашей семьи Цзюнь на протяжении последних десятилетий. Тем не менее семьи этих солдат были бы разрушены финансовыми проблемами из-за семьи Цзюнь, не так ли? Итак, сколько грехов висит на нашей семье Цзюнь с этой точки зрения? Сколько сирот и вдов подверглись издевательствам и унижениям из-за нашей семьи Цзюнь? Сколько дочерей из хороших семей были вынуждены пойти в бордели ради семьи Цзюнь и её войн? Третий дядя... ты прав, говоря, что наша семья Цзюнь и семья Сяо по существу очень разные. В конце концов, семья Сяо делала это ради своей ненависти, в то время как семья Цзюнь делала это ради своей праведности! Но это единственная разница между нами! Впрочем, не важно, было это в корыстных целях или праведности... ведь последствия те же – жестокие и кровавые! И никто не может отрицать этого! Одна успешная военная экспедиция построена из гор костей! Так что насчёт карьеры военного генерала...? – Цзюнь Мосе продолжал всё более злым тоном.

– Этот так, независимо от того, принимаешь ты это или нет! Ненависть и страдания этих бесчисленных семей на руках семьи Цзюнь! И я верю, что казнить каждого члена семьи Цзюнь смертью от тысячи порезов будет недостаточно, чтобы дать выход их гневу! На самом деле будет бесполезно, даже если нас заставят умереть тысячью смертей! Но какая разница, возьмёшь ли ты на себя ответственность за все эти грехи или нет? Что изменится, если ты будешь страдать всю свою жизнь... решишь не жениться всю свою жизнь... и начать бухать, чтобы забыть свои проблемы, пока не сойдёшь с ума? Что изменится? Разве вся наша семья Цзюнь не покончила бы уже с собой, если бы мы все делали как ты, виня во всём только себя, третий дядя? Эти грехи всё равно уже совершены. Ты взял на себя грехи, которые совершила семья Сяо. Но не говори мне, что ты можешь справиться со скорбящими призраками погибших на поле боя? Особенно душами тех бесчисленных сирот и вдов, которые из-за этого пережили кровавые трагедии…

- Не говори подобного! Прекрати говорить такие вещи! – Цзюнь Вуй покрылся холодным потом с головы до ног. Он пошатнулся, но смог устоять.

- Я уже сказал то, что должен был сделать. Так что третий дядя должен сам рассмотреть это дело. Вот эта вина ляжет на твои плечи, если ты сумеешь её вынести. В конце концов, ты нынешний глава семьи Цзюнь. Ты понимаешь, какую ответственность ты должен нести лучше, чем любой другой человек. Ты должен нести эту вину? Но, я думаю, что ты подведёшь всю семью Цзюнь, если будешь нести это бремя в одиночку! – Цзюнь Мосе улыбнулся, после чего развернулся и ушёл.

Сердце Цзюнь Вуя всегда болело. И Цзюнь Мосе всегда искал возможность излечить его страдания. Но он чувствовал, что было бы лучше высказать всё это. Пусть это и оставит неприятный осадок, но эффект будет лучше.

Му Сю Тонг постучал к ним в дверь. Это означало, что дело Серебряного Города скоро закончится так или иначе. Но что произойдёт после того, как семья Сяо будет уничтожена? Вполне возможно, что характер Цзюнь Вуя возьмёт и это бремя на себя. И это в конечном итоге приведет к катастрофическому результату для него…

В конце концов, эта серия трагедий была вызвана романом между Цзюнь Вуем и Хан Яо, если посмотреть на это с другой точки зрения. Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэн погибли в бою. Два сына Цзюнь Ву Хи – Цзюнь Му Ю и Цзюнь Му Шу также погибли на поле боя. Мать Цзюнь Мосе лежала в коме до этого дня. Честь и престиж семьи Цзюнь очень сильно пострадали... более того, нельзя было пренебрегать и ужасными действиями Адского Зала... и, можно сказать, что Цзюнь Вуй и Хан Янь Яо были ответственны за всё это!

Даже уничтожение всей семьи Сяо не позволит Цзюнь Вую быть счастливым с Хан Яо, если он не сможет отбросить эти мысли.

На самом деле его вина будет терзать его сердце даже тогда, когда они будут вместе!

Однако почему Хан Янь Яо исчезла в тех снежных горах десять лет назад? На самом деле она даже не колебалась, когда услышала, что семья Сяо хочет убить всю семью Цзюнь. Но почему?

Кто был виноват в этом? Хан Янь Яо? Но какая женщина на этой земле не хотела бы испытать настоящую и незабываемую любовь? Какая женщина не хотела бы иметь такую любовь? Он был талантливым молодым человеком, и она была красивой молодой девушкой. Они не были идеальной парой? Да это брак, заключённый на Небесах!

Это то, о чём мечтает каждая молодая девушка!

Должно быть, её настигла страсть при встрече с любовью всей её жизни. И как она могла противостоять этой страсти в свете той шутливой помолвки, которая была установлена в её детские годы? Кроме того, Хан Янь Яо было всего шестнадцать или семнадцать лет! Что может понять девушка в эти годы? Как она могла приказать себе забыть о своих личных интересах ради семейных обязанностей? Как она могла думать об этих вещах, когда её сердце было переполнено эмоциями и возможностью быть с любимым всю оставшуюся жизнь?

Кроме того, она была дочерью Владыки Серебряного Города. Разве было что-то, о чём её отец не мог позаботиться? Она, должно быть, поняла, что её отцу придётся выполнить своё обещание перед семьёй Сяо, если случится худшее. И семья Сяо вряд ли будет возражать.

А Цзюнь Вуй виноват? Это ещё более немыслимо! Цзюнь Вуй даже не знал о происхождении Хан Янь Яо в то время. Он знал только, что она была из знатной и богатой семьи. Поэтому у Цзюнь Вуя, очевидно, не было никаких сомнений по поводу их брака. В конце концов, семья Цзюнь была очень могущественной и влиятельной в те дни. И какая девушка из богатой семьи не хотела бы, чтобы кто-то вроде Цзюнь Вуя был её мужем?

Можно сказать, что в обычном обществе было не так много семей, которые были способны найти подходящую пару для Цзюнь Вуя в те дни! На самом деле ни одна девушка из любой семьи не была способна стать достойной женой для Цзюнь Вуя!

Тем не менее семья Сяо уже прибыла к дверям семьи Цзюнь к тому времени, когда Цзюнь Вуй узнал истинную личность Хан Яо!

И к тому времени всё уже стало необратимым!

Эти двое влюблённых вскоре оказались разделены тысячами миль. Один был в Тянсяне, а другая - в заснеженных горах. И они ничего не могли сделать. Тем не менее семья Сяо пришла в поисках мести. И они пришли очень быстро. Одна трагедия следовала за другой. В конце концов, легендарный Кровавый Генерал, Цзюнь Вуй, впал в трясину вины. И он так и не смог выбраться из неё…

Это была ошибка Сяо Хана? Казалось, что в его действиях было что-то не так! Он, конечно, немного перестарался... Но и у него не было особого выбора…

В конце концов, может ли мужчина в этом мире спокойно смотреть, как его невеста сбежала с другим мужчиной? Может ли такой человек прийти к ним и сказать:

- Всё в порядке, херня какая. Я благословляю вас!

Такого человека можно было бы считать святым!

Разумеется, Сяо Хан пришёл отомстить.

В конце концов, потомки семьи Сяо сидели на вершине этого мира в снежных горах Серебряного Города. И тут какой-то Цзюнь Вуй из обычного, «смертного» общества осмелился забрать его будущую жену…

Это было равносильно тому, что невестка главного министра сбежала бы с сыном деревенского уборщика в туалетах... как он мог не подумать о том, чтобы отомстить?

Поэтому всё покатилось, как колесо истории... это было неизбежно!

Так кого же винить в этом случае, если не этих людей? Особенности судьбы? Человеческую природу? Это ещё более нелепо!

В этом вопросе не было ничего плохого. Решающим моментом было то, какую сторону можно было бы принять. Любой, кто стоял на стороне семьи Сяо, хотел бы отомстить семье Цзюнь. На самом деле любой, кто услышал бы эту историю, порекомендовал бы то же самое! Город Серебряной Метели обладал огромной мощью. Так что справиться с семьёй Цзюнь – разве не плёвое дело? И почему кто-то должен терпеть унижение, если они обладали силой, чтобы отомстить?

В конце концов, человеку не свойственно терпеть свой гнев и улыбаться после этого!

Глава 515.1. Конец демонам, терзающим сердце! (часть 1)

Честно говоря, Цзюнь Мосе хорошо знал психологию. Он бы тоже решил уничтожить всю семью Цзюнь, если бы был на месте Сяо Хана! Почему ему нужно переживать о гневе Владыки в этих обстоятельствах? Почему ему нужно переживать о Хан Янь Яо?

«Ты уже решила сбежать с другим мужчиной. Так почему меня должно волновать, что ты изуродовала себя? Поговорим после того, как я закончу с ними!»

«Во всяком случае, Владыка Города не заставит мою семью платить кровью за убийство семьи Цзюнь!»

Тем не менее можно было бы понять, что Цзюнь Вуй был невиновен, и можно было встать и на его сторону!

«Мы ничего не знали об этой женщине. Он встретил её случайно. Как он мог знать, что это повлечёт такую катастрофу? Как он мог знать, что вся его семья будет расплачиваться за его роман?»

«Кроме того, как бы он узнал что-нибудь об этой женщине до того, как начал с ней встречаться? Он спросил, но она не говорила ему. Тем не менее семья Сяо убила огромное количество людей из-за этого. В этом было замешано так много невинных. Однако сейчас у нас есть возможность отомстить. Так почему бы нам не отомстить?»

Следовательно, обе стороны по-своему правы, и это делает вещи ещё запутаннее…

Эта ситуация была крайне запутанной. Все считали, что их действия были честными и правильными, но это потому, что у каждого было свое восприятие в этом деле!

Однако любой человек заметил бы, что каждая из трёх сторон виновата. Ошибкой Хан Янь Яо было её своеволие. В конце концов, она должна была рассказать Цзюнь Вую о себе, когда они начали свой роман. Затем она должна была вернуться в Город Серебряной Метели и попросить своего отца взять это дело под контроль. Следовательно, эти события могли и не произойти в таком случае. И это было бы верно независимо от его одобрения или неодобрения. Но Хан Янь Яо решила действовать самостоятельно. И эти бедствия в конце концов возникли, потому что она хотела развлечь себя романтикой, хотя бы ненадолго…

Ошибка Сяо Хана, очевидно, была самой большой из всех! Его первой ошибкой было то, что он убил бесчисленное количество невинных. Фактически он устроил просто бесконечную бойню. Самой же серьёзной ошибкой было то, что он должен был убить всю семью Цзюнь в то время. Он не должен был оставлять никаких поводов для будущих неприятностей. В конце концов, даже одно семя может вызвать самую страшную месть, когда оно расцветёт!

Семья Цзюнь в общей сложности насчитывала восемь человек в то время! Он убил двух сыновей и двух внуков. Попутно искалечил ещё одного сына семьи. Кроме того, одна из женщин семьи осталась так опечалена этим инцидентом, что впала в кому. Вся семья развалилась. Только один старик и один идиот-развратник остались живыми... однако такой крайний гнев и ненависть породили бы такую вражду, которая не позволила бы им жить под тем же небом, что и их соперник. На самом деле легко можно было понять, что они будут пытаться взять реванш из поколения в поколение. И это бы только порождало новые океаны крови!

Для них было невозможно понять точку зрения друг друга. Но можно было уничтожить другого!

Семьи Хан и Сяо смогли основать Город Серебряной Метели, так как фортуна повернулась к ним лицом. Так почему же семья Цзюнь не могла стать сверхсильной, если удача повернулась бы к ним? Следовательно, семья Сяо ела горькие плоды, которые они сами посеяли!

Фактически все три вовлечённые стороны были вынуждены проглотить горький плод, который они посеяли!

Этому трёхстороннему горькому инциденту, очевидно, способствовало участие многих других элементов. Например, Император Тянсян также допустил ошибку... его ошибкой было планирование заручиться поддержкой Города Серебряной Метели, чтобы нанести ущерб военной силе семьи Цзюнь. В конце концов, план семьи Сяо по уничтожению семьи Цзюнь не прошёл бы так гладко, если бы Император не помог им! На самом деле семья Сяо не сумела бы убрать четырёх генералов из двух поколений семьи Цзюнь…

Результат этого дела был именно таким, какого Император Тянсян очень желал. Но это также вызвало непримиримую ненависть в сердце членов семьи Цзюнь. Участие Императорской семьи не было видно на первый взгляд. Но старик Цзюнь всё равно догадывался. Он, конечно, не хотел смотреть правде в глаза, но Цзюнь Мосе принял эти события очень близко к сердцу. Однако конкретных доказательств причастности Императорской семьи в настоящее время не имелось. И молодой господин Цзюнь был предельно уверен в одном — он не сделает ни шагу, если не будет иметь конкретных доказательств. В конце концов, он боялся, что ему придётся иметь дело со своим дедом, если у него не будет конкретных доказательств.

Тем не менее ещё один важный элемент пришёл из самого Города Серебряной Метели. И это было желание семьи Сяо захватить трон их города. Их план включал в себя две основные тактики: захватить контроль над военной мощью и предпринять стратегию мирного развития!

Эта так называемая «мирная революция» была заговором против семьи Хан. И их намерением было ввести своих людей в линию семьи Хан. Семья Сяо могла достичь этого, только женив своих сыновей на дочерях семьи Хан. Поэтому Сяо Хан и его племянник Сяо Фэн были выбраны, чтобы жениться на Хан Янь Яо и её младшей сестре. И их план был бы успешным, если бы Цзюнь Вуй случайно не вмешался в это дело. Тем не менее трудный и долгий план семьи Сяо потерпел крах, потому что появился Цзюнь Вуй. Так как семья Сяо могла не ненавидеть семью Цзюнь? Как они могли не хотеть истребить семью Цзюнь? Это было также главной причиной, почему глава семьи Сяо не скупился, используя всю свою силу, чтобы запугивать и подавлять слабых!

Тем не менее семья Донфанг также была вовлечена в этот беспорядок с течением времени. И в результате сила семьи Сяо значительно упала. Поэтому их план захвата военной мощи был вынужден на некоторое время остановиться. И это оставалось неизменным в течение почти десяти лет. Тем не менее другая дочь семьи Хан, Хан Янь Мэн, также выросла и стала взрослой за эти десять лет. Поэтому их план «мирной революции» получил новую возможность на воплощение. Но жаль, что Божий план вытесняет планы людей!

Их делегация в Южном Небесном Городе столкнулась со многими непредвиденными событиями. Третий и пятый старейшины происходили из семьи Хан. Но события, случившиеся в этой поездке, заставили их понять, что их вековые братья из семьи Сяо сговорились за их спиной. Это, очевидно, означало, что тактика «мирной революции» была обречена на провал. На самом деле даже их план захвата трона больше не был секретом. Поэтому у них осталась только одна альтернатива – от отчаяния залечь в засаду. И всё это произошло опять же из-за семьи Цзюнь!

План семьи Сяо был в конечном счёте успешным. И они смогли держать верхние эшелоны семьи Хан в неведении. Кроме того, только двум членам семьи Хан посчастливилось сбежать из осады: Му Сю Тонгу и Хан Янь Мэн.

Цзюнь Вуй и Хан Янь Яо прошли бы в качестве жертв, если бы кто-то проанализировал всё, что было упомянуто выше! В конце концов, они стали жертвами силы и гнева семьи Сяо!

Цзюнь Мосе только слышал её имя и никогда не встречался с ней лично. Тем не менее он уже имел приблизительное представление о том, каким будет характер его третьей тёти — Хан Янь Яо. Он был уверен, что она будет очень смелой и уникальной женщиной! Иначе она бы никогда не осмелилась на такое! Поэтому Цзюнь Мосе мог догадаться, что она, вероятно, свернёт себе шею, если узнает о страданиях Цзюнь Вуя по поводу его семьи…

«Я упорно ждала тебя столько лет. Я рисковала своей жизнью ради тебя. Я даже не колеблясь пошла против своей семьи ради тебя. Я думала только о тебе. Этот хаос наконец-то успокоился, и я наконец-то смогла встретиться с тобой снова. Я всегда мечтала, что всё будет замечательно, когда мы воссоединимся. Я надеялась на супружеское блаженство. Но ты говоришь «Мы не можем быть вместе, потому что я чувствую вину за то, что пришлось пережить моей семье?»

«Что это за дерьмо? Все знают, что ты страдал, но разве я не страдала?»

Так что Цзюнь Мосе должен был решить этот вопрос для Цзюнь Вуя! Эта нежная пара, вероятно, была источником всех этих несчастий... Но вся эта вина не должна быть возложена на их души. В конце концов, это понятие вины – лишь Небесный способ играть с людьми. Небеса сознательно манипулируют ситуациями и возлагают вину на мужчин за своё личное развлечение. Даже несравненный человек может стать неразумным, если он начнёт питать чувство вины. Более того, такой человек часто начинает слишком много думать о вещах, в которых он даже не виноват. И это приводит к тому, что человек обвиняет себя в вещах, которые даже не имели к нему отношения!

Следовательно, Цзюнь Вуй навлёк бы на себя ещё одну трагедию, если бы Цзюнь Мосе не сказал всё это, прежде чем вопрос с Серебряным Городом был бы окончательно решён.

Сегодня было неподходящее время. Но у Цзюнь Мосе уже не было другого выбора…

Глава 515.2. Конец демонам, терзающим сердце! (часть 2)

Не было никакой необходимости объяснять многое по этому вопросу. В конце концов Цзюнь Вуй просто сошёл бы с ума после того, как Му Сю Тонг и Хан Янь Яо пришли к нему за помощью. Многое стало ясно, и Цзюнь Вую стало чрезвычайно трудно успокоить свои мысли! На самом деле он не мог не думать о смертельном ударе по семье Сяо и спасении Хан Янь Яо после этого.

Тем не менее ему было бы трудно жить дальше, если бы сердечные проблемы к тому времени не были бы решены! В конце концов его сердце наполнилось бы чувством вины и раскаяния. Таким образом он мог легко мог совершить ошибку ради искупления своей вины!

Поэтому Цзюнь Мосе должен был изгнать эти мысли из его разума, прежде чем они перерастут в нечто большее. В противном случае характер Цзюнь Вуя обрёк бы его на гибель.

Сегодня был, конечно, не самый подходящий момент, но это был последний шанс!

Сердечную вину можно вылечить только еще более сильной виной. Таким образом, был только один способ вылечить эту боль – более сильная вина! В этом случае Цзюнь Вуй почувствует вину за свои грехи. Так разве не имеет смысла заставить его чувствовать ещё большую вину за что-то иное? Поэтому необходимо было сказать ему, что славная репутация его прошлого также была построена на тяжких грехах. Следовательно, ему сообщили, что он всё время совершал бесконечные грехи. Фактически вся его семья совершала бесчисленные грехи на протяжении всей своей жизни!

Цзюнь Мосе просто не знал, что делать, если это не выведет Цзюнь Вуя из транса!

Поэтому Цзюнь Мосе ушёл, как только закончил говорить.

И это потому, что Цзюнь Вую нужно было время, чтобы успокоиться и хорошенько всё обдумать! Ему нужно было ясно мыслить!

На самом деле все богатые люди в мире... все великие люди в истории... получили власть и репутацию на фундаменте, заложенном их грехами!

Это верно для каждого короля! И тем более для монарха!

Мир и процветание одной страны непременно становятся на костях, вере и надеждах другой; она всегда строит свой фундамент на горе и страданиях многих!

Мир всегда приходит после войны!

Для примера: кто-то занимается бизнесом. Но конкурирующие предприятия всегда будут пытаться обмануть своих соперников. Креветки будут есть маленькие водные растения. Рыбки едят креветок. Большие рыбы едят мелких рыб. А за большими рыбами иногда приплывает акула…

В мире бизнеса всегда много неудачников. Люди совершают самоубийства, банкротятся, теряют семейные ценности, разбазаривают свою собственность, сражаются и плетут интриги друг против друга. Они пытаются захватить бизнес друг друга. И это продолжается до тех пор, пока кто-то не станет победителем с достаточным богатством, чтобы удовлетворить потребности целой нации. Это очень похоже на игру в монополию...

На самом деле даже это было бы далеко от конца этой игры в бизнес. В конце концов эта бизнес-битва, вероятно, просто проложит путь к следующей битве. И этот богатый победитель первой «игры», скорее всего, станет на следующую ступеньку в следующем раунде такой же битвы…

Именно поэтому никто не должен сидеть, сложа руки. В конце концов, кто будет охранять свои богатства, если вокруг не будет карманников? Как будут созданы полицейские силы, если в обществе не будет преступников? Как появятся честные люди, если не будет коррупционеров?

Сколько кроликов ест молодой тигр? А кролики виноваты в том, что тигр голоден?

Слабые всегда становятся добычей сильных. А сильных всегда почитают. Так устроен этот мир, и его не изменить!

Это факт! Любой поймёт это, если попытается смотреть на мир без розовых очков. Но никто не сможет понять это, если не обладает ясностью зрения!

Всегда есть две стороны одной медали. Ведь у людей всегда есть свои точки зрения!

Возьмите любую книгу, например... Главный герой всегда будет казаться правильным, когда человек видит вещи с точки зрения главного героя. На самом деле главный герой всегда кажется очень ярким и откровенным! Но можно будет почувствовать, что даже злодей прав, если они будут думать с точки зрения этого самого злодея! Так что не читай книги, чтобы обрести счастье. Вместо этого попробуй устроить тиранию!

Молодой господин Цзюнь Мосе закончил со своими наставлениями. Поэтому он беззаботно отряхнулся и ушёл к себе в комнату, чтобы немного поспать. Однако третий господин Цзюнь Вуй так и остался стоять в холодной и ветреной ночи, как каменное изваяние, а ночная роса понемногу скапливалась на его одежде…

Небо начало светлеть. Всё тело Цзюнь Вуя уже промокло от росы насквозь. Его волосы и ресницы были покрыты инеем, но он этого не замечал. Стоя неподвижно, он погрузился в горькие мысли.

Луна опустилась, и небо постепенно начало светлеть. Поэтому люди внутри резиденции Цзюнь уже начали просыпаться один за другим. Затем они начали суетиться, совершая свои небольшие утренние ритуалы: кто-то умывался, кто-то застилал кровать, кто-то делал зарядку... Но увидев третьего господина Цзюнь, неподвижно стоящего, мокрого от росы, они не посмели побеспокоить его и спросить, что с ним. Вместо этого они проносились мимо него на цыпочках и старались не шуметь…

Солнце постепенно поднималось. Золотые солнечные лучи в конце концов прорвались сквозь густой туман и осветили двор перед глазами Цзюнь Вуя.

Ещё секунду он стоял неподвижно. А потом внезапно расхохотался. Он смеялся так безумно, что его глаза наполнились слезами. Без сил он опустился на землю и начал колотить по земле руками, продолжая дико хохотать…

Он смеялся безумно и даже жутковато. Его обычно бесчувственное лицо покраснело от смеха. Он весь дрожал, а слёзы текли ручьями. Тем не менее, казалось, что он не собирался останавливаться…

- Ха-ха-ха! Так вот, в чём дело! В этом мире нет ничего правильного или неправильного! Герой этой страны – не более чем страшный грешник в другой стране! Поэтому мне нужно только быть достойным членом своей семьи! Всё будет в порядке, если я смогу жить в согласии с самим собой. В конце концов, почему я должен так беспокоиться, если я ни разу не подвёл свою собственную совесть...?

Он всё ещё смеялся как сумасшедший. Всё его лицо было измазано слезами. Затем он вдруг с грохотом упал на колени и посмотрел на восток:

- Старший брат! Второй брат! И вы, мои братья по оружию... Мне удалось выжить! Вы радуетесь за своего брата? Ха-ха, не волнуйтесь! Я буду обращаться с вашими детьми, как со своими. Я буду стараться изо всех сил! Я буду стараться сделать что-то в их жизни! Но я не буду делать это ни для кого другого. Я сделаю это только ради собственной совести!

Он тяжело опустил голову к земле. Затем он медленно встал, взглянул на утреннее солнце и закричал.

Этот крик ознаменовал конец десяти лет мрака и депрессии!

Старик Цзюнь смотрел на него издалека. Затем он погладил бороду, наклонился в сторону и сказал:

- Он наконец понял это?

Цзюнь Мосе стоял рядом с ним. Он озорно улыбнулся и сказал:

- Похоже на то. Он наконец-то понял всё!

- Хорошо, это хорошо, – дедушка Цзюнь кивал снова и снова. Он выглядел очень довольным.

Вина в сердце Цзюнь Вуя всегда была самым большим беспокойством старика Цзюнь. Но у него не было идей, как решить эту проблему. Старик Цзюнь всегда оставался спокойным внешне, но всегда очень волновался в своём сердце. Так что он не мог не почувствовать себя счастливым, когда увидел, что его сын наконец осознал суть жизни и двинулся дальше!

- Что ты сделал? Я неоднократно пытался раньше. Но я ничего не мог сделать! – спросил старик Цзюнь из интереса.

- Я не использовал никаких трюков. Я только сказал ему правду, – Цзюнь Мосе был очень доволен собой. Поэтому он улыбнулся и продолжил. – Я лишь сказал третьему дяде, что вы шестеро, генералы из нашей семьи, сражались во многих войнах. Поэтому вы, очевидно, разрушили и уничтожили бесчисленное множество человеческих жизней: кого-то мечом, кого-то похоронкой. И кто из этих бесчисленных солдат не оставил после себя вдову или осиротевших детей? Тогда дядя понял всё... ха-ха.

- Это действительно так... Эх… Всё это грехи, но... – дедушка Цзюнь задумчиво посмотрел на небо, сложив руки за спиной. Затем он вздохнул.

– Бесчисленное множество сирот и вдов…

Дедушка Цзюнь даже не закончил своё предложение, но было видно, что он опечален.

Цзюнь Мосе остался стоять, как истукан:

«Дерьмо! Нет, этого не может быть! Я только что сумел вернуть волю к жизни этому человеку. Только не говорите мне, что я должен теперь спасать ещё одного…»

Молодой господин последовал за дедом с глазами, полными беспокойства. Но старик развернулся и оттолкнул его:

- Проваливай! Что ты за мной ходишь? Ты думаешь, что способен околдовать меня, как ты сделал это со своим третьим дядей?

Цзюнь Мосе лукаво рассмеялся, а его сердце снова обрело покой. Он хитро прищурился и достал маленькую нефритовую бутылочку:

- Дедушка, ты неправильно меня понял. Я следовал за тобой, чтобы сказать тебе, что тебе нужно принять эту таблетку…

Глава 516.1. Второй Принц хочет забрать наши травы? (часть 1)

- Что это? – старик Цзюнь крепко сжал бутылёк в ладони, после чего спросил. Он знал, что внук не даст ему какую-то обычную или бесполезную вещь. Поэтому ему не нужно было даже заранее знать, что именно он передаёт ему. Так что он сначала взял бутылёк, и только после этого спросил.

- Это Пилюля связи жизненной силы, – таинственным голосом ответил Цзюнь Мосе. – Приняв всего одну таблетку, можно увеличить скорость потока Суань Ци в твоих меридианах в три раза.

- Эта маленькая хреновина может ускорить поток Суань Ци в три раза? Ты серьёзно? Это такая легендарная таблетка? – глаза старика Цзюнь внезапно широко раскрылись, и он ещё крепче вцепился в бутылёк.

- Да... ну, теоретически... – почесал затылок Цзюнь Мосе.

- Как такое возможно? Такие таблетки реально существуют на этой земле?! – старик Цзюнь был жутко удивлён. На самом деле он был так шокирован, что даже не мог ничего сказать.

- Ты должен найти место, чтобы ты мог принять эту таблетку и потом помедитировать, чтобы увеличить её эффективность. Возьми с собой Одинокого Сокола для того, чтобы он обеспечил безопасность. Здесь две таблетки, по одной для каждого из вас. Дай ему вторую, когда закончишь с первой. Этого должно быть достаточно в качестве компенсации за твою охрану. В конце концов, мы ведь не можем приказывать ему, как слуге семьи, – предложил Цзюнь Мосе.

- Хорошо, я сейчас же пойду! – старик Цзюнь уставился на него. – Ты, маленький ублюдок, почему ты не дал мне эту удивительную вещь раньше? Как твоё сыновнее благочестие вообще не сгрызло тебя нахрен, если у тебя это было с собой? Я мог бы устроить отличное и мощное шоу во вчерашнем бою! Ах, это была бы отличная драка! Когда у меня снова будет такой шанс?

Цзюнь Мосе тут же вспотел до самых пяток:

- Нет, я не осмелился дать тебе это раньше. На самом деле одни лишь твои слова меня напугали. Хорошо, что я не дал тебе эту таблетку вчера вечером... в противном случае, ты бы закончил, как телёнок на бойне. Показал бы мощное шоу… Да этот человек был ещё сильнее, чем Великий Мастер! Так что даже трёхкратное увеличение скорости твоей Суань Ци было бы недостаточно…

- Это возмутительно! Что за чушь ты несёшь? Думаешь, твой дедушка не справился бы с этим уродом? – старик Цзюнь заволновался, будто студентка при слове «медицинский осмотр». Старик Цзюнь прекрасно знал, что нет необходимости упоминать о перспективе его противостояния с Хуан Тай Яном. Но Цзюнь Мосе сказал об этом вслух. И это явно не льстило самооценке старика Цзюнь. В конце концов, его проклятый внук в наглую сказал о том, что его дед недостаточно силён…

Цзюнь Мосе закричал от страха и исчез со свистом.

Старик Цзюнь яростно плюнул на землю и прокричал:

- Проклятый выродок! Ты должен понимать, с кем ты говоришь; я – твой дедушка!

Затем он мрачно и зло потопал на поиски Одинокого Сокола…

Остальное прошло довольно просто. Два оживлённых мужчины отправились искать тайное местечко, чтобы принять пару таблеток…

***

Люди из Иллюзорного Океана Крови не стучали в их двери вот уже несколько дней. Люди из Города Серебряной Метели также не объявлялись. Императорская семья Тянсяна, словно сговорившись с остальными, сидела тише воды, ниже травы. Поэтому Цзюнь Мосе решил, что ситуация временно устаканилась. Разумеется, он обрадовался этому и решил погрузиться в свою работу. Тем не менее он не проводил много времени в своих занятиях алхимией. Вместо этого он в основном прилагал усилия, пытаясь очаровать красивых женщин своими якобы «романтическими» разговорами. Но на его непристойности был только один ответ: холодное пожатие плечами и полный игнор. Такой результат его очень расстроил…

Тем не менее люди Великолепного Зала Драгоценностей посетили их несколько раз в течение этих дней. Но Му Сю Тонг и Хан Янь Мэн были очень хорошо спрятаны семьёй Цзюнь. Поэтому никто не смог бы обнаружить этих двоих, даже если бы захотел. Так что у людей из Зала не было выбора, кроме как попрощаться и уйти. Кроме того, семья Цзюнь больше не была той силой, с которой Великолепный Зал Драгоценностей мог справиться одной рукой. Так что теперь уже они не смели докучать им, действовать опрометчиво или хоть как-то провоцировать.

Принцесса Лин Мэн также посетила их несколько раз, но только чтобы встретиться с Йе Гуханом. Но она не пересекалась с Цзюнь Мосе. Тем не менее Гуан Квинхан сказала Цзюнь Мосе, что принцесса Лин Мэн сильно похудела. Она также стала очень молчаливой, а её лицо, казалось, потеряло свой цвет от забот. На самом деле она казалась совсем другой. Они были хорошими подругами с Дугу Сяо И и Сунь Сяо Мэй. Но она не общалась с ними в последнее время по неизвестным причинам...

Цзюнь Мосе нахмурился, когда услышал об этом. Однако он не воспринял это всерьёз и вернулся к работе, выбросив мысли об этом из головы.

Маленькая девочка, Дугу Сяо И, естественно, не могла удержаться от походов в резиденцию семьи Цзюнь время от времени. Тем не менее глаза маленькой девочки неизбежно становились мокрыми, когда она видела Гуан Квинхан. У неё было от трёх до пяти разных вопросов к Гуан Квинхан. Но эти вопросы, разумеется, вращались вокруг одной и той же темы. Что-то типа: «Ну как, вчера-то хоть рис приготовили?»

Гуан Квинхан ближе к концу допроса гневалась не хуже старика Цзюнь…

Из всего этого было очевидно одно: злые намерения маленькой девочки ещё не стихли, и она всё ещё желала «приготовить рис».

Состояние Цзюнь Вуя претерпело внезапные и резкие изменения. Даже черты его лица довольно сильно изменились. Он был особенно активен и радостен в эти дни. Он лично возглавил дела семьи Цзюнь. Он даже подготовил список людей, которые будут приглашены на церемонию принятия в семью.

Жирный Танг также был занят интенсивной подготовкой к аукциону. И можно было бы надеяться, что он начнётся через день или два...

Однако утром кое-что произошло. Довольно неожиданно. На самом деле это было очень неожиданное и грандиозное событие!

Это событие даже вызвало большой интерес со стороны всех влиятельных семей столицы. Даже семьи Суань, которые пришли из далёких мест, были ошеломлены этим! И это потому, что этот вопрос снова был связан с самой обсуждаемой темой столицы — третьим молодым господином Цзюнь!

Этот инцидент произошел у южных ворот столицы Тянсян. А другой стороной конфликта был известный компаньон Второго Принца из семьи Чен... молодой господин Чен – Чен Де Цао! Этот инцидент не имел бы большого значения, если бы они решили свои дела на месте, но нет! Разумеется, всё пошло по самому худшему сценарию. В конце концов Второму Принцу пришлось вмешаться лично…

Не секрет, что кто-то привозил большое количество трав в город Тянсян из Южного Небесного Города. На самом деле медицинские магнаты и торговцы города Тянсян ждали этого с засученными рукавами и трясущимися руками. Время от времени приходили новости об этой поставке трав. И было сказано, что эта партия трав содержала даже тысячелетние корни женьшеня, первоклассные плоды вермиллиона, трёхцветные грибы и многие другие очень редкие и драгоценные травы. Кроме того, корни Нирна, фиолетовые лозы, нефритовая вода и ещё много других редчайших сокровищ. Но настоящий ужас заключался в том, что каждая из трав этой партии была легендарна по-своему!

Эти травы были предметами, которые существовали только в легендах. Тем не менее они казались лишь призраками для тех, кто пытался их искать. Утверждали, что они существуют, но никто не мог предоставить доказательств. Хотя говорили многое. Даже находились те, кто говорили, что они могут быть бессмертными…

Это «бессмертие» было явно преувеличением, но они, безусловно, могли прожить очень и очень долго!

Тем не менее вещи, которые существовали только в легендах, наконец, материализовались перед глазами людей. Более того, их количество было пугающе огромным. Как эта новость могла не взволновать сердца людей? Каждого обуяла пугающая волна эгоизма. Очевидно, это обозлило очень многих, а ещё больших заставило вспомнить про свою жадность и алчность...

Молодой господин Чен, Чен Де Цао, очевидно, преподнёс эту «хорошую новость» Второму Принцу в тот момент, когда он её получил. Ведь это была хорошая возможность польстить Второму Принцу. Кроме того, Второй Принц, несомненно, хвастался своим мастерством в постели в течение последних нескольких лет. Но его тело уж слабело в этом отношении. Второй Принц никогда ничего не говорил об этом, но он всегда чувствовал горечь внутри.

В конце концов, отсутствие жизненной силы могло напугать даже самых внушающих благоговение людей. Поэтому Второй Принц никогда не поднимал головы перед женой.

Однако считалось, что эти легендарные травы могут вылечить любой дефект! Таким образом, было возможно, что его «золотое оружие» не падёт перед «битвой», как обычно. Вместо этого он сможет продемонстрировать своё великое величие. На самом деле была вероятность, что он продемонстрирует такую внушающую благоговение мощь, что его жена не удержится и расскажет своим подругам об этом. А после этого он точно сумеет охмурить любую красотку…

Глава 516.2. Второй Принц хочет забрать наши травы? (часть 2)

Этот дефект не виден снаружи, но факт был... он чувствовал себя неполноценным среди других мужчин, куда бы он ни пошёл. И это ощущалось особенно остро, когда группа мужчин собиралась вместе, чтобы поговорить. В конце концов, разве темы разговоров у мужчин не вращаются вокруг этих самых побед? И он, очевидно, жутко смущался, потому что ничего не мог сказать. Ведь мужчина может высоко поднять голову только после того, как у него накануне вечером поднималась (и не зря) головка снизу…

Поэтому глаза Второго Принца заблестели, когда он услышал эту новость! Он немедленно издал высочайший приказ:

- Принести мне эти травы любой ценой! Используйте серебро, золото... используйте красивых женщин... используйте силу и статус, чтобы прижать их и получить все эти травы! Крадите и убивайте, если ничего не сработает. Но получите те травы, которые могут вызвать… эмм… желаемый эффект… повышения... Короче, делайте всё, что угодно. Не жалейте денег. Идите на всё, чтобы получить эти травы!

Такая задача, естественно, была передана Чен Де Цао, так как он был способен справиться с этим должным образом. Следует отметить, что даже самые доверенные лица Второго Принца не знали о том, что он страдает от такого недостатка. Да и как Императорский Принц сможет показать своё лицо, если эта новость распространится?

Поэтому это была та вещь, о которой другие люди просто не должны ничего знать!

Причина, по которой Чен Де Цао было известно об этом, заключалась в определённом инциденте... Однажды они отправились на охоту за пределы города. И Второму Принцу приспичило срочно помочиться. Чен Де Цао стоял на страже, пока принц справлял нужду. И именно тогда Чен Де Цао случайно узнал об этом. Он услышал не громкий звук, с которым обычно поток устремляется вперед, а едва слышный тонкий ручеёк…

Чен Де Цао стало очень любопытно. Он украдкой вытянул шею, чтобы посмотреть на Второго Принца. И он был удивлён, увидев, что «меч» Второго Принца выглядел очень удручённым. Он даже не мог выдержать задачу мочеиспускания, как это должно. Моча просто вытекала небольшой струйкой.

«Похоже, «оружие» Второго Принца не выдерживает. Думаю, что скоро он будет мочиться прямо в штаны…»

Следовательно, Чен Де Цао знал о «дефекте» Второго Принца... и с тех пор он был очень внимателен к этому делу. Поэтому молодой господин Чен мгновенно понял, что появилась прекрасная возможность, услышав об этих травах!

Надо сказать, что Чен Де Цао не был идиотом. Он сделал запрос о тех двух людях, что принесли все эти травы, и понял, что шутить с ними нельзя ни в кое случае...

«Никаких шуток! Как бы эти двое смогли дойти так далеко, всего лишь вдвоём, если бы не были очень сильными и жестокими? Разве их не порвали бы на две части еще до того, как они прошли бы лишь половину пути? Да за такие травы их обоих с дерьмом бы смешали…»

«Но они всё-таки собирались доставить эти травы в город Тянсян. Они пришли сюда в поисках денег, или в поисках правительственного чиновника... или, возможно, для встречи с кем-то ещё... зачем ещё ехать так далеко, чтобы добраться сюда?»

«Есть шанс, что вы, люди, здесь не по этим причинам. Но давайте вернёмся к главному... вы, люди, можете быть сильными, но это город Тянсян. И кто здесь самый большой авторитет?»

«Император Империи Тянсян, очевидно, величайший! Но сын Императора может представлять Императора!»

«Это сродни Богу, просящему двух деревенских парней преподнести ему жертву. Как они могут осмелиться отказаться?»

«Даже человек с храбростью леопарда не сможет!»

«Ты не посмеешь сказать «нет»! Поверьте, или мы уничтожим девять поколений ваших семей!»

Поэтому Чен Де Цао чувствовал себя очень уверенно, так как считал, что этот вопрос был лёгким и мог быть решён без особых усилий. На самом деле он верил, что может просто протянуть руку и схватить то, что ему нужно! Это задание было посвящено Второму Принцу, но это будет считаться большой услугой! Однако он всё равно возьмёт с собой много экспертов. Это будет запасным планом для решения любых возможных проблем:

«Нет ничего плохого в том, чтобы взять побольше людей, даже если мы имеем дело с любителями. Эти люди могут поверить, что могут справиться с десятью врагами. Но смогут ли они справиться с сотней врагов? Это моя территория, и я здесь устанавливаю правила!»

Тем не менее молодой господин Чен упустил один аспект в этом деле. Кроме того, это был очень важный аспект. Его идеи и соображения имели смысл в обычные дни и с обычными людьми. С ними было не так много проблем. На самом деле их можно даже считать очень прагматичными. Но в этом мире всегда существовали исключения. Император Империи Тянсян, очевидно, был выдающимся и неприступным для простых людей! Но существовали некоторые люди, которые клали большой и толстый болт на Императора. Такие люди, естественно, могли положить не только болт на какого-то там сына Императора.

Молодой господин Чен весело патрулировал ворота города, будучи очень высокомерным и напыщенным. Фактически он высокомерно приказывал своим людям, используя только жесты лица, из самодовольства. Но молодой господин Чен совершенно не знал, что его ждут два непобедимых ангела смерти!

Даже Император Тянсяна не мог посмотреть этим двум людям в глаза на равных! На самом деле это были существа, на которые он должен был равняться!

Погода в тот день была особенно ясной и солнечной. Солнце изо всех сил светило в небе. Настроение молодого господина Чена тоже было восхитительным. На самом деле он бы уже давно громко запел, чтобы выразить свое восхищение, если бы не статус…

Его Высочество Второй Принц лично прибыл сюда в этот день! Поскольку хорошие новости не приходили несколько дней подряд, Второй Принц стал очень нервным. Он не смог устоять перед тревогой своей «внушающей благоговение жизненной силы» в конце концов. Поэтому он решил зайти во время прогулки на лошади. Казалось, что он был здесь, чтобы выразить благодарность Чен Де Цао за его труд и достойную службу, которую он оказывал. Однако он прибыл для того, чтобы просто увидеть прогресс в этом деле:

«Эти двое уже прибыли? Почему они еще не приехали?»

Второй Принц спрыгнул с коня и ласково похлопал Чен Де Цао по плечу. Чен Де Цао был потрясён этим жестом Второго Принца. Затем Второй Принц приблизился к его уху и с волнением спросил:

- Почему они ещё не прибыли?

Чен Де Цао с уверенностью ответил:

- Второй принц, не волнуйтесь. И, пожалуйста, расслабьтесь. Наш надёжный источник утверждает, что они прибудут сегодня!

- Хорошо, это замечательно! Этот Принц очень волновался! – Второй Принц тяжело улыбнулся. Он явно не скрывал своего волнения. Он снова похлопал Чен Де Цао по плечу и сказал:

– Это должно быть утомительно для тебя... Этот Принц тоже не уйдёт, раз уж травы прибудут сегодня. Я тоже подожду здесь со старшим чиновником Ченом некоторое время. В конце концов я тоже получу некоторые знания и опыт об этих исключительно ценных вещах! Кто-нибудь, принесите посуду и напитки, чтобы насытить желудки Принца и молодого господина Чена!

- Второй Принц, вы так вежливы... Как этот человек смеет принять такую щедрость от Второго Принца! – глаза Чен Де Цао прищурились от волнения.

- О, это всего лишь лесть! – Второй Принц сделал хитрое лицо. – Старший чиновник Чен, как ты можешь говорить такие вещи! Ты говоришь из вежливости. Разве это не значит, что ты считаешь принца чужаком? Это расстраивает Принца!

- Да, да. Вы правы... Ваше Высочество, вы правы... этот скромный человек... он... ошибался, – Чен Де Цао не мог сдержать смех. Поэтому он неоднократно кивал головой в знак согласия, пока говорил.

Белый голубь прилетел с юга и приземлился на плечо Чен Де Цао. Чиновник достал сообщение из бамбуковой трубки и прочитал его. После этого он не мог не хлопнуть себя по бедру от волнения:

- Ха-ха, Ваше Высочество, вы действительно родились под счастливой звездой. Видите ли... они прибыли в тот момент, когда вы пришли. Ха-ха!

- В самом деле? – Второй Принц подошёл поближе, чтобы посмотреть на письмо. – Сами Небеса помогают мне!

Чен Де Цао радостно сказал:

- Ваше Высочество, вам действительно очень везёт. Я ждал здесь несколько дней, и даже тени их прибытия не было. И теперь, когда вы пришли искать этих двух мужчин... хорошие новости пришли в одно мгновение! Избранные действительно отличаются от обычных мужчин. Небеса избрали вас Императором. Небеса действительно благоволят вам! – из его слов можно было бы подумать, что он зол на своё положение. Но улыбка на его лице была веселее, чем у кого-либо другого.

- Ха-ха-ха, – Второй Принц также рассмеялся от самодовольства.

- Ваше Высочество, подождите немного. Я сделаю пару приготовлений... Хе-хе-хе... А вы готовьтесь получить эти легендарные травы, – Чен Де Цао принял такой мужественный вид, будто собирался как минимум пойти на смерть ради Принца. Казалось, что он столкнётся с горой кинжалов и морем пламени ради счастья Второго Принца. Его всего просто переполняли мужество и верность. На самом деле, казалось, что десять тысяч смертей не помешают ему; он будет сражаться изо всех сил до самой смерти... И он будет идти вперёд, даже если столкнётся с миллионами и миллионами врагов…

Нынешнего выражения лица Чен Де Цао было достаточно, чтобы прославить его, если бы его можно было запечатлеть на страницах истории. На самом деле его верность могла бы стать примером для будущих поколений!

- Старший чиновник Чен, у тебя, должно быть, были трудные времена. Я благодарен за то, что ты доставил себе столько хлопот ради меня! – сказал Второй Принц с благодарностью.

Две высокие и крепкие фигуры быстро шагали к ним с юга.

- Второй Принц, пожалуйста, ждите хорошие новости! – Чен Де Цао взмахнул рукой и храбро поскакал вперед, чтобы встретить их. Его решительное лицо просто светилось верностью и храбростью!

Он быстро скакал в сторону Короля тигров – Ломающего Землю и Короля медведей – Большого Медведя…

Глава 517. Я хочу... сделать это!

Великий молодой господин Чен Де Цао совершил последние приготовления к своему «надёжному» плану и направился вперёд с намерением «поприветствовать» Королей зверей леса Тянь Фа. Между тем, Цзюнь Мосе спокойно вышел из ворот своей резиденции. Затем он неторопливо сел на коня и направился к воротам, чтобы встретить тех же Королей зверей.

Цзюнь Мосе, разумеется, первым получил информацию о прибытии Ломающего Землю и Большого Медведя. Для него было очевидно, что они прибыли, чтобы доставить ему те травы, о которых договаривались. Следует отметить, что Цзюнь Мосе всегда был первым, кто получал какую-либо информацию среди людей, присутствующих в городе Тянсян. Он даже слышал о безудержных попытках ограблений, с которыми столкнулись эти два «человека». Тем не менее Цзюнь Мосе нашёл это очень забавным. На самом деле он смеялся от души.

«Это ведь очень смешно! Два великих Короля зверей из леса Тянь Фа лично сопровождают эти травы, но их рассматривали как «лёгкие мишени». На самом деле к ним относились как к двум простым идиотам... так много людей посмели попытаться их ограбить… Как так много глупых мужественных грабителей родилось? Этот мир сошёл с ума? Как может крошечный муравей осмелиться грабить динозавра?»

Следует отметить, что сила этих двух людей ещё повысилась после того, как Цзюнь Мосе помог им с прорывом. Можно сказать, что их сила уже превзошла стандартную силу Великого Мастера. В действительности эти два человека обладали достаточной силой, чтобы пойти туда, куда они хотели, с абсолютной уверенностью в безопасности путешествия... и эта идея оставалась верной до тех пор, пока они не встретили бы кого-то столь же сильного, как Хуан Тай Ян.

Комбинированной силы этих двух людей может быть недостаточно, чтобы победить кого-то вроде Хуан Тай Яна. Тем не менее эти двое всё ещё были способны отступить в безопасное место без каких-либо неприятностей в случае, если им достаточно не повезет встретить такого воина в тёмном переулке.

Поэтому Цзюнь Мосе не волновался, что травы, которые эти двое сопровождали, могут быть украдены. Вместо этого он беспокоился о тех крошечных муравьях, которые пытались ограбить этих динозавров:

«Мне их реально жалко. Люди обычно не думают, когда есть такой шанс получить огромную добычу. Жадность – первородный грех!»

«Это прозвучит неприятно, но эти два звериных Короля не должны даже думать о возвращении в лес Тянь Фа, в случае, если их ограбят по дороге сюда. Вместо этого они могут взять… да даже кусок тофу и разбить им головы!»

Поэтому молодого господина Цзюнь не волновал этот вопрос. Он неторопливо сел на лошадь и спокойно направился к южным воротам города.

Его разведывательная сеть была довольно точной. Поэтому он знал точное время прибытия двух Королей зверей в город Тянсян. Цзюнь Мосе встретил двух Королей зверей у самих ворот. Его намерение состояло в том, чтобы избежать ненужных задержек и пригласить их обоих в свою резиденцию сразу после встречи, чтобы не тратить лишнее время. Но, увидев красивых женщин, суетящихся на пути к южным воротам, он подумал, что неплохо было бы ехать обратно очень медленно. Это была хорошая услада для глаз. В конце концов, он устал, потому что только создавал таблетки и культивировал в течение последних нескольких дней.

Большой Медведь и Ломающий Землю вздохнули с облегчением:

«Наконец-то мы прибыли в город Тянсян!»

Дело не в том, что они устали, несмотря на то, что прошли очень большое расстояние.

«Нам не пришлось бы прилагать так много усилий, если бы Король Журавлей или брат Сокол пошли с нами…»

Величественный отряд людей и лошадей двигался им навстречу с другой стороны ворот. Отряд возглавлял молодой человек, глаза которого блестели от энтузиазма. Он сжал кулак, ударил им по груди и закричал:

- Вы, путники, прошли тысячи миль. Вы, должно быть, очень устали в пути!

Большой Медведь и Ломающий Землю остановились в недоумении, услышав это:

«Он говорит об утомительной поездке, едва открыв рот? Он пытается подмазаться, чтобы подружиться с нами? Это отряд, который прислала семья Цзюнь?»

Король Медведей тут же выпрямился, сидя на спине лошади. Затем он подозрительно спросил:

- А кто ты?

- Хе-хе... Я – Чен Де Цао. Я – нынешний Император города Тянсян и… – Чен Де Цао сиял улыбкой. Однако он не успел закончить, когда его прервал Король Медведей. Большой Медведь моргнул глазами, что при его габаритах тоже смотрелось угрожающе, и с сомнением спросил:

- Что? Ты Император Тянсяна?

Чен Де Цао на секунду почувствовал себя мелким и слабым:

«Что говорит этот человек? Чёрт возьми, если он начнёт скандал – то я не смогу сказать, что пошутил… Из-за такой шутки можно стать короче на целую голову. Фактически все девять поколений моей семьи можно обложить обвинениями по самые уши…»

Поэтому он тут же исправился:

- Я – старший чиновник Тянсяна вместе со Вторым Принцем — наследником престола!

Это было очень запутанно для двух великих Королей зверей. Эти двое были существами с простым умом, и они говорили то, что думали. Поэтому даже что-то простое, как народный язык Чен Де Цао, заставило их задуматься. Ломающий Землю сдался первым и обиженно сказал:

- Не болтай так много. Кто ты такой? Ты что, простой вопрос понять не можешь? Кто ты такой? И почему ты остановил нас здесь?

Цвет лица Чен Де Цао покраснел от ярости, и он сорвался на мат. Правда, только в мыслях:

«Б*ядь, эти два идиота, оказывается, варвары, не понимающие этикета! Более того, они ещё и тупы, как пробки! Мы даже не знаем друг друга. Так зачем мне останавливать вас вот так? Думаете, потому что я нашёл вас очень красивыми?»

«Но будет легко обмануть их, если они глупы...»

Поэтому Чен Де Цао силой воли подавил свой гнев и добавил немного доброты своей восторженной улыбке:

- Я слышал, что вы приехали сюда из далёкой страны и везёте с собой много трав. Хе-хе... я нашёл это очень интересным. Поэтому я намеренно спустился, чтобы договориться о сделке с вами, двумя героями! Вы пришли в этот город. Я предполагаю, что вы здесь, чтобы заработать немного денег. И было бы очень полезно для вашего дела, если у вас будет помощь человека, имеющего власть и связи в таком месте. Но я не знаю…

- А-а-а, так тебе нравятся наши травы, молодой человек? – Большой Медведь посмотрел на Чен Де Цао с таким же брезгливым выражением, как на труп.

- Нет-нет! Многие травы, которые вы везёте, очень редкие и драгоценные. И у меня нет возможности купить их все, – поспешно объяснил Чен Де Цао. – Наш Второй Принц хочет купить у вас только две травы. Но мы не знаем, как вы ведёте дела. Неважно, сколько золота или серебра вы хотите в обмен на эти травы. Это не будет проблемой.

Чен Де Цао подумал:

«Я поднял знамя Второго Принца. И я также сказал, что мы дадим им хорошую цену за эти травы. Если они сразу же откажутся от трав из-за своего страха и трепета перед положением Его Высочества, значит, у них есть мозги. Тогда я дипломатично выдам им поощрение и приведу их на встречу с Вторым Принцем. Затем они будут вознаграждены ещё более хорошей наградой. Но, вполне возможно, что они не очень умные. Так что они могут не оценить доброту Его Высочества. Тогда я объясню им, что сделка будет заключена с использованием очень большого количества золотых и серебряных монет…

Сколько деревенщин встречали Принца? Более того, сколько людей имели деловые отношения с Принцем? Этого было бы достаточно, чтобы они хвастались этим, как великой честью! Тогда возникает вопрос о конкретной цене для этой сделки, но у меня нет окончательного мнения об этом…»

- Второй Принц? – Большой Медведь открыл рот. – Ты только что сказал, что он был вторым сыном Императора Тянсян?

- Да, всё верно. Его Высочество Второй Принц! – Чен Де Цао понемногу терял терпение. На самом деле он намеренно подчеркнул слова «Второй Принц», чтобы добавить серьёзности в свой тон:

«Эти ребята действительно деревенщины. Кто ещё мог назвать его «вторым сыном»? У этих деревенских парней нет мозгов... или воспитания. Они действительно не знают этикета или официальной речи...»

- Мы не заинтересованы в их продаже! – ноздри Большого Медведя расширились, и он крикнул:

- Убирайтесь вон с дороги!

- Ты сумасшедший! Как ты посмел быть таким наглым? – Чен Де Цао задрожал то ли от ярости, то ли от страха, но закричал в ответ. Для него было абсолютно неожиданно, что эти два диких человека открыто отвергли предложение Второго Принца!

- Я уже понял, что эти два идиота не были добродетельны по своей природе. На самом деле, возможно, что они убили кого-то и забрали эти травы до прибытия сюда. Мы арестуем их за это. И не стесняйтесь убить их обоих, если они осмелятся сопротивляться. Но будьте осторожны! Не повредите травы, – лицо Чен Де Цао стало холодным и белым, как лёд. Он махнул рукой, отдавая эту команду.

- Ты, идиот, ещё хочешь подраться из-за этих трав? Я считал, сколько людей пыталось забрать наши травы по дороге сюда. Всего их было… Эммм… что-то около трёх-пяти тысяч. Но как ты думаешь, где эти люди в настоящее время? Тем не менее я сейчас в очень хорошем настроении, потому что я добрался до места назначения. Так что я могу проявить немного доброты, если вы все уберёте ваши задницы с дороги прямо сейчас!

Ломающий Землю повернул голову и улыбнулся Чен Де Цао такой кровожадной улыбкой, что можно было отложить кучу со страху. В конце концов, он находил это забавным:

«Люди этого мира слишком безрассудны, не так ли? Например... этот человек не выше уровня Золотого Суань. И он ведёт дрянную кучку людей, которые едва ли находятся на уровне Серебряного Суань. И он всё ещё думает, что сможет сразиться с двумя Королями зверей Тянь Фа из-за трав?»

«Да если я это расскажу в лесу, у остальных Королей зверей зубы со смеху выпадут!»

«А у него они выпадут от моего кулака, если он не уберётся с дороги!»

«О, кстати, какая забавная шутка получилась!»

Глава 518.1. Деревенщины в большом городе (часть 1)

- Мне совершенно не нужно знать, где все те, кто вам встретился, – высокомерно прищурился Чен Де Цао. – Я знаю, что ты сейчас находишься на территории города Тянсян! Ты на территории законного Императора — сына самого Неба! Не важно, кто ты, или насколько ты сильный и страшный. В конце концов, ты здесь сейчас. Так что веди себя как подобает! Даже Дракон будет служить нам здесь. Даже Тигр преклонится перед нами. Возможно ли, что вы, двое ничтожных людей, думаете, что можете перевернуть Небеса?! Ваши странные речи показывают, что вы не более чем воры! Но этот молодой господин проявит немного доброты, если вы отдадите нам травы. На самом деле этот молодой господин даже отпустит вас. Но если вы не передадите нам ингредиенты, хе-хе... – он не закончил предложение. Но было ясно, что он угрожал им, что убьёт их и заберёт травы силой.

Глаза Короля тигров, Ломающего Землю, засверкали, как медные колокольчики. Драконы были легендарной вещью, и никто не видел их в реальности... однако тигры... Тигры были реальными зверьми. И Ломающий Землю, к скорому сожалению Чен Де Цао, оказался как раз Королём тигров!

Бедный чиновник намеревался использовать эти слова как метафору. Но, услышав это, уши Короля тигров вспыхнули. Он подумал, что этот крошечный муравей хочет, чтобы Великий Король тигров встал перед ним на колени и помахал хвостом!

Король тигров медленно прищурился. Затем он спросил мрачным тоном:

- И что, если я не паду ниц? Что если я проявлю больше наглости?

- Если не поклонишься мне? Если ты попробуешь проявить ещё больше наглости? Да я выпущу твою кровь прежде, чем ты сделаешь пять шагов. Я превращу тебя в труп прямо на месте! – Чен Де Цао был очень зол. Ведь он никогда и предположить не мог, что этот человек спросит: «Что, если я не паду ниц?» вместо «Как вы хотите, чтобы я это сделал?» В чём был смысл этого? Он явно чувствовал, что его достоинству нанесён ущерб. Поэтому он впал в ярость и свистнул, призывая своё войско к бою. В конце концов он хотел, чтобы этих двоих схватили, так как они слишком высокого мнения о себе. Вполне возможно, что он не зайдёт так далеко, чтобы убить их, по крайней мере, сразу. Тем не менее он, конечно, хотел, чтобы их избили, прежде чем принимать какие-либо дальнейшие меры.

- Подождите! – послышался величественный голос, когда Второй Принц медленно подъехал ближе. На его лице играла добродушная улыбка:

- Два героя, я – Второй Принц Тянсяна…

- Герои? Твою мать! – Ломающий Землю рассвирепел. Король тигров почувствовал, что он потерпел величайшее оскорбление:

- Что это за херня с этим «принцем»? Что это за пи*дец? Сын Императора что, настолько охирительный? Черт! Ты, урод драный, посмел оскорбить меня! Я тебя... я тебя, блин…

Король тигров был очень силён, но не слишком сообразителен. Он действительно думал довольно долго о том, что сказать, но ничего не мог придумать. И это заставило его еще больше рассвирепеть:

«Ну и идите в жопу! Проще сделать, чем болтать!»

Он вытянул руку и схватил этого надоедливого Чен Де Цао. Никто не успел даже моргнуть, как Ломающий Землю открыл пасть, огромную, как жертвенная чаша, и вцепился юноше в шею!

- Я тебя... сожру нахер!

Хлынул фонтан крови. На лицо Короля тигров и его одежду полилась кровь, а лицо стало выглядеть на порядок свирепее. Тем не менее его сила Суань защищала его тело. Поэтому ни одна капля крови не упала на его тело. Затем он открыл рот и выплюнул кусок мяса, который откусил. Кусок плоти упал на землю, в придорожную пыль. В абсолютной тишине Король тигров проревел:

- Фу! Как мясо этого человека может быть таким вонючим!

Он был тигром. Так что, его первым инстинктом было укусить свою жертву. Но он открывал рот только для того, чтобы поесть, с тех самых пор, как стал Королём зверей. И это было особенно верно после того, как он приобрёл способность трансформироваться в человека. После этого он перестал использовать пасть для атаки. В конце концов он чувствовал, что такие действия будут позором для кого-то с таким статусом, как у него сейчас. Но сегодня его гнев достиг просто невыносимого уровня. Поэтому он действовал, исходя из своего первобытного инстинкта. И он вцепился Чен Де Цао в шею, чтобы убить его…

Все были ошеломлены этим!

Все онемели от такой жуткой расправы!

«Что происходит? Это ночной кошмар?»

«Как могло что-то подобное произойти под ярким и голубым куполом небес?!»

Чен Де Цао был великим молодым господином из довольно влиятельной и сильной семьи. Таким образом, он всегда был наполнен чувством гордости и уверенности в себе. Всегда казалось, что он только что достиг каких-то экстраординарных успехов. Его поведение всегда было чрезвычайно высокомерным, и его тон всегда был очень снисходительным. Как он мог подумать, что этот варвар ответит на его слова, разорвав ему шею…

Однако «варвар», сидящий напротив Чен Де Цао, просто откусил ему половину шеи!

Все видели людей, поедающих диких зверей. Редко можно было увидеть зверя, поедающего человека, но многие люди всё равно видели и такое. Однако этот человек съел другого человека... эта вещь была настолько странной, что никто даже не слышал о таком с древности!

Тем не менее эта неслыханная вещь внезапно произошла перед всеми. Чен Де Цао всё ещё пытался дышать своей разорванной глоткой. Но единственное, что у него получалось – это сдавленный хрип и клочья кровавой пены, падающей с его губ прямо в пыль, под копыта коня. Через минуту молчание мужчины показало, что он умер.

Глаза Второго Принца оставались широко открытыми очень долго. На самом деле они даже казались больше, чем массивные глаза Ломающего Землю. Через долгую минуту он вытянул дрожащий палец, указав на Короля тигров, и выдавил только одно слово:

- Ты...

Затем он неожиданно наклонился и выблевал обратно всё, что съел за сегодняшний день.

Этот звук был похож на ужасно заразный вирус. Все вокруг, казалось, обрадовались тому, что молчание кончилось, и радостно начали блевать. Хотя радости на их лицах видно не было, только страх, отвращение и ужас... Грязный и мерзкий запах мгновенно распространился вокруг южных ворот города. Вся земля превратилась в огромную лужу блевотины…

Молодой господин Цзюнь Мосе прибыл в этот самый момент случайно. Его лошадь даже поскользнулась, когда он достиг ворот. Тем не менее он был потрясён, увидев так много людей вокруг, и не мог не спросить о том, что здесь происходит. Следовательно, он узнал, что Второй Принц прибыл, чтобы использовать эту «великую возможность», с намерением избавить этих двоих воров от нажитой бандитизмом и грабежом травы. Цзюнь Мосе тут же, по привычке, решил спрятаться и посмотреть за ситуацией:

«Давайте сначала рассмотрим, что тут происходит. В конце концов, не всегда хорошо нарушать законы, верно?»

Лицо Ломающего Землю казалось невинным, когда он посмотрел на землю. Затем он посмотрел на Большого Медведя, почесал затылок и спросил:

- Четвёртый брат, что случилось с этими людьми? Почему их всех тошнит? И почему они сделали это одновременно? Отравились что ли?

Большой Медведь потерял дар речи. Его ладонь уже привычно ударила по лбу от невыносимой тупости его спутника:

«Этот парень настолько туп, что вызывает у меня отвращение... Я никогда не поеду с ним в путешествие ещё раз... даже если кто-то забьёт меня до смерти. Это слишком унизительно!»

- Неважно, кто ты такой. Ты не можешь грабить нас, даже если ты – сын Императора. Все же неправильно грабить других, так ведь? Разве Император – твой отец – никогда не учил тебя таким правилам, а? – Ломающий Землю усмехнулся и оскалился в дикой улыбке. С его клыков капала кровь.

Второй Принц наконец-то перестал блевать. Затем его лицо и губы побелели, и он закричал:

- Все! В атаку! Проучите этих двух маньяков-убийц ради меня! Разрубите их трупы на бесчисленные куски своими мечами. Но убедитесь, что травы не пострадают!

Руки и ноги охраны Императора дрожали, когда они подняли свои мечи.

- Стойте! – императорские охранники Второго Принца были настоящими экспертами на пике Нефритового Суань. Поэтому они поспешили заявить:

- Ваше Высочество, мы не должны действовать поспешно. Мы должны вначале обдумать этот вопрос!

Эти люди говорили о том, что было бы неплохо обдумать этот вопрос, и, желательно, недельку-другую, но Большой Медведь и Ломающий Землю не собирались ждать так долго. Они несколько раз задерживались в пути. Но как они могли позволить себе остановиться прямо у ворот города Тянсян? В конце концов, разве семья Цзюнь не будет смеяться над Королями зверей леса Тянь Фа, если они узнают об этом?

«У вас даже не было сил подавить команду солдат?»

Большой Медведь резко выдохнул и сделал один большой шаг вперёд, ударив ногой о землю. Его огромная нога тяжело рухнула на землю, и земля задрожала. Рябь от его большой ноги была хорошо видна невооружённым глазом! Вся земля задрожала настолько, что городские стены города Тянсян немного задрожали. Но она выстояла, лишь с верхушки посыпалась пыль.

Затем раздался его сердитый рёв:

- Все разошлись отсюда к чёртовой матери!

Глава 518.2. Деревенщины в большом городе (часть 2)

В этот разъяренный рёв Большой Медведь вложил немного концентрированной первичной силы Суань. Поэтому казалось, что огромное цунами обрушилось на окрестности. Тот, кто сполна получил весь этот удар, почувствовал, как будто всё потемнело перед глазами. Этот звук с треском врезался им в уши, и они со свистом покинули землю. Они реально слетели с коней!

Несколько человек улетели даже слишком далеко. Они упали на землю с хлюпающим звуком. Их тела были похожи на колосья пшеницы, поломанные ветром. Они продолжали неподвижно лежать, но кровь, вытекающая изо рта, глаз и ушей показывала, что они мертвы.

Люди, которые стояли далеко, были ошеломлены и ослеплены, увидев это. Их мечи издавали лязг, когда они падали на землю. Сильная боль появилась на лицах всех, кто выжил…

А вот история Второго Принца была очень печальной. В конце концов место, где он стоял, было просто идеальным, так как оно было очень близко к источнику этого звука. Очевидно, что он полетел дальше и выше всех. Ну, на то он и Принц, чтобы лететь выше своих поданных… У его телохранителей была сила Нефритового Суань, но у них не хватило времени позаботиться о себе. Поэтому они позволили Второму Принцу рухнуть на землю. После этого всё его тело некоторое время дёргалось. Затем от него внезапно стала распространяться дикая вонь, а на его штанах расползались два огромных пятна... Его Высочество пострадал от недержания как спереди, так и сзади…

Недовольный Ломающий Землю подошёл ближе и сказал:

- Четвёртый брат, ты слишком жесток. Ты никого не оставил мне, чтобы поиграть…

- Играй с мертвецами! Ты уже начал жрать людей. О какой чёртовой игре ты говоришь? – Большой Медведь хотел забить Короля тигров до смерти:

«Этот парень слишком большой псих! Это столичный город. Нам обоим, очевидно, наплевать на всё, что здесь происходит, но мы всё равно должны дойти до семьи Цзюнь. Это правда, что нам всё равно, но это не значит, что люди семьи Цзюнь не будут заботиться об этом!»

«Что, если этот инцидент приведёт к некоторым проблемам для семьи Цзюнь, и мы в конечном итоге навлечём на себя недовольство этого таинственного мастера?»

Тем не менее Большой Медведь упустил из виду тот факт, что его действия были гораздо страшнее, чем у Короля тигров. На самом деле его громкий рёв спровоцировал много неприятностей. Это правда, что Ломающий Землю ужасно и мерзко прикончил одного человека. Но этот человек был только не слишком крупным чиновником. Однако Король медведей так напугал самого сына Императора, что тот обгадился…

Больше два «преступника» не разговаривали. Даже тигр ходит как дракон, когда ястребы прикрывают его спину. Поэтому двое мужчин поскакали в город, как будто ничего не случилось.

Внезапно голос из ниоткуда проговорил:

- О, какая встреча! Оказывается, два отважных героя лично прибыли сюда! Это действительно очень официально. Я, Цзюнь Мосе, не пришёл вовремя, чтобы поприветствовать вас. Пожалуйста, простите меня за это, – тон молодого господина Цзюнь был очень вежливым и элегантным. Он стоял не слишком далеко от ворот с искренней улыбкой.

- Цзюнь Мосе? – они оба видели его раньше. И это было тогда, когда Цзюнь Мосе получил сильную трёпку от Почтенного Мэя. Поэтому они, очевидно, не были незнакомы с ним. Тем не менее они, конечно, не могли понять, что этот красивый и элегантный юноша был тем же «таинственным мастером», ранее командовавший ими в лесу Тянь Фа…

- Это верно. Это моё имя. Два таких храбрых героя вспомнили меня. Пожалуйста, проходите. Не беспокойтесь, тут немного замусорено, – Цзюнь Мосе вежливо протянул руки в приветственном жесте, попутно совсем невежливо пнув одного из стражников, что лежал слишком близко.

- Ха-ха-ха! Младший мальчик, твой учитель попросил тебя прийти сюда и встретить нас? – Большой Медведь спросил со смехом.

- Верно. Учитель послал меня принять гостей. Он также сказал мне, что четвёртый старший Медведь – его старый друг, – озорной смех Цзюнь Мосе сопровождал смех этих двух гостей.

- Это правильно! Мы друзья, старые друзья! – лица Большого Медведя и Ломающего Землю загорелись. Затем огромная рука Большого Медведя приземлилась на плечо Цзюнь Мосе, и он похлопал юношу.

– Однажды я встретился с твоим учителем за пределами города Тянсянь. Говорят, что дружба часто завязывается после боя. Я провёл с ним три раунда. Но мы не смогли решить, кто победил. Поэтому мы сделали ставку, чтобы определить победителя…

- Что? Вы смогли сражаться с моим учителем целых три раунда? Тогда вы, должно быть, сильнее, чем Великий Мастер, по меньшей мере! Я восхищаюсь вашей силой, искренне восхищаюсь! – Цзюнь Мосе едва сдержал свой смех. – А что случилось в этом пари?

Лицо Большого Медведя покраснело, когда он ответил:

- Нет ничего постыдного в том, чтобы сказать, что твой учитель сильнее, чем я, Большой Медведь... – затем он внезапно понизил голос и прошептал на ухо Цзюнь Мосе. – Но поссать твой учитель действительно просто мастер… Но он не так хорош, как Большой Медведь, когда дело доходит до этого!

Цзюнь Мосе на мгновение охренел:

«Этот человек даже имеет мужество сказать что-то вроде этого!»

Любой посторонний человек будет думать об учителе Цзюнь Мосе под неправильным углом, если они услышат об этом. В конце концов его образ будет состоять из «несравненного и таинственного мастера», который впадает в детские соревнования типа «кто выше поссыт» с этим здоровенным человеком... это действительно сделает его героем для анекдотов навечно!

Они достигли городских ворот. И Цзюнь Мосе без энтузиазма проинструктировал хранителей врат:

- Уважаемые, а почему вы не поспешили помочь Его Высочеству, Второму Принцу? Помогите ему привести себя в порядок. И скажите ему, что он может прийти в семью Цзюнь и найти меня, если у него возникнут какие-либо проблемы или недовольства по поводу случившегося здесь! А теперь, пожалуйста, откройте ворота и впустите нас!

Солдаты, которые стояли в качестве охранников врат, вытянулись в струнку и несколько раз кивнули в знак согласия. На самом деле они смогли вытереть свой холодный пот только после того, как увидели Цзюнь Мосе входящим в городские ворота вместе с этими двумя мужчинами.

«Кто в городе Тянсян посмеет спровоцировать третьего молодого господина семьи Цзюнь? Кто так устал от жизни? Он устроил настоящую скотобойню, когда вернулся из Южного Небесного Города! На самом деле даже слепой был свидетелем этих погромов! Более того, мы присутствовали здесь в то время и были свидетелями этого собственными глазами. Плюс, его друзья не лучше... Один из них даже съел человека! Рыбак рыбака видит издалека, да... я думаю, то же самое касается и ужасных маньяков…»

Тем не менее молодой господин Цзюнь действовал очень нагло на этот раз. В конце концов, Второй Принц лежал на земле. Но он даже не повернул головы, чтобы посмотреть на этого человека…

...

Это был второй визит Большого Медведя в город Тянсян. Таким образом, городские разбирательства не были для него очень странными. Но Великий Король зверей, Ломающий Землю, получил шанс «расширить свои горизонты» в первый раз. И он был просто ослеплён устройством города.

Город Тянсян был столицей. Так как же он мог уступать любому другому городу? На самом деле он был, по крайней мере, в десять раз красивее, чем любой другой город, который эти двое прошли на своем пути. Король тигров, разумеется, никогда не видел ничего подобного. Поэтому он не мог перестать щёлкать языком, комментируя вслух то, что увидел…

- Четвёртый брат... эта улица такая широкая... ты видишь это... что это такое? – спросил Ломающий Землю из любопытства почти сразу же, как только они вошли в город. Большой Медведь лишь фыркнул.

- Четвёртый брат... взгляни на этот чудесный материал. Он гораздо приятнее, чем кожа! Какая прелесть… – воскликнул Король тигров от восхищения, коснувшись шёлковой ткани...

Лицо Короля медведей почернело от досады.

- Четвёртый брат... чёрт возьми! Посмотри туда, чёрт возьми! Они хотят украсть у нас что-то! У нас, зверей Суань! Они жаждут смерти! – Король тигров зарычал от негодования.

Чёрная линия появилась на лице Большого Медведя.

- О-о-о, хрен с ними, глянь сюда, четвёртый брат... посмотри на эту блестящую штуку... как насчёт того, чтобы взять одну? – Король тигров уже уставился на другой прилавок.

- Ты можешь закрыть свой рот? Ладно? – Король медведей посмотрел на него, потеряв терпение. Затем он схватил воротник одежды Короля тигров и вполголоса взревел:

- Я убью тебя нафиг, если ты скажешь ещё хоть одно слово! Хочешь умереть? А? Ты такой тупой, блин! Не говори со мной больше; я тоже ничего не знаю о вещах, о которых ты не знаешь!

- Я... Я... Но я... – Король тигров не знал, чем он обидел своего четвёртого старшего брата:

«Что я такого сделал? Почему он так суетится из-за этих вещей?»

Он не мог не растеряться.

Он знал, что Большой Медведь был за старшего всю дорогу. В конце концов его лицо было сдержанным и апатичным. На самом деле он смотрел на всё очень спокойно, в то время как шёл рядом с Цзюнь Мосе. Поэтому казалось, что он уже всё знает здесь. На самом деле это было, как если бы он говорил:

- Тьфу, у меня уже есть такие вещи в моём доме. У меня есть даже и получше.

Но он делал это всё только для того, чтобы показать себя перед учеником своего друга. Ведь не будет ли ему стыдно, если он не сможет притвориться «братом-мастером» перед Цзюнь Мосе?

Однако когда Ломающий Землю продолжал шуметь всю дорогу и задавать тупые вопросы, он не выдержал и накричал на Короля Тигров:

«Он шумит и бегает, как маленький тупой ребёнок! Разве это не испортит мою репутацию перед мастером?»

Глава 519. Странное заикание

Тем не менее его действия нанесли огромный ущерб «образу Великой личности» Короля медведей. Так с чего бы он не хотел преподать этому парню урок? Король тигров опустил голову после окончания лекции и не сказал больше ни слова. Внешний вид Большого Медведя снова стал уравновешенным и грациозным. Затем он улыбнулся Цзюнь Мосе и заговорил:

- Не стоит упоминать об этом происшествии… Мой младший брат никогда не выходил за пределы нашего дома. Хе-хе, он всё ещё немного глуп, так как он не видел внешний мир. К счастью, ещё есть время научить его кое-чему с помощью грубой силы. Так что я взял его с собой, чтобы он помог принести травы, и мне не так скучно было в дороге. Правда, «система образования» в нашей семье не очень строгая. Так что молодой господин Цзюнь может посчитать это дело немного… смешным.

- О, тут не о чем беспокоиться! – Цзюнь Мосе едва сумел сохранить на лице спокойное выражение и не заржать. Он решил сдерживаться, но сейчас это было очень трудно…

Они прибыли в резиденцию семьи Цзюнь после долгой и приятной прогулки по городу. Затем молодой господин Цзюнь ещё раз вежливо поприветствовал двух мужчин в своей резиденции. Король медведей вошел с высокомерием «старшего» и даже не смотрел по сторонам. Тем не менее он успел сделать страшное лицо Ломающему Землю. Он намеревался передать:

«Твой этикет должен быть безукоризненным на территории таинственного мастера — старшего Фэна! В конце концов если мы будем вести себя, как придурки, все будут смотреть на нас свысока. Ты не должен забывать, что мы – звериные Короли, величайшие из величайших этого поколения, в конце концов!»

Ломающий Землю понял смысл и решил последовать его примеру. Поэтому он тоже вошел в резиденцию с высоко поднятой головой и грудью колесом. Оба они двигались вперёд широкими шагами, и на их лицах было серьёзное выражение. Они даже не предавались непринужденной болтовне и не позволяли себе улыбки. На самом деле на их лицах были видны такие проявления храбрости и энтузиазма, словно они вышли на поле боя!

Девушка в зелёном, которая была во дворе, повернулась и на долю секунды залюбовалась такими сильными и серьёзными мужчинами… Но спустя мгновение девушка вскрикнула и исчезла. Эта девушка в зелёной мантии была хорошо знакома с этими двумя Королями зверей и не могла не воскликнуть от удивления. Они так неожиданного прибыли сюда, так далеко от их дома! Два Короля зверей даже не смогли обнаружить её присутствия. Ну, они не могли сделать это достаточно отчетливо, по крайней мере…

Эти два Короля зверей обладали достаточной культивацией, чтобы понять, что это была Королева змей, если бы они не были так сосредоточены на своем искусственном этикете. Тем не менее эти два человека были очень сосредоточены на поддержании надлежащего поведения почитаемых мастеров. Поэтому они не смогли обнаружить её. Глаза Ломающего Землю повернулись в сторону девушки как раз в тот момент, когда она спасалась бегством, но он увидел её фигуру только сзади. В голове тут же родилась непристойная мысль:

«А у этой девушки задница – что надо!»

Их привели в маленький внутренний двор Цзюнь Мосе и попросили занять место за каменным столом. Два Короля зверей, очевидно, не боялись холодов. Поэтому они даже не подумали, почему их не пригласили в столовую. Они без колебаний сели за каменный стол во дворе.

Малышка Ке подала им ароматный чай. Король тигров очень хотел пить из-за долгого путешествия. Он схватил чайную чашку обеими руками и открыл её крышку. Затем он одним большим глотком опорожнил всю чашу, вместе с чайными листьями. Его явно не смутило, что чай был невыносимо горячим. Он даже пожевал чайные листья и вытянул шею, чтобы проглотить их. Затем он вытер губы тыльной стороной ладони и вполголоса пробормотал:

- Почему эта штука была немного горькой? Как они могут класть листья деревьев в воду? Это плохая привычка. Я слышал, что есть вкусный напиток под названием «чай». Почему нам не подали его?

Король медведей снова подавил своё желание сбежать отсюда от стыда. Он слегка наклонил голову и сделал страшные глаза. Это было сигналом Королю тигров заткнуться. Затем он элегантно поднял чашку и мягко открыл её крышку. Слегка повернул чашку, чтобы перемешать чай. Только после этого он мягко вдохнул аромат и сказал:

- Этот чай очень ароматный!

Король медведей тихо заговорил после того, как сделал маленький глоток чая. Кроме того, на его лице было такое наслаждение, будто он наслаждался послевкусием напитка. Его поза была изящной и элегантной, как у аристократа. Однажды он уже выходил в мир людей. Поэтому он знал, что такое чай и каковы правила его употребления…

Затем Король медведей наклонил голову и посмотрел на Короля тигров:

«Посмотри на меня и посмотри, как я пью чай! Ты меня очень смущаешь!»

«Тем не менее я несколько сожалею... Обычаи этих людей чрезвычайно хлопотны. Глоток, который я должен был сделать, был таким маленьким, что я даже не чувствовал, как мои губы намокли. Естественно, жажду так хрен утолишь».

Он не мог не позавидовать Королю тигров, когда эта мысль пришла ему в голову.

«Притворяться аристократом так сложно!»

Король тигров – Ломающий Землю – тупо посмотрел на него.

«И эту херню они называют «чай»?»

Король тигров знал только о питье человеческого вина.

«А откуда четвёртый брат узнал о традициях чаепития? И как, чёрт возьми, я не видел, чтобы он так пил чай по дороге сюда? Он ещё и сидит, как… Серьёзно, кажется, что даже его задница сидит на этом стуле идеально ровно…»

Белая фигура мягко подошла к ним в этот момент; человек не издавал ни единого звука, даже пока шёл. После того, как подошёл, этот человек спросил глубоким голосом:

- Как вы добрались сюда?

Большой Медведь держал чашку, сидя в элегантной позе, когда услышал этот голос. Он почувствовал, что этот голос ему был немного знаком. Он небрежно обернулся, отвечая:

- Я люблю путешествовать свободно в этом мире смертных. Я ценю красоту рек и гор. Как я мог не приехать сюда?

Вдруг он отчетливо увидел приближающуюся фигуру, и всё его тело начало дрожать. Он даже подпрыгнул в испуге. Чашка упала на землю и с хлопком разбилась на кусочки. Цвет его лица стал мертвенно-белым, капли пота начали скатываться с его головы. Его руки и ноги дрожали, когда он пытался открыть свой большой рот. Он едва сумел выдавить одно слово:

- Большой... б-большая… большой... большой…

Ломающий Землю был поражён этим. Он подумал:

«Не увидел ли четвёртый брат медведя-призрака?»

Он обернулся с выражением негодования на лице и сказал: «

- Четвёртый брат, почему ты так заикаешься…

Но когда он поднял глаза, его фраза оборвалась на середине. Его рот раскрылся ещё шире, чем у Короля медведей, когда он посмотрел на красивую и очаровательную женщину впереди. Её лицо было настолько красивым, что казалось, будто оно было вырезано из драгоценного красного дерева. Король тигров тоже не смог удержаться от вскрика, а его цвет лица мгновенно стал мертвенно-белым. Губы его задрожали. Он последовал манере Большого Медведя и начал заикаться:

- Большой... б-большой... большая…

Это заикание оказалось заразным!

Эти двое высоких и сильных мужчин выглядели как пара идиотов на данный момент. Они говорили только одно слово, без конца повторяя его с разными интонациями. На самом деле они были напуганы до такой степени, что не могли даже завершить свои предложения.

Цзюнь Мосе нахмурился и покачал головой. Он подумал:

«Что эти двое делают? Почему они повторяют «Большой, большой, большой» без остановки?»

Тем не менее молодой господин Цзюнь не знал о противоречивых мыслях, которые вертелись в головах этих двух простодушных Королей зверей:

«Как? Ну как??? Большой в нашей семье должна называться «большая сестра»? Или мы всё ещё должны называть её «большой брат»?»

Поэтому они двое продолжали говорить «большой... большая» долгое время... но они так и не могли завершить своё предложение после этой «Большой» части…

- Вы двое – просто пара идиотов. Вы не знаете этикета. Вы не знаете, как нужно обращаться к «Старшей сестре»? Вы издеваетесь над собой перед незнакомцем без причины! Что это за «большой»? У вас мозги погулять вышли? – голос Королевы змей послышался в нужный момент, и это стало идеальным решением для них обоих.

- Большой… Тьфу, то есть старшая сестра! – Большой Медведь вытер пот и громко закричал. Он даже не обратил никакого внимания на то, что секунду назад над ним издевалась Королева змей. В конце концов из-за этого он смог сказать вслух это правильное слово. Так разве её издевательство того не стоило? Надо сказать, что этот старший Король зверей из леса Тянь Фа мог говорить без каких-либо запретов, даже если бы столкнулся с бесчисленным количеством людей. В конце концов, он был способен перевернуть мир с ног на голову. Тем не менее сейчас он так боялся сказать неправильно, что вспотел за секунду!

- Большой... большая... – Король тигров всё ещё бормотал в шоке. Очевидно, в глубине души он был в отчаянии и хотел выкрикнуть эти два слова – «старшая сестра». Но его рот, казалось, не желал подчиняться его командам, и он продолжал бубнить «большая... большой...» без остановки. Затем он поднял свою огромную руку и свирепо ударил себя по лицу. Затем он крикнул:

- Я буду называть тебя «большая-большая»…

- Ты глупый Тигр! Ты меня ужасно смущаешь! – Королева змей так разозлилась, что на секунду показалось, будто она сейчас набросится на него!

- Так, ша! Я не хочу, чтобы вы двое вели себя так снова. Любой ущерб вашей репутации эквивалентен потере престижа нашего Тянь Фа, когда вы находитесь в таком мире, – Мэй Сюэ Янь махнула рукой, как будто она не заботилась об этом. Затем она подошла и села напротив этих двух мужчин. Она мягко сдвинула брови и спросила:

- Поторопитесь и скажите мне... так что вы здесь делаете? О! И, как вы…

Эта красивая женщина по имени Мэй была кем угодно, но не дурой. Она мгновенно почувствовала, что уровень силы Короля медведей увеличился. Она почувствовала, что он сделал успешный прорыв. Его вновь обретённая сила всё ещё была далека от её собственной, но она оценила, что он превзошёл силу Королевы змей с некоторым отрывом!

«Все трое были на одном уровне не так давно. Но сила четвёртого брата, Короля медведей, превзошла силу остальных Королей зверей. Это хорошо, когда дело доходит до леса Тянь Фа, но это всё равно хлопотно. Ведь Король медведей застрял на пороге нового уровня уже много лет. Поэтому этот случайный прорыв, должно быть, произошел из-за какой-то счастливой встречи».

Тем не менее Мэй Сюэ Янь не могла спросить об этом из-за присутствия постороннего – Цзюнь Мосе. Это были удивительные новости, но она не могла узнать об этом сейчас. Она была поражена этим осознанием на секунду, но ей удалось очень быстро справиться со своими чувствами. На самом деле никто из многих людей, присутствующих здесь, не смог этого заметить.

- Мы пришли... – оба Короля зверей, наконец, пришли в себя и поспешно сели, прямо и в почтительной манере. Теперь они сидели так же, как сидят ученики начальной школы, когда внезапно видят, как их классный руководитель входит в класс. Но вскоре они вспомнили вопрос своего Владыки. И в результате два больших Короля зверей внезапно вскочили. Они схватили по ближайшей коробке с телеги и закричали:

- Старший... ой, то есть старшая сестра, взгляните, взгляните на это... и это… и вот сюда…

Ломающий Землю моргнул своими невинными глазами и закричал:

- Мы пришли... мы пришли, чтобы сделать это, как его…

- Для этого? – глаза Мэй Сюэ Янь подозрительно пронеслись по куче трав на столе. Затем она вдруг взволновалась. – Для чего, блин? Дайте мне чёткий ответ. Я спросила вас... зачем вы пришли сюда? Что вы здесь делаете? Вы пришли, чтобы сделать это! Вы, блин, издеваетесь?

Ломающий Землю с грохотом рухнул на землю. Его лицо стало мертвенно-белым, а губы начали дрожать. Он так испугался, что его мозг закоротило. Он чуть не заплакал:

- Нет... Нет... я... я бы не посмел издеваться... мы... мы пришли, чтобы, это…

Сила, которая накапливалась веками, давила на них. Следовательно, Король тигров был просто до ужаса напуган жестоким гневом своего старшего брата и сестры, так что он уже подумывал о возвращении к своей первоначальной форме... он хотел сделать это, чтобы он мог встряхнуть хвостом, чтобы попросить прощения…

- Аа-а! Так вы пришли сюда, чтобы доставить эти травы, – Мэй Сюэ Янь, наконец, поняла смысл слов, которые они пытались донести до неё с таким трудом... затем она слегка улыбнулась, и оба Короля зверей расслабились. Но она снова подняла брови и спросила.

– А как вы узнали, что вы должны поставить эти травы? Я, очевидно, не посылала никакой информации…

Прекрасная Мэй ещё даже не закончила говорить, а её мозги уже начали работать:

«Я до сих пор не прислала никакой информации об этом месте. Но они уже пришли сюда, доставив травы, как ни в чём не бывало. Это странно. Должна быть другая причина. И что с этим случайным прорывом Большого Медведя? Это как-то связано с этим?»

Она была очень умным человеком. Она даже проанализировала весь инцидент с восьми или девяти разных точек зрения в одно мгновение. И, надо сказать, что её предположения были не очень далеки от реальности!

Язык Короля медведей развязался, но он всё равно был слишком ошеломлён. Он, усиленно размышляя, почесал затылок. Однако он не знал, как об этом сказать. Поэтому он подумал ещё пару секунд, затем он пробормотал:

- Старшая сестра, ты не знаешь об этом. Речь идет о третьем брате Журавле и моей встрече со старшим Фэном. Я говорил тебе о замечательных способностях этого старшего, верно? Мы смогли увеличить нашу силу очень легко благодаря его помощи. В то время он пришёл в лес Тянь Фа. И он также сказал нам собирать травы для замечательных лекарств, которые он изготовит для нас. Он попросил нас доставить эти травы в резиденцию семьи Цзюнь... его таблетки увеличат нашу силу! Он очень удивительный. Он помог нам в продвижении наших уровней. Кроме того, он также вылечил старую проблему шестого и седьмого братьев. Теперь они могут превращаться в человеческую форму. Его магическая сила просто поразительна... он просто... единственный в своём роде во всём мире. На самом деле, я считаю, что даже ты не смогла бы сравниться с ним…

Королева змей явно психанула:

- Четвёртый брат Медведь, о какой ерунде ты говоришь! Ты говоришь, что этот «Фэн» сильнее старшей сестры!?

Этот самый Фэн украл фрукт Тысячи Зол и Десяти Тысяч Ядов из рук Королевы змей. Это, конечно, было хорошо для неё, но ей это все равно было неприятно.

Король медведей быстро понял свою ошибку. Поэтому он поспешил исправиться:

- Я не это имел в виду. Я хотел сказать, что у старшей сестры нет шансов перед старшим Фэном… Блин, сейчас! Лучше так... Старший Фэн намного лучше старшей сестры…

Глава 520. Величие страсти хорошего человека!

- Ты... – Королеву змей аж затрясло от такой глупости.

«Этот дурак снова и снова повторяет, что старшая сестра уступает этому Фэну!»

Она уже собралась сделать шаг вперёд и немного «починить» мозги Королю медведей.

- Королева змей, подожди немного! Мастер Фэн действительно очень опытный и сильный человек. Он и правда обладает удивительными способностями. На самом деле не будет неправильным сказать, что я не смогу соревноваться с ним! Четвёртый брат Медведь, ты сказал, что у тебя и третьего брата Журавля были успешные прорывы? Кроме того, старая проблема шестого и седьмого братьев была решена, и они могут снова превращаться в свои человеческие формы?

Мэй Сюэ Янь была поражена этим. Все же этот вопрос с прорывом был главным в судьбе каждого. Король медведей уже прорвался через порог, и Мэй Сюэ Янь была очень счастлива за него. Затем она услышала, что её третий брат, Король журавлей, также пережил прорыв. Кроме того, Король львов и Король обезьян также оправились от своих травм. Надо сказать, что эта серия хороших новостей привела прекрасную Мэй в восторг…

- И это ещё не всё! На самом деле старший Фэн согласился сделать это только для нас, потому что он признаёт честь и репутацию Большого Медведя. Затем старший Фэн даже согласился помочь нам создать несколько хороших таблеток. Поэтому мы с Королём тигров пришли сюда, чтобы доставить эти травы. Иначе зачем бы нам заходить так далеко, чтобы поиграть? – Король медведей увидел, что старшая сестра одобрила их действия. Таким образом, он постарался набрать побольше похвал в свой адрес.

- Оказывается, это не было неповиновением. На самом деле вы неплохо справились, – с лёгкостью улыбнулась Мэй Сюэ Янь. Поэтому два Короля зверей, наконец, вытерли пот.

«Слава всем Богам! Только мы справились с этим жутко скучным путешествием... но тут мы столкнулись с нашим старшим братом в этом месте…»

Однако вскоре после этого Мэй Сюэ Янь нахмурила брови. Более того, всё её лицо исказилось гневом. Но на этот раз он был направлен в сторону Цзюнь Мосе:

- Цзюнь Мосе! Оказывается, твой учитель и четвёртый брат Медведь уже знают друг друга. На самом деле он даже наладил дружеские отношения с Королями зверей моего леса Тянь Фа! Но ты, мелкий засранец, в течение последних нескольких дней разыгрывал передо мной спектакль и рассказывал мне о том, как тебе придётся его умолять! Как именно ты будешь умолять своего учителя помочь нам? Мне нужно, чтобы ты объяснил это мне... Давай, ублюдок мелкий... Слишком осмелел в последнее время?!

Цзюнь Мосе наблюдал за этими переговорами со стороны с холодным взглядом. Сейчас же он подумал:

«Отношение Мэй Сюэ Янь заставляет думать, что её статус в лесу Тянь Фа довольно высок. На самом деле она может быть лишь чуточку ниже Почтенного Мэя по авторитету. Неудивительно, что она может использовать такую удивительную технику, как «Клетка Мира». На самом деле угнетающие эксперты, которые выше уровня Великого Мастера, похожи на детей в песочнице для неё...»

Однако ситуация внезапно изменилась, когда он слишком потерялся в этих мыслях. Как раз в эту секунду Мэй Сюэ Янь и обратилась к нему с вопросом. И он был напуган и ошеломлён, когда понял это.

Он использовал этот предлог, чтобы пользоваться преимуществом над Мэй Сюэ Янь в течение последних нескольких дней. Но этот вопрос был поднят так внезапно, что он не мог ответить на него. Король медведей, конечно, преувеличивал, но Цзюнь Мосе не мог опровергнуть это. В конце концов, он же не мог ответить:

«Ну, ребят, такое дело… Фэн – это я. Вы, животные, должны смотреть на меня с почтением...»

Большой Медведь и Ломающий Землю не знали, что молодой человек перед их глазами был тем самым мастером Фэном, с которым они пили и болтали в тот день в Тянь Фа. Тем не менее им наконец-то была предоставлена возможность покрасоваться перед своим Владыкой. Так что они вскочили и наперебой заорали со свирепыми выражениями на лицах:

- Ты! Ты, мелкий ублюдок! Ты слишком осмелел! Ты даже посмел обманывать нашу старшую сестру!

- Заткнитесь, вы, два идиота! Вы вообще знаете, что здесь происходит? Идите и сидите в дальнем углу, идиоты! – Мэй Сюэ Янь закричала на них, так как её хорошее настроение испарилось. Оба Короля зверей, опустив головы, попёрлись, куда сказано:

«Что случилось? Как так получилось, что за лизание ботинок нам ещё пинка дали?»

- Ну, это он... – неловко рассмеялся Цзюнь Мосе. Затем он продолжил: - Я не собирался... я... ну, это… это всё благодаря вам, мисс Мэй! Но я искренен по отношению к вам, мисс Мэй. Хе-хе... только Небеса могут видеть всю мою любовь. И Небеса являются тому свидетелем! Кроме того... Мисс Мэй уже несколько раз приставала ко мне... в любом случае всё в порядке, так как я ответил аналогичным образом. Все это знают... – Цзюнь Мосе втайне наблюдал за выражениями лиц Большого Медведя и Ломающего Землю, когда он сказал это вслух.

Он увидел, что выражения лиц этих двух людей стали удивлёнными. Их большие глаза медленно расширялись. Было ощущение, что уши у них выросли на пару сантиметров. Их рты тоже широко раскрылись, и они казались чрезвычайно удивлёнными. Из открытых ртов на землю капала слюна, так как они забыли, как глотать...

Они оба подумали об одном и том же:

«Что? Ради всего святого! У меня с ушами что-то случилось? Как мы вообще услышали эту потрясающую вещь? Старшая сестра действительно взяла на себя инициативу в таком… стала неприличной... к нему? Ради Бога... Дайте мне умереть! Это невероятно безумно... это слишком нереально! Я в страшном сне? Наша старшая сестра неприлично приставала к мужчине?»

- Что ты хочешь сказать? Что ты сказал? – Мэй Сюэ Янь моментально взбесилась. В конце концов так много было сказано перед тремя её подчинёнными. Как она могла это вынести?

- А разве это не правда? Я только изложил факты! – возмущённо закричал Цзюнь Мосе, как будто его ложно обвинили. - Ты как-то не удосужилась спросить моего разрешения в тот день! Вместо этого, ты насильно... поцеловала меня! В результате я, конечно, не смог сдержать свои эмоции. Я тоже поцеловал тебя в ответ... более того, ты ещё и щупала меня! Ну… и я... потом... тоже пощупал тебя... ты даже гладила мою задницу некоторое время... хотя и я тоже погладил твою... это… попу... я... но это же истинная правда…

Бабах! Бум!

С двумя громкими ударами массивные головы Большого Медведя и Ломающего Землю рухнули на стол, стоящий перед ними. Казалось, что их позвоночник просто сломался, не выдержав такого объёма новостей.

Королева Змей смогла устоять, но выглядела, как громом поражённая…

«Мы могли искать нечто бесстыдное везде между Небесами и Адом. Мы можем обыскать четыре моря. Но мы никогда не найдем кого-то более бесстыдного, чем этот парень, за всю историю планеты! Я была там в то время! Этот парень – мошенник, а она просто отшлёпала его по заднице за его поведение. А он что-то там причмокивал и сейчас говорит про нежное поглаживание…»

- Заткнись сейчас же! – лицо Мэй Сюэ Янь покраснело. Но было неясно, это от злости или от застенчивости. Тем не менее голос её звучал так, как будто она готова разрушить гору от ярости:

«Я всегда была простой и безразличной. Я не люблю раскрывать свои чувства, когда злюсь. Но как этот мальчик может так легко разжигать мой гнев каждый раз?»

«Более того, я знаю, что не смогу ничего ему сказать, споря на эту тему. И в конце концов мне придется перестать спорить. На самом деле, я думаю, это странно, что я даже думаю об этом. Как я вообще запуталась в мыслях, столкнувшись с таким тривиальным обвинением?»

И вдруг её словно током ударило:

«Это отвратительно! Этот парень снова сменил тему!»

- Почему я не должен этого говорить? Почему я не могу этого сказать? Не может быть и речи, чтобы молчать об этом, тем более сегодня! Сегодня я буду сражаться! Почему я должен молча страдать, когда ты так неприлично поступила со мной? Как ты думаешь, после того как съела шикарное блюдо, ты можешь просто вытереть тарелку куском хлеба и сказать, что она чистая? Это невозможно! Ты должна взять на себя ответственность передо мной! – лицо Цзюнь Мосе просто светилось праведностью и строгостью. Казалось, он действительно думал, что с ним поступили несправедливо.

- Клетка Мира!

Мэй Сюэ Янь так разозлилась, что у неё едва пар из ушей не пошёл. Затем она схватила Цзюнь Мосе и исчезла, как струйка дыма. Даже их тени нельзя было увидеть…

Большой Медведь и Ломающий Землю повертели головами, как будто напились вина. Тем не менее они всё равно чувствовали головокружение. Они тупо посмотрели друг на друга и спросили в унисон:

- Мы... уснули только что, верно?

Затем они посмотрели в сторону Зелёной Охотницы и спросили:

- Зелёная Охотница, младшая сестра... это правда?

- Это правда! – Королева змей кивнула головой. Было видно, что она тоже в ярости.

- Что... Так Цзюнь Мосе говорил правду? Он собирается стать мужем нашей... старшей сестры? – Король медведей подмигнул Ломающему Землю, и тот улыбнулся. Было очевидно, что они надеялись увидеть реакцию Королевы Змей.

- Я не знаю! Почему бы тебе не спросить старшую сестру? Не спрашивай меня больше. Я вообще ничего не знаю! – она резко повернулась и ушла.

Они оба посмотрели друг на друга и одновременно сказали:

- Весна в жизни старшей сестры наконец-то наступила… Этот мальчик заслуживает звания ученика старшего Фэна! Он – действительно глубокая тайна. Мы ничто перед ним!

Цзюнь Мосе вернулся спустя долгое время, скаля зубы от боли. Он появился прямо перед двумя Королями зверей. Цзюнь Мосе попытался выдавить улыбку, когда огромные глаза Королей зверей оценивающе осматривали его. Затем он сказал:

- О, у вашей старшей сестры есть такие наклонности... У неё красивое лицо… а фигурка – ещё лучше. Но её характер немного слабоват. К тому же она так злится, когда мы говорим об этом. Страстная любовь – это то, о чём следует говорить открыто! Это неизбежно и правильно. Кроме того, это нормальный жизненный вопрос. Но... её характер – это её проблема. Мне придется изменить это в ней!

- Это верно! Ты прав. Это очень экстремально! – Большой Медведь и Ломающий Землю закивали головами так часто, что стали напоминать куриц, клюющих рис. Украдкой они с восхищением рассматривали юношу. Они не могли не вздохнуть в своих мыслях:

«Этот человек действительно очень силён! Он даже хочет исправить характер нашей старшей сестры?! Он по-настоящему загадочен и совершенно непредсказуем! Он настоящий монарх!»

Отношения двух Королей зверей претерпели большие изменения. На самом деле они даже чувствовали себя несколько униженными в его присутствии. Этот юноша, конечно, не был их старшим, но он был будущим мужем их старшей сестры!

- Самое ненавистное, что... ваша старшая сестра боится собственного тела зверя Суань. Итак, она не готова быть со мной... она говорит, что боится, что люди будут смеяться над ней... я искренне не могу этого понять! Ах! Почему два человека должны бояться этого общества, если они искренне любят друг друга? Особенно в этом мире, где сильнейший кулак – абсолютное оправдание всему! На самом деле нам даже не нужно использовать средства коммуникации, если мы можем использовать кулаки. Более того, я даже не против этого. Так почему она не может разобраться? Скажите мне... разве это не логично? – Цзюнь Мосе выпил чай вместо вина в надежде заглушить свои тревоги.

- Это действительно так! – Большой Медведь похлопал себя по бедру. – Быть зверем Суань – почётно! Звери Суань гораздо сильнее людей! Так почему же мы должны заботиться о них? Я прошу тебя успокоиться по этому поводу. Мы поддержим вас в вашем стремлении к счастью! Я сам сверну и сломаю шею любому, кто осмелится выступить против вас!

- Это правильно! Мы столько шей наломаем! – Ломающий Землю засучил рукава, а его лицо загорелось от волнения.

- О! Это легче сказать, чем сделать... – отчаянно ответил Цзюнь Мосе. – В конце концов тело вашей старшей сестры всё ещё остаётся важной проблемой... кажется, мне всё ещё нужно приложить много усилий... Но я уверен в этом отношении. Я верю, что жизнь вашей старшей сестры будет полна счастья, моими большими усилиями и самой искренней любовью! Я даже решил, что мы не будем жить в этом человеческом мире ради счастья вашей старшей сестры. Вместо этого мы будем жить в лесу Тянь Фа…

Молодой господин Цзюнь, сказав это, поднял голову и выпятил грудь так героически, что казалось, будто он был полон решимости устранить все препятствия. Он хотел сражаться за победу! Его поза была героической, а выражение его лица было искренним, честным и страстным!

Два Короля зверей оказались тронуты этим:

«Этот человек готов отказаться от славы, великолепия и удовольствий этого человеческого мира ради счастья нашей старшей сестры. Он даже готов жить в лесу Тянь Фа... эта жертва достойна восхищения!»

«Цзюнь Мосе!»

«Это... самая высшая степень любви человека! И хорошего человека при этом! Мы никогда не думали, что станем свидетелями такой великой и настоящей любви! Эта история любви неизбежно станет легендарной! Она будет передаваться сквозь века! Это обязательно будет написано на страницах истории!»

«Как мы можем позволить такому глубокому чувству любви умереть на полпути? Как мы можем не помочь этому искреннему и страстному роману достичь своей цели?»

Глава 521. Вы, ребята, должны сделать то-то и то-то…

- Пожалуйста, будьте уверены, молодой господин Цзюнь. Теперь это дело в наших руках! Мы не позволим нашей старшей сестре пропустить такое! – два огромных Короля зверей похлопали его по плечам и пообещали помочь ему. Большой Медведь ещё мгновение колебался, затем он собрался с духом и сказал:

- Ну, короче... этот старый Медведь попробует сегодня после ужина. Я найду старшую сестру и поговорю с ней о её желаниях. Старшая сестра – женщина в конце концов. Значит, она не захочет открыться мне. Но, я думаю, что я имею некоторое влияние на неё.

«Кажется, четвёртый брат Медведь готов пойти на всё ради счастья старшей сестры. Он даже осмелился искать старшую сестру, чтобы поговорить с ней на такую тему...»

Ломающий Землю опустил голову и ничего не сказал. Тем не менее про себя он восхищался храбростью Большого Медведя.

- Нет, это будет не к месту! – Цзюнь Мосе быстро наложил вето на эту идею. Он подумал про себя:

«Твоё предложение сейчас ни к селу, ни к городу. Ты хочешь столкнуть меня под автобус? Моя задница и так до сих пор болит. И ты хочешь сделать мне только хуже!»

- Почему не подойдёт? Что же тут неуместного? – оба Короля зверей были озадачены его словами.

Цзюнь Мосе закатил глаза и сказал:

- Разве ты не знаешь о темпераменте своей старшей сестры? Она очень холодна в этом отношении! Я бы уже сделал это, если бы это было возможно! Более того, будет нехорошо... если она поймет, что вы тоже в этом замешаны!

- То, что ты говоришь... – оба Короля вздохнули одновременно. На самом деле они чувствовали себя немного расстроенными:

«Природа старшей сестры такова, что бесполезно советовать ей... более того, она специально пойдёт наперекор, если люди переусердствуют, пытаясь убедить её. Поэтому такой метод принесёт только беду, если она выяснит, что мы пытаемся помочь им…»

- Но вы можете сделать кое-что, если действительно хотите помочь мне... Ты можешь рассказать это всем, когда вернёшься в лес Тянь Фа... скажи всем, что Мэй Сюэ Янь уже вышла за меня замуж! У неё не будет выхода после этого! Затем выберите место в лесу Тянь Фа… и выберите большое место! Я построю там дворец. И я буду относиться к нему, как к нашему новому дому... Таким образом она увидит мою решимость! В конце концов нет пути назад, когда из дерева сделали лодку! И я верю, что Сюэ Янь начнёт склоняться ко мне, когда пройдёт время. А вы как думаете? – Цзюнь Мосе медленно повернулся и спросил.

- Удивительно! Это действительно удивительно! Это супер удивительно! – Ломающий Землю хлопнул в ладоши с такой силой, что с ближайшего стола сдуло чайную чашку. – Старшая сестра в основном беспокоится о том, как другие люди отреагируют на это, и не будут ли смеяться! Тем не менее если весь лес Тянь Фа покажет ей свою полную поддержку, и она узнает об этом… В конце концов дело уже будет сделано... И этого нельзя отменить. Рис нельзя вернуть в первоначальный вид, когда его уже приготовили! Кроме того, чего ей бояться, когда молодой господин Цзюнь создаст там целый дворец?

- Да, именно это я и намереваюсь сделать. Мы с вашей старшей сестрой будем жить в лесу Тянь Фа вместе со всеми, когда придёт время. И мы будем неразлучными! Наверное, я приглашу даже моего учителя... в конце концов, в лесу Тянь Фа много трав. Так что мой учитель, безусловно, будет счастлив жить там, – улыбнулся Цзюнь Мосе.

- Это отличный план! Это действительно отличный план! – глаза двух Королей зверей загорелись ещё ярче!

- Но, сами понимаете, нельзя трепаться кому попало о нашем плане. И делать всё это нужно втайне. Нельзя, чтобы старшая сестра узнала об этом заранее! – Цзюнь Мосе понизил голос и тихо объяснил.

- Никто не знает, что произойдёт, если она узнает о плане заранее из-за нашей небрежности. В любом случае вы сами знаете о характере вашей старшей сестры…

- Это действительно так! Ты думаешь, что мы идиоты? Даже сестра Зелёная Охотница не узнает об этом, – посмотрел на него Большой Медведь. Затем он посмотрел на свою ладонь и хлопнул себя по груди, сказав:

- Будь уверен, мы справимся с работой!

- Тогда это всё, о чём я прошу вас! – Цзюнь Мосе поблагодарил их в элегантной манере.

- Ты очень вежлив. Очень вежлив! В будущем все мы станем семьёй. Так почему ты такой вежливый? Ты всегда можешь сказать нам всё, что тебе нужно, зять, – ответил Ломающий Землю вежливым жестом. На самом деле он даже выпалил «зять» очень спокойно. Он боялся свою старшую сестру с детства. Поэтому он чувствовал, что было бы хорошо, если бы он смог заранее выслужиться перед своим будущим зятем.

- Тогда все в порядке. Я отнесу эту партию трав моему учителю, чтобы он увидел, не упустили ли мы что-нибудь. Мы должны быстро приступить к созданию таблеток. В конце концов это самое главное в настоящее время, – сказал Цзюнь Мосе с торжественным выражением лица.

- Это верно. Большое спасибо. Все в нашей семье с нетерпением ждут этого. Было бы замечательно, если бы вы могли сделать таблетку к завтраку... – Большой Медведь и Ломающий Землю сияли счастьем и благодарили его снова и снова.

- Подождите некоторое время. Я совсем об этом забыл. Вы останетесь в городе Тянсян на несколько дней. И вы, очевидно, хотите повеселиться, не так ли? Я приготовил для вас кучу золота. Так что давайте, сходите по магазинам, купите всё, что захотите. И не будьте такими формальными. У меня здесь много денег! И учтите, я почувствую себя очень несчастным, если вы попытаетесь отказаться! – Цзюнь Мосе принёс огромный пакет со звоном и грохотом. Этот пакет был полон золотых и серебряных монет.

Танг Юань был известен как «Бог богатства» в столице. Тем не менее молодой господин Цзюнь был истинным «Богом богатства», если уж дело дошло до этого!

- Это действительно... это действительно... как мы можем бесстыдно принять это... – глаза обоих Королей зверей бегали с золота на Цзюнь Мосе.

- Мне стыдно за ваши слова. Ведь мы все – семья. Разве моя семья не такая же, как ваша? Тратьте их свободно, никаких формальностей! Кроме того, не забудьте купить вещи для своих братьев и сестер в лесу Тянь Фа. Вы можете взять что-нибудь для них, когда вернётесь. В конце концов вы пришли сюда впервые. Так что моя обязанность – заботиться о вас! – Цзюнь Мосе притворился недовольным. Затем он взял пучок трав и сказал:

- Я пойду и отнесу эти травы. Вам должно быть весело. Вы должны пойти и повеселиться! – затем он повернулся и ушёл.

Ломающий Землю схватил сверток золотых и серебряных монет, пробормотав:

- Он действительно очень щедрый. Наш зять действительно очень... хороший человек!

Большой Медведь чувствовал то же самое в глубине души. Поэтому он несколько раз кивнул с серьёзным выражением на лице. Затем он сказал таким тоном, будто он принимал присягу:

- Это относится к счастью нашей старшей сестры. Поэтому мы должны воспользоваться этой возможностью! Это будет самая большая свадьба в нашем лесу Тянь Фа! Мы должны упорно трудиться ради счастья старшей сестры! Мы должны приложить большие усилия для этого!

Ломающий Землю перестал рассматривать монеты. Его лицо стало твёрдым и решительным. Затем он встал и медленно кивнул:

- Четвёртый брат прав. Мы разберёмся с этим вопросом, как только вернёмся! И мы сделаем это в совершенстве!

Оба Короля зверей посмотрели друг на друга. Теперь их лица были другими – твёрдыми и решительными!

...

Волны людей и лошадей въезжали в город Тянсян со всех сторон. Многочисленные конные экипажи скакали в сторону города. Каждый из этих экипажей был нагружен тяжёлым грузом. Город Тянсян выглядел как какой-то полуармейский городок. Золотых и серебряных бойцов Суань обычно было достаточно, чтобы запугать простых людей в городе. По сути, они рассматривались как «эксперты». Однако это представление исчезло в облаке дыма. Фактически эти так называемые «эксперты» внезапно стали вести себя так же хорошо, как и обычные гражданские лица.

Эксперты Суань Земли города обычно были чрезвычайно высокомерными. Тем не менее даже они начали опускать голову в эти дни. Большинство из них стали ходить с такими лицами, что они казались простыми и честными людьми. На самом деле они говорили очень осторожно и аккуратно. И это потому, что ночи были заполнены лучами голубого света... голубого, лазурно-голубого, глубокого синего света... и есть несколько людей, Суань которых даже не показывал цвета. Более того, эти люди ходили туда-сюда по городу в большом количестве.

Эксперты уже здесь!

И на этот раз эти три слова действительно несли солидный вес!

Было приблизительно подсчитано, что иностранцы, прибывшие в город Тянсян, включали в себя, по крайней мере, двести экспертов Духа Суань! Между тем, число экспертов Небесного Суань достигло пугающей цифры в тысячу человек или даже больше!

Это была концентрированная сила почти половины материка! Это было эквивалентно общей силе, по крайней мере, дюжины высококлассных семей Суань!

Более того, все пришли с одной целью – таблетки для закалки костей!

Доступность, качество и эффект этих таблеток достиг пугающей степени. И это ускорило сердцебиение всех влиятельных семей! В конце концов, создать несколько молодых гениев было бы так же просто, как сдуть пыль, если в семье была бы хотя бы одна такая таблетка! Кроме того, вся семья будет более или менее гарантированно процветать, если они смогут каким-то образом сохранить несколько дополнительных таблеток для будущих поколений!

Это было безумие! Это было полное безумие!

Между тем группа из пяти человек медленно вошла в западные городские ворота. Все они были одеты в чёрное с головы до ног, даже их лошади были накрыты чёрными попонами. Солнце, стоявшее в зените, кажется, не приносило им никаких неудобств. Их естественное поведение делало их похожими на Бессмертных.

Единственное, что бросалось в глаза, это пурпурно-золотые пояса, обвязанные вокруг талии.

Люди из Иллюзорного Океана Крови вошли через восточные городские ворота почти одновременно с этими людьми. Лицо молодого Лорда Иллюзорного Океана Крови, Хуан Сяо, было непривычно серьёзным.

Группа очень сильных мужчин в это же время вошла через северные ворота! Они были одеты в льняные одежды, а не шёлковые. И шляпы, которые они носили на головах, казалось, сверкали серебристым сиянием. На самом деле эти шляпы казались коронами с первого взгляда. Это, очевидно, привлекло внимание всех, кто был вокруг. Тем не менее эти люди притворились, что вокруг никого нет, и вошли в город, как будто это была их лужайка перед их домом.

Аукцион таблеток для закалки костей был, наконец, официально открыт!

Можно было сказать, что аукцион на этот раз будет великолепным и беспрецедентным. Аукционный Зал даже был временно закрыт на реконструкцию. На самом деле он был преобразован почти полностью. Его передняя и задняя часть были расширены, попутно поглотив несколько больших домов в окрестностях. В противном случае, просто невозможно было бы найти место для такого множества людей!

Для участия в аукционе необходимо было заранее заплатить сто золотых монет. Участник получал специальный номерной знак после внесения предоплаты. И это означало их право войти в Аукционный дом! Это также показывало деловой ум толстяка Танга. Это было наглое ограбление средь бела дня. На самом деле было бы хорошо, если бы толстяк Танг хотя бы изящно и вручную изготовил эти номерные знаки. Однако это были не более чем простые и обычные номерки! Они стоили всего одну или две серебряные монеты. Но он требовал за них сто золотых монет. Более того, никто не мог вернуть эти деньги, как только они входили в аукционный зал…

Однако кто из людей, прибывших для участия в этом аукционе, пожадничал бы заплатить сто золотых монет? Поэтому толстяк решился собрать богатство и этим способом. И ему это даже сошло с рук!

Сто золотых монет не были какой-то феноменальной суммой, ради которой эти люди стали бы поднимать шум. В конце концов они предназначались только как вступительный взнос. Тем не менее они могли потерять очень много, если бы не стали платить. Более того, несколько сотен человек стекались в город. Так почему бы Жирный не решил найти источник прибыли и тут?

Только этот вступительный взнос принёс доход в размере шести или семи тысяч золотых монет!

Семьи Дуанму и Сиконг прибыли несколько дней назад. И в настоящее время они проживали в резиденции семьи Цзюнь. Сиконг Ан Е и Дуанму Чао Фан, разумеется, представляли каждый свою семью.

Небо было довольно облачным, но перед Аристократическим Залом уже было очень многолюдно!

Аукцион вот-вот начнётся! Все хотели посмотреть, какая семья расцветёт, а какая упадёт!

Цзюнь Мосе впечатляюще появился в Аристократическом зале. В конце концов его сопровождали четыре легендарные красавицы – Мэй Сюэ Янь, Гуан Квинхан, Королева змей и Дугу Сяо И! Между тем Большой Медведь и Ломающий Землю, вместе с Хай Чэнь Феном и Сонг Шанем обеспечивали безопасность гостей…

Гуан Квинхан не хотела никуда выходить, но Цзюнь Мосе настоял на этом. Девушка, разумеется, пришла не одна... вместо этого, она привела ещё двух подружек! Все уставились на них, когда они направились в главный зал. Даже люди, стоявшие на расстоянии, не были исключением. По сути, это действие было сродни появлению Ангела на земле. Даже вороны временно заткнулись и перестали каркать, а голуби, пролетая мимо площади, переставали гадить!

Скорее всего, это было потому, что лицо молодого господина Цзюнь было похожим на лицо человека, который ищет неприятностей. Кто посмел бы произнести хоть слово? Кто хотел начать пожизненную вражду?

Гуан Квинхан поначалу чувствовала страх. Тем не менее её опасения и внутренние демоны постепенно успокоились.

Только Дугу Сяо И следовала позади процессии с ревнивым и недовольным лицом:

«Это место... должно быть моим... ууууууу...»

На самом деле она так надула губы, что на них можно было повесить фонарь.

Глава 522.1. Прибытие экспертов! (часть 1)

Жирный Танг сидел напротив Цзюнь Мосе. Толстяк был одет в очень тонкий халат, хоть на улице было довольно холодно. Тем не менее он почти всё время вытирал пот со лба! Безумие толпы за пределами Зала напоминало волны, разбивающиеся о берег. Волны бешеной, полусумасшедшей ауры даже проникали в Зал через стены. Умственная сила Толстяка была довольно слабой, поэтому он просто не мог противостоять ауре этого места, так как здесь собрались самые сильные люди со всего мира!

- Третий... третий молодой господин... ты останешься здесь на аукцион, верно? – с трудом выдавил из себя Танг Юань, продолжая вытирать пот.

Цзюнь Мосе посмотрел на толстяка, выглядевшего, словно заяц перед удавом и почувствовал себя немного беспомощно:

- Что, уже обосрался со страху? Думаешь, я не останусь здесь на аукцион? Ты ничтожество! Это такая отличная возможность для тебя, чтобы ты смог заработать славу! А ты сам, собственноручно собираешься позволить такому шансу проскользнуть мимо?! Не говори мне, что я должен буду взять на себя ответственность за все твои обязанности!

Странно, но толстяк не обиделся, а наоборот, немного успокоился. Затем он посмотрел на свои пропитанные потом одежды и сказал с горькой улыбкой:

- Третий молодой господин, я едва-едва смогу справиться с этой задачей сегодня... я, конечно, похудею, если мы будем проводить больше таких аукционов…

- Пффф, – Дугу Сяо И усмехнулась. Эта молодая девушка сидела рядом с Мэй Сюэ Янь. Следовательно, она не могла почувствовать это давление чуждой ауры, так как она была хорошо защищена... поэтому она, естественно, не выглядела такой несчастной, как жирный Танг.

Гуан Квинхан и Мэй Сюэ Янь также не могли не улыбнуться при виде этого. Внешний вид толстяка может поднять настроение, независимо от того, насколько мрачным ты себя чувствовал. Это было действительно очень смешно…

- Хорошо, этот молодой господин лично возьмет всё на себя. Я героически выйду и буду контролировать их так, как это положено, чтобы меня запомнили как самого лучшего организатора аукционов во всём мире! – фыркнул Цзюнь Мосе. Затем он улыбнулся с видом честного и неустрашимого героя.

Дугу Сяо И внезапно обратилась с презрительным тоном:

- Ха, ты же хозяин этого аукциона. Так, по-моему, очевидно, что тебе придётся его контролировать. Что хорошего в тебе, если ты даже не сможешь это контролировать? Так это и должно быть. Но ты чувствуешь и выставляешь себя таким героем из-за чего-то настолько очевидного…

Все разразились смехом.

Мэй Сюэ Янь улыбнулась и сказала:

- Тебе нужно обратить внимание на другой вопрос. Этот аукцион должен быть полностью под твоим контролем. Кроме того, ты должен знать, когда тебе следует остановиться. Прибывшие сюда люди очень могущественны и сильны. Это заставляет меня предположить, что люди из трёх священных земель тоже появятся. На самом деле я чувствую ауру нескольких моих… хмм… старых знакомых. Сейчас не время зацикливаться на зарабатывании денег — ты должен чётко понимать этот момент! Будут большие проблемы, если ты спровоцируешь гнев всей этой толпы. На самом деле здесь, в городе Тянсян, собралось так много сил, что даже у меня не будет другого выбора, кроме как сбежать, если они объединятся против тебя!

Цзюнь Мосе улыбнулся и несколько раз кивнул:

- Да, ты права, это немного… эмм… экстремально.

Однако у него были другие планы в голове.

«Не зарабатывать деньги? Тогда что мы будем делать здесь, на этом большом аукционе? Мы здесь, чтобы подарить им эти таблетки? Да я лучше скормлю эти таблетки свиньям в таком случае!»

Ворота Аристократического Зала медленно открылись, когда солнце начало подниматься в небо. В дверях появились два человека. Они улыбались от всего сердца. Шестнадцать молодых людей, одетых в белые одежды, стояли в два ряда у входа, чтобы приветствовать гостей.

- Аукцион вот-вот начнётся. Пожалуйста, покажите свои номерные знаки, и входите, чтобы занять свои места!

На этот раз статус людей, пришедших на аукцион, казался очень высоким. Ворота Аристократического Зала не были открыты заранее. Но, надо сказать, что никто не показывал признаков нетерпения и никто не шумел. Нельзя сказать, что за воротами стояла абсолютная тишина, но, тем не менее, всё было довольно мирно.

Ворота открылись, приглашение прозвучало, но гости всё ещё молчали. Фактически никто даже не сдвинулся с места. Вместо этого все продолжали стоять и ждать абсолютно спокойно.

Вдруг мощный импульс силы пронзил каждого. Подул холодный ветер. Толпа перед Аристократическим Залом начала расходиться, в результате чего большая полоса перед воротами оказалась свободной. Пять человек в чёрных одеждах остались стоять перед началом этой чистой полосы. Затем они медленно пошли вперед среди тихого шума толпы.

Старик, возглавлявший эту группу, тоже почти полностью был одет в чёрное. На самом деле, казалось, будто его одежды заранее постирали в чёрных чернилах. Единственное, что выбивалось из этого цветового «разнообразия» – пурпурно-золотой пояс вокруг талии и такого же цвета ножны, висевшие на поясе. Черты его лица были сухими и простыми. И он шёл вперёд, уверенно чеканя шаг за шагом.

Его сопровождали четыре человека. И они, разумеется, были одеты аналогичным образом. Но различия можно было бы ясно увидеть, если внимательно присмотреться к ним. Одна сторона пурпурно-золотого пояса старика была инкрустирована тремя блестящими и сверкающими звездами. Его глаза мерцали, как у демона, когда он шёл вперёд. У двух из его четырёх спутников на поясе были закреплены две звезды, в то время как у двух других была только одна звезда.

Стоит отметить, что два «двухзвёздочных» человека были теми самыми мастерами, мастерами Урагана и Ливня! Два сотрясающих землю мечника – Великие мастера Ураган и Ливень!

Тем не менее поведение этих двух мужчин ясно давало понять, что старик в чёрных одеждах имел более высокий статус, чем они!

Старик шёл так, что казалось, будто он плыл в воздухе, не касаясь ногами земли. Его чёрные одежды даже не раскачивались, пока он шёл. Кроме того, на его одежде не было ни единой пылинки, ни одной складки. Он медленно поднял брови и подошёл к привратникам. Затем он осторожно открыл глаза и слегка улыбнулся. Тем не менее, казалось, что в его глазах было всё – от обещаний вечного счастья до угроз последним уровнем Ада.

Хай Чэнь Фэн был ответственным за встречу гостей. Тем не менее даже он почувствовал, как будто всё потемнело перед его глазами. Его пропитало чувство благоговения, как будто он смотрел на звёздное небо, когда он смотрел в глаза этого старика! На мгновение он был ошеломлён, словно получил хороший удар по голове. Но затем он успокоился и, с некоторым усилием воли, сумел взять себя в руки. Потом он снова посмотрел на старика. Но на этот раз он чувствовал себя нормально. Казалось, будто ничего странного не произошло. Затем он услышал, как старик сказал:

- Этот старший – Нин Ву Цин из Неуловимого Мира Бессмертных! Я приехал сюда, чтобы участвовать в аукционе!

Он передал номерной знак, как только закончил говорить. Он действовал в полном соответствии с правилами входа в Аристократический Зал.

Хай Чэнь Фэн никогда не слышал этого имени, но он понял, что этот старик был очень сильным и известным человеком. На самом деле он понял, что этот старик может быть даже сильнее, чем его собственный учитель — Мэн Хун Чен. Тем не менее он спокойно принял номерной знак, сложил ладони в знаке приветствия и сказал:

- Старший, пожалуйста, входите!

Из глубины Зала подошёл юноша в белых одеждах и повёл этих пятерых мужчин в чёрных мантиях в коридор.

Наверху, в Аристократическом Зале, Мэй Сюэ Янь судорожно вздохнула и сказала:

- Этот человек – трёхзвёздочный правоохранитель из Неуловимого Мира Бессмертных — Нин Ву Цин.

Она сделала то, чего от неё не ожидал никто - сплюнула на землю и, как ни в чём не бывало продолжила:

- Он полностью лишён каких-либо добродетелей и морали. Он беспощаден и безжалостен!

Глаза Цзюнь Мосе засияли, и он отметил:

- Ну, его имя подходит ему в таком случае!

Мэй Сюэ Янь прошептала:

- Этот человек изначально был учёным по имени Нин Дун Ру. Он был потрясающим талантом в области литературного искусства. Тем не менее молодой господин из влиятельной семьи Суань в его родном городе лишил чести его девушку. Нин Дун Ру долго обращался к Небесам в поисках справедливости, но не получил ответа. Тогда он воззвал к матери-Земле, но ответа не получил. Его возлюбленная, не выдержав позора, покончила жизнь самоубийством, повесившись. После этого его характер полностью изменился. И он изменил своё имя на Нин Ву Цин. Он оставил свой научный путь и занялся боевыми искусствами. Он практиковал умение меча в течение пятнадцати лет. И он вернулся в свой родной город, как только его практика меча была успешно закончена. В той семье Суань было более семисот человек, и все они вышли против него. Но он убил их всех, даже не отдыхая. На самом деле даже мыши из этого дома не смогли от него сбежать! Сила его меча оставалась непобедимой в течение девяноста лет! Он бродил по всей земле и наказывал любое зло, которое видел перед глазами. Но он слегка… «увлёкся»… На самом деле он мог просто прикончить человека, даже если бы увидел, как тот украл что-то незначительное, как яблоко или яйцо! Он был очень свиреп и всегда шёл на крайности, чтобы выполнить свою «задачу»! Он оставался холостяком всю свою жизнь. Позже он присоединился к Неуловимому Миру Бессмертных. Но кто бы мог подумать, что он станет трёхзвёздочным правоохранителем? В конце концов, это означает, что он считается выдающейся личностью даже в Неуловимом Мире Бессмертных!

Глава 522.2. Прибытие экспертов! (часть 2)

- Хммм… Раньше он убивал ради мести, убивал от своей внутренней боли! – глаза Цзюнь Мосе засияли, и он даже похвалил этого старика.

Дугу Сяо И была поражена агрессивным отношением Нин Ву Цина. Гуан Квинхан несколько сочувствовала горькому опыту правоохранителя, в то время как Королева Змей завидовала его силе Суань. Только молодой господин Цзюнь произнёс слова, ещё и хвалебные!

Нин Ву Цин вошёл в зал как раз в тот момент, когда Цзюнь Мосе сказал: «убивал от своей внутренней боли». Естественно, Нин Ву Цин поднял голову и заинтересованно взглянул наверх.

Его взгляд, казалось, простирался сквозь время и пространство, как молния в темноте. Взгляд его острых глаз, словно превратился в меч и ударил Цзюнь Мосе прямо в лицо, несмотря на то, что они были разделены несколькими стенами!

Цзюнь Мосе словно по-настоящему почувствовал удар меча в лицо!

Взгляд его, очевидно, не был злонамеренным. Но этого было достаточно, чтобы продемонстрировать его силу! Ведь Цзюнь Мосе словно почувствовал этот удар, хотя он обладал культивированием на пике Суань Неба! На самом деле явные признаки предупреждения и угрозы возникли в сердце Цзюнь Мосе…

Люди из Неуловимого Мира Бессмертных заняли свои места. Более того, они заняли свои места в самом первом ряду! Они впятером сели одновременно и даже не сказали ни слова, будто репетировали это месяца два. Человек подумал бы, что зал пуст, если бы он попытался закрыть глаза и понять, что здесь происходит. Эти пять человек, казалось, слились с окружением…

Королева Змей пробормотала:

- Это два Великих Мастера и три человека, которые выше уровня Великого Мастера! Старшая сестра, когда Неуловимый Мир Бессмертных стал таким сильным?

Все, очевидно, поняли смысл вопроса Зелёной Охотницы. Это был всего лишь аукцион, на который можно было прислать просто придурков, гружённых золотом. Пять человек прибыли для участия из Неуловимого Мира Бессмертных. И все они были очень и очень сильными! Итак, какова была реальная сила этого Неуловимого Мира Бессмертных?

- Это заставляет казаться, что Неуловимый Мир Бессмертных должен быть очень пугающим. На самом деле Неуловимый Мир Бессмертных, если судить по этим пятерым, должен быть сильнее нас с большим отрывом! – выражение лица Мэй Сюэ Янь казалось мрачным, когда она вздохнула. - И, главным образом потому, что мы, звери Суань... должны пересечь самые трудные пороги для прорыва! – она сказала, глядя на Цзюнь Мосе. В её глазах был пылкий намёк на надежду и ожидание.

Цзюнь Мосе лукаво улыбнулся и сказал:

- Со всем будет легко справиться, если ты согласишься выйти за меня замуж.

- Пошёл ты к чёрту! – все четыре женщины ответили в унисон. - Мечтай, придурок!

Цзюнь Мосе с улыбкой откинул голову назад.

Пять человек, одетых в льняные одежды, вошли внутрь с невыразительными лицами вслед за людьми из Неуловимого Мира Бессмертных; их головы были увенчаны шляпами. Их вёл человек, чье тело было чрезвычайно худым.

Он не казался ни слишком молодым, ни слишком старым. Вообще было трудно судить о его возрасте. Его лицо было похоже на баклажан, который долго «мучили», пытаясь перемешать в блендере, после чего оставили сушиться на солнце в течение года. На самом деле его лицо выглядело так, будто он мучился в Аду на протяжении тысячи жизней!

Стиль одежды этих пяти человек, в некотором роде, был очень похож на людей из Неуловимого Мира Бессмертных. Никто не мог понять, кто из них был выше или ниже по статусу. Только внимательный наблюдатель обнаружил бы, что в вороте льняной рубахи их лидера были вшиты три золотые нити. Ещё более тщательный наблюдатель понял бы, что эти три линии были на самом деле изображениями трёх золотых мечей. У других людей было только два золотых меча на воротниках.

Этот похожий на льняной столб мужчина подошёл к Хай Чэнь Фэну и тихо сказал:

- Ма Цзян Мин из Великого Золотого Города прибыл с визитом.

Хай Чэнь Фэн не смел пренебрегать этим человеком. Он взял номерной знак и ответил:

- Пожалуйста, входите!

- Этот человек – Ма Цзян Мин. Он эксперт высшего ранга в Большом Золотом Городе. Он выглядит забавно, но на самом деле он крайне ужасен, – Мэй Сюэ Янь представляла этого мужчину, так как знала, что Цзюнь Мосе не сможет его узнать.

- Ма Цзян Мин... это значит «Счастливый талисман»? Очень хорошее имя! – Цзюнь Мосе не мог не рассмеяться. Затем он сказал:

- Но этот парень также выглядит очень несчастным, не так ли?

Он посмотрел на Танг Юаня, прикоснулся к его подбородку и сказал:

- Тело брата Танга можно разделить на двадцать Ма Цзян Минов как минимум... этот контраст слишком очевиден, – Танг Юань не знал, смеяться или плакать. Однако все остальные громко рассмеялись.

- Его отец был азартным игроком. И вот почему этот человек дал своему сыну это имя. Так что, это было намеренно, – слабо улыбнулась Мэй Сюэ Янь. – Но то, что ты сказал, тоже не так. В те дни прозвище этого человека было «Лицо Превратностей судьбы». Но ты не должен обманываться его внешностью... За его улыбкой скрыты ужасные мечи, отравленные кинжалы и острейшие стрелы! Этот Ма Цзян Мин и Нин Ву Цин – одного поля ягоды!

- Старшая сестра, почему его называли «Лицом Превратностей судьбы»? – Дугу Сяо И невольно начала называть Мэй Сюэ Янь «старшей сестрой», так как Королева Змей делала так же.

- Потому что... его лицо кажется таким вот, полным превратностей судьбы, со дня его рождения... – Мэй Сюэ Янь не могла не улыбнуться, ответив. – На самом деле он выглядел как старик, который видел много ужасных и страшных вещей, даже когда он вышел из утробы.

Все вместе заревели от смеха.

- Однако жизнь этого человека была чрезвычайно тяжелой. Он потерял родителей, когда был совсем маленьким. И он явно был неспособен зарабатывать себе на жизнь в то время. Итак, ему оставалось только податься в бордель и стать там мальчиком-слугой. Он начал работать лоточником в борделе, когда немного подрос. На самом деле он торговал различными видами... эмм… афродизиаков для... клиентов…

Мэй Сюэ Янь поняла, что, может быть, неправильно продолжать разговор на эту тему. Тем не менее она продолжала со спокойным выражением на лице:

- Внешность Ма Цзян Мина была, конечно, странной. Но то, чем он зарабатывал на жизнь, было ещё более уникальным и странным. Он кричал и обещал, что «Золотой пистолет» его клиентов не упадет никогда. На самом деле он должен был кричать эти слова, пока бы его горло не охрипло. Он сам считает это самым большим позором своего прошлого. Однако некоторые люди упоминали эти слова перед ним, как только он стал относительно известным. Разумеется, он не любил тех, кто произносил эти слова. Он считал это провокацией. Да и, скорее всего, он был прав. В любом случае разве он не умер бы от ярости, если бы считал это нормальным? Поэтому он спокойно использовал свою силу, чтобы убивать таких людей.

- Старшая сестра, как ты…? – Гуан Квинхан и Зелёная Охотница покраснели от гнева. На самом деле они пытались скрыть свое недовольство этой темой, но получалось у них очень плохо. Тем не менее Дугу Сяо И открыла свои большие и круглые глаза, и спросила с любопытством:

- Золотой пистолет никогда не упадёт? А что это значит? Разве он не должен говорить о каком-то чудесном лекарстве, которое поможет… ну… мужчинам стоять высоко и вертикально? Почему ему не нравилась его прежняя работа? В чём дело-то?

Мэй Сюэ Янь попыталась заставить себя улыбнуться, но не смогла. Она внезапно щёлкнула Дугу Сяо И по носу и ответила:

- Господи! Ты же ещё маленькая! Сумеешь понять истинный смысл, если на какое-то время прекратишь говорить и подумаешь. Ты не должна говорить такого при посторонних... Но ты права, «лекарства», которые он продавал, имели тот же эффект, что и тот препарат, о котором ты когда-то упоминала...

Дугу Сяо И немедленно покраснела от уха до уха. В конце концов, молодая девушка увидела эффект «лекарства», которое она отобрала у одного из своих телохранителей. Кроме того, она также узнала немного о «делах» между мужчинами и женщинами после того «фиаско», которым она «наградила» Цзюнь Мосе и Гуан Квинхан. Тем не менее ей повезло, так как все присутствующие в непосредственной близости были друзьями. В результате она покраснела от смущения, но не смогла удержаться от взгляда на Цзюнь Мосе.

Девушка считала, что сделала это очень скрытно и незаметно. Тем не менее все заметили это. И они не могли не рассмеяться. Но существовал ещё один человек, кроме Дугу Сяо И, который скрытно взглянул на Цзюнь Мосе, но этот взгляд остался незаметным... это была Гуан Квинхан.

Она заметила, что Цзюнь Мосе смотрел на неё таким раздевающим взглядом, что ей жутко захотелось надеть шубу. Разве не было очевидно, о чём он думал? Он, конечно, приложил усилия, чтобы оставаться спокойным, но его лицо нагрелось. Его щеки неожиданно приобрели оттенок киновари.

Глава 523. Око за око; рука за руку

- Однажды Ма Цзян Мин встретил человека в борд… на месте работы. Так совпало, что этот человек тоже был очень необычным. Тем не менее произошло ещё более странное, как только этот человек посмотрел на Ма Цзян Мина. Этот человек всего за один взгляд сразу признал Ма Цзян Мина чрезвычайно талантливым человеком с удивительным врождённым мастерством. И он в тот самый момент решил принять его как своего ученика. Вскоре после этого Ма Цзян Мин ушёл вместе со своим учителем. И его учитель возлагал на него очень большие надежды. Ученик не только оправдал ожидания своего учителя, но и сделал себе имя на всём континенте. Ма Цзян Мин и Нин Ву Цин постепенно росли в силе и присоединились к рядам других Великих Мастеров своего времени. И вскоре они достигли пикового уровня силы. Позже Нин Ву Цин отправился в Неуловимый Мир Бессмертных, а Ма Цзян Мин отправился в Великий Золотой Город. Но кто бы мог подумать, что мы увидим его здесь?

Мэй Сюэ Янь сделала паузу и медленно заговорила предупреждая; в глубине её глаз было видно беспокойство и осторожность:

- Ма Цзян Мин – чрезвычайно темпераментный человек. У него очень резко меняется настроение, и изменения не соответствуют морали или логике. Он может быть хорошим и терпимым по отношению к другим целый час. Но в следующий час он может убить сотню человек за то, что ему наступили на палец, а остальные не кинулись к нему с пластырем. Более того, он часто убивает людей, которые не имеют к нему никакого отношения. Он полагается только на свои симпатии и антипатии. Поэтому лучше, чтобы вы держались на приличном расстоянии от него. Воспринимайте эти слова серьёзно. Даже я не смогу спасти вас от него.

- Разве внешний вид этого человека не говорит о том, что он делает нечто… противоестественное? – резко спросил Цзюнь Мосе.

- С чего ты это взял? – Мэй Сюэ Янь странно посмотрела на него.

- Его учитель был клиентом борделя, начнём с этого. Он, учитель, должно быть, был великим экспертом своей эпохи. Однако он всё же счёл важным посетить бордель и взял ученика оттуда. Разве это не странно? – Цзюнь Мосе продолжил. – Кроме того, Ма Цзян Мин помогал своему тогдашнему хозяину в управлении борделем в то время. Поэтому этот человек, возможно, любил Ма Цзян Мина… Иногда весьма активно…

- Было бы неправильно воспринимать это так. Действительно правда, что у Ма Цзян Мина была плохая репутация в прошлом. Он совершал почти все виды преступлений. Тем не менее не похоже, чтобы он пользовался этой греховной «практикой культивации». И это потому, что... он никогда не испытывал нежных чувств по отношению к кому-либо вообще; он никогда никого не любил, – Мэй Сюэ Янь покачала головой и отвергла теорию Цзюнь Мосе. Тем не менее его аргументы всё-таки заставили её задуматься. Она пыталась докопаться до сути дела:

«Так как это произошло? В конце концов, должна быть хоть какая-то причина! Взял ли этот человек Ма Цзян Мина в ученики, потому что они на пару практиковали эти «зловещие методы культивирования»? Это и есть настоящий повод?»

«Должна быть причина для этого», – задумался Цзюнь Мосе. Внезапно вульгарная улыбка появилась на его лице. На самом деле это выглядело крайне пошло. Казалось, он позволил своим мыслям разыграться.

- Чему это ты улыбаешься? О чём ты думаешь? – озадаченно спросила Мэй Сюэ Янь; все женщины повернулись, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе.

- Я просто думал о том, что ты сказала... ты говорила, что его учитель практиковал какую-то странную технику. И это, возможно, подтолкнуло его к изменению способа обучения. Сделать что-то прямо противоположное... И этот человек, должно быть, повернулся, так сказать, задом… для своей культивации, – Цзюнь Мосе говорил со зловещей улыбкой на лице. – Вполне возможно, что Ма Цзян Мин обладает очень выдающейся… эмм… ориентацией. И эта особенность может рассматриваться как дефект с других точек зрения. Но есть шанс, что эта… характеристика отвечает уникальным требованиям для какого-нибудь уникального метода культивирования, который как раз и интересовал его учителя. И это, возможно, сделало Ма Цзян Мина редким человеком в глазах его учителя? Как ещё можно объяснить это странное поведение?

Цзюнь Мосе вспомнил чрезвычайно известное, но странное боевое искусство из своей предыдущей жизни – Технику Драгоценного Подсолнечника. Он сказал это вслух из-за этих внезапных воспоминаний. Тем не менее даже Цзюнь Мосе не понял, что он наткнулся на очень интересный факт этой причудливой мыслью!

«Я должен буду быть вдвойне осторожен, на случай, если когда-нибудь пересекусь с ним», – подумал он.

- Разве вообще существует такая техника? И как могло Ма Цзян Мину настолько повезти, даже если такая техника и существует? Это совершенно странная мысль. Это только часть твоего больного воображения! – Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и Королева Змей проговорили в унисон, упрекая его. Их лица покраснели. Тем не менее Мэй Сюэ Янь не вела себя как остальные три придирчивые женщины. Вместо этого она сморщила брови и о чём-то задумалась.

Ма Цзян Мин уже прибыл в зал внизу. Затем он воскликнул со странной улыбкой на лице:

- Нин Ву Цин? Ты уже здесь? Сколько лет, сколько зим!

Холодная улыбка появилась на худом лице Нин Ву Цина, и он ответил с кислым взглядом:

- Вы посмотрите, кто пришёл из Великого Золотого Города — старый урод!

- Я стар, но не мёртв, как положено вору. Нин Ву Цин! Но назвать меня старым уродом – плохая идея. В конце концов, ты такой же старый урод. Ты ведь не моложе меня. Так что мы в одной лодке, – резкий голос Ма Цзян Мина вроде бы был шутливым, но у всех, кто это слышал, мурашки по коже побежали.

- Такой урод, как ты, редко с кем-то соглашается. Но ты сделал противоположное тому, что ожидалось. Я действительно не намного старше тебя… Пока ещё, – Нин Ву Цин почистил рукав и медленно занял своё место.

- О! Так ты хочешь сказать, что ты сможешь прожить дольше меня? – сказал Ма Цзян Мин с жуткой улыбкой. Затем его голос стал чрезвычайно мрачным. – Да! Отлично! Мы, два старых холостяка, собрались вместе в это время. Итак, почему бы нам не посмотреть, кто проживёт дольше?

- Да твоя морда и так страшнее трупа. Ма Цзян Мин, ты хочешь сражаться со мной? – цвет лица Нин Ву Цина стал замогильным. Его слова теперь уже нельзя было рассматривать как шутку.

Тело Нин Ву Цина напряглось. Он оставался неподвижным, но весь зал пронзила энергия Божественного меча. На самом деле, казалось, что энергия меча разрубила зал и разнесла его на куски.

Все присутствующие в зрительном зале внезапно стали очень враждебными. Казалось, что стоит кому-то двинуться – и начнётся резня.

- Так почему бы мне не сразиться с тобой? Но это место не является подходящей ареной для нашего легендарного сражения, – фыркнул Ма Цзян Мин. – Нин Ву Цин! Нам суждено сразиться. Я могу это утверждать!

- Ха-ха-ха! Ма Цзян Мин, ты – бесстыдный хвастун! Тебе удалось спастись от моего меча сто тридцать шесть лет назад, но только по счастливой случайности. В этот раз тебе так не повезёт! – Нин Ву Цин выдавил презрительную улыбку.

- Официальные должности меняются каждые три года. Даже земля меняется каждые тридцать лет. И ты думаешь, что за сто тридцать шесть лет я не могу превзойти тебя по силе? Нин Ву Цин, те, кто думают слишком высоко о себе, часто начинают праздновать раньше своего времени, – ответил Ма Цзян Мин. – Но это и правильно. Если такие недальновидные идиоты не начнут праздновать раньше – после праздновать будет уже некому…

- Я буду ждать. Я с нетерпением буду ждать того дня, когда смогу обезглавить тебя своими руками, – фыркнул Нин Ву Цин.

Наверху Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе быстро посмотрели друг на друга. Они оба подумали об одном и том же. Мэй Сюэ Ян немного волновалась, но Цзюнь Мосе, казалось, хотел увидеть этот бой.

Мэй Сюэ Янь волновалась, потому что Битва за захват небес была неминуемой:

«Три священных земли ещё воюют друг против друга. Внутренняя борьба – это ужасная трата ресурсов. Ужасные новости...»

Тем не менее молодой господин Цзюнь был чрезвычайно взволнован. Хуан Тай Ян, безусловно, обладал очень высокой культивацией. Однако он был ещё высокомернее, чем такой эксперт, как Мэй Сюэ Янь. На самом деле его аура была почти удушающей даже для неё. Но Ма Цзян Мин и Нин Ву Цин обладали манерами истинного эксперта на пике мира. Кроме того, аура владения мечом Нин Ву Цина казалась знакомой Цзюнь Мосе. На самом деле он чувствовал, что его техника была чем-то похожа на кэндо из его предыдущей жизни.

Он чувствовал, что эти люди будут рассматриваться как высшие эксперты, даже если они будут рассматриваться с точки зрения стандартов его предыдущей жизни.

Он решил, что будет сражаться против одного из них!

Цзюнь Мосе опустил брови и полуприкрыл глаза. Но его разум был переполнен мыслями о сражении. Он чувствовал, что многому научится, если получит возможность сразиться с одним из них!

Однако сегодня речь шла не об этих двух старых мастерах. Таким образом, Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин не стали продолжать орать друг на друга. Вместо этого они подавили свой гнев и уселись на свои места. Однако едва эти двое успели занять свои места, как прибыла третья волна высокопоставленных лиц.

Эту группу возглавлял мужчина, которому было около сорока лет. Он был одет в пурпурную мантию. Его одежда была отделана золотой вышивкой. Он мог бы считаться чрезвычайно талантливым человеком, если бы не выглядел таким мрачным. Эти новоприбывшие были людьми из Иллюзорного Океана Крови. Молодой Лорд Хуан Сяо прибыл с оставшимися великими мастерами. Хуан Тай Ян ещё не вернулся. Таким образом, команда Хуан Сяо включала всего пять человек.

Хуан Тай Ян был мёртв. Поэтому в команде Иллюзорного Океана Крови не хватало одного человека. И это означало, что их высокомерие было меньшим, чем у двух других священных земель. Следовательно, Хуан Сяо поприветствовал Ма Цзян Мина и Нин Ву Цина с этикетом человека из молодого поколения. Затем он занял своё место в третьем ряду!

Глава 524.1. Эффект этой Божественной таблетки поможет противостоять даже самим Небесам! (часть 1)

Вскоре после этого в зал вошла вереница людей из влиятельных семей Суань со всего материка. Представители молодого поколения этих влиятельных семей обычно вели себя очень высокомерно, но в этот день все они были очень тихими, вежливыми и примерными молодыми господами. Ещё одна вещь объединяла все семьи Суань, будто мода, – среди каждой из этих влиятельных семей глава семьи был достаточно взрослым, чтобы его волосы и борода стали белоснежными. С одного-единственного взгляда становилось понятным, что они были предками той семьи, рядом с которой они шли.

Эти старые предки, естественно, обладали внушительной внутренней силой Суань. Однако каждый из них обладал и второй, не менее важной, характеристикой. Причём, эта характеристика была самой важной — они обладали обширными знаниями и опытом, как в боевой обстановке, так и в мирских делах.

Этот аукцион был чрезвычайно важен для всех. Ведь его исход может повлиять на будущее всего общества. На самом деле он может даже изменить его. Тем не менее все эти семьи также должны будут столкнуться с чрезвычайно серьёзными последствиями в том случае, если они хоть как-то оскорбят людей, которых лучше не обижать. Поэтому было необходимо, чтобы эти знающие и опытные старики вели свои семьи по ходу этого аукциона. Возьмём в качестве примера вход в Аукционный Зал. Молодые поколения поспешили бы войти в зал в тот момент, как только он бы открылся, если бы пришли одни. Но молодёжь никогда не будет поступать так глупо, если их предки, старшие и уважаемые, ведут свою семью с собой.

Могли бы люди из этих обычных, простых семей войти в зал, если делегаты из трёх священных земель всё ещё оставались ждать снаружи? Разве не проще было тогда сразу встать посередине площади и кричать:

- Люди из Священных Земель – бессильные импотенты!?

Более того, под присмотром старших люди сначала, не отвлекаясь на прочие дела, подойдут к местам делегатов трёх священных земель. Затем они поприветствуют их и отдадут им дань уважения. И только после того, как они сделают это, они будут искать свои места и заниматься прочими, мелкими делами. Все было в идеальном порядке, и не было никакой путаницы. В самом деле, казалось, что эти аспекты были должным образом организованы заранее.

За этими актами приветствий и вежливости была потеряна почти половина утра. И это заставило Цзюнь Мосе зевать снова и снова на своём месте наверху. На самом деле молодой господин чувствовал просто невообразимую скуку. В конце концов он даже подумал, что всё это время ему было бы лучше создавать таблетки…

Дверь в зал медленно закрылась, когда последние гости вошли в зал. После закрытия дверей зал внезапно погрузился во тьму.

Все окна этого большого зала были закрыты. Каждый присутствующий в этом месте был экспертом высшего ранга, поэтому они не беспокоились о возможности каких-либо эксцессов. Однако все они были несколько озадачены таким поворотом. Внезапно огромное пламя вспыхнуло на большой высоте над центром зала. Бесчисленные сверкающие предметы блестели в каждом уголке зала, отражая свет пламени и освещая каждый уголок зала. Весь зал внезапно был освещен ослепительным огнём за какую-то долю секунды!

Дело в том, что Цзюнь Мосе великолепно использовал для этого принцип оптического отражения. И он успешно создал сказочную атмосферу внутри зала, используя всего один огромный костёр и бесчисленные драгоценные камни. Весь зал стал светлее. Однако истинная сущность этих приготовлений стала понятна через пару минут, потому что в зале не было ни запаха огня, ни дыма.

Все присутствующие в этом зале были очень опытными и знали очень многое. Тем не менее они никогда не видели такого странного и чудесного зрелища. Они были поражены до такой степени, что щёлкали языками:

«Всё это зрелище само по себе уже сделало нашу поездку стоящей своего времени и затрат. Этот Аристократический Зал – поистине чудо! Он заслуживает своей репутации и славы!»

Внезапно со сцены аукциона раздался громкий стук. Затем на сцене появился юноша в белых одеждах. На его лице играла слабая улыбка, а в руке его был молоток; он постучал им по столу мгновение назад, чтобы привлечь всеобщее внимание к сцене.

- Каждый из наших гостей – старший своего поколения и, по-своему, герой. Все, несомненно, прибыли сюда с одной и той же целью. Поэтому я не буду начинать с какой-то ерунды и тратить ваше время. В конце концов, я знаю, что время наших гостей очень ценно. И характер этого юноши, то есть меня, не сможет выдержать гнев всех уважаемых старших, собравшихся здесь... Ха-ха-ха... – Цзюнь Мосе внимательно оглядел экспертов в зале и решил начать всё с маленькой шутки. Ему хотелось, чтобы настроение этих людей было хоть немного добродушным. Однако он не ожидал, что никто не будет его поддерживать: вся аудитория оставалась ужасно тихой. На самом деле ему даже показалось, что где-то за стенами зала ехидно завёл свою трель сверчок…

Этот случай был той самой редкостью, когда излишняя радость молодого господина оказалась поистине неподходящей для людей, собравшихся здесь и сейчас. Было ощущение, что бедного молодого господина облили ледяной водой, закидали тухлыми помидорами, а под конец – оплевали…

«Тут что, одни статуи сидят? Одного взгляда на зал достаточно, чтобы сказать, что даже самый слабый из этой толпы принадлежал к сфере Небесного Суань. Нет необходимости говорить об уровне Суань Духа. В конце концов, их здесь можно найти в изобилии. Более того, в этом месте собралось почти три тысячи человек, если не больше!» – Цзюнь Мосе определённо был чрезвычайно смелым, но даже он не мог осмелиться действовать опрометчиво и провоцировать общественное негодование при таких обстоятельствах…

Поэтому молодой господин Цзюнь дважды кашлянул, думая про себя:

«Ну вы все-таки и козлы. Могли бы поддержать хотя бы их вежливости. Да я сам себе шею сверну, а потом перегрызу вены на обеих руках, если не заставлю вас, засранцев, истекать кровью!»

«Вы думаете, что вы эксперты? Чушь собачья! Меня не будут называть «Злым монархом», если я не обману вас и не выведу из себя так, что у вас кровь из носа побежит!»

- Настоящим сообщаю, что официально стартовал специальный аукцион таблеток для закалки костей! – Цзюнь Мосе по-прежнему улыбался от всего сердца. Затем он продолжил говорить:

- Эти таблетки для закалки костей – своего рода легендарная добавка, которую мало где можно найти. И, кстати, она гораздо более эффективна, чем описывается во всех этих дешёвых легендах! Некоторые люди могут подумать, что это очередное шарлатанство из раздела: «Всё-ерунда-ничего-не-работает». Некоторые могут даже сказать, что эти таблетки не будут экстраординарными и эффективными, как было обещано! Говорить можно всё, что угодно, так что лучше всего будет небольшая демонстрация. Сейчас я на ваших глазах вынесу три таблетки, чтобы успокоить всех. И я хотел бы пригласить по одному человеку из каждой из трёх священных земель, чтобы они протестировали эти таблетки, и проверили, являются ли они такими, как обещано в рекламе всеми этими «высокомерными глашатаями и продавцами». Всем присутствующим будет достаточно таких доказательств, или кто-то предложит что-то лучшее? Все согласны, чтобы старшие из трёх священных земель протестировали их?

Цзюнь Мосе произнёс это длинное предложение довольно мрачным голосом. В конце концов, он всё ещё был несколько обижен, что толпа не поддержала его. Поэтому он решил использовать этот трюк молчания:

«Ну, давайте, суки, помолчите ещё минутку! Если сейчас хоть кто-то не рявкнет в поддержку, ваше молчание будет означать, что вы не верите трем священным землям, и эти люди из священных земель вам глаза натянут на задницы, а потом моргать заставят!»

И кто мог позволить себе такое?

Внезапный всплеск волнения поднялся в зале, как только голос Цзюнь Мосе затих. Фактически волна этой энергии чуть не прорвала потолок зала.

- Конечно, я буду уверен!

- Естественно, я буду убеждён!

- Разумеется, мы поверим священным землям, ведь они всегда были предметом нашего восхищения!

- Ха-ха... почему бы нам не поверить, если сами люди из трёх священных земель лично проверят качество этих таблеток? Это и будет окончательным доказательством…

- Это правда!

...

Цзюнь Мосе внутренне рассмеялся:

«Что, забыли про своё высокомерное молчание, суки?»

«Идите вы к черту, уроды тряпочные! Я вас, сволочей, ещё построю по новому порядку!»

Тем не менее выражение его лица не изменилось. В этот же момент трое молодых людей, одетых в белые одежды, вышли на сцену. Каждый из них держал небольшой поднос с одной таблеткой для закалки костей. Размером она была с небольшую фасолину. Парни с почтением отнесли эти подносы к столам трёх священных земель.

Нин Ву Цин посмотрел на Цзюнь Мосе своим фирменным, острым взглядом.

Тем не менее Цзюнь Мосе оставался спокойным и собранным, улыбаясь и кивнув в ответ.

Нин Ву Цин размышлял некоторое время. Затем он взял крошечную жёлтую таблетку. Он повертел её в пальцах, но, естественно, не был уверен в том, что её эффект такой, как описывают:

«Действительно ли эта крошечная таблетка способна трансформировать врождённую структуру скелета и всего человеческого тела?»

Глава 524.2. Эффект этой Божественной таблетки поможет противостоять даже самим Небесам! (часть 2)

Думая об этом, Нин Ву Цин равнодушно поднял руку и проглотил таблетку. Следует отметить, что его сила Суань уже достигла такого уровня, что ему не нужно было бояться даже самых ядовитых веществ. В конце концов, он мог легко рассеять любой яд из своего тела, как только обнаружит его! Поэтому он не боялся каких-либо неприятностей, которые Цзюнь Мосе мог бы попытаться ему причинить.

«Я считаю, что никто не посмеет играть в трюки с тремя священными землями!»

Так совпало, что Ма Цзян Мин и Хуан Сяо также думали в том же духе. Поэтому они тоже проглотили таблетки после некоторых колебаний.

После этого лица этих трёх людей мгновенно побледнели!

Такие высококвалифицированные, сильные и опытные люди, как они, очевидно, пережили много неудач за свою долгую жизнь. Могли ли они выстоять твёрдо и непреклонно перед лицом тех потрясающих событий, если бы не их сильная воля, которая помогала им оставаться спокойными перед лицом огромных несчастий?!

Таблетки растаяли во рту в тот момент, когда они были проглочены; только приятное послевкусие задержалось чуть дольше. Но в своих телах они тут же почувствовали огромное количество силы. Эта сила зародилась где-то в животе, раскололась на бесчисленные небольшие кусочки и вошла во все меридианы их тела. После этого они почувствовали внезапный зуд в каждом суставе своего тела... это ощущение также сопровождалось тонкой болью, которая, казалось, возникла из самых глубоких уголков их сердец. На самом деле, казалось, что сами их души были искажены и расколоты…

Три представителя священных земель мужественно сопротивлялись боли и смотрели друг на друга холодными, ничего не выражающими глазами. Однако ни один из них не увидел никаких изменений в выражениях своих коллег. Было очевидно, что ни один из этих трёх мужчин не был готов потерять своё лицо перед представителями всего материка.

Эти трое мужчин обладали очень высокой внутренней силой Суань. Кроме того, их телосложение намного превышало сверхчеловеческий уровень. Поэтому боль, которую они чувствовали, была не такой сильной. Однако любой другой человек на их месте уже начал бы кричать от боли.

Тем не менее это была боль переживающего тщательное преобразование тела…

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин смогли остаться решительными и устойчивыми под пристальным взглядом общественности. Их лица ни на секунду не изменились. Даже их глаза не показали никаких колебаний. Однако Хуан Сяо был слабее их как в физическом, так и в духовном плане. Крохотные капли пота появились на его лбу. Выражение его лица перестало быть каменным и стало понятно, что он пытается сопротивляться боли. Конечно, он едва видно сморщил брови, но всё же…

Прошло некоторое время. Внезапно от этих трёх человек послышался звук взрыва. Если быть более точным, этот звук был похож на тот, который слышен, когда что-то ломается. Казалось, что каждый сустав в их теле ломался с ужасным хрустом…

Каждый мог понять, что эти трое мужчин страдают от ужасной, невыносимой боли в этот момент.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин насильно подавляли своё желание противостоять этой боли с помощью своих сил Суань. Вместо этого они сосредоточились на наблюдении за внутренним строением своих тел. И они были приятно удивлены, увидев, что их кости претерпевают некоторые незначительные преобразования самой ткани. Эти двое мужчин участвовали в бесконечных сражениях на протяжении многих лет своей жизни. И их кости уже давно перестали развиваться, укрепляться и расти. Фактически их кости (как и они сами) начали стареть. Тем не менее сейчас каждый недочёт на их костях внезапно начал исчезать. Кроме того, их мышцы и сухожилия отрывались от костей и перестраивались в самые идеальные для них места…

У них обоих было чувство, что их тела восстановились до такой степени, что их можно было считать новорожденными! Боль, которую они чувствовали, было очень трудно терпеть, но это действительно того стоило! На самом деле они оба чувствовали, что, чтобы достичь такого результата, можно было бы стерпеть и стократную боль! Они бы без колебаний выбрали эту боль!

Мощное действие таблеток закалки костей всё ещё продолжало действовать на их организмы. Но у них двоих больше не было ни малейших сомнений относительно чудесных возможностей таблеток для закалки костей! Они оба одновременно посмотрели в сторону Цзюнь Мосе на сцене. Но теперь в их глазах было видно кое-что помимо их обычного холода и безразличия!

На самом деле в их взглядах даже можно было прочесть сердечную благодарность!

В конце концов, эти двое мужчин не смогли бы испытать эффект от этих таблеток, если бы Цзюнь Мосе не попросил их проверить эффект. И это потому, что эти таблетки для закалки костей были бы переданы тем талантливым молодым людям, даже если эти мужчины и выиграли бы их на аукционе. В конце концов, эта молодёжь культивирует, чтобы стать будущей властью своих фракций. Во-первых, эти мужчины сочли бы ниже своего достоинства сражаться за эти таблетки. Во-вторых, они были очень старыми. Поэтому они не победили бы, даже если бы стали сражаться за них. Тем не менее они никогда не ожидали, что они получат возможность употребить одну из этих таблеток сразу после того, как они попали им на глаза!

Оба они были очень сильными специалистами. Так что кому, как не им знать, какое влияние незначительная коррекция в их суставах окажет на их сильные стороны? На самом деле ситуация теперь, с их трансформированными телами, будет полностью иной, отличающейся от того времени, когда они ещё не употребили эти таблетки, как небо и земля!

Они могли снова улучшить каждый аспект своей культивации, будь-то их скорость или сила! На самом деле доступные возможности улучшения были довольно удивительными!

Тем не менее Хуан Сяо думал не так, как эти двое стариков.

Его сила была относительно ниже. И он также понял, что эта таблетка давала хороший эффект. Но процесс действия этой таблетки был очень болезненным... он использовал все свои силы, чтобы противостоять боли. На самом деле он едва удержал себя от неприглядных выражений перед всеми. Однако его тело и одежда были уже влажными от пота. А все, кто присутствовал на сцене, имели хорошее зрение и были внимательны от природы. Так что к этому моменту не заметил, что ему было… не слишком хорошо, только слепой. Тем не менее никто не смел выразить это вслух!

Этот эксперимент, по большому счету, уже достиг своего конца…

Лицо Нин Ву Цина, наконец, расплылось в довольной улыбке, когда он почувствовал своё совершенно новое тело. Затем он сделал шаг вперёд, снова взглянул на Цзюнь Мосе и с достоинством произнёс:

- Благодарю тебя!

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и ответил:

- Не за что. Забудьте.

Нин Ву Цин усмехнулся. Затем он повернулся к аудитории и неспешно заговорил:

- Я, Нин Ву Цин, подтверждаю, что эта таблетка для закалки костей очень эффективна. Более того, её эффект превосходит любой ожидаемый эффект! Эта таблетка заслуживает того, чтобы называться волшебной пилюлей! На самом деле эта волшебная пилюля достаточно удивительна, чтобы дать вам сил сражаться против самих Небес!

Когда он освободил сцену, Ма Цзян мин и Хуан Сяо также выразили такие же взгляды и признали эффективность таблеток для закалки костей.

Все присутствующие в зале оживились в одно мгновение. Все начали перешёптываться. Не имело бы значения, если бы один или два человека начали шептать. Но шёпот тысяч людей начал напоминать звук, издаваемый тысячами змей, когда они ползают по густому подлеску в мрачный дождливый день... На самом деле Королева Змей даже вытянула шею, чтобы посмотреть на зал:

«Какого хрена эти люди умудряются шипеть так же, как шипит вся моя порода из тысяч змей?»

Весь зал на мгновение погрузился в хаос.

В конце концов люди из трех священных земель проверили эффективность таблеток!

Важность этих таблеток увеличилась во много раз в глазах всех присутствующих. И их отношение изменилось с «Я хочу это» на «Заткнись и возьми мои деньги, только дай мне это!» за долю секунды.

- Тишина! Пожалуйста, я прошу всех присутствующих успокоиться! – Цзюнь Мосе вёл себя прямо как какой-то судья из малобюджетной телевизионной мыльной оперы из его прошлой жизни. Дважды он ударил молотком по столу с самым серьёзным выражением лица, на которое он был способен. Тем не менее его ум был очень спокоен.

Между тем Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница сосредоточили всё своё внимание на людях из трёх священных земель. Гуан Квинхан и Дугу Сяо И, ввиду их низких сил, подготовили чистую бумагу, ручки и чернила; они, казалось, были готовы делать заметки.

Цзюнь Мосе изначально проводил этот аукцион, только чтобы заработать огромное количество золота для себя. Он планировал использовать эту финансовую силу, чтобы получить ресурсы, необходимые для его войск. Он также намеревался изготовить для них божественное оружие, используя эти деньги. Но у него была и вторая цель. Он хотел подготовиться к своему будущему. В конце концов Цзюнь Мосе хотел построить себе дворец в лесу Тянь Фа. И потом уже назначить его штабом для всех операций в будущем. Тем не менее эти вещи можно было рассматривать только как фантазию, если бы в его распоряжении не было огромного количества золота.

Однако он начал ставить перед собой больше задач, чем две упомянутые выше. Этот аукцион таблеток для закалки костей был «связан с будущим каждой влиятельной семьи». Таким образом это ясно должно показать, какие семьи затаили обиды друг на друга, и какая семья могла стать хорошим союзником. Это также покажет, какие семьи можно будет использовать без зазрения совести, а какие семьи можно просто спокойно забыть и разорвать с ними все контакты!

Ведь это, несомненно, очень ценная информация!

Глава 525. Ужасающее Соотношение

Кроме денег и информации, была ещё одна, очень важная, цель – цель Мэй Сюэ Янь.

Прекрасная Мэй хотела узнать текущее состояние отношений между тремя священными землями. Эти три фракции долгое время не появлялись перед людьми. Поэтому никто не знал, как в настоящее время складываются отношения между ними. Где они скрывались? Что изменилось? Может ли все вернуться к тому, как было раньше? Они всегда сражались между собой. Но смогут ли они воссоединиться в решающий момент, когда столкнутся с ужасающими захватчиками? Смогут ли они работать вместе?

Ведь эта информация имела прямое отношение к будущему всего континента!

Такие аспекты нельзя было игнорировать!

Поэтому Цзюнь Мосе искренне ждал этот аукцион. Таблетки для закалки костей были первоклассными, чудодейственными лекарствами в глазах этих людей. Таким образом, они без колебаний потратят десятки тысяч золотых монет, чтобы заполучить их. Надо сказать, что Цзюнь Мосе не считал эти таблетки для закалки костей такой добавкой, какую дети едят каждый день на завтрак, но и не считал их такой редкостью. На самом деле молодой господин Цзюнь не стал бы создавать так много этих таблеток, если бы они не предоставляли ему возможность накопить огромное богатство на этом аукционе…

На данный момент Зал принимал почти половину всех элитных, значимых личностей континента. Чтобы попасть на него эти люди прошли тысячи миль. Они почти исчерпали все средства своей семьи, собирая деньги на покупку этих таблеток... эти люди, не колеблясь, будут сражаться за них; они будут соперничать за них до тех самых пор, пока не исчерпают все свои средства до нуля... Однако они никогда не могли даже подумать, что этот предмет в глазах другого человека может стоить не больше мусора…

В этом была основная ирония ситуации!

Цзюнь Мосе намеренно не объявил никаких конкретных правил аукциона по причинам, упомянутым выше. Фактически он даже не сформулировал правил, таких как «Не убивать конкурентов», «Не повышать цены намеренно», «Не использовать силу, чтобы угрожать кому-то» и так далее…

- Эффективность этих таблеток доказана, поэтому я объявляю о начале аукциона! – Цзюнь Мосе ударил молотком по столу. После того как удар молотка стих, с ним стих и ропот зала.

- Аукционный Зал выставит в общей сложности пятьдесят бутыльков таблеток для закалки костей. В каждом бутыльке – двадцать таблеток. Другими словами, любая семья, купившая их, сможет помочь двадцати своим людям создать почти безграничные перспективы на будущее. Семья, сумевшая обеспечить правильное культивирование Суань тем, кто примет эти таблетки, получит просто первоклассные перспективы на будущее. Принявшие будут развиваться лучше, чем их сверстники, и их достижения, очевидно, будут больше, чем просто «хорошие»! Если провести аналогию, то... предположим, что в семье рождается некий гений. И, например, этот гений сумеет достичь уровня Духа Суань через шестьдесят лет со дня своего рождения. Но этот же человек сможет достичь того же результата – Суань Духа – через сорок лет, если он примет эту таблетку для закалки костей! И эта экономия времени может стать даже ещё меньше в некоторых случаях! Это значит, что между теми, кто принял таблетку, и теми, кто не принял, будет минимальный зазор в 20 лет! И всё из-за одной маленькой таблетки, которую вы можете купить сейчас! Я уверен, что каждый должен понимать, что представляет собой такая экономия времени.

Завораживающие слова Цзюнь Мосе повлияли на обстановку в зале таким образом, что и без того душная атмосфера стала ещё серьёзнее. Лицо каждого стало мрачным. И было очевидно, что они задумались об истинном значении слов Цзюнь Мосе.

«Что означает этот разрыв в два десятилетия? Это означает, что мы всё ещё будем культивировать на уровне Нефритового Суань, в то время как наши сверстники уже будут стараться пробиться к Небесному Суань?!»

Почти все содрогнулись от этой мысли!

«Разве ты не имеешь в виду, что семья, у которой есть эти таблетки для закалки костей, сможет в ближайшем будущем легко устранить семью, которая не сможет их приобрести?!»

«Обучение двадцати великих экспертов одним ударом, ах!»

Глаза у всех покраснели; исключение составляли только люди трёх священных земель.

«Есть только пятьдесят бутыльков этих таблеток. По-любому, каждый человек из трёх священных земель закажет, по крайней мере, один бутылёк; может быть, даже больше! Однако влиятельные семьи, присутствующие здесь, насчитывают до шестисот человек! На самом деле их даже больше шестисот!»

«Более шестисот семей должны будут соревноваться за менее чем сорок бутыльков таблеток! Это очень жестоко!»

- Третий молодой господин Цзюнь, на этом аукционе всего пятьдесят бутыльков таблеток для закалки костей... не слишком ли мало? – кто-то должен был высказать это. И человек, взявший на себя инициативу, был абсолютно седым стариком. Он встал из средних рядов и сказал:

- Здесь присутствует более шестисот семей. А вы выставили на аукцион только пятьдесят наборов таблеток. Это... это крайне несправедливо для большинства семей.

Он говорил очень громким голосом. И все загомонили почти мгновенно. Было очевидно, что все думали, так или иначе, высказать это. В конце концов, эти таблетки для закалки костей были прекрасным сокровищем. Так кто же не захочет их купить? Кто не хотел бы, чтобы его семья гордо стояла на вершине континента? Кто не захотел бы, чтобы все на материке равнялись на его семью?

Кто не хотел бы приказывать обществу... не подчиняться ничьим приказам... игнорировать даже священные земли, как Император?

- Тишина! – Цзюнь Мосе ударил по столу ещё раз. – Старший, могу я спросить вашу фамилию?

Старик, взявший на себя инициативу говорить и поднять протест, был слегка ошеломлён этим:

- Меня зовут Чжао Бан Фэн. Я – глава семьи Чжао из города Фэн. Правда, что мой вопрос проистекает из моего эгоизма, но моя точка зрения также направлена и на общественные интересы. Тем не менее я не хотел проявить неуважение к семье Цзюнь или Аристократическому Залу. За моим вопросом не стоит никакой злобы. Тем не менее я прошу третьего молодого господина Цзюнь подумать над этим!

Слова Чжао Бан Фэна звучали очень вежливо. По сути, они соответствовали сложившейся ситуации. Тем не менее ему все же удалось очень чётко продемонстрировать свою позицию. На самом деле этот старик вспотел бы, если бы тон его голоса мог даже показаться хоть чуточку невежливым. В конце концов, семья Цзюнь и Аристократический Зал – не те силы, которые могла провоцировать обычная семья Суань. Ему уже удалось выделиться. Поэтому было бы не очень хорошо, если он в конечном итоге спровоцировал негодование Аристократического Зала по этому поводу.

Честно говоря, было довольно правдоподобно, что силы молодого господина Цзюнь хватит, чтобы свернуть разбирательство во имя поддержания порядка и просто вышвырнуть этого старика из Зала. И можно быть уверенным, что никто не вмешается. В конце концов, одним конкурентом станет меньше!

Тем не менее молодой господин Цзюнь слабо улыбнулся и сказал:

- Господин Чжао, не нужно беспокоиться. Аристократический Зал – это, всё-таки, довольно рациональное место, и мы никогда не обидим наших гостей. Пожилой джентльмен минуту назад поднял проблему нехватки таблеток. И это вызвало много шума. Тем не менее у меня есть ещё один вопрос, который я хотел бы задать старшему господину. Надеюсь, господин Чжао даст мне ответ?

- Да, конечно. Третий молодой господин Цзюнь, пожалуйста, спрашивайте, – сказал Чжао Бан Фэн.

- Могу я спросить старшего господина, принимал ли он когда-нибудь что-нибудь подобное этим таблеткам для закалки костей? – спросил Цзюнь Мосе.

- Как у кого-то мог быть шанс принять что-то вроде этой таблетки? Нет, я не принимал ничего подобного. На самом деле я даже и не слышал ни о чём подобном. О таком лишь ходили легенды. Но в этом нет никакой ошибки, поскольку высшие эксперты трёх священных земель лично подтвердили это. Честно говоря, в моём старческом уме были небольшие сомнения, но их развеяли, раз уж подлинность таблеток подтвердили столь уважаемые люди, – сказал Чжао Бан Фэн.

- Хорошо. Следующий вопрос. Старший господин когда-нибудь слышал о ком-нибудь, кто смог бы создать такую таблетку? – Цзюнь Мосе продолжал допрос.

- Нет, никогда. Как можно случайно наткнуться на нечто подобное, что позволит бросить вызов самим Небесам? – вопросом на вопрос ответил Чжао Бан Фэн.

- Это означает, что этот предмет настолько редок, что он сродни чему-то божественному в этом мире, я прав? Разве таким лекарством не стали бы кормить детей в школах, если бы обычный повар мог такое состряпать на коленке? – молодой господин Цзюнь мягко улыбнулся. - Все, пожалуйста, обратите внимание, что Аристократический Зал проводит здесь аукцион. Это не место для случайных покупок и продаж. Большинство драгоценных предметов, присутствующих здесь, имеются только в одном экземпляре. Но есть сотни семей, которые сражаются за право обладать им. У кого-нибудь с этим проблемы? Разве так обычно не происходит? Поэтому цена покупки, естественно, будет высокой! Это основное правило аукциона – вы можете смотреть на других людей, покупающих вещи, если у вас недостаточно денег. В конце концов это будет означать, что и вашей силы недостаточно, чтобы обладать этим предметом. И не говорите мне, что мы всё ещё должны спорить об этом?

Зал окутала тишина.

«А он ведь совершенно прав. Это основное правило любого аукциона. Можете ли вы надеяться купить что-то хорошее, если у вас нет денег?»

- Давайте даже не будем говорить о других вещах. Аукционный зал мог бы получить гораздо большую прибыль, если бы выставили эти таблетки одной партией. Однако этот Зал чтит правила проведения аукционов. И я даже пошёл на один шаг дальше, раз уж дело дошло до этого. Фактически мы разделили эти таблетки на пятьдесят партий, так как мы приняли во внимание ограниченную покупательную способность наших гостей, – Цзюнь Мосе закатил глаза и продолжил, - тем не менее я могу провести этот аукцион как одноразовую продажу, если все недовольны, хорошо? Таким образом будет только одна партия таблеток. И тот, кто предложит самую высокую цену, сможет взять всё! Все согласны с таким решением?

Цзюнь Мосе сказал это, чтобы спровоцировать тысячи сидящих здесь мужчин. В конце концов, кто из них признает, что у них нет необходимой силы? Разумеется, каждый открыл рот и заорал так, что стёкла затряслись.

- Это Аукционный дом, а не благотворительный зал! Как могут эти божественные пилюли раздаваться всем? Что за чудовищная логика?

- Глава семьи Чжао, вы можете молча уйти, если ваша семья не может позволить себе эти таблетки. В конце концов, вы бы не беспокоились об этом, если бы у вас была возможность купить их. Ха-ха-ха!

- Это правильно! Почему ты пришёл сюда, одетым как большая шишка, если у тебя нет денег? Этот высокомерный парень даже не боится хвастаться! Это удивительно…

Глава 526.1. Неудержимый лесной пожар (часть 1)

Стоял ужасный шум от голосов, твердивших вразнобой. Губы старика Чжао Бан Фэна задрожали от гнева, и он посмотрел на всех с негодованием во взгляде. Он был поражён, обнаружив, что многие из тех, кто издевался над ним сейчас, в первую очередь подстрекали его высказаться, едва ли не пихая его локтями!

«Разве вы, суки, не заставили меня встать и принять весь удар на себя? Мы же дружили столько лет… Ублюдки».

Разумеется, он рассердился от такого предательства, но виду не подал. Хоть его губы и дрожали, но говорил он твёрдо и уверенно, запнувшись лишь раз:

- Вы... вы... Очень хорошо! Отлично! Семья Чжао, конечно, сейчас не может рассматриваться как очень влиятельная семья, но у нас есть деньги. У нас хватит денег, чтобы купить эти таблетки. Мы можем себе это позволить. Так что, давайте, ещё посмотрим, кто победит!

Было очевидно, что люди, начавшие издеваться одними из первых, были настроены против семьи Чжао. Возможно, между их семьями была некоторая вражда, а может, давние обиды…

Но сейчас каждая семья использовала этот момент для, хоть и небольшой, но мести. А другие люди, поумнее, запомнили эту информацию молча…

Мэй Сюэ Янь быстро обвела взглядом зал внизу. Затем она сказала:

- Записывайте первый набор заметок: у семьи Чжао есть старые тёрки с семьёй Ма, семьёй Ву и семьёй Цзян. Кроме того, семья Сунь и семья Цянь их тоже… эмм… не очень любят. Зная это, будет легко спровоцировать их друг против друга. Мы разберём и отсортируем эти данные, как только вернёмся домой. Там уже мы составим разные списки для семей, которые нам помогут, и семей, которые могут быть спровоцированы для помощи в случае возникновения… вопросов.

Ручка Гуан Квинхан задвигалась с бешеной скоростью, пока она точно записывала заметки Мэй Сюэ Янь своим аккуратным, чётким почерком.

Цзюнь Мосе уже удобно обосновался на своём месте, на сцене. Он наблюдал за этими семьями и их реакциями с отрешённым взглядом наблюдателя. Он был убеждён, что его «выступление» придало этому аукциону должную страсть и энтузиазм. Ведь теперь он успешно создал живую атмосферу, идеальную для начала торгов. Также он словно сказал в открытую «Молчите нахрен, если у вас нет денег, чтобы сделать ставку». Молодому господину удалось спасти ситуацию. И он также создал отличные условия для получения большой прибыли…

Кроме того, важность этих таблеток внезапно возросла до такой степени, что они стали вопросом жизни и смерти для этих влиятельных семей. Всё это, разумеется, было запланировано ещё до начала аукциона Злым Монархом, Цзюнь Мосе!

Было очевидно, что не все поначалу отнесутся к этому делу очень серьезно. Они считали этот аукцион чем-то вроде развлечения, но теперь это не имело значения. В конце концов, для Цзюнь Мосе было бы достаточно, если бы все начали скрывать следы страха и подозрений. На самом деле молодой господин даже не ожидал, что он сумеет полностью убедить всех присутствующих.

Следует иметь в виду, что даже мужчины, не имеющие намерения кому-то навредить, не лишены мысли о самосохранении! Поэтому теперь для тех семей, которые и не думали о повышении силы, стало важно бороться за эти таблетки для закалки костей, даже если эти таблетки будут использоваться только для самозащиты. В конце концов, кто мог гарантировать, что последующие поколения их семей будут беспрепятственно ходить по землям и не будут иметь врагов? Это были бы совершенно бессмысленные мечты…

Цзюнь Мосе решил ковать железо, пока оно ещё горячо, и снова подбросил угля в топку волнующейся толпы:

- Сейчас начнется первый раунд торгов. Наш первый лот – двадцать таблеток для закалки костей. Начальная цена – сто тысяч золотом, – громко заговорил Цзюнь Мосе. – Я приглашаю старших представителей каждой семьи начать торги. Цена, конечно, высокая, но сделка справедливая и равноценная. Наш Аукционный дом предлагает только открытые процедуры и честные сделки. А это – очень выгодная сделка. Тот, кто начнёт первым, не должен беспокоиться о том, что упустит этот лот. А если у него получится забрать первую ставку?.. Быстро и просто получить товар можно расценивать как начало «спокойного плавания». Давайте же начнём аукцион как положено! Посмотрим, кто сумеет получить первую партию!

Речь молодого господина Цзюнь звучала так же, как слова придорожного торговца товарами из его родного мира. Настолько похоже, что он даже поморщился.

Но в зале внезапно воцарилась полная тишина.

Люди во все глаза смотрели на первый ряд. Они ожидали увидеть, какой подход предпримет народ из трёх священных земель. В основном все думали так:

«Мы поспешим делать наши ставки, только если эти люди не начнут слишком агрессивно… Незачем их провоцировать… Нужно вести себя осмотрительно… Даже с сотней таких таблеток моя семья не сумеет выдержать гнев даже одной священной земли…»

На лице Нин Ву Цина заиграла слабая улыбка. Тем не менее именно в ту секунду, когда он собрался раскрыть рот, он услышал печальный голос:

- Великий Золотой Город предлагает сто тысяч золотых. Кто-нибудь хочет поставить больше за эти таблетки?

Цзюнь Мосе мгновенно скривился ещё больше.

«Какого…? Что за дерьмо?! Это, бляха-муха, какое-то ограбление? Базовая цена – сто тысяч золотых! И ты, сволочь, делаешь первую ставку всего за базовую стоимость?! И ты ещё и бросаешься угрозами, козёл! «Кто-нибудь хочет поставить больше за эти таблетки?»! Урод ты, а не глава семьи или кто ты там… Хорошо, что я поставил только одну партию таблеток…»

Лицо каждого показывало, что они не ожидали такого от него. Но никто не произнёс ни слова.

Цзюнь Мосе долгое время молчал, поигрывая молотком в руках и бешено борясь с желанием затолкать этот молоток «господину» так далеко, чтобы тот его без противогаза не нашёл. Тем не менее у него не было выбора, кроме как сказать:

- Великий Золотой Город предлагает сто тысяч золотых. Кто-нибудь хочет увеличить цену? Ну же? Никто не хочет поднять ставку? Сто тысяч – раз... сто тысяч – два... сто тысяч – три...

- Повышаю! – лицо Нин Ву Цина было мрачным. Он поднял взгляд на Цзюнь Мосе и заговорил тихим голосом. – Неуловимый Мир Бессмертных предлагает сто тысяч и один золотой…

Он добавил к ставке только одну золотую монету!!!

Это была, несомненно, очень громкая, тщательно выверенная и чрезвычайно ощутимая пощёчина Великому Золотому Городу! И, особенно, в лицо Ма Цзян Мину. В конце концов, он презрительно спросил «Кто-нибудь хочет поставить больше за эти таблетки?» минуту назад. Было бы справедливо, если бы кто-то сделал ставку сразу после того, как он сделал это заявление. Тем не менее Нин Ву Цин дождался последнего момента. Затем он вмешался в сделку Ма Цзян Мина, да ещё и «увеличил» цену, если можно так выразиться. Что это подразумевало?

Он увеличил ставку своего «приятеля» всего на одну золотую монету. Была бы разумная и законная ставка, если бы он увеличил цену хотя бы на тысячу. Однако то, что он добавил только одну золоту монету, ясно указывало на его намерение унизить своего соперника.

Из зала раздался дружный вздох.

Никто, разумеется, не ожидал, что в первом же туре аукциона возникнет такая… щекотливая ситуация.

Мэй Сюэ Янь тихо вздохнула и посмотрела сверху. На её лице отразилось беспокойство, и она быстро сказала:

- Обратите внимание, что вражда между Неуловимым Миром Бессмертных и Великим Золотым Городом достигла точки несовместимости. Серьёзно, они почти как огонь и вода. Как кошка с собакой. Выбор между этими двумя фракциями будет очень важным, а главное, безвозвратным решением. Нужно быть предельно осторожным и не решать вслепую, выбирая одно и отвергая другое…

Дугу Сяо И повиновалась, и её перо забегало, чтобы записать этот инцидент со скоростью летящего дракона.

Цзюнь Мосе хотел, чтобы его самые доверенные лица были под рукой, когда дело доходило до записи и сортировки такой сверхсекретной информации. Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй, очевидно, были бы самым уместным и удобным выбором. Но при нынешних обстоятельствах им было неуместно показывать свои лица на публике.

Дугу Сяо И и остальные были скрыты от посторонних глаз, так как они сидели наверху. Тем не менее люди, присутствующие в этом зале, были достаточно сильны, чтобы различить их присутствие. Возможно, Мэй Сюэ Янь была единственной, кто смог скрыть своё присутствие от этих гостей внизу. Но на самом деле способности Ма Цзян Мина и Нин Ву Цина были настолько сильны, что даже Королева Змей не смогла бы скрыть ни одного действия от них.

Цвет лица Ма Цзян Мина изменился. Он перевёл взгляд на соперника и фыркнул:

- Нин Ву Цин, ты действительно хочешь играть так?

Нин Ву Цин в ответ лишь громко рассмеялся. Просмеявшись, он ответил холодным, но торжественным голосом:

- Я не нахожу эту «игру» хоть сколько-нибудь стоящей. Как по мне – это херня, а не игра. Базовая цена – сто тысяч золотом. И ты сделал свою ставку по такой низкой цене. Более того, ты даже угрожал другим... Ты так хочешь открыть аукцион, и ты так ведёшь дела? Как ты думаешь, хоть кто-то из остальных сейчас посмеет сказать хоть слово после твоей угрозы? Что бы ты сделал, если бы был на их месте? Ма Цзян Мин, это была твоя ошибка с самого начала. Как ты смеешь называть себя старшим экспертом одной из трёх священных земель с таким поведением? Да, ты сильный и можешь вести себя так, но я не могу позволить себе потерять лицо вот так, после угрозы от какого-то полоумного придурка!

Ма Цзян Мин фыркнул и громко сказал:

- Великий Золотой Город предлагает триста тысяч золотых, раз уж мы так играем. Нин Ву Цин, у тебя всё ещё есть что сказать по этому поводу?

Выражение лица Нин Ву Цина изменилось. Он, сжав зубы, процедил:

- Ма Цзян Мин… Ты пытаешься меня спровоцировать?

Ма Цзян Мин ничего ему не ответил; вместо этого он лишь смотрел на Нин Ву Цина.

Тот за пару секунд успокоился и холодно улыбнулся, сказав:

- Ты сознательно сделал дополнение к своему предложению. Раз уж ты поставил триста тысяч золотом – это показывает, что ты уважаешь соперников... Хоть как-то. Это можно считать достойной ценой. Так что я не буду усложнять тебе жизнь.

Так была успешно продана первая партия таблеток. Кроме того, её цена внезапно выросла до трёхсот тысяч в золоте из-за небольшого, но так к месту пришедшегося выступления Нин Ву Цина. И это уже можно считать хорошим началом, по мнению Цзюнь Мосе. В конце концов, Великий Золотой Город был одной из трёх священных земель. И они поставили цену на таблетки в триста тысяч. Итак, разве другие семьи не будут смотреть на оценку Великого Золотого Города, если они подумают сделать ставку по более низкой цене?

Поэтому почти каждый после этого случая глубоко вздохнул, успокаивая нервы.

Глава 526.2. Неудержимый лесной пожар (часть 2)

Второй и третий тур торгов не вызвали возражений со стороны обычных семей. Разумеется, ставки были забраны Неуловимым Миром Бессмертных и Иллюзорным Океаном Крови соответственно. Более того, обе стороны сделали ставку в триста тысяч золотом! Тем не менее Нин Ву Цин не удержался и бросил взгляд на Ма Цзян Мина, когда он объявил эту высокую ставку.

Причина была очевидна. Намерение Ма Цзян Мина торговаться и дальше, после цены в триста тысяч золотых было приблизительно таким посылом:

«Если ты попытаешься усложнить мне жизнь хоть словом, хоть делом, хоть даже мыслью – ты пожалеешь об этом!»

Тем не менее Хуан Сяо, делая ставку, всё так же сидел со спокойным и расслабленным выражением лица. На самом деле, казалось, что он выбросил просто тридцать сломанных и обгрызанных медных монет. Очевидно, для этого была причина... эти деньги шли за счёт семьи Хуан. Молодой Лорд Хуан Сяо фактически завладел поместьями и бизнесом семьи Хуан после того, как он тщательным образом убедился, что Хуан Тай Ян умер. Затем он продал все поместья и бизнес семьи Хуан, после чего со спокойной душой разграбил их семейную сокровищницу. Фактически он даже заложил резиденцию этой семьи…

Тем не менее обе стороны, участвующие в каждой сделке, были беспомощны хоть что-либо сделать, и это отчетливо было написано на их лицах. Продавец явно чувствовал себя вынужденным продать это, иначе ему пришёл бы немедленный, но очень болезненный редкий пушной зверёк. Да и покупатель не был рад соглашаться на эту сделку, но и ему светил такой же зверёк и такого же масштаба. Посредником выступал сам Хуан Сяо, и он наверняка единственный, кто почувствовал себя приятно после этой сделки, запихивая весь доход в свой кошелёк. Хуан Сяо был явно очень опытным в проведении такого рода сделок. Это было в основном потому, что покупателя не спрашивали, хочет ли он купить всё по предложенной цене... или продавца – хочет ли он вообще что-либо продавать…

Первый раунд аукциона подошёл к концу. Каждая из трёх священных земель уже передала золото, чтобы собрать свои таблетки. Однако уникальные требования аукциона обусловили необходимость создания весьма эффективной системы расчёта. Ведь во время этого аукциона огромное количество золотых и серебряных монет нужно было таскать из одной стороны в другую. Но, разумеется, молодой господин Цзюнь уже подумал и об этом…

Кто может быть лучше старой доброй Фрикадельки, когда дело доходит до выполнения этой задачи? Золотые монеты валились, как горы. Тем не менее Цзюнь Мосе послал лишь восемь помощников вместе с Толстяком. Кроме того, он строго-настрого предупредил:

- Всё золото должно быть пересчитано и аккуратно сложено. Ни одной чёртовой монетки не должно валяться на полу, в кучках или остаться неучтённой. Танг Юань, я уменьшу твою долю на десять чертовых процентов, если не досчитаюсь даже одной сраной монеты. Ты всё понял? ВСЕ монеты должны быть посчитаны…

Танг Юань организовал себе огромный горшок, больше похожий на промышленный контейнер, полный копчёных свиных туш, чтобы «заморить червячка», когда это будет необходимо. Цзюнь Мосе, помнится, удивился:

«Такими запасами жратвы можно не червячка заморить, а стометровую анаконду закормить насмерть…»

Танг Юань не был слишком оптимистично настроен: он даже не мечтал, что этой еды будет достаточно в нынешней ситуации. В конце концов, завершился только первый «раунд» аукционных торгов, а треть содержимого уже исчезла в его желудке... но Толстяк всё равно чувствовал такой дикий голод, что начал раздумывать – не справятся ли они всемером, без одного такого жирненького грузчика? Оказалось, что вся эта оплата монетами вместо банкнот была странным трюком, который придумал Цзюнь Мосе, чтобы помочь Фрикадельке Тангу уменьшить свой вес. Жаль, что понял он это слишком поздно…

Толстяк Танг, конечно, заплакал бы, если бы у него было время. Но он молча страдал и таскал тяжеленные монеты. Просто потому, что Цзюнь Мосе, конечно, освободил бы его от работы, как только услышал бы хоть слово. Но минус десять процентов от такой дикой суммы! Проще уже сразу себе на голову камень бросить… Килограмм в двести…

Тем не менее можно было предположить, что обработка такого огромного количества золотых монет явно уменьшит вес Толстяка, и на довольно значительную величину…

Четвёртая партия таблеток была готова к торгам. Все зрители сидели ровно и так напряжённо, будто у всех резко обострился геморрой.

«Реальная конкуренция вот-вот начнётся!» – это понимали все представители всех семей. В конце концов, три священные земли вряд ли будут вмешиваться в последующие раунды. Они своё уже получили…

- В четвёртой партии также двадцать таблеток. Базовая цена по-прежнему составляет сто тысяч в золоте. Каждое последующее повышение ставки должно быть не менее десяти тысяч золотом! – провозгласил Цзюнь Мосе скучающим голосом.

Едва он закончил говорить, когда кто-то крикнул:

- Семья Вэй из Цзян Дуна предлагает триста пятьдесят тысяч золотом.

Произнёс это довольно внушительный мужчина средних лет.

Нин Ву Цин и Хуан Сяо повернули головы. Затем они нахмурились. Однако лицо Ма Цзян Мина оставалось невыразительным.

Первая ставка семьи Вэй, возможно, не была попыткой купить таблетки. Вероятно, это было актом лести Ма Цзян Мину. Более того, он сделал это в присутствии двух других священных земель.

Наверху Мэй Сюэ Янь проинструктировала мрачным голосом:

- Семью Вэй из Цзян Дуна можно считать ярым сторонником Великого Золотого Города после сегодняшнего инцидента. После этого они не смогут изменить свою сторону, даже если захотят. Таким образом, вы можете записать это как подтверждённую информацию!

Гуан Квинхан молча согласилась кивком головы и начала записывать слова «Семья Вэй из Цзян Дуна» на белой бумаге. Затем она добавила ещё несколько слов в конце — «Сторонники Великого Золотого Города».

Внезапно раздался громкий и ясный голос:

- Семья Сиконг предлагает пятьсот тысяч!

Цзюнь Мосе порылся в памяти и нашёл этот голос знакомым. Оказалось, что претендентом на таблетки был его старый знакомый, Сикон Ан Е; он был главой семьи Сиконг. Сиконг Ан Е блеснул слабой улыбкой, увидев, что Цзюнь Мосе посмотрел на него.

Этот человек был пристроен Цзюнь Мосе перед началом мероприятия, чтобы действовать в роли «фальшивого клиента»... Он должен был подстрекать реальных клиентов тратить больше денег. Было очевидно, что такие фальшивые клиенты были бы не очень полезны в нынешней ситуации. Однако Сиконг Е уже не сдерживался. Более того, он внезапно поднял цену до пятисот тысяч с трёхсот пятидесяти тысяч золотом.

Парень по имени Вэй раздражённо огляделся:

- Эй ты, маленький сопляк из Сиконгов! У тебя хоть есть столько золота? Не повышай цену нарочно! Завтра тебе не на что будет риса купить!

Сиконг Е лишь фыркнул и пренебрежительно ответил:

- Слушай, господин Вэй или как тебя там из своего Цзян Дуна… Короче, закрой свой рот и вали обратно, если у тебя нет денег!

Цзюнь Мосе только сейчас понял, какую ненависть питают друг к другу эти семьи, услышав эти голоса…

Наверху Мэй Сюэ Янь уже дала указания Гуан Квинхан записать и это; она также попросила, чтобы семья Сиконг была отмечена отдельно. В конце концов, семья Сиконг считалась верным союзником семьи Цзюнь. Как можно не уделять им больше внимания?

Внизу многие начали делать ставки. Таким образом конкуренция, наконец, развернулась во всю мощь:

- Семья Джиан из Города Орлов ставит пятьсот двадцать тысяч золотых!

- Семья Лю из юго-запада предлагает пятьсот тридцать тысяч золотых!

- Северо-восточная семья Сянью – шестьсот тысяч золотых!

...

Люди из семей Сиконг и Вэй сели на место, когда другие семьи начали перекрикивать друг друга, стараясь побыстрее и погромче сделать свои ставки. Однако большинство влиятельных семей сидели довольными. Ведь это была только четвёртая из пятидесяти партий. Так что спешить не было особого смысла. Но надо было сказать, что небольшое шило они всё-таки чувствовали: чем быстрее они достали бы эти таблетки, тем большее облегчение они бы испытали…

Цзюнь Мосе непрерывно прыгал по сцене, брызгая слюной во все стороны от возбуждения. Он хитро подливал масла в огонь со сцены, очевидно, он хотел превратить это зрелище в ужасный неудержимый лесной пожар.

- Будет ли дальнейшее повышение цены? Что, есть такие смельчаки? Цена – шестьсот тысяч золотом! Шестьсот тысяч золотом – раз… О! Есть друзья, которые держат табличку... Они выглядят финансово сильнее! Хорошо! Они предлагают шестьсот пятьдесят тысяч золотом! Как и ожидалось от таких богатых людей! Шестьсот пятьдесят тысяч раз... Вон там... эти люди предлагают шестьсот восемьдесят тысяч! Шестьсот восемьдесят тысяч золотых монет, друзья мои! За эти таблетки для закалки костей! Таблетки сделаны в изысканной форме... травы, которые использовались для создания этих таблеток, редко кто вообще видел в этом мире... вы никогда не сможете найти такие таблетки, если пропустите этот шанс прямо сейчас! Вон там... друг предлагает семьсот тысяч! Семьсот тысяч золотом! Каждый, конечно, должен понимать, что золото – вещь тривиальная... Легко нажил – легко прожил и всё такое… Какое значение эта вещь имеет по сравнению с будущим наших семей? Сегодня может быть трудно заплатить такую огромную сумму денег, но эти трудности обеспечат падение ваших врагов и защиту ваших потомков в будущем! Это обеспечит успех вашей семьи... Стоп! Вон там... друг... Что? Сколько? Ух ты! Восемьсот тысяч! Восемьсот тысяч золотых монет – раз... восемьсот тысяч... эта сумма довольно удивительна... но это стоит того, когда кто-то хочет, чтобы его семья процветала в течение тысяч лет, не так ли... что значат какие-то восемьсот тысяч ради такой великой цели?

Глава 527. Споры!

Цзюнь Мосе выговорил всю эту тираду за один раз. Но цена не выросла дальше, после того, как она поднялась до восьмисот тысяч. В конце концов, это было восемьсот тысяч золотых! Не каких-то восемьсот картофелин! Это была чрезвычайно ужасающая цифра!

Цзюнь Мосе назвал это число раз пять или шесть. В конце концов, он был вынужден ударить молотком с небольшим отчаянием в сердце:

- Восемьсот тысяч – два... Восемьсот тысяч… ну же… Три! Продано!

…

- Всего за восемьсот тысяч? Эти редкие, божественные пилюли могут полностью преобразить тело практикующего Суань! Но эти таблетки продаются по такой маленькой цене? Ба! В этом мире нет справедливости! Такую сумму выдают старикам, чтобы они могли купить себе трость покрепче! Я бы поставил эти таблетки по гораздо высшей цене, если бы знал об этом раньше… – великий молодой господин Цзюнь чувствовал себя очень тревожно. Он продолжал бормотать эти слова бесконечно. Он продал партию уже минуту назад, но было видно, что он остался недовольным. Однако все остальные семьи потеряли дар речи.

Сделка была заключена за восемьсот тысяч!

Это была заоблачная цена! Она была заоблачной настолько, насколько это вообще возможно!

Восемьсот, сука, тысяч… нет, не медных монет… и даже не серебряных… цена была восемьсот тысяч золотых монет! Большинство из этих семей были давними и влиятельными семьями Суань. Таким образом, они могли бы собрать такого рода сумму, если это будет необходимо. Даже семье Хуан удалось бы это сделать. Но потратить такую сумму за один раз – это нанесёт удар по их экономике. Тем не менее следует сказать, что другие семьи просто пострадают от некоторых трудностей, в то время как семья Хуан точно будет уничтожена!

Кто бы согласился потратить восемьсот тысяч золотом всего за двадцать таблеток, если бы не будущее и безопасность их семей? В конце концов, каждая пилюля стоила аж сорок тысяч золотых... Да от таких расчётов у обычного человека голова бы взорвалась!

Победителем в этом раунде аукциона стал старик с, казалось бы, печальными чертами лица.

Волосы этого старика были белы, как серебро, но его пристальный взгляд был резким. А лицо всё равно выглядело мрачным и недовольным. Но в глубине глаз можно было увидеть счастье.

- Это ведь он! Глава семьи Гонсун! Это Гонсун Цзю Дао! – кто-то тихо выкрикнул имя старика, который поставил восемьсот тысяч в обмен на двадцать таблеток.

Все задумались повторно...

«Стойте, так это он?! Этот старик всегда славился своей прозорливостью. Хотя, похоже, что эти слухи неверны! Ведь он потратил такую огромную сумму денег только за двадцать таблеток! И он ещё думает, что это благословение! Что можно считать «глупым», если не этот поступок!»

«Люди часто не соответствуют своей репутации, когда встречаешься с ними лично!»

- Конечно, лучше встретиться с известным человеком лично, чем просто услышать его имя! Я когда-то давно слышала новости о нём. Люди говорили, что глава семьи Гонсун чрезвычайно дальновиден. Он известен своей смелостью и способностью думать о будущем. Он поднял фамилию своей семьи из грязи своими руками. Ему, кстати, потребовалось всего тридцать лет, чтобы возвести имя своей семьи на высший уровень... Он действительно достоин своего имени. И он был очень дальновидным! Обратите внимание, что Гонсун Цзю Дао из семьи Гонсун, естественно… дальновиден и отважен. Он обладал первоклассным стратегическим мышлением. С таким человеком лучше дружить, а не конфликтовать… – Мэй Сюэ Янь прокомментировала вполголоса.

Дугу Сяо И записала всё это со скоростью полёта стрелы.

Цзюнь Мосе всё ещё не закончил обезьянничать. Он вышел вперёд с пятой партией таблеток и начал кричать во весь голос:

- Все! Все! Всё! Уже всё! Что было, то прошло! Забудем! Каждый приехал сюда, чтобы создать будущую славу для своей семьи... и шанс – вот он, прямо перед вами! Чего же вы ждёте? Вы станете героем своей семьи, если вернётесь домой с этими двадцатью таблетками! Ваш вклад не останется незамеченным, когда ваша семья станет сильнее завтра! Ваши внуки будут восхищаться вами минимум тысячу лет, они будут лелеять воспоминания о вас! Давайте вернёмся к главной теме... эти таблетки для закалки костей очень редки... Это беспрецедентное лекарство с огромным потенциалом! Таким образом, существует огромная разница в его стоимости, это правда. Возможно, вам придётся потратить все деньги, чтобы купить эту вещь сегодня... но в будущем прибыль вернётся вам десятикратно! Тем не менее, цена этой пятой партии таблеток нисколько не изменилась и всё ещё находится на том же уровне! Теперь я умоляю Восемь Бессмертных, Перешедших Океан показать свои таланты и кошельки! Давайте посмотрим, чья семья расцветёт, а чья – падёт!

Цзюнь Мосе был слишком беспечен, чтобы вспомнить, что старая легенда о Восьми Бессмертных вообще не существовала в этом мире... но ему в этот момент было плевать, он полностью забыл обо всём, кроме аукциона... Да и никто в зале не заботился о том, что он говорил лишнего. В конце концов, все были обеспокоены только достоинствами таблеток. Могли ли они думать о легендах и потенциальной оценке ценности этих таблеток? В конце концов, эти таблетки смогут помочь их семьям воспитывать супер специалистов в будущем! Потеря даже одной из них может считаться грехом. Так как они могли обращать внимание на такие вещи, как мифологические отсылки? Или даже стоимость перепродажи этих таблеток? Вместо этого они были заняты тем, чтобы держать свои таблички так высоко, как могли!

Атмосфера в зале мгновенно раскалилась до небывалого уровня.

Многие из этих людей никогда не могли себе представить, что цена этих таблеток была ужасно малой сейчас. Позже за эти таблетки можно будет просить цену в сотню раз больше, чем сейчас. В конце концов, лишь немногие из этих таблеток «проживут» много лет. И эти «выжившие» таблетки будут продаваться по чудовищно высокой цене в будущем. На самом деле, каждая из этих таблеток может стоить и три миллиона золотом! И им пришлось бы смириться, чтобы заплатить такую цену в будущем, если они пожадничают и не купят сегодня!

Молодой господин Цзюнь заверял всех, что эти таблетки будут иметь огромную, просто небывалую ценность. И он не шутил по этому поводу. В конце концов, это факт! Тем не менее это было фактом, который поймут только в будущем…

Четвертая партия была продана за восемьсот тысяч. Однако никто не ожидал, что эта цена продажи окажется самой низкой. Фактически после этого цены продолжали резко расти.

Атмосфера в зале становилась всё горячее после продажи пятой партии таблеток. Наверху Гуан Квинхан и Дугу Сяо И строчили комментарии, анализы и суждения, сделанные Мэй Сюэ Янь. Они уже исписали большую кучу бумаги. Цель их исследования постепенно прояснялась. Все обиды и споры между всеми семьями медленно поднимались на поверхность...

Королева Змей тоже была похожа на секретаря, работающего под руководством «босса» – Мэй Сюэ Янь. Она справлялась с задачами классификации, обобщения, сортировки и организации бумаг. Она даже сделала этикетки, чтобы идентифицировать и различать категории. Очевидно, она делала это для того, чтобы конкретную информацию можно было «выкопать» из этой кучи по мере необходимости.

Эти таблетки для закалки костей уже получили большое признание. Ведь каждая семья переживала за своё будущее. Таким образом, все они хотели достичь небывалой силы с помощью этих таблеток. На самом деле семьи будут целенаправленно повышать цену на эти таблетки в случае, если их конкурирующая семья решила купить их. Они хотели навредить своим врагам, повысив цены на случай, даже если сами не смогут их получить. Ведь они хотели победить врага любыми возможными способами…

Жаркая атмосфера аукционного зала медленно привела всех к ещё более яростной конкуренции; ни старых, ни молодых не щадили! Все с красными, налитыми кровью глазами, едва не бросались друг на друга. Оскорбления летели такие, что молодые девушки сидели не красными, а бордовыми. Да что девушки – Цзюнь Мосе и сам иногда слышал такие обороты, что немного краснел… Некоторые люди даже уже встали, чтобы набить оппоненту морду физически…

Аукционный зал быстро превратился бы в скотобойню… если бы люди из трёх священных земель не присутствовали здесь, чтобы следить за порядком.

Никто не хотел выходить из зала. Все хотели знать, какие семьи получат эти таблетки. Ведь в будущем эти семьи станут центром всеобщего внимания. Таким образом, зрители хотели записать имена этих семей, а также их самых талантливых юнцов. И это потому, что позже им придётся внимательно следить за этими людьми. А возможно, даже придётся им кланяться…

В конце концов, эти люди могут стать их союзниками в будущем... или, может быть, их смертельными врагами!

Кто мог осмелиться расслабиться и игнорировать меры предосторожности при таких обстоятельствах?

Следовательно, количество присутствующих в зале не уменьшилось. Но ни единого проблеска «понижения температуры» в зале не предвиделось….

Аукцион действовал в таком порядке, пока не пришло время обеда. Надо сказать, что правила этого аукциона были достаточно просты. Тем не менее им удалось продать только двенадцать партий до обеда! Такую скорость можно сравнить с черепашьей! Тем не менее люди наслаждались временем, наблюдая за оживлённой сценой... Все говорили резкие слова в адрес противников. Все угрожали, разоблачали и просто клеветали друг на друга... Аукционный зал стал напоминать рынок, а каждая семья – озлобленную на весь мир торговку.

Тем не менее две девушки — Дугу Сяо И и Гуан Квинхан — были полностью истощены...

Организовать эти ценные фрагменты информации было ужасной задачей! На самом деле обе девушки даже несколько завидовали Танг Юаню в это время:

«Этот парень должен только перетаскивать золото! Это такая лёгкая работа, в отличие от задачи записывать всё, что говорят эти пятьсот или шестьсот человек! Организация и обобщение всей этой информации – это работа, которая требует мозгов!»

Можно сказать, что эти две девушки рухнули бы, если бы Мэй Сюэ Янь не взяла на себя ответственность за обобщение информации... Кроме того, эта задача была связана с массивным психическим давлением. В конце концов, эти данные определят направление, в котором семья Цзюнь будет двигаться в будущем. Таким образом, даже небольшая ошибка, допущенная в это время, может подтолкнуть семью к принятию врага в качестве друга в будущем. И кто мог позволить себе последствия, если хоть что-то перепутать?

Сейчас на улице была зима. Тем не менее одежда этих двух девушек пропиталась потом до такой степени, что, казалось, стала прозрачной.

Тем не менее беспрецедентно красивое лицо Мэй Сюэ Янь становилось всё тревожнее с течением времени…

Глава 528. Астрономические числа!

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что эти люди в зале обладали огромной силой. На самом деле эти люди могли даже превзойти три священные земли по своей силе, если бы все восстали против них.

Люди на уровнях Великого Мастера и выше были, безусловно, очень сильными и стойкими. Но они тоже были смертными, в конце концов. И силы их были явно не безграничны. Они тоже уставали. И это означало, что даже такие люди могут быть убиты, если они истратят большую часть своих сил. Три священные земли, безусловно, обладали безумной силой. Тем не менее все эти семьи могли бы справиться даже с самой сильной из них, если бы они собрались вместе и стали сотрудничать.

Однако их отношения друг с другом были очень сложными. От этого у почтенной Мэй разболелась голова. Ведь мало кто способен отпустить старые обиды. Можно сказать, что большинство этих семей застряли глубоко в болоте обид. И было почти невозможно вытащить их из него.

«Некоторые из этих людей до сих пор помнят обиду за инциденты, которые произошли сто лет назад... разве кто-то не должен был уже подойти и сказать: «Подождите, это всего лишь аукцион... давайте не будем убивать друг друга из-за такого незначительного дела...»

«Но нет. Они никогда не устанут... некоторые из них держатся за обиды, которым даже четыре или пять сотен лет. Чёрт возьми... люди, которые и совершили что-то плохое, уже давно превратились в пыль. Но эти люди всё ещё спорят из-за бессмысленных вещей!»

Мэй Сюэ Янь просто не могла понять этого.

Однако эти словесные баталии были обильным источником ценной информации. И вот почему обеспокоенная Мэй Сюэ Янь призывала Гуан Квинхан и Дугу Сяо И ускорить работу.

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И уже потеряли дар речи и были сбиты с толку... их запястья устали, а пальцы онемели давным-давно. Тем не менее они могли вернуться к работе, пока Мэй Сюэ Янь обеспечивала их своей первичной Ци. Её изначальная Ци исцеляла их физическое истощение... но Мэй Сюэ Янь ничего не могла поделать с умственным состоянием…

Эти девушки, Дугу и Гуан были гордыми девушками, обладающими чрезвычайно высоким социальным положением. Старшие члены их семей всегда любили и баловали их. Тем не менее они столкнулись с некоторыми особенностями Мэй Сюэ Янь. Например, Мэй Сюэ Янь приказывала этим двум девушкам очень высокомерно и властно! Кроме того, все её тело излучало такую силу, что эти две девушки просто не могли отвергнуть её команды. Поэтому у них не было иного выбора, кроме как подчиниться ей.

Дугу Сяо И и Гуан Квинхан были поражены этим.

Следует отметить, что эти две девушки привыкли находиться рядом с мужчинами, обладающими характером и авторитетом. Они встречались даже с самим Императором империи Тянсян несколько раз. Они также видели и разговаривали с бесчисленным множеством министров империи. Даже такие смелые и могущественные люди, как Дугу Цзёнхэн и Дугу Вуди были для них не более чем друзьями или родственниками. Они не были чужими для храбрых и измученных сражениями генералов, таких как Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй. Однако даже такие мужчины никогда не могли подвергнуть этих двух девушек такому давлению.

«Как эта слабая женщина, Мэй Сюэ Янь, может держать нас под своим контролем таким образом?»

Две девушки чувствовали, как будто даже полномочия Императора – ничто перед Мэй Сюэ Янь.

«Каковы истоки этой старшей сестры Мэй? Откуда у нее такая сила и властность?»

Две девушки вынашивали эти подозрения в своем сердце. Тем не менее их руки продолжали непрерывно записывать! Фактически они продолжали работать без остановки, несмотря на моральное истощение! Но все же Мэй Сюэ Янь была не единственной причиной этому. Настоящая причина была связана с их возлюбленным — Цзюнь Мосе. Ведь эта работа была для него очень важна. Поэтому им приходилось подавлять усталость и снова, и снова записывать сотни строчек…

Следует отметить, что Мэй Сюэ Янь была Владыкой миллионов и миллионов зверей Суань в лесу Тянь Фа. И, естественно, командный тон Мэй Сюэ Янь был результатом этого. Она могла бы нормально вести себя среди лидеров трёх священных земель, если бы столкнулась с ними лицом к лицу. На самом деле она могла даже проклинать или просто послать их, если почувствовала бы в этом необходимость. Она не будет ни подчиняться унижению, ни преклоняться перед ними!

Она была многолетним лидером целой расы, которая смотрела на всё человечество сверху вниз. Так как же какой-то монарх мелкой страны мог сравниться с ней? В действительности разница была столь же велика, как между небом и землей!

Тем временем наступил обед.…

Цзюнь Мосе наконец-то заткнулся и расслабился. Его горло уже начало болеть. Он был истощен, но его уровень возбуждения всё ещё оставался на высоте! Хотя, это не удивительно – любой, кто сделает так много золота за одно утро, наверняка окажется в ещё более возбуждённом состоянии, чем Цзюнь Мосе!

На самом деле большинство людей, вероятно, получили бы сердечный приступ или кровоизлияние в мозг от волнения!

До сих пор состоялось всего двенадцать раундов аукциона. Четвёртый раунд закончился на восьмистах тысячах. В пятом раунде цена достигла восьмисот пятидесяти тысяч. Однако шестой раунд превратился в ожесточённую бойню, если это можно так назвать. Цена продажи внезапно взлетела до отметки в миллион золотых монет! Но аукцион продолжился дальше таким же образом! Фактически двенадцатый раунд достиг одного миллиона двухсот тысяч золотых монет!

Следовательно, Цзюнь Мосе сумел собрать огромную сумму в десять миллионов за эти двенадцать бутыльков таблеток для закалки костей!

Более того, это было более десяти миллионов золотом!

Семь братьев семьи Дугу однажды попались на уловку молодого господина. В результате, они задолжали его семье девяносто миллионов серебряных монет. Тем не менее этот долг был настолько удивительным для семьи Дугу, что, узнав о нем, они чуть не умерли на месте. Но, следует отметить, что эта удивительная сумма золотом будет только девятьсот тысяч. Этих девятисот тысяч золотом было бы достаточно, чтобы финансировать военные расходы армии империи Тянсян в течение трёх лет, несмотря на то, что эта армия занимала первое место на континенте!

Если десять миллионов нужно было бы преобразовать в современные китайские юани – один таэль весил пятьдесят грамм. Один грамм золота равен трём сотням современных китайских юаней. Таким образом, один таэль составит пятнадцать тысяч юаней... а десять миллионов будут стоить... 150 миллиардов по этому счету. Это поистине астрономическое число!

«Я не могу быть уверен в расчетах... но я очень взволнован этой идеей!»

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И сложили ручки. Затем они ахнули, осознав, что вся их сила уже давно покинула их тела. Обессиленные, они просто рухнули на столы, за которыми сидели. Они могли только моргать, чувствуя, как будто их тела поднимаются всё выше в облака...

Цзюнь Мосе поднялся наверх, чтобы попить воды. Но он испугался, увидев их такими обессиленными. Он тут же забыл про свою жажду. Вместо этого он без промедления начал передавать в них свою духовную силу. Его аура сильно отличалась от изначальной энергии Мэй Сюэ Янь. Она была намного чище и острее. И его результаты были гораздо замечательнее по своей природе. Поэтому обе девушки быстро восстановили своё здоровье и жизненные силы.

Тем не менее его добросердечные действия дали двум девушкам энергию, только чтобы они смогли обрушить на него свои обиды:

- Это слишком быстро! У нас нет времени на отдых! Мы ужасно устали! А мозги так вообще кипят!

Организаторы же использовали это время, чтобы организовать еду для людей внизу.

Каждый ресторан в городе Тянсян был объявлен «заполненным до отказа» этим утром. И это было потому, что семья Цзюнь уже забронировала все рестораны. Очевидно, это было сделано для того, чтобы их гости могли пообедать в этих заведениях. Все расходы были оплачены Аристократическим домом. Цзюнь Мосе можно было считать чрезвычайно богатым человеком. Поэтому его заказы принимались.

Небесные Разрушители и Пожиратели душ Цзюнь Мосе направляли гостей в рестораны. Уже там эти гости знакомились с многочисленными экзотическими деликатесами, специально организованными для них. Надо сказать, что рестораны и винные магазины города Тянсян сегодня сделали большое состояние!

На самом деле последующие поколения будут вспоминать этот день как самый великий и экстравагантный День города Тянсян!

Также Цзюнь Мосе устроил большой пир в Аристократическом доме для людей из трёх священных земель. В конце концов, никто не мог осмелиться быть небрежным в отношении людей настолько высокого статуса. И это потому, что эти люди, вероятно, действовали бы несколько… принудительно, если бы с ними обращались, как с какой-нибудь обычной семьей Суань…

Кроме того, можно было предположить, что эти люди, вероятно, хотели уничтожить его семью... Именно поэтому молодой господин приложил большие усилия, чтобы его блюда казались намного лучше и вкуснее, чем снаружи. Он позаботился о том, чтобы ничто не раздражало гостей...

Цзюнь Мосе приготовил всем змеиный суп. Однако это заставило разъярённую Королеву Змей дать ему свирепый пинок под зад…

Молодой господин Цзюнь неоднократно пытался со смущением объяснить:

- Эй! Эти змеи были выращены лично мной...! Они специально выращены…

Молодой господин Цзюнь, Королева Змей, Мэй Сюэ Янь, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И заняли свои места за одним столом. Тем не менее Большой Медведь и Ломающий Землю явно не были столь хорошо воспитаны, чтобы сидеть за одним столом со всеми, так как их бесконечная болтовня просто убьёт всех остальных. Цзюнь Мосе пытался затащить их за столик неподалёку, но они упирались. Тем не менее Мэй Сюэ Янь бросила на них лишь один суровый взгляд, и два Короля зверей молча заняли свои места с Хай Чэнь Фэном и Сонг Шанем.

Между тем, молодой господин Танг всё ещё обливался потом и задыхался, считая золото. Не секрет, что Танг Юань был самым скупым человеком на земле. Он так устал, считая деньги, что уже дважды упал в обморок от тяжёлой работы. Тем не менее он всё равно продолжал трудиться без всякого отдыха. Его пот струился, словно река. Однако огонь внутри него, казалось, не показывал никаких признаков угасания.

Любой обычный человек оцепенел бы при виде такой огромной суммы денег. Но Танг Юань был занят подсчетами всех этих денег с маниакальностью психа. Он был чрезвычайно взволнован!

Сун Сяо Мэй была чрезвычайно огорчена этим. Она хотела, чтобы он хоть ненадолго остановился и отдохнул. Тем не менее Цзюнь Мосе бросил на неё свирепый взгляд:

- Ты хотела, чтобы он похудел? Верно? Я придумал этот метод с большим трудом. Только этот метод подходит ему на данный момент! Ему нужно начать снижать вес прямо сейчас. Другие методы можно будет применить только после того, как он начнёт худеть сейчас! В конце концов, он настолько толстый, что любая диета будет бесполезна для него. Но мы не должны тревожиться о том, что он не потеряет вес, если мы используем этот метод… Ему самому нравится, ты же видишь.

Поэтому она сопротивлялась своему желанию убедить его, несмотря на то, что очень любила его. Она хотела остановить Танг Юаня, но она знала, что он даже не услышит её слов. Поэтому она скрыла свои опасения всего под одним вопросом:

- Ты не устал, Толстяк?

У Танг Юаня уже кружилась голова от усталости. Но его глаза всё ещё горели алчным огнём при виде золота. Так что он вытер пот, но даже не повернул шею, чтобы посмотреть, кто задал вопрос. Он лишь ответил:

- Устал? Я устал? Здесь так много денег! Как, ну как я могу устать? О! Эти деньги я могу использовать для многих дел… Да… Взять наложницу в будущем... или даже другую жену! Прикинь только... Вау!

- Жена... наложница? – Сун Сяо Мэй не могла поверить своим ушам:

«Этот засранец уже планирует такие вещи?»

Сун Сяо Мэй сердито обернулась и пошла к выходу. У двери она задержалась и произнесла только одну вещь:

- Иди ты к чёрту! Ты вечно живёшь только ради денег... Поверь, лучше будет, если ты так устанешь, что сдохнешь сегодня сам... Тогда ты хотя бы избежишь моего гнева и помрёшь гораздо быстрее!

- Как здесь можно умереть от усталости? Это было бы такое счастье – умереть вот так! – Танг Юань закатил глаза и невольно произнёс в ответ. Затем он снова потерялся в подсчёте огромной суммы денег. Надо сказать, что этот человек был очень счастлив и взволнован! Бедный Толстячок с радостью погрузился в подсчёт денег. В это время в его мыслях доминировало лишь золото. Следовательно, он даже не понял, что уже навлек на себя катастрофу... Он даже не понял, с кем говорил…

В конце концов, этот Толстяк оскорбил собственную невесту. Однако Жиробас пока ещё не знал о своей глупости. И это было потому, что его сердце и ум были утоплены в блеске золота; больше ничего не было в его мозгу прямо сейчас... на самом деле он буквально достиг нирваны в этот момент…

Глава 529. Легенда о белой змее

Цзюнь Мосе выпил чашу вина с огромным удовольствием. Он был так доволен своим выступлением, что буквально нафаршировал себя огромным количеством еды. Так продолжалось до тех пор, пока он не почувствовал, что восстановил всю затраченную силу. Только после этого он продолжил и дальше поглощать огромнейшее количество еды, но уже в неторопливой манере. Тем не менее он успевал предлагать блюда четырём прекрасным девушкам.

- Мисс Мэй, попробуй это. Это действительно хорошее блюдо. Твоя женственность улучшится ещё больше, а главное – это очень полезно для почек. Это блюдо даже может сделать тебя еще привлекательнее, улучшить и очистить кожу. Тебе, конечно, это не нужно, но как женщина может проигнорировать шанс стать ещё обворожительнее…

- Квинхан, давай, попробуй вот это! Это улучшит твою кровь. Ты была немного бледной последние несколько дней. Мне от этого очень грустно…

- Сяо И, съешь это. Это просто восхитительно. Попробуй совсем немного, чтобы проверить... Что... не очень съедобно? Ха-ха, это мой секретный рецепт. Зато аромат какой…

- Зелёная Охотница, ты ешь только овощи. Попробуй это рагу из змей. Это очень вкусно... оно прямо тает во рту. Такое блюдо очень редкое и вкусное…

- Цзюнь Мосе! Ты сдохнуть захотел, придурок? Только попроси – я тебя быстренько прикончу! – Королева Змей загорелась гневом, а её глаза наполнились жаждой крови:

«Этот парень хочет заставить Змеиную Королеву есть змеиное мясо? У него совсем мозгов нет?»

- Что? Не говори мне, что ты всё ещё несчастлива? Это моя ошибка... ха-ха, Мисс Зелёная Охотница, эти ничтожные змеи – ничто перед вами. Я обязательно поймаю Короля Змей, чтобы приготовить рагу для тебя в следующий раз... – продолжал издеваться Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь заметила, что Королева Змей вот-вот взорвётся. Поэтому она сердито фыркнула в сторону Цзюнь Мосе и вполголоса посоветовала:

- Заткнись!

Цзюнь Мосе перестал хихикать. Даже несмотря на желание поржать и дальше, он понимал, что не стоит и дальше провоцировать:

«Я пока ещё не могу оскорбить такого, чрезвычайно жестокого человека!»

Наконец, они закончили есть. Тем не менее у них было ещё много свободного времени. Поэтому Цзюнь Мосе закатил глаза и сказал:

- Ну что же, я пока ещё свободен. Ещё пара минут у меня есть. Пожалуй, я расскажу вам историю. Это очень замечательная история…

После этого Цзюнь Мосе начал рассказывать историю, даже не поинтересовавшись, хотят ли того четыре девушки или нет. История, которую решил рассказать молодой господин Цзюнь, оказалась Легендой о белой змее... однако версия Цзюнь Мосе явно отличалась от традиционной Легенды. Две змеи – белая и зелёная – были зверями Суань в его версии... кроме того, эти змеи были Королями зверей Суань, которые были на пике сил, возможных для зверя Суань…

Голос Цзюнь Мосе звучал довольно завораживающе, а повествование было очень увлекательным. Изначально он решил рассказать эту историю, чтобы подразнить Королеву Змей. Но с течением времени он и сам увлекся ей. Щеки Королевы Змей покраснели, когда она услышала, что Белая Леди родила сына от Сюй Сяня. Сразу же она спросила, немного запинаясь от смущения:

- Эта... Белая Леди… родила ребёнка? Или... яйцо?

- Эмм... кажется, был младенец, – задумчиво потёр подбородок Цзюнь Мосе. - Хотя, если быть честным, меня там не было, я не видел... Мы сможем это точно узнать, только если Королева зверей Суань, Королева Змей, способная трансформироваться в человеческую форму, выйдет замуж за мужчину…

Королева Змей схватила со стола чайник и плеснула слегка остывшим чаем ему в лицо. Все вокруг рассмеялись.

- Так, не перебивайте его! Продолжай рассказ. Что случилось потом? – поспешно попросила Мэй Сюэ Янь. Владыка леса Тянь Фа была настолько очарована этой историей, что даже отбросила своё обычно нейтральное состояние и вступила в конфликт.

- Эмм... так… А! Тот самый монах по имени Фахай стал великим учёным... и, в конце концов, он запер Белую Леди внутри башни Лэй Фэна! – Цзюнь Мосе поспешно продолжил историю. - На стенах башни были написаны слова… «Королева зверей не сможет выйти отсюда, пока вода Западного озера не высохнет, и башня Лэй Фэна не рухнет!» Однако дно Западного озера было таким же глубоким, как море. Сколько же времени потребовалось бы, чтобы такое озеро высохло? Тем более, башня Лэй Фэна была отлита из твёрдой меди. Она была построена тысячи лет назад, и её фундамент был очень прочным. Башня была поистине нерушимой. Как же она могла разрушиться? Поэтому это так называемое «условие» было всего лишь обманом…

На этом моменте все вздохнули в унисон. Королева Змей сочувствовала Белой Леди, и в её глазах стояли слёзы. Дугу Сяо И уже размазывала слёзы и сопли по лицу:

- Что же было делать? Она не сможет выйти никогда-никогда... бедная Белая Леди... Вааааааааа! – она не выдержала и разревелась в голос.

- Но ты ведь ещё не знаешь, что случилось потом. Хочешь услышать, что было дальше? – озорно улыбнулся Цзюнь Мосе. В этот же момент девушки вцепились ему в уши и завопили на разный манер:

- Так ты скажешь или нет?

Даже молодой господин Цзюнь не мог сопротивляться перед лицом этой классической техники пыток. Так что он состроил горькое выражение лица и побыстрее продолжил:

- Итак, сын Белой Леди преодолел много трудностей, чтобы спасти свою мать... Ну, он там… путешествовал много… и страдал… ну и, в конце концов нашёл… и спас её. Затем семья воссоединилась!

Цзюнь Мосе вытер холодный пот со лба:

«Захотел, блин, подразнить Королеву Змей… Чуть уши не оторвали, гарпии! Пришлось такую здоровую историю рассказывать… Хорошо, хоть концовку сократил».

- Так все-таки у истории счастливый конец! Любовь всегда найдёт выход! План злого Фахая провалился! А что ему за это было? Ведь это он разлучил влюблённых на столько лет! – Дугу Сяо и вытерла слёзы и сердито сказала. – Надеюсь, его на кол посадили, козла?!

Было очевидно, что другие девушки тоже разделяли это чувство, так как они только покивали в знак согласия.

- Некоторые хорошие люди сочинили песню, чтобы рассказать о горьком опыте этой пары. И эта песня во всём мире передается от человека к человеку. Любовь Белой Леди и Сюй Сяня в конце концов стала бессмертной легендой... – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и закончил историю.

- Какую песню? Ты можешь спеть? – Гуан Квинхан и Дугу Сяо И аж подпрыгнули на месте. Даже у Мэй Сюэ Янь и Королевы Змей глаза заблестели.

- Кхм... моё горло не подходит для пения этой песни. Я вообще не люблю петь. Да и в любом случае это всего лишь песня… – Цзюнь Мосе не думал, что это произойдёт. На самом деле он вдруг почувствовал себя немного неловко. В конце концов, он точно не мог спеть эту песню. Во-первых, нужен слух и голос. Во-вторых, нужен хороший слух и отличный голос! А в третьих, великий убийца почему-то не пел песен ни в одной из своих жизней. Как-то не принято было у них… Поэтому он сразу же решил отказаться.

- Нет-нет-нет, никакие отговорки не принимаются! Давай, пой быстрее! – четыре девушки заговорили в унисон. Они даже подошли ближе и окружили его со всех сторон.

Цзюнь Мосе даже заскулил в глубине души. Затем он поднял руку, сдаваясь, и сказал:

- Хорошо, я спою, но предупреждаю: певец из меня так себе. В лучшем случае я смогу немного напевать... более того, эта песня очень старая и длинная. На самом деле я не помню её всю…

- Ну нет! Ты вспомнишь всю, всю песню! Иначе мы тебе уши просто оторвём! – четыре женщины продолжали говорить в унисон.

Цзюнь Мосе под давлением такой угрозы был вынужден сдаться окончательно. Затем он закрыл глаза и настроился. После этого он прокашлялся несколько раз. Четыре женщины затаили дыхание, а Цзюнь Мосе вполголоса начал напевать:

- Тысячи лет в ожидании встречи,

И не увидеть, не услышать, за руки не взять…

Десятки лет ходить по всей земле

И сотни лет мучений, чтоб встретиться опять…

Наконец, Цзюнь Мосе закончил. Любому, кто слышал эту песню, было бы понятно, что он пропустил несколько куплетов и перепутал слова. Однако ему было наплевать на свои промахи, ведь в этом мире никто этой песни не слышал...

Пусть песня и была неполной, однако она всё равно оставалась настолько мелодичной, такой грустной и красивой одновременно... Глаза всех четырёх девушек заволокло слезами.

- Это была очень красивая песня! – Мэй Сюэ Янь о чём-то задумалась. - Она очень красива!

Все одновременно кивнули. Они услышали эту песню сразу после рассказа. Конечно, они почувствовали связь с персонажами истории. На самом деле они испытали сотни эмоций одновременно – счастье, гнев, печаль, радость... Казалось, что они рождались и умирали вместе с персонажами. Все потеряли дар речи на некоторое время…

Затем тихая мелодия флейты эхом отдалась в тишине. Оказалось, что Гуан Квинхан вынула свою нефритовую флейту из рукава и начала играть, немного вольно импровизируя на тему мелодии Цзюнь Мосе…

Флейта грустила о разлуке вместе с Белой Леди. Флейта страдала десятки лет, прежде чем нашла свою возлюбленную вместе с Сяо Сянем. Флейта плакала от счастья вместе с влюблёнными, которые снова увидели друг друга…

Ноты флейты недолго звучали в стенах Аукционного Дома. Мелодия медленно затихла и, в конце концов, все пришли в себя…

- Это была очень красивая песня. Я никогда не слышал такой хорошей песни, – Дугу Сяо И выглядела опьяневшей. - Старший брат Мосе, я никогда не слышала этой истории. И я никогда раньше не слышала этой песни. Откуда ты узнал её?

Этот вопрос привлёк всеобщее внимание к Цзюнь Мосе. Бедолага снова оказался в трудном положении. Он снова прокашлялся и сказал:

- Эту историю... я случайно услышал её. Я даже забыл, кто рассказал мне её... это было очень давно. Я вспомнил о ней, потому что это очень хорошая история... Ладно, с обедом мы закончили. Уже скоро начнётся вторая часть аукциона… Торги там, ставки… Ну, сами знаете. Пора мне…

- Стой! Ты ведь еще что-то знаешь! – нахмурившись, сказала Дугу Сяо И. - Я из тебя правду ногтями вырву! – голос девочки звучал, как реальная угроза.

Цзюнь Мосе вспотел:

«Мне что, придётся каждый день новые песни сочинять, если эта маленькая засранка меня пытать начнёт? Я же истощу всю «библиотеку» песен за два дня с такой скоростью…»

Спаситель прибыл в самый нужный момент…

Снаружи послышался стук в дверь. Сразу же послышался голос Хай Чэнь Фэна:

- Третий молодой господин, старшие из трёх священных земель сказали, что хотели бы кое-что обсудить с вами.

- Три священные земли? – Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь посмотрели друг на друга. Затем он быстро ответил:

- Я уже иду!

Мэй Сюэ Янь нахмурилась и встала.

- Ты составишь мне компанию? – Цзюнь Мосе посмотрел на неё.

- Да, я буду сопровождать тебя. Ты не сможешь понять этих людей. Даже небольшой проступок с твоей стороны, которому ты не придашь значения, может случайно обидеть их. А их обида легко перерастает в кровавую баню. А твоя сила всё ещё слишком низкая, – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась: - В прошлом я пересекалась с ними. Но не думаю, что они меня узнают. Я смогу помочь тебе, если буду присутствовать там.

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся:

- Я думаю, всё дело только в таблетках. Возможно, они хотят знать о человеке, который создаёт эти таблетки. Иначе зачем таким великим людям из самой священной земли обращать внимание на такого светского бездельника, как я? Никакой пользы от меня они не добьются!

- В каком-то смысле это хорошо. Однако даже этот вопрос в настоящее время приобрёл большое значение. И, я думаю, что, если что-то пойдёт не так, может случиться кровопролитие, – нахмурилась Мэй Сюэ Янь. Она казалась глубоко обеспокоенной:

«Я не ожидала, что сегодняшнее событие обернётся такими большими проблемами. Поэтому я боюсь, что последствия тоже могут быть куда более серьёзными, чем я думала изначально. Я не ожидала такого…»

Глава 530.1. Принуждение трех священных земель

- Кровопролитие всегда имеет свои причины и последствия. Но жадность – это первородный грех, – спокойно сказал Цзюнь Мосе. – Мы не будем бояться чьих-либо провокаций! Я говорю это не потому, что у меня есть ты. Я бы не боялся, даже если бы мог рассчитывать только на себя!

Мэй Сюэ Ян кивнула, услышав это. Затем они оба вышли.

Буквально через минуту они вошли в зал, где сидели люди Неуловимого Мира Бессмертных. Они увидели также, что сюда пришли люди и из Иллюзорного Океана Крови и Великого Золотого Города. Нин Ву Цин из Неуловимого Мира Бессмертных занял место главы. Люди Иллюзорного Океана Крови и Великого Золотого Города сидели слева и справа от него соответственно. Но место напротив главы было отведено Цзюнь Мосе. Однако эксперты из трёх священных земель даже не встали, когда молодой господин Цзюнь вошёл; они даже не нашли нужным просто поприветствовать его. Было очевидно, что три священные земли уже пришли к молчаливому пониманию — они хотели показать свою силу Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь обычно была очень сдержанной. Тем не менее она не могла не нахмуриться, увидев, что здесь происходит. В глубине души она была возмущена. Но Цзюнь Мосе, наоборот, был спокоен. Он просто подмигнул ей, и они оба заняли свои места, не посоветовавшись ни с кем. Задница Цзюнь Мосе едва приземлилась на стул, как он поднял ногу. Спокойно скрестив ноги, он развалился на сиденье и лениво посмотрел на остальных.

- Старшие покинули свои многоуважаемые места и приехали ко мне. Это честь, что они прибыли в город Тянсян. Однако до сих пор я не смог поприветствовать вас должным образом. Это крайне невежливо. Пользуясь этой возможностью, я хочу поблагодарить всех за то, что пришли сюда. Надеюсь, что все уже пообедали; этого было достаточно? – Цзюнь Мосе сложил ладони вместе и сказал приветствие.

Надо сказать, что его слова были весьма приятны. Но он сидел со скрещенными ногами, поэтому уважение его слов смазалось. Здесь присутствовало пятнадцать экспертов, и ни один из них не был удовлетворён таким поведением. Тем не менее они смотрели на потрясающие и красивые черты лица Мэй Сюэ Янь, и были настолько поражены, что даже забыли о своём гневе.

- Ты слишком добр, молодой друг. Тебе не нужно быть формальным. Молодой друг, ты был очень внимателен. Ты всё устроил очень красиво, и мы очень довольны, – слегка улыбнулся Нин Ву Цин и скромно махнул рукой.

Ма Цзян Мин издал странный смешок. Затем он заговорил мрачным и печальным голосом:

- Молодой господин Цзюнь, мы хотим кое-что обсудить с тобой. Это важный вопрос, он касается будущего всего континента. Тем не менее я не узнаю девушку, которая сидит рядом с молодым господином Цзюнь... кто она?

Каждый эксперт, присутствующий в комнате, был словно околдован потрясающей красотой Мэй Сюэ Янь. Даже такой эксперт, как Нин Ву Цин, не смог устоять перед её красотой; его глаза также блеснули интересом. Тем не менее выражение лица Ма Цзян Мина казалось обычным, будто он не заметил такой красавицы. Казалось даже, что ему было слегка противно при виде Мэй Сюэ Янь!

- Эмм, это... моя жена, – Цзюнь Мосе мерзко захихикал. На самом деле он надеялся, что кто-то задаст этот вопрос. Этому молодому господину было не привыкать пользоваться дешёвыми трюками и несправедливо использовать других людей. Можно сказать, что это стало его второй натурой. Он привык так себя вести. Кроме того, привычка молодого господина Цзюнь несправедливо использовать других почти стала его обычной практикой. Он мерзко рассмеялся, наводя на определённые размышления. Затем он подробно объяснил, как будто бы боялся, что другие могут не понять:

- Ну, моя жена… Она – моя леди. Она делит со мной подушку... Хе-хе… и то, что под одеялом… Ну, вы поняли.

Очаровательное лицо Мэй Сюэ Янь побледнело от гнева. Она бросила на него свирепый взгляд, но сейчас она не могла сказать ни слова. Так что у неё не было выбора, кроме как позволить этому глупцу гордиться собой. Тем не менее нужно было всего лишь подождать… И посмотреть, будет ли он по-прежнему чувствовать себя спокойным пятнадцать минут спустя…

- О? Эта девушка очень грациозна и очаровательна. Она похожа на картину. На самом деле она выглядит так, как будто фея превратилась в человека. Молодому господину Цзюнь очень повезло. Это идеальный брак, заключённый на небесах, – улыбнулся Нин Ву Цин.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин уже получили одолжение от Цзюнь Мосе. В конце концов, он дал им по одной таблетке для закалки костей абсолютно бесплатно! И они знали, что эта маленькая таблеточка, которую они съели, стоит, по крайней мере, пятьдесят или шестьдесят тысяч золотых монет. Это было огромное одолжение. Таким образом, оба мужчины чувствовали себя немного неловко, пытаясь осложнить жизнь Цзюнь Мосе.

Поэтому эти два ведущих человека надеялись положиться на своего коллегу из Иллюзорного Океана Крови — Хуан Сяо. В конце концов, молодое поколение должно было лучше найти общий язык между собой.

«Скорее всего, он скорее найдёт общий язык с таким молодым парнем, как Цзюнь Мосе…»

К сожалению, они до сих пор не знали, что эксперт Иллюзорного Океана Крови из чувства мести вовлёк их в личные отношения между тремя влиятельными семьями и семьёй Хуан! Кроме того, после этого возник довольно громкий конфликт. И это потому, что Иллюзорный Океан Крови пытался выкрасть таблетки у семьи Цзюнь, демонстрируя свою «силу». На самом деле лучший эксперт Иллюзорного Океана Крови — Хуан Тай Ян — уже потерял свою жизнь в резиденции семьи Цзюнь!

Можно сказать, что эти две стороны уже были непримиримы…

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин наверняка почувствовали бы себя очень подавленными, если бы узнали об этом. И это потому, что Иллюзорный Океан Крови должен был представлять три священные земли в этих переговорах с Цзюнь Мосе. Поэтому их дело вообще не имело шансов на успех!

На самом деле не было бы никакой надежды, даже если бы Лорд Иллюзорного Океана Крови лично встал на колени и умолял Цзюнь Мосе вместо переговоров…

- Молодой господин Цзюнь? Я – молодой Лорд Иллюзорного Океана Крови – Хуан Сяо, – Хуан Сяо мрачно посмотрел на Цзюнь Мосе. Его выражение лица было злобным, как у гадюки. Давление силы появилось из его тела, когда он заговорил. И эта сила начала давить на Цзюнь Мосе!

План Хуан Сяо был очень тираническим, но эффективным. Его культивация Суань уже достигла третьего уровня Суань Духа. Поэтому он планировал использовать свою превосходящую силу, чтобы подавить желание противника спорить и сражаться. И Цзюнь Мосе, очевидно, должен был подчиниться доминированию Хуан Сяо на этих переговорах, так как он попал бы в невыгодное положение. Разве три священные земли не могут взять всё, что они пожелают, как только они захотят?

Глава 530.2. Принуждение трех священных земель

- Да, я с нетерпением ждал встречи с вами. Я действительно с большим нетерпением ждал этой встречи. В конце концов, знать человека по его репутации не так хорошо, как встретиться с ним лично. И вы действительно выглядите лучше, когда я вижу вас лично. Молодой Лорд Хуан Сяо – действительно очень сильный эксперт. Этот Цзюнь Мосе восхищается вами! Я очень вами восхищаюсь! – Цзюнь Мосе вежливо поприветствовал его. Он всё ещё сидел со скрещенными ногами. Мосе даже улыбнулся, посмотрев на Хуан Сяо. Тем не менее молодой господин Цзюнь выглядел так, как будто смотрел на клоуна, выступающего у дороги.

Импульс силы Хуан Сяо ударил Цзюнь Мосе, словно цунами. Однако этот ужасный импульс внезапно стих так же, как морская волна, столкнувшаяся с рифом. Сильный и свирепый импульс ударил Цзюнь Мосе прямо в лицо, но он даже не почувствовал этого.

Хуан Сяо напротив вдруг почувствовал, как будто он нанёс мощный удар по огромному камню, обмотанному мешковиной, «чтобы было помягче».

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин нахмурились; их зрачки тоже сузились. В конце концов, этого было достаточно, чтобы доказать, что мирские слухи не были полностью беспочвенными; у семьи Цзюнь был чрезвычайно мощный и непревзойдённый эксперт. Они были намного сильнее, чем Хуан Сяо. Тем не менее, проанализировав ситуацию, они поняли, что даже они не смогли бы справиться с таким давлением со стороны Хуан Сяо. Более того, они, конечно, не смогли бы оставаться такими спокойными и расслабленными, как Цзюнь Мосе.

Все заметили, что «фея» слегка приподняла веки. И давление Хуан Сяо превратилось в ничто в результате. Они знали, что Цзюнь Мосе мог выдержать такой удар. Но он бы не сделал этого с такой лёгкостью… Но Мэй Сюэ Янь могла это сделать и сделала.

«Ты хочешь показать мне свою силу? Давай, ублюдок, я покажу тебе свою силу! Посмотрим, кто сильнее!»

Остальные эксперты из трёх священных земель оставались на своих местах. Они не пытались выставлять напоказ свои сильные стороны. Однако они знали силу давления Хуан Сяо. Даже эксперт Суань Духа почувствовал бы себя… «некомфортно», если бы он сидел под таким ударом. Тем не менее Цзюнь Мосе сидел всё так же. Следовательно, все были ошеломлены.

«Цзюнь Мосе может быть исключительным. Но ему меньше двадцати! Какой же учитель должен быть у него, чтобы его ученик с лёгкостью парировал такой удар?»

- Ты слишком добр и смиренен. Молодой господин Цзюнь очень перспективный талант. Твоя сила Суань удивительна. Кроме того, защита семьи Цзюнь просто непроницаема. На самом деле это действительно достойно восхищения, – заговорил Хуан Сяо мрачным голосом.

- Молодой Лорд, вы нам льстите. Семья Цзюнь – просто мирская семья. Как мы можем достичь высот мира, как три священные земли? Нашей силы может хватить только, чтобы справиться с презренными тварями – ворами, что пытаются обворовать нас. Однако если бы какой-нибудь по-настоящему могущественный эксперт пришел ограбить нас... тогда... Хе-хе-хе... – скромно ответил Цзюнь Мосе. Выражение его лица казалось очень искренним.

Лицо Хуан Сяо покраснело, и он мгновенно рассердился. Слова Цзюнь Мосе можно было бы считать скромными. Но как мог Хуан Сяо не понять истинного смысла?

«Презренными тварями – ворами? И он так говорит о старшем Хуан Тай Яне? Но это был человек из моего Иллюзорного Океана Крови!»

- Ха, этот молодой Лорд должен признать, что он не может сравниться с молодым господином Цзюнь, когда дело доходит до искусства слова. Однако перед нами стоит вопрос, связанный с безопасностью будущего всего мира. Разумеется, этот вопрос также предполагает выживание и благополучие простых людей. Поэтому мы пришли сюда с надеждой, что молодой господин Цзюнь сможет дать несколько ответов, – глаза Хуан Сяо вспыхнули гневом, и он медленно процедил сквозь зубы.

Цзюнь Мосе потерял дар речи на некоторое время:

«Как эти люди из так называемых "священных земель" могут вести себя подобным образом? Они болтают здесь о будущем континента и накрывают сверху упоминанием о благополучии простых людей! Вы искренне верите, что представляете их интересы?»

«Кроме того... этот Хуан Сяо ничего не понимает. Даже обычный эксперт Суань Неба может замедлить своё старение. Поэтому такому человеку внешне примерно тридцать-сорок лет, хотя на самом деле – вдвое больше. Но это не делает его "молодым Лордом"!»

Контакт, который произошёл минуту назад, позволил Цзюнь Мосе определить, что этот молодой Лорд имеет культивацию уровня Духа Суань, и его возраст составляет около пятидесяти лет. Можно сказать, что он очень быстро попал в сферу Духа Суань. Однако его реальный возраст и внешность казались весьма взаимодополняющими. На самом деле это казалось очень уместным…

«Я вижу только полустарика. Но этот полустарый пень всё ещё называет себя "молодым Лордом". Меня от этого тошнит! Условные обращения, такие как "молодой господин", "молодая леди", "молодой Лорд" и так далее, имеют некоторые ограничения. Все знают, что возраст молодого господина – около семнадцати-восемнадцати лет. Даже в двадцать или в тридцать лет человек еще может претендовать на такое «звание». Однако кто-то должен испытывать неловкость, называя себя «Молодым», если ему больше сорока лет... Кто-нибудь видел старика, который называет себя «молодой господин»?»

Цзюнь Мосе искренне хотел сказать...

«Ты стар. Так что прекрати эту чушь про «Молодого Лорда»!»

- Молодой... кхм… лорд, ты можешь быть немного более прямым в своих словах. Я немного туповат. Поэтому я не могу понять, какое отношение я имею к будущему простых людей всего континента? Тем не менее я нахожу это отличным комплиментом! – Цзюнь Мосе намеренно закашлял в той части про «Молодого Лорда». В результате разрыв между этими двумя словами стал совершенно очевидным. Эксперты Неуловимого Мира Бессмертных и Великого Золотого Города захихикали сквозь зубы…

Хуан Сяо покраснел. Затем он сердито ответил:

- Этот молодой... кхм… Лорд хочет спросить тебя о том, сколько у тебя таблеток для закалки костей... и где тот человек, который создал эти таблетки? Он – очень важный человек в этом деле. Но ты – ничтожный человек, Цзюнь Мосе. Так что ты, разумеется, никто!

Его спровоцировали слова Цзюнь Мосе. Поэтому он не смог успокоиться и начал болтать «не по тексту». Но, гневаясь, он случайно произнёс «Молодой Лорд», как и Цзюнь Мосе. Сразу же последовал ещё более громкий взрыв смеха и издевательств. Эксперты из Иллюзорного Океана Крови смогли сдержать себя. Но как эксперты из двух других священных земель могли выдержать такое «представление» с каменными лицами?

Хуан Сяо побагровел от такой неловкости. Ещё немного и он просто потеряет рассудок от гнева. Даже судьбоносное начало его слов потеряло свою силу к концу его речи.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин внезапно подумали:

«Это плохо. Ходят слухи, что этот третий господин Цзюнь – бесстрашный человек, который действует без оглядки на последствия. Вопрос Хуан Сяо может привести все переговоры в тупик!»

Глава 531.1. Вы хотите ещё? Хорошо. А, вы тоже хотите? Нет!

Все произошло именно так, как они ожидали.

Цзюнь Мосе усмехнулся. Затем он опустил глаза и начал говорить:

- Молодой Лорд Хуан пытается допросить меня? Ха-ха-ха! Вы сказали, что человек из семьи Цзюнь не имеет никакого значения в ваших глазах, высокопоставленных людей! Но зачем же вы пришли сюда, если это так?

- И что, если мы хотим допросить тебя? Нас волнует только будущее простых людей. Ты уже сказал то, чего не должен был! Цзюнь Мосе, подумай ещё раз; ты хочешь стать вечным грешником?

Хуан Сяо огляделся. Затем он внезапно сверкнул злой улыбкой:

- Здесь присутствуют эксперты из каждой из трех священных земель. Но ты – всего лишь молодой господин из обычной семьи. Как ты сможешь противостоять нам? Я использую эту возможность, чтобы рассчитаться с тобой! Ты посмел перечить людям из моего Иллюзорного Океана Крови? Ты – покойник!

Нин Ву Цин вздохнул. Его сердце наполнилось презрением:

«Одного взгляда на выражение лица этого молодого Лорда достаточно, чтобы понять, что он не подходит для удержания позиции силы…»

- Ради будущего простых людей? Ты говоришь это просто исходя из своего превосходства. Но твоего «превосходства» явно недостаточно! – ответил Цзюнь Мосе с презрением. – Твоя сила была бы на уровне, если бы Хуан Тай Ян был здесь... но его тут нет. Так что ты сейчас и сам никто!

Ма Цзян Мин быстро повернулся. Он не хотел, чтобы ситуация снова зашла в тупик. Поэтому он воспользовался этой возможностью, чтобы сменить предмет обсуждения:

- Ха, этот старый ублюдок Хуан Тай Ян! Бог знает, как далеко он убежал! Я так давно не видел этого парня… На самом деле я даже по нему скучаю…

Хуан Сяо топнул ногой и резко заговорил:

- Цзюнь Мосе, кого ты пытаешься обмануть? Ты использовал свои хитрые уловки, чтобы убить Хуан Тай Яна! Думаешь, я ничего об этом не знаю? Я не хочу усложнять тебе жизнь сегодня. Но трудно было представить, что ты зайдёшь так далеко. Кто бы мог подумать, что ты такой урод! Враг Иллюзорного Океана Крови – враг трёх священных земель! А враг трёх священных земель – враг всего мира. Ты должен считать себя счастливчиком, что этот молодой Лорд готов дать тебе прощение за эти таблетки и их создателя! Иначе…

- Что?! – Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин чуть челюсти на пол не уронили. Их глаза одновременно широко раскрылись, а тела застыли. Нет, они не были намерены принимать участие в бестолковом монологе Хуан Сяо. Это было потому, что их внимание привлекла определённая информация...

«Хуан Тай Ян мёртв? И он был убит этим подростком?»

«Он использовал дешёвый трюк? Это самая смешная шутка на свете! Какой обман можно использовать, чтобы убить эксперта выше уровня Великого Мастера? Будет ли кто-то сильнее, чем Великий Мастер, иметь какую-либо ценность, если можно было бы использовать против них какие-то дешёвые трюки?»

«Мы уже поняли, что за семьёй Цзюнь стоит чрезвычайно сильный эксперт. На самом деле я считал, что этот человек может быть таким же сильным, как я. Тем не менее, кажется, что я недооценил этого человека... какая сила смогла бы подавить Хуан Тай Яна до такого состояния, когда он даже не смог сбежать, спасая свою жизнь? Это было бы невозможно, даже если бы я работал вместе с Ма Цзян Мином! Этот... этот их эксперт ещё сильнее?»

Свет блеснул в глаза Нин Ву Цина. Этот свет, казалось, налился силой, когда он посмотрел на Цзюнь Мосе и медленно спросил:

- Это правда? Хуан Тай Ян был убит тобой?

Массивное духовное давление вырвалось из его тела, когда он спросил это.

Сила Нин Ву Цина была намного выше силы Хуан Сяо. На этот раз сдержанность молодого господина Цзюнь подвела его: он слегка сморщил брови.

Мэй Сюэ Янь сидела рядом с Цзюнь Мосе, спокойно и расслабленно. Тем не менее это внезапное и ужасное давление со стороны Нин Ву Цина заставило её действовать. Она не двигалась, она просто подняла голову и просто посмотрела в глаза Нин Ву Цина.

Бум!

Казалось, что их зрительный контакт разрушил тишину. Странная и бесформенная сила, казалось, разлилась во все стороны комнаты. Одежды затрепетали, словно от ветра; Ма Цзян Мин был единственным, кого это не коснулось.

Голову Нин Ву Цина внезапно отбросило назад, будто он решил полюбоваться небом, не вставая со стула. Его аккуратно расчёсанные белые волосы развевались позади. Но уже через пару секунд волосы перестали развеваться, а его тело медленно выпрямилось и вернулось в первоначальное положение. Но на его лице было достойное и серьёзное выражение. Казалось, будто он сидел лицом к лицу со своим кровным врагом!

«Кажется, что этот человек с лёгкостью может представлять угрозу для моей жизни. На самом деле, вполне возможно, что этот человек достаточно силён, чтобы убить всех нас одним махом!»

Мэй Сюэ Янь оставалась неподвижной, но её глаза просто сквозили холодом. Её волосы, окружающие прекрасное лицо, сейчас были живописно разбросаны по плечам. Более того, они трепетали, словно в замедленной съёмке. Это только добавляло ей красоты.

«Я не ожидал, что эта девушка окажется экспертом в… своей области. Вот почему я не смог проявить должного уважения сначала», – Нин Ву Цин внезапно начал излучать боевую ауру, словно острый и обнажённый меч. Казалось, что этот меч висел между небом и землей, готовясь нанести удар, а его сияние пронизывало всё.

«Меня беспокоит, что я не проявил должных манер, но я не собираюсь терять уважение человека, который стоит на пике своего поколения!»

- Нельзя запугивать людей именем трёх священных земель! – Мэй Сюэ Янь холодно заговорила. – Три священные земли получали величие бесчисленное количество лет... на их достижения нельзя смотреть свысока, это правда. Но вы не должны никого запугивать, используя их! Нин Ву Цин, Ма Цзян Мин и Хуан Сяо... вы трое ведёте себя, как последние моральные уроды!

- Могу я спросить, кто эта девушка? – пламя гнева разгорелось в глазах Ма Цзян Мина; он был готов сражаться.

Глава 531.2. Вы хотите ещё? Хорошо. А, вы тоже хотите? Нет!

- Это моя жена, я сказал это всего минуту назад. Или твоих мозгов не хватило, чтобы это понять? Три священные земли хотят запугать слабую женщину? – Цзюнь Мосе чеканил каждое слово. – Запугивать чью-то жену, ещё и в их собственном доме... Так ведут себя мужчины из трёх великих священных земель? Это то, о чем вы постоянно повторяете, да? Это ваша «благородная цель» по отношению к простым людям? Это то, что вы намерены сделать для будущего континента? Или у меня что-то с глазами, и комната полна каких-то сумасшедших истеричных баб?

Нин Ву Цин заставил себя улыбнуться:

«Этот парень точно знает, как и что говорить. Он говорит, что его так называемая «жена» слаба. Думаю, что исходя из этой аналогии я не смог бы найти в мире ни одного сильного мужчину!»

Нин Ву Цин взмахнул руками, снимая давление, чтобы показать всем, что он не собирается сражаться. Затем он улыбнулся и сказал:

- Наша реальная забота заключалась в том, что... возможно, молодой господин Цзюнь не знает, что эти таблетки слишком сильны. Более того, мы боялись, что эти таблетки могут быть использованы в злых целях, если они попадут не в те руки... поэтому мы только хотели бы обеспечить безопасность этих таблеток. Тем не менее нам не нужно беспокоиться, так как эксперты семьи Цзюнь могут гарантировать безопасность этих таблеток... мы были под впечатлением, что молодой господин Цзюнь не знал достаточно о своих таблетках... И мы – люди трёх священных земель – должны были знать, что всё в порядке... однако, похоже, что нам нужно пересмотреть наше… беспокойство.

Слова Нин Ву Цина не были очевидными, но они и не были сказаны бесцельно. И Цзюнь Мосе уже понял намёк:

«Мы не можем заставить тебя именно сейчас…»

Цзюнь Мосе криво ухмыльнулся и пробормотал про себя:

«Вы, возможно, думаете, что вы стали сильнее. Но что вы подумаете об этом сейчас? Я убью вас, если вы посмеете снова связаться с нами!»

Тем не менее Цзюнь Мосе понимал этих людей.

«Кто не хотел бы получить ещё таких Божественных таблеток? Кто бы не хотел держать их при себе? Тем не менее лучше было сказать это вслух, чем играть так грязно. Произнося это вслух, ты можешь выглядеть плохим человеком. Но ты, по крайней мере, был бы плохим человеком, но с высокой моралью!»

- Хорошо, давайте вернёмся к сути вопроса. Я представляю Неуловимый Мир Бессмертных в этом обсуждении, – Нин Ву Цин посмотрел на Мэй Сюэ Янь и сдержал свой страх перед последствиями. – Лидер моей Священной Земли дал мне строгий приказ нанять человека, который способен создать эти таблетки. Я должен отвезти этого человека в Неуловимый Мир Бессмертных. Тем не менее этот вопрос... не стоит обсуждения сейчас. Поэтому я просто отвезу купленные таблетки в Неуловимый Мир Бессмертных. Однако я хотел бы попросить ещё одну партию таблеток. Но я не знаю, согласится ли молодой господин Цзюнь на это. Приняв это, он бы упростил эту задачу для меня.

Правила аукциона гласили, что у одной фракции или семьи может быть только одна партия таблеток. Даже три священные земли не были исключением из этого правила. И Нин Ву Цин, очевидно, знал это. Но он использовал своё положение и уважение, чтобы попросить ещё одну партию. Тем не менее он дал Цзюнь Мосе возможность сохранить лицо, озвучив свою просьбу таким образом. Он просил у него помощи со всем уважением, и отказать было бы не совсем вежливо…

Цзюнь Мосе продолжал молчать; он ждал ответа от Мэй Сюэ Янь. В конце концов, он знал, что Мэй Сюэ Янь, должно быть, слышала о том, что произошло в лесу Тянь Фа. Существовало соперничество между старшим братом Мэй Сюэ Янь – Почтенным Мэем – и Неуловимым Миром Бессмертных. На самом деле они даже ненавидели друг друга. Поэтому Цзюнь Мосе считал важным знать мнение Мэй Сюэ Янь. На самом деле он был готов отклонить просьбу, если Мэй Сюэ Янь не захочет продавать им ещё одну партию таблеток!

- Я считаю, что это не так уж и невыполнимо. Я могу позволить, если вы хотите купить ещё только одну партию, – мягко сказала Мэй Сюэ Янь. – Однако вам нужно будет заявить об этом публично. Кроме того, вы получите ещё только одну партию. И вам придётся заплатить самую высокую ставку на аукционе в качестве цены за эту дополнительную партию таблеток. Мы верим вашей репутации и разрешаем продажу ещё одного лота. И, как вы понимаете, мы делаем для вас исключение. Поэтому мистер Нин может отказаться от сделки, если у него есть возражения.

У Цзюнь Мосе были смешанные чувства по этому поводу:

«Мэй Сюэ Янь недолго думала, прежде чем принять решение. Это указывает на то, что она думает о приближающейся битве за захват небес. И это, по-прежнему, самое важное для неё...»

«Действительно, она смотрит на всю картину в общем! Она – зверь Суань, но её мотивы достойны благодарности! Три священные земли болтают о своих заботах о будущем простых людей, но они заняты борьбой друг против друга на самом деле. Этим людям должно быть стыдно перед ней!»

- Это условие разумно. По рукам! Большое спасибо! – Нин Ву Цин сразу согласился на эту сделку. Дело, ради которого он приехал, выполнить было невозможно. Поэтому он стал стремиться к достижению наибольшего преимущества. Он вернётся и доложит об этом. Тогда уже Императрица примет окончательное решение. Тем не менее приобретение даже одной дополнительной партии таблеток было бонусом на данный момент. Что касается вопроса об уплате самой высокой цены, он не заботился об этом…

В конце концов, золото и серебро были лишь мирским достоянием в его глазах.

- Великий Золотой Город тоже хотел бы ещё одну партию! – Ма Цзян Мин, очевидно, не хотел отставать от Нин Ву Цина. Поэтому он тоже попросил ещё одну партию.

- Конечно! Условия остаются теми же, что и для Неуловимого Мира Бессмертных! – Мэй Сюэ Янь холодно посмотрела на него. Она ясно видела убийственные намерения Ма Цзян Мина в его глазах. Но она всё равно согласилась. Это было только потому, что Мэй Сюэ Янь знала, что Битва за захват небес скоро начнётся.

- Наш Иллюзорный Океан Крови также... – Хуан Сяо даже не закончил говорить, когда Цзюнь Мосе грубо прервал его. Молодой господин Цзюнь, очевидно, сделал это, потому что боялся, что Мэй Сюэ Янь согласится и с этим. В конце концов, она всё ещё думает обо всей картине в целом... – Иллюзорный океан крови выбыл с аукциона.

Иллюзорный Океан Крови уже стал их врагом. И он всё ещё должен давать им дополнительные таблетки?

- Что? Почему? – Хуан Сяо яростно вскочил с места. Он почувствовал, как кровь приливает к лицу. – Цзюнь Мосе! Ты посмел унизить меня?!

Неуловимый Мир Бессмертных попросил ещё одну партию, и его запрос удовлетворили. Великий Золотой Город тоже попросил «добавки». И его приняли. Тем не менее Иллюзорному Океану Крови было отказано, когда они выдвинули ту же просьбу! Это спровоцировало пять человек из Иллюзорного океана крови. Ведь это был знатный плевок в лицо!

Лица этих пяти человек исказились от гнева!

Глава 532.1. Человек не может быть слишком бессовестным!

Цзюнь Мосе резко поднял голову, чтобы посмотреть на них. Затем он сказал:

- Почему? Потому что в трёх священных землях, как выяснилось, есть и хорошие, и плохие люди! Статус Неуловимого Мира Бессмертных и Великого Золотого Города высок и величественен. Но они всё равно осознают тот факт, что они должны следовать правилам нашего, обычного мира, так как они здесь в этот момент. Никто не знает, каким будет будущее. Но я по-прежнему верю, что эти две священные земли достойны уважения. Ну, или они, по крайней мере, не такие презренные, как твой Иллюзорный Океан Крови! Кроме того, я считаю, что две священные земли, безусловно, купили эти таблетки, чтобы подготовиться к Битве за захват небес. На самом деле я бы отдал эти таблетки в подарок, если бы не продавал их здесь.

Цзюнь Мосе сказал эти слова, чтобы польстить людям из Неуловимого Мира Бессмертных и Великому Золотому Городу. Однако он также оскорбил Иллюзорный Океан Крови, сделав так. Фактически его слова автоматически провели черту между ними. Все знали его намерения, но Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город достигли своих целей. Так зачем им беспокоиться о проблемах других людей? Поэтому Цзюнь Мосе оценил, что они больше не будут объединяться против него.

Ноздри Хуан Сяо расширились от гнева. Всё его лицо покраснело. Его гнев поднялся, как гора, и он закричал:

- Ты думаешь, Иллюзорный Океан Крови не готовится к Битве за захват небес? Думаешь, Иллюзорный Океан Крови работает только на меня? Цзюнь Мосе, ты посмел унизить наш Иллюзорный Океан Крови! Ты пытаешься раздуть вражду?

- Я? Интересно у тебя получается! Я видел только трёх человек из Иллюзорного Океана Крови, которые пришли к семье Цзюнь втихую, чтобы украсть эти таблетки. Более того, им даже не было стыдно, когда мы их обнаружили. Наоборот, они нагло шантажировали нас. И более того, они даже использовали свою силу и угрожали уничтожить мою семью Цзюнь. Они силой и угрозами убийства пытались заставить нас отдать таблетки, – глаза Цзюнь Мосе смотрели на Хуан Сяо так, что, казалось, ещё секунда – и его одежда задымится. – Первая волна атаки не сработала. И после этого вы, как подлые крысы, вместо извинений прислали эксперта, который был выше уровня Великого Мастера – Хуан Тай Яна! Даже он пришёл в наш дом, чтобы украсть наше имущество, как крыса или собака! Кроме того, когда его обнаружили, он угрожал убить девять поколений моей семьи! Такого подлого и низкого поведения ещё никто не видел. Я боюсь, что моя семья Цзюнь давно бы вымерла, если бы у нас не было сил для самообороны от таких вот крыс. Даже этот аукцион не состоялся бы в таком случае. Но несмотря ни на что, я восхищаюсь тобой, Хуан Сяо. В конце концов, ты даже не пришёл забрать их тела для похорон, когда твои низкие и мерзкие планы провалились. Как ты можешь быть настолько бессовестным, чтобы говорить мне о чести или о том, что я раздуваю вражду?

От переизбытка чувств он сплюнул на пол. Затем он продолжил презрительным тоном:

- Хуан Сяо, как ты достиг такого уровня бесстыдства? Это уникальная магическая сила вашего Иллюзорного Океана Крови? Ты действительно не имеешь равных во всём мире. Тебе не должно быть равных, когда дело касается бесстыдства, верно?

- Это действительно было так? – Нин Ву Цин нахмурился. Его лицо помрачнело, а взгляд, как острый меч, обратился к Хуан Сяо. Лицо Ма Цзян Мина тоже выражало презрение. Великий Золотой Город также хотел эти волшебные пилюли; они тоже хотели найти человека, который их создал. Но они бы никогда не повели себя так низко, как Иллюзорный Океан Крови!

- Это всё полная чушь! – кровь прилила к лицу Хуан Сяо. Он вдруг почувствовал стыд под пристальным взглядом этих десяти экспертов из двух других священных земель. Поэтому он снова пошёл в атаку:

- Цзюнь Мосе, это ложь и клевета!

- Я несу какую-то чушь? Ложь и клевета? Хуан Сяо! Разве ты не послал двух своих экспертов уровня Великого Мастера, чтобы разрушить врата резиденции семьи Цзюнь той ночью? Разве они не вторглись во двор, где живут женщины семьи Цзюнь? Или они не были твоими подчинёнными, из твоего Иллюзорного Океана Крови? Разве не ты приказал им сделать это? Ты – «молодой Лорд» Иллюзорного Океана Крови. Так как ты можешь не знать об этом поступке твоих подчинённых, которые даже пёрнуть без твоего разрешения боятся? – Цзюнь Мосе прервал его и спросил холодным тоном.

- Это – полная чепуха! Они действовали по указанию Хуан Тай Яна. Как я мог им приказать? – Хуан Сяо пробормотал под пристальным взглядом Нин Ву Цина, Ма Цзян Мина и Мэй Сюэ Янь. У него не было времени выдумывать. Поэтому он выпалил правду.

- По указанию Хуан Тай Яна? Может быть, Хуан Тай Ян и отдал приказ. Но разве Хуан Тай Ян не был человеком из твоего Иллюзорного Океана Крови? Ты сваливаешь вину на мертвеца? У тебя не хватает смелости признать! Как ты думаешь, ты можешь уйти от ответственности? Это просто смешно! – Цзюнь Мосе насмешливо улыбнулся.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин тяжело вздохнули.

«Он только что сказал Цзюнь Мосе, что Хуан Тай Ян приказал людям сделать это? Да это... этот молодой Лорд Иллюзорного Океана Крови говорит, не используя свои мозги! Разве приказы Хуан Тай Яна не вытекают из инструкций твоего отца? Чем это отличается от прямого приказа от Хуан Аобо?»

«Кроме того – ты молодой Лорд! Хуан Тай Ян, возможно, отдал приказ. Но этот человек уже мёртв. А ты все ещё остаёшься Лордом. Так что ты должен взять на себя ответственность за эти дела. Но ты не готов к этому. Вместо этого ты придумываешь истории и оправдания. Да ты заставишь твоих же подчинённых смеяться над тобой…»

- Хорошо, я тоже буду честен в таком случае! Хуан Тай Ян лично пришёл на следующую ночь. Он бесстрашно встал на самую высокую башню резиденции семьи Цзюнь. Его действия и слова были дикими и своенравными. Его голос был таким уверенным, будто мы ему по гроб жизни должны. Его шаги могли запугать весь город Тянсян. Таким образом, можно сказать, что все заметили его «прибытие». Никто во всём городе не знал, выживет ли кто-нибудь из моей семьи Цзюнь или нет. Некоторые даже думали, что мы были уничтожены той ночью. Моя семья Цзюнь стала посмешищем во всей столице из-за этого дела. Моя семья Цзюнь итак переживала трудные времена последние несколько лет. Но никто никогда не смел топтать нашу репутацию таким образом. И так было даже тогда, когда мы столкнулись с самыми худшими временами. Итак, я осмелюсь спросить молодого Лорда, хочет ли он всё ещё сказать, что этот вопрос был полностью произвольным действием со стороны Хуан Тай Яна?! Это не было одобрено тобой? Ты всё ещё будешь притворяться, что не знал об этом? Разве это не делает тебя слишком жалким для должности Лорда, который должен командовать своими людьми?

Глава 532.2. Человек не может быть слишком бессовестным!

Цзюнь Мосе лукаво улыбался. Однако его тон не был ни спокойным, ни расслабленным; он задавал эти вопросы очень настойчиво и твёрдо.

Хуан Сяо был ошеломлён. В конце концов, он просто не мог отрицать этих фактов. Он даже не мог винить Цзюнь Мосе, хотя он ещё не всё сказал о случившемся. В конце концов, инцидент произошел потому, что семья Хуан намеренно исказила правду; они планировали использовать силу Хуан Тай Яна и Иллюзорного Океана Крови, чтобы подавить три влиятельные семьи. Хуан Тай Ян вмешался, потому что он был связан с семьей Хуан. Это в какой-то степени было понятно. Но факт оставался фактом, что это произошло из-за ошибки семьи Хуан. Поэтому было бы бессмысленно поднимать эти причины…

На самом деле было бы совершенно бессмысленно говорить об этом. В конце концов, эти слова не имели бы никакого смысла.

И это потому, что намерения Хуан Тай Яна включали две цели – сначала стояла месть. А во-вторых, эти чудесные таблетки! Кроме того, одна вещь была очень очевидна в этот момент — Иллюзорный Океан Крови намеревался забрать все таблетки себе; они не планировали оставлять даже немного для кого-либо ещё!

Многие из присутствующих были опытны в мирских делах. Как они могли этого не понять? Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин смотрели на Хуан Сяо холодными глазами, как только они поняли этот вопрос:

«К счастью, у семьи Цзюнь было несколько экспертов, чтобы отследить и отразить атаки Иллюзорного Океана Крови…»

Цзюнь Мосе фыркнул. Затем он повернулся к Нин Ву Цину и Ма Цзян Мину и сказал:

- Нет необходимости говорить, что его просьба не имеет смысла. Оба старших, видимо, понимают, что произошло дальше? Наша семья Цзюнь уже отбила две атаки, которые послал Иллюзорный Океан Крови. Мы убили тех, кто пришёл в семью Цзюнь, чтобы украсть таблетки. И среди них был человек выше уровня Великого Мастера – Хуан Тай Ян. Теперь, я хотел бы спросить двух старших... Иллюзорный Океан Крови сможет забыть об этом, как только они узнают? Я даже не говорю о том, что они попросят прощения.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин улыбнулись:

«А это необходимо спрашивать? Ты убил человека из их фракции. Так что не важно, кто был прав, а кто виноват... или в чём была причина. Этот инцидент уже завязал узел вражды между двумя сторонами. Это мир, где сжатый кулак является абсолютным аргументом. Так что кто будет готов принять такую пощёчину молча, даже если она заслужена? И это становится ещё очевиднее, когда вспоминаешь о высокомерии Иллюзорного Океана Крови…»

- Из выражений лиц двух старших довольно ясно, что Иллюзорный Океан крови не забудет об этом инциденте, пока не отомстит кровью за кровь. Поведение людей из Иллюзорного Океана Крови изначально было неправильным. Но они по-прежнему являются частью трёх священных земель. Таким образом, они не примут такого удара. Поэтому семья Цзюнь стоит на острие меча сейчас. Куда бы мы ни пошли – мы порежемся! Так зачем мне отдавать таблетки Иллюзорному Океану Крови? Почему я должен помогать им в воспитании талантливых людей, которые скоро придут и будут пытаться меня же убить?

Выражение лица Цзюнь Мосе было очень искренним. Его голос был оскорблённым, когда он продолжил:

- Аристократический дом – это деловой дом. И его правила никогда не нарушались. Это правда, что этот Аукционный дом должен был продать вам только двадцать пилюль из-за своих правил и ограничений. Но у меня не было выбора, кроме как продать дополнительные таблетки, так как я думал о Битве за захват небес. Это можно было бы рассматривать как вклад моей семьи Цзюнь в дела простых людей материка! Не нужно много говорить об этом. В конце концов, дала бы семья Цзюнь двадцать этих пилюль своему врагу всего за триста тысяч золотом? Но мы всё равно это сделали. Однако Иллюзорный Океан Крови всё ещё занимается самообманом. Они всё ещё хотят наслаждаться тем же отношением, что и Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город. Проснись и посмотри, что ты натворил с моей семьёй!

Слова Цзюнь Мосе ясно показывали, что он принял решение.

И причина была оправдана в любом случае:

«Ты убьешь меня, если я не дам тебе таблетки! И я буду мёртв, если отдам тебе таблетки. Так зачем мне отдавать их тебе?»

«Зачем мне отдавать эти ценные таблетки врагу? Не было бы разве глупостью сделать эту ошибку?»

Тем не менее Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин радовались несчастьям других.

«Эффективность этой таблетки настолько волшебна! Я попробовал сам! Две наши фракции будут иметь по сорок таблеток, в то время как Иллюзорный Океан Крови будет иметь только двадцать. Таким образом, силы Иллюзорного Океана Крови будут намного меньше, чем две другие стороны в будущем! И это означает, что мы сможем легко выиграть в случае возникновения каких-либо споров в будущем...»

Оба мужчины были так обрадованы этой мыслью, что даже подумывали отблагодарить Цзюнь Мосе за это.

Однако сейчас было не время смеяться…

Хуан Сяо дрожал с головы до ног. Он уставился на Цзюнь Мосе и с горечью проговорил:

- Цзюнь Мосе, ты... не делай того, о чём потом пожалеешь!

Цзюнь Мосе фыркнул ему в лицо и ответил:

- Я уверен в том, что ты хочешь сказать и дальше — Жди мести моего Иллюзорного Океана Крови! Так? – он посмотрел на Хуан Сяо со смехом и продолжил. – Этот молодой Лорд... Блин, да я не могу! Мне стыдно называть тебя так, когда я смотрю на твой возраст. Но, наверное, мне всё равно придется называть тебя – молодым Лордом, да? В любом случае могу я спросить кое-что? Хуан Тай Ян умер от рук моей семьи Цзюнь. Но давай я продам тебе эти таблетки... или даже отдам партию бесплатно... тогда твой сраный Океан забудет о мести? А ты забудешь? Ну?

Хуан Сяо аж замер на месте:

«Эксперт, который был выше уровня Великого Мастера, умер за это. Итак, как мы можем отпустить тебя так легко? Сколько людей в этом мире выше уровня Великого Мастера? Никто никогда не будет бояться силы Иллюзорного Океана Крови, если мы откажемся от мести из-за каких-то таблеток!»

Цзюнь Мосе фыркнул:

- Дело уже зашло так далеко. Так что нет смысла это обсуждать. На самом деле, я ждал твоей мести с того дня, как умер Хуан Тай Ян! Но ты приходишь и просишь у меня эта таблетки, но просишь-то совершенно без уважения! А, ты всё равно не поймёшь шутки… И ты хочешь убедить меня не делать то, о чём я буду сожалеть? Ты что шутишь? – он громко рассмеялся. Затем он прищурился и продолжил:

- Тебя в детстве на пол головой не роняли? А осёл не пинал? Может, тебе вместо мозга дерьма налили? Стой, погоди… Может, ты просто умственно отсталый? Это генетическое? Твой отец тоже умственно отсталый? Мне очень жаль вас в таком случае. Прости… В конце концов, вся твоя семья скоро станет безмозглой, если эта тенденция будет продолжаться... мне любопытно одно... ты ищешь себе жену? Она хоть в здравом уме? Я очень боюсь за благополучие твоего следующего поколения... в конце концов, будущие молодые... блин, я не могу просто… лорды могут родиться тоже без мозга. Разве это не приведет к ужасной катастрофе?

Глава 533.1. Подозрения

Цвет лица Хуан Сяо из зелёного стал красным. Затем из красного он стал белым. После этого его лицо приобрело нездоровый синюшный оттенок, а в глазах запылала такая жажда крови, что впору было испугаться. Он взвыл от гнева и бросился на Цзюнь Мосе. Его светлые и гладкие ладони окрасились кроваво-красным цветом, когда он был уже на полпути. И от этих ладоней стала исходить чёрная, тяжёлая энергия.

- Иссохшая костяная ладонь Океана Крови!», – заявил спокойным голосом Нин Ву Цин.

Он сказал это довольно громко, чтобы предупредить Цзюнь Мосе.

Тот в ответ лишь фыркнул. Он уже был готов к этому нападению. Искусство Разблокировки Небесной Удачи было замечательной техникой. Оно помогало перенаправить любую технику, направленную на применившего. А против более мощной техники она была ещё эффективнее. Поэтому молодой господин Цзюнь не беспокоился, даже при том, что сила молодого Лорда была на несколько уровней выше его собственной. На самом деле Цзюнь Мосе был вполне уверен в себе. В конце концов, естественные атрибуты этих двух атак попытаются контролировать друг друга, как только они столкнутся. Следовательно, сила атаки Хуан Сяо сместится в обратном направлении. Поэтому было бы абсолютно логично, если Хуан Сяо получит в ответ своим же ударом. Более того, можно было предположить, что в его сердце попадёт яд его же собственной техники, если он будет неосторожен и не использует всю свою силу, чтобы сопротивляться этой отдаче. В таком случае вполне возможно, что он может умереть на том же месте.

Раздался звук взрыва. Тело Хуан Сяо подлетело вверх со свистом. Он спиной пробил потолок и полетел вверх.

Четыре мастера из Иллюзорного Океана Крови были чрезвычайно шокированы. Через пару секунд они бросились за своим молодым Лордом, так как боялись, что он мог получить серьёзную травму.

Мэй Сюэ Янь неподвижно стояла перед Цзюнь Мосе. Она тихо, но уверенно сказала:

- Хуан Сяо, даже высокомерные люди должны знать свои границы. Тебе нужно было прийти со своим отцом – Хуан Аобо – если ты хотел поступить так глупо и необдуманно! Ты слишком слаб, чтобы так себя вести! – её голос был не очень громким, но всё равно её слова были слышны всем.

За секунду до удара Мэй Сюэ Янь просто сорвалась с места, схватила Хуан Сяо,и выбросила его. Тем не менее её движения были настолько быстрыми, что никто из присутствующих не смог увидеть её.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин были гораздо сильнее, чем остальные. Но даже они видели перед собой лишь расплывчатую, неясную тень. Затем Хуан Сяо улетел. Но, что удивительно, даже они не видели, как Мэй Сюэ Янь двигалась, и когда она успела схватить его!

Они оба посмотрели друг на друга в шоке. Такая скорость, очевидно, превзошла их знания. Это было действительно удивительно и страшно для таких самоуверенных людей!

Однако они не знали обо всём, что было до этого. Скорость Мэй Сюэ Янь была очень высокой даже несколько дней назад. Она и так была гораздо выше, чем у них. Но она не достигла такого шокирующего уровня. Но после таблетки связи жизненной силы, её скорость увеличилась в три раза. Поэтому было вполне естественно, что скорость её внезапных движений шокировала этих двух супер-экспертов.

Угрюмый крик раздался издалека. За этим последовали звуки хлопающей одежды и тяжёлые шаги. Однако эти звуки постепенно исчезли. Было очевидно, что люди из Иллюзорного Океана Крови решили уйти. И в самом деле, нельзя было найти человека, который после такого нашёл бы в себе смелость вернуться.

Можно было бы считать, что воды со всего материка будет недостаточно, чтобы смыть этот позор!

- Юная леди, могу я спросить вашу фамилию? – Нин Ву Цин удивлённо посмотрел на Мэй Сюэ Янь, после чего спросил её.

- Моя фамилия Мэй, – тихо ответила Мэй Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе уже открыл рот, чтобы увернуться от этого вопроса, но Мэй Сюэ Янь успела ответить на него.

В глазах Ма Цзян Мина и Нин Ву Цина одновременно мелькнул странный свет. Было очевидно, что фамилия «Мэй» заставила воображение этих двух мужчин разыграться. Ма Цзян Мин рассмеялся в своей обычной мрачной манере и сказал:

- Мэй... Эта фамилия... Редко я встречал людей с такой фамилией. Фактически было только три эксперта высшего уровня, которые носили эту фамилию за последние тысячу лет. Но я ничего о вас не слышал, юная леди. Вы – потомок одного из них?

- Одним из них был Мэй Гу Ин. Он потряс весь мир своей мощью около тринадцати сотен лет назад. Позже он присоединился к Неуловимому Миру Бессмертных. Тысячу лет назад он сражался в Битве за захват небес. Он пожертвовал собой, сражаясь с лидером этих чужаков, но ему удалось забрать с собой множество врагов. Разумеется, его имя стало легендой. По всему миру поют песни о его храбрости, а для нас он стал почитаемым воином. Вторым был предыдущий Владыка леса Тянь Фа – Мэй Чан Тянь. И третий сотрясает все три священные земли с тех пор, как он появился – Почтенный Мэй леса Тянь Фа… – глаза Нин Ву Цина внимательно смотрели на лицо Мэй Сюэ Янь. Его острый взгляд словно бы излучал яркие лучи света. Помолчав, он продолжил:

- Мисс Мэй, у вас отличные навыки. Вы также должны быть хорошо осведомлены. Вы слышали об этих трёх людях?

- Нет, я никогда не слышала о них, – выражение лица Мэй Сюэ Янь не дрогнуло. Она легко взглянула на Нин Ву Цина:

- Я не понимаю, что вы имеете в виду? Мне нужно рассказать вам мою биографию?

Взгляд Нин Ву Цина всего на секунду встретился со спокойными глазами Мэй Сюэ Янь. Тем не менее он вдруг почувствовал, как будто его сердце пропустило удар. Казалось, что его подобный мечу взгляд сломался и отскочил, чтобы ударить в обратном направлении. В результате он просто отступил на шаг назад:

- Нет-нет, я просто неудачно пошутил. Но, должен сказать, мисс очень доброжелательна. Пожалуйста, не вините меня.

Мэй Сюэ Янь вздохнула и пошла за Цзюнь Мосе, который уже уходил.

Нин Ву Цин моргнул. Внезапно он встал и заговорил глубоким голосом:

- Молодой господин Цзюнь, вы двое – сильная и замечательная пара. Вы можете потрясти весь мир. Значит, этот старик не будет нести чушь. Но есть одна вещь, на которую эта добродетельная пара, я считаю, должна обратить внимание.

Цзюнь Мосе остановился и сказал:

- Пожалуйста, просветите нас, старший.

Глава 533.2. Подозрения

- Я верю, что вы оба можете пойти куда угодно в этом мире, раз уж вы обладаете такой силой Суань. Но вы должны быть осторожны в случае, если вы встретите определённого человека, – борода Нин Ву Цин внезапно словно бы затрепетала на ветру, но никакого ветра не было.

- Могу я спросить, кто этот человек? Я действительно не знаю, есть ли такая сила в этом мире! – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся. Тем не менее он казался полностью уверенным в себе.

- Этот человек – Почтенный Мэй леса Тянь Фа! – глаза Нин Ву Цина загорелись: - Почтенный Мэй – Владыка леса Тянь Фа. Он не принадлежит человеческой расе. И он думает совсем по-другому. Его сердце очень злое. На самом деле он довольно бессердечный. Можно сказать, что все преступления, которые люди только придумали, он уже совершал. Он был исключительно силён, и никто не мог его контролировать! Тем не менее старший Сю однажды заключил союз с девятью мастерами, чтобы остановить его. К сожалению, Почтенному Мэю всё равно удалось сбежать. Кроме того, никто не смог найти его следов. Мы получили только одну приятную новость от этой битвы – старшему Сю удалось пронзить Почтенного Мэя своим мечом! Но старший Сю заплатил за это высокую цену. Он получил удар ногой в грудь, и такой силы, что даже такой эксперт получил ужасную травму. Ему понадобилось тридцать лет, чтобы оправиться от этого удара! Много лет после этого никто не слышал о Почтенном Мэе. На самом деле, даже никаких его следов нельзя было найти. Но потом я услышал новость, что некоторое время назад он снова появился в лесу Тянь Фа. Однако он не изменился – едва появившись, он принялся создавать хаос. И сейчас он стал ещё злее и ужаснее. Я слышал, что молодой господин Цзюнь тоже встречался с ним однажды... вы должны быть очень осторожны! Следует иметь в виду, что мир во всем мире будет нарушен, если эти божественные таблетки попадут в руки такого безумца, как Почтенный Мэй!

Цзюнь Мосе задрожал с головы до пят. Казалось, что в его сердце поселился непрекращающийся страх. Затем он сказал:

- Такая сила и правда существует в этом мире... я буду еще осторожнее. Я не позволю плохим людям преуспеть. Большое спасибо за просвещение, старший Нин.

Затем Цзюнь Мосе медленно вышел.

Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин сосредоточили свои глаза на спинах этих двух людей, и больше не говорили и слова.

Лишь когда оба повернули за угол, и их фигуры исчезли из поля зрения, голос Ма Цзян Мина зазвучал, но слышно его было только Нин Ву Цину:

- Эй, Старый Демон Цин, что ты думаешь об этом?

Нин Ву Цин покачал головой, так как он был в полной растерянности. Тем не менее его худое лицо наполнилось подозрением, когда он ответил:

- Это не точно; я не уверен.

Ма Цзян Мин произнёс:

- Какая жалость! Юн Би Чен мог бы быть увереннее, если бы он был здесь с нами.

Нин Ву Цин медленно покачал головой. Затем он сделал несколько шагов и сказал:

- После той битвы в лесу Тянь Фа было много подозрительных вещей. Звери Суань из леса Тянь Фа имеют неопределённую точку зрения. Они не нападали на подчинённых семьи Цзюнь, помнишь? И это можно считать очень подозрительным. Кроме того, этот таинственный эксперт в семье Цзюнь... и сила Суань этой Мэй явно выше нашей... но я никогда прежде не слышал о ней... кроме того, была ещё пара странных новостей некоторое время назад... Король медведей и Король тигров пришли, чтобы доставить травы в город Тянсян... Старший Ма, что ты думаешь об этом?

- Этот человек в чёрных одеждах появился в Тянь Фа, когда Почтенный Мэй присутствовал на битве тогда. Таким образом, они, очевидно, не один и тот же человек.

- Но кто, кроме Короля зверей леса Тянь Фа может приказывать такому множеству зверей Суань? Лорд твоего города и наша Императрица обладают удивительной силой, но когда дело доходит до командования зверями Суань... разве они могут это сделать? Есть какая-то связь, даже если они – не один и тот же человек!

- И что ты думаешь? – Ма Цзян Мин посмотрел на Нин Ву Цина.

- Три священные земли были лидерами материка на протяжении тысяч лет. Брат Ма, что ты думаешь о нынешней силе наших трёх священных земель? – Нин Ву Цин улыбнулся.

Ма Цзян Мин фыркнул и ответил:

- Другие не осмеливаются признать это, но текущая сила моего Великого Золотого Города намного больше, чем была в древние времена!

- Тогда, каковы наши шансы выиграть Битву за захват небес, по-твоему? – Нин Ву Цин прищурился.

- На этот раз это будет великая победа! Это уже определено! Три священные земли, безусловно, выиграют, если каждая из них прогрессировала с той же скоростью. Более того, победа будет лёгкой! – мрачно ответил Ма Цзян Мин. Тем не менее его глаза вспыхнули с чрезвычайным высокомерием, когда он добавил:

- Я не намерен смотреть свысока на этих гротескных чужаков. Но их внешность необычна... брат Нин, они могут быть очень сильными. Но насколько сильными они могут быть?

- Верно! Мы накапливали нашу силу в течение пятисот лет. Поэтому, как этого может не хватить? – выражение лица Нин Ву Цина тоже стало мрачным. – Но нам всё ещё нужно попросить лес Тянь Фа сражаться вместе с нами?

Ма Цзян Мин, казалось, был ошеломлён этим:

- Брат Нин? Ты хочешь сказать…

- Звери Тянь Фа могут трансформироваться в человеческую форму. Но могут ли они изменить свою истинную природу? У нас уже есть великие люди, необходимые, чтобы противостоять вторжению чужаков. Итак, нам всё ещё нужно полагаться на группу зверей? – Нин Ву Цин фыркнул. Затем он внезапно добавил горьким и ненавистным тоном:

- В каждой битве за последние десять тысяч лет я видел участие леса Тянь Фа! Но никто никогда не думал, что заручиться поддержкой этих зверей – это огромный позор для человечества! Мы не можем выиграть эту битву, если мы не положимся на этих зверей?

- Тем не менее Лорд нашего города по-прежнему высоко ценит зверей Суань из Тянь Фа, – пробормотал Ма Цзян Цзин.

- Но наша Императрица уже приняла решение о масштабной программе по избавлению от леса Тянь Фа! – Нин Ву Цин бросил мрачный взгляд и сказал холодным голосом. - Разве звери Суань не должны будут участвовать в битве, если мы сможем сделать их нашими питомцами? Кроме того, разве эта ситуация не должна увеличить нашу силу и оказать нам помощь?

Ма Цзян Мин был полностью шокирован этим:

- Брат Нин? Ты серьзно? Ну что, ваша благородная Императрица намеревается избавиться от зверей Суань?

- Да, это точно! – Нин Ву Цин кивнул. - Старший Ма, ты встречал Юн Би Чена... он занимает первое место среди восьми Великих Мастеров человеческого мира. Он здесь самый сильный. Но насколько сильным ты считаешь его?

- Его сила... я полагаю... Думаю, что его сила ничуть не меньше нашей! – Ма Цзян Мин задумался на секунду, но всё равно сказал «я полагаю». Но он сразу почувствовал, что его оценка была недостоверной. Поэтому он поправился:

- Однако он очень отстранён от наших дел. Он любит путешествовать. И его меньше всего интересуют мирские дела. Но его сила достигла такого уровня, что она будет считаться необычной даже на священной земле. И он мог бы даже убить нас двоих, если мы убьём его «питомца»!»

Нин Ву Цин холодно и уныло улыбнулся:

- Но что, если у нас тоже есть свои «питомцы», а?

Глава 534. Заговор!

Ма Цзян Мин был поражён. Затем он вдруг хлопнул себя по бедру и воскликнул:

- Почему я не подумал об этом? Это здорово! В этом есть смысл! – двое мужчин говорили, используя свое духовное чувство. Но сейчас он закричал от удивления. Это, очевидно, привлекло к нему всеобщее внимание. Остальные тут же покосились на него.

- Тссс! – строгий голос Нин Ву Цина достиг его. Затем Нин Ву Цин продолжил:

- Теперь ты можешь представить себе, что нам дадут такие «питомцы», не так ли? Да этот Юн Би Чен – сосунок для нас. Но его сила стремительно возросла после того, как у него появился питомец Суань... настолько, что он даже стал сильнее нас! Это огромное преимущество – иметь зверя Суань в качестве питомца!

- Верно! Нам уже сложно найти достойного соперника из-за того уровня, до которого мы дошли. Не будет ли улучшение наших сил ещё больше сродни божественным силам? Если мы заведём питомца значительной силы – это будет иметь огромное значение. И вовсе не имеет значения, даже если он несколько слабее. В конце концов, его силы всё равно будет достаточно для нашего взаимного прогресса, так как мы сможем тренироваться с ним каждый день. Мы сможем даже сделать прорыв! И никакие чужаки не смогут создать нам никаких проблем, когда придёт время… – Ма Цзян Мин произнёс эту часть вслух из чистого волнения.

- Поэтому будет лучше, если мы опустим наши личные обиды. Вместо этого, мы должны стереть это унижение, вызванное существованием Тянь Фа! И у нас также будет больше шансов на успех в Битве за захват небес, если мы сделаем это! Кроме того, эти звери Суань смогут сражаться во многих войнах намного больше, чем люди!

Нин Ву Цин улыбнулся и продолжил:

- Это именно то, что наша Императрица планировала сделать. И вот почему я лично прибыл сюда. Первое преимущество уничтожения леса Тянь Фа в том, что только три наши священные земли останутся самыми могущественными на континенте. Поэтому вся слава будет нашей. Мы также сможем смыть позор, который навлекли на нас наши предки, так как они использовали сильные стороны этих зверей Суань, чтобы защитить наш материк в течение последних тысяч лет!

Второе преимущество – каждый из нас может использовать силу отдельного зверя, и мы сможем увеличить наши силы! – Ма Цзян Мин погладил свой подбородок. Его глаза наполнились удовлетворением, и он усмехнулся. - И мы также можем взять ядро зверя Суань, когда они станут бесполезными для нас. И это тоже было бы замечательно для нас!

И есть ещё третье преимущество в этом! – произнёс Нин Ву Цин, словно вспоминая список. - Семья Цзюнь и Тянь Фа имеют хорошие отношения друг с другом! Мы можем использовать зверей, чтобы добраться до таинственного алхимика, стоящего за этими таблетками... ты понял?

Он издал длинный вздох. Затем добавил:

- Жаль, что мне немного не нравится характер этого Цзюнь Мосе. Мне не понравилось сегодняшняя с ним встреча. Но у нас нет другого выбора. Это ради будущего простого народа! Его можно принести в жертву!

- Кроме того, не будет возможности обзавестись бесконечным запасом этих таинственных таблеток в будущем? – Ма Цзян Мин проглотил одну из этих таблеток некоторое время назад. Поэтому его разум всё ещё был полон фантазий о будущем.

- Эй! Вот почему я говорю, что у тебя нет предвидения. Тебе нужны только эти таблетки? – Нин Ву Цин бросил на него глубокий взгляд и заговорил. - Аристократический дом раньше уже выставлял на аукцион три вида магических таблеток, насколько я помню. А ты желаешь только бесконечное производство таких таблеток, старший Ма? Я уверен, что должен быть четвёртый вид таблеток. Возможно, есть и пятый вид. И, кто знает, может быть, этот человек также может производить таблетки, которые позволят нам жить дольше!

Голос Ма Цзян Мина начал дрожать. Его мертвенно-бледное лицо покраснело и оставалось таким в течение долгого времени, прежде чем оно вернулось к нормальному состоянию. Затем в его глазах мелькнул таинственный луч света:

- Старший Нин, нет нужды говорить, что я пойду и доложу об этом Лорду моего города. Более того, я настоятельно посоветую ему воплотить этот план в жизнь!

- Всё это дело уже будет решено к тому времени, как ты вернёшься. Наша Императрица уже отправила сообщение Лорду вашего города. Значит, они должны вести переговоры об этом прямо сейчас. Таким образом, они, вероятно, уже придут к решению к тому времени, когда ты вернёшься! – Нин Ву Цин бросил многозначительный взгляд. - В любом случае мы должны сосредоточиться на семье Цзюнь. Тогда, я думаю, что мы должны сосредоточиться на этой женщине по имени Мэй! Кроме того, я считаю, что эта женщина Мэй может быть самым сильным звеном в семье Цзюнь.

- Это верно! – Ма Цзян Мин кивнул в знак согласия.

- Более того, я уже могу подтвердить, что эта женщина зверь Суань в человеческом обличье, – сказал Нин Ву Цин с мрачным выражением на лице. - Брат Ма, этой женщине не больше двадцати лет. Значит, она должна быть зверем Суань. В конце концов, как ещё она обладает такой ужасающей силой Суань, что даже ты и я не можем сражаться против неё? Я знаю, что некоторые люди могут увеличить свою силу Суань с помощью лекарств. Но есть множество условий для использования этих препаратов. Эксперт уровня Земли Суань может повысить свою силу до уровня Суань Неба, если дать ему шанс. А Суань Неба сможет улучшиться до Суань Духа с помощью лекарств. Я должен сказать, что дойти до уровня Духа Суань трудно, но это не невозможно. Но ты когда-нибудь видел, чтобы кто-нибудь достиг уровня Великого Мастера, как этот?

- Это совершенно очевидно! Достижение силы выше уровня Великого Мастера требует большого количества тренировок и самодисциплины. И это занимает очень много времени. Как лекарства могут так легко довести человека до такого уровня? – глаза Ма Цзян Мина загорелись, а он продолжил: - Возможно, существует небесное сокровище, которое может увеличить силу человека, как на дрожжах. Я должен сказать, что слова брата Нин звучат разумно. Это возможно, только если она зверь Суань в человеческом обличье!

- Да, именно это я и говорю! Более того, весьма вероятно, что этот человек и является Почтенным Мэем! – Нин Ву Цин стиснул зубы, когда говорил это.

- Что? Это невозможно! – Ма Цзян Мин широко раскрыл глаза. - Почтенный Мэй – мужчина! Все это знают!

- Это может быть неправдой! – Нин Ву Цин застонал. - Никто не видел истинной внешности Почтенного Мэя с тех пор, как он появился. Значит, никто не знает, кто он на самом деле. Следовательно, трудно проверить, мужчина он или женщина! Даже десять Великих Мастеров не смогли заставить его раскрыть своё тело и лицо, когда они напали на него. Тем не менее вовсе не обязательно, что он мужчина! На самом деле я даже надеюсь, что эти двое – один и тот же человек.

- Почему это? – спросил Ма Цзян Мин; он казался несколько удивлённым.

- Сила этого Почтенного Мэя не меньше, чем у нашей Императрицы. Тем не менее Короли зверей под его командованием были чрезвычайно медлительны в своём продвижении на протяжении многих лет. Поэтому ни один из них не смог превзойти Великих Мастеров. Но сила этой девушки Мэй – глубокая тайна. Она определённо сильнее нас с тобой. Поэтому нам придётся пересмотреть силу Тянь Фа, если она не Почтенный Мэй. И, боюсь, что это даже изменит наши прежние планы… – размышлял Ма Цзян Мин.

- Более того, сейчас самое время действовать. Мы смогли нанести серьёзные травмы Почтенному Мэю, несмотря на то, что не смогли препятствовать его побегу в прошлый раз. Так что, есть шанс, что он всё ещё не полностью выздоровел. А это значит, что он может быть не таким сильным, как раньше. Следовательно, его сила может быть ничем по сравнению с силой нашей Императрицы. Однако нам всё равно нужно быть очень осторожными…

Поэтому мы должны быть очень осторожны, если на этот раз нам придётся принимать серьёзные меры. Кроме того, это должно храниться в секрете, чтобы враг не был предупреждён заранее! Десять экспертов не смогли решить это дело в последний раз. Таким образом, минимум тридцать человек нужно послать для этой задачи на этот раз... – глубоко вздохнул Нин Ву Цин. - Группа из десяти экспертов будет запрошена из каждой священных земель! Тридцать экспертов наверняка смогут убить его. На самом деле это не должно оставить ему шанса даже для удачи.

- Это верно. Кроме того, Иллюзорный Океан Крови также начал питать враждебность по отношению к нему после этого инцидента. Поэтому Иллюзорный Океан Крови, скорее всего, примет активное участие, если будут предприняты какие-либо действия против него! – Ма Цзян Мин блеснул холодной улыбкой. - Старший Нин, мы сражались в течение долгого времени. Я никогда не думал, что мы соберёмся вместе, чтобы добросовестно сотрудничать друг с другом.

- Ещё не поздно разобраться в наших взаимных обидах, даже после того, как этот вопрос будет улажен, – проникновенно сказал ему Нин Ву Цин. - Нам придётся готовиться к Битве за захват небес после того, как этот вопрос отпадет. Как насчёт небольшого спора... Кто из нас сможет уничтожить большее количество чужаков? Что ты на это скажешь?

- Это звучит как замечательный план! – Ма Цзян Мин громко рассмеялся.

- Второй тур аукциона скоро начнётся. Кроме того, нам ещё нужно достать ещё по одной партии этих таблеток! – Нин Ву Цин неторопливо пошёл к дверям со слабой улыбкой на лице.

- Да, я обойду город Тянсян, чтобы встретиться кое с кем после того, как закончится аукцион, – кивнул Ма Цзян Мин и последовал за ним.

- С кем? – спросил Нин Ву Цин с некоторым интересом.

- Это один из учеников Ли У Бэя. Я бы порекомендовал его Великому Золотому Городу. Он кажется подходящим кандидатом для следующего поколения в Битве за захват небес. На самом деле я буду даже лично обучать его, если он окажется подходящим. Тогда я порекомендую его Великому Золотому городу.

Ма Цзян Мин вздохнул печальным голосом:

- Мы не смогли разгромить этих чужаков полностью, так как наши люди не могут пересечь Столп Небесных Гор. Эти «решающие» сражения раз в пятьсот лет – серьёзная проблема. Наше поколение может победить на этот раз. Но кто может быть уверен в следующем бою?

- Делайте всё, что можете, как люди, и повинуйтесь приказам Небес. Что ещё мы можем сделать для мира? Всё будет хорошо, пока мы делаем всё возможное. И будем надеяться, что последующие поколения также прислушаются к этому призыву. В любом случае... этот Ли У Бэй уже присоединился к Великому Золотому Городу?

- Нет. Но Ли У Бэй велик... и он близок к Большому Золотому Городу. Так что, его присоединение – это всего лишь вопрос времени... – воскликнул Ма Цзян Мин со странным смехом. - Чёрт возьми! Я буду тренировать величайших героев следующего поколения!

Нин Ву Цин усмехнулся и вышел, не говоря больше ни слова.

...

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь пошли прочь сразу после того, как вышли из комнаты. Тем не менее лицо Цзюнь Мосе помрачнело после того, как они убедились, что находятся далеко от линии видимости каждого. Между тем, обычно элегантное лицо Мэй Сюэ Янь несколько побледнело. Трудно было догадаться, о чём она думала…

Цзюнь Мосе крепко держал её за запястье и тянул по извилистым коридорам, пока они не дошли до Танг Юаня. Цзюнь Мосе, зайдя в комнату, протянул руку и нажал почти невидимую кнопку на стене. Внезапно послышался скрип, и перед ними открылся проход в потайную комнату. Оттуда был виден блеск сотен волшебных драгоценных камней.

Мэй Сюэ Янь растерялась. Это казалось волшебным, но она не была в правильном настроении, чтобы оценить всю красоту. Она только знала, что должна следовать за Цзюнь Мосе. Они спустились в потайную комнату и молча закрыли за собой дверь.

Лицо Цзюнь Мосе, как ни странно, выглядело довольно серьёзным и ни капли не скабрезным…

- Они подозревают тебя, – выдавил он.

- Что?! – Мэй Сюэ Янь была поражена этой новостью: - С чего им подозревать меня?

- Они сомневаются, что ты – таинственный алхимик! Они подозревают, что ты – зверь Суань в человеческом обличье. Более того, они убеждены, что ты — Владыка Тянь Фа, Почтенный Мэй! – Цзюнь Мосе сузил глаза, и в них отразился блеск драгоценных камней...

Глава 535. Почтенная Мэй... Я уже давно узнал тебя...

- Они сомневаются во мне? Ты уверен насчёт этого? Он... они всегда были недоверчивы. Так что в этом такого странного? Но я не понимаю, почему они сомневаются во мне. Что они обо мне знают? – Мэй Сюэ Янь слегка опустила веки.

- Ничто в этом мире не является абсолютным. Эти люди пока ищут крошечные подсказки, но когда-нибудь они придут к верному ответу. Не надо было сегодня торопиться... Ты должна была позволить мне разобраться с этим делом. На самом деле ты не должна была действовать, даже если бы все они напали на меня! – Цзюнь Мосе вздохнул.

- Да они бы тебя просто прикончили! В действительности они же пришли за тобой. А семья Цзюнь недостаточно сильна на данный момент, прости, конечно, но ты знаешь, что это правда. Как бы вы смогли сдержать атаку трёх священных земель? – тихо ответила Мэй Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе уже догадался об этом. Тем не менее ему польстило, когда он услышал, как Мэй Сюэ Янь заботится о нём. Он ответил:

- Возможно, всё случилось бы совсем не так. Я мог бы использовать свои навыки, чтобы сдерживать их. И я бы разобрался с тем, чтобы сгладить ситуацию. Однако теперь ты сама навлекла на себя серьёзную опасность. Сделав это, ты сделала себя мишенью. Ты ещё так молода, но, тем не менее, ты обладаешь такой жуткой силой, что можешь заставить эксперта Суань Духа третьего уровня дрожать за свою жизнь. Невозможно объяснить это, если оценивать по человеческим стандартам. Поэтому единственным вероятным объяснением этого является лес Тянь Фа. Однако даже не многие звери в лесу Тянь Фа обладают такой силой. На самом деле их всего несколько. Именно это делает Почтенного Мэя самым вероятным подозреваемым!

Мэй Сюэ Янь сладко улыбнулась и сказала:

- У тебя тоже есть сомнения?

- У меня нет сомнений по этому поводу, – фыркнул Цзюнь Мосе. - Я был уверен уже очень давно. Так почему сейчас я должен сомневаться в этом?

- И в чём же ты уверен? – Мэй Сюэ Янь широко открыла глаза.

Цзюнь Мосе молчал довольно долго. Затем он внезапно обернулся и посмотрел на Мэй Сюэ Янь острым, как меч, взглядом:

- Почтенная Мэй, как долго ты планировала скрывать это от меня?

- Откуда ты знаешь? – Мэй Сюэ Янь удивилась ещё больше.

- А что такого сложного? Я понял это с тех пор, как ты надрала мне задницу за городом! – Цзюнь Мосе скривился. - Никто не был в состоянии так побить меня по заднице на протяжении всей моей жизни как Цзюнь Мосе! Ты – единственная, кому удалось это дважды! Моя задница распухла после обоих раз! Более того, оба раза я чувствовал себя одинаково! И оба человека использовали этот трюк с «Клеткой Мира»... этому что, на улице обучают? Меня можно было бы назвать последним идиотом, если бы я этого всё ещё не понял. И, самое главное, что ты не смогла полностью скрыть свой специфический аромат, несмотря на то, что использовала обычный запах тела женщины, чтобы скрыть себя. Я должен признать, что запах очень слабый. Но этого всё равно было достаточно. Возможно, я забыл сказать тебе одну вещь — я чрезвычайно чувствителен к запахам. Особенно если это враг... или женщина!

- Ясно. Так ты играл со мной всё это время? - Мэй Сюэ Янь вполголоса зарычала на него. - Тебе было весело дразнить меня? Ты хорошо провёл время?

- Ты веришь, что я с тобой играл? – Цзюнь Мосе фыркнул. - Ты действительно настолько глупа?

Цзюнь Мосе медленно сделал пару шагов вперёд и подошёл очень близко к Мэй Сюэ Янь. Она даже могла услышать его дыхание. Затем Цзюнь Мосе посмотрел ей в глаза и сказал:

- Ты должна доверять мне!

Цзюнь Мосе смотрел на неё довольно странным взглядом. Его тёплое дыхание согревало её лицо. Мэй Сюэ Янь внезапно запаниковала безо всякой на то причины. Это происходило каждый раз, когда он начинал себя так вести.

«Я культивировала свою силу, чтобы быть самой сильной в этом мире. Но почему я чувствую страх, когда сталкиваюсь с его незначительной силой Суань Неба? Почему я чувствую такой страх? Почему мне кажется, что я напугана до костей? Почему я не могу справиться с этим?»

Она больше не могла этого выносить и сделала два шага назад. Её лицо уже начало краснеть. Тем не менее она вдруг напустила себе на лицо высокомерное и безразличное выражение и сказала:

- Я и так доверяю тебе! И что ты пытаешься сделать, глядя так на меня? Ты пытаешься меня напугать?

- Я больше не хочу, чтобы ты придумывала истории. Расскажи мне всё. Ты должна позволить мне разобраться с этим делом! – Цзюнь Мосе стал вновь серьёзным. - Они уже напали на тебя однажды в прошлом, верно? Они сумели нанести тебе травму в тот раз?

Мэй Сюэ Янь прикусила губу, опустила голову и едва заметно кивнула.

«Блин, глупая девчонка!»

Цзюнь Мосе медленно начал злиться на неё снова.

- Тогда как ты можешь ожидать, что сможешь работать вместе с ними для достижения общей победы в Битве за захват небес? Жизнь не настолько приятна, чтобы иметь такие своевольные ожидания. Ты искренне веришь, что это произойдёт? Ты действительно хочешь объединиться с теми, кто хочет тебя убить? В таком случае я могу сомневаться в наличии у тебя мозгов. Ты всё ещё хочешь сказать, что для тебя хорошо было бы объединиться с ними?

Цзюнь Мосе не смог сдержать свой гнев. Чем больше он говорил, тем злее становился. Ему уже было не важно, что он мог бы сказать ей, а чего не должен был. Его гнев усиливался.

- Как они относятся ко мне – это моё внутреннее дело. Однако Битва за захват небес касается будущего простых людей всего континента. Я могу быть зверем Суань в человеческом обличье, но я не могу поставить на карту будущее миллиардов людей из-за моих личных обид, – вздохнула Мэй Сюэ Янь. - Я бы использовала всю свою силу, даже если бы я была единственной на этом континенте, кто хочет защитить простых людей. Я постараюсь воззвать к их совести.

- Но для этого они должны иметь эту совесть! – Цзюнь Мосе начал серьёзно волноваться за неё. - Крайне глупо объединяться с тигром, который хочет тебя сожрать! – Цзюнь Мосе искренне хотел донести до неё простую мысль:

«Разве это твоё чёртово дело – думать о простых людях всего мира?»

Однако если он скажет это вслух – это точно приведёт к огромному спору. Поэтому он решил держать рот на замке.

- У каждого есть свои границы. Я не собираюсь сидеть и ждать своей смерти! – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась. Затем она подняла глаза и посмотрела на Цзюнь Мосе:

- Будьте уверены! Кроме того, я должна продолжать выполнять обязанности, данные мне прошлым Владыкой.

- Проблема в том, что я не чувствую себя уверенным! Как я могу успокоиться? – Цзюнь Мосе нахмурил брови. - Я уже начал подозревать Нин Ву Цина. Он из тех людей, которые сделают шаг, как только начнут сомневаться в чём-то. И он будет играть по-крупному... более того, они послали десять Великих Мастеров, чтобы победить тебя в тот раз... так что, их будет ещё больше на этот раз, можешь быть уверена.

Цзюнь Мосе сделал два шага и заговорил тяжёлым голосом:

- Ты бы поступила так же, если бы была на моём месте!

- Ха! Им будет нелегко, если они захотят убить меня... особенно если учесть мою силу! – Мэй Сюэ Янь холодно фыркнула. - Я была бы не против убить их, если они действительно такие!

- Самое безопасное место для тебя – это лес Тянь Фа! Ты вернешься в Тянь Фа, как только всё закончится, ладно? Я ускорю создание этих таблеток. Я лично доставлю их тебе в Тянь Фа, как только они будут закончены. Ты сможешь использовать их, чтобы увеличить силу всего Тянь Фа. Тогда у тебя будут все ресурсы для сражения!

- Давай отложим этот спор на потом! – Мэй Сюэ Янь мягко вздохнула:

«Ты, идиот! Как я могу уйти в такое время? Что ты будешь делать, если я сейчас уйду?»

…

Надо сказать, что вторая часть аукциона была ещё более оживлённой и увлекательной. Всё было в точности как утром, только ещё громче и зрелищнее. Весь Аукционный дом был полон энергии. Однако в этот раз скорость аукциона стала намного больше.

Единственным странным моментом был момент, когда Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город попросили ещё по одной партии таблеток. И это было потому, что их объявления не создали никакой суеты. Вместо этого их заявления встретила тишина!

На самом деле, большинство людей даже не посчитали это несправедливым. В конце концов, это был мир, где сжатый кулак был абсолютным аргументом. Тем не менее покупки священных земель не были равны «способности» их кулаков. В конце концов, они попросили ещё лишь одну дополнительную партию. Можно даже сказать, что это противоречило ожиданиям большинства семей, поскольку священные земли остановились всего на двух партиях и больше не мешали вести аукцион. Ведь тут было целых пятьдесят партий таблеток. Поэтому большинство семей ожидали, что каждая из трёх священных земель купит в общей сложности не менее десяти. Тем не менее все три священные земли приобрели только пять партий. И это уже стало неожиданным событием для большинства семей.

Цзюнь Мосе не стал вежливее ни на йоту. Он продал эти дополнительные две партии таблеток по самой высокой цене в 1,4 миллиона. Было довольно очевидно, что Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город плевать хотели на такие незначительные вещи, как золото и серебро. Однако заоблачная цена в 1,4 миллиона всё равно больно бьёт по карману. Лицо Нин Ву Цина даже слегка дёрнулось, когда он отдавал эти деньги.

Но Цзюнь Мосе плевать хотел на их реакции. В конце концов, существование трёх священных земель было потенциальной угрозой для него. На самом деле можно было бы считать, что не останется места для рассуждений, как только они оценят реальную стоимость этих таблеток!

Вот почему Цзюнь Мосе понял, что не может сосуществовать с ними с самого момента их прибытия. Это он решил потому, что он никогда не пожертвует своей свободой, чтобы стать их алхимиком.

Тем не менее три священные земли становились подозрительно активными, когда дело доходило до личности человека, стоящего за этими таинственными таблетками. В конце концов, они никогда не появлялись в этом мире в прошлом. Поэтому их присутствие на этом аукционе было доказательством их интереса.

Цзюнь Мосе не считал важным думать об их подходе. Тем не менее сомнения всё равно грызли его изнутри.

«Заслуживают ли эти три священные земли моего взгляда? Достойны ли они моего внимания?»

«Я был героем этого мира с того дня, как прибыл сюда!»

«И я действительно заслуживаю быть героем здесь!»

Поэтому Цзюнь Мосе скривил губы и продолжил подначивать зал расставаться со своими деньгами.

Небо постепенно становилось темнее. Тем не менее все пятьдесят партий, к счастью, были проданы к концу дня.

Огромное количество золота, заработанное к концу аукциона, заставило даже кровь молодого господина Цзюнь похолодеть!

«68 миллионов золотом!»

«Это 3400 тонн!»

«Золотом!»

«Такое чувство, будто я упал с небес!»

Цзюнь Мосе пытался выглядеть спокойным снаружи. Но внутренне он был не в состоянии сдержать волнение, как только он подсчитал окончательную сумму. На самом деле его даже начало трясти... он едва не потерял сознание!

«Этих денег будет достаточно для моих детей и внуков. Они не смогут потратить их, даже если будут очень стараться. Все они смогут иметь по три дворца, шесть домов и семьдесят две наложницы каждый! И у них всё равно будет много золота. Сможет ли сама мифическая Золотая Гора сравниться с этим? »

Глава 536.1. Рекорд потери веса Жиробаса

Цзюнь Мосе снова вышел в склад. Этот огромный казначейский склад был создан и распланирован жирным Тангом, помешанным на деньгах. Он был построен в подвале Аристократического Зала. Пространство было настолько огромным, что его было трудно измерить. Целью жизни Танг Юаня было забить его серебром доверху. Он однажды так и сказал:

- Я – Танг Юань – с улыбкой отправлюсь в ад, когда это место будет заполнено серебром до потолка…

Тем не менее толстяк Танг не ожидал, что его желание «отправиться в ад с улыбкой» будет реализовано так скоро. Более того, он забил склад не серебром... вместо этого ему удалось сделать это золотом!

Толстяк явно был на грани помешательства…

Цзюнь Мосе не увидел тёмной комнаты, когда вошёл в сокровищницу. Вместо этого его ослепили блеск и сияние золота. В сокровищнице было не много факелов и ламп, но свет ослепительно отражался от золота. Это было больше похоже на величественную золотую гору!

«Это так неимоверно!»

Это зрелище заставило глаза Цзюнь Мосе заблестеть, тоже отражая свет от золота. Это освещение было очень похоже на то, которое исходило от эксперта Золотого Суань Ци!

В этот момент раздался странный звук. Казалось, что это было сочетание крика и смеха. Звук был на расстоянии, но постепенно приближался. Цзюнь Мосе увидел высокую, крепко сложенную фигуру, вылетевшую из глубин сокровищницы. Этот человек продолжал реветь, когда проходил мимо Цзюнь Мосе. Но он полностью проигнорировал третьего молодого господина. Затем эта фигура продолжила двигаться, как ураган. Человек пробежал круг вокруг «золотой горы»... ещё один… и ещё один…

«Должно быть, тяжело его толстым ногам бежать так быстро…»

Этот бегущий человек был «обезумевшим от денег» молодым господином семьи Танг – Танг Юань.

Жирный Танг безумно размахивал руками, пока бежал. Он орал, разбрызгивая слюну, и даже его брови были покрыты потом. Он словно опьянел. Он открыл глаза так широко, что, казалось, они вывалятся от любого неудачного толчка, и хрипло кричал сорванным голосом:

- Золото! Столько золота! Всё это место полно золота, и я заслужил всё это! Это полностью моё! Золото! Проклятые предки! Я богат! Я очень богат!

Толстяк Танг занимался каторжной работой всего один день. Но его тело неожиданно стало намного тоньше. Это было очевидно, даже лишь посмотрев на то, сколько он смог пробежать по этой огромной площади…

Можно сказать, что результат этого метода потери веса был замечательным. Но психическое состояние толстяка немного пошатнулось…

Ум толстяка показал самый высокий уровень концентрации за последний день. Он вспомнил, что вначале съел двух огромных печёных кабанов для того, чтобы восполнить свою потребность в пище. Но с тех пор у него не было времени даже на то, чтобы проглотить слюну…

Кто-то напомнил ему, чтобы он напился воды, но Толстяк нетерпеливо наорал на человека:

- Это может подождать! Деньги не ждут... – и снова погрузился в пересчитывание золота... его руки касались золотых монет... он переносил золото килограммами... Надо сказать, что этой суммы было недостаточно, чтобы заполнить всё место, но этого было достаточно, чтобы заживо похоронить десять таких человек, как Жиробас!

Подсчёт такого количества золота может заставить любого потерять силы и голос. Но жирный Танг всё равно продолжал пересчитать всё даже после того, как почувствовал дикую усталость…

Пот сочился из его тела и капал на землю, как дождь. Один из слуг рассказал, что одежда молодого господина Танга была так пропитана потом, что на одежде начала появляться соль…

Короче говоря, Танг Юань невольно попал в «ловушку» молодого господина Цзюнь Мосе. Следовательно, сегодня он отлично похудел…

Можно было сказать, что Танг Юань потерял более двадцати пяти килограммов за один сегодняшний день!

Это было пугающе!

Танг Юань пел и танцевал. Он полностью игнорировал Цзюнь Мосе, обходя эту золотую гору, но не отрывая от неё глаз. Поэтому Цзюнь Мосе, наконец, крикнул, когда Толстяк проходил мимо него в очередной раз:

- Танг Юань!

Жиробас же спокойно пропустил этот зов мимо ушей, так как он всё ещё хотел поглазеть на эту золотую гору. Глаза Цзюнь Мосе повернулись, и он схватил Танг Юаня за бок и повалил на землю. Казалось, что он схватил огромный пустой мешок. Мосе тут же выпустил из рук эту мерзость, но его ладони всё равно казались полными... но это был не жир, это был пот!

Зрение Танг Юаня помутнело. Некоторое время он продолжал дышать. Но он не мог двинуться, так как Цзюнь Мосе придавил его. Единственное, что Толстяк мог делать и делал – потеть.

Такое количество пота шокировало даже самого Цзюнь Мосе!

«Блин, если бы я так потел, я бы уже умер от обезвоживания. Даже, может быть, и не один раз... Но Танг Юань так потел почти весь день, и он всё ещё способен пробежать хотя бы сто метров! Мне ничего не остаётся, кроме как восхищаться этим толстяком. Он просто потрясающий!»

Сознание Танг Юаня постепенно вернулось к нему. Глаза сфокусировались, а слюна перестала течь на пол. Затем он потряс головой и рассеянно спросил:

- Эмм… Третий молодой господин, почему у тебя три головы? Это твоя техника боевых искусств? Потрясающая…

Цзюнь Мосе продолжал молчать.

«Его головокружение вызвано обезвоживанием. Похоже, ему нужно пополнить запасы воды и срочно. Потеря веса – это хорошо. Но потеря такого большого веса сразу тоже может вызвать проблемы…»

Внезапно Танг Юань подскочил. Затем он схватил Цзюнь Мосе за плечо. Неизвестно, откуда взялась эта сила, но ему даже удалось поднять молодого господина Цзюнь в воздух! Толстяк безумно взревел:

- Да! Ха-ха-ха-ха-ха! Третий молодой господин, я тебя просто люблю! Я люблю тебя больше всех на свете! Мы богаты! Ла-ла-ла-ла-ла-ла! Ву-ху! Чёрт возьми... это мой день!

Цзюнь Мосе развевался в воздухе, как лист бумаги. Он даже начал чувствовать головокружение, слушая «признание в любви» толстяка. Слюна толстяка брызгала на его лицо, как дождь. И это очень возмутило его. Поэтому он взревел:

- Толстяк! Проклятый толстый кусок сала, отпусти меня сейчас же!

Глава 536.2. Рекорд потери веса Жиробаса

Молодой господин Цзюнь не использовал силу, чтобы освободиться, потому что тело Танг Юаня, очевидно, было обессилено до очень опасной степени. Тем не менее дух Толстяка всё ещё был чрезвычайно возбужденный.

Бац!

Цзюнь Мосе упал на землю. У толстяка Танга не было выбора, кроме как остановиться – его физическая сила уже полностью иссякла. Поэтому он просто сел на землю и потерял сознание…

- Что случилось? Что случилось? Что здесь происходит? – Сунь Сяо Мэй вошла и сразу заорала своим богатырским голосом.

- Что случилось? Эти деньги едва не свели твоего будущего мужа с ума! Он тут бесчинствовал, а сейчас потерял сознание.

- Как он так похудел? – Сунь Сяо Мэй в шоке заголосила, едва увидела Жиробаса. – Как он потерял вес так быстро? Он вообще живой?

Цзюнь Мосе взглянул на тело Танг Юаня. И он понял, что уже может разглядеть черты лица Толстяка... на секунду у него даже скулы свело от страха.

«Не слишком ли хорош этот результат?»

- Мисс Сунь, ты должна позаботиться о Толстяке. Я боюсь, что он не захочет есть в течение нескольких дней... но это не стоит беспокойства. Просто он очень сильно устал. Значит, какое-то время он не сможет есть. По моим расчётам, он не восстановит аппетит ещё пять-шесть дней. И он потеряет значительное количество веса за это время. Ему следует давать только пить воду и только в том случае, если он захочет пить. Есть ему следует только вегетарианскую пищу; ему нужно воздержаться от мяса. Также он не должен есть ничего жирного. Я также назначу ему курс лечения, прежде чем он вернётся к нормальной жизни. Это поможет ему в потере веса. На самом деле он будет выглядеть как модель, – рассмеялся Цзюнь Мосе.

- Он не мог похудеть раньше. Так как он мог потерять столько веса за один день? Мой Юань был пухлым, но всё равно симпатичным... – Сунь Сяо Мэй колебалась. Танг Юань сегодня так похудел, что Сунь Сяо Мэй забеспокоилась. Ведь толстый муж всё равно лучше худого, но мёртвого…

- Не глупи! Он снова прибавит в весе, если ты будешь действовать так нерешительно. И тогда он точно умрёт от ожирения, – Цзюнь Мосе яростно сказал. – У тебя не хватит сил, чтобы сделать это. Так что мне придётся быть «плохим парнем». Кто-нибудь, помогите мне поднять этого толстяка! Никому не позволено навещать его без моего разрешения! Это правило распространяется и на отца, и на мать, и на жену! Сонг Шань, иди сюда и помоги мне. Ты будешь следить за ним. И учти – просто прикончу, если ты позволишь ему сожрать хотя бы немного мяса или чего-то жирного!

Затем он вышел, плюясь от гнева.

Раздражённая Сунь Сяо Мэй смотрела на профиль Цзюнь Мосе, когда он уходил. Затем она тихо пробормотала:

- Этот человек так неразумен... Слишком неразумен…

Затем она присела на корточки и нежно погладила лицо Танг Юаня. Она чувствовала жалость к нему:

- Толстяк, ты должен держаться. Тебе нельзя есть мясо в течение нескольких дней. Это ведь не такая уж и большая проблема…

Толстяк внезапно начал хихикать прямо в обмороке. Он раскинул руки в стороны, и слюна потекла из уголков его рта. Затем он вдруг заорал, пуская слюни от желания:

- Золото! Так много золота! Так много жён и наложниц! Да! Ха-ха-ха!

Сунь Сяо Мэй широко раскрыла глаза от удивления, но уже через секунду справилась с собой и так пнула толстяка по заднице, что у него волосы на затылке дыбом встали. Затем она вышла с пепельным лицом, говоря:

- Давай, Сонг Шань, неси его куда надо. Ты должен внимательно следить за ним. И забудь о третьем молодом господине Цзюнь… Если ты позволишь ему съесть хоть кусочек жирной пищи, я сама тебе яйца оторву!

Затем она вышла, кипя от ярости…

Сонг Шань лукаво рассмеялся, поскольку он неоднократно выполнял приказы этого Жиробаса. Он гордо погладил подбородок и сказал:

- Ах, толстяк, наконец-то ты попал в руки дяди Сонга. Теперь посмотри, как дядя Сонг Шань поможет тебе правильно питаться! Посмотрим, будет ли наш молодой толстячок дальше сидеть у меня на шее и гадить! Я-то не собираюсь садиться на диету… И уходить от тебя мне нельзя ни на секунду… Я буду есть всё, что захочу, прямо перед тобой. Ах, да… Тебе же нельзя даже касаться моей вкусной, жирной и полной мяса еды…

Всё произошло так, как и ожидалось...

Танг Юань спал два дня. И первое, что он сделал после того, как проснулся, – поспешил найти уборную! В конце концов, он сдерживался три дня. Таким образом, один Бог знает, как он вообще не лопнул...

Когда он вернулся из туалета, его голова тут же рухнула на подушку. Эта самая голова у него сильно кружилась, а в глазах мутнело. Его аппетит значительно снизился, и он почувствовал досаду. На самом деле большую часть времени он хотел блевать. Поэтому в первый день он съел только две миски рисовой каши на воде…

Сунь Сяо Мэй была сильно поражена этим; она, разумеется, наблюдала за всем, что происходит с её будущим мужем.

«Цзюнь Мосе был прав?»

Надо сказать, что мисс Сунь была зла на толстяка, но она всё равно не могла перестать беспокоиться о нём. Поэтому она спряталась в секретном месте, чтобы следить за ним.

«Я даже помогу Танг Юаню, и украду для него немного еды, если он извинится передо мной…»

Тем не менее добрые намерения Сунь Сяо Мэй пошли прахом. Танг Юань оскорбил её дважды, но он был так занят в то время, что даже не знал о том, что он сказал. Так как он мог извиниться перед ней?

Танг Юань всё ещё был подавлен и вял даже на следующий день. Он съел немного закусок и пару мисок каши. Однако он только нахмурился, когда посмотрел на распаренный хлеб.

Толстяк немного восстановил свои силы к третьему дню. Поэтому он захотел немного поесть. Сонг Шань как раз приготовил целый банкет и накрыл обеденный стол. Затем он и Хай Чэнь Фэн весело бросились пировать перед Танг Юанем. Однако толстяк мог только сидеть и дёргать ушами от зависти.

Наконец-то два эксперта Суань Неба получили шанс отомстить ему после долгих трудностей. Как они могли так легко спустить ему все его грехи? Разумеется, они держали его в ежовых рукавицах. Жирный Танг прыгал и бегал вокруг них, стараясь спереть со стола хоть что-нибудь. Но за столом внимательно следили, и все попытки начинающего вора закончились неудачей. В конце концов, он больше не мог этого выносить, поэтому он объявил голодовку в приступе досады…

Глава 537.1. Неудачи толстожопого

Четвёртый день был ещё ужаснее, чем предыдущие. Танг Юань посмотрел на поднос и увидел, что ему принесли только три парные булочки. Он сожрал их в мгновение ока. Но, разумеется, ему было мало.

«Воздерживаться от мяса труднее, чем можно было бы ожидать! Здесь так много вегетарианской еды. Но я не могу ничего сделать и всё равно голодаю независимо от того, сколько я сожру этой травы!»

Зато на пятый день Жирный Танг вдруг заметил, что его живот значительно уменьшился. На самом деле теперь он мог видеть даже пальцы своих ног. Его глаза теперь были видны полностью и нормально; ранее они только едва выглядывали из-за складок жира и огромных щёк. Однако теперь они были полностью видны...

Танг Юань очень обрадовался, когда заметил это. Он побежал к весам, которые использовались для взвешивания крупного рогатого скота. Двое здоровенных мужчин таскали тяжести, которые устанавливали на них. Взвесившись, он был приятно удивлен, узнав, что вес его тела упал.

Измерительная игла останавливалась на пугающей цифре в двести шестьдесят пять килограммов пять дней назад. Но сейчас его вес составлял только сто восемьдесят пять кило. Это означало, что его вес уменьшился на восемьдесят килограмм за пять дней!

Удивление Танг Юаня нельзя было описать словами.

«Это чрезвычайно страшно, правда? Как это вообще возможно! Мне это снится? Я и мечтать не мог о чём-то настолько хорошем даже во сне!»

Однако его невыразимое удивление прервала неожиданная ситуация…

И когда это произошло, его крайняя радость превратилась в печаль. Два здоровяка появились у ворот Аристократического дома. Более того, они держали в руках длинные кинжалы. Толстяк почему-то посчитал, что эти парни пришли не за тем, чтобы продавать оружие. И он оказался прав – эти двое направили своё оружие на Танг Юаня и взревели:

- Это Толстяк! Давайте прикончим его прямо сейчас!

Танг Юань просто не мог понять в чём дело, и что вообще произошло.

«Кто это может быть? Возможно ли, что семья Хуан наняла убийц?»

Однако в нынешней ситуации думать об этом было бесполезно. Поэтому он развернулся и бросился бежать. Эти два здоровяка, разумеется, побежали за ним, так как они почему-то не хотели, чтобы он сбежал. Танг Юань кричал и звал на помощь. Тем не менее все посты в это время были пусты, несмотря на то, что охрана в Аристократическом доме была очень высокой и бдительной даже в обычные дни.

Из-за этого Танг Юань почувствовал себя беспомощным. Поэтому он, за неимением лучшей альтернативы, побежал в сторону сада. Затем он начал бегать кругами вокруг зданий во дворе Аристократического дома. Эти двое огромных людей тоже начали наворачивать круги. Они кричали во весь голос и гнались за ним, держа свои холодные и зловеще сверкающие кинжалы над головами. Тем не менее можно было сразу понять, что их знания боевых искусств и опыта в убийствах были очень плохими. В конце концов, они даже не поняли, что в закрытом пространстве они могут использовать метод тисков! Вместо этого они просто бегали за ним в попытке догнать его.

Скорость Толстяка была не очень хорошей. Но и об этих двух незадачливых убийцах ничего великого нельзя было сказать. Двое мужчин бежали на расстоянии четырёх-пяти футов (около полутора метров) позади тела Танг Юаня всё это время. Кроме того, они постоянно кричали, пытаясь ударить его почём зря. Однако одному из них удалось приблизиться в какой-то момент. И он даже сумел ударить толстяка по спине. Этот удар сделал огромную дыру в одежде Толстяка, и даже сумел поцарапать спину, и кровь начала сочиться из раны. В результате Толстяк начал орать от боли…

Толстяк завыл очень громко. Боль, очевидно, подстегнула его и заставила бежать быстрее; на его лице появился просто животный ужас.

«Боже, это просто ужасно! Неужели так мне суждено умереть?»

Толстяк, преисполненный отчаяния, начал бежать ещё быстрее из-за страха смерти…

Двое мужчин в ярости продолжали кричать и оскорблять его, догоняя сзади:

- Мы выдавим весь этот жир из твоей мёртвой тушки! И мы наделаем из него большую кучу фонарей! – их проклятия показали Танг Юаню, что они точно были наняты семьей Хуан, чтобы отомстить ему…

И это заставило Толстяка бежать ещё быстрее, хотя он думал, что быстрее уже не может. На самом деле он был так напуган, что его мозг просто отказывался работать, а душа залезла куда-то в пятки и прочно там обосновалась...

«Ах ты ж, чёрт побери! У меня просто до хрена золота, если бы они хотели просто денег! Но они здесь ради мести... они здесь только, чтобы забрать мою жизнь!»

Толстяк просто выжимал из себя все соки. Он знал о своём ужасном положении. Так что он знал и о своей скорости. И ещё он знал, что его смогут поймать, если он хотя бы ненадолго остановится или замедлится. На самом деле он даже не осмеливался оглянуться назад…

Вскоре он обнаружил, что задыхается и сильно потеет. Его ноги стали тяжёлыми, как будто их нагрузили свинцом. Его горло пересохло, как будто он орал на протяжении суток. Тем не менее те «посланники смерти» всё ещё преследовали его и, казалось, не желали останавливаться. Так как мог Жирдяй остановиться и ждать, как скот на убой? Поэтому он продолжал бежать как можно быстрее даже со своими опухшими ногами. Затем Толстяк внезапно почувствовал расслабленность во всем теле; он ощутил невыразимую силу в ногах. Танг Юань обрадовался и продолжил бежать, как дикая лошадь!

Цзюнь Мосе, Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань сидели на крыше все это время. Три человека сидели в кругу и весело болтали, щёлкая семена тыквы. Похоже, они вообще ни о чём не беспокоились. Тем не менее Цзюнь Мосе внезапно почувствовал себя ошеломлённым и сказал:

- О, это интересно! Наш Толстяк только что совершил прорыв! Это потрясающе! Не так ли?

Однако Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань были очень сильно поражены этим, так как они не могли понять, о чём он сказал…

Между тем, Танг Юань бежал ещё яростнее. И он ещё яростнее завопил от паники. Он продолжал звать на помощь, но никто не пришёл. Так что он просто продолжал бежать, спасая свою жизнь. Он чувствовал, что в его ногах уже не осталось сил. Но через секунду он вдруг понял, что его сила будто бы возродилась – достаточно, чтобы позволить его ногам снова работать. Затем он снова почувствовал, как будто его сила исчезла, и он не мог больше бежать. И снова его сила появилась... Этот цикл продолжался семь или восемь раз в общей сложности…

Его энергия, в конце концов, полностью истощилась. Он упал на землю, так как был слишком истощён. Его руки и ноги подёргивались, и его начало рвать кровью. Затем он прокричал в отчаянии:

- Делайте всё, что хотите... но... но... позвольте мне умереть достойно.

И сразу вырубился.

Два здоровенных мужчины уронили оружие с лязгом после того, как Толстяк упал в обморок. Затем они нагнулись и упёрлись руками в колени. Затем они высунули языки и начали так тяжело дышать, что казалось, будто их органы выпадут. Они жаловались про себя:

«Молодой господин Танг... Ты нас едва не прикончил... как может этот Жирный бегать так быстро... он не останавливался всё утро... О, Боже…»

Вся дорога, по которой они бежали, уже была мокрой от их пота…

Тем не менее Цзюнь Мосе чувствовал себя удовлетворённым первоначальным успехом. Он спустился, чтобы взглянуть на Толстяка. Затем он улыбнулся и сказал:

- Всё в порядке. Он уже хотел вернуться к своей предыдущей форме. Но всё хорошо. Продолжайте делать то, что я скажу вам. Продолжайте запрещать ему есть рыбу и мясо. Будет нехорошо, если мы заставим его зависеть и от этих таблеток Таинственной Янь. Так что давайте ему только по одной в день. Кроме того, количество паровых булочек в его ежедневной еде не должно превышать трёх штук... – Цзюнь Мосе сразу же развернулся и ушёл.

Танг Юань неторопливо проснулся и обнаружил, что у его кровати сидел взволнованный Сонг Шань. Как только толстяк проснулся, мужчина воскликнул:

- Как это произошло? Я вышел всего на минуту, и столько всего произошло? К счастью, я вернулся вовремя. Иначе эти двое превратили бы молодого господина Танга в призрака! Даже охранники погибли... и ты был бы похоронен рядом с ними, если бы произошёл несчастный случай!

Танг Юань тут же подумал, что ему очень повезло. Поэтому он поблагодарил Сонг Шаня, несмотря на то, что в его теле осталось не так много сил. Затем он доел миску каши и снова уснул. Причём, этот цикл повторялся ещё пять дней…

Толстяк восстановил свои силы только к десятому дню, и в результате почувствовал себя намного лучше. Однако затем он вспомнил, что не видел Сунь Сяо Мэй довольно долгое время. Поэтому он решил посетить резиденцию семьи Сунь. Тем не менее он столкнулся с неким молодым человеком, когда он достиг ворот резиденции семьи Сунь. У этого молодого человека были напомаженные волосы и припудренное лицо. Кроме того, он был одним из бывших соперников Танг Юаня, и, как говорили, пытался ухаживать за Сунь Сяо Мэй…

Следует отметить, что благодаря шикарной фигуре и явно похорошевшему лицу Сунь Сяо Мэй в последнее время стала чрезвычайно популярна среди мужчин. Поэтому многие красивые мужчины пытались добиться её расположения. На самом деле множество мужчин приходили, чтобы попытаться добиться её со всех концов города…

Этот молодой человек с жирной головой услышал, что перед ним стоит Танг Юань. И он очень разозлился. Тем не менее он, похоже, не склонен был начинать бой один на один. Поэтому он просто выкрикнул приказ убить Танг Юаня «Без промедления»... Танг Юань, разумеется, тоже пришёл в компании множества телохранителей. Но его телохранители сразу же покинули место происшествия, так как заметили, что ситуация складывалась не в их пользу. Это означало, что они оставили молодого господина Танга противостоять этим сияющим мечам в одиночку…

Танг Юань лишился дара речи!

«Вот дерьмо! Почему всё это не заканчивается? Все... везде... жаждут убить меня! У меня нет другого варианта… кроме как убежать!!»

Таким образом Толстяк развернул задницу и побежал, как дикая лошадь, полным галопом. Он бежал, куда только мог, и не задумывался какую дорогу выбрать. Но тот молодой человек не хотел его отпускать. Разумеется, этот молодой человек преследовал Танг Юаня, куда бы он ни побежал!

Глава 537.2. Неудачи толстожопого

Было очень странно, что вокруг не было ни офицеров, ни солдат, ни полицейских, чтобы те вмешались. Более того, не было никого, кому достало было рыцарства, чтобы явиться и попытаться бороться с этой несправедливостью. Никого из знакомых Толстяка не было видно поблизости. Кроме того, каждая семья в городе закрывала перед ним свои двери. Поэтому Танг Юаню пришлось, как идиоту, бегать с одной улицы на другую…

Танг Юань, вероятно, пробежал каждую улицу города Тянсян. Наконец, подошло то время, когда он уже был не в состоянии все это дальше терпеть. Так что он просто рухнул на землю из-за усталости и снова не мог встать. У него было такое чувство, словно его тело парализовано. Тем не менее следует сказать, что это состояние было всё ещё немногим лучше, чем в прошлый раз, поскольку на этот раз он не упал в обморок. И тут какой-то человек резко произнёс несколько слов, полных праведного гнева в этот «критический» момент:

- Кто смеет вредить молодому господину Тангу? Я сейчас прикончу любого, кто попытается сделать хоть шаг!

Этот голос принадлежал Хай Чэнь Фэну.

Спаситель наконец-то прибыл на помощь!

Танг Юань был так благодарен, что был тронут почти до слёз…

«Он такой хороший человек. Мой жир сумел затмить мой разум? Почему в прошлом я ему так грубо приказывал и был таким мудаком по отношению к нему?»

Полуобморочный Танг Юань мог слышать много криков на заднем плане. Также слышалось множество лязга холодного оружия. Затем он услышал, как кто-то крикнул:

- Это слишком сложно, он слишком силён! Все... бежим! Отступаем!

После этого крика последовал топот людей, убегающих без оглядки…

Хай Чэнь Фэн поднял Танг Юаня, закинул его на плечо и пошёл назад. Однако Хай Чэнь Фэн чувствовал, что вес Танг Юаня не был таким, как раньше. Хотя, это логично. Если бы его вес был прежним, ему одному его было бы нести слишком проблематично…

Бедный молодой господин Танг Юань дошёл до самой грани сумасшествия после этого запугивания. Его кожа позеленела, а глаза помутнели. По возвращении ему снова подали кашу... Танг Юань уже просто проскулил со слезами на глазах:

- Я чувствую, будто мой желудок сжался из-за голода и уже начинает грызть позвоночник... ты не можешь дать мне что-нибудь поесть?

Таким же образом прошло ещё пять дней. Затем вес Танг Юаня был измерен ещё раз. Однако на этот раз он был напуган едва ли не до смерти:

«Вот же дерьмо! Всего сто пятнадцать килограмм!»

Он сбросил вес с первоначальных двухсот шестидесяти пяти до нынешних ста пятнадцати килограммов. Это значило, что он потерял сто пятьдесят кило после всего двадцати дней каторги. Толстяк всё ещё выглядел немного толстым, но, тем не менее он выглядел красивым, как нефритовое дерево, если сравнивать его с прежним Толстяком.

Танг Юань, наконец, смог похудеть из-за сумасшедших пыток своего дьявольски хитрожопого и жестокого друга, Цзюнь Мосе!

Это был огромный успех. Более того, это было поистине уникальное достижение. В конце концов, потеря веса с такой скоростью была просто беспрецедентной... независимо от того, в каком мировом контексте мы должны воспринимать это! На самом деле это было достойно архетипа в легендарном фольклоре! Имя Танг Юаня должно было быть упомянуто в Книге рекордов Гиннеса, если бы это произошло в современном мире!

Упоминание об этом в обычной беседе звучало бы примерно так:

- Как ты так быстро похудел? У тебя рак или глисты?

Нормальный человек не смог бы вынести этого, будь он на месте Толстяка. Однако Танг Юань ел очень жирные деликатесы на протяжении всей своей жизни. И это сделало его тело достаточно сильным и крепким, чтобы выдержать это. Кроме того, Цзюнь Мосе часто пробирался в комнату Толстяка ночью, когда он замечал, что Танг Юань больше не может этого вынести. Затем молодой господин Цзюнь передавал свою духовную энергию в тело Танг Юаня, чтобы открыть и разблокировать его меридианы, пока тот спал. Следовательно, Танг Юань восстанавливался к тому времени, когда просыпался на следующее утро. Его энергия также полностью восстанавливалась. Но он, разумеется, не знал о причинах этого. Так что он продолжал оплакивать свою «неудачу» и «роковое стечение обстоятельств»…

Однако вес его тела значительно уменьшился. Таким образом и его аппетит также уменьшился... более того, он привык к диете из овощей, булочек на пару и других «мерзких», как он считал ранее, деликатесов в течение последних двадцати дней. Поэтому он не мог вернуться к жирной пище, даже если бы захотел.

Очевидно, это было очень болезненно для Танг Юаня.

«Я отчаянно хотел есть больше. Но мой живот и аппетит истощились очень быстро. Слишком много есть я не могу... Более того, мой желудок больше не может вместить в себя столько жирной пищи...»

Вот почему Толстяк сжал зубы и топнул ногой, заявляя:

- С этого момента я не буду есть жирное!

Успех потери веса Танг Юаня был официально объявлен в этот момент!

В тот же вечер в ознаменование этого успеха был организован грандиозный праздник. Сунь Сяо Мэй уже всё приготовила. Танг Юань увидел там много знакомых лиц... двух здоровенных мужчин, которые «хотели» убить его своими мечами... и тот молодой человек из какой-то богатой семьи! То есть тот его так называемый «конкурент в любви». Все они присутствовали на месте происшествия. И, разумеется, Танг Юань был ошеломлён, увидев всё это…

Толстяк всё равно был довольно умным человеком. Таким образом, он всё понял, немного подумав об этом. Всё указывало на то, что это была хитрая стратегия Цзюнь Мосе. На самом деле это дело указывало на всё это с самого начала. Но кто бы так много раздумывал, когда дело доходит до жизни и смерти... Толстяк даже не знал, должен ли он смеяться или плакать. Он не знал, должен ли он сделать шаг вперёд, упасть на колени и поблагодарить своего друга... или подойти и дать ему в морду, чтобы рассчитаться за обман и унижения, которым он подвергся…

Но Цзюнь Мосе, не обращая внимания на бывшего Жиробаса, тщательно выбрал боевую технику и сказал Сунь Сяо Мэй заставить Толстяка практиковать её.

Потеря веса жирного Танга также смогла произвести в зале небольшой фурор и стала объектом шуток. Когда он вернулся в резиденцию семьи Танг, его остановили охранники. Кроме того, охранники отказались пускать Жирного, что бы он ни говорил. Охранники только заявляли:

- Ты, тощий мелкий урод – не третий молодой господин Танг!

Тем не менее Цзюнь Мосе чувствовал на себе огромное давление в течение всего этого времени!

Три священные земли были похожи на три огромные и непреодолимые горы, которые оказывали на него большое давление. Сам Цзюнь Мосе даже не ожидал, что аукцион, который он организовал, чтобы заработать немного денег, приведёт этих трёх «бегемотов» прямо к нему…

Нынешняя сила семьи Цзюнь была на таком уровне, что они могли провозгласить себя гегемонами среди всех семей светского мира; они могли даже претендовать на звание «суперсемьи», не заслужив ничьего неодобрения. Однако сила трёх священных земель была выше всего, что существовало в течение последних нескольких тысяч лет. И семья Цзюнь была далеко не такой сильной в сравнении с ними. Если рассмотреть три священные земли как орлов, то обычные семьи будут квалифицироваться лишь как цыплята, свободно гулящие по огромному лугу по этой аналогии. А семья Цзюнь была только на один уровень выше, чем обычные семьи. То есть, следуя этой же логике, они в лучшем случае были курицей!

Семья Цзюнь, казалось, обладала тиранической силой. Но у них даже не было сил, чтобы отомстить, если три священные земли действительно решат уничтожить их. На самом деле три священные земли смогут уничтожить их в перерыве между завтраком и ужином!

Это заставило Цзюнь Мосе почувствовать, что он был на грани серьёзного кризиса, который может поразить его в любое время и в любом месте. И это его очень раздражало. Но у него не было выхода…

По крайней мере, у него не было выхода сейчас…

Сила семьи Цзюнь действительно претерпела огромные изменения с тех пор, как он прибыл в этот мир. Она поднялась в иерархии из обычной семьи Суань и быстро превратилась в самую доблестную и влиятельную семью. У них даже сложились прочные отношения с Великими Мастерами. И они также получили поддержку от леса Тянь Фа. Поэтому можно сказать, что они уже вышли на вершину светского общества этого мира…

Но Цзюнь Мосе никогда не чувствовал себя высокомерно по поводу этих достижений. Он, конечно, построил всё это своими руками. Одной рукой «он создавал облака, а другой – дожди». Он использовал любую ситуацию в своих интересах. Фактически он плыл с попутным ветром. Очевидно, это заставило Цзюнь Мосе ценить свой собственный интеллект.

Он ощущал великолепное чувство выполненной цели, когда создавал что-то из ничего. Как будто он завоевал целый город, будучи безоружным.

Однако это достижение казалось совершенно бесполезным перед лицом грядущего кризиса. Это было, как если бы его достижения рухнули от первого же удара!

Но Цзюнь Мосе не был готов смириться с ситуацией, когда судьба его семьи решалась кем-то другим и была не в его собственных руках. Ведь вполне возможно, что какой-нибудь человек мог уничтожить всё просто от нечего делать. Ему нужно было что-то сделать, чтобы снова чувствовать себя в безопасности, а также подавить эту угрюмость в его сердце.

Поэтому Цзюнь Мосе отчаянно стремился вперёд, чтобы получить силу…

Его стремление вылилось в то, что он всё свободное время торчал в Пагоде Хунцзюнь и создавал таблетки. Или же он занимался и практиковал боевые искусства. Или он бежал в сокровищницу, чтобы очистить свою кровь. Он создал восемнадцать пилюль жизненной связи после трёх успешных попыток за эти двадцать дней. Однако когда дело дошло до таблеток небесной жизненной силы…

Лицо Цзюнь Мосе просто покрывалось потом, а глаза начинали слезиться, когда он только думал об этом...

Он верил, что эти таблетки небесной жизненной силы были самыми важными среди трёх типов таблеток. Поэтому он полагал, что их будет труднее всего создать. В действительности же он на удивление преуспел в самой первой попытке! Кроме того, эта попытка принесла десять идеально круглых и лучших таблеток!

В конце концов, Цзюнь Мосе был сбит с толку.

«Оказалось, что я ошибался. Это были самые простые для создания таблетки! А я считал их… Бедный я... Я всегда считал их самой трудной «горой для восхождения»... Я действительно... ошибся как никогда в жизни…»

Глава 538. Под давлением

Молодой господин отбросил мрачные мысли в сторону и попытался повторить процесс ещё несколько раз. И каждый раз ему это удавалось. Затем он хмыкнул и закинул в рот одну из своих таблеток. Сразу же он разжевал её с треском. Но ему пришлось пережевать её дважды, прежде чем жизненная сила вошла в его тело.

Следует отметить, что он постоянно культивировал, чтобы улучшить таблетки и постоянно их создавал... всё время почти максимально перегружая себя, и восстанавливал свою энергию лишь в короткий промежуток времени между этими делами. Поэтому порог на пике Суань Неба Цзюнь Мосе уже довольно сильно ослаб. Следовательно, Цзюнь Мосе преуспел в улучшении своей культивации сразу после того, как принял эту таблетку небесной жизненной силы. И он достиг уровня Духа Суань!

Его меридианы наполнились чистой энергией, словно он культивировал пятьдесят лет. Именно поэтому он с лёгкостью проломил «горлышко бутылки»! Тем не менее молодой господин Цзюнь не успокоился даже после этого. Вместо этого он сразу же проглотил таблетку связи жизненной силы. В конце концов, он теперь мог вынести последствия, так как он достиг необходимого уровня. Кроме того, эта таблетка могла увеличить преимущества, даже если сейчас ещё было немного рановато принимать её. Во всяком случае, это никоим образом не помешает этим преимуществам. Кроме того, Искусство Разблокировки Небесной Удачи Цзюнь Мосе помогало ему уменьшить перегрузку, если вдруг возникнут проблемы с его нынешним культивированием…

Эта двадцатидневная борьба, наконец, подошла к концу...

Цзюнь Мосе нашёл время, чтобы вернуться домой и помочь Танг Юаню сбросить вес. Тем не менее он сразу же возвращался в Пагоду Хунцзюнь, если не было никаких новостей о деятельности врагов. Ведь дым и огонь от метеорита уже был виден в небе. И это свидетельствовало о приближении Смутного времени…

Большой Медведь и Ломающий Землю действительно отлично провели время в этот период. Они проводили все дни в городе Тянсян, живя распутной жизнью, и полностью забыли о своём доме и обязанностях. Кроме того, Цзюнь Мосе не потрудился отправить их обратно. Вместо этого он призвал их остаться и подождать того дня, когда он закончит создавать таблетки. Он сделал это, чтобы их сила могла быть повышена до того, как они отправятся в обратный путь.

Цзюнь Мосе был почти уверен, что эти два Короля зверей встретят мощное сопротивление на обратном пути. А таблетки могут повысить их силу и дать им шанс на сохранение жизни. Кроме того, он чувствовал, что очень важно помочь Королю тигров преодолеть его порог. Ведь у него должно быть достаточно сил для самообороны…

Цзюнь Мосе, наконец, усовершенствовал Кровь Жёлтого Пламени, постоянно добавляя элементы из золота, которое он приобрёл на аукционе. И он также усовершенствовал те девять мечей, которые ранее создал, как только его навыки улучшились. Однако в результате количество золота в казне значительно уменьшилось.

Он бы, наверное, очень сожалел, если бы Толстяк заметил это:

«Это ужасная потеря! Это огромная потеря для нас! Миллионы золотых монет... просто молча исчезли…»

Цзюнь Мосе вышел из Пагоды Хунцзюнь на рассвете в этот день. Он искупался и аккуратно надел белые одежды. Затем он направился ко двору Гуан Квинхан.

Все с нетерпением ждали, чтобы увидеть его! Значит, не было времени медлить…

Внутренний Двор Элегантного Аромата…

***

Нельзя сказать, что только женщины безумно носятся по улицам во время своих походов по магазинам. На самом деле мужчины, которые никогда раньше не переходили улицу... такие же.

И это было особенно верно для этих двух мужчин – Большого Медведя и Ломающего Землю. В конце концов, сколько торговых улиц они видели раньше? Можно было бы считать, что даже самая сумасшедшая женщина-шопоголик просто признала бы поражение перед этими двумя мужчинами.

Они покупали всё, что видели. Они даже не торговались. Они не просто покупали какие-то вещи и уходили. Ведь самое большое достоинство мужчины – это его откровенность!

Они бессмысленно метались по рынкам города Тянсян. Однако они и представить не могли, что лорд Тянь Фа захочет вернуть эти вещи обратно. Кроме того, Большому Медведю и Ломающему Землю придётся выслушать долгую и нудную лекцию за такие бездумные траты...

У двух Королей зверей были золото и серебро, которые дал им Цзюнь Мосе. Таким образом, их отношение было похоже на миллионера, который вошёл в деревню и удивился низким ценам. Они отчаянно «грабили» каждый большой магазин города Тянсян. Они покупали всё, что только попадалось им на глаза и что они считали ценным. Следовательно, количество золотых и серебряных монет быстро уменьшалось, но количество вещей, которые они покупали, увеличивалось с каждым днём. Фактически эти вещи в конечном итоге выросли до размера горы, но они никак не могли остановиться.

Два Короля зверей были очень умны. Они сохранили всё, что они купили, во дворе, подальше от всевидящих глаз Мэй Сюэ Янь. В конце концов, Мэй Сюэ Янь была в своём внутреннем дворе Элегантного Аромата и вряд ли выходила на улицу. Поэтому эти двое думали, что им это сойдёт с рук. А потом, когда они вернутся в лес Тянь Фа, с этим будет легко справиться. Жаль, что Божий план не всегда совпадает с нашим собственным... Короче говоря, их, в конце концов, поймали…

Их остановила Мэй Сюэ Янь, когда они собирались уходить, чтобы продолжить свой безумный шоппинг.

К тому времени, как Цзюнь Мосе пришёл, оба Короля зверей уже стояли на коленях на земле. У них на лбу был холодный пот. Их лица дёргались от страха, и они даже не осмеливались двинуться. Однако Зелёная Охотница, казалось, радовалась их несчастью. На самом деле в её глазах не было и следа сочувствия к ним. Казалось, что вид этих двух мужчин, получающих выговор, был очень приятен для её глаз. Между тем, Гуан Квинхан улыбалась, поджав губы…

Эта ситуация была очень странной. Мэй Сюэ Янь поручила этим двум парням собраться и вернуться через пару дней. Тем не менее им повезло, что Гуан Квинхан сказала пару слов в самом начале. Её слова звучали примерно так:

- У этих ребят нет стыда. Все следы совести испарились из их существ, и только это гнилое бесстыдство осталось внутри. Так что нет смысла что-то говорить.

Было очевидно, что любой удивился бы, наблюдая за этим сумасшествием. Поэтому нельзя винить в подстёгивании гнева в надежде увидеть ещё более весёлое шоу. В конце концов, вряд ли кто-то говорил бы в их пользу при таких обстоятельствах…

Гнев Мэй Сюэ Янь до сих пор не успокоился. В этот момент она как раз выхватила из кучи различных вещей женскую шёлковую рубашку и бросила ее в Короля тигров, крича:

- Ломающий Землю! Посмотри, что ты купил! Я подумала, что ты купишь что-нибудь полезное. Но я не могу этого понять… В лесу Тянь Фа живут только Суань звери. Кто ещё там живет? Но ты накупил женской одежды! Что ты будешь с ней делать, когда вернёшься? Будешь сам носить?! Или ты отдашь её своим подчинённым?! Безголовый придурок!

Было слышно ещё несколько приглушённых воплей, когда Мэй Сюэ Янь швыряла в него все вещи подряд. Одна коробка даже открылась, и вокруг разлился сладкий аромат. Оказалось, что это были духи. Часть жидкости попала прямо в открытый рот Короля тигров.

Мэй Сюэ Янь продолжала яростно кричать:

- Зачем вы накупили подобные глупости? Ты хочешь надеть это на своё волосатое тело? А? Ломающий Землю, ты, кажется, очень заинтересован в этом! Ты накупил столько женской одежды, что становится страшно. Но ты не купил чего-нибудь еще... Оу, у тебя тут даже браслеты здесь... это…

Затем она вдруг рассердилась ещё больше и заорала так, что даже соседи наверняка услышали:

- А это что? Наручники? Ломающий Землю! Для кого ты это купил?

Ломающий Землю непрерывно вытирал холодный пот, но не смел сказать ни слова. Его глаза непрерывно смотрели в сторону Большого Медведя. Казалось, что он хотел сказать:

«Четвёртый брат, ты должен что-то сказать! Это ты сказал мне купить это барахло! Это ты велел мне купить эти вещи для служанок будущего Дворца старшей сестры. А сейчас меня несправедливо ругают… Почему бы тебе не сказать что-нибудь?»

Большой Медведь сидел на корточках, и не смог удержаться от смеха. Всё его тело задёргалось от едва сдерживаемого хихиканья – он радовался чужому несчастью.

Цзюнь Мосе стоял у дверей. Он тоже не смог сдержать негромкий смешок.

- А ты над чем смеёшься? У тебя ещё хватает наглости смеяться? Большой Медведь, глупая ты шкура! Взгляни на эти вещи, которые ты купил! Смотри... и вот на это смотри... а вот это, блин, внимательно огляди! И это... и вот это тоже! – Большого Медведя с головой накрыло различными предметами.

- Чайная чаша. Золотые очки! Стакан… такой маленький. Ты сможешь им воспользоваться? Кто-нибудь вообще сможет его использовать? И эта одежда... ты на один уровень впереди, когда дело доходит до одежды, Большой Медведь! Ты даже купил шубу из медвежьего меха?! Ты Король медведей, Большой Медведь! Тебе нравятся вещи, которые сделаны из тел твоих людей? Тебе так нравятся эти вещи, что ты их даже купил? – Мэй Сюэ Янь продолжила орать, несмотря на то, что её очаровательное лицо побледнело. – Ты сам хочешь погубить свою расу? Или это золото просто поджарило твои скудные мозги?

Глава 539. Cчастье Мэй Сюэ Янь

- Просто... такая... зима холодная... – запинаясь, пробасил Большой Медведь; он начал задыхаться и потеть. Минуту назад он смеялся над страданиями других людей. Но теперь на его голову обрушилось множество обвинений. Это оставило его ошеломлённым. В результате на его лице появилось странное выражение.

- Холодная? – Мэй Сюэ Янь подняла ногу и пнула Большого Медведя. Тот повалился на землю. - Ты входишь в спячку, как только приходит зима! Разве не так ты делаешь всю свою жизнь? Так о каком холоде ты говоришь? Более того, ты – Король медведей! Ты собираешься носить шубу из медвежьей шерсти? Да ты просто гений! Ты точно такой же тупой, как Цзюнь Мосе... И совести у тебя явно не больше, чем у него!

Улыбка сползла с лица Цзюнь Мосе, когда он услышал это:

«И как это переключилось на меня? Разве ты не знаешь, что я не тупой? Я только притворяюсь тупым всё это время. Так почему ты издеваешься надо мной?»

Король медведей и Ломающий Землю зажмурились и ничего не могли сказать в оправдание.

- Значит, наш старый Медведь не впал в спячку в этом году? Вместо этого он прыгает и резвится? – Цзюнь Мосе видел, что эти два человека были в жалком и смущённом состоянии. Поэтому он решил сменить тему с целью сгладить ситуацию.

- А ты зачем пришёл сюда? Он – Король медведей. Какое тебе дело, впал он в спячку или нет? И я ещё не закончила с тобой. Скажи, зачем ты дал столько денег этим двум дуракам?

Мэй Сюэ Ян смотрела на него и ждала, пока он заговорит. Однако затем она заметила, что на его лице играла довольная улыбка. Она спросила:

- И чему ты улыбаешься? – тем не менее Мэй Сюэ Янь почувствовала, что молодой господин Цзюнь уже нашёл больше таблеток. Фактически её ожидания были слабо ощутимы в её голосе.

Цзюнь Мосе шагнул вперёд, улыбнулся и сказал:

- К твоему счастью, я не чувствую себя оскорблённым. О, Сюэ Янь! Ты можешь начать подсчёт количества людей на твоей стороне. Не должно быть никаких проблем до тех пор, пока количество людей не будет необычайно большим!

Мэй Сюэ Янь вскинула брови:

«Он посмел назвать моё имя?»

Однако она быстро взяла себя в руки:

«Значит, таблетки уже готовы?»

Сразу же она просто забыла про все остальные вопросы. Вместо этого её пальцы начали танцевать в воздухе, пока она считала необходимое количество.

Король медведей и Ломающий Землю уставились в сторону Цзюнь Мосе и втайне показали ему большой палец.

«Вау! Это удивительная скорость прогресса! Он достоин того, чтобы его называли мужем старшей сестры! Он назвал её по имени! И он даже взял под контроль её гнев!»

Оба звериных Короля смотрели на Цзюнь Мосе с выражением восхищения в глазах…

«Он потрясающий человек!»

- Десять... десяти будет достаточно! – Мэй Сюэ Янь вздохнула и воскликнула, открывая глаза.

- Десять? Ты уверена? – Цзюнь Мосе был удивлён этим. Он думал, что Мэй Сюэ Янь посчитает всех зверей Суань, которые достигли пика девятого уровня. Поэтому то, что она попросила всего десять таблеток, было шокирующим для него.

- Без сомнения, – глубоко вздохнула Мэй Сюэ Янь. – Десяти таблеток достаточно. Не обязательно быть жадным. Эти Суань звери девятого уровня находятся всего в одном шаге от стадии трансформации. Но как мы можем позволить им достичь этого без каких-либо усилий? Кроме того, повышение силы только Королей зверей будет более полезным для управления лесом Тянь Фа. Что касается остальных... я вернусь, выберу одного из них, а потом тщательно его обучу. В конце концов, у меня появится слишком много головной боли, если некоторые из них окажутся чрезвычайно дикими и неукротимыми.

Цзюнь Мосе похлопал в знак благодарности:

- Правильно! Это хорошо! Это правильный способ справиться с ситуацией. Ведь таким образом можно эффективно управлять «солдатами». Короли зверей будут иметь абсолютную власть над другими зверями Суань, если мы последуем этому плану. И мы сможем после этого рассматривать план развития без всех ограничений. Мэй Сюэ Янь, ты чрезвычайно сообразительна!

Затем он вынул плод своего труда. Нефритовый бутылёк лежал в его нагрудном кармане. Достав, он поставил его на стол; бутылёк мгновенно привлёк всеобщий взгляд, словно магнит.

- В этом бутыльке – пять таблеток. Я уже давал тебе четыре. И ты сама уже приняла ещё одну. Итак, ровно десятка! – Цзюнь Мосе ответил тяжёлым голосом. – Я рекомендую Королю тигров, Королю медведей и Королеве Змей пока не возвращаться в лес Тянь Фа. Вместо этого, они должны принять таблетку здесь и продвигать свои уровни без промедления. Чем раньше — тем лучше! Что ты об этом думаешь?

- Зелёная Охотница уже взяла одну. Но эти два парня чрезвычайно вспыльчивы. Более того, этот вопрос нужно решать с умом. Их сила возрастёт в несколько раз. Но что я буду делать, если они начнут злоупотреблять своими силами после возвращения в Тянь Фа? Разве это... не усложнит мне жизнь? – Мэй Сюэ Янь выглядела чрезвычайно обеспокоенной, бросая торжественные взгляды на Большого Медведя и Ломающего Землю.

Король медведей и Король тигров услышали новость, что их способности могут быть улучшены, просто употребив эти таинственные таблетки. Они тут же чрезвычайно обрадовались, что пришли сюда по этому заданию с доставкой:

«Это именно то, чего я ожидал, когда пришёл сюда... Ха-ха!»

Конечно, они не смогли сдержать своего счастья. Но их лица через секунду помрачнели, когда они услышали слова Мэй Сюэ Янь…

Можно сказать, что Мэй Сюэ Янь их очень хорошо понимала. Они оба думали об этом минуту назад — «Мы усилим нашу силу и вернёмся назад. Тогда мы покажем свои способности перед этим старым Журавлём! И мы дадим всем знать, насколько сильными мы стали...»

Но как они могли ожидать, что Мэй Сюэ Янь отвергнет эту идею ещё до того, как их прекрасная мечта воплотится в реальность…

- Король медведей и Король тигров чрезвычайно просты. Но, тем не менее они понимают людей. Итак, как они могут делать что-то подобное? Надо сказать, что на днях они создали «кольцо смерти» у ворот Тянсяна. Но глупому принцу не повезло, что он не открыл глаза и не увидел всё ясно... Им необходимо принять эти таблетки. Они прошли весь путь от Южного Небесного Города до Тянсяна, насколько я знаю. Надо признать, что по дороге они убили много людей, но сами они ведь никого не провоцировали. Они действовали только тогда, когда их провоцировала другая сторона, – Цзюнь Мосе говорил строго, но справедливо. – Вот почему я не думаю, что эти двое могут сделать что-то подобное!

Два Короля Зверей были очень тронуты этим. Они даже посмотрели на Цзюнь Мосе глазами, полными слёз благодарности. Они думали:

«Он – действительно потрясающий зять! Он должен быть нашим зятем! Мы не позволим старшей сестре сменить мужа, даже если она захочет!»

- Они могут поймать и побить Высокого Журавля. Они могут даже ненадолго забрать у него командование. Но больше они всё равно ничего не сделают, – продолжил Цзюнь Мосе.

Два звериных Короля чуть в обморок не упали:

«Мы похожи на людей, которые пытаются забрать командование силой?»

- Только не говори мне, что ты ещё не подумала об этом? Они должны вернуться в Тянь Фа. Но их обратный путь не будет таким гладким, как их путешествие сюда, – Цзюнь Мосе снова заговорил. – Усилить их силу нужно без всякого промедления! Ты, может быть, думаешь, что путешествие обратно в Тянь Фа может быть лёгким. Но не забывай, что им, возможно, придётся столкнуться с экспертами из трёх священных земель! Их нынешняя сила едва ли даст им надежду на то, что они смогут защитить себя в ситуации даже один на один. И нет смысла даже упоминать о засаде! Это не лёгкая прогулка – выжить в такой ситуации! Их настоящее культивирование, вероятно, понесёт огромный вред, даже если им повезёт вернуться в Тянь Фа. Ты хочешь, чтобы они были как шестой Лев и седьмая Обезьяна?

Мэй Сюэ Янь нерешительно пробормотала с мрачным выражением на лице:

- Какова вероятность, что они перехватят этих двоих?

Цзюнь Мосе сказал с горькой улыбкой:

- Ты и правда этого не понимаешь… Ты просто не хочешь этому верить. Есть, по крайней мере восьмидесятипроцентный шанс, что они попытаются перехватить этих двоих! Ты бы хотела сыграть с их жизнями, даже если есть только половина шанса?

Мэй Сюэ Янь на некоторое время потеряла дар речи. Затем в её глазах мекнула вспышка гнева:

- В твоих словах есть смысл! Я не думала об этом с такой стороны. Но теперь я думаю, что лучше позволить этим двоим увеличить свою силу, прежде чем отправиться в обратный путь в Тянь Фа.

Цзюнь Мосе кивнул головой:

- Это нужно сделать именно так!

Большой Медведь и Ломающий Землю были чрезвычайно обрадованы:

«Я никогда не ожидал, что старшая сестра дойдёт до того, что признает, что она была невнимательна! О... наш зять просто великолепен! Он заставил её переосмыслить своё решение всего несколькими словами! Ух ты! Когда это старшая сестра меняла свое мнение в Тянь Фа?!»

«У нашего зятя такое высокое положение! О, дорогой муж старшей сестры... ты нам так нравишься!»

Два простодушных Короля зверей чуть не выкрикнули последнее предложение вслух. Каким-то образом им удалось сдержаться, но это было нелегко для них.

Но все же эти два звериных Короля не обратили особого внимания на разговоры о «засаде при возвращении в Тянь Фа». В конце концов, два Короля зверей сражались на протяжении всей своей жизни. Поэтому бои укоренились в их природе!

«Что такого особенного в людях из этих трёх священных земель! Мы даже не знаем, сколько битв мы провели, и сколько ситуаций, когда жизнь висела на волоске, нам пришлось пережить! Разве мы не сможем убить кого-нибудь, устроившего засаду?»

Это было особенно верно для Короля медведей. В конце концов, он сделал прорыв совсем недавно. Поэтому он хотел проверить, как далеко продвинулась его сила...

«Убьют нас? Ха-ха-ха! Это великолепная шутка!»

«Пусть они попытаются убить нас! Посмотрим, кто кого убьет!»

«Культивации шестого Льва и седьмой Обезьяны только достигли ранней стадий Зверолюдей; они были далеки от пика силы звериного Короля в то время. Однако на них напали четыре Великих Мастера. Это было очень прискорбно. И вот почему они потерпели это поражение. Но мы были на пике силы Короля зверей в течение некоторого времени. Так что мы будем гораздо более подготовлены, чем они, если сделаем ещё один прорыв! Мы увидим удивительный рост в нашей силе!»

Королева Змей уже приняла одну таблетку. Таким образом, Мэй Сюэ Янь осталась только с тремя таблетками.

Она собиралась дать двум Королям зверей их долю, когда услышала, как Цзюнь Мосе произнёс:

- Подожди! Не спеши!

Все были поражены, услышав его. Они посмотрели на него странным образом. Но вскоре он достал из кармана ещё один нефритовый бутылёк. Затем он сказал с озорной улыбкой на лице:

- Это – таблетки небесной жизненной силы. Здесь в общей сложности десять штук. Каждая из этих таблеток может обеспечить усиление сил за полсотни лет. Но один человек может принять только одну таблетку. Я думаю, что вы должны принять это в первую очередь и увеличить свою силу. И уже после этого вы должны будете принять таблетку связи жизненной силы, чтобы увеличить скорость Суань Ци. Я думаю, что это приведёт к лучшим результатам!

Мэй Сюэ Янь вскрикнула от шока, и её тело задрожало.

«Одна таблетка способна увеличить силу на пятьдесят лет!»

«Эти два вида таблеток настолько ценны, что их ценность даже нельзя ничем оценить. Но Цзюнь Мосе отдаёт эти таблетки без каких-либо колебаний!»

«Он отсутствовал последние несколько дней. Должно быть, он пытался достать эти таблетки ради моей безопасности! Он беспокоился обо мне!»

Мэй Сюэ Янь внезапно почувствовала, что её любят и заботятся о ней в эту долю секунды. И волна счастья накрыла её с головой. Это чувство было новым для неё. Она никогда не чувствовала себя так за всю свою жизнь! Кроме того, ее сила Суань уже достигла вершины мира. Так у кого вообще был шанс заставить её чувствовать себя так?

Тем не менее эти чувства внезапно появились в её сердце в это время. И в результате она осталась очарованной и довольной. Но это тёплое и бурное чувство счастья также сопровождалось слабым, но горьким ощущением. Казалось, она слишком неохотно расставалась с этим чувством…

Глава 540.1. Гуан Квинхан разжигает страсть (часть 1)

Мэй Сюэ Янь посмотрела на красивое лицо Цзюнь Мосе. В его глазах, как всегда, витала искорка легкомыслия. Её сердце подпрыгнуло от волнения и радости:

«Он... Он сделал всё это для меня!»

Хорошее поведение молодого господина Цзюнь, разумеется, предназначалось для представителей леса Тянь Фа и его многочисленных зверей Суань. Естественно, он хотел произвести на них впечатление, чтобы заручиться их поддержкой. Но Мэй Сюэ Янь попала в ловушку и слишком много думала над этим, предполагая, что он сделал всё только для неё. В конце концов, на самом деле он делал всё это исключительно ради своих собственных целей.

Но это было не очень удивительно. Ведь женщина – самое снисходительное существо! Этот факт нельзя отрицать. Возлюбленный женщины может спасать мир, не обращая на неё внимания, но она, не колеблясь, поверит в то, что он всё это делает ради неё одной.

- Да, отлично! Это ускорит наш план в два с половиной раза! Давайте немедленно действовать. В конце концов, ты знаешь больше всего об этих волшебных таблетках, после твоего учителя, разумеется! – в тихом голосе Мэй Сюэ Янь явно были слышны нотки застенчивости и нежности; её покорность любому решению Цзюнь Мосе была очень непривычна для остальных. Даже её лицо покраснело.

Большой Медведь и Ломающий Землю внезапно подняли головы и недоверчиво посмотрели на свою старшую сестру. Затем они недоверчиво посмотрели на Цзюнь Мосе. Потом они едва сумели сдержать изумлённый возглас!

Два Короля зверей всегда внимательно следили за своим лидером. Тем не менее им никогда не доводилось видеть такого выражения на лице Мэй Сюэ Янь, как сейчас. И они никогда не слышали таких нежных слов из её уст. Поэтому они были явно шокированы, не понимая, как всё это произошло…

«Неужели его методы реально настолько хорошо действуют? Ему даже удалось приструнить нашу свирепую старшую сестру?»

Мэй Сюэ Янь тут же забыла про нежность и смирение, когда увидела, как они оба выпучили глаза. Она отвесила первому попавшемуся хороший пендель с ноги и закричала:

- Что вы вылупились? Совсем отупели? Или вам просто никто давно трёпку не давал?

Два Короля зверей взвыли от боли. Но сквозь боль и слёзы они продолжали переглядываться:

«Какой удивительный навык! Это же просто непостижимо! Как мы можем понять эту игру, в которую здесь играют...»

Поэтому они только повторяли:

- О... нет, ничего... ничего... совсем ничего... Хе-хе-хе-хе!

Гнев Мэй Сюэ Янь вырос ещё больше, как только она услышала их озорные смешки. Её лицо покраснело ещё больше…

Гуан Квинхан спокойно смотрела на эту сцену, уже привыкнув к такой излишней эмоциональности зверей Суань. На её лице играла улыбка, но в сердце появился небольшой кислый привкус тревоги... она тайно бросила взгляд на Цзюнь Мосе. Это был мужчина, лишивший её девственности. Тем не менее он не пытался искать встречи с ней уже долгое время – с тех самых пор, как они вернулись в город Тянсян:

«А ведь он приходил ко мне каждый раз, когда его сердце горело желанием... Но раньше я его безжалостно выгоняла... Неужели я была слишком жестока к нему?»

Она всё ещё стояла в задумчивости, вспоминая прошлое, когда Цзюнь Мосе неожиданно подошёл к ней. Она даже подпрыгнула от страха и попыталась отойти.

Но Цзюнь Мосе озорно рассмеялся и наклонился к её уху. Затем он прошептал:

- Старшая сестра Квинхан! Я... Я снова заражён этим злонамеренным ядом... пожалуйста, пожалей меня ещё раз! Пожалуйста, помоги мне избавиться от этого яда, как раньше. Мне срочно нужна твоя помощь! Я чувствую себя очень… неуютно... Я ведь твой младший брат... и, это ради жизни твоего младшего брата…

Гуан Квинхан просто остолбенела, услышав эти наглые слова. Она не была похожа на Дугу Сяо И, так как была старше. Она многое знала о мужчинах и их делах. Поэтому она не смогла удержаться и покраснела, когда услышала эти пошлые слова из его уст. Разумеется, она тут же уверилась в том, что вела себя с этим мерзким пошляком правильно всё это время, и развернулась, чтобы уйти от него подальше. Но лицо её уже покраснело. Даже мочки ушей заалели.

Цзюнь Мосе же стоял почти вплотную к ней. Он не мог не увидеть её сверкающую мочку уха и безупречно красивый профиль её лица, который был виден ему с этого угла.

«Такая красивая... ничто не может быть прекраснее её…»

Сердце Цзюнь Мосе внезапно и правда воспламенилось. А то, что произошло дальше, можно было описать только как несчастный случай – он, даже не подумав, что делает, высунул язык и лизнул её…

Гуан Квинхан вскрикнула от неожиданности. Она вдруг почувствовала, что её тело ослабло, будто у неё не осталось сил. На самом деле она чуть не упала. Однако вскоре её тело стало нагреваться... она покраснела от гнева и стала бороться с этим мерзким прилипалой. Она так посмотрела на Цзюнь Мосе, что только идиот бы не понял:

«Отпусти меня!»

Тем не менее Цзюнь Мосе, видимо, не умел читать по глазам, так как лишь громко рассмеялся. Он даже проигнорировал тот факт, что там присутствовали другие... Он схватил её за талию и поднял на руки. Гуан Квинхан никогда не думала, что Цзюнь Мосе будет так дерзко вести себя по отношению к ней. Поэтому она рявкнула, теперь уже вслух:

- Отпусти меня! Быстро!

Цзюнь Мосе снова издал озорной смешок и прошептал ей на ухо:

- И почему я должен отпустить тебя? Ты – моя первая женщина! Мой третий дядя примет тебя как свою приёмную дочь на завтрашней церемонии! А значит, ты будешь его приёмной дочерью после церемонии! И я заставлю дедушку подчиниться моей просьбе, как только это произойдёт. Поверь, он мне многое должен… Как и третий дядя… И я уложу тебя в свою постель в ту же ночь. Ты всё ещё пытаешься сбежать? Ха! Не волнуйся, моя маленькая Хан Хан. Я могу заверить тебя, что моя кровать очень хорошая, большая и тёплая…

Гуан Квинхан снова вскрикнула от страха. Она читала книгу «Уроки нравственности для женщин» несколько раз в детстве. Поэтому она хорошо разбиралась в строгих этических нормах. Она была воспитана в такой среде. Так как она могла вынести такие вопиющие слова от него? Она не могла избавиться от чувства стыда, и всё её тело задрожало. Было неизвестно, как она собрала в себе столько сил, но она оттолкнула его и быстро убежала.

Глава 540.2. Гуан Квинхан разжигает страсть (часть 2)

Цзюнь Мосе громко рассмеялся и обернулся. Тут же он увидел, что Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница смотрят на него с абсолютно красными от гнева лицами. Казалось, что они – вулкан, который вот-вот извергнется. Тем не менее Большой Медведь и Ломающий Землю смотрели на него с восхищением:

«Он – божество! Этот человек – настоящий Бог!»

«Он может заставить нашу старшую сестру подчиниться ему. Кроме того, у него также хватает смелости заигрывать с другими женщинами перед ней! Просто жесть… он… потрясающий... слишком сильный... он слишком свиреп! Он потрясающий! Он – мой кумир...»

Цзюнь Мосе был ошеломлён. И его задница уже начала подавать тихие, но уверенные сигналы, что беды не миновать.

«Чёрт, я сказал это вслух... я же помню, что должен был использовать «шифр», чтобы остальные не поняли моих слов. Но я потерял контроль над собой и забыл это сделать. И я это вслух сказал... Ещё и рожи у них, будто они каждое моё слово слышали…»

Мэй Сюэ Янь посмотрела на него в гневе; её лицо стало уже бордовым.

«Так трудно понять, что происходит в сердце этого парня. Его действия тронули меня мгновение назад. А теперь он спокойно дурачится с другой женщиной передо мной! Он какой-то слишком бесстрашный!»

Королева змей смотрела на Цзюнь Мосе с ужасающе злобным выражением. Казалось, что она в любой момент вернётся в свою звериную форму и просто проглотит этого идиота живьём.

Цзюнь Мосе быстро понял, что сейчас ситуацию разрулить уже не выйдет. Продумывая варианты, он дважды прокашлялся. Парень прекрасно понимал, что даже миллион объяснений не исправит уже нанесённый ущерб. Вместо этого, это только ухудшит ситуацию. И это, безусловно, приведёт к ещё более крупной катастрофе…

Он решил использовать свой удивительный навык «Смена темы». Он ещё раз прокашлялся и заговорил с достоинством:

- Вы вчетвером можете принять таблетки сейчас, так как вы все согласны с этой идеей. У меня тоже нет с этим никаких проблем. Более того, я даже могу постоять на страже, чтобы никто вас не беспокоил. Также я могу использовать свои навыки Суань, чтобы помочь вам с продвижением. Очевидно, у моего учителя есть дела, которыми он и занят в данный момент. Беспокоить его будет не слишком хорошим решением. Так что, я сам понаблюдаю за этим…

Добавив немного встревоженности в свой голос, он продолжил:

- Мисс Мэй, ты тоже это прекрасно знаешь. Сила – единственная решающая черта в любом вопросе, тем более жизни и смерти. Даже небольшой прогресс может повлиять на окончательный исход Битвы за Захват Небес! И это жизненно важно для будущего простых людей. Мы должны использовать любую возможность для укрепления нашей силы. Ну и, разумеется, нам нужно время…

Горло Цзюнь Мосе пересохло, так что ему пришлось перестать говорить и громко рассмеяться. Однако даже его смех сейчас было крайне неприятно слышать. Казалось, что кто-то пытается играть на ручной ножовке. Фактически это было похоже на то, что кто-то пытался разрезать стекло тупым ножом.

Он знал, что Мэй Сюэ Янь сейчас очень раздражена. Поэтому он обратился к ней как к «мисс Мэй», а не «Сюэ Янь». Никто никогда не посмел бы называть её так. Кроме того, ему также удалось изобразить выражение лица великого святого, который оплакивал судьбу человечества.

Надо сказать, что его способность отвлечь внимание от темы была столь же замечательна, как и удивительные подвиги Шарля де Голля…

Мэй Сюэ Янь ещё кипела от гнева. Она фыркнула и схватила нефритовый бутылёк. Затем она открыла его и достала четыре таблетки. Она протянула одну Королеве змей и взглянула на Большого Медведя и Ломающего Землю. Те двое всё ещё стояли с открытыми ртами. Было видно, что они с восхищением пялятся на Цзюнь Мосе. Разумеется, она ещё больше разозлилась, увидев это. Тем не менее на этот раз она не избила их. Вместо этого она подняла палец и швырнула таблетки им в открытые рты... таблетки попали в их языки, как пули.

Таблетки были очень маленькими, но они были подкреплены силой Мэй Сюэ Янь. Поэтому они ударили их обоих очень сильно. Большой Медведь и Ломающий Землю заорали от боли. Эти маленькие таблеточки едва не выбили им зубы. Но через секунду поток тёплой энергии появился у них во рту. И этот жар вскоре понёсся по их конечностям, костям и меридианам...

Они чувствовали, как будто огромная сила появилась внутри всего их тела. Энергия внутри их меридианов начала течь в обратном направлении. Перепуганные звери Суань стояли неподвижно с широко открытыми глазами. Тем не менее Мэй Сюэ Янь и Королева Змей уже сидели на полу со скрещенными ногами; они уже начали поглощать энергию.

Два Короля зверей не стали пренебрегать примером. Они тоже поспешно сели и вошли в медитативное состояние.

Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением:

«Пронесло. Я наконец-то преодолел эту огромную проблему. Фууухх… Давай идти шаг за шагом дальше. Я обидел двух человек лишь потому, что моя похоть обогнала мои мозги. Это могло обернуться катастрофой…»

«Я лишь на секунду ослабил бдительность перед прекрасным лицом Гуан Квинхан, и в конечном итоге слишком вольно повёл себя с ней перед столькими людьми. Это испортило столько дней моей тяжелой работы. Я уже начал делать некоторые успехи с Мэй Сюэ Янь, но это поведение, несомненно, произведёт на неё плохое впечатление. Я снова потерял рис, пытаясь заманить курицу… Придурок…»

Молодой господин Цзюнь печально вздохнул. Он чувствовал себя обиженным.

«Тьфу, блин! Я так долго сдерживался! Почему никто не пожалеет меня? Я так долго сдерживал себя. Но это же может вызвать проблемы... Кроме того, я живу рядом с такими красивыми и соблазнительными женщинами. И всё равно я один! Разве мои желания не станут сильнее? Это же логично! Я просто пытаюсь позаботиться о себе… Итак, в чём же я ошибаюсь? Где я могу ошибаться?»

«Да чёрт возьми! Когда закончится вся эта херня? Я живу среди самых красивых женщин в мире! Но я ничего не могу сделать. Я могу сделать что-нибудь только в том случае, если меня снова отравят смертельной дозой афродизиака? Нет более мучительной пытки, чем эта! Это самое ужасное…»

«Нет! Я обладаю превосходной решимостью! Любой другой человек потерял бы уже своё «оружие» из-за этих пыток!»

Тело Мэй Сюэ Янь через некоторое время начало испускать густой и плотный туман. Туман медленно начал конденсироваться над её головой в форме цветка. Затем образовался ещё один... и так продолжалось до тех пор, пока из густого тумана не появилось три цветка.

Цзюнь Мосе щёлкнул языком от удивления...

«Я думаю, что это так называемые «Три цветка сходятся на вершине, когда пять энергий объединяются». Я слышал об этом пике силы в моей предыдущей жизни, но я никогда не видел этого. И тем более я никогда не думал, что увижу его здесь. Кроме того, я не мог видеть этого в своей ауре; и не в чьей-либо Суань Ци. Вместо этого, это произошло через... изначальную Ци зверя Суань!»

Этот инцидент заставил Цзюнь Мосе осознать одну истину:

«Не имеет значения, под каким именем человек изучает боевые искусства. Не имеет значения, к какому миру принадлежат боевые искусства... все они ведут из одного начала и доходят до одинакового финала, как только достигают глубокой стадии!»

Глава 541.1. Четыре Основные Черты! (часть 1)

Эти три цветка, сделанные из плотного тумана, через некоторое время вернулись в тело Мэй Сюэ Янь. Очень быстро, со свистом. Затем Мэй Сюэ Янь медленно открыла глаза. Из её глаз словно выстрелили лучи странного света, когда она посмотрела на Цзюнь Мосе. Её сердце стучало быстрее, чем обычно, а выражение лица было очень сложным. Казалось, что в нём смешались воедино все эмоции...

Однако только в одном можно было быть уверенным!

Мэй Сюэ Янь могла ясно чувствовать, что её первобытная сила достигла своих максимальных пределов после этого мгновенного усилия; она претерпела ужасающие улучшения! Она получила больше чистой первобытной силы словно за пятьдесят лет культивации.

Мэй Сюэ Янь в прошлом сумели сразить десять первоклассных экспертов. И она получила серьёзные травмы во время этого инцидента, несмотря на то, что ей всё-таки удалось сбежать. После своего побега она вернулась в лес Тянь Фа. Но, можно было сказать, что состояние ее травм было очень критическим. Её тело было повреждено из-за удара меча. Более того, этот удар меча был результатом какой-то коварной и демонической боевой техники. Эта злая энергия переплелась с ее телом. И она не смогла «вычистить» этот дефект из своего тела. Мэй Сюэ Янь десятилетиями стремилась вылечить эту травму. Фактически она даже вернулась к своей форме зверя Суань, чтобы сделать это. Но все же она не смогла полностью восстановиться.

Надо сказать, что сердце Мэй Сюэ Янь тогда было добрым и нежным. Поэтому она не стала предпринимать кардинальных мер против этих нападавших. И это потому, что она всегда думала, что эти люди составляют главную силу, которая будет использоваться в Битве за захват небес. Они были напрямую связаны с безопасностью всего материка. Поэтому было бы неразумно убивать их. И она очень сильно страдала по этой причине. На самом деле можно было предположить, что, если бы она не обладала такой ужасающей силой, ароматические палочки перед мемориальной доской Мэй Сюэ Янь уже давно бы прогорели…

Серьезность этой травмы была всего в одном шаге от окончательной, летальной катастрофы, если подумать с точки зрения Мэй Сюэ Янь. Может ли засада из десяти первоклассных экспертов считаться обычным, банальным делом? Она сражалась у самых врат Ада во время этой битвы!

Лишь накануне битвы при Тянь Фа Мэй Сюэ Янь, наконец, почувствовала, что находится на грани выздоровления. Но ее побеспокоили на самом критическом этапе её выздоровления. Потеря Священного плода спровоцировала её в то время. Если бы он не был утерян, она смогла бы полностью излечиться. Следовательно, ее изначальная энергия полетела в обратном направлении, и ее тело мгновенно вернулось в исходное, повреждённое состояние.

Затем Цзюнь Мосе прокрался на её территорию в то время, когда она была неспособна сделать что-либо. Он поступил с ней так некрасиво, так как думал, что она – обыкновенное животное. Тем не менее это заставило Мэй Сюэ Янь так устыдиться, что она хотела умереть. Но она всё ещё была беспомощна и не могла отомстить обидчику.

Тем не менее Цзюнь Мосе неосознанно использовал свою небесную ауру, чтобы исцелить её. И это оказало большое лечебное воздействие на её травму. Это не позволило ей полностью восстановиться, но, тем не менее большинство её страданий уменьшились и почти не беспокоили её. Даже эффект Укуса Дьявола её изначальной Ци был уменьшен до ничтожного уровня. Мэй Сюэ Янь сконцентрировала свои усилия после ухода Цзюнь Мосе. В результате ей удалось восстановить восемьдесят процентов своей первоначальной силы. Затем она подавила свои старые раны и пошла сражаться против четырёх из восьми Великих Мастеров! И, несмотря на всё это, ей удалось выиграть битву почти одним ударом!

Однако Мэй Сюэ Янь знала, что её травмы были далеки от полного выздоровления. Кроме того, Битва за захват небес была уже на носу. Но она не была уверена в своём состоянии в такой критический момент... это было причиной, почему она приехала на материк — она надеялась найти возможность, чтобы полностью восстановиться.

То, что они вместе с Зелёной Охотницей позволили Цзюнь Мосе сопровождать их – очевидно, было уже предрешённым фактом. И это потому, что небесная аура Цзюнь Мосе была лучшим методом лечения её травм!

Цзюнь Мосе определённо оскорбил, обидел и унизил её. Но ей нужна была небесная аура этого мерзкого пошляка-зоофила, чтобы исцелить себя; это были сложные и необъяснимо странные отношения. Для Мэй Сюэ Янь было утомительно переключаться между этими двумя эмоциями во время долгого путешествия. Но Цзюнь Мосе в это время совершал очень приятное путешествие. И это заставило Мэй Сюэ Янь чувствовать себя ещё более неудовлетворённой. Поэтому она неоднократно устраивала злые, но почти безобидные «шалости». Однако этому парню постоянно удавалось справиться со всем, что она ему готовила…

Он бы не сломался, даже если бы не мог справиться с этими вещами, что заставило её мучительно раздумывать:

«Толщина кожи этого парня не имеет себе равных. Он никогда не сердится. Кто он такой?»

Конечно, Мэй Сюэ Янь очень срочно нуждалась в небесной ауре Цзюнь Мосе, чтобы исцелить свои раны. Но она была Владыкой леса Тянь Фа. Как она могла преклонить голову и попросить его об этой услуге? Она долго рассматривала этот вопрос, но никак не могла определиться. Поэтому она отправила Королеву Змей на разведку вокруг города Тянсян после того, как они прибыли туда…

Но Цзюнь Мосе снова использовал свои «шалости», когда они встретились. Он отшлёпал её! И даже поцеловал... это, естественно, заставило Мэй Сюэ Янь почувствовать дикую путаницу и беспорядок в своей голове!

Убить его было бы легко, но она не могла сделать это. Она могла избить его, но она не должна была бить его сильно. И выговор был бесполезен против такого бесстыдника. Поэтому Мэй Сюэ Янь не решалась сделать свой выбор. К тому же, именно тогда она услышала, что Цзюнь Мосе пригласил её жить с семьей Цзюнь. И она небрежно согласилась с идеей в тот момент неразберихи... следовательно, она жила там до этого времени…

Некоторое время они поддерживали постоянный контакт. И она даже не осознавала, как тень этого негодяя проникала в её сердце шаг за шагом... её сердце всегда было подобно безмятежному озеру. Однако в результате он учинил там хаос…

Её травма не успела полностью восстановиться за время её пребывания здесь. Тем не менее удивительная таблетка, которую дал ей Цзюнь Мосе, увеличила её скорость в три раза. Затем эта небесная таблетка жизненной силы добавила ещё чистой изначальной силы за целых пятьдесят лет к её развитию. Более того, ее раны постепенно исцелялись под действием этих двух божественных лекарств!

Следовательно, она восстановила себя до пика своих сил с прошедших дней. Кроме того, ей также была предоставлена возможность продвинуться вперёд. Это не могло компенсировать отсутствие прогресса в течение прошедших лет, однако это всё равно было успехом.

Глава 541.2. Четыре Основные Черты! (часть 2)

Но её не слишком волновало её отставание в силе из-за этой травмы. В конце концов, лес Тянь Фа получит огромную силу, пока этот юноша будет продолжать обеспечивать её своими лекарствами и аурой. На самом деле, можно было бы считать, что дни славы Тянь Фа в этом случае наступят гораздо раньше. Однако было бы слишком неловко просить об этой услуге. Как сама Владыка могла это сделать, даже если Цзюнь Мосе и был готов согласиться?

Этот эксцентричный юноша был тем, кто вызывал в её сердце чувства любви и ненависти.

Королева змей, Король медведей и Король тигров всё ещё были погружены в транс. В конце концов, была значительная разница между их силой и силой Мэй Сюэ Янь. Их сила внезапно увеличилась на пятьдесят лет культивирования. Они, конечно, обладали большой силой, но им всё равно нужно было много времени, чтобы переварить и впитать эти таблетки!

Цзюнь Мосе в конце концов понял, что красивая Мэй смотрит на него. На самом деле, казалось, что она наблюдала за ним очень внимательно. Но он сделал вид, что не замечает этого, и позволил ей наблюдать за ним и дальше:

«В конце концов, я очень обаятельный. Какая красота не падет ниц передо мной!»

Тем не менее Мэй Сюэ Янь продолжала смотреть на него в течение длительного времени. И молодой господин Цзюнь в конце концов не смог этого вынести. Поэтому он заставил себя улыбнуться и сказал:

- Почему ты так смотришь на меня? На меня интересно смотреть? Думаешь, что я очень красивый? Или чувствуешь, что я очень сильный, очень позитивный, красивый и уверенный в себе? Или ты думаешь, что я другой? Я – необыкновенный герой, который может противостоять ветру. Но другие люди чувствуют себя немного неловко, если ты будешь смотреть на меня так!

Запутанный ход мыслей Мэй Сюэ Янь, наконец, остановился. Затем она мило улыбнулась и сказала:

- Может быть, ещё не поздно поладить с тобой. В конце концов, я даже не утруждаю себя тем, что ты говоришь. Тем не менее твое бесстыдство заставляет меня чувствовать себя странно. Ты вообще никогда не чувствуешь никакого смущения?

Цзюнь Мосе от души рассмеялся. Затем он ответил:

- Толстая кожа даёт большое преимущество. Разве ты не заметила этого? Святой справедливо сказал однажды, что «чувствительный человек не может найти столько еды, сколько хочет, а бесстыдный постоянно жрёт от пуза». Ну, может, он и не так говорил, но суть я передал верно… Будь-то еда, питьё или поиски жены... бесстыдные люди всегда впереди! Чувствительные люди могут лишь подобрать то, что другие оставляют. А, как по мне, собирать остатки от других людей – это мерзко и постыдно. Во всяком случае, я не очень хорош в этом…

- Серьёзно? Ты думаешь, что бесстыдство – это самое большое преимущество? – спросила Мэй Сюэ Янь смеясь.

- Это не всё, но и этого для начала достаточно! Тебе нужно иметь необходимый фактор для достижения окончательной победы, хочешь ли ты увеличить свою силу... или разбогатеть... или развязать битву между двумя странами... или даже стать Императором! Ты должна знать, что победитель должен иметь четыре основные черты, чтобы добиться успеха; ты не сможешь обойтись без даже одной из них! – Цзюнь Мосе расхвастался, не зная меры.

- Четыре основные черты? Прекрати бросаться тут умными словами, объясни всё ясно! – Мэй Сюэ Янь с любопытством продолжила:

«Сейчас ничего не поделаешь. Так что я могу позволить ему хвастаться, пока у нас есть время…»

- Первая и главная черта – быть двуличным: добрым снаружи, но злым внутри! – Цзюнь Мосе сказал серьёзным тоном. – Шансы на твой успех очень туманны, если ты не двуличный! Этот момент особенно важен. Это черта, которая порождает бесчисленные схемы и сюжеты, которые нужно сформулировать. И успех не может быть достигнут без наличия этой черты в качестве основы!

- А вторая черта? – Мэй Сюэ Янь тщательно раздумывала. И она чувствовала, что его доказательства что-то за собой имели.

- Вторая черта – смелость! Надо уметь делать всё, о чём ты только можешь подумать. Цель людей можно считать наполовину успешной в подавляющем большинстве случаев, если они осмеливаются так думать. В конце концов, ты осмелился, хотя другие не посмели. Таким образом, у тебя больше шансов на успех, чем у тех, кто не решился, – манера разговора Цзюнь Мосе была очень похожа на манеру ученого Конфуцианской школы.

- А третья черта? – Мэй Сюэ Янь подумала и рассмеялась.

«Смелость? Тебе даже не нужно об этом говорить. Ведь чего может добиться трус?»

- Третья черта чрезвычайно важна. Надо иметь жестокое сердце! Всё зависит от сердца человека. Нужно быть готовым безжалостно убивать, если кто-то ещё попытается навредить твоим интересам. Вы должны быть готовы уничтожить всё, что стоит на вашем пути. Я бы предпочел подавить весь мир, но я бы не позволил приказам людей подавить меня! Только так работает монарх. И это остается неизменным навсегда! – Цзюнь Мосе фыркнул. Он не мог не подумать о Ли Юране, когда он это сказал.

Ли Юран исчез из виду с тех пор, как семья Цзюнь внезапно стала очень сильной. Не было никакого движения на его стороне, хотя он был лидером молодого поколения семьи Ли. Тем не менее Цзюнь Мосе никогда не ослаблял свою бдительность. Ли Юран больше не был угрозой для Цзюнь Мосе на нынешнем уровне. На самом деле вся семья Ли была ничем перед ними в это время. Тем не менее у этого юноши был очень хитрый и изворотливый ум. Более того, он был полон амбиций. Поэтому нужно было держать ухо востро. В конце концов, он мог бы воспользоваться ситуацией, если о нём забыть!

- Я бы предпочел подавить весь мир, но я бы не позволил приказам людей подавить меня? Это слова тирана... но это правда. Как насчёт четвёртого пункта? – Мэй Сюэ Янь посерьёзнела. Она, казалось, поняла, на что указывал Цзюнь Мосе:

«Похоже, он не просто хвастается...»

- Вы всё ещё хотите, чтобы я назвал четвёртую черту? Это, очевидно, бесстыдство! – Цзюнь Мосе громко рассмеялся.

- Ха! И сколько, по-твоему, из этих четырёх черт у тебя есть? – Мэй Сюэ Янь наклонила голову и спросила. У неё было очень серьёзное выражение лица.

- Вторая черта – дерзость, четвёртая – бесстыдство. Я достиг больших высот совершенства в этих двух! На самом деле, я считаю, что не многие люди сейчас могут победить меня, когда дело доходит до этих двух моментов. Ты можешь даже сосчитать тех, кто может победить меня в этом отношении на пальцах одной руки! – Цзюнь Мосе изобразил торжественное выражение лица, продолжая.

– Первый фактор в настоящее время – двуличие, а третий – жестокое сердце... я наполовину понял эти аспекты. Однако мои чувства всегда были моей самой большой слабостью. С родственниками, близкими и друзьями по-прежнему трудно быть жестоким!

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

- Про это говорят «доктор не может заниматься самолечением». Это очень трудно изменить, хотя я знаю, в чём моя проблема. Кроме того, моё сердце непостоянно... На самом деле я, возможно, не смогу обладать этими четырьмя чертами в этой жизни! Но преобразования ещё не закончены. Так что мне пока ещё есть, к чему стремиться…

Глава 542.1. Обида Мэй Сюэ Янь (часть 1)

Мэй Сюэ Янь увидела, что Цзюнь Мосе, оценив себя, пока ещё не достиг желаемой цели. Он сказал, что, может быть, он никогда не сможет добраться до вершины. Она не ожидала, что он это сделает. Так что она довольно улыбнулась. Затем она небрежно спросила его:

- А что ты думаешь обо мне?

- Ты? Да ты оскорбляешь мои четыре основные черты! Ты ничуть не лучше идиота! – Цзюнь Мосе не проявил и следа вежливости. - В лучшем случае у тебя есть одна черта из четырёх. То есть, ты очень смелая. Но это всего лишь мужество. Однако имея только мужество без трёх других факторов, делает тебя смелым, но дураком! Ты способна только вслепую рвануть вперёд. Так что нет ничего хорошего, если говорить об этом. На самом деле ты даже уступаешь тем простым людям, которые знают, что они не обладают ни одной из этих четырёх черт. Но есть надежда, что они смогут провести свою жизнь в безопасности. Однако ты можешь стать мишенью многих людей. Ты будешь втянута в их заговоры. Потом ты затащишь своих друзей в свои заговоры.

- Ты! – Мэй Сюэ Ян разозлилась. - Это чушь!

- Чушь? Ты же умный человек. Подумай хорошенько, – усмехнулся Цзюнь Мосе. - Во-первых, давай поговорим о том времени, когда ты попала в засаду десяти первоклассных экспертов уровня Великих Мастеров. Тогда ты получила серьёзную травму. Ты не сказала мне об этом, хотя я спрашивал, не так ли? Но я могу понять, что тогда случилось! Ты получила серьёзную травму. Только так ты бы сбежала от них. И те десять Великих Мастеров тоже ушли. Тем не менее ты нанесла им лишь незначительные травмы, выйдя из осады... ты не предприняла никаких попыток причинить им опасные для жизни травмы. И нет необходимости даже упоминать о причинении им каких-либо физических недостатков. В конце концов, на твой взгляд, всё и так хорошо, не так ли?

Мэй Сюэ Ян сердито смотрела на него, закусив губу. Однако выражение гнева в её глазах медленно превратилось в горе.

- Разве это не доброта и мягкосердечность?! – Цзюнь Мосе безжалостно продолжал критиковать. - Ты получила серьёзную травму и оказалась на грани смерти. Ты исчерпала свои силы, а потом выбежала из их ловушки и сбежала. Эти эксперты выжили благодаря твоей доброте, но они не отплатили бы тебе за нее. Вместо этого, это сделало бы их более жестокими в их попытках убить тебя! После этой битвы ты вернулась в Тянь Фа и подумала, что тебе удалось сделать всё возможное! Разве не так всё произошло?

Мэй Сюэ Янь склонила голову. Цзюнь Мосе не видел и не слышал об этом инциденте. Однако ему удалось угадать последовательность событий. Но он всё равно не мог понять её действий...

«Почему? Каждый будет участвовать в Битве за захват небес. Каждый будет сражаться ради материка и его простых людей! Тогда в чем смысл этой внутренней борьбы? Зачем кому-то убивать собственных союзников? Разве их конечная цель не такая же, как наша?»

«Однако я знаю, что они полны решимости сражаться против агрессии чужаков. Безопасность материка является их наивысшим приоритетом. Я ясно выразилась по этому поводу. И это потому, что эти люди не испугались опасности перед лицом этих внешних врагов. Они даже не боятся жертвовать своими жизнями! Они проливают свою кровь на Столпе небесных гор. Дух их героизма всё ещё сохраняется в этом мире!»

«Почему? Как они могут не понимать, что звери Суань тоже понимают эту причину?» – Мэй Сюэ Янь не могла поверить, что они этого не поняли. Но это только усложнило ей понимание причин их действий. – «Убив меня и уничтожив лес Тянь Фа, вы потеряете могущественного союзника в Битве за захват небес! Кроме того, вы потеряете и большое количество своей военной силы! Зачем вам делать такие вещи, когда они вредят другим, а вы даже не получите от этого пользу?»

- Ты всё ещё в замешательстве? – Цзюнь Мосе посмотрел на неё и сказал: - Как они могли не понять настолько очевидное? У всех одна и та же цель и один и тот же враг. Каждый должен скооперироваться друг с другом со всей искренностью. В чём смысл этой внутренней борьбы? Ведь убивать союзников – это то же самое, что помогать врагу победить?

- Да, правильно! Почему? Я не могу этого понять! Этот вопрос меня всегда смущал. Разве мой лес Тянь Фа не был авангардом Битвы за захват небес в течение тысяч лет? Мы сделали шаг назад? Сколько Королей зверей было похоронено на Столпе небесных гор в течение этих лет? А?! Цифры неисчислимы! Я могу смело сказать, что этот материк прекратил бы своё существование давным-давно, если бы лес Тянь Фа не поддерживал их троицу! – глаза Мэй Сюэ Янь горели пламенем. – Однако три священные земли хотят уничтожить лес Тянь Фа! Что это такое? Почему?

- У вас, Королей зверей Тянь Фа, чистый характер. И мы никогда не смогли бы достичь такого величия в характере. Однако это преимущество – и величайшая слабость. Не начинай отрицать это сразу, сначала ответь на мой вопрос... – выражение в глазах Цзюнь Мосе смягчилось. - Я не понимаю, почему только три священные земли были сформированы после первых нескольких Битв за захват небес... почему было три священные земли и одна жестокая земля? Почему не было четырёх священных земель? Почему их только три? Ты когда-нибудь думала об этом? Лес Тянь Фа был столь же энергичен. Фактически это была сторона, обладающая максимальной силой. Так почему же она не была включена в священные земли? Почему её назвали «жестокой землей»?

- Это... – замешкалась Мэй Сюэ Янь. Она никогда не задумывалась об этой проблеме. С древних времен было только три священные земли и одна жестокая земля. И Мэй Сюэ Янь никогда не думала, что это неправильно. Наоборот, она верила, что все абсолютно правильно, ведь лес Тянь Фа был жестокой землей, которую никто не мог оскорбить. Так продолжалось течение последних десяти тысяч лет. И ни один эксперт из человеческого мира никогда не осмеливался вторгнуться в эту священную землю зверей Суань.

Однако она задумалась, когда Цзюнь Мосе упомянул эту проблему...

«Верно... почему? Мы также известны и могущественны. Так почему же «три священные земли» называются «священными землями», а лес Тянь Фа называют «жестокой» землёй?»

- Ты... и, возможно, все остальные звери Суань упустили эту проблему. Но это очень важно. И это потому, что это касалось гордости рода человеческого! Возможно... можно сказать, что это непостижимая тайна тщеславия. Проще говоря, лес Тянь Фа и три священные земли были предназначены, чтобы противостоять друг другу с того времени! – Цзюнь Мосе цинично рассмеялся. - Эта нелепая вера называется «ортодоксия». И это причина, по которой это случилось!

- Ортодоксия? Что ты имеешь в виду? – Мэй Сюэ Янь медленно села на стул.

Глава 542.2. Обида Мэй Сюэ Янь (часть 2)

- Ты не понимаешь? Это означает, что... этот материк принадлежит человечеству. Поэтому оно должно занять позицию лидера среди всех, кто может в этом сомневаться. Цивилизация и традиции этого континента должны исходить от человеческой расы. Суань звери могут быть очень сильными, но к ним следует относиться как к подчинённым человеческой расы. Дело в том, что твой лес Тянь Фа прославляет себя больше, чем кто-либо другой в Битвах за захват небес. И никто не может отрицать, что материк пал бы перед чужаками, если бы не было Тянь Фа в любой из Битв за захват небес! Это, безусловно, стало предметом гордости для леса Тянь Фа. Но…

Взгляд Цзюнь Мосе, казалось, начал гореть, когда он продолжил:

- Большинство людей, участвовавших в Битве за захват небес, сочли бы это позором для всей человеческой расы. И это справедливо и для тех, кто только собирается участвовать в будущих сражениях. В конце концов, они должны были полагаться на силу группы зверей, чтобы выиграть эти Битвы... чтобы защитить человеческую расу и её родину! Однако эта часть истории никогда не будет стёрта, пока существует лес Тянь Фа! Пройдёт время, но эти знания будут передаваться тысячи лет. Однако эта часть истории исчезнет, если лес Тянь Фа перестанет существовать! Поколения за поколениями человеческая раса не была уверена в своих шансах в Битвах за захват небес. Они боялись, что потеряют большую часть своей силы в борьбе с лесом Тянь Фа. И это позволило бы этим чужакам легко воспользоваться их внутренними распрями. Поэтому этот союз между людьми и животными продолжался. Наконец, у трёх священных земель появилась гарантия. Они считают, что их крылья достаточно выросли. Они верят, что выиграют Битву за захват небес без каких-либо проблем, даже если не будет леса Тянь Фа!

Таким образом, трагедия леса Тянь Фа началась! Люди склонны расправляться с другими, как только заканчивают служить своей цели. Люди так относятся даже к себе подобным. Так стоит ли упоминать вас, хоть и Суань, но зверей? Кроме того, странно, что так называемая «жестокая земля» является жестокой только по названию, ведь вам не хватает жестокости, которой вы когда-то обладали. Это дало им достаточные основания для предварения этого плана в жизнь! Сжатый кулак – главный аргумент в этом мире. Так что не обижайся! Историю всегда пишут победители! – Цзюнь Мосе даже запыхался под конец своей «пламенной» речи.

- Не обижайся... – покачала головой Мэй Сюэ Янь. – Короли зверей и владыки моего леса Тянь Фа проливали свою кровь у Столпа небесных гор на протяжении поколений, не жалея ни о чём. Для нас это всегда было предметом гордости и славы, но я никогда не думала, что ваша человеческая раса будет относиться к нам как к инструментам... я не должна чувствовать себя обиженной... как вы, люди, можете быть такими смиренными? И как я могу не обижаться?

- Тебе действительно не нужно испытывать никаких обид в этом отношении. И это потому, что три священные земли также исчезнут с падением леса Тянь Фа! Так почему ты должна горевать? – Цзюнь Мосе вздохнул.

- Три священные земли исчезнут? Как такое вообще возможно? – Мэй Сюэ Янь удивилась.

- Очень просто. Они заплатят значительную цену за то, что сразят лес Тянь Фа, даже если они сумеют это сделать. Первая возможность – три священные земли будут уничтожены в Битве за захват небес. Тогда чужаки займут материк. Три священные земли, наверное, смогут выжить, однако они не смогут сохраняться долго. Следовательно, они в конечном итоге исчезнут! – Цзюнь Мосе лукаво улыбнулся и продолжил. – Вторая возможность - три священные земли очень сильны. Они смогут выиграть Битву за захват небес. Однако три священные земли будут чувствовать себя очень уверенно в случае, если они победят! Но к тому времени не будет никакого Тянь Фа. Поэтому у них не будет внешней силы, чтобы их объединить. И это автоматически приведет к внутренним раздорам! Поэтому к концу этой борьбы останется только один из них! Я уверен насчёт этого. В конце концов, это базовая поведенческая модель человеческой расы. Это также низшая природа человеческой расы. Было бы странно, если бы этого не произошло!

- Это невозможно! Предки трёх священных земель всегда говорили: работайте как единое целое, чтобы вы могли противостоять вторжению чужаков. Зачем священным землям уничтожать друг друга, если Чужаки не будут уничтожены полностью? Как они могут забыть свои корни? Кто сможет вынести такой позор? Оставшаяся фракция может легко потерять мотивацию из-за отсутствия конкуренции. Трудно поддерживать крышу только с одной опорой. Разве эти люди не будут осуждены в истории, если Чужаки победят в этой Битве за захват небес? – Мэй Сюэ Янь покачала головой.

- Ты видела, что они делали на аукционе. И до сих пор веришь, что священные земли способны сотрудничать друг с другом? – Цзюнь Мосе ухмыльнулся. – Поэтому я и говорю, что ты слишком наивна, чтобы понять что-то настолько сложное. А насчёт учений предков... Это стоит несколько серебряных? Нет? Значит, это бесполезно! Разве ты не видела внутреннюю борьбу Города Серебряной Метели? Разве там не было учений предков? Императорская семья Тянсян однажды поклялась моей семье Цзюнь, что они будут делить славу и позор. Они сказали, что никогда не оставят нас. Но потом моей семье Цзюнь было позволено упасть ниже некуда. Я боюсь, что моя семья Цзюнь погибла бы давным-давно, если бы я не нашёл силу в Южном Небесном Городе. Предки северных луговых Волков говорили, что они будут защищать пастбища. Они говорили, что не будут пытаться идти на юг. Они сказали это тысячу лет назад. Но какое поколение их королевской семьи не пытается занять этот изобилующий мир удовольствий. Кто из их поколений не отправлял своих лошадей на юг? И к каким результатам это привело?

Глава 543.1. Мисс Мэй, чем я тебя обидел?

- Учение предков? Это считалось золотым принципом сотни и тысячи лет назад, в те времена, когда они были написаны. Однако с течением времени они устарели и стали такими же избитыми, как заповеди. Как ты думаешь, они смогут обуздать тщеславие и алчные желания, которые существуют в сердцах людей? Разумеется, нет! Лишь горстка людей, которые следуют этим учениям предков, могут считаться великими и мудрыми. Тем не менее остальные люди, которые следуют таким давним словам мудрости, просто посредственны! Люди, обладающие Великой мудростью и умом, мудры и дальновидны по своей собственной заслуге. Поэтому они редко связываются с этими учениями предков. А обычные люди не способны ничего изменить. Поэтому им ничего не остается, как подчиниться…

Однако всё меняется, когда поколение видит рост многих амбициозных молодых людей. Ведь эти люди умны и талантливы. Эти талантливые люди знают, что эти золотые правила мудрости очень важны. Тем не менее они по-прежнему считают их абсурдными. Поэтому они не следуют им. И это потому, что никто не хочет отказываться от славы и удовольствий этого мира из-за этой ерунды! Поэтому можно сказать, что умный и талантливый человек может не обладать большой мудростью! – Цзюнь Мосе говорил несколько мрачным тоном.

Мэй Сюэ Янь опустила голову. Вера, которую она хранила с самого рождения, внезапно рухнула. Поэтому она собрала свои силы и возразила:

- Нет! Это невозможно! Это всего лишь твоё предположение! Нет никаких доказательств в поддержку того, что ты сказал!

- Первое: их попытка заманить тебя в засаду и убить. Или это тоже было моей догадкой? Разве это не доказательство?

Второе: три священные земли в открытую высказывали свою неприязнь друг к другу на аукционе. Это тоже мои догадки? Разве это не доказательство?

Третье: Нин Ву Цин убеждён, что ты каким-то образом связана со мной. Это тоже моё предположение? Этих доказательств всё ещё недостаточно для тебя? Хорошо!

Четвёртое: Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город остались равнодушными, когда увидели, что Иллюзорный Океан Крови не получит дополнительных таблеток. Они ничего не сказали, когда мы оскорбляли их коллег. На самом деле они даже наслаждались чужим несчастьем. Ты присутствовала там лично. Ты видела это своими глазами. Это – тоже предположение, которое я придумал? Тебе нужны ещё доказательства?

Тогда пятое: не забывай про это время в Тянь Фа. Слова, сказанные мастерами Ливнем и Ураганом, взволновали и тебя. Или это тоже предположение? Ещё доказательств?

Эти пять аргументов взорвались в разуме Мэй Сюэ Янь, как пять ядерных бомб. Она вдруг стала мертвенно бледной, а её тело задрожало.

- Старшая сестра, молодой господин Цзюнь имеет свою точку зрения; ты должна принять это во внимание. В противном случае, зверям Суань из нашего Тянь Фа будет трудно сбежать, независимо от того, каков будет исход для людей, – голос Змеиной Королевы послышался сбоку. Она уже впитала энергию чудодейственной таблетки.

Большой Медведь и Ломающий Землю стояли сбоку, на их лицах была обида. Они, очевидно, слышали слова Цзюнь Мосе…

Мэй Сюэ Янь шевельнула губами, казалось, она хотела что-то сказать. Но, в конце концов, она смолчала. Вместо этого она только глубоко вздохнула.

- В трёх священных землях очень много экспертов. В этом нет никаких сомнений. Но могу с уверенностью сказать, что лишь немногие из них заслуживают того, чтобы их с вами сравнивать! На самом деле я уверен, что десять экспертов даже выше уровня Великого Мастера не смогут помешать вам уйти; они могут только ранить вас в лучшем случае. Однако сколько из этих экспертов вернулись невредимыми? – Цзюнь Мосе не собирался останавливаться. – Ты могла легко убить нескольких из них с той силой, которой обладаешь. И ты могла бы легко травмировать остальных, даже убегая. Кроме того, давай не будем забывать удивительные методы, которые ты освоила. Я даже считаю, что ты могла бы убить их всех, если бы показала всё, на что способна, не беспокоясь о последствиях. И у тебя всё равно хватило бы сил, чтобы уйти… Но ты этого не сделала. Вместо этого, ты сбежала и оставила десять человек в живых! – Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. – Им даже не нужно придумывать жуткую ловушку для тебя, потому что ты не можешь защитить себя. И это потому, что они знают, что ты не убьёшь их, даже если они придут, чтобы убить тебя! Вот почему они такие смелые... ты сама позволяешь им быть коварными! Ты не смогла достичь ничего, кроме этого!

- Но... каждое последующее поколение Королей зверей Суань поручало Битву за захват небес своим преемникам. Как я могу не обращать внимания на этот факт? Вы, люди, можете не принимать всерьёз учение своих предков. Но мы, звери Суань, не можем сделать то же самое, – глубоко вздохнула Мэй Сюэ Янь и нахмурила брови.

- Вот почему я и сказал, что простой характер вас, зверей Суань, является вашей самой большой силой, а также и вашей самой большой слабостью. Вы должны понять одну вещь — я говорю вам это только потому, что хочу, чтобы вы позаботились о спасении своей собственной жизни в первую очередь. И тогда вам уже стоит подумать о спасении всего леса Тянь Фа! Но это не значит, что вы должны отступиться от Битвы за захват небес! – Цзюнь Мосе уставился на неё. – Ты непременно должна участвовать в Битве! Ты должна участвовать там, даже если я скажу тебе не делать этого. Но ты не должна проявлять слепую терпимость перед лицом таких угроз и провокаций. Ты должна просто убить всех, кто попытается убить тебя. Ты должна отрубить ноги тем, кто хотел сделать тебе подножку. Ты должна рубить руки тем, кто посмел поднять их на тебя! И это не значит, что мы обязательно потерпим неудачу в Битве за захват небес! Тем не менее ты исполнишь их заветную мечту уничтожить тебя и всех зверей Суань в лесу Тянь Фа, если позволишь им убить тебя вот так просто. Более того, они всё ещё могут быть и не в состоянии выиграть Битву за захват небес. Как это можно считать исполнением долга Владыки зверей из Тянь Фа? Ты должна чётко понимать этот момент! Одна ошибка с твоей стороны может привести к уничтожению всех зверей Суань в лесу Тянь Фа! Сможешь ли ты встретиться взглядом с предыдущим Владыкой зверей в Преисподней, если это произойдёт?

Мэй Сюэ Янь задумалась. Но через минуту она медленно ответила:

- Ты прав. Теперь я это понимаю. Всё это время я молча страдала от унижения, была терпеливой и любезной. Но я совершила ошибку! Я жестоко ошибалась!

- Надеюсь, в этот раз ты все правильно поняла, – улыбнулся Цзюнь Мосе. – Думаю, тебе стоит проследить за тем, как эти два парня усвоят таблетку жизненной силы.

Мэй Сюэ Янь улыбнулась и кивнула.

Глава 543.2. Мисс Мэй, чем я тебя обидел?

Она была одной из самых мудрых из своего поколения. Тем не менее она была одержима победой в Битве за захват небес. И это делало её обычно твёрдый характер несколько нерешительным и даже застенчивым. Однако сейчас её проблемы были раскрыты. Поэтому она быстро вернулась к обычному решительному и убийственному характеру Владыки зверей из Тянь Фа.

Затем она дала две божественные пилюли Большому Медведю и Ломающему Землю. Приняв таблетки, эти двое уселись, чтобы войти в медитацию и лучше управлять своей жизненной силой.

Мэй Сюэ Янь, Королева змей и Цзюнь Мосе, казалось, сидели спокойно. Тем не менее они не были небрежны ни в малейшей степени. Каждый из них чувствовал, как распространяется их духовное чувство. Фактически можно было предположить, что любое движение, сделанное в пределах нескольких сотен метров, не останется незамеченным этими тремя. Цзюнь Мосе даже пошёл ещё дальше... он передал часть своей собственной энергии, чтобы помочь двум Королям зверей.

Мэй Сюэ Янь и Королева змей снова были удивлены Цзюнь Мосе:

«Скорость прогресса этого парня поражает. Он всего лишь эксперт Суань Неба на пике. Как он может обладать таким мощным духовным чувством?»

Королева змей даже сравнила собственное чувство духа с чувством Цзюнь Мосе. Она поняла, что даже немного уступает ему в этом отношении. Она почувствовала, что всё это очень странно:

«Возможно ли, что он скрывает какую-то тайну?»

Мэй Сюэ Янь была сильнейшей среди присутствующих здесь. Поэтому её духовное чувство было самым острым и чувствительным. Это означало, что она могла лучше понять способности Цзюнь Мосе. Она чувствовала, в каких направлениях распространялся дух Цзюнь Мосе. Она даже чувствовала, как далеко он идет. На самом деле, ничто не смогло ускользнуть от её аналитических способностей.

Но все же мощь духовного чувства Цзюнь Мосе не стала для неё самым большим сюрпризом... потому что духовное чувство Цзюнь Мосе выборочно следило лишь за точками, которые позволяли кому-то атаковать украдкой. Многие из этих мест совпадали с теми, за которыми наблюдала Мэй Сюэ Янь. Тем не менее он даже мог заметить те, которые она упустила!

Это, казалось, легко, но для достижения этого уровня необходим был очень большой боевой опыт. И Мэй Сюэ Янь прекрасно это осознавала!

«Я сражалась очень много в своей жизни. И я трудилась как проклятая для достижения этой цели».

«Но этот семнадцатилетний мальчик обладает мудростью и умом, чтобы быть более осторожным, чем я? Разве это не удивительно и странно?»

Мэй Сюэ Янь всё ещё пребывала в растерянности, когда услышала, что говорит Цзюнь Мосе:

- О... кстати, я не смог понять — как я оскорбил тебя? Ты с самого начала проделывала со мной так много хитрых и довольно злых трюков!

Мэй Сюэ Янь онемела. Этот вопрос попадал даже не в категорию «трудно ответить». Вместо этого он попал в категорию «невозможно ответить»…

- У тебя было такое мнение обо мне с тех пор, как мы впервые встретились в лесу Тянь Фа, – духовное чувство Цзюнь Мосе всё ещё висело вокруг. Фактически он оставался неподвижным. Однако ему всё же удалось высказаться без каких-либо проблем. Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница были поражены ещё больше. Духовное чувство Цзюнь Мосе даже чуть-чуть не колебалось, когда он говорил. Даже Мэй Сюэ Янь едва удавалось показать такой точный контроль над своим духовным чувством.

«Этот парень – ненормальный!»

Затем они услышали, как он сказал:

- Ты, кажется, ненавидела меня в то время... даже тот бедолага Ли Ю Тянь, вероятно, пострадал из-за гнева, который ты испытывала ко мне... Ты ведь тогда сумела поймать меня... Но не убила... вместо этого, ты меня налупила так, что я пожалел, что на свет родился... У меня задница опухла на три дня! Но я до сих пор не могу понять, в чём же дело... это что-то вроде твоей причуды?

Мэй Сюэ Ян не смогла сдержать слабую улыбку, когда она вспомнила их первую встречу. Но негодование также пронеслись по её лицу. Разумеется, вслед за этим она вспомнила то время, когда к ней приставал этот придурок…

- Ты испортила мне всё путешествие от Южного Небесного Города до самого Тянсян. И ты, кстати, опять покусилась не целостность моей жопы, когда мы встретились за пределами города... Но ты не убила меня... хотя могла... ты только избивала меня... это странно, не так ли? – Цзюнь Мосе глубоко задумался.

- Что за бред ты несёшь? Это только потому, что ты реально похож на того, кого нужно избить! Кто бы не хотел тебя убить? – Мэй Сюэ Янь фыркнула. Было очевидно, что она не хотела обсуждать эту тему.

- У меня, может быть, отвратительное лицо... но я чувствовал, что ты сдерживаешь свою силу, избивая меня. Как если бы ты боялась причинить мне слишком большой вред... я могу понять, что у тебя были эти божественные таблетки на уме, когда мы встретились за пределами города Тянсян... но это был не тот случай, когда мы впервые встретились за пределами Тянь Фа... так что, я действительно не могу понять этого, – Цзюнь Мосе нахмурился и подытожил, – поэтому, в конце концов, я понял, что, должно быть, чем-то обидел тебя. Это – не мелочь, тем более сейчас. В конце концов, ты меня терпеть не можешь... на самом деле ты даже хотела бы меня убить. Но ты пока ещё не можешь это сделать... поэтому, это сбивает меня с толку уже некоторое время... что же сделало наши отношения такими сложными?

Мэй Сюэ Ян фыркнула, но не снизошла до ответа.

Она скорее позволила бы его воображению разыграться. Поэтому она плотно закрыла вишнёвые губы и не сказала ни слова.

- Я никогда не спрашивал об этом раньше, Сюэ Янь... но какова основная форма твоего тела? – кризис миновал, поэтому Цзюнь Мосе снова бесстыдно обратился к Мэй Сюэ Янь по прозвищу.

- А вот это не твоё собачье дело! – Мэй Сюэ Янь взглянула на него. Затем она бросила многозначительный взгляд на Королеву змей как сигнал: «Не вздумай болтать!» Королева змей ответила подмигиванием.

«Ты издеваешься?» – Мэй Сюэ Янь посмотрела на Цзюнь Мосе и подумала. – «Ты найдёшь ещё сотню способов оскорбить меня, если я расскажу тебе о своём настоящем теле… И мне будет очень стыдно... В таком случае мы точно никогда не уживёмся вместе…»

Глава 544.1. Старшая сестра, я хочу сразиться с тобой!

Мэй Сюэ Янь разгневалась, когда вспомнила это. Её лицо покраснело, а сердце наполнилось яростью. Она отчётливо помнила ощущение чужой руки на своих ягодицах. И эта рука беззаботно щупала их...

- Давай забудем об этом, раз уж ты не хочешь делиться. Это не имеет значения, – вздохнул Цзюнь Мосе. Казалось, что он несколько заскучал. Но тут его глаза загорелись, и он сказал, меняя тему:

- О, кстати... позволь мне рассказать тебе кое-что интересное. Я видел одного милого крошечного зверька в последний раз, когда был в лесу Тянь Фа… – он даже закрыл глаза, пытаясь вспомнить. Через секунду он заговорил, жестикулируя руками:

– Это было давненько... это был очень маленький зверёк. Всё его тело было белоснежным, и у него были острые уши. Носик такой… заострённый и красноватый. Его чёрные глаза были похожи на драгоценные камни. На голове у него была прекрасная рыжая шёрстка... это было так восхитительно... Вот задница этого зверька была особенно мне по душе. Было так приятно гладить и щупать его... я помню, что, как только увидел его, гладил и тёр его в течение долгого времени... было так хорошо... Кстати, казалось, что маленький зверёк пострадал от рук каких-то злодеев. Но я не знал, что за бессердечный человек мог так поступить с такой милой штучкой. Пожалуйста, помоги мне позаботиться об этом, когда вернёшься в лес. И не забудь захватить его, если сможешь его найти, хорошо? Я хочу играть с ним каждый день. Это было настолько весело... Этот маленький зверёк был похож Малыша Белыша, который принадлежал Дугу Сяо И. Но ягодицы были немного больше и лучше. Ну, и он был гораздо симпатичнее... я даже сказал, что я бы засунул его в брюки и так бы ходил весь день, ха-ха-ха!

Королева змей отчётливо услышала чьё-то до ужаса холодное дыхание, когда Цзюнь Мосе рассказывал всю эту чушь. Она посмотрела на Мэй Сюэ Янь в замешательстве.

«Не говорите мне, что она – это то самое крошечное животное?»

Через секунду Королева змей поспешно опустила голову. Тем не менее в её разуме царил хаос:

«Боже мой! Он имеет в виду старшую сестру, так ведь? Я наконец-то поняла, почему старшая сестра так ненавидит Цзюнь Мосе. Так вот как ему удалось оскорбить её... вот что произошло! Боже... как такое вообще может быть?»

«Трудно представить, что он лапал ягодицы старшей сестры... это... Ему конец».

Мэй Сюэ Янь была очень зла, что этот парень осмелился рассказать это вслух. Более того, он даже попросил её помочь ему поймать этого зверька! Она была очень раздражена тем фактом, что он всё ещё помнил, что он сказал в то время:

«Маленькая хреновинка, ты должна пойти со мной. Я буду лапать твою задницу каждый день! Тебе понравится…»

Более того, он тогда сказал, что... он хотел засунуть это маленькое животное себе в штаны... А самое главное – Королева змей, младшая сестра Мэй Сюэ Янь, услышала это…

Мэй Сюэ Янь хотела просто задушить его за то, что он открыл свой рот!

«Я в таком бешенстве!»

Цзюнь Мосе заметил, что её лицо покраснело. Разумеется, он спросил из любопытства:

- Что случилось? Почему ты так покраснела? Внезапное увеличение твоей силы имеет какой-то побочный эффект? Но ведь у тебя с такой культивацией не должно было быть проблем…

Королева змей не смогла сдержаться и хихикнула. Было видно, что она силой удерживала свой смех…

- Заткнись! – яростно взревела Мэй Сюэ Янь. Казалось, что она готова проглотить кого-нибудь целиком.

Цзюнь Мосе аж присел и послушно заткнулся.

«Я не смогу этого вынести! Что я должна была сказать? Он сказал то, чего не должен был! Ещё и как назло, он вспоминал об этом снова и снова. Я услышала всё, чего не хотела даже вспоминать... и все остальные тоже это слышали…» – Мэй Сюэ Янь едва не взрывалась от чрезмерной ярости.

«Черт бы побрал этого парня…»

Внезапно послышался странный крик, и Большой Медведь резко подпрыгнул. Глаза его были открыты, и на его лице было выражение неверия. Затем он повернулся и рванул на несколько метров с такой скоростью, что нормальными глазами его нельзя было заметить. Затем он рассмеялся и сказал:

- Это замечательно! Это лекарство – супер потрясающее! Моя скорость потока первичной энергии значительно возросла. Это сон? Ха-ха! Она увеличилась более чем в три раза за полчаса! Ха-ха-ха! Теперь я могу, наконец, почувствовать себя непобедимым и непревзойдённым во всём этом мире! Что этот третий Журавль передо мной сейчас? Теперь я могу избить его до смерти! Я не буду называться «третьим Медведем» после этого. На самом деле я стану вторым... Ха-ха!

Большой Медведь видел много улучшений в последние полгода. Он впервые принял десятилетнюю таблетку и повысил свою силу. После этого Цзюнь Мосе помог ему успешно пройти через порог. До этого момента его сила некоторое время находилась в застое. Однако она внезапно возросла и весьма значительно. А теперь он принял таблетку небесной жизненной силы. Это дало его силе импульс в пятьдесят лет. Затем он принял таблетку связи жизненной силы. И это увеличило его скорость в три раза!

Король медведей неоднократно вызывал небольшие взрывы своей энергии, чтобы показать свою силу. Как он мог не лопнуть от уверенности в себе в это время?

- Старший Медведь! Заткнись со своими глупостями! – Королева змей прекрасно видела, что её старшая сестра была не в лучшем настроении. Так что она поспешно крикнула Королю медведей с добрыми намерениями. Однако это было слишком поздно. Мэй Сюэ Янь уже повернула голову. Её взгляд застыл на Большом Медведе!

Большой Медведь почувствовал неописуемое желание отступить перед лицом её непреодолимой силы. Однако затем он вдруг вспомнил, что его сила увеличилась.

«Было бы лучше проверить степень моего прогресса. Я знаю, что не могу сравниться со старшей сестрой. Но я могу постоять за себя хотя бы некоторое время», - он почувствовал себя довольным собой. Он нагло улыбнулся и сказал:

- Старшая сестра, я хочу сразиться с тобой!

Зелёная Охотница уткнулась лицом в руки.

Радости людей часто превращаются в крайнюю печаль, когда у них кружится голова от успеха. Кажется, это было применимо не только к людям... даже Суань звери могли так делать…

«Что считать глупостью, если не это?»

«Это было не просто глупо. На самом деле, это просто очень и очень глупо…»

«Этот глупый Медведь, кажется, очень доволен собой. Он думает, что сегодня он стал просто тиранически сильным. Он очень скоро поймёт, что значит так тупо верить в себя…»

Глава 544.2. Старшая сестра, я хочу сразиться с тобой!

- Очень хорошо! Я тоже хочу сразиться с тобой... давай сражаться! Ты редко берёшь такую инициативу на себя... так что, я должна быть очень осторожна... Чтобы не прикончить тебя! – Мэй Сюэ Янь стиснула зубы. Её просто разрывало от гнева, но у неё не было средств, чтобы выпустить его. А тут она внезапно обнаружила грушу для битья. Кроме того, эта «висит груша, нельзя скушать, но можно отмудохать» ещё и сама охотно вызвалась. Она как будто рухнула с небес головой вниз. Но самое главное – был шанс, что эта груша выдержит её гнев. Она холодно обвела его взглядом. Затем развернулась и пошла прочь со двора со словами:

- Пошли! Или ты уже передумал потренироваться со мной?

Этот бедный Большой Медведь едва открыл глаза после поглощения эффективности таблетки. Поэтому он понятия не имел, что произошло во внешнем мире. Следовательно, он считал, что это просто нормальный вопрос. Поэтому он последовал за Мэй Сюэ Янь в приподнятом настроении. Он даже улыбался от радости. В конце концов, он так давно мечтал об увеличении своей силы…

Надо сказать, что четвёртого Медведя нельзя было винить в его смелости. Он и третий Журавль прорвались через порог с помощью небесной ауры Цзюнь Мосе несколько месяцев назад. В результате их сильные стороны существенно возросли. Можно сказать, что они достигли пика уровня Великого Мастера. На самом деле они были всего в шаге от достижения уровня выше Великого Мастера. Поэтому их сила была намного больше, чем у других Королей зверей.

Сила Большого Медведя снова сделала гигантский скачок с тех пор, как он сегодня переварил таблетку небесной жизненной силы и таблетку связи жизненной силы. Это означало, что третий Журавль, Королева змей и Король тигров больше не могли сравниться с ним. Таким образом, можно было сказать, что его сила уже была на вершине, когда дело дошло до Королей зверей леса Тянь Фа, если не считать Мэй Сюэ Янь. Это также означало, что Мэй Сюэ Янь была единственным человеком, который мог научить его хоть чему-то…

Это правда, что сила четвёртого Медведя значительно возросла. Но Мэй Сюэ Янь всё равно была намного сильнее его. В этом не было никаких сомнений. На самом деле Большой Медведь всё ещё боялся свою старшую сестру. Но его собственная сила очень сильно выросла. Хотя, это было бы очень раздражающе для него, так как не было возможности узнать её пределы... это и было причиной, почему он выдвинул это предложение.

Было нормально искать возможность чему-то научиться после прорыва. Но…

Предположим, Король медведей слышал бы этот разговор... или даже небольшую его часть... он бы никогда не осмелился спровоцировать Мэй Сюэ Янь в таком случае; независимо от того, насколько он был бесстрашен!

Жаль, что он этого не услышал.

Он совершил грех. А грешники не живут долго…

Большой Медведь вышел наружу. Затем он увидел, что едва заметная тень несётся к нему со свистом. Сила Короля медведей увеличилась несколько минут назад. Более того, его скорость увеличилась в три раза. Поэтому его нынешняя боевая мощь намного превосходила ту, которой он обладал в прошлом. Тем более, сейчас он горел энтузиазмом, и ему нужны были средства, чтобы выпустить свою силу. Его уверенность в себе также возросла до небывалой высоты. Он увидел, что его старшая сестра напала на него с очень высокой скоростью. Но он отреагировал быстро, не впадая в панику.

Большой Медведь знал, что ему всё равно не сравниться со старшей сестрой. Но он верил, что сможет продержаться некоторое время после этого последнего улучшения своей силы. Хотя, надо сказать, что расчёты Большого Медведя были основаны на силе, которую Почтенная Мэй продемонстрировала в той битве с четырьмя Великими Мастерами за пределами леса Тянь Фа. Большой Медведь не подумал, что он был не единственным, кто принял эти таблетки; Мэй Сюэ Янь тоже сделала это. Кроме того, другая сторона увидела гораздо лучший результат, когда дело дошло до повышения силы…

Поначалу разрыв в их силах был довольно большим. Тем не менее этот разрыв только увеличился к настоящему времени... таким образом, трагедия настигла этого старого медведя.

Король медведей считал, что его скорость значительно возросла. Эта атака не была медленной, но он чувствовал, что сможет увернуться от неё, используя свою текущую скорость. Однако он не мог предвидеть ту аномальную боль, которая внезапно возникла в его спине. Было удивительно, что его спина вообще выдержала этот удар! Он пошатнулся, пытаясь развернуться. Однако внезапно он почувствовал острую боль в заднице. Непреодолимая сила этой атаки уже заставила его развернуться. Звуки жутких ударов продолжали возникать повсюду. Это звучало так, как будто кто-то бил кожаный ранец…

Большой Медведь катался, как мяч. Казалось, порыв ветра швырял маленький листик туда-обратно. Он продолжал летать так несколько минут, но в конце концов рухнул на землю. Он подумал:

«Разве мы не согласились на спарринг? Почему меня так избивают? Мне даже не дали шанса атаковать. Так вот как выглядит спарринг? Почему мне кажется, что я стал чьей-то грушей для битья? Я добился достойного прогресса, но почему мне кажется, что сила старшей сестры повысилась гораздо больше? О Боже... как долго меня ещё будут швырять?»

Он собирался открыть рот с намерением просить о пощаде. Но он вдруг почувствовал, что тяжёлый удар ногой пришёлся ему в подбородок. В результате Большой Медведь кувырками покатился назад. Даже остановившись, ему было трудно поднять шею... он напоминал огромную черепаху, когда пытался вытянуть шею, чтобы что-то сказать. Но единственное, что он увидел – это два огромных кулака… Через секунду он стал напоминать огромную плюшевую, но слегка опухшую панду…

Любой лежащий на земле человек быстро перевернулся бы, если бы его избивали.

Тем не менее голова Большого Медведя так кружилась, что он не мог сделать даже этого. Поэтому он просто крикнул:

- Старшая сестра, пощади меня! Я больше не буду таким опрометчивым! Не поступай так со своим медвежонком!

- Не будешь действовать опрометчиво? Думаешь, у тебя получится? Разве ты не хочешь быть старшим медведем? Разве ты не хочешь этого сделать? – Мэй Сюэ Янь не проявила к нему ни капли милосердия. Она бросилась к нему, как внезапный порыв ветра, и на Медведя снова обрушился дождь ударов ногами и ударами. Каждый удар и каждый пинок сопровождался непреодолимой силой. А бедный туповатый Большой Медведь мог только визжать:

- Почему? За что? Я никогда не говорил, что хочу быть старшим медведем. Я могу быть только Вторым Медведем в лучшем случае!

«Почему? За что?» – Королева змей посмотрела на него с сочувствием. – «Я же сказала тебе заткнуться. Но ты меня не послушал. Ты сам вызвался на побои. Так почему ты сейчас визжишь, как свинья?»

Ломающий Землю очнулся от медитации и почти сразу же получил новый шок... на самом деле его глазные яблоки почти выскочили, когда он увидел жестокое избиение Большого Медведя.

«Кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит?»

Глава 545.1. Повышение силы

Крики Короля медведей были ужасными. Хотелось добить его, чтобы не мучился. Казалось, что его избили так, как никогда в жизни. В конце концов, он нашёл возможность сбежать после нескольких неудачных попыток. Разумеется, он рванулся бежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше оттуда. После такого избиения его глаза смотрели немного в разные стороны, поэтому бежать было сложно…

«Чёрт! Она же меня просто убьёт!»

На фоне таких вот безрадостных мыслей внезапно раздался громкий и властный голос:

- Клетка мира!

Король медведей не обращал внимания ни на какие голоса, он просто бездумно пытался сбежать. Поэтому одна из его ног была впереди, а другая – позади, в позе бегущего медведя, если вы можете себе это представить. Этот внезапный голос как раз и заставил его замереть прямо в этой позе. Единственное, что он был способен делать – только вращать глазами. На его лице было выражение раскаяния. Но неумолимая Мэй Сюэ Янь появилась рядом с ним, и на него снова обрушился град ударов.

Даже глаза Цзюнь Мосе едва не выскочили из орбит, когда он стал свидетелем этой сцены. Уголки его рта подёргивались после каждого звука удара:

«Кажется, что Мэй Сюэ Янь была очень и очень милосердна со мной… Она всего лишь едва не отбила мне задницу, но всё остальное осталось в порядке... Тяжело будет иметь такую жену! Разве она не будет использовать меня как боксерскую грушу, когда разозлится?»

«О, мой Бог! Нельзя провоцировать ее, если у меня не будет сил сражаться с ней. В конце концов мне придётся иметь дело с её разрушительными и смертельными ударами, если не быть очень осторожным в её присутствии!»

Тем не менее его язык просто вывалился из открытого рта от восхищения:

«Король медведей действительно заслуживает свой титул. Его толстая шкура медведя действительно очень устойчива! Его кожа, как сталь!»

Мэй Сюэ Янь, наконец, остановилась после очередной серии взрывных ударов. Затем она встала в величественную и благородную позу. Она нежно и мягко отряхнула юбку и с улыбкой на лице направилась в свою комнату. Буквально за секунду она изменилась. Во время боя она напоминала ужасную воительницу, богиню войны, а сейчас она стала юной и невинной девушкой аристократического происхождения. На самом деле, казалось, будто фея вернулась с прогулки при лунном свете. Кто бы мог подумать, что это сказочное существо буквально несколько мгновений назад едва не убила медведя голыми руками?

Король медведей пытался контролировать свои слёзы на заднем плане. Его лицо было окрашено во все оттенки фиолетового и синего. Его голова больше походила на голову неправильно окрашенной панды, чем на величественного медведя. Он лежал на животе и постоянно скулил, потеряв дар речи. Явно он был опечален и чувствовал себя крайне обиженным. Он бормотал что-то себе под нос, выговаривая свои обиды, и глядя на тёмно-синее небо:

- Что я сделал, что на меня обрушилась такая катастрофа? Недавно моя сила повысилась, так что я просто хотел показать это. Можно ли считать меня виноватым из-за этого? И виновным настолько, чтобы я заслужил такое жуткое наказание?

Мэй Сюэ Янь спокойно шла в свою комнату, похлопывая себя по рукавам. Затем она остановилась, повернулась к Ломающему Землю и спросила с улыбкой на лице:

- Старший девятый, как ты себя чувствуешь? Твоя сила тоже увеличилась, верно? Ты тоже веришь, что стал непобедимым? Ты тоже чувствуешь, что находишься на вершине этого мира? Должно быть, я не должна впредь называть тебя «старшим девятым», да?!

- Нет, нет, нет, нет... – Король тигров замотал головой, как заведённый. Он опустил голову в полупоклоне и льстиво зачастил: - Я – всего лишь крошечный муравей перед старшей сестрой! Вы тренировались так долго. Разве вы не устали от этого? Я могу сделать вам хороший массаж, если вы устали... я использую свои повысившиеся силы, чтобы убедиться, что старшая сестра будет довольна моим массажем…

- О... Этого не нужно, Ломающий Землю. Из-за этого ты будешь выглядеть глупо... кроме того, ты гораздо умнее, чем Король медведей… Это приятно, – Мэй Сюэ Янь взяла чашку чая, которую передала ей Королева змей. Отпив из неё небольшой глоток, она подняла свои глаза на собеседника.

- О... вы слишком добры! Это все из-за тех уроков, которые давала мне старшая сестра... Это всё – заслуга старшей сестры! – Ломающий Землю всё время кивал головой и улыбался.

- И что ты сейчас думаешь о старшем четвёртом? Думаешь, я слишком жестока к своим братьям? – Мэй Сюэ Янь буравила его взглядом.

Ломающий Землю внезапно выпятил грудь. Он изобразил серьёзное выражение лица. Всё его тело приняло внушающую благоговение позу:

- Как он мог сделать такое? Четвёртый медведь переоценил свои возможности после небольшого повышения сил. Он зашёл так далеко, что даже осмелился оскорбить старшую сестру? Это невыносимо! Теперь мне всегда будет хотеться избить его до полусмерти каждый раз, когда только увижу его рожу! Но я немного опоздал, так как только закончил медитацию. Иначе я бы точно надавал ему по роже вместо старшей сестры! Я бы поступил с ним гораздо жёстче! Он всегда думал только о себе, самовлюблённый… этот… эгоист! Он не обращал внимания на соци… социаль… Короче, на правила! Поэтому я считаю, что старшая сестра была слишком снисходительна и щедра с ним. Я считаю, что старшая сестра не должна была быть такой снисходительной... в конце концов, такие люди, как этот Большой Медведь, могут спрово… спрово-ци-ро-вать других быть такими же тупыми и непослушными. Поэтому к таким не нужно проявлять милосердия! Кроме того, я предлагаю посадить его, этого Большого Медведя, под стражу, как только мы доберёмся до Тянь Фа. Его следует повесить вверх ногами, привязав за хвост к бамбуковому дереву. Это будет уроком для остальных!

Зелёная Охотница и Цзюнь Мосе были потрясены. Они могли только смотреть на Ломающего Землю с ошеломлённым выражением лица...

«Что за ерунду он несёт? Я даже в своём мире никогда не видел никого, кто лизал бы задницу своему начальнику с таким энтузиазмом! И откуда его тупой мозг вспомнил такие умные слова? Не иначе, как со страху… Этот Ломающий Землю, придурок, даже сумел сказать, что она была снисходительна!»

Они оба были поражены этим.

«Предположим даже, что вора поймала группа из ста человек на краже чего-то. И они, разумеется, не стали вызывать милицию или стражу, а сами избили его за преступление. Тем не менее даже такой вор чувствовал бы, что к нему относятся с милосердием, если бы он увидел страдания Большого Медведя. А Ломающий Землю реально думает, что с Большим Медведем поступили милосердно?»

«Этот Ломающий Землю реально сломал все шаблоны к чёртовой матери! Лучше бы его звали Ломающим Мозги... Тогда он действительно был бы достоин своего имени!»

Мэй Сюэ Янь же в ответ на весь этот бред лишь кивнула с довольной улыбкой на лице. Она была чрезвычайно рада услышать слова этого подхалима:

- Отлично сказано! Я не ожидала, что у тебя будут такие знания и проницательность, старший девятый!

- О! Это не так, это неправда! Это всё – заслуга старшей сестры!

Ломающий Землю бросил украдкой взгляд на Короля медведей. Тот, хоть до сих пор не мог говорить, но открыл рот от удивления. Ломающий Землю же со злорадством улыбнулся. Тем не менее он вздохнул с облегчением в глубине души:

«Я, слава богам, сумел поговорить с ней, не получив побоев. Прости меня, брат Медведь... Я, тигр, не такой сильный и крепкий, как ты. Я бы точно помер очень несчастной смертью, будь я на твоём месте. Мне повезло, что старшая сестра выместила свой гнев на тебе. Поэтому её гнев и не перешёл на меня... четвёртый брат Медведь, ты должен знать, что ты едва не нашёл свою смерть в попытке «расширить свои горизонты». Но я сыграл так, что остался в безопасности! Разве это не очень мудро и дальновидно с моей стороны? Вот как твоему младшему брату удалось избежать этого бедствия!»

- Ломающий Землю... ты – бессовестная скотина! Подожди, я скоро смогу встать... – раздался во дворе убитый горем крик Короля медведей. Казалось, что он уже был на пределе, сдерживая слёзы. Он начал колотить по земле руками и ногами. Его гнев явно достиг предела! Казалось, что он просто сошёл с ума. В конце концов, его так знатно избили… Видимо, и по голове досталось не раз…

Брови Цзюнь Мосе поднялись вверх:

«Действительно, метод обучения манерам в Тянь Фа очень…»

«Отличается от любого другого!»

Мэй Сюэ Янь посмотрела на Цзюнь Мосе, как только закончила с этими двумя Королями зверей. Её взгляд ясно показал, что это было предназначено для демонстрации её силы:

«Я разберусь и с тобой, как с этими двумя, если ты ещё хоть раз осмелишься спровоцировать меня! Я была бы очень рада выместить свой гнев на тебе, если ты попытаешься использовать деньги, чтобы взять этих под свой контроль. Я действительно не возражала бы!»

Цзюнь Мосе улыбнулся. Казалось, ему было всё равно. Его глаза с искоркой самодовольства глядели на лицо Мэй Сюэ Янь. Затем они медленно опустились на её высокую и упругую грудь. На его лице расплылась озорная улыбка. Он так бесстыдно пожирал её глазами, пока его взгляд не упал на ягодицы Мэй Сюэ Янь. Его взгляд оставался там некоторое время. Затем он медленно поднял глаза и посмотрел на её лицо, не стирая улыбку. Его выражение ясно заявляло:

«Ты думаешь, что теперь ты меня запугала настолько, что я не осмелюсь больше ничего делать? Ты действительно считаешь, что сможешь меня контролировать, показав мне свою силу? В любом случае ты должна знать, что у меня есть много способов взять тебя под свой контроль…»

Глава 545.2. Повышение силы

Мэй Сюэ Янь заметила, что его глаза блуждали по всему её телу. Тем не менее она чувствовала, будто две невидимые руки лапали её так бесстыдно и откровенно, что хотелось дать кому-нибудь в глаз. Она невольно прикусила губу. Затем она встретилась взглядом с Цзюнь Мосе и произнесла:

- Почти закончено, не так ли? Эти двое уже повысили свою силу. Их сила теперь достигла уровня выше, чем у Великих Мастеров. Теперь они смогут даже победить Великих Мастеров Ливня и Урагана. Даже такой человек, как Нин Ву Цин не смог бы теперь помешать им сбежать, даже если бы он привёл команду из трёх-четырёх экспертов.

- Их сила очень сильно увеличилась, в этом нет никаких сомнений. Тем не менее этого всё ещё недостаточно, чтобы начать путешествие обратно в Тянь Фа! – Цзюнь Мосе покачал головой. – Им нужно некоторое время, чтобы приспособиться к их новой скорости и силе. В конце концов, их повышение было очень внезапным. Таким образом, они просто помрут, если примут участие в серьёзной битве так рано. Так что им лучше остаться здесь, пока они не приспособятся к своему усилению. Король тигров должен остаться здесь точно. В конце концов, его сила была намного ниже, чем у Короля медведей. Пусть даже его сила была увеличена с помощью новой для него таблетки. Будет резко отрицательный результат, если он не сможет овладеть своими новыми способностями!

Мэй Сюэ Янь, подумав, кивнула:

- Думаю, ты прав. Будет разумно остаться ещё на несколько дней ради них!

- Более того, я использую всё это время, чтобы попросить своего учителя составить подробный список трав, которые нам будут нужны в скором будущем. Они смогут забрать этот список с собой, когда пойдут обратно. И вы сможете собрать их, как только перечень необходимых трав прибудет в Тянь Фа. В конце концов, мы получили очень много трав в этой партии, но многие из них не очень полезны для нас сейчас. Мы не можем позволить себе быть небрежными в этом вопросе. Мы должны рассматривать это как наш главный приоритет.

Мэй Сюэ Янь заговорила с серьёзным видом:

- Тебе и твоему учителю не нужно беспокоиться о травах. Наши звери Суань поймут, что сбор трав – наш главный приоритет. Мы без колебаний предоставим вам все необходимые ингредиенты для таблеток, которые делает твой учитель. На самом деле, даже не имеет значения, если этих ингредиентов нельзя будет найти в лесу Тянь Фа. Мы придумаем способ получить их для вас, если они только существуют на этой планете!

- Не нужно идти на такие крайности! Я только хотел показать тебе истинное лицо трёх священных земель. Но это не значит, что твои звери Суань должны противостоять всей человеческой расе. Кроме того, эти двое, вероятно, смогут сбежать, если на этот раз они попадут в засаду на обратном пути. Но это только потому, что три священные земли не оценивают свою силу должным образом, и тем более, не знают вашей. Тем не менее эти долбаные земли явно сумеют додуматься до того, чтобы подкараулить зверей во время доставки трав. И эти двое точно не смогут справиться с этим делом, так как священные земли пошлют во второй раз достаточную силу. Однако они не знают, что Король журавлей может летать. Таким образом, будет намного безопаснее, если мы доверим доставку трав ему! – Цзюнь Мосе вспомнил про него очень вовремя. Ему он тоже обещал повысить силу. Так что он решил убить двух зайцев одним выстрелом.

- Я тоже думала об этом варианте. В конце концов мы победим их на этот раз, так как застанем их врасплох. Тем не менее в следующий раз нам не позволят пройти наш путь так легко и спокойно. Поэтому ты прав: было бы гораздо безопаснее позволить Третьему Журавлю нести травы по воздуху. Это было бы намного безопаснее, но ведь вес, который он сможет унести с собой, будет меньше... Хотя время, необходимое для него, чтобы слетать туда и обратно будет... – сказала Мэй Сюэ Янь.

Ноющий Большой Медведь поднялся, держась за задницу обеими руками. Он пытался потереть её, но она опухла и болела так жутко, что он не мог этого сделать. Затем он медленно похромал во внутренний двор. Теперь он выглядел не Королём зверей, могучим зверем Суань из Тянь Фа, а послушным и покорным ягнёнком…

- Кроме того, у нас есть эти десять таблеток. Каждый Король зверей должен принять одну таблетку. Вы четверо можете принять эти таблетки прямо сейчас. Тем не менее нет необходимости поглощать эффективность этих таблеток, – Цзюнь Мосе щёлкнул запястьем, и нефритовый бутылёк появился в его ладони.

- Нет необходимости поглощать эти таблетки? Что это за странные таблетки? – глаза Мэй Сюэ Янь загорелись, как и у троих её спутников.

- Эти называются таблетками накопления жизненной силы! – Цзюнь Мосе сказал с улыбкой на лице. – Эти таблетки не могут увеличить силу; они также не увеличивают скорость. Поэтому нет необходимости их поглощать.

- Тогда какая от них вообще польза? – Ломающий Землю широко раскрыл глаза из любопытства.

- Есть только один эффект от этих таблеток – они помогают собирать духовную энергию мира! Следовательно, это увеличивает скорость роста ваших сил примерно в три раза, когда вы будете культивировать! Другими словами, ваша практика за один год составит рост за три года после того, как вы примете таблетку накопления жизненной силы! – Цзюнь Мосе хитро подмигнул с улыбкой на лице.

Четыре человека вздохнули в унисон.

«Еще один вид божественных таблеток! Такая удача просто идёт вразрез с правилами этого мира!»

Лицо Мэй Сюэ Янь покраснело, когда она осторожно взяла нефритовый бутылёк. Затем она взглянула в лицо Цзюнь Мосе и тихо заговорила:

- В таком случае... я даже не могу просто сказать «спасибо»!

Она взяла у него такую драгоценную вещь... но она сказала, что даже не скажет «спасибо»? Что это могло означать?

- Да, ты права. Мы семья... так что тебе не нужно быть такой формальной и вежливой, говоря такие вещи, как «спасибо». В конце концов, я ведь не чужой человек! – Цзюнь Мосе от всего сердца расхохотался.

Мэй Сюэ Янь снова покраснела. Она достала четыре таблетки, и все поспешно приняли по одной.

Зубы Большого Медведя были сломаны, а большинство – выбиты. Поэтому холодный воздух проходил через его остатки зубов со свистом. Всё его тело испытывало дикую боль, и он чувствовал, как таблетка медленно ползёт в его живот. Тем не менее ему всё же удалось вынести всё это. Чтобы хоть как-то приглушить боль, он прошипел:

- Это же очевидно… Старшая сестра и свояк – муж и жена. Зачем постоянно твердить «спасибо»? В конце концов, они же будут спать в одной постели или укрываться одним одеялом в скором будущем…

Казалось, его слова снова заставили кое-кого впасть в ярость из-за чрезмерного стыда. Все это поняли, потому что в ту же секунду раздался голос:

- Клетка мира!

Бабах!

Большой Медведь завыл жутко высоким голосом, когда его отправили в полёт, как истребитель на бреющем полёте. «Летательные действия» неудачного лётчика прервало кресло, на котором он сидел ещё во время медитации. На него всё ещё действовала коварная «Клетка Мира», пока он летел. Поэтому он никак не мог изменить направление своего полёта или хотя бы сгруппироваться, чтобы снизить силу удара или подставить менее избитую часть тела. Следовательно, его падение вышло довольно тяжёлым, и у него осталось головокружение.

Лицо Мэй Сюэ Янь покраснело, а её глаза излучали жуткий гнев.

- Этот парень действительно не знает, как разговаривать! Какая разница между сном в одной постели и тем, чтобы делить одно одеяло? Разве это не глупость? Было бы странно, если бы старшая сестра и свояк не легли в одну постель! Да... Дура-а-а-а-а-к! – Ломающий Землю начал гладить свой подбородок, радуясь тому, что Большой Медведь снова получил. Его рот всё ещё был наполнен мягким и приятным послевкусием таблетки. Он покачал головой, перед тем как говорить это, думая, что ему ещё раз удастся польстить своей старшей сестре. На самом деле его выражение лица показывало, что он очень доволен собой.

К сожалению, он даже не понял, что его «лесть» оказалась не так уж далека от слов Большого Медведя, за которые он и получил трёпку…

Можно сказать, что Большому Медведю не удалось втереться в доверие старшей сестры. Вместо того чтобы получить искорку, он разжёг пожар. А Ломающий Землю лишь подлил масла в огонь. И его вторая попытка польстить вместо этого привлекла неистовый огонь на его собственное тело…

Поэтому его политика «Избить старшего медведя, чтобы спасти старшего тигра» на этот раз провалилась. В результате, двух братьев постигла одинаковая судьба.

- Ещё один придурок! Клетка Мира! – Мэй Сюэ Янь была в жутком гневе и раздавала «подарки» направо и налево.

Бабах!

Со звуком мощного удара Ломающий Землю по хорошей дуге взлетел и скрылся за дверьми. Его руки и ноги болтались, как у тряпичной куклы, когда он был отправлен в полёт. Он бы спокойно взлетел над туманом и скрылся за облаками, если бы на его пути не появились неожиданные препятствия. Головой он пробил дверь двора элегантного аромата, это его не задержало, и он продолжил лететь наружу. Затем он в конце концов врезался в толстенную стену и отскочил назад. Его разум находился в ужасном замешательстве, а перед глазами, казалось, летали звёзды и медведи. В таком состоянии он мог видеть весь Млечный путь или даже всю галактику. Он растерянно потряс головой и снова рухнул на землю... надо сказать, что его состояние было намного хуже, чем у Большого Медведя.…

Мэй Сюэ Янь яростно обтряхнула рукава и вернулась в свою комнату.

Цзюнь Мосе задумчиво почесал кончик носа:

«Я не могу больше пользоваться преимуществами, так как у меня нет оправданий. Плюс сейчас это выглядит не очень хорошо... В конце концов, есть шанс, что эта «Клетка Мира» упадёт и на мою голову...»

Поэтому он решил уйти, пока не получил и свою дозу профилактических пенделей.

Королева змей посмотрела ему в спину, когда он выходил. Выражение в её глазах было очень сложным и неоднозначным. Она издала мягкий вздох. В этом вздохе так же смешалось множество эмоций, но печаль выделялась чуть больше остальных…

***

Семья Цзюнь, наконец, два дня спустя провела торжественную церемонию удочерения. Надо сказать, что они готовились к этой церемонии очень долго.

Эта церемония удочерения не была каким-то заурядным праздником, на который пригласили лишь парочку людей и поставили перед ними два салатика. Более того, церемония удочерения была назначена не Цзюнь Чжан Тианом, а самим Цзюнь Вуем. Поэтому такая большая помпа казалась несколько странной.

Тем не менее статус Гуан Квинхан был очень обсуждаемой темой в обществе в последние пару недель. Более того, хаос, вызванный этими гнусными учёными, сделал всё намного хуже. Поэтому эти события привели семью Цзюнь к проведению церемонии удочерения в таком масштабе, который можно было бы рассматривать наравне с церемонией основания страны!

Можно было сказать, что многие из приглашённых влиятельных людей не удосужились посетить церемонию, даже когда Тянсян стал огромной страной!

Однако чтобы лично поздравить семью Цзюнь прибыли Император и Императрица со стороны императорской семьи; даже три принца и принцесса. Главы каждой могущественной семьи в столице также явились на эту церемонию. Многочисленные должностные лица и офицеры съехались не только со столицы, но и со всей страны…

Глава 546. Торжественная церемония

На торжественную церемонию, помимо всех остальных, приехало множество влиятельных семей Суань.

Семья Ситу, семья Сиконг, семья Байли, Семья Дуанму... церемониймейстер постепенно объявлял фамилии этих знаменитых семей. Люди в толпе то и дело вздыхали и ахали от удивления... надо сказать, что эти люди не были прославленными чиновниками в светском мире. Но, тем не менее все они были известными и легендарными личностями. И сейчас все эти люди съехались сюда со всей страны для чего-то столь тривиального, как церемония удочерения, в которой Цзюнь Вуй из семьи Цзюнь принимал дочь. Что это значит? И на что это указывало?

Внезапно в толпе поднялся шум…

- Мастер Фэн Хуан Юнь прибыл сюда, чтобы поздравить третьего генерала Цзюнь с принятием молодой Леди Гуан в качестве дочери! – Сонг Шаню была доверена роль церемониймейстера. Он был экспертом на пике Неба Суань. Тем не менее его обычно спокойный голос немного дрожал, когда он говорил это. В конце концов, Фэн Хуан Юнь был легендарным и очень известным человеком. Кроме того, он был недавно назначен восьмым Великим Мастером. Однако даже он прибыл сюда лично…

Зал окутала тишина!

Все в толпе видели, как вошёл человек, одетый в чёрные одежды. Его взгляд был похож на обнажённый острый меч, А на его лице играло холодное и отстранённое выражение. Его лицо было очерчено ровными линиями. Люди могли почувствовать, как будто острый меч пронзает их, даже если он просто смотрел в их сторону!

Фэн Хуан Юнь!

Цзюнь Вуй был приятно удивлён этим. И он лично вышел поприветствовать его. Слова, которые Фэн Хуан Юнь сказал ему в тот день, когда он был в отчаянном положении, всё ещё звенели в его ушах:

- Цзюнь Вуй! Мы ещё выпьем вина и свободно поговорим, если ты переживёшь этот день! Я – Фэн Хуан Юнь – вижу твою беспомощность и бессилие. Но я желаю удачи семье Цзюнь. К сожалению, сейчас я должен попрощаться!

Это были самые трогательные слова, которые Цзюнь Вуй слышал перед битвой при южном Небесном Городе.

- Третий генерал Цзюнь, Фэн Хуан Юнь взял на себя смелость посетить вас и выпить с вами бокал вина. Я надеюсь, что третий генерал Цзюнь не будет обращать внимания на то, что я явился без приглашения! – лицо Фэн Хуан Юня озарила тёплая улыбка, которую редко кто видел.

- Ты мне льстишь. Я, Цзюнь Вуй, безмерно тебе благодарен! Пожалуйста, пожалуйста, входи... Кстати, почему ты зовёшь меня третьим генералом Цзюнь? В этом нет необходимости. Пожалуйста, зови меня по имени, – восторженно ответил Цзюнь Вуй. Он сам подошёл и пожал руку Фэн Хуан Юня.

Все семьи шагнули вперёд, чтобы поприветствовать Фэн Хуан Юня. Его имя было на последнем месте в рейтинге восьми Великих Мастеров. Тем не менее ни один мечник, кроме хладнокровного Великого Мастера Ли У Бэя, не мог позволить себе спровоцировать его. В самом деле это мог сделать только самоубийца. Было почти невозможно сражаться с этим человеком.

Фэн Хуан Юнь просто кивнул им, проходя мимо. Тем не менее он даже не ответил главам этих благородных семей. Все уныло заставили себя улыбнуться. Они знали о темпераменте и гордом характере Фэн Хуан Юня. Великий Мастер Ли Ю Тянь не имел себе равных, когда они собирались для битвы с Тянь Фа. Никто из присутствующих не мог сравниться с ним по силе. Тем не менее Фэн Хуан Юнь – единственный, кто осмелился обнажить свой меч. Фактически он чуть не убил единственного сына Ли Ю Тяня...

«Этот мальчик был единственным наследником одной из самых могущественных фракций в мире. Кроме того, он был сыном одного из самых могущественных Великих Мастеров. И он спокойно едва не прикончил его… Так что где мы стоим в глазах такого человека, как Фэн Хуан Юнь?»

Кроме того, все уже были несколько потрясены. Надо сказать, что семья Цзюнь не рассматривалась как очень сильная семья сама по себе. Тем не менее их поддерживал Одинокий Сокол. Уже только поэтому никто не смел смотреть на них свысока. Кроме того, эти люди вскоре поняли, что Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй скрывали какой-то секрет. В конце концов, этот дуэт отца и сына поднялся до уровня Суань Духа!

Этих новостей было достаточно, чтобы шокировать всех присутствующих.

Империя Тянсян никогда не имела при своем дворе эксперта Суань Духа. Тем не менее здесь внезапно появились два таковых эксперта! Более того, они оба принадлежали к одной семье!

Самое главное – они родом из Божественной военной семьи!

Следует отметить, что семья Цзюнь не была в центре внимания в течение последних нескольких лет. Но все же люди собирали подробную информацию о них всё время. В конце концов, семья Цзюнь всё ещё оставалась главной военной семьей Тянсяна. Их информационные источники заявляли, что Цзюнь Чжан Тиан находился на уровне Суань Неба. Так как же он внезапно стал экспертом Суань Духа? Они знали, что Цзюнь Вуй продемонстрировал неожиданное продвижение в своей силе и в прошлом. В конце концов, ему удалось стать экспертом Суань Неба, когда он был инвалидом! Но как он вдруг стал экспертом Суань Духа? Кроме того, и его инвалидность теперь уже стояла под вопросом, ведь он свободно ходил и даже бегал…

Все это было внезапным, таинственным и непостижимым…

- Ха-Ха, Фэн Хуан Юнь! Наконец-то ты здесь, старина. Я с нетерпением ждал встречи с тобой! И ты наконец-то показался. Давай немного позже выйдем на задний двор и немного сразим… поиграем? Может быть, ты сумеешь получить какой-нибудь ценный урок! – Одинокий Сокол поприветствовал гостя с самодовольным смехом. Даже без всяких слов было понятно, что он надеется на драку.

Несколько дней назад Цзюнь Вуй принял таблетку небесной жизненной силы. В результате его сила успешно повысилась до уровня Духа Суань. Затем трое мужчин одновременно приняли таблетку концентрации жизненной силы. Кроме того, Цзюнь Вуй также принял и таблетку связи жизненной силы. Следовательно, эти трое мужчин добились огромного прогресса в своей силе за очень короткое время. Это было явно не нечто банальное. На самом деле было бы даже возмутительно, если бы их сила не продвинулась после этого!

Одинокий Сокол в последнее время чувствовал себя очень счастливым. В конце концов, он никогда не предполагал, что его сила увеличится так резко менее чем за год. А всё потому, что он заключил контракт с семьей Цзюнь, проиграв пари! Он добился больших успехов в своих боевых техниках. Кроме того, его скорость увеличилась до невообразимого уровня.

Его сила улучшилась, по крайней мере, на два уровня. На самом деле, ранее казавшиеся недостижимыми уровни, которые были над уровнем Великого Мастера, казались сейчас в пределах его досягаемости!

Поэтому Одинокий Сокол чувствовал себя так, как будто он жил во сне в последнее время.

Отсутствие денег в конце рабочего дня – это все равно, что носить красивое платье безлунной ночью. В последнее время его сила значительно возросла. Так разве он не чувствовал бы себя так, как будто на нём был красивейший наряд, а он вышел ночью, если бы он не показал свою силу своему вечному сопернику? Это действительно испортило бы ему всё веселье…

И тут внезапно появился величайший соперник в его жизни — Фэн Хуан Юнь. Поэтому это было похоже на небесный дар для Одинокого Сокола.

Фэн Хуан Юнь долго смотрел на Одинокого Сокола. Затем в его глазах отразилось удивление. Сила Суань Одинокого Сокола всегда была превосходной. И его методы также были великолепны. Но общая сила Одинокого Сокола всегда была почти на одном уровне с ним. Этот парень избил его за пределами леса Тянь Фа несколько месяцев назад после использования очень странной техники. Однако Фэн Хуан Юнь не был убеждён в своем поражении. Фактически Фэн Хуан Юнь в конце концов ухватился за щель в этой технике после некоторого размышления. Поэтому, когда он решил посетить семью Цзюнь, у него также было намерение бросить вызов Одинокому Соколу.

Однако Фэн Хуан Юнь внезапно обнаружил, что сила этого отвратительного гордеца достигла новых высот, когда они встретились лицом к лицу. Фактически сила Одинокого Сокола теперь довольно сильно угнетала его, хотя он просто стоял рядом…

Даже воздух вокруг его тела казался тяжелее…

Фэн Хуан Юнь был хорошо знаком с таким чувством.

«Это чувство… будто руки и ноги связаны вместе, возникает только тогда, когда сталкиваешься с противником, с которым ты никак не можешь сравниться. Неужели я действительно так далеко отстал от него?»

«Но... этот человек – Одинокий Сокол! Как такое вообще возможно? Даже Мастер жизни и смерти — Ши Чан Сяо — и хладнокровный мастер Ли У Бэй не заставляют меня чувствовать такое сильное чувство угнетения! Как Одинокий Сокол достиг такого огромного увеличения силы за такой короткий период? Он уже превзошел Ши Чан Сяо? Похоже, он близок к уровню Ли Ю Тяня!»

Фэн Хуан Юнь горько улыбнулся. Он ещё раз взглянул на Одинокого Сокола, скривился, будто от зубной боли и с облегчением сказал:

- Только идиоты ничего не понимают. Нам не нужно сражаться. Я больше тебе не противник. Так что нет никакого смысла сражаться!

Одинокий Сокол почувствовал себя очень обескураженным.

Одинокий Сокол сражался с Королем тигров после повышения его силы прошлой ночью. И он одержал верх из-за своей хитрости и ума. Но он знал, что на самом деле не справился...

Шкура Короля тигров была чрезвычайно грубой, а его плоть была нечеловечески плотной. Поэтому было бесполезно бить его по телу, так как такие удары не причиняли ему никакого вреда. Фактически мышцы Одинокого Сокола болели всю ночь от чрезмерного напряжения. Он знал, что он бы не справился, если бы они вышли на второй раунд. На самом деле он считал, что умер бы от рук Короля тигров, если бы они сражались в отчаянной битве не на жизнь, а на смерть. И это, очевидно, оставило его очень подавленным. Тем не менее он, наконец, наткнулся на Фэн Хуан Юня. Поэтому он подумал дать выход своему разочарованию. Однако этот парень сразу же разбил его надежды…

Глава 547.1. Репутация семьи Цзюнь

- Но мне очень интересно узнать кое-что... как ты увеличил свою силу? – Фэн Хуан Юнь смотрел на него не моргая. Он был маньяком боевых искусств. И, разумеется, различные методы повышения силы имели для него первостепенное значение.

- Я принял одну волшебную таблетку, – Одинокий Сокол зашипел сквозь зубы, но ответил. Разочарование захлестнуло его разум:

«Я рассказал ему правду. Но поверит ли он мне вообще?»

- Я верю тебе! – Фэн Хуан Юнь ответил торжественным голосом:

«Как он мог так быстро повысить свою силу без помощи какой-то таинственной таблетки?»

Одинокий Сокол был ошарашен этим:

«А этот парень достаточно проницательный!»

Два Великих Мастера вошли в заднюю часть гостиного зала. Тем не менее другие гости шумели от волнения. Они вовсю пялили глаза на Цзюнь Чжан Тиана и его сына. Но в их глазах читалось нечто совершенно иное:

«Насколько же велика их репутация? Один Великий Мастер присматривает за их домом. А ещё один Великий Мастер пришёл неизвестно откуда, чтобы поздравить их…»

В это время снова раздался дрожащий голос Сонг Шаня:

- Великий Мастер жизни и смерти Ши Чан Сяо прибыл, чтобы поздравить третьего генерала Цзюнь с удочерением. В подарок он принёс нефритовую статуэтку, чтобы выразить, что он желает удачи!

Бум!

Ещё один неожиданный поворот событий!

Гости теперь уже не отличались от курицы, которая была напугана ударом грома. Они смотрели в изумлении и понятия не имели, что они должны были сказать…

Великий Мастер Ши Чан Сяо вошёл с широкой улыбкой на лице. Цзюнь Чжан Тиан лично поприветствовал его в зале. Надо сказать, что старик Цзюнь был спокоен и невозмутим на протяжении всей своей жизни. Тем не менее он не мог не почувствовать некоторую гордость в этот момент.

«У кого еще такая репутация во всей Империи?» – старик Цзюнь вдруг почувствовал, что это был самый яркий день в его жизни. «Более того, всё это происходит из-за моего внука! Чего ещё может хотеть человек, если у него есть такой внук?»

Поэтому старик и чувствовал себя весьма самодовольно. На самом деле улыбка на его лице уже растянулась от уха до уха…

Затем внезапно раздалась такая реплика Сонг Шаня, которой не ждал никто в семье Цзюнь:

- Хладнокровный Великий Мастер Ли У Бэй пришёл поздравить третьего генерала Цзюнь с этим знаменательным днём, когда он решил удочерить Гуан Квинхан. Он преподносит драгоценный меч в подарок, в знак чистоты его намерений, – надо отдать должное, голос Сонг Шаня звучал настолько обыденно, будто в семью Цзюнь каждый день ходят в гости как минимум полдюжины Великих Мастеров.

«Я не ожидал, что этот хладнокровный безумец тоже появится. Более того, он ещё и подарок принёс?»

В зале воцарилась полная тишина.

Всем присутствующим в зале становилось всё труднее и труднее в это поверить.

«Этот мир сошёл с ума?! Возможно ли, что все восемь Великих Мастеров прибудут сюда, чтобы присутствовать на этой церемонии? Почему эти люди приходят один за другим?»

«Четыре из них уже сейчас здесь!»

«У семьи Цзюнь просто высочайший авторитет! А эти гнилые учёные думали, что смогут разрушить эту семью... они хотя бы знали, с кем связались? У них было лишь немного сил... и они хотели справиться с этой семьёй? Тупейшие слепцы! Они сами навлекли на себя эту беду…»

Выражение в глазах присутствующих явственно переменилось на благоговение и уважение, когда они смотрели на кого-либо из семьи Цзюнь. Все их голоса и выкрики внезапно понизили громкость до шёпота. Оказалось, что они боялись, будто громкий голос может спровоцировать кого-нибудь из четырёх смертельно опасных Великих Мастеров, которые сидели в этом же зале!

«Это было бы ужасно. Каждый из этих четырёх Великих Мастеров с лёгкостью избавится от обычной влиятельной семьи за считанные минуты! Хотя, на самом деле, им придётся потратить гораздо меньше времени!»

Император сидел в первом ряду главного зала. Однако его выражение было очень сложным. Главам всех влиятельных дворянских семей были даны важные места. То же самое относится и к людям из влиятельных семей Суань. Фактически никто не имел возможности подать жалобу. Тем не менее у всех были серьёзные и сложные выражения в глазах. Трудно было сказать, о чём они думали...

Император слегка вздохнул. Затем он сказал:

- Оказывается, семья Цзюнь имеет отличную репутацию. Хе-хе... это заставляет нас немного завидовать! – он сказал это шутливым тоном. И все рассмеялись вместе с ним. Однако все знали одну вещь:

«Его Величество явно не шутил...»

«Великий Мастер – личность, которую даже Императору будет трудно пригласить к себе на праздник. На самом деле, скорее всего, даже Императору не удастся пригласить хотя бы одного из них. Так что четыре из них на одном празднике – это то, о чём Император не может даже мечтать. Тем не менее эти четверо пришли на церемонию в семью Цзюнь, хотя они, вероятно, не были приглашены. Ведь, кажется, что они сами себя пригласили. На что это указывает? Разве это не очевидно?»

Рот Лорда семьи Гуан – Гуана Донглю – оставался открытым на протяжении всего этого времени. На самом деле его улыбка была настолько широкой, что, казалось, будто между его ушами нарисовали кривую ухмылку красным фломастером. Каждый волос на его теле, казалось, встал от удивления. В конце концов, он даже не мечтал о таком грандиозном событии. На самом деле он не мог даже осмелиться подумать об этом.

Ведь вся семья Гуан потеряла весь авторитет и честь после того, как этот вопрос о Гуан Квинхан стал известен широкой публике. На самом деле люди даже начали говорить, что семья Гуан выродилась и теперь её ждёт лишь медленное загнивание среди подобного же отребья.

Даже слуги семьи Цзюнь чувствовали себя почётными и прославленными. Они ходили по проходам с высоко поднятыми головами. Их спины были прямыми, а осанка – величественной.

«Это и наша репутация! Четыре Великих Мастера пришли, чтобы поздравить нашего третьего мастера!»

Глава 547.2. Репутация семьи Цзюнь

Ли Юран тоже сидел среди толпы. Тем не менее его лицо побледнело, когда он наблюдал, как его учитель входит в зал. На самом деле его сердце наполнилось тёмным страхом!

«Разрыв между мной и Цзюнь Мосе стал таким же огромным, как между небом и землей…»

«Я боюсь, что теперь бесполезно надеяться, что я смогу догнать его хоть в чём-то».

«Этот парень был занят петушиными боями, когда я тренировался и учился с полной самоотдачей. Этот парень был занят продажными женщинами, когда я планировал стратегии, чтобы улучшить своё финансовое положение! Все хвалили меня. Поэтому я и думал, что этот парень – ничто в сравнении со мной. Так почему я не смог продвинуться вперёд, пока этот парень ведёт свою семью на вершину? Почему?»

«Как это вообще может произойти?»

«Я так много страдал, чтобы следовать за своей мечтой и исполнять свои желания. Я терпел одиночество, которое обычный человек не может вынести. Я даже разрушил свою личную жизнь. Тем не менее я испытал такой сильный удар в то время, когда думал, что близок к успеху!»

«Мои усилия напрасны? Я ошибся в принятии каких-то решений? Для достижения успеха не нужно полагаться на тяжёлую работу? Может ли наслаждение женщинами и петушиными боями также привести человека к успеху? Кто в городе Тянсян когда-либо видел Цзюнь Мосе упорно работающим или учащимся?»

Ум Ли Юрана просто закипал от обилия вопросов.

Он махнул рукой, чтобы подозвать слугу семьи Цзюнь. Затем он спросил:

- Почему вашего третьего молодого господина Цзюнь Мосе нигде не видно? Почему его нет на таком оживлённом мероприятии?

Слуга почтительно ответил:

- Третий молодой господин занят развлечением гостей. Он на заднем дворе с другими гостями. Ему понадобится время, чтобы прийти сюда.

«С гостями на заднем дворе?»

«Каких гостей он развлекает на заднем дворе?»

Мысли Ли Юрана забегали еще лихорадочнее:

«Какие гости? Те гости даже важнее, чем четыре Великих Мастера?»

«Может ли Цзюнь Мосе осмелиться игнорировать Императора Тянсяна? Он может зайти так далеко, что не встретится с большими шишками Императорского двора? Более того, он даже не появился, чтобы поприветствовать Великих Мастеров?»

«Как ты можешь такое говорить?»

Этот диалог произошёл случайно. Ли Юран задал этот вопрос случайно. У него не было никаких злых намерений. И слуга ответил на вопрос, не думая ни о чём. Тем не менее этот непреднамеренный диалог оставил Ли Юрана в диком замешательстве…

Ли Юран был в недоумении, когда смотрел на эти ликующие торжества и великолепную атмосферу в семье Цзюнь.

«Я отдал дань уважения Хладнокровному мастеру Ли У Бэю, так как он стоял почти в одном ряду с бессмертными. Я верил, что для меня всё будет легко, пока я поддерживаю этого Великого Мастера. Это была безупречная стратегия. Однако она провалилась и закончилась проигрышем. Восемь моих товарищей-учеников умерли один за другим. На самом деле их жизни закончились так, что никто никогда не узнает, кто их убил…»

«Тот факт, что я всегда смотрел слишком высоко на своего мастера, заставляет меня чувствовать большую обиду!»

«Но посмотрите на эту семью Цзюнь! Все здесь, чтобы льстить им. Они просто провели обычную церемонию удочерения. Однако три Великих Мастера прибыли сюда, чтобы поздравить их…»

«Это и есть неравенство!»

«Разве можно сравнивать себя с таким человеком? Когда-то я смотрел на сверстников с презрением. Никто не мог сравниться со мной. Но сейчас я должен поднять голову, чтобы посмотреть на других. На самом деле я ничто по сравнению с ними!»

Ли Юран горестно вздохнул. Затем он снова позвал слугу. Протянув ему в руки купюру, он сказал:

- Пожалуйста, передайте моё послание вашему третьему молодому господину. Скажите ему, что я хотел бы поговорить с ним. Если он сумеет найти время, я буду очень ему благодарен.

Слуга ответил почтительно и осторожно:

- Молодой господин Ли Юран, пожалуйста, не волнуйтесь. Этот скромный человек непременно обратит внимание на слова господина. Однако я не могу принять награду за это, – он невозмутимо отклонил руку с монетой с почтенным, но твёрдым выражением лица.

Ли Юран был поражён этим ещё больше. Он и представить себе не мог, что ничтожный слуга семьи Цзюнь устоит перед соблазном такой огромной суммы денег. Ли Юран мог отдать такую сумму без особых неудобств. Однако надо знать, что купюра оценивалась в пятьсот серебряных таэлей. Этот слуга зарабатывал не больше дюжины таких серебряных банкнот в год. Тем не менее он отказался от такой большой суммы без каких-либо колебаний!

Слуга семьи Цзюнь также не сказал ничего неправдивого. В конце концов, молодой господин Цзюнь был занят сопровождением своих благородных гостей на заднем дворе в это время; группы гостей!

Молодой господин Цзюнь и Короли зверей Тянь Фа сидели в кругу, наслаждаясь чаем на заднем дворе. Король медведей и Король тигров должны были отправиться в обратный путь в Тянь Фа на следующий день. Поэтому молодой господин Цзюнь решил лично объяснить им несколько вещей. В конце концов, психическое состояние этих двух людей было довольно дерьмовым. И, следует отметить, что Мэй Сюэ Янь стала бы неистовой и жестокой, если бы они пренебрегли важными фактами. На самом деле, даже Цзюнь Мосе останется только смотреть на всё это, пытаясь выдавить скупую мужскую слезу…

Кроме того, благородные гости, которые сидели в зале, не требовали его присутствия. Они непременно появлялись с фальшивыми улыбками. И говорили какие-то дежурные слова поздравлений. Тем не менее эти двуличные люди прятали кинжалы в улыбках. Вот и всё. Такая работа была для него просто пыткой.

Такие фальшивые встречи всегда доставляли Цзюнь Мосе жуткую головную боль. Вот почему он не собирался выходить к гостям. Нет необходимости предоставлять слишком много примеров. В конце концов, какой этикет должен соблюдать молодой господин перед Императором Тянсяна? Даже дедушка Цзюнь и третий господин Цзюнь чувствовали, что было бы лучше не позволять Цзюнь Мосе присутствовать на собрании. Кроме того, он был из молодого поколения. Таким образом, он в любом случае будет иметь трудности в общении с пожилыми мужчинами. Все были довольны, что он решил остаться на заднем дворе с очень важными гостями, с которыми он уже успел найти общий язык. Самое главное – его можно было оставить с ними одного, и через полчаса этот разговор не закончился бы убийством двух-трёх сотен человек… Он был доволен таким итогом. Всё равно нельзя было сделать счастливыми всех, и чтобы никто не ушёл обиженным...

Тем не менее известие о прибытии трех Великих Мастеров было немного неожиданным для Цзюнь Мосе.

«Прибытие Фэн Хуан Юня очень неожиданно. Однако он известен как непредсказуемый человек. Но он питает хорошее впечатление о семье Цзюнь. Кроме того, в прошлом у третьего дяди и Фэн Хуан Юня сложились благоприятные отношения. Поэтому его приезд несколько понятен...»

«Однако внезапное прибытие Ши Чан Сяо и Ли У Бэя заставляет задуматься. Семья Цзюнь, казалось, никогда не имела дружеских отношений с этими двумя. И если бы только не было дружеских отношений. Я даже убил восемь из десяти учеников Ли У Бэя. И это не единственное, что я сделал. В конце концов, я даже испортил его бой с Одиноким Соколом…»

«Тем не менее эти два человека всё равно прибыли сюда! Что они собираются делать?»

Цзюнь Мосе хмурил брови. Тем не менее он не мог объяснить их прибытие, независимо от того, сколько он думал об этом. Они видели Цзюнь Мосе только тогда, когда они собирались на битву за Южный Небесный Город. Фэн Хуан Юнь имел дружеские отношения с семьей Цзюнь. Однако то же самое нельзя сказать о двух других. Кроме того, такое событие, как удочерение Цзюнь Вуем, не было очень важным. И, конечно, это был не тот вопрос, который два Великих Мастера решат обсудить лично…

Это означало, что их прибытие имело какую-то неизвестную, но определённую цель.

Что касается этой конкретной цели…

Цзюнь Мосе размышлял об этом со спокойным лицом. Мэй Сюэ Янь посмотрела на него и спросила:

- В чём дело? Ты скептически относишься к тому факту, что прибытие Ши Чан Сяо и Ли У Бэя может стать проблемой?

Глава 548.1. Дать мечи Королям зверей

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Очевидно, что есть какая-то проблема. Я думаю, что они могут быть здесь по трём причинам. Во-первых, они могут быть здесь по поводу проблемы с Городом Серебряной Метели. Во-вторых, они могут быть здесь, чтобы оценить отношения между семьей Цзюнь и лесом Тянь Фа. Кстати, попутно они могут быть заинтересованы в любой информации о твоём местонахождении. И, в-третьих, вряд ли я ошибусь, если скажу, что они припёрлись сюда ради таинственных таблеток и алхимика, который их приготовил. На первый взгляд эти проблемы могут показаться довольно трудными, но справиться с ситуацией не составит труда. Возможно, мои предположения ошибочны. В конце концов, они могут быть здесь совсем с другой целью. Но я считаю, что они здесь только для того, чтобы провести разведку. Они не станут поднимать скандал в это время. Потому что их текущей силы явно недостаточно для того, чтобы создать необходимый переполох. Одного старшего Сокола будет достаточно, чтобы справиться со всеми ими.

Мэй Сюэ Янь добавила со слабой улыбкой:

- Ты прав! Им нужно иметь достаточно сил, даже если они мечтают о том, чтобы создать здесь беспорядок!

Цзюнь Мосе от души рассмеялся; Большой Медведь и Ломающий Землю тоже начали смеяться.

Это был мир, где сжатый кулак был самым сильным аргументом; это была непоколебимая истина!

Цзюнь Мосе решил усилить силу этих четырёх зверей из Тянь Фа после долгих раздумий. Тем не менее он не знал, почему в его сердце постоянно сидела и свербела тревога. Было важно знать, что победа гарантированно была на стороне Цзюнь Мосе и леса Тянь Фа, так как он снабжал их огромным количеством чудодейственных таблеток. На самом деле проиграть они просто не смогут! Тем не менее Цзюнь Мосе всё ещё чувствовал, что эти два Короля зверей недостаточно сильны, чтобы совершить обратный путь в полной безопасности. Он чувствовал, что их сил и того, что он уже сделал, всё ещё недостаточно…

Эти четыре Короля зверей уже приняли три волшебные таблетки – таблетку небесной жизненной силы, таблетку концентрации жизненной силы и таблетку связи жизненной силы. У Цзюнь Мосе уже не осталось никаких других подходящих лекарственных добавок. Можно даже сказать, что дополнительные лекарственные добавки не были бы очень полезны для Королей зверей в данный момент. В конце концов, использование лекарственных добавок никогда не может быть столь надёжным, как тяжёлая работа и тренировки, когда дело доходит до повышения сил.

«Эти люди могут зависеть только от других вещей теперь, когда степень моих "помогающих способностей" достигла таких пределов...»

- Я тут немного подумал… Я предоставлю каждому из вас подходящее оружие для самообороны. Это также будет моим прощальным подарком для Короля медведей и Короля тигров, – Цзюнь Мосе проговорил после долгого размышления.

Мэй Сюэ Янь и Зелёная Охотница заметили, что Цзюнь Мосе произнёс эти слова довольно задумчиво и после долгих раздумий. И по их спинам пробежала холодная дрожь. Важно учитывать, что эти три таблетки были просто неестественно сильными. Тем не менее Цзюнь Мосе отдал их без каких-либо раздумий. Но он явно колебался, говоря об этом оружии…

Это указывало на то, что это оружие явно превосходило так называемое «божественное оружие». В действительности, зная мнительность Цзюнь Мосе и его сарказм перед лицом всего, что люди ранее считали божественным и нереальным, это оружие можно было описать только таким словом, как «сверхъестественное». Это можно было легко понять, взяв в качестве примера «Кровь жёлтого пламени», меч Цзюнь Мосе. На самом деле Мэй Сюэ Янь уже исследовала этот клинок и осталась удивлённой и ошарашенной... Даже несмотря на то, что она видела его лишь мельком, она успела понять, что если владелец будет столь же силён, как она – ей конец.

Тем не менее Большой Медведь и Ломающий Землю высокомерно покачали головами:

- Зачем нам, Королям зверей, это слабое человеческое оружие? Ты же знаешь, что даже так называемое «божественное оружие» человеческой расы очень хрупкое для нас. И, к тому же, им довольно трудно пользоваться. Так что в этом нет необходимости.

- Я дам вам это оружие... нравится вам это или нет! А если не возьмёте – я его затолкаю так глубоко, что сможете вытащить его из себя только в вашем лесу, – Цзюнь Мосе улыбнулся так жутко, что стало понятно, что он уже давно догадался о такой реакции. Он больше не колебался, так как уже принял решение. Он протянул правую руку, и длинный меч внезапно появился в его руке из ниоткуда; он неподвижно лежал в ножнах. На самом деле, казалось, что этот меч был в том месте всё время, а Цзюнь Мосе спокойно взял его с полки. Тем не менее никто не смог понять, как этот меч появился…

Даже Мэй Сюэ Янь не имела ни малейшего представления об этом, несмотря на то, что её сила была намного выше всех остальных…

Рука Цзюнь Мосе, державшая меч, немного опустилась, когда этот меч появился в его ладони. Таким образом, было очевидно, что он был нелёгким!

Лязг!

Цзюнь Мосе слегка потянул рукоять меча. Клинок издал мягкий звук и наполовину выдвинулся из ножен. Великолепный блеск меча ослепил всех на секунду, а холодная аура меча на секунду обожгла души.

Мэй Сюэ Янь и её спутники выдохнули в унисон:

- Это не просто хороший меч! Это удивительное оружие!

Цзюнь Мосе медленно обнажил меч полностью с самодовольной улыбкой. Можно было видеть, что поверхность меча была чиста, как вода. Не будет преувеличением сказать, что она казалась блестящей, как золото, и столь же приятной для глаз, как серебро. Этот меч был всего один метр в длину; такой же, как любой обычный меч. Но он был шире среднего меча примерно на четыре пальца. Это оказался редко встречающийся в этом мире палаш!

Цзюнь Мосе повернул запястье, и длинный меч медленно очертил круг в воздухе. Затем он медленно направил его вниз. После этого он отпустил рукоятку и позволил мечу упасть на каменный стол…

С едва слышным визгом меч по самую рукоять ушёл в каменный стол. Казалось, что он не встретил никакого сопротивления, будто раскалённый нож сквозь масло.

Мэй Сюэ Янь от удивления едва воздухом не подавилась.

«Я знала, что "Кровь жёлтого пламени" Цзюнь Мосе можно было назвать божественным оружием. Но я никогда не думала, что в его распоряжении будет ещё одно такое оружие. Более того, он собрался преподнести каждому из нас оружие. И я считаю, что оно не должно быть хуже с точки зрения качества…»

«Подождите... Цзюнь Мосе сказал, что даст каждому из нас по мечу. Так что, могу предположить, что их качество будет схожим. Может ли быть, что процесс ковки металлического оружия в этом мире продвинулся до такой удивительной степени? Какой смысл гордиться этими телами Суань зверей, от которых мы зависим? Я не выходила из Тянь Фа в течение долгого времени. Возможно ли, что это ограничило мои знания о событиях, происходящих в мире?»

Тем не менее она поняла правду в тот момент, когда снова подумала об этом. В конце концов, Тянь Фа был бы уничтожен давным-давно, если бы это оружие производилось по всему миру. Мэй Сюэ Ян не могла не обрадоваться, когда поняла это.

«Он – создатель этого божественного оружия. Слава богу, что это именно он!»

Глава 548.2. Дать мечи Королям зверей!

Мэй Сюэ Янь слегка хлопнула ладонью по столу. И меч, торчавший в камне, выскочил от этой силы. Клинок закружился в воздухе, но Мэй Сюэ Янь ухватилась за его блестящую рукоять. Однако она снова удивилась…

«Этот длинный меч похож на любой другой меч. Разница лишь в том, что этот немного шире обычного. Однако этот вес… примерно на пятьдесят килограмм тяжелее, чем обычные. Обычный меч весит около трёх-четырёх килограмм. На самом деле даже двуручный меч, который был специально создан для боя, не превышает семи килограмм веса».

«Вес этого меча противоестественен; он явно противоречит здравому смыслу!»

«Мечи должны быть лёгкими. Ведь человек должен быть быстрым. Устойчивость и ловкость оружия могут зависеть от веса, если оно слишком тяжелое; настолько, что позы, навыки и сила Суань будут потрачены впустую. И это было бы очень невыгодно. Поэтому я боюсь, что немногие люди из человеческой расы смогут хорошо использовать такой тяжёлый меч. Однако такое оружие сделано специально для нас, Королей зверей…»

- Нет никаких сомнений, что это великий меч! Но он немного тяжеловат. Я могу использовать его, но я не смогу использовать его максимально эффективно! – Мэй Сюэ Янь нежно погладила лезвие меча своим тонким пальцем. И это вдруг породило звук, будто дракон пролетел в небе над ними!

Мэй Сюэ Ян сказала, что она не сможет использовать этот меч очень эффективно. Тем не менее она всё ещё продолжала возиться с ним, как будто не хотела расставаться с таким оружием. Затем она, в конце концов, передала его Большому Медведю.

Большой Медведь едва смог дождаться, чтобы получить его в свои руки после того, как он стал свидетелем его мощи. Надо сказать, что ему не нужно было такое оружие, но это не означало, что он не будет возражать против его использования. До сих пор он сталкивался только с обычным оружием. И оно было не более чем иголками для вышивания в его глазах; оно было слишком слабо для того, чтобы он мог использовать его. Вот почему он всегда отказывался использовать такое оружие!

Тем не менее он полюбил этот меч, как только увидел его. Он осознал его вес только тогда, когда взял его в руки. Однако внутренне он воскликнул с чрезвычайной радостью!

«О! Это именно то, о чём я всегда мечтал! Наш зять удивителен... он действительно достоин быть нашим зятем!»

Король медведей рассмеялся. Затем он вскочил и поднял меч над головой. Казалось, будто небо осветили фейерверками. Блеск меча был настолько великолепен, что нельзя было даже увидеть чей-либо силуэт поблизости!

Другой меч, который принёс Цзюнь Мосе, имел такой же размер и форму. Ломающий Землю не смог устоять перед соблазном и поднял его. Его лицо также сияло радостью. Такой меч был для них не более чем ложной иллюзией в прошлом. Короли зверей обладали способностью превращаться в людей. Однако следует отметить, что они всегда завидовали людям. В конце концов, люди могли использовать оружие, но звери Суань могли сражаться только врукопашную. Это потому, что человеческое оружие не было пригодно для их использования. Поэтому они жаждали держать такое оружие долгие годы. И они внезапно получили этот шанс сейчас. Как они могли скрыть свой восторг? Качество оружия было вторичным по отношению к ним. Просто сама по себе уместность оружия сделала клинки чрезвычайно ценными в их глазах.

Ломающий Землю вскочил. И через секунду двор наполнили звуки взрывов и грома, когда они с Большим Медведем схлестнулись в схватке. Два меча свистели в воздухе с жуткой скоростью.

Огни мечей сливались в небе, будто снег!

Прошло много времени, прежде чем эти два человека, наконец, опустили свои мечи. Затем они подошли, улыбаясь. Тем не менее они держали свои мечи у груди из-за страха, что кто-то может украсть их ценные вещи. Казалось, будто мечи внезапно превратились в их самые любимые предметы. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять, что они не готовы расстаться с мечами…

- Этот меч – удивительный!! Ха-ха! Я заявляю, что этот – мой! – Большой Медведь улыбался так широко, что его брови слились воедино. Тем не менее Ломающий Землю не сказал ни слова в то время как Большой Медведь сделал своё «заявление». На самом деле Король тигров вытирал свой меч лацканом пиджака. Его движения были чрезвычайно осторожными. Можно было бы подумать, что он не был бы таким внимательным, даже если бы его жена родила маленького тигрёнка...

- Вы не думаете, что должны поблагодарить молодого господина Цзюнь за то, что он подарил вам эти мечи? Как вы думаете, такое бесценное сокровище может стать вашим только потому что вы так просто это сказали или захотели его? Почему вы двое такие нелогичные и тупые? Вы хотите выставить меня дурой? – брови Мэй Сюэ Янь взлетели вверх, когда она закричала в гневе. Единственная мысль крутилась в голове у Мэй:

«Я растеряю всю репутацию с тех пор, как эти двое прибыли сюда…»

«Эти двое действительно глупы!»

- Старшая сестра, так громко кричать – разве это способ поблагодарить кого-то? Что такого плохого в том, что наш зять дарит нам подарки? В конце концов, мы же младшие братья его будущей жены! Так в чём проблема, если он подарит нам эти два меча? Разве это не так, зять? – Король медведей сказал и от души рассмеялся.

Надо признать бесстыдство этого парня. В конце концов, ему было сотни лет. Однако он открыто приветствовал едва ли совершеннолетнего юношу как мужа старшей сестры. Более того, он даже называл себя младшим братом! И, надо отметить, что он говорил эти слова спокойно и обыденно... без всякого стыда и беспокойства.

Даже Ломающий Землю кивнул в знак согласия с подобным выражением на лице. Таким образом, было очевидно, что этот парень также чувствовал то же самое. С той лишь разницей, что он был более сдержан. На самом деле, казалось, что он знал, что не должен осмеливаться сказать это вслух.

Лицо Мэй Сюэ Янь покраснело от гнева:

- Заткнитесь, идиоты! Как вы можете так бесстыдно говорить? Вы ничему не научились со вчерашнего дня? Урока оказалось недостаточно для вас? Хотите ещё раз поругаться со мной, раз уж у вас в руках новые мечи? – её глаза пылали жутким гневом; казалось, что она была готова убить кого угодно.

Король медведей мгновенно поник под таким давлением. И он не посмел произнести больше ни слова. На самом деле он внезапно превратился в послушного маленького медвежонка! Ломающий Землю тоже сжался, не осмеливаясь ничего произнести. Можно было сказать, что Король тигров превратился в крохотного и послушного котёнка.

Цзюнь Мосе же был вне себя от радости. Итак, он заговорил с улыбкой на лице:

- Это очевидно. В конце концов, это всего лишь два меча. Так что не стоит так серьёзно относиться к этому. Сюэ Янь, я должен тебе кое-что сказать – ты будешь пугать их, если будешь продолжать так себя вести. Кроме того, они говорили только правду. Для зятя вполне нормально дарить подарки младшим братьям жены... Разве говорить правду – это грех?

Глава 549.1. Что пытается сделать зять?

- Какая правда? Это полная чушь! Что ты бормочешь про зятя? Это же абсурд! – лицо Мэй Сюэ Янь стало ещё краснее, чем раньше. Она рявкнула на него очень свирепым и строгим голосом. – Это непростительно!

- Как это может быть неправдой? – Цзюнь Мосе даже ухом не повёл, - Сюэ Янь... это стыдно для нас обоих. Я тоже считаю, что мы должны были подождать, пока бы не вошли в свадебную комнату... однако мы видели друг друга. Мы прикасались друг к другу. И раз уж каждый в семье уже знает о наших… эммм… личных делах… А ты своей реакцией только усугубляешь… все и так уже всё знают…

Мэй Сюэ Янь рассвирепела. Она протянула к нему дрожащие руки, борясь с желанием задушить его к чёртовой матери:

- Цзюнь Мосе, ты... ты чёртов бесстыдник!

- Бесстыдство лучше, чем отсутствие жены! – парировал Цзюнь Мосе. – Да, и возвращаясь к предыдущей теме: эти два меча – это ещё не всё. У меня также есть мечи для тебя и Зелёной Охотницы. Должно быть, тебе было трудно держать их мечи. Так что у меня есть меч и для тебя!

Глаза Зелёной Охотницы заблестели, когда она услышала это. Она даже прикусила губу от нетерпения. Однако затем она взглянула на выражение лица Мэй Сюэ Янь и не осмелилась ничего сказать...

- У тебя есть мечи и для нас тоже? – Мэй Сюэ Янь удивлённо спросила: «Этот парень наконец-то сменил тему…»

Затем она довольно резко сказала:

- Так какого чёрта ты ещё не вытащил их?

- А тебе только дай волю покомандовать! – издевательски протянул Цзюнь Мосе. Затем он протянул правую руку и крикнул:

- А могла бы и попросить!

Ещё два меча появились в его руке с тихим звоном. Они снова появились из ниоткуда. Эти два меча были гораздо тоньше и меньше, чем первые два. Эти мечи были гораздо изящнее по форме и внешнему виду. На самом деле одного взгляда было достаточно, чтобы сказать, что они были созданы для женщин!

Можно сказать, что Мэй Сюэ Янь собрала всю свою умственную силу и духовное чувство, чтобы понять движения Цзюнь Мосе на этот раз. В действительности её усилия были поистине титаническими. Но она всё равно не смогла понять, как ему удалось заставить эти два меча появиться. Они появлялись просто из ниоткуда…

Мэй Сюэ Янь была поражена этим!

«Небеса знают, как непостижимы навыки этого таинственного молодого человека…»

Цзюнь Мосе вынул один из мечей из ножен и передал его Зелёной Охотнице. Королева змей не смогла удержаться от удивлённого и счастливого возгласа, когда она прикоснулась к мечу. Она просто влюбилась в него так, как может полюбить своё оружие закалённый в боях ветеран. Было очевидно, что она, по крайней мере, была так же счастлива, как Король медведей и Король тигров!

Зелёная Охотница смотрела на мерцающий клинок своего меча, отливающий золотом. Казалось, будто весь меч был сделан из золота. Кроме того, он был изготовлен на удивление тонко и красиво. Это оказался редко встречающийся «мягкий» меч. Его клинок был проворен, как змея. Он может скручиваться, но не ломаться; он может дрожать и мягко раскачиваться, но в то же время им можно было парировать атаки.

Наконечник меча был раздвоен, это было похоже на язык гадюки. Кроме того, он испускал холодную ауру. Этот меч, казалось, был сделан специально для Королевы змей. Только Королева змей имела возможность использовать все качества этого меча; только она могла максимизировать свою силу с этим клинком!

Можно сказать, что это было самое тщательно изготовленное и проработанное изделие Цзюнь Мосе среди всех четырёх мечей! Он был сделан специально для змеиной королевы. Он потратил тысячи килограммов золота, чтобы создать клинок этого мягкого, но прочного золотого меча!

Сердце Королевы змей наполнилось радостью, и она смотрела на Цзюнь Мосе с редкой нежностью в глазах. Ей уже не терпелось испытать свой новый меч. Но сейчас биться было не с кем, поэтому она сначала обернула его вокруг запястья. Затем она обернула его вокруг своей тонкой талии. Казалось, что у меча есть собственный разум. Он трансформировался в разные формы в руках змеиной королевы. Более того, в его «превращениях» не было видно ни единого шва, ни единой трещины. На самом деле, казалось, что это была живая и умная змея.

Чем больше Королева Змей смотрела на меч – тем больше она радовалась. Чем больше она с ним играла – тем меньше ей хотелось опустить его. Она радостно прищурила свои большие глаза и поднесла мягкий меч к лицу.

Цзюнь Мосе лишь рассмеялся и схватил ножны меча. Ножны меча также изогнулись и приобрели округлую форму. На одном конце была пряжка. Это реально было похоже на какой-то пояс! Оказалось, что Цзюнь Мосе очень усердно работал и над ножнами меча.

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Я назвал этот меч «Меч Королевы змей». Ты можешь обернуть его вокруг талии, когда не используешь его. Это, вероятно, смутит любого человека. Он будет думать, что это лишь вычурный пояс. Это очень поможет тебе поймать противника врасплох. Зеленая Охотница, ты должна придумать, как вытаскивать этот меч из формы пояса как можно быстрее. Я лично чувствую, что это будет великое магическое оружие!

Лицо Королевы Змей покраснело от волнения. Она продолжала кивать, попутно осматривая ножны и обдумывая его слова.

Мэй Сюэ Янь вздохнула:

«Я начинаю быть обязанной Цзюнь Мосе за всё большее количество одолжений. Сначала он едва не насильно всучил нам редкие и ужасно дорогие таблетки. Сейчас он дал нам четыре уникальных божественных меча…»

Она посмотрела на Короля медведей, Короля тигров и Королеву Змей. Каждый из трёх Королей зверей держал меч с глупой улыбкой на лице. Они постоянно делали пробные выпады, рубили воображаемых врагов и выглядели очень восторженными и восхищёнными.

«Я верю, что даже три священные земли не смогут создать ни одного такого меча! Но у Цзюнь Мосе их четыре! Такого рода услуга огромна», – Мэй Сюэ Янь была очень опытным и знающим человеком. Но она всё ещё не могла перестать удивляться этим юношей.

«Даже если забыть обо всём остальном... у него должно быть больше такого оружия. А в лесу Тянь Фа есть другие Короли зверей. Тем не менее для человека с характером Цзюнь Мосе невозможно подарить их только Королю медведей, Королю тигров и Королеве змей... и игнорировать других Королей зверей. Принять эти четыре меча от него – это уже огромная услуга, но... хорошо бы иметь больше!»

Мэй Сюэ Янь отчаянно покраснела, когда эта мысль пришла ей в голову.

Глава 549.2. Что пытается сделать зять?

«Что со мной происходит? Я стала зависима от преимуществ людей, за которые я даже не плачу?! Это грех!»

Как она могла не знать о намерениях и характере Цзюнь Мосе? Этот парень никогда не позволит себе понести убытки. Он всегда заставит своего должника заплатить, как только он достаточно задолжает ему. А бесстыдство Цзюнь Мосе заставило Мэй Сюэ Янь поверить, что он, несомненно, мог бы сделать такую вещь. Более того, она верила, что он может сделать это с такой уверенностью и праведностью, что даже цвет его лица не изменится... и его сердце не дрогнет…

«Этот парень становится всё смелее и смелее в моём присутствии в последнее время. Так что, боюсь, мне придется принять удар на себя, если он выдвинет какие-то условия! Что же мне делать в таком случае? Смогу ли я ему отказать, если он попросит меня посвятить себя ему? Этот парень и так уже имеет много красивых женщин на своей стороне. Возможно ли, что великая Владыка леса Тянь Фа должна будет стать его наложницей?»

«Хотя, он упорно идёт к своей цели... «Тебе следует пойти со мной, мелочь. Я буду гладить твою задницу каждый день».

Мэй Сюэ Ян покраснела, когда эта мысль пришла ей в голову. В её глазах мелькнула ненависть к Цзюнь Мосе. Но это только взволновало её сердце. И это потому, что она вдруг подумала, что больше не считает это чем-то слишком отвратительным…

«Что со мной случилось? Это абсурд!»

Тем не менее один её ненавистный взгляд заставил Цзюнь Мосе вспотеть. Он начал думать так быстро, как никогда в своей жизни...

«Я сказал лишь несколько слов… Но они же не должны были оскорбить её! Более того, я подарил им четыре божественных меча! Так почему эта женщина вышла из себя? Этот молодой господин совершил ошибку, подарив ей эти подарки? Мне теперь будут прилетать пи*дюли, даже если я захочу сделать ей подарок от всего сердца?»

Как Цзюнь Мосе мог знать, что мысли Мэй Сюэ Янь сделали такой большой крюк и пришли совсем не к тому?

Мэй Сюэ Янь снова сосредоточилась на настоящем моменте и подняла руку. Цзюнь Мосе почувствовал, будто ураган прошёл в миллиметре от него. Тем не менее единственный оставшийся меч как раз появился в его руке. Мэй Сюэ Янь тихо сидела на каменной скамье, когда он посмотрел на неё.

- Остался только один из четырёх мечей. Предполагаю, что это для меня? – Мэй Сюэ всё ещё была красной. Но она усилием воли постаралась придать своему лицу и голосу беззаботное выражение.

Но на самом деле её голос был настолько ненормальным, что даже супер-идиоты – Король медведей и Король тигров – заметили это. Два звериных Короля посмотрели друг на друга и подмигнули. Тем не менее они продолжали молчать, ибо понимали, что им может попасть за любое неправильно сказанное слово. А нарываться на гнев Мэй Сюэ Янь, когда у неё в руках Божественный меч – самоубийство. Таким образом, они продолжали возиться со своими мечами с пустыми выражениями на лицах. Но все же, уши они навострили…

- Конечно! Кто, кроме Сюэ Янь, заслуживает использовать этот божественный меч? – Цзюнь Мосе скромно улыбнулся и попытался снова польстить ей.

- Эй! Хватит нести чушь! – фыркнула Мэй Сюэ Янь. Её слова казались очень серьёзным предупреждением. Однако Король медведей и Король тигров снова подмигнули друг другу.

«Хе-хе, старшая сестра в восторге. Только послушай ее слова... разве это не звучит как кокетство и заигрывание?»

Надо сказать, что меч Мэй Сюэ Янь определённо был лучшим среди остальных. Он был довольно мал, но был сделан очень тонко и кропотливо, имел свой собственный, изысканный стиль. Лезвие меча было тонким, но чрезвычайно острым, а рукоять имела удивительно удобную для её руки форму. Клинок меча был гладким и безупречным. Этот меч был достоин сильнейшего воина этого мира. Мэй Сюэ Янь, лишь держа его в руках, чувствовала себя той, кто стоит на вершине мира. Ей не осталось ничего другого, кроме как восхититься таким творением.

«Меч, данный мне, дополняет мою природу! Чистое лезвие меча похоже на белые платья, которые я ношу каждый день. Похоже, мы с этим мечом – идеальная пара. А сам меч самого высокого качества!»

- Ты проделал очень кропотливую работу, – восхищение, сквозившее в словах Мэй Сюэ Янь, было искренним. Тем не менее она использовала такие слова, которые используют старшие, восхваляя молодое поколение.

- Нет необходимости благодарить меня, Сюэ Янь. Я без колебаний взберусь на горящие горы, сделанные из клинков, ради тебя. Я могу принять град стрел за тебя. Я могу встретить смерть с невозмутимостью ради твоего взгляда. Я могу умереть сотню раз без всякого сожаления ради тебя. Я готов рисковать своей жизнью. Даже сто миллионов смертей того стоят, – покачал головой Цзюнь Мосе. Выражение его лица было торжественным.

- Тааааак... – Король медведей и Король тигров под шумок отошли как можно дальше, делая вид, что сражаются. Казалось, что они хотели уйти как можно дальше от этого бесстыдного человека... однако они сделали это, чтобы дать этому парню некоторое время и пространство со своей старшей сестрой...

Мэй Сюэ Янь фыркнула, но её лицо снова покраснело. Она притворилась, что не слышала этих слов. Вместо этого она просто продолжала восхищаться мечом, который держала в руках.

«Этот парень откроет красильную мастерскую, если дать ему две банки краски. Он постарается осветить всю землю, если дать ему немного солнечного света. Тем не менее он будет делать удивительные вещи и двигаться дальше, если категорически игнорировать его...»

Три Короля зверей вертели свои мечи. Но все они делали это рассеянно. Вместо этого, их глаза всегда смотрели в сторону, изо всех сил косясь на двух людей, стоявших в стороне.

- Старший девятый, как ты думаешь, что будет дальше? – Король медведей восторженно подмигнул и проговорил так тихо, как только мог.

- Я думаю, они обязаны... поцеловаться, – выражение лица Ломающего Землю напоминало выражение лица любовного гуру. Он даже, казалось, философствовал, если бы он знал это слово…

- Я этого не вижу... – Большой Медведь неодобрительно покачал головой. Он придал своему лицу выражение опытного человека и сказал, – мой опыт подсказывает, что они должны крепко обняться... такими объятиями, когда даже дышать сложно…

- Да ты снова несёшь чушь! Разве ты не видишь, как зять облизывает губы? Это, очевидно, прелюдия к поцелую! Я же вижу это, – Ломающий Землю усмехнулся. Затем он высунул язык и облизал губы.

- Глупый тигр, разве ты не видишь, что зять вот-вот распахнёт свои объятия? Это явно позиция для обнимашек. Ты ничего не понимаешь, так что не говори глупостей. Не заставляй меня смеяться над тобой.

Глава 550.1. Противостоять героям всего мира

- Ты тупой! Ну, ты тупо-о-ой! Как можно целоваться без объятий? Перестань делать вид, что понимаешь, когда ни черта не понимаешь. Нет ничего плохого в том, что ты не знаешь. Однако не иметь знаний и притворяться знающим человеком – непростительная ошибка! – Большой Медведь сделал такую скорбную мину, пока выговаривал это Королю тигров, как будто тот не оправдал его ожиданий.

- Заткнитесь оба, тупые звери! – сбоку раздался тихий, но полный уверенности голос. Оба звериных Короля удивлённо заткнулись, когда услышали этот угрожающий голос. Затем они повернули головы и увидели серое лицо Королевы Змей. Свирепая ярость мерцала в её глазах. Меч немного качался в её руках. Казалось, что это не меч, а золотистый язык огромной кобры, которая уже приметила себе добычу...

Король тигров и Большой Медведь почувствовали одно и то же:

«Если я скажу ещё хоть слово, она меня просто прикончит!»

Они взглянули друг на друга в ужасе. Но больше они ничего не делали – не сделали ни шагу, ни вдоха, лишь замерли на месте, как соляные столпы.

«В чём дело-то?»

Оба Короля зверей были сбиты с толку…

«Почему младшая сестра стала такой жестокой?» – им казалось, что характер Королевы змей только ухудшался с тех пор, как она прибыла в Тянсян. Фактически сейчас она достигла точки, когда могла просто взорваться, как бочка с порохом…

«Это потому, что она со старшей сестрой... она под влиянием старшей сестры? Но у неё ведь нет силы старшей сестры. Так почему она указывает нам, что делать?» – несмотря на такие мысли, оба Короля продолжали хранить молчание. – «Она ругает мудрых и дальновидных Короля медведей и Короля Тигров... да у неё яйца размером с Луну!»

Тем не менее все трое Королей зверей были удивлены, увидев, что те двое не сделали никаких движений. Вместо этого они спокойно продолжали сидеть. Мэй Сюэ Янь поигрывала мечом, опустив голову. А Цзюнь Мосе просто смотрел на неё с улыбкой на лице. Никто из них не двинулся друг к другу. На самом деле они выглядели как две скульптуры…

Резкий порыв ветра заставил волосы и полы одежд Мэй Сюэ Янь красиво развеваться.

Этот же ветер слегка потрепал рукава одеяния Цзюнь Мосе, но его глаза оставались неподвижными.

Они оба продолжали сидеть так. На самом деле сцена выглядела так же эстетично, как картина какого-нибудь художника. Казалось, что они могут сидеть там недвижимо, пока не состарятся…

Этот вид спокойствия, отдыха и тепла ошеломил даже бесчувственных идиотов, Большого Медведя и Ломающего Землю. Даже злая как волк Зелёная Охотница выглядела ошеломлённой. Они молча смотрели на это, а их сердца наполнялись теплом…

В этот момент идиллии и комфорта послышался звук быстрых шагов; кто-то мчался к ним. Слуга, немного запыхавшись, открыл двери двора и сказал:

- Молодой господин, церемония вот-вот начнётся. Старший глава и третий мастер попросили вас прийти немедленно. Они сказали, что вы не можете пропустить этот момент.

Голос этого слуги дрогнул, когда он увидел, что три пары глаз просто испепеляют его. У него вдруг мурашки побежали по всему телу. Он почувствовал дикий, животный ужас. На самом деле он чувствовал такую слабость, что едва не рухнул на землю. Как мог этот ничтожный слуга противостоять гневу трёх Королей зверей? Пусть они не высвободили всю свою силу и не собирались убивать его... но он всё равно не мог этого вынести.

- Я знаю. Буду там через минуту, – ответил Цзюнь Мосе спокойным голосом. Слуга облегчённо выдохнул, когда услышал голос Цзюнь Мосе. В те доли секунды между его словами и ответом третьего юного господина, он не смел даже вдохнуть. У него были очень важные дела – от страха он потел так, что стало похоже, будто на улице идёт ужасный ливень.

- Сюэ Янь, договорись, чтобы они могли отправиться в путешествие завтра. Сделайте специальные наставления о вещах, которые они не должны забыть. Я пошлю людей, чтобы они доставили купленные вещи в лес Тянь Фа. Эти двое должны путешествовать налегке. Но прежде, чем они уйдут, я попрошу вас дождаться моего возвращения. А сейчас я оставляю всё на тебя, – Цзюнь Мосе посмотрел на Мэй Сюэ Янь.

Девушка не подняла голову. Она просто мягко ответила:

- Будь спокоен. Сила обоих этих балбесов увеличилась на пятьдесят лет. Их скорость также увеличилась в три раза. Кроме того, скорость прогресса их культивации стала в три раза быстрее. И это божественное оружие, которое минимум удваивает силу... Эти двое не заслуживают возвращения, если не смогут пройти сами весь путь…

Цзюнь Мосе громко рассмеялся. Затем он повернулся и, всё также смеясь, ушёл. Он заставил Мэй Сюэ Янь упрекнуть двух Королей зверей… И он проигнорировал обиженные взгляды, которые эти два Короля зверей бросили на него…

- Кто-то хотел меня видеть? – Цзюнь Мосе спросил слугу, пока они шли к месту проведения церемонии.

- Да, юный господин, как всегда, прав. Во внутреннем зале действительно есть стол, за которым кто-то хочет поговорить с юным господином. Император также упомянул, что хотел бы встретиться с вами. Кроме того, молодой господин Ли — Ли Юран, также спрашивал, найдётся ли у вас время поговорить с ним, — почтительно сообщил слуга.

- Ли Юран хочет поговорить со мной? Он сказал, о чём хотел поговорить? – Цзюнь Мосе слегка нахмурился:

«Почему этот парень хочет поговорить со мной именно сейчас? Что ему нужно».

Но он не обратил никакого внимания на двух других людей, о которых упоминал слуга.

Дело не в том, что Цзюнь Мосе был слишком высокомерен; просто он ясно знал, что не было никакого смысла разговаривать с этими двумя людьми. Ведь враг – есть враг. Более того, не было возможности решить их вопрос миром. Следует отметить, что на данный момент они не были его врагами, но, скорее всего, это произойдёт в скором будущем. Это подсказывали ему инстинкты.

А Цзюнь Мосе был бесконечно уверен в своих инстинктах…

Поэтому он просто не видел смысла во встрече с Императором Тянсян…

На самом деле, можно сказать, что Цзюнь Мосе боялся встретиться с ним. Хотя, на самом деле он боялся, что просто не сможет контролировать себя, если увидит этого старого ублюдка на расстоянии удара меча. Он боялся, что просто выхватит меч и отрубит ему голову, даже не слушая, что он там будет булькать... Не нужно говорить, что такой поступок вызовет дикую «сенсацию»… Если бы у них были развиты средства массовой информации, то новости гремели бы месяц…

«Юный третий господин семьи Цзюнь зарубил Императора прямо на церемонии по принятию в семью дочери!»

«Племянник великого Кровавого Генерала учиняет кровавую бойню в подарок дядюшке!»

«Цзюнь Мосе – убийца или жертва обстоятельств? Скандалы, интриги, расследования! Показать всё, что скрыто!»

С этими тёмными, но весёлыми мыслями Цзюнь Мосе вошёл в зал и увидел, что все места были заполнены людьми. Дедушка Цзюнь и Цзюнь Вуй сидели впереди всех, в отдельном углу зала. Гуан Квинхан, одетая в красивейшее платье, стояла перед ними. Гуан Донглю стоял позади своей дочери с весёлой улыбкой на лице. Гости же сидели в разных рядах, которые следовали за ними. Ши Чан Сяо и другие Великие Мастера занимали первый ряд. Сонг Шань – одновременно и дворецкий, и церемониймейстер — казалось, был готов затянуть речь на час. Следует отметить, что эксперт Суань Неба не согласился бы быть церемониймейстером даже у Императора. Но сейчас он почему-то не возражал, а наоборот, светился энтузиазмом. Всё уже было подготовлено. Они только и ждали появления молодого господина Цзюнь…

Сонг Шань с облегчением вздохнул, когда увидел, что Цзюнь Мосе входит в зал. Он достал из рукава свиток, обшитый шёлком. Он развернул его так аккуратно и трепетно, словно это был священный указ. Затем он зачитал вслух:

- Сегодня благостный день! Все гости собрались на своих местах. Вы оказали честь семье Цзюнь, когда пришли сюда! Четыре Великих Мастера, сам Император Тянсяна и многие другие значимые люди! Я в глубоком долгу перед старшим главой Цзюнь за то, что он доверил мне сегодня обязанности церемониймейстера. Я молод, и у меня мало знаний. Я прошу почётных гостей простить меня на случай, если я сегодня допустил какие-то ошибки. Умоляю, не вините семью Цзюнь за это!

Зал разразился словами утешения, когда он сделал небольшую паузу. Тем не менее глаза большинства людей повернулись к императору Тянь Сяна – Ян Хуай Юю.

Эта торжественная речь была лично написана и отредактирована Цзюнь Мосе; Сонг Шань добавил только «Четыре Великих Мастера». Однако вся остальная речь осталась прежней. То же самое относится и к фразе «прибытие Императора Тянсяна». Следует отметить, что он не сказал «прибытие Небесного Императора», или, на худой конец, «прибытие Его Императорского Величества»… Из-за сказанных им слов могло показаться, что он заявляет, будто семья Цзюнь больше не подчиняется империи Тянсян и обособляется от неё.

Как люди, присутствующие в зале, могли не заметить эту «оговорку»? Поэтому выражение лица каждого в этот момент стал несколько странным. Они не знали, была ли это оговорка, или так и было задумано с самого начала.

Выражение лица Императора тоже изменилось, когда он услышал это. Тем не менее он быстро вернул себе нормальное выражение. Затем он изогнул губы в слабой улыбке, и после этого его выражение уже не менялось. Он даже смотрел на всех с улыбкой. Казалось, что он не понял смысла этой «оговорки», или не принял её всерьёз и оставался спокойным.

Надо отметить, что такой грозный человек достоин называться гением своего поколения. В конце концов, даже цвет его лица не изменился ни на каплю. Такая способность сохранять спокойствие была достойна восхищения!

Глаза Цзюнь Мосе слегка сузились:

«Этот человек отлично владеет собой и быстро анализирует ситуацию и приспосабливается к ней. Он действительно намного лучше других. И он очень сдержан. Кажется, что будет крайне сложно вытащить из него правду…»

Глава 550.2. Противостоять героям всего мира!

Между тем, Сонг Шань продолжал выполнять свои обязанности и голосил во всю глотку:

- Сегодня благоприятный день. Счастливый случай постучался в двери этой семьи! Третий мастер семьи Цзюнь – Цзюнь Вуй – официально и во всеуслышание заявляет, что хочет принять в семью дочь семьи Гуан – Гуан Квинхан! Отныне она будет как его дитя. И мир будет относиться к ним, как к отцу и дочери…

Ни одним словом не упоминалось, что она уже была девушкой из семьи Цзюнь или невесткой семьи Цзюнь. Вместо этого Сонг Шань использовал формулировку «дочь семьи Гуан». Эти слова ясно давали понять, что прежний статус Гуан Квинхан был навсегда стёрт в пыль, и упоминать о нём означало бы оскорбление Гуан Квинхан, а, значит, и всей семьи Цзюнь!

Сонг Шань всё говорил и говорил. Его речь была торжественной, пафосной и очень многозначительной. Наконец, после того, как он сказал всё, что было необходимо, они перешли ко второй части. После подсказки с его стороны бледная от волнения Гуан Квинхан встала на колени. Она поклонилась девять раз, после чего встала. От волнения или от страха, бедная девушка разрыдалась.

Цзюнь Вуй мягко улыбнулся и поддержал её. Затем он сказал несколько тёплых слов утешения. После чего он достал блестящее жемчужное ожерелье из красивого футляра, обитого красным бархатом, и преподнёс его в качестве первого подарка от приёмного отца своей приёмной дочери. Все зааплодировали и начали наперебой поздравлять их, когда это произошло.

- Гуан Квинхан с этого момента стала дочерью семьи Цзюнь. Она сможет начать свою жизнь заново. Ей позволено выбрать добродетельного мужчину по своему независимому вкусу. Разумеется, никому не позволено вмешиваться в её выбор или как-то влиять на окружающих её людей с целью поколебать её решение. Если кто-либо посмеет обидеть её – семья Цзюнь увидит в этом причину для непримиримой вражды. Мы без колебаний вынем наши мечи, встав на её защиту. Мы будем сражаться до конца, как за любого члена семьи Цзюнь!

Пусть в прошлом кое-кто посмел подвергнуть сомнению честь и добродетель новой дочери семьи Цзюнь… Думаю, всем известно, какие обвинения выдвигались, и кто разжигал всю эту чушь, царствие им небесное. Но, отныне и навсегда, она – приёмная дочь семьи Цзюнь. Поэтому всяческие заблуждения, предрассудки и толки из прошлого уничтожаются. Они развеяны по ветру, и никому больше не позволено упоминать об этом. Семья Цзюнь официально заявляет, что любой, кто посмеет оскорбить её в будущем, будет считаться заклятым врагом всей семьи Цзюнь. Кроме того, семья Цзюнь клянётся использовать всю свою силу, чтобы убить такого человека, кем бы он ни был!

Цзюнь Мосе, стоя в толпе, подумал:

«Хороший тамада, и конкурсы интересные…»

В одном абзаце речи дважды упоминалась неприкрытая угроза убийством. Сонг Шань зачитывал их хладнокровно, а Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй так спокойно кивали, что кровь стыла в жилах. Фактически неприкрытую угрозу не увидеть здесь мог только полный идиот.

Стиль Цзюнь Мосе всегда был сильным и строгим. Сейчас здесь присутствовали представители каждой влиятельной семьи в стране. Императорская семья и различные великие семьи Суань континента также присутствовали. Присутствовали даже четыре Великих Мастера. Тем не менее Сонг Шань зачитывал такие суровые слова и угрозы из «железной декларации» Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе намеренно пропустил такую угрозу для всех перед этими героями мира. Сам же «автор» тихо стоял в толпе. Его глаза сверкали холодным светом. И его взгляд лишь наполнял атмосферу холодным электрическим током! Его глаза были наполнены жестокостью и жаждой крови!

Фактически если сейчас никто не скажет ни слова против таких угроз – это будет означать не только то, что этот вопрос более не обсуждается и считается чуть ли не наравне с законом. В первую очередь это будет означать, что все приняли семью Цзюнь, как сильнейшую семью, способную навязывать своё мнение самому Императору!

Все вокруг погрузились в тишину.

Заявление семьи Цзюнь было чрезвычайно высокомерным…

Тем не менее никто не подумал, что это было неуместно; даже четыре Великих Мастера не были исключением и тихо сидели, слушая переполненную пафосом и угрозами речь. В конце концов, семья Цзюнь обладала достаточной силой, чтобы сделать такое заявление!

Они никого не боялись!

Сжатый кулак всегда был самым сильным аргументом в этом мире. Сила кулака решала тяжесть их аргументации. На их стороне было несколько экспертов Суань Неба и бесчисленное количество экспертов Суань Земли. Отец и сын семьи Цзюнь были экспертами высокого уровня Духа Суань. Кроме того, на их стороне был Великий Мастер – Одинокий Сокол. Кроме того, «таинственный учитель» Цзюнь Мосе, который мог плевать с высокой колокольни на любого Великого Мастера и священные земли, вместе взятые. И, к тому же, у них даже были какие-то связи с лесом Тянь Фа. Кроме того, каждая влиятельная семья уже оценила, что Фэн Хуан Юнь был явно склонен к поддержке семьи Цзюнь…

Кто на всём материке сейчас посмел бы спокойно смотреть прямо в глаза такой силе?

- Итак, церемония завершена! – прокричал Сонг Шань и хлопнул в ладоши. Затем он отложил Шёлковый свиток и вежливо поклонился гостям.

В зале раздались громовые аплодисменты!

Лицо Гуан Квинхан было переполнено слезами. Было очевидно, что её сердце разрывалось от эмоций.

«Я – больше не та Гуан Квинхан, какой я была раньше. Теперь я – новая личность. Я больше не дочь одной семьи Гуань. Теперь, навсегда, я также дочь и семьи Цзюнь! Более того, я единственная дочь в семье!»

«Я родилась заново. Я могу сделать всё, что только захочу! Я могу выбрать достойного мужчину и выйти замуж, если захочу, и никто не будет навязывать мне свою волю! Я могу принять своё собственное решение в этом отношении сейчас!»

В будущем её ждала совершенно новая жизнь, и она это понимала!

Тем не менее глаза Гуань Квинхан постоянно высматривали кого-то в толпе, даже в такой волнующий момент…

И в конце концов она нашла того, кого искала.

Это красивое лицо мягко улыбалось ей с нежным выражением в глазах! Внезапно она услышала слабый звук, напоминающий жужжание комара. Но это был очень знакомый ей голос, звучащий прямо над ухом: «Квинхан…»

Гуан Квинхан улыбнулась со слезами на глазах и тихо вздохнула. Её лицо внезапно начало краснеть. Но её сердце одновременно наполнялось каким-то неприятным чувством. В ней сейчас бурлило множество эмоций, которые смешивались, не давая сосредоточиться на какой-то одной. Она не знала, смеяться ей или плакать. Было очевидно, что она счастлива. Тем не менее слёзы всё ещё текли по её щекам в тишине... казалось, что она, наконец, рассталась с этим кошмаром дня…

Уважаемые и не очень гости заняли свои места под руководством Сонг Шаня и начали ожидать традиционного в таких случаях множества кушаний и выпивки. Большинство, конечно, ожидали вино. Это ведь было то самое вино, которое семья Цзюнь ранее продавала на аукционе по чрезвычайно высокой цене. На каждый стол было поставлено более десяти кувшинов этого вина. Этого количества должно было быть достаточно, чтобы каждый смог насладиться им. На самом деле этого было даже более чем достаточно. Праздник ещё даже не начался, однако сильный запах перегара уже сочился из каждого рта…

Цзюнь Мосе собрался уже подойти к Гуан Квинхан, когда увидел человека, приближающегося к нему с улыбкой на лице. Затем этот человек произнёс тихим голосом:

- Третий молодой господин Цзюнь, не могли бы вы уделить мне немного времени? Как насчет небольшой беседы между нами, где-нибудь подальше от чужих глаз?

Этот человек был высок и имел довольно красивое лицо. Выражение его лица было мягким, а взгляд – сердечным. Каждое его движение было изысканным, элегантным и продуманным. Этот человек был самым талантливым в столице. Он был первым сыном Императорского наставника. И он уже был определён как преемник поста главы семьи Ли – Ли Юран.

- О? Поговорить? Поговорить с тобой? – Цзюнь Мосе изобразил улыбку, когда увидел Ли Юрана. Затем он наклонил голову и довольно издевательски произнёс:

- Вам поболтать приспичило? Вы думаете, что у нас вообще есть темы для беседы? О чём таком важном вы бы хотели мне сказать?

Ли Юран проглотил насмешку, слегка улыбнувшись в ответ. Его взгляд оставался неподвижным, когда он ответил:

- Да. Я знаю, что у вас здесь найдётся укромный уголок, где два молодых господина сумеют провести беседу, не касающуюся чужих ушей. На самом деле, я считаю, что нам нужно поговорить! Более того, я убеждён, что тема нашей дискуссии заинтересует третьего молодого господина!

Цзюнь Мосе повернул к нему голову, чтобы посмотреть на этого человека. Затем он пробормотал:

- О! Ты так в этом уверен? Что ж, тогда ладно. Давайте поговорим и удовлетворим это ваше заветное желание. Должен сказать, что беседовать с вами в этих обстоятельствах не имеет большого смысла... Но, вероятно, это будет менее скучно, чем болтать с другими людьми, которые собрались здесь...

Ли Юран заставил себя продожать улыбаться:

«Почему же он такой говнюк? Ему палец в рот не клади – даже тапочек не останется! «Заветное желание», блин. Конечно, всю жизнь только и мечтал, что поговорить с тобой! Спасибо, что сейчас нужно соблюдать этикет, и я упомянул только беседу… Подумать страшно, как этот пошляк смог бы вывернуть мои слова, если бы мы говорили неофициально!»

- Здесь очень шумно. Следуйте за мной... – сказал Цзюнь Мосе с озорной улыбкой. – Я полагаю, что вы не хотите, чтобы другие люди слышали, о чём вы говорите со мной, не так ли? Поэтому в более спокойном месте мы сумеем провести нашу беседу с толком!

Ли Юран улыбнулся и сказал:

- Именно. Я бы хотел сохранить удовольствие беспокоить третьего молодого господина только для себя.

Цзюнь Мосе громко рассмеялся. Затем он повернулся и пошёл, указывая путь. Ли Юран следовал за ним, едва поспевая за его широким шагом. Они были незнакомыми людьми, но они напоминали пару близких друзей, разговаривая и отпуская шуточки.

Цзюнь Мосе ясно почувствовал на себе взгляд Императора. Тот смотрел на него издалека, повернув голову. Взгляд Императора был слишком далёк, чтобы бояться хоть чего-то. Тем не менее в глубине этих мудрых глаз мелькали не слишком дружественные на первый взгляд огоньки…

Глава 551. Беспокойство Ли Юрана

Цзюнь Мосе увёл Ли Юрана из торжественной залы. Они пересекли несколько коридоров и подошли к павильону сада. Было странно проводить встречу в саду в такое раннее зимнее время... можно было предположить, что настолько странная встреча произошла впервые в городе Тянсян; вполне возможно, что и во всей Империи Тянсян...

Плотные тучи закрывали всё небо. Ветер был довольно холодным. Тем не менее в павильоне, казалось, было ещё ветреннее, так как холодный ветер залетал внутрь со всех сторон. Но, надо сказать, что территория была светлой и просторной. На самом деле это было действительно удивительное место…

Также это было самое подходящее место для того, чтобы подхватить простуду.

Тем не менее Цзюнь Мосе выбрал это место не потому, что хотел показать пренебрежение к своему гостю. Напротив, это было потому, что не было другого подходящего места, где можно было поговорить наедине.

«Просто очень много гостей пришло поздравить нас, и они заняли весь главный зал и вестибюль. Внутренний двор Гуан Квинхан в настоящее время занят Мэй Сюэ Янь и её людьми. Поэтому эти места не подходят для разговора. В моём дворе до сих пор устроено «инвалидное крыло» – там Йе Гухан и эти двое немых детей. Так что туда я тоже не могу его отвести. Кроме того, Хан Янь Мэн из Серебряного города и Му Сю Тонг во дворе третьего дяди. Кроме того, там просто куча моих солдат. Так что, это место ещё хуже для приватного разговора... так что, осталось только одно место — кабинет моего дедушки. Но разве я не оказал бы ему слишком большое уважение, если бы отвёл его туда?»

Цзюнь Мосе подумал об этих вещах и решил привести Ли Юрана в сад. Во всяком случае, силы этих двух людей было достаточно, чтобы вытерпеть любой холод…

Ли Юран огляделся с удивлением. Затем он сказал:

- Резиденция третьего молодого господина действительно достойна его имени. Я не могу придумать места в этом зимнем Тянсяне, которое было бы хотя бы похоже…

Цзюнь Мосе громко рассмеялся. Затем он поднял руку и предложил Ли Юрану присесть. Но он не ответил на его слова.

Однако Ли Юран не сел. Вместо этого он встал лицом к Цзюнь Мосе и сложил руки за спиной. Он казался очарованным зеленью вокруг. Ли Юран начал говорить, но, казалось, что он бормотал про себя:

- Цзюнь Мосе, это, кажется, наш первый официальный разговор, если мне не изменяет память?

- Да, это первый разговор, – кивнул Цзюнь Мосе и вздохнул. – Жаль, но я не мог найти время раньше. Расписание очень плотное, график…

- Тогда пообщаемся не так официозно. Я на восемь лет старше тебя. Тебе всего восемнадцать, а мне уже двадцать пять лет! – Ли Юран проигнорировал презрительную шутку молодого господина Цзюнь. На самом деле, казалось, что он блуждает в своих мыслях. Его поникшие брови делали очевидным его одиночество.

– Третий молодой господин Цзюнь, ты знаешь, как я управлял всем эти годы?

Ты не знаешь, почему я хочу поговорить о проблемах, которые я так долго подавлял. Но всё-таки я сейчас перед тобой. Я знаю, что сейчас мы… как бы сказать… не очень хорошие друзья. Но у меня есть желание рассказать обо всём именно тебе. Надеюсь, третий молодой господин не против выслушать меня. Пожалуйста, воспринимай это как историю. Это не очень блестящая история, но несколько интересная, – он самоуничижительно улыбнулся. – Эти вещи лежали на моём сердце тяжким грузом в течение очень долгого времени! К сожалению, я никогда не находил подходящей ситуации или человека, которому мог бы довериться. Тем не менее я переполнен эмоциями сегодня, и мне искренне нужно это выговорить! Я говорю это впервые в своей жизни…

- Ты попросил меня лишь выслушать тебя. Мы, наверное, могли бы быть друзьями. Но в этот раз я буду хорошим слушателем, – Цзюнь Мосе неожиданно стал на редкость серьёзен. На лице у него не было ни намёка на пошлость. Он чувствовал пустое сердце Ли Юрана. И поэтому он не смог задавить в себе сочувствие к этому человеку.

Ли Юран молча постоял некоторое время. Казалось, что он настраивает ход своих мыслей и организует их в подходящую манеру речи. Затем он медленно начал говорить:

- Я хорошо всё помню. Моя память всегда была очень хорошей. Я до сих пор помню, что дедушка забрал меня из-под маминой опеки, когда мне было всего три года. Затем он объявил её мёртвой прямо при ней. Он сделал это, потому что моя мать не смогла научить меня ничему за то время, что я был на её попечении... Я до сих пор помню, как моя мать была этим расстроена. Она очень много плакала. Мама умоляла моего дедушку, заливая слезами пол и его обувь, кланяясь. Она умоляла его оставить меня у неё ещё на один год. Однако мой жестокосердный дедушка на это не согласился. Хотя он разрешил ей встречаться со мной раз в месяц. Очень великодушно, не находишь?

Это и стало первым воспоминанием о моей матери… Даже не помню лица, помню только слёзы и бесконечные мольбы… – Ли Юран закрыл глаза, говоря это. Затем он тяжело вздохнул, а на его лице даже появились какие-то эмоции. Казалось, беспорядок в его голове был очень сильным.

Через некоторое время он продолжил свою историю. Но его голос стал более устойчивым:

- Мой богатый дедушка нанял для меня эксперта Суань Неба, когда мне было три года. Этот эксперт должен был очищать мои меридианы в течение месяца, чтобы он мог заложить для меня прочную основу практики Суань. И с этого времени я начал проводить свои дни циклично. У меня было шесть часов практики Суань. Потом шесть часов обучения этикету и наукам, и четыре часа обучения бою на мечах. А оставшееся время было отведено на еду и сон.

Цзюнь Мосе тихо вздохнул. Он не знал, что сказать.

«Эти благородные люди... они переносят такие трудности и закаливание, о которых дети из обычных семей даже не мечтают. И они оцениваются старейшинами семей, как какие-то кони: терпишь больше – молодец, не можешь терпеть – пошёл отсюда нафиг. Вот почему они превращаются в чрезвычайно вспыльчивых людей, как только они вырастают. Я бы не удивился, если большинство из них – какие-нибудь извращенцы!»

«В конце концов, их характеры искажены с детства! Они постоянно находятся под давлением. Вот почему они часто злоупотребляют властью, если им её дают. И вот так они часто превращаются в тиранов. На самом деле многие тираны прошлого и были сформированы подобным образом! Многие тираны из истории были талантливыми и добродетельными людьми, но получив власть, они стали невообразимо жестокими и кровожадными».

- Иногда я видел других детей, что бегали по улице и играли в догонялки и прочие игры. Я очень хотел поиграть с ними. Но им это было можно, а мне такое не разрешалось. Мой дедушка просто избил бы меня, если бы я расслабился хоть на минуту. Более того, старик был со мной в сто раз более критичен и строг, чем с моими братьями... – Ли Юран бормотал так тихо, что было едва слышно. – Он всегда говорил мне, когда я был ребёнком: «Ты отличаешься от других. Вот почему для тебя очень важно уметь делать намного больше, когда ты вырастешь!» И я всегда помнил об этом…

- В конце концов я принял свою «высокопоставленную» личность путём бесчисленных избиений и критики — личность человека с чрезвычайно высоким статусом! – выражение лица Ли Юрана было спокойным. Казалось, он рассказывал не о своей жизни, а о чьей-то еще. - Я должен быть спокойным и культурным в любое время. Я никогда не должен говорить громко. Я должен выглядеть спокойным и невозмутимым, даже если я ужасно зол. Я должен выглядеть спокойно, даже если мне невыносимо больно. На самом деле я должен сделать вид, будто мне это нравится. И это потому, что мой дедушка сказал мне, что настойчивость – это сущность успеха.

Моя мать посещала меня один раз в месяц. Скажу тебе, что такие дни были для меня самыми счастливыми... потому что эти дни очень сильно отличались от всех остальных дней по расписанию! Но даже если задачи были такими же, как и накануне – всё было иначе. Даже мои учителя уходили, чтобы не мешать. Моя мать сама сопровождала меня на тренировки Суань, тренировки с мечом и лекции по этикету. Она готовила для меня и тихо стояла в стороне, наблюдая, как я тренируюсь. Я ждал этот день каждый месяц. И, наверное, именно поэтому я не осмеливался расслабиться в обычные дни. Потому что лицо моей матери светилось от удивления, когда она видела мои успехи. Раньше она была такой весёлой... она была такой счастливой... и я чувствовал себя очень счастливым, когда видел её такой... поэтому я не расслаблялся ни на секунду, потому что хотел сделать её счастливой. Хотя бы на один день в месяц…

Ли Юран зажмурился сильнее. На его ресницах висела влага; на его лице ясно было видно тоску и грусть. Однако он стоял спиной к Цзюнь Мосе, поэтому тот не мог этого видеть.

Глава 552. Жестокость меняет людей

- Почти все говорили, что я талантлив, потому что я очень быстро учился. Но они не знали, почему именно я так хорошо учился... как такой маленький ребенок мог понимать всё так быстро? Это было лишь потому, что я жаждал того одного дня... одного дня с матерью! Это потому, что я хотел увидеть её улыбку! Я хотел сделать её счастливее!

Это, может быть, и скучно, но это был мой единственный источник надежды. Однако это продолжалось только до десяти лет. К тому времени мой дед уже начал знакомить меня с тактикой и обманом. Он также начал спрашивать меня о моём мнении по некоторым вопросам. Он, конечно, критиковал меня, если я случайно говорил что-то неуместное.

А однажды я отправился на охоту со своей охраной. Но я столкнулся там со своим учителем... Это было так. Я выстрелил стрелой в антилопу, но не убил её. Поэтому я поскакал вперёд на лошади, чтобы мечом добить её. Видимо, я настолько привык быть всегда спокойным и хладнокровным, что на моём лице не отразилось ни единой капли эмоций. И именно тогда кто-то сказал: «Он очень хладнокровный! Из него получится отличный преемник!»

А потом... он появился передо мной. Он не представился, не сказал ни слова, будто не хотел тратить времени. Он схватил меня за плечо и начал осматривать мои руки, ноги и суставы. Затем он спросил меня, хочу ли я принять его как своего учителя? Мой телохранитель подоспел, чтобы спасти меня. Однако этот человек не сдвинулся с места. Он просто махнул рукой, как на назойливую муху. А охранник от его удара пролетел метров двадцать... Этим же вечером он пришёл к моей семье с сообщением о намерении взять меня в ученики!

Ли Юран горько улыбнулся и продолжил говорить:

- Именно тогда я узнал, что он был хладнокровным Великим Мастером Ли У Бэем... он был непревзойдённым мастером всего мира. Мой дедушка сразу же согласился сделать меня его учеником, но я на это не соглашался. Я знал, что не смогу видеть мою мать, когда уйду с ним! Тем не менее я всё равно был вынужден пойти с ним…

Прошло два года, когда мне впервые разрешили вернуться домой от учителя. Но я был чрезвычайно счастлив. Скорее, я должен сказать, что был в восторге! В конце концов, я наконец-то ехал к своей матери после двух долгих лет! Я почти не отдыхал и едва не загнал лошадь. Мне удалось закончить пятнадцатидневное путешествие всего за десять дней. А за эти два года я узнал много нового от своего учителя. И, разумеется, научился очень многому... В конце концов, я очень хотел поделиться этими новостями со своей матерью. Я хотел, чтобы она разделила радость моего успеха. И я не хотел откладывать встречи ни на минуту, потому так гнал лошадь. Я хотел обнять ее... позволить ей обнять меня. Мне всегда нравилось это чувство…

Но когда я вернулся домой, я нигде не нашёл своей матери. Я искал её повсюду, но никто мне ничего не сказал. Даже горничной моей матери нигде не было видно. Так что я ничего не мог с этим поделать. Помню только, что тогда я чувствовал себя ужасно. Я делаю это признание впервые в жизни... той ночью я нашёл дворецкого семьи Ли и спросил его о маме. Сначала он не хотел говорить. Но когда я сорвал ему десятый ноготь с рук... ну и ногти на ногах тоже… короче, он любезно согласился рассказать мне всё. Он сказал мне, что моя мать умерла…

Ли Юран задрожал. Две слезинки медленно прокатились по его щекам. Цзюнь Мосе спокойно сидел и слушал его, не нарушая тишину. Да, они были соперниками. Возможно, даже противниками. Но чувство жалости всё равно возникло в его сердце…

- Моя мать ужасно скучала по мне после того, как я ушёл из дома. Она мечтала встретиться со мной каждый день, плакала каждый день. Она всегда просила моего отца позволить ей увидеться со мной... – лицо Ли Юрана исказило гневом. – А моего отца это всегда раздражало. В конце концов, он стал избегать её. Тем не менее моя мать всегда находила способ увидеть его, и она, плача, на коленях умоляла его, просила за меня... Однажды они сильно поссорились. И мой отец... этот… этот долбаный кусок дерьма! Он ударил её. Да, он не сильно её ударил, но моя мать не смогла вылечиться. Она умерла через несколько дней…

Прошло всего два месяца со дня смерти моей матери, когда я вернулся домой. Отец Танг Юаня в то время ещё не был министром доходов. Этот пост занимал мой отец. Он-то обучался боевым искусствам и совершенствовал техники Суань и контроля Ци. Но моя мать не была такой. Она была хрупкой женщиной. Тем не менее он ударил её! – Ли Юран стиснул зубы. Однако Цзюнь Мосе услышал всхлип. Ли Юран спросил хриплым голосом:

– Третий молодой господин, что бы ты сделал, если бы был на моём месте?

- Если бы я был на твоём месте? Хмм… что бы я сделал? – Цзюнь Мосе размышлял над этим довольно долго:

«Мать, которая родила его, находится на одной стороне. Однако отец находится на другой. Что он мог сделать?»

Тем не менее Цзюнь Моcе думал над этим довольно спокойно. Это был первый раз, когда он был настолько невежественным... однако он очень хотел знать об этом. Поэтому он не выдержал и спросил:

- И что же ты сделал?

- Третий молодой господин... кажется, ты не так хорош в этом отношении, как я! – Ли Юран горько улыбнулся. – Люди говорят, что третий молодой господин из семьи Цзюнь убивает людей, будто траву косит. Люди говорят, что жажда крови – его вторая натура! Но ты мне и в подмётки не годишься. В конце концов, я совсем лишён человечности! – он жестоко улыбнулся, и губы его задрожали. – Я... я нашёл его... и прикончил!

Услышав это, Цзюнь Мосе немного обалдел:

«Ли Юран в свои двенадцать лет... убил своего собственного отца? Это немыслимо!»

- Ха-ха-ха! – Ли Юран усмехнулся. – Неожиданно, не так ли? Первый человек, которого я убил в своей жизни... был мой собственный отец! – Ли Юран задрожал ещё сильнее. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться. Однако сейчас он звучал ещё более безжалостно и холодно:

- Тот день изменил меня. Это полностью изменило меня. Я стал порочным и беспощадным. Я потерял обоих родителей. И я больше не заслуживал ничьей заботы в этом мире. В конце концов, я убил собственного отца! Так почему бы мне не осмелиться убить кого-то ещё, если я хочу?

- Ты очень жестокий человек! – Цзюнь Мосе знал, что он бы не мог такого сделать. В конце концов, это было даже не жестоко. Это было бесчеловечно! И Цзюнь Мосе знал, что он не смог бы пойти на такие крайности, будь он на месте Ли Юрана.

Родительская любовь глубже океана, выше самых высоких гор.

«Они, возможно, сделали ошибку, но они всё ещё твои родители! Они сотворили тебя. Они воспитали тебя. Правильно ли убивать их своими руками, даже если они совершили ошибку? Неудивительно, что характер Ли Юрана настолько извращён... его злобная натура может напугать любого… Эта ситуация, бесспорно, имела большое влияние на него…»

- Поверь, это ещё не всё… Я вырвал окровавленный нож из тела отца и пошёл искать своего деда. Я подошёл к нему и бросил нож к его ногам с криком: «Я убил твоего сына! Он убил мою мать – я убил его!» – продолжал Ли Юран. – Мой дедушка долгое время молчал, а затем он отдал мне свой первый приказ:

- Убей любого, кто знает правду! Я расскажу всем, что твой отец страдал от болезни и недавно умер!

Я убил своего отца. А потом я убил ещё тысячу людей, чтобы похоронить их рядом с ним. Тогда-то я и узнал, что мои дела касаются не только меня. Я понял, что не только меня будут касаться мои поступки. Скорее, мои действия влияют на всю семью Ли. Конечно, мой дед жестоко избил меня после этого инцидента. Но напоследок он посмотрел на меня и сказал:

- Что бы ты ни сделал... никогда ни о чём не сожалей!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и подумал:

«Этот Ли Юран просто бесчеловечен. Но это Ли Шанг так возмутительно воспитывал его! Вся эта семейка сумасшедшая!»

«Для матери естественно скучать по сыну! Но муж не знал, как утешить её... или, может быть, как заботиться о ней. Вместо этого, он копил гнев и раздражение. А когда она его достала окончательно, он дал ей хорошенького леща, от которого она и скопытилась! На самом деле он ей так дал втык, что она умерла! Что за мужик-идиот, который не может рассчитать силу? А потом ещё сынок, который нанёс папеньке визит и пару десятков ножевых... Дедушка, когда узнал, что его внучок сдуру его сына на ноль поделил, только и сделал, что отшлёпал и сказал «Не сожалей!»

«Неужели в семье Ли люди сразу рождаются больными на всю голову? Надо же, а… Так ударить жену, чтобы та умерла. И потому что они, видите ли, поссорились! А Ли Юран решил не париться и по формуле «око за око» убил батю!»

«Это сумасшедший цирк!»

- Люди такие безвольные! Мой дед не спал в течение нескольких ночей после этого дела. Его волосы побелели, и у него начали появляться морщины на лице. Но он лишь сказал мне, что «Эта внешность подходит для моего безжалостного характера! Страсть важна для успеха. Но куда важнее – быть безжалостным!» – Ли Юран мрачно усмехнулся.

Цзюнь Мосе потерял дар речи!

«Неудивительно, что Ли Юран способен на такое. В конце концов, у него был такой отец и такой дедушка... кажется, ожидать, что он научит своего внука быть щедрым и добродетельным, не более чем просто фантазия!»

- А ещё через три года после этого я вернулся в Шан Шан. Однако Шан Шан за это время пережил много трудностей. У людей не было денег ни на еду, ни на одежду. У них даже не было денег, чтобы содержать своих жён и родителей. В то время это была серьёзная проблема. Тем не менее финансовой мощи моей семьи Ли этот кризис был до лампочки. Мой учитель медленно начинал благоволить мне всё больше и больше. Даже мои товарищи-ученики начали чувствовать, что должны мне и моей семье... Казалось бы, всё удалось… но я не был счастлив. Я совсем не был счастлив!

Мой дедушка уже объявил меня будущим Главой семьи, когда я вернулся домой. Итак, я начал жить в своей официальной резиденции и начал заниматься внешними делами моей семьи. Я стал чрезвычайно занят. Тем не менее люди моей семьи напоминали мне моего отца всякий раз, когда я их видел. Они напоминали мне этого зверя... этот кусок дерьма! Вот почему я их ненавидел. Но теперь у меня была власть. Так что я начал создавать им трудности и медленно брать их под свой контроль. Я пугал их каждый раз, когда они приходили ко мне со своими страданиями и проблемами. Я запугивал их так, что они не осмеливались даже дышать без моего ведома. И я чувствовал себя счастливым, делая это. Вот так я понял, что моё счастье в этом! – Ли Юран ухмыльнулся. – Вот почему мне стало нравиться смотреть, как страдают другие. Мне стало нравиться контролировать людей. Чем больше боли они испытывали... тем счастливее я себя чувствовал! Короче говоря, мне нравилось заставлять других плакать и кричать от боли! Но были дни, когда я позволял им улыбаться. Я чувствовал, что могу сделать что угодно. На самом деле было освежающе делать это время от времени... моя ненависть была направлена только против семьи Ли. Но со временем я понял, что боль других людей также доставляет мне удовольствие!

Что было ещё более удивительно, так это то, что... семья Ли постепенно начала процветать с каждым днём после того, как я взял этих людей под свой «контроль»! Семья Ли начала собираться вместе в решении всех аспектов... независимо от того, был ли это бизнес или бюрократия... такой результат превзошел все мои ожидания!

«Ты взял под свой контроль червей своей семьи. Естественно, семья, очевидно, будет процветать... более того, ты стал терроризировать своих братьев и кузенов... так кто бы посмел играть против тебя? Было бы очень странно, если бы семья Ли не начала процветать после таких жутких методов, которые ты использовал!» – Цзюнь Мосе втайне размышлял. Он наконец понял, в чём дело.

«Теперь я понял. Должно быть, это случилось так... главная причина в том, что Ли Юран прикончил собственного отца. Это и привело к формированию внутреннего демона в его сердце. И всё, что последовало с тех пор, было причиной и следствием этого внутреннего демона…»

«Смерть матери Ли Юрана стала поворотным моментом в его жизни!»

Глава 553. Что, если я стану Императором?

- Однако для этого нужна сила! Чем больше силы, тем больше удовольствия можно получить! – глаза Ли Юрана вспыхнули холодным светом. - Поэтому весь свой энтузиазм я направил на получение как можно большего количества энергии. Вся моя семья постепенно перешла под мой контроль. Но вскоре я понял, что моей семьи недостаточно, чтобы удовлетворить мои потребности! Я хотел больше силы!

Поэтому я начал больше работать и постепенно стал подавлять своих противников. И я, наконец, понял, что мой дедушка говорил правильно.

- Та самая фраза? – с любопытством спросил Цзюнь Мосе.

- Ты должен быть бессердечным, если хочешь быть успешным! Нужно быть беспощадным! – глаза Ли Юрана загорелись энтузиазмом. – Это то, что сказал мой дедушка после того, как я убил своего отца. Поэтому я сознательно отгородил себя от всего, что делал. Я словно бы был зрителем. И я понял, что это было особенно верное решение. Мне нужно было устранить любого, кто встал бы на моём пути. Я мог бы даже отказаться от друзей или члена семьи, если бы это принесло достаточно много пользы, – Ли Юран помолчал и мрачно добавил. - В конце концов, я не смог бы достичь своей цели, если бы принимал во внимание свои личные чувства. Более того, неспособность достичь своей цели также могла привести к полному провалу. И легко остаться ни с чем после поражения... поэтому я не могу позволить себе быть сентиментальным! Ты не можешь быть чувствительным, напротив, ты должен быть бессердечным. Ты должен быть безжалостным!

Всё в этом мире – всего лишь инструменты для моего использования! – кривая усмешка появилась на его лице. – Я смогу получить всё, что я захочу, если буду на вершине этого мира. Я даже смогу вернуть то, что потерял в прошлом. Я мог бы получить вещи, которые даже не были моими, если бы захотел. Мне только нужно быть преданным своему делу!

Нынешний Император – отличный тому пример. Ведь Муронг Сю Сю и Йе Гухан были идеальной парой. Их семьи отлично сочетались по социальному статусу. Они выросли вместе. В конце концов, их чувства друг к другу были глубокими и искренними. Однако Император захотел жениться на Муронг Сю Сю. Тогда вся семья Йе Гухана просто была объявлена предателями и уничтожена за одну ночь. А затем Муронг Сю Сю вошла во дворец Императора и стала Императрицей... это событие особенно вдохновляет меня! – Ли Юран сжал кулаки.

- Это событие лишь подтолкнуло тебя дальше на пути становления демоном. Но она не любит тебя с самого начала. Тогда чего же ты добьёшься, даже если получишь её? – Цзюнь Мосе имел прямо противоположную точку зрения.

- Ничего страшного, если она меня не любит. Я предпочту, чтобы она хмурилась и рыдала под моим телом, чем радостно стонала под чужим. Я всё равно буду её мужчиной, даже если она не отдаст мне своё сердце. Я буду лучше, чем человек, который даже не сможет иметь её. Более того, я верю, что даже её сердце может стать моим в будущем, если я буду усердно работать! – Ли Юран фыркнул.

- Ты сумасшедший! – Цзюнь Мосе нахмурил брови. – Ли Юран, ты просто псих. Пути назад для тебя уже точно нет.

- А зачем мне возвращаться? Что я получу, повернув назад? На самом деле у меня даже нет дороги, чтобы повернуть назад. Но у меня всё ещё есть длинный путь впереди! – Ли Юран язвительно улыбнулся. Внезапно он пошатнулся, показалось, будто он потерял все силы, даже его плечи опустились.

«Я хранил молчание более десяти лет. Я никогда никому этого не говорил. Однако сегодня я рассказал всё. Но я всё равно чувствую пустоту в сердце. Не могу сказать, счастлив я или нет. Я не чувствую ни малейшего комфорта. Я прошёл всё своё прошлое за это короткое время…»

«Кажется, моя депрессия не отступила ни на шаг. Тем не менее я больше не чувствую себя одиноким, потому что мне есть с кем поговорить».

- Третий господин Цзюнь, спасибо за то, что выслушал меня. Я больше не знаю никого, с кем бы я мог бы поговорить, – Ли Юран, наконец, повернулся и медленно подошёл к каменному столу. Затем он сел и серьёзно сказал:

- Теперь я чувствую себя намного лучше.

На лице Ли Юрана появилась улыбка; она казалась искренней и тёплой. Его поведение также стало как обычно элегантным, культурным и манерным.

- Не за что. Ты заставил меня понять многое. Все мыслят по-разному. Я никогда не верил в это. Но ты заставил меня поверить.

Тем не менее, глядя на Ли Юрана, он понимал, что этот человек застрял так глубоко в грязи, что уже не сможет выбраться. Ли Юран был очень умным и обаятельным человеком. Но все же, Цзюнь Мосе чувствовал к этому человеку только жалость…

«А такой человек заслуживает жалости?»

- А теперь о тебе, Цзюнь Мосе... я никогда не считал, что ты чего-то стоишь. Я был лебедем, летящим высоко в небе, а ты был просто сорняком в грязи. Я был исключительным, а ты был ничтожеством! – Ли Юран зло усмехнулся. – Поэтому я никогда не обращал на тебя внимания.

Тем не менее ты чудесным образом за какие-то полгода вырос, будто на дрожжах. Я даже не успел отреагировать на такое изменение, а ты уже стал выше меня. Я стал считать тебя грозным врагом, когда обратил внимание на твои таланты. Кроме того, ты – стратег и обдумываешь каждый свой шаг. Я даже верил, что твой характер похож на мой…

Тем не менее я так больше не думаю... – Ли Юран грустно улыбнулся и продолжил, - а теперь я уже больше не заслуживаю быть твоим противником. Лебедь прекрасен, но он – ничто по сравнению с легендарным фениксом, который может парить на девятом небе. Нет никакого сравнения. Поэтому я способен только говорить с тобой сегодня.

Цзюнь Мосе улыбнулся, но ничего не сказал, потому что это уже был публично признанный факт.

- Третий молодой господин, ты знаешь, почему я с тобой разговариваю? – Ли Юран продолжал улыбаться, глядя на Цзюнь Мосе.

- Хммм… я думаю, молодой господин Ли чувствует себя мрачным и расстроенным. Но я не верю, что ты здесь, чтобы рассказывать мне эти секреты. Так что колись уже, зачем пришёл... – Цзюнь Мосе поднял брови.

- В последнее время я решил, что у меня есть новый вариант. И этот вариант может иметь прямое отношение к моему выбору в будущем. Однако я не в состоянии решить самостоятельно. Поэтому я и пришёл, чтобы узнать твоё мнение, – Ли Юран заговорил в очень серьёзной и торжественной манере.

- Тебе пришлось выбирать? И ты пришёл узнать моё мнение? – Цзюнь Мосе был ошеломлён. – Ли Юран... молодой господин Ли, ты головой не бился вчера-сегодня?

- Да! Я должен узнать твоё мнение. И это потому, что ты тоже вмешан в это дело. Таким образом, это должно сыграть жизненно важную роль.

- Ну, тогда говори. Посмотрим, что можно сделать.

- Можно считать совпадением, что мой учитель рекомендовал меня в Великий Золотой Город. Затем Ма Цзян Мин пришёл в семью Ли десять дней назад. Он хотел встретиться со мной по этому вопросу. Это значит, что я могу присоединиться к Великому Золотому Городу, если соглашусь. Это означает, что через несколько лет у меня будет шанс стать свидетелем Битвы за захват небес. Кроме того, я мог бы получить возможность участвовать в следующей Битве за захват небес... на самом деле я мог бы даже стать ведущим военачальником…

Выражение Ли Юран было серьёзным:

- Великий Золотой Город хочет выбрать десять молодых людей на этот раз. Цзюнь Мосе, ты человек, который, может быть, понимает меня лучше всех. Ни один другой юноша не сможет победить меня. И это из-за того, что я умею думать и планировать...»

- Я искренне верю в это, – прокомментировал Цзюнь Мосе.

«Я буду считать людей этого мира монстрами, если человек с интеллектом и злобностью Ли Юрана не преуспеет... Итак, это именно та дилемма, с которой Ли Юран столкнулся…»

«Неудивительно, что он сегодня так откровенен. Неудивительно... он говорит так прямо. Уже не странно, что он ведёт себя не так, как раньше…»

Цзюнь Мосе наконец-то понял истинную причину прибытия Ли Юрана.

- Однако уход означает, что я должен отказаться от результатов, над которыми я так упорно трудился на протяжении многих лет! Я должен совершить переход от желаемой власти в этом мире, и я должен перейти к желанию того же на самом высоком уровне. Но я вложил так много энергии и усилий за всё это время, и я начал реализовывать свои цели. Тем не менее мне придется повторить всё с нуля, если я решу пойти туда, – медленно сказал Ли Юран.

Цзюнь Мосе ничего не ответил. Вместо этого он спокойно ждал, пока он договорит.

Ли Юран молчал некоторое время. Затем он внезапно поднял голову и посмотрел прямо на Цзюнь Мосе. Затем он сказал тихим голосом:

- Цзюнь Мосе... ты будешь против меня, если я захочу стать Императором империи Тянсян? Возможно, я должен спросить, не настрою ли я себя против тебя таким образом…

Я знаю, что ты не жаждешь власти. На самом деле тебя это даже не волнует. Ты заботишься только о своей семье. Тебя волнуют только твои чувства. И ты заботишься только о людях, которых любишь. Более того, ты желаешь абсолютной власти и свободы. Я уверен, что не недооценил тебя в этом отношении. Так что неважно, кто станет Императором... тебе будет всё равно, пока тебе или твоей семье не причинят вреда. И я могу поклясться, что никогда не стану врагом семьи Цзюнь... и это останется правдой, независимо от того, удастся мне или нет. На самом деле я не посмею быть врагом семьи Цзюнь! – глаза Ли Юрана стали полубезумными. Он устремил свой взгляд на Цзюнь Мосе и сказал:

- Это была самая большая мечта, которую я хотел достичь в своей жизни. Сначала я был уверен, что у меня будет много возможностей для успеха. Но теперь появился ты! У меня довольно сильное предчувствие, что мне придётся конфликтовать с тобой, если я не буду осторожен! И я не смогу выдержать, если брать во внимание текущую силу твоей семьи.

Император Тянсян стоит против семьи Цзюнь. Третий молодой господин, я также немного знаю о том, что происходит в твоей голове... более того, трое сыновей Императора не ладят с тобой и Танг Юанем. Так что, я думаю, ты не захочешь, чтобы кто-то из них стал императором Тянсяна. Поэтому я отклоню предложение Великого Золотого Города, если ты дашь мне полную свободу действий. Вместо этого, я буду сражаться за трон Тянсяна! – Ли Юран просто загорелся.

– Третий молодой господин, может быть, это поможет тебе, если я выберу этот путь... На самом деле это будет хорошо и для тебя, и для меня... Твой отец — Цзюнь Ву Хи — был великим героем своего поколения. Он был выдающимся военным генералом и внёс огромнейший вклад в становление Тянсяна. Однако он умер при довольно сомнительных обстоятельствах. И я не могу поверить, что у третьего молодого господина нет никаких подозрений, когда дело касается этого вопроса. Третий молодой господин, мы не можем объединить свои силы. Но у нас есть общий враг, и ты не хочешь светской власти. Так что ты можешь помочь мне. Что в этом плохого? В конце концов, я всё ещё знаю, как оценить время и разрешить возникающие ситуации.

Глава 554.1. Я сделаю тебе большой подарок!

Цзюнь Мосе слушал его, не говоря ни слова. Его сжатые брови красноречиво говорили, что он размышлял о чём-то.

Ли Юран был довольно эмоциональным пару минут назад. Сейчас же он сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Затем он выпалил на одном дыхании:

- Это то место, где я хочу быть. Великий человек не может обойтись без власти. И я, Ли Юран, не буду опасаться встать на этот путь, если третий молодой господин кивнёт!

Цзюнь Мосе с улыбкой спросил:

- А у меня есть такое влияние?

- Конечно, есть! Ты даже не осознаёшь, насколько пугающим стало твое влияние и всей твоей семьи. Однако нынешняя ситуация Тянсяна достаточно очевидна. Империя Тянсян не выживет, если Цзюнь Мосе захочет её уничтожить. Даже убийство всей Императорской семьи в одночасье – всего лишь каприз для кого-то вроде тебя. Тем не менее ты всё ещё беспокоишься о чувствах своей семьи. Более того, у тебя нет никаких убедительных доказательств, чтобы принять такое наглое решение! Но, по сути, тебе никакие доказательства и не нужны, – Ли Юран стиснул зубы. – Мне, вероятно, придётся отправиться в Великий Золотой Город, если третий молодой господин не сможет определить свою точку зрения. Так что, надо сказать, что у врагов третьего молодого господина есть возможность, если он не сможет взять на себя обязательства. Ведь для этого тебе придётся сначала обеспечить собственную безопасность…

Ли Юран тепло улыбнулся. Он был чрезвычайно спокоен, когда поставил два варианта перед Цзюнь Мосе.

Третий молодой господин Цзюнь резко встал. Он сделал пару шагов, заложив руки за спину, его брови были нахмуренными.

Ли Юран открыл свой план. И Цзюнь Мосе был убеждён, что он говорил от всего сердца. Тем не менее Цзюнь Мосе не мог чувствовать облегчение, даже если он верил, что это правда.

Ли Юран, возможно, говорил от сердца в это время. Однако человек его характера, не моргнув глазом, станет врагом в случае возникновения конфликта интересов в будущем.

Поэтому Цзюнь Мосе не мог быть уверен в обязательстве Ли Юрана никогда не противостоять семье Цзюнь; даже немного!

Была и другая причина... Ли Юран имел большие амбиции, удивительные возможности и был выдающимся тактиком. Тем не менее Цзюнь Мосе не считал, что его характеристики подходят для управления Империей!

«Ли Юран сейчас на пути становлением хорошим министром. Он, вероятно, лучший кандидат на должность государственного министра военных дел. Однако он не подходит, чтобы быть единственным монархом Империи…»

- Ты, вероятно, видишь меня очень влиятельным сейчас, – медленно сказал Цзюнь Мосе. – Ли Юран, ты говорил сегодня честно и от всего сердца. Поэтому и я также буду честен с тобой. Ты не подходишь для того, чтобы быть монархом! Ты должен быть под одним человеком, но выше миллионов. На самом деле это было бы лучшей позицией для тебя. Но тебе ещё не хватает многих качеств и опыта, если речь идёт о правлении всем миром!

- Так... это значит... что третий молодой господин не принимает моё предложение? – Ли Юран поник. Затем он заговорил резким голосом: - Но почему? Почему ты думаешь, что я не смогу править Империей? Ты говоришь так, как... мой дедушка тоже так говорит! Ха-ха! Не говори мне, что ты веришь, будто три бесполезных сына Ян Хуай Юя более искусны, чем я? У них может быть шанс получить титул Императора! Так почему я не могу попробовать?

- Ты не можешь! Хотя бы потому, что тебе не хватает агрессии и доминирования. Да и не хватает в тебе… стержня, что ли… На самом деле тебе не хватает слишком многого, когда дело доходит до этого... тебе не хватает слишком много, чтобы даже питать такие иллюзии! Но все же, самый важный момент заключается в том, что ты всегда думал только о себе. Ты можешь стать самым влиятельным министром своего поколения, если будешь искренне помогать монарху. Ты поднимешься на чрезвычайно важную должность. Вероятно, ты оставишь своё имя в книгах по истории. Будущие поколения будут говорить о тебе веками. И они будут изучать твои методы управления на протяжении веков. Ты можешь сделать любую страну богатой и могущественной в кратчайшие сроки. Тем не менее твой характер не даст тебе умение правильно принимать решения за всю Империю!

- О... Надо же, какое совпадение! Мой дедушка тоже так говорит! Он говорил, что я буду защищать семью Ли, даже если стану священником. Он говорит, что я не позволю семье развалиться! Но беда будет неизбежна, если я стану правителем. И это приведёт к уничтожению всей семьи. Твоя манера говорить похожа на его! – у Ли Юрана на лице было выражение уныния. Казалось, будто лошадь, на которую он поставил всё состояние, просто сдохла на старте. Тем не менее его лицо вдруг стало зловещим. – Вы говорите мне, что я — Ли Юран — должен жить под другим человеком в течение всей моей жизни? Я не хочу этого делать!

- Ты продолжаешь болтать о своём дедушке! Правда в том, что ты был воспитан под его командованием на протяжении всей твоей жизни! Ты всегда был под ним. Ты никогда об этом не думал?! – едва не закричал Цзюнь Мосе. – Ты ниже Императора, если ты – министр в Императорских залах. Ты ниже своего дедушки дома. Ты второй после меня среди своих сверстников. Тем не менее ты известен как самый талантливый человек своего поколения. Но, кажется, тебя это не волнует. Более того, ты живёшь так много лет. На самом деле, я уверен, что ты бы продолжал жить так до конца своей жизни, если бы твой учитель не порекомендовал тебя в Великий Золотой Город... ты бы жил так до самой смерти! Таким образом, маловероятно, что ты сможешь реализовать эти дико амбициозные мечты самостоятельно. Более того – твоё сердце знает, правы эти мои слова или нет. Ты пытаешься заставить меня взять на себя обязательства... но это всего лишь способ доказать, что твой дедушка неправ, не так ли?

Более того, ты мне искренне не нравишься! На самом деле ты мне никогда не нравился. Но я не хочу обманывать тебя сегодня, так как ты был честен со мной! – Цзюнь Мосе перевёл дыхание. - Ли Юран, давай закончим на этом! Хорошо?

- Нет, погоди уж! У тебя есть другой кандидат на должность Императора? – Ли Юран замолчал ненадолго. Прядь его волос упала на его лицо, но он этого даже не заметил. Затем он внезапно поднял голову и резко спросил:

- Это Ян Мо?

Он даже не стал ждать ответа Цзюнь Мосе. Вместо этого он улыбнулся и продолжил:

- Тогда неудивительно, что ты предложил Ян Мо присоединиться к Аристократическому залу! Неудивительно, что ты всегда предоставлял ему ответственность иметь дело с Императорской семьёй... Ты тренировал его! Ты тренировал и воспитывал его всё это время!

У Ли Юрана была холодная улыбка на лице. Он был разочарован...

Глава 554.2. Я сделаю тебе большой подарок!

- Я знаю, что ты боишься связываться с ним! – Цзюнь Мосе холодно улыбнулся. Он не отрицал этого полностью. В конце концов, он знал, что человек с характером Ли Юрана может легко заставить Ян Мо пасть, если Цзюнь Мосе открыто это позволит. Однако будет лучше держать его в неведении. Ли Юран без колебаний принял бы это решение. Более того, манера, в которой Цзюнь Мосе сделал это заявление, казалась голой угрозой!

- Да, ты прав. Я не посмею с ним связываться. Кроме того, я не посмею сделать никаких шагов и в городе Тянсян, – Ли Юран рассмеялся. – Так что в этом случае я решу отправиться в Великий Золотой Город. И я осмелюсь сделать шаг, только когда у меня будет достаточно сил. И только тогда я вернусь.

- К твоему возвращению всё может измениться. Ты даже можешь понять, что ты до сих пор мало знаешь о таинственных путях высокого уровня этого мира. Мир – это не только власть! – Цзюнь Мосе произнёс это задумчивым голосом.

- Ты же понимаешь, что я стану твоим врагом, как только попаду в Великий Золотой Город? – Ли Юран посмотрел на Цзюнь Мосе. – Я уверен в этом, так как ты связан с Тянь Фа!

- Нет. Ты не станешь моим врагом. Ты не решишь что-нибудь только потому, что «так надо»! – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Ты – умный человек. Ты мог сделать всё, что угодно, прежде чем я пришёл к власти. Тем не менее ты не посмеешь ничего сделать, так как я теперь – влиятельный человек. На самом деле ты не посмеешь стать моим врагом, пока я — Цзюнь Мосе — не умру! Однако я также знаю, что ты будешь первым, кто пойдёт против семьи Цзюнь, как только я умру!

- Третий молодой господин знает меня слишком хорошо! – Ли Юран непринуждённо рассмеялся. – Я умен, и мои методы проницательны. Но у меня всегда был недостаток – я перестраховываюсь!

- И вот поэтому ты не годишься на роль правителя! – равнодушно сказал Цзюнь Мосе.

- Но я не собираюсь сдаваться. Я никогда не сдамся! В конце концов, можно покорить небеса, если приложить большие усилия! – Ли Юран встал. – Цзюнь Мосе, я откланяюсь. Я, вероятно, отправлюсь в Великий Золотой Город через три дня. Но я хочу увидеть тебя снова когда-нибудь... возможно, в далёком будущем! Ты был честен, говоря, что я тебе никогда не нравился. И для меня это справедливо. Ты мне тоже никогда не нравился. Ты всегда был моим соперником. Я никогда не думал подружиться с тобой. На самом деле я никогда не думал, что у меня будет такой разговор с тобой. Однако я хотел бы дать тебе небольшой совет, прежде чем я уеду.

- Хорошо, я тебя слушаю. Какой совет? – Цзюнь Мосе приподнял брови, казалось, он был заинтересован.

- Будь осторожен в течение следующих нескольких дней. Для тебя сейчас очень важно быть осторожным, – с улыбкой сказал Ли Юран. – Относись к этому как к небольшой награде с моей стороны. Я знаю, что ты не выполнишь ни одной моей просьбы. И ты не взял на себя никаких обязательств передо мной. Но ты терпеливо выслушал мою историю. Кроме того, я не хочу, чтобы ты умер от чьих-то рук! В конце концов, я буду продолжать мечтать о том, как бы я был счастлив, если бы убил Цзюнь Мосе своими руками!

- Мечтай-мечтай... но будь уверен, что у тебя не появится такой возможности в этой жизни.

- Я был лицемером большую часть своей жизни. А ты бы развратником и раздолбаем большую часть своего времени. Однако выжившему будет очень одиноко, если один из нас умрёт. Так что ничего страшного, если я не смогу выполнить это желание. Мы не можем быть друзьями в этой жизни, но ты всегда будешь меня мотивировать, – Ли Юран улыбнулся, и его выражение лица стало обычным. – Третий молодой господин, до свидания!

Он сложил ладони вместе, чтобы попрощаться, а затем ушёл, не оглядываясь.

Он не смог выполнить свою цель сегодня. Его просьбы к Цзюнь Мосе также закончились разочарованием. Тем не менее он был в состоянии подавить свой гнев и уныние…

Настолько, что он даже попытался предупредить Цзюнь Мосе перед отъездом.

Цзюнь Мосе медленно сел.

«Слова Ли Юрана имели в себе какой-то смысл. Скорее всего, что люди из трёх священных земель уже прибыли. И они, вероятно, планируют начать атаку на семью Цзюнь!»

«Но зачем он сказал это мне? Слова, сказанные Ли Юраном, которые он произнёс в качестве подарка, не могут быть бессмысленными для него! Они не бессмысленны в любом случае!»

- Ты всегда смотрел свысока на людей семьи Ли, но ты всё равно беспокоился о них. Ты восхищался тем, что ты безжалостен и бессердечен, но ты всё равно эмоциональный человек. Ведь люди всегда будут людьми. Как ты можешь быть таким безжалостным? – Цзюнь Мосе дождался, пока фигура Ли Юрана не исчезла за углом здания, после чего он прошептал себе эти слова.

Ли Юран дал ему этот совет, прежде чем отправиться в Великий Золотой Город. Он сделал это не для того, чтобы хорошо выглядеть в глазах Цзюнь Мосе; он даже не вознаградил Цзюнь Мосе за то, что тот выслушал его историю. Вместо этого, он не был оптимистично настроен к Императорской семье Тянсяна. Кроме того, он знал, что Тянсян станет свидетелем смены династий в течение одного дня, если Цзюнь Мосе приспичит.

Таким образом, Ли Юран выдал этот секрет, чтобы обеспечить выживание семьи Ли. Он раскрыл эту тайну только с одним желанием:

«Полегче с семьёй Ли, когда ты решишь устроить здесь переполох!»

Ли Юран был действительно очень умным человеком. Он действительно заслужил славу самого талантливого юноши в Тянсяне. Ведь он знал, когда наступать, а когда можно и отступить. Ли Юран понял образ мыслей Цзюнь Мосе. Поэтому он и решил раскрыть эту тайну. Кроме того, он сделал это без каких-либо угроз, требований, обменов или условий. И, вероятно, потому, что он знал, что не может позволить себе провоцировать Цзюнь Мосе на данный момент…

Более того, он знал, что ничего не получит взамен, если выдвинет какие-либо условия.

Поэтому лучше отказаться от всего таким образом…

Цзюнь Мосе покачал головой и вздохнул. Он знал, что он просто дал бы ему по морде, если бы тот посмел оскорбить его, сказав что-то дерзкое. Хотя, начистоту – Цзюнь Мосе бы без колебаний убил его прямо над цветочками.

Тем не менее Ли Юран действовал сегодня очень умно. И он не дал Цзюнь Мосе никаких причин чувствовать себя оскорблённым.

Возможно ли, что Цзюнь Мосе недооценил его в какой-то степени? В конце концов, нужна ли Цзюнь Мосе причина, чтобы убить кого-то?

Порыв ветра поднялся в небо, и снежинки попали на его лицо. Острый холод просочился в самое сердце.

Это был первый снегопад этой зимы. Тем не менее этот день выдался очень, очень тихим. Это тоже что-то значило?

Глава 555.1. Война на пороге!

Ли У Бэй и Ши Чан Сяо не ушли вечером. Они решили остановиться в резиденции Цзюнь. Хозяин, разумеется, не может заставить гостя уйти, если он не уходит по собственному желанию. Но особенно это было верно в том случае, если гостю принадлежал величественный статус Великого Мастера. Тем не менее старик Цзюнь и другие чувствовали себя несколько странно по этому поводу. В конце концов, даже прибытие этих двух мужчин стало для них неожиданностью. Поэтому ещё более странным было то, что они решили остаться.

Между тем, Фэн Хуан Юнь остался у Одинокого Сокола.

Ветер становился всё тише с полудня. Постепенно он исчез совсем. И мир погрузился в тишину... только серебристо-белые снежинки безостановочно падали... Они уже покрыли толстым слоем землю, деревья, крыши домов, но останавливаться снегопад и не думал…

В полуночной тишине появились неясные силуэты мужчин. Более ста фигур тихо окружили резиденцию Цзюнь в этот сильный снег. Движения этих людей были очень быстрыми и профессиональными. Они двигались, как ветер... десятки людей в чёрных одеждах залезли на забор резиденции Цзюнь в мгновение ока.

Охранники патрулировали территорию. Тем не менее эти люди были настолько опытными, что охранники не заметили их присутствия, даже когда они стояли прямо над их головами.

Семь или восемь фигур летели издалека. Их движения создавали впечатление, что они легче снежинок. Они плыли неторопливо и беззаботно…

Мэй Сюэ Янь нахмурилась, лежа на кровати в своей комнате. Через секунду она приподнялась. Прислушавшись, она вскочила и быстро оделась. Словно второпях, она швырнула в окно небольшой кусочек бумаги. Этот клочок бумаги внезапно полетел против ветра и упал в комнату Королевы змей.

Мэй Сюэ Янь к тому моменту уже стояла перед окном. Она внимательно посмотрела на улицу и увидела, что бесчисленное множество людей в чёрных одеждах носятся перед резиденцией. Было не похоже, что они пришли, чтобы поздравить Цзюнь Вуя с церемонией удочерения.

Жажда крови мелькнула в глазах Мэй Сюэ Янь. Её лицо застыло, словно восковая маска. Она резко открыла окно и вылетела вперёд. Её стройная, светлая и грациозная фигура походила на фигуру феи, когда она двигалась в небе. Она взлетела прямо вверх и поднялась на почти сотню футов в воздух (примерно тридцать метров). Затем она уверенно разместилась на вершине башни. И уже оттуда она крикнула холодным голосом:

- Три священные земли! Вы действительно пали так низко? Вы пришли под покровом ночи, чтобы сделать что-то настолько постыдное? Вы хотите коварно напасть на семью, когда они спокойно отдыхают?! Мне действительно остаётся только смеяться над вами!

Жуткая аура Мэй Сюэ Янь разлилась вокруг, как волна океана в яростный шторм. Весь двор резиденции Цзюнь был окутан её аурой за пару мгновений.

Казалось, будто в высохшее давным-давно озеро прорыли канал из могучего моря. Бурные морские волны залили и заполнили озеро до отказа. Кроме того, вода, казалось, и не думала останавливаться. Эта сила была столь же величественной, как будто сходились несколько могучих рек. Кроме того, казалось, что небо над головой Мэй Сюэ Янь потемнело и стало извергать гром и молнии.

Белоснежные одежды Мэй Сюэ Янь превзошли белизну снегопада, когда она стояла на вершине высокой башни. Её длинные волосы струились водопадом, а изящное тело гордо возвышалось над всеми. Её прекрасного лица было достаточно, чтобы удивить любого мужчину. Однако на этом неземной красоты лице был холодный взгляд горького разочарования. Её внушительная аура подняла слой снега с земли. И этот снег начал кружиться вокруг её тела. Мэй Сюэ Янь выглядела как настоящая фея. Но эта «фея» источала потрясающую по интенсивности жажду крови!

Мэй Сюэ Янь была по-настоящему взбешена!

Она всегда была изящной и элегантной перед лицом презренных действий трёх священных земель, так как она всегда уделяла приоритетное внимание общей ситуации. Тем не менее сейчас она открыла свою жажду крови до конца!

Это была чистейшая жажда убийства! Будто бы это была аура отчаянного психопата, который впадает в депрессию, не убив десяток человек до завтрака…

Со всех сторон послышался свист и звуки хлопающей на ветру одежды. Люди со всех сторон молниями переместились к подножию башни. Мэй Сюэ Янь прислушалась и поняла, что тут собралось девяносто человек!

Каждый из этих людей был очень сильным экспертом Суань. Их руководители были выдающимися, опытными и осторожными лидерами. Поэтому они быстро рассудили, что их более слабые товарищи не смогут выдержать её ударов, если они разделятся. Кроме того, они полагали, что многие члены их команды будут обречены на смерть, так как женщина на вершине башни, вероятно, нападёт очень скоро и очень сильна. Они поняли, что у них не будет шанса спасти своих товарищей.

Эти девяносто лучших экспертов из трёх священных земель были вынуждены изменить свои планы в соответствии с жёстким и тираническим импульсом Мэй Сюэ Янь. И вместо этого они были вынуждены собраться близко друг к другу. Они поняли, что Мэй Сюэ Янь вряд ли будет снисходительной, если они позволят ей атаковать их по одному…

Одна только свирепая и гнетущая аура одного человека оставила девяносто известных экспертов в ужасе!

Этого самого по себе было достаточно, чтобы заявить, что сила Мэй Сюэ Янь была потрясающей!

- Мы из трёх священных земель. Но такое злое существо, как ты, не имеет права нас критиковать! В конце концов, мы многое сделали для мира и роста всего материка. Что ты об этом знаешь?! – голос отозвался эхом от стен. Этот отвратительный голос был похож на крысу, скрежещущую зубами по ночам... или на визг совы на могиле. Казалось, что врата Ада открылись, и вопли злых духов вырвались наружу. Короче говоря, этот голос был крайне неприятен для ушей.

Мужчина выплыл из толпы. Да, он выплыл, потому что его ноги даже не двигались. На самом деле его тело вообще не показывало никаких признаков движения. Он просто выплыл, как призрак!

Неопрятные волосы этого человека свисали сосульками. Черты его лица иссохли, а щеки глубоко запали внутрь. Один из его глаз испускал холодный свет, а второй... второго глаза просто не было.

Глава 555.2. Война на пороге!

Просто тёмная дыра в глазнице!

Было видно, что левый рукав его одеяния спокойно развевался на ветру. Таким образом, было очевидно, что в рукаве не было руки. Кроме того, одна из штанин тоже была пуста. Когда ветер приподнимал его волосы, можно было обнаружить, что у него только одно ухо. Он стоял там, выглядя удивительно похожим на зомби, выпрыгнувшего из могилы.

Выражение лица Мэй Сюэ Янь изменилось. Оказалось, что она узнала этого человека.

Да и как она могла его не узнать, ведь именно он возглавлял группу экспертов, которые напали на неё!

Этого человека звали Ю. Полное его имя было Ю Де Шэн. На самом деле это было хорошее имя, так как оно означало «Я буду торжествовать над моими врагами». Но он получил такую «инвалидность» после того, как потерпел ужасное поражение в прошлом. Более того, только половине его тела повезло пережить этот инцидент. После этого он получил прозвище «Ю И Бан» или «Наполовину здоровый». Однако он не обратил на это никакого внимания. Со временем он заработал себе много славы в своем «полуживом» состоянии. Таким образом, люди в конце концов перестали называть его Ю Де Шэн…

Имя этого человека казалось несколько забавным, но это не так. Его обычной привычкой было «делить врагов пополам». И это следует понимать буквально... он разрубал их тела пополам…

Ведь только полуживой мог встретить полуживого!

Этот человек был чрезвычайно силён, несмотря на то, что он был инвалидом. Он даже в своём полуживом состоянии сумел стать начальником оперативного управления в Неуловимом Мире Бессмертных! У него было решительное и жестокое сердце, и он слыл безжалостным. Его сила Суань была довольно выдающейся, и было редкостью найти кого-то в его поколении, кто мог бы сравниться с ним. На самом деле, можно сказать, что Мэй Сюэ Янь не получила бы таких серьёзных травм, если бы этот человек не использовал всю свою силу.

Это было совпадение, что он возглавлял команду и на этот раз. Но на самом деле, казалось, что этим двоим суждено было столкнуться друг с другом ещё раз…

Он поднял голову, и мрачный свет засиял в его единственном глазу. Он посмотрел на Мэй Сюэ Янь и нахмурил брови. Затем он вдруг рассмеялся и сказал:

- Маленькая девочка не должна говорить так громко, стоя на такой высоте. Ветер может сыграть с тобой злую шутку!

Мэй Сюэ Янь лишь снисходительно посмотрела на него в ответ. Затем она сказала тяжёлым голосом:

- Валите отсюда!

Она сказала всего два слова, но они прозвучали, будто глухой удар грома. Даже земля слегка задрожала. Снег с вершин деревьев в радиусе тридцати метров упал вниз…

Все девяносто мужчин, которые стояли во дворе, были ошеломлены этим. Они знали, что в семье Цзюнь жил один из лучших экспертов. Однако они не предполагали, что этот человек будет настолько сильным…

Силы этих девяноста человек из трёх священных земель уже достигли верхних уровней. Однако никто из них не мог сравниться с ней...

Однако они были бесстрашны. Или тупы, что, в принципе, одно и то же. Даже самые слабые из них достигли базового уровня Великого Мастера. Кроме того, их команда состояла из тридцати экспертов, которые были выше уровня Великого Мастера; по десять экспертов от каждой из трёх священных земель. В конце концов, на этот раз они решили работать сообща. Фактически это можно считать самым мощным сотрудничеством трёх священных земель за последние сотни лет!

Шестьдесят великих экспертов уровня Великого Мастера и тридцать экспертов выше этого... было бы смешно, если бы они позволили, чтобы враг запугал их!

Женщина перед ними обладала удивительной силой Суань. Но даже свирепый тигр не может противостоять стае волков. Почтенный Мэй из леса Тянь Фа тоже был исключительно силён в те дни и творил, что вздумается. Разве его тираническая сила не была непревзойдённой? Тем не менее десяти лучшим экспертам всё же удалось победить его после того, как они решили работать вместе. На самом деле знаменитый достопочтенный Мэй в то время едва сумел сбежать. Поэтому у них не было причин бояться этой одинокой молодой женщины.

- Маленькая девочка, ты просто несёшь чушь, стоя там, высоко, где нет никого. Там также одиноко, как и здесь. Но даже не проси нас уйти без причины. На самом деле тебе стоит спуститься вниз и взглянуть на реальную ситуацию, пока у тебя есть возможность. Все остальные будут слушать тебя, только если у тебя кулак больше, чем у них! – полуживой прищурил свой единственный глаз.

Рядом с ним стоял элегантный учёный человек. Этот учёный был не кто иной, как Нин Ву Цин. Позади них стоял другой человек, похожий на Бессмертного. Черты его лица были настолько худыми, что, казалось, будто кто-то вырезал их ножом. У него была седая борода и седые волосы. Более того, он казался спокойным и невозмутимым, как гора. Семеро других мужчин стояли позади них в виде клина. Ещё двадцать мужчин стояли позади в двух аккуратных рядах. Таким образом, было очевидно, что этот состав Неуловимого Мира Бессмертных.

Мэй Сюэ Янь снисходительно наблюдала за их боевым порядком с холодным выражением в глазах. И она не могла удержаться от тяжёлого вздоха. Это было изысканное боевое построение. Эти люди могли как атаковать, так и уйти в оборону, когда это будет необходимо. Более того, это была группа опытных экспертов. Таким образом они сумеют изменить своё боевое формирование в мгновение ока.

Можно было бы понять, что эти люди имели очень высокую степень сработанности. И это понимание, очевидно, было развито в бесконечных тренировках в Битве за захват небес.

Печаль, которую она почувствовала в этой ситуации, было, пожалуй, трудно выразить.

Слева от них стояла ещё одна команда. Среди их рядов стоял сам Ма Цзян Мин, что безошибочно указывало на принадлежность этой команды к Великому Золотому Городу. Мужчины в пурпурных одеждах стояли по правую сторону от команды Неуловимого Мира Бессмертных. Их бесстрашие было видно по блеску в глазах. Эти люди родом из Иллюзорного Океана Крови.

Глава 556. Готовьтесь к войне!

В их числе не было слабых. Этот потрясающий состав показал, что их сила уже достигла крайности. На самом деле было трудно догадаться, во сколько раз их сила превосходила силу семьи Цзюнь…

Не будет ошибкой сказать, что не было никакой необходимости в том, чтобы отправлять девяносто таких экспертов, если бы эти люди не принимали во внимание Мэй Сюэ Янь. Возможно, всего десяти таких экспертов было бы достаточно для уничтожения всей семьи Цзюнь!

Как семья Цзюнь могла справиться с такими сильными людьми? Не было никакой надежды в их нынешнем положении. Они могли взять с собой лишь нескольких человек.

Разница в силе двух сторон была неоспоримой. Не будет преувеличением сказать, что этот разрыв был таким же огромным, как между небом и землей. Ведь этот «пробел» было невозможно преодолеть!

Мэй Сюэ Янь лишь вздохнула при виде «подготовки» трёх священных земель к Битве за захват небес. Тем не менее ей всё ещё нужно было допустить как можно меньших жертв. Её тело вдруг поднялось в воздух, как вспышка молнии. Она была слишком быстрой, чтобы другие заметили, как она двигалась... Она встала на землю перед «полуживым» и заговорила холодным голосом:

- Полуживой, я спустилась, как ты просил. Итак, скажи мне... чем я могу тебе помочь?

Никто не мог понять, что происходит в голове Мэй Сюэ Янь. Она выглядела спокойной и невозмутимой, как всегда. Однако на самом деле она была чрезвычайно обеспокоена. Причина, по которой она шумела, прежде чем спуститься, была в том, что она хотела выкроить ещё немного времени... В конце концов, некоторые люди из семьи Цзюнь могли бы сбежать, если удача благоволила им. И они могли бы найти возможность вернуться, если хоть кто-то из них выживет.

Конечно, Мэй Сюэ Янь была в основном обеспокоена тем, чтобы он смог сбежать! На самом деле Мэй Сюэ Янь не сожалела бы, даже если сегодня ей было суждено погибнуть, раз уж это поможет ему сбежать…

«Я надеюсь, что Королева змей, Король тигров и Цзюнь Мосе поймут мои намерения. Надеюсь, они не растратят впустую мою жизнь!»

«Они смогут выиграть себе немного времени…»

Это случилось очень неожиданно. Поэтому было слишком поздно что-либо планировать. Поэтому Мэй Сюэ Янь только надеялась, что она попадёт на небеса…

- Девочка, ты уже поняла, чего мы хотим! – полуживой явно чувствовал себя живым на все сто. – Девушка, которая обладает такой сверхъестественной культивацией, должна знать о Битве за захват небес. Мы считаем, что исход Битвы зависит от магических способностей этих таблеток семьи Цзюнь. И мы можем поклясться, что не причиним вреда семье Цзюнь в целях безопасности материка и благополучия простых людей. Тем не менее это останется верным только тогда, пока девушка и семья Цзюнь согласятся передать нам эти таблетки и алхимика, который их создаёт. Тогда мы уйдём отсюда прямо сейчас, если вы это сделаете. Что вы думаете по этому поводу? Теперь этот вопрос остаётся на усмотрение такой молодой и красивой девушки. Считай это моим способом проявить уважение к тебе и семье Цзюнь!

- Что ты несёшь? Вы все тут снова «заботитесь о благополучии простых людей»? Хороший предлог, чтобы всех дурачить. Жаль, что эти слова не являются истинной причиной ваших бесстыдных поступков! – презрительно выдавила Мэй Сюэ Янь. - Ты пытаешься скрыть, насколько дрянными стали люди из трёх священных земель. Другие люди могут этого и не знать. Но, ты думаешь, что я этого не знаю? Будь прямолинеен и честен, если хочешь эти таблетки. Скажи, что ты жадный, алчный и тупой засранец! Какой смысл ломать комедию? Какая связь между твоей жадностью и благополучием мира?

- Эта девушка очень сообразительна. Хмм… Я восхищён, – сказал кто-то со стороны Иллюзорного Океана Крови. Мужчина средних лет неторопливо шагнул вперёд и продолжил:

- Слушая слова этой девушки, кажется, что она знает много о наших священных землях. Да, она права, мы пришли сюда не с самыми великодушными намерениями... но было бы неправильно сказать, что мы пришли только ради наших личных интересов. Все знают, что мы – три священные земли – пришли сюда по своим эгоистичным причинам. Но также ты должна знать, что простые люди тоже получат пользу от этого! На самом деле никто не сможет заявить, что это неправда! Кажется, ты знакома с легендами. Так что ты должна понимать, что не стоит заботиться о жертвах, если спасённых будет в разы больше! Монарх нации также работает таким же образом. Однако мы стараемся работать на ещё большее благо по сравнению с мелким монархом!

Человек говорил довольно логично. Его слова были очень разумны. Даже Мэй Сюэ Янь было трудно ему противоречить. Поэтому она внимательно посмотрела на него. Она увидела, что у этого человека тонкие черты лица, неплохое телосложение, крепкое и высокое тело. На нем были аккуратные фиолетовые одеяния. Пять золотых линий сияли на манжетах и воротнике его одежд…

Он, тем временем, продолжал с изящной улыбкой:

- Кроме того, мой Иллюзорный Океан Крови пришёл в семью Цзюнь, чтобы поговорить и о другом важном вопросе. Семья Цзюнь убила двух наших экспертов уровня Великого Мастера не так давно! Кроме того, они также убили «Солнце, которое обжигает тысячи гор» — Хуан Тай Яна! Мои люди были убиты вследствие заговора семьи Цзюнь. Эти трое очень долго готовились, чтобы получить право сражаться в Битве за захват небес. Ты хочешь сказать, что этот вопрос не имеет значения. На самом деле, уже не важно, кто затеял драку... ты должна объясниться! Иначе, я уверен, это навредит нашей дружбе!

Его голос был мягким, но он сразу перешёл к делу. Любой, кто слышал его, заметил бы угрозу, скрытую в его словах!

Мэй Сюэ Янь спокойно посмотрела на это культурное и элегантное лицо. Этот человек выглядел только на тридцать или сорок. Тем не менее она знала, что этот человек был, вероятно, в семь или восемь раз старше тридцати…

- Цзы Цзин Хон, нет причин говорить так бесстыдно. Неважно, о чём ты будешь говорить... это бесстыдство всё равно позорно! – холодно ответила Мэй Сюэ Янь. – Не говори мне, что причина смерти Хуан Тай Яна в заговоре! А теперь ты даже нашёл в себе наглость выйти вперёд и рассказывать, что «не имеет значения, кто начал бой»! Предыдущие трое показали нам, а ты доказал, что все люди из твоего Океана – отпетые мудаки!

Мэй Сюэ Янь не ошиблась, этот человек был известен как Цзы Цзин Хон. И у него было громкое и величественное имя – «Фиолетовое облако с востока!»

Его техника меча могла вызывать фиолетовые облака с востока. И их появление никогда не было хорошим предзнаменованием для противника!

Он занимал третье место в Иллюзорном Океане Крови. Его искусство боя на мечах было таким же хорошим, как у Нин Ву Цина. Один удар его ладони мог расколоть горы и разрубать камни. Даже Мэй Сюэ Янь не ожидала, что он лично прибудет сюда для выполнения этой задачи. Фактически его появление показало, что Иллюзорный Океан Крови придавал большое значение этому вопросу. Кроме того, не будет ошибкой сказать, что его прибытие было явным признаком того, что у них не было даже тени мысли о том, что убийство любого, кто встанет на их пути – не вариант.

- Не имеет значения, смотришь ты на меня свысока или нет. Девочка, ты правда веришь, что сможешь уйти сегодня? – этот человек возглавлял отряд Великого Золотого Города. На нём был длинный льняной халат. На его голове лежала корона; три жемчужины были вложены в неё. Казалось, что Император какой-то страны решил присоединиться…

- Сяо Вэй Чэн? На каком основании ты получил право говорить такие слова?! – Мэй Сюэ Янь ответила ему с холодным выражением. – Эта корона из Великого Золотого Города даёт тебе смелость говорить что угодно и кому угодно, не боясь, что твой грязный язык засунут туда, где ему самое место?

Сяо Вэй Чэн лишь громко рассмеялся в ответ. Затем он махнул рукой и крикнул:

- В атаку!

Ма Цзян Мин блеснул странной улыбкой. Казалось, что он питал бесконечные надежды на то, что всё так обернётся. Он был первым, кто бросился выполнять приказ. В его глазах горели ненависть и обида.

Как мог Ма Цзян Мин признать поражение... особенно перед привлекательной женщиной?

Мэй Сюэ Янь собиралась контратаковать, когда другая нежная и женственная фигура внезапно появилась у неё за спиной с шипением! Зелёная тень распространилась по всему небу во вспышке молнии.

Эти два человека быстро встали рядом, и их тени, казалось, слились в одно целое. Стало трудно отличить, где одна, а где другая... только две тени можно было увидеть на фоне молнии.

Это была Королева змей – Зелёная Охотница!

Мэй Сюэ Янь забеспокоилась, так как Королева змей ослушалась её и не сбежала…

«Что насчёт остальных? Они тоже до сих пор здесь?»

Две крепкие и высокие фигуры появились слева от неё, когда эта мысль пришла ей в голову. Глаза этих двух мужчин были полны ненависти. И они непрестанно выливали на голову людей из священных земель такой поток брани, что уши вяли. Разумеется, это были Король медведей и Ломающий Землю!

Ещё два человека встали справа от неё. Выглядели они чрезвычайно ловкими и быстрыми. Они молчали, но их лица были мрачными. Их длинные волосы развевались на ветру. Это были Одинокий Сокол и Фэн Хуан Юнь!

Ещё два человека подошли к Мэй Сюэ Янь со спины. У них были серьёзные выражения на лицах, и шли они довольно медленно и даже торжественно.

Эти двое мужчин были Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй!

Мэй Сюэ Янь вообще уже ничего не понимала. Она даже вспотела.…

«О небеса! Почему они ещё не сбежали?!»

«Зачем они припёрлись сюда? Разве они не знают, что противостоять им равносильно смерти? Что делают эти люди, они ведь не могут не понимать, что умрут?!»

«В такое время даже великий герой может сбежать, чтобы вернуться, когда придёт время!»

Мэй Сюэ Янь не могла понять характер этого дуэта отца и сына Цзюнь. В конце концов, враг был намного сильнее, чем они сами. Семья Цзюнь уже была на грани жизни и смерти. Тем не менее эти двое остались непреклонны...

«Как мы можем позволить нашим гостям сражаться с этими врагами? Мы знаем, что можем умереть. Но мы умрём раньше наших гостей!»

«В конце концов, это резиденция семьи Цзюнь!»

«Семья Цзюнь сможет восстановиться, пока Цзюнь Мосе будет жить. Сегодняшнее кровопролитие породит океан ненависти. Но он сможет вернуться вовремя!»

Одинокий Сокол появился здесь ради семьи Цзюнь.

«Я не использовал большую часть своей силы, чтобы помочь семье Цзюнь с тех пор, как приехал сюда. Тем не менее они оказали мне шикарный приём, и я получил несколько огромных услуг от них...»

Одинокий Сокол был очень благодарен семье Цзюнь, поэтому он без колебаний бросился вперёд, когда услышал, что вторгся враг.

Тем не менее в голове Фэн Хуан Юня кружились сложные мысли:

«Я покинул эту семью, когда они попали в беду в Южном Небесном Городе. Как я могу снова сбежать? Кто я такой? Я страус, который будет прятать голову в песок?!»

«Я знаю, что враг так же силён, как и я! На самом деле многие из них даже намного сильнее меня. Но когда настоящий мужчина сможет продемонстрировать свою силу, если не сейчас?»

«Я умру, сражаясь, если это решение приведёт меня к смерти!» – и Фэн Хуан Юнь также бросился вместе с одиноким Соколом.

Триста Пожирателей душ и Небесных разрушителей из личной охраны Цзюнь Мосе появились по периметру двора с громоподобным рёвом! У каждого солдата на лице были лишь холод и гнев. В левой руке они держали арбалеты из сухожилий зверей Суань. В правых руках они держали острые мечи. Всё их естество излучало жажду убивать.

Пожиратели душ и Небесные Разрушители были лишь бойцами Нефритового Суань. Таким образом, перед Великими Мастерами они были как крошечные муравьи. Тем не менее они стояли без какого-либо страха!

Глава 557. Мощь Королевы змей!

Высокий свист послышался от стены внутреннего двора, и там появились тени трёх человек: Хай Чэнь Фэя, Сонг Шаня и Байли Лу Юна. Серебристый меч сверкал в руках каждого.

Хай Чэнь Фэн громко рассмеялся и сказал:

- Старший Сонг, кто бы мог подумать, что однажды мы будем сражаться со столькими Великими Мастерами плесом к плечу... это действительно интересное дело!

Сонг Шань лишь усмехнулся и снял с пояса тыкву с вином. Открыв крышку, он отхлебнул большой глоток и проревел:

- Отлично!

Тем не менее было трудно догадаться, нашёл ли он вино превосходным или согласился со словами Хай Чэнь Фэна.

- Старший Сонг, если мы сегодня сдохнем – на небесах выпивка за мой счёт! – Хай Чэнь Фэн рассмеялся. Сонг Шань лишь рассмеялся в ответ:

- Идёт!

- Вот и договорились!

Эти двое ударили по рукам, будто бы им было совершенно плевать на девяносто отменных убийц. Надо сказать, что эти двое были ветеранами, которые пережили сотни сражений. Как они могли не знать, что сегодня вечером им грозит смерть? Может ли быть надежда выжить перед лицом столь грозной силы? Тем не менее эти двое всё ещё смеялись и вели себя смело и беззаботно…

- Я знаю вас недолго, но вы – хорошие люди! Я тоже хотел бы выпить вина с вами в загробной жизни. Или у вас частная вечеринка? – выражение лица Байли Лу Юна было ледяным. Тем не менее в его глазах промелькнуло нечто, напоминающее симпатию, когда он взглянул на этих двух мужчин.

Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань взглянули друг на друга в изумлении. Затем они рассмеялись и хором ответили:

- Кто сказал такую глупость? Ты – хороший брат! Отныне ты будешь нашим братом!

Уже трое мужчин хлопнули в ладони друг другу. Затем они посмотрели друг на друга и расхохотались. Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань не очень хорошо знали Байли Лу Юна. На самом деле они познакомились с ним совсем недавно и знали о нём очень мало. Тем не менее они стали братьями в тот момент, когда вышли в смертельный бой!

Такие моменты между жизнью и смертью – лучший точильный камень для дружбы. В конце концов, человек не станет скрывать свой истинный характер, когда знает, что может умереть... так что становится ясно, был ли человек героем, честным и бескорыстным... или он был обманщиком и предателем...

Ши Чан Сяо и Ли У Бэй тоже показали свои лица. Но они появились в рядах трёх священных земель, несмотря на то, что они прибыли сюда, чтобы поздравить семью Цзюнь! Тем не менее этот дуэт Великих Мастеров четвёртого и шестого рангов не казался ничем исключительным в рядах экспертов трёх священных земель…

В это время раздался резкий звон. Оказалось, что Королева Змей и Ма Цзян Мин уже столкнулись друг с другом. Оба этих человека были мастерами в нечестной манере битвы. Поэтому они мысленно оценивали своего врага и старались применить оружие, которое было бы наиболее подходящим для нанесения смертельного удара.

Ма Цзян Мин быстро отступил после того, как они обменялись ударами. Это произошло потому, что он вдруг заметил, что от удара противника в его мече появилась трещина размером с рисовое зерно!

«Я использовал сотни видов оружия, чтобы создать этот меч. Этот меч стоил мне больших усилий и денег. На самом деле я даже не помню, сколько талантливых людей было убито этим мечом. Я использовал этот меч, чтобы беспрепятственно двигаться по всему миру. Я никогда не отступал. Кто бы мог подумать, что сегодня…»

Меч Ма Цзян Мина получил серьёзные повреждения. Это встревожило и огорчило его. Он почувствовал, как будто его сердце сжалось. Он отступил с таким видом, словно уже помер…

Королева змей одержала верх в этой битве всего одним ударом. Но, разумеется, отпускать добычу она не хотела. Её тело странно изогнулось в воздухе. Могло показаться, что её тело согнулось в семи или восьми местах. Затем она бросилась с места к отступившему врагу со скоростью молнии!

Казалось, будто гигантская змея, сделанная из облаков и тумана, стремительно падала вниз, чтобы поглотить своего врага.

Свет вспыхнул в глазах Ма Цзян Мина, так как он внезапно что-то понял. Он крикнул:

- Она – Королева змей!

«Это фирменный удар Королевы змей леса Тянь Фа!»

Тем не менее Ма Цзян Мин сразу почувствовал, как будто что-то не так.

«Королева змей сражалась с Ли У Бэем несколько дней назад. Он – один из восьми Великих Мастеров. Однако бой был объявлен вничью. Короли зверей широко известны своей физической силой. Я попытался оценить, что они так же сильны, как Великий Мастер в человеческом плане. На самом же деле Короли зверей обладают большим уровнем культивации. Однако я намного выше уровня Великого Мастера. Итак, как она могла заставить меня отступить таким образом? Более того, скорость этой девушки намного быстрее, чем у легендарной Королевы змей. На самом деле, её скорость слишком высока даже для Королевы змей!»

«Её скорость настолько удивительна, что я почти не вижу её. Как Королева змей может обладать такой скоростью, если она так же сильна, как Великий Мастер?»

Королева Змей подняла меч, и он сверкнул серебристым сиянием. Ма Цзян Мин взвыл и взмахнул мечом, чтобы блокировать удар.

Сейчас было не время думать о его мече. В конце концов, он бы потерял свою жизнь, если бы не поставил всё на карту в этом бою. Этот меч был очень дорог ему, но он был не дороже его собственной жизни!

Королева змей лишь ухмыльнулась, увидев это. Её меч со свистом обрушился на оружие Ма Цзян Мина. Тем не менее столкновение не произвело оглушительного звона, как ожидал Ма Цзян Мин. Меч Королевы змей внезапно стал гибким, как быстрая змея, и обернулся вокруг меча Ма Цзян Мина. Кончик меча изогнулся под невозможным углом и прорезал руку Ма Цзян Мина, заставив кровь хлынуть из раны. Даже его кость стала видна сквозь глубокую рану!

Ма Цзян Мин взвыл ещё громче. Его обычно горестное лицо исказилось от боли, и капли пота покатились по его лбу. На этот раз он действительно был поражён. Этот человек был известным экспертом своего поколения, и его сила уже превысила уровень Великого Мастера. Тем не менее он попал в такую опасную ситуацию всего за пару ударов Королевы змей. Он, конечно, несколько недооценил своего противника. Но было очевидно, что новообретённая скорость и странный меч Королевы змей отличались от его ожиданий.

Что-то промелькнуло в глазах Зелёной Охотницы, и уголки её рта изогнулись в хищной насмешке. Её гибкий меч снова внезапно изменил направление и стал твёрдым, как сталь. Затем он ударил в грудь Ма Цзян Мина.

Зелёная Охотница прекрасно понимала опасность положения её врага. Разумеется, она знала, что её команда получит большую пользу, если ей удастся уничтожить одного из сильнейших членов вражеской команды.

Вторая половина меча Королевы змей всё ещё была обёрнута вокруг меча Ма Цзян Мина. Но передняя половина, казалось, начала атаку сама по себе...

Было очевидно, что Ма Цзян Мин не сможет увернуться от этой атаки…

В это время послышался сердитый рык. Два эксперта уровня Великого Мастера бросились вперёд и атаковали с левой и правой сторон. Меч полетел в левое плечо Королевы Змей, а удар кулаком нацелился ей в голову справа.

Ма Цзян Мин неизбежно получит серьёзную травму, если Зелёная Охотница сохранит импульс атаки своего меча. На самом деле он, скорее всего, погибнет. Но ей это едва ли сойдёт с рук. Если она захочет отступить, ей придётся бросить меч... Внезапно показалось, что её хитрый трюк с запутыванием оружия противника превратился в самое большое препятствие…

Тем не менее, следует отметить, что эта спасительная атака была проведена как нельзя вовремя.

Ма Цзян Мин изначально считал, что он сможет сразиться с Королевой змей в одиночку. Более того, он предполагал, что сможет победить своего врага в этой схватке один на один. Он даже улыбнулся и обрадовался этой мысли. Однако он потерпел поражение всего за несколько ходов. Кроме того, двое других мужчин были вынуждены напасть на Королеву змей, чтобы спасти его от верной смерти. Можно сказать, что репутация Ма Цзян Мина сильно пострадала. На самом деле пострадала не только его репутация... Слава всех трёх священных земель была дискредитирована!

Тем не менее люди трёх священных земель не обратили никакого внимания на этот вопрос в это время.

Все ясно видели, что меч Королевы Змей был очень мощным!

Зелёная Охотница громко усмехнулась. Затем она крикнула с насмешкой:

- Три священные земли объединились, чтобы избить одного человека. Это действительно расширило ваши горизонты, а? Три священные земли опустились до статуса городов-головорезов?

Но она не собиралась стоять как столб. Кончик её меча успел сделать порез на груди Ма Цзян Мина. Затем он спокойно отскочил назад. Её меч за долю секунды ослабил хватку и отпустил меч Ма Цзян Мина. Затем она спокойно уклонилась от атаки мечом. Она была лишь одним человеком с одним мечом. Тем не менее, казалось, что на поле битвы были две одинаково умные и быстрые змеи.

Быстрые движения Королевы змей выходили за рамки предположений всех присутствующих здесь. Можно сказать, что все были напуганы этим. В конце концов тело Ма Цзян Мина было бы рассечено на две части, если бы Королева змей не была вынуждена убрать свой меч под давлением этих двух воинов.

Ужасающий рёв раздавался с другой стороны поля боя. Большой Медведь и Ломающий Землю были очень вспыльчивыми Королями зверей. Поэтому они уже начали сражаться против трёх знаменитых Великих Мастеров.

Цзы Цзин Хон сузил глаза и медленно спросил:

- Ты Королева змей?

Зелёная Охотница фыркнула и ответила:

- Да, это я. И что ты собираешься делать?

- Это значит, что вон те двое, должно быть, Король тигров и Король медведей? – Цзы Цзин Хон слабо улыбнулся. Казалось, он обнаружил огромное сокровище.

Зелёная Охотница снова усмехнулась:

- Цзы Цзин Хон, тебе не кажется, что ты немного странный? Что ты хочешь сказать? Как такой могущественный человек, как ты, может быть таким же сопливым и нерешительным, как женщина?

- Небеса действительно помогают мне! Эта поездка в семью Цзюнь принесла неожиданную прибыль! Кто бы мог подумать, что будет так легко заполучить три ядра Суань! Это спасло меня от долгого и трудного путешествия в Тянь Фа! – Цзы Цзин Хон дико рассмеялся. Он махнул рукой и приказал строгим голосом:

- Убить их всех! Не оставлять живых!

Его подчинённые из Иллюзорного Океана Крови хором крикнули что-то в ответ, затем двинулись вперёд круговым строем.

- Подождите! – крикнула Мэй Сюэ Янь. Резкий свет вспыхнул в её глазах, когда она спросила. – Цзы Цзин Хон, что ты только что сказал? Ты сказал, что тебе нужны ядра Суань Королей зверей? – её голос был мрачным. На самом деле, это было даже несколько жутковато. Любой, кто услышал его, понял бы, что ураган близок...

- Ядра Суань Королей зверей – самые драгоценные вещи во всём мире. Кому они не понадобятся?! – Цзы Цзин Хон тихо рассмеялся. Его руки были сложены за спиной. Выражение его лица было уверенным и спокойным. – Я, Цзы Цзин Хон, тоже практикую искусство Суань!

- Цзы Цзин Хон, у тебя кишка тонка! Ты хоть знаешь, кто я? – Мэй Сюэ Янь закричала строгим голосом. – Ты смеешь быть таким наглым передо мной! Ты только что выписал себе смертный приговор!

- Хе-хе-хе! Почтенная Мэй, тайное рано или поздно становится явным. Ты действительно верила, что я не узнаю тебя? Я преодолел тысячи миль, преследуя и едва не убив тебя. Это было такое прекрасное чувство... Да, я всё ещё помню это чувство... Почтенная Мэй, в то время судьба благоволила тебе. Но жаль, что удача не всегда благоволит одному и тому же человеку…

Глава 558.1. Потрясающая сверхъестественная сущность! (часть 1)

Полуживой странно улыбнулся. Затем он посмотрел на красивое и нежное тело Мэй Сюэ Янь чрезвычайно мерзким взглядом. То, что глаз у него был один, красоты ему не добавляло. Затем он щёлкнул языком и заговорил:

- Можно сказать, что сегодняшние события что-то подразумевают. Четыре Короля зверей покинули Тянь Фа и пришли в семью Цзюнь. Это самая неожиданная награда для нас. В самом деле, кажется, что небеса на нашей стороне. Это большой сюрприз. В конце концов, Почтенный Мэй – знаменитое существо континента Суань Суань. Он – верховный лидер Тянь Фа. Этот старик никогда не предполагал, что «он» окажется женщиной. Более того, я никогда не предполагал, что она будет прятаться в чужом доме, чтобы предаваться незаконным отношениям втёмную с таким…

Лицо Мэй Сюэ Янь побледнело:

- Слышишь, полумёртвый, я смотрю – тебе надоело быть мёртвым всего наполовину? Решил довести дело до конца?

Полуживой озорно рассмеялся:

- Почтенная Мэй обладает достаточной силой, чтобы схватить меня, полуживого, за голову, когда только захочет. Но, похоже, что это не будет так просто сегодня. Тем не менее есть кое-что, что я не могу понять, достопочтенная Мэй. Могу я спросить у вас совета? – у него мелькнула зловещая улыбка.

- Ну и чего же ты хочешь? – очаровательное лицо Мэй Сюэ Янь приобрело дьявольское выражение, когда кровавые лучи света замерцали в её глазах.

- Достопочтенная Мэй – очень опытный и знающий человек. Разве ты не могла найти другого мужчину за столько лет? Я слышал, что молодому парню семьи Цзюнь ещё нет и двадцати лет... возможно, вкус этого молодого парня из семьи Цзюнь заставляет тебя чрезвычайно сильно восторгаться? Может быть, он так исполняет твои желания, что ты не можешь сопротивляться? Вероятно, поэтому ты так жаждешь совершить с ним горячее прелюбодеяние... поэтому вы пересекли тысячи миль и прибыли в город Тянсян, чтобы оказаться в его постели? Имя Достопочтенной Мэй потрясло бы всех, где бы оно ни прозвучало. Тем не менее этому старику очень любопытно узнать о нынешнем статусе достопочтенной Мэй... каков ваш рейтинг среди наложниц Цзюнь Мосе? В конце концов, должность первой жены уже занята... я слышал, что её заняла та самая непристойная и нечестивая невестка семьи Цзюнь. Да и должность первой наложницы тоже недоступна. В конце концов, там прочно уселась своей красивой, но развратной задницей Дугу Сяо И из семьи Дугу. Итак, вы третья... или четвертая? Ха-ха-ха!

Этот полуживой зловеще посмотрел на Мэй Сюэ Янь своим одним глазом. Затем он бросил на неё чрезвычайно похотливый взгляд, насмехаясь и даже облизывая губы:

- Достопочтенная Мэй, можно сказать, что мы ровесники. Но вы предаётесь… эмм… «отношениям» с гораздо более молодым человеком. Вам не стыдно за это? Вы могли бы выглядеть как молодая девушка, даже когда раздеваетесь догола на кровати. Но этот молодой человек никогда не будет так хорош, как опытные люди нашего поколения. Правда, что половина моего тела исчезла, это да. Но вам повезло, ТА часть моего тела осталась нетронутой. Так что, если вам интересно... или если вы не в состоянии удовлетворить себя... на самом деле я не использовал его много лет. Дела, дела… Поэтому я уверен, что обладаю огромным количеством мужской энергии. В любом случае я буду намного лучше, чем богатый и невежественный молодой человек! Мы могли бы даже научить друг друга паре вещей… Это была бы такая прекрасная встреча…

Он даже не успел закончить фразу, когда громкий свистящий звук послышался с неба; Мэй Сюэ Янь появилась над его головой в мгновение ока. Полуживой поднял единственную руку и закружился в воздухе. Его движения создали несколько смешанных остаточных образов в воздухе. Он крикнул, стараясь изо всех сил противостоять её атаке:

- Змея вышла из норы! В атаку! Прикончить её!

Ещё тридцать спрятавшихся солдат появились на поле боя за долю секунды, со свистом и боевым рёвом. Они окружили её. Цзы Цзин Хон и Сяо Вэй Чэн тоже бросились в атаку клещами на Мэй Сюэ Янь со всей их силой. Полуживой крикнул и начал наступление на Мэй Сюэ Янь, несмотря на то, что он был подавлен её атаками. Фактически он контратаковал со всей силы.

Остальные двадцать семь экспертов уровня Великого Мастера тоже приступили к «работе».

У всех была одна и та же цель. И лишь один человек был целью их атак – Мэй Сюэ Янь!

Казалось, что шестьдесят других экспертов уровня Великого Мастера уже были проинформированы о плане действий. Они встали вместе, плечом к плечу, чтобы сформировать стену людей, и помешать Королеве змей и другим прийти к ней на помощь!

«Это настоящая ловушка!»

«Это ловушка для меня... смертельная ловушка против достопочтенной Мэй!» – Мэй Сюэ Янь осенило и она поняла: «Они уже давно догадались о моей настоящей личности! Вот почему полуживой пытался разжечь мой гнев минуту назад своими мерзкими словами и показной похотью... он хотел заманить меня в эту ловушку! И они напали на меня с такой силой, потому что хотят похоронить меня здесь!»

Тем не менее нужно понимать, что Мэй Сюэ Янь всё равно прыгнула бы в эту ловушку, даже если бы знала об этом заранее. Это было из-за оскорблений, которые полуживой бросал в неё. Ведь ни одна женщина не выдержит таких слов!

Они были чрезвычайно зловещими и порочными!

Мэй Сюэ Янь зашипела и бросилась вперёд так быстро, что заметить её невооружённым взглядом обычному человеку было не дано. Она нырнула мимо нескольких атак, так, что оружие прошло едва ли в сантиметре от неё, и быстро бросилась снова вперёд. В конце концов, она внезапно попала в засаду тридцати экспертов, которые были выше уровня Великого Мастера. Она нырнула мимо двух экспертов, отступив на шесть метров от того места, где её пытались взять в клещи. Не теряя ни секунды, она воспользовалась мгновением замешательства воина, за спину которого она только что попала. Её атака застала врасплох беловолосого воина. Он полетел назад, как футбольный мяч, и кровь хлынула из его рта, обливая землю тяжёлыми, багровыми каплями…

Мэй Сюэ Ян быстро отступила, едва произведя удар. Затем она выбросила ладони вперёд со скоростью молнии. Два громких взрыва заложили уши ближайшим экспертам, а двое самых неудачливых были поражены её атакой. Их тела изогнулись под неестественным углом, а длинные волосы развевались, привнося в картину немного красоты. Казалось, что быстрый загруженный грузовик врезался им в спину на полной скорости. Двое мужчин закричали, а их тела покатились влево и вправо. Они катились по земле, оставляя после себя лишь капли крови.

Проворное и изящное тело Мэй Сюэ Янь уже проскользнуло между двумя другими мужчинами. Но на секунду все успели заметить вспышку холодной стали!

Мэй Сюэ Янь лишь усмехнулась. Затем она крутанула запястьем, и великолепный сияющий предмет появился в её руке. На самом деле он выглядел таким ярким и блестящим, как солнце, поднимающееся с востока. Её тело закружилось на очень высокой скорости. Свист стали послышался в воздухе, как будто скрытый холодный свет, сгущённый вокруг тела Мэй Сюэ Янь, был самой молнией. На самом деле, казалось, будто блестящие звезды из самой галактики образовали непроходимую стену вокруг её тела!

Послышался звон стали, и серия сокрушительных ударов заставила восьмерых мечников пикового уровня Великого Мастера, пытавшихся снова окружить Мэй Сюэ Янь, отступить в ужасе и изумлении... В их руках вместо мечей остались лишь короткие обрубки стали, больше похожие на металлические зубочистки…

Они видели, что Королева змей обладала божественным оружием. Но разве эти люди не знали, как трудно было получить такое божественное оружие? Разумеется, они не ожидали, что у Мэй Сюэ Янь тоже будет такой. Кроме того, казалось, что качество оружия Мэй Сюэ Янь было даже выше, чем у Королевы змей. Фактически все, кто «контактировал» с её оружием, понесли тяжёлые потери!

Ни один из пострадавших от её ударов воин не был случайным. Каждый из них был воином с силой выше уровня Великого Мастера. Как их оружие могло быть обычным? Как их оружие могло не иметь истории, быть созданным в ближайшей деревне из вил и серпов? Какой из их клинков не пролил кровь тысяч? Тем не менее их экстраординарное оружие сломалось перед божественным мечом Мэй Сюэ Янь так же, как снежинки исчезают, попав под яркий и тёплый солнечный свет…

Однако её «обезоруживающий» поход был далёк от завершения!

Мэй Сюэ Янь уже приняла твёрдое решение действовать. Поэтому она больше не переживала по этому поводу. Она расслабила своё тело и использовала левую ногу в качестве оси, повернув своё красивое тело с сумасшедшей скоростью. Громкий взрыв повторно заложил уши всем присутствующим, когда появились три шара из странной энергии. Они словно несли в себе по сотне ударов мечом каждый. Эти шары выстрелили в трёх разных направлениях.

Эти три шара света выглядели как огонь из пушки трассирующим снарядом, или лазером, если бы мы использовали аналогию из предыдущей жизни Цзюнь Мосе, чтобы описать его.

Она атаковала сразу по трем направлениям!

Мэй Сюэ Янь вложила очень много сил в эту атаку!

Она не оставила никакой свободы действий.…

- Нин Ву Цин, Ма Цзян Мин, Полуживой, Цзы Цзин Хон, – выкрикнул Сяо Вэн Чэн, когда они отчаянно готовились защищаться от этой атаки. Остальные двадцать человек также собрали все свои силы и приготовились противостоять маниакальной и дьявольской силе Мэй Сюэ Янь.

Владыка Тянь Фа наконец-то вложила всю силу в свои атаки и пошла на убийство!

Человек благородного характера может быть использован в своих интересах. Однако, что, если человек благородного характера решит перестать быть благородным? Таким образом, любой человек, пытающийся воспользоваться им, должен был бы заплатить высокую цену... Особенно если бы он считал, что обмануть его так же легко, как обмануть обычного человека…

Это произошло потому, что люди семьи Цзюнь оказались в чрезвычайно опасной ситуации. Цзюнь Чжан Тиан, Цзюнь Вуй, Одинокий Сокол и остальные были вовлечены в сражение. А это означало, что опасность была неминуема и очень высока!

Послышались десятки мрачных и леденящих кровь воплей со всех сторон. Даже Мэй Сюэ Янь услышала стоны, несмотря на грохот. Она попыталась отбежать, но её тело лишь пошатнулось. Она смогла сделать лишь семь-восемь шагов, после чего едва не упала. Кровь сочилась из уголков её рта. Кровь также капала из её рукавов. На жилете и левом плече были видны три отчётливых следа от ударов.

Глава 558.2. Потрясающая сверхъестественная сущность! (часть 2)

Силы Мэй Сюэ Янь были исчерпаны. В конце концов, тридцать экспертов с силами выше уровня Великого Мастера пришли сюда специально, чтобы напасть на неё одну. Это, разумеется, не было обычным делом. Мэй Сюэ Янь была Владыкой Тянь Фа. Но даже она не могла сравниться с тридцатью экспертами уровня Великого Мастера. Во время столкновения она получила серьёзные травмы. Но у нее не было большой альтернативы в нынешней ситуации. Атаки противника просто смели бы её, как могучая река, если бы она решила отступить. И они бы не остановились, пока не убили бы её…

Есть только два способа противостоять такой атаке – рискнуть и собрать все свои силы, чтобы сражаться... или сбежать очень далеко! Сила Мэй Сюэ Янь сама по себе была гарантией, что никто не сможет преградить ей путь, если она решит сбежать! Но люди из семьи Цзюнь оказались бы в ловушке... Три Короля зверей Суань также были здесь. И все уже завязли в тяжёлой схватке!

Итак, как мог кто-то с доброй волей Мэй Сюэ Янь уйти в одиночку? У неё не было другой альтернативы, кроме как собрать свои силы и встретить все атаки и удары лицом к лицу!

Мэй Сюэ Янь недавно совершила прорыв. Поэтому эта битва не должна была быть для неё большим риском. Тем не менее было жаль, что она не успела потренироваться в битвах такой интенсивности в течение длительного времени. Более того, эта битва разразилась без каких-либо предупреждений. И это всколыхнуло её старые раны…

Это ещё больше усугубило проблемы. Как будто бы к мерзкому слепящему снегопаду добавился ледяной дождь и крупный град!

Её вековые раны внезапно всплыли вновь. На самом деле они вспыхнули в этот пугающий момент. Мэй Сюэ Янь даже сумела почувствовать, как кровь сочится из её внутренних органов, как река. Зловещая энергия, которую она пыталась изгнать из своего тела на протяжении многих лет, начала снова набирать силу!

Мэй Сюэ Янь почувствовала холод в своем сердце... могло ли это быть причиной этого?

Надо сказать, что Мэй Сюэ Янь было трудно выдержать этот удар. Но экспертам из трёх священных земель тоже пришлось нелегко. На самом деле они оказались в гораздо более отчаянном положении, чем Мэй Сюэ Янь…

Владыка леса Тянь Фа атаковала изо всех своих сил! Можно ли это назвать обычным делом даже для таких сильных воинов, как они?

Девять рук и три ноги лежали перед Мэй Сюэ Янь в луже крови! Земля оказалась больше похожа на пляж перед океаном крови! Выпавший снег уже исчез без следа. Земля была твёрдая, как камень. Остались лишь борозды в полфута глубиной.

Рухнула и ближайшая стена резиденции семьи Цзюнь. Эта стена находилась примерно в 60 метрах от Мэй Сюэ Янь. Тем не менее огромное количество энергии этого божественного меча просто снесло стену!

Мэй Сюэ Янь была особенно внимательна в «заботе» о Полуживом. Его лицо и так было чрезвычайно уродливым с самого начала. Но теперь у него было ещё три огромных раны от меча. Из его руки торчала обнажённая белая кость. На его груди красовались три колотых раны от меча. Кровь буквально лилась из его груди. Его травмы были очень серьёзными!

Волосы Цзы Цзин Хона были распущены. Его пурпурная мантия была изрешечена дырами. Теперь под мантией были видны мягкие золотые доспехи, которые он носил внизу. Даже на этом странном доспехе были хорошо видны многочисленные дыры от мечей. Было видно, что он истекает кровью.

Корона на голове Сяо Вэй Чэна уже слетела и где-то потерялась. Его тело было покрыто более чем дюжиной ран; они были сделаны её мечом. Кровь вытекала из его тела с журчащими звуками, похожими на горную речушку. Она текла по его телу и окрасила его одежду в тёмно-красный цвет.

Нин Ву Цин задыхался. Он опирался на меч, который вонзил в землю. Тонкая ниточка крови текла вдоль длинного меча и капала на землю. Эти капли понемногу сотворили лужицу крови на земле. Меч Мэй Сюэ Янь сильно рубанул по его правой руке!

Тем не менее Ма Цзян Мин поначалу выглядел так, будто удар по нему вообще не пришёлся. Он даже постоял некоторое время с невозмутимым лицом. Однако через несколько мгновений послышался звук рвоты. Через секунду его вырвало кровью. Бросив пристальный взгляд на лужу крови, образованную его рвотой, можно было бы увидеть пять или шесть его зубов, выбитых из его челюсти...

Сцена стала тихой и спокойной на мгновение после такого сокрушительного удара Мэй Сюэ Янь. Никто не смотрел на Мэй Сюэ Янь в это время. Сначала они смотрели на те отрубленные конечности, которые лежали на земле. Затем они посмотрели на своих лидеров. Однако даже их лидеры в это время находились в плачевном состоянии. Следовательно, холод побежал по спине каждого. На самом деле, казалось, будто ядовитая гадюка упала им на спину…

Этот холод даже просочился глубоко в их кости!

Такая удивительная сила была чрезвычайно тревожной и пугающей!

Многие подчинённые Неуловимого Мира Бессмертных, которые были вовлечены в эту операцию, также принимали участие и в предыдущей засаде на Мэй Сюэ Янь. И эти люди получили жирное, недвусмысленное доказательство, что нынешняя Достопочтенная Мэй не такая, как та самая Мэй много лет назад.

Тогда она была личностью благородного характера, на благородстве которой можно было сыграть!

Она беспокоилась о Битве за захват небес в то время. Поэтому доброжелательная Достопочтенная Мэй не атаковала изо всех сил, не убивала и даже не калечила. Поэтому они почувствовали, что есть гарантия, что они не потеряют свои жизни, даже если битва станет очень интенсивной. И это сделало их ещё более беспринципными в отношении атак и нападений. Поэтому они решили убить её, не беспокоясь ни о чём. Тем не менее Достопочтенная Мэй, с которой они столкнулись сегодня, оказалась очень жестокой. На самом деле, казалось, что она не могла дождаться, чтобы убить всех своим мечом!

Несомненно, нынешняя Достопочтенная Мэй была в несколько раз свирепее предыдущей «благородной» Достопочтенной Мэй.

Кроме того, они недооценили силу Владыки леса Тянь Фа, что было серьёзной ошибкой!

Люди, которые участвовали в этом бою, знали, что Достопочтенная Мэй получила много ранений во время засады. Тем не менее они задались вопросом: как можно успеть вылечить такие раны за столь короткий срок? Все они знали и прекрасно понимали, что невозможно сделать ещё один прорыв за тот период времени восстановления. Достопочтенная Мэй была Владыкой леса Тянь Фа. Тем не менее они верили, что даже она не будет исключением из этого…

И это стало важным фактором в заговоре трёх священных земель по уничтожению леса Тянь Фа.

Однако теперь они поняли, что старые раны Достопочтенной Мэй, казалось, зажили. Кроме того, её сила продвинулась на новый уровень. На самом деле её сила была намного больше, чем в прошлом. Тем не менее был ещё один факт, который был ещё более ужасным — её скорость увеличилась! В действительности она не просто увеличилась с небольшим отрывом... она увеличилась в несколько раз!

Скорость Мэй Сюэ Янь даже на тот момент уже была самой высокой на всём континенте в то время. Однако теперь она стала ещё быстрее…

Что это была за ужасающая скорость? Никто не мог себе этого представить…

Тем не менее им повезло, что им удалось устроить эту ситуацию именно сегодня и именно сейчас. В конце концов, сегодня она не могла сбежать одна. В противном случае, эти тридцать человек не смогли бы задержать её…

Но все же, это был тупик, где не имело значения, насколько высока её текущая скорость... или как выросла её сила. В конце концов, в общей сложности тридцать экспертов уровня выше Великого Мастера собрались здесь, чтобы убить её. Кроме того, она была обременена безопасностью семьи Цзюнь. Вдобавок, здесь присутствовали три Короля зверей. Итак, как она могла сбежать, бросив их на верную смерть?

Это означало, что она умрёт, но не сбежит…

Им повезло, что она предпочла погибнуть в такой ситуации. В конце концов, сможет ли она спать по ночам, если сбежит?

Разве это мог позволить себе настолько благородный человек, как Мэй Сюэ Янь?

Полуживой злобно взревел:

- Атакуйте! Атакуйте все вместе! Эта шлюха серьёзно ранена. Она не протянет долго! Даже лёгкая травма сейчас может убить её! Я убью её, используя все свои силы! Я разорву ей живот своими руками! Я вытащу её ядро Суань и посмотрю, что она за зверь! Она верит, что она не чудовище, когда принимает человеческий облик. Наверное, она чувствует, что теперь она человек!

Глаза Мэй Сюэ Янь были прикрыты, но её лицо всё равно оставалось спокойным и равнодушным. Она мягко заговорила:

- Полуживой, я прикончу тебя сегодня... даже если умру. Ты говоришь, что я чудовище, но ты сам – тот ещё ублюдок!

Полуживой разразился громким смехом. У него был только один глаз и одна рука. Таким образом, он выглядел ещё ужаснее, исказив своё лицо. Кровь текла по его лицу, но он не обращал на неё внимания и лишь яростно крикнул:

- Ты думаешь, что всё ещё способна сделать это в своём состоянии? Преподобная Мэй, не говори мне, что ты получила такую уверенность в себе, потому что нашла себе молодого трахаля, который наконец-то поимеет тебя, несмотря на твой возраст? Ха-ха-ха! На самом деле я уже расхотел убивать тебя так быстро и так скоро. Вместо этого, я хочу поймать тебя живьём. Потом я захвачу этого мальчишку – твою сексуальную игрушку, твоего Цзюнь Мосе. В конце концов, я хочу посмотреть, что вы двое делаете в постели. На самом деле, я думаю, что всем в этом мире это будет очень интересно, ведь имя Достопочтенного Мэя потрясает весь континент. Но она всё равно бесстыдно забирается в постель молодого пацана! Значит, в его «выступлении» должно быть что-то особенное. Возможно, я даже кастрирую этого мелкого жабёныша перед тобой. Разве это не то, чего стоит ждать с нетерпением? Ха-ха-ха!

- Я была права. Ты совершенно бесстыдный аморальный шакал, солдафон и импотент! Будь ты проклят! – желание убивать вновь появилось на лице Мэй Сюэ Янь. Она стиснула жемчужно-белые зубы и подняла над головой меч. Энергия меча словно бы заполнила собой всё небо!

Цзы Цзин Хон, Полуживой, и Сяо Вэй Чэн взревели в унисон:

- Убить её!

Все эксперты закричали и бросились вперёд одновременно!

Глава 559. Трагическое отчаяние

Лес блестящих клинков бросился к девушке. Энергия мечей хлестала, словно волны бесконечного океана…

Фигура Мэй Сюэ Янь казалась очень одинокой перед этими тридцатью экспертами Суань. Она слегка прикрыла глаза. Но след нежной улыбки всё ещё цвёл на её пленительных, но окровавленных губах. Она подумала:

«Хорошо, что среди людей, которые пришли сражаться, нет его. Кажется, он успел уйти. Теперь всё будет хорошо».

«Моя жертва не будет напрасной!»

«Жаль, что я не смогу увидеть его снова…»

- Старшая сестра! – Королева змей отчаянно отмахивалась мечом от атакующих и испустила леденящий душу рёв. Не думая ни секунды, она бросилась к своей сестре…

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй тоже не стояли на месте. Они сражались изо всех сил, что у них были. Они махали своим оружием так, что мечи казались веерами, но их сил было гораздо меньше, чем у их оппонентов. На самом деле они потеряли бы свои жизни давным-давно, если бы Одинокий Сокол и Фэн Хуан Юнь не делали все возможное, чтобы защитить их. Их необычное оружие тоже сыграло важную роль в спасении их жизней…

Однако они оказались в невыгодном положении, несмотря на то, что у них была такая помощь. Когда они потерпят поражение – это был лишь вопрос времени. А если люди из трёх Священных земель не найдут таблеток и таинственного алхимика, что их создаёт – их, скорее всего, даже и в плен брать не будут, а прикончат здесь же.

Но пока враг воздерживался от причинения им слишком серьёзного вреда. В конце концов, они хотели выудить важную информацию из уст людей семьи Цзюнь. Потому что все знали, что безнадежно пытаться захватить чудовищных Королей зверей Суань из леса Тянь Фа. Особенно это касалось Достопочтенной Мэй. Этих людей можно было убить только потому, что они были слишком сильны. И это означало, что только эти двое мужчин из семьи Цзюнь могли рассказать им о местонахождении этих божественных таблеток.

Послышались два взрыва, и Цзюнь Чжан Тиан отступил. Кровь текла из уголков его рта. Острый длинный меч Цзюнь Вуя двигался так быстро, что казался пёрышком. Кровавый генерал каким-то образом сумел обрубить мечи трёх своих противников... Не останавливаясь, он сделал атакующий выпад и нацелился воину в живот. Тем не менее он не успел завершить удар: быстрый удар ногой одного из противников – и он упал на землю. Кровавый генерал тут же вскочил на ноги, но его лицо уже стало пепельно-серым, и было видно, что сил у него осталось совсем немного. Но глаза третьего мастера Цзюнь всё ещё горели животной, первобытной яростью. Было видно, что он ни капли не напуган!

Цзюнь Мосе успел сбежать. Цзюнь Чжан Тиань и Цзюнь Вуй были бесстрашными, настоящими мужчинами. И они не пожалеют, даже если придётся умереть девять раз подряд, раз уж родословная семьи Цзюнь сохранится в этом мире…

- Старшая сестра! – Большой Медведь и Ломающий Землю широко раскрыли глаза. Затем они яростно бросились к Мэй Сюэ Янь, несмотря на удары руками и ногами, которые попадали в них…

- Назад! – выражение лица Мэй Сюэ Янь оставалось спокойным, ну голос, которым она отдала этот приказ, подразумевал, что ослушаться попросту нельзя.

Однако в это время на неё нападали со всех сторон.

Мэй Сюэ Янь лишь от души рассмеялась и бросилась вперёд со всей возможной скоростью, игнорируя все мысли о своей личной безопасности!

«Даже если умру – заберу этого полуживого мудака с собой в могилу!»

Этот человек нанёс ей ужасные травмы много лет назад. И он унизил и оскорбил её сегодня... Её и её мужчину!

«Убить! Я должна убить этого полуживого! Я должна прикончить этого низкого ублюдка!»

Отовсюду доносился свист и лязг стали. Хай Чэнь Фэн, Сонг Шань и Байли Лу Юн вели с собой на поле боя Разрушителей Небес и Пожирателей Душ.

Битва достигла финальной стадии, так что сейчас было лучшее время, чтобы умереть, если кто-то хотел смерти!

Одновременно выстрелили триста арбалетов из сухожилий Суань зверей. Это было похоже на ливень стрел! Крепкие тела Разрушителей Небес и Пожирателей Душ устремились вперёд, к своей смерти, с гневными воинственными криками…

Даже дворецкий – старик Пань – привёл телохранителей семьи Цзюнь в тыл врагам!

Эти люди столкнулись с врагами, которые обладали силой Великих Мастеров и даже выше. Таким образом, можно было сказать, что их жизнь окончена. Каждый из них знал это. Они торопились в бой, но знали, что у них нет шансов вернуться живыми. Тем не менее они жили под сенью доброты семьи Цзюнь почти всю жизнь. Храбрость и преданность этих людей не позволили бы им сбежать…

«Если уж смерть пришла – давайте умрём! Но мы умрём вместе!»

Высокая и крепкая фигура с громовым яростным воем влетела в первые ряды защитников семьи Цзюнь, что вот-вот собирались столкнуться с противником и отдать свои жизни за будущее семьи. Волосы этого человека были белыми, как серебро, его рёв раскатывался, словно гром.

- Цзюнь Чжан Тиан, старый ты хрен, я не дам тебе сдохнуть одному! Коли подыхать, так вместе! – с этой фразой Дугу Цзёнхэн встал рядом с Чжан Тианом!

Этот старик проходил восстановление после своей травмы в резиденции семьи Цзюнь в эти дни. Он полностью оправился от болезни, но сразу же началась вся эта катавасия. Он просто не мог остаться в стороне.

Эти двое стариков были рядом всю свою жизнь. За последние шестьдесят лет у них было много взаимных обид и непониманий, но Дугу Цзёнхэн сделал этот выбор без малейших колебаний в такой критический момент…

Они прожили свою жизнь вместе. Так что и умереть они должны были вместе. На самом деле Дугу Цзёнхэн чувствовал бы, что вся его жизнь была напрасной, если бы он бросил Цзюнь Чжан Тиана в этот критический момент и сбежал:

«Я никогда бы не смог жить счастливо…»

«Дугу Цзёнхэн не убегает от битвы!»

Поэтому старик Дугу плюнул на всё и бросился в бой!

Сотни людей заполонили поле боя, как рой пчёл. Они столкнулись с экспертами, которые были в тысячи раз сильнее, чем они сами, но они не показали никакого страха перед лицом такой сумасшедшей, самоубийственной схватки!

Каждый выглядел как герой. Да они и были героями! Они чувствовали себя опустошёнными, но без сожалений!

Герои не питают сожалений!

Они только надеялись, что их горячая кровь хлынет не раньше, чем они сумеют отправить на тот свет хотя бы парочку врагов. Они надеялись окрасить снег в красный цвет не только своей, но и чужой кровью!

В их обязанности не входило ни защищать свою страну, ни спасать свой народ от опасностей. На самом деле не было никакой цели!

У них не было никакой цели... они делали это, чтобы умереть!

Смерть! Только смерть!

Возможно, они были неспособны мыслить трезво... возможно, это было лишь сиюминутное желание. Но кто так много думает, когда горячая кровь заставляет устремиться вперёд? В семье Цзюнь было так много людей, которые сопровождали их в этом безумии! Очарование семьи Цзюнь было ясно видно из этого…

Возможно, это было сиюминутное желание неустойчивых умов. Тем не менее это было также самое похвальное желание! В конце концов, это не имело никакого отношения к жизни или смерти... это не имело никакого отношения к славе... это был вопрос лишь верности и преданности!

Солдат пришёл умереть за своего товарища!

Эти слова были лучшим средством для объяснения этой вакханалии.

Даже в души экспертов из трёх священных земель закрался предательский страх при виде этой героической сцены…

«Какой магической силой обладает семья Цзюнь, что так много людей охотно идут умирать ради них?»

«Разве у них нет сожалений?»

«Разве они не боятся смерти?»

Никто не ожидал, что сегодня произойдёт несчастье. Поэтому в резиденции семьи Цзюнь не было полной боевой силы. Можно сказать, что поток людей, которые яростно пришли умирать, увеличился бы во много раз, если бы им дали больше времени на подготовку... на самом деле для этого не потребовалось бы много времени — всего одного дня было бы достаточно, чтобы увеличить это количество в сотню раз!

Там было бы слишком много людей. И никто из них не колебался перед перспективой получить меч в грудь...

Тем не менее эти люди не могли ничего изменить. Они, конечно, не боялись умереть, но они были слишком слабы. На самом деле даже сильнейший из них обладал лишь силой Суань Неба. И они встали в защиту перед экспертами уровня Великого Мастера с такой силой... это было похоже на то, как майская муха пыталась встряхнуть дерево... или богомол пытался остановить колесницу... это было сродни желанию собственной смерти!

«Эти люди так хотят умереть... Так давайте поможем им в выполнении их желания!»

Глава 560.1. Небесный свет

Кто из экспертов трёх священных земель не был опытным бойцом? Кто из них не был порочным и беспощадным, когда дело доходило до убийства людей? Кто из них не выполз из океана крови и горы трупов? Такие люди разве станут раздумывать перед убийством даже тысячи лишних людей?

Каждый из них стоял на месте. Их глаза просто светились мрачным светом, ожидая первую волну суицидников. Некоторые из них даже решили сражаться сразу в полную силу:

«Мы должны уничтожить этих идиотов за несколько секунд».

«Нельзя быть эмоциональным в вопросах жизни и смерти».

«Мы признаём, что эти люди очень верные и храбрые. И мы знаем, что позже будем даже восхищаться их самоотверженности. Но сейчас вы получите лишь смерть, когда встанете против нас!»

Глаза экспертов уровня Великого Мастера горели яростным желанием убивать. И поток людей приближался…

Уголки рта Цзюнь Чжан Тиана были запятнаны кровью. Он посмотрел на поток людей, которые собирались отдать за него свою жизнь. В его глазах плескалась боль. Две слезинки прокатились по его щекам. Он прекрасно понимал, что любые попытки убедить этих людей уйти окажутся тщетными.

- Хорошо! Идём и умрём рядом со мной! Мы отправимся в преисподнюю и разнесём там всё! – яростный рёв Цзюнь Чжан Тиана прокатился эхом, и его громкий голос потряс весь мир. Его голос был полон трагического отчаяния.

Убить!

Доля секунды, когда обе стороны были на грани столкновения... первые звуки смерти... звон сталкивающихся мечей... все звуки внезапно исчезли из мира в этот момент между жизнью и смертью... мир внезапно погрузился в тишину. Это было молчание смерти!

Огромный и мощный столб света возник в небе. Он появился очень резко. Тем не менее он сразу же заполнил почти всё небо, даже несмотря на то, что он появился менее чем десятую часть мгновения назад…

Казалось, что небо падает вниз... Этот импульс был слишком тяжёлым, чтобы сопротивляться!

Даже высшие эксперты, такие как Мэй Сюэ Янь, Полуживой и Цзы Цзин Хон почувствовали то же самое в это время…

«Небо падает! Земля вот-вот погрузится в воду! Наступил конец света?»

Они чувствовали, как будто огромная сила давила на них с неба. И, казалось, как будто весь голубой купол небес собирался упасть на них. Кроме того, небо, казалось, наполнилось бесконечно мощной и жестокой жаждой убийства и крови!

Это действительно была пугающая сила самих небес и земли!

Кто может соревноваться с такой силой?

Никто не был в состоянии дать какую-либо команду вообще. На самом деле, все просто замерли на своём месте; никто не смел даже двинуться. Многие уже опускали свои мечи, чтобы сделать из одного врага два. Но даже они сочли за лучшее остановить удар…

«Кто знает, что здесь происходит? Небо и земля восстали? Какие-то непостижимые силы решили спуститься в мир смертных? Но насколько ужасным может быть этот человек, если эта сила принадлежит одному человеку?»

Внезапно сверху послышался голос:

- Итак, именно таким образом три священные земли пытаются защищать простых людей? Я предполагаю, что ваши уставы… и ваших воинов стоит слегка… исправить, если это так!

В этом голосе не было ничего особенного. Он был спокоен и скучен. Тем не менее он грохотал, как раскат грома.

Глаза каждого посмотрели в направлении, откуда исходил звук. И их глаза в конце концов остановились на вершине башни семьи Цзюнь. Широкая чёрная одежда мягко развевалась на снежном ветру. Тем не менее непонятно почему, но эта чёрная мантия казалась тяжёлой, как гора, для глаз людей из трёх священных земель.

Каждый мог ясно чувствовать ужасную и пугающую силу, давящую на них.

Характер можно подделать. Внешность можно подделать. Но никто никогда не мог «подделать» такой внушительный импульс силы. Итак, какая культивация требуется, чтобы обладать такой внушительной силой? Даже эксперт Суань Неба имеет импульс силы, которым он и ударит в момент атаки. Однако для него будет невозможно перебороть импульс силы эксперта Суань Духа.

Эксперт Небесного Сюань мог отражать только самые обычные импульсы Суань такого же эксперта Суань Неба или кого-то слабее него.

Все это знали.

Никто не был исключением из этого правила с незапамятных времен.

Тем не менее человек в чёрном, присутствующий перед их глазами, демонстрировал просто ошеломляющий импульс силы. На самом деле эти люди даже представить себе не могли, какого уровня он должен быть! Но было очевидно, что он стал просто непревзойдённым на этой земле! Полуживой, Цзы Цзин Хон и Сяо Вэй Чэн посмотрели друг на друга. И каждый из них видел беспокойство в глазах другого.

Они втроём чувствовали одно и то же – «Сила этого человека, по крайней мере, наравне с Достопочтенной Мэй. Или, может быть, даже больше... Чёрт, да всех нас, девяносто экспертов уровня Великих Мастеров, будет недостаточно, чтобы противостоять этому человеку!»

«Как такой человек может существовать в этом мире?»

«Этот человек пугает!»

Полуживой взмахнул рукой, и поток людей из трёх священных земель отступил назад. Они быстро заняли круговую оборону и начали восстанавливать свои силы. Мэй Сюэ Янь также использовала это время, чтобы отступить. Между тем, Королева змей и её люди объединились с Фэн Хуан Юнем, Одиноким Соколом, Цзюнь Вуем и Цзюнь Чжан Тианом.

Хай Чэнь Фэн возглавлял группу солдат, и они расположились так, чтобы помешать врагам уйти. На самом деле эти солдаты образовали толстую человеческую стену!

- Могу я спросить… эммм… Ваше Превосходительство… кто вы? Вы появились здесь именно сейчас... Я полагаю, этому должна быть причина? Три мои священные земли делают всё для благополучия простых людей. Мы делаем это ради будущего нашего континента. Наши методы могут иметь… некоторые недостатки, но наша совесть чиста! – Цзы Цзин Хон сложил ладони вместе в знак приветствия. Он говорил высокие слова, но его жест был очень скромным. Ведь такой сильный человек был достоин всеобщего уважения. Сила этого человека в чёрных одеждах достигла вершины этого мира, если не выше. Цзы Цзин Хон, безусловно, занимал третье место в Иллюзорном Океане Крови, но даже он не мог помешать появиться восхищению перед такой силой!

- Я? Ха-ха! – мужчина в чёрных одеждах усмехнулся. Затем он тихо заговорил: - Да, я не появлялся в этом мире какое-то время. И, кажется, этот мир уже забыл меня. Надо сказать, что люди обладают удивительным талантом забывчивости. Во всяком случае, вы осмеливаетесь утверждать, что у вас чистая совесть, даже если вы действуете таким образом? Я уже старик, я прожил много лет. Но сегодня ты просто открыл мне глаза!

Глава 560.2. Небесный свет

- Будь это правильно или неправильно... эти методы всё равно принесут лишь благо простым людям! Однако мы признаём, что они, возможно, не являются наилучшими. Итак, я смиренно прошу прощения у Вашего Превосходительства, если вы не одобряете наши методы, – Цзы Цзин Хон поднял глаза и посмотрел на вершину башни. – Тем не менее я всё ещё прошу Ваше Превосходительство рассказать нам о вашем происхождении!

- Ты уйдёшь после того, как я расскажу тебе о своём происхождении? Три священные земли навсегда останутся тремя священными землями. И они никогда не должны жить в страхе! – мужчина в чёрном покачал головой и вздохнул. Казалось, он вздохнул с печалью. Все отчётливо слышали его слова, хоть он и говорил очень тихо. Но никто не смог понять, сказал ли он эти слова, чтобы похвалить... или унизить. Человек в чёрном же, не обращая внимания на остальных, продолжил:

- Этот старший уже преподал урок вашему так называемому «Второму Великому Мастеру», когда в последний раз был в Тянь Фа по делам. Но, кажется, этого было недостаточно... Ты хочешь узнать, кто я такой? А у тебя хватит силы потребовать ответа?

Мужчина в чёрном медленно поднял правую ногу, закончив говорить. Его тело спустилось вниз на сто футов (30 метров) от вершины башни к тому моменту, когда он поднял левую ногу, чтобы сделать второй шаг. Он «шёл», сложив руки за спиной, как будто он неторопливо спускался по лестнице!

Брови каждого Великого Мастера, стоявшего внизу, взлетели от изумления, когда они увидели эту сцену…

Следует отметить, что каждый из них мог прыгнуть на такую высоту, если бы использовал свою силу Суань. На самом деле большинство из них могли даже запрыгнуть на высоту даже выше этой башни. И спрыгнуть с такой высоты для них тоже ничего не стоило... и неторопливо опуститься вниз.

Тем не менее ходить вверх или вниз, как обычный человек по лестнице, как сейчас шёл этот человек в чёрных одеждах, было невозможно для них.

Кроме того, это была не единственная странная вещь, которая произошла... человек в чёрном «шагал» по пустоте. Но каждый мог слышать громкий стук каждый раз, когда он «шагал» вперёд.

«Как его шаги могут вызвать чёткие удары, если он идёт в воздухе?»

Разумеется, эти шаги отражались в сердцах каждого, как удары грома!

Это была невероятно невообразимая сцена! Никто никогда не видел ничего подобного. Даже в легендах никогда такого не описывали. Тем не менее это чудо произошло перед их глазами... так что, они, очевидно, не могли понять этого.

«Воздух перед ним, словно твёрдая земля?»

Каждое слово, которое до сих пор говорил человек в чёрном, всплыло у всех в голове...

«Его слова заставляют думать, что он – таинственный учитель Цзюнь Мосе! Он – тот таинственный человек, который сжёг Ли Ю Тяня недалеко от Южного Небесного Города!»

Можно сказать, что люди, собравшиеся здесь, были лучшими Великими Мастерами за последние несколько сотен лет. Кроме того, тридцать человек даже сильнее их присутствовали здесь. Однако кто из них мог с уверенностью сказать, что мог убить Ли Ю Тяня одним ударом?

На самом деле, многие из них даже не могли быть уверены, что смогли бы убить Ли Ю Тяня в бою. В конце концов, сила Ли Ю Тяня была практически неоспоримой. В противном случае, как он мог даже войти в контакт с Неуловимым Миром Бессмертных?

Убить кого-то, кто вот-вот достигнет уровня выше Великого Мастера, одним ударом?!

Это было невозможно. Даже думать о чём-то подобном было смешно!

Однако это невозможное стало возможным для одного человека. Более того, этот человек присутствовал перед глазами этих девяноста экспертов из трёх священных земель!

- Итак, Ваше Превосходительство… Вы – таинственный учитель Цзюнь Мосе? – глаза Цзы Цзин Хона сузились, когда он осмелился спросить.

Три священные земли слышали о таинственном учителе Цзюнь Мосе некоторое время назад. Они слышали, что он обладал таинственно исключительной силой. Таким образом, исходя из слухов, они знали, что он не имеет себе равных на всём континенте. Однако как они могли себе представить, что этот таинственный человек появится в такой критический момент, и окажется таким сильным?

- Да. Ты прав. Я – учитель Цзюнь Мосе. Кроме того, я тот самый человек, которого вы все искали! – человек в чёрном говорил скучным голосом. - Я – человек, который создаёт эти таинственные таблетки. Итак, я человек, которого вы ищете... я тот, ради кого вы пришли сюда. И я тот человек, которого вы собирались… эмм… схватить, забрать, а затем использовать для приготовления этих таблеток. Я ничего не напутал?

Бум!

Все были ошарашены! Их тела задрожали. Они почувствовали бросающую вызов самим Небесам энергию, исходящую от этого человека в чёрном, и мысли всех стали примерно одинаковыми:

«Мы столкнулись с железной стеной. Ну, наши дорогие руководители! Наши уважаемые руководители трёх священных земель! Почему вы не подумали об этом? Это человек, который бросает вызов самой природе. Он человек, который обладает такой ужасающей силой! И вы послали нас «схватить» этого человека?!»

- Я предупредил Город Серебряной Метели в тот день. Они оказались очень послушными. Никто не приезжал сюда в течение очень долгого времени. А если уж и приходилось прийти, они только вежливо приветствовали здесь всех и проходили мимо! – человек в чёрном заговорил тихим голосом. - Но, кажется, люди из трёх священных земель немного отличаются. Они не только пришли сюда – они пришли сюда с большой силой. Они создали в этом месте такой хаос... Кажется, вы бы уничтожили всю семью Цзюнь, если бы я не появился, да? Более того, кажется, что бесчисленное количество невинных людей погибло бы, чтобы выполнить вашу так называемую цель «благосостояния простого народа и защиты будущего нашего континента»! Почему-то я не очень этому рад! – он медленно поднял глаза, и два холодных луча света мелькнули в его глазах. Затем он продолжил:

- Я не очень-то этому рад! Убить Ли Ю Тяня для меня было сродни прихлопнуть комара, потому что он слишком назойливо орал что-то про месть и смерть семье Цзюнь. Вы думаете, что убить нескольких таких Ли Ю Тяней составит мне какую-то сложность?

Глава 561.1. Величайшее Запугивание!

Цзы Цзин Хон издал глупый смешок и сказал:

- Ваше Превосходительство не должно винить нас, невежественных людей... мы не знали, что Ваше Превосходительство здесь, чтобы присматривать за семьей Цзюнь. Вот почему произошло это недоразумение. Во всяком случае, разумеется, на трёх священных землях лежит большая ответственность. Я уверен, что Ваше Превосходительство знает об этом. Битва за захват небес должна начаться через несколько лет. Всё будет нормально, если мы выиграем эту войну, но это будет катастрофой, если мы её проиграем... На самом деле наше поражение будет означать, что бесчисленные люди на этом континенте окажутся в смертельной опасности!» – на мгновение он сделал паузу. Выражение его лица становилось всё торжественнее.

– Боюсь, что никто не сможет вынести таких тяжёлых последствий. Все, кто находятся здесь сегодня, будут участвовать в этой судьбоносной Битве. И вот почему мы пришли сюда, чтобы увеличить нашу силу. Ведь мы должны быть уверены в своей победе в Битве! У нас не было другой альтернативы, кроме как устроить всё так. Страдания одной семьи – ничто по сравнению со страданиями всего мира! Ни для кого не секрет, что эти загадочные таблетки неповторимы и непостижимы. Так решили все, кто видел их. В конце концов, эти таблетки удивительны. Мало того, что они могут повысить силу, но они также могут преобразовать телосложение! Вот почему мы взяли на себя смелость прийти сюда и очень серьёзно попросить... и мы надеемся, что Ваше Превосходительство даст согласие нам в этом помочь. На самом деле ваше согласие будет благословением для всего народа этого мира!

Не было никаких сомнений, что Цзы Цзин Хон умеет болтать языком, когда это надо. Кроме того, ему также удалось остаться в стороне. Он изложил свои собственные эгоистичные интересы, и ему удалось поднять этот вопрос до уровня возвышенности... при которой это казалось делом «на благо всего мира!»

Более того, он объявил, что все они будут участвовать в Битве за захват небес!

«Ты не можешь связываться с нами, даже если ты очень силён. В конце концов, ты согрешишь против человечества, если причинишь нам боль!»

- Этот мальчик очень хорошо использует свой рот. Интересно, видимо, у вас там, в священных землях, ты часто рот раскрываешь? Ты думаешь, что я не знаю, что вы готовитесь к Битве за захват небес? Многие люди собираются принять в ней участие. Но ты почему-то решил, что это даёт тебе право говорить так передо мной? Думаешь, я не понимаю истинного смысла твоих слов? – произнеся эти слова, человек в чёрном внимательно посмотрел на него.

Он протянул правую руку к земле, как только закончил говорить. Ближайшие четыре сломанных меча тут же подлетели к его руке.

Эта способность не была чем-то экстраординарным. На самом деле любой из присутствующих мог сделать это с лёгкостью.

Оценка таинственного учителя упала в глазах присутствующих, когда они увидели, что он делает…

Все эксперты были даже немного смущены:

«Ты думаешь, что можешь напугать нас, демонстрируя такие трюки? Да у меня мама круче умеет… Мы бы напали на тебя, если бы не увидели твой внушительный импульс некоторое время назад... и ты не сможешь помешать нам сделать это, если не покажешь какие-то новые трюки, а не эту дешёвку! Кстати, а может быть и твоя прогулка по воздуху – на самом деле просто дешёвый трюк?»

Все засомневались, но в следующую секунду они увидели, как человек в чёрном приоткрыл рукав своей одежды, мрачно смеясь. Затем его светлая рука потянулась к земле. Он медленно взял сломанный меч двумя пальцами, будто брезгуя.

Через мгновение сломанный меч в его пальцах стал пошатываться. На самом деле осколок меча начал раскачиваться влево и вправо! А ещё через секунду меч превратился в огромную каплю блестящей серебристой жидкости и медленно упал на землю…

Затем жидкий металл от второго меча упал сверху... А через секунду к расплавленным собратьям присоединились и остальные…

У Цзы Цзин Хона волосы даже на ногах от удивления встали дыбом. Единственное, что он мог испытывать – только чувство ледяного холода в душе…

Сломанный меч прошёл через такую трансформацию прямо перед его глазами! Эти мечи за короткое время превратились в жидкость, похожую на блестящее серебро. Они превратились в расплавленное железо и стекли вниз из рук этого человека в чёрном!

Это было ужасно! Невообразимо! Очень страшно!

Цзы Цзин Хон стоял ближе всех к этому человеку в чёрном. Но он не почувствовал ни малейшего движения в силе Ци этого таинственного мастера. Разумеется, Цзы Цзин Хон не мог понять, как он это сделал.

«Он стоял так спокойно... но как этот высококачественный меч просто расплавился в его руках... без применения всякой силы…»

«Да, нас здесь очень много, но кто из нас пользуется обычным оружием? Мечи наших воинов сделаны не из обычных некачественных металлов, типа меди или бронзы. Наши мечи делаются только из изысканной стали! И нет необходимости говорить, что он использовал свою силу Сюань, чтобы расплавить его. В конце концов, это невозможно! Да наши мечи можно даже в печь закинуть – и то понадобятся дни, чтобы они расплавились!»

Тем не менее этот человек в чёрном сделал это с лёгкостью на их глазах. Простое прикосновение его пальцев расплавило меч!

Это шокировало всех!

От удивления у всех перехватило дыхание. Все они были очень напуганы. Секунду назад они все сомневались в его силе. Но они были довольны собой, что им хватило ума не сомневаться в силе этого человека в открытую. В конце концов, это привело бы только к мгновенной гибели. И то, если повезёт.

Даже если бы все считали это действие несправедливым, никто бы не сказал ни слова против. В конце концов, только настоящий идиот подошёл бы к сверхсильному человеку, чтобы поговорить с ним о так называемом «правосудии» и о том, что тот поступает «неправильно».

- Да, идиоты… Короче, недоумки, вам сегодня дико повезло. Я бы сказал, что вы сорвали джек-пот, но вы всё равно не поймёте… В конце концов, я не в настроении убивать сегодня. Так что давайте, сосредоточьтесь на том, о чём этот болванчик заявил в качестве своего главного аргумента — Битве за захват небес. Более того, участвуйте в этой Битве своими собственными силами, своими заслугами. Тогда, пожалуй, сегодня сделаю исключение и не стану… «беспокоить» вас, если вы это сделаете… – человек в чёрном говорил так, будто делает им огромную услугу во вред себе. - В конце концов, я тоже часть этого континента. Так зачем мне сейчас марать одежду, чтобы уничтожить вас, если вы не провоцируете меня, верно? Но сейчас, давайте, хвост пистолетом и на выход. Сделаете мне такую услугу?

На лице Цзы Цзин Хона появилось очень сложное выражение. Полуживой и Сяо Вэй Чэн также смотрели друг на друга в ужасе. Они оказались в безвыходной ситуации…

«Мы собирались объявить о нашем успехе в уничтожении всей семьи Цзюнь. Мы также могли заполучить Суань ядра четырёх Королей зверей Суань. Но этот таинственный мастер появился из ниоткуда и так не вовремя! Да и сила у этого человека такая, что с ней никто не может сравниться! Он может легко прикончить здесь вообще всех. Так что да, можно сказать, что он щедр к нам с одной стороны. Но что будет с нашей репутацией, если мы послушаем его и уйдём?»

«Как мы появимся в этом мире в следующий раз?»

В общей сложности девяносто великих экспертов из трёх священных земель присутствовали здесь. Так как они могли отказаться от своей цели из-за нескольких высказываний одного человека? Как они могли отказаться от своей операции и уйти без какой-либо полученной выгоды? Ведь это будет смертельным ударом по репутации трёх священных земель…

Глава 561.2. Величайшее Запугивание!

Более того, они уже вызвали огромное количество ненависти в сердцах Королей зверей... особенно Достопочтенной Мэй! На самом деле, Достопочтенная Мэй не сдерживалась, как в прошлый раз. На самом деле, казалось, что она хотела убить их. Очевидно, она была не так сильна, как этот человек в чёрном. Но мысли о скорости и силе, которыми она обладала, было достаточно, чтобы заставить большинство воинов, видевших её в боевом безумии, просыпаться по ночам в холодном поту.

«Но какой смысл в том, что мы останемся здесь?»

- Ваше Превосходительство, вы должны знать, что мы просто выполняем приказ. И мы будем наказаны, если вернёмся с пустыми руками. Но мы можем рисковать жизнью и понести наказание, если Ваше Превосходительство поможет нам с этим... В конце концов, мы готовы выдержать всё, чтобы спасти репутацию Вашего Превосходительства. Но, пожалуйста, не отворачивайтесь от нас таким образом. Вы такой великий, и вы можете создать эти таинственные таблетки с такой лёгкостью... Вы не могли бы создать хоть немного этих таинственных таблеток для нас? Это помогло бы нам в продвижении наших сил в Битве за захват небес. На самом деле простые люди этого континента навсегда будут в долгу перед вами, даже если вы дадите нам всего несколько таблеток! Вы упомянули, что вы тоже часть этого континента! Так не будет ли увеличение силы континента полезно и для вас? Пожалуйста, помогите нам добиться успеха, Ваше Превосходительство…

Остальные тоже смотрели на человека в чёрном глазами побитого котёнка после этого заявления. Все они, затаив дыхание, ждали его ответа. Разумеется, они считали, что это добродетельная просьба. Таким образом, они не боялись, что он не откажет ему…

- Может мне ещё глазки тебе подкрасить? Или твой нефритовый стручок вареньем помазать? Благосостояние простых людей – это ваша ответственность, а не моя! Так почему я должен беспокоиться об этом? – человек в чёрном закатил глаза и мрачно рассмеялся. – Ты, урод, и твои подпевалы всегда интересовались только таблетками. Ты, чёрт возьми, отправил войска, чтобы ограбить добрую семью Цзюнь и похитить эти таблетки не так давно. Более того, ты сегодня с армией ворвался в дом моего ученика без какого-либо разрешения, и использовал свою сраную силу, чтобы устроить здесь кровавую баню. Да ты бы уничтожил всю семью Цзюнь, если бы этот старик не появился здесь. Но вам всем не повезло, и я пришёл прямо сейчас. И ты подчиняешься мне только потому, что не смеешь меня провоцировать. Ты ворвался в мою резиденцию и просишь у меня таблетки, но просишь без уважения… Тьфу, блин! У тебя, мать твою, хватает наглости просить у меня таблеток, аргументируя тем, что это «на благо простых людей»?

- «Благо простых людей», блин? Не говори мне, что ты вдруг начал беспокоиться об их безопасности? – он странно усмехнулся. Затем его голос стал еще холоднее. – Я внимателен к простым людям всего мира. Но когда это тебя заботило? И почему я должен помогать тебе добиваться успеха? Ты не мой ребёнок! Так почему я должен тебе помогать? Малыш, ты сегодня сожрал какие-то не те таблетки? Кажется, что у тебя совсем нет мозгов. Или, возможно, твой мозг просто заплесневел от неиспользования!

Этот человек не имел себе равных в силе. Он был самым сильным на континенте, но он начал оскорблять их! Никто не мог себе этого представить! Разумеется, все бросали друг на друга шокированные и довольно грустные взгляды... Но такое стерпеть могли не все…

Характер Полуживого был самым вспыльчивым среди всех присутствующих. Он не смог контролировать свой гнев, услышав, как этот человек в чёрном разговаривает со всеми. Он повысил голос и строго выкрикнул:

- Мы обращаемся к тебе, как к Вашему Превосходительству, потому что мы равняемся на тебя. Но не переоценивай себя. Ты не должен жаждать километр, если тебе дали десяток метров! Мы представляем здесь три священные земли, и над нами так просто не издеваются! Мы выступаем за будущее всего живого на этом континенте. Ты можешь быть очень сильным и ужасающим, но ты думаешь, что твоя жизнь стоит выше, чем жизнь всего мира?

- Я, разумеется, не могу стоить всего мира. Да и три священные земли не так легко запугать… Это тоже очевидно. В конце концов, три священные земли всегда издевались над другими. Но это только потому, что кто мог посметь запугивать вас? Я это прекрасно понимаю. Но я не понимаю одного... как три священные земли могут символизировать будущее простого народа? – человек в чёрном понизил голос после нескольких саркастических заявлений. – Разве ты не Полуживой?

Полуживой услышал саркастический тон в его голосе. И он не мог сопротивляться своему гневу:

- Да! И что насчёт этого? Я говорю тебе сразу – три священные земли представляют будущее континента Суань Суань!

- Ладно, уговорил, чёрт языкастый! Сегодня сюда пришло много людей. Это здорово, что мы здесь все сегодня собрались… Каждый может уйти. Каждый... но только не ты! Ты отсюда только уедешь. Вперёд ногами. Потому что ты... ты просто оскорбляешь всю человеческую расу. Ты не заслуживаешь жить на этой земле. Этому старику будет стыдно, если он позволит такому мусору, как ты, жить в той же эпохе, что и он! – глаза человека в чёрном засияли безграничной жаждой крови.

Разумеется, этот «таинственный» человек в чёрном был Цзюнь Мосе. Он начал готовиться к представлению, как только услышал предупреждение Ли Юрана. И с тех пор он думал о том, как справиться с этой задачкой.

«Этот трындец не будет лёгкой прогулкой. Вся семья Цзюнь может быть уничтожена к чертям собачьим, если я не буду очень и очень осторожен. Кроме того, любой, кто имеет какое-либо отношение к Тянь Фа или Мэй Сюэ Янь, не должен получить лазейки для побега. Да я просто на себя мишень повешу, если попытаюсь только напугать врагов на этот раз. Так что об этом не может быть и речи... Нельзя отпускать живыми всех!»

Раздумывая о такой сложной задаче в такие короткие сроки, Цзюнь Мосе едва не поседел…

Третий юный господин долго думал до поздней ночи и в конце концов решил использовать старый метод. Солдат должен идти на риск, если ему нужно победить. Но на этот раз всё было слишком опасно. Поэтому Цзюнь Мосе сбежал в Пагоду Хунцзюнь, как только небо потемнело. Там уже он изо всех сил пытался связать свою духовную энергию с Пагодой Хунцзюнь. Он пытался использовать ту же, старую технику. Тем не менее на этот раз он хотел связать всю свою духовную энергию с ней!

В конце концов, ему нужно будет отдать всю свою энергию, чтобы получить максимальное количество энергии от Пагоды Хунцзюнь…

Смешивание и слияние этих двух энергий может дать Цзюнь Мосе возможность поиграть с самой судьбой. Но Цзюнь Мосе не выбрал бы этот вариант, даже если бы у него был выбор. Ведь поражение означало смерть!

Цзюнь Мосе, в конце концов, удалось завершить это преобразование до полуночи.

Тем не менее результат полностью отличался от предыдущего.

Пагода Хунцзюнь дала на этот раз просто величайшую энергию. На самом деле, её духовная энергия едва не разорвала голову Цзюнь Мосе. Сила этой духовной энергии была гораздо более интенсивной на этот раз, и это было гораздо рискованнее. Фактически это было равносильно азартной игре между жизнью и смертью. Одна мельчайшая ошибка могла стоить ему жизни. А вместе с ним – и всей семье Цзюнь!

Глава 562.1. Полуживой сгорает

Цзюнь Мосе всегда сохранял большую часть своей духовной энергии для собственной защиты – всякий раз, когда заимствовал энергию Пагоды Хунцзюнь. Однако на этот раз он не сдержался. Казалось, будто бы Пагода Хунцзюнь захватила Цзюнь Мосе на этот раз! На этот раз он не мог совершить ни одной ошибки.

Это превратилось в величайшую авантюру жизни и смерти!

Цзюнь Мосе чувствовал, будто идет по канату над пропастью каждую секунду. Одна ошибка – и он упадёт. В конце концов, у него не осталось духовной энергии, на которую можно было бы положиться. Поэтому никаких мер безопасности он не предпринял. Его тело будет разорвано на куски, если он ослабит бдительность хоть на секунду…

Однако у Цзюнь Мосе не было другого выбора.

У него не было другой альтернативы, кроме как бросить всё на одну отчаянную ставку!

Но, к счастью, ему это удалось.

Его появление успешно запугало всех присутствующих здесь.

Но это было разумно. В конце концов, Цзюнь Мосе связал всю свою духовную энергию с небесной энергией Пагоды Хунцзюнь.

Цзюнь Мосе не знал, сколько энергии Пагоды Хунцзюнь было поглощено им в этот раз... но он мог ясно чувствовать, что он был слишком далеко от достижения даже нижней линии силы Пагоды Хунцзюнь, несмотря на то, что он связал всю свою духовную энергию.

Было похоже на то, что он «позаимствовал» энергию целой планеты. Но в таком случае Пагода Хунцзюнь была сродни всей Вселенной…

И Цзюнь Мосе ясно это понимал…

Даже он сам был ошеломлён пугающей силой этого древнего артефакта. Он начал чувствовать себя крайне незначительным, даже несмотря на то, что его сила так резко возросла…

Но парень не тратил времени на удивления, а сразу же использовал технику Побега Инь-Ян, и забрался на вершину башни, после чего принялся разыгрывать спектакль.

И это шокировало всех во второй раз.

Цзюнь Мосе должен был противостоять этим старым лисам, которые обладали мудростью нескольких столетий. Таким образом, он знал, что он не может позволить себе быть небрежным в любом случае. Он также знал, что не может использовать простые слова, чтобы отпугнуть их. На самом деле Цзюнь Мосе уже думал об этом и на этот раз был хорошо подготовлен. Вот почему он быстро перешел к третьему шокирующему акту, когда заметил, что все по-прежнему подозрительны после его первоначальных угроз…

Небесное оружие превратилось в расплавленное железо, как только он коснулся его. И Цзюнь Мосе уже было подумал, что он уладил этот вопрос. В конце концов, эти три ужасно шокирующих трюка ошеломили и напугали всех присутствующих.

Поэтому Цзюнь Мосе просто приказал им уйти.

Он искренне хотел, чтобы все остались, чтобы он мог убить их. Но он подумал об этом и понял, что его текущей силы недостаточно, чтобы сделать это. На самом деле его силы всё ещё было недостаточно для этой задачи, даже если бы он приложил все усилия. Кроме того, переход к таким активным действиям означал бы, что он сам разоблачит себя и свой обман!

Поэтому Цзюнь Мосе не мог связываться с ними. Кроме того, ему нужно было убедиться, что он не поставит их в слишком жёсткую ситуацию, когда у них не останется выбора, кроме как атаковать…

Ведь ситуация, скорее всего, обернется трагедией в случае перемен.

Тысячи людей семьи Цзюнь присутствовали здесь. Однако кто, кроме него, имел возможность сбежать? Остальные из семьи Цзюнь будут сдерживать себя. На самом деле даже Мэй Сюэ Янь и её люди не подумают бежать!

Враг был готов признать поражение, когда этому полутрупу внезапно вожжа под хвост попала…

Это действительно был пример изречения – «Человек предполагает, а Бог располагает»!

И именно поэтому Цзюнь Мосе стиснул зубы и решил, что он должен принять меры против этого парня, что бы ни случилось. Кроме того, этот парень зашел слишком далеко, когда оскорблял Мэй Сюэ Янь. На самом деле, этой одной причины было достаточно, чтобы не позволить ему жить дальше!

У Цзюнь Мосе было ещё кое-что на уме в самом начале. Он планировал, что сначала обманет этих людей своими трюками. Затем он отправит их обратно. Но позже он отправится на поиски этого Полуживого вместе с Мэй Сюэ Янь, чтобы рассчитаться с ним. Но этот человек внезапно вскочил и произнес слова, которые он не должен был говорить. Поэтому Цзюнь Мосе решил воспользоваться этой возможностью и прикончить его, чтобы полностью доказать свою «мощь».

Следовательно, это породило бы четвёртый шок…

И это должно было стать незабываемым!

«Это должно быть самым важным. Я смог доминировать над ними после первых трёх трюков. Но я не смог запугать их, чтобы они бежали отсюда, сверкая пятками. Но на этот раз страх должен быть окончательным. Он должен убедить их, что у них нет выбора, кроме как бежать, спасая свои жизни!»

«Тем не менее вся семья Цзюнь будет уничтожена, если я не смогу отпугнуть их. На самом деле ничто не сможет спасти нас после этого!»

Это был огромный риск!

Причина такого риска была такой же, что и раньше. Таким образом, у Цзюнь Мосе не было другой альтернативы, кроме как играть таким образом…

Он притворялся сверхсильным мастером. Таким образом, предыдущие три акта запугивания не имели бы никакого смысла, если бы он не ответил на такой открытый вызов.

Поэтому у Цзюнь Мосе не было другого выхода.

Ему нужно было убить полуживого!

***

Полуживой крикнул:

- Я уважал тебя, называя Вашим Превосходительством. Я говорил с тобой правильно и вежливо! А ты продолжаешь швыряться оскорблениями? Ты думаешь, что я тебя боюсь?

- Да мне глубоко наплевать, боишься ты меня или нет. Я уже решил убить тебя, – фыркнул Цзюнь Мосе. – Полуживой, только половина твоего тела осталась с тобой. Твоя жизнь должна быть очень скучной. Итак, я подарю тебе путешествие к твоей второй половине. В конце концов, было бы лучше, если бы ты был в компании другой половины твоего тела, не так ли?!

Внезапно его тело словно бы поплыло вперёд. Он начал двигаться вперёд, по воздуху, без каких-либо изменений в его поле Ци.

Полуживой закатил свой единственный глаз от крайнего беспокойства. Тем не менее он заметил, что Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн сделали шаг назад! Из выражений их лиц было очевидно, что они говорили Полуживому — «Иди и проверь его! А мы тут постоим…»

Но все же, Полуживой был уверен, что его люди не откажутся от него так легко.

«Они пойдут за мной, чтобы помочь мне, если я смогу выдержать его первую атаку. Сила Ли Ю Тяня почти достигла уровня Великого Мастера. Но он всё ещё не достиг этого уровня. Этот таинственный мастер смог убить его, но это не значит, что он сможет убить эксперта, который выше уровня Великого Мастера. По крайней мере, меня одним ударом он не убьёт!»

«Все бросятся на него, если я сумею противостоять его атаке, не дав себя убить!»

Глава 562.2. Полуживой сгорает

Поэтому этот смелый и сильный человек внезапно поднялся в воздух с громким рёвом. Он решил начать действовать первым. Однако он решил использовать не ту руку... пустой левый рукав его рубашки внезапно удлинился, и послышался мягкий звук хлыста.

Казалось, что он решил использовать свой пустой левый рукав на человека в чёрном. На самом деле он боялся таинственных сил этого человека где-то глубоко в сердце. Поэтому он не мог использовать свою единственную правую руку для атаки. В конце концов, он бы не потерял ничего, кроме рукава, если бы его атака сейчас не достигла цели. Но с ним будет покончено, если он использует правую руку, чтобы атаковать, и потеряет её.

Поэтому он сконцентрировал всю свою силу в правой части тела. Это позволит ему уйти в любую секунду. Кроме того, он также сможет использовать её в случае, если ему нужно будет защищаться. В конце концов, всегда было лучше получить несколько внутренних травм и отступить, чем потерять жизнь…

Ему нужно было только защититься от первой атаки этого таинственного мастера! Вот и всё!

Для Цзюнь Мосе было бы чрезвычайно хлопотно, если бы он использовал всю свою силу для атаки. Он не смог бы спастись, если бы Полуживой начал контратаку со всеми своими силами, поскольку молодой мастер Цзюнь никак не мог превзойти силу Полуживого. На самом деле Мэй Сюэ Янь была единственной среди присутствующих, кто был способен выиграть бой с этим полутрупом!

К счастью, он не осмелился!

Это действительно была удача, что он не осмелился!

Расстояние между двумя мужчинами было небольшим. Но им просто нужно было время, чтобы столкнуться.

Цзюнь Мосе неторопливо приближался к своему противнику. Однако с другой стороны, Полуживой был чрезвычайно нервным и напряженным. Несколько капель холодного пота появились на его лице.

Как союзники Мэй Сюэ Янь и семьи Цзюнь, так и воины трёх священных земель – все стояли с удивлёнными и встревоженными лицами. Каждый собирал свою духовную энергию и концентрировал своё духовное чувство, чтобы различить силу этого таинственного человека. В конце концов, эта битва должна показать настоящую силу этого человека в чёрном.…

Этот момент также решит судьбу семьи Цзюнь!

Двое мужчин приблизились друг к другу в одно мгновение, которое для наблюдающих казалось вечностью. Полуживой посмотрел в глаза человека в чёрном, но увидел лишь темноту, как будто он заглянул в океан. Полуживой был готов, но, паникуя, он терял голову. Он взмахнул рукавом в сторону Цзюнь Мосе с такой силой, что, казалось, удар был как от стальной пластины.

Тем не менее таинственный человек внезапно исчез, словно растаял в воздухе.

Все были шокированы в очередной раз! Они рылись в своей памяти, пытаясь понять, что за технику он мог использовать, но никто не мог понять, что именно это было!

«Куда делся этот человек в чёрном?»

Вдруг Полуживой испустил пронзительный крик, похожий на визг свиньи и подскочил ещё на сто футов (30 метров) в воздух. На самом деле его крики звучали так жалко, что, казалось, будто его сердце разрывается на части…

Все стояли с широко открытыми глазами, но теперь у всех ещё и рты открылись. Они были ошеломлены.

Ступня на единственной ноге Полуживого загорелась! Чёрный дым поднимался в небо, а нога медленно горела, начиная вонять палёной плотью…

Полуживой кричал, пытаясь создать ветер, чтобы потушить огонь единственной рукой, но это не оказывало никакого влияния на чёрное пламя. Оно спокойно продолжало гореть, пожирая его плоть и двигаясь вверх. Каждый из присутствующих имел острое зрение. Все ясно видели, что нога Полуживого уже сгорела до одной трети её длины...

Плоть и кости стопы этого человека сгорели в мгновение ока!

Полуживой кричал от боли. Уже не в силах держать себя в воздухе, он рухнул на землю. Он на секунду попытался подавить мучающие его боль и страх, и попытался потушить чёрный огонь ещё раз. Вся его сила Суань вошла в его правую руку, и он попытался потушить огонь с её помощью. Но он вдруг начал кричать ещё более жалко, когда его пальцы соприкоснулись с чёрным пламенем!

Его тело содрогнулось. Его налитые кровью глаза почти вывалились из глазниц из-за сильной боли.

Чёрное пламя с удовольствием стало пожирать не только его ногу, но и его пальцы!

Это было Пламя Первобытного Хаоса. Дерево горит, когда касается этого Пламени. Вода горит, когда касается этого Пламени. Золото горит, когда касается этого Пламени.

В этом мире не было ничего, что не горело бы при прикосновении Пламени Первобытного Хаоса!

Чёрное пламя уже почти полностью сожгло его ногу, а на руке – дошло до локтя. Пламя распространялось так, будто бы знало толк в пытках: не слишком быстро, не слишком медленно.

Все смотрели на это с широко раскрытыми глазами и зияющими ртами. Они смотрели на то, как Полуживой плакал и кричал от боли. Его тело корчило в судорогах. Пламя Первобытного Хаоса очень медленно поглощало его мышцы. И это заставляло их бесконтрольно сокращаться. Он весь дёргался, но не мог погасить это пламя. Его внешний вид менялся. Но пламя ещё не забрало его жизнь. На самом деле он еще был далёк от смерти!

Нин Ву Цин резко обнажил свой длинный меч. Он дважды поднял меч и отрубил Полуживому руку по локоть и ногу. Он отсёк места, которые были в огне…

- Ты думаешь, что всё так просто? Думаешь, ты так легко добьёшься своего? – за его плечом послышался вкрадчивый голос.

Все были ошарашены, когда увидели, что прямо возле Нин Ву Цина и Полуживого... теперь уже Четвертьживого внезапно появилась чёрная тень. Это был человек в чёрном! Он появился так же, как и исчез, без какого-либо движения в его Ци поле. Поэтому никто не мог понять, как он это сделал…

Цзюнь Мосе посмотрел на Нин Ву Цина и заговорил:

- Я уже решил, что убью этого человека. Так что он всё равно умрёт, даже если ты его покалечишь.

Его руки вытянулись, когда он сказал эти слова. Внезапно два чёрных, как смоль, сгустка пламени появились на его руках. Эти два огня были так же темны, как сама ночь. От пламени вдруг послышался почти человеческий крик. Казалось, что это пламя было вратами подземного мира…

Это пламя было гораздо свирепее, чем то, которое горело на теле Полуживого. На самом деле эти сгустки напоминали двух огненных драконов, которые пока лежали на руках этого таинственного мастера и дремали, свернувшись клубочками.

- Нин Ву Цин, ты тоже хочешь попробовать? – фыркнул Цзюнь Мосе.

Глава 563.1. Три священные земли, я иду к вам!

Лицо Нин Ву Цина исказило страхом, и он сделал два шага назад. Его руки и ноги слегка дрожали. Он уже видел жалкое состояние Полуживого. Как он мог даже подумать о том, чтобы испытать это сам?

Парочка человек из его команды уже кричали ему:

- Нин Ву Цин! Брось свой меч!

Услышав это, их предводитель был ошеломлён. Он опустил голову, чтобы посмотреть на клинок. Мгновенно он испытал неимоверный ужас. Длинный меч без всякого промедления тут же упал на землю. Чёрный огонь горел на острие его меча. Затем это пламя постепенно распространилось на весь меч…

Этим мечом ему пришлось отрубить Полуживую руку и бедро минуту назад. Поэтому остриё соприкоснулось с чёрным огнём. Удивительно, но в результате весь меч загорелся! Самым ужасным фактом было то, что это чёрное пламя не испускало ни звука, ни света, ни тепла. Кроме того, оно могло сжигать металл, но люди, присутствующие поблизости, даже не узнают об этом…

Нин Ву Цин побледнел так, что цветом лица стал похож на лист бумаги. Страх этого всё ещё оставался в его сердце:

«Это пламя сожгло бы всю мою руку, если бы я продолжал держать свой меч…»

Он не мог не дрожать от страха. Даже его духовное чувство стало колебаться. Молча он наблюдал, как чёрный огонь медленно, но неотвратимо пожрал его меч. Нин Ву Цин чувствовал себя так, будто нож пронзил его сердце!

«Это было моё любимое оружие!»

Затем он снова посмотрел на Полуживого и увидел, что чёрное пламя никуда не делось! Фактически пламя уже сожгло его нижнюю часть живота... осталась только половина его груди и голова…

Полуживой больше уже не кричал. Но он всё ещё продолжал дышать. Он выжил в течение такого долгого времени из-за превосходной силы Суань в его меридианах, которые сопротивлялись пламени в некоторой степени. Но это не длилось вечно.

В конце концов он умер.

Он сгорел, но не оставил после себя ни пылинки пепла. У него даже не было шанса превратиться в дым, так как он был сожжён ужасным Пламенем Первобытного Хаоса.

Он был экспертом, который обладал силой выше уровня Великого Мастера. Но ему даже не хватило времени, чтобы продемонстрировать свою силу. Он успел только махнуть рукавом в сторону противника. А чёрный огонь возник из ниоткуда, и он сжёг его заживо!

Его разум оставался ясным, чтобы он мог почувствовать чудовищные страдания. Он ясно чувствовал, что его собственное тело сгорает... он боялся и отчаялся. Его товарищи и коллеги стояли рядом и беспомощно смотрели на него. Однако никто не пришёл ему на помощь. Вместо этого, они все посмотрели, как он постепенно превратился в пепел… Ну, он думал, что он обратится в пепел…

На земле остались лежать небольшие комочки. Это были остатки пламени. Эти три оставшиеся искры продолжали гореть, несмотря на то, что они уже полностью сожрали меч Нин Ву Цина. Сейчас они преспокойно начали разгораться на земле... Внезапно человек в чёрном махнул рукой, и чёрное пламя поднялось с земли и медленно поплыло в руки. В руках этого человека оно исчезло, будто его и не было.

Теперь на земле не осталось ничего, кроме пустого места там, где минутой раньше лежал меч и Полуживой.

Это пустое место было слишком ужасно, чтобы на него смотреть. Но никто не смел ничего сказать. Все были неподвижны и ошарашены. Они выглядели как статуи…

Цзы Цзин Хон вздохнул после долгого молчания. Вдруг он почувствовал зуд на лбу. Почесав лоб, он понял, что это был холодный пот. Он почувствовал странный холод в одежде, когда холодный ветер пронёсся мимо. Вдруг он понял, что его одежда насквозь пропитана потом…

«Полуживой был почти так же силён, как и я. Я могу быть немного лучше, но нет большой разницы в нашей силе. Однако он был замучен врагом до смерти с такой лёгкостью. Более того, никто даже не смог понять, как этому человеку удалось это сделать…»

«Вещи часто могут казаться запутанными для человека, который участвует в драке. Но зрители, как правило, могут получить чёткое представление о ситуации. А здесь много зрителей... но ни один человек не смог обнаружить тайну за движениями этого человека в чёрном. Смогу ли я сбежать, если он нацелится на меня?»

«Ответ один – определённо нет!»

«На данный момент этот вопрос более чем ясен. Таким образом, не нужно делать лишних телодвижений…»

Затем он посмотрел на других людей на своей стороне. Все, казалось, думали так же... их глаза смотрели прямо, лица были жёсткими, и капли пота стекали с их лбов…

Кто из них не бесил людей в прошлом? Кто из них не двигался беспрепятственно во всём мире? Все они собрались здесь в одну команду. Тем не менее одному человеку удалось запугать всех до такой степени…

Это ясно указывало на одно – сила этого человека в чёрном, несомненно, была зловещей и ненормальной!

- Цзы Цзин Хон, тебе есть что сказать? Есть что-нибудь ещё, что вы хотели бы обсудить? – Цзюнь Мосе сложил руки за спиной и посмотрел на Цзы Цзин Хона, задавая этот вопрос.

Внушительная сила человека в чёрном тоже начала колебаться. Казалось, он стал чрезвычайно раздражительным и сердитым. Казалось, что ураган начинает рождаться в океане... волны уже готовы взлететь в небо…

Цзы Цзин Хон был напуган до смерти. Он подумал, что знает, что пошло не так:

«Этот человек в чёрном на грани срыва. Возможно, он уничтожит меня и всех на моей стороне, если я не дам ему ответ, который ему понравится!»

Однако он совершенно не осознавал, что Цзюнь Мосе чувствовал такое же невыносимое беспокойство, когда спрашивал его. И это потому, что он изо всех сил пытался сохранить свою внешность. Цзюнь Мосе начал своё «выступление» с Побега Инь-Ян. И в то время всё было нормально. Но Пламя Первобытного Хаоса сказалось на нём. Он ясно чувствовал, что энергия Пагоды Хунцзюнь с течением времени становилась всё более нестабильной и беспокойной. На самом деле ему становилось все труднее контролировать её…

«Слияние было слишком сильным и продолжительным на этот раз. Моя духовная сила уже с трудом справляется с огромной энергией Пагоды Хунцзюнь. Её энергия может прорваться через мои умственные ограничения в любую секунду. И я буду совершенно беспомощен, когда это произойдёт…»

Глава 563.2. Три священные земли, я иду к вам!

- Мы немедленно уйдём, так как старший попросил. Тем не менее я прошу старшего обдумать вопрос об этих таблетках ещё раз. В конце концов, Битва за захват небес не является вопросом репутации какой-либо семьи... Вместо этого, она касается будущего простых людей всего континента Суань Суань, – Цзы Цзин Хон уважительно поклонился.

- Я пару раз обдумывал этот вопрос. Я лично приду во все три священные земли, когда придёт время... Ха-ха! Три священные земли, я обязательно приду к вам... – голос Цзюнь Мосе затих, и он начал говорить очень тихо. Он стиснул зубы и подумал о чём-то совершенно другом:

«И я приду не для того, чтобы отдать вам таблетки. Вместо этого, я приду отомстить и прикончу вас!»

«Ты посмел запугать мою семью Цзюнь! Я – сын этой семьи. И что хорошего будет в моей жизни, если я не буду присматривать за тобой в будущем? Почему я должен быть «добр» к вашим трём священным землям?»

- Большое спасибо за одобрение, Ваше Превосходительство! – Цзы Цзин Хон был вне себя от радости. Поэтому он ответил с чрезвычайной вежливостью. Затем он немного запнулся и спросил:

- Но... через сколько... времени…

- Недолго. Я приеду в течение двух лет. Самое позднее – я приеду перед Битвой за захват небес. И я позабочусь о том, чтобы лично приехать в три священные земли! Ты хочешь ещё что-нибудь сказать? Ничего? Тогда немедленно уходите. И не возвращайтесь в семью Цзюнь. Никто не уйдёт живым, если придёте сюда снова. Тем не менее этот старик не заинтересован ни в каком другом месте... это всё, что я должен сказать, – у Цзюнь Мосе начала раскалываться голова. Он чувствовал, как его душа безжалостно разрывается на части. Он едва сдерживался, чтобы не закричать от боли.

Цзюнь Мосе чувствовал такую же боль, как та, которую перенёс Полуживой, когда сгорал дотла.

- Я прошу Ваше Превосходительство раскрыть свое имя, пожалуйста... это поможет нам объясниться по возвращении... – Цзы Цзин Хон уже решил уходить. Он махнул рукой, чтобы жестом показать восьмидесяти девяти людям из трёх священных земель. Он дал им сигнал собраться и приготовиться к отступлению, независимо от того, ранены они или нет…

Люди из Неуловимого Мира Бессмертных скорбели об этом решении. Но они знали, что у них не было выбора. В конце концов, в это время не было даже следа Полуживого... так что, какой другой вариант у них был, даже если они были сердиты? Отомстить? Это была просто шутка! Муравей умер у слона под ногой. И другие муравьи хотели спланировать месть?

«Нам придётся подождать, пока мы вернёмся и доложим об этом нашей Императрице. Мы только выбросим наши жизни, даже если пойдём ва-банк прямо сейчас. Великий Золотой Город и Иллюзорный Океан Крови уже приготовились к отступлению. Так что Нин Ву Цин и его люди сейчас уйдут, а одни мы ничего не сделаем...»

- У этого старого Фэн Цзю Цина в прошлом было прозвище… «Бессердечно обезглавливающий Небеса»! – Цзюнь Мосе тихо проговорил. – Ваши тысячелетние старики должны знать имя этого старика, если они ещё живы. Возвращайтесь и спросите их обо мне.

Цзы Цзин Хон ахнул от изумления. На самом деле он чуть не прикусил язык. Он был ошеломлён до глубины души:

«Неудивительно! Этот человек может захватить мир и взять природу под свой контроль своими движениями! Этот человек жил тысячи лет! Он удивительно старый урод!»

Но он не мог сказать даже этого. Так что произнёс он совершенно другие слова:

- Ваше Превосходительство, сейчас я вас покину. Тем не менее великий и бессмертный мастер всегда может посетить три священные земли!

Цзюнь Мосе лишь кивнул в ответ. Он повернулся к ним спиной, чтобы избежать дальнейших разговоров. На самом деле, казалось, что он не слишком вежливо игнорировал их. Его дыхание также становилось всё более неустойчивым. Он был на грани срыва. Он больше не мог этого выносить.…

Однако Цзи Цзин Хон и его люди по своему поняли этот жест. Они подумали, что этот великий старик, который жил в течение тысяч лет, отвернулся от них, потому что он был недоволен ими за то, что они затянули этот разговор. Они полагали, что он был взбешен до такой степени, что мог взорваться в любой момент. Их сердца пропустили удар от страха.

Цзы Цзин Хон быстро взял на себя инициативу и крикнул своим людям:

- Двигайтесь!

Уговаривать не надо было никого. С такого перепугу даже смертельно раненые предпочли бы заткнуться и свалить подальше. Все восемьдесят девять экспертов внезапно вскочили в воздух и начали удаляться. Не было никаких сомнений, что эти эксперты были чрезвычайно быстры. Они мелькнули над стеной резиденции семьи Цзюнь и растворились в воздухе в мгновение ока.

Наконец-то они ушли!

Цзюнь Мосе облегчённо вздохнул. Он больше не мог поддерживать свою ауру. Давление энергии Пагоды Хунцзюнь уже подвело его к пределу своих возможностей. Эта необычная и необыкновенная энергия не принадлежала человеческому миру. Итак, как человеческое тело Цзюнь Мосе могло выдержать такую ужасную силу?

Цзюнь Мосе должен был заплатить цену за духовную энергию, которую он получил и проявил в ходе этого слияния. И следствием этого стало полное опустошение всей его духовной энергии. Поэтому он должен был выдержать чрезвычайное давление всей энергии Пагоды Хунцзюнь. На самом деле можно было бы считать, что душа Цзюнь Мосе разлетелась бы на куски давным-давно, если бы он не был удивительно жёстким и выносливым.

Цзюнь Мосе расслабился, как только могущественный враг ушёл. Разумеется, он тут же выпустил всю энергию, которую до сих пор сдерживал. Произошел громкий и аномально неистовый взрыв. Как будто бомба взорвалась!

Его энергия резко взорвалась, так как он больше не мог сдерживать её. Мэй Сюэ Янь и остальные собирались подойти, чтобы поблагодарить его. Однако они услышали лишь ужасный взрыв, поднявший такую пыль, что увидеть что-либо было просто невозможно. В их сердцах появилось неосознанное желание встать на колени…

Глава 564. Если он умрет, тогда я похороню с ним целый мир!

Что касается слабых Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ, а также тех слабых слуг семьи Цзюнь, то они, попросту говоря, с плюхом попадали на колени. Такая сила и мощь заставила встать их на колени, и многие люди вскоре последовали их примеру.

Огромное давление, сопровождаемое бесконечной болью, после отступления противника яростно атаковали разум Цзюнь Мосе, и наконец, будучи не в силах сдерживать себя, он застонал, и через секунду вовсе исчез из поля зрения!

У него даже не было времени посчитать потери семьи Цзюнь, проведать раненого деда и третьего дядю. Вся его сознание было раздавлено, а затем втянуто в Пагоду Хунцзюнь!

Он полностью исчез, не оставив и следа!

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй с самого начала знали, что погибнут и потеряли всякую надежду. Они и подумать не могли о спасении, но внезапно события приняли новый оборот! С большим трудом поддерживая своё раненое тело, они лишь хотели поблагодарить своего спасителя, но он вдруг неожиданно исчез…

«Он действительно странный!» – отец и сын думали одинаково. Но осознав, что таким крутым человеком в конечном итоге оказался наставник Цзюнь Мосе, они не смогли сдержать своей радости. После этого, почти наверняка, в семье Цзюнь в течение долгого времени не случится ничего подобного!

Цзюнь Чжан Тиан вздохнул и окинул взглядом двор; всюду творился полнейший хаос. Но он был рад, ведь, к счастью, не было ни убитых, ни раненых. Это действительно большая удача!

Равнодушно отдав указания, он приказал людям прибраться во дворе. Необходимо было привести всё в прежнее состояние, да и люди нуждались в отдыхе. Старик Цзюнь не сказал никаких красивых речей, но его тон, казалось, был очень добрым. Все присутствующие сегодня смогли отчётливо это почувствовать!

Старик Цзюнь понимал: все, кто находится сегодня здесь, являются опорой семьи Цзюнь! На них действительно можно положиться!

Теперь они все члены семьи! Им не нужно высказывать слова благодарности, а необходимо приложить все силы для достижения их благополучия. Это то, что должен делать глава семьи!

А что касается тех, кто так и не пришёл... Цзюнь Чжан Тиан всё уже хорошенько обдумал, просто нужно подождать, когда всё немного стихнет, и все эти люди будут изгнаны! Зачем нужны люди, которые могут разделить с вами лишь радость, но не горе?

Разобравшись с делами, Цзюнь Чжан Тиан дал указание Цзюнь Вую: немедленно отправиться и посмотреть, как там Мосе, и почему такая ситуация не вскрылась с самого начала? Цзюнь Вуй тут же выехал.

Но на сердце Мэй Сюэ Янь всё ещё было неспокойно!

Мэй Сюэ Янь была ближе всех к Цзюнь Мосе, и по собственным силам также являлась лучшей в своей области. Хотя и тот стон, что издал Мосе перед своим исчезновением, был едва слышен, она смогла его уловить. Вдруг на душе стало слишком страшно:

«Разве такой непревзойдённый человек мог вдруг издать такой болезненный стон? Почему этот стон был так похож на голос Цзюнь Мосе? Разве что… этот таинственный человек и есть сам Мосе? Просто на этот раз он использовал что-то другое помимо своих сил?

Но... как это возможно?»

Король Медведей, наконец, доковылял до неё и спросил:

- О, а Цзюнь Мосе уже ушел?

Мэй Сюэ Янь в растерянности думала лишь о своих подозрениях и вообще не слушала его слов. Каждое слово, сказанное Цзюнь Мосе, эхом звенело в её ушах, а его голос отчетливо повторялся снова и снова. Постепенно она все больше становилась уверенной в том, что тот стон принадлежал Мосе!

«Он, он... что с ним?»

«Он непревзойдённый мастер, сразивший величайших господ. Используя такую загадочную силу, ему пришлось заплатить за это очень высокую цену. Это правило для тех, кто использует различного рода трюки, и Цзюнь Мосе – не исключение! Он однажды уже запугал всех, сказав, что необходимо убить всех тех животных или же заставить их сотрудничать… Всё это из-за меня?»

«Это он? Это для меня? Да? Для меня???»

Мэй Сюэ Янь вдруг поняла, что давно знакома с Цзюнь Мосе. Она слышала как он смеётся, ругается, кричит, гневно осуждает и порицает, она видела его практически в любом состоянии. Но она никогда не слышала, как он плачет или же стонет…

Даже в прошлом, когда в Тяньнань он был заключен в тюрьму Тяньди, а затем подвергся пыткам, даже тогда не было такого. Возвращаясь из Тяньнань в Тянсян, Цзюнь Мосе вынес немало бед и страданий, пожалуй, для другого человека это бы была не просто боль, но не для Мосе! За пределами Тянсян он снова и снова терзал себя, но, похоже, что этот парень совсем не чувствует боли!

Но теперь Мэй Сюэ Янь ясно и отчётливо услышала в этом звуке стон боли! Крайне странное чувство заполнило её сердце, казалось, что и её сердце тоже заболело…

Она не произнесла ни слова, лишь резко повернулась и ринулась в сторону маленького дворика Цзюнь Мосе. Теперь ей необходимо было во всём удостовериться! В конце концов, произошло многое, и у Цзюнь Мосе не было причин не появляться у всех на глазах. Хотя Мэй Сюэ Янь с самого начала и надеялась, что Мосе сбежит, но в душе прекрасно понимала, что он совсем не такой человек!

Он так безразличен к жизни и смерти, к тому же такой гордый – как он мог испугаться врага и вот так сбежать в одиночку? Если бы ей сказали, что Мосе сбежал, она бы ни за что в это не поверила!

Но он так и не появился, что очень-очень странно!

Если говорить, что он ушёл искать своего наставника, то… С такой поддержкой он вряд ли бы убежал, к тому же его учитель уже был здесь. Но в данный момент враг отступил, у Цзюнь Мосе нет причин прятаться!

Если семья Цзюнь сейчас отыщет его, то, значит, тот человек в чёрном одеянии – вовсе не Мосе, но если они его не найдут, тогда тот стон… что это значит?

Если это действительно он, то какую цену он должен был заплатить за то, что он только что сделал?

Достигнув такого уровня, Мэй Сюэ Янь уже знала, что в мире есть много необъяснимых вещей, даже в период своего расцвета, не испытав сильных душевных травм. Она понимала, что существует своего рода «секретный закон», который может дать силу! Цена за использование секретного закона слишком велика, даже в необъяснимых или даже чрезвычайно страшных ситуациях, воспользоваться им – слишком глупо и безрассудно...

Неужели Цзюнь Мосе воспользовался таким необычным методом? Он ведь тоже только сейчас коснулся жизни божества, каким образом ему удалось получить такую величественную силу? Ему, возможно, придётся заплатить за это собственной жизнью! Если это и в самом деле так, тогда можно объяснить тот еле уловимый крик...

Мэй Сюэ Янь, как молния, вломилась в покои Цзюнь Мосе, и, обыскав там всё, снова вышла. Эта «молния» летала по всему дому, её разум был окутан туманом, но она не пропустила ни единого уголка дома.

Она даже забыла о своих внутренних органах, и о той страшной боли внутри. Её рот медленно наполнялся кровью. Но Мэй Сюэ Янь действительно об этом забыла и от беспокойства лишь вымотала себя. Она тщательно обыскала каждый уголок...

В конце концов, Мэй Сюэ Янь потеряла всякую надежду и встала около двери маленького домика.

В семье Цзюнь всё было как прежде, только вот Мосе так и не объявился. Хотя он и раньше частенько так загадочно исчезал, Мэй Сюэ Янь точно знала, на этот раз всё было иначе! Совершенно по-другому!

Снежинки всё так же медленно парили в воздухе и падали на землю. Раньше такая погода радовала Мэй Сюэ Янь, но сегодня огромная беда полностью поглотила её сердце. Всё стало таким серым... Держась за столб, Мэй Сюэ Янь впервые почувствовала себя слабой…

«В конце концов... Куда он направился...»

Она легонько прикрыла глаза, и неожиданно одна маленькая слезинка медленно покатилась вниз...

«Если в тот раз, когда десять Великих Мастеров атаковали со всех сторон, его силы было больше... Как он мог получить травму? Почему я не могу ему ничем помочь? Почему...»

Король Медведей тихонько подошел и с тревогой посмотрел на нее:

- Сестра...

Мэй Сюэ Янь неожиданно обратила в его сторону необычайно тяжёлый взгляд!

Она всё ещё стояла неподвижно, но её чёрные волосы развевались по ветру. Но внезапно Мэй Сюэ Янь повернула голову, её взгляд казался равнодушным:

- Ху Ван и Сюн Ван?

- Мы здесь – Король медведей и Король тигров были покрыты шрамами. Шагнув вперёд, они встали напротив Мэй Сюэ Янь.

- Вы двое! Цзюнь Мосе дал вам каждому по мечу, так почему же вы только что и знаете, как использовать кулаки и ноги, вы – придурки!? – Мэй Сюэ Янь будто вышла из себя, читая им нотацию.

- Я... я, я... – Короли внезапно растерялись, и лишь хотели сказать «Мы просто не успели…», но в конце концов так и не осмелились, совестно опустив головы вниз. На самом деле эти два воина всё ещё не привыкли к оружию. Они просто бросались в бой и убивали, а когда вспомнили про оружие, битва уже подходила к концу…

- Но... насколько бы вы ни были хороши и без оружия, люди из трёх священных земель могут неверно расценить вашу силу, а вы двое тотчас вернётесь в лес в качестве наказания! Если вам кто-то преградит путь, нечего колебаться – убивайте без пощады. Дайте мне чётко понять, что вы – Короли всех зверей, а не просто украшение! Даже если придётся разнести всё в клочья, вы должны принести мне эликсир бессмертия в целости и сохранности!

Голос Мэй Сюэ Янь был похож на тысячелетний айсберг своим холодом!

- Также отдельно уведомляйте меня обо всех зверях девятого уровня в лесу Тянь Фа. Если в течение двух лет нам так и не удастся справиться с проблемой – тогда я вернусь и лично прикончу каждого из них! Если нет пользы, то какой в них смысл? Даже в отношении остальных таинственных зверей, независимо от того, на каком они уровне, будут приняты такого рода меры! Даже вы не являетесь исключением, это касается всех! По возможности совершенствуйте свою силу, сосредоточьтесь в лесу Тянь Фа и ожидайте моих указаний! Если… Если… он мёртв…Тогда три священные земли и миллиарды существ на этой планете будут похоронены вместе с ним!

Закончив последнюю фразу, глаза Мэй Сюэ Янь внезапно стали кроваво-алыми от злости, тон её речи был решительный и чётко давал понять, что не было никакой возможности что-либо изменить!

Разве может человек чести обманывать? Посмотрим, что она сделает с этими заговорщиками в порыве гнева!

Змея, медведь и тигр – три Короля зверей, услышав слова Мэй Сюэ Янь, не посмели её ослушаться. Похоже, в этот раз она была действительно рассержена! Кажется, пострадает немало братьев… Справиться с проблемой… хм, легко сказать! Но как эти двое сейчас осмелились бы сказать что-то против? Они могли лишь в один голос ответить:

- Да, так точно!

Глава 565. Это действительно опасно!

Король медведей и Король тигров испуганно посмотрели на Мэй Сюэ Янь. Король Медведей лишь промямлил:

- Это... Босс, мы можем идти?

- Проваливайте прочь! – злобно выкрикнула Мэй Сюэ Янь.

Два Короля зверей, дрожа от страха и спасая свои жизни, бросились бежать. В мгновение ока две крупные фигуры исчезли в белой пелене снега. Так быстро, даже быстрее чем при битве с тремя священными землями.

Хотя на душе Мэй Сюэ Янь было довольно тяжело, но это было самое подходящее время для принятия решений.

В это время люди из трёх священных земель всё ещё находились в пределах Тянсян, они не ушли слишком далеко. Мэй Сюэ Янь предвидела их планы, Король медведей и Король тигров уже получили сильную поддержку от семьи Цзюнь и размышляют о том, как уничтожить всех врагов. Но как они отправятся в путь, не залечив свои раны? Следовательно, даже если у них и есть какой-либо план, он будет осуществлен лишь через несколько дней.

Но в это время, используя силу двух Королей, они уйдут слишком далеко. И останавливать теперь их слишком поздно...

Поэтому Мэй Сюэ Янь приняла решение, что, несмотря на свои ранения, он должны немедленно вернуться обратно! Так как это было самое безопасное время! Через несколько дней им предстоит столкнуться с реальными угрозами и сейчас им необходимо восстановить силы!

Мэй Сюэ Янь тихо стояла в снегу, нежно поглаживая колонну, а её взгляд был будто одержим чем-то. В её памяти снова возник образ Цзюнь Мосе. Она не знала, что с ним… неужели он действительно мог умереть…

Королева змей нашла её всё так же стоящей на улице.

Долгое время Мэй Сюэ Янь просто тихо дышала, но затем сказала:

- Вы уже нашли Цзюнь Мосе?

Королева змей ответила:

- Семья Цзюнь разыскивает его, сестра. Успокойся. Хоть сейчас Мосе и нет, но с ним его учитель. С ними определённо ничего не случится.

Мэй Сюэ Янь вздохнула и от бессилия закрыла глаза.

«Я боюсь этого... Боюсь...Что это он сам притворяется своим наставником... Но никому нельзя говорить об этом», – Мэй Сюэ Янь была раздражена, но ничего не могла сделать.

...

Когда Цзюнь Мосе больше не смог контролировать силу, энергия Пагоды Хунцзюнь взорвалась. В этот момент быстро отступающие мастера из трёх священных земель остановились, повернулись и посмотрели на этот сильный взрыв. Они не могли этому нарадоваться!

Это действительно ужасно!

- Брат Цзы, на этот раз это было действительно опасно. Принять неверное решение… Нас всех могли… – потеря трона Саньчжу в Золотом городе пронеслась перед глазами, оставив лишь чувство не покидающего страха. Собравшись перед Цзы Цзин Хоном, несколько человек помчались вперёд. В пути они лишь перешептывались.

- Это действительно опасно! – Цзы Цзин Хон вытер холодный пот, оглянулся, и, стиснув зубы, сказал:

- Нин Ву Цин и Ма Цзян Мин… эти ублюдки сказали, что надо лишь одолеть Мэй, и всё будет решено. Откуда нам было знать, что появится Хао… Столкнувшись с такой силой, мы в итоге потерпели сокрушительное поражение! Это просто надувательство, нас обманули!

Эти три брата Цзы действительно были немного возмущены. Мысль о том, что они склонили свои головы перед этим таинственным человеком, привела их в ярость, ведь, можно сказать, это конкретно запятнало их репутацию!

- Если судить об удивительной силе этого человека, не принимая во внимание Битву за захват небес, весьма вероятно, что в будущем мы оставим там 90 человек. Не говоря уже о другом, просто подумай о том чёрном огне. Вспомни, как перед Нин Ву Цином этот мастер одним взмахом руки создал те два огромных огня… Брат Сяо, это… это… это... – Цзы Цзин Хон прикусил губу и покачал головой.

- Неплохо! Только вот тот чёрный огонь забрал нашу силу. Если же этот огонь распространится повсюду, тогда всё мигом будет уничтожено. Такая страшная вещь и так сильно преуменьшена… это и в самом деле божественный уровень! – Сяо Вэй Чэн дрожал. Речь идёт о том времени, когда у Мосе не было никаких сил. Замышлять о чём-либо он мог, но всё равно ему бы потребовалось время и хорошая подготовка, но и тогда Цзюнь Мосе совсем не мог ничего поделать…

Сяо Вэй Чэн промолвил:

- Чёрный огонь таинственного мастера очень силен, но, брат Цзы, я не знаю, заметил ли ты, что после того, как он сжёг оставшуюся половину, он внезапно появился снова. Младший брат считает, что он появился из-под земли, остаётся это только объяснить, однако в том месте, откуда он появился, не было никакой силы… даже не было движения какой-либо силы… он слишком неуловим… а когда он не в состоянии нанести удар, просто уходит обратно под землю...

- Верно, а тот старый демон, который прожил более тысячи лет – это то же самое? – Цзы Цзин Хон тут же продолжил, - в конце концов, люди практикуются больше тысячи лет... Следовательно, если сравнивать с тем старым демоном, тогда - сколько же лет мы совершенствуемся? О чём ты беспокоишься?

- Брат Цзы прав! – Сяо Вэй Чэн ещё раз подумал и успокоился.

- Действительно, сведения ошибочны, а воины смертельно устали! К счастью, нашим планам не был нанесен большой урон, иначе на этот раз с нас бы содрали шкуру… Неудивительно, что жёлтое солнце бесследно исчезло, ведь на земле существует такое ужасное чудовище. Даже если будет 8 или 10 таких солнц…они все превратятся в чёрные луны… – злобно сказал брат Цзы.

- Наш Великий Золотой Город тоже понёс не слишком большой урон... – сказал Сяо Вэй Чэн с небольшим злорадством. - Однако половина людей, ушедших жить отшельниками в Великий Дворец, зажгли небесные фонари. Этот инцидент, безусловно, сильно ударил по ним. Всё их руководство сожгли…Хе-хе-хе…

Глядя на мрачное лицо отшельника Нин Ву Цина, эти двое внезапно испытали радость… По возвращении этому болвану точно несдобровать!

Информация действительно содержала в себе серьёзные ошибки, что привело к поражению. Даже тот меч, что сопровождал его всю жизнь, попросту расплавился. Будет очень странно, если по возращении Нин Ву Цин не получит взбучку от начальства.

- Но половина их них и правда заслуживает смерти! Вы его только послушайте – и где же там дух величественного мастера? Даже отморозки не делают такого! Старики всегда высокомерны...

Цзы Цзин Хон проворчал:

- Посмотри на того паренька, что был сожжён. Честно говоря, старик внезапно почувствовал небольшую радость… Сгорел! И те бесчувственные слова на самом деле были не такими уж и плохими…Он просто-напросто выживал, и возраст здесь не имеет никакого значения…

- Ага... Брат Цзы всё верно сказал. В таком случае обязательно менять планы? – глаза Сяо Вэй Чэна засверкали.

- Это ни к чему. Предшественник Фэн всегда являлся опорой семьи Цзюнь, опорой всего человечества. Однако он ни разу не упоминал про лес Тянь Фа; так что же нам делать? Даже если он действительно живёт в Тянь Фа, он никогда об этом не говорил. Когда придёт время, мы просто свалим с себя всю ответственность. Даже не знаю, что я могу? Принимая во внимание ту часть, что мы потеряли в небесной битве, не думаю, что он нам благодарен. Но ничего уже не поделаешь, пускай он даже и разозлится… это ему не поможет. Допустим, даже если он что-то придумает, как он в одиночку сможет противостоять всем народам мира? Разве в этой ситуации ему не лучше будет положиться на нас? – медленно промолвил Цзы Цзин Хон, а его рот скривился в хитрую ухмылку.

- В таком случае мы расположимся близ Тянсян, а все силы сосредоточим на Тянь Фа. Но сначала необходимо разобраться с Королём тигров и Королём медведей, – Сяо Вэй Чэн озлобленно сжал кулаки.

- Король тигров и Король медведей сегодня были тяжело ранены. Имея такую сильную поддержку, думаю, через несколько дней они должны отправиться в путь. Мы можем спокойно расположиться неподалёку. Они не похожи на Мэй Сюэ Янь или Королеву змей, у которых всегда при себе есть мечи, думаю, их будет легко заполучить.

В голове Цзы Цзин Хона промелькнула мысль:

- Верно, Цзюнь Мосе – тот малый, разве он не говорил, что собирается отправиться на восток? И его любовница, Мэй Сюэ Янь, наверняка отправится с ним. В таком случае это огромный шанс для нас. Однако будьте осторожны, ни в коем случае не надо тревожить Цзюнь Мосе, лучше оставить его в покое, возможно, он всё-таки имеет связь с тем человеком в чёрном одеянии.

- Кроме того, мы должны вести наблюдение за семьей Цзюнь. И если это необходимо, ничто не мешает схватить некоторых членов семьи...

- Ты что, смерти ищешь? – Цзы Цзин Хон посмотрел на Сяо Вэй Чэна, как на идиота. - Фэн Цзю Цин, очевидно, постоянно находится при семье Цзюнь. Что касается эликсира бессмертия, сейчас все ищут подходящее для него место. А тем временем, аристократы семьи Цзюнь непрерывно продают этот чудодейственный эликсир, а количество просто пугающее! Очевидно, всё это – дело рук старого монстра. Теперь понятно, почему он постоянно находится при семье и никогда не покидает её! Тебе, почитаемому наследнику трона Саньчжу, должно быть стыдно за такую бредовую идею…

- Эм... – у Сяо Вэй Чэна на лбу выступил пот. Теперь он понял, что действительно не стоит трогать семью Цзюнь...

- На самом деле нам следует позаботиться о крупной сумме денег, а также не забыть про те чудодейственные лекарства, которые мы собирали на протяжении многих лет. Хотя старый монстр очень умён и обладает сверхъестественными способностями, но он всё ещё заинтересован в Битве за захват небес. А если мы, следуя всем правилам тамошней аристократии, вложим крупные инвестиции и попросим помощи, не думаю, что этот старый демон будет важничать и, вполне возможно, поможет нам с эликсиром бессмертия… хе-хе-хе! – Цзы Цзин Хон снова начал строить коварные планы.

- Цзы Цзин Хон верно говорит. Пока мы будем следовать за стариком, все проблемы легко разрешатся! – сказал Сяо Вэй Чэн.

- Что же касается Королей зверей, то тут нельзя расслабляться. Немедленно отправьте людей для наблюдения за семьей Цзюнь. Как только Король тигров и Король медведей появятся на горизонте, тут же доложите об этом нам. Дождитесь, когда они будут уже далеко за пределами Тянсяна, и сразу же атакуйте! – Цзы Цзин Хон добавил, - если они уйдут не слишком далеко, то смогут прорвать оборону и сбежать обратно в Тянсян к семье Цзюнь, ни в коем случае не допустите этого!

- Верно! – сказал Сяо Вэй Чэн, - но мы должны отправить несколько человек к городским воротам или же быстро рассредоточиться вдоль дороги к Тянсян, чтобы уж точно не совершить ни одного промаха.

- В таком случае пора браться за работу! На этот раз хотя и была опасность, но, к счастью, серьёзных травм ни у кого нет. Наша сила всё ещё относительно цела. Пусть даже и есть несколько раненых, это не страшно! – Цзы Цзин Хон рассмеялся. - Эти отшельники в волшебном дворце, раз уж у них теперь нет главного… Хорошо бы их немного привести в порядок, ведь... эта сила не такая уж и маленькая.

Сяо Вэй Чэн ехидно улыбнулся.

Глава 566. Восстановление сил или переход на новый уровень?!

А тем временем силы Цзюнь Мосе были на исходе. Ответный удар был жесток: разум его помутнел, а боль, которую он испытал, попав в эту Пагоду, была такой, как будто его зажарили заживо пятьсот раз, а после этого вырвали сердце и язык ещё миллион раз. Именно в этот момент Цзюнь Мосе окончательно потерял сознание!

Итак, Цзюнь Мосе находился без сознания, казалось, на его теле не осталось живого места, из глаз, из ушей – отовсюду непрерывным потоком сочилась кровь, чёрное одеяние, ещё недавно покрывавшее его тело, странным образом взорвалось и разлетелось на мелкие кусочки в воздухе!

Как, спрашивается, остальная одежда Цзюнь Мосе могла уцелеть, если даже верхние одежды были разорваны в клочья?! Правильно, никак. Это был ещё один редкий случай, когда молодой господин Цзюнь предстал пред нами совершенно обнажённым...

Всё тело Цзюнь Мосе напоминало решето, кровь хлестала густым и нескончаемым фонтаном с головы до ног, каждая часть тела, каждая мышца продолжала мучительно содрогаться...

Эта сила действительно оказалась велика, справиться с ней было далеко за пределами возможностей Цзюнь Мосе, а нанесённые телесные увечья поистине ни с чем не сравнимы. Вплоть до последнего мгновения, когда Цзюнь Мосе попал в эту Пагоду, казалось, его судьба решена и сейчас от него не останется и мокрого места...

Магическая сила Пагоды была жестока и неукротима, каждый участок тела Цзюнь Мосе, каждая клетка, каждая пора не смогли укрыться от безжалостного ответного удара. Не было места, куда эта дьявольская сила не смогла бы проникнуть!

Неизвестно сколько прошло времени до того момента, когда Цзюнь Мосе смог очнуться. С трудом открыв глаза и оглядевшись по сторонам, он прохрипел:

- Я живой… какое счастье, я ещё жив...

Молодой господин Цзюнь понимал, насколько ему всё же повезло, ведь он, на самом деле был на волосок от смерти. Этот бой, действительно, мог быть последним...

После того, как Мосе очнулся, последствия этой схватки не заставили себя ждать: голова раскалывалась от боли, а чувство было такое, словно в его головную коробку забралась маленькая дикая обезьянка и скачет там без остановки. Виски пульсировали с бешенной скоростью, всё его тело будто было пронизано десятью тысячами стальных иголок, а самое странное, учитывая всё вышеперечисленное, что его мужское достоинство осталось целым и невредимым, и более того, сохраняло «некую» активность, тем самым причиняя ещё больший дискомфорт Мосе...

Такого рода явление не на шутку разозлило Цзюнь Мосе:

- Аа, так значит с тобой всё в порядке, да?! Я тут корчусь от боли, а тебе всё нипочем?! Ещё смеешь издеваться надо мной?!

Вспышка злости Мосе ничем хорошим не закончилась, а наоборот, вызвала ещё больший приступ боли. Последовавший за этим душераздирающий крик, больше похожий на звериный вопль, был оглушителен и пугающ. Так или иначе, молодой господин Цзюнь был совершенно один, вероятность быть кем-то услышанным была ничтожно мала, а стало быть, сдерживать себя у Мосе не было причин.

- Эй, да почему так больно!... Эта чертова боль выше моих сил!... – у Цзюнь Мосе не было времени выбирать выражения, в ход пошли все ругательства, которые он знал и не знал, из этой жизни и из прошлой, на родном языке и на различных диалектах, да ещё и не по одному разу, однако боль всё же не утихала.

Он посылал проклятья на святых и на грешников, даже Великий Будда не остался не тронутым, что уж говорить про другие божества, все предшествующие поколения и ныне живущие, все они были повинны в его страданиях, никто не смог ускользнуть от его «ласкового» словца.

То, с каким пылом и жаром он чехвостил всё и всех, действительно заслуживало отдельного внимания, если бы где-то проводилось соревнование по мастерству сквернословия, поверьте, Цзюнь Мосе, без сомнений, стал бы победителем! Никто бы даже и не рискнул усомниться в том, что его победа была незаслуженной, а тех смельчаков, кто всё-таки отважился на такой сумасшедший поступок, явно ждала нелёгкая участь.

Пока Цзюнь Мосе распылялся в ругательствах, магическая сила Пагоды не прекращала своё пагубное воздействие на него, как вдруг...

- О… что за?! – Цзюнь Мосе настолько увлёкся, ругаясь, что даже не заметил в какой именно момент боль исчезла... неужели, матерные слова, действительно обладают даром исцеления?!

-Ва-ха-ха, кто бы мог подумать, что мне удастся пройти эти семь кругов ада и при этом остаться в живых! Похоже, что мне тоже предстоит стать бессмертной легендой, – Цзюнь Мосе был горд и доволен собой, как никогда раньше. Однако трудно сказать, сможет ли это повлечь за собой глобальные изменения...

Существует ли вероятность того, что практическая значимость всего многообразия ругательств и оскорблений, виртуозно использованных молодым господином Цзюнь, станет отправной точкой к реформированию человеческого общества и изменению привычного уклада жизни – кто знает? По крайней мере, благодаря триумфу высокопочтенного молодого мастера Цзюнь, людям откроется великое множество вариантов и форм ругательств и оскорблений.

Хотя боль на самом деле исчезла, тело Мосе по-прежнему было ослаблено и лишено каких-либо сил и энергии. Он всё ещё не мог даже подняться.

Цзюнь Мосе только сейчас в голову пришла мысль, в какой на самом деле опасности он находится на этот раз!

Но даже эта опасность не смогла заставить его пожалеть о сделанном выборе! Он непременно поступил бы так же и в следующий раз!

Когда дело касается самых дорогих тебе людей, страх отходит на второе место!

«Я до последнего вздоха буду бороться за них, и никакие три мудреца или кто выше не смогут причинить им вред!

По крайней мере, им удастся сделать это только через мой труп!»

Цзюнь Мосе, стиснув зубы, попытался найти способ немного придти в себя, но, казалось, силы совершенно его покинули, вся энергия куда-то улетучилась, и даже не осталось и намёка на неё. Какая досада! Как бы он не старался и не пытался, все его усилия были тщетны, запас энергии Мосе всё ещё был на исходе, его организм и вправду был опустошён и измучен.

- Вот чёрт! Где все мои силы? Это уже не кажется мне смешным! Ещё и в горле пересохло, вот же… – Цзюнь Мосе сглотнул слюну, закрыл глаза и принялся восстанавливать полную работоспособность своего организма. Однако Цзюнь Мосе не понимал, что, если бы он не сделал таблетку бессмертия раньше, ему бы вряд ли было под силу сделать это сейчас.

Очень медленно, шаг за шагом, энергия из всех критических точек спиралевидным потоком двинулась в истощенное место сосредоточения жизненных сил, затем совершила один оборот, а за ним и второй, после чего Цзюнь Мосе невероятным образом воспрял духом.

В промежутке между вторым оборотом и девятым вдруг раздался внезапный взрыв, после которого энергия с большей силой стала расплываться по всему телу, включая все мышцы, кости и сухожилия, каждый новый оборот приносил ещё больший эффект, чем предыдущий...

В это же время, магическая сила Пагоды вдруг издала звук, похожий на задыхающийся стон, который вызвал новый всплеск активности энергии. Она, в свою очередь, пройдя все каналы и точки, преобразовалась в чистую энергию и добралась до места сосредоточения жизненных сил.

В этот самый момент Цзюнь Мосе стал невольным посредником между двух миров, проводником в сверхъестественный мир. До этого он знал только одно объяснение всему этому явлению... но по мере того как энергетические каналы его тела непрерывно росли, скорость, с которой Пагода засасывала его, тоже увеличивалась!

Запасы магической силы Пагоды были бесконечными, и эта сила с бешеной скоростью, воздушным потоком молочно-белого цвета проникала в каждую клетку тела Цзюнь Мосе. Благодаря чему сила Пагоды Хунцзюнь не исчезает? И, к тому же, складывается ощущение, что поддержание этой силы не составляет особого труда...

В этот раз Мосе действительно был на волоске от смерти, его место сосредоточения жизненных сил серьёзно пострадало. Можно было подумать, что восстановить его было уже поздно, а это, знаете ли, внушительная причина для паники, даже для такого наглеца, как Цзюнь Мосе. Несмотря даже на усталость, именно это чувство страха не давало Цзюнь Мосе прекратить процесс восстановления, шаг за шагом, оборот за оборотом...

Он и подумать не мог, что этот энергетический поток медленно преобразуется в серебряную нить третьего уровня, а мощь этой нити непрерывно будет расти и увеличиваться до таких размеров, какие были известны Цзюнь Мосе в период полного расцвета. Благодаря энергии серебряной нити, сила Цзюнь Мосе тоже стала увеличиваться, а энергетические каналы намного выросли в размерах.

В то же время на лбу Цзюнь Мосе начало проявляться оптическое изображение, постепенно становясь всё более красочным и отчётливым. Отдалённо это изображение напоминало что-то сродни башни, только в качестве маленького парящего в воздухе налобного украшения....

Эта проекция в виде Пагоды всё более походила на настоящий предмет, она непрерывно вращалась и переливалась всеми цветами радуги, при этом сосредотачивая в себе силы...

Цзюнь Мосе, конечно, был без понятия, что это всё такое.

Сейчас он походил на изголодавшегося призрака перед целой горой еды, сколько бы он не ел, всё равно чувство насыщения оставалось недоступным, так было и с Пагодой – сколько бы она не пыталась всего поглотить, ей было мало...

Неизвестно, как долго продолжала вращаться эта вещь до того, как остановиться и придти в состояние покоя на расстоянии в три раза превышавшем размер головы Цзюнь Мосе.

Видно, всему есть предел!

Мосе вдруг почувствовал, как сила Пагоды медленно слабеет и вообще больше не растёт, в то время как распирающая боль начинает распространяться по всему телу, с головы до ног...

В этот момент процесс восстановления, ещё недавно протекавший в энергетических каналах тела Цзюнь Мосе, внезапно прекратился и полностью остановился. Независимо от его желания, восстановить этот процесс не было возможности, даже на самую малость.

«В чём дело?» – Цзюнь Мосе был в недоумении. Нахмурив брови, он, было, решил разобраться, что произошло, как вдруг... ни с того, ни с сего, раздался взрыв!

Энергетические потоки, ведущие в место сосредоточения жизненных сил, вдруг одним разом взорвались и разлетелись во все стороны, в одно мгновение. Предел серебряной нити, который удалось преодолеть, просто превратился в незначительную крупицу серебряного цвета, а потом и вовсе исчез...

Глава 567. Прорыв! Четвертый уровень!

Цзюнь Мосе испугался, когда внезапно в его голове произошёл взрыв.

Бабах!

Из его рта и носа заструилась алая кровь!

Все его каналы и капилляры были будто раздроблены на миллионы мелких осколков. Это была адская боль!

«Неужели я потерял связь с реальностью и стал никем?»

Едва подумав об этом, Цзюнь Мосе даже не успел расстроиться, как вдруг заметил, что его каналы полностью в порядке. Находясь в полном недоумении, он внезапно обнаружил слабый золотистый газ, который заполнил все его каналы. Постепенно этот бледно-золотистый газ становился все более насыщенным, блокируя циркуляцию всех каналов в его теле.

От этого взрыва у Мосе закружилась голова, он поспешно начал повторное восстановление и обнаружил, что бледно-золотистый газ внезапно исчез, и остался лишь небольшой золотистый след!

Похоже, что этот золотистый поток хорошо циркулирует по всем его каналам! Цзюнь Мосе мог отчетливо ощутить, что в этом потоке содержится необыкновенно огромное количество силы! Это ни с чем несравнимо!

Если на третьем уровне серебряная нить могла поднять 50 килограммов, то отрезанная золотая нить может выдержать целую гору! Ну, по крайней мере, одну тонну или даже десять! Это просто по-настоящему колоссальные изменения!

«Неужели я снова все преодолел?»

Цзюнь Мосе был сбит с толку. В голове промелькнула мысль, и внезапно все снова сотряслось. Казалось, будто внутри что-то лопнуло.

Конечно, Цзюнь Мосе не знал, что сверхъестественные силы имеют отношение к этому громкому звуку. Причудливая маленькая Пагода внезапно взорвалась и превратилась в яркий воздушный поток. И через даньтянь она проникла ему в голову.

Затем Цзюнь Мосе почувствовал, что Пагоду начало сильно шатать, это было похоже на землетрясение. Изначально она лежала на земле, но, в конце концов, ее будто подбросило. К счастью, его лицо было обращено вверх, но, если же он направит его вниз, ему придется соприкоснуться с землей, пусть даже и внутри Хунцзюнь.

- Твою мать! – Цзюнь Мосе был занят напряженной битвой. Как бы то ни было, он старался не пасть лицом в грязь и выбраться из затруднительного положения. Но про себя он все еще задавался вопросом:

«Что же все-таки случилось?»

Когда он открыл глаза, то почувствовал пустоту. Широко открыв рот, он не мог вымолвить ни слова. Перед ним было около десяти метров до цели. Изначально это была пустая стена Пагоды, но теперь она исчезла. Вместо этого появилась дверь!

Открытая красочная дверь!

Четвертый уровень Пагоды Хунцзюнь!

- Все-таки я действительно его преодолел!

- Твою мать! Рискнув жизнью, я смог преодолеть его. Разве это не вынуждает меня еще больше рисковать? – Цзюнь Мосе был в шоке. – Это единственный способ открыть новый уровень? В прошлый раз, да и в этот раз все было именно так, разве жизнь – это игрушки? – в этот момент Цзюнь Мосе был не в силах молчать. - И сколько же мне еще так рисковать? Я снова и снова должен идти на смерть? Это действительно приносит лишь одни страдания!

Сказав это, Цзюнь Мосе уже сам знал, что мало лишь просто рисковать жизнью, чтобы достичь такого прорыва. Даже если впоследствии он еще тысячу раз подвергнет себя смерти, то он едва ли сможет очень быстро перейти на следующий уровень!

Действительно, в течение этого времени, Цзюнь Мосе уже заложил довольно прочную основу для своего успеха! С перехода на третий уровень, хотя и прошло не так много времени, чуть больше трех месяцев, но с момента своего возрождения он постоянно находится в процессе самосовершенствования. Это можно отнести к самому медленному прорыву из всех. Чем выше уровень, тем медленнее он открывается. Но этот прорыв, хотя и является неожиданным, он все еще находится в пределах разумного.

Внезапно поднявшись до уровня Суань Духа, Цзюнь Мосе ошибочно предположил, что он прорвался на четвертый этаж, но тщательно все исследовав, понял, что это не так. С тех пор Мосе знал, что, хотя новый уровень и не был открыт, но этого стоит ожидать в любое время!

Просто нужно дождаться случая!

Изначально предполагалось, что для открытия этажа просто необходимо какое-то время, но на этот раз жизнь Мосе была в опасности! Он стал хозяином Пагоды Хунцзюнь. Как она может позволить ему так играть со своей жизнью?

Нужно иметь в виду, что Пагода Хунцзюнь теперь живет в теле Цзюнь Мосе, они едины и неотделимы друг от друга. Способности нельзя так легко передать, они в прямом смысле тесно связаны между собой; если Цзюнь Мосе и в самом деле умрет, тогда Пагоде ничего не остается, как переродиться заново вместе с ним.

Поэтому в самый последний момент Пагода Хунцзюнь, наконец, показала свою силу и затащила рискующего своей жизнью парня вовнутрь, а затем провела один из самых высших процессов регенерации.

Но этот малый все еще недоволен, он снова и снова подвергает себя опасности, тем самым поглощая все больше сверхъестественной силы!

Да еще и так неосознанно, с этим ничего нельзя не поделать!

Неужели только вытащив этого болвана с того света, ему так быстро захочется обратно в лапы смерти?

К счастью, молодому мастеру Цзюнь повезло, ведь он совершенствуется не во внешней среде, а непосредственно в самой Пагоде Хунцзюнь… Поэтому, когда произошел взрыв, Пагода, как и предполагалось, засосала его…Таким образом, количественные изменения, то есть изменения массы, привели к качественным изменениям, то есть к переходу на следующий уровень…

Поэтому этот переход на уровень является одновременно и разумным, и неожиданным!

Это действительно совпадение, когда подходящее время, место и человек оказались вместе, такое встречается довольно редко!

Если бы Пагода Хунцзюнь была разумной и услышала слова Мосе о том, что «Если нужно рисковать жизнью, чтобы открыть уровень, тогда, по-видимому, нужно больше рисковать!», тогда, несмотря на свое богатое духовное содержание и сверхъестественную основу, она бы гневно и бешено ругалась.

Этот парень ничего не знает кроме как играть со своей жизнью. Ты с чем, мать твою, вздумал играться?

Ты играешь со своей маленькой жизнью? Во-первых, ты играешься с Пагодой!

Предыдущие хозяева… да покажите мне хоть одного, кто не относился к своему телу как к сокровищу?! Не берег его? Боялся нанести даже небольшие увечья... Так почему после знакомства с этим болваном, изо дня в день переживать приходится только мне?

Я никогда не видела более глупого парня, так играющего своей жизнью.

Еще не достигнув серебряного уровня, он осмелился претендовать на нефритовый. А как только оказался на золотом, тотчас захотел попасть на небесный уровень.

С трудом поднявшись на нефритовый уровень, он тут же начал соперничать с богами на равных, докучать всем вокруг. Если не навлек на себя никакой беды, то уже хорошо, а если все-таки навлек, то тут же вызывал недовольство у двух сил Севера и Юга – Города Серебряной Метели и Иллюзорного Океана Крови.

После поездки в Южный Небесный Город было очень нелегко восстановить тело и подняться на небесный уровень. Он очень самоуверенно начал игру против Всевышнего.

Все это прошлое и сейчас уже не имеет значения, нужно брать во внимание то, что будет дальше. Несколько дней назад он достиг божественного уровня, и начался новый поворот в истории: он бросил вызов тридцати высшим уровням, и шестидесяти высшим практикам: в общей сложности, это 90 по-настоящему сильных воинов! Такая огромная сила, а он…

При такой ситуации, если бы Пагода Хунцзюнь могла вспотеть, то ее бы уже не раз знобило.

Пот, много пота, реки пота…

Идя по этой дороге, он полностью миновал все проблемы и вызовы! И он не просто проскочил вперед через первый или второй уровень, а сразу прямиком через четвертый, пятый, седьмой или восьмой. В последнее время не имеет значения, какой уровень бросает тебе вызов, нет никакой разницы... Этот ублюдок слишком безрассудный!

Вот вам пример для сравнения. Один человек, который ищет бессмертия, овладел этим мастерством, но его моральные качества оставляют желать лучшего. Тогда он ежедневно будет раздражать и бесить людей, которых бесить нельзя… Проще говоря, необходимо каждый божий день оберегать его от опасности – он так относится к своей жизни, будто она вовсе не его, а его злейшего врага!

Да твою мать, пусть даже и намеренно, но нельзя каждый раз навлекать на себя неприятности такого масштаба…

Таким образом, если бы Пагода не помогла своему хозяину, тогда ты, паренек, уже бы раз десять переродился… А сейчас вернемся к твоим словам: «Нужно рисковать жизнью и откроется новый уровень!». Да если бы я только могла двигаться, я бы кинула тебе в лицо собачьим дерьмом! Не то чтобы я не видела бесстыжих людей, но похоже, что ты, парнишка, самый бесстыжий из всех на этой планете!

Этот Цзюнь Мосе, да что он может знать? Ему все так же весело: с одной стороны он охает и жалуется на свои несчастья, а с другой – толкает свой зад на четвертый уровень Пагоды Хуньцзюнь, да еще и с таким самодовольным видом! Он будто бедняк с огромным мешком, что ворвался в казну, а выражение его лица только и говорит: Я богат!

А ведь это действительно так – такое сильное возбуждение заставило его совсем забыть о том, что он сейчас здесь совершенно с голым задом. Это действительно выглядит очень забавно: спереди и сзади весь светится, и лишь его лицо выражает гордость. Как же бесит! Хочешь навлечь еще больше ненависти, да, пожалуйста, только это действительно выглядит очень жалко…

На самом деле, если подумать, Цзюнь Мосе никогда не придавал этому большого значения. В конце концов, он здесь один; повторюсь: Цзюнь Мосе самый настоящий бессовестный нахал, даже если кто-то и появится, его спокойствие никуда не денется… Опустим детали…

Он просто вонючий мешок из кожи только и всего!

Молодой мастер, тоже мне…

У этого паренька, как обычно: миновала опасность – забыта осторожность. Только восстановился, да еще и открыл новый уровень, а уже и забыл о минувшей опасности. Он только и хочет заполучить Божественный Свет. Все его лицо расплылось в этой гнилой улыбке, и он выпрямился как копье. И ведь с таким самодовольным видом отправился внутрь…

Войдя в дверь, Цзюнь Мосе почувствовал себя иначе. По сравнению с третьим уровнем все по-другому, все резко отличается!

Весь четвертый уровень был в сплошном хаосе, все было буквально переполнено сверхсилой, и ее было трудно просто сдерживать. Что-то слегка ударило Цзюнь Мосе, и молодой мастер смог почувствовать силу этого удара!

Насколько же должна быть чиста эта сила, чтобы можно было ее ощутить?

И это еще не все. В воздухе плавали красные огни, зеленая вода и черная... Короче говоря, всюду было очень много всего, и все было в полнейшем хаосе!

Увидев это, Цзюнь Мосе будто замер, он и понятия не имел, что открыв четвертый уровень, он увидит такое. Но он не успел об этом поразмыслить. Перед глазами внезапно вспыхнул яркий свет, а в его сознании появились какие-то необъяснимые фразы:

«Изящество души и свобода мыслей; сила воли и непредсказуемость действий; реальность мечты и нереальность истины; всегда помни об этом и достигнешь желаемого; девять жизней исчерпаны, есть лишь бессмертное дитя...»

Глава 568. Новая энергия – Сила пяти стихий!

Цзюнь Мосе почувствовал приступ резкой боли, сознание его стало размытым и неясным. И вдруг он внезапно осознал, что разгадка перехода на четвертый уровень совсем близка. Хотя это неудивительно – со всеми предыдущими уровнями была похожая история, тонкости перехода были обнаружены таким же образом.

Но в следующий момент все совершенно изменилось. Тело молодого господина Цзюнь словно превратилось в бездонную пропасть, а дальше произошло самое страшное – огромных размеров сила, сопротивляться которой было невозможно, и все факторы нестабильности четвертого уровня каким-то чудесным образом угомонились и затихли. Начиная с зеленого силового потока, потом красный и черный стремительно проникали в тело Цзюнь Мосе. Именно это безумное сочетание образовывало настоящую силу Пагоды!

Цзюнь Мосе, увидев собственными глазами, понял, что эти энергетические каналы такие же бескрайние и необъятные, как море, бесконечное многообразие силы и энергии. Энергия проникала в его тело, и, исчезая, оставляла лишь силу, с каждым разом все яростнее и внушительнее, как поток в сто рек, соединенных воедино...

Внутренние энергетические каналы тела Цзюнь Мосе и даньтянь, в частности, благодаря такому огромному количеству энергии, поступающему в них, очень быстро окрепли. На этот раз даже даньтянь наполнился не просто газообразным веществом, а чем-то намного тверже и прочнее по своей плотности!

Неизвестно сколько прошло времени, как вдруг...

Энергия в каналах прекратила свое движение. Прежняя бурлящая сила четвертого уровня была израсходована без остатка, а новая сила стала поступать более медленным и спокойным потоком; но тело Цзюнь Мосе уже не могло продолжить процесс восстановления самостоятельно, если бы даже сильно захотело!

Его тело было полностью насыщено!

Даньтянь, наполненный до отказа, вдруг начал бесшумно двигаться, на этот раз сжимаясь. По мере того, как золотой газ, наполняющий даньтянь, твердел и сжимался, он уменьшался в размерах...

В конце концов, этот золотой газ превратился в крохотную, размером с детский кулачок, золотую жемчужину, продолжая при этом вращаться и двигаться с бешеной скоростью. В тот момент, когда скорость, казалось, достигла своего максимума, вдруг, без видимых на то причин, движение остановилось!

Тут же вслед за этим Цзюнь Мосе почувствовал, как все его тело сжалось от боли. Он словно потерял дар речи, а с макушки и до ног стремительно прокатилась охлаждающая волна, а потом снова вернулась к макушке, но уже с жаром и теплом!

Тело Мосе задрожало, а когда эти два потока холодной и теплой энергии соединились в месте слияния энергетических каналов, произошел толчок. Цзюнь Мосе даже вскрикнул в этот момент. Возникло ощущение, что когда эти два потока энергии слились воедино, внутри его тела произошел какой-то совершенно новый процесс, отворились новые врата! На самом деле это сочетание холода и тепла оказалось не таким уж и плохим, а даже приятным.

В это же время золотая жемчужина внутри даньтяня вдруг беззвучно разбилась, Цзюнь Мосе увидев это, невольно ужаснулся:

«А, это что еще такое?»

Вдруг из места, где находится дяньтянь, удивительным образом появился ни кто иной, как крохотный, размером с детский кулачок, младенец! Совершенной здоровый розовощекий настоящий младенец посиживал там с закрытыми глазами!

Он даже мог дышать!

- Твою мать, я что, забеременел? – у Цзюнь Мосе, кажется, все волосы на теле стали дыбом: - О, господи! Каким образом такое вообще возможно? Похоже, это второй случай непорочного зачатия в истории...

Это полное безумие, такого просто не может быть...

Это еще раз доказывает, что у него совершенно нет мозгов...

В это же время, перед глазами Цзюнь Мосе возникла сверкающая надпись с поздравлениями, похоже, в этот раз Цзюнь Мосе, и вправду, потрудился на славу!

Он честно старался прочитать эту надпись, сохраняя спокойствие, но чем дольше он читал, тем больше его лицо чернело от злости, и он, не выдержав, выругался:

- Чтоб тебя! Только эти четыре слова и все!? «ЭТО ПУТЬ К БЕССМЕРТИЮ»? Хочешь, чтобы я рехнулся?!

Как ни странно, если бы не эти слова, он и вправду мог лишиться здравого рассудка... похоже, что Пагода сама не предвидела такого поворота событий, и поэтому решила послать ему это бессмертное дитя, проявив тем самым сострадание...

Наверное, это примерно так же, как и говорить с обычным ребенком...

- Познакомились и хватит, в этом мало чего забавного, – проворчал себе под нос Цзюнь Мосе. – Просто скажи мне, как захватить мир... а еще лучше, как овладеть искусством обольщения, чтобы при одном только взгляде на меня любая красотка хотела провести со мной ночь, и при этом мне не надо было ни на ком жениться... это, знаешь ли, намного будет поприятнее... хи-хи-хи, – Цзюнь Мосе уже далеко был в своих фантазиях, а пошлая ухмылка не сходила с его лица.

После того как молодой мастер Цзюнь намечтался, он решил серьезно поразмыслить на тем, чего он достиг в этот раз.

Результаты, действительно, оказались впечатляющими.

Сила воды, сила огня, сила земли!

Именно сейчас в его голове все прояснилось: пять первоэлементов, пять стихий: металл, дерево, вода, огонь и земля; сила пяти стихий, перевернуть мир с ног на голову, дождаться часа расплаты, вернуться к первозданному хаосу...

Цзюнь Мосе задумался. Вроде все выглядит понятным, и в тот же момент непонятным... И вдруг до него дошло:

«Эти пять сил начали соединяться еще на третьем уровне, и как раз здесь им это удалось! Вот оно что!»

Все пять стихий в сборе! Если эти стихии воды и огня такие же мощные, как и стихия металла, то даже мне будет трудно с этим справиться! Даже если эти чертовы три мудреца, чтоб их, и придут – им точно несдобровать!

Цзюнь Мосе еще раз напрягся и тщательно проверил свои силы. Они, действительно, кардинально изменились! Сейчас его силы намного отличались от способностей обычного божества, после перехода на новый уровень, он достиг силы совершенно иного масштаба.

Однако этот этап очень отличался от предыдущих. Цзюнь Мосе сам еще не до конца понимал смысл всего происходящего, и сейчас его интересовало уже совсем другое, а именно...

Сейчас он наконец понял, что его волшебные таблетки являются самыми могущественными и чудодейственными, а это значит, что в будущем он, непременно, станет бессмертным.

«Ха-ха..., ведь настоящая ценность этих волшебных таблеток как раз заключается в этом!

Если все будет именно таким образом, то, как же быть с родными и близкими? Не пройдет и несколько десятков или сотен лет, и все один за другим умрут, даже все красотки этого мира со временем превратятся в дряхлых старух, и тогда я останусь совершенно один...

Чёрт! Это и называется расплатой за бессмертие? Быть бессмертным и одиноким? Забыть о дорогих тебе людях и страдать вечно? Неужели этот процесс необратим?»

Пэн Цзу (внук мифического императора Чжуань-сюя, якобы проживший около 800 лет) прожил восемьсот лет, пережил несколько десятков поколений своих потомков и был даже не в состоянии обмолвится о своем родстве с ними!

«Я не хочу такой же участи! Нужно срочно предпринять какие-нибудь меры!»

Цзюнь Мосе еще раз раскинул мозгами; дело, действительно, приняло нешуточный оборот, сейчас ни в коем случае нельзя было пускать ситуацию на самотёк... однако как же все-таки поступить?

Так молодой мастер Цзюнь внутри Пагоды погряз в раздумьях, а снаружи его искали уже не один день...

С того момента как Цзюнь Мосе пропал, прошло ни много ни мало три дня и три ночи!

Это исчезновение порядком уже затянулось, а учитывая опыт предыдущих неприятностей, в которые он попадал, эта ситуация еще больше заставила людей волноваться за него. Даже Цзунь Вуй, всегда уверенный в Мосе, разволновался не на шутку!

Даже внешне всегда спокойный и невозмутимый Дедушка Цзюнь давно уже не находил себе места! Единственный внук куда-то пропал без вести! Неужели, это дело рук этих трех мудрецов?

У Мэй Сюэ Янь всю ночь сердце было не на месте, а потом, толком не залечив свои раны, она отправилась на поиски Мосе. Хотя Мэй Сюэ Янь понимала, какому удару подвергся Цзюнь Мосе, она все-таки до конца не была уверена, что знает, где он может скрываться, чтобы залечить свои раны, и она не была уверена, жив ли он вообще... но она искренне надеялась на это. Ей удалось обнаружить и держать под контролем место, где скрывались три мудреца, а это уже не мало! Хотя там она не нашла никаких следов Цзюнь Мосе, но это тоже нельзя назвать плохой новостью. Это значило, что есть надежда, что он все-таки еще жив...

Благодаря ее способности молниеносного передвижения, она могла не беспокоиться о том, что ее кто-то обнаружит или поймает; по мере того, как дни проходили, оптимистический настрой Мэй Сюэ Янь падал, она медленно теряла надежду, и ей все труднее было найти в себе силы, чтобы совсем не отчаяться; ее нервы были на пределе, а желание убивать стремительно росло, даже при виде обычных людей, она уже не скрывала свой злой замысел...

Как это чертовски несправедливо, что нельзя разобраться с этой Битвой за захват небес раз и навсегда!

На протяжении долгого времени Мэй Сюэ Янь считала Битву за захват небес своей личной битвой, она полностью посвятила свою жизнь этому сражению лишь для того, чтобы выполнить своё предназначение. Даже риск быть убитой не пугал ее – для Мэй Сюэ Янь это было неким способом достижения величия и славы!

Стать живой легендой леса Тянь Фа!

На самом деле, у нее не было никаких других желаний, кроме этого. Что же касается любви… она никогда не воспринимала ее всерьёз, и даже относилась к этому, как к чепухе... Мэй Сюэ Янь никогда не верила, что в этом мире найдется человек, который сможет по-настоящему заинтересовать её...

Мэй Сюэ Янь, на самом деле, очень упрямый человек – нетрудно понять, что она верна своим принципам, независимо в каких-либо вопросах. В то же время она, прежде всего, женщина, и причем очень гордая и самовлюбленная женщина!

Она похожа на одинокий цветок лотоса, который растет на вечно ледяной вершине горы – всем он нравится, все восхищаются им, но она по-прежнему одинока, вся эта красота принадлежит только ей и она неповторима!

Глава 569. Чувства Мэй Сюэ Янь!

Допустим, что никто не видел моего изящества! Тогда, разумеется, как простые смертные могут узреть мое совершенство? А если все же они увидят, то я сочту это как оскорбление!

Пусть даже это почитаемое божество, он всего лишь стремиться к власти и личной выгоде, ловкий и изворотливый тип!

Да как я, Мэй Сюэ Янь, такое совершенство, могу водить компанию с таким как он?

Зимняя слива (Мэй Сюэ Янь дословно звучит как «зимняя слива») гордо стоит в снежном тумане.

Сколько ей еще ходить по кругу?

Нет никого, кто сравнится с этим героем,

Что сам по себе слоняется по этому миру.

Она похожа на яркую луну над Девятью Небесами, ей нет равных. Как только она появляется, даже звезды ощущают свою неполноценность и исчезают с неба, и никто не осмелится встать рядом с ней… Она с равнодушием наблюдает за превратностями судьбы и бесстрастно исполняет свои обязанности.

В течение многих лет она была спокойна, подобно воде, и никогда не гневалась. Даже будучи раненой, не позволяла эмоциям взять над собой верх.

Такая одинокая, как снег. Будто сама дочь божества, она потеряла спокойствие из-за молодого мастера Цзюнь!

Да еще и таким варварским способом он нарушил ее покой. Использовал такой противный, непристойный, омерзительный способ, руководствуясь своими желаниями, так пренебрежительно отнесся к ее телу и оскорбил высокие моральные качества. Даже несмотря на то, что в то время она была в форме маленького животного, Мэй Сюэ Янь до сих пор в бешенстве! Это величайший позор!

Какое унижение!

Тогда в лесу Тянь Фа, буквально за час, Цзюнь Мосе, даже не осознавая всей ситуации, сумел вызвать у Мэй Сюэ Янь всевозможные виды эмоций.

Стыд! Просто некуда деться от такого позора!

Гнев! Таким гневом можно было уничтожить все на своем пути!

Ненависть! Такая сильная, что аж до скрежета в зубах!

И в конце концов – безысходность!

А все потому, что Мэй Сюэ Янь абсолютно не знала, как следует относиться к Цзюнь Мосе. Независимо от того, как она на него злилась или ненавидела, в тот момент он помог ей восстановиться. Можно сказать, что он оказал ей большую услугу…

Но опять же, Цзюнь Мосе, очевидно, связан с тем таинственным человеком, который украл священный небесный плод!

Этот священный плод, несомненно, мог повлиять на будущее всего леса Тянь Фа…

Таким образом, у Мэй Сюэ Янь возникло новое чувство: Разочарование!

Что мне следует сделать?

Просто забыть об этом? Но это не оставляет меня в покое, никак не оставляет!

Может, убить его?

Нет-нет!

Тогда – избить?

Тоже не вариант!

Именно такие противоречивые чувства заставили Мэй Сюэ Янь следовать за Цзюнь Мосе и вернуться в Тянсян; принимая во внимание их неоднократное сближение, Мэй Сюэ Янь решила отпустить всю эту ситуацию и на время пощадила Мосе; но он снова обидел её! И к тому же в такой враждебной форме обидел!

И, самое главное – в тот момент она уже была в человеческом обличии!

Этот негодяй, сначала он внезапно целует тебя, а затем бьет по заднице… ох уж этот потаскун! Все это заставило сердце Мэй еще больше встрепенуться. Те противоречия, что были у нее на душе, обострились. Груз на сердце становился все тяжелее и тяжелее.

Еще позже, в семье Цзюнь, наблюдая за Мосе из личного интереса, он несколько дней не старался как-либо проявить себя. Независимо от того, как, в конце концов, появилась эта божественная таблетка, одно можно сказать наверняка – если бы не Цзюнь Мосе, ее бы и вовсе не существовало!

Цзюнь Мосе – ключ ко всему!

Но что это за человек? В этот момент Мэй Сюэ Янь отчетливо поняла! Не только поняла, но и осознала!

Он определенно один из тех, кто добивается своего нехорошими методами, он определенно не является человеком высоких моральных качеств; его даже противно слушать, все, что его волнует – Битва за захват Небес, но он никогда об этом не врал! Он ведь никогда и не думал о мире и его всех его обитателях. Он ни в коем случае не является благородной личностью, но, тем не менее, он искренний и чистый человек!

Ничуть не лицемерен, следует велению собственного нрава; верит лишь в свои силы, а не в судьбу; никогда не пойдет против своего желания! Он может уничтожить шайку головорезов для девушки, с которой никогда раньше не встречался. А для близких ему людей он сделает все, что в его силах, даже если это будет идти в разрез со всем миром и людскими нормами! Более того, он использует самые кровавые и жестокие методы, чтобы расправиться с высокими авторитетами; и он не оставит без внимания их хорошие и плохие поступки, совершенные когда-то в прошлом.

В этом мире у Мосе, кроме его семьи, никого не может и быть! Он не герой. И не храбрец! И тем более не благородный человек! Потому что он злодей, он самый настоящий подлец, который руководствуется лишь своей собственной волей.

Цзюнь Мосе всегда делал все для своей репутации, то есть для репутации семьи Цзюнь; он внук Цзюнь Чжан Тиана, племянник Цзюнь Вуя, сын Цзюнь Ху, тот, кто нравится Дугу Сяо И, мужчина Гуань Квинхан, брат Танг Юаня; он – опора семьи Цзюнь; он – Цзюнь Мосе!

Это и есть его репутация.

И он никогда не признает себя гражданином империи Тянсян, ведь он даже не считает себя частью этого мира.

Я это лишь я, к черту этот бренный мир, я свободен и независим!

Я это лишь я, я никогда не изменюсь – ни для кого и ни для чего!

Хочу быть свободным – буду свободным, хочу быть непослушным – буду непослушным.

Захочу выпендриться – буду выпендриваться, захочу развлекаться с женщинами – буду развлекаться с женщинами,

Захочу убить кого-либо – тотчас обнажу меч, захочу выругаться – тотчас открою свой рот!

Все называют его мажором, а на самом же деле, он искренний человек, следующий лишь своим желаниям!

Мнения людей ему безразличны, ему плевать на осуждение или похвалу, и на то, как о нем будут говорить его потомки, ему тоже абсолютно плевать!

Все вы долбанные идиоты!

Идите вы все на хер!

Делать все, что соблаговолит душа и не считаться с мнением окружающих – это и есть Цзюнь Мосе!

Как такой человек, за исключением каких-либо особых причин, может быть таким щедрым?

Волшебные таблетки одна за другой... Не моргнув глазом, раздаривает волшебные мечи...

Если нельзя заставить его расчувствоваться, тогда каким образом можно вытащить из него хотя бы маленькую выгоду?

Поэтому, чем больше Цзюнь Мосе отдавал другим, тем больше смягчалось сердце Мэй Сюэ Янь. И это не из-за таблеток или мечей, что он раздавал, а из-за его уставшего вида, его красных глаз, которые нельзя скрыть!

Это все из-за него, из-за его присутствия!

Но Мосе никогда ни на что не жаловался. Каждый раз, когда он приходил, он всегда мог заставить меня смеяться или радоваться; даже если стыдил меня или ставил в затруднительное положение, все равно рядом с ним на душе всегда тепло…

И сейчас, Мэй Сюэ Янь своим маленьким сердцем отчетливо ощущала, что Цзюнь Мосе не хочет, чтобы она за него переживала, даже совсем чуть-чуть…

Все эти страдания – он хочет справиться с ними в одиночку! А после – вернуться обратно и со своим обычным наплевательским видом посмотреть на всех вокруг!

Несмотря на то, что сила Мэй Сюэ Янь в сто раз больше его силы, Мосе по-прежнему хочет один переждать всю непогоду, чтобы она увидела лишь чистое и светлое небо!

Пусть я и столкнулась с упадком леса Тянь Фа, а также с тем давлением Трех священных земель, что практически довело меня до отчаяния. Но сейчас внезапно все возродилось и наполнилось огромными надеждами!

Мэй Сюэ Янь, сама того не осознавая, привыкла к такой беззаботной жизни. Хотя Цзюнь Мосе намного слабее ее самой, но она испытывала чувство защищенности: до тех пор, пока он рядом, не нужно было ни о чем беспокоиться. Нужно просто сидеть и ждать, все готово, все в порядке!

В это время, бессознательно сосуществуя вместе, оказывая при этом друг на друга некое влияние, Мэй Сюэ Янь и подумать не могла, что этот юноша, Цзюнь Мосе, окажется ее единственной опорой в жизни!

С течением времени Мэй Сюэ Янь привыкла к существованию Цзюнь Мосе, привыкла следовать его решениям, привыкла рядом с ним чувствовать себя женщиной…Привыкла к его смеху, привыкла к его циничности, привыкла к его голосу и к его дыханию, она привыкла к нему…

В то время, когда Цзюнь Мосе был рядом, Мэй Сюэ Янь и подумать не могла, что все так может обернуться...

Мосе исчез…Совершенно бесследно… В этот момент сердце Мэй Сюэ Янь начало разрывать от боли. Так неожиданно и так больно…

В тот момент, когда Мэй Сюэ Янь услышала тот еле уловимый стон, ее сердце будто разбилось на части. А увидев, как внезапно взорвался Мосе, она будто начала гореть заживо!

Все из-за меня! Все из-за меня!

Впервые в жизни Мэй Сюэ Янь вдруг заплакала. Впервые в жизни она ясно ощутила соленый вкус слез, ее сердце было разбито…

Вина, самообвинение, помешательство, отчаяние – разум Мэй Сюэ Янь просто утонул в пучине этих чувств…

Если бы я не пришла в семью Цзюнь, если я бы я не заставила его сделать эти волшебные таблетки, если бы я только не выпендривалась перед аристократией и не раскрывала свою личность…Тогда зачем бы понадобилось Трем священным землям посылать такую огромную силу?

Тридцать высших сил и шестьдесят сильнейших мастеров!

В общей сложности это 90 сильных врагов, что это еще за армия?!

И после наступления стало ясно, что их целью было уничтожить группу из Тянь Фа!

Однако, как раз в тот момент, когда у меня почти не осталось сил, он появился и спас меня.

Если бы я не поклялась уничтожить оставшуюся половину, его бы вряд ли удалось даже заставить расправиться с такими сильными врагами!

Чтобы исполнить свою клятву, я буду рисковать. Оставшаяся часть этих отбросов уже не страшна, но и он исчез…

Цзюнь Мосе исчез, и Мэй Сюэ Янь наконец поняла свои чувства!

Но уже слишком поздно...

Уже поздно? Действительно поздно?

В этот вечер Мей Сюэ Янь долго обо всем сожалела, молча роняя слезы; она вдруг поняла, что рядом больше нет знакомого дыхания, нет больше чувства душевного спокойствия, нет тех глупых шуточек и циничного взгляда, а самое страшное… нет больше чувства безопасности, не осталось даже надежды… ничего не осталось!

Все в этом мире потеряло смысл!

Мей Сюэ Янь вдруг поняла, что никогда не увидит его снова.

Без него и целая вселенная не имеет никакого смысла…

По сравнению с ним, Три священные земли сущий пустяк! Какая еще Битва за небеса? Да что мне будущее всех этих людей, будущее земли? Какое отношение все это имеет ко мне?

Он нужен мне живой! Нужно, чтобы он вернулся ко мне!

Глава 570. Смешение чувств

Даже если я стану номером один в этом мире, он все равно умрет?

Даже если смогу одержать победу в этой Небесной Битве, и тогда тоже?

На земле столько других людей, которые должны умереть, но почему именно ему суждено умереть?

С какой стати?

Люди, которые должны умереть, остаются в живых, а те, кто должен жить, умирают...

Вы, живущие, вы вообще заслуживаете этого?

С какой стати я, Мэй Сюэ Янь, должна рисковать своей жизнью ради вас? Сражаться за вас? А потом терпеть, как вы за моей спиной строите мне козни и всячески пытаетесь навредить мне? Нет людей, которым есть дело до меня, тогда с какой стати мне должно быть дело до вас?

Кому еще не плевать на нас всех?

А вы, три чертовых мудреца, сами напросились, вы не оставляете мне выбора!

Я, Мэй Сюэ Янь, клянусь здесь и сейчас – я уничтожу вас!

Даже если всем обитателем волшебного леса Тянь Фа придётся погибнуть, это не остановит меня!

Я буду сражаться до последнего вздоха!

Уже прошло три дня, и Мэй Сюэ Янь совсем стала терять надежду!

По мере наблюдения за тремя мудрецами, стало известно, что к исчезновению Цзюнь Мосе они не имеют никакого отношения, и, более того – у них вообще не было никаких намерений на этот счет!

Это все объясняет… Значит тем, кто взорвался во дворе, был Цзюнь Мосе!

По своей мощности этот взрыв был весьма внушительным, Мэй Сюэ Янь даже в полном расцвете сил, даже в своей лучшей форме было бы не под силу справиться с таким! Даже и представить страшно, каково было в этот момент Цзюнь Мосе!

Мэй Сюэ Янь, под вечер возвращаясь в прекрасный дом, пребывала в весьма подавленном состоянии. На ней не было лица, взгляд ее был равнодушным и притупленным. Издалека к ней приближался какой-то демон... Это оказалась Королева змей, она вытянула свою голову как будто в броске, а потом испуганно отступила назад.

В это время Мэй Сюэ Янь уже приняла решение!

Если до вечера также не будет никаких новостей, то тогда завтра утром Мэй Сюэ Янь и Королева змей начнут готовить лес Тянь Фа к Битве! Нужно постараться в короткий срок собрать всех зверей с севера и юга вместе, а потом нанести сокрушительный удар по трём мудрецам! Разбить их в пух и прах!

Конечно, нельзя недооценивать способности трех мудрецов, они обладают довольно внушительной силой, но и количество играет не последнюю роль. Их там вместе взятых не меньше тысячи голов, а численность зверей в разы превышает их! Так что, если даже Мэй Сюэ Янь не будет использовать своих первоклассных бойцов, ей не составит особого труда стереть их в порошок!

Просто для ясности, сравним: пчелиный рой, змеиное войско, муравьиный отряд, волчья стая... численность каждого подразделения составляет ни много ни мало сотню миллионов голов. Это серьезная цифра, не правда ли? Даже используя эти силы, вполне можно разобраться с этими никчемными мудрецами!

Стоит ли вообще говорить об отрядах таких крупных животных, как обезьяны, тигры, медведи, гиббоны, львы, а ведь еще есть и воздушные войска с журавлями, орлами и ястребами?!

Рассматривая сложившуюся на данный момент ситуацию, сила каждого из трех мудрецов на порядок выше силы леса Тянь Фа, но если говорить о количестве и о силе в общем, то это уже совсем другой разговор!

Мэй Сюэ Янь не была уверена, что сможет победить трех мудрецов, основываясь только своих собственных силах, но она точно знала, что найдет любые способы и возможности достижения этой цели! И по-другому никак!

Избавить лес Тянь Фа от трех мудрецов тоже является одним из главных оснований для этой борьбы!

Не спеша подойдя к воротам прекрасного дома, Мэй Сюэ Янь медленно вошла внутрь. Странное и в то же время знакомое место, здесь даже еще остался знакомый приятный запах... Мэй Сюэ Янь в растерянности остановилась посреди двора...

Вот почему она так боялась вернуться в это место! Здесь до сих пор повсюду его запах, и это разрывает ей сердце... эти воспоминания....

Она боялась вернуться сюда, потому что его запах снова заставит ее невыносимо тосковать и страдать по нему...

Застыв на месте посреди двора, она почувствовала себя слабой и беспомощной. Она никогда еще в своей жизни не чувствовала себя так плохо до этого: сердце разрывалось от боли, слезы градом катились из глаз...

- Пройдет сегодня, и завтра я уйду... обещаю, я правда уйду... Если я не смогу расправиться с тремя мудрецами, я уже больше никогда не вернусь... ты не останешься один... подожди немного меня, я отомщу за тебя... и вернусь к тебе... Мосе...

Мосе... она в первый раз назвала его так. Словами не выразить, как тяжело было Мэй Сюэ Янь на душе, и она горько заплакала... он же уже не слышит её?

Это любовь должна стать воспоминанием, а не разочарованием!

Почему? Почему, чтобы понять, что я не могу жить без него, мне надо было его потерять?!

Если бы...

- Ха-ха! Девушка... так ласково звать по имени молодого господина, это ещё зачем? Я очень чувствителен к такому – один раз так назовёшь и всё... Ну серьезно, я не в силах противостоять женскому очарованию... после такого, молодому господину ничего не остаётся, кроме как жениться на тебе.

Вдруг она услышала чей-то голос, циничный и грубый, и очень похожий на голос одного знакомого засранца...

Мэй Сюэ Янь всю затрясло, в глазах потемнело, она боялась пошевелиться. Ей казалось, если она сделает хотя бы шаг и повернётся, то этот звук исчезнет также стремительно, как и появился...

Если даже это просто сон, то пусть она подольше не просыпается... а лучше и вовсе не просыпается...

Как десять тысяч деревьев в период засухи ждут долгожданного дождя!

Как бы Мэй Сюэ Янь не хотелось оттянуть этот момент, она всё равно должна была набраться смелости и повернуться. Обернувшись, перед её глазами, полными слёз, предстал не кто иной, как Цзюнь Мосе собственной персоной с невозмутимой улыбкой на лице...

Мэй Сюэ Янь просто застыла на месте. Потом, немного погодя, стала тереть руками свои глаза, и снова и снова вглядываться перед собой... ей было очень трудно поверить своим глазам. Видимо, это событие… то, что случилось с Цзюнь Мосе, и вправду оставило неизгладимый отпечаток на её душевном состоянии...

- Эй, эй… аллё... – Цзюнь Мосе, расплываясь в улыбке, вытянул руку и помахал перед лицом Мэй Сюэ Янь, а потом радостно сказал: - Кто эта тут такая заплаканная, подобная величественной кошке, умопомрачительной красоты особа? Я знаю её, а? Неужто, сама королева волшебного леса Тянь Фа, Мэй Сюэ Янь? Это что, сон? Никогда бы не подумал, что смогу вот так встретиться с Высокопочтенной правительницей Мэй! Если это всё-таки сон, то, пожалуйста, пусть он не заканчивается! Пусть этот прекрасный и печальный сон длится вечно!

Мэй Сюэ Янь была в растерянности, она, как заколдованная, смотрела на Цзюнь Мосе, затем не выдержала и рассмеялась. Улыбка мгновенно озарила её лицо, и так же мгновенно исчезла, а потом она горько, навзрыд, заплакала и кинулась в объятия Цзюнь Мосе и крепко-крепко обняла его, словно пытаясь раствориться в нём...

Простояв так довольно долго, она освободилась из его объятий и внимательно посмотрела на него, стараясь убедиться, что это действительно он... что он действительно живой... Внезапно все эмоции, накопившие за эти несколько дней, разом вырвались наружу, и она набросилась на него с кулаками, при этом крича и плача:

- Ты, болван, негодяй, сволочь! Я прибью тебя, я ненавижу тебя! Ты напугал меня до смерти... как ты посмел!

Немного поколотив его, она снова изо всех сил обняла Мосе... как будто он – самое дорогое, что есть в её жизни... она думала, что потеряла его навсегда... теперь она больше никогда не отпустит его...

А?

Цзюнь Мосе был в недоумении – что он уже успел натворить?

Что с Мэй Сюэ Янь? Почему она так взволнована? Это вообще нормально, что она ведет себя так? Что, в конце концов, тут происходит? Неужто, все дело во мне? Я так похорошел, что женщины сами кидаются ко мне в объятья? Да еще и с такой силой?! Ничего себе!

Но даже если красотки сами будут идти в мои объятия, не воспользоваться этим будет очень глупо… Но если воспользоваться, будет ли продолжение… кто знает... Это очень удобно и доступно, каждый день где-то восемь-десять вариантов, о чём ещё можно мечтать?..

Цзюнь Мосе пришлось прекратить свои увлекательные раздумья, так как...

Мэй Сюэ Янь до сих пор находилась в его объятьях и ещё не успокоилась... Что же такое, в конце концов, случилось? Что заставило хозяйку волшебного леса Тянь Фа так испугаться? Испытать такой стресс? Мозг Цзюнь Мосе начал соображать...

С какой стороны ни посмотреть, ничего не должно было вызвать такой реакции...

За эти несколько дней Гуан Квинхан и Королеве змей тоже пришлось нелегко. Конечно, не так, как Мэй Сюэ Янь, но тоже сильно. Узнав, что Цзюнь Мосе вернулся, они обе, следуя зову своего сердца, побежали, желая крепко обнять его…

Но когда они вошли во двор и увидели, как Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь стоят, обнявшись, в глазах у обеих мелькнуло удивление, и они остановились на безопасном расстоянии от них. Трудно описать, что почувствовали в тот момент Гуан Квинхан и Королева змей... печаль, удовлетворение, радость, разочарование...

Гуан Квинхан бесшумно вздохнула, и тихонько отошла на два шага назад...

Какое-то время спустя Мэй Сюэ Янь наконец-то пришла в себя и немедленно высвободилась из объятий Цзюнь Мосе. Вся нежность Мэй Сюэ Янь мгновенно куда-то улетучилась, и на смену им вернулись прежние хладнокровие и сдержанность, только следы от слёз и красные глаза не соответствовали этой стремительной перемене.

Мэй Сюэ Янь была крайне смущена данной ситуацией, но она изо всех сил старалась взять себя в руки. Она нахмурила брови, и как ни в чём не бывало спросила Цзюнь Мосе:

- Где ты был все эти дни? Никому не сказал и исчез, как будто ты не знал, что я… мы все будем волноваться о тебе? Ты... почему ты такой безответственный? Никогда не думаешь о других людях, а только о себе... Почему ты такой эгоист? А?

Последнее «А?» было сказано особенно сурово.

Цзюнь Мосе так ничего и не понял. Он почесал затылок, а потом протянул свою руку ко лбу Мэй Сюэ Янь и с озадаченным видом спросил:

- Мэй... ты... ты заболела? У тебя всё в порядке?

Мэй Сюэ Янь со злостью откинула его руку и закричала:

- Говори! Где ты был?!

Цзюнь Мосе сморщил лицо, ведь его только недавно допрашивали дедушка и третий дядя. Целых два раза, но он и не думал, что здесь его ждёт то же самое...

Неужели, я правда преступник какой-то?

Вот не везёт, так не везёт.

Цзюнь Мосе именно поэтому и сбежал от дедушки и дяди, что пришлось всё это вспоминать и рассказывать аж целых два раза; мало кто знает, что, чтобы понять, где он был, надо побывать там, где он был, и увидеть это собственными глазами...

Мэй Сюэ Янь, правда, не подозревала, где был Мосе все эти дни…

Правда не знала? Конечно, залечивал раны, где ещё? Причина, по которой Мэй Сюэ Янь задавала этот вопрос в том, что она чувствовала себя виноватой и всё, что ответит Мосе, совсем не важно!

Главное, что он вернулся живой!

Этого вполне достаточно!

Если бы он погиб, я бы похоронила весь мир за него! Слава небесам, он жив, а значит, я спокойна...

Глава 571. Сомнения Цзюнь Мосе

Это объятие. Она ясно почувствовала его хаотичное дыхание и услышала его голос. Мэй Сюэ Янь, наконец, была уверена на 100%: этот парень и есть тот таинственный незнакомец в чёрном одеянии!

Однако Мэй Сюэ Янь не собиралась разоблачать его. Теперь это стало их общей тайной. Кроме того, Мэй Сюэ Янь теперь каждый день может наслаждаться его присутствием… А это уже неплохо…

Всё это неважно... Абсолютно всё!

Он в порядке, и это самое главное!

Цзюнь Мосе, увидев чувства Мэй, наконец, пришёл в себя и успокоился. Он повернулся и направился в сторону Гуан Квинхан. Девушка же, увидев, что Мосе приближается к ней, засмущалась, но была чрезвычайно рада. Однако вскоре в ней поднялась скрытая обида, и она медленно опустила голову.

«Тоже беспокоилась за меня?»

Гуан Квинхан была девушкой довольно высокого роста. Среди всех знакомых Мосе женщин, только Мэй Сюэ Янь была немного выше её. Что касается остальных, например, Лин Мэн, Дугу Сяо И, Хан Ян Мэн, Сун Сяо Мэй, Королева змей – то они все сравнительно невысоки. Но, стоя напротив Квинхан, Мосе был выше всего лишь на полголовы.

Гуан Квинхан неохотно улыбнулась, подняла голову и внезапно почувствовала, как пара больших рук уже держит её в объятиях; до её ушей донесся голос Мосе:

- Расслабься. Твой мужчина просто везунчик. Если у кошки есть 9 жизней, то у меня таких жизней 81!

Квинхан почувствовала мягкое тело, его теплоту и необычайно сильный запах Мосе. Услышав то, как он назвал себя «её мужчиной», сердце девушки начало отбивать чечётку, и она не смогла не покраснеть от смущения.

Но в этот раз она даже не сопротивлялась, лишь молча упала в его объятия. Гуан Квинхан действительно не хотела снова притворяться и сопротивляться ему. В последние несколько дней Мэй Сюэ Янь была просто на пределе, а что касается Гуан Квинхан – когда это бывало, чтобы она не находилась на грани срыва? Но сейчас просто огромное счастье – слышать его сердцебиение, все её обиды развеялись как дым, ведь всё это того стоило…

Тем временем молодой мастер Цзюнь по очереди флиртовал с обеими девушками. Возможно, привычка – вторая натура, да и эти две девушки, похоже, что смирились с существованием друг друга…

Хотя в душе по-прежнему было небольшое чувство ревности, но обе хорошо понимали чувства Мосе. Кроме того, в эпоху мужского превосходства, нет ничего такого, если у мужчины есть множество жен и любовниц. Наоборот, одна жена – это большая редкость, даже самый благородный педант с этим согласится.

Удивительно, как у Мосе, практически 18-летнего наследника, до сих пор нет ни одной наложницы! По крайней мере, среди всех аристократических наследников Тяньсян, это большая редкость!

Некоторые, будучи младше Мосе на пару лет, уже обзавелись и женой, и наложницей…

Когда они обнимались, то между двумя людьми возникла теплота и спокойствие, можно сказать, что это было счастье… Наконец, Гуан Квинхан подняла голову, цвет её лица можно было сравнить с утренней зарёй; глаза смотрели из стороны в сторону. Безжизненное состояние духа, что преследовало её, исчезло. В этот момент она была похожа на очень смущённую молодую девушку…

Последние несколько дней Мэй Сюэ Янь много нервничала, и Гуан Квинхан понимала, что причина её беспокойства заключалась в исчезновении Цзюнь Мосе. Хотя Квинхан точно не знала, что произошло, но наблюдая за поведением Сюэ Янь, можно было догадаться, что дело носит исключительную важность. Неужели Цзюнь Мосе в опасности? Иначе, зачем бы Мэй Сюэ Янь, человеку такого высоко уровня, так сильно переживать?..

Поэтому в последние несколько дней Гуан Квинхан сама была охвачена сильным беспокойством. Видя, как Мэй Сюэ Янь с каждым днем все сильнее погружается в отчаяние, Гуан Квинхан осознала, что это дело и вправду крайне серьёзное...

Увидев, что Мосе жив и здоров, Гуан Квинхан испытала необъяснимую радость! Поэтому, пусть даже она всегда держалась строго, ей не нужно было скрывать свои чувства. Потому что на самом деле эта радость уничтожила все существующие фальшивые маски; но, естественно, как только она пришла в себя, вернулась и вся её холодность.

Молодой мастер сначала посмотрел на одну, затем на другую, но всё равно ничего не мог понять.

Что случилось с этими двумя женщинами, отчего они рассержены, да ещё и так сильно?

Только что они были такими любезными, он даже обрадовался, что такому холостяку, наконец, улыбнулась удача в любовных делах, но именно в момент его возбужденных фантазий они снова стали такими как раньше!!

Боже, радость и горе – они так быстро сменяют друг друга! Но ведь я чуть не умер!

Неужели это всё – сон??

Потерев лицо руками, Мосе понял, что всё это действительно правда и невольно прошептал:

- Эх, женщина – такое странное создание… То ей весело, то ей грустно; только что она была такой искренней… Какое, однако, это мастерство – тотчас рассердиться и сделать вид, что не знаешь человека. Вы ведь и правда, испытываете мужские сердца…

Тяжело быть человеком, но мужчиной быть еще тяжелее. А если ты ещё и популярный мужчина… Цзюнь Мосе вздохнул. Казалось, что он был огорчён.

- Привет, Тянь Сюнь (Королева змей), иди, обними брата, утешь это маленькое хрупкое сердце, над которым так издеваются! – раз уж с теми двумя женщинами всё совсем безнадежно, Мосе просто сменил объект своего заигрывания, в надежде, что, может быть, ему ещё повезёт.

- Ха! – Королева змей устремила на Мосе свой злобный взгляд. Она уже давно спрятала свои мысли и чувства и, сделав свирепый вид, сказала:

– И зачем это тебе? Я тебя слишком хорошо знаю, извращенец!

Цзюнь Мосе улыбнулся и с самодовольным видом приблизился к ней. Тянь Сюнь не стала долго цацкаться, а швырнула в него парочку змей и скрылась из виду.

Мосе торопливо, но всё же с лёгкостью увернулся и с весёлым выражением лица прокричал:

- Сучка! Ты чего это такая дерзкая? В такой собачий холод, ты где вообще умудрилась достать эти игрушки? Кстати, это же хороший подарок! А ещё будет? Давай ещё парочку, вечером будет хороший суп! Да ладно тебе, братик понимает твои чувства…

Тянь Сюнь закатила глаза и ушла к себе: Мэй Сюэ Янь и Гуан Квинхан также презрительно посмотрели в его сторону и вошли в дом; Цзюнь Мосе, как изгой, остался стоять снаружи в одиночестве…

Потерев нос, он тоже спокойно зашёл в дом. Хотя силы у этого болвана прибавилось, но он по-прежнему был далёк от идеала. Тем не менее на самом деле нет никого недосягаемого, даже супер-идеала…

......

- Есть один вопрос, что мне совершенно не понятен, – Цзюнь Мосе с серьёзным видом посмотрел на Мэй Сюэ Янь. – Согласно боевому расположению войск трёх священных земель, сила любой из них превышает силу леса Тянь Фа! Даже можно сказать, что при боевом наступлении, любая семья из трёх священных земель способна справиться со всей имеющейся силой в Тянь Фа; но, кроме тебя, ведь есть ещё другие, Королева змей, например. Ещё до того, как совершенствовать свои навыки, она была точно не хуже любой из трёх священных земель! – он сделал паузу и продолжил: - Даже чуть-чуть не уступала. Насколько я знаю, десяти Королям зверей стоит лишь сменить свой облик на человеческий, и их сила возрастёт. У остальных же, к примеру, у 9-ти таинственных зверей, силы так себе… Что ты об этом думаешь? С точки зрения ранжирования, кажется, будто всё-таки Тянь Фа намного сильнее, но мне действительно трудно это понять!

Мэй Сюэ Янь помолчала некоторое время, а затем холодно ответила:

- Ты всё верно сказал. Но, к сожалению, упустил одну очень важную деталь. Даже если эти люди из трёх священных земель считают себя небожителями, то сколько их всего? А что касается таинственных зверей Тянь Фа – их бесчисленное количество! Твои слова неприятны мне. Слюны одного зверя достаточно, чтобы утопить три священные земли, и ты всё равно считаешь, что силу Тянь Фа можно с ними сравнивать?

- Я не пренебрегал этим. Когда количество достигает предела, уже не имеет значения, насколько силён враг. Возможно, изначально это и послужило отправной точкой для битвы с Тянь Фа. Но я всё ещё удивлён, насколько одарены эти звери. Они действительно уникальны. И всё же как такое возможно, что они настолько сильнее трёх священных земель? – Цзюнь Мосе действительно не мог никак этого понять.

- Эй, имя Тянь Фа появилось раньше, чем три священные земли. Как тогда сила Тянь Фа может уступать им, даже в прошлой Битве за захват небес? Число зверей, что сражались тогда, было приблизительно одинаковым с людьми из трёх священных земель, но в последние годы… произошло немало несчастий.

Мэй Сюэ Янь, похоже, не очень хотела поднимать эту тему. Прикусив губу, она сказала:

- На самом деле сейчас перед всеми нами, должно быть не десять зверюшек, а высший совет почитаемых Владык Зверей, но... После некоторых обстоятельств, все предшественники коллективно ушли в отставку, а без Владыки Зверей нельзя командовать Тянь Фа, поэтому мы только и можем, что соблюдать внешний блеск Тянь Фа.

Слова Мэй Сюэ Янь были очень расплывчаты, она практически ничего толком и не сказала, но Цзюнь Мосе всё понял.

Оказывается, вот оно как! Разделённые поколениями, неудивительно, что они кажутся такими странными.

Что же могло такого произойти в Тянь Фа, что привело к нынешней ситуации? Раз Мэй Сюэ Янь не хотела об этом говорить, Цзюнь Мосе не стал и спрашивать. Теперь его внимание привлекло кое-что другое.

- Что с твоим лицом, ты поранилась? – Цзюнь Мосе, естественно, не мог сказать, что он на самом деле видит это своими глазами, но, что касается битвы того дня, Мэй Сюэ Янь не должна была серьезно пораниться.

- Это старые раны, только и всего. Ничего страшного, – сухо ответила Мэй Сюэ Янь.

- О, вот оно как, – Мосе даже и не заметил, что Мэй Сюэ Янь просто прямо сказала истинную причину ран, чтобы сэкономить время его допроса.

- Раз поранилась, почему не обратилась ко мне? Твой братик ведь чудесный исцелитель как-никак! – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Это совсем крохотная ранка, я с ней быстро разберусь! Братик приложит руку, и боли как не бывало!

Мосе схватил руку Мэй Сюэ Янь и использовал свои природные умения, чтобы отыскать раны...

И внезапно…

Когда сила Мосе начала просачиваться по всем телесным каналам Мэй Сюэ Янь, она вдруг отбросила его руку и поднялась. Её прекрасный взгляд был обращён на него в полном недоумении, и она тут же воскликнула:

- Это что – уровень мастера? Да как ты… Как это возможно?!

Глава 572. Если ты посмеешь что-нибудь сделать, то ты – полная скотина!

Мэй Сюэ Янь была в замешательстве, в голове у нее был полный беспорядок. Она смотрела на Цзюнь Мосе с чувством сильного потрясения.

Неудивительно, что с первого взгляда она сразу поняла, что здесь что-то не так, конечно, тогда она была очень взволнована появлением Цзюнь Мосе и особо не присматривалась, но сейчас все стало более чем очевидно. Она это почувствовала, она почувствовала его силу. Два дня назад он был только на первом этапе открытия нового уровня, прошло несколько дней, и он уже может поравняться силами с богами или даже превзойти их, разве это не странно?

Действительно, теперь Цзюнь Мосе обладал силой совершенно другого масштаба, для Мэй Сюэ Янь это стало очевидно: этот пройдоха пропадает куда-то на несколько дней и возвращается, как ни в чем не бывало, только уже с другой силой... Стремительный скачок со второго уровня до шестого... это сила, по меньшей мере превосходит силу Одинокого Сокола!

Сколько же прошло времени с того момента, как я впервые встретила Цзюнь Мосе в лесу Тянь Фа? Тогда его сила была такой крошечной… Не больше, чем у ребенка; а когда встретила его в следующий раз, прогресс был потрясающим, особенно это открытие уровней! Изменения, правда, были впечатляющими!

И сейчас, вернувшись, он снова открыл новый уровень; это удивительно, и одновременно страшно! А что дальше? Чудеса на этом не заканчиваются? Пройдет еще несколько дней, и он вдруг, как по волшебству, одним шагом взойдет на небеса? И станет обладателем высшей силы?

Это что за еще шутки такие?!

Дуракам везет?! Или это просто удачное стечение обстоятельств?!

А потом наш «скромняшка», Цзюнь Мосе, скажет:

- А я еще волшебные таблетки делать умею... получше ваших будут... ага...

Мэй Сюэ Янь, представив все это, невольно содрогнулась от страха и медленно села, в ее сердце закрались сомнения:

«Это правда, просто везение?

А если нет?... Здесь что-то нечисто… Такая возможность не каждый день представляется... Какую он плату заплатил за все это? Чем пожертвовал ради этого?

Похоже, что у него такая судьба, сначала попасть в какую-нибудь передягу, а потом с легкостью выпутаться из нее... но нет такого коня, на котором от самого себя ускакать можно б было...»

Поразмыслив об этом, Мэй Сюэ Янь еще раз посмотрела в глаза Цзюнь Мосе, и, кажется, ее сердце смягчилось, в не свойственной ей манере, очень смиренно и податливо, она взяла его за руки и попыталась открыть все свои прежние раны перед ним. В этот момент она почувствовала, как теплый согревающий воздушный поток медленно проникает в ее тело, все напряжение неспешно исчезает, облако спокойствия лениво обволакивает каждый участок ее тела, и глубокая дремота затягивает ее всю целиком и полностью...

Цзюнь Мосе был опечален, он серьезно волновался за Мэй Сюэ Янь... И дело было даже не в ее ранениях, самой большой трудностью было удалить холодный сумрачный газ, засевший в ее сердце. Это, действительно, было нелегкой задачей.

- Это кто так постарался? Что за отморозок оставил это штуковину в твоей груди? – рассерженно спросил Мосе.

- Это отпечаток ладони Сюэ Иншеня! Это был внезапный удар, он напал на меня неожиданно и оставил эту отметину. Я была не готова к этому, мои силы были на исходе, и мне пришлось спасаться бегством; я заметила это не сразу, уже после того как вернулась домой. Я не могла предположить, что последствия будут такими серьезными. Тогда я думала только о том, как мне спастись, и все. Только когда я начала процесс заживления, я поняла, что мне будет не так легко восстановиться после этого. На протяжении многих лет я пробовала разные способы, но полностью исцелиться так и не получилось. Я решила, что найду в себе силы жить с этим, и поэтому я просто закрыла глаза на это и смирилась...

- Вот сукин же сын... Если бы я знал об этом раньше, я бы не стал его так скучно убивать! Ууу... Как я зол... Я бы поиздевался над этим засранцем! Он бы не один раз умер там у меня... Я бы убивал его медленно и мучительно... Вот же... – Цзюнь Мосе и правда был очень рассержен.

Мэй Сюэ Янь невольно рассмеялась.

- Здесь неудобно. Пойдем в твою комнату – Цзюнь Мосе со строгим видом поднялся. – Тянь Сюнь, ты будешь стоять снаружи и контролировать, чтобы никто не входил. Без исключений, никто, слышишь?! Ну, кроме тебя, это твое особое право, как старшей сестры! А теперь всё, погнали! Давайте поторопимся! И ничего не перепутай!

Королева змей растерянно кивнула.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вошли в комнату. Мосе с несчастным видом начал:

- На самом деле этот процесс исцеления довольно прост: чистая Ци вытолкнет этот ядовитый газ из твоего сердца, затем он пройдет через три главных кистевых сосуда, и в итоге выйдет через средний палец правой руки; но нельзя забывать, что во время этого процесса по всему твоему телу будет двигаться яд. В этом мало приятного. Конечно, не обойдётся без болевых ощущений, а ещё вдобавок к этому у тебя будет дикий зуд и при этом тебе нельзя двигаться. Совсем. Даже чуть-чуть – и то нельзя! Но есть и хорошие новости: как только яд покинет твое тело, и ты вздремнёшь – после этого будешь чувствовать себя, будто заново родилась! Все прошлые недомогания исчезнут, а может, даже и появятся новые способности!

Мэй Сюэ Янь покорно согласилась.

- Эм... Ну, если всё... Ну, ты готова… То можешь начинать снимать одежду, – Цзюнь Мосе с серьёзным видом продолжил: - Понимаешь, когда вредоносная Ци будет выходить… Особенно, если она выходит прямиком из сердечных сосудов, она может быть очень непредсказуема. Одежда может оказаться очень серьёзным препятствием на её пути, а это может навредить тебе… Последствия и правда могут быть очень плачевными, – договаривая эту фразу, молодой господин Цзюнь не смог удержаться, и в его глазах пробежал лукавый огонёк.

- А? Ещё и одежду надо снимать? – Мэй Сюэ Янь, выпучив глаза, спросила и тут же покраснела.

- Конечно, надо! А как ты хотела? – Цзюнь Мосе с ангельским видом ответил. – Ну, ты же сама большой профессионал в этом, как ты не понимаешь?! Это обязательные условия! В этом деле нельзя халтурить! Сейчас я просто твой доктор, и ты должна слушаться меня, понятно?

Мэй Сюэ Янь, казалось, понадобилась целая вечность, чтобы собрать волю в кулак и решиться на это:

- Ладно, хорошо. Будь по-твоему, но если ты посмеешь хотя бы что-то сделать... Ты... Ты будешь просто последней скотиной, ясно тебе?

Услышав это, Цзюнь Мосе захотелось поднять голову и завыть по-волчьи, но он с мужеством прошёл эту проверку на прочность:

- Сюэ Янь, прошу тебя, успокойся! Разве я такой человек? За кого ты меня принимаешь?! Я человек высоких принципов! – а потом добавил про себя: «Если уж и сравнивать меня с животным, то я, явно, похуже буду...»

Мэй Сюэ Янь фыркнула и задумалась:

«Так или иначе, уже нечего терять. Что будет, то будет; несколько дней назад я чуть Богу душеньку не отдала из-за этого маленького засранца... Наверное, это что-то, да должно значить... Я и так, по-моему, поздновато поняла, что чувствую к нему... И вообще это просто процесс исцеления, я пациентка, он врач, и ничего больше...»

Наконец-то Мэй Сюэ Янь удалось уговорить себя, хотя это получилось и не без труда.

Она дрожащей рукой начала медленно развязывать пояс, как вдруг опомнилась, резко подняла голову и закричала:

- Эй ты, быстро отвернись!

Цзюнь Мосе послушно повернулся, но, понятное дело, не очень был рад этому:

«Сейчас нельзя смотреть, потом тоже что ли? Просто смотреть тоже считается чем-то аморальным, что ли?»

Но навострить уши ему никто не запрещал, так что Цзюнь Мосе не пропустил ни один звук, который раздавался за его спиной... Даже учащенное дыхание Сюэ Янь и то, как её тело пробирала дрожь... Вдруг это неловкое молчание прервал вопрос:

- Эм... А нижнее бельё... Тоже нужно снимать?

- Конечно! Это вообще в первую очередь надо снимать! Ты же не хочешь всё испортить? Не забывай – ничтожное упущение приводит к ошибке в тысячу ли! Обязательно нужно снять всю-превсю одежду! Ничего оставлять нельзя! – едва не завопил Цзюнь Мосе.

У Мэй Сюэ Янь тут же закрались сомнения: как сказал Мосе, она сама большой профессионал в таких делах, и знает подобные ситуации не понаслышке. Соответственно, она обладала достаточными знаниями в этой области и понимала, что действительно при исцелении некоторых ран была необходимость удаления одежды с тела пострадавшего, но ещё она также знала, что не одна отравленная рана не может задействовать все тело целиком, с головы до ног, выделению яда!

К тому же, если рана находится в верхней части тела, достаточно снять одежду только в этом месте, и совсем не обязательно раздеваться полностью догола; Цзюнь Мосе вообще вначале говорил о трёх главных кистевых сосудах и правой руке. Как так получилось, что Сюэ Янь понадобилось снять полностью всю одежду? Поэтому Мэй Сюэ Янь специально спросила его про нижнее бельё. Она раскусила этого мелкого гадёныша.

У этого кобелины все мысли только об одном!.. Ему лишь бы с кем-нибудь переспать! Он и думать о чём-то другом, кроме этого, просто не умеет!..

Потаскун эдакий! Он и правда ничем не отличается от животного!

Мэй Сюэ Янь была просто вне себя от злости, она схватила Цзюнь Мосе за ухо:

- И ты ещё говоришь, ты человек высоких принципов, а?! Паршивец мелкий! Да ты просто скотина! Как я могла поверить тебе вообще?

Осознав сполна, что чуть было не разделась догола по указке этого подлеца, она ещё больше рассвирепела и покраснела. Ухо Цзюнь Мосе и вправду было в опасности, она уже перекрутила его на девяносто градусов и, кажется, не собиралась на этом останавливаться.

Мосе заорал как резаный, такого поворота событий он явно не ожидал:

«Всё же было нормально, где я мог проколоться? Как она вообще смогла до этого додуматься?! Я вообще думал, что она недалёкая... Блин, всё пропало...»

Цзюнь Мосе, поняв, что его полностью раскусили, тут же начал просить прощения. На уговоры и извинения ушло довольно много времени, но Сюэ Янь была неприступна...

- Давай, говори, есть способ излечить раны, при этом, не раздеваясь догола? Да побыстрее, ну!

- Ааа, да! Я вдруг вспомнил! Есть, оказывается, один способ, где совсем не надо раздеваться и можно излечиться, даа... очень действенный способ... вообще! – не прошло и года, как Цзюнь Мосе заговорил совершенно по-иному.

- Что-то мне подсказывает, что не один способ, верно?! И даже раздеваться, оказывается, и не надо?! Или результат всё-таки не такой, а? – Мэй Сюэ Янь язвительно спросила, переминая кулаки.

- Эээ... – молодой мастер Цзюнь попал в весьма затруднительное положение.

Не совсем скоро, но всё же, процесс исцеления состоялся, и всё прошло вполне успешно: яд был нейтрализован, а Мэй Сюэ Янь заснула крепким сном...

Сюэ Янь так сладко спала, что Мосе подумал, что она похожа на прекрасную яблоню весной, ещё не пробудившуюся ото сна, а потом он изменился в лице... Он нечаянно дотронулся до своего уха...

Правда, до сих пор больно...

Даже если и есть какие-то помыслы, то всё равно нет храбрости осуществить их! Хуже животного, но уже не животное!

Цзюнь Мосе так размышлял, а в руках у него была маленькая нефритовая бутылочка с ядом, который как раз удалось вытащить из тела Мэй Сюэ Янь. Вдруг тело Цзюнь Мосе сверкнуло, вспыхнуло... И внезапно растворилось в воздухе...

Побег Инь-Ян сработал, как всегда.

Глава 573.1. Групповая тренировка

Ладонь Сюэ Иншеня и в самом деле была пропитана ядом. Нет никаких сомнений в том, что когда этот яд лишь слегка соприкасается с кожей обычного человека – это могло привести к гниению всего тела, а затем и к смерти. Другие бы в этой ситуации и сделать ничего не смогли, но неудивительно, что благодаря той необыкновенной силе, которой обладала Мэй Сюэ Янь, лишь ноги её слегка подкосились… И, если б её сила была хоть немного меньше, боюсь, она уже давно была бы мертва…

Молодой мастер Цзюнь вздохнул и украдкой вышел из комнаты. Другие, становясь врачами, всегда придают слишком большое значение системе, разница только в том, насколько большое значение они ей придают. Есть огромная польза в том, чтобы приходить на дом самому, и лечить людей от чистого сердца, вместо того, чтоб жестоко избивать их. Хотя и предположим, что он сам далеко не чист душой…

Человек человеку рознь.

В последующие несколько дней, Цзюнь Мосе собирал вокруг себя много людей для особенных тренировок.

Первая тренировка. К участию в тренировках присоединились Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй. Одинокий Сокол (Ин Бокун) и Фэн Хуан Юнь первыми рвались в бой. Цзюнь Мосе вернул даже Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня. В Аристократическом зале все полномочия перешли к Толстяку.

Сегодняшний Аристократический Зал совершенно точно оправдывал своё звание первого аукционного дома столицы. Да это даже первый аукционный дом на континенте, ведь ещё не было людей, осмелившихся на такое… Охранник спал целыми днями, но всё равно никто не осмеливался устраивать беспорядок в Аристократическом Зале.

Байли Лу Юн и Цаньтянь Шихунь также присоединились к тренировкам.

Цель Цзюнь Мосе была проста: сила! Каждый член команды должен был повышать уровень своей силы! А также боевой опыт!

Хоть мы и проиграли в прошлый раз, когда сражались с бойцами из трёх священных земель, но проявили себя достойно. Так или иначе, очевидно, что боеспособность семьи Цзюнь на недостаточно высоком уровне. Несмотря на то, что в настоящий момент сила их семьи превышает силы всех крупных семей в мире, но этого, всё же, было недостаточно.

Необходимо отметить, что семья Цзюнь достигла такого высокого уровня благодаря таблеткам Небесной жизненной силы и другим таблеткам. Их скорость очень сильно возросла, но опыта от этого не прибавилось. Всё же одна проблема была ясна, поэтому период становления был необходим!

Цзюнь Мосе с помощью таблетки Небесной жизненной силы повысил мощь Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня, затем снова дал каждому из них по таблетке Связи жизненных сил и таблетке для закалки костей. И дал им время для того, чтоб их силы повысились.

К Байли Лу Юну у Цзюнь Мосе было только одно требование: во что бы то ни стало, в течение десяти дней прорвать границу Небесного Суань! Ему он также выделил несколько таблеток, чтобы и его силы возросли.

Лишь достигнув Небесного уровня, они приняли ещё одну таблетку! И лишь успешно прорвав границы Небесного Суань и, достигнув Суань Духа, они употребили остальные таблетки.

Отношение к команде Небесных Разрушителей было таким же. Из-за того, что их основные навыки были очень слабы, команды, которые давал им Цзюнь Мосе, были беспощадны:

- Мне всё равно как вы будете увеличивать свою силу, да пусть даже вы умрёте от усталости или от переедания, главное – сделайте то, что я от вас требую! Мне не нужно тут всякое отребье!

Если сейчас вы достигли Золотого уровня, то, когда я вернусь от крупных семей с востока, необходимо достичь Суань Земли! Если сейчас ваш уровень Нефритовый, необходимо достичь Небесного! Таблетки, наполняющие энергией Суань и связывающие силы в вашем распоряжении, неважно, сколько вы съедите, главное – повышайте ваши силы!

Мне нужен результат!

Фэн Хуан Юнь проявил бесстрашие в самый опасный момент и разделил невзгоды семьи Цзюнь, чем произвёл очень хорошее впечатление на Цзюнь Мосе. А для таких людей нельзя скупиться на таблетки.

После того как Фэн Хуан Юнь выпил божественную таблетку, он понял почему прогресс у Ин Бокуна (Одинокого Сокола) случился так быстро, и его сердце наполнилось страхом. Но в то же время в нём прибавилось решительности:

«Теперь я обдурю семью Цзюнь… Не важно, что он скажет, я больше не позволю этому вонючему коршуну давить мне на голову!»

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй присоединились к Хай Чэнь Фэну, Сонг Шаню и Байли Лу Юну, чтобы поупражняться в парах. Потренировались они от души, отшлифовали собственную мощь и силу. В этой области природные способности Байли были слабоватыми, но в силу вступал талант его семьи: они проявляли сообразительность по отношению к приёмам противника. Это заставило Хай Чэнь Фэна сильно удивиться.

По сравнению со всеми остальными прогресс Байли шёл гораздо быстрее!

В это время Одинокий Сокол, который, наконец, в знак признательности открыл своё имя – Ин Бокун, Фэн Хуан Юнь, Мэй Сюэ Янь, Цянь Сюнь (Королева змей) и Цзюнь Мосе собрались в другом месте. Они также придавали большое значение периоду становления. Несмотря на то, что сила семьи Цзюнь была настолько велика, что многие её боялись, однако было кое-что, чего они не знали. Мэй Сюэ Янь выдвинула превосходную идею для тренировок — обмен опытом…

В первый же день все задания были выполнены, все начали совершенствовать и закалять себя. Фэн Хуан Юнь и Ин Бокун пришли в недоумение, увидев там же и Цзюнь Мосе:

- Здесь все совершенствуются в порядке очереди, ты зачем сюда пришёл?

Кажется, эти молодые люди ко всему относятся пренебрежительно.

Ин Бокун подлил масла в огонь:

- Я ведь говорил, старина Фэн, старина Цзюнь не сравнится с тобой в преподавании молодому поколению.

Фэн Хуан Юнь вышел вперёд без всякого на то желания. Так как среди собравшихся он был самым слабым, он был обязан прийти сюда и работать в поте лица. Но не успел он и глазом моргнуть, как что-то его испугало!

Атаки Цзюнь Мосе были необыкновенными, острыми, величественными! Они заставили Фэн Хуан Юня дрожать от страха, как маленькое дитя. Он был сам не свой…

Средь бела дня увидеть дьявола!

Тем не менее Фэн Хуан Юнь с достоинством обнажил свой меч, однако тут же был повержен атакой Цзюнь Мосе. Увиденное очень сильно изумило Одинокого Сокола. Хоть он и знал об исключительных способностях Цзюнь Мосе, но даже и не думал, что своими глазами сможет это увидеть. Он не удержался, вскочил на ноги и полез в бой, и спустя продолжительное количество времени, наконец, бой закончился вничью!

Глава 573.2. Групповая тренировка

Королева Змей также решила сразиться с молодым мастером Цзюнь. Результат: ничья, как и в прошлый раз.

Последней в бой с Цзюнь Мосе вступила Мэй Сюэ Янь, и из-за того, что Цзюнь не использовал приемы побега Инь-Ян, она, с трудом, но всё же нанесла ему поражение. А затем ударила его ногой по заднице, словно сумасшедшая, и прошептала:

- Ты не используешь свои умения; сомневаюсь, что у тебя вообще есть какой-то боевой опыт, думаю, тебе надо его обогатить. Даже не верится, что ты обладаешь природным талантом.

После того как старые раны Мэй Сюэ Янь начали заживать, её сила стала еще выше, поднялась ещё на один уровень. И после всего того, что она пережила, снова сойдясь в битве с Цзюнь Мосе, не говоря уже о других, она поняла, что силы Цзюнь Мосе сейчас гораздо выше, чем у Ши Чан Сяо.

В этот раз 5 человек по очереди мерялись силами. Мэй Сюэ Янь любила испытывать себя во время состязаний, это у неё от природы. И, пребывая в особом расположении духа, она одна вступила в бой против четверых. Все присутствующие закричали от восторга.

Все это время Цзюнь Мосе без остановок блуждал в потемках. А затем он, с помощью своей Ци, вошёл в даньтянь Ин Бокуна и Фэн Хуан Юня и осмотрелся. Он даже смог добраться до даньтяня Мэй Сюэ Янь и, в конце концов, он во всём разобрался.

В этом и есть основное различие между Великим Мастером и мастером Суань Духа. Иными словами, в этом разница между вхождением в энергетические уровни этого мира и уровнями совершенствования в голове у Цзюнь Мосе!

Сейчас Цзюнь Мосе находился в своём даньтяне. Здесь был крохотный младенец, выражаясь языком совершенствования – это период зарождения. В военном деле тоже есть подобное выражение. Во время процесса совершенствования военного искусства, были люди, которые не понимали, что такое совершенствование, однако смогли достигнуть этого уровня. Говорят, что то, что называется «затвердевший плод прорывает облака пыли» – это в самом деле наивысший уровень традиционного военного искусства!

Единственная разница в том, что когда в традиционном военном искусстве всё дойдёт до этого состояния, плод должен будет расколоть свою макушку и выйти, отказавшись от своего тела, и с этого момента он станет блуждающим в пустоте духом, не признавая никакие следы прошлого.

Но стремление стать бессмертным начинается с бережливого вскармливания даньтяня. Редко встречаются люди, которые отказались бы от такого, но всё же многие совершенствуют лишь свою вторую жизнь.

Всё же в этом мире Ин Бокун и все остальные были совершенно другими! Из-за того, что они пытались совершенствоваться совсем не внутренними силами и даже не секретными методами совершенствования, могло случится и такое, что обнаружился бы предмет, похожий на разбитую золотую таблетку, содержащую в себе огромную силу, когда Ин Бокун достигнул бы в своем даньтяне определённого уровня. В этих пределах, когда тот, кто совершенствуется, достигает этапа разлома золотой таблетки, это означает, что скоро наступит период зарождения.

А даньтянь Фэн Хуан Юня – это лишь наполовину субстанция, а вторая половина – это туманообразные облачные тела. Несмотря на то, что сейчас он в процессе корректировки, однако всё ещё ниже уровня Ин Бокуна. А форма затвердевшей таблетки, в основополагающих книгах Пагоды Хунцзюнь описывается совершенно по-разному, её форма не описывается как золотисто-яркая, но она чем-то схожа с предметом мрачного пепельного цвета.

Если смотреть с этой стороны, нельзя сказать, что энергетический уровень гораздо более возвышенный, чем внутренние силы, которыми пользовались предшествующие поколения. В основном, они ничем друг другу не уступают, это просто разные пути достижения одних и тех же целей.

В даньтяне Мэй Сюэ Янь была одна белоснежная таблетка уровней Суань. У Королевы змей Цянь Сюнь таблетка зелёного цвета.

Этого Цзюнь Мосе совсем не понимал. Даже если Цянь Сюнь всё ещё находилась в периоде золотой таблетки, неужели Мэй Сюэ Янь находилась там же? Невозможно! К сожалению, Король медведей и Король тигров не здесь… Если бы они здесь были, то можно было бы все понять, основываясь больше, чем на двух объектах.

Мэй Сюэ Янь дала ему ответ, распутав этот клубок подозрений: звери достигают уровня больше пятого за очень короткий срок. Внутри их тела может быть затвердевшая таблетка уровней Суань, но обычно она полутвёрдая. После того, как они достигнут девятого уровня, таблетки крепнут полностью и уже приобретают правильную форму, которой и должна быть таблетка. Напомню, что форма таблетки с течением времени становится всё более круглой, но её природа от этого не меняется.

До настоящего времени, в лесу Тянь Фа всё ещё поклонялись Королю зверей и мудрому мастеру, которые после своей смерти оставили таблетки. Полагаясь на воспоминания Мэй Сюэ Янь, эти таблетки не успели приобрести форму шара, они выглядели, словно половина жемчужины!

Но среди них была одна самая большая, она была похожа на черный нефрит, изысканная и блестящая, словно жемчуг, с одной её стороны можно было увидеть противоположную сторону, а ещё ночью она светилась очень ярко, и внутри нее была сосредоточена поразительная сила!

В совершенствовании, лишь достигнув последней ступени, можно добиться подобного результата, но Мэй Сюэ Янь ещё этого не знала.

Полдня Цзюнь Мосе проводил исследования, но всё ещё не понимал… Ему не удавалась кое-что проверить. Его сердце было полно сожалений, когда он смотрел на этих людей, которые становились мастерами еще более величайшими. Оказалось, что он не проверил этого раньше….

Об этом деле он никому не рассказал. Цзюнь Мосе вновь все свои душевные силы вложил в повышении уровня всех членов команды.

Эта особенная тренировка продолжалась десять дней.

После этих десяти дней, Цзюнь Мосе должен был поехать на восток, в дома влиятельных семей, чтобы навестить свою мать. По всему востоку уже пронесся слух: и пожилая леди надеялась, что Цзюнь Мосе приедет как можно скорее.

Глава 574. Кто кого убьёт первым?

Цзюнь Мосе всегда было интересно. Как такая простая, любящая и удивительная женщина, после смерти своего мужа так внезапно отреклась от всего мира на целых десять лет!

Это же какие чувства, да и какое отчаяние смогли подвигнуть её на такое?

Восток зовёт Цзюнь Мосе, мать зовёт его!

- Моя мать! – прошептал Цзюнь Мосе глубоко в своём сердце.

Он даже хотел бы прибыть туда пораньше, в обеих жизнях ему не приходилось испытывать на себе материнскую любовь… Цзюнь Мосе действительно этого жаждал! Временами, размышляя над этим, его сердце будто разъедало от боли…

Во время тренировки два немых мальчика тоже решили принять участие. Цзюнь Мосе дал каждому участвующему по одной таблетке для закалки костей, и, конечно же, не оставил без внимания тех двоих. Кроме того, он научил этих детей чревовещанию, и ребята уже успели достичь некоторого прогресса. Хотя это всё ещё не совсем связная речь, это больше похоже на бормотание пьяного человека…

Возможно, в будущем эти дети смогут достичь определённого успеха. Они определённо вызовут огромный ажиотаж в мире! Двое немых, умеющих общаться без использования обыденной речи! Это действительно произведёт фурор. И, лишь подумав об этом, Цзюнь Мосе испытывал невероятный восторг…

Но вдруг его прервала другая мысль – Йе Гухан отказался принимать его таблетки!

Все это время Йе Гухан изо всех сил старался помочь тем двум паренькам обучиться фехтованию и искусству боя. Если возникали какие-либо проблемы, он тут же всё объяснял, лишь бы дети смогли быстрее совершенствовать свои навыки. После своего возвращения, Цзюнь Мосе хотел помочь Гухану залечить раны. Так сказать, отблагодарить его.

В тот день Йе Гухан получил довольно серьёзную травму, его даньтянь был повреждён. Хотя Цзюнь Мосе сумел вовремя оказать ему помощь, но этого было недостаточно. Даже сейчас его силы восстановились лишь на треть. И теперь, когда Мосе в состоянии помочь ему полностью восстановиться, Гухан вдруг отказывается от такой возможности…

Выражение лица Йе Гухана было спокойным, он лишь попросил об одном: если когда-нибудь ему удастся овладеть искусством фехтования одной рукой, он надеялся, что Мосе поможет тем двум мальчишкам освоить это дело. Пусть это передаётся из поколения в поколение, и нет необходимости становиться их наставником…

Цзюнь Мосе тщательно всё обдумал и согласился.

Когда Цзюнь Мосе уже собирался уходить, Йе Гухан будто захотел что-то сказать, и, после долгих сомнений, он всё-таки промолвил:

- Молодой господин, неважно, что за ненависть сопровождала вас в прошлой жизни. Я просто надеюсь, что вы будете заботиться о Лин Мэн, она ведь ни в чём не виновата, она действительно очень хорошая девочка…

Эти слова… Цзюнь Мосе вдруг смутно начал понимать, почему Йе Гухан не захотел соглашаться на лечение.

Вражда между семьей Цзюнь и императорской семьей – у каждого на этот счёт есть свои догадки. Более того, смерть одного героя, воина – Цзюнь Ву Хи, просто сотрясла весь мир!

Судя по всему, Йе Гухан уже давно обо всем догадался, потому что он сам, как и его семья, никогда просто так не исчезали! Он даже предположил, что Мосе рано или поздно одолеет императора Тяньсян. Но до тех пор, от чего следует отказаться и по какому пути следовать Муронг Сю Сю?

Йе Гухан как раз размышлял над этим. Он просто хотел помочь людям, что ему небезразличны. Например, он присматривал за дочерью императора – Лин Мэн… Он понимал, что именно сейчас Цзюнь Мосе очень милостив и добр, а в будущем ему, может, и не удастся даже открыть рот и заговорить на эту тему, так как он будет обязан семье Цзюнь!

Поэтому Йе Гухан лучше уж всю жизнь будет инвалидом! И лишь для того, чтобы вовремя открыть рот во благо тех, кто ему дорог, и пусть даже лишь в этом будет заключаться его сила…

Хотя такое поведение действительно немного смущает. Но у Йе Гухана нет другого способа, чтобы заставить Цзюнь Мосе проявить милосердие! Но… это вряд ли можно назвать милосердием; но Йе Гухан лишь надеялся, что когда Сю Сю и Лин Мэн не смогут ни на кого положиться, он сможет воспользоваться возможностью и замолвить словечко перед Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе понял его мысли, но всё же не смог ничего пообещать, поэтому он просто молча ушел…

Через десять дней Цзюнь Мосе должен отправиться в путь!

И на этот раз с ним лишь одна попутчица: Мэй Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе решил ехать налегке, так быстро, что есть мочи!

Королева Змей осталась при семье Цзюнь: с одной стороны, чтобы следить за безопасностью, а с другой – отвечать за поставку таблеток из Тянь Фа.

Ин Бокун и Фэн Хуан Юнь тоже остались при семье Цзюнь и полностью погрузились в тренировки. Сонг Шань и Хай Чэнь Фэн уже достигли большого прогресса, они сумели повысить свой уровень до Суань Духа. Естественно, он были очень взволнованы, ведь они даже вернули свои прежнее служебное положение.

А Байли Лу Юн, принимая таблетки, а также ежедневно тренируясь с мастерами Суань Духа и Великими мастерами, наконец, смог достичь Небесного уровня!

Цзюнь Мосе сдержал свое слово и разрешил ему использовать таблетку небесной жизненной силы, а затем дал ему таблетку для закалки костей и таблетку связи жизненных сил, но разрешил использовать их лишь после прорыва на уровень Суань Духа. В день отъезда Цзюнь Мосе, Байли Лу Юн тоже спокойно отправился в путь, а вместе с ним и те двое парнишек!

Цзюнь Мосе разрешил Байли Лу Юну выбрать себе ученика, чтобы воспитать в нём дух убийцы. Байли Лу Юн очень долго не мог определиться, даже пробовал тренировать, но в итоге сдался и бросил эту затею. И лишь когда он увидел тех двух маленьких пареньков, он немного взбодрился. Проведя небольшую аттестацию, он окончательно принял решение. Это – именно те, кто ему нужен!

И тут Цзюнь Мосе серьёзно задумался. Может дать этим малым два очень крутых боевых прозвища: Тяньцань и Дицюэ!

Совершенно очевидно, что изначально, эти два прозвища несли немного негативный оттенок, но Мосе и подумать не мог, что спустя годы, эти два имени заставят весь мир дрожать от страха…

Спустя много лет эти два прозвища превратились в два главных табу преступного мира!

......

Где-то в городе Тяньсян.

Люди из трёх священных земель торчали тут уже почти полмесяца. Цзы Цзин Хун, как и все остальные, отсидели свои задницы так, что уже их почти не чувствовали. Все выглядели очень подавленными!

А всё потому, что с неделю назад до них дошло вот такое известие: такого-то числа такого-то месяца по пути из Тяньсян в Тяньнань (Южный Небесный Город), а именно в уезде Вуфу, три самых высших мастера из трёх священных земель вступили в ожесточенный бой с Королём медведей и Королём тигров. Как сообщается, три высших мастера были обезглавлены, а Король медведей и Король тигров, не получив никаких увечий в бою, скорее всего, уже вернулись в лес Тянь Фа.

Получив такие известия, Цзы Цзин Хун одним ударом разбил вдребезги камень, что находился перед ним! Будучи здесь, все они просто ждали у моря погоды и даже не подозревали, что их враги уже от них ускользнули… Ко всему прочему, они ещё и лишились ещё трёх Великих мастеров!

К счастью, эти несколько дней они лишь обсуждали свой план-перехват…

Это действительно смешно...

Три Великих мастера из трёх священных земель были так опозорены!

И спустя несколько дней, вдруг появились новости о том, что Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь спешно отправляются на восток. Да ещё и налегке.

Цзы Цзин Хун вдруг воспрял духом:

- Выступаем! Такой шанс выпадает редко! Необходимо избавиться от Почтенной Мэй! На этот раз – редкая возможность!

…

Пока три мудреца занимались распределением сил, Цзюнь Мосе вместе с Мэй Сюэ Янь уже покинули Тяньсян. Что касается этой поездки, все абсолютно не переживали за этих двоих: они абсолютные мастера своего дела, которые смогут постоять за себя!

В этом мире, до появления Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь считалась лучшей из лучших! Однако после его появления, эти двое практически ни в чём друг другу не уступали, конечно, если не брать в счет трюк Мосе с побегом Инь-Ян.

По скорости эти двое точно входят в тройку лучших во всём мире, и даже если их враг действительно окажется слишком сильным, то они точно сумеют спастись!

Более того, причина, по которой они поехали налегке – это не побег от противника.

А для того, чтобы атаковать. Быстро и решительно атаковать!

Три мудреца должны заплатить по счетам!

В противном случае эти двое не смогут больше сдерживать свой гнев!

И тогда в конце концов кто кого убьёт первым?

Сейчас об этом и правда трудно сказать.

Когда эти двое покинули город, солнце только начало всходить. В этот момент Мэй Сюэ Янь была немного озадачена.

- Мосе, разве не лучше отправиться в путь вечером, ночь – наиболее подходящее время для схватки, так почему ты настоял на том, чтобы выехать рано утром?

И когда рядом уже никого не осталось, Мэй Сюэ Янь больше не смогла себя сдерживать и громко прокричала имя Цзюнь Мосе. Каждый раз, когда она называла его имя, её сердце будто трепетало…

- Послушай, ты иногда действительно слишком простая. Парни из трёх священных земель ведь не идиоты. Если они недалеко от Тяньсян, они не станут нападать, они больше всего бояться появления моего учителя… – когда Цзюнь Мосе сказал эти слова, Мэй Сюэ Янь будто обиженный ребенок надула губы, но не позволила ему этого заметить.

- В общем, в пределах трёхсот миль они не посмеют напасть на нас; либо же у них будет очень хороший план, либо же им необходимо как минимум расстояние в пятьсот миль! – Цзюнь Мосе уже был готов ко всему, он лишь дополнил: - Нам потребуется где-то полтора дня, чтобы проехать пятьсот миль; кроме того, чтобы одолеть тебя, им, для начала, необходимо определиться с местностью, где они бы точно обладали большим преимуществом. По моим расчётам, первая атака произойдёт завтра вечером!

Мей Сюэ Янь ругала себя за свою бестолковость, она ведь действительно оставила без внимания тот важный пункт с наставником Мосе. Она, конечно, смутно понимала, что такого человека вовсе не существует, но три мудреца ведь ни о чём не знают, так что этот пункт требует от них особого внимания.

- Верно, – Мэй Сюэ Янь кивнула в знак согласия. - Что ты собираешься делать на этот раз?

- Всё зависит от того, как они придут, – Мосе злобно фыркнул и продолжил, - несмотря на то, что эти три мудреца называют друг друга братьями, причем горячо любимыми братьями, на самом же деле каждый имеет свои планы и только и ждёт, что кто-то другой бросится в атаку, лишь бы их задница была в безопасности и не пострадала. Я думаю, они разделятся, потому что им никогда не прийти к общему решению, ха-ха… Мэй Сюэ Янь, то, что находится в твоём животе, дорого ценится… все хотят его заполучить… – Цзюнь Мосе ехидно рассмеялся и бросил взгляд на нижнюю часть живота Мэй Сюэ Янь.

Глава 575.1. Расстановка сил

Мэй Сюэ Янь горько рассмеялась и сказала:

- Алчность – это страшный грех, а людская алчность не имеет границ! Как и в нашем лесу Тянь Фа, и у сотен предшественников до нас, ядра Суань всегда находились в этом месте и имели сакральное значение, но мы ни разу не убили ни одного священного животного ради его ядра... надо учитывать наше общее происхождение. Ну почему люди такие жадные? Почему они всегда хотят нажиться за чужой счет? Ведь всем известно, что в ядре Суань находятся все силы священного животного, и его бессмертие; но вам, людям, нет дела до этого, хотя вы в состоянии поглотить только половину или даже меньше... почему вы считаете, что кратчайший путь вознестись на небо?

- Ты в чём-то права, а в чём-то нет. Как ты сказала – причина всему этому человеческая алчность: говорить, что могут поглотить половину, хотя на самом деле способны только одну десятую или сотую часть... Люди никогда не перестанут так делать... Даже если и крошечное количество поглотить не в силах, всегда найдутся другие причины: приобрести новый опыт, заработать на этом и так далее. Так что давай покончим с твоими заблуждениями на этот счёт, иначе это может навредить лесу Тянь Фа! – рассудительно и спокойно ответил Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь промолчала, но было заметно, что замечания Цзюнь Мосе немного обидели её.

Цзюнь Мосе рассмеялся и решил сменить тему разговора:

- Кстати, я тут прикинул, что если три мудреца решат напасть, то нам надо серьёзно подумать о завтрашнем вечере, и о том, какой будет первая атака.

- Я считаю, что нужно бежать в волшебный дворец! – уверенно заявила Мэй Сюэ Янь. - Цзи Цзин Хун и Сяо Вэй Чэн по натуре очень осторожные и осмотрительные, они ни в коем случае не будут рисковать и пренебрегать опасностью; однако и прятаться они будут только тогда, когда представится такая возможность, они всегда хотят быть в выигрыше.

Цзюнь Мосе, не без насмешки, показывая вдаль, сказал:

- Вот за тем перевалом проходит горная дорога; сейчас без остановки валит снег, движение будет трудным; именно эта дорога и должна стать местом нового боя. Нам следовало бы поторопиться, чтобы избежать встречи с тремя мудрецами.

Мэй Сюэ Янь невольно улыбнулась и согласно кивнула. Они одновременно выругались, запрыгнули на лошадей и с рёвом тронулись, оставляя за собой лишь снежную пыль...

Цзы Цзин Хун стоял у городской стены, наблюдая, как эти двое стремительно уносятся вдаль. Его глаза наполнились коварным замыслом.

- Место проведения нового боя непременно должно быть не в окрестностях города Тянсянь. Будет капец как неудобно, если этот старый хрыч обо всём пронюхает. Это точно должно быть не в городе, и точно не там, где могут оказаться члены семьи Цзюнь, а то, чует моё сердце, они осторожничать не будут. Брат Цзы, а ты как думаешь, какое нам место лучше выбрать для этого дела? – Сяо Вэй Чэн потоптал ногой снег и встал перед лицом Цзы Цзин Хуна. За его спиной стоял Нин Ву Цин, который должен руководить отступлением в волшебный дворец.

- В этом направлении от города Тяньсян, в двухстах километрах отсюда находится горная дорога, прохождение которой занимает не меньше, чем полмесяца. За это время снега укроют горы, они наверняка не смогут двигаться быстро, значит, нам тоже необязательно сильно спешить! – Цзи мрачно сказал. – Однако не стоит забывать, что госпожа Мэй – самая быстрая в Поднебесной, убежать от кого-то – не такая уж трудная задача для неё, поэтому рельеф местности для нас очень важен, надо хорошо подумать над выбором!

- Да, над этим и в самом деле, стоит хорошо подумать. Однако если рельеф местности будет невыгодным для госпожи Мэй, то и для нас, он также будет невыгодным! – сказал Нин Ву Цин с невозмутимым лицом. – Среди нас нет достойного противника для госпожи Мэй, а значит, что при выборе позиций для боя, мы, как никогда, должны быть осторожны и рассудительны.

- Если мы сможем в первой же атаке серьёзно ранить её, то тогда, учитывая наше количество и скорость, у нас есть все шансы на победу! – Цзы Цзин Хун, поглаживая свои усы, спокойно сказал.

- Легко сказать – серьёзно ранить! Да чтобы ранить её, как минимум придется пожертвовать несколькими жизнями! Это уже не та Мэй Сюэ Янь, что была прежде! Она намного сильнее, и, боюсь, что у нас большие проблемы!

Стоило только упомянуть об этом, как все трое замолчали.

Никому не хотелось быть первым, кто сразится с ней, никто не хотел стать пушечным мясом, тем не менее это было обязательно.

- В таком случае давайте тянуть жребий. Пусть судьба сама решит, кто и в какой группе будет действовать! – Цзи Цзяну, смекнув, сказал. – Первая группа выбирает место осуществления первого удара; независимо от остального, вторая группа готовится к перехвату поблизости! Что касается третьей группы, она находится в полной готовности ко второму броску! Пусть даже до подключения третьей группы, ситуация по-прежнему не улучшится, но в течение этого времени, первая группа должна изо всех сил переходить к следующему пункту перехвата! И так до того, пока госпожа Мэй не будет мертва!

- Отличный план! – Нин Ву Цин и Сяо Вэй Чэн одновременно захлопали в ладоши.

Все трое были согласны, и план был утвержден.

В тот же момент, Цзы Цзин Хун легко и быстро взял три листочка бумаги, написал на них номера групп, скомкал их и сжал в кулаке, а потом серьёзно сказал:

- Жребий – это, конечно, может и считается детской забавой, но сейчас у нас нет другого способа, чтобы разрешить это. Тянуть первому намного рискованнее, поэтому мы, все трое, должны хорошо подготовиться к этому. И помните – мы, во что бы то ни стало, не должны терять самообладание и наши дружеские отношения. Так как я был тем человеком, кто писал номера на бумажках, то пусть кто-нибудь другой распределит их, это будет справедливо.

Сяо Вэй Чэн был доволен методом, который выбрал Цзы Цзин Хун, ведь таким образом возможность сжульничать полностью была исключена. Можно только полагаться на удачу. Если выпадет первая группа – то и говорить не о чем, такая уж судьба.

Нин Ву Цин, слабо улыбнувшись, сказал:

- Брат Цзы всё правильно сказал – сначала договориться о мелочах и формальностях, чтобы жребий прошел беспрепятственно и в лучших дружеских чувствах, это очень умно. Спасибо, брат Цзы, что потрудился и написал варианты для жребия, позвольте тогда мне распределить очерёдность. Брат Сяо выбирает первым, затем брат Цзы, а мне что останется.

Глава 575.2. Расстановка сил

Все трое переглянулись, вдруг одновременно рассмеялись и сказали: - Вот так – действительно, по справедливости! Посмотрим, кому из нас больше повезёт, и кому достанется первая группа, – Нин Ву Цин взял из рук Цзы Цзин Хуна приготовленные бумажки для жребия, ещё раз перемешал, потом положил их на стол, и каждый в своей очередности взял по одной.

Когда Сяо Вэй Чэн вытягивал жребий, он посмотрел на лицо Цзы Цзин Хуна, ещё не коснувшись бумаги, он увидел улыбку на его лице; Сяо Вэй Чэн тотчас вспомнил слова, которые говорили эти двое, и успокоился. Не сдержавшись, он сочувственно посмотрел на Нин Ву Цина и, довольный, открыл свою бумажку.

После этого он резко изменился в лице, было такое ощущение, что его рот некоторое время назад был полон раскалённых углей, а ветер непрерывно раздувал их на протяжении часа. Его лицо было огненно-красного цвета.

Нин Ву Цин и Цзы Цзин Хун, каждый по отдельности, открыли свои бумажки и скромно улыбнулись. Сначала Нин Ву Цин сказал:

- У меня вторая группа.

Потом Цзы Цзин Хун радостно и задорно, подобно весеннему ветерку, продолжил:

- Боюсь, в этот раз не получится море крови, у меня всего-то третья группа. Какая жалость, теперь результат всей операции зависит от вас – всё в ваших руках.

Нин Ву Цин и Цзы Цзин Хун оба одновременно поклонились Сяо Вэй Чэну и громко прокричали:

- Брат Сяо, нанести удар первым – весьма трудная задача, но мы искренне надеемся, что брату Сяо удастся совершить подвиг и миновать гибели. Он обязательно сможет сокрушить госпожу Мэй и овладеть её ядром Суань; все будут восхищаться вашим мужеством и силой!

Сяо Вэй Чэн не мог вымолвить и слова, так ему было горько.

Вытянутый им жребий сам говорил за себя «ПЕРВАЯ ГРУППА»!

Сяо Вэй Чэн медленно поднял голову, а потом стойко и мрачно посмотрел в глаза Цзы Цзин Хуну и сказал:

- Ничего не скажешь, действительно, отличный трюк, брат Цзы!

Сяо Вэй Чэн был очень подавлен, казалось только, вот совсем недавно он вместе с Цзы Цзин Хуном обдумывал план отхода в волшебный дворец... А теперь, не успев моргнуть и глазом, он вынужден идти на передовую! Это и кажется очень подозрительным. Подсказывает мне сердце, Цзы Цзин Хун и глазом не моргнёт, чтобы продать кого-то!

Сяо Вэй Чэн никогда не поверит, что эта жеребьёвка была честной!

- Брат Сяо, а как же? Это всё ради священных земель, всё ради народа, а? Ноша тяжела, а путь далёк; все должны всегда и во всем поддерживать друг друга... – с умным видом сказал Цзи Цзин Хун.

А в душе лукаво посмеиваясь: как конфетку у ребенка отобрать! Кто бы мог подумать, что они ещё недавно планировали бежать в волшебный дворец, тогда Сяо Вэй Чэн серьёзно рассчитывал на это, а сейчас ему и подумать об этом страшно… Где уж там делать какие-то расчёты? За последние дни, мы с Нин Ву Цином часто говорили на счет этого; Нин Ву Цин уже начал переживать, получится ли у нас осуществить наш план или нет... но мы хорошо сработали... всё вышло так, как и было задумано...

Возвращаясь к вопросу об отходе в волшебный дворец – из всех мастеров осталась только половина в живых; мы мечтали о том, чтобы дать достойный отпор, но и этого нам больше не видать; в нашем Великом Золотом Городе вообще остался хоть кто-нибудь, кто не понёс потери... и ещё в силах обеспечить безопасность? Остаётся только мечтать об этом!

Нин Ву Цин рассмеялся и сказал:

- Сейчас передо мной – самые выдающиеся и сильнейшие представители Великого Золотого Города. Я уверен, что в первой же атаке, мы сможем одолеть госпожу Мэй. Именно благодаря этому брат Сяо непременно прославится во всей Поднебесной! Это, правда, будет великий подвиг, учитывая ещё и ядро Суань высшего уровня – это какой повод для зависти!

Сяо Вэй Чэн ахнул и спросил:

- Повод для зависти? Серьёзно? Может тогда, махнёмся жребиями, а?!

- Нет, нет, что ты! Такое ответственное дело требует не только везения, но и выдающихся способностей, а ты знаешь, состояние наших сил на данный момент оставляет желать лучшего. К тому же мы сейчас – что стая драконов без главы, идти туда равносильно смерти. Брат Сяо, ты, как никто другой подходишь для этой миссии, в первом же сражении победа определенно будет за тобой, – Нин Ву Цин испуганно поспешил отказаться от этого предложения.

- Брат Сяо, мы всё заранее обговорили, ведь так? Чтобы всё было честно, открыто и без обид. Если даже я и смухлевал, ты же сам видел – брат Нин всё перемешал, и ты сам первый делал выбор. Так к чему эти подозрения, а? – Цзы Цзин Хун непреклонно говорил. – Если бы я, Цзы Цзин Хун, вытянул первую группу, то я бы с мужеством принял это, и ни в коем случае не стал бы устраивать такие истерики и сыпать подозрениями! Но брат Сяо, который считается одним из трёх главных и высокопочтенных воинов Золотого Города, вопреки ожиданиям повёл себя не совсем храбро, а, наоборот, трусливо. Брат Сяо, если ты действительно считаешь, что наша жеребьёвка была не справедливой, то что нам мешает попробовать еще раз?

- Это необязательно! Я, Сяо Вэй Чэн, пусть и не обладаю какими-то выдающимися талантами, но слово я своё держать умею! – решительно сказал Сяо Вэй Чэн. – Мы, высокопочтенные воины Великого Золотого Города, приложим все усилия, чтобы первый бой увенчался успехом; брат Цзы, тебе не стоит беспокоиться. Придёт время, и мы с тобой ещё вернемся к этому разговору.

Закончив говорить, Сяо Вэй Чэн повернулся и пошёл прочь.

Цзы Цзин Хун, со свойственной ему невозмутимостью и хладнокровием смотрел ему в след, потом развернулся, посмотрел на Нин Ву Цина и подмигнул ему.

.....

Белоснежная пелена, сверкающие глаза; шли сумерки второго дня!

Среди этих бескрайних гор, как вспышки молнии, сверкали два человеческих силуэта!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь…

Глава 576. Лыжи и нежность

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вошли в лес Шаньлинь. У обоих было странное ощущение, словно они вернулись домой.

Всё казалось им очень уютным.

Мэй Сюэ Янь раньше пребывала в зверином обличье, и природа наполняла её теплыми чувствами. К тому же она обожала холодные снежные дни, поэтому здесь ей было очень комфортно.

Но было кое-что, чего она не понимала: Цзюнь Мосе выглядел так, словно и ему здесь очень комфортно и спокойно, словно среди деревьев в этом лесу к нему пришло понимание самых разных вещей. Это удивительно, поскольку он вырос в одной из влиятельных семей…

Цзюнь Мосе уставился на большое дерево, росшее поблизости, и резко остановился, а за ним остановилась и Мэй Сюэ Янь. Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

- Мы были полны энтузиазма, когда отправлялись в дорогу. Не стали выбирать короткий путь, чтобы потренировать собственную выносливость. Но, несмотря на то, что мы в состоянии вынести такое, наша ноша всё же слишком тяжела, да и мы с тобой слишком примитивны. Иди сюда. Я обучу тебя кое-чему, что упростит нам задачу.

Он вытащил свой меч, с одного удара срубил большое дерево и очень аккуратно вырезал из него четыре тонкие доски. Передняя их часть была заостренной и слегка приподнятой кверху, размером они были чуть длиннее ступни. Затем он сделал веревку из коры деревьев, проделал дырки с двух сторон каждой доски, продел туда веревку, а потом привязал к ногам.

Мэй Сюэ Янь было очень любопытно – что это он такое делает, неужели, привязав такое к ногам, можно сэкономить их силы?

Цзюнь Мосе отрезал от дерева две прямых ветки, встал на ноги, слегка оттолкнулся и покатился по заснеженной земле. Мэй Сюэ Янь, широко раскрыв глаза, выдохнула от удивления… Это было невероятно!

Цзюнь Мосе виртуозно поворачивал, опираясь лишь на две ветки, которые были у него в руках, и плавными движениями катился по земле, полностью покрытой снегом. И как бы то ни было удивительно, но казалось, что он вообще не прикладывал никаких усилий. Ему даже не мешало то, что весь лес был усажен деревьями! Он был словно рыба, свободно плавающая в водоёме.

Цзюнь Мосе закончил свое представление и остановился перед Мэй Сюэ Янь. Повертел палками и рассмеялся:

- Видела? Катиться необходимо с помощью инерции, и не нужно тратить слишком много энергии. Сила тут не нужна вовсе. Всё что нужно – просто понять, как это работает.

Мэй Сюэ Янь вышла из оцепенения и возбуждённо произнесла:

- Скорее учи меня!

Цзюнь Мосе в ту же секунду привязал к её ногам две тонкие доски и дал ей в руки длинные палки.

Мэй Сюэ Янь поднялась на ноги и тут же поскользнулась и чуть не упала, но удержалась благодаря веткам, которые были в её руках. Она наклонила тело лишь слегка, и её сразу же понесло вперёд. Она перепугалась и уже было хотела остановиться, но потеряла контроль над своим центром тяжести и покатилась по инерции. Её тело болталось из стороны в сторону. Она опешила. Ей ничего не оставалось, как попытаться взять под контроль своё движение, но она то и дело падала в снег. Она очень сильно старалась, но у нее так и не получалось катиться по снегу. У неё случались лишь одни оплошности, несмотря на то, что она очень выдающаяся личность…

- Ха-ха-ха-ха… – Цзюнь Мосе просто умирал со смеху.

- Как же это работает, в конце концов? – лицо Мэй Сюэ Янь покраснело от ярости, а сама она с ненавистью смотрела на Цзюнь Мосе. Красавица Мэй чувствовала себя опозоренной. Она смотрела на Цзюнь Мосе, который беззаботно наслаждался происходящим.

Как у него получается стоять на ногах, и почему он не слушает меня? Возмутительно, что этот тип не только не помогает, но еще и смеется над чужими страданиями…

Цзюнь Мосе было очень тяжело сдержать смех. Он показал на своем примере:

- Сестрица, тебе не надо учиться ходить, сначала научись бегать, любой навык затачивается изнутри. Эта забавная вещица называется «лыжи». Так как ты сильна в цингуне (цингун – различные способности легкого передвижения, как будто, не поддаваясь силе тяжести), то тебе нужно лишь понять, как это работает. На самом деле всё очень просто. Вот так, следи за равновесием… Да, тебе не нужно слишком много силы… Да! Следуй за инерцией… Не забывай про ветки в руках!!! Возьми их правильно и оттолкнись…. Толкай сюда… ну и глупая же ты!

Цзюнь Мосе то и дело кричал. Мэй Сюэ Янь чувствовала себя отвратительно. Из-за этого она стала очень рассеяна. Неправильно оттолкнувшись, она поскользнулась. Раз за разом она плюхалась на задницу… Она била землю от злости, и снежинки разлетались в разные стороны….

Цзюнь Мосе подкатился к ней и помог встать, стряхнул с неё снег и дружелюбно спросил:

- Почему ты так неаккуратна? Не ушиблась? Больше не падай!

Мэй Сюэ Янь было очень стыдно, ведь она – мастер высшей категории, а в итоге проиграла этой крохотной дощечке. Хорошо, что рядом больше не было людей, иначе она бы сгорела со стыда. Но заботливые слова Цзюнь Мосе согрели её душу. Она взглянула на него, поморщив брови.

Цзюнь Мосе забеспокоился и повторил:

- Не ушиблась?

Он подъехал к Мэй Сюэ Янь сзади, слегка погладил её задницу, затем помял. Чуть не застонал от радости, но по-прежнему заботливым голосом произнёс:

- Здесь больно? А здесь? А может тебе снять одежду, чтоб я хорошенечко тебе размял… Ай! Боже мой! Может, я и люблю тебя до смерти, но ты так прикончишь собственного мужа!

Прикрываясь заботой, он не усыпил бдительность Мэй Сюэ Янь. После того, как она его оттолкнула, он понял всё без слов и даже испугался. Со всей силы его повалили на землю… Хорошо, что земля была заснежена, иначе было бы ещё хуже!

Лицо Мэй Сюэ Янь снова покраснело, она уставилась на Цзюнь Мосе и с ненавистью произнесла:

- Ты, потаскун! Хочешь на тот свет отправиться – так и скажи!

Цзюнь Мосе закричал в ответ на «несправедливое» обвинение:

- Почему это я сразу потаскун? Я лишь переживаю за тебя. Не ценишь ты мою заботу... А что, если у тебя там синяк… некрасиво же… Но я так и не узнаю, есть там синяк или нет, если не посмотреть, ну, по-любому же есть синяк…

- Красиво или нет – не твоя забота! И уж не тебе это проверять! – сорвалось с языка разъяренной Мэй Сюэ Янь. А через секунду до неё дошло: «Это же задница, какая разница красиво или нет? Никто ведь не увидит... Этот паразит опять что-то извращённое придумал».

Но в этот момент…

Словно пружина подпрыгнула с земли, словно пронёсся снаряд и заключил её в свои объятия. У её красивых губ в форме вишенок оказались его губы.

Это было неожиданное нападение на Мэй Сюэ Янь, и она очень сильно разозлилась. Она хотела закричать, но к её губам прижались его губы. Она пыталась его оттолкнуть, но не получилось. В панике она вновь поскользнулась, и снова упала на землю. Она почувствовала, как сильное тело оказалось над ней. Она засмущалась и разозлилась, но как только она ощутила его мягкий язык у себя во рту, в ее мозгу словно прозвучал странный звук, её тело размякло, а душа словно оказалась среди облаков и поплыла.

Цзюнь Мосе даже и подумать не мог, что его неожиданное нападение закончится таким великолепным успехом. Не описать как сильно он был этому рад. Они лежали на промерзлой земле, его руки неловко двигались по её телу, подчиняясь его легкомысленным желаниям. Мэй Сюэ Янь боролась, но совсем недолго, и, в конце концов вздохнула внутри себя: «Любимый!»

Она молча закрыла глаза. Ей было всё равно на то, как именно всё происходит. Она чувствовала тепло его ладоней, и каждая клеточка её тела наполнялась странными ощущениями…

Цзюнь Мосе поднял голову и не мог оторваться от её лица – она была невероятно красива. Он увлекся ею ещё с их первой встречи. Дыхание Мэй Сюэ Янь было учащённым, её зрачки были словно у пьяной… Красное лицо, нежное дыхание, всё её тело было изумительным. И, несмотря на то, что она несла на себе бремя оборванного поколения, даже несмотря на то, что её способности затмевали всех её современников, перед лицом огненной страсти Цзюнь Мосе все эти регалии словно не имели особого значения.

Цзюнь Мосе тоже почувствовал приходящую в его теле нежность, медленно подступающую к голове. Его губы слегка прикоснулись к её лбу, затем спускались все ниже, к глазам, носу, щекам, уголкам рта, а затем он впился в её маленькие губы.

Это было самое грандиозное соблазнение, какое только могло быть в этом мире. Даже настолько мудрый человек не смог устоять. И разве кто-то теперь засомневается в том, что Цзюнь Мосе в действительности великий мастер.

Новые ощущения, нежное дыхание, всё тело Мэй Сюэ Янь неожиданно задрожало, она крепко-накрепко закрыла глаза, не осмеливаясь шевельнуться. Её тело стало горячим, и вдруг она протянула свои руки и крепко обняла Цзюнь Мосе за шею…

Неизвестно сколько прошло времени… пронзительно запели птицы, проносящиеся у них над головами и разбудили их. Они посмотрели друг на друга… Они смотрели друг на друга с особой нежностью. В этот момент они поняли, что уже совсем стемнело.

Цзюнь Мосе с нежной улыбкой на лице помог подняться Мэй Сюэ Янь; она смущённо смотрела на него, затем прижалась к нему, её тело всё ещё было обессиленным и мягким… А душа наполнилась радостным ощущением, которое очень трудно описать, это было что-то вроде: «Тело подчинилось, душа довольна». Темнота, снег, пение птиц, кругом одни деревья – всё это было очень гармонично.

Мэй Сюэ Янь больше не хотелось кричать, ей просто хотелось насладиться моментом, когда она могла побыть слабой женщиной в объятьях любимого человека.

И не более!

Они молчали. Не было необходимости что-либо говорить. Всё было написано у них на лицах. Редко можно увидеть у Цзюнь Мосе такую нежную улыбку. Он ещё раз подробно и медленно объяснил Мэй Сюэ Янь, как кататься на лыжах. По лицу Мэй Сюэ Янь казалось, что она была опьянена счастьем. Теперь учиться ей было в радость…

Глава 577. Не получилось взять хитростью? Тогда используй силу!

Если ты наставляешь кого-либо, то прикладывай к этому максимум усилий. А будучи учеником, отдавай себя процессу обучения полностью. За такое сравнительно короткое время прогресс Мэй Сюэ Янь многократно увеличился. Став высочайшим мастером и уразумев всю природу своего дела, Сюэ Янь демонстрировала поистине невероятные результаты. Лишь единожды повторив какое-либо движение, она могла с лёгкостью контролировать его природу и суть.

Кроме того, лыжи – это то, с чем легко справиться, особенно, для такого мастера, как Мэй Сюэ Янь. Её гибкость далека от возможностей обычного человека, а её лёгкие движения… им будто нет равных. Необходимо лишь немного времени, чтобы понять, что Цзюнь Мосе – не такое уж и чудо…

Хотя Мэй Сюэ Янь уже освоила все движения, но всё же притворялась, что ничего не понимает. Она, будто маленькая девочка, капризничала перед Цзюнь Мосе, а он, в свою очередь, даже ничего и не заподозрил; на самом деле, всё это доставляло этим двоим огромную радость…

Кажется, будто все эти глухие горы вдруг наполнились нежными нотками весны…

Даже пронизывающий холодный ветер вдруг стал казаться мягким и приятным…

И два силуэта меж этих гор были похожи на метеоры в ночи, что рисуют ловкие траектории и быстро проносятся вдали лесов и снежных гор…

Наконец, Мэй Сюэ Янь полностью овладела всеми необходимыми навыками катания на лыжах; она была похожа на ребёнка, которому купили новую игрушку – не переставая радоваться и смеяться, она тащила Цзюнь Мосе за собой, чтобы ещё и ещё вместе покататься…

Глубокая ночь. Цзюнь Мосе выбрал одну довольно опасную местность с расщелиной в 40-50 футов, которая была завалена снегом. На вид – это обычная ровная дорога, но для обычного человека проход по ней может стоить ему жизни. Что же касается Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь – то им ничего не угрожало. Наоборот, они с большим интересом прыгнули вниз...

Посреди снежного слоя, Цзюнь Мосе использовал свою духовную силу, ладонями он всюду утрамбовал снег, тем самым превратив это место в нечто, похожее на 2-комнатный домик. Несмотря на то, что снаружи выл холодный ветер, стены из снега не давали ему просочиться внутрь, тем самым создавая атмосферу уюта и тепла. Расстояние от верхушки расщелины примерно несколько футов, фактически это дом из ничего.

Оба обладали силой Суань, поэтому им не нужно было беспокоиться о дыхании. Но Цзюнь Мосе всё же использовал несколько стволов бамбука, соединил их вместе и одним концом пробил одну из стен, тем самым давая возможность свежему воздуху поступать внутрь. Хотя атмосфера по-прежнему была немного тоскливой, но всё же стало немного лучше.

Мэй Сюэ Янь была действительно удивлена, увидев это творение, и с восхищением сказала:

- Я и не знала, что из снега можно сделать такое… лишь похлопав ладонями, можно построить небольшой домик. Это действительно очень интересно. В мире вообще так много всего интересного!

И, посмотрев на Мосе своими чарующими огромными глазами, она с упрёком добавила:

- Однако… Молодой мастер Цзюнь, ты что, позволишь мне вот так вот спать в сугробе?

- Да как такое возможно?! Даже если ты и не будешь против – спать вот так… Моё сердце этого не вынесет! – с серьёзным видом сказал Цзюнь Мосе.

- Тогда… Как же нам быть? – Мэй Сюэ Янь оглянулась вокруг, у неё с собой была лишь небольшая сумка, а у Цзюнь Мосе так вообще ничего не было. Даже меч – и то поленился с собой захватить… Что уж говорить о спальных принадлежностях…

- Положись на меня! – Цзюнь Мосе с таинственной и самодовольной улыбкой вдруг протянул руку и громко крикнул: - Та-дам!

В один миг в его руке появились две шубы из белого медведя. И с чувством собственного превосходства Мосе лишь добавил:

- Ну, как тебе?

- Разве это не те шубы, что купил тот идиот, Большой Медведь? Каким образом они оказались у тебя? – когда разговор зашёл о Короле медведей и его покупке медвежьих шуб, Мэй Сюэ Янь не могла сдержать злость и смех. Бог знает, что в тот день заставило Короля медведей вернуться с этими шубами… Говоря об этом, даже Цзюнь Мосе остался под впечатлением от рекламы того магазина…

Абсолютный мастер своего дела! Самый лучший торгаш на этом рынке...

- Это всё – твоя заслуга. После того, как ты отчитала Короля медведей, он так и не осмелился забрать их и отдал мне по более низкой цене. Ты только посмотри, какое качество… – Цзюнь Мосе улыбнулся.

Мэй Сюэ Янь выглядела недовольной и не смогла сдержать свой сарказм:

- И правда, огромная выгода! А я всё думала, неужели Большой Медведь, этот тупица, потратил то серебро, что ты ему дал! Как тебе не стыдно, извлёк столько выгоды и кажешься таким самодовольным. Какая логика!

Цзюнь Мосе очень уверенно ответил:

- А что за проблемы с логикой? Нет, ну ты только подумай – это вроде того, как я постоянно варю похлебку их тех змей, что в меня кидает Королева змей. Кто ещё в этом мире может есть змеиный суп, который, можно сказать, готовит сама Королева змей? Кто ещё может носить медвежью шубу, которую купил сам Король медведей? Лишь такой заносчивый тип, как я, может сделать это!

Мэй Сюэ Янь улыбнулась. Следует отметить, что это и правда забавно. Кроме Большого Медведя, этого недотепы, у которого мозг явно завязан бантиком, больше нет других зверей Суань, способных на что-либо подобное. Хотя Цзюнь Мосе и правда получил тогда парочку змей от Королевы змей, но всё же, это было её скрытое оружие; если говорить по факту, она пыталась убить Мосе. Не стоит сравнивать это с шубой…

Одну шубу Мосе постелил на снег, а вторую положил поверх первой. Затем он очень вежливо сказал:

- Дорогая, время уже позднее, пора спать. Ты, безусловно, сможешь хорошо выспаться.

- А? Их только две? А как же ты? – Мэй Сюэ Янь, казалось, была обеспокоена.

- Да ничего, я привык к холоду. Я, вроде как, морозоустойчивый… Да и вообще, позволь мне замёрзнуть и заболеть! Для тебя я готов пойти на такое! Не было времени, чтобы подготовиться к поездке тщательнее, поэтому шубы у меня всего две… Но ради твоего доброго имени, я… ай, да неважно, забудь! – глаза Цзюнь Мосе метались, в его голосе звучали нотки раскаяния. По факту он только и ждал, когда Мэй Сюэ Янь скажет лишь одну фразу: «Тогда… может, мы как-нибудь потеснимся?» В этом случае молодой мастер не упустил бы такую возможность и, ссылаясь на затруднительные обстоятельства, согласился бы на её предложение.

Однако Мэй Сюэ Янь ответила:

- Раз ты так добросердечен и великодушен, то можешь пойти и умереть снаружи. Тут вонять начнёшь.

Разумеется, она сразу догадалась обо всех планах Мосе; что бы он там ни говорил, нельзя позволить этому негоднику воплотить их в реальность!

- Что? – такое заявление так ошарашило Цзюнь Мосе, что он просто вытаращил глаза и остолбенел.

Мэй Сюэ Янь быстро скинула с себя халат, обнажив своё округлое и привлекательное женское тело. Она быстро проскользнула между двумя слоями медвежьих шуб; внутри было очень мягко. Сюэ Янь не смогла сдержать свой восторг:

- Здесь и правда очень тепло…

Цзюнь Мосе лишь проворчал:

- А разве не должно быть тепло?

Немного погодя, Мосе и правда начал замерзать. Его зубы стали дрожать и скрипеть от холода; он лишь украдкой посмотрел в сторону Мэй Сюэ Янь: её глаза были закрыты, похоже, что она уже заснула…

Мастер Цзюнь сделал небольшой вздох и вдруг начал носиться из стороны в сторону. Топнув ногой, он в конце концов заговорил:

- Как же холодно, мать вашу! Я до смерти замёрз! Божечки! Руки окоченели, мои ноги окоченели… А дружочек, что ниже пояса, вообще, кажется, внутрь забился… Помогите! Спасите! Кто-нибудь согрейте меня, я буду благодарен вам всю свою жизнь…

Мэй Сюэ Янь будто по-прежнему ничего не слышала, она лишь издавала слабый храп...

- Почему ты такая бесчувственная! – Цзюнь Мосе начал бормотать себе под нос. – Вообще-то, если мужчина вдруг оказывается в подобной ситуации, женщина… Да как бы сконфужена не была эта женщина, ей следует открыть своё одеяло и спросить - «Тогда… может, мы как-нибудь потеснимся? Почему я тут, в тепле, а тебе приходится мерзнуть в одиночку?» Так и знал, что в этих фильмах одна брехня!

Возможно, молодой мастер что-то упустил. Мосе никак не мог понять одного. Он использовал свои нынешние силы и возможности, и дело совсем не в этом маленьком домике внутри кучи снега, даже если бы пришлось проходить через глыбы толстого льда в течение месяца – это всё фигня; почему же Мэй Сюэ Янь по-прежнему не обращает на него никакого внимания, она слишком непокорна…

С течением времени неповторимый аромат Мэй Сюэ Янь заполнял снежную комнату всё больше и больше…

Цзюнь Мосе изо всех сил сделал несколько вдохов, его даньтянь просто пылал, но он не дал воли своим инстинктам и стал ещё сильнее сдерживать себя. Теперь холод совсем не ощущался, наоборот, в комнате стало невыносимо жарко…

В конце концов, собрав всю свою волю в кулак, Цзюнь Мосе сбросил с себя одежду и уже намеревался залезть под медвежью шкуру…Но кто бы мог подумать, что в этот момент Мэй Сюэ Янь внезапно откроет свои глаза и задаст лишь один вопрос:

- Ты что творишь?!

Цзюнь Мосе вытаращил глаза и оцепенел. Казалось, будто его поймали с поличным…

- Сюэ Янь... Посмотри, как я замёрз, сжалься надо мной. Кому сейчас легко… – жалобно промямлил Мосе.

Мэй Сюэ Янь фыркнула. С одной стороны это её начало раздражать, но с другой – это было довольно весело: сжалиться над ним, конечно, легко сказать, но случись что, как уберечь от него свое целомудрие? Подумав, она решительно ответила:

- Я действительно не вижу, что бы ты тут прямо-таки замерзал! Нет, держись от меня подальше! Ты сможешь перешагнуть эту линию лишь в нашу первую брачную ночь!

Мастер Цзюнь рассмеялся, неожиданно нагнулся и силой залез под медвежью шубу. Мэй Сюэ Янь была просто в ярости:

- Ты… да ты действительно бесстыжий гад! Не получилось схитрить, так силой прорвался? Поверь мне, я закрою тебя в Тяньди на всю ночь!

Мосе самодовольно улыбнулся:

- Раз ты знала, что мои уловки не сработают, тогда каким образом мне следовало пролезть сюда без использования силы? Потерпи и сильно не смущайся! Но, если что, я всегда готов! – он лишь вытянул ноги и добавил. – Блин, как же тут хорошо.

Мэй Сюэ Янь на момент будто лишилась дара речи. Она уже собиралась встать и сказать: «Если уж на то пошло, то спи тут один!»

Цзюнь Мосе резко схватил её за талию и весело сказал:

- На самом деле эта шуба довольно-таки большая, здесь хватит места на нас обоих. Мы сейчас не дома и действуем по обстоятельствам, от одной ночи с тебя не убудет!

Мэй Сюэ Янь продолжала бороться, но Цзюнь Мосе внезапно повернулся и снова «атаковал» её!

Она не смогла произнести ни слова, ее рот был закрыт… Спустя какое-то время Мосе гордо поднял голову и тоном победителя произнёс:

- А теперь ты дашь мне поспать?

Мэй Сюэ Янь залилась краской, её сознание было одурманено, но она все же решительно покачала головой, она всё так же была против.

- Я не верю, что ты действительно не согласна! – Цзюнь Мосе снова наклонился... И через какое-то время опять задал вопрос: - Да или нет?

- Не... нет…

- Что ж, попробуем ещё раз...

…

- Да или нет?»

- ....

- Молчание – знак согласия, так или иначе, я сочту это за положительный ответ! – нагло улыбнулся Мастер Цзюнь .

- Нет, это значит нет! – Мэй Сюэ Янь твёрдо отказалась поддаться на провокации своего врага. Лучше уж умереть, чем покориться ему.

- О... я вижу, ты настроена решительно. Кажется, это не смущает тебя, ты действительно против... – Цзюнь Мосе ухмыльнулся, эти губы в форме вишенки просто сводили его с ума, он набросился на них в страстном поцелуе. Его руки начали плавно расхаживать по всему телу, мягко поглаживая каждый участок её кожи, казалось, что его уже не остановить…

Глава 578. Это что за грязные мыслишки у тебя?

Мэй Сюэ Янь вздрогнула... Это было подобно раскату грома среди ясного неба. Одна его рука скользнула внутрь, под одежду, и ухватила грудь, другая опустилась ниже, заключив в объятья живописные и рельефные ягодицы. Мэй Сюэ Янь больше была не в силах сдерживаться и застонала...

С тем, что было до этого, просто через одежду, конечно, это не сравнится... Ощущения стали совсем другие; всё тело Мэй Сюэ Янь сделалось мягким и бессильным, каждое новое прикосновение заставляло её дрожать и трепетать от удовольствия; она совершенно бессильна перед его чарами... Прекратить это безумие – задача не из лёгких... Дыхание становилось всё учащённее...

Мэй Сюэ Янь хотела попросить пощады, но её губы не слушались её... Ещё одно усилие оттолкнуть его закончилось провалом... Она сама и не поняла, как её руки оказались на его шее...

Их тела разгорячены до предела, контролировать себя было всё труднее и труднее, стоны и вздохи становились громче... Девственное тело Мэй Сюэ Янь... Соблазн, действительно, велик... И как при этом не смущаться?!

Цзюнь Мосе, разгорячённый и возбуждённый, продолжая обнимать Мэй Сюэ Янь, посмотрел на неё и, тяжело переводя дыхание, спросил:

- Можно?

Мэй Сюэ Янь, тяжело дыша чуть приоткрытым ртом, смущённо кивнула головой. Некогда суровый взгляд, под действием чувств и эмоций, сменился на мягкий и нежный, и даже, в какой-то мере, соблазнительный...

Цзюнь Мосе было радостно кинулся снимать одежду, как вдруг Мэй Сюэ Янь резко поднялась и неуверенно сказала:

- Знаешь... Наверное, сейчас не совсем подходящее время для этого... За нами гонятся три мудреца... А что, если вдруг это как-то отразится на наших силе и способностях?

Цзюнь Мосе как будто ведром холодной воды окатили, и весь любовный пыл тут же погас.

И правда, сейчас не самое лучшее время для этого. И без того хватает проблем; если Мэй Сюэ Янь вдруг поранится, то это непременно повлияет на её самочувствие, а это последнее, о чём мечтает Цзюнь Мосе в данный момент.

Молодой мастер Цзюнь невольно вздохнул, сознание его начало проясняться. Он захватил ладошкой немного снега и вытер лицо, потом вздрогнул от холода и задрожал. Кажется, он полностью пришёл в себя.

Лицо Цзюнь Мосе просияло, и он с довольной ухмылкой сказал:

- Ай-яй! Это что за грязные мыслишки, а... Я же сказал, что мы просто поспим вместе и всё. Я ничего другого не имел в виду. А ты тут что себе напридумывала, а?! Ай-яй, ай-яй! У тебя вообще чем голова забита?! Вот так удивила ты меня! Ну и ну...

Мэй Сюэ Янь затрясло от злости. Она была настолько зла, что сначала даже не могла вымолвить и слова. Потом, немного успокоившись, она протянула руку в указательном жесте к лицу Цзюнь Мосе и сквозь зубы сказала:

- Ах, ты Дон-Жуан хренов... да… да как ты...

Это же очевидно, что он сам первый начал приставать ко мне... И ещё смеет говорить, что это была моя затея!? Какие ещё там «грязные мыслишки»!?

Думая об этом, Мэй Сюэ Янь почувствовала злость и стыд одновременно, ещё немного и беды было бы не миновать...

Похоже, шутка Цзюнь Мосе разожгла тот ещё огонь ненависти в лице Мэй Сюэ Янь, и он даже успел напугаться. Но ждать долго не пришлось, молодой мастер Цзюнь сразу же пошёл на попятную и бросился вымаливать прощение у Мэй Сюэ Янь. Но она была непреклонна, и тогда он решил воспользоваться старым методом: снова начал распускать руки. Однако безжалостно был отвергнут...

Немного погодя, Мэй Сюэ Янь холодно спросила:

- Разве ты не собирался заняться подготовкой к встрече с тремя мудрецами? То, что мы сейчас здесь прячемся, имеет какое-то отношение к этому?

Цзюнь Мосе выдохнул: похоже, эта женщина и не сердилась вовсе.

- Я больше чем уверен, что сейчас они заняты поисками подходящего места для засады, и, насколько мне известно, здесь, недалеко от нас, есть одно узкое место на горной дороге, с двух сторон окружённое горными хребтами, поднимающимися до облаков. С обеих сторон узкое, а посередине широкое. Там можно было бы окружить и уничтожить врага. А убежать оттуда очень трудно. Особенно сейчас, когда там вывалило немало снега; само передвижение составляет довольно много трудностей, да и в целом обстановка так себе. Так что, по моим расчётам, вне зависимости от того, что они решат по поводу первой атаки (сколько их будет и каким образом они нападут), они сто процентов выберут это место!

- Да? И что, неужели нет никакого другого, более удобного пути? – спросила спокойным тоном, как ни в чём не бывало, Мэй Сюэ Янь и одарила Цзюнь Мосе холодным взглядом, совершенно лишённым доброжелательства, как будто он должен ей миллион, а она не любит повторять по два раза... Короче, то ещё зрелище.

- Другой дороги нет! Это единственный путь! – промычал Цзюнь Мосе. – Я, вообще-то, тоже думал над тем, как нам справиться с нападением из засады! Вчера мы останавливались на привал на целую ночь, сегодня здесь ещё задержались… Я думаю, мы уже дали им достаточно времени на подготовку! Сейчас три мудреца даже и не рассчитывают на то, что могут одолеть тебя. В противном случае, они бы уже давно были здесь, а значит, они наверняка заняты подготовкой! Эх… это такая хорошая возможность для них... Так получилось само собой, мы даже и не сговаривались. Если они не воспользуются таким шансом, то, значит, они настоящие тупицы...

Мэй Сюэ Янь нахмурила брови и задумалась: если всё действительно так, как говорит Мосе, то она, в самом деле не знает, как им пройти дальше… Разве что... напасть первыми! Однако нападать первыми очень опасно, цена слишком высока!

- Независимо от того, чей удар будет первым, нам придётся столкнуться лицом к лицу более чем с десятью высшими мастерами, и еще как минимум с двадцатью наёмниками! – лицо Цзюнь Мосе озарилось при одной только мысли о грядущей схватке. – Даже учитывая ту силу, с которой нам придётся столкнуться, мы всё равно сможем дать достойный отпор! Но это возможно только при одном условии – мы должны всё делать согласованно! Ты должна во всём слушаться меня! Ни в коем случае не самовольничать и не рисковать! Доверься мне, и мы размажем их по стенке! Они будут умываться собственной кровью и слезами!

Мэй Сюэ Янь согласно кивнула, а потом обеспокоенно добавила:

- Если ты так уверен в своем плане, то почему не выбрать вечер для нападения? Разве под покровом ночи будет не легче напасть?

Цзюнь Мосе, посмеиваясь, ответил:

- Эх ты, сразу видно – дилетантка! Горы полны снега. Думаешь, для нашего зрения есть разница, днём мы или вечером нападём? Не забывай, какими силами они обладают... не хуже наших будут! Поэтому совсем необязательно нападать вечером! Для нас идти в бой вечером даже невыгодно, потому что, как раз вечером они обязательно будут принимать меры предосторожности! Начать наступление в это время будет очень глупо и самонадеянно!

- И то правда, – Мэй Сюэ Янь кивнула головой. Она даже сама не заметила, как, по ходу этого разговора, снова стала уступчивой и покладистой...

Цзюнь Мосе вдруг рассмеялся и заметил:

- Более того, они больше всего боятся, что мы проскользнём мимо них, поэтому и нашли такое место для засады. Они, наверное, даже спят с открытыми глазами! Сегодня вечером будет ветер и снег. И нам, и им придётся несладко. Ну, да ничего, мы зададим им жару! Мы уже здесь несколько дней, и, по правде говоря, мне здесь даже нравится.

Мэй Сюэ Янь не сдержалась и рассмеялась:

- Вот ты засранец!

- Эй, ну почему сразу засранец? Это называется природная смекалка! – Цзюнь Мосе с гордостью сказал. – Находясь в самой маленькой палатке быть способным выработать действенный план, который принесёт победу на полях сражений, находящихся на расстоянии тысячи ли… Это же в лучших традициях нашего Лао Цзюнь! (Владыка Лао, даосский патриарх, верховное божество в религиозном даоссизме)

Мэй Сюэ Янь захохотала в голос, в один миг, казалось, все прежние печали разом улетучились.

Так как верхний халат был снят, сейчас Мэй Сюэ Янь была в одной нижней сорочке, которая облегала её тело, каждая часть которого содрогалась от смеха, грудь томно вздымалась, и, конечно же, Цзюнь Мосе не мог упустить такой момент, чтобы полюбоваться её изящной фигуркой...

Ну, и ведьма... как тут устоять!

Такие, казалось бы, обычные телодвижения раньше никогда не вызывали подобной реакции у Цзюнь Мосе, но сейчас всё было по-другому... Узкие и тесные одежды Мэй Сюэ Янь сделали своё дело...

Мэй Сюэ Янь проницательно посмотрела на Мосе, и сразу же заметила, что он как-то странно смотрит на неё. Что с его взглядом?! Это что ещё за взгляд мартовского кота?

- Сюэ Янь... А что если мы отложим нападение на несколько дней, а? Останемся здесь немного подольше... Если ты поранишься, то мы не будем спешить и подождём, пока ты восстановишь свои силы... Нам, на самом деле, некуда торопиться, – с пристыженным видом и, захлёбываясь слюнями, промямлил Мосе.

- Поранюсь? Я могу пораниться? Мои старые раны уже давно затянулись, о чем ты говоришь вообще? Я тебя не понимаю... – Мэй Сюэ Янь с удивлением посмотрела на Мосе.

Цзюнь Мосе хихикнул и, смущённо потупив глаза, сказал:

- Ну... Если мы останемся здесь на несколько дней... Ты можешь «пораниться»...

До Мэй Сюэ Янь вдруг дошло, что он имеет в виду!

Она тут же покраснела и вне себя от злости закричала:

- Ах ты, извращенец! Да ты, как-никак, смерти хочешь, да?!

Далее последовал резкий удар, после чего Цзюнь Мосе вывалился из медвежьих шкур, сопровождаемый гневным криком:

- Пошёл вон, засранец!

Удар был нелёгким...

Цзюнь Мосе вскрикнул, согнулся пополам, как варёная креветка, голова и ноги почти соприкасались. Всё это произошло в воздухе, а он, пролетев до снежной стены, исчез, оставив круглую дыру...

Немного погодя, с отнюдь не радостным выражением лица, появился Мосе из этой дыры:

- Сюэ Янь... Из-за твоего удара я отлетел аж на пятьдесят чжанов (15 метров)! У меня теперь внутреннее кровотечение будет. Внутренние органы узлами завязались, пока я летел. Ущерб для моего здоровья немалый... Я серьёзно ранен... Похоже, я сам не смогу излечиться. Не могла бы ты мне помочь и протянуть руку помощи в такое нелёгкое время для меня? Если мы вдвоем напряжёмся и займёмся лечением вместе, то, я уверен, мои раны очень быстро затянутся...

- Я тебе сейчас покажу такое «вместе»! Тюрьма Тяньди! – Мэй Сюэ Янь, до сих пор с красным лицом, долго не думая, пнула Цзюнь Мосе ещё раз! И он снова скрылся в снежной дыре, при этом крича что-то невнятное о пощаде...

Второй день, перед рассветом.

Цзюнь Мосе, вздыхая и охая, с огромными тёмными кругами под глазами, больше даже чем у панды, наконец-то выбрался из дыры.

В этот раз Молодому мастеру Цзюнь и правда хорошо досталось: он был унижен и смущён, вдобавок к этому его неслабо поколотили... Цзюнь Мосе поклялся, что после того, как они разберутся с тремя мудрецами, он первым же делом проучит эту девчонку! Чего бы ему это не стоило! Его месть будет страшна!

Но сейчас надо прийти в себя и направить свой гнев в правильное русло, а, именно – спустить всю свою злость на трёх мудрецах! Они тоже этого заслуживают!

Глава 579. Я вас до смерти измучаю!

Вход в ущелье.

Этот горный проход действительно был весьма специфическим рельефом местности.

Всё было в точности, как и говорил Цзюнь Мосе. С двух сторон возвышались скалы, а между ними была довольно узкая впадина, куда могли вместиться лишь три человека.

За последние дни навалило немало снега, была сильная метель, поэтому ущелье полностью завалено. Толщина снежного покрова точно не меньше 30 метров.

Сяо Вей Чэн и ещё несколько его людей, одетые в белые, как снег, одеяния, лежали ничком позади большого камня и орлиным взглядом наблюдали за дорогой.

- Сяо Вей Чэн, мы ждём здесь уже практически сутки, почему всё ещё никто не появился? Возможно, они нас обогнали? – с серьёзным видом спросил один седой мужчина с бородой, как у горного козла.

- Нет, не обогнали! Ты только посмотри на этих бесстыдников – они же всю дорогу только обнимаются и заигрывают друг с другом… Такая распущенность… Как, по-твоему, они бы смогли так быстро уйти? Вполне возможно, они сейчас где-то спрятались, и, кто знает, каким развратом они там занимаются… – гневно ответил другой мужчина мощного телосложения с толстой кучерявой бородой.

- Ого, брат Лю! Ты с таким видом про всё это говоришь, будто ревнуешь… Неужто у тебя на госпожу Мэй есть свои планы? – высунув из под снега голову, шутливо произнёс ещё один парень.

- Ха, ещё чего! Я просто презираю этих двух скотин, только и всего! Такой разврат и падение нравственности, даже убить их будет недостаточно, чтобы успокоить публичное негодование! – торопливо, будто оправдываясь, ответил мужчина с толстой кучерявой бородой.

- Не объясняйся, это ни к чему. По твоим глазам и так всё понятно. Да и тут одни мужики, все свои. Если ты не можешь съесть виноград, то говоришь, что он кислый. Ты ведь один из высших мастеров… Не думал, что ты вдруг вот так вот струсишь и не станешь признавать очевидное, – сказал кто-то другой и тут же добавил. – Лао Лю, а что если мы поможем тебе? Так сказать, предоставим тебе уникальную возможность? Только вот будь осторожен, вдруг ещё умрешь на животе Мэй Сюэ Янь… Хотя, тогда ты явно прославишься на весь мир.

- Ублюдок, мать твою! – мужчина с кучерявой бородой вдруг вытаращил свои глаза и тихо добавил, – думаю, я справлюсь!

Все громко рассмеялись. В этом вопросе мужчины никогда никого не убеждают, будь они высшими мастерами или же обычными людьми.

Внезапно Сяо Вей Чэн прошептал:

- Всем приготовиться! Наша цель приближается!

Все вмиг успокоились, атмосфера постепенно начала накаляться. Шутки, конечно, шутками, но все присутствующие действительно опасались Мэй Сюэ Янь. Её нельзя недооценивать! Она действительно могущественный враг, если ты будешь хоть чуть-чуть неосторожен, можешь мигом лишиться жизни!

Эта толпа пристально уставилась вперёд, все невольно остолбенели.

Где-то вдали виднелся силуэт девушки, шла она не быстро и не медленно, казалось, будто она просто вышла на прогулку.

Но она была совершенно одна!

Как такое возможно? А как же Цзюнь Мосе, где он?

Между тем, все были сбиты с толку. Хотя это им только на руку, ведь тот, кто им нужен – Мэй Сюэ Янь! Цзюнь Мосе исчез, и можно больше не переживать о том, что он может призвать этого ужасного старого монстра…

Однако если Мэй Сюэ Янь уже пришла, то куда отправился Цзюнь Мосе?

Ночной холодный ветер усиливается. И проходя через узкий проход долины, он издавал странный надрывистый звук, словно вопль тысячи чертей в аду. Ветки деревьев, раскачиваясь на ветру, также издавали своеобразное звучание, будто не желая сдаваться.

Хлопья снега мигом подчинились этому урагану, образовав заснеженный туман. В одно мгновение он полностью заполнил взор всем присутствующим...

К счастью, это продлилось недолго, и, наконец, туман медленно исчез, в воздухе остались лишь снежинки.

Сяо Вей Чэн являлся первоклассным мастером. Изначально он держался весьма отважно, но в этот момент его нервы были на пределе, все мышцы будто сжались, Сяо Вей Чэн затаил дыхание и уставился на медленно движущийся силуэт. Он был похож на гепарда, который в любой момент готов броситься на свою добычу!

Люди позади него нервничали не меньше. Наступила полная тишина.

Эта битва определённо будет очень жестокой!

Нужно лишь дождаться, когда Мэй Сюэ Янь войдёт в ущелье, ну а там уже всё, конец! Все инстинктивно понимали, что, оказавшись в безвыходном положении, мастер такого уровня, как Мэй Сюэ Янь, непременно использует свою невероятную силу!

Хотя на этот раз Великий Золотой Город выставил достаточное количество силы: в общей сложности 30 первоклассных мастеров, но если они хотят избавиться от Мэй, то придётся пожертвовать как минимум половиной из участвующих людей!

Вполне возможно, что даже более 20 человек погибнут вместе с Мэй!

Даже если по счастливой случайности нескольким и удастся выжить, вряд ли они останутся в целости и сохранности. Скорее всего, им придётся ещё долго бороться за свою жизнь.

Сила высшего мудреца гораздо сильнее первоклассного наёмника! Если же силы одного из трёх мудрецов будет недостаточно, то в бой пойдут те мастера, чья сила хотя бы чуточку выше. Тем не менее остаточное звено, что слабее, также вступит в бой – здесь уже любые средства хороши!

Более того, Мэй Сюэ Янь обладает ужаснейшей скоростью, ей здесь нет равных!

Если при первой атаке не нанести Сюэ Янь достаточно тяжёлые повреждения, то, как только она восстановит силы, беды не миновать!

Ветер всё ещё свистел, а падающий снег рассеивался на ветру…

На земле воцарилось полное спокойствие, но на самом деле всё вокруг пропитано коварными замыслами убийства!

В каньоне в общей сложности 30 высших мастеров устроили засаду, однако нет никаких признаков или следов, сработано очень аккуратно...

Мэй Сюэ Янь всё приближалась и приближалась, а атмосфера в ущелье становилась всё более и более напряжённой!

Внезапно Мэй Сюэ Янь будто что-то почувствовала и остановилась. Она холодно посмотрела в сторону ущелья. Хотя все прекрасно понимали, что Сюэ Янь не могла их увидеть, но сердце каждого дёрнулось от испуга… В тот момент все до единого скрыли свои духовные силы, их тела перестали подавать какие-либо признаки жизни, и, будто трупы, мигом попрятались под слоем снега…

Великий мудрец всегда был очень осторожен, особенно, когда дело касалось такой неизвестной угрозы, если она только сможет почувствовать их присутствие – то всё тут же пойдёт крахом!

Вдруг Мэй Сюэ Янь резко прыгнула вверх и поднялась на десять футов, а затем ещё на десять. Все её движения были грациозны и легки, она вращалась в воздухе, стремительно поднимаясь всё выше…

Каждый, кто узрел происходящее, не смог сдержать удивление!

Так это и есть техника лёгкого передвижения?!

Именно она. Мо говорил, что видел это своими глазами. Это невероятные навыки на уровне богов!

Будучи в воздухе, Мэй Сюэ Янь всё так же равнодушно осмотрела ущелье. Она грациозно двигалась и кружилась в воздухе, будто она и есть сама невесомость. Но вдруг Сюэ Янь спустилась на землю. Она действительно была прекрасна, просто завораживающая!

Похоже, что она ничего не обнаружила. И, ещё раз осмотревшись по сторонам, Сюэ Янь продолжила свой путь в сторону ущелья!

Идёт!

Наконец-то!

Вот-вот приблизится, шаг за шагом, всё ближе и ближе! Осталось лишь 8 футов… Как только она пройдёт их, смерть не заставит себя ждать! Можно сказать, что это и есть врата Ада!

Тем не менее, похоже, что Мэй Сюэ Янь по-прежнему ничего не чувствовала… Как же её удивительные способности? Она всё также спокойно двигалась к ущелью, временами сбрасывая снежинки со своих волос. Слишком беспечно…

Мэй Сюэ Янь вздохнула и снова оглянулась назад, казалось, что она кого-то ждёт. Затем, сделав ещё пару шагов, она внезапно остановилась. Сюэ Янь стояла одна посреди дороги и совершенно не двигалась.

Мастера трёх священных земель были вне себя от ярости, но Мэй не двигалась с места…

Ну, иди ты уже! Давай! Быстрее! Почему ты остановилась?!

Все только этого и ждали!

Твою ж мать, осталось всего ничего, чего ты вдруг остановилась...

Ты прямо-таки испытываешь наши нервы на прочность!

На самом деле было неважно, далеко или близко находилась Сюэ Янь, всё равно все находились в затруднительном положении. Если кто-нибудь вдруг собьётся на полуслове, они тут же будут разоблачены. Даже удары сердца могли насторожить Мэй!

А так как Сюэ Янь всё ещё за пределами ущелья, то, почувствовав неладное, она может легко убежать! А с её скоростью останется лишь собирать пыль после неё!

Нынешнее положение очень похоже на натянутый лук! Мэй Сюэ Янь, похоже, бессознательно натянула тетиву, когда остановилась здесь. И сейчас она держала её, не натягивая, но и не отпуская… Это похоже на тупик…

А 30 мастеров из Золотого города и есть этот натянутый лук!

Неловкость дошла до предела и повисла в воздухе, но никто так и не осмелился двинуться с места…

Наконец, Сюэ Янь сделала ещё один шаг и направилась вперёд, все уже успели расслабиться, как вдруг… Мэй резко прыгнула вверх на одну из сосен. Она села на одну из веток и начала болтать своими ножками, одновременно наблюдая за дорогой. Она явно не собиралась двигаться дальше…

Твою мать!

Тридцать человек одновременно едва не начали ругаться! И как это называть, разве она не играется с нами? Захотела – пошла, захотела – ушла. Ну и какой в этом смысл, а?!

Если бы только Цзюнь Мосе мог это увидеть, он бы однозначно был вне себя от возмущения: «Братцы, вы теперь понимаете меня, а?»

Эта женщина называет все эти игры своей мудростью. Даже моя феноменальная психика не смогла выдержать такого…Стрела уже на тетиве, но она её не отпускает… Боже, какая это пытка… Братцы, не только вы мучаетесь с ней… В тот день низ моего живота просто разрывало от боли…

Но Цзюнь Мосе здесь не было!

Он был занят… Готовился к работе…

Глава 580. Убийство мастеров

Самый страшный способ убийства, которым пользовался Злой Монарх, наконец-то появится и в этом мире! Наконец-то мастера этого мира ощутят ужас, внушаемый Злым Монархом!

Силы Цзюнь Мосе уже давно превосходили силы Злого Монарха из прошлой жизни!

Ему нужна была лишь возможность проявить их в бою. Однако его силы были равны силам главных мастеров этого мира.

А сойтись в бою ему придётся не с одним, и даже не с двумя, а с тридцатью!!

Он был словно ветер, рассекающий воздушное пространство, невидимый и не оставляющий следов. Он безмолвно проскальзывал, как бестелесное, но держащее форму облако. Словно искрящаяся в тумане снежинка или душа покойника в загробном мире, он блуждал в пустом, тёмном пространстве.

Его тело, полностью окутанное в Ци, проходило под землей.

Злой Монарх древнего Китая!

Его меч следовал за ним, сверкая мутным холодным блеском.

«Кровь Жёлтого Пламени»!

Сверху доносились звуки пульса, который бился медленно и тихо. Хоть звук и был слабым, но ясно различимым! Это было единственной мишенью Цзюнь Мосе, за которой он жадно охотился!

Именно поэтому великие мастера уже давно скрыли свои души, запечатали все свои поры на теле, скрыли свои запахи, и даже полностью успокоили движение своих мыслей. Что же касается колебаний их силы Суань, они первым делом сделали так, чтоб от них не осталось и следа!

Всё, что они оставили Цзюнь Мосе, так это эти чрезвычайно слабые звуки. За долгое время лишь один удар сердца! Да к тому же, обнаружить эти мельчайшие движения можно было только потому, что их тела находились близко к поверхности земли.

Однако, когда их тела отрывались от земли хоть на немного, пульсирование тут же исчезало… Но высокая репутация Мэй Сюэ Янь давила на них и не позволяла им действовать опрометчиво!

Цзюнь Мосе беззвучно к ним приближался, и молча считал: один, два, три…

В этот раз они распределились по Великому Золотому Городу довольно-таки плотно. В каждой группе было по три человека и все как один внимательно наблюдали за тем, что происходит вокруг. Они стояли треугольником, и просвета между ними видно не было! Такие плотные построения создавали огромную сложность для убийств, которые должен был совершить Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе молча прокрался и остановился у этих фигур, немного поразмышлял, затем закрыл свои сверкающие глаза, уголки его рта опустились, он наметил градус, и уже решил, каким способом будет действовать!

В его руках был его бесподобный меч «Кровь Жёлтого Пламени». Вдруг он стал словно обугленное дерево – тёмным и без блеска!

Цзюнь Мосе стоял в абсолютной темноте. Он сделал небольшую паузу, затем резко, без малейших колебаний, обнажил свой меч и вонзил его!

Снизу вверх, словно возвысилась чёрная молния, скрывающаяся под землей, и немедля поразила объект!

Этот меч предназначен для того, чтобы отнимать жизни! Нет ничего свирепее его!

Все происходило так, словно ветка случайно треснула на ветру…

Острие его меча сносило все, что находилось на земле раз за разом, поднимая снег, а затем безмолвно пронзало грудь всех этих великих мастеров!

Раз! Меч вошёл прямо в сердце противника!

А затем ещё раз!

Одного удара было достаточно!

От его жестоких ударов воздух больше не поступал в лёгкие этих творений природы. Меч проникал в сердца и губил их, одновременно останавливая работу и всех остальных органов. Во время этого Цзюнь Мосе в первую очередь контролировал свои мысли, это было жизненно важно! Его план был идеален. Люди, которых он убивал, были мастерами, поэтому даже когда их сердца были повержены, они все еще издавали слегка слышные звуки, и сопротивлялись до самого конца!

Но сейчас он обрекал их на верную смерть. Они больше не могли бороться, а если кто-то и пытался это делать, Цзюнь Мосе обнаруживал это незамедлительно! Он не мог допустить никаких непредвиденных случаев!

Тела Великих мастеров Великого Золотого Города были обезображены, превращаясь в гнилое мясо! Целое поколение Великих мастеров умерло вот так просто. Как же несправедливо!

Они умерли насильственной смертью!

На самом деле чёрное лезвие клинка ещё ни разу не соприкасалось с воздухом…

Один из мастеров той заснеженной земли даже не успел ничего понять, он лишь почувствовал на своей груди укус комара, а затем все его знания куда-то испарились… Знания, накопленные за много-много лет, просто испарились…

Он не понимал до самой последней секунды: Почему я умираю? Я всё ещё жду удара из засады по Мэй Сюэ Янь, и жду великого успеха, когда на царя зверей обрушится небесная кара…

Его тело так и лежало на земле, не шевелясь, всё в снегу. Он словно всё ещё искренне старался выполнять свои обязанности, соблюдая полную тишину и притворяясь трупом, но только он больше не играл, а реально им стал…

Раны от меча были очень тонкими, словно это порезы от ветки деревьев. Из самой раны, на удивление, кровь не шла…

Цзюнь Мосе не останавливался ни на секунду, «Кровь Жёлтого Пламени», повергая противника, быстро возвращалась к нему. На острие клинка не было и капли крови, он был по-прежнему тёмным, но Цзюнь Мосе чувствовал очень ясно, что длинный меч в его руках ощутил вкус возбуждения!

Или это обманчивое чувство? Цзюнь Мосе в это время почувствовал, как волшебный меч, «Кровь Жёлтого Пламени», и его мысли соединились, это было очень глубокое ощущение, словно между ними есть кровное родство!

После того как были отняты жизни «Кровью Жёлтого Пламени», и земля была орошена свежей кровью Великих мастеров, это пробудило его кровожадную природу!

С этой минуты невозможно было обуздать непреодолимое желание Цзюнь Мосе убивать!

Король убийств, Злой Монарх, был первым убийцей потустороннего мира, который через 8 месяцев после перерождения, только разогрелся! Это было только начало, но какое великое!

Цзюнь Мосе не издавал ни звука при движении, он убил лишь одно левое звено в их треугольном строю!

Но сегодня ночью начнутся массовые убийства!

Теперь цель Цзюнь Мосе – люди справа!

Они были на расстоянии в 2 чжана (6,66 метра).

Цзюнь Мосе слегка помедлил, так как человек, который стоял спереди был Великим мастером! Он не смог бы бесшумно убить его, поэтому решил сначала разобраться с двумя другими его помощниками!

Таким образом, даже если великий мастер и издаст какой-то звук, когда его будут убивать, Цзюнь Мосе сможет убить троих, это ещё круче чем убить двоих!

Раздался звук пронзающего тело меча!

Острие меча бесшумно пронзило заснеженную землю…

Длинный меч снова вышел из земли, и снова бесшумно начал разрывать тела мастеров изнутри, уничтожать их!

Под землей Цзюнь Мосе слышал только два коротких вздоха! Если бы рядом с ним стояли люди, то они смогли бы заметить, как кровь прилила к его лицу.

Этот меч, казалось бы, такой маленький и довольно лёгкий, на самом деле был крайне тяжёлый. Не важно под каким углом и с какой скоростью он выходил из рук Цзюнь Мосе, он своевольно вонзался во врага на максимальной скорости, а затем на миг брал над собой контроль! Один незначительный промах мог стоить ему успеха! Но цель его убийств были наёмники величайших мастеров! Цзюнь Мосе, помимо того, что собрал воедино все свои силы, ему также необходимо было собрать всё, что было в его теле: Цзин, Ци и Шэнь (три сокровища: телесная сущность, жизненная сила и дух). С полной отдачей, без звука, без плана, без гнева, без поддержи предков, лишь используя свой меч.

Только и нужна была одна небольшая оплошность, например, от сильной воли к жизни, достопочтенные мастера могли закричать. Не так уж сложно это сделать! Но Цзюнь Мосе не мог позволить им завопить, ни на долю секунды!

Вроде бы всего один человек и один меч, но они убивали сразу двоих! Это стоило огромных усилий Цзюнь Мосе! Сейчас он выиграл себе немного времени, чтобы восстановиться!

Следующей мишенью меча был великий мастер. Он должен был убить его незаметно. Здесь нужно было быть еще осторожнее!

Впереди было узкое горное ущелье, Мэй Сюэ Янь тихо сидела на дереве, то и дело поворачивала голову, чтобы посмотреть на дорогу, она уже больше не могла ждать.

Все великие мастера Золотого Города, глядя на это, поняли: не видит она своего разбойника, Цзюнь Мосе! Конечно, эта девчонка ждёт своего возлюбленного! Не удивительно, что ей не сидится спокойно.

Но… ты расслабься! Мы действительно не хотим убивать твоего возлюбленного, мы хотим убить лишь тебя… С ним в любом случае всё будет в порядке, а ты скорей спускайся… Спускайся, и мы все будем свободны… И больше никто не будет играться с нами!

Все искренне молились об этом у себя в головах.

Мэй Сюэ Янь слегка крикнула, её лицо выражало скрытую обиду. Затем она подняла своё красивое личико и посмотрела вверх. Это лицо необычайной красоты омрачило беспокойство, и люди, которые смотрели на неё, не смогли сдержать своё сожаление по отношению к ней.

Она снова крикнула, её настроение явно сильно испортилось, она неохотно повернула голову ещё раз… Неожиданно она спрыгнула с дерева и без раздумий направилась в ущелье.

Хэй… Наконец-то пришла… Скоро ты станешь трупом…

Мэй Сюэ Янь продвинулась вперед на 3-4 чжана (10-13 метров), но её учащённое сердцебиение заставило её остановиться, повернуть голову и посмотреть назад… Она озабоченно остановилась на полпути… Не двигаясь…

Твою ж мать, она снова остановилась!!!

Скорее иди сюда, мы поможем тебе убить чувства, которые заставляют тебя страдать!

Да подходи же ты, и всё закончится! Ты умрешь, и я умру, все перестанут страдать, мать твою!

Она была у всех на виду, печаль одолевала её, заставляя ещё раз повернуть голову. Вдруг она повернулась и пошла назад по дороге, прошла несколько шагов и снова повернулась… Она расхаживала туда-сюда.

Мы же так на тебя надеялись!

Все молча выругались.

Сяо Вей Чэн, который веками тренировал свой непоколебимый характер, едва не психанул… Снова придётся ждать!

В сердце почти каждого мастера Золотого Города словно разгорелся пожар!

Ей оставалось сделать всего один шаг!

Как это называется вообще? Лучше бы ты вообще не приходила, мы бы тебя не увидели, не волновались бы так. Ведь ты прошла уже так далеко, мы уж было набрались храбрости…. Но ты остановилась на какой-то один долбанный шаг!

На твоем лице была такая тоска, что и мы загрустили!

Правда загрустили! И в самом деле, куда ушёл твой возлюбленный мудила?

Может, он отошёл по нужде… Но так долго?..

Неужели он решил целый холм наложить??!!

Глава 581. Истинные приемы Цзюнь Мосе

Мэй Сюэ Янь сделала ещё несколько шагов. Неожиданно она встала на большой заснеженный валун и, вглядываясь вдаль, пробормотала:

- Белоснежные бутоны сливы на снегу... Хорошая фраза! Ему трудно было написать такой прекрасный стих. Неужели он посвятил его мне?

На сколько хватало взгляда, в воздухе, наполненном прохладой, буйно цвели вишневые деревья, особенно ослепительные на чистейшем снегу!

Бородатый детина рядом с Сяо Вей Чэном чрезвычайно нервничал, он то и дело то напрягался, то расслаблялся, венка вздулась у него на лбу, а в животе раздавался приглушенный шум. Казалось, ещё чуть-чуть – и его стошнит. Но на самом деле секунду назад, к своему удивлению, он понял, что смертельно ранен! Он не мог сказать ни слова, лишь молча страдал…

Прошу тебя, там не видно следов Цзюнь Мосе, давай быстрее!

Слушай, если ты не придёшь, девушка уж точно ни за что не согласится войти…

Цзюнь Мосе уже принял для себя оптимальное положение, его глаза были закрыты, всё время плотно закрыты! Потому что даже один яростный взгляд может вызвать настороженность великого мастера. Он медленно закрыл глаза, не спеша повернулся на земле и молча подобрался к телу мастера…

Почувствовав едва заметные колебания пульса, Цзюнь Мосе вцепился в Кровь Жёлтого Пламени и молниеносно нанёс колющий удар мечом.

Земля разверзлась! Кровь Жёлтого Пламени беспрепятственно пронзил сердце человека. Силу, сотворенную самой природой, невозможно остановить – земля вздымалась, внутренние органы были разорваны в клочья, даньтянь был бесповоротно повреждён, внутренняя сила била ключом в его глотке! Она удерживала его телодвижения и звуки!

Цзюнь Мосе почувствовал лишь небольшую дрожь, его энергетическая сила была полна ярости. Длинным мечом он наносил удар за ударом.

Он едва успел подумать: «Это опасно!»

Если он будет хоть немного небрежен, этот меч способен убить его, но у него есть силы бороться, кричать, и, даже будучи при смерти, он будет сопротивляться.

К тому же сейчас он способен контролировать своё тело, но его оставшаяся духовная сила понемногу истощается.

Несмотря на то, что сопротивление было мощным и очень сильным, мастер высочайшего уровня, в конце концов, утратил свою жизненную силу, так и не сумев даже пикнуть. Последний энергетический удар всего лишь вызвал у Цзюнь Мосе небольшие переживания, так и не получив дальнейшего развития.

Со свистящим звуком убрав меч, Цзюнь Мосе издал длинный выдох!

В конце концов относительно гладко прошло убийство трёх человек… Однако мгновенное убийство тех двух мастеров прошло без особого сопротивления, только последний великий мастер высшего уровня смог отреагировать в последний момент, прежде чем его жизнь была оборвана.

Даже если эта атака энергетической силой, её нельзя недооценивать!

Что это объясняет? Что подразумевает?

Цзюнь Мосе незаметно открыл небесную силу, проникнув в тело Великого мастера, оказался в даньтяне, и с удивлением обнаружил, что в даньтяне этого человека нет снадобья бессмертия, которое он ожидал найти. Вместо этого там была лишь крайне размытая туманность… Очевидно, она приобрела эту странную форму после того, как он повредил её своим мечом.

Попытавшись решить, откуда она взялась, Цзюнь Мосе наконец-то определил, что эта туманность есть не что иное, как результат изначального источника эликсира бессмертия.

Кажется, действительно это что-то другое. Над воротами совершенствования говорится, что снадобье бессмертия превращается в основу таблетки бессмертия, но здесь на самом деле расплывчатая туманность. Почему?

Цзюнь Мосе всей душой отдался мыслям, затем внезапно покинул своё местоположение, ни на секунду не останавливаясь… Он поспешно спустился вниз, к следующему треугольнику, в точку очередной засады! Сейчас не самое подходящее время для анализа. Пришло время, чтобы завершить битву.

В полнейшей тишине тридцать человек ждали, чтобы атаковать Мэй Сюэ Янь, в то время как Цзюнь Мосе бесшумно притаился в земле.

Успешно убив троих, мастер Цзюнь приобрёл определённый опыт. Пусть даже придётся сражаться с великими и величайшими мастерами, нужно лишь выбрать правильную тактику и убить их по установленному образцу.

………….

В целом план хорош. Сначала появится Мэй Сюэ Янь, чтобы ослабить силу противника, пусть в конце концов противник начнёт действовать опрометчиво, а затем Цзюнь Мосе убьет их в темноте. Это тактика Цзюнь Мосе.

Факты свидетельствуют, что эта тактика и в самом деле чрезвычайно действенная, к тому же имеет великолепные результаты.

Мэй Сюэ Янь тихонько стояла всего в нескольких метрах от входа в ущелье, успешно привлекая большое количество Великих мастеров Золотого города. Для них самой большой угрозой была Мэй Сюэ Янь. Что касается Цзюнь Мосе, это совершенно не заботило великих мастеров, все вместе они могли запросто превратить Цзюнь Мосе в 16 отдельных маленьких кусочков…

Поэтому они даже не думали, куда отправился Цзюнь Мосе!

Даже если они об этом и думали, то только в таком ключе:

«Почему этот засранец ещё не пришел? Придёшь ты, почтенная Мэй тоже пойдёт сюда!»

Никому и в голову не приходило, что этот засранец может их убить. Об этом нечего даже и думать. Однако именно это странное событие и возникло в тишине… Они пренебрегли человеком, который мог нанести им серьёзный ущерб. Какое сожаление…

Они всё ещё бродили в полном неведении, в совершенном безмолвии!

Они сосредоточили все силы, остерегаясь одного человека, даже не собирались драться, только лишь подходили и уходили, практически смирившись со своей участью. Надо сказать, что в этом и заключалась ирония!

Убивать незаметно – это и есть истинная тактика Цзюнь Мосе!

Мэй Сюэ Янь выглядела так, словно беззаботно прогуливалась взад-вперёд, а на самом деле она сжимала руки в бессильном страхе. Потому что она не могла понять, что, в конце концов, делает Цзюнь Мосе. Прошло два часа, почему он до сих пор не появился? В ущелье полчаса ни звука, какую позицию лучше всего занять?

Неужели что-то случилось? Непредвиденная ситуация? Мэй Сюэ Янь, собрав всю волю в кулак, повернула голову, ещё раз взглянула в сторону ущелья… И в этот момент вдруг!

Слабый стон неожиданно донёсся из ущелья.

Все остолбенели!

Все присутствующие были экспертами в убийстве людей, но никто не отнимал восемьсот жизней. Этот голос умирающего, конечно же, вовсе не был им незнаком. Подобный стон издавал человек, находящийся на пороге смерти, чрезвычайно мучающийся, который уже не может издавать слишком сильных звуков, так как трахея полностью или частично заблокирована. Такой звук издаёт человек, с трудом собрав оставшиеся жизненные силы!

Как это случилось?

Что случилось, в конце концов?!

Сяо Вей Чэн изменился в лице, ему внезапно стало плохо. Невозможно было скрыть своё физическое состояние, он топнул по земле, и его тело с шуршащим звуком взмыло вверх. Только что появившийся из земли меч промелькнул в кромешной темноте над головой и скрылся опять. Не оставив и тени следа, земля снова приобрела первоначальный вид.

Но острие меча было на удивление быстрым. Оказывается, Сяо Вей Чэн совершенно не обратил внимание на странные ощущения. Он почувствовал, что с его сердцем стало нехорошо, по-видимому, мощный удар меча повредил его сердце!

Если бы он обратил внимание, то непременно бы обнаружил на своей груди с левой стороны след от удара меча.

На грани жизни и смерти!

На лице Мэй Сюэ Янь появилась холодная усмешка, когда она глядела на зависшего в воздухе Сяо Вей Чэна:

- С самого начала это был ты! Сяо Вей Чэн из Великого Золотого Города, ты уже давно подготовил засаду. Не мог дождаться, чтобы убить меня?

Сяо Вей Чэн только открыл рот, чтобы заговорить, но пульсирующая боль пронзила его сердце, он неожиданно запрокинул в воздухе голову и кровавый туман застелил всё небо. Едва дыша, он опустился на землю.

Сяо Вей Чэн ничего не ответил на слова Мэй Сюэ Янь, он на самом деле чувствовал себя скверно. Предсердная колика, очевидно, является результатом ранения в сердце. Но как эта рана была получена? Есть ли ещё раненые? Что означал тот предсмертный стон?

Мэй Сюэ Янь не входила в ущелье, неужели это чей-то подлый приём?

Подумав об этом, он, в конце концов, с подозрением оглянулся на ущелье и вдруг закричал:

- Прятаться уже бессмысленно, все встаньте и поприветствуйте почтенную Мэй!

В это время засада уже действительно не имела смысла!

Другие люди не знали, для чего Сяо Вей Чэн неожиданно взмыл ввысь, тем самым разоблачив себя, и уж тем более не понимали, какого фига он в воздухе, ещё и кровью истекал. Все были преисполнены недоумением. Услышав призыв Сяо Вей Чэна, все непрерывной чередой начали приближаться.

На снежном покрове один за другим безмолвно появлялись люди в белых одеждах, вставали посреди снежного поля, глядя на Мэй Сюэ Янь, у всех в глазах скрывался коварный замысел.

Но лицо Сяо Вей Чэна изменилось!

Его лицо стало того же самого цвета, что и снег, его губы задрожали!

Как говорится, прекрасные манеры величайшего мастера исчезли без остатка!

Он начал считать: Один… два…. пять… восемь… двенадцать… четырнадцать… досчитав до четырнадцати, он прекратил подсчёт!

Потому что больше никто не встал!

Очевидно, сам он не мог просчитаться, здесь было только четырнадцать человек!

Было четырнадцать человек. Даже если считать самого себя – не хватало ещё пятнадцати человек!

Куда они ушли?

Сяо Вэй Чэн крикнул:

- Люди? Выйдите все, быстрее покажитесь!

Прокричав эту фразу, он почувствовал, что его тело замерзло с головы до пят. Все, как минимум, уважаемые мастера, нет причины не слушать его. Услышав его слова, они непременно должны были выйти!

Но почему никто не появился?

Сяо Вей Чэн надеялся, что остальные сидят в засаде, надеясь на дальнейшие результаты, но его надежда была очень смутной!

Сяо Вей Чэн создал мощный раскат грома, снег густым потоком соскользнул с вершины, земля затряслась, как при землетрясении, однако так никто и не появился…

Лицо Сяо Вей Чэна побелело. Изначально и так бледное лицо теперь приобрело мертвецкую бледность. Внезапно он стремительно взмыл на десяток метров в воздух, хлопнул обеими руками, разметав снег на земле и ослепив людей.

Сяо Вей Чэна словно окатили водой, его тело закостенело с головы до пят…

Глава 582. Кто виноват, тот виноват

Бац! Бац! Бац! Три тела, падая на землю, провалились в снег, глаза их сверкали яростью, лица стянуло судорогой.

Один эксперт выше уровня великого мастера и два – уровня Великого мастера! Все три сильнейших мастера не знали, в какое время смерть бесшумно придёт за ними. Убийство мастеров такого уровня – не пустой звук!

Пятнадцать мастеров Великого Золотого Города одновременно побледнели!

Фигура Сяо Вей Чэна снова и снова стремительно проносилась мимо с места на место, снося снег с мест засад и обнажая по три трупа.

Пятнадцать тел…

Сяо Вей Чэн перестал двигаться. Пятнадцать трупов лежало перед ним со всех сторон, уголки рта Сяо Вей Чэна свело судорогой, выражение лица, как у злого духа, он остолбенел!

Неожиданно Сяо Вей Чэн взглянул на небо и закричал, чего никто не смог понять. То, что вырывалось из его горла, было словно бессознательный вопль скорби и печали, потаённой в глубинах души.

Вопль, совершенно лишённый скрытого смысла, описывал чрезвычайную скорбь и гнев правителя Великого Золотого Города!

- Кто? Таких хороших людей отправил к праотцам! – Сяо Вей Чэн был вне себя от ярости. Тиара, скреплявшая его волосы, вдруг лопнула, голова его покрылась проседью, а он, носясь в воздухе, снова громогласно прорычал:

- Кто этот сукин сын? Использовать такую презренную и бесстыдную тактику неожиданного нападения! Я отправлю его к праотцам!

Из уголков рта у него сочилась кровь!

Стоны бесконечной скорби и гнева сотрясали небо и землю, эхом проносясь по горам!

В этот момент Сяо Вей Чэн безудержно скорбел, не обращая внимания, как при этом выглядит великий мастер. Он вопил и сыпал проклятьями, но в окрестностях было тихо и безмолвно, не доносилось даже мельчайшего отклика в ответ!

Сяо Вей Чэн снова начинал кричать:

- Сукин сын! Хладнокровный палач! Вы должны привести его ко мне! Втайне творить такое – разве это смело? Вы должны отдать его мне!

По-прежнему ни звука!

Сяо Вей Чэн грустно вздохнул полной грудью, вновь и вновь издавая протяжные крики. Заунывный вой наполнял воздух, заснеженные вершины сотрясались вокруг. Вдруг с вершин послышался грохот, как будто приближается конец света, оказалось, что рев Сяо Вей Чэна заставил несколько лавин сойти вниз.

Снежные комья градом посыпались с гор. Природная мощь, огромная, могущественная, словно проглатывало небо и землю, снежная мгла вздымалась на несколько сотен метров, бурля, словно океанские волны…

Соратники мастера наперебой рванули в укрытие, остался только Сяо Вей Чэн, который не отскочил в сторону и вообще не придал особого значения, позволяя снегу засыпать себя. Как только снежная лавина уменьшилась, Сяо Вей Чэн пронзительно свистнул, прорвался сквозь снег, с грохотом вырвался наружу и встал на ноги.

Тела пятнадцати мастеров были полностью погребены под снегом.

Мэй Сюэ Янь тоже смотрела обезумевшими глазами! Она тоже на самом деле не ожидала, что расстановка позиций, о которой говорил Цзюнь Мосе, возымеет такие блестящие результаты…

Действительно потрясающе!

По дороге к ущелью, тяжело дыша, запыхавшись, бежал Цзюнь Мосе. Осторожно укрываясь от снежных комьев, он кричал:

- Жёнушка, жёнушка, ты в порядке? Я до смерти испугался, только что слышал чей-то крик! Неожиданно сошла лавина, я только собрался посрать… Я так испугался, что чуть подштанники не потерял!

Мэй Сюэ Янь, смеясь и злясь одновременно, произнесла:

- Замолчи! Как тебе не стыдно!

Сяо Вей Чэн опустился недалеко от Мэй Сэ Янь! Он тяжело стоял на ногах, лицо его было ужасно мрачным, глаза, как у кровожадного волка, тускло блестели зелёным огнём. Он свирепо смотрел на Мэй Сюэ Янь, зубы напряжённо скрежетали, переполненный ненавистью он произнёс:

- Почтенная Мэй… Мастер своего дела… У тебя и впрямь есть мерзкие трюки в рукаве!

- Мерзкие трюки? – Мэй Сюэ Янь вскинула брови, - что ты имеешь в виду? Что я сделала?

- Разве то, что произошло, сделала не ты, почтенная Мэй? – прокричал Сяо Вей Чэн, неожиданно заплакав кровавыми слезами. – Пятнадцать братьев, с которыми мы были вместе сотню лет, исподтишка были убиты тобой, почтенная Мэй! Ты слишком жестока! Такое гнусное злодейство, в конце концов, возместится карой небесной! Что сделано, что сделано, но то, КАК это сделано – не заслуживает уважения!

Мэй Сюэ Янь холодно пробормотала:

- Сяо Вей Чэн, ты правитель Великого Золотого Города! Твои слова заставляют меня смеяться! Я не делала ничего из того, что ты сказал! Ничего не делала! Ты ещё спрашиваешь, глядя мне в лицо? Я всё-таки спрошу тебя: тридцать твоих людей сидели здесь в засаде, что они намеревались сделать?

Сяо Вей Чэн тяжело фыркнул, наблюдая за Мэй Сюэ Янь, но больше не разговаривал.

- Ты подстроил мне ловушку, не так ли? Там умерли несколько человек, а ты называешь меня злодейкой? Сяо Вей Чэн! Как тебе не стыдно это говорить! Я вообще сомневаюсь, есть ли у тебя мозги! Или у тебя в голове плесень?

Мэй Сюэ Янь презрительно посмотрела на него:

- Гнусный и бесстыжий! Я не придумаю больше никого, кому бы лучше всего подходили эти слова, кроме тебя!

- С тобой бессмысленно спорить! Кому ты подчиняешься, немедленно прикажи ему выйти! – свирепо ответил Сяо Вей Чен. – Я хочу поквитаться с ним!

- Я понял! Твоя логика заключается в том, что убивать других людей, устраивая им западню – это оправдано? А если другие люди отвечают ударом на удар, это подло и гнусно? В этом смысл? – Цзюнь Мосе пренебрежительно скривив рот, посмотрел на Сяо Вей Чэна.

- Конечно! – Сяо Вей Чэн поднял голову и сказал: - Всё, что я сделал в Великом Золотом Городе – это всё для простого народа, всё ради мира! Враждовать с нами – это безумие! Непростительное преступление! Все наши методы идут от чистого сердца. Отвечать нам ударом на удар – это тяжкий грех! Без перспектив!

- Ха-ха-ха! Действительно забавно! – Цзюнь Мосе разразился смехом. – В таком случае вы без причины убиваете союзников, планируете коварные замыслы для других людей и всё это от чистого сердца?

- Для мира, для народа! Какие есть средства, непригодные для использования? Пусть даже гнусные средства, но для справедливой цели можно использовать с чистой совестью! – изо всех сил фыркнул Сяо Вей Чэн.

- Если вы принимаете это как должное, то это возмутительно! Вы в своём Золотом Городе имеете хоть немного совести? – прокричал Цзюнь Мосе.

Сяо Вей Чэн внезапно развернулся и, свирепо посмотрев на Цзюнь Мосе, произнёс:

- Ты, парень, полагаешь, что достиг пика мастерства, что можешь учить меня?! Ты не признаёшь ни закона, ни велений неба! Я в гневе! Я по-прежнему ненавижу тебя до глубины души! Прими к сведению кое-что: у тебя нет права говорить некоторые вещи! Сейчас я заткну твой поганый рот!

Цзюнь Мосе, гневно закрыв глаза, пробормотал:

- А что если я не согласен?

Сяо Вей Чэн сильно вздохнул и вдруг повернул голову и посмотрел на Мэй Сюэ Янь:

- Госпожа Мэй, ты тоже великий мастер! Я признаю, что сегодня хотел напасть на тебя из засады, но сейчас это уже невозможно! Я только одну вещь хочу спросить у тебя! Кому ты, в конце концов, подчиняешься? Нет недостатка в людях, которые сегодня пали на поле сражения, в Битве за захват небес! Что это означает? Ты не можешь не знать!

Он горящим взглядом посмотрел на Мэй Сюэ Янь.

Мэй Сюэ Янь пробормотала:

- Я же только что сказала тебе – я ничего не делала, я ничего об этом не знаю! Откуда я знаю, кто это сделал? Неужели ты думаешь, что каждый совершивший в мире убийство приходит ко мне и отчитывается? Сяо Вей Чэн, если ты хочешь развязать войну, то быстрей начинай, а если нет, то, поджав хвост, немедленно убирайся восвояси! Принимать участие в Битве за захват небес? Эти уважаемые мастера тоже сражались там, зачем тебе иметь дело со мной?

Сяо Вей Чэн посмотрел на Мэй Сюэ Янь, проигнорировав её слова. Вдруг, неожиданно, как гром среди ясного неба, раздался крик:

- Я понял! Это Чу Цихунь, Плачущий Призрак!!!

Плачущий призрак?

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь изумлённо посмотрели друг на друга, Цзюнь Мосе даже поплохело:

- Да вашу мать! Вы такие идиоты! Неужели, кроме Плачущего Призрака в мире больше нет никого, кто мог бы убивать? Как вы до этого додумались?!

Да, в этом мире, нет никого другого, кто может безмолвно убить так много Великих мастеров, кроме Плачущего Призрака!

Даже правители трёх священных земель могут только лицом к лицу убивать таких великих мастеров. Что касается незаметного убийства, то тут не справиться никому! Это целиком и полностью его профессиональное поле деятельности!

Хотя все в глубине души считают, что даже Плачущий Призрак не смог бы выполнить это дело, но на самом деле в мире, кроме этого первоклассного убийцы, нет никого другого.

Он пришёл, не оставляя тени и ушёл, не оставляя следов, убил незаметно – это и есть техника убийства Плачущего Призрака.

Мрачный Сяо Вей Чэн заскрежетал зубами, лицо его исказила гримаса, он громко прокричал:

- Я только что проверил раны, кровь сочится! Внутренние органы тоже повреждены. Кроме призрачного меча и пяти мучительных ядов Плачущего Призрака, ничто не может нанести подобные раны! Вы всё ещё отрицаете это? Я знаю, это он!

Глава 583. Подавляющая сила

Цзюнь Мосе не удержался от смеха и произнёс:

- Да я же говорю, какое это имеет отношение к Чу Цихуню? Вы, люди из трёх священных земель, хотите вот так безосновательно опорочить доброе имя? Я совершенно не знаком с тем королем убийств, никогда его не встречал. С чего вы взяли-то вообще?! Вы сами это всё придумали!

Цзюнь Мосе истерически смеялся, произнося эти слова.

- Чу Цихунь – хороший человек? Ха-ха-ха-ха! Лучше шутки не придумаешь! – Сяо Вей Чэн задрал голову от смеха, но лицо его выражало негодование. Он произнёс:

- Да он же самый настоящий хладнокровный мясник! На нём столько преступлений… руки его залиты кровью! И всё, что ему интересно – так это серебро! Покрути деньгами возле его носа, так он и родного батьку пришьёт. Как у тебя язык повернулся назвать его хорошим? Цзюнь Мосе, ты действительно не можешь отличить правду от вымысла?

Цзюнь Мосе, ты думаешь, мои обвинения несправедливы? Твои слова тебя выдали! Если бы до этого вас с ним ничего не связывало, ты бы стал сейчас его оправдывать? – Сяо Вей Чэн был возмущён и утвердительно добавил: - Конечно, всё дело в Чу Цихуне! С этого дня Чу Цихунь и великий Золотой Город – непримиримые враги!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь растерянно смотрели друг на друга. Они даже и не думали, что в этом мире есть настолько неблагоразумный человек!

А что, если б тот самый великий убийца сюда пришёл?

Вот бы сейчас было!

Если бы это услышал сам великий убийца Чу Цихунь, Плачущий Призрак, то, поверьте, пролилось бы очень много крови: Почему все обвинения направлены на меня? Есть ли справедливость в этом мире? Меня нельзя назвать великим убийцей, разве что великим оклеветанным…

Цзюнь Мосе до сих пор помнил, как сам когда-то ходил по следам великого хладнокровного убийцы Ли У Бэя, а Ли У Бэй когда-то воспринимал Чу Цихуня как великого убийцу!

Неужто король убийств этого мира из всех существующих мест, пришел именно сюда?

Мэй Сюэ Янь рассмеялась:

- Сяо Вей Чэн, мне тебя жаль. Мне ещё больше жаль ваш Великий Золотой Город. Настолько поверхностно знать человека и выносить такие абсурдные суждения о нём. Над тобой можно лишь посмеяться.

Сяо Вей Чэн тоже рассмеялся, только с ненавистью на лице, глаза его забегали по сторонам, и он вдруг закричал:

- Чу Цихунь! Раз ты такой храбрый убийца, то почему не можешь набраться храбрости, чтобы выйти и взглянуть на старика?

Однако никто так и не появился. Цзюнь Мосе расхохотался.

Мэй Сюэ Янь фыркнула и сделала шаг вперёд.

Сейчас от отряда Великого Золотого Города осталось пять высших мастеров и десять великих мастеров. Мэй Сюэ Янь не воспринимала всерьёз такое количество. Хоть их и нельзя было уничтожить, но, если бы неприятная ситуация возникла, справиться с ними не составило бы труда. К тому же рядом был Цзюнь Мосе, поэтому она чувствовала себя ещё увереннее. Эта уверенность и стала причиной, по которой Мэй Сюэ Янь дала себе волю к неожиданной атаке!

Два мастера Великого Золотого Города преградили ей путь, строго сказав:

- Мы ещё должны разобраться в этом деле. Остановись, Мэй Сюэ Янь!

Мэй Сюэ Янь лишь крикнула в ответ:

- Вам ещё нужно в чём-то разбираться? Я почему-то так не думаю! Проваливайте!

Два мастера разозлились и обнажили свои сверкающие мечи. Они взлетели в воздух и направили свои мечи на Мэй Сюэ Янь!

Они уже были раздразнены смертью своих товарищей, и это уже наполнило их сердца пылом. Услышав, как бесцеремонно Мэй Сюэ Янь кричит на них, они не смогли сдержаться. И им не нужно было сильно стараться, лишь взмахнуть рукой, а там уже их боевые навыки сами всё сделают: тело и меч как единое целое нанесут удар!

За долю секунды в руке Мэй Сюэ Янь появился длинный меч…

Вдруг небеса засияли яркими огнями!

Меч словно излучал холодный заряд электричества! Мэй Сюэ Янь больше не хотела быть снисходительной!

Может, вы с мечом и одно целое, а я одна могу зарубить вас двоих!

Так она и сделала! С одного удара обезглавила обоих!

Сяо Вей Чэн громко закричал:

- Стойте!

После того как Сяо Вей Чэн увидел 15 трупов, он уже избавился от идеи нападения на Мэй Сюэ Янь из засады. Он знал, что ударить по ней сейчас — означало пойти на верную смерть! Даже если пожертвовать 15 людьми, максимум, что можно будет сделать, так это поранить Мэй Сюэ Янь и то очень легко.

Сейчас единственное, о чем мог думать Сяо Вей Чэн, так это об убийстве убийцы: Чу Цихуня!

Что же касается убийства Мэй, так он передаст это отшельникам из Иллюзорного Океана Крови и будет мечтать, чтоб пролилось много крови.

Поэтому он даже и не собирался принимать какие-либо меры.

И то, что только что два великих мастера безрассудно подняли руки на Мэй Сюэ Янь, застало его врасплох, и он крикнул, не успев подумать!

Но было поздно!

Мэй Сюэ Янь поняла совою ошибку. Её осенило, что это не то, что им нужно!

Свист пролетающего меча, его блеск, два свирепых крика и звук разлетающихся капель крови. Кровь брызнула на снег, и два длинных меча рухнули на землю, как и два обезглавленных тела.

Мэй Сюэ Янь безмолвно убрала меч обратно. На чистой белоснежной одежде появились следы крови. Холодок пробежал по телам всех присутствующих.

Сяо Вей Чэн собирался что-то сказать, чтобы смягчить атмосферу после такого конфликта. Но сейчас что-то делать было очень невыгодно для Великого Золотого Города. Преимущества, на которые они рассчитывали из-за их географического положения, больше на них не работали. Со всех сторон их силы уменьшились вдвое и даже больше, и решимость людей уже пошатнулась. Они больше не захотят сражаться!

После того как Мэй с такой легкостью забрала две жизни, её желание сражаться возросло до предела. Сидевший в засаде убийца высшего уровня – великий Чу Цихунь, в любое время мог напасть на них, но в данных обстоятельствах это было совершенно не выгодно Золотому Городу.

Не дожидаясь, пока Сяо Вей Чэн откроет свой рот, Мэй Сюэ Янь повернула голову и устремила свой ледяной, но необычайно ясный взгляд на него. Глубокое, невероятно сильное давление возросло как ураган, и ужасная сила нависла над 13 мастерами Золотого Города. Такие впечатляющие способности, такая величественная сила присуща лишь великим правителям, в чьих руках право решать, кому жить, а кому нет. Который смотрит на всех живых существ с исключительным деспотизмом.

В этот момент непревзойдённый талант одного человека, стал небесной карой для других. Истинная мощь Мэй Сюэ Янь теперь была очевидна.

Находясь под давлением силы, распространившейся над их головами, Сяо Вей Чэн заставил себя проглотить всё то, что хотел сказать. Он лишь чувствовал, как этот суровый и дремучий взгляд проникает в глубины его души. Ему нужно было крепко-накрепко заблокировать свою душу!

Но буквально через секунду он ощутил, как его тело словно летело в пропасть, забыв о первоначальном намерении.

Перед ним были его собственные подчиненные, кровь и плоть которых были разбросаны во все стороны. Но в этот момент Сяо Вей Чэн уже и думать забыл о мести! За спиной стоят ещё 12 братьев-помощников! В этот момент Сяо Вей Чэн забыл и о том, чтобы позвать их на помощь!

Он знал лишь то, что перед ним Мэй Сюэ Янь, и стоит ей шевельнуть рукой или топнуть ногой, так они тут же будут погребены под снегом во веки веков! А Мэй Сюэ Янь лишь с лёгким холодком в глазах посмотрела на него и произнесла:

- Сяо Вей Чэн, тебе сейчас лучше молчать. А то скажешь слово, я вас тут же сотру с лица земли и похороню прямо здесь навсегда! Собираешься искупить свою вину? Или мне можно приступать к похоронам?

Мэй Сюэ Янь говорила очень спокойно, словно о каких-то прошлых делах. Однако от содержания этих слов мороз по коже прошёл!

Ну что, мне можно приступать?

Какая уверенность в себе!

От её, незнающего пределов могущества, затрясся весь мир, заплакали злые и добрые духи. Казалось, что даже заполняющие воздух ветер и снег остановили свой ход!

Несомненно, способности Мэй Сюэ Янь удивительны! Но всё ещё было нереально вызывать изменения в природе. На самом деле это всё было всего лишь иллюзией, снег с ветром не остановились. Но никто этого не понимал. Все понимали лишь то, что даже небо и земля дрожат от страха перед Мэй Сюэ Янь!

Спокойная, как океан, величественная, как горы!

У Сяо Вей Чэна проступил холодный пот на лбу, он старался концентрироваться на своем духе, сознании, силе Суань, чтобы противостоять ужасной силе Мэй Сюэ Янь. Он старался изо всех сил, чтоб вырваться из воронки, в которую засосали его силы противника, но ему это было не под силу.

Мэй Сюэ Янь, глядя на него, расплылась в лёгкой улыбке, затем повернулась к Цзюнь Мосе и сказала:

- Пойдём отсюда.

Цзюнь Мосе рассмеялся, повеселел и подошёл к ней. Они вдвоем, плечом к плечу, прогулочным шагом вошли в ущелье. Оставили позади 13 высших мастеров и наёмников, которые могли бы их догнать, но никто не шевелился. Они лишь смотрели на силуэты мужчины и женщины, постепенно удаляющихся от них. А их мысли, так же постепенно, всё больше и больше запутывались.

Оказывается, разница в их силах настолько велика?!

Как такое возможно?

10 великих мастеров собрались вместе, чтобы атаковать Мэй Сюэ Янь, и они не собирались проявлять к ней милосердие. В итоге все, кто был к этому причастен, были покалечены, а она скрылась от них. У Мэй Сюэ Янь больше не осталось того милосердия, что было в прошлом. Она, наоборот, стала более беспощадной. Небольшим движением руки она могла уничтожить ВСЁ.

С такой силой, что у неё, никакие географические превосходства не помогли бы врагу сразить Мэй Сюэ Янь!

Силуэты Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе наконец растворились с другой стороны ущелья. Летящие хлопья снега закружились так, словно вместе с ними праздновали победу. Ветер дул в лицо Сяо Вей Чэна, охлаждая его, но это всё равно не сравнится с тем морозом, что был внутри самого Вей Чэна. Его сердце замёрзло….

- Уходим! – крикнул Сяо Вей Чэн.

Все мастера наклонили головы и молча сдвинулись с места. В один миг, «трёхжемчужный» правитель Золотого Города словно состарился на несколько десятков лет! Его до этого твердая поясница, дала слабину, и он сгорбился.

- Правитель Сяо, а как же все эти трупы братьев? – лицо седобородого старика выражало страдание. Глядя на Сяо Вей Чэна, он ждал ответа.

Глава 584. Об интересах Цзюнь Се

Сяо Вей Чэн тяжело вздохнул. С растерянным видом он посмотрел на сваленные в кучу тела. Он закрыл глаза и печально сказал:

- Мы находимся в глуши, сейчас о транспортировке не может быть и речи, так что временно закопаем их здесь… Всё снова вышло как попало!

- А как же трон, мы не можем вот так упустить Мэй Сюэ Янь и Чу Цихуня! – седобородый старик злобно скалил зубы, а из глаз его медленно текли слезы, и, задыхаясь от негодования, он промолвил: - Уважаемый Сяо… наши братья недавно скончались…

- Скончались? – Сяо Вей Чэн презрительно посмотрел на него, - даже если и скончались, что тогда? Чего сейчас об этом вдруг вспомнил? Почему, когда Мэй Сюэ Янь была здесь, ты промолчал? Если ты действительно так зол, что же ты тогда не отомстил за своих умерших братьев? Подумай, ведь те двое ещё не так далеко ушли. Так что, беги, отомсти им. Я в свою очередь тебе в этом посодействую! Ну что, слабо, а?

Седобородый старик внезапно покраснел, он был вне себя от бешенства, в его глазах чувствовался лишь ужас:

- Сяо Вей Чэн! Что ты имеешь в виду? А сам-то ты будто был очень грозный? Разве месть за умерших товарищей – моё личное дело? Спрашиваешь, слабо ли мне? Да если даже я пойду на них в одиночку, моей силы явно буде недостаточно. Какой тогда в этом смысл?

- Так ты всё-таки понимаешь, что твоей силы будет мало? Тогда зачем спрашиваешь меня: в чём смысл? Я делаю это все ради Золотого Города! И сейчас ты хочешь, чтобы я считался с твоими чувствами? Бесстыдная ты сволочь!

Сяо Вей Чэн пришёл в ярость:

- Ты и я, оба понимаем, с чем мы столкнулись! Только вот те, кому удалось уцелеть, совсем ничего не понимают! Я привёл вас сюда не для того, чтобы хоронить! Ты спрашиваешь меня, почему я не одолел Мэй Сюэ Янь? Ты, идиота кусок, не понимаешь? Ещё смеешь рычать на меня? Впереди есть ещё отряд из Неуловимого Мира Бессмертных вместе с Иллюзорным Океаном Крови, которые встретят их во всеоружии! Мы уже сдуру потеряли 17 человек! 17 первоклассных мастеров! Если мы снова ринемся в бой… что будет тогда? Ты тупой? Неужели ты позволишь Золотому Городу снова потерпеть неудачу и дашь остальным двум мудрецам схалтурить? Ты только попусту кричишь, не видя при этом общей картины!

Седобородый старик сдулся, как проколотый шарик, он присел на землю и закрыл лицо руками, его мутные старческие слёзы медленно катились по щекам; он горевал о павших товарищах и о своей слабости…

- По приказу Золотого Города необходимо найти Чу Цихуня! – Сяо Вей Чэн глубоко вздохнул, вена на его шее дрожала, он пытался контролировать свои эмоции. Но чем больше он контролировал себя, те сильнее дрожал его голос: - Нужно убить этого таракана… любой ценой!

Если Чу Цихунь узнает все детали этого дела, он будет в бешенстве плеваться кровью. Золотому Городу не нужно бегать за ним и убивать его, он просто сам умрёт от тоски…

- Есть! – прокричала толпа в один голос.

Валил снег, 17 одиноких могил молча возвышались позади скалы…

Сяо Вей Чэн и остальные горько плакали и дрожали, стуча зубами. Все были вне себя от злости, но никто не знал, что же делать…

Они печально ушли, но беспрестанно поворачивали головы, сильный снегопад не оставил никаких следов, ему будто не было ни конца ни края; бесконечно парящий в воздухе снег медленно покрывал надгробия, даже кровавые следы исчезли, будто здесь ничего и не произошло…

Все эти юноши пали от меча, от руки выдающегося мастера! Они и сами когда-то были сильны, великолепны и могучи…

А теперь они лежат в могиле… оставленные непонятно где, даже без имени, а всё потому, что врагов слишком много. Кто-нибудь обязательно вернётся и откопает их, обязательно…

Такой конец ждет каждого, ни для кого нет исключения…

......

- Сюэ Янь, ты была восхитительна, было бы здорово и мне стать таким! – Цзюнь Мосе рассмеялся и изо всех сил оттолкнулся от земли, чтобы догнать Мэй Сюэ Янь. - Они все просто стояли, тринадцать человек, в общей сложности тринадцать лучших мастеров. Как же они все перепугались, даже с места двинуться не могли, ты нереально крутая, ха-ха-ха! А этот мудрец из Золотого Города, он чуть от страха не обделался… Так смешно вышло!

- Ты слишком недооцениваешь людей из Золотого Города. Конечно, они перепугались, ведь перед ними была сама смерть, – Мэй Сюэ Янь улыбнулась. - С давних времен сила трёх священных земель была взаимно уравновешена, никто друг другу в ней не уступал. Но на этот раз Золотой Город потерял слишком много хороших мастеров! На самом деле их силы всё ещё достаточно, чтобы вступить со мной в бой. Даже если все они погибнут, а это непременно случится, думаю, что и я не останусь невредимой. Поэтому они оставили это на оставшихся двух мудрецов… Такой героизм, отказаться от собственных интересов, как это они смогли пойти на такое? Все явно недовольны, ведь их семья понесла огромные убытки. Нас просто оставили другим мудрецам, чтобы мы и им принесли несчастье. Они предпочли смолчать и понаблюдать со стороны.

Я и сама подумывала об этой местности! Но всё же их сила от начала до конца была слишком мала, если бы они владели преимуществом, они бы уже давно атаковали меня. Причина, по которой они не двинулись с места не только в моем устрашающем виде, они также испугались и твоей силы. Нужно иметь в виду, что даже если мы сейчас разобьём оставшихся двух мудрецов, репутация Золотого Города уже и без того сильно пострадала. Думаю, и от их желания развязать войну ничего не осталось! Пожалуй, это теперь станет огромным клеймом для Сяо Вей Чэна.

Цзюнь Мосе засмеялся и сказал:

- Теперь у нас есть козырь в рукаве! При следующей встрече будет достаточно упомянуть этот случай и высмеять его, то-то он будет подавлен! Разозлившись, он потеряет душевное равновесие, а, потеряв душевное равновесие, он сразу же умрёт! – он холодно улыбнулся и добавил: - Тебе следует рассказать об этом Большому Медведю, ведь это может очень сильно помочь при схватке с Сяо Вей Чэном! Тем более, эти двое постоянно сталкиваются в схватках.

Мэй Сюэ Янь сказала:

- Да, вы, люди, действительно очень хитрые. Между тем, она внимательно рассматривала Мосе, а затем дополнила: - Хм, в этот раз ты заметно изменился.

- Серьёзно? Что, стал ещё красивее и очаровательнее? Может быть, ты хочешь броситься ко мне в объятия? – Цзюнь Мосе погладил себя по лицу и принял очень горделивый вид.

- Я серьёзно. После этих убийств ты стал ещё суровее, даже безжизненнее! – Мэй Сюэ Янь внимательно посмотрела на него и с уверенностью сказала: - Такого раньше не было. Я смутно чувствую что-то, чего раньше не было, будто это намеренно скрывалось тобой. Потребовалось время, чтобы все вскрылось!

Цзюнь Мосе на секунду замер и, улыбнувшись, ответил:

- Правда?

Мэй Сюэ Янь внезапно остановилась и сказала:

- Да! Даже сейчас ты улыбаешься как-то странно! Она нахмурилась, и немного подумав, добавила: - Очень холодно, очень бездушно, очень безразлично... Даже опасно... Если сравнивать с гневом обычного человека, то в твоей злости чувствуется жажда крови…

Цзюнь Мосе рассмеялся, но он знал, что Сюэ Янь права. Это убийство принесло ему кучу воспоминаний о его прошлом!

Прежде знакомые ему действия, ощущения, атмосфера и чувства…

В тот момент Цзюнь Мосе будто вернулся в былые времена, когда убивал наркоторговцев из Золотого треугольника или коррумпированных чиновников… или же предателей за границей…

Это был свободный, не признающий ни закона, ни повелений неба Се Цзюнь!

Царь зла!

После того, как он одним за другим уничтожил 15 лучших мастеров, в его сознание в конце концов вернулось то самое чувство убийства!

Это убийство не просто убийство!

Это убийство Цзюнь Се, а не Цзюнь Мосе!

Подумав об этом, он тяжело вздохнул.

«Теперешнего меня тяжело понять, будь то посторонний человек или близкие, никто не в силах этого сделать…»

Мэй Сюэ Янь тихонько подошла к нему и кокетливо улыбнулась:

- Иногда ты похож на маленького долбодятла, будто местный хулиган, но временами ты будто суровый боец; однако редко, но внезапно ты становишься таким серьёзным оратором… Я всё ещё не понимаю твой противоречивый характер, откуда ты такой взялся? Как ты так спокойно переключаешься от одного к другому? Ты что там людей в себе меняешь? У тебя, случаем, не было нервного расстройства?

Цзюнь Мосе скромно улыбнулся и ответил:

- Это всё пустяки, ничего особенного, я просто такой и есть, смирись с этим. Семья Цзюнь вот-вот потерпит крах, мне не следует показывать свою силу, поэтому мне только и остается играть с человеческими жизнями. Позже мне придётся сильно замарать свои руки в крови для стабильности положения и процветания семьи Цзюнь…

Убийство приносит за собой странное чувство. Его не видно, но оно ощутимо, я называю это яростью. Чем больше ты убиваешь, тем сильнее становится это чувство. Когда ты встречаешься с незнакомцем, ты можешь заставить его дрожать от страха... ведь он чувствует всю эту ярость. Но с родными и близкими всё намного сложнее: надо быть осторожным, нужно научиться скрывать это от них.

Поэтому после убийства некоторые идут развлекаться с женщинами, некоторые могут пить несколько дней без продыху, самые странные идут за покупками или играют с детьми… а суть-то в чем – чтобы выпустить это напряжение и не принимать всё близко к сердцу; нужно иметь в виду, что все мы люди, мы понимаем, что лишаем кого-то жизни, у всех есть родители, жёны… Поэтому после убийства необходимо освободиться от этих мыслей…

Глава 585. Ещё одна засада!

- Самое главное – это просто избавиться от этой ярости! Именно эта ярость помогает в убийстве других людей, однако и также может навредить самому её обладателю... Любой великий мастер подвержен этому чувству; поэтому нужен один первоклассный наёмный убийца, который внешне даже обычнее совершенно обычного человека и те, кого он должен убить даже и не стоят упоминания. К тому же у меня намного лучше получается выпускать напряжение, по сравнению с другими убийцами; а всему виной мой «идеальный» характер, прирождённый циник и благородный хулиган, что с меня взять… Всё что я в жизни и умею, так это «сбрасывать» давление... Важны не столько специальные приёмы и средства, сколько именно удачное соотношение. Бывает, что как раз эти приемы и могут сыграть злую шутку с убийцей, не важны методы, важен только результат...

Поэтому, с первого взгляда кажется, что этот весь из себя убийца всех убийц не намного умнее болвана! Кто-то считает, что убийца должен быть серьёзным и хладнокровным, никогда не смеяться и вообще не дружить с головой! Да что там, быть просто полнейшим кретином!

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- Но мне кажется, что в обычной жизни, когда я не убиваю людей, никто и не подозревает, что я, на самом деле, наёмный убийца, и ещё к тому же – первоклассный наёмный убийца. Поэтому я считаю себя успешным в этой области; и это является основанием для моего хулиганского и наплевательского поведения в обычной жизни... понятно?

- Непонятно. Даже ещё больше непонятно! – Мэй Сюэ Янь нахмурила брови: - Всё, что ты сказал про убийц и ледяной холод, я всё поняла, но мне осталась непонятна лишь одна вещь – каким таким образом случилось, что ты стал наёмным убийцей, да ещё и первоклассным наёмным убийцей? Почему ты решил остановиться именно на этом выборе? Ты – богатый наследник влиятельной семьи, тебе в этом году исполнилось только восемнадцать лет, и ты – опытный наёмный убийца? У тебя и правда очень много опыта в этом деле, мы все наглядно в этом убедились, но как это всё может быть совместимо?

- Эм... – Цзюнь Мосе не знал, что ответить и как это можно объяснить...

- Ну, если убил человека... разве это не значит быть убийцей? – Цзюнь Мосе бессвязно начал спорить, а потом резко решил поменять тему и сказал:

- Сюэ Янь, как ты думаешь, нам лучше поспешить и отправиться в путь или можно не торопиться? Если поспешим, то можем опередить Сяо Вей Чэна, если нет, то он, скорее всего, нас обгонит. И как же мы тогда поступим?

Мэй Сюэ Янь с раздражением взглянула на него, она поняла, что он специально сменил тему разговора, но решила не показывать этого и ответила:

- В этот раз Великий Золотой Город понёс значительные потери. Учитывая их позицию, вести борьбу любыми средствами, они вряд ли будут рассказывать всем правду о том, что произошло, они скорее воспользуются этим моментом, чтобы ввести всех в заблуждение...

- Постой-ка... Это даже может сыграть нам на руку! – задумчиво сказал Мосе.

- А? Сыграть нам на руку?! – Мэй Сюэ Янь вдруг поняла, о чём говорит Цзюнь Мосе: - А! Ты говоришь... прикинуться ранеными?

- Ага, притвориться свиньей, чтобы съесть тигра! Вот это настоящее искусство! – Цзюнь Мосе проникновенно продолжил: - Нанести смертельный удар, когда враг совсем этого не ждёт, это великий успех.

- Ха-ха, вы, люди, действительно такие хитрые существа... – рассмеялась Мэй Сюэ Янь.

Ещё один горный проход.

Не такой уж обрывистый, но это единственный путь.

Это, несомненно, прекрасное место для следующей засады!

В это время Нин Ву Цин, командующий Неуловимого Мира Бессмертных, появился у входа в ущелье, одежды его были кристально-белого цвета, длинные усы развивались по ветру, лицо было полно решительности и великодушия, тело недюжинной силы, а манеры бессмертного; за его спиной располагались двадцать восемь великих мастеров, разделенных на две шеренги, все они покорно теснились позади скалы, особо не прячась, лишь используя скалу как заслон от ветра.

Нин Ву Цин вспомнил, как прямо отсюда бежал Сяо Вей Чэн, и ему тут же захотелось позлорадствовать и посмеяться. Тридцать великих мастеров Великого Золотого Города отправились в этот бой, и в выживших осталось всего тринадцать; к тому же Вей Сяо Чэн, бывший во главе, получил тяжёлые ранения; хотя он изо всех сил старался скрыть это, но Нин Ву Цину было достаточно одного взгляда, чтобы всё понять: эта схватка привела его в ужас, это было более чем очевидно.

Чем сильнее их потери, тем это лучше складывается для нас!

Ваши мучения – для нас большая выгода!

Нин Ву Цин, с нотками заботы в голосе, спросил Сяо Вей Чэна про обстановку боя, на что тот раздражённо ответил:

- Когда вы увидите почтенную Мэй, поверьте, вы сразу всё поймёте! Желаю вам успехов! Потом он в спешке оставил Нин Ву Цина.

Нин Ву Цин рассмеялся:

- Я ещё должен увидеть почтенную Мэй, чтобы всё понять? По-моему, сейчас уже всё предельно ясно! Больше половины от числа мастеров мертвы! Если даже допустить, что почтенная Мэй и обладает выдающимися способностями, она всё равно должна была получить хоть какие-то ранения! По-другому просто не может быть!

К тому же ранения должны быть не маленькими! Более пяти великих мастеров пожертвовали своей жизнью, и ещё десять были жестоко убиты! Даже Сяо Вей Чэн, один из трёх правителей Великого Золотого Города, получил серьёзные ранения... Столько убитых и раненых, что почтенная Мэй просто не могла остаться без единой царапины! Это просто исключено! Или же это чья-то злая шутка!

Думаю, меня и ещё десяти воинов будет почти достаточно, чтобы убить её! Тем более, сейчас!

Мы здесь хорошо подготовились и запаслись силами, а раны почтенной Мэй серьёзны и тело обессиленно!

Поэтому после разведки местности, Нин Ву Цин подумал, что уже нет никакой необходимости в засаде. Это место довольно не маленькое, возможностей для уклонения сколько угодно, нужно только затаиться до появления почтенной Мэй!

Уверен, она сильно ранена, сама бросится напролом... Ха-ха-ха-ха! Это точно прославит меня, удача сама идёт ко мне в руки! Неудивительно, что Сяо Вей Чэн так странно посмотрел за меня!

Точно завидует моему везению!

Поэтому Нин Ву Цин совсем расслабился, поводов для беспокойства для него больше не было.

Если почтенная Мэй будет уничтожена под моим командованием...

Половина умрёт, половина останется, разница небольшая. Наоборот, тем самым меньше претендентов на заслуги...

Даже Боги на моей стороне!

Вдали показалось приближение двух силуэтов!

Это Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе!

Нин Ву Цин махнул рукой и тут же все скрылись.

Он встал позади скалы и серьёзно посмотрел на этих двух, тщательно изучил их, а потом уголки его рта растянулись в улыбке!

Так, у Цзюнь Мосе нет никаких травм и ранений. Это и понятно: силёнки у него, как у ребёнка, с кулачок, никакой великий мастер на него своё время и тратить не станет, хотя не стоит забывать, что у этого хлюпика есть отличный Учитель, с которым мало кто осмелится столкнуться!

Мэй Сюэ Янь тоже выглядит вполне обычно, нет даже и царапины, её одежды по-прежнему кристально-белые; лицо румяное, но Цзюнь Мосе то и дело посматривает в её сторону, с очень обеспокоенным видом, и даже заметно, как он нарочно замедляет свой шаг.

Всё ясно!

Виной всему ранг, занимаемый Мэй Сюэ Янь, пусть даже были получены серьёзные раны, но показать она этого не может, даже в такой ситуации, она не может лишиться своего благородного внешнего вида!

Все сильнейшие мастера обречены на это – личное достоинство и престиж для них на первом месте!

Если бы Мэй Сюэ Янь явилась вся в лохмотьях, с ранами по всему телу, Нин Ву Цин, наоборот, почувствовал бы подвох, и не смог бы поверить, что это всё правда, а не очередное представление! Лишь собственными глазами, выявив эту хитрость, Нин Ву Цин смог поверить. Её величественный вид – лишь трюк для отвода глаз! Она точно ранена!

А если не ранена, то откуда взяться этому волнению и заботе со стороны Цзюнь Мосе?

К этому времени, Нин Ву Цин стал спокоен!

А те двое подошли к входу в ущелье.

- Почтенная Мэй, вы ли это?! Мир так тесен! Сколько лет, сколько зим! – Нин Ву Цин громко рассмеялся, его одежды развевались по ветру, пока он стоял на скале; его пронзительный взгляд застыл в улыбке и не отрывался от Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, стоящими перед ним, при этом он был совершенно спокоен и уверен в себе.

Мэй Сюэ Янь равнодушно посмотрела на Нин Ву Цина, а потом вдруг рассмеялась и сказала:

- Нин Ву Цин? Ты всё ещё жив, что ли?! Ты же не думаешь, что тебе вечно будет так везти?! Твой талисман в Битве за захват Небес был довольно неплох, но у любого талисмана есть свой предел силы!

- Почтенная Мэй обладает непревзойдённой силой Суань, она крайне бессердечна и жестока, недостойный Нин и не рассчитывает на дружбу с почтенной Мэй, почтенная вправе пойти на убийство. Недостойный Нин никогда и не мечтал о такой удаче! – Нин Ву Цин, насмехаясь, покосился на стоящего в стороне с обеспокоенным видом Цзюнь Мосе и, покачивая головой, сказал:

- Госпожа почтенная, вы так уверенны в своих силах... Но тогда отчего же у вашего молодого протеже сердце не на месте? Неужто, почтенная Мэй нездорова?

На этом он не остановился.

- Хотя, это неудивительно... Расправиться с семнадцатью великими мастерами из Великого Золотого Города на одном дыхании... Такое не прошло даром, даже для почтенной Мэй, не так ли? Однако вашей невиданной силой невозможно не удивляться! Это действительно вызывает уважение! – Нин Ву Цин не удержался и решил включить в ход лесть.

Цзюнь Мосе пришёл в бешенство и, скрипя зубами, закричал:

- Да, твои великие мастера – подлые и гнусные засранцы, которым, в конце концов, пришлось спасаться бегством в снежные равнины! Хотели навредить Сюэ Янь, а тем самым больше навредили себе! И потерпели поражение! Нин Ву Цин, неужто и ты туда же?! Воспользуешься бедой другого человека ради достижения собственной выгоды?

- Молодой господин Цзюнь, ты много чего не понимаешь; никто и не собирался воспользоваться бедой другого человека ради достижения собственной выгоды! – Нин Ву Цин был само дружелюбие, - Я лишь собираюсь воспользоваться бедой животного. Всего-то.

Нин Ву Цин с сочувствием прошептал Цзюнь Мосе:

- Молодой господин Цзюнь, вам ни в коем случае нельзя забывать, что эта невиданной красоты особа, по своей природе, дикий зверь. Жертвовать своей жизнью и своим будущим из-за обычного увлечения действительно неразумно. Я искренне волнуюсь за вас.

Цзюнь Мосе моментально покраснел, шагнул и закрыл собой Мэй Сюэ Янь, вытянув обе руки и покраснев. Со злостью он сказал:

- Что бы ты ни говорил, это неприемлемо! Наберись храбрости и убей меня сначала!

На лице у Нин Ву Цина проступила ухмылка, взгляд стал холодным и суровым. Один взмах его руки и из ниоткуда появилось около тридцати силуэтов, по всем сторонам и во всех направлениях, каждая сторона света была заблокирована! Мечи обнажились и сверкнули, они были неподвижны, но в любую секунду готовы кинуться в бой, Нин Ву Цину лишь надо было отдать приказ.

Глава 586. Мне нужны искренние чувства!

Мэй Сюэ Янь оглядела обстановку вокруг. Слабо улыбнувшись, промолвила:

- Кто бы мог подумать, что все эти люди… Нин Ву Цин. Ты не просил о помощи, полагаясь только лишь на эту рабочую силу, ты хочешь остаться уважаемым мастером? Не слишком ли фантастично…

Нин Ву Цин ответил без раздражения:

- В обычное время этих людей действительно вряд ли было бы достаточно, но сейчас должно хватить. Почтенная Мэй, ты не можешь не согласиться с моими словами!

Он повернул голову и, посмотрев на Цзюнь Мосе, мягко произнёс:

- В тот день в Аристократическом зале я обратил на тебя внимание. Тебе не хватало сочувствия и понимания, ты подарил мне таблетку для закалки костей. Твой учитель, можно считать, вёл себя снисходительно, не дрался с нами. Эти дружеские чувства я крепко запомнил. В Неуловимом Мире Бессмертных с твоим учителем никогда и не думали питать ненависть по отношению друг к другу, поэтому у меня есть несколько слов от чистого сердца. Не знаю, заинтересован ли их услышать молодой господин Цзюнь?

- Внимательно слушаю, – Цзюнь Мосе настороженно посмотрел на него и весьма напряженно проговорил: - Говори!

Он выглядел в высшей степени взволнованным, парень был готов любой ценой защитить свою возлюбленную. Мэй Сюэ Янь, глядя на этот цирк, чуть не засмеялась.

Этот парень действительно гениален! Ведет себя как дракон, одетый в обличье тигра, в самом деле поразительно!

- Сын богатого отца, одарённый и изысканный, имеет знатное происхождение, потомственный небесный титул, скитается по рекам и озерам! Должен отметить, что у тебя множество перспектив, сын влиятельного отца – безусловно выдающийся человек! Тебя ждёт большое будущее! – Нин Ву Цин с глубокой досадой искренне произнёс. - Если бы молодой господин пожелал счастливый брак с красивой женой, во всей поднебесной есть множество несравненных красавиц, стоит только поманить одним взмахом руки! Зачем молодой господин тратит своё время на животное из другого рода, попусту тратит собственную молодость? Необходимо понимать, что человек и зверь идут разными дорогами, в конечном счете это не приведёт ни к чему хорошему. Мосе, взгляни на эту девушку, внешне она словно ангел, а внутри от начала и до конца дикий зверь!

- Что ты имеешь в виду? – Цзюнь Мосе был в недоумении. - Неужели я не смогу жениться на ней? Разве жениться на ней – это преступление?

- Не только преступление, это в высшей степени недостойно по отношению к предшественникам! – Нин Ву Цин говорил горькую правду с добрыми намерениями. - Господин, на протяжении многих лет множество раз звери принимали человеческое обличие, но слышал ли ты когда-нибудь, чтобы зверь вышел замуж или женился на человеке?

- Такого действительно не бывало, но если этого не было раньше, это не значит, что не может быть в будущем! В мире есть вещи, которые трудно представить, но это не значит, что они не могут случиться. Всё зависит от человека, твёрдость человека побеждает судьбу! – сказал Цзюнь Мосе, вскинув брови. - Допустим, сын уважаемого человека и положит начало этому историческому прецеденту, почему бы и нет?

- Вопрос не в том имеет ли место это быть! Это напрямую относится к вопросу родства! – серьёзно произнёс Нин Ву Цин. - Когда человек связывает себя с человеком узами брака, естественно, у них появляются дети, потомство приумножается. Когда зверь создает пару со зверем, у них тоже рождается маленький зверь. Это законы природы, это нельзя изменить! А когда человек связывает себя со зверем узами брака, возникает вопрос - как рожать и воспитывать потомство? В конечном счёте родится зверь!

Почтенная Мэй превратилась в девушку невиданной красоты, мне от этого особенно жаль, я уверен, в мире очень немного людей, способных устоять перед её очарованием, но, господин, тебе не стоит забывать. Она будет бессмертна тридцать тысяч лет, внутри неё по-прежнему живет дикий зверь! Никоим образом не человек! Её потомки тоже будут животными. Ребёнок не сможет быть обычным ребёнком. Таким образом, её необходимо убрать как можно раньше!

Мэй Сюэ Янь мгновенно изменилась в лице! Она стала белее снега! Её привлекательное женское тело тоже вдруг задрожало!

Основной целью сказанного Нин Ву Цином было разделить эту парочку, чтобы потом нанести удар по Мэй Сюэ Янь, но он не обратил внимания на то, что он осознанно или бессознательно затронул то, о чём больше всего беспокоилась и больше всего боялась Мэй Сюэ Янь!

Прекрасно понимая, что его основная цель посеять вражду и разделить двух людей, чтобы потом ударить по Мэй Сюэ Янь, но Мэй Сюэ Янь всё же была потрясена до глубины души!

Нин Ву Цин и сам чувствовал горечь, он всю жизнь был одинок, в глубине души он действительно понимал, что причиняет немалый вред!

Мэй Сюэ Янь сотни лет совершенствовалась, преодолевая трудности, никогда даже на секунду не задумывалась о любовных отношениях. Можно сказать, она была в гармонии с собой! Но против истинных чувств нет спасительного средства!

Как гласит поговорка: старый дом горит – ничего не поделаешь!

Таким образом Нин Ву Цин может уговорить Цзюнь Мосе покинуть Мэй Сюэ Янь, в таком случае вне зависимости от того, ранена Мэй Сюэ Янь или нет, её рассудок неизбежно находится в смятении, психологическое состояние нарушено, боевые способности тоже мгновенно снизились, вплоть до того, что, сражаясь, она может погибнуть!

Не говоря уже о тяжёлом ранении!

Нин Ву Цин холодно взглянул на изменившееся лицо Мэй Сюэ Янь и возрадовался в душе. Сказанные слова затронули её больное место.

- Ты хочешь сказать что-то ещё? – выражение лица Цзюнь Мосе было совершенно спокойным, он равнодушно взглянул на Нин Ву Цина, обе руки он держал за спиной, сказанные слова, вопреки ожиданиям, не возымели воздействия.

- Как говорится, правдивые слова режут слух. Прекрасно зная, что молодому господину не понравится услышанное, но он не мог не сказать, молодому господину необходимо было это тщательно обдумать. Следует иметь в виду, что семья Цзюнь имела превосходную репутацию, это героический семейный клан, что может с ними произойти, если они узнают, что их потомок собирается взять в жены животное… Волей-неволей станет шуткой! Или, что ещё страшнее, через какое-то время станет браком, заключенным на небесах, родится ребенок, да что об этом говорить! А если родится лисица или тигрёнок… Это неизбежно нанесёт большой вред семейной репутации, внесет хаос! Господин, насколько же ты будешь достоин своих предшественников? – Нин Ву Цин был, вероятно, в высшей степени расстроен, глядя на Цзюнь Мосе, как будто уже увидел неудобное положение семьи. Тяжело вздохнув, он промолвил:

- Почитание предшественников передается по наследству через многие поколения детей и внуков, среди трёх видов сыновнего непочтения отсутствие потомства – самый тяжкий грех! Молодому господину необходимо обдумать свои дальнейшие действия! Если настаивать на своём, в конце концов это вызовет огромную усмешку, Господин. То, что я говорю, очень неприятно слышать, но я от всей души хочу позаботиться о господине. Спрашивается, если господин возьмёт в жены зверя, чем его потомство будет отличаться от кошки или щенка?

- Ты имеешь в виду, что, если я захочу жениться, будет ли мой союз одобрен представителями трёх священных земель? – Цзюнь Мосе с насмешкой посмотрел на Нин Ву Цина, - Нин Ву Цин, ты выжил из ума?

Нин Ву Цин, тем не менее, не рассердился, печально вздохнув, сказал:

- Правда режет слух. Просто я хочу, чтобы ты всё обдумал ради будущего своей семьи! Я от чистого сердца, возможно, сейчас господин не может этого понять, вплоть до того, что это вызывает отторжение, но потом ты, безусловно, поймёшь, что я делал это от чистого сердца!

Мэй Сюэ Янь дрожала всем телом, она печально устремила свой взгляд на Цзюнь Мосе. Слова Нин Ву Цина, несомненно, нанесли сокрушительный удар по Мэй Сюэ Янь!

Она чувствовала, что её сердце вот-вот разорвётся на мелкие кусочки, её возлюбленный сейчас отдаляется от неё…

Слово за словом, слушая, что говорит Нин Ву Цин, его выражение лица оставалось холодным, неестественным, а Мэй Сюэ Янь всей душой чувствовала, что теряет надежду!

Рожать и растить детей у людей – это замечательное событие, но это нелепо, если родится зверёк! Ни одна семья не сможет принять этого! Это просто абсурд! Разве семья Цзюнь Мосе составляет исключение?

До этого момента он был поглощён только собственными ощущениями тёплых чувств, которые возникли между двумя людьми, но, поняв, что в будущем такое имеет место быть, он не сможет сделать другой выбор.

Выбор рассудка…

Мэй Сюэ Янь почувствовала холод с головы до пят, она стояла и чувствовала, что между небом и землей она одна-одинёшенька! Нет никого, на кого можно было бы опереться!

Это не мой мир, я от начала и до конца дикий зверь! Мне нужно вернуться в небесный лес…

Это сладкое и нежное чувство в конце концов не принадлежит мне…

Запутавшийся разум Мэй Сюэ Янь вдруг опустел, опасаясь всего лишиться…

Цзюнь Мосе, неожиданно расхохотавшись, сказал:

- Нин Ву Цин, то, что ты сказал – и правда недурно! Сказанное тобой, позволяет здравому смыслу прийти в замешательство!

Мэй Сюэ Янь, дрожа от страха, уставилась на него. Неужели он таким образом демонстрирует свою позицию?

Нин Ву Цин был вполне удовлетворён услышанным:

- Господин Цзюнь может осознать свои заблуждения и вернуться на правильный путь, одуматься пока не поздно, это действительно достойно уважения!

Цзюнь Мосе покачал головой, язвительно промолвив:

- Искренность твоих высказываний уже сошла на нет. Я поверю, что это может растрогать очень много людей, расшатать множество сердечных отношений у большинства людей, но, к сожалению, ты так и не понял мой характер.

Он медленно отошел назад на пару шагов, протянул руку дрожащей всем телом Мэй Сюэ Янь и, крепко-накрепко сомкнув её в объятьях, еле слышно прошептал:

- Ты осмеливаешься не верить своему мужу! Я с тобой потом разберусь!

Он сказал эту фразу чрезвычайно быстро, даже с некоторой злостью, с оттенком свирепости, Мэй Сюэ Янь неожиданно затрепетала всем телом, в котором зародилась надежда, затем мягко, покладисто прижалась к нему всем телом, почувствовал бесконечное спокойствие мыслей, как будто в один миг все пришло в гармонию.

Эти объятия были по-прежнему такими же мягкими….

Слезы внезапно тихо начали катиться, словно порвалась нитка жемчуга, сердце всё ещё дрожало от страха, содрогаясь при воспоминании о пережитой боли….

Цзюнь Мосе очень нежно притянул Мэй Сюэ Янь за талию, повернув голову, посмотрел на Нин Ву Цина и произнёс:

- Этот вопрос знаешь не только ты, неужели непонятно? Я уже давно думал над этим, но, до сегодняшнего дня, благодаря твоей прямолинейности, я понял свою ошибку. Это и позволило мне наконец-то окончательно принять решение!

Цзюнь Мосе ласковым взглядом посмотрел на Мэй Сюэ Янь, потом поднял голову и решительно сказал:

- Я был блудным сыном, плохим парнем, беспутным мажором. Общественное мнение для меня – полная чушь! Я, Цзюнь Мосе, не придаю и никогда не придавал значения тому, человек ты или зверь. И уж тем более – красивый ты, умный или сильный! – Цзюнь Мосе гордо улыбнулся: - Лао Цзы ценил искренние чувства! Что насчёт людей? Как насчёт зверей? Только истинные чувства, всё остальное не имеет значения! Говоря о будущем, если Мэй Сюэ Янь сможет родить мне человеческого ребёнка, это будет потомок Цзюнь Мосе! Но если она и в самом деле родит мне зверька, это тоже будет мой потомок! Я воспитаю и выращу его, как и положено ответственному отцу… Нин Ву Цин сказал то, что у него в сердце… Но если ребенок родится таким же гнусным и бесстыдным, как представители трёх священных земель, то лучше уж Мэй Сюэ Янь быть бесплодной, во избежание моего гнева!

Глава 587. Нежность во время смертельной опасности!

Лицо Нин Ву Цина побледнело, в глазах вспыхнул пожар:

- Какой же ты упрямый, Цзюнь Мосе! Настанет день, и ты пожалеешь об этом! Человек женится на животном... Ты насмешишь весь мир, на тебя обрушится буря династии Тан! О семье Цзюнь будет ходить дурная слава, это несомненно!

- Допустим, что о семье Цзюнь будет ходить дурная слава… Допустим, у нас действительно родится зверёныш Суань… Нин Ву Цин, тебя это как-то касается? – Цзюнь Мосе закатил глаза и произнёс с некоторым недоумением: - Нин Ву Цин, ты же не мой сын и не мой внук. Откуда происходит твоё беспокойство? А ты ведь беспокоишься? Странно всё это. Серьёзными делами вы не занимаетесь, однако решили заправлять делами моей семьи… Тебе что, б*ядь, заняться больше нечем?

Тело Нин Ву Цина затряслось от злости, он закричал:

- Вот теперь ты действительно разозлил старика!

- А, понятно, понятно… Нин Ву Цин, это всё потому, что твоя жена умерла, и ты теперь будешь холостяком до конца своих дней. И тебе хочется, чтобы и другие прожили всю жизнь в одиночестве? – Цзюнь Мосе язвительно добавил. - В этом мире полно обычных людей, которые хотят спать в обнимку с любимым человеком, укутавшись в одеялко. Но нет ни одного, похожего на тебя, который не ищет жену, а занимается зарабатыванием денег в публичных домах… Нин Ву Цин, у тебя ещё хватает наглости говорить со мной о грехах, когда ты знаешь, что самый большой грех – это отсутствие потомства… После того, как мы поженимся с Мэй Сюэ Янь, допустим, у нас родятся зверёныши Суань и будут носить фамилию Цзюнь, а с тобой что будет? После того, как ты умрешь, останется ещё кто-то с фамилией Нин? Это и в правду прискорбно…

От слов Цзюнь Мосе, Нин Ву Цин разозлился так, что и руки, и ноги его затряслись, он побледнел, словно смерть, и встал с глазами полными безумия!

Цзюнь Мосе подтащил к себе за талию Мэй Сюэ Янь, опустил голову и с особенной любовью ущипнул её за нос. С нежностью в голосе, рассмеялся:

- Жена, как тебе? Я достаточно унизил этого старикашку? Не кажется ли тебе, что как-то слишком мало? Может, ещё немного нужно? Я могу продолжить. Это одна из сильных сторон твоего мужа. Может, я и не чемпион мира, но в тройку лидеров вхожу точно.

Мэй Сюэ Янь засмеялась сквозь слёзы, головой опёрлась в грудь Цзюнь Мосе и начала по ней водить своими маленькими пальчиками, шёпотом спросив:

- Всё, что ты сказал, было искренне?

Цзюнь Мосе с серьёзным видом произнес:

- Если мои слова хотя бы вполовину пусты, то пусть меня покарают высшие силы! Пусть тысячи мечей пронзают моё тело и после смерти… – он ещё не закончил говорить, как нежная, маленькая ручка закрыла его рот. Он опустил голову и увидел, как капли слёз падают с красивых глаз Мэй Сюэ Янь. Два больших глаза через блеск слёз уставились на него, и она очень отчётливо произнесла:

- Я. Верю. Тебе!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и, наконец, расслабился, погладил Мэй Сюэ Янь по голове и очень нежно произнёс:

- Если ты мне веришь, то мне ничего не страшно… Лишь небесам известно, как тяжело было сейчас смотреть на выражение твоего лица, сердце разрывалось. Если ты уйдешь от меня, мне будет незачем жить. Без тебя моя жизнь не имеет смысла…

Цзюнь Мосе понял, что слова Нин Ву Цина застряли в голове у Мэй Сюэ Янь, и очень трудно было от них избавиться. Поэтому он не пожалел, что рассеял её сомнения. Хоть это все и звучало слащаво, но ведь все девушки хотят это услышать…

У Мэй Сюэ Янь перехватило дыхание, слёзы, словно жемчужины падали с её глаз и промочили одежду Цзюнь Мосе. Всхлипывая, она прошептала:

- Я… никогда не уйду от тебя…

Сердце Цзюнь Мосе размякло. Он опустил голову и легонько поцеловал её в лоб. Мэй Сюэ Янь пробрала дрожь, она подняла голову, поймала взгляд Цзюнь Мосе и засмеялась сквозь слезы….

Они стояли, по-прежнему со всех сторон окружённые врагами, которые только и ждали момента, чтобы напасть на них, но погрузились в свою любовь так, словно рядом никого и не было.

Нин Ву Цин снова разгневался и прорычал:

- Какие вы неблагодарные! Пара бессовестных скотин! Все, в атаку! Ради всех людей, сотрём эту нечисть с лица земли!

Цзюнь Мосе обнял Мэй Сюэ Янь и прошептал ей на ухо:

- Ты как, жена? Если ты ещё не успокоилась, просто посмотри, как твой муж разберётся с этой шушерой. Не заставляй себя!

Мэй Сюэ Янь рассмеялась и посмотрела на него:

- Разве я похожа на слабую? Нужно лишь чтобы ты… нужно лишь чтобы ты… чтобы ты не менялся… Тогда мне вообще не нужно будет избивать людей? Нужен лишь ты, и никто… никто не сможет расслабиться ни на секунду!

Сказав последние слова, она сильно засмущалась и опустила голову. Цзюнь Мосе рассмеялся, но услышал, как со всех сторон вновь поднялся звук мечей вперемешку со свистом. Они посмотрели друг на друга с усмешкой. Неожиданно сверкнуло два ослепительных луча. Императорский меч Мэй Сюэ Янь и «Кровь Жёлтого Пламени» Цзюнь Мосе были извлечены из ножен.

Воинственный дух летал в воздухе.

Легкий свист меча, небольшой луч света и белоснежный силуэт Цзюнь Мосе успел на огромной скорости скрыться за ними, а когда они рассеялись, его уже и след простыл.

Мэй Сюэ Янь осталась лишь со своим мечом в окружении атаковавших её безумцев. Она нашла один просвет, и легко пробежала сквозь него, словно была бестелесным ветерком. Если бы даже она соприкоснулась со стремящимся ударить по ней мечам, она бы всё равно смогла проскочить… Но в её руках был Императорский меч, и он был нисколько не ласков. Один взмах – и головы противников уже им не принадлежат.

Каждый наёмный высококлассный убийца из Неуловимого Мира Бессмертных умело жонглировал своим мечом. Для них меч — это игрушка, в которую они играют всю свою жизнь. Каждый – искусный мастер своего дела. В семье Цзюнь уже выяснили, что меч, который носила на поясе Мэй Сюэ Янь – это драгоценный острый меч, обладающий сверхъестественными способностями, какой редко можно встретить в нашем мире. Он уже нанёс огромный ущерб нескольким людям. Мэй отнимала их оружия вместе с руками, что приводило к такому уменьшению их боевой силы, что восстановление не представлялось возможным!

Мэй Сюэ Янь дважды повторила свой старый прием. Она просто-напросто «удаляла» противников с поля боя. Мэй Сюэ Янь промчалась по кругу, словно вихрь в белой одежде, с мечом, как с драконом… Толпа страшилась её исключительной репутации и способностей её волшебного меча. В итоге все постепенно отступали, и вмиг Мэй Сюэ Янь осталась стоять там как одинокая льдинка.

Мэй Сюэ Янь могла добиться таких результатов, не беря в расчёт собственную силу и остроту своего волшебного меча, однако из-за того, что противников было слишком много, ей и целиться было не нужно. Если даже волшебный меч и допустит ошибку – вокруг одни враги. Нужно было сражаться и только.

Хоть со всех сторон и было 29 высококлассных мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных, но одновременно напасть на Мэй Сюэ Янь могли лишь 3-4 человека. В противном случае они были бы скованы в своих движениях.

Лицо Нин Ву Цина побледнело, увидев, что бой разворачивается не в их пользу, он понял, в чём тут секрет, и тотчас прокричал:

- Ху Мэнлун, возьми в бой трёх своих братьев. Остальные, отступите! Люди из первой группы, нападайте поочерёдно. Как только возникнет критическая ситуация – вступайте в бой. Когда вторая группа выходит биться, первая тут же отступает! Все, кто в бою не участвует, окружите их. Будьте начеку, если она вздумает бежать!

Один свист, и большая часть людей тут же выстроились в круг, лишь оставив четырёх человек сражаться с Мэй Сюэ Янь! Четыре меча сверкали, словно хлопья снега, и звуки от них разлетались во все стороны.

- Сражайтесь до последнего! У нас есть преимущество в количестве! Это нам на руку! – надрывался Нин Ву Цин. - Ху Мэнлун, ты что, тупой? Она до этого сражалась с Великим Золотым Городом и, скорее всего, не слабо ранена. А если даже и обошлось без ранений, то её изначальная сила явно сократилась. Разве тебе нужно оружие для нападения? Используй энергию из своих ладоней! Используй силу Суань! Вынуди её сражаться! Время заберет её последние силы, замучайте её до смерти!

Находившийся в кругу Ху Мэнлун был ещё одним высшим мастером Неуловимого Мира Бессмертных. После того как в Мир Бессмертных пришли, сражавшиеся в данный момент с ним плечом к плечу, эти три человека, они вчетвером сошлись характерами, стали побратимами, и с тех пор обычно вместе тренировались около ста лет. Они могли молча общаться между собой, передавать друг другу их смутные мысли, и то, как они делали это, было верхом совершенства!

В это время эти четверо плечом к плечу приступили к бою. Вдруг у людей, которые их окружали, создалось впечатление, что их товарищи не могут свободно двигаться. Все сильно испугались! Хоть они и знали, что Мэй Сюэ Янь – Владыка зверей Тянь Фа, и она уверена в своих силах, однако, они не думали, что до такой степени!

Необходимо отметить, что силы Ху Мэнлуна, находились на пике мастерства. Уровни его трёх неразлучных братьев, хоть и не достигали его уровня, однако были очень близки к этому!

Суань духа 12-го уровня – один шаг до становления святым! Суань Духа ниже 4 уровня – обычный Суань Духа, но, когда достигаешь 5 уровня, твои силы стремительно растут, и ты становишься Великим Мастером. Что же касается Суань Духа девятого уровня, то, в таком случае ты превышаешь все имеющиеся категории! И становишься Высшим Мастером! Но если сможешь ещё и превзойти Суань духа 12 уровня, то тогда выходишь на новый уровень, становишься «Почтенным». Это и есть нынешний уровень Мэй Сюэ Янь. Именно с этим уровнем ты получаешь поистине неограниченные способности!

«Жизнь может закончиться, но военному искусству предела нет!»

Эту фразу знают в любом мире! Если есть талант к военному искусству, то можно получить бесконечную жизнь. В таком случае, нет человека, который бы смог понять, каких высот при этом можно достигнуть!

Иногда и талант не нужен, главное, прожить долгую жизнь, и любой человек сможет достигнуть такой мощи.

Но жаль, что жизнь людей ограничена, что исключает такую возможность!

Ху Мэнлун громко закричал и рванул вперёд, достав из ножен свой меч, схватил его двумя руками, пробился наружу с всесокрушающей безумной силой. Его тело сделало оборот в воздухе, вмиг заполнив всё пространство, заслонив собой небо и солнце, и громоподобно приземлилось.

Очевидно, он был согласен со словами Нин Ву Цина! И сейчас как раз пришло время геройствовать. Пусть он получит ранения, но нужно усугубить внутренние повреждения Мэй Сюэ Янь хотя бы на чуть-чуть. Сегодня ещё есть возможность поменять положение в их пользу.

Эта мысль появилась также в головах других трёх бойцов, они тут же метнулись в бой, и атаковали её, словно безумцы! Четыре мастера вместе вступили в бой, их мощь была пугающей, энергия, исходящая из их ладоней, была идеальной. Всё это не позволяло Почтенной Мэй воспользоваться своей искусной техникой!

Глава 588. Просчитались!

Мэй Сюэ Янь услышала слова Нин Ву Цина и с насмешкой ответила:

- Нин Ву Цин, а ты действительно бессовестный, не брезгуешь никакими средствами! Собрались толпой и решили взять на измор количеством, вы всегда готовы вот так неожиданно напасть, даже не поздоровавшись… Неуловимый Мир Бессмертных и правда достоин считаться знатным родом, все свои дела ведут честно, даже самые гнусные и грязные дела ставят напоказ общественности! Я преклоняюсь перед вами!

Говоря таким образом, её тело плавно поворачивалось, уклоняясь от огромного количества атак, а четверо сильных врагов, напавших на неё с мечами, за несколько секунд были обезоружены.

От этих слов эти люди покраснели до ушей!

Прежде чем они ушли в Неуловимый Мир Бессмертных, каждый из них вел скитальческую жизнь и просто презирал весь мир, а впоследствии его сила и могущество были признаны человечеством. Теперь же, находясь в Мире Бессмертных, их сила возросла, как и авторитет, но в данную минуту, сражаясь с врагом, им нужно сплотиться и напасть толпой, даже приходилось использовать скрытое оружие… У них уже не было никакого достоинства или чести!

Нин Ву Цин равнодушно фыркнул в ответ:

- Достопочтенная Мэй, не стоит говорить о том, чего вы не знаете. Тем более не надо использовать такие скверные методы давления! На этот раз мы сохраним наши жизни для будущей войны! Это ведь такое расточительство – показать свое бесстрашие и умереть от вашей руки! Ради будущего этой земли, я, Нин Ву Цин, ни капельки не стыжусь этого!

- Чистая совесть, значит, ха! – крикнула Мэй Сюэ Янь и рассмеялась. - Неплохо-неплохо! Это и, правда, в духе Дворца небожителей! После таких слов люди с чистой совестью идут убивать!

И, не закончив фразу, Мэй Сюэ Янь взмахнула своим сверкающим мечом, его искры были подобно распустившемуся пиону. Ещё один взмах: хотя в руке Мэй Сюэ Янь был всего лишь меч, но в глазах присутствующих это было похоже на фейерверк. Искры беспрестанно продолжали выскакивать из яркого и сверкающего меча; четверо обезоруженных противников тотчас оказались в безвыходном положении!

Слова Нин Ву Цина определённо привели Мэй Сюэ Янь в бешенство, она становилась все безжалостнее!

В этот момент люди Ху Мэнлуна вряд ли могли что-либо сказать. Раз уж все четверо уже лишились своего оружия, тогда насколько же высок статус достопочтенной Мэй? Сможет ли она поступить не по совести и использовать свой меч против безоружного врага? Ведь это может навредить её безупречной репутации! Но если достопочтенная Мэй потеряет своё оружие, тогда у тех четверых появится хорошая возможность сразиться с ней!

Необходимо сражаться до последнего, только в этом случае можно будет победить! Получив ранения, она будет двигаться гораздо осторожнее! Даже если она цела и невредима, её духовная сила порядком иссякла, а это уже огромный плюс.

Но вот тут они просчитались!

Они никогда бы не подумали, что, подняв свои мечи и нанеся внезапный удар, Мэй Сюэ Янь на удивление не примет во внимание никакие порывы совести, полностью проигнорирует свои превосходные манеры и ударом своего меча сметет всё на своем пути. Теперь все четверо явно находились в огромной опасности!

Нин Ву Цин всё верно сказал: если и использовать оружие, то сражаться нужно до последнего. Меч Мэй Сюэ Янь слишком острый и безжалостный, этот бой действительно неравный, их оружие просто разломится!

Можно ли использовать лишь силу ладоней и острые клинки, чтобы сражаться до последнего? Ведь это явная погибель для всех!

И они это знали. Мэй Сюэ Янь, увидев, что безоружные противники не сдались и стали использовать лишь силу своих ладоней, сама решила убрать свой меч и достойно закончить эту битву, но в этот момент до нее донесся голос Цзюнь Мосе:

- Не убирай меч! Они думают, что ты ранена; если ты откажешься от своего оружия, в таком случае, они тебя разоблачат! Что ж ты такая дурёха! Атакуя тебя, им вот совершенно плевать на совесть или честь, так почему ты всё ещё пытаешься проповедовать какие-то моральные принципы?

Голос Цзюнь Мосе прозвучал очень властно и сурово. Мэй Сюэ Янь тут же смягчилась и послушалась его; она продолжила свои атаки, используя острый клинок, чем поставила своего врага в полное недоумение! Пусть она и пошла в разрез со своими моральными принципами, но после этих слов на её лице проступила лёгкая счастливая улыбка.

Цзюнь Мосе был хитер… Он знал, что это слишком глупо – отказываться от меча, который способен сломать даже нефрит, и использовать лишь силу своих ладоней!!

Что такое репутация?

Какие ещё моральные принципы?

Разве это всё важнее собственной жизни?

Раз уж люди из Дворца небожителей настолько бесстыжие, зачем же нам беспокоиться о каких-то правилах и нормах морали совести?

Здесь я играю только по своим правилам, здесь я - закон!

- Достопочтенная Мэй, какой позор! Будучи владыкой Тянь Фа, как вы вот так можете использовать свой меч против безоружных! Это так нечестно, мне очень стыдно за вас! – с небольшим волнением сказал Нин Ву Цин. Он и сам не мог подумать, что Мэй Сюэ Янь откажется от своей совести и продолжит использовать свой меч, ведь это совсем не в её стиле…

- Нин Ву Цин, если ты так жаждешь справедливости, то, как насчёт битвы один на один, а? Даже если вас было бы сто человек – я сражаюсь лишь со своим мечом и буду с ним до самого конца! – с презрительной усмешкой ответила Мэй Сюэ Янь. - Как ты вообще смеешь говорить о справедливости: я использую лишь свой меч, почему же ты молчишь о том, что против меня сражаются сразу четыре человека?

Нин Ву Цин ненадолго умолк, но затем гневно продолжил:

- Достопочтенная Мэй, кажется, вы многому научились у своего молодого возлюбленного… Но это всего-навсего порыв чувств, однажды вы об этом сильно пожалеете: настанет время, и семья Цзюнь вышвырнет вас, оставив лишь репутацию брошенной жены. И тогда вы ещё вспомните мои слова…

У него не осталось ничего, кроме как снова разозлить Сюэ Янь и создать для себя удобную возможность для атаки. Но он и не думал, что, сказав такие слова, он вызовет в ней сильное желание убить всех до единого!

- Ах ты, ничтожная тварь! – свирепо крикнула Мэй Сюэ Янь. Взмах её меча по силе был подобен реке Янцзы, она стремительно бросилась в наступление!

Четыре человека Ху Мэнлуна были невероятно злы на Нин Ву Цина. Они, было, хотели снова вынуть свои мечи, но теперь уже не было никакой возможности сделать это... Что на неё нашло? Безо всякой причины эти четверо вдруг оказались в серьёзной опасности…

Нин Ву Цин и сам был немного удивлён!

С одной стороны, он пристально наблюдал за боем, а с другой – осторожно следил за движениями Цзюнь Мосе!

Как такой расчётливый и хитрый пройдоха, как он, может упустить из виду такой серьёзный фактор, который может повлиять на будущее в целом? Однако он все не мог понять одного: как Цзюнь Мосе удаётся вот так вот просто исчезать из поля зрения, да еще так внезапно и неуловимо!

Он точно видел, как Цзюнь Мосе взмахнул своим мечом, но он так и не атаковал никого из присутствующих, а лишь в одно мгновение просто взял и испарился в воздухе!

Это действительно очень странно!

А что касается техники его фехтования, то у него, похоже, действительно отличный наставник! Этот паренёк не так прост, как кажется!

Следует быть очень осторожным, ведь он запросто может атаковать со спины!

Тем временем люди Ху Мэнлуна протяжно и без конца кричали! Один из них пропустил атаку меча Мэй Сюэ Янь, и от плеча до нижних рёбер его торс рассекла длинная и глубокая рана. Настолько глубокая, что можно было разглядеть его кости. Но Мэй Сюэ Янь всё же не могла показывать свою истинную мощь и билась лишь вполсилы. В противном случае даже самый Величайший мастер не смог бы уцелеть после её атаки!

Нин Ву Цин лишь холодно отдал приказ:

- Ху Мэнлун, отступайте! Следующая группа – вперёд, в атаку!

Ху Мэнлун закричал:

- Я не отступлю, я хочу отомстить! Мастер Нин, мой товарищ истекает кровью, но, невзирая на это, он всё ещё здесь, как я могу отступить? Мою ненависть ничем не смоешь, клянусь, что я ни за что не остановлюсь и не сбегу!

Он отчётливо видел, как из раны его товарища фонтаном била алая кровь. Рана была слишком тяжёлой, его внутренние органы держались внутри лишь потому, что рёбра не давали им вывалиться – просто жуткое зрелище!

Казалось, что Мэй Сюэ Янь лишь слегка коснулась его мечом. На первый взгляд это был не смертельный удар, но всем присутствующим всё было предельно ясно: изначально атака не была целенаправленной, но в одну секунду, обнажив клинок и применив немного силы, она тут же рассекла ему брюшную полость. Несмотря на то, что он всё ещё стоял на ногах, с такой серьёзной травмой его уже нельзя было спасти!

Нин Ву Цин закричал:

- Ху Мэнлун! Я приказываю тебе отступать!

Глаза Ху Мэнлуна будто налились кровью, и, посмотрев в небо, он громко закричал, ему уже было все равно на приказы командования, Ху Мэнлун ринулся вперёд! Трагическая гибель товарища заставила его окончательно потерять рассудок, он и впрямь выглядел как сумасшедший!

Вдруг мастер с рассечённым животом громко завопил:

- Братья, кажется, я первым ухожу на покой!

Он знал, что смерть вот-вот настигнет его, но в этот момент его беспокоило лишь то, что его товарищи, жертвуя своими жизнями, мстят за него. Невзирая на яростную атаку своего врага и свою близкую кончину, он собрал всю свою оставшуюся силу воедино. Внезапно его тело начало источать чёрный газ, и, взвыв, подобно волку, мастер ринулся в сторону Мэй Сюэ Янь!

Его вывалившиеся кишки просто болтались из стороны в сторону, но он всё же пошёл в атаку!

Несмотря на смертельное ранение, он близок к силе высшего уровня. И сейчас он изо всех сил, не щадя своей жизни, вступил в бой. Его сила, на удивление, и правда огромна!

Мэй Сюэ Янь лишь холодно посмотрела на него.

Выпад!

Одним метким ударом она пронзила его сердце своим острым мечом. Но враг всё не отступал, он сделал последний вздох и изо всех сил обеими руками схватил Мэй Сюэ Янь!

Она же, в свою очередь, резко отскочила назад, и с разворота, почти невидимой атакой ударила своего врага в грудь. Уже мёртвое тело мужчины отлетело назад; в небо взлетели брызги алой крови.

В этот момент в руке Мэй Сюэ Янь неожиданно появился другой меч! Первая группа так и не отступила, а вторая уже ринулась в бой!

Глава 589. Ещё одно столкновение. Раскаты грома и преисподняя

- Не видите дальше собственного носа. Благодаря суровым испытаниям, с которыми вы столкнулись, вы стали ещё храбрее! – Мэй Сюэ Янь бесчувственно улыбнулась, глаза её сверкнули, и она оттолкнулась вверх, с присущим ей изяществом, сделала оборот вокруг своей оси, и, ухватив меч двумя руками, стремительным рывком пронзила пустоту!

Это было потрясающе!

Пронзительный свист меча внезапно нарушил тишину, а за ним вдруг, прямо перед лицами семи великих мастеров, возникла серебряная стена, вся сверкая и переливаясь!

Хотя внешне этот меч ничем не отличается от других, зона поражения у него намного больше, и она распространяется целиком на всё поле боя! Семь великих мастеров одновременно охватило чувство страха, казалось, их все уязвимые места уже попали под влияние действия этого меча, ледяной блеск меча был жутким и опасным. Места для отступления не было!

Ничего не оставалось, кроме как идти на прямое столкновение!

Сражаться до последнего вздоха!

Такой убийственный приём требует больших затрат сил, это упорный и длительный процесс накопления сил!

Но то, на что способна Мэй Сюэ Янь, это просто за гранью здравого смысла!

А тут – один рывок и меч уже в действии!

Как это вообще возможно!?

Семеро великих мастеров враз издали истошный крик и попытались собрать воедино всю энергию и все силы, какие только было возможно в данный момент, чтобы обрушить контрудар! Первым в бой кинулся Ху Мэнлун, в тот же миг вспыхнула вся сила, которой он обладал, и он направился прямо к серебряной стене!

Он неистово закричал, глаза его горели ненавистью и злобой, в этот миг он словно слился вместе со своим мечом в одно целое, все прошлые дела и заботы отошли на задний план, в его сердце была только месть!

Меч сверкнул, как метеор!

Все, затаив дыхание, наблюдали за этим столкновением, ошеломлённые и поражённые! Этот бой, действительно не на жизнь, а насмерть! Если у почтенной Мэй правда есть внутреннее повреждение, то, значит, основные силы уже были подвержены истощению. В таком случае, после этого столкновения бой может быть завершён!

Или она бросится бежать, или… в общем, все должны быть наготове!

Ни в коем случае нельзя дать какому-то пустяку сорвать всё! Все сосредоточенно, в страхе сделать лишнее движение, наблюдали за происходящим, каждый был настороже; Мэй Сюэ Янь во что бы то ни стало не должна улизнуть!

Раздался удар! Ху Мэнлун закричал и налетел на серебряную стену!

Удар! Удар! Ещё раз удар!

Три удара и меч в руке Ху Мэнлуна был разбит на три части, а затем и вовсе превратился в железную пыль; тело Ху Мэнлуна будто засасывало какое-то чудовище, сначала правую руку, в которой был меч, а потом, начиная с головы, и всё тело целиком бесследно исчезло!

Это было похоже, как будто свирепый и дикий зверь одним махом проглотил Ху Мэнлуна, спокойно и без особых усилий!

Удар!

Разразился звук, похожий на раскат грома и во все стороны разлетелись искры света – это оставшиеся шестеро великих мастеров продолжили атаку и столкнулись с мечом Мэй Сюэ Янь!

На телах великих мастеров не осталось живого места, кровь хлестала непрерывным потоком, мечи, с которыми они кинулись в бой, превратились в ничто, разразившись в горьком и пронзительном крике, они попадали на землю один за другим!

Такой удар стал полной неожиданностью для них, падая на землю, они даже не сопротивлялись. Такая ответная реакция застала их врасплох!

Даже пошевелить мизинцем было трудно!

Одержать победу в этом столкновении для Мэй Сюэ Янь тоже было непросто, после удара Мэй Сюэ Янь едва могла стоять на ногах, и нетвёрдой походкой отступила назад, через, прежде белоснежные её одежды, в нескольких местах проступила кровь, это сразу бросалось в глаза и не могло не пугать! Её лицо стало мертвенно-бледным, а потом розовым, и так оно меняло цвет целых три раза, пока её не вырвало кровью.

Наступление семи великих мастеров распалось на мелкие кусочки, благодаря острому мечу Мэй Сюэ Янь!

Итак, шесть тел бренно упали на землю. Остальные до сих не пришли в себя и, как завороженные, продолжали смотреть перед собой, куда несколько мгновений назад, один за другим, совершив несчетное количество оборотов, попадали шесть тел. Снег был усеян кровавыми пятнами!

Всё пространство заполнили крики и стоны, трое из шести молчали, они были уже мертвы!

У кого-то сломана рука, у кого-то нога, но они хотя бы остались в живых. Кому-то повезло меньше: их тела пронзили семь-восемь раз, здесь шансы выжить, понятное дело, невелики!

- Меч Небесной Кары Волшебного леса Тянь Фа!

Среди толпы невольно разнеслось это, наполненное трепетом и уважением, название!

Изначально, это оружие использовалось Владыкой Волшебного леса Тянь Фа в войне за захват Небес против племени чужаков!

Но сегодня первый раз, спустя много лет, ей пришлось воспользоваться этим оружием против людей!

Это меч заставляет сердца людей биться с сумасшедшей скоростью!

От одного удара этого меча пали семь великих мастеров!

Ужасный меч!

Этот меч уникален и не имеет себе равного!

Это чудо, и сейчас все смогли лицезреть это чудо своими глазами!

То потрясение, которое пришлось всем пережить, трудно описать словами…

Вдруг новая, блестящая как серебро, молния света, а за ней кровавый след, резко вспыхнули и разразили пустоту!

Если меч Мэй Сюэ Янь похож на раскаты грома, то этот меч похож на призыв преисподней!

Блестящая как серебро, молния света беззвучно и резко ударила прямо в толпу! Все немедленно вздрогнули, сердца их наполнились ужасом и страхом. Этот удар застал их врасплох, они совершенно были не готовы к нему!

Убийство, снова убийство!

На такое способен только убийца высшего класса!

Только сильнейшие почтенного и великого уровней способны противостоять его силе!

Хотя, учитывая данную ситуацию, похоже, сила меча была даже сокрушительней!

Он несокрушим!

Божественный меч из крови Яньди и Хуанди! (основатели древнекитайского государства)

Династия Цзюнь, в этот нелегкий час, наконец-то вынула из ножен этот меч, меч, который ни духам, ни демонам не постигнуть.

Меч бесшумным движением проскользнул по поясу одного из мастеров, пронзив его насквозь, он показался из тела другого мастера и безжалостно вонзился в тело третьего!

Третий мастер издал пронзительный вопль, а потом замолчал; он хотел обнажить свой меч, его рука уже опустилась к рукояти, и он собирался оттолкнуться вверх, чтобы нанести ответный удар, как вдруг заметил, что его обе ноги и нижняя часть туловища крепко стоят на земле, а вверх подлетела лишь верхняя часть туловища!

Сказать, что он был удивлён, значит, ничего не сказать; он был в ужасе и попытался активировать свою силу Суань, но попытки были тщетными… Ему оставалось наблюдать не очень лицеприятную картину: как внутренности его верхней части тела вываливались наружу!

Потом верхняя его часть с грохотом упала на землю, а нижняя его часть так и продолжала неподвижно стоять, как деревянный столб.

Он растерянно смотрел по сторонам, в поисках своего убийцы, но ничего не смог обнаружить, меч так же бесшумно исчез, как и появился…

Он хотел заговорить, но вместо этого, из его рта потекла кровь, но вытекло довольно мало, потому что остальная кровь, какая только была, уже давно вытекла из его рассечённой половины тела!

У него больше не было сил и энергии бороться за свою жизнь, он уже ступил на тропу в загробный мир.

Из его глотки вырвался последний стон умирающего, оба глаза замерли, и так и остались открытыми, как у мёртвой рыбы. Недоумение с его лица не стёрла даже смерть…

Рядом с ним стояли другие два мастера, на лицах у них застыло то же выражение ужаса и страха, а их руки остались у пояса…

Они вдруг почувствовали, как стало удобно, спокойно и тепло, что даже захотелось вздремнуть… Но, засыпая, они не знали, что уснут навсегда, и никогда не смогут проснуться!

Это было такое тепло, что глубоко проникает в душу…

Это чувство «удобства и спокойствия» возникает при сильном кровотечении; когда теплая, как парное молоко, кровь обволакивает все стенки живота, тем самым согревая все тело собственной температурой!

Это чувство блаженства является предвестником скорой смерти!

Оба мастера, с застывшими в ужасе глазами, склонились вниз к собственным животам…

В следующее мгновение, кровь, минуя все преграды, хлынула наружу; трое тел застыли в странном положении, из трёх животов хлестали нескончаемые фонтаны крови, брызги и ручьи разлетались аж на несколько метров вперёд!

Вокруг каждого было по кровавой луже, а в воздухе разлетались кровавые брызги…

Великолепные и странные красные круги!

Предвестники смерти и ужасного убийства у входа в ад…

Оба мастера только поняли, что на самом деле произошло, и в ужасе закричали, но не осмелились двинуться с места... сравнительно тяжеловато двигаться, когда твоё тело рассечено пополам!

Если не двигаться, то тело останется целым, ведь так?

В конце концов, это уже необратимый процесс!

- Брат!

Прежде невозмутимые и хитрые глаза знаменитого Нин Ву Цина в одночасье стали кроваво-красными…

Глава 590. Что такое «настоящие чувства»?

Даже люди из Неуловимого Мира Бессмертных не знали. Из тех троих, двое – Великие Мастера, а третий – единокровный брат Нин Ву Цина по отцу, Чен Фэнъи!

Хоть у них и были разные фамилии, но кровь одна! Нин Ву Цин потратил немало усилий, помогая его брату достичь уровня Великого Мастера, чтобы затем вступить в Неуловимый Мир Бессмертных. Два брата прожили вместе всю жизнь, и даже не думали, что их отношения закончатся раз и навсегда именно при таких обстоятельствах.

Нин Ву Цин обезумел!

Он закричал:

- Цзюнь Мосе! Я знаю, это сделал ты! Выходи! Будь смелей и выйди!

В уме он прикинул, что, раз Цзюнь Мосе мистически испарился, то значит, что он готовился к атаке!

Несмотря на то, что он это понял, перевес всё ещё был на стороне противника! Нин Ву Цина мучили нескончаемые угрызения совести, негодования, он был очень подавлен. Его сердце наполнилось гневом!

- Цзюнь Мосе, ты подлый ублюдок! Выйди к старику! Выходи! Ты, сволочь! Мерзкая тварь! Только и знаешь, как бить исподтишка, мудак!!! Ты аморальная скотина! Тебе это воздастся, и ты будешь подыхать долго и мучительно!

Нин Ву Цин орал как сумасшедший и не успокаивался ни на секунду. Его глаза были полны грусти, а к лицу прилила кровь. Среди трёх умирающих был один с квадратным лицом, большими ушами, стройной фигурой… Он был настоящим красавцем. Это и был Чен Фэнъи, сводный брат Нин Ву Цина. Чен Фэнъи слегка вздохнул, медленно повернул голову, посмотрел на своих товарищей и равнодушно сказал:

- Мне нужно идти…

На лицах всех без исключения проявились скорбь и злость.

Говоря это, он смотрел на свой живот, оттуда все еще лилась свежая кровь. Она стекала вдоль халата. Он поднял голову и шёпотом медленно произнес:

- Берегите себя, товарищи.

Когда он смотрел на Нин Ву Цина, тот весь трясся и протягивал к нему руки, чтобы обнять, однако боялся, что это заберет у его брата последний шанс на выживание. Всё это время он тянул к нему руки, однако так и не осмелился дотронуться до него…

Уголки губ Чена Фэнъи образовали лёгкую улыбку, когда он смотрел на своего брата. Он из последних сил медленно произнёс:

- Брат… Всю мою жизнь ты воспитывал во мне настоящего человека, ты обучал меня… Я желаю лишь, чтобы я перед всем светом назвал тебя своим братом… Хоть я и не могу… Но мне правда кажется… Кажется… Брат… Я старался…

Слёзы рекой хлынули из глаз Нин Ву Цина, он закричал:

- Брат… Мой родной брат… Я объявляю это на весь мир, ты – мой брат!! И фамилия твоя Нин! Мы оба из семьи Нин!

Чэн Фэнъи слегка улыбнулся, на его лице можно было заметить нотки удовлетворения. Он тихо произнёс:

- Мне надо идти… К моим почтенным родителям в загробный мир… Брат… Ты… Живи так… Чтобы мы там за тебя не… Переживали…

Нин Ву Цин помедлил, но затем за один прыжок подскочил к брату и обнял его, но тот уже не дышал. Он не издал больше ни звука, лишь на его лице всё ещё остались те самые нотки удовлетворения.

Нин Ву Цин горько зарыдал. Пусть его имя, Ву Цин, означает «бесчувственный», и он всю свою жизнь пресекал все свои эмоции. Но это был единственный родной ему человек во всём мире! А сейчас он умер, и сердце Нин Ву Цина облилось кровью и разрывалось на части.

- Брат! Твоя фамилия Нин… Ты всегда был Нин…

Нин Ву Цин рыдал, задрав голову к небу, ему было настолько горестно, что он захотел покончить с собой! За эти годы у его семьи произошло немало бед. Мачеха рискнула жизнью, чтобы спасти младшего брата, а все члены его семьи были беспощадно уничтожены. Его невеста была обесчещена и убита!

С этих пор Нин Ву Цин ненавидел абсолютно всех!! Даже мачеху и брата! Он был убеждён, что в той ситуации его мачеха могла взять с собой его невесту и сбежать вместе, но она взяла только своего сына!

Поэтому Нин Ву Цин не мог её простить!

Поэтому хоть он и заботился о брате, но никогда не признавал его членом семьи Нин!

Чен Фэнъи понимал, с каким камнем на сердце ходил его брат, он понимал, что Нин Ву Цин был в безысходном положении. Ему оставалось лишь взять фамилию матери…

До сегодняшнего дня.

Нин Ву Цин только сейчас понял, как сильно он был не прав! Он всегда знал, к чему стремился его брат. Он понимал это сердцем, но в итоге, только перед лицом смерти, в последние секунды его жизни он выполнил его последнее желание! Самое важное для него желание!

Но какое это имеет значение сейчас? Глядя на безмятежное и удовлетворенное лицо Чен Фэнъи, Нин Ву Цин ощутил едкий вкус горести, разрывающей его сердце! Словно солёные слезы просочились в сердце… Из-за собственной скупости, устремления родного брата он отложил на конец его жизни…

Вдруг в глазах Нин Ву Цина потемнело. Он медленно поднял голову, и люди увидели, что из его глаз текли кровавые слезы!

Мэй Сюэ Янь стояла вдалеке. В этот момент у неё была прекрасная возможность одолеть всех своих врагов, но она ею не воспользовалась, она лишь с сожалением смотрела на противника.

Цзюнь Мосе тоже в это время не сражался, хотя он осознавал, что сейчас наилучший момент для атаки. Но его внимание было направлено на эти настоящие, неподдельные чувства. Хотя Нин Ву Цин и был его врагом, но он должен был дать ему возможность попрощаться с братом.

Это называется человечность!

Цзюнь Мосе был человеком, ценящим настоящие чувства, и он давал врагам время на то, чтобы поддаться своим эмоциям.

Но Цзюнь Мосе нисколько не раскаивался в том, что он отнимал жизни их братьев!

В любой битве либо убиваешь ты, либо убивают тебя! Тут нет места раскаянию и сочувствию.

Таким милосердием, сам себе могилу выроешь!

Но во время проявления подобных чувств, Цзюнь Мосе никогда никого не тревожил, хоть он и убийца до мозга костей. Он лишь незаметно появился возле Мэй Сюэ Янь, холодным взглядом глядя на Нин Ву Цина.

«Я даю тебе время на скорбь, ты можешь в полной мере оплакать смерть брата. Я понимаю твои чувства, поэтому я подожду! Но после этого, мы сразимся вновь!»

Нельзя делать никаких снисхождений!

У Се Цзюня были свои жизненные принципы!

Нин Ву Цин, стоя на коленях, положил голову на грудь брата и всхлипывал:

- Брат… Мой родной брат… Нин Фэнъи… Ты – Нин Фэнъи! Ты всегда был Нин Фэнъи… Я ошибался, я ужасный человек, это я должен был умереть… Из-за меня ты страдал, прости меня… я прошу у тебя прощения…

Нин Ву Цин говорил очень тихим голосом, его изначально слегка седая голова, поседела полностью за это короткое время.

Мэй Сюэ Янь тихонько сказала:

- Никогда не думала, что Нин Ву Цин может испытывать настолько глубокие чувства к кому-то.

Цзюнь Мосе ответил:

- Зря ты так думаешь.

Мэй Сюэ Янь повернула к нему голову и удивленно спросила:

- Неужели?

Цзюнь Мосе произнёс очень серьёзно:

- Поверь, в мире много таких людей. У всех есть прекрасные стороны. Даже из тех, кто совершает ужаснейшие злодеяния, вне зависимости, извращенец ли это или проститутка, внутри их сердец спрятаны настоящие священные чувства!

Цзюнь Мосе помолчал секунду и добавил:

- Человеческие чувства. У каждого человека это что-то своё, одно на всю жизнь. Поэтому даже у бабника есть «та единственная», любовь всей жизни. Даже у проститутки, которую «попробовали» уже тысячи мужчин, есть тот, который приходит к ней в сновидениях… А по ней вздыхают сотни других мужчин, поэтому в мире так много разочарований…

Мэй Сюэ Янь произнесла, нахмурив брови:

- Это другое. Какие «настоящие» чувства могут быть у бабника и проститутки?

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- А тебе откуда знать? Бабники следуют велению своего сердца. И когда это бывало, чтобы профессия проститутки мешала ей испытывать настоящие чувства? Если с детства девушка росла в роскоши, получала признание общественности и, если бы не серьёзная беда, которая обрушилась на нее, она бы никогда и не стала проституткой? Или парень, выросший в нищете, и ни разу не ел досыта, мог бы стать бабником? Поэтому, обстоятельства играют здесь важную роль! – он вздохнул. – Поэтому благоговейный Император для того, чтобы добиться красавицы Муронг, безжалостно убил всю семью Йе Гухана. А Йе Гухан и по сей день безумно в неё влюблён! Или взять в пример моего дядю и тетю. Их любовь была настолько сильной, что тётя прождала дядю на вершине горы 10 лет! Моя мама из-за папы предпочла уснуть глубоким сном… И всё это – следствие настоящей любви… Ради настоящей, взаимной любви можно сотворить даже самые ужасные дела.

И у хороших, и у плохих людей есть настоящие чувства! Хоть имя Нин Ву Цина и означает «бесчувственный», однако в его душе есть самые разнообразные чувства. Помимо этого, ему также пришлось лишиться многого, что привело к тому, что все его надежды испарились. Как можно было из-за одной женщины прожить в одиночестве всю жизнь? Как можно было из-за одной женщины не позволять входить в дом собственному брату? Бесчувственность Нин Ву Цина как раз таки произошла от того, что у него слишком много чувств! Их слишком много…

Глава 591. Где ты, моя истинная любовь?

- Это перешло все разумные границы. Это привело к тому, что жизнь его младшего брата была несчастной, он также сделал свою жизнь несчастной, добавив сегодня немного трагического оттенка. Самый несчастный мужчина – не его брат. В конце концов, у него было самое большое желание в жизни в последнюю минуту его жизни, и самым несчастным был Нин Ву Цин, – серьёзно произнёс Цзюнь Мосе. – Так как из-за любовной трагедии, он своими руками сотворил семейную трагедию! Последние мгновения жизни его брата заставили Нин Ву Цина испытывать самые большие сожаления! Поэтому истинные чувства Нин Ву Цина вызвали его собственную беспощадность, а также вызвали трагедию, которую он никогда не смог бы сотворить в своей жизни!

- Однако сегодняшняя трагедия Нин Ву Цина не нами создана? – немного не вытерпев, горестно вздохнула Мэй Сюэ Янь.

- Ты опять ошибаешься. Эта трагедия, так или иначе, была лишь вопросом времени. К тому же не мы создали трагедию, сейчас там могли оплакивать труп, мгновенно поседев, не он, а ты или я! – Цзюнь Мосе посмотрел на Мэй Сюэ Янь заблестевшими глазами. - Это чувство скорби, просто мы должны понять и посочувствовать, но не должны делать снисхождения. Именно поэтому мы должны обратить внимание на чувство разлуки, поэтому необходимо еще больше беречь друг друга, ты понимаешь? Мэй Сюэ Янь, если бы сейчас я одним махом решил порвать наши отношения, как ты к этому бы отнеслась?

У Мэй Сюэ Янь спокойный характер, способный преодолеть тревожные мысли, но, вопреки ожиданиям, она не смогла сдержать дрожь, когда представила трагическую картину: лежащий на земле труп Цзюнь Мосе. Сердце яростно забилось и непроизвольно засмеявшись, она сказала:

- В таком случае моя жизнь не имела бы никакого смысла…

Цзюнь Мосе не смог сдержать восхищенного вздоха:

- В этом и есть истина. В мире происходит бесчисленное количество трагедий, нам необходимо продумать все способы, чтобы противостоять противнику. Так сказать, одеться в три реки и опоясаться пятью озерами! (образное выражение)

Цзюнь Мосе повернулся и, посмотрев на Нин Ву Цина, равнодушно произнёс:

- Иначе говоря, такова человеческая жизнь! Причина, благодаря которой мы безжалостны – это искренние чувства, в этом и есть разница между нами и Нин Ву Цином.

Такова жизнь!

«Жизнь человека» – это лишь два слова, которые содержат в себе так много невыносимых страданий! Сколько стремлений бороться и нежной настоящей любви… Разобравшись в словах Цзюнь Мосе, у Мэй Сюэ Янь неожиданно учащённо забилось сердце!

Она посмотрела на заплаканного Нин Ву Цина, у которого был унылый и угнетенный вид. Мэй Сюэ Янь повернулась и, посмотрев на прекрасный профиль Цзюнь Мосе, почувствовала в сердце необыкновенное удовлетворение.

Пока на земле лежит не он… Мне ничего не страшно!

В эту минуту Цзюнь Мосе, вероятно, выразил свои чувства. Выражение лица оказалось на удивление серьёзным, немного одиноким, будто отрешённым, казалось, между бровей пролегла небольшая тоска, с лёгкой нотой сочувствия в глазах.

Посмотрите на мир…

Посмотрите на мирскую суету…

Его состояние духа было, на удивление, отрешенное, словно он вознесся на горный пик, думая о превратностях судьбы.

Похоже, что он возглавляет всех правителей, стоя над грядой облаков в небесной выси и с высоты взирает на весь мир…

Мэй Сюэ Янь смотрела на него влюблённым взглядом!

В этот момент она неожиданно обнаружила, что Цзюнь Мосе непреднамеренно продемонстрировал необычайный характер, его манеры в сравнении с её владычеством, ничуть не уступали, вплоть до того, что были даже более естественными.

Это, пожалуй, в крови… безграничность, щедрость!

Цзюнь Мосе, наклонившись боком, странно посмотрел на неё и спросил:

- На что ты смотришь? О чём так глубоко задумалась?

Мэй Сюэ Янь, по-прежнему чувствуя себя глупо, сказала:

- Смотрю на тебя… Ты красивый!

Цзюнь Мосе изумился. Ни за что не ожидал, что высокомерная и холодная Мэй Сюэ Янь, вдруг может сказать такие слова! Застигнутый врасплох, в высшей степени бесстыжий Цзюнь Мосе вдруг не удержался и покраснел…

Сказать парню фразу: «Ты красивый…» Это и вправду достаточно неловко…

На самом деле Цзюнь Мосе такой же красивый, как и я…. По крайней мере, ничем мне не уступает…

В конечном счете после того, как Мэй Сюэ Янь произнесла эти слова она словно очнулась, и, покраснев, невольно опустила голову.

Такое неожиданное нападение заставило Цзюнь Мосе покраснеть от смущения, но, обнаружив, что Мэй Сюэ Янь тоже смутилась, он тотчас же пришел в себя и с весёлым выражением лица произнёс:

- Раз уж я такой красивый, может быть, поменяемся ролями? Давай сегодня я тебя отшлёпаю?

Мэй Сюэ Янь тотчас же покраснела, ей с одной стороны было стыдно, с другой – привело в смущение, лихорадочно вонзив в него ногти, она злобно спросила:

- Кстати, я забыла тебя спросить: ты только что говорил о таких важных вещах, рассуждал о высоком, о человеческих чувствах, говорил, что человек за всю жизнь может только раз встретить истинную любовь, так вот я тебя спрашиваю. У тебя так много подруг, а где же, в конце концов, твоя настоящая любовь?

Цзюнь Мосе тотчас же остолбенел, вытаращил глаза и раскрыл рот, совершенно не зная, как ответить на этот вопрос.

Только что, проникновенно выражая свои чувства, он незаметно для себя обогнул этот вопрос.

Немного погодя, глупо раскрыв рот, он пришёл в себя, по-прежнему и не зная, что ответить на слова Мэй Сюэ Янь, но, одновременно с этим, слова Мэй Сюэ Янь заставили его в глубине души начать задумываться над этим.

«Да, сейчас рядом, вокруг меня есть несколько красивых женщин. В настоящее время есть определённые отношения с Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и Мэй Сюэ Янь! Пусть даже это всего три женщины, но кто из них настоящая любовь?»

У Цзюнь Мосе немного участилось сердцебиение, ветренный ли он, в конце концов, человек? Из трёх девушек нужно выбрать только одну, но как выбрать?

Выбрать Мэй Сюэ Янь? Кажется, она и сама его любит!

Может, Гуан Квинхан? Эта красавица ради семьи Цзюнь пожертвовала всем, не поскупилась даже отдать свою невинность ради спасения родных, все эти годы она приходила в семью Цзюнь без жалоб и сожалений, заплатила слишком много. Цзюнь Мосе почувствовал себя в неоплатном долгу, он по отношению к Гуан Квинхан имел глубочайшую симпатию. Как он мог её оставить? Если он оставит её, сможет ли она найти в себе силы жить дальше? В любой момент может умереть, растаять, как снег… Муки совести будут преследовать его всю оставшуюся жизнь!

Неужели можно отказаться от Дугу Сяо И? Доверчивость и очарование Дугу Сяо И, её истинные чувства к семье безграничны, когда она появилась в кругах «золотой молодёжи», она тотчас же полюбила всю семью! Ради родных, несмотря ни на что, отправилась в Южный Небесный город, больше боясь, что не нужна семье. Решила, что лучше уж раздобыть афродизиак и сфабриковать свершившийся факт. Несмотря на то, что, в конце концов, несмышленая девочка не смогла довести дело до конца, но она это делала ради близких, и это тоже неоспоримый факт!

Ошеломила всех, вступив в городские ворота, будучи «беременной» и не замужем, совершенно не получая жалования, она осталась, не имея ни единого пути к отступлению. Таково истинное положение вещей, от кого отказаться, кого можно оставить? Даже если у человека каменное сердце, может ли он поступить так безжалостно?

А еще есть Мэй Сюэ Янь, её тоже совершенно невозможно оставить! Мэй Сюэ Янь – одна из представителей уважаемого рода из леса Тянь Фа, большая удача поддерживать с ней знакомство и сопровождать её на пути. Оба действовали в духе полного единства и сплочённости, оставив отпечаток на сердцах друг друга, к тому же они сами всегда шутили, что теперь всю жизнь будут вместе! Мэй Сюэ Янь всю жизнь была высоких моральных качеств, впервые испытала чувство влюбленности, во всех отношениях заботится о близких, как её можно бросить?

Таким образом, как бы Цзюнь Мосе самому не начать презирать себя!

Нечего даже и говорить о том, что Мэй Сюэ Янь в одиночку сражалась с Иллюзорным Океаном Крови или подвергалась атакам мастеров всех трёх Священных земель, поклялась жить и умереть вместе с семьей Цзюнь, можно ли это нарушить?

Если он бросит ее, Мэй Сюэ Янь, возможно, не погибнет и не покончит с собой, но она точно придёт в отчаяние и отправится обратно в лес Тянь Фа и больше никогда не вернётся, это определённый факт!

Цзюнь Мосе подумал… никого из них нельзя бросать!

Родные с уважением и любовью относятся к Гуан Квинхан, обычно в её присутствии ощущается тепло и забота, это необходимо принимать во внимание. Люди стремятся к ощущению заботы, это ощущение особенно чувствовалось в Южном Небесном городе, и по сей день становится ещё более мощным и более отчётливым! Цзюнь Мосе хоть и не признавал этого, но в глубине души хорошо понимал, что такое желание действительно есть!

Что касается Дугу Сяо И, в чрезмерной дружеской любви, очень смутно можно разглядеть оттенок любовной близости…

Несмотря на то, что ты и сам в состоянии всё выдержать, теплые, сердечные отношения – словно оазис в пустыне. Кто, кроме родных и близких поддержит тебя?

По отношению к Мэй Сюэ Янь Цзюнь Мосе испытывал странные ощущения, чувство душевного трепета, родство душ, преодоление бед плечом к плечу!

Это чувство глубокое, тёплое, приносит удовлетворительную радость! Если, говоря обо всех трёх девушках, искать любовную привязанность, то это, несомненно, Мэй Сюэ Янь! Но, кроме неё, есть ещё две, разве можно их бросить? Правда ли, что по отношению к Дугу Сяо И и Гуан Квинхан нет искренних любовных чувств?

Есть!

Просто они не похожи на чувство, которое испытываешь к Мэй Сюэ Янь!

Неужели я, в конце концов, настолько ветренный? Цзюнь Мосе спрашивал себя в глубине души, забыв ответить Мэй Сюэ Янь…

Он впервые по-настоящему испытал душевные страдания! Кто, в конце концов, истинная любовь?

Он обдумывал этот до невозможности трудный вопрос, пока Нин Ву Цин скорбел по своему погибшему брату. Ву Цин встал, держа в руках, половину трупа своего брата, его седые волосы хаотично развивались в воздухе, его тело, по-прежнему было непоколебимым, словно меч, но манеры уже не были такими изящными!

Он медленно повернулся, поднял голову и оставшиеся мастера Неуловимого Мира бессмертных внезапно вскрикнули. Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь тоже, не выдержав, взглянули и испугались!

В этот самый момент, румяное лицо Нин Ву Цина приобрело землистый серый оттенок, морщины вдоль и поперёк изрезали его лицо. Нин Ву Цин, мастер уровня Суань, который, к тому же, всегда обращал внимание на своё здоровье и физическое состояние, в одночасье превратился в двухсотлетнего старика!

Всегда выглядевший как человек средних лет, в эту минуту он явился дряхлым старцем, никогда не принимающим таблетки бессмертия и прошедшим уровень Суань, он был похож на крестьянина, трудившегося всю жизнь – всё лицо было в морщинах, словно куда ветер подует, он там и рухнет!

Худой, как скелет!

У Нин Ву Цина был такой тёмный взгляд, словно он пришёл из Преисподней, глаза сверкали невероятной ненавистью, он пристально посмотрела на Цзюнь Мосе, проскрипел зубами и сказал странно спокойным голосом:

- Здравствуй, Мосе!

Глава 592. Ударить клинком по моральному духу противника!

Нин Ву Цин заговорил и все заметили, что его голос изменился на странный, режущий слух и ужасно хриплый!

Несмотря на то, что интонация была спокойная, все поняли, что душа его уже мертва!

Нет большего горя, чем потеря надежды. Младший брат, который на протяжении почти двухсот лет был твоей поддержкой и опорой, неожиданно умер, и Нин Ву Цин потерял смысл своего существования! Осталась лишь месть!

Вне зависимости от того, сможет отомстить Нин Ву Цин или нет, жить на этом свете он уже не сможет! Его измождённое лицо уже в полной мере свидетельствовало об этом!

Нин Ву Цин уже начисто лишился силы Суань, которая была сосредоточена в его даньтяне, скрытую силу, заключенную в его костях, защищавшую внутренние органы и внутреннюю жизненную силу!

Он больше не сохранил свой молодой вид, не сохранил свои возвышенные, превосходные манеры – ни характер, ни внешний облик теперь уже стали неважны! Только месть!

Жажда мести, несомненно, может спровоцировать концентрацию оставшейся силы, но после этого человек полностью погаснет! И даже чудотворец будет не способен вернуть его к жизни!

На карту поставлено всё!

Вне зависимости от того, умрёт Цзюнь Мосе или нет, Нин Ву Цин уже обречён! Нин Ву Цин сам поставил себя на это место! Самое важное – его сердце, требующее мести!

Труп младшего брата Нин Ву Цин бережно положил на землю, медленно встал, на его лице были сожаление и ненависть!

Цзюнь Мосе вздохнул, немного скорбно и сочувственно посмотрев на него, сказал:

- Жизнь и смерть — это бесконечный круговорот! Каждый человек испытывает подобное. Ты должен примириться с утратой, так будет правильно! Умершего нельзя вернуть к жизни… мне правда очень жаль!

Эти слова даже Мэй Сюэ Янь ударили, словно пощечина – убив брата, советовать смириться с утратой…

Нин Ву Цин мрачно захохотал:

- Цзюнь Мосе, ты убил моего брата, а сейчас советуешь смириться с утратой? Тебе не кажутся эти слова смешными?

Цзюнь Мосе хмыкнул:

- Нин Ву Цин, ты такой умный, но с тобой так трудно вести диалог! Потому что ты не можешь понять смысл моих слов!

Нин Ву Цин громко закричал, глядя на небо:

- Неужели ты думаешь, что я сейчас могу быть спокоен? Цзюнь Мосе, мне не нужно твое притворное сострадание или доброжелательность!

Естественно, Нин Ву Цин понял смысл слов Цзюнь Мосе. Ему нужно спокойствие, справедливость! Но Нин Ву Цин также понимал, что такому не бывать!

Потому что слова Цзюнь Мосе, сказанные так по-доброму, звучат ещё более подло, еще более гнусно! Только ещё больше подливают масло в огонь!

В конце концов, это говорит убийца!

Цзюнь Мосе, не прилагая особых усилий, имеет хорошую репутацию, выглядит простодушным и открытым, заставляя Нин Ву Цина тем самым сдать свои позиции!

Не брезговать по отношению к противнику никакими средствами! И пусть даже противник – влюбленная парочка, нужно обнажить мечи друг против друга, потому что это враг! Цзюнь Мосе по отношению к своим врагам никогда не был нерешителен!

Цзюнь Мосе вздохнул, и, неосознанно усмехнувшись, сказал:

- Нин Ву Цин, я знаю, ты жаждешь мести! Подходи! Я тебя здесь жду! Но помни: твой брат умер, ты хочешь отомстить, но на самом ли деле ты этого хочешь? Сколько ещё ты хочешь убить людей? Сколько людей будут ждать твоей мести? Ты сейчас будешь вести себя, как ребёнок! Люди погибнут от твоей руки, а их семьи будут страдать так же, как и ты – это справедливо? И тебе хватает наглости обижаться?

- Цзюнь Мосе! Неужели ты думаешь, ты такой благородный? Неужели ты думаешь, ты не замараешь свои руки кровью? Как насчёт твоей совести? Разве ты не такой же, как и я? – завопил в бешенстве Нин Ву Цин. – Какое ты имеешь право говорить обо мне? Ты палач!

- Я? Я и не говорю, что я человек высших моральных качеств. Конечно же, я такой же, как и ты, вплоть до того, что я, по сравнению с тобой, ещё безжалостнее и кровожаднее! Но, в отличие от тебя, я не могу поступить несправедливо! Я убиваю людей, которые могут убить меня! Это закон неба и принцип земли! Именно поэтому я убил твоего младшего брата! Тебе также нужно отомстить! – Цзюнь Мосе холодно посмотрел на него. – Нин Ву Цин, раз уж ты уже решил искать погибели, я не дам тебе времени восстановиться, тебе нет смысла жить! Подходи! Сегодняшний день на следующий год будет днём твоих поминок!

Слова Цзюнь Мосе были словно нож, ещё больше внеся смуту в сердце Нин Ву Цина! Он был в некотором замешательстве…

- Нин! Твоё душевное состояние неустойчиво! Ни в коем случае не ведись на поддразнивания Цзюнь Мосе! Сосредоточь все силы и любыми средствами прикончи этого бесстыдника! – кто-то закричал сзади.

Нин Ву Цин мрачно усмехнулся, вовсе не собираясь отвечать. Старик лишь ловко извлек из ножен меч, холодный блеск которого был словно прозрачная волна.

Теперь действия – это лучший ответ. В одно мгновение, полностью восстановив свою первоначальную гордость и высокомерие, по-прежнему с обнажённым острым мечом, он излучал вокруг себя мастерство, только этот меч способен стереть с лица земли безумие!

В этот момент Нин Ву Цин, издав короткий вздох, восстановился и стал как прежде умиротворённым!

Это отнюдь не значило, что Нин Ву Цин действительно успокоил свой гнев, он его только подавил, через силу привёл к повиновению, почувствовав на лице необыкновенный прилив крови!

Нин Ву Цин поднял свой меч, разместив его на уровне груди, пальцами левой руки мягко погладил лезвие с острия до основания, словно разговаривая сам с собой:

- Раньше, используя этот меч, я назвал его Крыло Летящего Дракона. Это было в то время, когда я, Нин Ву Цин, достиг совершенства в искусстве владения мечом, с любовью и ненавистью беспощадно убивая врагов! Тогда же, начав окунать этот меч в кровь своих врагов, я дал клятву – Крыло Летящего Дракона покорит весь мир! – он глубоко вздохнул. – Этот меч сопровождал меня всю жизнь в ветер и дождь, герой всей жизни! Этот меч в течение многих лет смело брал на себя ответственность! Воины Суань, мастера высшего уровня, почтенные мастера! Меч – это и есть я, а я - есть меч! Наши души слились воедино и уже связаны неразрывно! В войне с семьей Цзюнь, когда Крыло Летящего Дракона неожиданно повредил руку почтенной Мэй, я это почувствовал! Придёт, в конце концов, и её смертный час! Почтенная Мэй умрёт, чтобы, в конце концов, стереть в моём сердце этот кошмарный сон! – по мере того, как Нин Ву Цин повествовал свой рассказ, он действительно успокоился, но по мере того, как он рассказывал, его тело медленно передвигалось, заставляя передвигаться меч.

Цзинь Мосе знал, что в этот момент Нин Ву Цин не страдает каким то психическим отклонением, в этот критический момент, он не причинит вреда. Всё, что он говорит, для того, чтобы предаваться далёким воспоминаниям, тем самым излить свою душу. Хоть немного вспомнить о незабываемых необычных временах, о доблести и славе былых лет! Посредством воспоминаний, он приобретает уверенность в своих силах! Тем более, он сам понимает, что это ещё одна причина победить!

- Сегодня трагически погиб мой брат, и я сам нахожусь на грани жизни и смерти, – Нин Ву Цин медленно поднял голову, ветер трепал его седые волосы, на его лице, густо покрытом морщинами, ужасным блеском сверкнули запавшие глазницы, и он, перебив Цзюнь Мосе, продолжил:

- К счастью, у меня есть молодые умельцы, которые в дороге могут составить мне компанию, чтобы развлекать меня по дороге на тот свет. Как только ты умрёшь, поверь, почтенная Мэй, тоже непременно умрёт, а потом я похороню вас обоих. Это того стоит!

Цзюнь Мосе, слегка улыбнувшись, сказал:

- Нин Ву Цин, твоё желание понятно. Без сожаления и обид отправляйся в дорогу. То, что ты отправишься в путь – это безусловный факт, но то, что в загробный мир тебя будет сопровождать молодой господин это, на самом деле, несбыточная фатазия… Не ты ли говорил, что старики и дети уступают в силе? Молодой господин, который с тобой говорит, действительно достиг высокого уровня, чего нельзя сказать о тебе. Ты вряд ли справишься даже общими силами вместе с мастерами трёх священных земель.

- Справятся – не справятся, дряхлый старик обречён не увидеть конец, – Нин Ву Цин усмехнулся, неожиданно схватив меч и глядя на него благоговейно, подошёл к Цзюнь Мосе ближе и сказал:

- Только сейчас старик потерял разум, и если бы молодой господин появился тогда, то, боюсь, старик потерял бы даже удобную возможность отомстить. Один раз я был в долгу перед молодым господином, но братская вражда пылает смертельной ненавистью!

Цзюнь Мосе посмотрел на него с некоторой растерянностью, думая, что старик почти безумен. Вот сейчас он ради убийства Мэй Сюэ Янь не остановится ни перед чем, использует все подлые, низкие, бессовестные методы, всё, что найдётся при себе! Сейчас он благодарен противнику, убившего младшего брата, потому что сейчас противоположная сторона не воспользуется случаем, чтобы убить его…

Просто всё пошло шиворот-навыворот! В то время, когда следовало серьёзно отнестись к манере поведения, он вёл себя отвратительно, а в то время, когда не следовало обращать на это внимание, он был обеспокоен своей репутацией и манерами…

Этот Нин Ву Цин всё равно, что ошибка природы!

- Цзюнь Мосе!

Выражение лица Нин Ву Цина было суровым, он сам, сжимая меч, воткнул острие меча себе под рёбра. Только теперь, в эту минуту, Нин Ву Цин целиком и полностью превратился в единое целое с несокрушимым, победоносным мечом!

Холодный блеска меча разлился во все стороны!

Даже его развевающиеся серебристые волосы были похожи на блеск меча!

Цзюнь Мосе почувствовал густой запах, бьющий в ноздри!

Острый меч и в самом деле был вне конкуренции!

Оставшиеся 17 человек из дворца небожителей Дуньши, размеренно вступали на землю шаг за шагом, у каждого на лице было скорбное негодование, все, как один, произносили:

- Мы тоже, во имя погибших братьев, клянёмся быть с господином Нином в жизни и смерти!

Ни верхняя половина тела Нин Ву Цина, ни нижняя не двигались, глаза были спокойны, неподвижны, но его сила внезапно возросла, нахлынула, словно бурлящие волны яростного прибоя! Мощь Нин Ву Цина достигла своего апогея!

Острие меча!

Возможно, так проявляется наивысшая точка земного существования Нин Ву Цина!

Воинственный дух неожиданно осыпался, торчащая под ребрами рукоятка меча со звуком раскололась, чудесным образом рассевшись во все стороны, все реки застыли вокруг тела Нин Ву Цина!

В глазах всех, в эту минуту Нин Ву Цин больше не человек!

А меч!

Самый острый, самый непоколебимый меч!

Раньше тоже был словно меч!

Но теперь человек и меч слились воедино!

Меч есть я, я есть меч!

Нин Ву Цин совершил самый значительный прорыв в искусстве владения мечом, в этот самый критический момент.

Глава 593. Я создаю

Бледное лицо Цзюнь Мосе выглядело сосредоточенным. Он не ожидал, что Нин Ву Цин неожиданно совершит максимальный прорыв!

Но прорыв Нин Ву Цина позволил Цзюнь Мосе неожиданно понять одну истину!

Путь меча! Вот это что!

В высшей степени талантливый прорыв!

Способность прорваться на месте гибели!

Чрезвычайные чувства, чрезвычайный противник, чрезвычайная ненависть, чрезвычайный меч!

Истинное сочетание человека и меча!

Вот значит как!

Цзюнь Мосе, не моргая, устремил свой взгляд на меч, подобно Нин Ву Цину, как обычно вытянув правую руку, сейчас меч блестел в его руках.

Волшебный меч! Кровь Желтого Пламени!

Почувствовав возбуждение от возвышения воинственного духа Нин Ву Цина, только что лежавший в руках Цзюнь Мосе Кровь Желтого Пламени неожиданно лязгнул, без причины, самостоятельно взмахнулся и величественно завис в воздухе, лезвие распространяло блеск, попутно воинственный дух меча вырвался наружу, автоматически отражая беспорядочные атаки меча Нин Ву Цина!

Волшебный меч имеет силу, Кровь Жёлтого Пламени уже долгое время пропитывается кровью и чувствами Цзюнь Мосе, к тому же, сочетая в себе беспредельную сверхъестественную силу Пагоды Хунцзюнь, в конечном счёте обрёл первоначальную духовную природу; какой хозяин, таков и меч. Цзюнь Мосе следовал велениям безрассудного, дикого характера Злого Монарха, всегда ставил себя выше других, смотрел на всех свысока; этот меч, само собой, тоже унаследовал от него эти стороны, несмотря на то, что сейчас в нём хоть чуть-чуть есть духовной природы, но, по отношению к другому мечу он подчёркивал своё превосходство! Разве можно смириться с этой своенравной провокацией!

Хозяин – это Злой Монарх, волшебный меч – это меч тирана!

Цзюнь Мосе увидел это, поэтому так испугался и поспешил схватить меч руками, а Нин Ву Цин словно не заметил этого странного явления:

- Цзюнь Мосе, вы оба обладаете смелостью в нашей войне за справедливость? Тогда положим конец жизни и смерти, любви и ненависти?

Цзюнь Мосе, только что дрожавший от страха, пришёл в себя, не успев подумать о положении меча, никак не мог подобрать нужных слов:

- Что? Нин Ву Цин… Как тебе не стыдно это говорить? Вас восемнадцать человек – какая, нахер, «справедливая» война?

Нин Ву Цин, не шелохнувшись, холодно ответил:

- Правильно убивать лицом к лицу, поэтому убивающие посредством подлых уловок не являются героями!

Цзюнь Мосе, часто дыша, засмеялся:

- Заставив стольких женщин стать вдовами, ты ещё говоришь о подлых уловках других людей? Именно это, по-твоему, поведение благородного человека? Есть ли в мире нечто подобное, перед тем, как вступить в схватку, определить равного по силе противника, а потом привлечь на свою сторону больше людей, больше силы – это, по-твоему, справедливое сражение… Нин Ву Цин, ты человек, у которого нет совести. Но не может человек без стыда и совести иметь такое положение. Я собирался вернуть тебе немного достоинства, отправив тебя в дорогу вместе с младшим братом, но ты настолько бесстыжий, что не стоит потом винить меня в бесчеловечной жестокости! Действительно жаль, что я не узнаю, увидит ли Нин Фэнъи, во что превратился его старший брат!

Нин Ву Цин громко закричал, неожиданно рванулся в воздух и начал колотить руками и ногами, нанося в воздухе удары, словно ножом! Ливнем свалился на Цзюнь Мосе! Поскольку он всегда носил меч на поясе, каждая нога была подобна лезвию, вплоть до того, что даже его тело с головы до пят, даже волосы – всё было словно несокрушимый, непоколебимый меч!

Нин Ву Цин изначально являлся величайшим мастером, а сейчас он неожиданно воспламенился, посредством скрытых сил его сила увеличилась, по меньшей мере, в два раза; к тому же в этой жизни в последний решительный момент произошло слияние с мечом, и это было просто шедевром. Нынешняя жизнь Нин Ву Цина долгая и трудная, но, с точки зрения собственной силы, она больше не находится под Мэй Сюэ Янь!

В конце концов, сейчас он полностью отождествляет себя с острием меча! Действительно одно только прикосновение способно убить! Борьба с ним одним равносильна атаке десятков мастеров, атакующих со всех сторон!

Несмотря на то, что Нин Ву Цин имел превосходную позицию, он появлялся на мгновение и исчезал, ему очень трудно долго сопротивляться, в эту минуту его убийственная сила была крайне страшна! Пусть даже Мэй Сюэ Янь будет отражать атаки одна, с ним нельзя идти на прямое столкновение, можно только без остатка израсходовать свои жизненные силы!

Сейчас боевые способности Нин Ву Цина не уступают любому в этом мире. Можно сказать, что сейчас в мире он – самый величественный герой, но, к сожалению, его противником являлся Цзюнь Мосе. Противник, который очень хорошо принимает ответные меры, - прирождённая угроза!

Цзюнь Мосе усмехнулся, на его лице не было даже доли испуга, его тень была легка и быстра. Глаза Нин Ву Цина покраснели, он поклялся убить Цзюнь Мосе, и, само собой, он гнался за ним, чтобы его убить. Два человека, гоняющиеся друг за другом, в одно мгновение вдруг исчезли из виду!

Оставшиеся семнадцать мастеров окружили Мэй Сюэ Янь!

Мэй Сюэ Янь с беспокойством посмотрела в сторону Цзюнь Мосе. Она знала, что Нин Ву Цин на данный момент был действительно смертельно опасен: это было ещё сложнее и опаснее, чем семнадцать человек перед ней. Если она займёт боевую позицию, то, пожалуй, она сможет их обезвредить, но какую цену ей придётся за это заплатить! Поэтому Цзюнь Мосе отвлёк наибольшую потенциальную опасность, оставив Мэй Сюэ Янь самой решить вопрос с семнадцатью мастерами!

Мэй Сюэ Янь повернулась и в мгновение ока придумала коварный замысел убийства!

Шесть Величайших мастеров и десять Великих, внезапно закричав, взмыли вверх!

Мэй Сюэ Янь, резко крикнув, взяла на себя инициативу предпринять наступление, она извлекла меч из ножен, но внезапно, словно из-под земли, в воздухе появилась большая блестящая линия!

В этот момент нужно было максимально быстро решить проблему и прийти на помощь Цзюнь Мосе!

Поэтому Мэй Сюэ Янь больше ни секунды не мешкала! Вплоть до того, что можно воспользоваться наивысшим уровнем учения леса Тянь Фа: Меч Небесной Кары Тянь Фа!

Первый – Кара Млечного пути, второй – Кара мириадов звёзд, третий – Кара звёздного неба, четвёртый шаг – Кара небосвода!

Одновременно она начала все четыре техники!

Блестящий меч взлетал и падал, словно дождь, словно две падающие звезды сталкиваются в воздухе, выпуская мириады искр, наполняющих всё небо! Мириады звезд, как капли дождя в холодном небе, безбрежный Млечный путь…

Духи сотрясли небеса, приводя в движение всю землю, правитель леса Тянь Фа, в конечном итоге убила всех семнадцать сильнейших мастеров!

Кто бы мог подумать, что Мэй Сюэ Янь с первого раза сможет убить своими руками мастеров… Прекрасный, блестящий меч в одно мгновение, с лёгкостью входил в толпу народа, крики ужаса не прерывались… Семнадцать тел, вне зависимости, были у них раны или нет, свалились замертво… Свирепая, ужасающая сила!

Мэй Сюэ Янь призывно крикнула и максимально собрала все силы, самый сильный и страшный метод убийственной силы назывался «Небесная Кара Тянь Фа», безумно жестокий приём.

Тело вращается с огромной скоростью, и, используя силу Неба и Земли, превращается в огромный световой столб. Тело Мэй Сюэ Янь окончательно исчезло внутри светового столба, оторвалось от земли на три метра, управляя мечом в воздухе, в пройдённых местах повсюду раздавались крики ужаса, оружие разрывало в клочья, бесчисленное количество отрезанных конечностей летали в воздухе!

Фигура Цзюнь Мосе быстро проносилась то слева, то справа – не успеешь глазом моргнуть, а он уже на несколько сотен метров отбежал. Нин Ву Цин, ставший мечом, летал в облаках, ведя преследование. Вне зависимости от того, как Цзюнь Мосе менял направление, он неизменно повсюду успевал за ним, это была своего рода жестокая игра в кошки-мышки!

- Цзюнь Мосе! Несмотря на твою способность убегать, ты можешь бегать очень долго и далеко. Но я дождусь, когда ты не сможешь бегать и остановишься, и тогда я хорошенько отделаю тебя! Не переживай, я непременно смогу понять твою природу, мне нужно лишь оставить на твоём теле девятьсот девяносто девять ран! Ты находишься в очень плохом положении, тебе не слишком нравится мучить противника? Не очень нравится получать возмездие за содеянное? – Нин Ву Цин заметил, что техника отработки движений у Цзюнь Мосе не такая уж и быстрая, чему невольно порадовался в глубине души. Прокричав это, он неожиданно расхохотался. В этот момент он казался безумным!

Цзюнь Мосе не проронил ни слова, лишь его тело быстро лавировало среди заснеженных лесов и гор, тогда как Нин Ву Цин ревел: «Больше не улизнёшь...», вне зависимости от того, что использовал Цзюнь Мосе для уклонения, будь то дерево или камень – оно тотчас разлеталось на молекулы мечом Нин Ву Цина.

Эта дорога оказалось на удивление широкой!

Впереди подходящая скала! Утёс!

Нет пути впереди, а позади – смерть!

- Цзюнь Мосе, я вижу, куда ты хочешь сбежать! Приготовься получить свои 999 ударов мечом!

Фигура Цзюнь Мосе все еще не останавливалась. Видя, что он уже почти добрался до скалы, он вдруг неожиданно остановился, повернул голову и, насколько хватало взгляда, уставился на Нин Ву Цина, странно рассмеявшись, а потом полностью неожиданно исчез!

В предвкушении, что он вот-вот получит его в руки, Нин Ву Цин с удивлением оглядывался по сторонам. Не обнаружив даже тени, он громко закричал, когда вдруг сверху донёсся грохот. Бесчисленное количество огромных камней с верхушки горы падали вниз! Огромные, разной величины и веса камни разлетались во всех направлениях на несколько десятков метров вокруг!

Как будто горный обвал!

Нет!

Это и был горный обвал!

Но в этой местности не могло произойти горного обвала!

К тому же в такой удобный момент, какое совпадение!

А если это не было случайностью, а было подготовлено человеком…

- Цзюнь Мосе, это ты, дьявол! Выходи наружу! – Нин Ву Цин вглядывался во все стороны сверкающими глазами.

Куча камней градом посыпалась вниз… Их были сотни тысяч. Несмотря на то, что Нин Ву Цин был чрезвычайно силён, его меч был чрезвычайно острый, он неистово вопил, разбивая камни! Одновременно сотни тысяч каменных глыб падали вниз, Нин Ву Цин всем телом пытался увернуться, раздробить как можно больше камней, но камни падали и падали сверху, пока не погребли тело Нин Ву Цина под собой!

Сила земли!

Цзюнь Мосе впервые испытал силу земли, и результат получился на удивление впечатляющий!

Цзюнь Мосе опустился вниз. Только сейчас он вздохнул с облегчением, когда неожиданно что-то задрожало под ногами. Цзюнь Мосе, испугавшись, взмыл в воздух. Место, на котором он только что стоял, затряслось и треснуло, выпустив множество ослепительных лучей.

Подобный горный обвал не смог убить Нин Ву Цина!

Сила Нин Ву Цина и в самом деле была поразительна!

Одежда Нин Ву Цина была разорвана в клочья, из уголков рта сочилась кровь, но его тело было наполнено воинственным духом. Как гром среди ясного неба он взмыл в воздух. Тотчас же два сильнейших удара меча справа и слева, снизу вверх описали две блестящие окружности.

После усовершенствования, этот старый монстр стал действительно силён!

Цзюнь Мосе застонал.

Меч Нин Ву Цина не достигал какой либо цели. Вдруг он почувствовал холод в затылке и торопливо наклонил голову!

Глава 594. Пожалуйста, дай мне уйти!

Позади было совершенно пусто, от Цзюнь Мосе ни осталось и следа. Нин Ву Цин продолжал медленно оглядываться по сторонам, и внезапно мужской силуэт появился в районе камнепада. Хотя Нин Ву Цин и смог вырваться из этой ловушки, у него были серьёзные ранения, поэтому второй подобный сход камней он уже не смог бы вынести. Нин Ву Цин быстро смекнул это и тут же покинул опасную для своей жизни зону. Впереди виднелись трава и лес!

Нин Ву Цин медленно приземлился, ноги его коснулись земли, а глаза продолжали так же встревоженно оглядывать всё вокруг. Но внезапно, земля будто ушла у него из-под ног. Нин Ву Цин даже не мог понять, когда вдруг в этом месте могла возникнуть такая яма. Его тело стало медленно проваливаться вниз, но, вовремя среагировав, он яростно взмахнул своим мечом, земля содрогнулась, а тело Ву Цина вырвалось наружу!

Это был хороший маневр, но, к сожалению, как только тело Нин Ву Цина появилось из-под земли, Цзюнь Мосе уже с серьёзным видом стоял перед его лицом и резким ударом своего меча атаковал его! Нин Ву Цин громко закричал! Он успел отразить удар, однако его тело, в конце концов, стало снова падать вниз!

Эта яма точно 2-2,5 метра глубиной! Нин Ву Цин медленно падал вниз. Цзюнь Мосе был всё ещё на поверхности, так что атаковать его не представлялось возможным.

«Теперь нужно дождаться, когда пальцы моих ног коснутся земли, и тогда я мигом выберусь отсюда! Это расстояние ерунда для меня, ведь я – Нин Ву Цин! Даже если ты заполнишь эту пещеру песком, я все равно смогу вырваться наружу!»

Но в процессе падения, на стенах пещеры внезапно начали искриться молнии! Нин Ву Цин был явно не готов к таким атакам и изо всех сил старался уклониться от них. Одна из молний задела его по плечу, Нин Ву Цин пришёл в бешенство и яростно закричал, другой рукой он что есть мочи ударил своим мечом.

Ба-бах! В стене появилась глубокая дыра…

И снова удар мечом, теперь уже он был нацелен на его затылок! Нин Ву Цин тяжело дышал и был почти на пределе, но, собрав всю оставшуюся силу, он оттолкнулся от воздуха, но ему не хватило всего лишь 30 сантиметров до поверхности земли!

«Просто дай мне подняться, и я покажу тебе, кто тут главный! Неважно, насколько ты хитер, Цзюнь Мосе, я клянусь, что сегодня наступит твой смертный час!»

Однако Нин Ву Цин немного запаниковал.

«Что случилось? Я отчетливо видел твёрдую землю, откуда здесь взялась такая глубокая дыра! Что, чёрт возьми, происходит?»

С того момента, как он сорвался вниз и на протяжении всего полёта, ему было необходимо отдышаться; но непрекращающийся поток ударов не давал Нин Ву Цину сделать даже вдох, ведь нужно постоянно быть начеку!

Даже будучи непревзойдённым мастером, нельзя упускать из внимания пути циркуляции своей жизненной энергии. Если в бою вовремя не перевести дух и не восстановить силы… боюсь, можно легко умереть! Нин Ву Цин уже неоднократно ставил себя под удар, и, очевидно, достиг своего предела!

Что ещё более страшно, так это то, что, падая вниз, он сильно ударился головой о стену! Ведь упал-то он вверх тормашками!

А попытки вонзить в стену руку, чтобы стабилизировать положение своего тела, ни к чему не приводили; стена в этот момент будто исчезала… И становилось лишь ещё неудобнее… Такие методы явно не по силе простому смертному человечишке!

В этот момент Нин Ву Цин действительно был в ужасе. Он слишком долго не восстанавливал свою энергию, а лицо его уже приняло фиолетовый окрас!

Падение казалось таким бесконечным, будто здесь и вовсе не было дна, да ещё эти непрерывные атаки, их было точно не меньше 15 или 16-ти! И каждый раз смерть была очень близко! Теперь, даже если у него и появилась возможность восстановиться, Нин Ву Цин не осмелился дышать, потому что, как только он сделает вздох, тут же может появиться новая атака, от которой будет невозможно уклониться! Поэтому он лишь только может спокойно ждать своей смерти и продолжать лететь вниз!

Нин Ву Цин точно понимал, что пролетел уже более ста футов, но этому все так же не было конца! Даже если это и пропасть… Он бы уже достиг её дна!

В конце концов…

Бац!

Нин Ву Цин всем своим телом грохнулся и получил множественные переломы! А его череп очень глубоко впечатался в землю! Он тут же потерял сознание…

Под землёй камни были твёрже, чем скалы, но, тем не менее мозги Нин Ву Цина не забрызгали всё вокруг. Можно сказать, что у него была довольно крепкая черепушка!

В темноте вспыхнул силуэт, Цзюнь Мосе появился рядом и усмехнулся, он топнул ногой, и камни рассыпались. Окровавленная голова Нин Ву Цина тут же выскочила наружу! Исход этой битвы ясен! Даже с той прежней силой, которая у него была, Нин Ву Цину не справиться с Мосе, это всё равно, что идти на верную погибель!

У мастера Цзюнь было множество различных приёмов, хоть и не совсем честных! Он просто обманул своего врага: использовал свои силы пяти стихий и создал смертельную ловушку, заставив Нин Ву Цина полностью выбиться из сил и потерпеть поражение!

Нин Ву Цин очнулся, немного поразмыслив, он понял, что его тело лежит на земле. Боли не было, но чесалась голова, и казалось, что какая-то густая жидкость медленно вытекает из неё наружу. Он напрягся и вытянул руку, чтобы пощупать – адская боль! Сознание постепенно возвращалось, дышать на удивление было тяжело, по всему телу было не меньше десяти переломов. К этому моменту он был уже не в состоянии продолжать бой. Перед глазами смутно виднелась фигура человека. Нин Ву Цин закрыл глаза, сделал глубокий вдох и хрипло сказал:

- Цзюнь Мосе? Это ведь ты, да?

- А кто ж ещё! Нин Ву Цин, а ты ещё соображаешь! – раздался равнодушный голос Цзюнь Мосе.

Нин Ву Цин с сожалением вздохнул и чуть слышно спросил:

- Цзюнь Мосе, я проиграл в этой битве, но ты… ты человек? Или… сам дьявол? Ты владеешь стихией земли?

Контроль земли!

По легенде, лишь бессмертный может обладать таким талантом! В реальном мире такого никогда не случалось! Если бы раньше Нин Ву Цин услышал что-либо подобное, он бы рассмеялся! Но теперь он испытал это на себе!

Пройдя через такое, если бы Нин Ву Цин всё ещё не разглядел у Цзюнь Мосе сверхъестественных возможностей, то он явно спятил…

Цзюнь Мосе немного помолчал, а затем задал лишь один вопрос:

- Что ты там говоришь?

Нин Ву Цин мрачно рассмеялся и сказал:

- Неудивительно, что тебя ничего не беспокоит... Неудивительно, что ты такой смелый... Ведь ты обладаешь силой Небес... Нам следовало быть осторожнее, когда мы решили вступить с тобой в бой… Лягушка на дне колодца не знает, насколько огромен Млечный путь. Я – Мудрец из Трёх Священных Земель, защищаю всех живущих на этой земле, слабых и бессильных людей. С самого начала мы действительно не знали высоту неба и толщину земли, мы были лишь лягушками на дне колодца…

Цзюнь Мосе помолчал, а затем сказал:

- Наши положения уже давно были предопределены. Даже если бы вы не были моими противниками сейчас, в будущем я бы всё равно вас нашёл! Думаю, ты понимаешь, о чём я говорю.

Нин Ву Цин с усмешкой ответил:

- Верно! Ради Почтенной Мэй… Почему ты делаешь это? – он, было, хотел поднять голову, но его шейный позвонок не выдержал и сломался. Нин Ву Цин продолжил:

- Цзюнь Мосе… То, что я сегодня сказал, может и сеяло раздор, но это всё правда… Я… надеюсь, ты ещё раз всё хорошенько обдумаешь…

Цзюнь Мосе холодно промолвил:

- Насчёт этого не беспокойся, у меня есть свои намерения.

Нин Ву Цин рассмеялся:

- Кажется, я не смогу взять реванш, верно?

Цзюнь Мосе с безразличием ответил:

- Ты думаешь, что у тебя всё ещё есть силы, чтобы убить меня?

- Конечно, нет, – Нин Ву Цин так рассмеялся, что аж слёзы потекли из его глаз. В этот момент он высмеивал лишь себя. Немного погодя он успокоился и прошептал:

- Цзюнь Мосе, я хочу попросить тебя лишь об одном.

- О чём же? – Цзюнь Мосе смутно догадывался, о чём идёт речь.

- Дай мне уйти... Я действительно этого хочу, пока мой младший брат может узнать то, что от меня осталось, – взгляд Нин Ву Цина стал постепенно рассеиваться. - Мой брат ждёт меня, я видел, как он мне помахал… Цзюнь Мосе… Ты знаешь, хоть мой брат и непревзойдённый мастер, но он такой трус… В детстве он боялся ходить один в темноте… Ему было страшно… Мне приходилось держать его за руку…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, но не проронил ни слова.

Он только слушал бормотание Нин Ву Цина:

- Эта дорога… Очень темная, очень холодная… Если меня не будет рядом… Мой братик… Как же он пойдёт по ней один? Ему будет тоскливо, одиноко… И страшно… Я – его старший брат и навсегда им останусь… Я хочу пойти с ним… Мне нужно сказать родителям, что я забрал Фэнъи и скоро приведу домой... Он – семья Нин. Теперь он Нин Фенъи... Родители ведь ещё ничего не знают... – говорил он медленно, а из уголков его рта струилась алая кровь, окрашивая его седую бороду в ярко-красный цвет…

Цзюнь Мосе горестно вздохнул. Пусть Нин Ву Цин не такой уж и хороший человек, но вопрос семьи для него превыше всего… И это, в самом деле, очень трогательно!

- Сяохэ... Моя Сяохэ... Спустя сто лет разлуки, теперь мы встретимся снова. И больше никто не посмеет тебя обидеть… – лицо Нин Ву Цина залилось румянцем, а в глазах появились искорки счастья. Он воскликнул:

- Снова вместе… Я хочу вернуться домой!

Нин Ву Цин уже был при смерти, но вдруг какая-то сила помогла ему подняться. Он сел прямо, но шея его хрустела и болталась, Нин Ву Цин прохрипел:

- Цзюнь Мосе, отправь меня домой… Они ждут меня… Глаза Сяохэ наполнены слезами, она и так прождала меня уже целых 170 лет, не заставляй её ждать ещё… Скорее же! Умоляю тебя…

Глаза Нин Ву Цина блестели в темноте, а выражение его лица было наполнено любовью и счастьем. Казалось, будто его родные и правда ожидают его, ожидают их воссоединения…

Цзюнь Мосе закрыл глаза и точным ударом своего меча пронзил сердце Нин Ву Цина со словами:

- Надеюсь, вы и правда сможете воссоединиться…

Глава 595. Беспокойство Мэй Сюэ Янь

Нин Ву Цин тяжело вздохнул и из последних сил сказал:

- Спасибо...

В голове мелькнуло – вместе с мастером ушла целая эпоха.

Возможно там, в другом мире, он уже нашёл своих близких и давно счастлив вместе с ними; ведь тот мир намного лучше этого, там нет ни вражды, ни ненависти, нет там неравенства, ни смерти… ни сожаления. Там есть только твои родные и близкие, спокойствие и умиротворение!

У Цзюнь Мосе было тяжело на душе, он медленно поднялся и чуть слышно сказал:

- Цзюнь премного тебе благодарен… Ирония судьбы, что здесь поделаешь… Она бывает безжалостна и несправедлива! Надеюсь, следующие поколения Цзюнь никогда не будут также безжалостны… Здесь, в Байчжан, ты можешь спать спокойно, тебя никто не потревожит!

Договорив эти слова, тело Цзюнь Мосе стало постепенно подниматься. По мере того, как его тело поднималось, земля под его ногами непрерывно проседала и обваливалась. Так тело Нин Ву Цина осталось погребённым глубоко в Байчжан…

Ослепляющий луч света бросился в глаза Цзюнь Мосе, и он вздрогнул. Было ощущение, что он из тёмной преисподней вернулся в мир людей… Предсмертный образ Нин Ву Цина оставил слишком большой след в сознании Цзюнь Мосе…

Земля снова выровнялась, и сейчас никто не мог и представить, что недавно, именно на этом самом месте проходила невиданных масштабов кровопролитная битва, а сейчас, внутри этой земли, покоится тело одного из сильнейших великих мастеров…

- Мосе, ты где? – раздался крик Мэй Сюэ Янь.

На лице Цзюнь Мосе появилась счастливая улыбка, и он поспешил ей ответить: «Я здесь!» и резко опустился на землю.

Хотя Цзюнь Мосе и одержал победу над Нин Ву Цином, это не далось ему легко; он потратил почти все свои силы, чтобы взорвать землю и совершить атаку. Конечно, это не было потрачено напрасно, и в конце концов Нин Ву Цин мёртв, но сейчас Цзюнь Мосе пришлось очень и очень несладко! Так что, на данный момент энергии у Цзюнь Мосе осталось ничтожно малое количество!

На случай если Мэй Сюэ Янь будет волноваться, Мосе подумал, что ему лучше будет уйти в Пагоду Хунцзюнь восстановить силы, а уже потом можно вернуться… Ведь Пагода – одно из самых безопасных мест…

Услышав голос Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь страшно обрадовалась; она как раз закончила битву, чтобы отправится на поиски Цзюнь Мосе и Нин Ву Цина, эти поиски заняли у неё немало времени, она искала повсюду, но безрезультатно и уже практически потеряла надежду… В конце концов, Нин Ву Цин умеет мастерски убивать и обладает нешуточной силой Суань, а в критический момент эти силы могут ещё и увеличиться, так что, когда Цзюнь Мосе и Нин Ву Цин схлестнулись, жизнь Мосе и, правда, была в опасности!

Если бы Цзюнь Мосе заранее ей сказал, чтобы она не волновалась, и что у него есть свой запасной план отхода, Мэй Сюэ Янь, несмотря ни на что, отправилась бы за ним по следам, и оставила всех своих противников. Её сердце, от начала и до конца, было будто в подвешенном состоянии…

Но сейчас, услышав голос Мосе, она наконец-то смогла спокойно вздохнуть.

Мелькнула белая тень, и перед лицом Цзюнь Мосе возникла Мэй Сюэ Янь. Увидев его, на её прекрасном лице тут же появилась нежная улыбка. Её одежды были испачканы следами крови. В некоторых местах было заметно, как кровь даже проступает через одежду, но Мэй Сюэ Янь не интересовали собственные ранения и травмы, она очень спешила разыскать Мосе…

Обессиленный Цзюнь Мосе сидел на земле. Увидев Мэй Сюэ Янь, он тихо спросил:

- Тебя ранили?

Цзюнь Мосе даже сам не заметил, насколько нежно и с любовью это прозвучало! На прежнего Цзюнь Мосе это вообще не похоже, просто небо и земля.

За всю свою жизнь Цзюнь Мосе пришлось убить немалое количество людей, но ничья смерть не вызывала у него такого потрясения, как сегодня смерть Нин Ву Цина.

Прежнее хладнокровие и бесчувственность заменили сострадание и жалость; трагедия, произошедшая с Нин Ву Цином, и вправду потрясла Мосе.

Цзюнь Мосе никогда раньше не был таким, как сейчас, прежде его совершенно не интересовали близкие и родные люди! Но сейчас он пообещал самому себе, что близкие и родные ему люди, во что бы то ни стало должны быть счастливы и здоровы, он никогда не позволит им так страдать и испытывать сожаления!

Если то, что случилось с Нин Ву Цином, заставило Цзюнь Мосе так страдать и раскаиваться, то он, несмотря ни на что, не должен позволить, чтобы такая же ситуация случилась с ним, или с кем-то из его родных и близких!

- Как ещё можно справиться с такими людьми без ущерба для себя? – Мэй Сюэ Янь нежно улыбнулась и, нисколько не обращая внимания на свои ранения, с заботой в голосе спросила:

- Как ты? С тобой всё в порядке? Что с Нин Ву Цином?

- Раз уж я жив, то он – вряд ли… Успокойся, я просто немного устал и всего-то, других проблем нет, – сказал Цзюнь Мосе, а потом со смехом добавил: - Мне уж сейчас, наверное, получше будет, чем Нин Ву Цину, который сейчас в земле…

- А? Ты говоришь, Нин Ву Цин мёртв? Ты убил его? – Мэй Сюэ Янь удивлённо выпучила глаза. Она была очень удивлена, она не ожидала, что Цзюнь Мосе способен на такое. Она думала, что у него хватит сил на то, чтобы только задержать Нин Ву Цина, а никак, чтобы даже убить его.

- Правду говорю. Он, должно быть, погиб из-за своего внутреннего зла! – Цзюнь Мосе задумчиво продолжил говорить. - Он так спешил воспользоваться удобным моментом и убить меня; если бы ему всё-таки удалось нанести точный удар, последствия были бы совершенно другими. Если бы даже у меня был способ сохранить жизнь, мне всё равно было не по силам убить его.

Цзюнь Мосе вспомнил, что специально побежал к скале, хотя было видно, что там нет никакого прохода. Если бы у него не было запасного плана, то бежать туда значило бы умереть; понимающий человек сразу бы что-то заподозрил, но Нин Ву Цин, вступив в схватку с врагом, совершенно утратил здравый рассудок, и, ничего не подозревая, отправился туда. И, тем самым, именно этот опрометчивый поступок послужил отправной точкой к поражению Нин Ву Цина, первый обвал нанёс Нин Ву Цину серьёзные травмы, отчего состояние его сил очень пострадало.

Так что, если бы не это, то, сколько бы Цзюнь Мосе не делал земляных ловушек, сила Нин Ву Цина не могла пострадать так же, и её точно бы хватило, что вырваться оттуда наружу и ещё нанести ответный удар. Духовные силы Мосе всё равно ограничены; сила земли только начала совершенствоваться, и ещё далека от силы металла! Последствия, действительно, трудно определимы.

Хотя можно было бы использовать Побег Инь-Ян и скрыться под землёй, но тогда Нин Ву Цин тоже бы вряд ли погиб…

Цзюнь Мосе больше не хотелось говорить про Нин Ву Цина, и он спросил:

- Что с остальными?

Мэй Сюэ Янь строго ответила:

- Мертвы.

Она слегка наклонила голову и оглядела себя:

- Они все хотели умереть, и я не стала долго с ними мучиться; я очень волновалась за тебя, поэтому мне пришлось поторопиться; не успела остыть чашка чая, а они все уже были мертвы! Меч Небесной Кары Волшебного леса Тянь Фа помог мне в этом! Трёх ударов было достаточно, и всё, бой закончен!

- А?! Бой закончен? Они все мертвы? – Цзюнь Мосе опешил и растерянно посмотрел на Мэй Сюэ Янь. Больше шести Высших, и ещё одиннадцать великих мастеров! И все они пали от руки Мэй Сюэ Янь…

Она и правда опасная женщина…

- Я и сама не ожидала, что способна на такое! Это всё из-за того, что мои старые раны излечились. Мои силы даже намного лучше тех, что были до ранений. Особенно это касается скорости – это просто фантастика! Я и мечтать о таком не могла! По сравнению с прошлым, прогресс налицо. Поэтому, можно сказать, что этот бой был довольно лёгким! – через секунду Мэй Сюэ Янь задумчиво добавила: - Похоже, эти твои таблетки, действительно, работают.

Цзюнь Мосе рассмеялся и ответил:

- Не стоит так много выдумывать. В этот раз было всего шесть почтенных мастеров; к тому же их тактика была неудачной, они до смерти тебя напугались. Твоя поразительная скорость застала их врасплох, вдобавок у них не было командующего, и среди них уже было трое или четверо мастеров с тяжелыми ранениями, их силы были неполными… Если объединить все эти факты вместе, то, конечно, бой и показался тебе лёгким; но в следующий раз уже может так не повезти, поэтому надо быть осторожнее.

- Да, – Мэй Сюэ Янь согласно кивнула. - В этот раз Неуловимый мир Бессмертных, в самом деле, довёл меня до предела! Иначе я бы не решилась воспользоваться этим приёмом! В конце концов, большая часть людей здесь имеет способности и умения для участия в Битве за захват небес!

- Ты говоришь… Они упоминали про ребёнка… После того, как мы поженимся? – до Цзюнь Мосе, наконец, дошло, почему Мэй Сюэ Янь в этот раз была так жестока и зла.

- Да! – Мэй Сюэ Янь покраснела, потом побледнела и тихо сказала: - Мосе, что если… Так и будет, что тогда нам делать? Я не хочу вредить тебе. Этот вопрос… Конечно, мы могли бы его не обсуждать и просто забыть, но нам нужно поговорить об этом!

Цзюнь Мосе ответил:

- Сюэ Янь, не волнуйся. С нами такого не случится. Я уверен. Просто верь мне и всё.

Цзюнь Мосе стал вспоминать все легенды и сказания прошлых времен, Женщина-лисица (из «Повести о странном и кабинета Ляо», сборника новелл 17 века, автор – Пу Сунлин) вышла замуж за человека и также родила сына? А Бай Сучен и Сюсень (герои старого предания о Белой Змее)? Если во всех случаях, матерью был человек, то как произошло, что у них родились звери Суань, а не человеческие дети?

К тому же, если даже и родится зверь Суань, благодаря моим генам и генам Мэй Сюэ Янь, я уверен, можно будет за короткий срок перевоплотиться в человека. Кажется, в этом нет ничего страшного. На худой конец, первое время просто надо будет оградить его от посторонних и всё. Так или иначе, всё равно придётся остаться жить в Волшебном лесу Тянь Фа, а там как-никак зверей побольше будет, чем людей!

В крайнем случае, можно положиться на способности Пагоды Хунцюнь, но главное – сказать Мэй Сюэ Янь что-то, что точно успокоит её… Хотя про способности Пагоды Цзюнь Мосе пока не может поручиться. Однако на счёт процесса совершенствования Цзюнь Мосе полностью уверен! Человеческий процесс совершенствования – это мистический процесс, а звери Суань относятся к мистическому роду, поэтому с процессом перевоплощения в человека очень схоже!

Мэй Сюэ Янь обеспокоенно сказала:

- Не страшно заранее предвиденное, страшно неожиданное… Если случится такой позор, я, Мэй Сюэ Янь, буду виновата перед семьей Цзюнь и виновата перед тобой!

Цзюнь Мосе сказал ей на ухо:

- Сюэ Янь, пожалуйста, не переживай, я знаю выход… К такому важному делу я не могу быть не серьёзен.

Мэй Сюэ Янь сначала покраснела, а потом, кажется, успокоилась и ответила:

- Хорошо.

- Эй? Сюэ Янь, ты так торопишься разобраться с этим вопросом, неужели, тебе не терпится мне сына родить? Я прав? Но ты так не торопись, подожди ночи… И мы вместе ещё раз всё тщательно и старательно обсудим... Хорошо? – Цзюнь Мосе не смог удержаться и двусмысленно пошутил.

Глава 596. Нужна только твоя забота!

- Отойди от меня подальше! Не подходи ко мне! Не видишь, я ранена? – смущённо сказала Мэй Сюэ Янь.

Немного посмеявшись, оба начали приводить в порядок раны на теле Мэй Сюэ Янь. Цзюнь Мосе был немного опечален, на теле Мэй Сюэ Янь было тринадцать ранений: семь от меча, четыре от ударов рук, на поясе и плечах синяки от пинков ногами… Хотя бы внутренние органы не повреждены, а только раны на коже…

Несмотря на то, что травмы несерьёзные, Цзюнь Мосе, по-прежнему, не переставал сыпать проклятьями. Вынув из-за пазухи чудодейственный бальзам, растворил его в талой воде и втёр его в раны. Кроме этого, дал Мэй Сюэ Янь, чтобы она приняла его внутрь. Одежда Мэй Сюэ Янь наполовину слетела, прекрасные глаза были плотно закрыты, привлекательное женское тело слегка дрожало; Цзюнь Мосе ничего не делал для того, чтобы привести в порядок свои раны…

Поскольку сердце принадлежит Монарху, что мешает телу?

Но Цзюнь Мосе в данный момент не осмеливался даже на секунду задуматься об этом. Раны на теле Мэй Сюэ Янь, можно сказать, его личные раны! Исключая свои личные переживания, это была быстрая война с быстрым исходом, невзирая на риск. Посредством силы Мэй Сюэ Янь, которая абсолютно спокойно противостояла тем семнадцати мастерам, убив последовательно одного за другим, несомненно, быстрая война с быстрым исходом заняла немного времени, однако в то же время это было в высшей степени неразумно!

Именно поэтому прекрасный план не сработал, и сейчас имеются такие серьёзные раны! Подумав об этом, Цзюнь Мосе не смог сдержать досады. Особенно раны от меча на спине, длиной в полметра, которые чуть не повредили кость…

Как говорит несравненная красавица Мэй Сюэ Янь: «Не надо бояться, что на теле останутся шрамы, на солнце тоже бывают пятна, не так уж их и много?»

Цзюнь Мосе тщательно наложил лекарство, одновременно перемешал божественный дух неба и земли, и бурлящая жидкость наполнила жизненные каналы, изо всех сил заживляя раны Мэй Сюэ Янь!

На самом деле лекарства, которые Цзюнь Мосе носил при себе, могли излечить полностью, абсолютно не оставляя шрамов, только на это нужно было потратить немного больше времени. Использовать сверхъестественные силы исцеления Пагоды Хунцзюнь – это действительно пустая трата времени…

Однако у молодого господина Цзюнь их хоть отбавляй, впустую – так впустую… Времени ни капли не жалко.

Лишь только Мэй Сюэ Янь почувствовала боль от раны, как Цзюнь Мосе тут же подул на больное место, и всё тело приобрело лёгкость и комфорт. Не иначе как лекарство подействовало. Потом она неожиданно почувствовала, будто энергетическая сила неба и земли врывается в тело, в одно мгновение она заметила, как задрожала её душа. Кажется, даже каждый волосок встал дыбом… Мэй Сюэ Янь радовалась в душе – это наилучший способ для совершенствования своей первородной силы…

Но как только возникла эта мысль, первородная сила неба и земли совершила поворот… И неожиданно сосредоточилась на ране и начала её исцелять…

Рана тотчас же начала зудеть, что было явным признаком заживления, но Мэй Сюэ Янь пришла в бешенство… Так много чистейшей первородной силы неба и земли… В этом не было такой сильной необходимости… Такое лечение неуместно по отношению к таким ранам… Действительно пустая трата… Расточительство!

По-видимому, Цзюнь Мосе не даром имеет в кругах золотой молодежи славу беспутного расточителя!

Как назло, поток энергии оказался неконтролируемым… Это заставило Мэй Сюэ Янь немного забеспокоиться. В конце концов, не сдержавшись, напрягая все силы, она произнесла:

- Цзюнь Мосе, какого чёрта?

- Что за чёрт! Я обрабатываю твои раны. Не лапаю же! – для Цзюнь Мосе это было в порядке вещей – сверхъестественного духа неба и земли у него было хоть отбавляй, нечего жалеть….

Мэй Сюэ Янь почти скрипела зубами:

- Ты, ты, ты… На такую маленькую рану ты потратил первородную силу неба и земли… Ты, ты… это просто возмутительно!

Цзюнь Мосе удивленно заморгал глазами:

- Тебе это было необходимо, почему ты раньше мне не сказала, откуда я мог знать!

В это время процесс обработки ран полностью завершился, Цзюнь Мосе помог Мэй Сюэ Янь накинуть на плечи пальто из шкуры медведя… Нельзя не отметить, Большой Медведь купил медвежье пальто, которое как нельзя кстати пригодилось в дороге….

- Пустая болтовня! Я совершенствовала первородную силу, которой необходимы первородный дух неба и земли… К тому же ты использовал чистейший первородный дух! Я такой никогда не видела, это редчайшая вещь в мире… А ты использовал его для таких маленьких ран, ты меня просто бесишь! Я… я… Как жаль, что я не могу тебя загрызть! – злобно сказала Мэй Сюэ Янь.

- А! Аха-ха-ха! – Цзюнь Мосе разразился смехом. Он раскрыл ладонь, и тотчас с громким звуком повсюду разлилась густая, чистейшая энергия неба и земли, Мэй Сюэ Янь смотрела в оба глаза:

- Как такое может быть?

- Ха-ха-ха, этой штуки у нас хоть отбавляй! – Цзюнь Мосе с легкомысленным видом протянул руку, притянул Мэй Сюэ Янь за подбородок, и игриво сказал: - Красавица, тебе нужно лишь хорошенько заботиться о своем господине, удовлетворять желания господина, и ты получишь столько энергии неба и земли, сколько пожелаешь…

Красавица Мэй ударила сластолюбца рукой и, надув губки, повернулась к нему спиной. На самом деле у неё были противоречивые чувства: в конце концов, следует или не следует поживиться, но первородная энергия неба и земли, чистая энергетическая сила в жизни так редко встречается… Она её страстно желала….

«О, нет! Я не попрошу его! Он не посмеет дать… А если посмеет… А если нет?»

Не говоря уже о том, что сердце зверя Суань доброе и простое, нужно только немного притвориться девушкой: ротик, бровки, как листья ивы, немного выдать чувства с грустным видом. Молодой господин тут же отдаст энергию неба и земли…

Однако у Мэй Сюэ Янь было чувство собственного достоинства. Даже если она сблизится с Цзюнь Мосе, доверит свою жизнь, она не сможет с ним кокетничать…

Из-за травм Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Мосе самостоятельно решил на несколько дней сделать остановку и отдохнуть. Мэй Сюэ Янь это растрогало, она не стала противиться. Цзюнь Мосе под снегом соорудил домик и, в глубочайшей тайне, два человека, при помощи чудодейственных лекарств и самой чистой, мощной сверхъестественной силы, всеми силами старались поскорее восстановиться!

Но в последние несколько дней огромная паника царила во внешнем мире!

- Есть какие-нибудь новости из Неуловимого мира бессмертных? – Цзы Цзин Хун, держа руки за спиной, медленно расхаживал взад-вперёд, между его бровями пролегла тугая морщина: «Нин Ву Цин? Неужели сбежал, твою мать?»

Несмотря на чудовищное поражение, Цзы Цзин Хун не мог представить, что в Неуловимом мире бессмертных неожиданно погибнет вся армия, это выглядит слишком утрировано, слишком невероятно… Хотя командующий Неуловимым миром бессмертных умер, но ещё есть дальновидный Нин Ву Цин. Есть лицо, принимающее решение, приказы всё ещё выполняются, к тому же, кроме Нин Ву Цина, ещё есть восемь Высочайших мастеров и двадцать Великих мастеров! Таким образом, силы довольно масштабны – при наличии только одной почтенной Мэй, нельзя сказать, что она полностью истребит всё живое или нанесёт поражение, это совершенно невозможно!

Велика вероятность того, что, видя, что дела совсем плохи, почтенная Мэй обратится в бегство!

Но куда делся Нин Ву Цин, возглавляющий его людей? Неужели до сих пор продолжает преследование? Это не слишком умно – в конце концов, передвижения Почтенной Мэй единственные в своем роде, во всем мире нет человека, способного сравниться с ней в скорости. Если бы она убегала, её невозможно было бы догнать!

Обдумывая это, Цзы Цзин Хун возмущенно встал:

- Нин Ву Цин всю жизнь был безответственен в своих расчётах, почему он упустил подобный случай? Вне зависимости от того, добился успеха или нет, потерпел победу или поражение, почему он об этом не доложил? Просто неожиданно исчез, не оставив следов! Я просто не могу это стерпеть! Такими методами работы как можно за всем уследить? Как завершить успехом важное дело?

Сяо Вей Чэн сидел на другой стороне и спокойно пил чай, не говоря ни слова. В комнате было ещё пять Величайших мастеров Иллюзорного Океана Крови и Великого Золотого Города, все сидели молча, не двигаясь, думая о чём-то своём.

Здесь есть один маленький рыночек. На этом рыночке есть один маленький постоялый двор, занятый людьми Иллюзорного Океана Крови. Таким образом народу оказалось много, а мест недостаточно, и, после прибытия Сяо Вей Чэна и его людей, главный зал был переоборудован под гостиницу. Большинство Великих мастеров были вынуждены тесниться по четыре-пять человек.

- Брат Сяо, раньше ты упоминал, что участвовал в битве между Чжу Цихуном и почтенной Мэй? Это правда? – Цзы Цзин Хун был внутренне недоволен тем, что люди не поддерживали беседу, чувствуя себя неловко.

- Это всего лишь моя догадка! – мрачно ответил Сяо Вей Чэн, поправив на голове корону. Он до сих пор таил обиду на Цзы Цзин Хуна за то, что он не подготовил как следует ночёвку для мастеров Великого Золотого Города. Его лицо не выражало радости, если бы он не питал иллюзий в отношении убийства Почтенной Мэй, рассчитывая получить свою долю, он бы уже давно развернул мастеров Великого Золотого Города!

- На чем основаны твои предположения, брат Сяо? – осторожно спросил Цзы Цзин Хун. - Брат Сяо, есть только один Чжу Цихун, и его сила превосходит силу почтенной Мэй, превосходит уровень Суань, намного превосходит нашу с тобой силу! Теперь он отказался от лицемерной маски прошлого, раскрыв свою злобную, жестокую и хитрую личину. Если это и в самом деле настоящий Чжу Цихун, то у нас большие неприятности. Мы… Мы ни в коем случае не должны подходить к этому небрежно.

- Не обязательно это говорить, в прошлый раз этот чертов Чжу Цихун убил кучу моих людей! – неохотно ответил Сяо Вей Чэн. - Все убиты и даже близстоящие люди не услышали какого-либо шороха, такая тонкая техника убийства, но кроме негодяя Чжу Цихуна там был ещё второй человек!

Цзы Цзин Хун всё больше и больше потрясённый, внимательно вслушивался в каждую деталь. Сяо Вей Чэн рассказывал о прошлой битве очень подробно, не мог не думать о бесчисленных старых братьях, которые остались похоронены в диком безлюдном месте. Он стиснул зубы, а его глаза излучали ярость.

Глава 597. Предварительный доклад о расследовании

- Таким образом, судя по слухам, только Чжу Цихун действительно способен это сделать! Не могу поверить, что у парня, который ещё не достиг самого высокого уровня, есть такие средства!

Цзы Цзин Хун, резко глотнув воздух, неожиданно обратил внимание на ещё один факт:

- То есть, можно сказать, Почтенная Мэй прошла вашу первую заставу без единой царапины? Вы совершенно не… Даже не попытались преградить ей путь?

Лицо Сяо Вей Чэна покраснело, он поднялся, ударив по столу, и прокричал:

- Цзы Цзин Хун, неужели ты надо мной смеёшься? В той ситуации, ты смог бы преградить путь? – эхо от удара по столу заставило всех поднять голову и посмотреть на него.

- Умерь свой гнев, брат Сяо! – немедленно успокоил Цзы Цзин Хун, хотя в душе испытывал презрение. - Очевидно, что вы заставили Почтенную Мэй и Чжу Цихуна до смерти перепугаться, но когда боевые силы уменьшились, вы отступили без боя, я всего лишь констатирую факт, говорить правду – это преступление? Вашу мать, даже если ты понимаешь, что проигрываешь, ты должен сражаться за свою жизнь!

Атмосфера в комнате стала очень напряжённой.

В это время в комнату молча зашли два человека. Жестом поприветствовав Цзы Цзин Хуна, они произнесли:

- Господин, мы вернулись.

Цзы Цзин Хун отправлял этих двух людей проверить обстановку в Неуловимом мире бессмертных.

- Хорошо, что вернулись! Как там? – второпях спросил Цзы Цзин Хун.

- Обстановка на поле боя достаточно тяжёлая! – с серьёзным лицом ответил один из них. - Нужно сказать, что мы не обнаружили чего-то конкретного, но, исходя из собственного опыта, видно, что Неуловимый мир бессмертных в этой битве понёс немалые потери! Вплоть до того, что не исключена гибель всего отряда!

- Что? – Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн одновременно соскочили с мест от испуга.

- Немедленно докладывайте, что случилось! – почти в голос прокричали оба! Они надеялись, что силе Неуловимого мира бессмертных будет нанесён большой ущерб, отряд потерпит поражение, но, если будет так, и Почтенная Мэй выиграла эту битву, то они будут вынуждены столкнуться лицом к лицу с очень сильным противником. Как тут не испугаться!

- Мы отправились в ущелье Неуловимого мира бессмертных и обнаружили на высоте больше сотни метров следы сражения. Внутри квадрата в несколько сотен метров полностью отсутствует снежный покров, на поверхности земли также имеются следы от меча глубиной в полметра. След от удара мечом очень чёткий, в нескольких местах на земле чётко видны следы крови! – медленно промолвил он с серьёзным лицом.

Этого человека перед вступлением в Иллюзорный океан крови звали Гоу Бухай. Он изначально мастерски отслеживал следы, а сейчас, после того как повысил свою силу, описывал всё так чётко, что могло показаться, будто он видел всё своими собственными глазами.

- В целом, на несколько десятков квадратных метров есть несколько сотен мест, где имеются следы крови!

Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн посмотрели друг на друга, и все заметили, что в их взглядах мелькнул испуг. Что за ужасная битва способна оставить следы крови на таком большом расстоянии?

Это значит, что в этой битве использовалась самая жестокая боевая техника…

- Таким образом, более тщательное обследование установило: имеются следы крови ярко-алого цвета с незначительным запахом сырого мяса. Эта кровь из отсечённой руки либо ноги. Также имеется густая, тёмно-красная кровь изо рта, скорее всего это следствие повреждения внутренних органов, – Гоу Бухай высунул язык и облизнул губы, словно у него на языке осталось некоторое послевкусие.

У нескольких человек на лице было удивление, некоторых затошнило.

Этот парень, проводя проверку пробовал её на вкус, но зачем это необходимо озвучивать?

Зачем с таким аппетитом говорить о том, что это следы крови от внутренних органов… Это же человеческая кровь! Твою мать! Этот парень – извращенец!

Красное лицо Цзы Цзин Хуна более или менее начало принимать нормальный цвет. Неестественно рассмеявшись, он, стараясь не смотреть на его рот, произнёс:

- Есть ещё какие-то улики?

- Опираясь лишь на наличие следов крови, естественно, нельзя сделать окончательный вывод, поэтому мои подчиненные повсюду начали искать трупы. Оказавшись запертыми внутри утеса, у нас не было другой возможности утолить голод, поэтому пришлось есть трупное мясо. Вкус трупа чрезвычайно чутко воспринимается, поэтому я думаю, это может помочь легко установить…

Он даже не успел договорить, как кто-то сбоку вскочил с бледным лицом:

- Командир, простите, но мне срочно нужно в уборную! – и, не дождавшись ответа Цзы Цзин Хуна, мгновенно выскочил, за дверью послышался звук рвоты…

Словно по цепной реакции несколько человек вскочили с места со странным выражением лица, с глубокой ненавистью глядя на парня, который предоставлял отчёт, тысячу раз проклиная его в душе.

«Больше никогда не сяду есть за один стол с этим болваном! Кто бы мог подумать, что он ел труп…»

«Тьфу, твою мать!»

«Убивать людей… Все убивали и убивали немало… Но есть человеческий труп… Тошнотворно! Просто омерзительно…»

Через пару мгновений в комнате остались только три человека: Цзы Цзин Хун, Сяо Вей Чэн и этот парень… Вплоть до того, что даже спутник, который пришёл с ним, исчез.

Сяо Вей Чэн и Цзы Цзин Хун, считающиеся сильными решительными людьми, сидели с побелевшими лицами, их тела потряхивало, кадык вздымался вверх-вниз.

- Командир, с тобой всё в порядке? – Гоу Бухай странно посмотрел на начальника.

Цзы Цзин Хун, бледный, как смерть, с шумом сглотнул. Складка между бровями демонстрировала отвращение. Бессильно махнув рукой, он сказал:

- Продолжай говорить. То, что не относится к делу, говорить необязательно, только непосредственные выводы.

- Да, командир. У меня есть опыт в определении вкуса человеческих трупов. Если человек умер недавно, у него очень специфический вкус! Как сказать… Напоминает вкус свинины, чуть кисловатый, но немного жёстче. Особенно мышцы бедра, на вкус свежие, эластичные…

- Хватит! – Цзы Цзин Хун потерял всякое терпение, ударил ногой в сторону докладчика, бранясь в безудержной ярости. - Я предоставил тебе слово сделать выводы, а ты опять начал говорить, как ты жрал трупы! Твою мать… Тошнотворно… Пошёл нахер отсюда! У тебя нет ушей или мозга? Отвратительно!

У всех без исключения есть свои пределы, вне зависимости, насколько высокое положение человек занимает!

Всегда и везде достойный, непринуждённый, имеющий прекрасные манеры Цзы Цзин Хун, всю жизнь соблюдающий правила приличия, неожиданно сегодня здесь разразился ругательствами, превосходные манеры исчезли без остатка, он произносил такие бранные слова, что страшно было, что их кто-то может услышать. Он так махал кулаками, что в одно мгновение лицо парня стало синим и опухшим.

В этом постоялом дворе жили мастера, самые слабые из которых являлись Великими мастерами. Само собой разумеется, что от одного к другому начали расползаться слухи, разгневанный Цзы Цзин Хун – это редкое явление…

Из-за чего, в конце концов?

На самом деле Сяо Вей Чэну сейчас было стыдно, если бы он не был мастером Великого Золотого Города, тому парню не следовало превышать полномочия, доводить Цзы Цзин Хуна до того, что тот поднял на него руку. Пока Цзи Цзин Хун «учил» того парня, никто не пытался его остановить, даже наоборот, все испытали удовлетворение! Большую радость, мать вашу!

Гоу Бухай истошно вопил, но не осмеливался бить в ответ, лишь возмущённо выпучивал глаза, не понимая, где он ошибся?

Этот болван реально не мог понять свою ошибку!

Дав волю чувствам, Цзы Цзин Хун наконец-то встал на ноги, глубоко вздохнул и, развалившись на стуле, глотнул чай. Пришёл в себя и обычным уверенным тоном произнёс:

- Продолжай говорить. Лишь ключевые моменты твоего доклада!

Гоу Бухай что-то ворчал, лицо его выглядело ужасно, ему хотелось заплакать, но он не мог выдавить и слезинки. Хоть он и относился к Великим мастерам, но Цзы Цзин Хун был его непосредственным начальником, к тому же имел статус Величайшего мастера, у него не было права свести с ним счёты…

- Мои люди искали повсюду, но не нашли ни следа, – будучи только что избитым, он не осмеливался продолжить рассказывать теми же формулировками, хотя в душе ему так хотелось высказаться…

Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн дослушали его, их лица подрагивали, кулаки Цзы Цзин Хуна снова непроизвольно были сжаты, со злобой в глазах он смотрел на него.

Это действительно странно – любой мёртвый человек неизбежно имеет запах, трупный запах, даже если он закопан глубоко в землю, должен явно чувствоваться, но не было даже намёка на какой-либо запах, подчинённые не обнаружили ничего, хотя погибших в сражении было немало.

Гоу Бухай говорил в некотором раздумии, он до сих пор был удивлён. Если человеческие трупы закопаны на глубине нескольких десятков метров, то их не только человеческий нюх не почувствует, но и даже собака не найдёт.

Из разбитого Цзы Цзин Хуном носа и уголков рта Гоу Бухая текла кровь, он бессознательно высунул язык, чтобы её облизать, но, остановившись на полпути, отказался от своего намерения.

Сяо Вей Чэн снова тяжело задышал, он не мог этого вынести. Ему пришлось проявить большое терпение. Он боялся, что, если он снова посмотрит на него, Цзы Цзин Хун может вырвать ему язык и выбросить его…

Да и не хочется вызывать ненависть Иллюзорного Океана Крови к Великому Золотому Городу...

Глава 598. Выводы Цзы Цзин Хуна

Глаза Цзы Цзин Хуна, с трудом восстановившего силы, уставились на что-то. Он почувствовал приступы боли в животе и с трудом сдержал рвотный позыв. Справившись с собой, он произнёс:

- А потом… что?

Ему будто бы было настолько трудно дышать, что он стал заикаться, а грудь его вздымалась и опускалась, словно от ярости…

- А потом подчинённые, которые ходили на разведку, рассказали, что, хотя место, которое они проходили, было густым лесом, от деревьев там не осталось и следа. Все огромные деревья были срублены под корень волшебным мечом. Эти навыки фехтовального искусства содрогали небо и землю, заставляли плакать злых и добрых духов! До этого никто и не подозревал, что человек может такое сделать лишь с помощью одного меча! – на лице Гоу Бухая появился испуг.

Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн посмотрели друг другу в глаза, и каждый понял, о чём думает другой: Меч Небесной Кары Тянь Фа!

- Подчинённые решили, что владелец того меча гнался за кем-то, чтобы убить, однако они обнаружили ещё кое-что, более ужасное. Перед ними оказался крутой обрыв, и они подошли проверить, что там внизу. Сверху было что-то похожее на глинистую почву, и было очевидно, что там когда-то уже произошел оползень. Однако после него не прошло слишком много времени, вполне возможно, что это было во время битвы! Этот меч прошёл длинный путь, однако остановился. Как предположили подчинённые, тот горный обвал был создан человеком… Однако… масштаб катастрофы был так велик, что подчинённые не осмелились это утверждать. Но это очень даже логично.

Он немного помолчал, затем продолжил:

- Подчинённые с самого начала предполагали, что внизу, скорее всего, лежат придавленные останки. Всё же, рискуя собственными жизнями, они разгребли обвалы, чтобы убедиться в этом. Оказалось, что внизу пусто, лишь следы крови. В итоге подчинённые сделали смелое предположение: это либо люди из Неуловимого Мира Бессмертных перенесли сюда останки после войны, либо это их враги воспользовались каким-то удивительным трюком и уничтожили всю их армию, а затем избавились от трупов. Однако судя по месту происшествия, вероятнее всего, это был второй вариант.

Он считал, что это умозаключение непригодное и недалекое. От него никогда не ускользали даже самые мельчайшие детали, и рассуждал он всегда очень трезво. В конце концов, не зря же он известен своими разведывательными способностями.

- Что ещё? – очевидно, что лицо Цзы Цзин Хуна было очень серьёзным и мрачным. Сяо Вей Чэн тоже был поникшим, и примесь испуга читалась на его лице.

- Нет… ничего… – Гоу Бухай испугался интонации Цзы Цзин Хуна. Поэтому ответил заикаясь. Он уже и так всё ясно объяснил, что ещё может быть? Если даже он радикально не согласен с их предположениями, но разве он может быть не удовлетворён их работой?

- В этот раз результаты твоего расследования неплохи, иди отдохни, – Цзы Цзин Хун махнул рукой.

- Ага… – Гоу Бухай потёр лицо и нос и жалостливо посмотрел на Цзи Цзин Хуна, как бы говоря: «И это вот так ты ценишь мой труд? Разве не следует меня поощрить за хорошо выполненное задание?!»

- Ты ещё здесь? Убирайся! – заорал Цзи Цзин Хун в гневе и пнул его ногой в живот. Его худощавое тело сжалось от удара, словно резиновый мяч.

Бац! Что-то с тяжестью упало на пол, а Гоу Бухай крикнул:

- Пусть Трое правителей будут мне свидетелями… Я отдал все силы на выполнение этого задания, нигде не ошибся, ничего не упустил, так почему ты меня бьешь? Это… это… несправедливо… – это и в самом деле было несправедливо. Отправиться в такую даль и принести столько достоверной информации, а взамен, мало того что награды не получить, так ещё и люлей отхватить ни с того ни с сего.

Затем они услышали, как какой-то человек сказал, стиснув зубы:

- Да тебе, мать твою, ещё и мало! Набейте ему морду! – это был голос величайшего мастера, сидевшего в комнате.

Вместе с этими словами послышался крик ужаса:

- За что… почему…? – в голосе чувствовалась обида.

Одним ударом он оказался на земле, около 7 человек окружили его и начали колотить ногами, словно безумные….

Цзи Цзин Хун сидел молча, на его лицо было трудно смотреть, то же было и с Сяо Вей Чэном, они были хмурые и подавленные.

Долго они так сидели, а затем Цзи хриплым голосом сказал:

- Брат Сяо, на твой взгляд, велика ли вероятность того, что их предположения верны?

Сяо Вей Чэн глубоко вздохнул и со страхом произнес:

- Сведения твоего подчиненного и вправду очень детальны, он сам всё проанализировал, сделал это разумно, поэтому… Боюсь, что Нин Ву Цин из Неуловимого Мира Бессмертных и 29 других мастеров и в самом деле мертвы! Такое… такое возможно?

Его голос был полон страха.

Цзы Цзин Хун поднял голову, молча о чём-то задумавшись. Когда это такое бывало, чтобы он не знал, как разбираться с подобными делами? Он лишь надеялся, что это совпадение и надеялся получить одобрение Сяо Вей Чэна. Он хотел лишь спросить, но оказалось, что мнение Сяо Вей Чэна совпадает с его собственным. Он долго ещё сидел молча, а затем, наконец, сказал:

- И я так думаю… Мы, люди из трёх священных земель, всегда дохли, как свиньи под забором. Кроме важных персон святых земель, надо также вернуть и похоронить всех остальных, без исключения! Кажется, в прошлый раз руками царя зверей леса Тянь Фа были убиты многие. В то время рабочих было достаточно, однако их там и похоронили, и не потрудились со всеми почестями вернуть их к горам, как того требует обычай…

- Согласен! Тем более, по словам Гоу Бухая, погибших там немало. Рабочих Нин Ву Цина, которым посчастливилось уцелеть после битвы, явно недостаточно, да и те, скорее всего, ранены – где ж им взять сил, чтобы вернуть трупы людей на их родину… Но, считаю, что это долг Неуловимого Мира Бессмертных! – Сяо Вей Чэн тяжело дышал. – Но есть одна вещь, которую я не понимаю. Достопочтенная Мэй хоть и всегда была лицемерной, но ни в коем случае не была настолько кровожадной. Допустим, что победа была ей уже обеспечена, или силы Неуловимого Мира Бессмертных не могли остановить её, но у неё не было необходимости уничтожать всех таким зверским образом… Ей всего и нужно было убежать, разве у Нин Ву Цина и его людей хватило бы способностей догнать её? – Цзи Цзин Хун поморщил брови, сто раз всё обдумал, но всё никак не понимал:

- Давай ещё раз… брат Сяо, ты внимательно слушал всё, что он сказал?

- Что именно? – поднял голову и посмотрел на него.

- Только что Гоу Бухай сказал: «Когда мы добрались до горного прохода, обнаружили, что длина прохода равна 110 чжанам, и там были следы ожесточённой схватки», – этого я совсем не понимаю.

Цзи Цзин Хун поморщил лоб, все еще пытаясь разобраться в этом:

- Как в таком длинном горном проходе могло развернуться сражение? Нин Ву Цин был очень дальновиден, его интеллект ничуть не уступал твоему и моему, но почему он сделал местом такой прекрасной засады горный проход? Сражаться в таком длинном горном проходе – разве не означало самому пойти на верную смерть? Если это верно, то почему бы не сразиться в другом месте? Если складывать с этим в одну цепочку ещё и то, что Достопочтенная Мэй обладает навыками цингуна, разве при создании плана их это не напугало? Но Нин Ву Цин всё же пошёл туда! Это и есть главный повод для сомнений!

- Ага… Это и впрямь тяжело понять, – Сяо Вей Чэн спрятал свои глаза, он всё ещё не мог решить. Однако он «знал», почему Нин Ву Цин пошёл на смерть ради этой атаки… Очень вероятно, что он это сделал под гипнозом.

Если сначала он, не будучи под гипнозом, получил серьёзные ранения от рук Достопочтенной Мэй, то, даже если бы он набрался смелости сразиться ещё раз, он не мог поступить настолько неразумно и рвануть туда…

- Брат Сяо…? – Цзи Цзин Хун глубоким взглядом посмотрел на него. Сяо Вей Чэн лишь сейчас заметил, что погрузился в размышления… и то, как Цзи Цзин Хун странно на него смотрит. Словно видит его насквозь. Он не удержался от неловкой улыбки:

- Что, Брат Цзи?

Цзи Цзин Хун странно рассмеялся, однако не стал продолжать эту тему. Хитроумный Цзи Цзин Хун наблюдал за странным поведением Сяо Вей Чэна и боялся, что тот имеет отношение к гибели всей армии!

В первом сражении Сяо Вей Чэн потерпел поражение, да и к тому же потерял половину своих людей… Как он может не злиться, когда его потери настолько велики?

А если он не смирился с тем, что вся его семья понесла такие потери, а двум другим не было причинено ни малейшего вреда….

- Есть ещё кое-что, чего я не понимаю! То, как сражалась Достопочтенная Мэй… Мы с тобой понимаем, хоть она и свирепа к своим врагам, но её намерения всегда зависели от общей ситуации. В войне за Захват Небес, она делала снисхождение для величайших мастеров и не убивала их! Однако в этот раз устроила беспощадные массовые убийства… Это всё очень подозрительно! Но что побудило её пойти на такое? Это вторая вещь, вызывающая подозрения, – сказал Цзи.

- Должно быть, Нин Ву Цин сделал что-то такое, что побудило Достопочтенную Мэй сделать это. Что-то, что могло вывести её из себя! – Сяо Вей Чэн распустил язык. Вряд ли в его обязанности входило такое говорить.

- Это действительно хорошее предположение, но что могло вызвать в ней такой гнев? Неужели… – Цзи Цзин Хун сверкнул глазами: - …Цзюнь Мосе?

- Скорее всего, так и есть! Достопочтенная Мэй никогда не давала своим чувствам запутать разум. Но сейчас, если Цзюнь Мосе затронул её настоящие чувства, и если это взаимно… – Сяо Вей Чэн и Цзи Цзин Хун, оба такие сообразительные, как они могли этого не понять?

Глава 599. План Тяньгуан!

- Но если в это время на ее глазах кто-то ранил Цзюнь Мосе, Достопочтенная Мэй тут же бросилась рисковать своей жизнью! Но травма должна быть действительно серьезной… - ехидно сказал Сяо Вей Чэн. - Небольшая царапина не вызвала бы у Мэй огромного ужаса, раз уж даже был использован меч Небесной Кары Тянь Фа… Поэтому, несомненно, он получил тяжелое ранение! Возможно даже… Цзюнь Мосе был убит…

- Да, это весьма вероятно! Поэтому она так разозлилась, это все объясняет! А в порыве гнева ей уже было плевать на последствия… Даже если у достопочтенной Мэй есть такая огромная сила, чтобы одним ударом сразить сразу 29 мастеров из Неуловимого мира бессмертных… то как насчет нее? - глаза Цзы Цзин Хуна сверкнули, он усмехнулся. - Неужели она не получила никаких повреждений? Тогда как же ее божественная сила?

- Это, естественно, невозможно! Убить девять величайших мастеров и двадцать высших мастеров и при этом остаться целой и невредимой… Брат Цзы, ты шутишь! Если и правда пошутил, то это совсем не смешно! - Сяо Вей Чэн рассмеялся. - По моим подсчетам у Достопочтенной Мэй силы осталось лишь половина, а это уже очень-таки неплохо!

- Да, разумно-разумно... Достопочтенная Мэй определенно серьезно ранена. Более того, после такой вспышки гнева ее духовной силы практически не осталось… Если она не передохнет и не восстановит силы, то ей уже не вернуться в прежнее состояние! - Цзы Цзин Хун продолжил: - Это наилучшая возможность для нас!

Сяо Вей Чэн тоже был взволнован:

- Согласен! Возможно, сейчас самое подходящее время, чтобы убить Достопочтенную Мэй! Такой шанс выпадает очень редко, и мы не можем упустить его!

- Поэтому мы надеемся, что Цзюнь Мосе все же не умер, ха-ха-ха… - Цзы Цзин Хун разразился громким смехом.

– А почему мы должны на это надеяться? Нет ничего хуже полного разочарования, ее тело и душа наверняка сейчас разбиты, боевой дух явно выведен из строя. Разве нам это не на руку? - удивился Сяо Вей Чэн.

- Если Цзюнь Мосе действительно мертв... Продолжит ли Мэй Сюэ Янь следовать этому пути? - проворчал Цзы Цзин Хун.

- Точно, так вот в чем дело?! Если даже он был просто ранен, то Мэй Сюэ Янь все равно бы бросилась рисковать жизнью, дабы спасти его, - Сяо Вей Чэн тоже рассмеялся. - Я все проанализировал и более чем уверен, что Цзюнь Мосе жив!

- С чего ты это решил? - на этот раз уже Цзы Цзин Хун был немного озадачен.

- Если Цзюнь Мосе действительно мертв... Мэй Сюэ Янь, пусть даже и будет в бешенстве, но она не сможет не помочь Неуловимому миру бессмертных справиться с трупами мастеров, верно? - Сяо Вей Чэн улыбнулся и добавил, - если мы действительно правы, и все мастера Неуловимого мира бессмертных пали в бою, тогда вопрос с их останками надлежит решить Достопочтенной Мэй! Тянь Фа располагает каким-то секретом, способностью не оставлять после себя никаких следов, ты согласен со мной, брат Цзы?

- Да, именно! Ха-ха-ха! - рассмеялся Цзы Цзин Хун.

- Однако, брат Цзы, если Достопочтенная Мэй серьезно ранена, то она постарается скрыть свое местоположение! Оставшись просто здесь, не слишком ли это… Что если мы их упустим… Что мы будем делать? - Сяо Вэй Чэн заволновался. – Такая возможность слишком редка. Если мы ее упустим, то мы сильно об этом пожалеем.

- Брат Сяо, не нужно так волноваться; разумеется, я не просто так отклонился от большой дороги, - Цзы Цзин Хун таинственно улыбнулся. – Конечно, все еще не так тщательно продумано, но позволь Цзы Цзин Хуну дать все указания. Ха-ха-ха! Недалеко отсюда, есть один знаменитый горный хребет! Даже если Цзюнь Мосе захочет обойти нас, он непременно окажется там. Мы тоже отправимся туда и дадим бой Достопочтенной Мэй и Цзюнь Мосе! Здесь точно нет никаких промашек! Я ручаюсь за это! - Цзы Цзинхун самодовольно улыбнулся и сказал:

- Как только они явятся туда, с Мэй Сюэ Янь будет покончено!

- Горный хребет? Что еще за горы, в которых есть такая сила? - Сяо Вэй Чэну стало любопытно. Эта гора, на которую собираются мудрецы, как пчелы на мед?

- Хребет Тяньгуан! (Хребет Небесной Короны) - взгляд Цзы Цзин Хуна был серьезный. Можно сказать, что он произнес это с уважением:

- Хребет Тяньгуан… В эпоху первой божественной войны в империи Тяньсян командующий Цзюнь Ву Хи был погребен именно там! Как и его восемь товарищей! В тот день на Цзюнь Ву Хи напали, восемь человек пожертвовали своими жизнями, чтобы защитить его, один за другим они умирали; и хотя с самого начала Цзюнь Ву Хи был тяжело ранен, в мир иной он отправился последним!

- Это советники военного командующего? - глаза Сяо Вей Чэна засверкали от восхищения. - Будучи связанными общностью судеб, они ушли с почестями; советники, затянув свои окровавленные пояса, благородно последовали за Ву Хи! Оказалось, что это было здесь… - голос его срывался, он даже вздохнул от избытка чувств!

- Верно! После смерти тело Цзюнь Ву Хи было захоронено именно здесь. Это место его последней битвы, его славы и его смерти. В тот же год, как погиб Цзюнь Ву Хи, его трехтысячная гвардия сняла с себя доспехи, все они поселились близ этих гор, чтобы охранять могилу своего генерала! И как же Цзюнь Мосе сможет пройти мимо?

Цзы Цзин Хун вздохнул:

- Трехтысячная гвардия! Брат Сяо, все эти люди являлись опорой государства, по возвращении их всех ожидала почесть и слава, ну или, по крайней мере, жизнь в полном достатке! Но они, все вместе, добровольно отказались от всего этого и предпочли охранять могилу на этой бедной горе… Целых десять лет и ни капли сожаления! Даже их семьи переехали сюда… Харизма Цзюнь Ву Хи… насколько же она велика? Действительно она стоит их выбора?

Закончив говорить, Цзы Цзин Хун прищурился. Казалось, что он полностью ушел в свои мысли, вспоминая легендарного генерала…

- Он действительно хороший человек! - Сяо Вей Чэн вздохнул и сказал: - Послушав твои слова, я не могу не отдать должное этому генералу. Такой человек действительно заслуживает уважения!

Цзы Цзин Хун ответил:

- Цзюнь Ву Хи по отношению к нам – лишь младшее поколение! Но в империи Тяньсян ему не было равных, даже на всем континенте он был подобен легендарному персонажу из мифов и преданий! Жаль, конечно, но все легенды рано или поздно заканчиваются! Вот только его конец немного досаден, он не заслуживал такого…

Он сделал небольшую паузу и продолжил:

- Это место далеко от бренного мира, но в Иллюзорном Океане Крови есть собственная легенда о Ву Хи. Не думаю, что он обладал какой-либо божественной силой, но как человек он был вынослив, мудр и находчив. В какие-то моменты великодушен, он любил своих солдат как своих детей. Всегда был открыт народу, строго соблюдал все законы и указы, убивал решительно; отдавал всего себя работе; верный и храбрый, смелый и отважный, гордый, но справедливый, человек с открытой душой. Действительно на редкость легендарная личность! Даже враги преклонялись перед ним, уважали его! С давних времен существовало много славных полководцев, но не было еще никого, кто бы мог сравниться с Цзюнь Ву Хи!

Сяо Вей Чэн глубоко вздохнул:

- Да, когда мы говорим о нем, я и сам испытываю огромное восхищение. Только вот жаль, что такой герой пал от руки шайки разбойников Сяо. Это действительно очень досадно!

Цзы Цзин Хун фыркнул и сказал:

- Говоря об этом, мне даже хочется убить людей из Города Серебряной Метели!

- В этом случае, разве это не слишком неуважительно, убивать сына Цзюнь Ву Хи и невестку прямо перед могилами генерала и его советников? В конце концов, этот солдат – величайший генерал! Разве во имя уважения и памяти, не стоит ли нам хорошо все обдумать?

Глаза Сяо Вей Чэна вспыхнули:

- Может, я перехвачу их перед горой? В конце концов, на Тяньгуан есть та самая трехтысячная гвардия Цзюнь Ву Хи, если они увидят, что мы напали на сына их генерала, нам точно не сдобровать! Пусть их военные навыки невысоки, а божественной силы вовсе нет, но они по-прежнему огромная армия, все они самоотверженные воины, которые убивают без жалости! Это нам не по зубам!

- Достопочтенная Мэй пока еще не является невесткой Цзюнь Ву Хи; к тому же мы изначально и не думали об убийстве Цзюнь Мосе. В конце концов, его убийство приведет к слишком серьезным последствиям… - Цзы Цзин Хун встал и начал медленно ходить, потирая рукой свои брови.

- Что же касается трехтысячной гвардии… Сойдемся, пожалуй, на том, что мы разделаемся с этими двумя после того, как они спустятся с горы. В знак уважения к генералу дадим им возможность поклониться перед его могилой.

Он вздохнул с облегчением и пробормотал:

- Цзюнь Ву Хи... Цзюнь Ву Хи... Он творил невиданные вещи! Это действительно легенда… По всей земле из уст в уста передаются истории о его подвигах и заслугах! Мы же, три священные земли, сами воздаем должное этому младшему поколению - он покачал головой и улыбнулся:

- Я поражен тем, что я преклоняюсь перед кем-либо. Никогда бы не подумал, что буду восхищаться простым генералом.

Сяо Вей Чэн тоже вздохнул с облегчением. Что касается его, то могилу Цзюнь Ву Хи он считал явно неподходящим местом для убийства Сюэ Янь… Решающее звено – трехтысячная гвардия, они заслуживают уважения! Он бы не хотел убивать таких людей.

Хотя Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн поклялись убить Мэй Сюэ Янь, на самом же деле эти двое не были такими уж и плохими людьми. Просто у каждого из них есть свои планы, только и всего. В конце концов, у них тоже есть чувства!

Даже в войне за небо у каждой из трех священных земель были свои интересы. Хотя в эти годы они вели дела не совсем честно, но они по-прежнему охраняли континент, как и многие тысячи лет до этого…Такое трудно комментировать, но, какая бы оценка всему этому не была дана, она всегда будет положительной.

- Брат Цзы, ты ранее уже бывал на Тяньгуан? - спросил Сяо Вей Чэн.

- Я однажды поднимался на нее, чтобы отдать дань уважения генералу Цзюнь. Жег благовония и оставил 10 тысяч серебряных в поддержку трем тысячам воинам, - Цзы Цзин Хун рассмеялся и покачал головой. - Это действительно смешно, я даже представить себе такого не мог. Я уже давно только и думаю, как убью его сына и будущую невестку… но у меня не получается… это… просто немыслимо!

Глава 600. Перед Хребтом Тяньгуан

После сказанного, Цзы Цзин Хун долго молчал, а потом медленно добавил:

- В гробнице Цзюнь Ву Хи кристальная чистота! Его меч расположен на отдельном столике, на нём нет и миллиметра пыли. Своим блеском он может ослепить людей! Его могила – это не просто могила с погребённой одеждой усопшего… фактически, это генеральский дом… там есть столы и стулья, скамейка… всё идеально чистое. Статуя Цзюнь Ву Хи находится прямо посередине…

Со всех сторон выглядит, как военная казарма, всё оборудовано согласно военным стандартам. Три тысячи гвардейцев каждый день по очереди заступают в караул, с тех времён, когда Цзюнь Ву Хи был жив, почти нет изменений. Строгая дисциплина, на входе и выходе требуют пароль, для всех без исключения.

Военная форма всех солдат, заступающих на дежурство, в идеальном состоянии, без единого недостатка, у всех строгая выправка, учтена каждая мелочь! Их форма такая же, как и десять лет назад… Кажется, что они охраняют не просто гробницу, а так же, как и десять лет назад, генеральский дом! Брат Сяо, один человек, десять или сотня не смогут привести людей в изумление, как этот гвардейский корпус… легендарные солдаты легендарного генерала… – он, глубоко вздохнув, добавил, - если бы Цзюнь Ву Хи был ещё жив, я бы непременно хотел с ним подружиться…

Сяо Вей Чэн, как будто завороженный, сказал:

- Завтра и я должен почтить память этого великого человека…

Цзы Цзин Хун рассмеялся:

- Для нашего поколения Цзюнь Ву Хи бессмертен. Брат Сяо, почтить память такого человека – очень заслуженно! Это послужит примером для следующих поколений!

Сяо Вей Чэн был серьёзным и сосредоточенным, он кивнул в знак согласия. Весь мир с почитанием и уважением относится к этой героической личности, и не потому, что он просто пожертвовал своей жизнью, а из-за его огромной силы.

***

Долгая пасмурная погода наконец-то прояснилась, солнце ярко освещало горы. Ощущение такое, будто в один миг небо и земля и всё остальное было вылито из белого прекрасного нефрита, всё светилось и отливало разными бликами и красками, блеск такой, что даже смотреть больно!

Морозная погода!

Два силуэта ловко и живо скользили по дороге. Кажется, что эти два человека лёгкие, как две пушинки, так молниеносно они неслись по этому сверкающему снегу.

Пусть даже добиться легендарного «бесшовного скольжения по снегу» трудно в этих условиях, но то, что делали эти двое, совсем не похоже ни на одну известную технику…

Они не применяли цигун (способности лёгкого передвижения, как будто не поддаваясь силе тяжести), к каждой ноге, ниже колена, прикреплена какая-то странная вещь. Если бы они применяли технику цигун, то точно не стали бы обременять себя такого рода вещами. В руках у них было по заострённой ветке, на которые они опирались, втыкая их в снег. Заметно как их скорость становится всё больше и больше, а лёгкость, с которой они плыли по снегу, заставляла удивляться… они как два метеора в бескрайних просторах снега…

Лишь немного приблизившись, можно было разглядеть, что это молодые девушка и парень. Увидев молодого человека один раз, можно было заметить его выдающиеся и изысканные черты лица; девушка – красавица, каких стоит поискать – лицо подобное цветку, внешность невиданной красоты. Какая прекрасная пара!

По небу тихо плыли белые облака, земля сверкала и искрилась от снега, одежды двух темноволосых молодых людей нежно развивались на ветру… Это просто эстетическое удовольствие!

Впереди горный проход! Развилка.

От развилки шли две дороги, разделённые горой. Посередине, на перекрестке дорог была расположена табличка: «Хребет Тяньгуан. Небесные слёзы и кровь».

Каждый иероглиф был выточен как из железа, мороз бежал по коже от этих слов…

Казалось бы, такие обычные иероглифы, но, увидев их, на Цзюнь Мосе нахлынуло какое-то труднообъяснимое чувство, и поделать с этим ничего уже нельзя!

Цзюнь Мосе резко остановился перед каменной плитой, странное ощущение только нарастало, и он шёпотом сказал:

- Оказывается здесь… здесь хребет Тяньгуан!

Он остолбенел. Мэй Сюэ Янь обогнала его, встала впереди и с любопытством поинтересовалась:

- В чём дело?

Нынешняя Мэй Сюэ Янь теперь уже не была такой неумёхой, как раньше. То, как она сегодня управлялась с лыжами, раньше было для неё непосильной задачей!

Цзюнь Мосе ничего не ответил Мэй Сюэ Янь, а только продолжил задумчиво смотреть на эти иероглифы, взгляд его был туманным, радости и горести его жизни собрались и перемешались воедино, в это мгновение всё начало проясняться…

- Хребет Тяньгуан! Небесные слезы и кровь! – Мэй Сюэ Янь вдруг всё поняла, и, выпучив глаза от удивления, пробормотала:

- Это здесь… твой отец… и дядя…?

У Мэй Сюэ Янь в голове всё перемешалось. Если говорить, учитывая возраст и социальное положение, ей следовало назвать отца Цзюнь Мосе «дядюшкой»… но сейчас, правда, было не до этого.

- Это мой отец, – эта фраза прозвучала так натурально и естественно, Цзюнь Мосе был не в состоянии обращать внимание на разные мелочи, он был очень сосредоточен и задумчив:

- Здесь место его последнего боя и также место его гибели!

Цзюнь Мосе раздосадовано продолжал смотреть на эту надпись, внутри у него всё переворачивалось. Несмотря на то, что он проходил через это, он первый раз оказался здесь… и это, действительно, заставило его показать свои настоящие чувства!

Прежде было только известно, что этот мальчишка разорил всю семью, но сейчас, кажется, он стал ещё непочтительнее, чем раньше! Быть хорошим сыном, не значит ли, несмотря на расстояние, приезжать два раза в год поминать предков? Но этот мальчишка за десять лет ни разу не соизволил приехать!

- Мы пойдём по этому пути, – мрачно сказал Цзюнь Мосе, указывая на направление, немного в стороне от хребта Тяньгуан.

Мэй Сюэ Янь согласно кивнула, и, не сказав ни слова, молчаливо последовала за Цзюнь Мосе, и они медленно пошли пешком. Голова была неясной от всей этой путаницы, а будущее сейчас казалось особенно туманным и неопределённым…

Несмотря на то, что эта дорога была вся завалена снегом, всё равно можно было разглядеть, что до этого её регулярно чистили и убирали много людей… Цветы и травы по обе стороны скалы тоже были приведены в порядок… Сейчас, конечно, они были лишены зелени листьев, но следы былого порядка и чистоты бросались в глаза.

- На этой дороге нам могут преградить дорогу люди из Иллюзорного океана крови! – Цзюнь Мосе с руками за спиной спокойно шёл вперед, как будто говоря о посторонних вещах. - Если в самом деле кто-то попытается преградить нам путь, я, Цзюнь Мосе, клянусь, что любой ценой уничтожу всех людей из трёх священных земель. Я сотру их с лица земли, я просто удавлю их собственными руками, во что бы то ни стало!

Пусть Цзюнь Мосе и говорил это холодно и равнодушно, Мэй Сюэ Янь поняла, что он не шутит!

- Я думаю, до такого не дойдет. Хотя люди из трёх священных земель и относятся предвзято к нашему Волшебному лесу Тянь Фа… а, учитывая последние события, тем более, но я думаю, что они не опустятся так низко, – тихо сказала Мэй Сюэ Янь.

Она, разумеется, понимала, что имеет в виду Цзюнь Мосе; перед могилой отца напасть на сына… Это совсем последнее дело, нужно совершенно не иметь совести, чтобы пойти на такое или быть последним отморозком…

Не только потерять совесть, но и лишиться добродетели и чести!

Этот поступок – табу для всех людей!

- Хотелось бы, чтобы было именно так. Если гладить дракона против шерсти – можно умереть, а если гладить меня против шерсти – одним махом можно лишиться десяти поколений своей семьи, – сказал Цзюнь Мосе, весь побледневший и сверкнув глазами.

Мэй Сюэ Янь с недоумевающим видом посмотрела вслед Цзюнь Мосе.

Кто ещё во всей Поднебесной осмелится сказать такое, кроме него… Кто он вообще такой, чтобы говорить такие вещи?

Этот тон голоса был просто сумасшедшим… Решил истребить девять поколений, да плюс ещё одно…

Если Цзюнь Мосе сказал, он обязательно сдержит своё обещание, Мэй Сюэ Янь в этом уверена. Пусть сейчас у него достаточно сил для этого, но в будущем он точно будет способен на такое!

Они ещё ускорились и снова стали похожи на два сумасшедших метеора, устремившихся вперёд, они повернули на перекрёстке и вдруг резко остановились и замерли…

Вдалеке около сотни рослых мужчин, по пояс раздетых, в такой суровый мороз, не щадя себя, лопатами расчищали снег. Пот тёк градом, разгоряченный воздух нависал над ними, как туман, среди них не было никого, чья сила Суань превышала хотя бы начальный уровень Серебряного Суань. Судя по их внешнему виду, похоже, за таким занятием они провели не один час.

Люди, которые были впереди, убирали снег в кучи, а те, кто был позади, увозили его на маленьких тележках. Затем, специально приготовленными для этого мётлами, прометали это место, до такой степени, чтобы из-под снега проступила скала… При этом все люди молчали, полностью уйдя в работу, как будто уборка снега – это какой-то священный процесс…

Позади них виднелась еще одна дорога, но уже совершенно очищенная от снега… ведущая куда-то далеко-далеко…

Это место настолько отдалённое, что если и есть люди, отправляющиеся в путь по этим местам, их крайне мало, однако эти люди столько сил и времени потратили на то, чтобы очистить и привести в порядок эту дорогу… это, действительно, поражает…

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, как у него защипало в носу, он уже испытывал подобное.

Эти люди не выглядели старше тридцати лет, возможно, чуть больше, максимум на сорок. Их лица были как закалённый металл, грубые и шероховатые, но в глазах до сих пор сохранялся былой азарт и восторженность…

Глава 601. Я – Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь медленно приближались. На той стороне их уже явно заметили и отдали приказ. Девять человек уже накинули одежду, хоть она и была потрёпанная, но платья и головные уборы были чистые. Один человек шёл впереди, остальные, разделившись на две шеренги, симметрично, вытянутые по струнке шли сзади, добросовестно соблюдая стандартный этикет военного лагеря!

Как только девять человек ушли, остальные смотрели, как будто продолжать работать не обязательно, вплоть до того, что даже веки никто не поднял!

Перед тем как приблизиться, девять человек, во главе с человеком, которому было приблизительно сорок лет, с кучерявой бородой и приметным шрамом на лице, вытянувшись по струнке и вытянув руку в приветственном жесте, сказал:

- Господин и госпожа прибыли сюда для того, чтобы подняться в горы и принести жертвоприношение главнокомандующему Цзюнь?

- Здравствуйте, дядя! – доброжелательно ответил Цзюнь Мосе. - Ещё попрошу вас показать дорогу!

Цзюнь Мосе понимал, что эти люди находятся в подчинении его отца, что охраняют кладбище Цзюня Ву Хи, дислоцируясь здесь уже больше десяти лет. Только благодаря этой поддержке, его брат имеет право называть себя его братом!

Он ведь не мог ухаживать сам. В таком случае, боюсь, больше нет людей, достойных этого! Хотя, вспоминая о предшественниках, которые с неба смотрели на людей, хотя за всю жизнь многого достигли, но, оказавшись перед лицом самой искренней дружбы, Цзюнь Мосе чувствовал искреннее уважение, исходившее из глубины души.

Цзюнь Мосе, назвав его «Дядей», вызвал недоумение у этого стоящего напротив рослого мужчины. Мужчина недоверчиво повернул голову и обменялся взглядом с товарищами, стоявшими позади него. Повернув голову обратно, он выглядел спокойным, но по-прежнему скрупулезно спросил:

- Молодой господин говорит серьёзно… Ван Мэн не более чем неотёсанный простак, я не смею претендовать на то, чтобы называться дядей. Осмелюсь спросить, чьим потомком является молодой господин?

- Я Цзюнь Мосе! – глубоко вздохнув, сказал Цзюнь Мосе. Он чувствовал в тот момент неописуемую печаль, словно вся его душа растаяла в теле… - Родной сын Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Мосе!

- Ты говоришь… Ты Цзюнь Мосе? Это правда? – лицо мужчины тут же переменилось. Проговорив это, он отступил на два шага, посмотрел на Цзюнь Мосе, и выражение его лица тут же переменилось снова.

На его лице было невероятное уважение, гнев и радость от всей души, а также необыкновенное воодушевление… Губы этого твёрдого, непоколебимого человека неожиданно задрожали, и он промолвил:

- Пришёл сын влиятельного отца, но принес ли сын влиятельного отца семейный символ?

Зная, о чём он говорит, Цзюнь Мосе достал яшмовую подвеску и протянул её.

Тёмно-зелёная яшмовая подвеска, наверху – символ орхидеи и золотая надпись «Цзюнь».

На задней части подвески было восемь имен, самое последнее – «Цзюнь Мосе».

Именно такой отметкой единолично обладала семья Цзюнь, яшмовая подвеска является статусным символом того, что Цзюнь Мосе – тот самый человек!

Принимая в руки этот непосредственный родовой символ, руки рослого мужчины неожиданно задрожали, а в глазах сверкнули подступившие слёзы:

- Давно не виделись, Цзюнь Мосе… Мы распрощались с этим именем уже как десять лет! Ровно десять лет мы вас не видели!

Господин Цзюнь в полном здравии, несмотря на возраст, в этом году он был всего два раза. Цзюнь Вуй – инвалид на обе ноги, не ходит. Вдобавок ко всему, его мучает совесть перед умершими братьями, и он, в основном, ведает домашними делами…

Яшмовая подвеска семьи Цзюнь…

Яшмовая подвеска – свидетельство прямой наследственной линии авторитетной личности!

Перед ними точно был родной сын главнокомандующего!

Неожиданно у Ван Мэна потекли слёзы, он опустился на колени и прошептал:

- Ван Мэна посетил молодой господин… Молодой господин наконец-то стал взрослым! Поумнел… Возмужал… Если бы главнокомандующий знал, он умер бы счастливым…

Видимо то, что Цзюнь Мосе пришёл отдать дань уважения родному отцу – настолько исключительный случай...

- Ван Мэн, ни в коем случае не нужно так делать! – Цзюнь Мосе, вздрогнув от испуга, поспешно помог ему подняться. Его душу переполняли разные чувства. Глаза неожиданно покраснели.

Говорят, что в высших кругах репутация Цзюнь Мосе приобрела известность, по большей части в свете недавних событий, некоторые люди в глухих районах до сих пор думают, что сын Цзюнь только бесполезно ждёт смерти, и только раз пришёл отдать дань уважения отцу, позволив ему порадоваться. Особенно последние слова «Поумнел… Возмужал…» заставили защипать в носу Цзюнь Мосе.

До такой степени простое душевное чувство, как прийти сыну отдать дань уважения отцу, такая непреложная истина заставила так растрогаться незнакомого человека, вплоть до того, что он снова и снова восхваляет его ум… Они забыли про свои потребности и работают здесь не покладая рук… Цзюнь Мосе стало очень стыдно.

Ван Мэн поднялся, всё его лицо было залито слезами, он крикнул:

- Подойдите все! Большая радость! Подойдите и посмотрите на сына главнокомандующего! Сын главнокомандующего, идите же все сюда! Подойдите и поприветствуйте его!

Люди вскочили на ноги, кто-то даже лопату бросил, они подбежали, полуголые, радостно крича. Худой мужчина средних лет бежал и плакал, плакал и кричал:

- Сын приехал, главнокомандующий, лежа в земле день ночь ждал этого… Сегодня наконец-то родной сын приехал отдать уважение отцу, главнокомандующий жаждал этого всем сердцем!

Спокойный, безжалостный Мосе снова ощутил, что у него краснеют глаза и наворачиваются слёзы. Радость в глубине души заставляла его ещё больше скорбеть и испытывать чувство стыда…

Толпа мужчин окружила Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь плотным кольцом, у каждого было искренне выражение лица, они радовались от всей души и говорили наперебой:

- Цзюнь Мосе достойный сын главнокомандующего! Родной сын, вы только посмотрите на его глаза, мудрые и дальновидные, как у отца!

- Вы посмотрите на эти брови! Брови вразлёт! Когда главнокомандующий сражался, во время генерального наступления, брови главнокомандующего были такими же! Я чувствовал, что мы, несомненно, победим! Это точно его сын, потому что брови господина так похожи на брови главнокомандующего…

Постепенно, слово за слово, неописуемый шум толпы начал снижаться, люди один за другим начали рассеиваться, глядя на Цзюнь Мосе и бормоча:

- Истинно… истинно сын главнокомандующего! – и у каждого медленно проступали слёзы.

Неожиданно кто-то, громко расплакавшись, навзрыд промолвил:

- Я – Ли Дабао, снова встретил главнокомандующего… Я каждый день во сне видел, а сегодня наконец-то лично могу увидеть тебя, главнокомандующий, мы ждали тебя!

Он рыдал, и все мужчины с плотно сомкнутыми губами усердно старались сдержать слёзы, но, в конце концов, не в силах сдерживаться, раскрыли плотно сжатые губы, и слёзы тотчас же начали горестно течь по их лицам.

Эти люди мечтали об этом десять лет…

Но, к сожалению, этот человек от начала и до конца не был вернувшимся главнокомандующим!

Он его сын, разве этого не видно…

Огнём и мечом этот парень разорвал сердца, полные скорби!

Кто скажет, что настоящие мужчины не плачут даже во время настоящей скорби?

Сейчас плакать во время горя — это нормально! Так и проявляются истинные чувства!

Чувство горя сложно объяснить словами, вплоть до того, что красавица Сюэ Янь не смогла сдержаться и, отвернувшись, отошла и украдкой вытерла слёзы.

Цзюнь Мосе впервые в жизни видел столько слёз. Наконец-то люди остановили плач и по одному вытирали слёзы, чувствуя некоторую неловкость…

Словно намеренно пытаясь поменять тему разговора, Ван Мэн вытер слёзы и, тихонько рассмеявшись, сказал:

- Господин, эта девушка… она…

Он это произнес, и множество глаз устремились на необычайную красавицу, которая пришла вместе с молодым господином. Люди волей-неволей воспрянули духом:

- Неужели…

- Дядюшки, эта девушка – моя жена, фамилия Мэй… Сегодня она специально пришла со мной, придётся ли она отцу и вам по душе? Дядюшки, братья моего отца, может ли она присутствовать со мной? – Цзюнь Мосе заулыбался, представляя Мэй Сюэ Янь.

- Правда? – Ван Мэй подпрыгнул и расхохотался. - Такая добродетельная, прекрасная невестка! Если бы главнокомандующий узнал, то обрадовался, девушка небесной красоты, как тут можно не обрадоваться! – толпа во все глаза пялилась на Мэй Сюэ Янь, как на сокровище, все по очереди одобрительно кивали головами и громко смеялись. Все радовались так, как будто их родной сын нашел невесту…

Мужчины пристально смотрели на естественную, утонченную Мэй Сюэ Янь, которая без конца смущалась, чувствуя себя, словно молодой олень в зоопарке…

- Быстрее, быстрее, быстрее! Посторонитесь, я немедленно сопровожу молодого господина и его невесту на аудиенцию к главнокомандующему! Главнокомандующий ждёт, всё-таки десять лет он не видел родного сына, а прийти с невестой – это большая радость! – Ван Мэн залился краской, несмотря на то, что Цзюнь Ву Хи уже десять лет как умер, но гвардия, при упоминании Цзюня Ву Хи по-прежнему говорит «На аудиенцию», а не «Почтить память»…

Слова «Почтить память» используют иноземцы, грубоватые на язык. Главнокомандующий не может умереть! Он по-прежнему жив, его знамя развивается над шатром! Всё это – Цзюнь Ву Хи!

Глава 602. Хребет Тяньгуань, мужские слёзы!

- Именно так. Чтобы главнокомандующий не волновался. Брат Ван Мэн как следует позаботится о молодом господине и его невесте. Скорее поднимайтесь, а не то главнокомандующий разозлится… – все были взволнованы. Они разошлись по разные стороны, провожая взглядом Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, которые шли по центру. Они смотрели на них, словно на своих родственников, с огромным удовлетворением…

Цзюнь Мосе со всеми здоровался. Даже когда уже ушёл далеко, всё равно повернул голову, чтобы увидеть, как около ста мужчин смотрят им в след, совершенно не шевелясь… Как будто они смотрят на самых-самых уважаемых и почитаемых людей в мире…

Цзюнь Мосе опечалился, глубоко вздохнул, он хотел оставить свои эмоции при себе, но в конце концов захлюпал носом и еле сдержал слёзы…

Ван Мэн был подле него с довольным лицом, словно добился каких-то больших успехов. По дороге Цзюнь Мосе знакомили с каждой травинкой; шрам от меча на его лице, словно тоже был этому рад…

- Господа, посмотрите сюда – сначала главнокомандующий с войском подступил к хребту Тяньгуань, слез с лошади… вот именно здесь, в этом месте. Здесь есть парочка камней… ах, вот, тогда главнокомандующий встал вооот на этот, самый большой и повернул голову, чтобы посмотреть, как величественно идёт отряд его собратьев. Тогда я был начальником охраны войск главнокомандующего, всегда держался как можно ближе к нему. До сих пор помню очень отчетливо, как он сказал «Это хорошее место для того, чтобы разбить здесь лагерь».

На последних словах голос Ван Мэна стал более серьёзным, словно имитируя манеру речи Цзюнь Ву Хи и даже выражение его лица.

Взгляд Цзюнь Мосе следовал за его словами. Когда он взглянул на тот большой камень, то увидел, что тот был квадратным и неровным, но все же слегка округлым… Почти наверняка, за последние 10 лет немало гвардейцев каждый день приходили сюда и вставали или садились на него, и сами и не поняли, как отполировали обычный камень почти до блеска…

- В те годы главнокомандующий, кажется, был обеспокоен. Вон там есть утёс, главнокомандующий очень долго стоял на том месте с невозмутимым выражением лица, в полном молчании. Затем братья сделали гравировку на том утесе… – глаза Ван Мэна покраснели и он сказал: - Я, Ван Мэн – необразованный человек, и хотя не понимаю, что значат эти строки, но каждый день, проходя эту дорогу, обязательно читаю, что там написано, вслух.

Цзюнь Мосе медленным шагом взошёл на утёс и увидел, что там и впрямь превосходным почерком были выгравированы большие иероглифы. Они были выполнены одним из семи приемов китайской каллиграфии:

Дымовые костры из-за флагов видны,

Полками солдат эти земли пестрят.

И когда нас настигнет время войны,

Горем сердца наши будут сгорать.

«Отец… ему уже тогда надоело убивать…» – Цзюнь Мосе молча читал стихи, невольно вспоминая, как дядя Цзюнь Вуй рассказывал ему истории о Цзюне Ву Хи.

«И когда нас настигнет время войны, горем сердца наши будут сгорать», – эти две строки означают, что Цзюнь Ву Хи, который был невероятным человеком той эпохи, главнокомандующий простолюдинами, в глубине души испытывал отвращение к военным сражениям…

Рельеф там был обрывистый, постепенно возвышающийся. Если пройти вперёд метров 200, в середине склона скалы можно было увидеть узкую тропу. Максимум там могло пройти 4-5 людей плечом к плечу. С одной стороны была скала, словно ровненько обрубленная, с другой – край неглубокой пропасти. На краю пропасти лежал снег, гладкий, словно зеркало, и очень-очень ровный…

- Внизу большое озеро, но сейчас оно плотно покрыто снегом, поэтому не видно. Но когда придёт весна, и появятся играющие блики на воде, тогда будет очень красиво, – Ван Мэн, горделиво рассказывал, - прошло три дня после того, как мы здесь расположились… Главнокомандующий пришёл сюда и полдня, погрузившись в размышления, смотрел на водную гладь и острием своего меча выгравировал эти строки…

Цзюнь Мосе уже давно обратил внимание… На скале было сравнительно гладкое место и там было выгравировано несколько строк круглым и массивным почерком, с оттенком величественного духа:

Всё тело моё наполнено злом,

В мечтах же строю я себе дом.

Снимаю доспехи, к речке иду,

По этой реке я вдаль уплыву.

Читая это четверостишие, он представлял, как главнокомандующий многочисленной армией в боевом костюме стоит прямо перед ним и смотрит, углубившись в свои мысли, на спокойную водную гладь…

Очевидно, что он написал это после того, как уже решил бросить военное дело и мечтал об обычных радостях жизни.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Неожиданно на него нахлынула тоска:

«Отцу уже давно надоело сражаться, он решил уйти в отставку. Он отнюдь не собирался поставить под угрозу императорскую власть, но… в доме Императора всё ещё боялись, что его достижения подорвут их власть, и Цзюнь Ву Хи может захотеть стать Императором. Они не стали проявлять к нему излишнюю доверчивость, чтобы не разрушить собственную опору государства. Они использовали свои гнусные средства, чтобы навредить ему!»

Цзюнь Мосе наполнился невыразимым гневом!

Ван Мэн провёл Цзюнь Мосе дальше. Они дошли до поста досмотра, где часовые, услышав, что приближается сын главнокомандующего, начали кланяться один за другим, очень при этом волнуясь…

- Впереди палатка главнокомандующего!

Наконец, они преодолели склон горы и добрались до хребта Тяньгуань. Перед его взором открылся невероятно огромный военный лагерь! Дул сильный ветер, флаг главнокомандующего Цзюнь Ву Хи высился над лагерем и развивался по ветру. Флаг был ярко красным, и было похоже на то, словно багровые облака заполнили всё пространство. Этот флаг олицетворял дух, который царил в то время в Поднебесной.

Вокруг него было 8 казарм, в каждой по патрульному, все они переглядывались друг с другом. Их доспехи были внушительных размеров, что говорило об их стойкости. В этот момент была смена караула, и те 8, что заступили на пост, больше не расслаблялись ни на секунду.

Из палатки стремительным шагом вышел один человек. Одет он был в военную форму, с густыми бровями, высокого роста, необычайно крепкого телосложения. Он прокричал:

- Ван Мэн! Я поручил тебе отвести наших людей расчистить дорогу от снега, какого чёрта ты вернулся? Как думаешь, каким образом мне стоит тебя наказать?

Ван Мэн испугался, но произнёс:

- Генерал У, докладываю! Я привёл сына главнокомандующего с его невестой! Я выполнял свои обязанности, вовсе не собираясь уклоняться от своего военного долга!

Цзюнь Мосе знал, что генерал отцовской гвардии – генерал У Юнцзюнь. И сейчас он был такой же величественный, что и раньше. Он им восхищался. Он вышел вперед, чтобы его поприветствовать, и увидел, что генерал У смотрит на него рассерженно. Генерал смерил его взглядом и закричал:

- Так эта малявка и есть Цзюнь Мосе? Почему ты, скотина такая, пришёл только сейчас?! Чем ты занимался столько лет, паршивец?

Мало того, что нотацию ему прочитал, так еще и за три предложения навесил ему три новых «звания»!

Затем у генерала У покраснели глаза, он пытался сдержать эмоции, но слёзы покатились из его глаз, хриплым голосом он продолжил кричать:

- Ты, мерзкое животное, единственная кровь и плоть главнокомандующего, за 10 лет ни разу не пришёл почтить его память! Цзюнь Мосе, ты… ты.. мелкий паршивец, хоть знал… хоть знал как ему тут было одиноко, как сильно он скучал по вам? Ты самый… самый настоящий подонок! – на последних словах он не сдержался и начал всхлипывать.

Мосе стоял молча, ему нечего было ответить на его слова. Голос генерала У Юнцзюня был грубым, он словно рычал на него. Из палаток вышли люди, услышав, что приехал сын главнокомандующего. Царила атмосфера хаоса.

- И ты, кусок… короче, даже не спешишь посмотреть, что написал там твой отец! Ты, бесстыдный ублюдок! – его голос был похож на гром. Он, не останавливаясь, стирал слёзы со своих глаз. В его горле словно что-то застряло, губы кривились, казалось, он собирается зарыдать… Он прошёл через толпу, продолжая всхлипывать.

- Главнокомандующий, твой сын наконец пришел повидать тебя… я наорал на него… но всё же он пришёл… Кажется, он похож на тебя… он и в правду исключителен, он пришёл с невестой… она очень красива, тебе бы определенно понравилась…

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь в это время шаг за шагом продвигались к палатке главнокомандующего.

Люди вокруг расступались, чтобы пропустить их. Они стояли молча, с лёгкой, как бы утешительной, улыбкой.

А потом они опустились на колени и каждый шёпотом произнёс:

- Примите наши поздравления, главнокомандующий! Желаем вам потомства! Пусть небо оберегает вашу семью, и вы никогда не будете одиноки!

На их лицах читалась искренность, они говорили это от всего сердца.

Как только Цзюнь Мосе вошёл в палатку, он был потрясён! Палатка главнокомандующего выглядела в точности как командный пункт во время войны! Там было восемь стульев с каждой стороны, меч, извлечённый из ножен, письменный стол. На столе ведро со слоновыми костями, 10 аккуратно сложенных приказов.

А по центру сидел человек в белом, правая рука его была на столе, указательный палец был слегка изогнут, словно собираясь ударить по поверхности стола. Левая рука была немного приподнята, сжата в кулак у груди, взгляд был грозным, брови хмурые, словно он что-то обдумывал…

Глава 603. Его душа всегда здесь

Почти как настоящий человек. Если внимательно присмотреться, человек посередине – это статуя из белого нефрита, но выглядела она совершенно как живая. Вырезана она мастерски, видны даже мельчайшие детали и складки на одежде, не говоря уже о самом теле и лице. Сходство с живым человеком просто фантастическое!

Сколько же сил и стараний потребовалось, чтобы получилось произведение такого уровня! Да ещё и в те годы!

Есть такое ощущение, что эта статуя имеет свою душу!

Позади, с левой стороны, на статуе была надпись в восемь иероглифов: «Герой Ву Хи на все времена».

С правой стороны тоже была надпись: «На небе и на земле, главный монарх!».

Наверху у статуи выгравировано четыре иероглифа: «Рассвет и упадок, подъём и падение!».

Главнокомандующий Цзюнь Ву Хи!

- Действительно впечатляет… – Мэй Сюэ Янь величественно посмотрела на статую Цзюнь Ву Хи и, не отдавая себе отчёта, прошептала:

- Мосе… вы с отцом так похожи… просто одно лицо…

- Мой отец? Тебе он тоже приходится отцом! – Цзюнь Мосе задумался и потом, нахмурившись, сказал:

- Сюэ Янь, давай, поклонись отцу несколько раз, не скупись. В этой жизни ты теперь приходишься невесткой для семьи Цзюнь, так что это неизбежно. Если и сын, и невестка постараются услужить отцу, он, непременно, будет счастлив.

Мэй Сюэ Янь покраснела, но, хоть и смущённо, согласилась. Вслед за Цзюнь Мосе, она вежливо, с почтением, опустилась на колени.

Цзюнь Мосе тоже с почтением зажёг три палочки благовоний, а потом, с недовольством и нараспев, пробормотал:

- Отец, сегодня ваш сын прибыл с вашей невесткой навестить вас… Это действительно ваш непутёвый сын. Надеюсь, там, в загробном мире, вы сможете увидеть это, и ваши нахмуренные брови смогут немного расправиться. Ваши враги… я всех до одного уничтожу! Неважно, Город Серебряной Метели или империя Тяньсян – любой, кто попытается навредить вашим людям, заплатит высокую цену за это… Это моя, вашего сына, клятва! Вы, отец, Владыка Неба и Владычица Земля этому свидетели!

Несгибаемая клятва!

В этот момент Цзюнь Мосе был очень серьёзен, он медленно опустился на колени. Несмотря на то, что раньше он всегда был надменным и высокомерным, как необъезженный конь, но по отношению к генералу Цзюнь Ву Хи он мог испытывать только искреннее уважение и почтение, исходящее прямо из сердца; к тому же, в этот момент Цзюнь Мосе абсолютно ясно почувствовал, что Цзюнь Ву Хи всё-таки его родной отец!

Попав в этот мир, его колени никогда и ни перед кем не преклонялись, но сейчас – совершенно иной случай! Он с удовольствием пошёл на это!

Пусть не как отец, но как герой, он заслуживает искреннего поклона!

Более того, очень трудно взять и отказаться от кровных уз! Пусть душой Цзюнь Мосе из другого мира, но тело его здесь, и как раз здесь он является близким родственником Цзюнь Ву Хи!

Душа человека имеет способность перерождаться, а Цзюнь Мосе просто повезло переродиться, при этом сохранив все свои воспоминания. Но неужели если бы воспоминания не сохранились, сердце бы стало сопротивляться? Это просто невозможно себе представить!

В тот момент, когда Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь склонились в поклоне, над хребтом Тяньгуан внезапно поднялся сильный ветер, и на небе заметались бесчисленные облака. Снег с земли вдруг подлетел в воздух и заполнил собой всё пространство, с неба до земли, вокруг стало ничего не видно!

В то же время знамя начало неистово развеваться на ветру, но больше поражало то, что изначально дувший холодный северный ветер внезапно стал южным, и знамя, успокоившись, повернулось лицевой стороной на север!

В той стороне как раз находилась столица империи Тяньсян!

- Генерал! – снаружи все люди одновременно встали на колени и с глазами, полными слёз, обращаясь к небу, неистово закричали:

- У Генерала есть сила! Пусть дух покойного вернётся к нам! У Генерала есть сила! Пусть дух покойного вернётся к нам! – они склонили свои головы к земле, настолько низко, насколько это только было возможно, и горько зарыдали…

Ветер протяжно завывал в воздухе, как будто пытаясь ответить людям на земле…

Долгое время спустя Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь наконец-то медленным шагом вышли наружу. Все люди одновременно уставились на них, особенно на их лоб и колени, а потом все дружно рассмеялись…

Колени и лоб Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь были покрыты грязью и пылью, а, если быть точнее – пеплом от сжигания благовоний. В этом была заслуга солдат: они боялись, что кто-нибудь попытается осквернить могилу главнокомандующего или присвоить себе жертвоприношения, поэтому рассыпали повсюду этот пепел…

После этого радостного смеха, эти достойные уважения люди окружили Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь и стали ласково и по-доброму расспрашивать…

- Мосе… сынок, ты всё-таки приехал…

- Мосе… Ха-ха, ты так вырос… ещё и жену нашёл, твои дядюшки не разжились деньгами, поэтому каждый подарит тебе по одному подарку… только ни в коем случае не отказывайся…

- Мосе… ты потом почаще приезжай сюда… Генерал так надеялся увидеть тебя… Ты не видел, генерал только недавно так радовался… он дал нам знак… – закончив говорить, солдат не сдержался и начал всхлипывать…

- Ты чего ещё заныл? Сын с женой приехал навестить Генерала… такое счастье, а ты только и можешь рыдать, как настоящая баба, ты, в конце концов, мужик или нет?! – говоривший это, хотя и старался отчитать другого, а у самого глаза были тоже на мокром месте…

- Я… я… (хнык-хнык) я очень рад этому… правда, очень рад… у Генерала наконец-то есть продолжатели его рода! Сегодня вот увидел свою невестку, значит, скоро увидит и внуков (всхлипы). Я очень-очень счастлив за нашего Генерала… – один мужчина зарыдал прямо в голос и весь в слезах опустился на землю и, продолжая всхлипывать, сказал:

- Я… я очень скучаю по тем временам, когда Главнокомандующий был жив… сейчас, увидев сына нашего Генерала, похожего на него как две капли воды… я и счастлив, и несчастен одновременно…

Простые слова, сказанные от чистого сердца, были очень трогательными и заставили всех просто молча плакать, без всякого стеснения… каждому вспомнились былые времена, когда Цзюнь Ву Хи был ещё жив и сражался с отвагой на поле боя…

……

Цзюнь Мосе планировал остаться на хребте Тяньгуан на один день и одну ночь, но только на утро третьего дня получил возможность снова отправиться в путь. Энтузиазм и сердечная теплота гвардейцев растопила сердце даже такого человека, как Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе смог ясно почувствовать на себе, насколько эти люди добрые и искренние, они относились к ним с тем же трепетом и заботой, что к своим младшим братьям и племянникам… как можно такое сыграть…

Два человека медленно спускались по горной дороге, а позади них следом шла куча людей, провожая их в дорогу. Сначала так, а потом просто взглядом… кто-то со слезами на глазах, а кто-то с тёплой улыбкой…

Издали до них то и дело доносились голоса:

- Молодой господин… будет время – обязательно приезжайте к нам повидаться! Помните, здесь тоже ваш дом… мы все будем с нетерпением ждать вашего возвращения. Приезжайте к нам со своим сыном… Генерал будет скучать по вам…

Мэй Сюэ Янь, потирая рукой раскрасневшиеся глаза, тихо пробормотала:

- Я думала, что только мои священные животные могут быть такими… Кто бы мог подумать, что эти люди могут быть такими милыми и добрыми… Твой отец действительно был хорошим человеком, раз у него было столько любящих и верных друзей…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и ответил Мэй Сюэ Янь:

- Да, это так… Я бы сам хотел добиться такого, но это не так и легко. Думаю, у меня вряд ли получится… – сказав это, он вспомнил их вчерашний разговор с У Юнцзюнем…

- Изначально хребет Тяньгуан являлся стратегически важным пунктом… но с тех пор, как Генерал разбил здесь лагерь – неважно, откуда и из какого государства – все идут в обход этого места, если кто и останавливается здесь, это только лишь, чтобы почтить память Генерала, никто не осмеливается осквернить это место…

Мы уже больше никогда не сможем покинуть это место, мы всегда будем защищать нашего Генерала… если мы уйдём, он будет чувствовать себя одиноко здесь… Генерал привык, что с ним рядом всегда его могучее войско, и если мы оставим это место, боюсь, он этого просто не вынесет…

Когда Цзюнь Мосе хотел поговорить о перемещении в другое место потомков этих гвардейцев, У Юнцзюнь и его сотоварищи ответили:

- Не только мы всегда будем охранять нашего Генерала, но и наши дети и внуки тоже… воинское знамя Ву Хи – самая большая гордость для нас! Это воинское знамя – наша опора и наша жизнь…

Мы в состоянии обеспечить самих себя. Здесь мы сами обрабатываем землю и выращиваем пищу – каждый занимается тем, чем хочет, и у нас нет финансовых трудностей… Молодой господин, нам не нужны ваши деньги, для семьи Цзюнь они намного полезнее… – когда Цзюнь Мосе хотел оставить им денежные чеки, они наотрез отказались от них.

- Вы обязательно почаще приезжайте к нам сюда… Хорошо заботьтесь о своей жене…

- Молодой господин… Вы сейчас главная опора и надежда для семьи Цзюнь… Вы ни в коем случае не можете опозорить Генерала… Его славное имя…

……

Цзюнь Мосе не мог забыть о его словах и ушёл в свои размышления, не замечая дороги. Мэй Сюэ Янь понимала, что ему нелегко, и просто молча следовала за ним, она не хотела мешать его раздумьям. Мосе требовалось время, чтобы собраться с мыслями…

Цзюнь Мосе долгое время шёл, опустив голову, и даже не заметил, как далеко они уже ушли от хребта, однако вдали всё ещё виднелись люди, машущие руками им вслед…

«Я обязательно вернусь! Обязательно! Я не могу подвести вас! Не оправдать вашего доверия… Я не посрамлю вас. Прощайте…» – Цзюнь Мосе поклялся сам себе.

Когда он поднял голову, по нему было заметно, что ему стало намного лучше. Они посмотрели с Мэй Сюэ Янь друг на друга и поняли всё без слов. В мгновение, как два метеора, они исчезли в месте поворота у горного прохода…

А хребет Тяньгуан также величественно и строго возвышался за их спинами…

Двигаясь вперёд, Цзюнь Мосе вдруг нахмурил брови. Мэй Сюэ Янь сразу заметила это, и они подмигнули друг другу: впереди их ждала засада! С кучей людей!

Здесь, в десяти километрах от хребта Тяньгуан, располагалась окружённая со всех сторон впадина…

Они одновременно остановились, Мэй Сюэ Янь строго сказала:

- Это что, друзья трёх мудрецов? Раз уж мы здесь, то надо показаться им! Всё равно нет смысла скрываться!

- Ха-ха-ха… – раздался звонкий смех, сверкнула фиолетовая молния, и появился Цзы Цзин Хун, а за ним и Сяо Вей Чэн! Внезапно из ниоткуда появились сорок или пятьдесят человек и плотно окружили Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь.

Ещё когда Цзюнь Мосе был в Тяньгуан, он слышал, что несколько дней назад двое незнакомцев в странных одеждах совершали поминовение. По описанию Цзюнь Мосе сразу догадался, что эти двое, скорее всего, были Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн, так что встретить их сейчас не было для него чем-то неожиданным. Скорее – не встретить их было бы намного страннее!

То, что в Тяньгуан у противника не было подмоги, немного успокоило уже разгневанного Цзюнь Мосе.

- Почтенная Мэй, мы не виделись так долго, но ваше изящество и ваша элегантность по-прежнему на высоте. Какая радостная встреча! – сказал Цзы Цзин Хун с ядовитой улыбкой на лице.

Глава 604. И как же я тебя оскорбил?

- Сяо Вей Чэн! Снова ты! А ты и правда ещё тот мерзавец! – глаза Мэй Сюэ Янь вспыхнули, но с полным хладнокровием она продолжила: - Родоначальник Сяо снова пускает в ход оружие, но на этот раз бок о бок с Иллюзорным Океаном Крови. Кажется, будто сегодня ты готов одолеть меня? Вы уже договорились, как распределите наживу после битвы?

Лицо Сяо Вей Чэна было безэмоциональным:

- Достопочтенная Мэй не доглядела, сегодня Золотой город – лишь приглашённая сторона. Ответственный здесь не Сяо, а совершенно другой человек!

Цзы Цзин Хун изящно улыбнулся и вышел вперёд:

- Достопочтенная Мэй, это недоразумение, вы не так всё поняли! С давних пор Три священные земли пользуются одинаковой известностью, все мы товарищи по оружию. Тянь Фа, несомненно, внёс огромный вклад в Битве за захват небес, мы глубоко уважаем Достопочтенную Мэй, только и всего. На этот раз мы просто хотим обменяться с вами опытом, совершенствовать свои навыки, чтобы подготовиться к грядущей Битве. Так что, пожалуйста, не нужно обнажать свои клинки и быть такими высокомерными.

- Цзы Цзин Хун, я ведь тебя недооценивала раньше. Говоря такие речи, ты даже не краснеешь! Я действительно впечатлена! – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась. Такое бесстыдство, лишь Цзы Цзин Хун может смотреть прямо в глаза и говорить с такой напыщенностью и величием.

- Достопочтенная Мэй, что вы уж так! Если бы я захотел сразиться с вами, то выбрал бы более подходящее место. С чего бы мне нападать на вас здесь? – Цзы Цзин Хун буркнул и продолжил, - например... хребет Тяньгуан... хе-хе, разве это не лучшее место для засады? Там есть трехтысячная гвардия и их семьи. Если сражаться там, Достопочтенная Мэй непременно будет сдерживаться, так что это была бы отличная возможность для нас! Но ведь я предпочёл отказаться от этого, я не напал на вас, это и есть моё великодушие!

Цзюнь Мосе сделал шаг вперёд:

- Цзы Цзин Хун, я немного тронут тем, что вы не атаковали нас на Тяньгуан; хотя, как мы знаем, убивать перед могилами старших является запретом в мире людей, я всё же должен сказать тебе спасибо. Однако, Цзы Цзин Хун, имей в виду, что враг остается врагом, и ничего не изменить! То, что ты не атаковал нас на Тяньгуан, лишь доказывает, что ты не лишён таких качеств, как совесть и человечность, но это не значит, что ты действительно будешь милостив сегодня! – он холодно улыбнулся и продолжил.

- Цзы Цзин Хун, спроси себя сам, сможешь ли ты здесь и сейчас вот так просто отпустить нас? Раз уж все маски давно сорваны, к чему эти игры, всем всё давно понятно!

Лицо Цзы Цзин Хуна вмиг изменилось, и он серьёзно уставился на Мосе:

- Цзюнь Мосе, я, безусловно, глубоко уважаю твоего отца, но это вовсе не означает, что я буду терпеть твою наглость! Твоё положение не слишком высоко, чтобы вот так со мной разговаривать!

- Могу сказать то же самое! – Цзюнь Мосе самодовольно улыбнулся. – На самом деле мне действительно плевать на твои слова, но ты поднялся на гору, чтобы поклониться моему отцу и оставил в помощь воинам 10 000 серебряных… Достаточно лишь посмотреть на тебя и можно сразу понять, насколько ты грязный мерзавец, но всё же в тебе ещё осталась хоть капля чести и совести… лишь по этой причине я всё ещё тебя слушаю. Как я могу вот так с тобой разговаривать, хах? Скажу проще. Все вы, три священные земли, в моих глазах и гроша не стоите! И кстати, Цзы Цзин Хун, ты должен кое-что понять… – Цзюнь Мосе вытянул палец и, улыбаясь, как бы строго помахал им. – Говоря об Иллюзорном Океане Крови, ты – лишь третий в роду, но не родоначальник! Поэтому в будущем говори «третий господин», а то это может вызвать недоразумение. Ох, да, я сегодня в ударе! Говорю тебе всё это, чтобы тебя вдруг не убили из-за этих слов. Я же молодец, верно? Почему ты ещё не поблагодарил меня, пердун старый?

Цзы Цзин Хун весь покраснел, а глаза его будто вспыхнули! Сарказм слов Цзюнь Мосе действительно был чересчур острым!

- Безобразие! Цзюнь Мосе, что ты вообще за человек? Да как ты посмел так разговаривать с родоначальником Цзы? Не думай, что за твоей спиной есть поддержка! Давай же поскорее признай свою ошибку и преклони голову перед родоначальником! Мы можем пощадить твою маленькую жизнь или же отправить тебя в мир иной, к твоему отцу! – сказал один худощавый лысый мужчина, голос его был звонкий, а лицо покрыто синяками. Это был тот самый докладчик, что не угодил Цзы Цзин Хуну в тот день.

А говоря эти слова, он со злобой уставился на Цзюнь Мосе. У него будто разыгрался аппетит, его взгляд перемещался от Мосе к Сюэ Янь, и он бессознательно облизывал свои губы…

Когда он закончил, он повернулся и поклонился Цзы Цзин Хуну:

- Третий господин, беру на себя смелость обратиться к вам с просьбой. Надеюсь получить ваше одобрение.

- Гоу Бухай, что у тебя за просьба? Говори, я слушаю, – Цзы Цзин Хун нахмурился, Гоу Бухай был явно ему не по душе. Пусть он относился к Мосе неприязненно, даже враждебно, но использовать в качестве предлога такого непревзойдённого героя, как Цзюнь Ву Хи, было слишком оскорбительно! Когда Цзы Цзин Хун увидел этот тонкий красный язык, его даже начало подташнивать…

- Третий господин знает о пристрастии своего подчиненного… кхе-кхе, я о моей любви «вкусно» поесть. Если позднее Достопочтенная Мэй будет убита нами, то ядро Суань… нет, я, естественно, не смею о нём даже и думать, но вот её тело… Третий господин, передайте его мне. Эта прекрасная кожа и мясо, должно быть, очень вкусные…

Гоу Бухай был действительно серьёзен. Все присутствующие были просто шокированы таким заявлением.

Цзы Цзин Хуну вдруг стало не по себе, его чуть не вырвало; но обдумав всё ещё раз, он понял, насколько это хороший шанс сразиться с Достопочтенной Мэй и сдержал себя:

- Хорошо, если ты действительно сможешь одолеть Мэй Сюэ Янь и при этом останешься в живых, тогда забирай себе её тело и делай с ним всё, что пожелаешь. Мерзкое животное, тебе точно ещё за это воздастся!

Хотя оба говорили вполголоса, все смогли ясно расслышать сказанное. Изначально Мэй Сюэ Янь не понимала, о чём идет речь, но увидев, как Гоу Бухай начал пускать слюни, она вдруг побледнела. Хотя Мэй Сюэ Янь была рождена зверем Суань, она всегда соблюдала моральную чистоту и питалась лишь травами. Есть человеческое мясо для неё – просто дикость. Теперь же, услышав слова Цзы Цзин Хуна, Сюэ Янь пришла в бешенство! Цзюнь Мосе тоже кипел от злости...

- Твою мать, три негра на перекрёстке! Тьфу, всё равно не поймёте… Короче, откуда вообще вылез этот х*й? – Цзюнь Мосе посмотрел на Гоу Бухая и ужаснулся. - Кто-то, по всей видимости, забыл затянуть потуже резинку от трусов, раз ты вдруг появился тут! Только посмотри на свою лысую голову… Или лучше сказать «головку»? Блин, что ты за у**ище? На верхушке ещё и отверстие имеется… всё как должно быть, только яиц не хватает…

Гоу Бухай опешил, он не понял всех ругательств, что были сказаны Цзюнь Мосе. Немного поразмыслив, до него всё же дошло; люди, стоящие позади, не смогли сдержаться и рассмеялись в голос.

Необходимо отметить, что метафора Цзюнь Мосе слишком соответствовала действительности. Гоу Бухай был тощим, а голова у него круглая и блестящая, на ней не было ни единого волоска. Вокруг его ушей хоть и была «растительность», но её качество – так себе, к тому же отчасти она кучерявая…

Люди из двух священных земель уже давно были знакомы с Гоу Бухаем, но они никогда не замечали ничего подобного. Но сегодня, после слов Цзюнь Мосе, кроме Мэй Сюэ Янь тут присутствовали лишь мужчины. Все вдруг нашли поразительное сходство со сказанным ранее. Многие, попытавшись сдержаться, в конце концов, раскашлялись и разразились хохотом.

Лишь одна Мэй Сюэ Янь подозрительно посмотрела сначала на Цзюнь Мосе, а потом перевела свой взгляд на ржущую толпу мастеров. Она не имела никакого понятия, о чём идет речь и почему все смеются…

Гоу Бухай весь раскраснелся, вытаращил глаза и заорал:

- Цзюнь Мосе! Как ты смеешь так меня оскорблять?

- Оскорблять тебя? Да когда это я тебя оскорбил? Ты действительно странный! – Цзюнь Мосе сделал удивлённую гримасу и почесал голову. Казалось, он и правда понятия не имеет, в чём дело:

- Так как говоришь, я тебя оскорбил?! Тем, что я сказал, на что ты похож?

Гоу Бухай просто взбесился от злости, из его ноздрей уже было начал валить пар, он закричал:

- Ты ещё осмеливаешься отрицать, что оскорбил меня? Здесь ведь столько свидетелей! Цзюнь Мосе, ты…ты, ты бесстыжий засранец! Не жди от меня пощады!

- Ничего не понимаю... Я в замешательстве... – Цзюнь Мосе выглядел невинно и озадаченно. - Разве для убийства не нужна веская причина? Даже необоснованное обвинение имеет своё начало. Так нагло говорить мне в лицо, что я оскорбил тебя? Ты и правда, ненормальный! Я видел много людей, что искали себе неприятности или даже смерть, но чтобы оскорбления… такое я вижу впервые!

- Что за вздор ты несёшь! Ты только что обозвал меня… – Гоу Бухай начал орать, но тут же смолк, ему стало неловко…

- И что это за обзывательство такое? Как я тебя обозвал? Уму непостижимо! – Цзюнь Мосе выглядел озадаченно. - Пожалуйста, скажи уже нормально, а то ничего не понятно, хорошо? А то и правда, нарвешься на оскорбление… балда…

- Я убью тебя! А-А-А-А-А… – Гоу Бухай заорал и со свирепым видом бросился вперёд. Он был очень зол и почти уже атаковал этого отвратительного паренька. Но Гоу Бухай снова выглядел жалко, в конце концов, он проклинал уже сам себя…

Вдобавок ко всему, толпа людей позади не прекращала смеяться, началась большая неразбериха…

Кто здесь ещё не понял, о каком обзывательстве идёт речь?!

Хотя Гоу Бухай ладил с людьми не очень хорошо, однако это не вызывало огромных проблем. Но после того дня, когда он сделал свой доклад, все стали смотреть на него, как на падальщика; никто даже не ходил вместе с ним во время приемов пищи. С ним обходились по-особенному: он ел в одиночестве! Пока все остальные кушали в обеденном зале, Гоу Бухай держал свою еду в руках, сидя в отдельной комнате…

Глава 605. Этот отпечаток и правда к месту!

Если Гоу Бухай входил в общую столовую – возникал дружный протест. Этот парень в течение последних нескольких дней неоднократно был избит, так что настроение у него было подавленное, более того, он не понимал, чем мог вызвать такое недовольство…

- Я ведь тоже не ел человеческую плоть, пока не попал в безвыходную ситуацию, не так ли? Я что, должен был умереть от голода? Да и вообще… Я считаю, что у человечины есть своя изюминка, это очень вкусно… Скажите мне, кто откажется от вкусной пищи? Чёрт возьми, редька… да любые овощи! О вкусах вообще не спорят! Вы, что, следите за предпочтениями каждого?..

Цзюнь Мосе всё ещё оправдывался:

- Я и правда не оскорблял тебя… Я сказал лишь правду… Если не веришь мне, то иди и посмотрись в зеркало повнимательнее… И правда похож… Ты не заметил, но я уже тут почти расстегнул штаны, чтобы узнать, все ли у меня там на месте? Если моё достоинство вдруг вот так выскочило из штанов и начало речи толкать, то мне было бы ой как стыдно, но, слава богу, это не моё добро…

Гоу Бухай закричал, он был просто в бешенстве, которое он был уже не в силах контролировать. Тонкие волосы на его голове встали дыбом, будто бы тоже взбесились не на шутку…

Действительно очень впечатляющий образ!

Гоу Бухай погнался за Мосе. Он был похож на огромную обезьяну, а Цзюнь Мосе, будучи в затруднительном положении, спасался бегством, и, повернув голову, вдруг выразил сильное изумление:

- Ух ты… С этими взъерошенными волосами ты стал ещё больше похож на него. Никогда бы не подумал, что такое вообще возможно!

В этот момент Гоу Бухай вообще обезумел, он чувствовал, будто его лёгкие вот-вот разорвутся на части, с диким рёвом и криками, будто безумный шквал ветра, Гоу Бухай преследовал Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе в панике закричал, его тело сверкнуло и внезапно исчезло.

Гоу Бухай свирепым взглядом оглядывал всё вокруг. Будучи высшим мастером, он начал атаковать всё подряд, снег и земля летали в воздухе. Его сила была пугающей…

В этот момент макушка его головы ощутила сильную боль, он побледнел от страха и резко прыгнул вперёд. Повернув голову, Гоу Бухай обнаружил, что Цзюнь Мосе всё время был за его спиной. Тем временем Мосе, увидев взгляд Гоу Бухая, крикнул «Мамочки!» и ринулся бежать дальше. Гоу Бухай никак не мог понять, как упустил его из виду, и продолжил преследовать своего врага. В конце концов, оба вернулись на свои прежние позиции…

Цзюнь Мосе вдруг перестал убегать и остановился прямо перед Гоу Бухаем. Это немного шокировало и одновременно обрадовало его, ведь этот паренёк сам движется в лапы смерти. Потерев ладошки, он злобно улыбнулся и вытащил своё оружие.

В этот момент его ступни вдруг размякли, казалось, что он попал в опасную ловушку. Неожиданно его тело повисло в воздухе, а ноги оторвались от земли. Цзюнь Мосе уже был тут как тут, он начал пинать Гоу Бухая по суставам его голеней…

Гоу Бухай закричал и, будучи в неподвижном состоянии, так и свалился на землю плашмя. Его прежний пыл полностью иссяк. Поверхность земли была необычайно скользкой, поэтому, когда он попытался сесть, он слова шлёпнулся…

- Ха-ха-ха-ха! – внезапно один парень не выдержал и так сильно рассмеялся, что его на слезу пробило. Одной рукой он придерживал живот, а второй указывал прямо на Гоу Бухая, который напоминал расстелившуюся корову на льду…

Остальные тоже не смогли сдержать свой смех. Среди них были и те, кто ранее совсем не ладил с Гоу Бухаем, они сидели на корточках и похлопывали землю руками, тела их дёргались в конвульсиях, от манер высших мастеров не осталось ни следа…

Даже Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн разразились смехом так, что их тела дёргались, будто в конвульсиях. Совсем не похоже на их величественность и солидность…

А всё потому, что это действительно забавно!

Только и видно, как Гоу Бухай приклеился к скользкой земле и усердно пытался поднять хотя бы голову. Тонкие, пушистые волосы вокруг его лысой головы аккуратно развивались из стороны в сторону. И было неизвестно, откуда посреди его макушки вдруг образовался красный отпечаток в виде пальца руки…

Голова у него очень белая, поэтому этот отпечаток сильно бросался в глаза, будто родимое пятно. Толпа, вспомнив сравнение Цзюнь Мосе, разразилась ещё большим смехом: теперь это стало выглядеть еще правдоподобнее…

Оказалось, что Цзюнь Мосе не сразу заметил, что успел оставить такой штамп на голове Гоу Бухая… да и местоположение оказалось очень удачным… Этот отпечаток был и правда к месту!

Цзюнь Мосе увидев такое, сам был удивлён не меньше остальных!

Вот это неожиданность!

Небеса могут засвидетельствовать, Цзюнь Мосе сделал это ненамеренно… Он лишь хотел использовать побольше силы и одним пальцем прикончить этого парня, но кто бы знал, что эта мразь почует неладное и успеет улизнуть… У молодого мастера Цзюнь просто не хватило времени закончить начатое, он лишь успел оставить четкий красный опечаток своего пальца.

Если бы он оставил такую отметину на голове другого человека, никто бы даже не обратил внимания, ведь у большинства присутствующих имеются волосы! Но на лысой голове Гоу Бухая это выглядело двусмысленно, ведь имелась своеобразная ассоциация…

Смех сотрясал весь воздух. Если бы кто-то посмотрел на картину со стороны, то никогда бы и не подумал, что здесь случится кровопролитная бойня не на жизнь, а на смерть. Наоборот, это выглядело как дружеская встреча, все так смеялись… будто смотрели интересное и впечатляющее шоу!

Всё ещё не зная, что же произошло, Гоу Бухай сильно раскраснелся и поднялся. Он полагал, что все смеются из-за его падения и, продолжая наливаться краской, завопил:

- Над чем вы смеётесь? Успех и поражение – это обычные явления для воина! Я ещё не проиграл! А лишь упал по неосторожности… Цзюнь Мосе! Есть ли у тебя смелость сразиться со мной еще раз? – сказав это, он по привычке облизнулся, вытащив свой острый противный язык…

Смех вокруг него становился всё громче: все с большим интересом смотрели на эту лысую голову. Несколько человек расставили свои ноги, бросали взгляды в область своей промежности и закатывались со смеху ещё сильнее…

Издалека очень быстро приближалась еще одна фигура, она была уже в нескольких десятках футов, её привлек этот смех…

Этот человек был одет во всё белое, как снег. Двигался он странно, вспышками, не оставляя следов. Но, судя по скорости, это едва ли техника Цзюнь Мосе «инь и ян», техника исполнения довольно странная, он появлялся и исчезал мгновенно, вот он был слева, а вот уже справа - просто неуловимо. У этой техники явно есть что-то общее со способностями Цзюнь Мосе…

Лицо его было покрыто белой вуалью, его невозможно было хорошо разглядеть, но на вид ему было около сорока-пятидесяти лет….

Услышав внезапный смех, этот человек быстро повернулся и, оставаясь в воздухе, внезапно исчез. В следующую секунду он уже был на десять футов ближе и спрятался позади огромного камня.

Это больше выглядело, как прилипший кусок снега. Мастера трёх священных земель вместе со своими подчинёнными даже не обратили никакого внимания, никто из них не смог почувствовать присутствия стороннего наблюдателя…

Хотя люди из трёх священных земель ни о чём не догадывались, два человека всё же были удивлены присутствием третьего лица: Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь!

После того, как два великих мастера и их люди окружили их, Цзюнь Мосе сразу же привёл в действие силы Пагоды Хунцзюнь. Что это значит? Можно сказать, что это широко раскинутое озеро, и нет места, куда бы его вода не просачивалась. Неважно, человек упал или хлопья снега, да пусть хоть даже таракан пробежит… всё будет замечено сразу же.

Это уже выходит за рамки человеческих возможностей.

Что касается Мэй Сюэ Янь, то её сила находится на достопочтенном уровне, у неё очень обострённые чувства восприятия. К тому же перед ней находится враг, так что она полностью во всеоружии. Даже если этот человек обладает прекрасными способностями лёгкого передвижения, его сила Суань всё равно не так высока, как у Сюэ Янь, так что ему от неё не скрыться.

Обнаружив этого человека, Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе переглянулись и стали использовать свой секретный язык для общения.

- Кто-то приближается! И сила у него достаточно высока, даже не знаю, враг он или друг? – сказал Цзюнь Мосе.

- Его сила действительно хороша, а техника передвижения просто на высоте, но не лучше, чем у нас. Сейчас он явно занял выжидательную позицию и никак не проявляет себя, цель его прихода не ясна, пока трудно что-либо сказать. Возможно, это засада трёх священных земель… – Мэй Сюэ Янь очень серьёзно всё обдумывала.

- Я так не думаю! Если это их засада, то почему пришёл лишь один человек, к тому же так скрытно и неуловимо. По-видимому, это… это очень интересно… – глаза Цзюнь Мосе засверкали, и он загадочно улыбнулся.

- Выходит, что... даже если это не друг, то это может быть и не враг? – глаза Мэй Сюэ Янь загорелись.

- Будем действовать по обстоятельствам... Этот человек не слаб, и техника передвижения у него превосходна. В критический момент, нужно просто втянуть его во всё… надо иметь в виду, что в мире существует такая сила… но не выдавать его существование… – Цзюнь Мосе улыбнулся, Мэй Сюэ Янь поняла его с полувзгляда.

Вдали за камнем показалась голова человека, он продолжал смотреть, глаза его были выпучены из-под вуали, а рот открыт…

Затем он осторожно отодвинул голову назад, на его лбу появился толстый слой холодного пота... казалось, что он ушёл в свои мысли, либо у него закружилась голова...

"Охренеть! Кто бы мог подумать, ведь это люди из трёх священных земель! К тому же так много…

Чёрт побери! Неужели они и здесь устроили мне засаду? В конце концов, что я такого сделал, что парни из Золотого Города постоянно рьяно ищут меня? И каждый раз всё заканчивается бойней… Что же это за лютая вражда? Будто я убил их отцов и изнасиловал их матерей…

Что, вашу мать, происходит? Кто, чёрт возьми, придёт и объяснит мне всё? Я ведь спрятался в такой глуши… Это ведь шутка, да? "

Глава 606. Печальный, несправедливо обвинённый великий мастер

«Пусть даже я умру, я должен знать почему, в конце концов? Ни с того ни с сего вытягивать людей, чтобы они то и дело умирали, каждый день — это потрясение… Находясь в отчаянии, я свалил в такую снежную погоду в это захолустье… Кто бы мог подумать, что здесь можно встретить так много…

Легко!

Я, в конце концов, кого заманивал… Здесь вдруг не только Великий Золотой Город и Иллюзорный Океан Крови… а ещё так много… Каким образом здесь ещё минимум сорок человек? В таком случае… Командир, не иначе как Цзы Цзин Хун?!»

В эту минуту человек в белом начал сыпать проклятья:

«Твою мать! Это слишком!»

«Выступить против больше сорока людей, к тому же самый низший из которых имеет уровень великого мастера, а ещё много величайших мастеров… Пусть даже я убью великих, но не смогу справиться с таким количеством людей, как назвать такую ситуацию? Неужели все эти мастера богачи? Раскидываются деньгами…

Нужно спасаться бегством, даже беря в расчёт встреченных тогда… Если бы не моё умение сбегать, боюсь, я бы уже давно кормил червей в земле…»

Сердце бешено колотилось, но он не осмеливался высунуть лицо, вплоть до того, что не осмеливался дышать полной грудью, он был крайне расстроен, что даже думал дать себе несколько пощечин:

«Чу Цихун, Чу Цихун! А ещё считается, что ты – король убийц! Люди, которые видели весь мир, похожи на любопытных детей…

Люди любят то смеяться, то плакать, что касается тебя – ерунда! Ты пришёл посмотреть – хорошо! Теперь радуйся! Как говорится, легко прийти, трудно уйти. Ты сам так решил…»

Сейчас он приник к земле, а не летает в воздухе, только немного шевелится, чтобы люди внизу не смогли его заметить. Все веселились, ничего не замечая. Смех прекратился, потом возобновился снова. Если он пошевелится, люди сразу его заметят.

Ну а после того, как его заметят…

Он почувствовал во рту резкий и терпкий вкус. Так много мастеров возьмут его в плотное кольцо, увеличив свою силу вдвое, но это не поможет делу, он легко поглотит их живьём!

Человек в белом – это несправедливо обвинённый король убийц, Великий убийца, Чу Цихун…

Блестящая репутация!

Это как в той поговорке: брат, несмотря на то, что брата нет на свете. Но по свету по-прежнему ходят слухи о его репутации… Всего несколько человек знают, репутация великого убийцы — это ложные обвинения посторонних лиц. Можно сказать, что он – оклеветанный великий мастер. Или даже оклеветанный почтенный мастер…

Все дела, которые за последнее время были сделаны злым монархом Цзюнь Мосе, нельзя раскрыть, всё было сделано под именем Чу Цихуна! Вне зависимости от того, есть причина или нет причины, всегда за всё отдувается Чу Цихун…

В условиях неосведомлённости, отдуваясь за чужую вину, достичь такого уровня… Чу Цихун является первым человеком во все времена…

Он взвалил на себя эту клевету, не имея возможности объясниться…

Кто будет слушать объяснения великого убийцы? Умственно отсталый? Даже безмозглый и имеющий плесень в голове скажет, что это глупо!

Поэтому, можно сказать, Чу Цихуну не повезло прибыть в свои родные края! Сделав прорыв после многолетнего затворничества, он радовался его окончанию, стремясь вновь в мир людей. Он решил подготовить хорошую вечеринку в честь своего прорыва, получить положенное уважение и вложить во всё истинный смысл, снова вернуть себе репутацию, а затем посмотреть, есть ли шанс найти нескольких мастеров и обменяться опытом…

Нужно сказать, что «великому убийце» сопутствовала удача, потому что он быстро мог реализовать свои надежды, хотя и несколько иным способом...

Например, он вышел бы с намерением что-то сделать, потерпел неудачу, потому что его репутации необходимо было повыситься, а потом одержал победу! Потом под именем величайшего мастера достиг бы своих целей и ещё больших побед!

Но это ещё не всё, потому что у него есть и другие желания, которые ему можно не осуществлять самостоятельно, так как очень быстро найдутся другие мастера для обмена опытом. Такой обмен опытом, трудности и неприятности тоже добавляют опыта, но такая концентрация «обмена опытом» заставляла великого убийцу издавать бесконечные жалобы… Конечно, это всё хороший повод, но великий убийца вообще ничего не знал.

Чу Цихун даже не мог представить, что он выйдет за пределы этих мест и сразу же привлечёт внимание. Неожиданно перед ним появились несколько великих мастеров. Чу Цихун обратился в бегство, полагая, что дело на этом и кончится, будет какой-то ущерб – ну и пусть будет, действовать в одиночку слишком опасно…

Но это был не конец, а только начало дурного сна! Потому что для обмена опытом они уже не сражались с ним в одиночку, а закидывали толпами воинов! И Чу Цихун почувствовал, что это неправильно. Что это такое, в конце концов?

Вначале он смог использовать прорыв, который только что сделал, чтобы почувствовать себя немного вдохновлённо. Он чувствовал себя всё более и более опытным... но когда высших мастеров стало не два, а четыре… Чу Цихун просто сбежал, потом образовалось кольцо из восьми человек! Тогда это было слишком много, это должно быть жестоко: выше высшего и более одного!

«О, Небо и Земля! Как горька моя жизнь! Кого я вызвал!

Твою мать! Выкапывать могилу в Великом Золотом Городе!»

Чу Цихун целиком и полностью посчитав свои преступления, крайне недоумевал:

«Где я разгневал предков? Что вы привязались?»

В это время Гоу Бухай, тяжело дыша, наконец-то понял, почему все смеются… Повернувшись назад, трясясь, он указал пальцем на Цзюнь Мосе, и ступая, словно утка, начал кричать:

- Цзюнь Мосе, ты – гнусная сволочь! Я и ты никогда не уживёмся на одной планете!

Цзюнь Мосе скривил рот:

- Несомненно, не уживёмся! Как ты стоишь? Ты думаешь, ты всё ещё стоишь на моей шее? Тебе до неё слишком далеко. И ни в коем случае не чувствуй себя прекрасно, потому что ты – лишь средство, которое отправляют по определённому назначению. Даже если у тебя есть сердце, люди относятся к тебе снисходительно… Люди не могут этого сделать, даже если это против закона... Я боюсь, что это не сработает, ты слишком придерживаешься принципа управления силой и страхом.

Гоу Бухай дышал, разинув рот. Он долго не мог вымолвить ни слова, свесив наружу свой длинный язык. Ярко-красный, он болтался во рту… он с трудом дышал.

Цзы Цзин Хун громко закашлял и сурово посмотрел на толпу. Смысл его взгляда был понятен: Никто не должен смеяться!

Но все с трудом сдерживали хохот. Несколько человек стояли со странным выражением лица, усилием воли заставляя себя не смеяться, но в конце концов не выдержали и захохотали. Руками зажимали рты, но Цзы Цзин Хун смотрел холодным суровым взглядом…

Эти несколько человек поспешно сделали серьёзное выражение лица, тая в сердце скрытое чувство недовольства: Что ты смотришь? Ты и правда такой серьёзный? Только что ты также с удовольствием смеялся! Вседозволенность начальников и бесправие народа… Что за двойные стандарты? Сам не смеёшься и другим нельзя, строгий бюрократизм…

Повернувшись к Цзюнь Мосе, Цзы Цзин Хун без тени смеха сказал:

- Мы – обоюдно враждующие стороны, но мой личный состав разве не старше тебя? Ты подобным образом всячески третируешь и оскорбляешь нас, это слишком далеко заходит! К тому же Гоу Бухай старше тебя по возрасту!

- Переборщил? Старшее поколение? – Цзюнь Мосе широко раскрыл рот. - Говоря так, говори чётко, кто именно переборщил? Он ещё и по возрасту старше? Старшее поколение так неожиданно рвётся меня избить – разве это поведение старшего по возрасту? Неужели я не могу дать ему ответный удар? Цзы Цзин Хун, по-твоему, я должен был послушно стоять и позволять твоему подчинённому меня прибить?

- Цзюнь Мосе, ты прекрасно знаешь, что я не это имел в виду! Ты, как всегда, искажаешь истину! – Цзы Цзин Хун разгневался. - С этим парнем бессмысленно спорить, он слишком острый на язык!

- Я не выдаю чёрное за белое! Разве то, что я говорю, не является правдой? В этом, в конце концов, смысл твоих слов? В крайнем случае, говоришь, что я изворачиваюсь, чтобы спасти свою жизнь… Ты действительно считаешь, что я мог его избить? – Цзюнь Мосе за словом в карман не полезет. - Ты позволил мне, человеку, не достигшему двадцати лет, сражаться со столетним старым монстром, и ещё говоришь, что это слишком? Цзы Цзин Хун, как ты можешь так говорить! Я действительно очень разочарован в тебе! Неужели этот бесстыдник не имеет равных в поднебесной?

Цзы Цзин Хун едва не лопнул от гнева и закричал:

- Он, подняв на тебя руку, несомненно допустил промах, но ты третировал и унижал его, заставил стать посмешищем! Как это понимать, по-твоему?

- Как я унизил его? – вскочил Цзюнь Мосе, взбешенный от гнева. – Кто кого ещё унижал? Цзы Цзин Хун! Объясни мне это! Я всего лишь говорю правду, неужели ты не признаешь этого? Действительно унижал его… Спроси его родителей! Это они его вырастили! Как он может обвинять меня? Неужели ты думаешь, что я не прав? – он фыркнул, перевёл дыхание и продолжил, - твою мать! Если бы у меня был такой ребенок, я не позволил бы ему выйти на люди, чтобы не позориться! У него мозгов, как у черепашки! Когда он говорит, он умственные способности у всего района снижает! Даже если он будет участвовать в Битве за захват небес, эти чужаки так загордятся, увидев его, потому что по сравнению с ним чужаки просто красавцы и не закомплексованы. То, что он так выглядит, это не его вина. Его вина в том, что он выходит и рисуется! Разве то, что я говорю, не имеет здравого смысла?

Глава 607. Тактика колеса или бой на измор!

Цзы Цзин Хун разъярённо закричал:

- В бой! Ребята, прикончите его!

Он понимал, что продолжать этот спор бессмысленно, он никогда не сможет переспорить этого паршивца, и ещё из-за него можно выйти из себя, разъяриться до такой степени, что можно даже умереть… А это уж совсем было бы обидно…

Вслед за приказом Цзы Цзин Хуна, тридцать человек Иллюзорного Океана крови и тринадцать человек Великого Золотого Города одновременно ринулись в бой!

Командующий отряда Великого Золотого Города Сяо Вей Чэн от начала и до конца не проронил ни одного слова, за исключением приветствия; даже когда все остальные смеялись, он молчал и, со взглядом, полным ненависти и злобы, смотрел на Мэй Сюэ Янь.

Такое поведение Сяо Вей Чэна было вполне объяснимо: именно из-за этой женщины пятнадцать его хороших братьев были мертвы! Ещё двое жестоко убиты! Тогда, из-за своей трусости, он не сумел ничего сделать и дал Мэй Сюэ Янь и её любовнику спокойно уйти, как ни в чём не бывало!

Это самый большой позор за всю жизнь для Сяо Вей Чэна!

Унижение, от которого трудно избавиться!

Если не убить Мэй Сюэ Янь, то этот позор всю жизнь будет преследовать Сяо Вей Чэна!

Он, как никто другой, хорошо понимал это!

Поэтому он не разговаривал, чтобы подкопить энергию и силы, и в подходящий момент нанести мощный удар!

Удар, после которого Мэй Сюэ Янь уже не очнётся!

В этот момент кольцо окружения уже сомкнулось. Если бы у Мэй Сюэ Янь появились крылья, то ей бы всё равно было трудно выбраться из такого кольца! Сейчас на очереди Мэй Сюэ Янь, а следующим будет Чу Цихун… неизвестно, предали публичной казни эту дрянь или ещё нет…

С тех пор, как он сам распустил эти сплетни, прошло уже полмесяца. Говорят, что те, кто с ним раньше встречался, он их всех обратил в бегство…

Эта новость одновременно заставила Сяо Вей Чэна разозлиться и обрести надежду!

Он надеялся, что Чу Цихун останется в живых немного подольше, и у него получится собственными руками направить его на верную дорогу, а это будет одна из самых приятных вещей!

- Цзюнь Мосе! Ах ты, малолетний ублюдок! Ты разыграть меня решил сволочь?! На тот свет меня отправить хочешь, тварь?! – с яростным рёвом, подобным раскату грома, и полным зверской ненависти лицом, Гоу Бухай бросился на Цзюнь Мосе! Пусть даже и знал, что за Цзюнь Мосе стоит Великий Учитель, которого он никогда бы в жизни не посмел тронуть пальцем! Настолько его ненависть была велика!

Его во что бы то ни стало надо убить!

Потому что именно по милости этого поганца, самоуважение и авторитет уже почти полностью утеряны! Из-за него три мудреца стали объектом для насмешек!

Наработанная долгими годами репутация в одночасье рухнула!

Но на самом деле в этой ситуации себя тоже нужно винить...

Если бы я не сказал, что хочу сожрать Мэй Сюэ Янь, то Цзюнь Мосе не стал бы так жестоко издеваться! Да, теперь уж какая разница, что послужило причиной этого всего!

Вспыхнула ожесточённая схватка, Мэй Сюэ Янь в одно мгновение вытащила меч и бросилась с встречным ударом!

При ударе с четырёх сторон, только лишь энергичный и умелый удар сможет снизить давление с остальных трёх сторон!

Боевой опыт Мэй Сюэ Янь очень богат, однако даже опытному бойцу очень трудно быстро разработать план сражения!

Цзюнь Мосе тоже было хотел последовать вперёд, за Мэй Сюэ Янь, но оказалось, что его тело двигалось не вперёд, а наоборот, назад! Гоу Бухай выпрямил свою лысую голову, и его внешность приняла звериный облик, вены на шее резко надулись, он стал похож на огромную черепаху, и он, что есть сил, бросился вперёд!

В каждой руке он держал по какому-то причудливому оружию, это был не меч и не нож… что-то похожее на шипы или стрекала. Точнее сказать, это оружие было похоже на крюки!

Крюки Гоу Бухая!

Цзюнь Мосе, как плавающая рыба, скользнул в сторону, и при этом не забыл снова подшутить над Гоу Бухаем:

- Гоу Бухай, ты, действительно, оправдываешь свою фамилию! (у иероглифа «Гоу» есть значение – гнуться, искривляться; крюк; также чтение этого иероглифа созвучно с чтением слова «собака») Язык у тебя постоянно наружу висит, как у собаки, а на голове одни канавы! У тебя ещё и оружие – это крюки… я просто преклоняюсь перед тобой, в нашем человеческом мире таких чудаков, как ты, ещё стоит поискать…

Гоу Бухай ничего не ответил Цзюнь Мосе, а только свирепо, тремя пальцами, метнул крюк прямо в него; Цзюнь Мосе вскрикнул. Он не успел уклониться, и его правая рука оказалась сцеплена крюком. Гоу Бухай радостно закричал:

- Сдохни, чёртов ублюдок!

В тот момент, когда все силы были обнажены, вдруг выяснилось, что эти крюки схватили не что иное, как просто воздух. Его ноги стали ватными; Гоу Бухай, хотя сам не понимал, что происходит, но всё равно на всякий случай насторожился. Он покинул прежнее место и продолжил преследовать Цзюнь Мосе. Тот был в затруднительном положении и бросился бежать, и они, как по волшебству, скрылись за большим каменным валуном…

Мэй Сюэ Янь со своим длинным мечом была подобна ветру, изменчива и быстра; она уже дала отпор шестерым великим мастерам! Сейчас ситуация на поле битвы была довольно спокойной, остальная часть людей просто наблюдала в стороне, и ждала нужного момента, чтобы тоже подключиться к сражению!

Цзы Цзин Хун не хотел, чтобы его люди пострадали или погибли, он понимал, конечно, что это маловероятно, но всё же он хотел уменьшить любые потери и поэтому решил, что распределит бойцов на семь групп. Людей Иллюзорного Океана крови - на пять групп, людей Великого Золотого Города – тринадцать человек – на две группы; каждая группа наносит несколько ударов, вне зависимости от исхода, после этого её сменяет другая группа и так по кругу.

Бойцы, которые временно не участвуют в сражении, восстанавливают свои силы и находятся настороже, чтобы в любой момент вернуться в бой или остановить Мэй Сюэ Янь, когда она будет спасаться бегством!

Это лучший способ справиться с Мэй Сюэ Янь!

Измучить её!

Надо только не дать ей уйти! Нас, всех вместе взятых, сорок три великих мастера, а ты одна! Каков бы твой Суань ни был, придёт время, и даже он иссякнет! Мы будем изводить тебя, если понадобится, даже до следующего года! Среди нас – два великих мудреца, мы в любой момент можем подменить друг друга и отдохнуть, а у тебя никого нет!

- Не надо лезть на рожон! Внимание, все! Просто не давайте ей остановиться! Но в первую очередь заботьтесь о личной безопасности! – Цзы Цзин Хун громко отдал приказ с суровым лицом.

Отдавая приказ, он не посмотрел на Сяо Вей Чэна, хотя этот приказ был сказан именно для него! Последнее время идея мести Сяо Вей Чэна стала главным яблоком раздора союзных войск!

Если Сяо Вей Чэн, в самом деле, несмотря ни на что, будет сражаться до последнего, то Мэй Сюэ Янь, несомненно, может получить травму, а это за собой может повлечь её коронный удар, зона поражения которого очень огромная. Если такая ситуация всё-таки произойдет, даже раненая Мэй Сюэ Янь может воспользоваться этим моментом и пуститься в бегство…

Поэтому уж лучше варить лягушку в тёплой воде и медленно мучить!

Во всяком случае, у меня терпения хоть отбавляй! Цзы Цзин Хун был очень доволен собственной стратегией!

Однако в то же время принять эту стратегию поспособствовала ситуация, которая случилась с Неуловимым Миром бессмертных! Двадцать девять великих мастеров Неуловимого Мира Бессмертных были безжалостно убиты Мэй Сюэ Янь! Этот факт очень потряс Цзы Цзин Хуна!

Но наибольшее потрясение произошло сейчас! Цзы Цзин Хун обнаружил, что у Мэй Сюэ Янь не было и следа какого-нибудь ранения или травмы! Это просто невероятно!

Поэтому Цзы Цзин Хун не стремился достигнуть результата! На случай если Мэй Сюэ Янь уже достигла такого неустойчивого положения. Эти люди ещё смогут убежать, всё-таки боевые товарищи и пришли сюда просто «обменяться опытом».

Однако при такой атаке со всех сторон, как раз и можно увидеть силу каждого человека по отдельности!

Только спустя несколько подходов, Цзы Цзин Хун смог определить, что состояние сил Мэй Сюэ Янь никак не меняется. Пока атака со всех сторон продолжается тем же ходом, интенсивность и угрожающий фактор следует увеличить в несколько раз…

Позади большого камня, расположенного на склоне горы, притаился не кто иной, как Чу Цихун.

Такой горячий бой, за всю жизнь повезло лицезреть сколько раз?! Чу Цихун наблюдал, затаив дыхание, в особенности, за похожей на небесную фею прекрасной девушкой; он был действительно потрясён. Она была окружена шестью мастерами и ничуть не уступала им!

Даже сама наносила удары, а не просто оборонялась!

Разве есть в Поднебесной ещё такая же сильная девушка, как она! К тому же ещё такая красивая от природы… Чу Цихун был очень взволнован. В одиночку противостоять трём мудрецам?! Только уже этот один факт заставил Чу Цихуна восхищаться ею…

Потому что он сам бы ни за что не осмелился!

Однако этот наёмный убийца вздохнул с облегчением:

«Спасибо, что они не мне устроили засаду здесь. До этого до смерти перепугали меня, засранцы. Но побыть безучастным зрителем тоже имеет свои плюсы: техника отработки движений, способ передвижения, искусство владения мечом, разные приёмы и методы – много полезного и нового можно найти для себя…»

Поэтому он, в конце концов, немного успокоился, хотя по-прежнему оставался настороже и сосредоточенно, в выжидательной позиции наблюдал за этим историческим боем. Чем больше смотрел, тем больше восхищался. Эта поездка оказалась совсем даже не бесполезной.

Мэй Сюэ Янь даже не поменялась в лице за всё время схватки; а люди из священных земель, и с той и с другой стороны, сменили уже три группы! Хотя эти люди довольно бойкие, но все они знали, что в руках Мэй Сюэ Янь есть волшебный меч, поэтому все с большой осторожностью вели бой, стараясь не прикасаться собственными клинками к её мечу. Шесть человек, один за другим, быстро меняясь местами, окружали Мэй Сюэ Янь снова и снова.

Мэй Сюэ Янь хотя уже раскусила планы противника, но всё ещё не торопилась сменить свою тактику. Она ждала Цзюнь Мосе. То, что он увёл Гоу Бухая, в этом непременно есть какой-то скрытый смысл…

Поэтому она терпеливо ждала возвращения Цзюнь Мосе!

Если Цзюнь Мосе не вернётся, пусть даже эти люди и заставят её уйти, она не должна уходить. Сейчас всё равно лишь начало. Силы Мэй Сюэ Янь последнее время неоднократно менялись, так что, если она захотела, то смогла бы исчезнуть, даже у всех на виду!

Вдруг тело Мэй Сюэ Янь резко сделало оборот, сила меча изменилась и стала лёгкой и пластичной, как ветер, а потом раздался свист, будто сейчас будет шторм или ураган…

Когда она управлялась с этой непостижимой силой меча, у всех сложилось впечатление, что у этого меча, внутри, переплетены странные энергии.

Этот приём так удивил людей, они просто были шокированы. До этого никто из них не видел подобного. Под влиянием этого, они все потеряли свои места и бросились врассыпную. Цзы Цзин Хун мгновенно среагировал и закричал:

- Следующая группа!

Глава 608. Убийственная техника четырех сезонов

Следующие шесть человек бросились в атаку. Вступая в схватку, они не коснулись ни одного человека из предыдущей группы, не перекинулись ни словом, ни жестом: цель каждого была отчётлива и ясна. Как только предыдущая группа наносит свой последний удар и движется назад – следующая группа уже атакует. У противника не остаётся ни шанса посеять суматоху.

Отступающая группа вернулась на исходные позиции, тяжело дыша. Потихоньку все начали приходить в себя, а пот постепенно испарялся с их лбов…

Чтобы справиться с такими великим мастером, как Мэй Сюэ Янь, нужно быть предельно внимательным и осторожным. Пусть они сейчас лишь задерживают её внимание, но, тем не менее, всё это очень опасно, потому что… Если ты хоть на секунду дашь слабину, Мэй Сюэ Янь тут же может лишить тебя жизни!

В это время волшебное, подобное ветру, фехтование Мэй Сюэ Янь, очевидно, подошло к концу. Шесть новичков, увидев её силу и навыки, хотя ещё и не до конца разобрались во всём, но более или менее владели ситуацией, поэтому могли вовремя реагировать.

Но вдруг меч Мэй Сюэ Янь поменял свой внешний облик!

Изменения были ещё более неожиданными – он стал тоньше и длиннее. Все шесть воинов вмиг ощутили зимнюю прохладу, кончики их волос стали немного влажными…

Столкнувшись с такой необычайной техникой фехтования, все шестеро ощутили себя в западне, но у каждого из них за спиной был более чем столетний боевой опыт. Пусть они и испугались, но не бросились врассыпную, каждый продолжил строго держать свою позицию. Даже в панике им удавалось повернуть самые опасные ситуации в свою сторону, необходима лишь дикая и безрассудная стратегия.

Однако техника фехтования Мэй Сюэ Янь снова изменилась!

Внезапно, подобно летней грозе, с неба начали сыпаться огромные капли дождя, и шестеро воинов ощутили себя будто в огромном океане! А с неба всё продолжал идти плотный дождь, соединяющий небо и землю…

Все шестеро лишь на секунду потеряли контроль над ситуацией, а в следующее мгновение трое получили ранения. У одного было разорвано плечо, его пронзил меч Мэй Сюэ Янь! Если бы не своевременная помощь остальных, он, скорее всего, был бы уже мёртв…

- Следующая группа! – лицо Цзы Цзин Хуна помрачнело. С самого начала Мэй Сюэ Янь сменила уже пять или шесть техник волшебного меча… Где она этому обучилась? Никогда не слышал, что в Тянь Фа таинственные звери придают такое значение оружию.

Что здесь происходит? Это действительно странно!

Группы сменились. Люди из новой группы были встревожены не на шутку...

Свежая кровь двух священных земель только что встала на позиции. Они думали, что сумели просечь все приёмы Мэй Сюэ Янь: пусть даже объяснению всё это не поддается, но сохранить жизнь мог теперь каждый. Однако не всё так просто, как кажется: меч Мэй Сюэ Янь снова поменял свой облик!

На этот раз это было подобно осеннему дождю, вдруг стало мрачно, казалось, будто с деревьев непрерывно опадали листья, а ветер выл и разносил их по небу. Мгновенно мир превратился в пустынное холодное пространство!

Изначально, новая шестерка воинов была полна решимости, выходя на бой с Мэй Сюэ Янь, но сейчас все поняли, что это совсем не то, чего они ждали, всё намного серьёзнее!

Мастера помнили об одном – маленькая оплошность вначале может привести к непоправимой ошибке. Им ни в коем случае нельзя расходиться, в противном случае это может стоить каждому жизни. Как же теперь быть? Каждый лишь мог думать о ненастье, что царило вокруг, в воздухе чувствовалась смерть. Все шестеро были в опасности!

Этот меч просто невероятен.

Если говорить лишь об одном мече, то с ним более или менее можно справиться; в конце концов, благодаря богатому опыту и физической выносливости даже простой воин небесного уровня способен выстоять атаку этого меча в руках Великого Мастера… но в руках его держала Достопочтенная Мэй! По своим способностям она намного обогнала остальных воинов, а если ко всему ещё и прибавить такое сильное оружие – тогда её врагов однозначно ждёт печальный конец!

Величайшие мастера, конечно, впечатляют своей силой, но перед лицом Достопочтенной Мэй, да ещё и с таким оружием, они ничем не отличались от сосиски. Не говоря уже о божественном мече – даже если это и всего лишь меч, сопротивляясь ему, невозможно полагаться лишь только на свои способности!

А такая изящная техника фехтования заставляла противника ещё больше трястись от страха!

Цзы Цзин Хун понял, что дела плохи и тут же заорал:

- Ещё одна группа, в бой!

Сяо Вей Чэн с криками повёл своих людей в атаку! Теперь 12 человек шаг за шагом приближались к Мэй Сюэ Янь, держа свои позиции! Однако с увеличением численности нападающих расширилось и поле боя. Чувство беспокойства Цзы Цзин Хуна становилось всё сильнее и сильнее…

Оказавшись перед совместной атакой двенадцати лучших мастеров, Мэй Сюэ Янь лишь ухмыльнулась, и, хотя сила противника увеличилась вдвое, она нисколько не испугалась этого. Вдруг будто осенний дождь непрерывно посыпались удары. Сяо Вей Чэн громко взревел, он не собирался отступать, он действительно взял на себя инициативу и бросился вперёд. Острый меч оставил на его теле две небольшие раны. Хотя они не были слишком глубокие, но из них непрерывно сочилась алая кровь.

Сяо Вей Чэн из Золотого Города, один из двух присутствующих мастеров из священных земель, чья сила входит, по крайней мере, в тройку лучших, вдруг получил ранение! При этом будучи не один, а атакуя в количестве двенадцати человек!

Это действительно поражало!

Тем не менее рана Сяо Вей Чэна тоже имела свою цену; поочерёдно нанося удары, он один смог выдержать более половины атак Мэй Сюэ Янь, тем самым уменьшив давление на остальных людей в группе. В один миг все вышли из критического положения, а кольцо окружения заметно уменьшилось в размерах!

Лицо Мэй Сюэ Янь было мрачным, оно не выражало ни печали, ни радости. Она внезапно взлетела вверх, наступив на остриё меча высшего мастера. Он же, в свою очередь, попытался воспользоваться возможностью причинить вред врагу. Тем не менее скорость этого движения была молниеносной. Прозвучал скрежет клинка, и, пройдя сквозь каналы руки, меч вошёл прямо в его сердце!

Он почувствовал, будто его ударили тяжёлым молотом миллионы раз прямо в грудь. Лицо его стало белым, как лист бумаги, он попятился назад. Кровь фонтаном хлестала из его рта, тело упало наземь.

Цзы Цзин Хун схватил раненого мастера и оттащил назад. Ситуация резко изменилась, Мэй Сюэ Янь использовала хитрые манёвры, чтобы победить своих противников. Погода резко изменилась, глубокая осень превратилась в холодную зиму! Моментом раньше выл осенний ветер, но теперь все сменилось зимним холодом!

Поднялся ледяной ветер, издавая душераздирающий вой, снежинки кружились в воздухе, а длинный меч покрылся инеем!

И снова эти изменения...

Глаза Сяо Вей Чэна были широко раскрыты, его полуседые волосы растрепались, а на теле были следы крови. Так как атаковал он жёстче всех, то и ранений у него было больше всего…

Все эти техники фехтования Мэй Сюэ Янь переняла от Цзюнь Мосе.

За последние несколько дней Цзюнь Мосе обучил её многим техникам из своей предыдущей жизни. Это фехтование действительно свирепое и жестокое, универсальные техники, которые очень сложно уловить взглядом! Цзюнь Се в своё время понадобилось целых три месяца, чтобы освоить всё это!

Мэй Сюэ Янь чрезвычайно талантлива, ей потребовалось меньше десяти дней, чтобы запомнить все приемы и техники сражения на мечах! Цзюнь Мосе аж открыл рот от восхищения, да ещё так широко, что чуть не вывихнул челюсть!

"Ничего себе, да эта девчонка сильнее меня даже прежнего в разы… "

Эта техника фехтования таит в себе изменения четырех сезонов: весны, лета, осени и зимы. Весенний дождь, летняя жара, осеннее ненастье и зимний снежный холод; просто неисчерпаемое количество изменений под одним названием: «Убийственная техника четырёх сезонов»!

Да, это одна техника фехтования, но фактически каждый сезон включает в себя ещё несколько изменений… Мэй Сюэ Янь очень талантлива. Обучившись так быстро, её навыки всё ещё оставались не совсем отточенными. Поэтому, увидев, какую тактику боя избрал Цзы Цзин Хун, Мэй Сюэ Янь решила подождать Цзюнь Мосе и тем временем потренировать свою технику на противнике! Она не ожидала такого неожиданного результата!

Поэтому Мэй Сюэ Янь, просто использовав все приемы по порядку, поняла всю мощь и таинственность этой техники, насколько она устрашающая! Она, конечно, предполагала всю незаурядность такой методики фехтования, но, тем не менее, была очень удивлена её результатами!

Убийственная техника четырёх сезонов уступала мечу Небесной Кары Тянь Фа по своей смертоносности, но если говорить о ловкости и тонкости, то на этом поприще ей нет равных!

В частности, данная техника полностью зависела от чувственного восприятия, ведь каждый удар нёс за собой разные настроения и мотивы! Мэй Сюэ Янь, использовав её против своих врагов, сама лично убедилась, что результат атак зависит ещё и от личного настроя!

Такая неожиданность очень порадовала её!

В последнее время при помощи таблеток Цзюнь Мосе, её навыки улучшались с бешеной скоростью, это даже несравнимо с прошлыми темпами роста её силы. Тем не менее будучи мастером высокого разряда, Мэй Сюэ Янь, хоть и радовалась своим быстрым успехам, но в то же время втайне переживала о том, что, погнавшись за силой и отвернув при этом все чувства, можно остаться ни с чем.

Следует иметь в виду, что соответствующие навыки требуют определённого состояния души, чтобы действовать максимально эффективно. Если развивается только сила, а все остальное пребывает в стагнации, то это как найти в поле неразорвавшийся снаряд и таскать его с собой. В любой момент он может рвануть со страшной силой, а твои внутренние демоны полностью поглотят тебя!

Так что совершенствовать свое душеное состояние не менее важно!

И сейчас, освоив такую невероятную технику, необходимо восполнить пробелы своего сознания!

Хотя Цзюнь Мосе освоил эту технику ещё в прошлой жизни, тогда он был королём убийц преступного мира. Он всегда стремился быстро, точно и свирепо расправиться со своим врагом, и, естественно, у него не было возможности использовать эту необычайно сложную технику... Так что он уступил её Мэй Сюэ Янь, чтобы она смогла прочувствовать всю глубину и мощь этой техники…

И, чем больше ударов делала Мэй Сюэ Янь, тем спокойней она выглядела, кругом лишь одно давление, но для неё это – лишь очередной толчок для атаки, она, как и Цзы Цзин Хун, не желала конца этому бою, лишь бы дать себе возможность сполна прочувствовать всю суть и глубину техники четырёх сезонов…

Глава 609. Истязание!

Если бы Цзы Цзин Хун знал... Он ломал себе голову, чтобы придумать «надёжный, безопасный и эффективный» метод, который стал лучшим точильным камнем для улучшения силы противника.

Мэй Сюэ Янь тоже никак не могла успокоиться: что нужно сделать, чтобы Цзюнь Мосе признал ошибку в отношении этого отвратительного Гоу Бухая?

У Мэй Сюэ Янь здесь сражение было в самом разгаре, но Цзюнь Мосе уже успел закончил свой бой.

Гоу Бухай, даже в лучшем случае – не более, чем высший мастер. С нынешней силой Цзюнь Мосе, как он мог на что-то рассчитывать!

Цзюнь Мосе, подпирая мечом шею Гоу Бухая, холодно глядел на неприятное положение, в котором оказался великий мастер, и произнёс:

- Опустись на колени, сволочь!

Глаза Гоу Бухая горели яростью, сплюнув, он произнёс:

- Сам ты сволочь! Хочешь убить меня? Убивай! Тебе стоит только мечтать, чтобы я встал перед тобой на колени!

- Ничтожество! Я хочу, чтобы ты встал на колени! – сказал Цзюнь Мосе с жестокой улыбкой и ударил его ногой, раздробив обе коленные чашечки, Гоу Бухай истошно завопил, упав на колени. Он ощутил острую боль, коснувшись земли, его моральный дух был уничтожен, он закатил глаза от боли!

Цзюнь Мосе незамедлительно выпустил энергетическую силу, взяв под контроль его разум, не позволяя ему потерять сознание. Только будучи в сознании, он мог бы испытать невероятные страдания…

Двое мужчин гонялись один за другим, чтобы добраться сюда. Цзюнь Мосе постоянно менял методы: сначала он зарывал Гоу Бухая в ямы, накрывал снегом, покрывал льдом, а потом поджигал его тело. Словами не передать, что только Цзюнь Мосе не делал, чтобы поймать этого парня!

- Гоу Бухай, любишь есть человечину? Кто бы мог подумать, что ты, грязный сукин сын, хотел съесть Сюэ Янь! Твоей наглости нет предела! Как я могу успокоить своё сердце, если я не могу замучить этого ублюдка до смерти?

Слова Гоу Бухая повлекли за собой бесчеловечную кровавую расправу Цзюнь Мосе.

- Цзюнь Мосе, я сообщаю тебе, что я не только съем твоё мясо, только дай срок и я сожру всю твою сраную семейку!

Лицо Гоу Бухая стало жёлтым от боли, по лицу текли капли пота. Он не стонал, сила Сюань уже давно находилась под контролем Цзюнь Мосе, он даже не мог сам себя уничтожить!

Его крепкие зубы уже были наполовину выбиты Цзюнь Мосе, но он всё ещё мог говорить.

- А ты крепкий орешек! Достойно сильного великого мастера. В таком случае, ключ к решению проблемы я напишу на тебе! – сказав эту фразу, Цзюнь Мосе неожиданно протянул руку и до крови содрал с Гоу Бухая одежду, обнажив грудь и спину, произнес:

- Гоу Бухай, в моей жизни было два человека, к которым я питал лютую ненависть, первый - Сяо Хан из города Серебряной Метели, а сейчас, ты должен возрадоваться, потому что ты второй!

Твоя самая большая ошибка не в том, что ты ешь человеческое мясо! А в том, что ты хотел съесть мою жену! Всё ещё гордишься собой, ещё не раскаиваешься в том, что перед множеством людей осмелился сказать мне, что съешь всю мою семью? Я должен хорошенько присматривать за тобой, – Цзюнь Мосе холодно улыбался.

- Не стоит говорить, что ты представитель Иллюзорного Океана Крови, вы все враги для меня! Даже если ты – сын пророка, я всё равно заставлю умирать тебя крайне мучительно. Не переживай, я вовсе не убью тебя одним ударом меча! Ты ещё сможешь насладиться жизнью какое-то время. Несмотря на то, что я сам – тот ещё крепкий орешек, но мне нравится то, что под мою руку попадаются другие несгибаемые люди! Я буду не Цзюнь Мосе, если не заставлю тебя молить о пощаде!

- Я, Гоу Бухай, сегодня промахнулся, попав в западню, устроенную сопляком. Нечего сказать, разумеется, ты убьешь меня, но просить пощады… Цзюнь Мосе, ты просчитался! Ты можешь сколько угодно морщиться и хмурить брови! – терпя изо всех сил невыносимую боль в коленях, процедил сквозь зубы Гоу Бухай.

- Славный парень! Посмотрим сколько времени ты продержишься! – рука Цзюнь Мосе с шорохом взвилась, начеркав на груди и спине несколько кровавых царапин.

Гоу Бухай, дрожа, ехидно улыбался:

- Цзюнь Мосе, ты не настолько ловкий? Следовало бы тебе знать, что это ничтожное средство! Кстати, да, я должен сказать тебе, что я люблю есть мясо не только красивых девушек, молодых людей, даже мясо стариков – мне они все по вкусу! Если бы я мог сбежать и переродиться, я бы всю твою семью держал, как свиней в стойле, убивал одного и пускал на закуску. Ха-ха-ха, слышал, твой отец воевал всю жизнь! Старое или немного старое мясо, но оно не изнашивается… Мне бы непременно понравилось! Слышал, ты тот ещё бабник, у тебя есть ещё одна любовница, достаточно хороша… Цзюнь Мосе, я и ей уделю внимание, отведаю её на вкус, буду поедать её кусочек за кусочком, пока она не сдохнет… буду пожирать её, слушая её стоны… ха-ха-ха!

Гоу Бухай снова выпустил свой язык. Глаза, полные ненависти, глядели на Цзюнь Мосе, он полностью поддался этому своеобразному жестокому удовольствию:

- Слышал, есть ещё Дугу Сяо И, да? Эту маленькую девочку, несомненно, тоже нужно отведать на вкус! Ха-ха-ха! У тебя в доме есть ещё и служанки, да? Не имеет значения, как их зовут, так или иначе, я не пощажу никого! Сначала съем сердце, потом печень, потом… – запнувшись, он неожиданно ужасно завопил!

- У тебя не будет этой возможности! Впрочем, жизнь твоих родных тоже прервётся, благодаря твоим словам. Сегодня я буду действовать в соответствии с твоими словами, сволочь! – холодно произнеся эти слова, Цзюнь Мосе схватил соль и, не жалея ни грамма, высыпал её на тело Гоу Бухая, покрытое ранами.

Тот пронзительно завопил от боли, с головы до пят забившись в конвульсиях. Ни один мускул не дрогнул на лице Цзюнь Мосе. Насыпая пригоршнями соль, он приговаривал:

- Удобно? Гоу Бухай? Возбудился аппетит!

Гоу Бухай вопил и смеялся:

- Очень удобно, Цзюнь Мосе! Этот способ недурён! Если я однажды поймаю твою семью, я непременно приправлю её солью! Ты скотина, мать твою!

- И правда, славный парень! Одно за другим приносит вкусное лакомство! – Цзюнь Мосе качал головой, доставая молотый перец чили, тщательно равномерно рассыпал его на раны, приговаривая, - Гоу Бухай, сейчас ты почувствуешь себя ещё приятнее!

Тело Гоу Бухая застыло, намереваясь выпустить страдания криком, но он был невероятно ошеломлён болью, и поэтому не издал ни звука. На всём теле вздулись вены и мускулы, зрачки внезапно расширились, а затем снова уменьшились.

Хоть он и дослушал до конца слова Цзюнь Мосе, но был не в силах ему ответить, он только сидел с открытым ртом в одном положении, боль с головы до пят проникла в каждый мускул…

- И в самом деле крепкий! Вопреки ожиданиям ещё держится! Великие мастера и правда чрезвычайно терпеливы! Есть еда, нет питья, я помогу парню хорошенько промочить горло! – Цзюнь Мосе заулыбался, ловко взлетев, схватил снежную глыбу. В руках Цзюнь Мосе снежная глыба в одно мгновение превратилась в большую чашу, он бросил в неё две горсти перца, затем схватил кучу снега и растопил его в миске…

Потом он схватил эту перцовую воду и поставил её на огонь. Что удивительно – снежная чаша не растаяла на огне…

Перцовый раствор закипел, Цзюнь Мосе одной рукой заткнул нос, а другой рукой начал вливать всю чашку перцового раствора в желудок Гоу Бухая…

Гоу Бухай завопил, почувствовав огонь у себя в желудке, у него мгновенно сжалось сердце, и он нечеловечески завопил:

- Цзюнь Мосе, ты убил меня, убил меня!

- Тебе нехорошо? – Цзюнь Мосе встал перед ним. - Гоу Бухай, посмотри на себя! Прежде чем упрямиться, тебе лишь нужно сказать, опуститься на колени и преклонить голову, и я сразу же убью тебя, не заставляй себя мучиться!

- Ты… урод… пошёл… в… – Гоу Бухай гневно смотрел, но по-прежнему не сдавался!

- Очень хорошо! Действительно, достаточно твёрдый! Кажется, полноценный обед ещё не готов! – тело Цзюнь Мосе исчезло и тотчас же появилось снова. В одной руке его были шесть крыс, а в другой – восемь змей, лениво копошащихся.

Цзюнь Мосе равнодушно посмотрел на Гоу Бухая и со смехом произнёс:

- Гоу Бухай, ты сейчас попросишь пощады? Дело терпит! В противном случае ты будешь использован в качестве обеда! Боюсь, тебе уже поздно раскаиваться!

- Ох! – Гоу Бухай, скрипя зубами, повернул голову.

- Раз уж начал строить из себя героя – ты должен быть героем до конца! Ни в коем случае не дай мне в тебе разочароваться!

Цзюнь Мосе бросил мышей и змей на его тело, сдерживая их духом Суань, чтобы они ничего не делали. Потом Цзюнь Мосе поднял штанины Гоу Бухая, а крысы, деловито обнюхивая всё подряд, устремились куда указано.

Гоу Бухай истошно завопил, ощутив карабкающуюся, плотно прилегающую к телу крысу, волосы его встали дыбом от страха, в глазах стоял невероятный ужас. Внезапно всё его тело начало трясти с головы до пят, крыса добралась до его раздробленного колена, вскарабкалась на него и, лизнув кровь, начала грызть…

Человека, который ел людей, сегодня поедала крыса.

- В прежние времена люди говорили, что полгода змеи едят крыс, а полгода крысы едят змей. Как раз в зимнюю спячку, крысы являются заклятыми врагами змей. Ты говорил, что похож на змею… Если это так, то будь осторожен! – спокойно промолвил Цзюнь Мосе.

Глава 610. Тактический приём «Достичь единой цели»!

У Гоу Бухая, пожираемого крысами, душа ушла в пятки от страха и боли. Несмотря на то, что он был жестоким и любил есть человеческое мясо, сейчас его самого пожирали живьём… Это и в самом деле невыносимо…

Между поясницей и бёдрами уже действительно вовсю шастали крысы. Дело было крайне плохо, на лице его были значительные изменения: боль, которую он испытывал, разбила его морально, он был не в состоянии издать и звука, не то чтобы просить пощады!

- Ладно, пока крысы из тебя бабу не сделали, я тебе помогу. Я выпущу змей, чтобы они сожрали крыс! Гоу Бухай, люди хотят помочь тебе, ты должен быть благодарен! Прежде чем эти змеи уйдут в зимнюю спячку снова, ты должен предоставить им тёплое местечко… Слышал, змеи любят норки. Ты не только мягкий, но у тебя есть пара норок… К тому же, если сильно жрать захочется, то можно и откусить кусочек. Прелесть в том, что тебе хорошо и им хорошо… – Цзюнь Мосе встал в важную позу, отдёрнул пояс брюк и опустил несколько змей перед его лицом. Змеи шипели, метали туда-сюда свои пёстрые головы с треугольным узором…

Гоу Бухай, дрожа всеми фибрами души, наконец-то окончательно сдался. Вдруг он начал вонять, из него одновременно начали вытекать дерьмо и моча, он закричал и заплакал, изо всех сил качая головой:

- Нет, нет, нет, нет!

Он посмотрел на Цзюнь Мосе, как будто увидел демона, словно палач из древности прибыл в наше время! Повсюду был страх! Ужас в чистом виде!

- Что? Ты очень невнятно говоришь! – Цзюнь Мосе приблизил к нему ухо.

- Не нужно этого делать! Прошу тебя… – Гоу Бухай плотно сжимал ноги, непрерывно крича. Испытать большего ужаса было уже невозможно…

- Я не очень доволен твоей нынешней позицией! – сморщил брови Цзюнь Мосе, - я же сказал: если опустишься на колени и попросишь пощады, я подумаю, пощадить ли тебя. А ты ещё даже не поклонился до земли.

Гоу Бухай истошно завопил, мышцы лица скрючились, неожиданно он, как сумасшедший, согнулся до земли, из его глаз текли слезы:

- Прошу тебя, я кланяюсь тебе, ты великодушный господин, убей меня! Убей меня…

- Слишком тихо. Я не слышу, ты, дрянь! – Цзюнь Мосе сморщил брови, лицо было недовольным. - У тебя нет сил даже попросить пощады?

- Я сволочь, прошу тебя! Убей меня! – громко закричал Гоу Бухай, непрерывно кланяясь. Он чувствовал, что несколько крыс уже заползли между бёдер. Чувствуя зубы крыс на своём самом важном органе, он был готов на всё, что угодно…

- Запомни раз и навсегда: не стоит передо мной показывать свою твёрдость, я это ненавижу! Раз уж тебе не нравится быть полноценным обедом, то заблаговременно закончим это великое пиршество! – ласково сказал Цзюнь Мосе, отодвинув штанину, он убил крыс, а затем вонзил свой меч в грудь Гоу Бухая…

Тот задрожал с головы до пят, но выражение его лица было на удивление спокойным, глаза смотрели на Цзюнь Мосе. В них уже не было ненависти, не было благодарности, они просто смотрели, словно навсегда хотели запомнить его лицо… Возможно, он пытался запомнить его, чтобы отомстить в будущем…

Цзюнь Мосе вытащил меч. Лезвие клинка было прохладным, словно вода, Мосе тихо спросил:

- Жестоко?

Волшебный меч, не произнося ни слова, распространял свой блеск!

- Такова жизнь! – равнодушно сказал Цзюнь Мосе. – На самом деле ты ошибся, на всём свете нет настолько твёрдых людей. Есть много людей, смело смотрящих смерти в глаза, но настоящей карой является желание умереть, чем жить. А что дальше! Стоять перед лицом врага, не имея возможности что-то сделать… Лучше уж самому быть на месте врага – это мой тебе совет на будущее!

И ещё… Человек, который ел людей, умер вот таким вот образом. Может быть, я был слишком мягок с тобой? Я хотел сначала отрубить тебе конечности, потом залечить раны, остановить кровотечение и позволить тебе самому стать для себя пищей… – Цзюнь Мосе развернулся.

«Прошло много времени. Сюэ Янь уже успела отточить свои навыки владения меча!» – молча подумал Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь на поле боя непрерывно отбивалась от множества бойцов, сменяющих друг друга. Обстановка на поле боя всё больше и больше принимала неприятный оборот, все мало-помалу теряли спокойствие. Прямо на глазах многие воины получали ранения, а на противнике не было ни царапины, как не опечалиться в такой ситуации?

Более того, эта битва на измор, похоже, вообще не влияла на Мэй Сюэ Янь. Она не была нетерпеливой, долго сражаясь. Яблоку негде упасть, ежеминутно атаки, по двадцать противников тесно атакуют со всех сторон, но она, вопреки ожиданиям, отвечает на атаки, ни капли не жалуясь на усталость. К тому же, когда в обороне появляется слабое место, она тут же атакует прямо туда!

Самое страшное, что её мощь искусства фехтования всё больше и больше набирала обороты!

Цзы Цзин Хун морщил брови, всё больше и больше чувствуя, что что-то здесь не так!

Он увидел, что Мэй Сюэ Янь снова и снова переворачивает свой меч, мягкость весны, энтузиазм лета, мрачность осени, холодность зимы... Снова и снова она не меняла основные приёмы...

«Она использует нашу технику! Бля!» – Цзы Цзин Хун наконец-то понял, и у него волосы на голове дыбом встали! Тотчас же из белого его лицо превратилось в красное, а потом стало тёмно-фиолетовым, полностью сочетаясь с его фамилией «Цзы» – «фиолетовый».

Полагая, что расстановка удачная, каким образом получилось так, что они стали использоваться в качестве мишени?

Цзы Цзин Хун, сжимая челюсти, неожиданно гневно крикнул:

- Подчинённые Иллюзорного Океана Крови, тактический приём «Достичь единой цели»!

Это фраза прозвучала как гром среди ясного неба, даже наблюдающего за битвой Чу Цихуна заставила почувствовать дрожь предстоящего убийства!

В этот момент мастера Иллюзорного Океана Крови, сосредоточившиеся внутри одной области, все как один откликнулись, выражение лица каждого сменилось на скорбное негодование. Один из них сделал сальто, остальные встали вокруг него, полностью защищая. Его тело как будто начало раздуваться и медленно подниматься в воздух.

- Все незавершённые дела передаю вам! Я пойду первым! Братья, увидимся в следующей жизни! – вдалеке неистово ревели, а великий мастер, шедший во главе, взмыл в воздух. Длинный меч превратился в ослепительную молнию, а затем трансформировался в круглый цилиндрический световой столб, всё его тело переливалось холодным блеском, фиолетовая молния расплылась над Мэй Сюэ Янь. Человек с мечом на поясе смело двигался вперёд!

Все видели, что тело великого мастера, взмывшего в воздух, реально начало раздуваться!

Меч и тело великого мастера не просто слились воедино, сплелись их жизни, их дух, энергия, вся их мощь стала единым целым. Сначала он убил себя, чтобы потом убить противника!

Образцовый способ погибнуть вместе!

Самый страшный способ погибнуть вместе!

С самого начала три человека отвечали за сдерживание сил противника, не жалея сил они сдерживали движения Мэй Сюэ Янь, не позволяя ей свободно передвигаться, затем другой человек слился с мечом, так же раздуваясь. Четыре человека, объединив свои жизни, погибли во имя общей цели!

Четыре великих мастера разлетелись на части!

Опыт Мэй Сюэ Янь подсказывал, что наступает критический момент. Не осмелившись медлить, она свистнула, и меч тут же поднялся. Тот великий мастер Иллюзорного Океана Крови, который стоял рядом с ней, не мог вот так вот разлететься – ему ещё надо было подготовиться. Неожиданно меч взметнулся и начал свирепо и люто кромсать всё вокруг.

- Океан крови непобедим! Святая Земля будет сиять вечно! – в то же время другие два человека тоже сделали тот же выбор, отдав свои жизни.

Блестящий свет меча делал своё дело!

Не было свободного пространства для маневра!

Мэй Сюэ Янь была в ярости. Внезапно меч в её руках разлился светом и задрожал, взмыл в небо и ослепил всё вокруг!

Меч Небесной Кары Тянь Фа!

Две одинаковые линии неожиданно соприкоснулись и засияли!

БАБАХ!

Три великих мастера одновременно окружили Мэй Сюэ Янь и взорвались. Сила взрыва оставила кратер длиной в двадцать футов (6 метров).

Вздыхая и охая, Мэй Сюэ Янь стояла, пошатываясь. Её лицо было бледным, а из уголка рта текла кровь!

Они заставили Мэй Сюэ Янь серьёзно пострадать!

Мэй Сюэ Янь наконец-то всё поняла!

Очевидно, что Иллюзорный Океан Крови практиковал эту тактику на протяжении долгого времени, иначе как они безмолвно поняли друг друга? Но зачем они тренировали эту тактику?

Мэй Сюэ Янь закричала, её сердце переполняла скорбь!

Когда-то они, не взирая ни на что, были соратниками в Битве за Захват Небес!

Мэй Сюэ Янь сейчас ещё больше поверила словам Цзюнь Мосе: они все принимают меры против леса Тянь Фа! Лес Тянь Фа в глазах трёх священных земель является ещё большим противником, чем Чужаки!

Мей Сюэ Янь яростно закричала, и свистящий звук пробился сквозь пустоту. Горы и равнины ответили одновременно, от ближнего к далёкому, а затем – от дальнего до ближайшего! Со всех сторон с вершин гор начал скользить снег... Один за другим начали падать большие снежные комья!

Мэй Сюэ Янь свистнула, что есть силы, и со всех сторон возник снежный обвал! Вплоть до того, что земля и небо изменили цвет!

Глава 611. Безвинно пострадать из-за другого!

Желание убивать в глазах Мэй Сюэ Янь достигло наивысшей точки!

- В таком случае, не надо обвинять меня в несправедливости! Тогда Почтенная сейчас вам покажет, где раки зимуют! Не ждите снисхождения! Вы серьёзно думаете, что Владыка Волшебного леса Тянь Фа не убивает людей?

Лицо Цзы Цзин Хуна даже не дрогнуло, он строгим голосом закричал:

- Собратья Иллюзорного Океана Крови, в бой! Идти до конца любой ценой! Вперёд, убейте её!

Снова три человека выбежали вперёд, разделились на три стороны и двинулись на перехват Мэй Сюэ Янь; в это же время, немного подальше, показалась одна фигура, которая с криком взлетела в воздух; где-то на высоте двадцати пяти метров над землей, меч, подобно вихрю, снова превратился в ослепительно сверкающую молнию!

Если даже вспомнить опыт двух предыдущих взрывов, пусть Мэй Сюэ Янь обладает исключительными способностями, не получить травму просто невозможно! К тому времени, когда оставшиеся люди бросились в бой… У Цзы Цзин Хуна и Сяо Вей Чэна в глазах снова вспыхнула жажда мести; хотя цена, конечно, велика, но… нужно, в конце концов, расквитаться с этой Владыкой леса!

В это же самое время, вдруг… Произошло неожиданное и необъяснимое изменение!

В воздухе внезапно появилось странное сияние! Всё заискрилось и засверкало! Сверкнуло и пропало! Как быстрая зарница…

Воцарилась тишина! Никто не знал, как реагировать на такое, и вообще, что это было, в конце концов?..

Мастер, который взлетел в воздух, с криком упал на землю, недалеко от того самого места, где он стоял до этого…

В его шее красовалась дыра, из которой хлестала кровь… Оказывается, его убили как раз перед тем, как он сам уже был готов взорваться!

Его убийца умело воспользовался удобным моментом… Потому что процесс накопления сил этого мастера уже достиг наивысшей точки и находился на пределе самоуничтожения. Если бы этот мастер вдруг упал на землю, он тут же бы взорвался!

Самоликвидация великих мастеров разных уровней и рангов, разве это пустяки? Даже пусть с превосходным восстановлением сил, Мэй Сюэ Янь тоже должна получить травму, не говоря уже о тех, кто намного слабее её. Вдобавок к вышесказанному, эти люди совершенно не были готовы к такому неожиданному повороту – кто бы мог предположить, что такое может случиться с кем-то одним из них…

Это настоящая трагедия! Какая трагедия!

Это сравнимо с запуском ракеты: когда ракета успешно поднялась в воздух, но навигационная система дала сбой, и она стремительно полетела вниз…

Раздался взрыв!

А за ним крики ужаса!

Каким же лучше словом описать тот хаос, который последовал дальше? Сяо Вей Чэн со своими подчинёнными отошёл уже на очень приличное расстояние и поэтому всего лишь слегка почувствовал силу удара, а Цзы Цзин Хун, напротив, оказался как раз под ударом, ближе всех к эпицентру взрыва. Взрывная волна сильно подкинула его в воздух, точно как воздушного гимнаста, а следом семь или восемь его подчинённых…

Им хватило собственных сил, чтобы не получить серьёзных ранений, но их внутренние органы получили значительные сотрясения! У всех из уголков рта текла кровь. Этот взрыв, по сравнению с предыдущими, был намного легче…

Три мастера, окружавшие Мэй Сюэ Янь в этот момент, просто остолбенели и замерли на месте…

Мэй Сюэ Янь закружилась, сверкнула молнией и вырвалась из их окружения…

- Кто это? Что за чёрт?! – Цзы Цзин Хун поднявшись, первым делом начал ругаться. - Твою мать, это что за шутки такие?! Кто за этим всем скрывается?

В воздухе раздался мрачный смех, а потом послышались слова:

- Позабавиться с великими мастерами так приятно!

Белая тень взлетела в воздух куда-то вправо, а потом исчезла!

Показалось, что она исчезла за большим камнем…

В то же время до Мэй Сюэ Янь донёсся голос Цзюнь Мосе:

- Беги!

Мэй Сюэ Янь сразу же всё поняла и немедленно, с небывалым размахом, приступила к цингун. Белая тень стремительно сверкнула и, пользуясь состоянием хаоса, ухватила её за собой в сторону большого камня…

Но Мэй Сюэ Янь успела вызвать снежный обвал, который с большим грохотом начал лететь со всех сторон…

Как раз для того, чтобы усилить состояние хаоса и беспорядка!

- В погоню! – Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн чуть не лопнули от злости и ринулись в погоню.

Хотя этот взрыв принёс немалые убытки, количество раненых и убитых пока под контролем, к тому же Мэй Сюэ Янь, наверняка, имеет ранения. Если не воспользоваться этим случаем и дотянуть до процесса восстановления, тогда совсем всё пропало!

Твою мать! Не может быть!

Убийца, скрывающийся за большим камнем, до смерти был напуган, все волосы на его теле встали дыбом…

«Мать твою! Как все узнали, что я здесь прячусь?..

Это вообще не кстати…

Я, правда, попал… Не заметил я, как беда подкралась ко мне… Ребят, может дадите мне чуть-чуть времечка на подготовку?»

Собственными глазами увидев, как группа мастеров верхом на колеснице приближается к нему навстречу, у Чу Цихуна чуть сердце в пятки не ушло.

«Здесь же даже нет подходящего места, чтобы спрятаться, надо только подняться и сразу можно увидеть меня…Как же мне спастись? Даже если убить нескольких, всё равно останется достаточное количество людей, чтобы прибить меня…»

Вдруг в этот момент в стороне раздался голос:

- Вы, полагаясь на эти жалкие остатки, ещё думаете, что можете поймать меня, Чу Цихуна? У вас, правда, хватит на это силы? Тьфу на вас!

Этот голос раздался прямо рядом с Чу Цихуном, он сначала даже подумал, что это он сам сказал и ещё больше испугался…

- Господин, вы до смерти меня напугали… – простонал еле живой Чу Цихун, почти падая в обморок.

Прозвучавший звук стал будто призывом к бою, и два мудреца, словно стая ворон, моментально понеслись в том направлении, откуда прозвучал голос…

Мать моя женщина!

Чу Цихун, толком не разобравшись, кто навлёк на него неприятности, превратился в белую тень, и что есть мочи кинулся бежать… спасение собственной жизни всегда на первом месте!

Чу Цихун сейчас думал только об одном: погибнуть здесь и сейчас было бы совсем обидно… безвинно пострадать из-за другого… это то, что надо! Да еще и погибнуть от рук двух мудрецов… сегодня просто исторический день!..

«О, небо! О, земля! Почему моя жизнь так несправедлива!?»

В страхе, как бездомный пес, наскоро, как преступник, ускользающий от наказания…

Даже Цзюнь Мосе из своего укрытия был поражён его скоростью:

«У-у-у такой быстрый!»

- Твою ж мать! Чу Цихун! Это твоих рук дело?! Ах ты, чёртов ублюдок! Это твои мерзкие игры! Это я, предводитель Великого Золотого Города и Иллюзорного Океана Крови, говорю с тобой! – Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн одновременно разразились в смертельных проклятиях и начали ругаться, они просто были переполнены ненавистью и жаждой убийства в этот момент.

Почему наш безупречный план был разрушен из-за этого ублюдка!? Неужели, это дело вмешательства природных сил? Даже природа против нас?!

И почтенной Мэй Сюэ Янь след простыл, неизвестно куда она делась… Учитывая её скорость, стоит ли говорить о возможности догнать её? Даже если она и была ранена, нам всё равно её не догнать, к тому же здесь как раз проходит дорога к восточным влиятельным семьям… Только чёрт знает в каком направлении она убежала…

Если разделиться, то это равносильно идти на погибель!

У Цзы Цзин Хуна были красные глаза от злости.

Он закричал с силой, подобно раскатам грома:

- Чу Цихун, клянусь небесам, я убью тебя!

У Сяо Вей Чэна от злости волосы стали дыбом на голове. Два человека, толком не обсудив ничего, собрали с собой подчинённых и, словно тёмные тучи, пронеслись один за другим и, как одичавшие, бросившись в погоню!

- Чу Цихун, ты, во что бы то ни стало должен умереть…

В это время произошёл снежный обвал, и вся впадина, в которой разворачивался бой, наполнилась снегом высотой в триста метров… Действительно выдающееся зрелище…

Некоторое время спустя земля перестала трястись, и в том месте, где до этого прятался Чу Цихун, из снега появились две головы, одна за другой… Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь…

Цзюнь Мосе, испытывая запоздалый страх, высунул язык. Его рука была плотно прижата к нефриту на спине Мэй Сюэ Янь, и он сейчас её только отпустил. Большая часть его природных сил уже была потрачена на исцеление недавно полученных Мэй Сюэ Янь травм…

- Как ты узнал, что тот человек был Чу Цихун? – с любопытством спросила его Мэй Сюэ Янь.

- Когда я только вернулся, а ты упражнялась с мечом, я пошёл и посмотрел. Меч у этого парня очень своеобразный, прозрачный и без тени, его очень легко узнать; к тому же… – Цзюнь Мосе засмеялся и с гордостью продолжил. - В нашем мире есть только два человека, которые обладают талантом скрываться, это я и он, третьего такого нет! Уж поверь!

- И то правда! Этот человек и правда обладает потрясающими способностями скрываться! Прятался так близко, но ни Сяо Вей Чэн, ни Цзы Цзин Хун даже не заметили его! Да, о таком таланте надо всем рассказать, это просто впечатляет! Мне даже немного стыдно, что я так не умею, – соглашаясь, сказала Мэй Сюэ Янь. – Но ты таким образом использовал Чу Цихуна… разве это не гнусно? Хотя цингун этого человека выдающийся, если бы меня не было здесь, его силы совсем не уступают твоим… – рассмеялась Мэй Сюэ Янь и расцвела, как весенний цветок.

Глава 612. Удивительный и неповторимый Чу Цихун

Цзюнь Мосе долго не отводил своего взгляда, а потом сказал:

- Успокойся ты, не умрёт он, ты разве не видела, с какой скоростью он побежал? Если ему удалось обойти великих мастеров, он не может так легко умереть, правильно? Тем более, он и сам далеко не святой… Не стоит волноваться за него, сначала надо уйти отсюда, я временно подлечил твои травмы, но нам надо найти спокойное место, и я помогу тебе до конца восстановиться. Но, пожалуйста, в следующий раз будь осторожнее, самоликвидация великого мастера – это тебе не шутки!

И два человека спокойно продолжили свой путь, за эти несколько дней им удалось ещё легко отделаться. Ни один удар не смог застать их, по-настоящему, врасплох…

В этот раз состав сил трёх священных земель был довольно впечатляющим; насчитывалось девяносто сильнейших и способных великих мастеров! С такими устрашающими силами, они бы запросто могли знатно сотрясти всю землю, поднять всё с ног на голову! Но, наоборот, они потерпели сокрушительное поражение!

У Иллюзорного Океана Крови наименьшее число погибших, всего шестеро человек; со стороны Великого Золотого Города погибло семнадцать мастеров; а вот с Неуловимым Миром бессмертных всё намного серьёзнее, убито тридцать человек, и никого не осталось в живых…

Из девяноста человек осталось лишь тридцать семь! Из них трое или четверо были до этого покалечены семьёй Цзюнь, кроме того семь или восемь пострадали в сегодняшней битве, даже Сяо Вей Чэну не удалось избежать ранений, на его теле осталось много царапин и ран…

Основываясь на состоянии их сил на данный момент, если они сейчас даже и захотят разобраться с Мэй Сюэ Янь, то это равносильно смерти для них! Поэтому Цзы Цзин Хун и Сяо Вей Чэн, даже не сговариваясь, сразу же отбросили эту идею и поменяли быстренько свою цель с Мэй Сюэ Янь на наёмного убийцу Чу Цихуна! В Великом Золотом Городе издали указ о погоне с целью убийства: «Убить Чу Цихуна!». Иллюзорный Океан Крови тоже решил не отставать и тоже издал приказ: «Пока Чу Цихун не будет мёртв, никто не будет отдыхать!».

Хотя все люди Неуловимого Мира бессмертных полностью погибли, ходят слухи, что Чу Цихун сыграл не последнюю роль во всём этом, и поэтому они тоже присоединились к этому приказу о поимке и убийстве Чу Цихуна! Три священных земли решили объединиться против общего врага!

В один миг Чу Цихун стал очень и очень популярным; слава о нём разнеслась по всему миру! За несколько дней новости о Чу Цихуне облетели всю землю!

Все люди удивлялись и охали:

- Этот наёмный убийца такой крутой! Такой обалденный! Бросил вызов самим трём мудрецам! Столько великих мастеров погибло от его рук! Это, правда, немыслимо, такого раньше никогда не было! Он такой дерзкий и такой крутой!

Именно поэтому его популярность взлетела почти до небес! Все наёмные убийцы, до этого имевшие высокие боевые заслуги и успехи, в один миг померкли по сравнению с ним!

Чу Цихун, одержав мгновенный успех, осуществил мечту всех своих предшественников: он стал самым выдающимся убийцей в мире во все времена! Удивительным и неповторимым!

Кто, за последние несколько лет, так же, как и он, осмелился бросить вызов трём мудрецам? И вот сейчас наш товарищ, Чу Цихун, одновременно ткнул сразу три осиных гнезда! Не говоря даже о его боевых заслугах, его храбрость и боевой дух в прошлом – не имели достойных предшественников! Такому человеку, как Чу Цихун, нет равных! Он – необыкновенный убийца!

В это время в народе как раз ходили такие «разговоры» о нём, все наперебой восхваляли исключительные способности Чу Цихуна, вознося их чуть ли не до неба, вот один пример такого разговора.

- Ты слышал какие-нибудь новости о величайшем наёмном убийце?

- Нет, но этот парень и правда сумасшедший… Бросить вызов трём мудрецам одновременно! Если нет свежих новостей о нём, значит, он ещё не умер… Когда три мудреца найдут его, у него всё равно не будет выхода…

- Да что ты знаешь?! Чу Цихун – самый выдающийся убийца в мире во все времена, хотя три мудреца тоже крутые, однако… Они могут сравниться силами с предыдущими поколениями? Не забывай, что Чу Цихун превзошел своих учителей!

- И то верно говоришь! Чтобы пойти на такое, надо, правда, быть бесстрашным… он очень крут!

- Брат, я никогда не слышал, что есть такие сильные и храбрые люди… Его бабушка будет так гордиться им… в одиночку бросить вызов трём мудрецам… Брат, я как подумаю об этом, у меня по телу мурашки…

- А у кого их нет! Чу Цихун и правда очень смелый, настоящий мужик!

- Да. А вы знаете, зачем Чу Цихун собирается убить трёх мудрецов?

- Зачем? Зачем? Говори скорее!

- Эх, вы… неучи малообразованные. Это тайна, только я один знаю… ох, я проехал такую долгую и утомительную дорогу… Во рту совсем пересохло... Сейчас умру от голода… так устал, сил нет… – постоянно вздыхая и важничая, раздавались причитания.

- Эй, слуга! Тащи сюда самое лучшее вино и самую лучшую еду, всё самое дорогое! Иначе я вам сегодня головы отверну! Слышали меня! – раздался грохот, и несколько людей сразу кинулись за угощениями.

- Ну, так и быть, буду честен с вами и поведаю эту тайну… – человек, прищурив глаза, вытянул два пальца. – На самом деле у этого дела есть две причины… Первая причина: у Чу Цихуна есть возлюбленная, с которой они с самого детства вместе… очень красивая, глаз не оторвать… Даже не знаю, как о ней узнали люди из Иллюзорного Океана Крови… Но как только они её увидели, они сразу были очарованы её красотой…

- Оказывается… Значит, всё дело в любовном треугольнике… – люди в толпе сразу же всё поняли и зашептались.

- Поэтому он вернулся для реванша… Девушка действительно была сказочно красива, красота её даже была губительна, один раз посмотришь на неё и сразу нельзя глаз оторвать… – все с радостными лицами стали восхищаться и представлять её себе в мечтах.

- А потом что было? – раздался нетерпеливый голос.

- А потом мудрец присвоил её себе. Веселье каждую ночь… ну, вы понимаете, о чём я… – все расхохотались в голос, они с таким вниманием и интересом нависли над этим столом, точно куча мух над протухшей капустой, их души требовали сплетен.

- Только не знаю, остальные два мудреца знали ли об этом деле или нет… Но их любопытство тоже было велико, и они решили нанести им визит… Тем более раз ходили такие слухи о красоте этой женщины… Ну, просто, роковая женщина… потом… Ха-ха-ха! Угадайте, что было потом!

- Драка? – все лукаво заулыбались.

- Нет, драки не было… Я, честно говоря, и сам не знаю, что там дальше было… Но хозяин трёх земель вдруг стал таким довольным, таким радостным… никаких волнений, тишь да гладь…

- О-о… – все сразу же поняли, о чём идёт речь и переглянулись.

- Когда Чу Цихун узнал об этом, он… Господа, а как бы вы поступили, если с вами произошло такое?

- Об этом и говорить не нужно! Само собой разумеется – сделать то, что только настоящий мужик в состоянии сделать, а не какой-то рогоносец!

Все захлопали в ладоши.

- Совершенно верно! Вот, именно поэтому Чу Цихун находится сейчас в таком безвыходном положении… Теперь не стоит сомневаться, настоящий ли мужчина Чу Цихун…

- Верно, он настоящий мужик!

- А какая другая причина?

- А другая причина уже и так очевидна: выдающиеся способности и талант Чу Цихуна. Люди высокого положения чувствуют себя одиноко… Я с вами говорю о таких высоких вещах, а вы даже ничего и не понимаете… Давайте, выпьем, давайте, давайте…

Все с довольным видом пригубили по одной… Но были и такие, у которых закрались сомнения:

- Детская любовь Чу Цихуна… что за бред?! Да его детской любви сейчас должно уже быть под сто лет! Как же дряхлая старуха может пленить своей красотой людей, а?!

- Ты такой тупой! Эх… кто мало видел, тот всему удивляется! Никогда не слышал об очаровании и шарме женщины в зрелом возрасте? Ничего не слышал о нестареющей красоте?! Ничего не слышал о… эмм… короче, ты понял меня, а?!

Кивая головой, словно петух клювом:

- Спасибо большое, что потрудились и рассказали нам это, послушать мудрого господина – это лучше, чем десять лет учёбы. Вы открыли нам глаза… как камень с сердца… спасибо вам!

И это только одна версия из великого множества версий и догадок о Чу Цихуне! И каждая из них имела свои факты и обоснования, детальное и красочное описание… Чу Цихун, действительно, стал самым выдающимся убийцей во всём мире во все времена!

Во всей Поднебесной не было ни одного человека, кто бы не знал Чу Цихуна… Сказания о нём стали легендарными… Конечно, Цзюнь Мосе пока об этом ничего не знал, что слава о Чу Цихуне набрала такие обороты, в безлюдных лесах, где они с Мэй Сюэ Янь легко и непринуждённо продолжали путь, им было не до этого… Если молодой мастер только бы знал об этом, ему бы вмиг стало намного спокойнее!

Хотя кто знает, может наоборот, ему стало бы обиднее, слава первого в мире убийцы основана просто на клевете. В конце концов, у этого болвана не так всё хорошо с головой… До семьи Донфанг ещё двести километров! Здесь уже начинается их территория… После дремучего леса показалась гора. Цзюнь Мосе, встав на вершину и всматриваясь в бескрайние дали, невольно ахнул в восхищении и сказал:

- Мой отец смог найти себе жену из такого далёкого края… Брат провел здесь несколько дней и, кроме птиц и зверей, не видел здесь ни одного человеческого следа…

- С какой целью ты это сейчас говоришь? – нежная и кокетливая улыбка тут же сошла с лица Мэй Сюэ Янь, и она, остановившись на месте, сурово посмотрела на Мосе.

- А? Я? – Цзюнь Мосе понял, что случайно мог обидеть Мэй Сюэ Янь. – Я имел в виду, что здесь, кроме нас с тобой, никого нет… – Цзюнь Мосе вытер рукой пот со лба и попытался скорее поменять тему.

- Сюэ Янь, я, правда, тебя так обожаю, что, даже несмотря на бессонные ночи, написал стихотворение для тебя. Ты не хочешь послушать? Этим стихотворением я хочу признаться тебе в своих чувствах…

- Хочу, почитай мне, – Мэй Сюэ Янь очень заинтересовалась. Хотя она знала, что это парнишка толком и не учился различным наукам, но для неё это было неважно… То, что он специально для неё написал стихотворение, уже много значило для неё.

- Это стихотворение называется «Если»… – Цзюнь Мосе прокашлялся и загадочно улыбнулся.

Глава 613. Госпожа Донфанг!

- Это стихотворение называется «Если»… – Цзюнь Мосе прокашлялся и загадочно улыбнулся, создавая настрой. Выдающийся литературный талант, погружённый в даньтянь, использовал плавный выразительный тон, воспевая переполняющие его чувства. Он проговорил:

- Если я – хлебные всходы, ты – полдень; Если я – натянутый лук, ты – изящная гравировка; Если я – безмятежность, ты – начертания на спине дракона; Если я – меч небожителя, ты – отважный рыцарь. Если… так много «если», мои желания и чувства, целиком внутри меня.

Чистый, громкий голос распространялся среди гор и густого леса, раздавался эхом по всему ущелью:

- …хлебные всходы… полдень… хлебные всходы… полдень…

Закончив воспевание, Цзюнь Мосе искренне посмотрел на Мэй Сюэ Янь, с чувством промолвив:

- Мэй Сюэ Янь, это мои мысли. Они выражают мои искренние чувства к тебе. Мои чувства и желания по отношению к тебе сравнимы с высокими горами, любовь глубже, чем море, ты… покорила меня.

Мэй Сюэ Янь наморщила брови, обдумывая последнюю фразу стихотворения. Чем больше она думала, тем больше терялась в догадках, наконец, скромно произнесла:

- А какой в конечном итоге смысл этого стихотворения?

- Тебе только следует знать, что этот стих – это мои прекрасные мечты по отношению к тебе! Эти желания невозможно выразить человеческим языком! – без шуток произнёс Цзюнь Мосе.

На лице Мэй Сюэ Янь промелькнуло неописуемо трогательное чувство. Чувства, описанные в этом стихотворении, очень глубоки, но уровень литературности довольно прост… Она такая! Если есть то, чего она не могла понять, она это непрерывно обдумывала, но никак не могла уяснить.

Они шли дальше, Мэй Сюэ Янь обдумывала сказанное, пока шум не сбил её с мысли:

- Кто здесь шумит?

Вслед за звуком показался человек, движущийся словно метеор. Приземлившись перед ними, он радостно поглядел на Цзюнь Мосе:

- Мосе, я несколько дней ждал, когда ты появишься!

Этого человека звали Донфанг Вэн Дао, он был родным дядей Цзюнь Мосе…

Донфанг Вэн Дао сразу же обратил внимание на Мэй Сюэ Янь, и вопросительным тоном проговорил:

- Это?

Втайне же, про себя, он восхитился:

«А племяш-то – не промах, нашёл такую красавицу…»

- Жена племянника… моя жена… – поспешно представил Цзюнь Мосе.

Донфанг засуетился, чувствуя себя неловко:

- Следует сказать… я… я… я – дядя, но я не принёс никакого подарка на первую встречу…

Мэй Сюэ Янь тоже почувствовала себя неловко. Следуя за Цзюнь Мосе на протяжении всего пути, она вспоминала, как её представлял Мосе:

«Это моя жена», «жена», «жена»…

Он так некстати представил Мэй Сюэ Янь, но она не подала голоса, потому что отношения этих людей достойны почтения и уважения. Они всё-таки являются представителями младшего поколения… Невыносимый дискомфорт!

Долгое время Мэй Сюэ Янь не придавала этому значения… Она уже привыкла. Стала более толстокожей, но сейчас, следуя за этим парнем, просто сгорала от стыда…

- Какой ещё подарок, – махнул рукой Цзюнь Мосе. - Разве недостаточно того, что ты вернулся? Мэй Сюэ Янь точно не принимает это близко к сердцу…

- Да ты не стесняйся! Ты не знаешь, что твой дядя испытывает нужду? – Донфанг Вэн Дао сердито посмотрел на племянника. - Идём! Твоя бабушка ждёт тебя, она страдает дальнозоркостью…

Цзюнь Мосе был внутренне недоволен:

«Что? Дальнозоркость? Все старики страдают дальнозоркостью?»

Донфанг Вэн Дао сказал:

- Мы скоро придём. Ещё один поворот, и будем на месте!

Он кивнул на большие ворота семьи Донфанг. Это заставило Цзюнь Мосе засомневаться относительно слов дяди. Триста метров назад он сказал, что осталось повернуть, и они будут на месте, но они уже сделали более ста поворотов…

Появившийся прямо перед глазами Цзюнь Мосе дом Донфанг заставил парня испугаться.

Перед глазами предстало целое ущелье.

Ущелье было обжито минимум десятком поколений: по всей окружности земля была обработана и укреплена, красные стены с зелёной черепицей… правда, даже намёка на роскошный дом не было, больше было похоже на простую деревню…

Здесь была всего лишь одна единая ограда, разделяющая семьи. Посередине было пространство, засыпанное тонким гравием. От времени гравийная дорога стала чёрной, как смоль. На камушках не осталось ни одного острого уголка.

Девять человек ожидали перед входом.

В центре этой «площади» стоял стул из сандалового дерева, на стуле сидела старушка. Её белоснежные волосы и белоснежные брови показывали, что она была очень стара, но психическое состояние было исключительно хорошим: она смотрела на них добродушным, ясным взглядом…

Её лицо расплылось в улыбке, увидев приближающегося Цзюнь Мосе. Женщина с трудом сдерживала подступающие слёзы…

- Это твоя бабушка, – хмуро сказал Донфанг Вэн Дао. - Для своих лет она хорошо сохранилась, в свои восемьдесят выглядела на сорок... Но когда твоя мать вернулась, убитая горем, она поседела за одну ночь, и с каждым днём силы покидают её.

Дедушка Цзюнь Чжан Тиан говорил о госпоже Донфанг:

- Твоя бабушка – непростой человек. В свои восемьдесят эта старая ведьма выглядит на тридцать. Так же и твоя мать, это удивительная семейная способность…

Цзюнь Вуй тоже всегда серьёзно предостерегал:

- Мосе, посмотри на свою бабушку – ее во что бы то ни стало нужно уважать. В душе она очень молодая и упрямая. Госпожа Донфанг, к слову сказать – очень мудрая женщина.

Цзюнь Мосе почувствовал в сердце горечь и тоску. Впечатления Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя постарели на десять лет.

Престарелая древность, немощная старость.

Какое душевное потрясение может так изменить внешность?

Дочь, несмотря на то, что вышла замуж, стала женой, родила и вырастила детей, но в глубине души она по-прежнему девчонка, которой она заплетала косы. Страшно увидеть свою дочь убитой горем. Лучше умереть, чем с этим жить. Она не могла спать. Сердце госпожи Донфанг, как и у любой любящей матери, тотчас же было разбито.

Что значит быть матерью? Из-за сильных переживаний внезапно поседеть за одну ночь. За все эти десять лет внутри было множество мелких проблем, снаружи семью угнетали мощные противники, как тут не состариться?

Рядом с ней стояли двое: Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Цин, а за ними – несколько молодых девушек. Помимо них – три строгие, благородные замужние женщины средних лет, они спокойно смотрели на Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь. Пожилая женщина ещё не проронила ни слова.

- Это сын… это Мосе? Цзюнь Мосе? – госпожа Донфанг поднялась, дрожа всем телом, и посмотрела на молодое лицо, так, как будто она смотрела на свою дочь, когда та была ребёнком…

Она чуть не потеряла сознание. Плотно зажмурившись, она вспомнила дочь. Неожиданно в уголках глаз защипало. Она, прилагая усилия, сделала шаг вперёд, её седые волосы развевались на ветру, её немного трясло:

- Подойди… подойди поближе… скорее, иди сюда, позволь бабушке хорошенько рассмотреть тебя… мой внук… ты пришёл…

Сложно объяснить словами, что творилось в сердце Цзюнь Мосе. Он через силу, неестественно засмеялся, медленно подошёл, подняв голову. Его сердце переполняли уважение и почтение, невозможно было выразить словами, что происходило внутри него…

В том же году Цзюнь Ву Хи неожиданно скончался. Услышав трагическую новость, Донфанг Вэн Синь умерла (мать Цзюнь Мосе и дочь госпожи Донфанг), не поднявшись с постели, а гнев госпожи Донфанг вырвался наружу. За семейством Донфанг были посланы убийцы, весь континент сотрясали кровавые бойни!

Всё это произошло на глазах у госпожи. Ради своих детей она, не жалея, использовала силу семьи Донфанг, ведя войну против врагов!

Какая сила духа!

Если тебя пытаются убить, непременно нужно отомстить!

Какая глубокая ненависть... Это для её дочери, во имя правды! Но, поскольку на семью Донфанг давили три священные земли, они были вынуждены сдаться. Не пожелав заключить уговор, с бесконечной досадой и сердцем, полным скорби, семья исчезла для общества.

Дочь осталась неотомщённой, а её мать, бессильная, потерпевшая поражение, скрылась.

И с тех пор она не возвращалась! Дни и ночи она бесконечно мучилась и страдала, всем сердцем горевала и скорбела. Как можно было терпеть страдания любимой дочери?

Гора должна обрушиться, а звери Суань – выйти из леса Тянь Фа!

Уже десять лет она провела в безлюдном захолустье! Разве приятно будет пожилому человеку находиться в таких жестоких условиях? Если этот день никогда не наступит, семейство Донфанг, их дети и внуки умрут в этой глуши? Из-за дочери впутать всю семью в такое… Как смотреть в лицо другим членам семьи?

Безвыходное положение… Если бы изначально не решили поступить таким образом, вся семья Донфанг была бы стёрта с лица земли, не имея возможности спастись! Оставалось лишь только влачить жалкое существование!

Цзюнь Мосе неожиданно сам для себя смог понять свою бабушку. На плечах у этого с виду пожилого человека была слишком тяжёлая ноша…

«Есть одно важное дело. Необходима помощь братьев и сестёр».

Глава 614. Как солнце встаёт на востоке, так я непобедим!

- Правда похож… правда похож на молодую Вэн Синь… правда похож! – госпожа Донфанг погладила лицо Цзюнь Мосе морщинистыми руками. Её глаза немного затуманились, и две слезинки скатились по щекам. Не в силах выпустить его из рук, она неожиданно крепко обняла Цзюнь Мосе, всё её тело сотрясали рыдания, а слёзы жемчужными бусинками скатывались за воротник Мосе. Она бормотала, уткнувшись ему в шею:

- Мой внук… Как долго мы не виделись!

Цзюнь Мосе хотел успокоить, утешить пожилую женщину, но не знал, как. В горле неожиданно перехватило дыхание, так что он и сам не мог вымолвить ни слова…

Такие крепкие родственные чувства, которые впервые испытывал Цзюнь Мосе в душе, заставляли его почувствовать, что он не одинок на этом свете… У него есть так много людей, которые беспокоятся о нем, лелеют и оберегают.

Родные!

Кровные родственники!

Госпожа с глазами полными слез. В этот момент она была седой старой женщиной, вынужденной бедствовать на чужбине, со сломленным внутренним духом.

«Смелый внук… другие дети такого же возраста вырастают избалованными под родительским крылом, но мой внук потерял отца в возрасте семи лет, в возрасте восьми лет потерял мать… оба родителя умерли… когда я думаю об этом, моё сердце болит, словно в него вонзили нож…»

- Матушка… Мосе пришёл, это очень хорошее событие! Не волнуйтесь, это важно для вашего здоровья! – пытаясь успокоить её, шагнул вперёд Донфанг Вэн Цин.

- Ох, не лезь не в своё дело! Мой внук пришёл, я хочу хорошенько его рассмотреть! Он рос со старым пердуном Чжан Тианом! Он ещё тогда был вспыльчивым и нервным! Пусть не бил, но ругался. Откуда он мог знать, как воспитывать детей? Мой ребёнок все эти годы испытывал множество мучений и лишений. Да ещё и в нём гены семьи Донфанг, я всегда боялась, что под влиянием этого упрямого старого хрыча он ступит на кривую дорожку!

Было видно, что старая госпожа держит обиду на старика Цзюнь. Едва открыв рот, она назвала его старым хрычом. В конце концов, она была удовлетворена, что он хоть немного имеет отношение к семейству Донфанг, в противном случае ребёнок уже давно был бы изгнан. Предыдущие несколько лет ходило много слухов о прошлых делах Цзюнь Мосе, госпожа чуть не покинула горы, чтобы свести счёты со стариком Цзюнь Чжан Тианом.

В сердцах стариков их дети – от природы самые лучшие. Если Мосе изменился в плохую сторону, то за это несёт ответственность Цзюнь Чжан Тиан, который не приложил всех усилий для его воспитания… Откуда он может знать, как воспитывать ребёнка…

Цзюнь Мосе не знал, плакать ему или смеяться!

Госпожа, в конце концов, успокоилась. Дама, стоявшая позади неё, утирала глаза и теребила носовой платок, теперь посмотрела на Мэй Сюэ Янь, улыбнувшись, спросила у Цзюнь Мосе:

- Мосе, эта девушка… Она твоя жена? Выглядит прелестно… подойди, повернись, позволь бабушке рассмотреть тебя…

Цзюнь Мосе поспешно кивнул головой, словно петух клюнул зёрнышко:

- Бабушкин зоркий взгляд определил верно, это моя жена, вы довольны? Если недовольны, я этим же вечером побью её… – сказав эту фразу, Цзюнь Мосе закатил глаза.

Мэй Сюэ Янь охнула. На глазах у всех людей, Мэй Сюэ Янь не стала пререкаться с ним, дабы сохранить лицо!

«Ударить меня? Ты? Кто, в конце концов, ещё кого ударит? Дождёмся вечера… Там посмотрим, покажется ли тебе вкусным то, что я для тебя приготовила…»

- Ахаха, разве можно так говорить? Жену нужно уважать, как можно говорить, что ты её ударишь? Ну ладно… эта красавица словно статуэтка! – госпожа засмеялась, очень тщательно осмотрев Мэй Сюэ Янь с головы до ног. В процессе она медленно кивала головой, прищуривалась, а под конец одобрительно сказала:

- Мосе, у тебя недурной вкус. Эта девушка – красавица, к тому же у неё большая грудь и попа. Она сможет родить здорового, крепкого сына. Но вот рукам своим волю не давай!

Мэй Сюэ Янь мгновенно покраснела и чуть было ногой не топнула от смущения:

«Я – одна из почтенных зверей леса Тянь Фа, пусть это и бабушка этого негодника Цзюнь, но как так… неожиданно говорить об этом…»

Цзюнь Мосе со смешинкой в глазах пробормотал:

- Бабушка, по правде говоря, абсолютно нет проблем, чтобы родить сына, – одновременно удивившись про себя:

«Неужели новости действительно так долго доходят до семьи Донфанг? Кто бы мог подумать, что они не знают, что Сюэ Янь - это почтенная Мэй!»

- Да, когда у вас появится ребенок, вы обязательно отдайте его мне сюда... бабушка вместо вас будет его хорошо воспитывать. Вы, как и твой дедушка, небрежно его воспитаете, с чего вам его воспитать хорошо... Я вам так скажу… Если бы не кровь твоей матери, было бы неловко это объяснять… – вспоминая о репутации Цзюнь Мосе, пожилая женщина явно переживала.

«Что? Привести его сюда? Дело даже не в дедушке, это просто невозможно!» – лицо Цзюнь Мосе вытянулось, когда он посмотрел на эту глушь. Здесь, по сравнению с лесом Тянь Фа, ещё большее захолустье. Кругом горы, вода плохая…

- Это твоя старшая тётка, это вторая тётка… это третья тётка… быстро идите и принесите подарок, – госпожа улыбалась во весь рот, вытащив из кармана коробку из белого нефрита. Одна эта коробочка из целого куска нефрита не каждому по карману, а внутри был маленький феникс. Феникс с головы до ног был разноцветный, глаза и пёрышки как живые, словно он сам прилетел сюда и может в любой момент расправить крылья и улететь.

- Это истинная раскраска феникса. В природе они разноцветные, имеют семь чистых цветов, даже немного не смешаны. Эта фигурка феникса была выполнена почти совершенно. В то время мастеру требовалось три года, чтобы закончить работу, в мире это большая редкость. Все девушки мира бредили этой поделкой, в то время было множество кровопролитных споров, а потом она перешла ко мне в руки. Я никогда не вытаскивала его, а сегодня это как раз отличный подарок для невесты моего внука…

Старая госпожа засмеялась, прикалывая феникса на прекрасные волосы Мэй Сюэ Янь и испытывая чувство удовлетворения:

- Таким образом моя прекрасная внучка станет совсем похожа на статуэтку. Вы с этим фениксом дополняете друг друга…

Надев красивую нефритовую шпильку на прекрасные волосы Мэй Сюэ Янь, семь цветов переливались, отражаясь на красивом лице, делая его ещё более прекрасным…

Мэй Сюэ Янь поблагодарила, краснея от смущения. Как только она увидела сияющего феникса, она тут же влюбилась в него, но Мэй Сюэ Янь была от начала до конца истинным зверем леса Тянь Фа и не могла нарушать общепринятые нормы…

Далее пошла очередь тёток преподносить подарки…

В одно мгновение в руках у красавицы Мэй оказалось множество коробочек, она немного смущалась и испытывала неловкость при мысли о том, что ей всё это нравится…

- Мне следует называть его «старший двоюродный брат», бабушка? – появился странный мальчик лет десяти. Он выглядел белым и чистеньким, был очень милым, чёрные как смоль глазки глядели туда-сюда.

- Маленький негодник, подойди и поприветствуй старшего двоюродного брата! – старая госпожа доброжелательно улыбалась, нежно поглаживая личико мальчика. Потом обратилась к Цзюнь Мосе:

- В этом доме – он самый маленький, маленький Хуай Хуай.

- Старший двоюродный брат! – симпатичный мальчик, гордо вскинув голову, сделал пару шагов, - меня зовут Донфанг Сяо Хуай, звучит не как плохой, а как «японская софора», мне тоже не очень нравится, но мама в тот день, когда рожала меня, увидела во сне маленькое семечко от дерева софоры. На самом деле Сяо Хуай звучит не мелодично… все, наоборот, зовут меня Хуай Хуай, что звучит, как «Плохой», а на самом деле я вовсе не плохой…

- Привет, Донфанг Сяо Хуай, младший двоюродный брат, – глядя на этого маленького проказника, Цзюнь Мосе потеребил его за нос.

Действительно…

- Старший двоюродный брат, ты сегодня только пришел, а уже получил столько подарков… Я по сравнению с тобой ещё маленький, мы видимся первый раз, ты разве не должен подарить мне подарок? – Донфанг Сяо Хуай заулыбался, вымогая взятку.

- Это не так-то просто. Разве только что ты не сказал, что ты не доволен своим именем? Как насчет того, чтобы я дал тебе благозвучное имя, величественное, чтобы заставляло людей сотрясаться и запоминалось надолго, как у самого непревзойдённого мастера? – Цзюнь Мосе закатил глаза.

- Да! Что за имя? Я как раз хотел поменять… но родители не позволяют! Старший брат, сможешь помочь мне взять самое величественное, самое хорошее имя? – мальчишка тотчас же забыл про подарки и взволнованно подскочил.

- Донфанг Сяо Хуай – действительно не внушительное. «Хуай» слышится как «дерево дьявола», немного неудачное… Давай сделаем так! – Цзюнь Мосе засмеялся. - Как твоё имя превратить в непревзойдённое? Не имеющее равных! Донфанг Бубай! (Никогда не победить семью Донфанг)

- Донфанг Бубай! Очень хорошо! Вот это имя крутое! – в одно мгновение лицо мальчика взволновано заблестело, он дважды крутанулся в воздухе, объявив во всеуслышание:

- С этих самых пор я – Донфанг Бубай!

- Неплохо! Но тебе нужно стараться изо всех сил, чтобы не посрамить это имя, к тому же я дам тебе некий девиз! – сказал таинственно Цзюнь Мосе.

- Что за девиз? – с горящими глазами смотрел Сяо Хуай.

- После этого, когда ты будешь везде ходить и незнакомцы будут спрашивать твое имя, ты должен говорить… – Цзюнь Мосе выпятил грудь и поднял голову, принял вид истинного мастера и солидным голосом произнёс:

- Как солнце встает на востоке, так я непобедим!

- Как солнце встаёт на востоке, так я непобедим! – Сяо Хуай скороговоркой бубнил, глядя на Цзюнь Мосе.

- Как солнце встаёт на востоке, так я непобедим! Как солнце встаёт на востоке, так я непобедим! Действительно высший класс! Старший двоюродный брат, ты и правда одарённый! Я объявляю, с этих самых пор, ты – мой кумир!

Разрешив вопрос с именем, Цзюнь Мосе улыбался, словно одержал победу, глядя на толпу людей, которые тоже были удовлетворены сделанным выбором имени.

Семейство Донфанг нуждается в такого рода уверенности в себе!

- Как солнце встаёт на востоке, так я непобедим!

Внук подарил это имя, но для семьи Донфанг это был неожиданный подарок!

- Очень хорошо! – сказал Донфанг Вэн Цин. - Это очень мощно, боюсь, этот маленький чертёнок не заслуживает этого! Это имя принадлежит всей семье Донфанг. Позже я выгравирую эти восемь иероглифов, чтобы они навечно остались на главных воротах дома семьи Донфанг!

Глава 615. Слёзы любящей матери

- Дядя! Конечно, это моё имя! Мой двоюродный брат дал мне его! Как я могу не пользоваться им? – мальчишка быстро покраснел. Подпрыгнув, он, своим детским, ещё не сломанным голосом, неистово запротестовал.

- Для такого мальчика, как ты, иметь такое необычное и выделяющиеся имя очень неплохо… Этот девиз, непременно, останется для всего рода Донфанг… Ты снова скачешь? Будешь снова прыгать, твоё имя сразу же исчезнет, и потом на семейных состязаниях в военном искусстве, первое место займёт способный Донфанг Бубай! – грозно сказал Донфанг Вэн Цин.

Мальчик сразу же успокоился…

- Ладно, чего расшумелись, а? Быстрее идёмте… Третий сын, я говорила тебе убрать гостевую комнату. Ты убрал, нет? Надо хорошо постараться там, давай иди… Сначала сходи в гостиную и выпей чая, чтобы промочить горло. Мой внук проделал такой долгий путь, наверное, он очень устал. Наконец-то мой мальчик вернулся домой… С дороги сначала надо хорошо отдохнуть, все дела потом, – старушка Донфанг взяла под руку Мэй Сюэ Янь, а другой рукой – Цзюнь Мосе, и радостно помчала их, словно ветер, в дом.

У входа в гостиную их ждали около сотни красивых девушек, Цзюнь Мосе даже успел испугаться…

- Идём, Мосе, я тебя познакомлю! – сказала старушка Донфанг уже не таким радостным, как прежде, голосом. - Это – жёны твоего дядюшки! Это – твоя вторая тётя, это – твоя третья тётя… это – твоя семнадцатая тётя, это – твоя пятьдесят девятая тётя… Как-то их очень много, как ты думаешь?

Цзюнь Мосе с растерянным видом и открытым ртом от удивления, продолжать смотреть на окружающих их девушек…

Вот это уровень! Вот это круть!

До этого ему приходилось слышать о таком числе жён, но он думал, что это всего лишь слухи и не верил им, но сейчас, когда собственными глазами увидел их… Сказать, что он был потрясён – значит, ничего не сказать… Да ещё и собственный дядя! Ууу, вот это высший класс! Пятьдесят девять жен… Кроме того, пятьдесят девятая жена, похоже, всего на два года старше Мосе… такое молодое личико… невозможно накраситься так…

После приветственной церемонии, у Цзюнь Мосе болело почти всё тело, и ноги, и спина, и шея… Если даже не кланяться в ноги, то просто кивать головой – тоже нелёгкая работа…

С восхищением и уважением он сказал, глядя на Донфанг Вэн Цина:

- Дядюшка, Мосе сегодня действительно поражён вами… точнее, вашей… хмм… железной хваткой.

Грозное и суровое лицо Донфанг Вэн Цина тут же стало красным… Стоящие за его спиной Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао тут же громко рассмеялись, злорадствуя.

- Средний сын, ты что здесь увидел смешного, а? – старушка Донфанг тут же разозлилась на него. – Давай, Мосе, на чём мы остановились… Это – твоя двадцать вторая тётя, это – твоя двадцать третья тётя… это – твоя двести тридцать шестая тётя…

Цзюнь Мосе собственными глазами видел пятьдесят девять жен старшего дядюшки… Но потом второй дядюшка вдруг привел ещё тридцать…

«О, небеса! О, земля! Твою же мать! Я думал, это у меня немало «любовниц», но если сравнивать с родными дядюшками – это вообще ничтожно малое количество! Действительно, вызывает уважение!

Значит, мне тоже надо хорошо постараться! Пусть с количеством не догоню, но над качеством стоит поработать!»

- Эти трое, это твои, третий сын? Что-то маловато… – сказала старушка. – Всего трое. Впрочем, главное – это настойчивость и упорство. Просто подари старухе трёх внуков и трёх внучек… Не смотри на старшего и среднего сына, у каждого по толпе жён, но они даже яйцо высидеть не способны, никчёмные и безнадёжные…

Цзюнь Мосе наконец-то понял откуда берёт начало обида и негодование бабушки. Оказывается, старший и средний дядюшки ни на что не способны… Неудивительно, что бабушка так сердится, даже у их жён и наложниц заметна скрытая обида, когда они смотрят на Донфанг Сяо Хуая, их глаза полны зависти.

Дядюшки, стыдливо опустив головы, удалились.

Обмениваясь приветствиями почти полдня, они не заметили, как получили целую кучу подарков.

Наконец-то толпа родственниц отступила от Мосе и поспешила удалиться, прихватив за собой даже Донфанг Сяо Хуая. В доме остались только старушка и трое дядюшек, Цзюнь Мосе, толком не отдохнувший, сразу же поспешил задать вопрос:

- Бабушка, моя матушка… как она?

Вспомнив про это дело, все сразу изменились в лице. Долгое время никто ничего не говорил, потом старушка медленно села и со страдальческим видом сказала:

- Я не хотела поднимать эту тему, не хотела пока говорить с тобой об этом. Хотя знала, что рано или поздно ты всё равно спросишь… Но всё же хотела с этим повременить немного…

Цзюнь Мосе помрачнел:

- Неужели… матушка, она уже…?

- Сейчас, раз уж ты приехал… Ты ещё сможешь увидеть свою мать в последний раз… – старушка отвернулась, из её глаз капали слёзы. С трудом взяв себя в руки, она сказала:

- На самом деле, что увидишь ты её, что не увидишь – нет особой разницы… Так или иначе, она уже давно не слышит и не видит… Её чувства не функционируют. Она ни на что не обращает внимания… ей на всех плевать, и на сына, и на меня, старуху… Бессовестная девчонка… – договорив это, старушка уже больше не могла сдерживать слёз и расплакалась.

Дядюшки, все трое, тоскливо повесили головы.

- За эти годы, сколько мы всего перепробовали… и приглашали бесчисленное количество известных врачей, и выискивали различные чудодейственные лекарства… только, чтобы заставить её прийти в себя… В том году, лучший современный врачеватель Син Хуайчун приезжал посмотреть её и сказал: это сердечная болезнь. Она уже сама плотно закрыла врата своего сердца… Если она сама не захочет очнуться, поэтому она так будет спать вечно… – старушка внезапно повернула голову, её глаза были полны слёз, и она суровым голосом закричала. - Но она и не хочет просыпаться, она просто продолжает лежать в этом оцепенении, как неживая! Что я могу с ней сделать? Моё сердце каждый день пронзает тысяча ножей! Каждую ночь оно заживо зажаривается в адском котле! Два сына уже отправились на небо, единственный сын ещё маленький остался, а ей на всех плевать; к свекру и свекрови никакой почтительности и уважения; родная мать и все родственники постоянно за неё переживают и волнуются… Неужели! Неужели, этот мир рухнет, если в нем не будет Цзюнь Ву Хи?! Почему она не может быть немного сильнее?!

Её голос сорвался, но она не остановилась и продолжила осипшим голосом:

- Чтобы отомстить этому врагу, наша семья Донфанг будет сражаться, если понадобится, со всем миром! Мы истребим всё и всех, вдоль и поперек, несмотря ни на что, будем упорно вести битву. Число павших от наших мечей будет неизмеримо; убить тысячу людей врага и потерять восемьсот своих… Наши дети и внуки будут проливать кровь, сколько храбрых мальчишек больше не вернётся домой! А их тела останутся непогребёнными в чужой земле… Также и случилось с двумя братьями покойного мужа, в той великой битве они нашли общую смерть! Разве родственные чувства ничего не значат? А как же родственная дружба? Эта неиссякаемая кровь в её сердце. Неужто не идёт в сравнении с Цзюнь Ву Хи?!

Голос старушки становился всё ожесточённее, а каждую фразу сопровождал непрекращающийся поток слёз!

- Всё эта упрямая девчонка! Эта бессовестная дурёха… она… она… в конце концов, выбрала дорогу в одну сторону… Из-за неё несметное количество человеческих сил и жизней потрачено в пустую… – старушка горько рыдала. - К тому же… днями и ночами изводит моё старое и больное сердце… Прислушайся к зову собственной совести… почему ты слушаешь своё сердце, но не вспоминаешь про свою любовь и уважение к родителям? Почему ты так жестока к нам… прислушайся к голосу совести…

- Может быть, для матушки отец и был всем миром? Смыслом всей жизни? Отца не стало, и весь мир рухнул, всё в один миг исчезло! – Цзюнь Мосе, чуть не сорвав голос, закричал в ответ. - Настоящая любовь остаётся настоящей и после смерти! Бабушка, ты же тоже женщина, ты должна понимать такие чувства!

- Вот именно! Я всё понимаю! – бабушка, разозлившись, заорала в ответ. - Какая в этом польза, что она просто лежит вот так? Я бесчисленное количество раз хотела взять меч и закончить её бесконечные страдания раз и навсегда, ускорить дорогу туда, куда она так страстно желает попасть, но я… Как же я могу поступить так с родной дочерью… Она же моя маленькая доченька… Моё сердце и душа моя! Как я могу поднять свою руку? Я даже, когда просто думаю о таких вещах, мне становится плохо… Но если я не буду ничего делать, сколько ей ещё придётся так мучиться?! Сколько она ещё должна так страдать?!

Все замолчали, дядюшки ещё ниже опустили свои головы, чтобы скрыть свои красные глаза.

- К счастью… Всё это время её жизнь поддерживало дерево сокровищ Ли Лун, хотя и оно уже, кажется, полностью израсходовало свои силы, раз начало понемногу засыхать… Оно тоже, наверное, скоро уйдёт от нас… Ты приехал сейчас, и сможешь увидеть её в последний раз… Проводишь её в последний путь…

Старушка, обессилив, села, взгляд её был пустым, на голове, кажется, стало ещё больше седых волос. Складывалось ощущение, что вместе с гневом и злостью все жизненные силы покинули её…

- Матушка, вы, как никто другой, знаете характер этой девчонки… Какая она вспыльчивая и целеустремлённая… К чему зря волноваться? – Донфанг Вэн Дао, потирая рукой красные от слез глаза, сказал. - И в жизни, и в смерти любить только одного человека… Матушка, ваши с сестрой характеры так похожи… Разве тогда, после ранней смерти отца, вы не хотели опустить руки и оставить нас четверых детей, одних? Тогда сестрёнке было всего три годика, и мы повсюду ходили за вами… днями и ночами… боялись, что вы вдруг уйдёте и бросите нас; сколько раз, вы тайком хотели покончить жизнь самоубийством? Мы так сильно боялись за вас…

Старушка тяжело вздохнула, как будто вспомнив что-то. На её старом лице медленно появилась улыбка, и она сказала:

- Это другое… это совсем другое… Ваш отец был настоящим героем. Первый в мире, великий и могучий! А что этот Цзюнь Ву Хи? Как его можно сравнивать с вашим великим отцом?!

- Цзюнь Ву Хи, конечно, не может стоять в одном ряду с отцом, но для сестры он значит также много, как и для тебя значил наш отец… – Донфанг Вэн Цзянь ответил ей со слезами на глазах. - Сестре за эти годы и так выпало достаточно страданий… Хотя она всегда спит, мы должны были и сами додуматься; её сердцу всё равно тяжко приходится…

Глава 616.1. Вэн Синь, Ву Хи!

- Эх! Почему всем женщинам семьи Донфанг выпадает такая горькая доля? – обращаясь к небесам, сказала госпожа Донфанг. Выражение её лица было мрачным, и она тяжело вздохнула. - В императорских семьях не должны рождаться девочки, и замуж выдавать за героев дочерей тоже не нужно! Девушки, которые замуж вышли за героев… много страдают, сильно устают… Вы должны запомнить, последующие поколения девушек семьи Донфанг должны выходить замуж за простых мужчин, и ни в коем случае не за героев! Они должны жить простой жизнью, в гармонии со своим мужем до конца своих дней! Я не желаю, чтобы они без памяти влюблялись в кого-нибудь! Если такое произойдёт, то их жизням придёт конец, всей семье Донфанг придёт конец…

Это всё, конечно, лишь слова, но есть ли в этом мире хоть одна женщина, которая не хотела бы выйти замуж за великого героя? Все хотят, чтобы их мужчина был тем, кто затмевает всех вокруг, кому поклоняются другие.

Если девушку поставить перед выбором: простой мужчина и герой Цзюнь Ву Хи? Будьте уверены, большинство девушек выберут жизнь в страданиях, но с настоящим героем, и никто не пожелает заурядной жизни с простаком.

Как может неотразимая красавица стать женой обычного человека? Лучше уж вообще замуж не выходить. Взять в пример Мэй Сюэ Янь – если бы она не встретила Цзюнь Мосе, то, спустя годы, она молча вернулась бы в лес, одиночество превратило бы её в лёгкий ветерок, и так бы она и осталась там. Она бы предпочла такой исход, чем жизнь с заурядным человеком…

Именно поэтому издавна у всех красавиц складывается очень горькая судьба!

Долгое время стояла гробовая тишина, и, наконец, госпожа нарушила её, слабо помахав рукой и произнеся следующие слова:

- Вы, проводите Мосе повидать его мать…

Затем она вновь замолчала, опустив голову и совершенно не двигаясь….

С глаз её катились слёзы, слёзы любящей матери…

Они уже отвернулись, а она по-прежнему сидела неподвижно. Хоть она сидела далеко от входа, но Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь услышали звук капель, капающих на землю…

Многие из нас ненамеренно заставляют страдать своих матерей…

Но мы не хотим этого, мы не хотим, чтобы наши матери страдали…

Перед ними раскрылся тихий дворик.

Этот дворик был ограждён высоким забором, вокруг всё-всё покрыто толстым слоем снега, кроме одного небольшого участка, там всё ещё зелено и спокойно… А ещё там распустилось несколько цветков.

Как только входишь туда, сразу ощущаешь их аромат и атмосферу спокойствия…

- Ты заметил… На протяжении 10 лет снег тает в этом дворе, – Донфанг Вэн Цин говорил совершенно серьёзно. - В те годы сестра не могла встать с постели, спала глубоким сном. Мать же не жалела ничего, чтобы собрать все нефриты, распространяющие тепло и закопала их в этом дворике… Неизвестно сколько она их купила и сколько закопала, но через полгода у нашей семьи больше не осталось ни гроша… Но мать не сдалась, так как она знала, что сестре нравится, как распускаются эти цветы, когда вокруг всё зеленое и цветёт. Она надеялась, что это ускорит выздоровление сестры.

Цзюнь Мосе вдруг вспомнил, что раньше семья Донфанг была очень состоятельна, и его интересовало, почему же сейчас они живут в такой нищете… В его груди закололо и разгорелось пламя, он перестал дышать, ему захотелось плакать…

Эти нефриты, они же бесценны! Размером с палец руки, если повесить его себе его на шею, то всю зиму можно проходить в лёгких летних одеяниях! Но семья Донфанг отдала огромные деньги за эти нефриты и все их закопали в этом дворе…

Всё это лишь для той, что спала крепким сном, и вряд ли могла это почувствовать…

В этом дворике было одно небольшое здание, оно было очень чистым и безмолвным, когда туда входишь, появляется ощущение, что входишь в картину, словно во сне…

Двое слуг молча появились в дверях, поклонились. Донфанг Вэн Цин махнул рукой:

- Не нужно церемоний, этот молодой господин и его невестка приехали навестить сестру, ваша помощь здесь не нужна, уходите.

Служанки тряслись от волнения. Они подняли головы, их глаза были полны слёз, они не сдержали эмоций, увидев Цзюнь Мосе:

- Сын… сын наконец-то… приехал навестить свою мать… Надеемся, это её обрадует, – сказав это, они, всё также плача, вышли из шатра.

- Эти двое были служанками твоей мамы… После того, как она вернулась, лишь они двое целыми днями прислуживали ей… – сказал Донфанг Вэн Цин.

Цзюнь Мосе очень растрогала эта сцена, он посмотрел на их удаляющиеся силуэты и произнёс:

- Большое вам спасибо…

Однако служанки не обернулись, они, лишь опустив головы, ускорили свой шаг, всё так же плача…

Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао и слова не проронили с тех пор, как вошли, они словно чего-то опасались и были осторожны в каждом своём движении…

Цзюнь Мосе огляделся по сторонам – хоть вещей было и немного, но они занимали половину пространства, при этом были очень аккуратно сложены…

Десять лет здесь жил полуживой человек, однако неприятного запаха не было. Более того, здесь пахло цветами.

Сердце Цзюнь Мосе наполнилось разнообразными чувствами, вместе с Мэй Сюэ Янь они проследовали по лестнице вверх за Донфанг Вэн Цином. Донфанг Вэн Цзянь и Донфанг Вэн Дао не осмеливались пойти за ними, они боялись оставлять госпожу одну внизу…

Дойдя до спальни, они почувствовали аромат, ударивший им в нос. Донфанг Вэн Цин сказал:

- Её кровать… она сделана из самого большого куска нефрита….

Цзюнь Мосе был потрясён!

Он слегка приоткрыл дверь, Донфанг Вэн Цин тихим голосом сказал:

- Сестра в комнате, она… там…

Его голос сорвался, и он тяжело вздохнул.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь подняли головы, они задрожали от волнения.

Они знали, что входят в комнату матери Цзюнь Мосе, но из-за солнечного света, кроме кровати, они ничего разглядеть не могли.

Женщина лежала на спине, накрытая одеялом. Лица оттуда было не видно, однако спала она довольно-таки безмятежно… На её груди лежало что-то очень крохотное, что-то похожее на изумрудный куст из нефрита. Этот предмет излучал свет… Тело Донфанг Вэн Синь безмятежно лежало, оно уже было усохшим и сморщенным…

По стенам были увешаны картины, Цзюнь Мосе прошёлся по ним взглядом и вдруг разрыдался!

Цзюнь Ву Хи!

Это всё были портреты его отца!

Цзюнь Ву Хи в военной форме; Цзюнь Ву Хи на поле боя; Цзюнь Ву Хи, скачущий на коне; Цзюнь Ву Хи в повседневной одежде; Цзюнь Ву Хи с мечом на поясе; улыбающийся Цзюнь Ву Хи; морщащий брови Цзюнь Ву Хи; Цзюнь Ву Хи, который сердится; нежный Цзюнь Ву Хи; молодой Цзюнь Ву Хи; Цзюнь Ву Хи средних лет…

На каждой картине была тщательно проработана каждая деталь, что делало их словно живыми, словно Цзюнь Ву Хи живой и был на этих картинах. Создавалось впечатление, что он сам лично присутствовал там, сидел, ходил взад-вперёд и жил со своей любимой.

Можно было почувствовать его характер через эти картины.

Каждый взгляд со всех картин устремлялся на небольшую кровать, на женщину на этой кровати, но ей всё ещё было мало, ей всегда будет мало… Его взгляд был слегка потёртым, но продолжал смотреть туда… так было вечно, неизменно!

Глава 616.2. Вэн Синь, Ву Хи!

- Сестра ещё могла двигаться, когда только вернулась… Она не спала три дня и три ночи, всё рисовала эти картины. Она никого не слушала, словно была одержима этой идеей. Но при этом с виду была абсолютно безмятежна, иногда смеялась, иногда плакала, потом выбрала места на стенах, куда их повесить, затем повесила… Тогда все подумали, что она уже больше не будет рисовать… Когда она нарисовала последнюю картину, у неё уже совершенно не оставалось сил. Вокруг много людей присматривали за ней, но никто не смотрел ей в глаза. Однако стоило только взглянуть, как тут же в них видели Цзюнь Ву Хи, словно он стоит прямо там, в её глазах…

Голос Донфанг Вэн Цина стал твёрже:

- Всё это время она молчала, но в один день вдруг заговорила. Все сразу обрадовались, но… как только она договорила, она закрыла глаза и больше их не открывала… вплоть до сегодняшнего дня… Целых десять лет она не открывала своих глаз!

У Цзюнь Мосе всё расплывалось перед глазами из-за слёз. Он лишь разглядел одно полотно с иероглифами над головой Донфанг Вэн Синь, и это было единственное место в комнате, где не висела картина…

Всё, что мне нужно в этой жизни – Ву Хи,

И во всех последующих – Ву Хи,

Мой Цзюнь Ву Хи,

Я и Ву Хи.

Там, где Вэн Синь,

Там и Ву Хи!

Все в жизни для меня – Ву Хи,

И после смерти – лишь Ву Хи.

Жена Цзюнь Ву Хи и мать Цзюнь Мосе – Донфанг Вэн Синь – спокойно спала. Казалось, что уголки её губ расплылись в лёгкой улыбке. Ей снился её любимый – Цзюнь Ву Хи, который никогда не бросал её, всегда за ней присматривал, разговаривал с ней… Они жили во взаимной любви и прожили так до старости… Но всё лишь в её снах.

Там, где Вэн Синь, там и Ву Хи! Вэн Синь и Ву Хи, Ву Хи и Вэн Синь! Хоть и в реальности его уже не было, но он всё ещё продолжал жить в её голове, и будет там жить всегда…

Именно поэтому она не просыпалась, там она была счастлива… Очень счастлива… Она не желала просыпаться… никогда… ведь как только она проснётся, его не станет…

Она уже теряла его и не переживет этого во второй раз.

Несмотря ни на что, она не хотела просыпаться! Она закрыла своё сердце для этого.

Цзюнь Мосе ещё никогда не был таким обессиленным, его качало в разные стороны, затем он свалился на стул, слёзы ручьями текли из его глаз.

Это всё не укладывалось у него в голове. Всё его тело пробрало чувство под названием любовь!

Что такое любовь?

Если хотите узнать ответ на этот вопрос, вам стоит лишь взглянуть на эту женщину, лежащую на той маленькой кровати.

Любовь — это когда до смерти,

Любовь — это когда по жизни с ней идешь.

Любовь – это, вы уж мне поверьте,

Когда ты ради этого на веки вечные уснёшь.

Вот как она его любила. Ее любовь была ни с чем несравнима. Никто не сможет заменить его, никогда и ни в одной вселенной!

В её сне эта любовь всё ещё продолжает жить… и будет жить до тех пор, пока небо не опустеет и не состарится земля, пока моря не высохнут и камни не сгниют!

Женщины – они такие, все свои чувства направляют на одного человека!

Особенно это свойственно необычайным красавицам… Они обладают невиданным упорством, их чувства вечны!

Поступать так, как поступила мать Цзюнь Мосе, очень жестоко по отношению к своим близким, очень эгоистично… Но Донфанг Вэн Синь не подумала об этом… Ей не было всё равно на маму или на сына, или на других кровных родственников….

Просто её сердце опустело, оно умерло… она была не способна думать…

Донфанг Вэн Цин, вытирая слёзы, тихонько вышел…

Мэй Сюэ Янь уткнулась в плечо Цзюнь Мосе и тоже тихонько плакала… Кто бы смог сдержать слёзы в такой ситуации?

Тем более что они с Мосе сами влюблены друг в друга очень сильно.

Мэй Сюэ Янь представляла… А что если бы на всех этих картинах был Цзюнь Мосе, а в постели лежала она…

Боль пробрала её сердце так, что она не могла говорить…

Цзюнь Ву Хи и Донфанг Вэн Синь… Бесподобный герой и невероятная красавица!

Присутствие Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь нисколько не разрушило атмосферу этой комнаты. Вэн Синь всё ещё умиротворенно лежала, и на её лице всё ещё была улыбка счастья, а взгляды портретов Ву Хи всё ещё были направлены на его любимую жену…

На каждой картине взгляд был разный. На одном его взгляд выражал полное спокойствие, на другом он словно улыбался в ответ на капризы его жены, на третьем словно сердился на неё за непослушание, на следующем его взгляд нежно смотрел на жену, которая сладенько спала. Но при этом какой бы то ни был взгляд, в каждом читалась сильная любовь…

Хоть физически Ву Хи там не было, но его дух был с ними, наполняя всё пространство комнаты… Хоть физически Вэн Синь была здесь, но её душа была далеко от них, и все её чувства покинули тело. Они были где-то там, с Цзюнь Ву Хи… они следовали за ним повсюду…

Цзюнь Мосе сидел, сложа руки, ощущая любовь своих родителей. Вдруг ему пришли в голову вопросы, на которые он не знал ответы: Что же делать? Как мне действовать? Какой выбор мне нужно сделать?

Он надеялся, что силы Пагоды Хунцзюнь помогут ему разбудить Вэн Синь… Разбудить, а дальше что? Что потом? Цзюнь Мосе места себе не находил! Ведь там они счастливы вместе… Он не знал, что будет лучше для его матери.

Перед тем как она уснула, её сыновья были живы и здоровы, а сейчас она проснётся и узнает, что из трёх её сыновей двое уже мертвы? Ты позволишь ей вынести такое после того, как она проснется?

Разве не станет ли её жизнь адом после такого?

В той жизни Цзюнь Мосе был сиротой, в этой же, после ранней кончины отца, у него осталась лишь мать… Мать спала, но она всё ещё была жива… Цзюнь Мосе всегда надеялся… для него всегда было важно… Сколько раз он представлял себе их встречу. Что он почувствует, проникнув в душу матери? Теплоту? Счастье? Спокойствие?

Это было очень трудным решением…Что было уготовано Цзюнь Мосе?

«Мама! Мамина любовь! В обеих жизнях я так о них мечтал. Я прокручивал в голове нашу будущую встречу миллион раз…И неужели у меня этого никогда не будет?»

Цзюнь Мосе пошатывало, он медленно подошёл к кровати, опустился на колени, тихонько взял мать за руку, его сердце обливалось кровью из-за безграничной боли…

«Что же… Что же мне делать? Кто подскажет??»

Ему было очень плохо, он страдал, но не мог вымолвить ни слова… Он лишь молча спрашивал:

«Мам… как мне следует поступить? Чего ты хочешь? Мам…?»

Он выдавил из себя лишь слово «Мама», его душа разрывалась на части. Он ведь так желал этого, он мечтал об этом… и всё напрасно?

«Я не могу так! Я не могу так жить! Просто не могу!»

Цзюнь Мосе беззвучно рыдал, опустив голову… Слезы лились, как из ведра… они были едкими… боль прожигала его сердце, его страданиям не было конца…

«Как же мне тяжело!»

Глава 617. Сила дерева! Ради матери!

Что, в конце концов, я должен делать?

Лицо матери, на удивление, казалось счастливым и безмятежным, а в душе Цзюнь Мосе все перепуталось.

«Я злой и подлый! И я никогда не отрицал этого! Я ужасный человек!

Я всё делал, только чтобы угодить себе, и никогда не обращал внимания на проблемы других людей! Я всегда любил только себя, вёл себя бесстрашно и бесцеремонно!

Но сейчас передо мной моя родная мать!

Я, действительно, из-за своих чувств, жажды нового воссоединения сына и матери, и ради собственного счастья должен нарушить её крепкий и сладкий сон? Вернуть её в жестокий реальный мир?

Если она даже и очнётся, ей снова придется столкнуться с жизнью, в которой нет её любимого мужа, а двое сыновей мертвы; выдержит ли она снова такой удар? Увидев, что её материнский дом пришёл в такое упадочное состояние из-за неё, как она сможет жить дальше с чистой совестью?! Ещё собственная мать страдала из-за неё до седины в висках на протяжении десяти лет… Будет ли легко принять это всё для неё? Будет ли ей стыдно?

Если сердце уже умерло, как его можно возродить?

Как можно отчаявшуюся, потерявшую всякую надежду женщину снова вернуть к жизни, полной горя и печали?!

Как я могу быть таким эгоистом?»

Цзюнь Мосе, все больше раздражаясь, спрашивал себя; Цзюнь Се, который обычно никогда не тянул в принятии решений в таких вопросах, в эту минуту был загнан в тупик!

Как сын может спасти мать, при этом не спасая? А как же совесть? Как быть честным перед самим собой? Как спокойно жить с этим? Кого не спросить, никто бы не смог принять тот факт, что родной сын, который в состоянии спасти свою мать, ничего не делает для этого… поступать так – значит, не иметь совести!

- Что с тобой, в конце концов, такое? – спросила Мэй Сюэ Янь, тоже еле сдерживая слёзы. Она сразу заметила, что с Мосе что-то не так.

Цзюнь Мосе мучительно покачал головой и дрожащей рукой крепко ухватился за увядающее деревце около тела матери. В тот момент, когда он только прикоснулся, он сразу же почувствовал колебания, а за ним сверху показался фосфорический свет. Мосе отчётливо почувствовал, что порядочно увеличил свою внутреннюю энергию… в нашем мире и правда есть такие удивительные сокровища!

Неудивительно, что благодаря такому сокровищу заснувшая Донфанг Вен Синь продолжает мирно спать уже десять лет!

Мэй Сюэ Янь с удивлённым и недоумевающим видом смотрела, как Цзюнь Мосе, закрыв глаза, всем сердцем и всеми помыслами пытался открыть силу дерева! В эту минуту его душа и сердце находились в небывалой до этого скорби и печали. Настроив контакт с Пагодой, все свои собственные силы он послал в дерево.

Ради… матери!

«Возможно, ты и правда не хочешь просыпаться… Может, тебе лучше и дальше предаваться своим мечтам во сне… Пусть даже так, но я всё равно надеюсь попасть в твой сон и сделать его немного спокойнее и приятнее…»

Цзюнь Мосе после того, как получил новую силу, постоянно совершенствовался и закалял себя, но до сих пор он ещё ни разу не был настолько утомлённым.

Сила дерева представляла собой сумму самой лучшей и чистой энергии всей растительности между небом и землей! Достаточно использовать силу дерева и можно в один миг вырастить из любого волшебного семени настоящее живое растение… С помощью этой силы также можно заставить любое дерево засохнуть и погибнуть, и почти умирающее, находящееся на грани смерти растение вернуть к жизни… Это подвластно только силам пяти стихий!

Сила дерева!

Это ошеломительно! Новая сила вышла наружу? Открытие запасного козыря?

Сейчас Цзюнь Мосе толком ничего не обдумал, он только всеми силами хотел создать для своей матери более удобную обстановку… А удивление Мэй Сюэ Янь очень скоро переросло в настоящий испуг.

Это каким, в конце концов, должно быть изменение, чтобы такого невозмутимого человека, как она, заставить дрожать от страха?

В то, что происходило перед её глазами, действительно было трудно поверить, это просто немыслимо. Деревце, которое вот-вот должно было окончательно зачахнуть и погибнуть, в руках Цзюнь Мосе получило надежду снова вернуться к жизни! Вдруг повсюду распространилось чудесное сияние, фосфорический свет становился всё ярче и плотнее, зелёный здоровый цвет, как символ жизни любого растения, показывался всё пышнее и ярче. Ещё недавно увядающие листья и ветки, оживая, стали медленно менять свой цвет из светло-зелёного в ярко-зелёный, а затем… из зелёного в прозрачный… Даже вся комната вдруг окрасилась в нежно-зелёный и наполнилась здоровой и живой энергетикой…

Удивительные изменения на этом не прекратились – на верхушке этого деревца внезапно зашевелилась ветка, на ней вздулся маленький узелок, а потом разгладился… и превратился в плоский блестящий зелёный лист… а за ним следом ещё один… и ещё один… Мэй Сюэ Янь почувствовала, как её ноги подкашиваются от страха, и у неё больше нет сил стоять. Испугавшись, она медленно опустилась и села на землю, она хотела открыть рот и что-то сказать, но не смогла вымолвить и слова… О такой сверхъестественной силе даже она ничего не слышала, - это просто сказочные чудеса… Хрупкое засыхающее деревце с четырьмя или пятью крошечными листочками за эти несколько минут сильно изменилось. Листья не только просто зеленели, но росли и разрастались… их количество уже превышало четырнадцать-пятнадцать штук, макушка деревца тоже увеличилась в размерах и стала величиной с человеческую голову, ветви и ствол тоже выросли почти в три раза… Если изначально это деревце было способно поддерживать жизнь Донфанг Вэн Синь на протяжении десяти лет, то сейчас, кажется, его хватит на все сто!

Глаза Цзюнь Мосе были закрыты, из них по-прежнему стекали слёзы, а внутренняя энергия всё также продолжали непрерывно выходить... Человеческая сила время от времени иссякает, с растениями так же. Даже сила такого волшебного деревца, как это, имеет свои пределы, благодаря непрерывному вливанию энергии Цзюнь Мосе, изначальная ци этого деревца наконец-то полностью наполнилась!

Продолжить дальше вливание энергии Мосе не осмелился, во избежание неприятностей. Когда он опустил руку, его глаза были по-прежнему закрыты, с набожным выражением лица он взял хрупкие руки матери и приложил их к своему лицу, чувствуя, как его слёзы медленно катятся по ним. Он, не колеблясь, начал вводить свою природную энергию в каналы на теле матери, внимательно и осторожно очищая каждый канал от разных примесей…

«Прости меня… Хотя ты хочешь продолжить свой сон вместе с отцом под землей, «рука об руку всю жизнь и вместе состариться», но… я, твой сын, не позволю тебе вот так, сейчас уйти; пусть ты никогда не обращала на меня внимания, за всю жизнь не перемолвилась со мной и словом… но я всё-таки ребёнок, у которого есть мать…»

В месте, где прощупывается пульс, у Донфанг Вэн Синь было скопление дыма, похожего на туман, густого и плотного. Цзюнь Мосе сразу всё понял. Надо лишь рассеять этот дым, и Донфанг Вэн Синь сразу же очнётся, но… он решил повременить с этим, потому что ещё не принял окончательного решения. Если действительно разбудить её, и она сразу бросится убивать себя… то, во всем этом будет больше ущерба, чем пользы!

Поэтому Цзюнь Мосе сейчас оставалось только заботиться о каналах матери, привести всё в лучшее состояние, но в месте сердечного пульса он не стал долго задерживаться и не осмелился даже дотронуться… Немного спустя Мосе открыл глаза, в замешательстве огляделся и увидел перед собой портрет отца, смотрящего на него с умиротворённой улыбкой… Цзюнь Мосе печальным голосом, как будто разговаривая с самим собой, сказал:

- Что я, в конце концов, должен делать? Какое решение мне принять? Сюэ Янь, я могу привести в чувство матушку… а ещё восстановить её тело и силы до нормального состояния… но её сердцу я никак не смогу помочь… Сюэ Янь, скажи мне, что я должен сделать? Как, в конце концов, мне поступить?

Когда Мосе говорил, его взгляд был по-прежнему направлен перед собой, в пустоту, он продолжал видеть портрет отца с ласковым взглядом, как будто спрашивая у него совета. Мэй Сюэ Янь застыла от страха, она была в растерянности и не знала как ответить правильнее всего на такой сложный вопрос, она долгое время не решалась ничего сказать, но потом собралась с силами и, медленно качая головой, сказала:

- Я тоже не знаю… честно сказать, это очень трудный вопрос… если говорить, как женщина… если бы на этом портрете был ты, а на этой кровати лежала бы я… Я бы тоже не захотела просыпаться, лучше уж спать, вот так, вечно… причина ясна – во сне или в фантазиях, зато с тобой рядом… чем, в миру, но без тебя… – она печально добавила. - Матушка Вэн Синь перед тем, как заснуть, нарисовала очень много портретов твоего отца, чтобы он всегда был рядом с ней, она очень хорошо подготовилась… чтобы создать свой идеальный мир, в котором он ещё жив… Не слишком ли будет жестоко и бессердечно, если мы насильно вытащим её оттуда… она обладает достаточным количеством причин, чтобы продолжать свой сон… Там, у неё есть всё, к чему она так сильно стремилась, возможно, нам лучше не тревожить её? Если все её мечты осуществились, и она счастлива там, что может быть важнее этого?

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул и сказал:

- Я тоже так считаю, но…

- Раз ты в силах привести её в чувства… но при этом не сделаешь этого… боюсь, так тоже не выйдет… – продолжила Мэй Сюэ Янь. - Когда только матушка заснула, этим самым она доставила много невзгод и трудностей целым двум семьям… Семья Донфанг заплатила очень высокую цену за всё это, бедной старушке Донфанг нет покоя ни днем, ни ночью, она столько перенесла страданий… к тому же враг твоего отца… ещё негодование семьи Цзюнь… неповинно обездоленные сыновья; ещё ты… неужели всё это можно вот так взять и бросить?

- Если можешь, то приведи её в чувства! – неожиданно раздался голос снаружи. Мосе и Сюэ Янь в испуге подняли глаза и увидели старушку Донфанг, всю в слезах, стоящую в дверях… Это несчастная старушка всё-таки пришла… Дрожа всем телом, с тростью в руках, старушка повторяла снова и снова:

- Приведи её в чувства! Срочно! Быстрее! – она прошла внутрь комнаты, сдерживая слёзы, и с большим удивлением посмотрела на Мосе.

- Мосе, у тебя есть способности пробудить её от этого злосчастного сна, и ты ещё думаешь? Приведи её в чувство! Немедленно!

Цзюнь Мосе горько сказал:

- Бабушка, я не то, чтобы не хочу… но… Бабушка, когда матушка проснётся, что будет тогда? Что тогда делать? Мы и правда заставим матушку принять эту суровую реальность?

- Если даже не хочешь принимать реальность, всё равно надо смело смотреть трудностям в глаза! Живя на свете, есть много трудностей, с которыми ты не хочешь сталкиваться, но ты должен! – глаза старушки хоть и были полны слёз, но при этом в них было что-то пугающее и безумное… Она изо всех сил закричала:

- Мосе! Твоя мать, думаешь, какая-то слабая дура?

Глава 618. Ради девушки, ради жены, ради матери! Нужно проснуться!

Цзюнь Мосе покачал головой, ничего не понимая. Неужели у матери есть какая-то сила, о которой он не знает?

- Она пришла в этот мир… первая девочка… мамина девочка!

Седые волосы старушки Донфанг взметнулись, из глаз капали слёзы, но она, не моргая, смотрела на Цзюнь Мосе:

- Во-вторых, она все-таки младшая сестра трёх старших братьев, и только потом жена Цзюнь Ву Хи, только потом невестка семьи Цзюнь, только потом твоя мать!

- В первую очередь она девушка, потом жена, потом мать… – старушка Донфанг, подняв голову к небу, печально вздохнула. - Она сейчас крепко спит для всех, в качестве жены… таким образом, мать тревожится, ворочаясь с боку на бок, переживает… разве это не её обязанность? Ребёнок с пелёнок не имел матери, круглый сирота, сожалеет всю жизнь, разве это не её обязанность? Как она может продолжать спать крепким сном, когда у неё на плечах такая ответственность!

К концу фразы старушка уже перешла на крик!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь задрожали всем телом, осознав смысл её слов! Действительно, Цзюнь Мосе всегда только и делал, что переживал о матери, не заботясь о собственных нуждах и переживаниях!

Так много родных людей, так много чистых сердец пострадали!

Необходимо вернуть её в чувство!

- Дай ей проснуться, необходимо привести её в сознание, – тяжело продолжала говорить старушка. - В тот год она впала в глубокий сон, словно живой мертвец. Если она и в самом деле покончит с собой, то проблема решится одним махом. Я уже не могу переносить так много испытаний, так много лет в семье Донфанг повторяется одно и то же, мы никогда её не бросали, всё надеялись, что она однажды проснётся… Ты должен её разбудить, даже если она покончит с собой! Я, в конце концов, хочу увидеть, как она при сыне, при невестке, сможет это сделать! Как она сможет покончить с собой при седой, измучившейся матери! Я жду этого с нетерпением и нисколько не препятствую! Похоронить родителю своего ребенка лучше, чем если он лежит ни жив, ни мёртв!

Слёзы пожилой женщины скатывались по всему лицу, сквозь каждую морщинку, а она, не обращая на них внимания, говорила:

- Я человек, который много испытал на своем веку, как я могу не понимать её горечь? Как можно не понять… Но раз уж меня так затронули её страдания, то я переживу и это! Это неизбежно! Печально и радостно одновременно! Разве может так закончиться человеческая жизнь?

Пожилая женщина неожиданно начала дрожать всем телом. То, что она говорила, звучало безжалостно, но в глазах её была нескрываемая радость от того, что так долго спавшая дочь, скоро может очнуться!

Она медленно подошла к кровати, мягко погладила чистое лицо дочери. Пусть она говорила очень категорично, но в эти минуты ее движения были нежными и мягкими, опасаясь нарушить сладкие сны дочери… Её выражение лица и взгляд были пропитаны любовью. Тихонько подняв волосы дочери, она медленно нагнулась, прижалась к её лицу и тихонько прошептала:

- Не нужно думать о страданиях… Вэн Синь, во что бы то ни стало, мы всегда будем вместе… Ты не будешь одинока…

- Хорошо, бабушка, раз уж ты решила, что её надо разбудить, то стоит хорошенько подготовиться к тому, когда она проснётся! – мгновенно сориентировался Цзюнь Мосе. Раз уж решение принято, то нужно смело идти вперёд! Пока решение не было принято, он колебался! Но сейчас необходимо подумать о последствиях!

- После того, как она проснётся… После того, как она проснётся… – старушка с любовью посмотрела на лицо дочери и, вдруг закрыв лицо, зарыдала:

- Мой ребёнок… проснётся и по-прежнему будет сильно страдать… может быть, будет страдать еще больше! Муж умер… три сына, двое тоже покинули этот мир без неё… моя доченька… моя Вэн Синь… твоя жизнь… почему она так печальна? Знала бы ты, что будешь так мучиться, ты не захотела бы просыпаться!

- У меня есть один способ, чтобы позволить маме максимально быстро прийти в себя, – осторожно произнесла Мэй Сюэ Янь.

- Что за способ? – Цзюнь Мосе и старушка спросили одновременно.

- Если Мосе израсходует всю свою силу, чтобы помочь матери… то он сам может впасть в кому, – медленно произнесла Мэй Сюэ Янь.

- Лежать при смерти, в бессознательном состоянии? – оба остолбенели, а затем, ухватившись мыслями за ключевую мысль, старушка ударила себя по бедру и громко крикнула:

- Превосходный план, действительно превосходный план, потому что Вэн Синь всем сердцем станет переживать за сына, отбросив тем самым все другие проблемы! В ожидании, когда сын поправится, все остальные проблемы покажутся несущественными. Люди нуждаются в некоей «амортизации», целиком очень трудно принять проблему, поэтому её надо немного уменьшить, поэтому с этой точки зрения, план превосходный! Мосе, найти такую невесту действительно непросто!

Старая госпожа ещё раньше, чем Цзюнь Мосе, разглядела истинное положение вещей!

Цзюнь Мосе, будучи неглупым, тоже кивнул головой и сказал:

- Действительно, превосходный план. Несмотря на то, что присутствует небольшой обман, но, несомненно, это наилучший выбор! Мэй Сюэ Янь… ты и правда достойная жена, смогла придумать такой непростой план, вечером я непременно вознагражу тебя…

Мэй Сюэ Янь тотчас же, покраснев, ответила:

- Ты… поговори ещё! Тебе нужно притвориться раненым… Хотя, обмануть мать очень сложно… Необходимо нанести тебе реальную травму, чтобы был успешный результат!

- Реальная травма? – пожилая госпожа остолбенела от неожиданности.

- Если не ранить по-настоящему, то нужно сделать очень правдоподобный вид. Притворяться нужно долго, день за днём! Это очень трудно, мать, хоть и не Великий Мастер, но тоже обладает силой Суань, вряд ли это удастся долго скрывать… – Мэй Сюэ Янь, имея в голове готовый план, рассмеялась. - Что касается волшебных способностей Мосе, все его внутренние органы придут в движение, сила придет в упадок, тем самым причинив травму… необходимо будет ежедневно самого себя держать под контролем…

Старая госпожа не могла понять смысл слов Мэй Сюэ Янь, как не могла понять и технику Мосе, но как Цзюнь Мосе мог не понять услышанное? Рана? Слишком легко!

- Кажется, это всё слишком рискованно… Внутренние органы, сила упадёт! это… это… – пожилая женщина глотнула холодный воздух. - Ты шутишь? Если это и в самом деле правда… Я останусь ни с чем! Нет, нет, так не пойдёт! Слишком рискованно! Нужно поменять план!

- Успокойтесь, бабушка. С Мосе всё будет нормально, у него превосходная техника, – Мэй Сюэ Янь кокетливо улыбнулась.

- Хм! – глядя на уверенную в своих словах Мэй Сюэ Янь, старушка невольно посмотрела на Цзюнь Мосе. Выражение лица постепенно становилось серьёзным, потому что она использовала все свои умения, чтобы посмотреть на него, но она не понимала, на каком уровне находится её внук.

- Мосе, будь добр, скажи мне, на каком уровне сейчас находится твоя сила? Если ты достиг уровня выше небесного Суань, тогда может что-то выйти, но для твоего возраста это маловероятно…

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, переглянувшись, заулыбались.

- Бабушка, ты сейчас на уровне Великого Мастера? Суань Духа седьмого уровня? Великий Мастер третьей ступени? – Цзюнь Мосе спрашивал, как на допросе, но манера речи была спокойной.

- Ты видишь мой уровень? – пожилая женщина удивилась.

- Ну да. Моя нынешняя практика, если говорить о силе Суань, достигла восьмого уровня. Великого Мастера четвёртой ступени! – Цзюнь Мосе подумал и добавил: - Если продвинусь ещё на шаг, то буду Величайшим мастером!

Старушка глубоко вздохнула, выпучив глаза на внука и от неожиданности даже начала оседать на землю. Мэй Сюэ Янь поспешно поддержала её.

Суань Духа восьмого уровня!

Великий мастер четвёртой ступени!

Старушка почувствовала себя как во сне. Разве этот парнишка может ей лгать прямо в глаза? Она со всей силы покачала головой, это немыслимо:

- Как это возможно?

- Нет ничего невозможного, бабушка, не переживай! У Цзюнь Мосе действительно такая сила! Он сражался с Величайшими мастерами, не уступая их уровню! – с уверенностью сказала Мэй Сюэ Янь.

Сказав это, девушка немного приврала. На данный момент времени у Цзюнь Мосе были не самые удачные методы прямого сражения.

Таким образом, ему не под силу было бы справиться с великим убийцей Чу Цихуном. Хотя, кто знает этого маленького засранца…

Говоря по существу, первый убийца в мире – король убийц, а имя его – Цзюнь Мосе. Ему только осталось вернуть себе своё звание!

- А! – старушка стала на ноги, опираясь на Мэй Сюэ Янь. - Я верю своим глазам, но у меня не было возможности досконально узнать тебя и истинную силу Цзюнь Мосе… Если Мосе уже великий мастер… то ты?

У старушки был такой взгляд, как будто она уже начала догадываться.

- Я… на самом деле... я… по сравнению с ним чуть выше… Самую чуточку! - ответила Мэй Сюэ Янь, мямля скромно и нерешительно.

- О, Господи! В самом деле? – старушка выпучила глаза и всё-таки плюхнулась на землю!

Глава 619. Получить травму ради матери? Без проблем!

«Это сон! Это точно сон! Я точно сплю… с того момента, как он сказал, что можешь привести в чувства Вэн Синь, я как будто во сне… В это слишком трудно поверить, чтобы это было правдой!

Человек, пробывший в спячке десять лет, почти живой мертвец, может запросто восстать из сна… Двое молодых ребят, чуть старше двадцати лет, один – Великий Мастер четвёртого ранга, вторая – Достопочтенная… Суань Духа девятого уровня ведь считается уже за Достопочтенную, верно?

Вот расчудесные чудеса! Я про таких людей даже в сказках ничего не слышала…

Что если этот сладкий сон тоже исчезнет?»

…

У входа в маленький узкий дворик установилась гробовая тишина, члены семьи Донфанг пристально следили за каждым движением и за каждым звуком. Три брата Донфанг, как будто в ожидании врага, напряжённо держали свои руки на рукоятках своих мечей и ходили взад-вперёд, патрулируя местность; старушка персонально стояла на страже спальни. Кажется, её глаза вообще не моргали…

Мэй Сюэ Янь в белых одеждах, в одиночестве стояла с мечом в руках на маленькой крыше дома, оглядываясь по сторонам.

Такие меры предосторожности очень надёжны! Пусть даже люди из трёх священных земель нападут одновременно и все разом, одна только Мэй Сюэ Янь сможет их задержать на приличный промежуток времени…

В комнате, Цзюнь Мосе, слегка закрыв глаза, взял матушку за руку и начал медленно вводить чистую одухотворённую ци в больших количествах, чтобы изгнать ядовитый дым из души матушки…

Цзюнь Мосе в целях предосторожности не стал торопиться, он старался делать все очень внимательно и аккуратно… понемногу… в конце концов, матушка уже около десяти лет провела без движения… и, хотя её тело уже прошло через собственное восстановление, она по-прежнему в значительной степени слаба, если переусердствовать с нагрузкой, можно вместо лечения лишь нанести ей ещё больший ущерб.

Не страшно ранее предвиденное, страшно неожиданное!

Цзюнь Мосе был осторожным, как никогда!

Всё должно пройти без происшествий!

Дым в сердце Донфанг Вэн Синь понемногу стал исчезать под мощным воздействием одухотворенной ци Цзюнь Мосе, не оставляя за собой и следа... остался один маленький клубок… последний клубок…

Если изначально он был размером с яблоко, то сейчас он стал размером с земляничку…

Безмятежное спокойствие пропало с лица Донфанг Вэн Синь, теперь её брови были нахмурены, будто её кто-то будил, а она не очень была рада этому и совсем не хотела вставать с кровати… Уже скоро ей придётся расстаться с этим прекрасным сном, и она, будто чувствуя это, казалась такой недовольной. Ей хотелось и дальше остаться там, но сила, которая тянула её наружу, была очень велика… настолько, что она была не в силах сопротивляться…

По её выражению лица было видно, что она сопротивлялась из последних сил. Вид её становился всё более болезненным и мучительным, она лихорадочно мотала головой из стороны в сторону… Старушка Донфанг легонько взяла дочь за руку, с лицом полным заботы и сожаления, удивления и беспокойства…

Когда процесс пробуждения уже было невозможно остановить, старушка Донфанг вдруг опомнилась и схватилась за голову… Она начала переживать о том, что будет, когда Вэн Синь очнётся и узнает о смерти мужа и двух сыновей… какова будет её реакция?

А что ещё может быть важнее для любой женщины? Самое главное для любой женщины – это семья! Муж! Дети!

Сон, полный счастья и благополучия, длиною в десять лет исчезнет в одно мгновение, останется только жестокая реальность, в которой родной муж уже больше никогда не будет рядом с тобой, а двое из трёх сыновей мертвы… Разве можно придумать что-то ещё более жестокое и мучительное? Какие страдания!

Старушка не осмелилась дальше думать о том, как поведёт себя дочь после пробуждения, и как она на всё отреагирует… Она только еще крепче вцепилась в её руку, продолжая обеспокоенно смотреть на её мучения… Она надеялась передать все свои силы дочери, чтобы та смогла выдержать эти нескончаемые мучения!

Процесс пробуждения должен успешно завершиться через пару секунд!

Даже Мэй Сюэ Янь, будучи на крыше дома, смогла почувствовать, как тяжело Цзюнь Мосе… и больно, и радостно одновременно…

Это момент истины!

Наконец…

Донфанг Вэн Синь, морщась от боли, неистово мотала головой из стороны сторону. Муки вечной разлуки застыли на её лице, весь лоб был в каплях пота, которые медленно стекали по её лицу. Неожиданно её веки разомкнулись, и раздался душераздирающий крик: «Ву Хи!», а затем она резко поднялась и села!

В то же время огромные потоки силы потекли в обратном направлении в каналах Цзюнь Мосе, в его даньтяне что-то с грохотом взорвалось. Из дыры в животе фонтаном полилась багряно-красная кровь…

Это травма была совсем не по плану! Это была настоящая травма!

К тому же, довольно серьёзная травма!

Последствия этого взрыва оказались очень тяжёлыми, все внутренние органы получили серьёзные повреждения, Цзюнь Мосе был почти при смерти…

Глядя на всё это со стороны, получалась очень странная картина, Донфанг Вэн Синь пробудилась, а Цзюнь Мосе, наоборот, находился в шаге от смерти… Вполне вероятно, что он может больше уже не восстановиться, и провести оставшуюся жизнь прикованным к кровати, это говоря даже без преувеличения!

Ему пришлось терпеть такие мучения, потому что для него это было важно, не время было думать о себе!

Ради матери, терпи! Ради матери можно пойти на многое! Терпеть снова и снова!

Донфанг Вэн Синь показалось, что она только что пробудилась от долгого бесконечного сна, она, ничего толком не понимая, медленно открыла глаза, на её лице до сих пор остались следы боли и страдания. До её рук по-прежнему доносились потоки тепла. Первое, что она увидела, открыв глаза, это постаревшее, всё в морщинах лицо, полное слёз, с жалостью обращённое к ней, а потом раздался до боли знакомый голос:

- Вэн Синь… моя доченька… моя маленькая девочка... ты наконец-то очнулась…

Вэн Синь в растерянности долго смотрела на лицо старой женщины перед собой, а потом да неё дошло, что эта старушка – её родная мать. Поняв это, она тотчас же испуганно закричала:

- Мама?! Почему ты так выглядишь?

- Со мной всё нормально, ты сначала посмотри на своего сына… Бедное дитя… – старушка горько заплакала в голос, и слёзы хлынули нескончаемым потоком.

- Моего сына…? – Донфанг Вэн Синь медленно огляделась и сразу же увидела знакомое красивое лицо молодого юноши, лежащего на одеяле около неё. Глаза юноши были закрыты, лицо бледное, как у мертвеца, из его рта непрерывно капала кровь, он был без сознания… но уголки его рта как будто были подняты в улыбке…

«Да, конечно, это его лицо! Это лицо моего сына!

Одна его рука, до сих пор находится в моей руке, и из неё идёт тепло…

Это мой сын заставил меня очнуться?

Но что с ним случилось? Что он выглядит вот так?»

У Донфанг Вэн Синь вдруг защемило сердце, когда она увидела своего сына без сознания и с кровью на губах.

- Это… Мо Ю? – Вэн Синь поражённо смотрела на сына перед собой. До комы, старший сын Мо Ю был таким большим… но, кажется, немного старше, чем тот, который сейчас был перед ней: - Неужто Мо Шу?

Она дрожащей рукой дотронулась до рукава правой руки Цзюнь Мосе, всмотрелась ещё раз, покачала головой и сказала:

- Не Мо Шу, не Мо Ю… – вдруг она обеспокоенно закричала: - Неужели это Мосе?

Она быстрым движением протянула руку к голове Цзюнь Мосе, раздвинула волосы за ухом и обнаружила три родимых пятнышка. О том, что в этом месте находились родинки, даже сам Цзюнь Мосе ничего не знал!

Очень маленького размера, как три кунжутных семечка… Об этой кровной отметине могла знать и помнить только мать…

- Это Мосе… мой мальчик Мосе… – Донфанг Вэн Синь испуганно, почти в панике закричала:

- Матушка… что такое с Мосе? Почему его рвёт кровью? У тебя же есть силы, быстрее спаси его… спаси его!

- Что такое?! Спрашиваешь, что такое? Разве это случилось не по твоей вине? – старушка вытерла слёзы. - Ты провела во сне уже около десяти лет, и семья Донфанг, и семья Цзюнь использовали все силы и способы, чтобы помочь тебе, но они оказались бессильны… Мосе для того, чтобы привести тебя в чувства, решился на использование экспериментального метода, как раз сейчас всё получилось, метод сработал… Мосе срочно приехал, чтобы спасти себя… Этот глупый мальчишка израсходовал всю свою силу, а это вызвало обратный удар… его жизнь в опасности… Вэн Синь… посмотри на своего сына… как ты могла так поступить с ним?

Старушка тяжело вздохнула, приподняла Цзюнь Мосе и вытерла шёлковым платком его губы от следов крови…

- Я провела во сне десять лет? – Донфанг Вэн Синь, ничего не соображая, сказала сама себе. Но тут же поспешила выкинуть это из головы, сейчас её беспокоило совсем другое. Позабыв свою боль и недомогания, она второпях сказала:

- Матушка… Мосе может пострадать? Поскорее придумайте что-нибудь… Этот дурачок… он… зачем он пожертвовал своей жизнью?

- Мосе пожертвовал своей жизнью не ради своей матери, то есть тебя? Не ради того, чтобы у него была мать, которая бы любила его? Несчастное дитя, у него никого не осталось, кроме матери, но и она просто лежала и даже не обращала внимания на него… Сколько боли и горя в сердце этого мальчишки, ты хотя бы думала об этом?! – старушка продолжала причитать. - Ты только думаешь о своём горе, о том, как тебе тяжело… Уснула и даже не собиралась просыпаться… А ты подумала, каково этому мальчишке? Во всяком случае, Мосе повезло, он вырос здоровым и храбрым, но он… он всегда тосковал по тебе…

Донфанг Вэн Синь не выдержала, скинула одеяло и начала вставать с постели.

- Дай мне посмотреть… посмотреть на Мосе… мой бедный Мосе… – она встала и крепко обняла Мосе, слёзы градом посыпались из её глаз…

«Оказывается, я спала десять лет… значит, Ву Хи уже нет как десять лет… целых десять лет! Так долго! Трое сыновей без материнского присмотра провели уже так долго… Я даже не знаю, как они повзрослели… как они вообще?»

Сердце её вдруг наполнилось материнской любовью, даже вытеснив оттуда образ мужа…

Она не думала, что всё на самом деле окажется так… старушка открыла ей глаза… кто бы мог подумать…

Насколько способности Мосе могут быть удивительными? Насколько ущерб Мосе велик? Все стали беспокоиться… травмы казались довольно серьёзными…

Донфанг Вэн Цин тихо вошёл в комнату:

- Все эти годы, сестрёнка… ты… – его хватило только на половину фразы, дальше он уже не мог говорить, у него перехватило дыхание от слёз…

- Ты переживаешь только за сына… но ты же не знаешь, каково было твоей родной матери все эти годы? Я ни ночью, ни днем не могла найти себе места из-за тебя, вся уже поседела… – старушка раздосадовано вздохнула…

- Матушка… твоя дочь была непочтительна к вам, простите! Мосе… мой бедный Мосе и ты прости свою мать… – Донфанг Вэн Синь, крепко обняв Мосе, зарыдала во весь голос…

- Не плачь! Надо сначала спасти ребёнка! Остальное подождёт! – старушка вздохнула и громким голосом напомнила о том, что сейчас важнее всего. Обо всём прочем можно поговорить потом…

Глава 620. Человек, которого любит мать!

Мэй Сюэ Янь тихо появилась в доме. Поглядев на пробудившуюся Донфанг Вэн Синь, она невольно обрадовалась, но, взглянув на Цзюнь Мосе, невольно почувствовала, как у неё защемило сердце.

При одном взгляде было ясно, до какой степени он был ранен, она упрекнула себя в глубине души. Но это ведь спектакль, игра…

Выглядело это так, как будто он на последнем издыхании…

Мэй Сюэ Янь знала насколько важна Донфанг Вэн Синь для Цзюнь Мосе. Вероятно, в этот момент Цзюнь Мосе настолько жаждал материнской любви, что даже Мэй Сюэ Янь было этого не понять.

Мама!

До чего же священное имя, сердце Цзюнь Мосе словно сковывали два великих демона…

«Почему ты бросила меня тогда? Почему? Неужели ты не знала, что я так к тебе стремился? Пусть бы даже ты била и ругала меня, но я человек, у которого есть мать, я не сирота…

Во всем мире нет никого, кто бы не боялся меня, я уже бессмертная легенда!

Только вот кто знает, какая боль у меня в сердце? Потому что до конца своих дней, я не сам не знаю свою семью, свой род…

В этом мире я словно лишний, хотя и превосходный человек, имеющий великолепную славу, но… у меня нет прочной основы…

Я жадно нуждаюсь в матери, в материнской любви…

Кто сможет понять, до какой степени я в этом нуждаюсь? Ночью мне снится сон: шелестит осенний ветер, мне трудно уснуть, в каждом доме огни, все семьи собрались праздновать новый год…

А я? На всём своём пути я странствую в одиночестве. Когда бывало такое, что меня сильно обидели, я мог бы прийти, прижаться к матери и тихо плакать, став в этот момент слабым и позволить матери заботиться о себе…

И даже не для самой так называемой заботы, а чтобы почувствовать связь между матерью и ребёнком…

И пока мать ещё не исчезла, она всё ещё в этом мире, а просто очень долго спит, словно живой мертвец, я воспринимаю себя как Цзюнь Мосе…

Но… я твой сын!

Я… я мечтаю о материнской любви…»

Цзюнь Мосе заблудился…

В ту минуту, когда Донфанг Вэн Синь очнулась, он наконец-то успокоился и забылся…

В счастливом забытьи…

Вдруг увидев девушку невероятной красоты, полностью облачённую в белое, с взглядом, полным тоски и заботы, смотревшей на ее сына, Донфанг Вэн Синь машинально спросила:

- Кто эта девушка?

- Кто эта девушка? Она – твоя невестка! Это жена Мосе! – с обидой сказала старая госпожа. - Вэн Синь, ты уже стала свекровью… возможно, немного позже и внуки появятся…

- Невестка? Жена Мосе? – Вэн Синь испуганно смерила взглядом Мэй Сюэ Янь, но, в конце концов, удовлетворённо заулыбалась, добродушно спросив:

- Девушка, как твоё имя?

Лицо Мэй Сюэ Янь тотчас же залилось краской, и она шёпотом произнесла:

- Меня зовут Мэй Сюэ Янь.

- Как можно жену Мосе называть простой девушкой! – Донфанг Вэн Синь с улыбкой посмотрела на Мэй Сюэ Янь. Чем больше смотрела, тем больше испытывала удовлетворение.

«У сына действительно хороший вкус, она ещё красивее меня в молодости…»

- Девушка… – Мэй Сюэ Янь проскрежетала зубами, испытывая некоторую неловкость, но ещё больше сконфузилась, испытав некоторую радость.

- Хорошая, хорошая, сноха… любо посмотреть! Мосе с детства был капризным ребенком. Чтобы быть с ним, тебе нужно быть снисходительной, Мэй Сюэ Янь, – Донфанг Вэн Синь улыбалась, крепко сжав руку Цзюнь Мосе. Со слезами на глазах она удручённо сказала:

- Да… я уже стала свекровью… скоро буду нянчить внуков… если бы Ву Хи знал это, он так бы обрадовался… нужно поскорее ему об этом сообщить…

Старая госпожа печально вздохнула!

- Держать на руках внуков… – Донфанг Вэн Синь неожиданно сморщила брови, а потом встала, улыбаясь:

- Мосе самый младший и уже нашёл жену? Мо Ю и Мо Шу наверняка уже женаты или, по крайней мере, имеют избранниц? А-а-а-а… я лезу не в свое дело… эти двое? Не пришли?

- Что ты спешишь? – наигранно засмеялась старая госпожа. - Это дом семьи Донфанг, Мосе столько всего пережил, пока добрался… Ты разве не знаешь, в каком захолустье мы живём…

- Эх! – Донфанг Вэн Синь медленно присела. Хотя в сердце почувствовала, что что-то не так, но это чувство тут же улетучилось, и она заулыбалась.

- Я совсем забыла… до нас же расстояние почти семнадцать тысяч ли. И правда очень далеко. В свои лучшие годы я проходила несколько тысяч ли по горной дороге… И встретила кое-кого… Это был Ву Хи, он с несколькими людьми тащил на себе раненого сослуживца и искал лекаря. Того солдата укусила змея, но, к счастью, они встретили меня… в противном случае, было бы столько мороки…

Я ещё не знала, что он мой будущий избранник… В тот день стояла жара, солдаты так вымотались на той дороге… Но Ву Хи, чтобы спасти жизнь раненого брата, с периодичностью раз в несколько часов отсасывал яд из раны… Это, в конце концов, и послужило нашей встрече. В противном случае, солдат бы уже давно скончался. В глубине души я была очень тронута тем, что он, генерал, но оказывал такую услугу простому солдату… это просто восхитительно…

Взгляд Донфанг Вэн Синь стал задумчивым, она нежно заулыбалась, словно опять вернулась в то время.

Несмотря на то, что Донфанг Вэн Синь десять лет была в летаргическом сне, её мысли были устремлены на то, что было до этих десяти лет. Она не знала, что за десять лет так много изменилось, что у людей в комнате уже нет дома… Если говорить о ней, то в её душе по-прежнему была скорбь, к тому же её воспоминания были такими чёткими…

Старая госпожа тяжело вздохнула, открыла рот, совершенно не зная, как её утешить. Она лишь сказала:

- Давай, для начала, вернёмся к твоему сыну! Твой сын не получил ещё даже капли твоего внимания. Подождём, когда он поправится, и вернёмся к этому вопросу…

Донфанг Вэн Синь в ужасе задрожала, заботливо взглянув на сына. Её словно опьянили знакомые черты лица, она тихо нагнула голову, прижалась лицом к лицу Цзюнь Мосе и произнесла:

- Мой хороший сын… плоть от плоти Ву Хи… ты должен поправиться… три сына… мои три сына… три сына…

Старая госпожа вздохнула с облегчением, взглядом приказав Донфанг Вэн Цзиню с товарищами выйти.

Старушка встала и произнесла:

- Подожди, когда Мосе станет лучше, Вэн Синь! Ты должна извиниться перед матерью! Ты была непочтительной к матери, так долго… ты… ты… эх! – тяжело вздыхая, она вышла из комнаты.

В комнате остались только три человека: Донфанг Вэн Синь, Мэй Сюэ Янь и Мосе…

Находясь в беспамятстве, Цзюнь Мосе мучился, но он так прижался к матери!

Следующие несколько дней прошли для Цзюнь Мосе словно в раю…

Донфанг Вэн Синь почти всё время заботилась о нём, даже спала на маленькой кроватке рядом с сыном. Каждый раз кормила его своими руками. Цзюнь Мосе сначала чувствовал себя плохо, капризничал, но под чуткой заботой Донфанг Вэн Синь быстро принял поражение и не сопротивлялся. В конце концов, во всём этом найдя радость…

Растворяясь в крепких материнских объятиях, наслаждаясь её заботой, вдыхая её прекрасный запах, он ощущал чувство счастья. Мосе, впервые за много лет почувствовал, что значит быть счастливым! Что такое быть неразрывно связанным с кем-то!

Как приятно иметь мать! Тепло, уютно, весело, комфортно! Как будто во всём мире не найдётся столько прилагательных, чтобы описать свои чувства!

«Я… я Цзюнь Мосе… Наконец-то у меня есть мать! Я тоже человек, у которого есть материнская любовь!» – в душе Цзюнь Мосе испытывал невероятный подъём.

Все эти дни, он каждый день разговаривал с матерью, рассказывая ей, какой опыт он получил на своём жизненном пути, каким он был избалованным и расточительным, как заставлял людей гневаться, опасаясь, что мать будет его ругать, но потом, всё же, осторожно рассказывал…

Потом слушал как мама рассказывала о том, какой он был непослушный в детстве, начиная с момента, когда он был ещё в животе, о том как они познакомились с отцом, как они полюбили друг друга, как жили вместе, любили и оберегали друг друга.

В этот момент Цзюнь Мосе очень внимательно слушал, Мэй Сюэ Янь тоже сидела рядом, слушала и улыбалась…

Но странным было то, что Вэн Синь никогда не упоминала о печальных событиях, рассказывая только радостные моменты, вплоть до того, что Цзюнь Мосе даже расстроился. Она совсем мало упоминала о его брате Мо Шу… Когда Цзюнь Мосе в первый раз целенаправленно упомянул об этом, она искусно отвела тему разговора в сторону и не возвращаясь к этому больше…

Несмотря на то, что на её лице по-прежнему оставался отпечаток грусти, и в глазах пролегала глубокая печаль, но перед Цзюнь Мосе она никогда не проявляла грусти, каждую минуту внимательно заботясь о сыне. Она тщательно заботилась о его питании и питье, вплоть до того, что оберегала каждый его волосок, словно хотела возместить за один день десятилетнюю нехватку материнской любви, обрушив её на сына.

Беззаветно, всем сердцем изливая свою любовь на сына…

Цзюнь Мосе даже подумывал:

«А что если… а что если это могло бы быть всегда?»

От этого он почувствовал легкую грусть.

За последние несколько дней в дом Донфанг приходило множество людей, но каждый раз они уходили в спешке, даже старая госпожа не была исключением, потому что все они боялись смотреть в глаза Донфанг Вэн Синь… Порой её глаза были наполнены скорбью и недоверием. К тому же, столкнувшись с недоверием, даже старая госпожа так и не решалась сообщить ей об истинном положении вещей.

Каждый раз Донфанг Вэн Синь задумчиво останавливалась перед дверью, глядя с беспокойством и непониманием, всё больше и больше чувствуя тревогу…

Цзюнь Мосе тоже был проницательным и чувствовал, что на сердце Донфанг Вэн Синь лежит тяжесть и глубокая печаль! Несмотря на то, что она никогда не проявляла свои чувства, изо всех сил их скрывая, но Цзюнь Мосе всё равно это понимал!

Цзюнь Мосе, в конце концов, всё-таки решил рассказать правду…

Вместо того чтобы обременять своё сердце тем, что и так было всем понятно без слов, лучше уж рассказать ей правду. После того как она поплачется и изольёт свою печаль, ей будет намного легче. Для Цзюнь Мосе было невыносимо смотреть изо дня в день на унылую и подавленную мать.

Конечно, для этого Цзюнь Мосе требовалось большое мужество. К тому же Мэй Сюэ Янь как-то сказала, что невыносимо больно смотреть на его мать…

Глава 621. Это ложь?!

Послушав Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Мосе сразу всё понял:

«Ложь!»

Да, нужна ложь!

Рассказав матушке всю правду, Цзюнь Мосе решил прибегнуть к варианту с ложью во спасение, сказав, что, хотя у него сейчас недостаточно сил, чтобы воскресить мёртвого, тем самым нарушив законы природы, его силы постоянно растут, и в дальнейшем будет возможно оживить отца! Он хотел, чтобы благодаря этим радужным надеждам на светлое будущее, матушка смогла продолжить жить!

Хотя эта большая ложь, это, всё же, лучше разбитого сердца… Хотя это обман, но насколько надо любить человека, чтобы пойти на такой обман… Такой поступок показывает искренние чувства сына к матери!

Надо только верить и надеяться, и будущее не будет таким мрачным!

Что касается достоверности этого всего…

Поживём – увидим!

Если заставить её так думать, то рано или поздно можно наступить на те же грабли… что будет дальше… кто сможет сказать наверняка?

Донфанг Вэн Синь тихонько открыла входную дверь, в руках у неё была чашка с супом; осторожно войдя в комнату, она увидела Цзюнь Мосе, сидевшего полулёжа, он опирался на подушку с задумчивым видом. Не успев войти, она возмущённо закричала:

- Да что за ребёнок? Раны ещё толком не затянулись, а он уже куда-то намылился? Ну-ка, правильно ложись! О чём ты так задумался?

Цзюнь Мосе улыбнулся, но не послушался. Он, на удивление, очень серьёзно посмотрел на неё и не менее серьёзно сказал:

- Матушка… мне нужно с вами поговорить. Вы можете… послушать меня? Это прозвучит немного абсурдно, но, я надеюсь, вы сможете поверить мне!

- Конечно, поверю. Всё, что скажет мой сыночек, я всему поверю. Даже, если это прозвучит странно, я всё равно поверю, – Донфанг Вэн Синь улыбнулась, зачерпнула ложку супа из чашки, подула на неё и попробовала, убедившись, что суп негорячий. Только затем она поднесла её ко рту Цзюнь Мосе и, словно утешая маленького ребёнка, сказала:

- Давай, открывай ротик… давай-давай, быстрее… тебе надо хорошо кушать, и ты быстро поправишься… давай… совсем не горячее… А-а-а-м!

Это было так мило, что мать обращалась с ним, будто с трёхлетним ребёнком… Это очень растрогало Цзюнь Мосе… Сначала ему было немного неловко, но потом даже понравилось…

Цзюнь Мосе съел ложку супа и воодушевлённо сказал, протянув правую руку, в которой были прелестные семена розы:

- Матушка, сначала посмотрите сюда, я покажу вам кое-что.

- Похоже на какие-то семена… такие красивые! Неужели ещё и редкие? – Донфанг Вэн Синь улыбнулась, но глаза её по-прежнему были печальными.

- Это совершенно обычные семена! Вы посмотрите повнимательнее… – сказал Мосе, загадочно улыбнувшись. Тут же он активировал силу дерева.

Далее произошли такие удивительные события, что Донфанг Вэн Синь даже открыла рот от удивления, а чашка из её рук чуть не упала на пол…

Чёрное, как смоль, семечко в руках Цзюнь Мосе неожиданно стало зелёным, потом из него медленно стали появляться ростки и молодые почки, со скоростью ветра проросли ветки и листья… В конце концов появилось цветущее дерево высотой около метра, со стволом толщиной в указательный палец…

Изумление, в котором пребывала Донфанг Вэн Синь, ещё не закончилось, как и само превращение… На верхушке этого дерева медленно появились розовые бутончики, а потом распустились…

Из ниоткуда появилось девять прекрасных цветков розы в руках Цзюнь Мосе. Вся комната сразу же наполнилась цветочным ароматом!

- Это что… что… такое? Что это было? Фокусы? – Донфанг Вэн Синь, опешив от удивления, еле смогла выговорить.

- Когда показывают фокусы, используют бутафорию, а тут всё настоящее. Вы понюхайте, матушка, пахнет или нет? – Цзюнь Мосе довольно захлопал глазами, будто маленькому ребенку не терпится похвастаться новой игрушкой перед матерью…

- Они настоящие? Но как это возможно? – Донфанг Вэн Синь вся дрожала от страха, но потом не удержалась и робко дотронулась рукой до цветов, а потом нагнулась и вдохнула аромат. Он правда был настоящим…

Она нечаянно укололась и проступила кровь – на самом деле, это не сон!

Собственными глазами увидеть такое чудо!

- Матушка, это совсем не фокусы, это настоящая магия! Когда я спас тебя, я смог вернуть к жизни почти увядшее деревце, тогда я использовал этот же необыкновенный дар!

Цзюнь Мосе серьезно посмотрел на мать и сказал:

- Сила этой магии не ограничивается только этим, в настоящее время я не очень силен, и не могу позволить сделать что-то выдающееся… Но если поупражняться до определённой степени, то потом можно достигнуть небывалого прогресса во владении этой магией; можно даже сделать так, чтобы лес в тысячу квадратных километров засох за один вечер. Или наоборот – безжизненную пустыню заставить превратиться в богатую лесную рощу… Конечно, ещё можно спасти неизлечимо больного человека, даже можно сделать так, что человек с самым низшим уровнем Суань в одно мгновение станет Великим или даже Почтенным Мастером.

Конечно, при совершенствовании до определённой степени, оживить мёртвого человека тоже не является большой редкостью; если удастся наладить контакт с Преисподней, то уже умерший человек… сможет снова стать живым!

У Донфанг Вэн Синь закружилась голова, и закружилось всё перед её глазами. Чашка, которую она так отчаянно сжимала в руках, с грохотом упала на пол, звук был такой звонкий, что долго ещё стоял в ушах…

Потом она вся затряслась и потеряла сознание…

Стоявшая рядом Мэй Сюэ Янь ловко успела подхватить её и уберечь от падения…

Через мгновение Донфанг Вэн Синь очнулась. После этого она сразу же вскочила на ноги и бросилась к деревцу. Не обращая внимания на шипы, она стала гладить цветы и с очарованным лицом, полным слёз, продолжала ласкать их.

Удивительный сон… стоит только руку протянуть – прикоснёшься!

Почему далеко не глупая Донфанг Вэн Синь поверила словам Цзюнь Мосе? Как здесь не поверить? Разве недостаточно увидеть чудо собственными глазами, чтобы поверить в него?

Если в одно мгновение совершенно обычное семечко проросло и превратилось в настоящее цветущее дерево…

Чудо произошло на глазах, тогда есть ли еще что-то невозможное?

Сын сказал, что сейчас его силы малы, но если такое чудо можно сотворить, обладая такими силами, то, что же можно сделать, достигнув наивысшего уровня силы?

В это время вся комната вдруг озарилась зелёным светом. Волшебное дерево, которое прежде лежало на груди у Донфанг Вэн Синь, после её пробуждения положили на кусок нефрита. Почувствовав силу дерева Цзюнь Мосе, оно вдруг поднялось в воздух, медленно подлетело к лицу Цзюнь Мосе и начало кружиться вокруг его тела.

Цзюнь Мосе вытянул руку, чтобы заставить его опуститься на свою ладонь. Он мысленно открыл Пагоду, и деревце внезапно исчезло в его ладони…

Донфанг Вэн Синь снова испугалась – это деревце стало для неё почти родным, старушка нашла его специально для неё, чтобы оно поддерживало её жизненные силы во время того, как она спала. Благодаря этому деревцу она протянула целых десять лет на волоске от смерти!

Силы этого деревца находились почти на исходе, но сын смог вернуть его к жизни, а сейчас оно само по себе просто взлетело и начало кружить вокруг него… у этого ребёнка сколько тайн и загадок…

Цзюнь Мосе отчётливо почувствовал, что, после того, как это деревце влетело в Пагоду, там что-то ещё произошло. Влетев на первый этаж, где спокойно лежали два куска нефрита, уже давно захваченные Цзюнь Мосе, вдруг раздался какой-то странный звук; когда деревце медленно пролетало между этих двух кусков, оно упало прямо между ними, они мгновенно соединились в одно целое, неотделимое и неразрывно связанное…

Из этого дерева высунулось несколько корней, которые обвили собой эти куски нефрита…

Цзюнь Мосе попробовал передвинуть их, но у него ничего не получилось! Это деревце само туда влетело… Кто мог предположить, что там оно пустит корни, и его будет невозможно оттуда вытащить?

Это был первый раз, когда Цзюнь Мосе столкнулся с подобным… Ему было совсем не до шуток; разве это нормально вообще? Таким нелёгким путём найденное бабушкой волшебное средство… И вдруг сам, по глупости, куда-то подевал его?!

В это время Донфанг Вэн Синь наконец-то пришла в себя, но пребывала до сих пор в неспокойном состоянии. Она, дрожа всем телом, с глазами, блестящими от поступающих слёз, не моргая, уставилась на сына и дрожащим голосом сказала:

- Мосе… сыночек, ты… что ты говорил? Что ты в конце концов хотел мне сказать?

Она давно уже поняла его намерения, но ей хотелось услышать утвердительный ответ прямо от него!

- Я хотел сказать, что не сразу, но со временем… я, возможно, смогу оживить отца! – Цзюнь Мосе серьёзно посмотрел матери в глаза. – Мне нужно время! Возможно, очень много времени!

Он сделал паузу, немного поморщившись и сделав глубокий вздох, продолжил:

- Даже… возможно, и братьев… тоже смогу оживить!

У Донфанг Вэн Синь снова закружилась голова, и она еле слышно, себе под нос, пробормотала:

- Тоже можно оживить… тоже можно оживить…

Вдруг из её глаз хлынули слёзы, и она почти без сил сказала:

- Моё предчувствие на самом деле не обмануло меня. Значит, не только Ву Хи, но и… Мо Ю… и Мо Шу… мои мальчики, что с ними случилось? Что с ними, в конце концов, случилось?!

Не в силах совладать с собой, она закрыла лицо обеими руками и заплакала:

- За эти годы… что произошло? Что, в конце концов, произошло? Почему…

- Матушка, перестаньте, прошу вас, не надо так убиваться! – Цзюнь Мосе уверенно сказал. - То, что я сказал… У меня обязательно получится это сделать! Я смогу оживить их!

Он печально продолжил:

- Но вы можете помочь мне в этом, матушка! Вы должны прийти в себя и перестать так горевать! Я могу помочь вам сохранить вашу молодость… Но вы обязательно должны привести в порядок ваши чувства и ваше эмоциональное состояние, матушка! Вы же не хотите состариться до того момента, когда я смогу оживить отца и братьев? Или вы продолжите страдать и горевать… Тогда всё, что я сделаю для вас, не будет иметь и капельки смысла… Вы же понимаете, даже сверхъестественная сила имеет свои границы…

Глава 622. Разведка семьи Донфанг

- Я хорошо буду жить... Мосе... Ты можешь быть уверенным! И, хотя я не очень хорошая мать, но я понимаю, что ты имеешь в виду… – Донфанг Вэн Синь, всхлипывая и задыхаясь, продолжила, - не говори мне, что тот луч надежды, что ты сегодня мне дал, исчезнет. Да, даже если и так, я не собираюсь снова искать смерти… Я лишь хочу смотреть, как ты взрослеешь, как однажды ты потрясёшь этот мир своими подвигами, как вы с женой будете воспитывать детей, как ты отомстишь за смерть своего отца!

Месть! Моя ненависть не исчезла! Как я могу вот так уйти? – в глазах Донфанг Вэн Синь искрилась ненависть и злость. Казалось, что всё внутри неё пылало:

- Твои братья, как они умерли?

Цзюнь Мосe слегка закрыл глаза и с ненавистью сказал:

- Город Серебряной Метели... Семья Сяо! Даже до дяди Цзюнь Вуя добрались. Его ждала пожизненная инвалидность, он был парализован… Тоже около 10 лет.

- Семья Сяо! – Донфанг Вэн Синь закричала во весь голос. - Убили мужа! Убили сыновей! Семья Сяо! Когда я оправлюсь от ранений, мы сразу же выступим в сторону Города Серебряной Метели! Я взыщу этот долг, кровь за кровь!

Ненависть и злоба также полыхали и в глазах Цзюнь Мосе:

- Что означает ваша клятва? Я о том, что вы сказали, что должна обрушиться гора! А тем временем семья Сяо должна истребить весь род…

- Ты... собираешься отправиться туда? – злость Донфанг Вэн Синь вдруг исчезла, на смену ей пришло волнение. - Мосе, не будь слишком импульсивен! В этом деле необходимо всё хорошенько обдумать и взвесить… нужная тщательная подготовка…

Вдруг слёзы потекли из её глаз:

- Мосе, сейчас… Ты можешь сделать это сам… Но не смей идти на поводу у эмоций! Если с тобой что-нибудь случится… Тогда у меня совсем не останется надежды в этой жизни… Я бы предпочла забыть о мести, чтобы не вовлекать тебя в огромную опасность.

- Мама, успокойтесь, я понимаю всю ситуацию и буду хорошенько заботиться о себе! – Цзюнь Мосе растрогался. - Если не получится взять всё под свой контроль, я не стану лезть на рожон и торопиться, у мамы есть только Мосе, а у Мосе есть его мама…

- Тогда я спокойна, – мягко кивнув головой, Вэн Синь будто была немного смущена, румянец промелькнул на её щеках, и она прошептала.

- Мосе… ты сказал правду, твой отец… его и правда можно вернуть к жизни? – её голос выдавал волнение и надежду, которые, по-видимому, достигли своего предела.

- Я обещаю! Если я обману матушку, то будь я проклят… – Цзюнь Мосе гордо поднял свою руку.

Вэн Синь торопливо закрыла его рот рукой и покачала головой:

- Не нужно клятв, я и без этого тебе верю! Мама действительно верит! Правда... – на душе у Цзюнь Мосе вдруг стало спокойнее…

…

Следующие несколько дней Цзюнь Мосе уверенно шёл на поправку. Душевное состояние Донфанг Вэн Синь тоже постепенно стабилизировалось… Даже портреты Цзюнь Ву Хи снимали одни за другим. И, хотя в её глазах по-прежнему была видна та горесть и печаль, но теперь рядом с ними появился лучик надежды…

Это была ложь во спасение. Цзюнь Мосе чувствовал угрызения совести, но еще больше - он радовался… Жизнь с надеждой… пусть даже с такой туманной – это всё же лучше, чем жить в отчаянии…

Семейный зал Донфанг.

Старушка, три брата Донфанг, Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь и Донфанг Вэн Синь сидели здесь; Донфанг Вэн Синь сидела рядом с сыном и поглядывала на него, её лицо выражало огромную любовь. Неважно, сколько ему лет, для неё он по-прежнему маленький младенец, которого она когда-то держала в своих объятиях…

Состояние старушки также явно улучшилось, её дочь проснулась, и её смерть отступила, Вэн Синь была полна жизненной силы. Явление внука принесло немало сюрпризов, к тому же с ним была такая удивительная невестка…

В последнее время старушка действительно всё время смеялась, казалось, что с её сердца упал огромный камень; к тому же благодаря духовной силе Цзюнь Мосе она будто помолодела сразу на десяток лет… Дерзость духа и свирепая энергия её лучших лет вдруг снова возвратилась с новой силой!

В это время старушка просматривала различного рода доклады из внешнего мира. Это была довольно толстая кипа бумаг, и старушка, нахмурив брови, явно что-то искала… В последние несколько лет отношения между семьей Донфанг и внешним миром полностью зависели от этих докладов...

Наконец она кашлянула и сказала:

- Вот некоторые из наиболее важных сообщений; мы должны быть предельно осторожны, хотя мы не в Цзянху, но всё же имеются люди, которые выходят на разведку. Есть некоторые ситуации, о которых нужно обязательно информировать младшее поколение, чтобы они сумели избежать неприятностей и определённых личностей.

Старушка посмотрела на Цзюнь Мосе и сказала:

- Мосе, прежде чем ты отправишься в Цзянху, ты должен кое-что узнать. Тебе нельзя привлечь к себе беду! Нет предела совершенству! Ты понял меня?

Цзюнь Мосе будто парализовало: он не понял ничего из того, что сказала бабушка, но со словами старших лучше просто согласиться.

- В последнее время было довольно много сражений, три священные земли выступили в количестве девяноста сильнейших мастеров, но их засада в отношении Достопочтенной Мэй потерпела крах. В конечном итоге они понесли большие потери. Сила Мэй Сюэ Янь – поистине потрясающая, не зря её зовут прямо как Достопочтенную Мэй – Владыку леса Тянь Фа. Даже самые сильные из трёх священных земель боятся ее…

Старушка как раз договорила до этих слов, и Цзюнь Мосе вдруг сильно закашлялся… Мэй Сюэ Янь от испуга выпучила глаза, недоверчиво провела взглядом, а затем, вдруг услышав последние слова старушки, покраснела и опустила голову…

Цзюнь Мосе уж было подумал:

«А не нарочно ли старушка так подшучивает над нами? Она ведь знает, что Достопочтенная Мэй сидит перед ней, к тому же здесь все свои, к чему вдруг так восхвалять её…»

Старушка посмотрела ему в глаза и обратилась ко всем:

- Это большой водоворот событий... Будьте осторожны! Как только вы войдёте в него, не говоря уже о семье Донфанг... Да даже если все семьи во всём мире соберутся вместе, их определённо ждёт печальный конец!

- Матушка, неужели эта битва между Тремя священными землями и лесом Тянь Фа так важна? Я узнала о трёх землях лишь когда отправилась в Тянь Фа. Я также видела некоторых людей из их старших поколений… Три священные земли действительно по своей природе могущественны, тем более если они могут противостоять семьям всего мира… Разве этого недостаточно?

- Опять же, Достопочтенная Мэй – благородный человек. К примеру, прошлая война у Южного Небесного Города: когда всё близилось к концу, армия Тянь Фа занимала довольно выгодную позицию, но всё же отступила, тем самым дав понять, что лес Тянь Фа не собирается становиться врагом для всего человечества. Можно даже сказать, что она великодушна… Но я до сих пор не понимаю, почему в битве с тремя священными землями была проявлена такая жестокость?

- Да что вы знаете? Во-первых, сила трёх священных земель, которую вы видели – в лучшем случае, это всего лишь верхушка айсберга! Реальная сила этих трех мест намного ужасней, чем в вашем воображении! Во-вторых, Достопочтенная Мэй не может всего вам рассказать, на это имеются свои причины. Этот уровень сражения – это не то, к чему могут прикасаться люди с обычным Суань. Дотронешься и тут же умрешь, захочешь пойти против – просто истребят семью до основания! Вы тут сидите и наблюдаете издалека, и вам кажется, что всё в порядке! Я лишь хочу сказать, чтобы вы бежали как можно дальше, если когда-либо столкнетесь с этим! А вашу чистосердечность засуньте куда-нибудь подальше! На войне вашу чистосердечность в лучшем случае лишь засмеют! – старушка без малейшего снисхождения разнесла всех в клочья.

- Вы двое, это и вас касается! – старушка посмотрела на Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь. - Хотя ваша сила действительно невероятна, но когда люди трёх священных земель окружили Мэй Сюэ Янь, вам также следовало бежать!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь посмотрели друг на друга и улыбнулись: если бы был выбор, то они бы и сами не прочь избежать данной ситуации, но… Они ведь и сами заинтересованная сторона, как же тогда быть?

Однако как была раздобыта информация? Как можно разговаривать о Достопочтенной Мэй и ни разу не упомянуть Цзюнь Мосе? Более того, семья Цзюнь тоже не упоминалась в разговоре. Разве это не возмутительно? Это донесение явно какое-то однобокое!

- Кроме того, Достопочтенная Мэй в настоящее время работает с убийцей – Чу Цихуном, а так как три священные земли яростно желают заполучить его голову, они обязательно явятся за реваншем и не побрезгают никакими методами! – старуха вздохнула. - Чу Цихун известен как почитаемый убийца. Он и вправду гениален – появляется и исчезает, как призрак, убивает людей быстро и бесследно! Однако пойти против трёх священных земель было слишком опрометчиво! Даже если он поймает попутный ветер, то, как он справится с тем, у кого за спиной такой тысячелетний опыт? Неужто такой крошечный Чу Цихун сможет выстоять против них? Такая самонадеянность превратила его жизнь в напрасное существование…

Если бы Чу Цихун мог услышать слова старухи, он был бы возмущён до глубины души:

«Небеса мои, земля-матушка! Зачем только я, придурок, во всё это ввязался… откуда ж мне было знать, что всё так обернётся… Как гром среди ясного неба, честное слово! Меня преследуют уже так долго, но я до сих пор не могу выяснить причину…»

- Достопочтенная Мэй уже прибыла к нам из леса Тянь Фа, но мы, в свою очередь, по данному обету, разрушили лишь половину горы! Оставшаяся часть… это Снежная гора… – старуха с грустью продолжила. - Таинственный зверь Тянь Фа, мы можем воспользоваться его силой, но Снежная Гора стояла сотни миллионов лет. Как она вдруг так легко рухнет? Это действительно слишком сложно!

- Кто знает, возьмёт завтра и рухнет! Бабушка, вы можете быть уверены, Бог всегда покровительствует хорошим людям! – беззаботно сказал Цзюнь Мосе.

- А ну-ка, захлопни варежку! Что вообще знают дети? Что ты тут пытаешься доказать, открыв свой рот? Семья Донфанг никогда не была хорошим домом – если меня ударяли один раз, в ответ я ударяла десять! Цзюнь Чжан Тиан, старый пердун, вообще тебя чему-нибудь научил? – старуха явно пришла в негодование и решила использовать метод воспитания семьи Донфанг.

- Мосе... твоя бабушка и дяди обсуждают дела, так что тебе, маленькому ребёнку, не стоит их перебивать, – Донфанг Вэн Синь ласково прочитала Мосе нотацию.

Потом она с неохотой сказала:

- Матушка… Мосе – всё ещё ребенок… Вы так громко кричите… Не думаете, что можете его напугать? Подождите, пока он вырастет...

Эти слова одновременно потрясли как Цзюнь Мосе, так и старуху!

Глава 623. Таблетки в подарок!

Дыхание старушки было учащённым, она, с ненавистью в голосе, сказала:

- Вэн Синь… Тебе говорить, что это нужно не мне, а твоему любимому сыну? Цзюнь Мосе всё ещё ребёнок! Этому ребёнку ещё расти и расти до меня…

- А когда вырастет, он разве больше не будет моим сыном? – Вэн Синь бесцеремонно защищала своего сына.

- Бабушка, дай мне взглянуть, – Мосе взял этот доклад в руки, а Мэй Сюэ Янь подошла к Мосе, чтобы тоже посмотреть. Очевидно, что и её сердце было полно сомнений.

Оба сморщили брови.

Невероятно!

Это просто невероятно!

Там было сказано, что объединённые войска трёх священных земель самым жестоким образом уничтожили Достопочтенную Мэй. Они уже дочитали практически до конца, но о Цзюнь Мосе там не было ни слова…

Что это всё значит?

Они всё делали вместе, они шли на эту войну вместе, засада была уготована для них двоих, оба должны были быть мертвы.

Но здесь о Цзюнь Мосе и строчки не было написано…

Почему?

Они посмотрели друг друга, совершенно не понимая, что всё это значит.

Мэй Сюэ Янь сдвинула брови и тихим голосом сказала:

- Мне кажется, дело в том, что они боятся твоего учителя и поэтому стёрли твоё имя. Им бы доставило большие неудобства, если бы твой учитель прочёл, что они убили тебя. А если тебя не упоминать здесь, то через какое-то время, когда ты вернёшься, конфликт уже будет исчерпан…

- Это разумно, – Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением. Если они намеренно не упоминали его, то с этим делом всё ясно. Более того, убийств в диком горном крае никогда и не было. А они по натуре такие: о чём думают, то и говорят…

- Сейчас силы Цзюнь Мосе совершенны, а Сюэ Янь была его сильнейшим помощником! Да с такой мощью можно одолеть семью Сяо и даже весь Серебряный город! Сейчас Ли Ю Тянь уже мертв, Юн Би Чен – и подавно, и Город Серебряной Метели уже не кажется таким пугающим. Наша семья должна организовать парочку мероприятий… Во что бы то ни стало, нужно разрушить город! Вэн Цин, Вэн Цзянь, Вэн Дао, вы уже распределили обязанности и занялись подготовкой убийц? Какие результаты? Сколько человек на данный момент достаточно подготовлены?

Донфанг Вэн Цин поднялся со стула и произнёс:

- Небесного уровня на данный момент полностью достигли 36 убийц, земного – 71, а на человеческом уровне сейчас находятся в общем и целом 341 человек.

- Никуда не годится! Этого недостаточно! Нам нужно больше бойцов высшего уровня! Мне нужно скорее самой заняться обучением. Будем тренироваться до изнеможения! Мосе в любой момент может пойти на серебряный город, в этой войне он должен быть уверен в своём преимуществе! Если наши солдаты будут такими слабыми, как мы можем рассчитывать на победу? Мы должны сделать так, чтобы к тому времени у нас было минимум 50 убийц золотого уровня и 100 серебряного. И они должны отправиться вслед за Цзюнь Мосе! Нам нужно знать, сколько ещё молодых людей из других семей не нарушили обещание, данное нашей семье? – с хмурым выражением лица скомандовала старушка.

Трое братьев одновременно пообещали, что сделают это, однако на их лицах было явное выражение озабоченности.

На сердце Цзюнь Мосе стало тепло. Бабушка так беспокоилась, и всё для того, чтобы он смог, наконец, отомстить! Он посмотрел в глаза Мэй Сюэ Янь, как бы намекая.

Мэй Сюэ Янь всё поняла, она встала, вынула несколько нефритовых бутылочек и с улыбкой сказала:

- Бабушка, у меня здесь есть кое-что…

- Что это? – изумлённо спросила старушка. Семья Донфанг живёт далеко в глуши, и до сегодняшнего дня они даже и не подозревали, что у семьи Цзюнь есть волшебные таблетки. Трое братьев Донфанг, хотя и знали о таблетках, но уже 10 лет о них и слова никто не сказал, да и подробности были для них неизвестны. А госпожа не знала вообще ничего.

- Это от Мосе… Он готовит волшебные таблетки. Эти называются Десятилетними таблетками. Каждая повышает твою практику Суань на 10 лет! Здесь два бутылька, в каждом по 100 таблеток. А тут таблетки для закалки костей. С помощью них можно изменить строение костей человека. Используйте все 200 таблеток для подготовки своих последователей… – Мэй Сюэ Янь, улыбаясь, сделала небольшую паузу, а затем продолжила. - Что же касается остальных трёх бутылочек, таблетки в них очень редки… Это таблетки жизненной силы. Если их принять, то твоя скорость увеличится втрое. Это – таблетка связи жизненной силы, приняв её, практик Суань сможет тренироваться так, что его прогресс будет расти в три раза быстрее! И последние таблетки – это таблетки небесной жизненной силы, она может наполнить вас силами, которые бы вы нарабатывали 50 лет… Эти три вида таблеток очень редки, в каждой бутылке всего по 10 штук. Они приготовлены специально для бабушки и дядь. Но если другие захотят их использовать… Нужно быть очень осторожным. Потому что их могут использовать только те мастера, которые дошли до уровня выше Небесного Суань, в противном случае их тела может разорвать на части!

За это время Цзюнь Мосе приготовил немало таблеток, и сейчас было наилучшее время для их использования. Мэй Сюэ Янь достала лишь небольшую их часть, но этого было достаточно для семьи Донфанг, их сила уже была высока.

Мэй Сюэ Янь говорила и одновременно раздавала таблетки, а всё семейство с открытыми ртами слушали её. Они считали, что это лишь слухи, и не надеялись увидеть эти таблетки своими глазами…

По лицу Вэн Синь можно было понять, что её всё это очень взволновало, после стольких лет ожиданий… Разве это не чудо? Это и правда её сын всё это сделал?

- Мосе… это всё правда?

Хотя Донфанг Вэн Синь и говорила, что верит всему, однако в душе она всё ещё очень сильно сомневалась, но не хотела разочаровывать сына. Всё же он вернул её к жизни! Это ведь уму непостижимо! Этого нельзя недооценивать!

Но сейчас, в эту секунду, она полностью поверила!

Надежда вспыхнула в её сердце…

Старушка очень возбудилась, она глубоко вздохнула и произнесла:

- Мосе, это же… бесценные сокровища! Разве нам можно брать такое сокровище?

- Бабушка, ну что ты такое говоришь! Я – твой внук и все вы – моя семья, зачем ты спрашиваешь? А что касательно их ценности… Что в этом мире может быть ценнее, чем родная семья? Если кому и нельзя было бы их использовать, так это мне! А для вас даже того, что мы принесли, недостаточно! – рассмеялся Цзюнь Мосе.

- Как же ты замечательно сказал! Что в этом мире может быть ценнее, чем родная семья? – похвалила бабушка. - Твои слова очень верны, Мосе. Ты и вправду повзрослел! Вэн Синь… ты должна гордиться своим сыном. Он гораздо младше тебя, однако понимает гораздо больше! Тебе самой следовало бы стать такой…!

Вэн Синь покраснела, опустила голову… Она была согласна со словами своей матери.

Это же был её родной сын…

Хоть мать хвалила не её саму, а её сына, она всё равно была очень рада…

- Мосе, что ты решил насчет Серебряного города? У тебя есть план действий? – собирая нефритовые бутыльки, серьёзно спросила старушка.

- А… насчёт Города Серебряной Метели я ещё ничего не решал… – Цзюнь Мосе приподнял бровь. – То, что придётся разрушить этот город – это точно. Сравнять с землей Золотой город, вывести на чистую воду семью Сяо, казнить их всех… и всего-то. Нам нужна ещё какая-то стратегия?

- Это называется «Ещё не решил»… Разве нам нужно сравнять с землёй всю заснеженную гору? – испугался один из дядь Цзюнь Мосе.

- Что бы мы ни собирались делать, сначала нужно составить план, и лишь потом действовать! Как говорится «Семь раз отмерь, один раз отрежь». Нам не нужно следовать импульсивным решениям, даже если наша сила превосходит силу соперника, нельзя быть слишком самонадеянными! – очень настойчиво твердила госпожа.

- Я понимаю о чём ты, бабушка. Я решил, что в течение двух дней я должен покинуть семью Донфанг и вернуться в резиденцию Цзюнь, чтобы подготовиться к атаке на Серебряный город, – с почтением ответил Цзюнь Мосе.

- Это другое дело! Вэн Синь, ты пойдёшь с сыном? – повернув голову к дочери, спросила госпожа.

Донфанг Вэн Синь спокойно ответила:

- Я должна пойти с сыном… С тех пор, как я стала частью семьи Цзюнь, я ни разу не проявила заботу к своим свёкру и свекрови… Я должна показать им свою преданность, я задолжала им за 10 лет своего отсутствия… Разве таким поведением я оправдываю свою преданность Ву Хи?

Госпожа тяжело вздохнула. Она смотрела вдаль очень долго, затем, закрыв глаза, сказала:

- Тоже верно.

После этого она опустила голову и посмотрела на дочь. Она очень любила её и не хотела, чтобы она уходила, но произнесла лишь:

- Вэн Синь, если ты приняла такое решение, я не в праве тебя останавливать, но ты должна кое-что запомнить! Ты должна быть достойна своего сына, достойна семьи своего мужа, а в будущем должна быть достойна своей невестки и внуков… Ты больше не должна засыпать так надолго! Поняла?

Вэн Синь рассмеялась:

- Мам, не беспокойся. Я уже всё поняла и никогда больше не посмею опозорить нашу семью.

- Вот так-то лучше, – закрыв глаза, произнесла старушка.

В этот же день, после обеда, Мосе и Сюэ Янь в сопровождении дяди отправились на место проведения тренировок. Было очевидно, что дядя, рассказывая об уровне бойцов, нисколько не приукрашивал. Так как Цзюнь Мосе сам был первоклассным убийцей, любое сказанное им слово воспринималось как незыблемый закон. Они, следуя за ним по пятам, запоминали каждое его слово…

Первым делом Цзюнь Мосе разделил тренировки на несколько частей. Это всё ещё были методы прошлых лет, только слегка укороченные. Цзюнь Мосе всё взял в свои руки. Он считал, что если взять за основу учения семьи Донфанг, то в ближайшее время будут очень даже неплохие результаты!

В этот же день, вечером, семья Донфанг провела торжественный пир. Собралась огромная толпа народу, все пили за встречу. Цзюнь Мосе тактично выложил бабушке ту просьбу насчёт дерева. Он не мог не сказать ей об этом; вдруг это дерево проникнет так глубоко в его тело, что его уже будет не вытащить… Как тогда быть?

Глава 624. Ключ к успеху рождения ребенка

Старушка открыто выразила своё согласие и сказала:

- Ты заполучил вещь, о которой толком не имеешь никакого понятия. Для человеческого организма она, несомненно, полезна, но на этом и всё, в отношении силы и тренировок это совершенно бессмысленно. Нет никакого хорошего эффекта. Что касается твоей матери, то она получила ещё один шанс на нормальную жизнь… Если бы не это, то это деревце уже давно валялось где-нибудь на помойке… Можешь забрать его, если хочешь…

Цзюнь Мосе потёр нос и ничего не сказал. Ведь очевидно, что это природное сокровище, а старушка уже едва его не выбросила… Понятно, что она просто не хочет сильно заморачиваться на этот счёт, но в отношении этого сокровища Цзюнь Мосе вдруг почувствовал обиду. Ведь старушка не придаёт этому маленькому деревцу никакого особого значения.

На самом деле, не говоря даже о старушке, даже Цзюнь Мосе сам не знал, что это за маленькое деревце… Но раз уж Пагода Хунцзюнь утверждает, что эта очень редкая вещица, то никаких сомнений уже не остаётся!

Трое дядюшек сидели за столом, один из них был со своей женой и детьми. Донфанг Вэн Синь и Донфанг Вэн Цин выглядели очень горделиво… Сидевшие рядом другие жёны и наложницы в большей степени были обижены…

Когда женщина достигает определённого возраста, ей становится тяжело сдерживать своё природное чувство материнства, тем более, видя, как другие играются со своими малышами!

Решив свои дела, Цзюнь Мосе был в хорошем расположении духа. Увидев, как хмурится Донфанг Вэн Цин, он не смог не подшутить над ним:

- Дядюшка, у тебя так много женщин! Так почему же ты до сир пор не порадовал меня братиком или сестренкой? Неужто испугался больших расходов, а?

- Думаешь, я этого не хочу? Да твоя бабка мне уже всю плешь проела! – нервно сказал Донфанг Вэн Цин. - Но все эти женщины безнадёжны – просто стыд! Что я могу поделать?

Цзюнь Мосе бросил косой взгляд:

«Одна никудышная или две никудышные – ещё куда ни шло, но когда пятьдесят девять жён не в состоянии родить ребёнка… думаю, судьба Донфанг Вэн Цина и вправду немного ужасна!»

«Почему бы не сказать, что причина кроется в тебе самом?»

Цзюнь Мосе пренебрежительно подмигнул и сказал:

- Я тут немного покопался в этом деле… Если дядя доверится мне, то я гарантирую, что в следующем году в это время он уже будет нянчить свое дитятко, а может, даже и несколько…

- Серьёзно? – глаза Донфанг Вэн Цина засверкали, дыхание стало немного прерывистым, он схватил руку своего племянника. - Ты не обманываешь меня?

Люди, сидевшие рядом с ним, вдруг испугались! Что же собирается сделать глава семьи?

- Как я могу обманывать тебя? Это правда! – Цзюнь Мосе загадочно посмотрел и продолжил, - на самом деле я с первого взгляда всё понял. Это касается не только тебя, но и другой дядя столкнулся с тем же, верно?

Донфанг Вэн Цин покраснел и сконфуженно ответил:

- Ой... не стоит об этом. Это действительно семейное проклятие...

- Значит, в юности вы себя не сдерживали как следует, – Цзюнь Мосе заинтригованно вздохнул и продолжил:

- Глупость молодых людей часто приносит горькие плоды в жизни. Это касается как мужчин, так женщин. И, хотя, как говорится, если не кутил – молодость прожил зря, но всё же в каждом деле имеется свой предел… – это именно те слова, что сказал Донфанг Вэн Цин Цзюнь Мосе, будучи в Южном Небесном Городе, а теперь он получил их в свой адрес…

- Веришь - не веришь, но я тебе сейчас пиз*юлей пропишу, малявка! – Донфанг Вэн Цин в бешенстве закричал на Мосе, его взгляд был свиреп, как у тигра. Окружающие перепугались.

- Эй, я помогу тебе, смотри, – Цзюнь Мосе схватил Донфанг Вэн Цина за руку и ввёл в его тело свою духовную силу, а затем использовал силу дерева и, пройдя внутри тела дядюшки один круг, другой рукой вытащил маленькую бутылочку.

- Это лекарство необходимо принимать в течение полумесяца: каждый день один раз. От интимных связей на это время следует отказаться, ну, а через полмесяца… снова можешь быть в строю.

Цзюнь Мосе пошло улыбнулся. Донфанг Вэн Цин взял у него бутылочку с лекарством и хорошенько треснул Мосе по голове. После, прищурившись, он начал читать Мосе нравоучения:

- Малыш, ты о чём это тут болтаешь? Не думаешь, что это переходит все границы культурного общения? Похоже, что ты действительно заслуживаешь славы первого извращенца на материке! Надо бы сказать твоей матери, чтобы она преподала тебе хороший урок на этот счёт!

Другой рукой он, как ни в чём не бывало, засунул бутылёк с лекарством себе за пазуху.

Дядюшка сказал всё это слишком громко; сотни людей, как прожектора, искали взглядом Цзюнь Мосе. Всем, очевидно, было интересно узнать, что же такого сказал этот меленький парнишка, раз уж сам господин вдруг отчитал его!

Похоже, что это было что-то из ряда вон выходящее! Иначе, зачем господину отчитывать Мосе прямо перед всей толпой?

Цзюнь Мосе был неприятно удивлен: дядюшка действительно неблагодарный человек! Я от чистого сердца помог ему с такой жизненной трудностью, а он даже спасибо не сказал! Да еще и чтобы скрыть свое смущение, поставил меня в такое неловкое положение перед столькими людьми.

С этим нельзя мириться…

А раз уж терпеть больше нет сил, то и не надо!

Цзюнь Мосе повернулся и загадочно сказал:

- О, дядюшка, как только закончишь принимать лекарства – помни о специальных движениях и секретной формуле, а то кто знает, возможно, когда я приеду в следующий раз, у вас тут будет просто огромнейшая куча детишек…

- Существуют определенные движение и формула? – Донфанг Вэн Цин вдруг замер. Ведь всего пару минут назад он так ликовал, что, наконец, у него есть такое чудо-лекарство... Но кто бы мог подумать, что в одно мгновение всё снова рухнет? Этот паренёк слишком злопамятный и просто так ничего не скажет. Донфанг Вэн Цин насторожился:

- У тебя есть какие-то условия? Давай, выкладывай!

- Условия? – Цзюнь Мосе вдруг вскочил. - Как у меня могут быть к тебе какие-либо условия? Раз уж ты принимаешь меня за такого мелочного человека, тогда я вообще больше ничего не скажу! Я так расстроен и огорчён… Ведь я всей душой желал помочь тебе…

- Виноват-виноват, дядюшка виноват! – Донфанг Вэн Цин быстро среагировал и закрыл рот рукой. Он снова извинился и с нахальным видом спросил:

- Ну, и какие же специальные движения и секретная формула? Скажи своему дядюшке поскорее!

- Ладно, раз уж мы друг другу не чужие люди… – Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, давая понять, что всё ещё сильно обижен.

- И вправду хороший мальчик! Большое спасибо! – обрадовался Донфанг Вэн Цин.

Приблизившись к уху Донфанг Вэн Цина, Цзюнь Мосе изо всех сил постарался сделать свой голос еле слышимым:

- Это движение… необходимо… унестись ввысь… да-да… возможно, ты немного устанешь, но нужно довести дело до конца… да, а потом ныряешь вниз головой.

Донфанг Вэн Цин всё время с серьёзным видом кивал головой, он старался запомнить всё, не упустив не единого слова.

- Есть ещё секретная формула... слушай внимательно и запоминай… необходимо взаимодействие. Секретная формула накапливается по капле, вот так: 1-2-3-3-4, 2-2-3-3-4. Гармония инь и ян, мужского и женского начала; 1-2-3-3-4, 2-2-3-3-4, потом смените позу и повторите снова… – Цзюнь Мосе говорил это с серьёзным видом, Донфанг Вэн Цин внимательно запоминал каждое слово, на его лбу выступили капельки пота…

Годы идут, память совсем плохая... К счастью, информации немного, её легко запомнить...

Цзюнь Мосе закончил свою лекцию, а Донфанг Вэн Цин всё ещё стоял с нахмуренным видом. Цзюнь Мосе спросил:

- Всё запомнил?

Донфанг Вэн Цин поднял брови и вдруг молча ушёл. Он направился прямо в свой кабинет. Похоже, что лучше всё-таки записать, чем запомнить. Заучить, конечно, можно, но безопаснее зафиксировать всё на бумаге…

- Хм? Мосе, куда это твой дядя вдруг убежал? – недоверчиво спросил Донфанг Вэн Цзянь.

- Эм... Наверное, он много выпил и ушёл в туалет… – Цзюнь Мосе улыбнулся. Затем последовало решение проблемы Донфанг Вэн Цзяня, однако он оказался более порядочным человеком. После того, как он получил лекарство, он был премного благодарен.

«Таким образом, лучше уж быть порядочным и честным человеком.

А этот ублюдок опозорил меня!

Пусть ты и мой дядя, но тебе не избежать моей мести, я не пощажу тебя...»

Цзюнь Мосе был доволен собой, он гордо расправил плечи и еле слышно захихикал, затем схватился за живот и начал бить себя по бедру: раздался дикий смех.

Ба-бах!

Куриная кость пролетела ползала и упала ему прямо на голову. Цзюнь Мосе испугался и поднял голову. Лицо старухи Донфанг было ярко-красным, она испепеляла его взглядом:

- Крольчонок! Чего это ты там хихикаешь?

- Эм... ничего я не хихикаю... – Цзюнь Мосе скромно улыбнулся и присел.

Старушка посмотрела на него с угрюмым видом. Внезапно она начала плеваться вином и закашлялась, лицо её источало злобу, она была красная, словно рак. Вдруг она закричала:

- Ты, засранец, слишком уж хитрый и злорадный!

Оказалось, что она всё слышала...

На самом же деле лишь два человека слышали весь разговор: Мэй Сюэ Янь и старуха Донфанг, ведь их способности здесь никому не переплюнуть. Но Мэй Сюэ Янь – незамужняя молодая девушка, поэтому всей сути сказанного она и не поняла, а вот что касается старушки, то она в этом плане более опытный человек… кхм-кхм…

Кхм...

Цзюнь Мосе почесал голову и ухмыльнулся. Он поспешно начал кушать и пить, максимально честными глазами глядя на бабушку.

- Мама, что с тобой случилось? – Донфанг Вэн Синь удивлённо посмотрела на свою мать. Она всё ещё продолжала кашлять рядом…

- Это все твой расхлябанный сынок! Ему надо преподать хороший урок по возвращении. Этот ребёнок слишком непослушный! Если будешь его бить, то даже и не думай быть слишком мягкой с ним – он точно всё выдержит! – старуха будто вышла из себя.

Услышав такое... это уже слишком... здесь уже не промолчишь... матери следует воспитывать своё чадо!

Этот внук – действительно очень ехидный малый...

- Мосе такой хороший мальчик, в каком же месте он может быть непослушным? – Донфанг Вэн Синь нахмурилась и сказала. - Я не хочу бить его… Помнится, когда он был маленьким и непослушным, я однажды ударила его по заднице и потом несколько дней проплакала…

Шокированная старуха лишь закатила глаза, здесь уже явно было нечем помочь.

Возможно, когда-нибудь до неё дойдёт всё это…

Донфанг Вэн Цзянь увидел, как его старший брат стоял в саду напротив восходящего солнца и покачивал своими бедрами в разные стороны. В полном недоумении он подошёл к нему и спросил:

- Брат, что это ты тут делаешь?

- Это упражнения для талии! – Донфанг Вэн Цин даже не открыл глаза: - Братец, слушай, сколько у тебя уже?

Эти два брата явно друг друга стоят, к тому же у них общая проблема, и у них не было никаких секретов друг от друга.

Глава 625. Начало мести

- Ха-ха, уже у пятерых животы повырастали, братец. Я слышал, у тебя ещё больше? Мама нарадоваться не может, таблетки Мосе действительно очень эффективны… – Донфанг Вэн Цзянь потёр нос, ему было немного неловко, но он не скрывал своего волнения.

- Да, у меня там уже 7 пареньков готовы… Ха-ха, – Донфанг Вэн Цин самодовольно посмеялся, а затем, набрав в рот побольше воздуха, сказал: - Здорово, что Мосе рассказал о его методе. Но я всё равно очень устал… Хоть мои жёны, конечно, не коровы, но и не пушинки совсем... И это только половина… А ещё, черт, нужно не забыть эту формулу! Я этого не вынесу… Пипец как устал… Я ведь один, боже, так много жен… за что мне это?

Донфанг Вэн Цин крутил талией, поворачивал пятую точку, а в глазах его была зависть, когда он смотрел на Донфанг Вэн Цзяня:

- Брат, ты гораздо моложе меня, а получается у тебя гораздо лучше… спина совсем не болит?

- Устал? Тяжело? Формула? – Донфанг Вэн Цзянь удивлённо спросил. - Брат, ты о чём вообще?

- Что? – Донфанг Вэн Цин посмотрел на него. И будто между делом сказал:

- Так то, о чём Мосе говорил, его секретный метод для зачатия детей…

- … – Донфанг Вэн Цзянь просто не нашёл слов. - Какой метод? Нужно же лишь таблетку выпить и всё наладится?

- Хмммм… Чё?

Донфанг Вэн Цин остановился. Он застыл, словно мумия, затем медленно повернулся, ухватил за воротник Вэн Цзяня, глядя на него в упор, стиснул зубы и прорычал:

- Брат, что ты только что сказал? Что сказал??? Повтори!

Донфанг Вэн Цзянь испугался, вырвался из его рук и со страхом в глазах сказал:

- Я… я… ничего не говорил…

- Скажи отчётливей! – Вэн Цин словно был готов взорваться от гнева. Он заорал:

- Повтори!

- Что… повторить?

- Не надо делать вид, что не понимаешь о чём я! Погибели нет на тебя… Говори мне всё как есть… Для начала скажи, о каком методе тебе рассказал Мосе! – Вэн Цин сказал это очень тихим голосом, каждое слово выходило лишь через небольшую щель между его зубами.

- Да не говорил он ни о каком методе… Он лишь несколько таблеток мне дал… Каждый день по одной, пока я их пью, нельзя вступать в интимные отношения, по крайней мере полмесяца, а потом уже будет можно… – Вэн Цзянь считал, что его несправедливо обидели, его ноги болтались в воздухе.

- Брат, отпусти меня, я задыхаюсь…

Бац!

Вэн Цзянь с грохотом упал на землю, отбежал от брата на несколько метров и повернул голову. Брат всё ещё был в том же положении, стоял на том же месте и совершенно не двигался, застыв, словно статуя…

- Брат, всё в порядке? – Донфанг Вэн Цзянь осторожно спросил.

- Проваливай…

Донфанг Вэн Цин крикнул так, что звуки его голоса ещё долго отдавались эхом. Донфанг Вэн Цзянь убежал…

Прошло уже много времени…

Из отдаленного места доносились всхлипывания:

- Цзюнь Мосе… Ах ты… Ты… самая настоящая свинья… ублюдок… маленький пиз*юк… будь ты проклят, сукин сын… АААА… Как же я… Как же я… ААААА…

Вслед за этими воплями донёсся громоподобный звук, словно кто-то в порыве бешенства кидал что-то на землю и давил это… На следующий день все обнаружили, что сад был обезображен полностью… Не было ни цветущих деревьев, ни травинок…

Госпожа в это время, сидя в комнате, строила планы на будущее. Через несколько месяцев появится 10 детей… И семье Донфанг больше не нужно будет беспокоится о том, что они могут остаться без наследников…

Можно расслабиться!

Она услышала, как из сада доносится рёв старшего сына. Невольно закрыв глаза, подумала:

- Как я могла родить эту бестолочь… Хотя поняла я только сейчас, спустя столько времени, что он ни в зуб ногой… Ах! Сколько понадобится сил, чтобы помочь служанкам сшить одежду для детей?

Подумав об этом, она рассмеялась:

- Как же хорошо, за один раз получить многочисленное потомство, как же я благодарна Мосе…

На следующий день после того, как Мосе оставил таблетки и формулу, они с Мэй Сюэ Янь и матерью покинули семью Донфанг на рассвете, и отправились обратно…

Цзюнь Мосе нужно было обдумать стратегию борьбы с Серебряным городом!

Как только отправились в путь, они поняли, что слухи уже распространились повсюду…

По дороге Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь заметили, что людей из трёх священных земель очень много, по сравнению с прошлым разом…

По-видимому, месть трёх священных земель уже вовсю началась. Помимо Мэй Сюэ Янь они также собирались расправиться с Чу Цихуном!

По пути они слышали, как все обсуждают блистательные подвиги Чу Цихуна, повсюду слагали песни о великом убийце, люди были очень оживлёнными! О героических поступках Чу Цихуна знали в каждом доме!

С каждым пройденным ими днём, три священные земли распускали слухи об убийстве Чу Цихуна, однако люди продолжали восхищаться им!

Теперь Чу Цихун заслуженно считался кумиром номер один всех людей континента Суань Суань!

Его репутация была невероятна! Она была словно нахлынувший гром, никогда не прекращающийся, она сотрясала небо, она сотрясала землю, воздух был наполнен ею!

Особенно популярны были песни о нём, они доносились из-за каждого угла!

Одной из самых популярных была вот эта:

Убийства, суета священных трёх земель,

Ты обезглавил гадов, о Великий!

Бессмертных Мир и Крови Океан ты покорил,

Цихун – герой и меч твой словно дикий!

Мосе в первый раз услышал эти знаменитые строки во время обеда, у него вырвалось:

- Ха! - и с этим звуком кусок лепёшки, который он только что откусил, вылетел из его рта. А затем он начал смеяться так, что аж живот заболел.

Донфанг Вэн Синь приподняла свои роскошные брови. Сын вёл себя неприлично, нужно сделать ему замечание, но это всё рассмешило её невестку, Мэй Сюэ Янь, которая с момента их знакомства всегда была очень серьёзна. А тут такая сдержанная девушка смеялась ещё хлеще, чем Цзюнь Мосе.

- Что такое? Что за глупый, беспричинный смех? – нахмурив брови, спросила Вэн Синь.

- Ха-ха-ха, да ничего… ничего… ха-ха-ха… смешного… – Цзюнь Мосе не мог сдержать смеха, он согнулся пополам и скатился под стол. Вся стоящая на столе посуда тряслась…

Как будто бы он не знал насколько «велик» Чу Цихун и с чего всё это началось… За спиной у него сплошная клевета, да ещё и раздутая в несколько раз!

Если бы не эта клевета, он бы никогда не прославился!

Для того чтобы не привлекать внимание людей, эти трое переоделись. Всё же в этот раз с ними была Донфанг Вэн Синь, и, если случится какое-то происшествие, даже самое небольшое недоразумение, они смогут в любое время спастись бегством…

Сейчас сила трёх священных земель настолько велика, что им необходимо прятать свои способности!

Хоть Вэн Синь и мать троих детей, и ей уже за 40, но выглядела она гораздо моложе из-за того, что 10 лет провела во сне. Её лицо было точно таким же, как и 10 лет назад, оно всё ещё было таким же очаровывающим. Она выглядела величественно, лишь глаза выдавали её возраст, однако это ничуть не отнимало её очарования.

Хотя она не была очень талантлива, она была очень красива. Особенно сейчас, когда рядом сын и невестка, это радовало её, и в душе её жила надежда. Всё это наполняло её невидимой энергией, и, если не переодеться, то она будет излучать это счастье вокруг себя. Разве она не привлечёт этим себе много лишнего внимания?

Аромат, исходивший от Мэй Сюэ Янь, был большой редкостью. Из-за этого она привлекала к себе много бабочек. Это их немного расстраивало, хоть они и не боялись, ведь люди из трёх священных земель могли появиться в любой момент. Им следовало быть очень осторожными.

Когда Цзюнь Мосе был в этом городе несколько дней назад, людей тут практически не было. Но сегодня на улицах было так много людей, бродящих туда-сюда, что, казалось, что это совсем другой город.

Оказывается, в это время, из-за возросшей популярности Чу Цихуна, произошло много изменений, так же, как и в том поселении, в этом маленьком городке рассказы о Чу Цихуне беспрерывно набирали обороты.

Когда они вышли из этого города и ступили на дорогу, снег постепенно начал увеличиваться, Цзюнь Мосе стало жалко своей матушки. Они зашли в таверну, что повстречалась на их пути, чтобы временно укрыться от ветра и снега.

Эта таверна находилась в глуши, и обычно торговля их шла не очень, а в такие снежные холодные дни посетителей не было вообще. Но в этом году, на удивление, их бизнес пошёл в гору, и посетителей было хоть отбавляй…

Появление кумира многих – Чу Цихуна – оживило их торговлю...

И то верно, в этом поселении за последнюю тысячу лет не происходило ничего интересного, поэтому, как только слухи про Чу Цихуна разошлись по округе, все бездельники тут же оживились. Как можно было оставить такое без внимания? Можно сказать, что сейчас все бегающие туда-сюда люди – самые преданные папарацци, преданней некуда… При такой ветреной и снежной погоде, эти папарацци ни за что не выйдут на улицу…

Спроси любого, и он тебе скажет, как быстро распространяются слухи. Сколько выдуманных историй они содержат. Все истории абсолютно разные, лишь одно в них неизменно – имя Чу Цихуна…

Например, в этой таверне уже вовсю обсуждали, что…

…Три священные земли устроили погоню за Чу Цихуном из-за пера с куриной задницы…

Три священных земли вдруг разгневались, а великий убийца скитался по свету – после смерти матери он обливался горькими красными слезами и никого не убивал…

Вот такие невероятные истории передавались из уст в уста на большие расстояния…

Глава 626. Заснеженная таверна!

Чу Цихун имел ни с чем не сравнимое влияние. Так или иначе, везде, будь-то кабачок, чайная или гостиница, о нём говорили.

Таким образом, его мощь действительно была безграничной…

Испокон веков, во все времена, во всем мире, ничего не могло сравниться с этим!

Цзюнь Мосе сидел здесь и ещё не закончил кушать, как вдруг услышал три разные версии, каждая из версий заставляла его волей-неволей засмеяться!

В последние годы сильный снег наполнял небо и землю, и эта небольшая, захолустная таверна была забита людьми до отказа... Снег настолько сильный, что скрывал горы. Люди, которые приходили сюда, не могли выбраться, и все сидели, греясь у огня, и непрерывно к ним присоединялись новые и новые люди...

Самое смешное, что, оказавшись такой ситуации, деньги за проживание попадали в судорожные руки двух хозяев, которые по-прежнему имели недовольный вид, да ещё и не скрывали отвращения даже к серебру… Это необычное явление заставляло Цзюнь Мосе быть очень осторожным…

Мэй Сюэ Янь обладала невероятной силой, но личный опыт в общении с низшими слоями общества тем не менее у неё был поверхностным, она не придавала особого значения случайностям. Донфанг Вэн Синь была представителем великого рода, к тому же её мало что интересовало в сравнении с пережитым горем. Но Цзюнь Мосе, король убийц двух миров, имея большой личный опыт в такого рода ситуациях, обращал внимание даже на незначительные вещи. Чем дальше, тем больше он чувствовал, что эта таверна действительно странная...

Однако в такую погоду это действительно прекрасное место, чтобы остановиться и отдохнуть, к тому же столько возможностей бесплатно услышать различную информацию, поэтому Цзюнь Мосе решил остаться здесь на ночь, посмотреть какая погода будет завтра, а там уже не медлить.

В конце концов, сила Донфанг Вэн Синь сравнительно небольшая, для неё и Мэй Сюэ Янь отправиться в дорогу в такую скверную погоду по-прежнему трудно… Задержавшись здесь больше, чем на один день, за исключением небольшой передышки, можно услышать много увлекательных новостей и пусть они не настолько впечатляющие, но услышать немного интересных слухов тоже хорошо!

- Хозяева этой таверны на самом деле знаменитые мастера! – Цзюнь Мосе как раз глубоко задумался, а Мэй Сюэ Янь с любопытством его слушала.

- Что ж, это довольно интересно… к тому же эта таверна довольно странная, – веки Цзюнь Мосе не двигались, он осторожно держал чашку руками.

- Странная? Почему странная? – Мэй Сюэ Янь немного удивилась, посмотрела направо и налево. Это была всего лишь небольшая таверна. Нет в ней чего-то необычного, только лишь два мастера-владельца, даже слуги – простые люди. Конечно, редко встретишь мастеров в подобной глуши, но это всего лишь, как максимум, необычно, но не странно!

- Прежде всего, расположение этой таверны очень странно. Мы только что вышли из города. Пришли сюда. Это меньше ста миль до и после. Не стоит недооценивать это расстояние. Больше ста миль – это только для нас немного, но для среднестатистического человека, по меньшей мере, дня два пути. К тому же, в этом маленьком городке много жилых мест, и если таверну открыть там, с деловой точки зрения, это определённо было бы выгоднее, чтобы заработать больше денег, чем открывать его здесь, так ведь? – Цзюнь Мосе глубоко погрузился в анализ:

- Итак, это первая странная вещь!

- Неплохо… Это и правда довольно далеко, – кивнув, согласилась Мэй Сюэ Янь. - Но если пройти вперёд, то там горы тянутся на несколько сотен миль и местность ещё более глухая и отдалённая, однако, возможно, эти два хозяина разочаровались в мирской жизни и не хотят появляться в свет, поэтому в сравнительно глухом месте открыли таверну, и так приемлемо…

- Я тоже подумал об этом, но это всё равно не имеет смысла, потому что вторая странность в том, что ни перед деревней, ни после нет магазина, но здесь есть таверна с двумя хозяевами, великими мастерами. Какой в этом смысл? В чём цель? Иными словами, какова выгода? Если вы действительно презрели мирскую суету и собираетесь жить в уединении, почему бы просто не отправиться в горы? А они, наоборот, выбрали место здесь? – Цзюнь Мосе задал несколько вопросов подряд, и, не дожидаясь ответа, продолжил.

- Есть ещё несколько странностей. Почему здесь так много людей со всех районов? Когда мы пришли сюда в прошлый раз, не было никаких гостей, мы увидели только двух стариков. Это явление появилось только в последние два дня, поэтому они очень нетерпеливы; тем не менее никто не нападает на нас… Если такое здесь круглый год, то, я боюсь, что эти два человека боятся обнаружить своё местонахождение... Итак, кто же эти лучшие мастера и чего они боятся? – Цзюнь Мосе задал третий вопрос. – Таким образом, из всех, собравшихся здесь отовсюду людей, есть люди из трёх священных земель, которые где-то поблизости... Я могу смело судить о том, что Чу Цихун должен скрываться где-то недалеко. В противном случае, зачем этим ребятам приходить сюда в такую плохую погоду? Что касается всех этих слухов – то их, должно быть, распространяют люди из трёх священных земель... – Цзюнь Мосе нахмурился, ему всё стало намного понятнее. – Утвердить своё влияние! Почти десять тысяч лет никто не осмелился противостоять и унижать три священных земли, но Чу Цихун «сделал» это. И не только сделал это, но и нанёс большой урон им. Три священных земли должны попытаться устранить эти негативные моменты, и лучший способ справиться – это уничтожить Чу Цихуна. Причём необходимо убить его на глазах у публики, поэтому три священных земли сначала позволили Чу Цихуну подняться до отличной репутации, стать уникальным, а затем, когда он явится перед большим количеством народа, убить одним махом! Таким образом, я опасаюсь, что это заставит дрожать от страха весь мир и восстановит авторитет трёх священных земель! Это основная их цель! – Цзюнь Мосе дьявольски улыбнулся.

- Но будут ли три священных земли браться за такой план? Не лучше ли было бы тихо убить Чу Цихуна, дабы не собирать так много народа? В конце концов, об этом всё равно все узнают, – непонимающе спросила Мэй Сюэ Янь.

- Ты проигнорировала один важный вопрос – как минимум ещё мы с тобой посвящены в эту тайну! Три святые земли только и знали, что прятались. Как только это обнаружится, три священные земли станут зависимыми, поэтому лучше уж они объявят об этом всему миру! Действуя по своей инициативе, они осуществят план по устранению Чу Цихуна на глазах общественности и тогда все отрицательные эффекты исчезнут! – Цзюнь Мосе поднял бровь и с сарказмом сказал. - Три священных земли на этот раз будут судить со своей колокольни…

- Но ты монарх? – Мэй Сюэ Янь посмотрела на него и охнула, - если три священных земли сделают это, ты…?

Цзюнь Мосе со смехом потёр нос.

С тех пор как Мэй Сюэ Янь начала путешествие с Цзюнь Мосе, она знала, что у этого парня дурной характер, и если три священных земли примут решение скрывать что-либо, молодой мастер Цзюнь непременно сможет воспользоваться беспорядками, учинёнными Чу Цихуном… однако право голоса тогда будет только у молодого мастера Цзюнь.

Поэтому Цзюнь Мосе был явно возмущён и недоволен прекрасным планом трёх святых земель, он фактически нарушил план последующих действий этого молодого мастера!

Эта таверна действительно была невелика. Здесь было всего шесть или семь столов. В это время они уже были заполнены людьми. Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь сидели за самым крайним столиком, чтобы им было видно отсюда всё.

Это была хорошая позиция, поэтому Цзюнь Мосе вытащил серебряные монеты. Изначально за этим столиком сидело пять человек. Цзюнь Мосе без лишних слов вывалил пять серебряных монет на стол, затем схватил какого-то здоровяка, ткнул пальцем в самую толстую часть клинка, затем указал пальцем на серебряную монету, указал на отверстие в клинке, а затем на землю.

Он ничего не сказал от начала до конца, однако пять здоровенных детин со злыми лицами схватили монеты и освободили место, даже крайне любезно вытерли за собой стол, тем самым сэкономив деньги за уборку стола прислугой.

Всё это заставило Донфанг Вэн Синь отчитать выскочку…

Однако всё это возымело необычный эффект – посетители за остальными столами, словно ничего не замечая, продолжили громко разговаривать, но выражения лиц их явно стали более сдержанными. К тому же десять человек оказались зажатыми между маленьким столиком, но никто не осмеливался подойти к этому «богачу-выскочке».

После того, как молодой господин Цзюнь добился своей цели, он самодовольно сказал:

- Реальность этого мира такова… У кого есть деньги, у тех есть права, сейчас у меня нет прав, но есть деньги, и ещё есть кулак, и здесь наличие кулака означает наличие прав… Правом распоряжаться судьбами! Учись, девочка!

Такое самодовольство заставило Донфанг Вэн Синь прийти в негодование, Мэй Сюэ Янь выкатила глаза, но обе даже не нашли, что сказать, чтобы ему возразить…

С другой стороны, немного подальше, некто разглагольствовал:

- …говорят, Чу Цихун неожиданно закричал, рванул в небо и сейчас появился в Неуловимом Мире Бессмертных. Дерзко ворвался туда, устроил потасовку, атаковал мощнейшими ударами и всё время кричал «Моя жена скоро будет здесь, так что вам лучше сдохнуть от моей руки!».

Цзюнь Мосе, держа чашку с чаем, с удовольствием смаковал услышанное:

- Чу Цихун безрассудно храбро пробрался с боем в Неуловимый Мир Бессмертных… чересчур нагло и смело…

Мэй Сюэ Янь хихикнула.

Два хозяина, храпящие на прилавке, тоже открыли заспанные глаза и подняли головы. Один шевелил губами, что-то говоря, а другой кивнул в знак согласия, затем опустил голову и продолжил храпеть.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь абсолютно чётко услышали, как те сказали слово «идиот»… так и не поняв, ругают ли они Цзюнь Мосе или того рослого детину.

Донфанг Вэн Синь, чем больше слушала, тем ей было всё более странно, и она машинально спросила:

- Что вы, в конце концов, смеётесь, молодые люди? Этот великий убийца Чу Цихун и правда такой забавный? Что смешного, в конце концов?

Глава 627. Странности повсюду!

На протяжении всего пути Донфанг Вэн Синь немало слышала о Чу Цихуне. Говорят, что он очень известный, что он единственный может сравниться по силе с семьей Донфанг… Можно сказать, что сейчас он обрёл ещё большую славу. Некоторые точки зрения, высказанные этими людьми, были довольно забавными, как иногда всё-таки забавно звучат некоторые предыдущие поступки… Но, слушая это, сын и его жена безмерно радовались, это было так странно...

С тех пор, как они вошли в жилую местность, Донфанг Вэн Синь не позволяла себе называть Цзюнь Мосе по имени, называла его детским именем Сань’эр. Во-первых, для того чтобы его не раскрыли, а во-вторых, называя его так, она чувствовала большую близость.

- Мама, сейчас здесь так много народу, неудобно тебе объяснять, подожди немного, потом я всё подробно объясню в дороге. Подожди, и ты всё поймешь от начала до конца! – Цзюнь Мосе улыбался.

В этот момент внезапно произошли перемены, и хлопковая занавеска, закрывающая дверь в таверну, внезапно взлетела, и бесчисленные снежинки мгновенно закружились вихрем, залетев внутрь. Некоторые сварливые гости разнервничались и разразились бранью. Но потом их лица свело ужасом.

На белом снеге отражались высокие фиолетовые лучи, три человека в пурпурных халатах, словно привидения, вошли в таверну. Снаружи везде был снег, но эти трое вошли абсолютно чистыми, вплоть до того, что даже на обуви не было ни малейшего следа земли или снега. Такие чистые, словно только что вышли из бани, с приятным настроением и бодрым сознанием.

С головы до ног одежда была фиолетовая. Прибывшие люди были подчинёнными Иллюзорного Океана Крови!

После того, как эти трое вошли, они огляделись по сторонам, смерив взглядом каждого человека. В том месте, куда они смотрели, люди чувствовали себя, словно в царстве холода и стужи, как будто бы с них содрали одежду на холоде в лесу!

Осмотревшись вокруг, они сделали несколько шагов вглубь, остановились около очага и заметили, что нет свободных столов. Один из них сморщил лоб и ударил по столу, который стоял к нему ближе всего, вытянул руку и указал пальцем на дверь.

Смысл был понятен – «Убирайтесь вон!»

За столом сидели те самые пятеро здоровенных детин, которых отослал Цзюнь Мосе. Неожиданно им пришлось переехать и отсюда, можно сказать, что у ребят был плохой год. Эти пять человек ещё чище убрали стол, а потом, поклонившись, угрюмо вышли наружу и исчезли в пучине ветра и снега.

Глядя на некрасивые лица этих трёх человек из Иллюзорного Океана Крови, кто посмел бы тронуть их? Разве кто-то захочет найти свою погибель?

Внутри таверны в мгновении ока стало тихо. Люди, сидящие за длинным узким столом, только что бурно разглагольствовавшие на тему трёх священных земель и Чу Цихуна, сейчас покорно припали к столу, заняв свои рты едой и питьём, да и жевать слишком громко не осмеливались. Это было похоже на то, как учитель вошёл в класс к ученикам младшей школы…

- Выпивку! Закуску! Всё лучшее, да побыстрее! – сказал со спокойным лицом один человек в фиолетовом халате, потом сел. Два хозяина за прилавком подняли головы одновременно, потом опустили, тяжело дыша.

Слуга быстро принёс вино и закуску, и три человека в фиолетовых халатах принялись за еду. Абсолютно молча, никто ничего не говорил. Состояние духа у них было подавленное, но, тем не менее, никто не подавал виду, попросту игнорируя окружающих.

Только что в таверне все оживлённо бродили туда-сюда, а сейчас в один миг наступила мёртвая тишина. Никто не смел вымолвить и слова. Чу Цихун так ударил по лицу трём священным землям, и душа этих людей явно была полна злобы. Кто попадётся под руку, тому не поздоровится. И все явно не хотели стать этими неудачниками…

У этих людей нет силы Чу Цихуна и нет такой же храбрости!

- Иллюзорный Океан Крови на самом деле имеет внушительный вид! – Цзюнь Мосе засмеялся, а Мэй Сюэ Янь посмотрела на него, всем видом давая понять, что не желает наделать хлопот. Не хватало сейчас ещё натворить дел!

- Кажется, Чу Цихун где-то совсем рядом, – тихо произнёс Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь невозмутимо сказала:

- Если встретим… поможем или нет? Говоря по существу, мы…

Цзюнь Мосе засмеялся, уклонившись от ответа.

Было очень тихо, настолько тихо, что был слышен звук парящего в воздухе и опускающегося на землю снега, свист ветра - то приближающийся, то удаляющийся. Таверна, забитая людьми до отказа, неожиданно стала такой тихой, словно задумавший коварный план преступник.

*Бац, бац, бац!* – снаружи раздалась серия звонких звуков, как будто тонкой бамбуковой палочкой колотили о крепкую ледяную поверхность. Всё ближе и ближе слышались тяжёлые шаги, вплоть до того, что можно было услышать учащённое дыхание.

Звук приближался и, наконец, достиг входной двери.

Занавеска приподнялась, и, в первую очередь, появилась трость, вслед за ней послышался кашель, и с трудом зашёл человек, с головы до ног покрытый снегом. Все заметили, что под мышкой у него была палка, человек приволакивал за собой ногу. Он оказался хромым.

Его лицо было густо покрыто морщинами, на голове - толстая белая ткань, как будто бы со следами крови. Толстое белое полотно так скрывало глаза, словно он был одноглазым, один глаз был обнажён, и в нём читалась невероятная грусть, за спиной у него был узкий, длинный свёрток.

Выглядел он как человек, убитый горем. Неужели он один из мастеров Суань? В противном случае как он отправился в дорогу в такую скверную погоду?

Этот человек с таким трудом вошёл, что все, один за другим, пристально уставились на него. Когда он начал кашлять, его тело дрожало, роняя хлопья снега под ноги, всё тело его было облеплено снегом. Даже на шапке в пространстве, где выступали наружу волосы, они были облеплены льдом, и висели сосульками.

- Дайте мне стакан крепкой водки, десять пампушек и тарелку говядины! – он так дрожал, что с трудом сжимал челюсти. Дрожащей рукой он вытащил несколько серебряных монет. Он только открыл рот, как все нахмурились. У него был голос как у утки, которая не пила воду в течение семи или восьми дней и теперь воздух застревал в горле.

Он огляделся по сторонам в поисках свободного места, но, похоже, у него не было таких методов как у молодого господина или мастеров Иллюзорного Океана Крови. Он мог бы попросить кого-нибудь уступить ему место, но ему не хотелось препираться. Лучше всего было бы сесть рядом с огнем, с силой потирая руки, он, словно извиняющимся тоном, произнёс:

- Сегодня очень холодно…

С момента, как он вошёл, мастера Иллюзорного Океана Крови пристально смотрели на него, и вдруг один из них, с квадратным лицом, дружелюбно сказал:

- Ты откуда? Что привело тебя в эту дыру?

- Ах, господин интересуется мной… Я так неудачно в такую погоду встретился с грабителями…

Этот хромоногий не в силах был выдавить и слезинки.

- Я целый год тяжёлым трудом зарабатывал несколько сотен серебряных монет. Хотел вернуться домой… Кто бы мог подумать, что, дойдя до горы Гунди, неожиданно встречусь с грабителями… Эти бандиты украли у меня одежду и все ценные вещи, даже кожаное пальто, которое я купил жене и ребёнку… Всё отняли… Три сотни серебряных монет… Остался только мешок, да несколько монет они проглядели… Я, было, просил их хотя бы извиниться, но один из них так сильно меня пнул, что мне трудно идти. Не знаю, смогу ли я, такой искалеченный, вернуться домой… Такие дела! – хромоногий ударил себя по бедру и, взвыв от боли, сказал: - У этих людей в самом деле нет совести!

- Как выглядели те люди? – заботливо спросил один из одетых в фиолетовое. - Расскажи, позволь нам принять меры.

- Я не особо разглядел как они выглядели… Все белые, словно неожиданно оживший снежный человек… Я несколько раз хотел заставить их извиниться, но один тут же сломал мне ногу. А когда я пришёл в себя, я уже не мог рассмотреть, как они выглядели… – говоря это, он в конце концов заплакал.

Человек в пурпурном халате доброжелательно сказал:

- Но в любом случае хорошо, что они сохранили тебе жизнь. Они могли бы тебя убить, можно сказать, ты легко отделался… Друг, что ты говоришь?

Сердце хромого бешено колотилось, он часто дышал. В этот момент принесли его водку, пампушки и говядину. Выпив залпом тёплую водку, он неожиданно печально опустил голову, его плечи начали трястись, всё тело сотрясали конвульсии. Было похоже, что он плакал.

Донфанг Вэн Синь вздохнула и шепотом сказала:

- Будучи хромым и правда очень трудно в жизни. Так жаль, Сань’эр, так жалко этого человека… Можем ли мы чем-то ему помочь? У тебя же есть деньги, помоги ему монеткой!

Цзюнь Мосе с преспокойным видом смотревший на хромого, услышав это, лишь рассмеялся:

- Мама, ты не заметила ничего? Не переживай за этого хромого, нисколько мне его не жалко. По сравнению с ним, в мире есть очень много людей, которых жалко намного больше, – высказав эту невероятную по своей глубине мысль, он снова рассмеялся.

- Мама, посмотри, здесь действительно немало людей, достойных жалости. Ты думаешь, одному этому хромому нелегко на жизненном пути?

Мэй Сюэ Янь, слегка улыбнувшись, сказала:

- Матушка, на самом деле он прав. Разве вы не видите трёх величайших мастеров Иллюзорного Океана Крови? Думаете, почему они так доброжелательно расспрашивают его? Для чего им заботиться о хромом, находясь вдали от мирской суеты?

Донфанг Вэн Синь недоуменно остолбенела:

- Неужели хромоногий – это тоже странно?

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь одновременно засмеялись:

- Это чрезвычайно странно!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь обладали сильной интуицией, они давно почувствовали, что с хромоногим что-то не так. Сразу же, как только он вошёл, они оба это приметили. Цзюнь Мосе улыбался уголками рта, продолжая спокойно пить чай…

Несмотря на то, что не было стопроцентной уверенности, оба чувствовали, что этот хромоногий и есть великий убийца Чу Цихун!

Похоже, что в данный момент великий убийца творит бессмертную легенду…!

Глава 628. Объединение двух королей убийц!

Три человека из Иллюзорного Океана Крови также полагались на свою интуицию. Они тоже почувствовали, что с этим хромым что-то не так, но допросив его, они успокоились, им недоставало того дара ясновидения, который был у Цзюнь Мосе, а от уровня Мэй Сюэ Янь они вообще были далеки, поэтому потихоньку ослабили бдительность.

- Какая, в конце концов, сила у хозяев? Почему я не могу разглядеть? Неужели они выше меня? – Мэй Сюэ Янь шепнула Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе, наклонив к ней голову, сказал:

- Несмотря на то, что эти двое действительно выдающиеся, но они не могут быть так высоки, следовательно, они ещё не достигли твоего уровня, но совершенно точно, что по сравнению со мной, их сила выше! Причина того, что ты не можешь разглядеть их силу, заключается в том, что у них есть специфические техники, которые могут скрывать их силу, поэтому они ещё ни на йоту не раскрылись! Однако эти двое – совершенно точно не люди трёх священных земель. Если тут возникнет заварушка, я уверен, что ключевыми фигурами станут как раз эти двое!

Цзюнь Мосе не знал, что во время этого разговора, те двое бесшумно переговаривались на зашифрованном языке:

- Откуда взялись этот парень с девушкой? Появляться здесь одним очень рискованно!

Другой отвечал ему:

- Верно, я уверен, что если здесь начнется потасовка, эти двое молодых людей станут основными переменными… но что, в конце концов, привело их в это место? Это меня действительно напрягает!

- Люди Иллюзорного Океана Крови, по-видимому, ещё не почувствовали… тот хромоногий очень непростой!

- Не стоит ввязываться в эти дела. Пока они нас не трогают, пусть разбираются как хотят, нам не нужно лезть не в своё дело…

Оба хозяина продолжали дремать на стойке….

- Люди с Иллюзорного Океана Крови здесь, если этот хромой и в самом деле Чу Цихун, зачем он пришёл сюда? Разве это не опасно? Не стоит забывать о том, что эти трое – величайшие мастера! Пусть даже у Чу Цихуна большая сила, но идти против этих троих глупо! – сморщилась Мэй Сюэ Янь.

- У меня нет предположений. К тому же, то, что ты сказала, действительно правильно! Если этот хромой – не Чу Цихун, я съем эту тарелку целиком! Это никак нельзя проверить, но, тем не менее, я чётко могу это прочувствовать!

Цзюнь Мосе холодно улыбнулся, медленно говоря:

- Он может появиться здесь сейчас, это не будет неожиданностью, вплоть до того, что… он целенаправленно пришёл ради этих трёх человек из Иллюзорного Океана Крови! Король убийц преследует для того, чтобы убить! На этот раз, исключительно, чтобы спровоцировать ответные действия!

- Верно, верно, это скорее всего так и есть! – согласилась кивком головы Мэй Сюэ Янь. - Но я не могу понять, как он собирается одолеть этих трёх мастеров? Если посредством своей силы он одолеет одного, то это уже неплохо…

- Такое вряд ли возможно, вряд ли он справится! Но настоящие методы умного убийцы никогда нельзя понять! – Цзюнь Мосе с уверенностью захохотал. - Раз уж Чу Цихун посмел прийти, этим троим явно не поздоровится! Я хочу это увидеть… Три священных земли расставили здесь свои сети. После того, как он убьёт этих троих, каким образом он сумеет сбежать от их зоркого взгляда? Следует иметь в виду, что после того, как он убьёт этих троих, ему придётся за это расплатиться!

- Однако этот великий убийца действительно достаточно храбрый! – Мэй Сюэ Янь обворожительно засмеялась.

- Ох! Даже когда кролик торопится убежать, он кусает людей… Чу Цихун, встретив кого-нибудь на своём пути, убьёт… Как он может не возмущаться? Великого убийцу века преследуют, как бездомного пса… Он очень зол, но старается подавить свою ярость! – с сочувствием произнёс Цзюнь Мосе

- Ты – главный виновник! Что за притворное сострадание? Если Чу Цихун и в самом деле убьёт этих величайших мастеров, то кто знает, кто будет его следующей целью? Ты думаешь, он сможет кого-то пощадить? Даже если ты уверен, что справишься с остальными, то как потом быть? – Мэй Сюэ Янь посчитала ниже своего достоинства смотреть ему в глаза.

- Чтобы избежать такого рода вещей, я, конечно, приму все необходимые меры. Что ты так на меня смотришь? Я имею в виду, что смогу помочь ему, предоставить ему небольшую компенсацию. Позволить этому парню как можно раньше разобраться с людьми Иллюзорного Океана Крови. По крайней мере, самому можно получить поменьше ущерба. При одном только взгляде на фиолетовые халаты Иллюзорного Океана Крови чувствуется, что они отвратительные люди! – Цзюнь Мосе хихикнул, неожиданно встал и бесцеремонно громко выкрикнул:

- Эй, хромоногий, мать твою! Ты можешь не чавкать, когда жрёшь? Слушая, как ты чавкаешь, я не то, что есть не могу, меня того и гляди вырвет!

Сразу несколько человек в таверне посмотрели на него с презрением, все осудили такое отвратительное поведение: этот парень просто добивает и без того настрадавшегося человека!

Хромой поднял голову и с обидой в голосе, чуть ли не плача, произнёс:

- У меня и так ничего нет, чуть не лишился жизни… Неужели я не могу даже поесть нормально? Это что за дела? Есть ли в мире справедливость?

Произнеся эту фразу, в сочетании с его страдальческим видом, заставило всех самых холоднокровных людей растрогаться и проникнуться жалостью и симпатией к нему!

Донфанг Вэн Синь наморщила лоб и посмотрела на сына. Хоть она ничего и не могла понять, но знала, что сын либо добивает лежачего, либо во всём этом есть какой-то скрытый смысл, но сумела сдержаться.

Мэй Сюэ Янь втайне похвалила Донфанг Вэн Синь. Несмотря на то, что культивация Суань у неё была не высокой, она вела себя со спокойным великодушием и мудростью, не как обычные люди. Она уже приготовилась наставлять и разъяснять ей, но, вопреки ожиданиям, Донфанг Вэн Синь не проронила ни слова и лишь глубоко задумалась, тем самым избавив от большого количества хлопот!

- Твоя несчастная судьба – это твоё сраное дело! Твоя покалеченная нога или разрушенная жизнь – это что, повод портить мне настроение? Ты, мать твою, видно, шутишь! – поведение Цзюнь Мосе было больше, чем отвратительным, его лицо пожелтело, он просто источал бесчеловечность. Было похоже, что это мерзкое поведение богатого выскочки. Подойдя на два шага к очагу, он пнул жаровню. Несколько поленьев, которые полыхали внутри, выпали, разбрызгав во все стороны огонь.

- Немедленно потушите! Не стоит вызывать негодование молодого господина! Твою мать, с тех пор как ты, жалкий инвалид, сюда пришёл, это место превратилось в свинарник! Как мне, по-твоему, теперь здесь есть?

Цзюнь Мосе покрутил шеей, прищурил глаза и подпёр руками бока. Выглядел он как порядочный изверг, но крайней точкой стало то, что он, разбрызгивая слюной во все стороны, закричал:

- Немедленно убирайся вон! Если ты этого не сделаешь, я сломаю тебе оставшуюся ногу! Как можно есть в одной комнате с этим навозным жуком, это же просто омерзительно!

Именно в этот момент он окончательно удостоверился, что это и есть великий убийца Чу Цихун.

В этот момент Чу Цихун почувствовал, что он действительно сыт по горло! Тигр ни с того ни с сего стал больной кошкой! Вопреки ожиданиям, они даже не слушают мои объяснения! Неужели я зазря зовусь великим убийцей?

Крайне подавленный великий убийца Чу наконец-то взорвался…

Он также знал, что если его будут преследовать, чтобы убить, выхода не будет!

Поэтому Чу Цихун решил нанести ответный удар!

Крайне жестокий ответный удар!

Он сам лично видел, что в таверну вошли три человека из Иллюзорного Океана Крови, а потом проследовал за ними. Огонь мести уже не на шутку разбушевался в его сердце!

Но сейчас великий убийца Чу Цихун был крайне подавлен!

Он с таким трудом сюда пробрался, уклонился от тщательного допроса тех трёх мастеров… Нужно было всего-навсего дождаться, когда эти три парня досыта наедятся, ослабят бдительность, однако надо же было натолкнуться на этого безрассудного мальчишку…

Даже во время еды необходимо быть начеку!

Настоящий мерзавец!

Вытаращившись на этого пожелтевшего паренька, он, в конце концов, никак не отреагировал, хотя в обычное время мог бы одним пальцем руки стереть его в порошок… Но помимо него есть ещё трое высочайших мастеров!

«Если я разотру этого мелкого мерзавца в порошок, таким образом я сразу же буду раскрыт, а после этого не мудрено, если те трое разотрут в порошок меня самого!»

В этот самый момент этот находчивый великий убийца, вопреки ожиданиям, воззвал к небу:

«Неужели в этот день все сорвется? Какого черта в самый неожиданный момент, появился этот богатый мальчишка-выскочка? Неужели я упущу эту прекрасную возможность?»

- Что ты вылупился? Какого черта ты на меня вылупился? Тебе кажется, что я хорош собой? Красивый, поэтому и смотришь? Да что ты пялишься-то, скотина? – всё отвратительнее кричал Цзюнь Мосе, протянув руку к плечу Чу Цихуна, а потом он его так толкнул, что тот попятился на несколько шагов назад, чуть не опрокинувшись на землю.

Оказавшись в подобной ситуации, Чу Цихун неожиданно почувствовал в душе испуг. Положение, с которого был произведён толчок, было довольно простым, но содержало в себе много силы, заставив тело немного наклониться, причём это было самое удачное положение, чтобы легко ухватиться за рукоятку меча…

Неужели?

- Охренеть! Кто бы мог подумать, что этот сукин сын такой сильный! – закричал Цзюнь Мосе и залепил ему пощёчину. Чу Цихун вскрикнул и волей-неволей отступил ещё на шаг, находясь уже в трёх шагах от трёх парней в фиолетовых халатах.

Один из фиолетовых халатов сморщился и громко закричал:

- Хватит!

В эту минуту Цзюнь Мосе неожиданно со звуком «Бац!» вскочил и ударил Чу Цихуна в низ живота. Тот истошно завопил и припал к земле, буравя взглядом тех троих парней из-под столика.

Эта позиция была идеальной, по сравнению с той, которую Чу Цихун планировал изначально. В десять раз ещё более идеальная! К тому же снаружи их было видно целиком, сто процентов сработал бы эффект неожиданности, если напасть на них сейчас…

Два короля убийц из двух миров прекрасно сочетались, можно было безупречно достигнуть цели без лишних слов!

- Черт! – в один голос прокричали оба хозяина, одновременно подняв головы из-за прилавка.

Один из людей в фиолетовых халатах стукнул по столу, встал и громко, с яростью в голосе, произнёс:

- Бесстыжий мальчишка! Ты, видно, смерти ищешь? Раз осмелился так безобразничать!

Эти слова были обращены к Цзюнь Мосе.

Он ещё не закончил фразу, как неожиданно из-под стола появились мягкие, невероятно блестящие лучи, послышался истошный вопль и кровавые брызги разлетелись во все стороны!

Размытая фигура пронзила мечом обеденный стол, за которым сидели люди Иллюзорного Океана Крови. Бесчисленное количество мерцающих брызг обрызгало головы и шеи трёх человек в фиолетовых одеждах...

Цзюнь Мосе сразу понял, что это высшая мера наказания для этих трёх Величайших мастеров!

Осенняя вода без отражения меча, словно сон, словно фантазия!

Лозунг великого убийцы Чу Цихуна!

Глава 629. Мастерский удар

В один миг всё пространство под столом окрасилось в кроваво-красный цвет. На троих они лишились одновременно пяти конечностей, только один фиолетовый халат, поносивший Цзюнь Мосе, был немного сообразительнее и быстрее, ему «посчастливилось», и он лишился только одной ноги!

Повсюду был запах крови!

Это было так неожиданно! Так пугающе!

Такая неожиданность могла застать врасплох кого угодно! Даже тесное сотрудничество двух королей убийц ничего не поменяло, любой великий мастер тоже мог попасть в такую ловушку!

Два других фиолетовых халата всё ещё продолжали спокойно сидеть за столом, попивая вино из пиал и увлечённо уставившись в ту сторону, будто они мирно смотрели обычный спектакль. У них не было никакого желания вступать в перебранку с этими двумя отморозками.

Кто бы на их месте мог подумать, что такое несчастье внезапно свалится на их несчастные головы!

К тому же таким жестоким и бесчеловечным образом! Стать инвалидом в одно мгновение! В эту секунду эти два бедолаги почувствовали, как похолодело у них ниже колен, и кровь хлынула фонтаном наружу! Они даже не успели почувствовать боль!

Но меч Чу Цихуна уже вернулся в исходное положение, выполнив свой долг!

Блеск меча взвился над столом, повсюду были иллюзорные блики, под столом же уже растекался океан крови! Этот вид заставил трёх пурпурных халатов вспомнить то место, откуда они прибыли: Иллюзорный Океан Крови!

Только это было в буквальном смысле этого слова!!!

Всё пространство было заполнено душераздирающими криками этих двух несчастных, лица их искривились, они неистово вцепились в стулья, на которых ещё недавно сидели всем телом. Вторые половины их тел с резким свистом взлетели в воздух после судьбоносной встречи со сверкающим мечом Чу Цихуна!

Лоб, лицо, грудь – повсюду была кровь после неожиданного удара Чу Цихуна. Они были похожи на две окровавленные марионетки с перерезанными ниточками! В месте, где раньше располагались ноги, теперь же протекало два ручья крови.

Цзюнь Мосе не мог поверить своим глазам – обычная, даже местами миленькая таверна в одночасье превратилась в адски-кровавое месиво!

Фонтанирующая кровь заполнила собой всё пространство, начиная от столов и заканчивая тарелками с едой и пиалами с вином; все люди, находившиеся там во время этого представления, разом окаменели от ужаса, они не могли пошевелиться от страха!

Пред ними предстал величайший мастер Чу Цихун, меч его благородно блестел, а взгляд был холоднее льда!

Чу Цихун не проронил ни слова, его тело парило в воздухе, а его прозрачный, как осенние воды, меч, не отбрасывающий тени исчез таким же удивительным образом, как и появился! Его тело, как и его меч, казалось каким-то полупрозрачным, оно то появлялось, то исчезало! Но даже в те моменты, когда оно появлялось, разобрать его точное местоположение было трудно, бесчисленное количество проекций его тела наполняло воздух!

Цзюнь Мосе, наконец, понял, почему ему постоянно приходилось отдуваться за этого пацана…

Признаки ведения боя у этих двоих, действительно, имеют большое сходство…

Модель боя Чу Цихуна и техника «появляться как дух, исчезать как призрак» Цзюнь Мосе на самом деле были очень похожи!

Внезапный удар слева, внезапный удар справа; смотреть вперёд, оглядываться назад…

Все эти обвинения были далеко небезосновательны…

Цзюнь Мосе с интересом уставился на представление.

Бац! Бац!

На пол рухнули два фиолетовых халата, словно бумажные змеи, оторвавшиеся от нити, с огромными кровоточащими дырами вместо голов! У Чу Цихуна в нескольких местах на теле появились следы крови, когда его меч стремительно взлетел в ударе, ни одна мышца на его лице не дрогнула; его прозрачный, не отбрасывающий тени меч опустился на стол. За ним потянулась отрывистая дорожка крови, которая капала прямо в пиалу для вина, рисуя отрывистой рябью незатейливый рисунок на вине…

Фиолетовый халат, оставшийся с одной ногой, озлобленно уставился на Чу Цихуна, и сквозь зубы прошипел:

- Величайший убийца? Чу Цихун?! Какое мастерство! Какая изобретательность!

Его нога было отсечена ниже колена, как и его фиолетовый халат. Благодаря какой-то удивительной силе, ему удалось остановить кровь, и он на одной ноге, словно в петушиной стойке, стоял и с испепеляющей ненавистью смотрел прямо на Чу Цихуна.

Получив такое серьёзное ранение, ему ещё хватило смелости сделать такой отчаянный шаг!

- Совершенно верно! Я слышал, вы недавно лишились ноги. Жизнь полна сюрпризов, не так ли? – голос Чу Цихуна мгновенно изменился, он стал строгим и мрачным, словно северный ветер принёс за собой ледяной холод; прежде отрешённый взгляд стал острым и зорким, как лезвие ножа, он продолжал смотреть на уцелевшего бойца:

- Да, три мудреца – просто пустое место! Ты, Хань Шаньчан, ещё осмелился кинуться за мной в погоню! Три мудреца, вы ещё ответите за это! Хань Шаньчан, пока можешь приготовиться и попрощаться с жизнью!

- Ха-ха-ха! Прощаться с жизнью?! Ты что, узколобый лягушонок, думаешь, что тебе это так сойдёт с рук? Как бы ты ни скрывался, мы всё равно вышли на твои следы, так что пока ещё неизвестно, кто будет смеяться последним! Чу Цихун, не обольщайся так на свой счет, кажется, ты просто много на себя берёшь! Сейчас ты увидишь настоящее мастерство. Благо, у тебя место в первом ряду! Если, используя технику «коварного теневого убийства», можно взойти на пьедестал сильнейших, то, что же будет, если применить безграничную истинную ци? Чего можно добиться тогда? Посмотрим, как ты на этот раз запоёшь! Что-то мне подсказывает, что умирать здесь будешь ты!!!

- Вряд ли, конечно, можно, используя технику «коварного теневого убийства», взойти на пьедестал сильнейших, ты уж здесь загнул… Но вот надавать по щекам такому словоплету «с безграничной истинной ци», как ты, я думаю, вполне возможно! – Чу Цихун, с прожигающим взглядом, продолжил. - Хань Шаньчан, я уже лишил тебя одной ноги, там уже перерезана артерия, значит, самоликвидацию ты совершить уже не сможешь! Я уважаю тебя, как величайшего мастера, ты правда достоин почтения, так что давай ты, по быстрому, сам сейчас возьмёшь и покончишь с собой. Всё равно сейчас ты мне уже не соперник!

- Ха-ха! Двое уже на том свете. Я, признаться честно, тоже уже не строю планы на будущее. Но перед смертью я бы очень хотел прояснить один вопрос! – Хань Шаньчан резко повернул голову и посмотрел на Цзюнь Мосе.

- Ты, бля*ь, откуда взялся вообще?! И почему поспособствовал нашей встрече с Чу Цихуном? Ты вообще хоть знаешь, что тебе будет за это, придурок?

- Кто я такой? – Цзюнь Мосе с испуганным видом огляделся по сторонам и вдруг в полной растерянности закричал: - Ааа… Убивают! Убивают! Спасите… Помогите! Где хозяева? Позовите его скорее! Этот инвалид хочет меня убить!!

- Кем бы ты ни был, сучара! Специально или непреднамеренно все это тут устроил! Я клянусь, тебе и всей твоей семье не поздоровится! Вас всех похоронят в один день! За свою тупость ты заплатишь очень высокую цену! – Хань Шаньчана всего трясло от шутовской выходки Цзюнь Мосе. Он смерил его полным ненависти взглядом и повернулся, обнажив свой меч, лицом к Чу Цихуну, закричав при этом что есть мочи:

- Чу Цихун, не окажешь ли ты мне честь и не проводишь меня в последний путь?

Самый главный враг предстал перед лицом Чу Цихуна, пусть даже не сам лично, а его подчинённые…

Ничтожество останется ничтожеством навсегда! Лишь бы в итоге остаться живым самому. Ему никуда не уйти!

С криком Хань Шаньчан активировал свою силу Суань, после чего раздался оглушительный грохот, и в стене этой уже давно не миленькой забегаловки образовалась огромная дыра. Звуковая волна была настолько оглушительной, что отозвалась продолжительным эхом в горах…

Чу Цихун, проводя воображаемую линию своим ослепительным мечом, холодно сказал:

- Люди из трёх земель действительно удивительны. Ещё недавно произносил душещипательную речь, сейчас взываешь о помощи… Ха-ха-ха, а я не знал, что величайшие мастера тоже просят о помощи! Блин, меня серьёзно раздражает такое поведение! Я действительно должен смотреть на эту ересь?! Ты думаешь, что таким образом тебе удастся убежать?

Чу Цихун не успел закончить фразу, как вдруг почувствовал, что его тело как-то странно дернулось.

Хань Шаньчан громко закричав, вонзил меч в Чу Цихуна; но потом обнаружил, что тело Чу Цихуна, бывшее перед ним, куда-то странным образом исчезло… просто неожиданно рассеялось в воздухе!

В этот же самый момент, он почувствовал, что что-то острое внезапно вонзилось в его спину. Хань Шаньчан являлся одним из сильнейших признанных мастеров своего времени, поэтому он не испугался, хотя не удержался и вскрикнул. Уклоняясь от меча, чистая Суань выходила наружу одновременно через обе руки!

Бац!

Чу Цихун взлетел в воздух, сплюнув кровь. Это было единственное ранение, которое он получил за сегодня. Он храбро поднялся и исчез в отверстии в крыше, блеснув своим мечом.

Нанести смертельный удар, одержать победу, и тотчас же испариться!

Это, действительно, уровень короля убийц!

Цзюнь Мосе заметил, как уходя, Чу Цихун посмотрел на него.

Этот с виду обычный взгляд очень много скрывал в себе: благодарность, злобу, сомнение и изумление!

Чу Цихун понимал, что только что разгоревшаяся стычка прервала его невыгодное положение, подтолкнув тем самым его к цели; к тому же подкинула самый разумный вариант для укрытия; и наглядно показала на этих троих, чего стоит ждать от него!

Как плохо недооценивать и пренебрегать противником!

Эти вещи, действительно, застают врасплох! Эффект неожиданности превыше всего!

Именно благодаря этому Чу Цихуну удалось так молниеносно расправиться с этими тремя фиолетовыми халатами!

Четыре человека сработали легко и просто, во всем заслуга безупречно продуманного плана и, в самый раз подвернувшегося болтливого хулигана! Шаг за шагом, только вперёд…

Глава 630. Таинственный Призрачный Дворец

И последний шаг в завершении этого плана!

Противник всё ещё не в себе, он всё ещё наблюдает за происходящим, оставаясь в стороне! Как это он ещё не умер?

Такой контроль над ситуацией, искусная психологическая война, умелая расстановка сил и импровизация: всё вышеперечисленное действительно просто удивительно! Чу Цихун признавал, что, если бы он поменялся местами с противником, то, пожалуй, справиться с ним у него бы не хватило сил!

Это просто невероятный талант! Такая отточенная техника убийства: бесшумно, быстро и чисто, вдобавок используя для такой грязной работы чужие руки!

В момент Чу Цихун вдруг испугался: а что, если этот человек является врагом? Подумав об этом, он быстро исчез в снежной пыли…

Чу Цихун ушёл очень далеко, а в этот момент тело Хань Шаньчана с его оставшейся одной ногой лежало на земле, истекая кровью! Его глаза замерли, в горле были слышны непонятные звуки. Помутневшим взглядом он посмотрел на Цзюнь Мосе и из последних сил спросил:

- Кто ты?

- Я? Я человек, – Цзюнь Мосе, похоже, немного испугался.

- Я спрашиваю... что, чёрт возьми, ты... за человек? – глаза Хань Шаньчана раскрывались всё шире и шире, а кровь, вытекшая из его раны, уже начала сворачиваться.

- Я мужчина, – очень честно и очень точно ответил Цзюнь Мосе.

- Ты... – Хань Шаньчан разозлился и уже было попытался поднять своё тело с земли, но снова упал. Больше он не двинулся. Его дыхание остановилось.

- Твою ж мать... Я ведь говорю правду! Неужели я похож на женщину? – Цзюнь Мосе развёл руками и невинно продолжил: - Бесит, как человек может быть настолько ограниченным? Да и пофиг, всё равно инвалиду ничего хорошего не светит. Не жизнь, а одно сплошное мучение…

В эту минуту люди, находящиеся в трактире, вдруг начали приходить в себя, все начали кричать от испуга, будто только сейчас увидели, что произошло. Толпа ринулась наружу, их силуэты исчезли в метели…

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- Спектакль окончен, расходимся.

- Минуточку! Братец, ты знатно тут всё попортил, да ещё и люди убиты. Неужто решил вот так вот просто слинять? Для начала тебе следует объясниться перед нами, - сидевшие за прилавком двое стариков вдруг встали и посмотрели на Цзюнь Мосе.

Один старик покраснел вплоть до ушей, нос второго был, словно у деда Мороза, выглядели они худощаво. Находясь рядом, они выглядели очень забавно, даже смешно.

Эти двое совсем не обращали никакого внимания на трупы, что лежали на земле. Похоже, что запах крови для них не в новинку. Оба пристально смотрели лишь на Цзюнь Мосе, в их взгляде чувствовалась тревога и недоверие.

- Твою мать! Старикан, ты чего вдруг глаза таращишь? Этот паренёк ведь не сразу умер, так чего же вы раньше молчали? Теперь решили мне дорогу преградить? Решили денег на мне срубить? Думаете, что всё обо мне знаете, да? Верно, решили, что я простой бандюга, но это вовсе не так! – выпучив глаза, воскликнул Цзюнь Мосе.

- Тот, кому есть что скрывать, никогда не скажет правды! Братец, если бы не ты, Чу Цихун точно не смог бы так легко отделаться! – старик с красным лицом слегка улыбнулся. - Братец, мы остановили тебя не из плохих намерений, нам просто любопытно узнать, кто же так здорово обучил тебя всем этим техникам. В мире не так много настолько талантливых воинов, как ты. Старику и правда не терпится все разузнать.

Старик улыбнулся, но выглядело это довольно странно. Казалось, будто его лицо разделено надвое. Оказалось, что когда-то давно он был сильно ранен мечом, а лечение, хоть и помогло, но оставило шрам. Пусть в обычной жизни этого шрама даже не было видно. Однако такая внезапная улыбка всё испортила: мышцы лица едва не вывалились наружу – чудовищное зрелище!

- Кто мой наставник, говоришь? Мой наставник – это моя жена! – Цзюнь Мосе указал на Мэй Сюэ Янь и рассмеялся.

Мэй Сюэ Янь тут же встала и медленно подошла. Посмотрев прямо на краснолицего старика, она тихо сказала:

- А, так это оказались вы двое! Пока ты не улыбнулся, я тебя и не признала. Где бы вы ни были, вы всё такие же безумцы! Оба так сильно изменились… Прогресс потрясающий, я почти уверена, Ли Бао Ю и Бу Канг Фенг уже давно вам не ровня, отрадно, отрадно!

- Осмелюсь спросить девушку, откуда же вы нас знаете? – краснолицый старик и старик с красным носом переглянулись. Было заметно, что оба пребывали в шоке. Ведя отшельническую жизнь, они не болтали о своём прошлом, и тут, вдруг, довольно молодая девушка совершенно точно раскрыла все карты, как тут можно не удивиться такому?

- Вам не стоит думать о том, кто я. Сейчас есть более важные вещи, о которых вам стоит позаботиться, – Мэй Сюэ Янь продолжила. - Люди из трёх священных земель скоро явятся сюда. Ваша сила возросла, да и техники на довольно высоком уровне, однако если вы не хотите ввязываться в неприятности, просто оставайтесь в стороне. Поскольку вы уже давно решили уйти на покой, то не берите в голову и продолжайте вести свои дела!

Оказалось, что эти двое являются высшими силами предыдущего поколения: в свои лучшие годы они сотрясли мир, работая в паре, были будто ураган! Оба довольно известны, так же, как и Ли Бао Ю с Бу Канг Фенгом; они разрубали ветер и небеса!

Старик с красным лицом – Жень Пиншэн, а старик с красным носом – И Цзюкуан!

Глаза И Цзюкуана засверкали, он вдруг рассмеялся и сказал:

- Я бы хотел поблагодарить девушку за беспокойство. Не думаю, что мы можем навлечь на себя гнев людей из трёх священных земель, но если они и правда захотят пойти против нас, то им стоит об этом хорошенько подумать, – в его манере речи чувствовалась надменность и высокомерие, очевидно, он был полон уверенности в себе!

Мэй Сюэ Янь уже собиралась уходить, но, услышав его слова, внезапно обернулась и посмотрела на этих двух стариков. На её лице появилась странная ухмылка:

- Ого, ничего себе, как мы вдруг осмелели! Неужели вы присоединились к Таинственному Призрачному Дворцу? Неужто тут рядом находится его вход? Тогда всё ясно… Неудивительно, почему ваша сила вдруг так резко возросла! Я-то думала, что вы решили начать тихую и спокойную жизнь, открыв маленькую таверну близ деревушки, а тут вот оно как на самом деле!

- Снова осмелюсь задать тот же самый вопрос: кто вы на самом деле? – лица Жень Пиншэна и И Цзюкуана вдруг переменились, оба поспешно встали перед Мэй Сюэ Янь. Возникла напряжённая обстановка. Казалось, что если ответ Мэй Сюэ Янь их не удовлетворит, эти двое будут готовы вступить с ней в бой!

- Я – такая же, как и вы, – Мэй Сюэ Янь некоторое время помолчала и мягко продолжила, - я из пещеры Тянь Фа. Если вы вдруг собираетесь вернуться во дворец, пожалуйста, передайте от меня одно сообщение.

- Фух, так ты из Тянь Фа... – Жень Пиншэн и И Цзюкуан вздохнули с облегчением и переглянулись, в их глазах виднелась досада. - Что такое? Пожалуйста, говори.

- За последние несколько лет мы заплатили слишком много. Чтобы сохранить все наши секреты и тайны, приходится тратить огромное количество сил и энергии, а от вас даже новостей никаких не было. Более того, вы сотворили этот заколдованный лабиринт иллюзорного дворца, в который можно войти, но из которого нельзя выйти. Что же касается нас, ты мы понесли огромные убытки… Было время, когда мы еле сводили концы с концами. В настоящее время три священные земли ведут себя ещё агрессивнее, пытаясь стереть нас, священных животных Тянь Фа, с лица земли. Если вы и ваш Призрачный Дворец собираетесь продолжать поддерживать этот баланс, то, во-первых, скажите людям из трёх священных земель, что если они не оставят нас в покое, лес Тянь Фа будет готов начать против них войну! Во-вторых, уберите этот заколдованный лабиринт, позвольте нам избрать мудрого правителя для нашего леса Тянь Фа! – мягко сказала Мэй Сюэ Янь. - Я искала вас и ваш Призрачный Дворец слишком долго! Неужели вам совсем наплевать на нас? – когда Мэй Сюэ Янь сказала эти слова, Цзюнь Мосе почувствовал всю искренность и горечь, что была скрыта в её сердце.

Жень Пиншэн и И Цзюкуан переглянулись и смущённо ответили:

- Девочка, то, что ты сказала, резонно лишь для тебя. Это совсем не то, что мы можем сделать.

- Я прекрасно знаю, на что вы способны. Поэтому я просто прошу вас передать мои слова; если после Битвы за захват небес вы всё ещё никак на это не реагируете, то мы, Тянь Фа, больше не станем сражаться за наш таинственный мир!

Мэй Сюэ Янь холодно и решительно продолжила:

- Мы отдали столько сил в Битве за захват небес, многие годы упорного труда, а теперь мы просто мишень для трёх священных земель! С древних времен мы оберегали наши девять таинственных уровней! В такой чрезвычайной ситуации мы можем работать вместе! Позже вы можете снова установить свою ловушку в виде лабиринта! – взгляд Мэй Сюэ Янь был резок и холоден. - Поскольку вам наплевать на нашу землю, можем ли мы заботиться о вас больше, чем вы о нас? Мои слова резки, я знаю. Мне плевать, кто в будущем захватит эту землю или же наши девять таинственных уровней, но наш лес Тянь Фа навсегда останется лесом Тянь Фа! И ничего не изменится! Передайте мои слова без каких-либо изменений! Я всё сказала!

- Мы уходим! – сказала Мэй Сюй Янь, обратившись к Цзюнь Мосе, а рукой схватила Донфанг Вэн Синь.

Жень Пиншэну и И Цзюкуану явно было неловко, и они быстро уступили дорогу.

Подойдя к двери, Мэй Сюэ Янь посмотрела на ветер и снег снаружи, внезапно остановилась и спокойно спросила:

- Юн Би Чен теперь тоже в Призрачном дворце?

- Нет. Правда, нет! – ответил И Цзюкуан. - Приглашение было выслано, но мы получили отказ.

Мэй Сюэ Янь слабо вздохнула, а затем все трое исчезли из поля зрения.

Немного подождав, Жень Пиншэн ударил себя по губам и расстроенно сказал:

- Я так опозорился! Надо было просто дать им спокойно уйти, это чёртово любопытство все испортило… И вот тебе на, пещера Тянь Фа…

Глава 631. Противостояние!

И Цзюкуан, отдышавшись, сказал:

- Я боюсь, что мы оба будем наказаны. Возможно, удастся это отменить и отправить кого-то другого, чтобы взял это на себя, но это не очень хорошая идея… Впрочем, мы сможем полностью посвятить себя повышению культивации…

Жень Пиншэн, тоже тяжело дыша, обеспокоенно ответил:

- С ума сойти… В этот раз обе стороны оказались в проигрыше… Два человека ушли в Неуловимый Мир Бессмертных, нам представился случай прийти сюда и залечить раны, а затем вступить в Призрачный дворец. Сколько у нас было времени до этого момента?

И Цзюкуан, в растерянности глядя на снег перед собой, сказал:

- Сколько времени? Я уже забыл!

Жень Пиншэн стоял рядом с ним, плечом к плечу, глядя на порхающие хлопья снега, вздохнул и тоскливо произнёс:

- На самом деле, я действительно очень тоскую по тем временам… Силы мало, но титул «Почтенный» во много раз превосходит всю эту мирскую суету уже в течении нескольких десятилетий… Сейчас сила чем дальше, тем выше, но чувствуешь себя очень слабым… С ума сойти… Ты думаешь, то, что они сказали, на самом деле правда?

И Цзюкуан ответил:

- Не забывай, сейчас в Призрачном дворце есть несколько старых монстров! Это уже давно неоспоримый факт!

Оба одновременно вздохнули, где-то вдалеке мелькнула фиолетовая тень в развевающейся белой одежде. Простое холщовое платье разлеталось в воздухе, люди из трёх священных земель приближались по снегу…

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь скользили по заснеженной земле, словно на санках, нисколько не прикладывая усилий. Мэй Сюэ Янь несла на спине Донфанг Вэн Синь. Цзюнь Мосе, будучи любящим сыном, хотел это делать сам, но Мэй Сюэ Янь его жестко осекла:

- Ты сын, выполняешь сыновний долг, а я жена сына, разве не могу это сделать?

Донфанг Вэн Синь, впрочем, получала удовольствие от их спора, она была довольна, сидя на спине у Мэй Сюэ Янь.

Будучи такой великодушной и уважающей родителей невесткой, она сможет стать для Цзюнь Мосе достойной парой…

Она слышала, что у этого мальчишки есть ещё несколько любовниц, вернувшись нужно обязательно это проверить…

По дороге Цзюнь Мосе с любопытством спросил:

- В чём секрет этого Призрачного дворца? Почему раньше я о нём никогда не слышал? Сюэ Янь, что за густой туман у вас в Тянь Фа?

Мэй Сюэ Янь долго шла молча, опустив голову, а потом произнесла:

- От того, что ты узнаешь об этом, нет никакой пользы, но если это так необходимо, то я могу рассказать тебе, но имей в виду, на данный момент нашего уровня недостаточно!

Цзюнь Мосе больше не возвращался к этому вопросу, но в его сердце закралась безграничная тайна. Мэй Сюэ Янь уже говорила бесчисленное количество раз, что предыдущий правитель и царь зверей закрыли эту тему из-за какого-то происшествия. Сейчас он почти был уверен, что это как-то связано с Призрачным дворцом…

Что же насчёт несчастного случая… или какой-то тайны…

Однако та субстанция, похожая на туман – и в самом деле мощная штука, это можно понять посредством дара ясновидения. На самом деле нет никакого смога, это даже не удивительное зрелище… Теперь понятно, что это на самом деле образовано посредством человеческой силы!

Это открытие заставило Цзюнь Мосе немного содрогнуться от страха!

В этом мире совершенно точно есть очень много непонятных и необъяснимых вещей…

Идущие впереди неожиданно остановились, заставив Цзюнь Мосе вскрикнуть…

Прямо перед ними стояло дерево, оно было полностью облеплено снегом. Человек в белом одеянии спокойно расположился на нём. Его зрачки, словно зимние звёзды, смотрели на трёх человек… Он словно слился со снегом, стал с ним единым целым, даже если тщательно всматриваться, очень трудно было его увидеть. Даже Цзюнь Мосе со своим даром не мог разглядеть его толком.

Чу Цихун!

Откуда он взялся здесь, в конце концов?

- Ты ведь специально помог мне? – Чу Цихун свободно парил в воздухе. Такой же белоснежный, словно снег, он не оставлял за собой ни единого следа, как будто всё его тело было невесомым. К тому же, выражение лица Чу Цихуна, смотревшего на Цзюнь Мосе, было холодным, словно лёд. То, что он сказал, в холодном воздухе послышалось как выражение благодарности. Но весь его вид свидетельствовал о том, что об этом не может быть и речи, и пришёл он сюда, чтобы доставить ещё больше проблем.

- Не может быть и речи, что я помог тебе специально, просто мне не хотелось, чтобы ты умер, только и всего, – равнодушно промолвил Цзюнь Мосе.

- Какова причина? – Чу Цихун стоял в снегу, заставляя их чувствовать неопределённость, он в один момент растворялся в одном месте и появлялся в другом. В этот момент у него не было особой подготовки, но он по-прежнему не давал возможности разглядеть себя, двигаясь словно в тумане.

- Причина? В этом мире на самом деле так мало первоклассных убийц, заставляющих людей содрогаться. В мире есть намного интереснее вещи, чем смерть великого убийцы, – Цзюнь Мосе говорил по-прежнему равнодушно, но в то время, когда он произнес слова «великий убийца», он специально сделал на этих словах особый акцент.

И тут, словно палящее солнце огромным фонарём снизошло на землю в ночных сумерках!

В это время он полностью забыл про свой цинизм, его лицо стало простым, а его тон был очень серьёзен. Эта серьёзность для Цзюнь Мосе была крайне редким явлением!

Мэй Сюэ Янь в этот самый момент почувствовала, что Цзюнь Мосе становится похожим на Чу Цихуна!

Оба столкнулись друг с другом лицом к лицу, никто не делал первого действия, они были похожи на голодных и свирепых волков, которые противостоят друг другу! Каждый из противников хотел сожрать другого живьём!

Эти два человека были словно два самых острых меча, висящих в одной комнате, посреди ночи, они, длинные и крепкие, свистят драконом и ревут тигром только для того, чтобы узнать, какой из двух мечей самый острый!

Один – несравненное оружие, блестящее и великолепное, второй – незаурядное оружие, резкое и заносчивое!

У обоих есть крайняя уверенность в себе, которая настолько кровожадна, что считает, что они могут убить любого в мире!

- Эта причина недурна! – Чу Цихун, стоя напротив, опустил голову и засмеялся, а потом он неожиданно резко поднял голову, и два удара мечом пронзили заснеженный туман прямо перед лицом Цзюнь Мосе.

- Человек, который перекладывал на меня вину – это ты?

- Это и правда, и неправда! Я совершенно точно к этому имею дело, но я не сваливал всю вину на тебя! – Цзюнь Мосе улыбнулся и тихо ответил. - Я думаю, ты должен быть благодарен мне, потому что я помог тебе обрести непревзойдённую репутацию! Ты стал бессмертной легендой! – говоря это, он внезапно поднял глаза и встретился взглядом с Чу Цихуном, в чьих глазах метались гром и молнии.

Четыре глаза уставились друг в друга, оба одновременно чувствовали боль, но никто не шел на взаимные уступки, они лишь смотрели друг на друга в упор!

- Очень жаль, что ты подарил мне непревзойдённую славу. Я не вкладывал в это никаких усилий! – Чу Цихун холодно смотрел на него. - К тому же эта дорога – роковой путь, в котором нет пути назад! Если бы ты был мной, ты был бы благодарен?

- Но если бы у тебя был самостоятельный выбор, ты бы осмелился сделать это? – Цзюнь Мосе также равнодушно смотрел на него. - Ты не осмелился! А я осмелился! Я не только осмелился, но и сделал! И сделал не раз! А ты после того, как я это сделал, скитался, словно бродячий пёс! В этом наше с тобой различие! Поэтому я сильнее тебя!

- Тебе недостаточно квалификации, чтобы говорить, что ты сильнее меня! – глаза Чу Цихуна смотрели на Цзюнь Мосе не мигая. - Несмотря на то, что твой дух убийства очень острый, но Я - величайший убийца в мире!

Чу Цихун был великим убийцей, но, по сравнению с Цзюнь Мосе, он был чрезвычайно чувствительным! В характере Цзюнь Мосе было умение принять первый удар на себя – это и есть качество короля убийц!

Они чувствовали взаимное сочувствие, но и взаимное отторжение!

Поэтому Цзюнь Мосе использовал слова «великий убийца», чтобы создать мощный импульс, но душа Чу Цихуна теперь использует эти слова для контратаки!

Я – великий!

- Высший убийца в мире, первый убийца, это я, Чу Цихун, а не кто-то ещё! Даже ты!

- Да? Но разве ты не думаешь, что твоя так называемая кровожадность слишком кровавая? – Цзюнь Мосе медленно шагнул вперёд и выставил правую ногу.

Одновременно с тем, когда его правая нога приземлилась на землю, Чу Цихун инстинктивно отступил левой ногой на полшага назад. Но через долю секунды он вернулся в изначальное положение и развернулся. Он встал немного в стороне, не прямо перед лицом Цзюнь Мосе.

- Ты не осмелился сражаться? – проскрежетал Цзюнь Мосе. - Зачем ты всё время хочешь спрятаться? С тех пор, как ты узнал, что я обвиняю тебя, разве ты не хотел отомстить мне?

- Я убиваю людей, когда мне нужны деньги! Враги – не исключение! – сказал равнодушно Чу Цихун. - Таковы критерии убийцы! Хоть ты и нанёс мне урон сегодня с людьми из трёх священных земель, но ты и помог мне. Более того, сегодня неуместно сражаться с тобой, на сегодня моя жажда убийств уже удовлетворена! – он холодно посмотрел на Мэй Сюэ Янь и сказал, - и потом, у меня большие сомнения на ваш счёт!

- Но в общем и целом, как бы то ни было, причина в том, что ты не осмеливаешься сражаться! – сказал Цзюнь Мосе равнодушно. - Именно поэтому великим убийцей в мире должен быть я, а не ты!

Эти слова, словно острые стальные иглы, укололи душу Чу Цихуна!

Чу Цихун холодно улыбнулся и безжалостно проговорил:

- Как известно, в мире «великий» – это всего лишь пустой звук! Но великий убийца на самом деле существует! Которого никто по-настоящему не сможет превзойти! На самом деле «великий» не растрачивает своих слов попусту! Он просто берёт меч и убивает!

Да, король убийц!

Это всё для того, чтобы называться королем!

Несмотря на то, что это не самое достойное ремесло, они оба хотели достичь его наивысшей точки!

И сейчас, встретившись на узкой дорожке, кто же из них победит: талантливый Мосе или превосходный убийца прошлых лет?

Глава 632. Кто из нас король? Первая битва

У Цзюнь Мосе было его фирменное высокомерие, которое сформировалось на фоне его продолжительных побед и отсутствия промахов!

А Чу Цихун уже на протяжении многих десятков лет занимал позицию первого наёмного убийцы во всей Поднебесной, и тоже не потерпел бесцеремонного вмешательства извне!

Впервые встретившись, что один, что другой не проявили особой радости, а скорее были на нервах. Они находились в резком противоречии друг с другом. Каждый почувствовал витающую в воздухе опасность – быть сброшенным со своего места!

Внутри у Цзюнь Мосе всё находилось в состоянии ожидания новой встречи, словно после давней разлуки! Его глаза становились всё ярче, злоба крепчала, а жажда крови и убийства возрастала с безумной скоростью!

«И пусть я всего лишь наёмный убийца, но здесь я представляю не только себя, но и весь наш народ! За моей спиной семнадцать миллионов братьев и сестёр! Я не могу проиграть!

Точно, не могу проиграть!»

- Ну, что начнём? – Чу Цихун внезапно нарушил тишину. - Посмотрим, кто из нас достоин носить титул короля убийц!

В этом величайшем мастере внезапно пробудилась огромная воля к борьбе!

Это было не просто желание убивать!

Это было желание сражаться!

Сражаться ради славы и величия!

- Это не ты захотел сразиться со мной, это я буду драться с тобой! – Цзюнь Мосе выпрямил спину, словно полумесяц внезапно выпрямился по длине. Его глаза засветились уверенностью, и он громко продолжил:

- У меня есть веская причина для сражения с тобой. Это имеет важное значение для всего мира.

- Ха-ха! А ты весёлый! Хотя за всю мою жизнь людей, превосходивших меня, Чу Цихуна, по силам, было довольно немного, это отнюдь не считается какой-то редкостью. Однако что касается жажды убийства и духа истребления, таких храбрецов я пока не видел! – Чу Цихун непринуждённо рассмеялся. - Ты – первый! Пусть даже ты скоро погибнешь в сражении, но прими это как утешение!

- Очень жаль, но я совсем не планирую погибать в сегодняшнем сражении! Признаться, ты тоже у меня первый! Первый человек в этом мире, с которым я решился вступить в честный поединок! И можешь поверить, единственный! – Цзюнь Мосе мрачно продолжил. - Это моя личная битва! Битва ради настоящей славы и неподдельного величия! Я даже в виде исключения даю тебе возможность сразиться со мной в честном поединке!

Сразиться в честном поединке?

Чу Цихун, было, хотел рассмеяться, но оборвал себя, потому что понял, что его соперник совсем не шутит! Он почувствовал, что только что сказанные Цзюнь Мосе слова были искренними!

«Я единственный, с кем он решился сражаться по-честному?

Это что за заявление такое?

Каким должен быть человек, если он говорит такое?

И какой должна быть его жизнь, раз он никогда не сражался по-честному?

Убийца! Только убийца самого высшего уровня мог сказать такие слова!»

Таким образом только настоящие короли убийц, схватившись в поединке друг с другом, меньше всего хотят использования нечестных приёмов и неожиданных хитростей!

Это не просто битва, это битва за звание сильнейшего убийцы во всем мире!

В эту минуту Цзюнь Мосе действительно сказал правду: он никогда и ни с кем не вёл честного боя! Благодаря своей технике боя с внезапным появлением, он всегда миновал любые проблемы и вызовы, побеждая противника. К тому же, что касается так называемого «честного поединка», по мнению Цзюнь Мосе, это был один из самых глупых и бесполезных способов ведения боя!

Боевой поединок – это, в первую очередь, столкновение двух противников не на жизнь, а на смерть! Выживает, как говорится, сильнейший. Остаётся в живых только победитель, где тут взяться справедливости и честности? Без разницы, какие методы ты используешь, главное – достигнуть цели, то есть уничтожить врага! Тот, у кого это получится и является победителем! Только победивший может говорить о справедливости и честности!

Однако сегодня, столкнувшись с Чу Цихуном, именно Цзюнь Мосе решил нарушить традицию и заговорил о честном поединке!

Нас ждёт справедливая битва!

Битва совсем другого уровня! Потомки первых двух императоров, чистокровные китайцы!

Решить по-честному, кто достоин носить звание неуловимого короля убийц!

- Хочешь честный бой, тогда следуй за мной! Нам нужно подыскать, действительно хорошее местечко для этого! – Цзюнь Мосе резко сделал оборот телом, взлетел в воздух и исчез в снежной дали, словно сверкнула туманная и неясная молния! Его белые одежды вперемешку со снегом сверкнули и тут же исчезли!

Чу Цихун рассмеялся, его глаза не смогли скрыть восхищения. Вслед за ним вернулся воинственный и суровый взгляд, тело его взлетело в воздух, расплывчато мелькнуло и тут же исчезло вслед за Цзюнь Мосе.

- Сюэ Янь, Мосе какой-то ненормальный, скажи? – Донфанг Вэн Синь нахмурила брови, стоя за спиной у Мэй Сюэ Янь. Лицо её было погружено в глубокое размышление. – Почему Мосе, как только увидел этого убийцу, так изменился? Только что, он… мне сложно в это поверить, неужели мой сын, он…

- Матушка, Мосе не ведёт себя так со всеми. По отношению к убийцам, он, действительно, очень настойчив. Но я сама не знаю по какой причине, – Мэй Сюэ Янь, охваченная беспокойством, неуверенно сказала.

- Этот их поединок наверняка будет очень опасным. Давай быстрее пойдём и посмотрим, – сказала Донфанг Вэн Синь второпях, её глаза были полны тревоги. Правда ли этот убийца обладает такой силой, что может сразиться с самой семьёй Донфанг?

- Эм, я, конечно, могу доставить вас туда, матушка, но, мне кажется, что Мосе не будет рад какому-либо вмешательству в их битву, даже если это будете вы, – Мэй Сюэ Янь тактично заметила.

- Да, я это и сама понимаю, я заметила, что эта битва имеет большое значение для него; почти, как самая настоящая мечта, осуществление которой он очень долго ждал, – Донфанг Вэн Синь ещё сильнее нахмурила брови, тяжело вздохнула и снова сказала: - В конце концов, по какой причине он так изменился? Что его заставило измениться до неузнаваемости? Сюэ Янь, если моему сыну тяжело… то и мне то же тяжело!

- Не волнуйтесь, у Мосе всё под контролем! – Мэй Сюэ Янь тихонько вздохнула. Она одним взмахом взвалила Донфанг Вэн Синь на свои плечи – та была лёгкая, как пушинка. Через мгновение завертелся снежный вихрь, и скоро их следы так же быстро пропали, как и они сами.

Цзюнь Мосе бежал далеко впереди, его тень то появлялась, то пропадала из виду. Каждая новая вспышка, и он продвигался вперед на расстояние, равное нескольким десяткам метров, его скорость была, как у метеора, падающего на землю, но на его внешнем виде это никак не ощущалось, он был уверенным и спокойным, как плывущие по небу облака, его ноги почти не касались земли.

Чу Цихун вплотную следовал за ним, с самого начала он уступал Цзюнь Мосе расстояние в двадцать метров, но никак не мог уменьшить его. Цзюнь Мосе при этом не мог оторваться от него на ещё большее расстояние!

Техника лёгкого передвижения Чу Цихуна и правда очень походила на способность исчезновения «Инь-Ян» Цзюнь Мосе, движения были быстрыми и виделись, словно в тумане, молния то исчезала, то появлялась и так снова и снова, следуя за полупрозрачной тенью.

Хотя Чу Цихуну не удавалось сократить отставание от Цзюнь Мосе, воля к борьбе в его глазах становилась всё ярче и выразительнее!

Сейчас на самом деле началась настоящая борьба между двумя убийцами – чья скорость передвижения выше!

Только лишь обладая молниеносной скоростью можно нанести сокрушающий удар своему противнику!

Удар, к которому он будет не готов и который застигнет его врасплох!

Чу Цихун только сейчас, будучи за спиной у Цзюнь Мосе, понял, почему ему постоянно приходилось отдуваться за другого человека, при этом без всяких объяснений и оправданий! Техника передвижения у этих двоих и правда очень похожа! Этому нет логического объяснения!

Серьёзно, очень похожи!

Загадочная техника Цзюнь Мосе «появляться как дух и исчезать как призрак»… Ни один человек не может предугадать, в каком месте он появится в следующий раз; и необыкновенно удивительная техника Чу Цихуна – то показываться, то исчезать как в тумане, оставляя за собой многочисленные проекции. Люди никак не могли разобраться в каком, в конце концов, месте находится его настоящее тело!

Единственное различие в том, что за приёмами Цзюнь Мосе неразрывно следовал шлейф какого-то неопределённого запаха, и ещё появлялся едва различимый газ; это не то, чем должен обладать каждый убийца, но у Цзюнь Мосе просто есть такая отличительная черта. Если посмотреть с другой стороны, Чу Цихун обладает техникой, которая большего всего соответствует основным признакам техники короля убийц, мрачная и внушающая страх, словно нечистая сила прячется от дня и ночи, снуя туда-сюда!

Но у этих двух убийц есть ещё одна общая черта, которая их объединяет: неважно, в полёте или в моменты вращения телом, или опускаясь на землю, их положение тела легко принимало наиболее удобную и выгодную позицию для нанесения удара!

В любое время и в любом месте, наиболее удачный градус, чтобы обнажить меч, вытянуть руку, ногу, даже всё тело способно в одно мгновение сгруппироваться и нанести опасный для жизни удар!

Во время этого забега, хотя оба и мчались с сумасшедшей скоростью, но наряду с этим успевали обратить внимание на движения друг друга, и, не сговариваясь, и один, и другой чувствовали восхищение и уважение!

Это как, достигнув вершины, гордо наслаждаться своей победой и увидеть вдруг кого-то на противоположной стороне вершины. Кто бы мог подумать, что есть ещё такой же наслаждающийся своим превосходством человек, как я? Наряду с чувством неприязни может появиться и другое чувство, «я такой не один, я не одинок», такого рода чувство.

Это очень удивительная и очень странная способность нашей психики.

Говоря начистоту – что техника Цзюнь Мосе, что техника Чу Цихуна – им нет равных в этом мире, они обладают самыми выдающимися способностями среди всех убийц; они достигли такого уровня, что у них нет слабых мест, по которым можно было бы нанести удар!

В эту минуту в их головах, как по волшебству, одновременно пробежала одна и та же мысль: если победить, то победить красиво, если проиграть, то проиграть достойно!

Глава 633. Сражение двух королей убийц!

Кругом дремучий лес. Движение со скоростью света: под ногами трава, которой едва касаешься ногами; горный хребет уже далеко позади: чем дальше, тем пустыннее!

Никто не знал, когда закончится эта дорога. Все двигались по одной линии следом за Цзюнь Мосе, пробираясь через снег. Донфанг Вэн Синь, будучи на спине у Мэй Сюэ Янь, всё больше и больше приходила в изумление.

Эта невестка действительно потрясающая! Неся уже около сотни миль на своей спине взрослого человека, она ни насколько не сбавила свой темп, а её дыхание такое ровное, будто ей и правда совсем не тяжело. Не то, что те двое, которые всё ещё из последних сил пытаются соперничать друг с другом. Если бы Сюэ Янь приложила даже немного силы, она с лёгкостью догнала бы тех балбесов.

Припав ничком к её спине, Донфанг Вэн Синь наблюдала, как горы и деревья превращаются в смутные тени, которые проносятся мимо с огромной скоростью. Ветер и снег ни капли не ощущались, будто спокойно сидишь дома, если бы, конечно, не беспокойство о сыне. Даже если взять и уснуть, вряд ли что-либо сможет тебя потревожить и разбудить…

«Похоже, что уровень Суань моей невестки определенно достиг пика, её сила просто великолепна, даже сыну далеко до неё! Я не понимаю, как у Мосе постоянно получается флиртовать со столькими девушками; да и кто бы мог подумать, что он приведёт такую прекрасную, смелую, сильную и воспитанную женщину к нам домой… ах, это выглядит многообещающе…»

Однако Донфанг Вэн Синь не знала, что её необычайная невестка является первым лицом Тянь Фа и его Владыкой!

Если она об этом узнает, точно упадёт в обморок…

Впереди показалась горная долина, и Цзюнь Мосе без каких-либо колебаний отправился вниз.

Затем последовал Чу Цихун, он падал так легко, словно хлопья снега. Когда он приземлился, Цзюнь Мосе уже стоял перед ним и вовсю сверлил его своим искрящим взглядом.

- Хорошая скорость!

- Отличная отработка техники движений!

Оба произнесли это одновременно, и, хотя это была похвала, в их тоне не чувствовалось огромного энтузиазма. Эти двое поняли, что битва на скорость в итоге закончилась вничью!

И хотя Цзюнь Мосе был впереди, ему всё же не удалось избавиться от Чу Цихуна. Второй же хоть и вплотную следовал за Мосе, так и не смог его обойти! Что же касается техники отработки движений, то тут уж оба ничем друг другу не уступали!

Мэй Сюэ Янь вместе с Донфанг Вэн Синь за спиной легко и бесшумно приземлилась в десяти футах от Мосе и Цихуна. Как и говорила Донфанг Вэн Синь, уровень техники лёгкого передвижения Мэй Сюэ Янь намного выше, чем у этих двоих, но чтобы не портить атмосферу такого «соревнования», она не стала использовать её в полную силу!

Цзюнь Мосе ранее уже намекнул Мэй Сюэ Янь, что он бы не хотел, чтобы в это состязание вмешивался кто-нибудь ещё!

Взгляд Цзюнь Мосе изменился, на его лице промелькнула странная улыбка. Неожиданно на таком миловидном личике появилось небывалое хладнокровие и жестокость. Мосе рассмеялся:

- Чу Цихун, давай-ка посмотрим, чьё Кун-фу лучше!

Чу Цихун побледнел, но спокойно сказал:

- Для меня это большая честь сразиться с тобой!

Поначалу никто из них не сделал ни движения, они просто стояли напротив друг друга, но внезапно, почти одновременно, Чу Цихун бросился вперёд и двумя руками резко ударил в воздухе. Снежинки разлетелись вокруг, он был неудержим!

Цзюнь Мосе тоже помчался вперёд, оба были похожи на два поезда, несущихся друг на друга на огромной скорости, и их столкновение явно неизбежно!

Однако в последний момент, перед самым соприкосновением, Цзюнь Мосе вдруг исчез. В этот же миг силуэт Чу Цихуна тоже пропал из поля зрения. Поле боя вдруг оказалось совершенно пустым!

Тем не менее из центра постоянно доносились звуки ударов рук и ног; снег, что лежал на земле, время от времени ни с того ни с сего поднимался вверх. Казалось, будто в одну секунду происходило не меньше ста ударов, но оба так и не показали свои фигуры!

Постепенно в воздухе появилась толстая снежная стена, энергия двух бойцов не давала ей упасть!

Ба-бах!

Раздался громкий звук, и вдруг, из ниоткуда показались два силуэта: на огромной скорости прорвав верхушку снежной стены, они по-прежнему продолжали атаковать друг друга!

Каждый удар мог стать фатальным для противника. По крайней мере, перспектива остаться инвалидом казалась вполне реальной!

Цзюнь Мосе ударил ладонью в воздух, внезапно его пальцы устремились прямо к глотке Чу Цихуна, однако тот в свою очередь уже успел заблокировать этот удар правой рукой. В это же время своей левой рукой Чу Цихун попытался нанести удар в висок Мосе.

Бам-бам!

Три удара ногой, на этот раз целью Цзюнь Мосе были три жизненно важные точки! Если Чу Цихун попадётся хотя бы на один, ему уже не выбраться!

В то же время Цзюнь Мосе ударил Чу Цихуна по руке: звуки ударов разлетались повсюду, оба резко сделали сальто назад и твёрдо встали друг напротив друга!

Оказалось, что три удара ногой Цзюнь Мосе как раз встретились с такими же тремя ударами ногой Чу Цихуна!

Чу Цихун был в восхищении, ведь у него за плечами почти столетний боевой опыт. После каждой битвы он постоянно совершенствовал свои навыки ведения боя, но, сражаясь с Мосе, Чу Цихун даже ни на шаг не вышел вперёд!

Битва далека от завершения, ведь теперь это только её начало!

Вот-вот твёрдо стоявший напротив Цзюнь Мосе, в одно мгновение превратился в лёгкий ветерок; Чу Цихун закричал, на этот раз он не использовал никаких техник, а лишь как волчок завертелся на одном месте. Все это напоминало тысячерукую и тысячеокую бодхисаттву Гуаньинь, всё его тело было похоже на цветок лотоса, тем самым полностью защищая себя от любой угрозы, но и в то же время нанося ответный удар противнику!

Вокруг тела Чу Цихуна внезапно образовался маленький торнадо, всё свистело и кружилось: энергия этого вихря начала яростно выходить наружу! Она непрерывно двигалась во всех направлениях, казалось, что её уже ничто не сможет остановить!

Вихрь подхватил лежащий на земле снег; вдруг все неожиданно поднялось в воздух и приняло форму белого Дракона!

Удары всё продолжались! Звуки атак не утихали!

Наконец, глухой крик!

Снежный вихрь внезапно разлетелся в воздухе, появился Цзюнь Мосе, а напротив него Чу Цихун отступил на три шага назад, его одежда вдруг распахнулась. На его груди отчётливо виднелся отпечаток ладони. Позади два куска ткани в виде двух ладоней, будто листья, упали вниз. Чу Цихун сделал вдох и внезапно закричал:

- Теперь твоя очередь!

Его тело исчезло в воздухе. На этот раз его сменил Цзюнь Мосе! Подобно Чу Цихуну, он не стал использовать технику исчезновения, а лишь начал непрерывно менять своё местоположение, бегая из стороны в сторону, иногда подпрыгивая вверх и приземляясь вниз. Его прыжок достигал десяти футов, а при приземлении Мосе был похож на карлика. Непрекращающиеся атаки, звуки ударов, будто дождь барабанит по листве! Казалось, что это будет длиться бесконечно!

Наконец, Цзюнь Мосе вскрикнул и взлетел на 7 футов! Силуэт Чу Цихуна показался в том же месте: в его свирепом взгляде чувствовалась капелька разочарования.

Раздалось два еле уловимых звука. С левого плеча Цзюнь Мосе плавно падал кусок ткани, а с его голеней отвалилось два огромных лоскута…

Техника двух ладоней Чу Цихуна преследовала Мосе даже на высоте десяти футов, поэтому удары в основном приходились на спину или же на нижнюю часть ног…

- В этом состязании я проиграл, – Чу Цихун был немного расстроен. Он поднял голову и, хотя на его лице всё ещё виднелась досада, но не было ни следа смущения или стыда. В его глазах по-прежнему присутствовал боевой дух: горячий как огонь и в то же время холодный, как лёд!

- Ты дал мне победить. Думаю, мне просто повезло, – Цзюнь Мосе был смущён, только что он поочерёдно использовал различные техники: технику Багуа (восьмисторонней ладони), мастерство Шаолиня «как поймать дракона», технику восемнадцати лоханей (техника ушу), он даже использовал техники Таньцзяо, Хунгар и Чанцюань – всего Мосе пришлось сменить 37 различных боевых приёмов и техник! И это лишь для того, чтобы выдержать натиск свирепых атак Чу Цихуна!

В конце концов, оба получили по три удара: Чу Цихун получил один удар в грудь и два в спину, а у Цзюнь Мосе задеты лишь плечо и голени. С первого взгляда можно понять, что в этой схватке победа остаётся за Мосе!

Если бы это была настоящая битва, боюсь, Чу Цихун был бы мёртв, а Цзюнь Мосе получил бы достаточно тяжёлые травмы, вполне возможно, он бы стал инвалидом! И, хотя инвалидность всё же лучше, чем смерть, но такой исход трудно принять за полную победу. Именно поэтому Мосе сказал «Мне просто повезло». Эти слова исходили из его сердца!

Конечно, если бы это действительно была битва насмерть, Цзюнь Мосе было бы достаточно использовать технику Инь и Ян или же технику пяти стихий! Тогда он бы с лёгкостью победил, однако сейчас эти двое бьются за звание «Короля убийц», поэтому сила Мосе должна быть реальной и подлинной. Необходимо сломить Чу Цихуна! Если сделать всё слишком быстро и размыто, боюсь, что даже в случае смерти, Чу Цихун не признает его силы!

- Фехтование!

Чу Цихун протянул руку, в ней тут же появился прозрачный, словно осенняя вода и не отбрасывающий тени меч, его лезвие слегка перевернулось и отразило снежные хлопья, застлавшие всё небо, словно в сказке!

- Эта битва будет решающей! Победитель выживет, проигравший же умрёт! – Чу Цихун был решительно настроен, глаза его всё так же сверкали.

- Ну, тогда ты непременно проиграешь её! – Цзюнь Мосе злобно улыбнулся и протянул руку. С необычайно чистым и громким звуком показался неповторимый, словно Млечный путь, блеск меча, это был меч Шенсюэ, меч Жёлтого Пламени!

Лезвие меча блестящее, будто серебро, свет переливается, отражая слабые лучи света – впечатляющее зрелище! Просто неописуемая мощь и величие! И цель его не Чу Цихун, а прозрачный, будто осенняя вода меч, что находится у него в руках!

Будто император, который вышел на прогулку и случайно встретился со своим подчинённым! Ведёт он себя, конечно, высокомерно и отстраненно, но даже его слабый взгляд несёт в себе огромное давление!

Волшебный меч! Кровь Янь-ди и Хуан-ди (основатели древнекитайского государства)! Даже я не мог ему не подчиниться!

Глава 634. Сдался без боя?

Как только Кровь Желтого Пламени в мгновение ока был извлечён из ножен, Чу Цихун неожиданно почувствовал, что его меч, который прежде, на протяжении всей жизни, был для него надёжной опорой и практически единым целым, вдруг утратил с ним связь!

Чу Цихун был невероятно изумлён, он даже подумал, что в его руках и вовсе нет меча, но он отчётливо чувствовал его в своих ладонях.

Это… это… как это возможно?

Волшебный меч, несомненно, его самый преданный, самый надёжный товарищ! Он является подписью Великого убийцы! Каждый раз, держа его в руках, Чу Цихун бережно обходился с ним, потому что в глубине души понимал, что они с ним связаны кровью! Словно человек и есть меч! Каждый раз, убивая людей, можно почувствовать, что меч словно безумный жаждет крови! Каждый раз словно находит отклик в скрытом от глаз человеческом сознании!

На самом деле человек и есть меч, меч есть человек, они сливаются воедино и становятся неотъемлемой частью друг друга!

Но в этот момент это чувство неожиданно исчезло, не оставив и следа!

Как так вышло, как такое могло случиться?

Чу Цихун почувствовал, как вспотели его ладони!

В этот момент Чу Цихун впервые почувствовал, что, стоя перед лицом опасности, он утратил уверенность в себе и в собственных силах!

- По-прежнему есть необходимость сражаться? Ты уже потерпел поражение! Ты не только проиграл мне, но и проиграл моему мечу! Точнее сказать, твой меч уже покорился моему Желтому Пламени! – Цзюнь Мосе также не мог подумать, что такое произойдёт. Цзюнь Мосе для своего меча неоднократно использовал силу Цзинь, это удивительная сила, чтобы закалять металл.

По мере того, как возрастала сила Цзюнь Мосе, вопреки ожиданиям, возрастала и высокомерная сила Крови Желтого Пламени!

В этот решающий момент, во время справедливого поединка с Чу Цихуном, откуда можно было узнать, что этот парень будет действовать совершенно несправедливо!

Это, несомненно, подавляющее преимущество!

Меч находится под властью тысяч мечей! Тысяч мечей силы Суань! Как тут осмелишься не подчиниться?

Это вовсе не означает, что Чу Цихун потерпел поражение… Он по-прежнему переполнен решимостью сражаться, но… его волшебный меч, который ничего не боялся прежде, окончательно подчинился мечу Желтого Пламени…

Под величием горы Янхуан почти нет места для борьбы, и она полностью предана мечу Желтого Пламени! Больше нет духа убийства, больше нет желания сражаться!

Сейчас волшебный меч, который держит в руках Чу Цихун – это всего лишь длинный железный меч!

Как можно сражаться таким оружием?

В эту минуту Цзюнь Мосе тоже испытывал смешанные чувства, находясь в полном недоумении, вплоть до того, что он испытывал крайне странные чувства. Как говорится - и смех, и грех: перед глазами возникла картина, как дерутся два зайца. Причем один из зайцев взял себе в помощники другого зайца, а второй неожиданно взял в помощники большого, свирепого тигра!

Разве это не обман?

Жажда борьбы нарастала в душе Чу Цихуна, вплоть до того, что яростная жажда убийства так и рвалась наружу. Он пытался восстановить связь с мечом и заставить его смешаться с собственным духом, но как бы он ни старался, его старания были напрасны!

Чу Цихун так вцепился в рукоятку, что на его руках неожиданно начали вздуваться вены! Он по-прежнему спокойно и хладнокровно стоял на ногах, но понимал, что потерпел поражение!

Столкнувшись с ужасным убийцей, который, скорее всего, появляется раз в миллион лет, не стоит говорить о том, что этот меч вышел из-под контроля. Если будет даже небольшая промашка, это непременно приведёт к поражению!

Таков пик дуэли убийц, поражение – это смерть, если потерпел поражение это, несомненно, означает, что должен умереть!

- Твой меч, вне всякого сомнения, хорош! – произнес Цзюнь Мосе улыбаясь. - За все эти годы ты вдоль и поперек истребил им бесчисленное количество людей. К тому же меч в твоих руках пропитан свежей кровью, что способствует рождению духовной природы! Вы со своим мечом одинаковы, вы связаны кровью, можно сказать, что это совершенный инструмент, обладающий сверхъестественными способностями! Однако даже этот драгоценный меч ещё слишком слаб, поэтому, когда он сталкивается с мечом в моей руке, он инстинктивно выберет путь, чтобы защитить себя!

Брови Чу Цихуна сморщились, в глазах мелькнуло сомнение, он равнодушно произнес:

- Хм?

- Однако если ты будешь думать, что сегодня ты обязательно умрешь и передашь свои мысли мечу, то можно будет возобновить взаимопонимание! Это единственный способ, чтобы восстановить с ним связь и продолжить наше сражение! Ты не знаешь, но твой меч понимает, что, как только он войдёт в контакт с моим мечом, он тут же разломится на осколки! – Цзюнь Мосе говорил с лёгкой усмешкой. - Но как только это произойдёт, эта решительная битва потеряет своё первоначальное значение, а я не смогу сдержать смех, когда, держа в руках меч, поприветствую победу в неравных условиях! Несмотря на то, что в душе ты жаждешь убить меня, я только думаю об окончательном результате. До этого я уже говорил о том, что если великий убийца уйдёт в загробный мир, в мире будет ещё много прекрасных вещей! Я на самом деле не хочу убивать тебя и уж тем более не хочу уничтожать меч, который имеет духовную природу!

Он поднял голову и посмотрел на Чу Цихуна:

- Чу Цихун, на сегодня наша борьба закончена! На самом деле я ещё больше тебя не хочу заканчивать наше сражение… В жизни очень сложно найти настоящую дружбу, но найти достойного соперника ещё труднее. Я верю, что ты сможешь понять мои нынешние чувства!

Чу Цихун, немного помолчав, сказал:

- Ты всё верно говоришь. На данный момент времени, если я продолжу эту битву, я переоценю свои силы, потеряю смысл этой войны и уничтожу самого важного партнёра в своей жизни! Однако мне хотелось бы посмотреть на твой меч. Мне очень интересно, что за сверхъестественный меч, вопреки ожиданиям, смог заставить мой меч испугаться и сдаться без боя!

Изложенное Чу Цихуном требование было чрезвычайно необоснованным, вплоть до того, что оно было в высшей степени абсурдным. Мастерский меч всегда приравнивался ко второй жизни убийцы! Неужели кто-то посторонний может его рассматривать? Неужели Чу Цихун вот так запросто позволяет незнакомцам рассматривать свой меч? Тем более меч Цзюнь Мосе, Кровь Желтого Пламени!

На самом деле Чу Цихун тоже знал, что его требование в некотором роде даже грубое, вплоть до того, что он ожидал, что Цзюнь Мосе откажет ему в этой просьбе, но он по-прежнему, не мигая, смотрел на Цзюнь Мосе, потому что на самом деле он не смирился с тем, что потерпел поражение!

«Все силы находятся на равном уровне, с какой стати я должен терпеть поражение из-за разницы в оружии? Какая выдающаяся точка меча в руке противника может заставить мой собственный меч полностью преклониться, признав поражение?»

Чу Цихун уже давно стал со своим мечом единым целым, но его просто разбирало невероятное любопытство, что он даже выдвинул это крайне абсурдное требование!

Столкнувшись с таким крайне неожиданным требованием, Цзюнь Мосе немного заколебался, слегка приподняв меч в руке, он тихонько сказал:

- Он не может смириться со своим поражением и хочет посмотреть на тебя. Можно? – послышался необычный мягкий звук, который как будто бы издал ребёнок.

Кровь Желтого Пламени звенела в руках Цзюнь Мосе, и даже стоя в нескольких метрах, Чу Цихун мог ясно расслышать гордость и презрение!

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал Чу Цихуну:

- Ты можешь его посмотреть, но только в моих руках!

В это время медленно приблизились Мэй Сюэ Янь и Донфанг Вэн Синь, их глазам представилось очень удивительное зрелище!

Цзюнь Мосе и Чу Цихун, которые совсем недавно сражались не на жизнь, а на смерть, стояли друг напротив друга, приблизив головы и уставились на меч Цзюнь Мосе, который он держал в руках!

На лице Чу Цихуна был написан крайний интерес!

Если это меч, это действительно несравненное оружие, обладающее сверхъестественными способностями, то это заветная мечта любого человека! Это хороший партнёр, который будет с тобой всю жизнь!

Но самое ужасное, что заставило Мэй Сюэ Янь поразиться, было то, что тело Чу Цихуна было полностью незащищено, к тому же Кровь Желтого Пламени была в руках Цзюнь Мосе. Если бы Цзюнь Мосе решил нанести неожиданный удар, то у Чу Цихуна не было бы благоприятной возможности сбежать!

Всего-то и нужно – один меч и два удара!

Так кто же он, человек с такой низкой степенью бдительности или король убийц?

А Цзюнь Мосе?

Этот парень самодовольно смотрит на сокровище и охотно демонстрирует меч в своих руках. Он тоже полностью открыт, полностью отсутствуют даже минимальные меры предосторожности!

Что произошло с этими двумя парнями? Они совсем с ума сошли? Неожиданно лишились мозга?

В течение долгого времени Чу Цихун смотрел на меч, потом медленно отступил на несколько шагов. Холодный темперамент снова появился в его теле. Он поднял лицо и подставил свои щеки навстречу хлопьям снега в надежде заставить успокоиться своё горячее сердце и, тяжело вздохнув, сказал:

- В мире есть такие мечи! Это же чудо! Это действительно заставило меня широко раскрыть глаза! Я не напрасно потерпел поражение! Мой меч, в отличие от меня знал, что делал, когда отступил назад!

Цзюнь Мосе, захохотав, сказал:

- В этом мире есть ещё много такого, о чём ты не знаешь!

Чу Цихун печально опустил голову, с сожалением поглаживая свой меч, в его глазах сверкала истинная любовь и трепет. Меч Цзюнь Мосе, Кровь Желтого Пламени, безусловно, является величайшим сокровищем, которое невозможно сокрушить и который обладает сверхспособностями! По сравнению с этим мечом, это, несомненно, слишком большая разница! Но Чу Цихун чувствовал, что его собственный меч – самое удобное для него оружие. Это действительно самая важная для него вещь!

«Меч других людей лучше, но мой меч был со мной очень долго! У убийцы нет любимых и родных, есть только меч! Этот меч – это и есть его любимые! Любое оружие со сверхъестественными способностями не сможет его заменить!»

Чу Цихун ласково гладил свой меч. В эту минуту он отчётливо почувствовал утешение и вдохновение, проводя по лезвию. Чу Цихун остолбенел, в этот момент он почувствовал наивысшую близость со своим мечом, связь крови.

Он действительно чувствовал это ясно! У этого меча, как и у человека, есть эмоции и чувства!

Глава 635. Вместе? Будем сражаться всё-таки вместе?

Это крайне странное чувство заставило дрогнуть сердце даже такого хладнокровного человека, как Чу Цихун.

- Раз уже решено прервать битву, я хочу выяснить у тебя про одно дельце! – сказал Цзюнь Мосе, тоже убирая свой меч.

«Не успел достать тебя из ножен, а противник уже поднял белый флаг.

Разве не это называется безупречным превосходством!

Сегодня ты, действительно, порадовал меня!»

- Что ещё за дельце? – Чу Цихун поднял голову и холодно посмотрел на него; увидев, как его меч отправляется обратно в ножны, к нему сразу же вернулась его былая невозмутимость.

- Поскольку ты носишь звание величайшего убийцы, тогда должен многое знать об этой деятельности. Сюэ Цзяньтан, именующие себя одной из главных банд среди убийц, случайно не из твоих людей будут? – поинтересовался Цзюнь Мосе, и его глазах вспыхнул кровавый огонь.

- Ты меня так недооцениваешь или, наоборот, уж слишком завышаешь стандарты этой банды? Неужели ты думаешь, что я, Чу Цихун, буду иметь дело с какими-то тупыми бандосами, которые мне даже не ровня? – Чу Цихун с недовольством вытаращил глаза на него. - Один меч – один долгий путь; наслаждайся уединением и знай себе убивай – вот моя, Чу Цихуна, правда! Никаких Сюэ Цзяньтан я знать не знаю!

- К тебе это не имеет никакого отношения, теперь я спокоен. Но если бы это было не так, я бы не посмотрел на то, как я хорошо к тебе отношусь, и тебе бы точно не поздоровилось! – сказал Цзюнь Мосе со спокойной душой.

- Ха-ха, пусть даже ты и не хотел убивать меня, но на этот раз мне точно удалось выжить! Я никогда не строил большие надежды, что на сей раз мне повезёт остаться в живых!

Чу Цихун расхохотался, его лицо приобрело естественный цвет:

- Знаешь, отдуваться за тебя не так уж и весело, вот что я тебе скажу! Три священных земли уже отправили не менее трёхсот высших мастеров, чтобы убить тебя! Я скрывался в горах, именно в том месте, где было постепенно сосредоточено кольцо окружения. По твоей любезности я был окружён мастерами из Иллюзорного Океана крови без малейшего шанса на поворот событий; знали ли эти далёкие горы, что скоро я, Чу Цихун, найду своё последнее пристанище в вашей земле!

Рассказывая о том, как он был на волоске от смерти, на лице Чу Цихуна не дрогнул ни один мускул, он по-прежнему был хладнокровен и равнодушен, словно то, о чём он говорил, никак не касалось его лично. Его отношение к смерти соответствовало уровню короля убийц.

Будь-то это смерть другого человека или его собственная, казалось, ему было совершенно без разницы!

- Но почему ты не спрятался на рынке? На рынке «Даинь» вряд ли бы получилось, но вот «Чунинь» был бы неплохим местом для этого, – сказал Цзюнь Мосе.

- Я что, по-твоему, мелкий жулик какой-то? Я – Чу Цихун, настоящий убийца, я убиваю разных людей - и хороших, и плохих, но никогда не безвинных! Да, павших людей от моего меча великое множество, но это-то и называется быть убийцей! – лицо Чу Цихуна оставалось таким же равнодушным и отрешённым, но его глаза выдавали присущее ему высокомерие.

- Если и я когда-то умру от меча другого человека, я тоже не буду горевать об этом! – Чу Цихун холодно рассмеялся. - Если ты убиваешь людей, то и сам будь готов быть убитым чьей-то рукой! В этом нет ничего странного, ты сам убийца, неужели ты ещё не понял эту простую истину?

Цзюнь Мосе молчал. Как он мог этого не понимать? Просто у него есть свои принципы, которых он придерживается, у Чу Цихуна есть своя гордость и своё высокомерие!

Учитывая всё сказанное Чу Цихуном о трёх священных землях, можно сделать вывод, что их силы действительно очень огромны. Даже вдвоём с Мэй Сюэ Янь не представляется возможным дать им достойный ответный удар. Можно убежать, спасая свою собственную шкуру! Что уж говорить об одном Чу Цихуне?

То, что он ещё находится в живых сейчас, эта уже большая удача!

Справиться с одним, двумя – это ещё выполнимо, но чтобы с несколькими сотнями великих мастеров, это уже за гранью реальности! Кроме искусной техники передвижения, чем ещё может похвастаться Чу Цихун? Он же не может, как Цзюнь Мосе, просто взять и исчезнуть в Пагоду Хунцзюнь без следа и адрес не оставив, верно?

Если взглянуть на сегодняшнюю ситуацию, не имея такого напарника, как Цзюнь Мосе, Чу Цихун не смог бы добиться каких-то впечатляющих результатов, даже при очень удобной позиции. В соответствии с изначальным планом Чу Цихуна, пусть даже если нанести мощный внезапный удар, который противник не ожидает, – максимум можно убить парочку человек, а что будет дальше, остаётся надеяться на авось. Таким образом можно избавиться от трёх сильных врагов!

- До этого момента я не хотел мириться с такой скорой смертью! Потому что я не знал, кто всё-таки подставил меня. Поэтому мне нужно было узнать полную правду, подлинную картину событий, – Чу Цихун необычно по-доброму посмотрел на Цзюнь Мосе. – Сейчас это желание наконец-то исполнилось. Перед смертью мне так повезло встретить тебя! Возможно, ты не обладаешь рангом убийцы, но поверь мне, ты самый необычный, высокомерный и сильный убийца, которого я встречал за всю свою жизнь! Ты даже сильнее меня, но и моложе меня на столько лет! Я только надеюсь, что ты не откажешь мне в одном вопросе.

Чу Цихун с взглядом хищного зверя посмотрел на Цзюнь Мосе.

- Я могу умереть. Чу Цихун может умереть. Но величайший убийца не может умереть! Величайший убийца – это не просто убийца или кто-то с уровнем Суань, а настоящий убийца! Убийца, пользующийся наивысшим авторитетом во всём мире! – Чу Цихун, чётко выговаривая каждое слово, продолжил, - я думаю, ты лучше меня понимаешь истинный смысл этих слов!

- Если ты не умрешь, иначе говоря, Чу Цихун и величайший убийца тоже не умрут? – Цзюнь Мосе сосредоточенно посмотрел на Чу Цихуна.

- Если величайший убийца станет просить помощи, он не достоин носить звание величайшего убийцы! – Чу Цихун решительно отказался от помощи, даже не дав Цзюнь Мосе высказать его план. - Мне не нужна твоя помощь! Я не хочу зависеть от другого человека! Это словно жить под чужой крышей! У величайшего убийцы только чистое небо над головой и чистые помыслы! Что же касается тех дел, которые по ошибке были приняты на мой счёт, вовсе необязательно быть теперь передо мной в долгу. Наши техники передвижения в самом деле очень похожи, если бы ты прославился раньше меня, я бы тоже сваливал всю вину на тебя. Даже учитывая наши способы появления, тоже не нужно специально чего-то придумывать, это может вызвать сомнения у любого человека.

Чу Цихун рассмеялся, очень даже свободно и непринуждённо:

- До того момента, как ты всё рассказал, мы вообще были не знакомы, так что без разницы, что скажут люди. Может, я сам специально сваливал свою вину на другого, кто знает? Не должно случиться каких-нибудь сожалений или раскаяний; в определенных жизненных ситуациях, ради своей шкуры, можно пойти на любые жертвы! Здесь не за что резко осуждать! Я никогда не думал, что свалить свою вину на тебя было чем-то ужасным!

Цзюнь Мосе пристально посмотрел на него, а потом медленно сказал:

- Но ты не забывай, между нами ещё не определён исход сражения! Мы ещё так и не определили, кто из нас величайший убийца. Может и у величайшего убийцы только чистое небо над головой, но у тебя, Чу Цихун, вряд ли чистые помыслы. Если кто-то убьёт тебя или меня, то он будет носить имя короля убийц. Не знаю, как для тебя, но для меня это больше унижение, чем слава!

Глаза Чу Цихуна застыли на Цзюнь Мосе:

- Я уже проиграл в бою! Ты заслуженно можешь носить это звание!

- Ты так спокойно с этим соглашаешься? Звание величайшего убийцы, просто взять и вот так отдать без вопросов? Несмотря на то, что другие люди даже не знают этого, ты так легко с этим смирился? – Цзюнь Мосе сделал шаг вперёд, оказывая давление на Чу Цихуна.

- Не смирился… и что с того? – в глазах Чу Цихуна сверкнула злость.

В это время Мэй Сюэ Янь, стоявшая поблизости, напомнила Мосе:

- Мосе, много мастеров из дальних краёв уже приближаются сюда. Похоже, ваша драка наделала много шума. Сначала поменяйте место, потом договорите.

Чу Цихун насторожился, его правая рука медленно опустилась к рукоятке меча.

- Раз уж ты не хочешь с этим мириться, то нам следовало бы найти другой способ выявить победителя! – Цзюнь Мосе спокойно сказал. - Ты слышал, сюда направляются мастера. Они либо великие, либо величайшие, всего их восемь человек; мы могли бы, как раз на них и применить метод бескомпромиссной борьбы! И проверить, чьё мастерство будет выше! Кому принадлежит авторитет величайшего убийцы!

- Посмотрим, кто убьёт больше? – глаза Чу Цихуна заблестели.

- Простого количества недостаточно, важна ещё и скорость – кто убьёт быстрее! – в глазах Цзюнь Мосе загорелся боевой азарт. – Прими к сведению, эти люди не просто твои враги, но они ещё и те, кто преследуют нас! Ты не хочешь быть убитым ими, а я не хочу, чтобы они остались в живых!

Чу Цихун расхохотался и сказал:

- Кто бы мог подумать, что перед смертью я встречу такого человека, как ты, который полностью будет соответствовать моим вкусам и предпочтениям! Это можно считать одним из самых радостных событий в моей жизни! Хорошо, так и быть, узнаем в этой битве, кто заслуживает звания величайшего убийцы!

Чу Цихун и Цзюнь Мосе рассмеялись, и их тела одновременно в одно мгновение исчезли в снежном вихре! Хлопья снега высоко взлетели в воздух, Мэй Сюэ Янь тихонько вздохнула, подняла две руки, и позади в снежной стене появилась отверстие, куда они вместе с Донфанг Вэн Синь поспешили зайти и спрятаться; несколько цельных кусков снега быстро заполнили это отверстие так, как будто его там и не было никогда.

…

В этот момент подлетело несколько силуэтов и опустилось на снежную равнину. Затем сразу же развернулись тщательные поисковые работы по всему ущелью и прилегающей к нему местности. Каждый уголок был подробно осмотрен, и, в конце концов, они остановились на месте, где Чу Цихун и Цзюнь Мосе впервые поздоровались друг с другом.

Среди них был человек, который очень плохо выглядел. Он был тощим, кожа да кости, его глаза как-то странно светились, одет в простое хлопковое одеяние - выходец из Великого Золотого Города, Ма Цзян Мин. Рядом с ним было ещё двое, с похожим внешним видом.

Неподалеку стояли ещё трое, длинноусые, в белых одеждах, они чувствовали себя вполне расслабленно, держались спокойно, на их талии висело по длинному мечу. Немного позже прибыло ещё два фиолетовых халата, лица их очень сильно выделялись!

Здесь присутствовали мастера из всех трёх священных земель: из Великого Золотого Города – один величайший мастер и два великих; из Неуловимого Мира Бессмертных также один величайший мастер и два великих. Хотя из Иллюзорного Океана Крови было меньше людей, но зато они оба были величайшими мастерами, к тому же ещё одинаковыми, как две капли воды, близнецами!

- Здесь только что была битва! – Ма Цзян Мин промолвил со светящимися, словно от фосфора, глазами. Он беспорядочно вертел головой и смотрел вокруг, вдруг его нос что-то почувствовал, и на его лице появилось злобное выражение:

- Женщина! Я чувствую запах женщины! Здесь раньше была женщина… Неужели Почтенная Мэй?

Глава 636. Лови иголочку!

- Сильное чувство ярости! Однако я совсем не улавливаю запаха крови, очень странно! – один из фиолетовых халатов был очень сосредоточен, он опустил голову и пытался отыскать что-нибудь ещё и спустя какое-то время сказал: - По-видимому, тут произошёл бой между двумя людьми, чувствую огромный дух вражды и соперничества, женщины в битве не участвовали… Ма Цзян Мин, псина ты такая, что ты ещё умеешь, кроме как мучить и кромсать женщин?

Он как раз изучал здешнюю атмосферу. Услышав его голос, поневоле портилось настроение. На самом деле, когда два фиолетовых халата пришли сюда и обнаружили Ма Цзян Мина, этого извращенца, оба были крайне недовольны. Как вообще можно идти по одной дороге с этой кучей мусора?

- Эй, Второй Жуань, что это ты имеешь в виду? – Ма Цзян Мин вытаращил глаза. - То, что я люблю насиловать и пытать женщин, тебя совершенно не касается! Чего ты ещё пальцем вздумал в меня тыкать, а?

Этих двух фиолетовых халатов звали Жуань Инь и Жуань Ян; братья-близнецы, старший родился всего на пару часов раньше второго.

Жуань Инь презрительно сказал:

- Ма Цзян Мин, говоря такие вещи, ты выглядишь очень ничтожно, обращать на тебя внимания ниже моего достоинства!

- Что со мной не так? – закричал Ма Цзян Мин. - Я, по-твоему, ничтожная тварь? Да пошёл ты на хер, не лезь не в своё дело!

- Что ты там говоришь? – Жуань Инь и Жуань Ян подняли головы и демонстративно начали поглаживать рукоятки своих мечей, сверля взглядом Ма Цзян Мина. - Ма Цзян Мин, сегодня ты поплатишься за свои слова!

Стоящий рядом, по-видимому, лидер группы, человек в белом халате поспешно вмешался:

- Чем это вы тут занимаетесь? Перед лицом сильного врага три священные земли испытали небывалый позор; нужно объединить наши усилия и дать отпор общему врагу – как вы можете устраивать внутренние распри? Поменьше болтайте, разве у вас нет других дел?

В то же время в душе он был опечален: в этой группе, не считая извращенца, все остальные были просто безумцами! Все друг друга ненавидят, но ничего нельзя поделать! Будучи лишь временным командующим, довольно сложно контролировать даже несколько человек, а эти действительно ещё те ублюдки!

- Бай Вусинь, ты что, правда решил, что ты тут главный?! Не лезь не в своё дело! – внезапно в ответ белому халату все трое зарычали в голос.

Бай Вусинь побледнел и, махнув рукавом, проворчал:

- Хорошо-хорошо, бейтесь, устройте тут полный хаос, громите друг друга без отдыха, надеюсь, после этого как раз подоспеет Чу Цинхун. То ещё будет веселье!

Эти трое уже несколько раз были на грани стычки. Что с ними не так, фиг знает… Во всяком случае, с самого начала они не могут утихомириться…

Жуань Инь фыркнул, он совершенно не опасался этого «величайшего убийцу» Чу Цихуна! И, подмигнув брату, он продолжил исследовать беспорядочные следы на земле, в надежде найти хотя бы какую-нибудь подсказку.

В этот момент внезапно раздался тихий смешок, атмосфера переменилась. Жуань Инь, будто молния, резко повернулся и что-то поднял с земли.

Сияющая и тонкая, как волос, попав в руку, она тут же исчезла, просто растаяв. Оказалось, что это была крошечная ледяная игла!

Он резко переменился в лице, вдруг появилась беспощадная улыбка.

Неужели это та самая игла Ма Цзян Мина, что не оставляет тени?

Жуань Инь был в ярости, он сделал несколько шагов назад. В его руке появился длинный меч, и он заревел:

- Ма, ну здравствуй, ублюдок! Я уже, было, пощадил тебя, но ты, сукин сын, решил воткнуть мне нож в спину!

И хотя Жуань Ян не знал, что между теми двумя вдруг произошло, но увидев, как резко повернулся его брат, он и сам рассердился. Как говорится, кровь гуще воды, он без труда смог почувствовать гнев своего старшего брата! И, обнажив свой меч, Жуань Ян встал позади своего брата и словно гром зарычал на Ма Цзян Мина.

Ма Цзян Мин на протяжении всего пути постоянно ругался с двумя братьями, но, тем не менее, всегда ставил общие интересы превыше всего. Обе стороны всегда вели себя более или менее сдержанно и не давали воли кулакам; однако в данную минуту их совершенно ничего не волновало, они вдруг как с цепи сорвались!

Будучи застигнутым врасплох, Ма Цзян Мин чуть едва не был разрублен на части этими двумя братьями. В одно мгновение пролетел странный звук, тело содрогнулось от испуга, а около седины начал просачиваться пот!

Его одежда вплоть до тонкой рубашки была разорвана сверху донизу, обнажая худощавую грудную клетку Ма Цзян Мина. На ней отчетливо виднелась красная полоса, оставленная от удара мечом! Небольшая промашка вылилась в огромную беду, его туловище чуть было не вспороли от груди до живота!

Чем больше думаешь, тем сильнее становится твой страх. Ма Цзян Мин почувствовал себя блуждающим в Аду, каждый волос на его теле встал дыбом, он пришёл в бешенство:

- Жуань Инь, Жуань Ян, а вы, оказывается, умеете не только трепаться, даже оружие в ход пустили; неужели вы думаете, что я вас испугался?!

Внезапно из-за спины он достал длинный меч. В левой руке были спрятаны несколько маленьких иголок. Разъярённый, он с нетерпением ожидал битвы! Братья Жуань были взбешены не меньше:

- Ма Цзян Мин, действуя вот так, исподтишка, неужто и правда думал, что останешься незамеченным? Ещё и пререкаешься! И, правда, самая настоящая мразь!

И, звеня своими мечами, все трое приготовились вступить в схватку!

Эта непредвиденная ситуация ошеломила не только людей из Неуловимого Мира Бессмертных и Бай Вусина, даже сидевший в засаде Чу Цихун был сильно удивлён!

«Что, чёрт возьми, происходит? Они ведь только пререкались, чего вдруг вздумали устроить поножовщину, ещё и среди своих? В чём причина?»

Убийца Чу всё это время скрывался в снегу и готовился к атаке! Он тоже приметил, что Ма Цзян Мин и братья Жуань друг другу, мягко говоря, не нравятся, а это хорошая возможность, чтобы справиться с каждым поодиночке!

Кто бы мог подумать, что эти трое вдруг вот так внезапно сцепятся друг с другом! И ведь всё по-настоящему, это не ловушка для врага, их сердца наполнены злостью, бой будет не на жизнь, а на смерть!

«Как, будучи величайшими мастерами, можно вести себя так по-идиотски? При том, что враг всё ещё рядом и в любой момент может внезапно атаковать, вы устраиваете распри между собой, доводя их до такой крайности!»

Чу Цихун был и правда озадачен, в особенности в отношении Ма Цзян Мина: ведь все уже будто утихомирились и разошлись, более того, ты один, а противников двое, неужели ты всё ещё надеешься сотворить чудо?

Этот парень действительно пристрастился к насилию? Но он и не знал, что та игла, что нашёл Старший Жуань, была брошена вовсе не Ма Цзян Мином!

Это был молодой мастер Цзюнь, который так же, как и Чу Цихун, прятался в снегу!

Увидев сложившиеся противоречия между тремя людьми, Цзюнь Мосе со своими «высокими моральными качествами» решил подлить масла в огонь. Как он мог упустить такую возможность?

«Чем больше ваши распри, тем лучше, теперь давайте сделаем из вас заклятых врагов… Бейтесь-бейтесь, не на жизнь а на смерть, я буду только счастлив, если вы ещё и вместе сгинете!»

Двое убийц спокойно выжидали момент, чтобы атаковать. Чу Цихун использовал свой особый метод маскировки, а Цзюнь Мосе, при помощи техники Инь и Ян, просто бесследно исчез из виду! А теперь он уже проявил себя! Причем результат не заставил себя ждать! Просто потрясающе!

Ма Цзян Мину не справится с двумя величайшими мастерами в одиночку! Но как же Цзюнь Мосе позволит ему вот так просто проиграть, ведь нужно сохранить весь огонь этой перепалки! Иначе всё будет впустую, а это очень обидно… Как же жаль терять таких превосходных мастеров Кун-фу…

И тогда молодой мастер Цзюнь взял в руки большой комок из снега: поток ледяных игл обрушился на двух братьев. Оба были застигнуты врасплох и начали кричать. На удивление, Ма Цзян Мин стал сражаться смелее и увереннее. Братья Жуань, почувствовав себя загнанными в угол, вдруг тоже воспряли духом.

Бай Вусинь снова попытался что-то сказать, но, к сожалению, это было абсолютно бесполезно, всем было плевать на этого «временного» командующего. Теперь ему оставалось только глазеть по сторонам. Бай Вусинь и сам не ожидал, что битва этих трёх станет настолько ожесточённой; в частности, братья Жуань, эти двое, как-никак – величайшие мастера, к тому же сражаются вдвоём против одного, на их стороне изначально было преимущество, однако по непонятным причинам оба пока лишь терпят поражение! Но их ненависть к Ма Цзян Мину не даёт им просто так сдаться!

Неизвестно сколько раз тела братьев попадали под ледяные иглы, однако благодаря их силе Суань они не получили никаких повреждений, была лишь жгучая боль, которая доставляла крайнее неудобство!

Если бы на этом и всё, но их задницы были просто изрезаны, как тут не разозлишься! Конечно, от такой раны не умирают, но какой стыд! Эти атаки больше похожи на детскую забаву, даже и не скажешь, что тут битва не на жизнь, а на смерть!

Глаза братьев Жуань покраснели от злости! Изначально они просто хотели проучить Ма Цзян Мина, но чем больше они сражались, тем сильнее они раздражались, в конце концов, их ярость вышла из берегов! Причина этому очень проста: в зад Жуань Яна снова прилетела игла, но точка её попадания, можно сказать, сузилась до крайности. Игла, так сказать, прилетела прямо в точку…

Как известно, мясо в этом месте очень нежное, да и Суань там довольно уязвима, поэтому боль от этой иглы была равносильна удару ножом.

Жуань Ян пронзительно закричал и запрыгал на месте! Кроме того, температура в этом месте довольно высокая, поэтому игла просто сама испарилась внутри.

Талая вода вместе с кровью постепенно вытекали наружу, будто у второго Жуань внезапно началась менструация, к тому же первая в его жизни… Он был в крайне затруднительном положении, вся его промежность была мокрая, поэтому ему с чувством огромного стыда пришлось широко расставить свои ноги!

Какое унижение, особенно для величайшего мастера!

Глава 637. Умрите!

Жуань Ян был похож на обезумевшего льва, которому в задницу воткнули раскаленный железный прут. Он вдруг закричал и так весь вспучился, что его собранные волосы распушились во все стороны, как будто морские водоросли попали под ураган…

- Мерзавец! Ма Цзян Мин, ты…! Ты, кусок говна, сдохни! – второй Жуань гневно завопил, вытаращил свои глаза и пошёл в атаку, невзирая на опасность и риск! Просто сумасшедший!

Вот и всё!

Цзюнь Мосе снова затаился, выглядел он уж очень горделиво. Ведь те трое действительно вступили в ожесточённую схватку и не хотят сдаваться! Мосе достиг того, чего хотел…

- Ну и как я тебе? Круто же, да? Смекаешь? – Цзюнь Мосе с самодовольным видом спросил Чу Цихуна, в надежде на похвалу. Так или иначе, это выглядело очень самоуверенно.

- Что? Хочешь сказать, что это ты всё заварил? – Чу Цихун офигел и чуть не выдал своё местоположение, теперь он скрывался позади маленькой горы в куче веток, готовый в любой момент нанести удар по врагу.

Из-за такого снега никто даже и не знал, что в пределах 20 футов находится такой великий убийца!

- Я ведь лишь применил маленькую хитрость, а эти три мастера устроили собачью грызню, – очень горделиво продолжал Цзюнь Мосе.

- Что же, чёрт возьми, ты сделал? – Чу Цихун был вне себя от любопытства. Это прямо чудо какое-то! Без единого звука начался такой переполох, а этот мастер даже не обнаружил себя…

- Если я могу схитрить, зачем же использовать грубую силу? К твоему сведению, я довольно смекалистый, смог не только сымитировать тайную технику игл Ма Цзян Мина, но и пробить ими анус второго Жуаня… Вот они и рассобачились. Ха-ха-ха! Очень смешно… – рассмеялся Цзюнь Мосе.

- Что-что? Анус? Это ещё что такое? – будучи коренным жителем материка, Чу Цихуну было трудно понять значение этого слова.

- Бляя… это задний проход, понял, о чём я? Ты такой узколобый и ограниченный! Не вынуждай меня, такого высокообразованного мастера, вновь произносить это мерзкое словечко! – Цзюнь Мосе похабно захихикал. - Ты не думаешь, что это место внешне очень напоминает распустившийся цветок маргаритки? С этого момента мы всегда будем использовать слово анус (это слово в китайском сленге созвучно с названием цветка маргаритки) для его обозначения, это звучит более современно!

Чу Цихун вдруг закашлялся. Как это он сам не догадался?

Ну, а если подумать, какой нормальный взрослый мужик будет обращать внимание на это место? Он ведь сделал это от скуки, да? Если увижу, три дня кусок в горло не полезет… Неудивительно, что Жуань Ян так взбесился… оказывается, вот оно как! Наконец до меня всё дошло, чьё-то «то самое место» было повреждено… Здесь уже дело не только в острой боли, а скорее в том, что величайший мастер был так унижен… Анус величайшего мастера пробило атакой маленькой иглой!

Чу Цихун внезапно почувствовал прилив радости, ведь если бы этот паренек использовал такой метод в недавнем бою против него самого… Подумав об этом, диаметр ануса величайшего убийцы начал стремиться к минус бесконечности, а по спине пробежал холодок… Волосы вдруг встали дыбом и не смели больше опускаться, это даже представить слишком омерзительно! А что же тогда со вторым Жуанем… Боже мой, кто, чёрт возьми, это малый, который может придумать такой метод нападения!

Боевая обстановка резко переменилась, причем очень неожиданно!

Совершенно не подозревая о помощи извне, Ма Цзян Мин вдруг много о себе возомнил и начал без конца язвительно хохотать:

- Вы такие смешные, как вы можете называть себя величайшими мастерами! Похоже, что в Иллюзорном Океане Крови и правда нет хороших воинов… Неудивительно, что Чу Цихун с лёгкостью одолел трёх ваших… если в Иллюзорном Океане Крови все мастера такие никчёмные идиоты, то и правда, ничего удивительного…

После этих слов Жуань Ян разозлился ещё сильнее, Ма Цзян Мин внезапно почувствовал, что давление удвоилось! Цзюнь Мосе больше не сдерживал двух братьев, и они, как два свирепых тигра, бросились в контратаку!

Ма Цзян Мин доселе с лёгкостью атаковал и также непринуждённо защищался, но вдруг сам упал в смертельный водоворот суеты и кошмара!

Все трое – мастера одного уровня, будучи в одиночку против двоих, Ма Цзян Мин изначально находился в невыгодном положении. Более того, он не уделил должного внимания этому делу и теперь может легко расстаться со своей жизнью. Ма Цзян Мин изначально хотел лишь проучить этих двух братьев и не более, его боевой настрой сильно влиял на результат этой схватки!

Ма Цзян Мин с трудом смог отбиться от смертельных ударов мечом, но не успел заблокировать удар ногой. Его тело взлетело высоко в воздух, он закричал:

- Братья Жуань, неужели вы действительно решили сегодня биться до последнего? Вы только и знаете, как языком трепаться, я достаточно натерпелся, с меня хватит! Я лишь хотел избежать недопонимания между людьми из двух священных земель!

- Ну, охренеть теперь! А не пойти ли тебе к черту? Ты, такая сволота, ещё смеешь считать себя человеком! Жду твоей смерти, козлина! – Жуань Ян громко закричал, его тело вдруг вихрем завертелось, толстый слой снега тоже поднялся ввысь, появился яркий блеск меча. Тело Жуань Яна будто слилось с его мечом воедино и яростно атаковало Ма Цзян Мина в воздухе!

Жуань Инь испугался, что брат допустит промашку, и ринулся в атаку следом за ним!

«Не остановлюсь, пока не убью Ма Цзян Мина!»

Это бесконечная картина!

Ситуация внезапно изменилась, такое было тяжело предугадать!

Вот совсем недавно Ма Цзян Мин находился в выигрышном положении, а сейчас он на волосок от смерти!

Ма Цзян Мин вытаращил глаза и, срывая горло, заорал:

- Да, вашу ж мать, вы реально хотите меня прикончить? Даже с мечами в атаку бросились! Я вам не из грязи сделан! Ну что ж, посмотрим, кто сегодня останется в живых!

Ма Цзян Мин так яростно взмахнул своим мечом в воздухе, что вслед за его острием поднялся ураган!

Меч Тысячи Путей был готов атаковать, левая рука Ма Цзян Мина тем временем была свободна, из неё непрерывно выливался поток яркого света, но в нём ничего не было видно!

Это та самая тайная техника Ма Цзян Мина, что взбудоражила братьев Жуань: Техника Бестеневых Игл!

Все трое словно метеоры ударились о землю, скорость была нереальной, а их трюки достойны похвалы, все были полны решимости… Братья Жуань всё ещё кипели от ярости под тяжестью позора, а Ма Цзян Мин… Да когда он вообще бывает спокойным?

«Что, чёрт побери, я им сделал? Вам не кажется, что эта шутка зашла слишком далеко? Вы, что, шутить не умеете? Неужто из-за одного предложения вдруг захотели меня прикончить…»

Все трое просто пылали смертельной ненавистью, вокруг царила атмосфера вражды, они продолжали свою схватку!

Бай Вусинь всё время наблюдал за все происходящим. Сначала все трое и атаковали, и защищались. Он даже и не думал сильно переживать, но потом в мгновение ока всё переменилось. И это было слишком неожиданно! Им бесполезно что-либо говорить, все трое полны решимости истребить своего врага!

- Быть вашим временным командиром такая морока! Это вообще чудо, остаться в живых в таком «отряде»! Да на вас нельзя даже положиться в серьёзной ситуации! У вас вообще есть хоть какие-нибудь манеры, соответствующие вашему статусу величайших мастеров? Вас вообще заботит общее положение дел? Отряд самоубийц, блин!

Он вдруг рассердился и закричал:

- Вперёд, давайте! Перебейте уже друг друга! Вам ведь каждому уже за сотню перевалило, так что не о чем беспокоиться!

Помимо этих трёх и Бай Вусина были ещё четверо, которые молча наблюдали за схваткой. Они были лишь великими мастерами, поэтому они не могли вступить в бой такого уровня. В этот момент снова произошли изменения!

Из-под снега внезапно вспыхнул холодный свет, будто молния! Он тут же пронзил низ живота одному из великих мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных. Он вошёл ему прямо в пах, и сила Суань мгновенно разрушила все внутренние органы; блеск меча исчез, а затем снова вспыхнул и разрезал другого великого мастера напополам!

Затем снова вспыхнул холодный свет, на этот раз атака пришлась по шее Бай Вусина!

И хотя описание этих трёх ударов довольно длинное, на самом же деле всё произошло в мгновение ока! Два мастера тут же упали на землю, а жизнь временного командира Бай Вусиня находилась под угрозой!

В этот момент Бай Вусинь был вне себя от злости, он положился на сенсорные способности величайших мастеров! Он попытался шагнуть вперёд, но почувствовал острую боль в затылочной части, от шеи до макушки на его голове виднелась глубокая рана от удара!

Череп был настолько повреждён, что мозг вытекал наружу!

Алая кровь, словно пелена воды, била ключом из затылка, окрашивая всё вокруг в великолепный цвет!

В другом направлении вдруг появилось что-то странное, хотя это было очень размыто и неясно, но скорость была просто невероятной!

Два короля убийц вдруг проявили себя! К тому же так эффектно!

Глава 638 Я убью тебя, когда закончится эта грызня

Два мастера из Великого Золотого Города увидели, как тело Ма Цзян Мина засосало в ветряной вихрь. Они уже, было, обнажили свои мечи, чтобы кинуться на помощь, как вдруг внезапно перед их лицами что-то сверкнуло, они не успели толком ничего понять, как один из них изменился в лице, его ноги подкосились, и он упал замертво – на шее у него появилось кровавое отверстие…

Другой в ужасе закричал и бросился бежать, но не успел. Снова сверкнул меч, разрезав его от плеча до пупка!

Бурным потоком на белый снег полилась кровь, будто вода через открытый слив в ванной!

Бай Вусинь горестно закричал! И двое ещё оставшихся в живых великих мастера за его спиной тоже разразились криками ужаса…

На другой стороне были два мастера из Великого Золотого города: один неподвижно упал, другой, с вываливающимися на снег внутренностями, лихорадочно кричал! Он не умер сразу, а был ещё в сознании и мог чувствовать, как его внутренние органы вываливаются из его истерзанного тела!

Такое могло только присниться в страшном сне!

Но эта была суровая реальность…

Учитывая силу Суань и боевой опыт, они не должны были подвергнуться такому внезапному нападению, к тому же, совершенно никак не ответив на удар! Но распри Ма Цзян Мина с двумя братьями всё изменили. Все их мысли были заняты только одним – как бы побыстрее расквитаться друг с другом! Несколько человек до сих пор ничего не понимали, и задавались вопросом: какого чёрта здесь случилось? Как вдруг получилось, что враг, которого они ждали, сам напал на них?

За это короткое время два короля убийц успели не только появиться, а ещё и нанести внезапный удар, застав их врасплох! Не говоря уже об ответном ударе, которого не последовало. Самое ужасное было то, что два мастера были мертвы, ещё и так просто…

Сердце трёх человек, находящихся в воздухе, было объято огнём досады и злости после того, когда они увидели, что произошло на земле! Но они уже были не в состоянии остановиться… И тот, и другой достигли критического момента, и, если даже и хотели прекратить это, они уже не успевали…

Бах!

Раздался резкий звук!

Три человека, три величайших мастера изо всех сил схлестнулись в оглушительном ударе! Одновременно в воздухе раздалось три крика, их тела разлетелись в разные стороны! Они падали, и кровь брызгала в разные стороны…

Все трое не избежали ранений, особенно досталось Ма Цзян Мину! У него было два соперника, и силы были неравны!

Трудно описать, что чувствовали в этот момент все трое!

Замешательство, испуг, боль, скорбь, непонимание…

Эти смешанные чувства разом запечатлелись на лицах, только что разбросанных в разные стороны людей!

Даже их свирепые выражения лиц не могли выразить всё то многообразие чувств и эмоций, которые они испытывали в этот момент!

Вплоть до того, что они даже забыли тот истошный крик, который раздался в воздухе после их падения, они забыли ту боль, которую испытали от такого мощного удара! Кровь радужным фонтаном пробивала воздух, но изображение в их глазах менялось, будто мир остановился для них в это мгновение!

Это невозможно!

Как всё могло так обернуться!

Крики соратников, вопли собратьев, бездыханное тело на снегу, кровавые, обжигающие жаром воздух внутренности…

Кровь из раны на голове Бай Вусиня ещё не прекратила течь, но он ещё держался на ногах…

Фактически из восьми прибывших, полных энтузиазма величайших мастеров, остался только один Бай Вусинь, уже получивший ранение! Его ранение было трудно назвать лёгким, но оно хотя бы было не смертельным. Однако такую острую и трудно контролируемую боль даже величайшему мастеру не под силу вынести!

Боль в области шеи и верхней части головы казалось ещё терпимой, главной трудностью была дикая пронзительная боль, которая проходила через весь череп! Бай Вусинь не унимался и надрывно кричал изо всех сил, пытаясь хоть как-то облегчить свою боль!

Он даже не мог повернуться и узнать по чьей милости он заполучил такие тяжёлые ранения, потому что он прекрасно понимал, стоит ему только повернуть голову и всё, беды не миновать, его песенка будет спета! Пустив в ход силу «слияния воедино с мечом», он превратился в пронзающую снежный воздух радугу, и с протяжным криком бросился бежать, оставляя за собой кровавый блеск!

В эту секунду скорость Бай Вусиня достигла наивысшей точки, известной в этом мире! Лишь однажды сверкнув, его тело тут же исчезло из поля зрения! Такой скорости, с которой Бай Вусинь ринулся в бегство, позавидовала бы сама Мэй Сюэ Янь!

«Слияние воедино с мечом» – это очень могущественный приём, который с давних времён применялся в сражениях для спасения жизни…

Бай Вусинь уже совсем исчез из вида, но Цзюнь Мосе до сих пор не показался.

В воздухе эхом раздавался этот протяжный крик. Он распространился далеко за пределы ущелья, и с той же частотой вернулся обратно!

Ма Цзян Мин и братья Жуань наконец-то упали на землю, все они с головы до ног были в крови, однако они не понимали, в каком критическом положении находятся. Сразу после приземления они встали на ноги, с уголков их ртов стекали струйки крови, но тела их были прямыми, как струна.

В этот момент снова сверкнуло тело Чу Цихуна, меч блеснул прямо перед глазами Жуань Иня, удар пришёлся на грудь!

Чу Цихун со всей силы нанёс сокрушительный удар!

Его удар был очень продуманным, так как Жуань Инь был не самым слабым по силам соперником, и раны его были не очень серьёзными, он ещё сохранил силы для борьбы, но Чу Цихун, наоборот, решил избавиться от него в первую очередь, потому что он мог представлять опасность!

Жуань Инь только что упал и сразу же поднялся, он совсем не успел восстановить свои силы! Прикончить его в такой момент было очень легко! Остальные двое уже были на пороге смерти. Главное было разобраться с Жуань Инем, у остальных двоих уже не было шансов выжить…

Поэтому Чу Цихун, не медля ни минуты, держа при себе остатки прежней мощи от убийства двух предыдущих мастеров, снова воссоединился с мечом и поспешил нанести сокрушающий удар по Жуань Иню! Если бы Жуань Инь успел восстановить силы, убить его было бы не так легко…

Это говорит об опытности и сообразительности величайшего убийцы!

Этот меч не остается ни на минуту в покое!

Жуань Иню удалось пройти эту стычку между тремя, включая его, величайшими мастерами, но выжить после удара, приготовленного для него Чу Цихуном, у него не получилось!

Он даже не успел толком прийти в себя и отдышаться, как меч уже пронзил его несчастное тело!

Помимо этого, всё его тело вдоль и поперек сковал безумный ужас, огромный импульс силы даже откинул его тело далеко назад. Жуань Инь не стал обманывать себя и знал, что скоро умрёт, и, в последнее мгновение перед самоубийством, раздался его печальный крик, разносившийся во все стороны. Используя последние остатки своих сил, он ударил Чу Цихуна!

У него вышел только один удар!

Потому что в следующую минуту его тело уже взорвалось в воздухе, застилая всё вокруг липкой кашицей из крови и внутренностей, тем самым Жуань Инь навсегда покинул этот мир! Изо рта у Чу Цихуна бешено сочилась кровь. В конце концов, даже последний удар величайшего мастера не может быть так прост, Чу Цихун даже чуть не выронил свой меч из рук…

Убитый горем Жуань Ян закричал:

- Браат!

Вдруг его тело вздрогнуло, область тела в середине груди будто окаменела, он наклонил голову и с удивлением обнаружил, что из его груди торчит острие меча. Выражение его лица приняло причудливый вид, в его глазах застыло замешательство:

«Посреди меня торчит меч? Как это возможно…»

Острие меча сверкнуло и исчезло. Жуань Ян закричал, его тело по инерции совершило толчок вперёд, и он сделал несколько шагов, какое-то время он ещё боролся, потом его ноги обмякли, он опустился на колени, покачнулся, а потом и вовсе упал назад. Его голова свесилась до пяток, и в таком дугообразном положении он застыл со злобным выражением лица, и больше уже не шевелился.

Сильнейшая обида и ненависть заставила его за секунду до смерти высматривать, кто же нанёс ему смертельный удар, поэтому он умер в такой непростой для повторения позе. Однако он был обречён так никогда и не узнать эту тайну, потому что Цзюнь Мосе уже стоял перед другой своей жертвой – Ма Цзян Мином!

Из всех троих Жуань Инь получил самое лёгкое ранение, и поэтому Чу Цихун расправился с ним в первую очередь; Жуань Ян был посередине, поэтому Цзюнь Мосе прикончил его сейчас! Ма Цзян Мин же получил самые тяжёлые ранения из всех троих, поэтому был тем, кто уже потерял силы для сопротивления!

«Схлестнуться с двумя мастерами с таким же уровнем силы, как у тебя, и получить тяжёлые ранения, а после пытаться сражаться – это просто смешно!»

Это повод для сомнений!

Ему с трудом удавалось стоять на ногах, того и гляди порывом ветра сдует, казалось, он достиг своего максимума, он был очень слаб, изо рта непрерывным потоком текла кровь, всё тело было покрыто десятком ран и ушибов. Лицо тоже не было исключением, было всё в ранах и царапинах. Выражение лица тоже оставляло желать лучшего…

- Цзюнь Мосе? Это ты? – Ма Цзян Мин мрачно усмехнулся, и всё его тело тут же затряслось, а взгляд был пустым. – Я и правда не ожидал тебя увидеть! А где твоя любовница?

- Ма Цзян Мин, хватит прикидываться! – сурово сказал Цзюнь Мосе. - Хотя вы сейчас и подрались, и ты получил тяжёлые раны, но я тебя умоляю, они не до такой степени тяжёлые, как ты сейчас изображаешь! Не надо прибегать к хитростям и уловкам, со мной это не сработает!

Глава 639. А между ног у него пусто

- Тебе просто везёт! Ты нашел лазейку, – все лицо Ма Цзян Мина посинело от злости, он сказал ещё свирепее, чем раньше. - У вас бы ничего не получилось, если бы у тех двоих, чьи органы вы выпотрошили, не случился эпилептический припадок. Как иронично! Я с этими болванами был заодно, видимо, на то воля неба, но даже после всего этого, я выиграл войну!

- Воля неба? Ахаха, мне только и остаётся восхищаться твоей глупостью! Даже стоя на пороге смерти, ты не знаешь, как именно умрёшь. Ты думаешь, что победил тех братьев-призраков? Вот же кретин! – Мосе смеялся и в то же время поднимал свой меч. - Готовься к смерти! Мне больше не интересно с тобой разговаривать!

- Неужели… Неужели всё это время это ты был тем призраком? – Ма Цзян Мин широко раскрыл глаза, и выражение его лица медленно сменилось с удивления на злость. - С самого начала это был ты! Давай делай свое дело, убей меня… – вдруг его тело подлетело вверх, словно в него ударила молния.

Оказывается, истории о его могуществе были правдивыми.

Цзюнь Мосе застонал и слегка пошатнулся, тело, которое только что парило в воздухе и уже исчезло из поля зрения, снова появилось перед ним. Но теперь у этого человека в руках был меч! Ма Цзян Мин подпрыгнул, но ему не удалось увернуться от удара, однако защитить свои уязвимые места он всё-таки успел, хотя меч противника всё же пролетел у него между ног.

Вообще-то Цзюнь Мосе сам не ожидал, что всё будет так просто. Он уже приготовил несколько приемов и был готов в любой момент их применить, и, когда мастер стоял прямо перед ним, он был бы готов его ранить, но убить вот так быстро?

Но он же стоял прямо перед ним! Не было никакого тайного нападения или хитрого плана!

А меч прямо-таки кастрировал Ма Цзян Мина, Мосе и сам удивился такому удачному исходу! Ведь такое не под силу выдержать даже самому великому мастеру! Для мужчины это катастрофа, ведь в том, что ему только что отрезали, и заключалась его первородная сущность. Мужчине не вынести такого!

В тот момент, когда Мосе так удачно «ранил» соперника, он осознал очень чётко, что все уязвимые места Ма Цзян Мина оказались ему недоступны, а то, что висело между ног, обычно оберегается мужчинами в первую очередь, так что ответного удара Цзюнь Мосе не ожидал. Но вдруг удар пришёлся по плечу Цзюнь Мосе с ужасной силой!

Цзюнь Мосе не ожидал и такого. Он не думал, что после того, как этому «мужчине» отрезали важный орган, он станет настолько агрессивным, он и правда безумец. Что-то в плече Мосе щёлкнуло, похоже, это был вывих.

Мосе взглянул на свой клинок. На удивление, на нём не было и капли крови, он был чист как вода. Он раскрыл глаза и не сдержал крика:

- Охренеть! У тебя между ног никогда ничего и не было…

Нет в мире ни одного мужчины, который выдержал бы удара по самому больному месту, а если этот выдержал, значит, он совсем и не мужчина никакой!

Ма Цзян Мин рассмеялся, всё ещё со свирепым выражением лица он прокричал:

- Ты прав! У меня ничего там нет! Ахахаха… Ты даже не догадывался?

Он смеялся так громко, словно хвастался тем, что у него ничего между ног не было. Он говорил так, словно это было достижением! Мосе искренне не понимал, почему он сияет от восторга, говоря об этом…

Чу Цихун, стоявший вдали от происходящих событий, издал звук, как будто его сейчас стошнит, он словно говорил:

«Тьфу, девчонка!»

Ему повезло, что между ног у него ничего не было… Неудивительно, что ему нравится жестоко убивать девушек. Теперь понятно, в чём тут дело. Однако в голове всё это никак не укладывалось…

У Цзюнь Мосе были смешанные чувства, ему было смешно, но при этом он был очень зол. Теперь ясно, почему противник всё же смог нанести ему ответный удар. Боль в плече была невыносимая, но он всё равно хохотал во весь голос:

- У тебя между ног никогда ничего и не было… Поэтому-то у тебя и получилось ранить меня. Какой отменный у тебя талант!

Ма Цзян Мин уже снова приближался к нему, ехидно говоря:

- Поэтому я теперь снова могу биться! Поскольку не было там забавной вещицы, это спасло мне жизнь, а у тебя, однако, это всё ещё имеется, но оно тебе не нужно, так как с этого момента тебе не представится возможности пользоваться им! – он начал свою свирепую атаку.

Длинный серебряный меч был беспощаден, словно цунами!

Цзюнь Мосе всё смеялся, и со смехом его тело снова исчезло! Прямо перед широко раскрытыми глазами Ма Цзян Мина, пристально смотрящими на него, от его тела не осталось и следа. Это было невероятно…

Ма Цзян Мин должен был убить его одним ударом, но уже перед ним никого не было, он не сдержал удивления. Он обернулся. Неожиданно между ног его настигла резкая боль, он пронзительно закричал, всё его тело взлетело в воздух.

Все это произошло от удара Мосе. Он свирепо пнул его ногой между ног с такой силой, что все тело Ма Цзян Мина взлетело в воздух. Он даже не успел издать свой истошный вопль, как исчезнувшее до этого с его глаз тело вновь оказалось на том же месте.

Цзюнь Мосе гневно заорал:

- А вот теперь, благодаря мне, у тебя там и правда ничего нет! Отлично же получилось, правда? У тебя ничего там больше нет! Ничего! Совсем ничего! Абсолютная пустота…

Он продолжал ругаться и одновременно пинать Ма Цзян Мина по тому же месту так, что он, не успевая приземлиться, снова взлетал в воздух!

От его свирепого пинка Ма Цзян Мин взлетал, словно от удара молнии. Теперь уже было неважно, было ли на самом деле что-то у него между ног или нет… После такого удара там точно ничего не осталось… Он даже не сумел понять, что за фигня такая произошла…

Чу Цихун, присвистывая, уставился на Ма Цзян Мина, который словно ракета взлетал в воздух и падал обратно…

Он слушал эти непрекращающиеся звуки пинков, стараясь подсчитать… До него доносились звуки ударов, но подсчитать их он не мог. Да и Мосе не смог бы нанести их такое количество, только если у него не двести ног…

У этого вруна-то ничего не было в промежности, а теперь есть. У того было, а теперь нет!

Какой он непостоянный!

Вот такой вывод сделал Чу Цихун.

За секунду Цзюнь Мосе оказался перед ним, в спешке сказав:

- Давай скорей, союзники трёх земель уже близко… Их минимум сотня…

Он только что поднялся вверх и увидел, как строй людей быстро, словно ветер, приближается к ним…

Больше сотни. Это опасных размеров сила! Такой огромной силе невозможно противостоять в их положении!

Чу Цихун не мог отойти от удивления, он с задранной головой смотрел на Ма Цзян Мина, всё ещё болтающегося в воздухе. Затем он снова посмотрел на Цзюнь Мосе, всё также не понимая:

«Как этот малец так неожиданно появился тут и успел пнуть Ма Цзян Мина по его писюну?»

Мастер Цзюнь потянул Чу Цихуна в место за снежным утесом, где прятались Мэй Сюэ Янь и Донфанг Вэн Синь. Они и слова не успели сказать, как сила воды обрушилась на них.

В конце концов, снег – это та же вода, только другой формы.

Неожиданно снег, что был под ними, поднялся в воздух, обнажив твёрдую землю, и они приземлились на свои ноги. Чу Цихун даже удивиться не успел, как Цзюнь Мосе продавил землю своими руками. Чу Цихун чувствовал, как он беспрерывно опускается всё ниже и ниже, как будто внизу самая настоящая бездна…

Смерти захотелось? Что это такое? Это ли не слишком?

Бесчисленное количество людей в хаотичном порядке появились на заснеженном поле, где только что происходила ожесточённая битва. Помимо них сюда приближалась ещё целая армия людей…

Снег на земле был перекрашен в красный цвет. Кровь была повсюду. Два рассечённых пополам тела лежали всё в том же положении… По земле были разбросаны куски мяса, Жуань Ян лежал на земле в очень странном положении. Смерть уже забрала его…

Также неподалеку лежали их органы… Очевидно, что их постигла мучительная смерть. Они боролись из последних сил, это было понятно потому, что половина тела находилась гораздо дальше другой половины. Посередине лежали кишки, будто бы ещё теплые…

Такой жестокости не бывает даже в самом Аду!

Все, просто остолбенев, смотрели на эту раскрывающуюся перед их глазами жестокую картину. В их желудках стало неспокойно, головы закружились, словно они съели что-то не то. Но лица их по-прежнему были наполнены жестокостью, в их взглядах была злость!

Наконец, все люди из трёх земель были на месте, в общем и целом их оказалось 150 человек! Они не ожидали увидеть то, что увидели…

Лежащие на земле первоклассные мастера слепили им глаза.

- Как же жестоко! Этот знаменитый Чу Цихун и правда злостный убийца! И его товарищи не исключение! – со стороны Неуловимого Мира Бессмертных один, судя по лицу, очень старый человек с белоснежными длинными бакенбардами, с жалостью смотрел на этих несчастных и глубоко вздохнул…

- Второй мастер был прав, Чу Цихун самый жестокий человек на этой земле, если мы его поймаем, мы сотрём его в порошок! – это сказал сам Цзы Цзин Хун, его лицо скривилось от злости, когда он увидел Жуань Яна, лежащего на земле и залитого кровью. Это наполняло его сердце гневом до краев!

При попытке убийства Чу Цихуна, Иллюзорный Океан Крови уже потерял пять великих мастеров!

В это время самые сообразительные основоположники Иллюзорного Океана Крови смотрели на стоящего перед ними добродушного старичка, и неожиданно в их глазах появился испуг! Похоже, что… Перед ними появляется дух!

Это был второй господин, лидер Неуловимого Мира Бессмертных!

Это было очевидно, Неуловимый Мир Бессмертных в этот раз по-настоящему разгневался. И им было действительно горько!

У второго матера было доброе выражение лица, и он был молчалив, в его глазах читалось сострадание к народу, он был чист душой и очень добр. Если бы в этом мире была известна история о крестьянине и змее, то главным героем этой истории, то есть хозяином змеи, был бы этот старик…

Он был по-настоящему добр и стар, про таких людей часто говорят: у него мягкое сердце, он может войти в положение любого человека…

Таким образом… этот человек самый настоящий обманщик!

Но вот такое первое впечатление он производит на людей!

Скромный, уступчивый, мягкий…

Глава 640. Цибэй и Ду Цзю, два величайших мастера!

Этот человек. Его и правда с лёгкостью можно назвать эталоном благородства!

Те, кто знаком с этим человеком, знают, что этот парень – ядовитая гремучая змея!

На первый взгляд может показаться, что он – высоконравственная натура, но это совсем не так!

Он лицемернее лисицы и хуже любого шакала!

Благородство с окровавленными руками, хороший человек с мёртвой душой – всё это его прозвища, его имя несёт в себе хороший смысл, его зовут Чжень Цибэй! (Цибэй переводится как «милосердие, сострадание»)

Имя действительно ему не соответствует, даже забавно, но в этом мире пока ещё никто не осмелился над ним посмеяться!

Даже исподтишка и за спиной никто этого не сделал!

Ведь на самом деле в нем нет ни капли сострадания. Двести лет назад был один градоначальник, который оскорбил Чжень Цибэя, так тот объявил ему войну! Против него была целая армия, битва продолжалась три дня и три ночи, в конце концов, Цибэй в одиночку вырезал весь город! Просто невероятно!

Хоть городок был не совсем большой, но население доходило до ста тысяч! Там были и военные, и мастера Суань, и чиновники, и простые жители. Чжень Цибэй даже не стал разбираться и искать виноватых, он перебил их всех, даже женщин, стариков и детей! Спустя трое суток этот город опустел, даже собаки и те сбежали! Ни одного свидетеля…

Ну а самое дикое то, что после такой массовой расправы, Чжень Цибэй взял огромный чан и заполнил его до краев человеческой кровью, а затем на городской стене ею написал:

Небеса милостивы, и я тоже, Цибэй, дарую вам мою милость! (игра слов – милостив и Цибэй – одно и то же слово)

Убив сто тысяч человек, он может так спокойно говорить о справедливости и милосердии!

Это просто абсурд!

Обычному мастеру убить несколько десятков человек и то не так уж и просто, а у Чжень Цибэя даже лицо цвет не поменяло после такого! Так он ещё и считает, что сделал доброе дело, проявил милосердие, так сказать!

Всё это сильно сотрясло остальные земли, бесчисленное количество мастеров поклялись его прикончить, однако сила Суань у Чжень Цибэя действительно невероятна, практически не существует никого, кто способен его одолеть. В конце концов, сам правитель Неуловимого Мира Бессмертных решил расправиться с Цибэем, но потерпел поражение и исчез. Тем не менее Цибэй всё же присоединился к Миру Бессмертных и стал довольно серьёзной фигурой!

Чжень Цибэй погладил свою бороду, грустно вздохнул и сказал:

- Этот Чу Цихун поступает вопреки здравому смыслу. Его нельзя упустить, необходимо всё хорошо изучить, мы будем вершить справедливость – избавимся от этого людского кошмара.

Мужчина средних лет, одетый в льняной халат с длинным и узким лицом, как у осла, с узкими, как две щели, ярко сверкающими глазами вдруг усмехнулся:

- Почтенный Чжень решил снова козырнуть своей добродетелью? Неужто опять это твоё милосердие?

Этот человек стоял перед кровожадным убийцей, но вёл себя, как на равных. Чжень Цибэй даже нисколько не разозлился.

Этот человек – мастер из Великого Золотого Города и тоже возглавляет одну из групп Иллюзорного Океана Крови! Среди людей ему нет равных, Ду Цзю!

Имя очень крутое, как и его носитель, можно сказать, что оно ему соответствует. Он жесток не только к врагам, но и к самому себе! По слухам, в ранние годы он тренировался до полного изнеможения, и, если результат тренировки его не устраивал, он тут же вонзал меч прямо себе в ногу! И продолжал тренировку до полного самоудовлетворения.

Если человек так суров даже по отношению к себе, то уже можно представить, что ожидает его противника!

Ду Цзю и Чжень Цибэй, несомненно, стоят на самой вершине среди всех мастеров!

Почтенный Чжень Цибэй – милосердие и Почтенный Ду Цзю – безвыходное положение!

Тот, кто столкнется с Чжень Цибэем, непременно испытает на себе его «милосердие», а встретив Ду Цзю, мигом окажется в безвыходном положении!

- Добродетель проявляется в каждом слове и каждом деле, этим не козырнешь. Проявляя милосердие, ты априори вершишь справедливость, чтобы мы могли вернуться в спокойное и мирное время, – Чжень Цибэй печально вздохнул, его слова были серьёзны. С его седыми волосами и седой бородой, да ещё и с такой суровостью и величием он был похож на саму святость и неприкосновенность.

Услышав эти слова, у всех без исключения по телу пробежала дрожь.

В этот момент, со страшным гулом в высоте что-то вспыхнуло, будто началось падение метеорита! Скорость просто бешеная, как у метеора или молнии!

Взгляд Ду Цзю сверкнул, он закричал, но не шелохнулся, однако его тело мотало из стороны в сторону. Прямиком он двинулся навстречу, в его руках появились ножи, на лице проступил румянец, но глаза всё ещё не моргали. Десяток ножей были выпущены во врага!

Прямо в цель, да еще и ни одного промаха!

Человек, что был в воздухе, мигом разлетелся на добрых два десятка кусков!

- Хорошая работа! Почтенный Ду, вы превосходно обращаетесь с ножами! Просто невероятно! – несколько человек хором сыпали овациями.

Подхалимы.

Ду Цзю приземлился, лицо его всё ещё было ярко-красным, даже уродливым; он был немного раздражён и подавлен!

Бам!

Небольшой шар упал на землю… Это была человеческая черепушка, она вдруг отскочила, немного покатилась и остановилась лицом вверх. Глаза не успели закрыться; худой, весь в морщинах… жизнь этого человека была несладкой.

- Это же Ма Цзян Мин! Почему он оказался в небе? Мы тут уже довольно долго, но упал он только сейчас, это ж как высоко надо было прыгнуть?! – люди из Золотого Города вдруг воскликнули в голос. К несчастью, ещё и четвертовал его один из своих! Но об этом даже заикнуться никто не осмелился. Даже взглянуть на останки никто не проявил желание.

У всех были странные лица. Так как лицо Ду Цзю было темнее, то в этот момент оно ещё больше смахивало на ослиное. А от его тела исходила ярость!

Так непринуждённо бросился в атаку и ударил по врагу! Ведь целью явно было утвердить свой авторитет перед всеми присутствующими. Однако он разрубил на куски собственного человека… вероятно, Ду Цзю сейчас очень неловко!

- Ха-ха-ха... Почтенный Ду и впрямь лучший в метании ножей! Одним взмахом руки просто беспощадно разрубил этого человека на куски, невероятное мастерство! Реально круто! Достойно Почтенного Ду Цзю! – Чжень Цибэй рассмеялся и с серьёзным видом от всего сердца начал расхваливать Ду Цзю, не было и намёка на насмешку.

Ду Цзю тяжело вздохнул, он поднял руку и резко выбросил ладонь в сторону Чжень Цибэя, наступила гробовая тишина.

Чжень Цибэй усмехнулся и взмахнул рукавом. Нож Ду Цзю мигом развернуло, и он воткнулся прямо в снег!

Чжень Цибэй и Ду Цзюнь замерли на месте и задумчиво уставились на снег под ногами.

- Вы, ребята, для начала положите все эти трупы в гробы. Разве это хорошо, вот так оставлять их в пустоши? Нужно похоронить их, как полагается; не бойтесь грязи, умерших много, – Чжень Цибэй рассеянно отдал приказания, его лицо выражало скорбь и печаль.

Сразу из-за его спины вышли несколько человек, одетые в белое, и быстро собрали все останки.

- Все, приступайте за работу, очистите весь снег в этой грёбаной долине! – Ду Цзю строго отдал приказ. Снег во всем каньоне такой же толстый, как гора, но ему было наплевать, приказ отдан! Сказал так, будто это просто, как подмести пыль!

Десять мастеров из Великого Золотого Города встали, их тела постепенно разбухли, вдруг все начали глухо стонать!

Свирепый ветер, будто реальная материя, превратился в огромную лопату и перевернул огромный толстый слой снега, площадью примерно в несколько десятков футов. Затем сорок или пятьдесят человек все вместе приступили к работе: та-дам, и огромный снежный слой целиком сбросили из долины!

У такого снежного покрова наверняка нереальная масса! Как же им удалось её поднять?

Под ногами показалась чёрная почва. Слой снега, на котором все стояли, был не меньше трёх футов толщиной!

Ду Цзю и Чжень Цибэй холодно посмотрели и продолжили давать приказы:

- Ещё раз!

Естественно, одной группе людей уже было не справиться, поэтому второй заход был со стороны Неуловимого Мира Бессмертных, а третий – со стороны Иллюзорного Океана Крови! Необходимо отметить, что все мастера довольно выносливы. Их сила и правда превосходна, поочередно сменяясь, они полностью вычистили всю долину!

Это казалось невыполнимой миссией. Однако она была завершена в одно мгновение. Если работать в таком режиме, то даже такая задача, как освободить всю здешнюю территорию, покажется пустяком, да и много времени это не займёт!

От схода массивного слоя снега раздался мощный затяжной грохот. Казалось, что даже земля вздрогнула!

Ду Цзю и Чжень Цибэй, исходя из своего уровня мастерства, смутно почувствовали, что под этим слоем снега кроется какая-то загадка! В противном случае они никогда не поверили бы, что Чу Цихун в одиночку смог перерезать 7 первоклассных мастеров. А один, хоть и смог спастись бегством, получил слишком серьёзные ранения!

Если бы это была Достопочтенная Мэй, то такой результат можно было бы считать целесообразным, даже в порядке вещей!

Но... Чу Цихун? С какой это вдруг радости?

Пусть даже эти восемь мастеров и впрямь устроили бой между собой, даже так, Чу Цихуну не дотянуть до их уровня!

Вывод: это абсолютно невозможно!

Чжень Цибэй посмотрел вперед и, не поворачивая головы, закричал:

- Бай Вусинь! Иди сюда!

На голове Бай Вусиня была повязка, но боль от глубокого ранения всё ещё мучила его в данный момент, его лицо передавало это через гримасы. Его череп был расколот всего одним ударом… То, что он может крепко стоять на ногах, уже достойно восхищения…

Он поспешно подошёл и уважительно спросил:

- У второго господина есть какие-либо распоряжения?

По отношению к Чжень Цибэю все без исключения проявляли уважение и называли «второй господин». Ведь по сравнению с первым господином характер второго более вспыльчивый: если первый разозлится, то самое страшное, что он сделает – это посадит под арест или же применит наказание. Но если же рассердился второй господин, то… жди от него «милосердия»…

- Расскажи-ка ещё раз обо всём случившимся, очень подробно, не упуская ни одной детали. Неважно, говорил ты об этом уже или нет, просто повтори с самого начала, – Чжень Цибэй нахмурился, говорил он очень серьёзно.

В это время другие два лидера, Цзы Цзин Хун и Ду Цзю тоже подошли. Все трое тщательно слушали слова Бай Вусиня. Каждый из них понёс значительные потери в этом бою, если они не получат чёткое представление обо всём случившемся, то как же они смогут успокоиться?

Глава 641. Проявить милосердие

В данную минуту голова Бай Вусиня просто раскалывалась, ему было трудно стоять, не говоря уж о том, чтобы сообщать информацию, однако перед лицом «настоящего хозяина» он не осмелился показать свое недомогание и, с трудом превозмогая боль, продолжил свой доклад.

В безысходности, он в который раз подробно всё пересказал, стараясь не забыть ни одной детали. Он рассказывал обо всём без прикрас и на чистоту, но злоба и обида на Ма Цзян Мина и братьев Жуань у него ещё не прошла. Если бы не эти бессмысленные распри между этими тремя, разве с ним бы такое случилось?

Ещё чуть-чуть и его мозги разлетятся в разные стороны! Боже мой! Как же еще при этом нормально себя чувствовать! Даже увидев, в каком состоянии находились Ма Цзян Мин и Жуань Ян, он не мог унять свой гнев, ему хотелось броситься к ним и ещё нанести им пару ударов… Слушая рассказ Бай Вусиня, лица Чжень Цибэя, Ду Цзю и Цзы Цзинь Хуна становились всё мрачнее и мрачнее.

Вдруг, откуда ни возьмись, на них прыгнула крыса. Все трое растерялись.

Посмотри хоть с любой стороны, эти трое не должны были так бурно реагировать на это!

- Тщательно осмотрите трупы! – Чжень Цибэй строго отдал приказ. Три человека одновременно подошли к останкам тел и принялись их осматривать. Ду Цзю был очень хорош в этом, он тут же подчистую перекопал все останки тела Жуань Яна! Потом принялся за Ма Цзян Мина, он сложил верхнюю и нижнюю части его тело воедино…

- На теле Жуань Яна очень много следов от острых иголок, они находятся абсолютно повсюду, на шее, на ногах, даже на заднице… В целом насчитывается около двадцати одной отметины… Как мы знаем, Ма Цзян Мин обладал таким мастерством, неужто это он его? Кроме того…у Жуань Яна между ног следы крови… Возможно… Она вышла из заднего прохода; должно быть, туда пришло ранение. Но, должен заметить, место ранения очень странное, и трудно сказать, как так получилось; можно было бы предположить, что это тоже от иголок, но на найденных поблизости иглах нет следов крови, и это очень странно…

Цзы Цзинь Хун, конечно, просто пытался выгородить своих людей и придумывал разные оправдания, но пока он говорил, его лицо всё больше и больше принимало странное выражение, а потом он вовсе замолчал. Что же, в конце концов, случилось, что пострадал задний проход одного из величайших мастеров?

На этот вопрос действительно было трудно найти адекватный ответ, если даже сломать себе голову в раздумьях… Неужели, Жуань Ян сам спокойно подставил свою задницу под удар? Это уже совсем выходит за всякие рамки… Не могла же техника Ма Цзян Мина быть такой убийственной! Это под силу не отражающим тень иглам?

Так бесчестно!

Лицо Ду Цзю почернело от злости, он молчал и только тщательно осматривал.

- Здесь нечего и смотреть, почти наверняка Ма Цзян Мин решил действовать исподтишка и разыграть такую шутку. Они оба не могли не ответить на удар и решили поубивать друг друга; началось всё именно с Жуань Яна и его проблемы с задним проходом, разозлившись от пережитого стыда, они уже не могли прекратить потасовку. Что касательно игл, я думаю, что Ма Цзян Мин с самого начала стал использовать их… – Чжень Цибэй пришёл к такому выводу.

Такое умозаключение полностью соответствовало действительности, было сразу видно, что этот человек обладает выдающимися способностями в осмыслении фактов. Единственный недочёт был связан с тем, что всё повесили на ледяные иглы Ма Цзян Мина.

Цзы Цзин Хун и Ду Цзю на самом деле тоже так думали и, услышав слова Чжень Цибэя, согласно закивали. То, что так называемые «не отбрасывающие тень иглы» Ма Цзян Мина могли привести к такому концу, было вполне резонным замечанием.

- Ранения Ма Цзян Мина выглядят ещё страшнее. Причиной его смерти является не ранение мечом, а насильственные увечья нижней части туловища, удары наносились до того момента, пока все внутренности его тела не отказали, даже его мозги похожи на сплошную кашу. Как будто несколько десятков ног одновременно пинали его по одному месту…

- Кто-то запинал его до смерти, а потом ударил так, что он подлетел высоко в воздух… И только когда прибыли мы, его тело упало на землю… – Ду Цзю смотрел, нахмурив брови, на разделённые им самим же останки Ма Цзян Мина. – Тот, кто это сотворил, действительно нечеловечески жесток и опасен! Он намного кровожаднее меня! Я не побоюсь этого слова, настоящий маньяк-убийца!

- Неужто… Ду Цзю, если бы ты или я убивали Ма Цзян Мина, учитывая наши силы, и то бы не стали так утруждаться, а ты говоришь, что кто-то пнул его в воздух на триста метров? – Чжень Цибэй серьёзно посмотрел на него и иронично добавил, - я думаю, у меня бы не хватило сил совершить такое, но если у тебя получится, поздравляю тебя. Ты совершил прорыв на новый уровень!

Ду Цзю в мгновение понял, что имеет в виду Чжень Цибэй.

Верно, с силой пнуть на триста метров вверх… Где найти такого человека, который будет подбрасывать останки тела Ма Цзян Мина, и при этом продолжать бой… Разве в нашем мире существует кто-то с такой техникой ведения боя?

Тот, кому не надо переводить дыхания, не нужно время для отдыха и не нужно даже использовать свою силу по полной, одновременно поднимать в воздух и пинать, ещё и в одно и то же место… Ду Цзю сделал глубокий вздох, внезапно по его спине пробежал холодный пот! В его голову пришла мысль, и он сказал:

- Это, конечно, невозможно, но всё это под силу летающему королю зверей леса Тянь Фа, степному орлу…

Глаза Чжень Цибэя сверкнули, и он молчаливо ушёл в раздумья. О таком раскладе дела он даже не думал, если рассматривать это, относительно силы Суань, то человеческим способностям это точно не под силу; если всё-таки это дело рук летающего короля зверей, это вполне разумное объяснение. По меньшей мере, этим хоть как-то можно объяснить увиденное.

Чжень Цибэй потер усы и сказал:

- Неужели лес Тянь Фа тоже замешан в этой битве?

В это время…

- О, тело Ма Цзян Мина всё-таки не целиком, здесь чего-то не хватает… – Ду Цзю, в конце концов, заметил нестыковку. - Если даже его пнули в воздух, должны были остаться следы… Если даже всё его тело было изувечено, он должен был остаться висеть в воздухе… Почему этого не произошло? Разве это тело не мёртвого человека? Смерть человека – это очень важная вещь, его тело должно быть погребено полностью, а не по кускам! Кто рядом, помогите в поисках!

Сяо Вей Чэн подошёл и, заикаясь, сказал:

- Третий владыка… Тот, который Ма Цзян Мин… Он… Это… Нижней части его туловища нет…

Ду Цзю остолбенел, его лицо побелело, он повернул голову и сплюнул:

- Твою ж мать, мы попали!

Бай Вусинь увидев, что остальные закончили осмотр останков тел, продолжил говорить:

- В тот момент, когда они бились на мечах… Вдруг появился Чу Цихун…

- Стоп! – Чжень Цибэй махнул рукой, он поднял голову и немного подумал, а потом позвал пять человек и расставил их в определённом положении:

- Ты, продолжай говорить. Они в таком положении стояли?

- Да, верно! Именно так, в тот момент я вдруг почувствовал опасность, хотел двинуться вперёд, но получил рану, а потом вообще обнаружил, что два мастера, которые стояли за мной, уже мертвы… В то же время на той стороне два человека уже подверглись атаке, один получил удар мечом в шею, другой был порезан от плеча до пупка…

- Стой! – Ду Цзю махнул рукой и остановил его, подошёл и оглядел ранения на трупах, потом сказал, - сначала люди из Неуловимого Мира Бессмертных подверглись внезапному нападению, потом Великий Золотой Город; в таком случае, это вообще не имеет смысла! Ничего не сходится!

Чжень Цибэй кивнул головой в знак согласия и продолжил думать.

Ду Цзю молча поднялся и внезапно исчез в снежном вихре, потом вдруг мелькнул с мечом в руках в том месте, где стояли пять человек, затем мгновенно пронесся в воздухе, и как бы замахнулся мечом по затылку Бай Вусиня… А потом появился на месте, где погибли мастера из Великого Золотого Города… Остановился и покачал головой:

- Нет, это невозможно! Убийца точно не один человек! Их должно быть минимум двое!

- Верно! По крайней мере, не меньше двух человек одновременно наносили удары, чтобы могла произойти такая картина. К тому же эти оба человека должны обладать такой же выдающейся силой, как у Чу Цихуна! Так мастерски воспользоваться удобным случаем тоже бывает не совсем просто. Хотя все наши люди были увлечены дракой, но всё-таки какая-никакая бдительность у мастеров присутствует, и они при любом незаметном движении могут применить ответные меры! Поэтому в этот раз принимали участие точно двое убийц, или один, но с очень высоким уровнем способностей и силы! Одному Чу Цихуну сотворить такое точно не под силу!

Чжень Цибэй сурово посмотрел на Бай Вусиня и сказал:

- Бай Вусинь, твой рассказ не совсем правдив! Ты такой трус, что даже побоялся голову повернуть и посмотреть на своего убийцу, а сразу же бросился бежать, и ещё здесь своим неправдоподобным рассказом вводишь нас в заблуждение. У тебя что, есть скрытый умысел? Зачем ты так делаешь?

Бай Вусинь побледнел от страха, на его исхудалом лице появилась паника:

- Второй владыка, с чего вы такое взяли? Я, Бай Вусинь, прослужил в Неуловимом Мире Бессмертных уже почти сто лет! Неужели я такой человек? Разве Второй владыка ещё не понял?

- Прошлые заслуги не имеют никакого отношения к этому, сейчас мне известно лишь одно – ты просто убежал, предпочёл трусливый побег смерти; оставил своих товарищей. К тому же сейчас несешь ерунду и строишь какие-то непонятные небылицы, тем самым вводя нас в заблуждение! Бай Вусинь, тебя убить мало!

Чжень Цибэй безучастно посмотрел на него, в его глазах всё сильнее разгоралась жажда крови:

- Бай Вусинь, учитывая твоё сегодняшнее положение, я проявлю милосердие по отношению к тебе! Если ты пожелаешь покончить жизнь самоубийством, то твоё тело останется целым, если нет, то трудно сказать, каким будет результат!

Бай Вусинь попятился на два шага назад, с лицом полным обиды и негодования, закричал:

- Второй господин, это вы так хотите найти виноватого? Если бы тогда я не осмелился бежать, я бы тоже не избежал жестокой смерти! Тогда как бы вы, второй господин, сейчас получили информацию обо всём произошедшем? Я, Бай Вусинь, лучше уж разрушу собственную репутацию, рассказав о произошедшем Неуловимого Миру Бессмертных без прикрас и искренне, чем буду намеренно вводить всех в заблуждение! Верно?

К сожалению, какие-то объяснения уже не имели смысла!

Чжень Цибэй, натянув на лицо милосердную улыбку, хлопнул в ладоши и сказал:

- Назначаю тебя языком цветка лотоса, однако твоя смерть всё равно неотвратима! Если ты не умрёшь, как ты сможешь искупить свои грехи? Ты точно не хочешь сам себя убить?

Бай Вусинь изо всех сил решил сопротивляться, он был оскорблён и обнажил свой меч их ножен:

- Чжень Цибэй, ты поступаешь наперекор здравому смыслу, я не покорюсь тебе! О каком милосердии ты тут говоришь?!

- Ты ещё осмелился поднять свой меч против меня?! Ты слишком переоценил свои силы! Я был к тебе благосклонен, и давал тебе шанс, но ты сам упустил его!

Чжень Цибэй ехидно улыбнулся, потом скрестил руки, и из его ладоней вдруг наружу вышла невиданных размеров сила, заполняя собой всё небо!

Бай Вусинь вдруг обнаружил, что не может пошевелиться, даже моргнуть глазами ему было не под силу!

Только мастер почтенного уровня в состоянии постигнуть такую природную силу!

Такая сила, это тюрьма!

Это крошечная степень воздействия этой силы! До этого, такой силой владела только Почтенная Мэй!

Тюрьма Тхеньди! Или Клетка Мира!

Глава 642. Достоин этого звания!

Бай Вусинь стоял в оцепенении, он изо всех сил старался бороться, но был не в состоянии, он просто смотрел на то, как его мозг растекается по лбу и застилает глаза.

Его голова была похожа на арбуз, который раздробили на кусочки, это было ужасающее зрелище!

Никто вокруг не смел вымолвить и слова!

Лица были отстранённые, невозможно было понять, что творится внутри!

Величайший мастер Чжэнь Цибэй говорил, убийство — это убийство, не стоит из-за него терять лицо!

Труп Бай Вусиня медленно опустился на землю, и в этот момент толпа неожиданно воскликнула!

Чжэнь Цибэй внезапно обернулся и посмотрел на засыпанную дорогу. С левой стороны, где находилась отвесная скала, неожиданно образовалось отверстие правильной четырехугольной формы, размером с дом. Было так темно, что невозможно было разглядеть, какой оно глубины!

- Это действительно странно! – Чжэнь Цибэй провёл рукой по длинной бороде, в его глазах появился блеск. - Идите посмотрите!

…

Под землёй Чу Цихун смотрел на Цзюнь Мосе, словно увидел самого дьявола!

- Ты победил! – сказал Чу Цихун, прерывисто дыша. - Мне за тобой не угнаться, мне стыдно, что я оказался хуже! Ты – истинный король убийц в мире! Ты это заслужил! Имя самого великого убийцы никогда не станет моим!

Голос Чу Цихуна был потерянным, ему было стыдно, он уважал и восхищался им!

Чу Цихун целиком и полностью, совершенно отчётливо понимал, что проиграл, к тому же он полностью признавал своё поражение! Он убил двух великих мастеров Великого Золотого Города и величайших мастеров Иллюзорного Океана Крови, Цзюнь Мосе также разделался с тремя, посредством внезапной атаки! Что касается Ма Цзян Мина, то он вообще в расчёт не берётся. Со стороны, Цзюнь Мосе занимал выгодное положение, поэтому разница была несущественной.

Но Чу Цихун инстинктивно понимал, что он уже порядком запутался!

Потому что вся эта расстановка была полностью придумана Цзюнь Мосе! Все благоприятные возможности подвернулись тоже из-за того, что Цзюнь Мосе всё спланировал! Иначе они вообще не смогли бы прийти к такому результату!

Чу Цихун и сам отлично использовал удобный случай: необходимо всегда цепляться за любой, даже самый крошечный шанс, использовать его в своей технике, мгновенно нанося смертельный удар! Если говорить об убийце, то этого вполне достаточно!

Он всегда гордился этим и всегда думал, что этого достаточно!

Но сегодня он сам с этим столкнулся! Этот юный парнишка преподал ему урок! Поведение убийцы, поведение самого превосходного убийцы, заключается не только в том, чтобы использовать удобный случай, но и в условиях, когда благоприятного момента нет, использовать все средства, для того, чтобы его создать!

Если Чу Цихун, оказавшись перед лицом восьми мастеров, вдруг неожиданно убьёт одного из них, выйти из этой неприятной ситуации очень сложно, потому что ты неизбежно окажешься перед лицом семи других противников, которые общими усилиями будут стараться атаковать тебя со всех сторон!

Но Цзюнь Мосе очень умело создал благоприятную возможность, чтобы напрямую, одним махом уничтожить всех восьмерых, чтобы подловить их всех сразу! Такой метод – это почти чудо!

В этом и есть разница, не идущая ни в какое сравнение!

Удобный случай – это зависимость!

Но создать удобный случай – это инициатива!

Только когда сам создашь удобный случай, у тебя есть наилучшая возможность, чтобы схватиться за него!

Просто ждать, когда другие станут небрежными – это то же самое, что ждать у моря погоды!

У Чу Цихуна есть все основания полагать, что даже если между братьями Жуань и Ма Цзян Мином не было бы споров, Цзюнь Мосе бы использовал другие средства, чтобы сконцентрировать их внимание или использовать другие противоречия, чтобы мотивировать их сражаться!

Ему под силу с этим справиться!

«Но я никогда не думал об этом аспекте, я никогда не думал об этом!

Дело даже не только в том, что я этого не делал, я даже не думал об этом!»

В этом и есть разница!

Трудно догнать эту разницу!

- Ты позволил мне победить! – засмеялся Цзюнь Мосе без особых церемоний.

Потому что он и сам понимал, что в этой области Чу Цихуну явно не достает навыков. Король убийц, великий убийца, это не только просто убийство людей!

Это большая наука!

Если у вас есть такая удобная возможность, вы максимально используете эту возможность. Даже если у вас нет такой возможности, вам нужно нацелить все силы на то, чтобы её создать! Это самая полная концепция убийцы!

Эта концепция подходит и к какой-нибудь другой отрасли, абсолютно в любой области, без исключения, вплоть до торговли или маркетинга!

У каждого есть шанс!

А когда нет шансов, возможность, которую вы создаете сами, будет ещё более подходящей!

Поэтому, когда впереди нет выхода, но вы хотите двигаться вперёд, вы должны сами построить дорогу, которая приведет вас к цели.

- Если я выберусь живым, я сообщу об этом всему миру! Великий убийца не Чу Цихун! – Чу Цихун говорил искренне. - Моя техника явно уступает, если говорить о великом убийце, то это позор мне!

- Мне не нужно признание людей во всём мире, поэтому тебе совершенно ни к чему это делать! Какое это отношение имеет ко мне? – Цзюнь Мосе поднял голову, дерзко улыбнулся и сказал, - мне нужно лишь твоё признание и этого вполне достаточно!

Цзюнь Мосе сказал это с некоторым облегчением в душе, такая мысль удовлетворяла его. В конце концов, он, Цзюнь Мосе, всё ещё не утратил своё лицо! Подумав об этом, ему стало грустно.

- Твои слова для меня много значат! – Чу Цихун замер в изумлении, а потом неожиданно засмеялся и пристально посмотрел на трёх человек. - Позволите ли вы мне спросить ваши имена?

Когда он это произнёс, все трое остолбенели, они думали, что Чу Цихун уже давно знает их положение, но, оказывается, этот парень вовсе этого не знал.

У Чу Цихуна странный характер, он всю жизнь ни с кем не общался, поэтому никогда не спрашивал, как кого зовут. До этого момента он хранил в памяти только имена убитых соперников.

Чу Цихун всегда считал, что во всём мире нет никого, кто заслуживает того, чтобы просить его имя, а также ни у кого в мире нет достаточной квалификации, чтобы стать ему другом! Все были недостаточно хороши для него!

Для великого убийцы, было впервые спросить у других людей, как их зовут!

Это было как для девушки впервые надеть свадебную фату!

- Меня зовут Цзюнь Мосе. Это – моя мать, Донфанг Вэн Синь. Это – моя жена, фамилия Мэй, а имя я тебе не скажу, – заулыбался Цзюнь Мосе.

- Ты Цзюнь Мосе? Вы – Донфанг Вэн Синь? – спросил Чу Цихун, неожиданно испугавшись. - Вдова главнокомандующего Цзюнь Ву Хи? Вэн Синь из семьи Донфанг?

- Да, это я! – глаза Донфанг Вэн Синь покраснели, но она заставила себя сохранить спокойствие и сказала, - до настоящего времени я влачила жалкое существование, позоря репутацию своего покойного мужа. Ты говоришь с насмешкой! – чувствовалось, что он знает, о ком говорит. Неожиданно это заставило Донфанг Вэн Синь затосковать, она не могла больше сдерживать нахлынувшие чувства.

- Госпожа, почему вы так говорите? – лицо Чу Цихуна стало строгим. - Главнокомандующий Цзюнь, хоть и был младшим по возрасту, но его душа была нараспашку, у него было доброе сердце. Я, хладнокровный убийца, который никогда никому не подчинялся, но Цзюнь Ву Хи – это единственное исключение! Чувства жены по отношению к своему мужу – это великие чувства. Ради мужа заснуть вечным сном… Это вызывает уважение! Пусть женщины, которые жаждут богатства и наслаждаются благами жизни не находят себе места от стыда! А вы – пара, которая дополняет друг друга. Почему вы стыдитесь? – он глубоко вздохнул. - Тогда мне посчастливилось один раз встретиться с главнокомандующим Цзюнь, потому что нашёлся человек, который предлагал мне огромные деньги за то, чтобы я убил его. Но чем больше я наблюдал за ним и анализировал, тем больше я начинал восхищаться им и поэтому мне, в конце концов, пришлось отказаться от этой сделки! Тогда это был первый и единственный раз, когда я намеренно отказался от такого предложения! Я, Чу Цихун, хладнокровный мясник, который никогда не обращает внимания на то, кто есть его соперник, будь то слуга, полководец или добродетельная женщина! Мне нужны только деньги, я никогда не был нерешительным, но тогда я на самом деле был покорён Цзюнь Ву Хи! Я три дня тайно следил за военным лагерем, прокрался туда, взглянул на него, а потом просто взял и ушёл.

- Я так благодарна тебе, господин Чу, за то, что ты сделал снисхождение! – Донфанг Вэн Синь встала в знак благодарности.

- Кто поручил тебе убить моего отца? Ты можешь мне сказать его имя? – Цзюнь Мосе сморщил лоб, его сильно волновал этот вопрос. Но чем больше он начинал копаться в нём, тем он становился всё труднее.

- В тот день заказчиком был придворный династии Тан, Фэй Мэнчэнь! – Чу Цихун немного заколебался. - Я не принял его предложение, поэтому он не считается моим клиентом.

Цзюнь Мосе в глубине души понимал – заставить убийцу выдать имя своего клиента – это табу. То, что он это сделал, это большое дело.

- Чу Цихун… Я думала о твоей технике отработки движений, твоя техника немного странная… Кажется, такой пользуются чужаки, – спокойно посмотрела на Чу Цихуна Мэй Сюэ Янь.

Сморщив брови, Чу Цихун посмотрел на неё с некоторым сомнением:

- Ты знаешь о Битве за Небеса… У Почтенной Мэй и в самом деле богатый кругозор, – в эту минуту Чу Цихун понял, кто эта красивая девушка. Она в одиночку сражалась более чем с тридцатью мастерами, и Чу Цихун смотрел на неё, боясь быть неучтивым.

- Моему учителю посчастливилось сражаться на вершине пика ТяньЧу. Он с тяжёлой травмой пал в бою, но, к счастью, не умер, лишь потерял половину своей таинственной силы Суань и получил несколько ранений, которые привели к инвалидности. После этого он выздоравливал долгое время. А потом мне подвернулась удобная возможность стать его учеником.

На лице Чу Цихуна появилась страдальческая улыбка, он медленно опустил голову и сказал:

- Несмотря на то, что сила Суань уже не прогрессировала, он знал путь жизненной культивации и преподавал силу Суань чужакам, питая интерес к технике отработки движений.

Он помолчал, глубоко вздохнул и продолжил:

- Учитель однажды сказал, что самая большая угроза для нас – это невероятная техника отработки движений соперников, именно поэтому они могут скрываться и быть невидимыми в любое время и в любом месте, и их трудно различить невооружённым глазом.

- Твой учитель – мудрый человек, но мне интересно, разработал ли он способ справиться с этим? – поспешно спросила Мэй Сюэ Янь.

Глава 643. Новые козни

- Этому нет объяснения! – Чу Цихун вздохнул и сказал, - древние учителя ломали голову на протяжении более ста лет, но так и не смогли объяснить это, хотя нельзя отрицать достижений, которых они постигли в процессе работы. Древние мастера изучили необычную технику отработки движений чужаков, они соединили воедино различные тонкости и аспекты цингун, характерные для разной местности, и создали особый уникальный профессиональный стиль. Этот уникальный стиль в сочетании с техникой движения, имел почти такой же результат, что и «тайное убийство», которым владели чужаки. Всё, что я сейчас применяю, и есть этот уникальный стиль, Почтенная Мэй говорила, что это имеет отношении к Битве за захват небес, но это совсем не так, потому что этот стиль полностью вышел из «тайного убийства» чужаков!

- Оказывается, вот оно что! – Мэй Сюэ Янь спокойно вздохнула, она выглядела расслабленной. - Твои учителя были выдающимися людьми, заслуживающими уважения, пусть они давно мертвы, но они до сих пор оказывают услуги последующим поколениям. Это так благородно с их стороны.

Пока они мирно болтали, на возвышенности в триста метров вдруг что-то сверкнуло, снег обвалился и обнажил отверстие, которое было сделано людьми!

Все четверо испугались, Чу Цихун резко вскочил на ноги.

- Не надо спешить, они не спустятся; а если даже и спустятся, тем лучше. Мы повеселимся, – Цзюнь Мосе пробормотал. - Не ожидал, что в этот раз нам попадутся какие-то башковитые ребята, я очень удивлён. Однако вы решили, что вам такое можно? – Цзюнь Мосе улыбнулся и, скрываясь за появляющимся молочно-белым туманом, закричал:

- Под землю!

Земля под ногами Чу Цихуна и Донфанг Вэн Синь внезапно начала двигаться и проваливаться вниз, это было далеко не как в прошлый раз. Опускаясь в прошлый раз, Цзюнь Мосе, в лучшем случае, просто хотел найти убежище и всё; но находясь на расстоянии десяти футов под землей, был обнаружен, и это очень разозлило его.

Поэтому в этот раз он решил опуститься сразу на несколько десятков футов вниз, даже Чу Цихун стал неважно себя чувствовать, у него присутствовало чувство некой иллюзии, будто он находился во сне. Во время снижения, Мэй Сюэ Янь сразу же приобняла Донфанг Вэн Синь, чтобы та оторвала свои ноги от земли, пытаясь хоть как-то уменьшить чувство страха.

Изначально Чу Цихун думал, что Цзюнь Мосе заранее подготовил эту большую яму для четырёх человек, но потом, подумав, понял, что Цзюнь Мосе просто создал её, когда это понадобилось. Захотел скрыться под землей и тут же сделал это. Такое ощущение, что для него нет ничего невозможного, этот человек просто невероятен, даже в голове величайшего убийцы такое не укладывается!

Кто бы мог подумать, что в нашем мире есть такое удивительное и выдающееся мастерство!

Не чудо ли это?

- Боюсь, что в этот раз прибыли непростые ребята, вряд ли удастся легко справиться с ними; боюсь, позже может произойти настоящая битва, – Цзюнь Мосе, контролируя снижение, с оглядкой сказал Мэй Сюэ Янь. - Там наверху, я чувствую, есть два особенно сильных запаха. Сравнивая с тобой, почти не уступают тебе в силах. Но, чтобы ни случилось, ты ни в коем случае не должна вступать в бой. Запомни, твоя основная задача – это защитить матушку, а всем остальным займёмся мы вдвоём!

- Но, если этот «кто-то» совершенного другого уровня или Почтенный, что тогда? Вы вдвоем сможете справиться с ним? – Мэй Сюэ Янь пристально посмотрела на него. - Не надо кичиться своими способностями, если я вступлю в бой, то силы на победу возрастут в несколько раз!

- Успокойся, в этой обстановке пусть хоть сам Будда спустится, ему не поздоровится! Спустится один – сдохнет один, спустятся двое – сдохнут двое, дальше продолжать? – Цзюнь Мосе не мог не повыпендриваться.

- Да, верно! Что касается внезапного нападения, не родился ещё тот, кто сможет нас двоих одолеть! – рассмеялся Чу Цихун, он был очень самоуверен.

Его самоуверенность действительно находилась на пике, потому что совсем недавно Цзюнь Мосе помог ему и исцелил его, доведя его Суань и состояние тела до наилучшего состояния.

В темной землянке, оба короля убийц находились в боевой готовности!

***

Глядя сверху, ничего было не видно, стояла полная темнота, не было слышно ни единого шороха.

- Что делать теперь? – Цзы Цзинь Хун, вытянув голову, смотрел в бездонную тёмную пещеру, чувствуя мрачную и тревожную атмосферу, ему было немного не по себе. Потом он предложил:

- Давайте просто завалим эту пещеру, они там задохнутся и всё! Дело сделано и никаких хлопот.

- Ха-ха-ха, начальник Цзы, откуда ты знаешь, что эта пещера не имеет другого выхода? Или это вообще вход в другой мир? Или же это… прилегающий к долине путь отхода? Завалить пещеру? Скажешь тоже, ты со своими советами… Не смеши меня, пожалуйста, – сказал Чжень Цибэй, подсмеиваясь по-дружески над Цзы Цзин Хуном.

Тот сразу же покраснел и, смутившись, замолчал.

- Отправим людей проверить! Пойдут одновременно две группы; первая – три человека, осмотрит все углы, вторая группа – пять человек, проверит центр и окружность, расстояние между людьми пять футов, каждый внимательно наблюдает за ситуацией, чтобы при необходимости подстраховать, – Ду Цзю строго скомандовал.

Чжень Цибэй, посмеиваясь, сказал:

- Неплохо, начальник Ду! Твоё предложение мне нравится, таким образом можно будет избежать большого числа жертв! Чтобы добиться полного взаимопонимания, следует сформировать группы по территориальному признаку, чтобы в каждой группе были люди из одного места, так будет удобнее. Дабы избежать такой же трагедии, что случилась с Ма Цзян Мином и братьями Жуань. Правитель Цзы, ты что на это скажешь?

Цзы Цзин Хун равнодушно сказал:

- Второй господин сказал справедливо; пусть тогда он сам и распределит людей.

Цзы Цзинь Хун прекрасно понимал, на что намекают Чжень Цибэй и Ду Цзю; эти два хрыча хотят его людей из Иллюзорного Океана Крови поставить в первую группу, тем самым превратив их в пушечное мясо!

Поэтому Цзы Цзин Хун поступил очень умно и отступил с принятием решения, передав принятие трудного решения в формировании групп Чжень Цибэю.

«Давай-ка ты сам, сволочь, отдавай приказ и распределяй, посмотрим, куда ты распределишь своих людей? Если не поставишь во главе, то как люди согласятся с твоим решением?»

- Хорошо, так как я уже давно живу, то мне и понаглеть можно, – глаза Чжень Цибэя сверкнули и, рассмеявшись, он сказал, - люди Иллюзорного Океана Крови постоянно живут в кровавой густой мгле, поэтому, мне кажется, они привычнее к такой тёмной обстановке, чем люди из других мест. Я предлагаю отправить первую группу из Иллюзорного Океана Крови, как вам моё предложение? Брат Ду, как ты на это смотришь?

Ду Цзю моргнул и с напускной улыбкой сказал:

- Верно! Брат Чжень, в твоих словах есть здравый смысл; если первая группа из Иллюзорного Океана Крови проведёт разведку, это было бы очень удобно; что касается второй группы, то есть умелого нападения, наш Великий Золотой Город очень уступает в этом Неуловимому Миру Бессмертных! Что касается второй группы, пусть это лучше будут ребята из Неуловимого Мира… А мы здесь подождем приятных сведений! Конечно, если говорить о третьей группе, то мы, Великий Золотой Город, не вправе отказать!

Цзы Цзин Хун выругался про себя:

«Ни стыда, ни совести! Действительно, бесстыжие мрази!»

Эти два хрыча, распределяя, кто пойдёт, а кто нет, отнеслись так наплевательски. Просто захотели сделать Иллюзорный Океан Крови козлом отпущения! Похоже, недавние потери заставили двух мудрецов задуматься, как бы обезопасить свои силы; в конце концов, каждая сторона понесла немаленькие потери! Вот-вот будет как уже около сотни людей из трёх земель погибли в бездонной пропасти…

Настроение Чжень Цибэя тут же изменилось, он не ожидал, что Ду Цзю будет действовать по обстоятельствам, и скорее кинется спасать собственную шкуру. Чжень Цибэй тоже претендовал на последнее место, но внезапно оказался на втором. Это, конечно, не прямо уж пушечное мясо, но всё равно немаленький риск.

Оба были недовольны!

«Если две группы наших людей пойдут в разведку, то на какой хрен вообще нужна третья группа? Слова Ду Цзю «Не вправе отказать» – сплошная ерунда! Может, это какое-нибудь проклятие? Чтобы все наши люди погибли?»

- Спускаемся! – Чжень Цибэй холодно отдал приказ. - Если что-то необычное – свистим в предупреждение!

Цзы Цзин Хун кивнул головой, и с хладнокровным лицом приказал трём величайшим мастерам выйти из строя; эти три человека были неразлучны и прекрасно понимали друг друга без слов. Хотя спускаться было невыгодно, но не до такой степени, чтобы умереть, не ответив на удар! В худшем случае, можно полагаться на поддержку Мира Бессмертных.

- На расстоянии в десять футов задержитесь и оставьте следы! – добавил Ду Цзю.

На глазах у всех три мастера из Океана Крови с серьёзными лицами одновременно подпрыгнули и, сформировав в воздухе один равносторонний треугольник, внезапно опустились вниз. В их руках блестели мечи, их позиция снижения располагалась тесно прижатой к стенам пещеры. В одной руке был меч, а другая была плотно прижата к груди, с полной готовностью отправиться в бой!

За ними тут же отправилось пять белых халатов из Мира Бессмертных.

В этот раз все, кто отправился, были величайшими мастерами!

Восемь человек, одинаково двигаясь, в одно и то же время прыгнули и опустились, с почти одинаковой скоростью!

Дно пещеры.

- Мосе, силы противника неравны, мы никак не можем принять бой! – Мэй Сюэ Янь нахмурила брови, с учащённым дыханием сказала. - Давай мы сначала покинем это место, а потом снова вернёмся к этому вопросу! Отомстить никогда не поздно! Там, наверху, разговаривают. Я узнала их, это второй владыка Неуловимого Мира Бессмертных, Почтенный Чжень, Чжень Цибэй, и ещё третий человек Великого Золотого Города, почтенный Ду, Ду Цзю! Они оба одного уровня со мной! К тому же ещё там около сотни мастеров! Мосе, ради матушки, я прошу тебя, перетерпи раздражение и отступи! Я знаю, ты умеешь освобождаться от такого груза!

Цзюнь Мосе замер и со злостью смотрел, как медленно опускаются восемь человек. Скрипя зубами, он сказал:

- Хорошо! Уходите сразу за мной!

Цзюнь Мосе взмахнул руками и дно пещеры вздыбилось и поднялось, образовалось еле заметное отверстие, четыре человека в одно мгновение проникли туда, потом отверстие соединилось, не оставив никакого следа после себя… Однако когда Цзюнь Мосе в последний момент проскальзывал туда, его глаза злобно сверкнули!

Когда три мастера из Океана Крови достигли назначенной цели, они были очень удивлены увиденным: так глубоко под землей, совершенно отсутствовали любые признаки влаги. Было абсолютно сухо и, к тому же, полностью отсутствовали люди.

Если поднять голову и посмотреть наверх, небо кажется размером с чайную шашку; глубина этой пещеры по приблизительному подсчёту около пятидесяти футов!

Подождите… нет людей? Как такое может быть?

Куда подевались люди? Несколько человек тщательно просмотрели все четыре стороны пещеры – везде земля, к тому же очень прочная горная порода! Здесь даже крысе очень трудно пролезть, не говоря уже о человеке, это просто удивительно! Три человека одновременно обменялись растерянными взглядами!

И в это время Цзюнь Мосе, уже почти скрывшийся из вида, в последнюю секунду внезапно повернулся и сверкнул свирепым взглядом, с соединёнными руками, в странной позе, с тусклым желтым светом, выходящим из его тела!

Сила земли!

«Если я не могу убить вас своими руками, значит, я вас просто заживо похороню!»

Глава 644. Горный обвал!

Три человека из Иллюзорного Океана Крови оцепенели, уставившись в одну точку, пятеро из Неуловимого Мира Бессмертных опустились один за другим, кто-то из них машинально спросил:

- Почему вокруг нет никого? Вы повсюду искали?

- Никого нет? Очень странно! Как никого нет? – мастер из Иллюзорного Океана Крови взъерошил волосы, сто раз прокрутил в голове, но до сих это было непостижимо. Казалось, что он не чесал затылок с момента достижения силы великого мастера, а сейчас снова вернулся к юношеской привычке.

Восемь человек всё простучали, перепроверили и единодушно пришли к выводу, что эта цилиндрическая полость пустая, со всех сторон плотно заполненная землей и горной породой, в стене абсолютно не имеет других ответвлений! Застывшая поверхность под ногами ещё больше свидетельствовала об этом!

- Зря старались, ха-ха, спустились на пятьдесят футов, до смерти испугались, а она оказалась пустой! – сказал кто-то, посмеявшись. - Раз уж тут никого нет, тогда нам срочно нужно подниматься! Тут кромешная тьма, я прямо чувствую, что здесь что-то не так!

- Раз уж здесь никого нет, то что нам тут делать! Тут, по меньшей мере, пятьдесят футов под землей, то ещё местечко!

Они находились в полном недоумении. Неожиданно кто-то подпрыгнул и закричал:

- Все посмотрите сюда, Боже мой!

Остальные семь человек не обратили внимания на этого парня, потому что он, чуть что, взывал к небу, все машинально засмеялись, но вдруг они одновременно испугались и закричали:

- Твою мать! Какого хрена здесь столько воды?

На поверхность земли просачивалась вода, непонятно откуда появился какой-то ручей, прохладная вода была уже не меньше, чем по лодыжки! Только сейчас все отчётливо заметили, что сухая поверхность теперь осталась только на стенах… но откуда взялась вода?

Однако сейчас не самое лучшее время для того, чтобы задумываться над этим вопросом, то, что пещера заполняется водой, означает, что она немедленно может обвалиться!

К тому же расстояние от поверхности земли не менее 50 футов! Если она обвалится…

Все восемь человек одновременно изумились и начали быстро вскакивать, цепляясь за камни, их сил хватило бы, чтобы выбраться наружу, к тому же вода наполняла пещеру не так уж и быстро, но неожиданно в этот момент стены сверху начали яростно качаться…

Восемь человек почувствовали темноту перед глазами и в глубине души закричали:

«Боже!!»

Огромные куски земли вперемешку с камнями в мгновение ока начали с грохотом падать на них! Пятьдесят футов под землей! Все восемь человек наперебой изо всех сил пытались вырваться наверх, но вдруг раздался грохот, и наступила кромешная тьма, все стены пещеры обрушились!

Все восемь мастеров величайшего класса были заживо похоронены в пещере!

Наверху Чжэнь Цибэй стоял в ожидании хороших новостей, но неожиданно почувствовал, что земля у него под ногами пришла в движение, и быстро образовались трещины. Он быстро отскочил от этого места, а потом и все, кто был рядом, помчались прочь от отверстия, в это время земля на поверхности с грохотом провалилась вниз.

В один момент земля вперемешку с камнями наглухо заблокировала проход!

Чжэнь Цибэй и Цзы Цзин Хун одновременно разразились проклятьями:

- Твою мать, кто бы мог подумать, что это была западня!

В эту минуту доброго выражения лица Чжэнь Цибэя как не бывало, оно стало свирепым и ужасным, словно у людоеда, задыхаясь от злости, он сыпал ругательствами:

- Вонючий Чу Цихун! Ты и твоя ублюжья семейка! Кто бы мог подумать, что он может придумать такой подлый приём! Будь прокляты все твои предки!

Обычно добродушный и любезный старичок сейчас орал и ругался во всю глотку, словно фурия, даже интересно, какие чувства он испытывал в этот момент?

Не знаю, насколько это было эффектное зрелище, но мастера с трёх священных земель определённо это запомнили!

Все молчали, словно языки прилипли к нёбу, глядя на почтенного седого мастера, который топал ногами и без остановки сыпал самыми грязными ругательствами. Его можно было сравнить с толстой женщиной, которая однажды в один жаркий день споткнулась и порвала себе штаны перед дверью своего дома…

Невозможно было не испугаться гнева Чжэнь Цибэя!

Он предпринял все меры предосторожности, но все равно одним махом потерял пять лучших величайших мастеров! Им не хватало всего одного шага, чтобы достичь пика своей мощи – уровня почтенный, они все были погребены заживо здесь…

Последствия невообразимы! Настолько серьёзны, чтобы даже он не мог этого себе представить!

К тому же это он выдвинул этот план, отклонив верное предложение Цзы Цзин Хуна!

Цзы Цзин Хун тоже без конца ругался с красным от гнева лицом, в душе скорбно переживая. Однако он ощущал некое смутное удовлетворение. Твою же ж бабушку! Как я мог позволить действовать по плану того старика? Ну, хотя бы моих людей только трое остались под землей, а не как у него - пятеро! По сравнению с моими людьми на два человека больше, да еще и мастера такого высочайшего уровня! Внизу не так много его людей, поэтому он испытывал радость…

Когда пещеру завалило, рот его искривился, мышцы свело, на лице было радостно-злорадное выражение, но он с сочувствием сказал:

- С самого начала не было понятно, что, придя сюда попадем в западню… Это и правда было неожиданно… Мы оба в конце концов должны примириться с утратой. Умерших невозможно воскресить… У тебя есть ещё несколько талантливейших мастеров!

Эти слова звучали как скрытое осуждение, один Будда приходит в мир, а другой отправляется на небо! Разве это разумные слова? Они просто-напросто были похоронены заживо!

Они там еще не умерли, а ты тут уже смирился с их утратой!

Разве это не проклятье?

- Быстро сюда! Давайте быстро постараемся выкопать их! – закричал Чжэнь Цибэй, подперев бока руками.

С другой стороны, Цзы Цзин Хун отдал своим людям такой же приказ.

Под землёй в другом направлении Цзюнь Мосе закрыл глаза, соединил обе руки и неожиданно хлопнул, направив их наружу, вдруг кольцо тёмно-жёлтых лучей, мелкой рябью начало исходить от его тела, распространяясь по окружности. В этом месте было трудно разглядеть что-либо невооруженным взглядом, и лучи света непрерывно исходили от тела Цзюнь Мосе…

В конце концов, лицо Цзюнь Мосе стало белым, он открыл глаза и громко прокричал, по-прежнему непрерывно излучая свет. Его тело бессильно опрокинулось назад, и он сказал:

- Быстрее! Нужно немедленно покинуть это место… Нам нельзя здесь больше оставаться!

Чу Цихун схватил его тело и, словно остриё меча, быстро устремился во тьму. Мэй Сюэ Янь неотступно следовала за ним.

Наверху мастера трёх священных земель уже начали перекапывать почву в надежде спасти людей, кто-то из мастеров поднял огромный ком земли, и вдруг все одновременно почувствовали дрожь под ногами!

Земля под ногами завибрировала, словно в танце!

На этот раз вибрация была намного сильнее, чем тогда! Даже камни на земле подскочили...

Все почувствовали, что даже стоять не могут, подняли головы, посмотрели вверх, и их лица тут же изменились, стали бледными без единой кровинки. Кто-то крикнул:

- Это горный обвал! Как здесь может быть обвал? Быстро, уходим!

Мастера Великого Золотого Города один за другим бросились бежать.

- Мы не можем уйти, мы ещё не спасли людей, никто не разрешал! – Чжэнь Цибэй почти кровью харкал, однако то, что он увидел, тотчас же заставило его замолчать.

Две вершины горы раскачивались одновременно, сначала снежные комья и камни скатывались вниз с таким грохотом, будто неслось стадо коней, - снежная лавина! Но это ещё был не конец, вдруг горная вершина начала колыхаться и раскачиваться, падая, словно пьяный человек…

Два крутых горных пика с грохотом обрушились. Один - слева, другой – справа, а в середине возник невероятной мощности импульс! Бесчисленные тысячи фунтов земли, тысячи фунтов камня слетели с вершины гор. Грандиозное могущество, словно внезапно лопнула огромная дамба!

Чжэнь Цибэй гневно прокричал:

- Бежим!

Даже звук его голоса изменился.

Около сотни мастеров в мгновение ока бросились врассыпную….

Несмотря на то, что они начали разбегаться заранее до схода лавины, однако оставалось немало тех, кто громко кричал, оказавшись погребёнными внутри… Оставалось только надеяться на силу Суань, чтобы дать отпор стихии…

Звук грохочущих оползней продолжал ещё слышаться спереди и позади. Снова взглянув на то ущелье с двумя одинаковыми горными пиками теперь можно было увидеть только ровную местность!

Первоначальные два высоких горных пика, с двух сторон обрамляющие ущелье, сейчас невероятным образом превратились в гладкую равнину…

В одно мгновение несчастный случай смог привнести такие огромные перемены!

Мастера трёх священных земель один за другим, тяжело дыша, вставали и отряхивались, глядя на эту невообразимую картину, они чувствовали озноб, и как холодный пот выступает наружу, на каждом из них не было лица! Кто сможет противостоять мощи неба и земли!

Внизу раздавались стоны, медленно приподнимались каменные глыбы… Стоит отметить, что кости у величайших мастеров очень крепкие, даже такой сильный горный обвал не сможет их так просто убить!

Лица и тела украшали сплошные фиолетовые и голубые синяки…

Вокруг тишина….

Вдруг...

- Спасти их! Вот ублюдки! Полностью потеряли бдительность, тупицы! – гневно кричал Чжэнь Цибэй. - Они внизу таким же образом борются, чтобы выжить! Куча живых потрохов! Твою мать! – закончив ругаться, он неожиданно остановился, и изо рта у него начала течь кровь! Глаза были кроваво-красными!

…

Спустя семь дней они с трудом собрали оставшихся людей, на сей раз количество людей из трёх священных земель равнялось 152, оставшихся под завалом - 17 человек: у двоих сломаны ноги, у остальных повреждения по всему телу, но не смертельные…

Хорошо, что старые кости достаточно крепкие! Сотни лет тренировок силы Суань дают о себе знать…

Наконец, когда, взявшись за лопату, они выкопали сорок футов вглубь той пещеры, они нашли тех восьмерых, они действительно до самого конца изо всех сил старались вылезти наружу, но неожиданный горный обвал не позволил им это сделать, восемь человек почти заживо были раздавлены и утрамбованы под землей, а потом задохнулись…

Глава 645. Грозить войной Серебряному городу!

Они всё-таки сумели создать себе небольшую землянку под завалом и пили грязную мутную воду, поддерживая при этом своё дыхание – в воде как минимум есть небольшое количество кислорода… Даже с силой Суань невозможно не дышать семь суток…

Когда их откопали, семеро находились буквально на последнем издыхании, они находились в коме. У каждого были множественные переломы, зрачки совсем не реагировали на свет… Последний же, судя по всему, был уже давно мёртв, мяса на его теле осталось совсем немного.

Увидев такую ужасающую картину, все скорбно опустили свои головы…

Очевидно, что под землей не было никакого продовольствия, и тот мёртвый парнишка стал для всех едой…

Несколько дней спустя им начало становиться лучше, очнувшись, они стали безостановочно рвать… Очевидно, что каждый заработал психологическую травму: они ведь ели плоть своего товарища… Как же они сейчас будут себя чувствовать?

Этот ужас будет преследовать их до самой смерти!

***

Цзюнь Мосе, вызвав этот обвал, израсходовал все свои силы. Теперь он шёл, опираясь на Чу Цихуна… Но даже так великий Чу по-прежнему был весел и доволен!

Этот обвал вызвал у него странное чувство; словно в жаркий день прыгнуть в ледяную прорубь. Увидев, что обе вершины обрушились, Чу Цихун даже забыл о страхе!

В тот момент он хотел лишь петь...

«Это так здорово. Слишком, мать вашу, здорово!

Вы, даже не разобравшись, преследовали меня и хотели убить! Ну, тогда вот вам и возмездие!»

Чу Цихуну было даже приятно помочь Цзюнь Мосе: если бы его попросили нести его на своей спине всю оставшуюся жизнь, думаю, он был бы совсем не против!

Все десять дней пути дорога была очень спокойная.

Впереди уже виднелись стены города Тяньсян.

Духовная сила Цзюнь Мосе уже давно восстановилась, но он всё также опирался на спину Чу Цихуна и ни в какую не слазил:

«Чёрт побери! Если я слезу, то даже и глазом моргнуть не успею, как этот парнишка убежит!»

Тем не менее Чу Цихун – это Чу Цихун, даже когда Цзюнь Мосе проявил свою настоящую искренность, он смог пробыть в семье Цзюнь лишь два дня, а затем просто исчез. Он, как одинокий волк, никогда не сможет где-либо надолго задержаться. Возможно, такая скитальческая и опасная жизнь – это предел его мечтаний!

«Я никогда не имел корней и привык к такой жизни, мне даже самому не хочется иметь какие-либо связи. Сегодня мы с тобой встретились, и это судьба. Но не думай, что мы встретимся вновь».

Перед уходом Чу Чихун разговаривал с Цзюнь Мосе:

- Все в этом мире убивают. Но мой дорогой друг, в глазах всего мира именно я самый опасный и страшный убийца. И этого не изменить! Мне по душе такая жизнь, по душе странствия; я не смогу осесть в одном месте. Поэтому я ухожу!

Я очень счастлив, что встретил на своём пути тебя, короля убийц! Но, к сожалению, ты никогда не сможешь стать настоящим убийцей! И, хотя по силе я тебе не равен – и это факт – но ты должен помнить, кто ты на самом деле, ты не убийца! Только я могу им называться!

Так что, я сожалею о своём отъезде!

Я знаю, что ты хочешь сказать; у меня есть ученик, который скоро к тебе придёт! Я приму его, чтобы он пришёл к тебе позже! Я верю, что ты произведёшь на него впечатление, потому что однажды он уже сражался с тобой. Я надеюсь, что ты забудешь старые обиды и будешь добр к нему; и хотя я – всё же убийца, но я ещё и наставник.

Я не обращаю внимания на ту погоню, что устроили три священные земли. Меня всегда преследовали, просто сейчас это немного опаснее! Возможно, на этот раз я едва ли смогу избежать встречи с ними, но прятаться совсем не в моём стиле! Я – король убийц, даже если я и умру, то предпочту сделать это в бою, а не от старости. Уж лучше я истеку кровью, но не поступлюсь честью, чтобы спасти свою шкуру! Думаю, ты можешь понять меня.

Если мне повезет и я не умру, во всяком случае, я возьму перерыв. Ну, а затем снова отправлюсь дрейфовать по просторам этого мира…

…

Это то, что сказал Чу Цихун. Цзюнь Мосе понял его, эти слова вызвали в нём восхищение и даже небольшую зависть.

С мечом в руке вдали, добро и зло радуют; делай всё с воодушевлением, бейся без препятствий!

В миллионах миль,

Одинокий меч против утреннего бриза;

Синее море смеется во сне,

А очнулся ты в окровавленной одежде!

Перед добром и злом следует обнажать свой меч,

Какое чувство будит в тебе жизнь и смерть!

Мягкая душа окружает мыс,

Позаботься обо мне, синее море!

Я безмятежно ухожу,

Но небо и земля остаются на месте;

Холодная луна идет следом,

Холодный ветер бьет словно палками!

Это жизнь, о которой мечтал Цзюнь Мосе, но в этом мире он не способен воплотить её в реальность, такова его судьба!

Чу Цихун совершенно прав. Хотя он и есть король убийц, ему нельзя показывать своё истинное лицо! Убийца – это давно потерянный титул, который принадлежал ему в прошлой жизни! А в этой жизни он лишь Цзюнь Мосе!

В битве с Чу Цихуном славу короля-убийцы завоевал Цзюнь Се, этого уже вполне достаточно!

Поэтому Цзюнь Мосе не стал уговаривать Чу Цихуна. Похоже, что скитания Чу Цихуна продолжаются, как и мечта Цзюнь Мосе о великом убийце!

У этого человека такая же мечта, как и у Мосе, поэтому её воплощение только порадует его!

Перед отъездом Цзюнь Мосе дал Чу Цихуну три таблетки. Затем он дал ему две бутылочки с лекарствами по собственному рецепту: первая для внутренних повреждений – даже если это будет серьёзная травма, то он сможет восстановиться за короткое время. Другая бутылочка для ножевых ран. Она оказывала просто волшебное воздействие, казалось, что даже мертвеца оживить можно.

Узнав об использовании этих лекарств, Чу Цихун долго молчал, его лицо не выражало ни капли радости, напротив, он был будто расстроен.

- Я, Чу Цихун, никогда не брал подарков, потому что слишком горд, такова моя натура! Но то, что ты мне подарил – слишком серьёзные вещи! Мне тяжело это принять и также тяжело от этого отказаться! Я тебе многим обязан: в трактире, в долине, ты всё время спасал мне жизнь; теперь ещё эти лекарства… Я действительно сейчас очень растроган! Если представится возможность, я обязан отплатить тебе за всё, но долг благодарности вернуть сложнее всего. Боюсь, что моей жизни будет для этого недостаточно! Именно поэтому я никогда не принимал подачек!

Чу Цихун ушёл, свободно и безмятежно, он даже не оглянулся.

Решительно и беззаботно.

Он, наконец, сказав последнее предложение, кивнул головой и больше не посмотрел назад!

- В день, когда ты обнажишь свой меч против Серебряного города, Великий Чу сделает то же самое! Я буду воспринимать эти дары как награду! Хотя ты так можешь и не считать, но я никогда не был никому обязан, тем более я не хочу быть обязанным тебе!

Цзюнь Мосе молчал.

Чу Цихун ушел, и Мэй Сюэ Янь тоже попрощалась с Цзюнь Мосе!

Ей нужно всё согласовать с Королевой Змей и вернуться в Тянь Фа, чтобы подготовиться к предстоящей битве!

Нужно, чтобы по возвращении Мэй Сюэ Янь, люди были готовы пойти на Серебряный город!

Если ничего не произойдёт, три священные земли обязательно вмешаются в эту битву!

Поэтому по возвращении, Мэй Сюэ Янь нужно было сосредоточить как можно больше силы! Она взяла с собой довольно много волшебных таблеток Цзюнь Мосе, так что теперь это будет совершенно новый Тянь Фа!

Былое величие Тянь Фа не за горами!

«Кто бы ни преградил мне мой путь возмездия, будет безжалостно повержен! С такой мощью я уничтожу всех!

На этот раз цель – не только возмездие, я хочу заставить Серебряный город дрожать от страха!»

Цзюнь Мосе нужно не только прикончить главу семейства Сяо, но и разрушить гору Сюэшань!

Необходимо вызвать такой ужас, чтобы весь мир содрогнулся!

***

Месть во имя семьи Цзюнь! За отца! За мать! За дядю! За брата!

К тому же необходимо избавиться от этой старой клятвы семьи Донфанг!

Серебряному городу, нет, всей Поднебесной заявляю, что это только начало для семьи Цзюнь!

Это только начало для меня – Цзюнь Мосе!

И никто не смеет встать на моем пути, абсолютно никто!

С этого момента начинается мой блистательный путь!

Уезжая, Мэй Сюэ Янь была очень печальна, напоследок она ещё раз всех легонько обняла. Глаза у Королевы Змей были красные, похоже, что она уже успела поплакать. Уходя, она на удивление даже не посмотрела в сторону Цзюнь Мосе.

То ли она побоялась посмотреть, или было что-то другое…

Возвращение Донфанг Вэн Синь принесло огромный праздник в семью Цзюнь!

Увидев виноватое лицо Цзюнь Вуя, Донфанг Вэн Синь сказала:

- Третий брат, тебе нечего стыдиться, незачем осуждать себя. Здесь абсолютно нет твоей вины. Если бы это произошло со мной и Ву Хи, тогда, боюсь, ты принял бы тяжёлую судьбу своего брата! А нам было бы сейчас также горестно… Тебе просто нужно посмотреть на всё глазами своего брата, что бы он сказал. Ты всегда был и будешь нашим самым любимым братом! Если ты действительно испытываешь какую-либо вину перед Ву Хи, тогда проживи эту жизнь достойно и гордо! Во имя своего брата!

Цзюнь Вуй, с трудом сдерживая слёзы, ушёл; этот гордый и одинокий генерал в окровавленной одежде, в тот злосчастный день, покрытый инеем, на коленях простоял перед гробами целую ночь!

И сейчас камень с его души упал!

Донфанг Вэн Синь была очень довольна Гуан Квинхан и Дугу Сяо И в качестве невесток; упорство и благородство Гуан Квинхан, её темперамент вызвал лишь восхищение. Особенно ей нравился внутренний стержень и настойчивость этой девушки, она напоминала Донфанг Вэн Синь саму себя в свои лучшие годы.

Кроме того, у Гуан Квинхан были неплохие навыки в музыке и каллиграфии, она быстро нашла общий язык с Донфанг Вэн Синь. Так что этим двум было интересно друг с другом.

Что же касается Дугу Сяо И, к этой хитрой девчонке Донфанг Вэн Синь относилась, как к своей родной дочери. Она очаровательна и мила, довольно сообразительна, её наивная невинность частенько вызывала у Вэн Синь улыбку. Вдобавок бывшая принцесса Серебряного города Хан Янь Мэн частенько навещала их, и все четверо все больше сближались.

Глава 646. Песнь о Ву Хи и Вэн Синь

После ухода Чу Цихуна, Цзюнь Мосе очень ждал встречи с его учеником. Он был очень взволнован ожиданием: после того как он попал в этот мир, он подвергся одному нападению, в тот раз, за Императорским городом удар был подобен громоподобным раскатам молнии!

После этого Мосе ничего не слышал об этом подосланном убийце, он исчез без следа, как будто его вообще не существовало в этом мире. Когда Цзюнь Мосе хотел что-нибудь разузнать о нём, он даже не знал, откуда ему начать искать информацию, у него постоянно сохранялось беспокойство в душе по этому поводу. А сейчас он узнал, что этим подосланным убийцей, оказывается, был ученик Чу Цихуна. Техника отработки движений и искусство владения мечом того паренька были крайне выдающимися, у Цзюнь Мосе появилось предчувствие: если хорошо обучить этого паренька, то его будущие успехи во много раз превзойдут достижения Чу Цихуна!

Поэтому Цзюнь Мосе с нетерпением ждал встречи с ним!

В ближайшее время нет никаких других забот, сейчас главной целью является возвращение к тренировкам; благодаря бурному возбуждению, вызванному большим количеством чудодейственных лекарств и таблеток бессмертия Цзюнь Мосе и мучительным тренировкам Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня, вся мощь чудодейственных лекарств и таблеток бессмертия приблизится к высшей степени; триста человек один за другим повышают уровень за уровнем, уже есть немало людей, достигших уровня Духа Суань; нужно только ещё продвинуться немного вперёд, и можно будет принимать три большие таблетки бессмертия Цзюнь Мосе, и снова стремительно продвинуться вперёд.

И тогда семья Цзюнь примет устрашающий вид!

Будет в полной готовности.

Фактически такой суровый и опасный метод увеличения собственной силы людей, отнюдь не является законным путём, а скорее – отчаянным шагом. Возможно, силы членов отрядов, за короткий отрезок времени, смогут увеличиться, однако когда возбуждение закончится, из-за стремительного расхода жизненных сил, люди в любое время могут умереть!

Но Цзюнь Мосе имел неисчерпаемые запасы чудодейственных лекарств и, к тому же, природное великодушие. Благодаря ему, они вовсе могут не беспокоиться о таких вещах. Всего лишь имея достаточное количество чудодейственных лекарств можно быстро исцелиться, пусть даже расходуя всю силу, нужно только несколько дней полечиться и можно восполнить потерянную энергию и силы, так что даже к большему количеству тренировок и увеличению сил все члены отряда могут постепенно привыкнуть.

Помимо относительно суровых и опасных тренировок отрядов Цзюнь Мосе, у семьи Цзюнь остальные направления и аспекты были довольно стабильны и спокойны.

В ближайшее время Цзюнь Мосе попытался хорошенько расслабиться и отдохнуть, от всей души насладиться этим спокойным временем; будет очень трудно забыть эти дни.

Потому что после начала войны будет весьма тяжело вернуться к таким спокойным и безмятежным денькам!

Все новости разлетаются подобно хлопьям снега, и одна из них гласила: местонахождение Сюэ Цзяньтан неизвестно.

Сюэ Цзяньтан (банда «Кровавый меч») – это одна из самых страшных банд убийц. Складывается такое ощущение, что однажды вечером она вдруг бесследно исчезла из этого мира. Невозможно было найти даже малейшей информации о ней.

Трудно было найти хоть какую-то информацию об этой банде. Для такой прославленной банды такая ситуация вовсе не типична! Это очень странно!

Однако Цзюнь Мосе не считал это за странность, семья Цзюнь, учитывая такой подъём силы и могущества, по отношению к врагам относится очень решительно. Тогда как в таком случае не пойти на решительные меры? Если найдутся следы Сюэ Цзяньтан, вот тогда это будет странно.

В эти дни Цзюнь Мосе часто забирался на высокое здание, и издалека долго смотрел на императорский дворец.

Он прекрасно понимал, что человек во дворце, несомненно, знает обо всём, что здесь произошло!

Сколько раз Цзюнь Мосе хотел вломиться во дворец и заставить рассказать этого человека всю правду! Но всё же Цзюнь Мосе не хотел так поступать.

И не потому что не мог… а потому что получить правду таким образом было бы слишком низко для него!

Его жизнь – это расплата за несчастья семьи Цзюнь… Этого достаточно для расплаты?

В этом мире есть столько вещей, которые намного хуже смерти… Надеюсь, за оставшуюся жизнь, ты сможешь попробовать на вкус каждую.

После любого затишья, наступает буря.

В этот день Цзюнь Мосе непринуждённо занимался своими делами, притоптывая снег ногами, он вошёл во двор Гуан Квинхан. Снег искрился и сверкал; Цзюнь Мосе был одет в светло-голубое одеяние, верхняя одежда из лисьего меха прекрасно подчёркивала его красивое лицо; алые губы, выразительные глаза, густые брови, его глаза сияли, как две звезды; он был высокого роста, прекрасный юноша с идеальной внешностью, пленяющей людей.

Он был бы ещё прекрасней, если бы не бледноватые следы между бровями от вредоносной ци…

Походка Цзюнь Мосе тоже была особенной, он не шёл, а будто плыл вдали от мирской суеты, словно попутный ветер, любуясь луной…

Во дворе, в беседке сидели четыре женщины за чаем. Увидев, как Цзюнь Мосе входит в сад, они не могли оторвать от него свои глаза. В глазах Донфанг Вэн Синь сверкнула гордость: да, мой сынок такой красавчик!

Дугу Сяо И, подпрыгнув, встала и, улыбаясь, сказала:

- Мосе, ты такой красивый!

Хан Янь Мэн повернула голову, немного посмотрела и, подчёркивая свой возраст, сказала:

- Невестка, твой сын недурён собой.

Её старшая сестра, Хан Янь Яо, была замужем за Цзюнь Вуем, и поэтому она тоже звала Донфанг Вэн Синь невесткой. Однако когда шестнадцатилетняя девчонка говорила в такой манере, стараясь казаться старше, это выглядело весьма смешно и забавно.

Одна только Гуан Квинхан продолжала сидеть с опущенной головой, нахмурив брови, как будто обдумывая что-то серьёзное; в её руках была кисть, она что-то, не отрываясь, писала, и совершенно не обратила никакого внимание на приход Цзюнь Мосе.

Подойдя к ним, Цзюнь Мосе первым делом посмотрел на лист бумаги, весь исписанный Гуан Квинхан. Оказывается, она писала музыку.

- Что это за песня? – спросил Цзюнь Мосе.

- Так как сестра Квинхан последнее время часто видится с тётушкой, она много раз слышала об истории тётушки и дядюшки. Их крепкая любовь очень растрогала её, и она поклялась, что напишет песню в память об их вечной любви и искренних чувствах. Она только что закончила и исполнила её. Послушав, мы все растрогались, но там есть пара недочётов, которые как раз она сейчас исправляет, – улыбаясь, сказала Дугу Сяо И. Она была одета в светло-жёлтую женскую рубашку, и в шубку на меху, на её обуви для танцев красовались два белоснежных круглых помпона. Со стороны она походила на куклу и казалась очень милой.

- О, а можно мне посмотреть? – Цзюнь Мосе подошёл поближе и стал рассматривать.

- Ты ещё и в музыке разбираешься? – все четыре женщины с удивлением посмотрели на него.

- Здесь нечем гордиться, – скромно сказал Цзюнь Мосе, потирая нос. Он посмотрел на ноты Гуан Квинхан, вздохнул, покачал головой и сказал:

- Не, не, не, так не пойдёт. Твоя песня слишком печальна. Отец и матушка - это доблесть и нежность, герой и красавица прекрасно дополняют друг друга, хотя им пришлось быть разлученными, их любовь вечна, и никакие преграды не смогут помешать им. Это прекрасная история о настоящей любви мужчины и женщины, которым не суждено быть вместе. Твоя песня, возможно, и может кого-то растрогать, но толком не раскрыта настоящая история. Таким трудно вызвать всеобщее признание людей, и это самое слабое место твоего произведения.

Гуан Квинхан растерянно сказала:

- Я тоже заметила это и поэтому начала вносить изменения, но чем больше я что-то меняю, тем больше теряю эту связь, мне кажется, что становится только хуже…

Цзюнь Мосе поднял голову к небу, немного подумал и сказал:

- Дай мне попробовать!

Он взял листок из рук Гуан Квинхан, сел за стол, и с задумчивым видом принялся за исправление.

Донфанг Вэн Синь невольно рассмеялась, глядя на то, как сын хвалится, и с интересом уставилась на него. Дугу Сяо И и Хан Янь Мэн тоже наблюдали за всем этим, как за смешным представлением, и ждали, когда Цзюнь Мосе опозорится и можно будет пристыдить его.

Только Гуан Квинхан знала, что Мосе разбирается в музыке, к тому же его познания далеко не низкие, и поэтому она смотрела на него с серьёзным видом.

Поначалу Цзюнь Мосе просто вдыхал и выдыхал воздух, а потом вдруг резко его рука задвигалась. Одна за другой ноты, принадлежащие этому миру, непрерывным потоком изливались на бумагу, но мелодия, которую они за собой несли, была совершенно из другого мира…

На одном дыхании! И песня готова!

Гуан Квинхан взяла песню, пробежала глазами несколько фраз, потом внезапно её глаза округлились, она снова начала всё обдумывать; некоторое время спустя она вытащила из кармана нефритовую флейту, приложила её к губам и, пристально глядя на мелодию, написанную Цзюнь Мосе, начала играть. Звук, который раздался, был грустным, нежным и глубоким; на протяжении всей песни объяснялся истинный смысл настоящей любви, сожаления и безысходности, а также бесконечная вера в эти искренние чувства…

Эта песня сладка, как сон! Каждый человек будто пережил этот туманный сон, наполненный любовью и верой!

Цзюнь Мосе молча закрыл глаза, и слегка подпевал мелодии, которую играла Гуан Квинхан, с наслаждением, как будто погружаясь в эту уже ранее знакомую ему песню. Донфанг Вэн Синь и остальные три женщины, услышав эту песню, сначала очень удивились, а потом, как будто помимо своей воли тоже погрузились в эту сладкую мелодию.

В этом мире никогда до этого не звучало такой мелодии…

Но даже прекрасная песня имеет свой конец. Когда песня закончилась, Гуан Квинхан, держа в руках флейту, изумлённо смотрела на «не разбирающегося в музыке» Цзюнь Мосе; хотя она знала, что он хорошо знаком с музыкой, она не ожидала, что результатом его творения будет вот такая замечательная песня.

- Так красиво… – Дугу Сяо И, открыв глаза, с ноткой грусти в голосе произнесла. - Я до этого никогда не слышала такой чувственной мелодии. Если бы ещё были слова, которые можно было бы петь, то тоже было бы очень красиво и мелодично.

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и, взяв кисть, написал под нотами слова песни, как на одном дыхании, а потом сказал:

- Это песня называется «Песнь о Ву Хи и Вэн Синь». А потом он раздосадовано вздохнул:

«В этом мире же, в конце концов, нет «Песни о цветах сливы в трех куплетах»!»

Все поднялись и медленно, нараспев, стали читать:

- У багровой пыли есть слепцы, одержимые любовью,

Не стоит смеяться, это слишком безумно;

Если бы не холод, прожигающий до костей,

Отчего так пахнут цветы сливы;

Спросите мир, что такое любовь,

Просто научите людей жить и умирать;

Между людьми столько бед и несчастий,

Спросите себя самого, нет ли у вас сожалений… (1)

____________

(1) Прим. пер.: Здесь игра слов – Ву Хи переводится как «Не чувствовать сожалений», а Вэн Синь – «Спросить себя самого, обратиться к голосу совести».

Глава 647. По рукам!

Дугу Сяо И не отставала от нот. Она начала напевать слова песни. Её пение сливалось с кроткими и мягкими звуками флейты и создавало отличную композицию.

Их композиция была настолько чудесна, что, когда она подошла к концу, люди захотели продолжения. Даже если бы она звучала три дня подряд, не останавливаясь ни на минуту, им бы всё равно было мало.

- Спросите мир, что такое любовь, просто научите людей жить и умирать! – у Донфанг Вэн Синь катились слезы, она прощебетала. - Что такое любовь? Любовь… Разве любовь – это то, что нас мучает?

Мосе был в восторге от этой песни:

- Спросите мир, что такое любовь,

Просто научите людей жить и умирать.

И там далеко две птички парят,

А крылья их лететь не хотят,

Вместе - счастье, расстанутся - грусть,

Словно безумные дети, и пусть.

Это словами не описать,

Над облаками будут летать,

Снежные горы таять начнут,

И их никогда нигде не найдут…

Донфанг Вэн Синь, услышав эти строки, словно сумасшедшая начала проговаривать каждое слово. Она пыталась понять смысл каждого, она замерла, её глаза наполнились слезами, время словно замедлилось… Она неожиданно повернулась и, словно обезумевшая, побежала в комнату. И из комнаты лишь доносились звуки строк, наполненные горем и страданием:

- Это словами не описать,

Над облаками будут летать,

Снежные горы таять начнут,

И их никогда нигде не найдут!

«Ву Хи! Ты оставил меня одну в этом мире! Зачем, зачем ты оставил меня страдать?»

- Мосе, твоя мама, возможно ли, что она…? – Гуан Квинхан тихим голосом спросила Цзюнь Мосе. Его голос выдавал то волнение, которым он был наполнен, и его нездоровый интерес. Почему Цзюнь Мосе заставил Вэн Синь снова пережить те тягостные воспоминания?

Мосе тяжело вздохнул:

- В последнее время мать была очень стойкой, все время улыбалась, несмотря ни на что. Наверное, она устала притворяться. Если всё время держать все эмоции в себе, то рано или поздно это выльется во что-то ещё более серьёзное, что может создать большие проблемы. Поймите, такие эмоции вырвутся наружу в любом случае, лучше позволить ей прожить всё это заново сейчас, пусть она проплачется… Зато потом ей будет гораздо легче.

Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и Хан Янь Мэн поняли, о чем он, и закивали головами. Мосе был абсолютно прав.

Воцарилась тишина, но флейта заиграла вновь, её звуки разошлись во все стороны и не прекращались.

Именно об этом и поется в песне «Ву Хи и Вэн Синь»: спроси мир, что такое любовь?

В саду неподалеку, другой одержимый любовью человек, Йе Гухан, тоже выглядел очень измождённым. Он стоял под деревом и, словно безумный, смахивал снег, что лежал на ветках деревьев. Снег падал с дерева ему на голову. Кажется, он не спал всю ночь, а, как помешанный, слушал эту песню. Рукав его одежды тоскливо болтался по ветру, лицо Йе Гухана было безрадостным, в глазах застыло глубокое отчаяние, он чувствовал себя ужасно одиноко. Он бормотал:

- Спросите мир, что такое любовь? Сюсю, как ты?

Когда Цзюнь Мосе ушёл, Гуан Квинхан и Дугу Сяо И заново запели песню. Хан Янь Мэн вышла за Цзюнь Мосе.

- Цзюнь Мосе. Племянник Мосе, ты решил, когда пойдёшь на Серебряный город? – спросила она, догнав его.

- На Серебряный город? А что там делать? – Мосе казался удивлённым. - Дорога длинная, сейчас холодно, нет смысла идти туда.

Цзюнь Мосе резало слух, когда она называла его «Племянник Мосе». Но такие правила, у его матери трое братьев, поэтому Мосе не спорил.

- Ты! – Хан Янь Сэн упрекнула его. - А как же семья Сяо… Неужели ты не хочешь отомстить?

- Как я могу не хотеть отомстить… Но теперь семья Сяо также и враг семьи Хан, то есть вашей семьи. Однако они ещё не мертвы, а вы не рискуете жизнью, чтобы убить их… В-общем, я вот к чему… Я определённо не собираюсь принимать на себя первый удар, – он немного смягчил тон. - Ты ведь тоже знаешь, насколько сильна семья Сяо. Их мощь колоссальна и, чтобы их одолеть, нужна такая же колоссальная сила. Подождём, пока ваша потасовка закончится, и незаметно уйдём, ты возьмёшь свою сестру и нас с дядей вместе с тобой. В таком положении мы и правда… бессильны.

- Но… Но тогда, Серебряный город… Он ведь… будет стёрт с лица земли! – девушка чуть не расплакалась, она сжала зубы и смотрела на Цзюнь Мосе, затем топнула ногой и едва не закричала:

- Ты… Почему ты такой жестокий?

- Я жестокий? С чего ты это взяла? – Мосе был не согласен с такой несправедливостью. - Говорят, что жестокость в отношениях — это взаимная штука, верно? Что меня связывает с твоей семьей и твоим городом? Даже если мои дяди скажут мне идти, а я всё тщательно не обдумаю, я точно никуда не пойду. Пусть даже смерть моего отца, дяди, двух братьев не на ваших руках, а на руках семьи Сяо, плевать! Можно подумать, вы не знали, что готовится их убийство? Вы, ваша семья знала, но молчаливо допустила это! И ты мне говоришь, что это я жесток?

- Мы были неправы, допустив это. Но разве сейчас у нас не один и тот же враг? Ты говоришь, что не отступишь? – Хан Янь Мэн сверкнула глазами. - Какие твои условия? Скажи мне. Если не скажешь, как я узнаю, что тебе нужно? А если скажешь, то я все пойму…

Цзюнь Мосе горько сказал:

- Не нужно меня обманывать. У меня мозги есть, да так много, что если ещё добавить, то голова взорвётся. Я уже думал о таком плане. Я пойду в Серебряный город, истреблю всю семью Сяо. Затем помогу дяде вернуть его жену, помогу также вашему городу избежать серьёзных последствий. А потом ваша семейка продолжит развивать город, все будут спокойны, рады и довольны, такой у тебя план? Вы получите всё, а что получу я? Кажется, совсем ничего, от слова «ни фига», верно? У моего дяди будет красавица-жена, а у меня даже и этого не будет. Всё это мне не на руку, но вам очень даже по душе, верно?

- Тогда… Я познакомлю тебя с несколькими девушками, что об этом думаешь? Но сможешь ли ты добиться их расположения – это твоё дело. Согласен на это? – девушка пошла на крайний шаг.

- Нет, конечно! Что это за условия такие? Моему дяде достанется дочь императора, а ко мне ты отправишь несколько служанок? Кажется, слишком большая разница, не находишь? – Цзюнь Мосе был возмущён. - Что бы ты там не говорила, их статус должен быть одинаковым. Как низко ты меня оцениваешь, если считаешь, что я могу быть со служанкой, тогда как дядя мой женится на дочери императора!

- Одинаковый статус? – Хан Янь Мэн округлила глаза, она была сбита с толку. - Но… таких больше нет…

- Как такое возможно? – Мосе нахмурил лоб. - По крайней мере ещё одна есть, это точно!

- Ещё одна? Но кто? – девчонка нахмурилась и начала усиленно думать, перебирать в голове все варианты. Она опустила голову и думала, уставившись на ноги, потом подняла голову и думала, уставившись в небо. Было видно по выражению её лица, как мучительно ей давался этот процесс. Затем она потеребила свой маленький мизинчик. Пересчитывала несколько раз всех, кто приходил в голову. Прошло, по меньшей мере, минут пять… Наконец, она уверенно сказала:

- И правда, никого больше нет. Определённо. Я несколько раз всех пересчитала!

- Правда? Уверена? – Цзюнь Мосе смотрел недовольным взглядом. - Тебе нельзя меня обманывать! От этого зависит будущее твоего города!

- Я не обманываю! И правда больше никого нет! – девчонка поклялась. - Я клянусь! Если всё-таки найдется подходящая кандидатура… если правда найдётся… тогда я…

- Тогда ты что? Свяжешь её и отправишь мне? – усмехнулся Цзюнь Мосе.

- Да! Если и правда кто-то есть, тогда я свяжу её и отправлю тебе! Ради будущего Серебряного города, я готова отдать тебе всё! Но если я так и не найду никого? – девчонка говорила решительно, она была уверена, что убедила Мосе. Она посмотрела на его самодовольное лицо и рассмеялась:

- Если никого нет, то иди уже скорее на Серебряный город и помоги нам подавить мятежников!

- Хорошо. Сказано – сделано! Если в вашем городе найдётся кто-то по статусу равный твоей сестре, то ты связываешь её и отправляешь ко мне, и она станет моей женой. А если нет, тогда я сделаю для вас доброе дело, истребив всю семью Сяо! – Цзюнь Мосе сказал очень серьёзно. – Решено, по рукам! Пути назад больше нет! Ну, ты решаешься пойти на эту сделку?

- А чего тут решаться? – рассмеялась девчонка. - Разве ты лучше меня можешь знать, кто есть в Серебряном городе? Если я сказала нет, значит нет! По рукам! Немедля! Дядюшка Му говорил, что ты очень хитёр… Но мне кажется, ты очень глуп. Сказано нет — значит, нет, и ещё раз нет. Вот так везунчик! Пойду расскажу эти прекрасные новости дядюшке Му!

Девчонка, боясь, что Мосе передумает, поспешила протянуть ему свою нежную ручку. Ручка оказалась перед лицом Мосе, ей явно не терпелось заключить такую выгодную сделку! Но при этом она старалась сохранять хладнокровие, хотя скрыть радость в своих глазах она не могла.

Ахах, какая большая выгода!

- Подходящая кандидатура сразу же станет моей женой? Не передумала? – Цзюнь Мосе не верил строгому виду Хан Янь Мэн, он сказал тихо, но при этом свирепо. - Эта девушка верна своему слову! Если есть подходящая, она станет моей женой! Ты сама этому свидетель! Ошибок никаких в моих словах нет! Ну всё, нечего медлить! Скорее! Пожмём руки!

- Стой! Мне нужно ещё подумать! – Цзюнь Мосе только протянул руку и забрал её обратно. Недоверчиво посмотрел на Хан Янь Мэн.

- Почему мне кажется, что это какая-то ловушка? Я чувствую запах заговора… И если ты меня обманешь, разве я не потеряю своё достоинство?

Девчонка прямо-таки психанула! Она оскалила зубы и злобно произнесла:

- Ты думаешь, что я не держу своего слова? Я? Пфф! Говорю тебе, я – Хан Янь Мэн, всегда выполняю свои обещания! Я ещё никогда никого не обманывала! Моя репутация чиста! Я клянусь честью великого Серебряного города! Если не сдержу слово, или что-то заставит меня не выполнить своё обещание, то тогда я… Тогда я… Я разденусь догола и обойду так весь город Тяньсян!

- Договорились! – у Цзюнь Мосе глаза заблестели.

- Договорились! Я сдержу свое слово! – Хан Янь Мэн уже сгорала от нетерпения. - Давай уже, по рукам! Немедля!

Глава 648. Убийца Лэн Ао

Цзюнь Мосе только поднял руку, как Хан Янь Мэн тут же очень быстро пожала её, и расхохоталась, словно кошка, стащившая кусок мяса. Она начала строить ему глазки с самодовольным видом:

- Вот и всё! – девчонка, хохоча, объявила, - сообщаю тебе, что ты проиграл!

- Как такое возможно? – Цзюнь Мосе недоумевающим взглядом смотрел на эту уже смакующую победу девчонку. Затем сказал утвердительно:

- Я не мог проиграть!

- Говоришь, не мог проиграть? Ха-ха, та, что нужна тебе, её не существует! Тётка преподала племяннику хороший урок! Сегодня удача не на твоей стороне. «Той самой», о ком ты говорил, её нет, не существует. Теперь понял?! – девчонка хохотала во весь голос.

- Да как же нет? Та, что нужна мне, существует, невозможно, чтобы её не было. Потому что я убеждён, что в Серебряном городе есть целых две принцессы, верно? – Цзюнь Мосе коварно усмехнулся. - Кроме твоей сестры, разве не ты ли «та самая», а тётушка Хан? Разве я ошибся? Или на самом деле ты парень, а не девушка?

- Что значит… Я парень?! А?! А? Что ты говоришь вообще? Я? Я.. я..?!!! – Хан Янь Мэн раскрыла рот в попытках что-то сказать, но потеряла дар речи. Ей пришлось прибегнуть к помощи собственной руки, чтобы закрыть рот. Лицо, которое только что сияло от радости, вдруг стало мрачным… Она была в полной растерянности!

Она перебирала в голове всех, но про себя совсем забыла, или, правильней сказать, она даже и не думала, что она тоже может быть в этом списке…

- Тётушка Хан, теперь ты понимаешь, о какой подходящей кандидатуре я говорил? А сейчас позволь попросить тебя связать мою будущую жену и отправить ко мне в комнату, – сказал Цзюнь Мосе строгим голосом и добавил: - Теперь это дело чести Серебряного города! Надеюсь, тётушка как можно скорее выполнит обещанное, ведь тётушка – человек слова!

Хан Янь Мэн всю затрясло, выражение её глаз постоянно сменялось с одного на другое, её лицо покраснело, она уставилась в небо. Вдруг она схватилась за живот и, голосом, полным горечью, сказала:

- Ой… Что-то живот у меня заболел, лучше бы мне пойти отдохнуть… Ой… Как же болит…

Согнувшись пополам, она направилась к выходу.

- Тётушка Хан, ничего страшного! Боль пройдёт! Ты, главное, не забудь, что ты теперь – моя жена. Я не могу дождаться… Ухахаха… того момента, когда увижу тебя связанной… – уже уходящая Хан Янь Мэн закрыла уши и быстро умчалась оттуда…

«Эта малявка думала, что может тягаться со мной на равных! Как же хорошо быть мудрым человеком. Но когда ты такая малявка, твою несдержанность невозможно обуздать!» – Цзюнь Мосе наслаждался своей победой. Это вызвало в нем подъём духа:

«В следующий раз девчонка будет знать свое место! Ха-ха-ха, как же долго я сдерживал свою злость, наконец-то выпустил все наружу…»

- Ха-ха-ха… – Цзюнь Вуй смеялся так, что аж схватился за живот, и всё лицо его перекосило. Всё то время он с трудом сдерживал смех и, наконец, дал себе волю. Он поднял большой палец вверх:

- Мосе! Ты крут! Эта девчонка купилась! Вот мой тебе поклон. Какой же ты все-таки, наглый…

Мосе потёр нос и рассмеялся:

- Дядя, а разве у меня был другой выбор? Эта девчонка все последние дни пыталась казаться взрослой передо мной, всё «племянником» меня звала. Что мне ещё оставалось? Достала хуже пареной редьки… Думаю, теперь, хотя бы на короткое время, она будет вести себя поскромнее.

- Боюсь, это не ограничится коротким промежутком времени, – смеялся Цзюнь Вуй. - Я думаю, девчонка теперь при тебе и головы не сможет поднять! И в глаза тебе никогда не посмотрит! Да, Мосе, ты, конечно, ещё мальчишка совсем… Неужели у тебя и правда на неё такие планы?

- Да боже упаси! – Цзюнь Мосе повертел головой из стороны в сторону. - Пощади меня, дядя! Не нужно мне такое сватовство и жена мне такая и даром не нужна. У меня тут и так достаточно…

- Ха-ха… – Цзюнь Вуй многозначительно посмеялся и напомнил, - вы на самом деле далеко не равны друг другу, да и разница в возрасте у вас огромная, почему ты считал её за «подходящую» тебе…?

Сказав это, он ушёл как ни в чем не бывало.

- Я и сказать ничего не успел, а «тётушка» уже придумала себе «план побега»… Ещё раз говорю, может, её наставник её в жены и возьмёт… Какая ещё разница в возрасте… – Цзюнь Мосе сказал это шепотом, как бы нерешительно.

Неожиданно доложили о прибытии одного человека:

- Господин, там человек просит с вами аудиенции, он сказал, что его наставник попросил его прийти к вам.

- Пусть заходит! – не раздумывая, решил Цзюнь Мосе.

- Господин Цзюнь, – перед Цзюнь Мосе появился молодой человек. Ему было максимум 25 лет, худощавого телосложения, невысокого роста. Цзюнь Мосе предположил, что рост у него примерно метр и 60 сантиметров. Однако телосложения он был странного!

- Как зовут? Это ты пытался меня убить? Ты – ученик Чу Цихуна? – Цзюнь Мосе стал вплотную рассматривать молодого человека, тот будто стеснялся. Он был слегка простодушен, и глаза у него было будто неживые.

- Верно! – выпятив грудь, сказал молодой человек. - Меня зовут Лэн Ао!

- Лэн Ао… Хорошее имя, – усмехнулся Цзюнь Мосе, он наклонился вперёд и посмотрел на него холодным взглядом. Словно заряд электричества огромной силы прошёл между ними, и затем он прервался звуком «Бам!». Этого никто не ожидал.

Прилив ледяного холода окутал их, словно в воздухе появились души умерших со своими мечами. Несколько охранников, стоявших у дверей, почувствовали странное дыхание, и в растерянности упали на задницы, их лица побледнели.

В глазах Лэн Ао промелькнул страх, он изменился в лице. Изо всех сил юноша сопротивлялся силе Цзюнь Мосе, он старался не уступать, но ему это не удавалось!

В одно мгновение, лишь в одно мгновение всё его тело, его душа – всё было поглощено невиданной силой, оно заледенело.

- Ещё раз. Кто послал тебя убить меня? – спросил Цзюнь Мосе, чётко проговаривая каждое слово.

В ответ тишина.

Лэн Ао был упрям, он поднял голову и холодно посмотрел на Мосе, но рта не открывал. Он прикусил язык в надежде, что это поможет ему сохранить трезвость ума. Из его рта начала сочиться кровь. Лэн Ао чувствовал, что ему с трудом удается контролировать свои мысли, с каждой секундой его разум затуманивался, словно он летел в бездну…

- Хаха, а он смелый! – рассмеялся вдруг Цзюнь Мосе, и ледяной холод, который окутывал всё пространство, вдруг развеялся. – Ты достоин называться учеником Чу Цихуна! Тебе ещё есть, чему учиться, но выдержкой ты овладел на все сто!

Лэн Ао, тяжело дыша, медленно проговорил:

- Не спрашивай меня… Хоть я и пришёл к тебе, но я лишь выполняю указ моего наставника. А я не мог не выполнить его приказ. Убийцы никогда не называют имя заказчика, таковы правила. И ничто не заставит меня их нарушить.

- Я не буду больше спрашивать тебя, – холодно рассмеялся Цзюнь Мосе. - У меня сейчас много врагов, и все хотят меня убить. Но после такого они не достойны называться моими врагами. Но это уже не имеет значения. Отныне единственное, что мне нужно от тебя – это повиновение и преданность, – не дав парню раскрыть рта, Мосе продолжил. - Я могу дать тебе то, чего ты хотел, но так и не получил. Также могу сделать так, что твой наставник больше не сможет давать тебе указаний. Ещё я поспособствую тому, чтобы твоя сила стремительно выросла. Но если ты не сможешь дать мне того, что мне нужно, тогда будем считать, что ты – лишь ученик Чу Цихуна, и мне ты даром не сдался! Понял?

- Понял! – на лице Лэна Ао проступил пот. Человек, стоявший перед ним, предлагает ему гораздо больше, чем его собственный наставник, Чу Цихун! Наверное, Цихун не мог воспитать настоящего великого убийцу! Будучи главным последователем Чу Цихуна, Лэн Ао сам понимал, что к чему.

Неудивительно, что наставник сказал:

- Никогда не следует подвергать сомнению мастерство своего наставника, но его мастерство не предел совершенства. Если ты поймёшь это, то сможешь увидеть, кто среди убийц настоящий король!

Неужели, тот король убийц, о котором говорил наставник, стоит сейчас перед ним?

- Отлично! Даю тебе пять дней. За это время ты должен найти убийц Лю Юня и Тянь Цханя, а затем привести их ко мне. Если у тебя это получится, то я оставлю тебя у себя! И дам тебе всё, чего ты так страстно желаешь. Но если у тебя не получится, то… ты отправишься скитаться к себе в Цзянху.

Он посмотрел в счастливые глаза Лэна Ао, и повторил очень чётко:

- Ученик Чу Цихуна, ты сможешь выполнить то, что я тебе сказал?

- Смогу! У меня определённо получится выполнить это задание! – Лэн Ао знал, что его отправляют на испытание, но он думал:

«Не смогу? Да я же тогда опозорю своего наставника!»

- Ты очень быстр, однако не настолько быстр, как твой наставник. Скорость твоего наставника настолько велика, что о ней многие лишь мечтают! Но ты уже близок к нему… Как у тебя это получилось? – Цзюнь Мосе вопросительно посмотрел на него.

- Сам не знаю. Не прошло и года, как учитель подобрал меня и передал мне силу Суань, приказав, чтобы я обращал особое внимание на скорость при обучении, – очевидно, что Лэн Ао сам не знал, что к чему.

- Хмм, – Цзюнь Мосе встал, положил руку на его плечо и почувствовал, что в его теле блуждает удивительная сила. У него сверкнули глаза, он вымолвил:

- Так вот оно как! Старик Чу с умом подходит к выбору учеников и к каждому находит индивидуальный подход!

Лэн Ао замер, он совсем не понимал, о чем говорил мастер Цзюнь.

Цзюнь Мосе поднял голову, тяжело вздохнул и помахал ему рукой:

- Тебе пора. Не забудь, у тебя есть всего пять дней!

- Так точно! – Лэн Ао развернулся и вышел оттуда стремительными шагами.

Глава 649. Разрешите поздравить вас, хозяйка!

Цзюнь Мосе смотрел ему вслед. Вопрос, который так долго мучил его, был, наконец-то, раскрыт. Однако почему он обладает такой высокой скоростью, что даже мне вначале было трудно уклониться от неё? Если попробовать увеличить Суань, то можно будет добиться ещё больше скорости, превзойти скорость пика Духа Суань!

Оказывается, вот оно что!

Всё дело в неповторимом лезвии!

Или даже следует сказать, в его уникальной «пластичности»; у этого парня целых две связки, поддерживающие скорость бега! Это редкий природный дар! Благодаря этой, полученной им с рождения удивительной способности, он может быть намного быстрее обычных людей! Если пройти специальную подготовку, то можно увеличить скорость до таких небывалых размеров, что все люди лишатся дара речи!

Неудивительно, что Чу Цихун из-за его скоростных способностей уделил большое внимание именно скоростным тренировкам; хотя его решение было обоснованным, и выбранный метод тренировок вполне соответствовал требованиям, но всё равно нельзя сказать, что он полностью лишён недостатков!

Поэтому пусть даже уровень достижений на данный момент далеко не низок, но, тем не менее, существуют свои пределы дозволенного. Самое большее – это можно достигнуть уровня Чу Цихуна, то есть в будущих перспективах реально добиться высот не хуже своего учителя. Но Цзюнь Мосе, учитывая такие способности, может помочь ему достичь гораздо большего уровня, самого высокого уровня!

Скоростного максимума! Предела скорости!

На данный момент единственный вопрос, который интересовал Цзюнь Мосе, это был вопрос «Стоит ли он моих усилий? Должен ли я обучать его своему мастерству?»

***

Мэй Сюэ Янь и Королева змей быстро мчались вперед, их скорость была удивительно высокой, к тому же на их пути не возникало никаких препятствий. Всего несколько дней в пути, и они доберутся до южной части леса Тянь Фа!

Мастера из священных земель сейчас залечивают свои раны в горах и вряд ли решатся напасть на них!

Обвал, который устроил Цзюнь Мосе, принёс им большие неприятности, к тому же они уже долгие месяцы находятся без должного отдыха, им будет очень трудно восстановить силы…

Однако только прибыв в лес Тянь Фа, Мэй Сюэ Янь внезапно пришла в ярость.

Лес Тянь Фа уже больше не выглядел таким мрачным, как в былые времена, повсюду развевались цветные ленты, и совершенно неизвестно откуда они все взялись; начиная с середины леса, почти каждое дерево было обвязано разноцветными лентами, и они, словно полоски радуги, колыхались на ветру, на макушке каждого старинного дерева красовались красные куски ткани, тихо завывал холодный зимний ветер, и они развевались вместе с ним.

Взглянув на землю, Мэй Сюэ Янь снова испугалась! На поясе у каждого священного животного выше пятого ранга был повязан пояс из красной ткани. Один за другим, взяв с собой красный пояс, они шли в заросли колючего кустарника, и бегали туда-сюда, пока в одну прекрасную минуту у них не получались тонкие шёлковые нити…

Если говорить о священных животных высших рангов, с ними было всё намного серьёзнее… в особенности, с животными выше восьмого и девятого рангов: они шли по дороге, подняв передние лапы, держа высоко голову и выпятив вперед грудь, виляя пушистой задницей, с подвязанными красными поясами; при этом они шли с очень серьёзным видом, это можно было назвать даже гордостью…

Мэй Сюэ Янь и Королева змей сосредоточенно смотрели вдаль, дожидаясь появления Короля медведей, Короля журавлей и других звериных Королей.

Шесть великих Королей зверей, выстроившись в ряд, гордо и величаво, в соответствующей им царственной манере, приближались навстречу. Их манера держаться просто поражала своей величественностью; у Мэй Сюэ Янь и Королевы змей складывалось ощущение, что перед ними появлялись шестеро прекрасных принцев!

Из-за того, что все шесть Королей зверей были одеты в красные одежды, а их головы были украшены цветами, вся дорога, по которой они шли, светилась красным блеском, светившим в глаза. Их лица были полны радостного волнения, восторг переполнял их с головы до ног. Украдкой оглядев Мэй Сюэ Янь, они поспешили принять почтительную позу и смирно встали.

- В лесу Тянь Фа недавно случилось какое-то радостное событие? Или, может, у кого-то неожиданно состоялась свадьба? – Мэй Сюэ Янь нахмурила брови, и с недоверием посмотрела на Королей, стоящих перед ней. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что их сила прилично увеличилась. Сравнивая с человеческими стандартами, можно было сказать, что каждый из них обладает силой величайшего мастера! К тому же, наивысшего уровня!

Ещё немного и можно достичь ранга Почтенного!

Это прогресс просто удивителен! Даже трудно поверить в такое!

Таблетки Цзюнь Мосе и правда творят чудеса! Их эффект поразителен!

- Кхэ-кхэ! Наша Владыка вернулась, разве это не отличный повод для радости? – закашлялся Король медведей, с лицом, сгорающим от нетерпения похвастаться собственными заслугами, но через силу пресекающим это желание. Он почтенно согнулся в поклоне:

- Владыка, прошу, пройдёмте во дворец!

Дворец! Кто бы мог подумать, что из медвежьих уст выйдут такие сложные и умные слова! У Мэй Сюэ Янь даже закружилась голова, она никак не ожидала услышать подобную фразу. С каких вообще пор этот парень научился так умно выражаться?

В окружении пышной свиты, состоящей из шести Королей зверей, Мэй Сюэ Янь добралась до центральной зоны леса Тянь Фа; здесь, изначально находилось её жилище, тихое уединённое местечко, у подножья гор, рядом с водой, самое любимое место Мэй Сюэ Янь во всём лесу… Именно в этом месте в прошлый раз она подверглась домогательствам некоего человека…

Но то, что она увидела на том месте, мягко говоря, повергло её в ужас: все деревья вокруг были вырублены начисто, остался только маленький кружок, служивший в качестве заслона; квадратный участок размером в несколько сотен квадратных футов стал совершенно пустым, на нём даже травы не было видно.

Внутри уже было начато большое строительство, был вырыт перекрёстный ров, огромное количество священных животных высшего ранга, обливаясь потом, были заняты работой там. Несмотря на усталость, они с воодушевлением продолжали свою нелёгкую работу! Как будто работа там являлась для них делом всей жизни! Для них работать там было большой честью!

- Это что ещё такое? – Мэй Сюэ Янь резко изменилась в лице, она повернулась и злобно посмотрела на Короля медведей и Короля журавлей. - Если вы двое быстро не дадите мне логического объяснения всему происходящему, то я вас убью!

Мэй Сюэ Янь была весьма разгневана, глаза её были полны безумия и свирепости!

Шесть Королей зверей одновременно вздрогнули!

Немного погодя Король львов с нахальным видом подошёл и сказал:

- Владыка, это в честь радостного события… Ха-ха… Это всё для вас. Мы с братьями решили сделать для вас сюрприз… Вы недовольны?

- Сюрприз? Для меня сюрприз? Это ещё чьего недалекого ума идея? Сотворили в моём жилище такой беспорядок и ещё смеют говорить, что это ради меня! Довольно ли я? Да с какого чёрта я должна быть довольна? – Мэй Сюэ Янь пнула воздух и злобно посмотрела на Короля журавлей.

- Журавль, давай ты говори!

- Э… Сестра Мэй, на самом деле здесь нет ничего страшного; не надо это принимать так близко к сердцу… Хотя так получилось… Некоторые люди могут не понимать этого… Но мы, братья леса Тянь Фа, всегда будем поддерживать вас, относится к вам с уважением и любовью! Мы надеемся, сестра Мэй… это самое… с широко раскрытыми объятьями, смело отправьтесь навстречу своему счастью! Блин… Я сам не знаю, что я несу… – Король журавлей начал нести откровенную чушь.

Мэй Сюэ Янь очень хотела понять, что говорил этот парень, что, в конце концов, он имел в виду, но чем больше она слушала, тем больше ничего не понимала.

- Просто, сестра Мэй, что не так случилось со священными животными? Мы же самая многочисленная мощная группа! С какого перепуга мы ещё должны бояться каких-то болтунов? Просто делайте то, что должны делать! Можете быть спокойны, кто ещё раз осмелится сказать хоть слово, я немедленно возьму братьев, и мы отправимся убивать его! – Король орлов, обуреваемый жаждой крови, возмущаясь, чуть ли не вопил на весь лес.

- Да! Просто! С широко раскрытыми объятьями, смело отправьтесь навстречу своему счастью! – все Короли, один за другим, повторили.

- Просто что? Да что, в конце концов, произошло? Я не понимаю, что вы вообще несёте! – Мэй Сюэ Янь схватилась за голову и измученным голосом произнесла. - А может, пожалуйста… Хоть кто-нибудь с мозгами мне нормально объяснить, что тут происходит, а?

- Владыка, значит, так! – Король обезьян тоже не остался в стороне. Он подпрыгнул ближе и сказал. - Услышав о свадьбе нашей Владыки, мы сразу же решили…

- Стоп! Погоди! – Мэй Сюэ Янь наконец-то поняла. - Свадьба? Какая ещё такая свадьба? У меня свадьба?

Король журавлей, Король львов, Король обезьян, Король орлов, все четверо в одно мгновение очень насторожились, их лица приняли странное выражение. Король медведей и Король тигров тихонько закопошились.

- Владыка… Ха-ха… Да вы не принимайте близко к сердцу… На самом деле мы понимаем, вам может быть стыдно говорить об этом… – Король обезьян немного опешил, а потом поспешил успокоить Мэй Сюэ Янь.

- Что?! Стыдно? С чего вдруг мне должно быть стыдно? – Мэй Сюэ Янь уже кипела от злости. - Вы что это такое говорите!!!

Очевидно, Почтенная Мэй уже находилась в таком состоянии, что в любой момент могла взорваться от злости, она была на грани сумасшествия.

- Это не только касается вас и вашего мужа… – Король обезьян растянул рот в улыбке и шёпотом сказал это. А потом, набравшись смелости, продолжил:

- Владыка, мы все очень рады, что вы нашли своё счастье, но мы с братьями не успели на празднование вашей свадьбы, и… Ха-ха-ха… Решили взять инициативу на себя и отпраздновать здесь, в лесу Тянь Фа, а ещё… Например, вот здесь, мы подготавливаем место для вашего с мужем дворца; раз уж вы вышли замуж, то, разумеется, должны жить вместе, так ведь? Ха-ха! В той вот стороне мы решили засадить всё травой, чтобы, когда появится ребёнок, он смог там играть на мягкой травке, для него это будет безопасно и удобно…

- Вышла замуж? Появится ребёнок? Тааак! – лицо Мэй Сюэ Янь постепенно чернело от злости, злоба распространялась по её телу. Она повернула лицо, её взгляд был подобен острому холодному мечу:

- Брат Журавль, потрудись-ка объяснить, что тут происходит!

Король журавлей сначала несколько раз проговорил про себя объяснения, и только потом, с трудом набравшись смелости, открыл рот:

- Поскольку Владыка решила тайком выйти замуж, очевидно, она не хотела, чтобы мы знали… Однако мы столько лет прожили вместе, давно уже не чужие друг другу люди, а настоящая семья. Мы желаем для Владыки только лучшего; после того, брат медведь и брат тигр привезли новости о вашей свадьбе, мы все посовещались и решили устроить празднество в вашу честь в нашем лесу Тянь Фа. Кстати, возвращаясь к этому вопросу: вы ещё столько денежных чеков дали брату медведю, или он их спёр? Ха-ха-ха-ха-ха!

Глава 650. Гнев Мэй Сюэ Янь

После сказанных слов, он рассмеялся. Он считал, что в том, что он сказал, нет ничего не подобающего, однако на лицо Мэй Сюэ Янь с каждой секундой было всё страшнее смотреть. Над ней словно нависли тучи, и в любой момент мог разразиться гром. Хорошо, что Король журавлей это предвидел и вовремя замолчал. В глубине души он думал:

«Неужели до сих пор непонятно?»

- Король медведей, Король тигров… Вам так весело… Должно быть, вы считаете, что сделали хорошее дело… Ха-ха-ха… – взволнованно произнесла Мэй Сюэ Янь. Опасным было бы переборщить с выражением своих чувств. Нахмурив брови, она произнесла:

- Я уже вышла замуж, да? И за кого же, позвольте спросить?!

- Аааа, эээ… ну… то есть… – Король медведей и Король тигров потеряли дар речи. Можно было даже заметить, как их мохнатые морды покраснели.

- Что вы тут акаете и экаете? Так за кого я вышла замуж? И когда? – Мэй Сюэ Янь медленно приближалась к ним, перейдя на крик. – Король тигров! Король медведей! Поднимите же свои головы и посмотрите на меня!

Король медведей весь трясся, из него словно выжали всю храбрость.

Король журавлей резко подскочил и странно заорал:

- Брат медведь! Так ты… Новости, что ты принес нам… Это всё неправда? Сестра не вышла замуж? У тебя совсем мозги отсохли? Откуда ты столько смелости набрался? Смерти захотел?

- Ну… ээээ… Рано или поздно они всё равно поженятся… – Большой Медведь тихонько вздохнул. Сказав это небольшое предложение, он опустил веки.

- Ты… Как тебе не стыдно? Ты спровоцировал меня на то, чтобы очернить имя Владыки… А в итоге оказалось, что ты поднял шум из ничего! Ты всё ещё не понимаешь своей вины? Всё ещё собираешься защищаться? – Длинный Журавль был в ярости. Ведь Большой Медведь лишь принёс те вести, но всё остальное организовал он сам…

Как тут можно было сохранять спокойствие?

- Ты ещё смеешь рот раскрывать при мне? Молчать! – Мэй Сюэ Янь злостно повернула голову, посмотрев на Короля журавлей. - Ещё одно слово, и я тебе голову сверну!

Длинного Журавля трясло, он тут же закрыл рот и больше не осмеливался произнести ни слова.

- Сестра… Это ваш муж заставил нас всё это сделать… – Король медведей, в конце концов, не выдержал этого огромного давления, нависшего над ним. Следующие слова он произнес уже, едва не плача:

- Сестра… я предан вам всем сердцем…

- Ааааа… – набрав в рот побольше воздуха, она спросила, - это Цзюнь Мосе велел вам?

После этого вопроса, все изменились в лицах:

- Так вы не отрицаете? Почему при упоминании «вашего мужа», вы заговорили о Цзюнь Мосе?

- Да… Да, да, да! – Король медведей немного расслабился и постарался сказать как можно быстрее, - сестра, мы всё это делали ради вашего блага, ваш муж – хороший человек, вы…

Мей Сюэ Янь набрала полную грудь воздуха, её лицо побледнело, она прикрыла глаза, а потом вдруг резко открыла, и в них сверкнула молния:

- Да мне всех вас стоит прибить, вы… Куча идиотов! Смерти моей хотите… Пока вас носом не ткнёшь, вы и не поймете ничего!

Мэй Сюэ Янь уже прямо-таки взрывалась от такого абсурда!

Её тело было словно пронизано электричеством. Она была готова избить их всех…

Стоит ей это сделать, как в лесу Тянь Фа пыль поднимется до небес!

Мэй Сюэ Янь собралась избить эту кучку зверей, и для неё это не составит труда. Хоть за всё то время, что её не было, их сила очень возросла, но до Мэй Сюэ Янь им всё ещё было далеко. А даже если бы их силы были равны, они просто-напросто не осмелились бы поднять на неё свои лапы.

Длинный Журавль потратил все свои умственные силы на организацию постройки этого необъятного пространства, и оно стало площадкой для принятия ими наказания. Один за другим они подскакивали в небо, как резиновые мячи, а затем приземлялись. Каждый раз, подлетая от удара, они вопили от ужаса. Крики их были душераздирающими, раз за разом они орали всё громче и громче…

Но, несмотря на все эти вопли, звери словно сбросили тяжкое бремя! В этот раз, хоть лицо её и было наполнено гневом, серьёзные травмы она им не наносила, им не было слишком больно.

Да и тем более, это всего лишь боль, она била их так, что сильных повреждений у них не было. Владыка знала меру. Звери ничуть не пострадали, хоть и готовились они к более жестокому наказанию. У этих зверей был толстый слой мяса, и такое наказание для них сущие пустяки.

Да с таким слоем мяса, это наказание и за наказание-то считать нельзя. Вот если бы им порвали кожу, тогда было бы действительно больно. Да они, когда тренируются вместе, наносят друг другу более опасные удары!

Поэтому звери орали как резаные. Для этого им пришлось приложить достаточно усилий, чтобы было похоже на то, как будто они подвергаются самому жестокому наказанию.

- Аааа! – очень выразительно кричал Большой Медведь. Пока его пинали, он успевал подмигивать. Он крикнул душераздирающе:

- Ой-ёй, сестра, какие сильные у тебя ноги, ты мне так все кости переломаешь…

- Ой… да… – Король тигров произнёс умирающим голосом. Его лицо чуть не разорвалось на части. Прикрывая задницу, он крикнул:

- Скоро от моей жопы ничего не останется…

Все презрительно отнеслись к этим словам. Чего он там хвастается, у него жопы-то никогда и не было.

- Ой-ёй… – Король львов, схватившись за голову, отлетел от удара и завопил:

- Какая сильная ты, сестра, скоро все ноги мне переломаешь…

Его крики тоже всех смутили: если боишься, что ноги переломают, какого чёрта за голову-то держишься? Актёрского таланта в тебе вообще нет!

- Ах… – опрокинувшись через сальто, прокричал король обезьян, - какой свирепый у сестры удар, я уже десять сальто сделал…

- Как же больно! Ой, как больно!

Орали все звери так, что их крик пронзал небо и землю, он отлетал на тысячи километров.

- Пощади, сестра! – кричали они все вместе. Их просьбы о пощаде звучали неубедительно. Должно быть, они притворялись…

Мэй Сюэ Янь очень рассердилась. Глубоко внутри ей было стыдно. Однако она не могла показать всем её робкого расположения духа. Гнев был лишь предлогом для её действий. Этим она пыталась скрыть свои настоящие чувства. Поэтому она не использовала всю свою силу, наказывая их.

Но она никак не ожидала, что эти ребята окажутся такими сильными. Она уже нисколько не злилась. Может, хватит тогда вам представление разыгрывать?

Эти глупцы даже играть хорошо не умеют, один другого «лучше». С каждым разом их крики становились всё радостней. Они уже кричали не из-за ударов, а дабы посмотреть, кто кого перекричит…

Да стоит только на лица их взглянуть, от изначального выражения страха уже ничего не осталось. Сейчас на их лицах видна была одна лишь улыбка, они просто сияли от радости, языки друг другу показывали…

Это их так наказывают или они Новый Год празднуют?

Теперь Мэй Сюэ Янь действительно было стыдно. Щёки её окрасились в красный. Она решила прикрыть это смущение вспышкой гнева! Она начала их бить с гораздо большей силой…

- Ой… ай… Мать моя… Спасите… Пощадите!

Их крики отдавались эхом… Наверное, их слышали все люди на земле. Они орали очень громко, но им не было больно ни капли. Они по очереди корчили рожи, только взглянув на них сразу можно понять, откуда на самом деле произрастает их «боль»…

Но вдруг вслед за своими криками, они почувствовали реальную боль… Они были в недоумении:

«Это что ещё такое? Почему всё вдруг изменилось? Неужели все наши крики были неубедительными?»

Конечно, их актёрская игра была никудышной. Один не доигрывал, другой переигрывал…

Бам-бам-бах…

Удар за ударом приходились по их лицам. За короткое время самый сильный представитель леса Тянь Фа избил их так, что их носы стали синими, и лица опухли. Длинный нос Короля журавлей стал гораздо короче. Большой Медведь из Короля медведей превратился в короля панд. Король тигров свернулся в позу младенца, он был действительно похож на новорожденного, у которого ещё даже шерсть не выросла. Он схватился за свой хвост и приземлился, в глазах у него всё кружилось… Теперь он был больше похож на кошечку, чем на тигра…

Король львов продолжал подлетать в воздух, словно резиновый мяч. И в этот раз совсем не по своей воле. В его голове всё грохотало без перерыва, он только пытался подняться, как тут же сильный удар пришелся по его морде. Он зашатался, вокруг него летали звездочки. Теперь он был похож скорее на короля дураков…

Нос Короля орлов стал, как у пекинеса…

Изначально радостная рожа Королевы змей стала бледной и задрожала. Она уже забыла о том, как недавно радостно кричала…

Боже мой! Как же сильно разозлилась Владыка…

В итоге Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула и, приняв странную, но при этом изящную позу, опустилась на землю. Холодным взглядом окинула хаотично разбросанных по земле Королей зверей и крикнула:

- Ну как вам? Весело? Довольны? Чего не кричите? Куда ваши силы подевались?!

- Довольны! Очень довольны… - Большой медведь, Король медведей хотел было расплакаться, да не мог, он опустил голову, словно курица, клюющая зёрнышки.

- Кости все на месте? Говорите! Ещё будете безобразничать? – на лице Мэй Сюэ Янь проступил почти незаметный румянец.

- Не будем, не будем, – все шесть Королей кивнули в раз своими головами, Король тигров выбрался из ямы и принял человеческий облик, но страх на его лице так и не прошёл.

- Успокойся, сестра, я заставлю их убраться отсюда сейчас же! – у Короля журавлей всё ещё кружилась голова, он сам не понял, куда повернулся, но закричал:

- Вы все, проваливайте! Не будем строить этот дурацкий дворец! Катитесь отсюда!

- Дурацкий дворец? Не будем строить? Кто тебе сказал, что его не надо строить? – разъярёнными глазами Мэй Сюэ Янь посмотрела на Длинного Журавля.

- Да что всё это значит, в конце концов?!

Глава 651. Стремительный скачок силы Тянь Фа!

- А?! Эй?! Что? – Длинный Журавль был в замешательстве. Сев на землю, он начал трясти головой и прочищать уши. - Я что, умер, или это слуховые галлюцинации? Разве вы только что не со зла нас так бешено избивали? Почему же сейчас вы так говорите, что это всё значит…

- Эм, я имею в виду, на самом деле... Поскольку это уже сделано таким образом... И это невозможно вернуть в первоначальный вид… Тогда нужно смириться со своими ошибками и максимально использовать существующие ресурсы. Просто продолжайте своё дело и все… – Мэй Сюэ Янь понимала, что это было немного необоснованно, её лицо было красным, а глаза бегали из стороны в сторону, но всё же она злобно продолжила:

- Что за? Вы со мной не согласны?

Что? Хозяйка покраснела? Это не сон?!

- Согласны-согласны... очень согласны... – шесть Королей, как один, закивали головами, будто у них в башках произошло короткое замыкание. Ну, или они просто пытались выразить свое слабоумие.

- Тогда... тогда для начала сделаем так… – Мэй Сюэ Янь то злилась, то смеялась, то ругалась… Внезапно она вдруг изо всех сил топнула ногой:

- Вы, болваны, следуйте за мной! Мне нужно кое-что у вас спросить!

В одно мгновение она испарилась.

Достопочтенная Мэй уже чувствовала, как горит её лицо, это было слишком неловко…

Шестерка Королей зверей молча уставилась друг на друга, они были в недоумении:

«Что, в конце концов, происходит? Но у всех было одно общее ясное чувство: сегодняшняя взбучка была лишней! Можно сказать, что это было несправедливо…»

Королева змей побледнела и сказала:

- Почему вы ещё здесь?! Чего застыли? Снова хотите терпеть побои? А-а… – внезапно она прикрыла лицо и заплакала, а затем ушла.

- Она ведь не была побита, так чего же плачет? Что с ней тогда? – все шестеро были повергнуты в шок. Твою мать, сегодня происходят слишком странные вещи! Сначала ни с того ни с сего обычные нравоучения превратились в сумасшедшее побоище. Владыка вдруг покраснела… Ладно бы только это, так вдобавок ко всему тот, кого сегодня не побили, вдруг расплакалась. Что это, объясните?!

Мэй Сюэ Янь сидела. Остальные семь королей выстроились в две колонны. Один за другим они осторожно втягивали холодный воздух и время от времени ощупывали свои раны, кривя при этом от боли рты…

- Король беркутов так и не появился? – Мэй Сюэ Янь нахмурилась.

- Нет, – коротко и ясно ответили шесть королей.

- Хорошо, для начала сообщите, сколько зверей 9 уровня величайшего Суань содержит каждая группа. Я слушаю, мне нужны конкретные цифры, – сказала Мэй Сюэ Янь.

- На данный момент у медведей насчитывается 1764 животных 9 уровня величайшего Суань, из которых 824 находятся на начальном уровне, 640 - на среднем, и ровно 300 - на высшем, – ответил Король медведей.

- Общая сила 9-го уровня величайшего Суань у журавлей составляет 2169 голов, из которых 1180 относится к начальному уровню, 740 - к среднему, а вот птиц высшего уровня у нас поменьше, даже 250 не наберётся, – сказал Король журавлей.

- У орлов эта цифра переваливает за 4800, на начальном уровне 3600 птиц, на среднем - 1050, а на высшем - всего 157, – Король орлов был смущён. Ведь его группа самая многочисленная, однако по численности высших сил она уступает всем.

- В группе тигров животных 9 уровня величайшего Суань 700, на начальном уровне нет ни одного, на среднем всего четыреста, а на высшем - триста животных, – сказал Король тигров.

- У семьи обезьян есть в общей сложности 2500 животных 9 уровня, среди них 1400 - на начальном, 600 - на среднем, и 500 - на высшем уровне, – выражение лица короля обезьян выражало боль, из всех существующих групп, его была самая неуправляемая. Не так давно он повредил ногу, и все бунтари (а их немало) устроили переполох, тем самым серьёзно навредив репутации Короля. Если бы не лекарство Цзюнь Мосе, которое помогло увеличить силу, то, боюсь, не видать было бы ему повышения, а наоборот, случилась бы беда!!

- Позднее я сама разберусь с ситуацией в группе Обезьян! – Мэй Сюэ Янь холодно посмотрела на него. - Бессовестная сволочина, даже со своими людьми справиться не можешь, да какой из тебя Король!

- Владыка, я... – Король обезьян был немного подавлен и обижен. С тех пор, как он получил травму, ему тяжело давались тренировки. Что же касается тех зачинщиков, он частенько был к ним великодушен, боялся их нечаянно убить, а когда его сила возросла, он стал делать ещё большее снисхождение, однако его подчинённые, такие неблагодарные твари, стали ещё больше буйствовать…

- Доброе сердце, тоже мне! – Мей Сюэ Янь фыркнула и посмотрела на Короля львов.

- Львы насчитывают более 3600 животных 9-го уровня, из которых 1700 на начальном уровне, 1500 - на среднем и 400 животных - на высшем уровне, – король львов скривил рот. - Изначально было 3605, но те пятеро бросили мне вызов и тут же были разорваны мной в клочья. Теперь маленькие львята стали спокойнее, – Король львов самодовольно улыбнулся.

- Разорвал в клочья, значит! В трудные времена нужно использовать жёсткие меры и строго наказывать посредством силы! Если собираетесь пойти против системы, то будьте готовы заплатить за это! – Мэй Сюэ Янь медленно кивала головой.

- У змей на счету 4300 животных 9-го уровня Величайшего Суань, из них 3000 находится на начальном уровне, 700 - на среднем, и 600 - на высшем, – ответила Королева змей.

- Неплохо! – одобрительно улыбнулась Мэй Сюэ Янь.

- Остались лишь леопарды. С тех пор как эта группа лишилась нашего Короля, нового они так и не избрали. За это время они не нашли компромисса в этом вопросе, всё им не нравится, уже было несколько потасовок, где, по моим подсчетам, погибло десять животных, – не умолкая, говорил Король медведей, наблюдая за выражением лица Мэй Сюэ Янь. После смерти Короля леопардов, Большой Медведь временно взял на себя ответственность за его группу. Однако этот парень довольно непокладистый, вдобавок ко всему он очень ленивый человек… На его глазах возникла такая путаница. Но ему всё равно.

- Мне нужны лишь цифры, хватит об этом, – взгляд Мэй Сюэ Янь был суровый. - После обеда леопарды у меня попляшут... – услышав эти слова, все остальные короли позлорадствовали.

- У леопардов 3900 животных 90-го уровня Величайшего Суань, из них 2100 - на начальном, 1300 - на среднем и 500 животных - на высшем уровне, – ответил Король медведей.

- Хорошо, что там с группой Гигантских Птиц? После того, как ушёл их король, сколько на данный момент у них есть? – спросила М.й Сюэ Янь.

- У Птиц на счету 1100 животных, из которых 500 - на начальном уровне, 370 - на среднем и 230 - на высшем уровне, – Длинный Журавль вздохнул. - Что касается самой младшей группы Беркутов, то она насчитывает 4600 птиц 9 уровня высочайшего Суань, из них 2900 - на начальном уровне, 1200 - на среднем и 500 - на высшем.

- Группа Беркутов довольно неплохо расширилась за это время. Здесь есть и твоя заслуга, брат Журавль, только вот группа Птиц… А, да ладно, поговорим об этом поле обеда! – Мэй Сюэ Янь нахмурилась и медленно сказала. - В данный момент необходимо подготовить новых Королей на замену.

Подготовить несколько Королей?

Услышав такие слова, все чуть не упали в обморок.

Разве можно «подготовить» Короля Священных животных? И хотя сегодня потрясений было уже и так достаточно, но то, что они услышали сейчас, было самым шокирующим. Снова какие-то «странности»?!

- Сегодня днём соберите всех зверей 9-го высшего уровня, которые близки к прорыву и сосредоточьтесь на их изменениях! – Мэй Сюэ Янь отдала приказ, и, хотя её тон казался слабым, однако её слова не подлежат оговорке и требуют строгого исполнения.

- Владыка, разве зять не дал тебе много хороших таблеток? – глаза Большого Медведя загорелись, и он взволнованно спросил. А говоря об этом, у уголков его рта появилась слюна, он вздохнул и сосредоточил свой взгляд. Выглядел он очень забавно.

- Ага, их действительно немало. На этот раз наша сила Тянь Фа, наконец, резко возрастет. Три священные земли больше не причинят нам вреда. Настала наша очередь побеждать! – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась, в её глазах виднелась надежда. - Брат Журавль, брат Медведь, сколько сейчас животных, близких к прорыву?

Длинный Журавль и Большой Медведь сначала нервно обменивались своей информацией, а затем ответили:

- Примерно около пятисот. Мы с братом Медведем подсчитали, вышло 489 животных. Хозяйка, вы ведь и сами знаете, данный процесс является самым трудным для таинственного зверя. С давних времён в каждой эпохе насчитывалось такое количество зверей, близких к прорыву. Однако больше 20 животных так и ни разу не смогло дойти до конца. Большинство из них так и оставались на этом уровне до самой смерти…

Длинный Журавль вздохнул:

- В прошлый раз брат Медведь принёс с собой таблетки, мы попробовали их, эффект просто поразительный, каждый из нас совершенствовался хотя бы на одну ступень, а Король львов и Король обезьян так вообще на целых две! Сила и впрямь резко возросла! Однако в прошлый раз нам лишь повезло опробовать эти таблетки на себе, у вас ведь не могло вдруг внезапно появиться сразу несколько сотен таких таблеток. Вы собираетесь выбрать самых сильных и способных животных и дать им таблетки, чтобы помочь успешно осуществить прорыв, верно?

Длинный Журавль говорил медленно и пристально наблюдал за Мэй Сюэ Янь. И хотя оптимизма в его словах не ощущалось, но всё же в его голосе чувствовались нотки надежды.

Мэй Сюэ Янь нахмурилась. Казалось, что она чем-то обеспокоена. Длинный Журавль начал надоедать своей болтовней.

- Я не понимаю, о чём ты говоришь. На этот раз животные высшего 9-го уровня из разных групп. Хотя по отдельности их не так много, но вместе их больше тысячи, где же я возьму столько таблеток? – спокойно сказала Мэй Сюэ Янь.

Все присутствующие вздохнули.

- Поэтому для начала нужно позаботиться о прорыве этих животных, чтобы они спокойно смогли пройти через этот трудный рубеж. А что потом… вот потом и поговорим, – Мэй Сюэ Янь вдруг остановилась на полуслове.

- А? Что? – все присутствующие вдруг опешили. Длинный Журавль, заикаясь, сказал:

- Владыка… вы, вы, вы… что вы сейчас сказали? Все 500 зверей… будут прорываться в одно время?!

- Какие-то проблемы? – Мэй Сюэ Янь посмотрела на него с удивлением. - Ты против этого? Если ты не хочешь, тогда группа Журавлей может не участвовать в этом!

- Я, я, я... Нет... Нет... Вы... я... А-а-а-а-а! – Длинный Журавль вдруг сорвался и заревел, словно Король тигров. Все вокруг даже подумали, что Король Журавлей превратился в тигра!

Глава 652. Весенним днём, когда природа очнётся от сна

Однако все Короли зверей сразу же поняли, что означали слова Мэй Сюэ Янь, и принялись все вместе издавать одобрительные возгласы.

- Хотя после этого силы леса Тянь Фа и совершили значительный скачок в своем развитии и достигли невиданного до этого прошлыми поколениями результата, однако нам не стоит забывать о жесте доброй воли, совершённом Цзюнь Мосе! Сейчас мы перед ним в долгу, и нам будет очень трудно вернуть этот долг, – Мэй Сюэ Янь тихонько вздохнула, произнеся это имя. У неё на душе внезапно стало очень тепло.

- Сестра Мэй, о чём ты говоришь? Мы же теперь все – одна большая семья, вы – муж и жена, при чём тут какие-то «должен», «не должен», ха-ха-ха! – Король тигров с наглым видом посмеялся. - Мы же младшие братья его жены, значит, приходимся ему шуринами; всё, что нашего зятя, теперь и наше тоже. Пацаны, скажите, я же прав?

- Просто, шурин совсем не шурин… Если он не ест зятево, не пьёт зятево, хотя и нас, шуринов, конечно, немало… – Короли зверей не смогли удержаться и рассмеялись в голос.

- Ну-ка быстро все закрыли рты! Вам что, жить надоело? – Мэй Сюэ Янь, с одной стороны чувствовала стыд, а с другой – гнев. - Вы, шайка никчемных кретинов!

Все немедленно остановились и замолчали, как в рот набрав воды.

- Брат Медведь, тогда ты скажи… он… он сказал, что хочет приехать жить в лес Тянь Фа? – Мэй Сюэ Янь долгое время молчала с недовольным видом, а потом, не зная сама, что хочет сказать, вдруг открыла рот, и, заикаясь, спросила Большого Медведя: - Он правда так сказал?

- Сестра Мэй, о ком ты говоришь? Кто «он»? – Большой Медведь, с ничего не понимающим видом, простодушно спросил.

- Брат Медведь! – строгим голосом закричала Мэй Сюэ Янь. - Тащи сюда свою задницу! Я тебе сейчас устрою райскую жизнь, и ты сразу поймёшь, о чём я говорю!

- Ой, да не нужно, не нужно, сестра Мэй! Вам не стоит так утруждаться, я всё понял, я всё понял, вы имеете в виду вашего мужа, – до Короля Медведей наконец-то дошло. - Да, да, зять именно так и сказал, хи-хи. Брат Тигр может подтвердить, мы не будем вам врать.

Король тигров закивал головой:

- Да, верно, я всё могу подтвердить! Сестра Мэй, ваш муженёк очень трепетно относится к вам. Мы всегда говорим правду, вы же знаете, когда мы вас обманывали, ну?!

- Да тебя все остальные Короли зверей презирают. Ты, и говорить правду, ха? Никогда не обманывали? Ни стыда, ни совести, ну как так можно, а! – лицо Мэй Сюэ Янь стало ещё более недовольным, она сделала глубокий вдох и, наконец, сказала: - Так, ребята, не будем отходить от темы! Цзюнь Мосе в скором времени будет биться с Городом Серебряной Метели! Во-первых, эта битва заставит дрожать всю Поднебесную, а во-вторых, это всё затевается исключительно, чтобы совершить возмездие; там очень много загадок и тайн. Уверена, три священных земли тоже будут принимать участие в этой битве! Поскольку наш лес Тянь Фа получил так много «любезности и добра» с их стороны, мы, во что бы ни стало, должны приложить все силы, чтобы помочь ему в этой судьбоносной битве!

- Сестра Мэй, будьте спокойны! Мы, несомненно, всеми силами поддержим нашего зятя! Пойдём на любые жертвы и не остановимся ни перед чем! Когда настанет время, мы всем Тянь Фа выдвинемся в бой, и сравняем Снежные горы с землей! Ради нашего зятя! – Короли зверей, гордо выпятив грудь, торжественно дали обещание.

Один за другим, все Короли ударили себя в грудь с оглушающим звуком, сотрясая воздух!

Вся толпа шумно начала скандировать:

- Ради нашего зятя!

Мэй Сюэ Янь, на удивление, никого не останавливала и никому не возражала, похоже, она уже смирилась с этим «нашим зятем»…

- Поэтому за это время всем обязательно нужно поднять свои силы на новый уровень! – глаза Мэй Сюэ Янь резко стали чистыми и ясными, как лёд. - Начинаем после обеда. Весь лес Тянь Фа должен быть на стороже! В течение семи дней, четыреста восемьдесят девять священных животных девятого ранга наивысшей Суань непременно должны совершить качественное изменение своих сил! Затем нужно подготовить шесть тысяч летающих священных животных и пять тысяч наземных священных животных. Короли должны сформировать отряды. На этот раз, пусть даже три священные земли бросят в бой все свои силы, наш лес Тянь Фа тоже должен показать себя во всей красе. Убить их «непревзойдённого» Чжень Цибэя, окрасить этот мир в кроваво-красный!

Ледяная злоба Мэй Сюэ Янь стремительно увеличивалась, она строго отдала приказ!

Король журавлей, Король медведей, а за ними и все остальные поклонились, повинуясь приказу! Спустя много лет, лес Тянь Фа снова возвысится над всем миром!

Мэй Сюэ Янь стояла на верхушке старого дерева и задумчиво смотрела вдаль, слабо предаваясь воспоминаниям.

Проведя в разлуке всего несколько дней, разве уже можно начать так сильно скучать по нему? Она действительно очень сильно тосковала по прежним денькам, когда они сражались плечом к плечу. Вдруг всё связанное с ним резко вплыло в памяти.

Мэй Сюэ Янь стояла, застыв на одном месте, погрузившись в воспоминания, и вдруг перед ней всплыл образ Цзюнь Мосе, его красивое лицо, последние слова, которые он сказал перед её отъездом:

- Весенним днём, когда природа очнётся ото сна, холодный меч разрушит Серебряный город!

Это крайний срок, который он определил! Ещё почти два месяца!

Это совсем скоро!

Поэтому за это время Мэй Сюэ Янь нужно сделать всё возможное, чтобы создать самую неуязвимую армию священных животных, и вместе с любимым сравнять Серебряный город с землей! Совершить героический поступок!

В это время Цзюнь Мосе тоже, у себя там, в городе Тяньсян обнародовал эту удивительную новость, которая потрясла всю Поднебесную!

Всем стало известно, что весной семья Цзюнь собирается пойти войной на Серебряный город! Вершить возмездие!

Эта великая битва неизбежна!

Трудно забыть дух погибшего десять лет назад славного героя,

Бесконечные дни и ночи, наполненные кровью и слезами.

Второго числа второго месяца, в весенний праздник дракона,

Могучие войска сотрут с лица земли Серебряный город!

Говорят, Фань Хоусе, напившись, написал это стихотворение. С пьяного угара, бросив эту размазню, он что есть мочи закричал:

- Второго числа второго месяца, Серебряный город падёт! Враг Сяо Цзэйсюэ будет повержен!

Мало кто знал, почему Цзюнь Мосе выбрал именно этот день для битвы, но главное, что это знал сам Цзюнь Мосе, и он имел достаточное основание для этого выбора: Второе число второго месяца, весенний праздник дракона! Так говорит голос Хуася! (древнее название Китая)

Остаётся лишь дождаться этого судьбоносного дня, и я непременно покажу всем драконий дух всего Хуася, он снова воспрянет в этом мире, и Поднебесная возвысится вновь!

- Я, Цзюнь Мосе, довожу до общего сведения: если друзья и союзники семьи Сяо из Серебряного города не пойдут мне навстречу – знайте: они все будут убиты! И свой приговор они получат немедленно! Кто со мной – тот мне друг, кто против меня – мой враг! Посмотрим, кто в Поднебесной осмелится противостоять мне!

Слова Цзюнь Мосе за несколько дней облетели всю Поднебесную!

Этот год точно будет неспокойным!

Во всяком случае, в эту новогоднюю ночь многим людям придётся несладко…

Двадцать девятого числа двенадцатого месяца по лунному календарю, Цзюнь Мосе неожиданно получил письмо. Оказалось, что Ли Юран отправил людей с письмом, сверху было только несколько слов:

- Я иду! В Великий Золотой город! Завтра канун Нового года, но я не хочу проводить эти дни в Тяньсян; я буду честным с тобой.

Возможно, когда-нибудь я смогу вернуться! И сразиться с тобой, но в этой битве я уже проиграл. Но в следующий раз мы, во что бы то ни стало, должны снова сразиться.

Мой тебе наказ: будь осторожен! Сюэ Цзяньтан (банда «Кровавый меч») может сменить одежду!

Подпись: Беззаботно ушедший Ли Юран. (Юран переводится как беззаботный, вольготный)»

Цзюнь Мосе прочитал, тихонько смеясь, это письмо и машинально скомкал его в комок, а потом вздохнул.

Ли Юран, в конце концов, решил покинуть дом!

За день до кануна Нового года взять и уйти из дома. Цзюнь Мосе – ещё тот лоботряс, но даже для него это слишком. Очень трудно предположить, что в этот момент чувствовал Ли Юран. Цзюнь Мосе был охвачен печалью.

И пусть сейчас этот обормот находится вдали от дома, насколько бы его поступок не был бесчеловечным и жалким, Цзюнь Мосе всё равно чувствовал грусть! Хотя он родился в богатой семье и никогда не беспокоился о пище и одежде, нельзя сказать, что его жизнь была полна радостных и счастливых событий; как раз наоборот, с детского возраста и до сегодняшних дней, вокруг него были только жестокость и бесчеловечность, кровь и смерть близких людей, интриги и заговоры!

Вряд ли его жизнь была слаще моей!

Этот избалованный парнишка, в конце концов, решил покинуть дом, и к тому же выбрал именно такое время, когда вся семья должна быть вместе! Цзюнь Мосе понимал, почему Ли Юран принял такое решение. Вспоминая себя, он мог понять и принять всю ту решимость, с которой Ли Юран пошёл на это!

Вместе с этим, он обнаружил одну интересную вещь: Сюэ Цзяньтан может сменить одежду. Да, сменивший одежду Сюэ Цзяньтан может быть кем-то совершенно другим, кем-то из простого народа, или кем-то из торговцев, или из правительственных войск, или даже чиновником, и конечно, даже придворным охранником?

Однако, во всяком случае, обнаружение этой важной новости вызвало тёплые чувства у Цзюнь Мосе по отношению к Ли Юрану. Хотя сейчас Цзюнь Мосе не опасался какого-нибудь набега, но это новость заставила его обратить внимание на одно обстоятельство, которое он давно упускал из виду.

Возможно, причина, по которой Ли Юран сделал так, было желание в последний раз постараться помочь своей семье: два раза, не подавая виду, заставил расчувствоваться Цзюнь Мосе, а после этого молодой наследник семьи Ли тихо покидает семью; сейчас семья Ли находится в не лучшем своем положении, переживая упадок.

Уже больше не существует никаких угроз; прекрасно понимая это, Ли Юран решился на такой шаг, надеясь, что, когда понадобится, Цзюнь Мосе со снисхождением отнесётся к семье Ли.

Вот настоящая причина, по которой Ли Юран решился на этот поступок!

Несмотря на то, что он не брезгует никакими способами в достижении своей цели, его истинные причины заставляют задуматься о том, что в душе он, на самом деле, и не такой чёрствый и жестокий, ему до сих пор близки тёплые чувства к своей семье.

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, покачал головой, и, не говоря ни слова, разорвал на мелкие части письмо, пустив остатки его по ветру.

Из внутреннего двора дома доносился весёлый смех – все члены семьи Цзюнь собрались вместе. Дедушка Цзюнь был очень доволен и счастлив!

Донфанг Вэн Синь, Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй, Гуан Квинхан все вместе сидели за столом, Дугу Сяо И тоже была там и ни в какую не хотела уходить. Намерения этой девчонки было нетрудно разобрать: Я должна находиться поблизости, иначе как же быть с моей долей? Поэтому она решила завтра вернуться домой, праздновать Новый год, а сегодня ходить за ним по пятам, даже в уборную его сопровождать! Что бы не сказала эта варёная утка, он не сможет от меня смыться!

Глава 653. Наложница

Но не одна Дугу Сяо И не хотела покидать семью Цзюнь. Глава семьи Дугу – старик Дугу тоже не хотел уходить. То, что Сяо И хотела остаться – ещё понятно, но такой важный человек, как глава семьи, должен вернуться домой и заняться своими делами.

Однако старик на это быстро ответил:

- Не вернусь, хоть убейте. На Новый год приедут все дети: три сына и семеро внуков – это стадо свиней. Дома, кроме того, чтобы сердиться и злиться на всех, нет никаких дел, к тому же, там остался Дугу Вуди, он за всем присмотрит!

Эти слова были немедленно подтверждены действиями.

Когда Дугу Вуди приехал за стариком, он лишь вызвал его негодование и был тут же избит палкой. Его лицо мигом опухло, а под глазами появились чёрные синяки.

Два младших брата генерала Дугу Вуди вернулись домой; получив от старика, он, естественно, был сильно огорчён. Как старший брат, Дугу Вуди вёл себя гордо, все братья начали обсуждать вопрос наместничества. Год прошёл, поэтому необходимо решить, кто останется тут за главного?

Сначала оба, склонив головы, слушали наказы старшего брата, однако в итоге никто из них не выразил желания остаться; Дугу Вуди и сам не хотел.

- Вам, конечно, хорошо, вы там где-то постоянно шляетесь и не появляетесь, ничего не делаете, а мне что остается, а? Я всё это один должен терпеть? Думаете, что раз я самый старший, то и разгребать всё мне, да? - у Дугу Вуди взыграли эмоции, и он дал жесткий разгон обоим братьям. Те лишь постоянно кивали головой.

На самом деле генерал Дугу этой вспышкой гнева пытался прикрыть своё смущение. Затем просто решил применить силу против своих братьев; однако те, в свою очередь, не стали сдаваться, ведь этот вопрос решит их жизнь на ближайший год. Оба брата объединились против Дугу Вуди, завязалась драка. Несмотря на то, что их семеро сыновей всегда неплохо ладили, сейчас каждый из них придерживался стороны своего отца и всячески хотел ему помочь. Поэтому среди них также возникли разногласия, вплоть до потасовки.

Все это продолжалось до тех пор, пока не вышла старуха и не отметелила каждого по отдельности. Они тут же притихли, а старушка, переводя дыхание, приказала отправить за стариком и вернуть его назад.

Все начали косо переглядываться, ведь такая работа доставит массу хлопот. Единственный, кому это по силам – Дугу Вуди, кроме того, семья Цзюнь для него уже как родная, если не он, то кто?

Но сунувшись туда снова, ему точно несдобровать. Семья Цзюнь живет в отличной гармонии, если сын старика Дугу покажется в таком неподобающем виде, весь в синяках и ссадинах, разве он не подорвёт авторитет отца?

Без лишних слов, старик начал махать палкой. Старые раны генерала Дугу ещё не зажили. А вдобавок ещё и новые; находясь в доме будущего зятя, Дугу Вуди даже не мог отдышаться и перевести дух от ударов старика. Ему ничего не оставалось, как быстро унести свои ноги.

Прошло уже довольно много времени с того момента, как он убежал, однако старик Дугу всё ещё злился, без конца бурчал и ругался, что-то вроде:

- Не семья, а сплошное наказание! Бестолковая и неблагодарная сволочь...

Дугу Сяо И всё время успокаивала его, ластилась и нежилась около дедушки, однако понадобилось немало времени, чтобы старик пришёл в себя.

Кроме того, здесь также присутствовал Му Сю Тонг, который как раз сейчас болтал с Цзюнь Вуем. С того момента, как Цзюнь Мосе потряс всю землю своим заявлением, Му Сю Тонг и Хан Янь Мэн вздохнули с облегчением. И хотя всё же есть некоторые беспокойства относительно Серебряного города, но они также понимали, что с ним точно ничего не сможет случиться!

Потому что, даже если семья Сяо и глупа, в такой момент она не станет вести распри и междоусобицы и подрывать силу Серебряного города! Маловероятно, что семья Сяо будет использовать семью Хан в качестве пушечного мяса, дабы ослабить семью Цзюнь…

Войдя в зал, Хан Янь Мэн всячески старалась избежать встречи с Цзюнь Мосе. Он спонтанно приветствовал её, однако это было необычайно любезно:

- Ого! Это ли не Хан Янь Мэн? Мы не виделись несколько дней, однако ты стала ещё прекрасней! Эээх, когда же госпожа Хан станет моей наложницей? Я с нетерпением жду этого каждый день и надеюсь, что мои мечты быстро осуществятся…

Хан Янь Мэн покраснела и не знала, куда деться от стыда, ей просто хотелось убежать.

Сердце принцессы Хан было полно сожаления: Не надо было спорить с этим пареньком в тот день! Он слишком коварен! Заранее вырыл яму и ждал, что я в неё прыгну. А я, идиотка, думала, что всё просчитала и с самоуверенным видом победителя прыгнула в неё! И лишь затем осознала, что проиграла и стала для этого паренька наложницей. И ведь я даже поклялась! Поклялась славой и почётом Серебряного города! Да еще и связать себя придётся…

Какой... позор...

Эта молодая девушка беспомощно склонила покрасневшее лицо, губы её дрожали, а от былого высокомерия не осталось ни следа. Увидев это, Цзюнь Вуй поспешно окликнул её.

Хан Янь Мэн неловко села, некоторое время она всё так и сидела с опущенной головой, но, поняв, что всё в порядке, она набралась смелости и подняла своё лицо вверх. Оно было таким красным, словно задница обезьяны, но она продолжала свирепо наблюдать за Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе повернул голову и воскликнул:

- Что с тобой не так, пари окончено. Однако ты не выполнила условия и вот так на меня таращишься! Что там с моей наложницей? Я хочу её сегодня вечером! Поспеши уже – свяжи и отправь её ко мне. Или ты забыла о своей клятве?

- Я, я... я... я не таращилась на тебя... – со слезами на глазах начала объясняться девушка.

- Меня это не волнует. Во всяком случае, сегодня вечером я жду свою наложницу. Ты обещала и дала мне слово, – он злобно усмехнулся и высокомерно посмотрел на неё. - Как же здорово, сегодня вечером у нас будет первая брачная ночь. Я весь в восхищении, а ведь не зря говорят: неважно есть у тебя деньги или нет, женившись, нужно сначала вместе справить Новый год – это действительно истина. Провести первую брачную ночь в канун Нового года – всё равно, что двойное счастье!

Глаза Хан Янь Мэн стали красными, и с громкими всхлипываниями *Ва-а-а-а* – она вдруг разревелась. Цзюнь Вуй и Му Сю Тонг, которые знали обо всей ситуации, злобно посмотрели на Цзюнь Мосе. Молодой мастер лишь удивлённо выпучил глаза и развёл руками.

- Что ещё за наложница? – насторожилась Дугу Сяо И, её большие чарующие глаза смотрели на Мосе. - Брат Мосе, откуда взялась наложница? Почему я ни о чём не знаю? Кто она, чёрт возьми? Я хочу её увидеть! – от девчонки исходила ярость и злоба.

Цзюнь Мосе, пустая ты голова, он так увлекся своими придирками, что и забыл обо всём!

Осмотревшись, он увидел, что Гуан Квинхан тоже навострила уши и с увлечением слушала его, а Донфанг Вэн Синь с встревоженным видом подошла к сыну…

«Твою ж мать, я только рот открыл…» – молодой мастер чувствовал, что его планы были разрушены.

- Что, чёрт возьми, происходит? – Донфанг Вэн Синь спросила сына. - Из какой она семьи? Когда у тебя вдруг появилось столько наложниц?

- Эм... На самом деле, всё обстоит так... – Цзюнь Мосе посмотрел на Хан Янь Мэн, которую успокаивал Му Сю Тонг. Он понизил голос и начал всё объяснять. Если не сделать этого сегодня, то эти три женщины однозначно разорвут его в клочья…

- Ха-ха! – рассмеялась Дугу Сяо И. - Хочешь сказать, она на самом деле сама пристала к тебе с этим пари, вырыв тем самым себе яму, а затем проиграла, пообещав стать твоей наложницей? Как оригинально…

Цзюнь Мосе выглядел опечаленно, он развёл руками от безысходности:

- Всё было именно так, я ничуть не преувеличиваю…

- Да кто здесь не знает, какой ты на самом деле интриган? – Гуан Квинхан фыркнула, тон её был резок. - Может быть, ты просто увидел, какой красавицей выросла эта девушка, и у тебя внутри что-то ёкнуло? Поэтому ты и решился на столь коварный план.

- Эй, это уже слишком! Я ведь само благородство и душевная чистота, как я мог пойти на такое? – не успел сказать Цзюнь Мосе, как все в зале разразились диким хохотом.

Если этот подлец может назвать себя «благородством и душевной чистотой», то, пожалуй, тогда все в этом мире могут назвать себя святыми…

- Вот оно как! – Донфанг Вэн Синь улыбнулась. - А у тебя и правда, отличные навыки во флирте, ха-ха… но девчонку очень жаль, она ведь ненамеренно тебе проиграла…

Дугу Сяо И пришла в себя и фыркнула:

- Так ей ещё ведь надо себя связать… Не ожидала я, что есть кто-то настолько глупее меня! Я просто в шоке!

Все смотрели на неё, а в глазах можно было уловить такую мысль:

«Ты только сейчас поняла, что ты глупая?»

Затем все дружно рассмеялись. И хотя Дугу Сяо И была с Хан Янь Мэн одного возраста, она позволила себе обратиться к ней как к младшей, да ещё и высокомерно…

Пока все смеялись, Донфанг Вэн Синь крепко обняла Хан Янь Мэн и тихонько начала её успокаивать:

- Когда настанет время отправить наложницу, свяжи её аккуратно. Не стоит применять большую силу, а то может быть больно…

Хан Янь Мэн опешила, она даже и подумать не могла, что мама Цзюнь Мосе признает этот спор. Она, будто маленький избалованный ребёнок, вертелась в её объятиях и вдруг сказала:

- Мне всё равно! Невестка, ты тоже издеваешься надо мной! Даёшь мне советы… Посмотри на своего сына, не позволяй ему так обращаться со старшими…

- Ты, девчонка, почему всё ещё называешь меня невесткой? – Донфанг Вэн Синь нахмурилась. - Ты сама проиграла это пари моему сыну… Не называй меня больше невесткой, не стоит брать на себя многого…

Хан Янь Мэн ещё сильнее засмущалась, её тело всё горело. Она всё также стояла в объятиях Донфанг Вэн Синь и боялась поднять голову.

Цзюнь Мосе был в шоке:

«Как так? Почему мама относится к этому так серьезно? Офигеть просто!»

В этот момент Дугу Сяо И тоже обняла Донфанг Вэн Синь за плечи и сказала:

- Тётушка, я ваша настоящая невестка, я, я… Я жду этого уже столько лет… Вы не можете взять и разлучить двух влюблённых. К тому же ещё есть сестра Квинхан, которая уже и рис с ним приготовила… Все остальные должны остаться на заднем плане…

Все вдруг вспотели...

Это девчонка действительно дерзкая, достойна восхищения!

Глава 654. Победителей не судят, я не сожалею ни о чём!

Донфанг Вэн Синь радостно засмеялась, обняла Гуан Квинхан и, широко улыбаясь, сказала:

- Всё, всё! В таком случае, я буду ждать момента, когда смогу обнять своих внуков!

Во дворике семьи Цзюнь Мосе, на каменной табуретке одиноко сидел Йе Гухан, тихо напевая себе под нос неизвестную грустную песню, его лицо выражало спокойное уныние, но, тем не менее, он пылким взглядом смотрел перед собой на каменный стол.

На столе была надпись.

В момент, когда вся семья собралась вместе, Йе Гухан одиноко сидел здесь, держа в руках маленький ножик, на столе перед ним было много раз вырезано имя: «Сю Сю», «Сю Сю», «Сю Сю».

В воздухе чувствовался аромат алкоголя. Йе Гухан грустно улыбнулся и отбросил нож, схватил кувшин с вином, который стоял около него и выпил его за один раз, его кадык то поднимался, то опускался вслед за непрерывными глотками, но он, не отрываясь, смотрел на имя, которое было вырезано на столе.

В конце концов, алкоголь ударил в голову!

Йе Гухан спокойно прижался щекой к столу к холодной надписи и беззвучно застонал:

- Сю Сю!..

Слёзы медленно катились по его щекам и капали на вырезанное имя на столе и медленно застывали, превращаясь в льдинки…

Для сравнения, несмотря на то, что семья Цзюнь, с одной стороны, сделала заявление всему миру, но с другой стороны она же и создала беспорядки в мире, стоит сказать, что Цзюнь Мосе – один из зачинщиков всего этого, он внёс путаницу и ещё большую неразбериху в положение дел в мире!

Но в этот момент семья Цзюнь – главный виновник всего – возможно самая расслабленная семья!

Остальные семьи, по меньшей мере, сейчас испытывают определённое волнение!

Во дворце Императора был устроен пышный банкет с богатыми и разнообразными закусками и вином, но сам Император сидел с нахмуренными бровями, и ему кусок в горло не лез, у него не было интереса даже палочки поднять!

Подъём семьи Цзюнь невозможно замедлить, они растут семимильными шагами!

В свои лучшие годы в городе Тяньсян это была всего лишь обычная семья, пусть даже они имели репутацию военной семьи с тремя поколениями маршалов, тем не менее они были не больше чем придворные. Это была всего лишь пустая репутация, а теперь они, вопреки ожиданиям, посмели перед всем миром выдвинуть лозунг «Восставшие против нас умрут!»

Для императорской семьи, это, несомненно, является провокацией!

Если бы у них не было достаточной мощи, разве могли бы они раскидываться перед всем миром подобными бесцеремонными угрозами?

Хоть и с неохотой, но императору Тяньсян пришлось признать, что семья Цзюнь уже не связана с императорской властью! Вплоть до того, что императорская власть зависит от семьи Цзюнь!

В прошлый раз второй сын императора был до смерти напуган какими-то людьми перед городскими воротами Тяньсян. Цзюнь Мосе, не пытаясь ничего скрыть, приказал привести тех двух злоумышленников к дому Цзюнь, после этого не последовало даже никаких разъяснений, словно этого инцидента не было вообще!

Сын Императора поранил руку в доме семьи Цзюнь, но это не было предано огласке!

Семья Императора, вопреки ожиданиям, закрыла на это глаза и оставила дело незаконченным!

На самом деле семья императора не хотела закончить расследование этого дела, чтобы избежать преследования?

Даже если их начнут преследовать, результат будет ещё хуже!

Сейчас во всём мире есть ли хоть один разумный человек, который не знает семью Цзюнь? Средь бела дня осмелиться убить живого человека! Есть ли кто-то, кто не знает о том, какой мощи достигла семья Цзюнь? Даже самые сильные и великие должны иметь право жить!

На данный момент времени семья Цзюнь занимает первое место среди других семей! Даже величайшие мастера трёх священных земель, со своей могучей силой, скорее всего, потерпят поражение, что уж говорить о других людях!

А что насчет императорской власти?

Высшая имперская власть не являлась таковой для семьи Цзюнь!

При мысли об этом Император прищурился, поднял голову и выпил полный бокал вина. Он закашлялся. Это сладкое и вкусное вино, теперь, во рту, такое горькое, что трудно проглотить!

Изначально в любом государстве, появление влиятельной семьи, подобной семьи Цзюнь, было радостное и счастливое событие. Потому что наличие в городе таких гигантов, по крайней мере, в течение нескольких сотен лет могут удержать в страхе все прилегающие страны! Хотя такая семья, безусловно, не будет непосредственно участвовать в агрессии на другие государства, но она никогда не позволит врагу вторгнуться в свою страну!

Если говорить об одном государстве, наличие подобных семей – это своего рода могущественный талисман!

На данный момент, если говорить об императоре города Тяньсян, этот талисман превратился в отраву, способную согнать его в могилу!

Самый смертоносный яд, способный уничтожить!

Цзюнь Ву Хи… это всё из-за него!

Перед глазами Императора возникло лицо, грозное и мудрое, взгляд спокойный, но стремительный, убивающий с добротой и милосердием.

Дух армейской эпохи, Цзюнь Ву Хи!

Простолюдин – главнокомандующий!

Если бы изначально такое решение не было бы принято, то семья Цзюнь сейчас нуждалась бы в помощи?

Император со всей силы потряс головой. Не сожалею, я не сожалею. Если бы нужно было выбрать еще раз, я по-прежнему бы это сделал! Потому что я - император! Я не мог допустить, чтобы это произошло!

Цзюнь Ву Хи тоже не чувствует сожаления!

Это не более чем ирония судьбы!

Победителей не судят!

Император проглотил одним глотком вино.

Я не сожалею! Раскаиваться не в чем!

Цзюнь Мосе, я должен увидеть, до каких пор ты сможешь выдержать!

Думая о Цзюнь Мосе, Император вспомнил последнее усилие, которое он сделал в прошлый раз. В тот день после банкета, который Цзюнь Вуй устроил в честь Квинхан, признав её приемной дочерью. Император тогда вёл долгую беседу с дедом Цзюнь Чжан Тианом.

Вспоминая эту беседу, у Императора в уголках губ сквозь слёзы промелькнула улыбка!

- Брат Цзюнь, мы с тобой уже несколько лет так не пили, твоя способность пить нисколько не уменьшилась, вплоть до того, что стала даже лучше, чем в прошлом, – император использовал обращение, которое они использовали очень давно, когда только начали пробивать свой жизненный путь и не использовали уже долгое время.

- Ваше величество, вы меня перехваливаете, я уже дряхлый старик, не то что раньше, ха-ха, – Император очень чётко расслышал его слова, он называл себя дряхлым стариком, а не старым слугой, это был выбор Цзюнь Чжан Тиана.

- Брат Цзюнь, ты называешь себя старым, но ты сохранил душевную бодрость! – Император под алкоголем решил озвучить главную цель пирушки: - Брат Цзюнь, полгода назад мы говорили о сватовстве двух детей. Сейчас я опять нагло спрошу тебя, могут ли Мосе и Лин Мэн быть вместе?

- Хе-хе-хе, это личные вопросы! Я, старик, не хозяин Цзюнь Мосе… не говоря уж о Квинхан. Раньше, чтобы спасти этого бестолкового паренька, пришлось пойти на большую жертву, разве мы, семья Цзюнь, можем обмануть ожидания? Есть ещё семья Дугу… Повсюду ходят слухи, что у Цзюнь Мосе распущенный и имеет изворотливый характер, разве он заслуживает утончённую и гордую красавицу Лин Мэн, дочь императора? – вежливо и тактично отказал старик Цзюнь.

- Квинхан многим пожертвовала ради Цзюнь Мосе… Это выдающаяся, отважная, хорошая женщина, в качестве жены она – наилучшая партия. Я не могу разлучить двух влюблённых. Думаю, Лин Мэн не станет возражать, если всё-таки её выдадут замуж… – Император перебил старика Цзюнь, который еще не закончил говорить.

- Её величество, принцесса! Как вы можете выдать её замуж таким образом? Чем это отличается от наложницы? А как же репутация императорской семьи? – категорически отверг старик Цзюнь.

…

Колесо судьбы определило событие до и после полугода. Полгода назад император попросил Цзюнь Чжан Тиана о женитьбе Цзюнь Мосе на его дочери, чтобы сохранить последнюю кровь семьи, но его просьба была безжалостно отклонена. В то время он не мог себе даже представить, что главнокомандующий Цзюнь находится в таком смущении и отчаянии.

Но вернувшись к этому разговору спустя полгода, он и сам оказался в таком же положении и почувствовал вкус отчаяния и смущения. Содержанием разговора также был Цзюнь Мосе и принцесса Лин Мэн, свадьба двух молодых людей, и теперь он получил отказ. Содержание разговора не изменилось.

Колесо судьбы крутится, но где это колесо будет через десять лет?

Какие- то крошечные полгода всё перевернули вверх ногами!

В тот вечер Император уже отчаялся! Исходя из разговора с Цзюнь Чжан Тианом, он уже понимал какой будет результат, но единственное, что он не знал, это реакцию Цзюнь Мосе.

Но это было уже неважно, это не имело значения!

В императорском дворце уже было намечено направление!

Императрица и принцесса Лин Мэн сидели молча напротив друг друга и не могли найти подходящих слов. Канун нового года — это время, когда все собираются вместе, но Император и Императрица отказались от этого предложения, поэтому императорские покои были безмолвными и опустевшими.

За это время принцесса Лин Мэн просто таяла на глазах, обычный румянец на щеках теперь сменился бледностью, она исхудала.

- Девочка моя, не нужно так себя мучить, ты не обязана взваливать на себя ответственность за дела предыдущих поколений, – Императрица спокойным тоном пыталась утешить дочь. – Успокойся.

Принцесса Лин Мэн медленно качала головой, глядя на две свечи, стоящие на столе, две слезинки спокойно упали из ее глаз:

- Мама, я не собираюсь нести ответственность, просто на душе тяжело…

- Тяжело на душе? Но почему? – Муронг Сю Сю в растерянности глядела на дочь в крайнем изумлении.

Принцесса Лин Мэн печально пробормотала:

- Возмездие! Это возмездие за прошлые поколения! Ну почему получилось так? – в обычно прекрасных живых глазах, теперь неподвижно застыла невероятная печаль.

Муронг Сю Сю была мудрой опытной женщиной, с большим жизненным опытом, но она не могла подумать, что такое возможно. Невольно вздохнув, она спросила:

- Дочка, неужели ты действительно влюблена в Цзюнь Мосе?

Глава 655. Что на душе у принцессы?

Сама Муронг Сю Сю считала, что это невозможно. Её дочь о себе была высокого мнения, она не смотрела на парней вообще. И Ли Юран не был исключением. И хотя Цзюнь Мосе был завидным женихом, его сила была изумительна и даже в сравнение не шла с силами простых людей, но до того, как он стал таким, он был мажором, который раскидывал деньги направо и налево. Разве может такой человек заинтересовать девушку?

Тем более на пальцах можно пересчитать сколько раз эти двое встречались. Да и встречи эти были абсолютной случайностью, она наталкивалась на него, когда приходила к Йе Гухану. При этом они и словом друг с другом не обмолвились.

- Я… – опустив голову, принцесса Лин Мэн сказала: - Нет.

Хотя ответ её был отрицательным, произнести эти слова оказалось для неё очень трудно. Ещё перед тем, как заговорить, с её глаз потекли слёзы.

- В тот день… в тот день дядюшка Йе был при смерти из-за тяжелого ранения… И лишь Цзюнь Мосе был в силах спасти ему жизнь. Все мои способы спасти его оказались неэффективными. Мне оставалось лишь одно… Я поклялась на крови, что, если он сохранит жизнь дядюшке Йе, то я добровольно выйду замуж за него и стану покорной женой…

- Так вот в чём дело… – хотя императрица знала, что семья Цзюнь спасла Йе Гухана от смерти, подробности были ей не известны. Услышав это впервые, она была очень сильно удивлена.

В глазах принцессы Лин Мэн была печаль. Сложно передать словами, в насколько затруднительное положение она поставила свою мать:

- Матушка, мне тяжело, мне невыносимо тяжело на душе… Лишь тогда я поняла, что он спас не только близкого мне человека, но и меня. Тот таинственный мастер метательных ножей…

- Силы Цзюнь Мосе всегда выделяли его из толпы, а в то время его Суань Неба уже достигла своего максимума! – от волнения Императрица потеряла дар речи…

- Начиная с того дня, я была очень внимательна к Цзюнь Мосе, старалась быть в курсе всех новостей, связанных с ним. Всё дошло до того, что я проанализировала его непристойное поведение в прошлом…

Матушка, сейчас я понимаю, что в отличие от Сяо И, я не разбираюсь в людях. Сяо И разглядела хорошее в Цзюнь Мосе, а я нет, совсем нет. В этом дворце мы изолированы от остального мира… Приходится полагаться на рассказы других людей во всём, что хочется узнать, и приходится верить им. Но в итоге ты постоянно находишься в каком-то тумане и не понимаешь, что к чему! Что правда, а что ложь, что умно, а что глупо… Мы никогда не можем быть ни в чём уверены. А все эти выдумки о том, кто хороший, а кто плохой, нельзя воспринимать всерьёз…

Принцесса Лин Мэн рассмеялась:

- Матушка, помните, когда я была ещё маленькой, вы предостерегали меня? Вы говорили, что дворец — это самое прекрасное, и в то же время самое ужасное и угнетающее место. Вы тогда постоянно плакали, а я не понимала почему. Тогда я думала, что быть дочерью Императора – это достоинство, что ты далека от жизни заурядных людей, что давления никакого быть и не может…

Но лишь сейчас я, наконец, поняла, что императорский дворец не только такой, как вы его описывали. Императорский дворец – это место, полное фальши и подлости! Люди, живущие во дворце – это кучка идиотов. Все, кто приходит во дворец со светлым умом, в итоге тоже превращаются в идиотов… У этих людей нет будущего, они поглощены интригами и обманами, они не знают, что такое честность… Матушка, всё это очень печально.

Императрица смотрела на колыхающийся огонь свечи, она была растеряна и глубоко вздыхала. Огонь свечи плясал в её глазах, словно он был внутри неё. То, что дочь излила ей душу, напомнило ей о том, что она уже давно забыла…

Тогда один статный молодой человек и одна прелестная молодая девушка в один прекрасный солнечный день, пропитанный осенним ароматом, держась за руки, гуляли по зелёной тропе. Они обнимали друг друга с особой нежностью…

Вдруг ее глаза наполнились слезами. Она презрительно насмехалась:

- Императорская семья? Слава? Мрак, лицемерие и подлость! – Муронг Сю Сю разговаривала так, что, казалось, что она бормочет во сне.

- Матушка? Вы в порядке? – Лин Мэн не ожидала такой манеры речи от матери, и её это напугало. В смятении она подняла глаза, полные слёз, и вопросительно взглянула на мать.

- Всё хорошо, со мной всё хорошо, я лишь вспомнила о своих прошлых переживаниях, – Императрица слегка посмеялась, она пыталась успокоить свою дочь, однако сил на это у неё уже не было. Она опустила голову, и с её глаз покатились слёзы, она тихим голосом произнесла:

- Продолжай, я слушаю.

- Да, матушка. Так как Цзюнь Мосе вёл распутный образ жизни, все видели лишь эту его сторону и считали, что он безнадёжен. Он был последним из Цзюнь, поэтому, если бы он умер, то на этом история их семьи и закончилась бы… Кто-то так сказал, затем следующий повторил, и в итоге все говорили об этом… Вот такая репутация была у Цзюнь Мосе. Тогда люди любили собирать подобные слухи о других, дабы позлорадствовать. Если Цзюнь Мосе от природы такой засранец, то рано или поздно он умрёт, – принцесса Лин Мэн рассмеялась.

- Отец такого не терпел! Как он мог позволить какому-то Цзюнь Ву Хи возвыситься над ним? Чтобы кто-то был важнее его?! И тем более он не мог допустить, чтобы такой человек пришёл ему мстить! – она говорила так, что, казалось, что она гораздо старше, чем есть на самом деле. - Лишь сейчас я поняла, почему Цзюнь Мосе не остановило то, что он мог навредить своей репутации. Невозможно даже представить, сколько всего ему пришлось вынести, сколько всего перетерпеть… Мы с ним практически ровесники, но какая же разная у нас ним жизнь! Я всегда считала себя очень умной, очень одарённой, но сравнивая себя с Цзюнь Мосе, я поняла, что во мне нет ни капли ума и таланта. Мы с ним словно небо и земля. Как нас ни сравнивай, всё равно я буду выглядеть нелепо на его фоне, и от этого очень грустно!

Теперь он расправил крылья, взлетел одним махом, и это без прикрас. За полгода Цзюнь Мосе стал достойным представителем своего дома. Все его дурные качества испарились. Его имя стало звоном среди ясного неба! Плачевно то, что мы только сейчас это поняли, но уже поздно, – лицо принцессы Лин Мэн становилось всё более мрачным и надменным. - На самом деле ничего удивительного в этом нет, ему больше не нужно терпеть и притворяться! Цзюнь Мосе – настоящий мужчина! Я действительно так считаю, матушка. И мне кажется, его отец был ничуть не хуже!

- Мне больше нечего сказать. Ты полюбила его. Это слышно в твоём голосе, когда ты говоришь о нём, – Императрица глубоко вздохнула. - Но, Мэн, как ты можешь любить Цзюнь Мосе? Разве не должна ты презирать его? Все дело в клятве? Это же всё детские игры! Есть огромная разница в том, чтобы любить мужчину и выйти за него замуж. Все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Мэн, ты не против, что я это говорю тебе?

- А если бы я его ненавидела, было бы проще? – Лин Мэн была в замешательстве. - Матушка, вам знакомо это чувство? Когда тот, кого ты всегда считала мелочным и жалким человеком, оказывается лучше всех живых существ, обитающих в этом мире! Когда тебе и смотреть не хотелось на этого человека, но потом оказалось, что ты была неправа, что ты всё неправильно понимала, что ты была несправедлива по отношению к нему… Знакомо ли вам такое? – она посмеялась нежно и печально. - Как только я поняла, что ошибалась, я начала собирать все возможные сведения о его прошлом… Я анализировала всё, что говорили мне о нём. Правда это или нет, что его побудило сделать то, что он сделал… Я даже общалась с врагами его семьи и обнаружила, что в каждом его действии был глубокий смысл, каждое его слово стоит того, чтобы задуматься над ним. Матушка, это так мудро! Цзюнь Мосе – достойный человек! Он – настоящий мужчина! Каждому приходится иногда поступаться честью ради выживания, терпеть унижения ради выполнения важного дела! Кто-то рискует жизнью ради достижения своих целей, но делает это молча и также молча терпит презрительные взгляды других людей. Когда в человеке есть необычайный талант, но ради семьи или из-за врагов, ему приходится вести себя так словно он негодяй… Как же это трудно! Я бы не выдержала такого! Я и одного презрительного взгляда на себе не могу выдержать, поэтому я убеждена, что Цзюнь Мосе – великий человек! После всех этих рассуждений, я погрязла… Я погрязла в мыслях о нём… Матушка… Он настоящий мужчина. О таком мечтает каждая девушка, и я не исключение. Дело совсем не в клятве, теперь для меня он единственный мужчина на этой земле! – Лин Мэн сказала это робко, однако уверенно подняла голову.

- Я знаю, что надежды нет совсем. Именно поэтому я и говорю об этом. Как только отец рассказал о нём, я сразу поняла, что между мной и ним ничего не может быть! Мы – враги его семьи, разве он захочет жить со мной под одной крышей?! С какой стати ему это делать?! Но мне тяжело с этим смириться! Я не хочу с этим мириться! Матушка! Мои чувства к нему никогда не пройдут…! – она горько плакала. - Сначала меня ввели в заблуждение, затем говорили гадости о Цзюнь Мосе, когда его дядя пришёл сватать меня, отец решительно отказал… Хотя тогда я и сама этого не хотела… но… но… если бы мне сразу рассказали всю правду, то я бы согласилась, я бы загладила вину отца! Знаешь, я начала узнавать его после того, как перенесла много трудностей… Каждый раз после того, как я узнавала о нём что-то новое, мне хотелось обнять его и пожалеть… Ему было непросто… Даже самый стойкий мужчина станет слабым, обрушься на него то, что обрушилось на Цзюнь Мосе. Мне определённо хочется стать частью его жизни…

Глава 656. Пожалуйста, сделай мне последнее одолжение!

- Ох… – тяжело вздохнула Императрица. Посмотрев на дочь, она внезапно испытала ощущение дикого бессилия:

«Неужели и моей дочери досталась такая же судьба, как и мне? Или Мэн даже несчастнее меня? У меня пока что есть любовь к Йе Гухану, я хотя бы любила… а Мэн досталась одна неразделённая любовь, это так печально…»

Муронг Сю Сю очень долго размышляла, потом медленно встала и с теплотой и заботой посмотрела на дочь. Немного прошлась туда и обратно, и вдруг в её глазах резко вспыхнули ярость и безумие; её ласковое и красивое лицо, обычно со сдержанной элегантностью, просто пример материнства, но в эту минуту всё изменилось. Кто бы мог подумать, что в ней есть столько злости и свирепости!

«Моя жизнь уже давно сломана, раз и навсегда разрушена этим человеком! Неужели я буду молча смотреть, как рушится жизнь моей дочери! Моей единственной дочери! Моей кровиночки!» – она молчала и думала, а глаза её становились всё безумнее и страшнее.

«Я, во что бы ни стало, должна приложить все силы, чтобы помочь своей дочери! Пусть даже у меня не получится довести это дело до конца, но всё же я должна постараться! Как мать, я непременно должна сделать всё, что в моих силах!»

Из-за этих тяжёлых раздумий она очень разволновалась. Ей стало трудно дышать, и у неё появилась отдышка, звук которой был очень пугающим, словно её глотка разрывалась на части – до такой степени она была истощена и подавлена.

- Мама? – принцесса Лин Мэн обеспокоенно подняла голову и обратилась к ней.

- Ничего, ничего! Всё в порядке! – Императрица опустила голову, она не хотела, чтобы дочь видела негодующий огонь, который разгорелся в её глазах. Она только медленно махнула рукой и сказала:

- Не стоит беспокоиться по пустякам. Время уже позднее, возвращайся к себе, иди отдыхай.

Дочь послушно подчинилась и поспешила удалиться. Глядя ей вслед, сердце Императрицы сжалось, ей было очень тяжело на душе. Потом выражение её лица изменилось, острые скулы придавали ей суровый вид. Наконец, приняв решение, она встала, оттолкнув слугу, она сама накинула на плечи одеяние, и суровым голосом сказала:

- Приготовьте паланкин, я еду к семье Цзюнь!

- Императрица, но… скоро… уже совсем ночь… – служанка испуганно посмотрела на неё.

- Ты не расслышала то, что я сказала? – с полными злости глазами закричала Императрица. Это был первый раз, когда она разговаривала таким тоном, с самого её прибытия во дворец.

- Слушаюсь, слуги скоро будут, – служанка испугалась и почти чуть не грохнулась на пол от страха, а потом пулей выбежала наружу.

Императрица рассмеялась сама над собой, но, услышав шаги снаружи, туго затянула одеяние и без колебаний, решительно покинула комнату. Когда она уже выходила из дверей дворца, в темноте мелькнул какой-то силуэт.

- Ацзю, отряд охранников, который недавно заступил на службу. Где они сейчас дежурят? – перед тем как садиться в паланкин, спросила Императрица.

- Они сейчас не дежурят. Сейчас все в казарме, распределяются в большую дружину. Все охранники из этого отряда очень высокомерные и надменные, к тому же недурны собой. По будням я не видел, чтобы они были чем-то заняты, однако в последнее время… они стали очень покладистыми и тихими… – Ацзю, похожий на тень, подумал немного и осторожно ответил.

- Две недели назад стали покладистыми и скромными? – с иронией в голосе спросила Императрица. Цзюнь Мосе вернулся в Тяньсян как раз две недели назад.

- Да, к тому же с этого времени постоянно пропадают в «Трёх главных квартирах» (название для строевой, караульной и артиллерийской), совсем оттуда не выходят, – Ацзю с осторожностью ответил. Он не осмеливался смотреть прямо в лицо Императрице. По тону её голоса он заметил, что она в не настроении.

- Ага. Тогда, в последний вечер старого года те арестованные, которые устроили кровавую резню и напугали всю столицу… Это были убийцы из Сюэ Цзяньтан? – Императрица спросила более мягким тоном.

- Да, однако уже почти все в столице знают об этом происшествии, это давно уже ни для кого не секрет, – Ацзю в испуге ответил, а потом заметил, что Императрица уже села в повозку.

Было уже за полночь, на небе не было видно ни месяца, ни звёзд, только одинокая повозка покидала дворец.

…

- Что ты говоришь? Императрица отправилась к семье Цзюнь? – Император нахмурил брови, его лицо приняло пугающий вид. Он уже выпил немало вина, и его клонило в сон, но услышав эту новость, он резко поднял голову и оживился, взгляд его стал как свирепого орла.

Яростный и жестокий!

- Да, – ответил слуга, стоя на коленях и боясь поднять голову.

- Я всё понял, можешь убираться отсюда, – Император подался немного назад, чтобы опереться на что-нибудь. Он был очень уставшим. Он потёр глаза руками, выражение его лица становилось всё мрачнее и мрачнее, а дыхание учащённым. Он стал бормотать себе поднос и жаловаться:

- В такое время поехать к семье Цзюнь? Зачем? Ну, зачем? Почему?!

Он все думал и думал, затем вдруг впал в замешательство, и на его лице появилось какое-то странное выражение, и он закричал:

- Почему ты отправилась туда именно в такое время? Неужто ты решила предать меня? Муронг Сю Сю, я терпел твои выходки так долго! Так долго!!

Он кричал, как обезумевший, от вина белки его глаз стали кроваво-красного цвета, а потом, вдруг немного придя в себя, он решительно сказал:

- Эй, кто-нибудь! Позовите господина Вэнь!

- Брат Вэнь, не откажи мне в одном деле, окажи мне услугу! – с улыбкой на лице, в свойственной ему элегантной манере, появился господин Вэнь. Император сразу начал с просьбы.

- Как я могу поручиться, при этом даже не зная о каком деле идёт речь? О! Кстати у меня тоже есть одно дело, о котором надо сообщить Его Величеству, – господин Вэнь с улыбкой посмотрел на Императора.

- У тебя тоже есть ко мне дело? Тогда ты говори первым! – Император немного смягчился и улыбнулся, но на его лице всё же остался след недавнего безумия и помешательства, все мышцы и прожилки на его грозном и прямом лице продолжали содрогаться, даже борода и усы тихонько дрожали.

- Завтра я покидаю императорский дворец Тяньсян и отправляюсь в Великий Золотой город! В этот раз я еду не один, а со всеми бойцами императорского дворца, с завтрашнего дня все считаются отозванными! С этого момента мы больше непричастны к светским делам! И больше никуда не станем вмешиваться, – также с улыбкой на лице сказал господин Вэнь.

- Что? Почему… – Император резко соскочил со своего места и испуганными глазами посмотрел на человека перед собой, не веря своим ушам.

- Очень сожалею, но это так, – с серьёзным видом сказал господин Вэнь.

Эти простые слова, полностью разрушили надежду на счастливый исход в сердце Императора.

- Почему ты принял такое решение? Пожалуйста, поясни! – Император медленно опустился на своё место, с горечью на лице, и низким голосом спросил.

- Я сам этого не знаю, это решение сверху, из Золотого города. Мы тоже ничего не можем поделать с этим, здесь мы бессильны, – господин Вэнь, глядя прямо в глаза Императору, сказал: - Ваше Величество, в будущем… вы, берегите себя.

- Ха-ха-ха! Мне, беречь себя? Как это мне беречь себя? – Император, смеясь, встал со своего места, и, качая головой из стороны в сторону, сказал: - За это время, что я был у престола, я, не покладая рук, днями и ночами занимался решением государственных дел. Боюсь, что много чего я не успел… Ха-ха… У меня осталось совсем мало времени, надо постараться побыстрее всё уладить, а потом передать престол наследнику. Мне лучше отправиться туда, к Цзюнь Ву Хи, и поболтать с ним, прав я или нет? Это полная нелепица! Ха-ха-ха-ха!

Хотя он смеялся, в его глазах не было ни чуточки радости, а только одно уныние и печаль.

- Наследник? – господин Вэнь, нахмурив брови, спросил.

- Скоро господин покинет меня. Лучшего дня не найти для этого… Значит, сегодня пройдёт избрание на трон старшего сына, – Император тяжело вздохнул и с выражением беспомощности на лице сказал: - Из трёх сыновей, он сколько-нибудь да сильнее… остальные два… вообще… ни на что не способны.

- Ваше Величество в самом деле беспокоится о возмездии, которое готовит Цзюнь Мосе? – спросил господин Вэнь.

- Господин Вэнь считает… Цзюнь Мосе не сможет совершить возмездие? Или, возможно, он никогда так и не узнает настоящую правду? – Император задал встречный вопрос.

- Бумаги давно уже сожраны огнём. Если он даже и не может найти улики, сейчас нужны ли ему настоящие доказательства? – улыбаясь, сказал господин Вэнь.

- Брат Вэнь, кажется, на сей раз… в этой жизни… у нас уже больше не будет шанса увидеться, – голос Императора был крайне печальным. Он повернул голову, посмотрел на темень за окном и медленно сказал:

- Мы были вместе все эти годы, пусть не настоящие братья, но даже больше, чем просто братья друг другу. Брат Вэнь, как у тебя хватило жестокости, просто вот так взять и покинуть меня?

Господин Вэнь помолчал некоторое время, а потом, глубоко вздохнув, сказал:

- На самом деле я тоже не желал этого… все эти годы вы относились ко мне, как к равному. Я был удостоен вашей милости. Я, правда, благодарен вам от всей души.

- Брат Вэнь, я хочу, чтобы ты сделал для меня одно дело, – Император резко поднял голову, глаза его были полны безумия и коварства. – Так как тебе завтра нужно уезжать, сделай для меня прощальный подарок перед отъездом! Прошу тебя!

- Говорите, Ваше Величество! Я долгое время прожил в императорском дворце, и очень обеспокоен тем, что мне приходится покидать его. Если я могу что-то сделать для Его Величества, это сделает меня немного счастливее, – господин Вэнь, немного помолчав, дал решительный ответ.

- Сейчас, только что, Императрица покинула дворец и отправилась к семье Цзюнь! – Император проговорил это осипшим голосом, в котором смешались скорбь и бессилие. - Последнее время мы в очень напряжённых отношениях с ней, и она меня совсем не хочет видеть, сторонится меня, как чудовища какого-то! Я терпел её восемнадцать лет! А сейчас она вдруг решила отправиться к семье Цзюнь! Особенно в такой момент!!

В эту минуту голос Императора Тяньсян был сродни раненому зверю, он вопил, как обезумевший, всего его передергивало от злости, руки сами собой сжались в кулаки.

- Целых восемнадцать лет! Я вот так терпел её выходки, вот так безумно любил её, вот так был слепо одержим ею, но так и не сумел хоть чуть-чуть изменить её! Просто напрасно охранял это бренное тело, так и не получив ничего взамен! От начала до конца, я – правитель этого государства – оказался ненамного лучше обездоленного мятежного бродяги, скитающегося по свету, всеми покинутого! – Император в диком бешенстве прорычал это, затем внезапно схватил бокал, но тот оказался пустым, и он со всей силы запустил его прочь. Потом взял сосуд с вином и принялся жадно пить прямо из горла.

Глава 657. Жалкий и жестокий

- Бам! – он резко опустил сосуд с вином на стол. Звонким голосом он проорал:

- Именно сейчас она решила оставить меня и пойти к семье Цзюнь! К семье Цзюнь… Почему она это сделала? Каждый в той семье хочет меня убить! Все они хотят моей смерти!! А она ещё и пошла к ним в канун Нового Года!

Вены на его голове вздулись, бешено пульсируя. Его дыхание участилось, наконец, он разразился:

- И там Йе Гухан всё ждет её, мучается и ждёт!

Господин Вэнь не проронил ни слова, с такими проблемами императорской семьи он разобраться не мог, да и не хотел. Всё, что он мог сделать — это внимательно слушать. Сейчас Его Величеству как раз не хватало этого. В этом и заключалась главная роль господина Вэнь.

- Скоро моей жизни придет конец, это может произойти в любой момент! Мальчишка Цзюнь Мосе ни за что не пощадит меня! – Император был взбешен, он тяжело дышал, ходил туда-сюда по комнате. Он уже не казался таким грозным, как раньше. Сейчас он скорее был похож на льва, заключённого в клетку, он был возбуждён и разгневан.

- Убить её! – Император вдруг замер. Он сказал это сквозь зубы, а глаза его налились кровью!

Господин Вэнь испугался, поднял голову и посмотрел на него, как на безумца. Некогда благоговейный Император был раздавлен невзгодами, что обрушились на него.

- Убить! – повторил он. На этот раз он сказал это гораздо чётче. Глаза всё также сверкали холодным блеском. Он был доволен своей жестокостью, заговорив об убийстве самого любимого для него создания на земле, он был неимоверно рад. Он уставился на господина Вэня, сделал два шага по направлению к нему и двумя руками схватил его за плечи:

- Брат Вэнь, я прошу тебя убить эту дешёвую тварь!

Господин Вэнь так испугался, что был не в силах что-то сказать… Это последнее, о чем просит его Император! Он просит убить свою собственную жену! Он просит убить женщину, которую любит до безумия!

До чего же все это абсурдно!

- Но… почему? – сухим голосом спросил господин Вэнь.

- Почему? Ха-ха-ха… – Император рассмеялся, как безумец, а через секунду во всю глотку заорал: - Всем известно, ещё с древних времен – в случае победы прослывёшь великим, а в случае поражения – негодяем! Если у семьи Цзюнь ничего не получится, то тогда мы убьём их всех, как только они придут в Тяньсян. Разумеется, часть его воинов захотят вернуться к себе на родину! К тому времени уже можно будет не волноваться, что кто-то захочет захватить трон, неважно даже то, насколько могущественны будут те мятежники, у нас хватит сил, чтобы подавить их! Последние несколько лет, я разрабатывал очень хорошую стратегию, поэтому скоро в наш город придут Ме Юйтан и Тунь Шэньцы! В этом мире есть лишь один человек, из-за которого мои старания могут пройти даром – это Цзюнь Мосе!

Когда я устроил убийство Цзюнь Ву Хи, я знал, что Цзюнь Мосе придёт мстить за отца, и я его за это нисколько не осуждаю! Нет! Я не виню совсем… Я его просто ненавижу! Ублюдок, кто он, мать его, такой? Ву Хи умер, ну и хрен с ним! Я – Император Тяньсян, с какой стати он должен мстить мне? – Ян Хуай Ю под действием вина начал нести что-то невнятное, но свирепое: - Я – государь, он – вассал! Вассал с государем – словно отец с сыном, если государю нужно, чтобы вассал умер, он не может не умереть! Таковы принципы! С какой стати семья Цзюнь должна мстить? Да даже если бы я своими руками прикончил его, где же их гордость! Месть? Чушь! Мстить своему Императору! Семья Цзюнь – это сборище ублюдков! – он сказал, тяжело дыша. - Это шайка преступников! Но они, конечно, те ещё сильные засранцы, победить их совсем не просто. Именно поэтому я прошу тебя, Вэнь, не трогать их пока…

Но Муронг Сю Сю должна умереть! Она – моя женщина, моя Императрица! Какого чёрта она пошла к любовнику в канун Нового Года? К тому же… Она может разболтать им мои секреты! Она продаст меня Цзюнь Мосе! Она... Должна умереть! Иначе и быть не может! – он безумно шевелил руками, обращаясь к небесам.

- Но это лишь ваши догадки. Всё совсем не так! Если только из-за ваших подозрений мы убьём Императрицу… Разве это не станет ошибкой? – нахмурив лоб, сказал господин Вэнь.

- Это не догадки! Это факт! Я уверен в этом! – лицо Его Величества покраснело. - Да даже если это лишь догадки, она больше не должна жить! – он замолчал на секунду, а затем проорал: - Я люблю её больше всего на свете! Именно поэтому она и должна умереть! – он нервно смеялся. - Если я скоро умру, то зачем мне оставлять её в этом мире? Чтобы она вышла замуж за своего старого возлюбленного? Ха-ха-ха-ха! Она была моей женой, моей и останется! Навсегда! Если умру я, то заберу её с собой! Нет! Я позволю ей первой пройти в загробный мир и там подождать меня! Конечно, если она умрёт на день позже меня, я не расстроюсь! Даже если сердце её мне так и не удалось заполучить, я получу её душу навечно!

Я – Император! Император Тяньсян! Я не потерплю такого оскорбления! – вдруг он подскочил на ноги и пнул стул так высоко, что тот долетел до потолка и разбился об него!

- Поэтому она должна быть убита!!

Господин Вэнь печально вздохнул. Очевидно, что ревность и ненависть вскружили голову Его Величества.

- У вас будет бесчисленное количество попыток убить её, так зачем же мне это делать? – господин Вэнь вновь поморщил лоб.

- Я не смогу… я не смогу этого сделать! – Император заорал так, будто не хотел признавать, что у него есть слабости. - Хоть она никогда и не любила меня, но для меня она – единственная, кого я любил! Если бы сегодня она не ушла к Цзюнь, то у меня бы даже и мыслей не возникло об её убийстве… Если убить её, то не останется человека, который сможет так мучить меня! Мне будет одиноко! Невыносимо одиноко! – вдруг он схватил господина Вэня за руку:

- Брат Вэнь, помоги мне! Помоги мне в последний раз… Убей её! – он смотрел Вэню прямо в глаза. - Тебе, так или иначе, придётся вернуться в Золотой город, для тебя не составит большого труда заодно и убить одного человека. Убив её, ты тотчас сможешь убежать! Даже если семья Цзюнь попытается выяснить, кто это сделал, они не смогут проникнуть в Золотой город!

Вэнь тяжело вздохнул, он изменился в лице. Император заметил, что оно полно противоречий и сомнений.

- Брат Вэнь… Это моя последняя просьба! – с глаз Императора потекли слёзы, но выражение безумия так и не сходило с его лица. - Я не могу позволить, чтобы мою женщину обнимал кто-то другой, ещё более я не вынесу того, чтобы этот поддонок Йе Гухан проникал в неё! Прошу, помоги мне… Это моё последнее желание. Мы дружим с тобой всю жизнь, ты единственный, кого я могу об этом попросить!

- Ладно!, – после долгих раздумий ответил господин Вэнь. И ответ этот дался ему нелегко. Очевидно, что для него сделать это было тоже не просто!

- Я пойду! Но после того как я убью её, я больше никогда не вернусь!

- Как же я тебе благодарен! – Император отвесил ему глубокий поклон, сказав: - Она только что покинула дворец. Должно быть, далеко ещё не ушла. Ты ходишь очень быстро, точно сможешь её догнать…!

- Прямо сейчас? – уставился на императора господин Вэнь.

- Прямо сейчас! Конечно! – кивнул Император.

- Хорошо! – на худощавом лице господина Вэня проявились нотки свирепости. Изначальное спокойствие и безмятежность испарились: - Я, Вэн Кан Ю, прожил благородную, честную жизнь, я жил скромно, никогда не делал зла, но в этот раз… Я покидаю этот город, чтобы выполнить последнюю просьбу Императора, а именно, чтобы убить женщину, к которой я сам не испытываю ни капли ненависти!

Снаружи дворца появилась какая-то тень, чей-то силуэт… Он был мягкий и грациозный, но его трясло, глаза были полны слёз, он направился к выходу. Он пытался плакать неслышно… И, словно безумный, убежал оттуда.

Этот силуэт принадлежал принцессе Лин Мэн!

После того как ее мать покинула дворец, она решила пойти к отцу, справиться о его здоровье. Хоть шла она с неохотой, но ей пришлось заставить себя пойти, так как она хотела попросить у отца кое-что, если представилась бы возможность…

Спросить об этом… Не хотел бы её отец склонить голову пред семьей Цзюнь? Не хотел бы он покаяться в смерти Цзюнь Ву Хи? В своих мечтах она представляла, что стоит только её гордому отцу преклониться перед семьей Цзюнь, как тут же вся вражда прекратится… Тогда бы она…

Но когда она подошла, она услышала рёв отца. Ей стало любопытно, и она тихонечко попросила охранника уйти, и сама встала на его место. Она хотела знать, чем недоволен её отец. Однако она даже и не думала услышать такое.

Как гром среди ясного неба на неё свалилось всё это!

Отец, которого она уважала с самого детства, собирается убить её любимую мать!

Как же это жестоко! От этих слов у неё закружилась голова, однако ей пришлось себя контролировать, если бы она упала, то выдала бы себя… Но она должна была держаться, ведь мать в опасности!

Она всегда считала, что, несмотря на то, что отец её строгий, он и великодушный… Она обожала его. Она думала, что он – хороший Император и хороший отец. Но затем она узнала, что, когда три её старших брата боролись друг с другом за власть, всё это были проделки отца. Тогда она уже немного изменила своё мнение по отношению к нему. Потом она узнала, что люди из Тяньсян убили Цзюнь Ву Хи по приказу её отца, и её сердце разорвалось на кусочки.

Но сегодня сердце принцессы словно сгорело!

Все её надежды и мечты были разрушены! Вот каким оказался её собственный отец! Он думает только о себе и больше ни о ком! Он безжалостен, бессердечен, мнителен… Он настоящий псих!

Убить мою мать!

Убить свою любовь! Это уму непостижимо!

Она не верила своим ушам!

Из-за ревности муж хочет убить собственную жену! Любимую жену!

Император, который из-за своих подозрений готов сделать так, что даже после его смерти были люди, которые убьют Императрицу…

Ничего абсурднее она в жизни не слышала!

Принцесса Лин Мэн убежала очень далеко. Она бежала и одновременно горько плакала. Добежав до конюшни, она вскочила на лошадь.

Конь пулей вылетел из загона и пронёсся через двор.

- Кто? – спросил охранник, стоявший возле ворот.

- Это я! Поскорей открывай ворота! – у принцессы катились слёзы из глаз, она громко крикнула.

- Да, принцесса… – охранник поспешил открыть ворота. Принцесса с силой ударила ногой по коню и громко закричала. Они помчались далеко из дворца, топот копыт был похож на раскаты грома.

В это же время из императорского дворца вылетела высокая тень и унеслась вдаль так быстро, словно ураган. Затем ни следов, ни силуэта его уже было не видно.

Его Величество встал у окна и обнажил свою жестокую улыбку.

Глава 658. Цветок, увядающий в снежной ночи

- Ваше Величество, принцесса, вся в слезах, только что покинула дворец, ускакав верхом на лошади. Она была очень расстроена, и слуги не осмелились остановить ее, – караульный прибыл и доложил.

- Лин Мэн? – Император сначала замер, а потом вдруг язвительно сказал: - И мать, и дочь туда же! Обе бросили меня и сбежали к своим любовникам? Ха-ха… К черту всё! Незачем останавливать её! Тащите мне вина! Сегодня я должен хорошо повеселиться!

- Будет сделано!

Ледяной ветер заунывно насвистывал что-то, раздувая в разные стороны снежную крошку, в эту минуту самая оживлённая улица города Тяньсян выглядела как никогда мрачно и таинственно!

Кисти желтого паланкина без остановки колыхались на ветру, в окружении более сотни охранников, он не быстро, и не медленно двигался вперед. На прекрасном лице Муронг Сю Сю, сидящей в паланкине, мелькали нерешительность и сомнения.

Действительно ли нужно так поступить?

В следующее мгновение, перед её глазами как будто появилось лицо одинокого и опустошенного человека, но его глаза, давно потерявшие надежду, были по-прежнему живыми и любящими!

- Мой Хан… – на лице Муронг Сю Сю появилось нежное чувство любви. Хотя за это время, когда она видела Йе Гухана, она никогда не показывала этого, но каждый раз, в ночной тиши, она вспоминала это имя. Это заставляло её ощутить кислый вкус мучений и страданий, который, в свою очередь, напоминал ей о том, что она – всего лишь обычный человек, что она – всего лишь женщина!

Эта любовь разрушила жизни трёх людей, она стала вечным кошмаром и незаживающей раной Императора Тяньсян Ян Хуай Ю, и оставила неизгладимый след в сердцах Муронг Сю Сю и Йе Гухана.

В глухой тишине этой ночи, Муронг Сю Сю вдруг пришло на ум очень много воспоминаний из прошлого; былая неразлучная любовь, любовные клятвы, как будто это было только вчера.

- Мой Хан… ты так страдаешь… – всё лицо Муронг Сю Сю было полностью в слезах. В этот момент она вдруг вспомнила стихотворение, которое оставил ей Йе Гухан перед побегом на край света, и невольно улыбнулась. Достав белоснежный носовой платок из кармана, она рассмотрела вышитые на нём кроваво-алые иероглифы:

Не сожалей о любви этой жизни, добровольно становясь несчастной.

Вечная печаль и вечная любовь снова встретятся во сне,

Пусть лучше я не оправдаю ожидания всего мира, чем подведу тебя!

После того, как Йе Гухан ушёл, Муронг Сю Сю решила вышить эти слова на парчовом платке. Никто, кроме неё, не знал, что эти кроваво-алые иероглифы вышиты кровью самой Муронг Сю Сю!

Она использовала собственную кровь, чтобы окрасить белую ленту, а потом на своем парчовом платке вышить последнее стихотворение, которое подарил ей самый любимый её человек!

И оно сохранилось до сих пор!

За последние несколько дней на платке появились два новых иероглифа, такого же кроваво-алого цвета: Если в следующей жизни судьба снова сыграет злую шутку с нами, пусть лучше я не оправдаю ожидания всего мира, чем подведу тебя!

Это последние строчки стихотворения, которые написал Йе Гухан! После того, как Муронг Сю Сю вышила эти две последние строчки, она добавила ещё два слова: Надеюсь и жду!

Мой Хан, не только ты один надеешься и ждёшь… Я тоже надеюсь и жду! Если в следующей жизни судьба снова сыграет злую шутку с нами, пусть лучше я не оправдаю ожидания всего мира, чем подведу тебя! В следующей жизни я буду принадлежать только тебе одному! Всю жизнь буду смеяться вместе с тобой, буду плакать вместе с тобой, буду веселиться вместе с тобой, буду рожать и растить детей вместе с тобой, и состарюсь тоже вместе с тобой…

Пусть даже в бедности и не знатности… главное вместе с тобой, и я… не буду не о чем жалеть!

Мой Хан, весь народ прославляет Цзюнь Ву Хи и Донфанг Вэн Синь, все жалеют их, сочувствуют им… Но кто бы знал, как я завидую им! Хотя они были такими разными, им были уготованы совершенно разные пути, но, в конце концов, они уже были десять лет, как муж и жена!

Когда-то он был рядом с ней, и когда-то она была рядом с ним! Им, правда, так повезло… а что мы… мы никогда не были вместе…

Мой Хан… мой самый любимый и дорогой человек, ты знаешь, как мне было тяжело видеть тебя каждый раз… как мне было больно…

В следующей жизни… в следующей жизни мы…

- Императрица, спешу доложить, впереди резиденция семьи Цзюнь! – охранник с почтением доложил Императрице.

Когда он говорил, Муронг Сю Сю как раз в своих воспоминаниях добралась до настоящего времени; погрузившись в раздумья с головой… Эта фраза, сказанная охранником, немного отрезвила её, но она всё ещё находилась в растерянности. Открыв занавески, и немного подавшись вперед, с туманным взглядом, она удивлённо сказала:

- Так быстро?

Быстро? Все охранники, недоумевая, молчали, ведь вся дорога была в снегу, а снег с вечера замёрз, и она обледенела, они двигались очень медленно и с особой осторожностью, и это никак нельзя назвать «быстро», здесь скорее подходит «со скоростью черепахи».

Вдруг внезапный порыв ветра закинул несколько снежных хлопьев прямо в открытое окно Муронг Сю Сю, заставив её невольно содрогнуться и тут же задрожать от холода. Её внезапно настигло дурное предчувствие:

Разве впереди больше нет дороги? Или мой путь закончится здесь?

В этот момент внезапно поднялся ураган, и с бешеной скоростью двинулся прямо в сторону паланкина! Сокрушительный толчок потряс паланкин!

В урагане что-то сверкнуло. Это был меч!

- Императрица, берегитесь! – закричал испуганно охранник.

Издалека послышался звук лошадиных копыт, такой же громкий, как раскаты грома в дождливую летнюю ночь; ночью, по обледенелой дороге, так безумно нестись на конях может либо сумасшедший, либо самоубийца!

Сквозь ветер доносился слабый истошный крик:

- Матушка… берегитесь… Матушка… осторожнее… – звук то пропадал в шуме ветра, то продолжался снова, можно было ощутить отчаяние и страх, которыми был наполнен этот голос! В холодной зимней ночи, принцесса Лин Мэн, нервно подгоняя лошадь, с растрёпанными волосами, бешено мчалась вперед, слёзы на её лице постепенно превращались в безжизненные льдинки…

Муронг Сю Сю тоже услышала крики охранника и увидела приближающийся ураган, а ещё силуэт человека в этом урагане… Звук топота копыт тоже донесся до её ушей, и душераздирающий крик дочери она тоже смогла расслышать в этой темной ночи…

Но вдруг она обнаружила, что все её тело затягивает в ледяную полынью, и она не может даже пошевелиться! В этот опасный момент она никак не могла помочь себе, у неё совершенно не было сил, ей оставалось только безмолвно ждать своего конца!

Но на её спокойном лице, наоборот появилось облегчение:

«Уже нужно… уходить?»

- А…! – раздался отчаянный, словно волчий вой, крик. Ацзю появился будто из-под земли и изо всех сил пнул паланкин. В этот момент обнаружилась польза заледенелой земли – паланкин стремительно покатился… Его исхудалое тело вдруг засветилось золотым светом, с громким криком и гневным взглядом он подпрыгнул и поднялся в воздух!

Наивысший пик Суань Земли! Охранник Императрицы был мастером Суань Земли на пике силы!

Однако прибывшим убийцей оказался господин Вэнь! Великий мастер! Не надо говорить, что мастер Суань Неба в одно мгновение мог убить матера Суань Земли!

Однако он всё-таки смог преградить путь!

Воздух рассекла алая кровь, тело Ацзю рухнуло на землю, в одно мгновение всё пространство залилось кровью, подобно кровавому дождю, падающему с неба!

Но господин Вэнь был быстрее этих кровавых капель! Он, как дух, внезапно свалившийся с небес, взлетел и резко опустился! За его спиной висел рюкзак, на случай того, если он убьет Муронг Сю Сю, он мог мгновенно ринуться в Великий золотой город!

С этого момента человеческий мир совершенно не беспокоил его!

- Охраняйте императрицу! – несколько десятков охранников одновременно обнажили свои мечи и встали, загораживая паланкин собой, в это время Муронг Сю Сю выбралась из паланкина и упала на снег. Как только она повалилась на снег, раздался взрыв, удар пришёлся прямо на паланкин, и он разлетелся на мелкие кусочки!

Господин Вэнь, не проронив ни слова, с лунным блеском своего меча, кинулся на охранников, кричавших в ужасе. В конце концов, одним своим ударом, он просто разрезал их всех на две части! Его меч стремительно проникнул в их тела, и так же стремительно вышел их них, лишь оставляя следы крови на снегу! Снежные крошки вперемешку с каплями крови порхали в воздухе!

Звук лошадиных копыт приближался, принцесса Лин Мэн мчалась с дикой скоростью. Одним махом она спрыгнула с лошади, чуть не упав, и тут же бросилась к лежащей на снегу матери, надрывно закричав:

- Мама!

Господин Вэнь уже не успел остановиться. С взглядом, полным замешательства, он ударил правой ладонью и раздался грохот! Удар, разрывающий воздух, приходился на спину Муронг Сю Сю!

- Остановись! – внезапно появился похожий на призрак силуэт. Этот загадочный силуэт хотя смог остановить силу, с которой господин Вэнь нанёс удар, но всё же он немного опоздал и часть этой силы всё равно угодила прямо между лопатками Императрицы!

Женщина издала глухой стон, и её хрупкое тело подлетело в воздух, тёмно-красная кровь брызнула в разные стороны…

Её нежно-жёлтые одежды вздыбились и раскрылись в воздухе, словно прелестный цветок, увядающий в снежной ночи…

- Матушка! – Лин Мэн, охваченная ужасом, кинулась вперёд и начала колотить воздух. Она не могла ничего сделать и только продолжала изо всех сил, как обезумевшая, скакать в разные стороны, потом она упала на колени. Лёд жалил её разорванные в клочья коленки, но она, похоже, даже не чувствовала этого, она протянула руки и крепко обхватила тело матери, будто это единственная точка опоры, которая сейчас есть у неё…

В тот момент, когда Лин Мэн обхватила мать, сумасшедший толчок силы заставил повалиться её на землю, уже разорванные в клочья коленки, продолжали ударяться друг о друга на ледяной земле...

Пока она стояла на коленях, уже дважды раздался звонкий звук из её коленных чашечек, а потом хлынула алая кровь. Было очевидно, что её коленный сустав был раздроблен, и нежная плоть уже лопнула…

Однако в этот момент изнеженная с детства девчонка проявила железную выдержку. Такие мучения не каждый величайший мастер сможет с лёгкостью выдержать, но она держалась очень мужественно, к тому же её затылок тоже очень пострадал от этих толчков силы, с неё ручьём бежала кровь, но она всё-таки не отпускала из своих объятий мать, чтобы тело матери больше не получало этих ударов…

Муронг Сю Сю с трудом открыла глаза, увидев перед собой убитую горем, отчаявшуюся дочь, с теплотой и любовью на лице, сказала:

- Мэн, не бойся, с матушкой всё в порядке, – однако, как только она открыла рот, оттуда хлынула кровь…

Она хотела поднять руку, чтобы вытереть слёзы с лица дочери, но поняла, что не в состоянии пошевелить даже пальцем. Ей только оставалось терпеть эту ужасную острую боль, которая пронзала её тело, и изо всех сил стараться принять равнодушный и безмятежный вид, с ласковым взглядом до последнего смотреть на дочь, давая ей понять: Матушке не больно, матушке совсем не больно…

Глава 659. И даже после смерти ничего не изменится (часть 1)

- Мама… матушка… Ааа! – принцесса Лин Мэн бешено закричала, подняв голову к небесам. Она не могла больше называть её Императрицей, теперь для неё это самое большое оскорбление!

Этот человек не достоин быть мужчиной моей матери! Мне не нужно то положение, что он мне дал! Мне этого не нужно!!! Я не хочу тождества, которое он дал! Я не хочу!!

***

Оживлённая семейная пирушка подошла к концу, и Цзюнь Мосе вернулся к себе. И хотя это была исключительная возможность насладиться спокойствием и одиночеством, но молодой господин использовал любую свободную минуту для создания лекарств и тренировок.

Сейчас не время расслабляться!

Нужно сказать, молодой господин в последнее время приобрёл огромную популярность. Только что, перед его уходом, Донфанг Вэн Синь смотрела на него глазами полными любви, она будто была не в силах с ним расстаться. Дугу Сяо И так вообще едва не пошла вместе с ним. Однако Гуан Квинхан лишь окинула его взглядом, возможно, из-за присутствия старших она ничего не сказала, но даже её взгляд был очень холодным. Цзюнь Мосе уже надеялся на большее: Почему смотришь на меня? Неужели… – он был вне себя от возмущения.

Что касается принцессы Хан Янь Мэн – та еле-еле, сгорая от смущения, доела свой ужин и ждала окончания торжества. Она, яростно скаля зубы, пристально наблюдала за Цзюнь Мосе, её вид был устрашающим. Однако молодой мастер всего одной фразой заставил эту девчонку обратиться в бегство:

- Как я тебе, хорош собой? Нравлюсь? Если не можешь насмотреться, можешь прийти ко мне и согреть меня этой ночью! Так или иначе, это когда-нибудь произойдёт…

Принцесса тут же отстала и, высунув язык, убежала прочь… Дойдя до ворот своего двора, Цзюнь Мосе вдруг замер:

«Интересно, а чего это Йе Гухан сегодня молчал?»

С тех пор, как были найдены те два глухонемых паренька, они всё время жили здесь и помимо тренировок изучали искусство фехтования вместе с Йе Гуханом.

На самом деле это было очень здорово. Даже несмотря на то, что по уровню владения мечом Цзюнь Мосе превосходил Йе Гухана, ребята переняли у него огромный боевой опыт и даже научились быстро приспосабливаться к изменившейся обстановке.

И самое главное – пускай Цзюнь Мосе обладает супер способностями, но этот Йе Гухан не просто изувеченный инвалид, он самый настоящий воин, хоть и без руки.

Только начав своё обучение, эти дети тут же вызвали недовольство у Йе Гухана. И хотя они уже учились фехтованию у Цзюнь Мосе, и их навыки были уже далеко за пределами новичков и даже превосходили навыки Йе Гухана, однако он объездил весь мир, и его боевой опыт невероятно богат! Эти парнишки частенько ошибались, и он тут же делал им выговор без малейшего снисхождения. Но дух маленьких воинов был непоколебим, они не сдавались и продолжали усиленно тренироваться, оттачивая своё мастерство до идеального уровня!

Чтобы помочь ребятам улучшить свои навыки, Цзюнь Мосе использовал свою чистую энергию и ввёл ее каждому из них в их мышцы и кости. Поэтому за эти дни их сила стремительно возросла.

Кроме того, после того, как они научились чревовещанию, прежде никогда не открывавшие рот, теперь эти дети постоянно воодушевленно спорили. Это как для человека с отрезанным языком снова начать разговаривать – естественно, они были вне себя от счастья. Однако такое странное поведение напугало даже Цзюнь Мосе. Только представьте: два глухонемых от рождения, сидя друг перед другом, ведут оживлённую беседу, издавая при этом странные звуки, будто черти из Преисподней!

В последнее время Йе Гухан работал над новой техникой фехтования одной рукой, она была почти готова. И хотя его силы Суань было недостаточно, чтобы завершить её и применить на практике, он точно знал, что она намного сильнее того первоначального варианта, разработанного Цзюнь Мосе! А всё потому, что эта техника содержит в себе его собственное мужество и непоколебимый дух воина!

Особенность этой техники заключается в её жестокости, каждый удар был уникален, его просто невозможно было просчитать. Если использовать её в бою с мастером своего уровня, то победа определённо будет за тобой, особенно, если это ваша первая битва. Да даже если ваш противник будет на несколько ступеней выше вас по рангу, он будет застигнут врасплох! Йе Гухан выглядел очень горделиво и самоуверенно!

В этот вечер ребятишки, как и обычно, тренировались, но в этот раз без своего наставника. Безжизненный силуэт Йе Гухана находился среди деревьев, он то и дело морщил свой лоб и ходил из стороны в сторону, казалось, будто он нервничает. Уже давненько у него не проявлялось таких эмоций, всё это выглядело слишком странно.

После травмы и до самого выздоровления, Йе Гухан проживал в семье Цзюнь. Поначалу он находился в полном упадке и совсем потерял решимость, однако его вдруг вернула к жизни разработка новой техники фехтования одной рукой. Чем больше он в неё погружался, тем нелюдимее он становился, хотя, если подумать, Йе Гухан по своей природе был человеком замкнутым: он редко с кем общался, кроме как с ребятишками, даже с Цзюнь Вуем мог побеседовать лишь по принуждению, даже два слова из него трудно было вытащить. Во всяком случае, даже когда он только получил травму, в нём чувствовалась надежда и желание жить.

Но сегодня, в канун Нового года, около Йе Гухана чувствовалось дыхание смерти!

Йе Гухан и сам чувствовал, что что-то не так, но что, мать твою, происходит? Сегодня ведь канун Нового год, нужно бы, наоборот, расслабиться и отдохнуть, однако на душе неспокойно. Выглядел он очень рассеянно, даже говорил несвязно, постоянно тормозил, даже не мог вспомнить, о чём говорил минуту назад…

Но одно было ясно – образ Муронг Сю Сю становился всё более и более отчетливым на сердце Йе Гухана, то чувство тоски по ней, что он всё время подавлял в себе, именно сегодня сдерживать было просто невозможно!

Среди сумрака, казалось, что душа Муронг Сю Сю, улыбаясь, движется в его сторону. Она выглядела как восемнадцать лет назад, так же прекрасно и очаровательно. Но как только Йе Гухан протянул руку, чтобы обнять её, она тут же испарилась, оставив только пару печально смотрящих глаз, которые будто умоляли его о чём-то…

- Сю Сю... Что случилось? Это ты? Это ты? Что ты хочешь мне сказать... Что, чёрт возьми, ты хочешь сказать? – Йе Гухан схватился за голову и начал метаться из стороны в сторону, казалось, будто его грудь раздирает огонь и разрезают тысячи ножей. Он будто что-то увидел, какой-то знак свыше, но не мог пройти через огромный слой тумана.

Цзюнь Мосе медленно подошёл и, увидев, в каком состоянии был Йе Гухан, невольно замер на месте.

Что это с ним?

В этот момент Йе Гухан не выдержал, в его глазах искрилось безумие, он сделал шаг вперёд:

- Мастер Цзюнь, можете ли вы взять меня с собой в Императорский дворец?

В его тоне чувствовалась мольба вперемешку с сильной злостью!

Он лишь понимал, что в данную минуту хочет просто убивать, он крайне взбешен и раздражён, если бы сейчас перед ним стоял его враг, Йе Гухан бы разорвал его в клочья!

- Хочешь во Дворец? Зачем? Сегодня ведь канун Нового года, это не очень удобно, не так ли? – Цзюнь Мосе нахмурился.

«Братец, ты со своей неразделённой любовью совсем с катушек съехал? Ты серьёзно собрался во Дворец прямо сейчас? Проблем себе ищешь? Хочешь навлечь позор на свою голову?» – в этот момент выражение лица Цзюнь Мосе было не на шутку серьёзным.

Он ясно почувствовал странную энергию, исходившую со стороны Императорского дворца, которая стремительно приближалась к дому семьи Цзюнь! С той стороны также доносился звук несущихся на всех парах лошадей…

Неужели и вправду что-то произошло? Цзюнь Мосе хотел было сначала разобраться с Йе Гуханом, но решил осмотреться и забрался на высокую башню; в этот момент раздался пронзительный крик! И исходил он практически из дома семьи Цзюнь!

Цзюнь Мосе затрясло, он тут же использовал технику Инь-Ян и оказался на месте происшествия! А там силуэт человека, будто смерч, атаковал целую группу людей.

Это был небольшой паланкин. Цзюнь Мосе сразу же узнал его владельца – это была Императрица. Раньше она частенько навещала их в этом паланкине. В нечётком силуэте Мосе тоже кое-кого узнал, это был господин Вэнь!

Если смотреть по направлению движения, то паланкин действительно двигался в сторону дома семьи Цзюнь! А теперь лучший друг Императора жестоко атакует паланкин Императрицы! Как это объяснить?

Ответ очевиден – Императрица стала обузой для Императора! Иначе бы он никогда не стал убивать её! Она просто стала ему невыгодна! А раз она направлялась в семью Цзюнь, следовательно, ей было чем поделиться! Иначе зачем Императору убивать свою Императрицу? Цзюнь Мосе с первого взгляда смог мгновенно оценить положение вещей на данный момент…

Цзюнь Мосе лишь успел протянуть руку, но господин Вэнь уже направил мощный удар в сторону паланкина!

И, хотя Мосе изо всех сил пытался заблокировать этот удар, он был слишком далеко, и шансов было слишком мало. Даже при том, что большую часть атаки удалось отразить, оставшиеся 30% чистой Суань ударили прямо в спину Императрицы! И хотя это была лишь оставшаяся треть от силы, но её владелец – мастер великого уровня, даже от такого удара мастеру Суань Неба было бы несдобровать!

Цзюнь Мосе был просто в ярости!

Он взревел:

- Вэнь Кан Ю, умереть захотелось?!

Резкий звук почти задел тело, это с огромной скоростью пролетела стрела!

Господин Вэнь резким скачком тут же отступил назад!

Но Цзюнь Мосе уже был тут как тут и одной ладонью попал прямо в цель, его миссия была выполнена!

Теперь он уже не сможет отсюда уйти!

Цзюнь Мосе промелькнул словно ястреб, любой другой уже бы задохнулся от такой скорости передвижения!

Господин Вэнь испугался и изо всех сил взмахнул мечом. Атака была направлена на Цзюнь Мосе. В это же время его тело двинулось назад, однако он так и продолжал бешено размахивать своим мечом, да так сильно, что разрубил деревья по обе стороны дороги. Огромные стволы вместе с их пышными заснеженными кронами рухнули на Цзюнь Мосе! Огромный слой снега стал зрительной помехой для всех присутствующих! Господин Вэнь был уверен, что теперь легко сможет скрыться!

Цзюнь Мосе лишь фыркнул и тут же использовал свою силу дерева. Теперь ему ничто не препятствовало пройти через эти толстые деревья, он прошел прямо сквозь ствол, оставив после себя лишь круглое отверстие. Второе дерево просто разорвало на мелкие кусочки!

Прорвавшись через все преграды, Цзюнь Мосе оказался прямо перед господином Вэнь!

Вэнь был просто поражён скоростью Мосе, он ведь даже ничуть не пострадал, хотя Вэнь являлся мастером высшего уровня! Господин Вэнь закричал и уже хотел нанести удар, однако не успел он поднять и руки, как силуэт Цзюнь Мосе уже находился у него за спиной!

Внезапно две ладони ударили его прямо в грудь, а затем по рукам; меч вылетел и растворился в воздухе, даже не было видно, куда он упал. Его плечи были рассечены ударами ладоней, словно ножом, следующий удар пришелся по коленкам, низу живота, а затем и по Даньтянь!

Господин Вэнь вдруг почувствовал головокружение, невольно закричал, из его рта сочилось что-то красное. Ему казалось, будто все его органы расплавились, тело было в агонии! В этот момент он даже не мог использовать свою силу Суань!

Он даже моргнуть не успел, как потерял всё преимущество в бою и оказался в бескрайнем аду!

Цзюнь Мосе вдруг исчез. Господин Вэнь был напряжён, в его ушах всё засвистело, и он рухнул на землю!

Цзюнь Мосе вдруг появился перед принцессой Лин Мэн, потому что именно её душераздирающие крики и плач он услышал тогда!

В первую очередь Мосе коснулся пальцем запястья Императрицы, а затем начал вводить в нее чистую духовную энергию.

Колени принцессы были раздроблены, а на затылке имелась большая рана. Все травмы были серьёзными, всё её тело было в крови, но, похоже, что в эту минуту она ни капельки не ощущала боли. Она стояла на разбитых коленях в снегу, держа мать за руку, её глаза были наполнены мольбой, она смотрела на Цзюнь Мосе, и в её мольбе чувствовалось отчаяние:

- Мосе… Спаси мою маму…

Глава 660.1. И даже после смерти ничего не изменится (часть 2)

Мосе только хотел начать исцеление, однако тут уже нельзя было ничем помочь. Его лицо помрачнело. Он и подумать не мог, что травмы Императрицы окажутся настолько тяжёлыми! Все её внутренние органы были разорваны, включая и её сердце! Ей уже ничем не помочь!

Даже Пагода Хунцзюнь здесь бессильна! Человеческая сила скудна, и пусть эту силу можно совершенствовать, небеса всегда вправе лишить её. Даже если бы Цзюнь Мосе тотчас использовал свою чистую энергию, Императрица всё равно бы скончалась!

Его сила просто чудовищна, у них не было шансов!

На самом деле они столкнулись с человеком, что находится на самой вершине Суань на этом континенте. И хотя существуют мастера намного выше и сильнее, чем господин Вэнь, но всё же в данном случае для всех этих людей он является воплощением самого дьявола!

Удар такой силы, пусть даже и его остаток, Императрица, эта хрупкая женщина, которая даже не достигла серебряного уровня Суань, была не в состоянии выдержать!

Цзюнь Мосе вздохнул, чистая духовная энергия проникла по каналам Императрицы и обернула все её разорвавшиеся органы, чтобы ещё ненадолго поддержать её жизнь.

И хотя таким образом он не смог бы спасти ей жизнь и дать надежду, но он ненадолго оттянул её конец! Этот поверхностный метод продлится лишь несколько минут…

Цзюнь Мосе сделал это не ради себя, не для того, чтобы узнать цель приезда Императрицы: он лишь думал о Йе Гухане! Об этом ослепленном страстью безумце… Мосе чувствовал, что просто обязан дать этим двум шанс встретиться в последний раз!

Неудивительно, что Йе Гухан выглядел таким обеспокоенным, оказывается все из-за… этого…

Возможно ли, что это какая-то особая связь между двумя влюблёнными?

Это же как надо любить человека, чтобы так чувствовать его?

Восемнадцать лет любви и никаких сожалений! Восемнадцать лет разлуки не изменили сердце!

Поэтому ради такой сильной любви, Цзюнь Мосе не должен быть равнодушным!

В этот момент он был одержим своими мыслями, ему было абсолютно плевать, что перед ним лежит не простая женщина, а Императрица. Для него лишь существовали Муронг Сю Сю и Йе Гухан, эти двое влюблённых. Если он мог им сейчас помочь, то без раздумий действовал! Положение, этикет, нормы морали – всё это полная ерунда! Мосе даже об этом и не задумывался!

Разобравшись с внутренними повреждениями Императрицы, Цзюнь Мосе заревел во весь голос:

- ЙЕ-ГУХАН!

Он крикнул это изо всех сил, но постарался не потревожить Муронг Сю Сю, его возглас буквально взорвал всё ночное небо!

После того, как Сю Сю услышала имя, которое крикнул Цзюнь Мосе, в её глазах появился свет, в них горела надежда и воспоминания…

В это время в воздухе что-то засвистело, и неожиданно рядом с Цзюнь Мосе появились Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь. Теперь их силу можно считать величайшей. Увидев текущее положение дел, оба были шокированы.

Чувство грядущей беды в сердце Йе Гухана становилось всё сильнее, и в этот момент он тоже услышал крик Цзюнь Мосе!

Он тут же без колебаний бросился бежать, его длинные волосы вдруг распустились, теперь они трепыхались по ветру, горюющем и мрачном ветру…

Вдалеке он увидел, как Цзюнь Мосе, сидя на корточках, что-то держит в своих руках. Йе Гухан вдруг остановился, ему будто лёгкие перебило, а в сердце была лишь пустота. Йе Гухан что-то осознал, но ему было тяжело это принять, он подошёл ближе. Вдруг всё вокруг потеряло краски! В его глазах было лишь очертание одного милого лица!

Её щеки были едва приподняты, а нежный взгляд был устремлён на Йе Гухана, эти глаза больше не скрывали свою любовь. Она со всей ласкою и сильными чувствами смотрела лишь на него и была не в силах расстаться, ей было бесконечно стыдно перед ним…

- Мой... Хан... – Муронг Сю Сю изо всех сил старалась успокоить свой дрожащий голос, взгляд был устремлён на Йе Гухана, она боялась даже моргнуть, чтобы не потерять из виду столь знакомое и в то же время чужое ей лицо…

- Сю Сю… – Йе Гухан качнулся, его лицо внезапно побледнело, он не мог сделать даже полшага вперёд и вдруг упал на колени. Он лишь смог приблизить своё лицо к глазам Муронг Сю Сю. Глядя на неё с огромной болью и сожалением, он спросил:

- Сю Сю… Кто? Кто сделал это с тобой? Ты...

Он ещё не успел договорить, как в его горле появился странный сладковатый привкус.

Он уже видел в жизни столько смертей, и сейчас, как он мог не понять, что Муронг Сю Сю находится на последнем издыхании?

- Мой Хан... Как же хорошо, что я тебя увидела… – Муронг Сю Сю нежно посмотрела на лицо Йе Гухана и прошептала: - Мой Хан… знаешь… все эти годы я каждый день думала о тебе, я всегда думала только о тебе…

В её глазах появились слёзы. Однако она изо всех сил старалась сдержаться, боясь, что из-за них не сможет увидеть лица любимого человека…

Йе Гухан с глупым видом стоял на коленях, его взгляд был горяч и в то же время очень нежен, он немного глупо промолвил:

- Сюс… не мучай себя… у тебя есть я…

Женщина слегка улыбнулась:

- Верно… у меня есть ты… так что мне не больно… и ни капельки не страшно…

Это прямо как двадцать лет назад, когда они попали в передрягу; Муронг Сю Сю тогда была ранена, а Йе Гухан успокаивал её. Тогда она ответила ему точно так же, ничего не изменилось!

А все потому, что даже спустя 20 лет их чувства остались прежними…

- Мой Хан... – Муронг Сю Сю хотела поднять руку, чтобы погладить его по щеке, однако была не в силах этого сделать. Йе Гухан осторожно взял её руку и приложил к своему лицу, он почувствовал всю её нежность и любовь, он больше не мог сдерживать свои слезы, и мягкая рука Сю Сю стала влажной…

- Мой Хан… не надо плакать… – Муронг Сю Сю попыталась пошевелить пальцем, чтобы вытереть его слезы, но они не переставали течь. – Цзюнь Мосе, я знаю, что скоро умру, но перед этим мне нужно тебе сказать… тебе… кое-что… – Императрица, не отрываясь, смотрела лишь на Йе Гухана: - Банда Сюэ Цзяньтан… они теперь императорские телохранители… Три главных квартиры… они там…

Цзюнь Мосе задрожал и прошептал:

- Благодарю Вас! – он всё ещё держал её за правую руку, вводя чистую энергию по телесным каналам, он хотел продлить их прощание. Как только он отпустит её руку, Муронг Сю Сю умрёт.

- Мой Хан… Мне нужно идти… Так что подмени меня тут… Присматривай за... Лин Мэн… – Муронг Сю Сю нежно улыбнулась, ей было тяжело расставаться. - Мэн – очень хороший и очень несчастный ребёнок…

Из глаз Йе Гухана всё так же лились слезы, он не проронил ни слова, губы его были плотно сжаты, однако алая кровь уже начала медленно просачиваться наружу…

Глава 660.2. И даже после смерти ничего не изменится (часть 2)

Муронг Сю Сю, похоже, что-то поняла, она легонько вздохнула и с трудом повернула свой взгляд в сторону Мосе:

- Цзюнь Мосе… Пожалуйста, присмотри за… моей Лин Мэн… я доверяю её тебе… – Сю Сю умоляюще посмотрела прямо в глаза Мосе. - Даже если ты и правда не хочешь жениться… тогда просто позаботься о ней… покорнейше тебя прошу… умоляю…

Её печальные глаза смотрели на Мосе с бесконечной мольбой и надеждой, это была последняя просьба матери о своём ребёнке…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и вдвое увеличил количество вводимой энергии, он легонько кивнул головой. Мосе уже почувствовал, что дыхание Сю Сю становится слабее, а каналы её тела практически омертвели. Пусть даже это духовная энергия, но проходить по каналам ей становилось всё труднее и труднее… Уголки рта Муронг Сю Сю растянулись в лёгкой улыбке:

- Спасибо…

Затем она повернула глаза и ласково посмотрела на Йе Гухана, но не промолвила ни слова. И хотя ей было что ещё сказать, она не видела в этом необходимости, да и просто не хотела говорить. Перед смертью ей лишь хотелось получше запечатлеть в памяти это лицо, выгравировать его на веки вечные в своем сознании… и забрать это воспоминание с собой…

Йе Гухан тоже молчал, лишь слёзы всё также продолжали свободно течь по его лицу, он смотрел на нее, смотрел взглядом, преисполненным любви. Оба смотрели друг на друга, не отрываясь, будто их души были переплетены вместе, навсегда переплетены.

Внезапно к очаровательному лицу Муронг Сю Сю прилила кровь, её душа сотряслась. Она в последний раз, заикаясь, промолвила:

- Надеюсь… в следующей жизни… судьба разрешит нам быть вместе… – её тело вдруг задрожало, а затем застыло.

Даже сейчас она была полна надежды, её лицо всё ещё выражало нежность и привязанность, а глаза источали бесконечную любовь и страсть, однако жизнь покинула её… Рука, что касалась лица Йе Гухана, обессиленно повисла в воздухе…

Слезам Йе Гухана не было конца, однако выражение его лица стало спокойным, его взгляд был по-прежнему устремлён на красивое лицо его возлюбленной, он медленно зачитал последние слова стиха:

- Небеса… успокойте и не обманите… мою дорогую! Сю Сю…

Он так и стоял на коленях и смотрел на будто бы заснувшую Сю Сю, а затем спокойно сказал:

- Цзюнь Мосе, на столе около моей кровати лежит меч. Я передаю его тебе. Также я передаю тебе Лин Мэн. Пожалуйста, позаботься о ней…

Цзюнь Мосе собирался что-либо сказать, но в его горле будто ком застрял. Йе Гухан улыбнулся:

- Последняя моя просьба – пожалуйста, похороните нас вместе! А на надгробии напишите такие слова: «Могила мужа Йе Гухана и жены Муронг Сю Сю». Она никогда не была Императрицей! Прошу тебя, выполни мою просьбу!

Цзюнь Мосе вздохнул:

- Я согласен взять это на себя! Человек, который убил её, находится прямо здесь. Разве ты не хочешь отомстить ему собственноручно? А что насчет зачинщика – он сейчас во Дворце, ты… ты не собираешься вершить возмездие за свою любимую? Лин Мэн… ты не хочешь позаботиться о ней, ты действительно спокоен?

- Я могу доверять тебе! Если у Лин Мэн будешь ты, тогда я спокоен, – Йе Гухан улыбнулся, его взгляд был обращен в темноту, холодный ветер трепетал его длинные волосы. – Убийца… я передаю его тебе. Дорога на тот свет одна. Если убить его сейчас, Сю Сю увидит его и испугается. Поэтому сначала я должен отправиться туда, чтобы сопроводить её в этом нелегком пути. Что же касается Ян Хуай Ю… Он не достоин того, чтобы марать об него руки! – он слегка улыбнулся и сказал: - Сю Сю ждёт меня, что может быть важнее нашей встречи? Ненависть… да что мне эта ненависть? Если не поторопиться сейчас, то мы не сможем переродиться вместе, Сю Сю точно расстроится и разочаруется… мы и так были разделены целую жизнь…

Сказав эти слова, Йе Гухан прислонился лицом к ещё тёплому лицу Муронг Сю Сю и прошептал:

- Сю Сю… не бойся… у тебя есть я… ты не одинока…

Его тело внезапно сильно задрожало и обессиленно упало, лишь его рука крепко обнимала тело Муронг Сю Сю. Их щёки были плотно прижаты… Йе Гухан с помощью оставшейся силы Суань сам остановил своё сердце, его дыхание прервалось…

Они крепко обнимали друг друга, их лица выражали одно и то же: удовлетворение, надежду, веру… похоже, что они встретились! И уже договорились о своей следующей жизни…

- Мама! Дядя Йе! – душераздирающе закричала принцесса Лин Мэн, душа её разрывалась от горя. Вдруг из её рта брызнула ярко-красная кровь, и она потеряла сознание…

Боль в её теле достигла крайней точки – любимая мама умерла, а через некоторое время за ней последовал и дядя, который был принцессе очень близок…

Два самых дорогих человека скончались один за другим, как принцесса вообще смогла выдержать такие жестокие удары судьбы, не потеряв сознания?..

Ещё пару часов назад они болтали и секретничали с мамой… а теперь их отделяют небеса…

Как выдержать всё это хрупкой девушке?

Цзюнь Мосе повесил голову. С тех пор, как он спас Йе Гухана, тот находился в депрессии, за всё время он ни разу не видел даже намёка на улыбку на его лице, но сегодня это случилось… и всё из-за грядущего перерождения!

Глядя на прижатые друг к другу тела Йе Гухана и Муронг Сю Сю, Цзюнь Мосе вдруг расчувствовался. Он вдруг понял, что значат чувства его матери и его отца. Йе Гухан и Муронг Сю Сю доказали, что даже после смерти любовь остается прежней... Внезапно он вспомнил одну песню:

Возможно, в прошлой жизни или же в следующей,

А может, и сейчас мы ошибочно встретили друг друга…

Всё было напрасно, ничего не вышло…

Мы ждали, когда уже этот мир превратится в облака и дым…

Ведь тогда всё изменится…

Давай поблагодарим мир за нашу любовь…

И снова поблагодарим весь мир за нашу любовь…

Возможно, в прошлой жизни или же в следующей,

А может, и сейчас наши судьбы ошибочно сплелись воедино…

Но мы переживём все эти невзгоды…

Нужно лишь дождаться, когда этот мир превратится в облака и дым…

Ведь тогда всё изменится…

Давай же поблагодарим мир за нашу любовь…

Снова поблагодарим мир за нашу любовь…

Пронзительно и скорбно эта песня спокойно разливалась повсюду, неся с собой чувство сожаления…

Глава 661.1. Возмездие началось!

Цзюнь Мосе тихонько вздохнул и медленно переложил тела Йе Гухана и Муронг Сю Сю в другое место. Его движения были острожными и плавными, будто он боялся потревожить их бренные останки.

Уложив тела погибших, он вернулся, чтобы осмотреть ранения принцессы Лин Мэн. Он был очень испуган увиденным, ведь ранения принцессы оказались такими же тяжёлыми!

Потеря близкого человека и последующая за этим дикая мучительная боль, повергли эту хрупкую девушку в шок, от которого она потеряла сознание. Оба её колена были разбиты в кровь. Видимо, она очень долгое время провела, стоя на коленях… Подумать только, сколько она потратила сил на это!

Вдобавок к этому, мощный удар Силы нанес серьёзный ущерб уже и без того пораненным коленям – кожа на них была разодрана, а мясо и кости, в прямом смысле этого слова, торчали наружу. Даже сухожилия и жилы болтались в воздухе, и всё это было окрашено в кроваво-красный цвет. Несомненно, это повергло бы любого, кто увидел это, в дикий ужас; на голове тоже было большая кровавая рана, из которой до этого текла кровь, но сейчас она уже затвердела, хотя в центре этой раны до сих пор появлялись кровавые пузыри…

С логической точки зрения такого рода ранения обычно приводят к фатальному исходу, а если их и повезёт вылечить, то человек определённо останется инвалидом! Но, к счастью, Цзюнь Мосе здесь, и какая удача, что его силы в последнее время очень увеличились, иначе было бы совсем нечем помочь бедной принцессе, даже при большом желании!

Цзюнь Мосе был предельно осторожен и внимателен, он левой рукой нашёл на её теле каналы Силы, и стал постепенно вводить туда чистую энергию, медленно восстанавливая её жизненные силы. Её изначальная ци была в приоритете, так как принцесса потеряла очень много крови и её жизнеспособность была очень сильно снижена. Продолжать дальше лечение было пустой тратой времени, и Цзюнь Мосе, обхватив Лин Мэн за талию, поднял её с холодной земли, что было не совсем легко, потому что её волосы застыли вместе с затвердевшей кровью и намертво приклеились к земле.

В это время Цзюнь Вуй уже был на месте этой трагедии. Фактически он прибыл туда немного раньше и собственными глазами видел, как Йе Гухан, его друг детства, совершил самоубийство во имя любви и трагически погиб, а Цзюнь Вуй при этом не сказал ему ни слова, чтобы отговорить его от этого рокового поступка.

За эти двадцать лет Цзюнь Вуй был свидетелем безумной любви Йе Гухана к Муронг Сю Сю, которая была разбита другими людьми, на его глазах разворачивались события их непростой любовной истории, их разлуки и их беспомощности что-то изменить, их бесконечных страданий и мучений, и, в конце концов, их несчастливого конца. Они решили расстаться с жизнью вместе, чтобы после неё встретиться вновь…

Увидев, как его хороший друг собрался покончить с собой, Цзюнь Вуй не проронил ни слова, чтобы утешить его и отговорить от этой затеи, потому что он знал, что это совершенно бессмысленно. Главная опора и любовь всей жизни Йе Гухана была уже мертва, откуда у него теперь желание жить дальше?! Можно сказать, что сердце Йе Гухана остановилось ещё восемнадцать лет назад! Но так как Муронг Сю Сю была ещё жива, Йе Гухан не хотел оставлять её в одиночестве, и мужественно, с разбитым сердцем, продолжал жить ради неё. Теперь Муронг Сю Сю была мертва, и у Йе Гухана больше не было забот в этом бренном мире! Смерть была для него единственным решением! И единственным способом облегчить свою боль в сердце, с которой он жил уже так долго! Только смерть могла заставить их любовь длиться вечно, оставаясь между небом и землей навсегда…

За всю свою горькую жизнь, у Йе Гухана было только несколько наполненных счастьем и радостью лет, остальное время своей жизни он провёл в отчаянии и мучениях, так что смерть стала для него ничем иным, как… облегчением!

Тогда, обнаружив Йе Гухана, собирающегося совершить самоубийство, Цзюнь Вуй, хотя и было больно и мучительно видеть это, решил не останавливать друга, а дать ему уйти спокойно, без сожалений и упреков. Эта печальная и наполненная болью и слезами жизнь должна была завершиться. После этой холодной и долгой ночи, ты больше не будешь одиноким и несчастным… Ты наконец-то добился её, она теперь твоя! Во всех следующих жизнях, на земле и на небе!

- Пришлите людей! – Цзюнь Вуй с задыхающимся голосом и стеклянными опустевшими глазами сказал в сторону: - Надлежащим образом позаботьтесь о телах брата Йе и сестры Муронг. Скажите людям поторопиться сделать гроб большого размера, мы похороним их в одной могиле!

Цзюнь Мосе с равнодушным взглядом пошёл вперед, с принцессой Лин Мэн на руках, обдумывая, как бы помягче рассказать ей о случившемся. Сейчас она всё еще была без сознания, но после пробуждения, что будет с ней, когда она узнает об этой страшной и жестокой трагедии?

Цзюнь Вуй, не издавая ни звука, поднялся на ноги, а потом шепотом спросил:

- Мосе, что ты собрался делать дальше? Следовать инструкциям, которые оставил Йе Гухан ещё до смерти?

Цзюнь Мосе холодно ответил:

- Я найду достойное для них место захоронения!

- Я имею в виду… того убийцу… – сказал Цзюнь Вуй с жаждой крови в глазах.

- Завтра перед воротами в императорский дворец, нужно будет установить высокую платформу и созвать весь народ города Тянсян прийти туда! Подосланный убийца Вэнь Кан Ю, совершивший величайшее преступление, будет в сопровождении стражи доставлен на эту самую платформу, его тело должно быть туго связано рыболовной сетью, и затем он будет предан казни через тысячу порезов! Девять дней и девять ночей его тело будут протыкать, в общей сложности, девятьсот девяносто девять ножей! Если будет хоть меньше на час или меньше на нож, то я сам лично, вместе с палачом, не хуже самого отъявленного душегуба, пойду и сотворю с его семьёй и всеми последующими девятью поколениями аналогичное наказание! Хладнокровно убить Императрицу и удостоиться смертной казни, я думаю, он сполна заслуживает этого, не так ли? – договорив это, тон голоса Цзюнь Мосе достиг крайнего уровня злости и ненависти, которые он никак не мог усмирить!

Несчастная история любви Йе Гухана и Муронг Сю Сю растрогала сердце даже такого холодного и равнодушного человека, как Цзюнь Мосе! В этот момент он вынес такое безумное и до крайности жестокое решение! Жертвы, которые принесли Йе Гухан и Муронг Сю Сю во имя своей любви, обязательно должны быть не напрасными! Цзюнь Мосе должен провести достойный обряд погребения, чтобы утешить души этих двух покойных! Эти похороны должны потрясти весь мир и оставить долгий и незабываемый след в сердцах всех людей! Даже навлечь несчастье совсем не жалко!

Мне нет никакого дела, что там творится в мире и что происходит в жизнях простого люда! Если это стоит моих усилий и стараний, я непременно пойду на это! Цзюнь Се относится к любым делам, которые касаются его, очень ответственно и совестливо, в соответствии с порядками и законами этого мира!

Глава 661.2. Возмездие началось!

Йе Гухан, Муронг Сю Сю, я доведу ваши дела до конца! Я расправлюсь с вашим врагом! Все ваши сожаления и потери я компенсирую с достатком! Ваши незавершенные желания и надежды я закончу! Хотя я не питал особой симпатии к Йе Гухану и практически не знал Муронг Сю Сю, но ваша чистая и настоящая любовь растрогала меня и заставила изменить мнение о вас!

Цзюнь Вуй, вздохнув, сказал:

- Перед императорским дворцом? Собрать людей? Связать рыболовной сетью? Казнь «тысячи порезов»? – от такого жесткого и безумного решения, даже Цзюнь Вуй, «кровавый» полководец, почувствовал себя неуютно.

- И правильно! Не разбираться с наставниками этого подосланного убийцы и так уже очень великодушно! – Цзюнь Мосе поднял голову и с уверенным выражением лица сказал: - Так и решим!

- Ладно… только как же быть с настоящим убийцей, который остался в тени? – Цзюнь Вуй тяжело вздохнул. Он понимал, что отговаривать Мосе было уже поздно, но он всё же постарался осторожно спросить его об этом.

Муронг Сю Сю так и не смогла сказать. Кто, в конце концов, напал на неё, однако пусть она и не сказала этого, но в городе Тянсян есть только один человек, который с таким поручением мог отправить Вэнь Кан Ю!

Ответ всего лишь один! И других вариантов нет!

- Он? Он не может умереть! Во всяком случае, пока не может! Даже если он сам захочет умереть, так не пойдет! – Цзюнь Мосес коварным лицом, слабо посмеиваясь, сказал: - Нельзя принимать в расчёт только гибель Йе Гухана и Муронг Сю Сю, есть ещё и наш, семьи Цзюнь, кровавый долг за отца и двух дядюшек! Если вот так взять и дать ему просто умереть…

- Да, действительно! Это слишком просто для него! Даже казнить его «тысячей порезов», даже девятью тысячами девятьсот девяносто девятью порезами, это слишком мягко по отношению к нему! Я должен оставить его в живых… чтобы устроить ему настоящий ад на земле! – Цзюнь Вуй, глубоко вздохнув, сказал.

Этим же вечером Цзюнь Мосе, старательно уложив принцессу Лин Мэн отдыхать и набираться сил, сразу же приступил к переброске войск и рассылке полководцев!

Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй, Цзюнь Чжан Тиан, Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, Хай Чэнь Фэн, Сонг Шань, Байли Лу Юн, Лэн Ао, триста бойцов отрядов медленно выдвинулись из резиденции семьи Цзюнь, даже Донфанг Вэн Синь и Гуан Квинхан сопровождали их!

«Сюэ Цзяньтан!»

Три главных квартиры дворцовых охранников, это имеет прямое отношение к смерти Цзюнь Ву Хи!

Можно сказать, что этот враг семьи Цзюнь такой же ненавистный как и семья Сяо!

Как Донфанг Вэн Синь могла остаться в стороне, когда прямо сейчас произойдёт расправа над «Сюэ Цзяньтан»!

С теми, кто убил её мужа, и к кому она так пылает смертельной ненавистью!

Донфанг Вэн Синь непременно должна видеть собственными глазами смерть убийцы своего мужа!

Пусть даже это будет жестоко и бесчеловечно, она, во что бы то ни стало, должна увидеть это!

Ради отмщения своего мужа, ничего не страшно!

Донфанг Вэн Синь была настойчива и решительна, как никогда в жизни!

Это враг всей семьи Цзюнь, значит, все члены семьи Цзюнь непременно должны присутствовать при его убийстве!

Еще вечером все радостно праздновали Новый год, а уже после полуночи все круто изменилось, грянуло бесконечное кровавое начало нового года, семья Цзюнь требовала уплаты кровавого долга! Цзюнь Мосе никак не мог допустить, чтобы преступник ускользнул от наказания!

Поэтому Цзюнь Мосе собрал всех хорошо обученных и сильнейших представителей семьи Цзюнь. Всю дорогу застилал кровавый туман, конца и края которого, никто не мог разглядеть. Три главных квартиры дворцовых охранников уже виднелись вдали, посмотрев на эти строго охраняемые штаб-квартиры, Цзюнь Мосе злобно засмеялся.

В следующие минуту Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй, Цзюнь Чжан Тиан, Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, Хай Чэнь Фэн, Сонг Шань, Байли Лу Юн, Лэн Ао и остальные кинулись в бой!

В ночном полумраке, группа людей, не издавая ни звука, напала на стражу штаб-квартир, и почти в одно мгновение, все разом, охранники рухнули на землю! Целый разряд величайших, великих и охранников самой низкой Суань был уничтожен в одно мгновение от неожиданного нападения! У этих солдат даже не было времени понять, что происходит, не говоря уже о том, чтобы что-то предпринять!

В глазах дедушки Цзюнь Чжан Тиана появлялись то чувства приятной мести, то чувства безграничного горя, когда он находился с остальным войском в ожидании! Участвуя в этом многозначительном трагическом событии, настроение дедушки стремительно менялось, раз уж Сюэ Цзяньтан переквалифицировался в приближенных императорского дворца, все было понятно и без слов.

«Совершенно уже не нужно никаких улик или обоснований, императорская семья Тянсян совершенно потеряла смысл для моей семьи Цзюнь, с какой еще стати я должен быть верным ей до конца? Это было бы глупейшей ошибкой!»

Этот переход Сюэ Цзяньтан в императорские охранники стал большим ударом для старика Цзюнь!

Донфанг Вэн Синь и Гуан Квинхан невозмутимо и спокойно смотрели на этот сумрачный лагерь, глаза их были полны ненависти.

Белоснежные одежды Цзюнь Мосе быстро мелькали в темной ночи, появившись снова, он махнул рукой, и три сотни бойцов Небесных Разрушителей, подобно стае быстрых гепардов, бесшумно появились из ночи. До этого несколько человек отправились занять изначальные позиции охранников, группы из трех человек остались патрулировать каждый перекресток; затем все остальные, словно один огромный пчелиный рой, ворвались вовнутрь…

Глава 662. Убийства во дворце Сюэцзянь

Одинокий Сокол виртуозно расправился с одним из людей дворца Сюэцзянь. Пройдя через вторую палату этого лагеря, он увидел, как Цзюнь Мосе выходит из соседнего шатра, в котором только что прикончил несколько человек. Руки его были по локоть в крови и по мере того, как он двигался в полной темноте, он оставлял за собой кровавые следы.

Недалеко от палатки разразилось бурное сражение, и кто-то заорал:

- Кто вы такие? Вы знаете, что это за место вообще? Как смеете вы вытворять такое здесь? Не боитесь, что кара 9 поколений обрушится на вас?

Вслед Цзюнь Вуй холодно ответил:

- Чего? Вы что, не узнали Цзюнь Вуя? А я-то вас узнал! Несмотря на то, что вы поседели, я уверен, что обознаться не мог!

- Что? Цзюнь Вуй… ты… ты… – голос был полон удивления, этот человек явно не ожидал такого.

Цзюнь Мосе проделывал в воздухе необыкновенные трюки, словно рыба в море. Затем он увидел, как к Цзюнь Вую сзади подкрадывались двое, пока он разбирался с человеком в халате, лицо которого было полностью красным. А вскоре ещё трое начали подбираться к нему. Тогда Цзюнь Мосе и приземлился.

Сейчас силы Цзюнь Вуя были увеличены до уровня великого мастера, и этот краснолицый, чья мощь составляла максимум Суань Неба, из-за свирепых атак Цзюнь Вуя начал постепенно отступать.

Цзюнь Мосе, приблизившись к ним, понял, что что-то тут не так. На обычно невозмутимом лице Цзюнь Вуя проявились злоба и нервозность, но его силы ничуть не уступали силам противника! Цзюнь Мосе забеспокоился, приземлился на землю. Во время своего приземления он успел перерезать глотки двум противникам. Эти двое одновременно повалились наземь.

Взглянув ещё раз на краснолицего и на озлобленного Цзюнь Вуя, Мосе кое-что понял, он спросил:

- Дядя, это тот, который тогда пришёл в ваш лагерь?

Цзюнь Вуй, ведя активное сражение, ответил сквозь зубы:

- Верно! Это именно он. Держа в руках военный приказ, он вместе с семьей Сяо вторгся в наш штаб вместе со своей многочисленной армией! Он и есть один из главных виновников тех событий! Его физиономию я никогда не смогу забыть!

Цзюнь Мосе рассмеялся:

- В таком случае, он не должен умереть лёгкой смертью!

Цзюнь Вуй холодно рассмеялся:

- Ещё бы, он у меня легко не отделается!

Краснолицый в отчаянии закричал, словно обезумевший, он решил, что раз ему придется умереть, то он заберёт с собой и ещё одну жизнь. Но как только к ним подоспел Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй не беспокоился, что краснолицый сможет убежать. Он направил все свои силы на него, чья техника была гораздо хуже техники Цзюнь, да и сила его тоже не шла в сравнение с их силой. Буквально за несколько мгновений он получил серьёзные травмы, ему не удавалось оказывать сопротивление!

Безжалостный возглас раздался из сжатого рта Цзюнь Вуя.

*Бам!* – удары четырёх рук были направлены на одного противника. У него изо рта хлынул фонтан крови, обе его руки были сломаны, сражаться он больше не мог.

Цзюнь Вуй всё ещё не мог успокоиться, он пнул его в грудь, ещё больше прижав к земле, а затем наступил ногой на его горло.

Краснолицый издал последний предсмертный вопль.

Цзюнь Мосе, крича, ворвался в шатёр, на ходу заколов двух, охраняющих его людей. В его руках была веревка, и он виртуозно связал троих человек так, что они тали похожи на цзунцзы. (Цзунцзы – кушанье из клейкого риса с разнообразными начинками в бамбуковых листьях, обычно связанных верёвкой)

- Чуть попозже мы вас допросим! – крикнул Цзюнь Вуй в гневе. - Они готовили заговор!

- Дядя, о чём ещё их нужно спрашивать? Заговор? Какой заговор? – посмеялся Цзюнь Мосе, а затем спокойно сказал: - Что это за место? Откуда пришли эти люди? Почему Дворец Сюэцзянь охраняют люди Императора? Нам уже давно всё стало ясно! Зачем их допрашивать? Поскольку дед уже согласился принимать участие в нашем плане, значит, его семья сомневается в его преданности. Если мы правы, то эти люди сами казнят Вэн Кан Ю!

Услышав это, глаза Цзюнь Вуя засверкали, он злобно сказал:

- Неплохо!

Снаружи царил полный хаос, люди кричали:

- Убить их! Убить их!

Из соседнего шатра трубили в рог, тем самым созывая на помощь.

Когда Мосе с дядей вышли из шатра, битва уже подходила к концу!

Около ста солдат армии Цзюнь держали в руках арбалеты из сухожилий зверей Суань и были готовы встретить врага. Если бы кто-то попытался сбежать, то тотчас бы превратился в ежа!

Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь и другие убийцы высочайшего уровня остались около центрового шатра и, заложив руки за спину, внимательно смотрели за тем, что происходит вокруг. А Хай Чэнь Фэн и Байли Лу Юн с остальными всё ещё бились внутри самого шатра! Этот шатёр был большим и изящным. Очевидно, что в нём жил глава дворца Сюэцзянь.

- Как продвигается сражение? – спросил, медленно подходя, Цзюнь Мосе.

- Всё идёт ровно! Осталось только это место. Лучше предоставить это Хай Чэнь Фэну и его команде. За последнее время они, несомненно, добились большого прогресса, но им нужно поработать над своими эмоциями, – Одинокий Сокол сверкнул глазами, глядя на схватку, разворачивающуюся у него перед носом и сказал: - Для них это хорошая возможность набраться опыта.

Цзюнь Мосе одобрительно кивнул.

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь никогда не ошибаются. Если они говорят, что это отличная возможность для их товарищей набраться боевого опыта и наработать необходимые навыки, то можно не сомневаться в том, что это действительно так!

- Их противник тоже далеко не промах, – Цзюнь Мосе холодным взглядом окинул происходящий в шатре бой и рассмеялся. Вдруг его внимание привлекли два небольших силуэта.

Как только они увидели, насколько жестокое сражение происходит в этом шатре, два худощавых низких силуэта быстренько спрятались. И, дождавшись удобного случая, они одновременно выскочили и начали размахивать кинжалами, что были у них в руках. Они одним ударом убивали всех, кто попадался на их пути.

Хай Чэнь Фэн вынудил мастера Суань Неба засуетиться. Те два силуэта мелькали с двух сторон и те же кинжалы, которыми они сметали всё на своём пути, они вонзили в живот того самого мастера! А затем выпустили эти кинжалы из рук и, сделав сальто, исчезли оттуда.

Жизнь оставляла мастера Суань Неба, и он закричал в отчаянии, абсолютно забыв о том, что перед ним был Хай Чэнь Фэн, готовый к сражению с ним. Сила Суань покидала его тело, но он всё ещё надеялся отсрочить смерть и закрывал ладонями раны. Но раны были настолько большие, что ему это не помогало. Изо рта полилась кровь, он зашатался и, наконец, упал.

А те два худощавых паренька силой добыли новые кинжалы и отправились искать себе новую мишень.

Хотя они были еще совсем юны, однако умели находить удобный момент и беспощадно расправляться с врагом! На лице их был неописуемый восторг после того, как они убивали кого-то. В них совсем не было страха, они получали удовольствие от того, что делали.

Фэн Цзянь Юнь вздохнул в восхищении, он бросил на этих двух холодный взгляд и сказал абсолютно искренне:

- Эти парни – прирождённые убийцы! Уверен, что когда они станут старше, они смогут затмить собой Чу Цихуна!

- Они и в самом деле уже очень даже неплохи, только, к сожалению, это у них не от природы, – сказал Цзюнь Мосе. - Если бы ты знал, через что они прошли, тебя бы ничуть не удивило их поведение!

Жизнь, проведенная во дворце Хуанхуа полна жестокостей, после такого никто не сможет остаться милосердным! Они лишь знают, что такое «враг» и как его убивать!

Со всех сторон раздался звук шагов и стук копыт, это, наконец, подоспела помощь из главного штаба!

Трое мужиков, словно три башни, встали посреди дороги. Их лица не выражали никаких эмоций. Даже когда возле них промчалась целая армия, они не сдвинулись с места!

- Там впереди, вы кто? Поскорей расступитесь, не то умрёте! – трое главнокомандующих не обращали внимания на собственную армию, а затем начали перешептываться.

- Здесь дела у семьи Цзюнь! Посторонним прохода нет! Вам придётся развернуться и уйти! Всех, кто ослушается, ждёт смерть! – сделав шаг вперёд, крикнул один из мужчин.

Это были земли Императора, но Цаньтянь назвал только что прибывшую Императорскую гвардию «посторонними»!

- Смерть? Семья Цзюнь? – главнокомандующие недоуменно посмотрели на сверкающие огни этого лагеря.

Вдруг один из них сделал шаг вперёд, он был спокоен и твёрд. Он громко сказал:

- Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь – мятежник, которого ждёт смерть! Это не имеет отношения ни к кому из вас, поэтому вы должны сдать Мосе в мои руки!

Последние слова он прокричал особенно громко, словно хотел, чтобы они долетели до города Тянсян!

Все конные воины одновременно остановились, как будто не сговариваясь. Затем прозвучал вопрос:

- Я прошу прощения, но какие дела здесь могут быть у семьи Цзюнь? – говоривший был командующим этой армией, и он был из семьи Муронг – Муронг Хао.

Цзюнь Мосе крикнул:

- Разве у меня тут не может быть дел? И я не должен докладывать о них тебе! Если не хочешь уходить «оставайся».

Муронг Хао изменился в лице, он уж собирался что-то сказать, как тут какой-то старик в чёрной одежде, словно чудовище, возник перед ним и глазами хищника смотрел на него. Изо рта у него вырвалось:

- Схватить!

Он уже обнажил меч и начал приближаться, как кто-то заорал:

- Если перейдёте эту черту, то вы покойники!

Муронг Хао вздохнул. Помимо того, что там проходила граница Императорского дворца, там была и совершенно другая природа, другая земля. Перед ним всё ещё стоял старик в чёрной одежде, ногой прорисовывая линию на земле! Из его тела энергия Суань не просачивалась вообще. Неужели…

Он поразмышлял. У того старика худое лицо, а глаза и брови как у орла! Вдруг он вспомнил слухи, которые до него как-то дошли. Этот человек точно не из Цзюнь… Неужели это тот самый великий Одинокий Сокол? Он весь затрясся.

В это время Цзюнь Чжан Тиан серьёзно заявил:

- Муронг Хао, прикажи своей армии расступиться и дать мне пройти!

Оцепенев, Муронг сказал:

- Исполнять приказ генерала! Расступиться!

И его подчинённые тут же расступились.

Одинокий Сокол фыркнул, он этого явно не ожидал:

«Что за глупости, ещё хватает смелости сомневаться в том, кто я такой…»

Глава 663.1. Предсмертный позор

В императорском дворце Его Величество разбил бокал об пол. Его трясло от ярости, и прошло много времени до того, как он всё же смог успокоиться. Он бормотал:

- Цзюнь Мосе… Ты всё-таки нашёл дворец Сюэцзянь! Ты… Может ты, наконец, придёшь сюда? Я тебя не боюсь! Я ни капли тебя не боюсь!

Я – Император! Императорский трон мой! Я – главный в городе Тянсян! – орал Император в гневе, схватив новый сосуд с вином и подливая себе в бокал. Вдруг он замер и закричал:

- О том, что происходит во дворце Сюэцзянь Императрица точно знала… значит… разве она ещё не мертва? Это она всё рассказала Цзюнь Мосе?

Когда Император договорил, его глаза поменяли окрас, он в бешенстве встал, пнул ногой стол и издал истошный вопль:

- Почему ты не сдохла? Муронг Сю Сю, какого чёрта ты не сдохла?! Почему ты ещё жива?!

Он забрался на императорский трон, схватился за голову и вдруг произнёс слова так, словно сбросил тяжкое бремя:

- Какое счастье… ты всё ещё жива… Ты не умерла… Как же хорошо, что ты не умерла! Сю Сю… Ты же знаешь… Я… я бы никогда не допустил твоей смерти… Я бы этого не вынес. Как хорошо, что ты жива!

Никто не понимал такие сложные, запутанные чувства Императора. Они боялись, что убитый горем Император сам не понимал, что происходит в его душе… Чего в конце концов он сам хочет?

Предновогодние крики на улице, наконец, стихли, и Его Величество перепугался… На улице уже посветлело, а с ним так никто и не пришёл свести счёты…

«Почему никто из семьи Цзюнь не пришёл за мной? Вы же нашли дворец Сюэцзянь, так почему же вы всё ещё не здесь… не ищете меня? Почему?!» – Его Величество думал об этом сто раз и так и не понял, и это пугало его.

Он уже давно не боялся смерти. Он давно подготовился к встрече со смертью, но… его противник так и не пришел!

У него были странные ощущения, которые невозможно описать словами!

- Докладываю Его Величеству! – один из охранников пришёл к нему с докладом. Резкий звук от его слов напугал Императора, погружённого в свои мысли, что он аж подскочил. Он прорычал:

- Что случилось? Что произошло?!

Сказав это, он почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

- Семья Цзюнь у ворот дворца. Они воздвигли высокое сооружение, на которое повесили флаг. На этом флаге написано: «Наказать мятежников, уничтожить предателей». Но мы не знаем, что они собираются делать дальше, – поспешно доложил охранник, он был очень напуган.

- Что? Возле ворот? – испугался Император, к его лицу прилилась кровь, он низким голосом крикнул: - Семья Цзюнь! Вы – настоящие обманщики!

- Их сооружение действительно очень высокое, оттуда весь дворец как на ладони… – стоя на коленях, сказал охранник.

- Я сам пойду и посмотрю!

Их постройка полностью загородила ворота императорского дворца!

Цзюнь Мосе в белых одеяниях, со светло-синим длинным поясом, сидел нога на ногу в огромном кресле. Его тёмные волосы развевались на холодном ветру, на лице была зловещая улыбка. Он не обращал ни малейшего внимания на хихикающую рядом Дугу Сяо И.

Недалеко от него лежало три трупа в луже крови. Это были охранники, стоявшие у ворот Императорского дворца. Они попытались помешать воздвигнуть Мосе его сооружение, поэтому он их убил! Затем отряд Небесных Разрушителей пробежал вокруг стен дворца, сея на пути леденящий страх. Остальные охранники Императорского дворца больше не осмеливались сдвинуться с места!

Император взошел на самое высокое сооружение, что было в Императорском дворце, чтобы оглядеться. Сооружение противника было ничуть не ниже того, на котором стоял он!

Оно действительно бросалось в глаза!

Он понял, почему Цзюнь Мосе построил такое высокое сооружение. У него лишь одна цель – он хочет во что бы то ни стало унизить Императора! Он не пожалеет никаких сил для атаки!

Император ничего не мог поделать, да он и не хотел.

Если и правда он пустит на них всю свою мощь, то единственным результатом такой атаки будет полное уничтожение правящей династии города Тянсянь!

Сегодня семья Цзюнь уже не та, что раньше!

Любой из них мог убивать в полной темноте, в такой безлюдной местности, как Императорский дворец, они могли свободно перемещаться, да так, что их бы никто бы не услышал. Точно так же, в полной тишине, они могли без особых усилий унести с собой голову Императора!

Казалось, что до этого построения рукой подать. Всё тело Императора продрогло, он наполнил свою грудь воздухом. Выбора у него не было!

Это было мучительно, они оттягивали принятие решения… они словно резали мясо тупым ножом… Это настоящий позор, ему не хотелось больше это терпеть!

У Императора было ощущение, что он привязан на огромный столб позора и что над ним все смеются…

Он посмотрел вдаль на кресло, где вольготно сидел человек в белых одеждах, в его глазах промелькнул огонь ненависти.

Если бы этим огнём ненависти из его глаз можно было бы сжечь людей, то он сжёг бы Цзюнь Мосе этим взглядом 180 раз!

В этот момент Цзюнь Мосе, будто витая в облаках, повернул голову и его взгляд сошёлся с взглядом Императора Тяньсян, Ян Хуай Юем. Его Величество почувствовал на себе этот острый взгляд, глаза Цзюнь Мосе были словно два острых меча, и они будто бы вонзились в его сердце и ему стало трудно дышать.

Всё время, что Цзюнь Мосе смотрел на Императора, на его лице была ухмылка, и вдруг он произнёс:

- Сяо И, посмотри туда. Это Его Величество, ха-ха! Тот, в жёлтом халате, похожий на трусливую обезьянку…

Он бесцеремонно показывал пальцем на Императора… А вообще – он показывал на него средним пальцем!

Дугу Сяо И тоже было очень весело, она задорным голоском спросила:

- Где? Где? Где? Где обезьянка?

- Вон там, не обезьянка что ли? Посмотри внимательней! – на то место, на которое указывал Цзюнь Мосе, смотрела не одна Дугу Сяо И, а все присутствующие.

- Ха-ха-ха! – рассмеялся Мосе, неожиданно схватил Дугу Сяо И за тоненькую талию и тихим голосом сказал: - Увидела теперь?

Дугу Сяо И затрясло от того, что Цзюнь Мосе так неожиданно схватил её за талию, она обессилела, прижалась к нему и скромно сказала:

- Ты… Ты такой смелый, тут же полно народу!

При этом она даже и не сопротивлялась. В этом не было смысла, ведь она целый день ждала, чтобы все увидели, насколько она счастлива. Её возлюбленный первый раз обнял её. От смущения Дугу Сяо И покраснела.

- Ха-ха-ха! Как же приятно! В моих руках судьба человека, а рядом красавица, которую можно обнять, и мне всё равно, что думают остальные. От моего удара заплачут злые и добрые духи! Что еще человеку нужно для счастья? Ха-ха-ха! – Цзюнь Мосе смеялся как сумасшедший, и этот смех разносился во все стороны. Императору этот звук резал слух и проникал прямо в его сердце!

- Какой правящий класс, какие богатство и почесть? Неужто это всё перед моими глазами? – рассмеялся Цзюнь Мосе, он ударил ладонью по столу так, что вино, что стояло на нём, расплескалось. - Ваше Величество, вы взобрались на такую высь, чтобы посмотреть на меня, поэтому я в вашу честь выпью один бокал! Ха-ха-ха!

Цзюнь Мосе говорил дерзко и отважно, и тот, что был вдалеке, исчез с его поля зрения.

Цзюнь Мосе всё также хохотал, он не замолкал ни на секунду, залпом выпив стакан вина, он метнул его прямо в то окно, за которым только что был Император.

Этим он показал, что Император был опозорен!

Его Величество позеленел от злости. Он, выражая досаду, взмахнул рукавом и начал спускаться вниз по лестнице. Его трясло, глаза наполнились кровью! Это было безумием и невыносимым позором, он дышал часто и тяжело, и с каждым вздохом его дыхание становилось все чаще и всё тяжелее. Вдруг из уголков его рта пошла кровь…

Глава 663.2. Предсмертный позор

Цзюнь Мосе создал много шума, и если Императорский дом не решит эту проблему прямо сейчас, то власть над Тянсян возьмет Цзюнь Мосе, и он уничтожит их всех без остатка!

Но… Как одолеть Цзюнь Мосе?

Одной вселенной известно, кто сможет справиться с ним…

Почему здесь нет Господина Вэня? Мастер Золотого города, почему принял такое решение?

Помимо того, что Император боится Цзюнь Мосе и его семью, он не мог придумать других причин!

Если у трёх священных земель не получилось, то, что может сделать один крошечный Император?

От того, что он не мог выпустить свой гнев, ему казалось, что его грудная клетка скоро взорвется!

Люди не понимали, что происходит, они смотрели на всё это с выпученными глазами и раскрытыми ртами!

Молодой мастер Цзюнь по-прежнему был тем, кто не соблюдает никаких правил и законов, разве это не отличается от бунта?

Мало того, что построил высокое сооружение у ворот, так ещё и опозорил Императора? Это… это… это просто невообразимо!

Раздался гул голосов и топот шагов, это прибыли семьи из столицы. Но увидев эту картину, даже самый последний дурак понял бы: семья Цзюнь дала понять, что Императорскому дому не быть больше свободным!

От торчащих вдалеке голов ни осталось и следа! Они понимали, что лучше им в это не впутываться!

Первый день Нового года, а погода вполне себе хорошая...

Солнце медленно поднималось над городом, и под абсолютно чистым небом, наконец, началась ожесточённая «игра в казнь».

Те люди, которых связали одной веревкой, были под присмотром людей сверху, они были привязаны к деревянному столбу. Голоса людей, что переговаривались внизу, становились всё громче и громче. В итоге, заложников общей численностью было больше 118 человек! Вэнь Кан Ю стоял в одном из последних рядов!

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй собрали всех Цзюнь, чтобы наконец-то начать сражение!

Все были взволнованы и одновременно рады!

Обида, которая накопилась за десять лет, наконец, найдёт себе выход!

У всех на глазах Цзюнь Мосе вознесся на высокое строение, взмахнул рукой, и на строении появилось знамя и начало развиваться на ветру. Знамя было кроваво-красным, высотой метра в три, а на нем вышито следующее: «Главнокомандующий Цзюнь Ву Хи!»

Эти слова сияли в лучах солнца. Они блестели так же, как и само его имя, которое сияет в мире!

Люди, которые стояли на земле, понимали, что всё это значит, и не могли сдержать волнения. Никто не видел этого знамени около десяти лет. Так почему же он появился именно сейчас и именно здесь?

На лице Цзюнь Мосе читалась торжественность, он поклонился этому знамени, а затем поклонилась и вся его семья. У старика Цзюнь Чжан Тиана накатились слёзы на глаза. Он долго смотрел на знамя своего сына, его губы дрожали, седые волосы танцевали на ветру, он смотрел вдаль и, кажется, смотрел бы так вечно.

Это его старший сын, его гордость! Гордость города Тянсян, гордость всех военных этого мира! Сегодня они как следует отдадут честь его сыну!

Кровью врага наполнится сегодня эта земля!

Боевое знамя развевалось на ветру, словно вернулись силы главнокомандующего тех лет!

- Главнокомандующий! Наш Главнокомандующий! – внезапно, словно цунами, пронеслись эти слова. Это кричали все присутствующие солдаты!

Люди заплакали, когда увидели знамя их духа-защитника, они падали на колени один за другим… Глаза каждого были заплаканы, они благодарили своего главнокомандующего, он был их гордостью и их успокоением!

- Это – знамя моего отца, главнокомандующего Цзюнь Ву Хи! – Цзюнь Мосе встал, грозно окинул взглядом стоящих рядом людей и громко произнёс: - Мой отец воевал ради нашего города Тянсян, его заслуги неоценимы, но, к несчастью, он погиб слишком рано. К огромному сожалению всех жителей города Тянсян! Но только сейчас я понял – отец погиб не в бою, против него был затеян заговор!

- Заговор? – народ не знал об этом. Они знали лишь, что не знавший поражения Цзюнь Ву Хи всё же пал в бою. Они и подумать не могли, что на самом деле его смерть не случайна, и что против него был уготован заговор.

- Да кто же, в конце концов, погубил главнокомандующего Цзюнь? – с негодованием спросил один высокий парень. Этот человек был вне себя от гнева. Он был суров, высок, с прямой осанкой, стоит лишь раз на него взглянуть сразу понятно, что он – военный!

- Кто же погубил главнокомандующего Цзюнь? – повторила за ним толпа.

- Вот эта шайка! – Цзюнь Мосе повернулся и указал на 118 человек, стоявших у него за спиной, и сквозь зубы произнёс: - Эти сукины дети! Они погубили моего героя-отца! С этими подлыми тварями мы в одном мире жить не можем!

- Убить их! Убить их!..

- Порвем их на мелкие кусочки!

- Не щадите их, этих ублюдков! Сукины дети! Гореть вам в аду!

- Гореть вам в аду…

- Мой отец сражался и проливал кровь ради города Тянсян, ради простого народа, но его предали эти мелкие ублюдки! Они опозорили себя и свой род! – громко кричал Цзюнь Мосе. – Сейчас и вы все тому свидетели, мы прольём кровь наших врагов! Почтим память моего славного отца!

- Почтим память нашего славного героя! Почтим память нашего славного героя! – огромная толпа рыдала навзрыд. В особенности это были солдаты Цзюнь Ву Хи, они кусали губы от того, что узнали, что их любимейший главнокомандующий Цзюнь был, на самом деле, подло убит.

- Казнить! – холодно сказал Цзюнь Мосе и махнул правой рукой.

Сверху на солдат упала черная сеть, а затем была плотно затянута, они оказались в плену.

Были люди, кто уже видел подобного рода казни, но даже те, кто не видели, знали точно: это казнь «тысячи порезов».

Это самый жестокий и бесчеловечный способ убийства заключенных!

У всех присутствующих участилось дыхание!

Преступники хватались за веревки, высовывали руки, но их дяньтянь уже был во власти Цзюнь Мосе, и от их силы Суань уже не осталось и следа! Несмотря на то, что они повысовывали свои руки, никто из них не просил пощады! На их лицах было выражение страха, но пощады не просил никто!

Все эти люди были убийцами, они привыкли к тому, что кто-то постоянно умирает. Поэтому просить пощады было бесполезно, и они это знали.

- Убить! – раздавались крики отовсюду.

Правая рука Цзюнь Мосе долгое время оставалась неподвижна, а затем с силой опустилась вниз.

И тут же 118 человек повисли в воздухе!

- Не спеши, Цзюнь Мосе, старику ещё есть что сказать! – Вэнь Кан Ю вдруг поднял голову. От такого унижения лицо этого верховного мастера исказилось:

- Цзюнь Мосе, у меня всегда было правило: не причинять вреда другим! Неужели я не заслуживаю быстрой смерти?

- Даже если ты был святым всю свою жизнь, ты согрешил в последнем! – Цзюнь Мосе равнодушно посмотрел на него. – Этот момент не имеет ничего общего с добром или злом!

- То, что я сказал, имеет силу среди мастеров Золотого города! Я же не прошу о пощаде, я лишь прошу о достойной смерти. Зачем ты это делаешь, Цзюнь Мосе? Ведь всё это вернётся тебе в будущем! – Вэнь Кан Ю закричал.

Оказалось, что этот старый малый молол чепуху, чтобы выкроить возможность покончить с собой, но Цзюнь Мосе вовремя это заметил и остановил его.

Он подошёл ко всем пленникам и сказал:

- Если вы ещё хотите заговорить мне зубы, чтобы покончить с собой – вперёд. Но послушайте меня – если вы попытаетесь это сделать, я найду и убью всех членов ваших семей и всех ваших родственников! Их судьба в ваших руках! И да, не сомневайтесь в том, что я их убью… Поэтому вперёд, поступайте как хотите, мне всё равно!

Глава 664. Казнь тысячи порезов!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, обнажив белые зубы, которые в глазах всех этих людей казались свирепыми, словно клыки дикого зверя перед охотой.

Услышав это, на нескольких лицах появилось отчаяние. В голове появилась идея. После того как они были готовы выдержать некоторое время, сразу же появились пересуды о самоубийстве. Никогда бы не подумали, что кто-то может быть столь молод и столь жесток! Одно слово может заставить их покончить с собой, и остается только держаться и крепиться.

Сегодня, когда удача отвернулась от нас, неужели еще нужно подвергать опасности семью?

Он точно определил психологию этих людей!

Ни жить, ни умереть!

Некоторые долги должны быть возвращены, возвращены, конечно, если они не выплачены сполна.

Цзюнь Мосе холодно усмехнулся и сказал:

- Вчерашние поступки приносят плоды сегодня! Чего вы ждете? Казнить!

Не успел он договорить, как острый, жуткого вида нож появился в руке палача!

Сегодня палач казался более кровожадным, чем раньше, и работа его была более осторожная и аккуратная. Его репутация была известна каждому, он убивал людей в мгновение ока, и казнил многих, но сегодня он убьёт сотни людей, на одном дыхании. Уже поздно…

Нож касается плоти, кожа вскрывается, брызжет кровь.

Бесконечная череда криков, которые потрясли небо и землю, раздавалась непрерывно!

На сцене кто-то вскрикнул и побледнел, люди были удивлены, услышав такой пронзительный крик. Страх – разумное дело. Но были и другие люди, каждый стоял, вытянувшись прямо, кто-то смотрел на всё происходящее на сцене с большим удовольствием, боясь пропустить что-нибудь. Все они были одеты в одежду простых людей, только все они были высокими, с обветренными лицами, они спонтанно собрались вместе, постепенно сформировав волну зрителей, пристально глядя на развевающийся флаг на сцене. В глазах их было пламя и давние воспоминания.

Все эти люди не чувствовали никакого сожаления к своим подчинённым. Множество людей, которые хоть чуть-чуть знали скрытую причину, были в отчаянии. Но сегодня, в этот великий день, они снова случайно собрались, все в том же порядке, что и в старые времена, тихо встав под сценой! Всех их захватило чувство мести!

Казнить!

На сцене было сто восемнадцать человек, приговорённых к смертной казни, все их взгляды были прикованы к Цзюнь Мосе, уже хорошо зная, что рассчитывать не на что. У всех появилась одна и та же мысль: «Запомните этого парня!»

Из поколения в поколение, они желали возмездия!

Цзюнь Мосе, заложив руки за спину, встал на ноги, глядя на кровавую сцену перед собой. Он тихо сказал:

- Я знаю, что вы хотите сделать прямо сейчас, убить меня и отомстить. Даже если не представится удобный случай в этой жизни, то в грядущей, из поколения в поколение вы будете искать меня, чтобы свести со мной счёты! Так что вы должны держать свои глаза широко открытыми и хорошо запомнить моё лицо. И если после этой жизни есть другая, найдите меня и отомстите! В любое время, даже если не раз, не важно! – он немного посмеялся, затем продолжил: - Но вы не похожи на людей, которые так оглушительно кричат, когда увидят небольшой нож рядом.

Даже если бы это сделал сам дьявол, он был бы жалким трусом. В следующей жизни вам придётся хорошенько постараться, потому что в этой вы мне не нравитесь. Надеюсь, в следующей жизни от вас будет больше толку!

Какой-то парень яростно задрал голову, на лице у него струился пот вперемешку с кровью, мышцы скрючились, и он закричал:

- Всего один маленький нож! Легко сказать, но трудно сделать! Ну, иди же сюда, поднимайся, попробуй!

- Нет, это будет слишком просто! Какое хорошее настроение у этого паренька! – презрительно фыркнул Цзюнь Мосе.

- Цзюнь Мосе, если загробная жизнь действительно существует, я убью всю твою семью! Ты подожди! – Вэнь Кан Ю поднял голову с бесконечной болью, глядя на мальчика перед собой.

Хотя Вэнь Кан Ю было больше восьмидесяти лет, он всегда был самодовольным, и его навыки были отлично отточены. Его физические качества превосходны. Цзюнь Мосе боялся, что, несмотря на то, что он применил казнь тысячи порезов, она вряд ли сможет сломить его силу, только если придётся разрушить его даньтянь. Только разрушив основу, можно сломить его силу.

Тело Вэнь Кан Ю такое же сильное, как у подростка. С его статусом мастера он более избалован. К тому же он не может себе позволить в данный момент опозориться на глазах у всего мира, умерев так быстро. Обида в его сердце, естественно, достигла своего пика!

- Вэнь Кан Ю, то, что ты говоришь, меня немного пугает, но мне очень любопытно. Интересно, кем ты будешь в загробной жизни, свиньёй или собакой? – рассмеялся Цзюнь Мосе. – Но если ты сделал что-то не так, ты непременно должен за это заплатить. Когда же дело доходит до цены, ты должен быть достаточно смелым! Почему же ты скрежещешь зубами и говоришь такое? Это только заставит меня смеяться над тобой

Вэнь Кан Ю молчал, глядя кровавыми глазами на Цзюнь Мосе.

- Брат Вэнь, как ты… – во дворце Его Величество Император, дрожавший всем телом с головы до пят, вдруг обмяк: - Сю Сю… – в этот момент он неожиданно понял, зачем Вэнь Кан Ю появился здесь.

Императрица до сих пор ещё не вернулась, похоже, она была убита господином Вэнем! И Вэнь Кан Ю именно этим вызвал гнев Цзюнь Мосе и поэтому был приговорен к казни тысяче порезов.

Ты мертва? Ты действительно мертва?

Ян Хуай Ю медленно опустил голову и обнял себя. Держа обе руки крепко, он был похож на зверя, которому невозможно было согреться холодной зимней ночью. Он почувствовал крайнее одиночество и беспомощность. Несколько капель слёз упали на рукава халата и на землю...

Вдали доносились тяжелые шаги. Цзюнь Мосе поднял голову и увидел Танг Юаня под креслом, Сунь Сяо Мэй и группу охранников на пути.

Выйдя вперед, Танг Юань посмотрел вверх. Глядя на развевающийся в воздухе флаг, он низко нагнулся и почтительно поклонился.

Прошло много времени с момента, когда виделись последний раз. Танг Юань действительно потерял много веса, если сравнивать его до того, как он похудел, можно сказать, что он стал тонкий и очень изящный. Теперь, в лучшем случае, он весил около трёхсот фунтов. Кажется, что после того, как он похудел, он попытался вернуться в прежнюю форму, но таким плотным как раньше он уже не стал.

В это же время Цзюнь Мосе почувствовал облегчение и странное чувство в своём сердце. Сегодня в этих обстоятельствах, он не может сообщить об этом Танг Юаню. Хотя Танг Юань точно знает, что думает Цзюнь Мосе, поэтому Танг Юань должен понимать, что именно подразумевает его взгляд.

Семья Танг всегда была предана королевской семье Тянсян, и даже жёсткой власти Императора Ян Хуай Ю. Танг Ванли и Император имеют более тесные дружеские отношения. Поэтому Цзюнь Мосе не думал, что Танг Юань придёт, потому что когда этот толстый человек появится здесь, это будет большим давлением!

Как и другие крупные семьи, узнав, что здесь произошёл большой инцидент, были эвакуированы как можно скорее, и настолько далеко, как это возможно, и они даже не осмелились остаться посмотреть на это. Сейчас влиятельные семьи не осмеливались провоцировать Цзюнь Мосе или его семью, потому что им невозможно ничего было поделать, но другие семьи всё ещё имели абсолютное подавляющее преимущество!

Поэтому все основные семьи выбрали молчание, просто чтобы переждать, пока это всё не закончится, посмотреть на реакцию и решить снова!

Глазурь на торте не так хороша, как снег, но опасность сулит гораздо меньшую, чем второй вариант!

Это простое понимание выбора меньшего из двух зол!

Поэтому он не думал, что Танг Юань появится, потому что он не хотел, чтобы его брат был дискредитирован. Толстяку должно быть сложнее, чем всей большой семье. С одной стороны семья, а с другой – его лучший брат. Это дилемма!

Но Танг Юань всё-таки пришёл!

Не только пришёл, но и пришёл во всей красе с дерзкой и яркой внешностью!

Этот внешний вид, несомненно, эквивалентен показу своей собственной позиции: проблеск флага без сожалений показывает, что Танг Юань пришёл сюда, и пути назад нет!

Он использовал реальные действия, чтобы показать свою окончательную позицию!

Это самое ценное!

Цзюнь Мосе был очень счастлив!

После того, как судьба решила пересечь его с этим толстяком, сначала он был как обычный друг, который делил с ним вино и мясо, но, шаг за шагом, Цзюнь Мосе обнаружил, что этот Толстяк – тот ещё засранец, но имеет истинную природу! Постепенно он принял дружбу Толстяка. Можно сказать, что толстый человек – единственный друг Цзюнь Мосе во все времена!

Тем не менее Цзюнь Мосе никогда не думал, что в этой опасной ситуации он окажется с этим толстым человеком, который обычно выглядит робким и ведёт себя как-то нелепо.

Действие всегда более красноречиво, чем слова!

Цзюнь Мосе перешагнул высокую платформу и подошёл к Танг Юаню со словами:

- Толстяк! Ты как здесь оказался?

Танг Юань заулыбался во весь рот своей некогда жирной улыбкой и сказал:

- Ты ещё спрашиваешь? Мы с тобой – два громких имени. Если ты придёшь, то я, по-твоему, не приду? Зная свой характер, я всегда люблю смотреть веселье. А тут эта большая сцена, разве подобное ещё где-нибудь увидишь? Я не приду на эту несчастную сцену и пропущу такое событие? Разве это не будет кощунством с моей стороны?

Цзюнь Мосе улыбнулся от всего сердца. Он похлопал Танг Юаня по плечу, серьёзно посмотрел на его толстое лицо и посмотрел на Сунь Сяо Мэй, которая стояла рядом, и произнёс:

- Спасибо, брат!

Молодой мастер больше ничего не сказал, но на большом толстом лице Танг Юаня появилась ухмылка, а в глазах показалось нескрываемое удовлетворение. Сунь Сяо Мэй тихо смотрела на всё вокруг. Она не говорила ни слова. Это была просто рука, держащая за руку Танг Юаня. Потому что эта умная женщина знала, что, в соответствии с текущей ситуацией, хотя семья Цзюнь пользовалась абсолютным преимуществом, но с Танг Юанем они больше не смогут вернуться к семье Сунь и к семье Танг...

Спасибо, брат!

В этом мире у Цзюнь Мосе не было ни друзей, ни братьев. На этот раз он действительно искренне сказал эти два слова.

Глава 665.1. У тебя есть твоя преданность, у меня есть моё упорство

Друг!

Это необычайно тёплое слово!

Что значит слово «друг»?

Вместе упасть на «гору мечей» (утыканная мечами гора в загробном мире, на которую бросают грешников), вместе броситься в бушующее пламя, вместе нести на своих плечах трудности и тяжбы судьбы, необязательно наслаждаться с тобой разными благами жизни, но справляться с горем и несчастьями сообща!

Чтобы быть друзьями необязательно много говорить, нужно только делать!

Внезапно послышалось приближение звука лошадиных копыт, человек крепкой комплекции мчался изо всех сил, его усы и волосы были покрыты инеем. Этим человеком оказался главой семьи Танг, Танг Ванли или просто дедушка Танг.

Дедушка Танг быстро спрыгнул с лошади и опустился прямо перед лицом Танг Юаня, весь пылающий от злости, и, с трудом переводя дыхание, он закричал:

- Ах ты ж, несносный гадёныш! Наказание за грехи мои! Бестолочь ты беспросветная! Всё-таки не стал возвращаться со мной!

Танг Юань весь сжался от страха и сказал:

- Дедушка, прошу, обожди немного, дай мне закончить поминовение дядюшки Цзюнь, и я тотчас же вернусь в аристократический зал.

Дедушка Танг был настолько зол, что его борода и усы раздулись от злости в разные стороны, бледный, как смерть, он замахнулся на Танг Юаня и закричал:

- Ах ты, бесстыжий наглец! Вздумал ещё торговаться со мной?

- Дедушка… я не могу с вами вернуться, по крайней мере сейчас не могу! – хотя в течение последних лет для Танг Юаня такие «интересные» ситуации были далеко не редкостью, он по-прежнему побаивался своего дедушку, но, несмотря на это, он всё же поднял голову и стал аргументированно и решительно отстаивать свою правоту.

- Дедушка, вы всё время рискуете жизнью ради Его Величества, можете позабыть о своей семье, о самом себе, в любое время дня и ночи бежите на его зов, поэтому Его Величество и покровительствует вам. И вы с давних пор испытываете друг к другу тёплые чувства, как верные соратники и братья; это всё называется «настоящая мужская дружба». Поверьте, ваш внук это прекрасно понимает. Однако… вы можете совершать такие поступки ради Его Величества, а я ради младшего господина Цзюнь не могу?

Дедушка, у вас есть ваша дружба, проверенная годами; а у нас есть наше упорство, и жизнью, и смертью нерушимое! – хотя Танг Юань говорил не так уж и громко, но чем дальше он говорил, тем решительнее и категоричнее становился его голос. - До сих пор вы, как и раньше, служите верой и правдой Императорской семье. Спустя столько лет ваши первоначальные намерения не изменились; ваш внук, безусловно, уважает и высоко ценит ваши твёрдые моральные устои, но неужели вы думаете, что ваш непостоянный внук горазд только на постыдные дела, свойственные малодушным и подлым людишкам?

- Ох… – дедушка Танг в растерянности посмотрел на внука, однако рука, поднятая во взмахе, всё же так и не была опущена. Спустя долгое молчание, дедушка тяжело вздохнул и уже намного мягче сказал:

- Но ты… откуда ты знаешь, где здесь польза и где здесь вред?

- Мастер Цзюнь только что сказал мне: «Друг!» – лицо Танг Юаня засветилось, когда он начал говорить это. - У меня есть родной брат, родной мне по крови брат, но у меня никогда не было такого брата, как он! Он – мой первый такой братишка, и кто знает, возможно, последний… С детства и до взрослого возраста, у меня не было никого, кого бы я мог считать своим другом, и также не было того, кто бы мог меня, Танг Юаня, считать за своего друга, мастер Цзюнь – единственный! Будь-то прошлое или настоящее… я точно знаю, что всегда могу довериться такому другу, как он! – Танг Юань говорил серьёзным голосом. - Я хочу, чтобы на протяжении всей моей жизни у меня был такой друг.

Он посмотрел на дедушку Танга и шёпотом добавил:

- Хочу относиться к нему так же, как вы относитесь к своему старому преданному другу, с которым вы прошли через многое…

Танг Ванли стоял в растерянности. Вдруг он почувствовал, что человек, стоящий прямо перед ним, вовсе не его внук, а кто-то посторонний и незнакомый ему. Он давно уже сбросил его со всех счетов и всегда считал его балбесом и лентяем, ни на что не годным, лишенным всяких достоинств, который смог подняться в аристократическом зале только лишь по указке Цзюнь Мосе, покорно выполняя роль его марионетки… Но в эту минуту он кардинально поменял своё мнение об этом молодом человеке, он, и вправду, повзрослел.

Он показал, что имеет свой голос, как настоящий мужчина!

Однако, как жаль, что наши мнения полностью идут вразрез!

Тяжело вздохнув, с мрачным лицом, Танг Ванли развернулся и с трудом запрыгнул на коня:

- Юань, ты наконец-то вырос. У тебя есть право самому делать выбор… в общем, делай по-своему, а семья Танг… – он так ничего и не договорил. Было заметно, как ему было сложно. Выражение его лица было крайне противоречивым, он был одновременно и доволен, и опечален, ему хотелось что-то добавить к сказанному, но он так и не открыл больше рта, в итоге он еще раз глубоко вздохнул и медленно поскакал вперёд.

Танг Юань заплакал, глядя на исчезающий вдали силуэт дедушки Танга, прикусив губу, он шёпотом сказал сам себе:

- Простите меня, дедушка, но я считаю, что… я прав!

- Брат Ванли! – Цзюнь Чжан Тиан, широко шагая, закричал вслед Тангу Ванли.

Танг Ванли остановил лошадь, но не повернулся, и сказал:

- Цзюнь Чжан Тиан, ты сегодня мстишь за сына, прощаешься со старыми обидами, на душе у тебя спокойно и радостно. Однако кроме как перед Императорским дворцом, разве нет других мест, чтобы воздвигнуть платформу? Кроме спокойствия и радости, у тебя нет никаких других эмоций? Хорошо вообще себя чувствуешь?

Цзюнь Чжан Тиан медленно покачал головой и с уважением сказал:

- Брат Танг, ты – не я, и тебе не понять этого. Я знаю, у тебя сейчас тяжко на сердце, но и я всего этого не хотел! Правда и ложь, чёрное и белое, что правильно и что нет... Во всяком случае, есть одна версия. Несправедливость может ли быть поровну? Что, если бы ты был мной?

- Верно, мне не понять этого! Если даже бы я и захотел, я бы не смог этого понять; однако мне от этого не по себе, и я очень возмущён этим! – Танг Ванли суровым голосом сказал: - Мне одному не по себе от этой лжи, братьям, которым посчастливилось остаться в живых тогда, тоже не должно быть приятно, братьям, которым не повезло, и они погибли тогда, если там, на небе они наблюдают за этим, им уж тем более не будет приятно всё это! Потому что сражаясь таким образом, мы только что и делаем, что оскорбляем их память. Тянсян… наш! Мы выменяли его на свою кровь и пот! Это бесконечная пустыня непогребенных костей, залитых морем алой крови, Цзюнь Чжан Тиан, ты спроси Чжу Чжучжу, удобно ему там или нет… спроси Муронг Фэн Юня, удобно ли ему… Ты спроси сам себя, каково тебе? Удобно ли?

Глава 665.2. У тебя есть твоя преданность, у меня есть моё упорство

А что касается версий там разных… Сегодня, после этой битвы, пусть я не лучше тебя понимаю всю эту закулисную подоплёку, но, тем не менее, знаю я достаточно. Именно по этой причине я сегодня не привёл с собой бойцов, возможно, кто-то виноват перед тобой… но Тянсян всё же наш, общий! Он выбит несметным количеством наших братьев! – Танг Ванли суровым голосом добавил: - Я знаю и уверен только в этом! Другого я не знаю! И знать не желаю!

Цзюнь Чжан Тиан тяжело вздохнул:

- Верно! Если так выражаться, то Тянсян ваш. Эту версию я не отрицаю, да мне и положение не позволяет её отрицать.

Цзюнь Мосе с улыбкой на лице встал:

- Дедушка Танг, кажется, вы говорили о нескольких людях. Если верить им, так Тянсян уже давно не Тянсян! Тянсян мало того, что не только ваш, но и моего отца Цзюнь Ву Хи! Моего дядюшки – Цзюнь Ву Мэна! Моего второго дядюшки – Цзюнь Вуя! Моего старшего брата, Цзюнь Мо Ю, моего второго старшего брата – Цзюнь Мо Шу… и ещё ста тысяч бойцов, погибших при хребте Тяньгуан! После сегодняшней битвы, возможно, вам и было не по себе, но я уверен, им было совсем даже неплохо! – с издёвкой в голосе он продолжил: - Если вы действительно хотите, то я могу без проблем сделать так, чтобы о здешней правде и неправде стало известно всему миру. Посмотрим потом, как рассудят люди, кто прав, а кто не прав, где чёрное, а где белое! Вы уж сами догадайтесь, будет ли неудобно вашим старым друзьям! Мне кажется, они вряд ли смогут всё понять так же, как и вы!

Танг Ванли сразу же умолк. Хотя он и перешёл на штатскую службу, прежде он всё-таки был военнослужащим с богатым опытом. Как же он мог не понять мышление военных? Разве только принимавшие участие в битве тех лет люди, будь-то они живыми или погибшими, в глубине души могли принять сторону семьи Цзюнь, и ещё очевиднее был тот факт, что если это дело, действительно, будет обнародовано, Императорская семья Тянсян никогда не сможет отмыться от этого позора!

Военные расходы и жертвы не должны позволить подлым людям навлечь неприятности и осквернить имя Императорской семьи! Независимо от того, кто эти подлые люди – Император или простой народ, непременно должна быть одна версия!

В противном случае, будет недостаточно, чтобы всю люди поверили в это!

Цзюнь Мосе со смехом сказал:

- Вы не пугайтесь так, я не буду так делать, потому что я считаю, что ниже моего достоинства так поступать! Однако моя фамилия – Цзюнь, у меня тоже есть доля семьи Цзюнь, и я, Цзюнь Мосе, не буду интересоваться, удобно вам или нет. Мне лишь нужно чтобы вам было удобно! Тогда и мне будет удобно! – чётко проговаривая каждое слово, он продолжил: - Чтобы было моему отцу, двум дядюшкам и двум братьям удобно, ста тысячам ни в чем неповинных солдат тоже было удобно. Чтобы всем несчастным духам было удобно! Поэтому… каждый останется при своём мнении, спорить о великой истине, столкнувшись с врагом, глупо и бессмысленно! Старый должок кто-то должен вернуть! Независимо от того, кто этот человек! Независимо от того, какое бы он высокое положение не занимал, раз уж брал в долг, будь добр вернуть!

Танг Ванли немного помолчал, потом вдруг резко схватил хлыст и ударил лошадь что есть сил. Бросившись вперед, он оставил за собой лишь свой старческий глубокий вздох расплываться по ветру.

На платформе, крайне жестокое наказание ещё продолжалось.

Дедушка Цзюнь ещё смотрел в ту сторону, куда бросился бежать Танг Ванли, и долго думал.

- Здесь не о чем думать. У каждого есть своя точка зрения. Дедушка, мы пришли собрать старые долги. Мы не отморозки какие-то, мы ни в коем случае не станем разрушать или уничтожать Тянсян! К тому же, у меня никогда не было заинтересованности в совершении бунта. Можно подумать, у тебя была? Я уверен, что сейчас наша семья Цзюнь совершенно равнодушна к таким вещам, как богатство, слава и знатность! – Цзюнь Мосе с улыбкой произнёс. – Слава – это слава, а долг – это долг! Это абсолютно не одно и то же! И нам вовсе не нужно задумываться, как на это реагируют другие люди! Справедливость происходит из доброты! Если бы дедушка Танг чувствовал, чтобы в состоянии меня переспорить, он бы так быстро не ускакал в туман!

Дедушка Цзюнь глубоко вздохнул, покачал головой и сказал:

- Хватит на этом! Может быть кому-то и неудобно и неприятно всё это, но враг Ву Хи, Ву Мэна, Мо Ю и Мо Шу непременно должен был получить сполна! – повернувшись, он добавил: - Я должен вернуться домой, а ты давай, сам руководи всем здесь.

Пока он шёл к коню, он вполголоса бормотал:

- Это полнейшая нелепица! С древнейших времен и до наших дней, разве было бессмертное государство? А бессмертный правитель? Все они старались, боролись и зазнавались… И что? Все они превратились в пыль! Превратились в ничто… – а потом запрыгнул на коня и уехал.

***

Хотя во дворце и случались разные конфликты, но всё же не происходило ничего необычного. Никогда не случалось приводящих в тихий ужас событий. Теперь же все наложницы и жёны Императора, придворные слуги и евнухи, охранники – все они ходили бледные, как смерть и тряслись от каждого шороха. Они были напуганы до такой степени, что повсюду им чудились люди с мечами и кинжалами, вламывающиеся во дворец…

На второй день казни «тысячи порезов», появлялось всё больше и больше людей, желающих поглазеть на это. Чувства их были самыми разными, но очевидно, что они с большим интересом наблюдали за казнью Вэнь Кан Ю.

Великий мастер неустанно продолжал сопротивляться, и это довольно многих людей приводило в изумление.

Цзюнь Мосе внимательно наблюдал за каждым движением и шорохом во дворе, на второй день рано утром все главы крупных влиятельных семей и представители других придворных чинов были созваны во дворец, и до настоящего времени они оттуда до сих пор не вышли. У Цзюнь Мосе не было и капли волнения, он оставался безразличным зрителем, и никак не интересовался тем, какое решение они предпримут, ему было совершенно плевать.

Справедливость происходит из доброты?

Справедливость не в добром сердце, а в реальной силе и всего-то! Если бы Цзюнь Мосе, как и раньше, оставался пижоном и мажором, то каким бы образом он отправился на поиски справедливости?

Глава 666.1. Ду Цзю прибыл!

Начиная со второго дня казни, Донфанг Вэн Синь и все остальные были в ожидании будущих изменений, даже уже давно дико надоевшая Цзюнь Мосе, Дугу Сяо И тоже покорно ждала вместе со всеми свежих новостей. В конце концов, даже у них было недостаточно выдержки и устойчивости к такого рода жестоким и кровавым ситуациям.

Возможно, нынешнюю ситуацию будет весьма трудно утихомирить…

Вдруг среди толпы людей появилась какая-то мощная и чертовски устрашающая сила, она смешалась воедино с бурным подъёмом ярости и гнева. Цзюнь Мосе сразу же это почувствовал, он сощурил глаза и, слегка приподняв голову, посмотрел вперёд, холодный блеск появился в его глазах и тут же покинул их!

Среди толпы были два человека, особенно привлекавшие внимание, они появились плавно и вальяжно, словно выплыли по воздуху на корабле непонятно откуда.

Человек, стоявший впереди, был высокого роста и держался весьма достойно, на вид ему было около тридцати-сорока лет, хотя, возможно, и больше, в общем было трудно определить его настоящий возраст, лицо его выглядело осунувшимся, взгляд холодный, как лёд. Голову украшал высокий парадный головной убор, длинное простое платье спускалось до ног, и он медленно приближался к Цзюнь Мосе.

Что касается человека, который был позади, он был хорошо знаком Цзюнь Мосе – третий наследник Великого Золотого города, Сяо Вей Чэн!

Очевидно, что человек, идущий впереди, был намного выше статусом Сяо Вей Чэна!

Расстояние между Цзюнь Мосе и этими двумя составляло около двух-трёх футов, и Цзюнь Мосе смог чётко ощутить напряжение, витавшее в воздухе! По его спине пробежал холодный пот!

На лицах Одинокого Сокола и Фэн Цзюань Юня, стоявших позади Мосе, появилось изумление!

Было очевидно, что сила этого человека превосходила способности этих двух бойцов, вместе взятых!

Цзюнь Мосе сидел, вальяжно откинувшись на спинку стула, выражение его лица и поза по-прежнему были неизменными, он внимательно смотрел на двух медленно приближающихся людей, и только его взгляд становился всё мрачнее и мрачнее.

- Этот юнец и есть знаменитый Цзюнь Мосе? – с каменным лицом этот человек посмотрел на Цзюнь Мосе, словно не на него, а сквозь него, и надменно задал вопрос. Его манера общения была похожа на то, как будто какое-то мистическое божество снизошло до простого смертного и заговорило с ним, его фраза была наполнена высокомерием и снисходительностью, говоря это, он как можно выразительнее хотел подчеркнуть своё высокое положение, и тем самым принизив Цзюнь Мосе.

- М-м? Так ты, значит, не знаешь, как выглядит Цзюнь Мосе, да? Ну, тогда давай попробуй угадать, кто я такой? А? – Цзюнь Мосе презрительно закатил глаза и, насмехаясь над ним, спросил.

- А этому мальчишке палец в рот не клади! – громко прикрикнул человек в высоком парадном головном уборе, да так громко и сильно, как будто от его звонкого голоса где-то в горах произошёл обвал. Притом, этот мощный энергетический посыл был направлен только на одного Цзюнь Мосе. Стоящих позади Одинокого Сокола и Фэн Цзюань Юня он будто и вовсе не замечал.

Его манера держаться была очень искусной и ловкой, а совершенный уровень владения способностями, действительно, был удивителен.

Но, к сожалению, на Цзюнь Мосе это не произвело никакого эффекта, он, как и прежде, свободно и вальяжно посиживал на кресле с натянутой улыбкой на лице, он даже не стал показывать свою силу и отвечать ударом на удар. Беспечность, с которой он продолжал сидеть на кресле, в самом деле, поражала, он делал это так, как будто и вовсе не чувствовал опасность.

Что? Энергетическая атака?

Не, не слышали…

Когда у тебя под боком Пагода Хунцзюнь, может ли тебя испугать какая-то обычная энергетическая атака? Не думаю.

Пусть даже ты крутой и у тебя есть нехилая силища, и ты серьёзно думаешь, что сможешь по силам превзойти Пагоду Хунцзюнь?

Ха! Иди гуляй! Не позорься лучше!

Человек в высоком парадном головном уборе думал, что его сила большая и необъятная, как высокая гора, а её ударная способность такая же безграничная, как море. Однако когда его сила пронзила воздух, он обнаружил, что в воздухе полностью отсутствовали места, которые бы подверглись действию силы. Его много раз проверенные и, казалось бы, надёжные силовые способности не произвели никакого эффекта. Наверное, это чувство и называется «обида нестерпимая».

Рукав его платья дёрнулся, и мощная, как высокая гора, удивительная сила в одно мгновение исчезла, но на его холодном как лёд лице по-прежнему не было никаких эмоций, только в глазах читалось удивление:

«И впрямь, необычно! Этот юнец заслуживает большего! То, что видела почтенная Мэй!»

Цзюнь Мосе медленно поднял глаза и равнодушно сказал:

- А ты кто?

Его голос и выражение лица, по сравнению с человеком в головном уборе, были ещё более безразличными и высокомерными. Цзюнь Мосе даже не удостоил его своим взглядом. Если человек в головном уборе своей манерой общения напоминал мистическое божество, то Цзюнь Мосе был самим Нефритовым государем (верховное божество у даосов).

- Гоу Куан! Ду Цзю! – Ду Цзю пронзительным взглядом посмотрел прямо в глаза Цзюнь Мосе, и сказал, чётко произнося каждое слово: - Ду Цзю Цзюлу Почтенный – это я!

Не поворачиваясь, поднял руку и показал на платформу:

- Вэнь Кан Ю – это мой человек!

Он в ожидании смотрел на Цзюнь Мосе, дожидаясь, когда на его лице появится испуганный вид!

Почтенный Ду Цзю!

Это одно из легендарных имен прошлых лет, при одном упоминании которого люди меняются в лице!

Хотя он уже как двести лет отошёл от дел, и многие уже позабыли его великое славное имя, он всё-таки надеялся, что Цзюнь Мосе непременно знает о его былой славе.

Потому что у Цзюнь Мосе был загадочный учитель, из того же числа Почтенных, что и Ду Цзю, близкая подруга!

- Оказывается, ты – Ду Цзю, – Цзюнь Мосе прикусил губу и продолжил: - Неудивительно, что наследник Сяо даже боится дышать в твою сторону, Цзюлу Почтенный… в самом деле, выглядишь внушительно! Однако мне неизвестно, зачем же ваше превосходительство Цзюлу Почтенный прибыл сюда, да ещё и отыскал меня, какое дело привело вас сюда? Только давайте сразу к сути!

- Отпусти Вэн Кан Ю! – Ду Цзю, убрав руки за спину, властным тоном сказал: - Пусть здесь есть вина человека Великого Золотого города, но не тебе его судить; и уж тем более не тобой быть униженным! Если сейчас отпустишь Вэн Кан Ю, я поговорю с твоим учителем, и мы всё решим, забудем эту ошибку и не будем винить прошлое!

Глава 666.2. Ду Цзю прибыл!

- Не будем винить прошлое? Ничего себе, как ты заговорил! Ещё и посмотреть в лицо моему учителю собрался? – Цзюнь Мосе расхохотался. - Неужели, ваше превосходительство знает, кто мой учитель? Раз вдруг решил посмотреть ему в лицо? Наверное, у него должно быть очень красивое лицо, если он даже может побеспокоить такого великого человека, как твоё превосходительство, господин Почтенный! Ой, и правда, это такая честь!

Лицо Ду Цзю в один миг помрачнело, он продолжал смотреть на Цзюнь Мосе, но уже больше не произнося ни слова.

В то же время, тяжёлая и до крайности суровая, угнетающая атмосфера повисла в воздухе. Всем людям, находящимся там, в один момент стало очень тяжело дышать.

Тело Одинокого Сокола дёрнулось, и он сделал шаг вперёд, а его волосы и усы, наоборот, внезапно метнулись назад.

Перед лицом Цзюлу Почтенного, Одинокий Сокол не мог отступить назад, не мог пугаться его, а напротив, мог двигаться только вперёд!

Стоявший с другой стороны Фэн Цзюань Юн, хотя не двигался, но его белые одеяния странным образом колыхались, хотя не было и намёка на ветер, его рука тоже начала двигаться, она медленно опустилась на рукоять меча и крепко, всеми пятью пальцами, схватилась за неё! В его обоих глазах сверкнул острый, как меч, яркий блеск!

Даже уголки рта Ду Цзю не дёргались, он прочно стоял на ногах, нисколько не двигаясь, даже его сросшиеся брови не поднимались. Однако в этот момент, подобно неожиданному извержению вулкана, появилась ужасающая, заставляющая дрожать, сила принуждения!

Эта шокирующая сила принуждения была весьма заметна!

Даже глазам обычного человека была заметна эта загадочная и мистическая реакция, словно пространство между землей и небом начало искривляться и коробиться.

Одинокий Сокол и Фэн Цзюань Юн оба стояли на месте, однако на их лбах отчётливо был виден проступивший пот.

Они оба и не подозревали, что Цзюлу Почтенный обладает такой искусной техникой такого высокого уровня! Он сам не делал никаких движений, тем не менее мог достаточно использовать собственную ауру, чтобы превратить её в природную силу, и начать процесс подавления!

Такую большую силу невозможно было сдерживать одному.

Человеческие силы время от времени иссякают, как можно при этом соперничать с природой?

Это совсем не обычная сила, а на протяжении многих лет работы над собой, долгих тренировок использования своей изначальной Ци, Ду Цзю смог добиться этого удивительного временного резонанса силы с природой. С помощью одной только мысли, Ду Цзю теперь мог подчинять себе природную силу для совершения удара!

За это время Ду Цзю достиг величайшего уровня мастерства в «силе принуждения» и сначала думал, что не будет нужды применять этот крайне сильный приём против Цзюнь Мосе. Но Ду Цзю знал: сейчас он сражается не один на один с Цзюнь Мосе! Хотя, конечно, Цзюнь Мосе обладает немаленькими силами, но ещё пока рано принимать его во внимание! На самом деле этот приём был показан лишь для одного человека…

Для учителя Цзюнь Мосе!

Ду Цзю этим хотел сказать этому великому мастеру:

«Я запросто могу убить твоего ученика и уничтожить семью Цзюнь! Но я сам прибыл сюда, чтобы оказать милость твоему ученику, только из-за твоего существования!»

Независимо от того, будет ли другая сторона испытывать чувство признательности или благодарности, но, во всяком случае, он выразил свою точку зрения. Каждой стороне придётся пойти на уступки. Ду Цзю заберёт своего человека, а семья Цзюнь здесь и останется, и на том спасибо.

«Ты достаточно меня позорил, во всяком случае, теперь ты обязан вернуть мне мою репутацию, понятно? »

Именно таким был план Ду Цзю.

Ду Цзю очень боялся этого великого мастера из семьи Цзюнь.

Хотя он и был сильным, но он далеко не дурак!

Девяносто мастеров из трёх священных земель, столкнувшись с Почтенной Мэй, все могли победить, все осмелились попробовать, и что теперь с ними?

Но такая пугающая общая сила должна быть подавлена противником, чтобы потерпеть поражение!

Ду Цзю и сам понял, что он не противник!

Поэтому, хотя он сейчас и обижал людей, но, на самом деле, достигший его уровня мастер знал: Ду Цзю просто выражал своё хорошее расположение таким предложением!

На лице Цзюнь Мосе появилось очень странное выражение: немного удивлённое и немного… другое, он в один миг стал серьёзным, сел прямо на стуле и поднял голову, показав свой трепещущий от страха взгляд, посмотрел прямо на Ду Цзю! Он с трудом пытался скрыть это, но внимательный человек сразу бы смог заметить его состояние.

Ду Цзю скромно вздохнул и, стоя с руками за спиной, сказал:

- Ну что, какие ощущения? Нравится?!

Цзюнь Мосе было очень тяжело, он даже чувствовал, как вены под его кожей незначительно вздулись от напряжения, и это было почти невыносимо, ему с большим трудом давалось сохранять обычный вид, но он мужественно держался, и, используя наиболее отстранённый и равнодушный голос, сказал:

- Нравится! Не то слово, как нравится! Так освежает… Да не просто освежает, а вообще, ух как!

Ду Цзю легонько фыркнул и с холодной усмешкой сказал:

- Правда? Ну, тогда, я специально для тебя сделаю ещё посвежее! – говоря это, он ещё увеличил силу подавления! Ду Цзю был сам очень удивлён:

«Почему этот великий мастер до сих пор не появляется?»

У Ду Цзю было множество разных доводов верить, что этот, не имеющий себе равных, великий мастер находится в городе Тянсян! В семье Цзюнь! Если это не так, то с какого перепуга ему расправляться с людьми из Золотого города? Полная ерунда!

«Неужели я недостаточно давлю на Цзюнь Мосе? Такая степень силы недостаточна для его появления? Или он так уверен в своём ученике?»

Цзюнь Мосе тихонько простонал, давление в его черепе значительно понизилось, легко было заметить, как вена с задней стороны головы сильно пульсировала. Хотя это всего лишь принуждение, эффект совершенно настоящий!

Только Почтенный особого порядка смог бы применить этот приём!

Глава 667. Т-с-с, я тут пока восстановлюсь без палева

- А сейчас как, всё ещё приятно? – с насмешкой спросил Ду Цзю. Он уже использовал 30% своей силы, а это немало. Даже для мастера великого уровня такая мощь была бы не зубам. Хотя Мосе и обладал в некотором роде необыкновенными способностями и даже находился на начальной ступени великого мастера, но даже ему уже должно было хватить…

Однако правда слишком неожиданная…

- Конечно... очень приятно! А если подбавишь ещё чуток… будет вообще зае… шибись! – зубы Цзюнь Мосе были крепко сжаты. Он вспотел, похоже, что даже говорить ему было довольно тяжело.

- Очень хорошо! У тебя действительно крепкие кости! Раз уж ты так настаиваешь, тогда давай я сделаю тебе ещё приятнее, – Ду Цзю глубоко вздохнул и повысил свою силу до 50%. Понадобилось лишь её малая доля, чтобы подчинить Одинокого Сокола и Фэн Цзюань Юня, а всё остальное было направлено против Цзюнь Мосе.

Нога Цзюнь Мосе щёлкнула, но он даже не шелохнулся. Этот паренёк слишком упрям, чтобы вот так вот сдаться!

Ду Цзю сморщил брови:

- Ты что, хочешь сдохнуть?

Тем не менее Ду Цзю не собирался действовать слишком опрометчиво. Если он действительно убьёт этого мальчишку, потом будет не до шуток!

Цзюнь Мосе слегка опустил голову и, стиснув зубы, сказал:

- Может уже хватит… старый ты хрыч! Таких схваток я видел немало… Ты и правда считаешь своё «подавление» такой необычайной способностью? Тьфу, дилетант! Мне ещё недостаточно приятно, неужели у такого старого хрыча, как ты, совсем нет силёнок?

Глаза Ду Цзю сверкнули, он выпрямился и слегка наклонил свою голову.

Напряжение будто усилилось вдвое!

Его тело было словно огромная гора, он был непоколебим!

Подавления такой мощи уже должно было хватить, чтобы подчинить даже самого непревзойдённого героя.

На самом деле Ду Цзю был немного расстроен. Даже можно сказать, он был немного озадачен. Он хотел как лучше, однако этот малец слишком упрямый! Ду Цзю повысил свою силу до 60%, однако этот сорванец всё ещё держится!

Если он так легкомысленно прибавит ещё, это уже будет за пределами его контроля, и в любой момент могут возникнуть непредсказуемые последствия. Так он продемонстрирует не свои благие намерения, а лишь свою свирепую мощь!

А если этот малец умрет прямо здесь, возникнет непонятная вражда ради мести!

Однако остановившись сейчас, он так и не подчинит его. Ещё и этот дряхлый учитель, который всё никак не сдохнет, где же он? Разве в его глазах Мосе сейчас не в опасности?

Тогда я совсем ничего не понимаю…

На глазах у всех, разве Цзюлу Почтенный теперь не выглядит как посмешище?

Было ясно, что этот малый держится, будучи на волосок от смерти, почему бы просто не сдаться? Неужели это результат тренировок его наставника?

Верно! Всё именно так!

Цзюнь Мосе снова фыркнул и, мрачно рассмеявшись, сказал:

- Ох, как же приятно, продолжай, продолжай…

Ду Цзю пришёл в ярость!

«За эти долгие годы сколько людей осмелились бросить мне вызов? А этот упёртый негодяй снова и снова продолжает провоцировать меня?»

В его глазах вспыхнула молния, зрачок стал серебристо-белого цвета. В это же время давление в воздухе стало невыносимым, это было сравнимо с тяжестью горы!

Ба-бах!

Все вокруг были в шоке, увидев, как в нескольких футах над головой Мосе появилось странное пространство в виде чёрной дыры! Она была даже темнее чернил для письма!

На дворе день! Погода такая ясная, что даже снег блестит! Однако над головой Цзюнь Мосе была будто… ночь!

Восемьдесят процентов силы!

Абсолютная сила Цзюлу Почтенного в действии. Даже если бы Мэй Сюэ Янь была здесь, она бы сто раз подумала, прежде чем действовать!

Почувствовав такое давление, Цзюнь Мосе пришёл в дикий восторг!

Да, это был полный экстаз!

Когда Ду Цзю снова повысил силу своего давления, Цзюнь Мосе вдруг почувствовал что-то странное.

Сначала он, конечно, ощутил ошеломительное давление, а затем почувствовал, как Пагода Хунцзюнь в его голове внезапно открылась и начала своё вращение.

Только на этот раз Пагода не выпускала огромную духовную энергию, а наоборот, она превращала выделяемую Ду Цзю силу давления в белый туман, а затем поглощала его!

На этот раз духовная энергия была плотнее и гуще, в ней было что-то ещё! Цзюнь Мосе сразу же догадался: это была природная сила!

В то же время Цзюнь Мосе почувствовал, что после совершенствования небольшой части этой силы, Пагода Хунцзюнь ввела её прямо в его тело, и его духовная энергия выросла аж в десять раз!

Что, чёрт возьми, происходит?

Хотя Цзюнь Мосе был сильно озадачен, но в эту минуту ему не особо хотелось во всем тщательно разбираться!

Цзюнь Мосе был похож на пересохший пруд, а Ду Цзю, используя свои способности, был словно один… НЕТ! Как сотня мощных насосов, которые качали откуда-то воду и пытались насильно добавить силы в меридианы Мосе!

Такое хорошее дело, где ещё такое видано?

Это действительно доставляет удовольствие, просто превосходно!

Поэтому Цзюнь Мосе не врал Ду Цзю, когда говорил, что это очень приятно!

Мосе просто не мог упустить такой возможности! Он даже про себя громко закричал:

«Ещё! Ни в коем случае не останавливайся! Чем больше силы, тем лучше! Я не против продлить это подольше! Если ты продолжишь так меня «сокрушать», я скоро смогу прорваться через пятый уровень…»

Поэтому Цзюнь Мосе решил изобразить, что его поражение уже близко, однако он будет держаться до последнего, чтобы Ду Цзю подумал: «Ага-а, этот малец на исходе! Сейчас ещё чуть-чуть подбавлю силы, и он, наконец, сгинет…»

Тем не менее Ду Цзю уже не раз повышал свою силу, а Цзюнь Мосе хоть бы что. В коне концов это взбесило его… Поэтому он шаг за шагом стал снова увеличивать мощность своего давления…

Цзюнь Мосе не понимал, что происходит, Ду Цзю стал ещё мрачнее…

Но, в конце концов, ответ кроется в двух словах: духовная сила!

Пагода Хунцзюнь имеет странную непереносимость духовной силы. Как только она сталкивается с такой энергией, она тут же начинает её поглощать, но здесь, в густонаселенном Тянсяне, Пагода вдруг не стала этого делать… Её не волновало ничего, кроме чистой природной силы.

Но в этот раз сила Ду Цзю была слишком высока!

Кто бы мог подумать, что он способен настолько увеличить мощь природной силы!

Он будто сжал всю энергию между небом и землей, а затем ей же атаковал!

Такой приём застал бы врасплох даже мастера такого же уровня, как и Ду Цзю!

Это что-то вроде Клетки Мира у Мэй Сюэ Янь.

Природная сила, так уж ли она проста на самом деле?

Однако такое мощное оружие оказалось для Мосе настоящим спасением! Всё потому, что для Пагоды Хуньцзюнь эта сила – просто невероятная радость!

Неожиданная удача, вобрать в себя столько природной силы…

К тому же такого рода чрезвычайно опасную!

А радует молодого мастера ещё больше то, что Ду Цзю для сжатия и перемещения такой силы необходимо сначала задействовать свою духовную энергию и соединить её с природной, и только лишь затем он может использовать их для своей атаки!

Но у Пагоды Хунцзюнь нехватка именно природной силы!

С духовной энергией проблем нет, в ней нет нехватки. Природной силы просто пруд пруди, но в нынешних условиях Мосе может поглотить её не так много, более того, ему постоянно необходима подпитка от Пагоды Хунцзюнь…

Сейчас Цзюлу Почтенный использовал свой непревзойдённый столетний Суань, позируя в стиле бесподобного мастера, стоя, заложив руки за спину. Это выглядело очень горделиво: стоя прямо напротив ветра, Ду Цзю показывал самые, что ни на есть, прекрасные манеры Почтенного мастера. Он даже не изменился в лице, но продолжал свое безумное «подавление». За небольшое количество времени, Ду Цзю своей огромной силой восполнил все предыдущие потери Мосе, даже более чем это было необходимо!

Естественно, Цзюнь Мосе было абсолютно плевать на его статус.

Это никак не влияло на намерение Цзюнь Мосе «тихонечко восстановиться»!

Актёрская игра молодого мастера была на высоте: временами он, стиснув зубы, с трудом вдыхал холодной воздух, лицо и губы стали бледно-синими… А иногда в его костях слышался треск, со всего тела ручьём бежал пот, казалось, что Мосе тяжело даже сидеть…

Даже Ду Цзю вдруг забеспокоился:

«Если подбавить еще чуток, этот малый тут в кровавую кашу не превратится?»

Он чувствовал: надо лишь немного поднажать, и этому гаду ничего не останется, как подчиниться…

Еще чуток… совсем капельку… немножко…

Таким образом, никто не собирался уступать!

Если бы Ду Цзю только знал, что его атаки на самом деле оказывают благотворное влияние на его противника, что Мосе на самом деле, «стиснув зубы от боли», получает от всего этого удовольствие, словно от массажа: и больно, и в то же время приятно… Думаю, что Цзюлу Почтенный просто умер бы от стыда и даже после смерти он не смог бы найти себе покоя!

Да на протяжении нескольких сотен лет над ним никто так не глумился!

Ведь изначально Ду Цзю пришёл с благими намерениями, а Цзюнь Мосе… он действительно необычайно странный!

Через некоторое время Цзюнь Мосе разочаровался, обнаружив, что давление со стороны Ду Цзю не увеличивается. Так не пойдёт, неужто вздумал заднюю дать?

Он закатил глаза и издал тяжёлый стон, он будто силой выдавил эти звуки из своих лёгких:

- Ха… ха… Знаменитый Цзюлу… Почтенный... и это всё, на что ты способен? Тогда почему… я всё ещё тут? Я так разочарован… и это мастер высшего класса из Золотого города… кто бы мог подумать… кхм… кхм... – говоря таким образом, он тяжело застонал. Казалось, что его страдания дошли до крайней точки, сил терпеть больше не осталось, и вот-вот он сдастся...

Глава 668.1. Покорение природы нечестным путём!

Ду Цзю действительно оказался в безвыходном положении. Пути назад совершенно не было: на данный момент он уже израсходовал восемьдесят процентов от общего числа своих силовых ресурсов, и тем самым намного превысил подконтрольную себе норму, однако он ровно подсчитал, что принудительная отмена всё же возможна. Если немного ошибиться, максимум можно немного поранить свою изначальную Ци!

Однако этот упрямый парнишка, оказывается, продолжает, стиснув зубы, держаться! Такое упрямство и недюжинное терпение невольно заставляло Ду Цзю сочувствовать ему. За всё время ни одному человеку не удавалось сопротивляться до такого состояния, к тому же в таком юном возрасте… С уверенностью можно сказать, что Цзюнь Мосе – первый, кто смог выдержать это!

Если попробовать добавить ещё силы, то придётся превысить допустимый предел силы. Это, конечно, легко устроить, но вот остановиться будет намного труднее… К тому же тем самым можно получить очень серьёзное ранение, которое за всю жизнь будет невозможно излечить! Вдобавок к этому, в душе останется пятно, Внутренний Демон, от которого до конца своих дней не получится избавиться!

Это действительно кровная вражда!

Если предположить, что у Ду Цзю тоже бы был такой же ученик, который из-за другого человека стал инвалидом, то Ду Цзю тоже бы, несмотря ни на что, стал мстить ему.

Подумав об этом, Ду Цзю решил всё-таки прекратить противостояние:

«Раз уж этот великий мастер за всё время так и не появился, я просто заберу Вэн Кан Ю и смоюсь! Наверняка вернувшись и увидев это, он поймёт, что таким образом я пошёл на уступки. Надеюсь, не случится ничего серьёзного…»

Но как раз в этот момент он услышал крайне возмутительную фразу Цзюнь Мосе! Это было сказано так безрассудно и опрометчиво…

«А я все время старался относиться к тебе снисходительно, а ты вот оно как… ах ты урод мелкий, сдохни! Как смеешь ты говорить такое мне в лицо!»

Ду Цзю пришёл в ярость и машинально увеличил силу до максимума!

Все присутствующие там вдруг почувствовали, что перед их глазами всё помрачнело, а под ногами все затряслось!

Вплоть до того, что даже высокая платформа начала раскачиваться!

Последствия этого мощного силового удара были ощутимы всем людям!

Величественная сила небывалых размеров в одно мгновение вышла наружу и тут же была принята Пагодой Хунцзюнь. Она проглотила её, как кит, даже не подавившись. Следующие толчки силы прибывали непрерывной чередой, как морские волны во время прибоя, одна волна была выше и мощнее другой! А Пагода Хунцзюнь дружелюбно принимала их в свои объятья, не пропуская ни одной!

Цзюнь Мосе лишь чувствовал, как все каналы его тела были напряжены до предела и в любую минуту могут взорваться…

И правда очень освежает! Так приятно!

Так длилось совсем недолго, а потом напряжение вдруг ослабло, Ду Цзю внезапно перекрыл источник силы!

От вредоносной Ци Ду Цзю крепко шандарахнуло. После того, как произошел взрыв его силы, он был очень расстроен:

«Неужели, это конец? Этот паршивец точно должен был погибнуть! Я задействовал максимум этой природной сверхъестественной силы, я должен был выпустить её полностью наружу, так как моё собственное тело уже не могло выдержать подобной нагрузки…»

С трудом выдержав первый толчок силы, Ду Цзю поспешно остановился, он был очень испуган.

Однако он увидел, как Цзюнь Мосе задвигался, он очень медленно поднял голову, на его губах всё ещё оставались кровавые следы от зубов, уголки глаз дёргались, а лицо было бледным, как смерть. У него был вид, как будто он только что вернулся с того света.

Но! С ним всё было в порядке!

«С ним, оказывается, ничего не случилось? Как это вообще возможно!?»

Ду Цзю в оцепенении смотрел на этого ненормального и от страха не мог вымолвить и слова!

Разве Цзюнь Мосе не был на волоске от смерти?! Так или иначе, а вот Ду Цзю сейчас находится как раз именно там!

Какой-то восемнадцатилетний юнец выстоял перед ударом природной сверхъестественной силы мощностью в сто процентов! Кому расскажешь, никто не поверит! Это просто немыслимо! Это парень, он вообще человек? Может он сам дьявол во плоти?!

Хотя лицо Ду Цзю было все таким же равнодушным и безразличным, внутри него просто бушевал пожар!

И впрямь, хорошие учителя создают хороших учеников! Однако такой выдающийся и великий человек действительно опасен!

Цзюнь Мосе медленно поднял голову, и неожиданно рассмеялся:

- Почтенный Ду… Почему же ты перестал «делать мне приятно»? Нижняя часть моего тела ещё недостаточно освежилась! Приёмы Почтенного Ду, конечно, сильны, но так досадно, что их хватает ненадолго. Невозможно вдоволь расслабиться даже! Почему ты остановились на полпути, ну?

В его голосе было полно разочарования и неудовлетворённости, будто почти достигнув оргазма, его вдруг обломила сварливая жена, будто ведром холодной воды окатили!

– Ну да, нечего сказать, обида нестерпимая… Небо нам свидетель!

Эти слова, сказанные молодым мастером Цзюнь, были очень искренними, можно даже сказать, были сказаны от чистого сердца! Ему действительно хотелось ещё немного повеселиться! Такой шанс выпадает не каждый день, а раз в сто лет! Эта весьма редкая возможность!

Но для ушей Ду Цзю эти слова стали самой ядовитой и злобной иронией! Ну как такое можно вынести, ну?

Ду Цзю, с ядовитым взглядом как у гадюки, смотрел на молодого господина Цзюнь, не отрывая глаз, а потом многозначительно фыркнул и без всяких сожалений вдруг поднял свою ладонь и направил её в сторону платформы, расколов ее на куски!

Раздался оглушительный звук, в следующее мгновение Вэн Кан Ю, с грохотом, будто по его грудной клетке только что пришёлся свирепый удар кувалды весом в энное число тысяч килограмм, подлетел в воздух вместе с деревянным столбом, к которому он был привязан, а потом его тело разлетелось на мелкие кусочки, словно в него попала бомба. Вся платформа была полностью залита остатками его плоти и крови…

Уже больше ни один человек не сможет разобрать, что эти остатки крови и плоти, которые были повсюду, некогда принадлежали интеллигентному и незакомплексованному Вэн Кан Ю!

Расстояние от места, с которого нанёс свой удар Ду Цзю, составляло около тридцати футов! Даже будучи настоящим стрелком, вряд ли можно было с такого далёкого расстояния так точно попасть в цель! Но Ду Цзю так поднял ладонь, что в итоге от живого человека остались одни клочья!

Глава 668.2. Покорение природы нечестным путём!

Цзюлу Почтенный действительно просто невероятен!

Ду Цзю повернулся и уже больше не смотрел на Цзюнь Мосе, он слегка прикрыл глаза, но человек перед ним мог отчётливо заметить, насколько безумный и остервеневший взгляд был у него!

И это было только начало!

- Передай своему учителю, что Ду Цзю приезжал навестить его! Очень жаль, нам не посчастливилось встретиться. Но как-нибудь в другой раз, если будет время, я обязательно вернусь, чтобы получить наставление мудрейшего! С человеком из Золотого города я уже сам разобрался! Цзюнь Мосе, я хочу дать тебе один совет: будь немного сдержаннее, для молодого человека это будет как раз кстати! – договорив, Ду Цзю пошёл прочь, даже не оглянувшись, а за ним и Сяо Вей Чэн, который за всё время не проронил и слова. Когда они двинулись с места, толпа людей даже расступилась, освобождая им дорогу.

Их силуэты мелькнули и тут же исчезли!

Ду Цзю, уходя, даже ни разу не повернул голову, потому что боялся, что если сделает так, то Цзюнь Мосе может не сдержаться и накинуться на него, или вообще убить его!

Ду Цзю был уверен, что Цзюнь Мосе с такой скоростью развития своих способностей скоро сможет присвоить себе испокон веков никогда не появляющийся титул «первого в мире мастера»! Человека с таким безграничным потенциалом оставлять в числе своих врагов весьма опасно!

Что касается фразы «вообще убить»… такой исход, даже Великий Золотой город не в состоянии вынести! Если даже говорить не только о Цзюнь Мосе, а также о его загадочном и великом учителе.

Вот атаковать Почтенную Мэй, возможно, все согласятся. Только при одном условии: она должна быть не в лесу Тянь Фа!

Но если Почтенная Мэй мирно пребывает в своем лесу Тянь Фа, кто посмеет нарушить её покой? Не стоит даже говорить о десяти величайших мастерах, увеличенных в сто раз, они тоже на это не пойдут. Неважно сколько человек войдут в лес Тянь Фа, пусть даже таких же сильнейших как Ду Цзю, но вопрос в другом – сколько в итоге оттуда смогут вернуться живыми?

Если Почтенная Мэй в порыве гнева направит в атаку священных животных, тогда – Ду Цзю был уверен – без разницы какая сила, все семьи священных земель за один день будут полностью стёрты с лица земли! Ду Цзю полностью осознавал весь ужас леса Тянь Фа. Одна только стая волков обладала силой, равной тысячному войску бойцов, а кто знает, сколько животных есть в лесу Тянь Фа?

Владыка может мобилизовать абсолютно всю силу леса Тянь Фа!

Глядя, как эти два человека медленно уходят, Цзюнь Мосе еле сдержался, чтобы не схватить Ду Цзю:

«Ну, твою ж мать! Ты вот так просто возьмешь и уйдешь? Это так безответственно! Я ведь даже не успел поднять уровень силы!»

Когда Ду Цзю остановил свою силу, Пагода тоже прекратила свое вращение и медленно затихла.

У насильственного внедрения силы Ду Цзю немало преимуществ! Кроме мощного давления сильнейшего, здесь задействовано немалое количество природной сверхъестественной силы! Цзюнь Мосе даже во время тренировок заметил, что впитывать природную сверхъестественную силу намного труднее… Это как раз доказывает, что Ду Цзю потреблял десятки миль сверхъестественной силы…

Это какое же количество силы и энергии?

В самом деле, устрашающе!

В особенности, последний удар. Он в большей степени являл собой нечто похожее на энергетическое цунами, вся природная сверхъестественная сила целиком ушла в Пагоду, а этот торжественный акт нельзя назвать не щедрым!

Если Ду Цзю лично использовал природную сверхъестественную силу, то он мог быть в состоянии использовать самое большее – одну десятитысячную часть от общего числа! Задействовать её саму по себе – это одно, а присвоить себе и сделать её частью своей силы – это совсем уже другое! Это то же самое, когда мы используем нож, чтобы убивать людей, но не можем сделать нож частью себя!

Однако столкнуться с такой ошибкой природы, как Цзюнь Мосе, это тоже совсем другое дело! Не говоря уже о том, что Ду Цзю пустил в расход десятки миль сверхъестественной силы, даже если бы он выпустил всю мировую сверхъестественную силу, Пагода не смогла бы ему и на этот раз отказать! Как обычно всё бы безоговорочно приняла в себя и капли бы не пропустила!

На этот раз последствия таковы: каналы Цзюнь Мосе были забиты под завязку! Недавно только прорвавшийся на четвёртый уровень молодой мастер Цзюнь, словно сидя на ракете, стремительно набрал высоту и достиг вершины четвёртого уровня в одно мгновение!

Это просто классический пример быстрого достижения своей цели! Покорение природы нечестным путем!

Однако эта приятная новость, напротив, заставила Цзюнь Мосе очень разозлиться!

У него был весомый повод для этого! Потому что Цзюнь Мосе уже почувствовал, как каналы его силы были полностью заполнены, то есть следующим шагом как раз был бы прорыв на пятый уровень!

И именно в этот судьбоносный момент Ду Цзю прекратил подачу силы!

«Твою ж мать! Ну кто так делает, а?» – Цзюнь Мосе был очень недоволен, в один миг расстроился и разочаровался. «Во что бы ни стало, ты должен был помочь мне сделать прорыв, а ты взял и ушёл… Я только воодушевился, а он вырвался и убежал!.. Если уж взялся помогать, так помогай до конца, ну! Бросить всё на полпути, ну это совсем не дело! Ох, ну если бы этот Почтенный знал, какую услугу он мне оказал! Кто знал… что я такой ненасытный… а мы вообще-то друг другу враги…»

Цзюнь Мосе серьёзно психанул! Он даже не заметил тот факт, что Ду Цзю одной ладошкой расквасил вдребезги тело бедного Вэн Кан Ю. Его голова была занято только одной мыслью: «Как сделать так, чтобы этот старикан вернулся и снова проделал с ним то же самое?»

Такое истязание уж больно пришлось по душе молодому господину…

Цзюнь Мосе был очень расстроен, об этом и говорить не стоит. Новый прорыв был прерван, и это ощущение, в самом деле, было малоприятным. Однако если бы Ду Цзю знал об этом факте, то он бы в один миг сам скрылся из виду и даже весточки не оставил…

Ох, как тоскливо…

Глава 669. Тревоги Ду Цзю

- Начальник Ду, вы ведь сегодня встречались с Цзюнь Мосе, верно? Что можете сказать про этого парнишку? – идя по дороге, осторожно спросил Сяо Вей Чэн.

- Разведданные ошибочны! Очень сильно искажены! – Ду Цзю говорил серьёзно, он двигался очень быстро, однако тон его голоса от этого не изменился. - Исходя из имеющихся данных, мы лишь знаем, что Цзюнь Мосе – не более, чем наследник известного рода, альфонс, который своими сладкими речами добился расположения Мэй Сюэ Янь… И, по счастливой случайности, у этого мальца есть учитель, который за ним присматривает… Какая чушь! Сяо Вей Чэн, по возвращении, теперь ты будешь отвечать за разведку! Это просто крайнее проявление профессиональной халатности! С таким невозможно смириться! – Ду Цзю взбесился и повысил голос: - Цзюнь Мосе… Да способности этого ребёнка высоки! Даже небывалые! С возрастом он достигнет огромного прогресса, и пусть его успехи не будут непревзойдёнными, но всё же он привлечёт немало внимания! Он – определённо тот самый гений, что рождается раз в миллион лет! А вот в разведданных про его гениальность ни слова не сказано, только про недостатки! Это в некоторой степени вводит нас в заблуждение и может привести к серьёзным потерям – такая непростительная ошибка! – он сделал паузу и вздохнул.

Вдруг его ужаснула мысль, которая пришла ему в голову:

- 18-летний малец может противостоять моей 100%-ой силе подавления, и при этом он даже сильно не пострадал… Сила Цзюнь Мосе должна быть как минимум на Величайшем уровне или даже выше! Сяо Вей Чэн… 18-летний Величайший мастер, ты хоть представляешь, что это значит? Ранее я слышал о чудесных способностях его наставника, но всё это вызывало у меня много подозрений. Не верил я, что в нашем мире существует такая личность, однако сегодня, узрев силу его ученика, моё мнение изменилось. Только представь, насколько силён этот наставник! Прежде я считал себя равным ему, однако это было слишком самонадеянно! – Сяо Вей Чэн лишь глубоко вздохнул, но ничего не сказал.

- Не надо думать, что я так громогласно восхваляю способности этого паренька только потому, что не смог подчинить его волю. Надо полагать, что с момента существования земли, безусловно, было немало легендарных личностей, вот например, три тысячи лет назад Мудрейший Мэнгуан! Ему не было равных, в восемнадцать лет он прорвался до Суань Духа! Кроме того, ни в предыдущем, ни в последующем поколении никто не совершал подобного в столь юном возрасте. Но даже так – достичь полного пятого уровня этот Мудрейший смог лишь после того, как ему исполнилось двадцать! – Ду Цзю разозлился.

- Но этот Цзюнь Мосе в свои восемнадцать уже на Величайшем уровне! По сравнению с Мэнгуаном он выше на восемь единиц силы! Проклятие! Если он и дальше совершенствуется, три священные земли… Да что уж там – весь мир будет принадлежать ему!

- А? Всё действительно так серьёзно? – Сяо Вей Чэн вытаращил глаза. После произошедшего сегодня он, наконец, осознал весь тот ужас, исходящий от Цзюнь Мосе, но он и не думал, что всё настолько серьезно. Сяо Вей Чэн рассматривал слова Ду Цзю как пустую вежливость в адрес гениального наставника и его ученика! По крайней мере, для этого имелось основание.

- Серьёзно? Серьёзно говоришь? Ты ещё не осознал всю серьезность происходящего! – Ду Цзю с серьёзным видом продолжил: - Сейчас мы, три священные земли, находимся в непримиримой вражде с Достопочтенной Мэй! А она, в свою очередь, является женщиной Цзюнь Мосе! Но даже пусть у него и огромный потенциал, этого мало. Вряд ли у них что-то получится. Однако Мэй Сюэ Янь может получить много выгоды от такой связи! Даже если Тянь Фа вернётся в этот мир, его сила, несомненно, будет значительной, но не устрашающей и опасной. Всё же человеческая Суань гораздо страшнее. Однако, имея под рукой такую мощную поддержку в лице Цзюнь Мосе… Хм, если её не подавить, думаю, уничтожение трёх священных земель не за горами! Никакой мужчина не потерпит плохого отношения к его женщине, особенно такой дерзкий, как Цзюнь Мосе.

Если судить о прогрессе Цзюнь Мосе, в 18 лет он достиг уровня Величайшего мастера. Тогда, можно предположить, что до 20 лет он сможет достичь уровня Достопочтенного, а до 25 так вообще превзойдёт даже его! Если он доживет до тридцати, трём священным землям тогда можно не стараться лезть на рожон, иначе нас просто сотрут в порошок! – в голосе Ду Цзю чувствовался страх.

- Разве это вообще возможно? Да ещё и так быстро? Слишком сложно такое даже представить! – Сяо Вей Чэн всё ещё был скептически настроен. - Процесс накопления Суань не такое простое дело, я вам скажу! Даже если совершенствовать и накапливать духовную энергию… Более того, находясь уже на божественном уровне, это маловероятно. В одном лишь божественном уровне существует 20 подуровней, и преодолеть их довольно сложно, даже пяти лет будет недостаточно для такого прорыва, не думаете?

- Думаешь, я не понимаю, о чём ты говоришь? Но правда ли, что такое невозможно? – буркнул Ду Цзю. - Сяо Вей Чэн, вот ты мастер Величайшего уровня10-го подуровня. Сколько тебе лет, ну?

- Скоро уже 178 минует, – ответил Сяо Вей Чэн.

- Ага, значит, ещё нет и двухсот. Исходя из твоего возраста, можно сказать, что ты совершенствуешься в какой-то степени быстро. Тогда скажи, на твой взгляд, как там у тебя сейчас с приготовлением пилюли бессмертия? – сказал Ду Цзю.

- Я начал практиковать Суань Ци в возрасте трёх лет. В 9 я успешно преодолел Серебряный уровень, в 12 достиг Золотого, к 16 годам я уже был на уровне Суань Земли. В 19 лет прорвал границы Небесного уровня, а наивысшего пика достиг лишь в 25 лет. Уровня Суань Духа мне удалось достичь к 30 годам – в то время среди членов своей семьи мои результаты были наилучшими… – Сяо Вей Чэн погрузился в свои воспоминания. - В 49 лет я стал Великим мастером; затем до 90 лет я накапливал свои силы и, в конце концов, достиг Величайшего уровня, ну а остальные почти 80 лет я потратил на то, чтобы стать таким, какой я сейчас! – Сяо Вей Чэн вздохнул.

- То есть, ты достиг всех своих достижений за 178 лет. В глазах обычных людей ты уже можешь считаться гением, верно? В свои восемнадцать ты был на уровне Суань Земли, да? То есть тебе потребовалось ещё 172 года, чтобы сравнять свои силы с силами Цзюнь Мосе, хотя ему всего восемнадцать лет! Если ты гений, тогда кто же он? Я считаю, что он небывалый гений! Остались ещё вопросы? – Ду Цзю усмехнулся и спросил: - А с чего это ты решил, что Цзюнь Мосе не сможет достичь уровня Достопочтенного до 20 лет? Ты не изменил своё мнение?

Сяо Вей Чэна затрясло, он вдруг остановился, вид у него был взволнованный:

- Да, это превзошло мои ожидания. Я лишь смотрел на его высокомерие и заносчивость и даже не обратил внимания на его одарённость!

В те годы его семья считала Вей Чэна гением и восторгалась скоростью его совершенствования! Однако… сравнивая себя с Мосе, Сяо Вей Чэн вдруг расстроился! И хотя всегда найдётся кто-то лучше тебя, но тут разрыв был слишком большим…

- Теперь ты ощущаешь тот ужас, что исходит от Цзюнь Мосе? – Ду Цзю холодно посмотрел на него.

- Тогда, начальник Ду, вы хотите сказать… – глаза Сяо Вей Чэна загорелись. - Выходит, если Цзюнь Мосе продолжит в таком же духе, то он станет серьёзной угрозой для трёх священных земель, верно?

- Возможно-возможно… Только что я и сам был готов прихлопнуть его своей рукой, даже собирался сделать это несколько раз! Однако… убить его вот так, в открытую… нельзя… абсолютно нельзя! – Ду Цзю говорил со всей серьёзностью. - Цзюнь Мосе должен умереть! И точка! Его смерть вызовет раздор и распри, но никто не должен узнать, что это сделали мы, – он нахмурился и задумчиво посмотрел вдаль. - Ключевая фигура здесь – Достопочтенная Мэй, однако, что насчёт учителя Мосе, насколько он силён? Даже нам, трём священным землям такой противник не по зубам! А если мы даже и справимся с ним, то придётся заплатить за это очень высокую цену… Откуда он? Возможно ли, что… из Таинственного Призрачного Дворца? Хотя то, что мы должны сделать сейчас – это как можно скорее вернуться в Золотой город! – Ду Цзю принял моментальное решение. - Разведка, вам необходимо отслеживать каждое движение Цзюнь Мосе! Постарайтесь ничего не упустить. 2 числа 2-го месяца необходимо собрать лучших бойцов и отправить их в Серебряный город! Именно тогда нам представится отличная возможность разобраться с Королями зверей, а также уничтожить Цзюнь Мосе. Мы должны сделать всё чётко и быстро и с первой же атаки. Не думаю, что он даст нам второй шанс!

Кроме того, теперь между семьей Цзюнь и императорской семьей Тянсян непримиримая вражда. Возможно, это может сыграть нам на руку. Если у него нет уязвимых мест, надо их создать.

Позаботься об этом! Ни в коем случае нельзя позволить ему совершенствоваться слишком быстро! Всё-таки главное внимание надо направить именно на Мосе, остальные члены семьи хоть и не слабее, однако для трёх священных земель они не играют особой роли… просто надо избавиться от этого мальчишки, вот и всё! Как только настанет время… нужно бить, как раскат грома! – Сяо Вей Чэн не совсем понимал, что говорит Ду Цзю, и мог лишь только постоянно кивать головой.

Глава 670.1. Настоящий беспредел или появление «Склепа преданной любви»!

Девятидневной казни «тысячи порезов» пришёл конец.

Величественное воинское знамя Ву Хи высоко развевалось над городом Тянсян девять дней!

На протяжении этих девяти дней толпы чиновников, один за другим, просили семью Цзюнь прекратить это жестокое представление, находили бесчисленное количество причин и доводов, однако Цзюнь Мосе был непреклонен:

- У вас есть куча причин, у меня есть свои принципы! Если не закроете свои рты, я переломаю вам ноги!

В этом мире именно кулак и является весомым доводом!

Более того, сегодняшнее представление как раз является уроком на будущее для многих людей, и совсем не значит, что в нужный момент не будет возможности развернуть представление ещё больших масштабов!

Так называемое настоящее представление – это событие, проведение которого взял под свою ответственность Цзюнь Мосе: совместное захоронение Муронг Сю Сю и Йе Гухана!

Разве нельзя назвать это решение безумным? Это же настоящее сумасшествие!

Это священный и впечатляющий процесс, от начала и до конца!

Для усыпальницы Цзюнь Мосе выбрал место, которое в прошлом было большой усадьбой, которое даровал Император одному своему министру, и оно находилось совсем недалеко от Императорского дворца. Цзюнь Мосе не жалел ни денег, ни средств, он купил эту усадьбу и снёс там все подчистую!

Методы Мосе весьма просты и грубы, даже в каком-то роде оскорбительны.

Он вручил этому чиновнику два денежных чека по пять миллионов лян (денежная единица, содержащая около 37,3 гр чистого серебра) каждый и предоставил два варианта развития событий:

- Первый – вы берёте эти деньги и ищете себе новый дом; второй – вас закопают вместе с вашим домом.

Таким заманчивым предложением этот чиновник был немного напуган и приятно удивлён. Он оказался совсем не промах, и с радостью согласился взять денежки и отправиться на поиски нового жилища.

Возвращаясь к разговору о цене этой усадьбы – самое большое, что могли предложить этому чиновнику за неё – это четыре или пять миллионов лян максимум, к тому же купюрами, а сейчас он получил целых десять миллионов лян серебром, да ещё и остался в выигрыше.

К тому же сейчас даже Императору стоит пойти на уступки Цзюнь Мосе, он ещё поставил на ноги трёх сыновей, имеет ли он право вести себя недальнозорко сейчас? У него сейчас много и других забот, что если… он упустит последний шанс для своих сыновей… такие серьёзные вещи стоят дорогого.

Поэтому чиновник радостно собрал свои вещички и его след простыл, на всё про все ему понадобилось всего два дня.

После того, как чиновник забрал свои последние вещи, он не успел уйти за ворота на десять метров, как вдруг за его спиной раздался громогласный «Бам!». Повернув голову, он увидел, как в одночасье все комнаты его бывшего огромного дома были смяты в одну большую кучу, перед его глазами тлели руины!

По его спине пробежал холодный пот: если бы он не согласился переехать и оставить свой дом, среди этих руин могло бы бездыханно валяться и его тело…

Вечером Цзюнь Мосе лично посетил это место и поставил охрану из бойцов отряда «Небесные Разрушители».

В темноте сумерек, Цзюнь Мосе стоял напротив развалин, его белые одежды развевались по ветру, он был погружен в глубокие раздумья.

Он стоял прямо в центре, его лицо выглядело особенно строгим и почтительным: за его спиной, внутри большого бронзового гроба покоились тела ослеплённых любовью Муронг Сю Сю и Йе Гухана.

Цзюнь Мосе медленно вытянул обе руки. От его белоснежных рук начал исходить тёмно-жёлтый свет, он стал водить ими из стороны в сторону, и скоро этот загадочный свет озарил всё вокруг. Всё, что попало под действие этого сияния – остатки стен, осколки черепицы и прочее – в одно мгновение превратилось в пыль, а потом и вовсе исчезло, всё пространство стало гладким, ровным и блестящим, как зеркало.

Цзюнь Мосе соединил обе руки, и внезапно на этом же месте появилась могильная яма глубиной в несколько футов. Бронзовый гроб с Муронг Сю Сю и Йе Гуханом чудесным образом оторвался от земли и, немного качаясь, взмыл в воздух, а потом медленно и тихо опустился в эту самую могильную яму. Цзюнь Мосе ещё раз взмахнул руками и в тот же миг яма сомкнулась.

Эта пара влюблённых наконец-то разделит могилу на двоих!

Ваше заветное желание выполнено!

Вместе отправиться в тот мир, встретиться в Фэнду (столица загробного мира), держать друг друга за руку и больше никогда не отпускать!

Цзюнь Мосе по-прежнему стоял не двигаясь.

Однако стоявшая впереди каменная стела на время исчезла, и рядом с ней появились высоченные, растущие с дикой скоростью деревья, примерно около десяти футов в высоту, их вершины находились на приличном расстоянии друг от друга, они выглядели величественно и строго, как дракон и феникс, казалось, нет им равных в этом мире.

Между ними располагалась вдохновляющая и преисполненная чувствами надпись большими буквами: «Склеп преданной любви!»

Цзюнь Мосе, не спеша, поднялся в воздух, из его пальцев исходил тёмно-жёлтый свет. Задумавшись на мгновение, он вдруг с силой принялся размашисто что-то писать! Со стелы начали слегка опадать мелкие каменные кусочки, а потом на блестящей стеле появились несколько строк, выведенные красивым подчерком!

В левом верхнем углу: «Не сожалей о любви этой жизни, добровольно становясь несчастной! Если в следующей жизни судьба снова сыграет злую шутку с нами, пусть лучше я не оправдаю ожидания всего мира, чем подведу тебя!»

Посередине: «Могила супругов Муронг Сю Сю и Йе Гухана!»

В правом нижнем углу: «Цзюнь Мосе, восхищаясь глубокой и искренней любовью этих двух сердец, специально основал этот надгробный памятник! Он желает, чтобы в каждой из следующих жизней они были вместе, и ничто и никогда больше не смогло их разлучить!»

Неразлучны на земле, неразлучны под землей; ваша любовь навсегда, она спокойна и вечна!

Название этой могилы – «Склеп преданной любви», воздвигнутый Цзюнь Мосе! Любой, кто осмелится нарушить их покой, будет казнён вместе с девятью поколениями своих потомков.

Цзюнь Мосе, глядя на надгробную плиту, прошептал:

- Йе Гухан, Муронг Сю Сю, я выполнил ваше заветное желание. Вне зависимости от того, как вам пришлось страдать при жизни, после смерти вы наконец-то вместе. На вашей надгробной плите есть моё имя, ведь я не могу позволить кому-нибудь нарушить ваш покой! Это последнее, что я могу сделать для вас!

Глава 670.2. Настоящий беспредел или появление «Склепа преданной любви»!

Цзюнь Мосе встал, немного подумал и установил перед могилой два огромных каменных льва (изображение мифического льва-стража, обычно в виде статуй перед воротами), а потом, следуя за каждым шагом Мосе, стали появляться ступеньки одна за другой.

Правая рука Цзюнь Мосе засияла ярко-зелёным свечением, и всё пространство вокруг могилы вдруг заполнилось густой рощей из сосен и кипарисов!

Могила Муронг Сю Сю и Йе Гухана находилась в самом центре!

Цзюнь Мосе в последний раз повернулся и ещё раз взглянул на могилу, тяжело вздохнул, низко поклонился и был таков.

Склеп преданной любви!

Как и ожидалось, сразу же после появления «Склепа преданной любви», это событие вызвало огромный резонанс!

Во-первых, ещё вчера здесь была огромная усадьба, а сегодня вдруг из ниоткуда появилось огромное кладбище, покрытое густой рощей из сосен и кипарисов! Это удивительное явление, разумеется, вызвало неописуемое изумление всех жителей города.

Во-вторых, ещё и потому, что на надгробной плите было указано два имени. Кто такой Йе Гухан, мало кто знал, а вот кто такая Муронг Сю Сю… было известно всем! Разве это не имя ныне царствующей Императрицы? И почему она похоронена здесь? И к тому же, почему как супруга другого человека? Что это, в конце концов, ещё значит?

Тем временем в Императорском дворце.

Император со всей силы ударил ногой по стулу, и тот с грохотом отлетел в сторону, потом одним рывком скинул всю посуду со стола, и она звонко разлетелась по полу. Затем снова в ход пошёл удар ногой, но теперь уже по столу, его глаза покраснели от гнева и возмущения, и он во весь голос заорал:

- Эй, сюда! Отправьте людей! Этот склеп должен быть снесён к чертям собачьим! Йе Гухан, этот сучий выродок, да как он посмел? Какое право он имеет?! Муронг Сю Сю… ты, подлая шлюха! Дешёвая тварь! Гнилая стерва! Ааа!!! Пусть вы оба и мертвы, но я не дам вам покоя! Вздумали там встретиться в том мире, да? Я во что бы ни стало разлучу вашу счастливую пару потаскухи и ублюдочного стервятника! Я достану ваши кости из-под земли, разотру их и развею прах в разных точках этого мира, чтобы вам никогда не суждено было встретиться! Ни в этой, ни в какой-либо другой жизни!

Войска Императорской охраны с сумасшедшей скоростью неслись по улицам столицы, направляясь к Склепу преданной любви, чтобы снести его!

Эта гробница была бельмом на глазу для Императора!

Такие мелкие гости никак не заслуживают того, чтобы их встречал сам лично молодой господин Цзюнь!

Но всё же нельзя сказать, что люди, которые ответственны за их приём, совсем низкого уровня, потому что встречали их не кто иные, как отряд Небесных Разрушителей!

На сегодняшний момент, силы почти каждого из отряда достигли уровня Суань Неба, а это разве можно назвать низким?!

Одна сторона должна настоять на сносе гробницы, другая сторона получила приказ – защищать до смерти. Кажется, есть все основания полагать, что скоро, прямо в центре города Тянсян, развернётся большое сражение.

На самом деле о результатах и говорить не стоит!

Допустим, что уровень силы бойцов отряда Небесных Разрушителей несколько низок, но, по крайней мере, все бойцы обладают наивысшим пиком Суань Земли, к тому же в составе трёхсот человек, плюс, сформировав образцовый боевой порядок, разве обычные солдаты смогут быть достойными противниками для них?

Во всем Тянсян, кажется, не наберётся и нескольких мастеров с наивысшим пиком Суань Земли, что уж говорить о Суань Неба? Если есть такие бойцы, то одни из них заняты тем, что слоняются по свету или, основав свою школу, величаво восседают где-то наверху, где уж там им дела до таких непримечательных занятий, как коротать жизнь в рядах Императорской армии?

Поэтому это дело времени и холодного расчёта, несколько мастерских штучек и повсюду будут разбросаны разные окровавленные конечности и культи! Это хорошо ещё, что Цзюнь Мосе наказал никого не убивать, а то было бы трудно угомонить отряд Цзюнь Мосе, отрубленные руки и ноги не считаются!

Учитывая указанное снисхождение, всё же за время, равно не больше чем до обеда, появилось около десяти тысяч раненых и имеющих повреждения, а это тоже довольно впечатляющая цифра!

Императорские силы потерпели поражение в первом бою, однако Его Величество не пал духом. Неужели Императорское войско в несколько миллионов человек всё-таки не сумеет справиться с маленькой гробницей?

Пусть семья Цзюнь не слушает мои приказы, но как же остальные семьи? Неужто, они тоже заодно с семьей Цзюнь? Я не верю в это! Такого совершенно не может быть, чтобы каждая семья также имела непревзойдённого великого покровителя, как и семья Цзюнь?

Издав указ выставить войска со стороны семьи Дугу, в результате старик Дугу Цзёнхэн неожиданно заболел. Говорят, что он даже находился в бессознательном состоянии, его недуг стал неизлечимым, он немногим отличался от покойника. В такой ситуации, разумеется, нет возможности выставить бойцов…

И не только старик Дугу Цзёнхэн был не в состоянии прийти на подмогу, но и с главнокомандующим Дугу Вуди тоже приключилась болезнь. Хотя это нельзя назвать неизлечимой болезнью, но страдать рвотой и поносом, и не быть в состоянии подняться с собственной кровати – тоже то ещё удовольствие. И прибыть в распоряжении армии никак не под силу.

Относительно семи братьев-героев семьи Дугу, с ними тоже приключилась беда – они все одновременно сломали по ноге, упав с лошадей. Один из них был неосторожен на скачках и запутался в поводьях, и никому из семи братьев не удалось избежать последствий этого. Все сломали по ноге, пусть это и звучит немного нелепо, но это совсем не значит, что такого не могло произойти. Так или иначе, никто из них не в состоянии держаться на лошади!

Глава 671. Муронг Фэн Юн

Женская половина семьи Дугу была занята до сумасшествия. Говорят, что в столицу была приглашена половина всех имеющихся лекарей и врачей. Они заботились о раненых и ставили диагнозы, один серьёзней другого. Если посмотреть, семье Дугу сегодня-завтра придётся устраивать похороны и не одного или двух людей, а для десяти и больше…

После прослушанного отчёта «о болезнях» Император пришёл в ярость! Ещё чуть-чуть и у него у самого случился бы инфаркт миокарда.

Далее...

Наставник Ли болен, ссылается на свой почтенный возраст и слабое здоровье; а вот у главы семьи Мэн прошлой ночью случился столбняк, и он не мог даже встать… Короче говоря, все влиятельные семьи и придворные чиновники этим утром оказались прикованы к постели, и по словам посланника: «Все эти люди не притворяются, им действительно очень плохо»…

В конце концов Император вспомнил ещё об одном человеке: Муронг Фэн Юн!

Это его собственный тесть! Отец Муронг Сю Сю, ему-то уж точно не всё равно! Да и репутация у него соответствующая, всё справедливо.

После того, как Муронг Фэн Юн получил эту новость, его руки задрожали. Он чуть не упал, но открыл глаза и громко закричал:

- Сю Сю мертва? Когда? Почему я ничего не знаю?

Муронг Фэн Юн немедленно бросился во дворец, чтобы увидеть Императрицу, однако ему сообщили, что она уже дней как 10 тому назад куда-то уехала и до сих пор не возвращалась. Растерянный отец направился прямиком к Императору, но не получил точного объяснения. Единственное, что понял старик – он должен уничтожить могилу своей дочери и Йе Гухана, а уж потом может получить ответы на все свои вопросы.

Семья Цзюнь.

Слушая непрекращающиеся крики побоища извне, Цзюнь Вуй покачал головой и улыбнулся:

- Мосе, не думаешь, что в этот раз ты переборщил?!

Мосе, который в этот момент увлеченно читал Книгу гор и морей, перевернул страницу и между делом сказал:

- Перебор? Серьёзно? Не думаю! Всё было спланировано заранее! Если бы не пролилось столько крови, было бы ещё хуже. Шумно? Чем громче крики, тем лучше. Это всего лишь несколько смертей… Более 100 тысяч человек понапрасну лежат в Тяньгуан, а что насчет Тянсян, сколько погибло там? Нынешние потери не сравнятся с этим…

Развалившись в кресле, старик Цзюнь потихоньку дремал и не подавал голоса.

В этот момент внезапно вошел придворный и сказал:

- Глава семьи Муронг, Муронг Фэн Юн, просит аудиенции с Цзюнь Чжан Тианом.

- А вот и он, – одновременно сказали Цзюнь Мосе и Цзюнь Вуй.

- Цзюнь Чжан Тиан, я требую объяснений! – возмущённо ворвался Муронг Фэн Юн. - Ты, старик, желаешь отмстить за смерть своего сына? Я всегда был лоялен к тебе и никогда не лез в это дело! Однако вы уже 9 дней тут кромсаете всех направо и налево! Не думаешь, что уже хватит? А если даже и да, то ты зашёл слишком далеко! Зачем же так измываться над репутацией и добрым именем моей дочери? Сю Сю ведь была матерью этого государства. Как можно так её позорить?

- Позор? Старик Муронг, я даже не знаю с чего начать… – тихо ответил Цзюнь Чжан Тиан.

- Хорошо! Тогда ответь мне, моя дочь… моя дочь… Сю Сю, она правда мертва? Её тело покоится в могиле? – глаза Муронг Фэн Юня немного покраснели, пусть он и мужественный человек, но всё же он – отец. Судьба его родной дочери не совсем ясна, но он уже был на её могиле. Так как ему не гневаться, как ему не печалиться?

- Да! – спокойно вмешался Цзюнь Мосе. – Старший Муронг, ваша дочь действительно была убита 10 дней назад, прямо перед воротами нашего дома. Я и мой дядя видели всё своими глазами!

- Действительно мертва... Сю Сю... – крепкое тело Муронг Фэн Юня задрожало, и он вдруг закричал: - Как это произошло? Кто? Кто, чёрт возьми, убил её?! – голос его уже порядком охрип. Казалось, что горло было разодрано.

- Человек, который убил её, уже казнён. Это… – медленно промолвил Цзюнь Мосе. – Вы знаете его и, должно быть, очень хорошо знакомы с ним. Этот человек – господин Вэн, Вэн Кан Ю!

- Вэн Кан Ю! Это он? Да как он мог? – Муронг Фэн Юн побледнел. Он был не в силах больше держаться, его тело медленно опустилось прямо на землю.

Услышав это имя, он догадался, как умерла Муронг Сю Сю, и кто является зачинщиком. Всё было очевидно!

- Невозможно! Как это мог быть он? – Муронг Фэн Юн резко поднял голову и истерически завопил: - Ты лжёшь!

- Невозможно? Принцесса Лин Мэн тоже видела всё! И сейчас она восстанавливается в нашей резиденции, она до сих пор не пришла в сознание. Кроме того, более 100 человек, что сопровождали сестру Муронг, тоже попали под удар. Хотя многие погибли, так и не дождавшись помощи, но половине людей всё же повезло выжить. Они сейчас тоже здесь. Кстати, все они – подчинённые семьи Муронг, их слова тоже для вас ничего не значат? Если так, то всё могут подтвердить мастера Великого уровня – Одинокий Сокол и Фэн Цзюань Юнь, – спокойно ответил Цзюнь Мосе. – Если старший Муронг сочтёт необходимым, мы можем позвать их сюда. А их словам вы можете доверять!

Лицо Муронг Фэн Юня застыло, казалось, будто он вот-вот выйдет из себя. То, что Мосе назвал его дочь «сестрой Муронг», а не Императрицей, тоже навело его на определённые мысли!

После того, как старик опросил каждого, он, наконец, принял тот факт, что его дочь умерла. В одно мгновение он вдруг постарел на десяток лет и заплакал…

Оказывается, его собственный зять – Император – был зачинщиком этой расправы!

Такая жестокая правда просто ошарашила старика.

- Но... моя дочь, моя доченька – Императрица! Почему она захоронена с человеком такого низкого происхождения – Йе Гуханом, да ещё и в общей могиле, как муж и жена? – Муронг Фэн Юн был очень расстроен. Он внезапно вскочил и закричал.

- Низкого происхождения? Старший Муронг, вы когда-нибудь спрашивали свою собственную дочь? Спрашивали её, чего она хочет – жить во дворце в качестве Императрицы или же остаться ни с чем, но убежать на край света вместе с Йе Гуханом? – Цзюнь Мосе усмехнулся. – Вы знали, кто нравился вашей дочери? Старший Муронг, если бы ты не начал, я бы и слова не сказал об этом! Знаете, а я вас презираю. В глубине души я вас презираю!

Муронг Фэн Юн обессиленно повалился вниз. Он вспомнил, как однажды его вечно послушная дочь держала стальной нож у своей шеи и умоляла:

- Папа, пожалуйста, поддержи меня! Я хочу следовать за моим Ханом, даже сквозь бедность и скитания, я не буду об этом сожалеть! Пожалуйста, поддержи меня!..

Этот сумасшедший взгляд, эта упрямая любовь… Всё ещё жили в его памяти, но вот его дочери уже нет в живых.

- Доченька... Наша семья сейчас находится в крайне плачевном состоянии… Такое счастье, что Его Величество взглянул на тебя... Это единственная возможность для нашей семьи разогнуть плечи и начать всё заново… Папа стареет, и у меня уже нет никаких идей, чтобы поддерживать всех, посмотри на своих братьев – они так молоды… Неужели ты способна взять и вот так вот убежать вместе с Йе Гуханом, оставив всю свою семью умирать? Помоги своему отцу, помоги своим братьям. Спаси нашу семью Муронг! – тогда он именно так и уговаривал свою дочь. Она даже и не знала, что семья Муронг уже давно укрепила свою власть, и не было никакого кризиса. Наивная девушка, естественно, поверила своему отцу.

В конце концов, она опустила нож…

- Пусть даже я и знала бы, что отец обманывает меня, дочь не может позволить себе такое поведение. Эта семья… Я не смогу её бросить… Я просто подчинюсь судьбе… – именно так сказала Сю Сю.

До сих пор помню, как после этого она проплакала целый месяц… эти душераздирающие крики и слезы. Даже сейчас помню ее лицо перед свадьбой, это отчаяние и безжизненность в ее взгляде…

Единственное приданое, которое она взяла с собой – один носовой платочек...

Он сам одной рукой разрушил любовь своей дочери, а другой рукой затолкал её в этот ледяной дворец, думая, что она сможет найти в нём себе лучшее пристанище. А в результате это была не жизнь, а целая трагедия…

Муронг Фэн Юн сел на землю и заплакал! Сквозь слёзы он видел свою страдающую дочь, которая падала ему в ноги и умоляла: «Папа, пожалуйста, позволь мне быть вместе с моим Ханом… Умоляю тебя, позволь нам быть вместе…»

Была зима, и, хотя на нём было много одежды, он чувствовал холод, все его брюки были пропитаны насквозь слезами Сю Сю…

С тех пор она никогда не улыбалась, была очень рассеянной. Дома она появлялась ненадолго, казалось, будто в этой семье её постоянно что-то угнетает…

- Быть похороненной вместе с Йе Гуханом – это последнее желание сестры Муронг, и вы хотите вот так вот его разрушить?! – серьёзно сказал Цзюнь Мосе. – Ваша семья использовала её, вы использовали её жизнь. Взамен вы получили столько славы и богатства, сколько некоторым и не снилось. Теперь же она мертва, и неужели вы считаете мужем Сю Сю того человека, который её убил?

Муронг Фэн Юн внезапно поднял голову, слёзы душили его. Теперь он видел, как его дочь в красном свадебном платье заливалась слезами и кричала: «Папа… Отпусти меня! Папа, отпусти меня…»

Он закрыл глаза, и слёзы тут же посыпались градом.

Старик Муронг покинул семью Цзюнь и направился восвояси. Он полностью погрузился в свои мысли и не знал, куда ему идти. Внезапно услышав крики и звуки побоища, он волей-неволей пошёл туда, прямо к могильному кургану.

Здесь, здесь покоится моя дочь!

Он растерянно направился вперёд. Императорские охранники, увидев Муронг Фэн Юня, тут же уступили дорогу. Оборонявшие могилу бойцы Небесных Разрушителей тут же заблокировали проход, но внезапно раздался голос:

- Пусть он пройдёт!

Это был голос Цзюнь Мосе.

Глава 672.1. Подозрения Владыки Серебряного города

Муронг Фэн Юн пришёл на место захоронения, спрыгнув с лошади, его походка до сих пор была неровной, и он шёл, шатаясь. Только взглянув на надгробную плиту, на его глазах тут же проступили слёзы, верхняя надпись гласила: «Не сожалей о любви этой жизни, добровольно становясь несчастной; если в следующей жизни судьба снова сыграет злую шутку с нами, пусть лучше я не оправдаю ожидания всего мира, чем подведу тебя!»

- Сю Сю… моя маленькая девочка… ты правда покинула меня? – Муронг Фэн Юн в оцепенении стоял перед могилой. Он совсем не двигался, его белые от снега борода и усы тихонько колыхались от холодного зимнего ветра. Слёзы, одна за другой, беззвучно капали с его лица на землю, он стоял и слегка поглаживал своей правой рукой надгробную плиту, будто успокаивая свою маленькую дочурку… Даже битва перед кладбищем затихла, все взгляды были направлены на него.

Внезапно воздух пронзил душераздирающий крик Муронг Фэн Юня:

- Сю Сю! Ты покинула меня! Как твой отец сможет жить дальше?

Его голос был полон боли и отчаяния, будто его дочка прямо сейчас стояла с жалобным лицом прямо перед ним, по-прежнему такая же молоденькая, по-прежнему так же слёзно умоляя, глядя на него…

Он тяжело вздохнул, потом вдруг резко поднял свою руку, и из его руки появилась Суань Неба тёмно-синего цвета, затем его рука опустилась, а Суань долетела до самого верха надгробной плиты! Рядом с этим местом добавилась маленькая надпись из нескольких слов: «Здесь покоится с миром любимая дочь Муронг Сю Сю! Её отец, Муронг Фэн Юн.

После этого, он еще долго стоял и смотрел, тихо всхлипывая, на надгробную плиту, потом он вытер руками своё изможденное лицо, одним взмахом запрыгнул на лошадь и, ни разу не повернувшись, поскакал прочь. Сражающиеся на лошадях больше не поднимали головы и больше не оглядывались. Этот упрямый старик, в конце концов, сделал так же.

Несмотря на то, что он не признал Йе Гухана, как мужа своей дочери: однако, тем не менее, он всё же устранил действия брачного договора своей дочери! Он больше не признавал ее, как Императрицу! Для него она просто осталась его дочерью, а её статус больше не интересовал его!

Холодный зимний ветер поднялся с новой силой, одинокие сосны зашумели, как неспокойное море, это было похоже, как будто Муронг Сю Сю в последний раз прощается со своим отцом…

После того, как Муронг Фэн Юн прискакал домой, он немедленно издал указ: все члены семьи Муронг, которые находятся на государственной службе, должны немедленно покинуть службу. С этого момента семья Муронг находится в ссоре с Императорской семьей, больше мы не имеем ничего общего с ними! Если будут те, кто посмеет ослушаться этого приказа, их ждет наказание – восемьдесят ударов палкой и изгнание из семьи Муронг!

Добавленная Муронг Фэн Юнем надпись на надгробной плите означала, что семья Муронг признаёт эту могилу! Признаёт эту надгробную плиту! Тем самым утверждая этот, ранее казавшийся полным абсурдом, факт! Будет произведён вывод остатков войск Императорской охраны, иначе, в противном случае, они все будут убиты! По словам Цзюнь Мосе, начиная с сегодня, от них не стоит ждать пощады! «Склеп преданной любви» с этого момента будет считаться неотъемлемой частью города Тянсян.

Эта величественная надгробная плита с этих пор будет непоколебимо стоять десять тысяч лет! Она сделана самим Цзюнь Се, так что даже по прошествии этого времени, никто не посмеет прикоснуться к ней! Для Цзюнь Се это тоже стало большим чудом! Потому что и могилу, и надгробную плиту – всё это сделано за одно мгновение с помощью силы одного человека – Цзюнь Се-Цзюнь Мосе!

С этих пор появилось очень много разных мастеров и сильнейших, но так никому и не удалось сделать ничего подобного! Обычные люди приезжали сюда, чтобы почтить память покойных, однако мастера приезжали сюда не для того, чтобы охать и ахать, а чтобы понять, каким образом тогда Цзюнь Се смог сделать такое… Это выходит за рамки даже того, что люди только могут себе представить…

Вскоре после окончания сражения, кто-то снова поставил в этом месте каменную стелу, на которой была подробно описана вся история жизней Муронг Сю Сю и Йе Гухана, а также история их несчастной любви, которая поразила и растрогала весь мир. Неизвестно сколько после этого влюблённых приходило посмотреть на «Склеп преданной любви», чтобы выразить чувства восторга и признательности двум несчастным сердцам…

Последующие поколения юношей и девушек, желающие связать свою жизнь браком, приходили сюда почтить память усопших и помолиться о счастье. Эти молитвы и подношения помогали созданию счастливого брака, также молодые люди надеялись, что их любовь будет такой же верной и крепкой, как и у этой легендарной пары… Для города Тяньсян настало тревожное время, время кризисов и затруднений, это состояние не обошло стороной даже самые отдалённые его части! Дальний север, родина ещё одной влиятельной семьи, город Серебряной Метели, даже он был весь охвачен страхом.

Сяо Син Юн смотрел перед собой на пролетающие хлопья снега, как на предвестников беды, бессильно вздыхая. Его терзали угрызения совести: почему он был так мягок с убийцей, тем самым позволив навлечь на себя такое ужасающие бедствие! Как противостоять теперь могущественной семье Цзюнь? Таинственный учитель уничтожил девяносто великих мастеров трёх священных земель одним ударом… Владыка Волшебного леса Тянь Фа, Достопочтенная Мэй, на самом деле является женщиной этого негодника, Цзюнь Мосе…

В эти возмутительные факты пришлось поверить даже тем, кто никогда не верил во всё, что связано с Цзюнь Мосе!

К тому же мы сами обращались за помощью к трём священным землям, отправляли им письма, но так и не получили никакого ответа. Что касается людей, которых мы послали к ним, от них тоже не было никаких новостей…

Последние дни Сяо Син Юн почти совсем потерял аппетит и сон от переживаний и волнений, которые мучили его душу: Неужели, наша семья Сяо и весь город Серебряной Метели в одно мгновение, вот так исчезнут?

Владыка города Серебряной Метели Хан Чжань Мэн в эти дни занимался допросом местонахождения людей, которые ранее покинули город и так и не вернулись.

В конце концов, не вернуться в город Серебряной Метели праздновать Новый год, это ли не слишком странно? К тому же одной из людей, покинувших город, была юная принцесса Хан Янь Мэн.

Несмотря на то, что была информация, что трое, выдающих себя за трёх старейшин, вернулись, но Хан Чжань Мэну по-прежнему казалось, что происходит что-то ненормальное. В конце концов, что может быть важнее встречи Нового года в кругу семьи? Да и юная Мэн покинула город так давно, а учитывая её сильную привязанность к родителям, как она так долго может не скучать по ним? Как может оставаться так долго вдали от дома?

Глава 672.2. Подозрения Владыки Серебряного города

Это же всё-таки такой важный праздник! Новый год! К тому же семья Цзюнь объявляла, что придёт отомстить семье Сяо…

Одним словом, в это время в городе Серебряной Метели царила очень напряжённая атмосфера. Поэтому теперь Хан Чжань Мэн особенно часто направлялся в отдел разведки, а этот факт ещё больше пугал жителей Серебряного города. Все опасались, что он может что-нибудь заподозрить, и тогда всё, пиши пропало. Сегодня Хан Чжань Мэн снова пришёл туда.

У него внезапно появились подозрения насчёт спецслужб главы семьи Сяо: пусть даже будучи очень занятой, но его дочь всё же должна написать ему письмо. После того, как она покинула город, от неё пришло всего лишь два письма, а после этого никаких вестей!

Если даже ты очень сильно занята… Написать письмо должно ведь найтись время?

К тому же… вне зависимости от того как ты занят, разве можно быть настолько занятым, как она?

Всё это крайне странно!

- Старейшина, вы тоже здесь. Есть какие-нибудь новости? – Хан Чжань Мэн почтительно и с бесстрастным выражением лица поздоровался.

- Владыка города, – Сяо Син Юн стоял величаво и с прямой спиной. Хотя он уже давно отпраздновал свой сотый день рождения, он по-прежнему выглядел молодо и достойно. Его лоб обрамляли густые брови, глаза сияли, а на лице не было ни одной морщинки, только седые волосы на голове выдавали его немолодой возраст, хотя всё-таки люди, увидевшие его в первый раз, могли предположить, что ему было немногим больше тридцати-сорока лет, и он был мужчиной в полном расцвете сил.

- Новости для нашего городе Серебряной Метели довольно неблагоприятные! – Сяо Син Юн тяжело вздохнул. – Должно быть, семья Цзюнь весьма уверена в своих силах, раз она так вызывающе ведёт себя. Над нашим Серебряным городом нависла смертельная угроза.

- Эм, снова говорите о семье Цзюнь? – Хан Чжань Мэн нахмурил брови, в его сердце бушевала нетерпимость. – Вы прекрасно знаете, о чём я вас спрашиваю, и это как раз наоборот не о семье Цзюнь… К тому же, семья Цзюнь ищет вас, то есть семью Сяо, чтобы отомстить. Какое это отношение имеет ко всему городу Серебряной Метели?

- Верно… Семья Цзюнь сейчас находится под покровительством Владыки волшебного леса Тянь Фа и, думается мне, что это очень недобрый знак, – Сяо Син Юн глубоко вздохнул. – Владыка города, в этот раз нас ждёт жестокий бой, мы должны очень хорошо к этому подготовиться!

Хань Чжань Мэн что-то пробормотал себе под нос и перебил его вопросом:

- От трёх старейшин были какие-нибудь свежие новости за эти последние два дня?

Сяо Син Юн со смехом сказал:

- Владыка города, вы прибыли как раз вовремя! Только что пришло письмо от трёх старейшин: они все очень хорошо потрудились! Особенно юная принцесса, в письме она жалуется, что поскорее хочет вернуться домой. Максимум десять-двадцать дней, и они смогут вернуться.

- Дайте мне взглянуть на письмо! – Хан Чжань Мэн радостно закричал.

Просмотрев длинный текст письма, почти в тысячу иероглифов, пролистав все восемь страниц, он наконец-то нашёл сообщение от своей дочери, однако оно было написано не ею самой, а кем-то другим за неё. В нём говорилось о том, какая принцесса капризная и как она скучает по дому, как сильно скучает по отцу и по матери, что даже как-то в один из вечеров она расплакалась из-за этого. Подчинённые очень испугались и изо всех сил пытались как можно быстрее разрешить эту проблему и вернуться в Серебряный город, и так далее.

После прочтения этого письма, подозрения Хан Чжань Мэна не только не исчезли, а наоборот, их стало ещё больше. Это как-то всё странно…

Глядя на это письмо в тысячу иероглифов и целых восемь страниц, неужели Мэн была не в состоянии хотя бы одну страницу написать сама? Надо было обязательно просить кого-то писать всё за себя? Она говорит, что очень скучает по своему городу и очень хочет вернуться, но, тем не менее, оттягивает своё возвращение уже несколько месяцев? Старейшины города Серебряной Метели улаживают дела весьма решительно и быстро, какие есть причины, для того чтобы так долго тянуть кота за… рога?

Согласно информации из письма, среди подчинённых города Серебряной Метели, отправившихся в дорогу, совершенно нет раненых или убитых, однако в это с трудом верится! Раз уж существует опасность большой угрозы, как может быть так, что нет раненых? Разве всё проходит так удачно? Если, действительно, всё так удачно, почему возникли какие-то проблемы со скорым возвращением? Дочитав письмо, Хан Чжань Мэн очень долго молчал, держа в руках исписанные листы бумаги, пока суставы на его руках не побелели! Дурные предчувствия, так долго мучившие его сердце, внезапно стали ещё сильнее.

Он спокойно встал и очень медленно спросил:

- Старейшина, какие у вас мысли по поводу этого письма?

Когда он это говорил, повернувшись спиной к Сяо Син Юню, его голос звучал очень ласково и спокойно, будто говоря это, он даже немного улыбался. Как будто это была обычная беседа, лёгкая и непринуждённая.

- Подчинённые считают, что есть в этом что-то странное: покинуть родной дом, без личного состава. Нет ни раненых, ни убитых. Всё хорошо, аж тошно. Думается, что кто-то решил новости подретушировать…

Сяо Син Юн нахмурил брови и, глубоко задумавшись, сказал:

- Но в этот раз отправилось достаточно много бойцов, силы довольно значительные. Однако то, что они так долго не возвращаются, означает, что встреченные ими трудности не такие пустяковые, как говорится в этом письме. У меня тоже возникают сомнения… есть какая-то скрытая причина, не так ли? Возможно, силы людей очень истощены, что они боятся кого-то унизить… это…

- Ну, в этом… есть некоторый смысл. Однако… Мэн… почему нет сообщения о её возвращении… Какое есть этому объяснение? – Хан Чжань Мэн, услышав, как он говорил это, немного успокоился. – А что если… вот так?

Сяо Син Юн вдруг хлопнул себя по ноге с таким видом, как будто вдруг что-то понял, но продолжал молчать и хлопать глазами.

- Что? Что ты понял? – Хан Чжань Мэн резко повернулся и серьёзным взглядом уставился на Сяо Син Юня.

- Это… я тоже подумал… в конце концов, нет никаких новостей о юной принцессе, ещё и к концу года… Это, правда, очень необычно... – смущаясь, мямлил Сяо Син Юн.

- Что тебе пришло в голову, в конце концов? Говори! – Хан Чжань Мэн был взволнован, и изо всех сил махнул рукавом своего платья.

- Может ли быть такое, что с ней случилось то же, что случилось некогда со старшей принцессой… Ну, тогда… – Сяо Син Юн осторожно сказал, нахмурив брови. – Возможно, виной всему – первая любовь… Сначала в омут с головой, а потом и можно забыть про всё на свете… Это я просто предположил… Я ничего не утверждаю…

Глава 673.1. Ледяной пик Хан Янь Яо (часть 1)

Сяо Син Юн такой хитрюга, – Хан Чжань Мэн снова засомневался в отношении семьи Сяо. Эти несколько дней он только и думал о том, откуда вдруг взялась такая тревога, и вот, наконец, его голову осенила блестящая мысль.

Нужно сказать, что обоснование довольно резонное… Как-никак, этому предшествует урок из прошлого.

Хан Чжань Мэн вдруг остолбенел и нахмурил брови, спустя некоторое время он сказал:

- В таком случае, главный старейшина, прошу вас уделить особое внимание новостям. Если обнаружите что-то странное – сразу же сообщите мне! – сказав это, он обеспокоенно направился к выходу. В мыслях было лишь одно:

«Неужели обе мои дочери решили пойти по такой дороге?»

Подняв голову, он посмотрел на облачный пик Снежной горы, на душе у Хан Чжань Мэна было неспокойно; старшая дочь Янь Яо всё ещё в затворничестве. Это своего рода наказание, которое она сама на себя наложила. Уже почти десять лет прошло…

Хан Чжань Мэн глубоко вздохнул, в его глазах отражались все его страдания. Вдруг он резко бросился бежать в сторону Снежного Пика.

Он даже не заметил, что позади стоял Сяо Син Юн и коварно наблюдал за ним. Сяо Син Юн вздохнул с облегчением и улыбнулся, ведь как-никак, но на некоторое время он избавился он Хан Чжань Мэна.

Цзяньфэн!

Именно здесь в свое время семья Донфанг принесла свою клятву!

Цзяньфэн должен рухнуть!

Это место является самой высокой вершиной Снежной горы Сюэшань и по форме напоминает огромный длинный меч, устремленный к небу. Нижняя часть горы имеет форму окружности, которая постепенно сужается кверху. С двух сторон есть два небольших горных гребня, напоминающие гарду на рукояти меча, а сам пик, будто меч, глубоко вонзен в небосвод, прямо в облака!

Всё это находится прямо на вершине Снежной горы, величественно и неприступно расстилается на несколько десятков миль!

Что касается разрушения Снежной горы, то это практически невыполнимая задача! Такая величественная гора, как она может вот так взять и рухнуть?

Сегодня Хан Чжань Мэн снова вернулся сюда и невольно вспомнил о битве тех лет и той самой клятве, ему вдруг стало горестно за семью Донфанг. Такая выдающаяся семья наёмников была навечно запечатана в этой глуши! И нет никакой надежды на их возвращение. Как тут не загрустить?!

Что касается высотной болезни: чем выше человек поднимается, тем труднее ему становится дышать, а всё потому, что воздух разреженный. А в таком месте – тем более, если обычный человек решит попасть сюда, боюсь, что он в любое время может задохнуться. Однако для людей, обладающих силой Суань, в этом нет никакой проблемы. Напротив, чем выше, тем плотнее становится природная энергия, а это очень полезно для совершенствования Суань.

Снежинки парят в воздухе: снежная вершина круглый год находится под этими снежинками. Это вызывает один интересный феномен: этот пик достигает в высоту аж сотню футов, но на самом деле это не так. Большую часть занимает снег и лёд, скопившийся за многие годы…

Хан Янь Яо находится в пещере, которая практически у вершины этой горы! Температура там просто адская, практически в два раза ниже, чем на вершине! Однако если там тренироваться, то можно достичь огромного прогресса. В прошлом, здесь тренировалось немало выдающихся учеников города Серебряной Метели, но самое длинное затворничество длилось не больше трёх лет. Большинство так вообще могли провести здесь от трёх до пяти месяцев. Потому что человек – всё-таки существо социальное, один-два дня вдали от всех ещё ничего, но долгие годы в одиночестве вынести нереально, это просто сведёт с ума!

Именно поэтому это место в последнее время используется в качестве наказания.

Тем не менее уже прошло 10 лет, как Хан Янь Яо ушла в затворничество!

Даже Хан Чжань Мэн не мог себе представить, как его дочь вытерпела все эти годы.

Госпожа и главный старейшина много раз пытались её уговорить спуститься, однако постоянно получали отказ! Даже без каких-либо объяснений.

Хан Чжань Мэн вздохнул и, невзирая на холодную кромешную тьму, вошёл в пещеру.

Внутри пещеры не то, чтобы немного теплее, чем снаружи, наоборот, там в сотню раз холоднее. Перед глазами сплошной лёд, а сосульки похожи на нефрит. Здесь нет ни зеркала, ни расчёски, нет постельных принадлежностей, да что уж там, даже базовых предметов обихода тут не сыскать!

И здесь живет девушка?

В середине на ледяном выступе, скрестив ноги, сидела темноволосая девушка, глаза её были прикрыты, а руки находились на уроне живота. Она молча практиковала. Её тихое лицо не выражало ни грусти, ни радости, а лишь спокойствие и умиротворение. Казалось, что она стала единым целым с этой пещерой и едва похожа на живого человека.

На сердце у Хан Чжань Мэна была неописуемая боль:

«И это моя дочь, которой я рассказывал сказки? Это она смеялась и беззаботно бегала, моя маленькая девочка? И как всё обернулось!»

- Яо, – тихонько промолвил Хан Чжань Мэн.

Хан Янь Яо, услышав звук, слегка приоткрыла свои глаза. Увидев перед собой отца, в её взгляде показалось необычайно редкое тепло. Однако её лицо было по-прежнему невозмутимым:

- Папа, это ты.

Долгие годы, проведённые в одиночестве, сердечные тяготы и мучения будто стерли с лица Янь Яо улыбку, она даже говорить стала мало. В эту минуту она сама стала похожа на тысячелетний снежный пик! И он не может оттаять!

Возможно, кроме этого человека, в мире нет никого, кто мог бы заставить её смеяться снова...

Хан Чжань Мэн стоял перед своей старшей дочерью и не знал, что сказать.

Отчуждённость дочери заставила его почувствовать себя удрученно, что даже нечего было сказать.

Спустя некоторое время Хан Янь Яо взяла на себя инициативу и первая задала вопрос:

- Не знала, что ты сегодня придёшь. Что-то случилось?

Хан Чжань Мэн прокрутил несколько идей в голове, но всё же сменил тему:

- Яо, есть одно дело, которое не даёт мне покоя. Прошло уже 10 лет, но я до сих пор ничего не понимаю. Я бы хотел обсудить это с тобой.

Хан Янь Яо слегка подняла брови и сказала:

- Я слушаю тебя, папа.

- Когда ты спустилась с горы и увидела Цзюнь Вуя, это была любовь с первого взгляда, верно. После этого я и сам виделся с ним. Честно скажу, человек он хороший и очень талантливый. Однако как ни посмотри, он всё же во всём уступает Сяо Хану. Я никак не пойму, почему ты сделала такой выбор. Неужели в этом Цзюнь Вуе есть что-то такое, чего глаза отца углядеть не могут?

Этот вопрос мучил Хан Чжань Мэна уже в течение десяти лет, это действительно так. Однако на самом деле причина, по которой он вновь решил затронуть эту тему, заключалась в словах главного старейшины. Вдруг он оказался прав, и обеих его дочерей ожидает такая судьба?

Услышав имя «Цзюнь Вуй», Янь Яо будто немного расслабилась, даже её каменное лицо немного смягчилось, однако всё это быстро исчезло, и она слабо ответила:

- Папа, так тебя это мучает? Я думала, что ты давно обо всём знаешь.

Глава 673.2. Ледяной пик Хан Янь Яо (часть 1)

- И как это понимать? – Хан Чжань Мэн нахмурился.

- В те годы Цзюнь Вуй был не так хорош собой, как Сяо Хан и не располагал к себе девушек. Что касается совершенствования и навыков Суань, здесь он тоже был далёк от идеала. В плане социального статуса – один был обычным чиновником, другой же – наследник влиятельной семьи. Разница между ними была огромная. Если действительно сравнивать с Сяо Ханом, то, можно сказать, у Цзюнь Вуя были одни лишь недостатки! – холодно ответила Хан Янь Яо.

- Хм? Так раз ты понимаешь это, почему же ты хотела… – Хан Чжань Мэн и подумать не мог, что его дочь скажет такие слова, он полагал, что она будет восхвалять Цзюнь Вуя, несмотря ни на что.

Её слова сильно отличались от его собственного воображения.

- Верно, если говорить об этих наружных факторах, Цзюнь Вуй на самом деле уступает Сяо Хану. Я говорю это, как сказали бы многие другие люди: Сяо Хан просто превосходен. Однако он не заставил почувствовать меня, что он тот самый единственный – единственный мужчина на земле! – из ледяного зрачка Хан Янь Яо выстрелило пламя. - В те времена его Суань был невысок, но он частенько помогал другим, не гонясь за славой или выгодой, как человек он был простодушный и благородный, а также имел твёрдый характер! Может, внешне Вуй не такой красавец, но его душа широка, как море, в нем есть дух настоящего мужчины! Возможно, в наших глазах его социальное положение обыкновенно, однако в Тянсяне их семья считается одной из лучших. Тем не менее в нем нет ни капли расточительства или высокомерия! Ради своей страны и идеалов Вуй готов сложить голову: в юные годы он уже стал Кровавым Генералом и всегда верно служил своему народу! Взяв во внимание все вышесказанное, давайте спросим тебя, папа: можно ли сравнивать его с Сяо Ханом? Если бы он не родился в семье Сяо, с его внешностью и душой смог бы он достичь такого уровня?

Лицо Хан Янь Яо смягчилось:

- Все эти сравнения достоинств и недостатков, давай опустим это! Женская память таит в себе многое: впервые мы встретились в зале Шенбао. Его глаза были такими ясными, а взгляд таким беззаботным.

Говоря это, она медленно подняла свое лицо:

- Папа, внешность твоей дочери может и не уникальна, но считается необычайной красотой. Я никогда не скромничала, в этом мире мало женщин, которые могут быть наравне со мной. Ты не станешь отрицать этого, верно, папа?

Хан Чжань Мэн молча кивнул: Хан Янь Яо необычайная красавица, можно сказать, она является первой красавицей города Серебряной Метели, как он может этого не знать? Даже сейчас этот титул до сих пор не перешёл в другие руки. Он и сам видел, как юноши сходили с ума, лишь посмотрев на его дочь. Как же он может не знать о ее необычайной красоте?

- И, хотя Цзюнь Вуй при нашей первой встрече тоже был ошеломлён, он очень быстро забыл обо мне, – Хан Янь Яо смущённо улыбнулась. – А после этого даже не вспоминал меня. Помнится, тогда у меня было одно нужное ему лекарство, так вот он чуть ли не силой отобрал его у меня. Затем сунул мне неплохую плату и в спешке ушёл. Для меня в то время это было просто возмутительно: что за заносчивость? Я последовала за ним. Его Суань тогда даже не достиг Золотого уровня, так что он не мог заметить моего присутствия. Изначально я хотела подшутить над ним, но случайно узнала, что причина его поспешного ухода заключалась в оказании помощи его раненому товарищу. Он был отравлен, а то лекарство, что Вуй купил у меня, предназначалось именно для него! Рана была слишком серьёзной, и даже с этим лекарством ему было трудно помочь. Этот человек лишь успел сказать несколько слов и умер. Вуй громко плакал и всё ещё пытался спасти друга, высасывая яд из его тела, но он был не в силах что-то изменить! Это был первый раз, когда я увидела плачущего мужчину, именно тогда я осознала значение слова «товарищ»! – лицо Хан Янь Яо выражало скорбь. – Я тихонько ушла. По возвращении перед моими глазами частенько всплывала та картина, где он плачет над бездыханным телом. Ради беспомощного товарища он отказался от возможности побыть наедине со мной даже без намека на сожаление и грусть… Через несколько дней мы снова встретились, он как раз отправлял своего старшего брата в военный поход…

При каждой нашей встрече я всё больше убеждалась, что Цзюнь Вуй, пусть и не выдающийся гений или наследник богатой семьи, но он самый настоящий мужчина! Он никогда не скрывал свои недостатки, а был очень искренен и откровенен во всём. Что думают и что говорят люди, мне абсолютно плевать. В моих глазах Сяо Хан выглядит очень притворно. Когда он смотрит на меня, я чувствую лишь его самодовольство. Будто он смотрит на вещь, которая лежит у него на ладони. Но во взгляде Цзюнь Вуя я вижу только любовь и уважение. Поэтому я люблю Цзюнь Вуя и ненавижу Сяо Хана!

Хан Чжань Мэн глубоко вздохнул.

- Возможно, есть и другая причина... Сяо Хан – это будущий зять, которого ты выбрал, но так и не получил моего согласия. А Цзюнь Вуя я выбрала сама, и я люблю этого мужчину. Это именно тот человек, на которого я могу положиться, – голос Хан Янь Яо становился всё спокойнее и спокойнее, но Хан Чжань Мэну казалось, что дочь кричит: «Не знаю из-за наставления предков или дружбы двух семей, наша свадьба была предрешена. Однако когда мы повзрослели, разве вы не заметили насколько ограниченные моральные качества у Сяо Хана? Вы хоть знали, скольким парням он перебил руки и ноги только лишь за разговор со мной? Среди них были даже его двоюродные братья. А какой он развратный потаскун? Как только он выходил в свет, он тут же начинал обольщать женщин. И он не останавливался ни перед чем, а если ему не подчинялись, пускал в ход жёсткие меры и использовал силу, ссылаясь на репутацию своей семьи, и ведь действительно ни разу не потерпел поражение! Разве это приемлемые качества благородного мужчины? Вы можете закрыть глаза и выдать свою дочь за такого человека? Если же вы можете игнорировать такое, то я не могу! Вы мечтаете о двойном родстве, я всё понимаю, но вы когда-нибудь задумывались, что если даже я и выйду замуж за Сяо Хана, буду ли я счастлива? Поступки и поведение Сяо Хана никогда не были ни для кого секретом, вы и в самом деле ни о чем не знали? Однако, папа, твои первоначальные намерения до сих пор не изменились… А тогда ты знал обо всём? Папа, я и в самом деле в отчаянии! Я окончательно потеряла всякую надежду! – на глазах Хан Янь Яо появились слёзы.

Глава 674.1. Ледяной пик Хан Янь Яо (часть 2)

Хан Чжань Мэн в растерянности слушал дочь, и внезапно на него огромной волной накатили угрызения совести. Обо всём этом он, может, и не знал, но не раз слышал. Только вот это его никогда не беспокоило. Он полагал, что после свадьбы всё само собой уляжется. Разве под присмотром двух семей возможен плохой исход? И только сейчас он понял, как сильно ошибался!

Хан Янь Яо обиженно сказала:

- Пока я не встретила Цзюнь Вуя, мне даже не с чем было сравнивать… Отец, поверь мне, любая другая девушка в такой ситуации выбрала бы Вуя, а не Хана! Это самое настоящее чудовище в человеческом обличье!

Целью похода в Тянсян было запугивание людей своим своеволием и насилием! Цзюнь Вуй даже и не знал о моём социальном положении, у него и в мыслях не было использовать меня и Серебряный город! Семья Сяо тут же оправила людей, чтобы сделать им предупреждение, и это называется «предупреждение»? Да это просто ужас, позор! Всё это и вынудило меня вернуться в горы. После этого они использовали всевозможные методы и едва не уничтожили семью Цзюнь! Цзюнь Ву Хи, ты же знаешь? Выходец из поколения военных мастеров, непревзойдённый герой, и пал такой несправедливой смертью! Смелый и отважный Цзюнь Ву Мэн, одарённый человек, он тоже был вовлечён в наши дела и был жестоко убит под хребтом Тяньгуань! Двое сыновей Цзюнь Ву Хи погибли по этой же причине, а им было чуть больше десяти лет! Цзюнь Вуй стал инвалидом, он не умер лишь потому, что Сяо Хан захотел видеть его мучения! Если бы в то время я не пошла против него, думаю, Сяо Хан повесил бы его труп на всеобщее обозрение, а затем вырезал всю семью Цзюнь под корень! И ты не знал всего этого?

Папа, жизнь твоей дочери была вот так разрушена! – Хан Янь Яо посмотрела на отца. - Из-за меня умер Цзюнь Ву Хи, умер Цзюнь Ву Мэн, Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу - они были так молоды… Это всё из-за меня! Папа, если бы ты был Цзюнь Вуем, нужен ли был тебе источник таких беспорядков и бедствий? Даже если ты всё ещё любишь эту женщину, но твои родные были убиты из-за неё! Смог бы ты принять её? Папа, поставь себя на место других, серьёзно! Публика говорит, человек делает, но небеса всегда наблюдают, существует карма и возмездие за прошлые деяния! Однако есть ли справедливость? В мире, где всем правит кулак и репутация, нет места справедливости в сердцах людей, истина в силе! Те, кто обладают этой силой, чтобы вершить справедливость, просто уклоняются от этого и не высовывают голову, какая трагедия: в мире столько великих и величайших мастеров, им лишь нужно сказать слово, и можно многое предотвратить! Но они не делают этого! Что поделать? Скажи, что с этим поделать?!

Хан Чжань Мэн нахмурился, наблюдая, с какой горечью говорит его дочь, но он не мог ничего сказать! Будто ком в горле не даёт этого сделать. Он не мог понять: «Тот человек, обладающий силой вершить справедливость, но по разным причинам отказывающийся поднять свою голову» – это она о ком? О нём?

Что он может сказать перед лицом своей дочери, которая прошла через такие муки в течение последних десяти лет?

Хан Янь Яо медленно поднялась, её глаза печально смотрели на снежные хлопья, парящие у входа в пещеру:

- Здесь так холодно, аж невыносимо! Но я не хочу спускаться, я предпочту остаться здесь до самой смерти! Я не хочу видеть все эти знакомые лица, меня от них тошнит! Ненавижу их, я хочу их всех уничтожить! Они не заслуживают того, чтобы быть людьми! Придя сюда, я вырезала имена Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна на стене и сделала им небольшой алтарь! И лишь затем я узнала о смерти двух племянников. Я… здесь я молюсь за них. Здесь нет фимиама и свечей, есть лишь виновная женщина, которая каждый день по три раза кланяется в землю! Кроме этого я больше ничего не могу сделать. Я каждую ночь искренне прощу у них прощения и выражаю своё сожаление. Я знаю, что в этом нет никакого смысла, но я всё равно буду делать это, потому что я виновата перед ними, всей моей жизни мало, чтобы искупить мою вину! Их смерть – моя ответственность, – лицо Хан Янь Яо было будто каменное. – А я – женщина Цзюнь Вуя! Я – член семьи Цзюнь! Папа, пусть мы и не состоим в законном браке, нас даже не сватали, но я уже давно решила, что я – член семьи Цзюнь. Если я однажды умру здесь, пожалуйста, посодействуй мне, отправь моё тело в семью Цзюнь и похорони меня там! Это последняя просьба дочери к своему отцу в этой жизни!

Хан Чжань Мэн медленно поднялся и вздохнул. Он полагал, что в этот раз, увидевшись с дочерью после долгой разлуки, им будет о чём поговорить. Однако он осознал, что потерял дар речи! Он просто не мог ничего сказать.

Верно, люди делают, а небеса наблюдают!

Те, кто обладают силой, чтобы вершить справедливость, по разным причинам уклоняются от этого и не высовывают голову. Что поделать? Что поделать?

- Дочь моя, не стоит смотреть на всё вот таким мрачным взглядом. Возможно… Цзюнь Вуй однажды придёт в Серебряный город и заберёт тебя. Нужно лишь, чтобы у него было достаточно силы, о которой ты говорила. Папа, в свою очередь, обязательно поддержит вас, – Хан Чжань Мэн глубоко вздохнул и дал обещание: - Даже если это приведёт к разладу отношений с семьей Сяо, в этот раз я хочу, чтобы всё было по-твоему!

- Папа, если бы ты сказал это десять лет назад, можно было избежать такой огромной трагедии… Но теперь слишком поздно! Ничего не изменить, мёртвых не воскресить! Даже если Вуй и придёт в Серебряный город, то точно не ради меня! Он придёт за местью! Семья Цзюнь не сможет жить под одним небом с городом Серебряной Метели, это кровная вражда! И я понимаю это. Месть за своих старших братьев – это его душевная рана, это и моя душевная рана! И её невозможно вылечить! Папа, они не просто товарищи, они братья из одной плоти и крови! Наша семья Хан и семья Сяо – не больше чем названные «братья», тем не менее мы поддерживаем друг друга на протяжении долгого времени. И что тогда говорить о единоутробных братьях? – Хан Янь Яо мрачно улыбнулась и сказала: – Отец, в день, когда Вуй поднимется на Сюэшань, жизнь твоей дочери придёт к концу! Я буду ждать его, а затем сама отправлюсь в загробный мир. Там я обязательно принесу свои извинения братьям Цзюнь и племянникам!

- Нет! Я никогда этого не допущу! – тело Хан Чжань Мэна затрясло, и он строго закричал: - Ты не можешь вот так покончить с собой, ты подумала о нас с матушкой… Как нам с этим смириться?

- Моя смерть станет ударом для моих родителей? Да, будет очень тяжело! Но все эти годы Цзюнь Вуй день за днем переживал тяготы от утраты своих близких. Как он с этим смирился? Поставь себя на его место, папа. Сяо Хан сказал, что устроит для Вуя не жизнь, а настоящий ад, так вот: он сдержал своё слово! Я уверена, все эти десять лет были для Вуя настоящим адом! И всё это до сих пор мучает его! – Хан Янь Яо усмехнулась. – Раз уж сотворил зло, будь готов заплатить за это! И ценой может быть только жизнь и ничего более! Я лишь надеюсь, что если настанет такой день, когда наша семья Хан не встанет на сторону семьи Сяо и не повторит своих ошибок!

Глава 674.2. Ледяной пик Хан Янь Яо (часть 2)

Хан Чжань Мэн вздохнул, он был очень подавлен:

- Яо, думаю, тебе не придется слишком долго ждать, семья Цзюнь уже объявила о том, что 2-го числа 2-го месяца они собираются атаковать город Серебряной Метели! Об этом уже известно всем! Ранней весной 2 февраля их мечи пронзят Серебряный город! Это письменное объявление войны от семьи Цзюнь!

- А?! – Хан Янь Яо внезапно вскочила и удивлённо посмотрела на своего отца: - Папа... это правда? Не обманывай меня!

- Конечно, правда, буду ли я шутить над такими вещами? – Хан Чжань Мэн молча кивнул. Наблюдая, как искренне радуется его дочь, он вдруг почувствовал слабость: враги собираются уничтожить их семью, а его собственная дочь вдруг так этому обрадовалась. Семья Цзюнь решила атаковать весь город Серебряной Метели, а не только семью Сяо…

- Тогда… Какова сила семьи Цзюнь на данный момент? Они… если у них нет полной уверенности в себе, разве это не самоубийство? – с тревогой спросила Хан Янь Яо.

- Сила семьи Цзюнь? Теперь она намного выше города Серебряной Метели... – горько улыбаясь, ответил Хан Чжань Мэн. - Можешь даже не беспокоиться.

- Отлично! Отец, успокойся. Вуй не станет устраивать резню, он не такой человек! Нападение на Серебряный город – это всего лишь месть семье Сяо. Это никак не коснётся невиновных людей. Я уверена в нём! – глаза Хан Янь Яо излучали злость. - Когда настанет время, я хочу, чтобы вся семья Сяо, начиная с Сяо Хана, была перерезана! И чтобы никто не остался в живых!

- Будем надеяться... тем не менее семья Сяо... – Хан Чжань Мэн выглядел озабоченно, ему было трудно подобрать слова, он продолжал думать..

- Семья Сяо? Что не так?

- Семья Сяо... В последнее время ведёт себя очень необычно, – Хан Чжань Мэн вздохнул. Придя сюда, к своей дочери, он наконец решился рассказать о своих подозрениях.

- Очень необычно? В каком смысле? – Хан Янь Яо нахмурилась и посмотрела на отца.

- Это действительно странно. В начале осени трое старейшин и остальные заключили договор с Семью Мечами города Серебряной Метели и вместе с твоей сестрой спустились с горы. Они до сих пор не вернулись… – Хан Чжань Мэн вздохнул. - Получаемая информация вызывает сомнения, я уже давно заметил неладное. Но отправленный мной человек тоже не вернулся; к тому же… вся система разведки города Серебряной Метели подчиняется семье Сяо. Ни один конверт не доходит до моих рук… Поэтому я чувствую себя очень подавленным! Кажется, надвигается что-то очень плохое! Очень сильное предчувствие!

- Семья Сяо... В течение многих лет вы сами лелеяли и почитали их! В этом нет ничего нового! – сказала Хан Янь Яо спокойно. - Внутренние беспорядки неизбежны. Даже такая глубокая дружба не в состоянии справиться с алчностью и волчьими амбициями! Это совсем не удивительно. Сейчас меня больше всего беспокоит то, что моя сестра Мэн ушла вместе с ними… А что, если… – Хан Янь Яо выглядела обеспокоенно.

- Главный старейшина предположил, что... Мэн, вероятно, поступила так же, как и ты в свои годы... – Хан Чжань Мэн покачал головой. – Но я думаю, что это странно! Вряд ли случилось что-то плохое. Следует иметь в виду, что там Сяо Хан и Сяо Фэн Ву, они тоже не вернулись...

- Даже если она поступила так же, как я в прошлом, в этом нет ничего странного. Потому что семья Сяо – это сборище ублюдков! Хм… Неудивительно, что я давненько не видела мерзкую физиономию Сяо Хана. Вот оно как, его просто нет... – Хан Янь Яо сделала паузу, а затем серьёзно сказала: - Отец, тебе следует быть внимательнее. Семья Сяо любит стоить козни. Смотри в оба! Ты должен быть осторожен с Сяо Цзя. Это большое дело! Кроме того... в этой войне ты не должен позволить семье Сяо втянуть тебя в грязное дело. Поскольку Цзюнь Вуй намеревается отомстить, думаю, семья Сяо уже предвидит свой конец. Если в это будет втянута и семья Хан... Боюсь, невозможно представить себе все последствия!

Хан Чжань Мэн вздохнул и решил уклониться от ответа:

- Ты всё ещё хочешь остаться здесь? Осталось всего 20 дней до прибытия семьи Цзюнь. Неужели ты не собираешься спускаться?

- Спускаться? – Хан Янь Яо мрачно улыбнулась, но не произнесла ни слова: она посмотрела в сторону выхода, затем тихо повернула голову и направилась к ледяной стене. Она простояла там долго.

Хан Чжань Мэн приблизился и увидел несколько строк, выгравированных на ледяной стене: место упокоения души покойного старшего брата Цзюнь Ву Хи! Место упокоения души покойного второго брата Цзюнь Ву Мэна! Место упокоения душ Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу.

Четыре таблички с именами покойных!

А надпись сверху была такая: «Недостойная жена младшего брата Хан Янь Яо будет вечно оплакивать вас!»

Хан Чжань Мэн вдруг понял свою дочь. Похоже, что это на самом деле огромная сердечная боль для его дочери! Эти четыре имени, как четыре большие горы, сдавливают её со всех сторон, становясь барьером между Хан Янь Яо и Цзюнь Вуем!

Даже если Серебряный город будет разрушен, а семья Сяо уничтожена, эти четыре горы никуда не денутся из её сердца!

В тот момент, когда семья Сяо расправилась с Цзюнь Ву Хи, все мечты Хан Янь Яо были разбиты вдребезги!

И больше нет никакой надежды!

Теперь она живет лишь в ожидании мести. Она ждет удобного случая, чтобы искупить свою вину! Когда придёт время, она использует свою жизнь, чтобы искупить вину и выразить своё сожаление!

Можно сказать, это и есть возмездие для «человека, обладающего силой вершить справедливость, но по различным причинам отказывающегося взять на себя какую-либо инициативу»?

Хан Чжань Мэн тихонько встал и плавно спустился с вершины, преисполненный надеждой…

Позади него, среди облаков, виднелся силуэт темноволосой девушки в белом одеянии. Она молча смотрела вдаль, в сторону Тянсян, а из её глаз медленно катилась холодная слеза, сгущаясь в ледяной шарик. Она стояла так спокойно, что казалось, будто она всегда находилась на вершине этой горы и была одним целым с ней…

Глава 675. Великий Хан Фэн Сюэ

Хан Чжань Мэн спустился с вершины и, ни на минуту не останавливаясь, отправился к главному дворцу города Серебряной Метели, а потом тихонечко покинул его через тайный ход, оказавшись где-то около середины горы, с задней стороны склона. Во всех перипетиях тайных ходов дворца сюда может привести только один ход!

Хотя это место располагается в прямо в середине горного склона, одухотворенная Ци здесь намного чище и насыщеннее, чем на вершине горы, где находится Хан Янь Яо!

Внутри пещеры, прорубленной в скале, довольно просторно, площадь её примерно несколько десятков футов. Это настоящий тронный зал, только под землёй. Весь потолок пещеры усеян многочисленной россыпью сталактитов, и из-за этого она выглядит весьма странновато. Со всех сторон отвесной горы сверкало огромное множество блестящих световых лучей, они ярко искрились и поблёскивали, словно это были не блики, а кристаллы, инкрустированные в гору.

Эта пещера занимает центральное положение, кроме того, она имеет очень странную и причудливую форму, образуя шестиугольник, каждый угол которого являет собой огромный шпат натурального белого цвета, немного изогнутый и рыхлый по краям, тем самым внешне напоминая белые лепестки лотоса.

Все эти удивительные кристаллы излучают мягкий свет, который сам по себе сосредотачивается воедино, образуя столб света, который уходит прямо в верхушку пещеры, там преломляется и возвращается снова к своему началу, то есть кристаллам. Такой световой круговорот, созданный природой, действительно, выглядит удивительным и неповторимым.

И этот толстенный огромный столб света снизу доверху наполнен клубами влажного тумана!

Если бы опытный мастер только взглянул на это, он сразу бы понял, что внутри этого влажного тумана находится чистейшая одухотворенная Ци!

Это самая большая тайна всего города Серебряной Метели!

Сила совершенствования в этой пещере, похожей на цветок лотоса, по сравнению с другими местами, в целых десять раз мощнее!

Испокон веков в это место мог попасть только один человек!

И этим человеком мог быть только Владыка города Серебряной Метели, глава семьи Хан!

Эта великая тайна передавалась из поколения в поколение, из уст в уста, ни один посторонний человек не должен был знать об этом!

Однако у этой пещеры было одно ограничение: если силы входящего не достигли Величайшего уровня, то после входа в пещеру его тело сразу же взорвётся, и он умрёт! Если подумать, то это вполне логично, так как здешняя одухотворенная Ци является очень насыщенной и густой, а её размеры довольно внушительны! Даже мастер, достигший Величайшего уровня, тоже не сможет долгое время совершенствоваться в пещере цветка лотоса!

Но Владыка города, как и прежде, был в состоянии проходить процесс совершенствования в этой пещере, однако, войдя в лотосовый тронный зал, и ему следует быть осторожным с размерами одухотворенной Ци, которую он может выдержать. Несмотря на то, что скорость этого процесса превышает в три-четыре раза скорость в других местах!

Поэтому все городские Владыки испокон веков должны были ещё в молодом возрасте достигнуть Великого уровня Суань!

Что касается Хан Чжань Мэна, его природные таланты тянут на твёрдую четверку, но даже ему удалось, не достигнув пятидесятилетнего возраста, успешно пройти на Великий уровень, а к настоящему времени добиться выше Величайшего уровня!

Эта загадочная пещера была обнаружена в начале создания Серебряного города, и сразу же была наделена повышенной секретностью! После того, как две другие семьи пришли в упадок, семья Хан ещё с большой осторожностью продолжила бережно хранить эту тайну!

И пусть сейчас семья Сяо почти контролирует весь Серебряный город, но она до сих пор ничего не знает об этой тайне!

Сейчас, рядом с этим световым столбом молочного цвета восседает старый Владыка Серебряного города, Фэн Сюэ, который пользовался широкой известностью раньше, из восьми Великих уступающий по силам только великому Юн Би Чену и великому Ли Ю Тяню – великий Хан Фэн Сюэ!

Однако его сегодняшний уровень сил уже давно не ровня крошечному уровню Великого, и он уже давным-давно перешагнул через Величайший уровень. Это всё волшебный эффект тайной пещеры!

После того, как Хань Фэн Сюэ совершил прорыв до уровня Величайшего, он решил оставить эту удивительную новость в секрете, рассказав об этом только своему сыну, который должен был заменить его в должности городского Владыки, а потом и вовсе закрылся в пещере. С тех пор прошло уже целых тридцать лет!

После того, как Хан Чжань Мэн вошёл в пещеру, он даже боялся издать звук, только тихонько стоял сбоку.

Простояв в такой позе очень долго, его аура наконец-то выдала сама себя, и перед ним показался старик в белых одеждах, он пристально поглядел на Хан Чжань Мэна и потом сказал:

- Что привело тебя сюда, Мэн? На твоём лице я вижу страх. Неужели какое-то важное дело заставило тебя прийти сюда?

Уголки рта Хан Чжань Мэна вдруг задрожали. Какое-то странное и неподвластное ему чувство сковало его грудь: таким ласковым именем он называл свою дочурку, и так же назвал его родной отец «Мэн». Этот момент внезапно заставил его прийти в смятение, ему хотелось то плакать, то смеяться.

Выбирая для своей дочери имя, Хан Чжань Мэн думал так:

«Как-никак я всё-таки Владыка города, и к тому же – отец семейства; а вы до сих пор зовёте меня «Мэн», заставляя чувствовать себя так неловко. Говоря прямо, такое имя подходит больше для маленькой девочки. Смысл в том, что теперь вашу внучку зовут «Мэн», поэтому больше не нужно называть меня так, ладно? Хотя бы, как минимум, немного уступить можно?»

Кто бы мог подумать, что всегда поступающий мудро отец никак не сможет запомнить эту простую истину раз и навсегда, и продолжит по-прежнему назвать меня так, несмотря на то, что собственную внучку зовут также… Отца и его дочь называть одним и тем же именем…

Хан Чжань Мэн наконец-то решил выбросить из головы эти мысли, безгранично терзающие его душу, в конце концов, ему никогда не удавалось обыграть отца… с присущим ему нерушимым упрямством. Он прямиком, без лишних слов, сказал цель его прибытия сюда:

- Отец, в последнее время обстановка в Серебряном городе очень странная, я очень долго думал над этим и пришёл к такому умозаключению: я надеюсь, вы, отец, не откажете мне и поможете… – Хан Чжань Мэн, ещё раз осторожно подумав, медленно сказал: - Отец, семья Сяо в последнее время ведёт себя очень подло! Я даже подозреваю, что они замышляют что-то нечистое за нашей спиной, боюсь, как бы это плачевно не отразилось на Серебряном городе!

- Семья Сяо, говоришь… – глаза Хан Фэн Сюэ сверкнули, и он улыбнулся; дедушке Хан на данный момент было уже давно больше ста лет, но внешне он выглядел почти на такой же возраст, что и его сын. Если бы не седые волосы, его вообще бы можно было назвать братом Хан Чжань Мэна…

- Просто будь внимателен и осторожен, и не нужно чересчур беспокоиться! – Хан Фэн Сюэ равнодушно продолжил: - Все годы семья Сяо сознательно всё делала наперекор. Думаю, и сейчас то же самое, возможно, их коварные замыслы достигли своего предела. Они не более чем хотят пошатнуть нашу семью Хан, но у них даже не хватит сил на это! Они только и горазды на мелкие пакости под покровом ночи…

- И это всё, что вы думаете по этому поводу, отец??? – Хан Чжань Мэн был в шоке, он пришёл сюда с такой серьёзной проблемой и думал, что отец тоже будет напуган так же, как и он. Но такой поверхностной реакции он никак не ожидал.

- Какой бы коварной семья Сяо не была, наша семья Хан должна продолжать следовать заветам предков и всегда оказывать поддержку. Помогать друг другу, сообща преодолевая трудности ради блага общего дела! Это священные заветы предков и их нельзя нарушать! Наша семья Хан так поступала на протяжении тысяч и сотен лет и, конечно, будет продолжать поступать так дальше! – Хан Фэн Сюэ холодно сказал: - Семья Сяо и семья Хан… отношения этих семей сложны и запутанны, но сейчас можно сказать так – без вас не будет и нас; вне зависимости от того, кого потеряет город Серебряной Метели, семью Хан или семью Сяо – это будет огромная потеря, как ни посмотри. Это, в любом случае, нанесёт громадный ущерб по жизнеспособности нашего города! Поэтому из поколения в поколение приходится вот так, с особой осторожностью заботиться друг о друге.

- Говоря о данной ситуации – семья Хан всегда была во главе Серебряного города, а семья Сяо на второстепенных ролях, она всегда была второй семьей города Серебряной Метели! Давние обиды год за годом накапливались и становились только больше. Сказать, что у Сяо не было никаких жалоб – это просто смешно. Поэтому рано или поздно должен был настать такой день, когда семья Сяо воспрянет и попытается свести счёты с нами. Это в силу своих человеческих амбиций, и это должно было случиться… Так что не стоит слишком удивляться этому, – Хан Фэн Сюэ мудро посмотрел на Хан Чжань Мэна и с улыбкой сказал: - И то, что это происходит сейчас, это совсем нельзя назвать совпадением. У тебя нет наследника мужского пола, только есть две дочери, поэтому претензии на главенство в Серебряном городе у семьи Сяо становятся только больше и больше! Кроме того, учитывая сегодняшнее устрашающее положение, они выбрали это время, чтобы сделать ход. И это разумно, потому что сейчас самый что ни на есть удобный момент для этого!

- Разумно?.. - Хань Чжань Мэн не знал, что и сказать.

Неужели предательство семьи Сяо можно назвать разумным?

- Вполне разумно, почему нет? Любая семья или род, находящийся на протяжении многих тысяч лет в рабстве у другой семьи, когда-нибудь захочет стать полноправным правителем! Хотя наша семья Хан никогда не считала семью Сяо своими рабами, но мы очень долгое время понукали ими и заставили переделать немало разных дел! Если таким же образом заставить семью Хан что-то делать – это вполне нормально, это в порядке вещей. Но если заставить делать семью Сяо, то это настоящая кабала! Разное социальное положение, разные мысли! Издавна сложилось так! К тому же, прилагая все свои силы, добиваться только всего самого выгодного и полезного для Серебряного города, это тем не менее не про семью Сяо. Если всё поменять местами, на душе тоже будет несправедливо? – сказал Хан Фэн Сюэ, слегка улыбнувшись. - Поэтому, как говорится: «это не наши люди, и у нас не может быть одинакового сердца» – это старая поговорка, но до сих пор имеет смысл.

- Тогда, что же нам делать? Клятва, данная предками, по сей день висит в большом зале, город Серебряной Метели существует на земле, потомство семьи Сяо больше никогда не прервётся. Из поколения в поколение не смеет нарушить священные заветы предков! – Хан Чжань Мэн тихо проговорил давно выученную клятву и, нахмурив брови, сказал: - Если мы соберёмся подвергнуть наказанию семью Сяо… Разве мы не нарушим заветы предков? Этому событию весь мир будет свидетелем… Это…

- Кто сказал тебе, что ты должен наказать семью Сяо? – Хан Фэн Сюэ нахмурил и брови и посмотрел на своего сына, - с чего тебе наказывать семью Сяо?

- А..? – Хан Чжань Мэн, выпучив глаза, с глупым видом уставился на своего отца. Не зная, что сказать, он, заикаясь, начал: - Не нужно наказывать семью Сяо? А что тогда… Неужто просто стоит смириться и отдать в чужие руки наследие отцов наших, наш Серебряный город, а?

- Ой… Мэн, дурачок ты эдакий; если семья Сяо не сделает первый шаг, а ты кинешься наказывать её, ты сам первым и нарушишь эти заветы, – Хан Фэн Сюэ с досадой посмотрел на сына и сказал: - Но если сначала семья Сяо проявит себя… В заветах говорится, что из поколения в поколения братья не должны сметь нарушить заветы предков… Но если первым будет кто-то другой, неужели ты всё ещё будешь ходить на цыпочках перед ним?

Глава 676. Уже можно замуж выходить?

- Это значит… – Хан Чжань Мэн начал понимать, что имеет в виду Хан Фэн Сюэ, но в его голове по-прежнему царила неразбериха.

- Нарушить клятву… Мы, разумеется, не можем первыми нарушить её, но, если семья Сяо по собственной воле нарушит её? Тогда это будут только их проблемы. Хотя по заветам предков нам нельзя нарушать клятву, но… они и не говорили, что мы покорно должны дожидаться своей смерти, верно? – Хан Фэн Сюэ, фыркнув, добавил: - Семья Сяо нарушит клятву и станет нашим врагом! Притом врагом, который хочет смерти нашей семье Хан. Как обращаться с врагами, я надеюсь, тебя не нужно учить? И к тому же – если они всё-таки поступят так, это даже будет нам на пользу! Потому что, наконец-то можно будет освободиться от этого… – он не закончил свою фразу, но её смысл был и так понятен.

- Я понял, – Хан Чжань Мэн согласился со сказанным отцом, послушно склонив голову.

Корень имбиря старый да терпкий, мудрость отца остра да проницательна!

- Понял, вот и славно! Мэн, ты должен запомнить одну фразу - «Одна жизнь – два друга»! Хорошо запомни её, особенно первые два слова! В них вся суть! – Хан Фэн Сюэ горестно вздохнул и сказал: - Друзья могут друг ради друга пройти сквозь огонь и воду. Но после того как закончится ваш век, потомки твоих друзей едва ли станут твоими друзьями! Через несколько эпох и столетий, возможно, вы будете лишь незнакомцами или даже врагами, никто не знает наверняка!

Печально вздыхая, он продолжил:

- Даже пусть единоутробные братья твоего старого друга дадут потомство на несколько следующих поколений, их кровные узы все равно со временем поблекнут. А что говорить о потомках названных братьев? Когда это было, чтобы пир длился вечно? Поэтому нет необходимости насильно передавать свои чувства следующим поколениям, потому что для них это всего лишь оковы их рода, настоящие оковы!

- Я буду иметь это в виду и никогда не посмею забыть! – на душе у Хан Чжань Мэна стало немного спокойнее.

Раз уж отец так сказал, я должен заранее быть готовым к этому.

- Я сегодня сказал тебе всё это, потому что хотел, чтобы ты понял свою ошибку. Я хотел, чтобы ты понял, какую ты ошибку совершил с жизнями Яо и Мэн! И к какой страшной трагедии привели твои действия! Ты хотя бы понимаешь это? – Хан Фэн Сюэ посмотрел на сына с горечью и бессилием, и немного со злостью.

- Но в то время семья Сяо была слишком настойчива, и я согласился на свадьбу, тогда наши обе семья находились в хороших дружеских отношениях, мне, правда, было трудно отказать им… – Хан Чжань Мэн, склонив голову, робко ответил.

- После того, что произошло с Яо, ты попытался остановить семью Сяо от дальнейшего поиска мести. Ты чувствовал, что находишься в долгу у них, и стал передавать им всё больше и больше полномочий и прав в управлении Серебряным городом, разрешив им нести ответственность за очень важные дела, но ты не знал, что такие действия необратимы. Если есть такая травма, то ей уже никогда не затянуться. Своими уступками ты не только не добился никакой благодарности, но и, наоборот, ещё больше увеличил их амбиции и претензии! Поэтому, если семья Сяо и устроит бунт, то только благодаря твоему попустительству и потворству, длившемуся целых десять лет! – Хан Фэн Сюэ строго посмотрел на сына. - Не стоит забывать – ты и есть правитель города Серебряной Метели! Если семья Сяо испытывает недовольство, то отчего же? Если они и, правда, осмелятся возразить, то с ними нужно будет поступить в соответствии с нашими законами! Как настоящий правитель при отсутствии искусной техники и беспощадной хитрости сможет выстоять, не отрываясь от земли, под ударами своих недругов? Как раз твоя слабохарактерная и добрая натура своими руками создала основание для предательства! Извлеки урок из этого! Как тебе повезло, что я ещё не умер, когда произошла такая неприятность, иначе бы всем нашим предкам пришлось сменить фамилию на Сяо, да? Как бы тогда ты смотрел в глаза прародителям семьи Хан?

По всему телу Хан Чжань Мэна катился пот градом, он не находил себе места от стыда!

Хан Фэн Сюэ слегка улыбнулся и медленно сказал:

- Ну ладно, надеюсь, ты поймёшь то, что я хотел донести до тебя. Во всяком случае, лучше поздно, чем никогда. А теперь можешь идти, тебя ждёт много дел! Не надо забывать, что у Серебряного города ещё есть семья Хан, и, если даже семья Сяо всё-таки устроит бунт, больших успехов им всё равно не видать, – он немного рассмеялся и, почти мимоходом, добавил: - Что, благодаря двадцати божественным уровням, небось, чувствуешь себя очень сильным?

У Хан Чжань Мэна на душе стало очень спокойно, ему вдруг даже показалось, что больше нет ничего такого, что его раньше беспокоило и расстраивало. Ведь его отец, Почтенный Наивысшего уровня! Божественный уровень семьи Сяо – не проблема для него самого, а для отца вообще, наверное, ничегошеньки не значит?

- Есть ещё одно дело; оно касается семьи Цзюнь, а именно, Цзюнь Мосе. Он сказал, что второго числа второго месяца он пожалует в Серебряный город, чтобы отомстить семье Сяо! Отец, какие мысли у вас есть по этому поводу? – Хан Чжань Мэн уж было собирался откланяться, как ему на ум вдруг взбрело это.

- Карма необратима, возмездие ожидаемо. Семья Сяо сама виновата, что посеешь, то и пожнёшь, как говорится! Только они должны отвечать за это! Наша семья Хан ни в коем случае не должна вступать в это дело! – глаза Хан Фэн Сюэ сверкнули, и он мрачно сказал: - Если даже до этого момента семья Сяо не предпримет никаких действий, мы не должны вмешиваться! Десять лет назад семья Цзюнь позволяла издеваться семье Сяо над собой, без малейшего сопротивления, но сейчас они в состоянии дать достойный отпор! Остается лишь ждать, и ты увидишь, чем это всё закончится! Семья Цзюнь никому не позволит задевать себя!

Хан Чжань Мэну стало не по себе, все его прежние заботы покинули его рассудок. Всё, что сейчас интересовало его, – это благополучие трёх старейшин и его дочери, которые уже очень давно покинули город. По сравнению с этим все проделки семьи Сяо казались ему полным бредом…

Возможно, совершенная уверенность Хан Фэн Сюэ основывалась на его способности всё держать под контролем, однако до какого момента можно на это полагаться? Здесь вообще никто ничего не мог сказать наверняка!

Нет стопроцентной вероятности, возможен любой исход!

Четырнадцатое число первого месяца года.

Цзюнь Мосе с нахмуренными бровями сидел у кровати принцессы Лин Мэн, проверяя её пульс. Рядом сидела Дугу Сяо И. Вдруг, не выдержав больше, с обеспокоенным лицом она спросила:

- Ну как? Как она?

- Умереть не умрёт, – сказал спокойно Цзюнь Мосе.

- Ай-яй… ты такой бессердечный, – Дугу Сяо И презрительно посмотрела на него своими огромными глазами. - Бедная сестрёнка Лин Мэн так ужасно пострадала, а ты ещё смеешь говорить здесь такие вещи… Когда же сестра Лин Мэн наконец-то сможет очнуться?

- Бедная? И вправду, очень бедная. Однако я не знаю, сколько есть в этом мире таких же несчастных, как она, людей. Она жива, а её жизненная энергия почти пришла в норму. И ещё у неё есть наша забота, – Цзюнь Мосе, убрав медленно руку с пульса, сказал: - Её ранения на самом деле не такие уж и тяжёлые. Трудно сравнить с тем, что осталось от Вэн Кан Ю после удара ладонью. Но тогда для неё главной целью было спасение своей матери, и она совершенно не обращала внимания на себя, изо всех сил стараясь справиться с огромным толчком силы. После чего она как раз и была откинута этой взрывной волной прямо на камень и тем самым получила травму черепа. Это травма привела к застою крови в голове и последующей потере сознания, где она до сих пор и находится. Если сейчас взять и заставить её очнуться, когда её травма ещё полностью не зажила, она может испытать сильное эмоциональное потрясение. И, если нас не будет рядом в этот момент, кровеносные сосуды могут просто не выдержать и лопнуть, после чего сознание уже никогда не сможет вернуться к ней… Именно поэтому я не тревожу её, а жду, когда все её раны затянутся, и только тогда она сможет очнуться.

- Бедная сестра Лин Мэн… она ещё не знает, с какой суровой реальностью ей придётся столкнуться после пробуждения? – со слезами на глазах проговорила Дугу Сяо И. Скоро лицо её переменилось, и она, своими большими красивыми глазами уставившись на Цзюнь Мосе, с нотками ревности в голосе сказала: - Мосе, за последние несколько дней та наложница искала тебя или нет?

- Нет, конечно. Она при виде меня прятаться не успевает, а ты ещё говоришь такое? – Цзюнь Мосе расхохотался и сказал: - Чтобы справиться с вами, «лолиты», у меня есть куча способов, ха-ха-ха-ха!

Дугу Сяо И, покраснев, закричала:

- Кто это еще тут «лолиты», я вообще ни разу не такая! – за это время она уже поняла, что значит это слово, и, услышав его в свой адрес, ей было крайне трудно это стерпеть! Тотчас же её щеки надулись от ярости.

- Так ты говоришь, ты не лолита? Тогда кто же? – Цзюнь Мосе не удержался и рассмеялся в голос.

- Я… – её глаза забегали из стороны в сторону, она вдруг расхохоталась и, неожиданно приняв позу соблазнительницы, томно сказала: - Я везде и во всех местах уже выросла… Совсем взрослая девушка и замуж выйти для меня совсем не проблема!

- М? Во всех местах, говоришь, выросла? Это в каких таких местах? Мне что-то не видно. Может, у меня со зрением проблемы? Ты подойди, я пощупаю и проверю, где выросло-то! – Цзюнь Мосе вытянул руки вперёд.

- Похотливый маньяк! – Дугу Сяо И тут же отпрыгнула назад, крепко обхватив руками свою грудь, и закричала: - Говорю, выросло! Значит, можно выходить замуж! Кто тебе проверять разрешал?

- А? Правда что ли? Тогда… на днях подыщу тебе хорошего муженька! – Цзюнь Мосе не стал долго думать и сходу сказал: - Сяо И, Танг Юань как тебе, а? Просто кивни головой, и всё будет сделано!

Дугу Сяо И в одно мгновение пришла в ярость и принялась колотить и кусать его.

Цзюнь Мосе, состроив страшную морду и повизгивая, сказал:

- Ах ты, мелкая, ты такая же пакостная, как малыш Белыш, одни твои зубы чего стоят! – сказав это, он вдруг вспомнил, что уже очень давно не видел зверька, и непроизвольно спросил: - А кстати, малыш Белыш как тебе?

- У малыша Белыша глаза слишком большие, боюсь напугаться… – Дугу Сяо И, довольная, свистнула, показывая, что с неё достаточно, и на этот свист тут же вбежала белая тень и без возражений кинулась прямо в объятья Цзюнь Мосе.

Это был малыш Белыш – леопард с большими глазами.

- Ого, какой тяжеленный! – Цзюнь Мосе схватил его за передние лапы и притянул к себе. Этот зверёк уже весил примерно около двадцати пяти килограмм.

- Сестра Сюэ Янь раньше часто кормила его, вот он и потолстел. Туловище всё больше и больше, ноги всё длиннее и длиннее… Уже совсем не маленький малыш, а большой… – Дугу Сяо И промурлыкала. - Он вырос и стал еще милее, чем раньше… Белыш сейчас очень злой, мои старшие братья даже уже не могут с ним справиться!

- Да?! – Цзюнь Мосе очень удивился. Сколько сейчас этому красавцу, а? Кто бы мог подумать, что семь здоровяков семьи Дугу, похожих на настоящих быков, уже не соперники ему?

Глава 677. Герой с востока будет жить вечно, объединив под своим началом весь мир!

Цзюнь Мосе ничего не понимал. Когда Мэй Сюэ Янь была здесь, она кормила малыша Белыша такой едой, какую прошлые поколения королей леопардов и не видели, и это ещё и пошло ему на пользу. К тому же, малыш Белыш уже был, благодаря Цзюнь Мосе, повышен на новый уровень, разумеется, он вырос со сказочной скоростью! Более того, волшебный эффект этих вкусностей ещё пока полностью не проявился, так что Мосе боялся, что, когда настанет этот час, он сам ещё не вырастет полностью, а малыш Белыш будет уже обладать пиком восьмого уровня священного зверя!

Уже прошло так много времени с её отъезда?

Она должна вернуться второго числа второго месяца…

Осталось всего несколько дней, и она вернётся.

Дугу Сяо И сразу же почувствовала его беспокойство и, невольно загрустив, сказала:

- Братик Мосе… я знаю, что у тебя есть сестрёнка Сюэ Янь, но ты никак не можешь бросить меня… Я уже давно принадлежу только тебе, даже ещё раньше, чем сестрёнка Сюэ Янь…

Цзюнь Мосе чуть не захлебнулся чаем и, выпучив глаза и раскрыв рот от удивления, закричал:

- Чего ещё?! Ты когда успела стать моей, а? Когда это было-то? Почему это я об этом даже ничего не знаю, а?

- Да! Я твоя! Твоя, твоя, твоя! И точка! – Дугу Сяо И закричала во весь голос. – Так или иначе, но ты не можешь бросить меня!

- Ладно! Конечно, не могу! – Цзюнь Мосе вдруг начал хохотать и, протягивая руки, стал приговаривать: - Давай иди сюда, малышка Сяо И, братец обнимет и поцелует тебя, заодно и проверю, где там что выросло у тебя…

Дугу Сяо И завизжала и испуганно посмотрела на него:

- Ты… ты, что это собираешься делать? Давай веди себя прилично…

- Раз уж ты давно принадлежишь мне – обнять и поцеловать! Что в этом такого, ну? Считай, даже всё очень законно, не к чему придраться! Ну, давай, не надо стесняться! – Цзюнь Мосе ещё больше замялся от своих пошлых шуточек.

- Ты… ты не подходи ко мне, слышишь! Я буду кричать… – Дугу Сяо И отпрыгнула и оказалось около ворот, лицо её побледнело, и она испуганно закричала: - Нет! Нет! Так не пойдёт! Тогда я видела, что ты сделал с бедной сестренкой Квинхан… я… я… – она резко повернулась и пустилась наутёк.

Цзюнь Мосе замер: «Тогда я видела… что ты сделал с бедной сестренкой Квинхан»? Внезапно он дико рассмеялся: кто бы мог подумать, что эта мелкая даже успеет подглядеть… Цзюнь Мосе тут же вспомнил Гуан Квинхан, от слов, сказанных Дугу Сяо И о ней, ему стало даже приятно…

Хотя эта мелкая иногда вытворяет разные пакости, обычно она просто душка!

Смеясь, он пошёл к воротам, с целью посмотреть, далеко ли убежала эта маленькая балбесина, и неожиданно он увидел, как навстречу ему двигается ещё одна его обожательница – Хан Янь Мэн:

- О, это не моя ли наложница идёт? Это точно судьба! Мы действительно созданы друг для друга! Ты, наверное, идёшь, чтобы согреть мой ватный спальный мешок, я прав, да? Ну, давай поторопись тогда! Время ещё детское, мы можем многое успеть…

Хан Янь Мэн, только лишь увидев его, сразу же завизжала, побледнела и тут же бросилась бежать, как будто увидела не человека, а привидение.

Цзюнь Мосе в одно мгновение удалось проучить двух мелких, которые долгое время были его головной болью, и поэтому у него было очень хорошее настроение, он вдоволь нахохотался и, с чувством выполненного долга, отправился в свой маленький дворик. Он хотел оправиться на время в свою Пагоду для совершенствования… но, повернувшись, он увидел, что дорогу ему преграждает Цзюнь Вуй.

Приближалось второе число второго месяца, и Цзюнь Вуй с большим усердием проводил всё свое время в тренировках. На этот раз он неожиданным образом оказался здесь, и даже смог своим внезапным появлением немного испугать Цзюнь Мосе.

- Скоро второе число, ты уже всё решил по этому поводу? – дядюшка уже долго ломал голову над этим и наконец-то решился задать вопрос, его глаза пылали огнём.

- Надо ждать! Ждать, когда прибудут бойцы леса Тянь Фа и семьи Донфанг, тогда мы и отправимся в путь, – сказал Цзюнь Мосе.

- Дорога в город Серебряной Метели очень трудна и опасна, если даже сейчас отправиться, мы вряд ли поспеем ко второму числу… как ты всё рассчитал? – Цзюнь Вуй с волнением в голосе сказал.

- Дядюшка, ты знаешь, что у леса Тянь Фа есть уникальные священные животные, которые могут летать? – Цзюнь Мосе, немного сощурившись, сказал: - Я уже тщательно всё продумал, нам нужно только дождаться бойцов со стороны матушки, и мы можем отправляться в Серебряный город.

- Вот он что! – Цзюнь Вуй тут же расслабился.

Как раз в этот момент они услышали какой-то голос, раздавшийся за дверями.

Голос караульного:

- Простите, молодой господин, кого вы ищете?

- Солнце всходит на востоке, а я непобедим и хитёр! – раздался детский голос, но с очень грозным тоном. Кто-то громко затараторил: - Дяденька караульный, скажите моему старшему двоюродному брату Цзюнь Мосе, что прибыл Донфанг Непобедимый!

Цзюнь Мосе услышав эти слова, расхохотался.

Солнце всходит на востоке, а я непобедим и хитер?!

Молодой мастер Цзюнь сделал шаг к дверям: неужели тот самый сорванец пожаловал!

Цзюнь Мосе принял строгий вид и, потешаясь, сказал:

- Оказывается тот самый герой… Прибыл к нам с востока! О, моя обитель сразу же засияла яркими красками, надеюсь, герой с востока будет жить вечно, объединив под своим началом весь мир!

- Брат! Ха-ха-ха… я приехал! – в этот момент, через двери забежал Донфанг Сяо Хуай, с раскинутыми в разные стороны руками, но вдруг он остановился и, почесав одной рукой затылок, сказал: - Ты сейчас что сказал? Что? Объединить под своим началом весь мир?

- Это твой старший брат специально для тебя придумал такой девиз! – проникновенно сказал Цзюнь Мосе. – Раз солнце всходит на востоке, а ты непобедим и хитёр, значит, в этом мире нет никого, равного тебе. Если ты не совершишь какой-нибудь большой и поразительный подвиг, не будет ли это значить, что ты впустую растрачиваешь свой талант? Поэтому во что бы то ни стало надо жить вечно и объединить под своим началом весь мир! Ну что, герой с востока, как думаешь? – Цзюнь Мосе со смехом сказал.

- Солнце восходит на востоке, а я непобедим и хитёр! Герой с востока будет жить вечно, объединив под своим началом весь мир! – Донфанг Сяо Хуай повторил девиз и расхохотался, его глаза ярко сияли, он бесцеремонно сказал: - Ой, как мне нравится! Звучит супер! Особенно это – «Герой с востока будет жить вечно, объединив под своим началом весь мир!» Это будет девиз всей моей жизни, которому я буду всегда следовать! Брат, ты на самом деле такой талантливый! Так просто и быстро придумал такие хорошие слова, я просто без ума от них.

- Это действительно очень благородная цель! Сказать это – ещё не всё, главное – неизменно придерживаться своей цели, и тогда успех будет твоим! – воодушевлённо сказал Цзюнь Мосе.

- Угу! Понял! Всё понял! – уголки его рта расплылись в улыбке, он начал смеяться, прыгать и кувыркаться. – Солнце восходит на востоке, а я непобедим и хитёр! Герой с востока будет жить вечно, объединив под своим началом весь мир! Вааа! Вау!!!

- Дитя, что ты так кричишь? – за его спиной раздался голос, Донфанг Вэн Цин и остальные прибыли, мальчик обогнал их и прибежал раньше всех, Донфанг Вэн Дао поймал сына и влепил ему оплеуху. – Хватит шуметь, сорванец! Какую чушь ты тараторишь всё время?

- Объединить под своим началом весь мир – такими словами нельзя раскидываться! – серьёзно сказал Донфанг Вэн Цин и строго посмотрел на Цзюнь Мосе. – С древних времён наш мир всегда был раздробленным на много частей, и каждый всегда поступал по-своему, никто и никогда не говорил об его объединении; даже такие высокопочитаемые люди как три мудреца из трёх священных земель не осмеливались и заговорить об объединении, все держались обособленно! Если эта фраза уйдёт в народ, то наша семья Донфанг сразу же станет предметом для всеобщего осуждения и порицания!

- Но это всё – лишь его стремление. Не нужно относиться к этому слишком серьёзно. К тому же, если молодой наследник семьи Донфанг рассматривает это в качестве своей цели, это тоже неплохо, – Цзюнь Мосе наигранно рассмеялся, он был всё ещё возмущён сказанным, но на душе у него было неспокойно. В конце концов, сам перед отъездом дал старшему из дядюшек очень действенное средство, которое полезно для деторождения, и ещё оно очень… но почему тогда он до сих пор так спокоен?

- Эх, такая дальняя дорога вымотала нас так сильно! Мосе, дедушка дома? – Донфанг Вэн Цин трогательно посмотрел на Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе замер: неужели он ещё не учуял этот грязный трюк? И продолжает испытывать всё на себе? Он же не такой тупой! Подумав об этом, Мосе взорвался смехом.

И Цзюнь Мосе был прав, он ни разу не ошибся. Донфанг Вэн Цин ещё не обнаружил его проделку, и вообще был очень тронут таким благородным жестом своего племянника. Он же не подозревал, что его «заботливый племянник» посмеет так издеваться над ним.

Все отправились вместе с Цзюнь Вуем в дом, попутно обмениваясь приветствиями и любезностями. Цзюнь Мосе подошёл ближе к Донфанг Вэн Цину и лукаво посмотрел на него, спрашивая:

- Дядюшка, вы не устали?

- Ты что такое говоришь? Мы протопали такую долгую и мучительную дорогу, как же тут не устанешь? Ты, вообще, о чём думаешь там себе? У тебя голова непонятно чем забита! В самом деле, ведёшь себя так глупо! – лицо Донфанг Вэн Цина то краснело, то чернело, он был очень возмущён. О таком вообще спрашивают, а? Что за бред у него в башке! – он строго отчитал племянника.

Цзюнь Мосе сжался от страха:

«Ради этого следует немного и потерпеть, надо просто промолчать! Я хотел немного облегчить вашу жизнь, а взамен получил ведро помоев на свою голову! Вы устали, ну так продолжайте мучиться…»

Донфанг Вэн Цин и остальные в этот раз привели убийц Небесного и Земного уровней. Количество их действительно впечатляло - больше ста человек, и все они хорошо обучены, во главе их три дядюшки Донфанг. Ранее было договорено, что они, благодаря волшебным таблеткам Цзюнь Мосе, совершат прорыв, продвигаясь до уровня Великого, их силы намного увеличатся. К тому же таким образом их давняя мечта будет осуществлена, они за такой короткий промежуток времени достигнут такого уровня силы, о котором они только мечтали.

Особенно, это касается убийц Небесного уровня из семьи Донфанг, они, как никто, были счастливы и рады. Их силы достигли такого уровня, что они могут смотреть на других свысока… В этот раз силы семьи Донфанг велики как никогда, весь мир наблюдает за ними.

Но все это «надувное высокомерие» скоро исчезнет, оно будет разбито вражеским ударом. Люди, всё-таки, существа трусливые…

Лицо Одинокого Сокола выглядело надменным и отрешённым, его длинные волосы гордо и величаво разлетались в воздухе, его одежды черны, как железо, а взгляд острый, как у сокола! Его могучая и невиданная сила так и пышет повсюду!

И это только начало…

Потому что после него следом появляется Дикий Ураган, Фэн Цзянь Юнь, и сейчас время его блестящего выхода на сцену! Его одежды белоснежны, как снег, взгляд пронзителен, как острый меч, на его лице нет эмоций, он молчалив и холоден, но его мощная сила нисколько не уступает силе Одинокого Сокола!

Глава 678. Предвоенная мобилизация Мэй Сюэ Янь

Два Величайших мастера появились одновременно. От них исходила огромная невиданная мощь, подобно сиянию солнца, это заставило наёмников небесного уровня из семьи Донфанг мигом прикрыть свои рты.

Ай-я-яй, с самого начала семья Цзюнь прятала таких хороших мастеров… Они самые лучшие в своём роде. Ух ты, это ведь они ещё сдерживают себя, если такие мастера опозорятся здесь, они опозорят не только свои имена, а всю семью Донфанг…

Услышав, что прибыли родственники, Донфанг Вэн Синь тоже вышла их встречать. Третий дядюшка Донфанг Вэн Цин был приятно удивлён, увидев, как их младшая сестра похорошела за это время.

Чуть погодя вышел и Цзюнь Чжан Тиан, чтобы поприветствовать прибывших гостей. Все собрались в гостиной, где после долгой разлуки обменялись любезностями. Цзюнь Вуй занялся лошадьми и рабочими гостей, все были размещены должным образом.

В то же время в далёком лесу Тянь Фа.

Выстроенные рядами войска состояли из людей мощного телосложения, внешность этих ребят была ещё более пугающей, просто невероятной! Все 500 человек, один не хуже другого, выглядят жестокими и свирепыми, одолеть их явно будет не так-то просто. Можно описать всех такими словами: неукротимые, дерзкие и мощные!

Крепкие!

Даже слишком крепкие ребята!

Возьми любого – рост выше двух метров, руки и ноги как дубины, увидев такого, в голове промелькнут лишь такие слова: сильный, здоровый, мужественный, одним словом – воин!

И взгляд у всех почти одинаковый: безжалостный и кровожадный!

Здесь нет никакого приукрашивания!

И в эту минуту эти дьяволы во плоти стояли в шеренгах и ждали дальнейших указаний.

Всех этих людей собрала Мэй Сюэ Янь, это видоизменённые священные звери! И все они имеют одинаковый уровень - Великого мастера! Более того, почти все находятся на высшей ступени!

Другими словами, мощь этих людей, по крайней мере, равна той силе, с которой Король журавлей и Король медведей прибыли в Тянсян!

Их всего 500 человек, но какая ужасная сила!

Они все смотрели на свою Владыку, в их глазах можно было увидеть лишь благодарность и уважение!

Мэй Сюэ Янь величественно стояла и равнодушно наблюдала за этими воинами Тянь Фа, но в её глазах был скрыт восторг.

10 тысяч лет!

За все 10 тысяч лет лес Тянь Фа не был таким блестящим, как сегодня! Даже в период своего расцвета у Тянь Фа не было такой невиданной ужасной силы! Профессионалов, конечно, в то время было больше, однако, что касается резервной силы и потенциала, то в этой области сегодня Тянь Фа сделал огромный прорыв!

Все эти звери принимали таблетки для своего прорыва, другими словами, они обладают невообразимым потенциалом для последующего развития! Спустя некоторое время это будут 500 Величайших или даже Почтенных мастеров!

Потому что они уже прошли самый сложный этап преобразования и скоро сделают следующий прорыв!

Последующий прогресс в совершенствовании будет чрезвычайно стремительным, это уж точно! Их путь до Почтенного уровня выглядит как светлая и ровная дорога…

Если это так, тогда это будут 500 Почтенных мастеров...

Мэй Сю Янь, подумав о таком, тут же испытала ужас и небольшой страх! Кровь в её жилах будто закипела. Если сложить все три священные земли вместе, вряд ли они наберут и 20 Почтенных мастеров, даже если молодое поколение сделает успехи, они всё равно не смогут превысить такую огромную цифру. Однако Тянь Фа… нужно лишь немного времени, и он сможет создать 500 таких мастеров одним махом! Даже больше!

Какая устрашающая цифра!

И все это благодаря подарку Цзюнь Мосе!

Во главе отряда два Короля зверей – Король журавлей и Король медведей! Самый младший из всех Королей – Король орлов, сплошная катастрофа, он давненько закрылся у себя в попытках совершенствования, однако сделать прорыв не так уж и легко! Около десяти орлов в его подчинении уже давно преодолели границы видоизменения. И теперь Король орлов действительно испугался за своё место главного, ведь его репутация выглядела крайне неустойчиво.

Мэй Сюэ Янь, естественно, не могла обидеть своего младшего брата и дала ему волшебную таблетку, чтобы Король орлов смог проскочить на одну ступень и успокоился. Однако вскоре он пришел в ярость:

«Если бы я знал, что есть такая чудесная вещь, стал бы я закрываться? Я ведь столкнулся с такими трудностями и мучениями, а тут – на тебе, съел парочку «конфет» и тут же повысил свой уровень, да и времени столько сэкономил…»

Его мысли привели его в бешенство.

Прорыв Короля орлов вызвал негодование у Короля тигров и Короля медведей:

«Такая хорошая вещь была принесена нами, но почему всегда все шишки падают на нас…»

Есть ли в этом причина?

В этот момент, увидев, как легко орёл получил эти таблетки, да ещё и с таким самодовольным видом, два Короля не стали ничего говорить и вышли вперед, однако оба просто кипели от злости! Мэй Сюэ Янь, будучи главной, имела столько разных забот, она не могла делать всё сама. За пару дней, сквозь адские мучения, она заставила Короля орлов совершить прорыв, во всяком случае, он приложил для этого максимум усилий: он даже чуть не остался без своих перьев…

- Это всё? Все в сборе? – строго спросила Мэй Сюэ Янь, подняв свои брови.

- Все здесь! – ответил Длинный Журавль.

- Хорошо. Эта операция очень важна! Не допускайте никаких промашек! Все летающие Короли зверей будут сопровождать нас. Кроме того, необходимо отобрать тысячу летающих священных зверей высшего уровня для транспортировки людей в Снежные горы. Прошу сделать всё надлежащим образом, – Мэй Сюэ Янь тихо отдала приказ, но тон её речи был наполнен авторитетом, без сомнения!

- Есть! – поспешно ответил Король журавлей, который был ответственным за летающих зверей.

- Большой Медведь, на этот раз оставь 50 человек для охраны леса, а все остальные должны отправиться в путь! – Мэй Сюэ Янь грозно посмотрела на Короля медведей.

- Есть! – выпрямив грудь, воинственно ответил Король медведей.

- Отлично, и все бегом оденьтесь! Вы сейчас не священные звери. Разве можно так расхаживать в человеческом обличье? – Мэй Сюэ Янь нахмурилась.

Пятьсот священных зверей, за исключением Короля журавлей и Короля медведей, которые были одеты в подаренные «зятем» наряды, стояли абсолютно голые. Лишь огромные листья огибали их тела, выглядели они будто целая куча Халков.

- Так точно, босс! – громко крикнул Король медведей. Позвав нескольких медведей, он развернулся и ушёл, спустя некоторое время они вернулись, держа в руках гору красных одеяний. Это осталось у него ещё с прошлой покупки.

Большой Медведь не стал церемониться и самодовольно отдал приказ:

- Пусть каждый возьмёт себе по халату и оденется! Из коры деревьев скрутите себе пояса! Вы как дикари с этими листами, ей богу, это никуда не годится!

В этот момент Король медведей повернулся к Мэй Сюэ Янь:

- Владыка, помнишь те медвежьи шубы? Мне всё ещё жаль, что я их тогда оставил, может, позволите мне их вернуть…

- А ну, прочь! – резко ответила Мэй Сюэ Янь. Но этот болван всё же очень честный…

Большой Медведь втянул голову в плечи, быстренько развернулся и злобно закричал:

- На что уставились? Разве я не сказал вам одеться?

После приказа Короля медведей 500 здоровенных мужланов в один момент превратились в целую кучу невест: с головы до ног они сияли ярко-красным цветом! (В Китае невесты одеваются в красные одежды)

- Хахаха! – Королева змей больше не могла сдерживать свой смех. Надо отметить, что эти дьяволы, одетые в красное, действительно выглядели слишком забавно…

Уголки рта Мэй Сюэ Янь тоже немножко растянулись, однако она тут же приняла свой хладнокровный вид:

- Возвращайтесь к себе и хорошенько подготовьтесь. Через два дня мы выдвигаемся! Тот, кто ослушается моего приказа, будет тут же уничтожен!

- Так точно! – более пятисот человек одновременно громко ответили, в их глазах была лишь дикая решимость к борьбе!

- После возвращения хорошенько поешьте и выпейте чего-нибудь! Можете взять алкоголь у Короля обезьян! Сколько сможете выпить, столько и возьмите; всё это ради будущего вашей сестры и ради великого дела вашего «зятя»! Так что взбодритесь хорошенько! Если кто-то посмеет разозлить моего зятя, я сдеру с него шкуру! – Король медведей громко закричал. Ну, прямо как лиса, что пользуется могуществом тигра.

- Да-а-а-а-а! – все пятьсот мужланов в голос заорали от воодушевления.

- Ай-я! Братец, ты ведь занимался мобилизацией войск. Так зачем было и моё винище мобилизовывать? Это такое редкое сокровище, его ведь и так немного, или же ты просто хочешь отобрать его у меня? – Король обезьян вскочил и запротестовал. Как тут не взбунтоваться? Если все захотят весело провести время, боюсь, от вина, что обезьяны самолично гнали сотню лет, ничего не останется…

- Что с тобой? Тебе даже ради своей сестры и зятя, что ли, жалко? – Король медведей, Король тигров и Король львов вдруг злобно спросили.

Внезапно Король обезьян запаниковал и испугался, его лицо и задница стали одинаково красными:

- Кто? Кому тут жалко? Нет… Это ведь всего лишь вино… верно? Пейте сколько душе угодно… мне совсем не жалко…

- Братья! Погнали бухать! Король обезьян сегодня на редкость щедр, позволил нам пить, сколько захотим, не стесняйтесь, если напьётесь, мы вас утащим! – Большой Медведь махнул рукой.

- Ух ты! – необычайный крик заполонил весь Тянь Фа. На глазах Короля обезьян эти 500 мужланов начали разбегаться в разные стороны. Будто 500 радостных невест, как огонь летели в его сторону.

Мэй Сюэ Янь больше не могла сдерживать свою улыбку, она встала и ушла вместе с Королевой змей.

- Старшая сестра… – жалостливо посмотрел на неё Король обезьян.

- Король обезьян... Разве стоит так расстраиваться из-за небольшого количества вина? – Мэй Сюэ Янь подмигнула ему и тихонько сказала: - Чуть позже я дам тебе ещё одну таблетку, чтобы ты сильно не грустил…

- Правда? – Король обезьян выпучил свои покрасневшие глаза.

- Правда – кивнула Мэй Сюэ Янь и улыбнулась.

- Ух ты, ха-ха! – Король обезьян вскочил и радостно закричал. Он сделал около десяти кувырков в воздухе и закричал: - Пейте, мои друзья! Пейте! Если этого не хватит, у нас есть ещё и секретный склад, так что точно напьётесь от пуза…

Глава 679. Правитель трёх священных земель

Увидев Короля обезьян таким смешным и забавным, всё очень быстро изменилось, даже Королева змей, у которой голова разрывалась от разных забот и дел, не смогла сдержаться и рассмеялась.

Вдалеке священные животные, достигшие пика девятого уровня, уже принявшие человеческий вид, облачались один за другим в ярко-красные одеяния и, весело виляя своими задницами, соревновались друг с другом наперегонки. Густой и терпкий запах алкоголя постепенно заполнял волшебный лес Тянь Фа…

В то же время, вдали от человеческих жилищ, виднелась неприступная вершина горы.

Эту одинокую вершину нежно огибало множество небольших гор. Она была расположена совсем недалеко от опоры небосвода (небесного столпа или горы Тяньчжу), величаво раскинувшись в объятьях мелких горных склонов, ее заботливо обволакивали белоснежные облака и шелковые ленты густого тумана.

Вдруг появился, будто принесенный попутным ветром сияющий силуэт человека, который с подножья горы, не останавливаясь ни на секунду, плавно двигался к вершине горы. От взмаха рукава его платья появился сильный ветер. Казалось, он был нежным и ласковым, но, столкнувшись с грудой камней, он внезапно превратил её в каменную пыль, после ещё одного взмаха рукавом эта каменная пыль мгновенно разлетелась в разные стороны и неизвестно насколько далеко.

Вдруг на вершине горы из ниоткуда появилась гладкая и широкая площадка размером около сорока или пятидесяти футов.

Незнакомец слегка улыбнулся, сомкнул обе руки и внезапно, прямо из земли, медленно вырос большой камень. После этого с ним начали происходить разные изменения и преображения, и в конце концов он превратился в изящный чайный столик, гладкий и блестящий со всех сторон.

На этом чудеса не закончились – возле этого маленького чайного столика вдруг появились три небольших кресла. Хотя они тоже были сделаны из камня, они не казались какими-то холодными или угловатыми, напротив, выглядели они очень уютно и даже мило.

Незнакомец снова рассмеялся и взял в руки камень размером с человеческую голову. После ряда несложных манипуляций камень превратился в аккуратный чайничек, который украшала прекрасная живопись с драконом и фениксом. Даже бы настоящий мастер гончарного дела вряд ли бы смог повторить такую тонкую и искусную работу!

Ну, раз чайник готов, к нему нужны чашки, и в тот же самый миг появились чайные чашки, после этого он внезапно остановился и медленно вытащил из-за пазухи небольшой сверток с чайными листьями. Он очень осторожно высыпал их в чайник, следом за этим он взмахнул правой рукой, и горстка белоснежного снега с горного склона залетела прямо в чайник, попутно превращаясь в прозрачную воду, и в мгновение наполнила чайник до краев. Незнакомец ещё раз махнул рукой, и остатки снега незаметно исчезли, как будто их никогда и не было там.

Незнакомец медленно подошёл к чайному столу, выбрав кресло посередине, он вальяжно уселся на него, как хозяин. Он продолжал держать чайник в своих руках, как вдруг в него просочился горячий воздух, который за считанные минуты довел воду в нём до кипения. Крепкий аромат чая медленно наполнил воздух.

Когда чай заварился, он налил себе чашку, чай был ярко-зелёного цвета и прозрачный, как стекло. Вдохнув терпкий аромат, он медленно отпил немного чая, и на его лица засияла довольная улыбка.

Незнакомец был привлекательным мужчиной около тридцати лет, со светлыми лучистыми глазами и густыми бровями, его белые одежды подчеркивал элегантный светло-голубой пояс, он выглядел очень уверенно и непринуждённо.

Он так спокойно и вальяжно восседал на вершине этой горы, словно у себя дома. Пронизывающий горный ветер развевал его волосы и одежду, будто он был с ним заодно…

Любой, кто бы увидел его, мог принять его за блестящего учёного, не иначе, такими превосходными были его манеры и внешний вид, но вряд ли бы кому-то пришло в голову, что этот блестящий учёный горазд на свершение таких чудесных и удивительных вещей!

Стояла тишина, даже сгустки тумана в середине склона и то не двигались, в это же время, словно из ниоткуда, за спиной незнакомца в белых одеждах возникли две человеческие тени. Даже было такое ощущение, что они там уже простояли не один час…

- Значит, прибыли, – незнакомец в белых одеждах, не оглядываясь, спокойно сказал: - Я заварил отменный чай. Проходите, выпейте со мной по чашке. Вы как раз вовремя, он перекипятился уже три раза. Этот чай очень редкий, с единственного на весь Неуловимый Мир Бессмертных старинного чайного куста, и вам посчастливилось отведать его.

За его спиной стояли старец в пурпурном халате и мужчина средних лет в простом холщовом платье. Оба держались спокойно и естественно, они были похожи на обычных простолюдинов, которые никогда в жизни ни разу не постигали Суань.

Старец в пурпурном халате бесцеремонно прошёл и сел на стул, его взгляд был грозным и суровым, он был крепкого телосложения, а его лицо обвивала густая борода, он невзначай окинул всё своим едким и пугающим взглядом.

Увидев его впервые, впечатление о нём сложилось бы таким образом: неотёсанный и грубый, импульсивный и несдержанный на язык человек, который следует порывам своего сердца и никогда не задумывается о последствиях. Он представлял собой типичный пример простоватого и недалёкого человека, хорошо развитого физически.

Однако этим человеком, на самом деле, являлся правитель трёх священных земель, хозяин Иллюзорного Океана Крови: Ху Янь Аобо!

Такого человека вовсе не надо недооценивать!

Любой, кто посмеет смотреть свысока на этого «неотёсанного» человека, заплатит высокую цену за свою глупость, если не умрёт, так все равно, в конце концов, покорится ему и станет его вассалом, даже умные и хитрые не исключение!

И в этом нет ничего удивительного, разве глупый и бестолковый человек смог бы стать правителем трёх священных земель и хозяином Иллюзорного Океана Крови?

Что и следует сказать, глядя на Ху Янь Аобо – он классический пример метода, что называется «притворившись свиньёй, съесть тигра»!

- Мо Вудао. Старый ты негодник, или как мне тебя ещё называть прикажешь! Двести лет назад ты выглядел, как изнеженный интеллигент, и сейчас всё такой же, я на тебя гляжу, и мне аж тошно от твоей нисколько не постаревшей рожи становится! Зачем тебе такое смазливое лицо, а? Небось, задумал отправиться соблазнять женщин из хороших семей, признавайся, гад! Твой старинный инструмент уже, наверное, как сто лет не работает! Или ещё работает, а? – Ху Янь Аобо, недолго думая, взял чашку с чаем и легкомысленно сказал. С одной стороны, презрительно глядя на Мо Вудао, а с другой спокойно попивая чай, он довольно вздохнул и сказал: - Старинный чайный куст… действительно, необыкновенен… такой вкусный…

- Нет необходимости прикидываться, все всё знают друг про друга. Ху Янь Аобо, прошу тебя, не мог бы ты не хвастать перед нами своим обликом хулигана? Все уже давно знают твою двуличную и высокомерную натуру, ведя себя так, ты просто выставляешь себя на посмешище! – незнакомцем в белых одеждах оказался Мо Вудао, он непринуждённо рассмеялся и, поднимая чайник, сказал: - Ты говоришь, что я старый негодник и кобель, а сам сколько лет уже прикидываешься хулиганом да подлецом, скажи-ка? Всех уже давно тошнит от этого. Ну что, мошенник, скажи, прав я или нет?

- Кто же скажет, что нет? Ведь все же знают, что «благородный человек» Мо Вудао – поистине настоящий лицемер, прикидываться изнеженным интеллигентом и святошей вполне к месту, очень натурально получается. Однако твой «высокомерный почтенный» Ху Янь Аобо – что ни на есть настоящий малодушный простолюдин до мозга костей. Делает как раз всё наоборот, считая себя особенным и незаурядным, специально отрастил себе бороду, как у форменного дикаря, и, действительно, разве его высокомерная и подлая физиономия способна кого-то перехитрить? Это меньшее, что я знаю уже на протяжении двухсот лет.

Как только эти двое открыли рты и начали препираться, человек в простом холщовом платье спокойно сел за стол, манерно взял чашку чая, сначала поднес её к своему носу, медленно вдохнул аромат, затем отпил немного и, закрыв глаза, стал наслаждаться вкусом чая, смакуя каждый глоток. Взволнованно вздохнув, он сказал:

- Поистине необыкновенный чай! Его вкус даже остался на моих зубах. Незабываемое впечатление. Пить такой прекрасный чай, при этом закрыв глаза… На душе сразу становится легко и радостно, даже несмотря на столкнувшихся лицемера и простолюдина перед собой!

На его голове сияла золотая царская тиара, которая переливалась и, сверкая на солнце, добавляла этой загадочной горе эффект золотой радуги!

- Си Жочен, неужто ты у нас весь такой из себя хороший? – Ху Янь Аобо сердито сказал: - Государь в золотой короне, Си Жочен! Ха-ха, ха-ха, ты каждый день носишь свою корону, воображая себя неограниченным властителем Золотого города, хотя все знают, что ты уже давно всего-то продавец соломенных сандалий!

Этот человек в простом холщовом платье, оказывается, хозяин Великого Золотого города: государь в золотой короне, Си Жочен!

А тот незнакомец в белых одеждах, разумеется, хозяин Неуловимого Мира Бессмертных: благородный человек, Мо Вудао!

Но зачем же в такую холодную зимнюю пору хозяева трёх священных земель решили собраться вместе?

Услышав колкое замечание Ху Янь Аобо, Си Жочен нисколько не разозлился, а только, немного сощурившись, рассмеялся и, пожимая плечами, очень интересно ответил:

- Забавно, но я вспомнил один очень интересный случай. Тогда, помнится, Ху Янь Аобо, напившись, проспорил одно пари… Эм, на что же мы тогда спорили? Не припомню… Только лишь помню, как он нам двоим, разодевшись, кокетливым и соблазнительным голоском говорил: «Я – девчушка Ху Янь Ао-чмок… все повторяйте за мной – девчушка чмок такая гордая… посмотрите, я действительно ли гордая? (здесь игра слов, часть его имени «Бо» переводится как «целовать» или «чмок», а часть «Ао» как «гордый, высокомерный»). Вот если поведать об этой забавной истории всему Иллюзорному Океану Крови, я думаю, реакция будет просто впечатляющей…

Он использовал интонацию голоса, которой научился у работниц публичного дома, когда рассказывал эту историю, договорив, он не выдержал и громко рассмеялся.

Мо Вудао тоже захохотал и даже захлопал в ладоши.

Цвет лица Ху Янь Аобо в одно мгновение стал похожим на цвет его халата, он гневно закричал:

- Мы давно уже договорились, что больше не будем вспоминать эту историю; зачем ты снова вспомнил про неё? Разве ты сам не бред несёшь, а?

Мо Вудао радостно сказал:

- Считай, это тебе расплата за твои деяния! Кто тебе дал право говорить, что он продавец соломенных сандалий, а? Ты сам навлёк на себя беду, нечего тут удивляться, понятно тебе?

Ху Янь Аобо с досадой вздохнул:

- Вы оба нехорошие! Мы тогда встречались не для того, чтобы вы вступили в сговор против меня! У самих рыльце в пуху, ещё и хватает наглости говорить на меня!

- В этот раз мы специально собрались, чтобы подпортить тебе жизнь! Просто нам немного любопытно, – Си Жочен со смехом сказал: - Ху Янь Аобо, ты спрашивал Мо Вудао, пользуется ли он ещё своим старинным инструментом. Нам вот тоже интересно, как там твой Хуянь-младший поживает? Он под стать фамилии, большой? Ха-ха-ха-ха! Кстати, насчёт младших… У тебя же ещё сын подрастает, верно? Ему сейчас как раз 50 годиков должно было стукнуть…

Глава 680. Цзюнь Мосе – огромнейшая катастрофа!

Мо Вудао рассмеялся. Рукой придерживаясь за чайный столик, он чуть едва не задохнулся от смеха. Самое смешное то, что Си Жочен говорил обо всём с очень серьёзным видом, а упомянув пятидесятилетнего сына – вообще выразил изумление. Здесь уже было невозможно не засмеяться.

Ху Янь Аобо весь побагровел, стукнул ладонью по своей ноге и заворчал что-то невнятное:

- Что с вами? Я стар лишь годами, но не душой. По сравнению с вами у меня есть ещё порох в пороховницах, не думаете? Я уж точно знаю, что у вас там всё давно заржавело. Если не так, давайте, покажите мне эту «красоту»! То, что у меня есть сын, теперь считается позором? Мне здесь хотя бы повезло, а вам? Ха-ха-ха!

- Повезло? Ну, так себе везение, – Си Жочен презрительно закатил глаза. – Я слышал, что Цзюнь Мосе напугал твоего сыночка до мокрых штанишек. Даже не понимаю, чего ты тут хвастаешься. Кто знает, когда у тебя там всё отсохнет! Ты не задумывался о там, что иногда и родители хоронят своих детей!?

Услышав об этом, Ху Янь Аобо тут же помрачнел:

- Цзюнь Мосе, хм… Мо Вудао, для чего ты собрал нас сегодня здесь, чтобы обсуждать этакую ерунду? Тебе весело?

- Цзюнь Мосе! – изящно улыбнулся Мо Вудао, его внешность была просто чарующей. Он ясно промолвил: - Сегодня вы как раз пришли ради этого молодого человека!

- Ха-ха, Мо Вудао, у тебя мозги совсем набекрень поехали, что ли? Ты серьёзно думаешь, что это ничтожество заслуживает нашего обсуждения? Ты либо слишком превозносишь этого паренька, либо ни во что не ставишь наше положение и авторитет?! – усмехнулся Ху Янь Аобо.

Он только закончил говорить, но тут же заметил, что те двое смотрят на него, как на идиота.

- Цзюнь Мосе всего 18 лет. Он является наследником семьи Цзюнь из империи Тянсян, он также сын легендарного Цзюнь Ву Хи! По собранным нами данным, в детстве он был крайне непослушным ребенком, а в юности получил славу первого дурака Тянсяна. Можно сказать, вообще ни на что не годный малый; в начале весны прошлого года Мосе даже не совершенствовался до четвёртого уровня. Однако где-то в апреле он вдруг получил Золотой уровень; спустя ещё три месяца, отправившись в Южный Небесный Город, уже был Нефритового уровня. Вернувшись из Южного Небесного Города, Мосе прорвался через высшую точку Небесного уровня: и всё это меньше, чем за два месяца! Спустя ещё месяц он достиг Божественного уровня! Вместе с Мэй Сюэ Янь из леса Тянь Фа Мосе отправился в семью Донфанг, а по дороге он успел показать способности уровня Великого мастера! И, хотя такой прогресс просто ужасающий, но он всё ещё в пределах контролируемого. Однако совсем недавно Ду Цзю из Великого Золотого Города лично проверил этого мальца на прочность. Так вот, по его словам, Мосе уже как минимум имеет навыки Величайшего мастера!

- Достиг Величайшего уровня. Такое крайне сложно контролировать! – медленно сказал Си Жочен, мысленно проанализировав всю информацию. Он сделал вдох и серьёзно сказал:- Этот малый меньше чем за год смог с третьей ступени достичь Величайшего уровня! В целом ему удалось прорвать свыше тридцати границ и одним махом просто взлететь на такой уровень! Ху Янь Аобо, после услышанного, ты всё ещё считаешь Цзюнь Мосе мелким тараканом, которого вот так просто можно раздавить? Ты сам себе хоть веришь? Я вот нисколько!

Ху Янь Аобо вмиг переменился в лице и, будто заикаясь, сказал:

- По данным разведки Иллюзорного Океана Крови, Цзюнь Мосе всегда был смышлёным ребёнком, а ради положения семьи Цзюнь ему приходилось выставлять себя в худшем свете, скрывая свою реальную силу. А так называемая слава развратника – всего лишь фикция, однако… как вдруг так всё резко переменилось, просто уму непостижимо!

- Это просто стечение обстоятельств. У Золотого Города имеется свой человек, мы его подготовили как раз для реванша Битвы за Захват Небес. Он – влиятельная фигура в Тянсян, прямой преемник текущего правительства Тайши империи Тянсян. Его зовут Ли Юран, и действия Цзюнь Мосе находятся под пристальным вниманием этого человека.

Си Жочен серьёзно сказал:

- Однако совершенствование Мосе не может быть поддельным! Подробно изучив предоставленные данные от Ли Юрана, мы – 9 старейшин, 5 чиновников и 3 начальника Золотого Города пришли к такому единогласному выводу! – он поспешно поднял голову и резко добавил: - Цзюнь Мосе до этого нисколько не притворялся! И все его достижения начались как раз таки в этом году, одно за другим! Другими словами, этот малец примерно за год смог достичь Величайшего уровня мастерства, начиная с третьей ступени!

Мо Вудао вдруг серьёзно задумался, и Ху Янь Аобо вдруг молча погрузился в глубокие размышления.

Эти двое являются хозяевами Священных Земель, их эрудированность не знает границ. Сложно найти даже одного человека, чей кругозор был хотя бы чуточку шире. Однако, услышав о скорости роста силы Цзюнь Мосе, оба почувствовали некое волнение или даже испуг!

Обычному человеку такое не под силу!

Даже легендарные небожители из различных поверий на такое не способны!

Однако все видели это своими глазами, это факт! В течение года один бездарь с третьей ступени развил свои способности до Величайшего мастера!!!

- Мы трое когда-то и сами имели ошеломляющие таланты в прошлом, скорость нашего совершенствования была необыкновенной, в своих землях нам не было равных! Осмелюсь спросить вас, сколько вам понадобилось времени, чтобы с третьего подуровня достичь Величайшего мастера? – спросил Си Жочен и вздохнул.

Мо Вудао был серьёзен, глаза Ху Янь Аобо сверкали, но никто не сказал ни слова. Им просто было нечего сказать. Им было стыдно сравнивать себя с Мосе, темп роста их силы можно было даже и не упоминать, они ему и в подметки не годились!

Эти трое все одного возраста, да и способности у каждого примерно одинаковы, они всегда считались гениями Поднебесной. Их успехам в совершенствовании можно было только позавидовать, им стоило огромного труда достичь уровня Величайшего мастера, - целых 50 лет огромного труда! Но теперь, сравнивая себя с Цзюнь Мосе, все почувствовали себя отбросами, ничего не стоящими отбросами…

Те достижения, которые когда-то считались просто необыкновенными, вдруг стали просто смешными!

Это заставило всех троих почувствовать себя очень неловко.

Даже и так, факт остается фактом. Мосе смог за один год достичь результатов 50-летнего труда хозяев трёх Священных Земель!

- Таким образом, можно сказать, что Цзюнь Мосе – это невиданное чудо, обладающее прекрасными талантами, это даже неоспоримо. Однако есть ещё кое-что! Настоящая проблема заключается в его таинственном наставнике! – сказал Си Жочен. - Лишь чрезвычайно смелый учитель в сочетании с неизвестными нам методиками и тренировками, а также разного рода случайности могли сотворить такое чудо!

- Именно по этой причине я сегодня собрал вас здесь! Потому что нам нужна действенная ответная стратегия! – Мо Вудао был явно обеспокоен. - Не забывайте, что мы уже несколько раз объединяли наши усилия против Достопочтенной Мэй. А теперь у них с Цзюнь Мосе вдруг шуры-муры и любовь. Все уже давно знают о наших намерениях в отношении Достопочтенной Мэй. Она, хоть и Священный зверь, однако может сильно повлиять на общее положение дел. Будем надеяться, что она не прибегнет к крайним мерам.

- Благородного человека всегда можно обмануть! – он слегка саркастично произнес это, а затем сказал: - А как мы знаем, Достопочтенная как раз и есть воплощение благородства. Мы выждем подходящего момента, чтобы ей просто было некуда деваться! И пусть это выглядит немного подло, но это же стратегия!

- Но теперь ситуация полностью изменилась, – Си Жочен присоединился к разговору. - С тех пор, как Достопочтенная Мэй связалась с Цзюнь Мосе, всё перевернулось вверх дном! Во-первых, теперь она стала сильнее, ведь у нее под рукой такая помощь. Во-вторых, я думаю, что под его влиянием она стала увереннее в себе, даже в какой-то степени жёстче! Похоже, что теперь она не принимает близко к сердцу Битву за Захват Небес, она лишь жаждет мести! За последнее время потери трёх Священных Земель достигли почти 100 мастеров! Просто ужаснейшая цифра, даже поделив её между нами, всё равно это большие убытки!

- Мэй Сюэ Янь, в определённой степени довольно мягкосердечна, она скорее сама подставится под удар, нежели навредит кому-то! Такова её сущность и принципы Тянь Фа, это именно то, чем мы можем воспользоваться. Раньше это всегда было её самым слабым местом! А вот Цзюнь Мосе как раз таки человек другого склада ума, он довольно жесток! В нём нет ни грамма благородства, наоборот, он самый настоящий засранец!

Пролистав в голове все поступки Мосе, можно сказать, что человек он безжалостный и жестокий. Он никогда не станет платить добром за зло, он больше придерживается правила «око за око, зуб за зуб» или же «кровь за кровь»! Тот, кто встанет у него на пути, будет зверски уничтожен! Этот малый решителен в своих поступках и вдобавок ко всему невероятно злопамятный! Можно сказать, он просто внушает страх, да ещё и с такими темпами совершенствования – теперь он серьёзная угроза для трёх Священных Земель! Даже хуже чем Достопочтенная Мэй!

- Цзюнь Мосе – огромнейшая катастрофа для трёх Священных Земель! – серьёзно сказал Мо Вудао.

Глава 681. Уничтожить Цзюнь Мосе и Достопочтенную Мэй!

Си Жочен с холодной усмешкой сказал:

- Эти слова трудно назвать правдой, он просто нагнетает атмосферу страха. Если дать ему возможность ещё больше разрастись, тогда я вам точно говорю, всем трём Священным Землям придёт конец, и этот конец очень близок! Учитывая его поведение и характер, такой человек, как он, не станет обращать внимание на остальной мир, ведь в действительности он настоящий беспредельщик и отморозок! Когда благополучие всего мира под угрозой, любой будет побаиваться последствий, но только не он; потому что в его глазах простой народ Поднебесной ровным счетом ничего не значит, для него они просто мусор! Он во что бы то ни стало придёт, чтобы свести счёты с тремя Священными Землями, в этом можно не сомневаться!

Ху Янь Аобо, сильно помрачнев, сказал:

- Если так можно выразиться… Этот Цзюнь Мосе – прирождённый искатель приключений! И таким вещам, скажу я вам, нельзя просто научиться, такие способности можно получить только от рождения. Даже знающий мастер, ветеран своего дела, прошедший бесчисленное количество мучительных тренировок, вряд ли сможет достичь такого уровня. А Цзюнь Мосе, словно дикий самоучка, который может поравняться силами даже с нами, повидавшими многое за эти несколько сотен лет!

- Сказано неплохо! Цзюнь Мосе и вправду интересный малый, талантливый от рождения, по чудесному стечению обстоятельств появившийся на свет в такой семье. Однако мы должны признать, что Цзюнь Мосе – единственный человек за многие годы, который способен нанести существенный удар по нашим трём Священным Землям! Так как нам раньше уже удавалось одолеть его женщину, притом и не раз, поэтому для нашей трудно устранимой проблемы, в лице надменного и чванного Цзюнь Мосе, это как раз будет соизмеримая плата! – Мо Вудао спокойно открыл глаза и медленно сказал: - Стоит вспомнить, как он решил пойти на бой ради ничего не стоящей Гуан Квинхан, притом, что она даже не была его женщиной! Это, действительно, послужит уроком!

Его медленно сказанная фраза одновременно заставила Си Жочена и Ху Янь Аобо почувствовать себя очень мрачно.

- У каждого человека есть своё слабое место, и Цзюнь Мосе – не исключение. Семья и любимая женщина – вот его главное слабое место, и, одновременно с этим, и его самая сильная сторона! – Си Жочен глубоко вздохнул. – На основе многочисленных следов и подтверждений, его загадочный учитель стоит с дозором, охраняя семью Цзюнь! И это представляет для нас самую большую опасность!

- Мы даже до сих пор не знаем, кто его учитель; какими уровнями совершенствования он владеет, и какого уровня силы уже достиг. Мы ничегошеньки о нём не знаем, и в особенности о его прошлом!

Си Жочен, сквозь горький смех сказал:

- Единственная информация, которая нам известна, что так искусно обучить своего ученика мог только поистине выдающийся и потрясающий человек! В прошлый раз он одним ударом одновременно уничтожил девяносто мастеров из трёх Священных Земель, это как ничто другое доказывает мои слова! Сравнивая его с нами – он нисколько нам не уступает по силам, такими внушительными способностями даже я не обладаю!

- Поэтому мы прекрасно понимаем, что огромная беда уже стучится в наши двери. Мы никак не можем вести себя рискованно и поступать необдуманно! Даже не то, что не можем, это просто равносильно скорой смерти… – Мо Вудао немного подытожил всё ранее сказанное.

- Другими словами, мы сейчас в безвыходном положении. Идти вперёд и отступать – одинаково плохо? – Ху Янь Аобо, нахмурив брови, грустно сказал: - Неужто вот так просто, какой-то ничтожный молодняк возьмёт и прижмёт нас, трёх мастеров?

- Несмотря на то, что это очень горько признавать, но всё именно так! – Мо Вудао и Си Жочен одновременно горько рассмеялись, это был смех сквозь слёзы.

- Ну-ка, поразмыслите, а не может ли этот загадочный учитель Цзюнь Мосе быть из Таинственного Призрачного Дворца? – Ху Янь Аобо вдруг осторожно спросил.

- Я не думаю, что это возможно. Уже как-никак несколько тысяч лет никого не видно из Таинственного Призрачного Дворца; но если вдруг это правда, то боюсь, этот человек тоже весьма впечатляющий. К тому же, учитывая такую скорость совершенствования, боюсь, что Таинственный Призрачный Дворец вряд ли будет в состоянии развить подобную скорость. На такое способен только один человек. Насколько мне известно, только он не уступает загадочному учителю в скорости, – в глазах Мо Вудао блеснул огонь.

- Кто он? – одновременно спросили Ху Янь Аобо и Си Жочен.

- Шисышао… из Подземного Мира! – Мо Вудао с осторожностью проговорил каждую букву, в его глазах появился животный страх! Как будто это имя сопровождала мощная и таинственная магия, даже сам хозяин Неуловимого Мира Бессмертных, произнося это имя, испытывал ужас и волнение!

- Верно! – Си Жочен и Ху Янь Аобо одновременно глубоко вздохнули и сказали: - Только этот демон способен на это!

- Однако Таинственный Призрачный Дворец и Подземный Мир взаимосвязаны, за тысячи лет существования нашего мира они никогда не вступали в открытую борьбу. Если даже предположить, что это может быть правдой, это было бы слишком несправедливо. К тому же Шисышао из Подземного Мира… У этого дьявольского отродья вряд ли бы хватило терпения и выдержки для обучения ученика, – когда Ху Янь Аобо произносил имя, было ощущение, что ему было очень трудно произносить его, или его зубы и язык сковала невыносимая боль. Ему потребовалось много сил и энергии, чтобы выговорить его полностью.

- Всё может быть! – с беспокойством в голосе сказал Мо Вудао. – Нам нельзя расслабляться! Лучше несколько раз всё перепроверить, чем сделать необдуманный шаг, который может привести к необратимой катастрофе!

- Тем не менее сейчас у нас есть большое преимущество – наша благоприятная возможность! Если воспользоваться этим с умом, мы сможем уничтожить с лица земли не только Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, но и даже людей, которые прячутся за их спинами! Даже Шисышао из Подземного Мира вряд ли сможет похвастаться такой силой, которую мы, объединившись втроём, сможем показать, чтобы нанести сокрушающий удар! – Си Жочен пылко и храбро сказал.

Ху Янь Аобо и Мо Вудао ничего не говорили, они лишь завороженно смотрели на него.

- Цзюнь Мосе должен скоро отправиться в город Серебряной Метели! Уверен, что на сей раз Достопочтенная Мэй, чтобы подержать его, тоже отправится туда вместе со своими Священными зверями из леса Тянь Фа! В таком случае, у Серебряного города не будет совершенно никаких способов для сопротивления! Однако как раз после того, как все отправятся в город Серебряной Метели, безопасность главной резиденции семьи Цзюнь непременно тоже снизится до минимума, – глаза Си Жочена сверкнули огнем: - Поэтому Снежная гора будет труднодостижимой целью, город Тянсян – ещё более труднодостижимой целью, таким образом… Ха-ха-ха-ха!

- Ты имеешь в виду… – лицо Мо Вудао озарило новыми мыслями, потом его брови скривились, а на лице появилось противоречивое выражение.

- Цзюнь Мосе и вся семья Цзюнь сейчас не в ладах с Императорской семьей Тянсян! А силы семьи Цзюнь – это вовсе не какие-то хиленькие силы, как у Императорской родни, они с лёгкостью могут противостоять любому, кто посмеет что-то сказать или сделать против них! Однако на этот раз, в виде исключения, мы позволим себе вмешаться. Из трёх принцев, каждая Священная Земля может подержать одного. А потом, в качестве эксперимента, объединить всех простых мастеров против семьи Цзюнь, чтобы они непрерывно давили на неё, провоцировали их и всячески отравляли им жизнь! Нужно как раз в отсутствие Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь создать полный хаос в семье Цзюнь, чтобы мастер, который скрывается там, наконец-то показался наружу.

Во-первых, если даже этот эксперимент не сработает, мы в любое время можем остаться в стороне и не при делах. Во-вторых, если всё-таки это сработает, мы даже сможем достичь выгодного положения в военном плане, мы нанесём удар по семье Цзюнь исподтишка, и тогда уже не важно, как этот маленький негодник поступит и какой он там весь из себя неуловимый и талантливый, перевес будет за нами! И на этот раз мы не должны быть такими наивными, как раньше, нужно обязательно подготовить самых сильнейших и обученных бойцов. Если начнётся наступление, мы должны быть готовы сразу нанести оглушительный и крышесносный удар по противнику! Нужно исключить любые упущения и промахи!

Си Жочен поднял голову и внимательно посмотрел на Ху Янь Аобо и Мо Вудао, и сказал:

- На сей раз только мастера уровня Совершенного мудреца в силах довести это дело до конца! Обычные мастера и даже Почтенные вряд ли смогут вернуться живыми! Если все-таки Шисышао из Подземного Мира стоит за семьей Цзюнь, то боюсь, что даже и Святые могут погибнуть в этой схватке! Так что давайте мысленно и душевно приготовимся к такому исходу. Я уверен, эта жертва неизбежна!

Ху Янь Аобо и Мо Вудао одновременно задрожали от страха, едва не встав с кресел:

- Неужели…

- Да, верно! Наш Великий Золотой Город может послать трёх мастеров Святого уровня на эту великую битву! – Си Жочен немного помолчал, потом протянул указательный палец и три раза стукнул по чайному столику. Звук был настолько звонким, что он даже отозвался эхом среди гор, потом он, чётко проговаривая каждое слово, мрачно сказал: - Мы готовы пожертвовать тремя!

Мо Вудао встал, сделал несколько шагов, посмотрел в небо и тяжело выдохнул, а после через силу сказал:

- Ладно, ради победы в этой великой битве наш Неуловимый Мир Бессмертных тоже даст трёх мастеров Святого уровня!

- Наш Иллюзорный Океан Крови тоже даст троих, и мы все, общими силами одолеем врага, – говоря это, Ху Янь Аобо выглядел весёлым и спокойным, однако мышцы на его лице выдавали его.

- А потом мы отправим в сторону города Тянсян людей, чтобы они устроили там беспорядки и надавили на семью Цзюнь, и, самое главное, надо отправить сообразительных и терпеливых людей, сила на втором месте. Не стоит забывать – маленькая неосторожность, и всё, битва, считай, проиграна! – Си Жочен спокойно сказал: - Уверен, вы и сами всё понимаете.

- Мы из Иллюзорного Океана Крови пошлём Цзы Цзин Хуна. Хотя его сила Суань не слишком высока, зато мозги хорошо работают. Интриги и коварные замыслы – его конёк, – Ху Янь Аобо вздохнул и сказал: - Отправить с ним несколько таких же ребят, как он, и достаточно будет. Они знатно там похулиганят.

- Хорошо, тогда мы из Великого Золотого Города отправим Ли Юрана с несколькими мастерами. Он там местный, пусть и молодой немного, но зато спокойный и очень способный! Как раз там очень пригодится, – Си Жочен, рассмеявшись, сказал.

- А я решу, кто поедет, когда вернусь во дворец. Мне надо хорошенько подумать, никак нельзя допустить ошибку, – Мо Вудао сурово сказал: - Мы обязательно должны уничтожить Цзюнь Мосе и Почтенную Мэй!

- Помимо этого ещё будет сражение в городе Серебряной Метели! Уверен, это тоже требует немалого числа бойцов! Это сражение заберёт большую часть сил леса Тянь Фа! Если мы упустим этот шанс и дадим им уйти в свой лес, я не знаю, когда ещё у нас будет этот дарованный небесами шанс!

Глава 682. Священные звери покидают Тянь Фа!!

Мо Вудао спокойно сказал:

- Напротив. Если эта битва может принести какую-либо выгоду, то эта выгода однозначно будет чрезвычайно огромной! Одни лишь ядра Суань Священных зверей 9-го уровня чего стоят! А ведь есть ядра Суань и помощнее… Это может увеличить силу трёх Священных земель ещё на одну ступень!

Ху Янь Аобо закрыл глаза и сказал:

- Если это не сработает, тогда нам следовало бы работать над этим лично!

- Лично? Да как ты можешь такое говорить?! – Си Жочен презрительно посмотрел на него: - Ты прикидываешься или ты на самом деле идиот? Только подумай о последствиях! Так мы лишь вызовем ещё больший гнев леса Тянь Фа! А если останемся в стороне, сможем оказать соответствующее давление, когда это будет необходимо. Понятно тебе, Аобо?

Ху Янь Аобо разозлился:

- Прекрати разговаривать в таком тоне! Я с тобой церемониться не стану!

Си Жочен поставил чайную чашку и сказал:

- Церемониться не станешь? А ты, что ли, нормально умеешь разговаривать?

- В этой битве от каждой семьи необходимо собрать как минимум по 2 Почтенных мастера и 50 Величайших и направить в город Серебряной Метели, – сказал Мо Вудао, наблюдая за препирательством двух других Хозяев.

- Вот и хорошо, а то есть парочка человек по фамилии Сяо, которые каждый божий день приходят ко мне с просьбой послать войска. Ну просто жуть как надоели! Будет им помощь, чтобы потом не говорили, что Золотой Город остался не при делах и плюнул на всех! – с облегчением вздохнул Си Жочен.

- Кажется, что семьи Сяо и Хан из Серебряного города не особо ладят, по крайней мере, так говорят. Есть у нас в Неуловимом Мире Бессмертных Хань Хуфа, так вот, он настоятельно просит не вмешиваться в войну. Ха-ха, кажется, из всего этого выйдет неплохое зрелище! – Мо Вудао слегка улыбнулся, его взгляд был обращён на север. Как раз в сторону города Серебряной Метели.

На этом их обсуждение закончилось, но перед уходом Ху Янь Аобо вдруг спросил:

- Мо Вудао, ты уже сопоставил собственную силу с Мэй Сюэ Янь? Что можешь сказать?

Взгляд Мо Вудао сверкнул в сторону владыки Иллюзорного Океана Крови, и он тихо ответил:

- Если судить по нашей последней битве, наши силы примерно одинаковы. Однако если мы будем драться в полную силу, думаю, она мне не противник. В прошлый раз она получила травму, и о ней не было ничего слышно почти сто лет… Кто сильнее, кто слабее? Может, ты мне сам скажешь?

Слова, сказанные Ху Янь Аобо, разоблачили его глубоко спрятанные мысли.

Услышав ответ Мо Вудао, Ху Янь Аобо рассмеялся:

- В таком случае, я немедленно вернусь и начну готовиться! Надеюсь, что эта битва принесёт немало выгоды для трёх Священных Земель! – сказав это, он не стал прощаться, а его тело плавно взлетело вверх. Его смех всё продолжал раздаваться эхом, даже когда он уже успел скрыться из виду.

Си Жочен слабо улыбнулся и сказал:

- Этот парень всегда был таким; ради выгоды он не остановится ни перед чем. Брат Мо, тебе есть, что ещё добавить?

- Что касается Тянсян... Необходимо обязательно проверить всё ещё раз прежде, чем отсылать войска! Брат Си, Достопочтенный (святой) отличается от Почтенного. Или даже Величайшие мастера… мы не можем позволить себе такие убытки! - Мо Вудао серьёзно посмотрел на Си Жочена. - Если что-то пойдёт не так, ты должен понимать, каковы будут последствия.

- Братец, ты говоришь, что Неуловимый Мир Бессмертных не может себе позволить такие убытки. Ты думаешь, что Великий Золотой Город готов к этому? – Си Жочен мрачно рассмеялся, а затем вздохнул и продолжил: - Но мы не можем ждать. Чего нам ждать, смерти своей? Кто знает, может этот паренёк, Цзюнь Мосе, в этом году достигнет уровня Почтенного или даже Достопочтенного мастера… Братец, это нереальная скрытая угроза! Три Священные Земли существуют уже долгие годы и имеют такой мощный фундамент, нам ни в коем случае нельзя допустить их развала!

Мо Вудао переменился в лице, но не сказал ни слова. Его длинное тело легонько поднялось вверх и повисло в облаках. Он повернулся и закатал свой длинный рукав. В нескольких футах от него на чайном столике вдруг подпрыгнула чашка:

- Брат Си, предлагаю как-нибудь ещё собраться на чай, а сейчас мне пора идти. До скорой встречи.

- До свидания! – Си Жочен улыбнулся, поймал чашку и выпил всё одним глотком. Силуэт Мо Вудао уже исчез в пелене облаков.

Си Жочен, оставшись в одиночестве среди гор и тумана, глубоко вздохнул. Туман уже окутал всю гору, а звук его вздоха всё ещё отдавался эхом, однако Си Жочен уже исчез, будто его и не было.

На вершине горы остался лишь чайный столик и три мастерски сделанных стула. На столике всё так же стоял маленький чайник и три чашки, расположенные в форме треугольника…

В этот же вечер из трёх Священных Земель в сторону севера были направлены две группы.

Одна направилась в город Серебряной Метели, другая – в Тянсян!

Утро следующего дня.

В лесу Тянь Фа.

Мэй Сю Янь была одета в белое, она была прекрасна. Глядя на толпу летающих Священных зверей, она прошла перед их строем, оглядывая каждого серьёзным и властным взглядом. Затем она громко спросила:

- Все готовы?

Стоявшие впереди 9 Королей зверей хором ответили:

- Так точно, все готовы! Летающих зверей 1500, а видоизмененных Королей зверей 459 голов! Все готовы, в любое время можем отправляться в путь. Ждём вашего приказа!

- Очень хорошо! – выдохнула Мэй Сюэ Янь. Посмотрев на небо, она серьёзно сказала: - На этот раз мы отправимся в Серебряный город, и нам определённо придётся столкнуться с тремя Священными Землями! У них много хороших воинов, их сила не знает своего предела! Они уже давно жаждут моей смерти. На сей раз, столкнувшись с ними, мы вступим в небывалую ожесточённую схватку! Я не уверена, что сама смогу вернуться оттуда живой, так что… хорошенько подготовьтесь!

- Да пусть они сдохнут, эти три Священные Земли! Мы их сделаем! – закричал Король медведей.

- Насколько же они сильны? Мы не боимся! – взгляд Короля журавлей был полон решимости.

- Да! Пусть сдохнут! Мать твою! – все звери в голос закричали, внезапно атмосфера накалилась. Они ещё даже не отправились в путь, но кругом уже чувствовался запах крови!

Все эти звериные мастера работали в поте лица, всегда придерживаясь самого жестокого принципа – принципа естественного отбора природы, кто из них не видывал войн и сражений?

Сильный враг... И что?

Убить его и всё!

Бой не на жизнь, а на смерть!

Это единственное, что эти звери знают о войне! Более того, теперь, совершив такой огромный прорыв, они все чувствуют себя круче и сильнее. Просто скажи им, и они тут же, без колебаний, ринутся на три Священные Земли.

- Отлично! Короли муравьев, волков, пчёл и мышей немедленно отправляйтесь в путь! Разделитесь на 10 отрядов. Первая остановка – Тянсян! – глаза Мэй Сюэ Янь сверкнули, и она взмахнула рукой!

Король журавлей издал протяжный крик и внезапно взлетел вверх, превратившись в большого белого журавля, размах его крыльев достигает 20 футов. Вместе с птицами Пэн они могли заслонить все небо!

Мэй Сюэ Янь будто даже и не двинулась с места, однако её утонченная фигура уже гордо парила в небе, прямо на плечах Длинного Журавля. Король журавлей взмахнул крыльями и двинулся вперед!

Мэй Сюэ Янь всё так же величаво стояла, ветер раздувал её волосы, обнажая её небывалую красоту! Но в её глазах отражался лишь холод и тоска!

Дух убийства поднялся над лесом Тянь Фа, сотня огромных журавлей одновременно взмыла в воздух, прямо вслед за Хэ Чунсяо!

Вслед за ними отправилась вторая группа во главе с Королем медведей. Он летел на птице Пэн! Куча здоровенных мужиков в красных нарядах, словно невесты, взлетели в небеса, окрасив его в кровавый цвет!

Третья и четвёртая группы – группы журавля, а пятая – группа птицы Пэн!

Шестая, седьмая и восьмая группы отправились на ястребах, во главе летел их Король.

Девятая и десятая группы под руководством Короля Орлов, все они двигались вплотную!

В общей сложности тысяча Королей Зверей выдвинулась из Тянь Фа, это просто потрясло всю землю!

По дороге в Тянсян Мэй Сюэ Янь вела себя как истинная Владыка всех Священных зверей! Кругом был сплошной лёд! Да ещё и собачий холод, который смешался с надменностью и жестокостью леса Тянь Фа!

Подчиним себе всё!

Неважно, намеренно или нет, но все эти звери столкнутся со смертью!

Первым под удар попадёт Южный Небесный Город, будь то таинственный зверь или дикое животное, а также лошади в военном лагере. Все они будут дрожать от страха на земле, в конвульсиях и с пеной изо рта.

Такая огромная мощь! Это не один или два воина, их целая тысяча! Как обычный дикий зверь сможет вынести такое давление? Даже если они пронесутся очень быстро, всё равно они будут раздавлены. Что касается более слабых животных, таких как куры, утки и гуси, их просто разорвёт на части…

Генерал Южного Небесного Города, Вань Вуень, даже со своим не очень высоким уровнем мастерства, насторожился. Он лишь успел встать с кровати и, даже не одевшись, выбежал на задний двор. Его чуть не прижало к земле. Город охватил настоящий хаос…

Глава 683. Весь мир дрожит от страха!

Без преувеличения в путь отправились более пятисот Священных зверей во главе со своими Королями. Воинственная и магическая атмосфера, окружавшая их, была далеко немаленькой, и пусть они были обладателями всего лишь Небесного уровня Суань, однако даже Великие мастера были им не ровня, не говоря уже о обычных людях!

Командир Вань был сильно напуган, он до сих пор был ещё не одет, на нём были только короткие трусы, которые только сильнее подчёркивали его волосатую грудь и бёдра. Тяжело переводя дух, он в полной растерянности выбежал наружу и застыл у ворот. Волосы на его голове медленно поднимались дыбом, а всё тело мгновенно сковало от холода, с его языка невольно сорвалось:

- Ой, мамочка! Бедный я…

Всё небо над городом в один миг потемнело, красные глаза журавля, парящего в небе, внимательно изучали местность, а верхом на журавле расположилась стройная женщина в белых одеждах. Её выражение лица и внешний вид – всё это было преисполнено величием и властной силой, а также грозной элегантностью, присущей только царствующей особе! Раздался звук хлопка, над Тянсян пронеслась женщина верхом на журавле! В одно мгновение поднялся страшный ураган, одинокое знамя на городской стене начало неистово биться в воздухе, при этом жутко и надрывно завывая, а потом и вовсе оторвалось и улетело прочь!

Вслед за этим небо наполнилось сотнями журавлей, с присущим им высокомерием и надменностью они мчались со свистом, молниеносно разрезая своими крыльями воздушное пространство!

Командир Вань так и сел на землю от страха, если бы не было этого тканевого слоя, защищающего его хозяйство, получилось бы в прямом смысле слова «пытаться разбить камень яйцом»!

- Ох, Господи! Где ж я так согрешил-то? Бог ты мой! Как же так-то? Как же… – Вань Вуень побледнел от страха и пробормотал.

Он не успел даже немного прийти в себя, как…

Появилась ещё одна «партия»…

И ещё одна…

А за ней – ещё одна…

- Ох, Владыка небесный… милостивый… – практически с голым задом и кислым выражением лица, командир Вань, сломя голову, побежал во внутренний двор. - Я должен немедленно отправить сообщение в военный штаб! А? Что… это… о, Боже мой…

Командир Вань в ужасе обнаружил, что специально обученные почтовые птицы, голубь и ястреб, лежат без чувств, с пеной у рта…

Пройдя десятки тренировок и разных испытаний, умные птицы, оказывается, были просто-напросто задавлены насмерть какой-то огромной неведомой силой! Или даже правильнее сказать – испуганы до смерти… Командир Вань, в шоке от увиденного, упал на пол…

Цзюлу Почтенный Ду Цзю с несколько десятками мастеров как раз в данный момент был на дороге из Золотого Города, все мастера обладали огромной силой Суань, а поэтому двигались по дороге быстро и ловко, словно ураганный вихрь.

Они двигались энергично и быстро, но вдруг неожиданно лицо Ду Цзю изменилось. Остальные мастера сразу это заметили и сбавили скорость. Ду Цзю остановился, поднял голову и внимательно стал вглядываться вдаль, его лицо моментально побледнело, а рот приоткрылся от удивления и страха. В одночасье выражение его лица приняло очень испуганный вид! Такое выражение очень давно не появлялось на его лице!

Все мастера были очень удивлены, они ещё пока не успели спросить, в чём дело, но многие из них тоже стали меняться в лице!

Что-то спрашивать уже было бесполезно, так как всё уже и так было понятно, медленно надвигалась огромная мощная сила невиданного размера, все люди испуганно, один за другим, поднимали головы и всматривались вдаль.

Лишь посмотрев на далекий горизонт, их взору открылась весьма впечатляющая картина: большой журавль проворно нарезал круги в небе, а за ним – его многочисленная стая. Кроме того, на этом журавле, который был во главе стаи, бесцеремонно и вальяжно восседал человеческий силуэт в белых одеждах, от которого распространялась высокомерная и надменная энергия, будто он с презрением смотрел на весь мир, - так гордо и величественно выглядел этот человек!

- Почтенная Мэй! И Король журавлей! И ещё журавлиная стая! Как… как это возможно? – Ду Цзю, почти вскрикнув, произнёс это, по его лицу бежал пот. И, конечно, он увидел здоровых бойцов в тигрином обличье на стае журавлей. Он невольно вскрикнул: - Откуда, блядь, взялись эти Короли зверей в человеческом обличье? Твою ж мать! Неужели это ещё не всё?! Если их так много, сколько же сил нужно этому городу, чтобы справиться с ними?

Цзюлу Почтенный Ду Цзю был не в силах сдерживать свое неспокойное состояние, и из его рта посыпались отборные маты и проклятья, сопровождавшиеся плевками в разные стороны! Очевидно, что он был крайне взволнован и перевозбуждён!

Он еще не успел закончить свой полный экспрессии монолог, как подлетела новая ужасающая волна страха, тело Ду Цзю пронзило два сверкающих блика, и он чуть не повалился на землю! Стоявшие позади мастера из Золотого Города все разом открыли рты от удивления…

Стая гигантских птиц Пэн, а за ними и журавлиная стая, слившись в одну несокрушимую убийственную силу, горделиво и разнузданно пронзили собой туманное небо. Здоровяк в тигрином обличье и с пугающим злобным взглядом, с грохотом пролетел верхом на птице Пэн!

Затем снова показалась огромная журавлиная стая…

Следом огромная птица Пэн…

Потом снова журавлиная…

Потом снова Пэн…

И так ещё несколько раз…

Твою ж мать!!!

Вот сукаааааа!!!

Блядь, как так?!!

Маты так и продолжали вылетать один за другим из ртов Великих мастеров преклонного возраста, которые завороженно стояли и с выпученными глазами смотрели в небо, как мумии.

- О, Боже… Городской начальник, это нас с этим лесом Тянь Фа отправили справиться? Это не страшный сон, а? Как лес Тянь Фа может обладать такой пугающей и ужасающей силой? Да ещё и в таких размерах, а? Третий владыка… разве нас послали сражаться с такой… силой? И это всего лишь… пятьдесят человек… о, Господи…

Стаи Священных животных уже долго летели в воздухе, и на земле до сих пор продолжался сильный ветер! В это время один из мастеров, со злобным взглядом, громко закричал, подкрепляя свою речь высокосортными матами:

- Вот дерьмище! Их так много! Неужели нас отправили сюда, чтобы здесь все передохли?

Их взору открывались новые потрясения и сюрпризы, один больше другого. Они тянулись непрерывной чередой, и, казалось, им не было конца и края. Это все заставило Почтенного Ду Цзю немного прийти в себя! Его щеки пульсировали и он, скрипя зубами, сказал:

- Вот же ж… Немедленно пошлите людей в Золотой Город, пусть они ещё пришлют людей, у нас здесь совсем недостаточно мастеров! И их знаний, и квалификации тоже недостаточно для этого случая! Если даже объединить все военные ресурсы всех трёх Земель – это просто капля в море, лишь тщетная попытка что-то сделать!

Ду Цзю встал и оглянулся, около него стоял длинный и высокий старик:

- Третий Фан, твое мастерство самое высокое, а скорость самая быстрая – ты быстрее всех сможешь добраться до Золотого Города и сообщить, чтобы нам прислали ещё людей! Скажи, что нужны минимум четыре мастера Почтенного уровня! И не меньше тридцати Величайших! Торопись!

Худощавый третий Фан молча кивнул в знак согласия. Он понимал, что ситуация требует немедленного вмешательства, и не стал тратить время на пустую болтовню, он резко обернулся и ринулся в путь.

- Все должны немедленно снизить свою скорость и тихо ждать подкрепления, мы во что бы ни стало не должны дать лесу Тянь Фа обнаружить наше местоположение. После того, как прибудет подкрепление, мы совершим наступление на Серебряный город! Всем быть осторожными! – Ду Цзю с невозмутимым лицом отдал приказ. В это же самое время люди из Иллюзорного Океана Крови тоже остановились и приняли такое же решение. И Чжень Цибэй из Неуловимого Мира Бессмертных с побледневшим лицом тоже отдал такой же приказ!

Мастера из всех трех земель были дико напуганы внезапным появлением Тянь Фа!

На сей раз, такое мощное и пафосное появление сил леса Тянь Фа привело в сумасшедший ужас всё и всех! От такой концентрации безумной силы весь мир был окутан бесконечным страхом. Можно было предположить, что в этот раз даже те, кто раньше находился в очень хороших отношениях с городом Серебряной Метели, и то не решились бы отправиться к ним на помощь. А те, кто уже вышли, оказались вовсе не рады; оставшиеся у себя благодарили милостивого бога и своих предков, что не отправились туда, кто знал, что если пойти туда, можно стать обедом Священных зверей…

В степи промелькнул какой-то силуэт, не то призрак, не то настоящий человек, дотронувшись земли, он стал более реальным, появилось худощавое тело человека, одетое в походное военное платье, своими коварными и злобными глазами он увидел пролетающую в небе стаю Священных зверей.

Меч за его спиной почувствовал его сильное желание сражаться, и неожиданно звякнув, сам выскочил из ножен на половину! Холодный блеск засиял, словно снег на солнце зимой!

- Не отбрасывающий Тени меч! Мой верный друг и соратник, наконец-то настало наше время повеселиться! Город Серебряной Метели, ох и не знаю я, сколько на этот раз людишек перекромсает мой мечище! – человек легонько погладил рукоятку меча, и нежным голосом сказал. Хозяин Не отбрасывающего Тени меча, конечно же, великий убийца Чу Цихун!

В день, когда Цзюнь Мосе пойдёт на Серебряный город, меч Чу Цихуна последует за ним! Это обещание, которое дал Чу Цихун Цзюнь Мосе перед своим отъездом! И Чу Цихун сдержал его!

Поэтому этот великий убийца повернулся и отправился на север, в сторону Серебряного города!

Скорость передвижения у Чу Цихуна всегда была молниеносной, и в этот раз он мгновенно исчез среди пустыни, оставив после себя лишь терпкий запах убийства и жестокости!

Ураган в небе продолжался! Город Тянсян тоже был весь в делах и в подготовке! Цзюнь Мосе стоял в большом дворе резиденции семьи Цзюнь, на лице было строгое выражение лица, а глаза горели кровавой жаждой! Должно быть! Сегодня! Через пять дней будет второе число второго месяца! День, когда природа очнется от сна и на Серебряный город обрушиться возмездие!

За спиной у Цзюнь Мосе стояли два величайших мастера, Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь, в этот момент они поняли, что перед ними стоит не просто молодой юноша, а настоящий Сильнейший, которому нет равных! Его грозная сила, словно фонтаном била высоко ввысь!

Лицо Цзюнь Вуя выглядело строго и почтительно, брови острые, как пара мечей. В целом он выглядел очень спокойно и собранно, его тело укрывала его старая одежда Кровавого Генерала!

Одежда, в которой много лет назад он командовал многотысячным войском на поле боя, снова была на нём! Однако на этот раз он не возглавлял армию людей и не бросался в атаку убивать, на этот раз у него была задача более высокого уровня! Решающее сражение с Серебряным городом, решающий бой с верхушкой Фэн Сюэ!

Хотя Цзюнь Мосе умный и сообразительный, и техника с приёмами у него в полном порядке, в душе он понимал, что он вовсе не прирождённый командующий многочисленной армии! А Цзюнь Вуй как раз да! К тому же весьма достойный этого звания!

Глава 684. Прибытие в Тянсян

Возглавлять такое крупномасштабное сражение лучшего всего поручить человеку, обладающему особым складом ума и талантом прирождённого полководца, который готов на всё ради своих подчинённых – Цзюнь Вую!

Человек высокоблагородный и лучше всего подходящий на эту роль!

Семья Донфанг основательно подготовилась к встрече врага. Сто двадцать человек семьи Донфанг были безукоризненно построены.

С другой стороны стояли во всеоружии тридцать мастеров из семьи Сиконг во главе с невозмутимым Сиконг Ан Е. Рядом с ним стоял Дуанму Чао Фан, облачённый в военный мундир, в окружении трёх мастеров Высшего класса из семьи Дуанму! Услышав новости о походе семьи Цзюнь, эти две семьи немедленно прибыли со своими мастерами, чтобы помочь им.

Му Сю Тонг, полный воодушевления, стоял рядом, держа за руку Хан Янь Мэн!

Это день наконец-то настал! Семья Сяо, ваш конец уже совсем близок!

Таким на данный момент был командный состав семьи Цзюнь!

Донфанг Вэн Синь с печальным выражением лица, одетая в траурное белое платье, медленно вышла наружу в сопровождении Гуан Квинхан. Она во что бы то ни стало должна лично участвовать в Походе Возмездия!

Глядя на мастеров, собравшихся во дворе, на душе у Цзюнь Чжан Тиана стало спокойно! Весь мир был неизбежно напуган подъёмом семьи Цзюнь! Вся Поднебесная трепетала от страха!

Дедушка Цзюнь это отчетливо понимал!

Но в это раз он не мог отправиться в бой лично, он должен был остаться здесь. Хотя, конечно, ему очень хотелось самому разобраться с врагом, но он же, в конце концов, старшее поколение! Отомстить за смерть Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэна – всё же дело внука и сына. Если дедушка сам отправится мстить, это будет выглядеть неправильно.

Поэтому Цзюнь Чжан Тиан решил остаться здесь, в столице, чтобы в отсутствие внука и сына смотреть за порядком в глубоком тылу! Также с ним остался Байли Лу Юн во главе с объединёнными отрядами Небесных Разрушителей и Пожирателей Душ, теперь носящий название Цаньтянь Шихунь!

На данный момент такой силы достаточно, чтобы держать в страхе весь Тянсян!

Дугу Сяо И тоже оставили присматривать за домом вместе с дедушкой Цзюнь. Услышав это, она очень расстроилась. Эта дуреха настойчиво просилась, чтобы её тоже взяли в этот поход, но вскоре была приструнена строгим замечанием Цзюнь Мосе:

- Если хочешь попасть в семью Цзюнь, надо сначала научиться слушать то, что тебе говорят! Никто не возьмёт себе в жены глупую девчонку, которая никого не слушает! Ну, так что, ты остаёшься или идёшь с нами? Решай сама! – Сяо И, конечно, сразу поняла, какое решение будет правильнее, и с обиженным видом согласилась остаться, а в душе была вся вне себя от счастья: «Ха-ха! Кто-то скоро выйдет замуж…»

Цзюнь Мосе не позволил ей пойти вместе с ними, потому что понимал – эта битва будет далеко не такой лёгкой!

В таком месте тебя каждую секунду поджидает смертельная опасность, и к тому же сил Дугу Сяо И совсем недостаточно, чтобы даже просто находиться вблизи этого великого сражения. В любой момент она может лишиться своей прелестной жизни.

Цзюнь Мосе и так пошёл на большой компромисс, разрешив Гуан Квинхан сопровождать Донфанг Вэн Синь! Если бы не тот факт, что за Донфанг Вэн Синь нужно было заботиться, он бы вряд ли разрешил девушке отправиться с ними.

Лучшим вариантом, конечно, была бы Мэй Сюэ Янь, но на ней и так было много дел – она не только должна была сама сражаться в бою, но и смотреть за общей обстановкой на поле боя.

Солнце медленно склонялось к западу, была вторая половина дня.

Донфанг Вэн Синь тихонько подошла к Цзюнь Мосе:

- Мосе, и это все наши бойцы? А как же твоя жёнушка? Неужели она не будет принимать участие в таком важном событии?

Донфанг Вэн Синь была немного обеспокоена. Конечно, в принципе, их собранные силы были немаленькими, но если говорить о бесповоротном уничтожении города Серебряной Метели, то вряд ли можно сказать, что есть твёрдая уверенность в этом, глядя на эти ресурсы. В конце концов, их враг – семья наивысшего уровня, далеко не обычная! Поэтому она, конечно, вспомнила про Мэй Сюэ Янь, когда она сопровождала Цзюнь Мосе в его поездке в семью Донфанг. Она действительно настоящий мастер, мастер всем мастерам, но почему же тогда её нет среди прибывших?

- Скоро, совсем скоро она будет здесь, – Цзюнь Мосе спокойно и с улыбкой ответил: - Дядя, в этот раз ты увидишь то, чем нас пугали в прошлый раз. Настоящий выход Священных зверей из Тянь Фа, в полном составе! Я клянусь семье Донфанг, что наш великий поход надолго войдёт в историю!

- Настоящий выход Священных зверей из Тянь Фа, в полном составе?! Что это ещё значит? – недоумевая, спросила Донфанг Вэн Синь.

В это время все вдруг осознали, что вокруг всё потемнело. Лучистое солнце, которое ещё недавно сияло в небе, внезапно куда-то пропало! Неожиданно с юго-запада налетела орда тёмных туч и закрыла собой все солнечные лучи!

Обычно солнечный и тёплый Тянсян погрузился суровый холод, тут же поднялся сумасшедший ураган!

- Что это такое? Что случилось? – все почувствовали внезапное давление, которое обрушилось на них, и удивленно устремили свои взгляды в небо.

Только лишь на лице Цзюнь Мосе появилась искренняя улыбка!

Он один смотрел в небо с лучистым, как солнце, улыбающимся лицом!

Высокое протяжное щебетание раздалось в воздухе!

Эхом ему ответил громогласный рёв, словно десять тысяч раскатов грома одновременно раздались в небе! Такой дикий рёв оглушил почти всех людей Тянсян на оба уха!

Пусть Донфанг Вэн Синь и мастер Высшего уровня, но даже она успела испугаться этого неожиданного оглушительного рёва.

Внезапно люди заметили, что тёмные тучи — это совсем не тучи, а журавлиная стая! Грозная, величественная сила и гигантский размер тел дали понять людям, что перед ними Священные журавли пика девятого уровня!

Донфанг Вэн Цин ошарашено уставился в небо с открытым ртом от удивления, словно в его голове произошло короткое замыкание!

И не только он один стоял с таким выражением лица!

Все стояли так же, за исключением Одинокого Сокола. Даже дедушка Цзюнь и тот, кажется, был застигнут врасплох увиденным!

На белоснежном журавле возвышался человеческий силуэт в белых одеждах, с обворожительной внешностью необычайной красавицы, с утончёнными манерами. Её тёмные волосы ласково обдувал ветер, её фигура была прекрасна и изящна, нежные губы украшала лёгкая улыбка, и она влюблённым взглядом смотрела на Цзюнь Мосе. Если это не Мэй Сюэ Янь, то кто же ещё?

До этого момента среди них не было никого, кто бы знал, как на самом деле выглядит Мэй Сюэ Янь.

Увидев её сейчас, все волей-неволей были очень удивлены!

Всё небо застилали тучи, которые становились всё мрачнее и мрачнее. В воздухе над домом семьи Цзюнь кружило около тысячи пятисот Священных животных; песок и пыль, принесённая ими с собой, разлеталась вместе с ураганом… в одно мгновение она разлетелась по всему Тянсян…

Дугу Сяо И и Хан Янь Мэн, не отводя глаз, смотрели на Мэй Сюэ Янь, глаза маленьких девчонок были наполнены восхищением и изумлением: «Сестра Сюэ Янь… действительно, такая красивая… такая шикарная… когда же и я смогу стать такой же, как она…»

Раздался свист, и Мэй Сюэ Янь спрыгнула вниз, а за ней и Король журавлей, принимая человеческий вид…

Цзюнь Мосе рассмеялся, и сделал два шага вперёд. С распростёртыми объятьями он кинулся обнимать Мэй Сюэ Янь. Однако той стало не по себе: как, на глазах у своих подчиненных, вот так просто дать ему обнять себя? Если он обнимет меня, Владыка Тянь Фа потеряет лицо!

Её тело сверкнуло, и она исчезла, оставив Мосе обнимать пустое место. Сначала она поприветствовала дедушку, а потом подошла к Донфанг Вэн Синь, и, с покрасневшим лицом, сказала:

- Матушка, я приехала.

- Как хорошо, что ты вернулась! Как это хорошо… ха-ха… – Донфанг Вэн Синь с улыбкой смотрела на невестку, держа её за руку. Страх, который она почувствовала при её появлении, сменила радость.

- Ваа… и правда выход настоящих зверей Тянь Фа в полном составе! – Донфанг Вэн Цин сказал с выпученными глазами, глядя на огромную армию Священных животных. Он дёрнул племянника за рукав и сказал:

- Племянничек…какой ранг у твоей жёнушки, а? Такой шик, такой блеск… просто глаз не оторвать… Тебе правда под силу обуздать такую женщину?

В этот момент дядюшка был серьёзно потрясён увиденным!

Какой же потрясающий и великий человек может управлять многочисленной армией священных животных? В этот миг у всех трёх дядюшек Донфанг произошло короткое замыкание в мозгу, они были в шоке. И все подошли слушать разъяснения племянника.

- Да всё и так здесь понятно! Как вы не могли это понять? – Цзюнь Мосе обессиленно вздохнул и сказал: - Да, разве вы не поняли, что это Почтенная Мэй?

Договорив, Цзюнь Мосе с радостным выражением лица подошёл к Мэй Сюэ Янь, оставив трёх дядюшек пребывать в растерянности.

- Почтенная… Мэй… вот те на! Господи боже… жена нашего племянника – Почтенная Мэй! Кто бы мог подумать, что она… – Донфанг Вэн Цин выпучил глаза от удивления и, посмотрев на стоящих рядом братьев, спросил: - Я… я… же всё правильно расслышал, да?

Братья с трудом сглотнули слюну, но ничего не ответили, так и продолжая, замерев, стоять на месте…

Мэй Сюэ Янь, наконец, закончила обмениваться приветствиями и, повернувшись, сказала:

- Все, спускайтесь!

Из воздуха тут же раздался одобрительный гул, а за этим начало опускаться на землю многочисленное зверьё в одежде для новобрачных.

Небо в тот же миг окрасилось в кроваво-красный!

В это же время, воспользовавшись удобным моментом, Цзюнь Мосе подбежал к Мэй Сюэ Янь и крепко обнял её. Держа её нежное тело в своих объятьях и, чувствуя её энергию, он невольно опьянел.

Мэй Сюэ Янь начала барахтаться и вырываться изо всех сил, но вдруг почувствовала, как её ухо обжигает его горячее дыхание:

- Ты наконец-то вернулась! Я так чертовски соскучился по тебе…

Мэй Сюэ Янь моментально растаяла от этих слов, она внезапно почувствовала себя такой слабой и беспомощной, что у неё больше не осталось сил, чтобы пытаться вырваться из его объятий, и, окончательно покраснев, она застыла…

Странный и резкий звук раздался в небе, будто во время обеда у кого-то еда пошла не в то горло. Звери в красных одеждах, выпучив глаза и раскрыв рты, смотрели, как Цзюнь Мосе обнимает их Владыку. Их глаза были белыми и огромными, как пара пельменей. Вместо грациозного запланированного приземления, они с грохотом попадали на землю. Все, кроме Большого Медведя, были в жутком смятении от увиденного!

Такого рода ситуация, действительно, выглядит весьма странно!

Глава 685. Курс на Серебряный город!

В Тянь Фа мы даже не смеем смотреть в глаза нашей бесподобной Владыке, даже голову поднять боимся. А сейчас обычный человек, да ещё и такой юный, обнимает её, а она выглядит такой милой и такой счастливой!

Такое было просто невозможно себе представить. Однако всё происходило прямо перед глазами, вызывая шок у окружающих зверей. Все они изначально летели сюда с таким воинственным настроем, теперь же всё это потеряло какой-либо смысл…

Теперь лишь слышно было биение их сердец... Тук-тук...

У многих зверей, кто не достиг наивысшей точки девятого уровня, закружилась голова, они закрыли глаза и начали падать. В один момент в резиденции семьи Цзюнь всё затряслось, грохот непрерывно раздавался, как будто кто-то взрывал новогодние петарды… Пыль поднялась по всему небу… Бесчисленное количество разноцветных перьев беспорядочно кружили повсюду…

Но рухнули не все, кто-то усиленно продолжал махать своими крыльями, чтобы удержаться в воздухе, и из-за их взмахов едва не начался ураган!

Спустя долгое время все, наконец, пришли в себя. Король медведей и Король тигров сильно разозлились, полагая, что из-за этих тупых зверей весь лес Тянь Фа был просто опозорен перед таким большим количеством людей. Громко топая, они ругались:

- Шайка бесполезных отребьев! Чего вы ведёте себя, как идиоты? Разве вы не спешили сюда, чтобы увидеть нашего зятя?

Король тигров топал ещё сильнее, пытаясь переорать Короля медведей:

- Вы, тупицы, никогда не видавшие жизни! Узрите же нашего выдающегося зятя, нашего Апполона!

Закончив ругаться, оба подошли к Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь и, подлизываясь, сказали:

- Зять… Хехехе, такой вот зятёк…

- Ага... неплохо! А у зятя, кстати, для вас тут кое-что есть! – Цзюнь Мосе стало смешно от того, что они называют его зятем. Пересчитав всех, он немного напугался:

- Ой-ёй, как же много шуринов! Да ещё и такие крепкие ребята… если мы вдруг поссоримся с Сюэ Янь, вы ж меня просто затопчете к чертям.

Рассмеявшись, парень махнул рукой, и прислуга семьи Цзюнь начала выносить целую кучу роскошных халатов, один за другим. Каждый халат особого изготовления, нереально огромного размера, как раз для таких здоровенных ребят.

Почти все они выше двух метров… ну очень крупные!

Цзюнь Мосе стало даже немного завидно…

Тем не менее эти парни были немного небрежны. Некоторые, получив одежду, тут же бросали её на землю, затем раздевались, сбрасывая с себя эти узкие красные тряпки. Со свистом они обнажали свои мохнатые тела и широкие бёдра, в районе которых свободно раскачивалась ещё одна часть их тела, которой они не стеснялись светить на всю семью Цзюнь. На их лицах красовались широченные улыбки, и со счастливым видом они принялись надевать халаты. Прожив столько лет… они впервые оделись нормально…

Дугу Сяо И и Хан Янь Мэн в голос закричали, отвернулись и закрыли лица. Мэй Сюэ Янь внезапно переменилась в лице и злобно посмотрела на Короля журавлей.

- Идиоты! Кто позволил вам прилюдно раздеваться? – Король журавлей, задыхаясь от злости, начал бить некоторых зверей по их голым задам: – Извращенцы! Вы позорите весь лес Тянь Фа!

Те немногие, кого только что отпинали, прикрыли ладошками свои задницы и оскалили зубы, но они не осмелились сказать ни слова, а лишь смотрели на всех невинным и непонимающим взглядом:

«Как, по-вашему, надеть этот халат, не раздеваясь?!»

Но ноги Короля журавлей не знали пощады, боль от его пинков доходила прямо до мозга…

Цзюнь Мосе едва сдержал свой смех и решил проявить дружелюбие. Он подошёл к одному голозадому здоровяку и показал ему, как правильно нужно надевать одежду. Мосе был очень доброжелателен:

- Верно, подними ногу. Сначала одну, теперь сюда. Теперь другую… Надевай... Да-да, поднимай их, но не тяни слишком сильно, а то порвёшь. Теперь завяжи их, это штаны. Запомнил как надо? Поднял и вытянул ногу, натянул, потом другую, верно. Нет-нет-нет, чтобы надеть рубаху, надо сначала вытянуть руку, Господи! Не надо вытягивать правую руку, ты же в ней рубашку держишь, вытяни сначала левую, вот так… молодчина! И халат так же… да-да, верно, а теперь завяжи его…

Цзюнь Мосе сделал пару шагов назад и посмотрел на зверя, которого только что одел. Он поднял палец и сказал:

- Вот уж действительно здоровенный малый! И выглядишь отлично!

Этот парнишка смущенно улыбнулся, затем повернул голову и посмотрел на свою задницу… как и делал это раньше до видоизменения. Он открыл рот и, улыбаясь, обнажил свои острые, как лезвия, зубы:

- Спасибо, зять. Ты хороший человек, и ты мне нравишься.

Цзюнь Мосе обрадовался.

Король журавлей подозвал группу летающих священных зверей и, использовав свои крылья, закрыл всех в одном большом кругу, где сотня зверей могла свободно поменять свои «наряды невест» на новую одежду…

В это время Цзюнь Мосе в общих чертах изложил Мэй Сюэ Янь разработанные ранее тактики и стратегии боя: Мэй Сюэ Янь без раздумий со всем согласилась. Затем, подозвав Цзюнь Вуя и Цзюнь Мосе, она обратилась к толпе священных зверей:

- В этой битве командование на себя берёт Цзюнь Вуй! Считайте все его приказы моими приказами! Только попробуйте его ослушаться – разорву на части!

Звери мигом прикусили языки, всем всё было более чем понятно!

Затем Мэй Сюэ Янь слегка нахмурилась и обратилась к Цзюнь Мосе:

- По дороге сюда я увидела, что три священные земли тоже отправили свои войска. Не стоит мешкать. На этот раз у нас, может, и большая армия и сила просто колоссальна, однако внутри есть брешь…

Цзюнь Мосе, немного подумав, ответил:

- Ты думаешь, что священные земли воспользуются нашим отсутствием и атакуют семью Цзюнь? Разве они не встретят здесь моего таинственного наставника, жаждущего возмездия?

Мэй Сюэ Янь рассмеялась:

- Это невозможно! Три священных земли сейчас в безвыходном положении. Не думаю, что они тронут твою семью, пока не избавятся от твоего «учителя». В конце концов, сила Достопочтенного мастера – это тебе не шутки, от одного его удара можно тут же умереть! А как мы знаем, священные земли любят получать выгоду с наименьшими потерями, как они возьмутся за такое опасное дело?

Цзюнь Мосе улыбнулся:

- Ну, вот и ладно, – сказав это, он повернулся к своему деду. Старик тут же понял его и, улыбнувшись, кивнул в ответ.

Вопросы быта, наконец, были завершены, храм семьи Цзюнь теперь казался таким маленьким, он не мог вместить в себя столько статуэток Будды! Цзюнь Мосе отдал приказ, и все тут же взобрались на спину к летающим зверям, приготовившись к выступлению.

Цзюнь Мосе уж было собирался присоединиться к гуще красоток, однако Мэй Сюэ Янь быстро с этим разобралась, а затем помогла Донфанг Вэн Синь и Гуан Квинхан взобраться на Журавля.

Король журавлей едва не расплакался:

«Все везут по одному человеку, а я сразу троих…»

Король медведей был вне себя от восторга и закричал:

- Зять, залезай сюда, тут как раз есть местечко!

Длинный Журавль закатил глаза:

- Брат Медведь, ты мне вообще друг или враг? Ты один весишь просто тонну, я и так тут изо всех сил напрягаюсь. Если я возьму кого-то ещё, боюсь, мы где-нибудь разобьемся. Помогите…

Услышав зов Медведя, Мосе уж было собирался пойти, но внезапно перед ним возник Король орлов, который льстиво зазывал его к себе:

- Зять, запрыгивай! Я к вашим услугам!

Цзюнь Мосе вдруг затрясло:

«Что это ещё чушь? Запрыгивай? Просишь меня запрыгнуть? У брата не такие уж и специфические вкусы, не говори мне, что ты ещё и парень. Хотя даже если ты и девушка, всё равно я не сильно уж и голоден… Да и только посмотри на эти черные перья…»

Молодой мастер Цзюнь скривил рот и покосился, будто его ударило молнией. Он лишь удручённо поблагодарил и рывком запрыгнул наверх.

В конце концов, всё же запрыгнул. А как иначе, ведь сам Король орлов пригласил, да ещё и с таким умоляющим взглядом, как тут откажешь. С неохотой, конечно, но запрыгнул…

Но ничего не скажешь, здесь действительно очень удобно, достойно для Короля орлов. Одним словом, круто!

Вслед за этим, все люди, собравшиеся в семье Цзюнь, один за другим забирались на священных зверей. А их было очень много: даже если каждый поедет поодиночке, их на всех хватит, даже и ещё останется. Принцесса Серебряного города мило попрощалась со своей новой подружкой, Дугу Сяо И, и с волнением поднялась на большого журавля.

И, хотя Хан Янь Мэн происходила из очень влиятельной семьи, такая поездка была для неё в новинку. Полёт в небе чрезвычайно взволновал её. Маленькая принцесса достала разноцветные конфеты и положила их в рот журавлю в надежде поладить с этой птицей. В результате глаза журавля покраснели, и он напугал девчонку так, что она едва не свалилась…

Дугу Сяо И с завистью наблюдала за Хан Янь Мэн, она чуть не расплакалась. Она тоже хотела бы полетать на такой птице…

Эта девчонка закатила глаза и хмыкнула:

«Брат Мосе сказал, что я скоро смогу перейти в дом своего мужа. Мне нужно стать серьёзнее и вести себя подобающе, и пусть эта принцесса Хан опередила меня – всё равно, даже если в будущем я с трудом пролезу в эту семью, но я стану наложницей!»

Король журавлей издал протяжный крик и двинулся вперёд. Огромный клуб пыли тут же поднялся в небо! Мэй Сюэ Янь, скрывая свою улыбку, сформировала защитный блок вокруг своего тела, чтобы пыль не попадала девушкам в лицо. Таким образом Почтенная Мэй позаботилась о Донфанг Вэн Синь и Гуан Квинхан. Даже если бы ветер был в несколько раз сильнее, он не смог бы пошевелить даже волосок на их голове.

Группы продолжали медленно подниматься ввысь и, покружив немного в воздухе, сформировали огромный, величественный строй! Теперь они идут прямиком в город Серебряной Метели!

Старик Цзюнь задумчиво посмотрел в небо. Он и сам был взволнован. Пыль всё ещё не улеглась. Он немного постоял, а затем направился в храм. Старик ещё некоторое время смотрел на таблички с именами своих сыновей и внуков, а затем пробормотал:

- Ву Хи… Ву Мэн… Мо Ю… Мо Шу… Ваши души так далеко, однако час расплаты за ваши смерти уже так близко!

Глава 686. Дорога на север!

Дедушка Цзюнь спокойно стоял, ещё долго не двигаясь с места. На его лице застыла странная горькая улыбка, но потом он вспомнил о внуке, и его лицо засияло гордостью, а в голове всплыли слова, которые сказал Цзюнь Мосе ему перед своим отъездом:

«Дедушка, всё наше большое войско отправляется на битву с Серебряным городом, и поэтому главная резиденция семьи Цзюнь останется пустой! Но весь мир знает, что мой таинственный учитель останется здесь на страже. Храбрецов, которые посмеют нарушить спокойствие резиденции Цзюнь, будет немного; это могут быть отчаянные отморозки или только те, кто равен по силам мастерам из трех Священных земель. Поэтому вы, дедушка, должны морально быть готовы к такому.

Однако вам не стоит сильно беспокоиться по этому поводу. Я уверен, что даже если три Священные земли и примут какие-то действия в нашу сторону, они будут вести себя очень осторожно и сдержанно. Они будут выдумывать различные способы, чтобы выведать нашу реакцию. Дедушка, я очень доверяю вашему жизненному опыту и думаю, что принять ответные меры, чтобы справится с ними, будет для вас совсем не проблема. Если они не придут, ну и чёрт с ними, а если все же придут, вы обязательно должны дать им мощный отпор! И чем мощнее, тем лучше!

Ни в коем случае не нужно притворяться слабым, чтобы перехитрить врага, и самое главное – мой таинственный учитель не должен показывать своё лицо, пока мы с Сюэ Янь ещё живы. Пусть даже все Священные земли соберутся вместе и придут сюда, вам нельзя опрометчиво поступать ни в коем случае! Если мы покажем им свою слабость, то они могут подумать, что мы не уверены в своей силе, и приступят к активному нападению. Я хочу, чтобы вы приняли это к своему сведенью и, несмотря на их шаги, действовали по своему усмотрению! Я верю, что у вас всё получится. Главное – удерживайте оборону до нашего возвращения!»

Эти слова сказал Цзюнь Мосе своему дедушке после того, как послушал Мэй Сюэ Янь.

Даже недолгое нахождение грозного отряда Священных зверей в городе Тяньсян вызвало небывалый резонанс! Хотя все Священные звери покинули город, и ни одного не осталось, страх и ужас, который они вызвали у всех жителей города, не рассеивался ещё добрых несколько месяцев!

Теперь все люди, наконец, убедились, что давние слухи про Цзюнь Мосе и первую Владыку Волшебного леса Тянь Фа – вовсе не слухи, а настоящая правда!

Теперь тот, кто посмеет напасть на семью Цзюнь, будет иметь дело с грозной силой леса Тянь Фа!

Кто же осмелится потревожить такую устрашающую силищу? Даже трём Священным землям и то стоит хорошенько подумать, прежде чем что-то предпринимать!

За последнее время Его Величество Императору очень сильно досталось. Сначала Цзюнь Мосе прямо перед главными воротами императорского дворца устроил показательную казнь, длившуюся целых десять дней! А Император даже не издал ни звука, чем страшно рассердил всех своих поданных.

Кто же знал, что Цзюнь Мосе на этом не закончит свои бесчинства и устроит пышные похороны Императрицы с Йе Гуханом?

Тем самым, что называется, обнажив истинную действительность! Показав всем ветвистые «рога» на голове Императора, причем вечные рога, от которых уже не избавиться!

Эти два позорных происшествия привели к полному краху Императора города Тянсян!

Хотя во время совершения этих двух событий Цзюнь Мосе ни разу не упоминал имени Императора, не обмолвившись ни единым словом в его сторону. Тем не менее это не помешало всем жителям Тяньсян всё прекрасно понять, чьё имя пытался очернить Цзюнь Мосе…

Однако всё же не было людей, которые бы осмелились как-то возразить ему. Молодой господин Цзюнь – бешеный убийца со злобным взглядом. Он и глазом не моргнет, как прикончит кого-нибудь! Кому это жить надоело и хочется острых ощущений?

Сложившаяся таким образом ситуация очень печалила Императора, его сердце разрывалось от боли и ненависти, словно его вынули из груди и кинули на раскалённую сковородку. Но всё же он ничего не мог сказать в свою защиту, любое слово обернулось бы ещё большим позором…

Поэтому он никак не комментировал эту ситуацию, хотя весь город уже давно обо всём знал, но принимал это за слухи; сказать что-то, значило бы подтвердить слухи, и тогда спасти своё положение было бы вовсе невозможно!

Именно так все и наблюдали за Императором, который словно выпил таблетку, но мужественно старался отрицать, что она очень горькая…

Последние дни он размышлял над тем, что если Цзюнь Мосе отправился в поход возмездия на город Серебряной Метели, он может рискнуть и тайком отправить людей к «Склепу преданной любви», чтобы разрушить его; уверен, что когда Цзюнь Мосе вернётся, он уже ничего не сможет поделать, но он не мог и предположить, что перед отправлением Цзюнь Мосе в Серебряный город появится ещё более страшный враг! С существованием которого даже три Священные земли не в силах совладать – лес Тянь Фа!

О, небо! О, земля! Как же выжить людям в этом мире?!

Этот факт заставил Императора отбросить его размышления об этом. Если бы этот противный молодой господин Цзюнь был бы с дедушкой Цзюнь, уверен, что старик не позволил бы ему вершить это цареубийство, пусть даже испытывая позор и унижение, фамилия Императора Тянсян всё-таки Ян! Однако этот лес Тянь Фа… это касается не только Императорской семьи, это касается благополучия всего города Тянсян…

Поэтому Император напрасно метал громы и молнии, так как любое его решение было опасным! Он просто каждый день злился и выходил из себя, не в силах ничего поделать…

Не было никакой возможности что-то изменить!

Волнения, вызванные прибытием Священных зверей в город Тяньсян, ещё не успели успокоиться, как в город незаметно пробрались три отряда людей из трёх разных сторон…

Во главе одного из этих отрядов был молодой человек в тёмной одежде, с незаурядной внешностью и изящными манерами, он держался естественно и весьма уверенно, сразу выделяясь из толпы. Город Тянсян был для него далеко не чужим местом, он был хорошо с ним знаком, тем не менее от этого не становилось легче.

- И снова я вернулся в Тянсян… мне было так нелегко покинуть это место… и снова, спустя такое короткое время, мне пришлось вернуться сюда… и ещё и лицом к лицу столкнуться с отважным противником, с которым я меньше всего бы хотел столкнуться. С самым страшным для меня соперником… и в то же время самым желанным… Цзюнь Мосе, если ты не в Тянсян, какой будет смысл, если даже я и выиграю это сражение?!

Этим человеком был никто иной, как Ли Юран.

…

Взобравшись на спину к Королю орлов, Цзюнь Мосе, наконец, понял, как далеко находится город Серебряной Метели от Тянсян! Даже с учётом того, что им предстояло лететь на Священных животных, пролетая в день расстояние как минимум в десять тысяч ли, и то придется добираться около двух дней, а с учётом перекусов и времени на отдых – вообще целых три дня!

Путь в Серебряный город совсем не близок!

Цзюнь Мосе невольно с восхищением посмотрел на своих дядюшек: как им повезло! Найти себе жену из такого далёкого места очень удобно, если муж и жена и поругаются, то родня жены вряд ли об этом узнает, или вообще будет думать наоборот, что супруги живут в согласии и гармонии… в отличие от меня, окруженного бесчисленным количеством братьев жены…

Армия была в пути около половины дня, и уже на приличное расстояние удалилась от Тянсян. Время близилось к сумеркам, и они решили сделать привал, медленно приземляясь на равнину.

Тёмное небо, бескрайняя равнина, суровая зима.

Хотя густой травы почти не было видно, но всё же можно было ощутить это особое ощущение, которое навевали эти бескрайние просторы!

Бесконечная степь медленно сливалась со звёздным небом.

Принадлежности для костра и палаток были заранее приготовлены, и после уничтожения лёгких закусок, припасённых в дорогу, несколько людей решили немного отдохнуть и поговорить. В особенности, это касалось новоиспеченных звериных царей, которые недавно приняли человеческий облик. В этом они находили огромную радость, хотя многие из них до этого никогда не разговаривали. Конечно, у них не всегда это получалось правильно, и подчас они практически не понимали друг друга, а простые фразы заканчивались ржанием и рёвом, но всё равно от своих новых возможностей они были в полном восторге.

Что касается самых слабых по силам совершенствования, Гуан Квинхан и Донфанг Вэн Синь, дорога порядком их вымотала, впрочем, как и юную принцессу Серебряного города Хань Янь Мэн, которая вообще впервые в жизни оторвалась от земли на такую огромную высоту. Как бы ни помогала им Мэй Сюэ Янь, они чувствовали себя утомлёнными, а потому и раньше всех отправились отдыхать.

На дворе стояла глубокая ночь, три дядюшки Донфанг и то уже отправились спать, только у Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Вуя, Однокого Сокола и Фэн Цзянь Юня сна не было ни в одном глазу.

Цзюнь Вуй был очень взволнован предвкушением битвы с Серебряным городом и поэтому испытывал бессонницу. Цзюнь Мосе не хотел спать, потому что занимался накоплением Суань. Мэй Сюэ Янь, поскольку находилась в качестве командира, не могла прохлаждаться и должна была за всем уследить, поэтому, учитывая свой впечатляющий уровень совершенствования, она могла спокойно оставаться без сна 8-9 дней. Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь были настоящими маньяками войны, и в преддверии надвигающейся битвы были слишком возбуждены, чтобы просто взять и лечь спать.

Пять человек тихонько сидели посреди необъятной степи, чувствуя, как по ногам ударяет густая трава, то и дело посвистывая на ветру; яркое сияние огня украдкой освещало тёмное небо, молчаливая тишина медленно опускалась на землю.

Мэй Сюэ Янь первая нарушила тишину и, с улыбкой глядя на Цзюнь Мосе, сказала:

- В прошлый раз, я помню, у тебя было много вопросов ко мне, но я не разрешала тебе их задавать. Сейчас самое время, можешь спрашивать.

Одинокий Сокол и все остальные тут же удивлённо посмотрели на Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе со смехом, долго не церемонясь, ответил:

- Верно, у меня действительно есть много вопросов к тебе, но я всё никак не мог выбрать удобный случай, чтобы их задать. А сейчас, когда ты разрешила мне тебя спросить, и я не знаю даже, что и сказать…

- Всё в порядке, спрашивай, что угодно. Все здесь наверняка смогут приуменьшить твои сомнения, – Мэй Сюэ Янь кокетливо улыбнулась и ответила Мосе.

Все громко расхохотались, слова Цзюнь Мосе вызвали небывалый интерес у всех присутствующих, и все, подыскивая себе укромное место, стали присаживаться поближе; даже Цзюнь Вуй с самым низким Суань, четвертым уровнем Суань Духа, не страшась холода, уселся прямо на землю.

Цзюнь Мосе с улыбкой, раскинув руки в разные стороны, сказал:

- На самом деле я боюсь, что мои вопросы покажутся тебе очень простыми, например...

Глава 687. Что собой представляет Великий мастер?

Цзюнь Мосе сделал паузу и сказал:

- С тех пор как я узнал о существовании силы Суань, так называемых 9 ступеней и последующих Суань – Серебряной, Золотой, Нефритовой, Земной, Небесной, Духа и других пределов, я достиг Великого мастера, можно сказать, я на его пике! Сейчас я получил всеобщее признание, я имею такую же славу, как и 8 Великих мастеров всех времен!

Мэй Сюэ Янь вертела между пальцев поднятый с земли колосок травы и неторопливо ответила:

- Ты прав, Великая Восьмёрка – самые настоящие мастера Высшего уровня, их сила не знает границ! Это не выдумки!

- Но когда я шагнул глубже и познакомился с Одиноким Соколом, я понял, что уровень Суань Духа отличается от Великого мастера. Даже после Величайшего мастера существуют ступени повыше! Так я узнал о 12 ступенях Суань Духа, которые не так просто преодолеть.

Взгляд Мосе был направлен на Одинокого Сокола, но тот лишь смущённо потирал нос. Ещё бы, ведь его так расхваливали перед Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе. У старого Сокола было такое чувство, будто он стоит совершенно голый перед кучей незнакомцев…

- 12 ступеней Суань Духа преодолеть очень трудно, это действительно правда! Был один Великий мастер, который застрял на 5 ступени и за всю свою жизнь так и не смог продвинуться ни на шаг. Он так и не смог прорваться на 6 ступень до самой смерти! Для перехода на следующую ступень необходимо поддерживать свой уровень силы Суань, плюс ко всему всё решает удача и удобный случай! Не все могут так бешено перескакивать со ступени на ступень, как ты, – тихо ответила Мэй Сюэ Янь. Она даже не подняла свою голову, казалось, что она хорошенько обдумывала каждое свое слово.

- Затем я узнал о существовании Дома Кровавой Души и трёх Священных землях, я понял, что есть границы Величайшего мастера. Так называемые вершины этого мира сосредоточены в Восьми Великих мастерах всех времен. И их уровень просто невероятен. После твоего появления обнаружился ещё один уровень – Почтенный мастер! И, как оказалось, Великие мастера вообще исчисляются сотнями. Я был чрезвычайно удивлён этим фактом! То есть даже после Битвы за захват Небес, никто даже не узнал имён этих мастеров! Тогда, что насчёт Великой Восьмёрки мастеров, они вообще что-нибудь значат в нынешнем мире? После Почтенного существуют ещё уровни? Есть ли кто-нибудь выше? Если же есть, тогда каков истинный высочайший уровень мира?

Этот вопрос вызвал сильное любопытство у Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня. Эти двое всю жизнь только что и знали, как воевать и сражаться, как им будет такое неинтересно?

Истинный Высочайший уровень этого мира?

Мэй Сюэ Янь глубоко вздохнула, посмотрела вверх и с улыбкой сказала:

- Кажется, вам очень любопытно. Когда-то эта тема была запрещена совместно тремя Священными землями и лесом Тянь Фа, однако теперь… раз уж вражда между четырьмя семьями прекратилась, я расскажу вам об этом, – немного помолчав, она продолжила: - Для начала давайте разберём, что же такое самый низший уровень из всех существующих. В далёком прошлом это был просто ритуальный испытательный тест. Один могущественный человек создал его, чтобы проверить способности своего ученика. И начинается он как раз с Серебряного уровня. А дальше уже шли все остальные. Так вот, если за определённое время не преодолеть первоначальные 9 ступеней, то в будущем, даже если потом прорваться через эти ступени, ты не сможешь совершенствовать свой Суань слишком высоко. И чем меньше времени ты потратишь на прорыв девяти ступеней, тем лучше – это значит, что твои природные таланты круче и твое совершенствование будет выше!

И хотя пределы от Серебряного до Суань Духа довольно крепки, на самом деле каждый в состоянии преодолеть их, необходим лишь упорный труд и время, а так – эта дорога не так уж и сложна. Даже если ты столкнёшься с какими-либо препятствиями или проблемами, нужно лишь время, чтобы с ними справиться. Долгая жизнь и упорство помогут тебе самосовершенствоваться, это и есть необходимая основа основ. Даже достигнув четвёртой ступени Суань Духа, ты ещё не можешь считаться истинным мастером! – ответила Мэй Сюэ Янь.

Слова Мэй Сюэ Янь заставили Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня горько улыбнуться. Эти двое всю свою жизнь упорно трудились и вот, наконец, достигли четвёртой ступени Суань Духа, и практически прорвались до Великих мастеров. Это отняло у них практически все жизненные и духовные силы! А теперь, как сказала Мэй Сюэ Янь, «это нельзя назвать настоящим мастером, это лишь основа самосовершенствования».

Такое огорчение, вызванное не обманом других людей, а самообманом!

- Достигнув уровня Великих, только тогда вы действительно переступите через порог силы Суань! Потому что только на этом уровне вы сможете почувствовать мир и сформировать свои собственные мысли и уникальные методы ведения боя. Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, один из вас происходит от соколов, а другой просто одержим мечом! Но настоящие перемены произойдут в вас, когда вы прорветесь через пятую ступень и приобретёте свои уникальные навыки, – спокойно сказала Мэй Сюэ Янь и посмотрела на Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня.

Оба одновременно кивнули. И хотя эти двое являлись воплощением дерзости и непокорства, но, стоя перед Мэй Сюэ Янь, они выглядели как ученики начальных классов.

Потому что у неё есть то положение и опыт, к которому они стремились!

- Таким образом, только когда вы достигнете уровня Великого мастера, вы сможете обрести статус сильного мастера... – Мэй Сюэ Янь язвительно улыбнулась: - И что касается самого названия «Великий мастер». Это уже «сломанный телефон» потомков виноват. Настоящее название – Знающий мастер (Джи Цзунь, произносится так же, как и «Великий мастер», но иероглиф «Джи» здесь совершенно другой). Раньше считалось, что, достигнув этого уровня, ты, можно сказать, немного «познал» и дотронулся уровня Почтенного мастера. Начал свой путь именно к нему! Ты узнал, в какую сторону нужно двигаться, - это стало твоей отправной точкой! Но наши потомки изменили не только наивысшую точку этого мира, но превратили Знающего мастера в Великого! Ха-ха. Это очень смешно. Великий! Будто ему равных нет, ну что за чепуха?

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь вдруг покраснели от стыда. И пусть Мэй Сюэ Янь не сказала в их сторону ни слова, однако они чувствовали, как их лица горели, будто от пощёчин. А на душе было ощущение недосказанности.

- Каждый раз, когда я выхожу, я всегда слышу, как люди говорят: «Я обладатель силы Суань», хотя он лишь Серебряный, ну или Нефритовый. И меня это так забавляет. Как вы можете называть себя обладателем силы Суань, а? Что за вздор! – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась и сказала: - С давних времён имеется определённый порядок. Как я уже говорила, только прорвавшись до уровня «Великого» мастера, вы можете называть себя обладателем силы Суань! И это не я придумала, таковы правила! Вот что значит «обладатель Суань»!

Мэй Сюэ Янь¸не дожидаясь ответа, продолжила:

- Что же касается 12 ступеней Суань Духа, то, начиная с 5-ой ступени, идут Великие мастера – они уже как раз таки обладатели Суань. Как только они достигают 8 ступени, происходят небольшие изменения. Здесь нет конкретной границы или разделения, так как фактическая смена ранга начинается после 12-ой ступени. Поэтому ступени с 8-ой по 12-ую называются Величайшим мастером! И только прорвавшись через 12-ую ступень, можно стать Почтенным мастером!

- Тогда, как же делятся Почтенные мастера? – это спросил не Цзюнь Мосе, а Фэн Цзянь Юнь. Слова Мэй Сюэ Янь вызвали у всех немало вопросов!

- Почтенные мастера делятся на 4 уровня! Переход с каждого уровня сопровождается встречей с внутренними демонами! Степень опасности сказать сложно. Более того, это всё приводит к соответствующим изменениям! Например, при переходе от первого уровня ко второму вы будете охвачены своими демонами: с ними легко справиться, нужно лишь не поддаться величайшему искушению в своем сердце, вот и всё! Даже если вы не справитесь, то просто израсходуете впустую весь свой Суань, но жизнь при этом можно сохранить!

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь одновременно тяжело вздохнули!

Первый переход на самом деле является самым страшным, ведь ваши внутренние демоны пытаются взять над вами контроль! На это и вправду может уйти вся жизнь! Однако, как сказала Мэй Сюэ Янь, это самый лёгкий, самый спокойный и лёгкий переход!

- Прорыв со второго на третий уровень – это чистилище семи чувств, где твоё сердце придадут огню! В это время тебя поочередно будут охватывать семь чувств: радость, гнев, печаль, страх, любовь, ненависть и желание. Будут возникать разного рода иллюзии, с которыми ты будешь не в силах справиться. Более того, ты сразу же начнешь ощущать, как необъяснимый огонь уничтожает твоё собственное сердце. И, хотя это всего лишь иллюзия, ты не в силах что-либо различить. Тебе будет казаться, что это пламя испепелит тебя дотла! И всё это будет продолжаться, пока все семь чувств не сменят друг друга!

Мэй Сюэ Янь неоднозначно посмотрела на Цзюнь Мосе, она хотела что-то добавить, но промолчала.

Все вдруг почувствовали, как их сердца подпрыгнули, они едва могли дышать, даже молодой мастер Цзюнь не был исключением.

Цзюнь Мосе случайно увидел это странное выражение лица Мэй Сюэ Янь и сказал:

- Что случилось?

Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась и, спрятав своё покрасневшее лицо, сказала:

- Я была ранена в свой переходный период со второго на третий уровень! Мой товарищ тогда был убит людьми из Неуловимого Мира Бессмертных. Это был переломный момент в моём совершенствовании, я как раз прошла через 6 чувств и смогла обуздать этот огонь внутри меня. Однако я не смогла осуществить прорыв, мне не хватало лишь одного элемента!

- Какого элемента? - выпалил Цзюнь Мосе, но тут же сообразил: - Точно! Любовь! Ты никогда не любила и не имела даже малейшего понятия об этом чувстве!

Глава 688. Почтенный и Достопочтенный мастер!

- Да! Я никогда не испытывала этого чувства и не знаю вкуса любви! Так что я не могу пройти через преграду из семи чувств! – Мэй Сюэ Янь покраснела, однако осталась по-прежнему спокойной: - В тот момент я была в безвыходном положении и направилась прямиком в Неуловимый Мир Бессмертных требовать объяснений. Там мне пришлось сразиться с хозяином этой земли – Мо Вудао, наше сражение длилось сутки. И хотя наши силы были равны, противников было много, и все они были на своей территории, я была вынуждена отступить! Но по дороге домой я была атакована десятью Величайшими мастерами! На тот момент моя Суань была растрачена, и я не могла драться в полную силу. В конце концов, я потерпела поражение и получила серьёзное ранение!

Эта травма чуть не убила меня! И хотя я в течение долгих лет получала должное лечение, мне ни капельки не становилось лучше, я могла лишь подавлять эту боль! Но благодаря тебе всё изменилось и зажило! Однако моя сила так и осталась на пике второго уровня, мне всё ещё трудно прорваться дальше! Вернувшись в Тянь Фа, я постоянно тосковала… – лицо Мэй Сюэ Янь было похоже на большой красный цветок, однако она произнесла эти слова решительно, так как понимала, что это её жизненный опыт, и его необходимо передать другим чётко и ясно, чтобы они смогли пойти только по верному жизненному пути.

- Я... я не могла спать, тоска разрывала меня на части. Я, наконец, почувствовала вкус разлуки! И осознала, что же такое любовь! И в ту же ночь я тут же смогла осуществить прорыв на третью ступень Достопочтенного мастера! – выпалила Мэй Сюэ Янь.

Все посмотрели друг на друга с неким удивлением. Такой серьёзный прорыв потребовал необычных совпадений и случайности. Просто чудо!

- Итак, теперь ты знаешь, что такое любовь? – с улыбкой спросил Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь улыбнулась, но не ответила. Конечно, такой вопрос не стоит освещать перед всеми, однако её лицо излучало нежность. Она смотрела на Мосе с любовью и преданностью, которыми, казалось, полностью обвивала его с ног до головы…

И хотя Мэй Сюэ Янь не сказала ничего конкретного, Цзюнь Мосе всё равно смог понять, что её любовь отчаянна! Она может измениться ради него, плюнуть на всех! Ей нужен только он!

Исключительная любовь!

На самом деле, не стоит и говорить о том, как все поддерживали её в таком тяжёлом деле!

Цзюнь Мосе весь пылал, казалось, будто огромный кусок льда внутри него растаял, он тихонько взял белоснежную ручку Мэй Сюэ Янь и крепко сжал её.

Мэй Сюэ Янь улыбнулась, почувствовав тепло, исходящее от ладони Цзюнь Мосе, и сказала:

- Следующий прорыв будет связан с природными силами!

Цзюнь Мосе содрогнулся, ему вдруг в голову пришла какая-то мысль. С горящими глазами он спросил:

- Природная сила? Неужели сила молнии?

- Именно! – Мэй Сюэ Янь сказала: - С этого уровня я, наконец, шагнула на самый пик Почтенного мастера! И если я не смогу вынести этого, тогда моё тело обратится в пепел, и я утрачу свою душу! Теперь каждый мой подъём силы будет сопровождаться ударом молнии! И чем выше я поднимусь, чем сильнее я стану, тем свирепее будет этот удар! Помню, как при прорыве Мудрого Владыки раскаты молнии продолжались целый день, и почти половина из помогающих ему Священных зверей Почтенного и Достопочтенного уровня умерли на месте! А сам Мудрец был уже на последнем издыхании!

- Уровень Достопочтенного мастера? – резко спросил Цзюнь Мосе.

- Верно! После Почтенного мастера следует Достопочтенный. И он также делится на четыре уровня, но я не то, что коснуться, я даже и думать о нём не смею! Насколько мне известно, каждый прорыв Достопочтенного в сотню раз сложнее, чем у Почтенного! – Мэй Сюэ Янь вздохнула и немного опечаленно сказала: - В трёх Священных землях наверняка имеются мастера Достопочтенного уровня! Эти люди – просто живые легенды, которые участвовали в предыдущей Битве за Захват Небес, некоторые из них даже стали свидетелями обеих Битв! А Почтенные и Достопочтенные мудрецы Тянь Фа заперты внутри Таинственного Призрачного Дворца и Иллюзорного Тумана и охраняют Подземный мир! Если бы не это, три Священные земли никогда бы не осмелились бросить мне вызов!

- То есть, Достопочтенный мастер не является высшим из высших? – задумчиво сказал Цзюнь Мосе.

- Верно! Наш предшественник, Мудрый Владыка, сумел прорваться через четыре уровня Достопочтенного и достичь новой высоты, беспрецедентной высоты! – Мэй Сюэ Янь говорила очень уважительно: - И, насколько я знаю, в этом мире ему всё ещё нет равных. Возможно, в Таинственном Призрачном Дворце или в Преисподней есть, но они… никак не относятся к этому миру!

- Другими словами, этот Мудрец тоже не высший из высших! – уверенно сказал Цзюнь Мосе. Затем он спокойно добавил: - Я уверен, что после него существует более высокий, а может, и даже и не один уровень! Однако… это очень далёкие для нас границы!

Все немного испугались, одна лишь Мэй Сюэ Янь кивнула головой, как бы соглашаясь:

- Не думала, что ты так скажешь. Говорят, что после того, как Мудрый Владыка сделал прорыв, он кое-что сказал, и это очень схоже с твоими словами.

- Что же он сказал?», – торопливо спросили все.

- «Кто бы мог подумать, что это лишь начало!» Именно так он сказал, – медленно сказала Мэй Сюэ Янь. После услышанного все присутствующие замолчали.

Уровень Мудреца – только начало?

Что это ещё за сказки!

Если его путь только начался, тогда сидящая здесь толпа вообще кто?

- Хе-хе… небо и земля бесконечны, почему вы так настойчивы, разве вы не понимаете, насколько это всё от нас далеко? – Цзюнь Мосе прервал молчание своим смехом, затем вытянул руку и указал на самую дальнюю и сияющую звезду в небе.

- Как далеко? Конечно, очень далеко! Кто может сказать точно, как далеки все эти звёзды на небе?! – все бросили пустой взгляд в сторону Мосе, полагая, что тот пытался разбавить атмосферу.

- Да. Это действительно далеко. Я могу гарантировать, что даже самый быстрый летающий зверь будет лететь с бешеной скоростью, ему понадобится 10 тысяч лет, и то не факт, что он туда доберется! – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся: - Но я ручаюсь, что там уже кто-то бывал, точно бывал, только вот невозможно сказать, когда это было!

Все были в шоке! На этот раз даже Мэй Сюэ Янь проявила некоторое сомнение.

- Не стоит так удивляться, этот человек не обязательно человек с земли Суань. Возможно он из места, о котором вы даже никогда и не слышали, – Цзюнь Мосе вздохнул. – Может, вы мне и не верите, но такие люди точно существуют. Они, лишь щёлкнув пальцем, могут уничтожить землю Суань! И это не пустая болтовня…

Все вокруг уже было подумали, что у парнишки жар, и он просто бредит. Цзюнь Мосе лишь улыбнулся и спросил:

- Раз уж в этом мире сильнейшие мастера подобны облакам, тогда почему же Великие мастера считаются пиками и вершинами? Этот вопрос интересует меня больше всего.

- Во-первых, из-за ограничений Битвы за Захват Небес, три Священных земли непрерывно продолжали отбирать мастеров. Во-вторых, достигнув уровня Величайшего, мастера начинают проявлять безразличие ко всему миру и уходят в отшельническую жизнь. В-третьих, каждый, кто попадает в три Священные земли, вот, к примеру даже вы… – Мэй Сюэ Янь посмотрела на Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня: - Вот вы, такие надменные и своевольные, никому не подчиняетесь! Но попади вы туда, обнаружите, что совершенствование тамошних мастеров превышает ваш собственный уровень, а некоторые даже превосходят вас в сотни и тысячи раз…Что вы думаете? Что будете делать?

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь переглянулись и без раздумья ответили:

- Конечно же, мы сосредоточимся на самосовершенствовании, как можно постоянно под кого-то прогибаться? – сказав это, оба вдруг кое-что осознали.

Вот оно что!

Люди, которые достигли значительных успехов, никогда не захотят по собственной воле прогибаться под другими, особенно если они всегда были надменными и непокорными. Такое случается очень редко, и уж точно не по их воле!

Поэтому, осознав такое положение, они почувствуют собственную никчёмность, бессилие. А затем начнут тренироваться ещё усерднее, в надежде ещё раз испытать то чувство, когда ты достигаешь вершины. Разве им нужно и дальше скитаться по всему миру?

Здесь они всегда могут найти себе бесчисленное количество противников, в этом уж точно не будет нужны. Даже если они не захотят никого искать, то люди будут искать их…

Поэтому мастеров на материке практически не осталось...

В нынешнем мире, на материке Великий мастер считается сильнейшим из сильнейших. Потому что там не видели никого другого. Как бы некрасиво это ни звучало, но «когда в горах нет тигра, то и обезьяна будет королём»!

- Конечно, существуют кое-какие запреты и ограничения, берущие свое начало из трёх Священных земель! В то время три Священные земли были основаны тремя мудрецами – людьми высоких идеалов и морали! Именно они когда-то сказали, что Величайшим мастерам запрещено участвовать в людских распрях и конфликтах!

Потому что один лишь мастер Величайшего уровня способен уничтожить несколько тысяч обычных рядовых солдат. Да даже миллион таких воинов и их генералов будут для него не сложной проблемой! Ведь такой мастер обладает ужасающей силой, а если он будет руководствоваться своими собственными мотивами, вероятно, что все это вызовет сплошной хаос!

На самом деле мастера Величайшего уровня – тоже люди. Если их разозлить, то не исключено, что в мире случится такая катастрофа. В истории уже случались такие прецеденты, поэтому у трёх Священных земель есть свои определённые обязательства. И, несмотря на то, что в последнее время три Священные землю претерпели некоторые изменения… стали стремиться к личной выгоде, но, к счастью, этот принцип остался неизменным.

Глава 689. Потрясающий Первый Шао из Подземного мира!

- Этот принцип был принят в качестве союзного договора между великими мастерами прошлых лет! В том случае, если мастер величайшего уровня ввяжется в светскую битву, все участники этого договора должны выразить ему дружный протест! Они уладят такого рода ситуацию, чтобы всё разрешилось спокойно и без происшествий. Это является одной из главных причин, по которой мастера более высокого уровня не проявляют себя в светском мире… Поскольку пусть ты даже мастер, но никто тебя не застраховывал от случайностей, ты можешь выйти из себя, и, если подобная ситуация всё-таки возникнет по твоей вине и приведёт к смерти, это совсем не стоит того… – Мэй Сюэ Янь вздохнула и сказала: - Владыки трёх Священных земель прошлых лет действительно были, что называется, святыми людьми… Они опирались только на свои силы и возможности, делали всё на благо людей, а сами оставались в тени и безызвестности. С большим усердием мудрецы боролись с чужаками, люди Священных земель даже с рождения были скромными и учтивыми, всегда уступали друг другу дорогу, а отношения друг с другом у них были дружными и гармоничными… Однако нынешние три Священных мудреца абсолютно не похожи на них, они полностью не соответствуют этому званию «мудрецов»! Знают только, как гнаться за славой и богатствами, строить козни друг против друга, да ещё и хотят единолично править нашим миром… – она сделала глубокий вздох и продолжила: - Сейчас Битва за Захват Небес как никогда близка, но они по-прежнему считают своей первостепенной задачей избавиться от своего старого союзника, волшебного леса Тянь Фа! Если в этот момент ещё и Подземный мир выйдет из своих краёв… тогда в самом деле миру людей придет конец. Возможно, они тоже будут уничтожены в этот миг…

- Тогда… похоже, человек, о которым ты говоришь, крайне силён. Но кто же этот выдающийся человек из старшего поколения? Он кажется очень необычным… – нахмурив брови, спросил Цзюнь Мосе.

Говоря об этом человеке, Мэй Сюэ Янь уходила от прямого ответа и говорила туманно и размыто, какими-то намёками, однако прозорливость Цзюнь Мосе не имеет границ, он очень любопытен. Как можно было пропустить такую влиятельную фигуру?

Информация о девяти ступенях Суань на этом материке передаётся из уст в уста и по сей день, она имеет очень долгую и богатую историю. Именно этот человек положил начало этого феномена; насколько же потрясающим и выдающимся был этот легендарный человек?

На лице Мэй Сюэ Янь появилось очень странное выражение лица, немного поколебавшись, она вдруг сказала:

- По правде сказать, это событие, произошедшее десять тысяч лет назад, похоже на сюжет какого-то анекдота! Фактически все нынешние методы тренировки Суань пришли к нам именно от этого человека! И этот человек также является родоначальником всей Суань материка! Вне зависимости, три ли это Священные земли или волшебный лес Тянь Фа, все методы и способы совершенствования стали изменяться и эволюционировать, но взяли начало они из его техник. Именно они стали основой для всех обладателей Суань… – Мэй Сюэ Янь горько рассмеялась, но внезапно остановилась. На её лице застыло странное выражение, и было трудно сказать, что именно оно значило.

- Так кто же этот человек? – со сверкающими глазами спросил Цзюнь Мосе.

- Первый Шао из Подземного мира! – с трудом вымолвила Мэй Сюэ Янь.

- Первый Шао из Подземного мира? Исходя из его имени, можно предположить, что он родом из Преисподней? – испуганно спросил Цзюнь Мосе. Кто бы мог подумать, что Призрачный Туманный Дворец и лес Тянь Фа, оказывается, сейчас изо всех сил защищали местожительства родоначальника всей Суань материка.

- Да, это именно так! Однако, с другой стороны, можно сказать, что это как раз Первый Шао прославил Подземный мир. Первый Шао из Подземного мира вовсе не был родом из Подземного мира. Это правитель Подземного мира начал так величать себя в миру, а каждое следующее поколение уже носило это имя, менялась только цифра. И эта традиция сохранилась и до сегодняшнего времени, сейчас, должно быть, уже поколение Четырнадцатого Шао из Подземного мира, – в глазах Мэй Сюэ Янь показалось выражение глубокого страха.

- Что? С тех пор, как появилось мастерство Суань, и как оно передавалось по наследству на материке Суань, по крайней мере прошло десять тысяч лет, так ведь? Уверен, что до Битвы за Захват Небес методы тренировки Суань уже существовали… Прошло столько времени, однако почему она передавалась всего четырнадцать поколений? Как это возможно? – Цзюнь Мосе был так потрясён, что чуть не рухнул на землю от удивления.

И не один он, Одинокий Сокол и все остальные тоже, подумав об этом, были сильно взволнованы.

- То, что история Подземного мира такая долгая и бесконечная – это ещё не самое страшное! Очень странно то, что это передаётся только по одной линии, этому нет никаких оснований и объяснений, ни у одного человека нет права обсуждать этот факт! – Мэй Сюэ Янь медленно добавила: - Потому что род Подземного мира могущественен и опасен, превзойти его за пределами воображения любого человека… На самом деле, давным-давно, когда на нашем материке еще не было Суань, тогда… внезапно, словно комета, появился Первый Шао из Подземного мира, своей невероятной силой он смог покорить себе весь материк за очень короткий срок, став единственным мастером, которому за все времена удалось подчинить силой весь материк Суань Суань! После того, как все боевые мастерства и навыки на материке были отменены, он распорядился сжечь дотла все основополагающие древние книги по мастерству ведения боя. Сотни тысяч человек, способных к совершенствованию, были собраны в одном месте, и, благодаря непревзойдённым сверхъестественным способностям, потратив менее десяти лет, он заставил этих людей потерять всю свою боевую память! С этих пор на материке нет больше других тренировочных техник совершенствования, кроме Суань! – сказала Мэй Сюэ Янь с трудно распознаваемым настроением.

Сказать, что все были потрясены её словами, значит, ничего не сказать.

- Это просто невероятно! Ушам своим не верю! – глаза Цзюнь Мосе светились изнутри, он был очень потрясён и взволнован, может, даже впервые в жизни так сильно!

Способности этого человека настолько высоки и поразительны, что только остается смотреть на него снизу вверх! Круто задрав голову, до боли в шее!

С тех пор, как Цзюнь Мосе попал в этот мир, он ещё никогда и никем так не восхищался. Безусловно, Мэй Сюэ Янь тоже обладает весьма впечатляющими способностями, однако в этот раз, просто послушав рассказ Мэй Сюэ Янь о событиях прошлых лет, Цзюнь Мосе сразу же проникся настоящим уважением к этому человеку, Первому Шао из Подземного мира!

Таким человеком просто нельзя не восхищаться, он просто сильнейший из сильнейших, метаморфоза из метаморфоз! Он действительно чертовски опасен и силён!

Он в одиночку смог подчинить себе целый материк, разрушить тренировочные методы, давно сложившиеся на нём, и стереть память о прошлых боевых техниках, а потом ввести на всём материке свою исключительную технику боя! На такие безумные и смелые поступки, даже такой безумец и оторва, как Цзюнь Мосе, бы не осмелился…

Как таким дивом дивным не восхищаться…

- Потом он решил выбрать людей, которые будут его последователями. Для этого он специально разработал Серебряный Суань, предшествующий девяти категориям Суань, в качестве испытания. В итоге он выбрал четырёх разносторонних молодых людей в качестве последователей своей традиции, трое из них как раз стали тремя мудрецами, то есть настоящими основателями трёх Священных земель! – Мэй Сюэ Янь горько рассмеялась. – А затем… Не знаю, сколько прошло точно времени, полубог-получеловек, обладающий непостижимыми способностями, Первый Шао из Подземного мира загадочным образом исчез из этого мира так же, как и появился. После его исчезновения прежде спокойный материк не смог долго и дальше поддерживать мир и стабильность, и примерно через сто лет внезапно вспыхнула первая Битва за Захват Небес!»

- Значит вот как всё было, но мне кажется странным, что Первый Шао, обладая такими непостижимыми сверхъестественными способностями, всё же позволил чужакам свирепствовать на материке, и, кстати, разве у него было не четверо учеников? Какая история у его последнего, четвёртого ученика? Наверняка он был не слабее трёх мудрецов, верно?

Было четверо учеников, но было сказано только о трёх, основателях трёх Священных земель… Такой новости вполне достаточно, чтобы удивить людей до такой степени, что они были не в состоянии соображать. Однако, к счастью, молодой мастер Цзюнь совсем не из таких людей, его способность преодолевать тревожащие мысли просто поразительна. Даже в таком потрясённом состоянии он сохраняет трезвость ума и бодро продолжает задавать вопросы.

- Не только не слабее, а, можно сказать, даже сильнее, потому что четвёртый ученик Первого Шао был основателем Призрачного Туманного Дворца! – сказала Мэй Сюэ Янь.

Многие из присутствующих не знали такого чувства, как дрожать от страха… до сегодняшнего дня…

За сегодня им пришлось вынести столько потрясений, что они просто были парализованы этим чувством страха…

- В прошлых трёх Битвах за Захват Небес, четыре великих ученика созывали местных воинственных царьков объединиться с царём зверей, основателем Тянь Фа, чтобы дать мощный отпор многочисленной армии чужаков, однако после третьей Битвы за Захват Небес, силы трёх Священных земель сильно увеличились. Можно сказать, что они стали непоколебимой вершиной материка Суань Суань, что и вызвало ряд противоречий между четырьмя великими учениками! По мере течения времени, две стороны в конечном счёте совсем разорвали отношения, и их дороги разошлись; после целой серии нескончаемых битв и сражений силы четвёртого ученика сильно ухудшились, он попал в очень невыгодное для него положение и был окружён подавляющим превосходством со стороны трёх Священных земель. Он был в настолько опасном положении, что чувствовал приближение скорой смерти, как вдруг в этот критический момент он неожиданно обнаружил вход в Призрачный Туманный Дворец.

Это очень особенное место. Войдя туда, он всё равно что исчез для этого мира, только в определённые промежутки времени можно выйти наружу из этого места, чтобы набрать новых учеников. При выборе которых, кстати, нет половых различий, и уделяется большое внимание воле случая. Говорят, внутри Призрачного Туманного Дворца совершенно иной мир, однако какой он, конкретно никому снаружи неизвестно. Но всё же, когда они выходят в наш мир, заметно, что они обладают очень впечатляющими силами, даже военное искусство трёх Священных земель не достигает такого уровня! Если бы не эта причина, то, скорее всего, три Священные земли были бы уничтожены в прошлый раз… После ещё одной Битвы за Захват Небес, четыре семьи как раз хотели свести старые счёты, как в это самое время из Подземного мира появился один человек, его звали Второй Шао из Подземного мира! – Мэй Сюэ Янь засмеялась.

– Появление этого человека заставило четыре семьи остановить свои распри на время, и также вызвало огромные беспокойства! Второй Шао своим коварством и диким нравом не уступал Первому. Как только он появился на материке, сразу же объявил своей целью подчинить его себе… Однако в то время и три Священные земли, и Призрачный Туманный Дворец уже сформировали свой режим управления, заняли лидирующее положение, которое нельзя было просто так расшатать; к тому же способности Второго Шао были не такими уж и сильными, чтобы им нельзя было сопротивляться, он совершенно не шёл в сравнение с Первым Шао. Кроме того, он был очень высокомерным и спесивым, однако не вызывал даже лёгкого чувства страха. К тому же три Священные земли и Призрачный Туманный Дворец были прямыми наследниками, пусть они и не нравились друг другу, но отдавать материк какому-то чужаку они тоже не хотели…

Глава 690.1. Шестеро почтенных!

- Поэтому Второй Шао из Подземного мира в итоге получил отпор от трёх Священных земель, Призрачного Туманного Дворца и леса Тянь Фа! Окружённый со всех сторон дерзкий Второй Шао на удивление храбро сражался, но, к сожалению, все силы имеют свойство заканчиваться, и в конце концов он проиграл. Хоть ему и удалось сбежать, продолжая дальше докучать людям, всей компании потребовалось около двадцати лет, чтобы окончательно избавиться от этого наваждения по имени Второй Шао из Подземного мира…

В основном каждые несколько сотен лет, самый большой промежуток составляет две тысячи лет, из Подземного мира появляется кто-нибудь! И каждый раз с таким же дурным характером, и целью покорить себе весь материк! И каждый раз из Подземного мира появляется такой человек, что за исключением хозяина Призрачного Туманного Дворца ему нет достойного противника! Поэтому оба человека, появившиеся из этого мистического места, по предопределению становятся соперниками! Вот так за сто тысяч лет из этого места появлялось тринадцать таких людей, если считать с Первым Шао, то четырнадцать!

- В сумме выходит четырнадцать психопатов! – подытожил Цзюнь Мосе. – Тринадцать конченых психопатов и один гениальный безумец, которому никто не мог противостоять! На самом деле Первый Шао тоже был ещё тем психопатом, только он ещё смог вписать своё имя в историю, и не просто, а как имя победителя! Поэтому он стал родоначальником Суань и основателем их рода, а остальные тринадцать – всего лишь сумасшедшие психи!

Мэй Сюэ Янь с сожалением вздохнула:

- Однако самое странное то, что местонахождение Подземного мира крайне неустойчиво, выход из него появляется в самых разных местах. В последний раз, например, он появился внутри леса Тянь Фа… И это действительно взволновало весь лес… Призрачный Туманный Дворец снова собрал людей, чтобы сразиться с Четырнадцатым Шао, но ему удалось сбежать и вернуться в Подземный мир, хотя он и получил серьёзные ранения – он единственный из всех предыдущих поколений, кому удалось остаться в живых. В этот раз впервые Призрачному Туманному Дворцу посчастливилось обнаружить местонахождение Подземного мира и найти секретный выход оттуда! Прошло уже четыреста лет с этого события, тогда несколько десятков мастеров из Призрачного Туманного Дворца лишились своих сил, и тогда-то им пришлось пустить в ход густой туман, чтобы полностью закрыть им выход из Подземного мира. В целях защиты, разумеется, следовало бы поставить на стражу мастеров высших уровней и рангов, так как это происходило на территории Волшебного леса Тянь Фа. Он, конечно, не мог уклониться от ответственности, и, немного посовещавшись, Мудрый Владыка великодушно согласился на это. Но кто же тогда знал, что у этого густого тумана есть одна особенность. Кто войдёт в его границы, не сможет выйти из них. Несомненно, вход в Подземный мир был надёжно запечатан, но, однако, самые обученные войны Тянь Фа тоже бесследно исчезли там… – Мэй Сюэ Янь печально улыбнулась. – Именно по этой причине наш лес Тянь Фа постепенно стал приходить в упадок, и это продолжается по сей день! А ещё где-то на протяжении последних ста лет из глубины этого густого тумана то и дело доносится ужасающий звук. Должно быть, это Четырнадцатый Шао пытается выбраться оттуда! Возможно, через какое-то время Четырнадцатый Шао снова сможет появиться в нашем мире. Как восставший из пепла, он вновь придёт в наш мир, ещё безумнее и сильнее, чем раньше, сможет ли тогда наш мир противостоять ему?

Слушая Мэй Сюэ Янь, все сами по себе затаили дыхание и вели себя тихо и спокойно. Такие новости в самом деле могут потрясти кого угодно! Если бы Мэй Сюэ Янь не рассказала все это, все бы до сих пор не знали, какая ужасная беда постигла материк!

- Однако… эти Шао из Подземного мира… каждое их нападение было таким кровожадным и жестоким, а слава и могущество громадными, но почему на материке не было легенд или преданий о них? – Цзюнь Мосе задал вопрос, которой интересовал всех присутствующих.

- Легенды о них никому не известны, и на это есть две причины: во-первых, хотя эти Шао из Подземного мира коварны и хитры, но всё же они честолюбивы и горды. Начиная с Первого Шао, не было ни одного, кто бы навредил простому народу. К тому же все сражения начинали три Священные земли, а потом туда вмешивался Призрачный Туманный Дворец, и все они проводились в пустынных нежилых местах, и даже когда Шао из Подземного мира потерпел поражение, он поспешил скрыться в дремучем безлюдном лесу. Так что простым людям об этом, действительно, трудно было узнать, – сказала Мэй Сюэ Янь с серьёзным видом.

– Видишь ли, если таким мастерам приходилось вступать в битву где-то в людном месте, то они сразу же её прекращали. Уверена, что если бы такое случилось в Тянсян, от него бы остались только руины, ни одной целой черепицы не удалось бы найти… сражения такого уровня нам даже представить трудно! – с горьким смехом добавила Мэй Сюэ Янь. – К тому же, если бы подобные новости или слухи дошли бы до народа, трудно представить, какой эффект они бы произвели! Если даже величайшие мастера проводят свои сражения, покидая людские поселения, что стоит говорить о битвах такого высокого уровня? Допустим, если бы даже меня окружили три Священных мудреца, разве я бы не выбрала для этого безлюдное место где-нибудь среди леса и гор? Более того, Четырнадцатый Шао настолько силён, что ещё чуть-чуть и сможет, как ты говорил, записать себя в историю под именем победителя! Три Священные земли и Призрачный Туманный Дворец общими усилиями упрятали его туда, откуда вряд ли могут появиться какие-нибудь слухи или новости…

- Этот Четырнадцатый Шао чертовски крутой! А какой характер! Он очень мне нравится! Я бы тоже пришёлся ему по вкусу! – с горящими от восхищения глазами сказал Цзюнь Мосе. - Ох, как бы я хотел с ним подружиться…

- По правде сказать, ты действительно очень похож характером с этими Шао из Подземного мира. Ты такой же безумный и своевольный, как они. Неудивительно, что они тебе нравятся, и ты хочешь с ними познакомиться, однако… хорошо пораскинь мозгами, и не рассчитывай на настоящую дружбу. Учитывая состояние твоих сил на данный момент, он тебя одним пальцем раздавит… – Мэй Сюэ Янь презрительно посмотрела на Цзюнь Мосе и своим строгим замечанием решила вернуть его с неба на землю.

Услышав это, все дружно рассмеялись, однако на их лицах оставалось задумчивое выражение лица, очевидно, что всё, сказанное сейчас, вне всякого сомнения, нанесло внушительный удар всем присутствующим. Ведь незнающий ничего не боится, а знающий – понимает, насколько он всё-таки мало знает!

- Эти вещи для нас всё ещё очень далеки. И нам не стоит думать о них. По крайней мере, сейчас не стоит. Я здесь, чтобы посоветовать вам кое-что… – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. – Один раз шагнув, вы продвинетесь только на этот шаг, только тогда у вас будет право говорить, что вы совершили этот шаг; а затем уже у вас будет право сделать следующий шаг! Если у вас нет силы Суань Неба, то откуда у вас право думать об овладении уровнем Великого мастера? От этого вы можете только задыхаться или даже задохнуться до смерти… Поэтому, если вы не такие уникумы как Четырнадцатый Шао из Подземного мира, то хорошо поразмыслите об овладении уровнем Достопочтенного мастера.

Одинокий Сокол с горечью в голосе сказал:

- Я всю свою жизнь даже уровень Почтенного считал недостижимым, более того, всё, что я знал о пределах Достопочтенного, ограничивалась слухами и преданиями, а сегодня я столько нового узнал, что просто поверить трудно… Мои знания действительно были такими ничтожными… ох… словно лягушка на дне колодца… – он глубоко вздохнул и расстроенно сказал.

Глава 690.2. Шестеро почтенных!

- Одинокий Сокол, такой настрой, как у тебя, просто не допустим! В этом нет ничего удивительного, новая информация о более высших уровнях, несомненно, очень сильно потрясла вас всех! Однако знаешь что? – Мэй Сюэ Янь медленно сказала: - Вы наверняка знаете, что у трёх Священных земель очень много мастеров, больше половины из которых были отобраны из глуши. Раньше мастера из этих мест были сильными и могущественными, однако, если сейчас посмотреть, ни один не отличается сильным и твёрдым характером, они просто похожи на обыкновенных бродяг, и знаете почему?

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь глубоко задумались.

- Как раз потому, что им тоже были известны эти старые истины и традиции, они непроизвольно увеличивали свои уровни до такого предела, о котором я даже в жизни не мечтала. Их прежние успехи и достижения стали казаться им смехотворными, и тогда они стали медленно затихать, даже, можно сказать, приходить в упадок… В результате чего они полностью потеряли свою стойкую душевную силу, а характер их становился подлым и низменным. Все пороки и вредные привычки, которые раньше они могли контролировать, вылезли наружу, они были душевно сломлены, вследствие чего они ничего уже не могли поделать с этим… В конце концов, как вы уже могли заметить, команда великих и величайших мастеров превратилась в шайку ничтожных подхалимов и отморозков, полностью утратив свои былые достоинство и авторитет! Это и есть их самая большая беда! Но я совсем не хочу, чтобы и вас постигла такая же участь! – строго сказала Мэй Сюэ Янь.

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь были потрясены, на их лицах появилось выражение искреннего смущения; они вдруг поднялись и, низко поклонившись Мэй Сюэ Янь, сказали:

- Премного благодарны Почтенной Мэй за её наставления! Ваш мудрый совет мы никогда не забудем! Слова Почтенной Мэй словно заново возродили нас к жизни! Мы не знаем, как нам отблагодарить вас за эти драгоценные слова! Пожалуйста, примите нашу искреннюю благодарность!

Мэй Сюэ Янь сидела с прямой спиной и даже не шевельнулась. Она спокойно приняла поклоны этих двух людей и, слегка улыбаясь, сказала:

- Главное, чтобы вы поняли, и нам этого достаточно! Это, своего рода, забота, надо лишь, чтобы вы выкинули из головы эти мысли, и будущие поколения мастеров будут следовать вашему примеру; если же для вас это трудно, то скоро вы станете такими же мелочными и вульгарными, как они. Всё зависит от вас; что касается этих людей, смотреть на них нет никакого смысла, стать шайкой ничтожных подхалимов и отморозков, тоже не сильно достойно сожаления!

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь низко поклонились, получив наставления.

Цзюнь Мосе, рассмеявшись, сказал:

- Уважаемые, не надо думать об этих сравнительно далёких от нас вещах. Всё зависит от человека, всё возможно. Ещё примерно полтора дня, и мы уже достигнем Серебряного города. Сюэ Янь, как ты думаешь, три Священные земли в этот раз будут выставлять мастеров Достопочтенного уровня?

Мэй Сюэ Янь нахмурила брови:

- Я тоже думала над этим, однако, основываясь на практике, чтобы выставить мастера Достопочтенного уровня им нужно хорошо посовещаться друг с другом. В конце концов, Достопочтенный мастер – это тебе не капуста, на земле не растёт. Мастер Достопочтенного уровня – это драгоценное богатство! Пусть у трёх Священных земель их немного… И шансов маловато для того исхода, однако если взять во внимание, что они сразятся с твоим… учителем… то, возможно, он сможет поставить Достопочтенных.

- М-м? – Цзюнь Мосе помрачнел. Оглядываясь на Тянсян, у него добавилось столько забот и переживаний… Как же быть дедушке, если его постигнет атака нескольких Достопочтенных мастеров?

На другой день, перед рассветом.

Вся компания поднялась в установленное время и, взобравшись на своих «летающих куриц», отправилась снова в путь! За один день им удалось преодолеть расстояние в восемь тысяч ли! Они проплывали сквозь тысячи облаков.

Чем ближе они были к Серебряному городу, тем становилось холоднее, перед глазами людей возникали необъятные белоснежные дали во главе со Снежной горой!

- Совсем скоро мы будем в городе Серебряной Метели! – Большой Медведь, сидящий верхом на Длинном Журавле, прыгал от радости и двумя кулаками стучал себя по груди, продолжая орать во всю глотку. От его клокочущего рыка даже бескрайние облака и те разлетелись в разные стороны!

Эти «звуковые помехи» заставили юную принцессу города Серебряной Метели Хан Янь Мэн закатить глаза от возмущения, после чего один здоровяк с богатырским телосложением, летящий на Короле Журавлей, неожиданно одарил Короля медведей нежным взглядом, наполненным скромными чувствами любви и заботы… Естественно, господин Медведь ничего не заметил.

Очертания ночи тускнели, всё было окутано тишиной…

Цзюнь Мосе, летящий на Короле орлов, искренне восхищённый, сказал:

- У брата Медведя в самом деле такой звонкий и громкий голос… Его возгласы, в полном смысле этого слова, возгласы… Они непрерывны, один за другим… один ярче и звонче другого…

Король орлов неловко шарахнулся в сторону и чуть почти не упал…

«Брат, будьте мне другом, а? Мы на высоте трёхсот футов, вы не могли бы не говорить такое. В моём мозгу происходит короткое замыкание… Это действительно очень опасно – говорить такое…»

Сумерки… До Серебряного города осталось меньше пятисот ли!

Компания уже находилась в царстве холода и стужи. Ещё немного пролететь вперёд – и начинается сфера влияния города Серебряной Метели. Мэй Сюэ Янь свистнула, и пятьсот летящих священных животных, все как один остановились и начали спускаться на землю. Было решено отдохнуть ночь, а завтра отправиться на Серебряный город! Вся толпа рванула обустраивать военный лагерь, как вдруг…

- Почтенная Мэй из леса Тянь Фа, вы здесь? Старые друзья решили нанести вам визит, не откажите в любезности! – внезапно раздался чей-то сладкозвучный голос, Мэй Сюэ Янь и все остальные были шокированы: «Мы только недавно прибыли сюда, только-только установили палатки, и на пороге уже появились незваные гости? Так неожиданно и так быстро!»

Цзюнь Мосе встал, дал остальным знак, что им не следует выходить, и вышел вместе с Мэй Сюэ Янь.

Внезапно прямо из воздуха появилось шесть могущественных фигур, всё пространство между небом и землей наполнилось угнетающим давлением!

Вслед за огромной силой, заполнившей все пространство, в один миг вдалеке возникло шесть силуэтов, как шесть тёмных мелких точек на снегу!

Тёмные силуэты стали приближаться и в мгновение предстали прямо перед Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе, их отделяло расстояние всего лишь в пять футов!

Все шестеро выглядели сурово и грозно, на их лицах были мрачные выражения, а взгляд сверкал, как раскаты молнии, они пристально смотрели на Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе! Цзюнь Мосе вдруг стало не по себе, словно он, совершено голый, лежит на холодной ледяной земле. Настолько проникновенным был их взгляд. Казалось, он полностью прожигал тебя насквозь, а душа покидала тело!

Цзюнь Мосе был очень напуган, его всего трясло. Он поспешно постарался унять чувство страха, нарушившее его покой, но попытки были тщетны!

Глядя на этих шестерых гостей, зрачки Мэй Сюэ Янь стали непрерывно сокращаться, ей тоже нужно было принять меры предосторожности! В один миг в её сердце пробудилась решимость и воля к борьбе! Каждый из этих шестерых обладает выдающейся силой, и каждый являлся мастером высшего ранга! Почтенным мастером! И, к тому же, их целых шестеро!

Глава 691. Тайное брожение Тянсян

Город Тянсян

Три принца вдруг столкнулись с неожиданным сюрпризом, который им было трудно представить себе даже во сне!

Это всё действительно сон, не иначе!

За это время на их глазах отец, коего они считали огромным талантом и великим стратегом, человеком непоколебимой воли и железной хватки просто упал духом, он был оскорблён и унижен. Прежнее его влияние и авторитет были бесследно утеряны, а Императорский дом города Тянсян переживал тревожное время, так долго ожидаемый ими Императорский трон стал настоящей головною болью всей семьи, даже, можно сказать, источником собственной гибели…

Столкнувшись с могущественной силой и бесчинствами, совершенными Цзюнь Мосе, три принца были просто в ужасе!

Они не знали, что им делать и, кажется, находились в тупике, как вдруг перед ними появилась неожиданная помощь, о которой они могли только мечтать!

Три Священные земли!

Второй принц особенно тяжело переживал последние потрясения, к тому же он был болен, а после ещё был страшно напуган видом Короля медведей и Короля тигров, а все его слуги после увиденного в небе над домом семьи Цзюнь и вовсе разбежались, бросив его одного наблюдать за этим зрелищем… Это ужасное событие заставило его ещё больше дрожать от страха!

Весь этот месяц Второй принц провёл прикованным к постели, и когда слуга сообщил, что Ли Юран прибыл во дворец с визитом, он ненадолго остолбенел и только потом смог ответить.

- Пусть войдёт! Пусть быстрее войдёт! – Второй принц с босыми ногами быстро спрыгнул с кровати. Ли Юран был тем человеком, которого он так отчаянно пытался переманить на свою сторону, но у него всё никак не получалось.

- Ваше Высочество, сколько лет, сколько зим! – вошёл Ли Юран и, не став распинаться в длинных приветственных церемониях, простенько поздоровался с принцем. На его лице по-прежнему сияли беззаботность и неподдельное спокойствие, которые заставляли, глядя на него, улыбаться.

За ним стояло ещё пять человек, от которых за версту несло мощной силой, а за ними стояли ещё три человека в простых холщовых платьях, на вид им было около тридцати-сорока лет, и в целом они ничем не отличались от обычных людей, только их выражение глаз было немного необычным.

- Юран, я так скучал по тебе! – Второй принц пылко и горячо бросился к Ли Юрану, и схватил его за руку. - За это время, что тебя не было, я даже есть толком не мог… а кто эти господа…?

Ли Юран тактично улыбнулся, в его глазах промелькнуло отвращение, и он со смехом сказал:

- Ваше Высочество Второй принц, эти господа – очень влиятельные люди; позвольте мне представить их вам: это старший Ма, это старший Люй, это старший Ниу, это старший Чжу, а это старший Ян… Ваше высочество Второй принц, эти пятеро человек… все Великие мастера!

Ли Юран особенно подчеркнул последние два слова, сказав их с торжественной интонацией:

- Эти пятеро великих мастеров почтенного возраста прибыли сюда из Великого Золотого города! А приехали они сюда с целью помочь вам, Ваше Величество Второй принц… получить императорский трон!

- Великие… мастера… помочь мне… получить… импер… императорский трон?! – Второго принца всего затрясло, ноги стали подкашиваться, а руки - дрожать, и он вдруг заревел навзрыд:

- Я… я… я и подумать не мог, что у меня, Ян Даня, тоже наступит такой день!

Такой важный для меня день! День, о котором я так долго мечтал с самого детства, день, когда кто-то придёт и подаст мне руку помощи! И, к тому же, не кто-то, а настоящие Великие мастера! Это не какой-то заносчивый Одинокий Сокол, которым крутит в разные стороны Цзюнь Мосе!

Сейчас у принца есть целых пять настоящих великих мастеров, никакой Одинокий Сокол и никакой чужак Фэн Цзянь Юнь им не ровня! Пять Великих мастеров пришли мне на подмогу! Ва-ха-ха…

«Сначала я был преисполнен надежды, потом пал духом и пришел в отчаяние, кто же мог знать, что еще не все потеряно!»

Жизнь Второго принца была так нелегка, в ней были взлёты и падения, волнения и разные перипетии.

Увидев, как Второй принц возбуждён и взволнован, на лицах пяти мастеров одновременно возникло пренебрежительное выражение.

Разве это не обыкновенный императорский трон? Даже если ты и станешь императором, сколько лет ты сможешь прожить так? Разве это всё заслуживает такого возбуждения и волнения? Этот человек действительно ничего не понимает в этой жизни! Ещё и думает, что может стать достойным противником для Цзюнь Мосе… Да он же просто обманывает сам себя. Что уж говорить о нём, если даже мы, пятеро Великих мастеров, если бы у нас не было такой серьёзной поддержки за нашей спиной, при виде этого паршивца Цзюнь, даже не подумав, отправились бы в бега…

Но чтобы угодить Второму принцу все пятеро мастеров спокойно кивнули головой.

Второй принц с улыбкой во всё лицо приветствовал каждого мастера. Когда очередь дошла до старого Яна, он со смехом сказал:

- Старший Ян… Ха-ха-ха… кто бы мог подумать, что мы с вами потомки одного предка!

Старший Ян был очень взволнован, разумеется, не из-за Второго принца, а из-за трёх мастеров, стоящих у него за спиной: «Почему этот мальчишка всё никак не может закончить говорить? Заставлять трёх Достопочтенных стоять за моей спиной, как обыкновенных слуг? Это совсем не правильно».

Услышав вопрос, он ляпнул первое, что пришло ему на ум:

- Нет! Мы никакие с вами не потомки одного предка! Ваша фамилия Ян происходит от слова «Тополь», а значит, вы – неодушевленный, неживой Ян; а я, Ян, от слова «баран», значит, я живой Ян…

- Кх-кх! – трое мастеров, стоящих позади, не сдержались и закашлялись.

- Тебя зовут баранье яйцо? (Ян – баран, дань – яйцо) – один из святых был уже не в силах терпеть и удивлённо спросил. Если хочешь, чтобы твой сын стал Императором, зачем же выбирать такое имя для него?! Его отец – ещё тот умник...

- Да, да… Меня зовут принц Ян Дань (Ян – тополь, Дань – утро), но я не знаю, кто эти три господина? – глядя на трёх человек средних лет, спросил Второй принц. Он надеялся, что они тоже великие мастера. Таким образом, у него бы было целых восемь Великих мастеров!

«Мастера в моих руках, значит, и весь мир в моих руках! Вся Поднебесная принадлежит только мне!»

- А… это младшие братья, наша младшая подмога! Начиная с этого дня, мы можем остановиться в доме Второго принца, верно? – Ли Юран, соблазнительно улыбаясь, спросил добрым-предобрым голосочком. Он решил не говорить Второму принцу правду. Если он так отреагировал на Великих мастеров, то если ему сказать, что эти трое людей ещё сильнее Великих мастеров в несколько десятков раз…

Его мозги просто не осилят такое…

Второго царевича не волновало, говорил он правду или нет, эта внезапно свалившаяся на его голову радость так вскружила ему голову, что он был уже давно согласен на всё, что угодно. Однако, пытаясь немного прийти себя и быть серьёзным, он спросил:

- Ян Дань очень польщён, старшее поколение Священных земель прибыло сюда, чтобы оказать мне содействие, однако Ян Дань понимает, что без труда нельзя получить награду, наверняка есть какие-то дела или поручения, которые я должен выполнить?

Хотя в душе он давно решил, независимо от того, что ему придётся выполнить, независимо от того, сможет он сделать это или нет, он должен приложить все усилия для этого и выложиться по максимуму! Если это невыполнимо, он должен создать нужные условия для того, чтобы это стало выполнимо! Он любой ценой должен попытаться задержать этих людей здесь!

Сейчас они – его последняя надежда!

- На самом деле, нет ничего особенного! – со смехом сказал Ли Юран. – Всего-навсего ваше влияние и ваш авторитет, чтобы помочь осуществить нам пару дел. Поэтому мне обязательно нужно право командования!

Второй принц, скрипя зубами, долго обдумывал эти слова, и потом, наконец, топнув ногой, объявил очень неожиданное даже для него решение:

- Разумеется! Без проблем! Всем, что находится в моей власти, ты, брат Юран, с этого момента можешь уверенно распоряжаться. Причем, даже не спрашивая моего разрешения!

Все свои полномочия!

Все свои полномочия в полном объёме!

Без труда - не выловишь и рыбку из пруда!

Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, как говорится!

В этот день Второй принц Ян Дань решил рискнуть всем, что у него было!

- Как скажете, Ваше Величество. Вы так мудры! – на лице Ли Юрана медленно проступила улыбка, два человека пожали друг другу руки.

- И первый мой приказ будет: мне нужны подробные данные обо всех силах и командном составе, принадлежащих Императорской семье и всем влиятельным семьям! – Ли Юран улыбнулся и медленно сказал.

- Да, да, конечно! Я мигом распоряжусь! – Второй принц без колебаний согласился.

В это же время Цзы Цзинь Хун вместе с пятью великими мастерами и тремя выглядящими как обычные люди незнакомцами направлялся в резиденцию Третьего принца, Яна Чжэ. А люди из Неуловимого Мира Бессмертных – в резиденцию старшего принца, Яна Чиу.

По одинаковому сценарию все три царевича города Тянсян стали тремя марионетками, причем самыми сговорчивыми марионетками за всю историю. Надо же, чтобы все три брата были так похожи!

Невиданной силы ураган пришёл в город, весь Тянсян был охвачен ложью и секретами…

Шутливо названные Цзюнь Мосе три царевича – бараний шар (Ян Чиу), баранье яйцо (Ян Дань) и баранья удача (Ян Чжэ), в конце концов, тоже взялись за ответный удар…

….

- «Тупик» - Почтенный Ду Цзю; «Край Света» - Почтенный Сяо Тянь; «Милосердие» - Почтенный Чжень Цибэй; «Смелый Меч» - Почтенный Хуа Фэнвэн; «Жестокий Меч» - Почтенный Чу Учин; «Бродяга» - Почтенный Лю Чию… – Мэй Сюэ Янь произнесла шесть имен, лицо её становилось всё мрачнее и мрачнее.

По спине Цзюнь Мосе прокатился холодный пот. Мамочки, вдруг и неожиданно появилось шестеро Почтенных. Твою мать, как страшно…

- Столько лет не виделись, а память Почтенной Мэй по-прежнему свежа! Назвала всех нас по именам и даже ни разу не ошиблась! Это похвально, похвально! Аплодируем стоя! – Смелый Меч, Почтенный Хуа Фэнвэн, с улыбкой сказал. Его платье колыхалось по ветру, он говорил так по-доброму, что можно было подумать, будто он действительно рад встрече старого друга.

- Господа все – Почтенные, Мастера Высочайшего Пика нашего мира. Ну как же я могла забыть имена таких влиятельных людей? – Мэй Сюэ Янь, слегка улыбаясь, сказала: - Вот не знаю только зачем прибыли сюда эти шестеро Почтенных, может быть, получить наставления? Или наоборот – дать наставления мне?

- Кто же осмелится сказать, что мы приехали получить наставления?.. А что касается того, чтобы давать наставления… лучше сказать, мы здесь, чтобы посоветоваться с Почтенной Мэй по одному вопросу. Ха-ха! Всего-то навсего! – Смелый Меч, Почтенный Хуа Фэнвэн, тактично улыбнулся, и без капли гнева или обиды ответил ей.

- И по какому же вопросу? – Мэй Сюэ Янь нахмурила брови и обменялась с Цзюнь Мосе выразительным взглядом.

- Почтенная Мэй, мы прибыли сюда, следуя заветам наших предков, мы равнодушны к мирским распрям, но, во избежание разрушения мирового баланса, мы готовы сделать многое. Почтенная Мэй, позволить вам участие в войне между семьей Цзюнь и Серебряным городом Фэн Сюэ – и есть нарушение этих предписаний! Мы уверены, что если бы предки Тянь Фа узнали об этом, они тоже были бы не очень рады этому. Мы, шестеро Почтенных, прибыли сюда, чтобы посоветовать Почтенной Мэй спокойно отступить и не дать возникнуть такой проблеме, – Хуа Фэнвэн с улыбкой сказал.

Глава 692. Бродяга Почтенный

- Ты говоришь мне спокойно отступить, Хуа Фэнвэн? А что, если я скажу нет? – Мэй Сюэ Янь сказала с холодной усмешкой.

- Тогда… боюсь, тебе придётся очень несладко, – сказал с сожалением Почтенный Хуа Фэнвэн.

Почтенный Хуа Фэнвэн с достоинством сохранял спокойствие, слегка рассмеявшись, он проникновенно сказал:

- Мне кажется, Почтенная Мэй что-то поняла не так. Мы, четыре семьи, всегда взаимно полагались друг на друга, относились друг к другу, как к родным братьям и сёстрам, словно мы – одна семья. Как мы можем позволить себе совершить великое злодеяние и вдруг убить Почтенную Мэй? Вы наверняка ошиблись, и вам что-то почудилось, такого и быть не может.

- А то, что вы вшестером здесь внезапно очутились, мне тоже почудилось? – сказала Мэй Сюэ Янь с сарказмом.

- Но мы прибыли сюда только лишь из добрых побуждений – помочь Почтенной Мэй не совершить большую ошибку, не дать ей пожалеть о своём поступке, – Хуа Фэнвэн с нотами сожаления в голосе и серьёзным видом сказал:

- Эту опрометчивую ошибку будет очень трудно исправить. Почтенная Мэй, не стоит из-за минутной слабости обрекать себя на вечные страдания, прошу примите мои слова к сведенью.

- Пусть даже меня и ждут вечные страдания, но это только мои страдания. Какое вам дело до этого? – резко сказала Мэй Сюэ Янь. - Если это всё, то больше вас никто не задерживает!

Мэй Сюэ Янь без всяких церемоний чётко дала понять, что этой шестёрке Почтенных пора и честь знать. Было понятно, что три Священные земли уже полностью отчаялись! Кто бы мог подумать, что это дело достигнет такого положения, три Священные земли для того, чтобы разрешить этот конфликт, уже положили около ста своих людей и при этом продолжают без зазрения совести прикрываться таким благородным предлогом! Это так отвратительно!

Такое лицемерие невыносимо больше даже, чем лгать в открытую!

- Мы просто хотели дать дружеский совет, сказать Почтенной Мэй в лицо горькую правду с добрыми намерениями. Неужели в вашем сердце ничего не содрогнулось? Вы остались так же равнодушны? Если не соблюдать заветы предков, то как же потом можно смотреть в глаза народу? Почтенная Мэй, ты и вправду будешь так и дальше стоять на своём? – Хуа Фэнвэн с улыбкой посмотрел на неё. – Если действительно так, то последствия будут очень плачевными. Очень, очень плачевными! – когда Хуа Фэнвэн говорил, голос его звучал ласково и нежно, но при этом подтекст прослеживался весьма грубый.

- Какими же, например? – с ледяным лицом произнесла Мэй Сюэ Янь, она выглядела очень достойно, от неё так и веяло грозной неприкосновенностью. - Думаете, вы вшестером сможете устроить мне «плачевные последствия»? Хуа Фэнвэн, ты не слишком ли высокого о себе мнения, не думаешь?

- Почтенная Мэй в самом деле остра на язычок! Ха-ха, просто потрясающе! – Бродяга, Почтенный Лю Чию, весьма безобразной наружности, уже долго себя сдерживал, оценивая Мэй Сюэ Янь с ног до головы, прищёлкивая и прицыкивая языком, наконец, не выдержал:

- Прежде, помнится, Почтенная Мэй обычно носила тёмные одежды. Я и подумать не мог, что вы такая необычайная красавица, и к тому же такая привлекательная, ха-ха-ха-ха! Простите за невнимание!

Мэй Сюэ Янь нахмурила брови.

Чем дольше Цзюнь Мосе его слушал, тебе больше начинал выходить из себя. Глядя, как этот Почтенный одаривает Мэй Сюэ Янь непристойными взглядами и облизывается, в его груди внезапно вспыхнула ярость. Всё, о чём он мечтал в этот момент, так это взять башку этого безобразного извращенца и сделать из неё ночной горшок. Он сделал шаг вперёд, злобно посмотрел на Бродягу и пробормотал:

- Бродяга Почтенный? Лю Чию?

- Совершенно верно, Почтенный! – Лю Чию моргнул раскрасневшимися веками и оценивающим взглядом посмотрел на Цзюнь Мосе, а потом со смехом добавил: - Тебя, значит, мальчонка, Цзюнь Мосе величать, верно? Мм… Ты – тот самый бесстыжий негодник, который таскается за Почтенной Мэй?

- Совершенно верно, это я, – Цзюнь Мосе наклонил голову и посмотрел на него: - А ты что здесь забыл?

- Ох, и ты думаешь, что такой прохвост, как ты, заслуживает такую прекрасную девушку, как Почтенная Мэй? Ой, ну ты и переоценил, конечно, свои силы, приятель! Будь добр, весело и задорно скройся с глаз моих! – нагло сказал Лю Чию и громко фыркнул. Он всегда вёл себя так напористо и нагло, и за долгие годы это закоренелая привычка никуда не исчезла. Но после того, как он вступил в Священные земли, ему пришлось лишиться этой своей черты, к тому же он был очень сильно ограничен Достопочтенными, так что эти годы дались ему не без труда.

Увидев сейчас Почтенную Мэй, патогенный огонь, долгими годами сдерживаемый им в своём сердце, внезапно вырвался наружу. Всё у него внутри закипело и забурлило, и в итоге он совершенно утратил контроль над собой, он только чувствовал, как нижняя часть его тела непрерывно набухала, лицо краснело, дыхание становилось трудным, и он уже никак не мог остановить этот процесс.

Поведение Цзюнь Мосе, а-ля защитника своей девушки, ещё больше взбесило его.

- Я прохвост? В каком это месте я прохвост? Куда уж мне до тебя, брат? С твоей выдающейся внешностью и изящными манерами мне не сравниться, кто бы что ни говорил; ох, а эти твои благородные черты лица… Да на тебя же девушки сами вешаются, каждая тебе в жёны набивается… Я бы и подумать не мог, чтобы угнаться за тобой! – Цзюнь Мосе с презрением посмотрел на него. Он начал говорить вежливо и учтиво, но кто бы мог подумать, что монолог закончится таким жестоким ударом!

- Я? Раз ты вырос смазливым, что, думаешь, нет людей с другой внешностью? – всю жизнь для Лю Чию самое больное место было – его уродливая внешность, ему никогда не везло в отношениях с противоположным полом, отчего он всегда прибегал к применению силы. Это, конечно, было грустно и несправедливо, но в вопросах внешности нельзя ничего поделать… здесь он был совершенно бессилен!

Сказав такие слова, Цзюнь Мосе задел его за живое, обнажив его старые раны. Лю Чию немедленно пришёл в ярость, Ци в его организме напряглась, со всех сторон с грохотом взлетел лёд и снег.

- Ааа, так ты и сам знаешь про свою «бродяжью» внешность, да? Знаешь, ты сколько угодно можешь извиняться перед своим отражением в зеркале, но, увы и ах, уверен, что, когда ты оправляешься сходить по малой нужде, твои жизненные разочарования становятся только больше! Знаешь, глядя на твоё лопатовидное лицо, мне думается, что оно похоже на перезревшую хурму, которую никто не стал собирать, а она возьми и свались с дерева. И не просто свалилась на землю, а прямиком на такой большущий булыжник. И знаешь, что? История на этом не заканчивается, проходил мимо медведь, не заметил эту хурму, взял, да наступил на неё. Да ещё и дважды. Своей любимой лапой с дерматитом… – на этом Цзюнь Мосе не закончил, он вытянул палец, и, указывая на Лю Чию, с деловым видом начал производить его подробное описание: - И, действительно сгнившее раз, не может сгнить ещё раз! Но ты должен знать, что я очень восхищён твоими родителями. Чтобы произвести на свет такой экспонат, как ты, в самом деле нужно быть необыкновенными людьми, настоящими профессионалами своего дела! Особенно я восхищен тем, что, родив тебя, они смогли стерпеть и при первом же взгляде не задушить тебя насмерть. Их терпение просто на высочайшем уровне… Ещё больше заслуживает уважения то, что у них получилось вырастить тебя… Это, учитывая тот факт, что каждый божий день надо видеть твою тошнотворную физиономию… Да я просто преклоняюсь перед этими святыми людьми…

Услышав эти слова, Ду Цзю, Чжень Цибэй и все остальные едва не заржали и только чудовищным усилием воли не лопнули от смеха. Какой же, на самом деле, Цзюнь Мосе всё-таки язва, его поганый язык может вывести из себя даже мертвеца, такой он неугомонный…

- Цзюнь Мосе, я убью тебя! Я обязательно уничтожу тебя! – Лю Чию яростно проревел. В его жилах стыла кровь, он был полон ярости и гнева, светло-зелёная лента, которая держала его волосы, с треском лопнула, снежный слой со всех сторон начал подниматься, начиная с того места, где стоял Лю Чию. Слой за слоем он поднимался и опускался, визуально казалось, что из-под земли наружу вытекает магма…

Очевидно, что Бродяга Почтенный был разгорячён до предела!

Вслед за этим сверкнул человеческий силуэт. Тень Лю Чию всё ещё находилась на прежнем месте, как вдруг его тело уже было насильно подхвачено в воздух шестью призраками, а одна рука схватила Цзюнь Мосе за голову!

Почтенный был безумно разгневан!

Более того, он находился во взбешенном состоянии!

Ду Цзю и остальные Почтенные хотели остановить его, но было уже поздно.

Лю Чию собирался треснуть Цзюнь Мосе по макушке!

Его разгневанное состояние никак не мешало ему, двенадцать уровней Суань были полностью обнажены!

Он хотел убить Цзюнь Мосе с помощью удара ладонью!

Остальные Почтенные, наверное, приняли бы во внимание тот факт, что учитель Цзюнь Мосе представляет реальную угрозу для трёх Священных земель, но не Лю Чию. Он даже не задумывался об этом. В его голове были такие мысли: Я убью этого паршивца и умою руки, а три Священные земли возьмут на себя ответственность за эту неразбериху! А я покину эти земли, и будь что будет!

Ни один человек, опорочивший имя Почтенного с некрасивой внешностью, не должен жить в этом мире!

С какой стати придется делать исключение для этого поганца?

Поэтому Лю Чию был так серьёзно настроен! К тому же Почтенная Мэй – такая красивая девушка, если у меня с ней ничего не выйдет, значит и тебе, сучёныш, ничего не видать!

Раздался стон… резко сверкнул силуэт!

Стоявшие рядом пятеро Почтенных только заметили, как земля начала трястись, как вдруг появились два вихря, собравшихся в одном месте, в один миг тень исчезла, а снежного слоя, ещё недавно лежавшего на земле, как будто никогда и не бывало. Огромный вихрь в мгновение ока вырос до 4-5 футов в высоту!

Цзюнь Мосе стоял там же, где и стоял, только Мэй Сюэ Янь было не видно!

Обстановка прояснялась!

Когда Лю Чию протянул руку, чтобы ударить Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь тоже протянула руку и остановила его удар, и затем они продолжили биться!

Мэй Сюэ Янь, благодаря Цзюнь Мосе, удалось постигнуть настоящее чувство любви и продвинуться на третий уровень Почтенного, чувства, которые она испытывала к нему, оказались глубокими и настоящими, и как же можно позволить кому-то на твоих глазах причинять боль любви всей твоей жизни?

Ради этого пожертвовать своей жизнью и то будет мало!

Пока я, Мэй Сюэ Янь, жива, никто не смеет обижать моего Мосе!

Лю Чию, несомненно, взбесился и вступил в бой, но кто сказал, что Мэй Сюэ Янь тоже не взбесилась?

Поэтому двое Почтенных и схлестнулись в схватке, в один миг поднялись в небо с земли, яростно атакуя друг друга!

Глава 693. Схватка Почтенных

Лю Чию хотел убить только Цзюнь Мосе, однако то, что Мэй Сюэ Янь вступила в схватку, только ещё больше взбесило его, ещё больше заставило почувствовать себя подавленным и угнетённым, поэтому он с небывалой жестокостью вступил с ней в схватку и даже не думал об отступлении!

Ду Цзю и остальные Почтенные были поражены его действиями!

Эти шестеро Почтенных в первую очередь прибыли сюда ради обычного приветствия! Иными словами, выразить пустую вежливость, в которую уже давно никто не верит.

Пришли уговорить Мэй Сюэ Янь отступить? Это просто бред. Ради этой встречи они преодолели расстояние в несколько тысяч ли, как можно после этого взять и отступить? Поэтому всё, что им и надо было – это всего-навсего услышать отказ Мэй Сюэ Янь, чтобы уж тогда у них была веская причина вступить в бой.

Почтенные на то и Почтенные, статус и репутация для них всегда будет важнее всего, как можно не считаться с такими выскочками? Куда бы эти шестеро Почтенных не попадали, в том месте тотчас же возникали споры и стычки! Кто бы мог подумать, что в Лю Чию неожиданно проснётся неопределимая тяга к женскому телу! И его несколько пошлых фраз лишат его ранга Почтенного, да ещё и приведут к стычке с Мэй Сюэ Янь!

Он и в самом деле сказочный неудачник!

Чжень Цибэй строго посмотрел на Почтенного Чу Учина. Из шестерых прибывших Почтенных, они вдвоём с Лю Чию были из одного места - Иллюзорного Океана Крови!

«Милосердие» - Почтенный Чжень Цибэй, и «Смелый меч» - Хуа Фэнвэнь, были из Неуловимого Мира Бессмертных, а «Тупик» - Почтенный Ду Цзю, и «Край света» - Почтенный Сяо Тянь – из Великого Золотого Города.

В эту минуту даже Ду Цзю и Сяо Тянь были злы на Лю Чию!

Они чувствовали, что были опозорены вместе с этим болваном. Если ты считаешься Почтенным мастером, пусть даже ты очень расстроен или возбуждён… Ты должен уметь контролировать себя! А этот придурок вёл себя так, словно он никогда в жизни не видел женщину…

В воздухе продолжал с безумной скоростью вращаться вихреобразный снежный столб, остальные пятеро Почтенных смотрели на него с беспомощным выражением лица; нет никакой возможности вмешаться постороннему в схватку такого уровня!

Если только не постесняться и не приложить для этого совместные усилия… всё-таки как-никак, здесь есть две тысячи Священных животных девятого пика во главе со Королями зверей, которые наверняка не против присоединиться к этому представлению!

Хотя пятеро прибывших человек являются Почтенными мастерами, и их силы во много раз превышают силы армии Священных животных, однако когда тебя кусает и жуёт бесконечная армия разных тварей – а Священные животные издавна славились своей толстой непробиваемой шкурой и крепкими мышцами – знаете, то ещё удовольствие… Когда на тебя летит разъярённая толпа в две тысячи рыл, даже Почтенному придётся несладко… не говоря уже о простых людях!

В этот момент Король журавлей и остальные Короли животных начали постепенно окружать кольцом место схватки, лица их были озлобленными и жестокими, они с нетерпением ждали момента, когда они смогут броситься в бой. Стоило только крикнуть кому-нибудь из Королей, или, возможно, даже молодому мастеру Цзюнь – и эта дикая армия незамедлительно ринулась бы в бой!

Вдруг!

Раздался удар, белоснежная тень Мэй Сюэ Янь опустилась на землю, рядом с Цзюнь Мосе, и они оба одновременно попятились!

Бах!

Вихреобразный снежный столб продолжал крутиться, как вдруг из него вылетел человеческий силуэт и упал с громким грохотом, что даже смешавшиеся вместе грязь, мелкие камешки, лед и снег разлетелись в разные стороны от его приземления!

Затем вдруг из-под облаков пыли появился Лю Чию со свирепым выражением лица. На его правой стороне груди красовались три аккуратных отпечатка ладони! Подул холодный ветер, и контуры отпечатков ладоней вспорхнули, словно три маленькие бабочки, с его одежды!

Его лицо становилось всё багровее и багровее, а взгляд был настолько лютым, что, казалось, ещё чуть-чуть и он кого-нибудь заживо съест. Раздался яростный рёв, и его тело заискрилось, как новогодняя ёлка!

Мэй Сюэ Янь была спокойна и невозмутима, её одежды были по-прежнему кристально чистыми, но вид Лю Чию говорил сам за себя. Всем присутствующим было понятно, что ему очень хорошенько досталось от Почтенной Мэй! И не исключено наличие внутренних травм.

- Лю Чию, ты ещё не закончил? Сукин сын, ты так и будешь продолжать позориться? – «Смелый меч» - Почтенный Чу Учин, закричал ему, но Лю Чию даже не стал его слушать и всё с тем же яростным рёвом бросился на Мэй Сюэ Янь! Он был так сурово опозорен перед столькими людьми, как ещё можно при этом так продолжать везти себя, ещё и орать во всю глотку?

Сначала Цзюнь Мосе своим ядовитым языком одарил его парочкой комплиментов, потом Мэй Сюэ Янь жестоко побила! Твою ж мать, я Почтенный мастер или кто вообще? Благородный мастер Почтенного уровня! Если не разобраться с этим здесь и сейчас, то как же можно дальше уверенно стоять на ногах?

Увидев, что Лю Чию устремился на неё, Мэй Сюэ Янь была невозмутима, как и прежде, она загадочно улыбнулась и соединила две свои ладони в очень причудливую форму, словно лепестки орхидеи, и в ту же секунду пространство между небом и землей как будто замерло!

Ветер не дул, облака не двигались!

Даже вихреобразный снежный столб в это мгновение замер в воздухе и перестал крутиться!

В глазах Мэй Сюэ Янь сверкнула жажда убийства!

Все остальные Почтенные - свидетели, я не хотела никого убивать, я уже давала тебе шанс спокойно отступить и сдаться! Однако ты снова ринулся в бой!

Решил все-таки не отступать, пусть даже ты Почтенный и что с того? Неужто, думаешь, я не смогу убить Почтенного?

Тому, кто посмел обидеть Мосе, нет прощения! Наказание неизбежно!

Чу Учин понял, что в этот момент положение дел приняло очень опасный оборот. Собрав всю Суань своего тела воедино, в его руках сверкнула вспышка, и он наспех применил прием «Слияния Воедино с Мечом» и бросился изо всех сил в атаку, тем самым блокировав пространственный удар Мэй Сюэ Янь, чтобы спасти Лю Чию, при этом он громко закричал:

- Почтенная Мэй, сжальтесь! Будьте снисходительны!

Но было уже поздно, слишком поздно!

Мэй Сюэ Янь холодно произнесла два слова:

- Клетка Мира!

Тело Лю Чию словно пробило разрядом молнии, и он повис воздухе, без кого-либо движения!

Хотя Лю Чию обладал очень дурным характером, однако состояние его Суань нельзя было назвать непримечательным, как-никак сейчас он был Почтенным второго предела! Но Мэй Сюэ Янь недавно удалось сделать прорыв, и теперь она стала Почтенной третьего предела! И от «Клетки Мира», которую она развернула сейчас не мог спастись ни один мастер, который был ниже её ранга!

Эта «Клетка Мира» не сравнится с той, которую использовала Мэй Сюэ Янь раньше, эта клетка совершенно другого уровня!

Даже Лю Чию, обладающему рангом Почтенного, это не под силу!

Лю Чию был сильно ошарашен тем, с чем ему неожиданно пришлось столкнуться, он пришёл в настоящий ужас. Почувствовав, что его собственное тело больше неподконтрольно ему, он чувствовал себя маленькой рыбешкой, которая в одно мгновение застыла вместе со всем водяным потоком и превратилась в лед! И которой ничем нельзя было помочь!

В одно мгновение тело Мэй Сюэ Янь сверкнуло и поднялось в воздух, от её белых как нефрит ладоней начал медленно раздаваться звук, который образовывал громкий гул! Одновременно пронеслись целых тридцать ладоней как одна!

Крепко-накрепко!

Все они пришлись прямо в тело Лю Чию!

Если бы не атака Чу Учина, Мэй Сюэ Янь пустила бы в ход около тысячи ладоней в этого подлого человека Лю Чию!

Тело Лю Чию кувыркалось и прыгало, как резиновый мяч! В это же время белоснежные рукава платья Мэй Сюэ Янь взмыли в воздух, её утонченная фигура выглядела при этом грациозно и изящно, в воздухе она совершила поворот. Её движения были плавными и уверенными, она была похожа на Святую Деву, сошедшую на землю. Порхая в воздухе, рукава её платья летали в воздухе, словно кружащиеся снежинки, затем она без малейшей ошибки встретилась с Жестоким Мечом Чу Учина! Точнее сказать, с его сверкающим острым лезвием!

До сих пор никто не видел знаменитый «Жестокий Меч» Чу Учина, но это не значит, что он никогда не появлялся, просто не было людей, которые смогли бы его разглядеть! Его сверкающее острое лезвие обычно отвлекало всех людей!

Они наконец-то столкнулись!

Раздался хлопок!

Уникальный прием Мэй Сюэ Янь, блокирующая пространство «Клетка Мира», не выдержав давления, в конце концов, разбилась вдребезги!

Столкнувшись со сверкающим острым лезвием, своими порхающими рукавами с чистой Ци, Мэй Сюэ Янь не получила никакого ущерба или ранений, она только по изогнутой кривой медленно отлетела на землю. Увидев, как высоко подлетели её рукава, Мэй Сюэ Янь вернулась к Цзюнь Мосе. Выражение её лица было спокойным и уверенным, как и всегда, на нём не было и следа волнения, вызванного этой стычкой!

Чу Учин, повернувшись в воздухе, опустился на землю, его тело в одно мгновение снова поднялось и стабилизировалось, приняв всё тот же беспомощный вид, его сверкающий Меч снова исчез из поля зрения, за всё время не было ни одного человека, который бы смог увидеть его знаменитый «Жестокий Меч».

Он поражённо посмотрел на Мэй Сюэ Янь и сказал:

- Почтенная третьего ранга? Поздравляю, Почтенная Мэй, с прорывом!

В его поздравлении читалась неискренность, с которой он говорил, или дальше больше зависть и злость… Ду Цзю и остальные Почтенные, стоявшие позади, услышав это, сразу поменялись в лице.

Третий ранг Почтенного мастера – это вам совсем другой уровень!

Неудивительно, что, столкнувшись с этими шестью Почтенными, Мэй Сюэ Янь нисколько не испугалась!

Среди этих шестерых Почтенных, было трое Почтенных первого ранга и трое – второго ранга! Хотя и до прорыва силы Мэй Сюэ Янь превышали силы любого из их шестёрки, они всё же были на уровне пика второго ранга Почтенного, а если сейчас сразиться с ней, даже без учёта превосходства армии Священных животных над людьми, очень опасно!

Все радужные надежды, которые были у них прежде, окончательно разбились в пух и прах! Мэй Сюэ Янь совершила прорыв, её силы значительно увеличились, а с учётом непревзойденной техники движений и молниеносной скоростью, весьма вероятно, что она легко справится с каждым из них!

Эти шестеро Почтенных изначально прибыли сюда, чтобы продемонстрировать свои мощные боевые силы, и, тем самым, напугать противника, а потом создать удобный повод для вмешательства в бой, и разведать истинные и ложные намерения противника. Однако сейчас всё резко поменялось. После их разведывательных мероприятий, не они, а, как раз их напугали до чёртиков их же противники…

В этот момент где-то далеко до сих пор эхом раздавались отзвуки грохота. Лю Чию наконец-то опустился на землю, на земле даже осталась небольшая вмятина от его падения. Грязь и мелкие камешки разлетелись в стороны. Тем не менее он был в сознании и даже резким кувырком ему удалось подняться на ноги. Встав и немного шатаясь, он стал прощупывать свою грудь, на которую пришёлся удар, на его уродливом лице было трагическое выражение, а из уголков рта тонкой линией стекала кровь.

Глава 694. Цзюнь Мосе умеет мстить!

Лю Чию только хотел открыть рот, чтобы что-то сказать, как из его рта быстрым потоком хлынула кровь, он поспешно крепко-накрепко сжал губы, и начал процесс регулирования Суань, так и не промолвив ни слова! А потом и вовсе закрыл глаза и, совсем не обращая внимания на бесчисленное количество окружавших его Священных животных, погрузился в исцеление своих ран.

Потому что он знал, что его раны очень серьёзные, медлить никак было нельзя! Потерять ещё минуту, и этого было бы вполне достаточно, чтобы лишиться жизни! На этот раз удар Мэй Сюэ Янь был крайне жесток! Пусть даже благодаря вмешательству Чу Учина, он был не в полную силу, но, тем не менее, больше того, что мог выдержать Лю Чию!

Вся толпа была потрясена!

Изо рта Лю Чию текла густая, необычно красного цвета кровь, кровь из внутренних органов!

С ним всё было кончено!

Пусть ему посчастливилось остаться в живых, однако такое ранение очень трудно вылечить. Вероятнее всего, его силы уменьшатся, по крайней мере, на восемьдесят процентов. Все присутствующие прекрасно понимали это.

- Какие безжалостные приёмы у Почтенной Мэй, однако! – Чу Учин повернул голову и взглянул на Мэй Сюэ Янь, и тут же резко отвернулся, посмотрев на Мэй Сюэ Янь, в его глазах блеснул вспыхнувший гнев.

- Безжалостные? Разве это называется безжалостными методами? Это совсем не считается! – рассмеявшись, крикнул Цзюнь Мосе:

- Осмелюсь спросить вас, Почтенный «Жестокий Меч», с какой целью вы собрались здесь все вместе? Молодой господин сделает предположение: должно быть, вы здесь, чтобы полюбоваться снежным видом? Вам не помешало бы говорить открыто, нам всем известны цели и намерения друг друга, зачем же специально строить из себя жертву? Почему все бродяги такие? В особенности вы, раз достигли такой высоты, как Почтенный, для вас вообще не дело вести себя подобным образом! Вы, в самом деле, делаете из себя посмешище! Лю Чию сам навлёк позор на свою голову, и его наказание вполне заслуженно!

- Сказано недурно! Прежде мы и в самом деле оговорились! – Чу Учин замер, не скрывая своего восхищения, он поглядывал на Цзюнь Мосе: - Если ты в состоянии сказать такие слова, значит, мне кажется, ты смог постичь истинный смысл Бродяг; однако, Цзюнь Мосе, ты не знаешь ещё кое-что!

Он остановился ненадолго и, чётко проговаривая каждое слово, сказал:

- Попав в Цзянху, ты теряешь контроль над собой. Есть вещи, которые даже тебе не под силу, но ты должен найти обоснование для их осуществления! Невзирая на то, сказано ли это обоснование сообща, но, во всяком случае, оно есть!

- Эту истину я, разумеется, понимаю, и я даже согласен с ней! – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и внезапно с внушительной яростью вытянул указательный палец и сказал:

- Поэтому из-за этого обоснования, этот человек должен умереть!

Палец молодого мастера Цзюнь указывал как раз на то место, где находился Лю Чию.

- Осмелюсь вас спросить, господа, если бы какой-нибудь человек прямо при вас жадно глазел на вашу жену, кажется, вы бы тоже не спустили это ему с рук? – Цзюнь Мосе сказал с холодной усмешкой.

- Это причина, по которой ты хочешь убить его? Сказанное тобой, мы не отрицаем! Это вполне разумно! – Чу Учин рассмеялся. – Однако мы тоже хотим защитить его обоснование. Тогда, раз уж мы вместе пришли, стало быть, вместе и уйдём!

Он смотрел на Цзюнь Мосе, а в его глазах сверкнула насмешка, пускай незначительная, но это было заметно:

- К тому же, унижение такого рода… Мужчина сам должен собственными руками смывать, а не прятаться за подолом своей женщины. Пусть неприятель и убит, но это вовсе не значит, что это вы расправились с ним! У тебя сейчас не хватит силёнок на это. На сегодня достаточно, мы на время уберём в сторону нашу вражду, а завтра снова встретимся в Серебряном городе и подведём наши старые счёты! Независимо от того, мы задолжали вам, или же вы нам!

- Ты сказал всё верно! Я и сам не собирался присваивать чужие заслуги себе! Разумеется, я сам должен отомстить за это унижение! А что касается хватит или не хватит у меня силёнки на это… Ха-ха-ха! – Цзюнь Мосе звонко рассмеялся, внезапно густая ледяная злоба, окутывавшая его тело, в одно мгновение бесследно исчезла, затем и всё тело молодого мастера Цзюнь постепенно начало угасать.

Это удивительное явление заставило компанию Почтенных снова испугаться. Глядя на то, как быстро исчезает его злоба, все тут же задались вопросом; в одно мгновение ледяная злоба Цзюнь Мосе заполнила собой почти всё небо и затем полностью исчезла, не оставив и следа. Такая ловкость и сноровка не под силу никому из присутствующих!

Методы этого молодого человека в самом деле окружены тайной!

Выражение лица и положение тела Чу Учина нисколько не поменялось, он стоял, как и прежде, как вдруг беззвучным движением он резко взлетел в воздух, а потом появился прямо рядом с Почтенным Лю Чию! Хотя он испытывал отвращение к этому человеку, но он всё-таки ни за что не мог допустить, чтобы кто-нибудь на его глазах убил его!

Остальные Почтенные оставались на своих местах и не двигались. Если принять меры против Цзюнь Мосе, придётся столкнуться со всей толпой, тогда… даже мастера Почтенного уровня не особо много значат! Если Чу Учин будет один, он столкнётся только с одним Цзюнь Мосе…

А тем временем тело Цзюнь Мосе полностью исчезло.

Мэй Сюэ Янь тихонько улыбнулась, не было и признака того, что она собиралась вмешаться. Кажется, она совершенно не беспокоилась за Цзюнь Мосе.

Такое поведение зародило некоторые сомнения в сердце Чу Учина.

Цзюнь Мосе исчез прямо перед его остолбенелым видом, не оставив за собой ни следа!

Пусть он и достиг уровня Почтенного мастера, но даже ему такое не под силу!

Эта странная и невероятная ситуация заставила и других оставшихся Почтенных мастеров испытать глубочайшее потрясение! Из них никто никогда до этого не видел такой удивительной техники отработки движений! Пусть даже быстро, пусть даже искусно, но после этого всегда оставался лёгкий след, за которым можно было проследить, но тут этот молодой юноша, крепко стоя на ногах, в одно мгновение бесследно пропал!

Внезапно всё небо озарилось золотистым лучом, и сверкнуло металлическое остриё. Чу Учин резко взмахнул правой рукой, и крохотный метательный нож упал на землю! Этот метательный нож выглядел весьма необычно, он был миниатюрного размера, с ровными спокойными линиями. Он спокойно лежал на холодной земле, ярко сверкая и озаряя всё вокруг.

Чу Учин был страшно напуган. Хотя этот нож был небольшого размера, он был настолько острый, что и за всю жизнь было редко встретить подобное оружие. Остальные не знали, но Чу Учин смог заметить, что этот крошечный метательный меч смог оставить царапину на его «Жестоком Мече»! На этом драгоценном Мече даже свирепый удар Громадного Молота не оставил ни единого следа!

А направление, куда летел этот нож – как раз то место, где находился Лю Чию! Чу Учин совершенно чётко понимал, что если бы он не вмешался тогда, этот нож прямиком угодил бы в горло Лю Чию!

Тот злополучный нож только что упал на землю, как вдруг все небо озарил золотистый луч; на этот раз он был не один, их было множество!

Чу Учин громко закричал, его тело осветили отражения ножей, их свечение было похоже на лучи радуги. Раздались непонятные звуки, бесчисленное количество золотых лучей соединилось в ноже, а потом опустилось прямо в ногу Чу Учина.

Нож не попал в цель. Чу Учин переместил всю свою атаку в одно место, а потом сбил его.

В это время он по-прежнему оставался с пустыми руками, его знаменитый «Жестокий Меч» так и не появился!

Чу Учин был смертельно бледен!

Дела плохи!

Это был голос его сердца в данный момент! Потому что, оказывается, в его ноге были множество раздробленных золотых опилок! Но эта цель была лишь для отвода глаз!

За его спиной раздался тяжёлый шум, вслед за этим Лю Чию нечеловеческим голосом провопил:

- Цзюнь Мосе!!

Чу Учин был очень зол. Он не успел повернуться, как вдруг молниеносным движением еле державшегося на ногах Лю Чию словно окружило бесчисленное количество разрядов молний. В одно мгновение каждый участок его тела был пронзён около ста с лишним ножами! Не пропустив ни одного места!

Цзюнь Мосе только что атаковал Лю Чию, хотя не было видно его силуэта, но Чу Учин был уверен, что сейчас он находится именно в этих пределах! Он не мог уйти далеко!

Чу Учин собирался в этот момент применить особую технику владения мечом, которую он постиг во время Битвы за Захват Небес. Пусть чужаки очень странные, и их приёмы довольно загадочные, но всё же, у них есть чему поучиться. И к тому же, Цзюнь Мосе вряд ли сможет в таком разобраться.

Даже не важно, сможет он что-то в этом разобрать, самое главное будет эффект! В прошлом, применяя внезапно эту блестящую технику, Чу Учину легко удавалось разобраться со всеми своими прежними врагами!

- Восемь ветров и дождей сотрясут небо и землю!

Да ещё и такое козырное название! Учитывая усердные тренировки на протяжении несколько сотен лет, это техника имеет далеко не такой эффект, что в прошлом!

Свист меча разрезал воздух, Чу Учин изо всех сил бросился в атаку!

Противники, строго защищаясь, смогли навредить Лю Чию. Этот факт заставил Чу Учина сделать Цзюнь Мосе таким же своим врагом, как и для Лю Чию! Заставил испытывать его страх!

Такой сопляк, как Цзюнь Мосе, обладает такими ужасающими приёмами!

Сначала Цзюнь Мосе применил технику становления невидимым, а потом пустил на пробу ножи, сделанные из метеорита. Эти ножи удалось сделать ему с помощью усердной работы над своей стихией металла! Их совершенная острота заставит прийти в ужас даже такого человека, как Чу Учин!

Вслед за этим последовал дождь из золотистых лучей, однако это была вовсе не атака бесчисленным количеством метательных ножей, просто Цзюнь Мосе обнаружил у себя за пазухой небольшой слиток золота и, благодаря стихии металла, незаметно расщепил его, превратив в золотые опилки, а после чего рассыпал!

Снова увидев появление золотистого света, Чу Учин увеличил свою мощь еще на двадцать процентов: во-первых, опасаясь потерпеть поражение драгоценного меча, а во-вторых, чтобы как-то излечить ранения Почтенного Лю Чию!

На самом деле, по состоянию силы Цзюнь Мосе на сегодняшний момент, он бы не смог выпустить такое огромное количество метательных ножей, а если бы даже смог, они бы не обладали такой силой, что Чу Учин не смог бы ей противостоять, но об этом никто не знал.

А Чу Учин приспосабливался к действиям Цзюнь Мосе! Цзюнь Мосе в мгновение выпустил золотые опилки, а сам снова применил технику Инь-ян, сохраняя невидимость, он находился прямо перед Почтенным Лю Чию. Без всяких колебаний, мощным потоком, силой точно в тридцать ног подряд, он зарядил Лю Чию прямо между ног!

Ты, сучёныш, посмел глазеть на мою женщину?! Да как я смогу избавиться от гнева в моей душе, если не сделаю тебя в одночасье евнухом? А?!

После удара, Цзюнь Мосе тут же смотался! А между ног у Лю Чию было всё разбито вдребезги, и живого места не осталось!

После этого неприятного происшествия, пусть Лю Чию и останется в живых, благодаря восстановлению Суань, однако ему обязательно нужно будет сменить своё прозвище. На какое – неизвестно, но понятно одно, он уже не сможет быть «Хулиганом»; потому что он будет уже не в состоянии хулиганить и безобразничать, ведь главного своего хулиганского предмета он уже лишился!

Глава 695. Я не допущу твоей быстрой смерти

Цзюнь Мосе верно догадался. Чу Учин отреагировал сразу же, к тому же его действия были очень даже правильными, в этой ситуации ничего лучше придумать и нельзя было! После такого успеха Цзюнь Мосе с молниеносной скоростью начал отходить назад, но не сделал он и десяти шагов как над его телом навис острый меч, казалось, что он вот-вот разрежет его тело пополам! Ему ничего не оставалось кроме как спрятаться в Пагоде Хунцзюнь…

Вот так тебе, скотина! У меня был секретный план! А у тебя? Дрянь…

Блеск меча был и тут и там, словно прорезая пространство, и звук от этого меча разносился очень далеко, и в миг вокруг тела Лю Чию развернулась очень пугающая сцена!

Снежный туман, кусочки льда, щебень – всё поднялись к небесам, все это выглядело словно фонтан, парящий в воздухе, а на земле осталась бездонная пропасть шириной практически с палец руки!

Но, тем не менее, Чу Учин был очень расстроен, он совсем упал духом! Так как после того, как он применил свой козырь, обнажил всю свою мощь, перед его же глазами Цзюнь Мосе, как ни в чём не бывало, оказался около Мэй Сюэ Янь и очень нежно что-то ей говорил…

В приёме этого старика не оказалось никакого смысла!

Так как он уже раскрыл свой козырь, применить его снова было бы абсолютной глупостью, даже несмотря на то, что ход был просто изумительный… всё это было бесполезно…

Чу Учин переполнился чувством отвращения настолько, что его чуть не вырвало!

К тому же человек, которого он должен был охранять, сейчас катался с искривлённым лицом по земле и держался за свои яйца. Каждый раз, перекатываясь с одного бока на другой, он оставлял за собой кровавые следы. И помимо следов крови на снегу оставался так же след чего-то жёлтого, по цвету напоминающего яичный желток…

Лю Чию выл нечеловеческим голосом от невыносимой боли!

Остальные собратья также переглядывались в исступлении! Хотя Лю Чию так же, как и некоторые из них, достиг уровня Почтенного мастера, его культивация была поразительна, но, приняв на себя удар от Почтенной Мэй, его тело получило тяжелейшие ранения… А затем ещё и неожиданный удар от Цзюнь Мосе, который пришелся ниже пояса… У него не осталось надежды на спасение!

То, что Лю Чию крепко держался за жизнь, никого не удивляло, пятерых мастеров поразило то, что мастер, на защиту которого были пущены все силы, был сражён молодым Цзюнь Мосе! И хотя силы Лю Чию значительно уменьшились, и он совсем не мог противостоять, но как Цзюнь Мосе удалось пробить охрану мастера Чу Учина и повторно нанести удар по Лю Чию, и при этом не получить ни одного ранения? И более того, не было и признака того, что это далось ему нелегко…

Четверо мастеров, наблюдавших за действом со стороны, считали, что они не справились бы с таким, даже нападай они все вместе!

Этим четверым было действительно страшно до чёртиков!

Когда они смотрели в глаза Цзюнь Мосе, они наполнялись страхом и желанием убить его!

Они не могли позволить этому молокососу продолжать как ни в чем не бывало ходить по земле!

Было бы опасно позволить ему прожить даже ещё один день!

Не нужно ждать пока он еще повзрослеет, нужно все делать прямо сейчас! Цзюнь Мосе - смертельно опасен!

Так или иначе, его отцу уже приходилось иметь дело с девятью святыми, так что сильных проблем быть не должно. Убить его будет легко. Такие мысли возбудили в пятерых желание убивать!

Мэй Сюэ Янь спокойно наблюдала за изменениями, происходящими на этом поле. Она была очень умной и анализировала обстановку.

Она фокусировалась на пяти мастерах, стоящих напротив неё. Если они осмелятся предпринять какие-либо опрометчивые шаги, Мэй Сюэ Янь уже будет к этому готова и даст им отпор!

Цзюнь Мосе увидел в их глазах готовность убивать, однако сам при этом не изменился в лице. Но внутри у него так же, как и у его оппонентов появилось непреодолимое желание убивать!

Даже если три Священных земли снова начнут безумствовать, но уже без этих шестерых мастеров!

Без сомнения, эти шестеро очень могущественны, но им придётся сражаться с сотнями царями зверей, а также с двумя тысячами зверьми Суань. При таком раскладе их сил будет недостаточно.

Кажется, в этой команде из шестерых каждый сам за себя.

Проявление их отстранённости друг к другу – не более чем демонстрация, чтобы их же подчинённые их боялись!

Но… сейчас их осталось всего лишь пятеро!

А можно ли… У Цзюнь Мосе неожиданно появилась в голове безумная мысль:

«А возможно ли прямо здесь и сейчас убить всех шестерых… Если возможно, то и делу конец!»

Непреодолимое желание убивать читается в их глазах, очевидно, что они не допустят того, чтобы я ушёл отсюда живым, неужто я ещё думаю о том, чтобы позволить им прожить дольше, чем я?

Цзюнь Мосе совсем не двигался, выражение его лица было невозмутимым, но если подобная идея зародилась у него в голове, то она будет расти и расти, пока не приобретёт гигантские размеры. С каждой секундой она будет становиться всё безумней и безумней!

Главное – это разобраться с этими шестерыми, тогда неважно, сколько людей придёт из трёх Священных земель, у них уже не будет предводителей. Это то же, что и оставить тигра без клыков и когтей. На этот раз судьба Серебряного города предрешена!

- Цзюнь Мосе, ты такой молодой, откуда в тебе столько злости? Почему ты настолько безжалостен? – сказал кто-то из пятерых, глядя на мучившегося Лю Чию, всё ещё вопящего и держащегося за яйца. Они не могли сдержать свой гнев, в особенности же этого не мог сделать Чу Учин. Если бы не Почтенная Мэй, которая смотрела на них хищными глазами, они бы уже давно разобрались с молодым мастером Цзюнь.

Хотя Лю Чию не обладал достойными личностными качествами, но он пришёл сюда вместе со своими сотоварищами! Да и вся толпа понимала, что получить удар в такое место для мужчины – это невыносимо.

Даже если так получится, что Лю Чию по какой-то счастливой случайности выживет, то он останется для всех лишь предметом для насмешек…

Мастер Высшего уровня – евнух!

Хуа Фэнвэн подошел к Лю Чию, внимательно осмотрел его тело и изменился в лице!

Лицо Чу Учина помрачнело, он спросил:

- Брат Хуа, Лю Чию ещё можно спасти?

- Его травма очень серьёзна и грудная клетка переломана в 7 местах. Также от ударов Мэй у него 20 переломов в разных местах от плеча и до бедра. Да, это определённо дело рук Мэй… Они сжалились над ним, не убили, но…

- Но что?

- Его нижняя часть тела сильно пострадала. Сила выходит из его тела, его даньтянь разорвало, внутренние органы повреждены! Что больше всего меня сразу поразило, так это то, почему он не умер сразу же после получения этих травм, но на самом деле… Все каналы его тела уже разбиты вдребезги, сейчас в его теле ещё есть энергия, он точно проживёт еще несколько дней… Но рано или поздно остатки и этой энергии покинут его тело, и тогда он погибнет. Сейчас он лишь терпит нескончаемый поток боли, но всё напрасно…

Хуа Фэнвэн обернулся и злобно сказал:

- Цзюнь Мосе, если ты бы убил его – это было бы понятно, но зачем ты оставил в его теле так много энергии Суань и продлил ему жизнь, почему не мог просто убить его?! Ты… ты подлая мерзкая тварь!

Четверо мастеров изменились в лице, они знали ответ на вопрос, но ответ этот был очень жесток…

Удары Цзюнь Мосе по Лю Чию были очень запутанны. Он нанёс по нему более сотни ударов, нанёс ему много серьёзных травм, но бил он по таким местам, чтобы он не умер сразу. Он не умрёт, пока жизненная сила его тела не будет исчерпана до конца. Эта сила поддерживает жизнь в Лю Чию и оставляет его в осознанном состоянии. Но нет ни малейшего шанса на то, что он сможет выжить.

Кажется, что такой способ убивать людей очень противоречив, однако только так можно проучить таких же порочных людей, как Лю Чию.

Я должен убить тебя, но ты не умрёшь быстро! Можно сказать, что ты уже мёртв, но я сделал так, чтобы ты досыта насытился страданиями перед своей смертью!

- Друзья мои, ну почему вы такие хмурые? Разве вы не должны благодарить меня за это?! Он получил столько травм, что должен был быть уже мёртв. Но, посмотрев на ваши многострадальные лица, моё сердце размякло. И я решил оставить ему немного времени на этой земле. Это же сама гуманность! Я проявил снисходительность, а вы всё же злитесь на меня? Разве после этого можно вас называть благоразумными людьми? – рассмеялся Цзюнь Мосе и продолжил: - Забейте, мне пофиг на самом деле. Я привык делать добрые дела. Я рождён с добрым сердцем. Обеспечивать безопасность материка – мой долг. Но я понимаю, что в этом мире есть такие недалекие люди, как вы… В моём сердце и для вас есть место… – выражение лица Цзюнь Мосе стало очень добродушным. - О, Амитабха (это Будда, по сути, то же, что у нас «О, Боже!»), всё же прекрасно! Лучше спасти человеку жизнь, чем построить семиэтажную пагоду. (образно в значении: спасение человеческой жизни – величайший долг)

- Да как тебе не стыдно! – Хуа Фэнвэн, Чу Учин и остальные задрожали от злости.

Вдруг Лю Чию из последних сил приподнялся и осипшим голосом произнёс:

- Чу Учин…

Чу Учин, дрожа, повернул голову и посмотрел на него, у него были очень запутанные чувства.

- Убей… меня… – Лю Чию озлобленно посмотрел на Цзюнь Мосе, но, обращаясь к Чу Учину, молил: - Убей меня… Прошу!

От его даньтяня уже почти ничего не осталось, его Суань была разрушена, ему приходилось терпеть немыслимые страдания, у этого мастера даже не было сил покончить с собой.

Лицо Чу Учина дрогнуло, правая рука поднялась вверх, и сверкающий меч пронзил грудь Лю Чию, словно молния. Кровь разлилась во все стороны.

- Спаси… бо… – тихим голосом произнёс Лю Чию. Несмотря на то, что голос его был низким, в нем чувствовались нотки освобождения. Внезапно он из самых последних сил закричал на презренного Цзюнь Мосе:

- Цзюнь Мосе… Жди… Я приду за тобой с дьяволом!

Резкие слова Лю Чию пронзили небо, сам он был неподвижен, а на его уродливом лице была обида. В его уже мёртвых глазах проблескивал свет из ада…

Свист холодного ветра. Последние слова Лю Чию разнеслись по округе и эхом отдавались в воздухе… Казалось, что девять ворот ада распахнулись, и за ним пришли злые духи…

По спине пробежал холодок у каждого, кто слышал это проклятие…

- Помираешь, так помирай, б*ять! Какого хрена тебе вздумалось людей пугать, демон ты проклятый? Ох, как мне страшно… – втянув шею, сказал Цзюнь Мосе.

- Цзюнь Мосе, ты убил Лю Чию, и ты за это заплатишь! – Чу Учин сказал это, глядя прямо в глаза Цзюнь Мосе. - На снежной горе Серебряного города – именно там ты заплатишь за свои злодеяния!

Глава 696.1. Я прикончу вас!

- С какого перепуга вы так любите всё усложнять? Зачем ещё ждать, разве нельзя со всем разобраться прямо здесь и сейчас? Или вы считаете то, что вы перегородили мне дорогу, вам так просто сойдёт с рук? Скажете парочку вежливых слов и преспокойно смоетесь в туман? Вы серьёзно так думаете? Не-не-не, раз уж вы перегородили мне дорогу, вы должны заплатить за это соответствующую цену! И не когда-то потом, а сейчас! – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся, поднял руку, и закричал: - Вы все сегодня умрёте! Ни один из вас не останется в живых! Считайте, что здесь и сейчас начнутся ваши похороны!

В конечном итоге он отдал этот решительный приказ! Жажда убийства уже давно копилась в его жилах, и от неё уже нельзя было избавиться! Хотели убить меня? Получите, распишитесь! Сегодня я прикончу вас! И если даже у меня не получится вас всех убить, я постараюсь хорошенько вас покалечить!

Раздался громкий рёв, Король медведей и остальные пятьсот здоровяков внезапно окружили со всех сторон, всё небо вдруг потемнело, около ста летающих Священных животных разом поднялись в воздух, ожидая приказа к атаке!

Вся толпа увидела, как Короли зверей зашли со всех сторон и одновременно кинулись в атаку! Да ещё и воздух был закрыт, не было никакого шанса сбежать оттуда!

Оказывается, что Цзюнь Мосе уже давно принял решение об атаке с помощью тайного жеста, сделанного рукой за своей спиной, он помаячил своим трём дядюшкам во главе с Цзюнь Вуем, которые стояли вдали от него. Цзюнь Вуй сразу же всё понял, и, отталкиваясь от места, на котором стояли пятеро Почтенных, быстренько организовал наиболее подходящее для скорого реагирования расположение войск.

Короли зверей быстро среагировали после приказа и бесшумно двинулись в окружную. Ещё мгновение и пятеро Почтенных мастеров будут полностью блокированы. Сначала они наблюдали со стороны, но внимание Хуа Фэнвэня и всех остальных было сосредоточено только на двух людях, Цзюне Мосе и Мэй Сюэ Янь. Полагаясь на свою излишнюю самоуверенность, Почтенные думали, что если им не удастся справиться с ними, они всегда смогут просто обратиться в бегство…

Кто мог предположить, что издавна использующие только штурмовое нападение Священные животные понимают толк в боевом расположении, и что Почтенные мастера будут так умело окружены ими.

Хотя компания Священных животных и ничего не понимала в распределении боевых позиций, однако Цзюнь Вуй был очень опытным человеком в этом вопросе. Расположение было продуманно тщательно и детально, и в то же время сила атаки с этой позиции была на высоте. Король медведей с семью силачами атаковал Почтенного Ду Цзю; Король тигров вместе с семью здоровяками, каждый под два метра ростом, сражался с Почтенным Чжень Цибэем; Король львов во главе с переродившимися львами вёл кровопролитный бой с Почтенным Хуа Фэнвэнем; Король обезьян с одиннадцатью братьями штурмовал Почтенного Чу Учина; Король журавлей с семью братьями дрался с Почтенным Сяо Тянь!

Король орлов и Король беркутов, возглавляя более сильных летающих Священных животных, занимали выжидательные позиции и оставались в воздухе, чтобы в одночасье, если обстановка на поле боя станет критической, совершить острый, как стрела, атакующий удар; Королева змей оставалась на земле с животными, которые пока не принимали участие в битве, и наблюдала за боем. Как только возникнет какое-то невыгодное положение, один взмах её нежных рук, и она отправится с вспомогательной атакой на поле боя!

Два хищных боевых отряда были очень аккуратными и жесткими, но в каждой новой вылазке не должно превышать двадцать человек. Потому что, если сразу же отправить слишком много бойцов, может произойти неразбериха, они могут сковывать движения других, мешаясь под ногами… И, кроме того, когда после атаки обстановка стабилизируется, они должны немедленно отступать! Следующая вылазка – следующая партия…

Цзюнь Вуй гордо возвышался над спиной большого чёрного медведя, принявшего свой изначальный вид, в его руках было маленькое ярко-красное знамя, которым он размахивал в разные стороны, то и дело меняя боевое расположение. Его окровавленная старая генеральская форма хранила в себе богатый опыт разных войн и сражений. Столкнувшись с таким мелким побоищем, сказать «стрелять из пушки по воробьям» – и то много, словно огромным мечом рубить муравья! Мэй Сюэ Янь расположилась в стороне и издалека контролировала сражение, она не принимала участия лично, а лишь со спокойным взглядом сосредоточенно наблюдала за ситуацией.

Вдруг Цзюнь Вуй махнул знаменем, и Королева змей, свистнув, отдала приказ своим подчинённым, быстро и уверенно сформировать отряд. Словно мощный поток они устремились вперёд и одним рывком ворвались в толпу, изначально беспорядочное месиво превратилось в пять обособленных схваток! Этот удар был очень хитрым и пришёлся очень кстати, как раз отделив друг от друга пятерых проворных мастеров!

Цзюнь Вуй непрерывно размахивал знаменем, Королева змей снова отдала приказ. Стада львов, тигров, леопардов, обезьян и медведей, немедленно разделившись, с присущим им хищным рвением присоединились каждое к своему королю, осуществляя новый удар, атакуя со всем пылом и жаром!

На поле боя стояла оглушительная боевая обстановка!

В это время все Почтенные мастера, каждый в своей обособленной схватке, находились в затруднительном положении! У них не только не было возможности одержать победу, но и даже выйти из этой схватки в целости и сохранности составляло для них огромную трудность!

- Цзюнь Мосе, чёртов ты урод! У тебя и в самом деле нет ни стыда, ни совести! Имей смелость бороться в одиночку! – во весь голос прокричал Чжень Цибэй. Распахнув руки в разные стороны и окружённый стаей тигров, он и Ду Цзю находились в более плачевном положении, чем все остальные, потому что в руках у Короля медведей и Короля тигров было по драгоценному мечу, обладающему сверхъестественными способностями, о существовании которых Чжень Цибэй и Ду Цзю даже и не догадывались! В таком жестоком сражении, где много людей, обладать драгоценным мечом недюжинной силы, это… трудно представить, что творилось в этой битве. Чжень Цибэй отвлекся лишь на одно мгновение, и успел получить удар мечом, хлынула свежая кровь, а его силам был нанесён огромный ущерб.

Король тигров громко рассмеялся. Можно больше не участвовать в этом сражении лично, а лишь отдать приказ стае тигров продолжить атаку. С драгоценным мечом в руках он остался в стороне, продолжая свирепо смотреть на разворачивающуюся на его глазах схватку, он занимался накоплением сил, а его взгляд и вправду был угрожающим! Тем временем Чжень Цибэй работал в поте лица, но все его мысли были обращены к этому воротиле с драгоценным мечом, ситуация становилась всё хуже!

Глава 696.2. Я прикончу вас!

- У меня нет ни стыда, ни совести? Ох, Боже мой, как же я долго ждал этих слов! Я уже успел утомиться, пока дожидался их! Раньше всегда мы ругали вас, людей из трех Священных земель, называя бесстыжими. Тогда я задумался, когда же наступит время, когда вы будете ругать нас и называть бессовестными… И именно сегодня я на самом деле дождался этого момента, я услышал эти слова, и наконец-то до меня дошло: это такое чрезвычайно приятное дело, скажу я вам, когда вас ругают и называют бессовестным! Оно весёлое и приятное само по себе; но я не стану задавать встречный вопрос, вы же всё-таки Почтенные мастера, если вы станете драться со мной в одиночку, с таким сопляком как я, кого же величать бессовестным после этого? – Цзюнь Мосе громко расхохотался и язвительно сказал.

- Почтенная Мэй, а что на это скажете вы? У вас тоже ранг Почтенного мастера, осмелитесь ли вы вступить в битву один на один с Почтенным? – «Жестокий меч» - Почтенный Хуа Фэнвэн, окружённый с головы до ног сверкающими остриями мечей поднялся в воздух, ему временно удалось вырваться из лап Короля львов и его стаи, однако Цзюнь Вуй, сразу же заметив это, махнул знаменем, и с неба в тот же момент спикировали три чёрных журавля. Их острые, как ножи, когти и острые, как бритва, клювы одновременно кинулись на цель! До этого Хуа Фэнвэн почти уже полностью израсходовал свою Суань и, столкнувшись с этим внезапным нападением, испытывал большие трудности для оказания немедленного сопротивления.

Поднимаясь с земли в воздух, у него совершенно не было времени, чтобы хотя бы хоть немного передохнуть! У него не было ни секунды, чтобы хотя бы перевести дух, ситуация на земле была ещё значительно тяжелее, а сейчас он был совершено измотан…

- Что? Битву один на один? Почтенный Хуа, вы что-то путаете! Нас тут так много людей, разве все как раз не пытаются вступить с вами в одиночную битву? Неужели вы всё еще до сих пор хотите атаковать нас двоих вшестером? А, нет, я ошибся, тот «Хулиган» Почтенный был же вами изгнан, убит своими же людьми… Значит, остается только пятеро человек. Пусть даже и пятеро, но всё равно что-то не сходится! – Цзюнь Мосе со смехом сказал: - Не могу промолчать, вы такие жестокие, взяли и убили своего же человека!

- Ты, чёртов ублюдок, мать твою! Это совсем не значит битва в одиночку! – Почтенный Хуа изо всех сил пытался сопротивляться дикой атаке журавлей. А сейчас как раз уже подлетела ещё одна тройка; к тому же его тело постепенно опускалось, обратно прямо в свирепые лапы львов. Король львов нескромно колотил его своими лапами и вот-вот должен был ухватиться за его спину!

- А разве это не считается за битву в одиночку? Я же всё вижу совершенно ясно, Король львов борется с тобой в одиночку; его подручные братья тоже борются с тобой один на один, но ты до сих пор ещё чем-то не доволен. Кто бы мог подумать? Скачешь вверх, чтобы бороться один на один с ребятами с воздуха… Почтенный Хуа, тебе не угодить! – Цзюнь Мосе, с наглым лицом, вдруг разозлившись, сказал: - У меня… уже больше нет сил, чтобы выносить твою бесстыжую натуру!

Хуа Фэнвэн чуть не взорвался от переполняемого его гнева.

Даже у самого бесстыжего человека должен быть свой предел! Но, кажется, у этого негодника Цзюнь Мосе он полностью отсутствует. В конце концов, что за он человек…

Однако все пятеро Почтенных смирились с атакой со всех сторон, одновременно погрузившись в упорный бой, тем не менее не было ни одного, кто бы осмелился нанести удар всеми своими силами и убить своего противника! Такое положение дел действительно заставляет чувствовать себя подавленным! А все потому, что Мэй Сюэ Янь еще не вступила в бой! И Цзюнь Мосе тоже! Эти двое являются самой большой угрозой в этом сражении!

Если кто-то из пятерых Почтенных применит свой коронный удар и нанесёт смертельный удар Священному животному, тогда Мэй Сюэ Янь тотчас же ринется в бой! В таком случае, учитывая Священных животных на земле и в небе, плюс силы Мэй Сюэ Янь, круто превосходящие их, в условиях обеднения количества Суань от применения коронного удара, конец Почтенного, который решится на такое, вполне очевиден! Трагедии не избежать! Это самый очевидный источник гибели! Однако вот таким образом оттягивать время – тоже не дело, неужели это придётся терпеть до того момента, пока замертво не упадёшь без сил?

Оттягивая время, хотя и можно стабилизировать бой, однако это далеко не выход. У противника сильная армия, богатые военные ресурсы, вполне вероятно, что все пятеро очень сильно устанут, а им всё ни по чём! Поэтому бороться изо всех сил – это наихудший план, а оттягивать время – совсем не лучший!

В эту минуту все четверо Почтенных материли Чжень Цибэя на чём свет стоит; его затея оказалось такой дурацкой – люди ещё не прибыли, а он потащил всех «продемонстрировать свою силу» противнику. Вот тебе и надемонстрировались, дрожат от страха не они, а мы; не только попусту лишились одного Почтенного, но и попали в такое затруднительное положение… нечего сказать, это полная катастрофа!

Ситуация на данный момент такая, что если и позвать на помощь подчинённых, прибывших на подмогу, боюсь, будет не избежать большого количества жертв, людей и так мало, да к тому же они совсем непригодны для такого противника, а у них действительно очень большие запасы сил!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь пристально следили за изменениями на поле битвы и были готовы вступить в бой в любой момент. Они оба знали, что эти пятеро Почтенных обладают поразительными способностями, они очень хороши в подобных схватках, но казалось, что сейчас они были заперты противником, но это временное явление, они не могут не уступать друг другу и оставаться в тупиковом положении. Им очень несладко приходится, где им найти время, чтобы хорошо обдумать стратегию?.. И к тому же взять и сбежать для таких мастеров это совсем не трудная задача.

Естественно, что ситуация на поле боя может измениться в любое мгновение, в любой миг могут возникнуть непредвиденные обстоятельства!

Глава 697.1. Мой язык тоже умеет убивать людей!

Лицо Цзюнь Вуя было строгим и почтительным, он был собранным и спокойным, когда дело доходило до командования; всегда рассредоточенная и неорганизованная армия Священных животных, находившаяся под его умелым руководством всего полтора дня, неожиданно превратилась в мощную организованную силу!

Самым умным решением Цзюнь Вуя было то, что он не позволил Священным животным бросаться в бой одной шумной и беспорядочной толпой. Он не только чётко разделил их по волнам наступления, но и приказал им рассредоточиться по своим племенным группам, чтобы, объединившись, нанести совместный удар. Благодаря этому решению, животные стали намного лучше понимать и чувствовать своих напарников, ведь уязвимые места твоего соплеменника такие же, как твои собственные, поэтому все необычайно сблизились, и каждый понимал «Знай противника, знай себя, и ты будешь непобедим»!

Эту самую тактику Цзюнь Вуй начал обдумывать ещё тогда, когда впервые увидел, как животные занимали боевые позиции под Южным Небесным городом. Он думал о том, как ему стоит поступить, если эти войска попадут под его руководство… Насколько хорошее войско должно быть, если у них будет достойная тактика?

Тогда животные атаковали врассыпную, не соблюдая никакого чёткого порядка. Именно тогда-то Цзюнь Вуй и заметил этот недостаток армии Священных животных. Сейчас же, когда руководство армией перешло в его руки, все их достоинства и преимущества были чётко определены, и даже мгновенно увеличены в несколько раз, а все слабые места и недостатки были почти полностью удалены! Их боеспособность увеличилась минимум десятикратно! Во всяком случае, обдумывание выигрышной военной тактики и умелое распределение боевых позиций – это и есть то, в чём должен быть хорош генерал, прошедший огромное количество войн и сражений!

А дядюшка Цзюнь Вуй как раз являлся одним из таких, поэтому в своих прошлых битвах он был непобедимым, и поэтому сегодня, даже в условиях нехватки времени и откровенной спешке, он смог хорошо подготовится к этой битве!

В противном случае, даже если бы у Цзюнь Мосе и возникла такая идея, он не смог бы осуществить её на практике, и все бы ограничилось пустыми разговорами! Однако сейчас, в не особо выгодных для них условиях ситуация, наоборот, сложилась неплохо – пятеро Почтенных мастеров были окружены, и завязли в жестоких боях! Вне зависимости от того, какой будет исход сражения, тактика Цзюнь Вуя оказалась необычайно успешной! Совершенно отсутствовали какие-либо изъяны или недостатки, и не оставалось вероятности сбежать оттуда или отделаться малой кровью! И даже если немного и есть, то она не сможет продлиться долго! Даже наблюдающая издалека за сражением Мэй Сюэ Янь и то почувствовала стыд, что она в чём-то хуже других! У Цзюнь Вуя, в самом деле, большой талант в командовании армией!

Но главное его достижение в том, что он смог заставить этого увальня и тупицу Большого Медведя, оставаясь незамеченным, окружить пятерых Почтенных! К тому же окружить так умело и продуманно! Этот факт до сих пор не выходил из головы Мэй Сюэ Янь!

Следует учитывать то, что, получив команду о подготовке к бою, звери стали вести себя ещё более возбужденно и взволновано, не было и речи о тишине и спокойствии. Спрашивается, каким таким образом пятеро Почтенных не смогли заметить их, когда они стали обходить их в окружную? На самом деле это очень трудно понять… Король медведей, Король тигров и остальные животные незаметно подкрались и окружили их! Это просто уму непостижимо… Ответ на это вопрос Мэй Сюэ Янь смогла узнать только после окончания сражения.

Вначале звериные цари с шумом и гамом, столпившись все вместе, с интересом наблюдали за боем, все сгорали от нетерпения вступить в битву, и непрерывно толкались, а потом следом же начинали скалить друг другу зубы.

После того, когда Цзюнь Вуй получил знак от Цзюнь Мосе, его осенила блестящая идея:

- Звери, уверен, толпиться здесь очень неудобно. Что, если вы протиснитесь вон туда? Ох, здесь тоже не совсем удобно смотреть, совсем ничего не видно. А что, если каждый найдёт себе подходящее место? Только будьте осторожны, вы, во что бы то ни стало не должны потревожить большое сражение, идите аккуратно!

Благодаря такому простому и незамысловатому совету, любопытное зверьё один за другим осторожно рассеялось, и, чтобы каждому было лучше видно, каждый выбрал наиболее подходящее для себя место, а когда наступило время вступить в бой, оказалось, что и самую выгодную позицию для атаки. Именно такой расклад привёл к тому, что пятеро Почтенных были одновременно загнаны в такое невыгодное положение!

Узнав об этом, Мэй Сюэ Янь испытала величайшее восхищение Цзюнь Вуем…

Он в самом деле достоин своей одежды Кровавого Генерала!

Всего лишь одна простая фраза заставила Священных животных самих по себе занять свои боевые позиции, и тем самым загнать пятерых Почтенных в очень… щекотливое положение!

Сражение становилось всё ожесточённее и яростнее!

Но для пятерых Почтенных самым тяжёлым давлением были отнюдь не жестокие атаки звериных царей, а что-то совершенно другое или точнее кто-то!

Этот человек с начала и до конца не принимал участие в этом сражении, однако его выкрики и бесконечные комментарии, похожие на надоедливое жужжание мухи, приводили пятерых Почтенных в дикое бешенство. Им неистово хотелось задушить эту мерзкую раздражающую тварь и закопать её прямо здесь, а потом снова откопать и убить ещё сто тысяч раз разными способами, ни один из которых бы не был похож на предыдущий! Человеком, которому посчастливилось стать героем этих несбыточных желаний, разумеется, был не кто иной, как молодой господин Цзюнь!

Этот гадёныш с полными штанами радости наблюдал за сражением и пытался заниматься командованием. Он был в полном восторге от происходящего, а рот его не закрывался, что даже слюна разлеталась в разные стороны. Сказанные им фразы очень раздражали Почтенных мастеров…

- Большой Медведь, твою ж налево! Чем ты вообще занимаешься, тупица? Заряди уже своей медвежьей лапой Ду Цзю между ног! Бить его в плечо совершенно бесполезно, давай бей в его самое главное место… Ударь его что есть силы в промежность! Разве его имечко не означает тупик или конец? Давай покажи ему его конец! Верно, вот так! Давай колоти его так же, как ты колотишь своего сына! Разбей вдребезги его хризантемки! Если даже не убьешь его, так пусть он хотя бы от стыда сгорит! Порви его!

- Король львов, у тебя неплохо получается управляться с кулаками, давай заряди этой лицемерской роже Хуа Фэнвэню в глаз! Верно! Превратим его для начала в панду, от Священного животного потом не отличить будет… Бей! Целься прямо в глаз, болван! Бить его по лицу – наверняка занятие не из лёгких, да? Кожа на его лице такая толстая, будь осторожен, он может напугать тебя, говорят, он практикует совершенствование «золотой маски», а еще «металлической маски», ты не знал об этом?

Глава 697.2. Мой язык тоже умеет убивать людей!

- Брат Журавль, ты… смени тактику, это же всё-таки «Край Света» Почтенный, знаешь, что значит его прозвище? Если он теряется в ситуации или не понимает чего-то, он сразу же стремиться смыться отсюда на край света! Этот смельчак в любое время готов быстро и ловко улизнуть!

- Чу Учин, который мечтал биться в одиночку, ну как, весело тебе бьётся? Ха-ха, ха-ха, ну не надо так волноваться, скоро к тебе подъедет новая партия знатоков биться в одиночку! Столько людей ходят биться с тобой в одиночку, ты точно теперь будешь доволен! Биться в одиночку же значит, что ты борешься вместе с нами со всеми, верно? Это истинная правда! Стопроцентная ваша, трёх Священных земель, правда! Истинный смысл для бесстыжих людей! Твою ж! И не надо так пялиться на меня, лучше следи за боем, олух, какого ещё лешего ты пялишься на меня, когда кругом сражение идёт, а? Думаешь, твои глаза такие огромные, чудила? Вот же ж сучий потрох, ты нарываешься, да? Ты просто позорище, смотреть тошно…

- Чжень Цибэй, я тут долго смотрел на твое лицо, и, бля, какой же ты всё-таки страшный! Как продукт сношения гнилого авокадо и… другого авокадо! Готов поспорить, ты в своих морщинах можешь даже муху спрятать! У меня прям мурашки от того, какой ты безобразный! Если мы начнем драку, я даже не буду сопротивляться, просто пойди и что-нибудь уже сделай со своим лицом! Такое чудовище, что мне убежать даже хочется… Уверен, Священные животные, сражаясь с тобой, тоже испытывают омерзение… Ещё и смотришь на меня своим некрасивым лицом? Трясёт тебя? Покраснел, ты гляди-ка! Признаю, в твоём возрасте это понятное дело! Что, правда разозлился, старый хрыч? Я специально! Я буду злить тебя специально, старый ты чёрт, ха-ха!

- Совсем ни стыда, ни совести! Вот бессовестный ублюдочный нахал! Чтоб тебя! – Чжень Цибэй, с красным лицом, весь дрожащий от гнева, выругался, чувствуя, как его живот вот-вот лопнет от ярости…

- Бессовестный? Нахал? Это ты как раз бессовестный! И вся твоя семья бессовестная! И все восемнадцать поколений твоих предков бессовестные! – Цзюнь Мосе подпрыгнул на месте и начал ругаться, сопровождая всё это смехом. - Ты ещё смеешь говорить, что мы бессовестные! Это ты скажи своей мамаше, понятно тебе, нет?! Сегодня молодой господин научит тебя правильно понимать, что такое подлость и что значит - без стыда и совести! Что? Злишься ещё? Ты лучше сконцентрируй своё внимание на сражении, будь послушным, господин старается для тебя! В сражении не нужно беспокоиться, важно сохранять спокойствие… Твою ж налево! Я же только что сказал тебе быть внимательным, и смотри, что случилось… ты сам в этом виноват! Получил удар под зад… Ва-ха-ха! Вот так-то, если не будешь прислушиваться к старшим – жди скорых неприятностей, внучок…

Нельзя не сказать, что язык у Цзюнь Мосе и, в правду, самый, что ни на есть ядовитый, да ещё и работает, как настоящий пулемёт, без перерыва. Даже Мэй Сюэ Янь уже устала слушать его, а он всё рад стараться, мелет своим языком без остановки, направо и налево раздавая непристойные слова…

Его голос, словно жужжание целого роя мух над ухом каждого Почтенного мастера, приводящий их в беспокойство.

Сначала они терзали свою душу раскаяниями из-за гибели Лю Чию, потом негодовали, затем были захвачены в окружение, а хищный взгляд Мэй Сюэ Янь добавлял ещё больше страха в их и так настрадавшиеся сердца. А теперь ещё взялся этот маленький засранец, который без остановки говорил всякие гадости, ещё больше только усугубляя их тяжёлое положение…

Мэй Сюэ Янь, чувствуя себя немного унизительно, сказала:

- Мосе, хватит ругаться, достаточно… к тому же, это уже невозможно слушать.

Цзюнь Мосе удивлённо посмотрел на неё и сказал:

- Что? Ты что думаешь, я тут просто разминаю свой язык? Или ты серьёзно считаешь, что сегодняшним составом мы сможем утомить их до смерти? Они же всё-таки мастера Почтенного ранга! Они сейчас всего-навсего выжидают случай или обдумывают стратегию, и, если мы дадим им возможность, они в одночасье сбегут отсюда. Разве ты не считаешь, что я занимаюсь полезным делом? Посмотри, они все сейчас кипят от злости, в таких условиях даже чудотворец не сможет продумать стратегию… к тому же это хорошая возможность для нас. Я здесь так-то тоже сражаюсь, если ты не поняла! Эх, глупая девчонка! – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Сегодня я покажу тебе, что мой язык тоже умеет убивать людей, да ещё и Почтенных… людей такого же ранга, как ты.

От таких «состоятельных» аргументов у Мэй Сюэ Янь чуть не закружилась голова, а от его последней фразы вообще свело живот. Она посмотрела на него, выпучив глаза, и отвернулась. Даже Мэй Сюэ Янь была не в состоянии разобраться с этими Почтенными прямой атакой, что уж говорить о нём…

Однако повернувшись, Мэй Сюэ Янь заметила, что сказанное этим мальчишкой имело какой-то смысл. Окинув взглядом поле битвы и Почтенных, было заметно, что в их глазах пылал огонь. В такой ситуации не то, что обдумывать стратегию, даже вести обычное сопротивление и то нелегко, в особенности это касалось убитого горем Чжень Цибэя, его белая борода высоко подлетала в воздух от полученных ударов…

Вслед за тем, как Цзюнь Мосе раздраконил Почтенных, обстановка на поле боя становилась всё горячее и горячее. Все безумно дрались, воздух был наполнен шумом и свистом колотящихся рук и ног, их толстая кожа не поддавалась ударам, тела Почтенных были словно вылиты из металла, со всех сторон их облепляли люди…

- Король тигров… ты же не можешь бить лежачего, разве ты не видишь, что Чжень Цибэй, этот старый баклажан, уже не может злиться? Давай, добей его! Как следует поддай ему! Да, верно! Вот так! Ударь в пах! Разбей его хризантемки, там внизу живота есть два шарика; раздави ему грудную клетку, размажь ему башку… Да, давай! Вот так! Как весело же… Чжень Цибэй, а тебе весело, а? Поделом твоей заносчивой заднице достанется! Раз тогда ты не издох под горным обвалом, я буду тебя сегодня специально бесить, если до смерти тебя не разозлю, так хоть до тошноты!

- Бам-бам, Чжень Цибэй сегодня получит по щам! Бум-бум, Чжень Цибэю по еблу! Бам-бам, Чжень Цибэю по шарам! Бум-бум, от одного вида в зеркало его бросает в панику, кто же там в этом зеркале, как-никак большая свинья! Чжень Цибэй, весь в слезах, побежит к мамочке домой и спросит: Кто такой в этом зеркале? На что мама ответит: Это же мой сынок, но кто его сделал похожим на свинью?

Глава 698.1. Бой не на жизнь, а на смерть!

Цзюнь Мосе отчетливо заметил, что реакция Чжень Цибэя была наиболее яркой и выразительной из всех пяти мастеров. Он точно ударил ему в самое больное место, разразив огонь ярости и гнева в его груди, и он продолжил атаковать. Как только он договорил народные поговорки, со всех сторон одновременно посыпались восторженные возгласы:

- Зять! Какие хорошие поговорки, да у тебя настоящий талант!

А потом все дружно стали смеяться.

Цзюнь Мосе, хихикая и раскланиваясь в разные стороны, с довольным лицом сказал:

- Слишком много чести! Ну что вы, не стоит!

Чжень Цибэй оглушительно орал, он был настолько зол, что оба его глаза стали голубого цвета! Он чувствовал, что его грудь всё больше и больше содрогается, и вот-вот лопнет, одна волна свежей крови подошла прямо к горлу и снова исчезла обратно…

Хотя он прекрасно понимал, что главная цель, которой добивается противник – это как можно больше рассердить его, но как он ни старался, он не мог побороть свой гнев… Его лицо уже стало тёмно-бордового цвета… Приёмы и удары становились всё беспорядочнее и слабее…

Послышался удар меча, Король тигров пронзил своим длинным мечом его бедро! Чжень Цибэй горько закричал, всё его тело внезапно вспыхнуло, меч взлетел в воздух, превратившись в один сверкающий блик, и пролетел прямо за спиной у Цзюнь Вуя, страшно испугав его!

Из бедра Чжень Цибэя бурным потоком хлынула кровь, окружавшие его священные животные, поражённые его громоподобным ударом Суань, отступили, а потом продолжили снова окружать его, стиснув зубы, подвергаясь его атаке, пустив в ход яростное контрнаступление!

Послышалось несколько громких ударов, Король тигров успешно отработал семь или восемь ударов кулаков прямо о спину Чжень Цибэя, стоя за его спиной. А потом, приняв обличие тигра, он воспользовался случаем и изо всех сил пнул его под зад!

Чжень Цибэй гневно взревел, еле держась на ногах, его глаза были полны огненной ярости, однако атаки со всех сторон так и не прекратились!

Этот несчастный «Милосердие» Почтенный прожил больше двухсот лет, утопая в роскоши и наслаждаясь излишествами, в обычной жизни все всегда только и знали, что льстили ему, где уж там взяться человеку, который бы осмелился обзывать его? Даже смотреть ему прямо в глаза люди и то не осмеливались, кто мог предположить, что сегодня он будет так жестоко унижен и обруган с головы до ног!

Всё, что было упущено им в этом плане, было возмещено сегодня, да ещё и в двойном размере! Эти перемены в настроении и привели к тому, что он попал бестолковое состояние хаоса, кто бы мог подумать, что в абсолютно нетрудном, по его меркам, сражении случится попасть в такое затруднительное положение…

Вдруг неожиданно раздался протяжный и очень мощный свист.

На самом деле громкость у этого свиста была не сказать, чтобы очень высокая, но, тем не менее, ему удалось подавить непрерывный поток бреда и ругательств, который нёс Цзюнь Мосе, и к тому же свист был такой мелодичный и звонкий, что, казалось, он даже производил успокаивающий эффект! У Ду Цзю и остальных мастеров даже прояснились мысли, и, на удивление, в один миг они стали приходить в себя.

Цзюнь Мосе поменялся в лице, он поднял глаза и увидел, что «Край Света», почтенный Сяо Тянь, со строгим лицом и, свернув губы трубочкой, свистит.

Благодаря хулиганским приемам Цзюнь Мосе, пятеро мастеров всё быстрее и быстрее приходили в смятение, почти задыхаясь от злости, а у некоторых из них начали леденеть ноги и руки, но на Священных животных это влияло совершенно иначе, они приходили в азарт и с воодушевлением наносили удар за ударом, при этом весело хохоча и улыбаясь, вслед за чем их сила восходила к вершине!

Благодаря этой обратной взаимосвязи, ситуация на поле боя у пятерых мастеров становилась весьма скверной. Почтенный Сяо Тянь вовремя распознал злостные намерения Цзюнь Мосе и тотчас же решил издать этот успокаивающий свист!

В тот же момент у Цзюнь Мосе скосился рот от злости!

Проговаривая эти вздорные вещи, Цзюнь Мосе медленно возбуждал их гнев, и исподтишка старался задурманить их сознание, каждое его гипнотизирующее слово имело своё провоцирующее действие. С минуты на минуту дело должно было закончиться успехом, и Чжень Цибэй мог взорваться от своей злости… Кто знал, что в такой важный момент вдруг вмешается Почтенный Сяо Тянь!

Утка, подлетевшая точно к пасти, вдруг улетела, как тут можно не разозлиться?

Злость злостью, а относительно этого внезапного изменения событий даже Цзюнь Мосе был не в силах ничего поделать! Противник уже пришёл в себя, привёл в трезвость свой рассудок. Даже если и ругать себя, это не особо чем может помочь в данный момент…

Цзюнь Мосе, вне себя от ярости, закричал:

- Старая ты сволочь, у тебя там что, кто-то умер? Какого лешего так верещать!

- Цзюнь Мосе, не стоит беспокоиться понапрасну! Все твои злостные намерения уже были разрушены моим свистом, если снова продолжишь свои пакости делать, только навлечёшь позор на свою голову! – Сяо Тянь строго сказал, его голос звучал уверенно. Похоже, ещё остался порох в пороховницах.

- Ду Цзю, Чжень Цибэй, Хуа Фэнвэн, Чу Учин, напрягите все свои силы и отправляйтесь на север! Я позабочусь обо всём! – сказал громко Сяо Тянь, что даже земля задрожала!

Мэй Сюэ Янь нахмурила брови и со странным блеском в глазах сказала:

- Сяо Тянь, ты скрывал это так глубоко, что было невозможно и разглядеть. Оказывается, ты тоже достиг третьего ранга Почтенного и продолжал скрываться в рядах Почтенных второго ранга столько лет!

Сяо Тянь строго сказал:

- Почтенная Мэй, вы не единственная в этом мире, кто может совершить прорыв! Почтенный Сяо Яо, почтенный Шенсы и остальные должны прибыть, вот тогда-то ты и подумаешь о своей жизни! Мы уходим!

Голос Сяо Тянь был строгим и суровым. Внезапно он сомкнул руки и тряхнул плечами. Раздался грохот, из его тела вспыхнула тусклая, но крайне сильная сила Суань. Она вырвалась наружу так бешено и яростно, словно произошел взрыв атомной бомбы. Окружавшие его со всех сторон священные животные во главе с Королем журавлей закричали, чувствуя лишь, как какая-то неведомая сила, которой невозможно сопротивляться, поражает их. Тело Сяо Тянь, словно метеор с огромной энергией, рассекло звериную стаю и отправилось на север!

Силы Сяо Тянь оказались превосходными. Причина, по которой он по доброй воле позволил окружить себя – это нанести противнику неожиданный удар, который застигнет его врасплох. Благодаря своей огромной силе, он притворялся, чтобы нанести внезапный удар Мэй Сюэ Янь, таков был его план!

Глава 698.2. Бой не на жизнь, а на смерть!

Поэтому с самого начала он не думал о том, чтобы уйти! Однако сейчас ему пришлось по причине безысходности отказаться от этой затеи, да и ещё и раскрыть свои настоящие силы! Потому что под командованием Цзюнь Вуя прежде беспорядочная и дикая звериная армия сейчас превратилась в несокрушимый боевой строй, в очень крепкий и стойкий несокрушимый строй!

Если бы так и дальше продолжалось, то Почтенным бы не удалось избежать жертв!

Их прибыло шестеро, но «Бродяга» почтенный Лю Чию был уже мертв, а это немаленькая потеря. Если бы погибло ещё несколько человек, это бы сильно ударило по их военным ресурсам! Поэтому он мгновенно среагировал и прорвал окружение!

Когда силы Почтенного третьего ранга вышли наружу, они в самом деле оказались сокрушительным броском, который в мгновение устремился в путь! Королева змей бросилась, чтобы задержать его, но была далеко отброшена мощным ударом его меча!

В это же время четверо Почтенных хором закричали, блеск мечей разлетелся во все стороны и заполнил собой все небо, и они синхронным броском устремились за Сяо Тянем!

Цзюнь Вуй изменился в лице, его знамя, колыхавшееся из стороны в сторону, застыло прямо, как стрела!

Задержать любой ценой!

Это был самый мощный удар, который Цзюнь Вуй разработал прежде, и единственный, который требовал пожертвовать своей жизнью!

Если дать уйти этим пятерым мастерам, это равносильно опустить злодеев на свободу!

Поэтому, если даже и будут жертвы, главное не дать им уйти!

Мэй Сюэ Янь свистнула, а потом закричала:

- Куда это вы собрались?

Её привлекательное женское тело сверкнуло и тут же пропало из поля зрения, а потом появилось прямо перед лицом Сяо Тяня! Её белоснежные ладони, подобные раскрывшемуся цветку лотоса, сверкнули, и из них появилась белая Ци, на огромной скорости соприкасаясь с воздухом, она образовала зелёно-голубой фейерверк!

Волосы и усы Сяо Тяня разлетелись в стороны, он громко рявкнул и поспешил нанести ответный удар, вход он пустил свои несокрушимые, как пара драконов кулаки, они ударили прямо по фронту!

Если бы он был не в состоянии отразить удар Мэй Сюэ Янь, сегодня совершенно бы не было надежды выйти из этой ситуации в целости и сохранности!

Поэтому Сяо Тянь изо всех сил нанес удар, одним махом!

Раздался громкий удар, ладонь и кулак схлестнулись вместе, мощный воздушный поток вырвался наружу из их тел и заполнил всё пространство, заставляя дрожать всё кругом, создав полный хаос вокруг. Мэй Сюэ Янь тяжело дышала, и немного кряхтела, её белые одежды развевались по ветру. Отступая назад, её лицо сделалось нездорового бледного цвета, а затем вдруг всё покраснело. Сяо Тянь на противоположной стороне был совершенно неподвижен, на лице его промелькнул ярко-красный блик, он был настолько упорным и настойчивым, что даже, кружась в воздухе, продолжал двигаться вперёд, его каменные кулаки продолжали, раздавливая всё на своем пути, неистово двигаться навстречу к Мэй Сюэ Янь!

Взглянув на обстановку, казалось, что Мэй Сюэ Янь попала в очень невыгодное положение, фактически, она только недавно совершила прорыв на третий ранг, однако и Сяо Тяню не слишком давно удалось прорваться! Их силы, по большому счёту, были равными и не уступали друг другу, к тому же Мэй Сюэ Янь даже немного выигрывала, так как, в конце концов, она обладала телом Священного животного, и этим её тело намного превосходило тело человека!

И сейчас, находясь в силовом столкновении, она понимала, что победа практически в её руках. Опираясь на свою силу, она отступала лишь для того, чтобы избежать ранений, однако Сяо Тянь, прорвав окружение, с большим трудом и напряжением не отступал ни на шаг, даже готов был пожертвовать своей жизнью. Казалось, у него есть большое преимущество, но на самом же деле его внутренние органы уже получили сотрясение!

Однако он мог только таким способом дать достойный отпор Мэй Сюэ Янь! Потому что он знал, что она обладает самыми могущественными силами среди всех членов их компании, и она непременно не станет рисковать, чтобы заполучить ранение в такое время! Это было тем, чего больше всего избегала Мэй Сюэ Янь, и тем, чего больше всего желал Сяо Тянь!

В это время четверо Почтенных успешно достигли Сяо Тяня, за их спинами осталось пять или шесть Священных животных, которые успели получить ранения. Пусть Священные животные обладают супермощным телом, но даже им трудно стерпеть такую силу!

Однако эти результаты уже не имели особой ценности. Из уголков рта Ду Цзю уже текла кровь, у Чжень Цибэя – тоже, было очевидно, что у них были внутренние повреждения! Даже каменное лицо Чу Учина было мертвенно-бледным, его плечи были сплошь покрыты пятнами крови!

Пятеро Почтенных и подумать не могли, что простая попытка к бегству закончится вот так! Такую жестокость даже они за свою жизнь редко встречали! Небывалое свирепство!

Снова раздался зверский удар, Мэй Сюэ Янь отступила на два шага. Внезапно появился ослепляющий блеск меча. Оказывается, Хуа Фэнвэн, воспользовавшись моментом, применил прием «слияния воедино с мечом», и, вслед за Сяо Тянем, устремился с ударом на Мэй Сюэ Янь!

- Не надо насильно удерживать их, дайте им уйти! – раздался голос Цзюнь Мосе.

Тело Мэй Сюэ Янь сверкнуло, Хуа Фэнвэн, ни на минуту не задерживаясь, пролетел дальше. На снежной земле промелькнул сверкающий метеор, атакуя кольцо окружения. Вслед за этим пролетел Сяо Тянь, а за ним и остальные три мастера!

В несокрушимом боевом строе Цзюнь Вуя в конечном итоге появилась одна пробоина!

Короли животных разъярённо закричали и, забыв обо всём, бросились в атаку!

В то время, когда им удалось прорвать окружение, за спиной у Сяо Тяня и Чу Учина внезапно раздался оглушительный грохот, и из ниоткуда появилась огромная пустая яма! Это яма было больше десяти футов в окружности и глубиной около семи-восьми футов!

Совершенно необъяснимым образом вдруг появилась огромная яма!

Глава 699. Закопать живьём под землю!

Стихия земли! В этот напряжённый момент Цзюнь Мосе наконец-то решился воспользоваться одной из своих стихий!

Если бы эта огромная яма появилась в мирное время, никто бы и глазом не моргнул, но в такой суматохе, когда на счету каждая секунда, и речь идёт о спасении своей жизни, внезапное возникновение этой ямы имело смертельную опасность для мастеров!

Особенно когда Сяо Тянь уже без риска для жизни пролетел через окружение, Чу Учин и остальные смело последовали за ним! Но именно в это самое время вдруг из ниоткуда появилась огромная яма!

Чу Учин, Ду Цзю и Чжень Цибэй совершенно и не предполагали, что их может ждать какая-нибудь ловушка. Застигнутые врасплох, все трое с оглушительным грохотом повалились вниз!

Сяо Тянь, бывший впереди, громко взревел. Его тело остановилось, одним взмахом руки он снял свой пояс, ещё один взмах – и пояс в одно мгновение превратился в длинную тканевую веревку, которой он обвязал тело Чу Учина, и тот подлетел высоко в воздух. Вслед за тем толпа Священных животных перегородила им путь из ямы!

Другие двое, Ду Цзю и Чжень Цибэй ещё не долетели до дна ямы, они уже собирались произвести обратное движение Ци, чтобы попытаться выпрыгнуть наружу, как услышали оглушительный крик, и огромный чёрный зверь самоотверженно падал прямо на них сверху. У них, висевших в воздухе, совершенно не было способов найти ещё сил!

Они оба хорошо понимали – если они ничего не сделают и будут разбиты этим ударом, там, наверху есть ещё Мэй Сюэ Янь, и тогда совершенно исключены шансы счастливо уцелеть! Поэтому они обязательно должны вырваться наружу до этого момента!

В это время Ду Цзю внезапно закричал:

- Ты уже ранен, помоги мне выбраться наружу! Я отомщу за тебя!

Решимость Ду Цзю помогла ему быстро среагировать в этот момент и принять самое оптимальное решение! Сейчас было уже очевидно, что им ни за что не выбраться вдвоём! Если выбираться кому-то одному, нужно только тому, кто ещё сохранил свои силы!

Чжень Цибэй уже получил бесчисленно количество ранений, и все они были довольно тяжёлыми, сейчас из всех пяти Почтенных, его силы были самыми наименьшими! Даже и подняться вряд ли бы у него получилось! Чжень Цибэй, горько рассмеявшись, прокричал:

- Хорошо!

Он тоже был смелым и решительным человеком, он моментально принял это решение. Используя всю оставшуюся Суань, он остановил поддержку своего тела, и изо всех сил оттолкнул Ду Цзю вверх, и тот, словно острый меч, стремительно полетел наружу!

А тело Чжень Цибэя из-за влияния противодействующей силы стало падать вниз. Собрав остатки своих сил, он закричал:

- Убей за меня Цзюнь Мосе!

Как только он договорил эту фразу, его тело внезапно было утрамбовано прямо в дно ямы несметным количеством жестоких ударов толпы Священных животных!

Чжень Цибэй, в свою очередь, оценил обстановку и поэтому решил помочь Ду Цзю! Если бы два человека вступили в спор в такой момент, тогда ни один из них не смог бы выбраться отсюда! Они все Почтенные мастера, все прожили около нескольких сотен лет в этом мире, многое успели повидать, к тому же в словах Ду Цзю была доля правды. Поэтому он без всяких колебаний решил пожертвовать своей жизнью!

Один из Неуловимого Мира Бессмертных, другой – из Великого Золотого города, они сражались друг против друга добрую часть своей жизни, однако в этот трудный момент, они оба, не сговариваясь, стали от всей души помогать друг другу и работать вместе! Чжень Цибэй даже не пожалел своей жизни, чтобы помочь Ду Цзю успешно выбраться наружу!

Обычный человек в таких условиях был бы так испуган, что не смог бы и думать, но Чжень Цибэй в одно мгновение принял такое тяжёлое решение – пожертвовать своей жизнью, чтобы помочь своему сослуживцу! Манеры Почтенных мастеров всё-таки намного превосходят манеры обычных мастеров!

Ду Цзю свирепо свистнул. Благодаря силе, с которой его подтолкнул Чжень Цибэй, он молниеносно выбрался наружу. Только что прорвавшийся Король зверей оказался прямо перед ним, получив его удар, в его крепком теле появилась огромная дыра, а вся голова оказалась залита кровью!

- Я обязательно отомщу за тебя! – громко прокричал Ду Цзю, в этот момент его силы были ещё при нём и ничуть не уменьшились, он так же, как молния, пронёсся в воздухе, впереди были Сяо Тянь и Чу Учин! Вот-вот он должен быть в безопасности!

- Ду Цзю, подожди-ка! – гневно проревела Мэй Сюэ Янь и мгновенно появилась за его спиной, безжалостно нанеся ему удар. Ду Цзю, даже не обернувшись, изо всех сил бросился бежать. Раздался грохот, и всё перед глазами Ду Цзю заполнилось кровавым туманом, но он упорно продолжал сопротивляться. Получив серьёзное ранение и посредством толчка от удара ладонью Мэй Сюэ Янь, он ускоренно пытался вырваться и убежать!

- Сзади! – Сяо Тянь громко проревел и двойным ударом ладони отбил окруживших Ду Цзю Священных животных. Тот испытал большое потрясение, сила в его теле внезапно стала уменьшаться. Он чувствовал холод. В его плечо вонзился меч и вышел, пробив лопатку, острие меча медленно сверкнуло. По мере того, как Ду Цзю двигался вперёд, длинный меч мгновенно вышел из его тела, Ду Цзю лишь горько взревел, хлынула свежая кровь! За его спиной вдруг в воздухе появился Цзюнь Мосе с мечом в руках, на его лице читалось разочарование! Его тело сверкнуло и снова исчезло…

Благодаря приему побега Инь-ян он стал невидимым. Соединившись воедино с мечом, он попытался атаковать Ду Цзю, но из-за крика Сяо Тяня ему не довелось завершить начатое, изначально он собирался пронзить своим мечом жизненный центр Ду Цзю, но в итоге смог только плечо! Он не смог убить его одним махом, поэтому был так расстроен! Даже истинная Ци, которой был наполнен меч, не успела разорваться, как немедленно была отбита Ду Цзю. Хотя бы удалось нанести ему хоть какое-то ранение, - проколоть плечо!

Тело Сяо Тянь с головы до ног заискрилось белыми лучами, его Суань достигла своей наивысшей точки, даже Священные животные никак не могли навредить ему или даже приблизиться. Он вытянул руку, чтобы оказать помощь Ду Цзю! Он видел, что силы его почти на исходе, и, если ему не помочь, он вряд ли сможет выбраться сам!

За спиной Ду Цзю мигнул чей-то силуэт, Сяо Тянь, весь вне себя от ярости, заорал:

- Как смеешь, подлец!

Блеск меча внезапно исчез, силуэт тоже пропал из виду, однако в ту же минуту, словно из пустоты, выросла ладонь и жестоко ударила между лопатками Ду Цзю! Цзюнь Мосе снова нанёс удар! Снова нанёс Ду Цзю тяжёлое ранение!

Ду Цзю с болью вскрикнул, из носа и изо рта хлынула кровь. Больше не в силах находиться в воздухе, Ду Цзю, словно бумажный змей, оторвавшийся от нити, полетел вниз. Сяо Тянь вовремя подоспел и поймал тело Ду Цзю, крепко обхватив его. С полным лицом боли и ярости, он закричал:

- Уходим!

Ни на секунду не задерживаясь, он с Ду Цзю в руках пролетел прямо перед Чу Учином!

- А как же Чжень Цибэй? – запыхавшись, спросил Чу Учин.

- С ним всё кончено! Он спас меня… – на последнем издыхании и с полными глазами слёз вымолвил Ду Цзю, после чего потерял сознание в руках Сяо Тяня. Его травмы и ранения были столь тяжелы, что он был на волоске от смерти!

Чу Учин громко закричал. Если бы он, не щадя своей жизни, повернул обратно, то был бы пойман Сяо Тянем. В это же самое время в воздухе внезапно возникла какая-то тёмная фигура.

Это оказался Король медведей, он был разгневан до такой степени, что, ругаясь и матерясь, что есть мочи запустил в воздух голову давно убитого Лю Чию.

Убитый горем Чу Учин, громко крича, поймал эту голову, и одновременно с Сяо Тянем скрылся в бескрайней снежной дали. Перед тем как им скрыться, было смутно видно, что у идущего неверной походкой Сяо Тяня изо рта стекала кровь прямо на землю…

Результаты его столкновения с Мэй Сюэ Янь не остались незамеченными, его рот был полон свежей крови… Эта битва, действительно, была кровопролитной и жестокой…

Увидев, как два человека спасаются бегством, стая ястребов бросилась вдогонку за ними. Цзюнь Вуй махнул своим знаменем, и Мэй Сюэ Янь, оценив ситуацию, свистнула Королю ястребов, чтобы он поспешил вернуть их обратно.

- Не преследуй врага, оказавшегося в безвыходном положении. Если мы продолжим гнаться за ними, сами будем атакованы их людьми из засады! – Цзюнь Вуй спокойно сказал, глубоко вздыхая: - Как жалко, что в итоге ушли четверо. Боюсь, потом уже будет трудно найти такую прекрасную возможность! – из ямы раздался резкий звук, пятеро или шестеро Королей зверей карабкались наружу. На дне этой ямы остались покоиться останки Почтенного Чжень Цибэя!

Однако перед своей смертью, во время самоликвидации Суань, он всё-таки захватил с собой двух Королей зверей, а остальные четверо отделались серьёзными ранениями! Но тело Священного животного превосходит тело человека и, благодаря чудодейственным лекарствам Цзюнь Мосе, будет возможно восстановить первоначальное состояние!

- Итоги этой битвы довольно неплохи! Из шести Почтенных мы убили двоих, тяжело ранили одного и чуть-чуть двоих! Такие результаты в какой-то степени даже блестящи! Если бы убили их всех, то это было бы уже не похоже на правду! – Мэй Сюэ Янь с печальным лицом посмотрела на убитых Королей Зверей: - Так жаль этих братьев! Они только-только изменили вид и преобразились, ещё даже не пожили, не повидали мир, и уже навсегда останутся в этой ледяной земле…

- От судьбы не уйдёшь, Владыка, не стоит так убиваться! – Король медведей и Король журавлей с хрипотцой в голосе успокаивали Мэй Сюэ Янь, хотя глаза у самих были на мокром месте.

- Только достигли Серебряного города и уже такие потери. Если послезавтра три Священные земли выставят свои главные силы, я даже не могу себе представить, какой жестокой будет обстановка! – Мэй Сюэ Янь с невозмутимым взглядом смотрела на далёкие снежные вершины, усеянные облаками и туманом. Все одновременно помрачнели. Горный ветер приносил свежесть и холод.

***

Ночь казалась спокойной и молчаливой, Мэй Сюэ Янь медленно зашла в свой шатёр. По дороге она пристально смотрела на ночной месяц, не говоря ни слова.

Цзюнь Мосе отправился следом за ней.

- Сюэ Янь, о чём ты думаешь? – Цзюнь Мосе, наконец, тихонько спросил: - Почему на сердце у тебя так неспокойно?

- Я думаю о битве, которая будет через два дня… – Мэй Сюэ Янь подняла голову вверх: - Я думаю о том, что в это раз лес Тянь Фа выступит с такими невиданными мощными силами. Будь то количество или качество, это единственный раз за многие годы, когда мы идём не из-за Битвы за Захват Небес! Однако сколько людей сможет уцелеть и спокойно вернуться после битвы с Серебряным городом…

- Я тоже думаю о битве, которая будет через два дня, однако мои мысли немного отличаются от твоих – Цзюнь Мосе, обнажив свою хитрую улыбку, сказал: - После сегодняшнего сражения, я думаю о том, сколько людей трёх Священных земель смогут избежать гибели и спастись бегством? И сколько у них есть людей, похожих на Лю Чию и Чжень Цибэя, кости которых навсегда будут погребены в этой земле!

Глава 700. Успех зависит от старания!

- Ты не понимаешь, – Мэй Сюэ Янь бессильно покачала головой. - Три Священные земли никогда не выставляют мастеров Почтенного и Достопочтенного уровней, даже если им грозит угрожающее положение. В противном случае это может нанести непоправимый урон всей их безопасности, они ни за что не станут выставлять мастеров таких уровней! Это их главный принцип! Это основа существования трёх Священных земель!

- В этот раз они отправили шестерых Почтенных лишь только для разведки. Недавно Сяо Тянь заявил, что Сяо Яо Почтенный и Шенсы Почтенный должны скоро прибыть, но я убеждена, что это была обычная болтовня, лишь для запугивания! А те двое уже двести лет назад были Почтенными пика третьего ранга, сейчас уже, вероятно, далеко продвинулись вперёд, на четвёртый ранг! Если они не продвинулись на четвёртый ранг, то я, возможно, смогу справиться с кем-то из них, но если они действительно прорвались на четвёртый ранг, я уже им недостойный соперник… Не надо смотреть с таким спокойным лицом, ты просто не знаешь, что значит Почтенный четвёртого ранга… – Мэй Сюэ Янь вздохнула, опустила голову и посмотрела прямо в глаза Цзюнь Мосе: - Почтенный мастер четвёртого ранга означает, что они обладают телом, закалённым громом и молнией! Их способности и возможности выходят за рамки твоего сознания! Если мы действительн, встретимся с ними, боюсь, что это… не предвещает нам ничего хорошего!

- Сейчас ты Почтенный мастер третьего ранга… начальной ступени? – Цзюнь Мосе немного помолчал, а потом спокойно спросил.

- Да! И поэтому, если они и в самом деле придут, у меня нет уверенности, что я смогу справиться с ними. Да что уж с ними, с кем-то одним из двух и то вряд ли получится справиться! Глядя на всех нас, никто из нас не в силах одолеть их! Есть только один вариант, который, возможно, решит эту проблему! – Мэй Сюэ Янь с блестящими глазами посмотрела на Цзюнь Мосе: - Самоликвидация Священного животного! Притом, не одного! Как минимум нужна одновременная самоликвидация четырёх или больше животных, чтобы нанести им урон! – Мэй Сюэ Янь вздохнула. - Если отбросить этот вариант, то у меня совершенно нет других идей, за исключением… За исключением того, если я смогу в кратчайшие сроки дважды прорваться, иначе это битва будет поистине жестокой и кровопролитной. Наша сторона столкнётся с катастрофическими потерями, урон будет действительно невообразимый. Однако я совсем недавно прорвалась на третий ранг, сейчас только на начальной ступени, сейчас прорваться дважды просто нереально! Это сражение как раз сорвало маску, теперь трём Священным землям всё известно… по-видимому, сейчас им уже всё равно!

- Прорваться дважды в кратчайший срок? – Цзюнь Мосе призадумался. - Ты прорвалась не так давно, и, кажется, твои каналы сейчас не достигли показателя достаточного наполнения силой, да?

Мэй Сюэянь закатила глаза и раздражённо сказала:

- Это же элементарные вещи, неужели ты этого не знаешь? Вне зависимости, человек ты или Священное животное – любой мастер всегда после прорыва уровня или ранга теряет силы в своих каналах. Они меняют свое состояние, опускаются до начальной ступени, а потом снова наполняются до краёв для того, чтобы мастер был в состоянии прорваться на следующий уровень! Ты прикидываешься, что не знаешь или реально настолько туп? Прямо поверить невозможно!

- Поскольку это сражение было таким опасным, наших сил недостаточно, и если, несмотря ни на что, продолжать сражаться, боюсь, можно понести огромные потери… Однако этот бой был невыгодным для нас с самого начала! Обстановка диктует действия! И сейчас у нас уже нет пути назад! – Цзюнь Мосе слегка рассмеялся, несколько раз учащенно вздохнул, его глаза наполнились невиданной злостью. - Тогда моё резкое заявление на весь мир, выходит, я сильно погорячился… И если на этот раз вернуться домой с подбитым крылом, тогда семья Цзюнь и лес Тянь Фа станут опозорены на весь мир. Мы станем ходячими анекдотами, глупой пьесой с измученным финалом! Ха-ха, Серебряный город, кто знал, что так всё обернётся, и я буду вынужден сжигать всё пути к отступлению? – его глаза внезапно стали бездонными и глубокими. - На сей раз три Священные земли неожиданно очень хорошо подготовились и организовали могущественное нападение, застигнув нас врасплох!

- Священные земли, пожалуй, и добивались подобного эффекта! – сказала тихонько Мэй Сюэ Янь. - Однако я и не предполагала, что они могут решиться на такой шаг и отправить мастеров Почтенного уровня! Да ещё и так много! Изначально я думала, что они выставят только двух Почтенных, тем самым нарушив заветы предков, однако я совсем не ожидала, что они вот так, не считаясь со всем миром, охотно пойдут против меня!

- Силы Сяо Тяня, хотя и достигают предела третьего ранга Почтенного, но, по большому счёту, находятся наравне с твоими. К тому же он получил ранение. Его силы непременно сократились на несколько процентов. Ду Цзю в этот раз получил серьёзную рану. Он не умрет, но насрать, на него можно не обращать внимания! У Хуа Фэнвэня незначительные травмы, можно его считать главным. Что касается ранений Чу Учина, их тоже нельзя назвать лёгкими, примерно такие же, как у Сяо Тяня, а Чжень Цибэй и Лю Чию вообще уже мертвы, – Цзюнь Мосе спокойно ответил. - Из этих шестерых Почтенных в сумме сил есть два с половиной мастера, да ещё и к тому же весьма слабоватые. Уверен, что они для нас уже не представляют никакой опасности. Поэтому мы должны принять меры предосторожности для встречи с Сяояо и Шенсы Почтенными.

- Верно! Однако мы не можем предпринять никаких мер для встречи с ними, никаких наших оборонительных сил не хватит для этого, – Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула несколько раз. - Если они на средней ступени, то мы ещё можем побороться, а если на высшей, то в наших силах слишком большая разница!

- Ну, не нужно думать так мрачно, успех зависит от старания, из любой ситуации можно найти выход! – Цзюнь Мосе на удивление был очень спокоен и лишь легко рассмеялся, после чего с уверенностью в голосе сказал: - Следуй за мной! Сюэ Янь, этой ночью я покажу тебе настоящее чудо! – договорив, он применил свою технику отработки движений и резко вылетел из шатра.

- Что ты делаешь? – Мэй Сюэ Янь не успела договорить, как увидела, что Цзюнь Мосе уже был далеко от неё, ей только и оставалось, что следовать за ним.

Их две тени, словно два призрака, проскользнули в белоснежные далекие горы.

В итоге Цзюнь Мосе остановился в каком-то плотно покрытом снегом ущелье.

Мэй Сюэ Янь появилась за его спиной:

- Зачем мы здесь?

- Посмотри, вокруг этого места сосредоточены три вершины, на небе светлая луна, это место с самой густой и насыщенной одухотворенной Ци! Я здесь, чтобы протянуть тебе руку помощи! Помочь тебе прорваться на четвёртый ранг Почтенной! – Цзюнь Мосе сказал с небольшой ноткой торжественности, его глаза были полны безумства.

- Да ты смеёшься, что ли? Думаешь, я выпью волшебную таблетку и тут же смогу прорваться? – Мэй Сюэ Янь выпучила глаза и немного в смятении сказала, но не успела она договорить эту фразу, как Цзюнь Мосе резким движением притянул её к себе, крепко обнял и поцеловал своими тёплыми губами. Её тело словно растаяло от его объятий, и в итоге, не выдержав тяжести его тела, она повалилась на покрытую снегом землю…

Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула:

«Оказывается, этот мальчишка считает меня легкодоступной… В этой битве он был крайне несамостоятельным… Тогда уж можно позволить ему понаглеть в этот раз, и мне самой тоже можно расслабиться. Кто знает, после этой битвы сможем ли мы остаться в живых, так или иначе… пусть даже я пожертвую своей жизнью, но я не позволю тебе погибнуть…»

Она закрыла глаза и больше не сопротивлялась, наслаждаясь близостью любимого человека. Внезапно её глаза резко открылись! Глаза были наполнены невообразимым удивлением!

Изо рта Цзюнь Мосе исходило не что иное, как неисчерпаемая природная одухотворенная Ци! Да ещё и такой чистой и густой консистенции! Эта чистая и густая одухотворенная Ци исходила прямо из его рта непрерывным потоком, она была настолько густой и насыщенной, что Мэй Сюэ Янь даже начала задыхаться.

О такой густой и чистой одухотворенной Ци Мэй Сюэ Янь и мечтать не могла! Её сокровенная мечта в одночасье стала реальностью, настоящим чудом, которое случилось прямо на её глазах.

Она медленно открыла глаза и обеспокоенно посмотрела на Цзюнь Мосе. В её глазах были тревога и страх, она волновалась, что таким образом, отдавая свою силу, Цзюнь Мосе может навредить себе, но, глядя в его глаза, она смогла почувствовать его теплоту и заботу.

Его глаза недвусмысленно говорили: «Не беспокойся и спокойно сосредоточься на получении силы!» Мэй Сюэ Янь, наконец, успокоилась и закрыла глаза, спокойно поглощая силу в свои каналы. В эту минуту ей казалось, что её обычные и широкие каналы были похожи на высохший горный ручей, а богатая одухотворенная Ци Цзюнь Мосе, словно безбрежная великая Янцзы, бурлящим потоком наполняет её каналы, непрерывно и неустанно…

Мэй Сюэ Янь спокойно лежала, а тёплое здоровое тело Цзюнь Мосе нависало над ней…

Цзюнь Мосе всегда хотел попробовать этот способ транспортировки Ци, но всегда боялся! Прямое перемещение внутренней силы Пагоды, активирующее природную одухотворенную Ци, при использовании собственного тела, как посредника, для содействия другим в продвижении прорыва!

Хотя вариант транспортировки Ци через запястье был бы намного безопаснее, однако он сильно уступал в скорости транспортировки, и, к тому же, отнимал много энергии… Тем более время было не на их стороне, а Мэй Сюэ Янь вполне могла справиться с такой нагрузкой!

В то мгновение, когда Цзюнь Мосе поцеловал Мэй Сюэ Янь, в Пагоде Хунцзюнь произошёл большой всплеск духовной силы. С шелестом Пагода выпустила наружу всё своё многообразие красок и переливов силы, которую она имеет, и вслед за этим подъемом она стала беспрерывно крутиться и нарастать, превращаясь в поистине не имеющий себе равных энергетический поток!

Главные вороты Пагоды открылись нараспашку, бесчисленная одухотворенная Ци начала извергаться, и в следующее мгновение Цзюнь Мосе приказал Пагоде слиться с ним в одно целое, и втянул этот поток силы себе в рот, раскрыв тем самым один факт: рот Цзюнь Мосе на самом деле является главным входом в Пагоду Хунцзюнь!

Густая и насыщенная одухотворенная Ци бурным потоком и силой в шестьдесят процентов непрерывно поступала в тело Мэй Сюэ Янь! Её сила даже немного пугала, пусть даже Мэй Сюэ Янь и обладала богатыми и крепкими природными данными, вряд ли бы могла выдержать всю силу Пагоды, поэтому Цзюнь Мосе осторожно контролировал этот процесс, готовясь, в случае если Мэй Сюэ Янь не может выдержать, сразу же немедленно прекратить подачу Ци!

Это была всё-таки передача Ци с шестьюдесятью процентной мощностью! Это был самый максимум силы, который на данный момент мог контролировать Цзюнь Мосе!

Обычно Цзюнь Мосе, тренируясь, растрачивал немного и сразу пополнял, но, тем не менее, никогда не проходил через такой безумный поток! Сейчас его каналы были ещё не в состоянии выдержать такой большой силовой поток! Они бы попросту раскололись, не выдержав такого напряжения…

Однако сейчас, когда Мэй Сюэ Янь получила Ци с такой огромной частотой, она даже не подала и признака затруднения или неудобства! В этот момент Цзюнь Мосе ощутил всю мощь, на которую способен Почтенный мастер!

Их сила, в самом деле, как бескрайнее море. До этого момента он недооценивал этих мастеров…

Обязательно нужно продвинуться!

Во что бы то ни стало нужно продвинуться!

Цзюнь Мосе кричал про себя! И молился!

Глава 701. Могущественное величие природы!

Можно сказать, что это был последний козырь Цзюнь Мосе! И если этот козырь не сработает, то будущая встреча с такими сильными противниками, как Сяояо и Шенсы, действительно вызывает тревогу! В таком случае останется только отступать! Что, в конце концов, будет, получится или не получится, даже у Цзюнь Мосе нет и капли уверенности!

Время тихо продолжало уходить. Мэй Сюэ Янь только чувствовала, как внутри её каналов проходят невообразимые изменения. В один миг она чувствовала то озноб, то жар, природная одухотворенная Ци в большом объеме мощным потоком вливалась в её тело. После того, как она стремительно перемещалась в каналах, она превращалась в изначальную Ци, которую прежде можно было получить лишь долгими усердными процессами совершенствования, новая же изначальная Ци была необычайно послушной и спокойно оставалась внутри каналов: этот процесс был на удивление быстрым!

Желания Мэй Сюэ Янь в данный момент были довольно просты, она хотела лишь, чтобы скорость работы её элементарной Ци увеличилась как можно больше, немного быстрее и ещё немного быстрее… Кроме этого, на данный момент у неё не было других забот!

Ей не нужно было набирать силу!

Ей не нужно было решать никакие загадки и проблемы!

Ей даже не нужно было волноваться или беспокоиться…

Потому что обо всем этом позаботился Цзюнь Мосе! Всем процессом руководил Цзюнь Мосе!

Изначальная Ци сапфирового цвета непрерывно увеличивалась в каналах Мэй Сюэ Янь. Смутный, едва различимый высохший ручеек постепенно расширялся и становился журчащим и струящимся ручьём, а потом, шаг за шагом, в большую реку с непрерывным потоком…

Всё, в конце концов, менялось так быстро и стремительно!

Раньше требовалось около нескольких десятков лет, или даже больше сотни лет усердного накопления силы, чтобы достигнуть подобного эффекта и прогресса, однако этой ночью старые традиции и устои были в одночасье полностью свергнуты!

Прорыв Почтенного тоже можно также быстро достигнуть?!

Непрерывно совершенствуясь…

Почтенный мастер третьего ранга начальной ступени, пик начальной ступени, средняя ступень, накопление, толчок, пик средней ступени, продолжаем дальше… ещё дальше… продвигаемся к пику…

Это сумасшедшая скорость заставила Мэй Сюэ Янь думать, что это всё – сон!

По мере того, как в каналы Мэй Сюэ Янь поступала густая одухотворённая Ци, не прошло и двух часов, как её каналы начали вздуваться, и раздулись до такой степени, что ещё вот-вот и должны были треснуть от переполняемой их энергии…

Каналы Мэй Сюэ Янь в данную минуту напоминали переполненные мочевые пузыри, которые наполняло бездонное море энергии, поступление которой ещё даже не прекратилось…

Внезапно в воздухе возник огромный вихрь, который закружил вместе с собой бесчисленное количество снежных крошек, поднял их высоко вверх, а потом они с грохотом рассыпались в разные стороны, вслед за этим засвистел северный холодный ветер, который становился всё сильнее и сильнее. Прежде чистое усеянное звездами и яркой луной небо вдруг заволокло тучами!

Круглые облака разом нахлынули со всех сторон, подобно громогласному приказу небесного генерала войны в одночасье собрались вместе!

В одночасье нахлынувшие облака слой за слоем стали накладываться друг на друга, попутно перегоняя друг друга и толкаясь, в страхе, что им не хватит места на этом бескрайнем небе… Чистое небо в один миг полностью покрылось облаками, и повисла кромешная тьма!

Такое молниеносное загромождение неба облаками даже летом можно редко встретить!

Однако это удивительное явление вдруг появилось в один из самых холодных дней зимы!

В воздухе всё громче и яростнее завывал холодный северный ветер, весь лес дрожал, угнетаемый его свирепством, вздрагивая и плача. Бессчётное количество грубых веток колотилось и ломалось на ветру. А потом они, подхватываемые ветром, кружились из стороны в сторону, в итоге улетая в неизвестном направлении…

Гряда облаков становилась всё толще и плотнее, всё мрачнее и всё ниже, словно само небо опускалось на землю, пытаясь раздавить её своей тяжестью. Всё пространство между небом и землей внезапно заполнилось мрачной и тяжелой атмосферой!

Вдруг стали появляться смутные проблески, среди гряды облаков заискрились одна за другой вспышки молнии, они сновали туда-сюда, а потом собрались в одном месте, словно подготавливаясь к чему-то!

Это ярость грома!

Это могущественное величие природы!

Далеко-далеко, с высоты медленно доносились раскаты грома, словно они были за тридцать три неба отсюда, но, тем не менее, их грохот проникал прямо в уши, и даже глубоко в голову! Давление такой силы почти доводило людей до сумасшествия!

Это же все-таки крайний север, вокруг заснеженные горы!

В таких местах отродясь не происходило ничего подобного!

Но теперь, в эту минуту, в снежных горах зимой случилось такое необыкновенное явление!

А в это время, за несколько сотен ли отсюда, три команды бойцов с усиленной скоростью двигались в направлении снежных гор, стремительно, словно молния, быстро, словно вихрь! Однако когда всё небо потемнело, эта группа людей неожиданно прекратила своё движение, попав под давление этого явления! Три человека средних лет, бывшие во главе, одновременно поменялись в лице!

- Могущественное величие природы! Сила грозы! Это кто-то сейчас прорывается? Прорывающийся сейчас человек возбудил такие мощные и удивительные природные изменения! Кто бы мог подумать, что в таком месте, на крайнем севере, найдётся такой отважный мастер! – человек с чёрными усами, в белой одежде, с испуганным лицом поднял голову и уставился на неясные вспышки молнии, заполнявшие всё небо, выражение его лица было удивленным и мрачным!

- Да, только Почтенный мастер выше четвертого ранга или Достопочтенный мастер способны на такие удивительные природные изменения! Брат Сяояо, боюсь, силы этого мастера нешуточные. Тем более, учитывая, что это крайний север, снежные горы! – у другого человека в простом холщовом платье появилось расстроенное выражение на лице.

Когда на дворе суровая зима, а кругом крайний север и заснеженные горы, кто-то неожиданно вызвал такую кару небесную, гром и молнию! Такая мощная поразительная сила заставила думать их, что им никогда не достигнуть такого же уровня!

Ещё один командир другого отряда, мрачно глядя на эти удивительные явления, спокойно сказал:

- На сей раз мы работаем лично. Победа уже в руках у Серебряного города, не о чем и беспокоиться! Однако я и предположить не мог, что в этих местах может скрываться мастер такого уровня! Если этот человек со стороны нашего противника… тогда, Сяояо, Шенсы, на этот раз мы можем хорошо повеселиться!

- Такого совпадения быть не может! – голос человека, сказавшего это, был крайне неспокоен, в нём чувствовались небольшие нотки страха. Помолчав немного, он продолжил: - Давайте-ка отправимся туда и посмотрим, только не стоит тревожить этого человека, если это не наш враг. Само собой разумеется, мы должны быть начеку!

Другие два человека мгновенно согласились, три отряда бойцов, словно три стрелы, тёмной ночью молниеносно отправились к месту, где сверкали вспышки молнии! Они все опытные люди и, разумеется, знают, как быстро добраться до цели…

……

Все люди Серебряного города стояли на улице и испуганно смотрели в небо, совершенно не понимая, что, в конце концов, происходит! Если бы кто-то до этого момента сказал, что здесь может случиться гром и молнии, боюсь, все бы люди отнеслись с презрением к этому человеку и не раз посмеялись бы ему в лицо!

Однако сейчас, эта из ряда вон выходящая ситуация происходила прямо на глазах у всего народа Серебряного города!

Немало людей, не веря в то, что происходят у них перед глазами, неустанно щипали свои руки и плечи, находясь в растерянности…

Это правда не сон?

Как раз в это время один отряд людей достиг города, оглушив охранников у входа, несколько человек с мрачным выражением лица, встав ровно посередине перед главным тронным залом, закричали:

- Где Владыка Серебряного города? Три Священные земли прибыли на подмогу, почему нас никто не встречает?

Это был Сяо Тянь и остальные.

Хан Чжань Мэн, Сяо Син Юн и остальные, узнав это, сразу поспешили встретить гостей. Хан Чжань Мэн принял это со сложными чувствами, Сяо Син Юн же прыгал вне себя от радости! Особенно тот факт, что среди прибывших людей из Золотого города был человек из потомков семьи Сяо, заставлял его радоваться ещё больше! Второпях они поспешили на встречу.

Сяо Тянь холодно фыркнул и с сомнениями посмотрел на небо, полное темных облаков и разрядов молний, сходу распоряжаясь:

- Приготовьте для нас гостевую, мы сначала отдохнем.

Сяо Син Юн и остальные сразу же заметили, что у мастеров, стоящих во главе отряда, всё тело покрыто ранениями!

- Почтенные… что… с вами произошло? – Сяо Син Юн осторожно спросил.

- Что случилось? По вашей милости это случилось! – Сяо Тянь тяжело вздохнул, его лицо было мрачным. Он посмотрел на Сяо Син Юня, в его глазах читалась злоба: - Мы только что встретились с Цзюнь Мосе, тела Почтенного Чжень Цибэя и Почтенного Лю Чию уже покоятся в снежных горах! Сяо Син Юн, это всё по милости твоей семьи произошло! И ты ещё спрашиваешь, что случилось?

- А? – Сяо Син Юня словно ударило током, он замер на месте: - Как такое могло произойти? Неужели силы семьи Цзюнь в самом деле настолько могущественны!?

- Одних только Священных животных пика девятого уровня две тысячи! Насколько могущественны, ты сам посуди! – Почтенный Хуа Фэнвэн грубо сказал. Сяо Син Юн, словно человек, получивший трагическую весть, даже вскрикнул от ужаса, а потом застыл как вкопанный.

Хуа Фэнвэню не было никакого дела до него, он запрокинул голову и задумчиво посмотрел в небо:

- Брат Сяо, это, наверное, высочайший мастер сейчас прорывается, верно?

Сяо Тянь холодно сказал:

- Да, верно! Это непременно первоклассный мастер сейчас подготавливается к прорыву. А иначе, как в таком месте, на крайнем севере, могут происходить такие из ряда вон выходящие явления!

На лице Хуа Фэнвэня появилось восхищение. В растерянности, глядя на вспышки молнии, вдруг на его лице появилось озарение.

- Брат Сяо, а этим человеком может быть Почтенная Мэй? – спросил почтенный Чу Учин.

- Абсолютно невозможно! Она сейчас максимум наравне со мной по силам, Почтенный мастер третьего ранга начальной ступени. Расстояние между степенями и пиками, по меньшей мере, более трёх сотен лет непрерывного адского труда, как она может сейчас прорываться? – Сяо Тянья фыркнул. - Если она в самом деле сейчас прорывается, то я тогда завтра прорвусь до Достопочтенного…

Все дружно рассмеялись, за их плечами был богатый жизненный опыт, и они понимали, что Сяо Тянь говорит разумные вещи. Он немедленно поручил людям найти тихое местечко для Ду Цзю, чтобы он мог спокойно отдохнуть. А потом все собрались на городской площади, продолжая смотреть на небо, чувствуя, что это могущественное величие природы поистине невообразимо.

…….

На небе появлялись вспышки молнии и доносились раскаты грома, в глазах Мэй Сюэ Янь в конце концов промелькнули пугающие мысли, она, вопреки обыкновению, боролась изо всех сил, потому что она понимала, что скоро ей предстоит столкнуться с главным испытанием процесса прорыва: с могущественным величием природы, с силой грома и молнии!

Возможно, у неё ещё были силы сопротивляться, но нельзя было сказать наверняка! Однако если Цзюнь Мосе вместе с ней, заодно, он не сможет этого выдержать! В случае её гибели, есть вероятность, что и он тоже может погибнуть!

Глава 702. Прорыв!

Хрупкое тело Мэй Сюэ Янь продолжало бороться из последних сил, её пленительные большие глаза были наполнены тревогой и жалобной мольбой.

Умоляю, немедленно отпусти меня!

Прошу, выпусти меня из своих объятий!

Если только ты будешь в безопасности, я смогу пройти через это тяжёлое испытание!

Умоляю тебя, оставь меня, пожалуйста!

Хотя она не сказала ни слова, Цзюнь Мосе мог услышать голос её сердца!

Однако он по-прежнему оставался неподвижным, и лишь наоборот, он изо всех сил пытался удержать Мэй Сюэ Янь под собой. Цзюнь Мосе даже отменил защиту всех своих самых хрупких суставов и позвонков, чтобы хоть как-то облегчить борьбу Мэй Сюэ Янь! В том случае, если Мэй Сюэ Янь попытается насильно вырваться из его объятий, тогда она попросту переломает Цзюнь Мосе все конечности!

Этот приём был крайне опасным! После того, как его руки и ноги будут сломаны, в тех местах ещё останутся мощные энергетические разряды, которых будет вполне достаточно, чтобы он попрощался со своей жизнью! Поэтому Мэй Сюэ Янь не смогла вырываться, чтобы не убить его.

Мэй Сюэ Янь почувствовала, что гряда облаков становилась всё ниже и ниже, вспышки молнии – всё чаще и интенсивнее, и из её глаз потекли слёзы. Она умоляюще смотрела на Цзюнь Мосе. Она молчала, однако её отчаянье и грусть были очевидными!

В это мгновение её сердце разрывалось от боли…

Любимый, если в этом мире не будет тебя, пусть я прорвусь до уровня Достопочтенного мастера, какой будет в этом смысл?

Я умоляю тебя… Отпусти меня…

Цзюнь Мосе посмотрел глубоко в её глаза, его тёплый и ласковый взгляд стал строгим и суровым. Зрачки его глаз были чистыми и холодными как лёд, выражение лица стало ещё более непреклонным и резким, он недвусмысленно предостерёг Мэй Сюэ Янь:

«Не смей двигаться! Хочешь узнать, что будет потом, тогда давай, рискни же!»

Мэй Сюэ Янь, наконец, почувствовала слабость во всём теле и прекратила бороться. Из глаз её, словно бурлящий источник, хлынули слёзы, она чувствовала, как природная одухотворенная Ци, не унимаясь, продолжает врываться в её каналы…

Бах!

Раздался взрыв.

Пограничный рубеж Почтенного мастера четвёртого ранга наконец-то был пробит!

Густая, громадных размеров природная одухотворенная Ци сокрушительным потоком ворвалась в её тело. В этот момент она ясно почувствовала: эта сила совершенного иного, нового предела, она величественна и загадочна! Вообще-то, об этом она мечтала уже очень и очень давно!

Многолетняя мечта в одночасье осуществилась. Однако в момент, когда больше всего нужно было радоваться, Мэй Сюэ Янь абсолютно ни капельки не испытывала этого чувства! Всё, что она чувствовала, так это отчаянье!

Потому что внезапно возникший в воздухе дико яркий свет и блеск, рассредоточившись в две толстые, с палец, молнии, на огромной скорости с треском обрушился вниз! Прямо в голову Цзюнь Мосе!

Мэй Сюэ Янь удручённо закрыла свои глаза и тоже отменила защиту Суань своего тела.

Любимый, раз ты не захотел меня отпускать, давай мы лучше вместе уйдём! Как я могу жить в мире, в котором нет тебя…

Этому не бывать! Это совершенно невозможно!

Знаешь ли ты это…

На лице Цзюнь Мосе появилась странная улыбка, он почувствовал, как в его голове содрогнулась Пагода Хунцзюнь, а затем возник супермощный силовой подъём. Вдруг над его головой появилась странная аура, которую трудно было увидеть глазами, словно как бы обнимая и оберегая его голову…

Сначала молодой мастер Цзюнь толком не смог разобраться в причинах появления этого необычного явления, однако в ту минуту, когда в небе начали происходить странные катаклизмы, у него появилось чёткое предчувствие: Пагода Хунцзюнь сможет противостоять могущественному величию природы!

Для неё это даже будет нисколько не трудно!

Это поистине удивительное чувство так внезапно возникло у него сейчас в голове!

Это нечто таинственное и непостижимое! То, что совершенно не поддается никакому объяснению!

Цзюнь Мосе полностью доверился ему и не стал уклоняться!

Раз уж есть такая уверенность, в таком случае нет никакой необходимости рисковать Мэй Сюэ Янь и подвергать её удару. Сейчас Цзюнь Мосе ясно понял, что это могущественное величие природы и сила грома, вероятнее всего, и есть те «небесные нападения», которые упоминаются в основополагающих древних книгах Пагоды Хунцзюнь!

Должно быть именно так! Ошибки быть не может!

Однако те «небесные нападения» другого уровня. Цзюнь Мосе всё же точно не определил, к тому же сейчас у него не было времени, чтобы ознакомиться с этим вопросом поподробнее. Главное, что ему сейчас было необходимо знать – то, что Пагода Хунцзюнь, без сомнений, сможет выдержать такой удар.

Разряд молнии в мгновение достиг его головы.

Мэй Сюэ Янь ясно почувствовала, как Цзюнь Мосе, вопреки всем ожиданиям, слегка вытянул голову вверх!

Она не вытерпела и открыла глаза, посмотрев на Цзюнь Мосе взглядом, полным любви и заботы…

Неужто последний раз в этой жизни?

Однако Мэй Сюэ Янь увидела перед собой шокирующую картину, в реальность которой ей было очень трудно поверить: когда эти два мощных и огромных разряда молнии достигли головы Цзюнь Мосе, никакого ожидаемого удара, а затем мучительной реакции Цзюнь Мосе не последовало, наоборот же – они беззвучно исчезли…

Совершенно беззвучно исчезли, причем так внезапно и безосновательно!

В чём дело? В конце концов, что произошло?

Мэй Сюэ Янь почти забыла о том отчаянье и горе, которые она ещё недавно испытывала, она просто испуганно смотрела перед собой…

Два разряда… Было же два разряда… Или даже три… Они обрушились плотным потоком, каждый разряд метил прямо в цель! Мощный поразительный разряд молнии, один сильнее другого, опустился, а потом беззвучно исчез прямо на голове Цзюнь Мосе… Такая громадная силища совершенно никак не навредила ему!

Да как вообще такое возможно?

Мэй Сюэ Янь выпучила глаза, она была настолько шокирована этим удивительным явлением, что не могла вымолвить и слова…

Раскаты грома становились громче и громче, частота, с которой появлялась молния, становилась всё плотнее и плотнее, словно небо вот-вот не выдержит и расколется на части! Разобьётся вдребезги! Нескончаемые разряды молнии озаряли собой всё небо! Благодаря их свету можно было разглядеть всё, что угодно!

Освещённые бесконечными разрядами безумной молнии, Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе крепко-крепко обнялись и поцеловались так сладко, будто вокруг них вовсе и не было безумной молнии, которая своими разрядами грозилась расколоть небо на мелкие кусочки!

Издалека виднелись надвигающиеся три отряда мастеров, они остановились далеко от этого места, лишь три человека, возглавляющие эти отряды, подлетели поближе и заняли выжидательные позиции, с лицами, полными волнения и страха! Словно они никогда и не видели этого внушающего страх величая силы.

Двое из этих троих уже достигли мастера Почтенного уровня четвёртого ранга, но во время их прорыва, хотя в их тела тоже добавилась сила электрических разрядов, их сила намного уступала той, которую они видели прямо перед собой, они просто не подлежали сравнению! Электроразряды, которые они видели перед собой, не только продолжались уже около двух часов, но не было и намёка на их скорое прекращение. Более того, их мощность становилась всё ожесточеннее и свирепее!

Неужто это Достопочтенный мастер своим прорывом вызвал подобные удивительные и мощные силы грома?

Эти три человека с подчинёнными им тремя отрядами были подкреплением, которое так отчаянно ждал Сяо Тянь и остальные Почтенные.

«Безмятежность» Почтенный Мо Сяояо, «Сансара» Почтенный Вэй Кунчунь, «Дикая пустыня» Почтенный Цзя Цинюнь!

Сейчас, оставив все свои главные силы в десяти ли отсюда, эти трое тихо добрались сюда. Глядя на безумные гром и молнии в небе, они все едва дышали, в особенности те двое, кто уже раньше прошёл через эти испытания громом и молнией. Кровь в их жилах стыла от страха, а по спине катился градом холодный пот…

- Глядя на эту обстановку, похоже, этот человек в состоянии выдержать такое… Давайте пойдём и поглядим, получится у нас завести дружбу с ним? По крайней мере, мы не можем дать такому могущественному человеку стать нашим врагом. А если этот ещё и какой-то отшельник, нам ещё лучше… – в глазах Мо Сяояо была тревога и беспокойство, и ещё смутное волнение. Двое остальных незамедлительно кивнули с серьёзными лицами.

Мо Сяояо сказал:

- Однако только не забывайте следить за своей манерой речи. Все мы, люди из Священных земель, имеем привычку вести себя немного заносчиво и расхлябано. Если какая-то глупая фраза вызовет гнев у него – ничего хорошего это нам не сулит. Возникший ни на чём сильный враг ни вам, ни мне не нужен!

Двое других, рассмеявшись, сказали:

- Мы все ученые люди, никто не собирается корчить из себя дурачка, верно? Успокойся, мы вовсе не хотим навредить делу!

Сяояо, невольно рассмеявшись, сказал:

- Однако если этот человек недобро ответит на нашу любезность, мы должны крепко держаться своего мнения. Нам не следует идти на уступки. Следите за мной, если что – сразу вместе наступаем! Воспользуемся его слабостью после прорыва и сразу, одним махом, устраним его! И непременно запомните – если действительно возникнет такая ситуация, обязательно наносите первый удар со всей силы, ни в коем случае не нужно наносить неуверенный и слабый удар! Действуйте согласно своим умениям!

Лица Цзя Цинюня и Вэй Кунчуня одновременно стали серьёзными, они медленно кивнули головами, сказав:

- Тогда мы заранее должны хорошо подготовиться к этому! В любом случае всё должно завершиться успешно для нас!

Мо Сяояо был родным братом Владыки Неуловимого Мира Бессмертных, Мо Вудао!

Мо Вудао был правителем Неуловимого Мира Бессмертных, а его младший брат был защитником Неуловимого Мира Бессмертных!

В соответствии с совершенствованием Мо Сяояо вполне мог претендовать на должность придворного чиновника, однако Мо Вудао, чтобы завоевать расположение народных масс, распорядился понизить его, Почтенного мастера четвертого ранга, до обычного защитника. Но у Мо Сяояо вовсе не было никаких жалоб относительно этого, он, отдавая все свои силы, прилежно помогал старшему брату. Благодаря своим незаурядным способностям и блестящему уму, он был внимательным в своей работе. Можно даже сказать, что все Почтенные мастера Неуловимого Мира Бессмертных работали чётко и слаженно именно благодаря его способностям и умениям.

В этот раз все трое, каждый по отдельности, возглавляли свои отряды, однако как-то неосознанно отдали ему руководящее место. Идея, которую он выдвинул недавно, также была хороша и разумна, как все его решения!

В этот момент гром и молния внезапно затихли, оглушительный звук раскатов грома тоже бесследно куда-то пропал, почти в одно мгновение все тучи и облака рассеялись в разные стороны, оставив в покое чистое ночное небо!

Звезды ярко горели, а луна уже двигалась к западу!

Это ужасающее могущественное величие природы наконец-то рассеялось и исчезло!

Всё закончилось благополучно!

Цзюнь Мосе поднялся с тела Мэй Сюэ Янь, и явно не потому, что не хотел сделать следующий шаг. Сейчас для Мэй Сюэ Янь было очень важно время, надо было обдумать, прочувствовать все новые пределы, освоить их, и все новые способности сейчас нужно было закрепить!

Сейчас не время для его выходок!

Мэй Сюэ Янь уже погрузилась в созерцание!

Цзюнь Мосе смотрел на Мэй Сюэ Янь. Вдруг он изменился в лице, в мгновение он подхватил её хрупкое тело к себе на руки, и в следующую минуту два человека, словно две капли воды, погрузившиеся в бездонное море, тихонько скрылись в снегу.

Глава 703. Потому что я не могу смириться!

Цзюнь Мосе почувствовал, как прямо сюда движутся три мощных потока силы! Вне зависимости от того, кто это мог быть, друг или враг, Мэй Сюэ Янь сейчас находилась во время решающего момента, и никто не должен был беспокоить её именно сейчас! Поэтому он немедленно скрылся под землю, схватив Мэй Сюэ Янь!

Мо Сяояо и два других Почтенных, с молниеносной скоростью, приложив все свои силы, в мгновение ока пересекли расстояние в сто чжан, и тут же опустились в ущелье. Немного осмотревшись, они обнаружили, что там никого не было, среди бескрайних снежных сугробов царила тишина!

Это точно то место, где произошел грозовой удар, почему здесь нет и следа человека?

- Должно быть здесь, ошибки быть не может! Но почему тут никого нет? Неужели мои расчёты оказались неверными? – Мо Сяояо нахмурил брови и шёпотом спросил.

- Ты не мог ошибиться, я тоже почувствовал. Это самое место, давайте осмотримся здесь, и поищем, – сказал Цзя Цинюнь.

- Здесь что-то не сходится, – Вэй Кунчунь сильно сморщил брови: - Сяояо, мы тоже проходили через это испытание силой грома. Меня хоть посреди ночи разбуди, я до сих пор всё дословно смогу пересказать, как будто это было вчера. По сей день я помню тот страх, когда я успешно преодолел это испытание. Кругом была непроглядная темень, всё вокруг было расколото на куски, даже вершина горы, на которой я был тогда, рассыпалась вдребезги, думаю, что у тебя было почти то же самое. Однако вы посмотрите сюда… – он глубоко вздохнул. - Этот мощнейший электрический разряд должен был сравнять с землей эти три горные вершины, даже этого ущелья видно не должно было быть, этот грозовой удар ведь в самом деле был ужасающим! Однако здесь все выглядит… Чересчур тихо и спокойно! Я не говорю про то, что даже горы не рухнули, более того – здесь даже снежный покров на земле и то не потревожен… Сяояо, это всё кажется настольно ненормальным, да!?

Мо Сяояо удивлённо вздохнул, его глаза блеснули. Осмотрев каждый участок ущелья, он холодно ответил:

- Так вот, я тоже задумался над этим вопросом. Основываясь на моих предположениях, есть три варианта того, что здесь могло произойти. Вариант номер один – человек, прорывавшийся здесь, был очень хорошо подготовлен. Его силы уже достигли пика прямо перед грозовым ударом, и всё устранилось само собой!

- А какой второй вариант?

- Вариант номер два – возможно, этот человек имел при себе волшебный драгоценный камень, который был в состоянии поглотить всю силу грома, тем самым устранив её! – Мя Сяояо внимательно посмотрел на окружающую местность и сказал: - Вариант номер три – все дело в земле. Грозовой удар смог проникнуть в неё, но не смог разрушить.

Вэй Кунчунь горько рассмеялся:

- Я уж лучше предпочту поверить второму и третьему варианту, первый вариант мало похож на правду. И даже если так, не слишком ли способности этого человека огромны, пусть он даже окажется Достопочтенным мастером, я уверен, ему бы вряд ли такое было под силу…

- Да, согласен, это, действительно, уже слишком, – Мо Сяояо покачал головой, на его лице всплыло очень странное выражение: - Однако точно мы знаем одно – пусть этот человек и не обладает этим разрушительным уровнем, но мощность его силы ничуть не хуже моих и твоих способностей, это точно вне всяких сомнений!

- Верно, это совершенно не подлежит сомнению! – двое других мастеров единогласно кивнули головой.

- По всей вероятности, мы немного опоздали. Этот человек перешёл рубеж и скрылся отсюда, мы тоже должны сделать так же, – Мо Сяояо поднял голову и посмотрел на небо. Немного помолчав, он сказал:

- Уходим. Пусть этот человек и не ушёл ещё далеко, но, увидев данную обстановку своими глазами, судя по всему, он не получил травм или ранений. То, о чём мы договаривались прежде, сработало бы в том случае, если бы он имел какие-нибудь повреждения или ранения. Тогда нас бы определённо ждал успех! Однако сейчас, учитывая наши силы, мы не сможем стать достойными соперниками такому человеку. В крайнем случае, если его силы, действительно, чересчур высоки, и мы легкомысленно отправимся следовать за ним, это приведет только к несчастью… – он покачал головой, на его лице было печальное выражение.

Три человека посмотрели друг на друга и, наконец, отправились в путь. Как только они отошли на приличное расстояние, соединились со своими силами и отправились прямо на Серебреный город, только тогда Цзюнь Мосе смог спокойно вздохнуть!

Могущество этих трёх мастеров превышает силы Сяо Тяня и всех остальных в разы, они, действительно, очень сильны и опасны!

Он посмотрел на находившуюся рядом Мэй Сюэ Янь. Увидев её спокойно закрытые глаза и тёплую улыбку, на лице Цзюнь Мосе на одно мгновение промелькнуло глупое влюблённое выражение.

Спустя некоторое время Цзюнь Мосе вдруг внезапно сел прямо на землю. Причина была проста – Пагода Хунцзюнь начала компенсировать переизбыток силы. Цзюнь Мосе чувствовал такую боль, словно его голову протыкало одновременно несметное множество стальных игл…

После того, как прекратилась передача одухотворенной Ци, его организм испытал большой стресс, а вслед за этим сразу же появилось трое мастеров. Цзюнь Мосе пытался приободриться и из последних сил скрылся под землёй с Мэй Сюэ Янь. Перед лицом сильного врага он словно позабыл об этом, но как только они скрылись из виду, и он немного расслабился, в ту же секунду он почувствовал, как у него больше нет сил держаться. И он совершенно без сил плюхнулся на землю!

На сей раз управление таким огромным количеством силы, даже учитывая сегодняшние способности Цзюнь Мосе, было совершенно ему не по силам. Более того – этот процесс продолжался так долго! К тому же, в конце Пагода ещё поглотила этот мощный электрический разряд, внезапно появившийся из ниоткуда, да еще и в такой бешеной форме. В ту минуту Цзюнь Мосе практически чуть не потерял весь контроль!

Поэтому на этот раз ответная реакция пагоды была жестокая и свирепая, как никогда раньше!

Вот-вот наступит критический момент. Мэй Сюэ Янь сейчас занята прорывом, ещё немного – и она сможет успешно его завершить. Цзюнь Мосе почувствовал себя таким изнурённым и уставшим! В его голове творился самый настоящий хаос, в придачу с невыносимой болью.

Он спокойно сидел на земле, его глаза были закрыты, он изо всех сил пытался побороть мучительную боль в своей голове, в страхе издать хотя бы незначительный писк, чтобы не потревожить Мэй Сюэ Янь. Желваки на его лице содрогались всё сильнее и сильнее, всё тело то и дело прожигали судороги и болевые спазмы, с него лился градом пот, вся его одежда с головы до ног сделалась влажной. В этом месте было очень низкая температура, и его тело содрогалось от каждого прикосновения холодного северного воздуха. Холодная снежная яма, в которой они находились, заполнилась густым белым туманом!

На сей раз это была отнюдь не одухотворенная Ци, а самое что ни на есть водное испарение…

Испарение пота Цзюнь Мосе!

Он так и продолжал сидеть, и даже сам не понял в какой момент потерял сознание…

Немного спустя Цзюнь Мосе начал приходить в себя. Он почувствовал, как его обнимают тёплые руки, тихонько протирая его лицо от пота, одновременно проводя теплую густую Суань прямо в его тело. Наконец, очнувшись, он увидел перед собой обеспокоенное лицо Мэй Сюэ Янь.

- Как ты? – Цзюнь Мосе, слабо улыбаясь, спросил: - Как ощущения после прорыва? Чувствуется огромный прогресс??

Он немного осмотрелся. Он не помнил, как и когда он вернулся в лагерный шатёр, причём здесь были они только вдвоём…

Он попытался двинуться, и тут же почувствовал ноющую боль во всём теле. Боль в голове немного уменьшилась. Видимо то, что он тогда потерял сознание, пошло ему на пользу, однако по-прежнему было ощущение, что голова снова и снова пронзается множеством стальных игл. В это мгновение на его лбу снова проступил пот, ему действительно было очень больно…

- Мосе, не двигайся, лежи спокойно, потихоньку приходи в себя. Твоя матушка с Квинхан только что здесь были, но я сказала, чтобы они шли отдыхать. Я сказала, что сама позабочусь о тебе и помогу тебе исцелить твои раны, чтобы нам никто не мешал. Я думаю, тебе есть что сказать мне… –Мэй Сюэ Янь ласково начала говорить, но ласки и нежности надолго не хватило. На секунду у неё словно перехватило дыхание, а потом голос стал приобретать истеричные нотки:

- Ты такой дурак! Почему ты раньше мне не сказал! Помогая мне совершенствоваться, ты получил такой ответный удар! Почему ты не рассказал раньше, что такое может быть? Если бы только ты сказал раньше, пусть бы я умерла… Но не позволила бы тебе так сделать! Ты… и правда идиот…

- Хе-хе… конечно… конечно, мне есть, что тебе сказать! – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и шёпотом сказал: - Ты знаешь, что? Я… я просто не могу смириться, просто вообще не могу смириться с тем, что меня постоянно кто-то прижимает. Рано или поздно найдётся тот, кого будет угнетать моё существование. Это чувство, действительно, мне так надоело, ха-ха! Как только я пришёл в этот мир, что бы я ни делал, всегда найдется противник, силы которого намного превышают мои. Это просто смертельно угнетает меня! После каждого своего прорыва, я чувствую, как мои силы значительно возрастают, как только я собираюсь посмотреть на кого-то свысока, мне тут же отвешивает подзатыльник новый враг. Новый, сука, и каждый раз непобедимый, мать его, враг! Каждый раз я так подавлен, что с трудом могу дышать, хе-хе… И поэтому, ради каждого прорыва, я продолжаю отчаянно жертвовать своей жизнью… – глаза его сверкали безумством и яростью, остро и в то же время изнурённо. - От этого чувства мне становится не по себе! Я, правда, так устал, я так измотан! Но совершенно не могу никому позволить победить себя, ни одному врагу! Я, всё-таки, Злой Монарх! Я, в самом деле, правитель тёмной ночи! Я не стерплю, если кто-то победит меня! Я никак не смогу смириться с этим! Я должен превзойти всех своих врагов, и ни один мастер не станет исключением!

Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула, она почувствовала, насколько Цзюнь Мосе был слаб и угнетён!

В эту холодную зимнюю ночь, подвергшийся ответному удару Пагоды Цзюнь Мосе превратился в слабого и ущемлённого Цзюнь Се, который в первый раз за всю жизнь обнажил свои сердечные тревоги, своё напряжение, своё неповиновение!

- Сначала Императорская власть стояла высоко над другими, а потом Серебряный город своим могущественным влиянием… А потом, вслед за этим, варварские бесчинства в доме Кровавой Души! Сейчас объявились три Священные земли, а за ними, возможно, ещё будет Туманный Призрачный Дворец и, возможно, снова другая могущественная сила! – Цзюнь Мосе закрыл глаза, к его лицу прилила кровь. – Не будем далеко ходить, возьмём, к примеру, три Священные земли. Их козыри словно бесконечны! В то время, когда я узнал только про Великого мастера, вдруг появился, как золотое солнце на небе, Величайший мастер! Когда я узнал про Величайшего, тут же появился Почтенный мастер, а потом и превосходящий его, Достопочтенный мастер… Вслед за ними объявятся ещё какие-нибудь дохренапочтенные! Такая огромная сила заставляет меня чувствовать себя таким бессильным! Я так недоволен! Я чертовски рассержен на этот мир! – дыхание Цзюнь Мосе участилось, глаза открылись, в них вспыхнул острый холодный блеск: - Поэтому я, во что бы то ни стало, должен разобраться с ними! Я должен уничтожить их к чёртовой матери! Я должен стереть их в порошок!

Глава 704. Я тоже должен совершить прорыв!

- Поэтому на этот раз я решил сражаться с Серебряным городом и, заблаговременно, за несколько месяцев рассказал на весь мир об этом! Я долго терпел, но с меня хватит! Мне нужная оглушительная, сенсационная битва! Я должен благодаря этой битве вернуть всё то, что давно потеряла семья Цзюнь! Будь то кровавый долг или достоинство, репутация или жизнь! Я обязательно стребую уплаты со всех моих должников, заодно наверстав утерянный капитал и проценты! Поэтому я прекрасно знал, что три Священные земли обязательно вмешаются, со своей невиданной огромной силой, но всё же я всё равно решился на эту битву, решил смело двигаться вперёд и идти до конца!

Потому что я боюсь, я правда очень сильно боюсь. Боюсь, что если буду скрываться и захочу отступить, могу полностью лишиться своей храбрости! – Цзюнь Мосе устало наклонился к Мэй Сюэ Янь, он сильно нахмурил брови, изо всех сил пытаясь подавить мучительную боль в своей голове, его взгляд был по-прежнему холодным и острым.

- До этого ты говорила, что это спор из личных мотивов, а условия ещё не созрели. Но я по-прежнему решительно настроен пойти на этот шаг, хотя ты не согласна со мной, но всё же решила поддерживать меня всеми силами!

Потому что главная цель трёх Священных земель сейчас не ты, а я! Уверен, что если я убегу хоть на край света, в конечном итоге у меня не будет пути к отступлению! – уголки рта Цзюнь Мосе исказились в жестокой улыбке. – Поэтому попросту нужна потрясающая и волнующая схватка насмерть! Это битва, которая имеет решающее значение для нас! Если победим, то покажем всем, что можем соперничать на равных с тремя Священными землями. Если проиграем, будем обречены на гибель!

Поэтому мы, во что бы то ни стало, не можем проиграть! Однако сейчас я не в состоянии для совершенствования, поэтому, используя все свои силы, я решил помочь тебе продвинуться! – Цзюнь Мосе посмотрел Мэй Сюэ Янь прямо в глаза. - Нужно было лишь, чтобы ты успешно продвинулась до четвёртого ранга Почтенного мастера, и тогда, если мы даже и проиграем на этот раз, нам не будет так горько и обидно! Это минимальная гарантия! Я должен сначала позаботиться о начальной безопасности, а потом уже думать о других проблемах! Даже если это опасно, я пойду на этот риск!

Мэй Сюэ Янь громко заплакала и упала на его грудь, тихонько всхлипывая, она чувствовала тяжкий груз на его сердце, который вдруг становился всё тяжелее и мучительнее…

Меня загоняли в угол и атаковали с разных сторон, я был на грани жизни и смерти, однако волшебный лес Тянь Фа всегда был моей главной опорой и поддержкой, если бы только выжить и вернуться в наш лес, настоящий рай без опасности для жизни!

Нет ни одного человека, кто бы осмелился сразиться с лесом Тянь Фа, даже Достопочтенный мастер не отважится на такое!

Но Цзюнь Мосе же совершенно отличается от обычных людей!

Неважно, какое это дело, он всегда готов бороться! Он просто вынужден делать так, у него уже нет пути для отступления!

За его спиной находится семья Цзюнь, одна огромная, но, тем не менее, очень слабая особенная семья. Если Цзюнь Мосе оплошает, то эта семья в одно мгновение развалится, их ждёт скорое разорение и гибель всего рода!

На его плечах такая большая ответственность!

- Помоги мне подняться! – Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, как его челюсти дрожат, поэтому он, с трудом открывая рот, произнёс: – Помоги мне подняться!

Мэй Сюэ Янь, придерживая его голову, помогла ему подняться, посадив на хлопковую подушку. Она была совершенно без понятия, что он задумал сделать!

- Теперь ты должна мне помочь! – Цзюнь Мосе учащённо дышал, его взгляд стал ещё безумнее, и он, сквозь зубы, сказал: - Пусти в ход своё самое мощное совершенствование, используй свою силу и полностью сконцентрируй её на мне! Обрушь на меня свой самый сильный, самый мощный удар Суань! Ты совершила прорыв, я тоже должен! – Цзюнь Мосе, изо всех сил, раздражённо сказал: - Давай! Используй свою силу! Атакуй меня силой! Ну же, быстрее…

Мэй Сюэ Янь в полной растерянности, уставилась на него:

- Мосе, ты… ты в порядке?

Если в такое время применить силовой удар, разве это просто не убьёт его? Особенно сейчас, когда я только-только совершила прорыв, у меня совершенно нет контроля над своими силами, это требует долгих тренировок…

- Такое уже случалось когда-то в Тянсян, с мастером Почтенного уровня Ду Цзю, он угнетал меня своей силой, однако это пошло мне только на пользу! – Цзюнь Мосе понимал, что если он всё подробно не объяснит Мэй Сюэ Янь, она никогда не согласится сделать, как он просит, поэтому, вооружившись терпением, он начал ей всё подробно рассказывать.

- А эта природная одухотворенная Ци в десятки раз превосходит ту, что была в Тянсян! Его техника заключалась в том, что он использовал свою силу, трансформируя её в природную силу, а потом превращал её в силу давления! Словно это реальная сущность! Хотя я не знаю, что это была за техника, и как звучит её название, но я знаю одно – эта техника по своей сути очень напоминает твою «Клетку Мира», они только различаются методами и формой! Поэтому я точно уверен, что у тебя получится сделать так же! Если так попробуешь сделать, это принесёт мне огромную пользу!

А теперь прояви свою самую мощную силу, используй свою самую насыщенную энергию, сконцентрируйся и атакуй меня! – он закрыл глаза.

- Вот оно что! – Мэй Сюэ Янь поняла, что Мосе в порядке, и ему действительно надо воспользоваться этой тренировкой. Она сразу немного успокоилась, отошла на два шага назад, сделала глубокий вздох, пытаясь привести свои эмоции в норму, постепенно прийти в себя, найти гармонию с самой собой. Она стояла и не двигалась. Однако струящаяся сила начала сама по себе появляться из её тела!

Непрерывная и бесконечная сила растекалась с неба и до земли!

Всё пространство в тот же момент наполнилось мощной силой давления!

- Ай, не так! Твоей силе не хватает свирепости и злости! И ещё не хватает мощного чувства угнетения или давления, которое как раз возникает в роковой момент, когда человек находится между жизнью и смертью! Закрой глаза, и представь, что перед тобой совсем не я… а, скажем, например, Лю Чию, тот наглый и отвратительный извращенец… Который, как раз в этот момент пристаёт к тебе… Домогается тебя… – Цзюнь Мосе закрыл глаза и продолжил руководить процессом.

Однако его указания едва не заставили Мэй Сюэ Янь подойти и пнуть его.

Добиваешься этого? Говоришь, не возникает ощущения, что тебя убивают?

Как ни странно, когда Мэй Сюэ Янь только подумала об этом, в этот же момент невыразимая ледяная злоба начала увеличиваться…

- Да! Верно, вот так! Продолжай увеличивать силу, примени свою наибольшую силу, ударь со всей души! – Цзюнь Мосе был даже немного взволнован, он уже чувствовал, как густая и чистая природная одухотворенная Ци стремительно движется по направлению к его голове.

Мэй Сюэ Янь стояла с закрытыми глазами, собрав всю волю в кулак, она одновременно выпустила всю свою элементарную Ци, превратив её в мощнейшее энергетическое поле, соединив её с силой Тяньди каким-то таинственным способом, и медленно создала огромный сумасшедший вихрь! И направила громоподобный удар прямо на Цзюнь Мосе!

- О... – Цзюнь Мосе почувствовал тяжесть во всём теле, словно задавленный тяжестью пяти стихий. Словно всё его тело и кости в этот момент расплющатся, и он превратится в одну большую лепёшку с мясом! Где-то глубине души он кричал:

«Твою ж мать! Это чертовски больно!»

Силы Мэй Сюэ Янь намного превышали силы Ду Цзю, тем более сейчас, после прорыва, благодаря всесторонней помощи Цзюнь Мосе, процесс перемещения одухотворённой Ци ещё не завершился, что позволило ей не только совершить прорыв, но и подняться до средней ступени четвёртого ранга Почтенного мастера!

Сейчас совершенствование Мэй Сюэ Янь уже достигло пика средней ступени четвертого ранга!

Поэтому сейчас она в состоянии перемещать объём одухотворенной Ци, в сотни раз превышающий возможный для Ду Цзю! Если бы с таким шокирующим давлением столкнулся обычный мастер Великого уровня, его бы попросту раздавила насмерть такая сила!

В то время, когда Цзюнь Мосе уже был не в силах терпеть, вдруг раздался удар *Бум!*, и Пагода Хунцзюнь стала подниматься вверх, вращаясь. Она светилась и блестела всеми цветами радуги, озаряя этим светом всё вокруг!

В тот момент, когда Пагода начала подниматься, мучительная головная боль внезапно исчезла, отступив совершенно без остатка, в то же время огромная одухотворенная Ци, начиная с головы, стала обволакивать все тело Цзюнь Мосе!

Пагода проглатывала Суань, как кит!

Пагода Хунцзюнь, подобно бездне, всасывала в себя всю громадную сверхъестественную силу, перемещаемую Мэй Сюэ Янь, а потом вводила её прямо во внутренние каналы Цзюнь Мосе!

Все люди снаружи, с беспокойством ожидавшие завершения процесса исцеления Цзюнь Мосе, вдруг испугались!

Вчера вечером, при такой погоде и в таком месте в небе происходили удивительные явления: сверкала молния, грохотали раскаты грома. Все были крайне потрясены увиденным, кто мог подумать, что не пройдёт и полночи, как снова возникнут такие поразительные странные явления!

Было такое ощущение, что все звёзды и луна внезапно перестали гореть, словно кто-то нажал на выключатель, в одно мгновение образовалась кромешная тьма!

А уже в следующее мгновение темнота рассеялась, и всё небо заполнилось множеством причудливых быстро вращающихся вихрей, все отчётливо почувствовали их существование, но до сих пор ещё их было плохо видно!

Вихри сплетались друг с другом, кружились и свистели, направляясь прямо к шатру Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе!

Все Священные звери, включая Королей зверей, были страшно перепуганы, они даже были не в состоянии пошевельнуться!

Потому что они, благодаря своему чутью, ощущали силовое поле, относительно напоминавшее то, которое принадлежало Мудрому Владыке, ощущения были слабыми, но всё же отчётливыми!

Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь в панике смотрели на вращающийся в небе вихрь одухотворенной Ци, а потом воскликнули:

- Сила неба и земли! Откуда может взяться такая чистая сила?

Они оба были опытными мастерами и понимали, что такая густая и чистая природная сила должна куда-то всасываться или чем-то быть поглощена! В попытке поглотить её, они обнаружили, что хоть эта сила и густая, тем не менее совершенно отсутствуют какие-либо утечки, им и капли не удалось поглотить! Они спокойно смотрели, как эта одухотворенная Ци проникает прямо в шатёр Цзюнь Мосе.

- Должно быть Почтенная Мэй как раз применила свои наивысшие сверхъестественные способности для скорого исцеления Цзюнь Мосе. Никому не стоит волноваться, – Фэн Цзянь Юнь вздохнул и сказал обеспокоенным Донфанг Вэн Синь и Гуан Квинхан.

Услышав его слова, Донфанг Вэн Синь, Гуан Квинхан и все остальные спокойно вздохнули и немного пришли в себя.

Вслед за тем, как одухотворенная Ци поступала в шатёр, лицо Цзюнь Мосе становилось всё красивее и всё беззаботнее.

Мэй Сюэ Янь открыла глаза и взглянула на него. Она, наконец, немного успокоилась, и новое чудесное преображение силы, извиваясь и клокоча, озарило всё небо!

Она снова расширила свои способности, взяв под контроль эту безумную ужасающую одухотворенную Ци! Образовался новый безумный вихрь!

И ещё один…

Волна за волной, удар за ударом, целая половина горного хребта природной одухотворенной Ци была в мгновение опустошена, а потом стремительно, со всех сторон наполнена, потом снова опустошена…

Всё небо величиной в несколько десятков ли превратилось в один сплошной водоворот, бездонную пропасть! Жадную, таинственную и огромную!

Глава 705. Цикл перевоплощений только с помощью любви может длиться вечно!

Медленно, после того, как огромное до ужасающей степени количество природной одухотворенной Ци постепенно сформировало определённый порядок, вся толпа уже находилась в предобморочном состоянии.

У Короля медведей, достигшего уровня Величайшего мастера, уже онемели руки и ноги от страха… Даже не сказать, что смелый Большой Медведь, обладающий довольно внушительной силой Короля зверей, был страшно напуган, и в то же время восхищён. Из-за своих врождённых особенностей, эта сила заставила его проникнуться уважением и слепо покориться ей. Ему трудно было контролировать себя, и его ноги дрожали. Вдруг он резко почувствовал, что с его нижней частью туловища происходят какие-то странные вещи…

Оглядевшись, он, тайком от чужих глаз, быстро-быстро побежал в кусты, найдя тихое местечко за большим деревом, он поспешил снять штаны и сесть на корточки. Раздался неприятный звук, и не менее неприятный запах разошёлся во все стороны. Король медведей, наконец, поднялся и завязал пояс на штанах, ему стало намного легче.

Сходив по нужде, настроение брата Медведя заметно улучшилось. Завязывая пояс на своих штанах, он попутно начал разглядывать прямую, как стела, сосну, уединение которой он совсем недавно как раз нарушил, он пробормотал себе под нос:

- Ох, ну действительно, такая прямая! Такая высоченная и такая прямая, словно кто-то поставил её здесь в наказание. Брат Медведь знатно сегодня подсобил тебе, родная… Удобрения просто высший класс…

Бормоча это, он вдруг услышал шуршание у себя за спиной. Оказывается, не с ним одним приключился подобный конфуз, немало Священных животных так же, повергшись влиянию этой безумной силищи, испугавшись до чёртиков, со смертельно бледными лицами один за другим бегали в кусты.

Похоже, что даже сильнее, чем в прошлый раз. Тогда, столкнувшись с процессом повышения уровня мастеров, когда шесть Королей зверей продвигались на новые уровни, весь лес Тянь Фа был завален подобными «минами», - ступить некуда было. Сейчас они, по крайней мере, старались заботиться о своей репутации, беречь свою одежду. Даже додумались найти какое-нибудь укромное местечко… Прогресс, действительно, на лицо…

Сегодняшняя сила Мэй Сюэ Янь привела их в настоящий шок, и близко не сравниться с тогдашним продвижением шести Королей зверей, поскольку даже Король медведей перепугался до такой степени!

Хотя Мэй Сюэ Янь уже научилась контролировать свою силу, однако некоторые избытки силы всё равно не смогли не задеть других. Она, насколько это было возможно, пыталась сосредоточить всю свою силу только на Цзюнь Мосе, но, тем не менее, обширная сила принуждения уже сама по себе наполнила собой пространство между небом и землей. Пусть даже она не имела настоящего «поражающего эффекта», всё-таки Священные животные отчётливо почувствовали её и, конечно, же впали в жуткую панику!

Главным образом из-за своих врожденных способностей к подчинению и чистосердечному уважению. Если один человек производил подобную силу, вполне возможно, что он мог возбудить их наивысший боевой дух, но сейчас всё ограничивалось лишь почитанием и уважением!

- Что за паника? Какого вы тут суетитесь? – Большой Медведь, держа в руке свой пояс от штанов, строго закричал: - Все, быстро построились по рядам, один за другим, живо! Что за зловонную атаку вы здесь устроили? Совсем забываетесь? Думаете, вам здесь дом, можно делать всё, что угодно? Опозориться где-то за пределами своего дома, это вам не только опозорить себя, но ещё и опозорить славное имя нашего леса Тянь Фа, понимаете?

Священные животные послушно поддакивали, кивая головами. Неизвестно, дошло ли до них на самом деле хоть что-нибудь…

Только бедное дерево осталось одиноко стоять, погружённое в испражнения… Однако и в этом есть польза, следующие несколько сотен лет оно будет только цвести и пахнуть, далеко превосходя пышностью своих ветвей другие деревья…

Верхняя часть шатра Мэй Сюэ Янь уже давно улетела в неизвестном направлении, чистейшая одухотворенная Ци светло-зелёного цвета шумно вливалась мощным потоком через эту пробоину, а потом бесследно исчезала, попадая словно в черную дыру…

По мере поступления одухотворенной Ци в тело молодого мастера Цзюнь, его лицо становилось всё краснее и краснее, затем из красного переходя в сиреневый, а потом в ярко-пурпурный, - вдруг лицо приобрело свой обычный цвет.

Цзюнь Мосе, слегка повернувшись к Мэй Сюэ Янь, махнул рукой, давая ей понять, что можно остановиться. Мэй Сюэ Янь немедленно прекратила подачу силы, устранив ледяную злобу в своём сердце, дав силе постепенно принять своё обычное состояние покоя. Этот мощный поток силы наполнил Пагоду одухотворенной Ци просто под завязку!

Значительно превосходя все предыдущие объёмы передачи силы, в этот раз внутренняя сила Пагоды очень сильно увеличилась. Цзюнь Мосе отчётливо почувствовал, что находится на границе прорыва!

Возможно, нужно немного времени, подобрать удобный случай, и можно будет перейти на пятый этаж Пагоды! На данный момент расстояние от прорыва было совсем незначительным, только руку протянуть… И вот он, прорыв!

В процессе Цзюнь Мосе ясно ощутил вторжение внутренних демонов. Все его эмоции находились в полном беспорядке, разнообразные события прошлого и настоящего одно за другим отчётливо мелькали в его голове, даже самые незначительные и мелкие дела возникали совершенно чётко и ясно, ничего не пропуская, он словно смотрел в чистый и прозрачный ручеёк.

Чувства сменяли одно другое: то ярость, то нежность, то страстное желание, то безграничная радость, то ненависть, то злоба… Чувства всех сортов и видов, вся палитра эмоций и ощущений в этот момент собрались в его сердце, счастье и горе, злость и радость – всё перемешалось друг с другом в одночасье.

Сейчас Цзюнь Мосе строго держался последнего чувства – чувства спокойствия, и его больше ничего не заботило в этот момент!

Даже бесчисленные беспорядки и волнения не могли вывести его успокоившееся сердце! Независимо от того, каким пыткам и испытаниям он подвергался в состоянии забытья: умирал жестокой смертью, терял семью, или даже видел, как его любимые и близкие люди умирали у него прямо на глазах, настроение Цзюнь Мосе вообще не менялось, он был совершенно спокоен!

Показалось, что словно в одно мгновение многолетний цикл жизненных перевоплощений только что пронёсся прямо перед его глазами. После того, как он открыл глаза, он внезапно почувствовал огромные перемены, и будто всё для него было незнакомым и чужим! Словно он действительно пережил все эти долгие годы и месяцы жизненных перевоплощений, и только вернулся назад к реальности!

Увидев снова Мэй Сюэ Янь, он не мог оставаться спокойным, его сердце быстро-быстро начало колотиться. Вдруг его поглотило глубокое чувство жамевю (состояние, противоположное дежавю, внезапно наступающее ощущение того, что хорошо знакомое место или человек кажутся совершенно неизвестными или необычными, словно увиденными впервые).

- Всё кажется незнакомым и чужим, верно? И люди, и обстановка? Словно ты провёл долгие месяцы и годы в одиночку? – Мэй Сюэ Янь, улыбаясь, смотрела на него, и задала вопрос с немного странной интонацией.

Она всё-таки очень опытна в подобных делах, и, увидев выражение лица Цзюнь Мосе, она сразу же обо всём догадалась.

- Да, верно! Всё именно так! Но почему? Или, возможно, у всех людей, совершающих прорыв, подобная реакция? – Цзюнь Мосе попробовал использовать истинную Ци. Он почувствовал, как в его каналах беспрерывно бурлит и вздымается сила золотистого цвета. Ему показалось, что она совершенно бесконечна, пусть даже перед его глазами появится гора, он сможет поднять её одной рукой!

- В целом, можно сказать, что примерно такая же. Ты сейчас уже обладаешь силой Почтенного мастера второго уровня! Это случилось у меня на глазах, но мне до сих пор трудно поверить в это. Действительно, кто бы мог подумать, что ты можешь совершить прорыв так быстро и так успешно! Это просто удивительно! – удивление на лице Мэй Сюэ Янь всё росло и росло. - В случае успешного прорыва, все испытывают что-то наподобие иллюзии или обманчивого ощущения. Как будто, в самом деле прожив бесчисленное количество жизней, сменяя одну за одной. К тому же такую иллюзию очень трудно распознать! Вплоть до того, что реальность, в которую ты возвращаешься, кажется тебе, наоборот, какой-то ненастоящей и даже выдуманной! Даже я, после прорыва три года назад, смогла вернуться к нормальному состоянию только совсем недавно.

- Ну, это же ты, – Цзюнь Мосе, посмеиваясь, подмигнул ей: - Я-то другое дело, мои незаурядные способности не имеют себе равных. Я же не такой дурачок, как ты, у меня всегда всё как надо, ха-ха-ха!

В одно мгновение он вернулся к своему обычному саркастическому настроению! Мэй Сюэ Янь потрясённо смотрела на него:

«Никогда бы не подумала, что этот негодяй так быстро вернётся к своему обычному состоянию, просто уму непостижимо!»

Стоит учитывать отпечаток многолетних жизненных перевоплощений! Неужели на этого засранца это никак не повлияло? Или его бессердечность и легкомыслие достигло даже таких границ?! Возможно, его незаурядные способности и правда не имеют себе равных?

- Эх ты, глупая девчонка, ты не обратила внимания ещё на один очень важный факт! – Цзюнь Мосе ласково посмотрел на неё. – Это всё потому, что во время прорыва моё сердце согревала любовь! К тому же эта любовь была прямо рядом со мной! Поэтому у меня так быстро получилось вернуться из этого состояния. А когда ты прорывалась, сердце твоё было чистым и пустым, совершенно без чувств! Поэтому тебе понадобилось целых три года, чтобы выйти из этого состояния замешательства, да ещё при прорыве на третий уровень ты была охвачена чувствами и эмоциями. Не стоит забывать, что любовь – источник всего живого! Цикл многолетних жизненных перевоплощений только с помощью любви может длиться вечно!

- А в этом… Есть логика, – после недолгих раздумий, она согласно кивнула головой.

- Я, человек, который изначально был совершенно бесчувственным и безжалостным, не обращающим ни на что внимания… Я не знаю даже, как так получилось, то ли это воля небес или ещё что, но мне была дарована другая, наполненная любовью и теплотой жизнь! Независимо от того, родственная эта любовь, дружеская или любовь к женщине, мне всё посчастливилось испытать на себе. Поэтому сейчас, именно в самое счастливое время моей жизни, это нисколько не мешало мне, и я очень быстро смог вернуться к своему нормальному состоянию, – Цзюнь Мосе улыбался, его лицо излучало теплоту, его тело тоже застигли большие изменения, он выглядел уверенным и расслабленным.

- А как ты? Какие ощущения после прорыва? – Цзюнь Мосе смеялся, глядя на Мэй Сюэ Янь: - Чувствуешь уже свою поразительную силу? Чувствуешь, что можешь одним махом убить десяток миллионов человек?

- А у кого в мире вообще есть такая сила? – Мэй Сюэ Янь раздражённо посмотрела на него и сказала: – Все достижения и результаты на месте, однако, по сравнению с тобой, мой прорыв прошёл очень тихо и спокойно, прошёл и прошёл… Однако твой способ прорыва, действительно, уникален! Оказывается, использовав силу другого человека, направляя на твоё тело, может произойти прорыв! Даже без малейшего вреда, этот способ прорыва, в самом деле, необыкновенен! – это, без сомнения, был самый спорный вопрос, ответ на который Мэй Сюэ Янь никак не могла понять.

Глава 706. Ночная разведка в Серебряном городе!

- Этот процесс и, правда, очень странный. Только я так могу, и, если я даже начну тебе всё объяснять, ты вряд ли сможешь понять. К тому же, я сам только недавно узнал об этом способе, и насчёт этого всё, что могу сказать, что… Просто случайность или удачное совпадение, – Цзюнь Мосе задумался и вспомнил, как Ду Цзю впервые применил свою силу давления против него, невольно рассмеялся и сказал: - Давай выйдем, думаю, там снаружи уже все переволновались, пока ждали нас.

Мэй Сюэ Янь кивнула; Мосе не хочет говорить об этом, тогда она просто не будет спрашивать.

Есть вещи, которые должны принадлежать лишь Цзюнь Мосе, если даже он сам захочет рассказать о них, она не станет слушать.

Потому что из одного рассказа она уже услышала тяжёлую грусть и одиночество.

«…Я, человек, который изначально был совершенно бесчувственным и безжалостным, не обращающий ни на что внимания, я не знаю даже, как так получилось, то ли эта воля небес, или ещё что, но мне была дарована другая, наполненная любовью и теплотой жизнь…»

Это фраза слегка запутанна, и не совсем легко понять её истинный смысл, но Мэй Сюэ Янь отчетливо почувствовала странный оттенок, присущий этой фразе.

Поэтому она решила ни о чём его не спрашивать, а лишь попытаться залечить все шрамы любимого человека своей нежностью и теплотой…

И ничего более!

Когда Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вышли наружу, все сразу почувствовали, что они изменились, но в чём конкретно, никто не решался сказать.

Просто было ощущение, что они очень отличаются от прежних себя, значительно отличаются…

После того, как они обменялись приветствиями со всеми, вся толпа наконец-то упокоилась.

И все, один за другим, рассеялись по свои делам, остались только Цзюнь Вуй, Донфанг Вэн Синь, Одинокий Соколл и Фэн Цзянь Юнь.

- Завтра как раз второе число второго месяца, и, как я говорил «день, когда природа оживёт, и холодный меч разрушит Серебряный город», этот день настал. Сегодня вечером я собираюсь немного прогуляться в Серебряном городе, – Цзюнь Мосе обвёл своим взглядом всех присутствующих и продолжил: - В некоторых делах лучше всего придерживаться одной поговорки – «Знай противника и знай себя, и ты будешь непобедим»!

- Ты пойдёшь один? – Донфанг Вэн Синь, нахмурив брови, с обеспокоенным видом, спросила: - А у тебя получится?

- Всё будет нормально, – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Ну, если у меня не получится, боюсь, в этом мире не найдётся человека, у которого получится!

- Хотя слова Цзюнь Мосе звучат немного безумно, но это правда, – Цзюнь Вуй, на удивление, рассмеялся, соглашаясь с хвастовством племянника.

Донфанг Вэн Синь посмотрела на Мэй Сюэ Янь. Та кивнула головой.

- Тогда ты пораньше возвращайся, не заставляй нас долго волноваться. Мы и так сегодня сполна настрадались.

С любящим сердцем матери всегда так, пусть дочь или сын обладают большими способностями и мастерством, но в их глазах мы по-прежнему остаемся всё теми же детьми, которых нужно защищать от дождя и ветра!

Цзюнь Мосе кивнул и сказал:

- Дядюшка, тебе лучше сегодня вечером заняться распределением позиций наших войск. Главное учитывай, что во время занятия боевых позиций вы должны справиться с совместной атакой превосходящих нас по силам мастеров. Завтрашний боевой порядок непременно будет испытывать недостатки в этом аспекте, нужно лишь использовать этот метод, чтобы оттянуть время, и чтобы мы могли незамедлительно прийти вам на помощь!

- Пока я ждал, когда ты это скажешь, все огурцы уже замерзли. Я уже заранее позаботился об этом вопросе и всё распланировал, – Цзюнь Вуй, улыбнувшись, сказал: - Расслабься, если даже у нашего врага есть мастера, которые в силах связываться с небесами, они ни в коем случае не смогут помочь им нанести обезоруживающий удар по нам…

Все дружно рассмеялись. Что значит «обезоруживающий удар», все сразу догадались.

Цзюнь Вуй выглядел как-то странно, Цзюнь Мосе тоже не совсем естественно.

И дядя, и племянник выглядели немного необычно.

Цзюнь Вуй приблизительно догадывался, какая главная цель была у Цзюнь Мосе, чтобы «наведаться в Серебряный город», он шёл туда не для обыкновенной разведки; должна быть цель поважнее – Хан Янь Яо!

Цзюнь Мосе, на самом деле, решил пойти посмотреть на женщину, которая, как раз стала главным источником всего этого. В конце концов, действительно ли она стоит преданной любви его дядюшки! Относительно этого вопроса, если дождаться завершения, то можно будет опоздать, и на тот момент правда сто раз может измениться; поэтому Цзюнь Мосе, действительно, был очень обеспокоен!

В конце концов, Хан Янь Яо – первопричина всей этой череды событий!

Поэтому Цзюнь Вуй был очень встревожен. Он с нетерпением ждал поскорее всё разузнать, даже сильнее, чем Цзюнь Мосе!

Знает ли Яо, что он прибыл сюда с войсками, чтобы атаковать Серебряный город, что она чувствует при этом?

Увидев, что Цзюнь Мосе вышел, Цзюнь Вуй тихонько из-за пазухи вытащил расшитый парчовый платок и медленно развернул его. В нём была только прядь волос, а сверху на платке изящным мелким подчерком написано: «Десять лет без гребня мои волосы останутся для Цзюнь; ночь за ночью я сморю вдаль, где Тянсян, и никогда в этой жизни уже не отверну своей головы!»

Вдруг душу Цзюнь Вуя захлестнуло бескрайнее чувство спокойствия. Он не должен потерять надежду! Яо, ни в коем случае не дай потерять мне надежду!

Солнце постепенно склонялось к западу. Всё вокруг мало-помалу заполнялось непроглядной темнотой, но снег по-прежнему украдкой отражал последние лучи уходящего солнца, расстилаясь перед глазами бело-серебристой скромной россыпью. Цзюнь Мосе, одетый в белоснежные одежды, вылетел из шатра.

Мэй Сюэ Янь – вслед за ним, перед её глазами он резко поднялся в воздух, а потом также неожиданно исчез… Ещё долгое время она не отводила взгляда от пустоты, после она вернулась обратно в шатёр…

Цзюнь Мосе, ничего не страшась, пропал в воздухе. Со скоростью, почти равной скорости света, он устремился к снежным горам.

Абсолютно никто не мог увидеть его летящий силуэт в данный момент!

Скорость при технике исчезновения Инь-ян превосходила все возможные скорости цингун в этом мире, и даже превышала их в два раза!

Благодаря своей потрясающей скорости, не успел цветок распуститься, как он увидел глубоко скрытый в снежных горах, застывший между небом и землей город!

В прямом смысле этого слова, Город Серебряной Снежной Метели!

Глядя вдаль, как бесчисленное множество снежинок падают с неба, накрывая собой молчаливый ледяной город, это было поистине волшебное зрелище!

Серебряный город стоял непоколебимо, окружённый семью горными вершинами, словно звёзды вокруг луны. Хотя в воздухе летали снежинки, на небе по-прежнему сверкали звёзды! Яркий свет звёзд освещал заснеженную землю и макушки горных вершин, отражаясь, все лучи собирались воедино, образовывая яркое, переливающееся всеми цветами радуги свечение, которое со всех сторон обрамляло Серебряный город, при этом заставляя этот старинный ледяной город казаться каким-то сказочным и волшебным!

Любой бы, кто впервые увидел его, мог ощутить это волшебное чувство, точно ты во сне.

Перед городом располагались четыре огромные сосульки.

На каждой из них было написано по одному слову, а вместе получалось: Серебряный, город, Фэн, Сюэ!

Это выглядело очень просто, но в то же время очень атмосферно. Это впечатляло своим причудливым стилем!

Они казались четырьмя гигантами, бесконечно стоявшими на охране Серебряного города!

Приближались сумерки, но в городе по-прежнему было оживлённо и шумно, множество людей сновало туда-сюда. Это были одетые в белые одежды ученики низкого порядка, на их лицах было труднообъяснимое выражение: они были и взволнованы, и напуганы, и разгорячены!

Потому что в этот день большое количество очень важных персон прибыло в Серебряный город, чтобы помочь городу дать отпор иностранному вторжению. Все эти люди были легендарными личностями! Имя каждого из них имело поразительную славу, каждый был достоин того, чтобы о нём сложили легенду или сказание!

Всё это сполна заставило понервничать молодое поколение учеников, и всё же многие из них немного успокоились. Ещё немало людей находилось на страже, то и дело переговариваясь по поводу этих событий.

- Эй, ты говоришь, благодаря их силе мы сможем дать достойный отпор семье Цзюнь?

- Ты смеёшься что ли? Пусть даже эти мудрейшие и не прибыли бы с помощью, наш Серебряный город и так бы справился с семьей Цзюнь. Дело-то пустяковое! Подумаешь сам, и беспокоиться об этих мудрейших кому и надо, так это семье Цзюнь…

- Пусть так-то оно так, но в последнее время говорят, что сила семьи Цзюнь растёт с сумасшедшей скоростью, они очень сильны.

- Сильны… Да где, в каком месте ещё сильны-то? Они же ни в коем случае не будут сильнее трёх Священных земель, правильно? Мастера трёх Священных земель, да они просто…

- Просто что?

- Они просто, просто… Да кого хочешь в небо запустят!

- И то правда! Куда ни посмотришь, везде они…

- Конечно! Знаешь, ты, такие люди как ты, даже когда спят – боятся, что упадут с кровати и умрут тут же. Ты, в самом деле, так много себе надумываешь... эх, ты…

У Цзюнь Мосе совершенно не было времени вникать в разговоры этих молодых учеников, и он, словно острый меч, пересёк городскую площадь в несколько сотен футов, достигнув ярко освещённого тронного зала. Так поздно, но везде горит свет. Завтрашний день семья Цзюнь навсегда впишет в историю, но, однако, на удивление ещё никто не спит и не торопится набраться сил перед завтрашним днём, почему всё так странно?

Разве семья Сяо не должна чувствовать себя подавленно, пытаясь веселиться в ночном свете?

Незаметно пройдя через вылитые из многолетнего льда стены, Цзюнь Мосе оказался прямо в центре тронного зала Серебряного города!

Здесь, действительно, оживлённо, очень оживлённо!

К тому же подавляющее число людей совершенно незнакомы.

На царском троне восседали красивый собой мужчина и элегантная женщина, на вид они выглядели лет на тридцать. Должно быть, это владыка города и его супруга; к тому же на их лице заметно что-то общее с Хан Янь Мэн, только они не такие красивые, как она.

С одной стороны от них сидело больше десяти старцев. Должно быть, это старейшины семьи Хан на уровне Суань Духа. С другой стороны сидел седовласый красавец-мужчина, занимающий пост пониже Владыки города, его волосы были белыми, словно серебряными, но на вид он выглядел очень молодо, должно быть, это был глава семьи Сяо, Сяо Син Юн.

Цзюнь Мосе по одному взгляду смог определить состояние его Суань: Суань Духа четвёртой ступени! К тому же было очевидно, что он уже очень давно застрял на этом уровне. После своего прорыва его взгляд заметно освежился, и он даже смог заметить, что внутри каналов Сяо Син Юн есть какое-то мистическое нарушение!

И именно это прекращение работы каналов и привело к тому, что он навсегда застрял в строю Великих мастеров!

Наверняка в этом замешена бабушкина рука!

Цзюнь Мосе в душе даже немного возгордился: его собственная бабушка – такой незаурядный человек! Одного удара достаточно, чтобы сломать навсегда! Без шума сломала все планы одного человека на будущее! Ух, она такая жестокая…

И за спиной Сяо Син Юня было более десяти старцев с проседью в усах и бороде, в белоснежных, как снег, одеждах, наверняка старейшины со стороны семьи Сяо!

Напротив него располагались три человека средних лет, их манеры были прекрасными, лицо нежное, как яшма, однако взгляд их был тяжёлым и решительным, сопротивляться которому было бесполезно. Глубоко в их глазах скрывался многолетний богатый жизненный опыт.

Эти три человека точно были непростыми! Похоже, это были Владыки трёх Священных земель!

Глава 707. Распри в Серебряном городе!

Позади этих троих людей стояли «Край света» - почтенный Сяо Тянь, «Смелый меч» - почтенный Хуа Фэнвэн, «Жестокий меч» - почтенный Чу Уучин. Внешне они выглядели так же, как и в прошлый раз, однако их лица были слегка бледными, а глаза выдавали негодование. Они должны были продемонстрировать свою мощь противнику, но были повержены. Из шести мастеров двое были убиты, а один получил серьёзную травму. Остальные трое тоже пострадали, как же им не злиться?

Эти трое Почтенных были ну очень недовольны, если подумать, за всю свою жизнь с ними такого не происходило…

Со стороны трёх Священных земель присутствовали только эти шестеро, но их было более чем достаточно – ведь даже по отдельности каждый из них имеет огромный авторитет.

В тот момент, когда появился Цзюнь Мосе, начальник Серебряного города Хан Чжань Мэн что-то говорил. Его лицо выражало явное беспокойство, и он очень медленно сказал:

- Это старые дела. Думаю, здесь не нужно лишних слов, все прекрасно понимают происходящее. Что касается семьи Цзюнь, полагаю, что всё же… Лучше просто спокойно понаблюдать. Если мы насильно вмешаемся, боюсь, нам не избежать позора. Это точно подпортит репутацию Священных земель…

Сяо Син Юн фыркнул и сказал:

- Судя по словам Владыки города, семья Сяо сама во всём виновата и за все последствия должна отвечать она, верно? Другими словами, теперь, когда армия семьи Цзюнь практически здесь, уже готова растерзать нас, семью Сяо, вы не будете ввязываться в битву, дабы избежать разрыва дружеских отношений?!

- Главный старейшина, хватит, – Хан Чжань Мэн спокойно сказал: - В мирских делах люди сами решают, где правда, а где ложь, ведь в них заложены моральные принципы! Что посеешь – то и пожнёшь, никто не сможет избежать ответственности! Тучи, что появляются на небе, рано или поздно проходят дальше!

- Таким образом, думаю, все тут знают, кто прав, а кто виноват. Неужели вы хотите помешать семье Цзюнь?

Он улыбнулся и сказал:

- Око за око, зуб за зуб! И тогда наступит справедливость! Семья Цзюнь идёт сюда с чистыми намерениями. Если вы в состоянии убить их всех до одного – пожалуйста, я препятствовать не стану!

- С другой стороны? Значит ли это, что если семья Цзюнь окажется сильнее и уничтожит семью Сяо, то и в этом случае Серебряный город не вмешается?

Сяо Син Юн ухмыльнулся, его взгляд был устремлен на Хан Чжань Мэна:

- Я ведь правильно понял смысл слов Владыки города? Семья Сяо долгие годы служила верой и правдой Серебряному городу и что же она получила взамен? От нас просто безжалостно отвернулись в самый критический момент! Враг ведь уже подошёл вплотную, а мы даже не можем опереться на нашего господина? Хан Чжань Мэн, твои слова принесли мне много боли!

После разговора с отцом Хан Чжань Мэн не собирался идти на уступки; теперь же у семьи Сяо есть помощь в лице трёх Священных земель, и терпеть такое он не в силах!

В конце концов, в процессе обсуждения между этими двумя началась ссора.

Впервые за всю историю Серебряного города главный старейшина и Владыка города столкнулись лицом к лицу!

Мо Сяо Яо отстранённо наблюдал за этими двумя, не проронив ни слова.

- Главный старейшина, нужно ли снова говорить об этом с самого начала? – жена Хан Чжань Мэна, Сюэ Шуанцин, нахмурилась и сказала:

- Когда семья Сяо имела дело с семьёй Цзюнь, почему они отправили своих людей, ни сказав об этом даже ни слова? Пока не разгорелся большой конфликт, и младшие нам сами все не рассказали, мы даже и не думали, что семья Сяо может осмелиться пойти против общественности, да и ещё убить такого великого генерала как Цзюнь Ву Хи! В то время, когда вы делали всё по-своему, разве вы считали нас господами? Когда повелитель города отдал вам приказ вернуться, что вы сделали, а? Вы продолжили наводить хаос и беспорядок, пока не удовлетворили свои желания!

Поступая таким образом, думали ли вы вообще о городе Серебряной Метели, о его репутации? После вашего возвращения повелитель города строго-настрого приказал вам не приближаться к семье Цзюнь, однако вы, спустя три года убили ещё двух молодых талантливых ребят. Такое варварское поведение – использовать грубую силу против слабых, да как это может не вызвать негодование?! – Сюэ Шуанцин гневно продолжила: - Когда это вы вообще считали себя людьми Серебряного города, а? В то время вы действовали, исходя из своих побуждений, убивали для своего удовлетворения, а теперь, когда семья Цзюнь надвигается сюда с целью отмщения, вы хотите, чтобы мы взяли на себя всю ответственность? Что это вообще такое?

Вам было весело, пока дело не приняло серьёзный оборот и стало неразрешимым. Сейчас же вы ждёте от нас помощи, или же может, ждёте, что мы станем козлами отпущения? А сами же хотите отсидеться в сторонке и не высовываться? – лицо Сюэ Шуанцин слегка покраснело: - Вы действительно настолько подлые люди?

- Но вы всегда были и есть правителями города Серебряной Метели! Этого нельзя отрицать! Если вы – правители города, но вы не можете обеспечить безопасность своей собственной семьи и своих подчинённых, то какой в этом смысл? Разве хороший лидер станет так поступать? Из-за какого-то незначительного дела вы выбросите своих товарищей на произвол судьбы? Вы просто хотите избавить себя от ненужных хлопот, да? Тогда что, в конце концов, представляет собой Серебряный город? – глаза Сяо Син Юня сверкнули, он продолжал бессмысленно спорить на повышенном тоне. – Если вы не можете обеспечить безопасность своим подчинённым и не можете добиться справедливости, тогда я осмелюсь выдвинуть своё требование! – глаза Сяо Син Юня пылали, он оглянулся вокруг и сказал: - Я прошу семью Хан оставить свой пост и передать контроль над Серебряным городом! Потому что мы не можем принять такого трусливого и слабого лидера! Это самый большой позор для мастера Цзяньху! Если вы не можете вершить справедливость, тогда мы возьмём это на себя. Семье Хан больше нет необходимости нести это бремя на себе!

- Осуществление правосудия? Восстановление справедливости? Мне действительно интересно, что ты там сейчас сказал? Тебе ведь просто нужно моё место! Твои коварные замыслы, наконец, раскрылись! Сяо Син Юн, как давно ты ждал этого дня? Сегодня ты решил ухватиться за такую возможность? – Хан Чжань Мэн слегка прищурился и хмуро посмотрел на Сяо Син Юня.

- Хан Чжань Мэн, не стоит так стараться удержать в своих руках корону! Ты нерешительный, слабый и некомпетентный! С чего бы тебе оставаться на этом посту? Просто потому, что ты старший сын в семье Хан? Теперь старшее поколение из трёх Священных земель являются свидетелями – ты лишь пытаешься отсидеться в сторонке и избежать любого беспокойства, притом жертвуя своими подчинёнными! Твоя подлая натура вскрылась! Что ты на это скажешь? – Сяо Син Юн усмехнулся. - Ты всё ещё хочешь удержать при себе место правителя города, чтобы навязать свою волю всем остальным! Так вот знай, что с этого времени семья Сяо не признает тебя как начальника города и больше не является вассалом семьи Хан!

- Отлично! Сяо Син Юн, ты, наконец, показал своё истинное лицо? – Хан Чжань Мэн холодно посмотрел на него. - Я спрашиваю тебя! Где сейчас третий и шестой старейшины? Они уже попали тебе под руку? Му Сю Тонг и Мэн, где они сейчас? Сяо Син Юн, ты наверняка всё давно распланировал, да? Нужно похвалить тебя за твоё терпение, ведь ты уже даже поседел!

- Сейчас мы говорим о текущей опасности в лице семьи Цзюнь! Что касается третьего старейшины и других, откуда мне знать, где они? Может они где-то развлекаются и веселятся, вот и не возвращаются! – Сяо Син Юн усмехнулся. - Вы должны знать, что Сяо Хан и Сяо Фэнци являются потомками нашей семьи Сяо и тоже находятся в том отряде. Я беспокоюсь не меньше тебя! О… неужели ты так испугался, что мы отнимем у тебя власть, и послал своих людей, чтобы убить их? Неудивительно, ведь у тебя всего две дочери, и Серебряный город остался без наследника… Но я и не думал, что ты настолько бесчеловечный и жестокий человек! Ради такой низменной цели ты уничтожил таких прекрасных сыновей! – Сяо Син Юн ударил рукой по столу, многие присутствующие повернулись и подозрительно посмотрели на Хан Чжань Мэна.

Сказав эти слова, Сяо Син Юн заставил каждого почувствовать сострадание и печаль!

Хан Чжань Мэна затрясло, его глаза покраснели, он заметил, что слова Сяо Син Юня не сходятся! Раньше, когда он спрашивал про третьего старейшину и остальных, Сяо Син Юн говорил, что они уехали по каким-то делам, а теперь же он говорит, что ничего не знает. Следовало ожидать такого противоречия…

- Сяо Син Юн, ты действительно бесчеловечный! – Хан Чжань Мэн вдруг встал и уставился на Сяо Син Юня. - Ты должен заплатить за то, что сказал и за то, что сделал!

- Цена? Я уже заплатил за всё сполна! Бесчисленные поколения семьи Сяо уже за всё заплатили! – Сяо Син Юн яростно засмеялся. - Несколько сотен лет рабства, сотни лет мы пресмыкались перед вашей семьей Хан, разве этого недостаточно? Наша семья из поколения в поколение служила вам верой и правдой! А взамен, что мы получили взамен? Нас просто вышвырнули, от нас отказались! Разве такая цена не подойдёт? Или нам стоит заплатить больше? Хан Чжань Мэн! Не стоит говорить мне такие бессмысленные речи!

Цзюнь Мосе и подумать не мог, что попадёт как раз на распри между семьями города Серебряной Метели. Однако присутствующие люди из трёх Священных земель наблюдали за всем происходящим с совершенно безразличным видом. Цзюнь Мосе тут же смекнул: семья Сяо однозначно заключила сделку с тремя Священными землями! В противном случае, он бы не стал вести себя так нахально в присутствии стольких Почтенных мастеров. Дело тут явно в захвате власти.

Три Священные земли всегда идут против твоего ожидания. На первый взгляд они кажутся грациозными и благородными, однако и сами не прочь поучаствовать в борьбе за власть, пусть и не на своей территории...

Цзюнь Мосе оглянул всё вокруг:

«Вы играете слишком нечестно и бессовестно, подождите: я скоро приду, и вы узнаете ярость моего огня!»

Третий старейшина был убит, чтобы он молчал, и, хотя мёртвые не говорят, со стороны семьи Хан имеются ещё двое свидетелей, они как раз под горой, в шатре. Но они уже не поспеют на этот спор. А вот люди из семьи Сяо однозначно не были убиты, возможно, были покалечены, но не убиты. Этому идиоту, Сяо Хану, не позволили бы умереть. Но как же он так бесследно исчез? Должно быть, его спрятала семья Сяо!

Я найду их и все узнаю, а затем посмотрим на вашу «добродетель», товарищи!

Глава 708. Настоящая жестокость

Цзюнь Мосе украдкой рассмеялся, а затем фыркнул и вылетел оттуда.

В тот день в Серебряном городе было 6 старейшин и 7 мечников. В общем – 13 человек, помимо них там так же были Сяо Хан, Му Сю Тонг, Хан Янь Мэн и Сяо Фэнву. Третий и пятый старейшины погибли, когда семья Сяо их атаковала. Но со стороны семьи Сяо в том бою было четыре человека. Второй старейшина Сяо Бу Ю, а также шестой, восьмой и девятый старейшины… Несколько из них точно остались в живых!

Сяо Бу Ю убил себя, станцевав стриптиз перед толпой, шестой был заколот в грудь собственным мечом, но вот восьмой и девятый точно остались в живых… Ну, разве что им отрубили ноги и всего-то!

Что же касается двух молодых из семьи Сяо – Сяо Фэн Ву был раздавлен, а Сяо Хан остался инвалидом «до мозга костей», но, кажется, не умер…

Я лишь хотел, чтоб вам было неприятно! Чтобы вам кусок в горло не лез.

Чтобы посмотреть насколько сильно вы можете быть бесстыжими!

Если вы, кретины, ещё не мертвы, то меня бы тогда не называли Цзюнь Мосе!

Молодой мастер Цзюнь, словно молния, вылетел оттуда.

Когда он вылетел оттуда, Мо Сяо Яо, который сидел с закрытыми глазами, вдруг поднял голову и осмотрел весь зал. Хотя он очень быстро осмотрел зал, не фокусируя свой взгляд на ком-либо, сила в его глазах пронизывала всех, словно удар молнии, и толпа, которая только что шумела без перебоя, вся вмиг замолчала.

Чувства мастера Мо Сяо Яо были на высшем уровне, поэтому он почувствовал присутствие чего-то сильного, которое то появлялось, то резко исчезало. Но он всё осмотрел с настороженностью и сомнением, но так ничего и не обнаружил, что вынудило его с неохотой закрыть глаза… Неужели его подвели его собственные чувства?

В это время люди позади него начали перешёптываться:

- Это не иллюзия, здесь и правда кто-то есть! Но этот человек владеет какой-то техникой, о которой никто из нас не знает!

Мо Сяо Яо кивнул головой и сказал:

- Внимательно следите за любыми изменениями и при любом удобном случае поймайте его!

Как только Цзюнь Мосе покинул главный зал, он тут же собрал воедино все свои накопленные знания. Врагам не избежать его возмездия! Он проверял дом за домом на невероятной скорости!

У него были невероятные индуктивные способности, любому другому обнаружить что-либо было бы очень тяжело, даже если он был мастером более высокого уровня. Эта его способность проявила себя полностью, он сразу понимал, что к чему.

Безбрежный словно небо, мистический словно космос, его все могут увидеть, но никто не в силах прикоснуться!

Город был огромный, а времени на проверку было совсем мало, но результаты были неожиданными… На самом то деле… Их и вовсе не было?

Неужели семья Сяо и правда так поступила ряди того, чтобы осуществить свой хитрый план? Ради этого они убили двух мастеров из своей же семьи?

Разве это не слишком?

Цзюнь Мосе нахмурил брови, и вдруг его тело взлетело в воздух и затем пробило слой льда, и он ещё раз проверил всё под землей.

Как он и ожидал, под землёй было очень запутанно… Бесчисленное количество тайных комнат.

Цзюнь Мосе пользовался всеми техниками, что знал. Он использовал силу земли, побег Инь и Ян, и проверял всё раз за разом очень кропотливо… Наконец, он обнаружил, что под большим залом Серебряного города есть огромное пространство и, когда он это обнаружил, он столкнулся с сильнейшим сопротивлением!

Даже если бы его способности были на ещё более высоком уровне, он бы всё равно не смог туда проникнуть!

Похоже, что какая-то неведомая сила охраняла это место!

Эта мистическая сила, несомненно, была слишком велика!

Да и к тому же, эта сила явна была не человеческая… Эта сила была настолько мистической, что её трудно было понять! Мягкая и могучая, бескрайняя и загадочная!

Цзюнь Мосе был шокирован, он понял, что сейчас лучше покинуть это место. Но местоположение он крепко-накрепко закрепил в своей памяти.

Даже и не думал, что в Серебряном городе есть подобные причудливые места!

Если бы у него было достаточно времени, он бы обязательно пошёл и проверил, что же это… И вдруг его разум наконец осенило!

Нашёл!

Этот человек, лежащий на кровати в тайной комнате… Это, случайно, не Сяо Хан?

Сердце господина Цзюнь было мягким, поэтому он легко отказался от своих боевых заслуг, но молодой мастер Цзюнь не мог так легко всё это оставить. Он выколол ему глаза, разорвал все его сухожилия, отрезал уши и нос, вырвал язык, сломал позвоночник, да ещё и оставил его без задницы… Но он вовсе не убил его! Хотя такая жизнь хуже смерти, но целью Цзюнь Мосе было оставить его вот так доживать свои деньки!

Смерть? Да он бы продешевил, убив его!

Поэтому он оставил ему огромный шанс на «выживание»!

Главное, чтобы никто другой его не убил, и чтобы ему всегда было, что поесть, и тогда Сяо Хан ещё очень долго не умрёт!

Всё было так, как и предполагал Цзюнь Мосе, Сяо Синь Юн и его сотоварищи были абсолютным злом, но они не были такими по отношению к своим близким, и по-прежнему тайком заботились о Сяо Хане.

Увидев, что в тайной комнате больше нет людей, Цзюнь Мосе фыркнул и подошёл к кровати Сяо Хана, он принюхался, и на его лице появилось выражение явного недоумения. Место, в котором живёт инвалид, находится под землей, но нет и капли специфического запаха! Похоже, семья Сяо заботилась о своем родственнике очень даже неплохо!

Он сделал пару шагов в этой тайной комнате, и, хотя Сяо Хан ничего не видел, однако все его чувства обострились, и он понял, что возле него кто-то есть. Он даже попытался пошевелиться. Рук у него не было, а ноги ещё не восстановились, так что это было весьма проблематично.

- Сяо Хан, я знаю, что ты слышишь меня. Хоть я и отрезал тебе уши тогда, но барабанные перепонки-то у тебя на месте. Угадай, кто я? – рассмеялся Цзюнь Мосе прямо перед его лицом.

Вдруг выражение лица Сяо Хана сменилось, теперь оно выражало дикий страх! Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы кивнуть головой, и, так как у него не было языка, из его рта раздался лишь какой-то странный звук. В то же время его сердце наполнилось до краев злобой и ненавистью!

- Ты и в самом деле меня слышишь и уже понял, кто я. Я очень умён, не правда ли? Как ощущения? – мягко спросил Цзюнь Мосе. - Я пришёл сегодня, потому что тебя нужно покормить. И, я понял, что ты неплохо здесь устроился. Тебе настолько здесь комфортно, что это непростительно! Как такое можно допускать? Меня это совсем не радует!

Тело Сяо Хана затряслось от страха, по лицу его было видно, что он просто в ужасе и что он словно умолял Цзюнь Мосе оставить его в покое.

- Да расслабься ты, я точно не собираюсь тебя убивать… Ха-ха, я и не желаю твоей смерти, ты же сейчас такой послушный, как я могу поднять на тебя руку?!

Цзюнь Мосе улыбнулся и вытащил сумку со снадобьями, открыл, схватил подбородок Сяо Хана и вылил туда один пузырёк со словами:

- Это хорошее снадобье, оно единственное на континенте, я принёс его специально для тебя… В этом мире нет ни одного человека, кроме тебя, который бы использовал это снадобье… Тебе очень повезло, так как ты особенный.

Правда, есть побочное действие. Хотя, если быть совсем честным – это вообще его единственное действие. От этого снадобья у тебя будет зуд… каждый день… он будет внутри твоего костного мозга и снаружи, но почесать-то ты не сможешь… И всё это вынудит тебя думать о смерти. О самоубийстве. И этот недуг никто не сможет распознать… Ты причинил нашей семье столько неприятностей… Я должен был отплатить тебе тем же, не считаешь? – расхохотался Цзюнь Мосе. – Я сделал тебя первым чесоточником Поднебесной!

Цзюнь Мосе вытащил очень тонкий золотистый нож и проткнул ему все пальцы на ногах, да так, что повреждений на коже даже не было видно. Оценив работу, Цзюнь Мосе сказал:

- Я знаю, что ты, скотина, всё чувствуешь. Разве это не изумительно? Я сделал столько проколов, а на коже нет ни следа? Но ты не должен отчаиваться. Лезвие ножа пропитано специальным ядом. Уже очень скоро пальцы твоих ног начнут гноиться, очень и очень медленно они пожелтеют… Совсем чуть-чуть… Расслабься, ты не умрешь. Гноение дойдёт максимум до шеи. Думаю, ты сможешь дышать, да и несколько лет ты ещё точно протянешь… Наслаждайся, Сяо Хан, это моя месть!

Пока Цзюнь Мосе всё это говорил, Сяо Хан стонал от боли. Чесоточное снадобье уже начало действовать… Сяо Хан весь трясся, а Цзюнь Мосе хохотал.

В тайной комнате, дрожащий от страха и чесотки Сяо Хан, наконец, сумел сдвинуться с места, приложив все свои усилия. У него получилось упасть с кровати и слуга, который стоял за дверью услышал это и вошёл, но, кроме Сяо Хана, валяющегося на полу и стонущего от боли, он больше никого не увидел.

- Странно… Все инвалиды такие, сами пытаются встать с кровати… – слуга покачал головой в недоумении, а затем поднял его с пола и вернул обратно в кровать. Сяо Хан изо всех сил старался покончить с собой, он больше не мог это терпеть.

Он не мог произнести и звука, а зуд, пронизывающий всё его тело, невозможно было увидеть… Всю эту боль чувствовал лишь он один, все остальные этого увидеть не могли. К тому же его пальцы болели настолько ужасно, что ему казалось, что его костный мозг потихоньку выходит из его тела… Это была настоящая пытка, которую ему приходилось молча принимать…

Настолько жестокое наказание мог создать лишь один человек во всём мире – Злой Монарх – Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе вылетел из тайной комнаты и очень быстро нашёл другие тайные комнаты, это были комнаты восьмого и девятого старейшин: они были недалеко от комнаты Сяо Хана. Однако комнаты двух старейшин были куда лучше, чем комната Сяо Хана.

У этих двоих не было ног, однако остальные части тела были в полном порядке. Их Суань был в прежнем положении. Их комнаты были довольно просторными, словно хижины, а внутри было всё, что нужно. Сейчас двое собрались в комнате у девятого старейшины и, попивая чаёк, играли в шахматы.

Возле них находилось несколько женщин, которые ухаживали за ними, словно их жёны.

Старики в белых халатах сидели друг напротив друга, они молодо выглядели, они были бодры духом… Перед ними была шахматная доска, звуки от передвигающихся фигурок ласкали им слух, они переглядывались и смеялись, рядом стоял чайник, из которого грациозно выходил пар и разносился по всей комнате точно так же, как и аромат чая.

Эта картина привела Цзюнь Мосе в восхищение!

Охиреть! Они проводят свои дни так, словно они святые!

Твою ж мать! Вы так беззаботны??

Вы тут развлекаетесь или страдаете?

Цзюнь Мосе разозлился!

И не сомневайтесь, того, кто заставил Цзюнь Мосе разозлиться, ждут очень серьёзные последствия!

Глава 709. Есть причины для вражды!

Цзюнь Мосе влетел вовнутрь, легонько щёлкнул пальцем, и три женщины даже не успели заметить его, как уже погрузились в сладкий сон…

Во всяком случае, можно смело утверждать, что молодой мастер Цзюнь имеет хорошие манеры, иначе, в противном случае, сейчас на земле уже валялось бы три бездыханных тела!

- Это ты? Цзюнь Мосе? – восьмой старейшина моргнул глазами и тотчас же узнал его, в его глазах в одно мгновение появилась пронизывающая до костей ненависть: - Как ты вошёл?

Два человека посмотрели друг на друга, у них одновременно появилось дурное предчувствие: Неужели Серебряный город уже пал? Но… Разве старший брат не говорил, что в город прибыло около нескольких сотен мастеров из трёх Священных земель, чтобы помочь нам справиться с семьей Цзюнь? Как он мог так быстро сдать свои позиции?

- Как я вошёл – уже, кажется, неважно! В смысле, для вас уже совсем неважно, есть дело поважнее. Мне нужно поздравить вас двоих. Совсем скоро вы будете в состоянии выйти! Снова увидите солнце на небе, ха-ха! Удивлены небось? – у Цзюнь Мосе не было времени на пустую болтовню с ними, он был красноречив и лаконичен. Он нанёс удар, и одолел их двоих одним пальцем. Благодаря своей силе Почтенного мастера второй ступени, справиться с двумя старейшинами с Суань Духа первой ступени для него дело пары секунд! У них даже не было и возможности на сопротивление!

Молодой мастер Цзюнь легко сладил с двумя старейшинами и отправился осуществлять следующий шаг своего плана. Его глаза излучали чудесное сияние, и он прокричал:

- Душа! (Шэхунь, вызывать или материализовать в другом месте душу живого человека)

На этот раз можно не использовать какую-то внешнюю силу, а просто использовать самую чистую духовную силу для гипноза, и в мгновение лишить этих двоих чистого рассудка!

В глазах Цзюнь Мосе появилось чудесное сияние, которое прямо заворожило глаза этих двоих, взгляд восьмого и девятого старейшин из озлобленного превратился в растерянный, а потом в уступчивый, и в итоге вовсе в послушный и смирный…

На этот раз «Душа» была наиболее полноценной и наиболее чистой, и настоящей!

Это ночью я обязательно должен устроить настоящий переполох в Серебряном городе!

Губы Цзюнь Мосе исказились в жестокой улыбке, а чудесное свечение в глазах становилось всё ярче и ярче!

В большом зале Серебряного города спор между семьей Сяо и семьей Хан достиг уже точки накала…

Хан Чжань Мэн с серьёзным лицом, убитым горем, сказал:

- Сяо Син Юн, со времени создания Серебряного города и спустя многолетний опыт разных жизненных трудностей и невзгод, наша семья Хан строго соблюдала заветы наших предков, всегда заботилась о семье Сяо, независимо от выгоды для себя, спокойно всем делилась с семьей Сяо; в случае опасности семья Хан храбро и отважно двигалась первой навстречу врагу, оставляя семью Сяо сидеть и наслаждаться результатами чужих трудов, год за годом, раз за разом, - все это нетрудно проверить!

Не будем далеко ходить и поговорим о том случае, когда вы беспощадно убили два юных поколения семьи Цзюнь, тем самым вызвав безумную контратаку семьи Донфанг. Если бы мой отец тогда не нарушил традицию и в виде исключения не позвал на помощь главу «Восьми великих мастеров» Юн Би Ченя, чтобы вместе усмирить семью Донфанг, ты думаешь, что, полагаясь на ничтожную силу своих братьев, ты бы, в самом деле, смог победить госпожу Донфанг? Боюсь, в тот раз семья Сяо была в опасности истребления всего рода Сяо!

Подобными терпеливыми и уступчивыми мы уже являемся несколько сотен лет! Испокон веков предки говорили: старший брат должен быть добрым, а младший – почтительным, дружеские и родственные чувства главнее всего, но ты… Твоё поколение, такое неукротимое и трудновоспитуемое, вечно всё только и делаешь наперекор! Не только желаешь завладеть местом Повелителя города, но и беспощадно истребить не чужих тебе людей! Такие поступки невыносимы, их трудно простить! Сяо Син Юн, спроси у своей совести, не оскорбляешь ли ты своим гнусным поведением память своих предков, сложивших голову за Серебряный город?

- Сказано неплохо! Хан Чжань Мэн, раз уж ты сказал пару слов, дай и мне немного высказаться. Когда-то оставленные нам предками наставления до сих пор поперечный рычаг в стене! Ты говорил, что твои предки вложили всю душу в Серебряный город? Однако как ты сейчас поступаешь с нашей семьей Сяо? Кто бы мог подумать, что у тебя хватит стыда говорить подобные вещи? В конечном счете чьи слова расходятся с делом, кто постоянно всё делает наперекор? – всё лицо Сяо Син Юня выражало гнев и негодование, его белая борода дрожала, он, тыкая пальцем в воздух, кричал: - В прошлом, когда Сяо Хан и Янь Яо были ещё детьми, они дружили с самого детства, и наши семьи, посовещавшись, договорились о свадьбе! Обе семьи не расходились во мнениях! Нужно было лишь дождаться, когда они повзрослеют, и сыграть свадьбу, сотворив крайне хорошее событие! Но твоя дочь, спустившись с гор, закрутила шашни со своим любовником! Где тут до клятв в вечной любви, если это Цзюнь? Тогда помолвка была ещё в силе, а клятва звучала ещё в ушах, кто мог подумать, что совершится такое подлое и низкое дело, по-настоящему опозорив репутацию семьи Сяо? – он тяжело вздохнул и добавил: - Как наша семья могла смириться с таким унижением! Если бы на этом месте была бы какая-нибудь другая семья, уверен, что она бы тоже вряд ли смогла смириться с подобным! Однако ты не только не осуждаешь свою дочь за такие аморальные поступки, а наоборот, препятствуешь нашей семье отмстить за этот позор. Заставляя просто проглотить все это и жить припеваючи дальше, разве ты не знаешь, что наша семья тоже большой влиятельный род? Моя семья тоже имеет достоинство! Об этом ты подумал? Но ты только и знаешь, что благоволить своей дочери, совсем не считаясь с репутацией нашей семьи, упираясь и стоя на своём! Если бы твою жену украл другой мужчина, и тебе даже нельзя было отмстить за это? Где здесь здравый смысл вообще? Разве во всей Поднебесной найдется мужчина, способный стерпеть подобное?

В глазах Хан Чжань Мэна промелькнула злость, и он грубо сказал:

- Сяо Син Юн, не нужно извращать факты и выдавать чёрное за белое! Давно известный факт, что, когда Яо была ребёнком, она согласилась на свадьбу! Но моя жена тогда с особой важностью отметила, пока что о свадьбе договорено, и если, когда дети повзрослеют, и их желания и чувства будут едины, то можно будет сыграть свадьбу! Но если они не сойдутся характерами, то это нужно будет обсудить отдельно! Эта фраза имела место быть, верно? Когда мы договаривались об этом, там присутствовали старейшины обеих семей, которые могли это засвидетельствовать. Уверен, что они не забыли об этой фразе!

Что же касается того, что сложилось с Сяо Ханом после того, как он повзрослел – все присутствующие прекрасно знают, об этом и говорить долго не стоит. Янь Яо была против брака, и перед тем, как отправиться тренироваться в горы, уже несколько раз слёзно умоляла расторгнуть помолвку, даже как-то раз стояла на коленях и просила тебя, или снова скажешь, что не помнишь? Тогда что ты сказал, я всё прекрасно помню: «Брак – самое большое событие в жизни двух людей. Если действительно не сошлись характерами, недопустимо принуждение! В конце концов, насильно мил не будешь!» Это фразу ты сам сказал, наверняка не мог забыть же!

Учитывая то, что сказала до этого моя жена, и что сказал ты сам, хотя фактически помолвка оставалась, она не имела, по сути, смысла! На худой конец, просто не было официального объявления и всё! Про это дело кто в Серебряном городе не знает? Откуда взялись слова про порчу репутации семьи Сяо? После того, как Яо спустилась с гор и встретила третьего сына семьи Цзюнь, Цзюнь Вуя, молодые люди сразу влюбились друг в друга; но Яо от начала и до конца не хотела раскрывать свою личность, она как раз думала о том, чтобы сохранить в целости и сохранности репутацию вашей семьи! Она хотела вернуться в Серебряный город, объясниться с нами, официально расторгнуть помолвку, а уже потом рассказать Цзюнь Вую всю правду о своей личности, чтобы отношения между тремя семьями не испортились, и не возникло недопонимания! После того, как Яо вернулась в горы, мы с тобой одновременно узнали об этом. Ты будешь притворяться, что не помнишь? Разве сейчас не нужно говорить правду? Какой у тебя план?

Очевидно, что Цзюнь Вуй не знал скрытой подоплёки, семья Цзюнь вообще ни в чём не повинна, однако ваша семья Сяо широким фронтом спустилась с гор и захватила в плен Яо; тем самым оказав давление на семью Цзюнь! Яо – дочь Повелителя города, была насильно вами взята под стражу, я тогда даже не смог сказал ни слова; а всё потому, что чувствовал раскаянье перед вами. Хотя всем известно, что наша семья прежде предлагала расторгнуть помолвку и действительно понесла убытки. Но вы же превзошли любые границы, вступили в сговор с разбойниками, жестоко убили военного генерала Цзюнь Ву Хи! Приведя семью Цзюнь в состояние упадка, практически заставили пасть духом! Нарочно оставили Цзюнь Вуя в живых, с парализованной нижней частью тела, сделав из него инвалида, коим он остался до сих пор! Если говорить о семье Цзюнь, насколько же они и в чём виноваты?

Они на протяжении всего времени не знали ничего о личности Янь Яо и понесли такие потери! Они были обманутыми и оскорблёнными! Вплоть до того, что убитые Цзюнь Мо Ю, Цзюнь Мо Шу даже не знали, за что они были убиты! Если бы не вмешалась семья Донфанг, неизвестно, сколько ещё было бы жертв. Вы, семья Сяо, не думаете, что перегнули палку?

Вернувшись в Серебряный город и наделав большого шума из-за этого вопроса, вы ещё тщетными попытками пытались немедленно выдать замуж Янь Яо! Шантажируя семьёй Цзюнь, вынудили Яо нанести себе самой повреждения, почти чуть не распрощаться с жизнью, стать отшельницей и отправиться на вершину горы. Уже прошло десять лет с того момента, как она ушла! Почему после того, как произошли эти события, вы тотчас же забыли все слова, которые говорили? Своевольно и дерзко, силой и страхом, оказывая давление на людей! Тогда, чтобы сберечь заветы предков, чтобы прекратить этот конфликт, наша семья Хань, переступив через собственную совесть, отказалась разбираться в этом деле, даже предложили договориться о свадьбе Сяо Фэн Ву и Хан Янь Мэн. Повелитель города, не пожалев своей совести, намеревался компенсировать незавершённый брак! Тотчас великодушно согласился, нисколько не создавая трудностей! Можно сказать, проявил великодушие! Сяо Син Юн, ты хорошенько подумай и вспомни, за последние десять лет, учитывая все действия и поступки вашей семьи Сяо, когда наша семья Хан стала вашими хозяевами? Наоборот, наша семья Хан, за последние несколько сотен лет, в какой из дней стала вашими рабами? Всё, только что сказанное тобой, разве не может не возмущать!

Сяо Син Юн с холодной усмешкой сказал:

- Верно, всё, что ты сказал - правда! Я когда-то говорил ту фразу, что помолвку можно расторгнуть! Но фактически не было официального расторжения помолвки, а твоя непутёвая дочь завела шашни с кем-то на стороне! Разве это неправда? Я всегда был благоразумным человеком, если бы, действительно, после расторжения помолвки, незамужняя девушка вышла бы за кого-то замуж – это бы, конечно, были дела только вашей семьи! К нашей семье не имело бы никакого отношения. Более того, я видел, как росла Хан Янь Яо, я относился к ней всегда, как к своему родному ребёнку, разве не порадовался бы я её счастью? Если бы только помолвка была расторгнута, я бы не только не поставил в затруднительное положение семью её мужа, но и наоборот, тот бы, кто поставил её в затруднительное положение, получил бы от меня сполна!

- Ты вообще сам веришь тому, что ты говоришь? – Хан Чжань Мэна чуть не стошнило от этих слов. Такие бесстыжие люди, действительно, редко встречаются. Он сам поставил дочь в безвыходное положение, что ещё можно сказать в этом случае?! Любовь сама найдёт выход! Его некогда сказанные слова принесли только потери!

Глава 710.1. Восстановить справедливость!

Сяо Син Юн не изменился в лице и, совсем не обратив внимания на его слова, продолжил говорить уверенно:

- Однако же проблема заключается в том, что, когда произошли те события, Хан Янь Яо носила имя невесты семьи Сяо, и тогда не было официального расторжения помолвки! Хан Чжань Мэн, этот факт ты не будешь отрицать?

С самого начала весь Серебряный город знал, что помолвка, возможно, будет расторгнута! Но следует обратить внимание на слово «возможно»; другими словами, все знали, что пока ещё она в силе! Раз уж помолвка имеет место быть, она незаконно вступила в связь с другим мужчиной, совершила тяжкий грех – пошла на измену, поддавшись личному влечению! Потеряла всякий стыд и совесть! Спутаться с каким-то мужчиной – это равнозначно потере невинности, именно этим она и опозорила нашу семью! После этого происшествия, наша семья бы вечно носила зелёную шапку («носить зелёную шапку» равнозначно нашему - «наставить рога»). Это просто невозможно отрицать! Хан Чжань Мэн, ты до сих пор не сомневаешься в том, что ты мне сказал?

- Сяо Син Юн, что за вздор ты несёшь! – Сюэ Шуанцин дрожала всем телом, брови на её лице поднялись от возмущения. - Это дело прошлых лет, десять лет назад ты устроил этот балаган, сейчас снова всё хочешь вспомнить! Пусть когда-то и имело место быть помолвка, но она была всего лишь на словах, никогда не было официального документа, который бы подтверждал это! Яо от начала и до конца не хотела становиться членом вашей семьи. От начала и до конца была чистой и невинной! Вплоть до сегодняшнего дня была такой, как она могла опозорить вашу семью? Разве вы достойны этого? Кто вы вообще такие!

- Ха-ха-ха! Как же хорошо сказано, всё высказала, что давно так хотела, да?! Наша семья ради Серебряного города, из поколения в поколение, не покладая рук, вкладывала всю душу и непоколебимо была предана, как небо предано луне и звездам; и что мы слышим сейчас? Супруга начальника города говорит, что мы не достойны этого! Что мы ничего не стоим! Ха-ха! Покойные предки, вы хорошо это расслышали? Так семья Хан отплатила нам за нашу преданность! Вот как давит семья Хан на внуков семьи Сяо! Это уже достигло такого трудно выносимого предела! Даже женщина поднялась, чтобы унизить и обругать главу семья Сяо! Это унижение мы больше не намерены терпеть! Начиная с этого дня, мы должны провести чёткую линию между нашими семьями. Боюсь, нам уже не ужиться под одним небом! – Сяо Син Юн пронзительно рассмеялся, резко повернулся к портрету покойных дедов прошлых поколений, висевшему на стене, и с трагичным смехом проговорил: - Основатели рода нашего, в прошлом вы самоотверженно, не щадя себя, боролись и помогали вашему младшему брату во всём, даже рисковали своей жизнью… Но вам бы и в голову не пришло, что через несколько сотен лет ваши потомки будут так жестоко унижены этим вашим младшим братом, так оскорблены? Если бы вы могли почувствовать, даже боюсь представить, как бы вам было горестно и больно. Вы бы задумались, что ваши прошлые поступки этого не стоят? – Сяо Син Юн говорил сквозь слёзы, с лицом, убитым печалью, словно он вот-вот свалится с ног от своего горя, однако он продолжал тихо говорить: - Пока существует Серебряный город, потомки семья Сяо не прекратят слепо соблюдать заветы предков… Из поколения в поколение… Повелитель Хан… Клятва, сошедшая из уст прошлых героев Серебряного города, ещё слышится в ушах, а ваши потомки хотят истребить подчистую нашу семью… Если у вас есть возможность, откройте свои глаза и посмотрите на это… Сейчас наша семья Сяо невыносимо страдает, наше тяжкое бремя… Мы вынуждены нести эту непосильную ношу…

- Сяо Син Юн, как ты можешь быть настолько бесстыжим!! – Хан Чжань Мэн, с трудом контролируя своё тело, весь дрожа от злости, поднялся со стула, глядя прямо на разыгрывающего спектакль Сяо Син Юня. В эту минуту он очень пожалел, что не может взять и задушить его насмерть! После стольких годов совместной жизни в Серебряном городе, кто мог подумать, что этот старик способен разыгрывать подобные спектакли, - да в нём пропадает такой талант!

Эти выходки действительно могут довести человека до белого каления!

- Кто знал, что у потомков нашей семьи будет такая горькая судьба… – Сяо Син Юн горько залился слезами, а потом вдруг, как ни в чём не бывало, пришёл в себя и, стиснув зубы, сказал:

- Сейчас наконец-то в этом мире есть разумные люди! Три Священные земли всегда были честными и беспристрастными, стремились к действиям на благо человечества, защищая простой народ! Сегодня старшее поколение трёх Священных земель присутствует здесь, они как раз могут помочь восстановить справедливость с лихвой хлебнувшей горя и настрадавшейся от оскорблений и унижений семье Сяо! Вернуть нам мир и порядок, наладить в нашем Серебряном городе законное правительство и мирную обстановку! Я твёрдо уверен, что взгляд со стороны лучше всего может разрешить такой вопрос, и сказать кто прав и кто виноват. Принципы морали берут своё начало в человеческом сердце! Круговорот кармы распределит каждому по своим деяниям! Люди делают, а небеса всё видят!

После того, как Сяо Син Юн произнёс свою речь, он резко обернулся и склонился в низком почтительном поклоне перед наблюдавшим за этим представлением Почтенным Мо Сяо Яо, одновременно со скорбью и радостью на своём лице. Он был очень похож на бедного и несчастного крестьянина, долгие годы терпящего побои и унижения от своего землевладельца, но, наконец, встретившего освободительные войска…

- Уважаемый старейшина Мо, здесь и сейчас сказаны правда и ложь, пожалуйста, обратите внимание на это! Сейчас наша семья Сяо столкнулась с такой бедой, что может быть истреблён весь наш род, наши жизни действительно находятся под угрозой, и мы совершенно беспомощны. Прошу вас, помогите нам восстановить справедливость! И вернуть доброе имя нашей семьи! Воссоздайте начало нового периода и дайте знать всему миру, что истина не может быть осквернена! Преданность не должна быть унижена! Прошу вас, старейшина… восстановите справедливость!

Сяо Син Юн, поклонившись, так и стоял, не разгибаясь и не поднимая головы!

Старейшины со стороны Сяо, сидевшие за его спиной, неожиданно встали и, торопливо выбежав вперёд, тоже сделали поклон, при этом крича:

- Господа Почтенные мастера трёх Священных земель будьте проницательны и восстановите справедливость!

Их действия и слова были так сложены и упорядочены, что складывалось ощущение, что они говорили этот далеко не в первый раз, а перед этим хорошо отрепетировали…

Хан Чжань Мэн дрожал всеми фибрами своего тела, даже его губы тряслись. В одно мгновение его лицо стало сиреневого цвета, и в конце концов он не смог вымолвить и слова.

Сяо Син Юн, сказав подобные вещи, выставил чёрное за белое, переврал все факты, наперекор совести говорил полную ложь, да ещё и так убедительно, со слезами на глазах, вызывая жалость у людей, хотя в его словах не было и капельки правды…

Надо сказать, что за всю жизнь невозможно обучиться такому мастерству, - у него просто исключительный талант!

Если бы Сяо Син Юн совершенствовался в этом, то, не говоря уже даже о Суань, ни один Великий мастер, ни один Величайший мастер, ни один Почтенный, и даже ни один Достопочтенный мастер не смог переплюнуть бы его в этом умении!

Неужели можно быть таким бесстыжим человеком, что можно не иметь в мире себе равных?

В одно мгновение весь зал погряз в шуме и гомоне. Старейшины, относящиеся к семье Хан, один за другим возмущались, что просто сверх всякого ожидания один человек может быть настолько бесстыжим!

Люди на самом деле понимавшие, где правда, а где вымысел, ясно понимали, что Сяо Син Юн специально очернял белое, а чёрное выдавал за белое: было совершенно понятно, что семья Сяо, пользуясь своей силой, притесняла других, представляясь настоящей жертвой, обставляя всё так, будто их обидели и оскорбили…

- Сяо Син Юн, человек живёт с одним лицом, дерево с одной корой, а ты хочешь показать, наконец, своё истинное лицо? Доброе имя своих предков портишь только ты…

Глава 710.2. Восстановить справедливость!

- Сяо Син Юн, как можно быть таким бесстыжим! За столько лет, как вела себя семья Сяо в Серебряном городе, все хорошо знают. Как у тебя хватает совести говорить подобные вещи! Выдавать чёрное за белое и так искажать факты!

- Сяо Син Юн, ладно, ты не один такой бесстыжий, ваша семья вся бесстыжая, на такие поступки только вы гаразды! Я раньше был так слеп, и сердце мое было слепо, я не смог разглядеть какой ты, на самом деле, подлый и низкий человек…

…..

Если бы в этом зале не было мастеров из трёх Священных земель, кажется, всё бы закончилось кровопролитием.

В это время Почтенный Вэй Кунчунь из Великого Золотого Города громко покашлял, на его лице появилось особое торжественное выражение, он обвёл всех своим излучающим достоинство и элегантность взглядом. Благодаря влиянию его силы, все без исключения в один миг прекратили говорить, и один за другим посмотрели на него.

- Что касается спора между семьёй Сяо и семьёй Хан, я, конечно, посторонний человек, и мне не место совать нос в ваши дела, но из-за чувства справедливости в моём сердце, я не могу оставаться в стороне так долго, к тому же, вероятно, я немного понял суть дела. Не знаю, смогут ли Повелитель города Хан и старейшина Сяо выслушать меня, если я немного выскажусь? – сказал Вэй Кунчунь.

- Старейшина Вэй – выдающийся человек старшего поколения, его славное имя давно всем известно. Если вам есть что сказать, пожалуйста, говорите, младшее поколение отнесется с полнейшим вниманием к вашим словам. Любые ваши распоряжения и приказания, - мы не имеем права не послушаться, – Сяо Син Юн почтительно согнулся и всё ещё не собирался подниматься.

Хан Чжань Мэн, немного поколебавшись, сказал:

- Старейшина Вэй, если у вас имеются какие-то советы для нас, стоило бы их высказать. Младшее поколение сейчас находится в замешательстве, мы немного сбились с верного курса в нашей дискуссии. Пожалуйста, старейшины трёх Священных земель, выведите нас на правильный путь.

Хотя сказанное Хан Чжань Мэном звучало очень красиво, каждый заметил сказанную им фразу: он сказал «советы», а не как Сяо Син Юн - «распоряжения или приказания». Разница небольшая, но она была всем очевидна.

- Дружба ваших семей, передающаяся из поколения в поколение, до настоящего времени уже насчитывает, пожалуй, несколько сотен лет. Невозможно преувеличить её долгую историю, однако сейчас сильный враг стоит перед нами и вот-вот нанесёт мощный удар по Серебряному городу. В такой момент разве стоит развязывать войну из-за дочери? На мой взгляд, от этого больше ущерба, чем пользы! Следует учитывать, возможно ли отстоять величие Серебряного города без семьи Хан или силами только семьи Сяо, вот как я считаю. Есть у вас какие-то расхождения со мной в этом вопросе?

Сяо Син Юн вежливо сказал:

- Старейшина Вэй, каждое ваше слово драгоценно, настоящий мудрый совет! Доходящие до сознания и сердца слова, младшее поколение испытывает стыд!

Хан Чжань Мэн чувствовал себя не по себе. В чём смысл этого, обходящего трудные вопросы, утверждения? И что с того, что сильный враг стоит перед воротами, это касается только семьи Сяо, причём здесь наша семья Хан?

Такие огромные противоречия как так просто превратились в «развязывание войны из-за дочери»? Где здесь смысл? Но из-за высокого статуса старейшины Вэй, Хан Чжань Мэн не осмелился выразить свое недовольство и без особого желания выдавил из себя:

- Старейшина Вэй говорит верно.

- Если уже на то пошло, я продолжу, – Вэй Кунчунь с добрым лицом от рождения, ласковым и приятным на слух голосом, продолжил: - До сегодняшнего времени город Серебряной Метели стоял непоколебимо, и семья Сяо, и семья Хан внесли значительный вклад. Обе семьи принесли достаточно жертв для благополучия города; можно сказать, Серебряный город принадлежит и семье Сяо, и семье Хан, нельзя делить его на своё и чужое! Потому что это одно целое, если так сказать, тоже верно, да?

Сяо Син Юн закивал головой, повторяя последние слова.

Хан Чжань Мэн чем больше слушал, тем больше ему становилось не по себе. Он нахмурил брови и не произнёс ни слова. Что значит «можно сказать, Серебряный город принадлежит и семье Сяо, и семье Хан»? Серебряный город принадлежит только семье Хан! Ваше утверждение попросту путает разные понятия и искажает факты!

- Раз уж вы – одна большая семья, то кто будет правителем Серебряного города, семья Хан или семья Сяо, не имеет особого значения, – сказал Вэй Кунчунь. - В таком случае, раз уж у обеих семей появились противоречия на этот счёт, что если не вот так всё разрешить? Семья Хан находится у трона уже около нескольких сотен лет, тогда что мешает временно передать семье Сяо этот пост? Во всяком случае, это собственность одной семьи, без разницы кто у престола – семья Сяо или семья Хан, всё одно – это же город Серебряной Метели! Всё ради обшей обстановки, ради стабилизации ситуации, Повелитель Хан, я советую вам отступить на один шаг назад.

- Вы имеете в виду… Уступить свой пост семье Сяо? – Хан Чжань Мэн изумлённо спросил.

Никогда бы не подумал, что всегда справедливые и беспристрастные три Священные земли смогут высказать такой вздор!

Да кто они, в конце концов, такие?

Это большое событие, касающееся смены династий, как можно сказать пару фраз и этим всё решить?

Что это вообще всё значит? Одним словом, ты хочешь, чтобы город Серебряной Метели теперь носил фамилию Сяо?

Это утверждение просто бессмыслица! Это просто предел глупости! И такие люди стоят во главе трёх Священных земель?!

- Верно, это мой совет тебе. Зачем вам из-за этого ничтожного места Повелителя города устаивать войну, только понапрасну портить дружбу и нарушать мир между вами? Заветы предков оставлять без внимания? Неужели можно так просто отказаться от вековой дружбы? – Вэй Кунчунь, вздохнув, сказал: - Если теперь семья Сяо станет Повелителем Серебряного города, разве это не будет доказательством вашей дружбы и родственного отношения друг к другу? Ради брата и друга, ради верной многолетней дружбы! Богатство и привилегии мимолётны, что мешает избавиться от них? Кажется, сегодняшние события запросто могли бы стать удивительной историей известной на весь мир!

- Слова брата Вэй справедливы, в прошлом семья Хан приносила клятву соблюдать заветы предков! К тому же несколько сотен лет оставалась верной ей! Ваше упорство и доброе имя – настоящий образец для подражания во всём мире! – Мо Сяо Яо со вздохом сказал: - Теперь семья Сяо займёт престол, и тоже даст торжественный уговор: во веки веков защищать и оберегать семью Хан, не вмешиваясь в чужие дела!

Оба человека думали одинаково и, основываясь на этих словах, хотели передать права на Серебряный город в чужие руки!

- Верно! Я могу подтвердить слова трёх Священных земель, заявить о своём согласии: с этого дня, я клянусь всегда оберегать дружбу с семьей Хан! Пока существует Серебряный город, потомки семьи Сяо не исчезнут, и из поколения в поколения неустанно будут соблюдать заветы предков! – в эту минуту Сяо Син Юн уже сиял от радости, несмотря на то, что он был очень собран. Увидев, как на его глазах осуществляется цель всей его жизни, он не смог скрыть радость на своём лице. Он хотел принести клятву, но был так взволнован этим, что почему-то проговорил ту же самую клятву, что была дана предками семьи Хан, только немного изменив пару слов: - Относительно событий последних лет – пусть они и произошли всего-то из-за крохотного пустяка, связанного с дочерью, премного виноват в этом! Мне действительно очень стыдно перед предками, и перед покойными отцами семьи Хан… Здесь и сейчас, я от всей души прошу извинения и могу поручиться, что подобной ситуации больше никогда не произойдёт!

Глава 711.1. Раз бунт, значит бунт! И что с того?

- Так и быть! Повелитель города Сяо просто выдающийся человек! Так быстро принял решение, он такой искренний! К тому же глубокий смысл клятвы очевиден, она останется вечно неизменной! Действительно, что называется, добрый и милосердный человек! – сказал Вэй Кунчунь со смехом, хлопая в ладоши. - Сегодня я могу стать свидетелем такого удивительного события! Поистине, это такая честь для меня…

- Закрой свой рот! – один из старейшин семьи Хан не смог унять свой гнев и уже просто не обращал внимания, какой человек находится перед ним! У всех присутствующих людей со стороны семьи Хан уже налились кровью глаза от распираемого гнева, к этому моменту все уже давно поняли, что люди из трёх Священных земель сговорились с семьей Сяо с целью помочь ей присвоить себе город Серебряной Метели!

Все присутствующие – бывалые люди, с большим жизненным опытом, как тут можно было не понять, что три Священные земли изначально прибыли сюда, чтобы сразиться с семьей Цзюнь и лесом Тянь Фа. Так как очевидно, что позиция семьи Хан склоняется на сторону семьи Цзюнь, то три Священные земли, не пожалев своих репутацией, решили пойти на крайние меры и неожиданно передать все полномочия семьи Хан семье Сяо! Сменить одну династию Серебряного города на другую!

Такие вещи издревле неизменны!

Совершить такое подлое дело и прикрыться милосердием и лучшими побуждениями в самом деле заставило людей из семьи Хан чуть не взорваться от гнева!

- Ты сказал мне закрыть свой рот? – Вэй Кунчунь слабо рассмеялся, глядя на старейшину, который сказал это. - Серьёзно говоришь, чтобы я закрыл свой рот? Ха-ха! А ты не пожалеешь о своих словах?

- Почтенный Вэй, не прогневайтесь, я хочу вам кое-что сказать, – Хан Чжань Мэн встал и гордо сказал.

- Что? Ты хочешь что-то мне сказать? У тебя есть что мне сказать? – Вэй Кунчунь искоса смотрел на него, слегка улыбнулся и спокойно сказал. - Неужели ты тоже не согласен с тем, что я сказал?

Во всём зале нависла напряжённая тишина.

- Три Священные земли являются главой Цзяньху, и это продолжается с незапамятных времен и по сей день! Семья Хан всегда уважала вас, и, хотя три Священные земли главенствуют в Цзяньху, они не могут управлять народом Серебряного города! Сегодняшнее дело касается только города Серебряной Метели! Я, как Повелитель города, считаю, что хотя и три Священные земли управляют Поднебесной, но они не могут вмешиваться в такие вещи, верно? – в глазах Хан Чжань Мэна горело пламя гнева, но, тем не менее, он смог умерить свой пыл и очень спокойно и решительно сказать. – Город Серебряной Метели всегда был обособленным городом, сохранял свою индивидуальность и никогда не подчинялся чьей-либо силе! Пусть это даже будут три Священные земли, несмотря на глубокое уважение к вам, мы всё-таки не ваши вассалы. И место Повелителя Серебряного города решительно не может из-за насильственного вмешательства извне просто перейти из рук в руки! Пожалуйста, старейшина Вэй, проявите снисхождение и попытайтесь донести это до старшего поколения! – Хан Чжань Мэн держался с достоинством, говоря это. На его лице было выражение скорбного негодования, но он не отступал от своего. Он прекрасно понимал, что перед ним мастер наивысшего уровня. Хотя он сам и не обладал выдающимся совершенствованием, но всё-таки тоже был мастером. Он осознавал, что мастеру перед ним только палец покажи, и он откусит тебе целую руку, но у него ни разу не дрогнул даже уголок глаза, когда он говорил это!

- Иначе говоря, я распинался здесь полдня, говорил всё это… А для тебя это брехня какая-то, как взять и воздух испортить? – лицо Вэй Кунчуня постепенно стало мрачнеть, и он добавил: - Так, по-твоему, Хан Чжань Мэн, да?

- Строго говоря, если взять и испортить воздух, то должен появиться неприятный запах и раздаться звук. Но, как говорится, своё не пахнет! Если придерживаться этой простой истины, нельзя прямо утверждать, что сказанное вами, старейшина Вэй, похоже на «взять и испортить воздух», – эти слова были сказаны не Хан Чжань Мэном, а звук издался откуда-то снаружи.

Услышав подобную фразу, все присутствующие были потрясены. Кто мог осмелиться так подшучивать над Почтенными мастерами из трёх Священных земель? Храбрости не занимать, кто мог предположить, что в Серебряном городе есть такой смельчак!

- Что за скотина это только что сказала? Ну-ка покажись и выйди сюда! – Вэй Кунчунь пришёл в ярость и резко повернулся кругом, глядя на входные двери. От его прежде доброго выражения лица не осталось и следа. Высший мастер был вдруг оскорблён каким-то ничтожеством, к тому же так некрасиво и возмутительно!

- Показаться? Я и покажусь, боялись мы таких! Я сижу прямо и не двигаюсь! Я за свою жизнь никого никогда не боялся! – главные двери тронного зала раскрылись, и показались двое старцев с проседью в усах и бороде, с головы до ног от них так и веяло гневом и яростью, они раскидывались ругательствами налево и направо. Оба они сидели на креслах-каталках, и их медленно закатили двое слуг.

- Восьмой и девятый старейшины? – до сих пор согнувшийся в поклоне Сяо Син Юн вдруг резко разогнулся, до крайности потрясённый появлением двух старейшин. Он закричал во всё горло, а потом и забыл, что хотел сказать. Он так испугался, что не мог и слова вымолвить…

Разве из-за этого они не должны были скрыться? Зачем появились здесь? Я просто обалдел, на какой они приперлись сюда?

- Да, ты прав. Твои братья прибыли, – восьмой старейшина сказал с улыбкой, и совершенно даже не казалось, что он выглядел как-то странно. С таким же тёплым и дружеским выражением лица рядом с ним сидел девятый старейшина. Это был блестящий выход на сцену двух старейшин, рассудок которых контролировал Цзюнь Мосе…

- Старейшины? Вы вернулись? А где Мэн? – Сюэ Шуанцин в спешке встала со своего места и спросила их. Она так долго не видела свою дочь, что уже не находила себе места.

- Мы вернулись первыми, а юная принцесса… Она ещё не вернулась, – девятый старейшина ответил строго, хоть и на удивление вежливо.

- Старейшины, что с вашими ногами? – взволнованный, Хан Чжань Мэн вдруг спросил: - Что случилось?

- Случилось много всего в этот раз! – восьмой старейшина печально вздохнул и неожиданно, глядя прямо в глаза Сяо Син Юню, сказал: - Брат, ты же глава семейства Сяо, с чего вдруг так церемонишься с этими людьми? Наша семья Сяо присягнула ни перед кем не преклонять свою голову и свои колени! Несмотря на то, кто бы это ни был, всегда и со всеми так. С чего вдруг ты низкопоклонничаешь здесь? Мать твою! Ты не в состоянии подняться, что ли?!

Глава 711.2. Раз бунт, значит бунт! И что с того?

Эти слова были сказаны с очень разгневанным видом! Этот восьмой старейшина вёл себя очень странно – не только на Почтенного мастера, но и на своего же близкого брата накричал без малейшего снисхождения! После того, как он сказал это, все люди, которые знали его раньше, выпучили глаза и раскрыли рот от шока!

Он совсем головой тронулся? Что он несёт?

- Восьмой брат, какую чушь ты несёшь? Эти люди – влиятельные фигуры трёх Священных земель, раз они такие уважаемые люди, поэтому я и отношусь к ним с любезностью и почтением! – Сяо Син Юн побледнел от страха и поспешил накричать на того в ответ. Он даже попытался высказать предупреждение: Этих людей опасно трогать, живо просите прощения за свои слова!

Из глаз Вэй Кунчуня уже распространялась ледяная злоба, он посмотрел на восьмого старейшину и медленно, проговаривая каждое слово, спросил:

- Только что, это ты меня оскорбил?

- Почтенный Вэй, прошу вас, умерьте свой гнев, – Сяо Син Юн с улыбающимся лицом поспешил принести свои извинения, а потом, повернувшись, закричал: - В чём дело? Вас столько времени не было, и что, в один миг вы все нормы приличия забыли? Живо принесите свои извинения почтенному Вэю!

- Брат, на это я никак не могу пойти! – невозмутимо сказал девятый старейшина: - Брат, мы, семья Сяо, всегда поступаем открыто и честно. Никогда не избегаем перепалки, если что-то не по-нашему! Зачем мне поджимать голову?

- Что ты имеешь в виду? – Хан Чжань Мэн и Сяо Син Юн одновременно спросили. В эту минуту у них, настроенных друг против друга, возникло одинаковое выражение на лице: недоумение.

- Брат, раз уж наша семья намерена бунтовать, надо напрямую взять и так и сказать! Да! Мы уже с давних пор ненавидим вашу сраную семью Хан! И что с того? – девятый старейшина вытянул свою шею, и с полным патетизма голосом сказал: - Наша семья хочет себе место Повелителя города и что с того? Мы вынашивали этот план более сорока лет, верно же? Неужели так трудно это сказать? Да, сейчас, с нашей огромной силой, вы что, продолжаете испытывать страх, что семья Хан сможет нам что-то сделать? В самом деле, я не могу избавиться от этой мысли! Вы серьёзно так считаете?!

Казалось, что этот старейшина вообще помешался, ругался и говорил грубо, прямо как уличный торговец!

- Да что за бред ты несёшь? Живо закрой свой рот! – громко закричал Сяо Син Юн, он уже не знал, что предпринять.

Как было нелегко заручиться поддержкой трёх Священных земель, благодаря этому дарованному небесами шансу – прибытием семьи Цзюнь с целью возмездия. У нас вот-вот получилось захватить трон Повелителя Серебряного города! В этом случае семья Сяо стала бы полноценным правителем Серебряного города! Никогда бы не подумал, что эти два болвана в такой ответственный момент появятся здесь и станут нести эту околесицу! Стало быть, мой план раскрылся…

Совсем некстати, что эти двое самые близкие мне люди, и ещё – люди, которым я доверял больше всего. Нет ничего, чего бы они не знали…

- Брат, в каком месте я говорю бред? Неужели мы давным-давно все вместе не договаривались об этом, ты не помнишь? Это главное дело нашей семьи Сяо на протяжении долгих лет, я не могу ошибаться в этом! – девятый старейшина с широко раскрытыми глазами громко закричал: - Больше сорока лет назад ты собрал нас с братьями вместе и сказал, что мы уже на протяжении долгого периода времени незаслуженно трудимся на благо Серебряного города в одиночку. С какой стати семья Хан должна управлять городом, а мы должны только подчиняться им? Пусть наши права и полномочия и велики, но какой в этом смысл, если в далёком прошлом наши предки собственными руками строили Серебряный город, и почему же сейчас главная только семья Хан? Мы должны обязательно вернуть себе силой Серебряный город! И перебить этих никчёмных Хан! Брат, эти слова ты лично сам сказал тогда!

Сяо Син Юн чуть в обморок не хлопнулся. Рот его искривился, глаза закатились и он, переполняемый гневом и яростью, закричал:

- Это полная чушь! Когда я говорил такое?

Все взгляды в зале устремились на него, полные презрения и недоверия.

- Брат, да что это такое с тобой? Настоящий мужчина всегда должен отвечать за свои поступки! Раз мы сделали так, нужно, не страшась, взять на себя ответственность! Что станет с Серебряным городом? Да пошли они к чёрту со своей семейкой Хан! Толпа слюнтяев, с чего мы должны бояться их? Перебить их чёртовой бабушке и все тут!! – девятый старейшина рассвирепел, его рот стал словно навозной ямой с ругательствами и бранью, он злобно продолжал: - Как-то в прошлом случился несчастный случай - в западных пограничных землях скончались два старейшины семьи Хан, разве не по нашей с тобой милости они тогда сгинули, а? Помнишь, да? А в течение последних лет семья Хан приходила в запустение и упадок, разве это не результат наших совместных усилий, а? Видеть тогда их предсмертное выражение лиц, мне до сих пор от этого весело! Ах, как же было весело!

Сяо Син Юн остолбенел, глядя на ещё совсем чёткие очертания двух братьев перед собой, он вдруг почувствовал, что у него всё кружится перед глазами. Он дотронулся рукой до лба, в один миг ему показалось, что это всё вокруг нереально…

- Так и было, да! Брат, тогда, в северном Синьцзяне, мы подсыпали им яд и заставили распрощаться с жизнью двух старейшин семьи Хан прямо посреди пустыни. В тот раз ты же сам придумал этот план, и даже сам орудовал мечом! Бах-бах-бах! Два удара мечом, две башки… Ты знатно насмешил меня тогда, ха-ха-ха! Ну да, мы так сделали, и что с того? Семья Хан, что, съест нас? Они же форменные идиоты, которые всегда остаются в неведении… – восьмой старейшина даже причмокивал губами от переполняемых его незабываемых впечатлений. Хвастаясь перед всеми этим событием, внезапно даже появилась Суань, и весь зал задрожал…

Сяо Син Юн лишь чувствовал, как всё перед его глазами расплывается, он с трудом держится на ногах, и, прикрывая рукой голову, он закричал:

- Вы двое болванов! Что за чушь вы, в конце концов, несёте? Вы оба не в себе? Вы спите? А? Вы, яйца протухшей черепахи! Засранцы, слышите вы? Чтоб вас, мать вашу!

- Брат, да что ты такое говоришь? Почему мы болваны-то? Мы – твои ближайшие помощники! Твои правые руки! К тому же наши родители не черепахи, отчего нам быть черепашьими яйцами? – восьмой старейшина, недоумевая, ответил.

Глава 712.1. Это самый лучший меч!

Девятый старейшина продолжал говорить бойко и уверенно, а потом вдруг восхищенно сказал:

- Даже на этот раз, мы: второй, пятый, третий, шестой, восьмой и я, девятый, старейшины, взяв с собой Сяо Хана, Му Сю Тонга и эту маленькую мерзавку, отправились в Тяньнань. Хотя, к несчастью, братьев второго и шестого старейшин постигла трагическая смерть, а мы вдвоём лишились ног, но худо-бедно вернулись живыми! Ха-ха! Эх, мужчины, что для них значит остаться без ног? Самое главное, чтобы «третья нога» была не короткой, и тогда тебя никто не будет считать инвалидом! Да, кому нужны эти обе ноги… Ха-ха, тьфу на них! И к тому же мы не только вернулись живыми, но и вы, старший брат, поработали лично, где-то под Снеговыми горами убили этих ублюдков, третьего и пятого старейшин. Говоря это, я просто не могу не восхищаться тобой, брат, ты такой дальновидный человек! Наконец-то всё было успешно закончено, старейшины, попавшие в засаду тридцать лет назад, эти отвратительные типы наконец-то сдохли! Ну, ещё и семь мечей впридачу, это было так весело, слов нет просто!

Только жаль, что не всех удалось прикончить. Му Сю Тонг и та маленькая мерзавка смогли убежать! – лицо восьмого старейшины исказило жестокостью и свирепостью, и он дальше продолжил говорить непристойности: - Но, как говорится, даже при всей осторожности внезапно может возникнуть промах! А то иначе бы… Уверен, брат, ты бы точно заинтересовался этой маленькой сучкой с нежной кожей… Это же не секрет… Я знаю, что в этом смысле, брат, ты ещё совсем не старый… И, к тому же, уже давно хотел побыть наедине с этой мелкой тварью… Ха-ха-ха-ха!

Хан Чжань Мэн и Сяо Син Юн едва не лопались от гнева, хоть и по разным причинам. Всё, что было сказано ранее, вызывало гнев и негодование, и потом превращалось в безумное неистовство…

Было сказано так много, и Хан Чжань Мэн, наконец, всё понял, он понял всё, о чём говорили эти старейшины!

Сяо Син Юн был крайне подавлен! Он был в полной растерянности и не знал, как ему поступить! И от этого ещё сильнее кипел от злости! Мне уже более ста лет, и я давно уже позабыл про все дела, связанные с женщинами! Хотя это следствие травмы, полученной далеко в прошлом, и об этом неизвестно никому, но ты тоже не должен порочить моё имя таким образом…

Да, что, в конце концов, здесь происходит? Почему родные братья предали меня? Да еще так основательно! Предали уверенно и смело! Но почему же?

- Сяо Син Юн, а ты хорош! Действительно, нечего сказать, хорош! Ха-ха… – Хан Чжань Мэн горестно рассмеялся и свирепым взглядом посмотрел на него. - Сорок лет! Ха-ха, ты строил свои планы сорок долгих лет… Серебряный город… Завладеть Серебряным городом…

Он, с полным скорби и негодования взглядом посмотрел вверх и, мрачно смеясь, сказал:

- Старейшины Сяо Юй, Чунь Фэн, Нин Ши, Цинчхэн… Третий старейшина, пятый старейшина… Ровно семь мечей! Все они были выдающимися людьми Серебряного города, представителями элиты… Сяо Син Юн! Ты… Ты, тебе уже более ста лет, а ты… У тебя ещё есть грязные мысли на счет Мэн!!! Ты… Да ты – не человек! Тебя убить мало! Даже своей смертью тебе не искупить совершённых злодеяний!

На последнем слове Повелитель города Хан собрал всю свою Суань воедино и, словно внезапный удар грома, оглушительно взревел! Снежная бахрома на потолке задрожала и посыпалась вниз, а тронный зал встряхнуло несколько раз.

Сяо Син Юн, дрожа от страха, попятился назад, полностью растерявшись. Взгляд его был беспомощным и растерянным, такая неожиданность полностью выходила за рамки всего, чего он только мог себе предположить, в особенности от того, что это случилось именно в тот момент, когда он был так счастлив и доволен исполнением своих заветных желаний. Словно из Рая он прямиком попал в Ад, поэтому он до сих пор ничего не сказал и никак не отреагировал, он был слишком шокирован…

Хан Чжань Мэн с налитыми кровью глазами, стиснув зубы, произнёс:

- Сяо Син Юн, может, у тебя ещё есть что сказать? Про все эти подлые и грязные делишки рассказали нам твои родные братья, или ты ещё посмеешь что-то возразить? Я, правда, не ожидал, что ты окажешься таким подлым и низким человеком… Ты просто зверь в человеческом обличии!

- Хан Чжань Мэн, не надо принимать всё это позёрство за чистую монету! Это не более чем односторонние аргументы, это неоправданная фальсификация фактов! – Сяо Син Юн со злобой посмотрел на младших братьев и сквозь зубы сказал: - Я всегда, всю свою жизнь вёл дела открыто и честно, с чистой совестью. Как я мог совершить такие подлые и бесстыжие вещи! Хан Чжань Мэн, а у тебя, в самом деле, хорошие приёмы, раз даже смог моих братьев подкупить! Не могу не восхищаться твоими приёмами… Но воспользовавшись такими гнусными и подлыми методами, разве ты не посрамишь небеса, не опозоришь своих предков? На такие низкие и подлые вещи, ты, действительно, способен! Восьмой старейшина, девятый старейшина, мы же с вами всё-таки кровные братья! А вы, ради какого-то постороннего человека, вот так беспричинно взяли и оклеветали меня, не побоявшись посрамить наших давно почивших родителей? Всех прародителей семьи Сяо? И даже наши крепкие братские чувства? Вы, двое, действительно разочаровали меня, растоптали мое сердце! Разве вы не можете сказать правду, сказать по совести и по чести? – Сяо Син Юн поистине заслуживал звания самого наглого и бесстыжего человека из всех поколений семьи Сяо. После неожиданного потрясения на его лице ещё не сменилось выражение, как он уже приступил к решительному ответному удару! Однако сила сказанных им слов была по-прежнему слабой, в них полностью отсутствовал какой-либо эффект убеждения и давления!

Все присутствующие здесь были бывалыми людьми и запросто могли отличить ложь от правды и наоборот, однако у подлого человека подлые приёмы. Если только сейчас восьмой и девятый старейшины откажутся от своих слов, это будет значить, что Хан Чжань Мэн подкупил их угрозами и деньгами, и тогда ситуация неизбежно полностью поменяется!

- Брат, что ты такое говоришь? Когда это мы предавали тебя? Как мы можем говорить не по совести и чести, как ты можешь такое говорить про нас? – красный как рак девятый старейшина закричал: - Тогда, много лет назад, ты нам торжественно заявил, что клянёшься собственной жизнью, что вернёшь право контроля Серебряным городом себе; ты даже сделал татуировку на своём теле, и мы тогда все поклялись на крови! Это документ с отпечатками пальцев как раз был у меня на сохранении. Имя, которое указано самым первым, случайно не твоё, брат?! Неужели такие вещи тоже можно просто взять и подделать? Я не понимаю тебя! Столько всего было рассказано и раскрыто, чего ты ещё боишься? Серебряный город уже наш почти на шестьдесят процентов, зачем продолжать морочить голову людям? Хан Чжань Мэн, какого хрена ты здесь кричишь на моего брата? Ты надеешься, что ещё в силах как-то исправить положение? Честно говоря, согласно данной нами клятве, захватив власть, мы собирались перерезать поголовно всю вашу жалкую семейку! Так что ты, сукин сын, просто молча жди своей смерти!

Не успев договорить фразу до конца, девятый старейшина вытащил из-за пазухи кусок белой ткани и быстро развернул его, кровавые отпечатки пальцев уже превратились в чёрные, как смоль, кровавые подписи. На самом верху торжественно красовалось имя «Сяо Син Юн»!

Сяо Син Юн был в жуткой ярости, у него больше не осталось аргументов в свою защиту. Потеряв всякое терпение, он изо всех сил ринулся вперёд, выхватил этот кусок ткани и смял его в своей руке, весь красный от злости. Он просто озверел, и в одно мгновение, поднял руку и замахнулся на девятого старейшину, своего родного брата!

Сила его удара была существенной: стремительная, как вспышка молнии, и быстрая, как раскат грома!

Хотя Сяо Син Юн был крайне разгневан, однако он не рассчитывал, что силы его удара будет достаточно, чтобы обречь на гибель собственного брата. Хотя мощность этого удара была довольно свирепой, учитывая состояние его Суань, пусть оно и было похуже, чем у брата, но девятый старейшина всё равно бы смог выдержать её, ему нужно было всего-то передвинуть своё кресло-каталку, и он бы смог уклониться от удара!

Но результат удара превзошёл все предположения Сяо Син Юня и всех присутствующих, потому что все заметили, что в этом ударе ладонью не было намерения убийства!

Сяо Син Юн был полностью ошеломлён увиденным!

Девятый старейшина даже не изменился в лице перед столкновением с этим фатальным ударом. Он просто без какой-либо спешки, медленно, с взглядом полным готовности, принял обрушенный на него удар, совершенно не сопротивляясь и не уклоняясь. Просто и с улыбкой в глазах он ждал своей смерти, будто жертвуя собой ради правого дела…

Раздался звук удара, и его мозги разбрызгались по всему залу! Красно-белое месиво окрасило пол!

Голова девятого старейшины в одно мгновение превратилась в кровавую кашу, его тело медленно выскользнуло из кресла, упало на пол и больше не шелохнулось.

Сяо Син Юн, Хан Чжань Мэн и все остальные присутствующие застыли от удивления. Даже Мо Сяо Яо, Вэй Кунчунь и другие мастера были потрясены увиденным!

Сердце Хан Чжань Мэна, после того как он узнал, что третий старейшина и остальные были убиты, одолевала тяжкая скорбь! Но после того как он узнал, что его горячо любимая дочь и Му Сю Тонг целы и невредимы, он немного упокоился. Глядя, как старейшины из семьи Сяо совершенно необъяснимо каким образом появились и начали ругаться с Сяо Син Юнем, ему стало намного лучше!

Хотя он не понимал, почему всё произошло таким образом, ему было очень даже по душе всё это!

Он с безразличием наблюдал за братской грызнёй.

И не у него одного возникли такие чувства. Все присутствующие чувствовали подобное, глядя на то, как девятый старейшина демонстративно завязал спор с Сяо Син Юнем, никто и не думал, что это всё может закончиться кровопролитием. Разумеется, у него был путь к отступлению, но никто и подумать не мог, что он может умереть от одного удара ладонью!

Глава 712.2. Это самый лучший меч!

Увидев это, у всех людей глаза на лоб вылезли от удивления!

- Девятый старейшина! – воскликнул Сяо Син Юн. Он, шатаясь, попятился назад, уставившись во все глаза на сотворённое им. Он смотрел на свою раскрытую ладонь, она была испачкана красным и белым, это были кровь и мозги его родного брата!

Родного брата, кровного брата! Они были всегда рядом и полагались друг на друга всю свою жизнь, а сейчас его родной брат умер от его же рук! Лицо Сяо Син Юня стало мертвенно-бледным, сердце билось быстро-быстро, он дрожал всем телом, до сих пор не в состоянии поверить в случившееся…

- Сяо Син Юн! Ты с ума сошёл? Ты вдруг убил девятого старейшину! Разве он сказал неправду? Зачем нам прикидываться? Пусть даже этот кусок белой ткани можно подделать, но татуировку на твоём теле как мы могли бы подделать? Из-за правдивых слов ты решил прибегнуть к своему секретному приёму?! – внезапно закричал восьмой старейшина. Оттолкнувшись обеими руками, он спрыгнул с кресла: - Я тоже не собираюсь жить дальше! Я рискну своей жизнью ради тебя! Я понял, ты теперь думаешь, что мы – просто инвалиды и уже совершенно бесполезны для твоих дел! Кто мог подумать, что ради сохранения тайны ты осмелишься убить родного брата! Раз уж ты убил девятого брата, так теперь убей и меня! Давай, убей меня! Сяо Син Юн, если ты не убьёшь меня сегодня, ты будешь настоящим ублюдком!

Восьмой старейшина кинулся вперёд, как безумный тигр. Сяо Син Юн, по-прежнему находившийся в растерянности, увернулся от него. Всё ещё толком не придя в себя, он выставил свою руку против него, и она совершенно непонятным образом ударила прямо по руке ниже плеча восьмого старейшину. И именно в то мгновение, когда их руки соприкоснулись, случилось ещё более странное и непонятное явление – высокая, как горная вершина, концентрация Суань восьмого старейшины куда-то совершенно бесследно исчезла. Сколько силы было в этом ударе Сяо Син Юня? Самое большое – это половина от всего объема его Суань или и то меньше…

Однако этой ничтожной силы хватило, чтобы сломать кисть восьмого старейшины, мастеру Суань Духа. Раздался треск, кости в его руке действительно треснули, а затем раздался более глухой треск – давление сломанной руки восьмого старейшины отдалось прямо в его теменную кость, и его череп просто разбился вдребезги!

Тело восьмого старейшины взлетело в воздух, раздался протяжный стон, а потом оно кубарем упало на пол, дёргаясь в конвульсиях…

Сяо Син Юн надрывно закричал, не в силах поверить в происходящее. Он застыл в оцепенении на месте…

Этот старик наконец-то сполна ответил за все свои коварные деяния!

И цена, которую он заплатил, была настолько высокой и ужасной, что никто бы другой в этом мире не смог бы её стерпеть: он своими собственными руками убил своих родных братьев! К тому же наиболее безжалостным и жестоким способом: размозжив ладонью их головы!

Прежде торжественная атмосфера, наполнявшая тронный зал, в мгновение исчезла, весь зал наполнил резкий запах крови.

Все люди потрясенно смотрели на Сяо Син Юня. Никто и подумать не мог, что он настолько бесчеловечный, чтобы просто взять и убить своих родных братьев!

Все присутствующие здесь, в прямом смысле этого слова бывалые люди, много чего повидавшие за свою жизнь. Можно сказать, что за свои жизни они привыкли встречать плохих людей и разных негодяев, однако настолько жестокого, бесчеловечного и бессердечного человека, как Сяо Син Юн, никто из них ещё не встречал и даже слыхом не слыхал!

Сяо Син Юн с совершенно растерянным взглядом поднял голову. Увидев, с каким презрением и ненавистью все смотрят на него, он закричал:

- Это не я убил… Это был не я! Восьмой старейшина, девятый старейшина, вставайте! Живо поднимайтесь, у вашего брата бы не хватило силы сделать так…

- К чему это представление? Они уже мертвы! Они мертвы от твоих рук! Какого ещё чёрта ты прикидываешься и рыдаешь тут? Для кого ты стараешься? Кому ты здесь хочешь показать свои глубокие братские чувства? Тьфу! – один из старейшин семьи Хан с презрением закричал: - Я, правда, не видел подобного тебе человека! Убить собственными руками родных братьев, а потом ещё иметь совесть плакать и убиваться! Говоришь, что у тебя мало силы? Это к счастью! Если бы ты постарался, то, наверное, все бы присутствующие в этом зале, полегли от твоей руки, да? Иди дурачь кого-нибудь другого, слышишь?

Не говоря уже о том, что все люди из семьи Хан с презрением смотрели на Сяо Син Юн, но даже и сердца людей семьи Сяо ёкнули от ужаса. Восьмой, девятый старейшины и уже давно почивший Сяо Бу Ю – все они приходились родными и двоюродными братьями друг другу, близкими и доверенными людьми Сяо Син Юня, иначе как бы это клятвенное соглашение кровью могло оказаться на сохранении у девятого старейшины? Кто мог подумать, что Сяо Син Юн одной и той же рукой убьёт этих двоих, не говоря уже о третьем…

Но Сяо Син Юн ничего не слышал. Он просто сидел на полу, обхватив мёртвые тела двух младших братьев, качался из стороны в сторону и горько рыдал… Если бы они были кем-то посторонним, хотя он бы горевал или был бы возмущён и зол, но наверняка дело бы не дошло до полной потери контроля над собой… Но их убил не кто-то другой, а он сам, своими собственными руками, к тому же совершенно ненамеренно! Столкнувшись с настолько суровой реальностью, Сяо Син Юн потерял полный контроль над собой, он был полностью разбит!

Это все злодейские приёмы Цзюнь Мосе! Семья Сяо столько всего сделала семье Цзюнь, разве если просто убить их, можно успокоиться? Сейчас Цзюнь Мосе скрывался в тронном зале, спокойно наблюдая за разворачивающимся представлением! Его сердце безмерно радовалось, глядя на борьбу между родными братьями.

Сяо Син Юн, ты сознательно шёл на преступление. Я же не стану просто убивать тебя… Сегодня ты лично убил своих собственных братьев! Давай, посмотрим, что ты будешь чувствовать, старый ублюдок! Весело, не правда, ли?

- Эй, кто-нибудь, возьмите под стражу Сяо Син Юня! – воскликнул Хан Чжань Мэн, и несколько старейшин из семьи Хан откликнулись и вышли из толпы, направляясь прямо к нему.

Мо Сяо Яо нахмурился. Произошедшее казалось ему очень странным, и он, не сдержавшись, сказал:

- Не спешите, подождите минутку!

Хан Чжань Мэн резко развернулся, спокойно посмотрел на Мо Сяо Яо и серьёзно сказал:

- Почтенный Мо, неужели даже сейчас вы продолжите хлопотать за этого гнусного и подлого человека? Или просто хотите взглянуть на клятвенную татуировку на его теле? Старшее поколение в самом деле не боится, что репутации трёх Священных земель, сложившаяся на протяжении долгих сотен лет, может развалиться в одно мгновение?

Говоря это, Хан Чжань Мэн нисколько не ошибался.

После появления старейшин, коварный замысел Сяо Син Юня был полностью раскрыт. Подлые бунтовские замашки этого человека обнажились у всех на глазах! Это было яснее ясного, все обратили на это внимание!

Если после этого всего три Священные земли продолжат покрывать этого человека и бороться за трон Повелителя Серебряного города – это будет полная бессмыслица. Если появятся слухи об этом, хорошая репутация трёх Священных земель будет полностью разрушена!

Поэтому случившееся уже полностью лишило семью Сяо малейшей возможности захватить трон!

Мо Сяо Яо, Вэй Кунчуню и остальным мастерам только и оставалось, что про себя ругать семью Сяо за их никудышность и никчёмность, кроме этого они ничего не могли сделать!

Этот факт, несомненно, безжалостно ударил по лицу Мо Сяо Яо и остальных! Ещё так звонко и громко!

Что называется, прямой удар по лицу. Ничего не может превзойти подобное!

Сейчас не говоря уже о достижении желаний семьи Сяо… Если бы это было возможно, Мо Сяо Яо сейчас бы сам лично передушил всех членов семьи Сяо! Твою ж мать! Как можно было так потерять лицо! И, к тому же, совершенно не было способа выместить свою злобу! Это, серьёзно, так возмутительно, это просто трудно вот так стерпеть!

- Отнюдь! Как я могу помогать таким подлым и низким людям! Таких бесстыжих людей мы, три Священные земли, ненавидим до глубины души! А когда встречаем таких людей, очень быстро с ними расправляемся! Истинное значение человека и человечности как раз порочится именно такими подонками! Я тоже едва не был обманут им! – Мо Сяо Яо фыркнул, его лицо помрачнело. Он действительно был не на шутку рассержен и ещё до сих пор не пришёл в себя…

- Однако случившееся сейчас, тем не менее выглядит очень странным и подозрительным! Поэтому я хочу посоветовать вам немного разобраться в этом деле! К тому же, если даже все злодеяния семьи Сяо достоверны, сейчас сильный враг стоит у наших ворот. В самом деле, не совсем подходящее время для того, чтобы разбираться в этом! Как Почтенный мастер, я советую вам ненадолго отложить разбирательство этого вопроса и заняться более важными делами, а потом снова вернуться к этому! Если в это время они погибнут от рук семьи Цзюнь, стало быть, они в последний раз доказали верность Повелителю Хан. Повелитель Хан, вы против? – грубо и мрачно продолжил Мо Сяо Яо. Вены на его лбу непрерывно пульсировали, очевидно было, что он разгневался до крайности. Ещё чуть-чуть – и он сам накинется на людей! Терпение Мо Сяо Яо было уже на пределе.

Отталкиваясь от его слов, семья Хан снова должна была оказать сопротивление семье Цзюнь. Это полностью соответствовало начальным намерениям трёх Священных земель!

Глава 712.3. Это самый лучший меч!

- Хорошо. Старшее поколение трёх Священных земель не будет вмешиваться во внутренние дела Серебряного города. Младшее поколение, разумеется, прислушается к вашим инструкциям, – соглашаясь, сказал Хань Чжань Мэн.

Разумеется, он не дурак. Если он будет сейчас настаивать на скором разбирательстве с семьей Сяо, тоже может оказаться, что он непреднамеренно станет врагом семьи Цзюнь и, тем самым, тут же рассердит почтенного Мо Сяо Яо! Сейчас определённо нельзя пойти на такое, к тому же, что касается конфликта с семьей Сяо, момент высшего подъёма уже миновал, и уверен, что уже не возникнет нового опасного момента.

- В скором времени уже начнутся боевые действия! Семью Сяо следует поставить как раз в головной отряд! Чтобы все эти скоты передохли! – Вэй Кунчунь процедил сквозь зубы. Прежде для него «герои и люди слова и чести» в одну минуту превратились в скотское стадо.

Его лицо до сих пор было красным, ещё совсем недавно он, как суровый моралист и опора нравственности, спорил за то, чтобы семья Сяо получила своё «законное место», а сейчас, спустя несколько мгновений по прошествии последних событий, вспоминая свои слова, он сам себе казался настоящим клоуном! Он с трудом мог унять гнев в своем сердце!

- Так… тоже неплохо, – Хан Чжань Мэн кивнул головой. Он хотел что-то сказать, но промолчал и потом, прощупывая почву, сказал: - Сейчас семья Сяо уже подверглась казни. Их заговор раскрыт. Можно сказать, что сейчас у Серебряного города нет противоречий с семьёй Цзюнь… Тогда, не лучше бы было прекратить эту войну? Сберечь свои силы и людей, разве так будет не лучше?

- Что за вздор!

- Бред наяву!

- Пустые фантазии!

Три Почтенных одновременно гневно закричали!

- Ты думаешь, что мы решили принять участие в этой войне ради семьи Сяо? Кто такие эти ничтожные Сяо? Разве стоят они того, чтобы три Священные земли сражались за них? – Мо Сяо Яо холодно взглянул на Хан Чжань Мэна и мрачно сказал: - Ты, наверное, хочешь, чтобы с семьёй Хан случилось же такое что и с семьей Сяо?

Хан Чжань Мэн чувствовал, как в его сердце разгорается огромное пламя гнева!

Пусть вы влиятельные фигуры трёх Священных земель, но здесь всё-таки Серебряный город! Разве непременно нужно вести себя так властно и пренебрежительно?

Его лицо покраснело от злости, он с трудом переводил дыхание.

Сюэ Шуанцин обеспокоенно положила свою руку на плечо мужа и тихо сказала:

- Раз старшее поколение трёх Священных земель так сказало, значит, распоряжаться всем как раз и должно старшее поколение. К тому же… Если говорить о начале войны, наши силы ничтожно малы. Боюсь, мы будем не в состоянии помочь… Поэтому всё зависит от вас, господа старшее поколение. Мы с моим супругом премного благодарны вам, господа, за вашу доброту и готовность оказать нам содействие.

Обращаясь к Мо Сяо Яо, она выказала свою учтивость и вежливость. Этих лаконичных слов было вполне достаточно, чтобы придать как можно больше значимости трём Священным землям, польстить им, тем самым одним лёгким движением добиться пользы и выгоды для себя.

Мо Сяо Яо некоторое время пристально смотрел на неё, а потом, расхохотавшись, сказал:

- Именно так, госпожа Хан! Такая утончённая, проницательная и сообразительная натура, я просто восхищён вами!

Госпожа Хан, улыбаясь, сказала:

- Ну что вы! Мощь и сила старшего поколения затмевает всех своих современников, я покорнейше вам желаю успешного начала, с ходу добиться полной победы!

В это время люди семьи Хан уже взяли под свой контроль всех людей семьи Сяо. После того, как они потеряли поддержку трёх Священных земель, члены семьи Сяо в один миг стали скромными и уступчивыми. Без поддержки трёх Священных земель, если бы они действовали все вместе, под началом Сяо Син Юня, ещё можно было бы сразиться с семьёй Хан и даже выиграть.

Однако сейчас Сяо Син Юнь окончательно раздавлен, чувства и мысли членов семьи Сяо разбрелись в разных направлениях, три Священные земли страшно обижены на них, что даже ополчились против них! Если с трудом и попытаться выступить против них, то в финале их ждёт немедленное уничтожение!

Абсолютно нет никакого шанса на счастливый исход! Наоборот, если ничего не предпринимать, может, и появится луч надежды. Из-за соблюдения заветов предков, семья Хан не может беспощадно уничтожить Сяо, во всяком случае, можно бороться за выживание… Пусть даже отказаться от Суань – всё лучше, чем быть убитыми.

Сейчас все молились, чтобы силы семьи Цзюнь оказались не такими большими.

В таком случае, раз уж мы выступаем в головном отряде, воспользовавшись суматохой, можно будет сбежать… Тогда ещё есть надежда.

- Идите все отдыхать и набираться сил, завтра рано утром мы сразимся с лесом Тянь Фа, обезглавим Цзюнь Мосе и уничтожим Мэй Сюэ Янь! – Вэй Кунчунь, крайне рассерженный, окинул взглядом всех вокруг и суровым тоном сказал.

Именно в этот момент неожиданно снова произошло удивительное явление!

- Какой самодовольный тон! Не боишься без языка остаться? – вслед за этой холодной фразой, встревожив воздух, сверкнуло подобное изумрудным водам глубокой осени лезвие меча!

Как внезапный удар молнии, как метеор!

Меч только сверкнул и уже столкнулся прямо с грудью Вэй Кунчуня!

Но после появившегося блеска меча не обнаружилось никакого силуэта или тени, словно этот меч бросился в атаку сам по себе!

Острое лезвие этого меча озарило усы и волосы Вэй Кунчуня!

Это, несомненно, была атака из засады!

В этом ударе заключена наивысшая точка искусства фехтования в гармонии с наивысшей жаждой убийства!

Но самое странное было то, что это неожиданное нападение вызвало у всей толпы ощущение присутствия духа великого и блестящего совершенного правителя!

Он был подобен многочисленной армии, отчаянно сражающейся в данный момент, лошадиному ржанию, воинскому знамени, ослепительному и свирепому!

Этот меч принадлежал великому и выдающемуся человеку!

Этот меч был и мужественным, и дерзким, и вольным, и одиноким, и даже высокомерным и заносчивым!

Возникало до крайности противоречивое ощущение, он был удивительным и совершенным! В мгновение, когда появился этот меч, воцарилась абсолютная тишина, словно это меч вековечный!

Эта гармония и строгий порядок заставили людей чувствовать себя спокойно и мирно!

Даже мастер такого уровня, как Мо Сяо Яо, только увидев его, задрожал от страха, а потом, восхищаясь про себя, сказал:

«Этот меч не может принадлежать обычному человеку!

Этот меч может принадлежать только настоящему гению, по велению неба! Потрясающе красивый меч!»

Задумавшись об этом, Мо Сяо Яо забыл об одном очень важном факте: Вэй Кунчунь в опасности!

Такой непостижимый и удивительный меч… Мо Сяо Яо даже сам не был уверен, что сможет отразить удар. Пожалуй, по меньшей мере, можно было получить ранение!

Это ниспосланный с небес меч прилетел, естественно, от Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе, используя «шехунь», уничтожил разум восьмого и девятого старейшин, а затем внедрил в их подсознание выгодные для себя мысли. В итоге всё завершилось успехом, и три священные земли и семья Сяо распрощались со своими радужными надеждами. Глядя на то, как Сяо Син Юн потерял присутствие духа и выглядит как ходячий мертвец, а три Священные земли находятся в затруднительном положении, словно голова у них застряла между ног, на его сердце стало так радостно, что даже вредоносная Ци начала выходить из его души!

Но пустить в ход этот меч не было его заранее обдуманным решением!

Цзюнь Мосе заметил, что Вэй Кунчунь уже долгое время выглядит недовольным!

С первого взгляда Цзюнь Мосе очень заинтересовался этим Почтенным!

Глядя на его хвастливое лицо и с манерами считать себя пупом земли, он сразу «понравился» Цзюнь Мосе!

В особенности то, как он с виду кажется верхом добродетели, а в то время, когда он говорит бесстыжие вещи, лицо его светится справедливостью и правотой – это ещё более взбесило Цзюнь Мосе.

Ах ты, деловая курица! Лови меч от Мосе, сучара!

После того, как Цзюнь Мосе выполнил все свои «режиссёрские» обязанности в драме о семейке Сяо, он, нисколько не медля, метнул этот поразительный меч!

Эти мечом Цзюнь Мосе решил убить Почтенного матера четвёртого ранга!!

После того как этот меч извлечён из ножен, клятвенно заверено, он не вернется обратно, пока не добьётся крови!

Кровь Яньди и Хуанди! Широко растекайся во все стороны! Это настоящий Меч Верховного Мастера!

Рано или поздно эти двое столкнутся в бою. Не сегодня, так завтра! Разве это не прекрасная возможность – разрешить всё сейчас? Тем самым можно избавить себя от ненужного риска!

После прорыва Цзюнь Мосе ещё не брал в свои руки меч; однако битва с Почтенным мастером четвёртого уровня будет очень кстати! Почти наверняка, это будет просто захватывающе!

Более того, самому Цзюнь Се – лучшему наёмнику всех времён – уже не терпелось показать себя в бою! Столкнувшись с таким противником, просто настоящим уродом, будет несправедливо не обнажить против него свой меч! Будет очень стыдно перед всеми людьми и перед самой землёй!

Таким образом Цзюнь Мосе лишь хотел вершить справедливость во имя людей и мира на земле! Всё это ради государства и его процветания, никакой личной выгоды!

Он поклялся перерезать всех этих ублюдков! Поклялся вернуть спокойствие и мир людям!

Сегодня меч старшего брата станет спасителем!

Этот меч, подобно небесам, заберёт душу у Почтенного Вэй Кунчуня!

Почтенные – тоже такие же люди и также боятся смерти. В особенности её боятся самые опытные и уважаемые всеми мастера!

Ведь после смерти все закончится. Вместе с ними исчезнет их былая слава, а их история превратится в пыль!

Глава 713. Меч, разрывающий сердца!

С таким грозным мечом даже Почтенному мастеру четвёртого уровня Вэй Кунчуню будет тяжело справиться! Сфера действия этого оружия неширока, можно сказать, даже очень узка – его целью является всего одна точка - сердце противника!

И здесь неважно местоположение или что-либо ещё, самое главное – что все присутствующие мастера обладают невероятными способностями, их сила слишком огромна!

Именно поэтому цель удара небольшая, а сила относительно сконцентрированная, в случае попадания противника уже ничего не спасёт!

Всё произошло слишком внезапно, у Вэй Кунчуня даже не было возможности скрыться! Теперь остаётся лишь закрыть глаза и ждать своей смерти!

Однако Вэй Кунчуня по правде можно считать сильнейшим мастером современности, у него всегда имелись свои средства на случай непредвиденных обстоятельств. Но в этот момент он лишь громко закричал, а затем глубоко вздохнул. Его тело будто внезапно опустело!

Если быть точнее, в том месте, где находилось его сердце, образовалась пустота!

Это было крайне удивительно!

Казалось, что тело Вэй Кунчуня разорвало на части, а сердце из его груди вдруг необъяснимо исчезло. Теперь каждый мог отчётливо увидеть, что находилось в теле Вэй Кунчуня позади его сердца!

В этот момент лицо Мо Сяо Яо побледнело, как лист бумаги!

Эта техника, безусловно, может спасти жизнь, однако в то же время она отбирает много сил и вредит его собственному телу! Переместить свое сердце и прилегающие к нему мышцы, а также вывернуть все кости и кожу, чтобы образовать пустое пространство – легко ли вообще такое сотворить?

И, хотя Вэй Кунчунь успешно завершил свой боевой трюк, однако раньше ему не приходилось использовать такое. Он даже не верил в то, что найдётся противник, способный заставить его применить столь сложную технику!

Но сегодня ему пришлось пойти на крайние меры, в противном случае он просто умрёт!

Повредить своё тело собственными руками или же сгинуть на поле боя? Думаю, выбор очевиден!

Вэй Кунчунь был вне себя от злости, однако в данной ситуации старался быть осмотрительнее!

Он хорошенько подготовился ко всему: нужно лишь уклоняться от ударов меча и одновременно пытаться контратаковать противника даже при увеличении внутренних повреждений тела. Этот засранец не уйдет отсюда живым!

Этот мастер действительно не на шутку озлоблен... Пугающее зрелище! Имея такого врага, страшно будет не только спать, но даже и есть!

Мо Сяо Яо, наконец, вздохнул с облегчением, оправился от шока и сразу же поднялся с места. Он встал позади Вэй Кунчуня, его руки тут же наполнились силой Суань, чтобы в любой момент дать отпор!

Им, несомненно, кто-то управляет!

Во-первых, если он находится в руках человека, то скорость удара не будет слишком быстрой, а во-вторых, сама атака прямолинейна, нет никаких лишних движений, а цель атаки предельно проста – сердце Вэй Кунчуня!

И хотя техника Вэй Кунчуня неизбежно наносит огромный ущерб его телу, однако таким образом он сможет уклониться от смертоносной атаки меча!

Окинув этот меч одним только взглядом, можно с уверенностью сказать, что он является оружием богов!

Если такое сокровище попало в руки к обычному человеку, то это просто кошмар!

В таком случае, кто бы ни захватил этот меч, станет его новым хозяином!

Поэтому Мо Сяо Яо решил нагло воспользоваться такой возможностью!

Нужно лишь подгадать момент!

Подобно дракону, этот меч взлетел над телом Вэй Кучуня и пронзил так, что даже острие виднелось из его спины!

Мо Сяояо тут же протянул руки, чтобы схватить его!

Он был уверен, что меч уже в его руках!

Но в этот момент случилось «чудо» – меч вдруг замер на месте! Острие по-прежнему виднелось из спины Вэй Кунчуня, а само лезвие находилось в его груди!

Вэй Кунчунь испугался и не мог поверить своим глазам. Вдруг раздался звук «Ба-бах!» и фиолетово-чёрный поток воздуха разлетелся повсюду. Казалось, будто в грудной клетке Вэй Кунчуня сдетонировала бомба!

Серия странных событий заставила всех присутствующих напрячься, всё было слишком неожиданно! Вэй Кунчунь действительно заслуживает звание сильнейшего мастера, ведь он смог использовать такую хитрую технику, чтобы избежать атаки меча! Если бы на его месте оказался кто-то другой, он бы уже давно был мёртв… Однако что-то всё же пошло не так…

Мощный пурпурно-чёрный поток воздуха внезапно взорвался и яростно переполнил тело Вэй Кунчуня! Его как будто ударило молнией, он весь задрожал, а на его красивом лице появилось выражение отчаяния и безнадёжности!

Такую опасную технику самосохранения нужно использовать лишь в самом крайнем случае! Используя её, Вэй Кунчунь потратил очень много силы Суань, а его тело просто вмиг обессилело!

И в этот момент произошло кое-что странное!

Длинный меч вышел из груди Вэй Кунчуня примерно на три фута, и из пустоты появился силуэт человека в белой маске. Он был похож на призрака, его ноги даже не касались земли!

За маской виднелась пара глаз, что безжалостно и хладнокровно смотрели на Вэй Кунчуня. Затем этот человек сурово сказал:

- Вэй Кунчунь! С тобой покончено!

Вэй Кунчунь что-то прорычал, будто умирающий зверь. В тот момент, когда меч покинул его тело, необыкновенное отверстие в его груди исчезло, а тело приняло первоначальный вид. Никаких видимых ранений не проявилось, и все присутствующие уже засомневались в сказанном, как вдруг в теле Вэй Кунчуня что-то разорвалось.

В эту минуту на его теле стали проявляться бесчисленные количества пятен крови, пропитывая белую ткань одежды, словно моросящий весенний дождь. Тело Вэй Кунчуня было залито кровью уже наполовину!

Вэй Кунчунь продолжал твёрдо стоять на месте, суровым взглядом он окинул человека в белой маске и спокойно сказал:

- Великий убийца? Чу Цихун?

Его голос был удивительно невозмутим, никаких колебаний или вспышек гнева, печали, отчаяния!

Тон голоса был спокойнее, чем когда-либо!

Его спокойствие было под стать Почтенному мудрецу, который может прорваться сквозь жизнь и смерть!

Этот Почтенный, даже находясь на грани жизни и смерти, показал свои манеры непревзойдённого мастера!

Человек в белой маске – вовсе не Великий убийца, Чу Цихун, это молодой мастер Цзюнь Мосе!

Такое спокойствие в глазах Вэй Кунчуня вызвало в Цзюне Мосе странные чувства. И хотя этот человек его враг, и он испытывает к нему ненависть и отвращение, но его отношение к смерти достойно уважения!

Уважать своего врага и ненавидеть его! Это не противоречиво, нисколько не противоречиво!

Цзюнь Мосе ответил тем же спокойным, тихим голосом:

- Великий убийца? Нет! Я – Король мира убийц! Несравненный и единственный король! – он, ненадолго замолчав, сделал пару шагов, а затем продолжил: - Сегодня я пришёл сюда, чтобы показать вам, что такое настоящий Король убийц, чтобы вы смогли ощутить вкус дьявола!

Хотя его голос был наполнен спокойствием и рассудительностью, однако изнутри всё же просачивалась дикость и необузданность! Говорил он монотонно, но все присутствующие от его слов смогли ясно почувствовать одно: этот человек смотрит на всех свысока и говорит со всеми как со своими подчинёнными!

Издревле!

Лишь я один!

И только небеса могут со мной сравниться!

- Должен признать, недурно! Вы действительно Король сегодняшнего мира убийц! – Вэй Кунчунь улыбнулся. Сам он был таким спокойным и элегантным, совсем не похожим на серьёзно раненого человека.

Вэй Кунчунь медленно добавил:

- Крошечный Великий мастер не смог бы со мной справиться, это точно. Чу Цихун, скорость твоего совершенствования впечатляет! Такой огромный прогресс! Тебе уже не подходит звание великого убийцы, думаю, теперь стоит называть тебя Почтенный убийца!

Он не обращал внимание на слова Цзюнь Мосе и продолжал твердить своё, называя его Чу Цихуном!

Цзюнь Мосе просто офигел…

Ну ёб твою мать, что за хамло, а…

Глава 714. Наглая клевета!

- Неудивительно, что три Священные земли и до этого много раз подавляли тебя. Рано или поздно это должно было закончиться твоим поражением! Если бы не было подобной культивации, то ничего бы не вышло! – Вэй Кунчунь рассмеялся. - С тех пор как я пришёл в Серебряный город, я был насторожен, ожидая твоего появления! Я был уверен, что ты придёшь! И ты меня не разочаровал. Однако я разочаровался сам в себе, мне казалось, что я тебя переоцениваю, но нас самом деле я тебя недооценил. Правильно говорят: лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать. И вот я встретился с тобой, знаменитым королём убийств. Не зря про тебя такое говорят, ты достоин этого звания!

Он непринуждённо посмеивался. Опустив голову, он осмотрел свою грудь, затем снова поднял голову и произнёс:

- Даже если бы мои опасения по поводу тебя были бы ещё сильнее, я бы все равно не отразил твой, отнимающий жизни, меч! Какой же великолепный это меч! Замечательный меч!

Цзюнь Мосе был подавлен.

Ты, больной на всю башку сукин сын! Я только что очень чётко произнес:

- Я «не величайший убийца», ты вообще понимаешь человеческую речь? Даже перед самой своей смертью, ты всё ещё пытаешься стоять на своем, всё ещё болтаешь чепуху! Продолжай, продолжай, скоро нарвёшься!

Я же стою прямо возле тебя! В конце концов, что за хренотень ты порешь?!

Но Цзюнь Мосе не понимал, что, помимо него, был подавлен также и ещё один человек. И даже ещё сильнее, чем он, так, что из уголков его рта шла кровь.

И этот человек сидел сейчас в главном зале на вершине, наблюдал за происходящим. При виде знаменитого меча Цзюнь Мосе, он еле сдержался от похлопывания в ладоши и восторженного возгласа. Но после слов, произнесенных Вэй Кунчином, он наполнился такой печалью, что его чуть не вырвало кровью! Он практически перестал дышать!

Я потерял всякое терпение!

Вы, мерзкие твари трёх Священных земель, очернили мое имя, так удачно скрыв истинные факты! Вы сами понапридумывали всякой херни, притянули за уши и свалили всё на меня…

И в этот раз вы смотрите мне прямо в лицо, вы осмеливаетесь сваливать всё на меня… Где грёбаная справедливость в нашем мире?!

Человек им прямо говорит, что он – не величайший убийца… Нет же, вы продолжаете притягивать всё за уши, лишь бы очернить его… Что за хуйню вы несёте?!

И кроме человека, находящегося на вершине и молодого мастера Цзюнь, никто не знает правды!

- Но сегодня ты точно умрешь! Ты убил меня, разве ты не уйдёшь вместе со мной?! – Вэй Кунчунь жалостливо смотрел на Цзюнь Мосе, слегка кивая головой. Вздыхая, он произнес:

- Чу Цихун, ты не должен быть здесь сейчас! Ты обречён на жизнь в загробном мире вместе со своим товарищем! Ты не будешь одинок!

Произнеся эти слова, он начал атаку!

Последнюю атаку в этой жизни… Ответный удар оказался смертельным для него!

Казалось, что тело Вэй Кунчуня разорвалось на маленькие части, а затем снова воссоединилось и таким образом направилось к Цзюнь Мосе, чтобы забрать у него жизнь!

Его правая рука внезапно начала расти, а затем также внезапно укоротилась. Плечи, локти, пальцы ног, колени, бедра, икры – всё становится его оружием!

Но меч Цзюнь Мосе рассёк все его сухожилия, не оставив этому мастеру и шанса на выживание!

Сердце Вэй Кунчуня разорвалось на кусочки вслед за тёмно-фиолетовой искрой. Несмотря на то, что ему удалось на время скрыться, но блеск меча распространился, словно бомба, и разбил его хрупкое сердце, прихватив с собой все остальные его внутренние органы, превратив их в кучу фарша!

Но оказалось, что Вэй Кунчунь знал кое-какие приёмы высшего уровня! Даже сейчас он смог удержать остатки чистой энергии Суань и не мог погибнуть!

Не только так, он также сумел ответить ещё одним последним ударом! К тому же свирепое наступление было исполнено человеком, с виду даже не пострадавшим! Этот мастер четвёртого уровня был абсолютно целёхонек, несмотря на то, что он был на грани смерти!

Враг, стоящий перед ним, должен составить ему компанию на пути в преисподнюю!

Может ли Молодой мастер Цзюнь позволить его желанию исполнится? Разве это разумный выбор – играть в игры на смерть с человеком, который уже стоит на её пороге? Но при этом он показывает свою мастерскую технику быстрого уклонения. Он словно туман, надвигающийся к центру зала, и даже несмотря на то, что приговорённый к смерти мастер изо всех сил пытается нанести удар по противнику, это лишь его агония и не более, она ни к чему не приведёт!

В это время вслед за гневным криком он столкнулся с другой изумительной силой, это был Мо Сяо Яо.

Перед ним был самый настоящий Король убийств, и он и в самом деле был ужасен. Мо Сяо Яо не оставит Почтенного Вэй Кунчуня, пока его Суань не будет полностью израсходована. Поэтому единственное, что он мог сделать прямо сейчас – это вступить в бой вместе с ним, в надежде, что перед последним вздохом Вэй Кунчуня, они настигнут «Короля убийств». Но даже сил двух мастеров было недостаточно, чтобы разобраться с убийцей. Его техника была самой чудовищной из всех чудовищных техник!

Остальные четыре мастера тоже ринулись в атаку: Если мы не сможем избавить от него мир, то каковы же будут последствия?

При столкновении с семьёй Цзюнь и со стаей зверей Суань нужно использовать все имеющиеся силы, и данная ситуация – не исключение.

В одно мгновение по залу распространилась энергия Суань и свирепствовала там, словно цунами. Толстый слой льда, из которого был выложен главный зал, шатался так, словно был пьян, пугая находящихся в нем людей.

Цзюнь Мосе рассмеялся, вдруг все увидели блеск меча, однако самого меча они не разглядели. Его тело напоминало им белого журавля. Он выпрямился.

Выражение лица Вэй Кунчуня было невозмутимым:

- Клетка земли и неба!

До этого Вэй Кунчунь опасался техники Цзюнь Мосе, поэтому не решался применить этот приём, так как его можно было использовать лишь один раз. Хоть его время было ограничено, но было достаточно, чтобы рискнуть. Так как сейчас состояние Вэй Кунчуня было неважным, то, попадись он в ловушку, то он тотчас же погиб бы. Но на помощь ему пришли пятеро высших мастеров. Для приёмов Цзюнь Мосе пространство было ограничено, поэтому, применив свой хитроумный ход, он точно повергнет врага!

Кажется, сам воздух вокруг Цзюнь Мосе закипел, превращаясь в клетку!

Но тело Цзюнь Мосе вдруг исчезло!

То тело, которое только что зависло в воздухе, вдруг испарилось!

Цзюнь Мосе освободился из клетки благодаря Мэй Сюэ Янь. После высвобождения, он стал более чувствителен к аномальным вибрациям атмосферы неба и земли. Цзюнь Мосе за секунду залетел в Пагоду Хунцзюнь.

Из-за Пагоды Хунцзюнь «Клетка земли и неба», которая никогда не подводила в прошлом, сейчас оказалась абсолютно бесполезна!

Вэй Кунчунь только вышел из себя, выкрикивая четыре слова, из уголков его рта сочилась кровь! Он уже был тяжело ранен, когда вступал в этот бой, а применив такой приём, он, несомненно, ускорил приближение своей смерти. Но он не сдавался!

Уже почти мёртвые глаза Вэй Кунчуня были подняты вверх, ему нужно было взглянуть на своего врага, а затем изорвать его в клочья, даже ценой собственной жизни.

Но всё, что его ждало — это разочарование, и в глазах его, только что выражающих удовольствие от мести, вдруг появились признаки испуга.

«Клетка земли и неба» ещё никогда не подводила!

Если мастер был ниже уровнем, чем он сам, то ему не удавалось спастись от «Клетки земли и неба»!

Он ещё ни разу ни попадал в настолько странную ситуацию!

Что, чёрт возьми, происходит? Неужели это всё – страшный сон?

Но всё происходило прямо перед его глазами.

Внезапно меч возвысился над мастером Хуа Фэнвэнем со скорбным свистом и повалил его на землю. Он не верил своим глазам, однако его грудь пробил меч, и теперь из неё хлынула кровь.

Хуа Фэнвэн даже и не понял как Цзюнь Мосе сумел воткнуть меч в его сердце.

Раздался свирепый крик Мо Сяо Яо, гневным взглядом он посмотрел на Мосе и заорал:

- Чу Цихун! Ты скоро умрёшь!

Сразу после этого, белая тень в дверном проходе быстро, словно иллюзия, испарилась. Прозвучал лишь смех удовольствия, который предназначался для того, чтобы спровоцировать мастеров в том зале.

Вэй Кунчунь взревел, его тело изливалось кровью, казалось, что он сам и есть пробирка с кровью. Не проронив ни слова, он куда-то устремился. Рёв Мо Сяо Яо протяжно раздавался во все стороны.

Какой позор!

Все главные мастера собрались вместе, и даже полумёртвый мастер четвёртого уровня, они должны были убить мастера второго уровня без потерь и без отступлений!

Мо Сяо Яо казалось, что его бросили наземь, и по его лицу прошлась толпа людей!

Он не мог дышать!

Он должен убить его, чтобы его существование прекратилось в этом мире!

Перед ним дважды вспыхнула белая тень, и она была уже в нескольких десятках футов от него. Вэй Кунчунь, который только что пробрался из главного входа в зал, должен был начать всё сначала. Внезапно в его голове раздался странный шум. Часть мемориальной доски в зале внезапно превратилась в странную белую тень, и яркий свет меча пронзил спину Вэй Кунчуня!

Он создал полнейший хаос. Вот и еще один величайший мастер теперь лежит ничком.

Белая тень начала удаляться с высокой скоростью, но он не был бы собой, если бы удалился молча.

В воздухе разлетелись следующие гневные слова:

- Я и есть Чу Цихун! Величайший убийца! Это что для вас, такая редкость?

Глава 715. Одинокий горный пик Цзянь!

Было очевидно, что Чу Цихун ничего не делал. Однако вечно отдуваться за Цзюнь Мосе, разве от этого не может быть паршиво на душе? Что касается прошлых раз, он никогда не присутствовал при этих событиях, и хоть и сердиться от этого не было никакого толка, но сегодня, увидев собственными глазами, услышав своими ушами, его злости не было предела!

Он же все отрицал прямо у вас на глазах, а вы, как назло, вцепились мёртвой хваткой в меня! Я… я... Я, б*ядь, по-вашему простофиля какой-то? Твою ж мать, эти люди из трёх Священных земель такие… Ублюдки, всё-таки!

Вот я – настоящий, доподлинный Чу Цихун! Смотрите, слушайте! Этот фальшивый неустанно отрицал это, такие очевидные вещи, а вы даже их не в состоянии понять! Этот сучий потрох всё-таки так крепко закрепился за моим именем!

Чу Цихун наконец-то понял, как так вышло, что он постоянно страдает и отдувается за другого человека, но, поняв всё это, он ещё больше разозлился, сурово так разозлился! Вероятно, что всё это началось с людей из трёх Священных земель. Если они сказали, что он – значит, точно он! Отрицать и разъяснять что-то совершенно бесполезно! Наверняка тогда раньше всё было именно так, и неудивительно, что одно обвинение следовало за другим…

Но эти подонки должны ответить за свои слова! Они серьёзно думают, я такой добрый? С меня хватит, на этот раз я покажу вам, что значит клеветать на людей!

Поэтому великий Чу был вне себя от возмущения! Увидев, как Вэй Кунчунь, взбесившись, ринулся в атаку, не принимая никакие меры предосторожности позади себя, Чу Цихун не смог удержаться, и долго не думая, в очень удачный момент, ударил своим мечом! Тем самым лишив Вей Кунчуня его последнего шанса выжить!

Он успешно нанёс удар и тут же скрылся!

Этот проходимец, накликавший беду на свою голову, уже исчез, я здесь с какой ещё стати должен продолжать отдуваться за него…

Когда Мо Сяо Яо схватил тело Вэй Кунчуня, Чу Цихун уже был на расстоянии нескольких десятков футов от них, слышно было только отголоски его слов, в которых чувствовалась обида:

- Я и есть Чу Цихун! Чу Цихун… Цихун… хун…

Мо Сяо Яо почувствовал резкий прилив горячей крови в своём сердце, в его глазах запестрило, он шагнул, немного шатаясь, а потом, наконец, напряг все свои силы и утихомирил своё тело. Он сделал вдох и попытался подавить подкатившую к его горлу кровь, лишь чувствуя, как его глаза вот-вот совсем выкатятся наружу от злости…

Наряду с этим он снова задумался, у него возникли новые сомнения: если человек, который появился последним, и есть Чу Цихун, то тогда кто же тот, кто только что устроил неожиданную атаку в тронном зале?

Он застыл, задумавшись над этим, и всё не решался взглянуть на Вэй Кунчуня!

Потому что действительно был не в силах посмотреть на него!

Как раз в это время Вэй Кунчунь задвигался в его объятьях, медленно открыл глаза, слабо улыбнулся и сказал:

- Опусти меня!

Почтенный мастер, действительно, был смертельно ранен, его травмы были несовместимы с жизнью.

Руки Мо Сяо Яо дрожали, он медленно опустил Вэй Кунчуня на землю. Всё его тело сзади и спереди было в многочисленных ранениях. Держась за Мо Сяо Яо, он, благодаря силе своих ног, с трудом встал прямо. Он был чертовски измотан, открыв свои глаза, он смотрел на серебристое сияние, доносящееся издали, на заледенелые горные просторы. Он тихо вздохнул, в его взгляде чувствовалась бесконечная грусть и печаль…

- Брат Вэй… Ты… – Мо Сяо Яо со скорбью в глазах посмотрел на Вэй Кунчуня. Его сердце разрывалось от боли, он не знал, что лучше сказать в этот момент. С Вэй Кунчунем у них было одинаковое совершенствование, они были одного возраста, в эту минуту он ощутил бесконечную грусть в своём сердце!

На лице Вэй Кунчуня появилась горькая улыбка, взгляд в одно мгновение стал спокойным и умиротворенным, и он сказал:

- На этот раз со мной точно покончено. Ха-ха, кто бы мог подумать, что моя свободная и вольная жизнь закончится именно здесь, и моё тело будет погребено здесь, на крайнем севере, среди снегов и вечной мерзлоты…

- Брат Вэй, ты должен взять себя в руки! Ты… У тебя… Ещё есть надежда! – Мо Сяо Яо дрожащим голосом сказал то, во что сам уже не верил. Благодаря своему совершенствованию, он прекрасно понимал, что Вэй Кунчунь рано или поздно всё равно умрёт, пусть даже с небес спустится богиня, это уже ничем ему не поможет!

Вэй Кунчунь удручённо вздохнул. Он совершенно не слушал то, что говорил Мо Сяо Яо, он думал о своём:

- Я уже прожил в этом мире 393 года, моё совершенствование уже достигло вершины этой жизни! Я могу спокойно умереть счастливым, но я не ожидал… что конец будет именно таким!

Только в последние минуты я смог понять, что столько всего прекрасного осталось в этом мире, чего я не попробовал и не увидел! Я правда не доволен тем, как я должен уйти…

За все эти годы в трёх Священных землях, я, высокомерный и своенравный, потихоньку стал пустым и бессердечным, былые авторитет и известность стали такими пошлыми и вульгарными… К сожалению, только перед смертью я понял все свои ошибки… Вспоминать о прошлом, действительно, так больно…

Взгляд Вэй Кунчуня стал спокойным и умиротворённым. Пока он говорил, из его рта, носа и ушей непрерывно текла кровь, речь его становилась всё более туманной и трудноразличимой…

Однако он упорно продолжал смотреть по сторонам, хотя его взгляд становился всё более расплывчатым и туманным. Сквозь призму этой неясности он казался себе невесомым, парящим где-то в воздухе, высоко-высоко в воздухе, окружающее его пространство казалось ему безбрежным и бесконечным, ему не было конца и края, и он совершенно один в этом огромном мире. Невольно чувство уныния и подавленности усиливалось, и он тихо произнёс:

- В самом деле, как же одиноко…

После этого, продолжая также держаться на ногах, этот Почтенный мастер больше не издал ни звука.

Мо Сяо Яо в панике повернул голову, чтобы увидеть, что на лице Вэй Кунчуня застыло выражение уныния, грусти и одиночества, у него уже не было шансов выжить!

- Брат Вэй… Вэй Кунчунь… – Мо Сяо Яо с надеждой на лучшее прокричал два раза, но ответа не последовало. Он легонько толкнул его, и тело Вэй Кунчуня внезапно упало…

Пока его тело падало, в воздухе раздался какой-то странный свист, и в его груди показалась огромная дыра! Как раз в том месте, где прошёл меч Цзюнь Мосе, вслед за просочившейся кровью из этой дыры полетели раздробленные внутренние органы прямо на кристально белый снег!

Снег окрасился кровью…

Почтенный Вэй Кунчунь постиг время на грани жизни и смерти, и, наконец, пришёл конец его жизни!

Мо Сяо Яо дрожал всем телом, он медленно опустился на землю, всем своим сердцем он почувствовал далекий пронизывающий насквозь холодный ветер, несмотря даже на своё впечатляющее совершенствование, он искренне, всей душой ощутил чувство прохлады, поднимающееся далеко из глубины и расползающееся по всему телу…

Вспомнив последние слова Вэй Кунчуня, он тяжело вздохнул.

«За все эти годы в трёх Священных землях я, высокомерный и своенравный, потихоньку стал пустым и бессердечным, былые авторитет и известность стали такими пошлыми и вульгарными… К сожалению, только перед смертью я понял все свои ошибки… Вспоминать о прошлом, действительно, так больно».

Ошибки прошлых лет… Ошибки… Действительно… Ошибки?

Цзя Цинюнь, Сяо Тянь и Чу Учин подошли к нему, на лице каждого из них была трудно выразимая скорбь, в руках почтенного Сяо Тянь было ещё тёплое тело Почтенного Хуа Фэнвэня, все были опечалены и подавлены…

Тихо дул горный ветер, холодный и прозрачный…

…….

Цзюнь Мосе скрылся, используя технику побега Инь-ян, со своей максимальной скоростью он помчался к последней цели своего визита, располагавшейся недалеко, на похожий на длинный меч горной вершине.

Мечеобразный горный пик, обрушенный на Сюэ Шань!

Именно на эту горную вершину!

Местонахождение второй половины главного пункта клятвы семьи Донфанг!

Там же и место обитания Хан Янь Яо!

Цзюнь Мосе прибыл сюда, чтобы осмотреть свои цели и задачи, цели этой поездки!

Главная цель Цзюнь Мосе – это счастливое будущее своего дядюшки!

Поэтому ему нужно хорошенько всё проверить.

Если Хан Янь Яо совсем не такая, какой он себе и представлял, и если она уже, возможно, отреклась от этих чувств, тогда Цзюнь Мосе просто и без колебаний убьет её до того, как её увидит Цзюнь Вуй!

В таком случае, им лучше вообще не видеться!

И это совсем не из-за жестокости, а ради дядюшки! Если дела, действительно, обстоят таким образом, тогда Цзюнь Вуй не захочет жить! Чувство вины или отчаянья будет достаточно, чтобы убить его!

Это всё – причина кровавого долга!

Будь то ради отца, братьев или дядюшки, Цзюнь Мосе не будет обращать внимание на свои кровавые долги!

Что же касается убийства Вэй Кунчуня в тронном зале – Цзюнь Мосе, напротив, не почувствовал какого-то чувства неожиданности и никакого приятного удивления; убил и убил, ничего особенного… Независимо от того, каким он великим и могущественным был при жизни, после удара от меча Цзюнь Мосе он стал просто трупом!

И всё тут!

Единственное, что приятно удивило Цзюнь Мосе – это появление Чу Цихуна!

Этот великий убийца все-таки прибыл! Из-за обещания, данного Цзюнь Мосе.

Мечеобразный горный пик возвышался, проникая прямо в толщу облаков. Сверху до низу прямой как стрела, покрытый толстым слоем льда. Если бы не специальные навыки Суань, то забираться на эту вершину было бы равносильно смерти.

Чем выше Цзюнь Мосе поднимался, тем отчётливее он ощущал пронизывающий до костей жуткий холод и очень разреженный воздух… Как молодая женщина может провести в подобном месте десять лет?

Цзюнь Мосе чувствовал себя немного неуверенно.

Почти вот-вот будет вершина горы, и вдруг Цзюнь Мосе заметил тёмное отверстие пещеры, особенно выделяющееся из-под снега.

Он медленно вошёл внутрь.

Глава 716. Горькая нежность

В это время Цзюнь Мосе специально не стал выходить из состояния невидимости и совершенно бесшумно вошёл внутрь…

Но после того, как он вошёл, он был весьма поражён увиденным.

Пол был очень сухим и чистым, но это даже отдалённо не походило на место длительного пребывания женщины.

Не хватало как раз ожидаемого им запаха женщины. Воздух внутри пещеры был даже более морозным и холодным, чем снаружи, стены пещеры были блестящими и сверкающими, было очевидно, что это пещера была вырублена из толстого многолетнего льда!

Пещера была довольно просторной и глубокой, к тому же с несколькими поворотами. Достигнув самой глубины пещеры, Цзюнь Мосе только тогда смог почувствовать лёгкое ощущение уюта.

Внутри, с левой стороны располагалась узкая кровать, довольно опрятно и аккуратно застеленная, смутно можно было ощутить отдалённый аромат простоты и одухотворённости. Справа располагался каменный столик, а центральное расположение занимал круглый молитвенный коврик, на нём располагался утончённый женский силуэт в белых одеждах, её чёрные волосы спускались до плеч, она сидела, совершенно не двигаясь, обращённая лицом на север.

Цзюнь Мосе тихонько дотронулся до стены, и внезапно почувствовал, что она неровная, с выпуклостями. Он внимательно посмотрел на стены и, оказалось, что они сплошь были покрыты иероглифами. Цзюнь Мосе присмотрелся и невольно вздрогнул…

Вуй… Вуй… Вуй… Вуй…

Повсюду было имя Цзюнь Вуя! Все стены были заполнены его именем, написанным аккуратным подчерком, на вид можно было предположить, что они были нацарапаны ногтем; к тому же каждый иероглиф выведен аккуратно и чётко, даже педантично чисто!

Вот так, нацарапывать ногтем на толстом льду иероглифы… Боюсь, что даже мастер с Суань Духа вряд ли способен на подобное! К тому же, когда Хан Янь Яо по своему желанию заключила себя в эту пещеру, она вовсе не обладала Суань Духа!

Тогда она была совсем молоденькой девушкой, ей не было и двадцати лет, она была чуть постарше Хан Янь Мэн сейчас, к тому же с детства избалованным ребёнком, откуда у неё взяться такой Суань?

В таком случае, как же могли появиться эти иероглифы?

Цзюнь Мосе был действительно потрясён увиденным. Внимательно рассматривая иероглифы, он заметил, что на некоторых из них был тёмно-красный цвет, он был почти уверен, что это могла быть кровь из-за сломанного ногтя…

Глядя на эту крайне простую и незамысловатую обстановку пещеры, глядя на этот хрупкий женский силуэт и на стены, полностью заполненные именем Цзюнь Вуя – всё было понятно без слов. Цзюнь Мосе вдруг почувствовал скорбь и печаль, это чувство било фонтаном в его сердце, словно тепловой поток, только колющий и резкий…

Больше и нечего говорить!

Хан Янь Яо – в самом деле та самая Хан Янь Яо, которая принадлежит сердцу Цзюнь Вуя!

Родная тётушка!

Ночь за ночью смотрю вдаль на Тянсян и никогда в этой жизни не отверну своей головы!

Это женщина действительно всю свою жизнь не отвернула головы!

Цзюнь Мосе пронёсся мимо неё, глядя на то, как она пристально смотрит на стену, и невольно снова вздрогнул!

На этой стене были выгравированы четыре памятных таблички с именами умерших!

По порядку висели: Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Мэн, Цзюнь Мо Ю, Цзюнь Мо Шу!

Подпись гласила: уважающая и помнящая вас жена младшего брата Хан Янь Яо!

К этому ничего не нужно добавлять, Цзюнь Мосе уже понял сердце этой женщины!

Любовь крепче золота и глубже моря!

Это хрупкая женщина с самого начала считала себя женой сына семьи Цзюнь, членом этой семьи!

Неудивительно, что она получила такое обхождение в семье Сяо!

Не было сказано ни слова, но Цзюнь Мосе в душе уже признал её своей родной тётушкой! Это мужество, храбрость и упорство заставят любого человека растрогаться, эта женщина заслуживает уважения!

Вдруг в это самое время сидящая на коврике Хан Янь Яо легонько вздохнула и тихо сказала:

- Кто человек, прибывший сюда? Прошу, покажись.

Цзюнь Мосе испугался! Когда я использую технику исчезновения «Инь-ян», ни один человек не может меня увидеть, пусть даже Почтенный мастер, но даже и ему не обнаружить меня, эта женщина самое большое может обладать божественной Суань, но каким образом она в состоянии обнаружить меня?

- Прошу, покажись; твоя техника очень загадочна и таинственна. Я не обнаружила тебя, но всё же я чувствую твоё присутствие, – Хан Янь Яо слегка подняла голову, глаза её были прозрачными и холодными, и всё же очень красивыми. В них отсутствовало какое-либо выражение, но они были какими-то загадочными, словно произведение искусства, как яшма искусно и умело отполированная; посмотрев на эту женщину, Цзюнь Мосе внезапно понял истинный смысл фразы «Прозрачная, как лёд; чистая, как яшма!» (о высоких моральных качествах, обычно про девушку)

Хан Янь Яо, эта женщина была словно душа, наполненная природной одухотворенной Ци до краёв – непостижимая и сверкающая, словно лес зелёного изумрудного бамбука после дождливой ночи, чистая и безупречная. На всём её теле не было ни единого украшения, но она была словно чистый нетронутый цветок лотоса, ушедшая от мирской суеты и обыденности! Даже просто увидев её вот так, человеку достаточно почувствовать себя счастливым!

К тому же перед лицом такой удивительной и чистой красоты ни у одного человека не может возникнуть на душе чувства оскорбления или осквернения! Единственное, что можно почувствовать – это восхищение!

Эти слова «прозрачная, как лёд, чистая, как яшма» с трудом могут описать всю несравненную красоту этой женщины!

Хан Янь Яо моргнула и продолжила говорить:

- Человек в темноте, я признаю твой оригинальный способ маскировки. У меня даже нет силы приказать тебе появиться, я скажу тебе только одно: ты не учёл один очень важный факт - это пещера. Я живу здесь одна уже десять… Уже целых десять лет, и за это время, кроме меня, в этой пещере никого не было. Я хорошо знаю каждый уголок этой пещеры, каждый день, каждый час, каждую минуту какой здесь бывает запах или ощущение – мне всё об этом известно. Даже погоду и воздух в этой пещере, всё это я предельно чётко различаю.

Хотя твоя техника невидимости очень искусна, даже опираясь только на свои способности, я никогда бы не смогла обнаружить тебя, но благодаря своим чувствам и ощущениям, я поняла, что кто-то вошёл в пещеру, – Хань Янь Яо спокойно сказала. - Я уже всё понятно тебе объяснила, а ты до сих пор не показываешься? Со своими силами, ты еще боишься встречи со мной?

Цзюнь Мосе не сдержался и рассмеялся, убрал свою технику невидимости и появился перед ней. Он и в самом деле не учёл этот факт. Хан Янь Яо прожила одна десять лет в этой пещере, у неё не было никого, кто бы мог составить ей компанию. Изо дня в день, бросаясь от одной мысли к другой, в полном одиночестве. Разве можно было не изучить и просмотреть все тщательно и досконально?

Цзюнь Мосе не мог найти подходящих слов и просто молчал.

Фактически это не являлось какими-то особыми способностями Хан Янь Яо, это чутьё могло сразу же бесследно исчезнуть, спустись она вниз, к людям, но суть в том, что она уже целых десять лет никуда не выходила отсюда!

Хотя эта пещера и немаленькая, но… Пусть поселить человека в такое большое пространство, за десятилетний срок жизни в полном одиночестве, ты хочешь не хочешь, а будешь знать каждый сантиметр и уголок своего пристанища…

Одиночество вынуждает человека искать себе какое-нибудь занятие. Пусть даже скучное, и то лучше, чем сидеть и вообще ничего не делать! Иначе, в самом деле, можно просто свихнуться!

- Кто ты такой? – Хан Янь Яо спокойно посмотрела на молодого юношу перед собой, вдруг её сердце начало бешено стучать: Как такое могло произойти… Почему он так похож на него? Неужели… – и в этот момент тело Хан Янь Яо стало качаться…

Цзюнь Мосе улыбнулся, но ничего не ответил, а только повернулся к стене с памятными табличками, низко поклонился три раза и встал.

Это будет намного понятнее любых слов.

В голове Хан Янь Яо словно что-то щёлкнуло, она почувствовала головокружение, в мгновение лицо её стало мертвенно-бледным, перед глазами у нее засверкали звёздочки, она стала глубоко и часто дышать, пытаясь изо всех сил успокоиться и прийти в себя, но её сердце билось всё быстрее и быстрее, словно вот-вот выскочит из груди…

Она поспешила опереться на стену и продолжала часто дышать, из её глаз, словно жемчужины, посыпались слёзы, и она, задыхаясь от слёз, спросила:

- Ты… Мосе?

Перед её глазами было знакомое лицо, будто она уже видала его, она сразу узнала его, но боялась поверить собственным глазам…

Перед ней был человек, которого она отчаянно надеялась встретить, и в то же время страшно боялась встречи с ним!

Потому что прошло уже целых десять лет, наполненных этими надеждами! К тому же она давно перестала верить, что когда-нибудь их встреча случится!

Цзюнь Мосе с улыбкой сказал:

- Третья тётушка у вас действительно отличное зрение, я – Мосе.

Хан Янь Яо почувствовала головокружение, она просто не могла поверить своим ушам. Её глаза были мутными и неясными от слёз. Придерживаясь за холодную стену, она, словно находясь во сне, спросила:

- Ты… Как… Как ты меня только что назвал?

- Третья тётя! – Цзюнь Мосе чётко повторил: - Дядюшка послал меня навестить вас. Не позднее, чем завтра мы сможем забрать вас отсюда, и вы снова сможете воссоединиться с дядюшкой.

В эту минуту Цзюнь Мосе понял, что думать, будто чувства Хан Янь Яо могли измениться – просто непростительно…

Как такая женщина может отречься от своих чувств?

Хан Янь Яо отчётлива всё слышала, она слышала, как назвал её Цзюнь Мосе, но, глядя на него своими широко открытыми глазами, она не могла поверить в это, она по-прежнему не могла прийти в себя. Слезы непрерывным потоком капали из её глаз, но вдруг, собрав всю свою силу в кулак, она постаралась улыбнуться и выглядеть немного спокойнее и красивее перед Мосе, но у неё ничего не получилось…

У неё перехватило дыхание, её рука, опиравшаяся на стену, в мгновение соскользнула, и она скатилась вниз, беззвучно плача и всхлипывая. Вдруг она схватилась за голову двумя руками и задрожала всем телом, она плакала и плакала…

Неизвестно, как Хань Янь Яо смогла прожить эти долгих десять лет!

Если сравнивать с Цзюнь Вуем, она выстрадала намного больше него. Всё же она женщина, хрупкая и слабая женщина!

Десять лет, полных угрызений совести, тоски, осуждения себя, десять лет в надежде и страхе, не говоря уже об одиночестве!

В своей душе она всегда считала себя женой Цзюнь Вуя, членом семьи Цзюнь, но никогда не осмеливалась на чрезмерные надежды, что семья Цзюнь сможет признать в ней невестку, ведь она совершила тягчайший грех! Но в душе она всё же мечтала об этом, она даже думала, что если ей посчастливиться увидеть Цзюнь Вуя ещё раз в этой жизни, она может умереть со спокойной душой!

Если после её смерти на её надгробии будет только одно слово «Цзюнь», уже можно считать эту жизнь не зря прожитой!

Она была бы самой счастливой тогда, других желаний у неё не было!

Она никогда и не надеялась, что семья Цзюнь сможет принять её, как невестку, даже думать боялась об этом, потому что она понимала, что страшное горе, постигнувшее семью Цзюнь, нанесло огромный удар по ним, принесло им столько несчастий и боли…

Но сейчас, когда Цзюнь Мосе назвал ее «третьей тётей», пусть это всего два слова, но их значение для Хан Янь Яо огромно!

Потому что это означает признание её семьей Цзюнь! Член семьи Цзюнь специально прибыл навестить её!

Глава 717. Возьми на себя всю ответственность!!

Хан Янь Яо была похожа на странницу, что десятилетиями была вдали от дома. Она так внезапно встретилась со своим близким и родным человеком, что смешанные чувства и всевозможные эмоции поразили её сердце!

В этот момент она расплакалась!

После того, как Цзюнь Мосе назвал её тётей, она была счастлива! Она была всем довольна…

Десять лет переживаний, десять лет мечтаний, десять лет скорби… Ох, какое же это чувство!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Он очень хорошо понимал чувства Хан Янь Яо, но он был из младшего поколения, да и она к тому же женщина, будущая жена его дяди… Кхм-кхм, утешение с его стороны будет явно не к месту…

Нужно просто дать ей выплеснуть всё это наружу. Десятилетиями накопленные чувства и обиды, страхи и надежды, опасения и страдания – всё это физически и духовно истощило Янь Яо.

Пусть она хорошенько проплачется, так ей станет легче...

Чем больше Хан Янь Яо плакала, тем горестнее ей становилось. Она чуть было не потеряла сознание…

Спустя какое-то время…

Хан Янь Яо постепенно взяла под контроль свои эмоции, но её голова была по-прежнему опущена, а тело продолжало дрожать. Он вдруг спросила:

- Твой дядя… Он… В порядке?

Задав этот вопрос, она будто исчерпала все свои жизненные силы. Её голос был едва слышим, однако её взгляд был устремлён на молодого паренька впереди, который определённо мог дать ей необходимую информацию…

- Тётушка, дядя… Он в полном порядке! Он уже давно восстановился после старой травмы ног, а его сила Суань стремительно идёт на подъём, сейчас он достиг пятой ступени Суань Духа, – ответил Цзюнь Мосе. – Но вот в остальном всё очень плохо… Он так несчастен! Очень несчастен…

- Как он может быть счастлив! – тихо сказала Хан Янь Яо. - Пока я ещё жива, он не будет счастлив... Это всё из-за меня, всё из-за меня! Из-за такой зловещей женщины, как я, которая впутала его во всё… И не только Вуя, ещё его старших братьев и племянников… Я… Я совершила тягчайший грех!

Цзюнь Мосе нахмурился, ему было нечего сказать. Кажется, тётушка ещё более несчастна, в её глазах не было искры и тяги к жизни, а это совсем не хорошее явление…

- Мосе, пожалуйста, передай Вую… Я отдам свою жизнь в знак моих извинений, я виновата в смерти его брата и всех остальных… Лишь отдав свою жизнь, я смогу возместить свой грех… Не думаю, что одной моей крохотной жизни будет достаточно, но я… У меня больше ничего нет… Надеюсь, в следующей жизни я отплачу за всё сполна…

Слова Хан Янь Яо становились всё более несвязными, а слёзы из её глаз продолжали капать на землю. - Причина, по которой я всё ещё живу – это ожидание мести семьи Цзюнь. Этот день, наконец, настал… Я дождалась… Я так страстно желаю этого… Семья Сяо… Я не оставлю их в покое даже в загробном мире!

Цзюнь Мосе вздохнул и, игнорируя ее слова, продолжил:

- У моего дяди на сердце есть два груза. И их очень трудно сбросить. Если ему не помочь, боюсь, что…

- Груз? – Хан Янь Яо холодно улыбнулась. – Я знаю, я поняла...

- Первый груз – это семья Сяо; с этим моментом всё ещё довольно неплохо, их нужно лишь всех уничтожить, только и всего. Самый лучший способ – это месть. А вот второй груз – это все преступления и грехи, что совершила семья Сяо… – выражение лица Цзюнь Мосе было серьёзным, он рассказал о ситуации в зале Жёлтого цветка: - Разобраться с этим будет очень трудно…

Послушав об ужасных злодеяниях семьи Сяо, Хан Янь Яо вдруг оскалилась и прорычала:

- Семья Сяо… Да они же невменяемые! Даже маленьких детей и то не пощадили! Хуже животных!

- Да! Мы и сами не ожидали, что семья Сяо окажется настолько беспощадной и жестокой. Они просто выместили свой гнев на моей семье! – Цзюнь Мосе серьёзно добавил: - Необходимо некоторое время, чтобы наверстать всё упущенное, самое главное сейчас – помочь дяде. Пока этот груз висит на его сердце, он будет продолжать жить, как ходячий труп, и, вполне вероятно… Что он вообще не сможет жить… А всё потому, что на его душе слишком большое горе. В точности, как и тётушка, он во всём винит только лишь себя и не может найти успокоения…

- А? Вуй, он что… – Хан Янь Яо внезапно замолчала, в её глазах снова появились слёзы: - Вуй… Ты… Мой бедный Вуй…

- Никто не в силах помочь дяде с его грузом. Только вы, тётушка, можете это сделать! – Цзюнь Мосе – очень смышлёный малый, из слов Хан Янь Яо он узнал, что груз его тётушки намного серьёзнее и страшнее, чем у его дяди. Необходимо что-либо предпринять, пока дело не приняло необратимые последствия и не стало трагедией.

На самом деле камень на сердце дяди, о котором говорил Цзюнь Мосе, пусть и не является выдумкой, но всё же он уже был практически уничтожен. Самая большая проблема в нынешней ситуации - это душевное состояние Хан Янь Яо.

- Я? Да как я могу ему помочь? – Хан Янь Яо была так потрясена, что даже перестала плакать, и подняла голову. - Я – человек, приносящий одни лишь несчастья, корень всех злодеяний… Если Вуй увидит меня снова, боюсь, что ему станет намного тягостнее, что же я могу сделать?

- Да, именно из-за вас произошло столько всего. Однако сейчас вы не хотите брать на себя всю ответственность, а лишь хотите умереть! Что посеешь, то и пожнёшь! Если вы не поможете ему избавиться от этого груза, тогда кто это сделает? – голос Цзюнь Мосе стал жёстче. - Неужели вы так и собираетесь убегать? Избегать всего, прятаться в этих снежных вершинах, никого не видеть и довольствоваться своей жизнью? Десять лет одиночества. Но может ли это сравниться с тем, кто провёл все эти годы в полуживом состоянии, будто в аду, ночь за ночью испытывая жуткие боли? А что насчёт душ тех славных героев, которые так и не смогли найти успокоения в загробном мире? Полагаете, что, находясь здесь в своем вымышленном заточении, вы искупали грехи? Так вот – нет! Вы лишь убегали и прятались…

- Не говори этого! Замолчи! Не говори так больше! – Хан Янь Яо закрыла уши и испуганно закричала: - Я умру! Разве этого недостаточно?

- Люди умирают так же часто, как гаснут огни! Это самый простой способ убежать! Решить смертью все проблемы! Разве это не спасение? Это не только самый простой, это ещё и самый подлый и отвратительный побег! – Цзюнь Мосе был очень холоден. - Вот вы покончите с собой, а как быть тем, кто останется жить? На что им рассчитывать? А эти ни в чём неповинные дети? У многих из них нет рук, они даже не могут ничем заниматься. У некоторых нет языков, и они не говорят. Среди них есть и слепые, и глухие. Есть дети-инвалиды, кости их тел деформированы, они попросту даже не смогут вырасти. Такие дети выжили с трудом, но для чего? Ведь теперь они попросту паразиты, не способные самостоятельно прокормить себя. И кто хочет их содержать? Вдобавок... Все эти дети являются потомками бесчисленных героических бойцов, но даже если они вдруг повзрослеют, какая женщина согласится выйти замуж за такого урода? Да и какой мужчина возьмет в жены инвалида? Стало быть, на этих детях может прерваться целый род? Если вы не несёте за это никакой ответственности, тогда кто? – Цзюнь Мосе холодно посмотрел на Хан Янь Яо. - Это всё из-за вас! И хотя вы не прикладывали к этому свою руку, но первопричина кроется именно в вас! Вы ведь всегда это прекрасно понимали, так почему бы вам не встать и не взять на себя всю ответственность!

Хан Янь Яо заплакала.

- Кроме того, жизнь моего дяди была разрушена вами! Камень на его сердце слишком тяжёлый, даже после отмщения, он в любое время может покончить с собой. Неужели вы так и будете безразлично смотреть, как он умрёт? У моего дедушки уже и так нет двух сыновей, вы хотите, чтобы он снова схоронил своего ребенка? Вы действительно снова хотите увидеть огромные перемены в моей семье? – голос Цзюнь Мосе становился всё жёстче: - Это всё вы! Хан Янь Яо, столько всего, столько бедлама и хаоса ждут только вас, ждут, когда вы возьмёте на себя ответственность и искупите свою вину! А вы хотите умереть и сбежать от всего этого? Неужели для вас это пустяк?

- Что ты хочешь, чтобы я сделала? Что я должна сделать? Как я могу что-либо сделать? – истерично закричала Хан Янь Яо. – Думаешь, я не хочу всё компенсировать? Не хочу искупить свою вину? Но я… Как я могу появиться перед ними? Неужели мне следует пойти и умолять всех этих детей простить меня?

- Просить прощения? А какой тут смысл! Почему бы вам не попытаться воспитать этих детей до совершеннолетия? Позаботиться о них лично, помочь им обзавестись своей семьёй, дать им хорошую жизнь! Тем самым вы поможете душам павших героев обрести покой! Ведь в их смерти виноваты вы! Или же вы испугались всех трудностей, что могут постигнуть вас на этом пути? – громко сказал Цзюнь Мосе.

- Я сделаю это! – Хан Янь Яо махнула головой, в её глазах промелькнула искра. - Я буду заботиться о них всю свою жизнь!

Цзюнь Мосе фыркнул и сказал:

- А мой дядя? Разве вам не следует быть рядом с ним, чтобы помочь убрать тяжёлый груз с его сердца? Развязать все узлы, что мешают ему жить! Ведь всё из-за вас; вам следует использовать все свои силы, чтобы собственноручно устранить все эти страдания, и лишь тогда вы сможете искупить свою вину, лишь в этом случае ваша совесть будет чиста!

- Это... – Хан Янь Яо посмотрела на него с ужасом, она не могла вымолвить ни слова.

Сейчас тот, кого она больше всего боится увидеть – это самый любимый и дорогой человек в её сердце! Тот, по кому она скучает и думает ночи напролёт! Единственный, кто приходит к ней в её снах!

Цзюнь Вуй!

- Думаешь, что этого будет достаточно? Кто поможет ему восстановить его душевное равновесие? Корень зла – не только вы, но и он! Понимаете? – Цзюнь Мосе продолжал давить: - Он стал таким из-за вас, всё из-за вас! Понимаете? Это ваша ответственность! И вы должны принять её!

- Я... Готова... Понести её...! – закрыв глаза, прокричала Хан Янь Яо, слёзы лились ручьём из её глаз. - Я буду нести это бремя до самой смерти!

Глава 718.1. Это и есть Цзянху!

От острых, как нож, слов Цзюнь Мосе Хан Янь Яо в конце концов просто рухнула!

Она обессиленно упала на землю. Её взгляд был пустой, слышно было лишь её бормотание:

- …Я буду нести это до самой смерти…

- Не просто нести! Ты должна заботиться о моём дяде! От всего сердца, со всей нежностью и мягкостью, чтобы излечить все раны в его сердце! Ведь все его планы на будущее, все его перспективы были уничтожены только из-за тебя, только представь, через какой позор ему пришлось пройти! – подумав, Цзюнь Мосе добавил: - Посмотри, в кого превратился этот уважаемый всем народом генерал… Ты должна понимать все его душевные страдания и муки!

- Я понимаю… Я действительно понимаю… – Хан Янь Яо чувствовала пульсирующую боль в своём сердце, перед глазами у неё возник образ Цзюнь Вуя: он стоял с опущенной головой перед толпой людей, которая лишь презирала и ругала его. Ей захотелось тут же оказаться рядом с ним, чтобы выразить свою поддержку!

- А как быть моему дедушке, все эти годы он хоронил своих детей, насколько же это жестоко! Как невестка, ты должна помочь залечить все эти шрамы. Ему необходима твоя забота, твоё почтение! Ещё ведь есть моя мама, есть я, есть моя жена… Ты должна взять ответственность за всех нас! – Цзюнь Мосе мало когда умел фильтровать сказанное, поэтому на плечи Хан Янь Яо ложилось всё больше и больше ответственности. Если бы он вовремя не замолчал, боюсь, что он бы приписал ей и своих детей, внуков, их будущих жен и мужей…

Видя, что у Хан Янь Яо нет никаких оснований и аргументов возражать, Цзюнь Мосе облегчённо вздохнул: выглядел он измотанным.

За такое небольшое количество времени я смог придумать столько хороших доводов, да ещё так легко… В этот момент Мосе был сам от себя в восхищении: невероятный ораторский талант, а какая сообразительность и находчивость!

Камни на сердцах Цзюнь Вуя и Хан Янь Яо глубоко укоренились, и если вы хотите их уничтожить, тогда здесь может помочь только один метод: любовь!

Лишь огромная сила любви способна развязать эти сердечные узлы и излечить душевные раны! Только любовь может сделать их сердца счастливыми!

Их душевное спокойствие будет строиться на их любви друг к другу, любви к этим детям...

Это психологическое чувство, у него нет материи или формы. Когда эти двое будут делать что-то для детей, им будет становиться лучше, в этом и есть их утешение.

Это то, что мы обычно называем добросовестностью!

Тем не менее в данной ситуации Цзюнь Мосе действовал и в личных интересах тоже. Он искренне хотел, чтобы его дядя и тётушка были счастливы, и при этом были вместе. Ведь только так они могут его обрести! Заставив Хан Янь Яо заботиться о Цзюнь Вуе в качестве «искупления грехов», Мосе надеялся, что их чувства помогут им воссоединиться!

Так они смогут оказать друг другу необходимую поддержку, будут вместе до самой старости. А когда они найдут успокоение, внезапно осознают, что их жизнь очень значима, и...

В то время у них уже наверняка будет целая куча детей!

Это искреннее желание Цзюнь Мосе.

Возможно, сегодня он был невежлив и даже очень груб, однако его слова оказались самым верным средством от душевного расстройства!

Хан Янь Яо согласилась с неисчислимыми требованиями Цзюнь Мосе, и при этом у неё не осталось чувства принуждения, наоборот, принятое ею решение принесло лишь облегчение, будто камень с её души, наконец, исчез! Душевное состояние стабилизировалось, а сердце успокоилось!

Только при наличии чёткой жизненной цели человек будет прилагать какие-то усилия!

Только усердно трудясь, можно открыть для себя красоту жизни!

Это правда!

Я лишь хочу, чтобы мы вместе работали на благо нашей общей цели!

В этот момент внезапно раздался громкий звук. Похоже, что кто-то поднимался в пещеру.

Цзюнь Мосе не двинулся с места, он лишь холодно посмотрел в сторону входа.

Вспыхнула белая тень, и появился человек. Это был хозяин Серебряного города, Хан Чжань Мэн.

- Яо... – войдя внутрь, Хан Чжань Мэн вдруг увидел Цзюнь Мосе и удивлённо спросил: - А ты ещё кто такой?

Беспорядки внизу наконец-то утихли, два мастера из трёх Священных земель один за одним были убиты, поэтому все были не в духе. Никто не обращал внимания на людей из Серебряного города. Хан Чжань Мэн отдал приказ «Не спускать глаз с семьи Сяо», а затем отправился навестить свою дочь.

То, что случилось сегодня – это дело рук семьи Цзюнь. Это какой силой нужно обладать, чтобы справиться с мастерами из трёх Священных земель…

Поэтому сейчас он больше всего беспокоился о своей дочери.

Если кто-то сообщит ей о случившемся, боюсь, она может покончить с собой… Ведь все её страдания наконец-то закончатся.

Ведь она уже однажды сама говорила об этом.

Поэтому Хан Чжань Мэн снова пришёл сюда. На это раз он решил лично спустить свою дочь вниз, даже если придется её связать!

Однако он не ожидал увидеть здесь молодого парня. Хан Чжань Мэн невольно пришёл в ярость.

- Я член семьи Цзюнь, Цзюнь Мосе! – Мосе посмотрел на него с теплотой в глазах. - Правитель Хан. Вот мы и встретились.

- Ты уже видел меня раньше? Откуда ты знаешь, что я и есть Хан Чжань Мэн? – повелитель Серебряного города успокоился. Раз уж это племянник Цзюнь Вуя, он не станет причинять вред Хан Янь Яо.

- Я только что видел вас в Большом зале. Вы тоже видели меня, однако не смогли рассмотреть моё лицо, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся.

- Так ты и есть тот самый Король убийц? – Хан Чжань Мэн тут же пришёл в себя и невольно испугался. Он и подумать не мог, что тот, кто смог одолеть Почтенного мудреца четвёртого уровня, окажется таким мальчишкой!

- Ой, да перестаньте. Это так, детская забава! – скромно ответил Цзюнь Мосе.

Хан Чжань Мэн потерял дар речи: Это он так скромничает? Или хвастается? Если это были детские забавы… Да чёрт возьми, он слишком ужасен и опасен! Не слишком ли это лицемерно?

Размышляя обо всём на ходу, он быстро подошёл к дочери и помог ей подняться. Увидев, что Янь Яо вся в слезах, Хан Чжань Мэн тут же разозлился:

- Что ты сделал с моей дочерью?

Цзюнь Мосе лишь пожал плечами:

- Правитель Хан… Что бы я мог сделать своей тётушке? Я ведь представитель младшего поколения, что же я могу сделать со старшими?

Хан Чжань Мэн удивлённо спросил:

- Что ещё за тётушка? Какое ещё старшее поколение? Ты, сопляк, о чём тут, чёрт возьми, говоришь?!

- О жене моего дяди. Моей тётушке, она ведь как-никак относится к старшему поколению. Правитель Хан, разве вы не понимаете? – терпеливо объяснил Цзюнь Мосе.

Хан Чжань Мэн разозлился:

- Что ещё за жена твоего дяди? Цзюнь Мосе, пусть твои способности и на высоте, но это не даёт тебе права нести такую чушь! Даже если Цзюнь Вуй и захочет взять в жены мою дочь, для начала ему нужно будет проявить свою искренность. Для чего ты всё это делаешь?

- Правитель Хан, это… Всё искренне. Вся наша семья Цзюнь искренна по отношению к вам, – Цзюнь Мосе улыбнулся и добавил: - Поэтому мы надеемся, что и вы проявите свою искренность по отношению к семье Сяо. И всё благополучно завершится!

- Наша искренность? – Хан Чжань Мэн нахмурился: - Что ты имеешь в виду?

- Неужели вы думаете, что семья Хан не несёт ответственности за те подлые деяния, что когда-то совершила семья Сяо? – холодно сказал Цзюнь Мосе. - Семья Хан из Серебряного города не хочет идти против семьи Цзюнь, это я уже отчётливо увидел своими глазами. Но это ведь из-за огромной силы, который мы обладаем сейчас. Если бы не она, не думаю, что правитель города стал бы вести со мной диалог! Семья Цзюнь и сама прекрасно понимает, что чем больше кулак – тем сильнее доводы, здесь нет ничего постыдного. Мы и сами не хотим ставить семью Хан в затруднительное положение и создавать какие-либо трудности для моего дяди и тётушки. Однако это вовсе не означает, что мы не способны навредить семье Хан!

Правитель города – человек сообразительный и увидел разницу в моих словах. Неужели вы думаете, что события тех лет не имеют никакого отношения к Серебряному городу? Или… Трагедия семьи Цзюнь, разве семья Хан нисколько не ответственна за случившееся? Короче говоря, сейчас нам нужно найти так называемый баланс – а он, в свою очередь, заключается в вашей искренности! – Цзюнь Мосе говорил всё медленнее, однако его тон был по-прежнему очень серьёзным.

После того, как Мосе вновь упомянул события прошлых лет, Хан Чжань Мэну стало очень неловко. Он очень честный человек, опирающийся на свою совесть. Более того, находясь перед таким сильным мастером, будет слишком унизительно использовать хитроумные уловки и раздувать ненужный спор!

Спустя какое-то время Хан Чжань Мэн глубоко вздохнул и сказал:

- Серебряный город действительно ответственен за случившееся, я не стану этого отрицать. Справедливость живёт в людских сердцах, да и какой смысл отпираться? Мосе, ты сам сказал: чем больше кулак – тем сильнее доводы. Это истина Цзянху. Мясо слабого – пища сильного! Сила всего - в почёте!

Цзюнь Мосе ничего не говорил, а лишь спокойно слушал.

- Ты пришёл ко мне и смотришь на меня свысока только потому, что сейчас у тебя есть сила. Твоей силы хватит не только для мести, ты мог бы господствовать с ней над всем миром! Но думал ли ты о том, что было бы с семьей Цзюнь, не обладай она такой силой? Каков был бы исход? – Хан Чжань Мэн был холоден. - Если и так, семья Хан, даже зная всю правду, не смогла бы вам ничего сказать. Честно говоря, я, как и прежде, не могу вам ничего дать! Это и есть Цзянху! То, что случилось с семьёй Цзюнь, несомненно, очень печально. Однако в мире существуют ситуации и похуже, с каждым днем их становится всё больше и больше! И это будет продолжаться! Таким трагедиям нет конца и края…

Он слегка улыбнулся и вдруг холодно сказал:

- Я не знаю, думал ли об этом мастер Цзюнь, но с тех пор, как ваша семья начала совершенствовать свою силу, она и сама стала источником зла! В мире есть семьи, дети, старики или же женщины, которые определённо пострадали или даже были уничтожены от различных деяний семьи Цзюнь! Вы можете об этом даже и не знать, однако, я тебя уверяю, что так и есть. Станешь ли ты это отрицать?

Глава 718.2. Это и есть Цзянху!

Хан Чжань Мэн мрачно сказал:

- Вы убиваете людей, вы убиваете своих врагов, и людей, которые жаждут вашей смерти! Но все эти люди, которые хотят убить вас, бесспорно способные и сильные люди. И к тому же их способности и силы должны нести соответствующую ответственность. Эти люди, несомненно, заслуживают смерти! Но в то время, когда вы убиваете их, вы также забираете жизнь у ни в чём неповинных людей!

Цзюнь Мосе, слушая его, нисколько не обиделся, а даже наоборот, задумался.

- Хотя семья Сяо живёт в Серебряном городе из-за заветов предков, мы хорошо заботимся о них. Но в конечном итоге, несмотря на свою силу, они всего лишь подчинённые, а не хозяева города! – сказал Хан Чжань Мэн. – Если бы ваша семья Цзюнь находилась у кого-то в подчинении, вы бы тоже так же самостоятельно занимались своими семейными делами! Но во время решения проблем, вы бы тоже появлялись со своим семейным знаменем для поддержки и опоры! И поэтому результаты ваших действий и решений, необязательно были бы только хорошими, пусть иногда проблемы и неприятности были бы не такими серьёзными, но всё же, в конце концов настал бы взрывной момент. Если поставить себя на место других, если бы ваши весьма способные и сильные подчинённые совершили ошибку, из-за которой пострадали относительно слабые, никчёмные и ни в чём не повинные люди или ваш авторитет, вы бы распорядились немедленно убить этих подчинённых в назидание другим? Или заставили бы просить и вымаливать прощение у их заклятых врагов? Я думаю, что нет! Если бы вы были способны на такое, вы бы не обладали вашей заоблачной дерзостью и уверенностью в себе!

Я и Серебряный город тоже бы не смогли так! Потому что тогда семья Сяо являлась основными силами Серебряного города. А силы вашей семьи Цзюнь были ничтожно малы! Настолько малы, что я даже не обратил внимание на вас…

Хан Чжань Мэн говорил уверенно и открыто, с полной искренностью, и, хотя это было трудно слушать, всё же его слова были правдой.

- До сих пор говорят, что ваше заявление о возмездии появилось только благодаря вашему успешному подъёму, – Хан Чжань Мэн резко сказал. – В мире, несомненно, есть множество разных принципов нравственности и морали, но, я думаю, ты со мной согласишься – все они настоящие оковы для простого человека! Дела на верхах решаются по силе, а не по справедливости! Справедливость и честность не в человеческих сердцах, ложь и правда в силе. Пока у вас есть сила, у вас есть и правда! Если нет силы – нечего и говорить о правде и справедливости! Потому что никто не будет ради твоей правды рисковать своей жизнью и идти против сильного соперника!

Обогащать богатых легко, протянуть руку в час нужды трудно! В верхах не существует такого понятия «бесстрашно поспешить на помощь»! – Хан Чжань Мэн язвительно рассмеялся. - Наследный принц нарушил закон, а народ – соучастник! Это блестящий девиз для правителя! У наследного принца не было кровавого долга? Однако когда народ стал соучастником? И необязательно «наследный принц», пусть даже сын обыкновенного начальника уезда, если он нарушит закон, разве народ не будет соучастником? Это всего лишь один привлекающий внимание лозунг и всего-то!

Почему народ зовётся народом? А наследный принц наследным принцем? Это выражение выглядит справедливым и кристально честным, но различие в социальных статусах очевидно! Это всё не более чем самообман, истинный смысл этих слов звучит так: наследный принц нарушил закон, и кто же осмелится его наказать за это? – Хан Чжань Мэн иронично рассмеялся. – Относительно событий прошлых лет – наша семья только может выразить своё сожаление, только это. Тогда семья Сяо грозилась истребить подчистую всю вашу семью, но мы смогли защитить вас! Это все Яо, она шантажировала их своей жизнью, чтобы помочь вам уцелеть, и для того, чтобы сегодня у вас была возможность отомстить. Если учесть этот факт, хотя семья Хан должна нести ответ перед семьей Цзюнь, всё же мы были благосклонны и добры к вам.

Я совсем не пытаюсь здесь с нахальным лицом говорить красивые речи, но всё же это, действительно, правда! Совершенно неважно, согласишься ты с этим или нет! – равнодушно сказал Хан Чжань Мэн. – Как раз из-за того, что вы были так слабы тогда! Пусть даже семья Сяо хотела полностью перебить вашу семью тогда, что касается нас, в нас не было ничего особенного, сейчас вы пришли мстить не потому, что обладаете достаточной силой?

- Да, это имеет смысл. Со всем сказанным вами, правитель Хан, я полностью согласен! В этом наши взгляды совпадают! – Цзюнь Мосе немного помолчал, а потом также искренне и честно сказал: - Да, это именно то, что называется Цзянху! Одно беспомощное место, и с этим ничего нельзя поделать. Правда в силе, справедливость в кулаке. И что тогда случилось такое событие, Серебряный город не заслуживает осуждения! Я понимаю это!

Но понимать – это одно, а вот делать – это совсем другое, вот что я сейчас хочу вам сказать: как вы и сказали, это всё от того, что семья Цзюнь сейчас имеет силу! Но когда у нас не было силы, мы не могли ничего и сказать, потому что это могло только навлечь позор на нас! Вы сказали, что семья Хан была благосклонна к семье Цзюнь, но с этим я не могу согласиться. Потому что изначально вы всё делали ради своей дочери, а не ради семьи Цзюнь. Поэтому ни в коем случае не стоит говорить о том, что мы должны быть благодарны вам. Поэтому Серебряный город по-прежнему должен заплатить за это, обязательно должен поплатиться за это! – Цзюнь Мосе равнодушно и бесчувственно сказал: - Как вы и сказали, правитель Хан, отплатить вам тем же: это и есть Цзянху!

- Верно! Это и есть Цзянху! – Хан Чжань Мэн немного помолчал и с досадой сказал.

- Мосе, неужели ты не можешь пощадить наш Серебряный город? – Хан Янь Яо встала и жалобно посмотрела на Цзюнь Мосе. – Если и, правда, так, как же я могу претендовать на твоего дядюшку? Как я смогу посмотреть ему в лицо?

- Пощадить Серебряный город? – Цзюнь Мосе посмотрел на неё и медленно, но решительно сказал: - Ни за что!

- Яо, прекрати, это не твоё дело! – тихо сказал Хан Чжань Мэн и посмотрел прямо на Цзюнь Мосе, сказав: - В таком случае, молодой мастер, позвольте спросить, какую цену должна заплатить семья Хан? Какую цену мы должны заплатить, чтобы семья Цзюнь была довольна, или, возможно, чтобы вы, молодой мастер, были довольны?

Этот вопрос застал Цзюнь Мосе врасплох.

Несомненно, с Серебряного города нельзя снимать ответственность, семью Хан едва ли можно простить!

Однако как же поступить в такой ситуации? Какой должна быть оплата? Это весьма трудный вопрос. Семья Хан в самом деле принесла много страданий, это настоящая трагедия для Цзюнь Вуя и Хан Янь Яо! Возвращаясь к этому вопросу ещё раз – семья Хан не была инициатором этой трагедии, никак не провоцировала её, и уж тем более не подливала масла в огонь, абсолютно ничего не делала лично. Самое большее, она была безучастным зрителем, молча наблюдавшим за всем со стороны. К тому же, если и переживала в душе, она не вмешалась в жестокие и коварные планы семьи Сяо, так что она всё равно должна ответить за это, но какой должна быть эта компенсация?

Семья Цзюнь совершенно неповинна в тех событиях, но по большому счёту можно сказать, что семья Хан тоже не виновата!

Но просто взять и пощадить их… Цзюнь Мосе не сможет просто с этим смириться!

Как можно так попустительски относиться к кровавому долгу семьи Цзюнь?

Этот вопрос – всё равно, что горячая картошка: кто ни возьмёт её в руки, выдержать не в силах!

Спустя довольно долгое время, Цзюнь Мосе встал и сказал:

- Может, семья Хан и защищала старые устои, но сердце третьей тётушки стало мёртвым. Это дело, глядя на третью тётушку, можно передать семье Хан на личное усмотрение. Но помните, что, во-первых, это не должно вредить чувствам дядюшки и тётушки; и, во-вторых, вы по-прежнему должны выплатить компенсацию! У меня есть только эти два требования.

Как бы не думал, ничего не подходит. На удивление, Цзюнь Мосе, мастер коварных интриг и злых козней, был не в силах ничего придумать на этот раз. Думая об одном, он вспоминал совершенно другое, чем больше думал, тем более подавленным и печальным он себя чувствовал. Вне себя от бешенства, было очевидно, что он останется неприступен, даже стал говорить грубо и нагло.

- Таким образом ты ставишь нас в трудное положение! Создаёшь мне одни трудности! Где в этом мире найти такой вариант, что обе стороны были довольны? – Хан Чжань Мэн горько рассмеялся. - В таком случае, я скажу тебе так: как ты хочешь решить это вопрос? Пусть будет по-твоему, семья Хан на всё согласна, но у меня есть два условия: во-первых, чтобы моя дочь была счастлива, во-вторых, мы тоже согласны выплатить компенсацию.

Цзюнь Мосе обалдел:

- Правитель Хан, почему вы такой нахал?!

Хан Чжань Мэн только рассмеялся: Разве твои условия звучат не нахально? Посему ты мне говоришь, что я нахал? Этот парнишка настоящий выходец из Цзянху, такой нахальный и бесстыжий, сил нет…

- С этим вопросом вы, правитель Хан, сами разберитесь. Меня не волнует. У меня и так уже голова болит! – Цзюнь Мосе захохотал: - Кстати, не затруднит вас передать трём Священным землям, что завтра, между пятью и семью часами утра, у горной вершины Цзянь свершится решающий бой! Победа или поражение – всё решится именно там! Жизнь и смерть определяются по судьбе, а богатство и знатность зависят от неба!

- У горной вершины Цзянь? – Хан Чжань Мэн удивлённо переспросил.

- Именно так! – уверенно ответил Цзюнь Мосе, и в его глазах сверкнула кроваво-красная жажда убийства.

Увидев этот холодный блеск в глазах Цзюня Мосе, Хан Чжань Мэн невольно вздрогнул.

- Это касается нас и трёх Священных земель! Надеюсь, Серебряный город не будет вмешиваться в это! – Цзюнь Мосе странно посмотрел на Хан Чжань Мэна и сказал: - Правитель Хан, после того, как вы устно уведомите их, я незамедлительно отправлю письмо с объявлением войны.

- Хорошо! – Хан Чжань Мэн согласился и вслед за этим спросил: - Что касается компенсации, я думаю, будет удобнее, если вы, молодой мастер, сами решите. В конце концов, вы же кредитор, а мы послушаемся вас…

- Я не смогу, это будет неудобно. Такие дела должны решать люди старшего поколения, я и мой дядюшка не можем. Разве мы имеем право на это, мог бы мой дедушка, но он сейчас далеко, да и он очень старый, вряд ли сможет добраться сюда. Правитель Хан, вы как раз тоже представитель старшего поколения, вы ни в коем случае не можете подвести несчастных родственников убитых…

Хан Чжань Мэн был расстроен! Он такой бесстыжий! Такой бессовестный! Вы же пришли вершить возмездие, как можете перекладывать ответственность за такие вещи на других людей? Ещё и не стесняетесь называться жертвами?

Хан Чжань Мэн понял, что спорить с этим мелким паршивцем – только себе дороже, и потянул свою дочь, чтобы спускаться с вершины. Перед своим отбытием он больше ни слова не сказал Цзюнь Мосе. Однако когда он взял свою дочь за руку, он очень удивился, потому что Яо, вопреки ожиданиям, не сопротивлялась и не возражала, а просто спокойно шла за ним… Что это вообще такое? Такая спокойная? Он совершенно недоумевал…

Глядя, как отец с дочерью покидают вершину, Цзюнь Мосе тоже, наконец, решил возвращаться домой. Перед отбытием, он грустно посмотрел по сторонам и пробурчал себе под нос:

- Такая высокая гора, жалко будет её разрушать…

И был таков…

Глава 719. Приготовьтесь задать хорошую трёпку этим псам!

Вернувшись к месту расположения войск, Цзюнь Мосе увидел, что великий убийца Чу Цихун с надутыми от возмущения щеками уже сидел в шатре, разговаривая с Одиноким Соколом, Мэй Сюэ Янь и всеми остальными.

Цзюнь Мосе, хихикая, зашёл в шатер:

- Ух, это ли не известный на весь мир, Почтенный убийца пожаловал к нам собственной персоной? Говорят, вы совсем недавно успешно убили Почтенного Вэй Кунчуня, и из Великого убийцы успешно превратились в Почтенного, какая радость-то! Это такое огромное событие среди нас, наёмных убийц!! Кажется, я ни разу не слышал, чтобы человек мог убить мастера Почтенного уровня и при этом не получить даже малейших повреждений, остаться в целости и сохранности! Ваше доброе имя должно ещё больше засиять, засиять на всю Поднебесную!

Это расхваливание Цзюнь Мосе привело Чу Цихуна в недоумение. Что называется и смех, и слёзы. Он с недовольным лицом начал ругаться:

- Эти люди из трёх Священных земель – просто настоящие придурки! Нечего сказать, я был просто в бешенстве! Даже если назвать их свиньями – это только обижать этих простодушных животных!

- Что, сейчас снова будешь винить меня во всём? Сейчас-то ты понял, как так получилось, что ты вечно отдуваешься за чужие поступки? – со злорадством в голосе сказал Цзюнь Мосе.

- Да понял я… Я был на крыше, когда они начали на меня наговаривать. Я так разозлился, что даже свалился оттуда! Твою ж мать! Это переходит через всякие границы, кто мог подумать, что такое произойдёт прямо перед моим носом! Мне, правда, чертовски везёт! На одни несчастья! Да чтоб тебя! – лицо Чу Цихуна помрачнело.

Мэй Сюэ Янь и все остальные недоумевали. Один за другим, наперебой, начали спрашивать, что да как: Чу Цихун в самом деле обладает такой силой, что запросто может убить Почтенного мастера? Почтенный Вэй Кунчунь, действительно, мёртв? Все были так заинтересованы случившимся.

И тогда Цзюнь Мосе выразительно и внятно всё рассказал всем, к тому же в красках. Особенно про уверенный утвердительный оттенок, с которым говорили Вэй Кунчунь и все остальные, имитируя их голоса. У него получалось очень правдоподобно, точь-в-точь как настоящие.

Все хохотали почти до колик в животе. Одинокий Сокол ржал так, что прослезился, схватившись за живот, он сказал:

- Почтенному Чу и вправду не везёт! Хорошие дела его обходят стороной, а вот такие, как это, просто липнут сами, так смешно…

Чу Цихун поднял голову к небу и хотел заплакать, но не смог выдавить и слезинки. Все так смеялись, что не могли спокойно стоять на месте, Одинокий Сокол сложился пополам и повалился на землю.

Цзюнь Мосе, немного посмеявшись со всеми, не стал зря терять времени, достал письменные принадлежности и быстро, словно настоящий каллиграф, летящим почерком написал послание! Тут же засунул его за пазуху и сказал:

- Вы тут знаете, чем заняться, ну а я пошёл. Кстати, завтра, где-то между семью и девятью утра, выдвигайтесь всеми силами в Серебряный город, сбор у горной вершины Цзянь, приготовьтесь задать хорошую трёпку этим псам!

- Хорошо! Эй, а куда это ты? – спросил Цзюнь Вуй.

- Я пошёл отдать письменное уведомление о войне! – Цзюнь Мосе поспешно сказал.

- Подожди-ка, сначала дай мне, я посмотрю, что там, – крикнул Цзюнь Вуй. Если он является главнокомандующим, разве ему не положено посмотреть объявление войны? Цзюнь Вую было досадно из-за того, что Цзюнь Мосе слишком своевольничает.

Цзюнь Мосе заморгал, медленно и нехотя достал письмо.

- Здесь указано время между пятью и семью часами утра, зачем же нам тогда нужно прибыть ко времени между семью и девятью утра? – нахмурившись, сказал Цзюнь Вуй.

- Эм… Да здесь же погодка – просто загляденье, воздух такой свежий, пусть они сначала проветрятся, насладятся прохладой, я просто стараюсь как лучше для них, – Цзюнь Мосе, смеясь, сказал.

Цзюнь Вуй не понял его причины для радости и разозлился:

- Военные действия, это тебе, по-твоему, детские забавы? Если, действительно, разворачивать войска на войну, ты просто лично изменил приказ главнокомандующего. Ты знаешь, что это считается нарушением?

- Ой, дядя, это же ненастоящая война… Давай ты просто послушаешь меня, хорошо? Если вы в самом деле выдвинетесь рано, последствия могут быть плачевными, – Цзюнь Мосе загадочно сказал. – Горная вершина Цзянь будет разрушена…

Все были очень удивлены и напуганы.

Донфанг Вэн Синь встала и спросила:

- Горная вершина Цзянь будет разрушена? В самом деле разрушена?

- Так точно! Разрушена! – Цзюнь Мосе с серьёзным голосом заверил её.

Чу Цихун и Мэй Сюэ Янь переглянулись, им невольно вспомнился обвал, который произошёл в горном ущелье… Неужели…

Все застыли как вкопанные. Цзюнь Мосе взял письмо и в мгновение исчез, только его фраза осталась в воздухе:

- Завтра, между семью и девятью утра, я буду ждать вас на горе! Ни в коем случае не приходите рано!

Цзюнь Вуй ещё долго ругался:

- Этот негодник, правда, такой гадкий… Написанное им в том письме, разве не раздражает людей? В нём нет и капельки моральных качеств…

Все просто молчали…

Чу Цихун задумался: Этот горный пик намного выше других горных вершин и, к тому же, очень большой. Однако неизвестно, обрушение такого горного пика сможет ли раздавить насмерть Почтенных мастеров первой ступени?

……

Время было уже после полудня.

Обстановка в Серебряном городе была мрачной и гнетущей!

Мо Сяо Яо и Цзя Цинюнь сидели напротив друг друга в тронном зале, в полном молчании и с серьёзными лицами.

В самом центре тронного зала стояло два гроба из толстого льда, в которых покоились тела двух Почтенных мастеров.

Их окружало более пятисот мастеров из трёх Священных земель!

На этот раз состав вооруженных сил трёх Священных земель можно было назвать поистине неслыханно мощным, - это была почти треть всех их сил!

Другими словами, не учитывая Достопочтенных, этот командный состав был равносилен силе одного рода из трёх Священных земель!

- Цинюнь, на этот раз, возможно, мы ошиблись, придя сюда, – Мо Сяо Яо с растерянным видом посмотрел на гроб Вэй Кунчуня и медленно сказал, голос его был очень унылым.

- Близится великая битва, брат Мо, у тебя дурное предчувствие? – немного удивленно спросил Цзя Цинюнь.

- И не только в данный момент, а начиная с тех пор, как мы отправились сюда, у меня на сердце крайне плохое предчувствие. Чувство, что в этот раз случится что-то невероятное, – Мо Сяо Яо, вздохнув, сказал: - И в самом деле, не успели мы прибыть сюда, уже лишились четырёх Почтенных, и ещё один, Почтенный Ду Цзю, тяжело ранен, до сих пор прикован к постели! Всё это, как раз лучше всего подтверждает моё дурное предчувствие!

И сейчас это предчувствие становится только сильнее и сильнее! А мои мысли всё в большем беспорядке… – Мо Сяо Яо сделал глубокий вздох. - Неужели ещё что-то случится?

Цзя Цинюнь невольно задрожал и с неестественным смехом сказал:

- Мне кажется, ты, брат Мо, слишком много переживаешь. Это все от того, что смерть Вэй Кунчуня очень потрясла тебя, и ты страшишься такой же участи. Не говоря о тебе, брат Мо, даже я очень огорчён этим. Всё совершенствование длиной в четыре сотни лет – рухнуло в одночасье! Жизнь так непредсказуема… Это как нельзя лучше доказывает этот факт.

Мо Сяо Яо долго молчал, а потом, вздыхая, сказал:

- Это и значит идти дорогой Цзянху… Если оступишься, не человек убьёт тебя, а гнев небес! Начиная с древних времен и до сегодня, был ли кто-то, кто смог избежать этой участи? Сколько всего людей мирно закончило свой век? Пусть даже Достопочтенный мастер… Скольким удалось это? Эту истину я узнал уже несколько сотен лет назад, но повторив эти снова, сегодня… Действительно… Чего ради это всё…

Цзя Цинюнь тоже невольно тяжело вздохнул из-за разговоров Мо Сяо Яо и медленно сказал:

- Дождусь, когда отомстим за брата Вэй, уничтожим главную угрозу в лице Цзюнь Мосе и Почтенной Мэй, и сразу уйду на покой. А после Битвы за Захват Небес, я оставлю своё бренное тело на вершине небесного столпа, и будет совсем покончено.

- Битва за Захват Небес… Небесный столп… – Мо Сяо Яо, с учащённым сердцебиением, повторил. – Сказав это слова, я вдруг почувствовал, какие они удивительно далёкие… Недосягаемые! Уничтожить Цзюнь Мосе и Почтенную Мэй, возможно, уже очень трудно и крайне опасно. Отомстить за брата Вэй… Сказать намного легче, чем сделать!

Эти жуткие приёмы короля убийц! Я и ты, мы всё прекрасно видели, это произошло прямо на наших глазах! Говоря честно, если бы этот меч угодил в меня, туда, где я стоял, я бы сейчас лежал там же, где и Вэй Кунчунь! – на лице Мо Сяо Яо появился ужас. - У меня нет никакой уверенности, что я бы смог уклониться!

- Тот меч в самом деле удивительный! – в глазах Цзя Цинюня появился страх. Видимо, он вспомнил изящество того меча.

- Удивительный все-таки не меч, а его хозяин! Потому что ты никогда не знаешь откуда он прилетит – вот, что самое страшное! А когда ты узнаешь, будет уже поздно, и с тобой будет то же самое, что и с Вэй Кунчунем! – Мо Сяо Яо покачал головой. - Можно сказать, мы, закалённые в боях, опытные воины… Сколько боёв и сражений было за нашу жизнь, сотни? Но для этого меча нет никакого ответного удара или приёма. Сейчас я могу придумать один ответный приём, но итог всё равно будет один, такой же, как у Вэй Кунчуня!

И кто этот человек, в конце концов? В какой момент в этом мире появился такой поразительный убийца? И наши уши, и глаза, распространённые по всему миру, ничего не знали об этом! Это действительно пугает! Короче говоря, сегодняшний Цзянху так изменился, уже совершенно не тот Цзянху, который мы знали! – Цзя Цинюнь горестно вздохнул:

- Брат Мо, неужто наш век уже подошёл к концу…

Мо Сяо Яо застыл и очень надолго задумался:

- Наш век уже подошёл к концу? В самом деле подошёл к концу… – голос его был очень тихим, словно он спрашивал сам себя или небеса.

В это время вдруг снаружи послышался очень отчётливый голос:

- Эй, Мо Сяо Яо, катись сюда, у меня для вас письменное уведомление о войне! – голос был очень звонким, что даже отдавался эхом в тихих заснеженных горах. Отголоски не прекращались и были довольно грубыми и дерзкими.

Мо Сяо Яо одним взмахом поднял обе брови, но не рассердился. Он спокойно сказал:

- Оказывается, это король убийц, посетивший нас своим присутствием ранее. Осмелюсь спросить, будут ли какие-либо советы с вашей стороны? – он уже понял, что говоривший человек был тем, кто убил ранее Вэй Кунчуня.

Столкнувшись с таким сильным врагом, каким бы храбрым ни был Мо Сяо Яо, но он не осмелился бы в одиночку столкнуться с ним! Снова встретиться с его мечом… Какой будет итог? Холодное тело Вэй Кунчуня тому подтверждение!

Все люди трёх Священных земель поднялись, Мо Сяо Яо подмигнул им. Цзя Цин Юнь, Сяо Тянь и Чу Учин тут же подскочили, сформировав кольцо обороны, у каждого из них в глазах был страх и ненависть, они молча двинулись вперёд.

Вдруг внезапно раздался странный звук, и вовнутрь влетела какая-то странная вещь, а снаружи снова раздался голос:

- Ха-ха-ха-ха! Кажется, у вас смелости не хватит, чтобы выйти! Тогда я сам вам закину вот это! Три, б*ядь, Священные земли, ха-ха-ха… Смех да и только! Вас лучше уж называть три черепашьих логова! Стадо трусливых черепах, спрятавших головы в свои панцири! Да как вы ещё не стесняетесь называться Священными землями, насмешили вы меня, конечно… Сейчас живот лопнет…

Смех постепенно удалялся, а потом и вовсе исчез.

Белая карточка, ненадолго задержавшись в воздухе, остановилась и упала. Оказывается, это был кусок шёлковой ткани с иероглифами, выведенными превосходным почерком.

Глава 720.1. Вот такое письменное объявление войны!

Мо Сяо Яо провёл взглядом по письму и сразу изменился в лице. По его выражению лица было очевидно, что он был крайне зол.

Содержание этого письменного уведомления о войне с лёгкостью могло довести человека до такого возмущенного состояния, что из ушей прямиком пар бы пошел от злости!

И это даже было трудно назвать письменным уведомлением о войне, это скорее было оскорбительным письмом!

Содержание:

Завтра, между пятью и семью утра, у горной вершины Цзянь состоится решающий бой!

В установленное время будет убит Мо Сяо Яо, растоптан в грязь Цзя Цинюнь, до смерти избит Сяо Тянь, размазан по стенке Чу Учин!

Внимание, внимание! Завтра все лицемеры из Неуловимого Мира Бессмертных, все подлецы Великого Золотого Города и тряпки из Неуловимого Океана Крови будут стерты в порошок!

Всем трем оставшимся землям придет конец, начало конца завтра - между пятью и семью утра!

С безразличием смотрю на весь мир, презираю всех живых существ!

Пуп земли, единственный и неповторимый, Мосе!

Остатки трех мест, жалкое посмешище.

Блистательный Тянь Фа пусть цветет в веках!

Почтенные, Достопочтенные, все одно – жалкая груда костей!

Ни один шут гороховый не останется в живых!

Негодяй Сяо Яо, ты осмелишься прийти на битву?

Подлец Цзя Цинюнь, хватит храбрости у тебя сразиться с нами?

Если придете, вас ждет только смерть. И потом не надо говорить, что я вас не предупреждал! Я превращу ваши низменные и уродливые тела в удобрение, которые увлажнят собой эти необъятные земли; я превращу ваши жалкие душонки в пепел, а потом развею над всей Поднебесной!

Если не придете, тогда просто возвращайтесь домой, к своей мамочке, пусть она хорошо вас накормит, а то, видно, что храбрости у вас кот наплакал!

PS: это битва между Тянь Фа, семьей Цзюнь и с остатками трех земель (с тремя оставшимися землями), если вы боитесь сами приходить, разрешаю вам попросить подкрепления у Серебряного города и отправить за себя. Все одно, ваши трупы или их, вообще без разницы. Поймите меня – я человек широкой души, не могу жить без добрых дел, а к будущим трупам я даже в большей степени благосклонен, разрешаю прямо все.

Если уж так боитесь, я разрешаю вам даже самим покончить с собой. Мне даже полегче будет, лишний раз руки не марать об ваше черепашье отродье…

И последнее – не могу умолчать. Виной всему мое отличное настроение. Хочу сказать, что данное письмецо не только оскорбит и унизит Мо Сяо Яо и всех остальных, но и при каждом написании названия вашей альма-матер, слово «священные» с моим превеликим удовольствием изменено на «оставшиеся»! Ух, нечего сказать, это же просто возмутительно, да!? Серьёзный повод начать войну!

Глаза Мо Сяо Яо стали почти сиреневыми, столкнувшись с такой провокацией, с мужеством вынести все это и не выйти из себя… Да, он просто святой, не иначе…

- Война – значит, война! Еще посмотрим, кто будет смеяться последним! Завтра, между пятью и семью утра будут похороны семьи Цзюнь и лес Тянь Фа!! – Мо Сяо Яо с бледным, как смерть, лицом, стукнул по письму рукой, и оно превратилось в порошок!

- Брат Мо, как ты считаешь, каковы наши шансы на успех? Если все распланировать как следует, наши шансы на победу непременно возрастут! – сказал серьезно Цзя Цинюнь, а потом нахмурил брови и начал рассчитывать, но чем он больше об этом думал, тем больше чувствовал себя неуверенно.

- Сейчас наши силы составляют 543 человека! Из них ты и я самые сильные. Само собой разумеется, что мы – главные силы, каждый будет руководить полком мастеров, у нас всего три полка… Очень жаль, что с братом Вэй случилась такая беда, и мы лишились одного командира полка. Так как Сяо Тянь уже совершил прорыв до Почтенного третьего ранга начальной ступени, значит, командование третьим полком переходит к нему.

Мо Сяо Яо ненадолго задумался и потом медленно сказал:

- А ты, Чу Учин, так как находишься немного пониже по силам, ты займешь место посередине для координации и сообщения полков, – сказав это, он снова замолчал, немного подумал, на его лице показалось удрученное выражение. - Эти несчастья за несчастьем привели к тому, что наши силы очень уменьшились. Если говорить про общую численность, мы заметно уступаем Тянь Фа, но если говорить о силе высокого уровня, пусть и с учетом потерь, но мы превосходим их, значит, беспорядочный бой совершенно не выгоден нам!

Настоящий гений военного искусства, Кровавый Генерал Цзюнь Вуй принял личное командование силами врага. Простодушные Священные звери будут в соответствии с его приказами делиться на ряды и шеренги. В прошлый раз Сяо Тянь и остальные испытали на себе это! Поэтому, если будет не беспорядочный бой, по возможности надо будет избегать его!

- Потасовка совершенно невыгодна для нас, но если все-таки ничего нельзя будет поделать, лучший метод – это борьба в одиночку! – сказал Цзя Цинюнь. - У них численный перевес, и выходит, что в этом они превосходят нас, но, тем не менее, у нас больше мастеров высшего уровня. Если у нас будет возможность заставить их бороться в одиночку, то у нас еще могут быть шансы на победу! Пусть даже их и поддерживает король убийц, но если не забыть про его внезапные нападения, у нас еще есть шансы на успех!

Когда время придет, тогда и увидим. Если не получится поспособствовать борьбе в одиночку, тогда нужно в кратчайшие сроки вызвать беспорядочный бой, молниеносным броском поднять потасовку! Поставить Цзюнь Вуя в безвыходное положение, чтобы у него не было времени принять ответные меры, и как раз в это время мы вчетвером, сообща, сможем броситься в бой, сформировав мощную не имеющую себе равных силу. Сначала сразим Почтенную Мэй, а потом избавимся от Чу Цихуна.

На лице Мо Сяо Яо появилось коварное выражение:

- О Цзюнь Мосе сейчас не стоит переживать, своей разрушающей силой мы сначала избавимся от этих двух, потом, сосредоточив силы, займемся тем таинственным королем убийц!

- Но мы должны быть очень осторожны с ним! Только так наши шансы на успех могут возрасти! Этот человек действительно очень пугающий. Если даже честно ступить с ним в схватку, даже у меня нет уверенности в победе! Однако если мы все-таки поступим именно так, когда мы будем бороться с почтенной Мэй и Чу Цихуном, если король убийц предпримет внезапное нападение, что нам делать тогда? Его техника управления с мечом, по правде, потрясающа, даже Почтенная Мэй, которая тоже славится своей техникой управления мечом, пожалуй, не сравнится с ним! – Цзя Цинюнь, нахмурившись, сказал с тревогой в голосе.

Глава 720.2. Вот такое письменное объявление войны!

- Мы приступим к тактике «атаки людскими волнами». Ценой человеческих жизней, но мы должны задержать его! – в глазах Мо Сяо Яо сверкнул жестокий и коварный холодный блеск. - Пусть даже всех перебьют, но мы должны его задержать! До того времени, когда мы сможем переключиться на него!

Цзя Цинюнь тяжело вздохнул:

- Если так… Жертв будет очень и очень много!

- Это и есть Цзянху! – сказал строго Мо Сяо Яо. - Если даже мы с тобой готовы пожертвовать своей жизнью, то они – тем более! Мы не можем проиграть в этой битве, а если проиграем, у них и не будет больше смысла жить!

Цзя Цинюнь медленно кивнул головой, соглашаясь с его словами.

- Если так, что касается участия людей со стороны Серебряного города? – задумался Цзя Цин Юнь, а потом спросил.

Мо Сяо Яо встал, немного походил из стороны в сторону и потом сказал:

- В этом письме было очень доходчиво написано, что если люди из Серебряного города появятся на поле боя, это может быть расценено нашими врагами так, что мы недооцениваем себя! Однако Серебряный город все же не может оставаться в стороне! Нужно выделить десять Величайших мастеров и наблюдать за ними, если начнется беспорядочный бой, мы отправим их в нападение с тыловой стороны на семью Цзюнь и лес Тянь Фа. Возможно, они и не могут похвастаться выдающейся боевой мощью, но посеять панику, я думаю, они смогут! – он злобно рассмеялся.

- Хотят остаться в стороне, но кто говорил, что это очень легко! Нужно как раз послать их в самое жаркое место! Что касается семьи Хан, они не согласятся приложить максимум усилий в битве, и сейчас у нас нет возможностей спорить с ними. Главное, чтобы не получилось так, что они согласились на словах, а на деле вышло все совсем наоборот! – сказав это, вдруг глаза Мо Сяо Яо озарились светом. - Еще нужно заострить свое внимание на семье Сяо. Все силы Суань семьи Сяо привести в боевую готовность. Они с семьей Цзюнь – заклятые враги, непременно будут сражаться изо всех сил. Кроме того, нужно дать им надежду, пообещать им, что если они будут бороться изо всех сил в этой битве, мы будем защищать их род вечно! А если получится истребить семью Цзюнь и Тянь Фа, они получат Серебряный город!

- Боюсь, таким образом семья Хан может устроить забастовку! Они всегда здесь были местным царьком! К тому времени, если… – застыл Цзя Цинюнь.

- Если семья Цзюнь проиграет – что с того, если Хан будут возникать? А если семья Цзюнь выиграет, Сяо не смогут уцелеть! Однако если дать им надежду выбраться из тупика, в котором они находятся, то, учитывая, что они будут очень старательно сражаться, как ты думаешь, сколько из них останутся в живых? – хитрым голосом сказал Мо Сяо Яо.

- В самом деле, превосходный план! Вот так-то будет очень хорошо! – Цзя Цинюнь в восхищении закивал головой.

- Сяо Тянь, возьми несколько человек под свое руководство и отправься к горной вершине Цзянь. Хорошо обследуйте местность завтрашнего боя. Посмотрите, нет ли там каких-нибудь удачных для засады мест, чтобы заранее спрятать там несколько человек. Устроим засаду! – строго отдал приказ Мо Сяо Яо.

Сяо Тянь послушно согласился, кивнул нескольким мастерам и вылетел из тронного зала.

Мо Сяо Яо строго посмотрел на дверь, стоя с заложенными за спиной руками, твердо и непоколебимо, как гора. Он очень долго пребывал в молчании, а потом медленно сказал:

- Брат Вэй, брат Хуа - два отважных героя. Завтра мы отомстим за вас! Когда свежая кровь семьи Цзюнь окропит ваши могилы, там, в загробном мире, вы улыбнетесь!

Необъятная ледяная злоба переполняла его тело и выходила наружу, даже высоко в вершинах снежных гор птицы были так напуганы этой гнетущей атмосферой, что начали в панике кричать, улетая подальше от этих мест. Мо Сяо Яо чувствовал, как кровь в его сердце начала закипать, он медленно с силой сжал кулак, что даже все суставы проявились наружу! Многие столетия не проявлявшаяся воля к борьбе прямо била фонтаном из глубины его сердца, он чувствовал свою силу и свое превосходство, словно он подпирал своей головой само небо!

- Ха-ха-ха-ха! Война! Смертельной вражде завтра придет конец! Война – значит, война! – Мо Сяо Яо очень громко закричал, словно в силу его крика влилась все его Суань. Далекие горы задрожали и отозвались эхом, с самых высоких горных вершин с грохотом посыпался снег. С силой, словно внезапный раскат грома и поразительным грохотом! За ним еще произошел ряд обвалов небольших снежных лавин! Он очень долго продолжался и все никак не мог остановиться!

Сила это крика была настолько впечатляющей, что в одно мгновение смогла поднять упадочнический настрой мастеров трех Священных земель, их мужество и отвага возросли, и они тут же отозвались эхом:

- Смертельной вражде завтра придет конец! Война – значит, война!

Они громко в один голос закричали, и их звук улетел и ударился о далекую горную цепь, возвращаясь обратно, в нем все-таки чувствовались нотки скорби и горечи…

Цзюнь Мосе уже добрался до Цзянь! И, если говорить точнее, он уже находился на несколько десятков футов глубоко под землей!

Он спокойно стоял в земле, лицо его было сосредоточенным. Почувствовав, что все его тело было переполнено энергией, он резко повернулся лицом к большому горному пласту, вытянул обе руки и медленно толкнул его от себя, словно приводя в движение тяжкий груз в несколько миллионов тонн, затвердевший и слежавшийся. Из его ладоней появилось желтое свечение, вслед за этим руки до локтя стали светиться, а потом и все его тело. Он был похож на фонарь, сияющий в темноте, он так светился, что был похож на настоящее божество!

Внезапно он медленно закричал:

- Пять стихий! Сила земли, вперед!

Глава 721. Сила пяти стихий прямо под ледяным пиком!

Переполнявший его тело желтый свет рассеялся. Он полностью соединился с внутренними каменными слоями. Затем волнами, одна за другой, эти лучи проникли внутрь, и спустя какое-то время все вернулось в первоначальный черный цвет.

Цзюнь Мосе старался изо всех сил, однако продолжал часто и тяжело дышать. Он осторожно регулировал свое дыхание, медленно восстанавливая свои силы. Пагода в его голове продолжала вращаться, большое количество энергии Ци вырывалось наружу и заполняло все его каналы, тем самым восполняя всю потраченную им силу!

В конце концов, вся гора слишком велика!

Развалить её попросту невозможно! Даже используя такое чудо, как сила земли, это будет маловероятно. По крайней мере, с нынешними способностями и силой Цзюнь Мосе вероятность успеха равна нулю! Поэтому он делал попытки снова и снова!

Упорный труд сровняет любую гору с землей!

Каждый раз я буду стараться изо всех сил!

С Пагодой Хунцзюнь скорость восстановления Цзюнь Мосе исключительно высока! Не прошло и минуты, как снова появился желтый свет, который смешался с почвенным слоем.

Вслед за этим он выпустил еще два удара и начал приводить в порядок свое дыхание. Мосе и не думал, что этот горный пик настолько крепкий! Очень крепкий… Он уже произвел столько ударов, однако Цзянфэн даже не шелохнулся!

Эта вечная мерзлота слишком прочна, до ужаса прочна!

Погодите-ка! Вечная мерзлота…

Лед... Разве это не вода?

Тогда вряд ли сила земли сможет с ним справиться, похоже, что я ошибся!

Глаза Мосе сверкнули, и, отдышавшись, он громко закричал:

- Пять стихий! Сила воды!

Его глаза резко стали голубого цвета, а на руках появились разные печати. Это была очень сложная техника, включающая в себя бесконечные изменения! Все это было похоже на танцующую тысячерукую и тысячеокую бодисатву Гуань-инь, просто восхитительное зрелище!

Вслед за этим из его руки вышел луч темно-синего цвета!

Высвободив эту силу четыре раза подряд, Цзюнь Мосе окончательно выбился из сил и, задыхаясь, плюхнулся на землю.

После небольшой передышки, Мосе сменил свое местоположение и заново открыл циркуляцию стихий земли и воды.

Ударив по Цзянфэну с четырех сторон, Цзюнь Мосе в конце концов добрался до его центральной точки! До самого основания ледяного пика! До его сердцевины!

Это как раз и есть основное звено всего пика!

Цзюнь Мосе неожиданно обнаружил, что после того, как он использовал технику Инь-Ян, ему стало очень тяжело двигаться! Даже слишком тяжело!

После овладения этой техникой, он уже второй раз сталкивается с такой ситуацией!

В прошлый раз это случилось в лесу Тянь Фа. В том самом месте скопления огромного тумана. Мэй Сюэ Янь тогда рассказывала о побеге 14-го мастера преисподней и его местонахождении. А также о том, что оно охраняется предшественником Тянь Фа – Высшим мудрецом. Там же и находится Таинственный Призрачный Дворец, однако связь с внешним миром у него практически отсутствует!

Но сейчас все намного сильнее, чем тогда – в прошлый раз перед глазами стоял лишь сплошной туман, который заставил молодого мастера позабыть обо всем на свете, а в душе появилось чувство восхищения. Теперь же он впервые пожалел о своих разрушительных действиях в отношении Цзяньфэн!

Центральная часть Цзяньфэна на самом деле представляет собой разноцветный слой льда! Более того, эти таинственные ледяные пласты сильно отличаются от внешнего льда, и в них есть невероятное количество чистой природной энергии! Даже от небольшого вздоха Цзюнь Мосе и сам чуть не задохнулся!

Эта природная энергия «тверда» в прямом смысле этого слова!

Невероятно!

Все так красочно, будто внутри этого льда находится радуга. Выглядело это просто ослепительно и великолепно!

«Какая красота!» – Цзюнь Мосе вытаращил глаза от изумления: «Выглядит слишком красиво и спокойно! Слишком... о да, я даже завидую!»

В этот момент без всяких на то причин, Цзюнь Мосе почувствовал, как в его голове что-то загремело. Пагода Хунцзюнь вдруг поднялась и завертелась, а вслед за этим мириады ослепительных лучей вырвались наружу!

Пагода Хунцзюнь действовала сама по себе.

Цзюнь Мосе испугался, его голова закружилась. А в это время Пагода уже самостоятельно появилась в районе его бровей: будто обогащенный драгоценный камень, немножко запылившийся, но не изменивший своего цвета!

Задержавшись перед ним лишь на мгновение, Пагода Хунцзюнь переместилась на голову Мосе, цвет её становился все насыщеннее, а объем все больше. Расширившись до половины размера комнаты, ее двери вдруг распахнулись!

На этот раз из неё ничего не появилось, а наоборот, разноцветная природная энергия внутри льда с огромной скоростью начала всасываться внутрь Пагоды!

Слово мотылек, летящий на огонь, на свою верную погибель!

Цзюнь Мосе смог отчетливо все разглядеть. При входе в Пагоду свет этих красочных лучей менялся, энергия проходила последовательно, а скорость была просто изумительной!

Белая энергия была кристально белоснежной, черная – совершенно черной, все цвета без каких-либо примесей, везде был четкий порядок…

Пагода Хунцзюнь была похожа на огромного великана, который никак не может наесться. Или же на кита, который без остановки глотает этот чистый световой столб энергии!

Увидев такое перед собой, Мосе вдруг и сам захотел «откусить немного от такого пирога». Сейчас можно очень легко и самому вобрать в себя немного природной энергии. Но как только он собрался действовать, понял, что не может пошевелить и пальцем…

Такое повторяется каждый раз, когда Пагода начинает действовать самостоятельно…

Прошло уже около часа! Несмотря на то, что Пагода всасывала эту энергию со страшной силой, все это заняло почти целый час! Пагода работала на полную катушку, тем самым заставив Цзюнь Мосе дрожать от страха!

Спустя час.

Разноцветные лучи, в конце концов, рассеялись, и весь таинственный ледяной слой стал прозрачным, однако его яркость ни капельки не уменьшилась! Сила Пагоды Хунцзюнь становилась все огромнее и огромнее, а в воздухе был слышен её скрежет от перенасыщения энергией…

Наконец, эта огромная глыба льда задрожала, а внутри нее появилось что-то небольшого размера, источающее ослепительный белый свет. Это «что-то» внезапно поднялось вверх и на огромной скорости влетело в Пагоду Хунцзюнь!

Но из-за такого яркого цвета Цзюнь Мосе не смог разобрать, что же это было на самом деле!

Вращения Пагоды Хунцзюнь внезапно стихли, и она вернулась в море сознания Цзюнь Мосе. Теперь она была словно наевшийся мужик, которому требовалась лишь тишина и покой, чтобы переварить всю съеденную пищу…

Цзюнь Мосе тут же почувствовал, что он может восстановить свои силы и поспешно сделал несколько больших вдохов. Только тогда Мосе понял, что практически в течение часа его дыхательная функция была на нуле, и, если бы не природная энергия, то он бы уже давно задохнулся…

После нескольких вздохов Мосе вдруг обнаружил, что все кругом погрязло в темноту, не было даже и малейшего блика! Стало очень спокойно и безжизненно…

Пройдя несколько шагов вперед, он оказался рядом с огромным слоем льда. Протянув руку, Мосе вдруг пробил небольшое отверстие внутри этой глыбы!

- Ух ты ж, бля! – Цзюнь Мосе не мог промолчать. Неужели сила притяжения Пагоды настолько ужасна? Кто бы мог подумать, что такой огромный стой льда, сравнимый по твердости со сталью, вдруг превратится в бобовый творог. Что вдруг случилось…

Он снова попробовал использовать технику Инь-Ян, как и ожидалось, скорость вернулась в прежнее состояние. На огромной скорости Мосе тут же обогнул весь Цзянфэн и поспешно выпрыгнул наружу, вытирая при этом холодный пот.

Так-так-так, сейчас я превращу этот огромный пик в пустое место! – Цзюнь Мосе все же немного сомневался, что, используя лишь силу земли, он сможет разрушить горную вершину длиной в несколько тысяч футов!

Тем временем снаружи уже стало светло! Мосе провел под землей всю ночь! Но ему казалось, что всё это был лишь сон…

Что, черт возьми, происходит? Что это были за разноцветные лучи природной энергии? А та маленькая штуковина с ослепительно ярким светом?

Цзюнь Мосе хотел было уже войти в Пагоду и разузнать что к чему, однако ее двери были плотно закрыты, а от природной энергии не осталось ни следа. Молодой мастер поразмыслил, что, возможно, на этот раз, из-за поглощения такого огромного количества энергии Пагоде нужно время, чтобы привыкнуть и усвоить её.

Так же и с людьми: если человеку, который много ест, в течение какого-то времени давать только две или три пампушки, то в итоге он к этому привыкнет. Привычка – вторая натура, пусть даже и привыкать придется к полуголодному состоянию.

Но на этот раз это было внезапное переедание, к тому же достаточно неожиданное! Можно сказать, что за один раз было съедено 20 пампушек! Но даже если человек способен съесть сотню, от спонтанного переедания ему все равно может стать плохо!

В общем, Пагода Хуньцзюнь в этот раз "наелась" до отвала…

Глава 722. Наконец-то пожаловали на свою погибель!

Поэтому, боюсь, что пока Пагода не переварит всю эту природную силу, я никак не смогу себе помочь!

Нечего сказать, вот невезуха! Как назло, в такой важный и ответственный момент ты решила устроить мне забастовку! Неужели ты не знаешь, что уже скоро утро и начнется бой? Как будто в своей жизни не ела ничего подобного, словно деревенщина, который впервые попал в город, тебе надо было так обжираться, а про то, что надо хоть иногда меру знать, ты не в курсе? Вот же ж… пусть это, конечно, временное явление, но все же это переходит всякие границы!

Цзюнь Мосе неустанно обвинял и упрекал свой желудок.

Пагода Хунцзюнь была спокойна и непреклонна, и была совершенно равнодушна ко всему, что он там бормотал себе под нос. Если бы она могла говорить, наверняка, она бы не стала молчать и сказала бы ему пару ласковых слов:

«Мать твою! А это все не потому, что ты, сукин сын, никчемное и никудышное черепашье яйцо, разве это, по-твоему, нормально, заставлять меня голодать? Не только не даешь мне как следует наесться, но каждый день кровь мне пускаешь, да кто способен вынести такое обращение? Если бы я каждый день вдоволь наедалась, разве бы так получилось, как сегодня? И к тому же, я вовсе не переела, просто чуток нарушилось пищеварение, подумаешь тоже. Я почему-то совершенно не удивлена, что ты винишь во всем только меня, ты же такой у нас такой бессовестный, такой неблагодарный, ну тебя…»

Ругать бессмысленно, бить тоже – молодой мастер Цзюнь совсем беспомощен, остается только принять это. Эта ситуация непременно временное явление, остается только ждать, когда процесс усвоения пищи успешно завершится, не хватало на этот раз еще заработать язву желудка, или еще что…

Можно считать, что у нее временный отпуск! Бля, а нет мясника поблизости, я ем как свинья настоящая! Глядя на эти навыки, может, я вообще не тем по жизни занимаюсь, а?

Как обычно, в этом мире скучно не бывает!

Цзюнь Мосе стал невидимым и просто стоял, глядя на гладкую и сверкающую, словно зеркало, поверхность земли под горой, тихонько говоря про себя:

- Уже скоро назначенное время. Почему этих ребят до сих пор еще нет? Что же делать на случай, если горная вершина вдруг разрушится раньше, сейчас она в любое время может развалиться, неужели я еще должен тратить свои силы, чтобы поддерживать ее, тогда будет реально катастрофа…

Как раз в это время он услышал доносящийся издалека шелест и шуршание, несколько десятков быстрых как молнии теней, рассекая утренний влажный туман, пронеслись мимо.

Каждый с впечатляющим цингун, все они двигались храбро и воинственно, со скоростью полета!

Как раз все из трех Священных земель. Во главе был Чу Учин!

Отчетливо прозвучал его будто в спешке голос:

- Быстрей, быстрей! Быстрее вот сюда, и еще вот туда, все прячьтесь и слушайте мой приказ! Как только я свистну, вы должны немедленно броситься в атаку! Нужно обязательно нанести им удар, пока они не успеют принять меры! И очень важно, чтобы первый удар был очень сильным, чтобы они с самого начала получили тяжелые ранения!

Все один за другим кивнули, никто даже и слова не проронил, а потом раздался снова шорох и шелест, каждый отправился искать себе место, чтобы спрятаться.

Один парень даже совершенно случайно выбрал именно то место, где стоял Цзюнь Мосе, он с особой осторожностью припал к земле…

Он оглядывался по сторонам, внимательно осматривая местность, низко опустив голову к земле… Нечего сказать, этот парень выбрал себе место, что надо: его голова как раз располагалась прямо под промежностью Цзюнь Мосе! Цзюнь Мосе нужно было лишь только вытянуть руку, и он бы смог схватить его за шею, даже нагибаться бы не пришлось, он бы одним махом просто придушил его! Возможно, если сесть на корточки, можно было бы как раз посадить свою задницу ему на шею, этому пареньку надо было лишь немного вытянуть шею, и можно было бы испытать, что ни на есть интимный контакт с кем-то, большая голова к маленькой головке… холодно еще к тому же…

Цзюнь Мосе так и продолжал стоять с головой этого парня у себя между ног: и смех, и грех! Они, в самом деле, умеет только так прятаться? Спрятаться здесь… так удобно, только вот сейчас как ни посмотри на него, ничего нельзя сделать, ни руку вытянуть даже.

Для Цзюнь Мосе справиться с таким нелегко, в самом деле, впасть в горячку можно.

В это время этот паренек немного повернулся и задрал голову к небу. С довольным лицом глубоко вздохнул носом, прямо между ног у Цзюнь Мосе, потом вдохнул ртом и, прищурившись, невнятно, себе под нос пробормотал:

- Воздух здесь в самом деле такой свежий!

«Кажется мне, сейчас очень подходящий момент, чтобы выпустить газы… Ты сразу передумаешь!» – Цзюнь Мосе со злобой подумал. Глядя на этот большой открытый рот у себя между ног, Цзюнь Мосе вдруг задумался: «А если мне приспичит пописать, это же получается все капли, до единой, попадут этому парнишке в рот… А если понос, ой, боюсь, да ему вообще несладко придется…»

С трудом подавив в себе желание задушить этого паренька или, возможно, отвлекшись мыслями про пописать, Цзюнь Мосе, в конце концов, вздохнул от безысходности и приготовился отходить.

Уже перед тем, как уходить, Цзюнь Мосе все-таки не смог смириться и так просто уйти, он напряг свои силы, его истинная Ци, пройдя через все тело, опустилась к селезенке, потом еще ниже, затем приблизилась вплотную к заднице, после чего бесшумно выпустила газ из кишечника!

Как говорится: свое не пахнет! Цзюнь Мосе специально сделал все так, чтобы этот «аромат», весь без остатка, угодил прямо в открытый рот несчастного паренька, и после чего исчез.

Этот парнишка довольный, как слон, сидел с открытым ртом, глубоко-глубоко дышал, как вдруг почувствовал до ужаса скверный запах, он вдохнул его полностью, ни капельки не пролетело мимо, что даже поперхнулся, а затем последовал рвотный рефлекс. Он только чувствовал, как у него в животе все перевернулось с ног на голову, и его почти стошнило.

Донесся строгий и низкий голос Чу Учина:

- Кто там еще??!

Паренек, заткнув нос рукой, сказал:

- Начальник Чу, не ругайтесь, это я!

- Цуй Нинши! Ах ты ж, сукин сын! Какого ты тишину не соблюдаешь там? С какого перепуга тебя тошнит еще? Блядь, ты дерьмо ел что ли? Ты когда успел то? Если не прекратишь, веришь не веришь я прикончу тебя собственными руками, понял? – Чу Учин со злобой заругался.

Цуй Нинши послушно кивнул головой, не осмелившись и слова сказать. Говоря это, Чу Учин снова напомнил ему про рвоту, и его снова затошнило, он с трудом смог подавить рвотный позыв, говоря про себя:

«М, разве это не похоже на запах газов? Но это так странно, ветер такой сильный, откуда могло принести этот скверный запах?»

Весь в сомнениях, он осмотрелся по сторонам, не обнаружив ничего странного, он пригнулся и дальше продолжил слежку…

Как только Цзюнь Мосе покинул свое место, он увидел, как приближается Мо Сяо Яо и все остальные силы трех Священных земель. Они двигались мощно и величаво, с сосредоточенными лицами, преисполненными воли и решимости к борьбе, они еще не прибыли к месту, но в воздухе уже чувствовалась дерзкая ледяная злоба, рассеивающаяся до облаков…

Прибыли, наконец-то прибыли! Наконец-то пожаловали на свою погибель… Цзюнь Мосе воодушевился.

- Что такое? Почему наши враги еще не прибыли? - достигнув горной вершины Цзянь, Мо Сяо Яо, осматриваясь по сторонам, с сомнениями в голосе спросил: - Близится уже установленное время, осталось всего каких-то пятнадцать минут, почему нет никаких движений с их стороны?

- И то верно! Они приехали издалека, до настоящего момента нет никаких движений от них? Сейчас, по крайней мере, уже должно было быть все небо заполнено стаями Священных зверей! – Цзя Цинюнь тоже был в недоумении.

- Неужто они издеваться над нами вздумали? – сказал Мо Сяо Яо с невозмутимым лицом, в его глазах обнажилась жажда убийства. - Подождем, но если они не прибудут к назначенному времени, мы тут же удалимся! Это они не сдержали слово, значит, и позор на них, а не на нас!

- Хорошо! – Цзя Цин Юнь согласно кивнул головой. Он повернулся, поднял руку и махнул Чу Учину, он в ответ же, стукнув пальцем по руке, дал понять, что все в порядке.

После этого, Почтенные мастера дошли прямо до горной вершины Цзянь, закрыли глаза и, сосредоточившись, сели, регулируя дыхание. Каждый со спокойным умиротворенным лицом. Перед битвой нужно попытаться сохранить спокойное душевное состояние, достаточно то, что они уже постигли состояние на грани жизни и смерти, вовсе не беспокоясь о предстоящей битве!

Только настоящий мастер может владеть таким свободным и отрешенным духом!

Цзюнь Мосе уже вовсю готовился приступить к делу!

Сейчас решающий момент, все нужно делать слаженно и быстро, никак нельзя опоздать!

Он проник под землю, подорвал собранную ранее силу земли с мощным грохотом, потом темно-синяя сила воды рассредоточилась в разные стороны, и место, в котором ранее хранилась сила, взорвалось!

Вслед за этим, он быстро, словно молния, добрался до местоположения подземного центра, таинственный меч, сделанный из крови Яньди и Хуанди, разрушил многолетний слой толстого льда!

Потом он вернулся на землю с максимальной скоростью техники Инь-Ян, словно метеор, вылетел наружу!

Находившийся прямо перед горной вершиной Цзянь, Мо Сяо Яо вдруг открыл глаза и посмотрел на Цзя Цинюня, а потом сказал:

- Цзя, ты слышал какие-нибудь звуки?

Цзя Цинюнь нахмурился и сказал:

- Как будто что-то под землей происходит, но трудно сказать что именно. Наверное, это где-то далеко произошел снежный обвал из-за нашего мощного подъема силы, и здесь в округе произошли горные обвалы, возможно, эти звуки как раз с этим и связаны.

Мо Сяо Яо согласился с ним, повернул голову к горной вершине, до которой было всего рукой подать, и невольно вздохнул:

- Эта горная вершина заслуженно носит название Цзянь, она в самом деле похожа на настоящий меч! На огромный такой меч! Только я не знаю, как сверхъестественная сила сможет справиться с таким огромным чудо-мечом?

Цзя Цинюнь рассмеялся, сказав:

- Брат Мо, это всего лишь гора и все тут.

- Но правда же очень похожа на меч! – Мо Сяо Яо рассмеялся, но внезапно выражение его лица изменилось. Он запрокинул голову наверх, глядя прямо на вершину горы, и, нахмурившись, спросил: - А почему кажется, что она немного наклонена? Или это я просто слаб глазами?

Цзя Цинюнь снова засмеялся:

- Брат Мо, я второй раз тебе говорю, это же все-таки гора! Как она может быть прямой как стрела?

Он не успел договорить эту фразу, как внезапно с верхушки горы посыпался снег, все заполнилось большими хлопьями снега!

- Эта штука действительно очень странная: ярко светит солнце, на небе ни облачка, и вдруг повалил снег, да еще так внезапно и так много! – Сяо Тянь вздохнул. - Неужели, это в серебряном городе такой климат специфический?

Все рассмеялись:

- Если бы это было не так, разве бы его назвали городом Серебряной Метели?

- И то правда! – Сяо Тянь рассмеялся, сказав: - Однако этот пейзаж в самом деле необыкновенен, очень…

Он не успел договорить свою мысль, как внезапно из-под земли раздался странный звук, словно земля задрожала…

Глава 723. Горная вершина Цзянь разрушит Снежные горы!

Все люди к этому времени вскочили на ноги от удивления. Один за другим они поднимались и начинали осматриваться по сторонам, при этом обмениваясь растерянными взглядами друг с другом. На их лицах было выражение изумления, переходящее в страх!

В это время земля начала дрожать еще сильнее, все звуки и шорохи, доносящиеся из-под земли, объединились в один - нарастающий и звонкий.

- Что это такое? Что за чертовщина, в конце концов, тут происходит? – все говорили наперебой.

Мо Сяо Яо прищурился, глядя на горную вершину. В один миг его глаза застыли, и он громко закричал:

- Все, скорее бегите! Горная вершина Цзянь вот-вот разрушится!

Он увидел, как верхушка горы с медленной скоростью движется прямо к ним! Словно огромный великан падает на землю, и пусть медленно, но все же падает.

Однако было поздно, слишком поздно!

В воздухе внезапно раздался громкий и звонкий свист, пронзающий облака и пробивающий туман!

Свист был таким чистым и звонким, что походил на звук меча, сотрясающего голубые небеса, приводящего всю землю в движение. Плавно и выразительно, слышась эхом далеко в горах, словно объявляя всему миру:

- Священные звери выйдут из Тянь Фа, горная вершина Цзянь разрушит Снежные горы (Сюэ Шань)! И тогда Донфанг освободятся от клятвы!

Храброе и мужественное звучание еще долго отдавалось эхом в горах, даже заглушив на минуту звуки беспорядочного хаоса и паники!

Скованные ужасом глаза Мо Сяо Яо вслед за этим увидели маленькую белую тень высоко-высоко в небе, которая внезапно, с пронзительным свистом, вылетела прямо из верхушки пика, а потом мгновенно, словно метеор, стремительно вернулась обратно с оглушительным ударом! Появился застилающий собой все небо сверкающий блеск меча!

Было такое ощущение, что внезапно прямо из земли выросло лучезарное солнце и стремительно полетело к верхушке горы! Внезапно столкнулось с ней! Бешено врезалось прямо в нее!

Этот удар был полон сумасшедшей решимости, и, сочетаясь с медленно падающей горной вершиной, создавал неподдельное ощущение конца света!

Словно весь мир в один миг погрузился в абсолютное неистовство и одновременно с этим в совершенный покой! Везде, куда ни глянь, раздавались оглушительные грохот и треск, однако в ушах Мо Сяо Яо царствовала абсолютная тишина…

Его душа уже полностью подчинилась той внезапно появившейся тени и сверкающему блеску меча!

Это сияние было похоже на разгневанное божество, которое стремилось уничтожить весть мир!

Это мрачная скорая погибель с силой давила на души людей!

Над их головами, словно гром среди ясного неба, раздался оглушительный крик:

- Обвал! Горной вершины Цзянь!!!

Все дрожало. С гневным взглядом, спасаясь бегством, Мо Сяо Яо кричал:

- Все! Быстрее бегите…

*Бах!* – белая тень изо всех сил ударила мечом по обрывистой верхушке горы! Это было последней каплей!

Из середины горной вершины Цзянь внезапно поднялось огромное пыльное облако, как после атомного взрыва! Бесчисленное количество камней и обломков горных пород разлетелось во все стороны. Маленькое стало огромным, то, что казалось размером с муху, за очень короткое время, подлетев поближе, стало размером с огромный метеорит!

Медленно падающая горная вершина Цзянь внезапно ускорилась, словно стартовавший трактор внезапно превратился в мчащуюся на полном ходу Феррари! С сумасшедшей скоростью, в сопровождении каменных «комаров и мух», она стремительно падала прямо на людей, похожих на темные пятнышки!

Этой белой тенью был как раз Цзюнь Мосе!

Добравшись до середины склона горы, он выскочил оттуда и с бешеным ударом вонзился в верхушку горы. В этот момент меч в его руках почти превратился в безумный ураган. Кровь Яньди и Хуанди! Вслед за его возбужденным состоянием вся гора будто ожила, удар меча был подобен свисту дракона и реву тигра, сотрясающий весь небосвод!

Словно бессчётное количеств мечей разом вонзилось в горный массив, а потом в ход пошла всесокрушающая сила ладоней, сметающая все на своем пути!

Немного передохнув, сотни тысяч ладоней с грохотом ударили в одно и то же место! Словно несколько сотен тяжеленных кувалд ударили одним махом!

Это ярость грома! Это могущественное величие природы!

Цзюнь Мосе сейчас и в самом деле Почтенный мастер второй ступени! К тому же с очень удивительными способностями! Пусть даже внутри, под горной вершиной Цзянь нет никаких повреждений, он все-таки смог пробить огромную дыру!

Более того, сейчас всё подножье горы уже опустошено им и превратилось в бесполезную вещь! Более того, верхушка горы, обращенная к Мо Сяо Яо и всем остальным, рушится благодаря вырытой Цзюнь Мосе бездонной дыре размером в несколько сотен чжан…

Вот так, совместными усилиями, медленно падающая вершина Цзянь внушительно ускорила свое падение! Сначала несметное множество валунов и огромных камней покатилось с оглушительным грохотом прямо на землю!

На земле, Мо Сяо Яо и все остальные увидели, как еще недавно светло-голубое небо в один миг стало мрачно-темным! Высота горного пика около тысячи чжан, и, в случае падения, площадь «поражения» будет необычайно огромной! Более того, следуя за обвалом, она может даже увеличиться в целых два раза!

Место, где были Мо Сяо Яо и все остальные, располагалось вплотную около горной вершины Цзянь. Глядя на скорость, с которой рушилась гора, боюсь, что эти пятьсот человек, пусть каждый из них был бы Почтенным мастером, вряд ли смогут покинуть это место до полного падения горы!

Столкнувшись с такой пугающей ситуацией, все пятьсот людей Священных земель кинулись спасаться бегством. Без разницы – те, которые пришли раньше для засады, или те, которые прибыли чуть позже, все, целиком и полностью, словно стая бешеных уток, бежали со всех ног!

В такой критический момент совершенно было не до обязанностей и принципов, просто беги, чтобы спасти свою жизнь – вот, что было самым главным в этот момент! Их лица были полны испуга и паники, смерть, бегущая на всех парах за ними, пугала их большего всего на свете!

Несмотря на то, что все прекрасно понимали, что бороться уже совершенно бесполезно, но все старательно продолжали бежать со всех ног, ведь человек всегда хочет сберечь свою жизнь. Даже попав в безвыходное положение, он будет бороться, несмотря ни на что, чтобы прожить дольше хоть на минуту, даже хотя бы на секунду…

В такое время воспитание, хорошие манеры, социальный статус, репутация – все это отходит далеко на задний план, у всех же всего по две ноги.

Столкнувшись с пугающей силой природы, человек с высоким уровнем совершенствования вряд ли сможет выстоять против нее и остаться в живых, не говоря уже об обыкновенной человеческой силе!

Мо Сяо Яо и Цзя Цинюнь были злы до невозможности!

Кто бы мог подумать, что может случиться так, что они будут замертво кем-то закопаны под землю!

К тому же так жестоко!

Так подло! Так бессовестно! Так бесстыдно! И так по-свински!

Хотя они не понимали, как человеческая сила может сдвинуть с места вековую гору, но это вряд ли могло быть простым совпадением!

Назначенное время прошло, но со стороны врага так и не прибыло и души, и в это же самое время мы подверглись такому невообразимому бедствию, еще и та странная белая тень – все эти детали только подтверждают тот факт, что это все дело рук вражеской стороны!

Такой вывод кажется очень убедительным!

Как же не стыдно идти на такое!

Два человека бежали изо всех сил и одновременно были вне себя от злости и негодования, упрекая себя:

"Вот знали же, что они затеяли все это отнюдь не из добрых намерений, но мы все равно, как назло полные уверенности, ни о чем не подозревающие, пришли ровно к назначенному времени! Мы сами просто подставили свою шею под вражеский топор, нас ободрали как липку! "

Мо Сяо Яо, полностью подавленный и удрученный, плевался в разные стороны! Всю жизнь он слыл уверенным и сообразительным человеком с незаурядными способностями и тем не менее как нарочно угодил прямо в мышеловку, да еще и хлопал в ладоши, смеясь над трюками и проделками врага!

И здесь же, увидев, что враг не торопится к назначенному времени, почувствовав что-то неладное, нужно было немедленно отступать! Но я же просто не стал обращать на это внимание!

Только это ли не переходит всякие границы? Б*ядь, да разве в таком можно винить себя? Бля, да кто вообще мог предположить, что многовековая гора возьмет и начнет рушиться? Чьи приемы и способности могут проделать такое ужасное бедствие, мать твою, да это гребаный сон не иначе?!

Сука, да пусть даже и сон… Но он не может быть таким отвратительным!

Мо Сяо Яо уже был готов расплакаться!

Какого черта вообще на мою голову свалилось столько несчастий!

Зачем Почтенному мастеру вообще в обычной жизни соблюдать какие-то приличия? Если любой великий мастер может с легкостью уничтожить весь мир!

Сейчас все Почтенные и Величайшие мастера, пришедшие за нами, придут к такому жестокому и мучительному финалу? В изначальных планах было молниеносной и сокрушительной, словно ураган, силой избавиться от Тянь Фа и семьи Цзюнь, а потом вернуться обратно в горы, чтобы готовиться к предстоящей войне; однако кто мог подумать, что все обернется вот таким образом? И над нами нависнет угроза скорой погибели под завалами большой и огромной горы?

Неужели в этот раз действительно от судьбы нельзя будет уйти, и скоро мы все превратимся в одну большую лепешку с мясом?

Запрокинув голову и глядя на приближающуюся все ближе и ближе гору, Мо Сяо Яо простонал:

- Похоже, что превратиться в лепешку с мясом – это даже чрезмерные надежды! Боюсь, что мы будем стерты в порошок! Бля, да то, что от нас останется, даже в начинку для пельменей использовать нельзя… Достигнув уровня Почтенного мастера четвертого ранга, вот так умереть – действительно, очень обидно!

Только что бежавший Цзя Цинюнь вдруг остановился и бешено закричал:

- Всем отставить бежать! Площадь удара действительно очень велика! Мы все равно не сможем выбраться до ее падения! Давайте все соберемся в одном месте, сосредоточим все наши силы и общими усилиями попробуем противостоять! Остается лишь такой вариант! Возможно, у нас еще есть шансы, а бежать в разные в стороны – все равно совершенно бесполезно!

Мо Сяо Яо тотчас же пришел в себя и также громко закричал, дублируя приказ!

Все-таки эти двое – Почтенные четвертого ранга с очень впечатляющей силой Суань, прокричав изо всех сил в этот момент, пусть даже кругом царили хаос и паника, их голос был отчетливо слышен далеко за пределами этого места, в миг их все услышали.

Но услышать – это одно, а сделать в соответствии с услышанным – это совсем другое дело!

Через некоторое время, две-три сотни мастеров подлетели к тому месту, где остановились эти двое, однако остальные все также носились в панике, каждый поступая по-своему.

В особенности бежавшие впереди мастера, они обладали высоким уровнем цингун, и, полагаясь на свои силы, считали, что смогут спастись бегством. На грани жизни и смерти, кому есть какое дело, приказы это Почтенного или кого другого. Они просто наплевали на Мо Сяо Яо и Цзя Цинюня, пропустив мимо ушей их приказ. Добрая половина других мастеров была напугана до такой степени этим побегом, что они просто лишились здравого рассудка, пусть даже и услышали их слова, но никак не отреагировали на них!

В следующую минуту…

*Бум!* – раздался громкий удар, вся поверхность земли содрогнулась несколько раз, первый большой камень, наконец, обрушился на землю!

Глава 724. Небо рухнуло. Новый стих!

С неба летели одна за другой каменные глыбы. Из-за резкой тряски горного массива на земле камни и снежный слой подлетели в воздух, будто несколько тысяч ракетных установок беспрерывно стреляли по нарастающей, и на земле появлялось несметное количество мощных огромных взрывов, похожих на цветочные бутоны!

Поистине впечатляющее зрелище!

Бесчисленные каменные глыбы с поразительной мощностью падали с неба, словно капли дождя. После этого весь горный массив опустился! Заслонив собой все небо, в глазах людей все пространство между небом и землей внезапно потемнело…

Усы и борода Мо Сяо Яо трепетали в воздухе, он зверски взревел, и одним из первых бросился вверх, его длинный меч с ослепительным блеском расколол каменную глыбу, пролетающую над его головой, Раздался грохот, и глыба, на удивление, взорвалась, превратившись во множество каменных осколков и гравия. Еще десять ударов – и еще десять каменных глыб исчезли бесследно.

Увидев эффективность этого метода, все остальные поняли, у них еще есть надежда, никто не должен сидеть и ждать смерти, один за другим в бой пошли мечи. Все вместе ринулись в бой, выпустив в это мгновение огромную силу: в воздухе, словно фейерверки, сверкали мечи.

В этот момент вольные и могущественные величайшие мастера вступили в смертельную схватку с каменными глыбами! Их глаза налились кровью!

- Всем сгруппироваться! Пуская в ход меч, обращайте внимание на силу, оставляйте хотя бы какую-то часть! К тому же нужно пятьдесят человек оставить на земле! Мы должны обязательно выкопать глубокую яму до полного падения горного массива. Чем глубже и больше, тем лучше! Приложите все свои силы! А когда горный массив падет, все вместе должны выбросить оружие и немедленно спрыгнуть в яму, используя все свои силы и энергию, чтобы спуститься как можно глубже вниз! А следом сформировать защитное кольцо! Все вместе, сообща, противостоять давлению горного массива – только так у нас есть надежда выжить! Давайте все вместе разделим между собой этот решающий момент!

Мо Сяо Яо так громко кричал, что голос его осип, и силы иссякли, он говорил быстро, в спешке, но все равно редко когда его дикция была настолько четкой и ясной, как сейчас…

В условиях непрекращающегося грохота от падающих каменных глыб и бесконечных взрывов, даже его голос с впечатляющей силой Суань стал необычайно слабым и тихим, но людей, услышавших его, было немало. По крайней мере те, кто был рядом около него, все прекрасно расслышали!

Договорив, Мо Сяо Яо, Цзя Цинюнь, Сяо Тянь и Чу Учин вчетвером изо всех сил принялись за яму. Четверо Почтенных мастеров одновременно ринулись в бой с удивительной силой. Хотя, конечно, земля не сопротивлялась. После удара каждого из мастеров появилась яма примерно в несколько футов глубиной! Шириной в несколько десятков футов!

Договорившись действовать сообща, четыре мастера одним ударом добились такого результата, и пусть сейчас их противником были не Тянь Фа или семья Цзюнь, а земля!

Тут же еще подоспело пятьдесят человек, не щадя своей жизни, они с мощным ударом спрыгнули вниз. Все они Величайшие мастера, и, к тому же, самый твердый слой был уже разбит общими усилиями четырех Почтенных мастеров, а удар этой группы мастеров сделал яму глубже еще на десять футов!

Мо Сяо Яо свистнул, и четверо Почтенных снова совершили толчок. Почва, песчаник и слой льда подлетели в небо на несколько сотен футов, а яма снова углубилась на десять с небольшим футов!

За эти три удара горный массив уже вот-вот рухнет на их головы!

Издалека раздались протяжные крики и вопли ужаса. Видимо, мастера, которые отбились от группы и решили спасаться бегством, все-таки не смогли избежать смерти и были раздавлены внезапным дождем из каменных глыб! Услышав эти вопли, нетрудно было догадаться, что в следующую минуту и остальные могли быть раздавлены в лепешку!

- Не успеваем еще на один толчок! Все? Быстро внутрь! Быстрее! – Мо Сяо Яо закричал изо всех сил. Каменная глыба почти дотронулась до его макушки, и тут же разлетелась вдребезги! Какая крепкая голова!

Он спустился, сплюнул кровь, а потом еще несколько десятков раз нанес удар за ударом!

Бесчисленное количество блестящих вспышек одновременно заискрилось, длинные мечи «хэндао» один за другим полетели в разные стороны, когда уже было рукой подать до горного массива! Это чрезвычайно любимые всем сердцем и душой оружия, которые несколько сотен лет сопровождали этих мастеров, можно сказать, самые близкие их друзья и товарищи!

Но в такой момент совсем не да жалости или скупости! Никто даже не колебался!

На грани жизни и смерти ни один человек не станет думать о таких малозначительных вещах!

Потом несметное множество фигур одна за другой полетели вверх, а мастера с мертвенно-бледными лицами, точно кролики, попрыгали в яму! Пусть они практически лишились своей силы, но все же из последних сил попытались еще бомбардировать дно ямы!

Эта яма была их единственной надеждой уцелеть!

И как раз чем она была глубже, тем больше у них было шансов спастись! Иначе из-за мощного давления горного массива над их головами, резкая тряска и вибрация тоже могла их убить! Или, возможно, большие камни надземного слоя, пришедшие в движение, могли задавить их насмерть!

И не важно, какого уровня ты мастер, перед силой природы ты все равно, что беспомощная букашка! Сейчас все думали только о том, как спастись внутри ямы от падения горного массива, а что делать после этого, никто и не думал!

У них совершенно не было времени думать об этом! Сначала надо выжить, а остальное потом!

Последняя тень не успела запрыгнуть в яму!

Несравненная и огромная гора, в конце концов, рухнула! Раздавив его под собой!

Бабах!

Раздался мощный громогласный грохот!

В эту минуту поверхность не была смята, а напротив, вся земля и все, что было на ней, разом подпрыгнуло в воздух!

Да, именно подпрыгнуло!

Камни подскочили на несколько сотен футов в высоту и, подобно падающим звездам, упали в разных направлениях!

Даже Серебряный город, это огромное величественное строение, находясь сравнительно не близко от этого места, изо всех сил подскочил в воздух!

Действительно, больше нет других слов, чтобы описать это более точно, весь город, словно живой человек, «подпрыгнул» на месте! В это мгновение абсолютно все подскочило и оторвалось от земли! Да еще не просто, а на целых три фута! Этот странный скачок был просто невероятен!

К тому же он был, что ни на есть отличным примером прыжка в высоту! Если использовать терминологию цингун, то можно сказать, что это было техникой «лук, вырывающийся из земли»! Однако весь город демонстрировал «лук, вырывавшийся из земли» высокой сложности…

После этого Серебряный город с характерным грохотом опустился на землю, словно собирающийся выпить две рюмки гаоляновой водки мужик вдруг залпом опустошил бутыль емкостью в пол-литра! Шатающийся в разные стороны, точно неваляшка, он немного покачался, а потом и вовсе упал, головой уткнувшись, в землю!

Все постройки и здания Серебряного города одновременно рухнули!

Со всех сторон стали доносится испуганные крики, вопли ужаса и стоны.

Окружавшие Серебряный город семь горных пиков одновременно резко затряслись! Снежный ледовый слой, покрывающий макушки пиков в одно и то же время полетел высоко вверх, обнажив их лысые вершины! Многие тысячелетия не показывающие никому своего истинного желто-коричневого цвета вершины!

Когда этот слой весь без остатка взлетел вверх, он немного задержался в воздухе, напоминая собой заостренные шапки или большие грибы!

Это все выглядело так, словно семь лысых голов одновременно подкинули в воздух свои головные уборы, показав всему миру свои лысины!

Это величественное зрелище привело в восторг скрывающегося в воздухе от этого бедствия любопытного молодого мастера Цзюнь. С его языка сорвалось:

- Бля, как красиво все-таки… Как же мне посчастливилось увидеть такое впечатляющее зрелище! Если бы можно было взять фотоаппарат и запечатлеть это прекрасное явление, а потом продать на Земле, можно было бы так подняться, что даже внукам не пришлось работать… Так жаль…

Он не успел закончить свою мысль, как это зрелище сменила еще более удивительная картина!

Хотя все эти снежные шапки взлетели в одно время, но падали они совершенно по иной очередности. В конце концов, их размеры сильно отличались друг от друга, но в итоге, рассыпавшись на мелкие части и падая, они не особо сильно отличались друг от друга, просто начали возникать один за другим разномасштабные снежные обвалы! К тому же, все они впечатляющего размаха!

Невиданные и неслыханные прежде снежные обвалы!

Цзюнь Мосе был готов поспорить, что даже Эвересту было далеко до такого!

Бам, бам, бам, бам!

Вслед за чередой грохочущих снежных обвалов, не важно, насколько далеко или близко они были, но все горные вершины разом откликнулись на эти позывы. Все они, словно пьяные, обкуренные, под экстази, обезумевшие подростки на ночной дискотеке, вне себя от радости скакали и «виляли задницами» под музыку!

Если этот снежно-ледовый слой можно было бы назвать одеждой, то тогда горные вершины одновременно начали танцевать стриптиз… Почти наперегонки скидывая с себя снежные лавины и обвалы! Словно между ними происходило настоящее состязание!

Давайте посмотрим, у кого снежный обвал будет круче всех!

Давайте посмотрим, у кого будет мощнее всех!

У кого поднимется выше всех!

Ну-ка, а у кого самый красивый снежный обвал!

У кого шире!

Это «соревнование» длилось почти целый час, при этом не собираясь прекращаться даже на перекур. Земля непрерывно продолжала содрогаться, очень долгое время спустя наконец-то грохот стих!

Весь район Сюэ Шань изменился до неузнаваемости! Высокие бескрайние горы превратились в сплошную равнину! Эта прежде высоко возвышавшаяся горная цепь, куда ни погляди, стала блестящей равниной!

Все горные вершины стали ниже почти вполовину! Только лишь немного выглядывая своими лысыми грибовидными макушками из снега, такая картина очень резала глаза.

Однако накопляемые почти несколько десятков тысяч лет запасы снега и льда сошли вниз за очень короткий промежуток времени. Какое громадное, однако, количество получилось! Неудивительно, что все близлежащие ущелья и каньоны были под завязку заполнены снегом… Даже бездонная пропасть около отвесного утеса тоже…

В эту минуту Снежные горы казались даже ровнее самых плоских равнин…

- Как весело! Да, к такому можно запросто привыкнуть! – находящийся в единственном безопасном месте – в воздухе – Цзюнь Мосе, глядя на это захватывающее представление, не мог нарадоваться. Он был в полном восторге. Он был так вдохновлен случившимся, что невольно в его голове появились такие строки:

«Величественный север, тысяча ли, закованная в снегу,

Внутри Серебряного города – роскошь и буйство красок;

Снежные горы бурно гремят! Горы в диком танце,

Скидывая шапки со своих лысин,

Желая похвастаться своей красотой перед небесным царем!

Пасмурным днем любоваться на горячую кровь,

Что можно придумать красивее!

Снежные горы такие низкие,

Что три Священных земли переломают свои хребты!

Дорогой Шенсы Почтенный сгинул раньше всех;

Сяо Яо Почтенному уже не сохранить свою безмятежность;

Эпоха дикого царства холода и стужи плачет неудержимым потоком,

Глядя на этих заслуженных деятелей,

Все же я буду самым почитаемым и великим!»

Глава 725. Прибытие многочисленной армии!

- Хороший стих. Действительно очень хороший! – Цзюнь Мосе причмокнул губами и покачал головой. Он был очень доволен своим «беспрецедентным литературным талантом».

Этот террорист вызвал обвал Цзяньфэна, который полностью уничтожил всю красоту Снежной горы и превратил город Серебряный метели в груду камней и грязи. И теперь он еще и кричит о своих успехах…

Да кто, чёрт возьми, он вообще такой?!

Вдали из-под огромной кучи снега появилась маленькая черная голова, а за ней ещё одна и ещё – около сотни людей потихоньку откуда-то выползли, вид у них был напуганный, а в уголках их ртов скопилась кровь!

Это были люди из семьи Сяо, которых сопровождали десять Величайших мастеров. Они готовили засаду для семьи Цзюнь и Священных зверей и находились как раз неподалеку, поэтому их хорошо зацепило при обрушении! И хотя никого не раздавило насмерть этим обвалом, но все же из-за недостатка силы погибло немало мастеров!

Изначально эта шайка насчитывала в себе около трехсот человек. Под обвалами погибло около семидесяти-восьмидесяти бойцов, а остальные получили серьезные ранения. При землетрясении от сильного шока скончались не менее пятидесяти человек… Так что в итоге от первоначального количества в живых осталось только около половины, и то многие попросту остались инвалидами…

Многие были серьезно ранены и погребены под снежной лавиной. Те, кому удалось выбраться наружу, уже одной ногой в могиле. От их внутренних органов практически ничего не осталось… Хотя кому сейчас есть до них дело?

Во всяком случае, им точно не выкарабкаться!

Даже самый сильный член семьи Сяо – Сяо Син Юн – увидев такую трагическую картину, задрожал от страха! Но, оглянувшись и посмотрев в сторону Серебряного города, он вдруг громко рассмеялся:

- Ха-ха-ха… Прекрасно! Раз уж мы не смогли его заполучить, то и семье Хан ничего не достанется! Ха-ха, в конце концов, все разрушено! Уничтожено! Просто подчистую! Вот и отлично! Город Серебряной, мать его, метели! Ха-ха-ха! Круто-круто!

Он кричал и прыгал, словно сумасшедший.

Остальные же, кому удалось уцелеть, так и не смогли расслышать, что он говорил, их барабанные перепонки были сильно повреждены. Все просто смотрели на Сяо Син Юня как на прыгающего сумасшедшего, словно на пантомиму.

На самом деле, сам Сяо Син Юн не мог слышать свои слова, но продолжал громко и бешено кричать!

Этот человек поклялся, во что бы то ни стало завладеть троном.

И если бы не Цзюнь Мосе, пожалуй, он бы уже осуществил задуманное!

Но удача отвернулась от него! И его настигло такое несчастье!

Сначала он потерял своего внука, затем правнука и брата, теперь же из-за провокаций Цзюнь Мосе Сяо Синь Юн собственными руками убил двух своих младших братьев! А его жизненные планы были раскрыты и уничтожены в одночасье!

Эти удары судьбы один за другим обрушились на Сяо Син Юня, и он потерпел полный крах! Теперь он увидел, что Серебряный город, который он считал целью всей своей жизни, превратился в груду обломков. Как же тут не свихнуться…

Все его душевные силы, все его близкие люди, все его идеалы и цели и все коварные планы были уничтожены лишь одним человеком – Цзюнь Мосе!

С Сяо Син Юнем покончено!

Теперь это уже не тот Сяо Син Юн, не тот хитрый интриган, его собственные планы раздавили его, все кончено!

Глядя на дикое поведение Сяо Син Юня, несколько Величайших мастеров из Трех Священных земель просто молча переглядывались и качали головой.

Все остальные были похожи на стаю уток, что ударило молнией. В голове у каждого возникла одна мысль: если сейчас сюда явятся враги, как мы будем сражаться в таком состоянии? Даже если их и заставят вступить в бой, какой процент боеспособности у них оставался?

Несколько мастеров из трех Священных земель, что стояли во главе, начали махать руками, показывая остальным, как правильно восстановить силы в короткое время. Даже если все не смогут прийти в оптимальное состояние, им необходимо хотя бы вернуть слух, без этого никак… Некоторые Великие мастера из трех Священных земель уже восстановили свои перепонки, пусть голова, конечно, еще гудит, но слух пришел в норму…

- Оставьте двух человек здесь! Все остальные должны поторопиться и пойти на разведку. Кто знает, что случилось с остальными, надеюсь, что они…

Восемь человек, как один, резко пролетели мимо, вдыхая в себя холодный воздух!

На земле до сих пор стояла гора, высотой в сотню футов, и изредка от нее доносились разливающиеся звуки. Эта каменная глыба все еще тряслась и вибрировала…

Рядом с горой виднелось несколько огромных трещин, похоже, что они появились из-за сильного землетрясения. Поблизости не было никаких следов пребывания человека, а все мастера трех Священных земель исчезли...

Восемь человек просто застыли перед этой горой!

Глядя на эту огромную гору, все почувствовали страх.

Ситуация была слишком жуткой!

Нет сомнений, что Мо Сяо Яо и остальные находятся прямо под этой махиной!

Однако, проанализировав ситуацию, все восемь мастеров уже мало надеялись увидеть кого-то из них живым.

В тот день, при погоне за Чу Цихуном, некоторые мастера были раздавлены насмерть. А мощность сегодняшнего оползя как минимум раз в сто сильнее предыдущего случая. Даже с такой силой как у Мо Сяо Яо справиться с этим было бы очень сложно!

Это не то, с чем смог бы справиться обычный человек! Против силы природы не попрешь! Что же случилось на этот раз? Да здесь, в принципе, долго думать и не нужно, и так понятно, что прогноз не слишком оптимистичен…

Восемь человек в поту ошарашенно стояли на месте!

Они не могли поверить, что в общей сложности 500 Величайших и четверо Почтенных мастеров вот так в один миг сгинули из этого мира! Это слишком невероятно!

Внезапно из-под земли появились вибрации. Казалось, что кто-то внизу свирепо размахивал огромной кувалдой.

- Они еще живы! – восемь человек вдруг радостно закричали. Они приникли к земле и приложили к ней свои уши, пытаясь внимательнее расслышать направление этого слабого звука, чтобы быстрее оказать им свою помощь.

Все прекрасно понимали, что даже если по счастливой случайности Мо Сяо Яо и другие ребята не скончались на месте, под землей воздух очень разреженный, рано или поздно все они просто задохнутся! Так что их срочно нужно спасти, пока не стало слишком поздно…

Некоторое время спустя восемь мастеров поняли, что эти слабые звуки доносятся прямо из центра этой огромной горы, так что, чтобы спасти своих товарищей, сначала им необходимо убрать эту каменную глыбу!

Снова посмотрев на этот горный массив, все были очень озадачены. Даже если это был бы относительно небольшой камень, в несколько тысяч фунтов, с ним и то справился бы не каждый… но тут… как минимум миллион унтов веса…

- Можно войти через вот ту трещину! – один из мастеров внес свою идею. Остальные семеро, услышав такое предложение, сильно обрадовались. Пусть расстояние будет немного дальше, однако так можно увеличить свою скорость…

Восемь мастеров без промедления тут же начали действовать. Найдя подходящую по размеру трещину, они принялись копать!

Никто из них не говорил, они лишь разделили свои обязанности: четыре человека копали, а остальные четверо вытаскивали землю наружу…

Каждый из них был мастером Величайшего уровня, так что в совокупности их сила была огромна. К тому же, земля и камень в трещине были относительно рыхлыми, что облегчало их работу!

Спустя какое-то время звуки стали усиливаться, однако скорость работы мастеров упала. Кажется, они израсходовали свою физическую силу…

Все восемь мастеров работали в поте лица, пытаясь создать самые проходимые вылазки и давая понять своим товарищам, что они скоро будут на месте…

Но в этот момент небеса вдруг почернели! Не было и лучика света!

Это было утро перед рассветом, с чего вдруг все вокруг потемнело?

Восемь человек были крайне удивлены, а затем они услышали крики отчаяния!

Парнишка, что отвечал за перевозку земли, высунулся наружу, и тут же с дикими воплями забежал обратно. На нем не было лица, заикаясь, он сказал:

- Небеса… Небеса… Им пришел конец!

- Как это пришел конец? – остальные трое тут же выбежали наружу, однако после увиденного они лишь упали на землю и скорбно простонали: - Это… это конец…

Вдалеке показалась огромная журавлиная стая, достигавшая в сотню птиц, она непрерывно двигалась со стороны восхода солнца!

Неужели Величайшие мастера испугались обычных журавлей?

Нет, проблема была в том, что эти журавли были Священными зверьми высшего девятого уровня!

Каждый из них был энергичен и величав, а их крылья достигали семь или восемь футов в длину. Клюв острый, как нож, толстые когти полны силы, а в их покрасневших глазах виднелась лишь жестокость и беспощадность! Вся стая излучала лишь кровожадный свет.

Эти восемь Величайших мастеров ранее никогда не видели такое количество Священных зверей девятого уровня. Они ведь просто разорвут всех в клочья, но самое страшное было впереди!

На спинах этих девятиуровневых журавлей сидели крупные мужланы с кучерявыми бородами, от них исходила аура дикости и неукротимости, а лицо выражало безумие!

Посмотрев на них, мастера догадались, что эти люди являются перевоплощенными Священными зверями!

Твою мать! Почему вас так много?..

Глава 726. Отчаяние и сожаления!

Группа с востока, группа с севера, группа с запада, группа с юга - они давили абсолютно со всех сторон! Взяв в обхват все небо!

Армия Священных животных!

Силы семьи Цзюнь!

С грохотом мрачная сила давила все яростнее и яростнее, последняя группа располагалась прямо сверху! Последний луч света и тот был заслонен ими, к тому же это был последний путь для побега!

Боже ты мой!

Глаза восьми роющих землю людей застыли, они пристально смотрели на величественное зрелище, происходящее прямо над их головами. Вдруг они почувствовали прохладу, идущую прямо с макушки через все тело и выходящую прямо из заднего прохода!

*Шлеп! Шлеп! Шлеп!*

А потом они все один за другим без долгих церемоний сели на землю, в эту минуту все они чувствовали такой порыв: отменить всю защиту Суань своего тела и просто умереть, скинувшись с утеса!

Драться? На какой, спрашивается, драться? Сейчас боевой состав сил соперника просто нельзя было сравнить с ними!

Выправка в полном порядке, все они хорошо запаслись силами, Суань на пике, со всех сторон обошли в обхват. А что мы?

Единственная боевая мощь сейчас зарыта прямо под землей! Пусть даже у них и получится выбраться наружу, но они, наверняка, все совершенно изнурены и без сил. А еще ведь нужно сразиться с могущественной армией врага!

Нет даже и капельки надежды, которую можно было бы увидеть на данный момент!

В тот момент, когда восемь Величайших мастеров совершенно отчаялись и спокойно ждали смерти, из-под земли раздался звук грохота *Бам!*. Под общими усилиями до этого сила сопротивления земляного слоя заметно снизилась, и, хотя восемь мастеров потеряли уверенность и прекратили работу, но люди под землей, собрав последние остатки своей силы, стремясь выбраться наружу, благодаря своим скрытым способностям, наконец, смогли пробить себе выход наружу

Мо Сяо Яо и все остальные, в конце концов, снова увидели свет. После изменения обстановки на данный момент восемь мастеров снаружи встретили их появление отнюдь не радостными лицами. Если бы еще немного раньше им удалось выбраться наружу, это бы, несомненно, принесло луч надежды вместе с собой, но сейчас, в подавленном и отчаявшемся настроении, они нахмурились даже сильнее, чем до этого!

Если даже в прошлом ты занимал высокое социальное положение, обладал огромной силой, блестящими боевыми заслугами, сейчас ты все лишь человек, который попал в беду. Настоящий лузер и не более!

Столкнувшись с такой скверной ситуацией, к тому же все были уже так изранены, что смотреть было тошно. Выбираться наружу или нет, разве в этом есть какая-то разница? Какой-то смысл?! Если схорониться там, возможно, еще можно сохранить достоинства, но в случае выхода наружу тебя ждут только новые ранения и унижение. Если рано или поздно ты все равно будешь мертв, таким образом нет совершенно никакой интриги в будущем!

Почтенный Мо Сяо Яо с головы до ног был в кровавых пятнах, с уголков рта текла кровь, все лицо украшали бесконечные синяки и гематомы, даже волосы на голове склеились из-за крови, а его одежда оставляла жалкое зрелище. Не осталось и следа от его былого элегантного внешнего вида. Однако если сравнивать с остальными, можно сказать, что ранения Мо Сяо Яо были самыми незначительными из всех. Нашедшая выход сотня человек была вся в шрамах и ранениях, с мертвенно-бледными лицами, они жадно хватали воздух ртами, немало людей волочили сломанные руки и ноги…

Везучесть этих людей еще можно считать неплохой, своей силой они смогли выбить в земле себе убежище, и все-таки смогли выжить после такого ужасающего бедствия, считай, легко отделались. Однако это было совсем непросто! Проникнув вовнутрь, они обнаружили, что там оказался многовековой толстый лед!

Пусть даже это была бы цельная каменная глыба, она бы вряд ли смогла привести в такое отчаяние восьмерых Величайших мастеров.

Но слой толстого льда намного крепче и тверже каменной глыбы! Это и привело к тому, что они так долго просидели там внизу! Едва не задохнулись! К тому же изначальное сопротивление почти не задавило их, заставив этих удивительных и стойких мастеров израсходовать всю свою Суань без остатка!

Действительно, так страшно!

Изначально пряталось в яму около трехсот человек, но смогло выбраться живыми меньше сотни! Остальные остались погребенными под землей; пусть даже с большим трудом эти люди смогли выбраться, но они все поголовно получили множество травм, и были смертельно утомлены!

Мо Сяо Яо, Цзя Цинюнь и Сяо Тянь, выбравшись из ямы, сделали глубокий вздох, их состояние одним махом улучшилось, но в следующую минуту их выражения лиц изменились, они застыли как вкопанные!

Сейчас они Почтенные мастера четвертого ранга, из стопроцентной боевой мощности у них осталось всего двадцать процентов, но войска соперника, полные сил, уже подошли вплотную! Это сражение уже не имеет никакой интриги!

Совершенно незачем драться!

Если еле-еле ринуться в бой, кроме оскорбления и позора им все равно ничего не видать!

Мэй Сюэ Янь и все остальные под командованием Цзюнь Вуя подоспели в соответствии с указанным Цзюнь Мосе временем. Но когда многочисленная армия была уже на полпути, произошло обрушение горной вершины Цзянь. Почти четыре пятых всего состава Священных животных попадали на землю от страха и едва не остались заживо похороненными под снежными обвалами. К счастью, расстояние было велико. Они лишь подверглись маленьким снежным обвалам, и риск был минимальным, и благодаря своей мощной силе продолжили движение без потерь.

Но, несмотря на это, многие очень испугались, что даже побледнели от страха, а ноги начали дрожать. У Мэй Сюэ Янь и Чу Цихуна промелькнуло в голове: «Горная вершина Цзянь… в самом деле обрушилась! Клятва семьи Донфанг больше не действует!»

Нерушимая клятва была выполнена!

Уверен, что кроме такого чуда, как Цзюнь Мосе, во всем мире нет ни одного человека, способного сотворить подобное…

Но подумать – это одно, а увидеть своими собственными глазами – это совершенно другое. Увидев случившееся, невольно у всех по спине пробежал холодный пот, а по всему телу - настоящий озноб! Столкнувшись с этой огромной упавшей горой, все почувствовали себя такими маленькими и беспомощными, точно букашки!

Однако для Цзюнь Мосе обрушить эту огромную гору по силам. Глядя на это, это кажется таким невообразимым, просто уму непостижимо!

Пусть даже раньше уже было множество свидетельств, подтверждающих удивительные способности молодого мастера Цзюнь, но, столкнувшись с сегодняшним чудом, трудно остановиться!

Разве люди способны на такие чудеса?!

После появления резкой тряски, Цзюнь Вуй в соответствии с обстоятельствами решил изменить изначальный план действий, переформировав Священных животных и мастеров в семь команд. Тем самым создав модель обхвата сил противника со всех сторон: сплошное кольцо окружения!

В соответствии с тем письменным объявлением о войне Цзюнь Мосе, Цзюнь Вуй в один миг сменил стратегию боя, дополняя друг друга!

В таком тесном и плотном кольце окружения ни одному человеку не удастся сбежать!

Вся армия опустилась на землю, разделившись по двум направлениям. Силы семьи Цзюнь составляли Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, Цзюнь Вуй, Сикон Ан Е, Дуанму Чао Фан и три брата Донфанг - все они направились к местоположению семьи Сяо.

А Мэй Сюэ Янь и все остальные окружили Мо Сяо Яо и других мастеров.

Столкнувшись с мощной силой семьи Цзюнь, члены семьи Сяо просто затряслись от страха! Они уже лишились последнего мужества для сопротивления!

Цзюнь Мосе, наблюдая за этим с большой высоты, следил, чтобы ни одному человеку не удалось сбежать, чтобы все пути для отхода были полностью ликвидированы. Тот, кто все-таки посмел бы воспользоваться таким шансом, в мгновение стал бы его личной мишенью!

Понятное дело, что у Сяо совершенно отсутствовал боевой дух, они даже не смели и проявлять сопротивление. Поэтому Цзюнь Мосе решил спуститься к Тянь Фа.

Хотя Мо Сяо Яо и все остальные уже получили тяжелые ранения, а их боевая мощь была на нуле, все же все они были настоящими мастерами и были готовы оказывать отчаянное сопротивление. Сегодня Цзюнь Мосе постарался на славу и выложился по максимуму своих способностей лишь для того, чтобы избежать появления убитых и раненых. Если в условиях этой ситуации будут потери, пусть даже незначительные убытки… Молодой мастер Цзюнь будет весьма расстроен.

- Почтенная Мэй… В самом деле шикарный прием! – Мо Сяо Яо закашлялся, сплюнул сгустки крови с глиной и песком вперемешку. Лицо его было серого цвета, и он с холодной усмешкой сказал: - Такие махинации… ха-ха… действительно приемлемы для вас! Похвально! Похвально!

- Ну что вы, бросьте! В сравнении с приемами трех Священных земель, это так, мелочи. Почтенный Мо, вы слишком перехвалили нас, – равнодушно сказала Мэй Сюэ Янь. Она в своих белоснежных одеждах и Мо Сяо Яо, находящийся в затруднительном положении. Разница между ними было очевидной – она в небе, он на земле, верх и низ.

- Хм! Вы же, кажется, послали нам письменное объявление войны, с установленным временем начала битвы, а сами тайно издевались над нами со своими гадкими приемчиками! На словах – одно, а на деле – другое. Вы нарушили свое обещание! Победа в неравных условиях - курам на смех! – Мо Сяо Яо печальным взглядом окинул остатки сил своей стороны и невольно задрожал всем телом. - Почтенная Мэй, ты считаешься хозяином и повелителем всех Священных животных леса Тянь Фа? Ты считаешь, что такие приемы совпадают с твоим статусом Повелителя Тянь Фа?

- Я – Владыка Тянь Фа и что с того? Это же всего лишь значит, что я – объект убийства трех Священных земель. Мо Сяо Яо, сейчас ситуация повернулась наоборот. И теперь я веду себя нечестно? Разве это несправедливо? – строго ответила Мэй Сюэ Янь с презрением в глазах.

В эту минуту Мо Сяо Яо так негодовал, что ему просто хотел взять и покончить с собой!

Он привел с собой почти около шестисот мастеров из трех Священных земель. А после обвала горной вершины Цзянь, почти пятьсот мастеров были заживо раздавлены!

Осталось меньше ста человек в живых!

Такой удар заставил Мо Сяо Яо опустить руки, он просто хотел поскорее покончить с собой!

Все они были как раз хорошо обученной боевой силой для Битвы за Захват Небес!

Внезапно была уничтожена одна треть от всех боевых сил трех Священных земель, как же тогда быть с надвигающейся Битвой за Захват Небес?!

Сейчас Мо Сяо Яо вел себя совсем неестественно. Он действительно всем сердцем беспокоился об опасности, которая угрожала всему материку!

Раньше, когда три Священные земли еще обладали богатыми военными ресурсами, они никогда даже не думали, что Битва за Захват Небес может принести непредвиденные несчастья. С такой огромной силой, они даже считали, что вряд ли каким-то Чужакам под силу уничтожить их…

Поэтому только из-за привлекающего внимание Тянь Фа, под красивым предлогом они решились на этот бой!

Они хотели сначала уничтожить Тянь Фа, даже взять в плен королей животных, добыть из них ядра Суань, приумножив тем самым свою боевую мощь, а потом сосредоточить свои силы и отправиться на Битву за Захват Небес. А потом, естественно, купаться в лучах славы! Одновременно реабилитироваться от старого позора.

В эту минуту Мо Сяо Яо действительно очень сожалел!

Почему нельзя было оставить это дело на время после Битвы за Захват Небес? Сейчас Мо Сяо Яо думал не о том, что он и все остальные погибнут, а о возможности после их смерти выиграть эту Битву... Есть ли еще шанс?..

Глава 727. Вынести унижение, чтобы выполнить важную миссию?!

Если не сможем выиграть, то тогда не избежать вторжения Чужаков. Весь материк за короткое время будут оккупирован силами врага, простой народ подвергнется притеснениям и бедствиям, их постигнут страдания и невзгоды, разве это все не является виной трех Священных земель? Более того, вражду с Тянь Фа начали они сами!

Можно говорить что угодно, но нельзя во всем винить только лес Тянь Фа! Даже вторжение Чужаков не может принести никакие беды существованию Священных животных. Нет такой силы, которая могла бы вторгнуться в Тянь Фа, так было, есть и будет всегда!

Учитывая нынешнюю обстановку, двигаться вперед невозможно, биться бесполезно, убежать нереально! Можно сказать, что еще более скверной ситуации и придумать нельзя! И к тому же у противника с его огромной армией нет никаких причин отпускать нас просто так… Похоже, умереть здесь – это судьба!

Мо Сяо Яо повернул голову и посмотрел на мастеров позади себя. Их лица были полны отчаянья и печали. Внезапно он прикусил губу, выпрямился и шаг за шагом направился прямо к Мэй Сюэ Янь. Он ступал твердо и решительно, со скорбным и в то же время стойким лицом, в его глазах пылало пламя!

- Брат Мо, куда ты собрался? – подскочил Цзя Цинюнь, преграждая ему дорогу. Он чувствовал себя крайне неважно.

Эти Почтенные мастера, вероятно, за всю свою долгую яркую жизнь не испытывали таких трудностей, как в этот раз!

- В сторону! Я иду просить пощады! – темные волосы Мо Сяо Яо развевались в разные стороны, хотя все его лицо было объято выражением унижения и позора, тем не менее оно излучало сильное сияние.

- А? Что? Просить пощады? – воскликнул Цзя Цинюнь и решительно сказал: - Брат Мо, в нашем мире можно жить без гордости и высокомерия, но как можно становится бесхребетной размазней? Мы настоящие мужчины, если смерть, то смерть! Зачем пресмыкаться перед кем-то, чтобы продолжить эту жалкую жизнь на несколько дней? Как ты можешь совсем не дорожить нашей с тобой репутацией? Пусть даже грандиозно умереть, ведь лучше же, чем влачить это жалкое существование, горькое и беспросветное?

- Что за чушь ты несешь? Думаешь, я боюсь смерти? Но если я умру, ты умрешь, как тогда быть с Битвой за Захват Небес? Если проиграем и вот так умрем, кто осмелится взять на себя ответственность за это?! Здесь еще 84 человека! Надо лишь, чтобы все мы смогли вернуться, как мы можем пожертвовать прямо перед Битвой за Захват Небес четырьмя Почтенными мастерами и 84 Величайшими? Если мы умрем здесь… какая в этом будет польза? – возмущенно закричал Мо Сяо Яо, в его глазах было беспокойство и сверкали слезы!

Став могущественной влиятельной фигурой, Почтенным мастером четвертого ранга, принять такое решение, несомненно, намного тяжелее смерти! Но сейчас у Мо Сяо Яо не было другого выбора!

Он мог умереть, он совершенно не страшился смерти, однако для него было нестерпимо стать преступником материка Суань! Он обычно мог себе позволить совершить какое-то подлое дело, даже под видом лицемера и святоши делать гадости, но остаться в истории с такой дурной славой, пусть он бы даже погиб тысячу миллионов раз, но все же он не мог осмелиться взять на себя такой грех!

Можно было погибнуть в сражении, можно было быть убитым другим человеком! Можно убивать людей, или чтобы тебя убили, но на данный момент он решительно не мог позволить себе умереть! По крайней мере, умереть вот так, совершенно бесполезно!

Потому что Битва за Захват Небес, начиная с тех пор, как он попал в Неуловимый Мир Бессмертных, стала целью его жизни, его личной борьбой! Поэтому сейчас он был готов пойти на любые унижения, лишь бы остаться в живых!

Ради своей личной борьбы!

Глядя, как Мо Сяо Яо с трудом, шаг за шагом двигался вперед, Цзя Цинюнь внезапно замолчал, он почувствовал, как его глаза горят, словно еще чуть-чуть и из них посыплются слезы! Он ничего не сказал и молча пошел позади Мо Сяо Яо.

Сяо Тянь стоял весь в печали, он глубоко-глубоко вздохнул и в конце концов тоже пошел за ними вместе с Чу Учином!

Мэй Сюэ Янь смотрела, как медленно идут эти четыре человека. Она ясно почувствовала, что у противников нет совершенно никакого желания сражаться. Но стоящий рядом с ней Цзюнь Мосе еще сомневался. В первую очередь он подумал:

«Неужели… они идут сдаваться и просить пощады? Однако нужно еще раз подумать над этим, это же совершенно невозможно! В этом мире, кажется, нет такого понятия, как сложить оружие и сдаться!»

К тому же, все эти четверо не просто кто-то, а влиятельные фигуры, Почтенные мастера, самый слабый из них – Почтенный второго ранга! Уверен, что даже бы обычный мастер с Суань Духа первого уровня тоже бы не стал так заботиться о своей жизни и просить пощады! Для человека из Цзянху, его репутация всегда намного важнее, чем жизнь. Как такой человек, как Мо Сяо Яо может просить пощады?

- Почтенная Мэй, в этот раз я пришёл, чтобы сообщить вам о нашем поражении! Мы проиграли эту битву, мы готовы сдаться! – все лицо Мо Сяо Яо горело от унижения, в глазах было смирение и негодование, однако стоял он прямо. Он смотрел прямо в глаза Мэй Сюэ Янь, говоря эти слова.

- Почтенный Мо лично сказал, что признаёт поражение. Тем не менее ваше мнение кажется неожиданным. У меня есть предположение, что у этих слов есть продолжение. Если вам есть что сказать, пожалуйста, говорите, – взгляд Мэй Сюэ Янь по-прежнему был холодным, но говорила она очень вежливо.

Мо Сяо Яо в нерешительности молчал довольно долго, уголки его рта дрожали, на лице было уныние. Его губы шевелились несколько раз, но он так и не издал ни звука и, просто вот так, застыв, продолжал стоять.

Это чувство унижения настолько ранило гордость этого мастера, что он не мог вымолвить и слова!

Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе продолжали смотреть на него. Внезапно, удивившись, они заметили одну вещь: волосы Мо Сяо Яо на протяжении трёхсот лет были чёрными как смоль, но за это короткое мгновение они превратились в серовато-белые!

За последнее время Мо Сяо Яо очень много злился и волновался! И в конце концов он поседел за столь короткий срок!

Очевидно, что его сердце очень мучилось и страдало!

Просить пощады… Даже разбойник, попавшись на рынке, очень редко просит пощады!

- Взаимная вражда. Не ты умрёшь, а я погибну! Победивший живёт, проигравший умирает. С древних времен и до сегодня это было вполне естественным – убить своего врага, который представляет для тебя угрозу, - это незыблемая истина! – Мо Сяо Яо с трудом сплюнул, его губы дрожали, но он так же по-прежнему смотрел, не моргая, в глаза Мэй Сюэ Янь. - Сейчас мы проиграли, у нас нет сил ответить ударом на удар! Мы… Наша жизнь и смерть в руках Почтенной Мэй, никто не пожалеет, если умрёт… – Мо Сяо Яо внезапно закрыл глаза и с хрипло прокричал: - Но сейчас я прибыл, чтобы просить Почтенную Мэй: можете ли вы пощадить меня и всех остальных?!

Договорив эту фразу, он так и продолжал стоять с закрытыми глазами, больше ничего не говоря и не двигаясь, словно статуя! Из его закрытых глаз все же катились горькие слезы старика, на его гладком и чистом лице вдруг появились старческие пестрые морщины…

В эту минуту Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе просто отказывались верить своим ушам!

Просить пощады!

Почтенный мастер четвёртого ранга перед всем светом просит у них пощады!

Это даже переплюнуло обрушение горной вершины!

Через некоторое время Мэй Сюэ Янь, качая головой, мрачно спросила:

- Слова Почтенного очень неожиданные. Их причина… это из-за Битвы за Захват Небес?

- Не имеет значения, какая причина. Сегодня я молю вас о помиловании! Лишь прошу дать мне еще два года жизни, этого будет достаточно! – Мо Сяо Яо с закрытыми глазами и мертвенно-бледным лицом говорил слово за словом: - Если после Битвы за Захват Небес мне посчастливится уцелеть, и моя жизнь не оборвётся на вершине небесного столпа, тогда я непременно отправлюсь в лес Тянь Фа, чтобы умереть от руки Почтенной Мэй! Верну вам свою жалкую жизнь!

У Мэй Сюэ Янь громко забилось сердце, она совершенно не знала, как ей реагировать.

Даже учитывая её богатый жизненный опыт, она никогда не сталкивалась с такой ситуацией. Если бы она знала, то обязательно бы подготовилась к такому повороту событий. Если продолжать смертельный бой и бить лежачего, они тоже могут рискнуть своей жизнью, прибегнув к самоликвидации!

Она думала о многом, но никак не ожидала, что Почтенный Мо попросит о пощаде!

Этот мир в самом деле безумен!?

Следует иметь в виду, что три Священные земли знают, что Мэй Сюэ Янь только Почтенный мастер второго ранга, они пока не знают о её прорыве.

Тем не менее Мо Сяо Яо – Почтенный четвёртого ранга!

Если сравнить, то это равносильно тому, что если бы Великий мастер просил бы пощады у мастера с Суань Неба!

Это просто абсурд! Ещё минуту назад грозился убить, а сейчас просит пощады… Какое нужно иметь сердце, какое мужество!? Вынести унижение, чтобы выполнить важную миссию!

За исключением причины, Битвы за Захват Небес, такой высокомерный и гордый человек, как Мо Сяо Яо смог бы пойти на такое? Ради благополучия всего материка, ради всего народа он пошёл на это!

Мэй Сюэ Янь понимала его, Битва за Захват Небес тоже была её личной целью всей жизни! Поэтому в данный момент она понимала Мо Сяо Яо! И поэтому она была до глубины души потрясена этим! Даже почти немедленно хотела ответить согласием на его просьбу!

Ради Битвы за Захват Небес Мо Сяо Яо был готов пойти на такую жертву: лишиться в одночасье репутации и славного имени, над которым он усердно работал три сотни лет… А что есть у меня, с чем я не могу расстаться? Для меня всегда Битва за Захват Небес была одним из самых главных дел жизни, целью, за которую следует бороться! Если даже Мо Сяо Яо смог отказаться от своих принципов, как я могу?

- Не спешите, минуточку! – строго сказал Цзюнь Мосе с по-прежнему ледяным взглядом. - Почтенный Мо Сяо Яо, неужели ты ради Битвы за Захват Небес, ради благополучия всего материка и во имя всего народа просишь пощады, и ты думаешь, что мы пощадим тебя? Даже так растрогаемся, что пустим слезу и весело отпустим ваше потерпевшее поражение войско восвояси?

Эти слова словно острая игла вонзились прямо в сердце Мо Сяо Яо! Всё его тело содрогалось от мучительной боли, на лице заиграли желваки, однако он ничего не ответил.

- Ты полагаешь, что раз уж ты решился на такую жертву, мы помилуем тебя и даруем тебе жизнь? Все действительно так, да? – равнодушно сказал Цзюнь Мосе.

- Мосе! Дело касается Битвы за Захват Небес, мы должны проявить деликатность! Почтенный Мо пошёл на это ради Битвы за Захват Небес, ради благополучия всего материка и всего народа! Я могу понять его чувства! – не находя себе места, сказала Мэй Сюэ Янь.

- А я не могу! Мужчины разговаривают, а ты - женщина, закрой рот! Подожди в сторонке! – Цзюнь Мосе взволнованно и грубо закричал. Он сделал шаг и встал прямо перед первой шеренгой мастеров.

Глава 728. Доброта – это преступление?

В эту минуту все Священные животные испытали величайшее восхищение:

«Наш зять в самом деле такой храбрый и отважный, а сестра так неуважительна! Оказывается, он даже так может её приструнить, какой он все-таки замечательный, он заслуживает уважения!»

Мэй Сюэ Янь внезапно побледнела, в её глазах вспыхнул гнев. Но она злилась вовсе не от того, что Цзюнь Мосе был с ней груб, а от того, что он был так равнодушен к будущему всего народа!

- Мосе, да как ты можешь так? Что значит ничтожная личная выгода перед лицом Битвы за Захват Небес? – Мэй Сюэ Янь сделала глубокий вздох, пытаясь умерить свой гнев. - Почтенный Мо готов пойти на такую жертву, неужели мы должны отказать ему? Какой в этом смысл?

- Это твоё бабское милосердие, чтоб его! Я же только что сказал тебе – отойти в сторону, ты не слышала меня? – Цзюнь Мосе разозлился. – Почему ради этой Битвы за Захват Небес десять Величайших мастеров Неуловимого Мира Бессмертных всё-таки нанесли тебе серьёзные ранения, которые ты потом около сотни лет не могла вылечить? А почему ради той же Битвы за Захват Небес три Священные земли не передумали сражаться с тобой? Неизвестно сколько человек из твоих подчинённых было бы убито!

Раз за разом из-за так называемой Битвы за Захват Небес они причиняли тебе вред! – Цзюнь Мосе холодно усмехнулся. - И в этот раз причина, по которой они просят пощады, снова та самая Битва за Захват Небес! Я хочу спросить тебя, до каких пор ты собираешься терпеть плевки в лицо, чтобы, в конце концов, понять это? Давайте предположим, что сейчас вы бы поменялись местами, и человек, который сейчас просил бы пощады, была ты. Как ты думаешь, три Священные земли смогли бы пощадить нас? Неужели бы ты хотела остаться в живых не ради той же самой Битвы за Захват Небес?

- Я, конечно, могу предположить, каким бы было их решение, но сейчас всё совсем не так… – Мэй Сюэ Янь в спешке начала оправдываться. - Я могу понять чувства Почтенного Мо, правда…

- И что тогда? Я не вижу здесь различий! – Цзюнь Мосе с безразличием продолжил: - Всё потому что в этот раз они снова используют тебя! Я никогда не отрицал, что Мо Сяо Яо на этот раз идёт на великую жертву из светлых побуждений, ради всего народа! Его чувства не только ты можешь понять, я тоже чувствую его искренность, его истинную цель! Но это совсем не основания для того, чтобы мы могли помиловать их! Ты понимаешь это?

Это был первый спор с самого начала знакомства Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь! И очень серьёзный спор!

- Цзюнь Мосе, не пытайся уличить благородного человека в непристойных действиях! Сегодня мы, конечно, раздавлены и прибываем в унынии, но это совсем не значит, что мы будем просто смотреть, как ты будешь порочить наши имена! – сказал сквозь зубы Цзя Цинюнь, вены на его висках пульсировали со страшной силой, он уже был на пределе.

- Я всегда был подлецом, когда отрицал это? У нас же только лишь вы благородные люди, верно? – Цзюнь Мосе сурово посмотрел на него: - Я задам лишь один вопрос. Только прошу, Мо Сяо Яо, не нужно делать такой обиженный вид великого страдальца, подними голову и открой глаза! Раз уж все самые трудно произносимые вещи ты сказал, неужели ты не можешь открыть глаза и посмотреть на человека, в руках которого твоя жизнь?

Мо Сяо Яо устало открыл глаза, они были полны унижения и позора, и строго спросил:

- Что ты хочешь знать? Спрашивай! Я внимательно слушаю тебя.

- У меня к тебе очень простой вопрос! Неуловимый Мир Бессмертных все эти годы, сражаясь с Почтенной Мэй и Тянь Фа, использовал её характер и достоинство как её слабое место, верно? Прекрасно понимая, что Почтенная Мэй из-за Битвы за Захват Небес не станет развязывать битву и убивать ваших людей, верно? Очень простой вопрос, есть только два варианта ответа: да или нет! Я жду вашего точного ответа! – строго сказал Цзюнь Мосе.

- Да! – на мертвенно-бледном лице Мо Сяо Яо появился стыд, но, тем не менее, он ответил быстро и без колебаний. Факт остается фактом, они всегда пользовались добротой и порядочностью Мэй Сюэ Янь, чтобы насолить ей!

- Таким образом, так как Мэй Сюэ Янь не являлась злой и жестокой убийцей, её никто не боялся как Владыку леса Тянь Фа. Но если бы она была такой, вы бы осмелились так поступать? – продолжил спрашивать Цзюнь Мосе.

- Нет! Но если бы у нас была полная уверенность, чтобы мы сможем убить её одним ударом, то мы по-прежнему стали бы давить на неё! – Мо Сяо Яо вздохнул. - Потому что, если бы она, несмотря ни на что, решилась атаковать материк своей армией Священных животных, тогда бы на всём материке могла произойти катастрофа! Мы не могли этого допустить, поэтому всё тщательно обдумывали. К счастью, она этого не сделала.

Мэй Сюэ Янь мучительно закрыла глаза.

Ранее она уже предполагала, что причины были именно таковыми, но сейчас, услышав собственными ушами признание этого факта, она всё же почувствовала пронзительную щемящую боль в сердце. Учитывая то, что она сделала, очень напрасную боль!

Оказывается, прошлый соратник пытался уничтожить её из-за её же доброты!

Просто от того, что ты добрый человек, он вели себя так своевольно и бесцеремонно, неоднократно устраивали всевозможные засады, заставив меня быть почти на волоске от смерти!

Потому что они знали, что твой ответный удар никогда не будет жестоким и суровым! Что ты никогда не поступишь с ними так, как они могли позволить себе поступать с тобой! Поэтому они чувствовали себя так уверенно! Что не так с этим миром?

Твоя доброта – это повод, чтобы убить тебя?!

Твоя доброта – это причина всех твоих неприятностей?!

Твоя доброта – это источник давления на тебя?!

Твоя доброта – это отговорка для других людей, чтобы совершать подлые и низкие поступки?!

В эту минуту Мэй Сюэ Янь была совершенно растеряна, она была в тупике.

- Сейчас вы потерпели поражение! Однако вы снова начали говорить о Битве за Захват Небес… – Цзюнь Мосе иронически посмеялся. - Я знаю, что сейчас ты, Мо Сяо Яо, очень сильно раскаиваешься и сожалеешь, поэтому ради Битвы за Захват Небес просишь пощады. Ты и в самом деле хочешь сберечь силы для Битвы! Это цель очень благородная! Ты пошел на большую жертву ради этого! Я очень восхищён твоим поведением!

Но я должен сказать тебе: никакая благородная цель не может стать твоей отговоркой, чтобы творить зло! – Цзюнь Мосе холодно улыбнулся. - Ради Битвы за Захват Небес, ради всего народа – хорошо звучит, должен признаться! Вы столько всего сотворили, теперь будьте добры отплатить за это! Совершили ошибку – заплатите соответствующую цену за это! Не надо думать, что из-за того, что вы участвуете в войне за небо, люди сами будут подставлять вам свои головы, чтобы вы их отрубили!

Даже ваши так называемые «героические подвиги» не смогут перекрыть это! – Цзюнь Мосе безжалостно сказал: - Некоторые люди идут на воровство, чтобы накормить своих детей… Благородно, не правда ли? Потому что их семья заботится о большом количестве сирот… Но эти люди всё-таки воруют, и это факт! Некоторые люди убивают людей, чтобы защитить своих близких, но всё-таки они убивают людей! И это тоже факт, но люди не станут из-за их скрытых горестей и душевных ран просто прощать их!

Дела обстоят таким образом, почему же вы должны стать исключением? – Цзюнь Мосе агрессивно сказал: - Вы вредили своему соратнику, убивали своих сотоварищей, резали Священных животных, охотились на Ядрами Суань, прикрываясь очень красивым и благородным предлогом – чтобы увеличить свои силы для участия в Битве за Захват Небес! И считайте, что поверил вам, что вы использовали эти силы в Битве за Захват Небес… но какая между этими вещами связь?!

Битва за Захват Небес всегда была вашим долгом! А не вашей отговоркой! И вовсе не вашим основанием для совершения подлых и низких преступлений! Сегодня я ни в коем случае не помилую вас!

Равнодушно и резко высказав все это он, показывая на разбитые войска трех священных земель, продолжил:

- Мо Сяо Яо, я верю, что ты говорил искренне! Но, однако, ты знаешь сколько сегодня погибло ваших людей? Ты поверни свою голову, взгляни на своих подчинённых, разве они не питают смертельную ненависть к нам? Здесь собралось 80 Величайших мастеров. Пусть, скажем, я верю тебе, что ты не станешь нам мстить, а что насчёт них? Ты можешь поручиться за них? Что они не станут мстить мне или семье Цзюнь?? Скажи мне, я могу пощадить их? Я могу опустить злодея на свободу? Могу ли я? Если бы ты был на моем месте, ты бы смог?

Мо Сяо Яо печально вздохнул.

Когда Цзюнь Мосе начал говорить, сначала ему было трудно слушать его, это было слишком большим унижением для него! Но по мере того как он говорил, Мо Сяо Яо понял, что совершённое ими, и в самом деле уже чересчур и переходит всякие границы!

Три Священные земли считали, что всё, что они делали ради Битвы за Захват Небес – всё было верным! Но, тем не менее, это мнение было ошибочным. Они очень сильно заблуждались на свой счёт!

- Цзюнь Мосе, почему ты так не веришь нам? Неужто ты вынуждаешь нас дать тебе клятву или, может быть, написать кровью расписку с гарантией? – сквозь зубы спросил Сяо Тянь.

- Клятва – это не более чем просто слова! Сказать можно всё что угодно; расписка – просто листок бумаги! Вы считаете, что я поверю вам?? – Цзюнь Мосе усмехнулся. - Вы хотите, чтобы на кон я поставил жизни своих родных и близких, поверив вашей клятве? Многовековые заветы предков вы тоже нарушили, напав на Тянь Фа. Если я поверю вам, я не буду настоящим идиотом? Пойти на такой риск я не могу и не осмелюсь!

- В это раз мы потерпели поражение, мы сильно переоценили свои силы и только навлекли позор на свою голову! – Мо Сяо Яо, горько рассмеявшись, сказал. Он повернул голову и посмотрел на стоящие вдали войска. На лицах всех восьмидесяти подчинённых были только возмущение и ненависть, глубокая крайняя злоба, даже Мо Сяо Яо и сам почувствовал их энергию и невольно вздохнул!

Как и сказал Цзюнь Мосе, Мо Сяо Яо мог поручиться, что не будет мстить им, он даже мог бы поручиться за Цзя Цинюня, Сяо Тяня и остальных Почтенных, но как быть с другими мастерами? Глядя на их ненависть и обиду, если они даже и скажут, что не будут мстить, боюсь, он даже сам не сможет поверить в эти слова!

Это будет настоящим бредом!

Это незабываемая ненависть. Пусть он даже сам запретит им мстить – всё равно будет немало людей, которые на словах согласятся, а на деле будет совершенно другое. Они тайком отправятся сводить счёты с врагом. Что касается того, что по прошествии двух лет, если им повезёт, и они не погибнут в Битве за Захват Небес, а потом сами придут в Тянь Фа, чтобы умереть от руки Почтенной Мэй – это ещё больший бред!

Цзюнь Мосе по большей части не будет бояться этой мести и Почтенная Мэй тоже! Но семья Цзюнь и все остальные? Священные животные? Они всё же не все Почтенные мастера!

Ещё есть семья Дуанму, семья Сиконг, Донфанг… Если эти семьи живыми вернутся с этой Битвы, наверняка они подвергнутся кровавому возмездию! Это определённо будет так! Вне всякого сомнения!

Десять Величайших мастеров втайне вынашивали план убийства Почтенной Мэй и чуть не достигли успеха! А тут целых 80 мастеров на пике своей силы! Хотя тогда Мэй Сюэ Янь отделалась лишь тяжёлыми ранениями, но всемогущие силы этих мастеров неоспоримы!

Пусть даже все остальные семьи, за исключением семьи Цзюнь, мирные и спокойные, это совсем не значит, что такого не может произойти! Даже два человека из восьмидесяти с легкостью могут пойти на такое!

Глава 729. Я никогда не рискую!

Четверо Почтенных мастеров сразу же обо всём догадались, поэтому быстро притихли! В этот момент они почувствовали, что их сотоварищи приняли их аргумент и убеждения за шутку, за довольно плохую шутку!

Цзюнь Мосе выразился весьма ясно: какой бы благородной ни была цель, она не сможет покрыть все те грехи и злодеяния, совершённые в прошлом!

Позади стоявший Величайший мастер гневно вышел вперёд:

- Цзюнь Мосе, это уже слишком! Три Священные земли на протяжении тысячелетий заботились о мире и благополучии всех людей, о каких злодеяниях ты вообще говоришь? Ты не подумал о том, кто даст отпор Чужакам в случае нашей смерти?! Или ты хочешь, чтобы они уничтожили людскую расу?

- Мир и благополучие всех людей? – Цзюнь Мосе прищурился и посмотрел на него: - Чёрт побери! Я никогда не думал об этом! Я знаю только одно – если вы меня убьете, я всё равно уже не почувствую конца света! Я всегда был б*ядским эгоистом! – глаза Цзюнь Мосе вспыхнули резким холодным светом и он медленно продолжил: - По жизни я придерживаюсь такого принципа: не трогать тех, кто не трогает меня, но если что не так, то тогда уж как аукнется, так и откликнется! Мне совершенно плевать на вашу Битву за Захват Небес, вы вмешались не в своё дело и теперь должны умереть! Именно вы умрёте, а не я! Я пока не собираюсь на тот свет! Моя цель очень проста – стараться выжить в этом бренном мире! Это не я заварил всю кашу… Вы сами начали притеснять меня! Другого выхода, кроме как дать отпор противнику, я просто не нашёл! А теперь, оказавшись в глубокой заднице, вы решили поговорить со мной о Битве за Захват Небес! Ха-ха-ха! – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Да срал я на вашу Битву! Бывают, конечно, люди без стыда и совести, но не до такой же степени!

- Цзюнь Мосе, ты ублюдок!

- Зачем вся эта болтовня! – Мо Сяо Яо улыбнулся и спокойно поднял руку, чтобы угомонить присутствующих. Внезапно он добавил: - Умрёт этот или тот, какая разница? К чему столько разговоров? Раз уж на то пошло, и нам придётся сегодня умереть, тогда мы примем смерть с достоинством! Я не собираюсь идти на смерть, сдерживая свой гнев! Я, Мо Сяо Яо, уж тем более не умру в руках других людей! – Мо Сяо Яо улыбнулся, поднял горсть снега с земли, а затем тщательно протёр им своё лицо и спокойно сказал: - Почтенный Сяо Яо будет свободным до самой смерти.

Состояние его духа было восстановлено.

Почтенный Сяо Яо стёр без остатка кровавое пятно на своём лице. Каждое его движение было свободным и естественным.

Он привёл в порядок свои волосы и бороду, а затем повернулся к своим подчинённым. Это был прежний Почтенный Сяо Яо, со своей величественной осанкой и манерами!

Только лишь когда он обратил свой взор в сторону Цзя Цинюня, в его глазах промелькнуло чувство унижения. Чувство позора!

Почтенный четвёртого уровня был просто в западне, он отчаянно молил своего врага о пощаде, но получил резкий отказ! Такое просто невозможно себе представить!

Мо Сяо Яо в глазах остальных имел великолепный статус, по силе и мощи все мастера ему даже в подметки не годились. Так что то, как повёл себя Сяо Яо в данной ситуации – вынес унижение во благо важного дела – хоть и было слишком невероятно, но заслуживало похвалы и уважения!

Как бы то ни было, из брошенной косточки сливы в землю не получить драгоценный камень! Если даже другая сторона окажется снисходительной, разве Мо Сяо Яо сможет забыть о мести? В любом случае, почему другая сторона должна уважать чужие чувства, ставить интересы Мо Сяо Яо превыше своих, почему их должен волновать мир и человечество?

Но никто не ожидал, что Цзюнь Мосе окажется таким бессовестным и равнодушным! Это просто невероятно!

- Брат Мо, не волнуйся об этом! Разве это как-то повредит твоей репутации и славному имени? Сегодняшний день увековечит тебя в истории! Лучи твоих стараний и надежд будут переливаться через последующие поколения! Я просто не в силах смотреть на этого подлеца! – утешительно сказал Цзя Цинюнь. Затем он вздохнул и продолжил: - Нынешнее Цзянху всё меньше похоже на то, что мы знали раньше, воодушевлённых людей становится всё меньше и меньше… – этими словами он намекнул на то, что человеческие нравы с каждым днем становятся всё хуже, теперь люди не такие, как в старые времена.

Мо Сяо Яо медленно покачал головой, у него уже не было никаких сил:

- Брат Цзя, все мы здесь люди с огромным опытом, зачем себя обманывать? То, что происходит сейчас – причина всего кроется в прошлом! Мне всегда казалось, что я всё понимаю и всегда прав! Почтенная Мэй всегда участвовала в Битве за Захват Небес, но мы хоть раз пощадили её? Она всегда ставила общие интересы превыше всего и постоянно отступала назад, а что делали мы? Мы продолжали давить! Она сделает шаг назад, мы тут же выскочим вперёд! Мы и сами небрежно относились к общему положению дел. Тогда скажи, кто дал нам право указывать на недостатки нашего противника? Спрошу только одно – если бы вместо Цзюнь Мосе был ты, брат Цзя, смог бы ты так легко пощадить сотню высококлассных мастеров, которые только и делали, что били в спину? – Цзя Цинюнь вдруг оцепенел, его лицо выражало явное смущение, он больше не смог ничего ответить.

- Господа, полагайтесь только на свои силы! Я исчерпал себя и уйду отсюда первым! – Моя Сяо Яо равнодушно посмотрел на толпу и повернулся к Цзюнь Мосе спиной. Не оборачиваясь назад, он сказал:

- С этого дня, не важно, враг или друг – любого, кто останется в живых, я хочу попросить об одолжении: при встрече с Повелителями трёх Священных земель, передайте им мои слова, – на его лице показалось искреннее сожаление, затем он медленно промолвил: - Не нужно никаких «благородных» оправданий. Не ищите плохим вещам отговорок! Я очень надеюсь, что в будущем три Священные земли не осрамятся в Битве за Захват Небес и не испортят бесподобную блестящую репутацию! Это величайшая гордость трех Священных земель во все времена! – он сделал паузу и добавил: - Помните, это наша слава, а не наша компетенция или статус!

Сказав эти слова, Мо Сяо Яо тепло улыбнулся, а затем громко закричал:

- Не говорите, что Небеса не имеют своего пути – ведь на самом деле они всегда свободны и безмятежны!

Именно это изречение послужило источником для имен Мо Сяо Яо и его брата – Повелителя Неуловимого Мира Бессмертных – Мо Ву Дао. (Сяо Яо – безмятежный, свободный, а Ву Дао – безжалостный)

Оба брата родились в семье чиновника. В тот день, когда они появились на свет, их отец как раз ушёл в отставку, а его друг подарил ему напоследок небольшое стихотворение:

- Деньги и положение в обществе, слава и репутация в один день всегда покидают нас; но не говорите, что Небеса не имеют своего пути – ведь на самом деле они всегда свободны и безмятежны!

Отец взял из этого стиха четыре иероглифа «Ву Дао» и «Сяо Яо» и дал их в качестве имён своим двум сыновьям.

- Мо Ву Дао – найдёт свою дорогу, даже когда ему будет некуда идти. Мо Сяо Яо, – не важно, когда, но не стоит быть чрезмерно безмятежным и зазнаваться от своих успехов!

Именно этого желал отец для своих сыновей, - это своего рода и молитва и предостережение!

В это время Мо Сяо Яо думал о том, что из надежд его отца остался только его брат Мо Ву Дао, именно брат, а не Повелитель Неуловимого Мира Бессмертных.

Договорив свою речь, Мо Сяо Яо тихонько вздохнул и внезапно перестал двигаться! Над его головой поднялся густой белый дым, долгое время дым не рассеивался, превращаясь в туман. Затем подул холодный ветер, и от густого белого дыма не осталось ни следа, как и от Мо Сяо Яо – он самоуничтожился на пике Снежной горы! Именно так скончался Почтенный четвёртого уровня! Цзя Цинюнь стоял в растерянности, ему казалось, что всё это был лишь сон и неправда! Такая выдающаяся личность была вынуждена вот так покончить с собой перед огромной толпой! В глазах Цзюнь Мосе промелькнула жалость, однако его лицо всё ещё выражало равнодушие и жестокость!

- Цзя Цинюнь, я даю и вам такую возможность! Вы тоже можете покончить жизнь самоубийством! Так вы сохраните своё тело целым, это будет достойная смерть! – Цзюнь Мосе сказал без колебаний.

- Мосе… они… не могут умереть! – лицо Мэй Сюэ Янь выражало явное беспокойство. - Это касается Битвы за Захват Небес и будущего всего мира! Подумай об этом хорошенько ещё раз! Если сила резко уменьшится, то результаты Битвы могут быть плачевными!

- Сюэ Янь, почему ты всё ещё настаиваешь на этом? Неужели ты всё ещё не видишь всей правды? Посмотри на их взгляды! Я уже убил четыреста или даже пятьсот человек! Эти люди были для них товарищами и друзьями, по крайней мере, они прошли вместе сквозь целые века! Они были одной семьей! Теперь же, выжившие желают мне смерти больше, чем те самые Чужаки! Если отпустить их сейчас, в будущем эти люди сделают всё возможное, чтобы уничтожить меня и мою семью! У меня нет причин сохранять им жизни! – Цзюнь Мосе равнодушно продолжил: - Пусть я был бы один, но у меня есть семья и друзья, которым не всё равно! Ты настаиваешь на своём, ставя под удар моих близких. Для меня их безопасность – превыше всего на этом свете! Я не стану рисковать, даже совсем чуть-чуть!

Даже если они действительно хорошие люди, я всё равно убью их! Потому что дело приняло такой оборот и ничего уже не исправить! Более того, они просто шайка лицемеров! – Цзюнь Мосе говорил спокойно. - Даже если это и грех, то я буду один нести его на своих плечах! Лучше нести грех, чем испытывать стыд и раскаяние слишком поздно!

- Ты такой бесчувственный! – Мэй Сюэ Янь с грустью посмотрела на него. - Почему у тебя нет ни капли жалости? Ведь это касается всего мира, неужели тебя это совсем не волнует? Хотя бы чуточку?

- Сюэ Янь, это я безжалостен? Это мне всё равно? Мне надо позволить им жить, чтобы однажды увидеть жестокую смерть своих родных и близких, только тогда ты станешь переживать, да? Если бы не я, сколько ошибок ты бы совершила? А можем ли мы их допускать в нынешней ситуации? Что касается Битвы за Захват Небес... даже если эти люди умрут, это вовсе не значит, что Битва будет проиграна!

Если дать им умереть, то наступит конец света? Наоборот, это будет позором – доверить безопасность мира таким лицемерам, как они. Пусть даже они и смогут победить в этой Битве, они не заслуживают этого! – категорично заявил Цзюнь Мосе.

Глава 730. Принцип Цзюнь Се!

- Но они и в самом деле преданы войне за небо, пусть они даже и совершали подлые и низкие вещи! Но сегодняшняя их цель очень благородна и возвышена! В таком безвыходном положении дать им шанс, что в этом такого? Пусть даже после Битвы за Захват Небес мы уничтожим их за ненадобностью, но это будет всё же лучшим решением, чем убивать их сейчас. Они могут быть полезны для участия в Битве, – громко сказала Мэй Сюэ Янь.

- А разве ты всю свою жизнь не боролась ради Битвы за Захват Небес, однако ты не совершала подлые и низкие вещи! Твоя цель была такой же благородной и возвышенной! Но они, по-прежнему, не брезгуя никакими средствами, досаждали тебе! Если бы ты попала в безвыходное положение, они бы помиловали тебя? – Цзюнь Мосе вздохнул и посмотрел на Мэй Сюэ Янь: - В их сердцах только ненависть и злоба! Остается только действовать око за око, зуб за зуб! Кровавый долг, в конце концов, можно смыть только свежей кровью! Если бы они были на нашем месте, они поступили бы точно так. Девчонка, ты ещё такая неопытная! Сейчас ты действительно ведёшь себя очень незрело!

Мэй Сюэ Янь вздохнула, и вдруг тон её голоса сменился на ласковый и нежный, и она стала жалобно упрашивать Цзюнь Мосе: «

- Мосе, отпусти их в последний раз! Ради Битвы за Захват Небес, ради всего народа! Мосе, я прошу тебя, ради благородной цели в последний раз! Последний раз поверь в человечность!

- Нет! Говорить о человечности с людьми, у которых она отсутствует – одно из самых глупых занятий в мире! Ты была связана по рукам и ногам этой непосильной ношей уже так долго… Почему ты и дальше хочешь продолжать творить глупости? Неужели только когда на твоих глазах развернётся кровавая драма, ты наконец-то сможешь хоть что-то понять? – Цзюнь Мосе медленно и непреклонно покачал головой из стороны в сторону, его лицо было равнодушным и непоколебимым, словно он был вовсе не человек, а каменное изваяние!

– В следующий раз я тоже буду участвовать в Битве за Захват Небес! – Цзюнь Мосе слегка поднял голову, глядя на плывущие по небу облака, и спокойно произнёс: - Но я надеюсь, что я буду участвовать с моими соратниками и боевыми товарищами, а не со своими врагами! Потому что если за моей спиной будут стоять они, я не смирюсь с этим! В прошлый раз, в сражении в Тяньнань, люди сражались со Священными животными, и среди них было полно изменников и предателей, я не хочу испытать на себе подобное снова! В Битвы за Захват Небес необязательно должны сражаться только три Священные земли! Пусть даже они все передохнут, есть же ещё я – Цзюнь Мосе! Раз уж я убью их, то и смогу возместить компенсацию за это! И вовсе не ради войны за небо, а чтобы уничтожить всех Чужаков! Я сделаю так, чтобы в этом мире больше никогда не было этой Битвы за Захват Небес!

- И это не из-за какой-то благородной цели, а для того, чтобы в мире стало меньше фальшивок и лицемеров! – Цзюнь Мосе стал довольно резок. - Я ненавижу лицемерие и фальшь! В высшей степени испытываю отвращение к этому, в особенности, когда под видом благородной цели люди ведут себя нагло и бесцеремонно, лишь бы угодить себе или навредить другим людям!

- Я не только собираюсь убить этих людей, но моих сил ещё хватит, чтобы уничтожить с лица земли даже все три Священные земли полностью! – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся, холодный зимний ветер развевал его волосы, он держался спокойно и уверенно, но говорил жестоким и чёрствым голосом: - Потому что есть то, о чём ты не догадываешься – самую большую угрозу для этого мира несёт вовсе не вторжение Чужаков, а междоусобная война! Вторжение никогда не сможет стереть с лица земли одно государство или даже мир, а вот междоусобная война может справиться с этой задачей очень даже быстро!

Сейчас три Священные земли как раз стали главным источником и причиной междоусобной войны! Пусть не станет Тянь Фа, не станет тебя и меня, но тогда они просто станут грызться друг с другом! Бороться за славу первых в Поднебесной и признавать только своё высочайшее великолепие! И в таком случае их слава не будет уступать моей! Поэтому я непременно должен убить их!

Я никогда не действовал в целях мира и благополучия для всего народа. Но когда другие люди пытаются навредить мне, так не пойдёт! Это непростительно ни для трёх Священных земель, ни для Чужаков! Ни для Почтенных, ни для Достопочтенных! Пусть даже Первый Шао из Подземного Мира сейчас оживёт, ему тоже не стоит надеяться, что он сможет управлять моей жизнью! – Цзюнь Мосе злобно улыбнулся и слово в слово произнёс: - Моя жизнь принадлежит только мне, она не принадлежит даже Небу! Если война, то только до конца! Только если выжить, можно стать могущественным и непобедимым! А если смерть… то дальше и говорить не о чем!

Я не хороший и не плохой! Я не джентльмен и не подлец! Но, по крайней мере, я не лицемер! Я –Цзюнь Се! Я вечный властелин Се! Дикий и жестокий монарх! Я выше стыда… это и есть мой, Цзюнь Се, принцип!

Мэй Сюэ Янь попятилась назад. Она ясно поняла, что говорить ещё что-то просто бессмысленно, её мужчина оказался очень особенным человеком!

В эту минуту она вдруг почувствовала, что сейчас перед ней вовсе не Цзюнь Мосе, а не считающийся с мнением окружающих, единоличный правитель всего мира, Первый Шао из Подземного Мира! Это странное чувство привело её в ужас, она была напугана, и ей даже всё стало казаться чужим и незнакомым! Цзюнь Мосе, стоящий перед ней, стал таким далёким. Пусть даже обида или непонимание, но разве нельзя смириться и пойти на встречу хотя бы раз? Мэй Сюэ Янь не понимала этого.

Однако, тем не менее, она игнорировала тот факт, что если один раз проявить милосердие и снисходительность, это может превратиться в бесконечное давление, самой лучшей отговоркой для твоего врага, чтобы давить и использовать тебя каждый раз! И с каждым разом только наглее и бесцеремоннее! А женское милосердие может стать безнадёжным отчаянием, от которого уже никогда не избавиться!

Потому что между соперниками никогда не может быть гуманности и справедливости! Даже если взять в пример её – если бы она тогда, в первый же раз перерезала всех этих десятерых Величайших мастеров, тогда пусть и три Священные земли и вели бы себя нагло и заносчиво, но всё же это бы не достигло того предела, как сейчас! Быть терпеливым и уступчивым перед лицом злодеяний – это значит только увеличивать рассадник этих злодеяний! Эту истину заживший второй жизнью Цзюнь Мосе понимал, как никто другой!

Поэтому он и не мог дать своим врагам и малейшего шанса нанести ответный удар! И никакой человек не сможет поменять решение Цзюнь Мосе! Даже его горячо обожаемая Мэй Сюэ Янь!

Напротив, мастера трёх Священных земель уже подняли шумиху и начали гневно кричать, они решили вместе погибнуть и с рёвом кинулись в бой!

- Отомстим за Почтенного Мо!

- Отомстим за наших погибших братьев!

- Они хотят нас убить, думают это так легко, давайте покажем им, на что мы способны!

- Не щади жизни, убить одного – уже хорошо, двоих – ещё лучше!

Цзюнь Мосе спокойно стоял и не двигался, глядя на бросившихся в бой мастеров, лицо его было равнодушным и безразличным.

Потом он медленно поднял руку и внезапно закричал что есть мочи:

- Убить! Всех убить, ни одного в живых не оставить!

Мэй Сюэ Янь мучительно закрыла глаза.

Вслед за полным жестокости и жажды крови приказом Цзюнь Мосе в воздухе немедленно поднялся ураган, 500 Священных животных на пике девятого уровня Суань и Королей зверей одновременно ринулись в бой! С всесокрушающим мощным ударом они бросились на поле боя!

Они уже терпели так долго! Их воинственная кровь уже давно бурлила в их жилах! Всё, чего они хотели – была лишь война! Только война! Бесконечная война! Яркая и красочная война!

Для них было совершенно не важно, хорошими или плохими людьми были три Священные земли, это было абсолютно бессмысленно для них. А причём здесь Битва за Захват Небес – вообще не понимал ни один.

Если нужно, чтобы мы пошли, - мы пойдём! Не нужно идти, тогда мы не пойдём! Нет ничего, что было бы нам не под силу.

Они только знали, что эти люди навредили их братьям и ещё пытались убить их Повелительницу! Это и значит настоящая лютая вражда! Они должны были уничтожить их, чтобы выпустить свой гнев! В воздухе непрерывно раздавались крики и вопли.

Цзя Цинюнь сурово кричал, взбодрившись остатками былой мощи, используя удар за ударом, он непрерывно дрался со Священными животными, всё его тело с ног до головы было окроплено кровью. Приблизившись к Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе, он вдруг внезапно расхохотался.

- Какого чёрта ты смеёшься? Думаешь, у тебя есть шансы остаться в живых? – спросил его Цзюнь Мосе.

- Ха-ха-ха! Я смеюсь над тем, что ваша смерть уже близка! А вы даже ничего не знаете об этом! – Цзя Цинюнь тяжело дышал и выглядел безумным. - Я собрал свои последние остатки Суань, чтобы сказать тебе вот что! Вы думаете, что мы, три Священные земли, направили только эти отряды людей, чтобы сразиться с вами? Ха-ха-ха, Цзюнь Мосе, ты сегодня убьёшь нас, даже если убьёшь всех без остатка, и что с того? Ты всё равно заплатишь за это! Подождем, когда ты вернешься в Тянсян и будешь оплакивать труп своего дедушки, вот тогда посмотрим! Ха-ха-ха!

- Ты думаешь, что кто-то поверит той околесице, которую ты несёшь? – спокойно сказал Цзюнь Мосе.

- Я знаю! Я всё знаю! Твой загадочный учитель остался на страже в Тянсян! Но ты знаешь, кого мы послали в Тянсян? Ха-ха! – Цзя Цинюнь с ненавистью посмотрел на Цзюнь Мосе и жестоко сказал: - Да! Ты жестокий! Ты смелый! Ты беспощадный! Но мы послали в Тянсян не абы кого, а Достопочтенных мастеров, - целых девять человек! Пусть, конечно, твой учитель – очень выдающийся человек, но как же ему быть?! У него получится одной рукой закрыть небо?! Достопочтенные мастера! Ты понял, сосунок?! Ты считаешь, что твой учитель такой непобедимый, да? А? Пусть даже он такой крутой, но всё же не круче девятерых Достопочтенных мастеров, верно? И не надо так смотреть на меня! Наверняка сейчас в Тянсян от семьи Цзюнь остались одни кости да камни! А твой дед, Цзюнь Чжан Тиан – уже груда костей! Ха-ха! Цзюнь Мосе, это будет твоя расплата! Наше возмездие! – Цзя Цинюнь дико расхохотался.

Мэй Сюэ Янь изменилась в лице.

Цзюнь Мосе сверкнул и схватил Цзя Цинюня за подол его платья:

- То, что ты сказал… это правда?!

Цзя Цинюнь на самом деле уже был совершенно без сил, чтобы приблизиться к Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, он израсходовал остатки своих последних сил.

Столкнувшись с тем, что Цзюнь Мосе схватил его, он, на удивление, не стал никак сопротивляться! Он и не собирался сопротивляться, когда Цзюнь Мосе схватил его, он наклонил голову и с жестокой усмешкой произнёс:

- Это ты мне скажи! Сам угадай! Защищаешь своих близких? Поглядим, что будет после этой битвы. Думаю, не только семью Цзюнь, но и всех присутствующих здесь семей ждёт полное разорение и гибель. Ваш конец близок, а я с нетерпением буду ждать вас в загробном мире, и что-то мне подсказывает, что ждать этого дня долго не придётся, ха-ха-ха!

Смех не прекращался, Цзя Цинюнь внезапно ободрился ничтожными остатками своей Суань, его тело начало дёргаться, а из груди послышался звук взрыва, - он решил покончить с собой! Его тело слабо повисло в руках Цзюнь Мосе, признаков жизни не было. Он ушёл.

Хотя его сердце уже не билось, но на его лице по-прежнему сохранялась зловещая и безумная улыбка, в его серых глазах всё ещё сверкал ядовитый блеск!

Это было похоже на чувство умиротворения, когда ты отомстил своему заклятому врагу!!

Глава 731.1. Гонец Цзе Инь из Туманного Призрачного Дворца!

Цзюнь Мосе с невозмутимым лицом внезапно громко закричал и пнул ногой изо всей силы тело Цзя Цинюня так, что оно очень высоко подлетело в воздух. Бешено вращая глазами, он закричал:

– Убейте их всех! Всех до одного прикончите к херам! Быстро!

В это время в воздухе раздался оглушительный свист, как гром посреди ясного неба, а потом голос:

– Будьте снисходительны!

В небе показалась жёлтая тень, она летела с сумасшедшей скоростью, вот только раздался этот звук, как эта тень уже стояла прямо перед людьми.

Она остановилась прямо около Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, прокричав:

– Всем немедленно прекратить!

Это голос было точно раскаты грома, всё вокруг даже затряслось!

Но было уже слишком поздно!

Когда он появился, кровавая война уже подходила к концу!

И именно в тот момент, когда он закричал, последние два мастера со стороны противника были схвачены по отдельности Королем медведей и Королем журавлей, они просто разорвали их пополам одним махом!

Цзюнь Мосе свистнул, и все Священные звери разошлись каждый в свой отряд. Сила сопротивления врага и так была низкой до крайности, и, столкнувшись с таким огромным количеством Священных животных на пике Суань, они и подумать не успели о своей скорой погибели, как уже были мертвы!

Фактически из тех ста мастеров, которым удалось спастись после обвала горы, только у восьми Величайших мастеров ещё остались хоть какие-то боевые способности, но после мощного удара Священных животных они в миг превратились в лепёшки с мясом!

Из общего числа всех Священных животных всего меньше двадцати получили лёгкие ранения от мастеров, которые, не щадя своей жизни принялись сражаться. Это можно назвать безоговорочной победой!

Прибывший человек с головы до ног был облачён в жёлтые одежды, довольно приятной внешности и длинной бородой, с широкой грудью и тёмными волосами. Чувствовались его изысканные и интеллигентные манеры, глаза его были красивы, а брови густы. Выглядел он достаточно грозно и внушительно, при этом совсем не показывая гнева и злости!

Но, оглядевшись по сторонам и увидев только кровь и трупы, царящий хаос, в его глазах появилась неописуемая злоба, он резко повернулся, посмотрел на Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь и строго спросил:

– Зачем надо было убивать всех? Обязательно надо было уничтожить всех, без остатка?

Глядя на армию Священных животных и Мэй Сюэ Янь, похоже, он не проявлял никакой заинтересованности в них, он не обращал внимания!

– А почему нет? Убийство из мести, оно на то и убийство, разумеется, что нужно уничтожить всех подчистую! Огонь не может полностью сжечь всю траву, весенние ветры снова дают ей жизнь! – Цзюнь Мосе отступил на шаг назад и сказал. Как только он услышал о том, что в Тянсян направились девять Достопочтенных, он чувствовал только угнетённость и ярость! Но в такое время этот человек в жёлтых одеждах спрашивает об этом, заставляя Цзюнь Мосе ещё больше выходить из себя!

– Убить этих людей… Ты хоть знаешь, какое это значение имеет для Битвы за Захват Небес? Насколько серьёзны последствия этих действий? – человек в жёлтых одеждах с возмущением сказал: – Ты тоже являешься частью материка Суань, неужто эти герои Битвы за Захват Небес в твоих глазах и ломанного гроша не стоят? Их нужно во что бы не стало убить, и причем быстро?

– Герои материка? Да срал я на них, ко мне это какое имеет отношение?! Я только знаю, что они хотели убить меня! Для меня они – всего лишь враги! А раз уж враги, что мне мешает перебить их всех? – Цзюнь Мосе равнодушно посмотрел на него. – А ты вообще кто такой? Откуда у тебя право спрашивать такие вещи?

– Хватит безумия! Ты – Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь, так? – прибывший человек практически через силу подавлял свой гнев. – Я – гонец Цзе Инь из Туманного Призрачного Дворца!

– А? Гонец из Туманного Призрачного Дворца? Не слышал о таком! – Цзюнь Мосе покачал головой. – Если у тебя нет больше других вопросов, можешь быть свободным. У меня есть дела поважнее, которые требуют моего немедленного вмешательства, и обсуждать их в присутствии посторонних не очень-то удобно!

– Что? Не слышал? Это может значить только одно – что ты малообразованный и ограниченный! – человек в жёлтых одеждах многозначительно буркнул.

Он был отлично воспитан, но, совершив длинное и трудное путешествие с целью остановить это сражение, он изо всех сил пытался успеть, доконал себя до полуживого состояния, однако, добравшись сюда, он увидел только гору трупов! И уже ничего не мог поделать с гневом и яростью, которые так и вырывались из него.

Услышав слова Цзюнь Мосе, сказанные с сарказмом и насмешкой, он почти уже не мог держаться в рамках приличия. Если бы не так, то, учитывая свой статус, он бы не позволил сказать себе такие слова.

Он глубоко вздохнул, еле-еле сдерживаясь и пытаясь прийти в себя, а потом сказал:

– Цзюнь Мосе, врагам ты своим отомстил! Гнев свой выпустил наружу! Я надеюсь, что на этом можно и закончить. Битва за Захват Небес уже не за горами, без разницы, Тянь Фа или три Священные земли, вы все – одна основная боевая мощь в Битве за Захват Небес! Обе стороны должны отбросить давнюю неприязнь!

– Хорошо! Без проблем! – Цзюнь Мосе с улыбкой сказал. – До тех пор, пока трём Священным землям плевать, мне тоже плевать. Абсолютно, вот прямо с самой большой колокольни, с которой я срать на них хотел, плевать!

– Цзюнь Мосе! – гнев человека в жёлтых одеждах тотчас же снова поднялся. – Ты на одном дыхании убил почти шесть сотен мастеров из трёх Священных земель, ты даже убил родного младшего брата Повелителя Неуловимого Мира Бессмертных, как тебе может быть наплевать? Люди, которые здесь погибли, являлись почти одной третьей всех боевых сил трёх Священных земель, и в один день всё пропало! Суань – не то же самое, что и людские богатства, – Цзе Инь, нахмурившись, продолжал. – Если бедняк разбогатеет в один миг, он может вести себя заносчиво и бесчинно, это всё же нормально, в природе вещей. Люди могут его понимать, а могут не понимать, это едва ли имеет значение! Но если в искусстве владения Суань появился богач-выскочка, последствия могут быть очень плачевными! Это ты должен обязательно запомнить!

– Ты хочешь сказать… что я похож на богача-выскочку? – Цзюнь Мосе очень захотелось немедленно задушить этого посла-откуда-то-из-тумана. Если бы он мог разглядеть, каким уровнем Суань обладал этот незнакомец, он бы не стал ходить вокруг да около и пнул бы его куда подальше…

Глава 731.2. Гонец Цзе Инь из Туманного Призрачного Дворца!

«Я сейчас тут о своей семье беспокоюсь, а ты всё не заткнёшься, несёшь какую-то бредятину, да еще уму-разуму учить меня пытаешься! Гад, да кем ты себя возомнил вообще?..

Однако, раз я не могу разглядеть уровень его Суань, и к тому же в то время, когда он появился, чувствовалась его огромная сила, так что могу предположить, что его силы не могут быть ниже сил Мэй Сюэ Янь, а, может, даже и выше...

Такого могучего противника, да еще и со статусом гонца из Туманного Призрачного Дворца, по крайней мере, пока, нельзя убивать ни за что ни про что».

– Да! Где я увидел богача-выскочку? – человек в жёлтых одеждах посмотрел исподлобья на Цзюнь Мосе и сказал: – Да ты с ног до головы выглядишь как богач-выскочка!

– О, боги! – Цзюнь Мосе приложил свою руку ко лбу, у него не было слов.

«Да кто, в конце концов, это человек вообще, ведет себя так, с высоким уровнем Суань, да еще с такими выдающимися данными?»

– На самом деле не важно, Тянь Фа или три Священные земли. Главная цель у всех одна - ради Битвы за Захват Небес, ради будущего всего народа! Я хочу сказать, что таким образом семья Цзюнь должна принести извинения за свои деяния! Я буду занимать нейтральное положение, чтобы примирить вас, и вы мирно разрешите конфликт, вне зависимости от вашей ненависти друг к другу. Это нужно будет подавить ради Битвы за Захват Небес, после неё вы можете обсудить всё, глотки друг другу перегрызть – что хотите, разве это не хорошая идея? – нахмурившись, сказал человек в жёлтых одеждах.

Цзюнь Мосе просто молчал, у него не было слов, он сейчас сомневался. Этот человек специально вёл себя так глупо, или, возможно, он с самого детства провёл всю свою жизнь в Туманном Призрачном Дворце и совсем не разбирался в житейских делах.

Не слишком ли он заблуждается со своими планами? Занимать срединное положение и всё на этом?

«Сам лично выступать в качестве посредника? Да кем, ты, вообще себя считаешь, чёрт возьми?

Такие огромные потери и убытки можно исправить лишь одними извинениями?

Это метод решения проблем просто смешон… И, более того, брат Мо Вудао сам довел себя до смерти. Эта взаимная ненависть и злоба была настолько сильна, что кроме войны не было других решений!»

– Всё ради Битвы за Захват Небес! Всё ради народа! – человек в жёлтых одеждах с искренностью в голосе сказал. – Надеюсь, Почтенная Мэй и Цзюнь Мосе смогут принять это во внимание. Принести пользу или бедствие, ради бога или ради дьявола, вы можете сделать только один правильный выбор!

– Ха-ха-ха… господин гонец, я могу вас спросить – вы прибыли сюда ради обеспечения сохранности и целостности сил четырёх семей? – Цзюнь Мосе вдруг холодно рассмеялся.

– Да, верно. Участвующие в этой Битве человеческие ресурсы обладают достаточным влиянием на финальные результаты Битвы за Захват Небес! Я не мог не прийти сюда!

– Тогда, в Тянсян, там вы уже бывали? Иначе говоря, ваши люди были там? – Цзюнь Мосе с острым взглядом пристально посмотрел на него.

– Нет, не бывал! – спокойное выражение лица человека в жёлтых одеждах несколько изменилось, на нем появилась неловкость.

– Кажется, учитывая ваш статус как гонца, вы не можете обманывать меня, и я осмелюсь спросить вас: случайно, не знаете ли вы о том, что три Священные земли уже направили в Тянсян девять Достопочтенных мастеров? – лицо Цзюнь Мосе стало холодным, как лёд. – И, совершенно случайно, вам неизвестна цель их визита?

– Известна, – на лице гонца появились капельки пота. Прежние приветливые и уверенные манеры без следа исчезли. Цзюнь Мосе как воду глядел, этот человек обладал высоким уровнем Суань, но в житейской мудрости он совершенно ничего не понимал.

– М-м, поэтому вам совершенно безразлично, что творится там, так как там только обычные люди, и они не обладают достаточной силой, чтобы участвовать в Битве за Захват Небес, и не имеют никакого влияния на ее итоги, да?! И поэтому вы беспокоитесь только о делах, которые происходят здесь, потому что эти силы ценны для Битвы за Захват Небес! Начало вашего пути очень хорошее и замечательное! Ради материка, ради всего народа! Всё верно, да? – спросил Цзюнь Мосе.

– Верно, несомненно, всё именно так! – человек в жёлтых одеждах задрожал.

– Б*ядь, да для какого ещё народа? Иди ты на хрен со своим благополучием всего материка! Что за херню ты здесь несёшь? – Цзюнь Мосе внезапно вышел из себя. Он сделал два шага вперёд и, показывая пальцем прямо на человека в жёлтых одеждах, стал кричать. Брызги его слюны почти долетали до лица этого человека. – Как тебе не стыдно поучать меня, что делать мне, а чего не делать, урод хренов? Раз вы там все такие, сука, умные, что так хорошо разбираетесь во всех вопросах? А? Здесь люди умирают, здесь война! А там, сука, не война? Там не могут умирать люди? Разве там уже не ваш «весь народ»? Как не стыдно тебе вообще было пасть открыть про своё милосердие и снисхождение? Быстро свалил отсюда в свой туман, чтоб я тебя больше не видел!

Тело человека в жёлтых одеждах колыхалось, он попятился на несколько шагов назад. Его движения были лёгкими и свободными, тем не менее на лице было выражение крайней неловкости.

– Цзюнь Мосе, у этого также есть и другие причины! Говоря по правде, всё произошло очень неожиданно! Когда было время до этого, как говорится, пришлось действовать по обстоятельствам… В конце концов, здесь для нас важнейший приоритет! Всё-таки здесь силы, которые могут повлиять на результаты Битвы за Захват Небес!

– К сожалению, твой так называемый «важнейший приоритет» уже закончился. А то, что для тебя является неважным, для меня как раз важнее всего! Самое главное и важное дело для меня! – Цзюнь Мосе равнодушно сказал. – Так что катись отсюда колбаской! Я сейчас тебе могу совершенно отчётливо сказать: если там, в Тянсяне, будут хоть какие-нибудь жертвы или потери. Будь то три Священные земли или твой туманный или какой-нибудь ещё дворец, я вам так трубы расшатаю!

Глава 732.1. Пожалуйста, помоги мне!

– Я путешествую по миру с инспекторским осмотром от Туманного Призрачного Дворца уже десять тысяч лет! И я всегда честен и бескорыстен касаемо этих дел, неужели ты не веришь мне? – человек в жёлтых одеждах говорил убедительно и искренне. – Предназначение Туманного Призрачного Дворца заключается как раз в сдерживании трёх Священных земель, в контроле и надзоре над их действиями, и сейчас они не смогут отклонить мою помощь, как посредника! За это я могу поручиться!

Цзюнь Мосе поневоле, наконец-то понял почему три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец раньше всегда враждовали! Вот оно значит что! Кто по доброй воле, обладая такой огромной силой, захочет находиться под чьим-то контролем?

Однако не слишком ли этот человек доверчив и простодушен? Говорить такое кому угодно, к тому же так искренне и честно, похоже, он даже и врать не умеет…

Кажется, что Туманный Призрачный Дворец представляет собой очень скучный и однообразный мир, там нет людских распрей, и никто не строит козни друг против друга. А если даже и такое есть там, то крайне мало, возможно, только из такого чистого и светлого места могут появляться вот такие люди…

К Цзюнь Мосе пришло ещё одно озарение: если всё действительно так, то, наверное, противостоять им намного труднее, чем кажется!

– Всегда честны и беспристрастны? Путешествуете по миру с инспекторским осмотром? Тогда про то, что случилось с семьей Цзюнь десять лет назад, вам наверняка известно? – Цзюнь Мосе с насмешкой посмотрел на него.

– Мы никогда не вмешиваемся в людские пустяковые дела, молодой господин Цзюнь. Если даже в мире происходят несправедливые вещи, вмешиваться в каждое мы бессильны, хотя у нас и есть намерения, – гонец Туманного Призрачного Дворца какое-то время раздумывал, что ответить, и потом с трудом вымолвил.

– В ваших словах есть ваша истина, и, выражая вам своё понимание, вот что я скажу вам! Все, что я сейчас делаю – это продолжение тех людских пустяковых дел! Всё это произошло из-за событий десятилетней давности. Тогда вы этим не интересовались, а сейчас и подавно не должны. У вас нет совершенно никаких оснований вмешиваться в эти дела. Так что я попрошу вас отправиться и заняться важными для вас делами, провожать не стану, счастливо!

Человек в жёлтых одеждах застыл на месте. С тех пор, как он появился в Цзянху, ему следовало только сказать, что это всё «ради народа», произнести этот ярлык, и у всех остальных не было оснований не считаться с ним. Все, в конце концов, не старались стать героями для материка, но и закрепиться в истории, как преступники, не желали, и явно не хотели выступать против людей!

К тому же его неукротимая сила и высокий уровень Суань говорили сами за себя. Не важно, каким было его дело, всё всегда проходило успешно. Но сегодня, встретившись с Цзюнь Мосе, он только обнаружил, что в этом мире, оказывается, бывают упрямые, не поддающиеся никакому воздействию болваны!

– Но… это же ради Битвы за Захват Небес, которая будет через два года! Именно той Битвы за Захват Небес, которая касается будущего всего человечества! – человек в жёлтых одеждах возмущённо посмотрел на Цзюнь Мосе.

– Возможно, у тебя нет никакой заинтересованности в этом?

– Да! На самом деле, я тоже ради Битвы за Захват Небес! Я хочу спросить тебя, а вы, ваш Туманный Призрачный Дворец, не может участвовать в Битве за Захват Небес? – спросил Цзюнь Мосе.

Человек в жёлтых одеждах замер и гневно сказал:

– Мы, Призрачный Туманный Дворец, никогда не принимаем участие в Битве за Захват Небес!

– Тогда ладно, так и быть. Я непременно буду участвовать в Битве за Захват Небес. Однако сейчас мои силы довольно малы и, если я пойду на войну, боюсь, не вернусь оттуда живым. В моей смерти, конечно, не будет ничего особенного, что поделать, люди постоянно умирают, но, однако, я боюсь, что это может отразиться на общей обстановке Битвы. А, как следствие, материк в опасности, весь народ в опасности… – Цзюнь Мосе печально вздохнул и продолжил: – Господин гонец, ради безопасности материка, ради всего народа; я убедительно прошу вас: вы не могли бы ниспослать все ваши силы мне! Я определённо не обману ваши ожидания, я обязательно перебью всех Чужаков! Ради благополучия всего мира, ради счастья всего народа! Ну, что вы скажете? – Цзюнь Мосе, с лицом полным уважения и почтения, весь с ног до головы благородный и непорочный, с полной искренностью задал вопрос.

Человек в жёлтых одеждах слегка опешил, но купился на слова Цзюнь Мосе…

– Ниспослать? Да, я понял, но как же это возможно? – он был в растерянности. – Допустим, ты будешь участвовать в Битве за Захват Небес - это достойно похвалы. Но, когда я отдам все свои силы, накопленные за всю мою жизнь, разве после этого я не превращусь в пепел?

– Так ради Битвы за Захват Небес, ради всего народа же! Что тебе мешает один раз пойти на жертву? – Цзюнь Мосе, без доли шутки, проникновенно и убедительно продолжил:. – Господин гонец, ты ведь всё равно не будешь участвовать в Битве за Захват Небес! Разве твоя высокая сила Суань не будет пропадать зря? Разве в итоге, волей-неволей она не сгниёт так же, как гниёт трава? Но тогда, разве в этом есть хоть какой-то смысл? Лучше же будет тебе пожертвовать собой, тем самым увеличив мои шансы на победу в Битве за Захват Небес, не правда, ли? Таким образом, я уверен, что материк вовек запомнит ваш героический поступок, все люди вовеки веков будут почитать вашу отвагу и смелость! Ты навечно останешься героем материка! Ну что, как тебе? Ты определённо не можешь мне отказать!

– Нет! Не выйдет! – человек в жёлтых одеждах резко покачал головой из стороны в сторону. – Да как это возможно? Это от начала до конца полный бред! Битва за Захват Небес может придерживаться и других методов, как можно использовать такой метод, который причиняет вред другим людям? Тем более что я на протяжении всей жизни усердно совершенствовался, как я могу так просто и легко покончить со своей жизнью? Категорически невозможно! Абсолютно недопустимо!

– В самом деле, никак? – лицо Цзюнь Мосе стало серьёзным и загорелось ненавистью. – Неужто ты по доброй воле хочешь стать преступником или грешником? Неужто ты никак не заинтересован в будущем материка? Где же твоя совесть?

– Безусловно, никак! – по кончику носа гонца прокатилась капелька пота, он находился в затруднительном положении. – Сожалею, но я действительно бессилен в этом вопросе.

– Тогда на хер ты здесь нужен? – Цзюнь Мосе вздохнул и равнодушно спросил.

– Я прибыл сюда, чтобы ваши семьи заключили перемирие ради Битвы за Захват Небес, ради всего народа, ради… это… ну…

Он вдруг застыл, выпучив глаза. Он вдруг понял, что все эти основания и принципы уже были названы только что его молодым соперником! И, к тому же, он сам решительно отказался от этих «великих» прошений…

Хотя его соперник принуждал его делать то, что он не хочет, но, однако, разве он не также ведёт себя по отношению к нему? Поставив себя на место другого человека, он сам отказал требованию другого человека, тогда какие есть у него самого основания требовать того же самого от других?

Он вздохнул и повернулся к Мэй Сюэ Янь:

– Почтенная Мэй, а какое у вас мнение на этот счёт?

– Её мнение точно такое же, как и моё! – сказал грубо Цзюнь Мосе.

– А я тебя не спрашивал! – человек в жёлтых одеждах вздохнул и резко взмахнул рукой. Рассеялся тусклый молочного цвета туман, и Цзюнь Мосе внезапно обнаружил, что он не может пошевелиться.

Глава 732.2. Пожалуйста, помоги мне!

Цзюнь Мосе был так поражён, что едва не впал в панику! Сейчас он уже как-никак Почтенный мастер второго ранга, кто мог подумать, что в один миг какой-то человек так спокойно сможет обездвижить его? Какого уровня Суань у этого человека? Этот приём, по крайней мере, уже превосходит Клетку Мира Мэй Сюэ Янь, и к тому же намного!

Мэй Сюэ Янь легонько вздохнула и сказала:

– Господин Достопочтенный мастер, Мосе сказал правду. Я согласна со всем, что он сказал. Мосе может принять за меня любое решение! Не важно когда и не важно относительно какого вопроса! Я всегда буду с ним заодно. Пусть это будут даже относительно вопроса Битвы за Захват Небес, это не будет являться исключением!

Достопочтенный! Мэй Сюэ Янь только что назвала этого, в жёлтых одеждах, господином Достопочтенным мастером!

Человек в жёлтых одеждах горько рассмеялся. Было заметно, что он был расстроен и подавлен:

– По-видимому, тогда я напрашиваюсь на неприятности. Тогда я должен откланяться! – договорив, его тело сверкнуло, и всё небо озарилось сиянием, а потом оно исчезло, как и этот человек.

Хотя Мэй Сюэ Янь немного не понимала сегодняшнее поведение Цзюнь Мосе, не принять она его не могла, она по-прежнему выбрала безоглядно, любой ценой поддерживать его. Тем более перед посторонними она не могла позволить себе опозорить Цзюнь Мосе.

– Ха-ха… Сюэ Янь… ты такая послушная… иди ко мне, я обниму тебя! – Цзюнь Мосе, в конце концов, смог двигаться, и тотчас с весёлым выражением лица направился к Мэй Сюэ Янь.

Фактически приём блокировки движения человека в жёлтых одеждах оказал на него краткосрочный эффект. Если бы Цзюнь Мосе применил Суань, чтобы привести себя в движение, он бы вмиг смог бы избавится от него. Но, несмотря на это, он всё ещё был напуган случившимся. Потому что этот человек контролировал его жизнь, и в считанный момент мог убить его хоть десять раз подряд! Поэтому Цзюнь Мосе для себя решил, что отныне он будут более бдительным, ведь в мире всегда есть что-то более великое.

Услышав слова Мэй Сюэ Янь, он был очень растроган; он понимал, что его слова были отнюдь далеки от любезности и вежливости.

Мэй Сюэ Янь с равнодушным лицом фыркнула и сказала:

– Только что, разве не ты включил у себя режим «героя»? Не ты говорил: «женщина, уйди в сторонку»? С чего вдруг сейчас ты обратил внимание на эту «женщину»? Ты дурак или представляешься? Я глупая, с этим мы уже давно смирились, но ты, пожалуйста, не похищай того умного молодого мастера Цзюнь, хорошо?

Цзюнь Мосе рассмеялся, подошёл к ней сзади и принялся разминать ей плечи, заискивающе улыбаясь:

– На самом деле тогда я просто не успел договорить свою мысль, я хотел сказать: «Всем женщинам, кроме Сюэ Янь, быстро отойти в сторонку», но я так волновался, что сболтнул другое. Правда, ты непременно должна поверить мне…

– Ха! – Мэй Сюэ Янь резко повернулась, оттолкнула его и с холодным лицом сказала:

– Оставь меня!

Цзюнь Мосе улыбнулся. Внезапно его руки, словно молнии, быстро соскользнули к её ягодицам. Вцепившись, он не торопился отпускать их, так и продолжая стоять с лицом невинного интеллигента.

Мэй Сюэ Янь с головы до ног задрожала, словно через её тело прошёл удар тока. Чувствуя, как всё её тело становится ватным, он тут же покраснела и попятилась назад.

Цзюнь Мосе крепко обнял её и удивленно закричал:

– Ай-яй… как же это сказать? При всём честном народе… это… это… женщина и мужчина не могут себя так вести… женщина, поскорее прекращайте такие штучки, я целомудренный человек!

«Говорю о целомудрии, но двумя руками крепко-крепко схвачу и хрен отпущу».

Мэй Сюэ Янь, кажется, покраснела до корней волос, вырываясь изо всех сил:

– Ну-ка, быстро отпусти! Столько людей смотрят!

– М? А тогда, когда столько людей смотреть не будет, можно будет не отпускать? Без проблем! Подождём тогда этого времени! – Цзюнь Мосе рассмеялся и сказал в её сверкающее, словно нефрит, ухо.

Тело Мэй Сюэ Янь ослабло ещё сильнее, и она ещё больше раскраснелась:

– Почему до сих пор не отпускаешь?

– А сразу и не отпущу! – ответил Цзюнь Мосе. – Ещё будешь так злиться?

– Сначала отпусти, потом скажу! – Мэй Сюэ Янь вырывалась из последних сил.

– Сначала скажи, потом отпущу! – Цзюнь Мосе ни в какую не отпускал её. Жар его рук проникал прямо под одежду Мэй Сюэ Янь. Цзюнь Мосе уже давно распознал слабое место Мэй Сюэ Янь и сейчас действовал согласно ему, заставляя Почтенную Мэй тяжело, постанывая, дышать, чувствуя слабость во всём теле.

– Не… не буду… – Мэй Сюэ Янь, оказавшись совершенно беспомощной и краснея по самое дальше некуда, прошептала ему на ухо.

– Какая послушная девочка! – довольный Цзюнь Мосе заулыбался, шлёпнул её по заднице и только потом отпустил. Мэй Сюэ Янь отбежала от него на несколько футов, не поворачивая головы, так как по-прежнему была красной.

Когда она развернулась, она увидела, что все Священные животные, согласно приказу, стояли спинами к ним, ничего не видя. Но, тем не менее, с настороженными как стрелы ушами.

– Ты… ты… правда, сведёшь меня в могилу! – Мэй Сюэ Янь, растирая лицо, бросила в сторону Мосе.

Тот только расхохотался, как тут же появился Большой Медведь, тоже смеющийся:

– Зять… вы закончили?

– А? Что закончили? – Цзюнь Мосе замер, и тотчас же до него дошло. Он вдруг очнулся и сказал: – А, ага, закончили!

– Полный улёт! – Большой Медведь поднял большой палец вверх. – Зять, я так уважаю тебя! Ты действительно настоящий мужик! Смог укротить даже нашу сестрёнку! Я испытываю большое восхищение, правда-правда!

– Об этом и говорить не стоит! Мужик как раз и должен быть таким! Если твоя жена не слушается тебя, какой ты вообще мужик? – Цзюнь Мосе, довольный как слон, сказал. – Брат Медведь, я скажу тебе так: с женой надо быть строже, если она не слушает тебя, и всё! Бить руками, ногами – это сущие пустяки, можно даже дубинкой какой, ага. Пока пощады не попросит! Вот это и называется мужественность!

– Да-да, да-да, зять, ты очень мудр! Я обязательно запомню это! – смиренно сказал Король медведей.

– Со временем поймёшь. Всё, я ушёл, – и он исчез, словно струйка дыма в воздухе. Он был очень обеспокоен насчёт того, что сказал Цзя Цинюнь.

Но он понимал, что спешка тоже бесполезна! Прошло уже столько времени. Если и в самом деле что-то случилось, всё равно уже поздно. А если не случилось, то уже и не случится.

Остаётся только поскорее разобраться со всеми проблемами здесь, и потом можно будет торопиться ехать туда! Если сейчас прийти в замешательство и погнаться за двумя зайцами, будет только больше ущерба, чем пользы! Поэтому независимо от того, случилось ли что в Тянсян, сначала надо решить всё здесь, а потом вернуться к этому вопросу.

Цзюнь Мосе был абсолютно уверен, что у дедушки хватит мудрости пережить этот критический момент! И более того, он сам перед отъездом оставил бесчисленное количество наставлений…

«Если что-то и случиться, я обязательно похороню весь мир с дедушкой! Что вообще значит эта Битва за Захват Небес? Она и с волосом с головы дедушки не сравнится! Я позабочусь о своих близких людях!»

Цзюнь Мосе, стиснув зубы, клятвенно заверял сам себя…

Глава 733. Вы сами уничтожите друг друга!

В конце концов, семья Цзюнь сомкнула блокадное кольцо. Цзюнь Мосе увидел, что почти все члены семьи Сяо были связаны! Сяо Син Юн был явно изнурён и измучен, а рядом с ним лежало несколько окровавленных трупов.

Цзюнь Вуй, Донфанг Вэн Синь, Гуан Квинхан и остальные спокойно стояли в сторонке, однако их лица выражали явное негодование!

– В чём дело? – ошарашенно спросил Цзюнь Мосе и торопливо подошёл к ним.

– Члены семьи Сяо даже в таком безвыходном положении отказываются говорить, кто же, в конце концов, убил твоего отца! – Донфанг Вэн Синь уже была готова заплакать.

«Сто с лишним человек отказываются что-либо комментировать? Ох, ну и величие духа у них, впечатляет…»

Цзюнь Мосе топнул ногой, и длинный меч тут же соскользнул ему в руку. Он уже было хотел выйти вперёд, но ему в голову пришла одна интересная мысль.

На обратном пути в Тянсян из Южного Небесного Города он однажды применял на Сяо Бу Ю силу гипноза, и тогда он кое-что ему рассказал!

Помнится, он говорил:

«…Эта армия охвачена серьёзной паникой… там есть Сяо Хан, Сяо Лян, Сяо Чжень, Сяо Чен, Сяо Гуан…»

Цзюнь Мосе, немного поразмыслив, привёл в порядок все свои мысли и, погрузившись в воспоминания, закрыл глаза. Он тихонько и неподвижно стоял на месте, вытаскивая из своей головы те самые имена, которые он никогда не сможет забыть…

Внезапно Мосе открыл глаза, и импульс огромнейшей силы в один момент захлестнул волной более ста человек разом!

Это была мощь Почтенного мастера второго уровня! Мало кто сможет противостоять ей! Даже Сяо Син Юн с его выдающимися способностями был не в силах что-либо предпринять против такой мощи!!

Эти люди с пелёнок росли в снежных горах и привыкли к холоду, но в этот самый момент, волна силы Цзюнь Мосе, словно ледяные иглы, пронизывала их кожу, мышцы и даже кости, пробираясь вплоть до самого сердца…

– Сяо Лян! – заорал Цзюнь Мосе.

От такого крика все присутствующие вздрогнули, а члены семьи Сяо вдруг почувствовали внезапное сильное головокружение…

– Здесь... ой... я... нет, нет, нет… я не Сяо Лян, я, правда, не Сяо Лян... – мужчина средних лет вдруг открыл, было дело, свой рот, но, почувствовав, что здесь что-то не так, тут же начал отнекиваться.

– Да-да, верно, ты… эй, кто-нибудь, подтащите его ко мне, я бы хотел переговорить с ним, всего на пару слов, – доброжелательно сказал Цзюнь Мосе. Донфанг Вэн Синь подлетела вперед и одним рывком вышвырнула, словно котёнка, мужчину из толпы.

– Хорошо. Идём дальше, итак, кто здесь у нас Сяо Чжень? – Цзюнь Мосе улыбнулся и посмотрел на связанную перед ним группу людей. Однако холод в его глазах был способен превратить весенний ветер в снежную ледяную бурю!

Все растерянно лежали на земле, и хотя все были довольно измучены, никто из них не проронил ни слова.

– Хм, молчите, значит, партизаны хреновы, какая солидарность, молодцы! – Цзюнь Мосе поднял свой меч и подошел к ближайшему человеку из толпы, нагнулся, и затем тихонечко спросил: – Может, это ты – Сяо Чжень?

Мужчина средних лет изо всех сил замотал головой, однако его взгляд был направлен в сторону.

– Подними свою голову и посмотри на меня! – рявкнул Цзюнь Мосе.

Мужчина средних лет невольно поднял голову, и пара его печальных глаз встретилась с взглядом Цзюнь Мосе. Взглянув на него, он почувствовал, что его засасывает куда-то, будто огромным магнитом, и теперь уже нет ни единого шанса выбраться, словно огромная чёрная дыра поглощала всю его душу…

– Тогда… кто же Сяо Чжэнь? Может, ты скажешь мне? – неожиданно мягко спросил Цзюнь Мосе. Его глаза излучали невероятный свет, который мог сбить с толку любого и внушал невероятное чувство доверия.

– Хорошо! Я скажу! – мужчина средних лет внезапно переменился, теперь от него исходила злость и негодование. – Вот! Эти подонки! В те годы они сговорились и убили великого генерала, я уже видел раньше это отребье, и ничего хорошего они у меня в голове не вызывают! Как можно было так поступить с таким легендарным и ни в чем не повинным статным мужчиной, как генерал? С этим просто невозможно смириться!

Услышав эти слова, члены семьи Сяо были просто ошарашены. Все посмотрели в сторону говорящего, но, казалось, что никто его даже и не знал в глаза.

– Хорошо сказано, – Цзюнь Мосе перерезал верёвку, что связывала этого человека.

Мужчина поднялся и злобно добавил:

– В особенности Сяо Чжень, он – полнейший ублюдок! Ненавижу его больше всех! Самый настоящий сукин сын! Гниль сплошная, но строит из себя героя! Фу! Тошнит от его физиономии! Каждый раз, при встрече с ним, хочется плюнуть в его наглую рожу!

Семья Сяо потеряла дар речи, они продолжали смотреть на него как на инопланетянина…

– Я прекрасно понимаю твои чувства. А теперь, пожалуйста, покажи пальцем, кто из них – Сяо Чжень? – ласково попросил Цзюнь Мосе.

– Я! – мужчина средних лет уверенно и смело указал на свой нос, и сказал это злобно, твёрдо и презрительно: – Я – Сяо Чжень, сука!

Цзюнь Мосе вытаращил глаза, еще немного, и они точно бы вывалились из орбит и упали на землю!

– Ох, да мне сегодня везёт, не правда ли?.. Сначала я просто хотел, чтобы вы сами перегрызли друг другу глотки. Но кто же знал, что мне так повезет, серьёзно, это же просто невероятно! Да, с такой фортуной мне надо срочно купить лотерейный билет!

– Я – Сяо Чжень, действительно самый настоящий ублюдок! Я был безжалостен и совершил ужасный поступок! Меня следует раскромсать на множество кусочков, а моё наказание должно затронуть девять поколений семьи Сяо. Даже если моё потомство останется в живых, быть им проститутками и блядунами из поколения в поколение! Пусть сам Сяо Чжень – этот сукин сын, пройдёт все девять кругов Ада! Даже переродившись, он будет продолжать жить как безнравственный и подлый мерзавец… Это будет вечно преследовать его…

Сяо Чжень до брызжущей пены изо рта продолжал извергать изо рта самые разнообразные ругательства и маты, многие из которых не были известны никому из присутствующих, а некоторые из них можно было бы запомнить и взять на заметку. Поток этих грязных выражений становился все длиннее и длиннее, как огромная река Янцзы…

А объектом его ругательств был лишь он сам…

«Это вообще… эм... да что тут вообще происходит!?»

В это время сам инициатор этого публичного самоуничижения – Цзюнь Мосе – уже был в полушаге от того, чтобы начать биться головой об землю и выдирать себе глаза… Какого хрена этот мужик вообще вытворяет?

– Стой, стой, стой... – Цзюнь Мосе поспешно попытался остановить этот словесный понос. – Поскольку ты так принципиален, самокритичен и серьёзен в вопросах самооценки, то почему бы тебе не указать нам на всех остальных присутствующих! Они ведь тоже принимали участие и совершили этот ужасный грех, помоги же справедливости восторжествовать! Семья, да что там, весь мир будет гордиться твоим поступком! Это ведь такой блистательный подвиг, который обязательно увековечит тебя, и твоя слава будет жить вечно! Будешь как Геракл и его двенадцать подвигов, даже все шестиклассники будут про тебя знать! – стиснув зубы, процедил Цзюнь Мосе.

Услышав эти слова и, не поняв сарказма, Сяо Чжень действительно возомнил себя героем, будто он и правда совершил хороший поступок для всей страны и её народа. С гордым видом он повернулся к своим родственникам и посмотрел на них словно кошка на мышей.

В этот момент многие члены семьи Сяо потеряли всякую надежду на спасение. Теперь они с завистью смотрели на трупы своих сотоварищей, которые были раздавлены насмерть. По крайней мере, они отделались лёгкой и простой «казнью», а не «вечной славой».

А то, что сейчас происходит, действительно странно. Что, чёрт возьми, здесь творится? Неужели Цзюнь Мосе и, правда, демон? Ведь он так легко играется с психикой и чувствами людей, заставляя даже родных людей начать вести борьбу друг против друга?!

– Цзюнь Мосе, ты – подлый человек! Из-за твоих демонических методов Сяо Чжень лишился рассудка и пошёл против своей собственной семьи… Ты, ты и есть вершина всего зла! – закричал Сяо Син Юн, он гневно сопел и фыркал, его лицо стало фиолетовым от злости, еще чуть-чуть и он был готов лопнуть как попкорн в печке. Он чуть не потерял сознание, наблюдая, как грызутся его собственные дети и братья.

После того, как девятый из старейшин с остальными вернулись в Серебряный город, Сяо Син Юн, естественно, узнал о том, что его второй брат из-за уловок Цзюнь Мосе на какое-то время утратил бдительность и опорочил свою мужскую честь. Хотя, что там говорить, его брат не в переносном, а в самом что ни на есть прямом смысле был вынужден танцевать стриптиз перед этим ублюдком! Позор на всю жизнь, и позор на его седую голову! Старик в душе начал сильно опасаться того, что этот мелкий засранец снова использует свой излюбленный трюк на нём, или выкинет что-то подобное в этом духе.

– Сяо Син Юн, если ты сейчас же не закроешь свой вонючий рот, то я мигом заставлю тебя поднять свою старую морщинистую задницу и, гремя костями, начать крутить ей не хуже барабана стиральной машинки и обязательно эротично, прямо как твоего братца – Сяо Бу Ю! – пафосно сказал Мосе, даже не поворачивая голову.

Тем не менее, хотя лицо Сяо Син Юня итак выражало огромное негодование, услышав эти слова, он лишь что-то промямлил себе под нос и с выпученными глазами шокированно опустил голову вниз, начав тихо про себя бормотать… а может, и песню подходящую вспоминать.

Он не осмелился бы пойти на такой риск, потому что знал, что Цзюнь Мосе сдержит свое слово! Сяо Син Юн не боялся отправиться прямиком в Ад, он боялся отправиться туда именно через такое унижение!

А тем временем Сяо Чжень уже начал давать показания!

– Сяо Чен! Чего нос повесил, думал, что я тебя не узнаю? Даже если ты превратишься в горстку пепла, я всегда узнаю твои глаза, тварь дрожащая, падла ты этакая! – Сяо Чжень указал пальцем на худого мужчину своего возраста.

Человек с опущенной головой вздрогнул и поднял глаза. Стиснув зубы, он начал громко ругаться:

– Да кем ты себя возомнил, щенок? Забыл, где твои корни, сукин сын, предатель… Ты похоронил свою совесть, своё достоинство и свою честь, перешёл на сторону врага, подложил свинью своим родным…Ты, ты не заслуживаешь лёгкой смерти! – он даже не успел закончить фразу, как Донфанг Вэн Синь тут же пинком отправила его из толпы в полёт.

– Эй, Сяо Чжень, про которого ты говоришь, да какое отношение этот ублюдок вообще имеет ко мне? Я не предатель, я – хороший человек, действующий во имя справедливости! – с довольным видом оправдывался Сяо Чжень, всё происходящее явно доставляло ему удовольствие; тем временем пальцем правой руки он снова указал в толпу: – Вон тот, это Сяо Гуан! Да что ты там прячешься? Здесь тебе негде скрыться! Это Сяо Чжун! А тот, со сломанной ногой, это Сяо Дун!

......

Вслед за этим Сяо Чжень указал ещё на нескольких виновных. В конце концов, он насчитал семерых, а вместе с ним самим и Сяо Ляном, которого разоблачил Цзюнь Мосе, их было девять человек. Все они были выстроены в одну линию.

– Есть ещё трое, но этим мерзавцам не повезло, они сдохли ещё во время горного обвала. Зачинщик и предводитель тоже не здесь, он стал инвалидом из-за несчастного случая, и теперь его содержат в каком-то тайном месте, – Сяо Чжень повернулся, его лицо выглядело ну очень самодовольным, как будто он совершил действительно огромный подвиг.

Остальные члены семьи Сяо в душе размышляли об одном: Как это тем трём не повезло быть раздавленными насмерть? Наоборот, ещё как повезло, это была настоящая удача для них! Их смерть была аккуратна и легка, а что касается выживших, кто знает, что за испытания теперь их ожидают…

– Это все? Может, кого-то всё-таки упустили? – нахмурился Цзюнь Мосе.

Глава 734.1. Дело давно минувших лет!

– В тот раз операцию возглавляли два дядюшки, Сяо Цзо и Сяо Ю, только эти двое. Однако они не вступали в бой. Нас, десятерых, было вполне достаточно, а они просто сопровождали нас на всякий случай, но всё прошло без сучка, без задоринки, и их помощь нам не понадобилась! – Сяо Чжень тотчас же показал на двух стариков, но те и так уже были настолько слабы и напуганы, что кровь отхлынула от их лиц, отчего они сидели бледные, как смерть, и дрожали от страха, стуча зубами.

– Хорошо! Мне нужно знать конкретные подробности тех событий… А особенно… Как именно погиб мой отец! От чьей руки в конце концов он умер? – Цзюнь Мосе сказал, проговаривая четко и по отдельности каждое слово, и, оглядывая группу людей перед собой злым взглядом, в его сердце вдруг невольно проснулось чувство дикой скорби и гнева!

С тех пор, как он всё больше и больше привыкал к этому миру, к этой семье, полностью воспринимая себя как Цзюнь Мосе, всё чаще вспоминая эти имена: Цзюнь Ву Хи, Цзюнь Ву Мэн, Цзюнь Мо Ю, Цзюнь Мо Шу – своих близких, которых он никогда не видел, он чувствовал невыносимую боль в сердце, и это было трудно объяснить!

Настоящая пульсирующая и ноющая в груди боль!

Выдающийся главнокомандующий целой эпохи, непревзойденный герой, которого постигла трагическая смерть от рук каких-то разбойников! Несправедливое обвинение, случившееся десять лет назад, будет сейчас наконец-то раскрыто!

Он храбро защищал многомиллионный народ Тянсян, но после его гибели, народ, возможно, и горевал, возможно, и негодовал, но тех, кто захотел бы отмстить за него, было крайне мало!

Когда его не стало, его семья день за днем приходила в упадок, став объектом агрессии политических соперников, все словно добивали лежачего, и было мало тех, кто понимал это!

Когда его жена предпринимала всяческие попытки, чтобы отмстить за него, весь Цзянху становился просто безучастным зрителем, оживлённо наблюдая за обстановкой, все замирали в ожидании того, смогут ли они отплатить той же монетой! Все знали, что семья Цзюнь несправедливо подверглась этим обвинениям, но, тем не менее, все предпочли просто наблюдать со стороны и не вмешиваться!

Однако семья Донфанг постепенно исчерпала все свои силы и была вынуждена выйти из игры, так и не осуществив свое обещание, и никто даже не вступился за них!

Куда в то время делись многовековые моральные принципы Цзянху?

Цзюнь Мосе вдруг понял, что он на самом деле был охвачен большим горем!

Когда Цзюнь Ву Хи был жив, и Тянсян существовал под его защитой, люди просто спокойно жили, довольные своей жизнью, и совсем не задумывались об этом. Но когда его не стало, и они подверглись агрессии, унижениям и издевательствам, в слезах и вне себя от горя, все они говорили: «Если бы только наш главнокомандующий в белом был здесь, кто бы осмелился сотворить подобное с нами?»

Вспоминая все это, Цзюнь Мосе чувствовал бесконечное возмущение и негодование!

Даже дикие звери всегда пытаются отплатить добром за добро, но люди! Похоже, они о таком даже и не слышали!

Ах, как это печально! Очень печально!

Будь то герои, которые создавали историю, или история, которая создавала героев, неизменной оставалась одна простая истина. Только после смерти героя люди вспоминали о том добре, которое он сделал для них. Неужели, в самом деле, нужно сначала погибнуть, чтобы люди вспоминали тебя и поминали добрым словом? Или, хотя бы, чтобы просто запомнили?

Цзюнь Мосе бессчётное количество раз спрашивал сам себя: его отец, Цзюнь Ву Хи, так бесстрашно и храбро защищал этих людей, а это вообще стоило того? Эти неблагодарные людишки, какое вообще они имеют право находиться под чьей-то защитой?

Солдаты и офицеры за много миль от своего родного дома защищают мир и достоинство своей страны ценой собственной жизни, но то, что происходит в тылу в это время? Разгул и разврат, азартные игры, море алкоголя и бесконечное множество проституток! Казнокрады воруют деньги государства, чтобы тратить их на своих шлюх!

Живя только ради личной выгоды и только сегодняшним днем!

Даже простой народ, радуясь своей спокойной и счастливой жизни, вряд ли станет печалиться о том, как несладко приходится бедным солдатам за тридевять земель, на окраине родины. Как они проходят трудный и длинный путь через песчаные бури, отчаянно сражаются в море крови, борются изо всех сил, потеряв надежду, бьются до последней капли крови. А в глазах у них, по-прежнему, родной дом, куда они уже никогда не смогут вернуться!

Дом, по которому они так отчаянно тоскуют, дом, ради которого им приходится жертвовать собственной жизнью!

Глядя перед собой, на одиннадцать человек из семьи Сяо, в глазах Цзюнь Мосе воспылал праведный огонь гнева и скорби!

После того, как он задал свой вопрос, все они опустили головы, даже Сяо Чжень мучительно о чем-то думал, словно изо всех сил пытался восстановить в памяти события прошлых лет.

Неизвестно, из-за того, что это произошло так много лет назад, или из-за того, что им было трудно вспомнить, или для них это было «обычным делом», по которым они не привыкли беспокоиться, но никто так и не осмелился вымолвить и слова!

– Говори! – голос Цзюнь Мосе раздался, словно гром среди ясного неба.

– Тогда… – Сяо Чжень, нахмурившись, начал говорить. Было заметно, что он действительно упорно пытался в деталях вспомнить, как всё было на самом деле.

–…Я помню, что мы, объяснив всё главному старейшине, решили с Сяо Ханом спуститься со Снежных гор. Двигаясь быстрым ходом почти месяц, мы, в конце концов, достигли места назначения – хребта Тяньгуан. Там многочисленные армии двух государств вели ожесточенный бой, отгородившись друг от друга, с охранными отрядами на каждом шагу. Глядя на этот беспрерывно тянущийся на несколько десятков ли военный лагерь, мы почувствовали себя беспомощными, мы оказались в тупике. Кто вообще сказал, что убить генерала многочисленной армии легко? Не стоит и говорить о том, что мы все были не более чем мастера с Суань духа, а у двоих дядюшек она была на пике. Даже при таком раскладе, это дело вряд ли было возможно провернуть. Но Сяо Хан сказал, что он уже заранее об этом позаботился, и рисковать нам не придётся…

…В тот день Сяо Хан куда-то вечером пропал. Даже мы не знали, куда он исчез, но после одного дня и одной ночи он вернулся, и с ним было несколько людей в чёрном. У главного из них в руках оказалась золотая императорская печать! Это как раз было беспрепятственным воинским удостоверением для входа и выхода в армию Тянсян, и это «удостоверение» можно было получить только благодаря высочайшему приказу самого Императора. Тогда те люди в чёрных одеждах сказали, что это подделка, но все мы поняли, что это, на самом деле, был подлинник. Если бы это было подделкой, как бы мы тогда смогли пробраться в армию, которая находилась под строгим командованием генерала в белом, и тогда мы вряд ли бы смогли пойти на такой риск…

Глава 734.2. Дело давно минувших лет!

…Потом этот человек раздал нам одеяния, чтобы мы переоделись и приняли вид его подчинённых; мы успешно пробрались в военный лагерь, во что было даже трудно поначалу поверить! Стоило показать печать, как нам сразу же открылся путь. Вдобавок, потом не нашлись люди, которые бы занялись расследованием, и в итоге мы легко добрались до генерала! Этот факт привёл нас в недоумение: пусть это удостоверение и было подлинным, но его влияние было удивительным и просто потрясающим! После завершения дела мы узнали, что этот человек на протяжении двух месяцев несколько раз бывал в армии с этой печатью. Солдатам армии Тянсяна и это удостоверение, и этот человек были хорошо знакомы, поэтому не возникло никаких сомнений, иначе бы, как мы, в количестве не более двадцати человек, смогли попасть в штаб-квартиру многомиллионной армии?..

Цзюнь Мосе крепко сжал оба кулака до побелевших костяшек. Он с лёгкостью понял, что семья Сяо сначала вступила в сговор с этими людьми, а потом они вернулись в Снежные горы, чтобы позвать их с собой. Другими словами, эти люди в чёрном одновременно являлись и подчинёнными банды Кровавого меча, и членами войска императорской охраны, которых он сам недавно прикончил. Они заранее задумали убить его отца! Боюсь, что даже если семья Сяо не решилась бы на это, они всё равно сами бы провернули это дельце! Благодаря участию семьи Сяо, они были уверены, что семья Цзюнь не будет проводить расследования.

Кто бы мог подумать, что они так долго готовились к этому делу! Прибегнуть к такому способу – парализовать глаза и уши войск сторожевой службы!

Цзюнь Мосе сразу же понял, откуда появилась та «волшебная» золотая императорская печать, открывающая так много возможностей!

Потому что только один человек в этом мире мог достать ее: Император города Тянсян, Ян Хуай Ю!

Вот только если бы он сам лично распорядился насчёт императорской печати, многомиллионная армия не стала бы сомневаться и всё просекла!

Даже после этих событий, ни один человек не осмелился сказать о существовании этой императорской печати!

Кровавая трагедия вместе с собой забрала её!

– Когда мы попали в шатёр генерала, там было много человек, занятых обсуждением стратегии и тактики боя. Цзюнь Ву Хи был не в военной форме, а просто в белой одежде, он сидел за своим столом. Рядом с ним сидел Цзюнь Ву Мэн – его правая рука; неподалеку сидели 15-16 человек из командного состава. Как только мы вошли, первым на нас внимание обратил Цзюнь Ву Мэн.

Тогда он сказал:

- Старина Мэн, ты снова пришёл поменять людей? Твоих подчинённых и так уже как рисинок в тарелке.

Присутствующие полководцы дружно рассмеялись. Очевидно было, что они были хорошо знакомы с человеком в чёрном. Но Цзюнь Ву Хи был спокоен и невозмутим, он пристально наблюдал за нами, но ничего не говорил. И только тогда, когда все обменялись приветствиями, он сказал:

- Раз уж приехал императорский посол, всем разойтись. Ты тоже выйди, у меня есть дела, которые мне нужно обсудить с послом, – последняя фраза относилась к Цзюнь Ву Мэну. Не называя его по имени, мне кажется, что тогда Цзюнь Ву Хи уже успел понять, что мы пришли не с добрыми намерениями. Потому что, хотя его голос был спокойным, выражение его лица немного изменилось. После того, как всё уже случилось, мне кажется, что тогда он надеялся, что мы, не зная Цзюнь Ву Мэна лично в лицо, не смогли бы его найти, и поэтому отправил его с остальными. Но, так как мы пришли, получается, ради них двоих, как же мы могли не знать, как он выглядит? Если даже бы не знали, но тот в чёрном, по фамилии Мэн, определенно был знаком с ним!

Потом, когда многочисленные полководцы вышли, Цзюнь Ву Мэн, тем не менее остался стоять на своём месте, глядя при этом только на своего старшего брата и совершенно не обращая внимания на нас. На его лице постепенно появлялся гнев и ярость. Дождавшись, когда люди покинут шатёр, только тогда Цзюнь Ву Мэн повернул свою голову и пристально посмотрел на нас, скорее подтвердив, нежели спросив:

- Вы люди из семьи Сяо.

И тогда мы поняли, что, как только мы вошли, Цзюнь Ву Хи сразу почувствовал что-то неладное, но знал, что вступить в схватку с нами, находясь в обыкновенном совершенствовании будет равносильно смерти, и, начав сражение, вряд ли можно будет чего-то добиться. К тому же все эти полководцы стоят во главе войск, если случится несчастный случай, многомиллионное войско солдат окажется в настоящем хаосе без грамотного руководства, поэтому он побыстрее отправил их всех наружу.

К тому же, только войдя в его шатёр, мы сразу заблокировали все стороны света, и, если бы он даже оказывал отчаянное сопротивление, это было бы совершенно бесполезно, вдобавок в руках у нас была императорская печать, и в случае сопротивления, это было бы расценено как бунт. Так или иначе, окружённый множеством мастеров, у него уже совершенно не осталось никаких путей к спасению, и зачем тогда впутывать сюда командный состав? Поэтому он ничего не делал и сначала решил позаботиться о безопасности командного состава, а потом уже поговорить. Только Цзюнь Ву Мэн смог понять по лицу Цзюнь Ву Хи, что что-то не так, и тоже остался, погибнув вместе с ним…

Договорив до этих слов, Сяо Чжень услышал звонкий хруст костей – это Цзюнь Вуй крепко сжал кулаки, и, словно тигр в клетке, уже не находил себе места.

Донфанг Вэн Синь покачивалась из стороны в сторону, но по-прежнему продолжала мужественно стоять, закусив губы так сильно, что на них уже проступили кровавые следы.

Выражение лица Цзюнь Мосе оставалось таким же, как и в начале рассказа, но про себя он думал:

«Если бы тогда на месте Цзюнь Ву Хи был он, как бы он поступил тогда?»

Глава 735.1. Смерть великого генерала!

Было совершенно ясно, что отразить нападение уже невозможно, как и убежать. Если бы в то время поднялась суматоха, боюсь, что товарищам генерала не удалось бы выбраться оттуда живыми…

На тот момент было два варианта: либо атаковать врага снаружи и умереть вместе с ним, хотя в этом случае ему всё равно пришлось бы умереть первым. Либо же – попытаться убежать, зная, что это в принципе невозможно… различие в силе слишком велико, и, в конце концов, все неизбежно погибнут…

Лучше уж рискнуть жизнью и вступить в смертельную схватку! Пусть даже она окажется последней битвой – надо рискнуть! Таков характер генерала Цзюнь!

В любом случае, на тот момент у Цзюнь Ву Хи не было пути к спасению!

Но, даже оказавшись в таком тупике, генерал подумал не о своём спасении, а о судьбе своих товарищей! Поэтому для начала он решил как можно скорее прогнать всех с этой земли и остаться перед лицом смерти в одиночестве! Цзюнь Ву Хи взял себя в руки, чтобы сохранить жизнь своим собратьям!

Единственное, о чём он сожалел, это то, что его брат так и остался рядом с ним.

В тот момент Сяо Хан поднялся и спросил:

– Цзюнь Ву Хи, узнаёшь меня? – он был немного язвителен.

Генерал улыбнулся и сказал:

– Кажется, ты прибыл из Серебряного города, принц Сяо Хан? Мы ранее не встречались, однако трудно не догадаться, что это ты.

Затем он заложил свои руки за спину, засмеялся и добавил:

– Вы, верно, пришли, чтобы убить меня? Ты действительно думаешь, что моя смерть принесет огромные страдания третьему брату? А, Сяо Хан?

***

Договорив до этого момента, Сяо Чжэнь уже не мог сдерживать своего восхищения:

– Тогда Сяо Хан сказал: «Ты великий человек. Герой. Если бы у меня был выбор, я бы ни за что не стал тебя убивать. Но… чья смерть может причинить огромную боль Цзюнь Вую, как не смерть его уважаемого и любимого старшего брата? На свете есть лишь два человека, убив которых, можно окончательно раздавить Вуя и создать ему Ад на этой земле! Одна из них – Хан Янь Яо, а её я убить не могу, так что… остаёшься лишь ты, и с тобой будет покончено прямо сейчас! Но прошу, не надо винить во всём меня, ведь твой замечательный третий брат заварил эту кашу!

Тогда Цзюнь Ву Хи ответил:

-Почему я должен винить своего третьего брата? Он самоотверженный и честный человек, в чём его вина? Плохой человек здесь только ты! Даже убив нас всех, тебе не сломить моего брата! Цзюнь Вуй – мужчина с железными костями, он самый настоящий воин! Неважно, с чем ему придется столкнуться в этой жизни, я верю, что он смело встретит любой удар, но никогда не прогнется под ним! Я наблюдал за ним с самого детства: мой третий брат, непоколебимый характер которого вызывает лишь восхищение! Сяо Хан, боюсь, что ты просчитался.

– Старший брат! – осипшим голосом закричал Цзюнь Вуй, он уже был не в силах сдерживать свои слезы.

Сяо Чжень продолжал:

– В тот момент Сяо Хан ответил: «Сломается, не сломается – узнаем, когда ты сдохнешь. Жаль, что ты этого уже не увидишь».

А Цзюнь Ву Хи рассмеялся и ответил:

- В таком случае, будущее покажет!

Сказав это, он глубоко вздохнул:

- Ох, как же много мастеров. Похоже, что вы легко справитесь со мной…

В то время у всех нас было достаточно навыков и силы. Двое уже достигли пика Небесного Суань, помимо этого было ещё 12 братьев. Семь или восемь из них были на начальном уровне Небесного Суань, остальные же прорвались до вершины Земного Суань…

Цзюнь Ву Хи взглянул на наши силы Суань, улыбнулся и сказал:

- Наши братья готовились к этому дню с тех пор, как вышли на поле боя, но кто бы мог подумать, что смерть застанет их не в битве, а просто-напросто в шатре их генерала. Так неожиданно. Однако семья Цзюнь никогда не умирала от чужих рук.

Сяо Хан ответил:

- Цзюнь Ву Хи, я восхищаюсь тобой, ты – легенда нашего поколения. Именно поэтому я сделаю для вас исключение: ты можешь написать своей семье предсмертную записку, нам всё равно нет дела до мести одной маленькой семьи.

После этих слов генерал вдруг рассмеялся:

- Может, Серебряному городу и нет дела до моей семьи, но для чего тебе нужна моя предсмертная записка? Хочешь использовать её, чтобы сделать третьему брату и моим близким больно? Однако знаешь ли ты, что я, Цзюнь Ву Хи, всю свою жизнь восхищался и оберегал своего брата; даже после своей смерти я не позволю кому-либо использовать моё имя для удара по Вую. Спасибо за такую доброту, но я не нуждаюсь в твоих подачках.

В ответ Сяо Хан лишь усмехнулся:

- Неужели ты всё ещё считаешь себя генералом огромной армии? После твоей смерти я разберусь и с твоим любимым братцем, только… я не дам ему спокойно сдохнуть, но и жить ему будет несладко!

Цзюнь Ву Хи оставался невозмутимым:

- Это уже твоё дело. Но мужчин из семьи Цзюнь не поставить на колени, так и знай. Наказ наших предков гласит: «Тот, у кого между ног есть член – обязательно станет настоящим мужчиной!». Сильным и крепким, мать вашу! Раньше я не отличался красноречием, да и вообще мало думал, прежде чем говорил, но сегодня решительно заявляю: - Иди ты на*уй!

Закончив говорить, он лишь улыбнулся, казалось, что ему стало гораздо легче!

Затем генерал повернулся к своему второму брату и улыбнулся:

- Ву Мэн, похоже, что нам и правда придётся сегодня уйти. Всю нашу жизнь мы воевали и на севере, и на юге, даже толком друг друга и не видели. Кто бы мог подумать, что в конце концов мы встретим нашу смерть плечом к плечу.

Цзюнь Ву Мэн громко рассмеялся:

- Брат, даже в преисподней я всегда буду на передовой! Как говорили предки – я стал настоящим мужчиной, мать вашу! За отцом присмотрит третий брат и невестка, так что я ухожу со спокойной душой!

Закончив говорить, Цзюнь Ву Мэн обнажил свой меч и совершил самоубийство. До самой смерти выражение его лица оставалось неизменным.

Цзюнь Ву Хи улыбнулся и обратился в нашу сторону:

- Подождите немного, я бы хотел привести внешний вид моего брата в порядок. Этот малый всегда был таким: он способен руководить огромной армией, но в отношении себя так и остался беспечным неряхой. Ох, сплошной головняк.

Затем он аккуратно переодел мертвое тело своего младшего брата, надев на него парадный халат, и посадил его в величественную позу. А уже после этого Цзюнь Ву Хи несколько раз быстрыми движениями протёр лицо Ву Мэна дочиста…

Затем он обернулся и встал прямо перед нами, его лицо продолжало источать добрую улыбку:

- Второй брат ушёл первым, мне тоже следует отправиться в путь. Нехорошо, когда передовая отрывается от главных сил.

Вслед за этим он сделал четыре странных жеста, даже его лицо в этот момент причудливо переменилось, достал свой меч и вонзил его себе прямо в сердце. В этот момент генерал перестал дышать!

Вокруг воцарилась тишина. Были слышны лишь чьи-то неутихающие рыдания.

– Какие странные жесты он сделал? – торопливо спросила Донфанг Вэн Синь, её лицо было мокрым от слёз, но в её глазах горела искра, излучающая надежду.

Сяо Чжэнь удивленно посмотрел на неё и попытался сымитировать те самые движения Цзюнь Ву Хи:

– Что-то вроде этого; генерал сжал кулак левой руки и легонько стукнул им в области сердца три раза, и, задержавшись в таком положении, правой рукой пронзил своё сердце прямо вместе с кулаком, тем самым пригвоздив вторую руку прямо к груди! До самой смерти лицо генерала было таким ласковым и нежным…

Глава 735.2. Смерть великого генерала!

– Ву Хи... – тело Донфанг Вэн Синь покачнулось, и она изо всех сил закричала: – До самого конца ты думал о нас! – от наплыва чувств Вэн Синь вдруг потеряла сознание, но Гуан Квинхан тут же поймала её.

Все присутствующие мигом все поняли.

Вот оно что!

До самого конца Цзюнь Ву Хи ни разу не упомянул о своей жене и детях: он боялся, что, напомнив Сяо Хану об их существовании, эта жестокая шайка людей тут же отправится и вырежет всю его семью. Но те последние четыре движения он посвятил именно им, тем, к кому был сердечно привязан всю свою жизнь.

Те три удара в сердце означали вот что: Прислушайся к голосу совести (Вэн Синь), не тревожься (Мо Ю) и не горюй (Мо Шу)!

Голос совести, тревоги и печали навсегда останутся в его сердце. Те три удара символизировали трёх людей: Вэн Синь, Мо Ю и Мо Шу! Он лишь хотел, чтобы его жена и сыновья не тревожились и не печалились…

Что касается конечного жеста, прямой удар мечом: без уклона в сторону (Мо Се – другие иероглифы, но созвучно) – Мосе!

Прямой меч пронзает сердце, прибивая кулак левой руки прямо к груди. Это было последнее желание генерала Цзюнь перед смертью: собрать в кулак его любовь к жене и сыновьям, запечатать её в сердце, а затем унести с собой!

И хотя Цзюнь Ву Хи ни разу не упомянул о них вслух, но последние минуты своей жизни он безмолвно посвятил именно своей семье!

Все присутствующие больше ничего не говорили, лишь их холодные взгляды пронзали каждого члена семьи Сяо – главных виновников случившегося! Именно из-за них произошла такая огромная трагедия!

Они заслуживают самой суровой кары!

Цзюнь Вуй почувствовал острую боль, сжимающую его сердце. Казалось, будто внутри него что-то разорвалось. Открыв свой рот, он попытался сделать глоток воздуха, но ничего не получалось. Горе и негодование заполнило его изнутри до самого края, а слёзы уже было невозможно остановить.

Настоящие мужчины не плачут, но это лишь пока страдания не сокрушат их полностью!

Взгляд Цзюнь Вуя затуманился от слёз, и ему показалось, что старший брат стоит прямо перед ним. В его ушах громким эхом отдавались слова Цзюня Ву Хи: «Почему я должен винить своего третьего брата? Он самоотверженный и честный человек, в чём его вина? Плохой человек здесь только ты! Даже убив нас всех, тебе не сломить моего брата! Цзюнь Вуй – мужчина с железными костями, он самый настоящий воин! Неважно, с чем ему придется столкнуться в этой жизни, я верю, что он смело встретит любой удар, но никогда не прогнётся под ним! Я наблюдал за ним с самого детства: мой третий брат, непоколебимый характер которого вызывает лишь восхищение! Я, Цзюнь Ву Хи, всю свою жизнь восхищался и оберегал своего брата; даже после своей смерти я не позволю кому-либо использовать моё имя для удара по Вую».

– Брат... Я причинил тебе столько боли, младший брат погубил тебя... – Цзюнь Вуй вдруг обратился к небесам и громко завопил. Его сердце разрывалось от боли так сильно, что изо рта вдруг брызнула струя алой крови, а тело Вуя упало на землю!

Стыд и страдания достигли крайней точки, и Цзюнь Вуй громко заплакал. В тот момент он понимал, что даже если смерть заберет его прямо сейчас, он не сможет отблагодарить старшего брата за его любовь и заботу.

«За отцом присмотрит третий брат и невестка, так что я ухожу со спокойной душой!» – это последнее, что сказал второй брат перед своей смертью. Цзюнь Вуй со всей силы ударил по холодной земле, комок в его горле не давал вымолвить ему ни слова…

Среди плотного тумана виднелось знакомое военное обмундирование… будто Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэн стояли прямо перед ним, а их заботливый взгляд полностью окутывал его тело. Цзюнь Вуй горестно протянул руки в пустоту и закричал:

– Старший брат… второй брат… заберите меня… заберите… младший брат во всём виноват! Я так виноват... я должен заплатить за все грехи своей жизнью, ведь всё произошло только из-за меня! Позвольте мне умереть! Дайте же мне умереть!! О, небеса, неужели вы настолько слепы? Почему вы позволяете жить такому негодяю, как я? Я умоляю вас, небеса! Откройте же свои глаза и заберите меня к себе! Но только прошу, взамен верните к жизни моих братьев… – Цзюнь Вуй орал так сильно, что кровь фонтаном разбрызгивалась повсюду!

Вдруг подул сильный холодный ветер, пронизывающий тело каждого до самых костей. Стало пасмурно. Огромные хлопья снега развевались по ветру и опускались на землю…

Донфанг Вэн Синь ударила Вуя по затылку, чтобы привести в чувства, а затем отдала его под присмотр. Все понимали, что если оставить его в таком состоянии, то Снежные горы получат ещё один труп…

Цзюнь Мосе почувствовал прохладу на своем лице. Протянув свои руки, он понял, что это были слёзы. Однако Мосе даже и не понял, в какой момент уже успел разреветься.

– Мы уже собирались уходить, как ворвались восемь охранников Цзюнь Ву Хи. Увидев происходящее внутри, они тут же развернули ожесточенную битву, но в скором времени все были перебиты. Это взбудоражило людей извне, так что нам пришлось убивать их на ходу… И хотя армия была достаточно большая, среди них не было мастеров высокого уровня. Вдобавок, в наших руках имелась золотая верительная стрела, имевшая обязательную силу для любого воина, да и своих людей внутри лагеря хватало… Снаружи ведь ещё не знали, что же, в конце концов, произошло, началась суматоха, так что мы легко оттуда ушли… – сказав это, Сяо Чжень наконец закончил свое повествование.

– Продолжай! А что насчёт моего дяди, Цзюнь Вуя? А мои два брата – Цзюнь Мо Ю и Цзюнь Мо Шу! Что произошло с ними? Говори, не смей упускать ни единой детали!

– Мы... – Сяо Чжень продолжил свой рассказ, тщательно описывая каждое событие.

Наконец, Донфанг Вэн Дао не выдержал и закричал:

– Убейте этих сучьих выродков! Зачем сохранять им жизни? Чтобы они причинили еще больше горя человечеству? Прикончите их всех до единого!

– Убить? Естественно, их ждет только смерть! – спокойно сказал Цзюнь Мосе. – Нужно подождать, когда матушка и дядя придут в себя. К тому же ещё не все заинтересованные лица прибыли сюда. Будет несправедливо по отношению к ним прикончить этих ублюдков прямо сейчас!

– А кого мы ещё ждем? – удивленно спросил Донфанг Вэн Дао, но не успев закончить фразу, он тут же всё понял.

Со стороны Серебряного города неспешно приближалась группа людей в белых одеяниях. Казалось, что у каждого за спиной огромная ноша, поэтому их шаги были настолько медленными! Впереди всех виднелся лёгкий и стройный силуэт – это была Хан Янь Яо!

Следом за ней шли седовласый старик и человек средних лет. Похоже, что он был довольно эрудированным. А уже за ними были Хан Чжань Мэн со своей женой и члены семьи Хан из Серебряного города!

– Юн Би Чен! – Донфанг Вэн Синь посмотрела на человека средних лет и внезапно прищурилась.

Глава 736. Долгожданная встреча после десятилетней разлуки!

Сердце Цзюнь Мосе дрогнуло, он поднял свои глаза. Юн Би Чен был одним из тех, кто, помимо Хан Фэн Сюэ и Ли Ю Тяня, засвидетельствовали тот факт, когда семья Донфанг принесла свою клятву!

Неожиданно, в решающий момент возмездия семьи Цзюнь, этот человек снова появился здесь!

Глаза Мэй Сюэ Янь сверкнули, словно две вспышки молнии! Но её взгляд пал отнюдь не на Юн Би Чена, а на рослого верзилу, стоящего рядом с ним! Когда он поднял свою голову и встретился глазами с ледяным взглядом Мэй Сюэ Янь, его здоровое и крепкое тело вдруг затряслось и съёжилось, точно от холода, а глазах застыла паника и нескрываемый стыд…

В этот момент стая гигантских птиц Пэн вдруг взбушевалась, и в воздухе раздался громкий протяжный свист, заполонивший собой всё небо. Подгоняемый ветром, он разлетелся в разные стороны. Но хотя свист ещё не дошёл до своей максимальной громкости, Мэй Сюэ Янь уже необычайно разозлилась. В глазах её бушевал гнев, дерзкая сила уже мощным потоком выбилась наружу, и без малейшего снисхождения она устремилась прямо к стае гигантских птиц Пэн!

Раздался грохот, и каждой птице из стаи досталось по мощному удару, после чего они больше не осмелились открывать свои клювы. Подвергшись ударам такой неслыханной силы от своей хозяйки, они, расправив крылья, смирно припали к заснеженной земле, дрожа всеми своими фибрами, словно их тела сковали судороги…

– Что вы тут расшумелись? С того дня, как он покинул Тянь Фа, он больше не ваш король и уже никогда им не будет! – Мэй Сюэ Янь, обращаясь к стае, равнодушно, но, тем не менее, очень уверенным голосом сказала: – Сейчас он просто предатель! Встреча с ним по разные стороны баррикад, это ещё сильнее подтверждает этот факт! Он – наш лютый враг! Дальше шуметь будете?

– Владыка, ты… – тот рослый мужчина с курчавой бородой пронзительно закричал и внезапно выбежал вперёд. Со всех ног он помчался к стае гигантских птиц Пэн, и, добежав до них, он вдруг задрожал и остановился, потому что в глазах своих старых братьев, он для них уже не существовал!

Мэй Сюэ Янь всматривалась вдаль, в сторону города Серебряной Метели, откуда прибывали люди, совершенно не замечая человека, стоящего перед собой; Король журавлей со сложным выражением лица опустил голову вниз. Король медведей просто отвернулся; Король тигров, Король обезьян и все остальные со звуком «Тьфу!» сплюнули на землю и отвернулись в другую сторону.

Эти простодушные Короли зверей прекрасно понимали, что прежде второй брат и король птиц Пэн, покинув Тянь Фа, отказавшись от своих долга и обязательств и предавший заветы предков, стал для них просто предателем. Он перестал быть для них братом!

Более того, имея статус Короля Священных животных, он стал настоящим ездовым животным одного человека, а это огромнейший позор для всего Тянь Фа!

После слов Мэй Сюэ Янь больше не было радостных выкриков и свистов, их глаза были полны гнева и ярости. В особенности – от недавно переродившегося нового Короля птиц Пэн. Глядя на бывшего Короля птиц Пэн прямо перед собой, он испытывал только возмущение и пренебрежение, а ещё немного скорби!

«Лес Тянь Фа навечно останется лесом Тянь Фа! Священные животные высшего порядка могут быть друзьями с людьми, пусть даже близкими закадычными друзьями, это не воспрещается, но они никогда не будут рабами для людей! Если друг в беде, ты можешь протянуть ему руку помощи, но после этого, ты по-прежнему будешь считаться Священным животным Тянь Фа, и Короли животных не являются исключением! Наш лес Тянь Фа от начала и до конца стремился к равенству между нами и людьми! И нисколько не к обращению нас в их рабов! Подавлению и гнёту! Мы – самая главная боевая мощь войны за небо, и это наглядный пример того, что Священные животные ни насколько не хуже людей, а даже ещё и сильнее!»

Эти слова были сказаны их предками неизвестно сколько поколений назад. Это слова тех, кому довелось выстрадать свою нелёгкую жизнь под гнётом и дискриминацией людей. Эти слова всегда считались незыблемым законом, прочной истиной каждого поколения Священных животных!

Поэтому с древних времен и по сей день крайне малое количество Священных животных становилось ездовыми животными для людей! Можно сказать, что были только единичные случаи! Именно в правление Мэй Сюэ Янь случилось такое отклонение от заветов предков! Король гигантских птиц Пэн как раз и нарушил это табу!

Он лично покинул Тянь Фа, став ездовым животным для великого мастера первого уровня Юн Би Чена.

Поэтому Мэй Сюэ Янь решительно не могла этого принять! Такой огромный позор для Тянь Фа случился именно в период её правления! Да ещё в тот момент, когда она залечивала свои раны, Король Пэн временно замещал её и управлял делами, и именно тогда он покинул Тянь Фа и стал ездовым животным для человека!

Остальные животные тем более не могли смириться с этим. Лес Тянь Фа, имеющий до этого славу очень опасного и воинственного места, в это время стал как никогда слабым и мрачным, в этот период времени со многими Священными животными высших уровней случились разные несчастья, даже немалое количество животных погибло!

Его слава очень опасного и воинственного места практически стала пустым названием!

Этот факт не оставил Священным животным и шанса понять поступок Короля Пэн и уж тем более простить его!

Какими бы ни были его причины!

Король Пэн дрожал всем телом, стоя прямо перед несокрушимыми стаями Священных животных, перед своими бывшими близкими товарищами, с которыми он клялся жить и умереть вместе, он отчётливо понял, насколько сейчас они далеки, - между ними настоящая пропасть! Его некогда близкие братья смотрели пристально на него, а их взгляды, словно острые ножи, разрезали его сердце на части. Перья ещё не принявших человеческий вид летающих Священных животных даже взъерошились, они были очень враждебно настроены и смотрели на него с крайней неприязнью!

Он прекрасно понимал: эта поза говорит о том, что они готовы броситься в бой!

Глядя на все это, он еще больше понял, что ему уже больше никогда не вернуться в эту стаю!

Никогда в жизни не вернуться!

Король Пэн с мертвенно-бледным лицом попятился назад, его здоровое и крепкое тело в эту минуту напоминало увядшую траву, которая примялась из-за сильного порыва ветра. Он пребывал в нерешительности и был совершенно беспомощным….

Люди из Серебряного города наконец-то прибыли.

Впереди всех шла Хан Янь Яо, держа в руках четыре памятные таблички!

После того, когда она спустилась с горной вершины Цзянь, она даже ночью не выпускала из рук эти таблички и беспрерывно молилась. Не важно, победит или проиграет семья Цзюнь в сегодняшней битве, но она не выпустит их из своих рук!

Если, к несчастью, семья Цзюнь проиграет, она вместе с этими табличками ляжет в гроб вместе с Цзюнь Вуем!

Если небеса смилуются, и семья Цзюнь всё-таки выиграет, эти таблички должны быть окроплены свежей кровью семьи Сяо в знак почтения погибших!

Почтить память непоколебимых душ умерших героев!

Проиграют или выиграют, есть только два варианта!

– Отец! Матушка! – восторженно закричала Хан Янь Мэн и со всех ног кинулась к ним, очень быстро попав прямо в объятья Сюэ Шуанцин, супруги Повелителя Серебряного города. После такой долгой разлуки, увидев дочь, она не сдержалась и расплакалась от радости.

– Моя маленькая Мэн… моя душа и отрада, я уже думала, что никогда не увижу тебя… – Сюэ Шуанцин обняла изо всех сил дочь и внимательно посмотрела на её маленькое прелестное личико. Глядя на свою дочь, которая так долго странствовала, он думала, что наверняка её лицо потемнело, похудело… и полно обид…

Когда она пропала на несколько месяцев, сердце Сюэ Шуанцин болело всё сильнее и сильнее, но сейчас, увидев свою дочь в целости и сохранности, она была так счастлива, что не могла налюбоваться, и ей хотелось немного приласкать её.

Однако, вопреки её ожиданиям, её дочь не похудела и не осунулась, а наоборот, даже пополнела. Кожа на лице стала ещё белоснежней, на её щеках виднелся здоровый румянец, а выразительные глаза стали полны застенчивости, которой она раньше не наблюдала у неё…

Застенчивости… Сюэ Шуанцин замерла.

В это время Хан Янь Мэн, словно хвастаясь редкой драгоценностью, прошептала матери на ухо:

– Матушка… посмотри, тот парень, это Цзюнь Мосе. Хи-хи, эти несколько месяцев я жила в его доме с его семьёй. Он такой отвратительный и гадкий… Он – племянник третьего дядюшки Цзюнь, и он должен называть меня тётей, но он обманул меня, выиграв пари, и теперь называет меня своей наложницей. Так бесит, аж сил нет…

Сюэ Шуанцин, слушая долгие жалобы своей дочери, заметила, что, хотя она говорила это с недовольством, глаза её были полны радости и чувства неловкости или стеснения. Сердце Сюэ Шуанцин помрачнело, она обессиленно вздохнула…

«Семья Цзюнь… неужто, в самом деле, бездонная пропасть? Неужели они хотят обеих моих дочерей забрать себе? К тому же этот мальчишка племянник Цзюнь Вуя… что с ним не так…»

С другой стороны, Донфанг Вэн Синь и Цзюнь Вуй уже были спасены силой Цзюнь Мосе, но, тем не менее, они продолжали непрерывно плакать. Вдруг лицо Цзюнь Вуя стало равнодушным и безучастным, однако два ручейка слёз так и не могли остановиться.

Хан Янь Яо, держа в руках памятные таблички, медленно подошла к ним, с убитым печалью лицом. Холодный северный ветер растрепал её тёмные волосы, губы её дрожали, и она не могла вымолвить и слова, продолжая смотреть на убитую горем, рыдающую Донфанг Вэн Синь. Потом она встала на колени:

– Простите меня… простите нас… тогда должна была умереть я! Но почему я ещё жива, а ни в чём не повинные люди мертвы? Это я – главный источник этой беды… а я до сих пор жива… я… я единственный человек, кто должен был умереть тогда…

Донфанг Вэн Синь горестно вздохнула, и, вытирая слёзы рукой, сказала:

– Сестра… быстро вставай… как ты можешь винить себя? Разве ты не человек, который тоже пострадал, все эти годы… ты тоже сильно намучилась…

Голос Донфанг Вэн Синь дрожал. Договорив эти слова, обе женщины внезапно обнялись и вместе зарыдали во весь голос.

Прошло немало времени, когда они смогли отпустить друг друга. Донфанг Вэн Синь насильно подняла Хань Янь Яо, и они встали вместе, плечом к плечу. Наконец, взгляды Цзюнь Вуя и Хан Янь Яо встретились.

Но, только встретившись, они оба в испуге быстро отвернулись, их глаза в мгновение наполнились слезами. Этого скромного взгляда хватило, чтобы они оба прочувствовали боль друг друга, и ещё глубокий, как море, и тяжёлый, словно гора, стыд!

Целых десять лет разлуки, целых десять лет смертельной тоски. Безбрежное море может превратиться в тутовые плантации за десятилетний срок. Правда ли, что вещи остаются прежними, а люди нет? Эти возлюбленные снова встретились, пройдя через тьму опасностей и мириады трудностей, через бесчисленное количество невзгод и страданий, они, в конце концов, добились это долгожданной встречи! Однако они никак не осмелятся посмотреть друг другу в глаза…

Глава 737. Кровавое жертвоприношение душам погибших героев!

Так как в их глазах была глубокая и невыносимая печаль, они не могли смотреть друг другу в глаза! Они оба боялись, что если один раз взглянут друг на друга, их взгляды встретятся, крепко-крепко соединятся между собой, и они уже не смогут оторваться друг от друга…

Цзюнь Вуй медленно сделал шаг вперёд, но всё ещё не решался посмотреть на Хан Янь Яо. Однако её глаза, словно гвозди, вбитые в его лицо, застыли на нём, даже не моргая. Из них медленно стекали пронизанные светом слёзы; Цзюнь Вуй вытянул свои дрожащие руки и забрал памятные таблички из объятий Хан Янь Яо. В эту минуту всё его тело, словно объятое судорогой, дрожало. Внезапно он прижал таблички к своему лицу.

– Братья мои… племянники… лютая ненависть нашей семьи Цзюнь будет сегодня наконец-то отомщена! – у Цзюнь Вуя перехватило дыхание от слёз, и он легонько дотрагивался своим лицом до табличек. В этом момент у него возникло ощущение того, будто он ещё мальчишка и нежится в теплых объятьях своих братьев…

Внезапно заснеженная землю беззвучно задрожала, и из-под земли поднялся жертвенный алтарь!

Это Цзюнь Мосе, благодаря своей Суань и стихии земли, тайком соорудил этот жертвенный алтарь.

С серьёзным лицом положив эти четыре памятные таблички на него сверху, он приказал:

– Пусть все члены семьи Сяо подойдут сюда и опустятся на колени! Церемония поклонения павшим героям. Каждый человек должен совершить девять поклонов!

Тотчас же, все члены семьи Донфанг, проявив желание помочь ближним своим, каждый схватив по члену из семьи Сяо, начали прижимать их к земле около алтаря. Они давили рукой на их головы, заставляя их прижиматься к земле!

Несколько человек всё ещё возмущенно продолжали сопротивляться изо всех сил, но после нескольких мощных пощечин и вслед за ними вылетевших зубов, они всё же прижали свои головы к земле, и каждый как минимум девять раз.

– Сяо Син Юн, ты – глава семьи Сяо и также являешься главным старейшиной. Ты сотворил много зла и, сознательно действуя наперекор, умертвил славных героев. Ты совершил чудовищное преступление! Знай, что вся семья Сяо страдает по твоей вине, из-за тебя она останется без потомства, и из-за тебя они сегодня лишатся жизни! Сегодня я заставлю тебя спокойно смотреть на это. Всё потомство семьи Сяо будет потеряно, никого не останется в живых. Они все обречены на гибель! – Цзюнь Мосе безжалостно посмотрел на него и поднял руку, чтобы отдать следующий приказ: – Всем членам семьи Сяо, одному за другим, отрезать головы у жертвенного алтаря. А этого урода, Сяо Син Юня, оставить в самую последнюю очередь! Я хочу, чтобы этот ублюдок утонул в крови своих же близких и родных людей!

– Подождите! – отчётливо крикнул Юн Би Чен и повернулся, обращаясь к Цзюнь Мосе: – Молодой господин Цзюнь, как говорится, вари борщи, но не перебарщивай. Безусловно, семья Сяо в долгу перед семьей Цзюнь, но она уже и так разбита в пух и прах. Она совершенно бессильна, с ней уже кончено. Зачем же прибегать к такой жестокости?

– Юн Би Чен, ха-ха-ха! Я искал тебя так долго! – Цзюнь Мосе рассмеялся. – Глава загадочных восьми Великих мастеров, господин Юн, который ведёт очень скрытный образ жизни. Но тогда ты появился ради семьи Сяо, чтобы засвидетельствовать клятву семьи Донфанг. Сегодня, на основании законов природы, клятва была выполнена. Хочешь засвидетельствовать?

Юн Би Чен тяжело вздохнул и серьёзно сказал:

– Горная вершина Цзянь обрушилась, а Священные животные вышли из Тянь Фа, я уже это видел! Семья Донфанг, разумеется, может вернуться в этот грешный мир. Но, если по-прежнему производить безрассудные действия, убивать людей…

– Раз уже клятва выполнена, откуда другие возражения? Ой, или ты ещё что-то говорил? – Цзюнь Мосе мрачно взглянул на него и специально перебил.

– У меня нет никаких возражений по этому поводу, я только лишь надеюсь, что семья Цзюнь будет немного помилосерднее; так как семья Цзюнь не может прекратить возмездие, я только лишь надеюсь, что они смогут уйти из этого мира менее жестоким путём! – Юн Би Чен вздохнул. – Всех нас вырастили и воспитали отцы и матери, нет необходимости…

– Раз уж нет желания остановить возмездие семьи Цзюнь и то хорошо! Юн Би Чен, тогда ты был свидетелем поражения семьи Цзюнь, заставил принести семью Донфанг клятву, что они больше не будут мстить; на этот раз ты тоже останешься сторонним наблюдателем! Скажи мне вот что: сейчас-то откуда у тебя право стоять здесь и разводить демагогию? – Цзюнь Мосе мрачно и пугающе рассмеялся. – Сейчас всё, что ты можешь сделать – это то, что у тебя лучше всего получается – побыть свидетелем! Стань свидетелем успешного возмездия семьи Цзюнь! Засвидетельствуй завершение процесса отмщения!

Сделав паузу, он тихо сказал:

– Будучи хорошим человеком всю свою жизнь, тем не менее постоянно подвергаешься оскорблениям и притеснениям со стороны других людей. Если ты не в состоянии ответить на это, то тогда люди просто сядут тебе на шею, да ещё и ноги свесят! Остаётся только отвечать самым жестоким и свирепым способом, и только тогда люди смогут запомнить. Таким образом я смогу объявить всем: вот что будет, если кто-то посмеет лезть ко мне! Цена расплаты будет очень высокой! – он рассмеялся. – Неудивительно, что этом мире столько хулиганов и мерзавцев, потому что от этого, в самом деле, очень много пользы: ты плохой человек, и никто не посмеет задирать тебя! Юн Би Чен, ты так думаешь, да?

Юн Би Чен задумался.

– В этом мире, если хороший человек сделает ошибку, тогда все остальные будут осуждать и критиковать его. Даже те, кто вообще не имеет никакого отношения к нему, не поленятся и тоже пнут его. Почему же, спросите вы? Да потому что все люди думают: этот человек хороший, сколько не ругай его, сколько не бей его, он всё равно не сможет ответить на это. А если вдруг всё-таки осмелится – тогда он уже не хороший человек, и снова он получит осуждения и презрение со стороны других людей.

Другой пример, если мерзавец и негодяй совершит какую-то очень плохую вещь. Большинство людей просто будет наблюдать со стороны, при этом лично не вмешиваясь в это. Потому что они все будут ждать, что закон должен наказать его. Если появится человек, который захочет вмешаться, тут же «добрый человек» напомнит ему: этот человек – негодяй и мерзавец, он способен на что угодно, если ты полезешь к нему, твоя семья может оказаться в опасности. Во всяком случае, есть органы власти, есть закон… зачем тебе вмешиваться в это? И тогда по совету «доброго человека» он отступится и не станет ничего предпринимать. По прошествии долгого времени, закон так и не накажет его, или этот негодяй и мерзавец сможет избежать его, и окажется так, что он будет жить спокойнее и свободнее, чем большинство других людей в этом мире! – Цзюнь Мосе с насмешкой в голосе закончил свою мысль. – Поэтому я не хочу быть хорошим человеком! И уж тем более платить добром за обиду! Я могу только заплатить кровью за кровь! Я предпочитаю, чтобы весь мир боялся меня, и не прошу уважать и почитать меня! Вот такой я и есть, Цзюнь Мосе!

Договорив эти слова, он закричал:

– Немедленно приступить к исполнению наказания! Почтим память погибших героев! Кто осмелится хотя бы издать звук – сразу ко мне, я убью их лично! Убить всех, и никого не оставить в живых!

Раздался приказ, и начался кровавый дождь!

Головы одна за другой отлетали к жертвенному алтарю…

Несомненно, это акт чудовищной жестокости, но для семьи Цзюнь и семьи Донфанг он вызывал всеобщее чувство удовлетворения!

Они наконец-то отомстили своему самому ненавистному врагу!

По мере того, как Сяо Син Юн утопал в кровавом потоке, члены семьи Цзюнь выполняли три коленопреклонения с девятикратным поклоном к памятным табличкам Цзюнь Ву Хи и всех остальных.

С неба большими хлопьями повалил снег, и завыла буря!

Донфанг Вэн Синь, Цзюнь Вуй и Хан Янь Яо продолжали стоять на коленях у жертвенного алтаря, с чувством глубокой любви глядя на таблички, они стояли очень долго и не двигались.

«Ву Хи… мой муж… выйдя за тебя замуж у меня не было сожалений, за всю свою жизнь я ни о чём не сожалела, ты же знаешь? Хотя нам было отведено мало времени, и мы прожили как супруги всего десять лет, но для меня эти десять лет показались вечностью! Это были самые счастливые и самые драгоценные десять лет в моей жизни! Шестнадцать лет и восемь месяцев… Ву Хи… я надеюсь, ты сможешь ещё немного потерпеть. Подожди, пока я устрою Мосе… увижу, когда он обзаведётся семьёй и своим домом… и я сразу отправлюсь к тебе… надеюсь, что в следующей жизни мы снова будем мужем и женой! Надеюсь, из поколения в поколение, сквозь года и вместе до самой старости!» – Донфанг Вэн Синь с взглядом, полным любви и скорби, смотрела на табличку с именем своего мужа, говоря про себя:

– «Тогда, чтобы я пришла в себя и успокоилась, Мосе, уговаривая меня, сказал, что сможет оживить тебя... Тогда я сделала вид, что поверила, но, на самом деле, я знаю, это невозможно… Люди умирают, словно гаснет свеча, как можно их оживить? Пусть даже Мосе действительно обладает сверхъестественными способностями и даже сможет вернуть тебя с того света, но с тобой ушло столько твоих братьев. Как ты можешь оставить их там одних? Боюсь, что даже если у тебя и получится ожить, но ты не сможешь принять этот факт…

Но я тогда я должна была сделать так, чтобы он поверил, что я верю ему… очнувшись, я поняла, что, если я вот так просто уйду… наше дитя… он просто не сможет вынести этого… Мосе, наш мальчик… он, правда, так намучился, он так настрадался, под его сильным внешним видом скрывается хрупкое сердце. Даже Мо Ю и Мо Шу провели под нашим покровительством и заботой шестнадцать лет… Остаётся только Мосе, ему как раз шестнадцать лет, без отца и без матери… отец погиб… а мать находилась так долго в глубоком сне… мы действительно так много ему задолжали… я должна увидеть, как он обзаведётся семьёй и детьми, только тогда я со спокойной душой смогу отправиться к тебе… мне надо позаботиться о нашем единственном сыночке…

Мо Ю, Мо Шу, мама тоже скучает по вам… правда, очень сильно скучает по вам! Мо Шу с малого возраста был непослушным, Мо Ю, ты должен хорошо заботиться там о братике. Не дай ему навредить себе; уважайте и почитайте вашего отца, дядю… Каждый год мама шьёт для вас новую одежду, готовит ваши самые любимые блюда… если скучаете по маме, вы непременно должны присниться мне. Встретиться со мной, чтобы я как следует рассмотрела вас… поглядела на ваши капризы и непослушания, для мамы вы – всё те же маленькие озорные мальчики, что и прежде… если в следующей жизни я снова буду вашей мамой, я постараюсь возместить вам всё, чего вы были лишены…» – Донфанг Вэн Синь молча стояла на коленях и говорила сама про себя, и рассказывала своим давно покинувшим этом мир мужу и детям, что так давно хотела им сказать, как сильно она скучала, и все свои самые сокровенные мечты и желания…

Снег постепенно падал на её одежду и волосы, превратив их в серебристо-белые… она совершенно не двигалась, продолжая говорить и говорить….

Цзюнь Вуй, словно статуя, прямо и непоколебимо стоял на коленях, рядом с ним стояла Хан Янь Яо, и, несмотря на то, что тревога в его сердце немного уменьшилась, он сейчас по-прежнему не знал, как ему быть.

Глядя на овдовевшую невестку, глядя на имена на памятных табличках своего старшего брата и двух племянников, его сердце почти разрывалось на части…

«Как я должен поступить?! Небеса, подскажите мне ответ, как же мне быть?!»

Стоявшая на коленях рядом с ним Хан Янь Яо испытывала то же самое!

Они оба были в растерянности и не знали, как им поступить дальше.

Глава 738. Желания Пагоды Хунцзюнь!

Спустя какое-то время… Донфанг Вэн Синь встала и вытерла оставшиеся слезы со своего лица. Затем она улыбнулась и сказала:

- Поднимайтесь. От имени моего покойного мужа и его брата хочу сказать спасибо всем за ваши искренние и теплые слова. Вуй, давай, поднимай их всех. С самого начала у меня было две большие заботы, теперь же наша месть исполнена, и я могу заняться второй проблемой. Итак, ты и Хан Янь Яо должны пожениться, для начала отправляйтесь к повелителю города и оповестите его, а уже затем возвращайтесь в дом семьи Цзюнь, там и проведем вашу долгожданную свадьбу! Совет вам да любовь, мои дорогие! Мы вместе со свёкром ждали этого события уже много лет! Ву Хи и Ву Мэн наверняка сейчас тоже за нас радуются!

Цзюнь Вуй был шокирован этими словами и резко поднял голову:

– Невестка! Да как же я…

– Это приказ. В данный момент я говорю это от всей семьи Цзюнь, в том числе от твоего старшего брата! Он ведь тебе как отец, значит я – твоя мать! Неужто вздумал перечить мне?

Донфанг Вэн Синь не дала ему даже ответить и строго продолжила:

– Твой брат лишь хотел увидеть, как ты однажды вырастешь и станешь настоящим героем, обзаведёшься своей семьей и будешь счастлив! Ты хочешь, чтобы душа твоего брата, наконец, упокоилась на небесах? Верно?

Цзюнь Вуй долгое время ошарашенно стоял на месте, а затем вдруг резко прильнул к земле и закричал:

– Старший брат… – он снова разрыдался…

Хан Янь Яо, стоя на коленях, подползла к Донфанг Вэн Синь и, обхватив её колени, расплакалась:

– Тётушка… спасибо вам… спасибо вам… я не заслуживаю этого…

Донфанг Вэн Синь ласково улыбнулась и притянула её к себе, обняв как родную дочь, затем аккуратно вытерла слезы с лица молодой девушки и укоризненно сказала:

– Вот же глупенькая, ты итак меня считаешь своей невесткой, так за что же благодаришь... К тому же это желание старшего брата. Как ты можешь быть не достойна этого, поэтому прошу тебя, не отвергай этого бестолкового мальчишку…

Слезы Хан Яо продолжали течь по щекам, но она лишь тихонько всхлипывала и молча кивала головой. Но, в конце концов, девушка, всё-таки не выдержала и прильнула к плечу Донфанг Вэн Синь и громко разрыдалась…

......

В это время Цзюнь Мосе стоял прямо перед Хан Чжань Мэном. Рядом с ними находились прежний повелитель Серебряного города – Хан Фэн Сюэ, жена Хан Чжань Мэна и Юн Би Чен!

Мэй Сюэ Янь стояла позади Цзюнь Мосе.

– Семья Хан неповинна в грехах семьи Сяо! А что касается семьи Донфанг, то там уже большую роль сыграли усилия трёх Священных земель. Это, конечно, было несправедливо! Как я говорил ранее, принимая во внимание третьего дядю и его будущую жену, мы бы не хотели идти против Серебряного города, однако мы бы хотели услышать ваше мнение. Возможно ли восставить справедливость?

Цзюнь Мосе сказал это без скрытого подтекста или привычного для него сарказма.

– Серебряный город… Хе-хе, какой это теперь Серебряный город? – старший повелитель Серебряного города печально оглянул развалины, оставшиеся от былых мест, на его лице отразилось отчаяние. Затем он повернул голову и посмотрел на Цзюнь Мосе:

– В тот день, Чжань Мэн рассказал мне о вашей встрече. Я долго думал обо всём. Во всяком случае, семья Хан в долгу перед семьей Цзюнь, так что, да, теперь нам надо как-то отплатить вам!

Седые длинные усы старика развевались по ветру, его тон вдруг стал серьёзнее:

– В этом поколении у Серебряного города не осталось наследника, у Чжань Мэна родились лишь две дочери, так что в скором времени не останется никого, кто будет молиться за наших предков! Однако нельзя допустить падения Серебряного города! Так что я решил, что после свадьбы Янь Яо и Вуя их дети унаследуют престол! Нам нужен наследник, а вам буден возвращён долг семьи Хан! Такой расклад тебя устроит?

А говоря эти слова, Хан Фэн Сюэ мужественно сдерживал свою душевную горечь!

Пусть у семьи Цзюнь и огромная мощь, которая способна подчинить себе весь мир, однако Серебряный город всегда носил фамилию семьи Хан! И никто не сможет отобрать её! Ведь это наследие отцов!

Но если сын Цзюнь Вуя станет наследником, тогда Серебряный город будет находиться под началом семьи Цзюнь! Это всё равно, что упаковать весь Серебряный город и подарить его семье Цзюнь!

Даже для Мосе это стало слишком неожиданным!

Молодой мастер был слишком удивлен. Как человек младшего поколения, он не мог самостоятельно принять решение по этому вопросу, поэтому он поспешно отправился обсудить всё вместе с Донфанг Вэн Синь и остальными.

Для Вэн Синь эта новость также стала огромной неожиданностью. Обменявшись своими размышлениями с Вуем, она, наконец, приняла окончательное решение. С виду было мало что понятно. На лице Цзюнь Вуя промелькнула некая обеспокоенность, но она тут же исчезла.

– Мудрый повелитель Хан, наша семья признательна вам за оказанную вами честь и такое великодушное предложение. Посовещавшись с Цзюнь Вуем, мы решили принять ваше благоволение! Если после свадьбы у Янь Яо и Вуя родится один сын, тогда он получит фамилию Цзюнь и станет наследником престола. Но если же у них будет два сына – то второй ребенок будет носить фамилию Хан, в этом случае он и унаследует Серебряный город! Что вы думаете насчет такого варианта?

Лицо Донфанг Вэн Синь расплылось в большой лучезарной улыбке.

Хан Фэн Сюэ аж вздрогнул от удивления и радостно посмотрел на Донфанг Вэн Синь:

– Вы сейчас серьезно?!

Будучи героем целой эпохи, этот человек больше всего страдал лишь от того, что у него не было внука – наследника Серебряного города. Фэн Сюэ, конечно, любил обеих внучек, однако, выйдя замуж, они навсегда покинут свой дом и станут частью других семей.

Поэтому вопрос передачи прав наследования семье Цзюнь было само собой разумеющимся делом! От этого зависело будущее Серебряного города. Во всяком случае, кровь, текущая в детях, рождённых в браке Янь Яо и Вуя, будет наполовину от семьи Хан!

В этот момент, услышав слова Вэн Синь, старик вдруг резко воодушевился! Долгие годы он практиковал свою непоколебимость и душевное равновесие, однако такие радостные вести полностью нарушили его многолетний самоконтроль и эмоциональную выдержку.

С возрастом у человека остаётся лишь две заботы – вернуться на свою родную землю и воспитать внуков!

Похоже, что это применимо для всех пожилых людей в мире…

– Конечно, серьезно! Наши семьи уже породнились. В любом случае, все дети, рождённые Янь Яо, определенно будут от Вуя, так какая разница, чью фамилию они будут носить? – с улыбкой ответила Донфанг Вэн Синь.

Здесь она была уже ну чересчур «вежлива». Необходимо знать, что при рождении дети всегда получают фамилию своего отца, если только он добровольно не согласится уйти жить в семью своей жены. В любых других случаях пойти против укоренившихся устоев было невозможным, какой бы властью и могуществом не обладала «материнская семья».

Приняв такое решение, семья Цзюнь проявила огромное уважение семье Хан! Это было сделано для того, чтобы Янь Яо чувствовала себя спокойнее… Так сказать последний штрих в сглаживании недоброжелательных отношений между двумя семьями.

Хан Фэн Сюэ радостно воскликнул:

– Хорошо-хорошо! Он нетерпеливо потер свои ладошки и закричал: – Янь Яо, девочка моя, вот все желания и осуществились, так что теперь настала твоя очередь действовать – твой старый дед ждёт не дождётся своих правнуков, ха-ха-ха…

Окруженная громким смехом, Хан Янь Яо тут же раскраснелась и смущённо опустила голову, перед таким количеством людей это было слишком неловко услышать… Ох уж этот дед… Ну зачем говорить всякую ерунду… Она непрерывно переступала с ноги на ногу, но так и не посмела поднять своё красное, как помидор, лицо…

То смущаясь, то гневаясь, Янь Яо вдруг почувствовала, как огромная тёплая рука аккуратно подкралась к её маленькой ладошке, но ей все ещё не хватало смелости сжать её до конца…

Хан Янь Яо лишь увидела, как Цзюнь Вуй, стоя рядом с ней, изо всех сил старался не терять самообладания. Она прикусила губы и дрожащей ручкой крепко сжала большую теплую ладонь, чтобы больше никогда не отпускать её снова…

Цзюнь Вуй вздрогнул, доселе знакомое и в то же время постороннее чувство вдруг снова хлынуло ему прямо в сердце…

Видя, что всё, наконец, разрешилось, Цзюнь Мосе с нетерпением ждал возвращения в Тянсян, однако во время разговора Хан Фэн Сюэ и Донфанг Вэн Синь его тело вдруг начало незаметно подрагивать!

В этот момент Мосе почувствовал головокружение, Пагода Хунцзюнь, находившаяся в состоянии покоя, внезапно завращалась – да ещё и с огромной скоростью! Похоже, что это было что-то очень срочное…

Его тело с огромной силой потянуло в сторону Хан Фэн Сюэ. При малейшем сопротивлении его голова разрывалась от дикой боли!

Что же случилось? Без всяких разговоров да ещё используя грубую силу! Такое случается впервые!

Я же сказал - нет! Разве ты не наелась до отвала, какого черта снова достаешь меня? Сейчас не время для твоих игр!

«Ну, Пагодка, солнышко моё ненаглядное, мне срочно необходимо вернуться в Тянсян. Ситуация там действительно опасная! Может, ты пока отдохнешь и хорошенько выспишься, а? Зачем ты меня куда-то тащишь?» – взмолился про себя Цзюнь Мосе.

Тем не менее Пагода Хунцзюнь так и продолжала куда-то настойчиво тянуть его!

«Да, б*ять, ты уже поела, а время после шести, так что сиди и переваривай себе тихонько, а то растолстеешь. Я итак даю тебе еду, питьё, отдых, ты даже сильно не напрягаешься – чего ж тебе ещё надо, собака? Тянсяну грозит беда, если не поспешить сейчас, могут умереть ни в чём неповинные люди!» – Мосе уже был на взводе.

Вращения Пагоды только усиливались! Цзюнь Мосе было хотел справиться с ней самостоятельно, а затем вернуться обратно в Тянсян! Но чем больше он сопротивлялся, тем сильнее становилось воздействие силы притяжения! Молодой мастер вдруг побледнел как снег.

Беспомощно вздохнув, Цзюнь Мосе всё же приблизился к Хан Фэн Сюэ на несколько шагов, ещё чуть-чуть, и он бы уже точно приклеился к старому повелителю города…

Пагода Хунцзюнь ещё больше завертелась, её срочные желания отчётливо отобразились в голове Цзюнь Мосе!

На самом деле здесь присутствовали и другие более мощные силы! В этот момент Цзюнь Мосе и сам прекрасно начал их ощущать! Несмотря на то, что дыхание Хан Фэн Сюэ было относительно слабым, однако всё же можно было прочувствовать ту необъяснимую энергию, исходившую от него! Это было связано с тем местом, в котором старик провел долгие годы своей жизни!

Глава 739.1. Пора и о браке поговорить

В том месте, где так часто бывал повелитель города, находился очень большой нефрит, продлевающий жизнь души. Он явно был размером побольше похожего нефрита, который принадлежал семье Сяо. Гораздо больше!

После того, как семья Сяо была полностью стёрта с лица земли, Цзюнь Мосе незаметно нащупал один такой нефрит в кармане у Сяо Син Юня. И также незаметно переложил его себе в карман.

Теперь не только Пагода Хунцзюнь столь бурно реагировала на происходящее, но также и кусок нефрита, находившийся у Цзюнь Мосе в кармане штанов. Хан Фэн Сюэ испугался и шарахнулся от него назад на два шага. С неподдельным выражением испуга на лице старик смотрел на возникшего, откуда ни возьмись, паренька перед собой. По парню было видно, что он либо сильно хочет что-то спросить, либо что-то сделать, так как он слегка странно поглядывал на старца с непонятным ему блеском в глазах. Невольно нахмурив брови, Хан Фэн Сюэ насторожено спросил, чтобы не спугнуть Цзюнь Мосе:

– Ты чего-то хотел, парень?

«Этот парень явно не девственник, и думаю, не обделён женским вниманием, так почему же он смотрит на меня так, будто собрался наброситься? Какого хрена у него такой голодный взгляд? Или он полный псих? Я, конечно, ещё за собой дорожки из песка не оставляю, хотя мне намного больше лет, чем можно представить. Но какого чёрта тут вообще происходит?!»

– Молодые сами никогда понятия не имеют, что собираются делать со своей жизнью, потому мы всего-навсего восхищаемся отточенными навыками и прекрасным самосовершенствованием бывших повелителей города, и всё на этом, – рассмеялся Цзюнь Мосе. Он ощущал сильные импульсы и боль у себя в голове, которые появились из-за внезапно появившейся Пагоды Хуньцзюнь. Он всеми силами пытался их подавить, но всё же потерял над собой контроль. Он был в недоумении и искренне не понимал, почему так получилось, и почему эта чёртова Пагода так взбесилась. Что могло побудить её заставить встать и направиться к старику? Это уму непостижимо. Неужели на вершине этой горы в самом деле обнаружилось ещё одно чудо мистики?

Цзюнь Мосе озарило, и он вдруг вспомнил тот день, когда находился недалеко от Серебряного города и столкнулся с каким-то неизвестным сгустком энергии, через который он никак не мог пробиться, будто сквозь стену. Неужели это оно и есть? Подумав об этом, Цзюнь Мосе задумчиво почесал свой подбородок с коварной улыбкой на лице.

– Так чем же тут восхищаться? Твоя культивация сейчас гораздо выше моей! Ты хвалишь меня? Или… что ты делаешь? – ещё более насторожено спросил Хан Фэн Сюэ. Этот Цзюнь Мосе, что, с ума сошел? Разве он из тех, кто хвалит людей? Чем дольше он смотрел на него, тем больше ему казалось, что у этого мальца недобрые намерения!

– А Серебряного города что, в самом деле больше нет? От него совсем ничего не осталось? Хм, а что, если я вам скажу, что его можно восстановить? Сделать это будет очень просто! – Цзюнь Мосе всё так же с улыбкой на лице потирал свой подбородок.

Хан Фэн Сюэ сделал вид, что не услышал, что сказал Цзюнь. Он считал, что парень несет полную ахинею! Этот малой издевается, что ли? Ещё и улыбается, как змеёныш. Какая-то нелепость. Чешет языком что попало, и сам не понимает, что городит!

Всё, из чего состоял Серебряный город на сегодняшний день, складывалось на протяжении четырех эпох силами повелителей города! Восстановить его будет легче пареной репы? Да неужели?! Этот паренёк говорит, что всё очень просто! Ха! Сказки, обман!

«Мне от таких слов хочется придушить гада своими собственными руками!»

Хан Фэн Сюэ было непросто. На Цзюнь Мосе нападать точно не стоило, лучше было бы наладить с ним отношения, а ещё лучше – привычно, по-старчески, поучить сопляка уму-разуму.

«Ага, это только кажется, что я не смогу его ударить… Но, думаю, что он не осмелится ответить мне ударом на удар. Не поднимет же он руку на старика?»

– На самом деле то, что Серебряный город пал – на то воля неба! Как говорится, все мы ходим под Богом, такие серьёзные события всегда происходят не просто так, и ни один человек не может противостоять высшему замыслу, – от слов Цзюнь Мосе лицо повелителя города почернело.

Старик чуть не вышел из себя от злости и проорал:

– Воля неба? Что за чёртова воля неба?! Хоть я и не знаю, какими методами пользуешься ты, но такое мог сделать только Пиковый Меч. Неужто ты думаешь, что, если бы не этот меч, Серебряный город сейчас бы точно так же лежал в развалинах? Так что это ты виновник всего, что здесь произошло. И как теперь ты смеешь говорить мне о воле неба? Это ты так смеёшься надо мной? Ты хочешь, чтобы я пошёл к твоей семье и потребовал справедливости у твоего деда?

Когда ты потребовал того же от нашей семьи, то чуть не свёл нас с ума, сейчас мы все – родственники, но ещё не так давно я мог бы пойти прямиком к твоему деду и попросить его принять меры. Я не могу тебя контролировать, но рано или поздно, тебя нужно будет взять под родительский контроль.

– Повелитель, успокойтесь, у меня нет дурных намерений, просто послушайте меня очень внимательно и тогда вы всё поймете, – Цзюнь Мосе скорчил непонятную мину, а затем постепенно и методично начал объяснять: – Слушайте, весь Серебряный город принадлежал двум семьям: Хан и Сяо. Семья Сяо взбунтовалась, и, хотя уже получила по заслугам, но Серебряный город до сих пор полон их следов и смрада. По всей вероятности, Владыке Неба это не нравится, поэтому землю постоянно трясёт. Он хочет, чтобы от злой энергетики семьи Сяо, которой наполнен Серебряный город до отказа, не осталось и следа! Ведь все мы знаем: пока старое не уйдет, новое прийти не сможет! Ну, вот, в общем, в этом и есть всё дело, это всё, что я хотел сказать. Вы понимаете, о чём я?

Хан Фэн Сюэ обиженно фыркнул, сложил обе руки на груди, задрал голову к небу и не обращал внимания на Цзюнь Мосе, как будто его здесь и не было.

«Что я должен понять? Что это всё – полная чушь? Что за ересь он опять несет? Город наполнен злой энергией семьи Сяо? Неужто в Серебряном городе осталась энергетика только одной семьи Сяо? Разве здесь мало энергии семьи Хан? Если верить твоим словам, то значит, что семья Хан должна также полностью погибнуть, как погибла и семья Сяо? Ну не хочется мне злиться на тебя! Ты и правда ещё совсем молод и не понимаешь того, о чём сам говоришь…»

Глава 739.2. Пора и о браке поговорить

Хан Чжань Мэн, Донфанг Вэн Синь и Цзюнь Вуй пришли к соглашению, Сюэ Шуанцин смотрела на Цзюнь Вуя, и с каждой секундой всё больше и больше соглашалась с ним, внимательно глядя на его окровавленную одежду и красное лицо.

И в самом деле, чем дольше тёща смотрела на будущего зятя, тем больше он ей нравился. Всё хорошо закончилось, Сюэ Шуанцин снова была в хорошем расположении духа. Города Серебряной Метели больше нет, и восстановить его нельзя. Но самое важное заключалось в том, что семьи Сяо больше не существовало! Это было как бальзам на души людей! Теперь можно было подумать о счастье дочери. Сюэ Шуанцин тихонько толкнула Хан Чжань Мэна в плечо и так же тихонько произнесла:

– Неудивительно, что Янь Яо так вцепилась в него взглядом… и рукой. Палкой не отгонишь. Цзюнь Вуй определённо гораздо сильнее Сяо Хана. Лицом – обычный, не смазливый, мужчина и мужчина, но зато какие манеры, какая выдержка! Сяо Хан с ним даже рядом не стоял! Его Суань весьма необычна. Скромность его только украшает, однако я не могу даже представить, насколько же всё-таки глубоки его душевные раны, если ему пришлось столько пережить. Но, кажется, между ним и его тестем, то есть тобой, разница не такая уж и большая…

Хан Чжань Мэн лишь молча кивнул головой, по выражению его глаз было видно, что он был очень рад такому раскладу событий. Его старшей дочери пришлось пройти тяжёлый путь и, наконец-то о чём она так мечтала, осуществится. К тому же, они, наконец, избавились от этих бунтовщиков из семьи Сяо, несмотря на падение Серебряного города… Но так или иначе, это всё к лучшему!

По крайней мере, в будущем у нас больше не будет настолько серьёзных проблем. А также наш зять кажется очень надёжным человеком…

– Госпожа Цзюнь, – хотя жена Хан Чжань Мэна была старше Донфанг Вэн Синь на целое поколение, и пока Цзюнь Вуй с их дочерью ещё не поженились, Сюэ Шуанцин было неловко называть её госпожой. К тому же, их разница в возрасте не казалась такой большой на первый взгляд, и вдобавок, кажется Хан Янь Мэн – младшенькая, очень заинтересовалась их сыном Цзюнь Мосе. Всё так запутанно...

Поэтому Сюэ Шуанцин чувствовала себя будто связанной по рукам и ногам, она совсем не понимала, как к кому обращаться и боялась сказать что-то неправильно. Женщина думала об этом почти полдня и в конце концов решила, что следует говорить – госпожа Цзюнь… У Донфанг Вэн Синь были похожие чувства, она точно так же всё думала и думала, и пришла к точно такому же решению, как и Шуанцин.

– В общем, у меня есть одно дело… – Сюэ Шуанцин посмотрела на младшую дочь и, наконец, сказала от безысходности: – Боюсь, что мне придётся просить госпожу Цзюнь разрешить этот вопрос.

Донфанг Вэн Синь отнеслась к этому с пониманием и добродушно ответила:

– Госпожа Хан, если вам есть, что сказать, говорите прямо и без всяких недомолвок, ведь мы уже почти семья.

Прежде чем заговорить, Сюэ сделала глубокий вдох:

– Это касается моей младшей дочери. За эти несколько лет я уже все нервы себе вымотала. Я слишком долго ждала, это и было моей ошибкой. Из-за меня мой ребёнок страдал целых десять лет, и я её полностью понимаю… Наши дети – наше всё, и нужно, чтобы они сами принимали решения. После того, как мы стали родителями, мы оказались бессильны, мы хотели, чтобы наши дети сами ощутили, что такое счастье, настоящее человеческое счастье… Каждый день мы попусту волновались, каждую ночь, засыпая, нас терзали беспокойные мысли, а иногда и вовсе ночные кошмары. Но это, конечно, делу не помогало. Нам пришлось опустить руки…

– Да уж, не имея детей, невозможно понять всю горечь жизни, не имея детей, невозможно понять и счастья… Эти сорванцы тоже забрали у нас кучу нервов и спокойных ночей…

Донфанг Вэн Синь кивнула в знак согласия. Она полностью понимала чувства женщины и так же горько вздохнула. Затем она произнесла:

– К счастью, наш Мосе всегда был очень скромным и послушным ребенком. Он делал всё, что бы ему ни говорили. Он немного сэкономил наши нервы.

Как только она договорила, рядом стоявший Цзюнь Вуй развернулся и прыснул то ли от смеха, то ли от негодования с недвусмысленным выражением лица:

«Да ну нахер? Серьёзно?»

Ему пришлось сдержать весь тот эмоциональный словесный поток, который мигом хлынул ему прямо в душу…

«Чего? Скромный? Послушный? Не доставлял хлопот? Не то чтобы это было совсем неправдой, но… разве можно так сильно хвалить нашего Мосе? Если бы тётушка только знала, чем её сын занимался все эти годы, то я уверен, её милость быстро сменилась бы на праведный родительский гнев. Но так делают все родители – они хвалят своих детей при других родителях. Но осмелилась бы она, эта добрейшая женщина, так говорить, если бы она знала, что ей лгут прямо в лицо? Должно быть, это было бы не так просто…»

– Ну, ещё бы, послушные дети, какое лёгкое материнство. Как же я завидую, у вашего сына огромный потенциал… – очевидно, сказав это, Сюэ Шуанцин покривила душой. Да этот Цзюнь Мосе считает себя пупом земли! На его лице так и написано: «плохой парень». Как можно верить словам Вэн Синь, видя перед собой этого наглеца? «Скромный, послушный, спокойный»… что-то незаметно… Кажется, этот паренёк весь состоит из «непослушания». Да и ладно, мать искренне так считает, поэтому и хвалит…

– Ну, с этого дня, желание Янь Мэн осуществится, а то мы уже руки успели опустить, – промямлила Сюэ Хуаньцин. – Ох, сколько же головной боли доставила она нам с отцом…

– Вы, должно быть, шутите! Эта девушка – просто мечта! Она умная, она красивая, да настолько, что влюбит в себя любого с первого взгляда, как же она могла вам доставить столько проблем? – изумленно спросила Донфанг Вэн Синь.

«Ха-ха, мой сынулька – просто настоящее сокровище, и эта девушка тоже хочет урвать себе кусочек. Но, так или иначе, мне не стоит говорить первой», – Донфанг Вэн Синь была уверена в этом, словно гора Тайшань.

Глава 740. Мне ни на шаг не сдвинуться!

Ай!!!!!!!!

В этом доме уже трое, если не проявишь инициативу, упустишь свой шанс… нам надо спешить!

– Ах, дети так быстро растут, вот уже пора искать милого сердцу человека, госпожа Цзюнь, ваш сын, хе-хе… У вас тоже, небось, по этому поводу есть некоторые беспокойства? Как бы то ни было, и девушке, и молодому парню нужно вступать в брак вовремя… – разведывая обстановку, сказала Сюэ Шуанцин.

– Мой сыночек с самого детства был послушным и спокойным ребёнком, да и сейчас не так много доставляет мне хлопот. В особенности, что касается женитьбы, тут уж он справляется сам… впрочем, у меня сейчас итак многовато забот… девушка рядом с Мосе, Почтенная Мэй – она моя невестка; и ещё вот, рядом со мной Гуан Квинхан, она тоже моя невестка… дома сидит ещё одна, из семьи Дугу, Дугу Сяо И, ха-ха-ха, мой сынуля, можно сказать, нарасхват, довольно неплох собой. Как человек, он очень скромный и покладистый, к тому же не скрывает этого, поэтому и думает только о женщинах. Про этих трёх девиц, по крайней мере, я знаю точно, но есть ли другие – мне неизвестно. Я уже не знаю, сколько раз ругала его за такое поведение, за его доброту и снисходительность, но так и остаюсь без понятия, что с этим поделать? Ой, меня прямо в жар бросает, как подумаю об этом…

Донфанг Вэн Синь жаловалась, говорила с обиженным и расстроенным голосом, но на её лице мелькала гордость за сына. Кто бы на неё ни взглянул, сразу бы понял, что она настолько гордилась своим сыном, что её лицо аж сверкало от счастья. Её сын – такой очаровательный молодой человек, как же можно скрыть заслуги матери в этом? Неужели нужно было надеяться на то, чтобы её сын никого не интересовал?

Стоявший рядом Цзюнь Вуй уже был готов провалиться сквозь землю от стыда, а невестка всё-таки красиво умеет словцо завернуть, хотя можно сказать, что большая часть всё же соответствовала действительности, но какая всё-таки была слава у этого мальчишки – Цзюнь Мосе в Тянсяне… и всё же, вы отклонились от темы, невестка…

Уголки рта Сюэ Шуанцин дрогнули, услышав, что сказала госпожа Цзюнь. И это она, говорите, так жалуется на сына?

«Да я, как ни погляжу и ни послушаю, вы им так гордитесь! Глядя на Мэй Сюэ Янь и на Гуан Квинхан, можно сразу сказать, что они ничем не уступают в красоте даже моей молодой дочери… Более того, у них дома есть ещё одна… и может, даже их число не ограничилось тремя женщинами…

Да, что тут ещё поделать? У них уже есть трое! К тому же, социальное положение не низкое, не говоря про остальное, неужели моя дочь станет ему наложницей? Нет, этому точно не бывать!»

Обдумывая это, она немного ушла в себя, но потом резко переключилась на происходящее и услышала, как Донфанг Вэн Синь продолжала говорить:

– Поэтому столько невесток тоже, столько забот, оказывается, это очень непросто. Ведь дело касается вопроса – кто старше, кто младше, ведь все они из знатных семей, с почитаемым положением, в особенности Сюэ Янь, она вообще-то повелительница, на минуточку. Другая не менее почитаема и известна, никто из них не может быть просто наложницей…

– Верно, верно! В этом есть разумный смысл, – поспешно согласилась с ней Сюэ Шуанцин.

– Поэтому последнее время, раздумывая над этим, я чуть не поседела. Однако, в конце концов, я приняла решение.

Донфанг Вэн Синь шепотом продолжила:

– Решать этот вопрос не в соответствии с именем и социальным статусом, а согласно возрасту… разве звучит не лучше? К тому же, если решать, отталкиваясь от возраста, это будет даже немного точнее. Всё успешно разрешится, но, боюсь, что потом возникнут новые проблемы. Возвращаясь к этому вопросу, я не пытаюсь хвастаться или кичиться чем-то, как я могу быть строгой и жестокой свекровью, ведь обязательно нужно найти способ, что они все были довольны, не так ли? Быть родителями не так легко, верно, будь у меня самый спокойный ребёнок в мире, а всё равно это заставляло бы меня беспокоиться не меньше, если б мой сын был хулиганом. Ах, этот негодник, Мосе, знал бы, сколько хлопот у матери из-за тебя… – говоря это, Донфанг Вэн Синь то и дело сетовала и охала, и Сюэ Шуанцин вздыхала вслед за ней, но, тем не менее, в её глазах появилось оживление и сверкнула маленькая искорка.

С виду не стоило придавать этому значение. Более того, семья Цзюнь сейчас поистине достигла высокого уровня и положения… К тому же у Мэн была глубокая симпатия к Цзюнь Мосе, с какой стати она должна быть наложницей? Вдобавок, что если с ней получится так же, как с её старшей сестрой или можно остаться вообще ни с чем…

– Кхем… госпожа Цзюнь, как вам моя младшая дочь? – Сюэ Шуанцин долго ходила вокруг да около и решила просто спросить напрямик: – Она подходит вашему сыну?

– А? Мэн, она, конечно, мне очень нравится, но… Яо, она же выходит замуж за Вуя, а Вуй – родной дядя Мосе. Порядок старшинства поколений, в таком случае, полностью перемешается, – немного опешив, ответила Донфанг Вэн Синь.

– Порядок старшинства поколений, разве это проблема, да у кого в Цзянху (континенте Суань) такого нет, мы уже когда-то откладывали дела Мэн в долгий ящик, тем более, она, как-никак, младше Яо, это же весь Серебряный город знает… – немного взволнованно рассмеялась Сюэ.

– Если уж на то пошло, то можете положиться на меня. Во всяком случае, они должны остаться довольны этим выбором. Ах, я очень мягкосердечный человек… не смогу смотреть на то, как они будут страдать… – уверенно сказала Донфанг Вэн Синь, взяв на себя ответственность. Неужели они все сбегут только от того, что их будут величать наложницами?

К тому же невесток так много… а значит и внуков будет очень много! Как минимум каждая может родить по десять внучек и внучат… Глядя на Хан Янь Мэн, можно сказать, что она как раз похожа на ту, кто сможет родить много ребятишек…

– Тогда, это очень хорошо! – радостно воскликнула Сюэ Шуанцин.

– Если Мэн станет членом нашей семьи, вы можете быть спокойны, хе-хе. Дорогая сватья, у меня просто отлично складываются отношения с детьми, – радушно поведала Донфанг Вэн Синь, неожиданно назвав женщину сватьей.

Цзюнь Вуй просто обалдел: невестка, говорит, что прекрасно справляется с детьми? С другой стороны, Сюэ Шуанцин согласно кивала головой, и стала ещё радостней, услышав, как её назвали сватьей…

Цзюнь Вуй, с другой стороны, пребывал в шоке от происходящего…

«Я женюсь на старшей сестре, а мой племянник на младшей сестре, эм, после этого я должен звать его зятем? Или он меня зятем? Мы оба должны будем звать Сюэ Шуанцин тёщей… а что потом с детьми будет…»

Думая об этом, голова Цзюнь Вуя чуть не взорвалась от перенапряжения, ему аж стало нехорошо. Столько поколений смешается в одной семье, здесь не только у Цзюнь Вуя голова пойдёт кругом, даже ему, крепкому мужику, было дурно – соображать кого и как надо будет звать, и вообще, что в будущем будет ждать эту семью. Однако никто ещё не поторопился переквалифицировать принцессу в его жену…

Донфанг Вэн Синь думала, что если с этим делом почти всё улажено и решено на девяносто процентов, то для Цзюнь Мосе должно быть это не будет проблемой. Дугу Сяо И тоже не будет страдать, она вообще сейчас мало ещё что понимает в этой жизни, всё должно быстро уладиться… Главное – это уладить всё с Гуан Квинхан и Мэй Сюэ Янь. Глядя на них, кажется, они обе очень послушные и хорошие женщины, да и с Мэн неплохо ладят, да и, в принципе, на репутации Цзюнь Вуя и Хан Янь Яо почти не было никаких пятен… Ха-ха… - Донфанг Вэн Синь уже всё решила для себя и выглядела очень довольной, как кот, объевшийся сметаны. И сейчас уже наверняка представляла сколько много у неё родится внуков…

И вот так, вдали от посторонних глаз, две матери договорились о таком грандиозном событии! К тому же, о событии, несущем только счастье обеим сторонам…

На другой стороне люди ничего и не подозревали об этом, кто мог подумать, что шутка обернется правдой…

В данный момент Цзюнь Мосе очень оживленно разговаривал с Хан Фэн Сюэ, неустанно пытаясь расположить его к себе, и это было весьма очевидно. Благодаря своей манере надоедать, он всё никак не мог отстать от старика. Хан Фэн Сюэ совершенно ничего не мог поделать с этим. Этот мальчишка так разгорячился, говоря с ним, откуда такой крутой поворот событий?

«Неужто этот негодник имеет какие-то недобрые намерения на мой счет или специфические пристрастия? Если даже и так, здесь же много здоровяков… зачем искать такого старика как я, пусть я, конечно, пожилой, но полон сил и энергии, и по-прежнему очень свежо и неплохо выгляжу…» - но откуда же ему было знать, что затаивший в душе недоброе, Цзюнь Мосе был совершенно беспомощен!

«Ты думаешь, я сам хочу болтать про весь этот бред с таким скверным стариканом как ты, у меня душа не на месте от того, что мне надо быстрее возвращаться в Тянсян, но… Вот эта наглая штуковина в моей голове не отпускает меня… и самое странное – это не моя любимая жена и даже не наркота, которые вцепились бы в меня мёртвой хваткой, как эта чёртова Пагода».

После того, как старый да малой застряли на одном месте, у Цзюнь Мосе уже не хватало словарного запаса, а Хан Фэн Сюэ уже устал отвечать, но, тем не менее, не мог закончить эту перепалку. Мэй Сюэ Янь уже схлестнулась с другими людьми: Юн Би Ченом и Королем Пэн.

Тогда, несомненно, Юн Би Чен провернул каким-то странным способом то дело, но фактически они оба хорошо сработались. Юн Би Чен жил спокойно и беззаботно, Король Пэн же превратился в рослого и крепкого человека и имел несгибаемый характер. В противном случае, он бы не смог так легко поддаться обману и, уж тем более, после этого продолжать вести себя спокойно и послушно… В самом деле, они оба очень непритязательные и спокойные по своему нраву, нашли тихое место вдали от мирской суеты и стали жить совершенно свободной и уединенной жизнью. Так, быстро придя к согласию и став напарниками, презирая весь свет, они стали скитаться по всему миру, неразлучные, как древо и пламя…

Мэй Сюэ Янь сказала им только одну фразу:

- Король Пэн предал Тянь Фа и это – непростительно! Меня совсем не заботит, что будет с вами, но заветы предков Тянь Фа не должны быть нарушены! Трусливые герои… все собрались в Битве за Захват Небес! Отшельники, как скажете, ушли от мирской суеты, и вы нашли своё место! Но есть единственное условие: Король Пэн может применять военную силу, может не применять, но ему не разрешается применять ту силу, которая принадлежит ему, как Королю священных животных! Если это условие будет нарушено, где бы ты ни был, за тридевять земель, ты неизбежно будешь предан смертной казни!

Хотя и слова Мэй Сюэ Янь были уверенными и решительными, но самым усугубляющим фактором были слова про Битву за Захват Небес! Когда она стала такой жестокой? Если Король Пэн действительно будет участвовать в Битве за Захват Небес… Пусть даже будет относиться снисходительно, но как это возможно?

Об этом подумала Мэй Сюэ Янь, но ничего не сказала вслух. Впрочем, она знала, Король Пэн прекрасно понял, что она имела в виду…

Юн Би Чен и Король Пэн тяжело вздохнули, согласились с условием и улетели. Перед отправлением Король Пэн хотел попрощаться со Священными животными, но вспомнив тот сильный враждебный настрой, который они испытывали по отношению к нему, не стал этого делать. Он лишь тоскливо обернулся и улетел.

Закончив свои дела, Мэй Сюэ Янь повернулась и увидела, как Цзюнь Мосе издевается над беспомощным Хан Фэн Сюэ. Она невольно рассердилась и рассмеялась, а потом подошла к ним:

– Мосе, все дела улажены, нам нужно скорее возвращаться в Тянсян, там…

Цзюнь Мосе закрыл глаза.

«Женщина, ты думаешь, я не хочу вернуться? Да, я хочу вернуться сильнее всех здесь присутствующих! Но сейчас есть проблемки… и я не могу этого сделать! Похоже, что предки в моей голове очень хотят добраться до тайны Хан Фэн Сюэ, и я ни на шаг не могу сдвинуться отсюда».

Глава 741. Тянсян! Разведка Достопочтенных мастеров!

У Цзюнь Мосе не было другого выхода, и он печально, но в то же время великодушно заявил:

– Из-за меня Серебряный город подвергся такого значительному ущербу… Как же я, как виновник происшествия, вот так просто могу, поджав хвост, смыться? Как же можно так…

Хан Фэн Сюэ уже давно был в преклонном возрасте, но даже у него не хватило терпения на этого бесстыжего маленького засранца, и он резко начал размахивать обеими руками, повысив голос:

– Не нужно. Ничего не нужно. На самом деле, и убытки не такие уж и серьезные, мы и сами можем совсем разобраться, нам это ничего не стоит, – в действительности же его сердце просто обливалось кровью: весь Серебряный город был разрушен, столько имущества пострадало, а затраты на восстановление и реконструкцию обещали быть колоссальных размеров: таков был итог. Но Хан Фэн Сюэ, стиснув зубы, пытался сделать вид, что всё нормально, лишь бы как можно быстрее избавиться от этого надоедливого негодника…

Цзюнь Мосе подошел и всё рассказал на ухо Мэй Сюэ Янь, хотя он не говорил прямо, но, тем не менее, дал понять Мэй Сюэ Янь, что он сейчас никак не может уйти, ситуация, конечно, была более чем странная…

Мэй Сюэ Янь, нахмурившись, сказала:

– Раз уж Цзюнь Мосе намерен оказать помощь Серебряному городу в реконструкции и восстановлении, тогда, должно быть, я первой отправлюсь в Тянсян? В конце концов, нельзя мешкать, когда дело касается такого!

Цзюнь Мосе немного подумал, но, тем не менее, не смог ничего дельного придумать. Там всё-таки находилось девять Достопочтенных мастеров! Хотя силы Мэй Сюэ Янь и увеличились, но всё же они были только на уровне Почтенного мастера четвертого ранга, пусть она даже и вернется в Тянсян, много пользы это не принесет. Необдуманно приняв бой с армией Священных животных, если они и одержат победу, потери будут просто катастрофическими, вряд ли останется даже пара человек! Всё это было абсолютно лишено всякого смысла, но если ещё дольше оставаться здесь, ситуация могла стать ещё опаснее, как же быть?

– Тогда вы возвращайтесь первыми! – через силу процедил Цзюнь Мосе, его глаза налились кровью: – Сюэ Янь, возвращаясь в этот раз, прошу, будьте очень осторожны, если в Тянсян уже произошло какое-то несчастье, то сразу же, просто немедленно отправляйтесь в Тянь Фа. Ни в коем случае не предпринимай опрометчивых действий, никакой мести, никакого буйства! Пусть всё остается так до моего приезда! Просто отправь Короля журавлей ко мне с сообщением, если же ничего не произошло, тем лучше, тогда тебе нужно будет немного постараться и оттянуть время. Если они совсем поставят тебя в тупик, ты можешь сказать, что мой учитель встретится с ними лично после первого месяца года, и тогда посмотрим, кто выйдет победителем! Во что бы ни стало, постарайся задержать их! И твёрдо запомни, что нужно дождаться моего возвращения! До этого не предпринимай никаких действий!!!

Мэй Сюэ Янь, согласившись, сказала:

– Не беспокойся, в нашем Тянь Фа ещё не было Достопочтенных мастеров, мы не станем так легкомысленно вступать в битву с девятью Достопочтенными. Даже Короли животных с пиками девятого уровня Суань не в силах оказать сопротивление Достопочтенному мастеру, я всё это прекрасно понимаю!

Договорив это, Мэй Сюэ Янь свистнула, и стаи Священных животных смирно построились рядами, Цзюнь Вуй, дядюшка Донфанг, Сикон Ан Е и все остальные, один за другим начали готовиться к отправлению.

Хан Янь Яо подошла к матери попрощаться и поклонилась ей. Мать и дочь обнялись, слащавые прощания были неизбежны, но в этот раз Хан Янь Яо во что бы то ни стало должна была вернуться в Тянсян. Очень неожиданно, но Сюэ Шуанцин также отправила младшую дочь – Хан Янь Мэн, в Тянсян.

Хотя Сюэ Шуанцин и не хотела этого, но она пожалела дочь и согласилась принять это решение. Сейчас Серебряный город ждут большие перемены, и всё это требует неотложного внимания и развития, если Хан Янь Мэн останется здесь, то только больше измучается, ведь даже найти место для житья и то трудно, не говоря уже об остальном. Так что пусть лучше она вернётся в Тянсян, там ей будет намного удобнее и комфортнее.

Так или иначе, сейчас между двумя семьями исчезли все горечи и обиды, и нет никакой опасности. Если она заскучает по дочери или что-то случится, она в любое время сможет нанести им визит. К тому же, отправив туда дочь, можно будет позаботиться о расположении будущего зятя. Для будущего Серебряного города это очень выгодно и безопасно…

Что касается Донфанг Вэн Синь, к решению Сюэ Шуанцин она отнеслась с полным пониманием. Зная, что к чему, они молча распрощались. Вместе с Гуан Квинхан и остальными они забрались на спины летающих Священных животных. Мэй Сюэ Янь громко свистнула, и многотысячная армия Священных животных сквозь сильную метель одновременно поднялась в воздух. Словно тёмные тучи, они разом заполонили всё небо, и с быстротой ветра они помчались в Тянсян. Остались только Цзюнь Мосе и Король ястребов!

Цзюнь Мосе оставил Короля ястребов из-за его молниеносной скорости, в этом он даже превосходил Короля журавлей! Закончив все дела, на обратном пути таким образом можно будет сэкономить немало времени…

– А ты, подлец, почему ещё здесь? Что тебе, в конце концов, от меня надо? – Хан Фэн Сюэ выпучил глаза от злости и немного даже взбесился… все уехали, а этот надоедливый и приставучий тип остался! Это поистине заставляло старика терять всякое терпение!

Пусть бы лучше все остались, но только бы вот этого со мной здесь не было! Почему все уехали, а цирк остался! Он здесь сидит и чего-то ждёт, всё ждёт и ждёт, ещё и крутится рядом со мной, да ещё и так близко, что за человек он вообще!

Кто бы знал, что Цзюнь Мосе тоже был не особо-то рад этому.

«Ты думаешь, я сам в восторге, что мне приходится торчать тут с тобой, старый хрен!? Да я отсюда даже прекрасным небом полюбоваться не могу! Со мной остался только чёрный ястреб!

Пагода Хунцзюнь, ты на этот раз, в самом деле, меня до смерти решила доконать!? В такой ответственный момент… ты… ты… да я словно на раскаленной сковородке голой задницей сижу, вот как я себя чувствую…»

– Старейшина, я говорю, мы, наверное, сначала пойдём, посмотрим, что там с Серебряным городом, насколько серьёзны потери, возможна ли утилизация отходов, – предложил Цзюнь Мосе. Хан Фэн Сюэ с крайним раздражением фыркнул, отвернулся и был таков, он чувствовал, что если ещё раз посмотрит на этого негодника, то просто сойдет с ума…

Сюэ Шуанцин очень радостно и по-доброму позвала Мосе не спеша добраться вместе с ними. Такое поведение супруги вызвало у Хан Чжань Мэна лёгкую ревность. Он был весьма недоволен тем, что этот мелкий негодяй при первой встрече с ним извергал проклятия и ругательства направо и налево. А она тут сейчас так по-доброму к нему относится. Если бы повелитель не знал свою жену, глядя на её нежную заботу по отношению к пацану, подумал бы, что это её сын… Повелитель города не подозревал, что его супруга прямо сейчас хлопотала, чтобы наладить тесный контакт с будущим мужем их дочери…

Чем больше она смотрела, тем больше этот молодой человек нравился ей. Она была им ещё больше довольна, чем другим зятем, Цзюнь Вуем. Не говоря уже о прекрасной внешности и высоком росте, на материке Суань на протяжении многих лет появляются гении и самородки, но кто же может сравниться с таким зятем, который смог добиться такого ошеломительного успеха к восемнадцати годам? Неудивительно, что его матушка так гордится им! Если уж такой зять не подойдет, тогда какой же?

Поэтому Сюэ Шуанцин чем больше смотрела, тем больше восхищалась им, даже его строптивый и лукавый темперамент казался ей вполне нормальным, как в порядке вещей: чем суровее, тем круче и мужественнее!

На самом деле у Цзюнь Мосе уже самого голова пухла от того, что он не знал, как ему стоит обращаться к этой очаровательной женщине, всё-таки она же тёща его дядюшки, Цзюнь Вуя. Как следовало звать её? Двоюродной тётей? Двоюродной мамой? Или двоюродной бабушкой?..

К счастью, этот вопрос был разрешён самой Сюэ Шуанцин:

– Мосе, я подружилась с твоей матушкой с первой встречи, сейчас мы уже друг другу близкие подруги, поэтому зови меня просто тётушкой. Мы все – дети Цзянху, зачем нам всё усложнять, правда? – эта фраза заставила Цзюнь Мосе лишиться дара речи, он просто обалдел.

«А? Хотя, конечно, они все – дети Цзянху, но тоже нельзя вот так – как попало… Согласно этому обращению, после моего возвращения в Тянсян, разве я теперь не должен звать своего дядюшку просто «брат»? Или, возможно, просто «зять»? Тогда… не отхвачу ли я по шее?»

Вот так болтая, они двигались к Серебряному городу.

Город Тянсян.

На второй день после того, как Цзюнь Мосе и все остальные покинули город, Ли Юран приступил к делу! Три Достопочтенных за его спиной были для усиления и в помощь, но наряду с храбростью, он испытывал и ужас!

Он и сам не мог предположить, что его старый соперник, Цзюнь Мосе, достигнет такого уровня и такого статуса. Он не мог поверить в то, что силы Цзюнь смогли стать такими могучими! Раз даже три Священные земли отправят ряды Достопочтенных мастеров на подмогу! К тому же целых девять штук!

В этом мире, где даже Великому мастеру многое под силу, девять Достопочтенных, что они значат? Относительно этого командного состава, Ли Юран испытывал только одно чувство, и этим чувством был неописуемый страх, иногда даже переходящий в настоящую панику!

Вплоть до того, что он даже и представить не мог, на что способна их сила! Ему было известно только одно: один Достопочтенный мастер в состоянии стереть с лица земли весь Тянсян!

И эта невообразимая силища была направлена для борьбы с Цзюнь Мосе, с ничтожной семейкой Цзюнь, да ещё и в размере девятерых Достопочтенных! И силы одного Достопочтенного было мало для того, чтобы уничтожить без остатка семью Цзюнь! Что это может означать? Вплоть до того, что при произношении имени таинственного учителя Цзюнь Мосе их лица менялись и становились очень серьёзными и задумчивыми! Ли Юран смог заметить, что у них не было поной уверенности в том, что они смогут одолеть учителя Цзюнь Мосе! Тогда на каком уровне сейчас Цзюнь Мосе? И на каком уровне его учитель?

Об этих вещах Ли Юран просто боялся подумать, потому что, когда начинал, всё его тело покрывалось холодным потом:

- И этот человек – мой давний соперник? Мне, наверное, и правда повезло, раз я до сих пор жив остался…

При обсуждении тактики, когда лучше атаковать, все три Достопочтенных мастера посоветовали:

- Сначала сходи на разведку! Надо посмотреть, в конце концов, на каком уровне этот учитель, а потом вернуться к этому вопросу! И раз уж этот человек живёт у семьи Цзюнь, пусть он и скрывается очень глубоко и искусно, но всё же, наверняка, возможно отыскать какие-нибудь следы!

Поэтому сейчас ключевым местом является семья Цзюнь, а именно резиденция семьи Цзюнь! Поэтому Ли Юран ещё не успел вернуться домой. Сначала отправился во дворец второго принца, создав там опорный пункт и вместе с тем разместив командный состав и Достопочтенных мастеров. Потом, на второй день утром вернулся в Тянсян, с тремя Достопочтенными направившись к семье Цзюнь. Под красивым предлогом: «Нанести визит!». К тому же, у Ли Юрана был ещё один стопроцентный аргумент: «Навестить принцессу Лин Мэн!»

Раз уж она была императорской дочкой и некогда возлюбленной Ли Юрана, сейчас она находилась в семье Цзюнь и залечивала раны, что будет странного в том, что он приедет навестить её? Это основание было очень логичным и вполне разумным! Поэтому Ли Юран решил соответствовать этому плану действий. Три Достопочтенных мастера поработали как следует и замаскировались так, что их было не отличить от членов семьи Ли Юрана, хотя внешне он выглядел вполне спокойно, внутри у него всё дрожало! На протяжении последних дней, при обсуждении всего этого, Ли Юран понял одно: сила учителя Цзюнь Мосе настолько невероятна, что она не имеет себе равных! Он боялся, что больше нет на свете человека, который смог бы справиться с ним!

Это привело его в ужас!!!

Глава 742.1. Встреча с Дугу Сяо И!

Хотя за спиной Ли Юрана было трое Достопочтенных мастеров, в эту минуту он всё же чувствовал себя крайне уязвимым и беспомощным!

И это было, на самом деле, очень странно!

И это в Тянсян, где, если у мастера с Суань Духа был охранник с Суань Земли, он мог себе позволить делать всё, что заблагорассудится, и быть абсолютно спокойным, не говоря уже о том, что иметь охранника с Суань Духа было просто настоящей мечтой для всех мастеров!

Но, однако сейчас всё разительно отличалось, рядом с Ли Юраном было целых три Достопочтенных мастера, силы которых в несколько десяток тысяч раз превосходили силы обычного мастера с Суань Духа. По идее, в этом мире не было никого, кто бы мог угрожать такой силе! Однако прочное чувство безопасности, которое, казалось бы, должно было присутствовать в этот момент, странным образом куда-то улетучилось без следа…

Добравшись до резиденции Цзюнь, Ли Юрану снова пришлось испугаться.

Главный вход в резиденцию был широко распахнут, и на посту было всего два охранника. Куда подевалась прежняя обстановка строгой охраны? К тому же, прибытию гостей никто не придавал большого значения, всем было попросту наплевать. Ли Юран передал свою карточку с прошением о визите охраннику, тот быстро удалился доложить старшему и вскоре вернулся, сказав:

– Господин приглашает молодого господина Ли войти.

Только лишь «приглашает войти», а не направит людей встретить вас.

Даже дворецкого не отправил!

Глядя на весьма необычное поведение семьи Цзюнь, Ли Юран принял это за позёрство. Что они, притворяясь находящимися в слабом положении, хотят заставить своего врага почувствовать опасность, но фактически они и на самом деле находятся в невыгодном положении!

Создав такое странное ощущение, где сложно определить ложь это или же правда, что они это сделали совершенно специально, чтобы скрыть своё по-настоящему слабое положение! Такой приём как раз таки заставляет твоего врага решительно сомневаться во всём, и может привести к тому, что враг ошибётся и попадёт в ловушку, давно приготовленную другой стороной, застав их тем самым почувствовать себя уверенно и ничего не бояться!

Это – лучший приём, который можно применить, сражаясь с умным противником!

И наилучший вариант запутать врага, находясь в условиях действительно невыгодного положения!

И если разъяснять популярным языком это не что иное, как «маневр пустого города»! (Чжугэ Лян, оказавшийся в осаждённом городе с горсткой воинов, перед лицом огромной армии приказал воинам открыть все ворота, взять мётлы и подметать улицы. Сам же уселся на городской стене и заиграл на лютне; противник, заподозрив неладное, отступил. Эпоха Троецарствия)

На самом деле, всё было впустую. По-настоящему мощный противник в этот момент уже будет стоять у ваших ворот, и если вы будете мешкать, только наоборот ещё больше разбудите в нём желание к ожесточённой борьбе! Когда две стороны сойдутся, всё будет уничтожено в один момент!

С другой стороны, если прикрываться под видом слабого соперника, тем не менее, наоборот, можно заставить своего соперника мучиться в сомнениях и подозрениях, и тогда ему будет крайне трудно принять решение!

Прибыв в резиденцию Цзюнь и увидев такое расхлябанное и ленивое размещение охраны, словно у них полностью отсутствует боевая мощь, Ли Юран предположил, что, по всей вероятности, это обманный маневр Цзюнь Чжан Тиана!

Однако, тем не менее, он промолчал об этом. Только лишь подумал про себя:

«Цзюнь Чжан Тиан, ты провёл всю свою жизнь в череде военных приготовлений, несомненно, что ты очень хорош в военном искусстве. Но молодой господин тоже не промах, так просто его не провести! Думаешь, я поверю во всё это? Очевидно, что перед лицом абсолютной силы, это глупое представление просто бессмысленно!

И после этого Цзюнь Чжан Тиан даже не отправил людей, чтобы встретить нас, решительно продемонстрировав крайне враждебный настрой, прямым текстом объявив мне: "Мы не рады тебе!"»

Это заставило Ли Юрана очень сомневаться:

«Неужели… они в самом деле ничего не боятся, чувствуя поддержку за своей спиной? Конечно, наши силы весьма внушительны, но что на счёт соперника? Возможно ли, что они обладают силой мощнее нашей в разы?»

Как раз в этот момент три Достопочтенных за его спиной резко подняли головы и слегка принюхались, и потом в мгновение ока их лица изменились!

– Оказывается, здесь такая чистая природная одухотворённая ци! В резиденции Цзюнь такая прекрасная и насыщенная ци, я никогда бы не подумал, что в мире ещё есть такое место. Я думал, самая одухотворённая ци водится только в трёх Священных землях, но по сравнению с этой, боюсь, она даже уступает!? – произнёс один из Достопочтенных мастеров низким голосом. Двое остальных тут же закивали, соглашаясь с ним, с серьезными минами, будто они обсуждали корпускулярную теорию света или бозон Хиггса.

Такая ситуация могла сложиться из-за того, что если бы в семье Цзюнь какой-то очень могущественный мастер занимался процессом совершенствования, и после чего каждый день из всех окрестных мест извлекал природную ци, в результате одухотворённая ци со всей округи собралась бы именно в этом месте! И со временем бы сформировалась так называемая энергетическая воронка, от которой исходила бы эта аура!

Если бы даже тот человек намерено не тренировался, одухотворённая ци всё равно бы невольно собиралась в этом самом месте!

Только такой порядок дел, сохранявшийся на протяжении долгого времени, смог бы создать настолько густую и чистую одухотворённую ци! К тому же, окружающую дом семьи Цзюнь со всех сторон!

Достопочтенные мастера были довольно опытными людьми, и разве они могли ошибаться на счёт этого? Если в семье Цзюнь был выдающийся учитель и в самом деле принял личное командование, то такая ситуация была вполне объяснима.

Но то, что действительно повергло их в шок – это степень чистоты этой одухотворённой ци – она была очень густая и даже не расходилась в пространстве! Это было просто невероятно, потому что мастер, добившийся успеха в своих тренировках, пусть даже при наличии энергетической воронки, заслуживал похвалы. У обычных мастеров ци лишь некоторое время не будет рассеиваться, и тем не менее всё равно не будет такой чистой и густой постоянно. Если бы они прибыли именно в тот момент, когда учитель занимается совершенствованием, то это всё было бы очень хорошо объяснимо. Но если всё совсем не так, и в данный момент никто не совершенствуется, то это всё просто уму непостижимо.

Глава 742.2. Встреча с Дугу Сяо И!

Попав под влияние этой одухотворённой ци, все трое Достопочтенных мастеров в один миг почувствовали себя чрезвычайно приятно, даже их сознание словно посвежело! Настолько густую и насыщенную ци не получилось бы увидеть даже тогда, если бы все Достопочтенные мастера Великого золотого города все вместе начали тренировку!

А здесь, в обычном мире – да пожалуйста, получите и распишитесь!

Другими слова, степень поглощения и отдачи одухотворённой ци этого учителя превосходила степень совместного поглощения всех Достопочтенных мастеров Великого золотого города! И даже намного превосходила!

Такие обстоятельства заставили их испытывать неподдельный страх! Хотя сейчас они ещё не встретились с этим выдающимся человеком, три Достопочтенных мастера были уже порядком напуганы. В этом мире, оказывается, есть человек такого уровня! Если они сразятся друг против друга, даже если они втроём плечом к плечу выйдут против него, вряд ли будут шансы на успех. Это человек в самом деле такой пугающий!

Внутри в сомнениях и в страхе, но внешне, как ни в чем не бывало, четверо людей вошли в главные двери, направляясь к главному залу. По пути трое Достопочтенных внезапно одновременно остановились…

Из внутреннего двора доносился звонкий голосок молоденькой девушки:

– Малыш Белыш, не убегай от меня! Если ты сдвинешься с места, я точно поколочу тебя! Вот же обжора и лентяй, когда ты так растолстеть-то успел… я даже обнять тебя уже не в состоянии. Ты в самом деле хочешь меня разозлить! Если будешь так и дальше толстеть, я выброшу тебя на улицу и точно откажусь от тебя!.. Да куда же ты бежишь, у меня уже нет сил, ты такой здоровяк, а откуда так быстро умеешь бегать, остановись!

Вслед за этим звонким голосом, белое маленькое животное с высунутым языком скрылось из виду. Оно походило на львёнка – пухлого, белоснежного и покрытого длинным мехом с головы до кончиков лап, с прекрасными, как два рубина глазами, до невозможности милого и непослушного.

За ним из заднего двора выбежала запыхавшаяся молодая девушка:

– Малыш Белыш, куда же ты… чего… Ли Юран? Почему Малыш Белыш превратился в Ли Юрана? Неужели это мифические превращения в людей? Малыш Белыш и такое умеет?

Это оказалась изящная, словно прекрасная яшма, молодая девушка. Её черты лица были ещё совсем детскими и нежными, но нетрудно было разглядеть, что в один прекрасный день она превратится в несравненную красавицу, которая своей красотой будет завоёвывать страны и покорять города!

Глаза чистые, словно родниковая вода, белоснежное лицо, прямой нос, ярко-красные губы и темные пышные волосы, небрежно спадающие с её головы, что только добавляло ей игривости и оживлённости.

Она была одета в изумрудно-зеленое платье, хотя на дворе была зима. И одета она была довольно плотно, но это никак не сковывало её движений. Она выглядела прелестно и грациозно, словно цветок гардении, бутоны которого вот-вот должны были раскрыться после весеннего дождя. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы душа запела, а в животе запорхали бабочки…

Девушка, в которую просто нельзя было не влюбиться с первого раза!

– Должно быть, передо мной сейчас барышня Дугу. Должен признаться, мы давно не виделись, – Ли Юран слегка улыбнулся и, проявив вежливость и учтивость, добавил: – Мы давно не виделись, но ты стала ещё прекраснее, словно утренняя роса и чистый жемчуг.

– Тьфу на тебя, лицемер Ли Юран, подумаешь долго не виделись! Можешь больше впредь не улыбаться мне своей фальшивой миной? Меня от одного твоего взгляда тошнит уже, ты понимаешь? Вот погляжу на тебя, так всё-таки ты на женщину похож, прямо слов не хватает. Ты бы так не лыбился во все тридцать два, так может, помужественнее выглядел бы. Конечно, не то, что наш Мосе, он то – в сто раз красивее тебя будет… вот же, с самого детства выглядишь так женоподобно, брр… отвратительно даже! У меня аж зубы сводит, когда я смотрю на тебя, тебе об этом известно?

Этой девушкой в самом деле оказалась Дугу Сяо И. Она тараторила, словно пулемет, чем заставила Ли Юрана впасть в недоумение. Даже три Достопочтенных мастера и те застыли на месте!

Её слова ввели их в замешательство, что даже брови нахмурились. Такая очаровательная и милая девушка, и такая дерзкая и грубая. Такой палец в рот не клади – отгрызёт вместе с рукой! Мелет языком как помелом. Этот мир, действительно, немного «того», иногда получается, что смущаешь девушек своим присутствием и шармом, но здесь же – всё совсем наоборот…

– Э… барышня Дугу, эти слова… как бы сказать… мы же всё-таки старые друзья, а ты так откровенно принижаешь меня. Мне с трудом удаётся такое стерпеть, ещё и от женского пола, – Ли Юран, испытывая неловкость, потёр рукой переносицу. И хотя он чувствовал себя неудобно, его движения и манеры были просто прекрасны отточены. Как всегда аккуратен и обходителен, глядя на него, не скажешь, что его можно застать врасплох, он всегда выглядит очень естественно и свободно, с ярко-выраженной аристократичностью.

– Тьфу! Тьфу на тебя! Ли Юран… ты, правда, мне так отвратителен… кто там с тобой старые друзья? Это я что ли? Прибереги эти свои штучки ради кого-то потупее! У меня сейчас нет времени с тобой болтать, я спешу, мне ещё надо поймать Малыша Белыша… Малыш Белыш, куда же ты, не убегай… Эм? Ли Юран, ты сменил себе охрану?

Дугу Сяо И уже хотела бежать за своим зверьком, как вдруг заметила новых стражников Ли Юрана, которые с презрительными лицами стояли рядом с ним.

– Глядя на твоих новых шестёрок, которых ты выбрал себе, хочется спросить, где ты откопал их? На ближайшем кладбище? Выглядят так безжизненно и убого, как мумии, что хоть прям сейчас клади в гроб обратно… Я вот это о чём, молодой господин Ли… ты всё-таки со мной не сравнишься. Ты, конечно, тоже, как-никак, наследник влиятельной семьи. Так объясни мне, как, покинув родной дом, ты мог выбрать себе таких слуг… твои взгляды я, честное слово, презираю. Отвечаю, ну и вкусы у тебя, конечно, специфические… ха-ха-ха. Да у нас в семье Цзюнь, кто не посмотрит на них, все скажут, что сортиры не так отвратительны и уродливы, как их лица…

Вдоволь повеселившись, Дугу Сяо И как ни в чем не бывало отправилась на поиски Малыша Белыша.

Глава 743. Это и правда, Четырнадцатый Шао из подземного мира?

Сортиры?

Ли Юран сконфуженно стоял на ногах, на его носу проступил пот.

Чтобы он сейчас ни сказал, в этом не было бы никакого смыла. Позади него было трое Достопочтенных мастеров! И это стало поводом для насмешек? Это должно было их разозлить…

И единственный, кто сейчас злился – это он сам! И как теперь быть?

Ему нужно было всё хорошенько обдумать, он топтался на месте, но затем увидел улыбку на лице одного из Достопочтенных мастеров. Он проговорил сквозь смех:

– Да, эта девчонка и правда, странноватая, однако… такая милашка! – чуть ли не просиял он.

Остальные двое мастеров тоже не могли сдержать улыбку, хотя не улыбались они уже очень давно. Этими улыбками на лицах они показывали пренебрежение к словам девчонки. Они явно не принимали их близко к сердцу, а наоборот, это их развеселило…

Ли Юран выдохнул с облегчением, ведь его воспитывали совершенно по-другому, он на самом деле был очень благородным…

Однако откуда ему было знать, что эти трое мастеров в душе тряслись от страха, но не показывали этого?

Они начали бояться ещё с того момента, как пришли в дом семьи Цзюнь, а сейчас их страх только усилился!

Боялись они уж точно не эту девчонку – Дугу Сяо И, а Малыша Белыша!

Он только что промелькнул перед их глазами!

И хотя Малыш Белыш двигался очень и очень быстро, разве мог он скрыться от глаз трёх Достопочтенных мастеров? Именно поэтому эти трое и задрожали от страха! Острота их зрения превосходила скорость Малыша Белыша в два раза. Они за секунду поняли, на каком уровне сейчас находился этот зверек!

Он обладал звериным Суань восьмого уровня, к тому же он находился на пике этого уровня!

Звериный Суань восьмого уровня очень редко можно было встретить. Это знак большой силы. Но почему он был в трёх Священных землях? Трое мастеров прилагали большие усилия, чтобы это понять.

Что же заставило трех Достопочтенных мастеров так удивиться? Настолько, что они аж задрожали от страха?

Самое же основное заключалось в том, что Малыш Белыш был железным крылатым леопардом восьмого уровня!

За всю историю ещё не было ни одного железного крылатого леопарда, чей уровень даже к концу жизни мог бы стать выше восьмого!

Но сейчас перед ними был Малыш Белыш, и, несмотря на то, что он был со звериным Суань, его уровень был пиковым восьмым! Это они поняли, лишь взглянув на него, и возраст Малыша Белыша определённо не мог быть больше одного года!

К тому же, они поняли причину, по которой железный крылатый леопард оказался столь необычен. Всё дело было в том, что некто, кто создал величайшее творение, избавил его от всяческих пороков и полностью заменил основные характеристики зверя, сделав его более стойким. Также, не считая меха и всего остального, все его внутренности были заменены! И таким искусственным образом было создано это творение!

И хотя Малыш Белыш и имел облик железного крылатого леопарда, но его ядро Суань было уже заменено. Поэтому он был способен достичь даже девятого уровня, а может и выше! Малыш Белыш разрывал всякие границы возможностей зверей Суань. Если он так и продолжит развиваться, то никаких границ для него больше не будет существовать! Не пройдет и ста лет, как у леса Тянь Фа появится ещё один совершенный правитель!

Совершенный правитель!

И конечно, они, мастера, не смогут достичь такого уровня никогда в жизни!

Пока это было не так страшно, для этого минимум нужно было прождать сто лет. Потенциал у Малыша Белыша действительно был изумительным, однако на данный момент он всё ещё был слаб. Всё же, что за человек создал настолько ужасающее создание? Какими сверхъестественными силами обладал этот человек? Эти методы определённо шли вразрез с законами природы.

Они такими методами не владели, это точно! Даже если бы они объединили все свои силы и собрали бы их в одном теле, у них всё равно бы не вышло ничего даже отдаленно напоминающего это!

Такими силами человек обладать не может!

Именно это и заставило их ужаснуться. Кому в этом мире настолько нечего делать, что он решил из одного маленького зверька сделать такое чудовище?

Это явно не был какой-то бездельник, это был просто псих! Псих до мозга костей!

Кто же в этом мире настолько сумасшедший, что способен пойти против законов природы и сотворить такое? Он явно обладает огромной силой.

Трое переглянулись. В глазах каждого читалось лишь одно имя.

– Неужели это и в самом деле… Четырнадцатый Шао из Подземного Мира.

– Только он мог сделать настолько безумную вещь! К тому же, создавали его явно в лесу Тянь Фа! В других местах сделать это было бы нереально!

– Да и место нахождения Четырнадцатого Шао было именно лес Тянь Фа!

– Теперь всё кажется вполне логичным!

– Лишь сумасшедший, помещённый в очень скучные рамки, мог придумать такой странный способ для создания таких безумных вещей! Полностью изменить непорочного зверька Суань, чтобы он смог безо всяких усилий стать Королём зверей?

– Какая же больная фантазия! Больной ублюдок!

Трое шёпотом произносили эти слова! Каким образом они справятся с существом, существование которого не поддается здравому смыслу? Всё это могло стать причиной большой войны!

Из-за всего этого, трое мастеров были уверены – вот, что скрывает семья Цзюнь! Она скрывает Четырнадцатого Шао и уже очень давно! Он навлечёт на всех кучу проблем!

Обдумав всё как следует, в душе каждого из них появилось отчаяние!

Перед тем, как прийти в Тянсян, трое многое обсуждали и обдумывали по поводу того, кого они могут встретить в этом городе. В итоге они столкнулись с тем, о ком ходили легенды – о Четырнадцатом Шао и о том, о ком никто в мире ещё даже и не знал. О том, чьё имя пока невозможно назвать.

Бесспорно, у всех мысли были одинаковые: они должны сделать всё, что в их силах, чтобы не встретиться с этим умалишённым психом! Потому что, стоит ему произнести слово, и в городе Тянсян начнется настоящее «веселье».

Стоит ему применить силу, и от города Тянсян не останется и следа! И это ещё в лучшем случае!

Пришедшие в этот раз в город Тянсян девять Достопочтенных мастеров вряд ли смогут уйти отсюда как ни в чём не бывало!

Они будут уничтожены, все до одного!

Но после того как трое увидели Малыша Белыша, на них словно гора свалилась, огромная гора, не на плечи, а сразу на макушки. Практически одновременно у троих на душе стало так грустно и так тяжело…

Эта грёбаная девчонка! Ей захотелось пролить кровь невинных?

Но опыт Достопочтенных мастеров подсказывал им, как лучше вести себя в такой ситуации, они тут же натянули улыбки, сделали счастливые лица и оставили раздумья в прошлом!

Но они не знали, что в этом мире было ещё кое-что, точно такое же: Пагода Хунцзюнь! Кроме того, Пагода играла огромную роль и обладала громадной силой, которая была в десять раз более впечатляющей, чем сила Четырнадцатого Шао из Подземного Мира…

Поэтому, незаметно, они увеличили силу Четырнадцатого Шао до превосходящего положения!

Такое положение дел заставило дедушку Цзюнь после ухода Цзюнь Мосе и остальных, специально сосредоточиться на секретах тайных дел мастера!

Как минимум до этого момента он успешно справлялся с этим делом!

После этого, четверо, не произнеся ни слова, вошли в зал дома Цзюнь…

Управляющий дома Цзюнь Лао Пан уже ждал их в главном зале, вежливо поприветствовал и позволил им войти.

Затем, как полагается по этикету, налил гостям чай: вёл себя он очень гостеприимно. Согласно традициям, гостям не предлагался чай и место, чтобы присесть, но Лао Пан усадил всех троих.

Если вывести старого Цзюнь из себя один раз — это ничего, но многократное раздражение — это уже провокация.

Однако Цзюнь Чжань Тиан своего раздражения не показал.

– Управляющий Пан, главнокомандующий Цзюнь сейчас здесь? В этот раз цель нашего визита – навестить старого главнокомандующего, – спросил Ли Юран как бы невзначай. Вежливо улыбаясь, он присел, поднёс к губам чашку с чаем и тихонечко подул.

– Ха-ха, молодой господин Ли, господин Цзюнь оставил должность главнокомандующего войсками города Тянсян. Сейчас он живёт частной жизнью в своём доме. Не нужно называть его главнокомандующим, – Лао Пан выпрямился и сдержанно улыбнулся, а затем слегка наклонился. Одна рука у него была за спиной, а второй он держал чайник. И, придерживаясь всех аристократических манер, он наливал чай в кружки трёх мастеров.

Сегодня Лао Пан был одет официально, а его волосы были зачесаны назад и сияли, словно у французского джентльмена...

А также его улыбка – она была очень мягкой, в общем, он вёл себя в полной мере изящно и достойно…

Только если бы…

Только если бы не его зловещий шрам на лице, который портил весь его образ, так тщательно отработанный годами…

Всему этому он научился, подглядывая за тем, как обучают горничных в доме Цзюнь Мосе. А этих горничных обучали по системе, взятой из прошлой жизни Цзюнь Мосе, где у него был свой ресторан европейской кухни, и у официантов в нём были свои особые манеры. Узнав, что сегодня к нему с визитом заявится Ли Юран, Цзюнь Чжань Тиан хотел, чтобы всё было как можно торжественнее и официальнее…

Поэтому Лао Пан самолично решил быть на обслуживании, чтобы сделать всё более торжественно. Он даже не пожалел десяти яиц, он разбил их и намазал белком свои волосы, это был приём, которому всех научил Цзюнь Мосе.

Весь этот «изящный» набор движений, когда тело превосходно держится, и когда продумана каждая деталь – всё это радовало глаз. Но в исполнении необразованного и неуклюжего Лао Пана…

Это немного оскорбляло людей, которые создали эти аристократические манеры…

Лао Пан в этой роли чувствовал себя уверено, выражение его лица было сдержанным, однако этот ужасный шрам…

Он внушал неописуемый ужас!

Глава 744. Ответные меры Цзюнь Чжан Тиана!

– Хмц... Оказывается, старик Цзюнь ушёл в отставку, хорошее это дело, хе-хе… достойно похвалы: вовремя подметить положение дел в мире и своевременно отойти в сторонку, да-а, это как раз в духе настоящего героя, – Ли Юран мягко улыбнулся, аккуратно поставил чайную чашку на стол и непринужденно облокотился на спинку стула. – Как я и сказал, цель моего приезда – просто навестить старика. Не знал, что обо всем нужно докладывать управляющему Пану.

Сдержанность и воспитанность Ли Юрана вызывала восхищение. Даже находясь перед таким свирепым лицом, он мог спокойно и изящно улыбаться, - это действительно манеры высокообразованного человека с хорошей выдержкой!

Шрам на лице Пана искрился красным цветом, однако он лишь сдержанно улыбнулся и сказал:

– В таком случае, господин Ли, вам придётся немного подождать, – закончив говорить, он поспешно вышел из комнаты, виляя бедрами. Да, это именно то, чему Цзюнь Мосе обучил всех прислуг этого дома, и раз уж старина Пан овладел этим мастерством, то решил использовать его по полной ж… в общем, просто, по полной.

В тот момент, как нога старины Пана оказалась за дверью, один из Достопочтенных не выдержал и одной рукой превратил чайную чашку буквально в порошок. Казалось, что его вот-вот стошнит, но спустя какое-то время он угнетенно сказал:

– Ли Юран, кто, чёрт подери, этот управляющий, мужчина или женщина? И пусть в нём есть что-то женоподобное, но смотреть на это просто невозможно. А это виляние задницей, я… я просто… ааа!

Он покачал головой и вздохнул:

– Нечисть водится повсюду, с этим ничего не поделаешь...

Двое других Достопочтенных кивнули, по-видимому, у них были схожие чувства, но, тем не менее, их чайные чашки остались целыми.

Ли Юран и сам немного оторопел, но не подал никакого виду, его брови лишь слегка нахмурились:

– Это управляющий семьи Цзюнь, в прошлом – один из смелейших полководцев. Они прошли через многие поля сражений вместе со стариком Цзюнь! Если бы он только оставил этого хрыча, думаю, ему нашли бы отличное место в командовании при нынешнем императоре. Даже не знаю, почему всё стало настолько «ненормально»…

– А? Он ещё и генерал? – трое Достопочтенных были просто в шоке.

– Войска Тянсян, отправившись на фронт, что, сражались только с женщинами из публичного дома?

Ли Юран от таких слов поперхнулся чаем.

Из заднего зала стал доноситься звук чьих-то шагов, они были спокойные, но в то же время довольно мощные: человек явно никуда не торопился. Можно было сразу предположить, что характер у хозяина такого топота высокомерный и отчужденный.

Ли Юран и остальные мастера вдруг выпрямились, а их лица стали намного серьёзнее.

Только Цзюнь Чжан Тиан по-настоящему знает суть и основы жизни семьи Цзюнь! Просто понаблюдав за его выражением лица, можно узнать много неподдельных и интересных фактов! Некоторые вещи не обязательно видеть воочию, достаточно найти человека, связанного с ними, и его взгляд сам расскажет вам всю правду.

Появление Цзюнь Чжан Тиана станет переломным моментом в этой поездке!

Это будет что-то! Кажется, в жизни обоих не было ничего более неловкого!

Наконец, старик Цзюнь вошел в главный зал спокойным и мощным шагом, его мудрые глаза спокойно посмотрели на Ли Юрана, прозвучало лёгкое «о», а затем он медленно сел на свое «царское место».

– Так вот кто к нам пожаловал, хе-хе, как поживает твой дедушка? Слышал, в последнее время ты покинул Тянсян и нашёл себе учителя для освоения новых знаний! Не думал, что ты так быстро вернёшься, наверняка целая куча различных достижений? Твой дед, Ли Шан, наверняка нарадоваться не может твоему приезду?

Ли Юран слегка поклонился и сказал:

– Премного благодарен вам за вашу заботу! Только покинув свой дом, начинаешь понимать, как же там хорошо. В конце концов, я не выдержал и вернулся назад. Времени было так мало, так что, о каких достижениях тут можно говорить? Всё было зазря, я лишь вызвал у своего старика одни насмешки…

Цзюнь Чжан Тиан улыбнулся и сказал:

– Ну, ничего страшного, всё познаётся на личном опыте. К тому же, ты очень смышленый малый, ха-ха… – уши старика в этот момент, будто немного зашевелились, однако его лицо нисколько не изменилось. Всё ещё любезно улыбаясь, старик вдруг обратил свой взгляд на трёх Достопочтенных и удивлённо спросил:

– А эти трое…?

Ли Юран поспешно сказал:

– Это мои сопровождающие, хе-хе-хе… Дедушка Цзюнь, ну не надо так шутить. Юран с детства привык к роскошной жизни, так что без своей свиты я чувствую себя как без своих рук. Управляющий Пан такой гостеприимный, усадил нас, напоил чаем, а вот я как раз совсем забыл про этикет… ха-ха.

Трое Достопочтенных тут же встали позади Ли Юрана. Все они выглядели как обычные люди, даже их взгляды были какими-то затуманенными. На первый взгляд, все трое ничем не отличались от простых пешеходов с улицы.

Взгляд Цзюнь Чжан Тиана вмиг переменился, он многозначительно сказал:

– Юран, да ты счастливчик, раз у тебя уже имеется такая личная свита.

И хотя взгляд старика был неподвижен, его уши слегка продолжали подёргиваться. Как он мог почувствовать любое малюсенькое или даже хорошо скрытое движение трёх Достопочтенных мастеров?

Все трое тут же подумали об одном:

«Должно быть, есть кто-то ещё, доносящий обо всём Цзюнь Чжан Тиану на секретном языке. Скорее всего, он уже доложил ему о нашем положении и реальной силе. Иначе, почему бы он сразу обратил на нас такое внимание?»

Подумав об этом, они тут же начали свои поиски. Если и есть какой-то секретный канал связи, он определенно существует благодаря силе Суань! Тогда природная энергия, находящаяся рядом, будет сопровождаться соответствующими колебаниями...

Такое просто невозможно избежать!

Однако после тщательного изучения местности, все трое с удивлением обнаружили: рядом нет никаких колебаний, даже природная энергия и та полностью отсутствует! И хотя лица мастеров оставались невозмутимыми, их сердца были наполнены страхом. Любой звуковой канал связи обязательно сопровождается колебаниями ауры, а раз они не смогли ничего обнаружить, значит, этот человек действительно хорош и уже успел всё замаскировать. В таком случае – этот мастер превосходит их по силе во много-много раз!

Но почему бы ему просто не появиться и не сразиться с нами напрямую? Вместо этого он лишь прячется за кулисами!

Было бы не так страшно обнаружить эти колебания воздуха, чем не найти ничего вообще. Теперь они полагают, что сила другой стороны действительно непостижима, она далеко за их пределами!

Все трое даже и не думали о том, что сами могли просто налажать и ничего не обнаружить! Единственный мастер поблизости был сам старик Цзюнь. Он вот-вот поднялся до второго пика Суань духа – самый главный мастер семьи Цзюнь, а также её опора…

Старик засмеялся, его уши слегка пошевелились, а в глазах заплясали искорки, затем он встал и сказал:

– Раз уж вы приехали сюда, значит, вы – мои гости. Я теперь уже не верховный генерал, так что нечего церемониться, садитесь, пожалуйста, давайте поговорим что ли, как нормальные люди!

Старик повернулся к старшему Пану, который стоял рядом с ним и гаркнул на него:

– Как ты можешь позволять нашим гостям разговаривать стоя? Да какой из тебя управляющий! Иди прочь с глаз моих, твоя помощь тут больше не потребуется!

Старший Пан не стал оправдываться и несколько раз признал свою ошибку, затем поправил свои зачесанные назад волосы, выпрямил спину и летящей походкой вышел из гостиной. Его задница, тем временем, так и продолжала вилять в разные стороны, образуя затейливую форму восьмёрки в воздухе…

Лицо старика оставалось неподвижным, сохраняя спокойствие, однако в душе он готов был разорвать старину Пана за такое поведение. Если бы он не знал, что всё это вопрос жизни и смерти и вынужденные меры – то и сам лишился бы дара речи от такого большого конфуза!

Но теперь, единственное, что оставалось старику Цзюнь – сохранять спокойствие!

Спокойствие, только спокойствие и невероятная мудрость могут справиться с происходящим!

На каждом шагу уже поджидает смертельная опасность!

Старик, только увидев Ли Юрана и трёх Достопочтенных, сразу же всё понял!

Эх, Ли Юран, тебе не следовало приводить трёх мастеров в этот дом!

С виду они и правда ничем не отличаются от обычного человека, и сила Суань полностью отсутствует – даже и не скажешь, что всё это подделка!

Тем не менее, как человек, не имеющий никакого совершенствования Суань, разве может быть сопровождающим Ли Юрана?

Вы меня что, за идиота держите?! Ваш промах слишком очевиден!

Ли Юран слишком осторожен и осмотрителен, чтобы нанимать обычного человека в качестве своего сопровождающего. Разве у него хватило бы смелости вот так вот выйти из своего дома? Да ещё и направиться в семью Цзюнь!

Здесь явно что-то нечисто!

В этом мире мастера невысокого уровня не могут просто так утаить свою силу. Но что касается просветлённых, таких как Цзюнь Мосе, им это не составит особо труда. Если они хотят показать часть силы, то показывают её часть… либо же полностью скрывают её, ну или же не скрывают вовсе!

У старика уже имеется второй пик Суань духа, так что он вполне способен разглядеть мастеров ниже себя по статусу с одного лишь взгляда! Но эти трое, как ни посмотри, явно слишком «обычные люди», поэтому Цзюнь Чжан Тиан повысил свою бдительность!

Есть два варианта: либо же они действительно обычные люди, либо уровень их мастерства во много раз превышает его собственный, и они скрыли свою реальную мощь!

Старик, не раздумывая, тут же отбросил первый вариант в сторону! Ли Юран определенно не стал бы брать их с собой, не будь они мастерами!

И непонятно, простые они мастера, или же нет!

Пусть их движения и даже взгляд ничем не отличается от обычного человека, но они явно не обычные прислужники! Их лица вообще не выражают никаких эмоций! Такое ощущение, что они даже не умеют моргать, а про подхалимство и лесть перед хозяином вовсе не слышали! Будь они слугами старика, тут же вылетели вон с одного пинка под зад!

Ли Юран, который всегда был известен своей требовательностью, высокомерием и самодовольством, вдруг взял с собой таких растяп?!

Что за чепуха!

Поэтому старик сразу вспомнил слова своего внука:

- Всё иллюзорно, они могут намеренно скрывать свой истинный облик!

Так что старик сразу же принял соответствующую стратегию!

Глава 745.1. Правда или ложь! Кто кого?

Дедушка Цзюнь слегка улыбнулся и сказал:

– Наверное, три господина проделали очень долгий путь? Семья Цзюнь так невнимательна к гостям, простите меня за мою бестактность, прошу, пожалуйста, присаживайтесь!

Трое Достопочтенных мастеров посмотрели на Цзюнь Чжан Тиана, который внезапно рассмеялся, слабо улыбнулись и каждый спокойно занял свое место.

– В самом деле, выдающийся человек! – трое Достопочтенных понимали, что их сущность была тайком высмотрена выдающимся человеком, и в таком случае, уже не было необходимости и дальше скрывать свой истинный облик, и они тотчас же проявили все до конца присущие им, как мастерам, манеры и признаки.

Цзюнь Чжан Тиан поистине был достоин звания хитрой лисы, так как ему, не подавая вида, удалось сделать так, чтобы трое Достопочтенных сами раскрыли себя. Однако в том есть и заслуга самих Достопочтенных. На них слишком повлияла новость о том, что в семье Цзюнь скрывается потрясающий и выдающийся человек, и если бы они неизменно продолжили прикидываться, то волей–неволей выставили бы себя на посмешище. То, что они выдали себя с головой – совсем неудивительно. Лучше бы вообще наоборот не прикидывались и вели себя естественно, целее бы были…

Ли Юран уже хотел орать и топать ногами. Этих Достопочтенных мастеров так легко припугнуть? Они же всё-таки Достопочтенные мастера, как можно сказать пару слов, и они уже сдались и выдали всю свою подноготную, может Цзюнь Чжан Тиан просто всех проверял? Вот тебе раз, в один миг опростоволосились, а ещё говорили: «Мы пойдем на разведку и закинем удочку, бла-бла-бла», вот сами и попались на эту удочку…

Цзюнь Чжан Тиан тоже был совсем не удивлен, он вёл себя совершенно естественно и спокойно, он сам лично наполнил чаем чашки до краёв одного мастера за другим и, немного посмеиваясь, сказал:

– За мою долгую жизнь, мне, действительно, очень редко удавалось принимать у себя таких высокопоставленных гостей, но сегодня удача улыбнулась мне! Да ещё у меня целых трое гостей, это поистине радостное событие для меня, ха-ха! Кстати, этот чай растет в очень холодном месте, на вершине горы, среди облаков и тумана, его плоды собирают в холодную зимнюю пору, он непостижим и прекрасен как снежная буря. Суровые природные условия закаляют его дух, а солнце и луна даруют ему своё милостивое покровительство. Весной появляется триста нежных чайных листков, и только двадцать восемь из них можно сорвать, они многократно высушиваются на огне, и только потом получается чай.

Это легендарный чай – «Красавец снежной бури, чай девяти зимних девятидневок»! Говорят, что в год не доходит до восьми или двух. Даже при больших деньгах, его очень трудно достать! Господа, прошу, попробуйте, а потом скажите, так ли он хорош, как про него говорят? – Цзюнь Чжан Тиан рассмеялся, он говорил с такой радостью, будто встретил старых друзей, и любезно угощал их чаем, хвастаясь редким драгоценным сокровищем.

– О? Этот чай такой редкий и прославленный? – один из мастеров с удивлением и, нахмурившись, спросил, а потом поднял чашку, медленно пригубив чай. Напиток был горячим, словно кипяток, но как только он влился внутрь, все внутренние органы мастера словно обдало ледяным холодом, а потом вдруг теплом. Он почувствовал себя очень приятно, рот его был полон сильного, но, тем не менее, приятного и элегантного аромата чая.

– Хорош! В самом деле, очень хороший чай! – он не смог удержаться и отозвался восторженной похвалой. – Такой прекрасный чай, не зря про него говорят, что это чай высшего сорта! Глава семьи Цзюнь, вам и правда очень повезло!

Цзюнь Чжан Тиан, счастливо поглаживая свою бороду, сказал:

– Это мой дурной внучок приложил немало усилий и стараний, чтобы преподнести мне его в подарок. Обычно я бережно храню его в шкафу и даже сам себе не разрешаю его пить, но сегодня у меня такие высокие гости, что, если бы я попросил заварить обычный чай, это было бы очень бестактно с моей стороны.

Договорив до этого, он вдруг опомнился и сказал:

– Ха-ха, сам говорю про невежливость и сам же её нарушил уже до крайности! Прошло столько времени, а я всё ещё до сих пор не спросил ваших имен, господа!

– Ха-ха, и, правда, это не помешало бы! Мое имя – Чи Тяньфэн, второго брата зовут Са Цинлю, а третьего – Цуй Чанхэ!! – спокойно рассмеялся Чи Тяньфэн и медленно сказал: – Глава семьи Цзюнь, не знаете ли вы, будет ли у нас возможность встретиться с вашим непревзойдённым и выдающимся человеком?

«Раз уж нас уже давно раскусили, не лучше бы сразу перейти к делу и просить об аудиенции! Если увидим, что дела плохи, можно будет сразу приготовиться к бегству! К тому же, по чистой случайности, если к большому счастью этот человек окажется совсем не Четырнадцатым Шао из Подземного Мира, то благодаря сверхспособностям этого человека, будь то даже волшебные таблетки, которые переродили Священных животных, в итоге можно будет прийти к миру и согласию... Рассматривать это как помощь нам, и сила этого города тотчас же увеличится».

Все трое понимали, что этот вариант событий выглядел крайне неопределённым и размытым, но вероятность всё же была. Поэтому следовало перейти прямо к делу и просить встречи с ним! Эти трое убежали от мира очень и очень давно. И даже в людских слухах их имена не фигурировали.

Они сказали Цзюнь Чжан Тиану свои некогда блестящие имена, уверенные в том, что он никогда о них не слышал. Если он поведёт себя натурально, он наверняка не станет распыляться в фальшивых фразах типа: «давно хотел познакомиться с вами», «давно вами восхищаюсь» и другими.

– Господа, дорогие гости, нечего сказать, а вы умеете шутки шутить! Мы – совершенно незнатная семья, откуда у нас взяться какому-то непревзойдённому выдающемуся человеку? Господа, вы тоже, как скажете, даже я, Цзюнь Чжан Тиан, куда себя деть и не знаю, – искренне сказал Цзюнь Чжан Тиан, даже пристыженно качая головой, словно чувствуя себя крайне неловко, эти слова про «непревзойдённого выдающегося человека» просто ввели его в краски. В действительности он придерживался плана «отпираться до последнего».

Трое Достопочтенных мастеров мгновенно переглянулись между собой, это было совершенно не то, чего они ожидали.

– Неужели то, что мы прибыли втроём – недостаточно, чтобы получить аудиенцию с ним? – Чи Тяньфэн усмехнулся, тихонько постукивая пальцем по столу. Хотя в его голосе чувствовалось давление, говорил он мягко и спокойно.

Но, однако после его ласково сказанных слов Цзюнь Чжан Тиана посетило очень странное ощущение. Словно эти слова подлетели куда-то высоко-высоко в небо, а потом с оглушительным грохотом упали на землю. Слово за словом, иероглиф за иероглифом! Словно раскат грома посреди ясного неба! Но внешне не было никакого эффекта.

Глава 745.2. Правда или ложь! Кто кого?

Эти слова были сказаны очень неясно и туманно, как можно было отчетливо почувствовать это? Это было невозможно объяснить, но Цзюнь Чжан Тиан был полностью уверен в этом, он не мог ошибиться! Он почувствовал это, в самом деле почувствовал! Это никакая не галлюцинация или обман зрения, это реакция! Реакция чего-то нечто загадочного и таинственного!

Чи Тяньфэн, сказав эти слова, отчетливо проявил свою силу, это была самая настоящая провокация! Обнажив нагло и открыто свою силу в доме Цзюнь, он был уверен, что если этот учитель всё-таки существует, у него не останется шансов, чтобы не показать себя!

В самом деле, в тот момент, когда эти слова были произнесены, все трое одновременно заметили, что уши Цзюнь Чжан Тиана затряслись. Трое мастеров снова сосредоточили свою энергию и вместе попытались спровоцировать его, но по-прежнему ничего не почувствовали! Какой таинственный приём!

– Ха-ха, господа, вам не стоит попусту растрачивать свою силу, – рассмеялся Цзюнь Чжан Тиан. – Кажется, вот только что я услышал, как кто-то сказал «не вовремя», не знаю, слышали ли, вы, господа? – в голосе Цзюнь Чжан Тиана чувствовались нотки пренебрежения, которые, несомненно, все смогли заметить. Он смотрит на них свысока? Они не вовремя?

Чи Тяньфэн чувствовал свое учащенное дыхание, которое ему с трудом удалось подавлять, и он со смехом сказал:

– Верно, верно, в самом деле, мы сейчас совсем не вовремя, – было заметно, что Са Цинлю и Цуй Чанхэ очень разозлились.

«Не вовремя» – эта фраза, очевидно, показывала, что этот человек презирает трёх мастеров! Другими словами, у этих трёх мастеров недостаточно силы, чтобы позволить им встретиться с ним!

«Оказывается, в мире есть такие высокомерные и надменные люди! Мы пошли на провокацию, а он по-прежнему непоколебим и стоит как гора! Для трёх Достопочтенных мастеров такая ситуация до крайности неприятна и неудобна! В особенности, сама эта фраза: «Вы не вовремя!» Она, вне всякого сомнения, означает: у вас маловато квалификации! И не стоит того, чтобы я являлся пред вами… Доходчивым языком говорю, оставьте меня в покое!

Это ситуация действительно очень неловкая! Если бы это было в другом месте и с другим человеком, Достопочтенные мастера наверняка немедленно бы кинулись в бой, повергнув всё вокруг в полный хаос, сукин сын, ещё раздумываешь выходить или не выходить!»

Но сейчас они были в резиденции семьи Цзюнь, и, возможно, их соперником был не кто иной, как самый опасный злодей за всю историю! Четырнадцатый Шао из Подземного Мира!

Который имеет славу очень злопамятного и мстительного человека! Если и в самом деле разозлить его, то какими будут последствия, даже страшно себе представить! Когда-то, в далёком прошлом, пять главных семей: три Священные земли, Туманный Призрачный Дворец и лес Тянь Фа, объединившись, выступили против него. Они послали несколько десятков Достопочтенных мастеров во главе с тремя правителями. Им даже пришлось прибегнуть к хитрости, и они послали ему письменное уведомление о начале войны, после чего, столкнувшись в решающей битве, им удалось разгромить его. Получив серьёзные ранения, он скрылся бегством, а потом и оставил свой след в лесу Тянь Фа!

Потери и убытки этой битвы можно назвать поистине неслыханно огромными!

И самое стыдное было то, что, похоже, их победа оказалось всего лишь случайностью!

Потому что из-за своего высокомерия и чванства, Четырнадцатый Шао убил троих Шенванов вместе со всеми приобретенными достижениями и успехами Туманного Призрачного Дворца!

(Шенван, ШЕН как святой, мудрый, и такой же ШЕН используется в «трёх свяЩЕНных землях» похоже, это те, кто выше Достопочтенных, Достопочтенный мастер читается как ШЕНчжэ, а ВАН — это король, правитель, монарх)

Иначе бы это было совершенно невозможно!

Тогда высокомерия и чванства Четырнадцатого Шао было достаточно для такого ужасающего предела! Их решающая битва проходила очень далеко от людей, где-то в высоких горах! После этого впечатляющего сражения все горы в окрестностях сравнялись с землей, не говоря уже про другое! Даже находящиеся сравнительно далеко от места сражения высокие горы тоже стали ниже примерно в половину!

Несмотря на то, что Четырнадцатый Шао не продолжил сражение, а предпочёл бежать!

Он, тем не менее, даже при серьёзных ранениях, практически был на грани жизни и смерти, и когда его силам были причинены значительные убытки, он всё же смог прорвать плотное кольцо окружения! Факты свидетельствуют о том, что если Четырнадцатый Шао захочет сбежать, то никакая сила не сможет его остановить!

Пусть даже его раны настолько серьёзны, что даже двадцать Достопочтенных мастеров не смогли бы этого вынести и немедленно скончались бы! Но всё же, храбро и отважно, он смог вырваться из окружения, пройти путь в несколько десятков тысяч ли и скрыться в лесу Тянь Фа! Его сила просто фантастически необъятна!

Говорят, что в его груди было целых десять сквозных дыр! Но этот дьявол ещё был в состоянии сражаться! Был в состоянии идти! Был в состоянии сбежать! И ещё смог заставить окружавших его мастеров заплатить высокую цену за это!

Чи Тяньфэн знал, что он совсем не соперник такой силе! Раз уж сейчас он говорит, что мы недостойны, тогда и в самом деле значит недостойны! Хотя все трое мастеров чувствовали себя оскорбленными и испытывали гнев, но их противник был прав!

Поэтому Чи Тяньфэну только оставалось скрипеть зубами и сдерживать обиду! Если сейчас, несмотря ни на что, всё же атаковать семью Цзюнь, то можно вызвать дикую месть со стороны Четырнадцатого Шао… Не стоит и говорить о том, что будет если он сразится с ними тремя, да даже и если с одной из трёх Священных земель, он просто сотрёт их с лица земли, превратив в пепел! Зло хорошо запоминается в памяти людей!

– Дедушка Цзюнь, раз у того человека нет времени, чтобы принять нас, мы, разумеется, не станем настаивать, в этот раз оставим всё как есть, можно сделать одолжение, – Ли Юран моргнул и с улыбкой сказал. Хотя он не совсем понял, что здесь произошло, но, похоже, что эти трое Достопочтенных мастеров и без слов уже опростоволосились, попав в очень неблагоприятное положение.

Глава 746.1. Чудеса, нарушающие законы природы!

В этот момент Ли Юран непременно должен был сменить тему разговора. Если не сменить её, то им просто было бы не о чем говорить. А разве им нужно неловкое молчание?

– Какие у вас ещё могут быть ко мне дела? – Цзюнь Чжан Тиан не был так любезен и учтив с Ли Юраном, как с тремя Достопочтенными мастерами. С ним он говорил сухо и строго, при этом потирая руки, словно вспоминая тот чудесный день, когда отвесил Ли Юрану несколько пощёчин.

– Говорят, что её величество принцесса Лин Мэн на днях по неосторожности была ранена и почти была одной ногой в могиле. Теперь же залечивает раны в семье Цзюнь, я хотел бы навестить её, хе-хе. В конце концов, мы с самого детства вместе, мы – старые друзья. Принцесса Лин Мэн обладает очень высоким социальным статусом, всегда в почёте и уважении, не навестить её было бы неприемлемо. Что скажете, дедушка Цзюнь? – чрезвычайно вежливо и учтиво спросил Ли Юран.

– Эм, да в этих словах есть правда. Если молодой господин Ли желает навестить принцессу, я не могу запретить. Только вот, принцесса сейчас находится в бессознательном состоянии, когда будешь её навещать, не перепугай её! – немного подумав, ответил Цзюнь Чжан Тиан. Очень просто, без всяких увиливаний. Если бы он не разрешил им навестить принцессу Лин Мэн, разве это бы не означало, что в семье Цзюнь творится что-то неладное, и они не уверены в своих силах? Или они что-то скрывают? К тому же, там тоже всё надлежащим образом подготовлено.

– Тогда премного благодарен, дедушка Цзюнь, – с почтением поблагодарил Ли Юран. Цзюнь Чжан Тиан усмехнулся и крикнул Лао Пану, чтобы он проводил их.

Три мастера поднялись и Цзюнь Чжан Тиан начал с ними прощаться, говоря при этом с такой грустью, словно не хотел с ними расставаться. Однако эти трое мастеров чувствовали, как их сердца в груди уже вздулись и распухли, и они больше не хотели оставаться здесь ни на минуту.

Это фраза, «не вовремя» – действительно очень задела их самоуважение. Они же, всё-таки, Достопочтенные мастера! Проявлять к ним такое неуважение! Что за наглость?

Боюсь, что даже виляющий модельной походкой Лао Пан был намного расторопнее, чем этот старик Цзюнь! Потому что, Лао Пан, по крайней мере, ничего не знал об этом.

Пятеро человек отправились, следуя во внутренний двор резиденции Цзюнь. Лао Пан шёл медленно, изящно виляя задницей и показывая им дорогу. Трое Достопочтенных мастеров с трудом сдерживали себя, чтобы не психануть и не избавиться от этого противного, не отстающего ни на шаг от них Ли Юрана! Они были очень насторожены, но внешне прикидывались совершенно спокойными.

Внезапно все трое напряглись. Чем дальше они следовали вперёд, тем очевиднее была разница. Неожиданно они почувствовали ощущение теплоты. Даже такое смутное, едва различимое веяние весны било им прямо в ноздри! Тёплое, нежное.

Их состояние и настроение одним махом улучшились, но в душу закрались сомнения. Не может же быть такого, ведь так? Неужели они должны пойти туда, где обитает этот человек? Разве это не означает опаснейшее положение?! Твою ж мать! Чем дальше они шли, тем аромат становился свежее и насыщеннее, а лица мастеров становились всё серьёзнее!

Город Тяньсян был расположен на севере. Хоть уже приближалось второе число второго месяца, но на улице стоял сильный холод, и не было никакого намека на весеннюю оттепель! Но в доме Цзюнь был словно создан другой климат! Особенно, если двигаться внутрь дома. Чем дальше, тем ближе чувствовалась настоящая весна.

По обе стороны дороги росли тополя и ивы. Сначала они казались очень нежными и податливыми, но пройдя ещё несколько шагов вперёд, можно было заметить, что из их веток виднелись почки. Зелень пробивалась на свет, ещё пару мгновений, и, о боже, на ветках уже красовались маленькие нежные зелёные листики. Прямо по курсу стоял дворик Цзюнь Мосе. После его отъезда принцессу Лин Мэн разместили там.

Дойдя до дворика, они наконец-то остановились. Трое мастеров в самом деле не находили себе места и находились в раздумьях! Три Достопочтенных мастера, все вместе не решались войти! Это просто было уму непостижимо! Потому что все признаки указывали лишь на одно: Четырнадцатый Шао из Подземного Мира находится прямо в этом дворике!

У двух ив около входа вообще полностью распустились листья цвета яркой сочной зелени. Весь забор и стены этого дворика были усеяны бесчисленными рядами изумрудно-зелёных растений, которые протягивали свои нежно-зелёные щупальца прямо к небу, карабкаясь всё выше и выше! Это были розы! Внутри расплывался нежный и дурманящий аромат цветов! Трое мастеров втянули в себя прохладный воздух! Ох, владыка небесный! Весеннее тепло, пышное цветение нарциссов, и полная ограда роз!

Существование этой неописуемой красоты объяснить было не под силу ни одному из присутствующих! Лёгкий влажный ветер ласкает прекрасные ивы! Картина перед глазами вызывала такие поэтические чувства, но в то же время она заставляла трёх мастеров чувствовать сильный холод в своем сердце! Холод! Вздымающийся к небу и потрясающий всё подряд! Да, это была потрясающая техника, настоящее чудо, нарушающее законы природы! Неслыханное и невиданное ранее!

По обеим сторонам было ещё два дворика, и, хотя в других двух тоже всё было объято зелёными листьями, они не выглядели такими особенными и прекрасными, как этот! Было очевидно, что срединный дворик влиял на всё остальное! В эту самую минуту!

Трое Достопочтенных мастеров оказались перед сложным выбором! Все трое понимали, что внутри этого благоухающего прекрасного садика скрывается ненасытная прорва, настоящее зло во плоти! Стоит только войти, и твоя жизнь уже не будет тебе принадлежать!

А ты окажешься просто мишенью, из которой будет вить веревки сам Четырнадцатый Шао из Подземного Мира! Войти или нет? Трое мастеров одновременно про себя упрекали и злились на Ли Юрана, который привёл их сюда. Вот-вот, ещё совсем недавно они просто могли покинуть этот дом, и шли бы себе спокойно дальше. Ничего бы с ними не случилось, максимум были бы опозорены, подумаешь, большое дело. Но нет же, захотелось этому придурку пойти проведать эту больную принцессу. Вот тебе, пожалуйста, получите и распишитесь – собственными руками угодили в ловушку. Кажется, они сегодня просто преподнесли свои жизни в блюдечке с золотой каёмочкой этому мелкому простофиле. Трое мастеров серьёзно приуныли. Словами не описать, что они чувствовали!

Глава 746.2. Чудеса, нарушающие законы природы!

Идущий виляющей походкой Лао Пан и следующий за ним по пятам Ли Юран, увидев, что трое Достопочтенных мастеров находятся в нерешительности и не могут осмелиться, чтобы войти внутрь, просто опешили. И тот и другой посмотрели на них, пытаясь понять, что, в конце концов, с ними было не так?

Лао Пан в самом деле не мог понять. Он смог лишь почувствовать, что эти трое обладают очень большими силами, но не смог определить конкретно, какой у них был уровень. Но, по сравнению со всем, что он видел, их уровень был намного выше. По крайней мере, даже выше, чем у госпожи Мэй. Поэтому он вёл себя очень внимательно и осторожно.

Ли Юран немного смутился. Раз уж дедушка Цзюнь позволил им войти и навестить принцессу, пусть даже в этом месте и сидит потрясающий и выдающийся человек, он вряд ли будет ни с того ни с сего налетать на них. Нашлись, блин, Достопочтенные мастера. Почему же они такие трусливые и в житейской мудрости совершенно не разбираются?

Трое мастеров ничего не могли поделать в такой ситуации. Они были абсолютно беспомощны.

«Ну, хватит об этом, так или иначе, но мы, всё же, уже здесь. Что же будет, если мы не войдём, какая слава на континенте Суань ждёт нас троих после этого? Уж лучше быть убитым, чем до смерти испугаться кого-то, не так ли?»

Подумав так, все трое мастеров всё-таки набрались смелости и вошли внутрь. Один шаг осторожнее другого, с торжественно-печальным выражением на лицах. На самом деле, это вовсе не означало, что мастера совсем не разбирались по части людей и жизненных обстоятельств. Всему виной была блестящая слава Четырнадцатого Шао из Подземного Мира. К тому же, он такой свирепый и не станет слушать. Если ему не приглянешься, то всё, пиши пропало!

– Уважаемые, разве в этом месте есть что-то неподобающее? – осторожно спросил Ли Юран, пытаясь прочесть по их лицам в чём дело. Ему это место отнюдь не казалось каким-то странным или скрывающим в себе что-то. Это было как раз жилище Цзюнь Мосе.

«Молодой господин бывал здесь и не один раз! Неужто мой уровень силы настолько низок, что я даже не могу определить опасность?»

«Неподобающе? Даже слишком неподобающе! Ты невежественный сопляк, как можно не чувствовать этого?!» – трое мастеров с невозмутимыми лицами фыркнули. Такому недалёкому не объяснишь, и продолжили идти дальше. Ли Юран почувствовал эту неловкость, потёр нос и тоже пошёл вперёд.

– Этот двор поистине необыкновенен! – войдя во двор, Ли Юран необдуманно восхитился. Весь сад цвёл и пах, пышные листья и прекрасное разноцветье цветов очень гармонично смотрелись вместе!

Будь то зимние химонанты или осенние жёлтые хризантемы, весенние хризантемы или летние лотосы – все они изящно и грациозно тянулись прямо к облакам! Эту картину можно было бы лицезреть летом, весной или осенью, но не здесь и не сейчас! Когда на дворе стояли зимние морозы! Это картина просто была уму непостижима! Однако Ли Юран своим возгласом «необыкновенен», снова смог не на шутку вывести из себя трёх мастеров, а ведь они только успокоились!

«Этот сад необыкновенен? Подожди, малец, когда тут будут валяться останки наших тел, а мозги будут свисать отовсюду. Вот тогда то, ты, сукин сын, узнаешь какой этот сад необыкновенный!

Это – мрачное и страшное место, как у тебя, болван, хватает ума ходить тут и восхищаться направо и налево? Опасность так близка, а ты, бестолковый сопляк, ни черта не понимаешь?!»

Как раз в этот момент раздался странный звук:

– Кто вы такие? И зачем пожаловали?

Найдя, откуда доносился голос, они увидели перед собой двух детей, которые смотрели на них глазами, полными адского холода, пронизывающего насквозь. Эти два ребёнка были Шоу Даоси Цзуй Цзянь. У одного не было левой руки, у второго – правой! Оказывается, они были инвалидами, да ещё и инвалидами с крайне заурядными и обычными природными данными! Однако, несмотря на свой возраст и внешность, с первой же минуты они заставили всех увидевших их, почувствовать исходящую от них ледяную злобу!

В самом деле, в странном месте могут жить только странные и ненормальные люди! Бесцеремонно выбежавшие им навстречу два ребёнка-инвалида были прирождёнными хладнокровными убийцами! Глядя в их глаза, полные злодейства и жестокости, было очевидно, что для них человеческая жизнь не больше, чем игрушка! Сколько же нужно было убить людей? Даже боевой полководец с многолетним опытом сражений, повидавший горы трупов и море крови, вряд ли обладает такой ледяной злобой.

«Мы, трое стариков, прожившие в этом мире не одну сотню лет и повидавшие многое, и то вряд ли сможем сравниться с этими двумя малышами!»

Увидев кинжалы в руках этих двух детей, три Достопочтенных мастера снова вздрогнули. Лезвие клинка было узким, длинным и острым, в нём виднелся кроваво-красный блеск. Было очевидно, что на такое способен был только повидавший много крови клинок. Только насытившемуся человеческой кровью клинку под силу сиять таким блеском!

На нём не было кисти на конце эфеса, и к тому же, должно быть, не было ножен! На нём было только два глубоких, проходящих насквозь, кровостока! Это как раз и говорило о том, что эти кинжалы служили орудием убийства! К тому же, они всегда и в любое время были готовы броситься в бой!

Была ещё одна деталь, которая повергла трёх мастеров в шок. Помимо того, что дети были инвалидами, да ещё и выглядели так просто и безобидно, которые вряд ли могли добиться какого-то существенного успеха, на удивление, можно было заметить, что эти два чертёнка обладали превосходным уровнем совершенствования. Тем самым совершенствованием, который был не с самого раннего детства заложен в них упорными тренировками, а которым им удалось овладеть за очень короткий срок! Этот факт как раз заставил раскрыть рты от удивления всех присутствующих!

Бывает, что такие способности даруются от рождения или достигаются путем многолетних тренировок, начиная с самого детства. Но такое можно было очень редко встретить. Как же эти два ребёнка-инвалида могут обладать такой силой? Вот в чём вопрос?!

Глава 747. Удар!

А ответ не заставил себя ждать, тут и думать нечего! Это был определённо какой-то хитроумный план человека, прячущегося в резиденции семьи Цзюнь. И, похоже, что это не Священный зверь и даже не обычный одарённый человек, здесь творится что-то из разряда сверхъестественного!

Со временем, эти двое ребятишек однозначно превратятся в жестоких убийц, которые будут держать в страхе весь мир! Все трое Достопочтенных с уверенностью могли сказать – у таких как они, и рука не дрогнет, только скажи им перебить население всего земного шара! Прирождённые убийцы! А какое хладнокровие!

Откуда вообще взялись такие черти? Три Достопочтенных мастера будто примёрзли к полу от шока! Почему здесь так много странностей? Даже не увидев толком человека, чувствуешь себя избитым.

– Хм, братишки, мы пришли навестить дочь Императора, – Ли Юран натянул на лицо самую что ни на есть дружелюбную улыбку и поприветствовал ребятишек.

Ли Юран не обладал проницательностью или знаниями трёх Достопочтенных мастеров. И хотя он понимал, что эти два ребёнка вызывают у людей чувство дискомфорта, решил просто не придавать этому особого значения. Если бы ребятишки не являлись членами семьи Цзюнь, Ли Юран даже не стал иметь бы с ними дело!

Ли Юран поначалу ждал, когда старина Пан представит его, но оглянувшись, он понял, что этот малый уже успел увильнуть отсюда своей «летящей походкой». Немного посетовав на него в уме, Ли Юран решил сделать всё лично. Ну и выхода у него особо не было.

– Проведать принцессу Лин Мэн? А кто ты такой? И почему так омерзительно улыбаешься? Больной что ли? – голос ребёнка слева был необычайно странным, а глаза были устремлены на Ли Юрана, словно два острых меча! Невероятный взгляд, вселяющий страх!

Трое Достопочтенных заметили ещё одну странную вещь. Эти дети разговаривали, не используя рта! Звуки продолжали доноситься до них, но откуда?

Эту деталь все трое тоже успели разглядеть: живот! А всё из-за содрогания брюшной полости – именно оттуда выходили определенные звуки.

«Ёб твою мать, что это ещё за пиздец! Будто внутри сам сатана разбил курорт!»

Все тут же выпали в осадок: как это вообще возможно? Такое просто так не объяснишь! Неужели эти дети не просто искалеченные, а ещё и немые? В противном случае, почему они не используют свои рты!?

– О, меня зовут Ли Юран, хе-хе. Ребятки, дайте же нам пройти, мы все – очень хорошие люди, – Ли Юран вытащил из кармана два слитка золота и протянул их вперёд. Его улыбка стала дружелюбнее и мягче.

– А, так это ты, тот самый Ли Юран-пиздюк! – ребёнок с презрением посмотрел на золото в его руке, а затем, закатив глаза, продолжил говорить тем же причудливым способом: – Мы наслышаны о тебе, демон во плоти, ведь нет такого зла, на которое бы ты не пошёл! Обманываешь всех вокруг, издеваешься над женщинами, ты ведь – фальшивка! Твоя улыбка таит в себе лишь злые мотивы. Так почему ты всё ещё улыбаешься мне? Что задумал?

Ли Юран горько ухмыльнулся. Когда же это его репутация приняла такой оборот? «Зло во плоти? Готов пойти на всё? Похоже, что эти дети говорят словами своего молодого хозяина – Цзюнь Мосе. Почему они вдруг преградили мне путь? Даже если я и делал что-то плохое, то втихаря, об этом не знает ни одна живая душа!»

– Тянь Цань, что ты несёшь? Если хотят навестить сестру Лин Мэн, пусть заходят. Эй, мы уходим, но следим за вами, – паренёк справа вдруг тоже заговорил. Звук его голоса был таким же причудливым. После этих слов он снова обратился к брату: – Думаешь, в этом мире есть кто-то, способный встать у нас на пути?

И этот ребёнок был действительно уверен в своих словах. Кто осмелится пойти против них?

– Мальчишки, что не так с вашими ртами? – нервно посмеиваясь, спросил Чи Тяньфэн. – Или просто весело болтать с помощью животов?

Оба ребёнка одновременно бросили презрительные взгляды, будто смотрели на умственно отсталых людей, а затем ответили:

– Конечно, б*ядь, весело! Если бы мы могли, давно бы уже нормально с вами поговорили. Вроде взрослые люди, чего ведёте себя, как конченые идиоты? Что за дебильные вопросы?

Вслед за этим, они на мгновение раскрыли свои рты. К их презрению добавилось некое безразличие.

Трое Достопочтенных одновременно улыбнулись. Они увидели всё своими глазами. Языки этих малышей были отрезаны. Неудивительно, откуда столько злости! Было действительно невежливо задавать такой глупый вопрос!

– Ваш мастер очень жестокий, раз отрезал вам ваши языки! – Са Цинлю устремил свой взгляд в сторону ребятишек.

– Не смей так говорить о нашем господине! – оба вдруг подняли свои бешеные глаза. Казалось, что две ядовитые змеи вот-вот набросятся на тебя! – Какая тебе разница, кто сделал это с нашими языками? Разве вы не пришли просто навестить принцессу? Если не собираетесь входить, то проваливайте отсюда!

Ли Юран и Достопочтенные лишь кивнули. С характером этих мальчишек и правда ничего не поделаешь. Четверо вошли в комнату, Тянь Цань двигался следом, наблюдая за гостями, как за разбойниками.

Лин Мэн находилась в комнате Цзюнь Мосе, она была по-прежнему без сознания! Кроме неё внутри комнаты находилось несколько прислуг.

В глазах Ли Юрана промелькнула печаль, и он медленно подошёл. Ему хотелось взглянуть на неё поближе.

В этот момент маленькая фигура ребёнка появилась прямо перед ним, а взгляд говорил лишь об одном:

- Смотри отсюда! Не смей приближаться ближе! Иначе я прикончу тебя! Не смей потом говорить, что я тебя не предупреждал!

Острый меч вдруг вспыхнул, а Ли Юран почувствовал, как по его спине пробежали мурашки!

Как будто перед ним был не ребёнок десяти лет, а ядовитая гадюка! И она уже выбрала себе жертву!

Ли Юран медленно отступил на пару шагов, пытаясь сделать свою улыбку ещё дружелюбнее:

– Я лишь хотел узнать, можно ли спасти сестрёнку Лин Мэн!

– Нет нужды притворяться хорошим! Сестра Лин Мэн при жизни была женщиной нашего господина и после смерти останется ею! Как это тебя вообще касается? К чему всё это позёрство? –Тянь Цань пристально смотрел на него. Ему так хотелось сделать чёртову дыру на этом смазливом личике! И пусть голос его был странный, однако тон был полон решимости и хладнокровия!

В это время один из достопочтенных, Цуй Чанхэ, покачал головой и посмотрел на Ли Юрана. Тот неторопливо согласился и развел руками:

– Раз на то пошло, то я, пожалуй, откланяюсь и нанесу визит в другое время!

– В этом нет необходимости! Вообще не смей здесь больше появляться, иначе тебе придётся иметь дело с моим мечом! – эти слова были сказаны с ещё большим безразличием. Ли Юран и трое Достопочтенных вышли, однако услышали, как внутри Тянь Цань и Ди Чуэ продолжили свой разговор между собой: – Что это ещё за «пришёл навестить больную»? Очевидно же, что тут не всё так просто.

– Точно, даже не додумался принести хоть какое-нибудь подношение для больной! Как же невежливо, заставляет испытывать сплошное отвращение! Играть бы хотя бы научился, а то даже не стесняется нести всякую чепуху. А ещё называет себя первым талантом Тянсян, по-моему, он просто бесполезный овощ, бр-р-р!

– Именно, он не слишком предусмотрительный. Неудивительно, что господин так часто говорил, что этот парень только лишь кажется умным, а по факту – ещё тот идиот. У нас с тобой нет конечностей, у него же отсутствуют мозги. Кажется, он ещё больший инвалид, чем мы.

– Что ты несешь вообще, чем этот малый может вообще с нами сравниться, кроме как своими четырьмя конечностями погреметь?!

– Да, я действительно был неправ, он нам вообще не ровня!

Ли Юран чуть ли не начал плеваться ядом от злости. С такими деньгами, как у него, он мог поставить на колени любого! Или любую! Неважно! А тут, неожиданно, он наткнулся на такое презрение от каких-то детей в доме семьи Цзюнь да ещё и на такое откровенное и бесцеремонное!

В этот момент раздался привлекательный женский голос:

– Ли Юран, ты, мелкий развратник, чего вдруг вышел оттуда? Выкладывай, что там у тебя за нехорошие намерения? – оказывается, это была Дугу Сяо И, которая приметила нечто интересное для себя. Её сверкающие глаза злобно смотрели на Юрана, словно перед ней и правда стоял похотливый парень в самом расцвете полового созревания!

– Юран прибыл навестить принцессу Лин Мэн, что в этом такого? – сегодняшний день для Юрана явно не задался. От своего визита он не получил никакой пользы, даже принцессу и то не смог увидеть, так что на душе у него стало немного паршиво. Ещё этот больной взгляд Дугу Сяо И.

«Да в каком месте я стал развратником?»

С таким он ещё доселе не сталкивался.

Хотя Ли Юран – человек безжалостный и бесчеловечный и может пожертвовать жизнью любого человека в необходимый момент, даже жизнью самой принцессы, если понадобится однако нельзя было отрицать, что Лин Мэн всегда была его самой любимой женщиной!

Увидев любимую в бессознательном состоянии, он сильно опечалился, особенно от этих слов: «Сестра Лин Мэн – при жизни была женщиной нашего господина и после смерти останется ею! Как это тебя вообще касается?»

Эти слова сильно ударили по Ли Юрану! Прямо в самое сердце! Заставив такого влиятельного человека как он, плеваться гнева и возмущения!

Какой мужчина останется безразличным к словам о том, что его любимая женщина принадлежит другому? Если он тотчас не обнажит свой меч и не вступит в смертельный бой, то можно сказать, что такой человек обладает невероятной сдержанностью. Но своими словами Дугу Сяо И, всё же, смогла разжечь пламя ненависти в сердце Ли Юрана!

– Навещал Лин Мэн? Ты всё ещё смеешь являться к ней? Ли Юран, чёрт побери, перестань прикидываться гуманным и справедливым человеком! Думаешь, что никто не знает о твоих деяниях? – Дугу Сяо И прекрасно знала о ситуации с Лин Мэн. Более того, Цзюнь Мосе ей сам всё подробно рассказал, заставив возненавидеть Ли Юрана до глубины души!

В этот момент, увидев его, да ещё и такого дерзкого, Дугу Сяо И вышла из себя, а затем вдруг закричала от злости. Всё было по провокационному плану старика. Женская агрессия не заставила себя долго ждать!

План Цзюнь Чжан Тиана сменял свои звенья. Старик был очень уверен в себе, даже если бы сам пророк вдруг пришёл сюда, он всё равно не смог бы ничего изменить!

Когда Дугу Сяо И выскочила вперёд, старик находился в библиотеке, увлечённо перечитывая трактаты о военном искусстве.

«Ли Юран? Хотя ты и умён, но ты всё ещё очень молод. Не стоит использовать передо мной свои трюки. Даже твой дедушка, Ли Шан – для меня слишком неопытный соперник, тогда что уж говорить о тебе?»

Глава 748. Нужно всё хорошенько обдумать!

– Вне зависимости от того, что я делал, Лин Мэн всегда была единственной девушкой, которую я ценил и к которой хорошо относился! – Ли Юран с невозмутимым лицом сказал и неожиданно отступил на полшага назад.

– У тебя ещё смелости хватает что-то говорить? Ах ты, подлый бесстыжий лицемер! Я убью тебя! – Дугу Сяо И в диком бешенстве закричала. Внезапно её тело напряглось, и она одним махом подлетела в воздух!

Её очаровательный утончённый силуэт проделал прекрасную кривую линию в воздухе. Внезапно из рукавов её платья показался блеск ножа! Нож, сверкающий как небесная лазурь и туманный, как девичьи грезы, красивый, но опасный и грозный! Первый в Тянсян кинжал в руках девушки! Искусство «красные рукава» (хунсю, что в переводе означает девушка, красавица)! Первый выход «красных рукавов»! Это искусство превосходит сразу два мировых искусства боевых искусств!

Такой прекрасный и впечатляющий нож появился прямо перед тремя Достопочтенными и так их впечатлил, что они даже изменились в лице! Это искусство владения ножом было таким прекрасным и лёгким. Но в то же время, таким мощным и таинственным, что, даже учитывая широкий кругозор этих мастеров, за свою жизнь они впервые наблюдали подобную технику!

Ли Юран совершенно не мог подумать, что эта дикая девчонка сможет в самом деле нанести удар своим ножом. Можно сказать, в эту минуту он находился в весьма затруднительном положении! Он резко поднял голову, и с его головы упало несколько волосков на землю!

Дугу Сяо И выбрала подходящий момент, и во второй раз выпустила удар «аромат красных рукавов», а потом и третий – «сон красных рукавов». Вслед за ним – «выход из облаков красных рукавов», «танец ветра красных рукавов». Непрекращающиеся удары, один за другим, сплошным потоком!

Три Достопочтенных мастера были поражены и находились в замешательстве. Один за другим – они беспрерывно восторгались. Кто бы мог подумать, что дугу Сяо И со своей крошечной Суань способна так мастерски управляться с ножами. Трём мастерам хотелось смотреть и смотреть на неё. Они просто не могли оторвать глаз, глядя на неё, они чувствовали, как она точна и искусна в каждом ударе. Без единого изъяна, было очевидно, что это таинственное искусство выходило за рамки их кругозора.

Ли Юран же, тем не менее, находился в крайне затруднительном положении, и издавал звуки бесконечного жалобного нытья и негодования! Его изначальный уровень Суань довольно намного превосходил уровень, которым владела Дугу Сяо И. Но во время транспортировки духовной Ци Дугу Сяо И глотала волшебные таблетки, словно это были монпансье, и поэтому довольно быстро продвинулась. Она нисколько по силам не уступала Ли Юрану, и с этой техникой владения ножом, пусть и без отсутствия опыта, она управлялась очень умело!

Все знания, которых добилась эта девчонка, всё до единого она смогла применить сегодня. В один миг, испытав подъем мощного воодушевления. Всю жизнь она обижала окружающих и помыкала людьми, но такого удовольствия, как сегодня, она не получала никогда! А сейчас этим человеком был тот, кого она так терпеть не могла! Раньше она хотела обидеть его, но была не в состоянии ударить. Сейчас же, это чувство было просто прекрасным!

Новый замах ножа, и вдруг раздался крик. Ли Юран неуверенной походкой попятился назад, его ноги ослабли, достойная осанка исчезла, и он рухнул задницей прямо на землю!

– «Красные рукава – жестокий сон!» – закричала Дугу Сяо И, и нож сверкнул, словно вспышка молнии, и яростно полетел прямиком в голову Ли Юрана! Ли Юран лишь почувствовал, как нож прикасается к его голове, всё его тело мгновенно стало липким от холодного пота. Сердце замерло:

«Неужели сегодня я, Ли Юран, умру здесь?»

Внезапно сверкнуло тело Чи Тяньфэна, как раз в тот момент, когда от ножа до головы Ли Юрана оставалось несколько дюймов. Он поймал красные рукава двумя пальцами, приложив немного силы для этого. Опустил голову и со вздохом сказал:

– Поистине прекрасный нож и прекрасная техника!

И тотчас же, осторожно бросил нож Дугу Сяо И, при этом добавив:

– Девушка, нужно прощать людей по возможности, не стоит сжигать мосты! – после этого, он одной рукой приподнял Ли Юрана и сказал:

– Мы уходим!

Ли Юран ещё не оправился от испуга. В эту минуту они выходили из главных ворот резиденции Цзюнь, постепенно приходя в себя. Он заметил, что Достопочтенные мастера ведут себя как-то ненормально. Когда они покидали ворота, Цуй Чанхэ внезапно со всей силы пнул кирпич, валявшийся под ногами! Глядя на одежду мастеров, он увидел, что на спине их одеяния были влажными, хотя на улице стояла зима! В чём это дело?

– Пронесло! – Чи Тяньфэн вздохнул с облегчением. Этот мастер больше не мог сдерживать себя и вытер рукой холодный пот со своего лба.

– Пронесло? – Ли Юран с удивлением задал вопрос. А где была опасность? Почему же я ничего не почувствовал? Неужели это из-за того, что я чуть не погиб? Да нет же, не может быть, учитывая силу трёх Достопочтенных, эта девчонка бы не смогла принести нам большой вред!

– В самом деле, пронесло! – Са Цинлю тоже вздохнул и с глубокой ненавистью посмотрел на Ли Юрана, а потом раздраженно сказал:

– Ты чуть нас в могилу не свёл, придурок! Бестолковая твоя голова, ничего ты не знаешь!

– А? – Ли Юран в самом деле был в шоке и ничего не мог понять.

– Ели я не ошибаюсь, загадочный учитель Цзюнь Мосе живёт как раз в том месте, куда мы и ходили!

Цуй Чанхэ, массируя виски, со вздохом сказал:

– Это превосходит все наши ожидания! Разве ты, мелочь эдакая, не заметил в этом дворике ничего непостижимого, чего ты никогда не видел? И о чём ты никогда не слышал? Будь то вещь, или человек?

– Действительно, сурово! – Чи Тяньфэн поднял голову к небу, долго-долго куда-то смотрел, а потом тяжело вздохнул. Они до сих пор не могли успокоиться и прийти в себя.

Но Ли Юран до сих пор не понимал, о чём говорят эти мастера. Ну и пусть, что природа в этом саду немного не соответствовала времени года, что в этом такого пугающего?

– Это только первая странность! Такая аномалия в глазах человека – всего лишь красивый вид, но для нас это то, что явственно нарушает законы природы! Такое странное явление подобно раскату грома среди ясного неба! – поднял палец вверх Чи Тяньфэн, сказав это серьёзным голосом с видом учёного.

– Утрата голоса, они говорят с помощью живота – эта вторая странность! – продолжил Са Цинлю: – Это тоже что-то невообразимое. На материке Суань на протяжении стольких лет никогда не происходило таких странных событий. Это поистине удивительное мастерство!

– Третья странность – та девушка, принцесса Лин Мэн, – вздохнул Цуй Чанхэ. – Она не то что не может проснуться, а кто-то специально не даёт ей это сделать! Человек, который держит под контролем её тело, обладает очень искусным и тонким мастерством, погрузив её в глубокий сон. Он контролирует все её внутренние органы, я сам неплохо разбираюсь в разных методах врачевания, но столкнувшись с таким, я становлюсь абсолютно бессильным! Потому что, если нарушить транспортировку Суань, тело этой девушки может подвергнуться очень тяжёлым повреждениям, от которых нельзя уже будет излечиться и восстановиться!

Ещё та искусная техника владения ножом той дикой девчонки. Я никогда в жизни не видел ничего подобного! Если бы эта девчонка обладала не таким низким уровнем Суань, а скажем, была Почтенным мастером первого ранга, тогда, боюсь, даже мы вряд ли бы смогли так спокойно спастись!

И ещё этот детеныш дикого зверя с пиком восьмого уровня Суань! Это ещё более странно, но, тем не менее, это всё мы видели собственными глазами! – закончив говорить о странностях, мастера переглянулись, на их лицах были странные выражения. Ли Юран по-настоящему был изумлен! Он просто дрожал от страха!

Он ни за что бы не подумал, что в месте, в котором он бывал много раз, скрывается столько тайн и причуд! Следует учитывать, что Ли Юран был совсем не глуп, отличался выдающимся остроумием. Ко всем делам подходил очень ответственно и был проницателен. Мог запросто разработать хитроумный план, был изворотлив и неплохо разбирался в людях! Но его единственным слабым местом было то, что его уровень Суань был сравнительно невысок! Это серьёзно ограничивало его кругозор! Все эти странности с лёгкостью могли обнаружить Достопочтенные мастера, но он же не заметил ничего!

Однако, хотя и мастера заметили столько всего, этим они только больше напугали себя. Ли Юран же, оставаясь в блаженном неведении, был намного спокойнее их, разве это нельзя назвать своего рода везением – невежество и ограниченность сулит счастье и спокойствие?!

– Идём. Относительно вопроса семьи Цзюнь стоит всё тщательно пересмотреть и переоценить. После возращения, нужно немедленно связаться с остальными шестью Достопочтенными и договориться о встрече. Нам стоит внимательно всё обсудить и подумать над дальнейшими действиями и нашей стратегией в целом, всё выглядит намного серьёзнее, чем мы предполагали ранее.

Чи Тяньфэн повернул голову, взглянул на густую одухотворенную ци, окружающую дом Цзюнь, тяжело вздохнул и обессиленно сказал:

– Изначально я предполагал, что ситуация будет опасной, но я и подумать не мог, что всё будет настолько плохо! Сейчас я с уверенностью могу сказать, что находящийся в доме Цзюнь непревзойдённый выдающийся человек — это, несомненно, был он!

Са Цинлю слегка задрожал, и они с Цуй Чанхэ одновременно произнесли:

– Четырнадцатый Шао из Подземного Мира!

– Этот Четырнадцатый Шао очень силен? – спросил в недоумении Ли Юран. – Неужели по сравнению с несколькими Достопочтенными нужны ещё… – договорив до этого места, он побоялся продолжить, так как его слова могли задеть самоуважение мастеров. – …Достопочтенные?

Чи Тяньфэн холодно усмехнулся:

– Да что Достопочтенные мастера значат для Четырнадцатого Шао?

– В Великом Золотом городе есть два Достопочтенных мастера-инвалида. У одного в груди большая дыра, у другого голова свёрнута на одну сторону. И, хотя, опираясь на Суань и упорную волю к жизни, им с большим трудом удаётся поддерживать своё существование. Даже спустя несколько сотен лет, они всё ещё не могут полностью восстановиться и вернуться к своему первоначальному состоянию! – Цуй Чанхэ горестно вздохнул. Затем строго сказал:

– Следует знать, что, достигнув уровня Достопочтенного мастера, ты не можешь сразу же умереть, когда тело и душа разрушены. Ты можешь заставить свой организм заново переродиться. Восстановить тело и конечности. Те мастера, которым нанёс ранения Четырнадцатый Шао, не могут полностью восстановиться.

– Четырнадцатый Шао из Подземного Мира, – произнеся это имя, Ли Юран почувствовал, как его трясёт. Кто мог подумать, что в мире существует такой могущественный и страшный злодей!

Четверо молча продолжили путь. Чи Тяньфэн распорядился:

– Сегодня вечером все Достопочтенные мастера обязательно должны собраться вместе! Если не прийти к договоренности в этом вопросе и приступить к сражению, весь Тянсян превратится в руины! Нужно всё обдумать и обговорить. Нас всего – девять мастеров, если мы кинемся в бой, будут ли у нас шансы на успех? На каждом шагу можно подвергнуться опасности! Во что бы то ни стало, не нужно предпринимать отчаянные шаги!

С другой стороны, среди снежных гор, сердце Цзюнь Мосе было объято огнем! Сейчас он наблюдал за тем, как восстанавливают Серебряный город, разбирая руины по кускам. Хан Фэн Сюэ, тем не менее, куда-то пропал!

В Цзюнь Мосе крепко вцепилась Сюэ Шуанцин, забрасывая его вопросами, согревая теплом и заботой. То и гляди, скоро совсем превратится в его вторую матушку. Цзюнь Мосе был немного взволнован таким обращением. Молодой мастер Цзюнь сейчас был Почтенным второго ранга. С давних пор холод и жара совершенно не влияли на него.

«Женщина, разве я могу простудиться?»

Наконец, Хан Чжань Мэн перебил супругу и отправил её приготовить еду. Цзюнь Мосе немного смог перевести дыхание. Он тайно вышел наружу, прошмыгнув незамеченным, и вскоре вовсе скрылся из виду.

Глава 749. С трудом пробираясь под землей!

Техника побега Инь-Ян и стихия земли. Цзюнь Мосе пустил в ход оба своих чудесных приёма, и в один миг он оказался глубоко под землей! И как раз, его местонахождение соответствовало самой сердцевине Серебряного города. Он был глубоко под тронным залом! В прошлый раз Цзюнь Мосе тоже заметил сверхъестественную силу, и она как раз исходила отсюда!

Находясь под землей, он почувствовал, как в его голове прогремел грохот. Пагода снова приступила к скоростному вращению, при этом испытывая чрезвычайно сильный подъем! К тому же, ощущение вязкости и липкости, которое он уже испытал на себе раньше, стало только увеличиваться!

Словно здесь, под землей, было вязкое болото, которое засасывало его в свои глубины. И только сопротивляясь изо всех сил, он мог продолжать двигаться вперёд!

– Ты всё же взволнована, только этого мне не хватало! Мы всё-таки под землей, и ты, сучара, не знаешь, сколько мне нужно сил, чтобы и Инь-Ян, и стихия земли функционировали одновременно? И, более того, каждый шаг требуется преодолевать вязкую и тягучую силу сопротивления. Ты не отдаёшь свои силы. Как, по-твоему, я в одиночку должен справиться с этим, ты, скотина, видимо, смерти моей хочешь? – Цзюнь Мосе жаловался и обижался на Пагоду, и это было вовсе не нагнетанием страха. Если Пагода не будет оказывать ему поддержку, на одной лишь своей силе ему долго не продержаться. В случае перерасхода сил, Инь-Ян и стихия земли, без стимулирования их энергией, попросту перестанут действовать. И тогда Мосе будет очень несладко.

Но Пагода Хунцзюнь по-прежнему молчала, только всё время вертелась и испытывала воодушевление. Но не было и намека на прибытие одухотворённой ци. По-видимому, то, что ей удалось поглотить в прошлый раз, до сих пор не усвоилось.

Цзюнь Мосе горестно вздохнул! Похоже, придётся обходиться только своими силами. Экономить свои ресурсы и надеяться, что их хватит, чтобы добраться до места назначения!

То, что ему придётся рисковать своей жизнью и двигаться вперёд – это ещё ничего. Самым главным было то, что эта штуковина, похоже, очень много значила для Пагоды и могла принести немало пользы для самого Мосе. Из-за этих двух фактов Мосе чувствовал себя немного неуравновешенно.

Чтобы попусту не растрачивать свою энергию, Цзюнь Мосе быстро определился с направлением движения: он яростно начал бурить путь в сторону северо-запада! Потому что это направление, из остальных трёх, было самым трудным, значит, было очевидно, что в той стороне точно есть что-то интересное, непременно именно там! Другого выхода нет, надо действовать! Если провал – гибель! Цзюнь Мосе глубоко вдохнул, и вдруг его тело стало вращаться. Всё быстрее и быстрее, а потом вовсе превратилось в настоящий вихрь, достигнув своей максимальной скорости.

Туловище внезапно изогнулось и, на удивление, расположилось прямо поперёк земляного слоя. Цзюнь Мосе как следует оттолкнулся ногами и словно стрела полетел вперёд! Передняя часть его головы в этот момент напоминала скоростное вращение бурового сверла. Такой способ был наиболее экономный в плане сил!

Этого толчка приблизительно хватило на расстояние в десять с небольшим чжан! Цзюнь Мосе лишь чувствовал, как из-за скоростного вращения кожа на его голове просто горит. Словно там произошло извержение целого вулкана, и Мосе совсем не нравилось это ощущение.

Он невольно подумал:

«Твою ж мать, я же таким образом лишусь своих красивых волос? Это будет очень печально. Хотя и сейчас мои волосы немного длиннее, чем обычно. Их можно немного укоротить, конечно, но становиться лысым я совсем не готов. Я же стану потом как лысый мужик в наколках!»

Сила вращения постепенно начала слабеть и в итоге совсем остановилась, перестав вращаться. Твёрдо став на ноги, Цзюнь Мосе первым делом проверил волосы на своей голове. И, наконец, вздохнул с облегчением – волосы были на месте, однако из-за трения температура значительно повысилась, и они немного завились. Впрочем, это можно расценивать как открытие нового способа для завивания волос, но он не был уверен, что кто-то будет им пользоваться.

В то же время Цзюнь Мосе ненадолго задумался и даже причмокнул губами от удовольствия. Если бы он сейчас находился в воздухе, он бы, наверняка, уже преодолел бы расстояние в сотню чжан! Однако здесь, под землей, он смог продвинуться всего на двадцать-двадцать три чжана!

К тому же, в месте, в котором он находился на данный момент, вязкая и тягучая сила была ещё сильнее. Сила сопротивления стала ещё громаднее, словно огромные шелковичные коконы обвязывали его тело и засасывали внутрь. Ему было трудно даже просто пошевелить пальцем!

Цзюнь Мосе попробовал поднапрячь силы, чтобы поглотить в себя здешнюю энергию, но заметил, что процесс всасывания совершенно не активен. Похоже, эта сила сопротивления являлась вовсе не застывшей природной одухотворенной ци, а чем-то совершенно иным. Какой-то мистической силой, о которой Цзюнь Мосе пока ничего не знал!

Ничего не поделаешь, нужно продолжать бурить! Цзюнь Мосе напряг силы и усердно продолжил делать невозможное!

«Я ещё не был таким настойчивым ни с кем, даже в постели!»

Цзюнь Мосе снова приступил к вращению, приложив все свои усилия, закрыв глаза и стиснув зубы. Он дюйм за дюймом продолжал двигаться вперёд.

Спустя довольно долгое время.

Цзюнь Мосе уже был не в состоянии поддерживать свой элегантный вид и прямо задницей уселся на землю, при этом тяжело дыша, как астматик. С его головы стекали капли пота, повсюду был белый пар, который мгновенно засасывался неведомой силой! Это было крайне трудно.

Цзюнь Мосе попросту обессилел. Сначала он мог двигаться шагами, хотя сила сопротивления была довольно большой, но всё же не настолько, чтобы нельзя было продолжать движение. Однако добравшись до этого места, он мог продвигаться только дюйм за дюймом!

Он передвигаться-то передвигался, однако внутри была сила, которая била рикошетом! Если ты продвинулся на дюйм и не успел стабилизировать своё тело и удержаться, то немедленно же отлетал назад, на несколько чжан! Если молодому мастеру Цзюнь не удавалось бы быстро реагировать, то он бы уже давно отлетел на несколько десятков чжан назад. И тогда, все сегодняшние усилия были бы напрасны! Сейчас он в самом деле находился на пределе своих физических и духовных сил!

Пусть даже сейчас он обладал неукротимой силой Почтенного мастера второго ранга и чудесными способностями Инь-Ян и стихией земли, но за такой довольно долгий промежуток времени он смог продвинуться лишь на 50 чжан! Проще говоря, где-то на сотню метров!

Сейчас Цзюнь Мосе смутно ощущал, что центр этой неведомой силы совсем недалеко от него. Примерно на несколько чжан впереди. Но эти несколько чжан такие далёкие и их так нелегко пройти! В полном смысле этого слова, как до края неба!

Вязкая, тягучая, бьющая сила. Чем дальше продвигаешься вперёд, тем более непредсказуемо ведёт себя вращающаяся сила. Она то затихает, то снова активизируется. И без разницы, как она вращается – по часовой стрелке или против. Всё равно, волей-неволей ты теряешь равновесие!

Цзюнь Мосе был уверен, что без своих удивительных приёмов, как побег Инь-Ян и стихия земли, если бы на его месте был обычные человек или даже мастер уровня Святого Правителя (Шенван), он бы вряд ли смог продвинуться хотя бы на шаг!

Эта сила действительно была удивительной!

Но в то же время Цзюнь Мосе заметил и другую особенность. Раз уж это место оберегает такая удивительная неведомая сила, то вещица, которая находится внутри, наверняка есть какое-нибудь чудо, нарушающее законы природы?

С другой стороны, если подумать, то это было вполне логично. Если бы здесь не хранилась поразительная драгоценная вещь, разве Пагода бы стала так себя вести? Если отталкиваться от того факта, что Пагода была очень разборчива в «пище», наверняка она бы не стала так усердно желать какую-то обычную вещь?

Немного передохнув, Цзюнь Мосе, в конце концов, снова приступил к движению! Временно утратив поддержку Пагоды, Цзюнь Мосе, рискуя своей жизнью, по максимуму использовал свою силу, даже при этом слыша, как в его каналах свистела энергия! Это чувство было очень приятным!

Но Цзюнь Мосе пропал и там, наверху, Король ястребов и Сюэ Шуанцин сломали уже себе всю голову, гадая, куда он мог подеваться! Сюэ Шуанцин недоумевала:

- Куда же подевался мой будущий зять? Разве это нормально? У меня ещё осталась куча вопросов, которые я не успела ему задать!

Король ястребов волновался:

- Наш зять пропал! В конце концов, куда же он мог деться? Чёрт, в этот раз я как раз один остался с ним. Какой от меня толк? Даже не могу позаботиться о другом человеке. Я уже полдня думаю, куда же он мог исчезнуть? Что же делать? С того времени, как исчез Цзюнь Мосе, прошло целых три дня!

Только Повелитель города Хан не переживал. Единственное, о чём он думал:

«Не мог ли этот пацан прознать про нашу самую большую тайну?»

Хотя, наверняка он узнать не мог, поэтому решил тайком сходить туда и посмотреть. Но там по-прежнему был только Хан Фэн Сюэ, и не происходило ничего странного.

Столкнувшись с испуганным лицом отца, Хан Чжань Мэн одновременно выдохнул и заволновался:

- Где же, в конце концов, этот негодник? Разве в Серебряном городе остались ещё вещи, на которые он положил глаз?

Кто бы мог подумать, что Цзюнь Мосе упорно сражался с этой неведомой силой на протяжении трёх дней!

Целых трёх дней!

К концу последнего дня, Цзюнь Мосе был похож на сома, который пролежал полдня на берегу. Он окончательно вымотался, но до последнего продолжал бороться. До этой чёртовой силы оставалось всего каких-то несчастных полметра!

Перед самим северо-западом, эта причудливая рикошетящая сила достигла своего максимума! Цзюнь Мосе уже не решался двигаться шагом. Он только медленно ковылял, двигаясь всем телом. Почти миллиметр за миллиметром! Пагода по-прежнему бездействовала, заставив Мосе испытать немало страданий и трудностей.

Хотя он находился в состоянии Инь-Ян, всё же Мосе отчётливо чувствовал, что бесчисленное количество участков на его теле стёрлись до крови!

Он использовал свой меч, чтобы бороться с этой причудливой силой. Перерезав нечто вроде этой силы, он втиснулся в крошечную пробоину.

«О, небеса! О, земля! Боже мой!»

Цзюнь Мосе хотелось плакать, но он не мог выдавить и слезинки!

«Такое чувство я никому не пожелаю испытать в своей жизни!»

Наконец-то!

В последний момент Цзюнь Мосе вдруг почувствовал, будто уколол особый воздушный шар. И, хотя его оболочку трудно было проколоть, но если всё же постараться, то этот шар лопнет и развалится. Что-то неведомое поступало через клинок его меча прямо к его сердцу. Однако он не успел порадоваться, как ужасающая сила вытолкнула его прямо наружу!

Глава 750. Странные обстоятельства!

Да, именно вытолкнула!

Как будто человек, который объелся всякой всячины, незамедлительно решил выблевать содержимое желудка наружу! Прозвучал звук свиста, и всё одним махом вылетело!

Цзюнь Мосе даже не успел подготовиться к такому повороту. Вдруг, внезапно, его втянуло куда-то внутрь. Всё ещё находясь в состоянии невидимости, он наскочил на какую-то отвесную часть скалы и неплохо так ударился. Она была довольно крепкой!

– Б*ядь! Мама дорогая!

Молодой мастер Цзюнь, не в силах сдержать свои эмоции, горестно вскрикнул во всё горло. Он почувствовал, как все его несколько сотен мышц, костей и сухожилий пронзила чудовищная резкая боль!

Прошло немало времени, когда он смог снова прийти в себя. Он с трудом открыл глаза и втянул прохладный воздух. Здесь действительно так красиво!

Вслед за этим причудливым воздушным потоком он оказался в удивительном и громадном подземном дворце! Этот дворец, по меньшей мере, занимал пространство площадью больше ста чжан. В высоту более десяти чжан! Куда ни глянь, везде было очень красиво. Кто же мог предположить, что существует такое место под землей!

Да, вы не ошиблись, Цзюнь Мосе попал не в то место, где находилась тайная комната для тренировок Хан Фэн Сюэ! Другими словами, тайная комната Хан Фэн Сюэ находилась в самом верху тронного зала. Место, куда попал Цзюнь Мосе, находилось внизу тронного зала! Здесь так высоко, кажется, взор и сознание Цзюнь Мосе притянули четырнадцать устремлённых ввысь величественных иероглифов! Они были выгравированы на противоположной стороне скалы!

Эти большие иероглифы были такого же цвета, что и сама скала. Изначально их было трудно сразу заметить, но между тем, они каким-то странным образом привлекали взор прямо на себя! Заставляя каждого, кто войдёт сюда, немедленно их заприметить!

Словно эти иероглифы обладали душой, прямо как человек, к тому же очень высокомерной и заносчивой, жестокой и надменной душой! Как будто они хотели улететь с этой скалы и парить в чистом голубом небе!

Издревле единственный и неповторимой гость – Первый Шао из Подземного Мира! (это предложение в четырнадцать иероглифов) Кто бы мог подумать, что эта надпись была оставлена самым главным психом всех времен и народов! Даже надменный мастер Цзюнь был потрясён этими четырнадцатью иероглифами!

У него даже возникло труднообъяснимое чувство зависти:

«Да нет, нас просто нельзя сравнивать. Да что вообще значит эта фраза?»

Цзюнь Мосе избавился от техники побега Инь-Ян и стихии земли, поднялся и отряхнул пыль со своего тела.

«Твою налево, я же был в Инь-Ян, как здесь могла появиться эта земля? Ай, ну его в баню, и так сойдёт, заморачиваться ещё о таком».

Он убрал руки за спину и, словно государь, обходивший свои владения, с важным видом решил пройтись по дворцу. Он фыркнул:

«Чёртова неведомая сила, думаешь ты такая крутая, и что с того? Настоящий колдун и кудесник здесь всё равно один, и фамилия его – Цзюнь!»

Цзюнь Мосе рассмеялся, и уже было приготовился поглядеть на свои успехи, как вдруг с той скалы, на которой были выгравированы четырнадцать иероглифов, сверху упал какой-то свиток. Прямо перед Цзюнь Мосе.

Этот свиток был не из золота и не из нефрита. Он был очень мягкой текстуры. Упав на землю, он сразу сам раскрылся. На нём было написано пять иероглифов, словно пять молний, которые сразу запали Цзюнь Мосе прямо в сердце: Цзюнь Се, ты пришёл!

Цзюнь Мосе задрожал, и в один миг его кровь прилила ко лбу! У него перед глазами залетали звёздочки! Он стал глубоко-глубоко дышать, словно он задыхался! А сердце так скакало, словно вот-вот должно было разбиться на мелкие части.

Было очевидно, что это послание было написано самим Первым Шао из Подземного Мира! И там было как раз написано: «Цзюнь Се, ты пришёл!», а не «Цзюнь Мосе, ты пришёл!»

Различие в одно слово было слишком пугающим!

Цзюнь Се – это имя из прошлой жизни! Оно принадлежало Цзюнь Мосе в предыдущей жизни, и об этом никто не знал! Думая о своем настоящем имени, он смог вспомнить только своё прозвище! Цзюнь Се!

«Но как этот злодей, живший много лет назад, мог узнать моё имя, да ещё и имя из моей прошлой жизни?!» - в сердце Цзюнь Мосе закрались огромные сомнения!

Город Тянсян, резиденция второго принца, тайная комната.

Всего присутствовало двенадцать человек, разделённых на три группы. Каждый был с крайне мрачным и серьёзным лицом, словно вот-вот разразится буря!

Хозяин резиденции, второй принц, отсутствовал, так как у него не было права принимать участие в этом собрании!

Можно сказать, что, за исключением Ли Юрана, все присутствующие здесь обладали такой силой, что с лёгкостью могли стереть с лица земли весь Тянсян!

– В общих чертах ситуация на данный момент выглядит вот таким образом, – одетый в холщовое платье Чи Тяньфэн, с серьёзной миной медленно произнёс: – Поэтому мы трое не осмелились совершить опрометчивые действия и немедленно вернулись, чтобы найти вас, собраться и обсудить всё. Дела обстоят таким образом, и требуется совместными усилиями принять решение, мы считаем, что ни в коем случае нельзя вести себя легкомысленно.

В конце концов, сила этого человека очень страшна, уже не говоря о его боевой мощи, и сегодня мы своими собственными глазами увидели, на какие таинственные приёмы он горазд. Они уже намного превышают наши границы видимости. Если возникнет инцидент, на каждом шагу можно ждать опасности, а Битва за Захват Небес уже не за горами. Если мы необдуманно начнём военные действия, вне зависимости каким будет исход этой Битвы, перспективы будут не совсем радужные.

Ли Юран, Чи Тяньфэн и остальные мастера, нанёсшие визит в дом Цзюнь, рассказали об увиденном и услышанном там всем остальным мастерам.

Группа из четырёх мастеров, расположившаяся в северном направлении, включала в себя двух старцев в белых одеждах. У них были седые волосы, брови и бороды. Похоже, они были довольно преклонного возраста. Их лица выглядели равнодушно, как и полагалось пожилым, всё повидавшим в этой жизни. Но хотя они и были довольно старыми, они всё ещё были бодры и крепки душой.

Рядом с ними было двое мастеров средних лет. Они были тоже одеты в белые одеяния, и их выражения лиц выглядели добрыми, и они держались очень непринуждённо. Эти мастера представляли Неуловимый Мир Бессмертных.

Южнее их располагались мастера из Иллюзорного Океана Крови. Цзы Цзин Хун сидел на последнем месте. Рядом с ним было ещё три человека средних лет в пурпурных халатах. Их окружала атмосфера роскоши и уверенности.

Дослушав описание Чи Тяньфэна, один из старцев, нахмурившись, вдумчиво произнес:

– Слушая брата Чи, кажется, там, возможно, в самом деле находится Четырнадцатый Шао из Подземного Мира? Но разве этот самый Шао не был заперт в лесу Тянь Фа? Как он мог вдруг взять и оказаться здесь?

– Я тоже сейчас нахожусь в недоумении. Как раз из-за этого. Внутри всё-таки находится Четырнадцатый Шао из Подземного Мира, или… но согласно этим догадкам, которые мы имеем, в мире вряд ли найдется человек, способный на такое, кроме него. Ну, или, по крайней мере, мне о таком неизвестно! – неуверенно сказал Чи Тяньфэн.

– С другой стороны, можно достигнуть пика седьмого уровня второразрядного Священного животного, чтобы насильно поменять скелет и кости, совершить перерождение. Помимо волшебных удивительных приёмов, я уверен, что нужно израсходовать огромное количество силы совершенствования.

По мне, так это просто безжалостно по отношению к дарам природы! За исключением того, если у тебя очень много свободного времени. И к тому же, если нет других способов скоротать время, то тогда можно поступить так.

Старец в белой одежде медленно встал, убрал руки за спину и прошёлся несколько раз туда и обратно и, нахмурившись, сказал:

– Вне всякого сомнения, что у Четырнадцатого Шао есть такие способности. Если он был заперт, и ему было нечем заняться, он вполне мог так поступить с волшебным Священным животным. Но на материке одно за другим происходят странные и удивительные события.

«Подобной тоской и скукой вряд ли обладает один только Четырнадцатый Шао! Мы все уже живём довольно долго».

Он не сказал это вслух, но смысл его слов был вполне понятен. Все невольно закивали головами и единодушно согласились с ним. Достигая высокого уровня Достопочтенного мастера, когда вокруг много людей, становится трудно найти уединение. Человеку требуется в одиночестве обдумать секреты и тайны мироздания. Лишь поймав мимолетное озарение, можно совершить следующий прорыв! Поэтому мастеру необходима полная тишина и спокойствие!

Но человек в душе всегда останется существом социальным! Если на длительный срок уйти в отшельники, такая угнетающая тишина может просто свести тебя с ума! Поэтому нужно найти себе какое-то занятие, чтобы отвлечься.

Поэтому многие люди выращивают цветы, засаживают чудодейственные лекарства или что-то другое, тем самым успокаиваясь. Во-первых, чтобы отвлечься от одиночества, делать хоть что-то. Во-вторых, можно поглощать природную одухотворенную ци из растений и деревьев. В-третьих, спустя долгое время это останется как наследие для последующих поколений! Поэтому люди из трёх Священных земель совершенствовались очень быстро и сильно преуспели в этом, благодаря этой истине.

– Второе: смену сезонов года, насколько мне известно, невозможно осуществить человеческими силами! Если бы обычному человеку подобные вещи были бы под силу, ха-ха, господа, боюсь, что даже потрясающий Первый Шао из Подземного Мира вряд ли бы был способен на это! Если, основываясь на этом факте, утверждать, что это – Четырнадцатый Шао, то не слишком ли мы высокого мнения о нём? Он вряд ли обладает такими способностями!

Старец легонько помассировал место между бровями и, вздохнув, продолжил:

– Человеческие силы не могут дать такой эффект. Но при достаточной поддержке материальных ресурсов, вполне могут! – когда он договорил до этого момента, на всех присутствующих словно снизошло озарение.

– Мы все люди с широким кругозором, я только лишь скажу следующее, и вы сразу поймете, что я имею в виду. Я скажу о редких вещах, которые очень трудно отыскать. Например, вечное тёплое чистое сердце, артерию природной одухотворенной ци, горячий источник Юймай. Эти природные сокровища спрятаны глубоко под землей.

Найдя один из них, можно и сменить сезон года, нарушив законы природы! Поэтому этот факт мы тоже можем исключить, или, по крайней мере, не основываясь на нём, говорить, что там находится Четырнадцатый Шао.

– Что касается двух немых, говорящих с помощью живота, таких чудес, действительно, никогда не возникало на материке. Это, в самом деле, очень удивительно, я, несомненно, признаю это. Но, с другой стороны, эти странные явления, дают мне понять, что человек, находящийся внутри, решительно не Четырнадцатый Шао из Подземного Мира!

Глава 751.1. Действия Достопочтенных мастеров!

Старец в белых одеждах усмехнулся и уверенным голосом продолжил говорить:

– Следует учитывать, что Первый Шао и Четырнадцатый Шао появились из одного места! Тогда мы можем сделать вывод, что если такими способностями не обладал Первый Шао, то у Четырнадцатого их тоже нет!

И мастерство Первого Шао уже имеет долгую историю на материке Суань. Поэтому, что касается немых, разговаривающих животом, это очень странно и удивительно. Но это совсем не относится к мастерству Первого Шао! – в этих словах чувствовалась логика, и все, один за другим, начали кивать, соглашаясь с ним, чувствуя, как давление в груди немного уменьшилось.

– И ещё та молодая девушка, тело которой находится под контролем. Я считаю, что это какая-то техника неизвестного рода, безусловно, очень достойного уровня. Но, тем не менее, вряд ли это связано с Суань. В конце концов, в этом мире есть столько вещей, о которых нам ничего неизвестно.

И говоря о разных техниках контроля, пусть мы и достигли уровня Достопочтенного мастера, но все согласятся со мной, что мы вряд ли с уверенностью можем утверждать, что отлично разбираемся во всем. К тому же, каждый вид техники или искусства отличается друг от друга. Это всё уникальное мастерство, и посторонние люди не в состоянии понять это. Кажется, в этом нет ничего удивительного.

– И последнее – искусство владения ножом той мелкой девчонки. С этим также обстоят дела, что и с немыми детьми! И поэтому я могу сделать вывод, что в семье Цзюнь, без сомнения, находится выдающийся человек! Но это никоим образом не Четырнадцатый Шао!

Хотя силы этого человека сравнительно огромны, но всё же, только из-за этого не стоит думать, что этот человек – Четырнадцатый Шао! – старец закончил говорить с жёсткой и непреклонной интонацией, полностью отрицая точку зрения Чи Тяньфэна!

– И ещё, самое важное, – человек в пурпурном халате, глубоко задумавшись, подключился к обсуждению. – Согласно легенде, в любом месте, где появляется Четырнадцатый Шао, его должно сопровождать мрачное дыхание! И как только это причудливое «мрачное дыхание» появится, все существа в этом месте не смогут продолжать расти!

Именно по этой причине Достопочтенные, которых он тогда ранил, до сих пор не могут восстановиться! Так как в этом дворе повсюду были цветущие растения и цветы, это – причина полагать, что это – не место обитания Четырнадцатого Шао! К тому же, брат Чи, вы, должно быть, и не почувствовали никакого «мрачного дыхания»?

Чи Тяньфэн кивнул головой, но в душе он совершенно был не согласен с точками зрения этих двух мастеров. Раз уж можно создать новые методы тренировки, разве нельзя что-нибудь придумать с этим дыханием?

Для настоящего мастера на пике силы в этом нет ничего трудного. К тому же, помимо Четырнадцатого Шао, разве в мире есть второй такой безумец?

«Вы намеренно отрицаете мои слова, не иначе. Из-за того, что вы не хотите подсознательно признать, что нам придётся столкнуться с самим Четырнадцатым Шао! Можно подумать, я очень рад этому. Думаю, даже бы Святой Правитель не очень-то обрадовался бы встрече с этим психом!

Однако вы сами, из-за своей трусливости, противитесь признать справедливое суждение, а это ещё больше невыносимо!»

– Несомненно, слова, сказанные этими двумя мастерами, имеют смысл. Но этот вопрос по-прежнему требует дальнейшего обсуждения. Я придерживаюсь своего мнения и настаиваю, что этот человек как раз и есть Четырнадцатый Шао! И с этим нельзя шутить, мы должны быть предельно осторожны.

Когда мы вошли в этот сад, пусть там не было характерного «мрачного дыхания», но наши сердца застыли от холода. Таким в самом деле было это ощущение! – Чи Тяньфэн посмотрел на своих ближайших братьев. Са Цинлю и Цуй Чанхэ одновременно закивали, подтверждая его слова.

– Ха-ха-ха, брат Чи, это может просто из-за отсутствия уверенности в себе? Необязательно, что там был Четырнадцатый Шао! – с усмешкой сказал мужчина в пурпурном халате.

– Мяо Уцзи! Что ты хочешь этим сказать? Если ты такой смелый, почему же боишься признать, что мы столкнулись с Четырнадцатым Шао? – разгневался Чи Тяньфэн. – Я, по крайней мере, могу храбро взглянуть страху в глаза! А ты ещё смеешь говорить, что у меня уверенности не хватает?

Мастер в пурпурном халате по имени Мяо Уцзи слабо рассмеялся:

– Уверенный, неуверенный – велика ли разница, брат Чи? Не горячись так, доказательства скажут сами за себя.

– Ну, тогда я с нетерпением буду ждать! – Чи Тяньфэн глубоко вздохнул, одарил Мяо Уцзи не особо добрым взглядом и сердито сел на место. Эти двое никогда не нравились друг другу, хотя уже прошло почти триста лет, как они знакомы.

Старец нахмурил брови и сказал:

– Господа, вам обязательно спорить? Брат Чи и остальные мастера всё-таки получили богатый опыт, и мы, хоть ненамного, но всё же уверены, что в семье Цзюнь скрывается очень могущественный и сильный человек! И это не подлежит никакому сомнению! Мы, во что бы то ни стало, не должны недооценивать противника! И также не должны необдуманно разворачивать военные действия прямо в Тянсяне!

Он улыбался, но, тем не менее, лицо его оставалось серьёзным:

– Все мы понимаем, что в случае начала сражения от Тянсян может не остаться ровным счетом ничего! Это густонаселенный город, последствия могут быть плачевными. К тому же, Туманный Призрачный Дворец, несомненно, вмешается! Лучшим вариантом будет попытаться вытащить его оттуда, а потом собраться всем вместе и уничтожить!

– Верно! Брат Чен, не знал, что у вас есть такое дельное предложение! – кивнул головой Мяо Уцзи.

Говорившего старца в белых одеждах звали Чен Чун, хотя можно было сказать, что его имя было вульгарным и безвкусным. Но, тем не менее, только он один из всех девяти мастеров обладал уровнем Достопочтенного мастера второй степени!

К тому же, он был очень смекалистым и сообразительным, поэтому вполне обоснованно стал руководителем союзных войск трёх Священных земель.

– Таким образом, если бы можно было увести в плен эту большую шишку семьи Цзюнь, для нас, господа, это было бы не очень-то сложным делом. Пусть этот вариант немного подлый и низкий, но зато самый простой, – прищурившись, сказал Чен Чун.

– Вероятно, это будет расценено как неподобающее действие! – кто бы мог подумать, что в эту минуту с возражением вступит в разговор не кто иной, как не имеющий квалификации даже участвовать в этом собрании, Ли Юран! Как только он открыл рот, тотчас же все взгляды мастеров устремились на него.

Группа Достопочтенных мастеров собралась, чтобы обсудить очень важное дело. И сосунку, обладающему только нефритовой Суань, который считается ничтожным червяком по сравнению с ними, должно быть, сильно повезло, что он может присутствовать здесь.

Ему разрешается лишь смирно посиживать и молчать, но вдруг он встревает в разговор с такой фразой: «Вероятно, это будет расценено как неподобающее действие!»

Это просто смешно, а если говорить серьёзнее, это нагло и некрасиво.

– И почему же? – Чен Чун, улыбнулся и даже не счёл за обиду, ласково спрашивая.

Ли Юран даже сам не понял, почему он вдруг решил высказаться против, он просто лишь услышал это предложение и сразу, без раздумий, произнес эти слова. Словно это было в порядке вещей.

Он даже сам себя немного испугался, сказав это. Как будто он подсознательно не хотел уничтожения семьи Цзюнь, не хотел, чтобы Цзюнь Мосе погиб? На самом деле, мысли Ли Юрана в данный момент были весьма странными. Странными до такой степени, что он даже сам не мог понять их.

«Цзюнь Мосе, если ты даже проиграешь, то ты должен проиграть в игре, основанной на моих правилах, которую я сам придумал! Хотя, согласно твоему сегодняшнему уровню сил, ты уже заставил меня смотреть на тебя снизу вверх. Если ты проиграешь по моим расчётам, тогда это будет считаться и моей победой!»

Глава 751.2. Действия Достопочтенных мастеров!

Это было типично для человека, который постоянно конкурировал с Цзюнь Мосе! Казалось, что Ли Юран уже признал: «Во всем мире только ты достоин быть моим соперником!»

И ещё: возраст Ли Юрана и Цзюнь Мосе был примерно одинаков, только Мосе уже смог добиться такого расположения, что подавляющее большинство людей этого мира смотрят на него снизу вверх! Это, возможно, и стало целью, которую постоянно преследовал Ли Юран. Ему хотелось догнать, перегнать, а потом растоптать Мосе!

«Но пока я его не догнал, я и другим людям не позволю убивать его! Даже наоборот, я буду защищать его!» - вот таким странным было его мнение. Где-то глубоко в душе, Ли Юран относился к Мосе даже с почтением!

В конце концов, за свою жизнь Ли Юран никогда никому не подчинялся. Все его сверстники всегда были на порядок хуже его. И вообще, его нельзя было ставить в один ряд вместе с ними! Хотя внешне он выглядел скромным и уступчивым, на самом же деле, он всегда на всех смотрел свысока и ставил себя выше всех остальных.

Но вдруг из ниоткуда появился Цзюнь Мосе, который превосходил Ли Юрана в несколько раз. Поэтому Ли Юран даже зауважал его. Тем более, после того, как они поговорили с Цзюнь Мосе в последний раз, он понял, что Мосе не питает к нему враждебных намерений! А наоборот, рад оказать помощь!

«Я, Ли Юран, никогда не мечтал об уровне Почтенного или Достопочтенного мастера - это всё слишком далеко от меня! Все, что мне нужно, - это лишь обладать миром, только и всего! Но, думая о помощи со стороны Цзюнь Мосе, её можно получить только после того, как заплатить соответствующую плату».

Ли Юран хорошо понимал, что за человек – Цзюнь Мосе. Он никогда никому не позволит получить выгоду. При этом он мог позволить, чтобы человек стал его врагом, но всё равно немало задолжает ему. Это было основной причиной, почему Ли Юран решил принять такое решение.

Ли Юран немного колебался, столкнувшись с Чен Чуном, но всё же заговорил:

– Простите мне мою бестактность, как младшего, но на это есть причина, и позвольте мне вам её объяснить. Прежде всего, я начну с нашей главной цели. Осмелюсь спросить, старшее поколение, какова наша изначальная цель? Уничтожить этого выдающегося человека или подчинить его себе?

В конце концов, это человек обладает такими способностями, что в состоянии совершать чудеса, нарушающие законы природы. Для будущего наших трёх Священных земель это действительно очень серьёзно. Уверен, что даже в самом безвыходном положении, решиться на убийство будет самым худшим решением! Перед приездом, господин повелитель города неустанно перепоручил нам эти права. И поэтому младшее поколение легкомысленно выразило своё возражение!

Все насторожились, а ведь это было правдой!

– И ещё одно. Это касается силы этого человека! Осмелюсь спросить присутствующих здесь мастеров. Есть ли у кого-то полная уверенность, что вы сможете убить или поймать его или хотя бы заставить отступить?

Все девять мастеров нахмурились, ни у кого не было и половины уверенности в этом. Вплоть до того, что даже если все девять мастеров выступят сообща, все вместе. И то, возникали сомнения.

Ли Юран был умен. В этом, разумеется, уже никто не сомневался. С невозмутимым лицом он продолжил:

– Если поставить себя на место другого человека. Если бы вы, господа, были этим человеком? Если бы какой-то посторонний насильно захотел бы отнять у вас ваших близких людей? И по этой причине шантажировал бы вас, господа? То как бы вы поступили тогда? Пусть не до смертельной вражды, а так, чтобы вы после этого даже не смогли вместе сотрудничать? – все закивали.

– И ещё один момент. Характер Цзюнь Чжан Тиана. У этого старика дурной нрав, и он крайне вспыльчив! К тому же, за всю жизнь ни разу не был опозорен! Если из-за этого он погибнет, – равнодушно продолжил Ли Юран, – тогда вне всякого сомнения, что три Священные земли вызовут ненависть и начнут вражду со стороны этого выдающегося человека.

Как-никак перед своим отъездом, его ученик всё перепоручил ему. Не прошло и нескольких дней, а один из важных людей мертв. Если бы вы, господа, были на его месте, что тогда?

Если бы даже три Священные земли были не при делах, ничего хорошего бы точно из этого не вышло. Но, по крайней мере, все возможности для сотрудничества с этим человеком были бы потеряны. А как ещё можно поступить в такой ситуации? Прийти в бешенство! Обрушить свою месть! Сорвать злобу!

Достопочтенные мастера медленно закивали. Как же этот мастер, обладающий такой могущественной силой, может спустить это всё на тормозах? Пусть даже все три Священные земли объединятся – всё равно попадут в переделку. Если бы всё было не так, отправили бы сюда девятерых Достопочтенных мастеров!

– Поэтому младшее поколение считает, что нет ничего лучше, чем прибегнуть к открытому сражению! – продолжил Ли Юран. – Во-первых, это выглядит благородно.

Во-вторых, соответствует статусу обеих сторон. Как минимум не дойдет до того, что это вызовет огромную неприязнь или отвращение.

В-третьих, осмелюсь предположить, что его совершенствование достигло такого колоссального уровня. По натуре он очень замкнут и одинок. Увидев в один миг столько разноуровневых мастеров, хе-хе, он, наверняка, не особо обрадуется?

– В этих словах, в самом деле есть логика! – Чен Чун с одобрением посмотрел на Ли Юрана: – Именно так!

– Эта похвала мной не заслужена, – скромно сказал Ли Юран. Нельзя не отметить, ораторский талант Ли Юрана был поистине необыкновенен. После этих слов, все мастера один за другим закивали головами.

– Сражение лоб в лоб действительно звучит неплохо, но сейчас наша главная проблема, это заставить его сразиться с нами в открытую. У нашей стороны, всё же, численное преимущество, как-никак? – почесал голову и сказал Мяо Уцзи.

После его вопроса, все обнаружили, как снова вернулись к самому началу обсуждения. Обсуждали полдня, и так и ни к чему не пришли.

– Отправить уведомление о войне, смотреть с надеждой или попробовать испугать его! – Чен Чун стиснул зубы. – Пока будем действовать согласно этим трём пунктам! Необходимо заставить его проявить себя. Люди будут постоянно сменять друг друга. Время нахождения там не должно превышать десяти вздохов. Если не удастся, то немедленно возвращаться обратно!

Все согласились. Десять вздохов – это запас времени Достопочтенного мастера, когда он не поддается контролю.

Даже мастер уровня Святого Правителя, просто сказав слово, не может подчинить Достопочтенного мастера. Десять вздохов – это минимальное время, за которое можно сконцентрировать силу, чтобы подчинить Достопочтенного мастера.

За это время никто не сможет удержать Достопочтенного мастера, и он сможет скрыться. Даже Четырнадцатый Шао будет бессилен. Заручившись безопасным положением, все поспешили согласиться, и пока решили таким образом.

Следующие несколько дней навещать дом Цзюнь так называемыми волнами ночных разбойников. Задерживаться на время до нескольких вздохов обычного человека.

Применять провокацию силой, показывать сверхъестественные способности, свистеть, потрясая душу, издавать странные звуки. Послать официальное уведомление о войне семье Цзюнь.

Столкнувшись с этим совсем, семья Цзюнь, словно гордая принцесса, столкнувшаяся с хамом, стояла непоколебимо и твёрдо! Даже и глазом не повела! Ничего не поделаешь, даже никак не шелохнулась.

Если сложить силы всей семьи, их не хватит и сравниться с дыханием одного из этих девяти Достопочтенных мастеров, где уж там как-то шелохнуться? Время медленно ускользало.

А тем временем, где-то в снежных горах Цзюнь Мосе попал в самое сумасшедшее приключение в своей жизни.

Глава 752. Послание Первого Шао из Подземного Мира!

Цзюнь Мосе задрожал от страха, увидев этот свалившийся из ниоткуда свиток. Особый ужас, конечно, вызвали первые пять иероглифов, написанные на бумаге!

Глядя на этот свиток или даже на почерк письма, можно было с уверенностью сказать, что эта вещь является чистейшим антиквариатом! Более того, Первый Шао из Подземного Мира? Кажется, этому персонажу не менее ста тысяч лет! Это ведь он – основоположник всего материка Суань! Легендарнейшая личность!

Как такой человек мог знать о его существовании? Что у них может быть общего? Да ещё и имя прошлой жизни указал! Всё это как-то уж слишком невероятно!

Неужели есть люди, обладающие сверхъестественными силами и способные видеть будущее? Продолжение текста на старом свитке продолжало медленно появляться перед глазами Мосе, строка за строкой.

Почерк выдаёт открытость характера владельца. Можно сказать, что его обладатель высокомерен, заносчив и очень самовлюблён!

Просто взглянув на иероглифы, можно было столько рассказать о Первом Шао из Подземного Мира – этот человек – просто безумный и своевольный тиран!

Каждое слово, будто обнаженный меч!

Отрёкшийся от мирской суеты, этот человек полагался на своем пути лишь на свои силы! Цзюнь Мосе целиком и полностью был поглощен этим свитком!

«Ну как? Страшно? Хе-хе-хе, заморыш, только не падай духом. За тысячи лет молодой господин ещё не видел никого, кто бы не испугался! И ты – не исключение!» – эти слова были настолько надменны и саркастичны, что казалось, будто сам Первый Шао стоит перед ним и презрительно наблюдает. Как небесные боги смотрят на простых смертных.

– Да, б*ядь! Как эти каракули могут кого-то напугать? Ты просчитался, поставив меня на один уровень с обычными людьми! Кем вообще себя возомнил? Думаешь, если направить на тебя солнечный свет, ты начнешь источать лучи добродетели? – Цзюнь Мосе не мог сдержать свой гнев и ругался в пустоту, словно там действительно кто-то был.

Даже прекрасно зная, что перед ним никого нет, Цзюнь Мосе ощущал необъяснимую решимость и волю к борьбе! Какая-то неразборчивая мазня содержит в себе столько пренебрежения! Всё это вызвало сильное недовольство у Мосе. Кроме того, он действительно был напуган. Здесь Шао не ошибся.

«Какой дерзкий! В самом деле осмелился так со мной разговаривать?! Ох, как же жаль, что меня нет на этом свете, а то я бы тотчас надрал тебе жопу. Нагишом подвесил бы тебя перед всеми твоими близкими, а затем хорошенько бы отшлёпал! Смеешь мне дерзить? Да ты, мелюзга, не промах! Я ещё не встречал таких упрямых за все эти годы, но ты припозднился на сотню тысяч лет! Хотя, может, тебе даже в этом и повезло!»

Похоже, что Первый Шао просчитал все поступки и слова Цзюнь Мосе заранее и оставил всё на бумаге, и он ни капли не ошибся.

– Да как ты смеешь, мать твою! Если бы я поймал такого сукиного сына, мигом содрал бы с тебя штаны и отправил прямиком по дорогам Тянсяна! – бешено заревел Цзюнь Мосе.

«Почему слова этого Первого Шао наполнены каким-то привкусом хулиганства? Не слишком ли это пошло? Похоже, что у нас много общего в методах достижения наших целей!» – на душе у Мосе возникли некоторые сомнения.

Такая манера речи больше напоминала уличную шпану. И где же образцовый мастер и легендарная личность всех времен? Из этих нескольких фраз Цзюнь Мосе мог слабо обрисовать такую картину: в одной руке Первого Шао находятся палочки для еды, а вторая рука придерживает пальцы ноги, время от времени прикладывая их к своим ноздрям. Вот именно такой у него поганый видок.

Всё это сильно отличалось от того образа, который Мосе себе представлял! Да и вообще разве легендарный Первый Шао из Подземного Мира может быть таким?!

«Разве манера моей речи не кажется тебе странной? Милый Цзюнь Се, тебе никогда не понять меня! «О, этот чувак ведь такой талантливый, наверняка написал какую-нибудь заумную хрень» – именно так ты и подумал бы, а потом выбросил бы этот свёрток в печь. И у тебя не возникло бы интереса перечитать его снова! Поэтому для тебя мне пришлось поломать голову! А ты, даже не поблагодарив, начал обзывать меня пошляком!»

Цзюнь Мосе аж вспотел, Первый Шао нисколько не ошибся в нём! Если бы он и, правда, написал что-нибудь заумное, пусть даже очень красноречиво, наверняка свиток бы точно уже горел в каком-нибудь костре. Надо отметить, что такой стиль письма живее и свободнее! Хочет ругаться – ругается, да вообще поступает так, как ему вздумается! Даже не нужно оправдываться, почему не хочешь читать всё это литературное дерьмо, ведь сам автор просто не захотел его писать!

«Самая ненавистная вещь в жизни – это когда шайка лицемеров хочет поговорить с тобой о философии и несёт при этом всякую ересь. Хочется просто взять и уничтожить все книги в этом мире! Пошло оно всё к чёрту! Может эти праведники и сыплют речами о нравственности и морали, однако с наступлением темноты эти сволочи не знают, в какой публичной дом им податься на этот раз. Помните, встретив такого человека, обязательно разрубите его напополам! Такие лицемеры намного хуже уличных воришек, может они как люди и дрянь полная, но, по крайней мере, у них это отчётливо на лице написано!»

Цзюнь Мосе, увидев происходящее, не мог сдержать своё восхищение – ведь темперамент и характер хозяина свитка так схож с его собственным! Можно понять друг друга и без слов! Тьфу, какой же он противный, должно быть, будет интересно! Нельзя, конечно, говорить о том, что мы вдруг станем братьями или друзьями!

«Ну, ты что-то далеко зашёл, дай-ка молодой господин тебе всё объяснит».

Цзюнь Мосе нахмурился, он вдруг приметил новое излюбленное словечко Первого Шао из Подземного Мира – молодой господин! Этот человек не использовал по отношению к своей персоне просто слово «Я» или что-то другое. Всегда одно да поэтому: молодой господин!

– Сукин сын, да тебе, по крайней мере, десятки тысяч лет, ты самый настоящий старый сумасброд! Однако не стесняешься называть себя молодым господином. Не думаешь, что это уже слишком? – Мосе продолжал негодовать и возмущаться, а его взгляд был устремлен вниз. – Если не прекратишь так себя вести, то я заберу этот загадочный свиток!

Слова свитка напугали Мосе! Его способности действительно находятся на совершенно ином уровне!

«Молодой господин бессмертен, будь мне даже сотни тысяч лет, я всё равно буду выглядеть на восемнадцать, так что выкуси! Так почему я не могу называть себя молодым господином? Хочешь, чтобы я величал себя стариком? Можешь вообще представить себе, чтобы молодой парень с кукольным личиком вдруг обращался к себе как к старику? Какое же это оставит впечатление, а?»

Цзюнь Мосе вдруг весь вспотел.

Это ж как вообще? Слова Первого Шао из Подземного Мира заставили его застыть на месте и пожалеть о сказанном ранее! Хотя он только и говорит, что всё объяснит, однако даже ни одного иероглифа ещё не растолковал, несёт какую-то чепуху! Нормально вообще, нет?

– Кроме того, даже если я сейчас продолжу так грубо разговаривать, у тебя нет возможности заставить этот свиток исчезнуть! Ты думаешь, что мы сейчас находимся в твоём временном отрезке?

«Ой, да ладно, все мы знаем, что я тебя не прекращаю пугать своими выходками! Но у молодого господина редко выпадает такой шанс поиздеваться над молодым поколением, особенно после 100 000 лет «перерыва»! Так что дразнить тебя – одно сплошное удовольствие, а тебе следует уважать и почитать старших! Мосе, малыш, просто наберись терпения и продолжай читать».

Увидев это, Мосе чуть не упал в обморок:

– Как же неловко! Если я должен относиться с уважением к детскому личику подросткового возраста, тогда...

«Не думай ни о чём, я прекрасно знаю, о чём ты, мальчишка, размышляешь. Я знаю все твои сомнения и хочу сказать лишь одно: ты маленький дурак! Глупый до крайности! Ты так налажал и всё сделал неправильно! Пацан, ты на ложном пути!»

Цзюнь Мосе вдруг действительно захотел разорвать в клочья этот грёбаный свиток. Он уже столько времени терпит издевательства и насмешки от клочка бумаги. Что, мать вашу, происходит?!

«Ты, должно быть, догадываешься, что молодой господин, вероятно, пришёл из того же места, что и ты! Ха-ха, ты, щенок! Молодой господин обладает удивительными способностями, естественно, тебе очень обидно и грустно за себя».

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, а на его лбу выступила небольшая вена. Молодой мастер почувствовал на себе столько презрения.

«Я пришёл сюда из Подземного Мира! Знаешь вообще об этом что-нибудь? Малыш, тогда слушай меня внимательно и терпеливо, не надо так горячиться, это бесполезно».

Мастер Цзюнь вдруг взревел и со всей дури ударил прямо в стену, где были начертаны те самые пять иероглифов! Все придирки со стороны Первого Шао вызвали невероятный приступ гнева у Мосе. Выпустив пар, он некоторое время просто тяжело метался, но, в конце концов, снова присел.

Вопреки ожиданиям, каменная стена даже не шелохнулась. И это не потому, что она была слишком тверда и прочна, просто Первый Шао заложил её по особому методу.

«Хе-хе-хе. Всё-таки не смог сдержаться. Малыш, тебе следует поработать над собой», – Мосе почувствовал, как молодой господин из свитка безудержно покатывается со смеху!

– Я не злюсь, я не злюка… Я – хороший! Чёрт, я злюсь на него и его коварные издевки. Мне нельзя злиться! – тихо пробормотал Цзюнь Мосе, затем глубоко вздохнул и снова сосредоточился.

Глава 753. Подземный мир!

«М-м, в самом деле, подающий надежды юноша! Цзюнь Мосе, твой дурной нрав – твой самый большой недостаток. Столкнувшись с моей крохотной провокацией, которой уже более ста тысяч лет, ты так быстро рассердился. Хе-хе, не могу не подметить: если ничего не сделаешь со своим характером, негодник, понесёшь много убытков!»

Хотя эти слова звучали несколько ветрено и легкомысленно, тем не менее в них чувствовалась серьёзность. И это было не совсем домогательство или приставание, а скорее, предостережение, настойчивый совет на будущее!

Сердце Цзюнь Мосе невольно ёкнуло. В его голове в один миг появилось озарение, и он моментально успокоился, сказав про себя: «Большое спасибо!»

Хотя в его голове появились такие смутные мысли, вроде: «Если бы не эта крохотная провокация, которой уже более ста тысяч лет, боюсь, я бы немедленно отругал его… Пожалуй, вряд ли есть люди, способные на это».

Ну, разозлился и разозлился, и не важно, что послужило причиной для этого. Всё равно, это уже свершившийся факт! Поэтому Цзюнь Мосе со спокойствием продолжил постигать содержание и выглядел при этом очень официально!

«Подземный Мир, действительно, очень странное место. Но до какой степени оно странное, так, одним словом и не скажешь! Подземный Мир ещё называют местом, где умирает дух! Или ещё местом смерти! Круглый год, всё время, там нет даже ничтожного малюсенького лучика света!

Там всегда стоит бесконечная неисчерпаемая темнота. Большинство людей так и проводят свою жизнь в полном мраке! К тому же неотъемлемой частью этого места являются кровавые сражения и убийства! Все живые существа Подземного Мира, начиная с рождения, сталкиваются с убийством!

Разумеется, выживает сильнейший, поэтому все живые существа Подземного Мира с рождения наделены крайне талантливыми боевыми умениями и способностями! Все методы ведения боя и различных тренировок уже заложены у них в мозгах, но это совсем не значит, что они добиваются всего просто так, не прилагая усилий. Нет, они должны непрерывно преодолевать разные препятствия и трудности, они должны непрестанно побеждать самих себя!

Только после того, как они преодолеют все эти трудности и ограничения, они смогут воспользоваться знаниями и умениями, которые заложены в их голове. Да и то, только лишь малой частью! Только непрерывно прорываясь, сталкиваясь с одним ударом за другим, можно получить всё больше и больше умений и способностей!

Для этого, несомненно, нужно обладать решительным характером и несгибаемой волей, чтобы хоть немного чего-то достигнуть. Отыскать в себе свои наиболее сильные стороны! Поэтому люди Подземного Мира всегда считались обладателями самой мощной и дерзкой боеспособности! Но тех, кто достиг вершины, разумеется, можно по пальцам пересчитать!

Таким образом, люди Подземного Мира ещё и считались самой недовольной этнической группой. Они полны трудно усмиряемых амбиций и честолюбия! Ещё они обладают крайней живучестью. Если говорить, согласно летоисчислению на материке Суань, каждый человек с лёгкостью может прожить несколько тысяч лет. Для них это вообще не проблема!»

Цзюнь Мосе судорожно вздохнул, задумываясь:

«Эти люди из Подземного Мира, в конце концов, что за существа такие? Чудаки какие-то, не похожие ни на кого? Если у них там круглый год нет солнечного света, чем же они тогда питаются? Неужто им не нужен физический труд? Неужели растениям не требуется фотосинтез? До чего ж они похожи на непрерывно перерождающихся асуров!»

«На священной вершине Подземного Мира находятся небесные врата! Испокон веков бесчисленное количество старшего поколения Подземного Мира пыталось пройти через эти врата. Потому что, по легендам, если пройти через эти врата, то можно попасть в рай! Там есть солнечный свет, есть цветы и растения! Там есть краски, есть белый, есть красный, есть зелёный цвета. Это является самой желанной вещью для всех людей Поземного Мира!

Но чтобы попасть в рай, нужно преодолеть бессчётное количество разных опасных испытаний и трудностей на пути к нему. Поэтому эту дорогу к небесным вратам также можно назвать дорогой смерти! За бесконечное множество лет, насколько мне известно, только одному человеку удалось сделать это, и этот человек – я! Многие старейшины пытались, но так и не смогли достигнуть небесных врат, трагически погибнув по пути».

Хотя эти слова и были полны гордости и чувства собственного удовлетворения, всё же Цзюнь Мосе и смог в них почувствовать нескончаемую грусть и скорбь!

«Только попав на этот материк, увидев всё вокруг, я просто был сбит с толку! Вокруг меня была такая неописуемая красота, я сразу же понял, почему это место назвали раем! Поэтому, только ступив на эту землю, в первый же день я дал себе обещание: я обязательно должен покорить себе этот материк!

Сделать его только своим императорским садом! Чтобы до скончания веков все признавали только меня! Поэтому, после данного себе обещания, я немедленно приступил к не терпящей отлагательства карательной операции!»

Цзюнь Мосе вздохнул, в этом не было ничего удивительного для такого психа. Из тёмного мрачного места, попав в радужный яркий мир, наполненный светом, красками, природой, морями и горами, пожалуй, у каждого могли появиться такие мысли. Возможно, это уже нельзя назвать следствием амбиций или честолюбия. Это, скорее, больше жажда обладания или собственничество, или даже настоящая зависть! Таким был Первый Шао и все последующие!

«Вскоре после этого, я заметил, что люди в этом мире очень слабые! Слабые до такой степени, что я и представить себе не мог. Тогда уже было несколько человек, которых называли «мастерами», но их способности были настолько ничтожны, что и вспомнить смешно! Из-за этого я стал чувствовать крайнее недовольство! О, горе мне, озираясь по сторонам, я не мог найти никого, кто бы мог оказать мне сопротивление. В конце концов, я достиг высшей степени одиночества. И это одиночество, в самом деле, заставило меня отчаяться!

Кроме того, хотя военные силы этого мира были ничтожно малы, тем не менее они были ещё полны коварных интриг, махинаций и взаимного обмана. Поначалу, они все и так действовали против меня! И я всегда прикидывался, что не подозреваю об их ловушках. А потом я подвергал их разорению и разрухе. Это хоть немного, да повеселило меня. Я подумал, что, хотя бы так смогу найти какую-нибудь радость в этой жизни!»

– Он действительно настоящий извращенец! – не нашёл других слов и сказал Цзюнь Мосе.

Эти слова, как ничто лучше подтверждали славу, которая ходила вокруг Первого Шао. Одинокий до крайности человек, который бы мог позабавиться, занимаясь только разными плохими поступками и гадостями!

«Я неуязвим для сотен ядов, у меня сильнейший иммунитет к разным вредным факторам и воздействиям! Даже лишившись рук, я могу снова возродиться, моя жизненная сила неисчерпаема и бесконечна! Разве ничтожные людишки со своими коварными интригами и хитросплетениями могли мне хоть чем-нибудь навредить?

И тогда, за двести лет мне это очень сильно наскучило. Я находился просто в отчаянии, я добился своей давней мечты – высоко подняться над всем миром и стать Бхагаваном этого материка! (благоговейно почитаемым). Любой мой приказ неукоснительно соблюдался всеми без исключений, храбрыми героями материка!

Но, к сожалению, после радости, что моя мечта наконец-то осуществилась, я почувствовал, что теперь у меня нет цели. Ха-ха, раз уж нет цели, нужно обзавестись новой целью! На основе конституции человека в этом мире, я решил создать «набор ярких и искусных тактик и методов ведения войны». Распространить его по всему миру, и стать настоящим первооткрывателем в этой области!

Но эти простофили неожиданно сказали, что мои профессиональные секреты и тонкости – просто отстой! Сказать, что я был в гневе – ничего не сказать! Но выход я нашёл быстро, просто спалил все древние основополагающие книги во всем мире и всё! На протяжении десяти лет я промывал им мозги, неугодных мне – просто убивал! Учёных невежд истребил!»

С этого момента мрачная нечистая сила быстро появилась на бумаге!

Пусть даже Цзюнь Мосе сохранял спокойствие, но всё же по его телу пронеслась холодная дрожь. Сколько же всего он убил людей?

«Прошло несколько сотен лет, и на материке Суань повсюду стал появляться «набор ярких и искусных тактик и методов ведения войны». Прежние учения исчезли, как будто их и никогда не было! Эти отстойные практики были недостойны существовать в одном мире с моим прекрасным мастерством, у меня была совершенно чистая совесть!

Свой набор практик и методов ведения войны я решил назвать в честь материка Суань, силой Суань или просто Суань! Я потратил ещё одну сотню лет, чтобы довести эти методы до совершенства! Чтобы передать своё мастерство ученикам. Чтобы у меня были последователи по всему миру!»

Оказывается, вот по какой причине на материке появилась техника Суань! Сначала он сжёг дотла все старые книги с учениями, промыл людям мозги. Стал распространять Суань, которая, по сути, считалась только лишь черновым наброском! Цзюнь Мосе с головы до ног будто пробило током. Неужели он не подумал, что люди могут помешаться на этом?

Однако это всё весьма разумно, если бы он всё тщательно, от начала и до конца, не продумал, то это бы был не Первый Шао из Подземного Мира!

«Вслед за течением времени, мое мастерство становилось всё выше и выше. Тем не менее я обнаружил, что, попав в этом мир, и после того как я завел себе 99 жён, в моей жизни не происходило ничего выдающегося, что я бы смог надолго сохранить в своей памяти!»

– Б*ядь! – эти слова просто шокировали Цзюнь Мосе! И он не смог сдержаться, и с его языка сорвалось ругательство. – Мать твою, ты Казанова, что ли? 99 жён! Да сколько же ты, сукин сын, в день менял женщин! – Цзюнь Мосе бормотал себе под нос, ругаясь: – Настоящий развратник, похотливый самец! Ты уже подчинил себе материк, распространил на нём своё мастерство, правил миром, считался выше всех и всего, и ещё смеешь говорить, что у тебя в жизни не было ничего выдающегося, что бы ты мог запомнить навсегда?

Это что, скромность? Или замаскированное хвастовство? – от этих слов Цзюнь Мосе просто пришёл в бешенство, и долго не мог прийти в себя. – Откуда у тебя тогда право говорить, сколько всего я сделал? Это так бьёт по моему самоуважению!

«Я столько всего переделал на материке, что решил сходить ещё куда-нибудь, прогуляться», – эти слова снова разнесли Цзюнь Мосе в пух и прах! И, без всякого сомнения, эти слова совсем не означали – «прогуляться» в значении насладится природными красотами, подышать свежим воздухом. Это значило сходить на другую планету или звездное светило! Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, но ему больше не хотелось ругаться.

«Однако в то время у моих 99 жён совершенствование было невысоким, и я остался ещё на одну тысячу лет. После этого, взяв с собой самую красивую жену, я покинул этот мир, отправившись в удивительное место под названием Земля!»

Цзюнь Мосе закрыл рот ладонью. Оказывается, он в самом деле бывал на Земле! Значит, Земля всё ещё существует, это просто уму непостижимо.

«Это место было даже намного красивее рая. Из-за веселья я даже и позабыл о материке Суань. К тому же, нашёл себе немало новых жён».

Цзюнь Мосе чувствовал, что находится уже на пределе. Вот развратник, уже старый хрыч давно, а всё равно, неустанно падкий на женщин! Цзюнь Мосе настолько презирал его, что не мог подобрать и слов, чтобы описать это чувство. Оно было бесконечным и безбрежным как океан.

Глава 754. Я вернусь за тобой!

«Однако у меня уже не было прежних целей, чтобы покорить и подчинить себе это место, настрой мой стал намного более миролюбивым».

Цзюнь Мосе подумал про себя:

«Ты можешь не говорить, но я и сам могу додуматься. Разве, основываясь на твоём мастерстве, подчинить себе Землю – дело не считанных минут? Более того, прихватив с собой 99 под стать тебе жён-красавиц в своё звездное путешествие, вести себя прилично – дело нелегкое».

«Я всегда был открытым и честным человеком, и причина, по которой я не стал разворачивать карательную операцию, в известной степени заключается в том, что на этой Земле было немало мастеров, охраняющих её. Несколько из которых даже были не хуже меня, а может, даже и лучше, совсем на капельку. Раз уж там я был не в состоянии добиться абсолютного господства, просто оставаться там было тоже скучно. На самом деле, у меня появилось немало очень интересных учеников. Но не успел я начать процесс обучения, случился несчастный случай, после которого я был вынужден покинуть это место и снова вернуться сюда».

Эти события были лишены подробностей, и в словах чувствовалась какая-то недосказанность, словно этой фразой он пытался сохранить своё лицо. Прочитав эти слова, Цзюнь Мосе был абсолютно уверен, что это болван, несомненно, попал впросак на Земле.

Правда, не знал, что он может обучать других своим метаморфозам. Это действительно очень поразило Цзюнь Мосе, а потом появилось другое чувство, чувство гордости.

Земля, родной дом!

«Ладно, на этом достаточно, когда я вспоминаю о прошлом, мне всегда становится не по себе. Так, на чём я остановился?»

Похоже, что он чувствовал себя очень неловко, используя скрытый намёк, чтобы приуменьшить это.

Цзюнь Мосе скривил рот, выражая презрение:

«А ты что думал, всегда есть что-то более великое, и всегда найдется тот, кто сильнее тебя. Хотел устроить бесчинства у меня дома, вот же какой хитрый, всё не так-то просто!»

«На самом деле, я очень виноват перед своим учеником. Мы только закончили передачу становления личности и начали знакомство с умениями и способностями, как мне пришлось уйти. Я даже не знаю, как у него сложилась жизнь, но, мне кажется, что всё не должно быть совсем плохо. Всё-таки, я выбрал себе в ученики мальчишку, которого звали Ин Чжэн (личное имя императора Цинь Шихуана)»

Цзюнь Мосе просто откатился назад, перекувыркнувшись через голову, и оказавшись на земле.

«Ин Чжэн? Цинь Шихуан? (основатель династии Цинь)»

Неудивительно, что этот человек проявлял горячий интерес к военным баталиям. Хотел подчинить себе все земли, стремился к бессмертию, а ещё сжигал книги и закапывал живьём в землю конфуцианцев. Стало быть, источник прячется здесь. Это всё – следствия влияния наставлений этого проклятого подлеца.

«Вы, кажется, не просто обучением занимались. Вы, похоже, всего-навсего своими несколькими словами создали Цинь Шихуана-ди, который объединил весь Китай! Вся жизнь этого человека прошла в нескончаемых войнах. Одному Богу известно, что виной всему твоё влияние!» – Цзюнь Мосе был в шоке.

Впрочем, такое горячее желание к подчинению и управлению, помимо этого сумасшедшего извращенца Первого Шао, вряд ли кто-то ещё другой мог воспитать в этом человеке!

«После своего возвращения, я сразу же построил этот каменный дворец и остался жить здесь, в совершенстве развивая свой моральный характер и моральную целостность. По прошествии тысячелетнего периода, я наконец-то понял «небесную» истину!

И тогда прошлое, настоящее и будущее отчётливо стало проноситься перед моими глазами! Если хочешь что-то узнать, не нужно измываться в долгих размышлениях и не нужно беспокоиться по этому поводу. Конечно, ты сможешь это узнать.

В один день придёт озарение. И через много лет, неожиданно появился ты, странный чужестранец. Это событие приятно удивило меня. Особенно то, что ты прибыл с загадочной Земли. У меня руки зачесались от нетерпения!

Однако я ждал тебя так долго, и всё ещё жду, когда достигнешь наивысшего совершенствования, чтобы сразиться с тобой. Это ожидание, в самом деле, так утомительно. Поэтому я решил тебе, вот здесь, всё подробно рассказать! Мальчишка, я подожду, когда ты достигнешь пика своей силы, а потом вернусь и сражусь с тобой! На твоей родине я немного попал впросак, хе-хе, поэтому благодаря тебе хочу наверстать упущенное!»

Эти слова были выведены такими ровными линиями, словно были выкованы лучшим кузнецом из железа. Похоже, буквы были переполнены прочной решимостью к борьбе.

– Чего ещё? Наверстать упущенное, б*ядь?! То, что ты попал там где-то впросак, ко мне какое имеет отношение? Ещё собрался искать меня, причиняя мне беспокойство! – Цзюнь Мосе выпучил глаза от удивления, глядя на эти каракули на свитке. Сколько всего нового он узнал об этом Шао.

Похоже, что ему неслабо так досталось на Земле, раз он никак не может забыть этого!

Однако здесь Первый Шао упомянул ещё об одном: «небесная истина»?

«Что это ещё за истина такая?» - Цзюнь Мосе надолго погрузился в раздумья, и только спустя сравнительно долгий промежуток времени снова вернулся к чтению свитка.

«Далее я собираюсь вернуться на свою родину, поглядеть, может там есть достойный соперник для меня. А потом снова продолжить свои путешествия. Надеюсь в один прекрасный день я смогу вернуться, и ты, щегол, не должен разочаровать меня!»

Цзюнь Мосе нахмурился: по-видимому, этот тип потом снова возвращался в Подземный Мир. Тогда нет необходимости и говорить, что, начиная со Второго Шао и вплоть до Четырнадцатого, они все были его потомками. А то как тогда они один за другим появлялись? С интервалом в тысячу лет появлялся такой жадный до власти и славы тип?

«Ты, парень, в самом деле, везунчик, взял и появился, да ещё к тому же принес собой такое редкое сокровище. Да, б*ядь, та вещица, которую ты прихватил – самая желаемая драгоценность того подлеца. Если бы я доставил неудобства не тебе, то кому тогда?»

В этих словах была глубокая ненависть! И до Цзюнь Мосе, наконец, дошло.

Оказывается, вот кто всемогущий, заставил Первого Шао попасть впросак.

Прадед Хунцзюнь!

В эту минуту Цзюнь Мосе охватило чувство восхищения и уважения!

«Вы, старец, действительно так внушительно и величественно выглядите, наше с вами величие – это всё ваша заслуга. Не восхищаться вами просто непростительно, этот извращенец тоже потерпел поражение от ваших рук».

«Я несколько десятков тысяч лет искал эту драгоценную вещь, а она хранится здесь, оказывается. Посмотрим, хватит ли у тебя сил найти её! Кроме этого, у меня есть ещё один большой сюрприз для тебя. Эта пещера может очень сильно изменить тебя, здесь находится главная артерия - сила материка Суань!

Однако я должен предостеречь тебя: три Священные земли, всё же, мои ученики. А ты, негодник, знай меру. Столько лет долгих наставлений – пустяки, по-твоему? Ты ни в коем случае не должен обрубать мои корни! Иначе, когда я приеду, тебе мало не покажется!»

Эти слова были полны угроз и устрашения.

Цзюнь Мосе повернул голову и сплюнул:

– Раз уж на Земле был выдающийся человек, который смог проучить тебя, я уверен, что у меня тоже получить разукрасить твоё извращенское личико!

«Я писал так долго, а это, знаешь ли, тоже тяжелая физическая работа, мать твою! И вообще, у меня нет много времени с тобой болтать, негодник! Ты, давай-ка, обрати своё внимание на всё, что я сказал! Если не будешь проводить каждую минуту своего времени с умом, занятый тренировками, то, когда я приеду, мало тебе не покажется.

Ни в коем случае не надейся получить от меня снисхождение. Если погибнешь от моего удара – в этом надо будет винить только тебя самого. Это ты так мало старался, а не я такой жестокий и безжалостный, понятно?! Ладно, меня жёнушка зовет, я пошёл!»

Согласно этим словам, это означало конец сего рассказа. Однако в самом низу была нацарапана пара строчек весьма небрежным почерком, словно в спешке:

«Ты, б*ядь, не умничай только! Сначала прочитай всё, что для тебя оставил я, а потом уже принимай своё проклятое решение! Тебе, балбес, не хватает порядочности. Вот увидишь, когда я вернусь, я тебя нисколько не разыгрываю, предупреждаю, не нужно использовать свои разные штучки-дрючки, которые ты умеешь. Чтобы изменить этот мир, тебе ещё придётся попотеть. А не потеют либо слабаки, либо мёртвые. Смотри, падла, тебе ещё далеко до этого, пока не дотягиваешь!!!!!!»

И вот здесь был точно конец. Всё заканчивалось непрерывным рядом ругательств и оскорблений, и ещё кучей восклицательных знаков!

Наконец-то, дочитав, Цзюнь Мосе словно почернел с головы до ног!

За время чтения этого длинного-предлинного рассказа, у Цзюнь Мосе чуть несколько раз не случился инфаркт. И несколько раз были позывы выбросить к херам этот е*учий свёрток и подтереться им!

«Эти письмена слишком раздражают!! К счастью, это извращенец попал на землю в эпоху сражающихся царств. А в то время ругательства и бранные слова были развиты не как, например, сегодня. Этот свиток точно довёл бы меня до белого каления, и я бы даже в гробу вспоминал всё это благозвучие! Однако прошло уже более десяти тысяч лет. А на земле только чуть больше двух тысяч. Это ещё почему? Неужели у двух планет может быть такая большая разница во времени? Ответ на этот вопрос трудно было найти. А если трудно, значит, это и не так уж было нужно.

Тогда что же значит эта его последняя фраза? – «Смотри, падла, тебе ещё далеко до этого, пока не дотягиваешь!!!!!!» – кажется, эта фраза имеет глубокий смысл.

В конце концов, что может изменить этот мир? Не что иное, как высокие технологии, просвещение и культура, и ещё порох. Однако когда эти вещи изобрели, Первый Шао уже покинул Землю? Как он может знать об этом? Неужели разбираться в прошлом и будущем… даже об этих вещах он всё знает?

Цзюнь Мосе немного подумал, а потом успокоился: Первый Шао сам попал сюда, тогда разве есть то, чего он не знает? А это как раз содержит в себе и прошлое, и будущее!

Он немного замер, глядя это этот свиток, словно это была кожа, сброшенная змеей, которая просто лежала на земле. Мосе даже быстро не мог сказать, что он в конце концов чувствует: изумление, потрясение и ещё уважение, восхищение и стремление.

Такая потрясающая сила, такие мужество и дерзость, такие высокомерие и надменность.

Настоящий кумир.

Кто бы мог подумать, что такой легендарный безумец через несколько лет станет его главным соперником.

Цзюнь Мосе вдруг внезапно охватило чувство острой необходимости!

Он нисколько не чувствовал гордость и довольство собой! Он чувствовал давление!

Кто знал, когда этот псих вернётся, чтобы убить его?

Поэтому нужно серьёзно заняться увеличением своих сил. Как можно скорее достигнуть девятого уровня Пагоды Хунцзюнь и потом дальше заняться саморазвитием. Это теперь моё самое главное и не терпящее отлагательств дело в жизни!

– Я никак не могу проиграть тебе! Пусть даже ты родоначальник материка Суань, пусть даже ты феномен Подземного Мира! Пусть даже ты – вечная легенда, но я – Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мо-не-стоит-со-мной-шутки-шутить-Се!!! – протараторил он.

Глава 755. Тайные сокровища Первого Шао

Брови Цзюнь Мосе приобрели форму острых сабель. Его глаза излучали мощный и таинственный свет! Когда он читал эти высокомерные слова, уголки его губ медленно сформировали легкую улыбку на лице. Он произнёс:

– Если у тебя получилось, то и у меня получится.

И сразу после произнесённых им слов, перед его глазами развернулась следующая картина: свиток, который упал на землю, вдруг поднялся в воздух сам по себе. Он начал колыхаться и казалось, что сейчас он выполняет свою последнюю миссию. В воздухе, перед глазами Цзюнь Мосе этот свиток медленно превратился в ослепляющий глаза огонь!

Этот пышный огненный цветок не рассеивался в разные стороны. Напротив, он медленно образовал шар среднего размера, а затем на поверхности этого шара, также медленно, появился образ, так сильно знакомый Цзюнь Мосе.

Семь континентов, аккуратно «укутанные» голубой водой. Единственное строение, которое можно чётко разглядеть – Великая Китайская стена. Так это же…

– Земля!

Из глаз Цзюнь Мосе вдруг потекли слезы!

«Моя родина из прошлой жизни!

Когда в этой жизни у меня получится там побывать?

Мне очень сильно хочется вернуться туда. Очень, очень сильно!»

От горечи, которую испытывал сейчас Цзюнь Мосе, ему было трудно произнести хоть слово. Он очень медленно поднял свою голову, хотел ещё раз взглянуть на уменьшенную копию Земли. Но она уже исчезла без следа, вместе со свитком Первого Шао.

– После того, как я доберусь до границ Подземного Мира Первого Шао, я обязательно вернусь на Землю! Даже если всё, что у меня получится – это лишь разок взглянуть на неё! – сказал Цзюнь Мосе сам себе.

Определившись со своими намерениями, Цзюнь Мосе стал тщательно разглядывать этот подземный зал.

Здесь и в самом деле есть сокровища, которые Первый Шао сам отыскивал и собирал долгие-долгие годы?! Можно было смело утверждать, что если всё, сказанное первым Шао – правда, тогда здесь таятся самые необычные сокровища вселенной!

Поэтому Цзюнь Мосе был переполнен ожиданием!

Тем более, что Первый Шао, уже некогда говорил: «Я тут тебе оставил большой сюрприз».

Но какой сюрприз можно считать «большим»? Особенно когда это произнесено устами сумасшедшего?

В связи с этим, Цзюнь Мосе старался не завышать свои ожидания. Это будет не так-то просто найти. То, что он отыскал это место, это уже огромный сюрприз!

Цзюнь Мосе блуждал возле этого утёса.

Так как этот утёс можно было охватить одним взглядом, то было понятно, что кроме тех четырёх слов и каменных столов со стульями, за которыми могут одновременно есть пятьсот человек, кажется, больше здесь ничего не было.

Но характер Первого Шао не позволял другим и думать даже о том, что он мог обмануть!

В это Цзюнь Мосе верил всем сердцем!

Всё также внимательно разглядывал территорию. Он внимательно осмотрел каждый миллиметр этого утёса! Он был убеждён, что если здесь и есть какое-то скрытое место, то оно располагается на утёсе!

Сейчас все, что ему нужно было – это внимательность!

Прояви он хоть каплю невнимательности, это бы вызвало в нём огромное сожаление! Ведь если он сейчас уйдёт, он понятия не имеет, когда вернётся сюда в следующий раз.

Но очень внимательно осмотрев десятки метров, он так ничего и не нашёл!

Цзюнь Мосе был растерян. Вдруг он в ужасе остановился.

Он задал себе вопрос:

– Если бы я был Первым Шао, то где бы я сделал потайное место? Если бы я был Первым Шао, тогда, находясь в главном зале, какое место я бы выбрал?

Он думал об этом очень долго, затем он вернулся к четырём словам, которые были выгравированы на утёсе.

Он закрыл глаза и старался представить во всех подробностях высокомерный вид Первого Шао, который сидел под этими словами. Чтобы каждый мог его увидеть и с первого взгляда прочитать эти надменные слова! Лишь тогда он смог бы поймать это превосходное ощущение, что он подчинил себе поднебесную!

«К тому же я сам чувствую, какие это превосходные ощущения!»

Поэтому Цзюнь Мосе вернулся к месту, над которым были выгравированы четыре слова. Открыв глаза, он тщательно осмотрел поверхность. Как он и предполагал, здесь был след от большого стула.

Он взмахнул рукавом, и пыль поднялась в воздух. Однако она была такая, как везде. Пыль не заполнила воздух настолько сильно, хотя и разлетелась во все стороны. Она не поднялась слишком высоко. Она приняла форму ковра.

Как же неожиданно. Место, где жил или живёт Первый Шао, имеет очень крутые проблемы с уборкой. Но, скорее всего, Шао это не волновало нисколько.

Цзюнь Мосе покачал головой, он был ошеломлён.

Как и следовало ожидать, на земле было четыре места, которые были сильно истерты. Лишь взглянув, Цзюнь Мосе понял, что это был результат долгого использования четырёх опор. Первый Шао величественно восседал здесь – это точно.

Но расстояние между этими четырьмя следами были слишком большими. Что это за огромный стул такой? Цзюнь Мосе рефлекторно потёр подбородок и увяз в непонимании. Помимо этого, сбоку что-то выпучивалось, и это что-то было высотой с палец руки.

Цзюнь Мосе подошёл, и с силой наступил на это.

Неожиданно с самой вершины начало падать что-то очень огромное, оно тут же приземлилось, а затем стало абсолютно неподвижным. И, вопреки ожиданиям, оно не издавало ни звука, четыре опоры впились именно в те места, где были следы.

Цзюнь Мосе так и остался стоять на том, на что он наступил. Не сдвинулся ни на миллиметр. Потому что он понял, что Первый Шао стоял здесь, нажимая на свой тайный рычаг. Неужели Первый Шао мог бы позволить этой штуке раздавить его? Поэтому, хоть с виду это и кажется опасно, но когда эта штука падала, единственное безопасное место было то, где сейчас и стоял Цзюнь Мосе.

Наконец он очень чётко увидел то, что упало сверху, он невольно произнес:

– Твою ж мать!

Это была кровать!

Кровать! Да к тому же, огромная! Огромная-преогромная кровать!

Эта кровать была настолько огромной, что на ней могли поместиться сто человек!

Да он самый настоящий бесстыдный развратник!

Цзюнь Мосе одновременно с презрением и с восхищением смотрел на эту кровать. Он думал о том, чтобы в будущем привести сюда сразу Мэй Сюэ Янь, Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и остальных, и заняться тут с ними сексом. Думал он об этом, думал, невольно потирая свой подбородок. На его лице появилась пошлая улыбка, а глаза его заблестели.

Подойдя поближе, Цзюнь Мосе почувствовал, как всё его тело стало тёплым. Он понял, что эта огромная кровать была необычным творением многих тысяч лет!

Не строение её было необычным, а то, что на всей кровати были узоры, вырезанные по нефриту.

Цзюнь Мосе вдохнул холодный воздух. Лишь только одна эта кровать уже – самое настоящее сокровище!

Многолетний нефрит устраняет все недуги, вылечивает даже смертельные заболевания, укрепляет здоровье, продлевает жизнь!

Пользу, которую может принести эта кровать, не описать словами!

У Цзюнь Мосе закружилась голова.

Это был не просто тысячелетний нефрит, это был редчайший тысячелетний нефрит! Это ценнее обычного нефрита в несколько тысяч раз! Этот нефрит впитывал в себя все сверхъестественные силы этого мира.

Взгляд Цзюнь Мосе стал хищным!

«Это... это... это... Боже Мой, как же я унесу эту огромную кровать с собой? Особенно сейчас, когда Пагода Хунцзюнь бездействует и не хочет сотрудничать?

Но если я не заберу её с собой, я с этим никогда не смирюсь. Но кто знает, получится ли в следующий раз сюда прийти?

Если бы скупщик обнаружил гору, покрытую золотом, и не забрал бы с собой ни одного кусочка золота, то чтобы он чувствовал? Это такое чувство, которое трудно было описать. Скупщик был бы тем, кто всегда раскидывал бы деньги направо и налево. Но, если бы на его месте был я, то я бы умер прямо там, на этой горе».

Цзюнь Мосе вздохнул. Этот извращенец, кажется, получал на этой кровати слишком много удовольствия. Лишь имея одну такую кровать, ты уже будешь в неописуемом восторге. Спать на такой кровати даже без красивой девушки в твоих объятиях, это в принципе то же, что и лежать рядом со всеми красавицами поднебесной.

Обычный парень умрет от оргазма, просто лёжа на этой нефритовой кровати.

Но если это не обычный парень, да ещё и у него есть достаточно много девушек, тогда на этой кровати было бы…

Кап-кап, кап-кап, кап-кап.

Изо рта молодого мастера Цзюнь потекли слюни. Он был ещё тем похотливым маньяком, способным перенести всё это удовольствие.

Цзюнь Мосе запрыгнул на кровать. Сбросил обувь на землю, а затем лёг. Он представил, как всё его тело станет влажным в объятьях красивой девушки. Или девушек.

– Это действительно – очень ценная вещица, от которой можно получить настоящее наслаждение! – сказал мастер Цзюнь, прищурив глаза.

Он принял позу, в которой представлял себя. Убедился в том, что это именно та поза, в которой он получит больше всего наслаждения, и после этих успешных притворств, начал проверять обе стороны кровати.

Если в помещении был какой-то механизм, то он наверняка был установлен на этой кровати!

И он точно находится недалеко, чтобы Первый Шао мог дотянуться обеими руками.

Как и следовало ожидать, вытянув обе руки, Цзюнь Мосе нащупал несколько кнопок! Он самодовольно улыбнулся. А затем крепко зажал ту, которая была к нему ближе всего.

Глава 756. Шёлк из чистого сердца!

Механизм тотчас же пришёл в движение.

Что–то медленно заскрипело. Сначала слегка, а потом звук постепенно становился всё сильнее. Он нисколько не напоминал тот шум, который раздался при запуске механизма. В целом он звучал всего минутку, а потом совсем исчез. Цзюнь Мосе увидел, как с другой стороны внезапно возникли огромные каменные ворота. Он был потрясён.

Совсем недавно он всё тщательно просмотрел с той стороны стены и не обнаружил там ни малейшей щели. Но, однако, только нажав на кнопку, эта створчатая дверь вдруг внезапно появилась непонятно откуда! И этому нельзя было не удивиться! До какой степени здесь всё мастерски устроено, все-таки?

Оказывается, Первый Шао, помимо владения в совершенстве искусством боя, ещё неплохо разбирался в разных механизмах и машинах! Этот механизм был устроен так тонко и искусно. В самом деле, великолепная работа! А особенно то, что это всё было устроено именно под землей, это действительно было достойно похвалы!

И ещё, с самого начала возникновения этого звука и до момента, когда он полностью исчез, Цзюнь Мосе понял, что причина была в том, что этот механизм не работал уже очень долгое время. Придя вдруг в движение, он от непривычки заскрипел, как старые кости, вследствие чего и появились эти звуки. Если бы даже возник какой–то большой шум, нечему было бы удивляться. Однако то, что скрип прекратился, говорило о том, что механизм исправен и готов войти в обычный для себя режим!

И это за очень короткий промежуток времени!

По крайней мере, это все-таки механизм, которому было без малого более десяти тысяч лет!

И вот так он неожиданно быстро восстановил рабочий режим!

Цзюнь Мосе был поистине поражён этим, но ещё больше он обалдел от того, что находилось позади него. Другими словами можно было сказать, что это была лишь прелюдия к настоящему изумлению.

Следуя за активацией механизма, потайные ворота сверкнули, и появился длинный просторный коридор. В высоту он был около двух чжан, в ширину три чжана. Он был довольно глубокий, и на взгляд, протяжённостью где–то более сотни чжан.

Хотя этот коридор был узким и длинным, он вовсе не был тёмным и мрачным, как обычно случалось по канону. Внутри он был полон мягкого тёплого света. Вдоль стен под потолком, с интервалом примерно в два шага, красовались бок о бок по две жемчужины, светящиеся в темноте. Каждая была размером с кулак и излучала большое, но такое нежное сияние, и поэтому весь коридор был залит светом!

Такие огромные жемчужины – просто настоящее сокровище! Если богатая влиятельная семья или императорский дворец обладали бы хоть одной, то хранили бы её в какой-нибудь расписной нефритовой шкатулке. Относились бы к ней настолько бережно и с особой осторожностью, будто на месте жемчужины лежало новорожденное дитя в колыбели. Возможно, использовали бы для украшения короны императрицы.

Однако здесь же подход к ним был более расточительным, и они были просто вставлены в стену, служа предметом освещения! Однако расточительством это тоже не назовёшь, потому что этих жемчужин здесь было настолько много, и они уже не казались какой–то редкостью или бесценной драгоценностью, поэтому и Мосе сначала был очень потрясён, увидев их, а потом попросту перестал обращать внимание!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и подошёл к началу коридора, почувствовав мягкое, и в то же время сильное ароматное благоухание. Оно било прямо в нос и в течение долгого времени никуда не улетучилось. Мосе невольно замедлил шаг. Было очевидно, что это аромат исходит из места, где проживали прекрасные жёны Первого Шао.

Гуда ни глянь, казалось, что этот коридор не имел конца и края. С обеих сторон по всему видимому пространству, располагались покои жён. Цзюнь Мосе с досадой вздохнул и пошёл дальше. Действительно, через довольно большое расстояние, обнаружилась кнопка, нажав на которую, беззвучно открывалась дверь, и появлялось величественное и прекрасное убранство.

Кровать, туалетный столик, письменный стол. Там была куча разной мебели и утвари, какую только пожелаешь. Красавицы давно покинули это место, но дивный аромат до сих пор витал в воздухе.

Цзюнь Мосе немного прошёлся и посчитал. Всего там было сто тридцать шесть спален!

Другими словами, значит, у этого Первого Шао было целых сто тридцать шесть жён? Но разве он сам не говорил про девяносто девять жён? И тогда зачем же здесь сто тридцать шесть комнат?!

Цзюнь Мосе вдруг осенило: похоже, это в этом мире у него было девяносто девять жён. Но, видимо, побывав на Земле, он завёл себе ещё немало, и, судя по числу комнат, он привез с собой ещё тридцать семь красоток.

«Б*ядь, да он маньяк форменный!

Животное! Или нет, он даже хуже животного. Столько женщин, да как он ещё в живых после этого остался!

Небеса, вы вообще видите это!?»

Не найдя подходящих слов, измученный молодой мастер Цзюнь побрёл обратно. Он вошёл только в одну комнату, а в остальные даже заглядывать не стал.

Основываясь на характере Первого Шао, можно было предположить, что он решительно бы не стал прятать такую дорогую вещь где-нибудь в апартаментах своих многочисленных женщин! Даже если бы на его месте был Мосе, то он бы тоже не стал! И к тому же, Цзюнь Мосе, нарушив покой первой комнаты, куда он вошёл, почувствовал, словно осквернил это место.

Относительно Первого Шао, Цзюнь Мосе мог себя вести как угодно, да даже если Первый Шао стоял бы прямо перед ним, он бы тоже не побоялся и тотчас обматерил его! Но по отношению к этим красавицам Мосе не мог себя так вести, да и не хотел.

Как бы на это отреагировал Первый Шао? Они что, обыкновенный товар, на который может смотреть кто угодно?

Поэтому Цзюнь Мосе, наоборот, испытывал восхищение и даже уважение к этим женщинам. И он немедленно же ушел оттуда, оставив этот прекрасный аромат и дальше храниться там.

Он протянул руку к кнопке и закрыл эту дверь, и в ту самую минуту, когда он закрывал ее, вдруг на стене что засверкало. Оттуда свесилась матерчатая лента. Потом, превратившись в маленький огонек, из которого появилось красивое, но в то же время дерзкое и непокорное детское улыбающееся лицо, которое со вздохом вдруг произнесло:

– И в самом деле, легенда с Земли – Цзюнь Се!

Если ты, мальчонка, вошёл в эти двери, а аромат по–прежнему не выветрился и не просочился наружу, значит, и другие механизмы останутся навечно закрытыми! Пусть ты несёшь в себе уникальные способности того старого хрыча, тебе всё равно будет трудно разобраться с моей планировкой. Неплохо, неплохо, ты даже стал нравиться мне.

А затем это улыбающееся лицо в огне подмигнуло Мосе и впорхнуло обратно в пламя, исчезнув без следа.

Глядя на это исчезающее лицо, Цзюнь Мосе вдруг понял:

"Когда я только вошёл в этот тыловой дворец, война с Первым Шао уже началась, и даже сейчас, мы опять начали сражение!

Несомненно, что я всё время был загнан в невыгодные условия, вплоть до настоящего момента и, можно считать, с трудом возвращаюсь в исходное положение! "

Вернуться к исходному положению, по большому счету – непредвиденный шанс. Главным образом, источник этого у меня такой же, как у Первого Шао, и это – честолюбие! Если ты уважаешь близких людей своего врага, значит, ты и уважаешь своего врага!

И это уважение идёт в обмен на то, чтобы и тебя уважали так же! Кажется, этот Первый Шао, как и я – очень чувствительный человек, который ненавидит, когда плохо обращаются с его близкими людьми!

Цзюнь Мосе ненадолго задумался, вернулся к нефритовой кровати, а потом нажал на все оставшиеся семь кнопок разом!

Раздался скрип, а потом в разных местах этого зала появились ещё два длинных коридора!

Цзюнь Мосе произвольно выбрал самый близкий к нему коридор и неторопливым шагом прошёл вовнутрь!

И тотчас же он успокоился. Всё, что он видел своими глазами, он воспринимал как само собой разумеющееся, без удивления!

«Не стоит обращать внимания на его искусно выполненный тронный зал, и на твои разные способности и умения! Но одно не стоит забывать: я, Цзюнь Мосе, тоже когда-нибудь буду способен на такое!

К тому же, ты уже живёшь несколько десятков тысяч лет в этом мире. Если у тебя нет никаких особенных способностей, это и правда заставит меня презирать тебя».

За дверьми скрывался вполне стандартный интерьер. Можно даже сказать, что это была большая гардеробная!

Она была довольно просторная, однако внутри имелось только девять белых платьев, висящих на вешалках. Поэтому было непонятно: мужские они или женские. Кажется, и тем, и другим их можно было носить. А ещё Цзюнь Мосе заметил, что они были совсем неношеные!

Он выбрал одно и потрогал его на ощупь, и даже немного вздрогнул. Платье было сделано словно не из шёлка, а из нежнейшего масла. На ощупь ткань была мягкой, гладкой словно вода, очень лёгкой и весьма эластичной!

На стене было выгравировано несколько строчек: «Шёлк Вэньюйсинь (нефрит и сердце, переводится как чистое непорочное сердце), непробиваемый и неуязвимый, водонепроницаемый и огнеупорный, величайшее сокровище, чтобы оборонятся от врагов! Он производится из нефрита, возрастом в сто тысяч лет, и проходит процесс огненной плавки. Они могут уберечь твоих близких от ранений и травм. Прости за мой недостойный подарок».

Цзюнь Мосе просто остолбенел. Что это ещё значит? Неужели он действительно предполагает, что мои близкие могут пораниться? Поэтому специально оставил несколько пар платьев для них?

Цзюнь Мосе немного подумал, потом взял одно платье, набрал достаточно силы в свою ладонь, и попробовал, словно ножом, продырявить его рукой! Платье только покачнулось, но никаких повреждений не осталось!

Этот шёлк Веньюйсинь, в самом деле, просто потрясающий!

Ценная вещь!

Цзюнь Мосе был просто в восторге. Тут было девять платьев. Как раз хватит для матушки, дедушки, дядюшки, Гуан Квинхан, Дугу Сяо И, Мэй Сюэ Янь!

Но немного поразмыслив, Мосе не смог понять одного. Даже если учитывать тётушку, то выходило, что ему могло понадобиться семь платьев, но тут их было целых девять! Что это может означать? Намёк на будущее? Почему такая разница?

Цзюнь Мосе погрузился в размышления, но ничем это хорошим не закончилось, и он просто собрал все девять платьев в охапку и вышел наружу. Всё же лучше, чем ничего. Это было не то, чего он ожидал. Он вышел и плотно закрыл ворота.

Он положил одежду на нефритовую кровать и пошёл в следующий коридор.

Хотя эти платья были очень неплохи, всё же, это было далеко от того, чего он ожидал.

Дальше следовала просторная каменная комната, в которой было пять маленьких подмостков. Первый стол был в человеческий рост высотой, сверху донизу от него исходило золотое сияние. На самом верху которого располагался ослепительный золотистый шар, размером с человеческую голову, который испускал сияние в разные стороны.

На втором столе был такой же шар, только сочно-зелёного цвета, также ослепительно сияющий зелёным огнем;

На третьем столе – тёмно-голубой шар;

На четвертом – ярко-красный огненный шар.

И на пятом столе находился ярко-жёлтый, словно солнце, сверкающий шар! Все эти пять шаров формировали между собой равносторонний прямоугольник! Или ровный круг!

Взгляд Мосе застыл! Он и представить не мог, что, открыв эту комнату, он найдет такой прекрасный сюрприз здесь!

Глава 757. Разорваться на пять частей!

– Квинтэссенция металла, дерева, воды, огня, земли – здесь собраны все сущности пяти стихий?! – увидев такую картину, Цзюнь Мосе просто застонал.

Это действительно квинтэссенция пяти элементов!

«Неужели Первый Шао из Подземного мира решил сделать мне вот такой сюрприз?»

Тем не менее, кажется, эти вещи отсюда просто так не унести!

Из-за приёмов и техник Первого Шао, эти квинтэссенции, находясь в обособленном помещении, взаимно уравновешивают и дополняют друг друга, можно сказать, что они уже слились воедино и выработали своеобразный баланс!

Если опрометчиво вытащить один из элементов, равновесие нарушится, а это уже может привести к огромному взрыву!

Цзюнь Мосе быстро пришёл в себя от радости, обнаружив такую опасную часть всей её составляющей!

Как только произойдет потеря баланса – всё взлетит на воздух! Это вне всяких сомнений!

Более того, Мосе обнаружил, что сущность пяти элементов пролегает до самого центра земли.

Как только сущность этих пяти элементов взорвётся, даже по самым скромным подсчетам, по крайней мере, вся гора тут же взлетит до небес! Этот главный зал, естественно, тоже исчезнет без следа. Даже от Цзюнь Мосе ничего не останется, и Инь–Ян не поможет ему избежать этого!

Он обошёл все эти квинтэссенции ещё раз, а затем глубоко вздохнул:

– Дорогуша, ты хотел меня обрадовать этим? Или же напугать? А может, это какая-то проверка?!

Единственный вариант – одновременно вобрать в себя все сущности пяти стихий. Но если это сделать, то вместе с тем нужно привести в действие силу всех пяти элементов! Это, несомненно, супер сложная задача для нынешнего Цзюнь Мосе! Он ведь даже ещё не пробовал использовать вместе хотя бы три силы!

Самое большее, что он делал, работал со стихиями земли и воды во время обрушения Цзянфэна!

Для этого придётся делать пять дел одновременно!

Для обычного человека работать над двумя задачами уже слишком тяжело, из этого не выходит ничего путного, а тут Цзюнь Мосе предстоит разорваться на целых пять частей!

Тут просто нечего сказать. Всё было сделано Первым Шао нарочно, даже само расположение квинтэссенций говорит об этом!

В таком большом зале эти сущности стихий разбросаны просто повсюду! Да ещё и так близко друг к другу!

Будто это – миллионы атомных бомб с открытым предохранителем, которые были расположены в одном месте. И спокойно пролежали там десятки тысяч лет.

Люди Серебряного города действительно впечатляют!

Так удачно подобрали место и построили здесь целый город! Более того, они господствовали и радостно жили тут столько лет. В этот момент Цзюнь Мосе испытал огромное восхищение к предкам Серебряного города!

Можно «подняться на небеса» в любое время!

Цзюнь Мосе вдруг вспомнил про обрушение Цзянфэна, и ему свело ногу судорогой! Кто бы мог подумать, что то сильное землетрясение не повлечёт за собой взрыв. Ох, как же повезло!

Если бы та вибрация привела в итоге к взрыву, то там бы не то чтобы от Серебряного города, там бы от самого Мосе и всех людей наверху, включая Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Вуя ничего не осталось! Все бы коллективно отправились на небеса, в прямом смысле этого слова.

– Да я трахал тебя и всю твою семью, ублюдок ты эдакий! Сукин сын двуличный! Гений всех поколений! Тьфу, б*ядь! Да ты жестокая тварь! Свирепый монстр! – внезапно взревел Мосе, будто тигр, загнанный в клетку.

Он тяжело дышал, а глаза его вдруг залились кровью!

В этот момент Мосе собрал всю волю в кулак и закричал:

– Использовать сразу все пять стихий? Хорошо! Однако если же ничего не выйдет, как ты будешь доставать своего миленького малыша? Всё ещё хочешь отшлёпать меня по заднице? Тогда жди!

Цзюнь Мосе отскочил и занял центральное положение! Затем он подогнул под себя ноги и раскрыл все свои телесные возможности и духовную энергию!

На этот раз процесс поглощения можно было описать в шести словах.

Потерпишь неудачу – принесёшь себя в жертву!

И эти слова соответствуют действительности!

Если не получится вобрать в себя все квинтэссенции или же будет утеряно равновесие – тогда не только все заснеженные горы превратятся в ничто, но и Цзюнь Мосе не сумеет спастись и превратится в горстку пепла!

Однако если же всё закончится успешно, и он поглотит такое большое количество сущностей пяти стихий за один раз, то сила пяти элементов, которые он накопил в своём теле, неизбежно взлетит вверх, словно ракета!

Это будет огромное достижение!

Более того, поскольку сила пяти элементов в этом месте всегда сбалансирована, это означает, что все сущности этих пяти элементов находятся на абсолютно равном уровне. Пока они могут успешно всасываться в тело, они автоматически будут образовывать цикл из пяти линий, а если же наоборот, то ничего не выйдет.

Если совершить однократное поглощение, сила будет слишком велика, это неизбежно вызовет дисбаланс в организме человека, что приведёт к немыслимым результатам!

В сердце Цзюнь Мосе постепенно открывалось базовое исполнение Пяти Элементов. Оно медленно скользило через всё его тело, не оставляя никаких следов! В этот момент весь мир был оставлен на второй план!

Пять стихий: металл, дерево, вода, огонь, земля!

Все они соответствуют пяти внутренним органам человеческого тела. Металл – это лёгкие, дерево – печень, вода – почки, огонь – сердце, земля – селезенка. Это пять внутренних органов! Тем не менее это ещё не всё. Существует связь ещё с шестью важными органами: металл – толстая кишка, дерево – желчный пузырь, вода – мочевой пузырь, огонь – тонкая кишка, земля – желудок.

Кроме того, пять элементов соответствуют ещё и пяти человеческим эмоциям: гнев, радость, тоска, скорбь, страх! Даже с органами чувств (глаза, язык, рот, нос, уши) есть определенная взаимосвязь. Сюда можно отнести человеческие мышцы, вены, мясо, кости и волосяной покров!

Другими словами, если Цзюнь Мосе хочет поглотить сущность этих пяти стихий одновременно, ему необходимо мобилизовать каждую часть всего тела. И без остановки комбинировать энергию каждого элемента!

Это кажется очень простым, но на самом деле, это – огромная работа, которая чрезвычайно сложна и опасна! Не важно, где, но если будет хотя бы малюсенькая промашка, тогда все усилия пойдут крахом!

Поэтому Мосе так вспылил, учуяв скрытый смысл в этом деле, вложенный Первым Шао! Так много важных деталей!

Здесь уже, как говорится, он вынужден действовать не по своей воле, и не может никак повлиять на свой выбор!

Поэтому если потерпишь неудачу – принесёшь себя в жертву!

Сегодня этот молодой мастер готов идти до самого конца!

Цзюнь Мосе полностью успокоился. Затем он тщательно отрегулировал свое дыхание и расслабил всё тело, так чтобы оно находилось в идеальном балансе.

Череп, конечности и туловище полностью расслаблены и сбалансированы!

Теперь, даже если поместить его тело на поверхность воды, оно не пойдет ко дну, ведь был найден абсолютный баланс!

Затем он глубоко вздохнул и в пустоте своих мыслей резко призвал силу металла!

Как только сила металла активировалась, квинтэссенция стихии металла очень ярко засияла!

И в момент мерцания этого света появилась сила дерева. А уже следом – сила воды, сила огня и сила земли! Сила Пяти Элементов была полностью приведена в действие. В теле Мосе каждый элемент двигался по установленным меридианам. Сделав один небесный круг, пять стихий достигли своей начальной, то есть финальной точки!

Первая попытка завершилась удачно!

Однако они лишь одновременно вращались, не начиная своё поглощение!

Цзюнь Мосе снова медленно выдохнул. Из его даньтяня снова появились силы всех пяти стихий! И вот, они начали свое вращение!

– Погнали!

После того, как первоначальная энергия прошла двадцать пять небесных кругов и успокоилась, сила пяти стихий продолжила циркулировать по его меридианам. Цзюнь Мосе вскрикнул, и квинтэссенции пяти элементов испустили вокруг себя тонкий свет и выстрелили им в тело молодого мастера!

А затем проникли в его меридианы!

Золотистый свет вошёл в круговорот силы металла, зелёный свет растворился в диапазоне силы дерева, синий свет вошёл в круг силы воды, красный свет влился в силу огня, а жёлтый отправился в меридианы силы земли!

Поглощение сущности Пяти Элементов объявляется открытым!

С этого момента Мосе начал свое хождение по канату над пропастью!

Такое описание не было преувеличено. Здесь даже трудно было подобрать слова, чтобы описать сопутствующие риски!

Если канат вдруг разорвётся, то погибнет не один акробат. Рухнет целая гора, и погибнет много ни в чём не повинных людей.

Разноцветные лучи отражались на волосах Цзюнь Мосе и медленно впитывались в его тело. Эта каменная пещера напоминала ночной клуб с неоновыми лампами. Эти чудесные огни очаровывали и изумляли.

Молодой мастер слегка прикрыл глаза, его разум был тихим, как вода, ведь необходимо было держать под контролем движение силы пяти элементов. В этот момент на душе у него не было ни успеха, ни промаха, такое сложно было описать словами. Тем не менее, квинтэссенция пяти стихий, капля за каплей, продолжала всасываться в его организм.

Время тихонько ускользало.

Два дня и две ночи пролетели в мгновение ока! Всё это время Цзюнь Мосе ни на капельку не изменил положение своего тела!

Даже частота его дыхания осталась прежней!

Его тело раз за разом обливалось потом, но он быстро испарялся в воздухе. Его волосы, неизвестно в какое время, тоже намокли от обильного потоотделения.

В эти два дня и две ночи количество потерянной умственной и духовной энергии, несомненно, выходили за рамки разумного! Если бы не супер выносливость Цзюнь Мосе, то боюсь, никакой другой Достопочтенный мастер не смог бы выдержать такого давления и уже давно бы рухнул или умер!

Из-за поглощения световых лучей, волосы молодого мастера стали такими же толстыми, как стебли травы. Однако квинтэссенция исчезла лишь на одну треть!

В этот момент лучи света стали гуще, толщиной с палочку для еды, да скорость поглощения также увеличилась!

Огромное великолепие света!

Глава 758. Возвращения в Тянсян! С богатой добычей!

Это как раз свидетельствовало о том, что сила пяти стихий внутри Цзюнь Мосе была почти равна квинтэссенции пяти стихий снаружи! Если можно будет добиться перевеса, тогда это можно будет назвать настоящим успехом!

– Твою мать! – после того, как Мосе овладел техникой Инь–Ян, это был первый раз, когда он столкнулся с непреодолимым препятствием! Эта земля была рыхлая сверху, но очень плотная и твёрдая снизу! Как можно было её покинуть?

Цзюнь Мосе потёр лоб ладонью и начал вставать, при этом разбрасываясь ругательствами, и вдруг его глаза застыли на месте:

– Бля! Душа нефрита! Да и ещё такой огромный кусок! Вот же…

Над его телом нависал широкий, примерно в три чжана шириной и длиной в 40–50 чжан кусок нефрита! Блестящий и сверкающий! Душа нефрита!

Цзюнь Мосе по–прежнему не мог поверить своим глазам. Он внимательно всмотрелся в два куска, хранящиеся в Пагоде, а потом перевел взгляд на этот кусок размером с холм, немного даже протёр глаза, и наконец–то с уверенностью сказал:

— Это душа нефрита!

«Владыка небесный! У семьи Сяо есть размером с палец на руке два кусочка нефрита, и они трясутся над ними как над бесценными сокровищами. Да ещё и благодаря этим маленьким кусочкам они обладают магическими способностями. Но здесь, оказывается, есть громадина размером с гору!!»

– Ты ж мой малюточка! – у Мосе от жадности потекли слюнки из уголков рта, и он похлопал слегка себя по груди! В этот раз это был действительно огромный кусок!

Он через силу подавил подъем воодушевления в груди и снова привёл в работу силу Пагоды. Цзюнь Мосе вытянул кусок нефрита из–под земли, словно рыбак рыбу со дна моря!

У Мосе по-прежнему стекали слюнки, и он поглаживал камень, словно какой–то похотливый мужчина бёдра женщины.

– Такой красивый, такой прекрасный, в особенности сияние этих ярких лучей и переливов. Похоже, эта душа нефрита намного мощнее тех камешков у семьи Сяо, – неразборчиво бормотал Цзюнь Мосе.

Потом он прижался к камню лицом и почувствовал освежающее приятное ощущение, словно прикоснувшись к нему, этот кусок нефрита превратился в мягкую и нежную термальную воду, и его душа и тело плескается в её водах.

Из Пагоды вдруг поступил трудно выразимый сигнал прямо в мозг Мосе. Перед его глазами всплыли несколько иероглифов: Природная артерия одухотворенной ци! Божественное молоко Линши!

Неудивительно, что Первый Шао так настойчиво здесь спрятал артерию силы! Цзюнь Мосе просто прыгал от радости. Можно сказать, Божественное молоко Линши – главная природная драгоценность! Достаточно принять одну каплю и можно с начальной ступени серебряной Суань с огромной скоростью стать Великим мастером. Главное – не переусердствовать. Но сколько же в такой огромной артерии содержится капель? Если добавлять её при изготовлении волшебных таблеток, тогда…

Цзюнь Мосе чуть не грохнулся в обморок, - настолько он был счастлив. Он чувствовал, что уже не сможет справиться с этим восторгом и заткнуться. Его сердце уже было на стадии кислородного голодания. Он качнулся и опрокинулся на землю, и чуть совсем не потерял сознание!

Спустя долгое время, он, наконец, смог подняться и с осторожностью сказал:

– Принимай, – такой большой кусок нефрита был в одно мгновение принят в себя Пагодой, прямо сразу на четвертый уровень.

Потом Мосе немного перевёл дыхание и огляделся по сторонам:

– Ммм, эту кровать я тоже себе забираю. И эти жемчужины тоже, ты же не придаешь им значения, а мне они даже очень понравились. Так что можешь не благодарить. В любом случае, ты же это всё оставил мне. Верно, однако, будучи человеком, нельзя быть таким непревзойденным. Если артерия силы уйдет, для ребят сверху наступят серьёзные последствия.

Поэтому все силы Пагоды втягивались Хан Фэн Сюэ. Именно по этой причине, снова сродниться с Серебряным городом было крайне затруднительно!

Цзюнь Мосе колебался, но потом, стиснув зубы, всё-таки решился. Со страдальческим выражением на лице он отрубил от самого края кусок, размером с метр. Основной огромный кусок он снова положил на первоначальное место.

«Я не хочу искоренить это. Кто знает, пройдет сто тысяч лет, и я вернусь сюда, и здесь снова будет артерия силы…

Ха–ха–ха!!!»

Всё было полностью собрано, и Цзюнь Мосе тут же исчез, не оставив и следа.

После него осталась лишь полная разруха и бардак. Когда Первый Шао вернётся сюда, он, несомненно, будет плеваться от злости очень долго!

Уже не было прежней чистоты и порядка, зато было очень весело. Конечно, Мосе не знал наверняка, будет ли Первый Шао злиться после своего приезда, но один человек уже начал это делать. И именно в ту минуту, когда Мосе занимался тотальной чисткой артерии силы.

Наверху этой скальной пещеры, неизвестно насколько далеко от этого места, спокойно посиживал на своём лотосовом троне бывший повелитель Серебряного города Хан Фэн Сюэ. В этот самый момент он занимался тренировкой, и густой туман одухотворенной ци начал окружать его.

Внезапно со всех сторон излучение ци ослабло. Хан Фэн Сюэ тотчас же это почувствовал и удивленно выпучил глаза. Сила из густой превратилась в слабую и бледную. В один миг ослабела на 90 процентов.

«Да, что же, в конце концов, случилось?» - сердце Хан Фэн Сюэ тут же закололо. Он изумленно огляделся по сторонам, чувствуя лишь, как его сердце погружается на дно. Оно тонуло в бездне и замерзало от пробивающего до костей холода.

Здесь находится место отдыха самого Первого Шао. Из–под земли, из артерии силы исходит дыхание, хотя значительно слабее, но по сравнению с другими местами всё же больше. Вполне достаточно для этого удивительного эффекта, и поэтому Серебряный город несколько лет провёл в ослепительном великолепии.

А сейчас вся артерия силы была похищена Цзюнь Мосе. Как же теперь можно продолжать эти удивительные тренировки? Разумеется, эффект в разы уменьшится.

Хотя, всё же, по сравнению с другими местами – намного сильнее, но и то кажется, что ненамного. Только лишь благодаря длительному процессу питания силы можно было восстановить первоначальное состояние. Однако Хан Фэн Сюэ уже был не в силах дождаться этого момента.

Вернувшись на землю и столкнувшись с Сюэ Шуанцин, Цзюнь Мосе смог без труда наврать ей кучу всего. Он придумал безупречные аргументы и с лёгкостью заморочил ей голову. Даже глазом моргнуть не успел. Однако в душе ему было немного не по себе.

«Почему госпожа Хан возится со мной, словно мать родная, болтает без умолку».

Сделав все дела, он тотчас же позвал Короля ястребов, в спешке распрощался с Серебряным городом и с богатой добычей отправился в Тянсян!

В это время, в Тянсян, семья Цзюнь находилась в крайней опасности! Достопочтенные провокаторы, в конце концов, после нескольких дней последовательных провокаций так и не дождались соответствующей реакции на свои действия. Их начали терзать смутные сомнения!

У какого мастера будет такой покорный нрав? Спокойно молчать в ответ на провокацию? Чем же тогда он отличается от черепахи, которая спрятала голову в панцирь? В этом мире каждый мастер имеет гордость и высокомерие! Если у него совершенно отсутствует дурной нрав, как же он смог стать настоящим мастером?

Упорство и уверенность – самые значимые для мастера качества. Только обладая этими качествами, можно выйти из толпы и стать кем-то уникальным и неповторимым!

Спрашивается, кроткий, но беспринципный человек проживает свою жизнь не как ничтожество, а потом исчезает из мира людей. О нём даже никто и не вспомнит. Пусть даже важный учёный, но ни один не прожил из них чуть больше ста лет.

Только выделяющийся из толпы, не повинующийся устоям жизни, противостоящий силе природы человек, который пройдет через бесчисленное количество испытаний и трудностей. Через одиночество и тоску. Только такой сможет стать настоящим мастером!

Основная цель, благодаря которой люди хотят стать мастерами, какая? Ради своего честолюбия, чтобы смотреть на весь мир свысока и презирать всех, чтобы ни один человек не мог тебя ограничить, или надавить на тебя! Мастер всегда и везде должен сохранять свою свободу! Своё самоуважение! Стремиться только вперёд и никогда не сдаваться!

Как такой человек может просто молчать в ответ на провокации извне?

На второй день разведывательных мероприятий у Чи Тяньфэна и всех остальных появилась масса подозрений.

Но в это самое время, как гром среди ясного неба, прогремела новость, которая как раз сорвала все их планы. Голубиная почта Священных земель сообщала: Девять почтенных мастеров, которые отправились в Серебряный город, включая Мо Сяо Яо и остальных Почтенных четвертого ранга, в целом 580 мастеров были убиты, никому не удалось уцелеть! И в это же время горная вершина Цзянь была разрушена. Произошёл обвал!

Эта новость очень сильно потрясла всех Достопочтенных мастеров! Если у них была такая огромная сила, то раз уж победить не смогли, то сбежать-то наверняка было можно? За такое короткое время до них долетела вот такая неожиданная новость!

Армия потерпела полное поражение!

Когда силы семьи Цзюнь и леса Тянь Фа достигли такого предела? Ответ на этот вопрос не заставил их долго ждать! Они увидели всё своими собственными глазами!

Всё небо заполнилось тёмными тучами! Вслед за Священными животными с силой девятого пика, с самодовольным лицом победителей, спустились их противники в дом семьи Цзюнь!

Достопочтенный мастер Чен Чун из Неуловимого Мира Бессмертных, прищурившись, глядя на огромные силы, заслонившие собой всё небо, медленно произнес:

– Вернулись?!

Глава 759. Смертельная угроза!

Резиденция второго принца, тайная комната!

– Самым важным и дорогим человеком для загадочного учителя Цзюнь Мосе, должно быть, является как раз его ученик, то есть сам Цзюнь Мосе! Но кто же тогда всех важнее и дороже для Цзюнь Мосе? Можешь ли ты дать мне определенный ответ на этот вопрос? – обеспокоенно спросил Чен Чун, глядя на Ли Юрана.

Когда человек со статусом Достопочтенного мастера обращается к обычному мастеру, это значит, что он относится к нему с уважением и признает его достоинство.

– Самый дорогой человек для Цзюнь Мосе? Осмелюсь спросить, почему вы хотите знать об этом? – улыбаясь, спросил Ли Юран, попутно пытаясь скрыть изумление в своих глазах.

– Причина очень проста, потому что только что я смог, наконец, прийти к выводу, что этого старого монстра нет в семье Цзюнь! За это я могу поручиться! К тому же Цзюнь Мосе в этот раз не вернулся со всеми остальными! – строго сказал Чен Чун.

Когда он говорил, на него резко взглянул Чи Тяньфэн. В его глазах проскользнуло недовольство! От этих слов все присутствующие напряглись! Чи Тяньфэн поднял брови и сказал:

– Брат Чен, как вы можете говорить подобное? За эти несколько дней разведки, каждый из нас уже смог побывать в этом дворике. Все были потрясены силой, которая находится внутри. Всё это произвело глубокое впечатление на всех нас. Откуда у вас вдруг появился такой вывод, брат Чен? Здесь нет посторонних, говорите открыто!

– Хэ–хэ, эти дни вы все наведывались туда. Я не отставал ни на шаг от вас, следуя позади, – Чен Чун вздохнул и медленно продолжил: – Не только в целях разведать что-нибудь, но и чтобы гарантировать безопасность господ. Все хорошо рассмотрели этот дворик и, очевидно, что это вовсе не какое–то постороннее воздействие приводит к концентрации этой силы, а она получена путем тренировок! Этот факт не имеет повода для сомнений. Но, однако, было ещё и то, на что вы, господа, не обратили внимания. На самом деле, я бы тоже наверняка вряд ли обратил, только если бы не непредвиденное обстоятельство, в ходе которого я и обнаружил эту специфическую особенность!

– Какую специфическую способность? – все резко задались вопросом.

– Эта особенность заключается в том, что за всё время циркуляции силы, она оставалась совершенно неизменной. Не увеличивалась и не уменьшалась! В границах этого участка полностью отсутствовали какие–либо сдвиги или циклоны, и также не было и следа мастера! – лицо Чен Чуна стало мрачно-серым.

Не увеличивалась и не уменьшалась, отсутствовали сдвиги. Эти слова погрузили всех мастеров в глубокое размышление. Все Достопочтенные мастера отличались незаурядным умом и проницательностью, а потому моментально поняли, что имеет в виду Чен Чун.

Чен Чун был прав, если бы в самом деле проходила тренировка, то она должна была обязательно сопровождаться своеобразными колебаниями одухотворённой ци или циклонами, а потом она исчезала в центре. Она заново приходила из другого дальнего места, тем самым образовывая круговорот!

Раз уж не было этих признаков, стало быть, было очевидно, что никто не занимался тренировкой! Если там не было тренировавшегося человека, то где же тогда был так называемый выдающийся человек? Последние дни мастера очень боялись этого странного феномена семьи Цзюнь. Все страшились этой могучей и одухотворённой ци, но, тем не менее, не обнаружили никаких изменений в ней.

– Прошлой ночью я решился пойти на риск, и на короткий промежуток времени решил всосать в себя ци, которая висела в воздухе над этим двориком. Это, на самом деле, было очень нужное и важное решение! Однако внизу так и не последовало никакого шороха или звука! – Чен Чун с невозмутимым лицом продолжил: – Все мы умные люди, и ответ был очевиден – мы были обмануты! Это был маневр для отсрочки времени этого старого хрыча, Цзюнь Чжан Тиана! Эти несколько дней дом семьи Цзюнь был совершенно пуст. Поэтому семья и не имела ни единой способности для сопротивления, потому что они выдавали ложь за правду!

Поглощение энергии в воздухе над домом семьи Цзюнь попросту означало то, что эта территория находится под властью того человека! Согласно этой ситуации, становилось очевидно, почему он не показывался перед Достопочтенными!

Этот Достопочтенный мастер Чен Чун поистине был храбрым человеком, несмотря на то, какие последствия его могли ждать. Он всё же решился на этот опасный поступок. Следовало учитывать, что если бы в тот момент его всё-таки застукал хозяина жилища, у него бы совершенно не нашлось бы сил для ответного удара! Рискнуть – это ещё мягко сказано. Он мог лишиться своей жизни в случае непредвиденной опасности!

В одно мгновение все мастера посмотрели на него полным уважения и восхищения взглядом, но он лишь рассмеялся и сказал:

– Не нужно на меня так смотреть. Если бы увидели меня в тот самый момент, насколько я был напуган и растерян, вы бы точно не стали смотреть на меня таким преданным взглядом. За всю свою долгую жизнь я повидал много всего, но такого дикого страха и паники, как прошлой ночью, я не испытывал никогда!

Все разом громко рассмеялись.

– Однако семья Цзюнь и не была нашей главной целью с самого начала! Нашей целью был только загадочный учитель Цзюнь Мосе! Раз уж он находится не в этом месте, тогда зачем нам сражаться с семьей Цзюнь? Неужели наша поездка прошла даром? – спросил, нахмурившись, Чи Тяньфэн.

– До приезда сюда всё так и было, но обстоятельства очень быстро изменились. Сейчас цель нашего приезда не ограничивается лишь одним загадочным учителем, потому что есть ещё один человек, который стал для нас намного опаснее, чем загадочный учитель! – Чен Чун медленно поднял голову и произнес: – И этот человек – Цзюнь Мосе!

– В этот раз погибло более пятисот мастеров из объединённой армии трёх Священных земель! Сам правитель обратился с просьбой к Шенвану, чтобы он лично вызвал меня к себе. Правитель лично поручил любой ценой убить Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь! Эти два человека стали настоящей головной болью для трёх Священных земель! Если всё так и оставить, правители боятся, что три Священные земли в самом деле могут пасть! Эти два человека несут смертельную угрозу для нас!

Все двенадцать мастеров в один миг помрачнели. Если уж сам правитель обратился с просьбой, а Шенван вызвал его для допроса, то это дело действительно принимает очень серьёзный оборот!

Похоже, что Мо Вудао после смерти своего родного младшего брата – Мо Сяо Яо, испытал глубочайшее потрясение! Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе произвели на него серьёзное впечатление, и он был очень напуган! Если бы всё было не так, тогда как бы он, нарушив обычаи трёх Священных земель, стал просить вмешаться Достопочтенных мастеров!

Шенваны не могут принимать участие в каких–либо сражениях! Все мастера, поднявшиеся выше уровня Достопочтенного, занимаются лишь совершенствованием. Они освобождены от рутинных дел. К тому же, каждый находится в каком–то особенном месте, где только он в одиночку может заниматься самосовершенствованием.

Даже сам правитель не имеет права вторгаться в их покои! Если дело не принимает такой оборот, когда существованию трёх Священных земель угрожает смертельная опасность, только тогда мастера Достопочтенного уровня могут вмешаться.

Столкнувшись в этот раз с поразительными способностями загадочного учителя Цзюнь Мосе, с чудесами, нарушающими законы природы, было принято решение направить туда девять Достопочтенных мастеров! Но сейчас ситуация стала намного страшнее!

– Это просьба вполне логична. Вот–вот одновременно будут уничтожены почти шестьсот мастеров, плюс девять Достопочтенных! А такая сила уже равнозначна полной боевой численности какой–то одной земли из трёх! Решение правителя вовсе не кажется глупым!

Раздался очень нежный и красивый голос, словно и вовсе это был голос женщины. Но откуда среди двенадцати мастеров мог раздаться женский голос? Ли Юран удивленно поднял голову, однако все остальные мастера были вовсе не удивлены, словно это было обычным делом.

Сказавшим эти слова человеком оказался один из Достопочтенных мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных. На вид это был человек около сорока лет. Когда он молчал, его мимика была чрезвычайно серьёзной. Манеры сами говорили за него. Он был весьма высокообразованный человек, но, тем не менее, его голос был очень похож на женский.

К тому же в тот момент, когда он только раскрыл рот, черты его лица каким-то невообразимым образом изменились. Одна из его прямых, как стрела, бровей, вдруг стала изогнутой, словно полумесяц. С одной стороны, его лицо оставалось по-прежнему сурово мужским, с другой же, наоборот, превращалось в нежное и женственное, словно у него на лице был румянец, как у молодой девицы.

Один глаз выражал холодную жестокость, другой был полон нежности. На левой руке была видна просвечивающая мускулатура, на правой же были хрупкие и изящные пальцы, которые были на удивление подняты в замысловатом жесте. (Жест руки, когда большой и средний пальцы касаются друг друга, а остальные пальцы подняты вверх)

И у него отсутствовал кадык, но, если бы он как раз был, тогда он не мог бы говорить таким нежным и благозвучным голосом.

Ли Юран взглянул на него разок, и в мгновение его застигло врасплох трудно выразимое омерзительное чувство, словно он увидел самую уродливую и безобразную вещь во всём мире. Гермафродит! Оказывается, в нашем мире и такое существует!

– Не понимаю, что ты хочешь этим сказать, брат Цзян? – слегка нахмурив брови, спросил его Са Цинлю.

Этот «брат Цзян», прикрывая ладонью рот, кокетливо рассмеялся и с обольстительным взглядом посмотрел на Са Цинлю, сказав:

– Ай–яй–яй! Ну ты, право, плохо видишь, что ли? Ты должен называть меня сестра Цзян! Это будет правильнее!

– Сестра Цзян? – удивлённо спросил Са Цинлю. У него появилось такое чувство, словно во время трапезы он съел навозного жука, но выплевывать его уже было бесполезно, так как добрая половина его была уже внутри пищевода. Вот такое поистине трудно выразимое чувство настигло его.

– Цзян Цзюнь Цзи! Если хочешь что–то сказать, то говори быстро, не елозь! У тебя ещё хватает наглости говорить о таких глупостях? – строго сказал Чен Чун. Перед их приездом он строго-настрого запретил этому субъекту что-либо говорить, а лучше бы вообще ему было стать немым. Может так была бы не столь заметна его отвратительная внешность. «Инь–Ян», достопочтенный мастер, Цзян Цзюнь Цзи!

По легендам, много лет назад один чужак во время Битвы за Захват Небес был тяжело ранен. Он не умер, и случайно пересёк небесный столп, скрываясь от погони. Будучи почти при смерти, он, по своей звериной натуре, изнасиловал одну пожилую женщину в горах. В итоге он был, конечно, убит союзными армиями, но самым странным было то, что эта женщина, находясь в преклонном возрасте, а ей было почти 70 лет, вдруг забеременела. После пятнадцати месяцев она родила. И если точнее сказать, ребенок, которого она родила, был и мальчиком, и девочкой. Так как он имел все принадлежности обоих полов.

Эта ошибка природы, впоследствии, очень преуспел в мастерстве Суань. В довольно молодом возрасте он уже обладал довольно высоким уровнем Суань, но он унаследовал от отца определённые качества и повадки. С рождения он был очень кровожадным и с лёгкостью убивал людей. Но твёрдые моральные устои он был не в силах принять. Вне зависимости от того, был ли он мужчиной или женщиной, главной его целью было – убивать и насиловать, поэтому этот человек вызывал много бедствий.

Глава 760. Разработка плана!

В итоге Неуловимый Мир Бессмертных покорился. Находясь в заключении под стражей он совершенствовался. Но спустя несколько сотен лет, этот тип неожиданно достиг уровня Святого, и это было очень странно.

Тем не менее на сей раз, так как возможности так называемого наставника Цзюнь Мосе были феноменальны, он боялся допустить промах. Он заставил его идти впереди, в основном потому, что этот человек был хорошо знаком со всякого рода дьявольскими уловками.

И если быть к нему недостаточно острожным, то можно было попасться в одну из его ловушек.

– Брат Чен, о чём ты говоришь? – беззаботно спросил Цзян Цзюнь Цзи, а затем, надув губы, произнес: – Сейчас в семье меня называют не Цзян Цзюнь Цзи, а Цзян Цзюнь Ди, где иероглиф – Ди означает «знатная женщина».

Он одновременно говорил и кокетливо поглядывал на всех присутствующих в помещении мужчин. И каждому мужчине было неприятно поймать на себе этот кокетливый взгляд. И Ли Юран не был исключением.

На самом же деле, реакция Ли Юрана была даже сильнее реакции других. Он почувствовал холод и мурашки, пробежавшие по всему его телу. Его волосы встали дыбом!

«А если ЭТО захочет вступить со мной в отношения, как тогда быть? Да это ещё хуже смерти! Ударить он его не сможет и сбежать тоже. Но умирать он пока не собирался. Боже!»

Ли Юран, погрязнув в раздумьях, оглядывался по сторонам, и, глядя на других, он лишь видел, как они стояли, скорчив рожи.

Цуй Чанхэ начал, словно безумный, чесать себе предплечья. Лицо его было бледным, как смерть. Он видел перед собой какую–то аномалию. Даже если это и был самый сильный из тех, кто был на уровне Святого, Чен Чун превратился в одну сплошную чёрную линию недовольства.

Для него понять такое было невозможно. Каким образом на свет мог появиться такой гермафродит? Что за позор такой для семьи?

Этот так называемый Цзян Цзюнь Ди, сегодня – парень, завтра – девушка. И, кажется, сейчас его женская натура вдруг вылезла наружу.

– Вы – взрослые мужчины. Неужели не понимаете наших женских желаний? – Цзян Цзюнь Цзи, мощного телосложения мужчина, но при этом с милым лицом, сказал, протягивая перед собой свои «тоненькие пальчики», мягким движением указывая на толпу. Это было похоже на то, как прекрасная девушка кокетливо обращается к своему возлюбленному: – Подлецы всегда такие глупые. Хи–хи–хи.

– Ха–ха–ха, – поднялся нервный хохот вокруг, и все Святые мастера задрожали всем телом. Он говорил это не со злобой, однако прозвучало это пугающе. – Мне кажется, наставник Цзюнь Мосе выделяется среди толпы своей силой, и если бы три Священных земли ему были неугодны, то он бы уже несколько сотен лет назад нанёс по ним удар.

Зачем же ему нужно было ждать до этого момента? Но Цзюнь Мосе другой. Очевидно, что он ненавидит нас до мозга костей, да это ещё и мягко сказано. Поэтому убийство Цзюнь Мосе – наша важнейшая цель! У него хватило сил убить шестьсот мастеров, а это значит, что он обладает настолько могущественной силой, что может стереть с лица земли каждую из трёх земель. Мне кажется, что только мне под силу обдумать наш план действий. Вы меня поняли? – Цзян Цзюнь Цзи сверкнул своими огромными глазами, говоря всё это в слащавой манере.

– Раз уж наставник Цзюнь Мосе настолько силен, но никогда не шёл против трёх земель, тогда, убив его ученика, мы не вызовем в нём вражду к нам. Даже если найдется повод пойти против нас, и если он явится сюда «без приглашения», то такой исход будет тоже не очень хорошим? Это тоже не наша цель, верно? Хи–хи, я ведь права?

– Ты всё верно говоришь! – все одновременно погрузились в раздумья. Они тут же забыли, что этот человек только что вызывал у них отвращение. – Большая часть сил леса Тянь Фа уже вернулась. Со стороны семьи Цзюнь уже вернулись практически все, кроме этого придурка, Цзюнь Мосе. Нам нужно оценить наше положение и, если есть возможность, немедленно наступить! – медленно проговорил Чен Чун.

Чи Тяньфэн всё ещё колебался и произнёс:

– Неплохо, все звери Тянь Фа здесь, семья Цзюнь тоже здесь, Достопочтенная Мэй колеблется, поэтому не сбежит, она просто не осмелится сбежать! Сейчас нам предоставлена отличная возможность убить Мэй Сюэ Янь!

Чен Чун спокойно кивнул головой, острым взглядом прошёлся по толпе и спросил:

– Кто пойдет?

Мяо Уцзи холодно улыбнулся:

– В этой войне вся ответственность будет лежать на людях из Иллюзорного Океана Крови! Я хочу понять, чем же эта Достопочтенная Мэй из леса Тянь Фа превосходит других людей!

– Тоже верно, мы вшестером пойдем сзади! Но вы должны действовать аккуратно. Не нужно слишком вредить зверям Тянь Фа! Вдруг нам придётся обмениваться пленниками с Мудрейшими из леса Тянь Фа?

Чен Чун задумчиво сказал:

– Силы мастеров и Достопочтенной Мэй сейчас одинаковы. Если и есть разница, то совсем незначительная. Если появятся Мудрейшие леса Тянь Фа, то для них это будет то же, что и драться с ребенком. Но если мы с вами сами вступим бой, то тогда трудно представить, каков будет исход.

– Нужно вынудить Мэй Сюэ Янь пойти первой в бой, чтобы она не успела всё обдумать. Наши предки учили нас, что в подобной резне не нужно лезть к врагу на кинжал.

Цзян Цзюнь Цзи всё тем же кокетливым взглядом искоса на всех посмотрел:

– Я слышал, что Достопочтенная Мэй состоит в отношениях с Цзюнь Мосе. Членов семьи Цзюнь тоже не так уж и много. Его мать только недавно вернулась домой, для неё нет никого важнее Цзюнь Мосе. Поэтому нам нужно захватить Донфанг Вэн Синь, и тогда Достопочтенная Мэй точно выйдет из себя. Тогда вы сможете смело её убить.

– Неплохо! Очень даже неплохо! – у всех сидящих в толпе сверкнули глаза.

– Но говорят, что Цзюнь Мосе – очень привлекательный молодой человек. Удивительно, что он увлёкся этой Достопочтенной Королевой зверей. Когда он вернётся, оставьте его мне. Я хочу своими глазами увидеть талант этого человека. Цзян Цзюнь Цзи «крайне застенчиво» опустил голову вниз, и его шея покраснела. Все, кто это увидел, не находили слов!

Ли Юран вышел из тайной комнаты и перевёл дух. Он чувствовал, как его начинает тошнить. Он не мог понять, как природа могла создать такое! Гермафродит! Пока он находился в комнате, он еле сдержал несколько рвотных позывов. Сейчас, выбежав на свежий воздух, он мог спокойно выдохнуть.

Давно такого не было, чтобы молодой господин Ли дрожал. И для того, чтобы устоять, ему понадобилась «помощь» деревьев. Он попытался обдумать всё происходящее. Использовать мать Цзюнь Мосе в качестве приманки, - сработает ли это? Или это сработает только с Достопочтенной Мэй, но не с Цзюнь Мосе?

Такой ход – он очень низок и используется крайне редко. Почему же тогда мудрейшие трёх Священных земель считают это абсолютно нормальным?

Неужели, когда твой уровень повышается, ты становишься настолько бесчувственным? Смотришь на всех сверху вниз и знаешь лишь два слова: «успех» и «поражение».

Какие меры предпримет семья Цзюнь? Сможет ли она справиться с таким, или ей светит полный крах?

Если умрёт Достопочтенная Мэй, что сделает Цзюнь Мосе? Как бы я поступил, будь я Цзюнь Мосе?

Ли Юран поднял голову и посмотрел в небо. Он упал духом, поскольку понял, что до настоящего момента он так и не нашёл цель своей жизни.

«Я, Ли Юран, чем я хочу заниматься? И что мне под силу?»

Мэй Сюэ Янь, возглавляя огромное войско, вернулась с победой. Вся семья Цзюнь ликовала. Даже дедушка на время позабыл о своих важных мечтах. Самое мучительное было то, как Хан Янь Яо смотрела, после долгой разлуки, на город Тянсян. На постаревшего Цзюнь Чжан Тиана. А затем, она упала на колени перед ним и разрыдалась. Настолько мучительно ей было.

Цзюнь Чжан Тиан тихонько вздохнул. Воспоминания наполняли его голову. С лёгкой улыбкой на лице он сказал, обращаясь к ней:

– Янь Яо, моя хорошая, тебе пришлось столько вытерпеть. Хорошо, что ты вернулась. Хорошо. Для тебя двери нашего дома всегда открыты.

Хан Янь Яо закрыла ладонью рот, из её глаз потекли слезы. Последние десять лет она пребывала в постоянном волнении. Как примут её в семье Цзюнь? Даже если они будут к ней жестоки, то она это заслужила. Но сейчас она, наконец, узнала ответы на свои вопросы. И эти ответы были абсолютно неожиданными для неё. Они отнеслись к ней снисходительно, она очень точно это почувствовала.

Сейчас ей хотелось лишь плакать от счастья.

– Отец, дядя и сестра Янь Яо – немаленькие. Невестка всё думала о том, как поскорее организовать их свадьбу. И чем раньше это случится, тем скорее у нашей семьи появится потомство, – добродушно сказала Донфанг Вэн Синь.

Старик Цзюнь кивнул головой и произнес:

– Хорошо! Замечательно!

Хан Янь Яо вся покраснела, затем потянула Цзюнь Вуя за собой, чтобы он взглянул на детей, подвергнутых репрессиям в башне Хуанхуа.

Это было то, от чего у неё болела душа. Цзюнь Вуй не посмел не пойти за ней.

В этот же день вечером семья Цзюнь устроила пир и организовала тёплый приём для зверей леса Тянь Фа.

В ходе пиршества старик Цзюнь рассказал Мэй Сюэ Янь о повседневной жизни семьи Цзюнь. Мэй Сюэ Янь невольно поморщила брови.

Так как она была одной из самых могущественных людей этой эпохи, она остро ощущала, что что–то не так.

Сейчас, несмотря на то, что Цзюнь Мосе никогда прямо не говорил об этом, у Мэй Сюэ Янь уже давно были смутные догадки насчёт этого. Все истории о наставнике Цзюнь Мосе – вымысел. И всё это дело рук Цзюнь Мосе.

Хоть в этот раз они и вернулись с победой, но принесли с собой огромные перемены!

Три Священные земли потеряли девять Достопочтенных мастеров и шестьсот обычных мастеров. Это – тяжелое время для них. До какой степени вражда наполнила их сердца? Если бы даже они были святыми, они бы всё равно не смогли остаться к этому равнодушными!

– Передать распоряжение братьям! Они должны быть в боевой готовности, но без моего приказа ничего не начинать! Ни на секунду не расслабляться! Братья, которые могут летать, пусть окажут поддержку семье Цзюнь с воздуха! – прошептала всё это Мэй Сюэ Янь на ухо Королю журавлей, а он кивнул ей в ответ и улетел.

– До того, как вернётся Цзюнь Мосе, я буду жить с матерью в одной комнате. Что же касается вас двоих, будете жить вместе с Мэн. Все приглядывают друг за другом, – сказала Мэй Сюэ Янь, обращаясь к Гуан Квинхан и Дугу Сяо И.

Глава 761. Таблетки Мудрейшего! Тупик!

Мэй Сюэ Янь нахмурилась. Она была чем-то обеспокоена. Как она могла догадаться, что для Цзюнь Мосе сейчас самое важное – это Донфанг Вэн Синь, старик Цзюнь, а вот затем уже, возможно, она сама или же третий дядя Цзюнь Вуй.

Враг ведь пошёл не просто против общественности, а напрямую действовал против целой семьи Цзюнь! Исходя из личного опыта Сюэ Янь, можно было сказать, что Достопочтенный мастер такого сделать бы не смог.

«Но если цель врага – это Цзюнь Чжан Тиан, тогда противник уже давно бы нанёс по нему удар. А так как враг молчит и не предпринимает никаких действий, значит мишенью, за исключением меня, может быть только Донфанг Вэн Синь!» - подумав об этом, Мэй Сюэ Янь тут же начала готовиться к ответным мерам.

Она разместила Гуан Квинхан и Дугу Сяо И в стороне под прикрытием. Если начнётся битва, эти две девушки с их способностями вряд ли смогут устоять в ней! Цзюнь Мосе сейчас не здесь, так что Мэй Сюэ Янь должна позаботиться обо всех сама! Ведь это её обязанность, она несёт ответственность за этих людей!

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И испугались такого сурового вида Мэй Сюэ Янь. Похоже, грядёт что–то очень серьёзное. Сердца обеих наполнились страхом, и они лишь быстро кивнули ей в ответ. По отношению к Мэй Сюэ Янь каждая из них испытывала огромное уважение, так что, если она захотела поменять их расположение, значит таков план, и нужно следовать ему.

В тот момент Мэй Сюэ Янь даже кусок в горло не полез.

Она нахмурилась и усердно о чём–то размышляла, и при этом выглядела она очень обеспокоенно.

На обратном пути они двигались не спеша. Мэй Сюэ Янь надеялась, что Цзюнь Мосе всё-таки догонит их, но он так и не появился. Полёт занял целых четыре с половиной дня. На два дня больше, чем в прошлый раз. В полночь воцарилась тишина!

Мэй Сюэ Янь уснула прямо в одежде. Вдруг она почувствовала необычную сильную энергию со стороны Тянсяна, словно это была молния. Эта атмосфера воцарилась над её небольшим двориком!

– Как быстро! Здесь больше, чем один человек, хм, проблематично! – Мэй Сюэ Янь испугалась, однако её лицо по-прежнему выражало лишь равнодушие. Она медленно приподнялась и слегка повернула своим запястьем. В её руке тут же появился императорский меч, подаренный Мосе. Сюэ Янь легонько погладила его ножны, и в его чистом блеске заискрилась жажда убийства!

«Даже если пришедший – Достопочтенный высшего уровня, думаете, я, Мэй Сюэ Янь, испугаюсь и сбегу?»

В её глазах сверкнула решимость духа! Она вытащила из кармана маленькую нефритовую бутылочку, размером с мизинец, в ней было все три крохотных вещицы ярко–золотистого цвета. Таблетки Мудрейшего (Шен Ван Дань)!

Эти вещицы были связаны с деятельностью леса Тянь Фа. Необычные вещицы. Даже, можно сказать, волшебные, которые сохранились до настоящего времени в течение тысячи лет. Ещё никто не использовал их! А всё потому, что либо не мог, либо же просто не осмелился!

После смерти Мудрейшего из первого поколения, вся его кровь и сила были обращены в три маленькие горошины – это и есть таблетки Мудрейшего! Эффект от них был далеко за пределами Суань Даня! Использовав такие таблетки, можно было увеличить свою энергию более чем в десять раз за очень короткое время! С такой силой все враги будут уничтожены в одно мгновение!

Но цена такой победы также была чрезвычайно велика! Никто не мог себе такого позволить!

Это – собственная жизнь!

После того, как использовать таблетки Мудрейшего, независимо от твоего первоначального уровня, результат будет один – все каналы твоего тела будут разорваны! Не останется даже элементарной силы! Ты будешь возвращён в первоначальный вид Священного зверя третьего уровня! А твоя энергия будет обращена в пепел! Даже если это будет Мудрейший, всё равно – конец для всех один! Это наркотик, который уничтожит твоего врага и уничтожит тебя!

Эти таблетки перешли в руки Мэй Сюэ Янь по наследству. Они передавались из поколения в поколение! На маленькой бутылочке было видно много потёртостей. Неизвестно, сколько поколений хозяев леса Тянь Фа подумывали об использовании этих таблеток. Но, тем не менее, никто так и не решился на такое! Но в этот критический момент Мэй Сюэ Янь, без всяких колебаний, вытащила этот бутылёк из своего кармана!

Цзюнь Мосе здесь нет, так что безопасность семьи Цзюнь на плечах Сюэ Янь! Она не допустит, чтобы с членами этой семьи что-либо произошло! Ведь она сама – член этой семьи! Раз это долг Мосе, значит это и её долг тоже!

Красивые глаза Мэй Сюэ Янь выражали полную решительность и непоколебимость: алые вишнёвые губы нежно поцеловали императорский меч, который ей подарил Цзюнь Мосе. Её лицо выражало бесконечную любовь и нежность. Затем она вырезала на стене несколько строчек: отныне приказ Мосе – это мой приказ! Священные звери леса Тянь Фа должны ему повиноваться!

Закончив писать, Сюэ Янь почувствовала сильное давление сверху, будто её придавило огромной скалой. Подул сильный ветер, и крыши нескольких домов во всём дворике внезапно взлетели в воздух! Огромная рука схватила спящую Донфанг Вэн Синь! Мэй Сюэ Янь ухмыльнулась, выпустила их рук ножны меча и взлетела вверх. Остриё меча неожиданно засверкало в ночи, превратившись в блестящего сияющего дракона. Теперь остриё было безжалостно направлено в сторону ладони огромной руки!

В это время Цзюнь Мосе и Король ястребов были уже в пути, до Тянсяна им оставалось всего полдня! Но чем ближе они подлетали, тем беспокойнее становилось на сердце Мосе!

Что-то не так!

Казалось, что вот-вот произойдёт что-то плохое, но он был не в силах ничего исправить! Такого рода неприятное чувство заполнило его мысли, а тревога и раздражительность заставили такого безжалостного зловещего тирана двух миров испугаться.

Это был страх потери! Страх, который поднимается из сердца – это страх страдания! Это чувство необъяснимо, но в то же время реально! Поэтому он поторопил Короля ястребов!

Король ястребов и сам смутно что–то учуял и не щадя своих сил, как чёрная молния, прорывающаяся сквозь тёмное ночное небо, стремительно направился в Тянсян!

Нужно успеть туда любой ценой!

Цзюнь Мосе внезапно почувствовал что–то странное в своём сердце, и невыразимая душевная боль внезапно ворвалась во всё его тело! Сердце мгновенно сжалось!

Молодой мастер, немедля, схватил Короля ястребов за когти и без передышки стал передавать ему огромное количество природной энергии!

Скорость ястреба вдруг резко увеличилась вдвое! В ночном небе, оставляя позади лишь тень, под сильным трением перьев и воздуха, что даже чувствовался запах гари, превосходя свои возможности, бешено летел Король ястребов.

Свет меча ударил по огромной ладони! Раздался глухой стон, большая рука исчезла, а воздух разрезала струя крови. Вслед за этим прозвучал необычно сердитый голос:

– Тянь Фа? Почтенная Мэй?

Мяо Уцзи был шокирован и рассержен, и его ладонь, можно сказать, давно стала такой, что её уже ничем не прошибёшь. Даже кости с плотью достигли неуничтожимой степени! Поэтому он спокойно собирался закончить своё дело. Даже если кто–то встанет у него на пути, это не сможет изменить конечного результата!

Однако он и не думал, что необъяснимая вспышка меча сможет нанести такой огромный урон всему его телу! Этот удар был очень силён!

Даже если это и был безжалостный клинок, едва ли не самый острый в мире, он мог голыми руками справиться с любым лезвием без всякого урона для себя! Но внезапно появившийся меч смог нанести такой большой вред его ладони. Что это за меч? Мэй Сюэ Янь холодно сказала:

– Туманный Призрачный Дворец? Мяо Уцзи? – она уже определила личность человека и хозяина этой большой руки!

В конце концов, в лесу Тянь Фа есть свой собственный отдел, знающий всех Достопочтенных в лицо!

Мяо Уцзи фыркнул и сказал:

– В руках Почтенной Мэй такой несравненный меч, Мяо даже завидует. Раз уж ты тут, почему бы нам не поговорить? Неужели хозяйка леса Тянь Фа испугалась?

Мэй Сюэ Янь не промолвила ни слова. Появился яркий свет меча, готовый броситься в атаку!

Белая одежда развевалась на ветру. Бесподобная Мэй Сюэ Янь воспарила высоко над землей. Белая юбка танцевала в воздухе, а её фигура – просто загляденье! Непревзойденное дарование! Эта тёмная ночь скрывала в себе огромную нежную грусть, которая заставила всех вокруг растрогаться от переполняемых чувств!

У трёх человек спереди возникло одно и то же чувство: Мэй Сюэ Янь сейчас была похожа на прекрасный цветок, который вот–вот погибнет на воздухе! На мгновение он расцвёл и тут же навсегда увял! Вся красота заключается лишь в одном моменте!

Хотя выражение лица Мэй Сюэ Янь было довольно спокойным, но все трое могли ясно почувствовать весь гнев и безумие, скрывающиеся внутри! Кроме того, в её глазах можно было увидеть жестокость и решимость в действиях!

Мэй Сюэ Янь вышла наружу и увидела трёх человек напротив. На небе не было ни звезд, ни луны, однако она могла отчётливо их разглядеть. В тот момент она уже поняла, что даже при большом желании, пережить этот бой, ей, к сожалению, не удастся!

Это – тупик! Здесь, позади нее, её собственная семья, ей больше некуда бежать!

Незваные гости – Достопочтенные мастера из Туманного Призрачного Дворца!

– Достопочтенный «Первооткрыватель» – Мяо Уцзи; Достопочтенный «Меч–демон» – Шэнь Цин Юнь; достопочтенный «Дьявольское лезвие» – Ву Тянь Хунь! – голос Мэй Сюэ Янь был очень спокоен: – Ничего себе, трое Достопочтенных мастеров из Туманного Призрачного Дворца прибыли вместе. Как необычно, даже немного странно. Что за дело вынудило вас прийти сюда лично? Вам понадобилась обычная женщина? Когда это три Священные земли вдруг изменили свои законы! Я не могу поверить своим глазам!

Глава 762.1. До самой смерти!

Лицо Мяо Уцзи было очень спокойным, а его глаза вдруг вспыхнули ярким блеском в тёмном ночном небе, словно звезда:

– Достопочтенная Мэй, разве ты ничего не поняла? С помощью Донфанг Вэн Синь мы лишь хотели вытащить тебя! Ну а раз ты тут, то она нам больше ни к чему. Тебе не стоит так язвительно насмехаться, неужели ты думаешь, что твои слова нас смогут как-нибудь разозлить? Ну, даже допустим, мы придём в ярость, что ты будешь делать?

– Вытащить меня? Боюсь, что дело не только в этом, верно? – Мэй Сюэ Янь фыркнула и сказала: – Вы ведь хотите вынудить меня первой пойти в атаку, такова ваша истинная цель! Ведь если я нападу первой, тогда у вас будет причина, чтобы разорвать наш союзный договор и прикончить меня на этом самом месте, не так ли?

Такая «страусиная политика» вызывает у меня одно лишь презрение! Я хочу спросить вас об одном: когда это мой лес Тянь Фа стал для трёх Священных земель таким огромным бельмом на глазу? Чего вы к нам привязались? Если собираетесь нас убить, будьте любезны, объясните нам настоящую причину этого замысла!!

Мяо Уцзи слегка прищурил глаза, его лицо было безэмоциональным, затем он лишь сказал:

– Раз уж сама Почтенная Мэй спрашивает, я раскрою ей всю правду! Это правда, что Тянь Фа с древних времен не допускали никаких промашек! Однако сама ошибка – и есть лес Тянь Фа! – его слова казались противоречивыми, однако Мэй Сюэ Янь сразу поняла суть услышанного.

Она мрачно рассмеялась, а потом сказала:

– Славно, значит, Тянь Фа не сделал ничего плохого, но вся проблема заключается в нём! Мяо Уцзи, возможно ли, что эти слова были сказаны от лица трёх Священных земель?

«Тянь Фа с древних времен не допускали никаких промашек! Однако сама ошибка – и есть лес Тянь Фа!» - эти слова очень сильно задели чувства Мэй Сюэ Янь! Ошибка – это все Священные звери Тянь Фа, а не человечество?! Всё было яснее ясного!

Мяо Уцзи некоторое время помолчал, а затем сказал:

– Почтенная Мэй, я уважаю тебя как владыку нынешнего поколения. Я не могу дать тебе умереть в неведении, так что сделаю тебе исключение. Однако зачем быть такой агрессивной перед лицом своей смерти? – на заданный Мэй Сюэ Янь вопрос, Мяо Уцзи не мог, да и не смел ответить!

Он знал, к каким изменениям может привести его положительный ответ! Не факт, что сам Мяо Уцзи сможет справиться с такого рода последствиями при нынешней ситуации! Более того, у него нет права говорить от лица трёх Священных земель!

Достопочтенный «Дьявольское лезвие», Ву Тянь Хунь, долгое время стоявший в сторонке, сказал:

– Конечно, если Почтенная Мэй боится вступить с нами в битву, она может вернуться к своей звериной стае Тянь Фа. Мы лишь заберём с собой Донфанг Вэн Синь и будем ждать прибытия Цзюнь Мосе!

Его глубокие глаза пронзили ночное небо и уставились на Мэй Сюэ Янь. Он сказал:

– Расслабьтесь, что касается Донфанг Вэн Синь, мы не станем трогать бедную женщину, потерявшую своего мужа. Она должна быть жива! Даже если Цзюнь Мосе когда-нибудь умрёт, она будет продолжать жить хоть сто лет! – слова этого человека были резкие и жестокие.

Он явно не боялся вступить в схватку с Мэй Сюэ Янь!

– Битва! Кто это там боится? – лицо Мэй Сюэ Янь было полно решительности, даже если с Донфанг Вэн Синь ничего не случится, как она могла позволить противнику забрать с собой матушку Цзюнь Мосе!

Если так, то как она будет выглядеть перед семьей Цзюнь? Похоже, что три Священные земли, наконец, нашли её уязвимое место! Теперь она вынуждена бороться до конца! И её ждёт смерть!

– Я пойду с вами!

В этот момент прозвучало две фразы. Одну сказала сама Мэй Сюэ Янь, а вот вторая вылетела из уст Донфанг Вэн Синь. Неизвестно, в какое время на стене двора появилось её худощавое тело. Её глаза решительно смотрели на трёх Достопочтенных, а затем она повернулась к Мэй Сюэ Янь и посмотрела на неё с огромной любовью и нежностью:

– Сюэ Янь, тебя не должно это никак касаться, уходи! Когда вернётся Мосе, сообщи ему, что я никогда не была так счастлива, как сейчас! Правда!

Мэй Сюэ Янь была в шоке. На мгновение она даже ощутила твёрдость характера Донфанг Вэн Синь, даже перед лицом смерти. Она вдруг строго крикнула:

– Тянь Сюнь (Королева Змей)! Уведи госпожу отсюда и позаботься о ней!

Донфанг Вэн Синь не хотела подставлять под удар Мэй Сюэ Янь, но разве такое возможно? Мэй Сюэ Янь ни за что не позволит кому-нибудь причинить вред матушке Цзюнь Мосе! Потому что для неё она тоже мама!

Одетая в зелёный плащ Королева Змей тут же оказалась около Донфанг Вэн Синь, затем посмотрела Мэй Сюэ Янь глубоко в глаза и, кивнув головой, исчезла в ночи вместе с госпожой. В небе бесшумно поднялась огромная летящая группа Священных зверей. Их свирепые глаза один за другим засверкали в холодной ночи!

Тем временем вдалеке появились ещё шесть фигур, несущих импульс неба и земли. Они появились будто бы из ниоткуда! Внимательно рассмотрев все их движения, Мэй Сюэ Янь мучительно прикусила губы!

«Почему мы не в лесу Тянь Фа!»

Она очень хотела махнуть своей рукой и дать возможность тысячам Священных зверей броситься в атаку! Чтобы плечом к плечу одолеть врага! Но в этом случае потери будут неизбежно огромными! Более того, даже если удастся отступить, нельзя оставить в живых ни одного из девяти Достопочтенных! В противном случае семье Цзюнь придёт конец!

– Достопочтенная Мэй – действительно выдающаяся женщина! Однако Мяо не сможет не ответить на удар мечом и оставить всё как есть! Прошу, давайте начнём! – взгляд Мяо Уцзи был безжалостен. Он не спеша поднялся!

Этими словами он свёл битву к первоначальной атаке Мэй Сюэ Янь! Эта битва превратилась в личную обиду, ясно свидетельствующую о том, что эта война не имеет ничего общего с тремя Священными землями или лесом Тянь Фа! Однако даже не было сказано о том факте, что тот самый удар был нанесён при попытке похищения матери Цзюнь Мосе!

Мэй Сюэ Янь ничего не говорила, она пренебрегла лишними разговорами! Когда хотят приписать кому-нибудь вину, за основаниями дело не станется! Искажение фактов – это особая специальность трёх Священных земель. Любые их отвратительные действия в их собственных глазах кажутся абсолютно нормальными. Так что доказывать им что-либо не имеет никакого смысла! Они просто хотят прикончить её, вот и всё!

Мэй Сюэ Янь больше не сказала ни слова. Её запястье сделало оборот, и в руке появился длинный меч, переливающийся, словно осенняя вода. Её утонченная фигура потихоньку поднялась ввысь! Теперь она была обязана вступить в бой!

– Босс! Мы тоже идём к вам, вместе нам не составит большого труда разорвать этих шавок в клочья! Если вам бросили вызов, значит, они бросили вызов всему лесу Тянь Фа! – Король журавлей сменил своё обличие на журавлиное и тут же взлетел вверх. Тем временем, внизу Король медведей и Король тигров с остальными зверями взревели. Их рык был сравним с ударом молнии, разрывающим небеса! Они тут же бросились на двух Достопочтенных, что находились в воздухе!

Король журавлей сказал всё верно. Мяо Уцзи не имеет права говорить от имени трёх Священных земель. Однако Мэй Сюэ Янь является представителем леса Тянь Фа, так что вмешательство Священных зверей в эту битву является вполне естественным делом!

– Всем назад! – закричала Мэй Сюэ Янь!

Глава 762.2. До самой смерти!

Достопочтенный «Дьявольское лезвие», Ву Тянь Хунь, усмехнулся. Его тело отбросило около семи или возьми теней. Его пурпурный халат засиял прямо перед журавлём, и Король журавлей с бешеным взглядом ринулся в атаку!

Журавль с треском перевернулся в воздухе. Его тело отлетело на расстояние сорока или пятидесяти футов, а перья разлетелись в разные стороны.

Достопочтенный «Меч – демон», Шэнь Цин Юнь, ринулся вниз и атаковал Короля медведей, Короля тигров и остальных. Блеск его меча был подобен очарованию демона. Одновременно на него набросился Король медведей и другие, однако он даже не шелохнулся. Только лицо его внезапно покраснело. В небе будто пробило кровавый гейзер!

– Прекратите! – взвыла Мэй Сюэ Янь.

Шэнь Цин Юнь забрал меч и отошёл назад, а затем сказал:

– Я не хочу их убивать, но можешь быть уверена, что для меня не составит особого труда сделать это с ними, однако победа с нечестным преимуществом мне неинтересна! Я, Шень Цин Юнь, презираю это!

– Всем присутствующим приказано отступить, в противном случае, я, Мэй Сюэ Янь, покончу с собой прямо здесь и сейчас! – строго приказала Мэй Сюэ Янь.

Король медведей с остальными ребятами приземлились на землю и заковыляли. Ещё чуть-чуть и они бы точно рухнули вниз, но, услышав строгий приказ Мэй Сюэ Янь, все гневно закричали:

– Сестра!

– Уходите! Все вместе, уходите отсюда! – её глаза излучали прежде невиданную строгость, однако Король медведей и все остальные вдруг опустились на колени и закричали:

– Хозяйка, мы…

– Прочь отсюда! – третий раз скомандовала Мэй Сюэ Янь и медленно добавила: – Братья, пожалуйста, позаботьтесь о моей семье, не дайте им пострадать! – сказав это, она словно богиня взлетела в тёмное небо, излучая при этом блеск нежной грусти, а затем исчезла вдали!

Изо рта Короля журавлей вырвался вопль. Вернувшись на своё место, он злобно закричал:

– Отступаем! Давайте уважать решение нашей сестры! В будущем мы непременно уничтожим этих ублюдков!

Все Священные звери молчали и тихо сидели на земле, наблюдая, как белая фигура в воздухе медленно исчезает вдали. Вслед за ней пропали трое Достопочтенных, да и от остальных шести фигур тоже не осталось и следа.

В глазах Короля медведей и остальных зверей появились слезы, их гневу не было предела! Это – своего рода бессилие!

Они могут только ненавидеть себя за такой низкий уровень самосовершенствования! В такой критический момент они даже не смогли ничем помочь! И наоборот, чуть не навредили своей хозяйке!

«Три Священные земли! С этого момента мы, Тянь Фа, клянёмся, что до самой смерти мы не оставим вас в покое!» – красные глаза Короля журавлей всё ещё смотрели в опустевшее небо. Слёзы так и продолжали течь ручьём, образуя небольшую лужу на земле. «До самой смерти!» – хотя Король медведей и другие не произнесли эти слова вслух, они глубоко запечатлелись в их сердцах. Мэй Сюэ Янь улетела первой, её лицо было таким спокойным, на нём лишь можно было разглядеть её обычную холодность.

Стоявший позади, Мяо Уцзи бросил слабый взгляд в сторону Сюэ Янь. В его глазах промелькнул жгучий замысел убийства: лютая ненависть девяти Достопочтенных и шестисот обычных мастеров, в конце концов, сможет сегодня вылиться в кровавую бойню?! Неужели хозяйка Тянь Фа оказалась в смертельно опасном тупике?!

Ту задачу, которую не смогли выполнить Почтенные, доведут до конца Достопочтенные! И, наконец, смогут расквитаться за тех мастеров, кто отдал свои жизни в предыдущих битвах! Пусть даже это нарушает заповедь «не убий», а как по–другому? Шесть Достопочтенных позади него тоже почувствовали некое облегчение!

И хотя в их разуме присутствовало небольшое чувство стыда, тем не менее Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь сегодня ночью ожидает один исход!

Как только силуэт богини покинул пределы города, Мэй Сюэ Янь свистнула и, держа в руке свой длинный меч, сказала:

– Давайте! Все вместе, нападайте!

Мяо Уцзи улыбнулся:

– Ну, зачем использовать всех людей, одного Мяо будет вполне достаточно! – его тело быстро закружилось, превращаясь в призрачный клубок. В мгновение ока он взлетел в воздухе, и огромный бушующий ураган поднялся со всех сторон, окутав Мэй Сюэ Янь с ног до головы!

Мэй Сюэ Янь тоже двинулась вперёд. На свет острого меча попали дождевые капли. В одно мгновение дождь распространился по всему небосводу, а на поле битвы внезапно появилась странная атмосфера. Казалось, что всё вдруг наполнилось весенней суматохой, летним буйством, осенним благоуханием и зимним холодом! Меч четырёх сезонов!

«Это то, чему он меня обучил! Несравненный меч, принадлежащий нам обоим!» - Мэй Сюэ Янь умело обращалась с таким оружием и сдерживала беспощадные вражеские атаки. На душе у неё царило спокойствие и умиротворение. Даже находясь на этом смертоносном поле битвы, её сердце было наполнено лишь нежной любовью к одному человеку.

Мэй Сюэ Янь плавно кружилась в воздухе. Её лицо было всё так же невозмутимо, как и всегда. Внезапно она огляделась по сторонам и начала плыть по воздуху в разных направлениях – то на юг, то на север, то развернётся на запад или на восток. Пусть её сила находилась на уровне Почтенной четвёртого ранга, однако с этим мечом её можно было считать Достопочтенной первого уровня!

На лицах восьми Достопочтенных, наблюдавших за битвой в стороне, промелькнуло некое удивление!

Разница в уровне никак и ничем не может быть компенсирована, это установившаяся практика тысячелетий!

Но, тем не менее, сегодня эта практика была нарушена Мэй Сюэ Янь! И всё из-за волшебного меча в её руке!

Мяо Уцзи так и не мог победить её, и его репутация уже понесла убытки. Вдруг он зверски крикнул, и ураган тут же прекратился. Его тело приняло обычный вид, а затем взлетело вверх на пятьдесят футов! Затем Мяо перевернулся вверх тормашками, вытащил свою правую ладонь и стремительно начал опускаться вниз! В это время его рука приняла необычайно огромный размер, как шлифовальный диск, и послышались раскаты грома!

Однако он осознавал, что будет трудно победить Мэй Сюэ Янь одними лишь боевыми искусствами. Нужно было использовать Суань Достопочтенного уровня, использовать силу для притеснения слабого противника!

Мэй Сюэ Янь пришлось ускользнуть от него, временно избегая его атак, а затем развернуть наступление. Однако она с удивлением обнаружила, что после того, как противник использовал свою технику ладони, всё пространство вокруг её тела было заблокировано. Она не могла двинуться с места! Даже воздух во всём пространстве был сжат! Это Клетка Мира? Клетка Мира в исполнении Достопочтенного мастера?

Тело Мэй Сюэ Янь трепетало в урагане ветра и грома. В этот момент она вдруг успокоилась, а маленькая нефритовая бутылочка выскользнула из её кармана и лопнула прямо перед ней. Три золотистых таблетки, сияющие золотым светом демона, несущие в себе невероятную силу, появились напротив её лица!

Мэй Сюэ Янь даже не вздрогнула, в её глазах мелькнули следы безумной любви и отчаянной нежности. И, не мешкая ни на секунду, её маленький рот проглотил все три таблетки Мудрейшего. Затем она закрыла глаза!

Глава 763. Безумие!

Огромной мощности ладонь, словно левиафан становилась всё ближе и ближе! В глазах Мяо Уцзи сверкнула лютая жестокость! Именно благодаря своему удару ладонью он и прославился! Ладонь Кайшань!

Прозвище Кайшань Достопочтенного началось как раз с этого удара ладонью! У него было достаточно уверенности, что эта ладонь сможет убить Мэй Сюэ Янь! И можно будет сообщить трём Священным землям, что задание, которое они поручили им, наполовину уже можно было считать выполненным!

Но, однако, в этот момент в теле Мэй Сюэ Янь вдруг каким-то невообразимым образом стала возникать чрезвычайно огромная сила, она выходила наружу мощными волнами. Одна за другой. И только слышались звуки *Бах!*, *Брамс!*. Она мгновенно прорвала блокировку пространства, которую поставил Мяо Уцзи!

Само собой, разумеется, она раскололась! Бешеное дыхание, словно яростная морская волна, бушуя и вздымаясь, разлилась во все стороны! Все деревья в лесной рощи, в которой происходило их сражение, в одно мгновение снесло этой волной. Деревья и кусты разлетелись куда-то далеко-далеко отсюда!

Словно они всей рощей вдруг куда-то удалились!

Эта жестокая волна вмиг превратила эту шикарную лесную рощу в просто лысую, безжизненную, жёлтую землю! Даже ни единого корешка не осталось! Весь воздух наполнился пылью, словно тёмно-жёлтый огромный дракон вдруг поднялся и закрыл собой весь небосвод! И Мэй Сюэ Янь тоже сильно изменилась!

Её совершенствование увеличивалось очень стремительно. С Почтенной четвёртого ранга средней ступени, она мигом стала Достопочтенной на самом пике. А потом рост продолжился, и в мгновение она стала Достопочтенной первой степени. Но процесс роста на этом ещё не закончился и по-прежнему продолжал расти!

Достопочтенный первого ранга начальной ступени, средней ступени, пик уровня! Потом – Достопочтенный второго ранга! Вот здесь всё и завершилось!

За очень короткий промежуток времени она с Почтенного мастера четвёртого ранга стала Достопочтенной второго ранга! Оказывается, сила таблеток Мудрейшего такая огромная!

В это время громовые облака в небе словно только что пришли в себя. Со всех сторон, один за другим, посыпались раскаты грома. В мгновение они плотно прижались друг к другу. Бесчисленное количество вспышек молнии непрерывно сновали туда–сюда!

Посыпались безумные раскаты грома! Вспышки молнии, как электрические змеи, извивались в страстном танце! Длинные волосы Мэй Сюэ Янь спадали на плечи. Раздался печальный, но мужественный крик, словно отчаявшаяся птица феникс затянула свою скорбную песню, прощаясь в последний раз с дорогим до боли небом!

Из рук Мэй Сюэ Янь вырос неслыханной силы огромный величественный меч. Он появился, словно дикий ураган, и в одно мгновение словно соединился с небом, сверкая радужным блеском. Словно облака в небе застыли вместе с ним! Она безжалостно обезглавила наблюдающих со стороны восемь человек! Меч казнил восьмерых Достопочтенных!

И в этот момент Мяо Уцзи своей ладонью с огромной высоты безжалостно нанёс удар прямо по голове Мэй Сюэ Янь!

Уже прорвавшаяся до Достопочтенного второго ранга Мэй Сюэ Янь даже не придала этому значения. Она лишь равнодушно рассмеялась, медленно подняла голову, взгляд её был безжалостным и суровым! Она стояла совершенно непоколебимо! Одной левой рукой схватила этого мастера, этого страшного и дикого мастера, и что есть мочи закричала:

– Спускайся ко мне!

В эту минуту, наблюдавшему со стороны за этим, Чен Чуну, вдруг в голову пришла мысль о старинных легендах про ужасный Тянь Фа. Глядя на картину, которая разворачивалась прямо на его глазах, он вдруг догадался и закричал:

– Мяо Уцзи! Брось оружие! Отступай!

Это – таблетки Мудрейшего, она пожертвовала своей жизнью! – голос Чен Чуна раздался как раскат грома. Он был полон ужаса и страха, и соединился вместе с остальными раскатами, бушующими в небе. В нём сверкало несметное число молний. На лицах вступивших в сражение десяти мастеров не было и кровинки.

Высокие ряды облаков в мгновение стали ярко–алыми, словно багровые облака на заре, цвета свежей крови! Небо волновалось и не находило себе места!

В это время Священные животные по-прежнему стояли на коленях в большом дворе дома Цзюнь. И когда исчезла Мэй Сюэ Янь, они и не смели дёрнуться.

Внезапно Короля журавлей с головы до ног пробила дрожь. Его поразило это немыслимое явление в небе: облака со стремительной скоростью собиралась в центре неба, а потом всё это грохотало и сверкало в яростном и отчаянном танце смерти! В то же время где–то вдалеке сверкал очень знакомый и одновременно, словно чужой, меч!

Расстояние от этого места стало уже очень большим. Но этот знакомый меч словно сливался с небом и озарял радужным сиянием мрачную темноту! На расстоянии в десять тысяч ли и то можно было заметить его яркое сияние! Словно чудесная песня жизни!

Король журавлей изменился в лице: он понял, что это был меч Мэй Сюэ Янь, но не мог понять, почему он казался таким чуждым и посторонним, и ещё обладал такой огромной силой?!

– Сестра… Мудрейший! – Короля журавлей всего затрясло. Он вмиг всё сразу понял. Внезапно у него пошла кровь, и, измученный, он рухнул на землю. До этого он получил удар от Модао Достопочтенного. Ранения его были весьма тяжелыми, практически все его внутренние органы были перебиты, а кости раздроблены. Он с трудом стоял на ногах и держался только из-за того, что очень волновался за Мэй Сюэ Янь.

«Тянь Фа не сможет жить без нашей сестры!»

Но когда он увидел сияние этого меча, он всё сразу же понял, все его надежды рассыпались в прах, он больше не мог держаться и, потеряв сознание, упал на землю!

А где-то далеко, за небосводом, в это время чёрные молнии со стремительной скоростью танцевали в безумном экстазе. Раздавались хлопки и грохот, вслед за этим в воздухе появился смутный запах гари, это какая же скорость у них была!

Но, однако, летящие Король ястребов и Цзюнь Мосе, всё же, не были довольны своей «черепашьей» скоростью! Потому что они оба чувствовали, как весь воздух заполнил дурной и жестокий запах! Они уже могли разобрать видневшиеся вдалеке очертания Тянсян!

В это время, внезапно, тёмные тучи плотно собрались в небе. Виднелось какое–то сияние, а потом эти тучи окрасились в ярко–алый цвет. С безумной скоростью они куда-то поплыли!

Ряды облаков клокотали и бурлили, сверкали бесконечные вспышки молнии. Раздавались раскаты грома, мощное чувство давления висело в воздухе. Внезапно весь Тянсян покрылся им! Слабый ветерок внезапно превратился в мощный ураган! Вихрь! Смерч!

Цзюнь Мосе вспомнил, что уже подобное видел, когда в снежных горах помогал прорываться Мэй Сюэ Янь! Он изменился в лице и, насторожившись, сказал:

– Это кто там прорывается? Уж, не Сюэ Янь ли?

Только он договорил эту фразу, и в воздухе повисло знакомое, но печальное ощущение отчаяния! Лицо Цзюнь Мосе изменилось, оно стало мертвенно бледным:

– Сюэ Янь? Почему она? Как это возможно?

Внезапно вдалеке сверкнул блеска меча! Он превратился в изогнутый полумесяц и громогласно ударил! Безумный ураган, который с лёгкостью мог уничтожить всё вокруг, что поднимется в воздух!

– Это меч нашей сестры, но как он может иметь настолько огромную силу? Неужели… – Король ястребов вскрикнул и, увеличив свою скорость в два раза, помчался туда! Небо было полно молний и тёмных туч. Было плохо видно. Остались лишь два слова, которые он не произнёс:

Таблетки Мудрейшего!

Сестра, неужели вы сошли с ума!

Но и был человек, который был его быстрее! Король ястребов почувствовал, что его спине полегчало. Цзюнь Мосе исчез.

Если Король ястребов смог узнать меч Мэй Сюэ Янь, то как же Цзюнь Мосе не смог?

Меч Мэй Сюэ Янь! Почему? Как? Зачем?

Цзюнь Мосе привёл в движение все способности своего организма. Одновременно он активировал Пагоду, Инь–Ян, увеличил свою скорость до её максимума, или даже ещё выше, и исчез, оставив Короля ястребов. С безумной скоростью он отправился туда! На поле боя. Где–то за городом царил настоящий хаос!

Следуя за криком Мэй Сюэ Янь: – «Спускайся ко мне!» – прежде самоуверенное выражение лица Мяо Уцзи сменило выражения страха и отчаяния. Своей могущественной силой она нанесла удар ладонью ему прямо в грудь, а потом ещё почти тысячу раз в одно и то же место!

Мяо Уцзи только успел надрывно вскрикнуть, как его тело уже отлетело куда–то далеко–далеко отсюда! И после этого, только звук разбитых вдребезги костей раздался в воздухе. Он услышал голос Чен Чуна, но было уже совсем поздно. Как она могла его просто взять и вот так опустить? Лицо Мэй Сюэ Янь было чарующе жестоким и беспощадным!

Раздался грохот *хлобысь!*, и девять человек одновременно издали протяжные стоны! У нескольких из Достопочтенных мастеров уже текла кровь из ушей, ртов, носов и остальных отверстий тела!

Тело Сюэ Янь яростно содрогалось, словно ива, трясущаяся от порывов безумного урагана. Потом она встала ровно, с её подбородка на шею стекал пот, смешивающийся со слюной и кровью. Но она ни на секунду не останавливалась. Могущественный меч без устали плясал в разные стороны, удар за ударом!

С неба, шириной с палец, мощный разряд молнии с грохотом ударил прямо в макушку Мэй Сюэ Янь!

Её прорыв, который она совершила благодаря таблеткам Мудрейшего, был полностью завершен! Из-за того, что она прорвалась так быстро, и целых два раза, облака до сих пор не могли успокоиться и прийти в себя. И, в соответствии с двумя прорывами, наложили на неё наказание!

Чтобы уничтожить этих мастеров, она с твёрдой решимостью приняла таблетки Мудрейшего! Не только она подверглась этому природному удару, но и остальные мастера не смогут скрыться от него!

Глава 764. Вы не заслуживаете этого!

В течение многих лет Мэй Сюэ Янь, которая ставила общие интересы превыше всего, впервые задумала полностью уничтожить три Священные земли!

«В конце концов, судьба этого материка и всех людей, да как это меня вообще касается?! Я – Священное животное, только и всего! Допустим, человечество будет истреблено, даже так, кто посмеет войти на территорию леса Тянь Фа?

Сколько мне пришлось заплатить за этот иллюзорный воображаемый мир? И что я получила?

Мы, звери Тянь Фа, являемся опорой для всего человечества, так почему же тогда нам приходится испытывать столько неприятностей, почему нас постоянно хотят прикончить? Мы всегда находимся на волосок от смерти! А те, кто жаждет нашей кончины и есть то самое человечество, которое мы так рьяно оберегаем от всех невзгод!

Это в самом деле все люди, живущие на земле! Вы не останавливаетесь ни перед чем, чтобы сжить нас со свету! И готовы убить нас любыми способами! Сумасшествие, да и только! Вы давно позабыли о сделанном нами добре и платите нам чёрной неблагодарностью! Так почему мы должны страдать от такого обращения? Почему? Почему!!!

В мире ходят слухи, что у людей есть совесть! А у неба и земли своя справедливость! Но где же совесть этих людей? Когда с нами так жестоко обходятся, где же справедливость неба и земли?!» - Мэй Сюэ Янь будто обезумела! В её сердце осталось лишь одно намерение!

- Мои старые боевые товарищи с помощью матери моего возлюбленного решили загнать меня в тупик! Чтобы спасти жизни своим братьям, мне, мастеру Почтенного уровня, приходится противостоять девяти Достопочтенным! Вы когда-нибудь разделяли с кем-нибудь честь и бесчестье в течение тысячи лет? А сражались ли вы бок о бок с товарищами многие поколения подряд?! Ха–ха–ха забавно ведь! – Мэй Сюэ Янь пронзительно засвистела и рассмеялась. Этот смех был каким-то самоуничижительным, грустным и даже зловещим!

– Вы не заслуживаете этого!

Она гневно кричала, глаза её сверкали даже ярче, чем молния в небе. Мэй Сюэ Янь посмотрела на восемь человек, дрожащих от страха. Белая фигура взлетела в воздух и снова закричала:

– Вы не достойны этого!!

– Все, в рассыпную, жизнь этой женщины уже подошла к концу, так что нет необходимости снова вступать с ней в бой! – Чен Чун торопливо блокировал меч Мэй Сюэ Янь, но он всё так же дрожал. Похоже, что сила Мэй Сюэ Янь резко возросла!

Чен Чун покосился на гром в небе и до смерти перепугался! Если в битву вступает сама сила природы, кто как не Достопочтенные мастера знают, к каким последствиям это всё может привести?!

«Разве могло всё быть так легко! Поскольку я просчитался, то и за все последствия придётся отвечать мне!»

Глаза Мэй Сюэ Янь смотрели на всех с презрительной усмешкой, её тело вспыхнуло ярким светом, и первый раскат грома ударил прямо вместе с мечом – прямо в небо! Песок закружился в воздухе, а затем на земле появилась бездонная дыра! Гроза продолжала искриться, время от времени выбрасывая безумные лучи молний!

Тело Мэй Сюэ Янь вдруг исчезло, словно призрак, а появилось уже прямо перед лицом Ву Тянь Хуня! Длинный меч взметнулся вверх и сделал удар!

Ву Тянь Хунь с чёрным, как смоль, дьявольским лезвием всеми силами ринулся назад! Даже будучи Достопочтенным мастером, он был просто в замешательстве! От нерешительности Мэй Сюэ Янь ничего не осталось!

Более того, Достопочтенным трудно справиться с ударами природных стихий!

Так что ему оставалось только бежать! Изо всех сил!

Однако сможет ли он убежать от неё? Будучи Почтенной второго уровня, Мэй Сюэ Янь уже тогда считалась самым быстрым мастером в мире! А что же тогда сейчас, ведь она совершила прорыв до Достопочтенной второго ранга!? Во сколько раз увеличилась её скорость?

В одно мгновение её тело, словно молния, резко появилось позади Ву Тянь Хуня. Острый клинок одним ударом разрушил защитную оболочку Суань и пронзил твёрдое, как железо, тело Ву Тянь Хуня. Прямо в жизненно важные органы! Окровавленное остриё меча торчало из его груди, а лезвие переливалось цветом свежей крови!

Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула. Огромная сила, затаившаяся в мече, мгновенно взорвалась прямо в теле Ву Тянь Хуня. Он хотел пронзительно закричать, но из его рта лишь вылетали ошметки его внутренностей!

В этот момент три громовых молнии засверкали и ударили в землю. Мэй Сюэ Янь попыталась уклониться и ускользнуть от них, два луча её не задели, а вот третий пришёлся прямо по её плечу. Тут же запахло палёным мясом, а в нежном женском плече образовалась дыра!

Однако Сюэ Янь не дернулась с места и не подала никакого виду! Она даже не оглянулась посмотреть на Ву Тянь Хуня!

Удар ещё двух громовых молний попал прямо в дьявольское лезвие Ву Тянь Хуня. Свет этого клинка сам притянул его к себе! Молнии сверкнули, разорвав все внутренние органы Тянь Хуня на кусочки. Его всё ещё движущееся тело вдруг воспламенилось, словно древесный уголь! Он остановился и тут же разлетелся на множество кусочков! Пять внутренних органов стали тёмной массой, источавшей запах приготовленного мяса! Невероятно!

Сильнейший Достопочтенный мастер целого поколения погиб такой ужаснейшей смертью! Да ещё и превратился буквально в мясо!

Какой бы поразительной личностью он ни был при жизни, теперь после него останется только вонючий кусок! Другие семь Достопочтенных мастеров с криками разбежались по сторонам! Мэй Сюэ Янь однозначно обезумела! Даже если остальные откажутся от своих первоначальных намерений и перестанут преследовать всех её близких, она, всё равно, не жилец! Даже если её не разнесёт в клочья одна из этих молний, действие таких таблеток приведёт её к смерти!

Все семеро являются Достопочтенными мастерами, и они очень проницательны! Такая скорость совершенствования силы выходит за рамки обычного! Здесь явно использован какой–то секретный метод. Такой резкий подъем не может пройти без каких-либо последствий!

В этом случае, главное последствие – это смерть!! Только жертвуя своей жизнью, можно получить такую силу! Семь Достопочтенных мастеров понимали это как никто другой!

Кто бы мог подумать, что все слухи о секретном методе Тянь Фа окажутся реальными! Мэй Сюэ Янь только что улучшила свои навыки в десятикратном размере? Перед своей смертью она решила стать козлом отпущения! Все ведь люди, кто захочет добровольно последовать в могилу за умирающим? Поэтому семь Достопочтенных тут же на полной скорости, что есть мочи, бежали оттуда прочь. Лишь бы спасти свои задницы!

В этот момент все эти превосходные манеры и темперамент стали просто никчёмным дерьмом. Уровень Достопочтенного вовсе не значит, что эти люди не боятся смерти!

В этот момент семь электрических зарядов молний увеличились до толщины кулачка маленького ребенка, а затем приготовились к очередной атаке! Мэй Сюэ Янь стремительно бросилась вперёд!

Словно синий дым, она предстала перед Достопочтенным Шэнь Цин Юнем и, нисколько не мешкая, произвела удар мечом! Прогремел гром! Такой удар не сможет вынести даже сильнейший в мире мастер! Великолепно!

Мэй Сюэ Янь жертвует жизнью, чтобы увеличить действенность своих атак, добавляя к ним мощь природных стихий! Сможет ли Шэнь Цин Юнь противостоять такой ужасной силе?

Шэнь Цин Юнь печально улыбнулся, зная, что ему не повезло, и не стал уклоняться. Он вытащил свой «меч–демон» и направил его прямо в грудь Мэй Сюэ Янь. Раз уж ему не суждено выжить, тогда он заберёт своего врага с собой!

Мэй Сюэ Янь тоже не стала блокировать его атаку, какая разница, ведь она всё равно уже ходячий труп! Два длинных меча образуют две параллельные линии, каждая из которых устремлена в сердце противника! У обоих на лицах отчаяние и безумие!

Так как остальные шестеро мастеров уже бесследно исчезли, их было невозможно как-либо отследить. Шэнь Цин Юнь был обречен на то, чтобы стать последним, кого убьёт Мэй Сюэ Янь! А раз уж на то пошло, то лучше уж быть убитым мечом! Пусть он спокойно умрёт вместе с ней, чем испытает боль и страдания от разрыва молнией!

Мэй Сюэ Янь вдруг улыбнулась и сказала:

– Мосе, я жалею лишь об одном – что я не смогла попрощаться с тобой лично! Прощай, мой самый любимый человек! Я надеюсь, что ты будешь хорошо заботиться о себе. Не надо беспокоиться обо мне или скучать, просто забудь меня.

В этот момент между жизнью и смертью Мэй Сюэ Янь внезапно вспомнила, как они с Цзюнь Мосе впервые встретились в Тянь Фа. Она тогда была ещё маленьким зверьком. Ей вспомнилось, как они вместе укрывались от погони под толстым слоем снега. Как же она по нему скучает. Мэй Сюэ Янь вдруг радостно засмущалась.

«Любимый!»

В этот момент в небе раздался громкий крик, наполненный бесконечной грустью и душевной болью:

– Мэй Сюэ Янь!

Глаза Мэй Сюэ Янь внезапно вспыхнули от удивления: в такой критический момент она вдруг захотела выжить. Её тело вдруг вывернулось, чтобы уклониться от удара в сердце!

«Даже если это смертельно, я должна увидеть его снова! Потому что после смерти я хочу унести с собой эту любовь!»

«Меч–демон» Шэнь Цин Юня, наконец, пронзил грудную клетку Мэй Сюэ Янь. В ту же секунду лезвие пропиталось свежей кровью, остриё меча торчало прямо из спины Сюэ Янь!

В это же время длинный меч Мэй Сюэ Янь вонзился прямо в Шэнь Цин Юня! И их сила Суань, собранная в мечах, буквально взорвалась в теле противников! Раздался громкий раскат грома, и свирепая молния ударила по двум мастерам!

Вслед за этим оба разлетелись в противоположных направлениях! Длинные мечи вылетели из их грудных клеток, оставляя после себя струю алой крови в воздухе!

Мэй Сюэ Янь с грохотом упала на землю, и, не думая о своих ранах, торопливо приподняла свою голову. Её глаза упорно и пристально смотрели в направлении доносящегося крика, а взгляд был полон нежности!

– Мосе… Я так счастлива, что наконец–то смогу снова увидеть тебя! – разум Мэй Сюэ Янь прояснился, и она даже израсходовала свои последние силы, чтобы прибрать свои растрёпанные волосы.

Как бы мне хотелось, чтобы я всегда была самой красивой Сюэ Янь в его сердце. Но сейчас я выгляжу так безобразно.

Но… Извини, у меня не было времени.

Глава 765. Пусть небеса захотят забрать тебя у меня, но я не стану подчиняться их воле!

Сверкнула тень, появился Цзюнь Мосе с оглушительным криком. В его глазах застыла картина, как Мэй Сюэ Янь на последнем издыхании пронзает девять раскатов молнии и грома, до неё оставалось около ста чжан!

– Сюэ Янь! – громко закричал Цзюнь Мосе, напрягаясь всеми силами, активировал Инь–Ян, и одним махом преодолел расстояние в сто чжан, а потом накрыл своим телом Мэй Сюэ Янь. Электрические разряды, соприкасаясь с телом Цзюнь Мосе, необъяснимо таяли. Буря в небе стала ещё ожесточённее! Непрерывно готовя новый атакующий удар!

Цзюнь Мосе крепко обхватил Мэй Сюэ Янь и не отводил глаз от её лица!

Мэй Сюэ Янь вскрикнула, кровь неумолимо продолжала вытекать из всех ран в её голове. От первого удара кровь уже успела подсохнуть. Она уже потеряла свой бодрый и отважный вид, который раньше всегда украшал её лицо. Однако её взгляд был по–прежнему чистый, как вода – нежный, и ласковый как луна.

Мэй Сюэ Янь еле-еле улыбнулась, её улыбка была мягкой и доброй. Она с трудом вытянула руку и легонько погладила Мосе по лицу, а потом ласково сказала:

– Мосе, так хорошо, что я смогла увидеть тебя ещё разок перед своей смертью. Я правда хотела стать твоей женой, настоящей женой. Но прости меня, боюсь, у меня не получится.

– У тебя ещё есть шансы. Нет, ты должна сделать это! Я обещаю!! – низким и тихим голосом, ласково произнёс Цзюнь Мосе, ещё крепче обхватив тело Сюэ Янь, словно он хотел принести ей клятву.

В этот момент в его глазах появилось неописуемое потрясение, и он сильно испугался. Мэй Сюэ Янь, словно уже заранее зная о своём положении, печально улыбнулась и сказала:

– Бесполезно, у меня нет шансов.

В самую первую минуту, обхватив тело Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Мосе сразу же приступил к транспортировке природной одухотворённой ци из Пагоды прямо во внутренние органы Сюэ Янь!

Цзюнь Мосе думал, что Мэй Сюэ Янь применила в ход какой–то загадочный приём, который значительно увеличил её способности и силы, чтобы уничтожить мастеров трёх Священных земель, поэтому и расплата за этой приём оказалось довольно нелёгкой. К тому же, её стремительный прорыв вызвал ответную реакцию в виде мощных раскатов грома и несчетных электрических разрядов молнии.

Это и привело к такой опасной ситуации, обычный мастер в подобных условиях был бы обречён на погибель. Но благодаря помощи Мосе, она может спокойно пережить грозовые удары. Потом получить достаточное количество силы для восстановления после полученного урона. На первый взгляд, все проблемы легко решаемы. Однако Цзюнь Мосе и не подозревал, что на данный момент ситуация настолько серьёзна!

Несомненно, с грозовыми ударами извне нелегко справиться, но самую большую опасность для жизни Мэй Сюэ Янь как раз представляло то, что было внутри её тела! Мэй Сюэ Янь была Почтенным мастером и получила такую огромную силу, чтобы противостоять Достопочтенным мастерам. Теперь ей нужно было отплатить за это всем накопленным за всю свою жизнь совершенствованием и ещё - собственной жизнью.

Жертвовать своей жизнью, разумеется, было настоящим безумием. Одной таблетки Мудрейшего достаточно, чтобы увеличить свои силы в десять раз, но Мэй Сюэ Янь, чтобы наверняка добиться полной победы, приняла целых три таблетки. Временно завладев пугающе огромной силой, если, приняв даже одну таблетку, ты обязательно умрёшь, то если принять три, разве будут какие–то шансы уцелеть после этого?

Цзюнь Мосе в большом объёме передавал ей свою ци, надеясь в один миг восстановить её ранения. Вдруг, растерявшись, он обнаружил, что тело Сюэ Янь наполнено каким–то неведомым яростным бессилием.

У неё совершенно отсутствовали какие–то ориентиры и импульсы к восстановлению. Более того, во всех направлениях свирепствовала какая–то разрушительная энергия. Как раз сейчас она поглощала последние жизненные силы Сюэ Янь и была настроена поглотить всё до последней капли.

Эта разрушительная энергия не только была крайне мощной, но и непримиримой к его импортированной ци. Она проявляла крайне жёсткое сопротивление! И если бы он попытался насильно усмирить её, это бы только вызвало её яростный ответный удар, тем самым только подтолкнув Мэй Сюэ Янь к скорой смерти.

Оказаться в таком безвыходном положении, когда идти вперёд и отступать – одинаково плохо, было в самом деле очень затруднительно!

В глазах Мосе проскользнула дикая беспомощность. Потом, сменившись на твёрдую решительность, он тихо спросил Мэй Сюэ Янь:

– Кто это сделал? – в его теле с громоподобным гулом разрасталась яростная жажда убийства. Даже не было никакой предпосылки или предварительного приближения, просто в один миг она достигла своего максимума! В одно мгновение его охватила дикая кровожадность!

Но, посмотрев на Сюэ Янь, он всё же силой подавил это чувство. Здесь и сейчас ни в коем случае нельзя заставлять Сюэ Янь ещё больше нервничать, иначе это только ускорит её смерть! Жажда убийства вмиг разгорелась, и тут же была решительно подавлена. Такое сильное противостояние заставило Цзюнь Мосе содрогнуться телом!

Мэй Сюэ Янь заметила неисчерпаемую боль и безграничную нежность в глазах Мосе. На удивление, она довольно рассмеялась, и с присущими настоящему мастеру манерами, слабо наклонилась к Цзюнь Мосе. С взглядом, полным истинной любви, она шёпотом произнесла:

– Кто это сделал, уже не важно. То, что я могу умереть в твоих объятьях – я уже счастлива. Мосе, я надеюсь, ты сможешь мне пообещать мне кое-что.

Цзюнь Мосе по-прежнему чувствовал эту разрушающую энергию, которая бушевала внутри её тела. Он чувствовал, как её каналы разбиваются в клочья, как её жизненные силы исчезают, он хмуро спросил:

– Пообещать? Что? Я готов сделать для тебя всё, что угодно! Я сделаю всё, чтобы ты ни попросила!

Он не стал спрашивать, как она получила такие серьёзные ранения, для этого уже не было необходимости. Глядя на то, что с ней произошло, он уже сам обо всём догадался. Она применила какой–то табуированный последний козырь, увеличила свои силы и вызвала такой ответный удар и грозовые раскаты!

И всё это в конечном счете было ради семьи Цзюнь, ради самого Мосе! Источник этого всего, тем не менее, это – девять Достопочтенных мастеров!

Он выяснил, что, когда эта бешеная энергия исчезнет в теле Сюэ Янь, то она совершенно потеряет все жизненные силы. В этом процессе трудно было применить его силу, потому что это могло только ускорить её смерть!

Ему оставалось только ждать, когда эта энергия рассеется, и у него будет шанс изменить ситуацию! Но тогда Мэй Сюэ Янь будет совсем на волоске от смерти! Будет ли какой-либо эффект или нет, у Мосе не было чёткого ответа на этот вопрос!

Если не будет никакого результата, то тогда не будет другого выбора, как просто смотреть, как Сюэ Янь умирает! Если даже жизненную силу можно вот так поглотить, всё же должен оставаться шанс что–то изменить! Почему именно так? Сердце Цзюнь Мосе колотилось с бешенной скоростью!

Он просто ничем не мог облегчить страдания Мэй Сюэ Янь. Ему оставалось просто смотреть, как она истекает кровью, и он был не в силах излечить её.

Глядя на то, как силы покидают её, а каналы раскалываются вдребезги, он и представить боялся, насколько ей сейчас было невыносимо больно? Однако эта упрямая женщина мужественно терпела, не произнося и стона, только продолжая смотреть на Мосе. С полным обожания и любви взглядом.

Очень серьёзно и всецело поглощённая этим процессом. Потому что она знала, что это её последняя возможность, и если она не насмотрится на него сейчас, у неё большее не будет возможности взглянуть на любовь всей её жизни.

– Я знаю, ты очень злишься и хочешь отомстить за меня, но я надеюсь, ты сможешь пообещать мне, нет, ты должен пообещать мне… – она использовала свои последние силы, чтобы дотронуться до лица Мосе.

Она лаково продолжила:

– Сейчас твоих сил недостаточно для этого, ты ни в коем случае не должен этого делать. Не надо никаких импульсивных действий, хорошо? – Мэй Сюэ Янь умоляюще посмотрела на него. Выглядела она весьма обеспокоенной.

Она знала, что чувства Мосе к ней очень глубоки. И в том случае, если она умрёт, он не сможет усидеть на месте. Она тревожилась, что он будет мстить за неё, но что в этом было хорошего? Сейчас Мэй Сюэ Янь, как и прежде не беспокоилась о себе. Все её мысли были заняты тем, что же будет с самым дорогим для неё человеком, с его семьей!

Хотя Мосе очень быстро и стремительно поднимался вверх, его духовных ресурсов по-прежнему было мало. Несмотря на его поразительный прогресс, этого было недостаточно, а три Священные земли превосходили его своими огромными духовными богатствами. И эту разницу между ними было очень трудно одним махом превзойти!

Мэй Сюэ Янь прекрасно понимала, что если он начнет мстить за неё, конечно, благодаря своим мистическим способностям, он сможет достигнуть приличного прогресса. Но если в бой вступят Шенваны, тогда он будет обречён!

Она ещё больше понимала то, что Цзюнь Мосе не остановится, убив только нескольких человек!

Когда Цзюнь Мосе попытался подавить свою жажду убийства, она поняла, что на этот раз между Мосе и тремя Священными землями развернётся борьба не на жизнь, а на смерть! Или семья Цзюнь будет полностью уничтожена, или три Священные земли будут стёрты с лица земли! Третьего не дано! И не будет ни единого шанса остановить это кровопролитие!

Но если даже смотреть на ситуацию в данный момент, семья Цзюнь крайне слаба. Поэтому она и запретила Мосе предпринимать любые импульсивные действия! И, преодолевая нестерпимые мучения, умоляла его, ради любимого человека и ради любимой семьи не делать этого.

Цзюнь Мосе на время застыл и пребывал в растерянности, а потом мрачно сказал:

– Об этом ты можешь не волноваться. Если моих сил недостаточно, я не стану необдуманно действовать и отправляться на погибель. Для такого дела как месть, у меня достаточно терпения!

Как бы он там ни говорил, но его зубы словно намертво вцепились в губы, после чего на них остались следы, и свежая кровь начала капать с них на землю.

В небе по-прежнему истерично бушевали раскаты грома, один за другим врезаясь прямо в тело Цзюнь Мосе, накрывавшее Мэй Сюэ Янь. Соприкасаясь с ним, тем не менее, они бесследно исчезали.

– Ты мне пообещал, и я верю тебе! – Мэй Сюэ Янь слабо улыбнулась, силы всё быстрее и быстрее покидали ее. Она невольно печально улыбнулась и прошептала: – Мосе, я правда должна оставить тебя. Я попрошу тебя в последний раз.

Из её глаз выкатились две, словно жемчужины, слезинки и соскользнули прямо на землю:

– Забудь меня.

– Что? Оставить меня?! Ха–ха, ха–ха, я не разрешал тебе уходить! Пусть сами небеса и не надеются забрать тебя у меня! – Цзюнь Мосе заорал, в его глаза тотчас же полопались капилляры: – Если я не разрешаю тебе, значит, даже у небес ничего не получится сделать! Пусть небеса захотят забрать тебя у меня, но я не стану подчиняться их воле!

Глава 766.1. Возвращение к своей истинной сущности!

– Пока я жив, ты ни за что не умрёшь! Даже если я уйду первым, ты всё равно будешь продолжать жить! Забыть тебя? Оставь эту фразу до следующей жизни, понятно?! Или нет, в следующей жизни я тоже не разрешаю тебе говорить такое! Ни в какой жизни тебе нельзя говорить подобные вещи!

Где–то вдалеке раздался грохот, Король ястребов подлетел к ним. Внезапно всё его тело пробрала дрожь. Увидев, в каком состоянии Мэй Сюэ Янь, он невольно опустился на колени, и дрожащим голосом сказал:

– Сестра, в самом деле, как вы могли так глупо поступить?

– Король ястребов, будь любезен, возвращайся назад! – не оглядываясь на него, спокойным голосом сказал Цзюнь Мосе: – Скажи братьям, что ваша сестра в порядке. Я позабочусь о ней и помогу залечить её раны!

Короля ястребов всего затрясло, он удивлённо взглянул на Мосе:

– По правде говоря, сестра использовала, – однако он увидел, как Цзюнь Мосе изо всех сил закивал головой. Он уже твёрдо всё решил! Пусть даже Пагода Хунцзюнь будет уничтожена. Он во что бы то ни стало должен спасти Сюэ Янь! Он! Не может! Жить! Без неё!

Король ястребов с тяжёлым сердцем посмотрел на них и, наконец, расправил крылья и улетел. Он понимал, что, несмотря на такой момент, это время принадлежит только им двоим! Если он останется здесь – это будет неправильно!

Он не хотел тревожить светлые чувства зятя и сестры, поэтому решил улететь. Несмотря на то, что его сердце обливалось кровью, и он очень хотел остаться и позаботиться о сестре.

– Мосе, – Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась: – Муж мой!! Спасибо тебе! В следующей жизни я так же хочу держать тебя за руку.

Цзюнь Мосе даже вздрогнул, это был первый раз, когда Сюэ Янь назвала его своим мужем! И первая женщина в этом мире, которая назвала его подобным именем!

– Сюэ Янь, моя любимая жена, мы есть друг у друга и будем вместе до самой смерти! – сердце Мосе внезапно сжалось, две горькие слёзы покатились по щекам. Он крепко прижал своё лицо к лицу Сюэ Янь, и вдруг его охватило чувство невыносимой тоски. Словно он задыхался, это чувство так и душило его.

– Подожди немного, ты должен оставить меня здесь, а сам уходи, – умоляюще прошептала Мэй Сюэ Янь. Её тело содрогалось, она чувствовала, как последние силы покидают её. Но она по–прежнему мужественно боролась, с любовью глядя на Мосе:

– Я не хочу, чтобы ты видел меня такой… Другой… Меня… Прошу тебя.

– Мне совершенно без разницы, как ты выглядишь. Ты всё равно останешься моей любимой женой! – громко возразил Цзюнь Мосе, не оставив и шанса для обсуждения!

В глазах Сюэ Янь сверкнула радость. Она низким голосом произнесла:

– Я полностью довольна своей участью. Я правда смирилась, Мосе, оставь меня, я прошу тебя. Я не хочу, чтобы ты видел меня в таком виде. Не заставляй меня ненавидеть тебя. Я умоляю тебя!

Мосе крепко сжимал её в своих объятиях, крича от бессилия:

– Нет! Нет! Нет! Ни за что! Хочешь, чтобы я отпустил тебя? Ты просто разобьёшь мне сердце. И в этой жизни и во всех последующих!

На лице Сюэ Янь блеснул очаровательный румянец. Она тяжело вздохнула и ничего не сказала. Лишь из последних сил головой прижалась к груди Цзюнь Мосе. А потом горько заплакала. Всё её тело дрожало.

Задыхаясь от слёз, она с трудом произнесла:

– Мосе, я хочу, чтобы ты помнил Сюэ Янь, а не меня. Не дай им увидеть меня такой, я умоляю тебя, – последние частицы неистовой энергии покинули её тело, и она вот-вот должна была потерять последние жизненные силы.

В этот момент вдруг в её голове промелькнула мысль, и она, горько усмехнувшись, пробормотала:

– Тянь Фа не ищет. Королева зверей возвращается к своей настоящей природе. Тянь Фа вечен. У человека есть или поражение, или успех. Настоящая – я.

Больше она не произнесла ни звука. Она серьёзно посмотрела в глаза Мосе, а затем в её взгляде появился стыд, и потом в одно мгновение её хрупкое тело с катастрофической быстротой уменьшилось.

Прямо в руках Цзюнь Мосе она превратилась в белого маленького зверька. И на последнем издыхании она потеряла сознание. В её теле вяла и еле заметно рассеивалась сила. С каждым кругом всё убывая и убывая. Ужасающая ответная атака таблеток Мудрейшего наконец–то достигла последней критической точки!

Грозовые удары исчезли, но тёмные тучи всё ещё сбивались в плотный круг. Небо становилось только мрачнее и мрачнее. Безумный ураган не успокаивался ни на минуту!

Собирается дождь?!

Цзюнь Мосе тихонько вздохнул, с бесконечной любовью глядя на дрожащую Мэй Сюэ Янь. Он ласково произнёс:

– Оказывается, я должен был раньше догадаться.

В это мгновение для Цзюнь Мосе всё стало намного понятнее. Почему Мэй Сюэ Янь так относилась к нему, и почему, начиная с леса Тянь Фа, постоянно и везде создавала трудности ему. Разными способами всегда высмеивала его. Цзюнь Мосе никогда не понимал, где и чем он мог обидеть её, но сейчас ему всё стало ясно.

Оказывается, Мэй Сюэ Янь была тем самым зверьком, которого он встретил в лесу Тянь Фа. Тем самым белоснежным хорьком, к которому он приставал. Неудивительно, что Сюэ Янь сказала: «Я хочу, чтобы ты помнил Сюэ Янь, а не меня».

Оказывается, вот в чём было дело!

Он наконец–то понял, почему она засмущалась в последний момент. Потому что она боялась. Боялась, что Мосе будет презирать её истинную сущность. Потому что она от начала и до конца была Священным животным, а не человеком.

– Вот же, глупая девчонка! – Цзюнь Мосе опустил свою голову, нежно поцеловал её и сказал: – С самого начала я знал, что ты – не человек. Почему же ты сама так принимала это близко к сердцу? Не волнуйся, пока ты не восстановишься, я никому не позволю увидеть тебя. Ты – это просто ты. Для меня ты всегда будешь моей горячо любимой и прекрасной Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе спокойно ждал, когда ответная реакция полностью покинет тело Сюэ Янь. Только дождавшись этого момента, когда её силы упадут до самого низкого уровня, он сможет применить природную одухотворённую ци!

До этого момента ни в коем случае нельзя ничего делать! Если поступить необдуманно, это может привести к необратимым последствиям, и она погибнет.

Он нахмурился, на его лице проскользнула грозная улыбка:

– Первый Шао! Это совсем не значит, что я не уважаю тебя, но в такой ситуации, если я не уничтожу три Священных земли, как я могу быть достойным моей прекрасной жены? Как я могу называться настоящим мужчиной?! – эти слова он сказал очень низким голосом и очень грубо. Кроме него самого никто не мог услышать их! Их уловили только небеса и земля!

Эти слова остались при нём, и это не было своего рода проклятьем, но сам Цзюнь Мосе знал, что эта самая жестокая клятва, какую он давал себе за все его две жизни!

Глава 766.2. Возвращение к своей истинной сущности!

– Пусть это сам Первый Шао и что с того? Они твои ученики и что? Угроза для всего материка и что? Для всего народа и что с того?! – Мосе медленно поднял голову и внезапно громко и злобно прокричал:

– Пусть даже это станет грехом, который я буду вечно нести в себе, мне плевать! – это был крик души! И также это было официальным возвращением эпохального убийцы! Три Священные земли, я, Цзюнь Мосе! И я не остановлюсь, пока не сотру вас с лица земли!

Наконец–то последний круг рассеялся. И как раз в это мгновение одухотворённая ци Цзюнь Мосе, словно журчащий горный поток, стремительно стала поступать в тело Сюэ Янь.

На удивление, время ввода силы было выбрано в самый раз. Неустойчивая жизнеспособность Сюэ Янь уже была стабилизирована. Цзюнь Мосе был как никогда осторожен и медленно импортировал силу, одновременно вводя ци и залечивая раны на теле Сюэ Янь. Он боялся, что в этот момент она была слабее даже крохотного детёныша дикого зверя, любой мощный импульс или удар мог очень плохо отразиться на её состоянии.

На её плече были ожоги от электрического разряда. В груди – рана от меча. Эти раны и были крайне серьёзными, вплоть до того, что могли привести к смертельному исходу. Но для силы Цзюнь Мосе они были не такими уж большими проблемами. Самую большую опасность представляли внутренние каналы Сюэ Янь. Из-за этого безумного удара этой жестокой силы, они были разорваны в клочья, ни единого канала не уцелело!

Там был просто огромный хаос! Если бы не поддержка Цзюнь Мосе, Сюэ Янь бы точно лишилась дыхания. Сознание она уже потеряла!

К тому же, Мосе совершенно не знал, какой техникой пользовалась Сюэ Янь для совершенствования. Это действительно был очень сложный вопрос!

Цзюнь Мосе нахмурился, вслед за этим появилась большая вспышка молнии. Всё озарилось белым светом, а потом раздались оглушительные раскаты громы. Начался дождь, капли были такими крупными, размером с горошину!

Это был обычный дождь, и он не представлял большой угрозы для Цзюнь Мосе. Это был, конечно, сущий пустяк. Но для Мэй Сюэ Янь сейчас, боюсь, что даже одна капля могла принёсти нестерпимую боль! Больше нельзя было оставаться здесь!

Цзюнь Мосе это прекрасно понимал, и, глядя на серую завесу дождя, он медленно сказал:

– От имени хозяина Пагоды Хунцзюнь приказываю впустить меня! Если не разрешишь мне, я просто уничтожу тебя!

В его голове даже уже возник план. Мэй Сюэ Янь сможет начать процесс совершенствования в Пагоде!

«Если ты не впустишь меня, на кой чёрт мне тебя использовать? Я попросту отрекусь от тебя! Ты, гадина, думаешь я так дорожу тобой? Если не выполнишь моё желание, ты мне больше не нужна! Если сравнивать тебя с самым дорогим для меня человеком, ты – сущий пустяк!»

Цзюнь Мосе стал очень вспыльчив и раздражителен! Стиснув зубы, он уже думал, что ему делать с этой проблемой, если у него не получится попасть туда!

Но вдруг, его тело исчезло из реального мира, и он попал в цветущую Пагоду. И в его объятьях по–прежнему была Мэй Сюэ Янь!

Цзюнь Мосе пребывал в шоке, к нему даже почти пришло озарение. Подумать – это одно, но сделать – это совершенно другое. До этого он уже раз приносил в Пагоду вещи, но это никогда не было связано с человеком. Всё это было: цветы и травы, камни, чудодейственные таблетки, мечи, драгоценности. Но в этот раз без всяких помех ему удалось переместить сюда живого человека и так легко, что он даже не мог поверить в это.

Он и не подозревал, что Пагода не отталкивает жизнь! Сейчас ему удалось переместить сюда Сюэ Янь и, значит, теоретически он может переместить сюда даже многомиллионное войско. Но просто сейчас его силы, конечно, не дотягивают до таких размеров.

Однако Мосе не знал об этом. По крайней мере, до этого момента не знал. Он думал, что это возможно только в моменты опасности для себя. Цзюнь Мосе неожиданно стал так доволен собой. Пагода всё–таки тоже из разряда – обижать слабых и бояться сильных!

«Похоже, в последнее время я был весьма ласков с тобой!»

Попав в Пагоду, Мосе сразу же приступил к лечению ран Сюэ Янь. Он не знал пути перемещения энергии в теле Сюэ Янь и совершенно ничего не знал о том, отличаются ли каналы у Священных животных и людей. Парень оказался в тупике и после долгих раздумий наконец–то решил: так или иначе, каналы Сюэ Янь уже полностью разорваны в клочья. Даже изначальных орбит и то уже нет. Ситуация было настолько скверной, что хуже просто не придумаешь!

«Тогда уж мне лучше будет сломать старое и создать новое! Реконструировать каналы чистейшей одухотворённой ци! Смоделировать их согласно своим каналам, а потом уже создать путь транспортировки силы, чтобы она смогла восстановить своё совершенствование!»

Он не верил, что это может разительно отличаться от того, что используют в Тянь Фа! Это было просто смехотой! Но, тем не менее, он не знал, верное ли он принял решение? Не навредит ли это Сюэ Янь?

Именно поэтому, подвергаясь смертельной опасности, Королева зверей вернулась к своей истинной природе! Эта сила обращения из глубины веков, и только она способна к наивысшим сверхъестественным оборотам! На этот раз, заставим Мэй Сюэ Янь вернуться к своей истинной сущности! Это всё-таки настоящее и могущественное начало Сюэ Янь!

Более того, плотность природной силы в Пагоде очень высока и превосходит силу Тянь Фа в десять тысяч раз! Разве совершенствование здесь сравнимо с совершенствованием в лесу Тянь Фа? Более того, сила, выходящая отсюда, не требует очистки!

Хотя методы тренировок Сюэ Янь первоклассны, но у них всегда был свой предел! В случае крайней опасности даже сам Будда был бы беспомощным!

Однако сейчас, меняя силу, всё будет по–другому! Возможно, оберегать и любить друг друга до старости! Выжить любой ценой, сломать старое и создать новое! Именно таким образом!

Конечно, польза огромна и риск, разумеется, тоже, если даже в случаи прорыва. Мэй Сюэ Янь не под силу выдержать грозой удар! Это будет сложнее почти в сотни раз, это правда!

Но рядом с ней всегда будет Цзюнь Мосе! И его Пагоде не страшен никакой грозовой удар! Поэтому после восстановления, Мэй Сюэ Янь будет как новенькая! Но это очень долгая история.

Процесс создания новых каналов занял целых три дня и три ночи! И только после этого можно было считать, что процесс успешно завершён!

Глава 767. Решение Цзюнь Чжан Тиана!

Пусть даже при создании новых каналов можно было следовать изначальной конструкции системы кровеносных сосудов, однако, тем не менее, это очень трудоёмкий процесс. Так как при каждом успешно завершившемся импульсе, его неизменно сопровождает прорыв как раз в этом месте? И как же создаваться совершенно новым каналам, которые даже не имеют опыта в прорывах?

В подлинном смысле этого слова – «делать из ничего»!

Сделать намного труднее, чем сказать!

Пусть, конечно, Цзюнь Мосе имел крепкую поддержку в виде Пагоды, но за время, пока длился этот трудоёмкий процесс, а именно три дня и три ночи, сила иссякла в несколько десятков раз!

Если при воссоздании каналов совершить ошибку, пусть даже незначительный промах, последствия будут трудно восстановимыми!

Цзюнь Мосе сначала досконально изучил свои каналы, с головы до ног. Не пропустив ни одного места. Потом открыл карту человеческих каналов в Пагоде. И, согласно различиям между мужчиной и женщиной, дюйм за дюймом, миллиметр за миллиметром вводил силу!

За это время Мэй Сюэ Янь так и ни разу не пришла в себя, она находилась словно в состоянии комы. Тем не менее можно было заметить, что ситуация менялась в лучшую сторону. Её тело уже больше не было таким слабым, а раны постепенно бесследно исчезали. С головы до ног – белоснежный мех. Её тело наполнялось жизненной энергией, и этого нельзя было не заметить.

Пусть её внутренние каналы было трудно в одночасье воссоздать заново. Тяжело было восстановить Суань, и она потеряла человеческий облик. Но всё же, она была жива, а это уже означало очень неплохое начало!

Цзюнь Мосе с грустью посмотрел на неё. Ласково и нежно взял в свои объятья, пробормотав:

– Сюэ Янь, здесь, где мы сейчас находимся – это самая большая моя тайна. Когда ты очнёшься, я потихоньку расскажу тебе обо всём. Поделюсь с тобой своей самой огромной тайной. Я буду ждать тебя. Я буду всегда ждать тебя. Вне зависимости, сколько времени тебе потребуется на восстановление! Я буду ждать тебя вечно. Не отступлю ни на шаг всю свою жизнь!

Он тихонько положил Сюэ Янь на природную артерию силы, которую он недавно прихватил в Снежных горах. Сейчас на ней вырастало прекрасное изумрудно–зелёное деревце, которое испускало сверкающие и узорчатые световые пятна. Они медленно рассеивались в воздухе, наполняя собой всё пространство Пагоды.

Вся Пагода была наполнена бесконечным количеством живой энергии.

Это удивительное деревце сначала поддерживало жизнь Донфанг Вэн Синь, работая без продыху целых десять лет. Тогда оно само по себе переместилось в Пагоду. Цзюнь Мосе не прилагал никаких усилий для этого.

А несколько дней назад, когда эта мистическая и могущественная артерия силы только появилась в Пагоде, неизвестно, когда и каким образом, это деревце само по себе переместилось как раз на эту артерию. Соединилось с ней и даже пустило корни. Не прошло и нескольких дней, как оно разрослось, внушительно увеличившись в размерах.

Стало толщиной с голень ноги, в высоту выше человека в два раза. Его миниатюрная крона сейчас разрослась до приличных размеров, напоминая громадный зонтик от солнца.

Пользы, которую несло это деревце, было тоже достаточно много. Густое и насыщенное дыхание жизни непрерывно распространялось из него во внешнюю среду. Оно являлось самым мощным источником жизни во всём мире!

Цзюнь Мосе переложил слабое тело Мэй Сюэ Янь прямо под крону деревца. Бесчисленные яркие световые пятнышки, словно пылинки, сновали туда–сюда в воздухе. Потом они плавно проникали в тело Сюэ Янь, вливаясь прямо в её каналы.

Это деревце очень ловко и с нежностью неустанно продолжало утешать израненные тело и душу Мэй Сюэ Янь.

– Сюэ Янь, ты сейчас спокойно продолжишь залечивать свои раны. На этот раз ты получила очень серьёзный урон для своего организма. Восстановиться мгновенно будет крайне нелегко. Сейчас мне нужно вернуться домой, проверить там обстановку и помочь кое-чем. Но ты не волнуйся, я то и дело буду приходить навещать тебя.

Ты не будешь одна, я раскрою тебе ещё одну тайну. Здесь, где мы сейчас находимся, фактически глубь моей души и также моё самое секретное место. С этой минуты, можно считать, мы соединились в одно целое. Когда ты очнёшься, восстановишься, я подробно обо всём тебе расскажу, – глядя на очаровательное и хрупкое тело Сюэ Янь, пробормотал Мосе.

Затем он встал и внезапно с горечью рассмеялся, сказав:

– Сюэ Янь, ты всегда помогала мне улаживать мои проблемы, всегда поддерживала меня. Я был счастлив, и в то же время мне было очень стыдно перед тобой. Ты же знаешь, что когда ты появилась в моём сердце, я обрёл уверенность и счастье! Я ни за что не позволю тебе страдать! Сюэ Янь, начиная с этого дня, я буду о тебе заботиться. Обещаю защищать тебя, быть с тобой рядом. Я вечно буду с тобой!

Потому что я - твой мужчина! И это – моя обязанность! Моя обязанность как настоящего мужчины! – Цзюнь Мосе медленно поднялся. Ещё раз с любовью и нежностью взглянул на неё, а потом покинул Пагоду.

Вся Пагода Хунцзюнь была наполнена густой и насыщенной одухотворённой ци, словно белым туманом. Она поднималась к величественной кроне волшебного деревца. Эта невероятно светлая энергия медленно опускалась к Мэй Сюэ Янь, тихо лежавшей под ним. Казалось, она просто спала. Дремала очень спокойным и безмятежным сном.

На её тело Мосе накинул свою одежду, которую сам недавно снял с себя. Она всё ещё хранила его тепло и запах. Пусть в ней не было реальной пользы, но всё же, в ней сохранялись его эмоции и чувства.

Семья Цзюнь.

Везде толпились люди. Их было очень много. Тут же находились и Священные животные, но никто не произносил и звука. Вокруг царила гробовая тишина. Атмосфера была очень мрачной, полной скорби и печали.

То, что случилось той ночью, как огромный неподъёмный камень свалилось на сердца всех присутствующих! Люди задыхались от его тяжести, будто под обломками разрушенного города.

Хотя новость, которую принёс Король ястребов, немного успокоила всех. Но все по–прежнему ждали возращения Цзюнь Мосе и его подробностей.

Все очень переживали из-за того, что случилось с Мэй Сюэ Янь!

Всех заботил только этот вопрос!

Все люди в ожидании смотрели на входные двери. За эти несколько дней никто не ложился спать и не отправился хотя бы отдохнуть!

Особенно Короли зверей не находили себе места. Они хорошо знали о страшном эффекте таблеток Мудрейшего. Это было реликвией, которую оставил первый Шенван леса Тянь Фа. Это также было самым большим табу Тянь Фа. Хотя, конечно, они доверяли своему зятю, но всё же, их надежды были не столь оптимистичными!

С другой стороны, в кабинете при домашней библиотеке, собралась семья Цзюнь в полном составе. Цзюнь Чжан Тиан, глядя на сидящих перед собой, Донфанг Вэн Синь, Цзюнь Вуя, Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и Хан Янь Яо, с серьёзным лицом, медленно объявил о своём решении:

– В последнее время я тоже много думал об этом. Оказывается, Сюэ Янь обладает телом Священного животного. И она же является Повелительницей волшебного леса Тянь Фа, Почтенной Мэй!

От начала и до конца, человек и Священное животное сильно отличались друг от друга. Сюэ Янь сама по себе очень выдающаяся личность и пользуется довольно почётным положением. Но всё же, это различие очень трудно пересилить! Однако Сюэ Янь сделала для семьи Цзюнь намного больше, чем любой другой человек! И поддерживала Мосе больше всех! Если бы не Сюэ Янь, семья Цзюнь уже давно бы превратилась в горстки пепла! Предки семьи Цзюнь и все последующие поколения с глубокой любовью и преданностью будут относиться к ней. Я официально признаю её своей невесткой и женой моего внука!

Все тут же закивали головами, все собственными глазами видели, как Сюэ Янь относится к Мосе!

– Но, однако, тот факт, что Мосе возьмёт в жены Сюэ Янь, кажется, вызовет большие споры в мире. Возможно, даже осуждение. Вплоть до того, что и в нашей семье могут появиться люди, которые будут нести разную чепуху. Сегодня я просто обязан сказать вам такие неприятные вещи прямо в лицо.

Он немного помолчал, в его глазах появилась скорбь, но он продолжил:

– Всем присутствующим здесь, матушке Мосе – Вэн Синь, дяде и тёте – Вую и Янь Яо, будущим жёнам Мосе – Сяо И и Квинхан… Здесь – все свои люди, и я не стану долго ходить вокруг до около. Как глава семьи Цзюнь, сегодня я объявляю, что вне зависимости, как закончится этот несчастный случай, Мэй Сюэ Янь будет считаться женой Мосе! Всем понятно?

Все, один за другим, соглашаясь, закивали головами. Донфанг Вэн Синь сказала:

– Это не будет ни для кого новостью. Все уже итак сами об этом догадывались. Сюэ Янь – очень хорошая девушка, сложно найти какие–то недостатки у неё. Если бы вы даже не сказали этого, я бы всё равно никогда не дала Сюэ Янь в обиду. Я уже давно одобрила её статус. Молилась небесам, чтобы они её оберегали и чтобы с ней ничего не случилось.

Дугу Сяо И и Гуан Квинхан одновременно покраснели, тоже кивнули и со встревоженным видом в один голос сказали:

– Надеемся, сестра сможет в целости и сохранности вернуться домой. Небеса благословят её, и можно будет найти выход из этого затруднительного положения.

Цзюнь Чжан Тиан кивнул головой и довольно огласил:

– Если, дай Бог, Сюэ Янь выживет, она будет главной женой Мосе. Если же, к несчастью, погибнет, то будет похоронена на родовом кладбище семьи Цзюнь. Как хозяйка третьего поколения Цзюнь! Сюэ Янь старше вас, и вы двое наверняка не станете возражать?

Эта фраза была обращена к Дугу Сяо И и Гуан Квинхан.

Они обе переглянулись, и Дугу Сяо И поспешила ответить:

– Дедушка, можете спать спокойно. Я всегда уважала и восхищалась сестрой Сюэ Янь. Откуда тут взяться каким-то возражениям? Я согласна, что она станет старшей сестрой. Сестра Хан будет второй старшей сестрой. А я – третьей, младшенькой, – добавила про себя она. – Не смогу стать старшей – третьей тоже неплохо. Нет же никого, кто уже занял это место. Надо быть немного проворней, а то вообще можно остаться четвёртой…

Цзюнь Чжан Тиан с удовлетворением снова кивнул. Потом резко окинул всех взглядом, и строго добавил:

– И ещё одно. Начиная с этого момента, если кто–то среди членов семьи Цзюнь посмеет завести разговор о Священных животных и людях, тогда этот человек, без разницы кто он, будет ждать смерти! Не будет ему прощения! Это, начиная с этой минуты, считается записанным в кодекс семьи Цзюнь! Как самый старший, я объявляю это во всеуслышание!

Цзюнь Вуй согласился:

– Отец, будьте спокойны. Если кто–то посмеет возразить, я не оставлю это просто так! Непременно собственными руками приведу смертельный приговор в исполнение!

Цзюнь Чжан Тиан кивнул и, массируя место между бровями, усталым голосом произнёс:

– Хорошо, можете идти. Если Мосе вернётся с вестями о Сюэ Янь, в первую очередь доложите мне об этом.

Глава 768. Долголетие, возможно ли это?

– Отец, вы, всё же, должны сделать перерыв на некоторое время. Вы три дня и три ночи нормально не отдыхали. Как вы всё это выдержите? – волновалась Хан Янь Яо.

– От Сюэ Янь нет никаких новостей, как я могу расслабиться? – вздохнул Цзюнь Чжан Тиан. – Какая же она хорошая и храбрая девушка.

Донфанг Вэн Синь и остальные одновременно кивнули. На их лицах читалось беспокойство. Да, новости о Мэй Сюэ Янь не подтверждались. Поэтому никто из них не мог расслабиться. Силуэт Цзюнь Мосе наконец появился в двери.

Король журавлей, Король медведей и остальные, которые ждали его всё это время, рванули вперёд, чтобы поскорее его расспросить обо всём. Каждому не терпелось поскорее всё узнать. Но в то же время из-за сильного беспокойства, они боялись услышать нежелательные новости.

Каждый с надеждой смотрел на Цзюнь Мосе. Многие из них уже приняли звериный облик, поэтому их тела были здоровенными, словно башни. В их глазах сверкали слёзы.

– Мосе, сестра, как она?

– Ты вернулся, а где же сестра?

– В конце концов, что с сестрой? Её раны слишком серьёзны? Когда она сможет вернуться?

– Где сестра? Почему ты вернулся без неё?

– Мы не сможем жить без сестры, Мосе.

Когда все наводили порядок, они обнаружили записку, оставленную им Мэй Сюэ Янь: «С этих пор, приказы Цзюнь Мосе – это мои приказы! Братья леса Тянь Фа, ни в коем случае не выказывайте своё неповиновение ему!»

Им тяжело было это принять. Эта записка была очень плохим знаком! Они снова вспомнили ту ночь и ту войну. И сердца их обливались кровью. И сейчас, увидев, что Цзюнь Мосе пришёл совсем один, они разволновались ещё больше.

Искрение эмоции, которые Цзюнь Мосе увидел на их встревоженных лицах, невероятно сильно растрогали его. Кто считал зверей Суань бесчувственными и хладнокровными? Эмоции этих зверей – самые неподдельные, самые бесценные, самые искренние.

«Сюэ Янь, какие же у тебя братья и сёстры. Настоящая гордость!

И я бы отдал всё за такого брата, как братец Журавль! Люди и звери действительно очень разные. Звери никогда не поймут, что такое – притворяться. Найдётся ли хоть один из людей, который был бы хоть на долю таким же искренним, как зверь Суань? Как раз наоборот. Найдётся множество людей, которые поступают хуже всякого животного!»

– Можете не переживать, но сразу скажу, что раны вашей сестры на этот раз действительно были очень серьёзны. Но после моей помощи, уверяю, что её жизни ничего не угрожает. Она находится в тяжёлом состоянии. Я уже отправил туда своего наставника. Этот старик уже лечит её. Он сказал, что все опасности позади! Время её лечения на этот раз будет очень долгим. Вам не нужно волноваться, я буду держать вас в курсе того, как проходит её лечение! Но это время на реабилитацию очень важно. Вам не стоит беспокоить её!

Цзюнь Мосе поразмышлял и понял причину, по которой они волнуются больше всего.

– Ах, да! С сестрой всё будет хорошо. Она обладает удивительными способностями! – внезапно вскочил на ноги Король медведей, сияя от радости.

– Очень хорошо, просто замечательно, долгой жизни нашей сестре! Наставник Мосе – прекрасный человек! Когда я с ним встречусь, клянусь, я упаду ему прямо в ноги! С сестрой всё в порядке, ха-ха-ха! – нервно смеясь и плача одновременно, простонал Король тигров, потирая глаза от выступивших слёз.

Услышав хорошие новости, всё звери воспрянули духом. Их тревога тут же испарилась. Поднялось настроение и началось радостное массовое оживление.

– Ха-ха-ха! Король тигров, помнишь, как сестра каждый раз тебя наказывала? Король медведей, ты был таким весёлым каждый раз, когда сестра пинала тебя, как футбольный мяч. Мы все за этим наблюдали. Когда сестры не было, если мы чего-то не доглядели в лесу Тянь Фа, то ждали, когда вернётся сестра. Чтобы она разобралась с вами, двумя придурками! И тогда мы все глазели на то, как вы просите у неё прощения!

Король журавлей потёр свои красные глаза, прикрывая слёзы радости, катившиеся с его глаз. В эту минуту ему стало спокойнее, и поэтому он начал подшучивать над ними.

– Избивала обоих, ругала на чём свет стоит. Ничего особенного. Сестра шпыняла нас, чтобы проучить, а это значит, что мы ей не безразличны. Как говорится, «бьёт – значит, любит», и мы этому рады. Король журавлей, кажется, ты и сам часто её ругал. Да, все вы, журавли, такие. Думаешь, если сестра вернётся и увидит, что мы плохо приглядывали за лесом, то вы сможете сбежать? Или останетесь здесь, в надежде, что вас это не коснётся? – выругался Король медведей.

– Сестра проучила меня, сохранив при этом мне лицо. И без побоев. Невозможно познать и понять то, что понял я, а значит, до вас это вообще никогда не дойдёт, – с каменным выражением лица процедил Король журавлей.

– Фиг с тобой. Сохранила тебе лицо? Сестра тогда так гонялась за тобой, что ты наворачивал круги аж вокруг леса Тянь Фа. Все всё видели. Сестра и правда сохранила тебе лицо! И это поразительно, – рассмеялся Король тигров. – Журавли Суань и правда бессовестные! Неудивительно, что ты стал третьим ребёнком. Ты ушёл гораздо дальше Короля тигров!

– В тот раз это был несчастный случай! В тот раз… А, пошли в жопу! Я… я… я… вас никогда не прощу! – Король журавлей не мог найти слов, и в итоге прикрыл всё это вспышкой гнева. Затем вышел вперёд и начал потасовку. Он схватил трёх человек и смотал из них клубок. Это вмиг рассмешило каждого из членов семьи Цзюнь. Они сияли от радости, а гнев за секунду рассеялся.

От смеха у них закружилась голова.

В конце концов ничего страшного не произошло!

Небеса смилостивились!

Несмотря на недавнее тягостное потрясение, эти ребята повеселились от души разок. Глядя на них, сердце радовалось. Цзюнь Мосе тоже расплылся в беззаботной улыбке, но внутри, про себя он думал:

«Сюэ Янь, я любой ценой сделаю так, чтобы ты поправилась как можно скорее. Я вернулся к твоим братьям. Их чувства к тебе самые настоящие, самые искрение. Я так этому рад, рад за тебя! И мне также радостно от того, что твои братья – это и мои братья тоже!»

Смех над Короля журавлей не останавливался ещё очень долго. Цзюнь Мосе зашёл в главный в зал, а затем дошёл и до кабинета.

Цзюнь Чжан Тиан, Цзюнь Вуй и Донфанг Вэн Синь почувствовали, как только он вошёл туда, что с ним что-то не так.

Настолько тонко могли поймать состояние Цзюнь Мосе только его самые близкие люди.

Сегодня состояние Цзюнь Мосе было уже не таким скачкообразным. Наоборот, он был слишком невозмутим!

Словно готовый проснуться спящий вулкан. Словно ураган над морем. Хотя, невозмутим, но и непредсказуем!

На его лице ещё остались проблески той беззаботной улыбки. Но теперь она была в некоторой степени мрачной и ледяной!

Взглянув на него, несколько человек, не сговариваясь про себя, подумали:

«Неужели то, что Цзюнь Мосе только что сказал зверям леса Тянь Фа – неправда? Он сделал это только, чтобы их успокоить?»

– Мосе, как, в конце концов, дела у Сюэ Янь? Мы должны знать правду! – спросила Донфанг Вэн Синь. Вслед за её словами, взгляд каждого, находящегося в этом кабинете, устремился на Цзюнь Мосе.

– Жизни Сюэ Янь действительно ничего не угрожает. Но ранения серьёзные! Очень серьёзные! – сказал он горько. – Ей нужно глубокое восстановление. Нужно очень много времени!

Цзюнь Мосе не мог скрыть горя в своих глазах. Ранг Мэй Сюэ Янь на этот раз упал до самого низшего. Нужно было вернуть ей её прежние силы Достопочтенного мастера четвёртого уровня. Даже при поддержке Пагоды Хунцзюнь время на восстановление будет очень долгим.

Настолько долгим, что вынести это будет очень тяжело всем!

Она накапливала все силы, что у неё имелись, несколько сотен лет! А сейчас они рассеялись за один момент! Вернуть ей их будет не так уж и просто, как это кажется.

Если быть пессимистичными, то мы больше не увидим Мэй Сюэ Янь в человеческом облике. Нет на свете человека, который мог прожить так долго!

Подумав об этом, в голове Цзюнь Мосе промелькнула мысль. Первый Шао из подземного мира появлялся на континенте девяносто девяти жен! Он смутно объяснил, что когда он прибыл на Землю, эти жёны, похоже, следовали за ним. Он сказал следующие слова: культивация жён ещё недостаточна, нужно выждать ещё несколько лет. Значит, эти жёны также являются выходцами с материка Суань. Суань, как и их родственники. Они все – обычные люди, как они могли прожить столько лет?

Неужели они хранят какой-то секрет?

Цзюнь Мосе погряз в мыслях.

«Долголетие - возможно ли это?»

С этого момента у Цзюнь Мосе вновь появилась надежда.

– Главное, что серьёзных проблем нет! А это уже хорошие новости! – сказала Донфанг Вэн Синь с облегчением. – Что бы ни произошло, Мосе, ты никогда не должен сомневаться в чувствах Сюэ Янь к тебе!

Донфанг Вэн Синь чувствовала угрызения совести.

Всё-таки, ради неё Сюэ Янь, не щадя своей жизни вступила в тот поединок! Этот поступок очень её растрогал и также вызвал в ней чувства опасения и стыда! Она считала, что это она втянула свою невестку в это.

– Несомненно! – Цзюнь Мосе кивнул головой, и его глаза засверкали уверенным сиянием.

Глава 769. Цзюнь Мосе и Ли Юран!

– Мосе, не переживай, Господь с нами, сестра Сюэ Янь очень скоро поправится, – тихо сказала Гуан Квинхан. – Неважно, какое решение ты примешь, мы в любом случае тебя поддержим! Так что ждём тебя!

Гуан Квинхан была не глупа. Она уже ощутила произошедшие перемены в Цзюнь Мосе. Если раньше он и вёл все свои дела очень жёстко и строго, однако он всегда оставался мальчишкой. А произошедшее событие пробудило в нём дух настоящего мужчины! Непреклонного сильного мужчину! Она поняла, что всё это стало огромнейшим ударом для Цзюнь Мосе! Но в любом случае, она была готова ждать!

Это ведь впервые, когда Гуан Квинхан проявила свои чувства к Мосе! Потому что насколько бы он ни казался крутым и отважным парнем, в то же время, в глубине души, он был очень слаб и беспомощен! Особенно его чувства! Он нуждается в её утешении и поддержке!

Большие красивые глаза Дугу Сяо И уставились на Цзюнь Мосе. Она серьёзно сказала:

– Брат Мосе. То, что сказала сестра Гуан, в общем, я хотела бы присоединиться к её словам. Мы поддержим тебя в любом случае и будем ждать возвращения сестры Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе улыбнулся и посмотрел на них:

– Не волнуйтесь, с ней всё будет хорошо, как и со мной, как и с вами. Сделав паузу, он добавил: – Мне нужно тренироваться.

Сказав это, он повернулся и ушёл.

Донфанг Вэн Синь немного засомневалась. И, наблюдая, как медленно исчезает силуэт Мосе, обернулась и сказала:

– Невероятно, зная злопамятный характер своего сына, как он вдруг ни разу за весь разговор не упомянул про месть? Ещё и после такого. Он даже не спросил, кто сделал это с Мэй Сюэ Янь! Разве это не странно? – своими словами она заставила всех присутствующих встрепенуться.

Цзюнь Чжан Тиан вздохнул и сказал:

– Неужели это действительно так странно?! Просто с сегодняшнего дня Мосе стал настоящим мужчиной! Если у него есть какие-то дела, то он будет их делать, а не трепаться попусту! Что толку говорить о мести. Нужно просто действовать! А что касается личностей наших врагов, должно быть, Мосе знает об этом гораздо больше нас. Так к чему лишние вопросы?

…

Поздним вечером Ли Юран сидел один в своей комнате в доме второго принца. Лишь маленький свет без конца подпрыгивал в масляной лампе. Выражение его лица было спокойным и невозмутимым, казалось, что он чего-то ждёт.

Спустя какое-то время в его комнате промелькнул чей-то силуэт! Этот человек был одет в белое, с красивым, но безэмоциональным лицом. Его одежда легко и непринуждённо развевалась по воздуху. Заложив руки за спину, он спокойным взглядом уставился на Ли Юрана! Это был Цзюнь Мосе!

Молодой мастер очень хотел отомстить, однако он знал, с кем ему придётся столкнуться. Если сказать обо всём домашним, они станут переживать. Именно поэтому он промолчал. Однако есть ещё один человек, который определенно знает обо всём больше чем кто-либо другой! И это – Ли Юран! Поэтому, вернувшись в свой маленький дворик, он сразу же использовал Побег Инь-Ян!

«Терпеть? Да как я, б*ядь, могу это всё терпеть? Если я не превращу три Священные земли в гору окровавленных трупов, тогда называйте меня наоборот, не Цзюнь Мосе, а Се Мо Цзюнь».

– Ты пришёл? Я знал, что ты явишься и ждал тебя! – Ли Юран улыбнулся и неторопливо наполнил свою чашку чаем.

Казалось, что Ли Юран даже как-то успокоился, увидев перед собой Цзюнь Мосе. Он посмотрел на него с улыбкой и сказал:

– Если бы ты не пришёл, я бы действительно начал беспокоиться.

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся в ответ и сказал:

– Ли Юран, а ты знаешь, что твой самый большой недостаток в том, что ты шибко умный!

– Быть умным – это не обязательно хорошо, но и глупость может привести тебя к плохому исходу! – Ли Юран слегка растянулся в улыбке. – По крайней мере, в этом мы с тобой одинаковы. Если бы я был на твоём месте, то не стал бы так безрассудно идти против трёх Священных земель! Это слишком необдуманно, пусть даже у тебя и есть свои хитроумные планы! Разве произошедшее с Сюэ Янь не доказывает этого? Не думаешь, что ты допустил промашку?

– Я знаю, что если бы ты оказался на моём месте, то избрал бы политику терпения и ожидания. Ты бы просто сидел и ждал, когда появится кто-либо, способный противостоять твоим врагам. А уже потом, ты бы раскрыл все карты и свою реальную силу. Уничтожил бы весь Континент Суань с помощью самых жестоких и беспощадных методов! Любой ценой закончил бы начатое дело! Убил бы каждого, кто не встал на твою сторону! – Цзюнь Мосе улыбнулся и присел перед ним. – Именно такой и есть ты, Ли Юран. Но это – не я, это – не Цзюнь Мосе!

– Ты прав, у меня именно такой тип мышления, так что, по итогу мы относимся к разным типам людей! – Ли Юран сказал: – Я вот отношусь к тем, кто использует в своих делах пусть и бессовестные, жестокие и подлые методы, однако пока мои крылья не окрепнут, я смогу спокойно жить в этом мире! Но ты, с тех пор как проявилась твоя невероятная сила, бесконечный поток событий скапливается именно вокруг тебя! Может, ты и незаурядный малый с горячей кровью, но на какой риск ты себя обрекаешь? Самое высокое дерево в лесу сломается от ветра! Может, тебе и ничего, а что же происходит с окружающими тебя людьми, а?

– Твоя слабость в том, что ты слишком быстро растёшь! – Ли Юран попал в самую точку, его слова были резкими. – Скорость роста твоих способностей действительно впечатляет, однако растёшь лишь ты один. Получается, что о какой-либо поддержке изнутри не может идти и речи! А твои невероятные способности вызывают повышенный интерес и даже некий страх со стороны других сильных личностей!

И они не могут с тобой ужиться, да в принципе, если подумать, с кем они вообще в ладах? Не стоит говорить, что три Священные земли – это твои заклятые враги, они ведь всё ещё могут прикончить тебя! Ведь теперь твоя сила стала слишком большой опасностью для многих людей. К тому же, как мы знаем, ты продолжаешь совершенствоваться! А такую угрозу долго терпеть не станут!

Ли Юран завистливо добавил:

– Никто не будет просто сидеть и наблюдать за ростом таких людей, как ты! Ведь нет предела твоему совершенствованию! А тебе всего лишь восемнадцать лет!

А они практиковали свои способности всю жизнь, даже сотни лет. Большинство людей не так талантливы, как ты! Как им быть спокойными, пока ты жив? Видеть весь твой подъём и ждать, когда ты раздавишь их всех по одному! А затем склонить перед тобой головы и смиренно исполнять все твои приказы! Это никому не понравится!

Цзюнь Мосе холодно улыбнулся.

– Живя на этом свете, нужно хвататься за самое лучшее! Даже если всё вышло из-под контроля, попытайся что-либо сделать! Иначе, каков смысл жизни? По-твоему, нужно просто всё терпеть, а в конце концов просто взорваться? Разве это не скучно? Сухое и рутинное существование получается!

Я – Цзюнь Мосе, хочу заставить облака двигаться по моей указке и вместе со мной! Я буду своевольничать! Смотреть на всё с презрением и делать всё, что пожелаю нужным! А что мне эти три Священные земли? Если они не разрешат мне сделать шаг, мне что, нельзя будет даже пальцем пошевелить?

– Но в жизни есть и тёмная сторона, её нужно понять и с ней нужно столкнуться! Или ты думаешь, что такой подлый, бесстыдный, безжалостный человек как я, просто так живёт припеваючи? – защищался Ли Юран. – Всё потому, что я верю только в себя! Только я и никого больше!

– Тогда мне тебя очень жаль! – прискорбно ответил Цзюнь Мосе.

– Грустно или нет, у каждого своё мнение. У каждого свой образ жизни! – высокомерно выпалил Ли Юран. – Пусть мне и будет грустно! Но моя жизнь будет успешна! А за успехи ведь надо чем-то платить, верно?

– Возможно! Жизнь каждого человека находится в глубине их собственных сердец. В этом у нас у всех разное мнение, – Цзюнь Мосе убедительно добавил: – Ты ведь знаешь цель моего визита, не так ли?

– Конечно! Иначе бы я тебя не ждал! – Ли Юран улыбнулся: – И я очень рад, что ты не пришёл меня убивать!

– Убить тебя возможно в будущем, ну а пока есть причина, не дающая мне этого с тобой сделать, – Цзюнь Мосе был серьёзен, а его глаза сверкали злобным огнём.

– Я буду продолжать искать причины, по которым ты не сможешь меня прикончить, а также не дам тебе возможности этого сделать, – нервно засмеялся Ли Юран. – Поскольку я уже хорошо разглядел тебя, могу сказать, что нам стоит быть друзьями, а не врагами. Даже если мы и не подружимся, то и врагами нам становиться не стоит, – сказав это, Ли Юран быстро сменил тему: – Что ты хочешь знать? Давай перейдем к делу!

– Я хочу знать всё, что ты знаешь, абсолютно всё! – злобно ответил Мосе, глядя на него убийственным взглядом.

– Хорошо. Случившееся с Почтенной Мэй стало и для меня слишком внезапным событием. Раз уж ты здесь, я могу сказать только одно. Мне очень жаль. Я признаю, что у меня не было возможности ничего изменить. Мосе, я эгоистичный человек, в тот момент я и не подумал, что могу выйти отсюда и как-то обо всём уведомить вас. Меня просто бы прикончили на месте!

Ли Юран откровенно сказал:

– Более того, сюда вовлечено слишком много всего. Почтенная Мэй не смогла бы избежать этой атаки! Даже если бы я отправил вам письмо, всё равно! Ей бы не удалось сбежать!

– Переходи к сути! Ли Юран, мне насрать, ссыкло ты там или нет, это твоё собачье дело. Меня это не волнует, – Цзюнь Мосе был серьёзен. – Всё, что мне нужно знать, это весь ход событий. Как всё происходило, и кто разработал весь этот план.

Ли Юран горько улыбнулся:

– Три Священные земли… На этот раз это были лидеры из каждой семьи. Четверо Великих мастеров, а также один ведущий отряда. На вид вроде как Почтенный первого уровня. Хотя число их невелико, однако они достаточно сильны.

Сказав это, он не стал дожидаться следующего вопроса Цзюнь Мосе и подробно предоставил полную картину о силе трёх Священных земель.

Одно за другим, имена людей вылетали изо рта Ли Юрана, а сидевший напротив Цзюнь Мосе молча запоминал каждое его слово!

«Это те ублюдки, которые сделали это с Мэй Сюэ Янь! Плевать, работали они лично или же замешаны в этом косвенно! Всех убью!»

– Что касается разработки плана, то это был Достопочтенный Ди, Цзян Цзюнь Цзи! – Ли Юран горько улыбнулся. – Вначале он предложил использовать твоего дедушку, чтобы спровоцировать твоего учителя, но после моего промаха я уже был не в курсе, что происходит.

Они по каким-то зацепкам поняли, что ваш могущественный наставник сейчас находится не в семье Цзюнь, и вот тогда начали свои активные действия! В это время Почтенная Мэй как раз возвращалась с победной песней из Серебряного города! Что касается остального, полагаю, что ты уже обо всём знаешь!

Ли Юран не стал разглагольствовать о своём пособничестве, но он знал, что Цзюнь Мосе и без этого всё понял!

– Достопочтенный Ди, Цзян Цзюнь Цзи! – снова пробормотал Цзюнь Мосе, в его глазах вспыхнул свет, и вполголоса он добавил: – Я покажу ему весь ужас этого мира.

Глава 770. У меня есть план для тебя, как уничтожить священные земли!

Цзюнь Мосе говорил низким голосом и без какой-либо особенной интонации. Но, однако, Ли Юран чувствовал, как внезапное чувство холода сковывало все частички его души. Он не сдержался и поёжился. По его телу пробежала волна мурашек, парня бросало в ледяную дрожь.

Лишь увидев взгляд Цзюнь Мосе, который был прикован к нему, он всё понял. И, внезапно, даже немного обрадовался.

– Куда отправились эти… люди? – немного помолчав, сказал Цзюнь Мосе: – Если бы они до сих пор были в резиденции, у тебя не хватило бы смелости говорить такое.

Ли Юран немного вспотел:

– Умные люди не станут говорить бред после боя той ночью. Люди из Иллюзорного Океана Крови были полностью разбиты. Все трое погибли, а другие Достопочтенные получили тяжёлые ранения. Или от меча Почтенной Мэй, или от грозовых ударов. Они боялись, что это может привести к тому, что Священные животные отчаянно начнут сводить счёты с ними. Не в своей лучшей форме, они вряд ли смогли бы выйти из этой ситуации в целости и сохранности. Поэтому они в ту же ночь покинули город! И моментально исчезли!

В глазах Ли Юрана было нечто странное, будто он сам смеялся над собой. Так как, когда они покидали город, они даже не потрудились предупредить его об этом. Даже не позвали его уйти вместе с ними. Это лучше всего демонстрировало то, что в их сердцах и в их глазах, он – всего лишь обуза!

От начала и до конца для них он был маловажным действующим лицом! Когда он потерял свою практическую ценность, они просто решили выкинуть его на обочину! Им было совершенно плевать – умрёт он или останется в живых! Словно ребёнок, от которого отказались собственные родители!

«Однако я вряд ли буду хуже вас! Мой темперамент даже намного превосходит ваш! С какой стати вы решили обойтись со мной подобным образом? Хотя я сам не могу вас убить, но есть люди, которым это под силу! И благодаря моему содействию, ваш смертный час можно непременно ускорить!

Сейчас я ничего не значу, говорите, но я заставлю вас по-крупному пожалеть об этом!

Даже муравей может насмерть загрызть слона! Ни в коем случае не стоит поступать так со мной, с Ли Юраном!»

Это как раз было главной причиной почему Ли Юран изменил свою позицию!

– Оказывается, они тебя бросили! Бросили умирать здесь! – хищно оскалился Цзюнь Мосе. Теперь он понял, почему Ли Юран вдруг решил сотрудничать с ним. Ещё перед своим приездом, у него уже был какой-то хитроумный план.

– Вполне возможно, что они сейчас собираются вместе, чтобы сформировать более мощный план. Чтобы приспособиться к изменившейся ситуации. Поэтому, если ты задумал начать мстить им, сейчас не лучшее время для этого! Пусть враг не добит, но и потери своей стороны также значительны!

Ли Юран совершенно не хотел вникать в злорадство Цзюнь Мосе и просто продолжил говорить:

– Лучший вариант – это уничтожить их по отдельности. Если ты просто вот так, совершенно легкомысленно появишься перед ними, ты сразу же станешь их добычей. Они непременно будут очень тщательно готовиться к битве с тобой. Вероятно, будут применять разные подлые и низкие приемы для борьбы. Например, так же, как они сражались с Почтенной Мэй.

Думаю, в отношении тебя, эффект будет таким же! Ты не сможешь справиться с ними! Поэтому в это время тебе лучше всего создать некую видимость того, что ты до сих пор не в Тянсян. Заставить их соблюдать крайнюю осторожность… Бояться тебя. Чтобы они больше не пытались атаковать твою семью. Об этих вариантах ты должен хорошо подумать, а потом усыпить их бдительность. И через несколько дней, исподтишка напасть!

– Каких вариантах? – Цзюнь Мосе нахмурился. Он не мог придумать ни одного приемлемого варианта. Ли Юран говорил правду. Если они станут использовать его семью, пытаясь навредить им, это доставит, действительно, много хлопот.

В этот момент Цзюнь Мосе вдруг подумал о том, чтобы на время переселить семью Цзюнь в лес Тянь Фа. Только так можно прикрыть свой тыл!

Однако он может начать процесс воздаяния лишь после их переезда. Глядя на сегодняшнюю ситуацию, нужно было немедленно что-то предпринять. Сначала он займётся императорской семьей Тянсян!

Глаза Мосе сверкнули, и он начал думать.

– Я придумал один способ, должно быть, он сгодится. Это план, как можно уничтожить Священные земли! – в глазах Ли Юрана появился блеск. Он с жестокостью сказал:

– Сейчас главной целью трёх Священных земель являются три человека. Это – ты, Почтенная Мэй и твой учитель! Сейчас Почтенная Мэй уже мертва, значит, осталось два человека.

Он не успел закончить свою фразу, как почувствовал напряжение в районе шеи. Оказывается, Цзюнь Мосе схватил его за шею и перекрыл ему кислород на некоторое время. Он в растерянности поднял голову и увидел холодные и грозные зрачки Цзюнь Мосе, в которых таилась дикая жажда убийства. И острые, колкие, как лезвие меча, слова насквозь пронзали его ухо:

– Она не умерла! Запомни это! Если ещё хоть раз посмеешь сказать про неё такое, я убью тебя!

Сказав это, Мосе опустил руки, и Ли Юран, ослабев, обратно рухнул в кресло, держась рукой за горло. Он прокашлялся несколько раз, и в его голове промелькнула мысль:

«В самом деле?! Мэй Сюэ Янь в самом деле слабое место Цзюнь Мосе! Можно даже сказать, вся его семья его слабое место!!»

– Да я ляпнул, не подумав сейчас. У трёх Священных земель осталось две цели – ты и твой учитель, – Ли Юран, даже не злясь, и, тяжело дыша, продолжил говорить, так как из-за этого он понял предел Цзюнь Мосе, когда тот схватил его за шею. Всё же, Юран оставался пока что для него полезным.

– Ты можешь распустить слухи, что ты должен отомстить за Почтенную Мэй. Что ты отправляешься на поиски своего учителя, а потом вы вернётесь вершить возмездие! И ещё ты должен сказать, что твой учитель находится довольно далеко от Тянсян. Таким образом, время для улаживания конфликта сравнительно затянется.

– И это время, как раз будет твоим временем! – Ли Юран посмотрел на Цзюнь Мосе и холодно сказал: – Это не только стратегия, но ещё и выход, чтобы спасти положение с помощью твоих сегодняшних сил. Хотя ты сейчас довольно силён, всё же, одновременно столкнуться с шестью Достопочтенными… У тебя точно так не будет и шанса на победу!

Даже если останется один мастер. Но его силы будет достаточно, чтобы нанести непоправимые последствия семье Цзюнь! Приоритет трёх земель всё-таки находится в твоём учителе. И ключ к твоему возмездию – тоже! Эту возможность, дарованную самими небесами, ты не можешь не использовать!

– Если только ты как следует сможешь ею воспользоваться, только тогда у тебя появятся существенные надежды на успешное осуществление своей мести! – Ли Юран равнодушно продолжил: – Применив этот обманный манёвр, ты заставишь их изо всех сил готовиться к войне со своим учителем. И еще, само собой разумеется, что, когда ты вернёшься со своим учителем, они обязательно достигнут своей цели.

И напротив, не смогут пытаться принимать действия против семьи Цзюнь. В конце концов, они же Достопочтенные мастера. Как они будут сражаться с обычными людьми, от начала и до конца – об этом даже слышать неприятно.

– Только лишь ты – цель трёх Священных земель. Если тебя нет в семье Цзюнь, то они и глазом не поведут в их сторону, – Ли Юран продолжил: – Хотя мои слова могут казаться весьма неприятными, всё же, это – правда, и тебе бы не помешало подумать над этим!

Цзюнь Мосе нахмурился, обдумывая план, предложенный Ли Юраном. Нельзя было отрицать, что в словах Ли Юрана, как человека, знающего толк в интригах и наставлениях, Цзюнь Мосе смог найти для себя очень много полезного.

Ли Юран по праву заслуживает зваться специалистом интриг и заговоров. Он исполненный дурных намерений, в самом деле жесток и остёр! К тому же, этот план можно считать всесторонне продуманным. Здесь учтены абсолютно все мелочи, и даже скрытые опасности ликвидированы.

– Я хорошо подумаю над этим планом. Ты мне его дал, и я тоже дам тебе один. За это время ты можешь подсобить второму принцу. Заставить убить его своих старшего и младшего братьев и также избавиться от их отца. Ты жил у него так долго. Некрасиво жить бесплатно. Всегда нужно как следует платить за себя! Постоянно жить за чей-то счёт – очень плохо!

Цзюнь Мосе внезапно сменил тему разговора и начал обсуждать совершенно другое дело. Усмехнулся, глядя на Ли Юрана, обнажив свои белоснежные зубы в жестокой улыбке.

– Оказывается, ты в самом деле решил отомстить! – Ли Юран в мгновение всё понял. Пристально взглянув на Мосе, парень в первый раз утратил самообладание: – Хочешь заставить его собственными глазами увидеть, как грызутся родные братья? К тому же сделав это чужими руками? Этот план ты разработал, чтобы отмстить за отца?

– Ха–ха, Ли Юран, а ты в самом деле умён. Даже сквозь смутную подоплёку смог всё понять. Ну как тебе моя идея, скажи же, неплоха! – Цзюнь Мосе подмигнул ему бровями.

– Не то слово, план неплох, он просто потрясающий! – Ли Юран злобно улыбнулся: – Такой блестящий план действий я выполню с огромным удовольствием. Ты, главное, там всё уладь. Сообщи потом мне, а то уже не терпится увидеть эту потрясающую кровавую драму! Тогда я буду счастлив! Если не могу стать императором, благодаря мне придёт конец императорской семье. По мне, так тоже неплохо!

– Ты просто ненормальный! – злобно восхитился Цзюнь Мосе, взглянув на него одним глазом: – Ладно, я пошёл. Спасибо, – Цзюнь Мосе бросил это слово, повернулся и исчез. По его лицу не было понятно, рад он был или зол. Но это слово было очень важно для Ли Юрана!

Это было слово, которое он всегда надеялся услышать!

Спасибо!

Такое обычное и ничем не примечательное слово.

– Спасибо! Я тоже хотел сказать это слово тебе! – Ли Юран так и продолжал стоять, а потом вдруг на его лице появилась улыбка, и он пробормотал: – Я, Ли Юран, так долго оставался в тени, раздавая налево и направо советы и хитроумные планы, что это даже переросло в дурную привычку. Неужели я всегда буду давать другим людям только это, разве это истинный смысл моей жизни?

Тёмная ночь была молчалива и спокойно уходила.

А Цзюнь Мосе уже появился в совершенно другом месте.

Второй принц Ян Дань так нервничал, что даже выгнал нескольких наложниц на улицу. Действительно, у него не было никакого настроения делать вообще что-либо! К тому же, людей трёх Священных земель внезапно отозвали, и он в одночасье утратил всякую опору и поддержку! Хотя Ли Юран оставался до сих пор здесь, но что он мог?

В этот момент прямо перед его лицом появился Цзюнь Мосе, словно настоящий призрак. Когда принц заметил его, Цзюнь Мосе уже успел прогуляться по комнате летящей походкой.

Двери и окна были заперты, как он мог попасть сюда? Кто он вообще такой, человек или чёрт?

Увидев Мосе, второй принц страшно испугался. Хотел, было, закричать, но Цзюнь Мосе вовремя зажал ему рот рукой. Всё его тело вмиг задрожало. В его глазах появился настоящий ужас!

– Заткни поддувало! Кричать тут совершенно бесполезно. На этот раз я прибыл к тебе с отличной новостью! – Цзюнь Мосе ласковым голосом добил: – Молодец, не нужно меня бояться! Я не наврежу тебе! К тому же, раз уж я прибыл сюда, а ты своим криком разорвёшь себе связки – это совсем не годится. Просто спокойно выслушай меня.

Глава 771. Я вознесу тебя до небес!

Сказав эти немного странные для убийцы слова, молодой мастер Цзюнь ослабил хватку и аккуратно оттряхнул одежду второго принца.

– Цзюнь Мосе, что т-ты собираешься сд-делать? – сжав зубы, провопил второй принц и испуганно попятился назад.

Хотя он и испугался, но в то же время понимал, что кричать бессмысленно. С такой охерительной мощью Мосе не составит большого труда раздавить его, как муравья!

– Сделаешь ещё один шаг назад, и тогда я точно тебя прикончу! – улыбнулся Цзюнь Мосе: – Вот и умница. Я спрашиваю тебя, дерьма ты кусок, хочешь сидеть на троне или нет?

– Что ты им-меешь в виду? – Ян Дань в ужасе посмотрел на него, однако услышав эти три слова: «сидеть на троне», он весь воспылал!

– Тебе нужно сделать кое-что для меня, а взамен я сделаю тебя императором! – Цзюнь Мосе так прекрасно щебетал, сбивая с толку второго принца, а затем добавил: – Но есть одно правило: нельзя нарушать своё слово!

Хотя это было только очень мягкое использование духовной силы, оно провоцировало дикие амбиции второго принца. Вовсе не контролируя его разум. Но насколько же слаба была его собственная духовная сила? Раз сейчас она пришла вдруг в такое смятение. Естественно, он не смог противостоять такому давлению со стороны Цзюнь Мосе!

– Что нужно сделать? Говори! Нет ничего, что бы я не смог сделать! Но ты должен гарантировать мне восхождение на престол, и тогда я сделаю, всё, что захочешь! – страх в глазах второго принца постепенно исчез. Вместо этого появился лишь фанатизм и дикость! «Императорский трон» – эти два слова олицетворяют его главное и дичайшее желание в течение последних тридцати лет!

Даже без повторного искушения Мосе, второй принц уже воодушевился. Трудно даже было выразить словами, насколько.

«Истинный до*бо*б! Я бы никогда и не подумал, что существуют такие кретины!» – в душе ругался Цзюнь Мосе: «Будучи сыном императора, как можно было довести себя до такого состояния. Ян Дань даже не думает ни о прошлом, ни о будущем. Он так возбуждён, что если бы не его величественный видок, думаю, он бы точно сейчас кончил в штаны!»

– На самом деле, есть ну очень простой способ заполучить престол: тебе нужно лишь убить Ян Чиу и Ян Чжэ, а затем уже лично расправиться и с Ян Хуай Юем! И тогда, я гарантирую, ты точно будешь сидеть на императорском троне! Ведь у царствующей семьи Тянсян не останется ни одного наследника, кроме тебя! Самое лёгкое решение, не правда ли? – томно произнёс Цзюнь Мосе. В его голосе чувствовались нотки искушения и соблазна.

– А? – второй принц просто офигел от услышанного!

– С давних времен считалось, что, чтобы совершить большое дело, не следовало ограничивать себя всякими пустяками. И это вовсе не значит, что такой правитель – злой и коварный человек! Если он не осмелится убрать своих конкурентов, то, как он займёт такое высокое положение и будет воевать с другими странами, если понадобится в будущем? – Цзюнь Мосе медленно прошептал ему прямо в ухо: – Ян Чиу, Янь Чжэ и Ян Хуай Ю – это твои конкуренты, мешающие твоему восхождению на престол! Они вовсе не твои отец и родные братья! Пойми же ты! Если не умрут они, то умрёшь ты! И тебе никогда не видать императорского трона! А с моей поддержкой у тебя не возникнет никаких трудностей или препятствий!

– Если больше не останется никого, тогда ты естественным образом унаследуешь престол! Три Священные земли покинули эти места, так что теперь только я могу помочь тебе! – Цзюнь Мосе говорил очень медленно, в его словах присутствовала особая духовная сила, заполняющая разум второго принца.

Постепенно его слова стали раздаваться эхом в сознании Ян Даня.

«Если я не расправлюсь с ними, то у меня не останется никакой надежды! Я ведь действительно могу и сам умереть! Только убив их всех, я смогу стать императором! Они – мои конкуренты! Мои враги! А как можно быть нерешительным в отношении своих врагов! Отец, Ян Хуай Ю, ты ведь уже столько лет сидишь на троне, разве ты ещё не насиделся? Почему ты всё ещё занимаешь это положение? Давай, проваливай уже!

Брат Ян Чиу, ты думаешь, что раз ты самый старший, то и престол принадлежит тебе? Пару дней назад наш отец официально провозгласил тебя своим наследником, должно быть, ты безумно счастлив? А всё из-за чего? Ты просто родился на пару лет раньше меня! И что с того, а?! Если в этом мире престол наследуют лишь из-за огромного «возрастного таланта» – тогда самым способным императором может оказаться черепаха! Ведь они живут по несколько тысяч лет!

Братец Янь Чжэ! А на что рассчитываешь ты? Думаешь, что сможешь взойти на трон? Полагаешь, что если ты самый младший, то все будут к тебе благосклонны, да? Тьфу! А потянешь ли ты такую должность, мелочь?!»

Потихоньку настроение второго принца переменилось. Он резко шагнул вперёд, схватил чайную чашку и разбил её вдребезги со звуком: «Цзынь!» Затем принц схватил стол и перевернул его! Ян Дань был в ярости. Лицо залилось краской, а глаза дико смотрели по сторонам. Он завопил:

– Б*ядь! А-аа, мать твою! – маленькая вселенная внутри Ян Даня наконец-то взорвалась, как и хотел Цзюнь Мосе!

Второй принц, задыхаясь, обернулся к Мосе. Выглядел он как боевой петух. Даже его волосы вдруг встали дыбом:

– Молодой мастер Цзюнь, ты серьёзно поддержишь меня?

– Нужно лишь, чтобы ты выполнил свою работу, и тогда я вознесу тебя до небес! – Цзюнь Мосе кивнул головой: – Я не нарушаю своего слова!

– Хорошо! – второй принц поднял свою ногу и ещё разок ударил ею по столу, а затем разъярённо сказал: – Будущий император прикончит этих трёх ублюдков! Пока у меня есть поддержка со стороны молодого мастера, мне и горы по колено! – второй принц даже не осознавал, что те самые «ублюдки» – это его собственный отец и братья. А он сам – сын одного ублюдка и брат двоих ублюдков.

– Верно! Убить этих трёх ублюдков! – Цзюнь Мосе захлопал в ладоши и посмотрел на этот несчастный стол. То ли стол был слишком твёрдый, то ли принц слишком хиленький, раз от его удара ничего даже не сдвинулось с места.

Даже обычный человек, который никогда не практиковал Суань, такими ударами должен был уже давно разломать этот стол в щепки...

Второй принц не знал, что это: усталость или же его гнев заставили его так задыхаться. Хотя он разбил-то всего одну маленькую чашку! Цзюнь Мосе даже немного удивился от того, насколько может быть слабым взрослый мужчина.

– Но у меня нет сил, у меня совсем нет сил *хнык–хнык*, – излив свой гнев, второй принц вдруг упал на землю и заревел, как маленькое дитя.

– Ой, ничего страшного, с моей тайной поддержкой можно считать, что у тебя трон уже в кармане. К тому же, Ли Юран будет помогать тебе! Ты должен выполнять всё, что он говорит, понятно? И тогда трон будет твоим! – Цзюнь Мосе уже тошнило, однако он продолжал через силу успокаивать его. Конечно, все эти слова были пронизаны духовной силой.

– Правда? – радостно воскликнул второй принц.

– Правда, правда! – кивнул Цзюнь Мосе.

– Я обязательно убью их! И уничтожу всех, кто встанет у меня на пути! – твёрдо сказал второй принц Ян Дань! Сжав свои кулаки, он поклялся в этом! Цзюнь Мосе презрительно улыбнулся и тихонько исчез. А второй принц тут же бросился к Ли Юрану, словно лошадь, которую ударили ножом прямо в задницу.

«Цзюнь Мосе сказал слушаться Ли Юрана, он поможет мне заполучить престол!»

Ли Юран был очень удивлён!

Он действительно был в шоке.

Он и подумать не мог, что Цзюнь Мосе сделает всё так быстро! Ещё и часа не прошло с его ухода, как он уже увидел взъярённого второго принца, идущего прямо к нему в дом! К тому же, раздраженный как раз из-за своего отца и двух братьев, а теперь уже и его врагов.

Выслушав его, Ли Юран всё понял, и, посмотрев на самодовольного второго принца, в душе даже немного опечалился:

«Цзюнь Мосе действительно пообещал тебе сесть на трон, однако он сказал лишь, что ты «сядешь на трон». Он ведь не упомянул, что твоё правление продлится целую эпоху, верно?! А это как раз всё меняет, тебя одурачили как поросёнка. Если ты пробудешь на троне хотя бы одну секунду – это уже всё, считай, Мосе выполнил своё обещание. Ты самый настоящий идиот нашего времени! Очень прискорбно такое видеть!

Я и не знал, что Цзюнь Мосе выберет такой кратчайший способ, просто использовав бесчестность второго принца! Какой невероятный талант!»

Ли Юран хоть и имел свои думы на этот счет, однако продолжал своё сотрудничество! Теперь, под влиянием Цзюнь Мосе, у него появился такой послушный болван в лице целого принца! И какое поле деятельности для его коварных интриг и замыслов можно было посеять!

И он будет делать всё не собственными руками. У него в руках такая прекрасная марионетка! Ну ещё чуть-чуть, и она станет императором.

Молодой мастер Цзюнь вернулся в дом и позвал к себе Хай Чэнь Фэна, приказав:

– Скажи Пин Ден Вану и Ян Цзиу, чтобы они приготовились! – получив распоряжение, Хай Чэнь Фэн тут же ушёл.

На второй день Цзюнь Мосе оседлал свою лошадь и быстро двинулся куда-то через северные ворота. Затем, проскакав сотню километров, он оставил свою белую кобылу у обочины. И в одиночку направился дальше, не оставляя никаких следов за собой.

А семья Цзюнь потихоньку стала распространять следующее:

«На этот раз Цзюнь Мосе невероятно взбешён. И теперь он решил встретиться со своим наставником, чтобы хорошенько подготовиться к предстоящей мести!

Кроме того, похоже, что его учитель живёт очень далеко. Дорога предстоит ему сложная и идти придётся без передышки.

Он и так слишком сильно мешкал. Такую месть невозможно не отплатить по счетам!»

Говорят, именно эти слова произнёс Мосе, находясь в храме семьи Цзюнь.

Нет дыма без огня. В последние дни было много людей, втайне ожидающих услышать хоть какие-либо новости. Поэтому эти шокирующие вести распространились очень быстро.

Однако в семье Цзюнь, похоже, был своеобразный приказ, не обсуждать такие новости с кем-либо. Поэтому, если начнёте задавать лишние вопросы даже прислуге этой семьи, то наткнётесь на скептический и осторожный взгляд. А затем вас просто удивлённо спросят: откуда вы об этом знаете?

А уже затем эта новость «по секрету» распространилась по всему Тянсяну. Из уст в уста.

Несколько Достопочтенных из трёх Священных земель ликовали:

– Наконец-то нам удалось!

– Наша конечная цель, наконец, достигнута. Цзюнь Мосе отправился к своему наставнику.

Глава 772. Сюэ Янь очнулась!

– Но Почтенная Мэй не умерла? Как это вообще возможно? – кто-то выразил свои сомнения.

– Ты веришь этому? Очевидно же, что это Цзюнь Мосе пытается запудрить всем мозги! Удар был настолько сильным. К тому же, трое Достопочтенных мастеров атаковали её ценой собственной жизни. А ещё эти грозовые удары. Как в такой ситуации можно было выжить? Даже три Достопочтенных мастера из Иллюзорного Океана Крови погибли, сражаясь с ней.

Если она не умерла, то это – противоестественно. Понятно, что Цзюнь Мосе специально на публику так сказал. Если же она не умерла, почему же тогда не вернулась домой? Я считаю, что это было специально сказано, чтобы обмануть этих простофиль, Священных животных!

Кто-то настойчиво возразил этому доводу и говорил очень обоснованно.

– Вполне разумно! Верно, Цзюнь Мосе сказал, что отправил Мэй Сюэ Янь к своему учителю залечивать раны. А пока сам отправился искать своего учителя. Очевидно, что он противоречит сам себе! Можно быть вполне уверенными, что Почтенная Мэй уже мертва. Но Цзюнь Мосе не признает этого. Скорее всего, он боится, что Священные животные из–за смерти Мэй Сюэ Янь не будут слушать его приказы. Вот поэтому он и придумал это враньё!

– Верно, верно, пока есть время до их возвращения в Тянсян. Мы как раз подлечимся и восстановим свои силы. Кто бы мог подумать, что Цзюнь Мосе поступит очень тактично. Знает, что мы здесь томимся в ожидании. Возьмёт, да и предоставит нам всё прямо в руки. Всё, чего мы так давно хотели добиться. Вместе со своим учителем успеет прямо на свои похороны. Ха–ха, верно, верно! То, что нужно! То их днём с огнём не сыщешь, то вдруг добыча сама идет к тебе!

– Да, сказано неплохо, ха–ха.

Сказанное этими мастерами полностью соответствовало тому, что сказал Ли Юран! Да, про их чутье и говорить нечего. Ложь приняли за чистую монету, а единственное место с правдой – окрестили ложью. Да ещё и нашли вполне разумные аргументы, чтобы подтвердить свою правоту!

Так опрометчиво!

Однако это тоже было запланировано! Если бы на их месте был кто-то другой, он бы тоже так подумал: Цзюнь Мосе хочет отомстить, но у него недостаточно сил для этого, тогда как же ему отомстить? Если не отправиться на поиски своего учителя, тогда у кого просить помощи?

Поэтому то, что Цзюнь Мосе отправился на поиски наставника, было вполне логично! Это было разумно и соответствовало ситуации на данный момент!

К тому же у него не было другого выбора, он мог прибегнуть только к этому варианту.

Нельзя не отметить, что, когда Ли Юран разрабатывал этот план, он был не только весьма обоснованным. Также были учтены все варианты решений, которые могли предпринять Достопочтенные мастера!

Он на самом деле хорошо постарался!

Если этот план всё-таки провалится, это будет очень странно! Если бы на месте трёх Священных земель был сам Цзюнь Мосе, он бы тоже так думал.

Это как раз и было самым лучшим местом этого плана!

Единственным упущением было то, что Ли Юран, как и весь остальной мир, не знал, что учитель Цзюнь Мосе – не более, чем выдумка и просто фикция.

Но раз уж никто не знал, никаких преград и не было. Поэтому этот план был просто безупречным!

Всё, что надо было сделать, было сделано. Девять неправд и одна истина успешно были изданы. Цзюнь Мосе решил за это время всю свою ненависть и злость соединить воедино и направить в одно русло!

Император Тянсян, Ян Хуай Ю. Этому старому хрычу уже достаточно долго везло по жизни. Пришло время расплаты. Пусть в конце он умрёт от рук своего же сына. Должно быть, это знатно его повеселит.

В Пагоде Хунцзюнь.

Мэй Сюэ Янь чувствовала, словно она плывёт в облаках и тумане. А впереди виднеется светлая и сверкающая дорога. Она ведёт в бесконечность, и искушению слишком трудно сопротивляться. Эта дорога зовёт её, затягивает.

Она почти сама по себе плыла в этом направлении. Кажется, она и вовсе не могла контролировать себя. Но вдруг в это самое время, она услышала печальный, полный возмущения и негодования, но, тем не менее, уверенный голос. Он звучал в её сердце!

– Пусть небеса захотят забрать тебя у меня, но я не стану подчиняться их воле!

Только услышав этот голос, она сразу поняла, сколько отчаяния и безумия в нём! Это яростный крик крайнего возмущения и разочарования! Он переполнен яростью и нежеланием подчиняться. Словно это – прямая угроза, обращённая к самим небесам! Она невольно остановилась. Ей захотелось повернуть голову. Потому что она поняла, что этот голос принадлежит её самому любимому и дорогому человеку. Но она не могла развернуться. Она изо всех сопротивлялась этой сверкающей дороге, которая так и манила её к себе. Она всеми силами противилась её притягательной силе.

«Я не имею права уйти! Я не могу оставить его. Я должна выжить.

Я во что бы то ни стало обязана выжить».

Наконец, ей удалось повернуться. Потом всё её тело пронзила невыносимая резкая боль, и она проснулась.

Очнувшись, первым делом она проверила состояние своего тела, и с печалью обнаружила, что на этот раз с ней всё кончено. Сюэ Янь находилась не только в своём подлинном обличии. Даже говорить не стоило, что она, Почтенный мастер четвёртого ранга, уже даже не Священное животное самого низкого уровня.

С уровня Почтенного мастера четвёртого ранга она стала никем. Эта пугающая огромная разница чуть не свела её с ума. Но, однако, в её сердце не было и капли сожаления.

«Главное, чтобы с ним всё было в порядке. Это – самое главное!

Я жива, а значит, смогу тайком приглядывать за ним. А это уже неплохо. Пусть я не смогу встретиться с ним, но он всегда будет в моём сердце. Мой самый любимый и дорогой человек!»

Мэй Сюэ Янь задумалась, а потом с ужасом обнаружила, что она уже не в его теплых объятьях. Подумать – это одно, но почувствовать – на самом деле, совсем другое. В её сердце внезапно поднялось нестерпимое разочарование. Неужели он после того, как увидел её в таком виде, не смог принять этого и бросил?

Верно, любой бы сбежал, увидев, что прекрасная красавица, которой он клялся в любви, превратилась в крохотного хорька.

«Цзюнь не смог бы вынести этого, ведь так? Пусть бы и бросил, это само собой, разумеется. А если нет, то я всё равно бы сама оставила его.

Только лишь мой любимый, мой родной. Надеюсь, ты будешь счастливо жить. Без разочарований и горестей. Здоровым и невредимым».

Она печально думала об этом, а потом медленно открыла глаза. Обнаружив, что находится в каком-то удивительно необыкновенном месте, она даже немного почувствовала удушье. Природная ци здесь была настолько насыщенной и густой.

«Где это я? Разве в мире людей есть такое удивительное место?»

Мэй Сюэ Янь удивлённо раскрыла глаза. Взволнованно осмотрелась по сторонам, чувствуя, как в её тело непрерывно поступает одухотворённая ци. Вмиг ей показалось, что она находится в прекрасном сне.

Если заниматься здесь совершенствованием, то скорость её восстановления будет потрясающей! Она была поражена, чувствуя, как чистейшая ци насыщает её организм. Вдруг с ней случилось новое потрясение: она заметила, что лежит на большом камне, из которого поступает совершенно иная одухотворённая ци! К тому же, такая же чистая!

Вдалеке виднелись пятнисто-зелёные травы, которые медленно покачивались.

Нет! Это совсем не обычные травы! Она много лет выращивала чудодейственные лекарства в лесу Тянь Фа и хорошо в них разбиралась. Неожиданно, она задрожала. С первого взгляда она всё поняла. Это были небесные чудодейственные лекарственные травы, которым более десяти тысяч лет!

Все, без исключения!

«Но как такое возможно? Это женьшень? А рядом, снежный женьшень? Но как этот женьшень может вырасти размером в несколько раз больше, чем редис?»

Мэй Сюэ Янь подумала, что она уже умерла. И это место – настоящий рай. Такое нельзя было встретить в мире людей! Так как в нём просто не существует таких чудесных и волшебных мест.

В этот момент в воздухе показались какие-то странные колебания. Она испугалась и вся сжалась. В конце концов, Мэй была настолько слаба, что свернулась калачиком и слегка приоткрыла глаза. Оставила лишь маленькую щелочку, чтобы тайком подсмотреть.

Силуэт человека появился внезапно. Это был он! Мэй Сюэ Янь хотелось заплакать: это был он!

«Он не бросил меня. Наверняка здесь – его место, где он залечивает раны. Но я так выгляжу… Как я могу встретиться с ним?»

В её сердце были страх и отчаяние.

«Мой любимый, как я могу предстать перед тобой в таком виде? И как ты сможешь вообще увидеть меня?»

В голове Мэй Сюэ Янь воцарился настоящий хаос. Она дрожала, а потом закрыла глаза и стала лежать неподвижно. Продолжая притворяться, что она ещё в коме. Чтобы избежать этой неловкости, которая возникла бы между ними, когда они друг друга увидят.

Цзюнь Мосе вернулся в Пагоду, спокойно посмотрел, как Мэй Сюэ Янь восстанавливается. Он протянул руку и проверил её дыхание. Мэй ещё крепко спала. Ухудшений не было, и это означало: состояние Мэй Сюэ Янь улучшается.

В этот момент его сердце накрыла теплая волна умиротворения. Сейчас, за пределами Пагоды, он чувствовал себя так паршиво, что хотел убивать всех и вся. Но только увидев Сюэ Янь, его сердце тут же успокоилось.

Мосе повернул голову и слабо рассмеялся:

– Сюэ Янь, ты в самом деле мой регулятор настроения. Недавно снаружи я был так зол и рассержен, что хотел перебить всех, кто попадался у меня на пути. Но только увидев тебя… увидев, что твоё состояние улучшается, моё настроение сразу же улучшилось.

Он довольно вздохнул, наклонился, взял её в свои объятья и медленно сел.

Прижавшись лбом к голове Сюэ Янь, он хмурым голосом сказал:

– Сюэ Янь, хотя я уже пообещал тебе не мстить и сначала накопить силы для этого… Но в этот раз двадцать три человека из трёх Священных земель, что обидели тебя… Не могу их просто так оставить в покое! Особенно тех шестерых Достопочтенных. Я не могу просто взять и отпустить их восвояси. Ещё этот «Ди», Достопочтенный Цзянь Цзюнь Цзи, который шантажировал тебя моей матушкой. Я обязательно должен заставить его пожалеть об этом. Зачем вообще в этом мире живёт этот нечистокровный у*бок?

Мэй Сюэ Янь продолжала удобно лежать в его объятьях и совсем не двигалась. Цзюнь Мосе отстранённо смотрел в белый туман, наполняющий Пагоду, и даже не заметил, что её уши тихонько шевельнулись.

«Он так волнуется за меня. И пусть я приняла свой истинный облик, он всё равно переживает за меня», – сердце Мэй Сюэ Янь наполнилось радостью. Она была очень довольна.

– Сюэ Янь я правда хочу, чтобы ты скорее поправилась, восстановила свой человеческий облик. Ой, я такой бестолковый. Столько времени прошло, а я даже с тобой не... кхем… – Цзюнь Мосе с сожалением произнёс: – После того, как вернёмся отсюда обратно, в первую очередь займёмся приготовлением к свадьбе. В итоге из-за твоей импульсивности, дуреха, вот что с тобой стало. Ты меня так разозлила. Я очень страдаю. Вот, когда ты поправишься, должна будешь всё хорошенько компенсировать мне!

Глава 773. Процесс восстановления Сюэ Янь!

Мэй Сюэ Янь фыркнула про себя. Она была смущена.

«Похоже, у этого негодника в голове роятся только такие пошлые мысли. К счастью, я вернулась к своему истинному виду. Не то иначе бы не смогла сопротивляться. Как же сейчас я могу быть с ним?!» – томно думала про себя Мэй Сюэ Янь, смущаясь ещё сильнее.

– Ах, для мужчины это приносит такое неудобство. В случае какого-то порыва или импульса, так трудно себя сдерживать, сразу возбуждаешься. Ох, и горе мне, я сдерживал себя так долго. Это нельзя, другое нельзя, всегда возмущение, всегда одни отказы. Как же тяжело, когда прекрасная красавица превратилась в такую крохотную зверушку... – Цзюнь Мосе без конца вздыхал с сожалением: – Мне так трудно приходится, что даже выть на луну хочется.

Я очень жду, когда ты вернёшь себе прежний человеческий вид. Но с другой стороны – не жду. Потому что ты сейчас, всё-таки, так очаровательно выглядишь. Ты не говоришь и при этом всё понимаешь. А это вообще на тебя не похоже. Ты могла давно мне сказать, что ты – тот самый зверёк, с которым я так обошёлся. Гладить тебя – так приятно. Ты такая мягкая на ощупь, что даже кое-что вспомнилось из прошлого.

Цзюнь Мосе продолжал причитать, бессознательно поглаживая при этом Мэй Сюэ Янь. У этого парня, в самом деле, на уме только такие мысли!

Мэй Сюэ Янь было стыдно и неловко. Она так пожалела, что сейчас не может взять и укусить его за руку как следует!

– Правда, нет тебя со мной рядом, и мне сразу так одиноко, – Цзюнь Мосе ахнул, его ладонь остановилась, и он в растерянности сказал: – На самом деле я тоже человек не из этого мира. По правде говоря, я из другого мира, который находится очень далеко. От этого я один скитаюсь по чужим землям. И это чувство, которое я бы не назвал приятным! В конце концов, я всего-навсего – заблудшая душа из другого мира. И для тебя, Священного животного по своей природе, ставшего человеком, этот мир тоже чужой. Мы с тобой очень похожи.

Мэй Сюэ Янь не могла сдержаться и, в конце концов, слегка задвигалась. Эта неожиданная новость просто потрясла её.

«В конце концов, я всего-навсего – заблудшая душа из другого мира!»

От слов, сказанных Цзюнь Мосе, она испытала такой испуг, что её даже затрясло. Если бы она сейчас могла говорить, она бы, наверное, даже вскрикнула.

Пульс её сердца, наконец, заставил Мосе прийти в себя!

– Сюэ Янь, ты очнулась? Тебе уже лучше? – Цзюнь Мосе восторженно обнял ее, поднёс ближе к себе и чмокнул. Мэй Сюэ Янь крепко-накрепко зажмурила глаза и задрожала.

– Очнулась, ну и очнулась. С чего вдруг так стесняться, мы же всё-таки в каких-то с тобой отношениях да состоим. Уже всё делали, что делают влюблённые. Эм, ну, почти всё. До самого важного так и не дошли, – Цзюнь Мосе радостно рассмеялся: – Да ты вообще знаешь, что я пережил за эти несколько дней? Я так ужасно волновался за тебя. О боже, ты моя звёздочка, ты моя луна, солнышко ты мое ненаглядное. Жизнь моя, весенние цветы, летняя прохлада, осенние фрукты, зимнее тепло.

Молодой мастер Цзюнь говорил просто до крайности слащаво. У Мэй Сюэ Янь даже невольно мурашки побежали по всему телу, хотя этого было не видно. Но она вся с головы до ног покраснела. Она была не смущена и не стыдилась, - она была напугана.

Крайне напугана!

– Чего ты трясёшься? Быстро открывай глаза! – Цзюнь Мосе, угрожая, сказал: – Иначе получишь по своей пушистой заднице! – договорив, он вдруг почувствовал, как сам воспрял духом и широко расправил плечи. С того момента, как они встретились, когда у него последний раз было такое чувство? Теперь, он неожиданно почувствовал себя очень приятно.

Можно было считать это местью за прошлое!

– Вот ты и попалась, негодница! Я припомню тебе все разы, как ты всегда издевалась надо мной! – Цзюнь Мосе нагло рассмеялся с довольным лицом и коварной ухмылкой на губах.

Мэй Сюэ Янь открыла рот и затем снова закрыла. И ещё сильнее зажмурилась.

«Я не стану обращать на тебя внимания!»

– Ты хотела наорать на меня, что же ты тогда остановилась? Честно говоря, хоть ты сорви себе голос, никто не придёт тебя спасать. Эм, у тебя ещё смелости хватает издеваться надо мной? Думаешь, закрыла глаза, закрыла рот, и я ничего поделать с тобой не смогу? Ну, смотри, я тебя не отшлёпать, так погладить уж точно смогу! – Цзюнь Мосе продолжил свою «развратную» самодеятельность.

Мэй Сюэ Янь не на шутку испугалась, мало ли, что ему терять. И поспешила открыть глаза. Хотя она не могла говорить, но злобный взгляд у неё никто не отнимал.

– Ха-ха, я вообще-то хотел сказать, что ты очень красивая, – увидев её злобный взгляд, Мосе сразу начал подлизываться: – Ах, боярыня, красотою лепа, червлёна губами, бровьми союзна... ты так красива, невыносимо, ха–ха.

Мэй Сюэ Янь злилась на него, но ей хотелось смеяться.

«Господи, как так случилось, что мне достался такой шутник, с ним уже ничего не поделаешь».

Обычно Священные животные не понимают слова людей, и к тому же сейчас она находилась на таком низком уровне, что, казалось, ей должно было быть мало что под силу. Почему же тогда она понимает его слова? Как бы было хорошо, если бы она не понимала их значения.

По крайней мере, она бы сейчас не злилась, и никогда не услышала эти слащавые и отвратные фразочки.

Но нельзя не отметить, что благодаря шуткам Мосе, она немного расслабилась и перестала стыдиться его. Эта «романтика» тоже была не так уж и плоха, хоть и забавна.

– Сюэ Янь, ты ни в коем случае не накручивай себя. Без разницы, как ты выглядишь, ты мне любой нравишься, – Цзюнь Мосе заметил, что она снова начала грустить и поспешил сказать ей торжественным голосом: – Назначаю тебя любимой женой, Сюэ Янь! Доверься себе и доверься мне!

Мэй Сюэ Янь серьёзно задумалась, долго смотрела на него, а потом согласно кивнула. В её глазах читалось бесконечное доверие и надежда!

Хотя она не сказала ни слова, это было понятно и так!

– Вот, умница, – Мосе похвалил ее: – А ты знаешь, Сюэ Янь, что это место, где мы находимся, фактически пространство внутри моего тела. Другими словами, сейчас мы на самом деле как бы один человек.

Мэй Сюэ Янь удивлённо посмотрела на него:

«Внутри тела? Такое большое пространство? Как это может располагаться внутри тела? Это просто уму непостижимо. Он что, издевается сейчас надо мной?!»

Цзюнь Мосе улыбнулся, обнял её, а потом ласковым голосом рассказал ей о своём прошлом и настоящем. Как он в одиночку странствовал по свету, когда увидел Континент Суань. И как он в итоге попал в этот незнакомый и чужой мир.

Чем больше Мэй Сюэ Янь слушала, тем больше округлялись её глаза. Это были просто необыкновенные вещи, даже для её богатого кругозора. Она никогда ничего подобного не слышала раньше и не встречала ни в одной легенде!

Заметив, как она выпучила глаза и стала ещё милее, Цзюнь Мосе невольно улыбнулся. Легонько дотронулся до её изящного крохотного носика и сказал:

– В мире всегда есть вещи, о существовании которых ты даже не подозреваешь. Было бы удивительно даже, если бы их не было! На самом деле, так называемый родоначальник Суань, Первый Шао, он тоже был не из этого мира! Однако мы прибыли с ним из совершенно разных миров. И если сравнивать нас, я намного адекватнее его буду. Он то – до мозга костей просто конченный псих! – превознося себя, Цзюнь Мосе одновременно принижал имя Первого Шао.

Слушая это, Мэй Сюэ Янь окинула его презренным взглядом. Если бы она была человеком, это бы выглядело очень привлекательно и даже кокетливо. Но, однако, сейчас, в своём истинном образе, она просто выглядела настоящей милашкой! Цзюнь Мосе даже расхохотался, ему так это нравилось.

– М–м, Сюэ Янь, твои каналы я уже реконструировал! Сейчас ты не можешь говорить и многое тебе сейчас не под силу. Но, следуя за мной, попробуй применить Суань. И запомни этот маршрут, – Цзюнь Мосе рассмеялся: – Начиная с этого момента, ты теперь будешь постигать и совершенствовать моё мастерство.

Мэй Сюэ Янь лишь почувствовала, как прохладная энергия поступает в её тело. Прямо по совершенно новому маршруту каналов, она быстро перемещалась там и в мгновение она ощутила спокойствие во всём теле!

Когда Цзюнь Мосе убрал свою руку, она сама уже начала процесс совершенствования. Сквозь эти новенькие каналы донёсся голос Мосе:

– Запомни, это – формула рецепта первого уровня. Таинственный свет озаряет созвездия; небесная высь склоняется к божественному источнику; в руках небо и земля, в сердце гора сокровищ; у души девять струн и ей не страшен загробный мир.

Мэй Сюэ Янь всё запомнила, потом тут же погрузилась в сферу созерцания. В изумлении заметила, что эта техника во много раз была сильнее той, которой она пользовалась всю жизнь. Их было трудно даже поставить вместе в один ряд!

Она, всего-навсего, прошла десять оборотов. Её внутренние органы заметно изменились. Постепенно появлялось ощущение, что они могут продвинуться и дальше!

Цзюнь Мосе молча смотрел на Сюэ Янь, даже немного завидовал ей. Он жадно сказал:

– Ты в самом деле такая счастливая. В ту пору, когда я только начал упражняться, тогда я не знал никакого конкретного маршрута. Погрузиться мне было так трудно, а тебе сейчас хорошо, весь маршрут я для тебя построил и ещё облегчил для тебя введение в мастерство. Люди в самом деле такие разные. Красавицы действительно в почёте!

Он жалел и хвалил себя одновременно. Разумеется, он вложил всю свою душу, чтобы добиться успеха. В конце концов, это первый для Мэй Сюэ Янь процесс перемещения энергии. Вдобавок, это были совершенно новые каналы. Если появятся промах или ошибка, тогда Цзюнь Мосе места себе не найдет, чтобы поплакать.

Над головой Мэй Сюэ Янь внезапно появился крохотный вихрь одухотворённой ци, который всосал в себя чистейшую ци пагоды и направил её к крохотному телу Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе обалдел:

– Вот, что называется восстановлением Почтенного четвёртого ранга. Так быстро. Ты только посмотри, почему я чувствую себя таким неполноценным?

Довольно долгое время спустя, дыхание Сюэ Янь стало сбитым. Оно участилось, вся кожа с головы до ног порозовела. Цзюнь Мосе боялся смотреть на неё. Впереди был решающий этап!

Нужно лишь, чтобы основной прорыв прошёл успешно. И это будет означать создание первого уровня! А потом всё будет проходить успешно. Если сейчас не получится сразу совершить прорыв, тогда при последующих разах степень трудности будет увеличена почти в два раза!

В условиях сегодняшней ситуации это, несомненно, было очень болезненно. Но Мэй Сюэ Янь должна была изо всех сил держаться и протерпеть это. Потому что она знает, её самый любимый человек рядом с ней и смотрит на неё. Поэтому она спокойна! Она счастлива!

Ей нужно хорошо постараться, чтобы выдержать этот ключевой момент!

«Мосе, я не могу заставить тебя разочароваться во мне. Ни за что! Не могу!»

Мэй Сюэ Янь изо всех сил напряглась. Удар за ударом, снова и снова.

Наконец, за резкими хрустами скелета, через каждую пору её тела просочилась сине–чёрная жидкость, похожая на грязь.

И её совершенствование в этот момент резко увеличилось на два уровня!

Из Священного животного, не обладающего никакой силой, она стала Священным животным второго уровня!

Глава 774. Ты тут совершенствуйся, а я пойду убивать!

Тело вздрогнуло, Мэй Сюэ Янь недоверчиво открыла глаза и посмотрела на себя. Прорыв? Так легко???

– Мэй Сюэ Янь! Какая ты умничка! Ты действительно гениальна! – Цзюнь Мосе продолжал сыпать хвалебными речами и в то же время быстро запустил силу воды. Сверхъестественная сила в небе мгновенно превратилась в капельки, которые упали в заранее подготовленный им таз. Кто бы мог подумать, что сверхъестественную силу можно превратить в воду для умывания?

Такое расточительство немного смутило Мэй Сюэ Янь! Видите ли, если выпить такую воду, неизвестно насколько может возрасти жизненно необходимая энергия ци.

Цзюнь Мосе без всяких разговоров взял её маленькое тело и, затолкав в огромный чан, начал её мыть. Мэй Сюэ Янь тотчас покраснела, как маков цвет, и попыталась вырваться, желая искупаться самостоятельно. Однако Цзюнь Мосе безжалостно пресёк все её выкрутасы:

– Ты, что, правда в таком состоянии действительно сможешь справиться сама? Грязь сильно въелась и прилипла. Нужно хорошенько тебя помыть. Лучше бы тебе притихнуть, пока я не начал безобразничать!

Мэй Сюэ Янь обессилела:

«А разве это не считается за мелкое «хулиганство»?»

Тем не менее она понимала, что Цзюнь Мосе говорит правду. Кажется, что сама она не сможет вымыться дочиста. Ну, если только не подождать, пока вся эта грязь засохнет и сама отвалится. Однако для такой чистоплотной особы, как она – такое просто недопустимо! Если бы молодой мастер не проявил инициативу, ей пришлось бы попросить его о помощи – а это уже намного сильнее ударило бы по её репутации и чести.

Поэтому, пусть ей было и неловко от такой наглости Мосе, однако у неё не оставалось другого выбора. В конце концов, в его действиях таилась скрытая забота. Она продолжала молча себя успокаивать:

«Как же повезло, что я не в человеческом обличии. В противном случае, я бы точно сгорела со стыда. Впервые я так радуюсь, что не превратилась в человека!»

Цзюнь Мосе хорошенько промывал каждое грязное пятнышко, лишь бы у Сюэ Янь не возникало больше никаких трудностей. Его лицо выглядело таким порядочным–порядочным, а в душе он так и представлял, как бы он потёр спинку Мэй Сюэ Янь, будь она настоящей девушкой.

Такие мысли, конечно, не совсем были благонравны, а некоторая часть его тела неосознанно возвысилась в облака...

Спустя какое-то время они наконец-то закончили свои водные процедуры. Цзюнь Мосе тяжело дышал, как и Мэй Сюэ Янь. Оба выглядели немного измотанными. Сюэ Янь, может, и устала, а вот, что касается Мосе… Этот засранец перевозбудился от своих собственных фантазий, но смог стерпеть. Сильный малый!

Тем не менее Цзюнь Мосе неспроста использовал духовную воду, чтобы очистить тело Мэй Сюэ Янь: меридианы её тела только что реанимировались, и это был первый прорыв в совершенствовании Суань. Так что все её каналы были ещё слишком хрупкие, уж точно не сравнились бы с теми каналами, что были у неё раньше.

Такой способ мытья поможет её телу наполниться чистой природной энергией, которая, к тому же, сформирует естественный защитный слой на поверхности кожи. А благодаря этому, энергия внутри Пагоды Хунцзюнь будет успешнее всасываться в меридианы Мэй Сюэ Янь. Поглощение ауры будет плавным и равномерным, с меньшими затратами!

После окончания водных процедур Цзюнь Мосе, с помощью своей силы огня увеличил температуру воздуха, чтобы Мэй Сюэ Янь смогла быстренько обсохнуть и согреться.

Первоначально молодой мастер хотел использовать свою руку в качестве утюга, чтобы просушить шёрстку Сюэ Янь, но это было бы уже слишком. При таком тесном контакте неловко стало бы уже обоим. Может, это было бы и самое быстрое и простое решение, однако реализовать его оказалось сложнее всего. Поэтому Мосе пошёл обходными путями и использовал свою силу огня.

Вдруг молодой мастер Цзюнь внезапно хлопнул себя по голове и с сожалением сказал:

– Я такой дурак! Если бы не сделал всё сам, смог бы понаблюдать, как твоя задница плескалась в капельках воды!

«Задница плескалась в воде?» - Мэй Сюэ Янь разозлилась и укусила Мосе прямо за плечо! Однако она его всё же пожалела.

«Зубы стали острее. Ему будет больно, а я буду об этом ещё и сожалеть!»

Так что укус был совсем несильным.

Цзюнь Мосе сделал жалобный вид, а затем расхохотался.

Оба немного пошумели, а затем Цзюнь Мосе встал и сказал:

– Мэй Сюэ Янь, ты тут пока совершенствуйся, а мне нужно кое-что доделать. Хм, твои успехи кажутся слишком медленными. Это ведь только второй уровень. Так ведь можно здесь всю жизнь протренироваться!

Мэй Сюэ Янь вытаращила глаза, подумав:

«Разве не ты говорил, что я талантлива? А что насчёт моего быстрого роста? Да ведь и часа не прошло, как я смогла прорвать второй уровень! Такая скорость ни с чем несравнима!»

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

– Ты всё ещё не можешь согласиться со мной. Вот, посмотри на меня, своего мужа, я ведь – живой пример тому. Буквально за год, а если быть точнее, за десять месяцев с третьего уровня смог преодолеть Серебряный Суань, а затем Золотой, прорвался через нефритовый Суань, достиг Суаня земли и Суаня неба, усмирил духовный Суань, стал Почтенным мастером, а теперь… А теперь я – Почтенный второго уровня!

– Немного попрактиковалась, достигла второго уровня и думаешь, что это необычайно круто? Я скажу тебе, дорогая моя, что ты ещё даже не узрела настоящие плоды такого метода тренировок. Самое интересное – впереди! Повторюсь, у тебя сейчас нет других дел, как совершенствоваться. К тому же, здесь такое количество природной энергии – твори, что хочешь! Это лучше, чем условия, в которых начинал я сам.

– Я верю, что в течение года ты сможешь вернуться к своему первоначальному уровню Почтенной четвёртого ранга, а может, и даже сможешь прорваться до Достопочтенного мастера. Это всё возможно сделать! – Мэй Сюэ Янь слушала с вытаращенными глазами!

Она уже знала о таинственных особенностях этой практики, и это было так здорово! Но услышав слова Мосе, она поняла, насколько медленный у неё прогресс. Цзюнь Мосе сказал правду!

Мэй Сюэ Янь видела темпы его роста собственными глазами! При первой их встрече Мосе был лишь на пике Нефритового Суань, а сейчас он уже Почтенный второго ранга! Сколько же уровней он в итоге преодолел? Да ещё буквально за полгода времени. Сколько всего он пережил, сколько было событий, с которыми ему приходилось лично справляться! Слова Мосе очень воодушевили её и укрепили уверенность в восстановлении собственных сил!

Тем более, этот метод практики и нынешняя обстановка были даже лучше, чем когда-то были у Цзюнь Мосе.

«Если он смог, то почему же я не смогу?» - Мэй Сюэ Янь была полна уверенности в себе! Нужно не только восстановить свои силы, но и перейти на более высокий уровень. Прежде она разгромила Достопочтенных мастеров с помощью таблеток Мудрейшего, а в следующий раз победа должна достаться лишь с помощью собственных сил!

Следующие слова Мосе разоблачили его скрытые намерения:

– Эй, тебе надо скорее поправляться, чтобы мы уже устроили нашу первую брачную ночь. Я так долго жду этого дня. Точнее, ночи. Может я и могу ещё подождать, но вот мой маленький дружок не такой уж и терпеливый. Ты ведь даже не знаешь, что я только что...

Мэй Сюэ Янь вдруг разозлилась! Она бешено замахала своими маленькими коготками, давая понять, чтобы Мосе убрался с её глаз и не портил ей настроение!

Цзюнь Мосе засмеялся и сказал:

– Ты можешь спокойно тут себе совершенствоваться. А мне нужно разыскать этих шестерых Достопочтенных, которым так не повезло! Осмелившись сделать такое с моей маленькой Сюэ Янь, они тотчас подписали себе смертный приговор! Я не могу оставить это просто так. Каждый из них заплатит за всё сполна!

Мэй Сюэ Янь внезапно испугалась и снова схватила его. В её глазах отражалось лишь беспокойство.

– Малышка Сюэ Янь, успокойся, я понимаю, что в нынешнем положении не смогу их одолеть, – Цзюнь Мосе улыбнулся и утешительно сказал: – Кто сказал, что я буду с ними драться? Разве твой муж похож на безрассудного человека?!

В глазах Мэй Сюэ Янь промелькнуло удивление:

«Как ты собираешься мстить, не вступая с ними в бой, ты что, собираешься обматерить их до предсмертных конвульсий?»

– Молодой мастер просто раздавит их огромным куском металла. А если не сойдёт, тогда удушу их корнями огромного дерева! А если и так не выйдет, утоплю их в воде! Или же сожгу их заживо в огромном пламени! В крайнем случае, я могу похоронить их заживо под обломками горы!

Вспомнив о необычных способностях Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь сразу же успокоилась, но всё так же не хотела его отпускать.

Цзюнь Мосе улыбнулся и внезапно схватил Сюэ Янь за маленькую попку и начал жамкать её в руке. Хлопнув по ней один раз, он со смехом сказал:

– Да, действительно, такая мягкая на ощупь, – сказав это, силуэт Мосе тут же исчез.

Мэй Сюэ Янь хотела уже его поцарапать, но увидев, что от Мосе и след простыл, злобно затопала своими маленькими лапками. Она посмотрела в том направлении, куда он ушёл и мысленно сказала:

«Мосе, спасибо тебе! Впредь я больше не буду предаваться пустым мечтаниям».

Затем она вернулась к своей первоначальной позиции, закрыла глаза и сосредоточилась на совершенствовании!

Она была уверена, что Цзюнь Мосе предоставил ей самое хорошее тренировочное место!

Именно поэтому она здесь!

Необходимо было отметить, что Мэй Сюэ Янь ни на каплю не сомневалась в Цзюнь Мосе. Здесь присутствует не только природная одухотворённая ци Пагоды Хунцзюнь. Здесь также имеется дух дерева жизни, а под ногами находится земля, пропитанная природной энергией. Всё это образует некий водоворот из одухотворённой ци вокруг её тела. Во всём мире не сыскать более подходящего места для тренировок! Цзюнь Мосе с облегчением покинул Пагоду.

Он хотел немедленно приступить к своей мести, но забеспокоился, что если Мэй Сюэ Янь не увидит его, то сильно расстроится. Поэтому Мосе решил сначала побыть с ней до её пробуждения, а затем, нормально всё объяснив, рассеять все её тревоги и печали. Чтобы уже со спокойной душой уйти по своим делам.

После некоторой суеты и рассказов о собственном опыте, ему удалось поднять боевой дух Мэй Сюэ Янь и укрепить её уверенность в себе. Выйдя из Пагоды, Мосе чувствовал себя немного уставшим. Это было равносильно войне между самим собой! Он непременно должен сражаться за Мэй Сюэ Янь! И непременно должен победить!

Можно ли ощущать то же самое при встрече с молодой красавицей? А в случае с маленьким, щуплым хорьком? Даже зная, что этот хорёк, на самом деле, и есть та самая молодая красавица. Как бы то ни было, ты будешь чувствовать себя немного неловко. И Цзюнь Мосе стало страшно от того, что, возможно, ему на душе стало именно неловко!

Насколько чувствительна Мэй Сюэ Янь? Если Цзюнь Мосе вдруг выйдет из–под контроля, Мэй Сюэ Янь тут же обо всём догадается. И тогда, даже если она и восстановится, на её сердце это всё равно оставит неизгладимый шрам!

Глава 775. Встреча в старом месте!

Поэтому Цзюнь Мосе обязательно должен был сохранить свои достижения, когда они были с Мэй Сюэ Янь вместе. Этого будет достаточно! К тому же, не только чтобы убедить других личным примером, но и использовать, как пример, Первого Шао.

Главная его цель – это рассеять печали и сомнения Мэй Сюэ Янь! К тому же, совсем недавно, она перенесла огромный стресс. И сейчас она как раз была крайне уязвима и очень слаба.

Цзюнь Мосе очень надеется снова увидеть ту, прежнюю Сюэ Янь, уверенную и решительную. Он не хочет оставить мрачное впечатление о себе у Мэй Сюэ Янь! Как раз поэтому он должен очень хорошо постараться, приложить все силы для этого! Именно поэтому Мосе бросил вызов самому себе! И это – война, в которой он никак не может проиграть!

И как такой умный человек, как Мэй Сюэ Янь не смогла бы этого понять? Смысл всего, что делает для себя Мосе, каждая его фраза, каждое его действие… Мэй Сюэ Янь понимала абсолютно всё! Поэтому она была так благодарна ему.

«Да, я, Мэй Сюэ Янь, несомненно, относилась к Мосе со всей душой. Но когда он был не искренен по отношению ко мне? Или, когда он, хотя бы, обманывал меня? На протяжении всей жизни, будь я человеком или священным животным, он никогда не подводил меня!» - Мэй Сюэ Янь действительно была всем довольна. И в свою очередь также не хотела разочаровывать Мосе!

«Я, Мэй Сюэ Янь, тоже смогу одержать победу над самой собой! Снова достигнуть вершины! Я должна быть достойна Мосе!»

Цзюнь Мосе покинул город, активировал Побег Инь–Ян и со скоростью молнии понёсся. Словно неуловимая жёлтая молния Конохи! Его скорость превышает скорость звука, он безумен и неуязвим! Он должен найти убежище людей из трёх Священных земель! Он ни за что не сможет отпустить их просто так! С этим ему не смириться! И он не успокоится, пока не убьёт их! На юге, недалеко от Тянсян, Чен Чун и все остальные мастера расположились около небольшого холма, и это место было очень знакомо Цзюнь Мосе!

Здесь он как раз впервые ограбил каретников второго принца и здесь же разобрался с людьми Ли Юрана. Кроме всего этого, самое запоминающееся событие, которое произошло в этом месте – первое сражение с бандой кровавого меча. Тогда он ещё был совсем зелёный и мало в чём разбирался. Но всё же стребовал с них кровавый долг.

Тогда Цзюнь Мосе безобразничал и превратил заросший сорняками горный хребет в чистый пустырь. Он устраивал там засаду, и специально для этого соорудил небольшую пещеру. Там как раз и разместились Чен Чун и остальные достопочтенные мастера.

Если бы Цзюнь Мосе знал об этом, он бы, наверняка, был в шоке! Совпадения случаются, но разве это уже не слишком? Однако это в самом деле было так! Вот такая вот загогулина!

Если говорить о совпадениях, то на этом они не заканчивались. Самое смешное, что сейчас Чен Чун сидел именно на том самом месте, где когда-то сидел и Цзюнь Мосе. И это была далеко не случайность. Так как эта пещера была довольно просторной, в ней было лишь одно удобное место.

Здесь можно было присесть, лечь, отдохнуть и расслабиться. Это место было суперкомфортным. И так как Чен Чун являлся руководителем их группы, было бы странно, если бы он не занял как раз это самое место.

Местоположение этой горы находилось относительно недалеко от Тянсян. Но и близким это расстояние назвать нельзя было. Примерно около двухсот ли, и им, как Достопочтенным, без проблем можно было где-то около десяти раз в день наведаться в Тянсян и снова возвратиться сюда. И ещё здесь можно было избежать неожиданного удара противника. Если вдруг учитель Цзюнь Мосе объявится, они смогут своевременно получить новости об этом. В общем, с какой стороны ни посмотреть, этот опорный пункт был очень удобен.

Кроме того, Цзюнь Мосе, в самом деле, очень хорошо постарался с обустройством этой пещеры. Поэтому она с первого взгляда очень приглянулась им. В противном случае, со способностями Достопочтенного мастера, не легче лёгкого было бы сделать новенькую пещеру?

В этой пещере, кроме основного пространства, было ещё несколько небольших отделений. Очевидно, что они были сделаны совсем недавно. Достопочтенные постарались и смастерили каждый себе отдельную зону для отдыха. Не считая внешнего довольно большого пространства, шестеро мастеров откопали себе новую большую пещеру. Где и расположились, сидя с вытянутыми, как струны, спинами.

На их лицах не было и тени возбуждённости или нервоза, они сохраняли спокойствие и были очень серьёзными. Что касается остальных, то есть, младшего поколения, они рассредоточились по всему пространству пещеры. Выполняли роли ушей и глаз. Для шести Достопочтенных, даже мастера уровня Почтенных считались уже младшим поколением.

Спустя довольное долгое время, они закончили регулировать дыхание. Чи Тяньфэн встал и сказал:

– Можете считать, что сегодня моя очередь заступать на дежурство. Я раздобуду нам чего-нибудь перекусить и выпить. Господа, что вы думаете, если нам устроить небольшую пирушку?

Чен Чун вздохнул, открыл глаза, и на его лице показалась улыбка:

– Совершенно не возражаю. У нас редко выпадает такая возможность – вот так собраться всем вместе. Я думаю, немного выпить – будет неплохой идеей. К тому же, братья из Иллюзорного Океана Крови… Ох, надеюсь их души где-то поблизости, и мы как раз за одно сможем устроить им проводы. Никогда не знаешь, когда придёт твой конец. Увы, но поделать ничего уже нельзя, – все остальные одновременно открыли глаза и тяжело вздохнули.

Когда мастера достигают такого уровня, как у них, их уже не заботит престиж и сила какой-то одной земли из трёх. Они уже задумываются обо всём мире в целом! Людей, с таким уровнем совершенствования, как у них, действительно немного. Погиб один, значит, их количество уменьшилось на одного. Более того, на их глазах погибло целых три Достопочтенных мастера!

– Раз уж на то пошло, я постараюсь раздобыть всего да побольше, – Чи Тяньфэн помолчал и потом дополнил: – Из-за последнего раза и после Битвы за Захват Небес, мы уж вряд ли сможем собраться в таком составе. Сейчас у нас как раз выдалась свободная минутка. Этот загадочный учитель Цзюнь Мосе вряд ли сможет появиться в ближайшие десять дней. Так что лучше нам воспользоваться удобным случаем. Давайте сегодня не будем использовать Суань, чтобы подавить действие алкоголя, и будем пить до посинения?

– Годится! – все, один за другим, одобрительно кивнули. Услышав про учителя Цзюнь Мосе, они немного помрачнели.

Если он действительно появится, его непременно будут сопровождать мощные раскаты грома. В случае начала решающего боя, неизвестно было, сколько человек останется в живых из этих шести Достопочтенных! Если так подумать, эти шестеро мастеров за довольно короткий срок невольно очень сблизились. Глядя на их возраст и уровень совершенствования, все они с пониманием относились к смерти. Но было и то, что они были не в силах принять. Своя смерть — это ещё ничего. А вот своими глазами увидеть смерть своего близкого брата, эти мучение вынести всегда было очень трудно.

Чи Тяньфэн с горечью рассмеялся и вышел. За ним последовал один очень грациозный силуэт. Раздался нежный голосок:

– Братик Чи, подожди меня. Разреши твоей сестре составить тебе компанию, – сказавший это был как раз Достопочтенный Ди, Цзянь Цзюнь Цзи. Он абсолютно у всех вызывал нервное расстройство.

Как только Чи Тяньфэн услышал этот голос, у него по всему телу побежали мурашки. Старик вздрогнул, печально вздохнул про себя и, не оглядываясь, вышел из пещеры. Четверо мастеров, услышав нежный и сладкозвучный голос, который последовал за Чи Тяньфэном, невольно с облегчением вздохнули. Этот гермафродит сегодня решил выбраться наружу, значит, всем можно было немного расслабиться.

Чтобы он подольше задержался снаружи, все единогласно приняли такое решение: тот, кто находится на дежурстве, должен оставаться на улице, как можно дольше. Так будет только лучше. Однако зачастую дежурные очень быстро возвращались. Находиться рядом с гермафродитом – просто сплошное наказание! Лучше уж подвергнуться казни «тысячи порезов». Это времяпрепровождение и то поприятнее будет. Чен Чун тяжело вздохнул, лицо его было очень мрачным. В конце концов, это его угораздило прихватить эту ошибку природы с собой.

Снаружи.

Цзюнь Мосе уже проверил северное, восточное и западное направления. И сумасшедшей скоростью как раз направлялся на юг!

«Если уж эти мастера решили сразиться со мной, тогда они не должны были уйти слишком далеко», - поэтому Цзюнь Мосе взял в расчёт расстояние в пятьсот ли! Ещё дальше – это нереально. В этих трёх направлениях он уже всё тщательно осмотрел. Но пока ничего не обнаружил.

Тогда остаётся лишь южное направление! Чем дальше Цзюнь Мосе двигался на юг, тем он отчётливее убеждался, что люди из трёх Священных земель непременно находятся в этой стороне!

Эта интуиция – это его врожденная способность, как короля убийц. Это чувство заставило его более осторожно вести свои поиски. Снизить свою энергию. Сделать её смутной и неясной, чтобы никто не смог его учуять.

Они всё-таки Достопочтенные мастера, и если они заметят его, - пиши пропало.

Все его усилия пойдут насмарку.

Благодаря своей потрясающей скорости, он в один миг смог преодолеть расстояние в сто ли. Как только он хотел заняться подробной проверкой местности, он вдруг почувствовал впереди какие-то неясные колебания. Его сердце дрогнуло: вот и приехали! Похоже, как раз здесь!

Он терпеливо ждал. Потом увидел, как из виднеющегося вдалеке леса появились два человека. Они нарядились так, что выглядели, как обычные люди. Шаг за шагом, ровным счётом ничего необычного. Пусть даже, если встретиться с ними лицом к лицу, вряд ли бы можно было заметить, что они мастера.

Но, однако, скорость их передвижения была очень высокой. Почти как вроде смотришь, и они двигаются себе, как обычные люди. Ничего примечательного. А в следующую минуту и след от них простыл. Сокращение шага! И к тому же, совершенствование на пике! Зрачки Цзюнь Мосе сузились: способности Достопочтенных мастеров в самом деле необыкновенны!

Цзюнь Мосе беззвучно активировал Побег Инь–Ян и незаметно последовал за этими двумя мастерами. Хотя он поддерживал состояние невидимости, он, всё же, не решался подходить близко. Потому что эти два человека, даже один из них, по ощущениям, был чрезвычайно сильнее Мэй Сюэ Янь! Следовало быть очень осторожным!

Глава 776. Удар!

Прислушавшись, можно было предположить, что эти двое о чём-то спорили. Это немного удивило Цзюнь Мосе:

«Достопочтенные тоже друг с другом препираются? Такое... даже тяжеловато представить!»

– Цзян Цзюнь Цзи! Вот нафига ты вышел, да ещё и ходишь за мной по пятам! Ты слишком надоедливый! – Чи Тяньфэну уже было плевать на свою репутацию, и он резко отчехвостил второго, иначе его мозг бы точно взорвался от злости. Здесь уже было не до культурного поведения.

Этот Цзян Цзюнь Цзи всю дорогу без умолку болтал. Чи Тяньфэн уже даже использовал свои способности, чтобы перекрыть свой слух, однако Цзян Цзюнь Цзи поменял тональность своего голоса на секретный шифр и просто продолжил свою «интересную беседу». В итоге Чи Тяньфэн уже больше не мог этого вынести.

– Да как я могу быть надоедливым? Эй, братец Чи, ты ведь только что ошибся, тебе следует называть меня «сестрёнка Цзян Цзюнь Цзи…» – застенчиво сказал Цзян Цзюнь Цзи, а затем бросился вперёд. Кинув кокетливый взгляд, он избалованно сказал: – Братец Чи… хм-м, называй меня сестренка Цзян Цзюнь Цзи… Никто больше не соглашается… Все такие грубияны…

В голосе Цзян Цзюнь Цзи чувствовалась затаённая обида. Чи Тяньфэн остановил свой шаг, почувствовав, как его кровь просто закипает в жилах…

Скрывающийся в пространстве Цзюнь Мосе сначала охренел от увиденного, но затем почувствовался надвигающийся хаос…

«Это и есть Достопочтенный Цзян Цзюнь Цзи? Действительно необычное создание… Увидев такое, хочется только блевануть! А Ли Юран ещё неплохо выглядит, оказывается! Даже слишком очаровательный малый!»

– Ох… – глубоко вздохнул Чи Тяньфэн, невероятный поток бесконечных страданий наполнил его тело с ног до головы…

«Нет, Достопочтенный мастер, проживший сотню лет и повидавший смерть… Да что там, смерть – это просто мелочи по сравнению с тем, что происходит сейчас, как такое можно сравнивать?! Как там говорят… «Пусть жаба и лежит себе на земле и не кусается, но она все равно противна людскому глазу!»

Так вот этот Достопочтенный Ди, Цзян Цзюнь Цзи, противнее этой жабы в десять, в сто, да что там… в тысячу раз! В конце концов, жаба может исчезнуть, ну или, на худой конец, можно самому растоптать её и дело с концом… ну, стошнит чуть-чуть, подумаешь… А этот экспонат не только блевотнее простой жабы, так еще и проблематичнее… от него не смоешься и не спрячешься, да и ведь убить – не убьёшь! Ведь он такой же Достопочтенный мастер, как и я!

О, святые небеса, матушка-земля! О, Всевышний! Можете ли вы сжалиться надо мной и одним ударом молнии уничтожить это омерзительное существо… Я в отчаянии, сам убить его не могу, но и терпеть это нет моих больше сил!»

Чи Тяньфэн, подождав пару секунд и убедившись, что молнии с небес падать не собираются, повернулся и ответил очень равнодушным тоном:

– Цзян Цзюнь Цзи... Я собираюсь выпить вина и, если у тебя нет никаких дел, сходи и развлекись где-нибудь в другом месте… Можешь даже в публичный дом сходить, мне всё равно… только прошу тебя, просто не таскайся ты за мной… хорошо?

– Хм… Братец Чи, ты действительно стар и неуважителен! Публичный дом – это то место, куда ходят такие же мужланы вроде тебя, а ты хочешь, чтобы сестрёнка отправилась туда? Нехорошо издеваться над людьми, ты ведь выдающийся Достопочтенный мастер, как ты можешь так говорить? Это действительно слишком оскорбительные слова для девушки, я ведь для тебя столько всего сделала… хнык-хнык! – Цзян Цзюнь Цзи резко повернулся спиной, выставив напоказ свою большую задницу, его глаза покраснели от обиды, и слёзы вдруг посыпались из них градом.

Цзюнь Мосе ясно увидел, что у Чи Тяньфэна на коже появились мурашки, его вдруг затрясло, он вытаращил глаза и замер на месте, словно свеча на ветру, которая вот-вот погаснет.

– Предки... – Чи Тяньфэн понял, что нет смысла в его молитвах, и никто ему не поможет: «Мать вашу, ну нахрена он потащился за мной? Разве до этого не рассказывали, что, выйдя на улицу, он только и ищет увеселения для души, а? Так почему же мне вдруг так не повезло?»

– Хи-хи-хи! Ах, я совсем забыла, в Тянсяне есть публичный дом, обслуживающий милых дам. Молоденькие парнишки там довольно симпатичны. Немного худощавы, правда. Кто знает, может, и братцу Чи такое место придется по вкусу и кто приглянется, а… – вдруг завизжал Цзян Цзюнь Цзи.

Чи Тяньфэн чуть тут же не рухнул:

«Я… Что это значит? Как мне может кто-нибудь там приглянуться?»

Вмиг уразумев значение слов этого извращенца, Чи Тяньфен едва ли не умер:

«Да как этот гермафродит мог принять его за своего?!»

– Я знаю, что у тебя есть некий интерес ко мне, только вот мне не нравятся обоюдоострые мечи! Ладно, я не стану задерживать братца Чи и поищу себе другое развлечение. Но после обеда я буду ждать тебя здесь, чтобы вместе вернуться обратно. Я сохраню твой секрет в тайне… – застенчиво завертелся Цзян Цзюнь Цзи и кокетливо подмигнул.

– Хорошо-хорошо... ты беги давай, я тоже пойду... – Чи Тяньфэн весь вспотел, он был так шокирован от поведения этого гермафродита, что и не заметил слов про «обоюдоострый меч» или же «секрет», он просто хотел поскорее избавиться от него. Чи Тяньфэн поспешно кивнул головой, развернулся и бросился прочь, словно ослеплённый получением амнистии… он лишь хотел напиться…

Посмотрев вслед удаляющемуся Чи Тяньфэну, Цзян Цзюнь Цзи повернулся и пошёл в другом направлении, при этом виляя задницей и выставляя всё своё добро напоказ. Он с некой восторженностью бурчал себе под нос:

– И правда, внешность обманчива… Кто бы мог подумать, что у братца Чи есть свои «предпочтения»... Нужно бы хорошенько всё изучить, кто знает, вдруг в этом захолустье есть еще места, где красивые мужчины только и ждут соблазнительную и привлекательную особу вроде меня...

Цзюнь Мосе почувствовал, что волосы на его теле встали дыбом!

Да что с ним не так? Даже в этом времени такие встречаются?

Взглянув на это хорошо сложенное, но в то же время обольстительное тело, неспешно уходящее вдаль, Мосе лишь закатил глаза и последовал за ним.

Цзян Цзюнь Цзи шёл тихо, на его лице сияла кокетливая улыбка, половина его лица была разрумянена, а глаз застенчиво бегал из угла в угол. Похоже, что эта половина испытывала некое сексуальное желание… Казалось, в душе он думал о чем-то прекрасном…

Внезапно его взгляд стал ровным, а губы строго выпрямились в тонкую линию, и энергичный силуэт повернул за угол… Очертания этого силуэта выглядели решительно, независимо и незакомплексованно, словно толстый прут бамбука в горах…

«Все эти старикашки, что я встречала до этого, просто отврат! Теперь же у меня есть такой интересный экземпляр… Нужно немедленно действовать и броситься к нему в объятия! И не важно, согласен он или нет, можно прибегнуть к жёстким мерам и «натянуть тетиву на лук голыми руками!»

«Ух ты, спина этого паренька действительно восхитительна! Мы так друг другу подходим…» – глаза Цзян Цзюнь Цзи загорелись, он высунул язык и облизнулся, вытащил из кармана небольшое зеркальце и как можно скорее начал прихорашиваться. Затем он довольно улыбнулся и, словно весенний ветерок, устремился вперёд.

За углом шёл молодой юноша, с первого взгляда можно было точно сказать, что он определённо обычный человек!

Как простой смертный сможет убежать от Достопочтенного мастера? Может такой обычный человек избежать ладони святой силы? Теперь это ещё один лакомый кусочек!

Изо рта Цзян Цзюнь Цзи уже почти потекли слюни, и он вдруг закричал:

– Молодой господин! Да-да, вы, впереди… – голос его был нежен, однако излишне слащав, как пчелиный мёд. Услышав такой голосок, можно было бы подумать, что его обладательница наверняка обворожительная красавица…

Юноша испуганно повернул голову и увидел Цзян Цзюнь Цзи, его глаза наполнились страхом, и он сказал, заикаясь:

– Ты… ты… Ты, мать твою, человек? Или демон?

– Ай-я-яй... да что ты, какие демоны могут быть среди бела дня? Ну даже если и так, не переживай, я могу в миг с ними разобраться! – Цзян Цзюнь Цзи прикрыл рот рукой и кокетливо рассмеялся, он нисколько не удивился взгляду молодого юноши. Чем больше он на него смотрел, тем сильнее он ему нравился. Такие большие глаза, прямой нос, утончённые губы, тёмные, как смоль, волосы, а какая фигура… широкоплечий, с узкой талией – ну прямо мечта каждой девушки.

– Тогда ты… – юноша испуганно посмотрел на «монстра» перед собой, отступая шаг за шагом, ему действительно стало страшно.

– Да я сама доброжелательность! Увидев, как такой молодой парень неторопливо бредёт по дороге, я решила ему помочь… – влечение Цзян Цзюнь Цзи становилось всё невыносимее, в его сердце так и прыгали маленькие оленята. «Какой красивый молодой юноша, похоже, что я сегодня сорвала джек-пот… Хи-хи-хи…»

Без долгих слов Цзян Цзюнь Цзи, словно огромный Кинг-Конг, схватил молодого юношу и помчался со всех ног… Теперь главное найти укромное местечко…

Парнишка изо всех сил закричал:

– Отпусти меня! Отпусти! Помогите... – но бушующий ветер быстро отшвырнул его крики, заставив его раскашляться...

Цзян Цзюнь Цзи, добившись своего, рассмеялся:

– Кричи-кричи, малыш, хоть горло себе сорви, это бесполезно!

Он ведь ещё не знал, что за смертельную опасность таит в себе этот молодой юноша…

Внезапно! Именно когда Цзян Цзюнь Цзи был беззащитен и думал лишь о своих любовных делах…

Внезапно сверкнул блеск меча, освещая всё вокруг, словно лучи самого яркого солнца. Он появился как раз из-под ребра Цзян Цзюнь Цзи, и с громким ударом яростный клинок вонзился в его тело! В этот момент прозвучал чей-то голос:

– Сдохни, гибрид ты недоделанный!

Вслед за этим молодой юноша вдруг исчез, а в следующую секунду он уже находился на расстоянии десяти футов от Цзян Цзюнь Цзи! Парень хладнокровно улыбался и смотрел на него удовлетворённым взглядом, полным возмездия.

Этот юноша, естественно, оказался не кто иной, как молодой мастер Цзюнь!

Цзян Цзюнь Цзи издал свирепый крик!

Он никогда бы и не подумал, что «добыча», которая так его искушала, из безобидного юноши внезапно превратится в смертельно опасного врага! Да ещё и утаил от него, Достопочтенного мастера первого ранга, свои реальные способности!

Глава 777. Я догоню тебя и убью!

«Следует учитывать, что если бы это было по отношению к Чи Тяньфну или даже Чен Чуну, я мог понять уровень совершенствования противника! Вне зависимости от того, как бы он ни пытался это скрыть, это было бы бесполезно! Но, однако, этот парень не только смог скрыть уровень своего совершенствования, но и смог нанести мне смертельный удар!»

Цзян Цзюнь Цзи был Достопочтенным мастером, и способности его были на высоком уровне, поэтому и его реакция была очень быстрой. Как только меч вошёл в его тело, он моментально перекрыл все свои внутренние каналы. Его тело словно превратилось в кусок металла, но всё же он немного опоздал, меч уже пронзил его тело, и в нём начался процесс взрыва!

Его тело продолжало бежать, на время даже возникло сильное кровотечение, но оно сразу же исчезло. После этого он прошёл несколько шагов неровной походкой, а затем упал на землю. Он открыл глаза, в них читалось разочарование... Он пристально посмотрел на этого паренька, и медленно его взгляд стал превращаться в полный жестокости и злобы.

Он не торопился броситься с ответным ударом, а наоборот, в первую очередь быстро, словно молния, отступил назад, на расстояние примерно около 50 чжан! Потом он достал из-за пазухи небольшую изумрудного цвета вещь, похожую на корнеплод, одним махом закинул её себе в рот, несколько раз прожевал её и быстро проглотил.

Затем его запястье повернулось, и на ладони появился маленький сверкающий кусочек нефрита. Он схватил его, и сквозь всё его тело просочился густой белый туман, а кусочек нефрита в его ладони со стремительной скоростью уменьшился, и в итоге вообще исчез.

Цзюнь Мосе ахнул! Мастера Достопочтенного уровня первой степени, в самом деле, необыкновенны, их нельзя сравнить ни с одним мастером, с которым он до этого сражался! Справиться с ними, действительно, не так-то просто!

Молодой мастер Цзюнь был полностью уверен, что меч пронзил сердце Достопочтенного! В этом и не стоило сомневаться! И к тому же вслед за этой крайне разрушительной силой этого меча, в его внутренних каналах одновременно должен был начаться процесс взрыва, внутренние органы непременно должны серьезно пострадать!

Такие тяжёлые ранения несовместимы с жизнью! Но, однако, этот гермафродит, съев после удара какой-то зелёный клубень, неожиданно исцелился!

Как такое возможно?

Это так… странно!

Принимая во внимание неукротимые способности Достопочтенных мастеров и ту необычайную силу восстановления… Он уже слышал об этом от Мэй Сюэ Янь, и к тому же сам предполагал, что, обладая силами Почтенного мастера второго ранга, столкнувшись с Достопочтенным, пожалуй, вряд ли сможет сильно навредить ему!

Пусть даже произвести внезапную атаку, это тоже вряд ли осуществимо! Так называемое «внезапное нападение», при схватке с Достопочтенными, вообще невозможно как таковое! Пусть даже он и будет находиться очень близко от тебя, но может успеть нанести ответный удар! Так как даже меч из крови Яньди и Хуаньди, и вся сила твоего организма, соединенные в совместном ударе, вряд ли смогут прорвать защиту Достопочтенного мастера!

Если хочешь ранить мастера Достопочтенного уровня, то нужно застать его врасплох, когда он будет не на чеку, только тогда есть возможность добиться желаемого, но удар должен быть такой свирепый, чтобы последующий эффект мог привести к смерти! Иначе, если у противника будет возможность ответить тебе ударом, то тем, кто умрёт, будешь, скорее всего, ты! Разница в силе, на самом деле, очень огромна! Поэтому, когда Цзюнь Мосе увидел Цзянь Цзюнь Цзи, он сразу же решил, какого плана действий он будет придерживаться: минимальная дальность выхода из атаки! И отсутствие расстояния для удара!

Этот план непременно должен был сработать, и факты свидетельствовали об его успехе, но… эффект оказался не таким, каким он себе представлял… тем не менее он и не подозревал, насколько был напуган в этот момент Цзянь Цзюнь Цзи!

Этот молниеносный неожиданный удар Мосе не то, чтобы почти убил его, он практически полностью поразил его душу! Удар этого меча, если бы он пришелся не на Цзян Цзюнь Цзи, а на другого Достопочтенного, наверняка бы нанёс повреждения, несовместимые с жизнью! Пусть даже можно было немедленно исцелиться, но, по крайней мере, надо было восстанавливать первоначальное состояние на протяжении нескольких десятков лет! Такое тяжёлое ранение даже бы мастеру Достопочтенного уровня вынести было бы не под силу!

Но он же, в конце концов, Цзян Цзюнь Цзи! Человек, обладающий кровью Чужака! Хотя, конечно, он не чистокровный, и к тому же не обладает характерными особенностями, присущими мужскому или женскому организму по отдельности, он всё-таки унаследовал отвратительные отличительные черты Чужаков! И хотя, по сути, у него только одно тело, внутри у него находится две души!

Две системы каналов, готовые к совершенствованию! И благодаря действию взаимно дополняющих друг друга инь-ян (женское и мужское начало), их можно в любое время менять местами и использовать! То количество силы и энергии, которое он достигает тренировками за день, равно тому количеству, которое могут достигнуть двое мастеров за день! А если учитывать взаимодействие инь-ян – то все три дня! Если говорить так, это кажется весьма неясным. Другими словами, его совершенствование на протяжении ста лет равносильно совершенствованию других Достопочтенных мастеров на протяжении трех столетий! Эта разница просто потрясающа!

Поэтому-то ему и удалось стать Достопочтенным мастером за очень короткий промежуток времени! А всё из-за его родовых особенностей, он был в состоянии после удара Мосе ещё отступить на некоторое расстояние, а потом в мгновение исцелиться!

Но, однако, не стоит думать, что меч Мосе совсем не достиг никаких успехов, можно даже сказать, его достижения оказались довольно существенными. Удар полностью уничтожил его часть души, отвечающую за мужской пол! Но сегодня он как раз был женщиной, и поэтому внешне выглядел так, словно с ним ничего не произошло, но сам он знал, что у него уже больше никогда не будет возможности превратиться в мужчину! И ещё он потерял свои потрясающие способности инь-ян!

Этот меч, на самом деле, так хорош! Он фактически уничтожил половину инь-ян Достопочтенного! Как же тут не злиться!

Но Цзян Цзюнь Цзи далеко не дурак! Он уже догадался, что всё, что произошло с ним сегодня, это подлый заговор! Получив такую серьёзную травму, он не спешил бежать и мстить своему противнику, он решил спасаться бегством!

«Были бы кости, а мясо нарастет!

На случай, если противник не один, и в засаде есть ещё другие мастера, тогда мне на самом деле угрожает опасность! Боюсь, что даже женское обличье и то может не уцелеть…»

Но в тот момент, когда Цзян Цзюнь Цзи уже было хотел броситься бежать, он увидел, что его противник, заметив, что он «в порядке», с удивлённым лицом едва не вскрикнул от ужаса и бросился бежать! Да ещё и с такой безумной скоростью! Будто перепугавшийся преступник, удирающий с места преступления!

Цзян Цзюнь Цзи не успел и глазом моргнуть, как он уже убежал примерно на сто чжан от него!

И вот-вот скоро должен был вообще скрыться из поля зрения Цзян Цзюнь Цзи!

«Он увидел, что я в порядке, так зачем же бежать?»

Парень побежал, но Цзян Цзюнь Цзи теперь, наоборот, и не думал спасаться бегством! Он не мог понять:

«Почему же всё вот так? Неужто… этот негодник пришёл сюда один?»

Думая об этом, он пришёл в бешенство:

«Какой-то несчастный сосунок? Смог довести меня до такого состояния?

Это просто возмутительно!»

Снова подняв глаза, он увидел, что этот малец уже исчез!

Цзян Цзюнь Цзи был просто вне себя от ярости:

- Мелкий подлец, у тебя смелости хватило обидеть девушку! Неужто ещё вздумал убегать от меня?

В этом голосе уже не было прежней нежности, только ненависть и злоба!

Цзянь Цзюнь Цзи злобно фыркнул, и повсюду распространилась энергия. Практически в это же самое мгновение он заблокировал все пути побега для этого парня! За очень короткое время она распространилась на 40-50 ли! Парнишка скрылся в густом лесу!

Если бы не быстрая реакция энергии, которую он выпустил, следы этого паренька ему бы вряд ли было под силу отыскать.

«Он, в самом деле, изо всех сил спасался! Если судить по удару, который он нанес мне, он уже достиг уровня Почтенного мастера второго ранга! А чтобы молниеносно выбежать из пространства 40-50 ли, даже Почтенному мастеру нужно бежать со скоростью, не щадя своей жизни!»

К тому же для своего побега он выбрал крайне глухую и дремучую дорогу, место, где полно диких зайцев, фазанов, волков… Он как раз вломился в волчью стаю и страшно перепугал их, создав видимость того, что здесь есть человек, который спасается бегством! Мальчишка был в глубокой горно-лесистой местности и уже почти пересек её!

Цзян Цзюнь Цзи разъяренно закричал:

– Ну, давай посмотрим, сосунок, как быстро ты умеешь бегать!

Его тело дрогнуло, и он растворился в воздухе, изо всех сил бросившись в погоню за мальчишкой! Лишь чувствуя, как злоба и ненависть растут в его сердце, и их уже совершенно невозможно ничем подавить!

Если бы только этот мальчишка не побежал, Цзян Цзюнь Цзи сам бы начал спасаться бегством! Хотя он был мастером Почтенного уровня второго ранга, Цзян Цзюнь Цзи подозревал, что здесь может быть ещё засада, иначе, как бы он решился убить его? Он же всё-таки Достопочтенный мастер! Но когда противник побежал, все его сомнения рассеялись!

И он яростно бросился догонять его!

- Негодник, оказывается, у тебя нет помощников! Какой же ты храбрец! Ну и ну! Какой-то ничтожный Почтенный мастер второго ранга решился убить меня, Цзян Цзюнь Цзи, Достопочтенного мастера!

Сейчас Цзюнь Цзюнь Цзи чувствовал, какую он огромную оплошность допустил!

Насколько же безумна скорость Достопочтенного мастера?

Цзюнь Мосе только успел выбежать из лесной рощи, как увидел, что прямо перед ним сверкнул силуэт, с глазами полными жажды убийства, он уставился прямо на Мосе!

– Сука! Вот же грязнокровка, ты, б*ядь, такой быстрый! – выругался Мосе, повернулся и обратно устремился в рощу.

Глаза Цзянь Цзюнь Цзи пылали огнем:

- Вот же сукин сын! Вздумал снова бежать!

Двумя руками он толкнул несколько десятков деревьев, стоявших впереди него, и они с грохотом подлетели в воздух! Потом он рванул за Мосе, через поднявшийся смог и туман!

Эта атака действительно была мощной! Под ее ударную волну попало расстояние в несколько десятков чжан! К тому же силу такой ужасающей мощности не в силах выдержать Почтенный мастер второго ранга!

Цзян Цзюнь Цзи был полностью уверен, что его противник получил тяжёлые ранения! Но он, разумеется, не хотел, чтобы он стремительно скончался! Он пообещал себе, что, по крайней мере, должен промучить его на протяжении десяти лет и только потом окончательно уничтожить!

Хотя и даже это очень благосклонно по отношению к нему!

Цзян Цзюнь Цзи пересёк смог и туман, не сдержался и рассмеялся: около 30 чжан впереди, тело того мальчишки медленно скатилось по стволу большого дерева, его взгляд был пустым, а из уголков рта текла кровь! Было очевидно, что он получил серьёзные повреждения от удара, а потом из-за поднявшейся энергии врезался в дерево! Откуда сейчас и медленно скатывался… На этом дереве была заметна глубокая отметина, куда как раз и врезалось его тело!

Глава 778. Попытка номер два!

Однако Цзянь Цзюнь Цзи, которому уже прилично так досталось раньше, не решился вести себя неосмотрительно, он встал в десяти чжанах от Цзюнь Мосе, издалека наблюдая за ним, потом вдруг злобно усмехнулся:

– Чертёнок, ты же у нас очень уж любишь бегать, что же ты сейчас остановился?

В то же самое время Цзюнь Мосе посмотрел на Цзян Цзюнь Цзи. Его лицо тотчас же побледнело, он попытался снова броситься бежать, но только лишь он двинулся, как из его рта хлынул поток крови…

Цзян Цзюнь Цзи мрачно фыркнул:

– Снова бежать собрался? У тебя смещение внутренних органов, ещё раз двинешься и тебе крышка!

Он уже распознал, что с его противником, по цвету крови и по её густоте, он с лёгкостью смог всё определить! Более того, в своих силах он и не сомневался!

Его противник от начала и до конца – всего лишь никчёмный Почтенный мастер второго ранга, до его уровня их разделяют почти девять уровней!

При такой огромной разнице в силе, разве может он ошибаться? Это была бы просто смехота да и только!

Глядя на этого невозмутимого паренька, Цзян Цзюнь Цзи снова вспомнил боль в своём сердце! Две души составляли одно тело, взаимно дополняемые друг друга инь-ян уже были с ним на протяжении нескольких столетий!

А сейчас из-за этого маленького гадёныша в одно мгновение он этого лишился! Целая половина его совершенствования внезапно стала абсолютно бесполезной! Да ещё и большая его половина! Пусть даже ему удалось немедленно всосать в себя одухотворенную ци из того изумрудного кусочка нефрита из природной артерии силы, это только смогло защитить его организм, но никак не спасти его мужскую половину!

Одна половина полностью уничтожена, самая ценная вещь в его жизни никак не смогла изменить положение!

Ненависть в сердце Цзян Цзюнь Цзи уже достигла своего максимума!

– Ты, чертёнок, в конце концов, кто такой будешь? – Цзян Цзюнь Цзи посмотрел на Цзюнь Мосе и мрачно спросил.

– Я… – Цзюнь Мосе двинулся и с трудом поднялся на ноги, кровь из его рта текла ещё больше. Кровь, которая текла у него изо рта, была следствием перестройки энергетических каналов, но на вид она ничем не отличалась от того, как если бы его внутренние органы получили повреждения… – Я – Цзюнь Мосе! Цзян Цзюнь Цзи, ты… мерзкий гибрид! Это ты, гермафродит х*ев, разработал план, чтобы шантажировать Мэй Сюэ Янь? Даже твоя смерть, сволочь, едва ли сможет искупить это! Если ты не сдохнешь, значит, у неба нет глаз!

Цзюнь Мосе очень «немощно» грубо заругался.

– Цзюнь Мосе? Ха-ха-ха! Мы тут с ног сбились, ища тебя, а ты вот он, собственной персоной прибыл! Стало быть, ты распустил слухи, что отправился на поиски своего учителя, а сам здесь готовил нам засаду… – Цзян Цзюнь Цзи усмехнулся и посмотрел в небо, а потом строго продолжил: – А что касается почтенной Мэй… эта дрянь с самого начала заслуживала смерти! Разработать план, разве много значит? Как жаль, что я собственными руками не смог удавить её! Может, внешне она и прекрасная девушка, соблазняющая мужчин, но, на самом деле, она не больше, чем обыкновенное животное!

– Ты! Сукин сын! Это ты настоящее животное, конченный извращенец! – с яростью закричал Цзюнь Мосе. Тем не менее только он вздохнул, и снова из его рта хлынула кровь! Она стекала на землю и там уже образовалась лужа размером почти с веер из пальмового листа. После этого он зашатался, и, «ослабев», снова сел обратно. Он с трудом переводил дыхание, в его глазах читалось отчаяние…

Взгляд Цзян Цзюнь Цзи был жестоким и кровожадным, и он медленно направился прямо к Цзюнь Мосе:

– Не волнуйся, я не дам тебе умереть. Начиная с этого момента, ты – моя личная игрушка! Я непременно очень долго буду играться с тобой. Если я как следует тебе не отплачу за твою выходку, разве это будет правильно? Подожди ещё немного, тебя ждёт увлекательное приключение, поверь мне! На протяжении долгих лет я собирал разные чудодейственные лекарства, которые я как раз испытаю на тебе, я заставлю тебя всю жизнь испытывать половое возбуждение. Ты будешь мучиться всю свою жизнь!

– И не надейся! Пусть уж лучше я умру, чем стану твоей игрушкой, извращенец! – Цзюнь Мосе со злостью вскрикнул. Говоря, он часто дышал…

– И не надеяться? А ты что, прямо передо мной возьмёшь и покончишь с собой? – Цзян Цзюнь Цзи усмехнулся, его тело в мгновение приблизилось к Цзюнь Мосе, и он молниеносно дотронулся своим пальцем до лба Цзюнь Мосе!

Если дотронуться вот так пальцем до противника, можно в один миг нарушить его внутренний порядок Суань! Вся Суань в теле и наполовину не будет работать, если ты даже сам себе прикусишь язык – это никак не поможет делу!

В тот момент, когда он дотронулся его, Цзюнь Мосе, на удивление, словно, вообще не имея ни капли силы сопротивления, медленно опрокинулся на землю.

Цзян Цзюнь Цзи фыркнул. Довольный собой, он посмотрел на Мосе и расхохотался:

– Чтобы помиловать тебя, чертёнок, разве не нужно тебе испить воды, в которой я мыла ноги? Подожди ещё немного, мамочка совсем скоро займется тобой!

Он развернул Мосе и, нахмурившись, сказал:

– М? А где же тот драгоценный меч, которым ты смог поранить меня? Куда же он подевался? Неужто ты, негодник, по дороге его потерял? Здесь, засранец, у тебя ничего нет…

Он наклонился, схватил тело Цзюнь Мосе с двух сторон за ребра, а потом поднялся в воздух, и отправился по той дороге, откуда прибыл Мосе, на поиски меча. Меч, который в руках Почтенного смог ранить Достопочтенного мастера… Несомненно, это драгоценное оружие высочайшего уровня! А, возможно, и единственное в своем роде!

Такой драгоценный меч даже Цзян Цзюнь Цзи не может упустить!

«Что же касается мальчишки, с помощью моего пальца его сила пришла в негодность! Начиная с этого момента, как я скажу, так и будет, я теперь кукловод…» – Цзян Цзюнь Цзи летел и одновременно раздумывал, как будет получше поступить с этим парнишкой, чтобы доставить ему как можно больше страданий и мучений!

«Несколько сотен различных казней и мучений ждёт тебя, гадёныш! Цзюнь Мосе! Если я дам тебе вот так просто умереть, я уже не смогу называться инь-ян (или Ди) Достопочтенным!» – Цзян Цзюнь Цзи говорил сам с собой и, сказав это, вдруг вспомнил, что его инь-ян уже уничтожен его противником.

Теперь он только Инь (женское начало) Достопочтенный, и уже больше никогда не будет Ян Достопочтенным. Он невольно снова разозлился! Как жаль, что нельзя сейчас проучить этого негодника хотя бы разок!

Именно в этот момент Цзян Цзюнь Цзи услышал уже знакомые слова!

А потом и увидел уже знакомую картину!

Слова, от которых у него душа ушла в пятки!

Это была душераздирающая сцена!

– Сдохни, ублюдок! – именно эти слова он не так давно уже слышал.

Сверкающий меч снова, начиная от ребра, по прошлому маршруту, без малейшей ошибки безжалостно пронзил его тело, он вошёл прямо в его сердце!

Затем последовала уже знакомая жгучая боль, которую принесло лезвие меча, наполняя его организм взрывом! Он распространялся во все стороны и направления!

Цзян Цзюнь Цзи просто застыл!

И пусть сейчас он находился на грани жизни и смерти, он по-прежнему пребывал в состоянии оцепенения!

«Такая же сцена, такая же поза, этот же меч, этот же удар, эти же слова! Также я сжимаю противника в воздухе…. Не прошло и четверти часа, как все это снова повторилось!»

Он, заикаясь, повернулся. Его противник, красивый юноша, так же гордо и величаво стоял от него на расстоянии 10 чжан! Он был всё так же хорош собой, и непринуждённо держался, стоял прямо и непоколебимо!

Только на этот раз он и не думал бежать, а стоял и смотрел на него пронзительным холодным взглядом, строго говоря:

– Ну всё, ублюдок! С тобой всё кончено! И на это раз, точно!

Полилась горячая кровь, он упал на землю.

Это сцена практически ничем не отличается от предыдущей!

Только на это раз, Цзянь Цзюнь Цзи не смог чудесным образом исцелиться, он просто упал на землю, весь в крови!

Когда он уже повалился на землю, в его глазах до сих пор было непонимание и удивление! Вплоть до того, что он даже не обращал внимания на душераздирающую боль, которая пронзала все органы его тела!

Это так неожиданно!

Он просто не мог поверить, что его противник обладал такими способностями и ловкостью, что за четверть часа смог проделать с ним подобное целых два раза!

В первый раз он разрушил его оболочку инь-ян, и уничтожил одну его часть, во второй же раз окончательно уничтожил у него любые шансы, чтобы выжить! И хотя сейчас он на пороге смерти, несмотря на это, он всё же может постараться и при возможности достаточного лечения сил, по прошествии длительного промежутка времени, благодаря способности к восстановлению, как Достопочтенного мастера, через лет так сто, он сможет вернуть свое первоначальное состояние…

Но, однако, он знал, что противник не даст ему такой возможности!

Он ещё может совершить одну и ту же ошибку дважды, но его противник определённо нет! И эта его оплошность, целых два раза…

Этот парень по своей натуре очень страшный человек, внушающий ужас!

– Цзюнь Мосе… ты в самом деле очень умён и изобретателен! – Цзян Цзюнь Цзи, наконец, смог двинуть губами, и тихим голосом произнёс. Он нисколько не восхищался Цзюнь Мосе, но, тем не менее, восхвалял его изобретательность и мудрость!

Хотя, глядя на возраст Цзюнь Мосе, обладать таким уровнем совершенствования в таком возрасте очень похвально. Но, не имея соответствующего совершенствования, даже при наличии искусной тактики, это едва ли принесет должные результаты, и самая главная причина, по которой он в этот раз потерпел полное поражение, как раз была искусно разработанная западня, над которой постарался его противник!

И силы Почтенного мастера второго ранга было достаточно, чтобы убить Достопочтенного!

Достопочтенного, пребывающего в состоянии полных физических сил! Постепенно привезти его в ловушку, сделать так, чтобы он сам в неё вошёл, и в итоге погиб!

У Цзян Цзюнь Цзи даже были подозрения, что кровь у Мосе была поддельная, и если это действительно было так, то можно считать, что Почтенный мастер второго ранга расправился с Достопочтенным, без единой царапины, остался целым и невредимым!

Если бы кто-то раньше рассказал Цзянь Цзюнь Цзи, он был лично рассмеялся этому человеку прямо в лицо: такого просто быть не может! Это просто какая-то ни разу не смешная шутка!

Огромная шутка!

Но сейчас, в данную минуту, он как раз стал одним из действующих лиц такой вот шутки-небылицы!

К тому же проигравшей стороной! Какая ирония!

Цзюнь Мосе рассмеялся, но ничего не ответил, его тело внезапно поднялось в воздух, сверкнул блеск меча, раздался протяжный крик Цзян Цзюнь Цзи. Его сухожилия на руках и ногах уже были перерезаны Цзюнь Мосе!

Глава 779. Хуже животного!

Меч опустился, и мощный фонтан крови хлынул наружу!

– Вот, и славненько, теперь мы можем хорошо побеседовать! – Цзюнь Мосе очень ласковым и дружелюбным голосом разъяснил: – Понимаешь, у тебя очень быстрые ноги, и это весьма меня беспокоило, но сейчас куда лучше! Способности к самовосстановлению у мастера Достопочтенного уровня просто несравнимы с обычными людьми, но повреждения, ведущие к инвалидности, я уверен, в считанные минуты не залечить, и это время я дарю тебе! За то мы можем медленно поболтать и никуда не торопиться!

Цзян Цзюнь Цзи весь заледенел! Даже внутри у него все закостенело от холода! Его последний шанс, погибнуть вместе со своим врагом, был безжалостно уничтожен!

Хотя сейчас он находился в смертельно опасном положении, но если бы он смог сделать глубокий вздох, рискнул своей жизнью, и воспламенил свои последние скрытые силы, тогда он бы вполне мог нанести своему противнику тяжёлые ранения!

Но методы его противника оказались очень жестокими! На удивление, безжалостными и лаконичными! И он не оставил ему ни единого шанса исправить положение!

Цзюнь Мосе предпринял три шага для достижения своей цели: в первый раз он вдребезги разрушил оболочку инь-ян! Во второй раз нанёс Цзян Цзюнь Цзи смертельное ранение, и в третий – перерезал ему сухожилия на руках и ногах, тем самым полностью избавив его от любой возможности к сопротивлению! Сейчас Цзян Цзюнь Цзи оказался в полном тупике! У него не было и капельки надежды!

Пусть остальные пятеро Достопочтенных мастеров и находились бы здесь неподалеку, Цзюнь Мосе успел бы убить его и сбежать, пока его никто не заметит! И даже если они успеют оказать ему скорую помощь, он останется калекой до конца своей жизни!

Цзян Цзюнь Цзи обладал совершенствованием Достопочтенного мастера, и он уже догадался, что меч Мосе содержит в себе удивительный лютый холод. Иными словами, «удивительный» – это неверно, так как этот лютый холод сам по себе исполнен величием и с неудержимой силой, точь-в-точь, как выдающийся учитель, в нем ни капельки таинственности, но, тем не менее, он наполнен силой истребления и уничтожения!

Тайна возникновения этого все уничтожающего лютого холода выходила за рамки личного опыта Цзян Цзюнь Цзи, он абсолютно ничего не знал о нём, ни как избавиться от его эффекта, не говоря уже о восстановлении после этих ранений. Начиная с этой минуты, Цзян Цзюнь Цзи уже смирился с тем, что он навсегда останется инвалидом! Такой удивительный лютый холод, по его мнению, мог убить бы даже Первого Шао из Подземного Мира!

Тем не менее это всё логично, так как сейчас Цзюнь Мосе применил волшебный приём реверсии природной силы и выпустил дыхание истребления! Процесс культивации занимает первое место среди всех природных волшебных приёмов и, используя его, шансы на выживание просто безграничные! Но если регрессировать, то есть попытаться обернуть этот процесс вспять, дальше только уничтожение! Инь отрицательный, Ян положительный; Ян ранит, Инь залечивает; противоречить жизни, найти смерть! Этот же прием он уже как-то испробовал на Сяо Хане. Цзян Цзюнь Цзи же стал вторым «счастливчиком», кто удостоился этой чести!

– Говорят, ты очень сильно отличаешься от других гермафродитов. Обычный гермафродит – не женщина и не мужчина, а ты один день мужчина, другой день женщина, так? Давай поглядим, кто ты у нас сегодня! – Цзюнь Мосе наклонил голову, глядя на Цзянь Цзюнь Цзи, потом внезапно рубанул мечом, разрезав им его одежду, обнажив нижнюю часть тела Цзянь Цзюнь Цзи.

– Цзюнь Мосе, убей меня! Это сплошной позор для моей мужской натуры! – дул ледяной ветер, Цзянь Цзюнь Цзи готов был сгореть от стыда на месте! Хотя он и сам по характеру довольно подлый и развратный, но это только в ситуациях, не касающихся его. Сейчас же он в первую очередь – Достопочтенный мастер, и то, что он подвергся такому унижению со стороны какого-то сопляка, это нанесло огромный удар по его самоуважению, что, в самом деле, сложно передать словами!

– Я унижаю тебя? Разумеется, я буду унижать тебя! Иначе я просто должен зарубить тебя своим мечом, чтобы очистить тебя? Ты думаешь, ты мне сын? Мне так интересно забавляться с тобой? – Цзюнь Мосе взглянул лишь глазком, и тут же отвернулся, у него сразу же случились рвотные позывы. Он, едва сдерживая тошноту, немедленно острием меча снова накинул кусок ткани на причинное место Цзянь Цзюнь Цзи.

«Это было просто омерзительно, от одного взгляда блевать хочется!»

– Говорят, твой отец – Чужак, верно? – Мосе с любопытством приблизился к нему: – По слухам, они все имеют функции и самца, и самки? А брат и сестра запросто могут быть супругами? Это правда?

Он рассмеялся и с презрением сплюнул:

– Сначала я хотел обругать твоего отца, но он тоже не человек, а такой же гибрид, как ты! Поносить его, равносильно смеяться над собой… ещё сначала я хотел ругать твою мать, но она всего лишь ни в чём не повинный человек, которую безжалостно изнасиловал твой скотский отец, и тогда появился ты… поэтому я решил помиловать её и не ругать…

Глаза Цзян Цзюнь Цзи налились кровью, его так разозлили слова Мосе, что он чуть не потерял сознание.

– Право, я даже и не знаю, как тебя отругать лучше! Все ругательства на свете для тебя не пригодны, голову сломать можно просто! – Цзюнь Мосе с печалью произнёс: – Так как ты гибрид, да ещё и по совместительству гермафродит и извращенец, как бы я ни пытался тебя отругать, это будет обычными словами для тебя, которые ты слышишь каждый день, я уверен… И разве это справедливо по отношению к тебе?

Цзянь Цзюнь Цзи внезапно мрачно усмехнулся:

– Цзюнь Мосе, кажется, ты говорил, что хочешь отругать моего чёртового отца? Так давай же, ругай! Во весь голос! Поверь мне, я даже больше, чем ты, хочу прикончить этого гибрида! Этого старого ублюдка, мерзкого урода, чтоб он остался без потомства, чёртов гермафродит!

Цзюнь Мосе обомлел, он никогда бы не подумал, что этот человек будет легко и так жестоко ругать своего отца! Это даже немного шокировало его. Нечего сказать, он в самом деле хуже животного!

– Мой отец… тьфу на него! Он тоже заслуживает этого! – Цзянь Цзюнь Цзи безжалостно сплюнул: – Он не более чем грязное животное, который перед своей смертью заделал меня, оставив одного в этом мире, заставив меня сполна хлебнуть мучений и страданий! Когда мне было семь лет, я остался один в горах, я игрался с волком. А в восемь лет докатился до того, что вообще попал в волчью стаю – один день как женщина, другой – как мужчина! Мне хотелось пойти и раскопать его могилу!

Цзюнь Мосе открыл рот и выпучил глаза.

Не знал, что его детство было таким увлекательным! Ненормальному достается и ненормальная жизнь!

– Давай же, ругай, что же ты молчишь? Этого старого ублюдка! Старого… мерзавца! Старого извращенца! – Цзян Цзюнь Цзи задыхался и продолжал ругаться, а в конце расхохотался и сказал: – Как же хорошо!

– На небесном столпе, там… из могилы твоих предков уже исходит зелёный дым. Когда делаешь добро – выходит голубой дым, омерзительные вещи – чёрный, а от могилы твоих предков – зелёный… – Цзюнь Мосе горестно вздохнул: – Твои предки, они… хватит, у меня даже нет настроения говорить об этом, тошнит аж… просто уже разберусь с тобой…

– У тебя нет слов для меня? Цзюнь Мосе, ха-ха! Я попрошу тебя об одном одолжении!

Он не дождался, когда Цзюнь Мосе ответит, и с крайней ненавистью сказал:

– Я всей душой ненавижу это тело! Я надеюсь, когда ты будешь отправлять меня в последний путь, ты будешь немного безжалостнее! Разруби моё тело пополам, расчлени на мелкие кусочки, пусть эта чёртова кровь гибрида полностью покинет моё тело! В загробном мире я обязательно найду этого старого ублюдка и расквитаюсь с ним! – Цзян Цзюнь Цзи злобно рассмеялся: – Я оставлю этого мерзавца без потомства!

– Ай-яй, я же добрый человек! Как я могу быть таким жестоким? Я специально подготовлю для тебя очень приятную смерть! Цзян Цзюнь Цзи, ты будешь медленно наслаждаться этим моментом, это будет примером доброты и снисхождения, которых ты так давно не видел! – Цзюнь Мосе совершенно равнодушно посмотрел на него, потом вдруг в мгновение разорвал остатки одежды на нём, достал из-за пазухи какую-то бутылочку с жидкостью, затем медленно и равномерно разлил её по всему его телу. Странный зловонный запах в мгновение рассеялся в воздухе.

Через мгновение издалека послышался волчий вой… Цзюнь Мосе поднялся в воздух и распылил в разные стороны другую такую же бутылку с жидкостью. Один взмах – и запах разнёсся на несколько сотен чжан во всех направлениях, потом, одновременно отступая, он разбил своим мечом даньтянь Цзян Цзюнь Цзи, полностью уничтожив его Суань!

Начиная с этой минуты, хотя и Цзян Цзюнь Цзи обладал Суань Достопочтенного мастера первой степени, он не мог воспользоваться ей, не мог защитить себя… Единственное, что осталось ему под силу – это питать своё тело энергией, восстанавливать шрамы и ранения! Все, чтобы он не смог умереть так быстро! В следующее мгновение, издалека показался тёмно-серый волк, он пребывал в состоянии странного возбуждения…

Цзян Цзюнь Цзи испуганно закричал:

– Цзюнь Мосе, что ты собираешься делать? Убей меня, быстро убей меня!

Он уже догадался, что будет дальше… но, тем не менее, так испугался, что не хотел верить в это.

Это… аромат, который испускают волки весной… а сейчас на дворе холодная зима, скоро начало весны. Цзюнь Мосе, медленно исчезая, прокричал:

– Наслаждайся, Цзян Цзюнь Цзи! Вернешься к прекрасным воспоминаниям, когда тебе было восемь лет, проведи весело считанные минуты своей жизни! Кстати, твои способности к самовосстановлению намного выше, чем у обычных людей, стало быть, твои воспоминание будут ещё очень долго не отпускать тебя! Хорошо насладись этим моментом!

Раздался грохот, 7-8 волков, размером с телёнка, вырвались из лесной рощи, у каждого из них горел зелёный огонь в глазах. Учуяв аромат, они, обгоняя друг друга, бешено понеслись прямо к Цзянь Цзюнь Цзи…

Перед ними была не только превосходная пища, но и очень соблазнительная вещица! Цзянь Цзюнь Цзи горестно и надрывно кричал… волки остервенело выли и рычали… через несколько часов, когда Мосе снова пролетал над этим местом, там виднелись только кости…

«М-м! Наверняка доволен остался, хотя этого и недостаточно для него! Испытать перед смертью такое наслаждение… Он, наверное, был на седьмом небе от восторга…»

Цзюнь Мосе развернулся и отправился на юго-восток. Первый этап пройден, на земле лежит окровавленный череп… на юго-востоке остались ещё пятеро Достопочтенных…

Глава 780. Чёрная неблагодарность за сделанное добро!

Постепенно стало темнеть.

Приближалась безбрежная ночь!

Чи Тяньфэн зашёл в ближайший переулок. Сначала он отыскал чайный домик и, потягивая чаёк, читал себе книгу до самого захода солнца. Затем он медленно поднялся, бросил серебряные монеты и вышел за дверь.

Под заходящим солнцем тень Чи Тяньфэна стала ещё длиннее, и она казалась немного одинокой и безжизненной.

Он отыскал повозку и кучей нагромоздил её доверху едой и вином, которое он прикупил. Вина получилось аж 20 кувшинов! И, усевшись в телегу, Чи Тяньфэн двинулся в сторону дома.

Достигнув уровня Достопочтенных мастеров, никто уже особо не обращал внимания на желание вкусно поесть. Пара недель без еды уже казалось нормальным явлением, а если они практиковали в уединении, то вообще забывали о пище на месяцы и даже годы, поэтому вопрос питания постепенно исчез из их образа жизни. Но на этот раз Чи Тяньфэн предложил покутить напропалую и обожраться, на что остальные Достопочтенные вдруг тоже согласились! В этот момент даже сам Чи Тяньфэн немного удивился.

На самом деле не только он сам не испытывал оптимизма по поводу битвы между их отрядом и наставником Цзюнь Мосе, но другие мастера не предсказывали хороших перспектив! Так что на этот раз Чи Тяньфэн просто купил провианта в несколько раз больше!

Если все напьются, то смогут хорошенько отдохнуть.

Кто бы мог подумать, что в битве с Мэй Сюэ Янь, которая всего-то Почтенная четвёртого ранга, количество Достопочтенных мастеров Таинственного Призрачного Дворца сократится на целых три человека?! А их суммарная мощь сократилась на одну треть! Пусть даже там вдруг неожиданно возникли эти таблетки Мудрейшего, всё равно такой исход слишком печален!

Кто знает, чего будет стоить им схватка с ещё более таинственным и непредсказуемым наставником Цзюнь Мосе?! На этот вопрос не существует точного ответа. В битве с Почтенной Мэй для всех шести Достопочтенных прозвучал своеобразный сигнал тревоги: быть Достопочтенным – это вовсе не значит быть непобедимым! Они тоже могут умереть! Ведь теперь их осталось всего шестеро.

Остаться невредимым после встречи с таким мастером – это всё равно, что мечта. Это просто невозможно! Даже если они все вместе разом атакуют равного себе по силам Достопочтенного, они всё равно получат какие-нибудь травмы! Но насколько сильнее окажется этот таинственный учитель?

Чи Тяньфэн весь путь провёл в глубоком раздумье, пока не достиг того самого места, где они с Цзян Цзюнь Цзи разошлись ещё утречком. Хотя он и не хотел видеть этого гермафродита, но, как-никак, это была договорённость. Подождав немного, Чи Тяньфэн так никого и не увидел, но и особого внимания обращать не стал. Ведь этот тип имеет привычку появляться и исчезать в любое удобное для себя время. Чи Тяньфэн дёрнул повозку и поехал в пещеру.

Добравшись до подножия горы, он наградил извозчика куском золота. Мужик посмотрел на него удивлёнными глазами, но тем временем Чи Тяньфэн протянул руку, а вино и еда из телеги сами по себе выпрыгнули, будто огромная невидимая рука переместила их по воздуху. Куча вышла на целых пять футов в высоту!

Затем Чи Тяньфэн взял весь этот тяжеленный груз в руки и без оглядки пошёл в гору.

Извозчик сильно напугался, но так и не посмел закричать что-то типа «Нечистая сила!». Дрожащими руками он ударил свою лошадь плетью и на всех парах помчался прочь; если обычная дорогая занимала у него от четырёх до шести часов, то в этот раз он добрался до дома всего за час. Но, естественно, от повозки в конце пути уже и ловить было нечего.

До самого порога он чувствовал себя будто во сне, пока не раскрыл ладонь и не проверил подлинность тяжёленького золотого слитка. Затем, укусив зубами, он ещё раз в этом убедился. Однако это заставило ещё сильнее напугаться от сегодняшней встречи… Бедный извозчик, теперь он ещё и тяжело заболел…

Увидев, что Чи Тяньфэн вернулся и принёс так много хорошей еды и вина, Чен Чун и другие мастера просто офигели.

– Где Цзян Цзюнь Цзи? – нахмурился Чен Чун.

Как это, гермафродит всё ещё не вернулся? Это, конечно, странно, но с другой стороны, для Чи Тяньфэна это особая радость. Ощущения после совместного пребывания с Цзян Цзюнь Цзи просто незабываемые…

Чи Тяньфэн вздрогнул и чуть не уронил огромный кувшин вина. Ещё не оправившись от испуга, он сказал:

– Босс Чен… Я хочу попросить вас об одном одолжении – пожалуйста, не говорите при мне об этом человеке… На сегодня с меня достаточно…

– Ха-ха-ха! – послышался злорадный смех остальных мастеров, которые тоже не могли оправиться от пережитого испуга…

– Невзирая на стыд, этот паренёк идёт веселиться и нарушает при этом законы не только божеские, но и человеческие. Оно сейчас уже и не знает, куда сунуться со своими обольщениями. Босс Чен, Цзян Цзюнь Цзи пока нет, так что давайте пока впятером выпьем, а то ведь он нам потом как кость поперёк горла всем встанет, когда появится! – улыбаясь, сказал Цуй Чанхэ.

– Верно, он даже проявил к нам некую тактичность, не вернувшись сегодня вовремя, – засмеялся Са Цинлю. А затем быстренько взял принесённый провиант и разложил по всей пещере.

Чи Тяньфэн, наконец, освободил руки и вытер холодный пот, затем улыбнулся и сказал:

– Братец Чен, я вот тут понял, что Достопочтенному мастеру непросто живётся у вас в Неуловимом Мире Бессмертных! – пусть эти слова и выглядели немного странно, но Чи Тяньфэн говорил именно то, что было у него на уме! Искренне!

Потребовалось всего полдня, чтобы Цзян Цзюнь Цзи довёл его до белого каления. Так что же говорить о сотне лет рядом с ним? Са Цинлю и Цуй Чанхэ внезапно посмотрели в глаза Чен Чуну и остальным с огромным восхищением. Сильные люди… Как можно терпеть такого человека сотню лет…

Чен Чун беспомощно улыбнулся и сказал:

– На самом деле, мы все практикуемся отдельно. Если нет крупных событий, мы можем встретиться лишь раз за несколько лет или даже десятилетий...

Другой доселе молчавший мастер холодно посмотрел на остальных и фыркнул:

– Я никогда не видел его. Если бы в этот раз не встретились, то вообще бы о нем и не узнал.

Чен Чун тут же сказал:

– Так ты никогда и не выходил из своей тренировочной пещеры, как бы ты его увидел!

Имя этого мастера было как раз ему под стать – Лэн Дун (холодный глаз). А его прозвище – Достопочтенный Дьявольский глаз!

Кстати говоря, Цуй Чанхэ уже успел всё разложить и даже сделал несколько каменных пиалок. Для вина самое то – и по толщине, и по размеру. Пятеро человек присели. После третьей пиалы, улыбка на лице у каждого начала потихоньку исчезать, а выражение лица становилось всё серьёзнее. С самого начала никто не мог рассказать даже пары шуток, но чем больше они пили, тем тяжелее становилась атмосфера вокруг.

Изначально любая пьянка начинается довольно сдержанно, а затем становится очень оживлённой. Однако эти пятеро пошли в обратном направлении. Спустя какое-то время Са Цинлю тяжело вздохнул, поставил пиалу с вином на каменный стол и сказал:

– Сегодня это вино что-то совсем не пьётся... Правда.

Лэн Дун равнодушно буркнул и сказал:

– На этот раз нам не следовало выходить! Мы практиковались сотни лет для Битвы за Захват Небес с Чужаками, чтоб эти твари узрели наши дьявольские клинки и сумасшедшие мечи! А эта битва всё переменила! Когда это Достопочтенные мастера ввязывались в такое дрянное дело?!

Чен Чун ответил:

– Здесь ничего не поделаешь!

Лэн Дун сурово продолжил:

– Как это ничего не поделаешь?! Брехня! Это ведь Мо Вудао хочет отомстить за своего маленького брата! Чистое злоупотребление своим служебным положением! Такие действия вызывают сплошное негодование! Когда это мы, Достопочтенные трёх Священных земель, превратились в орудия для мести за других людей?

Чен Чун с горечью промолвил:

– Лэн Дун. Говори поменьше. Все сейчас подвыпили, если испортишь всем настроение, что потом будешь делать? Ребятки, пейте-пейте!

Лэн Дун изо всех сил ударил пиалой по столу, разбив её вдребезги, его холодные глаза вдруг посмотрели вверх:

– Продолжайте пить свое говняцкое вино! Как я могу испортить всем настроение? Разве я говорю неправду? Неужели мне нельзя говорить о том, что можно делать ему?

Кто бы мог подумать, что между этими двумя мастерами из Неуловимого Мира Бессмертных вдруг начнется перепалка. Чи Тяньфэн и остальные мастера молча уставились друг на друга.

Чен Чун улыбнулся и сказал:

– Братец Лэн, ты так долго самосовершенствовался в отречении и ничего не понимаешь в житейских мудростях и отношениях между людьми. Хе-хе, а характер у тебя довольно упрямый…

Лэн Дун недовольно фыркнул в ответ:

– Не нужно меня оправдывать или выгораживать. Я всегда говорю то, что думаю. Где это я не знаком с житейскими мудростями, а?

Он протянул руку и схватил один большой камень, одним ударом он высек себе огромную каменную пиалу. Он налил её до краев, а затем выпил залпом и сказал:

– В этот раз, чтобы одолеть одного Почтенного четвертого ранга, было выслано девять Достопочтенных из трёх Священных земель! И трое мастеров из Таинственного Призрачного Дворца были убиты! – его глаза покраснели, и он закричал: – Это три Достопочтенных мастера! Как это повлияет на силовой состав Битвы за Захват Небес? Сколько вообще есть Достопочтенных у трёх Священных земель? Вы действительно не знаете? До вас ещё не дошло? Если все Достопочтенные будут убиты, тогда… на поле боя придется выйти Мудрейшим? А что потом?

Остальные четверо прикусили языки, вдруг каждый из них взял свою чашу с вином и молча опустошил её.

– Так ещё и не всё! Молодое поколение тут вздумало своевольничать и направило свои силы против Тянь фа! Я не могу понять... – Лэн Дун выпил уже третью большую чашу вина, вытер губы и продолжил: – Что с Тяньфа? В чём дело? Что они, в конце концов, такого плохого совершили, какой закон нарушили?! Где оступилась Почтенная Мэй? Почему все на неё вдруг набросились? Да и с какой стати?

Его холодные глаза внезапно воспламенились, и он взволнованно посмотрел в лица Чен Чуну и остальным мастерам.

– Ты пьян! – лицо Чен Чуна разразилось гневом.

– Я не пьян! Я вовсе не пьян! – Лэн Дун продолжал: – На протяжении тысячелетий Тянь Фа является важной составной частью Битвы за Захват Небес! Тянь Фа… они всегда были на нашей стороне! Они так же оберегали и защищали нашу землю в течение долгих лет! Так что с ними не так? Я не говорю, что они не ошиблись и прочее, пусть даже и так… разве такие заслуги не могут искупить их вину?

Са Цинлю спокойно сказал:

– Братец Лэн, вина Тянь Фа заключается в том… что, какой бы огромный вклад они ни делали, они навсегда останутся для всех сборищем диких животных! Животные! Понимаешь? До тебя дошло?

Лэн Дун рассмеялся:

– Чушь собачья! Брехня! Почему раньше во времена Битвы за Захват Небес никто не говорил, что они дикие животные? Они животные? Когда силы трёх Священных земель было недостаточно, чтобы справиться с противником, и лишь Тянь Фа пришли к нам на помощь, чтобы удержать военные позиции, почему тогда никто не назвал их дикими животными? А что насчёт предков Тянь Фа, погребённых на вершине Тяньчжу? Ведь мы всё ещё поклоняемся им каждую весну и осень, воскуриваем благовония – так почему бы не сказать, что и они дикие животные?

Глава 781. Историю не изменишь! Но книги можно переписать!

– Говоря по существу, вы просто отплатили им чёрной неблагодарностью! – Лэн Дун мрачно усмехнулся: – Нет, не вы, а мы! Все мы позабыли о сделанном нам когда-то добре и презрели свой долг! К чему все эти помпезные оправдания! Лишь вызываем у людей презрительные усмешки!

Лэн Дун рассмеялся, а затем вдруг завопил:

– А эти трое Достопочтенных из Туманного Призрачного Дворца, сражавшиеся бок о бок, чтобы одолеть одного Почтенного мастера четвёртого ранга… Да они не то что не смогли одержать победу, так ещё и позволили ей себя убить… Господин Чен, не думаешь ли, что это уж слишком смешно? Если слухи правдивы, и Мэй Сюэ Янь действительно тяжело ранена, а не мертва, тогда каков конец ожидает три Священные земли? Да им теперь просто провалиться сквозь землю от позора осталось!

От этих слов остальным четырём мастерам вдруг стало стыдно.

Чи Тяньфэн слегка улыбнулся и сказал:

– Братец Лэн, возможно ты позабыл, что Почтенная Мэй использовала таблетки первого Мудрейшего Тянь Фа, благодаря которым её сила увеличилась в десять раз! В тот момент, я своими глазами видел, как она приняла эти три маленькие таблетки. Сама природа встала на её сторону. Именно поэтому вышел такой исход сражения! Однако в будущем ей будет тяжело выйти за пределы такого уровня. Почтенная Мэй на самом деле теперь лишена всякой жизненной энергии!

– Ты довольно редко проявлял интерес к мирской жизни, всё время только тренировался. Это, конечно, вызывает восхищение. Однако времена уже не те, зачем нам полагаться на каких-то Священных животных, если у трёх Священных земель есть своя сила? Человек всегда был и есть и будет подлинный царь природы! Если постоянно будет использоваться такая разносортная помощь… Да, блин, как вообще можно это терпеть?

– Я понимаю сказанное тобой, будучи человеком. Я, Лэн Дун, сам веду себя высокомерно и заносчиво и с неохотой принимаю постороннюю помощь в борьбе с иноплеменниками. Но даже если нам больше и не понадобится сила Тянь Фа, разве обязательно так жестоко над ними измываться? Разве вы забыли, как изначально они боролись за нашу землю? Теперь, когда наши собственные силы окрепли, думаете, можно просто отбросить их как ненужный мусор?

Лэн Дун возмущенно добавил:

– Не дать Тянь Фа принять участие в Битве за Захват Небес – это дело одно, а начать войну против Тянь Фа – это уже совершенно другое дело. Неужели чтобы не дать Священным животным вступить в Битву, нужно истребить их всех до одного?!

– Как люди, мы, естественно, имеем свою собственную гордость! Но, дорогие мои Достопочтенные братья, нужно также помнить о том, что человек отличается от животных тем, что он имеет совесть! А сейчас мы собственными руками убиваем наших старых союзников, ха-ха. Задайтесь вопросом, а люди ли мы вообще после этого?

– Да мы и сами не хотели так поступать, но они действительно твердолобые животные! Даже если они будут прекрасно знать, что их сила не потребуется, всё равно назойливо пойдут на гору Тяньчжу! Даже самые глумливые насмешки простодушные Священные звери превратят для себя в добрые слова.

Чен Чун грустно повествовал:

– К примеру, я слышал, что тысячи лет назад во время Битвы за Захват Небес, когда мощь и сила трёх Священных земель достигла поры самого расцвета и помощь леса Тянь Фа больше не требовалась, Император обратился к Мудрейшему Тянь Фа с такими словами: «В этот раз победа определённо будет за нами. Как говорится, чтобы отрезать курице голову, не нужен нож для убоя быков. С такой силой как у Мудрейшего, нет необходимости вступать в эти военные действия, но вы всегда можете замкнуть ряды нашей колонны. Ваше сердечное отношение и доброту мы никогда не забудем».

Этими словами Тянь Фа якобы были исключены из участия в Битве за Захват Небес. Но в то время Мудрейший ответил вот как: «Всё в порядке. Доброта не доброта, давайте поговорим об этом после войны. В этот раз я должен истребить их всех до одного. Разве не будет веселее использовать нож для убоя быков, чтобы отрубить головы этим курам? Я услышал ваши уклончивые речи».

После этих слов Чи Тяньфэн и остальные мастера ехидно засмеялись, не иначе как над Мудрейшим Тянь Фа, вообразившим себя умником.

Этот случай Чен Чун представил как шутку, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу.

Однако после сказанного Лэн Дун стал ещё серьёзнее:

– Священные звери – остолопы! Да их наивность и простота – это величайшая ценность! Неужели это так смешно?

Он сделал паузу и сказал:

– Из-за своей простоты они никогда не строят козни. Поэтому издавна никто никогда не переживал, поручая какие-либо дела Тянь Фа! Им можно доверить даже защиту своей собственной задницы, не беспокоясь о последствиях! А люди так умеют? три Священные земли и сами без опаски могут доверить свои спины Тянь Фа, но осмелится ли какая-нибудь из трёх семей подставить своё плечо остальным двум семьям?

– Такие надёжные и честные боевые друзья – очень редкое явление! Но вы вдруг называете их идиотами и глупцами! И, исходя из таких забавных доводов, вы действительно собираетесь истребить всех Священных животных?

Чен Чун выпрямился и повысил голос:

– Лэн Дун! Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? Или забыл собственное положение? Ты ведь и сам представитель человеческого рода! Неужели ты думаешь, что это такое большое дело – удостоиться доброты от этих диких животных? Если у нас появилась такая прекрасная возможность, так почему бы не стереть эту позорную историю?

– Стереть эту позорную историю?! Ты действительно считаешь её такой унизительной?! – Лэн Дун посмотрел на него с ужасом: – Господин Чен, независимо от того, унизительно это прошлое или нет, но, в конце концов... в конце концов, это – случившаяся история. Такую истину трудно уничтожить, как ты сможешь её стереть? Даже если три Священные земли перережут всех Священных животных и истребят их как вид! Неужели таким образом можно будет изменить прошлое?

– Историю не изменишь! Но книги по истории можно переписать! – угрюмо сказал Чен Чун: – Лэн Дун, ты хотел, чтобы я сказал всё как есть?

Лэн Дун вдруг вытаращил глаза. Он был шокирован такими бесстыжими и мрачными словами Чен Чуна!

Ему потребовалось некоторое время, чтобы дать ответ. Затем бледное лицо залилось алой краской, а глазные капилляры полопались:

– Подлый ублюдок! Ни стыда, ни совести! Действительно конченый хрен! Воплотив свои низкосортные идеи, вы же просто вмешаетесь в ход истории!! Позор нашим предкам! Это поступок бесстыжей сволочи! А вы… у вас у всех такое же мнение?

– Что за чушь! Какой ещё позор для предков! Таким способом мы лишь хотим очистить позор наших предшественников! С древних времен победители получают всё! Это неизменная истина! Та история, которую ты видел, думаешь, всё это правда? Я говорю тебе, история! Это и есть исторические записки! А откуда они берутся? Она не написана обычными людьми! Тогда кто же её написал? А? Победители! Они заставили своих подчиненных изложить её на бумаге! Понимаешь?

Чен Чун был в ярости и кричал:

– Все те исторические записки прошлых династий, которые мы видели, на самом деле являются дневником нескольких победителей! Всё добро и зло внутри этих книг в основном фальшивые. Все они абстрактные! Сплошной эгоизм! Смекаешь? А?!

Как только мы успешно ликвидируем весь лес Тянь Фа, так называемую историю, мы напишем её сами! Если захотим, чтобы Тянь Фа там не было – значит, его имени там даже и не появится! Да кого угодно можно будет вычеркнуть из нашей истории, стоит только захотеть! Мы можем сделать лес Тянь Фа вредоносной опухолью для всего материка. Они же, плюс ко всему, вступили в сговор с Чужаками!

Нужно лишь, чтобы мы остались единственными победителями! А уже потом, спустя сотни лет, будущие поколения будут знать только ту историю, которую мы написали! И именно она будет считаться настоящей, подлинной историей! Понимаешь? Я лишь хочу сказать, что изначально не существовало истинно верной истории! Никогда! – под конец Чен Чун уже чуть ли не рычал во весь голос!

– Но разве вам не будет стыдно? Вы не думаете, что такого рода поступки слишком бесчестны? Ради этой земли вы готовы опозорить настоящих героев! И после этого вы сможете спокойно спать? – Лэн Дун стоял на своём, правой рукой он поднял свою пиалу для вина и снова разбил её вдребезги!

– Совесть? Какая совесть? – усмехнулся Чен Чун. – Только победители имеют право рассуждать о совести! А вот когда наши имена войдут в историю, ты поймёшь, что на самом деле твоя совесть ни гроша не стоит!

Он усмехнулся и продолжил:

– Ты действительно думаешь, что мы только сейчас начали принимать меры против Тянь Фа? Почему их предок Мудрейший был запечатан в Иллюзорном Тумане? Ты действительно думаешь, что Три императора и шестнадцать Мудрейших из Туманного Призрачного Дворца вот так случайно одновременно исчезли?

Ты действительно так наивен? Расскажу всё как есть! Если бы в лес Тянь Фа можно было так просто войти, то он бы давно превратился в тренировочный лагерь трёх Священных земель! Почему мы атакуем только Почтенную Мэй, но не трогаем остальных Священных животных? Почему? Ты, дубовая голова, когда уже, наконец, поймешь всё?

– Получается, что всё это было давно заранее спланировано, – Лэн Дун оторопел, весь его гнев и негодование превратились в бессилие и разочарование. Он опустил плечи и печально сказал: – Если такова правда, то, я надеюсь, что не смогу осознать её до самой смерти! Меня просто тошнит от этого мира людей! Всегда казавшийся мне прекрасным, в конце концов, вдруг стал самым омерзительным! Даже наивысшие три Священные земли – и те такие же!

Я действительно полагал, что мы все – герои Битвы за Захват Небес. Что мы ни в чем не повинные герои, только и всего. Эхе-хе-хе, кажется, что я ошибся. Очень сильно ошибся! – разочарованно сказал Лэн Дун.

Его лицо выражало подавленность и печаль.

– Отвратительно, угнетающе – ну и ладно! Красиво или безобразно, такова настоящая жизнь! И именно эта жизнь создала историю! – Чен Чун был суров. – Итак, отбрось мне это своё сочувствие и рыцарство! В этом мире тебе нужно сделать всего лишь две вещи: во-первых, выжить; во-вторых, победить! А об остальном просто не заморачивайся!

– Что же касается героев... хе-хе-хе... – Чен Чун усмехнулся, а его голос стал мрачным и подавленным: – Лэн Дун, ты знаешь, откуда берутся эти герои? Я скажу тебе! Герой. Да если мы, три Священные земли, захотим, то можем вмиг превратить какого-нибудь бродяжного извращенца в великого героя! Как? Сказать об этом один раз, затем второй и третий!

Если об этом скажет один человек, ему просто никто не поверит! Но если заговорят сотни – то это уже своеобразная реклама! Как только об этом услышат сотни тысяч людей – этот извращенец уже станет героем! Великим и славным героем! Смекаешь? Пусть даже изначально он был самым настоящим дерьмом, но стоит только подуть в правильном направлении, и всё. Ещё один герой на всю жизнь!

Глава 782. Стихия воды! К бою!

Глаза Чен Чуна сверкнули:

– Это не просто эгоизм! Мы постоянно готовимся к Битве за Захват Небес и, спрашивается, ради чего? Неужели только ради нас самих?! Это ради всего человечества! Ради всего народа! По поводу этого у нас чистая совесть!

Чен Чун на минуту прервался, потом сделал свой голос погромче, словно он оправдывался или пытался убедить сам себя, и добавил к вышесказанному:

– Мы делаем это ради всего человечества! Ради всего народа! Наша совесть чиста! Вне зависимости от того, что мы делаем, это всё оправданно! И все, кто против нас, будь то Чужаки, Священные животные Тянь Фа или кто-то другой, все они – преступники и грешники!

Не успел он закончить фразу, как тут же схватил пиалу с вином и дерзко осушил её залпом, и ещё свирепее добавил:

– Мы никогда не вели себя как эгоисты, наша совесть чиста!

Эти слова были сказаны не для того, чтобы убедить Лэн Дуна, а, наверное, больше для самого Чен Чуна! И он вполне справился с этой задачей!

Пиала из-под вина разбилась вдребезги, и её осколки разлетелись по земле, с характерным чистым и звонким эхо. В это время в пещере пока не возникало никаких других звуков. Даже казалось, что звук разбитой пиалы был каким-то далёким и нереальным.

– Наша совесть чиста значит! Ха-ха-ха… – Лэн Дун громко рассмеялся. Он хотел взять пиалу и выпить вина, но обнаружил, что она уже непригодна для этого. Поэтому он просто взял кувшин с вином, открыл его и начал жадно пить прямо из горла. Светло-голубая жидкость текла из уголков его рта. Дыхание его стало учащенным. Он с грохотом поставил кувшин обратно на землю. В его животе плескалось двадцать пять литров вина.

Сначала он стоял прямо, с ровной спиной, потом начал покачиваться из стороны в сторону. И, наконец, обессиленно рухнул на своё место. Взгляд его был мутным и неясным. Он бормотал себе под нос:

– Наша совесть чиста!

Потом он вдруг притих, из его глаз выкатилось две слезинки, а вслед за этим он опустил свою голову на колени и вдруг зарыдал во весь голос!

Достопочтенный мастер и вдруг зарыдал навзрыд перед всеми!

Все его убеждения, которым он следовал на протяжении всей своей жизни, понятие справедливости, непоколебимой и устойчивой, - всё это разлетелось вдребезги от одной фразы – «наша совесть чиста!»

В эту минуту Лэн Дун, Достопочтенный Мо Тун был просто разбит этими тремя наглыми бесстыжими словами!

В этот момент остальные четверо мастеров замолчали, в пещере только был слышен плач Лэн Дуна. Его душераздирающий плач!

А звуки горьких рыданий в этом мире раздавались каждый божий день!

Но плача Достопочтенного мастера было достаточно, чтобы потрясти весь мир!

Обычно Лэн Дун отличался особым беспристрастием ко всем делам. Всегда был смелым и решительным, а его техника – дерзкой и лаконичной! За весь год трудно было услышать от него и пары слов. Человек такого склада характера не только сегодня решился и высказал своё мнение, но и вступил в бурный спор. А в итоге, совершенно потеряв надежду, не выдержал и разрыдался!

Потому что он, наконец, понял, что всё, чего он всю жизнь упорно придерживался, на самом деле оказалось полным бредом! Вместе со своими приятелями, которых он знал уже не одну сотню лет, он двигался в прямо противоположном направлении от того, чего так упорно держался!

Так называемая «справедливость» – это не более чем прикрытие для насилия! Так называемая «честность» – ловкость и хитрость! Так называемое «ради благополучия всего народа» – не более чем простая отговорка! Предлог, чтобы продолжать спокойно добиваться славы и богатства!

И этих оправданий он придерживался всю свою жизнь! Считал своим незыблемым законом!

А в итоге это всё оказалось сплошным обманом! Он был обманут и использован!

Довольно долгое время спустя, Са Цинлю неслышно вздохнул и пробормотал:

– Брат Лэн. Ты в самом деле очень самоотверженный человек! Мне даже стыдно за себя!

Чен Чун выглядел очень тоскливым. Его борода немного задрожала, и он произнёс:

– Ложь и правда. Что правильно, а что нет. Какой смысл сейчас говорить об этом? На носу – большая битва, и после неё мы вряд ли все сможем вернуться живыми. Уверен, в лучшем случае останется двое или трое, которым удастся счастливо отделаться и спастись! Даже может дойти до того, что из всей армии погибнет где-то процентов восемьдесят! Разве в такое время стоит говорить про справедливость и порочность? Это просто смехотворно!

Чи Тяньфэн, рассмеявшись, сказал:

– Верно! Возможно, после этой войны, всё в этом мире перестанет иметь какое-то отношение к нам! Пусть и стыдно, или не стыдно, но всё это в конечном счете превратится в пыль. А мы станем облаками дыма! Брат Лэн, не стоит так принимать всё близко к сердцу!

Цуй Чанхэ нахмурился:

– Брат Чен, брат Чи... Я никак не могу понять одного. Нас было девять мастеров, когда мы прибыли сюда. Но сейчас нас осталось всего шестеро. Для схватки с этим выдающимся загадочным человеком у нас действительно недостаточно сил. Нам нужно отправить прошение, чтобы нам прислали подмогу. Подкрепление может добраться до нас примерно за три дня, а этого вполне достаточно, чтобы успеть к Битве! Почему вы, двое, всё никак не соглашаетесь попросить подкрепления?

Чен Чун серьёзно улыбнулся:

– Если бы нашим противником был Четырнадцатый Шао из Подземного Мира – попросить помощи было бы вполне оправдано. Но наш противник вовсе не Четырнадцатый Шао! Брат Цуй, достигнув нашего уровня силы, тем более нас здесь шесть человек, нам лучше уж умереть, чем опуститься до того, чтобы выпрашивать подмоги!

Чи Тяньфэн горько рассмеялся:

– Верно! Мы можем потерпеть поражение! Можем умереть! Но мы, во что бы то ни стало, не можем просить помощи! В особенности перед наступлением Битвы. Как мы можем начать просить о подкреплении! Вне зависимости от того, какими будут результаты этого сражения, это будет известно только после сражения. А, стало быть, и решать их будем потом. Если мы сейчас, ещё до начала военных действий, испугавшись, начнём просить о помощи… ха-ха, если мы даже и выживем, как мы после того сможем смотреть в глаза своим сослуживцам?

– Как говорится, люди высокого положения чувствуют себя одиноко! Мы высокопоставленные персоны, и мы должны с достоинством соответствовать своему положению, мы можем погибнуть, но никогда не склоним голову! У каждого в жизни есть своя дорога, и, выбрав её однажды, ты должен до конца идти по ней, не поворачивая голову! Особенно, если ты уже добился соответствующих достижений, у тебя тем более нет шанса свернуть с этого пути! – Чен Чун равнодушно произнёс: – А мы как раз сейчас находимся в таком положении!

– Это наша гордость и в то же время наше горе! – добавил Са Цинлю, горестно вздохнув.

– К чёрту гордость! К чёрту горе! – громко прокричал Лэн Дун: – Вы кучка лицемеров! Хреновы святоши!!! – а потом он рухнул на землю и захрапел.

Хотя он и Достопочтенный мастер, в этот раз он не использовал Суань, чтобы противиться действию алкоголя. И, в конце концов, он выпил целых двадцать пять литров!

Достопочтенные – тоже люди, и они тоже могут напиться! Хотя ему не составляло труда применить Суань, и в мгновение ока вывести алкоголь из своего организма наружу, но в этот момент Лэн Дун совсем не хотел трезветь!

Сейчас ему хотелось оставаться пьяным!

Чтобы не думать ни о благополучии народа, ни о справедливости и порочности. Он хотел оставить всё это где-то позади!

И просто быть нажравшимся в стельку!

Остальные четверо мастеров нахмурились и одновременно горестно вздохнули. Молча осушили свои пиалы с вином. Быстро и резко, словно им тоже хотелось пребывать в таком же состоянии, что и Лэн Дун. Быть вдребезги пьяными, отпустить все свои печали. Однако они и не подозревали, что весь их разговор от начала и до конца был подслушан одним человеком.

Цзюнь Мосе следовал по пятам за Чи Тяньфэном и, используя технику невидимости, благополучно зашёл вместе с ним!

Сейчас Цзюнь Мосе сидел где-то в земле под пещерой! Внимательно слушая и медленно обдумывая!

Учитывая состояние пяти мастеров на данный момент, Цзюнь Мосе был уверен, что может разделаться в одиночку с любым из них. Но его целью было – разобраться с ними со всеми одним махом. И это казалось весьма трудной, даже невыполнимой задачей!

Поэтому Мосе не терял зря времени. Он всё время, непрерывно распылял снаружи густое голубое сияние! А потом, после циркуляции, медленно всасывал его обратно, только с другой стороны.

Внешняя диффузия голубого сияния из густой переходила в слабую и медленно исчезала. Распыляясь в разные стороны, потом снова всасываясь и делая переход обратно. Из слабой субстанции в более плотную, а затем в прежнюю густую. И потом она снова возвращалась в тело Цзюнь Мосе.

Мэй Сюэ Янь, занимавшаяся процессом совершенствования в Пагоде Хунцзюнь, вдруг услышала журчание воды. Она тут же с любопытством открыла глаза и увидела в пространстве изумрудно-зелёный водяной столб, который вздымался вверх. Медленно менялся рельеф Пагоды на болота и озера, которые непрерывно продолжали увеличиваться, а мощность водяного столба тоже прилично росла!

Этот чистый и прозрачный водяной поток постепенно сформировал в Пагоде небольшое озеро.

Наряду с этим, снаружи, из всех близлежащих гор с большой скоростью иссяк весь уровень воды. И все находящиеся там деревья тоже с невиданной скоростью засохли.

В это мгновение Цзюнь Мосе применил стихию воды, и, на удивление, из всех источников воды в радиусе пятидесяти ли, будь то горные источники, подземные реки или корни деревьев, он изо всего вытянул жидкость!

Вся гора в одночасье превратилась в настоящий пустынный бархан!

Сейчас вряд ли можно будет отыскать хотя бы капельку воды! Высохло всё подчистую!

Кругом одна засуха! Огневая атака вот-вот начнётся!

Если сражаться одновременно со всеми этими Достопочтенными, силы Мосе будут крайне ничтожны! Пусть даже сейчас они пребывают не в лучшем своем расположении духа, и их бдительность уменьшилась из-за действия алкоголя. Если даже Мосе прибегнет к внезапной атаке, в лучшем случае, он сможет справиться только с кем-то одним!

Но, однако, Мосе хочет разделаться сразу с пятерыми! Максимум помиловать только одного Достопочтенного Мо Туна! Потому что очевидно, что он – единственный самоотверженный человек из них! Разумеется, если он не оценит жест доброй воли Цзюнь Мосе, он может быстренько и его убить!

Все, на что Мосе сейчас может опираться – это только пять стихий!

Металл, дерево, огонь, вода и земля!

Если сказать, что стихия воды уже готова к наступлению!

Тогда стихия огня. Это – её начальный этап!

Нужно только лишь начать, а потом потянутся волна за волной новые непрерывные атаки!

И они не закончатся, пока не добьются смерти!

Но в то же время, когда он подготавливался, он тяжело вздохнул. Три Священные земли вовсе не понимают разницы между добром и злом, правдой и ложью, и не ведут бесед о справедливости! Такая сила, в самом деле, ничтожна, и не только истоки, но и их последователи!

К примеру, Лэн Дун!

Из всех девяти прибывших, он единственный, кто усомнился в этом!

Отрицал эти действия! А все остальные думают, что так поступать – это в порядке вещей. Даже считают, что в их руках история, они могу переписать её, внести что-то новое! Они считают свои действия настоящим подвигом для истории!

Глава 783. Сила огня! В атаку!

То, что сказал Чен Чун, безусловно, имеет свой смысл!

Но... Если все люди в этом мире будут действовать, исходя из такого образа мышления и с такими нормами поведения, тогда весь мир будет обречён на плачевный конец. Даже если в этом нет необходимости. Мы должны в какой-то степени придерживаться нашей совести!

Если в сердцах всего человечества останется только жажда славы и выгоды, а границы добра и зла будут уничтожены, тогда здесь уже не поможет даже Мудрейший!

Эти слова: «Наша совесть чиста» ударили не только по Лэн Дуну, даже сам Цзюнь Мосе почувствовал некую досаду.

«Если можно так спокойно позабыть о сделанном тебе добре и отвернуться от благодетеля лишь из личной выгоды, да ещё и «с чистой совестью»… Тогда уж лучше я стану подлым и грязным бандюганом, нежели вот так!

Даже так, пусть слова Чен Чуна и имеют свой резон, но что же мне, моей семье, всем Священным животным леса Тянь Фа молча смотреть, как они творят произвол? Значит, из этого следует, что людям нужно лишь дать лучшие условия для будущей жизни, и тогда ты будешь героем? Однако если они не получат даже минимальной защиты, не говоря уже о чём-то большем, тогда ты уже не герой человечества – ты просто самый настоящий кретин!»

Вспомнив о том, во что они превратили Мэй Сюэ Янь – такую талантливую прекрасную девушку, Цзюнь Мосе вдруг потерял контроль над своим гневом!

«Ё*аная эта ваша совесть, ё*аная эта ваша история!» – Цзюнь Мосе был готов разорвать всех их в клочья!

А в это время процесс сбора здешних водяных источников подошёл к концу.

И речь идёт не только о том, чтобы сжечь здесь всё дотла. Есть ещё одна цель: Цзюнь Мосе хочет создать хорошее купальное место для Мэй Сюэ Янь прямо в самой Пагоде Хунцзюнь. Чтобы она могла не только мыться, но и плавать там в свободное время. Своеобразное развлечение на досуге, как говорится. Иначе она просто сойдёт с ума от одиночества.

Мосе, конечно, может зайти к ней в любое время, но проводить много времени внутри у него не получится. Ведь снаружи есть так много всего, что ему необходимо сделать. В общем, молодой мастер задался этой идеей уже давно. И не только созданием мини-озера. Он вообще собирается переместить в Пагоду много разных увеселений. Кто знает, сколько времени Мэй Сюэ Янь придётся провести в этой Пагоде. Нужно сделать её пребывание там наиболее комфортным!

Это единственное, что может сделать Цзюнь Мосе в данный момент для неё.

В пещере всё ещё сидели четверо, но никто из них не говорил. Все молча пили, сидя на своих местах. Вино постепенно ударило им в головы, а Лэн Дун всё так же крепко спал и похрапывал. На его спящем лице всё ещё был слабый оттенок печали. Спустя какое-то время Чен Чун вдруг рассмеялся и сказал:

– Добро! Такая пьянка не случалась со мной уже несколько сотен лет!

С тех пор, как я прорвался до Великого мастера, это получается… сто, двести, триста сорок лет. Да, триста сорок лет я не пробовал ни капли вина! Но сегодня, в конце концов, я снова ощутил это славное чувство. Простое удовольствие обычного человека! Пусть даже завтра мне придётся умереть в Битве, я не стану сожалеть о сегодняшней пьяной посиделке!

Чи Тяньфэн засмеялся и сказал:

– Жизнь и смерть. Вся жизнь, как сон, ничто не выходит за его пределы! Есть только одна война!

Все сидящие одновременно засмеялись.

В этот момент мужчины вдруг почуяли что-то неладное. Казалось, что прямо в глубинах их сердец одновременно вспыхнуло очень плохое предчувствие. Они остолбенели, переглянулись и резко выскочили из пещеры! Благодаря циркуляции их силы Суань, весь алкоголь мгновенно выветрился из организма!

Высокие горы молчали. Куда ни кинешь взгляд – везде пусто. Под покровом ночи были видны лишь луна и звезды!

– Мы ведь все это почувствовали, верно? Так что бы это могло быть? – Са Цинлю настороженно огляделся по сторонам.

– Это было что-то очень тяжёлое и угнетающее! – Чен Чун с серьёзным видом посмотрел вокруг и, рассеяв свою ментальную энергию, медленно сказал: – Такое необычное ощущение возникает лишь перед лицом сильного врага, похоже, что наш противник уже тут!

– Кажется, что вокруг слишком тихо! Почему нет даже ни единого звука маленьких насекомых? – Чи Тяньфэн оглянулся и вдруг понял: – Почему вдруг стало настолько темно? Куда подевался весь снег и лёд с этой горы? Да ещё и температура здесь какая-то…

После этих слов, остальные три мастера тоже всполошились и посмотрели по сторонам. Действительно, от былого снега не осталось ни следа. На земле осталось лишь одно влажное пятно!

И оно было прямо под ними. Ведь, в конце концов, все четверо выпили сегодня довольно много вина. Образовалась такая влажность!

Да что, чёрт возьми, происходит?

Лицо Чен Чуна было серьёзным. Его взгляд всё также пронзительно что-то искал. Вдруг он удивился:

– То, что температура поднялась, это ещё ладно. Но почему вдруг здесь стало так сухо? Ведь сейчас только начало праздника Весны (февраль), природа только отходит ото сна, что могло вызвать такой феномен?

Все четверо сделали глубокий вдох.

Кажется, что их подозрения оказались не напрасны.

Невероятно сильный противник уже здесь! Другого объяснения здесь просто не может быть!

– Я знаю, что ты здесь! А раз уж ты пришёл, то будь добр, назови своё имя! Рано или поздно мы вступим в бой. Каждый из присутствующих является выдающимся мастером. Так что к чему все эти коварные уловки и молчание! Это даже немного смешно и по-детски!

Чен Чун перевёл дыхание и осторожно огляделся. Хотя вокруг царила кромешная тьма, он использовал свою силу Суань, чтобы внимательно всё осмотреть. Однако ничего не изменилось. Всё было так же, как и с утра! Действительно не обнаружилось никаких аномалий. Его голос распространялся повсюду и эхом отдавался в пустых горах.

Из далёкого ночного неба вдруг донеслась таинственная холодная усмешка. Хохот был слегка хриплый и старческий. Смешавшись с тоном подавленного гнева, этот голос старался говорить весьма мягко:

– Три Священные земли. Ох, действительно необыкновенное явление. Группа Достопочтенных хрычей в возрасте трёхсот или четырёхсот лет обидели моего восемнадцатилетнего ученика. На самом деле, их было девять! Ох, как же это меня потрясло, я ведь всегда восхищался Святыми землями!

Он засмеялся и резко сказал:

– Возраст каждого из вас превышает его годы больше чем в двадцать раз. Я хотел бы спросить у Достопочтенных: вам так нравится обижать слабых?

Чен Чун весь покраснел и, стараясь избегать заданного вопроса, спокойно сказал:

– Должно быть, сам наставник молодого Цзюнь Мосе пожаловал к нам. Хе-хе, осмелюсь спросить, как же нам вас величать?

Таинственный старческий голос разносился по ветру и очень холодно сказал:

– Как меня зовут вообще вас не касается.

– Вам нужно только знать, что если вы замышляете что-то против жены моего ученика, тогда вам придётся сполна заплатить за это! – в этих словах чувствовалась настоящая смертельная угроза, охватившая весь лес вокруг!

– Заплатить? Хаха… – Чен Чун громко усмехнулся: – Я даже не знаю, о какой ещё такой расплате вы, мой дорогой друг, говорите! Что же такого вы собираетесь сделать, чтобы заставить три Священные земли заплатить за содеянные дела? Неужели вы думаете, что вашей силы будет достаточно, чтобы справиться с нами?

Когда Чен Чун заговорил, Чи Тяньфэн, Са Цинлю и Цуй Чанхэ уже раскрыли свои силы и начали поиск своего противника. Было проведено детальное исследование всего пространства. Но странно было то, что хоть старый голос и звучал ясно, в районе десяти футов так ничего не было обнаружено!

– Не надо мне махать этим лозунгом «три Священные земли», бла-бла-бла, меня этим не напугаешь! В моих глазах они выглядят не лучше изодранных табличек на блошиных рынках для привлечения покупателей! Ваши три Священные земли – словно шлюхи, строящие из себя саму невинность! Одно отвращение! Чен Чун, ты слишком высокого мнения о них! Не только вы отплатите мне по счетам, но и ваши грёбанные три Священные земли получат за всё сполна! И это даже не обсуждается!

Слегка хриплый голос стал ещё громче, а огромная духовная энергия, которой хватило бы, чтобы сотрясти весь материк, внезапно огромной бушующей волной захлестнула всё вокруг!

Абсолютно всё!

Ужасная духовная сила распространилась во всех направлениях, словно огромная гора придавила всю землю!

Чен Чун и остальные мастера задрожали от страха!

Такая мощь уже превысила их когнитивные возможности! Они никогда не видели подобного! Такая неукротимость! Такая заносчивость! Будто сама энергия небес поднималась внутри неё!

Четыре мастера внезапно почувствовали себя маленькими плотами, движущимися в разбушевавшемся море! И у них не было сил справиться с надвигающейся опасностью!

Все четверо были в панике!

Такие способности превосходят даже Мудрейшего мастера!

Кто такой этот таинственный учитель Цзюнь Мосе? Как его сила может достигать такого ужасного уровня?

Даже Четырнадцатый Шао из Подземного Мира на такое не способен!

Внезапно раздался жуткий хохот, и он мгновенно заполонил всё ночное небо.

Старческий хриплый голос сурово сказал:

– Лягушка на дне колодца не знает, насколько огромен млечный путь. Я покажу вам, младшее поколение трёх Священных земель, какова моя настоящая сила!

Сделав небольшую паузу, он свирепо закричал:

– Сила огня! Если не сейчас, то когда?!

С этими словами внезапно раздался резкий звук, напоминающий треск и шипение. И целый горный пик вспыхнул, словно спичка! Пламя устремилось в небеса на несколько сотен футов!

Если до этого в темноте ночи было ничего не видать, то теперь со всех сторон поднялся яркий столп огня! Всё кругом горело, даже земля вокруг четырёх мастеров была охвачена пламенем!

Целая гора – вся в огне! Без малейшей причины!

Глава 784. Огненный дракон гонится за нами!

Четверо мастеров одновременно изменились в лице, с их лбов капал холодный пот!

Очевидно, исчезновение всей влаги из гор – это ещё один таинственный прием! Он, оказывается, даже может контролировать огонь? И менять времена года?! Где заканчиваются его потрясающие способности, нарушающие законы природы! Огонь и вода с давних времен были беспощадными и безжалостными стихиями, разве кому-то под силу управлять ими? Никогда ещё не было человека, способного на это! Даже могущественному Шао из Подземного мира и то такое не под силу!

Однако сейчас, прямо на их глазах произошло как раз такое удивительное явление! Мощный пожар, заполняющий собой всё. С непрекращающимися тепловыми волнами. Сжигая и плавя всё на своём пути, нёсся прямо на четырёх мастеров!

Все они почувствовали удушье, их одежда вот-вот уже должна была загореться, а волосы на голове опалиться! И это ещё, учитывая сдерживающий слой Суань, который они сразу же применили для обороны, иначе бы благодаря огромному количеству спирта, содержащегося в их телах, они бы в мгновение ока могли бы превратиться в жареных свиней!

Однако человек, который контролировал огонь, так до сих пор и не появился. И их сердца были ещё больше объяты ужасом! Хотя этот огонь неистово пылал, он всё же не мог сжечь заживо Достопочтенных мастеров! Но стоило только их противнику сказать слово, и с лёгкостью вся гора могла в мгновение вспыхнуть. Разве может умысел быть таким простым? Он только и ждёт, когда кто-нибудь из мастеров покинет своё место, и столкнется с ним!

Сражаясь с таким могущественным противником, как он, стоит только раз ошибиться или промахнуться, и последствия будут необратимы!

До сих пор этот таинственный человек не показался, но мастера без труда могли догадаться, что он просто находился где-то поблизости и пристально наблюдал за ними. Словно ядовитая гадюка всегда был готов броситься в бой и нанести своему врагу смертельный удар!

Этот человек только и ждёт удобного случая, чтобы напасть. Тогда кто-то один из четверых мастеров обязательно угодит в его ловушку! Это, вне всякого сомнения! Поэтому то, четверо мастеров не решались и шевельнуться! Лучше уж продолжать терпеть бушующее пламя, чем броситься на собственную смерть. Как раз в этот момент один мастер рванул через пещеру! Пятый Достопочтенный мастер, Лэн Дун!

Он с головы до ног был пропитан винными парами. И словно мотылёк, летящий на верную смерть, он внезапно взлетел прямо на огонь, при этом крича и громко смеясь:

– Ты, тот таинственный выдающийся человек, ты наконец-то прибыл? Ха-ха-ха, я, Лэн Дун, ждал тебя уже так долго! Убить Мэй Сюэ Янь, надавить на Цзюнь Мосе – это всё было моей идеей, чтобы наконец-то ты смог показаться нам! Я тот человек, который придумал этот план! Иди же, раз ты такой крутой, и забери у меня мою жизнь!

Чен Чун в большом изумлении прокричал:

– Лэн Дун! Вернись!

Но Лэн Дун всегда отличался высокой скоростью передвижения, и не успели они заметить, как он рванул прямо в пламя, и уже бесследно исчез!

В воздухе лишь осталось эхо его яростного крика:

– Выходи! Давай же, ну! Вот он я, прямо перед тобой! Выйди и убей меня! Это всё придумал я! Я не боюсь тебя!

Его неистовый крик заполнил всё пространство пещеры и раздавался между стенками пещеры. Он выпустил Суань и метнулся, словно вспышка молнии! Из-за оболочки Суань его тело не горело в огне!

В один миг все четверо мастеров услышали, что надрывный пронзительный крик Лэн Дуна становился всё дальше и дальше от них. Однако этот таинственный человек до сих и не появился! Оказывается, жертва Лэн Дуна была бесполезной.

Все четверо мастеров одновременно переглянулись, в их глазах застыл лишь один вопрос: что делать дальше? Как нам быть?

Чен Чун, стиснув зубы, произнёс:

– Здесь становится всё опаснее, мы больше не можем оставаться здесь. Давайте сначала выберемся, а потом и обсудим, что делать дальше! Мы во что бы то ни стало не должны разделяться! Только объединившись вместе, мы можем сформировать достаточную силу для атаки. Боюсь, что если мы будем действовать поодиночке, то противник просто разгромит нас! – Чи Тяньфэн и остальные согласно кивнули.

– Уходим! Сначала выберемся отсюда, а потом всё обсудим! – хотя этот огонь не мог нанести урон их телам, всё же следствием продолжительного горения стало то, что кислород в пещере был уже полностью уничтожен огнём! Температура воздуха постепенно поднималась и стала ужасающе высокой! Каждый вздох для них был равносилен тому, словно они вдыхали в себя раскаленные угли.

Достопочтенные мастера тоже люди, и им тоже нужно дышать воздухом. В такой неблагоприятной среде даже Достопочтенные мастера не могут находиться слишком долго!

– Уходим! – Чен Чун отдал приказ, и четверо мастеров одновременно взлетели. Одним рывком они преодолели расстояние в несколько десятков чжан. Они стремительно помчались на запад! Там находилась большая гора, полностью покрытая снегом и льдом! И к тому же, она была в несколько раз выше этой, где они находились ранее! Её размеры тоже в десятки раз были больше этой. И самое важное, эта гора соединялась с множеством других горных хребтов и холмов.

Допустим, ты такой крутой и могущественный, но разве тебе под силу осушить все горные вершины?

Все четверо придерживались этого мнения, и словно четыре быстрых метеора в одночасье достигли вершины горы.

В это время в воздухе раздался сиплый голос, говоривший с усмешкой:

– Кто бы мог подумать, что вы ещё вздумаете убегать от меня? Ребятки, вы просчитались! Стихия огня, в погоню!

Вслед за этим приказом, свет от огня блеснул, и на их глазах развернулась удивительная, уму непостижимая картина, которую они никогда не наблюдали ранее. Внезапно огромного размера огненный дракон в одночасье захватил близлежащие лесные угодья! Всё было объято огнём, словно бескрайнее море огня! И четыре силуэта, спасающиеся бегством от этого огненного моря!

Огненный дракон преследовал их, он был совсем рядом, их отделяла совсем небольшая дистанция друг от друга! Куда бы они ни побежали, он всюду следовал за ними и нисколько не отставал от них!

Горячие волны непрерывно, одна за другой, вздымались к небу, едва заметно прикасаясь к их коже, заставляя почувствовать, что сама смерть дышит им прямо в спину!

Они летели и дрожали от страха! Изредка поворачивая голову и видя, что огненный дракон всё ещё преследует их. Они ещё больше приходили в ужас!

Как вообще такое возможно? Один человек может контролировать огромный пожар?! И тем более, создать огненного дракона, словно живого, чтобы преследовать своего противника!? Такое они не то, что не видели, даже и никогда не слышали о подобном! Этот загадочный учитель Цзюнь Мосе в самом деле настоящий чудотворец!

Разве обычный Достопочтенный мастер может быть достойным соперником для такого человека? Не то, чтобы сражаться с ним… на это раз одним своим появлением они накликали на себя такую беду!

Не говоря уже о том, что если он попадёт в Священные земли, своим ужасающим огнём он запросто может уничтожить наследие отцов, которое они копили на протяжении долгих лет!

Хотя подчиненные вряд ли получат повреждения и ранения. Но если эти труды, наследие отцов, в одночасье будут уничтожены, для многолетней репутации трёх Священных земель это нанесёт непоправимый ущерб, позор, от которого уже никогда не отмыться! В небе ускользали четыре человеческих силуэта, на земле же свирепствовал безумный пожар!

Чен Чун, продолжая улепётывать, закричал:

– Ваше превосходительство, неужели из-за личной вражды вы готовы сжечь все горы и леса? Здесь, в радиусе нескольких тысяч ли, проживает несколько сотен семей, разве вам наплевать на них? Для них это – средства существования, неужто в вас нет и капли человечности?

Старческий голос с издёвкой произнёс:

– Благополучие всего мира и всего народа? Разве это всё не заботы и обязанности трёх Священных земель? Каким боком это имеет отношение ко мне? Я только знаю, что жену моего ученика убили! И её убийцы должны собственной жизнью заплатить за это!

Всех преступников нужно уничтожить! Что касается остальных людей, умрут, ну и пусть умрут, разве тут можно чему-то удивляться? Но если вам и в самом деле не безразлична их участь, вы можете прекратить бежать, и тогда огонь не будет приносить вред невинным людям. В этом бедствии есть и моя вина, но и нельзя отрицать ваше причастие к этому! Если действительно думаете о благополучии всего живого, тогда просто принесите себя в жертву!

Чен Чун замолчал. Он не ожидал, что этому загадочному человеку настолько нет дела до остального мира!

У Чен Чуна была крошечная надежда, что этот человек может оказаться благородным и талантливым отшельником. И тогда он сможет оказать влияние на него, поговорить с ним, заставить его ради благополучия всего народа отбросить их вражду и договориться о перемирии.

Но сейчас он совершенно отчётливо понимал, что если и продолжать говорить с ним об этом, это будет только пустая трата времени! Только лишь можно ещё больше опозориться! Ему абсолютно на всё плевать!

Он прекрасно понял, что он имеет в виду:

«Если вы считаете себя героями, тогда прекратите бежать!»

Он определённо не нравственный человек, который заботится о мире! Он настоящий дьявол во плоти! Такой человек способен на все, что угодно, он может сильно потрясти людей!

«Но мы тоже не жертвенные агнцы, чтобы так просто отказываться от своей жизни в пользу обычных людей. Жизнь Достопочтенного мастера не настолько ничего не стоит!»

– Эм, мы уважаем вас и не хотим враждовать с вами. Но, однако, и представить себе не могли, что вы настолько жестокий и бездушный человек, пусть вы обладаете очень высоким уровнем совершенствования. Я, как настоящий Достопочтенный мастер, презираю вас и ваши чудные способности! Такая нечисть, как вы, должна быть стёрта с лица земли! После этого три Священные земли вынуждены объявить всему миру, что вас нужно непременно убить! Вы настоящий демон и заслуживаете смерти! – Чен Чун, полный возмущения, прокричал.

– Вы говорите так напыщенно, однако почему же все-таки не останавливаетесь и всё продолжаете бежать? Давайте же, остановитесь и прикончите меня, демона этакого! Я скажу вам вот что! Я убью вас, и моя совесть будет совершенно чиста! – глухой голос продолжал подшучивать с ними. – И это вовсе не из-за своих личных целей, это всё ради благополучия всего народа. Чтобы освободить их от вашего, трёх Священных земель, вечного обмана и гнета! Моя совесть чиста!

Чен Чун яростно сплюнул!

Было очевидно, что он подслушивал их разговор! И сейчас говорил так, как Чен Чун говорил, убеждая Лэн Дуна. Только он, конечно, подправил некоторые места!

Но больше всего четверых мастеров ужасало то, что они бежали уже так долго, к тому же быстро, прилагая все свои силы, но его голос всё также крутился над их головами. Сохранял дистанцию, не отставая и не приближаясь! Тем не менее они, даже применяя все свои магические приемы, не могли узнать, в каком конкретно месте он находится!

Глава 785. Лёд и пламя

Они отчётливо ощутили его рядом с собой, однако так ничего и не было видно! Это всё очень пугало всех четырёх Достопочтенных! Кроме того, надо быть начеку, чтобы отразить внезапные атаки противника, а также быть готовыми самим нанести удар! Не стоит недооценивать этого огненного дракона! От его удара даже Достопочтенному не поздоровится!

Все четверо ринулись бежать, а огромный дракон осветил почти всё небо в ярко-красный свет. Просто невероятное зрелище!

Однако никто и представить себе не мог, какую смертельную опасность хранит в себе эта красота!

Пролетев около тридцати километров, дракон, наконец, остановился!

По-видимому, у него тоже существуют некоторые рамки для передвижения. Он не может преследовать этих мастеров вечно!

Все четверо, наконец, смогли вздохнуть с облегчением. Они спрятались в горах неподалёку. Успокоившись, каждый из них оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что остальные мастера всё ещё рядом.

Впереди раздался оглушительный звук. Оказалось, что внутри этой горы находился огромный водопад! Он брал своё начало аж в ста футах высоты. Поток воды с маленькими кусочками нерастаявшего льда, словно маленькие камешки нефрита, с грохотом падал в маленькое озерцо, вызывая тем самым невероятные брызги до самых небес!

– Все идем к водопаду, чтобы охладиться от этой жары! – Чен Чун вытер своё лицо и со всех сил помчался вперед! Его слова были немного странными, ведь сейчас только начало весны, откуда может вдруг взяться такой зной.

Чи Тяньфэн с остальными мастерами, словно стрелы, полетели прямо в направлении водопада. У всех на уме была одна и та же мысль:

«Ну и как же ты теперь будешь использовать свою силу огня? Тут же кругом вода!

Вода и огонь – несовместимы! Даже если вы действительно можете поджечь всю гору, у нас достаточно воды, чтобы справиться с этим огнём! Под водопадом мы неуязвимы!»

В воздухе послышался хриплый смех:

– Молодое поколение из трёх Священных земель, вы думаете справиться с моим огнём с помощью этой воды? Вы такие наивные! Лягушки на дне колодца, в прямом смысле, ей богу! Сейчас вы увидите мою стихию воды! И тогда вы пожалеете!

В это же время Чен Чун и остальные мастера лишь закатили глаза, ведь им казалось, что старик их просто дурачит! Если бы у него действительно имелись такие силы, разве он стал бы о них так просто рассказывать? Старик явно пытается не дать им добраться до водопада!

«За дураков нас держит! Кроме того, с древних времён вода и огонь – это две несовместимые стихии!»

Вода и огонь по природе своей являются противоборствующими стихиями! Если вы можете контролировать огонь, да ещё так свирепо, то априори стихия воды вам не может быть подвластна! Разве это не логично?! Если внутри вас существуют обе силы, тогда они уже давно должны были разорвать ваше тело на части!

Четверо Достопочтенных были уверены в своей правоте. Поэтому без колебаний встали около водопада. Прямо перед кристально чистым озером. Повеяло прохладным ветерком, и все мастера тут же почувствовали свежесть! Сделав несколько глотков воды, они почувствовали себя ещё лучше, а жаркий зной практически исчез.

Они вдруг поняли, что пусть даже им и пришлось столкнуться с таким невероятно сильным противником, однако они не могут так просто уйти! Смех в воздухе становился всё громче.

– Что за герой будет вот так ходить вокруг да около! Если у вас есть манеры выдающегося мастера, тогда, пожалуйста, покажитесь нам. Давайте проведём честный бой! Если даже мы погибнем, то не станем об этом сожалеть! – закричал Чи Тяньфэн!

– Честный бой! Да вы этого недостойны! – в воздухе раздался хохот, затем звук этого голоса стал пронизывающим: – С огнём мы на этом, пожалуй, закончим. Теперь я покажу вам мою силу воды!

Чен Чун угрюмо сказал:

– Уважаемый, как человек старшего поколения, вам не стоит вводить всех в заблуждение. Тем самым вы лишь вызываете во мне презрение!

Хриплый голос усмехнулся и сказал:

– Думаешь, смог меня раскусить? Да? Лягушка на дне колодца!

Затем этот старческий сиплый голос заревел:

– Вода небес и земли, слушай мой приказ! Снег и лёд, что в горах растает! А вся вода засияет! – в этот же момент столб воды изумрудно-голубого цвета поднялся ввысь и взорвался! Секунду назад ещё смеявшийся Чен Чун вдруг поднял свои глаза и дико испугался!

Он лишь увидел громадный ледник над своей головой! А рядом с ним действительно находился бушующий поток воды из горного льда и снега! Такое чувство, будто произошел крах всей галактики и грядёт великий потоп!

Вся вытекающая из земли вода внезапно с грохотом начала атаковать со всех сторон!

«Господи!? Может, это просто кошмар, где мы? Пытаясь сбежать из пепелища, сами загнали себя в тупик?! Теперь мы просто утонем!»

Ещё секунду назад вода была их единственным спасением, а теперь она превратилась в их карту смерти!

Водопад разливался в небе на три тысячи футов, заполонив собой всю землю вокруг! Чен Чун и остальные мастера были скованы ужасом!

Опять же, Достопочтенные – тоже люди. Как и остальные, они должны бояться этих непреодолимых сил неба и земли, и силы природы!

Вода под ногами достигла чрезвычайно ужасающего уровня. Почти в мгновение ока! И нет признаков того, что она остановится, темп её роста только увеличивается! Наряду с этим критический момент становился всё ближе и ближе.

Чтобы избежать огня, они нашли самое низкое место поближе к источнику воды. А теперь, как оказалось, они сами загнали себя в безвыходное положение! Такая громадная ледяная глыба свалилась слишком внезапно, что просто некуда бежать!

Отсюда есть лишь один выход! Но даже если все четверо рука об руку возьмутся за дело, нельзя поступать слишком опрометчиво! Кто знает, действительно ли это путь к спасению? Возможно, наоборот – это самое опасное место!

Так как противник уже успел разместить такую скрытную и мастерскую ловушку, следовательно, самый страшный и смертельный удар следует ожидать именно со стороны возможного выхода! Если же нет, тогда… сможет ли этот огромный айсберг раздавить Достопочтенных мастеров?

Это то, о чём думали Достопочтенные, прожившие уже несколько сотен лет жизни!

Ледяная вершина уже плотно насела на другие три стороны, и если они не выберутся наружу, придётся дать отпор прямо там! Нужно лишь приложить общие усилия, и тогда у них есть шанс!

В этот момент выбор Достопочтенных был очевиден. Все четверо выдохнули и запустили скопленную за всю жизнь силу Суань! Словно четыре стрелы были выпущены прямо в огромный айсберг! Четверо Достопочтенных плечом к плечу вспыхнули от огромной силы!

Ладонь уже почти соприкоснулась с этой глыбой льда, и Чен Чун вдруг обнаружил, что из внутреннего слоя льда исходит коварный смех, а вслед за ним виднеется холодный блеск меча! Таинственный враг на самом деле прятался в этом айсберге? Неужели это была преднамеренная засада?

Мы ведь сами перемудрили? И выбрали самый опасный путь к спасению? Но у Чен Чуна уже не было времени думать обо всём этом.

Потому что меч был совсем близко!

У кого есть время думать о такой чуши перед лицом своей смерти!

Грудь Чен Чуна уже ощутила всю остроту этого клинка!

Даже его сердце почувствовало острую боль и самый настоящий ледяной холод!

Смертоносный меч уже здесь!

Чен Чун закричал и, быстро среагировав на ситуацию, наполнил всё своё тело чистейшей энергией Суань. Его скорость стремительно возросла! Принудительный разворот энергии Суань да ещё и в такой короткий промежуток времени не может быть применён так легко. Даже Достопочтенным мастером. Чен Чун заплатит за это изменение, естественно, довольно большую цену!

В этот момент Чен Чун почувствовал, что он потерял контроль даже над собственными руками, а его меридианы находились в полном хаосе. Он был в ужасе. Тот, кто выпустил этот меч, естественно, был сам Цзюнь Мосе.

Следует знать, что глубокое совершенствование силы второго уровня Достопочтенного Чен Чуна теперь задействовано в полной мере, а тело защищено особой техникой. Даже если он будет просто стоять на месте в ожидании удара меча, кровь Яньди и Хуанди, всё равно! Это уже не имеет значения!

Даже если этот клинок попадёт прямо в цель, он нанесёт совсем незначительную травму для Чен Чуна. Это будет, скорее, простой порез и не более! Но зачем он пошёл на такой риск?!

Всё потому, что про себя он всё ещё считал, что человек, выпустивший меч, это – сам Мудрейший!

Даже небольшое прикосновение этого меча способно привести к тяжелым последствиям! Кроме того, противник использует довольно интересную технику фехтования, нанося только смертельные удары! К чему такой риск? Да он даже не думал о существующем риске!

Пусть он и жертвует своей силой Суань, хаос в его меридианах всё равно отступит. Но зато он сможет увернуться от этого «неотразимого и смертельного меча»! Его противник – невиданный мастер, способный контролировать стихию огня и воды одновременно.

Он в одиночку может так спокойно провоцировать четырёх Достопочтенных. Да ещё при этом заставил их убежать в панике от своих атак! Ведь они даже не смогли вычислить его местонахождение! А противник может следовать за ними повсюду!

В мгновение ока в ледяном слое проявилось жуткое присутствие меча!

В сердце Чен Чуна уже глубоко укоренилась мысль:

«Сила этого человека намного выше моих возможностей, это не то, с чем я смогу справиться!»

Поэтому, когда он увидел блеск меча, он подсознательно выбрал отступление.

Отступление любой ценой!

Меч продолжал переливаться, его слабая тень отразилась где-то в слое толстого льда, и хотя Чен Чун уже успел скрыться, меч всё ещё продолжал двигаться вперед! Он ударил прямо по Чи Тяньфэну!

Глава 786. Я не остановлюсь, пока вашей жизни не придёт конец!

Чи Тяньфэн страшно испугался. То, что он разглядел, весьма отличалось от того, что увидел Чен Чун! Весьма резко отличалось! Он увидел множество мечей, одновременно бросившихся в бой! Со всех сторон! Будто прямо сейчас он умрёт! У него от страха сердце ушло в пятки. Он в одно мгновение сделал выбор и последовал за Чен Чуном, хотя старик выглядел ещё хуже. Меч пока не добрался до них, но свежая кровь уже хлынула наружу.

Хотя Са Цинлю и Цуй Чанхэ не подверглись нападению, всё же, этот устрашающий блеск меча уже успел неслабо испугать их. Мастера, даже не сговариваясь, присоединились к остальным! С высоты спрыгнули прямо вниз!

Какие уж тут шутки, если даже сам предводитель и Достопочтенный мастер второй степени Чен Чун тоже бросился вниз? Как же можно оказать сопротивление этому нападению? Следовало бы остаться там и попросту смотреть, как тебя проткнёт этот страшный меч, что ли? И поэтому они все сиганули, будто пловцы с бортиков в бассейне!

Внизу располагалось небольшое озеро, куда они и спрыгнули. Все, без исключения, подверглись ответному удару со стороны Суань. А затем, с обречёнными лицами они увидели, как огромная ледяная гора, словно айсберг, падает прямо на них!

Цзюнь Мосе, висевший в воздухе, хищно улыбнулся. Обнажить свой меч как раз в тот момент, когда эта ледяная гора сваливалась вниз, было действительно очень хорошей идеей. Из-за преломления света, его меч казался ещё огромней, чем он был на самом деле. В отражении он вообще размножился на множество мечей. Поэтому Чен Чун увидел только острие меча, а Чи Тяньфэн и остальные – несметное множество, летящее со всех сторон. Все четверо мастеров упали, а за ними следом и айсберг, прямиком на них! С огромной силой придавив их! Во все стороны разлетелись брызги, доставая до самых облаков!

Озера почти не было видно. Только ледяная гора величественно возвышалась на его месте! Чен Чун и все остальные никак не могли избежать тяжёлых последствий!

Каждый из них чувствовал дикую боль в голове. Они не смогли воспользоваться своей силой, чтобы оказать сопротивление. И неизбежно, все вчетвером были придавлены этим айсбергом прямо ко дну озера! Хотя это озеро нельзя было назвать глубоким, но оно было не слишком мелким.

Если бы не выталкивающая сила, эти мастера были бы раздавлены в лепёшку! Но, однако, не всё было так радужно. На дне этого горного озера были отнюдь не мягкие ил или тина. С распростёртыми объятиями их встретили твёрдые камни! Поэтому мастерам очень несладко пришлось!

Для силы, которой они обладают, сломать слой льда – без проблем! Максимум можно встретить множество препятствий на своём пути, но это тоже не страшно. Поэтому они даже и не думали бежать. Они хотели столкнуться со своим противником и разгромить его!

Они считали, что эта ледяная гора — это только сдерживающий манёвр, а настоящий сокрушительный удар ждёт их там, снаружи. Поэтому эта, с виду огромная ледяная гора была для них очень лёгким испытанием. Наоборот, гора возродила в них надежду на выживание!

Поэтому они решили разбить её вдребезги и столкнуться с соперником лицом к лицу! Этот план, действительно, был неплох. Если они в самом деле не хуже его, это, несомненно, было верным решением. К тому же, выбирать первыми намного предпочтительней!

Но проблема сейчас заключалась вот в чём: они выпрыгивают наружу, сталкиваются с айсбергом, потом их силы находятся уже на границе последующего столкновения, и им как снег на голову внезапно сваливается их противник! На сей раз, они должны как следует потрудиться над своим ответным ударом! Они должны атаковать в самое тягостное время для себя!

Атаковать в этом направлении невыгодно для них! Единственный выход – это отступление! Но если отступать, то придётся подвергнуться ответному удару со стороны Суань, своей собственной силы! Удар и удар, подумаешь, выплюнешь пару сгустков крови! Но проблема в другом: вслед за этим ты столкнешься с громадной ледяной горой!

Ты не успеешь ещё восстановить дыхание, как крепко-накрепко будешь придавлен огромным айсбергом, и вместо тебя останется лишь лепёшка с мясом! И после этого, тебя вдавят в дно этого озера, и ты захлебнешься собственной слюной. Захлебнуться водой – обычное дело для обычного человека, который только учится плавать, но для Достопочтенного мастера это просто нонсенс!

Цзюнь Мосе не собирался нырять в воду, чтобы продолжить свою атаку! Потому что он понимал, что, хотя Достопочтенные мастера и получили ответный удар со стороны Суань и были придавлены ледяной глыбой, но всё же, боеспособность у них ещё осталась при себе! И по-прежнему намного превышала его собственную!

Пусть сейчас они и получили травмы, но это не значит, что они не будут продолжать сопротивляться! Вести бой в узком пространстве, на дне озера – это неразумно. Один небрежный шаг и можно понести двойной ущерб! Во всяком случае, они не смогут находиться там долгое время. Рано или поздно они всё равно вылезут наружу.

Цзюнь Мосе был очень терпелив. Он просто спокойно подождёт их появления, а потом продолжит своё нападение! И как раз, в эту самую минуту, он почувствовал, что ждать осталось совсем недолго.

Наконец, раздалось несколько громких ударов. Огромная ледяная глыба разлетелась в разные стороны. Ледяные осколки рассыпались, мощные водяные стрелы устремились ввысь. Цзюнь Мосе не сдвинулся с места и по-прежнему продолжал скрываться. Эти водяные стрелы были лишь отвлекающим манёвром, и не было необходимости обращать внимание на них!

На самом деле, это было не то, чего ожидал Цзюнь Мосе. Да, Достопочтенные мастера с успехом разбили ледяною глыбу, но они по-прежнему не спешили показываться сами, а продолжали атаковать. Вслед за первым ударом, с грохотом обрушилась целая туча плотно прижатых друг к другу водяных стрел! В действительности, Достопочтенные ни на что большее не рассчитывали. Если у них получится привести в растерянность или как-то потревожить соперника, для них это уже будет большой удачей! Главной их целью было – подорвать бдительность их соперника. Заставить его гадать, где они на самом деле находятся в этот момент. Вот какой была их настоящая цель! Однако таинственный человек так и не одарил своим вниманием их попытки!

Это же, в конце концов, водяные стрелы, которые пускали мастера с уровнем Достопочтенных. Пусть даже они летели куда попало и бесцельно, но мощность, всё же, у них была внушительной.

В данную минуту Цзюнь Мосе пытался укрыться от внезапной атаки. Это было не очень-то приятно. Он в спешке применял приёмы для уклонения, но стрел было так много, и они налетали тучным скопом, поэтому ему это мало помогало. Большинство из них попадало ему прямо по заднице. От мощного натиска он даже подлетел ещё выше. Как бы там ни было, целью этой атаки было лишь досадить врагу, и в итоге, хотя Цзюнь Мосе и прилично досталось, он не получил никаких тяжёлых ранений.

«Бля, да они издеваются там что ли! Силища, конечно, у них!» - Мосе потёр свою задницу и начал ругаться про себя: «Находясь в неблагоприятной обстановке, просидев на дне озера так долго, они ещё умудряются выпускать такие мощные водяные стрелы! Вот, сука, чуть не разорвали мне пукан к чертям. Б*ядь, ну почему мне так не везёт по жизни, охохонюшки».

Он наклонился и насторожился:

«Бля, эти придурки же не… мочатся там на дне?! Это будет просто «прекрасно», если окажется правдой!» - он снова погладил свою задницу и попытался принюхаться. Убедившись, что нет никакого характерного запаха мочи, он успокоился. «Как пить дать, это отвлекающий манёвр!»

Наконец, раздался оглушительный грохот. Четверо мастеров, в окружении бесчисленного количества водяных стрел, брызг, пузырей, быстро-быстро дыша, выпрыгнули на поверхность! Появились Чен Чун и остальные трое мастеров! За всю свою долгую жизнь они ни перед кем не склоняли голову. За всю жизнь никогда не попадали в затруднительное положение! Они ни к кому никогда не испытывали такого дикого отвращения!

А что сейчас? Они подвергались такому унижению, стали игрушкой в руках какого-то безумца, подвергаясь то истязанию огнём, то водой! Ситуацию, в которой они находились, правда, было очень трудно стерпеть!

Среди них только Чен Чун был Достопочтенным мастером второй ступени. Старик обладал самым высоким совершенствованием из всех. Только выпрыгнув наружу, он сразу же стал оглядываться по сторонам. Это было совершенно не то, чего он ожидал, ведь таинственный искусник до сих пор не появился! И, по-прежнему, где-то тайком поджидал их! Откуда ему было знать, что в данный момент, Мосе в воздухе укрывался от водяных стрел!

«Он просто ненормальный!»

Чен Чун был готов лопнуть от злости и начал возмущаться:

- Очевидно, что его силы намного превосходят наши. Даже если мы объединимся, нам вряд ли получится стать для него достойными соперниками! Если бы лицом к лицу схлестнулись в битве, несомненно, победа была бы за ним!

- Но, однако, этот чудак по-прежнему где-то скрывается, применяя свои дьявольские уловки! Он просто хочет замучить нас до смерти! Как можно вынести эти унижения? Кому под силу такое? А если не терпеть и просто броситься, рискуя своей жизнью, что тогда? Это просто невыносимо, но нужно продолжать терпеть эти издевательства!

Четыре человека появились на поверхности и сразу же стали искать выход, как бы вырваться отсюда.

Тело Чен Чуна сверкнуло в воздухе. Он жадно вдыхал истинную ци, а потом, указывая рукой направление, сказал:

- Начнем проверять оттуда!

Чи Тяньфэн и все остальные всегда беспрекословно слушались его команд. Кроме того, он обладал самым высоким уровнем из всех и никак не жаждал отправиться на собственную погибель! Но, однако, подняв глаза, трое мастеров одновременно застыли. Синхронно повернувшись, они рассредоточились в разные стороны, про себя ругаясь:

«Чен Чун всю жизнь был пай-мальчиком. Жалкий ублюдок, у него оказались такие плохие намерения!»

В направлении, куда он указал, светился, словно палящее солнце, сверкающий меч, формируя чёткую линию вместе с пальцем его руки, которым он показывал!

«Неужто Чен Чун хотел отправить нас на верную смерть, а потом выиграть время, чтобы самому спастись бегством? Пустить нас, как животных на алтарь для жертвоприношения! Люди из Неуловимого Мира Бессмертных в самом деле бесстыжие!» – у Чи Тяньфэна и остальных в один миг в головах проскользнула такая мысль.

«Мы же не идиоты, чтобы продолжать следовать по пятам за тобой, верно?»

Нечего сказать, трое мастеров оказались изворотливыми.

Чи Тяньфэн и остальные двое мастеров вовремя пустились врассыпную, и первым оказался под ударом сам Чен Чун!

Чен Чун и не предполагал, что настолько везуч! Быстро оглядевшись по сторонам, он выбрал наиболее безопасное место, как ему казалось. Но на самом деле, там их ждала засада! Жизнь так жестока, верно?

В эту минуту Чен Чун сам растерялся, как же он сможет противостоять такому удивительному мечу, не имеющему соперников в этом мире? Он инстинктивно, второпях поджал ноги, а потом взмыл в воздух, словно петарда! А потом, под наклоном, улетел. Ледяной блеск меча следовал за ним! Чен Чун применял все свои магические приёмы. Продолжал кувыркаться в разные стороны в воздухе, только бы не упасть вниз!

Цзюнь Мосе так бы мог охарактеризовать свой меч:

«Я не остановлюсь, пока вашей жизни не придёт конец!»

Глава 787. Нас обманули

Чен Чун сильно боялся и быстро устремился в том направлении, куда помчались Чи Тяньфэн и остальные!

В его голове мелькнул план. Им остаётся только объединиться и атаковать вместе, дать решающий отпор. Только тогда у них появятся шансы сохранить себе жизнь!

Будь то поражение или смерть, они должны нанести противнику ответный удар. Лучше уж, чтобы тебя убили в честной схватке, чем засунуть голову в песок, верно?! Это же действительно очень обидно!

После того, как четверо мастеров объединились вместе, их одновременно посетила одна и та же мысль:

«Разве Достопочтенный мастер должен скрываться от своего соперника, спасаясь бегством, как паршивый пёс? И пусть дальше его ждёт погибель, но её нужно принять с достоинством! Рискнуть своей жизнью!»

Мастера опустились на землю, а потом обернулись. Они уже были готовы, не щадя своей жизни, с достоинством встретить могущественный удар сверкающего меча-убийцы. Но вдруг они заметили, что перед ними ничего нет! Словно этого сверкающего опаснейшего оружия и вовсе тут никогда не было!

– Вот же, сука! Да что, в конце концов, этот мудила замышляет? Ну, хочешь ты нас убить, ну какого ты тогда устраиваешь этот цирк? Сколько раз он уже проделывал подобные трюки, долго это ещё будет продолжаться? Он ни разу не похож на выдающегося и достойного человека! Где его манеры?! Он в самом деле до белого каления меня доведёт! – Цуй Чанхэ с возмущением и негодованием сплюнул.

– Похоже, что его главная цель – это до смерти нас замучить! Словно старая кошка–маразматичка издевается над мышкой. Этот человек действительно тварь бессердечная! Это – за гранью моего понимания! – Чен Чун тяжело вздохнул и спросил: – Как вы сейчас себя чувствуете? Ещё остались силы сражаться?

Чи Тяньфэн, немного поколебавшись, произнёс:

– Из-за этого дикого пожара, Суань, конечно, немного поизрасходовалась. Мы долго бежали от него, но это нельзя назвать большой потерей сил. Однако потом ещё был ответный удар Суань, и этот грёбанный айсберг. Так что, думаю, что где-то процентов восемьдесят от общего числа у меня ещё осталось. Не без труда, но постараться можно.

Са Цинлю серьёзно посмотрел на Чен Чуна и сказал:

– У меня так же, как и у старейшины.

Цуй Чанхэ тоже кивнул головой, показав рукой, что у него примерно так же обстоят дела.

Чен Чун, переведя дух, сказал:

– У меня тоже процентов восемьдесят, возможно, немного меньше, но ещё шанс у нас есть! – трое мастеров одобрительно кивнули с серьёзными выражениями на лицах.

Чен Чун сказал:

– Сейчас первым делом мы должны найти какое-нибудь место, чтобы восстановить силы. Тогда наши шансы на успех заметно возрастут. Заодно нам следует попросить подкрепления у трёх Священных земель! Силы этого человека в самом деле очень страшны. Не думаю, что мы сможет вчетвером справиться с ним! Уверен, что он даже сильнее Четырнадцатого Шао будет!

– Но он не отстает от нас, как же мы сможет скрыться от него? Не говоря уже о том, чтобы сделать передышку? – спросил Чи Тяньфэн.

Чен Чун нахмурил брови. Потом они некоторое время посовещались и все одновременно поднялись в воздух. Четверо силуэтов, набрав свою самую высокую скорость, словно четыре метеора, понеслись к большой горе!

Согласно безумной скорости передвижения, которой обладает этот таинственный человек, если убегать от него на равнинной местности, то наверняка можно схлопотать пару–тройку травм и ранений. Остаётся лишь только попытаться скрыться в большой горе, с её изменчивым и труднопроходимым рельефом. Возможно, у них ещё появится шанс превратить поражение в победу!

В самом деле, избрав это направление, они смогли немного вывести из себя этого таинственного человека. Складывалось даже такое ощущение, что он немного растерялся, и тотчас же решил жёстко атаковать. Меч снова заискрился и словно превратился в несметное множество мечей, которые приступили к яростному наступлению с воздуха, устремившись прямо за ними!

Это наступление и в самом деле было очень мощным, если бы не способности Достопочтенных мастеров, они бы вряд ли стойко смогли принять его. Но, тем не менее, мастера тоже растерялись. Им было известно одно: этот коварный старый хрыч действительно испугался, что они смогут спрятаться от него в горе, и ему будет очень трудно отыскать их!

Их план оказался очень успешным, и они, не обращая внимания на меч, который неистово продолжал преследовать их, используя по максимуму свои силы, не щадя жизни, мчались прямо к горе! Они добрались до гор, и Чен Чун, обладая самым высоким уровнем силы и будучи впереди всех, выбрал подходящее местечко!

Это было углубление в отвесной скале! Снаружи выглядело оно как пещера, сверху – как величественный горный массив, и только один выход посередине! А напротив была пропасть! Вне зависимости, огненная атака или водная, для этого места всё было нипочём!

Это было просто отличное место, оно было неприступным!

Чи Тяньфэн и остальные тотчас же похвалили выбор места Чен Чуна!

Чен Чун произнёс:

– Мы должны в кратчайшие сроки восстановить свои силы! На входе должен остаться один из нас. Независимо, какой силой обладает этот таинственный человек, кто-то должен попытаться преградить ему путь! Нам нужно совсем немного времени, и мы сможем все вместе атаковать его! Если он не появится – и ладно, а если попытается вломиться, мы общими усилиями должны сбросить его в эту пропасть!

Са Цинлю рассмеялся и сказал:

– Отличный план, старейшина Чен. Да вы в самом деле очень хороши в коварных замыслах!

Чтобы подтвердить желание в кооперации, Чен Чун как раз и остался на охране. Тем более, его силы намного превосходят силы остальных мастеров, и поэтому это будет правильнее, ради общей безопасности.

Чен Чун стоял с мечом в руках у входа в пещеру. Плотная энергия обволакивала всё пространство пещеры! Он удачно выбрал такое труднодоступное место. Он был уверен, что если это даже будет Шенван, они смогут поднапрячься и умереть все вместе!

В это время с высоты раздался смех, а потом голос:

– Ой, вы нашли место, чтобы спрятаться от меня, думаете, это самое тёплое местечко? То, что вы выбрали… именно это место… действительно, просто отлично! Я просто удивлён вашей мудростью. Государь не услышит. Гора Цзянь разрушит Снежные горы, м? – в миг лицо Чен Чуна изменилось! Таинственный человек в воздухе не дал ему времени, чтобы ответить на свой вопрос, и вскрикнул:

– Стихия земли!

Вслед за этим приказом, вся горя начала раскачиваться, мощно и яростно, что просто крепко стоять на ногах уже было не под силу! А дальше, земля потрескалась, и гора начала обваливаться! Большущая гора в одно мгновение разрушилась! Чен Чун в самом деле выбрал шикарное место для похорон!

Если бы это было другое место, такой горный обвал вряд ли бы смог как-то навредить троим Достопочтенным! Однако здесь возвышалась большая гора на краю пропасти! Когда произошёл обвал этой горы, это было равносильно, если бы Чен Чун и остальные трое мастеров были в чаше с водой, которая потом резко перевернулась.

Гора обрушилась так внезапно, что четверых мастеров просто вытолкнуло прямо в пропасть! Они изо всех сил пытались спастись, применяя Суань, но глядя на летящую прямо на них гору, они теряли всякую надежду!

– Б*ядь! Да почему ты, сука, такой бессердечный! – Чен Чун только успел сказать эту фразу, и они с остальными тремя мастерами оказались под грудой камней. Потом повалились огромные булыжники, а потом и вся гора. Это и рядом не стояло с тем айсбергом, что был ранее! Бум-бах! Стоял мощный грохот. Удары, один за другим, продолжались непрерывной волной.

– Ничего себе! Какая жара пошла, у меня даже настроение улучшилось! – Цзюнь Мосе оглушительно смеялся: – Здесь ни в коем случае нельзя винить меня, они сами нашли это место! Сами нашли место, которое наиболее подходит для собственного захоронения, я только вам немного подсобил, сами знаете же, я ещё тот добряк!

Но про захоронение ещё было рано говорить, даже такой обвал не может убить Достопочтенных.

В конце концов, даже когда-то, давным-давно, обрушилась горная вершина Цзянь, Мо Сяо Яо тоже не погиб, хотя он был всего лишь Почтенным четвёртого ранга. Что и говорить о Достопочтенных мастерах? Но, однако, по крайней мере, этот обвал должен был нанести им ряд повреждений и достаточно мучений и страданий! Это было, вне всякого сомнения. Конечно, неизвестно, какими были их ранения, но ответный удар Суань избежать они не могли! А Цзюнь Мосе и это вполне устраивало, он не был жадным!

До этого в Снежных горах Цзюнь Мосе всосал в себя квинтэссенции пяти стихий. И, несмотря на то, что они в большей части ещё сохранялись в его каналах, они ещё не усвоились по-настоящему. Хотя эти вещицы были очень загадочными, говоря по существу, они только увеличили силу пяти стихий, но для самосовершенствования никакой пользы не несли! Но, во всяком случае, применять стихии для Цзюнь Мосе сейчас было не так уж и трудно, а их мощность намного отличалась, по сравнению с его прежними силами!

Тогда, чтобы обвалить гору Цзянь, Цзюнь Мосе потребовалось применить огромные усилия, чтобы в конце концов сдвинуть её с места. Сейчас же, эта гора обрушилась моментально, как по щелчку пальцев! А это уже – впечатляющая разница!

Четверым мастерам потребовалось приложить неимоверный труд, преодолеть бесчисленные трудности, чтобы снова попасть на поверхность. Перед их глазами маячила трагическая картина, им даже хотелось заплакать! И это – величественные и самоуверенные Достопочтенные мастера?

Даже нищие, с капелькой достоинства, и то выглядят намного лучше их. Все лица в синяках, а тела в кровавых подтёках. Цуй Чанхэ вообще тащил за собой половину ноги, очевидно, ему не повезло больше остальных. У всех четверых взгляды были мутными и расфокусированными.

Малейшее движение телом, и сотни обломков с треском сыплются со всех сторон.

«Ты посмотри на нас, а мы поглядим на тебя. Где мы так нагрешили, что должны терпеть всё это?»

Как раз в это время в воздухе появился сверкающий меч.

Чен Чун яростно закричал, чувствуя, как гнев заполняет его грудь. Если он не выместит всю свою злобу, он точно просто умрёт от злости. К чёрту уклонения и бегство, лучше уж собрать последние остатки Суань, и дать отпор этому хитрожопому мечу! Во всяком случае, никогда не поздно! Лучше уж погибнуть в сражении! Оставаться – ещё унизительней! Но факты снова превзошли его ожидания!

Только два меча скрестились вместе, этот могущественный меч тут же пропал из виду, будто его и никогда не было! Оказывается, силы двух мечей были равными! Чен Чун замер:

«Это невероятно! Пусть, если бы я даже разбил меч противника, такое – просто невозможно».

В этом ударе Чен Чун отчётливо почувствовал, что его противник выкладывается изо всех сил! А ведь его силам уже причинён урон примерно на восемьдесят процентов! Другими словами, силы их противника равны двум десятым от общего числа его сил! Наши силы равны! Как это возможно?! Внезапно в его голове промелькнула невероятная мысль.

– Обманули! Нас обманули! – когда Чен Чун прокричал эту фразу, он был так зол, что ему хотелось блевать, орать и рыдать одновременно!

Их не просто обманули! Их по-крупному обвели вокруг пальца!

Глава 788. Тупик!

Их ведь – четверо Достопочтенных. Они были вынуждены пройти через такие издевательства и несколько раз побывать на волосок от смерти! Их силы уже почти иссякли, и вдруг до них наконец дошло, что их могущественный враг, которого они считали бесподобным и непобедимым, оказался простофилей! Каждый из них мог бы спокойно прихлопнуть этого ублюдка одной лишь ладонью!

Неудивительно, что он не желал вступать в решающую битву.

Кишка тонка, да?!

По крайней мере, их противник всего лишь Почтенный второго или третьего уровня, который пользуется хитроумными уловками и не более. Зато как он умудрился провести четырёх Достопочтенных!

Выслушав объяснения Чен Чуна, Чи Тяньфэн и другие мастера охренели не меньше! Они не могли в это поверить, однако лучшего объяснения этому мечу просто не придумать!

В течение некоторого времени Са Цинлю смотрел на своих трёх старых приятелей, думая о том, в какой же заднице они теперь оказались. Затем вдруг смачно харкнул, сплюнул на землю и завопил:

– А-а-а, как же задолбало!

Кажется, ярости этих четверых хватило бы, чтобы сравнять с землей целую гору.

Как же несправедливо!

Если бы они потерпели столько неприятностей от руки достойного соперника, тогда это ещё можно было понять. Это было бы не так обидно. Однако в их случае какая-то мелкая мышь перепугала скопище слонов.

– Мелкая дрянь! Выходи! Достопочтенный хочет сожрать тебя живьём! Моей злости нет предела! Выходи и покажись, мать твою! – Чи Тяньфэн скрежетал зубами, в его разъярённом крике прослеживались нотки вырывающихся слёз обиды.

– О? Ты ведь не успокоишься, даже если сожрёшь меня, так зачем же мне выходить, злись себе на здоровье, слюнями только своими вонючими не подавись! – в воздухе послышался призрачный голос. – Ну-с, как вам беготня туда-сюда, понравилась? Ха-ха-ха. Если к вашим задницам привязать по хвосту, вы и вправду будете выглядеть как четыре паршивых пса! Прекрасный образ.

– Слышь, мелкий! Я разорву тебя голыми руками! – глаза Чен Чуна покраснели и внезапно вспыхнули: – Ты – Цзюнь Мосе?

– Ай-я, да, вот это я понимаю, легендарные мастера! И ночи не прошло, как вы, наконец, смогли обо всём догадаться. Я в восхищении, аплодирую стоя! – Мосе улыбнулся. – А ведь это того стоило! Вот кто ещё смог бы увидеть, как четверо Достопочтенных вдруг превратятся в стаю безмозглых и трясущихся сучек? Ваш видок хуже, чем у любого подзаборного бомжары! Чен Чун, твоя задница, посмотри! Ха-ха-ха, она такая белая! От страха побелела, что ли?

Чен Чун трясся от злости и в то же время был довольно смущён. С трудом подобрав свои лохмотья, он сказал:

– Цзюнь Мосе! Ты, сукин сын, вот погоди, я тебе ещё покажу, где раки зимуют!

– О, да. Достопочтенный в ярости, я так напуган, так напуган! – голос становился тише, а затем и вовсе исчез.

Все четверо были вне себя от злости, но ничего не могли с этим поделать.

Их травмы нуждались в срочной обработке. Поэтому, сжав зубы, четверо Достопочтенных покинули это место, чтобы найти хоть какой-нибудь источник воды. Но, как ни странно, им не удалось отыскать ничего.

Даже капельки росы и то не было видно!

Когда мифы и легенды рассеиваются, большое количество надежд и ожиданий уходят вместе с ними, однако с этим приходит и некое облегчение. С другой стороны, всё также, хотя после кошмарного сна или разочарования огромное количество гнева и ярости просто выползает наружу со всех щелей. Но нависшая лапа тревоги и опасности исчезает, словно её и не было.

С самого начала Достопочтенные подверглись атакам около водопада, за всю ночь они даже не выпили ни глоточка воды, плюс ко всему на них обрушилась целая гора. Их травмы были достаточно серьёзными, а Суань уже работала с небольшим перегрузом.

Тем не менее после того, как все четверо осознали истинную силу Цзюнь Мосе, даже с такими травмами или истощением, они не могли об этом не думать!

Почтенный первого или второго ранга для четырёх Достопочтенных совсем не ровня!

Для них больше не существует жизни. Самое главное сейчас – это найти хоть немного воды и разобраться со своими ранами.

– Как тут обойдёшься без воды? Для лечения обязательно нужна вода!

Однако эти четверо уже обыскали всё вокруг. Отчаянные мысли промелькнули в их головах.

– Этот сукин сын слишком крут, кто бы мог подумать, что он вычистит здесь всё, до единой капли! Нет не только источника воды, но даже снега или льда.

– Сейчас ведь ещё начало весны, разве такое вообще возможно? Это не противоречит естественным законам природы?

– Б*ядь, какого хрена вообще?

Четверо мужчин раскричались благим матом, но, к сожалению, у них не было другого выбора, кроме как повернуть назад к водопаду, откуда они только что убежали. На данный момент это их единственная надежда.

Теперь им действительно понятно, что значит двигаться, преодолевая все преграды на своём пути!

Оказывается, что те дьявольские уловки могли запросто превратить их в покойников!

Горная дорога, по которой они спокойно двигались, просто взяла и необъяснимо рухнула!

Да ладно рухнула, это не важно, ведь они могут просто взлететь вверх!

Но даже так, одна сторона горной дороги ни с того ни с сего рухнула вниз.

Этот путь был долгим и тяжёлым, все двигались предельно осторожно. Наконец, они увидели небольшой лесок и решили там немного передохнуть. В результате все четыре человека оказались в ловушке огромных корней деревьев.

Они пытались поскорее вырваться, но тут снова промелькнул холодный свет острого клинка.

Даже если Достопочтенные теперь и не боятся этой силы, но каждая из атак могла привести к смертельному исходу!

В конце концов, все четверо серьёзно ранены, истощены и испытывают жажду, они не могут позволить себе тратить оставшуюся Суань на отражение каждой атаки. Но им нужно как-то сохранить себе жизнь!

С большим трудом они, в конце концов, вернулись к водопаду. За весь их недолгий путь им пришлось пройти через десяток атак противника!

И каждая из них была неожиданной и невероятной!

Трое из мастеров успели получить ранения!

Больше всех досталось Са Цинлю. Ему отрезало целую руку!

С головы Чи Тяньфэна оторвало кусок скальпа, кровища струилась ручьём.

Самым сильным среди этой четверки был Чен Чун. Он как раз таки не попал ни под один удар, но это заставило Мосе обратить на него особое внимание. Таким образом, большинство атак было направлено на Чен Чуна, что чуть ли не довело его до нервного тика!

Наконец, все оказались у водопада. Но…

Что произошло? Почему здесь всё переменилось с последнего раза?

Айсберг растаял, снег испарился, водопад исчез, и даже небольшое озеро и то пропало!

Земля была такая сухая, что больше напоминала пустыню.

Четверо Достопочтенных разом зависли на месте!

– Что, чёрт возьми, происходит? Может, это просто плохой сон? Такое вообще возможно?

Травмы каждого из мастеров были довольно серьёзны, в особенности у Чи Тяньфэна, Са Цинлю и Цуй Чанхэ. Они нуждались в экстренном лечении. Используя небольшое количество силы Суань, мастера запечатали открытые кровотечения, но это были лишь временные меры, которые не только не вылечат раны, но и попусту истратят оставшуюся Суань.

При одной из таких травм раны обязательно должны быть очищены и обработаны как можно скорее. А затем, используя соответствующие мази, обёрнуты чистой тканью. Однако сейчас у них нет ни воды, ни ткани, даже их лекарства остались под горными завалами.

Выхода нет. Скоро рассвет. Нужно как-нибудь продержаться!

Все четверо уже были истощены всей этой беготнёй и непрерывными атаками противника. Кто бы мог подумать, что какой-то сосунок сможет загнать в тупик четырёх Достопочтенных!

Неужели Бога не существует?

Четыре человека посмотрели друг на друга и увидели лишь отчаяние!

Тяжело вздохнув, они обессиленно упали на землю! Эта серия непрерывных ударов заставила их ясно понять, что даже если они пробегут ещё 20 000 миль, то всё равно не найдут даже маленький источник воды! У противника слишком удивительная техника, раз ему удалось такое сотворить!

И их нынешняя сила достигла критического уровня, при котором они не могут больше поддерживать себя при долгом перемещении! Раны Чи Тяньфэна, Са Цинлю и других уже начали гноиться, рассудок постепенно покидал всех. Условия просто отвратительные, раны не лечатся, внутри скопилось слишком много грязи, а от силы Суань уже практически ничего не осталось!

Эта игра в кошки-мышки окончена.

Проигравшими оказались четыре великих Достопочтенных мастера!

Их сердца наполнились дикой печалью!

Наконец-то начало светать.

В этот момент внезапно подул прохладный ветерок. В нескольких десятках футов оттуда, на скале виднелась белоснежная фигура юноши, который с улыбкой наблюдал за четырьмя мастерами.

– Цзюнь Мосе! Сукин сын, ты наконец-то появился! – Чен Чун тяжело дышал. Он произносил каждое слово с небольшой паузой. Он чувствовал, как его разрывало на части от накопившейся злости!

– Дорогие Достопочтенные, вот мы официально и встретились. Я очень вежливый юноша, поэтому решил показаться перед вами напоследок, – Цзюнь Мосе сложил перед собой знак уважения. Его белые одежды продолжали развеваться на ветру.

– Ты! Ты – маленький ублюдок! Действительно. Это так подло, так жестоко! Никакого стыда, ни совести! Твои дьявольские уловки… разве это можно считать за реальные способности мастера?! – Чен Чун сжал зубы, его тело дрогнуло, а глаза покраснели. Вспомнив все мучения, через которые им пришлось пройти, его чуть не хватил инфаркт.

– Я глубоко сожалею и искренне сочувствую, что вам пришлось пройти через многое, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и продолжил: – Пожалуйста, поверьте мне, я говорю это от чистого сердца. Однако, что касается бесстыдства, то вам ли Достопочтенный Чен об этом вообще говорить.

Он улыбнулся и сказал:

– Возможно, в отношении меня, это тоже верно!

Его лицо внезапно изменилось, стало злым и возмущённым, и он взревел:

– Вы, три Священные земли, действительно суки поганые! Это вы – жесткие и бессовестные ублюдки и убийцы!

Выражение лица Цзюнь Мосе выражало ещё больше обиды и ярости, чем у Чен Чуна!

Глава 789.1. Между жизнью и смертью – прорыв

Всё лицо Чи Тяньфэна побагровело от злости, и с дрожащими губами он сказал:

– Цзюнь Мосе, ты использовал столько хитрых уловок, чтобы загнать нас в тупик, а теперь вдруг говоришь, что это мы – бесчеловечные и бессердечные люди? Да тебе, сука, самому хоть немного не стыдно, а?

Цзюнь Мосе равнодушно сказал:

– Господа Достопочтенные, на данный момент каждый из вас в безвыходном положении! Я, само собой, не стану играться с дуболомами, просто хочу, чтобы вы всё поняли и успокоились!

Он сделал паузу и сказал:

– С тех пор, как я появился на свет, я никогда и не думал стать кому-то врагом или же противником! Я всегда жил по правилу: нас не тронут – мы не тронем! По моему мнению, вы, три Священные земли, ставите себя уж слишком высоко. Я не собираюсь тянуться за большими людьми, но и провоцировать я никого тоже не собираюсь!

Когда я познакомился с Сюэ Янь, то впервые услышал про такое страшное бедствие. Вы, кстати, очень часто упоминаете про Битву за Захват Небес! В то время мы частенько об этом разговаривали. Что бы нам сделать и как противостоять этим иноплеменникам за пределами горы Тяньчжу! Мы даже были готовы пожертвовать своими жизнями ради победы! – спокойно рассказывал Мосе.

После этих слов на лицах Достопочтенных поневоле проявился стыд. Они уже могли догадаться, о чём пойдет речь дальше.

– В то время планы трёх Священных земель по борьбе с Мэй Сюэ Янь уже давно были составлены и даже начали свою реализацию. Нельзя отрицать тот факт, что вы и сами уже давненько обо всём догадывались, верно?! Однако мы даже и не думали о мести, а если бы вдруг даже и захотели какого-либо возмездия, то, прежде всего, дождались бы окончания Битвы за Захват Небес!

Мэй Сюэ Янь полностью была погружена мыслями о защите и безопасности материка и всего человечества! Её заботила только подготовка к огромной Битве! И хотя я с самого начала выражал недовольство по отношению к вашим поступкам и действиям, я молчал, чтобы поддержать Сюэ Янь. Однако что она получила взамен? Лишь глубокую травму на долгие годы!

Но с появлением моей чудо-таблетки три Священные земли вообще с катушек съехали и не поскупились ни на какие средства! На этом всё! Мы терпели это лишь из-за надвигающейся Битвы! Однако вы отправили более девяноста мастеров в мою семью Цзюнь, чтобы заполучить эту таблетку. Пусть даже им и пришлось при этом превратить весь мой дом в кладбище. А что потом? Когда мы направились в семью Донфанг, сколько было нападок с вашей стороны, а?

Когда я дома – вы врываетесь в мой дом. Когда я еду к матушке – вы устраиваете засады! Преследуете тысячи километров с целью убийства! Когда я отправился в Снежные горы, уже пятьсот или даже шестьсот человек поджидали меня там! А в это время в Тянсян прибыли вы – девять Достопочтенных мастеров! На какие крайние меры пришлось пойти моей любимой, чтобы выдержать шквал ваших атак и защитить мою семью! Она была вынуждена принять таблетки Мудрейшего, тем самым обрекая себя на погибель!

Цзюнь Мосе ухмыльнулся:

– Чен Чун, вот скажи, что бы ты сделал, будь ты на моём месте? Позволил бы вам так спокойно убивать? Принять против вас хоть какие-то меры считается смертным грехом что ли? Это называется бесстыдство? И что же за подлые приёмы и методы я использовал?

Так как мои способности не такие уж и хорошие, мне стоило использовать все свои недостатки и слабости и вот так пойти против вас. Тогда это было бы благородно и честно, верно? Вы сами прибегаете к гнусным хитростям, руками и мечами режете всех вокруг, но стоило мне использовать стихию огня и воды, то я сразу стал подлым человеком?

Чен Чун молчал, глубоко вздохнул и почувствовал сильное раскаяние.

– Даже если вам всё ещё интересно, отчего я такой гнусный и подлый мастер, мне не хочется объясняться перед вами, это ниже моего достоинства! – Цзюнь Мосе строго добавил: – Я никогда не стремился стать врагом трём Священным землям! Но вы сами вынудили меня на такие действия! Сами навлекли на себя такие неприятности!

Ради всего человечества – это действительно веский и сильный мотив. Но всё равно это не повод для истребления всей семьи Цзюнь! – тон речи Мосе становился всё более печальным: – Даже если вы захотите убить одного человека ради мира во вселенной, он неизбежно будет сопротивляться этому! Чен Чун, ты понимаешь, о чём я сейчас говорю?

Чен Чун помолчал, а затем сказал:

– Конечно, я всё понимаю. Возможно, мы действительно зашли слишком далеко и перегнули палку. Однако наша совесть чиста!

– Естественно! Когда это вас вообще мучили угрызения совести? – с усмешкой спросил Мосе. – Поэтому, попав в такое безвыходное положение, не нужно говорить, что я бесстыдный и подлый человек! Ведь я убью вас со спокойной совестью! Вы должны сдохнуть. Хотя даже своей смертью вы не искупите своих грехов! Мне абсолютно плевать на ваши благородные цели и мотивы. Вы посягнули на мою семью, так что, можно сказать, вы уже в списке мертвецов!

Чен Чун покачал головой и улыбнулся:

– Цзюнь Мосе, может, у тебя и есть преимущество в этой битве, но ты, правда, думаешь, что сможешь одержать победу? Да, мы все серьёзно ранены, и наши силы на исходе, возможно, нам придётся пожертвовать своими жизнями, однако ты не заслуживаешь этого!

Он внезапно встал и выпрямился, от него веяло непоколебимой волей и решимостью к борьбе. Заложив руки за спину, он холодно сказал:

– Цзюнь Мосе, давай. Я покажу тебе, что такое Достопочтенный мастер! Пусть это и тупик, но никто не посмеет позорить престиж и величие Достопочтенного, особенно, такой мелкий паршивец вроде тебя!

Он поднял голову и серьёзно спросил:

– Цзюнь Мосе, мне вот только интересно, Достопочтенный Ди, Цзян Цзюнь Цзи…

Цзюнь Мосе прервал его слова и равнодушно ответил:

– Он отправился в путь вперёд вас. Смерть этого ублюдка была довольно легка – стая диких волков разорвала его на куски!

Чен Чуна затрясло, он засмеялся и сказал:

– Ладно-ладно! Ты действительно очень жестокий малый! Цзюнь Мосе, позволь мне отправить тебя в последний путь! Используй свои последние минуты жизни, чтобы уяснить степень ужаса силы Достопочтенного мастера!

Чен Чун вдруг выпятил свою грудь вперёд, и огромная внушительная энергия фонтаном вырвалась из его тела, разлетаясь во все стороны. И хотя он был в лохмотьях, его лицо было совершенно спокойным, а взгляд надменным!

Вот оно – истинное величие Достопочтенного мастера целой эпохи!

Цзюнь Мосе усмехнулся:

– Сила Достопочтенного? Ну хорошо, давайте поглядим, что может этот великий мастер, больше похожий на бомжа с улицы! – он засмеялся и добавил: – Только посмотрите, как молодой мастер победил четырёх Достопочтенных одним мечом! И кто же сможет сравниться с таким могуществом и величием?

Длинный меч вдруг заискрился холодным светом, и белоснежный силуэт подлетел ближе.

Чен Чун даже не сдвинулся с места!

«Если ситуация изменится, тогда этот малец, столкнувшись со всеми прелестями и талантами Достопочтенного, захочет сбежать. Но у него вряд ли выйдет! Пусть пока расхваливает себя сколько душе угодно».

Тем не менее Чен Чун осознавал, что из всех четверых только у него остался небольшой запас силы. Остальные трое были совсем бесполезны и выжаты, как лимоны! Так что, если он сейчас потерпит поражение, то громкие слова противника превратятся в правду!

Процесс не важен, главное – результат!

Пока он разбирался с кашей в своих мыслях, силуэт Цзюнь Мосе уже оказался прямо над его головой! Чен Чун фыркнул, его тело внезапно взлетело вверх. Завязался бой! Даже непонятно, в какой момент он успел вытащить свой меч.

Глава 789.2. Между жизнью и смертью – прорыв

С каждым ударом на душе Чен Чуна становилось всё мрачнее.

Оставшихся сил будет недостаточно, чтобы одолеть врага! А вот пыл Цзюнь Мосе становится всё неугомоннее, храбрее, яростнее! Он явно воодушевился от этого столкновения.

Тигр спустился в долину, и дракон оказался в тупике!

Чен Чуну становилось только обиднее, внезапно он отскочил назад и закричал:

– Если вы трое сможете вернуться, то скажите Мудрейшему, что я подвёл его и больше не смогу ничем помочь в Битве за Захват Небес!

Чи Тяньфэн оторопел. Его тело разламывалось от боли, но он вскочил и закричал:

– Брат Чен, ты…

Чен Чун дико рассмеялся, его длинные волосы разлетелись во все стороны, а глаза заискрились свирепым огнем. Он весь покраснел, но продолжал бешено смеяться, как вдруг его чёрные волосы стали белоснежного оттенка. Одним ударом Чен Чун отбросил своих товарищей на тридцать-сорок футов от места боя и бросился в атаку:

– Цзюнь Мосе! Давай отправимся на тот свет вместе! Сопроводить старика в загробный мир – это огромная честь для молодого поколения! Помоги остаткам Достопочтенного отправиться в его последнее путешествие!

Цзюнь Мосе фыркнул, и его глаза внезапно посветлели. Он почувствовал огромную энергию, исходящую от Достопочтенного:

– Чен Чун, ты обречен на разочарование!

На самом деле, будучи в Снежных горах, молодой мастер Цзюнь уже почувствовал, что его совершенствование достигло определённого пика в ожидании нового прорыва – прорыва на пятый уровень Почтенного мастера!

Тем не менее за весь свой длинный путь туда и обратно он так и не продвинулся к прорыву ни на шаг. До вчерашнего дня. Сражаясь с четырьмя Достопочтенными, Мосе неожиданно кое-что почувствовал!

Поэтому он и решил сражаться с Чен Чуном до победного конца!

Именно для того, чтобы почувствовать мощную энергию, исходящую от этого Достопочтенного мастера.

В противном случае, разве он стал бы тратить столько времени на разговоры с этими идиотами?

Так что теперь он будет сражаться только с Чен Чуном, пусть и долго. Пусть даже ему и придётся использовать силу пяти стихий для своей победы, однако самоуничтожение Чен Чуна откроет ему огромнейший запас духовной энергии!

Так что Цзюнь Мосе находился в трепетном ожидании! Он с нетерпением ждал этого чувства!

Чен Чун засмеялся и сказал:

– Малец! Чем же ты меня можешь разочаровать! Ты ведь идёшь на верную смерть!

Внезапно его тело с бешеной скоростью устремилось вперёд!

Взгляд Цзюнь Мосе был сосредоточен. Одним ударом он вонзил свой длинный меч прямо в тело Чен Чуна!

Но в этот момент смех Чен Чуна всё ещё эхом отзывался в воздухе. Раздался громкий звук, и всё его тело взорвалось!

Каменный утес, находившийся вблизи, тут же рухнул, а щебень и камни разлетелись повсюду. На земле образовалась огромная впадина радиусом более десяти футов! Чи Тяньфэна и остальных мастеров взрывной волной отбросило ещё на несколько метров! Все трое встревоженно уставились в сторону поля боя.

Дым медленно рассеялся, воцарилась полная тишина. Не было видно ни Чен Чуна, ни Цзюнь Мосе!

Достопочтенный целой эпохи был вынужден вот так самоликвидироваться!

Чи Тяньфэн был ошеломлен, и слёзы невольно появились у него на глазах. Неожиданно, в последний момент, Чен Чун без колебаний взорвал себя и умер вместе с Цзюнь Мосе. Тем самым он спас трёх своих товарищей!

Однако в этот момент Са Цинлю внезапно закричал, удивлённо поглядывая всё в том же направлении.

Сквозь исчезающий дым виднелся белоснежный силуэт, медленно движущийся из облака пыли. Суровый взгляд, длинный меч, излучающий тусклое мерцание.

Это же Цзюнь Мосе!

Достопочтенный второго уровня Чен Чун взорвал себя, а ему хоть бы хны! Посмотрите на него – ни царапины!

В этот момент все были поражены таким невероятным фактом.

Цзюнь Мосе. Этот парнишка, он человек или демон?

В этом ужасе они услышали, как Мосе холодно обратился к ним:

– Вы сами решите сей вопрос или же мне тоже подбросить вас на тот свет? Я даю вам право выбора!

Мастера одновременно рассмеялись, в их голосах чувствовалась некая трагичность:

– Чен Чун отдал свою жизнь за правое дело, неужели мы так сильно друг от друга отличаемся? Жизнь и смерть – это всего лишь два слова, мы это уже давненько подметили!

Чи Тяньфэн выглядел очень мужественно:

– Цзюнь Мосе, ты пожалеешь об этом! Мы будем ждать тебя в загробном мире! Тебя и всю твою семью! – затем Достопочтенные поклонились друг другу и, рассмеявшись, сказали: – Давайте в следующей жизни снова станем товарищами и братьями!

Их тела задрожали. Остановив свои сердца, все трое тут же скончались!

Увидев, как упали их мёртвые тела, Цзюнь Мосе, наконец, вздохнул с облегчением.

Эта часть ненависти подошла к концу, однако в будущем его ожидают более страшные бури.

Четверо Достопочтенных погибли таким образом. Из девяти мастеров восемь уже отправились на тот свет!

Такой сильный удар не по силам вынести даже трём Священным землям.

Теперь нужно ожидать от них самой жестокой и кровавой мести.

К сожалению, у Мосе уже не было времени размышлять об этом. Он даже не успел ничего толком осознать. Потому что сразу после взрыва Чен Чуна, невидимый поток энергии ци ударил по его телу, а совершенствование начало своё яростное стремительное движение! Всё его тело наполнилось чистой и насыщенной энергией!

В сознании и обиталище души раздался страшный звук, похожий на раскат грома. Казалось, будто вот-вот и весь мир будет уничтожен.

Прорыв уже близко!

Долгожданный прорыв, наконец, пришёлся как раз в такой глубокомысленный момент!

Цзюнь Мосе нахмурился. Он всё ещё поддерживал управление силами земли. Внезапно послышался звук скинутых в огромную яму тел трёх мастеров.

И пусть это были враги, однако, в конце концов, его противники были Достопочтенными мастерами. Цзюнь Мосе не захотел оставлять их тела непогребенными в глуши!

Вслед за этим его тело бесследно исчезло.

Как раз в тот момент, когда взрывная волна Чен Чуна обрушилась на Мосе, он успел проникнуться энергией Достопочтенного мастера! И уже в последнюю секунду молодой мастер успел укрыться в Пагоде Хуньцзюнь!

Мощный взрывной поток воздуха позади него чуть ли не загнал его внутрь Пагоды!

Как раз совершенствующая свои силы Мэй Сюэ Янь была потрясена, увидев залетающего к ней Цзюнь Мосе. Он был похож на воздушного змея, оторвавшегося от веревки. С громким шлепком Мосе приземлился прямо на землю, раскинув ноги и руки в разные стороны!

Этот парень казался таким странным, весь чумазый с красным носом, ещё и что-то успевал бормотать:

– Промашка! Промашка! В следующий раз я появлюсь в более естественной позе.

Мэй Сюэ Янь была ошеломлена.

Вслед за этим, Мосе тут же поспешно вышел обратно, но спустя какое-то время снова появился перед ней. Однако выражение его лица стало серьёзным, он лишь коротко сказал:

– Сюэ Янь, будь внимательна, возможно, что я снова совершу прорыв. Ты должна запомнить время прорыва, ты почувствуешь некие толчки, тебе в скором времени это пригодится!

Сказав это, он поспешно вылетел наружу!

Мэй Сюэ Янь вытаращила глаза: он снова собирается совершить прорыв?

Он всё ещё человек? Разве человек способен совершенствоваться с такой невероятной скоростью?

В конце концов, кто из нас Священное животное: я или он? Да он и не похож ни на одного Священного зверя!

На самом деле, с ним не сравнится ни один зверь!

Глава 790. Дорогу фиолетовой ци!

Если подсчитать, то это уже был пятый прорыв Цзюнь Мосе. Разумеется, уже хорошо знакомое дело для него. Но для Мэй Сюэ Янь, однако, это была первая настоящая попытка! К тому же, сейчас для Мэй Сюэ Янь такой опыт особенно ценен! Для будущих её прорывов, это – чрезвычайно ценный опыт! По крайней мере, благодаря этому она хотя бы будет знать, что к чему! Поэтому, когда процесс практически начался, Цзюнь Мосе не забыл забежать сказать ей об этом!

Однако когда он выходил, ему вдруг пришло в голову: каждый прошлый прорыв проходил у него в Пагоде, и раз он уже зашёл, зачем ему снова вылетать?

«Неужто из-за того, что она – там, я буду смущаться?»

И тогда Цзюнь Мосе сразу же влетел обратно. Состроил какую-то непонятную рожицу перед удивлённой Мэй Сюэ Янь. И в одно мгновение исчез на четвёртом уровне, бросив только:

– Короче, я забыл, что только здесь могу как следует прорваться. Здесь природная одухотворённая ци высшая просто, короче, ты поняла.

Мэй Сюэ Янь нечего было сказать. Да она и не могла. Она только подняла свою очаровательную лапку и закрыла свои глаза: этот мальчишка, в самом деле, неисправим. Такой растяпа и ещё с такой стремительной скоростью прорывается, это вообще несправедливо.

Кажется, прошло совсем немного времени, как Мэй Сюэ Янь отчётливо почувствовала, как вся Пагода начала трястись. Сначала, словно лёгкий ветерок. А потом он постепенно становился всё сильнее и сильнее.

Похоже, в этот раз прорыв будет нешуточным. Мэй Сюэ Янь внезапно вспомнила слова Мосе и срочно перенесла своё самосовершенствование. Постепенно начиная ощущать, как те редкие настроения, тот первоначальный хаос и пустота, начинают перестраиваться и возобновляться, открывая новые природные сверхъестественные способности.

Цзюнь Мосе как раз уселся там. Процесс совершенствования, который ограничивался прорывом, начал бунтовать в его теле!

Сначала энергия в его теле смешалась в один клубок. Затем она рассеялась и превратилась во множество разных ответвлений, и стала носиться без остановки туда и обратно в каналах Мосе. То, замедляясь, то наоборот, увеличивая скорость, а потом неожиданно заблудилась и пришла в тупик.

Одежда Цзюнь Мосе с треском разлетелась в разные стороны! Было заметно, что все мышцы на его теле, одна за другой, вздулись и начали перекатываться под кожей. Словно маленький мерзопакостный бельчонок, который бегал туда-обратно, везде засовывая свой нос!

Если бы Цзюнь Мосе не был полностью уверен, что сейчас находится в процессе прорыва, наверняка решил бы, что просто сходит с ума. И это ещё мягко сказано. Его положение в самом деле нехило пугало.

А после этого подкатила волна труднообъяснимого жёсткого покалывания во всём теле. Будто раскалённые на огне стальные иглы загоняли ему прямо в мозги, и он никак не мог даже попытаться им помешать! Эта боль была настолько невыносима, что Мосе практически уже был готов разразиться истеричным криком!

Но ему с превеликим трудом удалось сдержать себя. Так как Мосе всё время продолжал беспокоиться о Сюэ Янь. Если он закричит, это не только никак не поможет ему, но и может напугать Мэй Сюэ Янь. Она будет думать, что методы совершенствования очень трудны, и впоследствии у неё останется неприятное воспоминание, а это вообще не особо хорошо для неё.

Это может вызвать возникновение ещё большего внутреннего демона, когда она сама будет прорываться! Поэтому-то, Цзюнь Мосе изо всех сил терпел эти ужасные истязания! Все мышцы и мускулы на его теле набухли. Он был весь мокрый и скользкий от пота, но, тем не менее, он, крепко стиснув зубы, не двигался! И не издавал ни малейшего звука!

В этот раз интенсивность этих мучений и протяженность по времени была намного выше, чем в прошлые разы. Мосе даже и представить не мог себе такого! Этот раз совершенно нельзя было сравнить с прорывом на четвёртом уровне. Ведь они отличались, как небо и земля!

В те разы боль была тоже достаточно сильной. Но если сравнивать с этим разом, то тогда были просто лёгкие покалывания игрушечными иголками. Прорыв на пятый уровень в самом деле оказался страшно болезненным!

Эффект совершенствования считался первым в Поднебесной. Нет, первым во всём мире. Но и мучения, которые он создавал, тоже были самыми невыносимыми. В сравнении с другими техниками, каждый новый уровень был намного больнее предыдущего, каждая ступенька тяжелее другой! Он поистине достоин своей славы «легендарного мастера»! Мосе чувствовал и смех, и слёзы. Но постепенно силы, чтобы успокаивать самого себя, покидали его.

Следуя за усилением боли, Цзюнь Мосе тоже мучился и непрерывно брыкался скрючиваясь. В один миг его растягивало, в другой – сжимало. Выглядел он – так себе, и было заметно, что он в любой момент может просто не выдержать этого.

Эти истязания в самом деле уже достигли крайней степени. И если у каждого человека есть свой лимит боли, которую он ещё может вынести, то тогда Цзюнь Мосе за очень короткий промежуток времени уже несколько раз преодолел этот лимит!

Изначально, когда боль достигает некоторого предела, у человека включается механизм самозащиты: человек может потерять сознание, медицинским языком говоря, это называется состоянием шока. Это – метод человеческой самозащиты!

Но в обеих своих жизнях Цзюнь Мосе очень сильно отличался от обычных людей. В первой своей жизни он был самодостаточным наёмным убийцей-карьеристом, который всегда и везде стремился поддерживать состояния бодрости. Что, шок? Не-не, о таком не слышали!

В другой жизни, казалось, он уже вынес столько мучений, что постепенно выработал привычку терпеть боль. Пусть даже дикая боль, но она никак не может вызвать шок. Боль просто продолжается, к тому же, делая его сознание намного яснее, принуждая ощутить её сполна! Это и есть самое невыносимое, что только можно придумать!

Неизвестно сколько времени прошло, но боль слегка уменьшилась. Цзюнь Мосе с облегчением вздохнул, но вдруг обнаружил, что переход на пятый уровень по-прежнему не сдвинулся с места и по-прежнему был закрыт. Это что за хрень?

Только Цзюнь Мосе успел удивиться, как налетел новый прилив резкой боли. Всё его тело объяли судороги и конвульсии, мышцы бешено сокращались, словно все его внутренности в один миг засунули в блендер и включили кнопку.

Такие приливы дикой боли продолжались ещё много раз, волна за волной, и с каждым разом все сильнее. Примерно, около девяти ударов! Пусть Мосе обладает очень прочными и крепкими нервишками для этого мира, но и его надолго, пожалуй, не хватит!

То, что его рассудок до сих пор остаётся чистым и светлым, это – огромная нагрузка для его мозгов!

Вся его голова была мокрой от пота, по его телу скатывались маленькие струйки, которые в итоге сформировали небольшую лужицу на полу.

Цзюнь Мосе был так страшно измотан этими невыносимыми мучениями. Но вдруг ему в голову пришла мысль:

«Если даже для меня это настолько невыносимо, тогда если Сюэ Янь будет совершенствоваться и достигнет этого предела, она же совсем не будет готова к такому. Как она сможет выдержать это? Выдержать, и ещё и выжить?»

Когда он задумался об этом, кажется, и боль тоже немного уменьшилась. Ведь он уже начал волноваться не за себя, а о Сюэ Янь. Пусть боль и притихла ненамного, но это – уже хорошо.

В этот раз процесс прорыва был ужасно мучительным и превзошёл всякие ожидания.

Этот случай по ощущениям переплюнул все прошлые разы, вместе взятые!

Почему же так?

Цзюнь Мосе и не знал, что совершенствование пятого уровня имеет совершенно иные границы! Только пройдя через этот рубеж, можно на самом деле называться настоящим совершенным мастером! Другими словами, только достигнув этого рубежа в действительности можно ступить на дорогу открытий и вершин!

Этот уровень, в прямом смысле этого слова, удаляет из организма мастера все примеси и инородные тела. Происходит полное обновление каналов, начиная от внутренних органов и заканчивая кожными покровами – всё обновляется! Ты поистине получаешь новое и совершенное тело!

С этого уровня и начинается настоящее совершенство, в подлинном смысле этого слова!

Вслед за этим раздались какие-то звуки. Младенец в даньтянь, Цзюнь Мосе, боролся из последних сил. Но в итоге, не выдержав нагрузки, взорвался, не оставив и тени после себя.

В то мгновение, когда он исчез, Цзюнь Мосе словно ударили током. Парень, не сдержавшись, сплюнул кровь, его глаза выглядели едва нормальными.

В итоге мучения, наконец, прекратились. Но в теле Мосе не было и капельки силы! Нисколько не преувеличивая, можно сказать, что сейчас у него даже не было сил моргнуть глазом! Он так был вымотан! Полный упадок сил!

И в это время с верхушки четвёртого уровня Пагоды вдруг показался яркий свет. Через мгновение появилась ступенька, которая тянулась прямо к ноге Цзюнь Мосе. Затем на самой-самой вершине медленно раскрылись двери!

Густая до крайности, одухотворённая ци фиолетового цвета, бурля и клокоча, хлынула оттуда. Казалось, ей не было конца и края! До этого ци, которую отдавала Пагода, была, разумеется, такой же густой, насыщенной и чистой. Но она всегда была молочного цвета. Однако на этом уровне она превратилась в удивительно фиолетовую ци! Яркого, изумительного фиолетового цвета, бросающегося в глаза! Казалось, что этот цвет скрывал в себе много тайн и загадок.

– Ци стала фиолетового цвета? Подождите-ка, а это вообще точно одухотворённая ци? – Мосе не успел договорить, как мощный прилив фиолетовой ци вторгся в его тело. Через все его отверстия и кожные поры она проникла прямо в его каналы.

Когда его младенец в даньтянь взорвался, он находился почти в критическом состоянии. Но после проникновения ци в его организм, первым делом увеличилась его жизнеспособность!

А прежняя энергия в его каналах попятилась назад, отступила и начала таять. А потом и вовсе исчезла. А его каналы наполнились совершенно новой фиолетовой ци.

Глава 791. Моё сердце для чистоты души

Вновь прибывшее небесное сияние в даньтяне Цзюнь Мосе становилось всё гуще и гуще. Со временем, оно изменялось и перемещалось, постепенно формируя причудливую воронку, которая, в свою очередь, начинала постепенно крутиться. По мере того, как она крутилась, фиолетовая одухотворённая ци, словно сто рек, впадающих в море, мощным потоком вливалась во внутренние органы Мосе!

Воронка продолжала крутиться, становилась всё быстрее и быстрее, издавая звук, подобный урагану. Из его тела исходил звук, который сопровождался громоподобным грохотом! Поистине впечатляющее зрелище!

В тот момент, когда скорость этой воронки достигла своего максимума, вдруг произошёл громкий удар. После этого ци из даньтяня Мосе внезапно исчезла! Всё затихло! Словно наступила мёртвая тишина.

Цзюнь Мосе был крайне удивлён. Если из даньтяня всё пропало, не значит ли, что кто-то издевается над ним? Он в спешке попытался поработать энергией в каналах, но увидел, что его даньтянь совершенно неподвижен. Он ещё раз всё тщательно проверил и заметил, что в даньтяне пусто. Там был только какой-то сероватый туман. Изначальная ци тоже его покинула!

И, где-то посередине, в этом сероватом тумане, виднеется крохотный лучик света. Очень маленький, размером с пылинку, излучающий слабый свет. Если как следует не присмотреться, то его вообще будет сложно заметить! Словно в тёмном небе где-то далеко-далеко виднеется полярная звездочка. Обычно младенец в даньтяне с лёгкостью управлял огромными силовыми потоками, но вдруг всё куда-то исчезло!

«И это что за прорыв такой, если я лишился всей свой силы? Пусть, как говорится: «Не сломав старого, не создать нового», но в такой ситуации тоже не должно быть так!»

В тот момент, когда Цзюнь Мосе как раз осматривал произошедшие с ним изменения, внезапно в его голове начало всё бурлить. Словно в тёмных облаках появился яркий луч света, в его сознании появилось несколько иероглифов. Старые и трудные для понимания, но они отражали его чувства! Для Мосе такие игры были уже не в диковинку. У него уже имелся опыт в подобных ситуациях. Наверняка это был ключ к отгадке пятого уровня совершенствования.

– Начало первозданного хаоса, тайна неба и земли; бессмертие – вечная трудность; небо для неба, земля для земли; жизнь для продолжения, смерть для преемника; девять искусных циклов обращения внутренней ци, смысл созидания; девять шансов для духа и души, безмолвие и тишина первозданного хаоса.

К душе Цзюнь Мосе каким-то странным образом пришло осознание:

«Похоже, именно с этих пор можно считать, что ты по-настоящему вступил на порог процесса совершенствования! Пятый уровень, как раз начальная точка этого пути! Совершенствование – это не просто вид боя или способ развития! Его суть как раз заключается в его названии, в этих четырёх иероглифах! (дословно: «Открытое небесное сотворение или созидание»)

И сейчас все мои методы тренировок пребывают в мифическом, до этого не бывавшем в этом мире, состоянии первозданного хаоса. Всё – находится в покое! Именно поэтому сейчас мой даньтянь совершенно неподвижен!

И только лишь, если по-настоящему привести его в движение, а потом медленно продолжать развивать это, может появиться первый луч света, яркость которого будет увеличиваться, а мутность уменьшаться. Сформируется начальная форма неба-земли, она станет началом открытия.

А уже позже превратится в так называемые небесные тела. Следом начнётся так называемый процесс сотворения всего живого! Это и есть небесное сотворение, процесс эволюции с самого нуля! Только так и можно объяснить процесс совершенствования!

И если говорить точнее, именно с пятого уровня и начинается настоящий прогресс! Начальный и самый главный уровень. Только если достигнуть этого уровня, то есть, отправной точки, только тогда можно продолжить процесс сотворения. Что же касается четырёх предыдущих уровней, можно назвать их основой или базисом!»

Цзюнь Мосе горько усмехнулся и снова попытался использовать силу в своих каналах. Но обнаружил, что прежде мощный силовой поток бесследно исчез. Ему нечего было даже перемещать. Оставалось лишь это смутное небесное сияние! И оно было крайне трудно уловимым. Поэтому Цзюнь Мосе даже не мог определить его запасы сил на данный момент, прорвался он или, наоборот, – регрессировал? Он получил всё? Или же лишился всего? Думая об этом, он медленно зашагал по Пагоде в направлении пятого уровня.

К хорошему привыкаешь очень быстро, а расставаться с ним – ой, как нелегко. Привыкший порхать в небе и скрываться в земле, Цзюнь Мосе, вдруг зашагавший ногами, почувствовал себя немного странно. Ему было непривычно!

Относительно пятого уровня, Цзюнь Мосе ощущал какое-то странное чувство. Этот уровень походил на крохотную каменную хижину. Узкую и низкую, но, когда он думал об этом, маленький пятый уровень представлялся ему безграничным пространством, неопределённым и громадным, и трудно уловимым.

Эти два ощущения были прямо противоположны друг другу. Они открыто противоречили друг другу, но, тем не менее, они имели место быть.

«И какое же из них, в конце концов, настоящее? А какое вымышленное?»

В голове Мосе вдруг раздался вопрос:

«Что тут – правда? А что – ложь?»

И когда он только задумался об этом, он вдруг остановился, и не потому, что он хотел этого, а потому что был вынужден остановиться. У него появилось ощущение, что впереди неприступная крепость, и он больше не сможет продвинуться ни на шаг! Но перед его глазами, по-прежнему, была только пустота!

Этот вопрос Мосе сам задал себе, или, возможно, пагода Хуньцзунь спрашивала его? Но Цзюнь Мосе понимал одно: если не найти ответ на этот вопрос, можно даже и не думать войти туда.

«Боюсь, и шага ступить не получится! Правда? Ложь?»

Цзюнь Мосе закрыл глаза и погрузился в безмолвное размышление. Немного погодя, он медленно открыл глаза и произнёс:

– Что настоящее? А что вымышленное? Правда и ложь, они не более чем в моём сердце. Если я скажу, что это – правда, это и будет правдой, даже ложь станет правдой! И наоборот, если скажу, что это ложь, она и будет ложью, даже правда станет ложью!

Нет разницы, враньё всё это или истина, всё это – в моём сердце. Останется только правда. Я здесь хозяин и здесь только моя правда! – сказав это, он сделал шаг и прошёл вперёд, словно и вовсе забыв, что впереди была трудно проходимая преграда! Сделав этот шаг, он в самом деле прошёл туда, и к тому же с лёгкостью на пятый уровень Пагоды Хуньцзунь!

В изначальном пустом пространстве внезапно, непонятно откуда, появился небольшой столик. На нём лежала книга. Она внезапно вознеслась прямо перед лицом Мосе.

Цзюнь Мосе только хотел пройти и осмотреться, что тут и к чему, как вдруг у него возникло труднообъяснимое чувство. Он остановился и спокойно застыл на месте. Из пустоты перед его глазами появились две строчки золотистых больших иероглифов:

«Творить во благо? Или убивать для чистоты души? Снова два варианта для выбора!

Ты можешь пойти по пути совершенствования с добрым сердцем или же убивать, столкнувшись с людьми и кровавой резнёй?»

Цзюнь Мосе немного подумал, а потом усмехнулся:

– Зачем творить добро? И зачем творить зло? Там, в первозданном хаосе, разве есть разделение на добро и зло? Эти два выбора, очевидно, просто чушь! Я никогда не считал себя хорошим человеком, но и исчадием ада тоже не считал!

Возможно, я далеко не хороший человек, но я и не мерзавец! Мне по душе и добро, и зло, и у меня чистая совесть! Чтобы творить добро – надо духовно отойти от мира, а, чтобы убивать – быть среди людей? Мой духовный взор для сотворения, моё сердце для чистоты души! Ответ один, понять его можно только сердцем.

Как только были произнесены эти слова, те золотистые строчки с иероглифами тут же исчезли. Даже тот небольшой столик тоже исчез. Осталась только книга, парившая в пустоте, а потом превратилась в золотой свет, который прямиком проник в лоб Мосе.

– Всё сущее, небо и земля, изначально ничего этого не существовало; с самого начала девять девяток нашли свой путь; как сегодня появилось, так оно и уйдёт; существование с древних времён! Первозданный хаос. Боевой порядок и его объяснение».

«Это название книги?!»

Вслед за этим, иллюстрации расстановки войск, картинка за картинкой, проходили через голову Мосе, чистые и прозрачные, словно ручеёк.

Боевой порядок: «начало всех начал», «два начала: свет и тьма», «четыре стихии», «пять стихий: уничтожение», «шестой круг неба», «семь звёзд неба», «восемь стран света: рождение и гибель», «возвращение к девяти дворцам», «десять сторон: ликвидация. Всевозможные расстановки войск. В общей сумме их было более сотни тысяч! Жизнь хозяина, смерть хозяина, хозяин обороняется, хозяин убивает - великое множество различных вариаций!

Цзюнь Мосе выдохнул, несомненно, эти варианты стратегий могут сослужить ему хорошую службу. И хотя сейчас он не получил каких-то конкретных умений и способностей, но, тем не менее, он очень много прочувствовал! Если воспользоваться этим правильно, это сможет гарантировать долгую и спокойную жизнь его близких людей.

На сегодняшний момент, это – очень нужная вещь для Мосе. И это его сделало намного счастливее того, если бы он получил более десяти каких-нибудь особых способностей!

После того, как Мосе ушёл, Мэй Сюэ Янь погрузилась в состояние созерцания. И, хотя, здешний климат очень удобен, здесь ты совершенно не различаешь, что сейчас – день или ночь. Сколько ты уже времени провёл в созерцании. Так или иначе, Цзюнь Мосе ещё не вернулся. Заметив, что его ещё нет, Мэй Сюэ Янь совсем не расстроилась. Она знала, что совершенствование – очень длительный процесс, Мосе нужно несколько дней или даже неделя, чтобы прорваться.

Мэй Сюэ Янь посмотрела на свои достижения и очень обрадовалась. Потом снова погрузилась в созерцание, а затем снова очнулась. И так повторялось девять раз!

Сейчас её хрупкое тельце было полностью покрыто беловатым туманом. Она почувствовала, что находится на пороге прорыва.

Священное животное второй степени. Начало, середина, вершина, пик! Потом её скелет немного хрустнул и дальше – третья степень. Ещё немного времени, чтобы поднакопить сил на прорыв третьей степени!

Глава 792. Я не хочу быть твоим врагом

До этого обволакивающая крохотное тело Мэй Сюэ Янь густая одухотворённая ци полностью исчезла. Однако большая её часть тем не менее была поглощена её телом. И уже приняла вид её силы, а другие одухотворённые ци, бывшие поблизости, больше не проникали в её тело.

Совершенствование дошло до своего рода тупикового места. Нужно было немного стабилизировать энергию, поработать с ней, а потом можно будет снова совершить прорыв и продвинуться на другой уровень! Однако и эта скорость совершенствования уже не слабо удивила Мэй Сюэ Янь: она была очень быстрой!

Хотя в Пагоде не было смены дня и ночи, но Мэй Сюэ Янь смогла определить, что она провела не так уж и много времени за совершенствованием. Максимум всего три–пять дней, и за этот временной отрезок она продвинулась от Священного животного, вообще не обладающего никаким уровнем, до пика третьей степени. Эта скорость в самом деле была пугающей!

Хотя это всё случилось с ней и прямо на её глазах, время от времени Мэй Сюэ Янь всё равно продолжало казаться, что она во сне! Это поистине было удивительно! К тому же, густая туманная одухотворённая ци со всех сторон обволакивала Сюэ Янь, то и дело вызывая у неё ощущение, что она находится в раю!

Причина была проста. Если вспомнить про прежний опыт совершенствования и сравнить старую ци со здешней ци, то она не превышала и десятой её доли. Даже одной сотой не доставала! Учитывая то, что она совершенствовалась раньше в самом благоприятном месте и с самой мощной одухотворённой ци в Тянь Фа. Это было просто потрясающе!

Мэй Сюэ Янь приблизительно сравнила густоту ци в этих разных местах и определила, что разница, примерно, в сто раз! Кроме того, хотя и одухотворённая ци в Тянь Фа была довольно густой и намного превосходила ци в обычном мире, тем не менее она была не совсем чистой.

После поглощения её в свой организм требовалось ещё немало усилий, чтобы очистить её. А уже потом использовать её в своих целях. Но здешняя ци была наичистейшей. В ней не было никаких примесей! Настоящий природный газ! Ей не требовалось никакой дополнительной обработки, и если сравнивать со своей прежней ци, она ей уступала, как минимум в половину!

«Если хорошенько подумать, я здесь провела всего несколько дней. И с самого нуля приблизилась к четвёртой степени! Этот скачок оценивался примерно в двадцать уровней! »

Хотя Священным животным низкого порядка требуется немного энергии для повышения своего уровня. Её совершенно не сравнить с огромным количеством, которое требуется животным высоких порядков. Но, тем не менее, подобная скорость является просто сказочной для Тянь Фа. Такого там никогда не было! Если говорить более понятными словами, эта скорость намного превышает скорость ракеты!

Уверена, что если бы Шенваны минувших эпох Тянь Фа узнали о такой пугающей скорости, они бы тоже наверняка были в шоке!

Слегка потянувшись, Мэй Сюэ Янь увидела, что Пагода стремится к состоянию покоя. Она подползла к деревцу, стоявшему подле неё, и с задумчивым взглядом стала смотреть на двери, ожидая возвращения Цзюнь Мосе, словно домашнее животное ждало своего хозяина у порога.

В это время она услышала голос:

– Мой духовный взор для сотворения, моё сердце для чистоты души! – только услышав знакомый голос, она сразу же успокоилась и внезапно даже растрогалась. Это чувство – такое приятное, в самом деле, очень приятное!

Вслед за этой раздавшейся фразой она вдруг заметила, что у неё было немного смутное ощущение, что она всем сердцем прониклась.

Сверкнула белая тень, Цзюнь Мосе опустился рядом с ней, и с улыбкой, глядя на неё, произнёс:

– Хэй, заждалась, небось?

Мэй Сюэ Янь моргнула и склонила голову, не став смотреть на него.

Цзюнь Мосе только хотел вытянуть руку, чтобы заключить её в свои объятия, как её силуэт вдруг пропал из виду. Крохотная тень носилась туда-сюда по Пагоде, её скорость уже стала чрезвычайно быстрой. Вдалеке, она опустилась на корточки и исподлобья взглянула на Мосе.

«Ха! Думаешь, можешь так легко поймать меня? Не всё так просто, понятно тебе? Пусть ещё пока не могу тебе врезать как следует или укусить, но теперь у меня такая скорость, что тебе не поймать меня!»

Цзюнь Мосе улыбнулся и, для вида, слегка погнался за ней, а потом сел на землю и расхохотался:

– Ишь какая, бегать вздумала. Ну, заяц, погоди у меня. И на моей будет улице праздник. Засуну тебя в спальный мешок, посмотрим, куда ты там денешься от меня!

Мэй Сюэ Янь засмущалась, закрыла лапкой лицо, а потом и вовсе скрылась под своим пушистым хвостом. Цзюнь Мосе снова рассмеялся, а потом исчез. Выйдя наружу, он немного остолбенел.

На месте, где были погребены Чи Тяньфэн и все остальные, сидел человек в тёмной одежде. Причём, так неподвижно, что походил на каменное изваяние. Это был Мо Тун, Достопочтенный Лэн Дун!

Цзюнь Мосе появился внезапно, но Лэн Дун словно даже и не был удивлён его появлением. Только равнодушно произнёс:

– Оказывается, ты ещё не ушёл.

Цзюнь Мосе немного испугался, медленно осмотрел его и потом сказал:

– Вы знаете меня?

Лэн Дун равнодушно рассмеялся, на его лице было труднообъяснимое выражение скорби. Глаза его были глубокими, словно два озера, у которых не видно дна. По ним трудно было определить его настоящие эмоции, он только с горечью произнёс:

– Думаю, ты не знаешь, но три дня назад я своими глазами видел тот бой с пятью людьми.

Он сделал паузу, поднял голову и посмотрел на Мосе:

– Это было здесь. Я собственными глазами видел, как ты убил их! – договорив фразу до конца, его голос внезапно задрожал, словно он с трудом пытался подавить в себе нервный срыв.

– Оказывается, вот оно что, – Цзюнь Мосе нахмурился, выдохнул и серьёзным голосом сказал: – Тем не менее мне неизвестно, зачем и чего Лэн Дун Достопочтенный столько времени ждал здесь.

– Тогда я не вступал в бой и сейчас не собираюсь! Я остался здесь не из-за тебя, – Лэн Дун медленно покачал головой, его глаза заполняла печаль. – Я здесь, потому что там, под землей, мои братья. Я должен присмотреть за их могилой семь дней! И ничего более. Это всё, что я могу сделать для них!

– Раз уж вы такой откровенный человек, я не стану произносить никаких утешительных речей и просто промолчу. Этих людей убил я, и говорить такое было бы настоящим лицемерием. Я не считаю себя хорошим человеком, но и подлецом тоже не считаю!

Цзюнь Мосе непринуждённо продолжил:

– Лэн Дун Достопочтенный, вы наверняка знаете, почему я убил их. В чём суть дела – ни для кого не секрет. Если вы не собираетесь мстить за своих братьев, тогда я откланяюсь.

Лэн Дун всё так же спокойно сидел. Он опустил голову и смотрел на землю:

– Сугубо лично моё мнение, три Священные земли были неправы в этом вопросе! У меня нет оснований мстить за них, и поэтому они умерли. Я не из тех людей, которые не видят разницу между правдой и ложью. И не из тех, кто совершает подлые низкие поступки! Более того, из-за своего малодушия, я не могу умереть до Битвы за Захват Небес. Умереть от твоей руки того не стоит!

Он немного помолчал и повернул голову:

– Более того, вы тоже будете участвовать в Битве за Захват Небес. Тебе только восемнадцать, и ты обладаешь таким высоким уровнем совершенствования, ты далеко пойдёшь. Уверен, твоя жизнь продлится гораздо дольше, чем наши.

Он глубоко вздохнул и с горечью добавил:

– Возможно, в следующей Битве, главная роль как раз достанется тебе. Может, я и невежественный, но разницу между правдой и ложью я понять в состоянии.

Он поднял голову и взглянул на Мосе:

– Поэтому я, во что бы то ни стало, не хочу быть твоим врагом. По прошествии семи дней я отправлюсь в путь, к вершине небесного столпа. Там спокойно буду ожидать Битвы, которая будет через год и семь месяцев. Мирская суета, милость и злоба с этого момента не имеют никакого отношения ко мне!

Цзюнь Мосе кивнул головой, сказав:

– Тогда, желаю вам удачной дороги! Возможно, через полтора года мы ещё свидимся! И даже, возможно, будем сражаться плечом к плечу! – Лэн Дун ничего не ответил Мосе. Он отвернулся, сев спиной к парню, и, словно говоря сам с собой, произнёс:

– Хозяева трёх Священных земель не знают всей ситуации, но Мо Вудао не сможет так просто оставить смерть своих близких товарищей.

Ху Янь Аобо из Иллюзорного Океана Крови тоже не такой человек! После последних событий, неизвестно, сколько ещё кровопролитий ждёт нас, но если держаться в стороне, это, несомненно, будет лучшим решением в сложившихся обстоятельствах. Они ещё пока не знают об этих событиях, но будет трудно скрывать это от них слишком долго. Рано или поздно они всё узнают, и осталось совсем немного времени, – договорив эту фразу, от него не было больше слышно ни звука.

Цзюнь Мосе немного помолчал и потом, вздохнув, сказал:

– Большое спасибо за совет! Берегите себя! – он поклонился ему и тут же исчез в воздухе.

Лэн Дун так же, по-прежнему, сидел на куче земли. Холодный ветер развевал его платье и завывал. Его тело, словно тоже было под землей с его братьями. Он не говорил ни слова, охваченный печалью и скорбью. Со слов Лэн Дуна, Мосе понял, что провёл в Пагоде три дня и три ночи.

Мосе соображал, что о Чен Чуне и остальных нет новостей. Лэн Дун наверняка тоже не уведомлял три Священные земли об этом, и у него ещё есть время, как следует поразмыслить.

Согласно ситуации, узнав об этой новости, три Священные земли снова направят сюда людей. Тогда, минимум, у него в запасе – полмесяца времени. И за это время он может всё спокойно распланировать. Однако ему нужно ускорить дела с императорской семьёй.

«Если тянуть кота за яйца, то потом просто не успею разрешить всю эту херню».

На протяжении всего пути, Мосе ощущал, что вся его прежняя Суань исчезла. Но это совсем не означало, что он потерял все свои боевые способности, потому что на смену Суань пришла какая-то другая неведомая сила. Может, она нисколько не мощнее прежней Суань, но, тем не менее, она достаточно гибкая, стойкая и удобная. Это словно новое начало.

Хотя это значительно не увеличивало силу, но внутри, в его каналах произошли потрясающие изменения. Они полностью обновились. И если изначально силовой поток был обычной хлопковой тканью, сейчас же он превратился в первоклассный дорогой шёлк!

И ещё пройдя через эти мучения, в его каналах снова произошло перерождение. Они стали особенно изысканными и блестящими, как жемчуг. Стали прочными и эластичными, а, следовательно, теперь в них вмещалось намного больше силы!

А небесного сияния в каналах было – ничтожные капли, но и это ничтожное количество в самом деле творило настоящие чудеса. Сияние уже приблизительно равно совокупности силы, которая была здесь до перерождения.

Глава 793. Переворот в Тянсян

Цзюнь Мосе уже представил себе, насколько же он станет сильным, если эта фиолетовая энергия ци заполнит все его меридианы! И всё это, конечно, необходимо будет накопить, капля за каплей.

Хотя неизвестно, когда произойдёт следующий прорыв, Цзюнь Мосе уже догадался, что для начала необходимо подождать, пока фиолетовая ци в его каналах достигнет крайнего рубежа! Прорыв на шестой уровень займёт немало времени, как это случилось при пятом! Это будет относительно длительный процесс накопления энергии ци! Здесь уж, как повезёт.

Когда Цзюнь Мосе вернулся в Тянсян, он обнаружил, что весь город погряз в какой-то неразберихе. Всюду царил сплошной беспорядок!

Поспрашивав людей, он узнал, что люди, находящиеся в подчинении второго принца, за последние три дня устроили в городе настоящий переполох. По замыслу Ли Юрана, за два дня до этого, в полдень, в маленьком трактирчике встретились люди второго принца (стража или воины), а также адъютанты старшего принца. Они просто хотели вместе выпить.

Затем люди второго принца «по случайному совпадению» оказались так пьяны, что один из них пока сморкался, «случайно» высморкнул свою соплю прямо в суп адъютантов старшего принца.

Естественно, те пришли в бешенство, и разгорелся конфликт. Так как ругаться воины не любят, то сразу же схватились за свои мечи! На тот момент адъютантов старшего принца было семь человек. Так все они в два счета были перерублены мечами воинов второго принца!

Старший принц, услышав эту новость, сильно разозлился. Как можно спустить такое с рук!? Поэтому он взял нескольких подчинённых и отправился ко второму принцу. Обе стороны говорили и говорили, но так ни к чему и не пришли. Вслед за этим, около тысячи воинов столкнулись в ожесточенной бойне, окропив всю столицу своей кровью.

Даже старшему принцу не повезло, и он остался без нескольких зубов. Как можно проглотить такую обиду? В результате он доложил обо всём императору. А при очной ставке, чёрт знает что нашло на второго брата в тот момент, он обнажил свой меч и пронзил им своего собственного старшего брата! Прямо насквозь!

Но это ещё не всё, ведь такое шоу произошло прямо на глазах у императора Тянсяна! Бедного старика аж вырвало от поступка второго сына! Он тут же отдал приказ, по которому второй принц был разжалован до простолюдина и арестован! Старший сын был заколот вторым сыном прямо перед его лицом! Как можно вынести такое несчастье!?

С другой стороны, третий принц, узнав о таком печальном известии, наоборот, очень сильно обрадовался: второй брат убил первого, и хоп, два заклятых врага разом ушли со сцены! К тому же, говорят, что сам император стал совсем плох. Так что теперь можно смело праздновать наследование престола!

В тот день праздник был не только у третьего принца. Вечером того же дня группа людей под руководством Ли Юрана ворвалась в тюрьму, и они освободили оттуда второго принца. Вернувшись в свою резиденцию, они начали пить и куролесить! И всё это было явно для отвода глаз.

Ведь в тот же вечер группа могущественных и таинственных людей со стороны второго принца вычистила всех прислужников старшего принца, включая даже несколько семей. Более десятка чиновников были жестоко перебиты как домашний скот!

Плюс ко всему, к огромному сожалению, все генералы столичной гарнизонной армии загадочно исчезли в этот вечер, да и начальники нескольких батальонов ушли в неизвестном направлении. Так что вся стража осталась без своего руководства. А для кровавых планов второго принца это было только на руку – такая удача!

И лишь спустя сутки, в небольшом заброшенном колодце императорского дворца была найдена целая дюжина тел – и все они оказались теми самыми главнокомандующими. А ведь это просто повезло, что вода в колодце пошла через край.

Увидев, что натворил его собственный ребёнок, император принял окончательное решение и объявил третьего принца наследником своего престола! Кроме того, был издан ещё один манифест, призывающий все существующие силы Тянсяна окружить и покарать второго принца! В центре столицы началась ожесточенная битва!

Нынешние распри довели императора до крайнего отчаяния, а некоторые семьи так вообще остались посторонними наблюдателями! Семья Мужун уже давно сложила с себя все обязанности, а тех, кто не захотел отказаться от чиновной карьеры, просто изгнали из семьи. Сейчас они собираются переехать в свой старый дом и наслаждаться своей старостью. А что касается служения трону, так на это есть министры императорского двора, какое это теперь имеет к нам отношение?!

Семья Сун отсиживается дома.

А семья Ли, во главе с Ли Тайши, из-за своего внука, Ли Юрана, откровенно встал на сторону второго принца.

Известный род Дугу широко распахнул двери своего дома, однако оттуда так никто и не появился. Все лишь наблюдали за происходящим, а девять генералов этой семьи вдруг слегли от тяжелой болезни.

Излишне говорить, что старик Цзюнь Чжан Тиан уже давно ушёл в отставку, и все споры об империи Тянсяна не имеют никакого отношения к нему.

Что касается семьи Мэн, которая дышала в одну ноздрю со старшим принцем, так она ещё в самом начале была полностью истреблена. Говорят, что даже собаке не удалось оттуда сбежать. А вот старик Танг Ванли, всегда готовый подставить своё дружеское плечо, собрал целое войско и направился в столицу, однако по дороге подвергся жестокому нападению. Сам старик получил серьёзную травму, и уже в бессознательном состоянии был возвращен обратно.

Крупные семьи, поддерживающие императорскую власть, не могли послать никакой помощи. Все генералы и главнокомандующие войсками вдруг исчезли. Оставшись в безвыходном положении, император решил сам возглавить своё войско и развернуть ожесточенную битву со своим родным сыном!

Таким образом, в столице происходило нечто странное: второй принц, который всегда казался самым слабым звеном, вдруг разросся, как огромная раковая опухоль и пошёл против императорской гвардии – сильнейшего войска дворца! Теперь их силы, будто наравне! Нужно просто следовать хитроумному плану Ли Юрана и занять выигрышное положение.

Третий принц, очнувшись от похмелья, присоединился к своему отцу и возглавил вместе с ним войско против второго брата. Ни в коем случае нельзя дать ему войти в императорский дворец. Замкнутый с трёх сторон, словно мёртвая точка, город был погружён в густой дым, словно там наступил конец света.

В этот момент Цзюнь Мосе как раз вернулся в свою резиденцию. Старик Цзюнь и Цзюнь Вуй с высокой башни смотрели вдаль. Брови старика были нахмурены, а дядя наблюдал за всем, словно за сценой спектакля. В их выражениях лиц не было ничего общего.

– В последнее время в столице так шумно, – Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и вошёл в башню.

– Хм! Шумно? Если даже и скажешь, что за всем этим не кроется твоя тень, я всё равно не поверю тебе, негодник! – старик злобно посмотрел на внука: – Только ты мог придумать столь жестокие приёмы и манипуляции!

– Да как это вообще меня касается? В последнее время меня даже не было в столице, а даже если бы и был, я всё равно никого из них даже и не знаю. Как же обидно!

Цзюнь Мосе скорчил невинное и обиженное личико:

– Возможно, отец и сын устали играть в игры с народом и захотели поиграть друг с другом. Немного погодя они успокоятся. Дядя? На что только не готовы пойти люди ради власти и могущества!

Цзюнь Вуй рассмеялся:

– Какой отец, такой и сын, что тут ещё поделаешь? Жажда власти над таким большим государством уничтожила их совесть!

Цзюнь Чжан Тиан разозлился:

– Ты, мелкий паршивец, поменьше болтай всякой ерунды! Мы стали свидетелями падения целой династии! Братья готовы перерезать друг друга, а отцу приходится идти против собственного сына, и это ты называешь игрой? Может, это как раз таки ты играешься?!

– Не беспокойся, дедушка, Тянсян точно не падёт. В те годы отец единолично удерживал целостность этой страны. Как его сын, я не могу дать ей вот так развалиться.

Цзюнь Мосе улыбнулся, подошёл к дедушке и, положив ему на плечо свою руку, сказал:

– Однако главный виновник в гибели моего отца сидит на троне, живёт себе беззаботно и припеваючи. Дедушка, такое хорошее представление редко когда увидишь. Давайте просто наслаждаться им.

– Вот вы вдвоём и наслаждайтесь. Я уже слишком стар для таких развлечений, пойду лучше посплю. Если есть дело – не беспокойте меня, а если нет – то тем более! – старик был крайне раздражён.

– Это всё-таки твоих рук дело? – Цзюнь Вуй повернулся и посмотрел на собственного племянника.

– Эмм. На самом деле, нельзя сказать, что это моих рук дело. Я просто подсказал правильное направление, а остальное уже меня не касается, – Цзюнь Мосе улыбнулся и подмигнул: – Дядя, ну как, ты в последнее время счастлив?

Цзюнь Вуй залился краской, но тут же изобразил каменное лицо:

– Что это ещё, счастлив – не счастлив? Ничего не поймёшь! Не уходи от темы, говори всё начистоту!

– Да я не вру, что это… Вы сделали то, что должны были сделать? – с неким интересом спросил Цзюнь Мосе.

– Что сделали? Что за чушь ты опять несёшь, засранец? Давно не получал по заслугам? – лицо Цзюнь Вуя было пунцовым, он изо всех сил старался избегать этого причудливого взгляда племянника. Затем он попытался изобразить из себя человека старшего поколения с прекрасными манерами и добавил: – Не говори глупостей! Ещё раз подобное услышу и кое-что тебе откромсаю!

– Дядя, – Цзюнь Мосе сделал серьёзный вид: – Жить вместе без брака – плохая идея. Такой союз и гроша не стоит. Ну ладно, ты не возражаешь, а тётя тоже молчит? Даже если и она не против, такое поведение окажет огромное влияние на наши будущие поколения. Как говорится, когда верхняя балка гнётся, нижние тоже кривятся. Кажется, сегодня я, наконец, понял, почему я всегда был таким непослушным малым, это всё из-за твоего влияния.

Цзюнь Вуй гневно выдохнул и поднял глаза:

– Ах, ты ж, скотина, ещё смеешь говорить такую чепуху! Ты с самого детства был главным мажором в шёлковых панталонах, какое это вообще имеет ко мне отношение? Я же всегда отличался прямотой и волей, твёрдым характером! Да по сравнению с тобой я взрослый и воспитанный человек. Каждый раз, когда я вижу тебя, мне хочется тебя хорошенько отхлестать! Думаешь, если появилась сила, то дядька не даст тебе оторваться? Если подрос, то что, ты больше не мой племянник что ли?!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул:

– Ох уж это человеческое непостоянство. Действительно, чтобы жена вошла в дом, свахе надо сломать в нём стену! Дядя, я ведь так сильно переживал за вас с тётей, а теперь всё наладилось. Жена вошла лишь во двор, но не в дом, однако стену я уже сломал. Кто бы мог подумать, что дядя станет таким нервным, прежний ты был более дружелюбным.

Глава 794. Отступать или не отступать, вот в чём вопрос

Цзюнь Вуй покраснел, как рак, и, часто дыша, сказал:

– Ты, щенок, нарываешься что ли?

Цзюнь Мосе рассмеялся:

– Дядюшка, а что я сделал тётушке? Она же не может целыми днями сидеть рядом с тобой!

В глазах Цзюнь Вуя показалась нежность:

– Сейчас у неё ещё есть свободное время, чтобы проводить его со мной. Она всем сердцем ушла в заботу об этих бедных детях. Пока занимается, как врач, но также она сказала мне, что хочет создать место, вроде пристанища для таких несчастных и обездоленных ребятишек, чтобы помочь им встать на ноги. Предоставить должный уход, без разницы, дети военных или их простых людей, - она относится ко всем с любовью и заботой.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и сказал:

– Тётушка в самом деле человек добрейшей души, – глаза его сверкнули: – Однако, дядюшка, боюсь, с этим делом придётся повременить, вы должны всё хорошо подготовить, скоро мы должны переехать отсюда! Мы должны покинуть Тянсян!

Цзюнь Вуй испуганно спросил:

– Почему? Переезжать, покинуть Тянсян? Но куда? Это так необходимо?

– Абсолютно необходимо, в кратчайшие сроки мы должны переехать в лес Тянь Фа! – Цзюнь Мосе глубоко вздохнул: – Я сегодня пришёл, чтобы как раз поговорить с тобой об этом вопросе.

Лицо Цзюнь Вуя стало серьёзным:

– Это из-за трёх Священных земель?

– Да! Только там будет относительно безопасно, – Цзюнь Мосе нахмурился: – Ранее три Священные земли лишились девяти Почтенных и шестисот обычных мастеров в Снежных горах! И в этот раз девять Достопочтенных тоже не вернулись из Тянсяна.

Оснований для мести у них больше, чем много, и нет и малейшего намёка, что этого можно избежать! А сейчас у меня есть уверенность, что я могу защитить сам себя, но нет сил, чтобы защитить всю нашу семью!

Если три Священные земли снова прибудут сюда, боюсь, их стиль будет сильно отличаться от того, как они вели себя раньше. Хотя и раньше ситуация уже имела статус серьёзной, но она ещё не достигала точки непоправимости!

Но сейчас всё кардинально поменялось, они слишком многого лишились и больше не станут недооценивать нас! Боюсь, настанет время, когда ты умрёшь, и я погибну. Тогда нашу семью ждёт настоящий крах!

Цзюнь Мосе беспомощно вздохнул:

– Поэтому, чтобы избежать гибели нашей семьи, мы должны на основании сегодняшней ситуации – отступить! На самом деле, только там я буду чувствовать себя спокойно!

– Если ситуация настолько серьёзна, боюсь, что не мы одни должны отступать, семьи Дугу, Дуанму, Сиконг и Донфанг тоже должны отступать вместе с нами! – Цзюнь Вуй уверенно сказал: – Три Священные земли, разумеется, не помилуют нашу семью, но и остальные тоже автоматически стали целью их мести! Если с ними что-то случится, разве мы с тобой сможет простить себе это?

Цзюнь Мосе сделал глубокий вздох:

– Дядюшка, мы должны торопиться! Согласно сегодняшним обстоятельствам, мы должны сначала перевезти в Тянь Фа всех высокопоставленных членов семей! Если сделать так, несмотря на своё высокомерие, то три Священные земли вряд ли станут воевать с обычными людьми!

– В таком случае, я потороплюсь и найду брата Дуанму, брата Сиконга и всех остальных, чтобы обсудить вместе это дело, – Цзюнь Вуй решительно добавил: – Мосе, а ты договорись со Священными животными. Дело не терпит отлагательств, если решили отступать, нужно немедленно отступать, чем быстрее, тем лучше, опоздания нам ни к чему.

Цзюнь Мосе улыбнулся:

– Дядюшка, не волнуйтесь, об этом я уже позаботился, Король медведей и остальные уже в курсе. Они только ждут вас, когда вы всё обговорите и немедленно – в дорогу! Первой партией непременно нужно эвакуировать всех важных персон! А потом организовать штаб-квартиру в Тянь Фа. Только так мы сможем сопротивляться трём Священным землям. Иначе здесь в любое время нас ждёт угроза уничтожения!

Цзюнь Мосе немного замечтался. Он думал, хотя Мэй Сюэ Янь сейчас не может покинуть Пагоду и показаться всем, но если она узнает, что вернулась в родные края леса Тянь Фа, наверняка она будет очень рада этому.

Цзюнь Вуй кивнул головой и сказал:

– Дело не терпит отлагательств, я немедленно приступлю к планировке этого дела! – договорив, он повернулся и тут же исчез. Дядюшка Цзюнь был умным человеком и прекрасно понимал, что сейчас как раз настало, что ни на есть, чрезвычайное положение, и в любой момент они могут столкнуться с внезапной атакой очень сильного врага, которую они не в состоянии будут отразить.

Раз уж решили отступать, так нужно поспешить с этим. Не стоит оттягивать с этим делом даже и на полчаса! В эту минуту на башне остался только один Цзюнь Мосе.

Глядя на то, как весь город покрыт густыми клубами дыма, у Цзюнь Мосе возникло крайне труднообъяснимое чувство пустоты и ещё, возможно, разочарования! Этот порыв исходил от чистого сердца.

Ему уже восемнадцать, и не сегодня, так завтра ему придётся столкнуться с вопросом женитьбы.

Сейчас в его сердце было много сомнений и противоречий. У любого мужчины при виде женщины сразу возникают определённые мысли, и Мосе не был исключением! И более того, его сердце и душа уже принадлежали Гуан Квинхан и Дугу Сяо И о помолвке с которыми договорился ещё его отец.

Гуан Квинхан была нежной и упрямой, холодной и почтительной, красивой, как неземная богиня. Дугу Сяо И была бойкой и остроумной, очаровательной и наивной, её черты лица были очень необычными!

Но Цзюнь Мосе с удивлением понял, что пока он был в разъездах, он совершенно не скучал по ним. Все его мысли занимала только Мэй Сюэ Янь. Мосе понимал, что по отношению к Гуан Квинхан и Дугу Сяо И это было, вне всякого сомнения, несправедливо. Дугу Сяо И с детства обладала исключительным интеллектом и с первого взгляда понравилась ему, и он не скупился любой ценой, чтобы завоевать её и расположить к себе.

Хотя это было безрассудно и повлекло за собой много несчастий, но сердце этой девчонки крепко засело в его груди. Это – неоспоримый факт, и никому не под силу избавить его от привязанности к ней! Глядя на такую чистую доброту, как же он мог остаться равнодушным?

А Гуан Квинхан, не щадя своей жизни сделала очень много для семьи Цзюнь! Она неоднократно рисковала своей жизнью ради семьи Цзюнь! В прошлый раз, чтобы спасти его, она даже не пожалела принести в жертву свою невинность. Встретив такую девушку, как Мосе может не дорожить ею?

Однако у каждого человека бывает такое время, когда он сомневается во всём. Цзюнь Мосе знал это и ещё прекрасно понимал, что это уже предопределено. Он и эти две девушки. Но, однако, в его сердце были угрызения совести. Без разницы, к Мэй Сюэ Янь, Гуан Квинхан или Дугу Сяо И! По отношению ко всем им.

Один мужчина не может одновременно любить двух женщин! Потому что настоящая любовь всегда может быть только одна. Стоит только полюбить, и ты за всю жизнь не сможешь разлюбить этого человека.

Цзюнь Мосе по-настоящему чувствовал любовь к Мэй Сюэ Янь. К Гуан Квинхан – восхищение и ответственность за неё, к Дугу Сяо И – жалость и симпатию, и ещё тоже ответственность за неё! Возможно, все мужчины подвержены такому.

Но нельзя отрицать, что если бы сейчас не стало Гуан Квинхан или Дугу Сяо И, это бы принесло невыносимую боль для Мосе. Он бы скорбел и был в гневе! Но если бы не стало Мэй Сюэ Янь, он бы в самом деле не смог справиться с этим. Его сердце бы разбилось, и он впал бы в безумство!

«Мужчины, мужчины, я – тоже мужчина, которому трудно нарушать общепринятые нормы?» - Цзюнь Мосе сквозь смех и слёзы пытался разобраться в том, что он чувствует сейчас, и чем дальше продолжались эти разбирательства, тем больше он терял нить логики и здравого смысла.

Первое, о чём он думал:

«Стать мужчиной с множеством жён и наложниц, фактически тоже очень утомительно, и не сказать, что прямо счастье?! Я решительный человек! Я – убийца?»

Цзюнь Мосе сам спрашивал себя, но, казалось, что никому не под силу разъяснить здесь ситуацию. Потому что женщины и мужчины очень похожи, с рождения они – крайне противоречивые существа! Пусть даже верный мужчина встретит на улице девушку. Он тоже будет смотреть на неё во все глаза!

Всем нравится красота, и все хотят быть красивыми! Раз уж ломать голову над этими вопросами бесполезно, тогда пусть всё просто идет своим чередом.

Цзюнь Мосе спустился с башни, в голове его была полная неразбериха, которую трудно было привести в порядок. За свою жизнь он впервые остался наедине со своими чувствами и с такой проблемой.

Пока Цзюнь Вуй дожидался, когда Мосе спустится в главный зал, он уже всех созвал для обсуждения вопроса о переезде. Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь вели аскетичный образ жизни и везде находили себе дом, поэтому им было совершенно всё равно на вопрос о переезде семьи Цзюнь.

По-настоящему удивили Цзюнь Мосе позиции семьи Донфанг, Дуанму и Сиконг. Донфанг Вэн Цин был совершенно непреклонен относительно этого вопроса.

– Это решение совершенно не подходит семье Цзюнь в настоящий момент! Вы обладаете репутацией семьи высокого уровня, но фактически находитесь в небольшом числе. Раз вы говорите о переезде, Бога ради, переезжайте. Наша семья Донфанг с большим трудом смогла разрушить клятву и сейчас пытается вернуть себе былое величие. Как же в такое время, мы можем, как черепаха, прячущая голову в свой панцирь, бежать в Тянь Фа?

– Не говоря уже о том, что эта территория изначально всегда принадлежала Священным животным. Мы друзья со Священными животными, но как же мы можем себе позволить скрываться в Тянь Фа, - это просто невозможно! Три Священные земли, конечно, хотят свести счёты с семьёй Цзюнь, это, вне всякого сомнения.

Но семья Донфанг ни имеет никакого отношения к этому. Мо Вудао, конечно, мелочный, но всё же, он – выдающийся человек этой эпохи. Он не станет вымещать свой гнев на нас, обычных семьях, совершенно не причастных! Поэтому наша семья Донфанг категорически против отступать!

Донфанг Вэн Дао и Донфанг Вэн Цзянь были такого же мнения. Мосе предположил, что и Дуанму, и Сиконг тоже придерживаются этой же позиции!

– Семья Цзюнь первая окажется под ударом, и наше отступление не стоит осуждать! Но у наших двух семей нет в этом необходимости. В конце концов, три Священные земли, не слишком ли обнаглеют, если начнут вымещать свой гнев ещё и на нас?

Это – настоящий позор. Поэтому не стоит переживать за нас. Мы тоже разделяем мысли Мосе. Если семья Цзюнь не отступит, то подвергнется жестокой и беспощадной мести со стороны трёх Священных земель.

– Господа, разве благополучие и безопасность своих близких людей мы не должны брать под контроль в свои собственные руки? Возлагать надежду на доброту трёх Священных земель, разве это не глупо?! Смерть или благополучие вас и вашей семьи сейчас в ваших руках! Это в наименьшей степени надёжный выбор! Надеюсь, господа, вы ещё серьёзно подумаете об этом! – услышав итоги этих совещаний, Цзюнь Мосе очень сильно нахмурился.

Глава 795. Воздаяние

– Нет необходимости снова обсуждать этот вопрос! – гневно сказал Донфанг Вэн Цин: – Предки нашего рода Донфанг всегда имели достойную репутацию и славу, мы не можем её вот так потерять! Солнце встает на востоке (Донфанг – восток), поэтому мы – непобедимы!

Мы обязаны сделать всё самостоятельно. Если мы будем прятаться в Тянь Фа и искать защиты у крылатых Священных животных, то о возрождении семьи Донфанг не может быть и речи!

Если вы уже сказали это, тогда считай, что сделали. Если же ваши слова лишь притянуты за уши, тогда впоследствии вы можете опозориться.

Цзюнь Мосе уже ничего не мог здесь поделать. Так что просто напомнил всем об имеющейся опасности и мерах предосторожности, а затем дал им несколько волшебных таблеток и устроил устно-письменный допрос при участии короля ястребов. В любое время он мог оказать поддержку в информировании, если вдруг что-то изменится.

На второй день Донфанг Вэн Синь спешно покинула Тянсян и отправилась догонять возвращающиеся знатные семьи.

Цзюнь Чжан Тиан отправился к старику семьи Дугу, однако тоже получил отворот поворот. Тот как раз попивал вино, так что, услышав, какие вести привез с собой Цзюнь Чжан Тиан, сначала немного оторопел, а затем помахал ему рукой:

– Идите отсюда, я никуда не пойду! И семья Дугу тоже никуда не пойдет!

Они ведь знакомы всю жизнь, почему он не может понять его точку зрения? Старик Цзюнь не стал его больше уговаривать, он лишь вздохнул, молча встал и направился к выходу.

Глядя на отдаляющийся силуэт, когда тот уже был практически в дверях, Дугу Цзёнхэн вдруг сказал:

– Скажи своему внуку, чтобы он хорошо относился к моей внучке! Это ведь сокровище нашей семьи Дугу! Если он её обидит, я с него сам три шкуры сдеру!

Цзюнь Чжан Тиан немного помолчал и уже на выходе сказал лишь одно:

– Передаю людей Тянсян в ваши руки.

Дугу Цзёнхэн продолжал наблюдать за удаляющейся фигурой старика. Затем он вытянул шею, залпом осушил огромную чашу вина и пробормотал:

– Старик Цзюнь, и ты пойми меня. Я, Дугу Цзёнхэн, никогда не держался за власть. Но военные силы оберегали Тянсян в течение шестидесяти лет! И это не просто император, а сотни миллионов простых граждан!

Семья Цзюнь определённо должна уйти, но если исчезнет и семья Дугу, что тогда станет с народом? Как я могу спокойно наблюдать за такой пучиной кошмара? Все девять мужчин семьи Дугу встанут стеной за родную землю и мирных граждан!

Скажут спасибо – хорошо, а не скажут, ну и ладно! Короче говоря, это одна из немногих ролей, которую я должен исполнить в своей жизни! Что касается императорской семьи… Когда это меня волновали слава и почёт его величества? – оправдывался Дугу Цзёнхэн.

Сказав это, он снова хлебнул винца и хлопнулся на стол, а выпавшая чаша с вином упала на пол, разбившись вдребезги. Однако старик так и продолжал бубнить себе под нос:

– Герои пойдут до последнего. В такое смутное время, да как мы, герои семьи Дугу, можем вот так убежать?

Только вперёд! До самого конца. В противном случае, в Тянсяне разгорится сигнальное пламя, а страданиям людей уже не будет видно конца! Мы не можем уйти, не можем.

В семье Цзюнь полным ходом шла подготовка к отступлению, и лишь старик сидел в одиночестве в высокой башне, глядя на Тянсян. Казалось, что он не может насмотреться на все эти кирпичи, камни и деревья.

Он всю свою жизнь посвятил защите этого места! Ради него, он сотни раз бывал на волосок от смерти! Ради него Ву Хи любой ценой возвращался с поля боя, становясь воплощением божества войны! Кто из семьи Цзюнь не видывал ветреного месяца, холодного ветра пустыни, железных копыт на лугах и свистящих хоругвей.

Старик тихонько смотрел вдаль, а его глаза медленно наполнились хрустальными слезами, и два ручейка потекли по его щекам прямо к белоснежной бороде. Капля за каплей слёзы падали на землю.

За все эти годы, сколько товарищей превратились в непогребенные кости, прямо у него на глазах. А сколько хороших ребят под его руководством бились до конца, пока не падали замертво? Его собственные сыновья и внуки проливали свою кровь на этой земле.

Блеск меча всё ещё переливается перед глазами, и звуки величественного горна раздаются в ушах. Взгляды умирающих товарищей никогда не забыть, а их предсмертные крики будут вечно эхом отдаваться прямо в сердце.

– Брат Цзюнь! Брат Цзюнь… – старик крепко сомкнул глаза, а на его старом лице появились судороги. Он опустил голову, лишь только его плечи слегка дрожали.

«Не хочется! Очень не хочется. Но теперь в конце концов я должен покинуть это место! Оно оставило мне бесчисленное количество кровавых слез и раскаяний, однако почему же так больно прощаться?»

– Герои сражаются и умирают, они не оглядываются назад. Тяжёлую кавалерию остановит лёд и ветер. Сколько же наших снов было пропитано кровью! – Цзюнь Чжан Тиан почти рыдая, прочитал эти строки. Ещё когда он начинал свою военную карьеру, они частенько проговаривали это стихотворение после очередного боя, когда очищали свои мечи от крови противника. А сейчас, сколько людей ещё помнит его?

Слёзы Цзюнь Чжан Тиана текли по его лицу, и, сжав свои зубы, он сказал:

– Братья, я действительно… Я должен уйти, я должен покинуть это место, где находятся души падших героев. Если вы соскучитесь по мне, то приходите в мои сновидения, я буду ждать.

Такой непробиваемый человек, который не заплакал после смерти сыновей и внуков, вдруг неосознанно разревелся от шквала эмоций! А всё потому, что ему нужно покинуть родную землю, - место, облитое кровью его сердца!

И хотя эта земля обманула его ожидания, а императорская власть причинила ему боль, у него отняли сыновей и внуков. Однако, в конце концов, это часть его жизни! А теперь он должен думать о защите своей семьи! Люди ведь – не деревья, как в таком вопросе можно быть бесчувственным?

Сегодня он должен сделать это! Потому что, если он настоит на своём, тогда Цзюнь Вуй и Цзюнь Мосе однозначно не сдвинутся с места. И тогда для семьи Цзюнь наступит конец! Он уже потерял двух сыновей и двух внуков, неужели эта земля заберёт у него оставшихся детей? Нет! Ни в коем случае! Ему нужно идти! Несмотря на всю боль расставания. Ведь он несёт ответственность за свою семью!

Цзюнь Мосе, одетый в тёмную одежду, медленно прогуливался по опустевшим улицам, направляясь в сторону доносившихся криков. Он был один.

У него было праздное и спокойное настроение. Двигался он непринуждённо, а интервалы между его шагами были удивительно точными! Выглядел он весьма торжественно!

Кровавая расплата за великого генерала Цзюнь Ву Хи и непоколебимого бога войны Цзюнь Ву Мэна, а также за двух старших братьев Мо Ю и Мо Шу, за многолетнюю кому матушки… Месть, наконец, вернулась к главному зачинщику всех бед! В полном размере!

Раз уж семья Цзюнь решила сегодня уйти, тогда Мосе нельзя всё испортить! Так или иначе, но сегодня воздаяние должно подойти к концу!

Второй принц довольно оперативен, а Ли Юран очень аккуратен в своих делах. За такой короткий промежуток времени он всё успешно разрешил и даже устроил такой фарсовый разлад. Ну, раз уж на то пошло, то лучше поспешить и воспользоваться возможностью, чтобы уладить все стародавние дела!

«Вражда окончится именно сегодня! Я, единственный наследник семьи Цзюнь, лично потребую с них уплаты долга! И после этого семья Цзюнь уже никогда ни о чём не будет сожалеть! Никогда!»

Бесчисленное количество домов были разрушены, а шумные и оживлённые улицы превратились в поля сражений для враждующих сторон! На, можно сказать, небольшом клочке земли столкнулось около тридцати или сорока тысяч человек! Алая кровь хлынула рекой, человеческие конечности разлетались в стороны, раненные и мёртвые падали штабелями. Ещё секунду назад они кричали «В бой! В атаку!», и уже вдруг превратились в тёпленькие трупы.

Служащие тыла непрерывно выходили и собирали раненых, однако про тех, кто сражался на передовой, можно было сразу забыть! Туда было слишком тяжело прорваться!

С одной стороны, был сам император, полный власти и величия, одетый в золотую броню. Он сидел верхом на белоснежной лошади, вооружённый длинным мечом во главе целого войска! Он поклялся убить собственного сына!

Позади него находился третий принц Ян Чжэ, полный бесстрашия и дерзости! Конечно, ведь его окружал щит из сорока или пятидесяти воинов! Так что, этот малый, всё же, очень страшился смерти!

Напротив них, далеко-далеко виднелся силуэт второго принца. Он сидел верхом на огненно-рыжем рысаке и ездил взад-вперёд, как таракан на мельнице, с пеной у рта он кричал:

– Убить! Убейте императора! Убейте этих ублюдков! Я дам вам намного больше! Как только я взойду на престол, вы станете преданными государю сановниками! Богатство и почести, высокие должности – раз плюнуть! После нашей победы вас ожидает вечная слава и почёт!

На высокой стене вокруг резиденции второго принца были подвешены два стула, высота от земли была где-то в районе десяти футов. На одном из стульев сидел сам Ли Юран. Его силуэт спокойно плыл в воздухе, он весело беседовал и явно чувствовал себя непринуждённо. Словно генерал Чжоу Юй во времена Троецарствия.

Ли Юран очень вольготно наблюдал за боевой обстановкой. Левой рукой он взмахнул складным веером, и рядом стоящий вестовой тут же поднял остроконечный флажок в воздух. Тотчас со стороны второго принца раздался звук горна, и расположение войска немедленно изменилось! Взмах правой руки тоже приводил к неким изменениям.

Цзюнь Мосе спокойно улыбался, наблюдая за этой картиной, а затем вдруг с удивлением обнаружил, что войска второго принца находятся в невыгодном положении. Однако под руководством Ли Юрана, с его постоянными сменами позиций, весь фронт превратился в месиво, у каждой стороны были и убитые и раненые. Тем не менее потери императорского фронта были больше.

Цзюнь Мосе был уверен, что Ли Юран намеренно создал такую странную обстановку.

Иначе, с его хитроумными планами он не рискнул бы вступить в смертельную схватку! Ещё в таком безмятежном расположении духа!

Глава 796. Братоубийственная война

Что ещё важнее, людей из семьи Ли до сих пор не было видно! Необходимо отметить, что Ли Тайши за долгие годы скопил достаточно хорошие силы. Может там хороших мастеров и немного, однако для данной армии они стали бы абсолютной элитой! Если они присоединятся к военным действиям, то определённо произойдут решительные изменения! На худой конец, они не дадут второму принцу проиграть в ожесточённом бою!

Хотя у императора имеется возможность к отступлению, основное направление тактики Ли Юрана заключается в создании большой смуты в столице. Чем больше хаоса – тем лучше. Он был абсолютно уверен в своих силах. Так или иначе, Цзюнь Мосе сможет в любой момент помочь спасти ситуацию! Ли Юрана абсолютно не волновало количество убитых. Он спокойно наблюдал за всей суматохой: чем больше смертей – тем интереснее.

– Этот Ли Юран… Талантище! – Цзюнь Мосе восхищённо вздохнул и пробормотал: – С таким талантом взял и стал злодеем! – он поднял глаза и посмотрел в сторону императорской резиденции, вспоминая облик маленького сорванца Ян Чжэ (третий принц). Про себя он думал об одном:

«Ли Юран, в конце концов, оставить его или нет? Если оставлю, будет ли это хорошим решением? Такой талант, и что мне, прикажете убивать его теперь? Действительно не хочется, однако если пощадить, то кто, кроме меня, сможет контролировать бесподобную изобретательность Ли Юрана? Ян Чжэ? Сможет ли он?»

Стоя прямо перед жутким побоищем, Цзюнь Мосе полностью погрузился в свои мысли. Похоже, что его вообще ничего не волновало.

Ужасающие крики и возгласы, сопровождающиеся ветерком первого месяца весны, подули прямо в лоб Мосе. Его длинные волосы налипли прямо на нахмуренные брови.

В этот момент Цзюнь Мосе выглядел даже немного подавленно. Он был похож на обычного юношу, который тосковал по весёлым временам.

– Да здравствует император! Да здравствует император! – с поля боя вдруг раздались громкие крики, и Цзюнь Мосе безразлично поднял свою голову. Оказалось, что император после многократных неудач решил самолично двинуться в бой. С длинным мечом он бросился в атаку, а его стража, испугавшись провала, поспешно последовала за ним.

Присутствие императора на поле боя, несомненно, подняло моральный дух армии! Все воины, с красными глазами, не жалея сил, ринулись вперёд. Даже тысячи врагов для них не помеха. В одно мгновение давление на армию второго принца увеличилось в несколько раз. Даже если бы у них имелась превосходная передовая, Ли Юран всё равно не смог бы устоять!

Третий принц, окружённый своей охраной, увидев, что их армия находится в выигрышном положении, а второй принц начал свое отступление, тотчас воодушевился и громко закричал:

– Несите барабан! Третий принц хочет лично подбодрить отца! Я надеюсь, что наш талантливый в военном деле император, наконец, сразит этого ублюдского мятежника Ян Даня!

Вскоре после этого был принесён огромный барабан. Третий принц скинул с себя свою накидку, героически вышел вперёд и принялся стучать по нему! На удивление, это было очень ритмично, не зря ходили слухи, что принц любит развлекать своих наложниц не только телом, но и игрой на барабанах. И ведь это не выдумки. Поглядев на темп и энергию игры, можно было сразу сказать, что такое было достигнуто путём долгих тренировок.

Барабанная дробь была такая же интенсивная, как бьющий по крышам проливной дождь. Отовсюду звучали возгласы:

– Могущественный император! Могущественный наследник престола! Победа за нами! – крики были настолько радостными, будто они уже и правда одержали победу.

Но кто бы знал, что третий принц решился на такие действия не потому, что ему было неуместно выходить на поле боя вместе с императором, а потому, что этот могущественный наследник престола слишком сильно боялся смерти! Вот он и придумал такую хитрость!

Барабанная дробь. Хотя это и может поднять боевой дух армии, но, в конце концов, это – тыл, глубокий тыл, даже выпущенная тайком стрела не сможет проникнуть вовнутрь. Нужно отметить, что третий принц довольно талантлив, раз смог проявить такую находчивость!

Сражение становилось всё ожесточённее, с обеих сторон доносилась свирепая барабанная дробь, знамёна и флаги развевались по ветру, а народу было видимо-невидимо. Именно в этот момент произошло то, чего совершенно никто не ожидал!

Третий принц Ян Чжэ. То есть, теперь уже наследник престола, внезапно отбросил барабанные палочки и поднялся. Словно боевой петух, он вытянул свою шею и бешено закричал в небо, да так громко, что его свист пробил даже облака!

Наоравшись, он стремительно шагнул вперёд и с суровым видом направился к своей лошади! Его шаг был решителен и смел! Какая мощь! Спина прямая, походка ровная, он всячески демонстрировал темперамент и манеры наследника престола!

Каждый воин стал про себя его нахваливать:

«Это! Это наш наследный принц! Глянь, какой он сильный и смелый, совсем не боится смерти! Отважный герой. Ой, да что это происходит? Как это объяснить?!»

Увидев, как третий принц мужественно запрыгнул на свою лошадь, все присутствующие охренели от удивления. Он достал свой кнут и свирепо ударил боевого коня, а затем громко гаркнул во всё горло:

– Гордо наследник престола шагает на поле для боя! Настоящий мужчина умрёт за страну, как герой, защищая родное! Отец, твой маленький Чжэ уже идёт!

Кто бы мог подумать, что он начнёт говорить стихами! Да ещё и такими воодушевлёнными. Их, безусловно, можно передавать из поколения в поколение! Он и правда мастер кисти и меча, достойный наследник императорского трона.

Некоторые вдруг стали восхвалять принца во всё горло, однако, услышав его последнюю фразу, тотчас охренели! Один за другим они раскрыли свои рты.

«Отец, твой маленький Чжэ уже идёт!» – это что ещё за херь такая?

Разве твой отец обычно так с тобой забавляется? Если нет, тогда ты сам решил себя так назвать? Разве это приемлемо? Неужели это такое ласковое обращение отца к сыну? Толпа людей молча уставилась друг на друга. Режиссёром такой причудливой картины мог стать не кто иной, как Цзюнь Мосе!

Что касается имени принца, иероглиф «Чжэ» имеет свою историю. А не слишком эрудированный Цзюнь Мосе, похоже, об этом ничего не знал, да и на кой чёрт ему это нужно. Так что он не стал особо заморачиваться. В это время он уже находился в теле третьего принца, однако манера речи и привычки перешли туда вместе с ним, и вот это: «Отец, твой маленький Чжэ уже идёт» – как раз таки его рук дело.

Довольно необразованный молодой мастер Цзюнь просто опозорил наследного принца перед такой огромной толпой, просто высмеял его на окровавленном поле битвы. В душе Мосе даже стало неловко, однако он подставил всё так, что третий принц на самом деле крикнул не «маленький Чжэ», а «маленькая удача» (удача читается похожим образом). А что касается тех, кто услышал первоначальный вариант, то, можно сказать, что мысли этих людей просто нечисты.

Так или иначе, этот парнишка уже итак стоит на краю могилы. Даже если он и захотел ласково себя обозвать, что в этом такого.

Сказал позже, чем всё случилось! В этот момент наследный принц восторженно двигался вперёд и уже шёл впереди всего передового отряда! Он устремился к своему отцу, продолжая кричать ту же фразу:

– Отец, твоя маленькая удача уже идёт.

Солдаты враждующих сторон вытаращили свои глаза! Некоторые из них были в таком замешательстве, что даже промахнулись по своему противнику. Они просто уставились на обезумевшего принца, что, сломя голову, мчался впереди планеты всей. Просто немыслимо.

Второй принц пришёл в себя после приступа бешенства и расхохотался. От такого смеха он схватился за живот, а на его глазах проступили слёзы:

– Его величество монарх, вы вышли на поле боя. Вот только, боюсь, как бы наше дитятко не поранилось. Вам нужно было продолжать держать его в укромном месте. Ваше величество, ну, я, конечно, в полном восхищении от вашей дальновидности, кланяюсь вам в ноги! Если у империи Тянсян будет такой осторожный и осмотрительный правитель, то никакие невзгоды ей уже не страшны! Все мы тут – мужчины, и понимаем мотивы ваших действий, ха-ха-ха.

Всё поле битвы разразилось громким смехом, хохотали и друзья, и противники!

Император вздохнул, он уже, было, хотел разозлиться, однако на кого? На противника? Или же на самого себя? В конце концов, он пришёл в отчаяние и закричал:

– Проклятие! Что за чепуху ты несёшь?

Наследный принц Ян Чжэ уже был на месте. Он удивлённо и обиженно сказал:

– Отец, это я, твоя маленькая удача, я пришёл поддержать тебя. Почему ты так разозлился? Я ведь – твоя маленькая удача.

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе был незаметен, однако он чуть сам не засмеялся от происходящего. Решив, что этой пьесы будет уже вполне достаточно, Мосе покинул голову Ян Чжэ. Третий принц тут же пришёл в бешенство и завопил:

– Баран! Убирайся прочь и сдохни! – эти слова были адресованы его второму брату!

Император скосил свой взгляд. Он ещё даже не успел отчитать этого засранца, как тот свирепо зарычал, ударил свою лошадь и победным маршем направился прямо ко второму принцу!

Вражеские солдаты, кони, все, кого он встречал на своём пути, были разгромлены. Он двигался спокойно, словно корабль, проходящий через тихое озеро и режущий безупречную гладь воды!

Он выглядел словно бесподобный генерал многочисленного войска – какое изящество!

– О, могущество наследного принца! – раздались подбадривающие вопли подхалимов!

Их крики не утихали. Наследный принц, сокрушив все препятствия, шёл прямо на второго брата. Боевой конь встал на задние копыта, будто в него вселилось что-то сверхъестественное!

Глава 797. Человеческая трагедия

Все присутствующие мигом успокоились, ведь поступок наследного принца поистине был прекрасен! Мятежник должен смиренно склонить голову и быть казнён! Это – действительно огромный подвиг!

Такой отважный принц сможет стать величайшим правителем всей эпохи! Сколько же смелости в этом герое–одиночке?! Боже, благослови империю Тянсян и её будущего правителя!

Его высочество наследный принц, несомненно, поведёт империю Тянсян к великолепному будущему! Возможно, ему удастся объединить весь материк и уничтожить враждебные государства! В одно мгновение каждый, кто был на стороне третьего принца, испытал огромный душевный подъём!

Некоторые уже даже начали готовиться кричать хвалебное «браво». Осталось лишь дождаться, когда наследный принц обнажит свой меч! Второй принц теперь – явно просто кусок мяса на разделочной доске! Ему некуда бежать!

Даже в глазах императора промелькнула искра неописуемой радости, содержащей в себе ещё каплю душевной боли!

Как раз в этот момент сознание героического наследника Тянсяна вернулось в норму, он осмотрелся по сторонам в страшной панике и внезапно разревелся:

– Мама! Папа! Как я тут оказался, хнык-хнык. Не убивай меня, второй братец, мой любимый второй братик! Умоляю, не убивай, я сделаю для тебя всё, что захочешь, только оставь меня в живых!

Со звуком «пщщ», струя жёлтого цвета медленно потекла по белоснежным штанишкам наследного принца, на поле битвы жутко завоняло! От испуга бедный парень так сильно нассал, что «жёлтый ручеёк» растёкся аж на три метра в длину!

Второй принц, увидев, как дерзко его младший брат устремился в атаку, уже, было, хотел убежать, но было слишком поздно. Он даже смирился со своей смертью от руки третьего принца!

В мыслях у него промелькнуло «моя смерть пришла»! Второй принц обречённо сомкнул глаза! Но даже, не успев выронить свой меч, он вдруг услышал голос младшего брата, умоляющего о пощаде!

«Эмм. Это он сейчас к кому обращается… ко мне?!

Как это возможно? Разве это не мне стоит стоять перед ним на коленях?»

Затем он вдруг услышал странный звук, как будто кого-то настигла жуткая диарея, которую невозможно остановить. А через секунду почувствовал соответствующий мерзкий запах.

Второй принц открыл глаза, словно ото сна. Ещё минуту назад наследный принц был готов разорвать всех просто на куски, а сейчас он выглядит как самый жалкий червь на этой планете, да ещё смотрит на него с жутким отчаянием и нескончаемым рёвом. Он весь трясся, словно свиноматка.

«Да что, б*ядь, вообще происходит?»

Второй принц моргнул глазами, но его младший брат уже спрыгнул с лошади: с его штанов продолжало что-то стекать, оставляя на земле след коричнево-жёлтого цвета. Он посмотрел ему в лицо, выражение которого говорило всё о том же:

– Брат, хнык-хнык… Не убивай меня, второй брат, мой любимый второй брат. Умоляю, не убивай, просто отпусти меня, и я сделаю для тебя всё, что захочешь. Я больше не стану сражаться с тобой за императорский трон. Брат. Ваше Высочество. Пощадите.

– Кусок дерьма! – второй принц, наконец, очухался. Осознав, что буквально пару минут назад он был напуган этим мелким ублюдком до оцепенения, он пришёл в ярость и свирепо заорал, вытащил свой длинный меч и спрыгнул с лошади. Без колебаний, одним ударом он расколол черепушку младшего брата:

– Разве ты не наследный принц? Разве ты тут сейчас этим не кичился? Где твоё величие? Ну же, куда подевался весь твой пыл и смелость?

Под звуки бешеного рёва кровь брызнула в воздухе, второй принц вонзил длинный меч прямо в сердце младшего брата, а затем ещё раз, и ещё, и ещё. Тело наследника превратилось в дуршлаг. Голова и конечности, порубленные в фарш, были разбросаны по всей земле.

Второй принц всё ещё кричал, пиная обезображенное тело, а затем самодовольно усмехнулся:

– Ты, мелкий ублюдок! Ну же, вставай, поборись со мной за трон! Я проучил тебя, мерзкая тварь!

Он уже запыхался, но его ноги не останавливались. Глаза налились кровью от гнева!

На поле битвы прекратилось любое движение, все в ахере наблюдали за происходящим. Просто пи*дец! Их глаза вот-вот вывалятся наружу!

«Да как такое могло произойти?»

«Боже, помоги мне, мои глаза больше не могут на это смотреть».

«Это реальность? Что, чёрт возьми, происходит? Может это всё – сон? Как этот мир может быть таким безумным?!»

В этот момент император Тянсян вдруг пришёл в себя. Не слыша ни единого звука, с выпученными глазами он будто наблюдал перед собой сцену пантомимы! Его собственный младший сын – единственный наследник трона, был вот так жестоко убит. Да ещё и его вторым сыном – предателем и бунтовщиком! Порублен на мелкие кусочки!

Его вдруг затрясло. В груди пробила адская боль, и император громко закричал:

– Сынок! Мой мальчик! – у него закружилась голова.

Алая кровь хлынула изо рта старика. Лицо его стало бледным, как полотно. Послышались крики:

– Ваше Величество! Ваше Величество!

Императорская стража испуганно подбежала и подхватила старика. И бедный император, в конце концов, потерял сознание.

Старший сын был убит прямо у него на глазах. Одним ударом в сердце!

А теперь ещё и младший сын пал от руки собственного брата!

Такая трагедия в лице братоубийства! И всё это случилось буквально за пару дней!

Хотя Ян Хуай Ю всегда был довольно сдержанным и сообразительным, а также крайне хитрым правителем, однако, он всё же, был обычным человеком. А кровь – гуще воды, даже в императорском дворце!

В конце концов, он – отец!

Более того, в этот момент он в тупике и как отец, и как правитель своего государства! Такой удар слишком тяжело вынести! В стране царил полный хаос, а от императорского величия ничего не осталось.

Второй принц был в полнейшем восторге и громко смеялся:

– Этот старый хрыч никак не сдохнет, но теперь ему пришёл полный пи*дец! В атаку! Плевать кто, но принесите мне голову этой сволочи, Ян Хуай Ю! Я – император, лично дарую тому человеку княжеский титул и безграничные земли! А его семья получит золотой знак вечного наследования!

Теперь второй принц стал именовать себя императором.

Такой приказ только подлил масла в огонь!

Кто не хочет себе высокий титул и жалование?

Кто не хочет счастливой жизни своей жене и детям? Это ведь – княжеский титул и безграничные земли, как-никак! Достаточно веский мотив, чтобы закипела кровь! Да ещё и золотой знак вечного наследования! Умопомешательство забило ключом!

Даже в императорском лагере многие вдруг задумались: может воспользоваться суматохой и самому отрубить голову этому старику?

Ведь такая возможность выпадает лишь раз в жизни!

«В моей жизни такое может быть только один раз! Если я не отрублю – это сделает кто-то другой! Чем я хуже?»

Эта мысль вдруг вспыхнула в головах каждого, раздувая огромный пожар, который уже не остановить! Многие люди повернулись в сторону императора, их глаза были полны безумия. В следующую секунду они уже бросились на него как стая бешеных собак.

– Император ещё не умер! Кто это такой отважный, что осмелился пойти против правителя Тянсян? – раздался громкий и суровый крик. Старик уже успел очнуться и выпрямился в своём седле. Его величие и строгость остались прежними!

Под его авторитетом солдаты тут же остановились и отступили на пару шагов, их клинки потихоньку опустились вниз.

Даже второй принц вдруг побледнел, а его руки и ноги задрожали. Увидев резкий и строгий взгляд отца, он опустил голову и сам немного отошёл назад.

– Ян Дань! Ты хочешь убить императора? – Ян Хуай Ю спустился с лошади и, заложив руки за спину, пронзительно уставился на сына: – Ты убил своего старшего брата! А сегодня ещё и младшего! Ведь это твои кровные братья! У вас одна мать! Если они ублюдки и сучьи сыновья, тогда кто же ты? Что теперь, хочешь убить императора – своего собственного отца? Если я сволочь и мразь, то, как насчёт тебя, кто же ты у нас такой? Отвечай!

При каждом своём слове старик делал шаг вперёд, а второй принц растерянно пятился назад. Закончив говорить, император был уже в пяти шагах от сына! Губы второго принца дрожали, он явно был очень взволнован, а его бесстрашие улетучилось в неизвестном направлении!

Этот человек. Его отец. Может он и смог убить собственных братьев, но вот поднять руку на собственного отца... Нет, это не в его силах.

– Что такое? Ян Хуай Ю, ха-ха, его величество император, что такое? Ян Дань не может тебя убить? Почему же? У тебя, что ли, голов больше или же, может, несколько жизней в запасе имеется? – прозвучал чистый, сладкий голос. Услышав его, люди ощутили дуновение весеннего ветерка пусть даже и на кровавом поле битвы. Цзюнь Мосе! Он появился в самый решающий момент! Будучи режиссёром сего представления, он должен был выйти именно в финале спектакля!

Глава 798. Отомстить императору: выполнено

Вслед за этой фразой, все обернулись на голос.

Где-то вдалеке, сквозь многочисленные крики толпы, показался молодой человек в тёмной одежде. Все расступились. Руки его были заведены за спину, а на лице красовалась приятная улыбка, выражение его лица было очень спокойным и безмятежным, словно он просто прогуливался по цветущему саду, а не шёл через кровавое поле боя. Он был похож на божество, которое просто вышло полюбоваться луной.

Повсюду была кровь, её было так много, что люди утопали в ней, но он не шёл, а словно парил над всем этим кроваво-красным океаном, его обувь на ногах была совершенно чиста и даже не заляпалась кровью.

Он спокойно и непринужденно продолжал идти. Глядя на окружавших его со всех сторон солдат и море крови под ногами, он протяжным голосом сказал:

– Испокон веков государь всегда беспощаден и бесчувственен. Как тут обойтись без кровопролития? Только потом, подняв глаза, можно увидеть нагромождённые повсюду непогребенные кости!

Говоря эти слова, он уже почти дошёл до императора Тяьсяна Ян Хуай Ю, их разделяло меньше десяти чжан. Своими хитрыми глазами он оглядел государя, пребывающего в затруднительном положении. Парень улыбнулся и произнёс:

– Ваше Величество, вам действительно радостно! Посреди яростной битвы, посреди кровавой бойни вы с таким энтузиазмом и энергией занимаетесь воспитанием своего бездарного сына. В самом деле, сердце любящего отца никого не может оставить равнодушным, можно только восхищаться вами.

Он немного покачал головой, на его лице было скучающее выражение, он, раздосадовано вздохнув, сказал:

– Очень жаль, что мой отец больше не может позволить себе такого. Не может больше отчитать меня! Как же моё сыновье сердце может не страдать? Вспомнил сын о родителях, да только нет их уже! Ваше Величество, такое чувство словами не передать, вы согласны со мной? Вы потеряли одного сына, а другой хочет убить вас и завладеть троном, можете ли вы понять чувства простого человека?

В глазах императора обнажилась ненависть. Кажется, в них виднелся едва различимый ужас и страх, и он грубо ответил:

– Цзюнь Мосе, это горе – это от начала и до конца дело императорской семьи, зачем ты пришёл сюда? Какое ты имеешь право сюда вмешиваться? Неужто вашей семейке всё мало, вы недостаточно шуму навели?

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и парировал:

– Ваше Величество, вы шутите что ли, да как мы можем? Когда наша семья наводила шум: после событий десятилетней давности под хребтом Тяньгуан, наша семьи сроду и не шумела, как можно? – взгляд его изменился, в нём появилось жестокое сияние, голос оставался таким же ласковым и добрым, но было заметно, что он подавлял в себе злобу. Чётко проговаривая каждое слово, продолжил:

– Ваше Величество, вы ещё помните человека по имени Цзюнь Ву Хи или нет?

Лицо императора стало темнее дна чугунной сковороды. Лицевые мышцы словно сковало судорогами, взгляд ещё сильнее помрачнел, и он сказал:

– Не надо увиливать, что, в конце концов, ты хочешь сказать? Быстро говори!

Как только Цзюнь Мосе появился здесь, вся мощь и рвение императора куда-то бесследно испарились! Перед лицом Мосе он казался каким-то испуганным и робким.

Цзюнь Мосе слегка рассмеялся и ответил:

– Ваше Величество, неужто вы рассердились, так и простого смертного напугать можно! Вы спросили меня, что я бы хотел сказать? На самом деле, собственно, я ничего и не хотел говорить. Просто хотел задать вам пару вопросов. Глядя на то, как вашего старшего сына убили в вашем прекрасном и роскошном дворце, в ваших приёмных покоях, что вы тогда чувствовали? – он немного улыбнулся, в его глазах обнажилась ненависть.

– Ну, это дело, конечно, давнее, убили и убили, наверняка вы не очень и хотите говорить об этом. Однако преступник, который убил вашего старшего сына, тоже ваш сын, ваш средний сын, если быть точнее, теперь который переквалифицировался в мятежника. Что вы чувствуете по этому поводу? Ах да, сегодня же вашего младшего сына изрубил в мясной фарш снова ваш средний сынок. Это чувство наверняка очень приятное, не так ли? Кажется, никто кроме вас не сможет сполна прочувствовать это?

И к тому же, ваш единственный уцелевший сын не собирается останавливаться на достигнутом и хочет убить и вас, чтобы завладеть долгожданным троном, немного грустно, верно? Или наоборот, вам радостно? Но даю слово, вы точно согласитесь со мной, это чувство просто незабываемо, не так ли?

Возможно, Ваше Величество ещё надеется на что-то, так как ваше правление давно устарело, и крах уже неизбежен, а вы оказались в изоляции, настоящим изгоем. У вас нет ощущения, что вы хотя бы немного прочувствовали жизнь?

Император дрожал всем телом. Старик широко раскрыл глаза и с ненавистью уставился на Цзюнь Мосе:

– Цзюнь Мосе, неужели это всё – твой коварный план? Какой же ты жестокий!

– Что вы, помилуйте! По сравнению с вами, Ваше Величество, я – так, сошка мелкая. Вся череда этих событий – не более чем помешательство, борьба за власть. Я просто воспользовался моментом и всё, уверяю вас! Простолюдин не посмеет обманывать Его Величество!

Цзюнь Мосе слегка рассмеялся, будто то, о чём он говорил, был не более чем безобидный пустяк. Договорив, он с издёвкой взглянул на императора и произнёс:

– Есть ли у вас чувство, что мир рушится у вас под ногами? Что всё, во что вы верили и любили, в один миг исчезло? Ха-ха.

– Цзюнь Мосе, ты уже слишком далеко зашёл! – император, стиснув зубы, яростно взревел, глаза его в одно мгновение налились кровью!

– Что? Зашёл слишком далеко? Мне так вовсе не кажется! Ваше Величество, когда вы посылали людей из банды Кровавого Меча под Тяньгуан и вступали в сговор с семьёй Сяо, замышляя расправу над моим отцом и дядей, разве вам не казалось, что вы заходите слишком далеко? Наверняка нет!

Мосе равнодушно рассмеялся:

– А когда замышляли убить моих старших братьев, так не думали? Тоже нет? Семья Цзюнь была задавлена вами настолько, что дышать не могла, но вы же, почему-то не думали, что перегибаете палку? Жизнь императора высока и подобна богу, а ваши подчиненные – не более чем бесхребетные ничтожества.

А если и у них имеются большие заслуги, то они наверняка представляют большую угрозу для императорского трона. Тогда немедленно нужно искоренить их, верно? Наша семья ещё должна сказать вам большое спасибо, что вы не перебили нас всех без остатка, Ваше Величество, вы так милосердны!

Цзюнь Мосе поднял голову и рассмеялся, а потом холодным взглядом посмотрел на императора:

– Колесо судьбы не стоит на месте, карма имеет смысл возвращать долги! Теперь ваша очередь страдать, и вы ещё считаете, что я перехожу границы? Ха-ха, вот умора! Серьёзно, так думаете? А я – нет, мне даже кажется, что этого недостаточно.

Вы убили несколько человек, но лишись так многого. Бессчётное количество настоящих мужей рисковали своей жизнью ради империи, им посчастливилось не умереть от лап врагов. Но, тем не менее, они погибли от рук государя, которому служили верой и правдой, интересно каково было им?

Красивое лицо Мосе вдруг помрачнело, и он громко закричал:

– Ян Дань? Чего ты ещё ждешь? Убей этого старого ублюдка, и ты сможешь занять императорское место! Только нужно, чтобы ты собственноручно зарезал этого старого козла. Ты сразу получишь императорский трон, я уверяю!

Второй принц словно пришёл в себя от голоса Мосе и сразу же поднял голову. Он уставился на своего отца, в его глазах пылала жадность. Принц пугающе громко рассмеялся, облизнул губу, глаза становились всё краснее и краснее, и он яростно закричал:

– Благодарю за содействие, молодой господин Цзюнь! Отец! Не стоит обвинять непутёвого меня. Ты действительно сам вынудил меня! Твоё положение уже не исправить, лучше уж помоги своему ребёнку!

Он согнулся, поднял меч с земли и быстро зашагал. На его лице были заметны сомнения, он боролся из последних сил. Эти годы между ними разворачивалась ожесточённая борьба, всё его лицо было в поту!

Но это опьяняющее чувство власти, оно было почти в его руках, теперь ему больше никого не надо будет слушаться, он сам себе хозяин, он хозяин всего мира, - соблазн настолько велик! Ян Дань закричал и внезапно схватил меч, закрыл глаза и ринулся прямо на отца!

Удар!

Горячая кровь брызнула прямо в лицо второму принцу. Он открыл глаза и увидел, как отец со взглядом, полным отчаяния и боли смотрит на него, а его меч виднеется со стороны плеча отца.

В это мгновение всего Ян Даня затрясло.

Император и представить не мог, что в последние мгновения своей жизни увидит, как три его сына будут жестоко убивать друг друга, а единственный уцелевший из них убьёт его!

В этот момент его сердце почти раскололось на куски, причём, далеко не от клинка!

Меч его сына торчит из его тела, у него даже не возникло и мысли, чтобы уклониться от него. Перед глазами лишь оставалось лицо, наполненное диким отчаянием!

«И это мой сын, мой родной сын!

И он, ради императорского трона, убил меня, своего собственного отца!»

Повсюду лилась кровь!

Второй принц держал рукоятку меча, он дрожал всем телом, а потом неистово закричал:

– Ты, старый, всё никак не сдохнешь? Почему ты ещё живой? Давай быстрее умирай! Сдохни!

Он безумно продолжал кричать и попутно рубать мечом, непрерывно и без остановки. На его лице было выражение помешательства. Кровь летела в разные стороны и прямо на него, но он словно этого не замечал. Перед его глазами был лишь человек, которого надо было убить, его последнее препятствие на пути к трону.

Перед глазами императора развернулась ужасающая картина, он уже не дышал, только смотрел своими пустыми и полными боли и отчаяния глазами на всё это.

Глава 799. Убить или оставить?

Прошло немного времени.

В бездыханном теле Ян Хуай Ю практически нельзя было заметить облик человека. Второй принц, тяжело дыша, наконец, закончил. Он бросил окровавленный меч на землю, раздался звонкий звук металла, кругом стояла гробовая тишина. Все взгляды толпы были устремлены на безумного принца, только что кровожадно изрубившего своего отца. Им было трудно поверить в то, что они сейчас увидели.

Тело второго принца начало трясти, взгляд его стал размытым, он внезапно раскинул руки, и громко закричал:

– Ха-ха-ха. Он сдох! Этот чёртов старик, наконец, мёртв. Вы видели? Вы все видели это? С этого дня теперь я – император! Я – император! Я наконец-то император. Ха-ха-ха!

Его безумный смех, истеричный и дикий, раздавался эхом ото всех сторон.

– Верно! Ты – император! Я же говорил тебе! Иди сюда, я дам тебе посидеть на троне, о котором ты так долго мечтал, – Цзюнь Мосе язвительно посмотрел на него.

– А? Хорошо, хорошо! Ха-ха-ха. Я видел, здесь есть! – второй принц разразился смехом, а потом изо всех сил бросился к императорской карете, там был императорский трон, на нём ранее восседал Его Величество.

Почти задыхаясь, он бежал, сломя голову, скорей начал взбираться туда, попутно крича:

– Прочь! Все вон! Вы видели? Я теперь император! Я – император! Я правлю Поднебесной! Ха-ха-ха.

Он, наконец, забрался туда и уселся на трон, одновременно рассматривая и гладя его. Дикий смех не прекращался ни на секунду. Принц поглаживал поручни трона, а его лицо просто сияло от восторга.

– Ну как? Какие ощущения? Доволен? – раздался голос, полный иронии.

– Доволен? Ха-ха-ха. А как же? Я счастлив! Я ужасно счастлив! Умереть от счастья даже можно! Я мечтал об этом троне целых тридцать лет. Императорский трон! Я наконец-то стал императором, – второй принц истерично хохотал. Кажется, он был безмерно счастлив.

– Ну, будет тебе, посидел, а теперь слезай, – Цзюнь Мосе появился прямо перед ним, словно из земли вырос: – Я свое обещание выполнил, ты уже посидел на этом троне! По правде, посидел!

– Нет! Я же император! Я всегда должен сидеть здесь! И даже после смерти! – глаза второго принца в мгновение налились кровью, и он закричал.

– Но я же обещал тебе, что ты посидишь разок, я не говорил, что ты будешь сидеть на нём всю жизнь! – Цзюнь Мосе посмотрел на него, как на падаль: – Проваливай!

В это время вдалеке раздался звук горна, голос был чрезвычайно мужественный:

– Наследник княжеского дома Пин Ден Ван прибыл военной силой спасать трон. Всем опустить оружие, пленных убивать не будут!

– Наставник императора Ли прибыл военной силой спасать трон, чтобы посодействовать Его Высочеству князю Пин Ден Вану усмирить бунт! Всем сложить оружие, пленные могут избежать смерти, – бой барабанной дроби раздавался порывисто и с толчками, со всех сторон, словно цунами, доносился конский топот.

– Пин Ден Ван? Зачем это он здесь? Он тоже хочет себе трон?! Так не пойдет! Императорский трон – мой! Только мой и ничей больше! Кто посмеет отобрать его у меня, того ждет смерть! Убейте его! Убейте!!!

– Что, император? Не смеши меня! – второй принц ещё продолжал кричать, а Цзюнь Мосе уже схватил его за шею и словно цыпленка бросил его в сторону. Тело второго принца подлетело почти на четыре чжан в высоту. На земле было много крови, из уголков его рта тоже непрерывно текла кровь.

Его Высочество второй принц постоянно вёл разгульный и праздный образ жизни, и его жизненные силы были крайне низки. Его физические способности не превышали уровня обычного молодого человека, и ему ещё повезло, что он не умер, когда Цзюнь Мосе отбросил его в сторону. Он попытался самостоятельно встать на ноги, но попытки были тщетны.

– Сюда! Немедленно арестуйте мятежника и бунтовщика, который убил собственных братьев и отца, отдайте его князю Пин Ден Вану. Всем сложить оружие, кто посмеет ослушаться моего приказа, подвергнется казни! – человек, говоривший эти слова, ещё больше напугал всю толпу.

Кто бы мог подумать, что этим человеком окажется сам молодой господин Ли, Ли Юран! Самый главный сторонник второго принца, подстрекатель, который уговорил его расправиться со своими братьями.

Это почему вдруг?

Сцена, которая развернулась только что, была весьма странной, даже уму непостижимой!

Подчиненные князя Пин Ден Вана со всех сторон оказали давление. Обе противоборствующие стороны были уже не боеспособны, их боевой дух испарился при первом же столкновении. Ситуация мгновенно стабилизировалась!

Князь Пин Ден Ван, маленький проказник Ян Мо, смотрел на возвышающегося среди толпы мятежников Цзюнь Мосе. В его взгляде было потрясение и признательность, с самого начала всё это было более чем невозможно! Но этот человек – брат Мосе, был таким переменчивым и ветреным, в одночасье уничтожил правящую династию Тянсян, а потом внезапно стал помогать им!

Цзюнь Мосе подмигнул ему, сейчас было неподходящее время для их разговора.

Ли Юран уже спустился со своего места и направился к Мосе. Цзюнь Мосе улыбнулся и тоже направился к нему навстречу. Дела закончены, можно и покинуть это место.

Вокруг царил настоящий хаос и неразбериха. Никто даже и не заметил, что Цзюнь Мосе и Ли Юран уже давно исчезли из виду.

Аристократический зал.

Хозяин этого места, Танг Юань, увидев, двух людей, которых он никогда не ожидал увидеть идущими вместе, просто лишился речи!

Это были Цзюнь Мосе и Ли Юран!

Танг Юань думал, что эти двое максимум могли встретиться в какой-нибудь схватке, но сейчас они появились плечом к плечу, как два близких друга. Разве Танг Юань мог не быть шокирован этим?

Танг Юань в оцепенении глядел на них, потом рассмеялся и поднял голову к небу, словно пытаясь узнать, может солнце сегодня просто на западе встало. Потом он как следует потёр глаза, вскрикнул, а затем сделал глубокий вздох. Его живот начал слегка трястись, потом он, осмелившись, с трудом вымолвил:

– Это правда не сон. Но как вы вдвоём оказались??

Цзюнь Мосе не удержался и рассмеялся:

– Что? Очень странно выглядит?

Толстяк Танг словно рассердился и закричал:

– А что, нет что ли? Как вы двое…

Ли Юран тоже рассмеялся:

– Танг Юань, есть на свете некоторые вещи, в которые, даже увидев их собственными глазами, очень трудно поверить. Сейчас мы вместе вошли в аристократический зал, но у меня нет никой уверенности, что я смогу выйти отсюда живым.

Глаза Танг Юаня округлились, он вздохнул, неоднократно повторив:

– Ну, хорошо, ну, хорошо…

Услышав эти слова, воспитанный и интеллигентный Ли Юран немного обалдел, - этот толстяк такой несдержанный. Услышав о том, что ему грозит смертельная опасность, сразу так обрадовался!

Цзюнь Мосе с улыбкой посмотрел на Ли Юрана и сказал:

– Толстый, ты с нами, – и он пошёл вверх по лестнице.

– Вступай в нашу шайку, третьим будешь! – подхватил Цзюнь Мосе, ухмыльнувшись.

Танг Юань кивнул и сразу же последовал за ними. Ли Юран шёл последним, впереди себя он видел только огромную толстую задницу, которая занимала две трети прохода. Ступени под ногами протяжно скрипели, и он всю дорогу беспокоился о том, сможет ли эта лестница выдержать Танг Юаня.

На самом деле, вес Танг Юаня уже порядочно снизился, прошлый раз Цзюнь Мосе помогал ему с похудением. Сейчас его вес не достигал и 150 килограмм, и, если сравнивать с его прежними пропорциями, он бы мог занять всего две трети коридора, а не больше. Разумеется, таким результатом Танг Юань был очень доволен. И Сунь Сяо Мэй тоже очень довольна.

Они уселись на стулья, Танг Юань смотрел на Мосе, сидящего на главном месте и на Юрана напротив него. Он немного почесал затылок и в недоумении спросил:

– Хозяин, у вас есть какое-то дело?

Цзюнь Мосе вздохнул:

– Ты, негодник, даже свою задницу из дома не вытаскиваешь. Как у вас с Сунь Сяо Мэй, завоевал её?

Танг Юань восторженно сказал:

– Молодой господин знает меня лучше всех, мы уже как муж и жена, что ещё-то. Разве это нелогично? Выглядит странно?

Цзюнь Мосе сказал:

– Тогда будь посерьёзнее в этом вопросе, вы ещё не обручены, так что будь осторожен. А то всё только испортишь, и, я думаю, твой тесть тебя никогда не простит!

– Да базара нет! Это будет в ближайшие три месяца, дата уже назначена, – Танг Юань немного поморгал: – Брат, я знаю, что ничего не случится дурного, благодарен за твою заботу. Кстати, насчёт свадебного подарка, никак нельзя какой-нибудь маленький? Не смотри на меня так, я не какой-то бог денег в Тянсян. По сравнению с тобой, так вообще нищий.

Все трое одновременно рассмеялись.

Ли Юран с улыбкой посмотрел на Мосе и медленно сказал:

– Ты собираешься уезжать? Уже точно решил? – Цзюнь Мосе ещё не успел ответить, как Танг Юань в спешке встал и начал задавать вопросы:

– Уезжать? Куда? Зачем? Когда? А когда вернёшься? Успеешь к моему празднеству?

– Толстяк, сядь. Я искал тебя не для этого, – Мосе слабо улыбнулся, глядя на Ли Юрана, и сказал: – Да, сейчас в процессе подготовки.

– Поэтому ты волнуешься и сомневаешься? – Ли Юран невольно рассмеялся, постукивая пальцем по краю стола, и произнёс: – Ты раздумываешь, убивать меня или нет? Если я останусь в живых, сможет ли меня контролировать маленький император Ян Мо, так?

– Верно! – Мосе восторженно рассмеялся: – Как раз это дело я сейчас и обдумываю, и немного сомневаюсь.

Ли Юран немного помолчал, потом медленно встал и подошёл к окну:

– Тогда, несколько дней назад, ты внезапно пропал, я сразу догадался, что ты отправился мстить. Поэтому я сразу же решил устроить этот мятеж. Если бы ты не вернулся, все проблемы бы решились разом. С другой стороны, если бы ты вернулся, тогда это бы означало, то те шестеро Достопочтенных погибли от твоей руки. Ты бы не смог оставить это дело незаконченным. Но в случае такой ситуации, ваша семья Цзюнь тоже должна уходить!

Ли Юран смотрел в окно, потом горестно вздохнул и сказал:

– Я не знаю, какой ты приём использовал, чтобы убить этих шестерых Достопочтенных, но, в конце концов, у тебя получилось. И как раз поэтому вариантов у тебя оставалось очень мало. Единственное место, где ты можешь скрыться – это лес Тянь Фа! И если ты останешься, тебя ждёт верная смерть!

– Но ты хочешь уйти без сожалений! Чтобы не переживать, что всё, что распланировал раньше, пошло крахом. Поэтому ты поручил мне начать на месяц раньше разбираться со вторым принцем! Чтобы я, Ли Юран, перед твоим отъездом оказал тебе такую услугу!

– Как же я, по-твоему, должен поступить с тобой? – немного помолчав, спросил Мосе.

Глава 800. План действий

– Переживай не больше, чем за этого проказника Ян Цзиу. Иначе говоря, ты волнуешься не сколько за него, сколько боишься, что твои прежние планы будут разрушены мной, и не более, – холодно продолжил говорить Ли Юран. – Ни одному человеку не под силу контролировать мои интеллект и способности. Ни Ян Цзиу, ни его отец, Пин Ден Ван Ян Хуайнун, не смогут этого сделать! Они на такое не способны! – он слегка поднял голову и посмотрел вдаль. – Однако, тем не менее, я готов им полностью покориться! Я, если я так выражусь, ты поймешь, что я имею в виду?

Цзюнь Мосе кивнул головой:

– Похоже, ты хорошо себя знаешь.

– Верно! Мы всегда шли с тобой разными путями. Мне неизвестно то, чего ты добиваешься в жизни, но всё, что мне, Ли Юрану, нужно от жизни – слава, богатство и знатность! Я всегда жаждал власти! И ради власти я готов сделать всё что угодно, даже подчиниться кому-нибудь для меня – не проблема! Разумеется, только с внешней стороны!

Ли Юран рассмеялся:

– На протяжении долгих лет, я всегда скрывался за кулисами, разрабатывал хитроумные планы и стратегии; и никогда не появлялся перед людьми. Я, Ли Юран, могу быть выдающимся заговорщиком и интриганом, но, к сожалению, не обладаю внешним видом правителя этого мира! Моя позиция такова – я ниже императора, но выше тьмы!

– Для меня это самое удобное положение! Вы довольны моим ответом, молодой господин? – глаза Ли Юрана блеснули, но взгляд по-прежнему оставался уверенным и настойчивым. Цзюнь Мосе долго думал, но так и ничего не ответил. Ли Юран тоже продолжал спокойно стоять у окна, практически не шевелясь. Один стоял, другой сидел: они походили на деревянные статуэтки. И атмосфера в комнате стала поразительно угнетающей!

Прошло довольно много времени, и Цзюнь Мосе, наконец, сказал:

– Ли Юран, если я, в самом деле, покину Тянсян, три Священные земли снова направят сюда людей, как ты поступишь тогда? Что будешь делать? Какие ты предпримешь ответные меры, говори прямо!

Ли Юран с облегчением выдохнул и сквозь горький смех сказал:

– Если называть вещи своими именами, тебя интересует, будут ли они меня укорять или винить в том, что я позволил тебе уйти в Тянь Фа? Шесть из девяти Достопочтенных мастеров убиты тобой лично. Можно представить, какого уровня достигнет твоя сила, если я стану совать свой нос в чужие дела и мешать тебе уехать. Разве тогда я не поведу себя как кретин? Если даже они и будут недовольны этим, разве они будут срывать свой гнев на мне!?

Цзюнь Мосе рассмеялся, он был очень доволен ответом Ли Юрана и немедленно повернулся к Танг Юаню. В этот момент его переполняли дружеские чувства:

– Толстяк, не хочешь уехать вместе со мной? Я боюсь, что они могут посметь срывать свою злость на тебе из-за наших близких отношений!

Встретив в этом мире одного единственного друга, он очень волновался по этому поводу.

Характер толстяка тоже нельзя было назвать обычным. Без прочной поддержки и покровительства он очень легко мог попасть в неприятности.

«К тому же, уверен, что три Священные земли знают, что он мой близкий друг. Если он останется, он может оказаться в большей опасности, чем другие».

– Нет! Я никак не могу уехать отсюда! – Танг Юань сказал очень прямо, а потом рассмеялся: – Я не могу уехать в Тянь Фа. С детства я мечтал лишь об одном – обладать богатством всего мира! Сейчас моя цель как раз почти успешно начала осуществляться! Как же я могу уехать отсюда? Разве в Тянь Фа есть возможность хорошо заработать? Я категорически не могу покинуть этот город!

Несмотря на то, что толстяк так говорил, в душе он думал совершенно о другом:

«В Тянь Фа совершенно нет никакой возможности заработать деньги, а на еду и питьё всегда нужны деньги! Если я не останусь здесь, что же тогда ты будешь делать? Безопасность - это ещё не всё! Неужели придётся идти воровать? Да и нет там мест, чтобы своровать что-нибудь».

Ответ толстяка не показался Мосе неожиданным, он уже давно предугадал его. Он не сомневался в искренних чувствах толстяка по отношению к себе. Ведь, рискуя своей жизнью, он хотел статься здесь, чтобы позаботиться о будущих потомках, Мосе никогда не сомневался в истинных намерениях толстяка!

Несмотря на то, что пухляш очень сильно любил деньги, стоило только Мосе сказать, что он нуждался в деньгах, он сразу же был готов отдать ему все, все свои сбережения, и остаться голым в одних трусах!

С другой стороны, он был реалистом, и был из того рода людей, которые довольствовались малым, хотя он и постоянно это отрицал. Всё же, он как раз был именно таким человеком.

Цзюнь Мосе, несомненно, уважал, когда человек следовал своим желаниям, умел наслаждаться жизнью. У Танг Юаня были свои желания! Ему нравилось веселиться, наслаждаться благами жизни, он любил женщин. Но особенно - кутить и сорить деньгами! Для него это было настоящее удовольствие!

И ещё он был ужасно ленив. Цзюнь Мосе как-то раньше уже пытался обучить его некоторым приёмам и техникам, но после того раза толстяк никогда не возвращался к этому и не тренировался. У него даже мысли такой не возникало.

Если, в самом деле, забрать его с собой в Тянь Фа, это значит – лишить его всего веселья в жизни! Поэтому Цзюнь Мосе просто спросил его и хотел, чтобы он сам сделал выбор. У каждого человека своя судьба, и нельзя это отрицать.

Он только может помочь своему другу, но он не может принять решение за него. Без разницы, в каком они положении, или с чего всё началось, это всё будет неправильно!

Например, для кого-то вечная жизнь или выдающиеся военные заслуги – вещи, за которые люди могут рисковать собственными жизнями, а для кого-то это просто пустое. И толстяк, и Ли Юран – именно такие люди!

У каждого разные цели и желания. Для кого-то важны богатство и почести, для кого-то власть и могущество, или кто-то готов перебить всех своих близких, чтобы завладеть императорским троном. По мнению Цзюнь Мосе – это всё и ломаного гроша не стоит! Просто у каждого есть своё мнение и своя система ценностей, и этим всё сказано!

Цзюнь Мосе немного подумал и сказал:

– У каждого свои стремления, раз уж ты так решил, я не могу тебя принуждать, подожди немного, я найду Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня и спрошу их, если они не против, то они останутся и будут охранять тебя. Если при тебе будут два отличных мастера, ни в городе, ни на материке тебе не будет грозить большая опасность.

Танг Юань посмотрел на него, но не найдя повода для отказа, всё же согласился. Эти мастера сейчас уже достигли уровня Величайших, и если они будут лично охранять толстяка, тогда большой беды можно избежать! И тем более, Цзюнь Мосе уже заранее договорится с ними, что они останутся здесь.

Однако эта фраза была сказана не только для Танг Юаня, но и для Ли Юрана. Ли Юран слегка улыбнулся и сказал:

– Молодой господин, вы можете быть спокойны; пусть я не самый хороший человек, но, к счастью, независимо, какая ситуация, я всегда знаю, что к чему.

Цзюнь Мосе многозначительно рассмеялся:

– Хорошо сказано, у тебя есть сердце, и это одна из причин, по которой я решил не убивать тебя, – он немного помолчал. – Я могу поговорить о тебе с отцом и сыном Пин Ден Ван. Уверен, они не станут раскидываться таким талантом, как ты.

Настроение Ли Юрана сразу улучшилось, и он почтительно произнёс:

– Тогда премного благодарен!

Эти слова Мосе действительно обладали весомым значением. Ли Юран со своим интеллектом и семья Ли со своим потенциалом хотели возвыситься в верхних кругах Тянсяна. Занять небольшое место. Задача эта была не очень-то трудная, но это так и не дало им права на реальную власть, так как Пин Ден Ван всегда были сторонниками семьи Цзюнь! А в глазах общественности Ли Юран и Цзюнь Мосе не то что не были приятелями, а даже слыли заклятыми врагами. Это, несомненно, было самым слабым местом Ли Юрана!

Пусть даже Ли Юран разработал план, чтобы убить всю правящую династию, для Пин Ден Ван это было большим достижением. Но если смотреть в корень, это была только видимость и ничего существенного!

Таким образом, уверенно сказанная фраза Мосе смогла одним махом развеять все тревоги Ли Юрана! Превратить это в благое дело! Для Ли Юрана это была огромная помощь!

– Кстати, молодой господин, раз уж ты в самом деле уходишь в лес Тянь Фа, посторонние, разумеется, не могут туда проникнуть. Хотя Священных животных нельзя трогать, но те редкие и ценные лечебные средства… Ха-ха, наш аристократический зал может продолжить принимать всю прибыль, как раньше. Тебе девяносто, мне десять? – Танг Юань коварно усмехнулся, у него появилась новая идея разбогатеть!

Если Мосе согласится на его предложение, лес Тянь Фа станет его неиссякаемым источником богатств! Это будет монополия, абсолютная монополия! И хотя Мосе будет получать девяносто процентов, толстяку хватит и десяти, чтобы стать самым богатым на материке! Цзюнь Мосе отныне расстанется с людьми!

Мосе рассмеялся:

– Тебе не стоит об этом переживать, можешь быть спокоен, я заранее позаботился об этом! Прибыль делим так: мне – 60, тебе – 30, Ян Цзиу –10, так будет лучше. А иначе ты будешь тут мясо есть, а императорская семья и чай заварить себе не сможет. Тогда в твоём доме, рано или поздно, проведут обыск! Ты не можешь всегда быть под моей опекой!

Танг Юань обрадовался.

На лице Ли Юрана тоже невольно появилась зависть, а потом восторг! Это огромных размеров лакомый кусок, если императорская семья будет обладать десятью процентами и считаться порядочно богатой, тогда она будет процветать и ещё обгонит другие богатые страны. Если с умом подойти к использованию этих ресурсов, можно занять место лидирующей страны на всем материке!

И тогда у Ли Юрана будет ещё больше власти, вне зависимости, будут это заграничные походы или различные сферы деятельности внутри страны – всё будет успешно развиваться! И тогда его имя, несомненно, останется в истории.

«Похоже, потом надо во что бы то ни стало наладить отношения с этим толстяком. Он теперь в самом деле бог денег!» – думал про себя Ли Юран и не сводил глаз с толстяка.

Глава 801. Принцесса? Девочка-сирота?

– Ладно. Мне действительно пора идти. Вы, двое, возможно захотите обсудить что-нибудь ещё, – Цзюнь Мосе улыбнулся и посмотрел на Ли Юрана:

– Пока не ушёл, буду с тобой откровенен, я с самого начала не планировал убивать тебя. Если это было бы не так, я бы никогда не привёл тебя сюда.

– Я понял это, само собой разумеется. Я никогда не был рискованным человеком, – Ли Юран был тронут и серьёзно сказал:

– Уверен, что потом не будет никаких дел, где нужна будет моя помощь, но всё же, я скажу одно: если потребуется, я, Ли Юран, сделаю всё, что в моих силах!

Цзюнь Мосе рассмеялся и спустился вниз по лестнице. Он услышал горькие слова Ли Юрана, сказанные ему вслед:

– Молодой господин, надеюсь, ты хорошо позаботишься о Лин Мэн.

Мосе машинально остановился и тяжело вздохнул.

Танг Юань плаксивым голосом сказал ему вдогонку:

– Молодой господин, если я начну тосковать по тебе, отправлюсь в Тянь Фа навестить тебя. Ты должен наказать львам не есть меня. Моё мясо очень жирное. Я совсем невкусный!

На улице уже установили военное положение, отряды солдат ходили дозором повсюду, во всём городе чувствовался запах дыма, но прежнего безумного шума и беспорядка уже давно не было.

Цзюнь Мосе спокойно шёл по улице, но никто не осмеливался осмотреть или опросить его. Вернувшись домой, он с удивлением обнаружил, что Пин Ден Ван всей семьёй уже ожидают его.

Вся императорская семья во главе с Его Величеством Ян Хуай Юем в течение последних трёх дней была полностью уничтожена! Сейчас единственными кровными родственниками императорской семьи были Пин Ден Ван, отец и сын, и ещё принцесса Лин Мэн. Страна и дня не может просуществовать без государя.

Принцесса Лин Мэн, в первую очередь, женщина, и поэтому право управлять престолом переходит Пин Ден Ванам. Занять трон им – это вполне логично! И разговоров нет, никто не будет возражать!

Тем более, вся императорская семья истребила друг друга. Возражать и некому, по сути.

Цзюнь Мосе передал несколько наставлений Пин Ден Ванам. Что касается семьи Дугу, семьи Танг и Ли Юрана, он особенно подчеркнул. Сейчас Пин Ден Ваны, и отец, и сын, смотрели на Цзюнь Мосе, словно на божество, спустившееся на землю. Они были готовы беспрекословно выполнить его любое поручение!

Если даже предположить, что сейчас у Тянсяна было тайное покровительство одной из самых влиятельных семей. К тому же, ещё возможно, первого в Поднебесной Тянь Фа! Пусть и не было какой-то существенной помощи, но насколько это могло упрочить их позиции среди простого народа?

Как Пин Ден Ваны могли осмелиться противодействовать или отклонить поручения и указания Цзюь Мосе? Не говоря уже о том, что изначально у них всегда были очень хорошие дружеские отношения, а наследник княжеского дома, проказник Ян Мо, вообще был третьим членом аристократического зала Цзюнь Мосе.

В дополнении к этому, семья Цзюнь и Серебряный город уже упрочили свои отношения родством через брак, и Серебряный город стал драгоценным местом для города Тянсян и одним из главных союзников!

Для такого новичка и простофили, как Ян Мо, это было просто невероятное счастье! Словно золотые слитки, посыпавшиеся прямо с неба на отца и сына Пин Ден Ван, они о таком и мечтать не могли.

Однако сейчас у них впереди много неразрешённых проблем. Поэтому после короткого обмена приветствиями, Цзюнь Мосе очень деликатно намекнул гостям, что пора и честь знать, и в скором времени вступающий в должность император поспешил откланяться. Цзюнь Мосе распорядился, чтобы все поторопились с подготовкой к отправлению в Тянь Фа, а сам направился в свой садик.

У него оставалось ещё одно очень важное дело – разбудить принцессу Лин Мэн!

Она по-прежнему спокойно лежала на кровати в спальне. Благодаря искусному врачевателю в лице Цзюнь Мосе, она поправлялась довольно быстро. Прежние ранения уже практически зажили, оставались только повреждения костей колена и застой крови в мозге.

Принцесса Лин Мэн сейчас была самой большой головной болью для Мосе! Сначала матушка с отцом поссорились, потом матушка умерла от рук отца, самый близкий для неё дядюшка Йе тоже погиб, а после был похоронен с любовью всей его жизни. Сейчас из близких людей у неё остались только отец и три брата. Но за последние несколько дней и они перебили друг друга. Эта, в прошлом гордая девушка, сейчас стала несчастной девочкой-сиротой!

У неё совершенно никого не осталось!

Когда она придёт в себя, как же ей быть?

Но если даже не будить её и просто перевезти в Тянь Фа, будет ли это правильно?

И хотя Мосе не собственными руками перебил императорскую семью, но, тем не менее, каждый погиб от его хитроумного плана!

Пусть эти люди совершили чудовищные злодеяния и заслуживают такой участи, но всё же, они по-прежнему остаются самыми близкими людьми для Лин Мэн! Другими словами, проще бы было отправить душу Лин Мэн в загробный мир, и тогда она смогла бы избежать этих мучений, которые её ожидали. Но последняя воля Муронг Сю Сю и Йе Гухана как раз была совершенно другой, и противиться их воле было невозможно!

Но, в конце концов, она должна сама решить и сделать выбор.

Так решил Мосе, гладя на спящую Лин Мэн. Хотя сейчас она спала, но всё это время все жизненные функции в её организме поддерживала одухотворённая ци, и можно сказать, что сейчас она была даже в лучшей форме, чем до ранений. Она должна была выдержать этот удар!

Всё и так слишком запутанно, поэтому Мосе решил разбудить её.

Он думал и одновременно впускал одухотворённую ци в голову принцессы. Смутная ци фиолетового цвета исходила от ладони Мосе и мгновенно проникала в макушку Лин Мэн. Всасывалась в её кровеносные сосуды, постепенно растворяя сгусток крови в её голове.

Цзюнь Мосе был осторожен. Постепенно застой крови растворился и превратился в маленькую частичку размером с пылинку, а потом она исчезла. Мосе вводил ци, чтобы все такие пылинки или засоры покинули тело и сосуды принцессы Лин Мэн.

Благодаря высокому мастерству и точности Мосе, всё мигом упорядочилось и систематизировалось с лёгкостью.

Лин Мэн почувствовала, словно долгое время пребывала в кошмарном сне, и, наконец, смогла очнуться от него. Она спокойно открыла глаза, и сильный солнечный свет в мгновение поразил её слабые глаза. Она почувствовала резкую и колющую боль.

– Где это я? Ты, – Лин Мэн в растерянности смотрела на Цзюнь Мосе, потом внезапно широко раскрыла глаза: – Цзюнь Мосе? Моя матушка? Моя матушка и дядюшка Йе? С ними всё в порядке, где они? – говоря, она резко поднялась с кровати и задела травму колена. Тотчас же по всему её телу разошлась режущая боль. Но она словно не почувствовала этого и только схватилась за подол платья Цзюнь Мосе.

– Принцесса, твоя матушка и дядюшка Йе, они, – Цзюнь Мосе смотрел в глаза Лин Мэн, наполненные страхом, и ему стало очень больно. Он низким голосом произнёс: – Они уже умерли и сейчас их уже похоронили…

Принцесса бездумно повторила эту фразу, словно была не в состоянии понять её смысл. Она отрешённо смотрела перед собой, её тело задрожало, и она громко закричала:

– Матушка, дядюшка Йе, почему вы такие жестокие! Вы бросили меня, бросили свою маленькую Мэн. Почему вы не забрали меня с собой, а оставили в этом жестоком мире одну?

Слёзы градом полились из её глаз.

Цзюнь Мосе снова впустил в её тело одухотворённую ци. Она немного пришла в себя, но продолжала рыдать, вцепившись в его ногу, и потом уже осипшим голосом спросила:

– Убийца, он, да?

Цзюнь Мосе кивнул головой и шёпотом сказал:

– Он.

Она всем телом задрожала, в глазах было отчаяние, она пробормотала:

– Он? Правда он? Тогда что же мне делать? Как мне поступить?

– Об этом не стоит думать, – Мосе тяжело вздохнул: – Он уже получил по заслугам.

– Получил по заслугам? Как это?! – Лин Мэн начала повторять и повторять эту фразу, потом с красными от слёз глазами она поднялась и уставилась на Мосе, словно находилась во сне: – Ему уже отомстили? Ты говоришь...

– Да, – Цзюнь Мосе сплюнул, он впервые почувствовал, что ему тяжело говорить такое: – Ему действительно уже отомстили. Убийца и его трое сыновей уже мертвы. Ты провела в коме целых два месяца.

– Убийца и три его сына уже мертвы, – произнесла безжизненно Лин Мэн. Она словно эхо повторяла слова Мосе. Прошло очень много времени, прежде чем она, наконец, поняла, что так называемые убийца и его три сына – её родной отец и три старших брата!

Мертвы?

Её страшно начало трясти, она до крайности слабым шепотом промолвила:

– Они… Как они погибли? – она постепенно начала приходить в себя, она знала, что Мосе не может шутить такими страшными вещами.

– В общих чертах всё было так: несколько дней назад второй принц Ян Дань внезапно поднял восстание и убил наследного принца! Потом учинил бунт, а император и третий принц привели войска, чтобы успокоить его. Была ожесточённая битва. Потом второй принц сначала убил третьего принца, а затем и Его Величество императора; в итоге он был схвачен силами князя Пин Ден Вана, а потом предан казни.

Цзюнь Мосе рассказал быстро и довольно лаконично, а в конце, словно ему было неловко, почесал волосы на макушке. Глядя на Лин Мэн, которая пребывала в шоке, он сказал:

– Разумеется, здесь не обошлось и без моего вмешательства. Это я побудил второго принца на бунт. Можно сказать, что всё это было спланировано мной, я подлил масла в огонь! Причину, уверен, ты и сама знаешь, это всё из-за мести! Из-за моего отца, дядюшки, старших братьев и ещё огромного числа невинно погибших славных героев.

В глазах принцессы Лин Мэн был страх и ужас, она даже забыла, что плакала, она просто испуганно смотрела на Мосе и не произносила ни слова.

– Поэтому твой отец и трое принцев, можно сказать, убиты по моему плану. Не сильно отличается от того, если бы я убил бы их лично своими руками! – Цзюнь Мосе закончил свой рассказ и посмотрел на неё:

– Сейчас из всей твоей семьи, помимо тебя самой, не осталось в живых никого.

Глава 802. Боль разлуки

Увидев растерянный взгляд принцессы Лин Мэн, Цзюнь Мосе вздохнул и принялся разъяснять ей всё заново, начиная с общей могилы Йе Гухана и Муронг Сю Сю и заканчивая враждой за престол второго принца.

Принцесса Лин Мэн, выслушав его, закрыла глаза, и два ручейка слёз покатились по её щекам.

Её собственный отец убил её маму и дядюшку Йе Гухана. Можно сказать, что он стал ей врагом, однако в любом случае, он всегда был и останется для неё отцом.

А после этого, по хитроумного плану Цзюнь Мосе, отец и трое братьев просто зверски перебили друг друга. В этом отношении, уже даже не важно, какими мотивами руководствовался Мосе, пусть даже он и отомстил за неё, однако факт остается фактом – он убил её отца!

Какой бы беспорядок не царил в их семейных отношениях, кровь гуще воды! Принцесса Лин Мэн была в полном замешательстве и панике. Что же ей теперь делать?

Размышляя об этом, она внезапно подняла глаза на Цзюнь Мосе и печально сказала:

– Молодой мастер, Цзюнь Мосе, и, и что же мне… Что же мне теперь делать? Кто знает, как мне поступить? Может, ты мне скажешь?

Мосе и самому стало тяжко на душе, глядя на принцессу Лин Мэн.

Теперь она – единственная оставшаяся императорская принцесса, невероятно красивая и благородная! Такая женщина должна бы наслаждаться славой и жить припеваючи, однако у неё слишком горькая судьба!

С юных лет она не получала любви и семейного тепла ни от кого, кроме своей матушки и дяди Йе Гухана. И вот теперь принцесса наконец повзрослела, а мама, которую она любила больше всего на свете, умерла прямо у неё на руках! Дядя совершил самоубийство во имя своей возлюбленной! Зачинщик же всей трагедии – отец принцессы, был убит в борьбе за престол!

И принцесса вмиг оказалась сиротой! Вокруг не осталось ничего и никого: ни страны, ни семьи, ни близких! Ей даже не на кого положиться, кроме как на Цзюнь Мосе! Да и здесь всё не так просто, ведь в определённой степени, он теперь её кровный враг!

Всё приняло такой странный и тяжёлый оборот!

И свалилось на плечи одного маленького человечка.

Слишком много несчастий для одного, не так ли?

– Перед смертью твоя мама перепоручила тебя мне, – Цзюнь Мосе подумал и добавил: – Да и Йе Гухан попросил хорошенько о тебе позаботиться.

Мосе было довольно неловко говорить такие слова. Убил её отца и братьев, а теперь вдруг ангелом заделался. Как это называется? Чем он лучше любого злодея?

Однако Цзюнь Мосе был вынужден это сказать. Пусть ему неприятно, да и принцессе всё ещё тяжело, это его долг! На самом деле, не важно, каким плохим человеком был император, их с принцессой кровное родство невозможно просто так уничтожить!

Но предсмертная просьба Муронг Сю Сю и Йе Гухана – это своего рода последнее проявление любви и заботы о принцессе! Так что молчать об этом он тоже не мог! Принцесса Лин Мэн должна сама принять решение!

Если она решит уйти, Цзюнь Мосе, естественно, устроит для неё всё необходимое. Но если же решит остаться, он не станет возражать. Как он посмеет?

Принцесса Лин Мэн опустила голову, она испытывала к Мосе огромное смешение чувств, начиная с отвращения, любопытства и заканчивая восхищением с благодарностью, плавно переходящее во что-то большее. Если раньше это могло её смутить, то теперь она даже не испытывала особой радости. Ведь её сердце переполнено таким огромным количеством событий!

Прошёл лишь один миг, и принцесса Лин Мэн лишилась абсолютно всего!

Впав в кому, она не ощутила всю тяжесть потери матери, а после пробуждения мир просто перевернулся с ног на голову!

Всё это – словно сон, в котором ей пришлось пересечь всю землю и оказаться на материке Суань.

– Лин Мэн, послушай меня, тебе сейчас нужно окрепнуть, и я не должен тебя сильно беспокоить, но это дело чрезвычайной важности. Я надеюсь, что ты примешь свое решение как можно скорее. По неким обстоятельствам, семья Цзюнь должна покинуть Тянсян и укрыться в лесу Тянь Фа. Нам следует держаться подальше от этой мирской суеты!

Цзюнь Мосе добавил:

– Если у тебя нет других планов, ты можешь отправиться вместе с нами. Но если же захочешь остаться, тогда я, конечно же, поговорю об этом с Пин Ден Ваном, он непременно хорошенько позаботится о тебе. Пин Ден Ван один из самых великодушных людей, которых я знаю. Он, безусловно, будет только рад тебе.

Молодой мастер неспешно поведал обо всей ситуации касаемо семьи Цзюнь и тихонько добавил:

– Я могу дать тебе лишь пару часов на размышление.

– Я, – принцесса Лин Мэн вдруг раскраснелась, но решительно сказала: – Цзюнь Мосе, я не хочу оставаться в этом отвратительном злачном месте и с удовольствием отправлюсь туда, где меня никто не знает, чтобы провести остаток своей жизни в полном спокойствии. Не хочу иметь ничего общего с этим миром! Ты ведь поможешь мне? Только не пойми меня неправильно, я не собираюсь преследовать тебя. Мне нужно лишь тихое местечко для дальнейшей жизни. Только и всего.

Цзюнь Мосе улыбнулся, а в голове у него промелькнуло:

«Тихое местечко, так это разве не лес Тянь Фа? Я ведь просто хочу позаботиться о ней. Не пойми меня неправильно, я не преследую тебя? Издеваешься что ли?!»

Он бодро хлопнул в ладоши и сказал:

– Вот и замечательно, это благочестивое соглашение. Разве Тянь Фа не удовлетворяет всем твоим требованиям? Пожалуйста, не пойми меня неправильно, у меня тоже нет никаких других мыслей на твой счёт. Эмм. Это так неловко... не так ли?

– Да, меня всё устраивает, – принцесса Лин Мэн добавила: – Раз уж завтра утром мы отправимся в путь, тогда я бы хотела навестить матушку и дядю Йе Гухана. Боюсь, что в будущем у меня не будет так много шансов сделать это.

Цзюнь Мосе облегчённо вздохнул и сказал:

– Нет проблем, я всё сейчас организую, а то скоро стемнеет.

Принцесса Лин Мэн стоит на коленях перед могилой. И хотя такой длительный процесс поклонения может вызвать необратимые последствия для её травмированных колен, она наотрез отказывалась от любых уговоров окружающих и продолжала мучить себя. Дым фимиама медленно поднимался перед глазами, а бесчисленное количество бумажных фонарей заполонили ночное небо.

– Не жалейте о своей глубокой любви, ведь вы были так несчастны в одиночестве. Может вам повезёт в следующей жизни, ведь лучше быть должным небесам, чем своему императору! – принцесса скорбно посмотрела на надгробную плиту и пробормотала: – Мама, дядя, я ухожу. Лин Мэн покидает это место и уходит далеко-далеко.

Я искренне надеюсь, что вы наконец воссоединитесь и станете друг другу мужем и женой. Вечной любви вам! Как бы я хотела быть вашей дочерью, дядя. Будем надеяться, что в следующей жизни я снова стану вашей маленькой Мэн. А вы – моими любящими мамочкой и папочкой.

Внезапно принцесса осознала истинное значение своего имени. Маленькая Мэн (Мэн – сон). Все мамины мечты были заключены лишь в одном слове, ведь именно во сне она могла быть с тем, кого она по-настоящему любила. И у неё был свой маленький сон. Лин Мэн (переводится как хороший сон), маленькая Мэн.

Лучший сон для матери и дяди Йе Гухана! А теперь они оба лежат под этой холодной надгробной плитой! Принцесса Лин Мэн громко крикнула всего два слова, прямо из самого сердца:

– Мама! Папа!

Будучи единственной дочерью своей матери, она исполнила их заветную мечту!

– В следующей жизни я бы хотела быть вашей дочерью и плевать на социальный статус или престиж, пусть даже мы будем жить в полной нищете, но моя самая заветная мечта – иметь таких прекрасных родителей!

Ночной ветер подвывал, ритуальная бумага превратилась в пепел и закружилась в воздухе. Словно Муронг Сю Сю и Йе Гухан дали свое благословение и помахали дочери на прощание.

– Если будет возможность, маленькая Мэн обязательно вернётся, чтобы навестить вас. А теперь мне нужно идти, – принцесса Лин Мэн нежно посмотрела на надгробную плиту. С каждым сделанным шагом она продолжала оборачиваться, а на её изящном личике сверкали слёзы.

Ветер усиливался, и деревья всего кладбища медленно покачивались из стороны в сторону.

Принцесса Лин Мэн, услышав дуновение ветра, отчётливо ощутила присутствие матери и дяди, которые говорили:

– Наша маленькая Мэн, счастливого пути. Хорошенько позаботься о себе и не давай нам поводов для беспокойства.

Она внезапно обернулась и что есть мочи закричала:

– Мама! – затем, упав на землю, Лин Мэн горько заплакала.

Утро. Двор дома семьи Цзюнь.

Сегодня министры Тянсяна под руководством нового императора Ян Хуай Нуна собрались, чтобы проводить семью Цзюнь.

Мужчины и женщины семьи Дугу также в полном составе прибыли сюда. Дугу Вуди держался прямо, ведя свою супругу под руку. Семеро сыновей и племянников двигались позади них, лица каждого были наполнены горестью и печалью. На глазах госпожи уже наворачивались слёзы.

С другой стороны стояли Ли Юран и Танг Юань, толстый и худой – они здорово дополняли друг друга. Два первоклассных мастера Хай Чэнь Фэн и Сонг Шань держались близ Танг Юаня, все уже были у главного входа.

Семья Цзюнь уже была полностью готова, и главные ворота медленно распахнулись. Цзюнь Чжан Тиан, Цзюнь Вуй, Цзюнь Мосе и остальные, друг за другом вышли наружу. Дугу Сяо И выскочила и со слезами побежала навстречу.

Глава 803. Мы обосновываемся в Тянь Фа!

Прощание оказалось нелёгким занятием. Дугу Цзёнхэн громко закричал:

– Что вы, как бабы базарные, разве это делу поможет? Вы же не навсегда расстаётесь, захочется увидеться – всегда можно поехать в Тянь Фа и увидеться! Давайте, поезжайте уже, времени и так немного осталось, враг в любую минуту может напасть, а вы чего тут копаетесь?

Все дружно рассмеялись, Цзюнь Мосе выпрямился и сказал, обращаясь ко всей толпе:

– Все присутствующие здесь – друзья и близкие люди для семьи Цзюнь, но сейчас наша семья вынуждена отступить, у нас действительно нет другого выбора. Надеюсь, ещё настанет тот день, когда мы снова сможем вернуться сюда.

Господа, если у вас возникнут какие-то проблемы, вы просто можете передать их через орла, и в меру своих сил, наша семья Цзюнь никогда вам не откажет в помощи и поддержке! – закончив говорить, Цзюнь Мосе сделал малый поклон: – Господа, берегите себя!

Вся толпа, друг за другом, ответила ему тем же жестом:

– Молодой господин Цзюнь, берегите себя! Дедушка Цзюнь, живите богато! Дядюшка Цзюнь, берегите себя и своих близких!

Цзюнь Мосе расхохотался и в последний раз взглянул на Танг Юаня:

– Эй, толстый, скоро ты будешь первым богачом на материке Суань! Просто спокойно сиди на жопе и скоро разбогатеешь! Ха-ха.

Цзюнь Чжан Тиан и Цзюнь Вуй одновременно сложили руки в знак почтения. И распрощались со всеми. Цзюнь Мосе отдал приказ, все Священные звери уже были готовы к взлёту, все расселись по местам, и потом Король журавлей свистнул и первым, расправив крылья, вознёсся ввысь! И все, словно стрелы, один за другим поднялись в воздух, затмив собой всё небо!

Следуя за свистом, все Священные животные разных видов поднялись в воздух, сформировав огромный авиаотряд. По приказу Мосе они сделали круг над Тянсяном и резко повернули на юг!

Вызвав за собой грозный ураган!

Все высоко-высоко подняли голову. Глядя, как семья Цзюнь удаляется всё дальше и дальше, люди задумались.

Этот величественный родовой клан, который десятилетиями защищал город Тянсян, всё-таки уехал отсюда!

Несмотря на то, что им пришлось отступить, они сделали это очень величественно! Такого внушительного отступления ещё никогда до этого не было.

Дугу Сяо И непрерывно плакала в объятьях Донфанг Вэн Синь.

Ураган, наконец, исчез, и пыль мало-помалу осела. В небе уже не было видно семьи Цзюнь. С востока уже начало показываться яркое солнце! Освещая собой всё вокруг!

Вернувшийся во дворец Ян Хуай Нун немедленно издал указ:

«Усадьба семьи Цзюнь с этого дня считается собственностью армии, и никто не может входить туда! Всю утварь и обстановку внутри усадьбы никому не разрешается трогать! Будут направлены люди, которые будут регулярно поддерживать там чистоту. Вне зависимости от того, как долго это потребуется, всё равно там будут регулярно наводить порядок!

В месте Линхуа будет создан мавзолей памяти павших героев Тянсян, будут воздвигнуты каменные статуи непоколебимым храбрым воинам Цзюнь Ву Хи и Цзюнь Ву Мэну, также будет установлен алтарь, чтобы все люди города Тянсян могли совершать подношения в память о погибших!

Могильный курган «Преданной любви» объявляется достопримечательностью города Тянсян. Воспрещается портить и разрушать его, нарушителей ждёт суровое наказание!»

Семья Цзюнь была вынуждена покинуть Тянсян, но благосклонность правителя была к ним самой наивысшей из всех возможных!

Ещё давно Король медведей и остальные звери затеяли стройку. Всё это время они работали без отдыха и с довольно высокой скоростью, и вот-вот должна была быть сделана половина работы. Эти безвредные животные работали, пусть и не очень кропотливо, но скорость их работы была на высоте. Наряду с этим всё было выполнено довольно крепко и прочно! И это порядком сэкономило сил Цзюнь Мосе.

Прибыв в Тянь Фа, остальные с любопытством начали осматриваться и разгуливать вокруг. Цзюнь Мосе сразу же приступил к делу. Ничего не поделаешь, его стихия земли в самом деле была очень удобна в таких вещах.

На месте созданного Священными животными холма, Цзюнь Мосе в течение дня создал великолепный и довольно большой дворец! И он как раз нашёл применение тем жемчужинам, которые он забрал из дворца Первого Шао.

Сначала он соорудил большую и просторную главную дорогу, которая могла бы вместить за раз десять лошадиных повозок, потом взял два больших каменных столба, украсил их фениксами и драконами, и поставил по разным сторонам дороги, чтобы они стояли в качестве несущей стены и поддерживали саму гору! В каждом глазу у дракона и феникса красовалось по жемчужине.

По обеим сторонам дороги было много нескончаемых тропинок, и, хотя они и назывались тропинками, они тоже были довольно просторными. За ними располагался вместительный зал со всевозможной домашней мебелью и предметами домашнего обихода. Чего там только не было, со всех сторон зала было по одной небольшой комнате.

Похоже, Цзюнь Мосе решил переплюнуть Первого Шао в планировке дворца. Однако самым большим огорчением для молодого мастера Цзюнь сейчас было то, что он не мог взять и соорудить те хитроумные механизмы, что были у Первого Шао. Величественный дворец есть, а входных дверей нет. Тем не менее сейчас это стало самым больным вопросом.

Мосе думал очень долго. У него даже потом разболелась голова, и поэтому он решил воспользоваться классическим и самым старым методом: деревянная дверь на щеколде. Он сделал два отверстия в отвесной скале, привязал дверные стойки, а потом поставил дверь. Считается, что это – самый простой способ.

Хотя этот способ и самый лёгкий, но объём работы тоже немаленький. Сделав почти половину всего, Цзюнь Мосе вдруг понял: другие тоже могут справиться с таким заданием. И с этого момента Мосе стал прорабом и отдавал приказы, немного расслабившись.

Комнату для Цзюнь Вуя, ещё одну для дедушки Цзюнь, Донфанг Вэн Синь и всем остальным женщинам вместе одну самую большую комнату. Потом Мосе построил и для себя личное место.

Бесчисленные тропинки у главных дверей вели к жилищам слуг семьи Цзюнь. Слуг прибыло не так много, большую часть они распустили. Дали каждому денег, чтобы им было достаточно прожить спокойную жизнь.

К тем, которые приехали вместе с ними, Мосе тоже был не очень жесток: без разницы, мужчина или женщина, они должны объединиться в пару, а затем уже получат другое вознаграждение.

Если не смогут привыкнуть к такой жизни, могут в любое время сказать об этом. Семья Цзюнь выдаст деньги и отпустит из Тянь Фа искать другие средства к существованию.

В целом, на работу ушло где-то меньше половины месяца, и только тогда все спокойно смогли обосноваться.

Король медведей и остальные, увидев, какой прекрасный дворец воздвиг Цзюнь Мосе, вернувшись в свои медвежьи берлоги, вдруг почувствовали, что их жилища больше не радуют их глаз. Дом, вот у них настоящий дом, а это что такое?

Разница в самом деле была колоссальная. Раньше, когда они и не думали об этом, их всё устраивало, а сейчас, сравнив, они поняли:

«Мы живем в каких-то шалашах, даже прислуга семьи Цзюнь живет в жилищах лучше нас, и как это называть? Мы же всё-таки короли зверей, стыдно как-то».

Осмотрев новый дом семьи Цзюнь, короли животных даже и слова вымолвить не могли, у них только из уголков рта текли слюнки. После долгих двух дней полных недовольства и обиды они, заикаясь, начали:

– Зять, мы все – не чужие люди, вы посмотрите, мы тоже наверняка должны жить в таких домах, мы же все – твои шурины… И свояченица.

Цзюнь Мосе закатил глаза, глядя на толпу шуринов. Что тут поделать, остаётся только продолжать работу.

Когда семеро шуринов и одна свояченица – Королева змей – восторженно переехали в свои новые жилища, Мосе был так вымотан, что не мог и двинуться. Увидев свои прекрасные новенькие дома, короли животных мигом забыли про своего зятя. Зять, кто это вообще? Они скорее ринулись наслаждаться своими новыми апартаментами!

Глядя на множество других своих шуринов, Цзюнь Мосе еле живым голосом объявил:

– С этого момента только достигшие уровня Почтенного мастера первой ступени Священные животные смогут насладиться такими привилегиями, если не достигли – вперёд совершенствоваться! Король медведей и остальные были единичным исключением, которое больше не повторится. Ни за что.

Почтенный мастер первой ступени!

Кажется, в Тянь Фа Король медведей и остальные короли животных и даже не достигли этого уровня. Хотя сейчас их физическая сила превосходила уровень Почтенного первой ступени. Но по настоящей мощи, они, всё же, не дотягивали до этого предела. Из всех звериных королей только Король журавлей и Король медведей были приблизительно близки к этому уровню.

Остальные короли животных с красными глазами пошли прочь, пристально глядя на новенькие дома Короля медведей и остальных. Они чувствовали зависть, ревновали и сожалели, что не могут взять и отобрать их. Чтобы получить такие дома, в Тянь Фа должен был произойти небывалый подъём в совершенствовании!

Они держались стойко и не останавливались!

Если бы уровень Почтенного можно было бы постичь, не только опираясь на волю и решимость, тогда Цзюнь Мосе половину своей жизни точно бы провёл за обременительным занятием, проектируя и строя дома!

Пусть пока энное количество шуринов и своячениц исчезло с поля зрения, у Цзюнь Мосе по-прежнему не было отдыха. Сначала, используя стихию дерева, он очистил очень много мест от деревьев, приблизительно площадью в тысячу полей. Затем, используя силу земли, всё разровнял, а потом засеял. Семья переехала, она же не должна голодать, верно?

Хотя, конечно, можно закупаться провизией, но это какое-то расточительство. Уж лучше самому взяться за дело и обеспечить себя едой! Но чтобы сеять хлеб и сажать овощи, одной стихии земли недостаточно. Как же без воды можно хоть что-нибудь вырастить?

И только с помощью стихии земли удалось сделать несколько водных скважин. Где-то вдалеке даже появился родник, а поблизости на пашне образовалось небольшое озеро. Все проблемы решились одним махом.

Когда Цзюнь Мосе неустанно был занят разными хлопотами с обустройством, им нанёс визит сосед из Южного Небесного города. Генерал Вань получил новое распоряжение от императора и послал очень много предметов домашнего обихода, и предметы повседневного пользования (дрова, рис, масло, соль), всё это было нагромождено в целую гору у входа в лес Тянь Фа.

Мосе махнул рукой, и животные девятого уровня направились туда в качестве грузчиков. Носили продукты и вещи, и был у этого явления и побочный эффект. От такого количества Священных животных девятого уровня, генерал Вань так испугался, что у него сердце чуть в пятки не ушло.

Мосе с головой ушёл в строительство и поблизости с домом соорудил что-то вроде сада. Там была и еда, и разные развлекательные места, и даже небольшое озерко, чтобы дедушка мог отдыхать там.

В это время Мосе действительно очень усердно трудился, днём работал на улице, вечером изучал техники боя. Спустя месяц времени ему удалось успешно разместить «боевой порядок пяти стихий»!

Он разместил его вокруг нового дома семьи Цзюнь, и в тот день, когда он привёл его в действие, весь хребет покрылся густым белым туманом. Повсюду была кромешная тьма! Вся Священные звери только цокали языком.

Король медведей решил пойти против системы и, виляя своей пушистой задницей, устремился проверить прочность сего создания. Только вот раздался громоподобный грохот, а потом оттуда вылетел весь обгоревший Король медведей, похожий на блюдо «лапа медведя» (деликатес). Он был с головы до ног чумазый, дрожал всем телом, а ведь он был одним из самых боеспособных защитников Тянь Фа. Если бы не это, то он бы превратился в жареного медведя.

Глава 804. Новый порядок в лесу Тянь Фа!

А Цзюнь Мосе ломал голову над своей тактикой, думал, есть ли в ней проколы или нет, как неожиданно обнаружил, что через его только что установленные позиции прорывается какой-то захватчик. Он сразу же всё остановил, но всё равно чуточку опоздал. Короля медведей уже постигла тяжёлая участь.

В конце концов, он считался лучшим защитником Тянь Фа, и Цзюнь Мосе сравнительно своевременно прекратил действие, иначе бы этот король зверей просто замертво зажарился бы от громового удара.

Если смотреть снаружи, этот беловатый туман наводнял собой всё пространство. В самом деле, ничего не было видно, но внутри была совершенно иная картина: лазурное небо и на нём ни облачка, - прекрасный вид.

Что касается трёх остальных сторон, Цзюнь Мосе использовал другие методы расстановки сил, чтобы поставить блок. Если учитывать ещё силу самого Тянь Фа, окружающего его, можно было сказать, что это была неприступная крепость, без единого недостатка!

Касательно войск отрядов Цаньтянь Шихунь, после того, как Мосе немного освободился от расположения в Тянь Фа, он отдал приказ, что войска покидают Тянь Фа и возвращаются в свое прежнее расположение в дом Кровавой Души. Там Цзюнь Мосе решил расширить первоначальную базу! Мир Цзюнь Мосе начнётся отсюда!

Цзюнь Мосе снова применил стихию дерева и сделал так, чтобы лес на горном хребте сомкнулся с лесом Тянь Фа. Там он развернул свою секретную базу. Посреди ночи деревья так и выросли одним махом. А когда на следующий день посветлело, небольшой прежде горный хребет превратился в величественный лес.

За одну ночь кануло в небытие несколько тысяч гектар горной местности! Теперь их ничем нельзя было разделить с лесом Тянь Фа!

Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь и Байли Ло Юн получили роль командующих этим местом. Снаружи действовала таинственная расстановка Мосе, которая полностью скрывала это место.

К этому времени все дела, касающиеся безопасности, пока считались завершёнными. В вопросах самозащиты появилась некая уверенность! И у Цзюнь Мосе выдалось время немного передохнуть. Он и представить себе не мог, что переезд на новое место – такое хлопотное дело, требующее немало сил и времени! Возвратившись в Тянь Фа, он как раз успел к самому интересному. Король журавлей метал громы и молнии, его кто-то страшно разозлил!

С тех пор как у него появилась своя новенькая резиденция, он, разумеется, считал её своим сокровищем и каждый день ходил вокруг неё кругами, любуясь ею со всех сторон. Но сегодня он обнаружил, что кто-то из мелких животных наглым образом пометил его драгоценную обитель, потому он и был разгневан, как чёрт.

Король журавлей был вне себя от ярости!

По сути, это – их место обитания. Такое, разумеется, не редкость, он и сам время от времени был не прочь опустошить свой организм подобным образом. В этом нет ничего необычного. Они все толстокожие и никто друг друга не стесняется. Стоит только опустить глаза, и, по сути, здесь везде отхожее место.

Но сейчас он живёт в таком прекрасном дворце. Если снова появятся эти гадости, то, как это продолжать терпеть?! Поэтому Король журавлей не на шутку разгневался, и все Священные животные с трепетом и страхом внимали его нравоучениям.

И это правильно! Цзюнь Мосе и сам думал об этом. Он и звериные короли, посовещавшись, приняли ряд нововведений: в лесу Тянь Фа, словно грибы после дождя, выросло несколько тысяч больших уборных.

Восемь главных королей животных поочередно решили дежурить, меняясь каждый месяц. Они следили за тем, чтобы Священные животные более низкого порядка, находящиеся у них в подчинении, добросовестно вычищали грязь, а потом отвозили это в ущелья Байшань, где была бездонная пропасть. Разумеется, в этих целях они использовали тачки, которые любезно прислал им генерал Вань из Южного Небесного города. Животным, которые выполняли эту работу, так не повезло.

На протяжении долгих лет Священные животные всегда мочились и испражнялись, где и когда им вздумается. И что в этом такого? Но сейчас внезапно всё так изменилось. Эти нововведения едва чуть ли не вызвали настоящий бунт. Но короли животных, переехав в свои новые апартаменты, стали воспринимать это в порядке вещей и стали считать, что справлять большую и малую нужду где попало – это огромное преступление.

Король журавлей даже выступил добровольцем и сформировал целый отряд для патруля леса. Почти три тысячи Священных животных высокого порядка, по очереди, от заката и до рассвета патрулировали лес. В случае обнаружения, нарушителей строго наказывали, блокировали их силу, устраивали им хорошую взбучку, а потом ещё и заключали в карцер!

Если они обнаруживали следы испражнений в каком-то месте, но не знали, кто конкретно их оставил, они привлекали к ответственности животных всего района, в котором были найдены следы! И поэтому в Тянь Фа ещё очень долгое время раздавались душераздирающие крики несчастных животных.

Что же касается основного закона «выживает сильнейший», который действовал на территории всего Тянь Фа, Цзюнь Мосе никогда и не думал его менять. Только в условиях жестокой конкуренции и давления в Тянь Фа может существовать множество бойцов! Если бы этот закон перестал действовать, это, по сути, был бы обыкновенный зоопарк.

Однако, посовещавшись, Король журавлей и Короли животных решили: пусть между ними была схватка, но после её окончания, обязательно следует убрать начисто это место! Иначе, ждёт строгое наказание! Другими словами, ты можешь есть мясо, но и будь добр прибрать за собой косточки.

К тому же, из-за подстрекания Цзюнь Мосе, состязания между главными многочисленными группами Священных животных были надолго отложены! То есть, раз в год каждая большая стая вступала в борьбу с другой стаей! Смертоубийство было запрещено, но проигравшая сторона должна была вычистить все уборные выигравшей стороны, накопившиеся за год.

Кто же хотел иметь дело с такой мерзостью? И тогда в Тянь Фа снова произошёл мощный подъём популярности совершенствования. Эта прекрасная обстановка очень радовала главных звериных королей.

Когда жизнь семьи Цзюнь полностью вошла в старую колею, оказалось, уже прошёл целый месяц. Члены семьи Цзюнь постепенно начали свыкаться с их новым жилищем.

Дедушка Цзюнь каждый день с удочкой в руках направлялся к небольшому озеру, которое создал Мосе, чтобы порыбачить. Он прекрасно проводил свой досуг и тренировался. Он был всем несравненно доволен, даже, казалось, его неуёмная тоска по своему прежнему дому бесследно рассеялась. Все его переживания исчезли, настроение улучшилось, он также очень хорошо преуспел в совершенствовании.

В это время Мосе постоянно преподносил ему лекарства, но у него было слишком много забот и переживаний. Он постоянно переживал за государство, за семью, за людей, за себя и вообще за всех. Если даже он и принимал волшебные таблетки, должного эффекта они не производили.

Сейчас же, все заботы исчезли, настрой заметно улучшился, лекарства, которые накопились в его организме за это время, незаметно проявили себя. Его уровень совершенствования хорошо повысился. Теперь он приближался к уровню Величайшего мастера.

Цзюнь Мосе не выказывал особого внимания касательно боеспособности дедушки, но, однако, у успеха в совершенствовании была и другая польза. Это – долголетие. Так как дедушка Цзюнь всю свою жизнь провёл в военных походах, на его теле было много разных ранений и шрамов. Хотя Мосе немало раз пытался их залечить, но человеческие силы время от времени всё равно истощались.

И хотя эффект был заметным, всё же, ему не удавалось восстановить организм дедушки до его лучшего состояния. Но благодаря прогрессу в совершенствовании, шансы на долгую старость у дедушки сильно увеличились. При этом Мосе смог сэкономить свои силы и освободиться от переживаний по этому поводу. Для дедушки прожить ещё две сотни лет было совсем не проблемой!

Что касается супругов Цзюнь, они жили не такой уж счастливой и безмятежной жизнью, как представлял себе Мосе. Чувство ответственности для них было очень важным. Каждый свой день они начинали с мыслей о сиротах, которых они отправили в дом Кровавой Души. Как они там поживают и все остальные? Особенно это касалось Хан Янь Яо. Казалось, к каждому ребёнку она успела привязаться всем сердцем.

Она занималась воспитанием такого огромного количества детей. За такой сравнительно короткий промежуток времени, она запомнила имена всех своих воспитанников и даже даты их рождения. Она записала их в специальную книгу, её сердечное отношение к ним не могло не восхищать.

Всё, чего желала Хан Янь Яо, это чтобы настолько сблизиться с детьми, чтобы они могли называть её своей матерью, тогда бы у неё на сердце стало спокойно.

К тому же, заботясь об этих детях, она чувствовала себя очень счастливой и была довольна своей жизнью.

Поэтому вне зависимости, какими были эти дети чумазыми, она никогда не брезговала ими. Цзюнь Вуй всегда сопровождал её. Эти двое не чувствовали себя одинокими. Для них эта работа была только в радость.

И было ещё одно, от чего Мосе чувствовал себя ещё счастливее. В прошлом у дядюшки Цзюнь где-то далеко в глубине глаз всегда скрывалась бесконечная печаль. Однако сейчас от неё не осталось и следа. Он двигался с гордо выпрямленной спиной, и хмурый и строгий взгляд тоже пропал с лица Хан Янь Яо. Если сказать, что её лицо сияло изнутри, значит, не передать всего смысла. Как говорится, красота женщины зависит от любви мужчины!

Даже из самой большой комнаты, заселённой Донфанг Вэнь Синь и остальными женщинами, доносились только смех и довольные возгласы. Причина была в Цзюнь Мосе, который открыл для них мир увлекательного маджонга. Эта игра стала очень популярной. Когда у женщин выдавалась свободная минута, они сразу же начинали играть, бывали времена, и Королева змей тоже присоединялась к ним!

Гуан Квинхан, Дугу Сяо И, Хан Янь Мэн, принцесса Лин Мэн, Донфанг Вэнь Синь и Королева змей; эти шестеро девиц стали настоящими профи в этой игре. Настоящим профессионалом среди них считалась Дугу Сяо И.

Эта девчонка была очень сообразительной и потом научилась даже играть с закрытыми глазами, совершенно безошибочно! Она прославилась как «богиня маджонга», но в итоге была выгнана всеми остальными. Не умеешь проигрывать, значит, тебе нечего тут делать.

Состояние принцессы Лин Мэн улучшилось, как и настроение. С Дугу Сяо И они стали лучшими подружками, и с каждым днём она выглядела всё лучше и лучше. А Донфанг Вэнь Синь, глядя на этих очаровательных девиц, одну краше другой, не могла нарадоваться. Они все были женщинами её сына, её невестками, и она не чаяла в них души, все её прежние заботы и печали бесследно исчезли.

За это время, кроме строительных работ, Цзюнь Мосе ещё успел побывать носильщиком, каждый день в большом объёме Священные животные приносили лекарственные средства к главному входу.

Независимо от того, ядовитыми они были или нет, они все были очень редкими и дорогими. Их всех нужно было перевезти отсюда! Цзюнь Мосе ничего не пропускал мимо себя. Сравнительно дорогие он уносил в Пагоду, остатки пересаживал в специальном саду. Всё-таки, они были такими сокровенными драгоценностями.

Их возраст и сила действия были такими внушительными, что глаза разбегались. Однако принимать их на этом уровне было бы пустой тратой. И с применением этих лекарств проблем не было. Близилась Битва за Захват Небес, а значит, они пригодятся.

Глава 805. Пилюля бессмертия. Понимание Мэй Сюэ Янь

Что касается вклада Священных зверей, то самый крутой случай произошёл с Королем тигров. В тот день Цзюнь Мосе открыл дверь и увидел запыхавшегося Короля тигров, который тащил что-то ну очень тяжёлое, да ещё и довольно длинное. Корневище размером с голову болталось в воздухе, там было точно не меньше 500 килограмм веса!

Цзюнь Мосе был просто в шоке! Эта штука на самом деле оказалась супер гигантским древним растением – Горцем многоцветковым! Оказалось, что во время очередного дежурства Король тигров заметил некую лиану на горе, с виду напоминающую то самое лекарственное растение, о котором как-то рассказывал его любимый зять.

И тогда, недолго думая, он направил туда несколько сотен Священных зверей девятого уровня и раскопал целую гору, чтобы заполучить такую диковину. А уже затем, в срочном порядке, Король тигров отправился со своим подарком к Мосе.

С таким весом обычный человек точно бы не справился, ведь это гигантский 500 килограммовый Горец!

Говорят, что этот лекарственный материал довольно сильно отличается от всех остальных: обычные растения, достигая определённого возраста, теряют свои энергетические свойства и превращаются в пепел. А вот с Горцем всё не так.

Даже спустя 10 тысяч лет это растение не утратит свою внутреннюю духовную энергию. Похоже, что тот экземпляр, который обнаружил Король тигров, действительно очень редок в природе.

Первым делом Цзюнь Мосе быстренько взял эту огромную штуку и затолкал к себе в Пагоду Хунцзюнь.

У Королей зверей было лишь одно на уме:

«Ура-ура, наш зять изготовит целую гору таблеток! У нас будет такая мощь, что мы мигом уделаем этих выродков и отомстим за нашу любимую Повелительницу!»

Немного подождав, Цзюнь Мосе, в конце концов, утвердил новое расположение всех сил и выдвинул вопрос изготовления таблеток на повестку дня. Несомненно, вопрос силы является важнейшим. Нужно уделить ему должное внимание!

Лес Тянь Фа определённо очень силен, и Священные звери находятся в монолитном единстве и сплоченности. Достопочтенные сюда так легко не попадут, но это вовсе не значит, что они никогда этого не сделают.

Вот вам самый простой пример. Если три Священные земли соберут команду своих сильнейших мастеров и объединёнными силами атакуют Тянь Фа, то они смогут извлечь из этого неплохую выгоду, им нужно лишь быть немного сдержаннее.

А ведь помимо внешних неприятностей, есть и внутренние заботы. Цзюнь Мосе не забывает о существующем призрачном тумане и запечатанной в нём невероятно могущественной силе: Четырнадцатом Шао из Подземного Мира!

Когда дело доходит до него, Мосе всегда думает об одном: мир бы был намного чище и спокойнее, не будь в нём этого сумасшедшего.

К тому же, люди из Туманного Призрачного Дворца могут спокойно войти в Тянь Фа! Так что, даже самая сильная крепость не гарантирует полной безопасности! Нужно всегда об этом помнить!

Пока ещё не совсем ясно, кто есть друг, а кто враг. Поэтому Мосе всё ещё сохраняет свою бдительность! Особенно с теми, кого он не так хорошо знает!

В течение двух последних дней молодой мастер устроил массовое производство трёх таблеток: для закалки костей, связи жизненных сил и небесных жизненных сил! Каждая из них была выпущена в количестве двух тысяч штук!

Теперешний Мосе, с его новой фиолетовой ци значительно улучшил свои навыки в приготовлении таблеток. Его уровень увеличился, как минимум, вдвое! Раньше за один вечер он мог произвести всего одну печь и получить максимум несколько пилюль или же вообще потерпеть фиаско.

Но сейчас, за один час он выпускает по три или четыре печи! Соответственно, коэффициент производства таблеток тоже ползёт вверх! Изначально одна печь могла выдавать не более десятка таблеток, но теперь в ней может быть до 50 капсул! А отходы или же непригодный материал? Здесь такого не существует!

Это заставило Цзюнь Мосе по-настоящему ощутить преимущества этой фиолетовой ауры в фундаментальном смысле: её прочность не только в десятки раз превосходит первоначальную белую ауру. Она также очень тесно взаимодействует с Пламенем Хуньдунь (которое используется в печах для создания таблеток) и самой печью!

Кажется, что эти три компонента неразрывно связаны между собой. Мосе смутно выдвинул некую гипотезу. Но он и не знал, что эта гипотеза является абсолютной мирской истиной. Пламя Хундунь и производственная печь – это дополнительные элементы, извлечённые из фиолетовой ци Хунмэн.

Эта ци была образована в период великого хаоса, когда земля и небо отделились друг от друга много миллионов лет назад! Так что та фиолетовая аура, что течёт по его меридианам, является материнским веществом для создания таблеток! По сути, это и есть фиолетовая ци Хунмэн!

Если бы при использовании фиолетовой ци Хунмэн в создании таблеток происходили несчастные случаи или производился никчемный мусор, тогда сам Пангу (первый человек на земле по китайской мифологии) провалился бы сквозь землю.

Но с другой стороны, нынешняя фиолетовая аура Мосе ещё довольно слабая. Он не может поддерживать её действие в течение длительного времени. Нужно дождаться её укрепления, и тогда всё будет отлично.

Тем не менее даже если общее количество абсолютной ци может и не хватить, Цзюнь Мосе слишком предан своему делу. Этот паренёк будто обезумел. Без сна и без отдыха только и занимается изготовлением своих пилюль.

Словно человек, голодавший в течение долгих лет, вдруг наткнулся на ресторанчик с бесплатной едой и просто не может остановиться.

Более того, он заставляет всех вокруг наблюдать за этим с огромной завистью – ведь у него есть практически неисчерпаемые материалы для чудо-таблеток! Обычный человек перед одной печью бы спасовал! Да и ресурсов ни у кого таких просто нет!

Но этот парень хорош. Мало того, что весь лес Тянь Фа в его распоряжении, так ещё и это наследие Первого Шао из Подземного мира - первоклассного гения всей земли!

После двух дней и двух ночей непрерывного труда, Мосе, наконец, одолел сон. С треском во всех суставах и костях он потянулся и решил проветриться.

Он разрешил Мэй Сюэ Янь практиковаться рядом с ним во время работы с таблетками. Однако она совсем недавно прорвала рубеж первого уровня Пагоды Хунцзюнь, соответственно, до границ четвёртого ей было ещё ой как далеко. Так что молодой мастер был вынужден сдаться в этом вопросе.

Однако, выйдя наружу, Мосе был круто шокирован. Нынешняя Сюэ Янь, может, ещё не готова к прорыву, однако массивная духовная энергия продолжает непрерывно поступать в её тело. Вопреки ожиданиям, она перескочила на седьмой уровень Священного зверя.

Мосе что-то явно не понимал:

«Так быстро?! Ну что за человечище, ой, нет, что это за зверь такой, даже скорость моего прогресса уже ей не в счёт! И ведь всего за несколько дней!»

Молодой мастер Цзюнь не взял во внимание такой интересный факт: да, он и сам постоянно тренировался и совершенствовался, однако вне Пагоды Хунцзюнь Мосе проводил больше времени, чем внутри, а снаружи концентрация природной энергии чрезвычайна низкая.

Мэй Сюэ Янь же, как раз наоборот, находится строго внутри Пагоды и ни капельки не расслабляется. Она ест, пьёт и даже спит в гуще природной энергии! Может скорость и не совсем большая, но крайне удивительная! Не стоит забывать, что Сюэ Янь – Священное животное, а Цзюнь Мосе – человек!

Мэй Сюэ Янь действительно очень обрадовалась приходу Мосе, и, очевидно, она была вполне удовлетворена своими собственными достижениями за прошедшее время.

Хотя ей всё ещё было некомфортно в своём зверином обличии, однако в этот раз она позволила Цзюнь Мосе подержать себя на руках.

Потому что это - объятие. Именно после его потери она действительно поняла, насколько сильно она жаждала такого тёплого объятия. И только находясь в этих руках, Мэй Сюэ Янь могла ощутить свою значимость. Теперь ей есть, на кого положиться!

В течение многих лет она стремительно двигалась только вперёд, оставаясь для всех величественным и грозным противником. Сюэ Янь даже не задумывалась о чувстве принадлежности, ей было всё равно на собственное одиночество. Она вообще ничего не чувствовала, вся её жизнь и старания были брошены на поле сражения в Битве за Захват Небес.

Будто это её предназначение!

Мэй Сюэ Янь даже приняла эту судьбу и смирилась с ней.

Она ведь даже не знала, что такое счастье.

Каково же оно на вкус.

Однако теперь, находясь в этих тёплых объятиях, она действительно всё переосмыслила.

Сюэ Янь нашла смысл своей жизни, и это не только Тянь Фа или Битва за Захват Небес!

Оказывается, есть ещё одна, более прекрасная вещь в этом мире, ради которой можно отбросить в сторону даже эту Битву за Захват Небес. Да что там Битва, можно отказаться от всего! И пусть это будет лишь мгновение счастья, всё равно нужно отстаивать его. Ведь это – самая ценная вещь в жизни каждого.

Лишь мурлыча ему под нос, Сюэ Янь ощущала настоящую целостность всей своей жизни. Она всё ещё готова отдать свою жизнь в Битве, как и прежде, однако уже с беспокойством и тоской. Битва за Захват Небес, идеалы и ценности всего человечества. Это вовсе не смысл её жизни, это не её судьба!

Если отойти от всей этой мирской суеты, нам ведь всем хочется лишь одного – верного спутника жизни, на которого можно положиться! Вместе встречать утренний рассвет, наслаждаться лёгким вечерним ветерком, любоваться на весенние цветы, летний гром и осеннюю луну. А затем разделить вместе дом, заваленный кучей холодного снега! Но даже в самый жуткий холод он покажется вам тёплым и нежным, ведь вас будет греть ваша любовь.

Находясь в этих объятиях, Мэй Сюэ Янь чувствовала, как вздрагивает от переполнявшего её счастья.

Мэй Сюэ Янь ясно ощущала всю привязанность и теплоту, исходящую от Цзюнь Мосе. Так ей уже было плевать и на мирскую суету, и на свой внешний вид.

«Ведь независимо от моего обличия, для него я всё равно самая красивая Сюэ Янь, самая любимая девушка на земле! Если ему не важно, человек я или же зверь, тогда почему меня это должно волновать? Цзюнь Мосе, я счастлива!»

Почувствовав всё осознание Сюэ Янь, Мосе отпустил её из рук.

Эта девушка осуществила огромный прорыв в своей душе и открыла замок его собственного сердца!

Это действительно потрясающе!

Он тихо снова обнял её, и оба просто замолчали.

Глава 806. Три жизненные истины

Спустя какое-то время.

Цзюнь Мосе удовлетворённо сказал:

– Сюэ Янь, вот знаешь, с тех пор как ты поранилась, может, конечно, внешне и не заметно, но я постоянно беспокоюсь и думаю о тебе. И вот только сейчас это объятие принесло мне, наконец, успокоение. Ты, маленькая обольстительница, просто изводишь меня всеми возможными способами.

Мэй Сюэ Янь похлопала своими огромными глазками, продолжая сжиматься и вертеться в объятиях Мосе, затем приложила миниатюрное ушко к его груди, чтобы услышать знакомое сердцебиение. Тук-тук, тук-тук. С каждым звуком она становилась всё счастливее и счастливее.

– Нет, так не годится, ты, маленькая негодница! Вдруг в такую минуту ты пытаешься сбить меня с толку? Решено! Вот даже в будущем, когда ты поправишься, я всё равно хочу видеть тебя в таком обличии и крепко-крепко обнимать. Мне слишком нравится это чувство. Я так счастлив, – довольно вздохнул Цзюнь Мосе.

«Хочешь сидеть вот так в обнимку даже после моего выздоровления? Хм. Тогда как же я выйду отсюда? Впрочем, это всё не так уж и плохо. Я только хочу, чтобы ты потом ни о чём не пожалел», - маленькая Сюэ Янь потирала свой носик и мурлыкала, а её озорные глазки весело подмигивали Мосе.

Молодой мастер Цзюнь даже не подозревал, что его сегодняшние слова могли принести в будущем массу проблем. После того, как эти влюбленные связали бы себя узами брака, каждый раз, когда Мосе захотелось бы любви и душевного тепла, он начинал бы замечать, что та самая красавица его души и сердца на самом деле – бесстрашный воин, безжалостно убивающий своих неприятелей. Однако внезапно она могла превратиться в маленький пушистый комочек счастья.

Представьте себе.

Всякий раз ему было бы очень тяжело это принять. Но об этом чуть позже.

Когда Мосе сказал эти слова, Мэй Сюэ Янь вдруг притихла. Он удивлённо опустил голову и увидел, что глаза Сюэ Янь задумчиво уставились в одну точку. Будто на неё сошло некое озарение.

Цзюнь Мосе недоумевал:

«Это нормально, да»?

Как-то уж внезапно этот пушистый комочек в руках превратился в статуэтку.

Спустя какое-то время Мэй Сюэ Янь неожиданно спрыгнула на землю и подошла к своему обычному месту отдыха. Своими маленькими коготками быстро-быстро она накарябала что-то довольно неразборчивым почерком.

Это определённо были три строчки какого-то текста.

Но Цзюнь Мосе ясно ощутил, что это – не простая писанина! Три глубокие истины, в которых скрывается огромная убийственно суровая аура.

- Вопрос (ну или истина даже): когда уже закончится эта борьба за власть и личную выгоду? Корень проблемы: безжалостность трёх Священных земель. Первое обращение к человечеству: Когда мирская суета придёт в полную гармонию, тогда и наступит покой!

- Вопрос (истина): Когда настанут счастливые времена, и наступит конец вооруженным конфликтам? Корень проблемы: слёзы Тянь Фа. Второе обращение к земле: нужно очистить источник всех перемен от имеющегося зла!

- Вопрос: Есть ли конец у бесконечности? Корень проблемы: неиссякаемая человеческая жизнь. Третье обращение к небесам: дайте нам сансару любви!

Цзюнь Мосе внимательно всё прочитал, и его тут же осенило. В первом пункте говорилось как раз о людях из трёх Священных земель, и что Сюэ Янь уже давно разглядела их насквозь. Именно поэтому был необходим строгий порядок и реорганизация мироустройства. Это являлось широкомасштабной целью номер один! Каждая чёрточка иероглифа отражала направленность этой истины, а величие слов просто впечатляло!

Второй пункт был уже о Битве за Захват Небес, о решимости очистить землю от имеющегося зла. Опять же, это тоже была своеобразная цель бытия.

Что касалось третьего вопроса, то в нём поднималась тема любви, и он был больше связан именно с ней самой, чем с миром или человечеством.

Загадать желание небесам, чтобы эту любовь постигла реинкарнация.

Использовать свой бесконечный жизненный цикл, чтобы показать истинные чувства.

Так называемая сансара также представляла одну из истин. Предельно важную истину.

От последней истины никто не смог бы укрыться в этом мире.

Эта девчонка действительно была достойна звания великого гегемона нашего времени. Невероятно просветленная и мудрая личность. Более того, она сумела так здорово подытожить всё происходящее вокруг неё всего в три пункта.

Больше всего Мосе поразил именно пункт про сансару любви. Потому что именно там становилось понятно, насколько он был важен для Мэй Сюэ Янь. Никакие три Священные земли или же Битва за Захват Небес не могли переплюнуть всю его значимость в её сердце. Так что его распирало от гордости.

– Великолепно! Действительно мощно! – пронзительный взгляд молодого мастера был всё ещё уставлен на последние строчки.

Кажется, что проблема трёх Священных земель и Битва за Захват Небес очень сильно угнетали её в течение долгого времени. Иначе она никогда не выразила бы их в отдельные проблемы всего человечества.

Цзюнь Мосе также подметил, что эти три истины изречены в черновом варианте.

Кто бы мог подумать, что лишь они вдвоем станут свидетелями того, как Сюэ Янь разорвёт свои собственные духовные оковы и озарится новыми жизненными истинами? Невероятно!

Три жизненные истины!

Цзюнь Мосе больше ничего не тревожило, и он тихонько покинул Пагоду Хунцзюнь.

Потому что, написав эти три строки, Мэй Сюэ Янь снова впала в удивительное состояние отрешенности. Похоже, что она вошла в длительную медитацию.

Она совершенствовала эти три истины.

Всё это очень хорошо гармонировало с её образом мышления.

Прежде это абсолютно не волновало Сюэ Янь.

Если бы он её потревожил, то вся работа могла пойти крахом! Цзюнь Мосе это прекрасно понимал, поэтому решил бесшумно испариться, пока не натворил чего лишнего, что могло бы повлиять на успех или неудачу Сюэ Янь.

Приход к жизненным истинам. Насколько это легко?

Материку Суань, если начать отсчёт со времен Первого Шао, было уже около десяти тысяч лет.

Даже более десяти тысяч лет!

Сколько истин было усовершенствовано за всё это время, будь то у зверя или птицы, горы или водопада, облаков или снега.

Каждая истина должна была подвергнуться тысячекратной ковке и закалке. Всё что можно было, уже давно было использовано. Казалось, что мыслительного пространства для будущего поколения становилось всё меньше и меньше.

Поэтому нужно было создать на имеющемся базисе нечто новое и удивительное.

Мэй Сюэ Янь начала своё совершенствование с самого нуля, отбросив в сторону свои прежние умения и навыки. Можно сказать, что она отказалась от себя прежней и сломала оковы своего сердца. Теперь Мэй Сюэ Янь строила своё собственное кунг-фу лишь на основе любви.

Именно с этого момента, пусть даже в образе священного зверя седьмого уровня, Мэй Сюэ Янь фактически обладала мудростью и квалификацией, не уступающей предкам трёх священных земель.

Собственный вид кунг-фу!

В этот момент Мэй Сюэ Янь впала в медитацию, даже не обращая внимания на свой внешний вид, так что у Цзюнь Мосе не осталось другого выбора.

Он не завидовал и не собирался соперничать с ней.

Он всей душой гордился Мэй Сюэ Янь.

«Потому что всего этого достигла моя женщина! Моя жена!»

Такое внезапное озарение Сюэ Янь продлилось целых три дня!

За это время Цзюнь Мосе даже не рискнул потревожить её едой или водой. В процессе изготовления таблеток он сразу же поднимался на четвёртый уровень Пагоды, а уже оттуда прямиком наружу.

Тянь Фа ликовал.

А всё потому, что Цзюнь Мосе сделал заявление:

- Все священные звери девятого уровня, которым в прошлый раз не хватило волшебной панацеи, смогут получить таблетки сейчас!

Информация мигом распространилась по всему Тянь Фа. Короли зверей бежали со всех ног, по пути оповещая всех девятиуровневых животных своей группы!

– Отличная новость, у нас снова имеются те самые волшебные таблетки, способные ускорить совершенствование и последующий прорыв! Так что поскорее отправляйтесь и получите их!

В одно мгновение земля и небо будто содрогнулись, все звери поспешно ринулись на зов. Огромные неуклюжие здоровяки с грохотом врезались в деревья, затем поднимались с земли и снова, одуревши, мчались вперёд.

Прямо на глазах небо и солнце заполонили тёмные тучи, постепенно спускающиеся вниз, а по всему лесу с диким гулом неслась гигантская стая животных.

Глаза красные, а тела так и дёргались от возбуждения.

Молодого мастера вдруг бросило в холодный пот!

«Это, это мать вашу ж, сколько их? Миллионное войско?? В последний раз Мэй Сюэ Янь говорила, что в Тянь Фа имелось всего около двадцати тысяч Священных зверей девятого уровня, разве не так? Откуда ж их столько повылазило?»

А ведь до отдалённых районов до сих пор не дошли такие новости. Неизвестно, сколько гостей прибежало оттуда. На тот момент только часть из всех присутствующих зверей можно было обеспечить таблетками.

Но это – очень маленькая часть, не более двухсот тысяч голов.

«Сюэ Янь, ты вот наговорила тут чепухи, а мне отдувайся! Двадцать тысяч говоришь? И сколько это, по-твоему?»

Цзюнь Мосе не знал, что в своей новости он забыл добавить всего два слова: высшей ступени.

Эти два слова были слишком важны, словно разница между небом и землёй.

Мэй Сюэ Янь тогда сказала: двадцать тысяч Священных зверей девятого уровня высшей ступени.

Мозг молодого мастера в то время был перегружен другими вещами, поэтому он услышал только – Священные звери девятого уровня.

Зато какая огромная разница!

Можно было подумать, что зверей девятого уровня высшей ступени довольно много – целых двадцать тысяч голов. Однако если смотреть в пропорции ко всему лесу Тянь Фа, такие животные считались уникальными экземплярами.

Ну а вот зверей просто девятого уровня было в сотни раз больше.

Цзюнь Мосе, наконец, оценил силу однажды сказанных Мэй Сюэ Янь слов:

- Для Тянь Фа, на самом деле, пустяковое дело – уничтожить три Священные земли. Да и весь материк для нас не помеха!

Он, наконец, понял причину, по которой даже сам Мудрейший высшего разряда не осмеливается войти в лес Тянь Фа.

Глава 807. Весна Короля Медведей.

Лес Тянь Фа имел просто нереальную площадь. Растянувшись с востока на запад, он занимал практически половину всего материка. Разве не впечатляющий размах? Священных зверей девятого уровня высшей степени было не так уж и много, а вот обычные девятиуровневые звери насчитывали около миллиона особей! Хотя, возможно даже и больше.

А если сюда можно было ещё добавить целую кучу восьмиуровневых, семиуровневых, шестиуровневых и т. д. животных. У Мосе голова пошла кругом! Колоссальная мощь. Разве крохотные три священные земли смогли бы сравниться с ними?

Неудивительно, почему они так страшились Тянь Фа.

Однако эти священные звери на самом деле были невероятно добрыми существами.

С такой ужасной силой они могли господствовать над всем материком. Тем не менее, у них никогда не возникало подобной мысли или каких-либо коварных замыслов.

Чудо! Настоящее чудо!

Цзюнь Мосе вдруг встрепенулся: «У нас под боком такая огромная сила, и кого там боится моя мама?»

Три священные земли? Тьфу, черви наземные!

Однако, будь то взрыв доверия или шок, но Мосе должен был привести в порядок весь этот хаос! Нужно было снабдить каждого присутствующего зверя волшебной таблеткой!

В таком случае молодому мастеру ничего бы не оставалось, кроме как всю жизнь только и изготавливать эту чудо-панацею. А зверей было слишком много!

Увидев Восемь Великих Королей, стоявших в передней шеренге, Мосе вдруг кое-что придумал.

Сюн Кайшань и Ху Леди застыли на месте: «Неужели нам опять сейчас попадет?»

Ну, конечно, Мосе с недовольным видом тут же ударил по столу: — Сюн Кайшань! Ху Леди! Вы охренели? Я ведь сто раз повторил: все звери девятого уровня высшей степени! Так почему сюда вдруг прибежали все, кому не лень?! Вы там, какую информацию распространяете? Ну и дебилы, ей богу!

Сюн Кайшань всё ещё туповато лыбился, но затем вдруг выпучил глаза: — Эй, что?!

Цзюнь Мосе прищурился и уверенно продолжил громко кричать: — Если бы не слова вашей хозяйки, я бы ни за что не поручил ничего подобного таким болванам! Ох, как же вы меня бесите! Это фиаско, господа!

Сюн Кайшань заткнулся на полуслове, ведь зять упомянул о самой хозяйке. С ног до головы его тело пронзил сильный жар, он всё ещё бормотал что-то невнятное под нос.

Ху Леди тупо хлопал ресницами, а затем недоумённо сказал: — Зять, это только кажется.

Сюн Кайшань, который находился рядом, поспешно стукнул его, шепча: — Я не хочу, чтобы нас побили, так что заткнись!

Эти два дуболома действительно были ещё те тормоза, и хотя Ху Леди так ничего и не понял, но всё же решил помолчать.

— Братья! Таблетки действительно есть, и их много! — Цзюнь Мосе, не обращая внимания на этих двоих, обратился к неисчислимой толпе животных.

В ответ моментально раздался одобрительный гул.

— Просто, немного меньше чем вас, присутствующих. Все ведь знают о нынешней ситуации в Тянь Фа. Изначально я собирался собрать тут только девятиуровневых зверей высшей степени. Ведь, как-никак, они все находятся на грани прорыва. Но кто бы знал, что король тигров и король медведей так здорово ошибутся в своём информировании! Это всё — моя вина, моя ошибка. Как я мог довериться этим двум балбесам?!

Он печально вздохнул, и это было не разочарование в людях и зверях. Молодой мастер сожалел лишь о недостатке волшебных таблеток. Похоже, что с новосельем стоило повременить.

Король тигров и король медведей переглянулись:

— Зять, а зять, не издевайтесь над нами. Вы ведь вообще ничего подобного не уточняли! Откуда нам было знать про девятиуровневых зверей высшей степени?

Где ваша честность? Может, мы, конечно, и не люди, но вы, зять, самый что ни на есть, настоящий человек. Так почему вы рассказываете такие сказки? Глупости какие!

Вы так хотите сделать из нас козлов отпущения?

— Тем не менее, и у плохого есть обратная сторона. Пусть они и информировали вас ошибочно, однако теперь я лично разъясню вам всё об этом деле, чтобы вам больше не приходилось преодолевать такой длинный и сложный путь.

Цзюнь Мосе осмотрелся вокруг и громко сказал: — Все в курсе о силе этих таблеток. Однако в них кроется и своя опасность. Если вы не достигли высшей степени девятого уровня, то, приняв их, вы рискуете не только остаться без улучшенных навыков совершенствования, но и вообще умереть от внутреннего разрыва органов! Однако на девятом уровне высшей степени нет никаких побочных эффектов, и ваш прорыв пройдёт без каких-либо осложнений! В этом и заключается разница уровневой системы! Здесь все парни толковые, так что вы уж точно поняли меня!

Главный фармацевт всего Тянь Фа окинул взглядом толпу и продолжил: — Итак, я здесь для того, чтобы пообещать всем, независимо от того, являетесь вы зверем седьмого, восьмого или девятого уровня: если вы продолжите усердно трудиться и разовьёте свои навыки до девятого уровня высшей степени, то можете прийти и забрать свои волшебные пилюли. Я всегда здесь и жду вас! И тогда вы сможете совершить прорыв и стать сильнейшими мастерами этого леса! А уж те, кто достигнет уровня почтенного мастера, смогут лично обучаться и совершенствоваться вместе со мной.

Парень торжественно добавил: — Это обещание останется неизменным в течение десяти лет.

Этим священным зверям совсем нетрудно было усовершенствовать себя до девятого уровня высшей степени. У некоторых из них была хорошая генетическая предрасположенность, они могли просто жить, и с возрастом высшая степень сама к ним, так сказать, явилась бы. Но вот для видоизменённых особей это уже — вопрос жизни и смерти.

Как же им не обрадоваться таким новостям?

Девятиуровневые священные звери и метаморфизованные священные звери имели между собой существенные различия! Например, их продолжительность жизни разнилась аж на несколько сотен лет.

Кроме того, достигнув уровня достопочтенного, можно было получить красивый дом. Так что нужно было добиться этого уровня любой ценой!

— А что будет с теми, у кого не получится усовершенствовать свои навыки в течение десяти лет? — заикаясь, спросил черношёрстный медведь. Очевидно, он только прорвался на девятый уровень и овладел речевыми навыками. Более того, во время разговора чёрные глазки то и дело аккуратно поглядывали на короля медведей. В этом взгляде присутствовал и страх, и паника, и смущение.

Голосок говорящего казался тоненьким-тоненьким, будто и вовсе женским.

Медведица?! У Цзюня Мосе чуть челюсть не отвалилась. Он ведь кроме Мэй Сюэ Янь и королевы змей, особей женского пола здесь даже и не встречал. Внимательно оглядевшись, молодой мастер обнаружил, что из присутствующих, женщины занимают небольшую долю. А где ж, блядь, они раньше были?

Цзюнь Мосе не знал, что в лесу Тянь Фа, особенно среди священных зверей высших уровней, ну очень мало женских особей. Поэтому на протяжении многих лет в целях безопасности популяции они никогда не принимали участие в больших сражениях.

Что касалось Мэй Сюэ Янь и королевы змей, они относились к другому роду, их нельзя было ставить с остальными в один ряд.

— Если не получится усовершенствоваться в течение десяти лет, хм, трудно сказать даже. Вас ведь так много, если я увеличу срок действия своего обещания, боюсь, тогда мне придётся всю жизнь только и делать, что готовить эти чудо-пилюли и строить дома.

Мосе коснулся своего подбородка, слегка прищурился и расхохотался. Дело было даже не в количестве лет. Он просто хотел установить для этих ребят хоть какое-нибудь ограничение. А вот времени как раз всегда не хватало. Если же его было бы навалом, то исчезло бы любое рвение и целеустремлённость.

Так что дело было совсем не в страхе пожизненного изготовления таблеток и строительстве домов.

— О, тогда я, я, буду усердно работать, прямо сейчас и, и начну трудиться! — воскликнула черношёрстная медведица.

Пусть она казалась немного неопрятной, но, боже, какой милашкой она была.

И по характеру, вроде бы, довольно скромна, даже немного застенчива.

Король медведей выпучил глаза. В этот момент он смягчился и закашлялся, а затем медленно спросил: — Ты из клана чёрного золотого медведя?

— Эм, да. Король медведей, — медведица немного испугалась и продолжала запинаться в словах.

— Хм, значит, уже близка к своему совершеннолетию, не так ли? — Сюн Кайшань прищурился, он даже высунул свой язык и облизнулся, обходя вокруг эту самку чёрно-золотого медведя. Его лицо становилось всё серьёзнее и серьёзнее.

— Да. Король медведей, — бедная медведица жалобно смотрела на этого здоровяка, её речь становилась всё менее связной.

— Как тебя зовут? — голос короля медведей вдруг резко изменился, он стал более нежным. Однако голос Сюн Кайшаня по своей природе всегда был очень грубым, так что от таких «перемен» у всех кто был рядом, по телу пробежали мурашки. Даже у Цзюня Мосе.

Звери в первых рядах вдруг ехидно заулыбались. Даже неизвестно, что было у них на уме.

— Меня, меня, меня зовут Сюн Сяо Ву — медведица вся изнервничалась и стала ещё сильнее заикаться. Намерения короля медведей были ей совсем не понятны. Она даже не знала, куда спрятать свои пушистые лапы.

«Сюн Сяо Ву?! Такая громадина, и такое прелестное имя!»

«Разве оно ей действительно подходит?»

Тем не менее, Сюн Кайшань, казался очень довольным. Он выдавил из себя самое доброжелательное выражение лица и самодовольно сказал: — Сюн Сяо Ву. Действительно хорошее имя, такое милое, но в то же время изысканное. Слушай, а выходи за меня замуж! Стань мне женой и нарожай мне кучу медвежат!

Глава 808. Красавцы и красавицы

– ЧТООО!

Стая священных зверей в одно мгновение разразилась громкими звуками! Повсюду были слышны шумные возгласы, а на мордах царило неописуемое удивление! Лицо Цзюнь Мосе скрючилось от быстрой смены выражений лиц. В итоге он просто рухнул задницей на землю, глядя на Короля медведей. Этот парень действительно был таким прямолинейным. Где он такому научиться только успел? Эта медведица по меньшей мере весила килограммов триста пятьдесят, но в глазах Короля медведей она выглядела миниатюрной и очаровательной милашкой.

К тому же, они увиделись только что впервые, а он уже начал свататься! Да ещё так нагло и прямо в лоб!

- Выходи за меня, стань моей женой! Роди мне медвежонка!

«И это так выглядит предложение?

Если сравнивать их с людьми, это как ты увидел красивую девушку и сразу же объявил ей: выходи за меня! Стань моей женой! Роди мне сына! Возьмём квартиру в ипотеку! Разве этим нельзя наоборот испугать девушку? Разве после такого она не должна сказать «придурок» и быстро удалиться, не обращая внимания на тебя?

Но, однако, Король журавлей и все остальные просто продолжали стоять в сторонке. Не говоря о том, чтобы вмешиваться, они даже и не удивились вовсе.

– Ну, так что? Ты согласна или нет? – Король медведей пристально смотрел на неё, немного взволновано спрашивая.

– Я… я… я, эмм, я не знаю, – бедняжка Сюн Сяо Ву, растерявшись, смотрела по сторонам, словно прося о помощи, а потом испуганно попятилась назад. Её тучное тело едва не грохнулось на землю.

– Не знаешь? Не знаю, значит, ты не отказываешь мне? А если не отказываешь, не значит ли это, что ты согласна! А значит, ты согласна стать моей женой! Давай, иди сюда жёнушка, время не ждёт, нам ещё надо медвежонка сварганить, – громко сказал Король медведей и протянул ей свою большую медвежью лапу.

Сюн Сяо Ву стояла с таким видом, будто вот-вот сейчас расплачется. Она не отрывала своих глаз от одного пожилого чёрного медведя, стоящего немного вдалеке.

Король медведей сразу же это заметил. Он вытянул лапу и указал на старого:

– Ты! Выходи! Ты старейшина чёрных медведей? А?

Тот медведь, улыбаясь во весь рот, вышел и сказал:

– Да, Ваше превосходительство, Король медведей. Я – старейшина рода чёрных медведей, Сюн Дабао, и по совместительству отец Сяо Ву.

– О? Тесть значит! – Король медведей махнул рукой. – Насчёт нас двоих наверняка не возражаете? Должно быть, считаете это честью для вас? А, тесть! – тесть, это слово Король медведей как раз совсем недавно выучил благодаря Цзюнь Мосе: отец жены – мой тесть.

Сейчас, увидев отца Сяо Ву, он как раз решил блеснуть своей эрудицией. Совсем недавно его фраза «миниатюрная и очаровательная милашка» была сказана, чтобы добиться благосклонности прекрасной медведицы, а вот слово «тесть» – чтобы продемонстрировать свои глубокие познания и выделиться из толпы.

– Да, да, совершенно не возражаю, это большая честь для нас! В самом деле очень почётно, я так горд, – старейшина Сюн Дабао любезно поклонился, но, однако, он не понял значения слова «тесть» и решил, что это какое-то вежливое обращение, и скромно добавил: – Что Вы, помилуйте, Ваше превосходительство, такое обращение, это скорее вы – мой тесть.

«Вы – мой тесть», – прыснул про себя Цзюнь Мосе и чуть не прикусил себе язык.

Он сидел на земле и пребывал в настоящем шоке от происходящего. Его немного даже передёргивало.

Это – что-то с чём-то, не иначе.

– Э, нет, это не выйдет! Я не буду твоим тестем! Ты, старый хрыч, что вообще подумал обо мне, – Король медведей почти разозлился. Ему не без труда удалось подавить свой гнев, и он с доброжелательным выражением морды спокойно сказал: – А, ладно! Кто еще тебе даст возможность стать моим тестем? Ты давай, лучше побыстрее подготовь приданое, у тебя дочь замуж выходит как-никак.

И тебе, старый, следовало бы основательно подготовиться к этому, верно? Ты же не можешь позволить своей дочери нищей выходить замуж. Она, всё-таки, станет Королевой, матушкой всех медведей. Вы там подготовьте у себя вино из сосновых шишек, мёд. Всего где-то по пять тысяч килограмм каждого пришлите. Для вас же это не проблема, верно?! – быстренько распорядился Король медведей.

– Да, да, подготовим всё, как вы сказали, – несколько раз кивнул головой Сюн Дабао.

И вот так, пока Цзюнь Мосе сидел на жопе ровно, сватовство успешно завершилось.

У Цзюнь Мосе практически челюсть отвисла, и глаза на лоб вылезли!

«И это всё?! Она ещё и матушкой всех медведей станет?! Господи, боже ты мой! И такое сватовство бывает видимо» .

Один раз увиделись, и он насильно заставил её стать своей женой. Да ещё и принялся вымогать приданое с тестя. И не только вымогать, но и не особо скромничать в размерах этого приданого!

При этом, говоря очень грубо и невоспитанно, величая своего будущего тестя старым хрычом.

Самое удивительное, что это всё прошло так быстро, без каких-либо задержек и заминок, быстро и просто!

Хоп, и у тебя есть жена и немаленькое такое приданное!

Этот новоиспеченный зять похож на настоящего бандита, похитившего свою невесту!

Нет! Даже разбойник, который похищает невесту и то должен быть немного ласковее и добрее. Как минимум взять на себя ответственность за это, дать обещание. А этот даже хуже настоящего бандита! Как это вообще можно назвать?

«Этот мир в самом деле такой сумасшедший! Даже слов, чтобы описать всё это, придумать не могу!?»

– Поздравляем, Король медведей! Наши поздравления! – вся толпа Священных животных радостно закричала хором. Они как раз совершенно не считали это чем-то ненормальным.

Король медведей с улыбкой до ушей, взяв под руку Сюн Сяо Ву, стал ходить туда-сюда перед строем животных, принимая поздравления и любезно раскланиваясь в знак благодарности:

– Большое спасибо, братья! Теперь у меня есть жена!

Застеснявшаяся Сюн Сяо Ву плелась за ним, склонив свою голову вниз. Однако на её лице не было и следа обиды или разочарования. Наоборот, она выглядела вполне счастливой.

Король тигров кричал поощрительные возгласы, при этом поглядывая на свою стаю. Спустя долгое время он появился перед Мосе и горестно вздохнул:

– Эх, зять, ты посмотри, как повезло нашему брату Сюн. Его невеста – такая красавица. Как жаль, что эта красавица не из моей стаи! – когда он говорил, было заметно, что у него прям слюнки текли от жадности.

Цзюнь Мосе немного испуганно посмотрел на него, и удивлённо спросил:

– Повезло? Невеста – красавица? Король тигров, у тебя случайно жара нет? Что за чушь несёшь?

– Ай-я! Зять, ну ты как скажешь, тоже. Ну, ты сам посмотри, какая чёрная шерсть у этой медведицы, так и блестит вся. А сверху вообще, словно золотом посыпана, такая соблазнительная. А глянь, какая фигурка, такая здоровая. А мордочка, нос такой впалый. Ц-ц! А глаза так и горят, а рот – нечего сказать, широченный. Ц-ц! А эти уши, такие прямые и так высоко стоят!

- А какая задница, товар высшего сорта, я тебе говорю. Только так нарожает нам несколько малышей. Единственный недостаток – это хвост немного коротковат. Однако тоже неплохо. Главное – это красивые ягодицы. Недаром говорят, что род чёрных медведей славится своей красотой. Она занимают первое место во всём Тянь Фа по красоте. Оно и правда.

- Стоит только посмотреть, как у тебя всё чесаться начинает, почему же её первым увидел брат медведь, дуракам и правда везёт, – пока Король тигров говорил, у него и впрямь текли слюни. Если бы Король медведей не опередил его, он бы, наверное, вызвал своего соперника на дуэль, чтобы побороться за возлюбленную.

Цзюнь Мосе долго пребывал в оцепенении, потом уголки его рта начали дёргаться:

– Брат тигр, ты уверен в том, что ты говоришь? Первая красавица на весь Тянь Фа? Это она?

– Зять, ты чего такое говоришь? Над чем тут удивляться вообще? Неужели ты считаешь красавицами похожих на нашу сестру? Чтобы и фигуры никакой не было, ни задницы. А как же им деток рожать? Вот когда у тебя родится сын, ты сам поймёшь, через какие трудности тебе придётся пройти!

Король тигров смотрел на Мосе, как на умалишённого, и не стеснялся в выражениях, рубил правду-матку:

– Зять, хэ-хэ, хотя мы, разумеется, все очень восхищаемся нашей сестрой, её способности в самом деле выдающиеся. Мы все очень уважаем её, но внешность у неё, конечно, так себе!

Хотя возьмём даже Королеву змей, у неё фигурка тоже не ахти, одна кожа да кости, но она, как-никак, змея и это понятно. Но у нашей сестры такой высокий уровень совершенствования, почему же она не сделает себя немного красивей? Не могу не сказать, но вкус у тебя, зять, действительно, очень необычный.

Зять, нет, друг, я скажу тебе по-дружески. Жениться на нашей сестре – в самом деле пустая трата времени, – Король тигров с открытым ртом покачал головой, немного горестно вздыхая, немного словно намекая, что «товар немного залежался».

«Что, простите? Мэй Сюэ Янь и за красавицу не считают? Девушка с таким удивительным талантом, прекрасной внешностью, грацией и элегантностью. Не считается в Тянь Фа красивой девушкой? Ещё и если слушать Короля тигров, она считается «засидевшейся в девках»».

«Жениться на нашей сестре – пустая трата времени».

«Да, вы знаете, что если бы ваша сестра стала бы искать себе мужа, наверняка все мужчины материка Суань примчались бы в Тянь Фа?!

Подождите-ка, если вы говорите, что Мэй Сюэ Янь уродина, и жениться на ней – пустая трата времени, стало быть, вы и меня считаете страшным, и что я никого не интересую?»

Цзюнь Мосе ещё долго находился в изумлении. От такого внезапного открытия у него голова кругом шла. Ноги и руки дрожали, а лицо вмиг побледнело. Будто на голову его падал какой-то стол, потом отпружинив так ещё несколько раз.

«Боже, кто-нибудь убейте меня, я не могу больше жить! Мне стыдно жить дальше!

Оказывается, в глазах этой толпы Священных животных я – не красавчик, чтобы все с ума сходили…»

Цзюнь Мосе нечего было сказать. Стандарты красоты в лесу Тянь Фа и в остальном мире действительно очень отличаются. Да что сказать, они прямо противоположны, о боже.

В это время послышались шаги приближающегося Короля медведей. Он злобно уставился на Короля тигров:

– Что за чушь ты несёшь, придурок? С чего это наша сестра некрасивая, какая ещё напрасная трата времени, что ты имеешь в виду?!

Король тигров испуганно выпучил глаза:

– Брат, я просто сказал то, что мы думаем о нашей сестре, разве ты тоже…

Король медведей хлопнул его своей огромной лапой по голове, громко прикрикнув:

– А я говорю, ты несёшь чушь!

Очень тихо он добавил:

– Ты, тупица, хочешь помешать свадьбе нашей сестры? Ты хочешь, чтобы она осталась навсегда дома? В кои-то веки появился человек, которому понравилась наша сестра, и они так ладят друг с другом. У них еле-еле получилось сойтись, а ты хочешь всё испортить?

Король тигров с испуганным видом:

– Брат, я не хотел, я не имел это в виду, я просто...

Глава 809. Нависшая над головой проблема!

Король медведей ещё раз ударил своей медвежьей лапой:

– Да ты самая настоящая сволочь! Так что заткни свой рот, а если не замолчишь, я сделаю тебе ой как больно.

Король тигров полностью пал духом и уже был готов заплакать.

Король медведей думал, что говорит довольно тихо, однако как бы он ни старался, его голос был как у обычного говорящего. Если он кого и мог перехитрить, то только далеко стоящих животных.

Услышав всё сказанное, Цзюнь Мосе пришёл в себя, а потом в недоумение:

«А? Что, б*ядь? Моя прекрасная Сюэ Янь считается в Тянь Фа старой никому не нужной девой? Что ещё за херня?!»

Король медведей, увидев реакцию молодого мастера, решил поспешно принять хоть какие-нибудь меры. С видом простого и душевного домашнего мужичка, потирая лапы и смеясь, он подошёл и сказал:

– Зять, ну чего вы так мучаетесь, этот тупица тигр ничего не понимает. Но зато какой умный вид делает. На самом деле, наша сестрица очень красивая. Вот посмотри на мою жену, ничего такая, её зовут…

Он вдруг почесал голову и повернулся:

– Тебя зовут…?

– Сюн Сяо Ву… – прозвучал застенчивый голосок.

– Верно-верно! Мою супругу зовут Сюн Сяо Ву, она, конечно, ничего, но не первая красавица Тянь Фа. Зять, так это, я ведь первый шурин, который нашёл себе жену. Надо бы подарочек нам сделать, а? – Король медведей протянул свою мохнатую лапу с видом кредитора.

– Ну, хорошо! – молодой мастер радостно вытащил три таблетки и положил их прямо в ладонь медведя. Король медведей тут же обалдел:

– Зять, ты издеваешься, что ли? Ведь они – для зверей девятого уровня высшей степени. Если моя женушка примет их, то просто взорвётся. А я снова стану холостяком.

– Дурень! Необходимо просто принять их в правильном порядке. Сначала дашь ей таблетку небесной жизненной силы, чтобы консолидировать чистую энергию и совершенствоваться до девятого уровня высшей степени, а уже потом две оставшиеся пусть примет. Так уж точно никаких проблем не возникнет, – Цзюнь Мосе попытался голосом намекнуть этому идиоту обо всём. Ох, ну кто бы знал, что медведь вдруг возьмёт и женится! Слишком уж всё быстро произошло.

– Хорошо, хорошо, – Король медведей скривил рот в улыбке: – Наш зять – такой дальновидный малый! Вы с сестрой так подходите друг к другу! – увидев, что остальные звери стали любопытничать, медведь тут же приструнил их: – На что это вы тут уставились? А ну, быстро тащите подарки для моей жёнушки, тоже мне, товарищи!

Этот малый за каких-то полчаса времени успел жениться, получить подарки и приданное – такой проворный засранец.

Затем Цзюнь Мосе самым быстрым образом раздал свои чудо-пилюли и незаметно ускользнул. Нужно было уходить, иначе все эти звери испепелили бы его взглядом. Ну и аура у ребят.

Был слышен лишь громкий возглас Короля журавлей:

– Всё, что касается волшебных таблеток, является строжайшим секретом Тянь Фа. Если это просочится наружу, то не видать нам спокойной жизни. Наша любимая сестра и зять будут вовлечены в огромные неприятности! Так что держите рот на замке! В противном случае, вы тут же окажетесь в списке предателей и врагов Тянь Фа.

Цзюнь Мосе улыбнулся и отправился в Пагоду Хунцзюнь. Маленький белый силуэт бегал туда-сюда, раздувая ветер и образуя вихрь, похожий на цветущее облако. Иногда это было похоже на распускающиеся цветы, а иногда на золотую грозу.

Мэй Сюэ Янь отрабатывала свои новые техники. Цзюнь Мосе спокойно наблюдал, изредка хмуря свои брови.

Спустя некоторое время Мэй Сюэ Янь обнаружила его. Она спряталась под деревом, чтобы отдышаться.

Цзюнь Мосе засмеялся и подошёл к ней. Он упорно продолжал смотреть, пока та не повернула голову, затем он улыбнулся и сказал:

– Эти техники, они действительно очень мощные, поэтому лучше хорошенько подумать: не лучше ли будет дождаться твоего перевоплощения в человеческий облик, а уже потом проводить такие тренировки.

В конце концов, твоё нынешнее тело сильно отличается от человеческого. Если ты привыкнешь к нему сейчас, в будущем будет тяжело выложиться с такими техниками на все сто. Помни, что привычка – вторая натура. Ты ведь понимаешь меня, да? – парень очень надеялся, что упёртый хорёк примет его слова к сведению.

Мэй Сюэ Янь немного подумала и легонько кивнула головой.

Слова Мосе развеяли её давние сомнения.

Почему, когда древнейшим техникам Тянь Фа, передающимся из поколения в поколение, начинают обучать с самого раннего детства, итоговый результат не совпадает с ожиданиями наставников?

Нет, их результат и сила, конечно, были огромны, но всё равно, казалось, что чего-то не хватало.

А дело, оказывается, вот в чём было.

Проблема заключалась в четырёх словах «обучение с раннего детства».

Предшественники, как правило, создавали все эти охренительные техники, уже будучи в сознательном возрасте и в человеческом обличии. Следовательно, отработка движений происходила уже в теле человека, и конечный результат был намного круче.

Однако будучи старым поколением леса Тянь Фа, как они могли оставить драгоценный опыт собственной жизни посторонним людям? Естественно, всё было передано внутри самого леса. И тут возникла такая дилемма: потомки Священных животных не рождались людьми! Им необходимо было усердно работать и совершенствоваться, чтобы видоизмениться до человека.

Можно было сказать, что это – палка о двух концах.

«Облик животного и человека. Да, блин, это совершенно два разных понятия! И накопленные с возрастом привычки просто так не изменить!»

Таким образом, можно было сказать, что это – просто провал.

Как надо было отработать технику на все сто процентов?

Такой простой вопрос, но сколько поколений Тянь Фа не смогло на него ответить!?

До сегодняшнего дня. Случайные слова Мосе намёком дали понять собственную ошибку и ошибку предшественников Тянь Фа.

Мэй Сюэ Янь посмотрела на Мосе взглядом, полным нежности и благодарности.

Спустя некоторое время маленький белоснежный силуэт вдруг скрылся из виду, а затем вернулся, неся с собой мешочек с песком. Она разбросала его по земле.

– Ты хочешь поговорить со мной? О, я такой болван, – до Мосе внезапно дошло. После того, как Сюэ Янь вернулась к своему первоначальному облику, она действительно потеряла речевые навыки, однако у неё остались письменные и слуховые способности!

Мэй Сюэ Янь прищурилась и посмотрела на него. Молодой мастер сразу ощутил весь её презрительный сарказм в его сторону.

«Заставляешь меня тут бегать и напоминать обо всём, тупица!»

И хотя она ничего не сказала, Мосе точно разглядел это в её взгляде. Он не смог удержаться от улыбки.

«Я хочу поговорить с тобой кое о чём», – маленьким коготком накарябала Сюэ Янь.

– И о чём же?

«Речь идёт о Квинхан, Сяо И и так далее», – написав это, она ненадолго остановилась. Кажется, она пыталась правильно сформулировать свою мысль. Спустя минутку, появилась ещё одна строка: – «Время скоротечно. А красота не вечна».

– Время скоротечно? Красота не вечна? Это что ещё такое?

Цзюнь Мосе нахмурился, а затем вдруг спросил:

– Ты хочешь, чтобы я поскорее женился на них?

«Нет!»

– Тогда…

На этот раз Мэй Сюэ Янь писала без остановки, писала долго и решительно. Она довольно долго рассуждала на эту тему:

«Нет сомнений, что через несколько лет я снова достигну предыдущего пика своих возможностей, возможно, я даже преодолею и эти границы. Твои навыки тоже не стоят на месте, прогресс движется семимильными шагами. Так что с нашими возможностями мы сможем быть вместе тысячелетия, и это вовсе не сказки».

«Однако Квинхан и Сяо И сильно отличаются от нас. Их сила слишком слаба, они не то, что продолжительность жизни, даже срок своей красоты увеличить не смогут. Чудо-таблетки здесь не помогут. Эти девушки просто превосходны характером и душой, но боюсь, что даже с течением долгого времени им не достигнуть Суань Духа Великого мастера».

«Пройдут годы, мы будем всё так же молоды и красивы, а их жизнь уже подойдёт к концу. Настанет время, и они больше не смогут оставаться с тобой. Женская красота, в конце концов, явление временное, ну пять или же десять лет. В общем, не важно, для тебя или же для них, но всё это станет самым жестоким и смертельным ударом».

Мэй Сюэ Янь кристально чистыми глазами посмотрела на Цзюнь Мосе, в них чётко отражалась её искренняя любовь и привязанность. Она опустила голову и написала:

«Я не хочу, чтобы ты страдал от такого удара, потому что такая разлука – это уже навсегда».

Написав эти строки, Мэй Сюэ Янь закончила свою мысль. Цзюнь Мосе остолбенел!

До тех пор он с лёгкостью раздумывал над быстротечностью жизни людей, но до такого ещё не доходил. Мосе полагал, что нужно любить и оберегать друг друга, пока есть время!

Однако молодому мастеру и в голову не приходило, что в мире есть что-то, что может заставить женщину предпочесть смерть жизни, и это – потеря красоты!

Это применимо для подавляющего большинства привлекательных женщин. Если им предложат выбор между красотой и жизнью, они выберут первое!

Вот что значит фраза: «Умереть красивой!»

Ну, была бы у неё вечная и долгая жизнь, но красота превратилась бы в копну седых волос и кучу морщин на лице. А в то же время её любимый человек мог оставаться по-прежнему красивым юношей. Только представьте, какой это страшный удар был бы для женщины!

Молодость женщины, точнее её лучшее время, сколько лет оно длится? Пять, десять лет?

Мосе вот, не состарится, как и Мэй Сюэ Янь, но…

«Что насчёт Гуан Квинхан? Дугу Сяо И? А мама? Как быть с ними, ведь они не могут жить вечно!»

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И, безусловно, были уникальными непревзойденными красавицами всей империи, но что случилось бы через пять лет? Через десять? Или через тридцать лет, а? Что стало бы с их красотой?

Глава 810. Дерево семи цветов и девять цветков лотоса

Если бы Гуан Квинхан и Дугу Сяо И узнали и увидели, что Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе могли оставаться красивыми и молодыми всю жизнь, в то время, как их красота увядала бы с каждым днём на глазах, разве они смогли бы не обращать внимание на это? Развернулась бы настоящая трагедия, которую никоим образом не удалось бы избежать.

Пусть Цзюнь Мосе мог и не обращать внимания на такое, но они решительно не смогли бы так наплевательски относиться к своей молодости! А если бы они ушли, то, как бы это воспринял Цзюнь Мосе? Даже если он был бы не в силах этого принять, у него просто не осталось бы выбора. С давних времён, красавицы, как и известные люди, не могли позволить обычным людям увидеть, как они стареют.

У всех небывалых красавиц была гордость. И оставалась с ними на всю жизнь. И когда они лишались её, их сердце тоже умирало. Не говоря уже про ситуации, когда твой самый любимый человек по-прежнему оставался молод и красив, а ты – нет.

Можно было бы, конечно, подождать, пока они достигли бы уровня Суань духа, а потом приняли бы чудодейственные таблетки, чтобы увеличить продолжительность своей жизни. А дальше использовали бы высокий уровень Суань, чтобы сохранить свою внешность. Времени их совершенствования было бы достаточно для молчаливого исчезновения их цветущей молодости. Так как для этого потребовался бы отнюдь не короткий промежуток времени.

Своими словами Мэй Сюэ Янь не хотела никого запугать. Она просто ограничила предельный срок, за который у Цзюнь Мосе могло что-то и получится. Конечно, при помощи самых лучших и многочисленных редких лекарственных средств, ему потребовалось бы тридцать лет.

Выдвинув эту идею, Мэй Сюэ Янь словно отрезвила Цзюнь Мосе. Заставив его обратить внимание на это дело, которое не терпело отлагательств.

«Это не подходит, это тоже не подходит! Как же, в конце концов, поступить с этой проблемой?»

Цзюнь Мосе сильно нахмурился, встал и, закинув руки за спину, начал ходить из стороны в сторону, погрузившись в глубокие раздумья. Однако сколько бы он ни думал, придумать что-то стоящее у него не получалось! Внезапно он обратил свой взгляд на Пагоду, и его озарила мысль:

«Искусство получения пилюли бессмертия! Верно, именно это! В Пагоде Хунцзюнь было столько различных рецептов по получению пилюль бессмертия, возможно, есть и что-то, связанное с сохранением молодости.

В сказаниях прошлых лет обычно упоминались разного рода эликсиры бессмертия. Они не увеличивали силу и уровень совершенствования, не восстанавливали элементарную ци, по сути, казались совершенно бесполезными. Всё, что было им подвластно, это сохранять внешность человека неизменной. А разве это как раз не то, в чём мы сейчас больше всего нуждаемся?

Раньше мне казалось, что это – абсолютно бесполезная вещь, не имеющая реального эффекта. Я не понимал, почему великое множество выдающихся людей бесконечно расхваливало их, не жалея любых денег, чтобы приобрести эту вещицу себе. Оказывается, вот в чём был смысл!»

Цзюнь Мосе был похож на тонущего человека, отчаянно схватившегося за спасательный прут из рисовой соломы. Он немедленно приступил к делу, тщательно проводя поиски в различных рецептах пилюль в Пагоде. С тех пор, как он получил эту вещь, она впервые ему понадобилась.

Неизвестно сколько прошло времени, когда Цзюнь Мосе, наконец-таки, отыскал более подходящий рецепт. Казалось, что лучше бы он и вовсе этого не делал, так как после этого Цзюнь Мосе ещё сильнее пригорюнился. У него была надежда, и вскоре надежды не стало.

Пилюля «великая сила Инь» (Тайинь Чжуеньдань), хорошо сохраняющая наружность, вне зависимости от уровня.

«Приняв её, вы будете вечно-молодым, ваши каналы трансформируются, и вы будете обладать телом с великой силой Инь. Вы станете бессмертны, и не будете перерождаться! Уровень для обращения: девятый уровень Пагоды Хунцзюнь! Вам потребуется лекарственные вещества: инжир, не старый, три лущённых земляных ореха. Ограничения: только для женщин! Девятый уровень Пагоды Хунцзюнь!»

Он сам упорно трудился долгое время и смог добиться всего лишь пятого уровня! И, судя по всему, прорываться на каждый следующий уровень было намного тяжелее, чем на предыдущий! Тяжелее в целых десять тысяч раз! Это необходимо было отложить на неопределённый срок.

К тому, что касалось лекарственных веществ, указанных в рецепте, их не то, что не было в Тянь Фа, даже в наследственном имуществе Первого Шао их нельзя было отыскать! Но, однако, это было ещё не самое страшное! Самое страшное – это то, что нужно было достигнуть девятого уровня Пагоды!

– Да вы издеваетесь надо мной что ли? И это считается возможным шансом? – Цзюнь Мосе психанул и схватился за голову:

– Девятый уровень! Да пусть даже сам небожитель за десять лет всё равно не сможет достигнуть этого уровня! А-а-а!..

Цзюнь Мосе ничего не знал о теле с силой Инь, но, судя по описанию, этот эликсир бессмертия был не совсем обычным! Его нельзя было сравнивать с пилюлей бессмертия, которая сохраняла внешность неизменной!

«Я лучше тогда бы предпочел иметь Диняньтань (пилюля бессмертия, которая сохраняет внешность неизменной), почему у величественной Пагоды Хунцзюнь вдруг нет такой нужной вещицы?! Быть бессмертным, больше не перерождаться. Выпив эту таблетку, в самом деле, можно в ту же секунду стать бессмертным!! Разве такую таблетку так просто найдешь?»

Фактически Тайинь Чжуеньдань уступали только девятикратно очищенной золотой пилюле бессмертия (Цзиу Чжаньцзиндань)! Девять оборотов дней без забот и тревог, девять оборотов морозных творений, девять оборотов девяти небес, грациозный и парящий дворец небожителей! Мэй Сюэ Янь долго смотрела на Мосе и потом тяжело вздохнула.

Она стёрла прежние иероглифы на земле и снова начала писать:

«Если за десять лет не получится, а что насчёт пяти сотен лет?»

– Пятьсот лет? Сюэ Янь! Ты знаешь какой-то другой способ, верно? Ты знаешь, как это можно сделать, да? – Цзюнь Мосе немного опешил и быстрее начал расспрашивать её.

«Если верить старым преданиям Тянь Фа, в Туманном Призрачном Дворце есть дерево семи цветов! (Чицай Ишу) Плоды этого дерева делятся на семь основных цветов, семь цветов священных плодов. А в трёх Священных землях, во дворце Тяньшен есть озеро, в котором растут девять восхитительных цветков лотоса.

Если одновременно съесть семь Священных плодов и девять восхитительных цветков лотоса, тогда твоя чистая Суань увеличится на пятьсот лет, и, к тому же, внешность не будет меняться на протяжении этих лет! Внешность останется такой, какой была во время приёма этих волшебных средств».

Мэй Сюэ Янь, когда писала это, словно израсходовала все свои силы. Она ещё несколько раз прерывалась, будто писала это через силу, но в конце, всё же, дописала. После этого, она сразу же немедленно добавила:

«У тебя есть удивительные мистические способности, и мне не следует этого говорить. Но я хочу, чтобы ты знал – эти два места очень опасны, они намного опаснее нашего леса Тянь Фа! И это дерево, и те лотосы являются для них самой великой ценностью в жизни.

Я не хочу, чтобы ты искушал судьбу, но я также понимаю, они – часть твоего сердца, к тому же, и твоя матушка с дядей. Позже тебе неотвратимо придётся сталкиваться с потерей самых близких тебе людей. Это станет твоей непосильной ношей. Даже человеку с каменным сердцем и то не вынести такого. Наступит день, когда ты устанешь телом и душой, и я правда не хочу увидеть тебя таким днем.

Но я также не хочу, чтобы ты искушал судьбу, поэтому ты должен пообещать мне, что если у тебя не будет стопроцентной уверенности, ты ни за что не пойдёшь на это! По крайней мере, хотя бы надо дождаться, когда я восстановлю свои силы. Сестры всё-таки могут подождать несколько лет.

Я восстановлю свои силы, и отправимся туда вместе, моё сердце тогда будет спокойным», – дописав, Мэй Сюэ Янь ещё долго смотрела на написанное. Потом медленно повернула голову, с любовью посмотрела на Мосе и быстро дописала:

«Пообещай мне!!!»

Цзюнь Мосе тяжело выдохнул и сказал:

– Я обещаю!

Взгляд Мэй Сюэ Янь стал серьёзным, и она написала:

«Сначала я не хотела говорить это, но сейчас мы – непримиримые враги с тремя Священными землями. Если даже мы не завладеем их девятью цветами лотоса, они всё равно поставят их на месте нашей гибели. Что касается Туманного Призрачного Дворца, ещё со времен белого тумана было заметно, что у них злые намерения на наш счёт, так что мы, всё же, больше враги, чем друзья».

Цзюнь Мосе слегка рассмеялся и спокойно сказал:

– Похоже, нам предначертано судьбой быть врагами с ними. Даже если бы мы и захотели с ними дружить, это было бы невозможно, – немного помолчав, он добавил: – Пятьсот лет достаточно! – он схватился за кулак и медленно произнес: – Дерево семи цветов, девять цветков лотоса, вы будете моими! Вы обязательно будете моими!

Мэй Сюэ Янь спокойно посмотрела на него, в глазах её показалось озорство, и она написала:

«Они все – очень хорошие девушки, ты ни в коем случае не должен обмануть их доверие. Мосе, кажется, та вторая девушка из семьи Хан тоже заинтересована в тебе. И ещё принцесса Лин Мэн. А ты в самом деле имеешь успех у женщин».

Цзюнь Мосе сразу, чувствуя неловкость, ответил:

– На самом деле, больше всех мне нравишься ты.

Мэй Сюэ Янь поднялась, села, поджав под себя лапки, запрятала свои хрупкие коготки в своих объятьях и гордо вытянула свою голову, с выражением лица: «я тебе ни капельки не верю».

Она не знала, что в тот момент выглядела настолько мило и няшно, в особенности приняв такую позу: хоть стой, хоть падай! Цзюнь Мосе улыбнулся. И сразу протянул руку, чтобы погладить её. Сюэ Янь испугалась, громко вскрикнула и помчалась наутёк. Мосе расхохотался, постепенно чувствуя, как грустные мысли покинули его голову.

Прошло довольно много времени, и Мосе снова погрузился в раздумья. Он тщательно просматривал рецепты пилюль. Совсем недавно он прорвался на пятый уровень, а значит, должны быть какие-то новые волшебные таблетки, верно? После поисков, он с радостью обнаружил, что боезапасы пятого уровня довольно впечатляющие. Их было целых три вида. Таблетка бесконечности (У Цзидань), небесная таблетка (Суань Цзидань) и таблетка полюсов мира (Тянь Цзидань).

Тщательно изучив их конкретный эффект и условия, при которых их можно было применять, он решил, что будет пробовать все три вида! Он ничего не мог поделать, действие этих таблеток в самом деле было очень соблазнительным!

У Цзидань или таблетка бесконечности по структуре напоминала воду. Могла отреставрировать внутренние каналы организма, существенно увеличить их гибкость и эластичность, и также расширяла даньтянь. Что касалось ограничений, насколько понял Мосе, все, с уровнем выше Суань неба могли принимать их. По сравнению с предыдущими тремя, условия приема снизились на один уровень!

Суань Цзидань или небесная таблетка могла излечить любые повреждения, воскресить мертвеца, продлить жизнь. Эффект просто потрясающий. Вне зависимости, какие были ранения: внутренние или внешние! И вне зависимости, какой степени тяжести! Ограничения: также уровень выше Суань неба!

Тянь Цзидань или таблетка полюсов мира, выше небесного уровня Суань, увеличивала чистую силу. Ограничения: каждый человек мог принять три таблетки, продолжительность действия три месяца! Помните: возрастёт только сила! Другими словами, только мастер с уровнем Суань неба за девять месяцев может увеличить свою силу на сто лет! Без побочных эффектов!

Цзюнь Мосе просто пребывал в шоке! Это – просто потрясающая таблетка!

Глава 811. Появление таинственного феникса, печать разрушена

Таблетка бесконечности.

Таблетка неба.

Таблетка земного полюса.

Однако они не могли увеличить духовные пределы. Тут уже человек должен был постигнуть всё сам. Ведь одним шагом не взойдёшь на небеса.

Например, если бы трёхлетний ребёнок принял эти таблетки, его физическая сила непременно достигла бы уровня, который превышал даже уровень взрослого. Но его интеллект оставался бы, по-прежнему, на уровне яслей.

Тем не менее это не имело огромного значения для мастеров выше Суань неба. Их духовные пределы расширялись уже в процессе битв и войн.

После тщательной проверки необходимых лекарственных составов, Мосе успокоился: всё, что было необходимо для создания этих таблеток, имелось уже в полном объёме.

Несколько специальных высококачественных компонентов не производились в самом Тянь Фа. Но они были в наследственном резервуаре Первого Шао. Вот только по сроку годности они намного превысили допустимые нормы. По изначальным требованиям, все составляющие таблеток не должны были храниться больше пяти тысяч лет. А вот вещицам из коллекции первого Шао было уже несколько десятков тысяч лет.

Если можно было бы посмотреть на всё глазами самосовершенствующегося человека, то лекарственные материалы, определённо, показались бы очень ценными для производства чудо-таблеток. Срок их годности превышал не один десяток тысячелетий.

Использование такого материала можно было даже посчитать в некоторой степени расточительством. Хотя в этом случае, ни о каком побочном эффекте не могло идти и речи. Всё бы хорошо, но уровень членов семьи Цзюнь был очень низок, чтобы принимать высокосортные таблетки. Короче говоря, даже если он смог бы изготовить эти чудо-таблетки, то уровень отходного и остаточного материала был бы слишком огромен! Однако раз взялся за гуж, не говори, что не дюж! Молодой мастер решил немедленно приступить к работе.

По крайней мере, необходимо было усовершенствовать все лекарственные травы, чтобы создать собственную непобедимую железную армию.

Не жалея сил и средств, создать великую «армию Почтенного», нет, даже «армию Достопочтенного»! Подумав об этом, у Цзюнь Мосе по коже пробежали мурашки.

Что касалось дерева семи цветов и девятидневного лотоса, то они стали двумя самыми желанными местами Континента Суань! Как только с Тянь Фа всё стало бы ясно и проблемы решились, Мосе тут же двинулся бы в путь, чтобы отыскать эти две волшебные вещицы! И ничего не смогло бы его остановить!

Три дня спустя, когда Цзюнь Мосе вышел наружу, он внезапно обнаружил, что Король медведей и другие звери собрались возле дома Цзюнь. Выражения их лиц были весьма обеспокоенными. Все смотрели в одну сторону – на юг, в то место, где находится таинственный туман.

– Что за шум, а драки нет, что-то стряслось? – удивлённо спросил Мосе.

С такой панической натурой этих животных, вряд ли они бы так спокойно стояли тут, произойди большое несчастье!

– Зять, ты вот как ушёл, даже не знаешь, что в течение последних двух дней происходят странные движения со стороны таинственного тумана, и эти движения усиливаются, – Король журавлей вздохнул и добавил: – Боюсь, что внутри тумана что-то произошло.

Он хотел объяснить всё немного подробнее, как Цзюнь Мосе внезапно почувствовал сильный толчок из-под земли! *Бдыщ!* Молодой мастер пришёл в ужас.

– Именно про это мы и говорим! Удар со стороны печати, охраняющей Четырнадцатого Шао!

Выражение лица Короля журавлей было чрезвычайно серьёзным, он рассказывал:

– Эти толчки всегда были, только раньше их было меньше, и сила удара была слабее. Но в последнее время всё изменилось, особенно в этом году. Вибрация стала более интенсивной и более частой.

– Неужели Четырнадцатый Шао собирается сломать эту печать? – глаза молодого мастера загорелись. Мосе всегда интересовался мастерами из Подземного Мира больше, чем проблемой с иноплеменниками. Честно говоря, ему действительно было наплевать на этих «инопланетян». А в тот момент частица самого Первого Шао, точнее один из его последователей, могла появиться прямо перед его глазами!

– Вероятность очень велика. И хотя ранее подобные толчки уже происходили, но их сила была намного меньше! Может в этот раз повезло, но уже в следующий раз всё может быть по-другому!

Король журавлей выглядел опечаленным:

– Если Четырнадцатому Шао удастся выбраться наружу, то тогда произойдёт нечто страшное. Такая катастрофа не сравнится даже с проблемой иноплеменников.

– Какая ещё катастрофа?! Мастера Подземного Мира считаются катастрофой? Сюэ Янь как-то упоминала их в своих рассказах. Может, они, конечно, ещё те придурки, и силы у них хоть отбавляй, но они никогда не издевались и не притесняли обычных людей.

Так что бедствием для человечества их не назовёшь. Они просто группа заносчивых самодуров, вот и всё. Как их можно ставить в одну линию с этими иноплеменниками, что хуже любого животного! Если бы в мире не было подобного рода личностей, то жить было бы очень скучно!

Глаза Мосе сверкнули, он улыбнулся и сказал:

– Пойдём, пойдём и посмотрим! Может быть, даже поприветствуем самого Четырнадцатого Шао!

Чем ближе толпа подходила к таинственному туману, тем сильнее становились толчки! Это место находилось примерно в пятистах ли (250 км) от новенькой резиденции семьи Цзюнь, но если вдруг произошла бы ожесточённая схватка между Четырнадцатым Шао и Королями зверей, тогда такая битва распространилась бы даже на дом Цзюнь!

В конце концов, уровень мощности такого боя явно вышел бы за пределы здравого смысла! Согласно последним рассказам Сюэ Янь, при таких сражениях даже невысокие горы в нескольких тысячах ли вокруг были сплющены, а что тогда говорить о расстоянии в пятьсот ли.

Землю продолжало трясти так, что вокруг появилось множество трещин. Крупные деревья были повалены сильными толчками, а огромные валуны дёргались на земле при каждом ударе. Грунтовая поверхность попросту превращалась в пыль, развеваясь ветром по всему периметру.

Мосе стоял около таинственного тумана, а его острый взгляд наблюдал за происходящим внутри него. Казалось, что он и правда мог всё разглядеть.

Из тумана постоянно доносились низкие и протяжные крики, даже не разобрать, далеко они были или же совсем близко!

Выражения лиц Короля журавлей и Короля медведей были полны серьёзности, им становилось не по себе.

Вдруг, после яростного толчка, большая птица с разноцветными перьями закричала и внезапно вылетела из таинственного тумана. Размах её крыльев достиг дюжины квадратных футов, и она, молниеносно излучая яркие лучи света, взмыла прямо в небосвод! А затем мгновенно исчезла.

В этот момент Цзюнь Мосе ясно ощутил, что эта птица вовсе не живое создание. Это – специальное энергетическое тело, созданное для передачи сообщений! После завершения своей миссии, оно сразу же испаряется! Что это?

– Таинственный феникс! Это действительно был таинственный феникс! – протяжно протянул Король журавлей. – Он, в конце концов, появился.

Остальные Короли зверей тоже были в панике. Такие бестолковые, ввязывающиеся в любые драки могущественные животные вдруг испугались надвигающегося бедствия!

– Таинственный феникс? Что это за штука? Разве это не какой-то трюк Тянь Фа? – тихонько спросил Цзюнь Мосе, наблюдая за исчезновением большой разноцветной птицы.

– Так называемый таинственный феникс – это своего рода странная субстанция, оставленная мастером из Туманного Призрачного Дворца при завершении печати. Она называется «Таинственный феникс». Как тогда объяснил сам мастер, если настанет день, когда печать больше не будет в силах сдерживать Четырнадцатого Шао, в небесах появится разноцветный феникс, чтобы оповестить дворец и всех мастеров о приближающемся бедствии!

– Феникс появился, значит, печать сломана!

Король журавлей мрачно сказал:

– Мастера Туманного Призрачного Дворца скоро будут здесь! Произойдёт величайшее сражение, в котором они либо обезглавят Четырнадцатого Шао, либо же заново запечатают!

– Но в любом случае сражение неизбежно! Тянь Фа непременно пострадает! Раз уж печать находится здесь, то и битва должна быть здесь.

Король медведей взбесился:

– Участники этой войны должны быть не ниже уровня Достопочтенного мастера, вполне возможно, что сюда даже явятся сами Мудрейшие! Туманный Призрачный Дворец обманул многих наших старейшин, отправив их в таинственный туман для охраны печати! С этим мы уже смирились, но теперь они хотят разрушить нашу обитель – наш Тянь Фа!?

– Верно! Именно так! – Король журавлей вдруг резко переменился. – Похоже, что Туманный Призрачный Дворец с самого начала действия печати уже знал, что такой день рано или поздно всё равно наступит. Их целью было не только запечатать Четырнадцатого Шао, так они нашли ещё одну лазейку для уничтожения Тянь Фа! Сначала они дождутся, когда мы сами вступим в ожесточённую схватку, а уже затем под видом «послов доброй миссии» придут к нам на помощь! Чёрт! Ненавижу этих ублюдков!

Все Короли зверей были просто в бешенстве! Они понимали, какие страшные последствия могли их ожидать! Больше невозможно было терпеть мерзкие выходки Туманного Призрачного Дворца!

– Ну что ж вы все такие пессимистичные? Это столкновение действительно неизбежно? Тогда мы можем увести Четырнадцатого Шао в другое место, и уже там сразиться с ним в полную силу, как думаете?

Выражение лица Цзюнь Мосе было не менее озабоченным. Ведь получается, его семья снова находится под угрозой уничтожения? Возможно, выдвинутое им предложение не решает корень всей проблемы с Четырнадцатым Шао, однако в отношении леса Тянь Фа – это самый лучший метод действия.

– Зять, Четырнадцатый Шао, сломав эту печать, израсходовал практически всю свою силу, так что сейчас он очень слаб! Именно поэтому нельзя затягивать с ответными мерами, нужно атаковать его немедленно! Если в ближайшие полтора дня ничего не предпринять, его невероятно устрашающая сила полностью восстановится, и тогда... Никакие три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец не смогут вынести такой мощи! – заскрежетали зубы Короля журавлей.

– Как это они не вынесут? И что, неужели из-за этого нам жертвовать своим родным домом? Если они не смогут вынести такой мощи, мы должны вынести уничтожение Тянь Фа!?

Глава 812. Давление по всем фронтам

Цзюнь Мосе покосился и фыркнул:

– Не говоря уже про Четырнадцатого Шао, мы не сможем стерпеть натиск трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца. Нам нужно уничтожить их большую часть? Это просто какая-то чушь! Да и какие основания есть для этого?

– Зять, что касается этого дела, нет разницы: есть основания для этого или нет, у нас просто нет другого выбора! – с горечью сказал Король журавлей. – Таинственный феникс уже улетел, а значит, печать продержится ещё совсем недолго. Мастера настоящего высшего класса, Почтенные и Достопочтенные трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца непременно в кратчайшие сроки прибудут сюда!

К тому же, прибудут мастера уровня шенван (мудрый правитель) и шенхуан (император)! Если мы откажемся впустить их, значит, мы превратимся во врагов всего человечества! И тогда у них будет повод объединиться против Тянь Фа. Это – вполне логичный повод. Если впустим после войны, пусть и будут убытки и потери, но только спустя несколько лет восстановления сил Тянь Фа станет прежним Тянь Фа.

– К тому же, они прибудут, чтобы бороться с Четырнадцатым Шао. Ради общей цели, ради благополучия всего народа. У нас нет оснований отказать им во входе, вплоть до того, что мы даже должны оказать им содействие в борьбе.

– Да, как это называется? Скажите ещё, что мы должны позволить им делать здесь всё, что им заблагорассудится? Они прибудут сюда решать свои проблемы и уничтожат наш дом. А мы ещё должны приветствовать их с улыбкой и оказывать помощь и поддержку? Да это чушь собачья! – Цзюнь Мосе покачал головой. – И ещё, раз уж там прибудут мастера уровней шенван и шенхуан, им ещё нужно наше одобрение, чтобы войти?

А просто войти у них, можно подумать, не получится? Кто сможет остановить их? Враги всего человечества? Я осмелюсь спросить, а люди вообще считают Священных животных своими союзниками? Кто-нибудь ещё, кроме людей, безжалостно убивает Священных животных ради Суань?

И вот ещё что, ради всего народа, говорите, а Четырнадцатый Шао вообще по-настоящему вредил народу? Он просто хотел покорить их, взять под своё влияние, не иначе, как делали три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец! Какое это имеет отношение к простому народу?

Не говоря уже о том, наносил ли Четырнадцатый Шао вред лесу Тянь Фа по своей воле? С какой стати вы должны помогать этим лицемерам, чтобы бороться против него? У вас действительно есть основания для этого? – Цзюнь Мосе задал чрезвычайно колкий вопрос.

Все Священные животные обменялись друг с другом растерянными взглядами.

Верно, до этого, во время войны с Четырнадцатым Шао был только один кричащий лозунг: «Ради всего народа!» И все люди знали, что Четырнадцатый Шао – ужасный и опасный демон! Если он вырвется наружу, случится катастрофа!

Но если подумать логически, после появления Четырнадцатого Шао, их лозунг был очень точным и очевидным. Их амбиции тоже были, несомненно, большими. Объединить всю страну – хорошо, обратить внимание всего мира – тоже ладно. Но, кажется, с простым народом это не имело никакой связи. Так как, кто весь народ? Это – простые обычные люди!

Кто там управлял ими наверху, простому народу всегда было невдомёк!

Всё, что нужно было людям – это простая, совершенно обыкновенная жизнь! Чтобы была еда, тёплая одежда и можно было спокойно жить свою обычную жизнь. Что касалось правителей и властелинов, для рядового человека это и не особо-то было важно!

Самое главное, чтобы был государь, а кто он конкретно для простого народа было не важно!

Те, кому действительно грозила опасность, были как раз три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец!

Что до простого народа, таким высокомерным и горделивым психам, как Шао из Подземного Мира, было совершенно плевать на такую мелочь, как народ.

Они как динозавры, которым абсолютно не было дела до ничтожных муравьёв! Они обращали внимание только на тех, кто мог принести угрозу их доминирующему положению!

– Зять, ты считаешь, неужто это лишь предлог и не больше? – Король журавлей выпучил глаза. На его лице было выражение крайнего удивления. Он не мог поверить в это. Его принципы, которым он был верен на протяжении стольких лет, разрушились в один миг. Кто бы ни был на его месте, для всех это было бы ударом.

– Ради всего народа, твою ж мать, как они и сюда-то народ приплели? Кучка лицемеров! – Цзюнь Мосе был в гневе. – Почему эти засранцы такие лицемерные твари? Это всё ради того, чтобы никто не сдвинул их с места, чтобы не появился другой правитель? Зачем нужно использовать эти чёртовы отмазки?

– В любом случае, нужен какой-то предлог. Весомый и напыщенный предлог. И тогда всё зазвучит намного благозвучнее, – хриплым голосом произнёс Король медведей.

– Предлог? Хех! – Цзюнь Мосе пристально посмотрел на белый туман Призрачного Дворца. – Раз уж на то пошло, вы идите, подготовьтесь к встрече шенванов, я побуду немного здесь. Не хочу увидеть их лицемерные рожи.

Король журавлей и остальные горестно вздохнули, простились с Мосе и один за другим ушли. Остался только Цзюнь Мосе.

– Во что бы то ни стало, я не позволю этим гнусным лицемерам разрушить дом этих животных, которые любезно смогли приютить и меня! – Цзюнь Мосе со злостью добавил: – Возможно, раньше вы постоянно обижали лес Тянь Фа, использовали его в своих целях, но сейчас всё изменилось! Так как Цзюнь Мосе сейчас в лесу Тянь Фа! Я – не эти пушистые наивные зверушки.

Лицо Мосе изменилось, он с дьявольской сосредоточенностью что-то обдумывал. Прошло довольно много времени. Он скрежетал зубами и с безумным выражением лица произнёс:

– Я – Цзюнь Мосе, вовсе не бездомный пес! Даже шенхуан (император) Призрачного Дворца для меня не помеха!

– Люди делают, небеса наблюдают, судьба есть судьба. Раз уж я поселился в Тянь Фа, когда Четырнадцатый Шао сломал печать, стало быть, сам владыка неба и то больше не может выносить, чтобы вы, лицемеры, продолжали творить свои подляны! Эти жалкие моралисты и праведники попляшут у меня, посмотрим, кто из нас сильнее. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним!

Тело Цзюнь Мосе содрогнулось, и он тут же исчез.

Земля стала трястись ещё сильнее.

Там, под землёй, словно какая-то неведомая ужасающая сила становилась всё сильнее и сильнее.

Словно старинный демон в любое время мог вырваться наружу.

Резкий свист раздавался прямо из густого белого тумана Призрачного Дворца.

….

С тех пор, как семья Цзюнь переехала в Тянь Фа и расположилась там, прошло уже почти два месяца. На материке за это время, на удивление, всё стало спокойно. Только на следующий день после отъезда семьи Цзюнь прибыло очень много странных персонажей. Прибыв в Тянсян, они постоянно что-то разведывали и выглядывали.

Каждый вечер несколько человек наведывалось в старую усадьбу семьи Цзюнь. Особое внимание они уделяли дворику, где раньше проживал Цзюнь Мосе. В большей степени, где было замечено присутствие этого неведомого выдающегося учителя.

Потом ещё они наведывались к склепу «Преданной любви», которая удивительным образом появилась за одну ночь. В общем, они тщательно осматривали каждый миллиметр.

Что касалось людей, которые были близко связаны с семьёй Цзюнь, они все подверглись расследованию неустановленными лицами.

Новый император Тянсяна Ян Хуай Нун действовал согласно тактике, выбранной Ли Юраном. Тот просто закрыл на это глаза, словно и вовсе ничего слышал и не видел.

В конце концов через полмесяца все эти странные люди бесследно исчезли и не оставили никаких следов после себя.

Всё осталось на своих местах, и никто не пострадал после их визитов.

Наряду с этим все влиятельные семьи подверглись волнениям. Так как семьи Дуанму и Сиконг, изначально считавшиеся средними по своей силе, неожиданно за одну ночь пришли в упадок!

Ранее принадлежавший им семейный бизнес за одну ночь был распущен!

Вся коммерческая система и все клиенты в один миг отказались от этих двух семей, и это было просто уму непостижимо.

Потому что, кто бы за этим ни стоял, он не смог бы провести эту операцию так ловко и искусно, к тому же совершенно без человеческих жертв.

Самое удивительное случилось позже.

Вещи, которые производили эти две семьи, всегда были выполнены очень аккуратно, тонко и изящно. Всегда пользовались спросом. Но как случилось, что за одну ночь они перестали всех интересовать? Даже вещи, изначально стоившие заоблачную цену, после той ночи превратились в настоящее барахло, которое и ломаного гроша не стоило.

И внутри самих семей произошли странные изменения. Достаточно много родственников по боковой линии резко пошли в гору, покинули изначальную семейную сферу деятельности, забрав вместе с собой немалые доли общего бизнеса. Но самое странное, что с их бизнесом всё было в порядке. Те, кто не подверглись такому удару, и ещё вчера никого не интересовали своей продукцией, в одночасье восстановили своё положение, да ещё и значительно продвинулись вверх.

А эти две семьи за одну ночь оказались в безвыходном положении!

Единственный вариант, который у них оставался, это жить на сэкономленные средства и, похоже, других вариантов у них не было.

Но эти две семьи не выказывали своего недовольства, они спокойно принимали всё, с чем им пришлось столкнуться.

Серебряный город тоже в то время подвергся ограничениям! Материальные ценности и личный персонал были заморожены. Все их вещи были отправлены снова на родину, в Серебряный город.

Но Серебряный город тоже не выказывал никаких возражений, словно это было обычным делом.

Напротив, семья Донфанг, объявившая о своём возвращении, не подверглась никакому давлению.

Из всех трёх семей именно семья Донфанг была ближе всех для Цзюнь. Однако, тем не менее, она демонстрировала новый подъём, в отличие от других! Что это вообще такое?

Спустя месяц после переезда семьи Цзюнь, семья Донфанг объявила о своём возвращении!

Священные животные вышли из Тянь Фа, горный пик Цзянь обрушил Снежные горы.

Раз уж клятв больше не предвиделось, несмотря на то, что был не самый лучший момент для возвращения, но всё же, клятва была разрушена. Не вернуться было невозможно!

Более того, все взгляды были устремлены на них. Все застыли в ожидании.

В особенности, сами члены семьи Донфанг сгорали от нетерпения.

Прошло целых десять лет, наполненных обидами и лишениями.

Нужно было немедленно восстановить репутацию первоклассных убийц. Вернуть прежнее великолепие семьи Донфанг.

Госпожа Донфанг тщательно обдумывала своё возвращение. Они ждали целый месяц.

«Пусть три Священные земли и будут давить на нас, они не более чем заморозят наш семейный бизнес. Вернуться к прежней затворнической жизни – тоже не так уж и страшно.

В конце концов, три Священные земли не будут идти на такую подлость, как убийства!»

После обсуждений в кругу семьи, госпожа Донфанг в конечном итоге объявила о возвращении семьи Донфанг в своё русло.

Объявила на весь материк.

Семья наёмных убийц вернулась вновь.

После этого как раз и начали случаться странные вещи.

Глава 813. Кризис в семье Донфанг

Всё началось после того, как госпожа Донфанг лично объявила о возращении семьи на службу. Заказы на убийства посыпались, как снег на голову! Словно весь мир принял в свои объятия семью потомственных наёмников за одну ночь.

Цена каждого заказа была просто заоблачно высокой.

К примеру, раньше убить одного мастера с Суань земли стоило сто тысяч лян серебра. Но потом суммы начали доходить до двухсот тысяч и даже до трёх сотен тысяч. Цена увеличилась в несколько раз.

К тому же, люди, которые были заказаны, не были мастерами.

Если бы подобные заказы появлялись пару-тройку раз, семье Донфанг нечего бы было опасаться. Они даже были бы приятно удивлены. Пусть даже чуть больше, всё равно они бы без проблем справились с ними. Но число подобных заказов достигало нескольких сотен и даже тысяч.

Среди них были мастера и с Суань неба, и духа. Даже были и Великие мастера. Даже имена четверых из сохранившихся восьми Великих мастеров проскальзывали в этих списках.

Пусть, конечно, семья Донфанг и обладала выдающимися способностями, но выполнить такое за один раз для них тоже было не под силу. Если всё можно было бы попробовать насильно, тогда исход был бы один: все лучшие профессиональные убийцы семьи Донфанг могли погибнуть, выполняя эти задания, включая и трёх дядюшек Донфанг. Вряд ли кто-то вернулся бы живым. И тогда семье Донфанг пришёл бы конец.

Но Донфанг уже объявили о своём возвращении на сцену. И если бы они взяли и отступили, это равнялось бы тому, что они завалили эти задания. И тогда семья Донфанг стала бы настоящим посмешищем для всего материка! После этого они никогда бы не вернули себе славу и известность в Континент Суань.

Но если согласиться на все эти задания, исход был предрешён.

Смерть!

Можно было сказать, что Донфанг находились в безвыходном положении. Шаг вперёд – расстрел, шаг назад – тоже расстрел.

Ни отступить, ни продвинуться. Сохранить жизни всех просто не было возможности.

Каждый заказ имел основание, да ещё к тому же, очень обоснованное. Все заказы соответствовали требованиям семьи Донфанг: даже немалое количество заказов поступило уже вместе с авансом.

А ещё все эти заказы разграничивались и присылались определёнными партиями. Поскольку семья Донфанг вернулась на службу, все контактные лица, которые были размещены по разным местам, могли появляться свободно. Эти люди бездействовали почти десять лет, и один за другим уже начали потихоньку сходить с ума от такой бездеятельной жизни. Кто же не захотел бы получить жирный заказ?

Поэтому осведомители семьи Донфанг, располагавшиеся в десяти разных локациях, одновременно вернулись к жизни. И каждый из них получил немало заказов. Такого не бывало даже в золотые времена семьи Донфанг. И поэтому каждый, кто получил эти заказы, почувствовал себя недостаточно компетентным для такого размаха дел. Поэтому после этого заказы снова вернулись в штаб-квартиру.

Если бы один человек отослал заказ обратно – это ещё ладно, невелика потеря. Но вот, чтобы все… Такие результаты могли всю семью Донфанг до смерти довести.

Госпожа Донфанг прекрасно понимала, что всё это – дело рук трёх Священных земель. Очень скрытный способ мести, и в то же время очень заметный. Они не могли отмстить в открытую, так как они не хотели осуждения со стороны народа. Но, применив такой способ, они тем не менее могли стереть всю семью Донфанг с лица земли.

Однако кто этого не заметил бы?!

Возможно, они хотели вынудить Цзюнь Мосе выйти из леса Тянь Фа.

Так как всё это началось из-за Цзюнь Мосе.

Штаб-квартира семьи Донфанг.

– Матушка, нам, наверное, следует сообщить об этом Мосе? Столько много заказов, и, к тому же, все они ограничены по времени. Мы наверняка не сможем справиться, – осторожно спросил Донфанг Вэн Цзянь.

Госпожа Донфанг сидела с выпрямленной спиной на стуле, с невозмутимым лицом что-то обдумывая. Услышав эту фразу, она сразу же пришла в ярость:

– Как тебе не стыдно говорить такие вещи, ты же всё-таки дядя Мосе. Разве это всё, как раз, не результат коварных замыслов трёх Священных земель, чтобы сразиться с Мосе? Если ты сообщишь ему, разве ты не сделаешь именно то, чего они так желают? Если Мосе вернётся, и произойдёт что-нибудь плохое, как ты будешь спокойно смотреть в глаза своей младшей сестре?

Пусть хоть вся семья Донфанг вымрет! Но я ни за что не позволю впутывать сюда моего внука! – в её глазах появился холодный блеск. – Если кто-нибудь сообщит об этом Мосе, не обвиняйте меня потом в бессердечности! Семьи Сиконг и Дуанму тоже подверглись ударам из-за Мосе, но, тем не менее, они вдвоём выбрали просто молча терпеть это. Никто не просил помощи у Мосе, неужто мы, его самые близкие люди, будем вести себя хуже каких-то встречных знакомых? Вэн Цзянь, я надеюсь, теперь тебе стыдно, что ты сказал такие слова?

В ту же секунду лицо Донфанг Вэн Цзяня залилось краской от стыда. Он лишь просто поинтересовался, он не ожидал, что мать так жестоко отчитает его.

Донфанг Вэн Цин, вздохнув, сказал:

– Матушка сказала всё верно. Раз уж они не показали виду, эти подонки решили добраться до нас, их цель вынудить нас попросить помощи у Мосе! Я даже уверен, что они подготовили и другие более жестокие приёмы! Им нужно лишь, чтобы Мосе появился, и тогда они нанесут смертельный удар! После этого они уже не оставят Мосе в живых, они не станут сначала проводить разведку как раньше. На этот раз всё намного опаснее.

– Но это более чем очевидно! В Тянь Фа Мосе находится в безопасности, они не могут попасть туда, и поэтому прибегают к таким подлым и низким приёмам! Никогда бы не подумал, что они настолько подлые!

Госпожа Донфанг с мрачным выражением лица произнесла:

– Поэтому то мы и не можем попросить помощи у Тянь Фа, как бы они на нас не давили! И запомните, если я услышу такие высказывания в нашей семье, я немедленно выгоню этого человека из семьи, никого не пощажу!

– Хорошо! Но тогда как же быть с этими заказами? Мы тоже должны принять какие-нибудь ответные меры! – спросил Донфанг Вэн Цин.

– Раз мы уже приняли эти заказы, они не позволят нам отказаться от них. Всё, что мы можем сейчас, это сообщить им, что эта цена неприемлема для нас! Мы должны раздуть шумиху из-за цены!

Госпожа Донфанг мудро улыбнулась:

– Эти задания запрещено выполнять! Также нужно сообщить нашим осведомителям, что с этого момента запрещается принимать новые заказы! А цену тех, которые мы уже приняли, следует поднять втрое! Пусть они внимательно обсудят это и, чем на дольше это затянется, тем лучше. Если они не согласятся на цену, мы немедленно возвращаем документы!

– Матушка, отличный план! – глаза Донфанг Вэн Цзяня сверкнули.

– Отличный план? Это – лишь вынужденный шаг. Этот план вряд ли сможет принести много успехов. Максимум мы оттянем время, чтобы как-то попытаться спасти положение. Если мои подсчёты верны, то цену, которую мы им предложим, они примут, – госпожа Донфанг нахмурилась: – Поэтому надолго оттянуть время тоже не выйдет. Репутация семьи Донфанг не может потерпеть крах под моим управлением. Остаётся только ждать, а там видно будет. В случае принятия этих приказов, нам придётся прибегнуть к схватке. Вы должны подготовиться к этому.

– Это не проблема, сейчас у нас нехватка только во времени. Если бы у нас его было достаточно, тогда мы вряд ли бы не справились с этими заказами. К тому же, если справимся, сможем вернуть наше былое величие или даже засиять ещё ярче! – благодаря скрытому смыслу плана госпожи Донфанг, Донфанг Вэн Цзянь немного даже воодушевился и стал с оптимизмом смотреть на это.

– Не стоит слишком много мечтать об этом. Ситуация, в которой мы сейчас находимся, крайне невыгодна для нас. Разве три Священные земли оставят это просто так? Вы знаете, чего я сейчас боюсь больше всего? – спросила с серьёзным лицом госпожа Донфанг. Кажется, она была охвачена беспокойством.

– О чём вы волнуетесь, матушка? Нам нужно лишь немного времени, и мы сможем решить все эти вопросы! – Донфанг Вэн Цзянь спросил удивлённо.

– Больше всего я волнуюсь о том, что они в самом деле согласятся отозвать все эти заказы. Или, возможно, останется лишь малая часть из них. А это уже совсем серьёзно! – пояснила она.

– Это – невозможно. Если они согласятся отменить заказы и останется лишь малая часть, это же будет выгодно для нас. Что в этом опасного? – Донфанг Вэн Цзянь, очевидно, ещё больше недоумевал. Донфанг Вэн Цин, напротив, серьёзно о чём-то задумался.

– Болван, если ситуация действительно обернётся таким образом, это будет означать, что три Священные земли по-настоящему разорвали отношения с Мосе. Объясню на простом примере: мы получили заказы по заоблачной цене, и силы объекта этих заказов – очень низкие. Но, однако, рядом с ним прячется какой-то мастер из трёх Священных земель, с которым мы не в состоянии справиться. Как ты думаешь, что будет дальше? – госпожа Донфанг злобно сказала: – Ты действительно считаешь что три Священные земли не смогут пойти на такое?

– Если объект обладает силами, превосходящими наши, ответственность уже лежит не на нас, и у нас появится куча причин использовать это, – сказал Донфанг Вэн Цзянь.

– Разве ты не понимаешь этого? Это просто западня, которая ждёт, когда мы попадём в неё! – Донфанг Вэн Цин тяжело вздохнул: – Матушка в большей степени права. Мы не в силах противостоять этому.

– Если так, мы можем отказаться от этих заказов! – разозлился Донфанг Вэн Цзянь. – Мы знаем, что это – ловушка, и неужто мы всё равно должны в неё наступить?

– Отказаться? Да, мы можем отказаться, но согласно заоблачным ценам за эти заказы, какую нам компенсацию надо будет выплатить, ты знаешь? Один заказ мы ещё можем себе позволить, но десять? Сто? Как мы сможем? Как может себе это позволить семья Донфанг? Разве сейчас нам такое по карману?

– Если в самом деле всё так, тогда точно всё закончится крахом, если мы так поступим. Тогда почему же три Священные земли просто не поступят так? – второй дядюшка серьёзно задумался и осторожно спросил.

– Ситуация дошла до этой точки. Сейчас такое положение, что обе стороны не могут вместе сосуществовать. Обязательно кого-то нужно уничтожить. Но есть то, что сдерживает обе стороны. Надо лишь, чтобы Мосе не выходил из Тянь Фа, и тогда временно всё утихнет. Это – тоже одна из основных причин, по которой я никому не позволю тревожить его!

Глава 814. Серия подлых приёмов

Госпожа Донфанг медленно сказала:

– Три Священные земли сейчас трясутся над своей репутацией, но у них не получится долго сохранять этот светлый образ. Мы можем предположить такое. Рано или поздно что-то случится.

– Поэтому нам надо быть очень осторожными при выборе последующих заданий. Взять, к примеру, заказ на Великого мастера. Очевидно же, что это уже свыше наших сил. Поэтому от этих мы можем отказаться, основываясь как раз на этом, – госпожа продолжила: – Будем отталкиваться от такого плана: сначала разберёмся с самыми низкими по силам, потом чуть поднапряжемся и возьмёмся за тех, кто сравнительно повыше.

В глазах госпожи Донфанг появилась острая злоба:

– Они хотят надавить на нас. Но когда ещё нам подвернётся возможность показать своё величие? Как говорится, кто не рискует – тот не пьёт шампанского. У всякой выгоды есть и свои минусы. Критический момент можно превратить в переломный.

Большие деньги без усилий достать нельзя, это наиболее трудно достигаемая выгода. И это, как раз, благоприятный случай, чтобы выйти из этого смертельно опасного положения. Поскольку мы хотим добиться потрясающих результатов, как же тут не столкнуться с трудностями? Пусть даже нас снова ждёт крах, чего мы там не видели?

– Матушка совершенно права. Три Священные земли используют такие методы, чтобы надавить на нас, и чтобы появился Мосе. Но разве мы можем так просто сдаться? Сейчас мы в меньшинстве, и если даже проиграем, над нами никто не будет смеяться. А вот если выиграем, сразу же получим честь и хвалу! – Донфанг Вэн Цин рассмеялся и одобрительно сказал.

Увидев, что трое сыновей ушли, ещё недавно довольное выражение на лице госпожи Донфанг тотчас исчезло без следа. Ему на смену пришло убитое горем, и она еле слышно пробормотала:

– В меньшинстве? Если нам удастся одержать победу, нас в самом деле ждёт успех. Семья Донфанг тоже может стоять непоколебимо, как утёс, и никто не сможет опустить её. Но как бы там ни было, в этот раз нам на самом деле нелегко придётся пережить это время.

Семьям Дуанму, Сиконг, Донфанг и Серебряному городу, несомненно, очень тяжело приходилось. Они были сильно недовольны своим положением. Но людям трёх Священных земель было ещё хуже, их положение было, как минимум, выше на двести процентов.

Шестьсот мастеров из трёх Священных земель, направленные для борьбы в Серебряный город для битвы с Цзюнь Мосе и Тянь Фа постигла очень печальная участь.

Даже первоклассный мастер, родной брат правителя Неуловимого Мира Бессмертных Мо Вудао, Мо Сяо Яо был не в состоянии уцелеть. О такой ужасной развязке и громадных потерях никто и подумать не мог. Узнав трагическую весть о смерти брата, всегда утончённый и сдержанный Мо Вудао не смог выдержать такого удара и свалился в обморок.

Мо Сяо Яо был единственным близким человеком для Мо Вудао. Они жили, помогая и поддерживая друг друга уже на протяжении четырёх сотен лет. Их отношения были очень близкими, и тут внезапно пришла такая трагическая весть. Как это могло не привести к тому, чтобы сердце Мо Вудао разбилось на мелкие кусочки?

Очнувшись, Мо Вудао сразу же направил войска, чтобы стереть в порошок эту мерзкую семейку Цзюнь и всех их союзников; но был остановлен старшим поколением шенванов. Несмотря на то, какому удару подверглись три Священные земли, воевать с обычными семьями было неприемлемо.

К тому же, в Тянсян ещё оставались девять Достопочтенных, а это была поистине поразительная сила. Получив отказ, Мо Вудао решил распорядиться и изменить изначальный план. Он поручил девяти Достопочтенным убить Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе, чтобы отомстить за своего брата. Это предложение было принято единогласно.

Без разницы, что он говорил, но его положение, как правителя Неуловимого Мира Бессмертных, разумеется, имело свой вес. Поэтому Достопочтенные и решили атаковать Мэй Сюэ Янь.

Но больше всего шенванов поразило то, что Мэй Сюэ Янь бесследно исчезла, когда её атаковали Достопочтенные. Но, однако, находясь на волоске от смерти, она нанесла последний удар, уничтожив трёх Достопочтенных из Иллюзорного Океана Крови.

Это была огромная и невозместимая потеря. Правитель Иллюзорного Океана Крови Ху Янь Аобо пришёл в ярость, он был просто убит горем. Столкнувшись с горем Иллюзорного Океана Крови, Неуловимый Мир Бессмертных и Великий Золотой Город тихо злорадствовали.

Их подчиненные не пострадали и отделались всего лишь парой-тройкой царапин. А состояние сил Иллюзорного Океана Крови уменьшилось на целых троих Достопочтенных. Они точно могли бы занимать последнее место среди трёх земель. Тем не менее эти результаты существовали, вне всякого сомнения.

Поэтому все три земли, придя в себя, спокойно ждали вестей от оставшихся шестерых Достопочтенных. Но, тем не менее, очень долгое время от них не было никаких вестей. Это волей-неволей заставило всех волноваться. Разве Достопочтенные могли вести дела так неаккуратно и затянуто? С Мэй Сюэ Янь уже было покончено, оставался лишь ничтожный Цзюнь Мосе. Но что он такого мог сделать?

Не находя себе места, они продолжали ждать. Потом пришло сообщение от остатков личного состава в Тянсян: остальные шестеро Достопочтенных бесследно пропали, а семья Цзюнь уже покинула Тянсян.

Эти шестеро Достопочтенных не остались вместе с остальными, а куда-то далеко уехали, где с ними что-то произошло. Но они же ничего не знали.

Очень долгое время не появлялось никаких вестей от Достопочтенных, и три Священные земли, не выдержав, отправили людей для расследования. Они обнаружили, что на юге от Тянсяна произошла грандиозная схватка, и последствия были ужасающими. Вода в реке Янцзы обернулась вспять.

А после окончания этой битвы, в семье Цзюнь не было ни раненых, и ни убитых. И на второй день они вообще всей семьёй переехали в Тянь Фа.

Когда гонец прибыл с этой новостью в три Священные земли, после битвы прошло уже десять дней.

Шестеро Достопочтенных куда-то бесследно исчезли.

Ещё через несколько дней после этого, гарнизон из мастеров трёх Священных земель, который каждый год стоял на горе Тяньчжу (Небесный столп), прислал сообщение: Достопочтенный Лэн Дун, придя в отчаяние, прибыл на небесный столп, и заявил, что будет жить здесь отшельником, дожидаясь Битвы за Захват Небес.

Правители трёх священных земель сразу поняли, что кроме Лэн Дуна никто не выжил. Остальные Достопочтенные мертвы. Все они погибли от рук загадочного учителя Цзюнь Мосе.

Сказать, что эта новость потрясла всех – ничего не сказать.

Правители трёх Священных земель не могли поверить в это.

Учитель Цзюнь Мосе одним ударом убил пятерых Достопочтенных.

Неизвестно, что сказал Лэн Дун, но все эти преступления оказались совершёнными учителем Цзюнь Мосе. Лэн Дун строго придерживался обещания, данного Мосе. Но будучи в полном отчаянии, он, всё же, отказался от возвращения в три Священные земли. Он охотно остался на небесном столпе, ожидая войны.

С письмом ещё были отправлены несколько слов от Лэн Дуна.

Там было всего четыре вопроса, но в каждом слове чувствовался укор.

После того, как Мо Вудао прочитал их, он распорядился отправить это сообщение в центр Достопочтенных. Однако эти несколько фраз он решил уничтожить и не предавать гласности.

Некоторые Достопочтенные, всё же, увидели их и сразу же начали размышлять о своих поступках.

Эти слова, словно звуки барабана, доходили прямо до глубин сознаний и сердец людей.

– Стоит ли это такого унижения и угнетения? Битва за Захват Небес — это источник злодеяний и преступлений? Благополучие народа – это лишь предлог? Вам когда-нибудь по-настоящему было дело до народа?

Однако Мо Вудао не стал близко принимать эти слова к сердцу.

Потому что всё, чего он сейчас желал и хотел, было одно, – и это слово – месть.

Отмстить за своего родного брата Мо Сяо Яо.

Он пылал лютой ненавистью.

В Серебряном городе Фэн Сюэ погибло шестьсот мастеров. Из девяти Достопочтенных выжил один. И он не хочет возвращаться на родину. Три Священные земли ещё никогда не подвергались таким ужасным потерям.

Но как же отомстить врагу?

Цзюнь Мосе уже спрятался в Тянь Фа.

А туда, даже если шенхуан самостоятельно войдёт, то не сможет избежать большой неудачи.

Более того, начиная с уровня Достопочтенных, хотя они относились к боевым силам трёх Священных земель, они, всё же, не были под контролем правителей трёх земель.

Ху Янь Аобо и Мо Вудао долго совещались с правителем Золотого Города Си Жоченом. У каждого из них было своё мнение. Ху Янь Аобо предлагал арестовать всех семей-союзников семьи Цзюнь, возможно большую часть из них убить и таким образом вынудить Цзюнь Мосе снова появиться.

Но эта безумная до крайности идея была сразу же отброшена в сторону. Если в самом деле поступить так, то дворец императора не пощадил бы их. Всё-таки убивать обычных людей – неприемлемо.

Мо Вудао предложил другую идею:

- Допустим, сейчас все семьи не в состоянии прибегнуть к оружию. Что будет, если применить коварные методы, чтобы запугать их? Порезать без ножа. Тогда у них просто не будет вариантов, и они попросят помощи у Цзюнь Мосе.

К тому же серия интриг и заговоров имеет неисчерпаемое количество различных способов и вариантов. Надо лишь, что бы эти семьи оставались здесь, и наши хитроумные приёмы не будут останавливаться.

Пока Цзюнь Мосе снова не высунется из Тянь Фа.

У Си Жочена был другой вариант, но два против одного, и они решили применить идею Мо Вудао. Его способ казался похитрее. Несмотря на это, он, всё же, обиделся. Но главный их враг всё-таки был Цзюнь Мосе и его загадочный учитель, а остальное – не важно.

Но было и то, что немного успокоило их: Мэй Сюэ Янь была мертва. Остался лишь учитель Цзюнь Мосе. И, хотя он убил пятерых Достопочтенных, это было для него не так легко.

В этом мире, конечно, был человек, который мог разобраться сразу с пятью Достопочтенными, однако невозможно, что бы он сделал это без каких-либо повреждений.

Если бы это было не так, тогда зачем же семья Цзюнь сбежала? Поэтому, это было более чем очевидно.

Поэтому три земли ждали.

Ждали появления Цзюнь Мосе.

Потому что дворец императора уже дал обещание:

- Если Цзюнь Мосе снова появится в обычном мире и покинет Тянсян, разрешается направить Достопочтенных, чтобы убить его. Если с ним появится и его учитель, тогда можно будет направить и нескольких шенванов для борьбы с ними.

«Это очень бьёт по нашей репутации. Но как ещё её по-другому сохранить?»

Глава 815. Дорога в Подземный мир

Но никто не ожидал такого. Хотя семья Сиконг и семья Дуанму находились в крайне тяжёлом положении, буквально сводя концы с концами, они не захотели обращаться за помощью к Цзюнь Мосе. А все служащие Серебряного города были отосланы на родину.

Город Серебряной Метели в то время находился в процессе восстановления. С одной стороны, возвращение такого количества людей являлось для них одновременно и бременем, и огромной поддержкой в виде рабочей силы. Так что там не происходило ничего необычного.

Семья Донфанг и сама дошла до крайности.

Но они были ещё упрямее остальных: лучше уж умерли бы с честью, чем сообщили бы о своих проблемах Мосе.

Всё это очень раздражало три Священные земли. В особенности Мо Вудао.

«Похоже, что мы не сильно на них давим», – Мо Вудао решил перейти к следующему шагу, однако произошло нечто посерьёзнее.

В это время дворец императора получил срочное сообщение из Таинственного Призрачного Дворца:

«Немедленно отправить мастеров шенван и мастеров шенхуан в лес Тянь Фа для помощи в сдерживании печати Четырнадцатого Шао».

Как раз в тот момент, когда два шенхуана и четверо шенванов покидали Неуловимый Мир Бессмертных, Мо Вудао преградил путь одному из шенхуанов.

– Мой дорогой коллега, на этот раз вы отправляетесь в Тянь Фа, и я бы хотел попросить вас об одолжении, – взгляд и обращение Мо Вудао были очень уважительными.

– Что такое? – мастер остановился.

– Вы в Тянь Фа обязательно встретитесь с этим гадёнышом, Цзюнь Мосе, – Мо Вудао улыбнулся и продолжил: – Пожалуйста, передайте ему мои слова: Донфанг, Дуанму, Сиконг, город Серебряной Метели… с ними покончено.

– Донфанг, Дуанму, Сиконг, город Серебряной Метели… с ними покончено. Только это?

– Да.

– Хорошо. Я запомнил ваши слова и обязательно их передам, – сказав это, мастер шенхуан исчез в мгновение ока.

Белая одежда Мо Вудао развевалась на ветру. Он продолжал смотреть в опустевшее небо, а затем вдруг улыбнулся и сказал:

– Цзюнь Мосе, сукин ты сын, даже если ты там себе нору просверлил в этом лесу, я всё равно заставлю тебя из неё вылезти и сдохнуть. Убил моего брата, и теперь как последний трус влачишь своё жалкое существование, тьфу. Позорная мразь ты. Я, Мо Вудао, хочу сказать лишь одно: в мире есть люди, которых лучше не трогать, иначе бедствия, которые они за собой повлекут, не окупятся лишь жизнью твоей семьи и друзей.

......

Цзюнь Мосе использовал свою технику перемещения инь-ян и попробовал опуститься на 4-5 футов вниз. Он почувствовал, что действие таинственного тумана потихоньку ослабевает. Затем он погрузился ещё на сто футов и ясно ощутил, что полностью избавился от ограничений тумана.

– Кажется, что плотность этого тумана сильнее на горе, чем здесь. Это явно даже можно не сравнивать, – пробормотал Цзюнь Мосе, а затем стремительно начал опускаться ещё ниже. Несколько сотен футов спустя, он почувствовал впереди необычное неясное колебание. Более того, чем больше молодой мастер продвигался вперёд, тем твёрже становился слой почвы. Похоже, что он вообще превратился в чистую сталь.

– Хм, так-так, кажется, это – своеобразный блок, установленный Таинственным Дворцом, – Цзюнь Мосе остановился и слегка нахмурился: – Или это вход в Подземный Мир?

В этот момент, прямо рядом с молодым мастером вдруг раздался страшный протяжный рёв. Этот громкий шум, словно от извержения вулкана продолжал извергаться наружу.

– Этот Четырнадцатый Шао действительно невероятно силен и достоин звания легендарной личности, – Цзюнь Мосе был в панике. В этом диком рёве он мог отчётливо почувствовать весь пыл и гнев мастера. А также его непокорность.

Легендарная личность была уже на расстоянии протянутой руки, как Мосе вдруг заколебался:

– А если он окажется неблагодарным человеком, что тогда?

«Выпустить Четырнадцатого Шао – это как палка о двух концах. Если сделать всё наобум, можно навредить и людям, и себе. Возможно, он, наоборот, сначала разберётся со мной, а уже потом примется за остальных. Эти три Священные земли, конечно, ещё те ублюдки, но и этот персонаж не лучше. Истинный демон во плоти. Может, он раньше и не трогал людей, но кто сказал, что он не сделал бы ничего плохо сейчас или в обозримом будущем?

Ведь не все могут отплатить за милость. Некоторые ведь могли во всём обвинить своего спасителя. Цзюнь Мосе должен был быть осторожен.

Кто знает, может этот Четырнадцатый Шао – бесчувственная скотина?» – Цзюнь Мосе принялся анализировать всё, что когда-либо слышал о нём со слов Сюэ Янь.

«Если он действительно выйдет наружу, то трём Священным землям, как и Туманному Призрачному Дворцу, придёт полный пи*дец. Ведь этот сумасшедший признаёт только себя и никого больше. Другими словами, лес Тянь Фа для него – тоже одна из целей, которую он стремится подчинить себе».

«Это такая головная боль», – Цзюнь Мосе так и продолжал нерешительно стоять на месте.

«Потому что, если этот безумец действительно намерен подогнуть под себя весь лес, тогда он намного опаснее и страшнее, чем те же три Священные земли. У этого парня, судя по всему, стопарей вообще не существует.

Если этот сумасброд окажется неблагодарной тварью и пойдёт против молодого мастера, тогда ему нужно бежать – он ему точно не соперник».

Оказавшись перед такой дилеммой, Мосе вдруг вспомнил слова Короля журавлей: таинственный феникс вылетел, значит, печать сломана.

Внезапно на него сошло озарение:

«Так или иначе, со мной или без меня, эта печать уже разрушена. Тогда нужно просто воспользоваться возможностью и прикинуться хорошим человеком с благородными намерениями. Если сработает – замечательно, а если нет, использую технику инь-ян, чтобы переместить его подальше отсюда».

Хорошенько поразмыслив и найдя хоть какой-то «убедительный для себя» аргумент, Мосе, в конце концов, ускорился. А про себя всё думал: «Нужно добраться туда быстрее, чем он доломает печать. Иначе, какой вообще смысл в этом?»

Если использовать фиолетовую ци при инь-ян, то эффект оказался бы значительно лучше. Цзюнь Мосе израсходовал нечеловеческую силу только для того, чтобы, наконец, получить какую-то маленькую дыру в том чёртовом месте, и затем со свистом войти вовнутрь.

– Твою за ногу, – не удержался и тихонько прошептал Цзюнь Мосе.

«Почему, б*ядь, тут так холодно? Пи*дец как холодно. Да здесь даже душа примёрзнет, как пить дать. Ты слышишь динь-динь-динь, ох, мои бедные бубенчики».

Как и предполагалось, этот путь оказался слишком узким и тёмным, даже не было понятно, куда он, в конце концов, вообще вёл. Температура внутри была почти в два раза ниже, чем на вершине Снежной горы (Сюэшань).

Ветер больше напоминал острый нож, будто выдувал мрачную и устрашающую атмосферу.

«Нож?»

Цзюнь Мосе только подумал об этом, как пронизывающий до костей ветер внезапно усилился. Более того, он так искрился, что и правда напоминал холодный блеск меча.

Узкий и маленький, но непобедимый. По мере того, как ветер постепенно усиливался, лезвие становилось всё более и более плотным, и всё более и более жёстким. Немного позднее вдруг раздался другой звук, похожий на раскат грома.

Цзюнь Мосе чуть не обделался от страха.

«Что это ещё за дьявольские шутки с погодными явлениями? Похоже, что Четырнадцатый Шао действительно настрадался за эти годы взаперти».

Как вдруг…

– Да ёб твою мать. Что, чёрт возьми, здесь происходит, какого хрена этот ветрина вдруг разошёлся? Кто это сделал? Парниша, ты не собираешься подойти, а? Долго мне тут стоять? Есть кто живой?

Вслед за угнетённым криком, Мосе вдруг ясно увидел находящийся по ту сторону призрачный силуэт, похожий на человека.

Острое лезвие ударило по неизвестному силуэту, но вслед за этим послышался звук дребезжащего металла. Искры полетели в разные стороны. И в мгновение ока это тело исчезло прямо перед Мосе. Оно было поспешно отогнано прочь этим зверски холодным ветром.

Молодой мастер вытер просочившийся на лбу пот.

«Какая мощь. Атака клинков Подземного Мира была очень интенсивной. Думаю, даже Достопочтенный мастер не выдержал бы её напора, но этот парень хладнокровно бросился прямо по направлению летящих лезвий».

Что-то звякнуло, упав на землю. Мосе тут же опустил голову, чтобы посмотреть. Это был один из тех самых клинков. Только вот, его скрючило от удара ветром.

Этот прочнейший металл был явно не из этого мира. Как показалось Мосе, острота и твёрдость этих клинков Подземного Мира были сопоставимы с силой металла, которую он использовал для обработки обычных клинков.

«На материке Суань клинок Подземного Мира определённо был бы одним из самых больших».

А самое главное, что он был лёгким, как пёрышко.

«Если у этого парня было такое оружие, да ещё и стальное тело... Тогда это был не кто иной, как сам Четырнадцатый Шао. Да и здесь кроме этого сумасшедшего никого и не наблюдается.

Однако. Этот клинок. Хотя он не мог навредить Четырнадцатому Шао, но что насчёт других неприятелей? Да этот малыш бесценен. Более того, я могу использовать силу металла, чтобы усовершенствовать его силу. Природное качество этого ножа совсем иное, а какой он лёгкий! Если над ним хорошенько поработать, то можно определённо достичь хороших результатов. Ну, по крайней мере, новый клинок будет точно лучше тех предыдущих, ведь здесь целая куча охренительного материала. Манна небесная!»

Мосе аж весь загорелся и принялся собирать повсюду эти ледяные ножи Подземного Мира. Те, что были на земле, и те, что летали в воздухе. Даже до тех, что застряли в стене, он тоже добрался.

Каждый клинок был толщиной с палочку для еды. И каждый излучал слабый холодный свет. Холод, исходящий из них, пробирал прямо до самых костей.

Глава 816. Пустота вдребезги

Мэй Сюэ Янь как раз тренировалась в Пагоде Хунцзюнь, как вдруг услышала какой-то непонятный звон. Она, открыв глаза, увидела, как множество узких и длинных малых мечей непрерывно, один за другим появлялись из пустоты. Словно град, падали с таким звоном, без какого-либо мастерства, просто в кучу, и к тому же ещё последовательно, друг за другом.

Она осторожно приблизилась, чтобы получше рассмотреть их, и тут же застыла от ужаса на месте. У неё в голове сразу проскользнула мысль:

«Это же не могут быть легендарные холодные ножи из Подземного Мира? А если это в самом деле они? Где же сейчас Мосе?»

Холодные ножи из Подземного Мира – это легендарное оружие всех Шао. Говорят, что у каждого Шао, который появлялся на материке Суань, были неисчерпаемые запасы таких ножей.

Эти драгоценные ножи являлись самым несокрушимым и непобедимым оружием на всем материке Суань. Такие ножи ни за что нельзя было терять. Даже повреждённые ножи тоже очень осторожно забирались с собой обратно.

Хотя Мэй Сюэ Янь никогда не видела эти ножи, она много слышала о них. И, только увидев это пронизывающее ледяным ужасом оружие, она сразу догадалась, что это именно они.

– Неужто Мосе сейчас пошёл в место, которое находится под запретом в Тянь Фа? – стала волноваться Мэй Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе шёл и одновременно поглощал ножи. Он неожиданно почувствовал, что набрал уже несколько тысяч этих удивительных ножей. А впереди ещё была тьма-тьмущая и позади тоже.

Чем он дальше продвигался вперёд, тем пространство становилось шире. На стенах появлялись трудноразличимые пёстрые следы. Похоже, это были следы того, как эти годы Четырнадцатый Шао вымещал свою злобу.

Внутри было видно, что материал этих стен был очень прочным. Цзюнь Мосе даже попробовал провести своим мечом с кровью Яньди и Хуанди. Парень применил почти всю свою силу, но смог оставить только неглубокую царапину.

– Что это, в конце концов, за материал? Земля такая твёрдая и прочная, неудивительно, что этот тип не может вырваться отсюда, – наконец, понял Цзюнь Мосе. Впереди виднелся странный свет.

Цзюнь Мосе пошёл дальше и заметил, что уже находится в своеобразной пещере. В вершине виднелись какие-то странные разноцветные предметы, излучающие неисчерпаемые силу и величие. Словно они были наполнены какой-то несокрушимой и неведомой мощью.

Мосе огляделся, всё тщательно осмотрел и не удержался от смеха: это было одно из расположений сил. К тому же, разновидность, как раз появившаяся от Первого Шао из Подземного Мира. Хотя эффект, конечно, был несравним с тем, что был у самого Первого Шао, но, однако, мощность была порядочная.

Кто бы мог подумать, что Туманный Призрачный Дворец мог использовать против Четырнадцатого Шао приёмы, разработанные Первым Шао. Разве это не смешно?

Вся пещера была завалена холодными ножами из Подземного Мира, они были разбросаны повсюду и нагромождены кучами. На первый взгляд, там было не меньше нескольких сотен тысяч. Должно быть, накопились за эти годы. Глядя на это, можно было предположить, что этот Четырнадцатый Шао не очень-то и дорожил этими вещицами.

Глаза Мосе сверкнули. Не прошло и секунды, как он поглотил в себя больше половины ножей.

«Четырнадцатому Шао ни к чему столько много, а я найду им применение».

Но Цзюнь Мосе был осторожен, он взял понемногу из каждой кучи, а которая была во мраке, - немного больше.

Разобравшись с ножами, Мосе вдруг почувствовал, что холодный ветер усилился, и к нему влетел какой-то силуэт, бурчащий под нос проклятия:

– Какая-то чертовщина, в самом деле. Ничего не произошло толком, почему же вышло так странно? Да ещё и зря заставили господина прийти.

Человек, величавший себя господином, ни разу не был похож на настоящего господина.

Волосы на его голове были растрёпаны, лицо чёрное, даже не было видно, какое у него было лицо на самом деле. Только глаза ещё более или менее можно было разглядеть. С ног до головы весь разодранный и потрёпанный. Убитый горем. Пожалуй, даже если бы его встретил самый несчастный нищий в этом мире, наверняка бы немного успокоился: оказывается, есть люди, которым ещё тяжелее, чем самому бедному и ободранному бомжу.

Войдя в эту пещеру, он поднял голову к расположенным наверху разноцветным предметам, и со злостью сказал:

– Ещё посмотрим, сколько времени эта мерзопакостная штуковина будет преграждать путь господину, – говоря это, он взлетел вверх.

Этот тип даже не почувствовал присутствие здесь Цзюнь Мосе. Мосе даже удивился:

«Оказывается, моя техника инь-ян поистине потрясающая вещь».

Но Цзюнь Мосе не хотел попасть под его безумные атаки. Ведь он находился так близко к нему. У него бы вряд ли получилось не шокировать его. «Шок – это ещё ничего, но этот безумный рёв может оглушить меня».

Четырнадцатый Шао поднялся вверх и вдруг услышал жалобный голос у себя за спиной:

– Четырнадцатый Шао? Какого хрена ты так грохочешь? Ты итак шумишь уже несколько сотен лет, тебе ещё не надоело?

– Кто это? Кто здесь, быстро выходи. Покажись господину, – в мгновение ока все волосы на теле Четырнадцатого Шао поднялись дыбом. Он даже почувствовал, что его сердце вот-вот не выдержит и остановится. Оба глаза налились холодным блеском и уставились вдаль.

300 лет, если быть точнее – 375 лет. Он один провёл их здесь, не говоря уже о людях. Здесь и муравья встретить было невозможно. Одиночество стало привычкой и главным развлечением. Его сердце уже умерло. Он как никто другой знал, что все эти годы там никого не было, кроме него.

Но рядом с ним раздался голос другого человека. Хотя голос был негромким, но для Четырнадцатого Шао он раздался, как гром среди ясного неба.

Четырнадцатый Шао повернулся и исчез. В один миг облетел всю пещеру. То наверх, то вниз, то в одну сторону, то в другую. Он словно превратился в призрак. В одно мгновение, будто вся пещера наполнилась множеством Четырнадцатых Шао. Они были повсюду, везде.

Цзюнь Мосе исчез из виду, по всему его телу градом прокатился холодный пот.

Его приёмы передвижения были просто удивительны.

Цзюнь Мосе видел, конечно, много разных мастеров с потрясающей скоростью, но чтобы была такая же, как у Четырнадцатого Шао – никогда. Даже он сам и Мэй Сюэ Янь не дотягивали до такого уровня. Такая изумительная скорость, даже, кажется, она была близка к скорости света. Действительно, нереально быстро.

– Выходи. Что за человек посмел дурачить господина? – глаза Четырнадцатого Шао неистово сверкали, он осматривал каждое место, и сквозь зубы цедил: – Не выйдешь, я сам тогда выведу тебя на чистую воду, церемониться с тобой не собираюсь.

– Ты меня даже не заметил, ещё и говоришь, что сможешь вывести меня на чистую воду. Не стоит так нагло врать мне, так что, иди, дурачь кого другого, – недовольно фыркнул Цзюнь Мосе: – Четырнадцатый Шао врёт и не краснеет, я вами восхищён. Я погляжу, как у тебя получится поймать меня. Ты сам-то веришь своим словам?

– Твёрдость, – после этого слова волосы на голове у Четырнадцатого Шао взмыли вверх. Он внезапно взмахнул двумя руками, и появилось чудесное сияние чёрного цвета. С головы до ног из него стала исходить удивительная сила, он тихо зарычал.

После того, как он произнёс это слово, Цзюнь Мосе неожиданно почувствовал, что всё пространство в пещере превратилось в какую-то странную субстанцию. Всё в один миг стало громадным куском хрустального шара.

Воздух затвердел.

Четырнадцатый Шао в самом деле обладал поразительным мастерством.

Это несравнимо с Клеткой Мира Мэй Сюэ Янь. Клетка Мира – это не более чем блокировка пространства с помощью природной одухотворенной ци. Но этот приём Четырнадцатого Шао – это блокировка самой природной одухотворенной ци. Он делает так, что пространство становится неодушевлённым предметом.

Однако хотя этот приём и был очень удивителен, всё же, он не мог оказать влияние на технику инь-ян. Цзюнь Мосе лишь почувствовал, что вокруг настала мёртвая тишина. Ему нужно было только не двигаться, и тогда Четырнадцатый Шао не смог бы заметить его.

Несмотря на это, всё же, Цзюнь Мосе тоже был заблокирован в этом затвердевшем пространстве. Тем не менее это был первый раз, когда кто-то смог ограничить технику Мосе.

Хотя тот человек этого и не понял.

– До сих пор не собираешься выходить? Если так, то я просто одним махом сломаю тебя, – Четырнадцатый Шао, внушая страх, пригрозил: – Скрываться прямо перед господином… А твои умения в самом деле хороши. Однако если ты достиг такого уровня, значит, тебе наверняка известно, что такое приём «пустота вдребезги»?

Он немного помолчал, словно дав человеку во тьме, время подумать, а потом продолжил:

– Поскольку господин в состоянии превратить пространство в неодушевлённый предмет, значит, и разбить это пространство для меня не проблема. Ты правда не собираешься выходить? Ну тогда, не стоит сожалеть потом. В таком случае, всё превратится в осколки, если ты не выйдешь. Я и тебя превращу в груду осколков, и ты исчезнешь навсегда.

Человек во тьме по-прежнему сохранял молчание.

Четырнадцатый Шао терпеливо ждал, уголки его рта сложились в самодовольную улыбку. Он был абсолютно уверен, что смог бы нанести человеку во тьме тяжёлую травму. Так как испокон веков и до того момента не было человека, который бы смог выжить после этого приёма.

Человек во тьме, конечно, был силён, но всё же, он был всего лишь человеком. Только люди не могли спастись от этого приёма.

Но, однако, этот приём даже сам Шао не мог использовать понапрасну. «Пустота вдребезги» требовала очень много сил. Ему осталось всего несколько ударов, и он смог бы разрушить печать. В такое время он не хотел понапрасну растрачивать свои силы. Если всё же можно было рискнуть и не думать о последствиях, то срок, когда он смог бы покинуть это место, был бы отложен ещё надолго.

Прошло очень много времени.

Четырнадцатый Шао не двигался, человек во тьме тоже не двигался.

Прошло ещё немного. Четырнадцатый Шао вдруг удивился:

«Не мог же тот человек просто взять и уйти?? Это невозможно!»

И тогда он решил проверить, спросив:

– Эм, ты ещё здесь?

Раздался удивлённый голос:

– Я здесь, я всё время был здесь, разве ты не хотел воспользоваться приёмом «пустота вдребезги»? Я жду твоего шоу. Почему же ты не приступаешь к разрушению? Неужто твоё разрушение требует столько много времени на подготовку?

Глава 817. Я помогу тебе выбраться, но у меня есть условие

Голос по-прежнему был какой-то нереальный и жалобный, к тому же он раздавался эхом по всей комнате. И было совершено непонятно, откуда конкретно он исходил. Голос был не громким, но он поражал, словно только что кто-то зарядил мощную пощечину Четырнадцатому Шао.

Четырнадцатый Шао сразу же почувствовал обжигающую боль на своем лице.

Он терпеливо ждал полдня, думал, его соперник одумается и станет просить пощады. Кто же мог подумать, что его воспринимают как объект для насмешек и не более?

Такое отношение к себе – просто невыносимо. Не говоря уже о том, что он смотрел на Четырнадцатого Шао свысока? Если бы он не смог разобраться с таким человеком, что вообще можно было говорить о славе всемогущего и непобедимого?

Четырнадцатый Шао очень сильно разозлился.

– Разрушение, – после раздавшегося безумного крика, из тела Четырнадцатого Шао появилась густая субстанция чёрного цвета. Казалось, она была даже темнее непроглядной тьмы, волосы на его голове вслед за этим тоже встали дыбом.

Они были похожи на раскачивающиеся водоросли на морском дне, или на стаю шипящих и извивающихся змей.

Его глаза словно утратили прежние краски и стали нереально глубокими и бездонными, как чёрная дыра.

Тёмная сила в мгновение ока заполнила собой всё. В это же время он взмахнул руками и с силой начал давить ими вниз, откуда в тот же миг появился яростный ураган. Он мощно ударил рукой, и ураган начал подниматься снизу-вверх.

– Щёлк. Щёлк, щёлк.

Цзюнь Мосе отчётливо расслышал треск разбивающегося пространства. Словно взяли изящную фарфоровую посуду и начали слегка бить по ней. Сначала появилась крошечная трещина, а потом, шаг за шагом, она пронзила всё изделие и понемногу начала раскалывать фарфор на куски. А потом и вовсе разбилась вдребезги.

Цзюнь Мосе мог совершенно ясно «разглядеть» каждый этап этого процесса. Его глаза по-настоящему не видели этого, но ему почему-то казалось, что он всё это видел. От такого ощущения по коже пробежали мурашки.

Пространство по-настоящему целиком разбилось.

Пещера вмиг превратилась в необъятную чёрную дыру, которая могла засосать в себя всё, что угодно.

Всё было погружено в полноценную изоляцию. Словно это было разрушенное и расколотое на части пространство, которое и в помине не принадлежало этому миру. Будто оно было насильно перемещено из другого мира. Всё казалось чужим, словно точно было не отсюда и никак не подходило к месту.

Однако с пребывающим в состоянии невидимости Цзюнь Мосе всё было абсолютно в порядке. Он был по-прежнему цел и невредим.

«Пустота вдребезги».

Она в самом деле могла уничтожить всё что угодно. Не только полностью разрушить то, что относилось к пустоте, но и саму «пустоту» – тоже.

Цзюнь Мосе с облегчением выдохнул и одновременно невольно впал в настоящую панику.

«Это вот на что способна легендарная «пустота вдребезги»?

Если она действительно может уничтожить пространство, то тогда, что же она не может уничтожить?

Четырнадцатый Шао по достоинству занимает статус легендарного человека, не дающего спокойно жить трём Священным землям и Туманному Призрачному Дворцу.

Он без малейших усилий пустил в ход такую потрясающую и пугающую силу».

Четырнадцатый Шао тихонько выдохнул. В этом чувствовалась доля сожаления. Он считал, что он понапрасну потратил свою силу на этот удар, и к тому же, он был заточён здесь уже несколько столетий. За это время ни разу не появлялся человек и не заговаривал с ним. С большим трудом к нему прибыл хотя бы один живой человек. Не успел сказать и двух слов, а Четырнадцатый Шао, взбесившись, тотчас же его уничтожил.

При разрушении пространства, даже если человек находился в состоянии астрального тела, у него тоже не было выхода и возможности уцелеть под таким ударом. Пусть, конечно, его техника невидимости достойна похвалы, но всё же он всего-навсего живой человек. Как он сможет скрыться от такого приёма и не погибнуть?

Четырнадцатый Шао, расстроившись, тяжело вздохнул. Он почувствовал, что израсходовал этим ударом почти треть всех своих сил. Бормоча себе под нос и ругаясь:

– Вот же невежественный ублюдок. Ты думаешь, «пустота вдребезги» тебе игрушка? На тебя, негодник, господин потратил немало своих сил. Не пойми на кого. Теперь я ещё нескоро смогу выбраться отсюда, вот же ж...

Как только он закончил говорить, из тишины раздался голос, полный любопытства:

– Это так называемая «пустота вдребезги»? Мощь и в самом деле впечатляющая. Меня даже едва не задело. До этого момента я и подумать не мог, что в этом мире есть такое потрясающее мастерство. Имя Четырнадцатого Шао вполне заслуженно в прошлом волновало весь материк Суань.

Четырнадцатый Шао снова почувствовал, как все волосы на его теле встали дыбом. У этого безумного психа действительно было состояние паники. Он никогда в своей жизни не испытывал такого чувства, и сейчас был первый раз, когда у него сердце в пятки ушло от страха.

«Этот человек, оказывается, ещё здесь.

Он жив? Как это возможно?»

Но в этот раз Четырнадцатый Шао не стал никак атаковать его. Он хладнокровно вздохнул и был совершенно спокоен. Он взмахнул потрёпанным рукавом своего платья, и разбитое пространство, со звуком битого стекла, переместилось в другую сторону.

А потом он сел. Сел в пространстве, которое принадлежало другому миру, но всё же, он оставался на месте и никуда не делся.

Он низком голосом угрюмо сказал:

– Если вы прибыли сюда шутки шутить, то немедленно убирайтесь. У господина есть ещё много дел, и у меня нет интереса, дабы развлекать вас. Если вы прибыли по-другому поводу, говорите быстрее. Господин готов выслушать вас.

Этой фразой Четырнадцатый Шао вернул инициативу в свои руки.

Немного позлившись, он сразу схватил Цзюнь Мосе за его уязвимое место.

Так как пусть этот парень и появился, и обладал потрясающим совершенствованием, но он прибыл с какой-то целью.

И его цель была – не что иное, как сам Четырнадцатый Шао. Поэтому Четырнадцатый Шао сразу это понял.

И только поэтому перехватил инициативу на себя.

Вне зависимости, какая цель визита была у этого человека, он в любом случае должен был обсудить это с ним. Поэтому Шао должен был лишь спокойно наблюдать за изменениями. Это, конечно, не очень было похоже на него, но у него не было другого выхода, чтобы обнаружить местонахождение того человека.

Однако хотя Четырнадцатый Шао и захватил инициативу в свои руки, вопреки этому он стал чувствовать себя ещё более подавленным.

Сам знаменитый Четырнадцатый Шао спокойно сидел в относящемуся к тому миру пространстве и тихо ждал.

Он мог позволить себе там спокойно сидеть и ждать, но Цзюнь Мосе – нет. В том случае, если бы Мосе покинул состояние невидимости, это удивительное пространство тут же могло засосать его.

Или это стало бы началом ещё одного перехода.

Такой исход Цзюнь Мосе точно не смог бы принять.

В конце концов, Шао уже разрушил пространство. Кто знал, что ещё могло такого случиться. Рисковать никак нельзя было.

Поэтому Цзюнь Мосе решил остаться в состоянии невидимости и, не спеша, начал с похвалы:

– Четырнадцатый Шао в самом деле обладает выдающейся изобретательностью. Это поистине удивительно, – Четырнадцатый Шао вздохнул, но, тем не менее, не проронил ни звука. Даже и глазом не повёл.

Цзюнь Мосе с интересом смотрел на этого выдающегося человека, который держал в страхе весь материк Суань. Как он ни пытался, но ему по-прежнему не удавалось рассмотреть его лицо.

«Оказывается, более подробно Четырнадцатого Шао нельзя осмотреть? Это действие какого-то приёма, или это ненамеренно так получается».

– Я прибыл со стороны леса Тянь Фа, – Цзюнь Мосе не желал больше ждать и приступил сразу к сути: – Сегодня я прибыл сюда, чтобы заключить сделку с Четырнадцатым Шао.

Четырнадцатый Шао сидел совершенно неподвижно и лишь равнодушно сказал:

– Выкладывай. И всё сразу, – тон его казался отнюдь не повелительным.

Цзюнь Мосе тоже не был зол и спокойным голосом продолжил говорить:

– Ситуация с состоянием печати становится всё хуже благодаря вашим непрерывным ударам. Уверен, что ещё несколько дней, и она полностью сможет разрушиться, и вы обязательно сможете выйти из этого места наружу. Однако есть одно «но» – вы не сможете защитить себя.

– Когда вы уничтожите печать, удивительный проход в Подземный Мир исчезнет в тот же момент. Мы с вами это прекрасно понимаем. И поэтому тогда у вас больше не будет никаких путей для отхода.

– Однако я уверен, что, чтобы разрушить эту печать, вам потребуется огромное количество сил. Даже для вас, это – далеко не лёгкое дельце. Согласно моим предположениям, максимум вы сможете сохранить треть от всего числа ваших сил или даже ещё меньше. Другими словами, когда вы сломаете печать и освободитесь отсюда, вы будете в самом наиболее уязвимом состоянии.

– Уверен, вы и сами знаете, что три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец не дадут вам спокойно уйти. Поэтому сейчас снаружи, как раз к встрече с вами, готовятся, как минимум, более десяти шенванов и шенхуанов.

Договорив до того момента, Мосе внезапно усилил свой тон речи и начал говорить намного мрачнее:

– Все мы тут – умные люди. Да и сами понимаете, что я совсем не пытаюсь вас запугать. Когда вы выберетесь наружу, убить вас будет легче лёгкого. Учитывая непрекращающиеся войны, где-то процентов восемьдесят.

В лучшем случае, у вас есть двадцать процентов уверенности, что это не так. Или, возможно, вы скажете, что сможете легко отделаться и спастись бегством. Пусть у вас с большим трудом и получится сбежать, но вы всё равно неизбежно столкнетесь с дикой погоней. А ваших сил будет недостаточно, чтобы долго сопротивляться. Вы идёте на верную смерть.

Цзюнь Мосе не спеша закончил свой рассказ и замолчал. Четырнадцатый Шао не торопился, а Цзюнь Мосе и подавно.

«Всего-то потратим силы. У меня? Полная Пагода в запасе. Это тебе по-настоящему нужно бояться. В любом случае я уже сказал, что тебя ждёт».

Глава 818. Первый небесный владыка

На самом деле Четырнадцатый Шао уже давно осознал эту огромную проблему. Можно было сказать, что Цзюнь Мосе просто слегка прояснил всю картину. Самое важное было вовсе не основное содержание, а последующие за всем рассказом подробности. Однако Мосе решил не спешить, чтобы создать интригующую атмосферу.

Мосе мог подождать, а вот Четырнадцатый Шао – нет.

Может, сам по себе этот Шао и был вспыльчивым, но, всё же, он слыл выдающейся личностью с огромными накопленными знаниями и мудростью. А это уже многое решало. Он, естественно, понимал, что после снятия печати снаружи ожидала огромная армия мастеров, и, если им дать фору – эти ребята быстренько запечатали бы его ещё на несколько сотен лет. Ну а у него уже не было сил терпеть.

– Верно, – печально и удручённо фыркнул Четырнадцатый Шао. – Мать твою, истину глаголешь. Но неужели ты думаешь, что я всего этого не знал? Какая мне вообще выгода с твоих речей?

Ему это всё явно было не по душе.

По ходу разговора Цзюнь Мосе перехватил на себя всю инициативу и перенаправил тему, так что ему просто некуда было деваться.

Для такого чванного и высокомерного Четырнадцатого Шао это был просто чистый позор. Именно поэтому ему было так грустно. Он был вынужден прочувствовать этот стыд.

Именно из-за этого сильного нежелания и депрессии, да ещё и бешеного аристократического высокомерия, Четырнадцатый Шао просто начал ругаться матом.

Этот таинственный паренёк действительно бесил. Хотя он говорил правду. Но всё равно, бред собачий.

– Точно. Может, мои слова – полная брехня, и в них мало толку... Но для такого напыщенного Четырнадцатого Шао всё же есть какой-то смысл послушать меня, – неторопливо сказал Цзюнь Мосе. Если бы он хорошенько не надавил на этого самодура, то разговор явно нормально бы не начался.

Поэтому Цзюнь Мосе прибегнул к своему любимому делу – подначиванию.

«Четырнадцатый Шао, несомненно, был обижен и угнетён. Но где это было видано, чтобы молодого мастера так нагло игнорировали? Я тут перед тобой распинаюсь, а ты делаешь вид, что меня не существует? Даже если ты – сам Четырнадцатый Шао, что с того? Это я сейчас помогаю тебе, а не ты мне. Просишь о помощи, приказываешь мне говорить или не говорить, а сам тем временем смотришь на меня как на последнего сукиного сына».

Четырнадцатому Шао стало ещё труднее дышать. Он был так напряжен, казалось, что его грудную клетку вот-вот разорвёт от злости. Да, он провёл здесь сотни лет, накопил достаточно мудрости и духовной силы, но совсем забыл о людских интригах и хитростях. И первым, кого встретил Четырнадцатый Шао, оказался расчётливый, колкий на язык, самодовольный засранец.

Это да, остротой своих слов Мосе даже мёртвого мог заставить в гробу перевернуться от злости. А что тогда было говорить о живом человеке, просидевшем взаперти несколько сотен лет? Четырнадцатого Шао ждало, как минимум, изнасилование мозга.

– А-а-а… Ты хочешь сказать, что я хуже собачьего дерьма? Да? – Четырнадцатый Шао внезапно взревел. Его гневу уже не было предела, и он, что было мочи, ударил в стену пещеры.

Сконцентрировал всю имеющуюся силу и выплеснул её вместе с негодованием в одном ударе.

С такой мощью можно было сносить горы и расплёскивать моря. Изумительно.

Ба-бах!

После этого удара буквально весь Подземный мир содрогнулся, а затем оглушающий звук распространился по всем проходам и пещерам, превратившись в колеблющееся эхо с тяжёлой отдачей.

Цзюнь Мосе, чуть было, не оглушило, но он тут же скрылся в Пагоде Хунцзюнь. В противном случае, его бы точно начало бы контузить от выходки этого сумасшедшего.

Молодой мастер был очень недоволен:

«Даже если это не так, то зачем так орать? Тут нечем кичиться особо. Ну и манеры».

– Я хуже собачьего дерьма. Хуже собачьего дерьма… дерьма… дерьма, – звук его крика продолжал эхом раздаваться повсюду. Неизвестно, когда успел рассеяться весь таинственный туман снаружи, но там уже стояли пятнадцать или шестнадцать человек в разодранных белых лохмотьях, молча переглядываясь друг с другом.

Каждый думал про себя:

«Неужели этот сумасшедший снова выйдет наружу? Он хуже собачьего дерьма? Что это значит? Что происходит? Если он считает себя хуже собачьего дерьма, то мы тогда вообще кто?»

Мастера Шао из Подземного Мира являлись легендарными личностями. Их сила не измерялась здравым смыслом. Такого рода слова от радости не закричишь во весь голос.

Спустя некоторое время в пещере, наконец, всё успокоилось. Четырнадцатый Шао вернулся в своё уже разрушенное место, на его висках проступили пульсирующие вены.

Цзюнь Мосе своевременно выскочил из Пагоды Хунцзюнь и, закашлявшись, сказал:

– На самом деле я не это имел в виду. Пожалуйста, поверь мне, я не говорил, что ты хуже собачьего дерьма.

– Заткнись, – грубо ответил Четырнадцатый Шао, его голос был полон безумия, которое он изо всех сил старался подавить: – Если ты снова собираешься нести чушь, то лучше сразу проваливай подобру-поздорову. Я не в настроении и не хочу попусту болтать ни о чём.

– Давайте-ка внесём некоторую ясность, а то ты ни фига не понимаешь, – Мосе только договорил, как голова Четырнадцатого Шао вдруг резко поднялась, а его глаза испустили сумасшедшие чёрные лучи света. Он улыбнулся и сказал:

– Хорошо, давай погорим со всей серьёзностью.

– Хм, – Четырнадцатый Шао непрерывно сжимал и разжимал свои кулаки. Да так сильно, что был слышен звук разрывающихся суставов. Очевидно, гнев в его сердце достиг предела.

«Почему людям так нравится запугивать других, даже когда к ним обращаются со всей добротой?» - Цзюнь Мосе посмотрел на него с презрением, а затем поспешно сказал: – Мда, у тебя сейчас действительно нет выхода из сложившейся ситуации. Но если ты пообещаешь мне кое-что, я помогу тебе сократить давление от печати на одну треть. И тогда ты сможешь спокойно покинуть это место. Ну как, заинтересован?

– Что ты хочешь, чтобы я тебе что-то пообещал? Ты действительно можешь уменьшить силу печати? – Четырнадцатый Шао слегка вздрогнул, но так и не поднял голову.

– Моя просьба очень проста. После того, как ты выйдешь отсюда, ты не должен разворачивать бойню в лесу Тянь Фа. И, прежде чем ты сможешь одолеть меня, ты не должен связываться со Священными животными и вторгаться в лес.

Цзюнь Мосе продолжил:

– Можешь драться с тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом как хочешь, главное – чтобы поле вашей битвы было далеко за пределами Тянь Фа. Эта земля должна остаться в целости и сохранности. Как я всё устрою? Если ты дашь мне слово, я просто уничтожу эту печать, тем самым помогу тебе сохранить в запасе больше силы для дальнейших действий.

Четырнадцатый Шао, наконец, поднял голову:

– Прежде чем я одолею тебя? Да кто ты такой вообще? Ты думаешь, что какой-то особенный?

Цзюнь Мосе безысходно выдохнул:

«Да он реально сумасшедший. В такой момент он думает не о том, как бы поскорее свалить из этого проклятого места, а как бы помериться со мной силами, ну что за чёрт?»

– Может я и не особенный, но, по крайней мере, задайся вопросом, как я мог очутиться здесь, в твоем Подземном Мире. Ведь ты даже не можешь отыскать моих следов, вот незадача, да? Разве тебе этого недостаточно? Ты и в самом деле думаешь, что, одолев три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец, ты ещё сможешь справиться со мной? – спокойно спросил Цзюнь Мосе.

– Для начала, представься. Я должен по крайней мере сначала узнать твоё имя, – Четырнадцатый Шао сначала немного помолчал, но Цзюнь сразу понял, почему. Пусть он и был упёртым и надменным мастером, однако всегда уважительно относился к достойному противнику.

Метод таинственного сокрытия, который применял Цзюнь Мосе, действительно впечатлял. Пусть слова этого мелкого сорванца раздражали Шао, но факт оставался фактом: этот сорванец был ему достойным соперником.

А Четырнадцатый Шао всегда принимал правду такой, какая она есть.

Может, он и чувствовал себя не совсем комфортно, но факты были таковы.

– У меня нет имени. Может, раньше оно и было, но я его давно позабыл. В течение многих лет люди из трёх Священных земель боролись против меня. Я всегда величал себя «Владыка», так что, три Священные земли прозвали меня так.

На спрятанном лице Цзюнь Мосе появилась странная ухмылка, однако его голос продолжал оставаться спокойным и ровным:

– Первый небесный владыка.

– Первый небесный владыка? – пробормотал Четырнадцатый Шао. Он всё больше и больше чувствовал отвращение к этому имени.

«Неужели где-то ещё кроме Подземного Мира можно было получить такое необычное имя? Небеса? Земля и небо? Как забавно, а совпадение ли это? Может, всё было спланировано?

Земля против неба – ещё куда ни шло, но вот я в своём мире уже – Четырнадцатый. А он говорит: Первый небесный владыка. Но разве не очевидно, что он уступает мне?»

– Твою мать, – закричал Четырнадцатый Шао. – Какой ублюдок мог получить такое мерзкое имя?

– Я не мог ничего поделать. Уже позже я узнал о своём «интересном» прозвище и причине его возникновения. Как оказалось, три Священные земли уже давно понимали, что однажды наступит день, когда ты выйдешь наружу и тогда… Наши имена столкнутся в ожесточённом бою. Ведь, услышав мое имя, тебе непременно захочется найти меня и уничтожить.

Цзюнь Мосе нёс полную ахинею и обеспокоенно добавил:

– Зловещие намерения трёх Священных земель – это одна из причин, по которой я сегодня явился сюда. Надеюсь, ты сможешь меня понять. Я лишь хочу сказать, что не хочу становиться твоим врагом, не хочу, чтобы эти ублюдские лицемеры воспользовались этим, но это вовсе не из-за моей трусости или ущербности. Пойми меня правильно.

Глава 819. Печать разрушена, освобождение

– Это я могу понять и признать. Если ты был бы моим врагом, у тебя бы не было необходимости вступать со мной в схватку. Тебе нужно было бы всего лишь задержать меня здесь, чтобы там, снаружи, смогли спокойно и без спешки укрепить печать и всего-то, – голос Четырнадцатого Шао, наоборот, немного смягчился. И он сказал всё так, словно это было само собой разумеющимся.

– Однако эти подлые прохвосты тоже достали уже. Чтобы сразиться со мной, придумали для тебя такое прозвище. Это в самом деле возмутительно, – стиснув зубы, сказал Четырнадцатый Шао. Было очевидно, что идея Цзюнь Мосе с вымышленным «первым небесным владыкой» сработала, и он не на шутку разозлился.

– Именно так. Если два тигра вступят в схватку, ранения неизбежны. Враг моего врага не может стать моим другом. Но, тем не менее, и ненавистным противником ему становиться совсем необязательно, – сказал Цзюнь Мосе очень серьёзным тоном: – Поэтому-то сегодня я и прибыл сюда.

– Дать обещание, которое ты просишь – совсем не проблема для господина. Поле боя – оно везде одинаково. Если ты мне окажешь услугу, тогда господин согласится на твои условия.

Четырнадцатый Шао задумался:

– И ещё, что касается сроков битвы между нами. После окончания этой войны, с Тянь Фа я медлить тоже не стану. Если в итоге не смогу победить тебя, тогда к младшему поколению Тянь Фа тоже не буду относиться с наглостью и бесстыдством.

В словах Четырнадцатого Шао чувствовалась большая уверенность. Словно он уже был освобождён и стал самым непобедимым в мире.

Цзюнь Мосе скривил рот в пренебрежительной гримасе, но, торжественно обещая, произнёс:

– Сказанного слова не вернешь. Я могу дать тебе крайний срок: для нас с тобой три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец являются врагами. Тогда тот день, когда они будут уничтожены, и будет датой нашего решающего боя.

Тогда мы сможем не беспокоиться за тыл, и всю свою энергию направить только на сражение. И ещё одно, я не смогу публично выступать вместе с тобой против них. Ты всегда слыл главным врагом для всего материка, и ты должен это понимать. Возможно, тебе нет до этого дела, но вот я не могу не обращать на это внимания.

Цзюнь Мосе с горечью в голосе добавил:

– Признаю, в этом я тебе уступаю. Я про стремление придать себе значимость и важность.

– Ха-ха-ха, да ничего, это пустяки, у каждого свои заморочки. Если мне, Четырнадцатому Шао, нужно что-то сделать, разве я прошу помощи у других? Однако смелости у тебя маловато, разве стоит бояться этих людей?

Четырнадцатый Шао в самом деле чувствовал себя очень хорошо. Он надменно рассмеялся, а потом с крайним пренебрежением произнёс:

– Три Священные земли? Туманный Призрачный Дворец? Они – не более чем шайка подлых прохиндеев и лицемеров. Что? Священная земля, Призрачный Дворец? Чушь какая. Они и одного удара не в состоянии выдержать.

– Откровенный человек говорит откровенные слова. В таком случае, можно считать, что мы договорились? – рассмеялся Цзюнь Мосе.

– Да. Я согласен. Господин – человек слова, – Четырнадцатый Шао вздохнул и сердечно сказал: – Однако как ты мне поможешь разрушить эту печать? Ты правда уверен, что у тебя получится?

– По-моему, эта печать очень простая, – Цзюнь Мосе указал пальцем на по-прежнему существовавший разноцветный свет в потолке: – Чуть позже я применю один необыкновенный приём и смогу выбраться из промежуточного положения. И после того, как я выйду, эта печать превратится в ничто, хе-хе. Нужно лишь выбраться через это крошечное отверстие, и тогда ты непременно сэкономишь одну треть своих сил.

– Да что там одну треть, – Четырнадцатый Шао моргнул и, махнув рукой, сказал: – Раз ты говоришь, что печать такая лёгкая, чего же ты ещё тогда ждёшь? Давай, быстрее действуй.

Цзюнь Мосе рассмеялся:

– А ты тогда внимательно смотри, через какое место я выйду.

Чёрные глаза Четырнадцатого Шао загорелись, и он мрачно ответил:

– Ты не волнуйся, об этом я всяко знаю побольше тебя.

Цзюнь Мосе усмехнулся про себя.

«Похоже, за столько сотен лет этот тип тщательно и не один раз изучил каждый дюйм этой печати. Уверен, что он знает её досконально».

Четырнадцатый Шао с силой всматривался и увидел, как сверкнул смутный силуэт, который появился из пустоты, словно призрак. Потом он направился к печати, затем остановился прямо перед серединой, а потом медленно исчез из поля зрения.

В этой части печати в самом деле произошли небольшие изменения, словно мощность печати по капле уменьшалась и потом исчезала. Каждую минуту происходили новые крошечные изменения. Пусть они и были незначительными, но насколько хорошо изучил её Четырнадцатый Шао? Он знал степень её прочности и как никто другой испытал горечь поражения.

Цзюнь Мосе удалось за такой короткий промежуток времени вызвать столько изменений. Его мастерство поражало своим талантом, это было просто неописуемо.

Вспомнив место, откуда появился Цзюнь Мосе, этот безумный псих Четырнадцатый Шао цокнул про себя:

– Оказывается, этот человек всё время находился так близко от меня. Это действительно очень пугает. Хотя, однако, в этом и нет ничего выдающегося. Не более чем обходной приём. Твоя истинная сила вряд ли больше моей, – эти слова были такими самонадеянными. Он был так уверен в своих силах.

Цзюнь Мосе удалось скрыться от него потому, что у него не было злых намерений. Он не хотел убивать его. Если бы он задумал что-то против Четырнадцатого Шао, тогда тот бы первым делом обнаружил бы его.

В это время из пустоты снова донёсся мрачный голос Цзюнь Мосе:

– Хорошо рассмотрел? Я ухожу. Теперь хорошо постарайся, – пустота задрожала, и эта тень совсем пропала из виду.

И в то самое время, когда эта тень совсем исчезла, раздался странный звук, словно тонкая игла проткнула воздушный шар. В разноцветной поверхности печати появилось едва заметное пустое отверстие. Оно было даже меньше, чем волосок.

Через это отверстие снаружи проник свежий воздух. Четырнадцатый Шао жадно вдохнул воздух, который был недосягаем для него почти четыре сотни лет. Глаза его сверкнули, он расхохотался, поднялся вверх. Всё его тело засветилось чёрным сиянием, он громко закричал и как молния ударился об печать.

Прошло столько лет, и вот он, переломный момент настал. Четырнадцатый Шао больше не мог дальше ждать. Он даже не обратил внимания, что его силы вот-вот должны были израсходоваться. Ему во что бы ни стало надо было немедленно выбраться наружу.

– Дыщ, – мощное эхо сотрясло всю пещеру. Печать стала дрожать.

Из проделанного отверстия появились лучи.

Эта маленькая победа ещё больше мотивировала Четырнадцатого Шао. И он снова яростным криком принялся атаковать печать.

Непрерывные грохоты раздавались один за другим. Каждый удар был равносилен мощному раскату грома. Снаружи всё тряслось. Тяжёлые каменные глыбы неистово раскачивались и снова падали на землю. Многолетние деревья тоже пришли в движение, сучья неистово хлестали по стволам.

Словно весь лес Тянь Фа в одно и то же время впал в неистовство. Всё тряслось и дрожало. У всех Священных животных было ощущение, что наступил конец света, не меньше.

Мастера трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца с серьёзными лицами пристально смотрели на постепенно вздымающуюся разноцветную печать. Никто и подумать не мог, что печать разрушится намного раньше срока, о котором они изначально думали.

Человек в белых одеждах, стоявший впереди, что-то быстро сказал. Махнул несколько раз рукой, и шестеро пурпурных халатов бесшумно скрылись с южной стороны. Шестеро человек в белых одеждах исчезли с восточной стороны, и трое в голубых одеяниях внезапно поднялись в воздух и заняли позиции на деревьях.

Хотя деревья и продолжали неистово колыхаться, они словно стали с ними одним целом, и это на них никак не влияло.

Осталось одиннадцать человек в широких халатах и девять грубоватых рослых верзил. Может, эти верзилы были крепко сложены и выглядели очень воинственно, в их глазах, всё же, была заметна паника. Словно они получили тяжёлое ранение.

Эти девять верзил были, как раз, старшим поколением королей животных леса Тянь Фа. Эта разноцветная печать разлетелась на девять сторон. Короли на протяжении трёхсот лет изо всех сил, с полной ответственностью оказывали сопротивление Четырнадцатому Шао.

Однако последние годы они уже не могли этого делать. Ведь они неизбежно получили серьёзные внутренние ранения. А то Четырнадцатый Шао мог бы прорваться сквозь свою разноцветную тюрьму.

Хотя они знали, что у Туманного Призрачного Дворца были плохие намерения, и Четырнадцатый Шао мог вырваться на свободу с минуты на минуту, они, всё же, продолжали храбро обороняться и ни на шаг не покидали своё место.

Вдалеке Король медведей, Король журавлей и остальные короли животных как раз наблюдали за этой сценой.

В глазах человека в белых одеждах, когда он посмотрел на этих девятерых верзил, промелькнула краска стыда, и он мрачно сказал:

– Если Четырнадцатый Шао появится, не щадить сил, и приступить к немедленной атаке. Мы никак не поможем позволить ему сбежать из Тянь Фа.

Верзил одновременно передёрнуло. Они удивлённо посмотрели на него. В глазах у них появилось возмущение. Один из них вышел и сказал:

– Брат Цао, мы ни в коем случае не можем допустить этого. Если мы приступим к военным действиям здесь, что же будет с нашим лесом Тянь Фа? Разве он не будет уничтожен этой войной?

– Брат Лу, нам сейчас не до выбора места. Неужели ты хочешь, чтобы Четырнадцатый Шао восстановил свои силы и поубивал всех нас? – негодовал брат Цао: – К тому же, это место как раз находится далеко от людей. Оно как раз отлично подходит для войны.

– Но мы уже давно договаривались, что не будем начинать военные действия в Тянь Фа. Ни при каких условиях. Поэтому мы и согласились охранять печать. Ты думаешь, мы не знаем применение этого белого тумана Призрачного Дворца?

Верзила начал в гневе кричать:

– Неужто ты сейчас хочешь нарушить тогда данное тобой обещание? Наш Тянь Фа находится далеко от людей. Но разве наши Священные животные не хотят жить? Мы тоже защищаем этот материк многие тысячи лет.

– Тогда... – человек не закончил говорить, как вдруг резко изменился в лице. Тот «брат Цао» не успел договорить и громко закричал:

– На позиции!

В конце концов.

Сопровождаемые гулким грохотом куски печати взлетели высоко в воздух. В одно мгновение сверкнули и превратились в ничто, словно их и никогда не бывало.

Глава 820. Чрезвычайно важная битва

Чей-то туманный силуэт с жутким хохотом вылетел из пещеры прямо в небо.

Чёрная дыра позади него внезапно деформировалась и исчезла.

В эту секунду одиннадцать человек в широких халатах одновременно приготовились к атаке и устремились ввысь. Расстояние между людьми было абсолютно одинаковым. Казалось, будто они вообще слились в единое целое.

Уже в воздухе все мастера в голос закричали:

– Клетка Мира. Тюрьма Тяньди!

Внезапно с неба до земли по всем направлениям выросло и образовалось некое замкнутое пространство, и тело Четырнадцатого Шао было полностью погружено внутрь него.

Одиннадцать человек на этом не остановились и яростно двинулись вперёд. Руками и ногами они подняли сильный ветер, превратившийся в бушующий торнадо.

Он закрутился на одном месте.

Мастера не использовали оружие. Все прекрасно понимали, что его использование на тот момент не имело никакого смысла. Со всем должна была справиться лишь сила Суань. С помощью неё можно было быстрее уменьшить остаточный запас силы Четырнадцатого Шао. Это был единственный правильный путь.

Четырнадцатый Шао немного пожалел, что поторопился.

Он, конечно, успешно прорвался через печать, сэкономив свои силы, но, всё же, он заплатил за это немалую цену. Особенно когда в порыве гнева решил показать этому «Первому Небесному Владыке» технику «Пустота Вдребезги». Он потратил на эту хрень практически треть собственной силы.

Вдобавок, ещё эти безостановочные удары по его внутренним органам, которые нанесли немало ущерба организму. Расходы жизненной энергии намного превосходили его первоначальные расчёты.

Короче говоря, ни в коем случае не следовало ему использовать эту «Пустоту Вдребезги» и торопиться с выходом из пещеры. Даже не восстановив толком дыхание, Шао тут же попросил помощи с разрывом печати. Но кто бы знал, что этот «Первый Небесный Владыка» с одного удара прорубит в этой печати временную щель?

Естественно, нужно было немедленно атаковать. В общем, тридцать три несчастья. В итоге ситуация оказалась не лучше, чем если бы он самолично снял эту грёбаную печать. Ему необходимо было просто ненадолго где-то затаиться и восстановить силы, так что, какая ему разница по поводу тех людей?

Однако тупо игнорировать их не получилось бы.

Потому что сила у этих ребят была внушительная. А они, к тому же, объединились в один мощный поток. Если бы Шао начал действовать необдуманно, то мог бы остаться вообще без силы, или же, получить ранение.

Четырнадцатый Шао был в ярости.

Он внезапно закричал:

– Вращение!

Тело Шао завертелось, создавая чёрный ураган длиной в несколько сотен футов. Это выглядело просто невероятно. Безумие.

Тюрьма Тяньди, созданная семью шенванами и четырьмя шенхуанами не выдержала такого удара, а тело Шао, продолжая своё свирепое вращение, атаковало уже самих мастеров.

Острый как молния, такой удар мог разрушить даже огромную скалу.

Все одиннадцать человек одновременно закричали и быстро приблизились друг к другу, окружая Четырнадцатого Шао в одно огромное кольцо.

*Дыщ-пыщ-тыщ!* И изо рта одиннадцати человек одновременно хлынула алая кровь, а их руки тут же разжались. Первый удар пришёлся как раз по лидеру отряда, но, несмотря на ранение, он ринулся в атаку.

Он сплюнул кровавую слюну и уже приблизился к Четырнадцатому Шао. Мастер, с полным ртом свежей крови, как на приёме у стоматолога-любителя, оказался совсем рядом с Шао и плюнул кровью прямо на него. Кровь за считанное мгновение превратилась в острый меч и пронзила тело Шао. Раздался громкий удар. И мастер обеими руками принялся ставить печати на груди подземного самодура.

Четырнадцатый Шао немного закашлялся и резко повернул голову. Его глаза вспыхнули неистовым светом. Правой рукой он выпустил чёрный луч концентрированной Суань, и тело шенхуана кувырком отлетело прямо вниз.

Один мастер был повержен.

Тем не менее он смог задержать Четырнадцатого Шао.

Остальные десять человек тут же сомкнулись вплотную кольцом. Шао заревел во весь голос и принялся снова атаковать. Но вспомнив данное обещание, он постарался подняться ещё выше, чтобы не причинить лесу Тянь Фа серьёзного урона.

Звучали непрерывные крики, и тела остальных мастеров почти одновременно упали в десяти разных направлениях. Кровь хлестала фонтаном. А звуки трескающихся костей не прекращали раздаваться ещё долгое время и будоражили до глубины души.

Хотя Четырнадцатый Шао нанёс тяжёлые увечья своим противникам, и оставалось только порадоваться результатам боя, его тело вдруг сильно затрясло.

*Буэ…* – и сгусток крови, похожий на плевок чернилами, вырвался из его рта. Кровь Шао действительно была чёрного цвета.

Он повернулся и, даже с таким серьёзным ранением, поспешно двинулся на юг.

Не вести долгий бой и как можно быстрее убраться оттуда. Таков был его изначальный план. Но кто бы знал, что всё примет совершенно иной оборот.

В тот момент в небе появился фиолетовый свет, и шесть фигур преградили путь Четырнадцатому Шао. Судя по их виду, можно было сразу предположить, что эти люди пойдут до самого конца, чтобы остановить своего противника.

Все шестеро имели и наступательную, и оборонительную тактику. Более того, если Шао попытался бы избежать или уклониться от стычки с ними, тогда все шестеро мастеров тут же нанесли бы ему смертельный удар.

Неважно, куда бы ринулся – влево, вправо, вверх или вниз – все выходы были бы моментально заблокированы.

Оставалось только принять бой.

Война на истощение.

Этот специальный тактический приём был разработан тремя Священными землями именно для противодействия Четырнадцатому Шао.

Шао, проанализировав всю сложившуюся ситуацию, вдруг снова зарычал. Его тело расширилось в воздухе, а волосы встали дыбом.

*Дыщ!* Тело Шао разорвало на части.

За яркой вспышкой света в воздухе неожиданно появились шестеро Четырнадцатых Шао, и каждый из них был реальным и настоящим. Теперь их было поровну: по одному Шао на одного мастера в пурпурном халате.

Синхронная атака.

Громкий взрыв.

И хотя шестеро пурпурных халатов действовали на основе диспозиции и не уступали противнику, соприкоснувшись в бою, они тут же почувствовали, что их руки вот-вот сломаются, а грудь раздавит огромным молотом. Их крики ещё даже не успели вырваться наружу, как двоих из мастеров буквально разорвало на части прямо в воздухе – пошёл кровавый дождь.

После своей атаки Четырнадцатый Шао пострадал не меньше: чёрная жижа снова вырвалась из его рта, но уже три раза подряд. Чёрный свет в глазах потускнел, и он, сделав несколько кувырков назад, полетел на северо-восток.

Но его противники уже давно установили в том направлении ловушку.

Шесть белых халатов молча появились в воздухе. Концентрация силы Суань увеличилась, ещё немного и наступил бы новый удар.

Если бы Четырнадцатый Шао самолично разрушил печать, то его силы не хватило бы и на половину произведенных им атак. Увидев надвигающихся мастеров в белом, он бешено закричал, - внезапно всё небесное пространство утихомирилось.

Одежда Шао была изодрана в клочья, он поднялся ещё выше, и через мгновение его глаза превратились в две глубокие чёрные дыры. Смертельная аура заполонила всё небо. Внезапно на лице Четырнадцатого Шао появилась безжалостная улыбка, и он резко сказал:

– Покой!

Шестеро белых халатов в тот момент были устремлены в сторону врага. Но вдруг три мастера будто застыли в воздухе. Они не могли шевельнуть и пальцем. На их лицах отражалось отчаяние.

Четырнадцатый Шао тут же без колебаний поднял огромный вихрь воздуха, который превратился в гигантского дракона. Затем он сурово отдал приказ:

– Уничтожить!

*Хрясь!*

Пространство, в котором находились три белых халата, вдруг искривилось, а затем внезапно превратилось в чёрную дыру, засосав в себя всех трёх мастеров. От них не осталось ни следа. Чёрная дыра медленно исчезла.

«Пустота Вдребезги».

Один шенхуан и двое шенванов были моментально уничтожены.

Но тот удар, очевидно, стал последним для Четырнадцатого Шао.

Он был вынужден снова использовать технику «Пустота Вдребезги», тем самым уничтожив всю свою имеющуюся силу без остатка. Выжал всё до нитки.

Он не собирался применять её.

Но расположение этих шестерых мастеров оказалось слишком непредсказуемым. Если бы он принял бой, пусть даже это был бы кратковременный поединок, но за это время могли бы очухаться те одиннадцать ребят снизу.

И ему пришёл бы конец.

Если бы он использовал слишком много силы, что даже не смог бы спрятаться в тёмной пещере, та шайка уже давно бы прикончила его прямо там.

Так что, Четырнадцатый Шао, оказавшись в безвыходном положении, решился на такой шаг.

Эффект техники «Пустота Вдребезги» был сногсшибателен. Трое умерло, оставшиеся трое тут же отступили.

После исчерпания всей имеющейся силы по телу Четырнадцатого Шао пронеслась последняя вспышка молнии. Охрипшим голосом он сказал:

– За триста лет вы нисколько не изменили свои отвратительные привычки. Рано или поздно я обязательно расквитаюсь с вами.

Как раз в это время, недалеко, прямо с большого дерева внезапно появились три проблеска, похожие на длинные мечи. Со светом падающих звёзд они продолжали плавно двигаться вперёд. Три бесподобных клинка ударили прямо по Четырнадцатому Шао.

Это и была та самая ловушка.

Все эти жертвы были лишь для того, чтобы выкачать всю оставшуюся силу из Подземного Шао. Настоящая ловушка ждала его уже потом, в самый критический момент. Смертельный удар.

От этих трёх мечей Четырнадцатый Шао никак не смог бы увернуться.

Глава 821. Круче него – только яйца

Четырнадцатый Шао заорал. Он лишь успел выпустить чёрный луч из правой руки и дотронуться своей головы. В это мгновение на свободу вырвался сильный чёрный газ. Лицо Четырнадцатого выражало ярую обиду и беспомощность.

Его тело изнутри тоже наполнилось тёмной аурой. Похоже, что он пытался пробудить в себе скрытый потенциал.

Даже в прошлом Четырнадцатый Шао ни разу не прибегнул к такому трюку. Но в этот злополучный день его просто-напросто вынудили это сделать.

Однако уже слишком поздно было метаться. Так какова же была скорость того летающего кинжала?

*Пиу!*

Меч ударил прямо по левой части его груди, пройдя насквозь через спину. Чёрная кровь брызнула наружу.

Подземный Шао заревел. Его тело съёжилось, мускулы, вены и кости моментально затвердели. Сила Суань ещё не успела взорваться, как меч разломился пополам. Ведь тело мастера было прочнее любой стали. Кто бы мог подумать, что клинок отлетит аж на двадцать футов.

Четырнадцатый Шао всё еще пытался убежать.

*Бац!*

Ещё один меч. Удар пришёлся на спину, пройдя насквозь через передний сегмент груди. Четырнадцатый Шао закашлял, его тело снова скрючило. *Цзинь!* – и нефритовый меч был так же разломан на части.

А в тот момент уже летел третий роковой клинок.

Он вонзился в низ живота, а его острие торчало из плеча мастера. Клинок пролетел снизу вверх практически через всё тело.

Три меча. Все они нанесли достаточно серьёзные травмы мастеру. Прямо в цель.

Четырнадцатый мастер снова закричал. Чёрная аура полностью поглотила его тело вместе с третьим клинком.

И снова меч вдребезги.

Затем он поднял свою окровавленную руку и схватил за голову мужчину, что ударил третьим мечом. В тот момент кровь на его пальцах уже окрасилась в ярко-красный цвет.

Тело мужчины моментально превратилось в иссохшую мумию. Спустя мгновение оно уже валялось на земле.

Подземный Шао издал протяжный рык. Осколки трёх клинков, торчавшие из его тела, продолжали переливаться золотистым светом. Он взлетел ещё на сотню футов вверх и затем вдруг бесследно исчез.

До самого конца он так и ни разу не приземлился на землю.

Таким образом, Четырнадцатый Шао исполнил своё обещание, данное Цзюнь Мосе. И ценой этому стали такие серьёзные ранения.

В то же время, находящиеся на земле одиннадцать мастеров, наконец, очухались. Но было уже поздно.

Всё случилось буквально за секунды. Молниеносная битва получилась какая-то. В мгновение ока около тридцати мастеров либо погибли, либо получили тяжёлые травмы.

Это и называлось: мир вмиг перевернулся. Только те, кто видел это сражение, могли по-настоящему понять смысл этого предложения.

Вдали раздался яростный голос Четырнадцатого Шао, который напоследок сказал:

– Подождите немного, я ещё вернусь.

Легенда есть легенда. Даже с такими, можно сказать, смертельными ранами, без единой капли силы Суань, Четырнадцатый Шао всё-таки сумел улизнуть ото всех. Да ещё так быстро, что не догонишь.

Поразительная личность, ничего не скажешь.

Цзюнь Мосе, всё это время наблюдавший за битвой в тени, видел ту опасность, в которой находился Четырнадцатый Шао. Он уже намеревался помочь ему и разделить давление трёх Священных земель на двоих.

Но то, что последовало дальше, ошарашило молодого мастера. Нет, он был просто в нереальном шоке.

Подземный Шао в одиночку вступил в схватку с двадцатью шестью мастерами высшего класса. Вырубив половину, уничтожив ещё шестерых, ему, всё же, удалось убежать, пусть и с травмами. Более того, от начала до конца он был связан данным обещанием, поэтому вёл бой исключительно в воздухе.

«Это… Это – настоящий уникум. Все говорят, что я – талантливый малый, но Четырнадцатому Шао я даже в подмётки не гожусь. Я так, мелочь, ничто по сравнению с таким гением».

Союзные войска Туманного Призрачного Дворца и трёх Священных земель шли в бой с абсолютным превосходством и в числе, и в диспозиции. Однако шестеро из них были убиты, ещё семь или восемь человек получили серьёзные ранения. Остальные бойцы тоже не остались без травм и переломов.

Эти высококлассные мастера молча уставились друг на друга. На их лицах читалось явное волнение. А также неописуемое разочарование.

С таким большим количеством мастеров, с такой тщательной организацией и расстановкой сил, с такой решительностью и готовностью биться до конца. С таким большим количеством преимуществ они так и не сумели уничтожить этого ублюдка, дав ему вот так просто уйти. Все молчали, всматриваясь в окровавленные лохмотья товарищей.

Столкнувшись с восемью шенхуанами, восемнадцатью шенванами, получив три смертельно опасных ранения, Четырнадцатый Шао, всё же, смог скрыться. Изумительная работа. Это действительно было невообразимо.

Лидер группы тяжело вздохнул, его правая рука резко поднялась вверх: в небо устремилось что-то яркое, в высоту несколько сотен футов, а вслед за этим вдруг раздался громкий звук «бабах».

Вдалеке сразу же прогремел второй взрыв.

– Силы внешнего устройства получили необходимые новости. Они подменят нас и продолжат преследовать Четырнадцатого Шао. В его состоянии этот дьявол далеко не уйдёт, – нахмурившись, слабо сказал лидер группы. Он вдруг резко побледнел, а из уголков его рта проступили струйки крови.

Это было не так-то просто: вытащить оповестительную ракету и запустить её на такую высоту. Это не то, что могли сделать обычные люди. Такой бросок явно усугубил ранее полученные внутренние раны, которые он так старательно подавлял.

– Брат Цао, не беспокойтесь, Четырнадцатый Шао, может, и гений всех гениев, но он израсходовал немало силы, чтобы прорвать печать. Да ещё и последующая битва изнурила его. Он не мог слишком далеко уйти. В этот раз он так просто не отделается, – подбодрил его другой мастер, что сидел на земле и исцелял свои раны.

– Не стоит быть таким оптимистичным. Клан Шао из Подземного Мира обладает невероятной способностью восстановления, намного превышающей наши силы. Мы ведь все это прекрасно понимаем. Чёрт побери, пусть он и получил три серьёзнейших ранения, но этого оказалось недостаточно, чтобы он сдох, – брат Цао нахмурился и выдохнул.

Немного подумав, он вновь заговорил:

– Этот ублюдок насильно прорвался через печать. И, хотя он сделал это быстро, запасы его сил должны были прилично сократиться. В лучшем случае, на сорок процентов. Мощь общей атаки двадцати шести высококлассных мастеров – это ведь тоже не хухры-мухры.

Брат Цао, казалось, разгорячился ещё больше, высказывая братьям свои мысли:

– Надеюсь, что его внутренние органы получили серьёзные повреждения. Тем ударом своими ладонями я ему точно пару рёбер переломал. Потом ведь ещё были атаки шенхуанов из Иллюзорного Океана Крови и шести других мастеров. Мы вынудили его использовать «Пустоту Вдребезги», тем самым истощив все его оставшиеся запасы Суань. Ключевыми, всё же, стали те три атаки мечами.

Мужчина ещё и жестикуляцию добавил к своим словам:

– Все три меча попали прямо в цель: два меча в грудь, а третий так вообще через всё тело прошёл насквозь. Все три ранения сами по себе являются смертельными. Но эта дрянь не упала здесь замертво.

Наоборот, ещё и умудрилась сбежать так быстро, что мы не смогли его сразу же догнать. Четырнадцатый Шао. Это – действительно заслуженная репутация. В реальности он ещё страшнее. Такая шокирующая сила – нам её никогда не достичь.

Другой мастер в пурпурном халате кашлянул. По-видимому, у него были повреждены лёгкие, и он сказал:

– Верно, этих ран достаточно, чтобы убить трёх шенхуанов одновременно, даже если не брать во внимание его уникальное строение организма. Такого уровня самосовершенствование нам всё равно никогда не заполучить.

– Это ещё ладно, но мы ведь не забыли, что он убил шестерых из нас в этом бою. Двух шенхуанов и четырёх шенванов. При этом у него в запасе было лишь сорок процентов от его общей силы, – после этих слов все мастера одновременно вздохнули, по их спинам пробежали мурашки.

Этот дьявол в конце концов на свободе. Теперь все утешали друг друга, но на самом деле каждый про себя думал и надеялся:

«Хоть бы кто-нибудь другой смог перехватить и уничтожить этого мерзавца, лишь бы не я».

Истинная силовая элита была собрана именно в том месте, в тот самый неприятный момент упущения. Те мастера являлись самым лучшим составом, который могли предоставить три Священные земли. Неизвестно, какие козыри ещё имелись у Туманного Призрачного Дворца, но с тремя Священными землями уже итак всё было понятно.

Помимо мастеров из каждой семьи, у них в запасе имелись легендарные и невиданно сильные предки – так называемые шенхуаны. Это и была самая передовая сила, которую могли предоставить три Священные земли.

Даже если людям снаружи «повезло встретиться» с Четырнадцатым Шао, они явно не смогли бы даже преградить ему дорогу.

Кто знает, может, им пора уже было посылать друг другу венки с прощальными надписями.

Этот Подземный Шао был просто неубиваем.

Если с сорока процентами силы он был настолько ужасен, то, что же произошло бы с миром, когда этот дьявол восстановил бы свою первоначальную силу?

Нужно было подготовиться к началу невиданного кровавого дождя. И тогда, можно было сказать, что трём Священным землям оставалось только коротать последние деньки.

Кто бы мог подумать, что такая мощь из двадцати с лишним высококлассных мастеров, имея ещё и такое превосходное расположение, не смогла уничтожить противника с неполным запасом силы Суань. Лица мастеров были полны огромного разочарования.

Смех сквозь слезы.

Достигнув такого уровня, никто из них уже не задавался вопросами жизни и смерти. Конечно, утрата шестерых товарищей нанесла им некоторое неудобство, но они не чувствовали особой грусти.

«Жизнь и смерть, только и всего. Рано или поздно любой из нас должен будет уйти».

– Уважаемый шенхуан Цао. Мы требуем передачи всех дел в руки леса Тянь Фа, – девять рослых мужиков вышли вперёд. В их свирепых глазах отчётливо виднелось негодование:

– Во-первых, три Священные земли вместе с Туманным Призрачным Дворцом однажды дали совместную клятву, касающуюся Битвы за Захват Небес. Во-вторых, они поклялись уничтожить Четырнадцатого Шао. В тот день мы все присутствовали там и слышали всё своими ушами.

Глава 822. Нашим отношениям пришёл конец

– В Тянь Фа никоим образом не должны проходить военные действия. Все люди на материке могут произвольно менять место жительства, свободно переезжать с одного места на другое. Но, однако, у нас есть только один лес Тянь Фа. Человечество насчитывает великое множество семей, но у Священных животных есть только одна семья.

После того, как мы договорились об этом, мы с братьями, вдевятером, не щадя своих сил, оберегали печать. Разумеется, ради мира на всём материке, но ещё и для того, чтобы лес Тянь Фа стал чистой землёй для всех Священных животных.

– Мы вдевятером рисковали собственными жизнями, чтобы, по крайней мере, гарантировать мир и спокойствие для леса Тянь Фа. Но мы даже не предполагали, что это всё может разрушиться в один прекрасный день. Какой в этом смысл? Это торжественное обещание не более чем пустые слова, не так ли? Неужели нас таким образом нагло одурачили?

Лицо этого грубоватого громилы, который был во главе, побледнело, и он выглядел весьма подавленным. Однако при этом говорил он очень агрессивно. В его глазах отражался настоящий праведный гнев. Он пристально продолжал смотреть на стоящих перед ним двадцать человек, всем своим видом показывая, что вряд ли им удастся сменить тему.

Очевидно, что их отношение к миру и благополучию Тянь Фа его сильно рассердило. Верзила был крайне рассержен тем, что они насильно пытались развернуть военные действия на территории Тянь Фа.

– Шенхуан Лу, вы всё неправильно поняли. Четырнадцатый Шао – наш общий враг, и то, что нам не удалось уничтожить его сегодня, несёт угрозу для всего материка. Что касается того, о чём вы, шенхуан Лу, говорили, в таких вопросах часто встречаются разные непредвиденные обстоятельства и неприятности.

В дальнейшем мы попытаемся уладить этот вопрос. В конце концов, сегодня мы все получили ранения, и нам нужно поскорее отправиться залечить их. В следующий раз, когда мы встретимся, мы ещё раз попытаемся прояснить это пустяковое дело, – выражение лица бата Цао было очень сконфуженным, и он через силу попытался улыбнуться, когда говорил это.

– Пустяковое дело? Цао Гофэн, у тебя в самом деле нет ни стыда, ни совести! Неужели вопросы, связанные с нашим лесом Тянь Фа, в ваших глазах не более чем пустяки? Ты ещё предлагаешь отложить этот вопрос и хочешь ввести нас в заблуждение? Я не собираюсь выслушивать эту длинную белиберду, так что, долой разъяснения, мне нужен честный ответ.

Выражение лица этого здоровяка было очень грозным, и он строго пригрозил:

– Если вы сегодня же не дадите мне честного ответа, вам всем придётся остаться в Тянь Фа. Пусть вы, конечно, и мастера с уровнем шенхуан, но я никому не позволю искажать факты в моем Тянь Фа, усекли? – характер этого шенхуана из Тянь Фа был очень взрывоопасным.

Скрывающийся неподалеку Цзюнь Мосе даже был приятно удивлен и восхищён. Пусть эти короли животных были простодушными, прямолинейными и их было очень легко обмануть, в моменты опасности они не останавливались ни перед чем. Мужики с яйцами.

Цао Гофэн рассмеялся и сказал:

– Брат Лу, если бы ты произнёс такие слова где-то лет триста назад, я бы, наверное, ещё задумался, но теперь минуло целых 375 лет. Как ты расходуешь свои силы? Думаешь, правда сможешь удержать нас в Тянь Фа? Хе-хе, пусть даже мы и получили ранения, но это всё равно невозможно. И наоборот, если мы будем бороться с усугублением травм, у нас будет больше шансов покинуть это место?

Другой человек рассмеялся и сказал:

– Брат Лу, так называемые временные сдвиги дают о себе знать. Те былые времена, когда лес Тянь Фа держал в страхе весь мир, теперь ушли навсегда. Мы все уже давно знакомы, разве мы не можем спокойно сесть и поговорить? В самом деле, сразу нужно прибегать к драке? Хвататься за оружие – в этом нет никакого смысла. Разве с вашими силами на сегодняшний момент, вы ещё можете позволить себе подобное?

Шенхуан Лу изменился в лице и мрачно ответил:

– Звучит неплохо. Хочешь сказать, что раньше, когда у нас были могущественные силы, вы с нами считались и вели дела, а сейчас, когда наши силы заметно уменьшились, вы можете вытирать об нас ноги? Мучить нас и издеваться над нами?

Хотя смысл действительно был таким. Всё это звучало не очень-то приятно, и когда эти слова были произнесены вслух, несколько шенхуанов и шенванов тут же покраснели. В конце концов, девять королей животных, отдавая все свои силы, охраняли Четырнадцатого Шао много лет.

При этом услуга, о которой они просили, как и обещание были не просто не выполнены. Напротив, из-за отсутствия практической значимости и надобности, три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец отвернулись от них. Повели они себя неблагодарно и неблагородно.

Разумеется, все мастера уровней шенван являлись лицемерами. Но разве нельзя было хотя бы чуть-чуть постараться и не выказывать этого?

– Истина в кулаке, сейчас сила леса Тянь Фа не дотягивает до того уровня, что был прежде. Шенхуан Лу, разве вы никогда не признавали этого?

Мужчина в белых одеждах немного помолчал, а потом спокойно добавил:

– Это закон Суань, и целую вечность ничего не меняется. Что касается дружбы шенхуана Лу, вам не кажется, что в железном и непоколебимом материке Суань нет места для такого?

– Брат Бай, твои слова подтверждают точку зрения всего Туманного Призрачного Дворца? – шенхуан Лу сделал шаг вперёд и уставился на него.

– И пусть я невежественен, но, тем не менее, сейчас я нахожусь в первых рядах Призрачного Дворца, – на лице этого человека в белом проскользнули сомнения, но всё же, с поднятой головой он ответил. Его слова не только подтверждали всё то, что он сказал уже ранее, но и выражали точку зрения всего Туманного Призрачного Дворца.

– Хорошо. Хорошо. Хорошо, – шенхуан Лу быстро закивал головой и даже три раза произнёс слово «хорошо», а потом посмотрел на остальных:

– Господа из трёх Священных земель, вы тоже такого же мнения?

Все очень долго смотрели друг на друга, переглядываясь, но, однако, так ничего и не ответили. Мастер из Призрачного Дворца уже дал окончательный ответ, и, если они попытались бы отступить и сказать «нет», они вызвали бы недовольство Туманного Призрачного Дворца. Если бы сказали «да», – обидели бы Тянь Фа.

В один миг они оказались перед очень трудным выбором и почти проклинали человека по фамилии Бай, ведь это он их вынудил оказаться в таком затруднительном положении.

Однако они задумались о том, что не так давно они окружили и убили действующего хозяина Тянь Фа, Почтенную Мэй. Они уже давно были полны друг к другу смертельной ненависти. Старшее поколение Тянь Фа снова вернулось в свет. Что-то пытаться отрицать было невозможно, и наверняка было бы лучше сказать всё напрямую.

К тому же, у Тянь Фа появились большие убытки в плане силы, а девять королей животных старшего поколения находились в довольно плохом состоянии. А младшие очень ослабели. Казалось, и не стоило так сильно их бояться.

Так подумав, они решили просто молчать, выражая молчаливое согласие.

Увидев, что они продолжают молчать с пристыжёнными лицами, шенхуан Лу невольно с горечью рассмеялся:

– Хорошо. Просто прекрасно. Мы с братьями трудились, не покладая рук, почти четыреста лет ради какого-то воображаемого обещания, и сейчас наши души получили очень серьёзные повреждения из-за удара печати.

Мы в самом деле очень ослабели, это – неоспоримый факт. Раз уж вы считаете, что лес Тянь Фа больше ничего не значит, то я тогда не постыжусь и выскажу своё мнение тоже. В таком случае, наш незначительный лес Тянь Фа больше не в силах терпеть такое отношение. Удачи вам, господа. Уж простите, провожать не стану.

Сказав это, его глаза внезапно застыли, и он продолжил:

– С этого момента, можно считать, что нашим отношениям пришёл конец. Наш Тянь Фа больше не будет принимать участие в делах материка Суань. Даже Битва за Захват Небес теперь не имеет для нас никакого значения. Прежние отношения и дружеская симпатия остались в прошлом.

Можно считать, что этого и не было вовсе. С этих пор мы совершенно чужие люди. И вдобавок к этому, всех случайно попавших в Тянь Фа людей ждёт только один исход.

Говорил всё это он очень решительно и уверенно. Несомненно, скорбь и негодование переполняли его грудь. И, к тому же, было совершенно очевидно, что, начиная с того дня они больше не являлись ни друзьями, ни союзниками, а самыми настоящими врагами.

Говоря в двух словах, могущество пяти вершин материка Суань было окончательно разрушено.

Но если говорить по существу, в этом нельзя было обвинять шенхуана Лу.

Он и остальные его восемь братьев были очень расстроены.

В прошлом, четыре стороны торжественно поклялись соблюдать это обещание. Гарантировать лесу Тянь Фа благополучие и мир. Вдобавок, внесли значительное количество оговорок. Поэтому девять королей животных, рискуя своими жизнями, вступили в расстановку сил Призрачного Дворца, чтобы оберегать печать, изо всех сил сопротивляясь ударам Четырнадцатого Шао.

До того момента, пока они ещё не вступили в запретную зону, мастером с самым высоким самосовершенствованием был брат Лу. Он обладал уровнем шенхуана первой степени. Остальные восемь были шенванами. Трое из них уже достигли уровня шенвана второй степени.

Однако все эти почти четыреста лет Четырнадцатый Шао не сидел на месте, и постоянно крутился как юла, и короли животных вместе с ним. Изначально в таких ситуациях было очень легко проходить процесс самосовершенствования. Но, тем не менее, наличие этой печати всё осложняло. Они не только не могли продвинуться дальше. Они получили очень серьёзный вред для здоровья. На их крепкие организмы был нанесён почти невосстановимый ущерб.

Все силы девяти королей животных ежеминутно поглощались печатью, чтобы поддерживать её нормальную работу. Поэтому они тренировались от заката и до рассвета, однако и этого было недостаточно для печати.

Если бы поглощались только их силы, это ещё было бы ничего, но Четырнадцатый Шао непрерывно совершал атаки, и запросы печати только увеличивались с каждым днём. Последние годы это достигло такого пика, что даже причиняло вред психике.

Все эти четыреста лет, у королей животных не только не было сил, чтобы продвигаться вперёд… Если сравнивать с состоянием до, они ещё и порядочно отступили назад. На их телах даже остались ранения, которые невозможно было залечить. Навечно.

Это касалось внутренней силы, вопроса долголетия и вреда для психики.

Такие повреждения не смогли бы восстановить даже все чудодейственные средства материка Суань.

Всё это продолжалось не больше и не меньше, как 375 лет.

За это время младшее поколение трёх Священных земель уже стало шенванами. Те, кто раньше был шенванами, продвинулись к уровню шенхуанов. А этих девятерых братьев ждал вот такой исход за 375 лет.

Только это уже сильно ущемляло их достоинство. Кто мог подумать, что эти бесстыжие и подлые люди поведут себя так неблагодарно, когда Четырнадцатый Шао совершит побег и разрушит печать. Быстро отвернуться от своего благодетеля, когда иссякнет в нём надобность.

Они не только не сдержали обещание, а наоборот, ещё хотели открыть военные действия на территории Тянь Фа. Это самый подлый обман, самый бесстыжий ответ, какой только можно было представить. Такое отношение заставило полностью разочароваться в людях. Их обещание – это просто набор пустых звуков. Одна большая и абсолютно несмешная шутка.

К счастью, после того как Четырнадцатый Шао выбрался, он по какой-то неизвестной причине решил задержаться на большой высоте и не спускаться на землю. Иначе бы, вся территория превратилась в сплошные руины.

Глава 823. А где Цзюнь Мосе?

Следовало иметь в виду, что та многотысячная территория как раз являлась местонахождением самой лучшей квинтэссенции. Там находилось не только бесчисленное количество различных волшебных трав, но и само место оказалось настоящей драгоценностью.

Природная одухотворённая ци там была во много раз гуще и насыщеннее, чем в других местах. К тому же, лес никогда не подвергался искусственному разрушению. Тот лес прослыл самым настоящим природным богатством.

Неслучайно мистический проход в Подземный Мир наверняка расположился именно там.

Труднее всего было вынести то, что они не получили ни одного достойного разъяснения, за исключением единственного основания: «Сейчас лес Тянь Фа очень слаб». Под этим подразумевалось: «У леса Тянь Фа больше нет права быть на равных с остальными четырьмя семьями».

И это было просто невыносимо. Поэтому короли животных по-настоящему вышли из себя.

Цао Гофэн вздохнул. Он хотел что-то сказать, но промолчал. Но потом, всё же, выдохнув, в итоге произнёс:

– Брат Лу, в таком случае пусть будет по-твоему. Мы ещё свидимся на материке Суань.

Шенхуан Лу с каменным лицом ответил:

– Как Вам будет удобнее.

С того дня лес Тянь Фа, три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец полностью разорвали отношения. В той операции Цао Гофэн выступал в качестве лидера со сторон четырёх семей. Касательно несправедливого отношения, коему подвергся лес Тянь Фа, он предпочёл неожиданно закрыть на это глаза, словно он ничего и не видел вовсе.

Следовательно, четыре семьи уже заранее договорились об этом, а не принимали решение именно в тот момент.

Лес Тянь Фа находился в положении, когда от него следовало избавиться, но это было невозможно.

– Если вам, брат Лу, посчастливится увидеть старейшину Мэй, прошу передать ему мои глубочайшие сожаления. Гофэн в самом деле очень виноват перед господином, – произнёс с мрачным лицом Цао Гофэн.

Однако шенхуан Лу был так возмущён той фразой, что чуть не накинулся на него. Лу строго ответил:

– Не стоит, уверен, что если бы император Мэй знал о том, каким величием сейчас обладает шенхуан Цао, он бы тоже был бесконечно рад за вас.

Старейшина Мэй, о котором они говорили, был главным шенхуаном леса Тянь Фа 700 лет тому назад. В очередной Битве за Захват Небес, около тысячи лет назад, Цао Гофэн был юным начинающим мастером, который просто наблюдал за Битвой. Однако, тем не менее, он попал в такую ситуацию, что один иноплеменник чуть его не убил, тогда именно шенхуан Мэй спас ему жизнь, проявив великое милосердие.

Как раз ещё и из-за этого, шенхуан Лу был так разгневан словами и поступком Цао Гофэна.

Цао Гофэн вздохнул, махнул рукой и сказал:

– Уходим, – и сам пошёл впереди.

Со всех сторон Священные животные пристально смотрели, как они уходили. В их глазах таились нестерпимый гнев и возмущение. Однако без приказа они не решались действовать опрометчиво и легкомысленно.

Последний из уходивших, который вот-вот должен был переступить границу густого тумана Призрачного Дворца, вдруг повернулся и спокойно спросил:

– А где Цзюнь Мосе?

Сказавшим это, оказался мастер уровня шенхуан Чжань Мубай из Неуловимого Мира Бессмертных.

– Цзюнь Мосе? А кто это? – немного опешил шенхуан Лу.

– Цзюнь Мосе, зять вашего Тянь Фа. На сей раз у меня есть очень важное послание для него, – Чжань Мубай мрачно улыбнулся. – Брат Лу, силы леса Тянь Фа, несомненно, далеки от прежнего состояния. Вести дела уже не так легко. Вы неожиданно выбрали себе в зятья человека. Примите мои поздравления по этому поводу.

– Человека? – шенхуан Лу нахмурился. Он оглядел одним глазом всю стаю Священных животных и закричал: – Это кто у нас тут вышел замуж за человека? Журавль, Медведь, кто посмел?

Когда он оглядывал стаю, он вдруг заметил, что не хватает одного, и сразу невольно спросил:

– Мэй?

Король журавлей сразу же вышел вперёд и с улыбкой сказал:

– Старейшина, хе-хе, эм, этот Цзюнь Мосе, он, как бы сказать, супруг нашей старшей сестры. Она до этого получила ранение, и ещё до сих пор не восстановилась. Поэтому и не смогла прибыть сюда.

– Он… Супруг малышки Мэй? – лицо шенхуана Лу странно перекосилось, будто судорогой, а потом на нём расплылась улыбка: – Этой девчонке, видимо, многое под силу? Смогла заманить человека в наш лес Тянь Фа. Для этого немаленькие способности надо иметь. Тогда позови-ка этого мальчишку, я хочу посмотреть на него.

Эти слова не только испугали Короля журавлей, но и даже этот Чжань Мубай тоже вздрогнул.

Священное животное породнилось с человеком. Это же – табу для обеих сторон. В то время шенваны давно не выходили в свет. Почтенная Мэй правила Тянь Фа единолично, и не было никого, кто бы мог выразить возражение. А потом вдруг появился шенхуан Лу, и, вопреки ожиданиям, он даже был не против, когда услышал эту новость.

Это сильно удивляло.

В это время, идущие вдалеке девятнадцать человек тоже остановились.

– Вы хотели меня видеть? Что-то случилось? – толпа Ссвященных животных медленно расступилась, и оттуда, не спеша, вышел один человек. Он был одет в белоснежные одежды. Красив собой, высокого роста. С натянутой улыбкой он посмотрел на Чжань Мубая.

– Мне совершенно неизвестно, зачем шенхуан старшего поколения упомянул младшее поколение, возможно, чтобы дать совет? – загадочно улыбнулся Цзюнь Мосе.

Позади его стоял Король тигров, слева – Король львов, справа – Королева змей. Все они стояли очень близко к нему, а рядом ещё были недавно переродившиеся Священные животные.

По сравнению с ними, он казался уже не такого высокого роста, и не сказать, что был крепко сложен, в общем, ничем не примечателен для глаза. Однако было непонятно, по какой такой причине, но, как только он появился, он сразу приковал к себе взгляды всех присутствующих.

Сильный и независимый. Как только мастера увидели Цзюнь Мосе, зрачки в их глазах немедленно сузились.

Шенваны и шенхуаны были очень проницательны и сразу кое-что скумекали: с первого взгляда они поняли, что этот юноша был абсолютно незауряден. К тому же, его совершенствование уже достигло выше уровня Почтенного мастера.

Однако больше всего их потрясло не что иное, как его возраст.

Ему было не больше двадцати лет.

Он – настоящий самородок.

На материке Суань непрерывно, из года в год, появлялись на свет разные таланты. Но, однако, никогда не было мастера, который бы к двадцати годам уже смог бы похвастаться уровнем Почтенного.

У этого молодого человека развился просто поразительный потенциал для последующего развития. Он в самом деле был уникальным молодым человеком. Если говорить, отталкиваясь от положения в странах на тот момент, то к тридцати годам он мог достигнуть уровня шенвана. А за сто лет продвинуться к уровню шенхуана.

Такая пугающая скорость совершенствования сумела поразить даже шенванов.

Когда Цзюнь Мосе только появился, глаза девяти королей сверкнули, и они все пристально уставились на него. И те девятнадцать шенванов тоже одновременно повернулись и обратили свои взоры на Мосе. Вот их взгляды было крайне трудно объяснить.

Неудивительно, что тот парнишка стал настоящей язвой для трёх Священных земель. Даже если посмотреть на тот момент, он был уже не просто угрозой. Скорее, прямо-таки смертельной катастрофой.

Вражда между ними достигла такого уровня, что её больше нельзя было устранить мирным путём. Если бы они стали дожидаться момента, когда Цзюнь ещё больше расправит свои крылья, пожалуй, тогда он стал бы более пугающим, чем сам Четырнадцатый Шао.

В конце концов, всё, чего постоянно желал Четырнадцатый Шао, это было покорение материка, и он никогда не убивал невиновных.

Однако было очевидно, что Цзюнь Мосе относился к совершенно другой категории людей.

Этот парень не только убивал невиновных, но и знал толк в убийствах.

Он выглядел, словно растущий дьявол. Для него словно не было разницы, делал он это для себя или в других целях, так или иначе, он всегда доводил дело до конца.

Если бы такой удивительный талант принадлежал Священным землям или кому-то, кто не являлся для них врагом, шенваны бы не только не завидовали и не были напуганы, а наоборот, были бы рады всем сердцем. Они бы пустили в ход все свои возможности, заплатили бы любую цену, но всё равно присвоили бы его себе.

Но, к большому несчастью, такой удивительный талант являлся их врагом. К тому же, самым что ни на есть ненавистным врагом.

Поэтому, во что бы то ни стало, он должен был умереть.

В глазах мастеров четырёх семей появилось чувство страха, и они думали про себя об этом.

«Он – не просто какой-то Почтенный или Достопочтенный мастер, с первого взгляда заметно, насколько он страшен».

Однако впечатление о Цзюнь Мосе у девяти королей животных совершенно отличалось от впечатления мастеров четырёх семей:

«Этот паренёк в самом деле очень хорош».

Шенхуан Мэй, перед тем как таинственно пропасть без вести, сказал одну фразу:

«Тянь Фа вечен, успех или неудача зависит от одного человека».

Наверняка для того самого человека.

Предсказание того Шенхуана не сбылось, чем и заставило весь свет леса Тянь Фа гадать над смыслом этих слов.

В волшебном лесу Тянь Фа кругом ходили одни Священные животные. Откуда было взяться такой фразе, где упоминается именно «человек»?

Так или иначе, успех или неудача Тянь Фа никак не могла зависеть от одного человека. Тем более, чтобы человек имел решающее слово в этом.

Однако когда девять королей животных увидели Цзюнь Мосе, они сразу же вспомнили эти слова.

Должно быть, этим «человеком» как раз являлся тот юноша.

Девять королей в первую же минуту увидели истинную ценность Цзюнь Мосе.

Он – настоящее смертельное оружие.

И самое радостное, что он был зятем Тянь Фа.

К тому же, мужем Сюэ Янь. Можно было сказать, - свой человек.

Когда они услышали, что Сюэ Янь решила породниться с человеком, они не подали виду, но на самом деле очень разозлились.

Это были нерушимые на протяжении многих лет законы Тянь Фа. Как можно было взять и в одночасье нарушить их? Пока у них был сильный враг, они ни за что не должны были терять лицо.

Поэтому, ещё до появления Мосе, они решили, что, если он им не понравится, они тут же прогонят его из Тянь Фа или, возможно, даже и вовсе уничтожат. Как мог какой-то ничтожный человечишка разрушить репутацию леса Тянь Фа?

Но в ту минуту, когда они увидели Цзюнь Мосе, они сразу же передумали:

«Этот парень – спасительная звезда для всего леса Тянь Фа, особенно в такое непростое время. Его нужно любыми силами удержать в Тянь Фа».

Все девять королей животных растрачивали свои силы на протяжении трёх сотен лет и находились практически в критическом состоянии. Наследников у Тянь Фа не было, и как раз в такой момент у них на глазах появился такой талантливый человек.

Потенциал его был велик, и он наверняка смог бы добиться того, чтобы светлая слава о Тянь Фа сохранялась ещё не одно тысячелетие.

Поэтому, когда все мастера вернулись, короли животных тоже вышли на несколько шагов вперёд. Оставив смутное расстояние, разделяющее их и Цзюнь Мосе.

Короли хотели защитить Цзюнь Мосе. Обстановка становилась очень странной. Люди замышляли недоброе, но никто не решался на опрометчивые действия. Остались только Цзюнь Мосе и Чжань Мубай.

Глава 824. Подлое нападение

В то время все короли животных думали про себя:

«В такое время этому мальчишке всё-таки было бы лучше не появляться здесь».

Они и сами получили достаточные ранения и, хотя их противники тоже не остались абсолютно невредимыми, всё же, боеспособность противника была выше их. Более чем в два раза.

И силы самого Цзюнь Мосе на тот момент были очень низкими. Если бы началась потасовка, он даже и убежать бы не смог. Что касалось остальных Священных животных, то их силы действительно были крошечными. Пусть по количеству их оставалось достаточно много, однако боевые способности всё-таки решали многое.

– Ты – Цзюнь Мосе? – взгляд Чжань Мубая стал глубоким и затаённым. Трудно было понять, какие мысли у него вертелись в голове.

– Да, это я. Если у вас есть, что мне сказать, пожалуйста, говорите, – спокойно ответил Цзюнь Мосе. В то же время на сердце у него родилось труднообъяснимое чувство тревоги. Он уже примерно догадывался, что скажет ему этот мастер. Вероятно, он должен был поведать что-то связанное с семьями Донфанг, Дуанму, Сиконг.

Поэтому Цзюнь Мосе немедленно поспешил показаться. Если бы эти семьи получили из-за Мосе невозместимый ущерб, он бы этого не вынес. И эту новость ему непременно необходимо было узнать.

К тому же, его выход, если говорить о королях животных, более чётко смог подчеркнуть их положение. Там стало так оживлённо и шумно, что, если бы Цзюнь Мосе не вышел вперёд и не показал себя, тогда вряд ли бы всё обошлось хорошо.

Священные животные всегда были недалёкими и потому не умели правильно строить диалоги и грамотно вести беседу. А первое впечатление всегда трудно изменить. В общем, это вообще бы никак не помогло семье Цзюнь утвердиться в лесу Тянь Фа.

Поэтому, несмотря на то, что Цзюнь Мосе не хотел выходить из тени, у него не было другого выхода.

– Моя фамилия Чжань, и я прибыл из Неуловимого Мира Бессмертных, – Чжань Мубай пристально посмотрел на Цзюнь Мосе и строго сказал: – До моего отъезда, хозяин Мо Вудао настойчиво просил передать тебе несколько слов.

Глядя прямо в глаза Цзюнь Мосе, он произнёс:

– С Донфанг, Дуанму, Сиконг и Серебряным городом всё кончено.

Сердце Цзюнь Мосе стало яростно колотиться, будто пыталось пробить грудную клетку. Он мгновенно побледнел, сделал глубокий вдох, тяжело выдохнул, а потом спокойно сказал:

– Младшее поколение что-то недоумевает или не понимает. Сказанные вами слова «всё кончено», что они значат? Всё кончено конкретно с людьми? Или же с семьями?

Когда он произносил эти слова, пусть он и пытался контролировать себя изо всех сил, всё же, можно было заметить нарастающий ледяной холод в его тоне. Грозная жажда убийства. Даже Чжань Мубай не смог не заметить её. Из-за этого он внезапно даже почувствовал, что находится в необъяснимой опасности.

Услышав вопрос Цзюнь Мосе, он невольно усмехнулся и ответил:

– С людьми или с семьями, велика ли разница. Так или иначе, смысл то один.

– Старшее поколение, вы не иначе, как долгое время жили отшельником. Неожиданно услышав такие простые слова, тоже не понимаете их смысл? – Цзюнь Мосе ещё шире раскрыл глаза, и нисколько не думал уступать его взгляду. С весьма серьёзным тоном он сказал:

– Если с людьми всё кончено, это означает полную смерть. Если с семьёй – бизнес или семейное дело пришло в упадок, но едва ли ведёт к смертям людей.

Зрачки в глазах Чжань Мубая сузились, выражение лица стало ещё суровее, но, тем не менее, он снова рассмеялся и сказал:

– В таких вещах я не разбираюсь, и мне совершенно нет интереса разбираться. Если тебе так интересно, тогда тебе не помешало бы выйти и проверить. Убедиться во всем лично, чтобы не было никакого недопонимания.

В эту минуту он действительно испытал страх. Так как он и Цзюнь Мосе встретились взглядами, его противник никак не отреагировал на его мощную атаку шехунь. Это заставило его испытать чудовищно огромную жажду убийства.

«Этот парень особо опасен. Лучше уж сегодня покрыть своё имя позором и рискнуть своей жизнью, чем оставить его в живых».

– Премного благодарен за ваше напоминание. Я почти забыл, что тоже могу выходить отсюда, – сказал Цзюнь Мосе с очевидным сарказмом в голосе.

В спокойных глазах Чжань Мубая промелькнуло гневное выражение, но, собрав волю в кулак, он подавил его и равнодушно произнёс:

– Помимо слов, которые поручил мне передать хозяин Мо Вудао, я хотел бы и сам лично сказать тебе кое-что.

– Младшее поколение внимательно выслушает вас, – сказал спокойно Цзюнь Мосе.

– Чен Чун, который был убит твоим учителем, был моим учеником. Единственным и последним моим учеником. На протяжении нескольких сотен лет он был единственным кандидатом для продолжения традиций и особенностей моего мастерства. После того, как я бы скончался, он должен был продолжать мои учения. Однако он был убит твоим учителем.

В глазах Чжань Мубая сверкнула скорбь:

– Мы были знакомы столько столетий, как ученик и учитель. Были, словно как отец и сын, и в одночасье всё это разрушилось. Поэтому я хочу видеть твоего учителя.

Он выглядел подавленным, поднял глаза к небу и с унынием произнёс:

– Однако твой учитель – трус до мозга костей. Куда-то спрятался и даже не решается показаться людям. Поэтому слова, которые я бы хотел сказать ему при встрече, я могу передать лишь через тебя.

Цзюнь Мосе усмехнулся про себя:

«Этот учитель не более чем выдумка, и если ты скажешь мне, то, считай, он в любом случае это узнает». Невольно задумавшись, он с улыбкой сказал:

– Старшее поколение, вы ищете моего учителя? Говорите, он страшится всех людей в этом мире? Это просто сейчас у него много других важных дел, и он редко где появляется лично. Не знаю, какое у вас к нему дело, но непременно смогу передать ему.

– Хорошо, – Чжань Мубай усмехнулся и восторженно произнёс: – Действительно, герои редко появляются.

Оковы Тяньди.

В этот момент ситуация неожиданно изменилась. Чжань Мубай направил свой палец на Цзюнь Мосе, и в мгновение мощная сила сковала его.

Если так можно было сказать, размеры этой обволакивающей силы были не так и велики, она просто плотно прилипла к телу Цзюнь Мосе. Кажется, она была одного размера с его телом, как раз из-за чего и оказалась очень точной и меткой.

Эта сила намного превышала мощность Тюрьмы Тяньди.

Такого неожиданного поворота событий никто не подозревал. Ни Цзюнь Мосе, ни короли животных. Даже остальные мастера из трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца тоже.

Потому что это было… Просто невероятно.

Кто мог предположить, что обе стороны будут спокойно говорить, а в другую минуту так рассердятся, что начнётся потасовка? В особенности то, что один шенхуан старшего поколения произведёт неожиданное нападение на мастера младшего поколения. На мастера, имеющего всего лишь уровень Почтенного. Практически на ребёнка, которому исполнилось не больше двадцати.

Это просто верх подлости.

И это шенхуан с незапятнанной репутацией, находившийся на самой верхушке среди влиятельных людей.

– Ты непременно должен передать это своему учителю. Он убил моего единственного ученика, а сегодня я убью его единственного ученика. Посмотрим, будет ли он тогда продолжать вести себя как трус? – Чжань Мубай свистнул и указал пальцем правой руки на Мосе, в этот момент остальные четыре пальца тоже раскрылись и сложились в ладонь.

И эта мощная ладонь, с резким свистом, неся в себе мощнейший убийственный эффект, полетела прямо в грудь Цзюнь Мосе.

Если бы Мосе находился в положении инь-ян, не то чтобы один Чжань Мубай и даже сотня таких ударов не смогла бы ранить его, однако в тот момент Мосе был совершенно бессилен. Его противник применил приём Оковы Тяньди и заблокировал его силы.

В прошлом, когда Мэй Сюэ Янь как-то применила против него Тюрьму Тяньди (Клетка Мира), а он не успел прибегнуть к тактике инь-ян, тогда он подвергся жестокому обращению со стороны Мэй Сюэ Янь.

И вот, Чжань Мубай применил Оковы Тяньди, что по силе было на уровень выше, чем Тюрьма Тяньди.

Все девять королей животных с рёвом бросились к нему, но было уже поздно.

Как только Чжань Мубай применил свой удар ладонью, во всём лесу Тянь Фа раздался крайне звонкий свист. Ветер от ладони, соприкасаясь с воздухом, превратился в слабый дым.

Мощность этой ладони в самом деле была удивительно огромной.

А Цзюнь Мосе совершенно никак не мог укрыться от этого удара.

Он не мог пошевелить даже пальцем.

Цзюнь Мосе горько усмехнулся про себя, кто же знал, что он умрёт такой глупой и бесполезной смертью? Но, однако, кто наверняка мог знать о таком, что этому выдающемуся шенхуану было совершенно плевать на свою репутацию?

Он постоянно принимал меры предосторожности и ни на секунду не расслаблялся, но, услышав слова Чжань Мубая, немного успокоился. Так как, если он собирался передать сообщение учителю через Мосе, то, стало быть, не планировал сражаться с ним. Как мёртвый человек может передать сообщение?

Он ни за что бы не подумал, что после своих же слов, Чжань Мубай немедленно атакует его. К тому же, настолько низко и подло.

В тот момент раздался пронзительный крик. Мосе вдруг почувствовал, что чьё-то мягкое тело накрыло его собой и крепко-накрепко обхватило его.

Всё озарилось нежно-зелёным цветом. Мосе бешено бросился вводить свою новую чистейшую ци фиолетового цвета в это тело.

Так как он уже понял, кто был этим человеком, накрывшим его собой.

Королева Змей.

В ту минуту только она была ближе всех к нему. Как только он появился, она постоянно молча стояла около него. И так же молча бросилась к нему и защитила от смертельного удара.

После того, как Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вернулись из Серебряного города, они сразу же объявили о своей свадьбе. Все отнеслись к этому очень серьёзно, но только Королева змей не сказала ни слова.

Она постоянно была молчалива. Даже во времена, когда она была со всеми остальными Священными животными, она оставалась неразговорчивой. Её поведение стало резко отличаться от того, что было раньше.

Однако только она в ту опасную минуту смогла бесстрашно выступить на защиту Цзюнь Мосе.

Даже в тот момент, когда она закрыла его собой, она старалась держаться с выпрямленной спиной, чтобы не задеть Мосе, и до него не дошёл этот смертоносный удар.

В следующее мгновение Цзюнь Мосе увидел, как хрупкое тело Королевы змей содрогнулось. Из её рта хлынула жгучая кровь. Однако мощный силовой удар всё ещё не прекратился. Проходя через её тело насквозь, он пришёлся прямо в грудь Цзюнь Мосе.

Раздался щелчок, ребра Мосе хрустнули. Все внутренние органы скрутило, будто внутри бешено крутилась центрифуга. Он не смог сдержаться.

Обездвиженное тело Королевы змей соскользнуло вниз, но в её сияющих глазах не было горя и мучений. Не было тоски от приближающейся смерти. Она молча продолжала смотреть на Мосе, как и всегда.

От начала и до конца она не произнесла ни одного слова, только пристально вглядывалась в его ошарашенные глаза. А потом на её лице медленно появилась улыбка. Очень ласковая и очень спокойная, словно она убедилась:

«Он в порядке, значит, я могу успокоиться и спокойно уйти».

Глава 825. За что ты меня полюбила?

В тот момент Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, как его сердце буквально разрывалось на части. Руки и ноги сильно тряслись. Вся его грудь переполнилась адской болью, он был в замешательстве.

Мосе не понимал, почему Королева змей так поступила. Лишь убедившись, что с ним всё в порядке, она, наконец, успокоилась… И упокоилась… Закрыла глаза. Её дыхание уже остановилось, но душевное спокойствие осталось неизменным.

Цзюнь Мосе не предпринял никаких действий. Он был в полнейшем замешательстве.

«Почему всё так произошло?

Это любовь.

Только любовь могла сподвигнуть девушку на такой безрассудный поступок. Отдать свою жизнь ради другого человека.

Но, чёрт побери, почему? Почему она влюбилась в меня? Да и когда? Почему я был в полном неведении, как я мог быть таким остолопом?»

Цзюнь Мосе держал мягкое и хрупкое тельце в своих руках. Парень был растерян и подсознательно вводил в неё собственную энергию. Мосе полностью забыл о своей травме.

Мэй Сюэ Янь, находившаяся в Пагоде Хунцзюнь, внезапно увидела, что пятый уровень Пагоды вдруг открылся, всё завращалось. Большое количество фиолетовой ци, словно дракон, непрерывно вытекало наружу.

Было похоже на то, что Мосе вёл жестокую битву, и против него сражался чрезвычайно сильный враг. Иначе, к чему столько энергии?

«Не знаю кто его противник на этот раз, но насколько он опасен?» - Мэй Сюэ Янь в глубине души сильно переживала. Подумав об этом, она внезапно осознала, что с тех пор, как Мосе вышел на поле боя, все его битвы сопровождались прыжком на новый уровень.

Будучи на том же уровне, что и он, она ещё ни разу не вступила в бой.

«Вот же ублюдство!» - Мэй Сюэ Янь вздохнула с неким облегчением. Она решила подождать его и лично всё выспросить.

Дальновидная натура Мэй Сюэ Янь в последнее время сосредоточилась на совершенствовании. Её осознание бушующей опасности резко снизилось. Она попросту не обращала внимания ни на Мосе, который находился в Тянь Фа, ни на битву, что велась буквально перед воротами её дома.

И если бы она использовала энергию Хунцзюнь для помощи в битве, опасность только возросла бы. К тому же, в тот момент произошли слишком серьёзные перемены.

Всю фиолетовую ци из Пагоды Цзюнь Мосе использовал для того, чтобы дать хоть какой-то шанс на выживание для Королевы змей. Ему было абсолютно плевать, что таким образом он может причинить немалый вред самому себе.

После того, как он перенёс этот удар, его собственная фиолетовая ци взорвалась, разрушив даже природную энергию тела. А мерзавец Чжань Мубай остановился, хотя и не хотел отпускать молодого мастера.

Но в ту самую минуту этому ублюдку стоило позаботиться о себе, ведь девять королей Священных зверей леса Тянь Фа плечом к плечу бросились в жестокую атаку.

Но у Мосе не было времени думать о Чжань Мубае. Все его мысли были полностью заняты этой маленькой хрупкой девушкой, лежавшей у него на руках.

«Почему?» - он спрашивал себя снова и снова.

«За что ты меня полюбила?»

На этот вопрос не смог бы ясно ответить ни он сам, ни Мэй Сюэ Янь, ни даже сама Королева змей.

«У любви нет причин. Нет оснований и поводов, любовь есть любовь. Люди могут полюбить друг друга лишь с первого взгляда, безо всяких на то причин.

Возможно, Королева змей просто раньше никогда не покидала пределы Тянь Фа и попросту не встречалась с парнями и девушками своего возраста. А те видоизмененные Священные звери в лесу, как правило, были сплошь все здоровенные и неотёсанные. А их морды… Брр… Это ж жесть какая-то».

Но Цзюнь Мосе оказался особенным. В то же время Мэй Сюэ Янь всюду следовала за ним. Сначала они издевались друг над другом, превратились во врагов, потом в друзей. Узнали друг друга поближе, влюбились и вот, наконец, решили даже пожениться. Но. У них всегда был сторонний наблюдатель – Королева змей.

Она наблюдала за историей их чувств. И в итоге сама оказалась в омуте. Однако такой парень, как Мосе, не смог бы полюбить сразу несколько женщин.

Королева змей прежде никогда не испытывала подобного. Цзюнь Мосе всегда был смелым и незаурядным мужчиной, который заставил её сердце биться чаще, но он принадлежал её старшей сестре. Так что она не стала вмешиваться, у неё просто не было на это никакого права.

Ради счастья любимого человека она предпочла молчание.

Тем не менее чувства, как вино: чем дольше выдержка, тем ярче вкус.

Как уже было сказано ранее, любовь есть любовь: в конце концов, она ни разу не заикнулась про свои чувства, не растрепала об этом всем вокруг. Она с Мосе наедине даже ни разу не оставалась на долгое время, что уж там.

Но она отдала свою жизнь за эту любовь без всякого сожаления.

Если вы любите кого-то, вы будете стремиться делать всё для этого человека, не ожидая ничего взамен.

Увидев, что её любимый человек в опасности, она, не задумываясь, бросилась к нему на помощь. Даже ценой собственной жизни. Она не знала, сможет ли остановить этот удар. Тогда что же говорить о последствиях?

Для неё было важно лишь благополучие любимого человека.

Самое страшное в жизни – оказаться перед кем-либо в долгу, а ещё труднее – задолжать человеческому сердцу.

Оказалось, что Мосе уже так много был должен. Его сердце захлестнуло огромной бушующей волной.

Со всех сторон доносился страшный рёв и вой, девять королей приготовились: Король медведей, Король журавлей и остальные ребята уже бросились в атаку. И плевать, что их силы по сравнению с уровнем шенхуана были слишком ничтожны. Они, несмотря ни на что, решили идти до конца.

В тот момент Чжань Мубай принял совместный удар сразу девяти королей леса Тянь Фа. Более того, из-за внезапного взрыва таинственной фиолетовой ци, его энергия всё ещё была заблокирована. Так что, естественно, такая мощная атака привела к тяжёлому ранению мастера.

Он, конечно, был сильнейшим шенхуаном, и его собственная сила была необычайна. Но даже так, Чжань Мубай не осмелился бы вступить в схватку с девятью королями Тянь Фа.

Более того, после битвы с Четырнадцатым Шао он получил внутренние повреждения. Да и его атака на Мосе оказалась неудачной. Из-за его удара произошла большая трагедия.

К счастью, остальные девятнадцать мастеров сразу же бросились ему на помощь, фактически спасши ему жизнь. Короли Священных животных пришли в ещё большую ярость.

Своим ударом он превратил целый Тянь Фа в озлобленного врага. Бесчисленное количество зверей вдруг появилось из ниоткуда: глаза краснючие, в них чувствовались бесстрашие и жажда смерти.

В мгновение ока двадцать мастеров стали маленьким островком в море Священных зверей.

Изо рта Чжань Мубая продолжала течь кровь, его рана была чрезвычайно тяжёлой, но он всё ещё продолжал злобно оглядываться по сторонам: Цзюнь Мосе и хрупкое тело Королевы змей лежали ничком на земле, не подавая признаков жизни.

Чжань Мубай был уверен в силе своего удара. Одного хлопка ладони хватило бы даже для того, чтобы убить двух Почтенных мастеров. Может, на него и ополчилось невероятное количество Священных зверей, но уверенности в себе он всё равно не потерял.

Поэтому он даже не сомневался в смерти тех двоих.

– Этот сучонок мёртв. Так что отступаем, бейте по этим тварям что есть мочи, не жалейте никого, – закричал Чжань Мубай в сторону Цао Гофэна.

Цао Гофэн тут же скомандовал:

– Хорошо. Все идут со мной, – вдруг яркой вспышкой в его руке появился длинный меч, и прозвучала серия криков. Цао Гофэн бросился вперёд, и двое более или менее уцелевших шенхуанов последовали за ним, прорубая кровавый путь остальным товарищам.

Король журавлей был в ярости:

– Звери Тянь Фа, слушайте мой приказ. Любой ценой убить этих мразей, уничтожить! – в смятении он даже позабыл, что не имел права отдавать такие команды.

В тот момент шенхуан Лу тихим, но в то же время очень властным голосом сказал:

– Ни в коем случае не идите на прямое столкновение. Будет больше потерь, чем пользы.

Шенхуан Лу повернулся и посмотрел на Цзюнь Мосе. С огромным облегчением он подумал про себя: «Этот гадёныш жив. А раз так, то всё хорошо».

В это время двадцать мастеров уже взлетели на деревья и стремительно помчались вперёд. На каждом дереве их уже поджидали десятки ядовитых змей, а чёрная туча летающих Священных зверей распространилась уже на десятки миль, и этот диапазон продолжал увеличиваться.

Все шли в атаку с безрассудной смелостью. Используя для этого все возможные и невозможные способы.

Тем не менее это были не простые мастера, а элита – шенваны и шенхуаны. Они выстроились в огромный треугольный массив, продолжая беспощадно убивать своих противников: никакой жалости, никакой пощады.

Оттуда нельзя было выбраться без применения суровой силы.

Видя, как бесчисленное количество товарищей и потомков вдруг понапрасну превратились в груду трупов, шенхуан Лу громко закричал:

– Отпустите их. Дайте им уйти.

Глава 826. Потасовка в Тянь Фа

Какой была обстановка на тот момент – ни для кого не секрет. Бесспорно, все эти люди были настоящими мастерами своего дела, однако все они были ранены, и обстановка была равносильна той, которая ещё совсем недавно произошла с Четырнадцатым Шао.

Поэтому приёмы, производившие эффект на Четырнадцатого Шао, на них тоже оказывали соответствующее действие.

Их силы постепенно истощались.

Относительно битвы один на один, лес Тянь Фа уже явно в подмётки не годился, чтобы сражаться на равных с ними, но, всё же, лес Тянь Фа являлся главным сосредоточением всех Священных животных. Нужно было только лишь идти на прямое столкновение, не заботясь о жертвах, медленно атакуя огромными группами зверей.

Человеческие силы всегда имели свойство истощаться. Пусть даже они и были мастерами уровня шенван, они, как-никак, тоже были людьми. Рано или поздно можно было бы замучить их до смерти.

Минимум могла остаться половина.

Но, однако, чтобы одержать победу, нужно было заплатить довольно высокую цену – сотни тысяч, а то и миллионы жизней Священных животных. Возможно, и вместе с ними должно было погибнуть немало королей животных.

Лес Тянь Фа был не в силах принять такую битву. Три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец, разумеется, тоже.

Поэтому после того, как Цзюнь Мосе обнаружил это, он немедленно изо всех громко зарычал.

Священные животные для него давно стали родными. Как он мог продолжать просто смотреть на такие огромные жертвы? К тому же, чтобы сражаться с тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом – есть он, Мэй Сюэ Янь и остальные мастера, да даже взять Четырнадцатого Шао – врагов намерено.

Такие огромные жертвы Священных животных совершенно этого не стоили.

Более того, в глубине души он думал:

«Со своими долгами я должен разобраться сам, лично».

В тот момент, когда он подозвал к себе шенхуана Лу, обстановка на поле боя уже достигла настоящего сумасшедшего хаоса. Король орлов отдавал очень суровые приказы стаям орлов. Он придерживался одного очень жестокого метода: сначала искалечить до полусмерти, а потом наносить увечья.

Огромные стаи орлов в несколько тысяч голов, с неистовыми криками атаковали двадцать мастеров. В тот момент, когда обе стороны встречались, птицы всей стаей одновременно производили самоликвидацию.

Самоликвидация войска численностью в несколько тысяч из Священных орлов обладала потрясающей мощностью. Сразу же очистилась небольшая площадка посреди леса. Эти двадцать мастеров, несмотря на свои выдающиеся способности и мощную оборону, всё же, пострадали от этой взрывной волны.

Король орлов стремительно парил в воздухе, не переставая выкрикивать приказы, отправляя стаю за стаей, удар за ударом атаковать мастеров.

Нельзя не сказать, что Король орлов был крайне жестокой личностью. С самого начала, заметив, какая опасность угрожала им, он понял, что если не принять решительные меры, то жертв стало бы намного больше, чем они могли себе представить.

Поэтому он решительно отдал приказ об атаке самоликвидационными войсками орлов. Пусть это и выглядело очень жестоко, однако, это был лучший способ сэкономить живые ресурсы. К тому же, самый мощный. Таким приёмом можно было больше всего нанести ущерба противнику.

Если полагаться лишь на обычное наступление Священных животных, в этом не было никакого смысла. Они шли на самую настоящую верную смерть. Пусть, конечно, Священных животных в запасе было огромное количество, и они не боялись смерти, но если продолжать такой героизм, каких-то существенных результатов вряд ли удалось бы добиться.

Предстояло действовать смело и решительно, и только тогда можно было нанести врагу наибольший удар.

Увидев, какую стратегию применил Король орлов, глаза Короля журавлей сверкнули. Он строго отдал приказ, и несметное количество журавлей высшего уровня стремительно начали пикировать, при этом взрываясь.

Заплатив собственной жизнью, они атаковали наиболее сильных представителей четырёх семей.

*Бум! Бум! Бум!* – Раздавались мощные взрывы, один за другим. Центр леса Тянь Фа превратился в бездонный океан крови и огня.

Невозмутимые и уверенные в своих силах двадцать мастеров уже находились в бедственном положении. Фактически каждый из мастеров подвергся жестоким взрывам Священных животных. И все они неизбежно получили ранения разной степени тяжести.

Учитывая уровень их совершенствования, самоликвидация двух-трёх Священных животных для них вообще не являлось проблемой. Однако когда они столкнулись с самоликвидацией нескольких тысяч Священных животных за раз, то такую нагрузку даже шенхуан долго не вынес бы.

В это время вдалеке что-то сверкнуло, и кто-то закричал:

– Прекратить огонь. Все же не чужие люди, зачем сразу так, можно же всё хорошенько обсудить, – внезапно несколько десятков силуэтов появились из разных сторон. Оказывается, три Священные земли заранее позаботились о засаде.

– Кто для вас там ещё не чужие? Вы куда хуже стервятников, идите к чёрту со своими разговорами, – глаза Короля журавлей почти превратились в два налитых кровью фонаря. Он отдал приказ убить всех. Внезапно вновь сверкнул силуэт. Перед ним появился шенхуан Лу, закричавший:

– Отпустить их!

Когда раздался этот приказ, повсюду была шумиха, и Король журавлей попытался сделать вид, что он этого не слышал, однако всё же откликнулся:

– С чего это? Они убили нашего зятя. Мы должны отомстить за него.

– Болван. Твой зять жив, – шенхуан Лу отвесил ему оплеуху: – Довольно тебе. Не слушаешься даже моего приказа.

Король журавлей в мгновение оживился и переспросил:

– Правда? А Королева змей?

Лицо шенхуана Лу помрачнело: для него то, что Цзюнь Мосе удалось спастись, итак было уже настоящим чудом, а на спасение Королевы змей ни при каких обстоятельствах не было надежды.

Глаза Короля журавлей потемнели, а потом из них выкатились две крупные слезинки. Убитый горем, он сказал:

– У нашего поколения королей животных была только одна сестрёнка, наша единственная сестрёнка, и вот так она ушла, а мы…

В то время их противники уже собрались все в одном месте. Все двадцать человек находились в очень бедственном состоянии. В лохмотьях, сплошь в пятнах крови, с мертвенно-бледными физиономиями. Ещё двое из них лишились рук, по всему телу зияли раны, где-то даже были видны обнажённые кости.

За короткое время собралось несколько миллионов Священных животных. В воздухе царила настоящая тьма летающих зверей с надрывными криками и свирепым взглядом, которая была устремлена на эту толпу людей, что не могло не пугать их.

На земле, в самом прямом смысле этого слова, располагался настоящий океан из Священных животных. Неизвестно, сколько их там было точно. Самой безумной из них была стая змей. Некоторые огромные ядовитые гадюки даже взбирались на деревья.

И пусть были люди с высоким совершенствованием, однако, всё же, при виде такого пугающего количества животных, и им стало не по себе. Они чувствовали ледяной воздух. У них первый раз в жизни появились ощущения, что они вряд ли смогут покинуть Тянь Фа живыми.

И в этот момент раздался громкий свист. Стая Священных животных расступилась.

Шенхуан Лу медленно опустился верхом на журавле, холодно посмотрел на этих людей и равнодушно произнес:

– Уходите. С этого момента лес Тянь Фа покидает материк Суань, мы создадим свой мир. Теперь мы больше не друзья, мы – враги. Надеюсь, господа, вы не станете снова нарываться на неприятности.

Цао Гофэн и остальные с облегчением вздохнули, быстро сделали малый поклон, сказали парочку банальных любезностей и поспешили откланяться. Глядя, как эти люди уходят, у многих Священных животных в глазах пылал гнев. Они даже были недовольны этими вождями, которых не видели несколько сотен лет.

– Они убили нашего зятя и Королеву змей, зачем нам их отпускать? Мы могли уничтожить этих подонков, зачем же их было отпускать?! – закричал с бешеными глазами Король медведей. Он вернулся к своей природной форме, и его шерсть стояла дыбом. Ткнув пальцем в нос шенхуану Лу, он со злостью сказал:

– Когда наш Тянь Фа стал таким слабым и немощным? Почему? Почему?

Столкнувшись с таким неистовым недовольством со стороны королей животных, шенхуан Лу горько усмехнулся и, что было поделать, стал разъяснять:

– Не говоря уже о том, сколько животных надо принести в жертву, чтобы убить этих ублюдков, самое главное, что ваш зять не умер, и отпустить их была его идея.

– Зять жив? Правда? – Король медведей тотчас же восторженно закричал и тут же смылся.

Шенхуан с горечью рассмеялся. Похоже, этот мальчишка оказался везучим малым.

Куда это он умчался, - проведать Цзюнь Мосе? Кажется, после того, как ему стало лучше, он сразу же исчез.

Король медведей одним махом вытер холодный пот:

«Это же всё-таки высочайший правитель Тянь Фа. Шенхуан. А я посмел только что себя так вести с ним. Ткнул ему пальцем в нос! О господи боже! Я и так с трудом нашёл себе жену, не хватало, чтобы она из-за этого осталось вдовой».

Короли животных обступили их кольцом. Цзюнь Мосе по-прежнему сидел на земле, держа в своих объятиях Королеву змей. Его поза не изменилась, его рука не сдвинулась с её спины. Когда Короли животных подошли к нему, он открыл глаза, дав знак, что всё нормально.

– Сынок, как ты? Твои травмы очень серьёзные? – шенхуан Лу увидел, что он не поднимается и взволнованно спросил.

Цзюнь Мосе слегка вздохнул, и сразу почувствовал, что его грудь пронзила острая боль:

– Я в порядке, сломано всего несколько ребер, нужно несколько дней полечиться и всё будет нормально, однако Королева змей сейчас в критическом состоянии.

– Что? Она ещё жива? – шенхуан Лу был в самом деле потрясён.

Это всё-таки был удар изо всех сил настоящего шенхуана. Пусть Чжань Мубай получил ранения и не смог совершить удар в полную силу, но, однако, где-то в половину его обычной силы удар был. А Королева змей всего лишь достигла уровня Величайшего мастера, даже не Почтенного.

Разница между ними была существенной, словно небо и земля.

То, что этот удар не превратил её в кровавый фарш, это уже было неплохо.

Но, однако, по словам Цзюня Мосе, она выжила.

Девять королей животных долго думали об этом, и никак не могли понять, неужели он внезапно сделал снисхождение?

Глава 827. Вспышка гнева

Шенхуан Лу недоверчиво протянул руку и прощупал запястье Королевы змей. Его глаза стали размером с два яблока. Старик не мог поверить в происходящее:

– Как такое возможно? Разве внутренние органы этой девчонки не должны были превратиться в кровавое месиво? Удар был слишком серьёзный. Её кости полностью раздробились, но внутри всё более или менее в порядке. Просто уму непостижимо.

Остальные восемь королей священных животных были потрясены не меньше.

Всё это казалось слишком странным: глядя на атаку Чжань Мубая, можно было сказать, что он не собирался делать снисхождение противнику. Наоборот, он из последних сил пытался нанести свой сильнейший удар.

Но эта хрупкая девушка, попавшая под ладонь шенхуана, даже не умерла.

Раз уж весь скелет девушки был раздроблен, соответственно, и внутренние органы должны были пострадать не меньше. Однако видимых повреждений не было. Это означало, что, скорее всего, Королева змей останется парализованной. Спокойной жизни ей уж точно было не видать. Но это всё равно было настоящее чудо, которое никто не смог объяснить.

Цзюнь Мосе горестно улыбнулся:

– Удивительно, что она всё ещё жива? В тот момент мы объединили наши силы, чтобы противостоять этой мощной атаке. Мне пришлось использовать огромное количество фиолетовой ци, чтобы вернуть к ее жизни. Если бы не это, девушка уже давно отправилась бы к предкам. Было бы удивительно, если бы она умерла, а не наоборот. А вот что касается раздробленных костей, эта проблема будет посерьёзнее.

Произошедшая ситуация была чрезвычайно опасной.

Если бы Королева змей не поспешила на помощь, молодой мастер Цзюнь был бы уже мёртв.

Своим появлением она создала так называемый буфер, который смягчил удар. Но Мосе не растерялся и сразу же после удара начал вводить в тело девушки фиолетовую ци.

Может, Мосе и был новичком в этом деле, и его способности не были так уж высоки, однако он всё равно выиграл. Даже у мастеров уровня шенхуан. Сама Королева змей совсем недавно осуществила прорыв до Величайшего мастера. Её базис был ещё нестабилен, так что существовала вероятность того, что она не сможет перенести такую плотную концентрированную энергию.

Если бы не последующий удар сзади, тогда Королеву змей просто бы разорвало на части.

А благодаря этой атаке две энергии разных мастеров начали созтязаться внутри тела девушки.

Собранная за несколько сотен веков энергия шенхуана была нереально мощной. А вот энергия Мосе только начала обретать форму. Её качество, конечно, заметно улучшилось, однако разница с шенхуаном осталась по-прежнему колоссальной.

Так что, само собой, его фиолетовая ци энергии шенхуана даже в подмётки не годилась. Но у этой ци было особое тайное место, куда она смогла легонько убежать, не потерпев сокрушительного поражения. Именно благодаря этому Мосе сумел спасти жизнь Королеве змей.

Жизнь-то была спасена.

А скелет девушки, особенно кости спинной части, были разбиты вдребезги. Более того, внутренние органы серьёзно пострадали. Такие травмы, если не брать во внимание весь ужас от таблетки Мудрейшего, были даже намного серьёзнее, чем у Мэй Сюэ Янь.

Такие тяжёлые ранения.

– Эй. Состояние этой девушки слишком критическое. Так почему она все ещё не превратилась в свою изначальную форму змеи? – Лу шэнхуан посмотрел на неё и обнаружил ещё одну удивительную странность.

Цзюнь Мосе использовал огромное количество энергии для защиты её тела. Если она вдруг захотела бы видоизмениться, то сделала бы это без проблем.

Все произошедшее для Лу шенхуана пронеслось перед глазами невероятным чудом: такой удар, столько травм, но девчонка все ещё дышала. Необходимо было иметь в виду, что тот шенхуан использовал, как минимум, восемьдесят процентов своей силы.

Но на самом деле состояние Королевы змей было крайне тяжёлым, её ни в коем случае нельзя было перемещать. Что касалось текущей ситуации, Цзюнь Мосе сделал всё возможное, использовав фиолетовую ци из Пагоды Хунцзюнь. Он просто поддерживал её жизнь, но об окончательном результате пока ещё рано было говорить. Мосе и сам не был уверен в благоприятных перспективах.

Лу шенхуан пребывал все ещё в диком шоке, но странные вещи на этом не закончились.

В тот момент прямо у всех на глазах Цзюнь Мосе легонько взмахнул рукой, и хрупкое женское тело вдруг исчезло из поля зрения чудеснейшим образом.

Взгляд Лу шенхуана сфокусировался на этом юном мастере. Он ясно ощутил, что в этом юноше было сокрыто немало интересных загадок и тайн.

Ведь это не так уж и просто – заставить исчезнуть огромное тело живого человека буквально за секунды.

Тем не менее он промолчал и бросил в сторону Цзюнь Мосе многозначительный взгляд.

Что касалось Лу шенхуана, то для него было важно, чтобы Мосе становился таинственнее. Ведь это означало, что в будущем этот паренёк стал бы только сильнее, что очень было необходимо для безопасности леса Тянь Фа.

Поэтому проживший не одно тысячелетие Лу шенхуан решил придерживаться политики невмешательства. Один словом, чем сильнее стал бы Мосе, тем же лучше.

Он был зятем леса Тянь Фа и мужчиной Сюэ Янь, а это уже – не хухры-мухры.

Кроме того, Лу шенхуану ведь недолго осталось.

Тянь Фа крайне нуждался в таком человеке, как Цзюнь Мосе.

На глазах у всех с таким легкомыслием он вдруг использовал столь необычайную технику. Королева змей начала ослабевать. Если она не попала бы тотчас в Пагоду Хунцзюнь, тогда на этом её дни можно было считать сочтёнными. Но ее нельзя было перемещать так рано. Так что, выбрав одно из меньших зол, Мосе быстро принял решение и отправил тело молодой девушки в Пагоду для дальнейшего восстановления.

Мэй Сюэ Янь, которая и сама не так давно находилась не в лучшем состоянии, уже сумела прийти в себя и восстановить силы. Хотя ей, всё же, пришлось вернуться к своему первоначальному виду хорька.

Но, по крайней мере, она пребывала в полном сознании и автономии, чего нельзя было сказать о Королеве змей, которая, грубо говоря, попала в Пагоду в форме обездвиженного бревна. Это даже не передать словами.

Её состояние оказалось даже хуже, чем у так называемых парализованных «овощей». У них хотя бы присутствовало глубинное сознание, подобное крепкому сну. Но у Королевы змей даже этого не осталось. Ситуация была крайне ужасна, никто не знал, сможет ли она в конце концов оправиться и прийти в себя. Вся надежда была на помощь извне, потому что Королева змей не смогла бы справиться с этими травмами самостоятельно.

Поэтому Мосе сначала использовал самую чистую небесную и земную Суань, чтобы потихоньку вернуть её в сознание.

«Только после того, как она придёт в себя, можно будет думать о последующем лечении и исцелении организма».

Вдобавок ко всему травмы Мосе достигли крайнего предела, с ними немедленно нужно было что-то делать.

Только вот методы лечения у молодого мастера были довольно «интересные». Похоже, что у Лу шенхуана наступил день удивительных странностей и открытий. Жесть какая-то. Но, думалось, что он уже ко всему успел привыкнуть.

Цзюнь Мосе потихонечку присел, а переломанные грудные кости издали звуки скрипа и треска. Даже с имеющейся толстой и мощной шкурой у всех присутствующих животных пробежал по спине холодок – как же это больно.

Вдруг, ни с того ни с сего, тело молодого мастера начало раздуваться, словно воздушный шар. Его сломанные ребра посредством силы Суань были возвращены в исходное положение.

Затем энергия, используемая для раздувания плоти, вернулась в прежний ритм. Тело мастера мгновенно сжалось до своего первоначального размера, а сломанные кости резко сократились.

Адская боль. Цзюнь Мосе еле-еле вынес всё, не упав в обморок.

Тем не менее с его лба водопадами стекали огромные капли пота.

Затем Цзюнь Мосе с помощью фиолетовой ци крепко связал сломанные кости и разогнул спину. Аккуратно подождав с минуту, он удостоверился, что его страдания стоили того. Если сильно не перенапрягаться, то эти переломы не должны были причинить большую опасность.

Несмотря на это, лицо красавчика Цзюнь Мосе вдруг странно побледнело, а капли пота продолжали стекать по всей голове. Но от начала до конца выражение его лица не поменялось ни на йоту. По-прежнему безразличный, спокойный, и даже его взгляд остался неизменным.

Единственное, что можно было заметить, так это появление некой ярости и гнева в зрачках молодого мастера.

Будь то внезапное нападение Чжань Мубая или же его слова, но что-то всё же разбудило на сердце Мосе глубокое и сильное желание убивать.

Это ещё один кровавый долг.

Тяжёлый кровавый долг.

Послание Чжань Мубая было адресовано со стороны Мо Вудао, это правда. Но вот та внезапная атака оказалась уже личной инициативой Мубая. Мо не хотел выходить из игры и использовать возможность покончить с собой.

Идея была действительно хороша.

Хотя это принесло бы в жертву репутацию шенхуана, но он смог бы навсегда избавить три Священные земли от их самой опасной угрозы.

И плевать, какие методы пришлось использовать для этого дела.

Да в принципе, репутация Чжань Мубая не сильно от этого пострадала. Ведь всё это – ради возмездия за наследников. Более того, с точки зрения справедливости и долга, он по-прежнему был обязан жертвовать собственной репутацией во имя Священных земель и их безопасности.

Для него это было честью.

Как жаль, что Цзюнь Мосе, всё-таки, не сдох.

Это сделало все жертвы бессмысленными, превратив Чжань Мубая в позорище.

Самое главное, что внезапная атака Чжань Мубая взбудоражила в сердце Мосе чувство возмездия. Он ещё не осознавал, что за дьявол скрывается за этим юношей.

Великая ярость Цзюнь Мосе окончательно вырвалась наружу.

Глава 828.1. Говорите, ваши силы на исходе? Позвольте мне взглянуть

После ранения Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Мосе сразу же хотел броситься разбираться с тремя Священными землями. Хотя, учитывая уровень его сил, ему вряд ли удалось бы нанести им большие потери.

Всё же благодаря его потрясающим способностям, особенно тактике невидимости инь-ян у него, всё-таки, могло получиться неслабо покалечить весь род трёх Священных земель. Заставить этих ублюдочных лицемеров превратиться в облезлых бродячих псов.

Также он понимал, что мечта и цель всей жизни Мэй Сюэ Янь – это победа Битве за Захват Небес. Он не хотел разрушить её мечту и, тем более, не желал стать преступником, который разрушил мирное существование всего материка Суань.

Поэтому Цзюнь Мосе принял решение отступить. Переселиться всей семьёй Цзюнь в Тянь Фа. Во-первых, чтобы сохранить силы, во-вторых, избежать конфликта, дабы вернуться к этому вопросу уже после Битвы за Захват Небес.

Кто угодно бы сказал, что решение отступить в Тянь Фа было отличной стратегией. Но только для Цзюнь Мосе этот переезд был большим ударом.

Цзюнь Мосе уже давно считал именно Тянь Фа лучшим местом, чтобы скрыться, но, однако, только после возникновения на материке проблем, которых он был не в состоянии решить, он спокойно принял решение уйти на покой. А не сбежать от врагов в Тянь Фа. Это два совершенно разных понятия.

Однако неожиданное нападение Чжань Мубая действительно привело в бешенство Цзюнь Мосе. Он сам чуть не погиб. Королева змей висела на волоске от смерти, и уже вряд ли когда-либо смогла бы полностью оправиться от такого. Такие тяжёлые последствия ему было очень трудно принять.

«До этого – Мэй Сюэ Янь, потом Королева змей, а если опять отступить, что случится тогда? Кто будет следующим?

Я уже и так отступил, а вы все не успокоитесь и продолжаете подло преследовать меня. Тогда с какой стати я должен и дальше продолжать отступать?

В драке с бешеной собакой, если ты нанесёшь ей сильный удар, она не прекратит яростно тебя кусать. Остаётся только убить её, и тогда у тебя будет время, чтобы убежать, только тогда ты сможешь разобраться с ней раз и навсегда».

Поэтому Цзюнь Мосе решил готовиться к ответному удару. Жестокому и кровавому удару.

Однако не стал никому озвучивать свои планы. Он лишь медленно подавлял ненависть и злобу в своей душе, сглатывая её через силу. Оставив созревать их в голове, дожидаясь минуты, когда они разом должны были вырваться наружу.

Вот тогда-то Цзюнь Мосе показал бы всем насколько он жестокий и злопамятный человек.

В своих мыслях Цзюнь Мосе напоминал себе короля волков, добывающего себе пищу среди бескрайних далей и равнин, который спокойно ожидал удобного случая, чтобы напасть на свою добычу. До того момента он пока не мог никому показать свои торчащие клыки.

– Пойдёмте ко мне, нам следует поговорить о планах на будущее, – Цзюнь Мосе быстро вскочил на ноги, стряхнул пыль со своей одежды и спокойно улыбнулся, как ни в чём не бывало.

Однако все присутствующие короли животных почувствовали леденящий душу холод, который исходил от этих слов. Они словно увидели гору трупов и море крови, которые вот-вот должны были появиться. Это всё подсказывало им преимущество врождённого чутья Священных животных. В критические моменты их чутьё усиливалось, люди не обладали таким даром.

– Как всё получилось именно таким образом? Это просто ранит наши сердца прямо в самую глубь. Нам не следовало отпускать этих подонков на этот раз. Они ещё смеют говорить, что мы животные. Да они сами поступают намного хуже любого животного!

Они расположились в главном зале у дома Цзюнь Мосе. Король журавлей кратко рассказал о том, каким ужасам и мучениям подверглись Священные животные за последние несколько лет. Шенхуан Лу не смог сдержаться и разгневался, громко начав кричать и возмущаться.

Четыреста лет тяжёлой работы и усилий в обмен на что? На подлую измену. С таким бы никто не смог смириться. Если бы у шенхуана Лу всё было на тот момент в порядке с состоянием сил, то он бы, наверняка, немедленно отправился бы в главный центр управления тремя Священными землями, чтобы добиться справедливости.

Король журавлей и остальные пребывали в мрачном молчании, и больше не осмелились ничего добавить.

– Сюэ Янь? Где она сейчас? Как её процесс восстановления? – сурово спросил шенхуан Лу.

– Сюэ Янь сейчас неплохо продвигается вперёд, сейчас уже достигла примерно седьмого или восьмого уровня сил Священного животного. Но чтобы восстановить все изначальные силы, ещё понадобится немало времени, – спокойно ответил Цзюнь Мосе.

– Сюэ Янь, она вернулась к своей истинной сущности? Как это произошло? – шенхуан Лу взволнованно смотрел на Мосе и не мог поверить услышанному. Потом внезапно ударил по каменному столу ладонью, и тот превратился в измельчённый порошок. – Три Священные земли, мать их! На словах – одно, а на деле – совершенно другое! Такое возмутительное отношение я не потерплю. Я клянусь, что не пойду с ними на мировую.

Остальные восемь королей животных пылали гневом не хуже главного.

Мэй Сюэ Янь была единственной кровной наследницей прародителя Тянь Фа – императора Мэй. И единственным родственником императорской династии Тянь Фа. Это была самая большая тайна леса Тянь Фа.

Все Священные животные, даже с высоким уровнем совершенствования, вплоть до превосходного уровня шенхуан, могли носить имя – «шоуван» (король животных), и только единокровные потомки императора Мэй имели право именоваться – «шоухуан» (император животных).

Если бы с Мэй Сюэ Янь произошло что-то непоправимое, короли животных даже не смогли бы себе представить, что могло бы произойти с последующими поколениями леса Тянь Фа. Случилась бы самая настоящая катастрофа!

Прошло довольно много времени. Они, наконец, успокоились и спросили Цзюнь Мосе:

– Мосе, вот ты сейчас – супруг Сюэ Янь, но у тебя есть же какие-то другие планы или намерения?

Цзюнь Мосе уже знал, что настоящее имя шенхуана Лу было Лу Чжуйфэн, кроме него ещё было восемь королей, шенван журавлей Хэ Мэнлун, шенван львов Ши Ботянь, шенван обезьян Ванхоу Чжуанчжи, шенван змей Ше Вуду, шенван леопардов Бао Бутун, шенван тигров Ху Чжэнь, шенван медведей Сюн Били, шенван волков Лан Суфэн.

Глава 828.2. Говорите, ваши силы на исходе? Позвольте мне взглянуть

Все эти девять королей животных были очень известными и влиятельными личностями материка Суань.

– О том, какие у меня имеются планы, давайте поговорим позже. Сейчас наиболее важно, какие у вас, уважаемые господа, есть планы? – Цзюнь Мосе с минутку поколебался и, не отвечая на вопрос, решил задать встречный. Хотя эта фраза была достаточно прямой и открытой, все короли сразу же поняли: Цзюнь Мосе решит всё для себя после их ответа.

На небе не бывает двух солнц, как и в государстве не может быть двух правителей.

И в звериной стае тоже действовали такие же законы. Возвращение девятерых королей, безусловно, очень хорошо отразилось бы на состоянии Тянь Фа. Но и также их возвращение несло пищу для размышления о властном разграничении в Тянь Фа. Таким образом, во многих звериных стаях должно было появиться по два правителя.

За несколько сотен лет Тянь Фа уже переквалифицировался в общество со строгой системой управления. Новое назначение королей животных проводилось на основе обладания ими неоспоримого высочайшего могущества. Однако из-за того, что эти девять королей животных провели в уединении столько лет, это нанесло огромный удар по их могуществу и силам.

В первую очередь нужно было решить вопрос с их занимаемым местонахождением.

Иначе из-за этого могли произойти несчастья, которые вызвали бы глубокий кризис внутри Тянь Фа.

Чтобы успешно решить внешние проблемы, для начала нужно было навести порядок во внутренних. Цзюнь Мосе, разумеется, хотелось сконцентрироваться на мести своим врагам, и ему никак не нужны были распри внутри Тянь Фа. Поэтому первым делом он собирался разрешить эти потенциальные проблемы.

– Спрашиваешь о наших планах? Мы все очень сильно подорвали свою жизнеспособность. Нам осталось недолго, пусть, если бы мы и даже хотели взять командование звериными стаями на себя, боюсь, это совершенно лишено всякого смысла.

Лу Чжуйфэн горько рассмеялся:

– Мы уже все вдевятером посовещались об этом. Теперь же, вернувшись, мы готовы просто стать придворными чиновниками наших этнических групп и провести остаток своей жизни в этом статусе, но... На случай войны, мы хотим принять командование и атаковать первыми. Возможно, наша боевая мощь уже далеко в прошлом, но унести на тот свет вместе с собой мастеров того же уровня, что и мы, думаю, у нас ещё получится. Отныне всем королям животных не стоит недооценивать нас. Это – единственное наше требование.

Все остальные восемь королей животных один за другим кивнули.

Услышав эти слова, Цзюнь Мосе, Король журавлей и все остальные короли успокоились. Слова, сказанные Лу Чжуйфэном, означали официальную передачу полномочий статуса королей зверей новому поколению, от старшего к младшему.

– Господа старейшины, мы все глубоко тронуты вашей высокой принципиальностью, однако есть ещё один вопрос, который хотелось, чтобы вы прояснили, – нахмурившись, произнёс Мосе. – Старейшина Лу, перед тем, как вы вступили в белый туман Призрачного Дворца, самый низкий уровень совершенствования у вас был… Уровень шенвана. Но, однако, на протяжении этих трёх сотен лет, Священные животные передавали друг другу по наследству, максимум, уровень Величайшего мастера. Исключением стала только Мэй Сюэ Янь со своим уровнем Почтенного мастера. Какие проблемы, в конце концов, поспособствовали такому изменению? Неужели Король журавлей, Король медведей и остальные прилагают мало усилий?

На лице Лу Чжуйфэна обнажился гнев:

– Это не просто какая-то несуразица. Издревле, согласно законам леса Тянь Фа, только действующий король своей стаи мог передавать силы новому королю, и только лично, из уст в уста. Однако тогда нам не удалось этого сделать со своими преемниками. Нас обманом заманили в белый туман Призрачного Дворца, молодые таланты Король журавлей и Король медведей не получили надлежащие им по наследству профессиональные тайны и тонкости боевого ремесла. Как же им, спрашивается, увеличить свои силы? Малышка Мэй своими собственными силами смогла добиться этого уровня, потому что она обладает феноменальными талантом, природными данными и врождённой одарённостью, к большому сожалению, она вернулась к своей истинной сущности. Почему мы были такими глупцами тогда? Поверили красивым речам этих мерзких подонков.

– Оказывается, вот оно что, – Цзюнь Мосе и Король журавлей внезапно всё поняли. Неудивительно, что у животных этого поколения были такие слабые способности. Оказывается, вот в чём скрывалась причина.

– Какое счастье, что в такой критический момент появился у нас ты. Иначе, воспользовавшись нашим отсутствием, эти ублюдки полностью уничтожили бы весь Тянь Фа! С нашим лесом всё было бы кончено. Как бы мы спокойно смотрели в глаза прародителям нашего Тянь Фа в загробном мире? – испуганно сказал Лу Чжуйфэн.

Цзюнь Мосе выглядел ещё более довольным:

– Вашим жизненным силам нанесены тяжёлые ранения, жить осталось недолго? Позволите мне взглянуть? – прощупывая ситуацию, спросил Мосе.

– Взглянуть, конечно, не помешало бы, но с этим уже ничего не поделаешь. Хотя мы итак знаем, что стоим на пороге смерти, но если бы можно было избежать её, кто бы отказался от такого? Более того, сейчас у Тянь Фа не лучшие времена. Если лес лишится последней защиты в виде нас, стариков, боюсь, младшему поколению придётся очень тягостно.

Лу Чжуйфэн с тревогой и беспокойством посмотрел на Короля журавлей и остальных и тоскливо произнёс:

– За эти 375 лет мы ежеминутно подвергались давлению печати и непрерывным ударам Четырнадцатого Шао. Наши внутренности практически полностью истощены. Все скрытые силы израсходованы, даже психика подверглась продолжительному серьёзному ущербу. Мы не протянем долго, даже знания могут в любое время покинуть нас. Сейчас, кроме смерти, на что нам ещё надеяться? А?

Тон голоса Лу Чжуйфэна становился ещё мрачнее и тоскливее. Договорив до этого, он даже стал немного всхлипывать, а потом и вовсе неожиданно вскрикнул. Он с крайне удивлённым взглядом посмотрел на Цзюнь Мосе, и всё его тело начало дрожать.

Глава 829. Ради Сюэ Янь

Благодаря своей чувствительности, он моментально ощутил чудесную и удивительную силу, которая ворвалась в его тело. Когда Мосе приложил свои пальцы к своему запястью, она блуждала по его каналам. И пусть она всего лишь сделала кружок, этого было достаточно, чтобы старик почувствовал, что в его давно уже высохших каналах показались признаки восстановления.

Продолжительная нагрузка на организм в течение трёх сотен лет, конечно, оставила ощутимый след на его организме. Его тело было похоже на старое дерево, которое дожило практически до максимума своего возможного возраста. Хотя внешне казалось, оно выглядело неплохо.

Покрытое зелёными листиками, излучающими жизнь. Но внутри оно уже давным-давно сгнило насквозь. Всё, что ему было под силу, это медленно ждать своего полного одряхления. Однако эта удивительная сила смогла сделать невозможное. Она словно вдохнула жизнь в его каналы, подарила второй шанс на жизнь.

Словно тёплый весенний ветерок внезапно появился в безжизненной пустыне. Хотя процесс настоящего восстановления ещё не был начат, всё же, то прекрасное дуновение непрерывно веяло и дуло. Оно казалось именно тем спасительным ветром, который впоследствии мог вызвать дождь. И тогда эта безжизненная пустыня обязательно превратилась бы в цветущий оазис.

– Ситуация действительно довольно серьёзная. Но не такая страшная, чтобы нельзя было ничего поделать.

Цзюнь Мосе убрал руку. Его глаза сверкнули, и он произнёс:

– Вам нужно немного подождать, и я специально для вас изготовлю таблетку бессмертия. Сейчас вам требуется отдых и покой, чтобы ваша иссушенная жизненная энергия снова начала развиваться и расти. А затем надо будет принять другое лекарство, чтобы отрегулировать потребление ци в вашем теле. После года продолжительного лечения ваши так называемые печали и заботы полностью исчезнут. Тогда-то полное выздоровление будет для вас вообще не проблемой, а ваши глубокие знания, которые вы накопили за столь долгий промежуток времени, поспособствуют вашему дальнейшему продвижению.

– Фактически вашей главной проблемой является то, что ваша сила Суань дань пришла в упадок, но это вовсе не является такой уж катастрофой, – преуменьшив немного, сказал Цзюнь Мосе.

– Полное выздоровление? Даже возможно дальнейшее продвижение? Вовсе не большая проблема? Серьёзно? – сначала Лу Чжуйфэн испугался: Суань дань пришла в упадок – это означало смерть для Священного животного. И это ещё – небольшая проблема?

Но потом он пришёл в настоящий восторг. Хотя он не совсем всё понял, но испытывал большое доверие относительно удивительных способностей Цзюнь Мосе. Что может быть ещё лучше того, если получится полностью восстановить здоровье? Да ещё, к тому же, если появится возможность продвинуться дальше?

– Да. Только нужно обязательно придерживаться моего плана лечения. Благодаря вашим базовым способностям и накопленному опыту, разумеется, вы сможете продвинуться вперёд в своём совершенствовании. Хотя вам и пришлось заплатить очень высокую цену за эти 375 лет, но теперь, я уверен, что вы намного усерднее и старательнее, чем все остальные. Хотя большая часть сил, которые были получены вами в тренировках, была израсходована, но при этом вы добились одного тяжёлого достижения, которое нельзя просто так стереть.

- Это – ваши каналы. За 375 лет непрерывного совершенствования они увеличились неизвестно во сколько раз. И хоть все ваши достижения были поглощены печатью, всё же, изменить ваши каналы ей уже было не под силу. Поэтому, когда вы восстановите необходимый уровень самосовершенствования и снова приступите к тренировкам, это окупится с лихвой. При малой затрате сил вы сможете получить хороший результат. У вас за довольно короткий срок непременно получится не только восстановить свои силы после этих потерь, но и также значительно продвинуться дальше.

– Но существует одно условие: вы должны обеспечить покой своему организму и отказаться от любой работы, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, эти инвестиции по любому стоили того. Все короли животных были мастерами уровня выше шенван. Несмотря ни на что, они оказались в одной упряжке.

В то время, когда они приняли его в свою семью, он тоже принял их своим сердцем.

Однако одну мысль Мосе оставил при себе. Если ему удалось бы расходовать небесное сияние первозданного хаоса, чтобы помочь им восстановиться, процесс восстановления должен был значительно ускориться, а результат - стать намного лучше.

Причина, по которой он решил прибегнуть именно к этому способу, заключалась в том, что у него не осталось кучи времени в запасе. Учитывая силы каждого из этих королей животных, на каждого нужно было потратить примерно несколько дней. В целом, на это требовалось около сорока, но семья Донфанг уже не могла ждать так долго.

– Чтобы начать процесс лечения, вам потребуется мастерство, чтобы немного подготовиться к этому. Наверное, каждому королю следует отправиться на некоторое время в свои стаи и использовать это время с умом, чтобы передать свои знания вашим преемникам. Чтобы Тянь Фа как можно скорее смог нарастить свою былую мощь. Я хотел бы попросить, чтобы Король волков последовал за мной. Я в самые быстрые сроки сделаю для вас специальные волшебные пилюли, а потом пришлю их с Королём волков. Кроме того, в это время мне нужно будет отъехать по одному делу.

В глазах Мосе промелькнул холодный блеск:

– Есть некоторые дела, которые не терпят отлагательств.

Причина, по которой Цзюнь Мосе выбрал сопровождать себя именно Короля волков, заключалась в том, что за эти триста лет именно стае волков пришлось тяжелее всех. Пусть и Королю волков нужно было передавать знания своему преемнику, но пока ему вряд ли удалось бы найти походящую кандидатуру.

– Это что-то срочное? Нужна помощь? – Лу Чжуйфэн встал, его изначально очень подавленное состояние таяло на глазах, ведь он понял, что у него появились шансы на выживание.

– Нет, не нужна. Всё, что нужно, это чтобы Король журавлей и Король орлов в кратчайшие сроки связались с остальными двумя большими семьями Священных животных, а потом как можно быстрее вернулись с конкретной информацией, – строго сказал Цзюнь Мосе, а потом добавил: – И это нужно сделать как можно скорее.

– Понятно, – Король журавлей и Король орлов тотчас же среагировали. Снаружи несколько животных с девятым уровнем Суань стремительно взвились к небесам и погрузились в безбрежные дали.

Когда Цзюнь Мосе собирался уже уходить, Лу Чжуйфэн окликнул его. На лице у него было странное взволнованное выражение. Старик несколько раз открывал и закрывал рот, прежде чем начать говорить:

– Цзюнь Мосе, твои способности действительно удивительны, а твой потенциал огромен. За несколько тысяч лет, что я живу, я никогда не встречал подобных тебе людей, но есть одно дело. Сюэ Янь сейчас, наверняка, в каком-то месте, куда ты её направил восстанавливаться. Я только вот, что хочу тебе сказать, – его речь была немного сумбурной и нелогичной. Не потому что он стеснялся, а потому что не знал, как подобрать слова, чтобы сказать, что хотел. На его лбу стремительно выступил пот.

Цзюнь Мосе нисколько не торопил его, а напротив, спокойно ждал, пока шенхуан соберётся с мыслями.

– Ты, наверное, думаешь, когда Священные животные перерождаются, непременно становятся стариками, которым несколько сотен лет, но это – ошибочное суждение. Фактически, перед тем как измениться, если Священное животное не может совершить прорыв, оно непременно подвергается смертельному удару. Но если, всё же, оно перерождается, жизнь его перезапускается с самого начала. Другими словами, после изменения возраст Священного животного разнится с возрастом людей в десять лет. Получается, равен по человеческим меркам одному году. То, что я говорю, ты понимаешь меня?

– Поэтому, Сюэ Янь фактически ещё совсем ребенок, – запинаясь, произнёс Лу Чжуйфэн. С его лба струился пот. Разъяснять такое странное явление, действительно, было выше его сил.

– Я понял, – на лице Цзюнь Мосе появилась тёплая улыбка. Лу Чжуйфэн был так взволнован, не потому что он боялся или просил что-то для себя. Это всё было ради Сюэ Янь. Ради счастья Мэй Сюэ Янь. Он волновался, как волнуется отец, который выдает замуж свою дочь. То самое чувство беспокойства и волнения, что семья мужа может обидеть её или отнесётся с презрением и тому подобное.

Цзюнь Мосе был очень рад, что у Мэй Сюэ Янь были такие заботливые родственники.

– И ещё, брак Священного животного с человеком. Издавна это было, – снова начал заикаться Лу Чжуйфэн. Он совершенно не имел понятия, как сказать такое, так как этот вопрос был настоящим табу для всего материка. Поэтому, чем больше он говорил, тем заметнее было, что он окончательно запутался. Однако Цзюнь Мосе, всё же, понял, что он имел в виду.

Цзюнь Мосе задумчиво кивнул головой и серьёзно произнёс:

– Я понял, что вы имеете в виду. Сюэ Янь – моя жена и навсегда останется ею. Пусть даже она не сможет восстановить свой человеческий облик, я всё равно буду готов связать свою жизнь с ней.

Он подмигнул и улыбнулся:

– Возможно, вы не знаете, но моя дурная слава известна всему материку. И для меня жениться на Священном животном – это вовсе не из разряда слухов или скандалов.

Знакомые с этим не понаслышке, Король журавлей и остальные не смогли не рассмеяться.

Лу Чжуйфэн с облегчением выдохнул и сказал:

– Тогда хорошо, хорошо, – у него словно гора с плеч слетела. Счастье Мэй Сюэ Янь было делом первой важности для всех них. Потому что, если с Мэй Сюэ Янь обошлись бы несправедливо, им тоже пришлось бы несладко. Более того, эти короли животных от чистого сердца желали Мэй Сюэ Янь только счастья, и никому не дали бы её в обиду.

Цзюнь Мосе даже немного расстроился. К чему вообще была эта последняя фраза Лу Чжуйфэна? Почему, узнав о его дурной славе, он сразу расслабился и сказал «хорошо»?

«Дурная слава теперь в почёте?»

…….

Как только Цзюнь Мосе отдал всем распоряжения, он не стал задерживаться ни на минуту и с максимальной скоростью достиг пограничной зоны Тянь Фа, местонахождения лагеря войск Цаньтянь Шихунь.

С организацией постарались Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь. Издалека слышались звуки тренировок и грубые выкрики. Обстановка была куда более устрашающей, чем в Тянь Фа.

Круглые сутки продолжались бесконечные суровые тренировки. Силы мастеров чрезвычайно быстро достигли огромных высот. На новом расположении войска пробыли без году неделю, однако их сила увеличилась поразительно стремительно. Успехи впрямь были впечатляющими.

Без лишних слов, Цзюнь Мосе прямиком направился в тайную комнату, созвав всех командующих, чтобы обсудить новые обстоятельства.

Чуть позже там появились Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, Байли Лу Юн и Лэн Ао. Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь отвечали за тренировки Цаньтянь Шихунь, а Байли Лу Юн и Лэн Ао занимались обучением самих убийц, воспитанием навыков и умений настоящих профессионалов этого дела.

Глава 830. Впечатляющий прогресс

– Ну что, как с ситуацией на данный момент? Есть прогресс? – спросил Цзюнь Мосе.

Одинокий Сокол рассмеялся. На его лице расплылась причудливая самодовольная ухмылка:

– Прогресс довольно успешный. Все триста бойцов отряда Цаньтянь Шихунь успели достигнуть границ Суань неба. Кроме того, пятеро из них достигли самого пика, и им требуется только стабилизировать душевное состояние. Тогда они в любое время смогут прорваться до Суань духа.

– Откуда такая скорость? – эта неожиданная новость заставила Цзюнь Мосе очень сильно удивиться.

Это в буквальном смысле слова было большой неожиданностью. Если говорить начистоту, все бойцы этого отряда были опытными солдатами, ушедшими в отставку. Люди с непоколебимой волей и закалённым разными испытаниями боевым духом.

Но при всём этом их природные данные сами по себе не представляли собой ничего выдающегося. Они уже давно упустили оптимальный возраст для совершенствования Суань.

Кроме их несгибаемого феноменального внутреннего стержня главной причиной, почему им удалось добиться таких впечатляющих результатов, был удивительный эффект чудодейственных таблеток Цзюнь Мосе. К тому же, в дополнении к этому они вынесли весьма тяжёлые тренировки.

Почти каждый день их жизни был забит под завязку тренировками вперемешку со страхом смерти. Таким образом они постоянно подвергались жёстким и беспощадным тренировочным боям, которые требовали недюжинной силы и выносливости.

Однако, несмотря на это, Цзюнь Мосе и представить себе не мог, что процесс мог оказаться настолько впечатляющим.

– Похоже, ты сам, по-настоящему, недооценил эффект Цуйгудань - таблетки для закалки костей, – посмотрел на него Одинокий Сокол с маленькой укоризной. – У этих таблеток поистине потрясающий эффект, и хотя он направлен, казалось бы, только на скелет и кости, однако не стоит забывать, что большая часть каналов функционирует в соответствии со скелетом. Если человеческий скелет хорошо скоординирован, то каналы меняются и подстраиваются под это. Они взаимно дополняют друг друга.

Даже на всегда невозмутимом лице Фэн Цзянь Юня проскользнула улыбка:

– После приёма этих таблеток и плюс непрерывные каждодневные тренировки, равно комбо. В самом деле выжимает максимум скрытых сил из каждого человека. Наряду с тяжёлыми мучениями происходят медленные изменения. Снова и снова происходит Сицзин Фасуй: промывание сухожилий. Таким образом, это равносильно достижению эффекта «родиться заново и сменить кости». В далёком прошлом, главным препятствием для них были их заурядные природные данные. Хотя сейчас эту проблему пока не удалось полностью искоренить, но, всё же, она значительно уменьшилась. Если ты сейчас проведёшь повторный анализ из природных дарований, ты сможешь заметить, что их уровень стал выше среднего. А у некоторых и вообще поднялся до высшего уровня. Поэтому то, что они сейчас добились таких выдающихся результатов, это вовсе не случайно.

– Нечего сказать, это просто замечательно. Изначально у этих парней были ограничения в природных данных, однако сейчас им удалось пройти стадию смены костей, и, как следствие, пластичность у них значительно увеличилась. Это просто потрясающая новость, в самом деле, просто отличная, – Цзюнь Мосе был в полном восторге. Радость превосходила все ожидания. Он действительно и мечтать не мог о таких результатах.

– Что у вас? Как успехи? – Цзюнь Мосе посмотрел на Байли Лу Юна и Лэн Ао.

– Изначальное число детей, которых мы отобрали, составляло тысячу человек. Когда мы были в Тянсян, первым делом мы отсеяли триста человек. Как только тренировки закончились, мы снова отсеяли 695 человек. Сейчас у нас есть только пять человек, которые способны стать профессиональными убийцами. Если считать с теми, кто уже состоит в Цаньтянь Шихунь, в общей сложности составляет семь человек.

Лэн Ао, пребывая в нерешительности, рассказывал:

– Помимо этого, среди тех людей, которых отобрал Лу Юн в Тянсян, трое из них оказались непригодными и, можно сказать, тоже были отсеяны. Эти трое, ещё трое, плюс мы вдвоём. Получается всего двенадцать человек. Те, кто полностью соответствуют основным стандартам звания «наёмный убийца».

Цзюнь Мосе спокойно кивнул головой и довольно сказал:

– Всего двенадцать человек, если не считать вас и парней Тянь Цань и Ди Чуэ, то получается, что восемь новеньких. Неплохо, неплохо, из тысячи человек удалось выбрать восемь. Такая вероятность уже очень хороша. Кажется, у вас двоих действительно есть талант в отборе новобранцев. Такими результатами я доволен.

Байли Лу Юн и Лэн Ао одновременно переглянулись. Было заметно, что они очень удивились такой реакции.

Почему Лэн Ао чувствовал себя неуверенно, когда оглашал результаты работы? Это всё потому, что количество новичков было очень маленьким. Эти двое были очень скрупулёзными и дотошными трудоголиками по своему характеру. Во всём всегда проявляли усердие и были требовательными как к себе, так и к окружающим.

После их тщательного отбора осталось только несколько человек. Они думали, что Цзюнь Мосе будет очень рассержен таким незначительным количеством. В конце концов, число бойцов в отряде Цаньтянь Шихунь никак не уменьшилось, и они даже и не предполагали, что Мосе будет удовлетворён их результатами.

Несмотря на то, что Байли Лу Юн и Лэн Ао были выдающимися личностями и могли похвастаться незаурядными способностями, Лэн Ао вообще был учеником Чу Цихуна, но, всё же, они всегда и во всём ограничивались своим личным опытом. Им было трудно принять многообразие различных существующих подходов и истин.

Произнести слово «убийца» очень легко, однако сколько на всём материке Суань было людей, которые целиком и полностью заслуживали этого звания? На самом деле, очень немногие могли соответствовать такому званию.

Будь то семья, характер, природные данные, привычки, нрав, скелет, соответствовать от и до всем этим требованиям могли лишь настоящие уникумы.

Не стоило говорить, что если человек умел убивать, значит, его смело можно было называть убийцей. Стать профессиональным убийцей порой ещё труднее, чем правителем.

Лу Юн и Лэн Ао являлись людьми с феноменальными природными качествами. Их мастерство было недосягаемо, а проницательность слыла поистине потрясающей. Поэтому они были очень требовательны и строги при выборе новых учеников. Однако те, кого они примечали, обязательно показывали выдающиеся результаты.

Из тысячи человек им удалось отобрать восьмерых. Цзюнь Мосе сам по себе был самым выдающимся убийцей и не понаслышке был знаком с трудностями, с которыми приходилось встречаться при выборе новобранцев. Так почему же он должен был быть недовольным?

– Эти восемь человек, включая вас двоих и Тянь Цаня и Ди Чуэ, должны пройти ещё один тщательный суровый отсев, – медленно произнёс Мосе: – Стать выдающимся убийцей ещё никогда не было пустяковым делом.

Он словно предался мечтам и медленно сказал:

– Вы знаете, что, в конце концов, означает быть настоящим убийцей? Кто такой убийца, в подлинном смысле этого слова?

Услышав этот вопрос, Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь не смогли сдержаться, и рассмеялись. Байли Лу Юн и Лэн Ао, напротив, одновременно серьёзно задумались.

Двое молодых людей, обладающих настоящим талантом убивать, одновременно поняли глубокий смысл вопроса.

Цзюнь Мосе словно испытывал их и в то же время преподносил им крайне важный урок.

Поэтому они сразу поняли, что это был вовсе не обычный вопрос, а вопрос с подвохом.

Так как Цзюнь Мосе не хотел, чтобы они отвечали на него.

– Молодой господин, ты – настоящий профан. По моему мнению, все, кто владеет искусством Суань на материке, все они являются убийцами. Что касается меня и Фэн Цзянь Юня, мы обладаем довольно впечатляющими способностями, чтобы убивать, – рассмеялся и самодовольно сказал Одинокий Сокол.

Однако когда он закончил говорить, он заметил, что Лу Юн и Лэн Ао как-то странно смотрят на него. У них был такой взгляд: там были и смех, и жалость, и пренебрежение.

– Что это с вами? Чего вы уставились на меня? Нарываетесь, что ли? – Одинокий Сокол в одно мгновение разозлился, а после этого вдруг подумал про себя: «Неужто я ошибся? Разве я не отлично сказал?»

– По моему мнению, на этом материке достойны этого звания только два человека, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и холодно произнёс: – Один из них – твой учитель, величайший убийца Чу Цихун.

– А другой – ты сам, – с почтением сказал Лэн Ао. Это фраза вовсе не была лестью. Лэн Ао просто вспомнились слова, которые ему до этого сказал его учитель.

Когда Чу Цихун вернулся для битвы с Серебряным городом, он сказал ему:

– На всём белом свете есть только один настоящий убийца. И это как раз тот человек, которого ты сейчас сопровождаешь. Даже твой учитель не может сравниться с ним.

Тогда Лэн Ао спросил его:

– Учитель, почему вы дали этому человеку такую высокую оценку? Я никогда не замечал, что он обладает потенциалом убийцы.

Чу Цихун усмехнулся и ответил ему:

– Если бы тебе удалось это заметить, разве бы он смог стать достойным звания убийцы? Более того, звания короля убийц? Мальчишка, ты ещё совсем неопытен в таких вопросах.

Тогда Чу Цихун лишь сказал напоследок пару слов и безмолвно ушёл:

– Внимательно посмотри на него. Он постоянно находится в оборонительном положении. Пусть даже если он находится в самых безопасных местах, он всё равно ведёт себя так. И такое поведение никогда не было преднамеренным, это просто привычка, от которой он уже сам не в состоянии избавиться. Кроме мастеров с силой блокировать пространство, ни у одного человека нет возможности неожиданно напасть на него.

– И ещё одно, он всегда готов нанести удар. И это тоже привычка, естественная привычка. Врождённый инстинкт, от которого он тоже никогда не сможет избавиться. И это только одна из его характерных особенностей, хорошо запомни это.

«Атаковать и обороняться – это два прямо противоположных действия, которые в одно и то же время сосредоточены в одном человеке. "В любое время наготове" – такое утверждение не только абсурдное, но и очень редко осуществимое. Однако зачем же тогда учитель так сказал?»

Поэтому после наставления учителя, при каждой удобной возможности Лэн Ао старался наблюдать за Мосе, и, по прошествии какого-то времени, он испуганно обнаружил, что всё, что говорил его учитель, оказалось действительно правдой.

«Два совершенно разных поведения прекрасно сочетаются друг с другом. Всегда наиболее чётко приспосабливаются к обстоятельствам, при этом сливаясь с врождённым инстинктом, разве это ли не чудо?»

Неудивительно, что в начале, когда его силы были ещё очень низки, он не жалел сил при атаке с врагами, и в условиях строгой обороны не находилось человека, который смог бы напасть на него.

Цзюнь Мосе улыбнулся, сказав:

– Некоторые считают, что убийца всегда должен быть в форме. Стоять на ногах непоколебимо, как копьё. Каждое его движение должно следовать строгим правилам и канонам поведения. В любое время суток его лицо всегда должно быть безэмоциональным, а иногда даже и пафосным. К тому же, от него должен исходить леденящий душу холод и взгляд хищника. И, само собой, у убийцы не должно быть семьи, близких людей, любимой женщины, потому что всё это лишь обременяет его.

Глава 831. Начало кровавого возмездия

– Большинство людей в этом мире полагают, что только талантливые люди могут стать истинными убийцами, – сказал Цзюнь Мосе специфическим для себя тоном и улыбнулся: – Если они увидят нечто разнящееся с их пониманием настоящего киллера, тогда они станут задавать вопросы: «Эм, это что, и впрямь убийца?»

При последнем вопросе Мосе даже немного перестарался с напыщенностью своей речи.

– И все, кто так думает, просто дебилы. Самые что ни на есть настоящие дебилы, – он поневоле заругался и саркастически рассмеялся: – Настоящий убийца, да откуда бы у него взяться этой идиотской добродетели? Если даже и так, тогда он всем вокруг должен говорить: «Я убийца, будь осторожен и поскорей схвати меня».

– Верно, любой, кто так считает, является феерическим придурком. По их мнению, все так называемые «убийцы» на самом деле показушники. Всю свою жизнь они только притворяются.

Цзюнь Мосе усмехнулся и продолжил свою лекцию:

– Именно из-за существования таких ослов, настоящие кланы убийц имеют идеальное прикрытие. Более того, процент успешно завершённых миссий возрастает. Так что нам стоит поблагодарить этих очаровательных недоумков.

Молодой мастер посмотрел на Короля орлов и с горечью добавил:

– Что же касается отдельных личностей, они считают, что раз человек способен на убийство, значит, он и есть убийца. Ай-яй, давайте не будем об этом.

Чёрное лицо Одинокого Сокола вдруг залилось краской, он с неудовлетворённостью закричал:

– Так, чёрт возьми, по-твоему, кого можно считать убийцей?

– Настоящий убийца – это тот, кто при любых обстоятельствах сможет закончить поставленную перед ним задачу. Ему нужно лишь прикончить свою цель. И никаких исключений из правил.

Выражение лица Цзюнь Мосе стало серьёзнее, и он начал издалека:

– Слышали о таком, что если не получилось уничтожить цель с одного удара, то нужно просто спасти свою задницу? Это, якобы, стиль настоящего убийцы. Но такое утверждение крайне неверно.

Он хмуро добавил:

– Тот, кто спасается бегством после неудачной попытки, это вовсе не убийца – это подосланный террорист.

– Так что же насчёт подлинного убийцы? – вокруг поднялась волна заинтересованности и недоумения.

– Настоящий убийца может позволить себе уйти только после точного попадания и ликвидации цели, – Цзюнь Мосе продолжил: – Его техники необязательно должны быть высокими и крутыми, он даже может отойти от намеченного плана. Тем не менее ему необходимо выждать удобный случай и с предельной точностью ударить по мишени. Нужно только подгадать момент. Даже мастер нефритового уровня сможет одолеть Суань духа и при этом выйти сухим из воды.

– Нужно просто знать, в какой момент произвести атаку, – Цзюнь Мосе поднял брови и посмотрел на Одинокого Сокола: – Старик Сокол, вот твоё совершенствование сейчас нисколько не уступает Чу Цихуну. Думаю, что при вашем столкновении даже спустя три дня и три ночи победитель так и не будет определён. Но я готов поспорить, что если Чу Цихун захочет прикончить тебя, то сделает это с одного удара.

Одинокий Сокол немного смутился и пробормотал:

– Я не верю в такую ерунду. Да хоть с кем меня сравнивайте, но этот ваш Чу Цихун не справится со мной с помощью одной атаки. Нет. Он не сможет меня убить.

– Почему ты упрямишься, даже я верю, потому что сам могу прикончить тебя, только дай повод, – Фен Цзянь Юнь серьёзно продолжил: – Мы ведь спим с тобой в одной комнате, так что у меня было уже миллион возможностей для этого. Да и причина имеется веская – от твоего храпа даже земля содрогается. Сто процентов, Чу Цихун справится с тобой в два счёта, нужен только удобный случай. Всё ещё сомневаешься?

Все разразились громким смехом.

«Вот оказывается как, даже если ты станешь сильнейшим мастером, всё равно можешь пасть от руки какого-нибудь слабого недотёпы».

– В общем, вы должны помнить, что стать квалифицированным убийцей непросто, – Цзюнь Мосе посмотрел на Байли Лу Юна и Лэн Ао, а затем сказал: – Через несколько дней я преподам вам пару уроков. Настоящий убийца должен оттачивать свои навыки с помощью свежей крови и человеческих жизней.

Байли Лу Юн и Лэн Ао встрепенулись, в их глазах загорелся огонь.

«Верно, что это за наёмник, не видавший моря крови?

Одними тренировками всему не научишься».

– Кстати говоря, как там успехи у остальных ребятишек? – Цзюнь Мосе сделал пару шагов.

– За исключением Тянь Цаня и Ди Чуэ остальные шестеро уже достигли Суань земли. У них был определенный базис, поэтому темпы их роста были относительно быстрыми. Что же касается Тянь Цаня и Ди Чуэ, они прорвали Суань нефрита.

Лэн Ао немного нервничал:

– Тянь Цань и Ди Чуэ, эти два паренька тренируются в поте лица, не щадя собственных сил. Если остальные тренируются, используя лишь своё тело, то эти ребята ставят на кон свою жизнь. Даже мы с Лу Юнем не можем позволить себе такой жестокий метод тренировки.

Цзюнь Мосе легонько выдохнул. Он вдруг вспомнил о тренировках из своей прошлой жизни. Упрямый подросток, который тренировался почти каждый день, и у которого не было сил двигать даже пальцами. Мосе вдруг машинально ответил:

– Если ты не научишься рисковать собой, то как же ты станешь грозой всех наёмников этого мира?

– Этим двум не стоит пока принимать допинг, так что повременим с этим, – Цзюнь Мосе посмотрел на Одинокого Сокола: – Но все члены Небесного отряда Пожирателей Душ уже соответствуют минимальным требованиям. Соберите их и дайте каждому по два дня на приём чудо-таблеток и укрепление границ своего самосовершенствования. А затем нас будут ждать большие дела.

– Разве двух дней будет достаточно для всех трёх таблеток? – удивлённо спросил Одинокий Сокол.

– Не только трёх. Каждый получит по две порции пилюль. Соответственно, возможности для прорыва тоже увеличатся, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, посмотрев на Одинокого Сокола и Фэн Цзянь Юня, а затем добавил: – На этот раз вы, двое, тоже сможете усовершенствовать свои навыки. По моим приблизительным расчётам, сможете прорвать второй уровень Достопочтенных мастеров.

Все четверо – Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь, Байли Лу Юн и Лэн Ао - тут же вытаращили глаза.

– Что? Как такое возможно? – глаза Байли Лу Юна и Лэн Ао налились кровью от зависти. Их навыки росли слишком медленно. В прошлый раз после приёма трёх чудо-таблеток они лишь смогли перейти на Суань духа. Похоже, что и в этот раз они могли отстать ото всех на один уровень.

Но они не приняли во внимание то, что в их возрасте такие достижения, по сути, уже являлись неслыханным делом. Но они просто завидовали им. Но разве Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь не должны были завидовать в ответ?

В таком юном возрасте Байли Лу Юну и Лэн Ао посчастливилось встретить Цзюнь Мосе. Это действительно был редкий случай невероятной удачи. Если бы Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь встретили Мосе в таком же возрасте, тогда вполне возможно, что их уровень уже был бы за пределами шенов или даже выше.

Через пару дней летающие Священные звери вернулись с новостями от каждой семьи. Цзюнь Мосе понял, что все семьи действительно попали в затруднительное положение. Но об их благополучии пока не стоило сильно беспокоиться.

Однако если ситуация продолжила бы развиваться намеченным образом, то этим семьям стоило начать готовиться к печальному концу.

Но это не имело значения в тот момент. Ещё оставалось какое-то время.

Цзюнь Мосе как можно скорее занялся изготовлением таблеток для лечения раненых, приложив подробные инструкции о мерах предосторожности, и о том, как принимать все эти таблетки. Шенван волков, Лан Суфэн, доставил лекарства в Тянь Фа и тоже занялся залечиванием своих травм.

Два дня спустя Цзюнь Вуй вместе со своей женой сменили молодого мастера, дав ему немного времени, чтобы восстановить силы. Преобразившиеся мастера начали потихоньку покидать лес Тянь Фа.

Два последовательных самосовершенствования значительно увеличили силу мастеров Небесного отряда Пожирателей Душ. Даже их внешний вид претерпел бешеные изменения. После принятия трёх волшебных таблеток все мастера прорвали Суань духа. Среди них были и те, кому удалось достигнуть третьего уровня.

После принятия таблеток бесконечности и полюсов мира у всех мастеров произошёл повторный скачок силы.

Триста человек, даже самые слабые, сумели прорваться до четвертого уровня Суань духа. Большинство из них стали Великими мастерами, но была и небольшая часть, которая одержала ещё больший успех, перепрыгнув аж на ступень Величайшего мастера.

Так как все эти люди принудительно улучшили свои навыки, то их база была довольно нестабильна. У них могли возникнуть серьёзные трудности для последующих прорывов, но у Цзюнь Мосе просто не было другого выхода.

Не время было об этом беспокоиться. Что же касалось стабильного базиса, то они должны были наработать её прямо в битвах. Даже если возникли бы другие проблемы, то при своём следующем прорыве Мосе усовершенствовал бы чудо-таблетки и компенсировал все свои пробелы.

Группа людей покинула пределы Тянь Фа. Цзюнь Мосе решил немедленно отправиться в путь, расположив всех мастеров в девять колонн. Первая группа во главе с Одиноким Соколом отправилась в семью Сиконг.

Фэн Цзянь Юнь повёл своих людей в дом Дуанму. Что же касалось Серебряного города, то не возникало необходимости кого-либо направлять в ту сторону. Ещё пятьдесят мастеров во главе с Цзюнь Мосе отправились в семью Донфанг.

Остальным шести отрядам был дан особый приказ:

- Навести беспорядки!

- Устроить полнейший хаос!

- Разгромить всю землю, принадлежащую трём Священным землям!

- Остаться в целости и сохранности, но уничтожить все силы, принадлежащие трём Священным землям. Но ни в коем случае не действовать себе в ущерб. Не использовать самоликвидацию.

- Короче говоря, забавляйтесь, как хотите, только живыми вернитесь. Хоть дыру в небе просверлите, мне всё равно, – наставлял их на путь истинный Цзюнь Мосе.

Три Священные земли уже мобилизовали своих самых лучших мастеров. Но фортуна была на стороне Цзюнь Мосе: в тех горах самая ужасающая сила приходилась на мастеров Великого уровня, но молодой мастер выпустил на волю сразу три сотни Величайших, да ещё и таких сумасшедших.

До того, как должны были появиться силы трёх Священных земель, такая команда, безусловно, смогла бы захватить весь континент. И у этих мастеров имелись при себе исцеляющие таблетки, которые помогали им в любой ситуации.

Кровавая месть Цзюнь Мосе началась.

Глава 832. Засада? Слежка?

«Вы, три Священные земли, решили надавить на самых близких мне людей? Тогда я, один за другим, собственноручно уничтожу все ваши кланы.

Посмотрим, кто из нас ещё первым сойдёт со сцены.

Мо Вудао, ты хотел донести до меня, что в мире есть люди, которых стоит опасаться, так вот я хочу тебе сказать, что в мире, безусловно, есть то, что мне не по силам вынести. Однако и трём Священным землям с этим не справиться.

Так или иначе, это всего лишь убийство. Я много чего боюсь в этой жизни, но перед лицом противника моя рука не дрогнет. У меня никогда не возникало страха перед убийством».

Цзюнь Мосе посмотрел на исчезающие вдалеке восемь отрядов. Уголки его рта растянулись в коварной улыбке, и он пробормотал:

– Три Священные земли. Мо Вудао. Я не собирался столь рано выступать против вас, однако вы действительно вынудили меня пойти на крайние меры.

– Ах, да, Чжань Мубай. Ты ведь у нас шенхуан, а действительно ли ты такой выдающийся и необыкновенный мастер? Если я не уничтожу тебя, тогда я не Цзюнь Се. Ну, погоди, скоро я и до тебя доберусь, – Цзюнь Мосе вдруг вспомнил те слова, что сказал Четырнадцатый Шао перед своим уходом: «Подожди, я ещё вернусь».

Эти слова больше смахивали на проклятие. Даже Мосе тогда содрогнулся от страха.

Обычно такую ересь говорили всякие отбросы. Обычно, после своего поражения в любой битве. Однако из уст Четырнадцатого Шао это прозвучало слишком устрашающе. По крайней мере, после его слов, двадцать высококлассных мастеров вмиг переменились в лице, став ещё серьёзнее, чем прежде.

– Четырнадцатый Шаю, я надеюсь, что ты сумеешь восстановить свои силы побыстрее, ведь ты являешься неотъемлемой частью моего плана.

Губы Мосе снова искривились в не предвещающий ничего хорошего, злобный оскал, и он произнёс:

– Раньше Чу Цихуну приходилось брать на себя целую кучу ложных обвинений. Я, в принципе, и сейчас готов взвалить на него парочку, но, повторюсь, уровень его способностей слегка маловат. Его будет недостаточно для нового дельца. Тем более у меня имеются ледяные кинжалы самого четырнадцатого Шао, которые можно использовать для создания новой интрижки среди шенхуанов. Хе-хе-хе.

Лэн Ао, находившийся рядом с Мосе, увидев «улыбку» молодого мастера, содрогнулся от ужаса. С ней он больше походил на голодного волка с налитыми кровью глазами и пеной из разинутой пасти.

Все отправились в путь. Группа из шестидесяти трёх человек, словно чёрный острый меч, быстро исчезла из поля зрения.

На улице благоухала поздняя весна. Почти начало лета. Повсюду распускались цветы и листья на деревьях.

Цзюнь Мосе всю дорогу наслаждался этими видами.

На этот раз он не стал использовать летающих Священных зверей, дабы не привлечь внимание трёх Священных земель. Если в небе появилась бы целая стая Священных животных, сразу пошли бы слухи о том, что Цзюнь Мосе покинул пределы леса Тянь Фа.

И тогда они в один момент стали бы живой мишенью.

…………………….

Пролетело три или четыре дня.

С той же бешеной скоростью, с которой двигался отряд Мосе, в разных точках материка вспыхивали чрезвычайно жестокие и кровавые бойни.

Со всех сторон было вырезано около десятка населённых пунктов, находившихся в подчинении трёх Священных земель. В частности, среди них были их точки связи с внешними силами.

Густая кровавая волна медленно поднималась со всех сторон континента.

Постепенно всё вокруг окрасилось в ярко-красный цвет, и человечество содрогнулось от ужаса.

Восемь дней спустя Мосе со своим отрядом уже вошёл на территорию леса, где когда-то в прошлом пряталась семья Донфанг. Все члены этой семьи снова возвратились в свою старую резиденцию. Глубь леса превратилась для них в так называемый новый адрес временного места жительства.

«Если пойти напрямик через весь лес, можно дойти до самого дома Донфанг».

Видя, что до места назначения осталось совсем немного, отряд ускорил шаг. Цзюнь Мосе, шедший впереди, внезапно почувствовал смутное колебание воздуха. Вглядевшись вдаль, он увидел слабый клубок дыма, поднимающийся прямо к небу.

Молодой мастер тихонько остановился, а затем махнул рукой назад. Лэн Ао и остальные мастера насторожились. Может, сила их зрения сравнительно уступала проницательности Мосе, но они, всё же, смогли ощутить разницу. Взмахом руки Цзюнь Мосе дал им понять, чтобы все мастера временно скрыли своё присутствие.

Мосе очень аккуратно выпустил силу своего сознания, чтобы тщательно исследовать местность. Он ясно почувствовал присутствие четырёх человек. Они сидели около костра и что-то готовили. Выражения их лиц были довольно спокойными и беззаботными. По-видимому, их местоположение было абсолютно безупречным.

Отправив своё сознание ещё дальше, Мосе пришёл к выводу, что каждый из этих четырёх обладал силой Величайшего мастера. В его глазах их уровень совершенствования, конечно, не был столь высоким, однако их совместной силы вполне было достаточно, чтобы уничтожить любую так называемую «супер» семью в мире.

И место, где они расположились, находилось недалеко от резиденции семьи Донфанг.

Это не могло не навести на Мосе интересные мысли:

«Ни с того, ни с сего, четверо мастеров вот так вот сидят здесь и жарят утку? С какой стороны не посмотри, ближайший город находится за тысячи километров отсюда.

Так что этим четверым здесь явно нечего делать.

Если бы тут был всего один человек, тогда можно было предположить, что он либо от кого-то скрывается, либо же просто любит странствия по горам. Но здесь четверо высококвалифицированных мастеров, это уже явно не совпадение.

Если это не подосланная шайка трёх Священных земель, тогда кто ещё?

Они собрались тут, вероятно, для того, чтобы следить за перемещениями семьи Донфанг. Трём Священным землям необходимы самые последние и самые точные новости».

Вновь вернувшаяся семья Донфанг по своей силе не уступала любой другой семье. Её боевых заслуг было предостаточно, чтобы презрительно смотреть по сторонам. Но это только для общего смысла. Если судить по высоким стандартам, то в этой семье не было особо сильных мастеров.

Три брата после принятия волшебных таблеток смогли достичь уровня Величайших мастеров. Но этого было недостаточно, чтобы считаться по-настоящему сильным мастером. С самого начала Цзюнь Мосе так и не смог определить уровень самосовершенствования старухи Донфанг.

«Согласно данным, по последней битве, она в одиночку смогла задержать членов семьи Сяо, уровень сил которых находился на четвертом уровне Суань духа. При всём при этом на ней не оставили ни единой царапины. Следовательно, старуха Донфанг имела, как минимум, уровень Великого мастера, шестой или седьмой уровень Суань духа. По крайней мере, она точно находилась на первоначальном уровне Одинокого Сокола, возможно, даже и выше.

Взяв это как отправную точку и добавив накопленные за десять лет запасы жизненной энергии, следовало предполагать, что, если старуха приняла бы все три волшебные таблетки, то она смогла бы достичь одиннадцатого уровня Суань духа. Даже, возможно, случился бы прорыв на уровень Почтенного мастера первого уровня.

Однако старуха должна была взять на себя ответственность за общую ситуацию и быть предельно внимательной во всём. Боюсь, что даже времени на домашние дела у неё не останется. Если подумать, все члены семьи Донфанг усердно заняты работой. Если эти четыре Величайших мастера не собираются уничтожать семью Донфанг, но, всё же, они знают обо всех передвижениях каждого члена семьи…

Если случится нечто плохое, они тут же распространят необходимую информацию, дабы испортить репутацию семьи Донфанг».

Цзюнь Мосе сразу же смекнул насчёт того, что происходило.

Глаза молодого мастера сверкнули, и он сделал повторный жест рукой, смысл которого можно было расшифровать так: «Самое главное – остаться в живых».

Позади него Байли Лу Юн сделал ещё один жест, и остальные шестьдесят мастеров поодиночке, аккуратно, выдвинулись вперёд.

Четверо мастеров, очевидно, так ничего и не почувствовали. С тех пор как они пришли туда, им даже не пришлось столкнуться с какими-либо угрозами. Но даже если они были бдительнее, это им всё равно мало чем бы помогло, ведь Небесный отряд Пожирателей Душ был слишком хорош в сокрытии своего присутствия. Это ведь были действительно профессионалы своего дела.

Один из мастеров с длинной бородой перевернул несколько тушек жарящихся уток и между делом сказал:

– Эта миссия только кажется такой серьёзной, но на самом деле она довольно проста. Семья Донфанг сильна, по сути, ведь только на словах. Мы тут спокойно себе перемещаемся туда-сюда, а нас до сих пор так никто и не обнаружил. Смех, да и только.

– Старик Ван, в сказанном тобой только пара слов имеет хоть какой-то смысл, – другой мастер вдруг саркастически засмеялся: – Ты разве забыл о принципах трёх Священных земель? Среди простых мирян Величайшие мастера являются самыми сильными на всём материке. Неужели ты думаешь, что в семье Донфанг найдутся Достопочтенные мастера или же шенваны?

Другой мастер тут же присоединился:

– Не стоит вот так просто разбрасываться словами. Шенванов, безусловно, там точно нет, а вот насчёт Достопочтенных не уверен. Позавчера во время своего дежурства я пробрался в резиденцию семьи Донфанг и увидел их хозяйку. Понаблюдав за ней всего чуть-чуть, я могу сказать, что эта старуха не так проста, как кажется. Её навыки определённо не уступают ни одному из нас. Крепкий орешек.

– Ну и что? Пусть даже она и сильна, но старуха не станет действовать лично. То, что мы хотим получить, это информация о тех, кто ушёл на миссии. Если мы устроим засаду, то легко сможем справиться даже с тремя братьями Донфанг, уровень которых находится на отметке Величайших мастеров.

Старик Ван, который начал весь этот разговор, вдруг фыркнул и ещё раз перевернул почти готовых уток. Правой рукой он схватил соль и медленно посыпал тушки, а затем, слегка улыбнувшись, сказал:

– На самом деле, истребление целого клана ничем не отличается от разделки вот этой утки. Сначала нужно их ощипать, извлечь все внутренности, продеть на хорошую палку, зажечь огонь и хорошенько поджарить.

Глава 833.1. Угадайте, кто же я?

Старик Ван с улыбкой добавил:

– Истребить весь род – это то же самое. Нужно только наносить мощные удары с разных сторон. Удар за ударом, прямо по их психике, тогда они медленно сами начнут погибать, а там, в конце, надо будет нанести самую последнюю, решающую атаку. Из-за жизни в постоянном страхе они лишатся последней возможности нанести ответный удар, так как полностью уже будут сломлены. Это – лучший способ для убийства.

Эти слова были сказаны уже не выдающимися представителями старшего поколения трёх Священных земель, а попросту теми, кто был хуже самых гнусных и отвратительных демонов.

Фактически этот человек как раз и является настоящим злым демоном. В прошлом за ним закрепилась определённая слава, его называли «кровавым мясником тысячи душ», Ван Вэйжанем. Несколько сотен лет даже дети начинали плакать, услышав это имя.

Остальные трое, увидели, как он изменился в лице, и один из них сказал:

– Брат Ван, истребить весь род – конечно, весёлое занятие, но разве обязательно таким образом мучить людей? Кроме того, это не только довольно затратное по силам мероприятие, так ещё и ущерб для добродетели!

Ван Вэйжань рассмеялся:

– Подумаешь, человеческая жизнь, такое большое дело. Главное – это веселье. У вас не было опыта, вот вы и не понимаете это чувство наслаждения, когда вы можете, как душе вздумается, свирепствовать и издеваться над человеком. Это – чрезвычайно прекрасное ощущение.

У остальных прокатился холодный пот по всему телу:

– Мы – обычные люди, как нас можно сравнивать с таким исчадием ада, как ты?

Услышав это, Ван Вэйжань сказал:

– На самом деле, я уже не такой, как раньше. Но, однако, в сражении с этими семьями, наши правители решили действовать с огромной шумихой. Мобилизовать много народу для пустякового дела, словно как стрелять из пушки по воробьям. Однако не знаю, обратили ли вы внимание или нет? На этот раз они очень серьёзно подошли к вопросу о распределении сил. И это, очевидно, правители ни за что не хотят, чтобы все эти семьи сгинули очень быстро. Они хотят помучить их как следует. Задать им жару. И, хотя правители такого не сказали в открытую, но, хе-хе очень очевидно, что как раз это и подразумевается.

– Брат Ван, мы любезно выслушаем ваше высокое предложение, – на лицах троих промелькнул интерес.

– В этот раз, когда правители распределяли отряды для отправки сюда, во главе они поставили настоящих мудаков с гонором. Тех, кто в прошлом имел какие-то грешки и отличался дурной славой. Да, даже если взять меня самого, Ван Вэйжаня. Когда это я был замечен, как правильный и добродетельный святоша? Как вообще такое возможно после вступления в три Священные земли? В прошлом я вообще был известен, как «кровавый мясник тысячи душ».

Ван Вэйжань хмыкнул и со злобной ухмылкой продолжил:

– Тогда зачем правители отправили сюда именно таких людей? Да ещё и поставили меня командующим? Я, конечно, не хочу принижать свои достоинства, но, если говорить честно, из нас троих, учитывая боевые подвиги, совершенствование, да даже ум и хитрость, я не сказал бы, что являюсь на голову выше всех остальных. Я знаю свои достоинства и недостатки и, если говорить как раз о достоинствах, можно сказать, у меня неплохие способности в искусстве мучить и изводить людей.

– Почему правители не направили сюда людей, наделённых сполна чувством справедливости? Вы даже не задумывались об этом?

Ван Вэйжань холодно усмехнулся:

– К тому же, когда нас направляли сюда, нам дали весьма простые рекомендации, а не поручили придерживаться какого-то конкретного плана. Очевидно же, что это означает, что мы сами себе хозяева и можем делать всё, что нашей душе пожелается. Всё, что хочешь, на, пожалуйста, никаких возражений.

– Неудивительно, что правители сказали: «Найдите какую-нибудь лазейку, чтобы уничтожить их». Тем не менее они даже не заикнулись о каком-нибудь конкретном плане мероприятий, из-за того, что это – обычные светские семьи. Их силы довольно слабы, и нет необходимости применять какие-то особые военные тактики и стратегии. Оказывается, вот оно что, – трое внезапно ухватили суть.

– Хм, младший брат нашего правителя, Мо Сяо Яо трагически погиб в Снежных горах. Там же и были убиты более шести сотен могущественных мастеров из союзных армий трёх Священных земель. Ни один из них не уступал нам по силам, и, всё же, их тела сейчас уже далеко под землей. И ещё эти девять Достопочтенных. Из них удалось уцелеть только одному – Мо Туну, да и то, он пришёл в полное отчаяние. Они, должно быть, так разгневаны, однако, как одним простым приказом «убить» можно выпустить всю свою злость?

Ван Вэйжань проникновенно сказал:

– Правитель в душе хочет выпустить свою злость, свою накопившуюся агрессию. Однако стесняется сказать об этом в лоб. Как-никак, три Священные земли на протяжении долгих лет всегда славились своей справедливостью и высокой нравственностью. Они не могут рискнуть этим. К тому же, у них столько сомнений. Мы, как преданные слуги, должны сослужить им хорошую службу. Помочь им и принять надлежащие меры и стать полезными.

– Но, однако, если следовать этому, как нам быть, если вдруг появится человек, который захочет нам отомстить? Не станем ли мы тогда козлами отпущения? Ты говорил, что до этого погибло уже очень много мастеров. Вероятно, сила противника тоже довольно могущественна. Если что-нибудь случится, наши правители наверняка не станут дёргаться, и тогда мы в самом деле станем пешками, от которых проще всего отбрехаться. Настанет время, когда нас бросят. Правители будут почивать на лаврах, а мы будем обречены на гибель.

Трое остальных хотя и понимали всё, но, тем не менее, нахмурившись, продолжали обдумывать, учитывая накопленные на протяжении нескольких сотен лет знания. Кому, действительно, хотелось молча проглотить обиду?

– Кто захочет нам отомстить? Единственный человек за все годы, который по-настоящему осмелился бросить вызов трём Священным землям и защитить эти семьи, был Цзюнь Мосе. Однако сейчас этот мелкий паршивец уже мёртв. Кто ещё осмелится на подобное?

Ван Вэйжань снова усмехнулся:

– Сколько за всё это время восстало людей, которые по-настоящему осмелились выйти против трёх Священных земель? Если ты будешь так думать, это ни к чему не приведёт.

Глава 833.2. Угадайте, кто же я?

Его слова освежили в памяти этих троих недавнее событие:

– Верно, старейшина Чжань Мубай не пожалел своей репутации, быстро среагировал и убил Цзюнь Мосе, чтобы уничтожить огромную опасность, которая угрожала трём Священным землям. Таким поступком, действительно, нельзя не восхищаться. Следует учитывать, что слава для шенхуана намного важнее жизни.

– Верно. Испокон веков, каждый мастер всегда и везде в первую очередь дорожил своей репутацией. Даже простой народ знал, как важно дорожить своей честью. Шенхуан Чжань принял моментальное решение, сам рискнул своим именем. Не пожалел своей славы, чтобы произвести неожиданное нападение и убить Цзюнь Мосе. В самом деле, он обладает выдающимися умом и отвагой.

Все четверо наперебой стали обсуждать Чжань Мубая и восхищаться им. Видимо, его поступок оказал очень сильное впечатление на младшее поколение. Для них он стал настоящим героем.

– Сегодня у нас дежурит Лао Сунь? – Ван Вэйжань посмотрел на человека в белом около себя. – Давайте поедим жареной птицы, а потом отправимся в путь. Как доберёмся до семьи Донфанг, отправимся немного поразвлечься, разомнём мышцы и растрясём еду заодно.

При взгляде на лицо Лао Суня, в глаза сразу бросалось большое родимое пятно. Услышав это, он рассмеялся, сказав:

– Да, делу это не повредит. Ведь это – не первый раз, когда мы отправляемся в семью Донфанг. В прошлый раз было немного страшновато. Однако, братья, на этот раз, как только мы уладим все свои дела, я хотел бы немного заняться женской половиной семьи Донфанг, и вы, господа, надеюсь, поможете мне оставить это в секрете.

– Я только дежурю и разведываю ситуацию, насчёт других вопросов – ничего не знаю и знать не хочу, – рассмеялся Ван Вэйжань и подмигнул.

– Какие женщины? Ничего не видели, ничего не знаем. Мы тут шишки собираем, никого не трогаем, однозначно. Лао Сунь, ты уж повеселись там. Только для интенсивных физических нагрузок надо хорошенько набраться сил. Ха-ха-ха, – рассмеялись остальные двое.

– Премного благодарен за вашу заботу, товарищи, – тотчас же ответил радостный Лао Сунь. – По правде сказать, несколько лет обитания в трёх Священных землях, нечего сказать, сильно испортили меня. Даже в «мастерстве» появились некоторые проблемы. Если знал бы заранее, наверняка бы не согласился на эту операцию.

– Ха-ха-ха, – все четверо весело рассмеялись.

– Слушая вас, могу уверенно сказать, что в ваших последних словах действительно был здравый смысл. Вам точно не следовало соглашаться на эту операцию, так как теперь из-за этого вы очень глупо лишитесь своих прекрасных жизней, – раздался весьма культурный тон голоса.

– Кто это? Кто здесь? – все четверо одновременно соскочили со своих насиженных мест. Этот голос, казалось, был совсем где-то рядом, однако ни один из них никого не мог обнаружить. Можно было представить себе, какими мощными силами обладал этот человек.

Четверо быстро развернулись и увидели молодого человека в белых одеждах, с довольно тёплой и приятной улыбкой на лице. Он важно стоял с руками, заложенными за спину, на расстоянии примерно трёх чжан от них. Со спокойным выражением лица он обратил свой взгляд на жареную птицу и, причмокивая, сказал:

– Хм, какой аромат, вам бы четверым лучше в повара податься, а не с мечами играться. Очень жаль, что вы решили заниматься военным делом, по сравнению с работой кулинаров. Это же так опасно!

Сердце Ван Вэйжаня рухнуло в пятки. Их противник подобрался так близко к ним, а они даже ничего и не почувствовали. На таком расстоянии можно было руку протянуть и всё, ты в смертельной опасности.

Он решил посмотреть, какие силы были у их противника, однако в ужасе обнаружил, что не может абсолютно ничего узнать о его уровне. Их противник, живее всех живых, стоял прямо перед ними, но, тем не менее, увидеть состояние его сил было невозможно. Там царила одна пустота.

Ужас.

Силы Ван Вэйжаня вряд ли можно было назвать очень выдающимися, но он имел большой опыт проживания на материке Суань. Как только он понял, что противник очень силён, он тотчас же с улыбающимся лицом сделал поклон для приветствия и с почтением произнёс:

– Осмелюсь спросить вас, молодой господин, вы прибыли сюда с каким-то распоряжением? Если вам нужна помощь, конечно, у нас с братишками силы довольно хиленькие, но, всё же, если будем в состоянии помочь, ни за что не откажемся.

– О? Правда? – Цзюнь Мосе склонил голову и с интересом посмотрел на них, как хищник на добычу.

– Разумеется. Если у молодого господина есть какие-то приказания, пожалуйста, говорите, – сказал ещё с большим почтением Ван Вэйжань. Для таких, как он, скользких людей, всегда самым главным считалось умение спасти свою шкуру. Он шёл на всё ради этого. Чтобы только сбежать, а потом, через время, воспользовавшись удобным случаем, отомстить. Своя собственная жизнь была важнее всего.

– Осмелюсь спросить ваше имя, молодой господин? – в это время с другой стороны, моргая в сомнении глазами, спросил Лао Сунь. Эти слова вывели из себя Ван Вэйжаня.

«Болван.

Ты до сих пор ещё не понял кто этот человек? Включаешь дурачка. Есть ещё проблеск надежды выжить, а ты, бестолочь тупая, ещё осмеливаешься спрашивать такое? Пусть ты хочешь сдохнуть, но меня впутывать сюда не надо, придурок.

Разве ты не видишь, что даже я не спросил у него имени? Разве в поднебесной кроме Цзюнь Мосе, есть ещё такой второй человек? Ты совсем тупой?»

И так далее.

«Но если это и правда был Цзюнь Мосе, разве он не умер? Шенхуан Чжань убил его своими собственными руками, и многие мастера были свидетелями этого!» - у Ван Вэйжаня возникло много сомнений, но они очень скоро рассеялись.

– А ты ещё не понял? – с искусно поддельным недоумением спросил Цзюнь Мосе. – Неужто, вы до сих пор меня не узнали? – его лицо выражало вселенскую скорбь. Его противник даже не знал его в лицо, разве это не грустно?

С кончика носа Лао Суня стекла капелька пота. Тем не менее он очень уверенно и твёрдо сказал:

– Молодой господин, окажите милость известить, – в эту минуту у него в голове, словно молитва, раздавалось: «Пожалуйста, только не это, только не это, прошу, только не эта губительная звезда».

Глава 834. Умение молодого мастера Цзюнь

– Если бы я сказал, что я – Четырнадцатый Шао, ты бы поверил? – Цзюнь Мосе улыбнулся.

– Это невозможно, – воскликнул Лао Сунь.

– О? Ты знаешь, что это невозможно? Тогда, если я скажу, что я – Мо Вудао из Неуловимого Мира Бессмертных, что тогда? – Цзюнь Мосе заморгал глазами.

– Да как ты смеешь?

– Ну, тогда, если я скажу, что я на самом деле твой отец, признаешь меня? – Цзюнь Мосе облизнул рот, обнажив белые зубы.

– Ты – Цзюнь Мосе, так что прекрати уже издеваться над другими, – Лао Сунь уже вышел из себя и громко закричал, его глаза покраснели от злости.

– Заткнись! Захлопни пасть, сукин сын! Если итак давно понял, что я – Цзюнь Мосе, то, какого черта выделывался? Мало пороли в детстве? Или, может, наоборот, баловали, как хряка на убой? Хочешь, чтобы я занялся твоим перевоспитанием? Я, конечно, могу снять ремень и пойти тебе навстречу, но, увы и ах, мне всё равно не стать тебе родным отцом. Хотя, если мамка у тебя красивая, то я подумаю, – взорвался Цзюнь Мосе, закончив свою тираду игривым тоном голоса, чем неимоверно вывел из себя мастера.

Целью Мосе было потянуть время и позволить Байли Ло Юну с его отрядом завершить окружение противников. Спустя несколько минут Байли Лу Юн с остальными достигли своих позиций. Шестьдесят с лишним высококлассных мастеров окружили четырёх недотёп, так что больше и не стоило беспокоиться, что те смогут убежать и скрыться. Мосе больше не было смысла, да и интереса продолжать этот бессмысленный диалог.

Молодому мастеру вообще не хотелось больше ни с кем говорить, особенно с тем ублюдком. Пусть он и оскорблял его, однако эта мразь не стоила даже пары коронных слов из его словарного запаса.

– Ты, ты, ты, – Лао Сунь чуть ли не начал плеваться. Пока он думал над своим ответом, противник его уже успел с говном смешать. Многократно. Как же бесит.

Он вскипел от злости.

Но когда он обернулся, то обнаружил, что три его товарища были явно чем-то встревожены. Лао Сунь поднял глаза и внезапно почувствовал, как его голову обдало холодным потом. В один момент вся его злость буквально застыла от ледяного испуга, который уже успел добраться до его, минуту назад подгорающей от ярости задницы.

Внезапно все четверо оцепенели с одинаковыми выражениями на лицах: их рты были широко открыты, а глаза вылупились от дикого удивления вперемешку с животным страхом.

Вокруг четырёх мастеров появились, откуда ни возьмись, здоровенные мужские силуэты – взгляды свирепые, лица суровые. Излучая кровожадный блеск своих глаз, эти громилы шаг за шагом аккуратно вышли вперёд.

С каждым их движением содрогалась земля.

Все четверо с первого взгляда поняли, что все эти мастера явно не были дряхлыми стариками. На вид где-то около тридцати-сорока лет, однако их силы были чрезвычайно огромны. Почти все из них уже достигли уровня Достопочтенного мастера.

Все эти люди извергали пронизывающую до костей ярость и злобу, а глаза сверкали таким холодом, словно к окружённым подбиралась волчья стая. Плюс ко всему, каждый из них был нереально высоким и огромным, словно гора, которая внезапно рухнула с неба.

Ощущения страха и беспомощности довели этих четверых до панической атаки. Они попросту начали задыхаться от ужаса.

Где Цзюнь Мосе смог найти такое количество мастеров, да ещё и таких молодых? У четвёрки шпионов уже не оставалось и времени дать себе ответ на такой вопрос. Их сердца наполнились отчаянием.

В таком соотношении сил у них не было ни малейшего шанса на успех. Единственный вариант – это самоуничтожение. Пришла пора им самим отдуваться за чужие грехи.

Самоликвидация, во всяком случае смогла бы нанести противнику хоть какой-то урон.

Но они не хотели умирать.

Все четверо почти одновременно заплакали.

– Схватить их, – Цзюнь Мосе махнул рукой. Его тело напоминало белое облачко, и он плавненько выплыл из центрального круга.

– Аррргх, – с громким рёвом один из громил ринулся вперёд. Следуя за ним, поднялась волна неистового ветра.

Только атака, никакого отступления.

Это была воистину сокрушающая сила, идущая и пробивающая себе путь до самого конца.

Атака этих громил была подобна взрыву на складе боеприпасов. Пять или шесть мужиков с голодными волчьими глазами бросились вперёд, словно увидели группу белых и пушистых, восхитительно-вкусных ягнят. Послышался громкий рев, и началась атака.

Четверо шпионов одновременно завопили:

– Бля!!!

«Боже мой, столько горилл, и все собираются нас прикончить! Даже самые отпетые кретины не пошли бы на такое зверство!»

«И никаких шансов на переговоры не дают!»

Подумав об этом, все четверо осознавали своё плачевное положение:

«Этот ублюдок, Мосе, только матюгается, какие нахрен переговоры?»

«Добром это явно не кончится».

Попав в тупик, все четверо собрали последнюю волю в кулак, заорали и обнажили свои мечи. Ответная атака.

Раздался взрыв.

С громким ударом разразилась схватка.

С самого начала эта потасовка изрядно помотала мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных: ведь эти громилы не только не уступали им по силе, так ещё и отработка техник у каждого была просто превосходной. Так что все атаки были безупречными.

В первой стычке четверо мастеров действовали сумбурно, стараясь изо всех сил сопротивляться. Их кулаки были разбиты в мясо, а из носов и ртов обильно струилась алая кровь.

– Цзюнь Мосе. Тьфу. А один на один слабо, что ли? Так ведь совсем не честно получается. Ах! – Лао Сунь только договорил эту фразу, как огромный кулак прилетел ему прямо в морду. Прозвучал слабый писк, и куча зубов вылетела наружу – прямо из разорванной щеки.

Ван Вэйжань оказался самым хитрым: воспользовавшись хаосом, он толкнул двух своих товарищей вперёд, а сам, тем временем, вскочил на огромное дерево в попытке поскорее улизнуть с места битвы.

Те два товарища, будучи вытолкнутыми на середину, тут же нарвались на груду тяжёлых ударов. Ситуация была крайне трагичной. Их мечи вылетели из рук, а кулаки противников так и продолжали сыпаться с разных сторон, не давая ни малейшего шанса на отступление.

Те двое гневно завопили:

– Ван Вэйжань, ты бесстыжая мразь! – их тут же оглушило ударом.

Ван Вэйжань, который к тому моменту уже забрался на верхушку дерева, лишь усмехнулся про себя:

«Если есть шанс спасти себе жизнь, то, что может быть бесстыдного в твоих действиях? У меня жизнь одна, я, всё-таки, не кошка».

Он только собирался ускориться, как нечто чёрное предстало прямо перед ним. Он невольно вскрикнул от испуга: к нему вплотную приблизилось чьё-то лицо, причём настолько, что оба могли слышать дыхание друг друга.

Ван Вэйжань только подумал о том, что пора уносить ноги, как вдруг нечто чёрное издало блевотный звук и закричало:

– У тебя, б*ядь, дерьмом изо рта несет. Так ведь и задохнуться можно, – звуки знатных пиз*юлей, словно дождь, обрушились на мастера потоком пощёчин.

Голову Ван Вэйжаня шатало во все стороны, словно бюст собачки в грузовике, а его длинные волосы придавали ему вид молодой девушки, находившейся под неописуемым кайфом. Влево-вправо, влево-вправо, его словно развезло. Пришёл черёд и его зубам оказаться на земле.

Спустя целую вечность, его свиная голова, наконец, упала вниз, проделав приличную дыру в земле. В глазах Вэйжаня закружились звездочки.

Придя в себя и открыв глаза, он увидел, что огромный острый меч находится прямо около его шеи, а даньтянь был свирепо избит пинками другого мужика.

Неподалеку мастер в белом одеянии непрерывно ругался:

– Эта мечта некрофила всё никак не сдохнет. Господи, ну и вонь из его пасти. Хуже, чем из подмышек. Я сожалею о сделанном, буэ, меня сейчас вырвет.

Разве это был не мастер Байли Лу Юн?

До этого он тайком лишь руководил боем, но, увидев, что Ван Вэйжань собирался незаметно улизнуть, решил, всё же, вмешаться. И хотя скорость Вэйжаня была изумительно быстрой, Байли Лу Юн тоже поднапрягся, да так сильно, что по итогу столкнулся головой с ним лицом к лицу.

Молодой мастер Цзюнь раньше частенько наблюдал за тем, как Дугу Сяо И и Хан Янь Мэн нарочно кричали, якобы от страха перед Байли Ло Юном, заставляя его и всех остальных смеяться во всю глотку.

Потом Байли Лу Юн начал изучать всякие хитрости и уловки Цзюнь Мосе: ну там, возникать из ниоткуда, стрелять глазками, говорить всем «приветик» и все дела. Кто же знал, что этот придурок Вэйжань так будет орать при виде него.

Да ладно, этот крик вообще был фигнёй. Проблема заключалась в адском зловонии изо рта Ван Вэйжаня, которое просто выбило из колеи чистюлю Байли Лу Юна. Он тут же захотел прикрыть свой нос рукой, но было уже поздно. Ему казалось, что эта вонь будет сниться ему в самых страшных кошмарах на протяжении всей жизни.

Вряд ли в ближайшее время у него появился бы аппетит. Да и концентрация исчезла.

Байли Лу Юн был в недоумении:

«Почему же при встрече с Цзюнь Мосе такого не происходило? А тут, при случайном столкновении, он чуть было, не задохнулся. Неужели люди между собой не похожи? Или это из-за человеческого обличия?»

Цзюнь Мосе, увидев помрачневшего Байли Лу Юна, усмехнулся:

«Неужели ты думал, что мои уловки и мастерство так легко освоить? Нужно иметь в виду, что одно дело напугать Дугу Сяо И, Гуан Квинхан или Хан Янь Мэн – они, всё-таки, благородные девушки и следят за собой и своими зубами. А ты, дурень, нашёл какого-то старого хрыча, ты что, соблазнить его хотел, кретин? Неудивительно, что ты чуть не блеванул».

Четверо мастеров, словно мешки с песком были брошены перед Цзюнь Мосе.

Молодой мастер Цзюнь кашлянул и сурово закричал:

– Вершина мастерства.

– У-у-у, – Небесный отряд Пожирателей Душ протяжно взревел, выстроился в шеренгу и двинулся дальше.

Глава 835. Прибытие

После ряда пыток, Цзюнь Мосе, наконец, получил сведения, в которых так нуждался. Разумеется, этот процесс выбивания информации, показался не очень-то веселым времяпрепровождением для Ван Вэйжаня и остальных мастеров.

Глядя на их выпученные глаза, полные страха и ужаса, молящие скорее о смерти, чем о жизни, можно было с уверенностью сказать, что этот процесс был довольно ужасающим. Однако для таких аморальных и испорченных личностей, как эти четверо, будь то молодой мастер Цзюнь или подчиненные Небесного отряда Пожирателей Душ, не смогли нанести никакого психологического давления. Они даже, в какой-то мере, получили эстетическое удовольствие, но, в конце концов, четверо мудаков извлекли для себя должный урок.

Цзюнь Мосе слегка нахмурился. Он был очень озабочен информацией, которую он получил от них. Согласно их показаниям, Мо Вудао направил не менее двухсот заказов на убийство для семьи Донфанг. К тому же, каждый из них скрывал в себе большую опасность.

По большей части страшна была не сама цель заказа, а скрывающиеся поблизости люди трёх Священных земель. Из этих двухсот заказов, по крайней мере, в двадцати-тридцати точно скрывались люди из трёх Священных земель. И, хотя, это ещё было не сто процентов, но, всё же, цифра уже впечатляла.

Кроме этого огромного числа человек, на самом деле три священные земли располагали такими возможностями, что могли приставить своего человека к каждому заказу. Только это было бы слишком очевидно.

И тогда оставался только такой вариант: большая часть заказов должна была быть успешно выполнена, а десятая часть могла пойти крахом. Такой исход ни у кого не вызвал бы подозрений. К тому же, осуществление плана медленными шажками не только давало возможность истощить силы семьи Донфанг, но и не вызвало бы подозрений или осуждений со стороны общества.

Расчёт очень простой: будучи подосланным убийцей, если тебя убивали на задании, это означало только то, что у тебя было недостаточно сил для выполнения этого задания. Обычное дело, кому в голову придёт думать, что за всем этим стояли три Священные земли?

Поэтому в таком случае, независимо от того, какая из сторон погибла бы первой, для трёх Священных земель это не несло никакого ущерба для репутации.

Что касалось большей части успешно выполненных заказов, за них, конечно, приходилось выплачивать вознаграждение. Однако точно не возникало такого, что трём Священным землям приходилось самим их оплачивать. Всегда находились люди, которые готовы были расплатиться по этим счетам. Да ещё и стремились перегнать всех остальных, оплатить быстрее, а те, у кого не получалось, ещё долго сожалели об этом.

К тому же, если и семья Донфанг загребла бы все эти денежки себе, что с того? Вся семья всё равно была бы уничтожена, и кому ими пользоваться? И в итоге прибыли бы люди трёх Священных земель, притворившись, что приехали урегулировать ситуацию.

Под благим предлогом разобраться в страшном горе, которое постигло несчастную семью Донфанг, разве у них не хватило бы на это совести? А в конце, все денежки семьи Донфанг спокойно упали бы в карман трём Священным землям.

К тому же, методы давления на семьи Сиконг и Дуанму как две капли походили на те, с помощью которых они разбирались с семьёй Донфанг. Ослабить их было делом совершенно не хлопотным, не говоря уже о том положении, в котором они находились на тот момент.

Думая об этом, Цзюнь Мосе невольно покачал головой и тяжело вздохнул:

«Этот правитель Неуловимого Мира Бессмертных, Мо Вудао, нечего сказать, настоящий бог коварства и подлости. Согласно его плану, можно достигнуть не только свершения возмездия, а ещё и получить сочувствие, спустить гнев и, вдобавок ко всему этому, добиться славы и богатства, а потом с удовлетворением покинуть сцену. Б*ядь, даже этого слова «талант» мало, чтобы восхвалить его».

Цзюнь Мосе всегда считал, что это Ли Юран обладал удивительным характером. Его приёмы были довольно неплохи и абсолютно недосягаемы, даже он сам в этом вопросе ему был совсем не соперником. Однако в тот момент Цзюнь Мосе действительно понял, что нет предела совершенству и что правитель Неуловимого Мира Бессмертных, Мо Вудао, был вовсе не родным братом Мо Сяо Яо. Он был братом-близнецом Ли Юрана, да ещё, к тому же, старшим братом.

Однако главную трудность для Цзюнь Мосе представляло то, что эти четверо мастеров, хоть и мели представления о плане Мо Вудао, но, конкретно не знали, в каком заказе скрывался подосланный человек.

И было вовсе неудивительно, что они привлекли столько человек ради такого дела, и, если бы они не учли этот момент, это было бы совершенно нелогично. Мо Вудао не позволил бы узнать о таком лишним людям.

Цзюнь Мосе был взволнован, и волнение это только нарастало, про себя в уме он повторял только одно:

«Только бы старуха Донфанг пока ничего не предпринимала. Если что-то вдруг случится, с потерями будет трудно справиться. В особенности, касаемо трёх дядюшек. Всё-таки, они были самыми близкими людьми для него и для его матери».

Цзюнь Мосе встал с мрачным выражением лица и сказал:

– На всех парах отправляемся к семье Донфанг.

– Есть, – тотчас же отозвался Байли Лу Юн, спросив:

– А эти четверо? – как только он упомянул их, на лицах четырёх мастеров появились умоляющие выражения лиц. Они совершенно не были готовы умереть.

– Об этом ещё спрашивать надо? Ты убийца или домохозяйка? – с недовольством наехал на него Цзюнь Мосе. Затем обернулся и тут же исчез, а издалека донёсся его голос: – Шире шаг, легче амплитуда! Нельзя тянуть время, будто оно резиновое.

Байли Лу Юн поспешно отозвался и равнодушно сказал:

– Убить всех. И немедленно отправляемся за молодым господином. Время не ждёт, – кто первым идёт, кто с краю, – сказал, нет, даже слегка пропел он это так спокойно, словно надо было приговорить не четырёх человек к смерти, а пойти покурить.

На лицах Ван Вэйжаня и остальных появилась трагическая скорбь, они так хотели высказаться, помолиться, смириться, как в одно короткое мгновение более десяти мечей одновременно вонзились в их тела.

….

Когда Цзюнь Мосе прибыл на место, в семье Донфанг было, на удивление, очень тихо.

Прибыв, он сразу же увидел своего третьего дядю Донфанг Вэн Дао, который лично вышел встретить его. С упрекающим, как обычно, выражением лица, он произнёс:

– Мосе, ты, негодник, зачем явился? Ты чего, малой, совсем не разбираешься в делах? Ты – единственная и самая главная цель для трёх Священных земель. То, что ты покинул Тянь Фа, даёт им возможность свести счёты с тобой. Если вдруг что-то случится, как мне, твоему дяде, быть? Я на втором месте, однако, как же твои бабушка и матушка, как им пережить такое?

И хотя в его словах было много обвинительного тона, однако в сердце Мосе пробудились давно подавляемые им тёплые родственные чувства, и он, улыбнувшись, сказал:

– Дядюшка, вы присядьте, успокойтесь и не печальтесь об этом. Если я решил выйти, значит, у меня есть совершенная уверенность в том, что это мне под силу. Или ты думаешь, что твой племянник – какой-то дебил, который всё не может никак привыкнуть к жизни вне родных мест?

– Уверенность? – Донфанг Вэн Дао вздохнул. – В твоём возрасте я думал, что у меня достаточно уверенности, чтобы подпрыгнуть до неба и схватить луну. Именно так. Однако в действительности разве такого достаточно? Да у тебя ещё молоко на губах не обсохло, сопляк, а ты нагло заявляешь, что тебе не страшны преграды? Уже достаточно за свою жизнь повидал мудаков? Понимаешь разницу: что такое уверенность, а что такое сумасбродство?

– Эм, – Цзюнь Мосе ничего не оставалось, как признать своё поражение. Его дядя всегда рубил правду-матку, однако в его годы, казалось, всё-таки было побольше уверенности, чем в уверенности кражи луны с небосвода.

В душе у дядюшки были только добрые намерения, и Цзюнь Мосе, разумеется, это хорошо понимал. И, хотя дядюшка понимал, что Мосе обладал огромными возможностями и намного уже превзошёл его, но на этот раз текущие проблемы нельзя было равнять с прошлыми.

Тогда, в Серебряном городе, хотя три Священные земли тоже показали своё могущество, но, тем не менее, этому можно было воспротивиться. Потом всё изменилось, причём кардинально, кто вообще посмел бы бросить им вызов?

Пусть для семьи Донфанг, Цзюнь Мосе, конечно, очень стремительно взрослел, набирался больших сил и превосходства, но, всё же, разве он мог быть достойным противником для трёх Священных земель?

В это время немного отстававший Байли Лу Юн и остальные бойцы уже достигли главных ворот семьи Донфанг. Дядюшка беспомощно вздохнул и произнёс:

– Давайте пару дней отдохнём, а потом мы втроём лично доставим тебя обратно в Тянь Фа, я уже вижу, вы, молодой человек, далеко пойдёте.

Договорив последнюю фразу, он вдруг в изумлении раскрыл глаза, взглянув на стоящих позади Мосе шестьдесят-семьдесят бойцов. Он с трудом вдохнул холодный воздух и сплюнул:

– Ты откуда взял столько мастеров? Почему они все кажутся такими знакомыми? Это что, вы? Ваши силы так быстро увеличились?

Дядюшка своими глазами видел, что стоявшие перед ним мастера обладали силами не хуже, чем у него. К тому же, они не были Священными животными. Они были простыми людьми, которых он знал.

Это неудивительно, ведь многих бойцов Небесного отряда Пожирателей Душ третий дядюшка до этого видел и знал. Но в то время их силы ограничивались лишь уровнями Суань земли и неба.

Он был сильно потрясён увиденным. Прошло всего несколько месяцев, и они достигли таких впечатляющих результатов, стали по силам равны ему.

«Как такое возможно? Это просто чудеса какие-то».

У него даже появилось ощущение, что он находился в тот момент во сне.

– Их много? Мне так не кажется, – Цзюнь Мосе удивлённо посмотрел на него. – До этого я распределил войска на девять частей, чтобы порознь отправить их на помощь. Здесь всего пятьдесят-шестьдесят человек, почему вы говорите, что это много?

– К тому же, скорость продвижения у них довольно скверная. Так медленно, боже. Я не в силах этого вытерпеть. А вы, говорите, быстро? Дядя, чего вы смеётесь надо мной? – изумлённый Цзюнь Мосе спросил.

– А? Что? Разделил войска на девять частей? И у остальных восьми частей такие же боевые способности? А скорость продвижения слишком медленная? – у Донфанг Вэн Дао не было слов. Наш племянник вообще говорит на человеческом языке? За эти несколько месяцев тренировок каждый человек продвинулся на семь-восемь ступеней, и это слишком медленно? Ещё говорит, что я смеюсь? Да что с ним не так?

Еле живой Донфанг Вэн Дао словно простонал, произнёс три слова и махнул головой. Ему до сих пор казалось, что это был сон:

– Следуйте за мной.

Все повернулись и, согласно рангу, пошли. Сначала Мосе, потом Лу Юн и все остальные.

Глава 836. Расплата за старые шуточки

Только войдя во двор и увидев перед собой зал для заседаний, Донфанг Вэн Дао стукнул рукой по лбу и резко обернулся:

– Кстати, ты, негодник, держись подальше от своего старшего дядюшки. Он не посмотрит, что у тебя такие большие силы, и отделает тебя, понял? Кажется, на этот раз тебе не удастся от него улизнуть, – договорив, уголки его рта растянулись в забавной улыбке.

– А? А что со старшим дядей? – спросил удивлённо Мосе. В последнее время у него появилось очень много разных дел, и поэтому сложно было запоминать всё, что он творил.

– Ты ещё спрашиваешь? Твоих рук дело, а ты даже и не помнишь? – Донфанг Вэн Дао, не сдержавшись, тут же рассмеялся: – Один-два-три-четыре, один-два-три-четыре, сменили положение, продолжаем заново, ха-ха-ха.

– Тьфу ты, – благодаря дурацким телодвижениям дядюшки, Цзюнь Мосе, наконец, вспомнил творение своих рук и невольно рассмеялся.

– Не могу не отметить, что ты, гадёныш этакий, большой хитрюга, ха-ха-ха. Задал же ты своему дяде, ха-ха-ха. Такой серьёзный человек и, оказывается, каждый вечер на ногах, непрерывно меняя положение, так старательно, ха-ха-ха... – Донфанг Вэн Дао изо всех сил старался сдерживать себя, однако, вспомнив это снова, уже не мог прекратить смеяться.

Он хохотал всё громче и сильнее, а в конце вообще сложился пополам и, схватившись за живот, упал на землю, вытирая слёзы от смеха.

Цзюнь Мосе тоже расхохотался, а потом понял, что это же он сам выкопал себе яму. Кажется, дядя уже это тоже заметил и собирался разобраться с ним. Как же тогда следовало поступить?

Байли Лу Юн и остальные были не в курсе, что, в конце концов, произошло с дядей и племянником, и в нетерпении смотрели на них, ожидая как можно скорее объяснений.

Как раз в это время, как снег на голову свалился, внезапно раздался чей-то голос:

– Племянничек, что за бред ты это там несёшь, – голос был очень серьёзный и, очевидно, что очень разгневанный.

Вслед за раздавшимся голосом внезапно перед всеми возникла здоровенная фигура. Внешность этого человека была очень необычной. Его длинная борода величественно развевалась до груди, лицо прямое, глаза раскосые, изогнутые брови, прямой нос, квадратный рот: всё тело излучало силу и мощь.

Этим человеком как раз был старший дядя Цзюнь Мосе, Донфанг Вэн Цин.

Его обычно бледные щёки в ту минуту превратились в ярко-бордовые, словно свёкла. В глазах горел огонь, учащённое дыхание, и с каждым взглядом на него, он становился ещё страшнее.

– Цзюнь Мосе! Ах ты ж, скотина такая! Как хорошо, что ты сам сюда прибыл, негодник. Я уж думал, ты всю жизнь будешь прятаться в своем Тянь Фа. Ну, если бы ты не явился, я бы сам пошёл в этот Тянь Фа искать тебя. А ты, подлец, сам пожаловал. Считай, помог мне сэкономить силы на этом долгом путешествии. Если я тебя сегодня как следует, не проучу, сопля, тогда стыд и позор мне, – лицо дяди сначала было красным, а потом стало сиреневым. Его крики были подобны раскатам грома: грозные и внушающие страх.

Вслед за этим Донфанг Вэн Цин совершил мощный прыжок, вытянув руку, чтобы схватить Цзюнь Мосе.

Байли Лу Юн и Лэн Ао обменялись растерянными взглядами: это легендарная встреча дяди со своим племянником? Почему это выглядит так странно? Сначала с одним дядей они смеялись, схватившись за животы, потом с другим, спустя череду разных оскорблений, чуть не дошло до драки? Какие были отношения между членами этой семьи, в конце концов?

Цзюнь Мосе испуганно закричал и пустился наутёк. Как в такой ситуации он мог позволить Донфанг Вэн Цину схватить себя? Это же его родной дядя. Ответить ударом на удар, об этом и думать не стоило, оказывать сопротивление тоже не прокатило бы. Единственный вариант, который оставался у Цзюнь Мосе – это спасаться бегством. Если дядя схватил, значит, схватил. Не вырвешься.

– Бабушка, спаси меня! Дядя, он хочет убить меня, спасите, помогите, – Цзюнь Мосе, высунув язык, прошмыгнул под подмышкой у Донфанг Вэн Цина и бросился бежать с такими воплями, словно его в самом деле убивали.

– Ах ты, беспредельник мелкий, ты ещё вздумал бежать от меня? Быстро остановился, я кому сказал! – Донфанг Вэн Цин, казалось, в тот момент готов был просто взорваться от гнева. Он следовал за ним по пятам, и в мгновение ока из двора они выбежали в большой зал.

Потом снова выбежали оттуда обратно наружу. Цзюнь Мосе продолжал пронзительно кричать, моля о спасении, да ещё с такой оглушительной громкостью. В семье Донфанг случился настоящий переполох, все оглядывались по сторонам, не понимая в чём, в конце концов, дело.

Поняв, что дела плохи, Цзюнь Мосе влетел во внутренний двор в поисках помощи.

Донфанг Вэн Цин, стиснув зубы, неуклонно следовал за ним. У него был такой решительный вид, что всем было ясно, что он не остановится, пока не поймает этого негодника. С такой уверенностью, что называется: ты на небо, я последую за тобой даже во двор к Небесному Владыке. Ты на дно морское, и я за тобой, хоть во дворец короля драконов. Кинешься от меня под землю, вместе встретимся в аду.

В общем, ни на небе, ни под землёй Цзюнь Мосе нельзя было скрыться от дядюшки.

За всю свою жизнь Донфанг Вэн Цин никогда не испытывал такого позора. На протяжении стольких лет, до недавнего времени, у него не было потомков. Это действительно стало очень сильно беспокоить его. После этого у него появился луч надежды, как он мог упустить его? Среди трёх видов сыновьего непочтения к родителям, самый тяжкий грех ― отсутствие потомства.

Поэтому после получения от Мосе «секретного способа», влияющего на продолжение рода, он отнёсся к этому очень серьёзно. Неуклонно следовал этой схеме, на каждом шагу был осмотрительным и осторожным, неукоснительно делал всё, в соответствии с «секретным способом» Мосе. Приводил в безукоризненное исполнение, старался нисколько не лениться.

«Если хорошо постараться, значит, успехи, несомненно, покажут себя».

Спустя несколько месяцев Донфанг Вэн Цин увидел несколько жён и наложниц с большими животами, нечего и говорить, Донфанг Вэн Цин был чрезвычайно доволен и счастлив.

Если бы в тот момент он увидел Цзюнь Мосе, вероятно, он бы даже поклонился ему. Какая разница в этих рангах и возрасте? Это милость за спасение достоинства мужчины.

Но после этого, как-то невзначай разговаривая с Донфанг Вэн Цзянем, он узнал правду. Донфанг Вэн Цин понял: сначала Мосе дал ему лекарство, которое полностью излечило его недуг, которое и без всевозможных смен положений и прочего бреда поспособствовало скорой беременности. Другими словами, его родной племянник одновременно помог ему и безжалостно разыграл.

И об этом позорном деле знал его средний брат. Однако больше всего его разозлило то, что его средний брат был Пиз*юком с большой буквы. Сначала об этом узнал младший брат, а потом и…

Куда бы ни пошёл Донфанг Вэн Цин, везде его сопровождал смех и хохот. Из-за этого у него появилось новое расстройство: аллергия на смех. Когда он только начинал слышать смешки, он мгновенно приходил в ярость.

Однако у кого в жизни не бывает таких забавных происшествий? Самый простой пример: кто-то случайно испортил воздух в присутствии кучи людей. Разумеется, всё закончится смехом и гоготом, и таких инцидентов бывает очень много.

В скором времени Донфанг Вэн Цин стал настоящим психом: при каждом услышанном смешке или хрюканье, ему всё время казалось, что смеялись над ним.

И потом, увидев главного виновника этого происшествия, он прямо-таки вышел из себя. Никоим образом не хотел просто так отпускать его, абсолютно никак, ни за что.

– Кхе-кхе. Что тут происходит? В чём дело? Бунт на корабле? – раздался звук грозного кашля. Госпожа Донфанг появилась из внутреннего двора и, увидев, какая суматоха происходила во дворе, задала вопрос.

Позади неё прятался Донфанг Вэн Цзянь, прикрывая рот рукой. Всё его тело уже ходило ходуном.

Показался символ спасения на горизонте, и Цзюнь Мосе моментально спрятался за госпожой Донфанг, с лицом полным обиды:

– Бабушка, дядя сошёл с ума, он хочет убить меня, что с ним такое? Бабушка, спасите меня.

Госпожа Донфанг в беспомощности подняла глаза к небу:

– Кто же посмеет убить тебя? Разве не ты, паршивец мелкий, сам заварил эту кашу? Или, может, я уже выжила из ума? – однако бабулька была очень опытным человеком и стратегом.

Она с удивлённым видом закричала на Донфанг Вэн Цина:

– А ну стоять! Прекратить беспредел, я сказала! Вы, двое! Посмотрите на них. Ишь ты, увалень, куда вздумал переть на мелкого? Сила есть, ума не надо? Я всё понимаю, еще совсем мальчишка, ну, любит поиграть. Ну ты-то куда, или тренируешься для будущей малышни? В конце концов, в чём здесь дело? Быстро рассказали всё и по порядку.

Драка между дядей и племянником. Разумеется, на чьей стороне, как не на стороне внука быть бабушке?

Однако, услышав эту фразу, у Донфанг Вэн Цина чуть дыхание не спёрло. Рассказать обо всём деле от начала и до конца? О таком деле разве можно говорить? Его лицо тотчас же позеленело от злости, и он, дрожащей рукой указывая на Мосе, произнёс:

– Ладно, ладно, паршивец, ладно, я ещё до тебя доберусь.

Цзюнь Мосе с обидой в голосе прокричал:

– Дядя, что же вы молчите, бабушка права. Если я где-то совершил ошибку, расскажите об этом, пусть послушают и рассудят нас. Если я действительно был не прав, я дам вам щёлкнуть себя по лбу, чтобы вы выпустили пар. Базара нет. Однако вы ничего не сказали и, всё же, грозитесь побить меня. Вы меня так обидели. Что тут сказать, я только вернулся домой, даже стакан воды выпить не успел, как вы на меня накинулись. Кому под силу стерпеть такое? Если ваш племянник в чём-то был не прав, прошу, пожалуйста, скажите.

В эту минуту у Цзюнь Мосе было выражение самого обиженного человека в мире, с которым несправедливо обошлись.

Сердце разрывалось от гнева.

Глаза Донфанг Вэн Цина были настолько выпучены и напряжены, что, казалось, выпали бы из глазниц. Он что-то простонал себе под нос, но так больше и не сказал ни слова. Эту невыразимую боль ему пришлось засунуть себе поглубже… в душу.

– Ха-ха-ха, – стоявший в двери Донфанг Вэн Дао не смог больше сдерживаться себя и захохотал в голос, продолжая смеяться. Он рухнул на землю, всё его тело содрогалось от смеха, он бил кулаком по земле и всё никак не мог остановиться, хотя сам уже еле мог нормально дышать.

Донфанг Вэн Цин нашёл место, где выместить свою злобу, и громко закричал:

– Младший, это где ты у нас хихикаешь? У тебя вообще есть хоть немного приличия? – он говорил и одновременно очень быстро направлялся к эпицентру смеха.

Донфанг Вэн Дао почувствовал неладное, однако по-прежнему не мог перестать смеяться. Он уже поднялся, чтобы приготовиться бежать, сверкая пятками, но его тело уже было слишком обессилено непрекращающимся смехом. Он ничего не успел предпринять, как уже был схвачен старшим братом. Словно мешок с песком, его потащил куда-то Донфанг Вэн Цин, а вслед за этим раздался мощный резкий звук, словно взорвалась хлопушка.

Глава 837. Прибытие помощи

– Ладно, на сей раз пусть твой третий дядя получит за тебя. Ну что, доволен? – госпожа Донфанг выпучила глаза на Цзюнь Мосе и тут же, больше не в силах сдерживать смех, рассмеялась: – А у тебя, малой, ум и прозорливость с каждым днём все острее и острее. Палец в рот не клади – откусишь, ещё и родного дядьку разыграл. Ой учудил. Я смотрю, смелости тебе не занимать?

Цзюнь Мосе рассмеялся:

– Что касается дяди, это совпадение, эм, чистая случайность и всего-то.

– А та секретная формула тоже случайность? – госпожа Донфанг пристально посмотрела на него. Цзюнь Мосе застыл с выпученными глазами.

– Эм, бабушка, давайте мы с вами поговорим о настоящем деле. Я как услышал, что вашему дому грозит опасность, немедленно, на всех парусах бросился сюда. Дорога, правда, меня так вымотала, хе-хе, – Цзюнь Мосе не нашёл слов, чтобы ответить на вопрос, и решил сменить тему разговора.

– Грозит опасность, действительно, есть такое. Однако тебе, всё же, не следовало приезжать сюда, – госпожа Донфанг спокойно вздохнула и медленно зашагала: – Эти проблемы мы можем решить, полагаясь на свои собственные силы.

– О? Похоже, бабуль, вы уже приняли соответствующие ответные меры, не так ли? – осторожно задал вопрос Цзюнь Мосе. Он уже понял, что больше всех во всей семье о самоуважении беспокоилась как раз бабушка. Она сильнее всех старалась скрыть недостатки и проблемы.

– Несомненно, три Священные земли довольно могущественны, но, однако, наша семья тоже не пальцем деланная. Если семья наёмных убийц не будет убивать людей, как же мы сможем и дальше продолжать носить это звание? – госпожа Донфанг усмехнулась, продолжив: – Здесь и думать нечего. Бойцы прибыли на помощь и этого достаточно. Побудь с бабушкой несколько дней и немедленно возвращайся обратно. В разрешении этих дел не требуется твоего участия, мы справимся сами.

– Разумеется, наша бабушка такая сильная и грозная, что может уничтожить весь мир, и это, всего лишь, дело времени. Хе-хе, кто ж не знает нашу легендарную бабушку, как она бродила по свету в сопровождении верного друга – меча, а её известность потрясала весь мир. От величия её могущественного меча становилось стыдно всем представителям мужского пола, даже есть такие строки: несколько десятков тысяч людей опустили руки, нет ни одного достойного мужчины. Женская улыбка ярко освещает весь мир, вселяет страх и наводит ужас, доныне невиданный, – что-что, а вот в лести и подхалимстве Цзюнь Мосе отлично разбирался.

– Довольно, хватит. Может, твой дедушка Цзюнь Чжан Тиан и любит такие хвалебные речи, но твоя бабушка не падкая на комплименты. Так что заканчивай, – было заметно, что лицо госпожи Донфанг зарумянилось, взгляд стал мягким и ласковым, и она ответила ему с довольным лицом.

– Именно так. Говоря по правде, на самом деле, я как раз восхищаюсь этой вашей чертой. Бабушка, кто в этом мире не любит лесть и подхалимство? Все люди, которые занимают какие-то высокие посты, имеют такой недостаток. Однако с вами, бабушка, всё абсолютно по-другому. Вы стоите особняком, ваша прозорливость никогда не дремлет. Вы сохраняете чистоту души и не поддаётесь скверне, словно очаровательная, непокрытая рябью гладь воды. Невозмутимы и дальновидны, ваши мудрость и ум безграничны, словно море. Вы никогда не поддаётесь лести со стороны других людей. Вас просто нельзя сравнивать с другими людьми, вы с ними – совершенно разного поля ягоды. И сейчас я вовсе не льщу вам, я говорю искренне, мои слова – чистая правда, – Цзюнь Мосе продолжил говорить «правдивые слова».

– А в этих словах есть смысл. Люди, они действительно не должны так много внимания обращать на лесть, они должны думать собственной головой, по крайней мере хоть изредка использовать свой рассудок. Только таким образом люди, занимающие высокие посты, могут добиться верного решения. Честно говоря, мне нравится, что ты, мальчишка, любишь говорить правду и отвергаешь лицемерие. Благодаря этому качеству ты сможешь избежать многих потерь.

Госпожа Донфанг прищурила глаза, заулыбалась и с задором ответила внуку. Лицо её словно озарилось светом. У неё было примерно такое выражение: «весь мир грязен и только я чиста, все люди опьянели и только я трезва». Люди высокого положения чувствуют себя одиноко.

За спиной у неё стоял Донфанг Вэн Цзянь, с такой миной, словно ему было трудно смотреть на это. Он поднял глаза к небу, его кадык неустанно двигался.

«И это называется – правдивые слова? Боже ж ты мой», - эти слова неустанно звучали, как колокол в его сердце, и он чувствовал дискомфорт во всём теле.

– Верно. Взять, к примеру, трёх Священных земель. Тогда они задели бабушку, и я уверен, они до сих пор не могут забыть ответного удара, который им прилетел. По пути сюда я встретил четырёх мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных. Они, оказывается, обсуждали так называемый очередной коварный план. Ха-ха, да они много на себя берут. Позабавили меня от души.

Глаза Цзюнь Мосе забегали, и он снова вернул прежнюю тему разговора:

– Значит, вот так они планировали поступить. На самом деле, я знаю, это совсем бесполезно. Для хитроумных расчётов нашей бабушки все эти так называемые коварные планы, просто ерунда. Я уверен, что если им и удалось бы провернуть свои коварные злодеяния, их бы без особых усилий удалось уничтожить. Как ракетой по комарам.

Понять план трёх Священных земель получилось, разумеется, не без труда, Цзюнь Мосе даже вспотел немного. Сказав последнюю фразу, он немного проговорился.

Однако госпожа Донфанг уже, нахмурившись, погрузилась в серьёзные размышления, и даже не обратила внимания на слова Цзюнь Мосе. Внук неустанно пытался развеселить бабушку, и госпожа Донфанг это, конечно, заметила. Она понимала, что в последнее время её внуку очень непросто приходилось.

Он трудился до изнеможения, и то, как он пытался развеселить её, это было проявление его любви и почтения к ней. Госпожа Донфанг охотно притворилась, что ничего не заметила. К тому же, такое занятие не могло быть неприятным. Однако с другой стороны, она не могла подыгрывать ему.

Фактически когда Цзюнь Мосе сказал о расположении людей трёх Священных земель, и бабушка, и внук поняли друг друга без слов и прекратили любезничать. Госпожа Донфанг вышла, о чём-то размышляя и что-то в уме прикидывая. Когда она дошла до главного зала, он внезапно спросила:

– Средний сын, как там у нас идут дела с переговорами?

Донфанг Вэн Цзянь растерялся и в спешке быстро ответил:

– Согласно твоему указанию, время удалось оттянуть. Я уже отправил их договариваться не только относительно сил, но и относительно маршрутов, расходов, всевозможных непредвиденных обстоятельств, и специально добавил, что нужно торговаться понемногу, шаг за шагом. Поэтому сейчас обе стороны очень измотаны переговорами.

Цзюнь Мосе рассмеялся:

«Эти переговоры затянулись на неопределённое время, так как в любой момент могут возникнуть новые проблемы. К тому же, обсуждая убийства такими долгими и затянутыми путями, разве нельзя замучить людей до смерти этой тягомотиной? Это что-то вроде видоизменённого отказа. Сравнительно мягко и уклончиво, в надежде, что противник спасует перед трудностями.

Какая удача, что бабушка придумала такой хитрый и действенный способ. Такое тоже можно редко встретить.

А если у вас не хватает терпения, так мы просто откажемся от переговоров. И это будет означать не то, что мы не взялись за дело, а наниматель сам отказался.

Так или иначе, инициатива в руках семьи Донфанг. Мы не берёмся за дело, потому что не все условия верно обговорены. Неужели у трёх Священных земель хватит наглости и в такой ситуации напасть на нас?»

Нельзя не отметить, что использование именно такой тактики против лицемеров просто божественно.

– М-м, приступим к остальным, сначала возьмёмся за десять. Нам, всё же, нужно приступить к работе, мы не можем вечно тянуть время, – госпожа махнула рукой, сказав: – Главное – помнить наш принцип «трёх не». Остальными займётесь вы сами.

– Это... но, – Мосе только что сказал, что три Священные земли уже приставили своих людей к объектам.

– Если мы безрассудно отправимся на дело, не загоним ли мы себя сами в ловушку? – немного опешив, спросил второй дядя.

– У нас в семье немало человек, которые могут отправиться на дело. Хотя убийц высокого порядка немного, однако среднего – значительное количество, – госпожа ступила на лестницу: – Сейчас у нас пока достаточно силы для этого, значит, надо действовать. И почему бы не заработать денежек? Более того, это поможет вернуть нашей семье нашу былую славу и одновременно ослабить противника. Это очень удобный способ добиться и успеха, и богатства.

– У нас достаточно силы? Откуда это? – второй дядя по-прежнему ничего не понимал.

– Болван, – госпожа Донфанг развернулась и с досадой посмотрела на сына: – Цзюнь Мосе с собой привез семьдесят Величайших мастеров. Неужто он их просто так потащил за собой заодно? Разве они не могут выполнять заказы?

Донфанг Вэн Цзянь ещё больше запутался и тактично намекнул:

– Матушка, боюсь, ты ошибаешься. Эти люди – не наёмные убийцы из семьи Донфанг, так не пойдёт.

Цзюнь Мосе схватился за голову, ему нечего было сказать.

– Вот же дурень. Почему же ты такой тупоголовый у нас? – госпожа Донфанг в ту же минуту пришла в ярость. – Если ты никому не скажешь, я никому не скажу, никто никому об этом не скажет. Тогда кто же узнает об этом? Три Священные земли смогут узнать об этом? Пусть даже у них будут сомнения, разве мы не сможем сами это подтвердить? Не все же такие же глупые, как ты.

Донфанг Вэн Цзянь сразу почувствовал себя неловко и, схватившись за голову, сказал:

– Матушка, ты говоришь верно.

Цзюнь Мосе не смог сдержаться и рассмеялся.

Госпожа Донфанг тяжело вздохнула, приобняла Мосе и с горечью сказала:

– Мосе, ты сегодня вдоволь насмеялся. Ты только посмотри на своих дядюшек, тупой и ещё тупее тупого. У меня уже вся голова седая, а всё из-за них троих. Они все уже давно взрослые люди. Как такое невозможно понять? Когда же они поумнеют?

Лицо Донфанг Вэн Цзяня помрачнело, он не осмеливался ничего говорить, однако про себя бормотал:

- Чем мы тебя таким злим? Ясное же дело, печалишься из-за сестрёнки. А как только открываешь рот, сразу во всём обвиняешь меня.

Цзюнь Мосе расхохотался, сказав:

– Бабушка, вы не волнуйтесь, скоро я сделаю для вас специальную волшебную таблетку. Вмиг помолодеете, и с вашей седой головой – пустяки разобраться, в то же мгновение превратятся в сочный чёрный цвет.

– Ну, ты смеёшься надо мной что ли? Все люди стареют. К чему мне снова чёрные волосы? Меня потом старой ведьмой величать начнут. И если на то пошло, я и сейчас неплохо выгляжу, прямо как вино с годами, – госпожа тяжело вздохнула.

Цзюнь Мосе расхохотался, не сказал ни «да», ни «нет», а просто сменил тему:

– Кстати, бабушка, а что такое принцип «трёх не»?

– Это главное правило нашей семьи. Мы не убиваем простолюдинов, честных чиновников и порядочных людей. Все заказы, которые к нам поступают, мы сначала тщательно изучаем, включая доказательство преступления. Иначе, если появится какое-то несоответствие, мы имеем право в одностороннем порядке прекратить операцию, и даже можем восстать против заказчика, – госпожа Донфанг слегка улыбнулась.

– Оказывается, вот как. Эти «три не» семьи Донфанг – принципы, которых вы твёрдо придерживаетесь, – Цзюнь Мосе горестно вздохнул, сказав: – Бабушка, в этой операции ни за что нельзя отказываться от меня. Я же самый настоящий наёмный убийца нашей семьи Донфанг.

Глава 838. Город Цзюйхуа. Семья Чен

Госпожа Донфанг тщательно все обдумывала, сравнивала реальную мощь обеих сторон. Пусть даже противник и устроил бы им засаду, но вряд ли бы на каждый объект набиралось так много подставных людей. Да они и сами за один раз могли взяться только за десять объектов. Если рассматривать каждый по отдельности, то на каждый, как минимум, приходилось по пять Величайших мастеров. Этого было вполне достаточно.

Госпожа Донфанг повторно убедилась в своих расчётах и, по-доброму, со смехом сказала:

– В таком случае, вы сами выберете себе подчинённых для задания. Но ты, негодник, должен быть особенно осторожным, пообещай мне, что тебе ничего не будет угрожать.

Цзюнь Мосе неоднократно дал обещание, всё же, в его глазах промелькнуло удовлетворение.

Кто бы мог подумать, что расправляться со своими долгами Цзюнь Мосе начнёт в качестве подосланного убийцы. Разве это не была мечта всей его жизни?

Три Священные земли так сильно задолжали Цзюнь Мосе, что он, наконец, собственноручно собирался разобраться с каждым долгом. Он ни за что в жизни бы не пропустил и не забыл хотя бы один должок.

Спустя три дня Цзюнь Мосе, Донфанг Вэн Цзянь, двадцать бойцов Небесного отряда Пожирателей Душ и ещё два мастера с Суань неба из семьи Донфанг отправились на север.

В том направлении их ожидало пять объектов.

Операция в общей сложности включала в себя пятнадцать целей. Неизвестно, почему Госпожа Донфанг неожиданно поменяла своё мнение и добавила ещё три направления, которые включали всего одну цель.

Донфанг Вэн Цзянь и Байли Лу Юн шли в одном отряде, Донфанг Вэн Дао и Лэн Ао – в другом. Неизвестно, нарочно ли или случайно, но, однако, Цзюнь Мосе и его старший дядюшка как раз были сосредоточены в одном отряде.

И от этого Цзюнь Мосе был без конца подавлен.

Однако госпожа Донфанг разъяснила весьма доходчиво:

- Если не хочешь, можешь не идти, останешься с бабушкой, а то всё-таки я переживаю за тебя.

Как в таком случае Цзюнь Мосе мог решиться и сказать, что он не хотел идти? Он прекрасно понимал, что бабушка не желала отпускать его в такую поездку. Несмотря на то, какими силами обладал Цзюнь Мосе, для бабушки он в первую очередь оставался маленьким внуком, и не важно, сколько лет прошло бы: тридцать, сорок, сто, этого никак нельзя было изменить.

Поэтому, хотя Цзюнь Мосе и не хотел, всё же, ему пришлось через силу согласиться и отправиться вместе со своим старшим дядюшкой.

По дороге на север им встретилось два объекта, и они были успешно устранены абсолютно неопытным в этом деле Цзюнь Мосе, Донфанг Вэн Цином, двумя бойцами Небесного отряда Пожирателей Душ и подосланными убийцами со стороны семьи Донфанг.

Дядя с племянником потратили полвечера в ожидании прибытия людей трёх Священных земель, которые должны были охранять эти объекты, однако они так никого и не дождались. Оказывается, там просто не было засады.

Они уже были на пути к своей третьей цели.

– Уже меньше, чем через сто ли должно находиться местонахождение третьего объекта. Он считается самым трудным и тяжёлым из всех пятнадцати объектов, за которые мы решили взяться, – сказал Донфанг Вэн Цин, сидя верхом на лошади. Указывая кнутом на место вдали, его лицо становилось всё серьёзнее.

– О? Мне действительно очень интересно узнать, каким человеком, в конце концов, является наш клиент. Вы, дядя, тоже считаете его очень трудным? Там скрываются подонки трёх Священных земель? – в ту минуту Цзюнь Мосе сидел верхом на коне, однако ему всё-таки пришлось очень сильно изменить свою внешность: его лицо стало чёрным, один глаз был больше другого, рот немного перекосился. Он преспокойно ковырялся в носу, запустив «снаряд» в густые заросли травы, которые виднелись у края дороги. Прозвучал лёгкий свист, и дикий заяц взлетел верх тормашками.

Люди позади его, казалось, не увидели подробностей, и нельзя было не сказать, что этот заяц являлся деликатесом, но, однако, этот дикий заяц был сражен соплёй Цзюнь Мосе. То ещё удовольствие, просто тошнотворное зрелище.

И, хотя этот «снаряд» вряд ли мог попасть внутрь зайца, но всё-таки как можно было избавиться от этого психологического барьера?

– Этот объект не то, что трудный, хм, он охренеть какой трудный. Даже и без этих подосланных мастеров, он всё равно намного тяжелее предыдущих.

Донфанг Вэн Цин пришёл в раздражение, глядя на своего драгоценного племянника:

– Я хотел сказать, Мосе, ты не мог бы вести себя немного покультурнее, что ли? Ты же, негодник, как-никак наследник влиятельной семьи, твоё происхождение обязывает. Как ты можешь не обращать никакого внимания на облик и статус нашей семьи? Пусть тебе, конечно, плевать на свою репутацию, однако мог бы ты хотя бы немного подумать о том, что скажут о нашей семье? Пусть для вашей семьи Цзюнь это совершенно не важно, но как же твоя матушка, твоя бабушка, я, твой дядя, в конце концов? Из-за твоих манер мне даже своим друзьям стыдно сказать, что ты мой племянник, понимаешь? И пусть ты не боишься опозориться, но, однако, я боюсь.

– Дядя, разве это не ваших рук дело, то, как я выгляжу и веду себя сейчас? – Цзюнь Мосе покрутил шеей, послышался хруст костей, и он лениво сказал: – Вы сами меня переодели в какого-то безобразного типа, и ещё требуете вести себя немного культурнее? Спешу заметить, не значит ли это, что вы сами критикуете свою работу? Эм, я не хочу сказать, что ваша работа плоха, просто, она не проникнута высокой культурой.

Цзюнь Мосе был на самом деле сильно возмущен. Чтобы отомстить ему, Донфанг Вэн Цин нарочно переодел его в этот образ. С первого взгляда можно было сказать, что перед вами стоял настоящий отвратительный урод. Дядя не волновался. Это очень сильно било по высокому самомнению Цзюнь Мосе. Как он мог не злиться? Однако ответить ударом или высказать возражения он не мог, поэтому то он и решил таким образом высмеять свой новый образ.

«Разве не вы сами именно этого и ждали? Я вообще не против, базара ноль, а вы, давайте, наслаждайтесь в своё удовольствие моим шоу».

Однако Донфанг Вэн Цин был недовольным всю дорогу Он так хотел проучить своего племянника, вручил ему эти странные тряпки, надеялся выместить свою злобу и ненависть, однако этому паршивцу хоть бы хны. Ноль реакции. Так же, как и прежде, полное равнодушие. Донфанг Вэн Цин неоднократно ругался и бранился, но, тем не менее, Мосе был совершенно спокоен и безразличен ко всему.

Так как Цзюнь Мосе изначально знал, что в той поездке Донфанг Вэн Цин стопроцентно начал бы принима

ть различные попытки, чтобы отомстить ему, он просто взял и отключил свой слух. То есть, когда Донфанг Вэн Цин бурно и красочно поносил его, на чём свет стоит, брызгал слюной в разные стороны, Мосе абсолютно ничего не слышал.

И не только не слышал, а ещё и при виде, как рот Донфанг Вэн Цина беззвучно открывался и закрывался, а усы и борода неистово тряслись, временами он, еле-еле, с большим трудом сдерживал смех. Однако его дядя даже и не подозревал об этом.

Поэтому чем больше он ругался, тем больше чувствовал, что силы его покидают. По прошествии двух дней он прекратил свои попытки. Он был бессилен перед своим племянником и решил поменять способ мести:

–Ты, мелкий засранец, думаешь, вырос смазливым красавчиком? Значит, тогда я превращу тебя в настоящего урода. Посмотрим, получится ли у тебя стерпеть это?

Однако Цзюнь Мосе очень быстро свыкся со своим новым образом. Более того, его поведение и поступки резко и быстро стали соответствовать его новой внешности. До преображения Мосе был утончённым и грациозным молодым юношей с безупречными манерами. А после преображения, каждым своим словом и делом он всё больше вживался в образ отвратительного и наглого хама и хулигана.

Эта моментальная приспособляемость заставила Донфанг Вэн Цина снова ощутить недовольство, и у него появились сомнения в подлинном облике своего племянника.

Ковыряние в носу, снаряды из соплей. Это, как оказалось, были ещё цветочки. Вечером он уселся в комнате дядюшки Донфанг, снял обувь и принялся ковыряться в пальцах ног. Закончив с этим, взял несколько фруктов с подноса, однако не стал есть, а в конце вообще, вытерев руки об постельное бельё, натянув башмаки, отправился спать.

Перед тем как выйти из дверей, основательно прокашлялся, с оглушительным звуком отхаркнув комок густой мокроты. Придерживая одним пальцем ноздрю, с характерным звонким звуком пустил стрелу табачно-коричневого цвета из другой ноздри.

Для Донфанг Вэн Цина тот вечер стал настоящей трагедией. Он захотел выпить воды, однако стакан был опрокинут грязными ногами его племянника. Разве можно осмелиться после такого пить? Захотел немного перекусить? Тоже не осмелился.

«Пить, есть нельзя, можно я тогда просто усну? Однако все постельное бельё было испачкано грязными руками, ну как же тут уснуть?»

Донфанг Вэн Цин чуть не лишился дара речи. Практически взбесился, однако, что поделать, это был его собственный грех. В дальнейшем он торопился раньше обычного ложиться спать. И ни за что не пускать своего племянника.

Однако, задремав, он частенько видел во сне, как его племянник ковыряет свои грязные ногти у кровати, и с уродливым лицом что-то бормочет:

– Дядя ты проснулся? Посмотри только на мои ноги, кожа слазит, ай-яй, эти кутикулы! У человека такой быстрый обмен веществ, особенно у таких молодых, как я. Юность – это так прекрасно.

У Цзюнь Мосе были очень удивительные способности. Какими такими всевозможными способами удалось бы удержать его?

Видя перед собой такую нелицеприятную картину, у Донфанг Вэн Цина в животе словно всё переворачивалось, ему хотелось блевать: кто с утра пораньше хотел бы увидеть первым делом какого-то урода, который ковыряет ноги прямо перед твоим лицом? К тому же, так близко к твоему лицу, что попросту можно получить в глаз.

Прошло около трёх дней, и Донфанг Вэн Синь, не выдержав, попросил пощады.

Таким денькам наконец-то пришёл конец.

– Впереди находится самый известный город нашего материка – Цзюйхуа. И наша цель – самая влиятельная семья этого города – семья Чен, – Донфанг Вэн Цин был не в силах смотреть на своего отвратительного племянника и равнодушно всматривался вдаль.

– Город Цзюйхуа? – услышав это название, Цзюнь Мосе сразу же задумался о хризантемах и, широко выпучив глаза, сказал: – Это название такое… красивое.

– Красивое название? Да какое, к чёрту, красивое название? Город Цзюйхуа растянулся на тысячи ли, можно сказать, настоящий гегемон, – Донфанг Вэн Цин буркнул: «В городе Цзюйхуа расцветают хризантемы, словно целый океан. Род семьи Чен непобедим».

Он сказал на одном дыхании:

– Семью Чен очень трудно победить.

Цзюнь Мосе внезапно схватился за живот и расхохотался до слез:

– Какие прекрасные слова. Не знаю, какой талантище их написал для всемогущей семьи Чен? Однако нечего сказать, посмешил меня на славу!

Глава 839. Поручение? Или вызов?

– В самом деле, так смешно? – Донфанг Вэн Цин удивлённо посмотрел на своего племянника, совершенно не понимая, что могло так сильно рассмешить Мосе.

– Семья Чен из города Хризантем. Здорово звучит, всё-таки. Интересно, а у них у всей семьи хризатемки (1) очень Чен (2)? Я, конечно, не знаю, в какое время они раскрываются, но они большие или маленькие? Ха-ха-ха-ха, – Цзюнь Мосе заливался от смеха и даже чуть не свалился с лошади.

– Какого чёрта ты смеёшься тут, паршивец? – Донфанг Вэн Цин в мгновение разозлился: – У нас на носу встреча с таким сильным врагом, нет бы, продумывать стратегию, а ты ржёшь тут во всю глотку.

– Сильный враг? – Цзюнь Мосе скосил глаза и наконец-то прекратил смеяться. Хотя его плечи ещё содрогались, он, тем не менее, очень сурово сказал: – Эти подонки ещё и сильные враги, которые именуются непобедимым Цзюйхуа? Дядя, успокойте нервишки, и вы ещё увидите, как ваш племянник сотрёт в порошок все лепестки этих жалких хризантем.

– Эти цветы не так-то легко уничтожить. У них очень могущественная скрытая сущность, – Донфанг Вэн Цин не совсем понимал, что имел в виду его племянник. Из-за этих двусмысленных фраз, основываясь на реальных фактах и сравнивая силы обеих сторон, почесав подбородок, он сказал:

– В этот раз нашей целью является глава семьи Чен, Чен Цинтянь. Укрываемый бесчисленным количеством мастеров, к нему будет очень нелегко подобраться, степень сложности довольно высока.

Донфанг Вэн Цин протянул Мосе свиток и сказал:

– Здесь подробная информация о семье Чен.

– Мы должны убить главу самой влиятельной на данный момент семьи на материке? Дядя, как семья Донфанг, учитывая свой уровень силы, смогла согласиться на такой невероятный поступок? – Цзюнь Мосе внимательно просмотрел информацию, отбросил в сторону шуточки и довольно серьёзно спросил.

В это время у него появились очень сильные сомнения.

«Если не брать меня самого в счёт и рассматривать этот вопрос, основываясь только лишь на сегодняшнем состоянии сил семьи Донфанг, принимать этот заказ было очень нелогично. Исходя из данной ситуации, хотя семья Чен и является обыкновенной светской семьёй, всё же, если рассматривать их силы, они решительно занимают статус семьи высокого порядка. Точно, нисколько не ниже семьи Донфанг.

К тому же, даже в некоторых аспектах ещё и выше на голову. Притом, это всё-таки поверхностные данные, и совершенно неизвестно, что скрывается у них там, внутри. Семья Донфанг столько лет находилась в безмолвии, и тут внезапно снова дала о себе знать, да ещё и приняла этот заказ. Нечего сказать, это выглядит очень глупо.

– Причина как раз в тебе, – Донфанг Вэн Цин с выражением чрезмерной любви посмотрел на своего племянника. Пусть последние несколько дней они открыто противостояли друг другу, но, всё же, дядя был очень доволен своим племянником.

– Во мне? Что это ещё значит? – Цзюнь Мосе в растерянности задрал голову.

– Примерно тысячу лет назад, когда семья Чен только начинала свой путь, она была всего лишь маленьким родовым кланом. Даже пройдя через соответствующее развитие, всё же, их силы не выходили за пределы самого низкого порядка. В их поведении не было ничего примечательного. Но вдруг, пятьсот лет назад в их семье неожиданно появился очень могущественный человек, который в будущем стал настоящей легендой. И как раз после его появления и до нынешних пор семья Чен стояла непоколебимо как утёс. Она стала считаться сильнейшей семьёй материка, настоящим гегемоном.

– Этот легендарный человек, который поднял уровень семьи Чен, должен быть хорошо знаком тебе, негодник. Его имя – Чен Чун. Спустя несколько месяцев после того, как Чен Чун начал свою карьеру, его имя облетело весь материк, и он стал настоящей знаменитостью. Потом он добился впечатляющих успехов в мастерстве владения Суань, ему не было и пятидесяти лет, когда он уже продвинулся до уровня Великого мастера.

Его слава росла, а почести и привилегии были уникальны. Тогда имя великого мастера Фэнюнь стало живой легендой. После того, как он присоединился к трём Священным землям, он сначала стал Почтенным Фэнюнь, потом Достопочтенным Фэнюнь, а легенды стали преданиями. Однако сейчас ходят слухи, что Достопочтенный Фэнюнь Чен Чун, считавшийся живой легендой на протяжении не одной сотни лет, погиб от рук твоего загадочного учителя.

Цзюнь Мосе сплюнул. Оказывается, вот оно что. Он начал отдалённо что-то понимать.

– Достигнув уровня Достопочтенного мастера, Чен Чун неожиданно погиб. Для Неуловимого Мира Бессмертных это стало, безусловно, большой потерей. Однако для семьи Чен это стало равносильно тому, если бы небо упало на землю. Они лишились их главной опоры и надежды.

Уголки рта Донфанг Вэн Цина сложились в лёгкой усмешке:

– После сообщения о смерти Чен Чуна семья Цзюнь покинула Тянсян и сбежала в Тянь Фа, а семья Чен принесла клятву: во что бы ни стало отомстить за него. Однако им не удалось найти своих врагов. Более того, даже сам Чен Чун, казалось, был мастером, который не имел соперников.

Они всего лишь светская семья, как они могут позволить навлечь на себя гнев? Однако как раз в это время семья Донфанг, которая имеет прямое отношение к тебе, негодник, официально объявила о своем возвращении. И семья Чен решила излить свой гнев, как раз на нас. Ещё и объявила на весь мир, что, пока не уничтожит нас, не отступит.

Цзюнь Мосе тихонько покачал головой. У него было очень странное чувство в этот момент.

Судя по всему, не важно какое дело, причины и результаты. Пусть даже нельзя найти главного виновника проблем. Но людям всё равно, на ком они смогут отыграться и спустить свои ненависть и злость. Вне зависимости, где находится их главная цель, и насколько поверхностные отношения имеет объект к их противнику. Или насколько смехотворна их причина, на которой они основывались. Да пусть это даже полностью будет выглядеть бессмысленно и нелогично, однако самое важное – это предлог, благодаря которому эти люди могут действовать.

В этом мире так легко найти предлог для всего, чего душа пожелает. Убивать и грабить ради этого предлога – да запросто, это так называемый специальный приём.

Сейчас ситуация сложилась таким образом, что у семьи Чен нет ни смелости, ни сил искать и беспокоить семью Цзюнь в Тянь Фа. Что лучшим решением они выбрали для себя выместить свой гнев на какой-то другой семье. Этот приём не только вызывает презрение, но и вообще не достоин считаться настоящим приёмом.

– Как только семья Чен объявила об этом, мы сразу же получили поручение, – в глазах Донфанг Вэн Цина промелькнула насмешка: – И заказчиком в этом деле является другая, не менее крупная и влиятельная семья, семья Чжань. Такое совпадение прямо-таки вызывает смех.

– Семья Чжань? Поручение семьи Чжань кажется смехотворным? – Цзюнь Мосе нахмурился. При упоминании этой фамилии у него перед глазами сразу появился печальный образ Королевы змей и мощный удар Чжань Мубая. Невольно в воздухе почувствовалась жестокая жажда убийства.

– Верно. Именно то, что поручение было получено от семьи Чжань, делает его ужасно смехотворным. Много лет назад один из основателей семьи Чжань примкнул к Неуловимому Миру Бессмертных. И, хотя он уже довольно преклонного возраста, он до сих пор даёт знать о себе. И ещё одно, отношения между семьями Чжань и Чен всегда были весьма неплохими.

Эти семьи всегда принадлежали вассалу, Неуловимому Миру Бессмертных. Между ними отродясь никогда не было никаких конфликтов. Их отношения поистине можно назвать прекрасными, и вдруг от одной семьи поступает предложение об убийстве главы другой семьи. Разве это не кажется смешным?

Донфанг Вэн Цин холодно усмехнулся:

– Кроме этого, много лет назад ходил слух, что живая легенда, Чен Чун, вступил в три Священные земли, как ученик семьи Чжань. Поэтому эти две семьи на протяжении долгих лет действовали во всём заодно. А сейчас семья Чжань отправила поручение об убийстве главы семьи Чен. И дураку понятно, что это ловушка. Не слишком ли они принимают нашу семью за кретинов? Поэтому твоя бабушка, практически не раздумывая, решила принять это предложение.

– Это вовсе не значит, что эти две семьи принимают нас за кретинов. Это означает, что они бросают нам вызов, – до Цзюнь Мосе наконец-то дошло: – Семья Донфанг только что вернулась и, столкнувшись с открытым вызовом со стороны такого сильно противника, никоим образом не сможет спасовать. Если всё-таки мы откажемся, это будет означать конец нашей репутации. Поэтому это вовсе не поручение, а настоящий вызов.

И когда госпожа Донфанг приняла это предложение, своим поступком она прямо объявила войну этим двум семьям.

Госпожа Донфанг по своему характеру была очень жесткой и решительной. Её решения всегда были непоколебимы и окончательны. Столкнувшись с наглой провокацией со стороны этих двух семей, она дерзко и бесповоротно приняла вызов.

Во-первых, это поручение затрагивало репутацию семьи Донфанг, как первой семьи наёмных убийц. Это было равносильно открытому оскорблению. Во-вторых, своим поведением госпожа Донфанг хотела объявить всему миру, что она готова оказать поддержку своему внуку.

Цзюнь Мосе в тот миг вдруг понял всё это.

Ещё он понял то, что, не важно, приехал бы он или нет, семья Донфанг всё равно бы пошла на это. А для семьи Донфанг, учитывая их силы на тот момент, столкновения с двумя очень влиятельными семьями, было бы равносильно полному уничтожению. Однако госпожа Донфанг, всё же, по-прежнему без колебаний приняла это решение. Его приезд означал, что семья Донфанг ещё может одержать победу в этом нелёгком сражении. Поистине своевременная поддержка, однако, с другой стороны, лишняя суматоха.

Внезапно Цзюнь Мосе почувствовал очень приятное и тёплое чувство. Это были чувства родства, объединения, чувство чего-то большего, чем семья.

«Только твои родные люди смогут пойти ради тебя на такой отчаянный шаг».

– Если рассматривать семьи Чен и Чжань со стороны вопроса подданства, они обе принадлежат империи Тан. Однако обе семьи никогда не участвовали в мероприятиях, касающихся империи. И уж, тем более, не разрешали своим потомкам вступать на госслужбу. Вопреки этому они были довольно влиятельными, а их потомки непрерывно удивляли своими выдающимися способностями.

Вне зависимости, глядя со стороны финансовых возможностей или военной силы, обе семьи были настоящими гигантами. Уверен, что сейчас они уже полностью подготовились к этому делу. Поэтому для нас эта поездка полна трудностей и опасностей, а будущее непредсказуемо.

Донфанг Вэн Цин серьёзно сказал:

– Мосе, ты обязательно должен знать одно: мы можем презирать нашего врага, но мы никогда не должны недооценивать его.

Цзюнь Мосе кивнул, его взгляд в мгновение изменился и стал жестоким и бесчеловечным, словно у стервятника, смотрящего на падаль.

После того, как Цзюнь Мосе узнал причину и другие подробности этого дела, поездка уже не казалась ему такой лёгкой и простой. Если сложить силы семьи Чжань и семьи Чен, они далеко превышали силы семьи Донфанг, но не до такой степени, чтобы уничтожить их без остатка.

Раз уж три Священные земли решили свести счёты, нужно было не проморгать удобный момент и нанести им мощный удар. Добиться их полного разорения. Ни в коем случае нельзя было дать им скрыться. Раз уж обе семьи не обладали такими силами, тогда…

Единственное разъяснение этому – ловушка трёх Священных земель, и они прикрывались репутацией двух семейств.

К сожалению, они не знали, что Цзюнь Мосе знал об их ловушке.

Радужным мечтам трёх Священных земель не суждено было сбыться.

Цзюнь Мосе холодно усмехнулся:

«Мы ещё посмотрим, кто из нас будет похоронен в этой западне».

________________________

(1) На жаргоне – анус.

(2) Чтение одно, значения разные, в данном случае – глубокие.

Глава 840. Коварный замысел семьи Чен

Цзюнь Мосе про себя поразмыслил:

«Если три Священные земли решили организовать невидимый театр военных действий именно здесь, тогда нужно использовать это с пользой для себя.

Во-первых, можно потребовать уплаты процентов с нависшего долга.

А эти проценты неизбежно приведут к новым кровопролитиям».

*Цок-цок-цок* Был слышен топот копыт. Цзюнь Мосе и группа из двадцати четырёх человек медленно вошли внутрь города Цзюйхуа.

Город Цзюйхуа, семья Чен.

В большом зале восседал глава семьи – Чен Цинтянь. По обе стороны от него находились двое стариков в белых одеждах. Они не говорили, не двигались и вообще выглядели, словно каменные статуи.

Ниже располагалось два ряда сидений. По сорок или пятьдесят стульев, которые были полностью заняты людьми. Их лица были чрезвычайно серьёзными, все сидели очень тихо, не издавая ни единого звука. Казалось, что в них трепетала воля и решимость к сражению.

Неожиданно послышался звук копыт приближающихся лошадей, который стих прямо перед усадьбой. Затем последовали чьи-то быстрые шаги.

Два старика в белых одеждах внезапно открыли глаза, излучая при этом яркое сияние.

«Прибыли», – именно это слово промелькнуло в мыслях всех присутствующих.

– Господин, семья Донфанг вошла в город Цзюйхуа, – мужчина в зелёном одеянии вбежал в зал и, опустившись на одно колено, громко доложил о происходящем.

Чен Цинтянь слегка кивнул и спросил:

– О, кто-кто явился? И сколько их человек?

Человек в зелёном ответил:

– Во главе отряда Донфанг Вэн Цин. Остальная свита включает в себя двадцать три человека, среди которых двое – подосланные наёмники с Суань неба из семьи Донфанг, ещё один относится к младшему поколению этой семьи. А остальные двадцать, судя по их одежде, словам и поведению, скорее всего, слуги младшего пацана, упомянутого ранее.

– Хе-хе. Семья Донфанг слишком пренебрежительно ко мне относится. Какой-то Донфанг Вэн Цин и два наёмника хотят заполучить мою голову – голову Чен Цинтяня? Неужто от долгого пребывания взаперти уже и своё место позабыли? Ещё и мелкого с собой притащили, думаете Цзюйхуа – это то место, куда может входить кто угодно? – Чен Цинтянь слабо улыбнулся и холодно сказал.

– Ха-ха-ха. Только двое наёмников и Донфанг Вэн Цин. Они действительно хотят забрать голову хозяина, полагаясь лишь на свою силу, очень смешно, ха-ха.

Затем мужчина средних лет в зелёном одеянии усмехнулся и сказал:

– Господин, семья Донфанг совсем охренела, давайте устроим им казнь тысячи порезов. А затем отправим труп Донфанг Вэн Цина обратно домой, официально объявив им войну. Сотрём с лица земли семью Донфанг.

– Да, Ли Хуфа верно говорит. Брат, своими действиями семья Донфанг нас сейчас с говнищем мешает, мы не можем это просто взять и проглотить, – говорящий был не кто иной, как третий брат Чен Цинтяня – Чен Цинюнь. В этот момент всё его лицо покраснело от злости.

– Всем быть начеку! Семья Донфанг никогда не полезет в бой напрямую, они сделают это жестоко и исподтишка. Их наёмники могут с лёгкостью разобраться с мастерами с Суань неба и при этом остаться целыми и невредимыми.

Один из двух людей в белых одеяниях, что находились по бокам от Чен Цинтяня, медленно сказал:

– Насколько я помню, уровень Донфанг Вэн Цина находился на третьем уровне Суань духа. Когда это он успел так резко продвинуться в своём совершенствовании? Сейчас он, как минимум, Достопочтенный мастер. Если…

Он медленно поднял голову и осмотрелся, а уже затем продолжил говорить:

– Если будем пренебрегать им, можем понести большие потери.

Чен Цинтянь с глубоким уважением промолвил:

– Старик Фэн говорит правду.

Никто не удивился от такого отношения Чен Цинтяня к старику. Все, очевидно, были в курсе о том, что случилось с ними в прошлом.

– Вы только что сказали, что в отряде присутствует представитель младшего поколения семьи Донфанг, верно? И как же он выглядит? – другой старец в белой одежде неожиданно задал вопрос. Он всегда казался очень молчаливым, а этот вопрос показался всем каким-то неактуальным и бессмысленным.

Стоявший на коленях докладчик ответил:

– Молодой человек выглядит уродливым, его лицо тёмное, рот перекошен, а глаза так вообще разного размера. Его манеры просто отвратительны. Никчёмный хулиган. Даже близко не походит на потомка такого величественного рода.

На этого человека была возложена тяжёлая ответственность. Ему нужно было выведать всё о прибывших гостях и детально изучить каждого из них. Так что, описывая прибывших из семьи Донфанг, ему ни в коем случае нельзя было оплошать. В частности, характеристика внешнего вида Мосе полностью совпадала с действительностью.

– Род наёмников Донфанг насчитывает уже не одно тысячелетие. Как у них мог родиться такой уродец, – старик в белом одеянии был очень серьёзен: – Первое поколение кормит, второе одевает, чтобы репутация третьего поколения была безукоризненной. Это и есть то благородство и достоинство, о котором мы говорили. В прошлом тысячелетии семья Донфанг насчитывала десятки поколений. Вероятность появления «золотой молодежи» была ничтожно мала.

Он тяжело фыркнул:

– Более того, Донфанг Вэн Цин и Донфанг Вэн Цзянь на протяжении долгих лет не имеют своего потомства, лишь у Донфанг Вэн Дао есть двое сыновей. Согласно записям, один из двух сыновей Вэн Дао только сейчас достиг совершеннолетнего возраста. А второй, вот, помладше будет. Наружность у него так себе, но, всё же, сойдёт. Тогда откуда взялось это грубое, неотёсанное лицо?

Чен Цинтянь оцепенел:

– Неужели этот человек скрывает свою истинную личность?

– Именно, – старик в белом уверенно заявил: – И этот человек, должно быть, обладает незаурядным мастерством. Этот человек сыграет важную роль в данном деле. Что же касается Донфанг Вэн Цина, судя по всему, с его стороны угроза как раз таки не такая уж и большая. Скорее всего, он здесь просто для привлечения внимания. А основное звено определённо заключается в этом «представителе младшего поколения».

Чен Цинтянь одобрительно кивнул и обратился ко всем присутствующим:

– Немедленно отправьте людей для идентификации личности этого засранца. Следите за каждым его шагом и, если появятся какие-либо новости, тут же докладывайте.

– Есть.

– Третий брат, ты же поддерживаешь связь с семьёй Чжань. Передай им, чтобы они были в полной готовности.

– Так точно. Брат, мастера семьи Чжань уже в полной боевой готовности. Кроме того, поддержка оказывается и за пределами города. Если что-нибудь случится, ты всегда можешь рассчитывать на их помощь.

Как раз в это время докладчик хотел было ещё что-то сказать, но старик в белом одеянии тут опередил его:

– У тебя что-то ещё есть?

– Да, просто, эта вещь немного странная, и я не совсем уверен в этом, – докладчик сделал небольшую паузу, но всё же, нерешительно сказал: – Ещё…

– Что ещё? – с тревогой спросил мужчина, находившийся рядом с ним.

– Двадцать последователей, о которых я говорил, все они одеты в качестве охранников. Они спокойны, но от них исходит атмосфера жестокости и свирепости. Согласно наблюдениям, я обнаружил нечто странное.

– И что же? – Чен Цинтянь нахмурился.

– Те два наёмника с Суань неба будто бы немного боятся этой оравы. Между ними есть небольшая сдержанность и натянутость. Можно заметить даже смутное уважение со стороны тех двух убийц. Конечно, это только мои догадки, у меня нет никаких тому доказательств, – докладчик слегка нахмурил брови, вспоминая каждую деталь увиденного.

Как только прозвучало это утверждение, два старика в белых одеждах вдруг призадумались и посмотрели друг на друга. Они подумали об одном и том же. Один из них медленно спросил:

– Эти люди выглядят диковато, словно их нельзя укротить? А что насчёт их телосложения – это здоровенные рослые мужланы? Суровые и грубые?

На этих словах, даже Чен Цинтянь внезапно насторожился. Люди в зале, один за другим выпрямились и посмотрели на того докладчика. Все думали об одном:

– Видоизменённые Священные звери Тянь Фа.

– Верно, они очень крепкие и здоровые, от них исходит кровожадная аура. Однако никакой дикости я не заметил. Наоборот, это очень дисциплинированная команда. Все двадцать человек ходят в ногу, словно солдаты, прошедшие не одну кровавую битву. Я могу заверить вас, что это не Священные звери леса Тянь Фа.

Докладчик немного поразмыслил и, наконец, утвердительно сказал:

– Хотя я не видывал видоизменённых Священных зверей, однако я с детства присматривал за обычными Священными животными во дворце. Так что могу с точностью поручиться за свои слова.

– Это странно, – два старика в белых одеяниях снова посмотрели друг на друга, теперь уже в полном недоумении. Они были уверены, что это Священные звери Тянь Фа, однако, выслушав докладчика, они встали в некий ступор. Неужели старцы ошиблись в своих суждениях?

– Кроме того, все двадцать человек очень уважительно относятся к мальчишке с чёрным лицом и к Донфанг Вэн Цину. Поэтому я и сказал, что все они являются слугами этого мальчишки, – закончив это предложение, докладчик замолчал.

– Нужно быть осторожнее в этом вопросе. Изучи всё немного тщательнее, – одновременно сказали Чен Цинтянь и два старика.

– Верно, – Чен Цинтянь вздохнул.

Чен Цинюнь поднялся и сказал: – Брат, ты можешь не беспокоиться по поводу семьи Чжань. Вот только, кого ты отправишь, чтобы выяснить подноготную этого черномазого пацана?

Чен Цинюнь не был идиотом. Чен Цинтянь говорил о дополнительном расследовании в отношении мальчишки и двух наёмников ещё до того, как этот вопрос стал чрезвычайно важным. Если раньше можно было бы послать кого угодно, то теперь нужно было быть предельно внимательными. Любая оплошность могла привести к серьёзным потерям.

Чен Цинтянь вздохнул и сказал:

– Пусть Чен Чен пойдет на это задание. Только он сможет завершить дело, не оставив после себя никаких следов. Так и мне будет спокойнее.

– Старший брат, это ведь его первое дело? Не думаешь, что ты слишком высокого мнения об этом засранце? – Чен Цинюнь был явно ошеломлён.

Глава 841. Четыре наследника. Музыкальное представление

– Бережёного бог бережет. Это дело особой важности. Нужно быть предельно осторожными, дабы не заработать ещё больше проблем. Более того, исходя из доклада, можно сказать, что в этот раз сила прибывшего отряда семьи Донфанг непредсказуема и даже загадочна. Если отправить кого-нибудь другого, можно привлечь внимание и запороть всё дело, – лицо Чен Цинтяня было спокойным, а глаза ярко светились.

Хотя Чен Цинюнь был всё ещё несколько озадачен, он не осмелился сказать больше и просто повернулся, отдав соответствующие распоряжения.

Чен Цинтянь смотрел на уходящего из зала третьего брата. Его лицо не выражало не единой эмоции, однако в душе его захлёстывало волнами разных чувств. Он про себя подумал:

«Братец, эх, мой братец, это дело важно не только из-за уничтожения семьи Донфанг. Мы делаем это ради мести господина Мо Вудао из Неуловимого Мира Бессмертных.

Предок Чен Чун покинул нас, теперь нашей семье совершенно не на кого положиться. Нас могут подавить другие вассальные семьи. А теперь Дворец небожителей предоставляет нам такое важное задание. Можно сказать, что нам дали второй шанс на спасение своей семьи Чен. Мы должны любой ценой закончить эту миссию, иначе, боюсь, нашему роду придет конец».

Размышляя об этом, Чен Цинтянь испытывал и радость, и печаль в своём сердце. Если подумать, три Священные земли впервые поставили перед семьёй Чен столь важную задачу. Если они сумели бы выполнить всё безукоризненно и точно, удовлетворив желания самого Мо Вудао, тогда их вознаградили бы за это сполна.

Таким образом, несмотря на то, что семья Чен лишилась своего предка Чен Чуна, у них появилась новая поддержка в лице Неуловимого Мира Бессмертных, и их сила вышла на другой уровень.

Если у них ничего бы не вышло, то их ждала бы не только месть со стороны семьи Донфанг, но и гонения других вассальных семей трёх Священных земель, что определённо привело бы к падению рода Чен. Даже их союзная семья Чжань могла остаться в стороне. В общем, если возникло бы нечто нехорошее, семья Чен могла быть стёрта с лица земли.

От таких дурных мыслей у Чен Цинтяня по спине пробежали мурашки.

Таким образом, это была отличная возможность для семьи Чен, расправиться с семьёй Донфанг. Однако это также был и самый острый клинок, который мог отрубить всем им головы в случае провала. Чен Цинтянь ни в коем случае не допустил бы никакой промашки. Не важно, какой ценой, нужно было лишь успешно закончить миссию.

Поэтому в этот раз он всё так тщательно разузнал и отправил на разведку своего старшего сына – Чен Чена.

На материке Суань постоянно появлялись разные выдающиеся таланты, но самые известные восходящие светила этого мира были четырьмя потомками влиятельных родов, больше известных как «четыре наследника».

Хотя эти четверо и были хороши в мастерстве Суань, но не настолько, чтобы считаться непревзойдёнными мастерами, а что касалось их сообразительности, тут нельзя было так просто решишь. Трудно сказать, что у них там творилось с уровнем интеллекта.

Скромный джентльмен, мягкий словно яшма. Наследник белого нефрита – Ю Чаофань.

Проворный малый, беззаботный словно ветер. Вольготный наследник – Ли Юран.

Зелёный как бамбук, смотрящий на горизонт. Наследник края света – Ю Тянья.

Неуловимый звук, убитый горем наследник – Чен Чен.

Чен Чен являлся самым талантливым из всех четырёх наследников.

Он всегда выделялся и был выдающимся талантом семьи Чен за последние пятьсот лет. Чен Чен заметно отличался от остальных трёх наследников, как белая ворона. А всё потому, что его навыки в совершенствовании просто потрясали. Будучи таким молодым, он уже достиг Суань неба. А ему ведь было только двадцать шесть лет.

Если судить по его навыкам совершенствования, можно было сказать, что у них с Байли Лу Юнем была абсолютно одинаковая база. Если бы Лу Юн не встретил Мосе, то их навыки были бы примерно одного уровня.

Чен Чен, известный как второй одарённый талант семьи Чен, после их предка – Чен Чуна.

Этот парень также обладал сильным литературным талантом, глубоким умом и хорошим темпераментом. Был известен в народе как «три таланта»: это – пианино и два вида флейт. Его музыка опьяняла, заставляя позабыть обо всём на свете. Пусть мир тот был огромен, но не нашлось бы ни одного человека, способного по-настоящему понять и оценить музыку Чен Чена. Так что, у него было ещё одно прозвище: «ненавистник знатоков музыки».

Как только этот парень проявлял свои таланты, он делал это слишком круто, не щадя никого вокруг. Вот как обычно об этом в народе говорили: «Убитый горем наследник так ненавидит знатоков музыки, что концовки его произведений ломают людские души».

Даже семья Чжань согласилась с тем, что если Чен Чен продолжил бы развиваться в таком же темпе, то стал бы последователем Чен Чуна. Возможно, он мог достигнуть уровня не просто Достопочтенного мастера, а самого шенвана.

Это как раз таки и была основная причина того, почему семья Чжань старалась поддерживать дружеские отношения с семьёй Чен.

Кроме того, Чен Чен и младшая дочь семьи Чжань – Чжань Менде, которая славилась своей красотой и талантами, заключили кровный договор: «Если расправа с семьёй Донфанг пройдёт успешно, тогда семья Чен официально примет в свою семью Чжань Менде и посадит её с Чен Ченом на одну колесницу».

Чен Цинтянь решил сразу же использовать свой единственный козырь в виде Чен Чена для этого задания. Ведь всё приняло чрезвычайно опасный поворот.

– Пусть четверо придворных находятся рядом с наследником, обеспечивая его личную безопасность, – Чен Цинцянь немного замешкал, но, всё же, принял такое решение.

Чен Чен – единственная надежда семьи Чен на светлое будущее.

– Раз уж Чен Чен самолично отправится на это задание, то два старика решили тайком понаблюдать за ним. Нам уж очень интересно посмотреть на восходящую звезду семьи Донфанг, на этого чернолицего мальчишку. А заодно и глянуть на эту загадочную свирепую свиту в двадцать человек. Хе-хе, – старик в белом одеянии погладил свою седую бороду и улыбнулся. На слове «свирепую» старик нарочно сделал пренебрежительный акцент, демонстрируя чувство насмешки.

– Спасибо за вашу заботу старик Ли, – Чен Цинтянь был в восторге. С этими двумя людьми безопасность Чен Чена была просто неоспоримой.

Город Цзюйхуа.

Постоялый двор Цзинцзюй.

Цзюнь Мосе вместе со своим отрядом решили обосноваться там. Донфанг Вэн Цин, кинув кусок золота, выкупил сразу весь постоялый двор.

Такое поведение дядюшки Донфанг немного озадачило Мосе. Ведь наёмники – это бесшумные убийцы, и чем тише они себя вели, тем же им и лучше. Так почему дядя действовал с точностью наоборот, хм?

На вопрос Мосе Донфанг Вэн Цин улыбнулся и сказал:

– Город Цзюйхуа является домом семьи Чен, и её мощь уже проникла во все отрасли. Думаю, что они знали о нашем приходе. Причём, еще когда мы были за несколько миль отсюда. Семья Чен знает о каждом нашем шаге, так что, чем тише мы будем действовать, тем больше смеха вызовем. Лучше сделать всё как есть, без лишней суеты.

Цзюнь Мосе не удержался от смеха и сказал:

– В таком случае, я хочу прогуляться и посмотреть, какие развлекаловки есть в этом городишке.

Донфанг Вэн Цин некоторое время смотрел на племянника, а затем сказал:

– По-видимому, ты уже знаешь, что к чему, так что иди себе, куда хочешь. Однако будь осторожен и не вздумай раскрывать свою силу. Нам ни к чему лишние хлопоты.

Он понимал, что ключ к этой миссии заключался в Мосе. Именно поэтому старуха Донфанг приставила к нему этого мальчишку.

На протяжении всего пути их отряд нисколько не скрывал себя, так что личность Цзюнь Мосе вызывала очень много вопросов. Скорее всего, семья Чен уже обо всём узнала и пошла на всё, чтобы раскопать всю подноготную на Мосе.

Поэтому молодому мастеру Цзюнь не нужно было скрываться. Лучше всего было просто обратить планы врага против него самого. Да и Донфанг Вэн Цин был уверен, что у этого засранца уже давно имелся свой собственный план про запас. Беспокоиться было не о чем.

Цзюнь Мосе улыбнулся и без какого-либо сопровождения отправился восвояси.

– Разве вы не собираетесь догнать его? Если что случится, как быть? – хотя Донфанг Вэн Цин доверял Мосе, но, всё же, испугался, увидев, с какой беззаботностью ушёл этот балбес.

– Дядя Донфанг, успокойтесь, со способностями нашего Мосе ему не страшна даже армия шенванов и шенхуанов. Цель данной миссии – семья Чен, а это, как мы все знаем, шуты гороховые, с них и взять нечего. У Мосе определённо есть какой-то план, зачем бы ему уничтожать семью Чен, если это можем сделать мы, – один из бойцов Небесного отряда Пожирателей Душ улыбнулся.

– Эм, – Донфанг Вэн Цин от таких чванных речей аж поперхнулся. «Это что ещё за безумие, за кого они принимают своего хозяина? Ему не страшна даже армия шенванов и шенхуанов? Ей богу, прям, легендарная личность получается. Чего они этого балбеса так расхваливают, словно это сам небесный пророк?»

После таких слов Донфанг Вэн Цин не стал задавать лишних вопросов. С помрачневшим лицом он вернулся в свою комнату для медитации, стараясь топать по лестнице как можно громче.

Выйдя на улицу, глядя на Цзинцзюй, Мосе нарочно немного постоял у выхода постоялого двора, а затем, слегка пошатываясь, распахнул свою верхнюю одежду и направился в сторону восходящего солнца. Он шёл с очень важным видом, занимая собой практически целую улицу.

Казалось, что даже самые заносчивые хулиганы себе такого не позволяли.

По его детективным показателям, со стороны постоялого двора, включая дорогу, по которой он шёл, по крайней мере дюжина людей изо всех сил бежала в разные стороны. Очевидно, они спешили со своими докладами.

– Служебные обязанности, ничего не поделаешь, – молодой мастер продолжал идти вперёд, расталкивая всех вокруг: глаза разные, рот кривой – вся морда наперекос: – Эти люди наверняка побежали сообщать своим придворным дамам, какой привлекательный джентльмен явился в их город.

Раздался звук «хрр-тьфу» – это Цзюнь Мосе так смачно харкнул в сторону. А затем своей развалистой походкой продолжил свой путь.

Некоторое время спустя он услышал чей-то крик:

– Поторопитесь, сегодня наследник Чен проведёт музыкальное представление в башне Таньгуань. Если вы опоздаете, мест не будет. Это редчайшее событие за последние несколько лет!

В тот же миг раздались шумные возгласы, и толпы людей с криками куда-то побежали.

Какое-то время улицы были переполнены.

– Музыкальное представление? Это в честь моего прихода, что ли? Да ещё и сам наследник Чен всё организовал? – Цзюнь Мосе фыркнул, протянул руку и схватил парня, который в этот момент пролетал мимо него. Он спросил:

– Где находится башня Таньгуань?

Человек попытался применить силу, но так и не сумел вырваться на свободу. Он только почувствовал, будто его руку приковали железным обручем: мышцы просто разрывало от боли. Он еле-еле провопил:

– Даже не знаешь, где эта башня находится? Обязательно меня спрашивать?

– Эй. Если бы я знал, разве стал бы к тебе обращаться? – гневно ответил молодой мастер Цзюнь: – Ты так невнятно говоришь, будто слова исходят из глубины твоей жопы.

Глава 842. Башня Таньгуань

Увидев Цзюнь Мосе в образе настоящего злыдня, да ещё, к тому же, такого отвратительного и обезображенного, незнакомому мужчине только оставалось горестно вздохнуть и быстро произнести:

– Это вон там, впереди, двигайся за толпой и скоро окажешься на месте.

Цзюнь Мосе быстро кивнул и отпустил его. Этот человек в мгновение ока исчез в толпе людей. Мосе скривил рот и прошмыгнул в людской поток.

Этот человек не соврал. Башня Таньгуань в самом деле находилась по пути. Они словно знали, что молодой господин как раз направлялся туда. На удивление, там было устроено великое пиршество с музыкой.

«Если я не пойду туда, разве этим самым я не обману их доброе отношение?»

Поэтому Цзюнь Мосе, будучи человеком, считающим для себя счастьем помогать друзьям, весело отправился в башню Таньгуань.

Со стороны западных ворот некто тоже на всех парах спешил в эту башню.

Группа людей только-только начала входить в западные ворота. Увидев шумные толпы людей, услышав доносящиеся звуки музыки и имя наследника Чена, они невольно пришли в растерянность.

Среди них виднелась одна красивая девушка с утончённой фигурой. Она восседала верхом на коне, а её лицо скрывала траурная повязка. Она резко бросила:

– Кажется, наследный господин Чен пользуется большой популярностью. Он ещё не начал играть, а уже столько народу спешит послушать его.

Рядом с ней был старик, на вид ему было около пятидесяти. Он с осторожностью спросил:

– В таком случае, госпожа, может, и мы отправимся послушать?

– А почему бы и нет, кто бы мог подумать, что не успею я заехать в город Цзюйхуа, и меня будет ждать такой приятный сюрприз. В таком случае я, Чжань Менде, тоже познакомлюсь со своим будущим мужем. Наконец узнаю, как горестный господин материка Суань разрывает человеческие сердца и топчется по ушам, словно медведь, – процедила сквозь зубы молодая особа. Группа людей медленно вошла в город и вскоре скрылась в толпе людей.

В глазах этого старика показалась безмерная любовь, он следовал позади. Он смотрел на эту молодую девушку взглядом, полным чувств и эмоций, словно на свою внучку. Свадьба была назначена на этот год, однако, тем не менее, они до сих пор ещё не видели молодого господина Чена.

Поэтому он и предложил съездить, глянуть на него разок, посмотреть какой он собой; смог бы он, в конце концов, понравиться молодой барышне? И самое главное, какое у него было поведение и поступки? Если он отличался непристойным поведением, был хорош собой, но с отвратительным нутром, тогда лучше было выяснить это как можно раньше.

Раздался свист, и люди, и лошади заметно ускорились. Молодая барышня следовала чуть позади. Они направлялись к башне Таньгуань.

Люди со всех сторон направлялись к башне, там же был и Цзюнь Мосе, однако чем ближе он подходил, тем, наоборот, спокойнее становились звуки. Там совершенно отсутствовал шум и гам, который был свойственен для других публичных мест.

Всё пространство вблизи башни было густо напичкано людьми. Все с нетерпением чего-то ожидали, но, тем не менее, никто не издавал ни звука. Над толпой возвышалось огромное строение, удивительное и впечатляющее собой, высотой в семь этажей.

Над входом красовалась горизонтальная доска с надписью: «Башня Таньгуань». С левой и правой сторон ярко сверкали парные надписи: «Изысканное торжество всего мира, все люди вместе под величественной тиарой».

В то время, когда Цзюнь Мосе ступил на порог этой башни, откуда-то с крыши раздался звук гонга, это звучание было каким-то неуловимым и проникновенным. В мгновение ока огромная толпа в несколько тысяч человек, стоявшая около башни, затихла. Воцарилась мёртвая тишина.

Цзюнь Мосе машинально хихикнул и, раскачиваясь в разные стороны, отправился дальше вовнутрь. Под действием своего лютого холода он высвободил себе место, чтобы двигаться дальше, все люди возмущённо оглядывались на него, однако страшась его грубой и дерзкой силы, они не смели сказать и слова. Им оставалось только смотреть, как он неровно, словно пьяный, вваливался внутрь.

В то мгновение, когда нога Цзюнь Мосе переступила порог башни Таньгуань, с крыши внезапно раздалось нежное приятное на слух звучание музыки. Видимо, убитый горем наследник официально начал своё шоу.

Доносившиеся звуки музыки были изящными и естественными. Они были настолько утончёнными, что в них не было и намека на какой-то обывательский стиль. Смутно прослеживалось радостное настроение, словно пожаловал важный гость, и от этого невозможно было скрыть радость.

Словно настоящий близкий друг.

Никто с материка Суань не имел представления об этой мелодии. Ни учёные, ни простой народ. Главное настроение этой мелодии, казалось, было лёгким для восприятия, однако трудным для овладения. Даже для настоящего знатока музыкального искусства эта мелодия была недоступна.

Цзюнь Мосе даже немного посмеялся про себя. Звуки музыки раздались именно в ту минуту, когда он ступил на порог башни Таньгуань. Не было ни секундной погрешности. Это немного было похоже на то, словно убитый горем наследник выразил своё хорошее расположение к Мосе.

В это время Цзюнь Мосе как раз начал свои разведывательные мероприятия. Ему нужно было оценить способности своих противников. В этот момент он почувствовал на себе более десяти таких же «радаров», и в это же мгновение он заблокировал их.

Однако разница в их уровне всё-таки была очень значительной. Самым низким уровнем совершенствования считалась Суань неба. Ей обладали несколько человек, потом ещё несколько Суань духа первого и второго уровня, однако были и те, кто обладал уровнем Величайшего мастера.

И ещё было два туманных замаскированных дыхания. Их уровень не удалось определить. Они были очень нестабильными: то скрывались, то вновь возникали. Цзюнь Мосе даже невольно вздрогнул: так скрывать свой уровень совершенствования, по крайней мере, под силу мастерам с уровнем Почтенного. И, как минимум, Почтенного второй степени.

Это правда было невероятно: семья Чен, по большому счёту, была всего лишь влиятельной светской семьёй, и у них обнаружилось так много сильных мастеров. Просто уму непостижимо! Если рассматривать их по уровню сил, то они уже превосходили Серебряный город в его лучшие времена.

«Разве какая-то ничтожная светская семья может обладать такими мощными впечатляющими силами? »

Единственное логическое объяснение всему этому: подавляющее большинство этих мастеров прибыло сюда из трёх Священных земель.

«Похоже, три Священные земли очень серьёзно настроены относительно семьи Донфанг», - глядя на всё это, Цзюнь Мосе просто не мог не рассмеяться.

Когда три Священные земли сражались с ним, они посылали подкрепление очень постепенно. Казалось, никогда не воспринимали его по-настоящему всерьёз, поэтому постоянно и получалось, что они терпели поражение за поражением.

Но когда они осознали, каким на самом деле он оказался крутым, они решили выложиться по полной и как можно быстрее уничтожить его. Однако вдруг, как назло, появилась неожиданная новость о том, что Чжань Мубай уже разобрался с Мосе.

Мо Вудао не смог просто так забыть про своё недовольство и решил выместить свой гнев на семье дяди Цзюнь Мосе.

Согласно уровню силы семьи Донфанг, он разработал план и, если сказать по правде, боевой состав на этот раз был более чем достаточным, чтобы стереть с лица земли даже две семьи Донфанг.

«Однако, по чистой случайности, я снова здесь».

Сил семьи Чен и посланных для содействия людей трёх Священных земель вполне было достаточно для сражения с семьёй Донфанг. Но если взять в расчёт Цзюнь Мосе, то это же было, как попытаться проломить стену головой. И гроша ломанного не стоило.

Сколько раз до этого обе стороны вступали в бой. В прошлый раз, когда Мосе окружили вместе с Мэй Сюэ Янь, это было только начало. Потом бой в Серебряном городе, который можно было назвать решающим, однако больше половины людей были погребены заживо, после обрушения горной вершины Цзюнь Мосе.

Ещё одно сражение на юге Тянсяна: Мосе сражался с шестью Достопочтенными. Их боеспособность поистине была колоссальной, однако, всё же, им пришлось потерпеть поражение, и они пришли к мучительному концу.

Его прибытие в город Цзюйхуа можно было назвать третьим решающим сражением.

В конце концов, после этой битвы ему уже не представилась бы возможность продолжать оставаться в тени.

«Лучше уж воспользоваться этим случаем, пошуметь посильнее, как следует отделать своих врагов, причинить им сильную боль или даже всех перебить. Ведь это самый лучший способ в борьбе с противником».

Три Священные земли решили воспользоваться силами таких светских семей как Чен и Чжань, однако Мосе и сам мог использовать эти семьи в своих целях, и одним разом решить сразу несколько проблем.

Цзюнь Мосе с невозмутимым и самодовольным видом вошёл в башню Таньгуань. Парень сразу же заметил, что больше десяти человек наблюдали за ним, и в любой момент могли атаковать его. Но он, с ничего не подозревающим видом, прямиком расталкивая толпу, направился к лестнице.

Когда он добрался до седьмого этажа, звуки музыки стали ещё громче. Мосе посмотрел выше и увидел, что недалеко от перил сидел интеллигентный молодой человек в белой одежде. Перед ним располагался старинный семиструнный музыкальный инструмент. Он живо перебирал пальцами по струнам. По комнате разносилось очень приятное мелодичное звучание, которое было очень чистым и волнующим.

Этот молодой человек был очень хорош собой. Даже сидя там, было видно, что он довольно высокого роста, в его выражении лица смутно прослеживались чувство тоски и некая утомлённость. На нём были надеты белоснежные одеяния, которые немного развевались по ветру, и его силуэт от этого казался немного далёким и отрешённым.

Рядом с ним беззвучно стояли две служанки в тёмных одеждах. Было такое ощущение, что эта крыша была наполнена спокойствием и умиротворением.

В ту минуту, когда Цзюнь Мосе поднялся, одна рука этого молодого человека соскользнула с музыкального инструмента, и раздался звон, который сразу же резко прекратился. Он поднял голову и с улыбкой взглянул на Цзюнь Мосе.

Он просто слегка поднял её, однако это движение было наполнено огромной элегантностью и изящностью.

Цзюнь Мосе заметил, что хотя этот убитый горем наследник и смотрел на него с улыбкой, в душе ему было совершенно безразлично на него. А ещё в его сердце таилась невыносимая и труднообъяснимая тоска. Взгляд был полон равнодушия и бессилия.

Впервые увидев его, Цзюнь Мосе на ум сразу пришёл другой человек: Ли Юран.

Превосходные манеры и элегантность поведения, в этом во всём была какая-то удивительная схожесть между этим молодым господином и Ли Юраном. Это были такие отличительные черты, обычно свойственные наследникам влиятельных интеллигентных семей.

Однако Цзюнь Мосе смог подумать только об одном слове, при виде его: «Усталость».

«Превосходные манеры есть, характер есть. Казалось бы, всё, что нужно, есть, однако единственное, чего ему недоставало – это себя.

Проживая день за днём – вот так, разве нельзя устать от такой жизни?

Он, в конце концов, живёт для себя или для кого-то?»

Поэтому Цзюнь Мосе почувствовал ощущение крайней усталости. Он вальяжно прошёл дальше, так же расслабленно сел на первый попавшийся стул и ещё и подогнул ногу под себя. Непринужденно посиживая, наклонив голову на бок, он произнёс:

– К вам пожаловал высокий гость, а у вас даже чашки чая, наверное, не найдётся? И это так вы обращаетесь с гостями?

Этот молодой человек вежливо, учтиво и немного кокетливо улыбнулся, словно засмущавшаяся школьница, а потом со смехом сказал:

– К нам пожаловал высокий гость. Чай у нас, разумеется, найдётся по такому случаю. И не только чай, но и сердечное отношение.

Он слегка хлопнул в ладоши и сказал:

– Подайте нам чая. Самого лучшего чая.

Глава 843. Странник материка Суань

Он поднял руки и хлопнул в ладоши. Цзюнь Мосе заметил, что его рукава были намного шире, чем у обычного человека, и как только он поднял руки, эти рукава почти упали на землю.

Буквально через секунду появился кипящий чайник, и Мосе смог ощутить аромат чая. Это был зелёный чай. Нежные чайные листья непрерывно булькали в бурлящей воде, а аромат становился только сильнее и насыщеннее.

– Меня зовут Чен Чен. А ты, мой дорогой друг, должно быть, из семьи Донфанг? – с улыбкой скорее сказал, чем спросил, наследник Чен: – Но позволь узнать твоё имя, мой дорогой друг? Окажешь мне милость?

– Эм, имя – это важный символ, почему бы и не представиться? Меня зовут Донфанг Дашу, я отношусь к второстепенной линии родства семьи Донфанг, – Мосе взял чашку и одним глотком осушил её. А затем вздохнул и сказал: – Это действительно хороший чай, такой ароматный.

– Донфанг Дашу? Ха-ха, имя братца Донфанг и впрямь очень необыкновенное, – с натянутой улыбкой сказал Чен Чен, его глаза тут же засверкали.

– Не стоит недооценивать причудливость моего имени, с ним связана одна история, – Цзюнь Мосе улыбнулся: – Перед моим появлением моей матери приснился странный сон о большой золотой книге (1). Так что, такой знак она приняла на мой счёт и назвала меня таким именем. Ха-ха, забавно ведь, да?

– Так вот в чём дело! Тогда, братец Донфанг, должно быть, у вас есть талант, подаренный самими небесами, – Чен Чен улыбнулся.

– Ой, да перестань, братец Чен, вот мы только встретились, а у меня такое чувство, будто я тебя сто лет знаю. Мне кажется, наша встреча была предопределена судьбой. Тогда к чему все эти рамки? Называй меня просто по имени, – радушно сказал Мосе.

Чен Чен растянул уголки своего рта и сказал:

– Дашу? Или дашу (2)?

«Ты такой наглый сукин сын, думаешь, можешь вот так со мной разговаривать? Да мне плевать, по фамилии тебя называть или по имени, ты всё равно ниже меня по статусу, пф, только раздражаешь».

Цзюнь Мосе держал чайную чашку и наблюдал за наследником с улыбкой. В его сердце взыграло давно потерянное веселье. Это было похоже на то, как он впервые столкнулся с Ли Юраном. Чувствовалось, будто играешь со своим оппонентом на равных.

Однако, хотя от Ли Юрана с самого начала исходила некая опасность, сам парень был довольно сдержан в проявлении эмоций. А убитый горем наследник Чен внешне выглядел очень спокойным, тон речи был мягким и нежным, но если присмотреться, то можно было уловить его жестокую и злобную душу, словно перед тобой шипела ядовитая гадюка.

– Хе-хе-хе. Братец Донфанг, всё же, такой откровенный и простой человек, – пальцы Чен Чена слегка пошевелились. Он опустил голову и посмотрел на свои костяшки, а затем сказал: – Брат Донфанг, твой нынешний облик, кажется, не является вашей настоящей физиономией, верно? Раз уж ты говорил, что наша встреча была предопределена судьбой, то можно ли увидеть твоё истинное лицо? Мы ведь доверяем друг другу?

Цзюнь Мосе неожиданно улыбнулся:

– Брат Чен, а ты смекалистый. Но, как мне кажется, нынешний облик брата Чена тоже не является его истинной сущностью, не так ли? Даже не знаю, стоит ли встречаться с тобой настоящим?

Чен Чен замер. Каковы были намерения его оппонента?

«Он нарочно прикидывается дураком? Или это игра слов?»

Он помедлил мгновение и едва улыбнулся:

– Прошу прощения за мою глупость, однако я так и не понял, что ты имел в виду в своей последней фразе?

Цзюнь Мосе сел поудобнее, ударил пальцем по столу и вздохнул:

– Я, вот, легко перевоплощусь в своё привычное состояние, буквально два-три дня и всё будет тип-топ. Однако ты носишь свою маску уже больше двадцати лет, ты не устал?

Чен Чен оцепенел. Его взгляд вмиг переменился, в нём неожиданно проявилось чувство одиночества и беспомощности. Он глубоко вздохнул, опустил голову, его руки схватились за струны, и зазвучала красивая мелодия. Это была композиция: «Тоска молодого наследника».

Чёрные волосы соскользнули с его лба, они закрыли половину его лица, продолжая плавно парить на ветру.

За пределами башни Таньгуань был слышен звук приближавшихся копыт, которые, наконец, остановились перед входом в башню. Толпа внизу взбудоражилась и уступила дорогу. Группа людей тихонько вошла в здание. Это были члены семьи Чжань, во главе которых была молодая девушка с траурной повязкой, но услышав мелодичный и чистый звук музыкального инструмента, она невольно остановила шаг.

Но было похоже, что те двое наверху ничего не почувствовали. Их будто вообще в этом мире ничего не волновало.

Новая композиция Чен Чена была очень короткой. Прошло всего лишь мгновение, и она уже закончилась. Чен Чен, не поднимая глаз, вдруг сказал:

– Сегодня в это здание пришёл братец Донфанг. И знаешь, я почувствовал, будто два знатока музыки наконец-то встретились. Я ждал тебя и хорошенько готовился к твоему приходу, хотя, честно скажу, совершенно не желал этого. Однако услышав слова брата Донфанг, я понял, что это того стоило.

Он неспешно поднял голову и посмотрел на Цзюнь Мосе:

– Братец Донфанг прав, да, я очень устал. Действительно устал. Но я, эта маска, её уже невозможно снять. Без неё я никто, ничтожество, так что…

С того момента, как пришёл Мосе, Чен Чен придерживался манер и поведения, подобающих наследнику великого рода. Хотя его слова были спокойны и естественны, словно весенний ветерок, но в душе он всё прощупывал. Его намерения были весьма враждебными и смутными. Но наследник Чен вдруг сказал всё от чистого сердца.

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

– Верно, на самом деле, какими бы фальшивыми не были эти человеческие маски, если проносить их больше двадцати лет, вся эта фальшь становится естественным инстинктом её носителя. Вдобавок, эта маска поначалу очень тяжёлая, её не так-то просто носить, однако ещё сложнее потом снять. На маске видны все виды обязанностей, груды правильных и неправильных вещей, все страдания. И никто кроме тебя не сможет понять всего этого. Человек, носящий эту маску, как правило, должен заплатить немалую цену за её использование.

Чен Чен сделал глубокий вдох, а затем выдохнул. Выражение его лица быстро изменилось. Очевидно, его состояние было не очень спокойным. Затем, ненадолго закрыв глаза и помолчав, он очень серьёзно сказал:

– Братец Донфанг, пожалуйста, сыграйте что-нибудь для меня?

Его слова были наполнены жаждой и надеждой. А в глазах это сопровождалось необъяснимым противоречием: казалось, что в сердце боролось два вида мыслей, и происходила чрезвычайно ожесточённая борьба. Что он хотел доказать себе этой просьбой? Или же ему нужен был какой-то повод?

Цзюнь Мосе поднял брови и подозрительно посмотрел на него. Он спросил:

– Брат Чен, это честь для меня, но я ведь даже не говорил, что умею играть. Что бы вы сделали, если бы я отказался?

– Тяжело отыскать хорошего знатока музыки. Окажи мне честь. К чему эта скрытность, – Чен Чен спокойно улыбнулся. Его длинные рукава внезапно поднялись, а гриф музыкального инструмента внезапно перевернулся. Наследник Чен направил его в сторону Цзюнь Мосе.

Мосе протянул руки и осторожно надавил, чтобы инструмент встал прямо перед ним.

Чен Чен присел напротив, его лицо было серьёзным, но в то же время оно отчаянно жаждало зрелища.

Цзюнь Мосе вздохнул. Похоже, что любовь к музыке у этого паренька была действительно сумасшедшей. И хотя у него явно имелись какие-то скрытые мотивы, в этом он даже не уступал Ли Юрану. Но, всё же, в нём было что-то человеческое, что-то искреннее и простое.

Можно было даже сказать, что этот парень был очень чувствительным.

– Ну, раз на то пошло, тогда я сделаю сегодня исключение и сыграю в честь нашей встречи. С волками жить – по-волчьи выть.

Мосе снова использовал игру слов, и гордость переполняла его грудь:

– Мы – молодое поколение материка Суань. Разве мы не можем оставить свой след в этом мире? Мы – странники материка Суань!

На лице Мосе промелькнула горькая ностальгия. Глубоко вздохнув, он вспомнил о старом времени и о переживаниях прошлого, словно это было вчера.

Аккуратно положив руки на струны, он, будто неосознанно, провёл по ним пару раз. Раздался «динь-дон», а затем полилась музыка. Ритм и темп этой мелодии невозможно было передать словами. Однако такие простые движения руками выхлестывали в песне невероятную атмосферу всего материка Суань.

– С волками жить – по-волчьи выть, – пробормотал Чен Чен, и его глаза вспыхнули странным светом. Ослепительный блеск сменил длинный вздох, а лицо выражало явную растерянность. Он снова пробормотал: – Материк Суань… Что такое материк Суань? Что же такое материк Суань?

– Материк Суань – это билет в один конец, – Цзюнь Мосе продолжал перебирать пальцами, струны двигались живо и быстро, но через мгновение всё утихло. Лишь огромная волна угнетения и подавленности заполонила всю башню Таньгуань. Не важно кто, и не важно где. Все люди одновременно ощутили напряжение, будто вот-вот должна была разразиться буря.

После того как Мосе закончил свою игру, растерянность Чен Чена превратилась в панику. Он выпучил глаза и уставился на молодого мастера Цзюнь.

Словно Чен Чен обнаружил выход в беспросветном туннеле.

Цзюнь Мосе медленно закрыл глаза, и его десять пальцев внезапно упали на струны.

Взрыв страстной мелодии, похожий на бушующую волну берега, которая всколыхнула снег и волны и уже заслонила солнце и луну.

- Пусть весь мир наполнится громкими звуками!

Непоколебимость, убийство, свобода, беспечность, презрение, беспомощность. Всевозможные эмоции, - в этих звуках было всё. Эта песня принадлежала только материку Суань, принадлежала только выдающимся героям.

- По долгому и трудному пути я шёл совсем один. Я и мой острый меч. Лишь опьянев, я спрошу небеса: где моя краса, где моя любовь?

Под мелодичные звуки Мосе вдруг рассмеялся и запел ещё громче:

– Синее море улыбается, безостановочно приливая к двум берегам, а волны плывут и плывут.

- Небеса улыбаются, они знают, кто из нас потерпел поражение, а кто победил в бою.

- Реки и горы улыбаются, мелкий дождь моросит, как много знают они о мирской суете?

- Свежий ветерок улыбается, он вызывает лишь одиночество, а впереди ещё одна ночь.

- Люди вокруг улыбаются, и уже не так одиноко, но вот гордость разразилась безумным смехом.

Верно, синее море улыбается. Это же – песня «Странник материка Суань!» Одна из немногих песен, которая больше всего нравилась Цзюнь Мосе. Эта песня вовсе не для Чен Чена и не для тоски, всё это было просто хвастовством.

Всё это было ради того, чтобы оставить свой след в этом бренном мире.

«Лишь я владею этой песней. Но я надеюсь, что скоро все смогут её сыграть, чтобы я смог насладиться этой мелодией в любое время. Так у меня возникнет чувство, что я иду домой».

Цзюнь Мосе молчал, полностью погрузившись в свои мысли.

________________________

(1) «Дашу» – это большая книга.

(2) Как «дашу» переводится как «дядя».

Глава 844.1. А теперь посмотри, как выглядит настоящий странник материка Суань

Эти смелые и дерзкие звуки мелодии, её мощная ураганная сила никого не оставила равнодушным, а в особенности, выходцев из материка Суань. В этот момент для них было совершенно не важно, были они врагами или союзниками, какими были их изначальные намерения: честными или лукавыми, добрыми или злыми. Когда впервые заиграла мелодия «Странник материка Суань», она вызвала какой-то особенный специфический отклик в их сердцах.

Грёзы материка Суань.

Сколько в них таилось мужественности, сколько пленительной красоты, сколько загадочности и непредсказуемости, сколько бессилия и беспомощности, и сколько ненависти, и сколько любви.

Все эти грубые и резкие верзилы спокойно стояли, заслушавшись этой пленительной мелодией, на их железных и непоколебимых лицах появлялись улыбки. Они предавались своим воспоминаниям, словно они снова были молоды и полны сил, а впереди маячили несбыточные мечты и надежды о прекрасных грёзах материка Суань. Уголки их глаз медленно становились влажными.

Весь мир поклонялся их славному мечу, им только лишь нужно было подняться и воскликнуть к небу:

- Мы – гордые странники материка Суань!

Звук возвысился в новом будоражащем душу подъёме. Казалось, даже небо задрожало от этой музыки. Наконец, мелодия закончилась. Словно один бесподобный мастер меча, находившись на пике своего искусства, внезапно, резким движением скинул с себя военный халат.

Когда мелодия прекратилась, воцарилась настоящая мёртвая тишина.

Казалось, все звуки в этом мире резко затихли.

Все присутствующие там люди молчаливо предались раздумьям.

Где в отдалённом уголке башни Таньгуань сидели друг напротив друга два старика в белых одеждах, как только началась музыка, они сосредоточенно стали слушать. Они словно погрузились в какой-то астрал. И когда музыка уже давно прекратилась, в их ушах по-прежнему продолжали играть величественные и грандиозные отголоски отзвучавшей мелодии, будто они и не думали прекращаться.

Выражения лиц у этих двух стариков были какими-то неясными и туманными. Немного погодя, они раздосадованно вздохнули. Один из них что-то пробурчал, словно бредил во сне:

- Материк... Суань...

Другой, сидевший напротив него, слегка улыбнулся, и своей худощавой дрожащей рукой вытер слезу. Но она продолжала катиться, сначала по щеке, потом упала на его седую бороду, немного скользнула по его верхнему платью, а потом сорвалась и вовсе упала на землю.

Он с трудом пробормотал:

– Народ улыбается. Он больше не молчит, моя гордость по-прежнему при мне. Никто не будет молчать, хе-хе-хе, Однако чтобы избавиться от этого безмолвия, сколько нам пришлось всего смолчать? Гордость и достоинство ещё со мной, однако, где же мои старые товарищи? Скольким нам пришлось пожертвовать ради этого бесчувственного материка Суань и сколького нам пришлось лишиться? И что же мы в конце концов получили за это?

Он практически беззвучно и мрачно посмеялся сам над собой, потом покачал головой, взял со стола полный стакан с вином и с закрытыми глазами выпил его залпом. Словно в этом стакане была вся его горькая судьба, его жизнь, которую он провёл на материке Суань, и которую уже не в силах было повернуть вспять.

В это время молодая госпожа с траурной повязкой на лице, Чжань Менде, поднималась по лестнице. Услышав звуки этой мелодии, она невольно замедлила шаг, а потом и вовсе, остановившись, застыла, внимательно вслушиваясь в мелодию.

Она легонько закрыла свои глаза. Этой мелодией она была очень растрогана. Прошло довольно много времени, как она снова смогла прийти в себя и открыть глаза. Тихонько вздохнув, она произнесла:

– Какая прекрасная мелодия. В ней в самом деле можно прочувствовать все превратности судьбы, радости и печали жизни на материке Суань. Она производит незабываемое впечатление. А отголоски этой мелодии просто бесконечны.

Старик подле неё тоже, предавшись воспоминаниям, спокойно вздохнул и сказал:

– Молодая госпожа, мы же вовсе не люди из материка Суань. Отчего тогда у вас сложилось такое впечатление?

– Эта мелодия – грёзы о материке Суань, эта мелодия – все его слёзы и переживания, – молодая особа слегка улыбнулась и, задумавшись, сказала: – И пусть мне не довелось пожить на материке Суань, но, тем не менее, я могу прочувствовать ту гордость и чувство собственного достоинства, которыми наполнена эта мелодия. Она беспечна и свободна. Сыграна отважно и дерзко. Но главный акцент здесь заключается в бесконечном чувстве беспомощности и бессилия. Более того, разве наша семья Чжань сама по себе не является таким же материком?

Старик слегка опешил, потом вздохнул и больше не произнёс ни слова.

Чжань Менде немного поразмыслила, а потом сказала:

– Раз уж нам посчастливилось послушать такую мелодию, нельзя упускать хороший момент. Нужно обязательно пойти и посмотреть, кто же это, в конце концов, сыграл её. Кто смог сыграть так величественно и отважно такую унылую и холодную мелодию?

Там, наверху, на лице у Чен Чена больше не было прежнего поддельного спокойствия и мягкости. Он был слишком растроган, чтобы притворяться. И хотя мелодия уже давно прекратилась, он по-прежнему предавался мучительным воспоминаниям. Что-то упорно раздумывал, всё ещё размахивая рукой в такт музыки, словно песня и не закачивалась, а продолжала эхом отражаться в его голове.

Прошло несколько минут, как он, всё-таки, пришёл в себя и поднял голову, взволнованно спросив:

– Брат Донфанг, как называется эта мелодия?

Цзюнь Мосе продолжительно вздохнул, слегка предавшись воспоминаниям, а потом спокойно произнёс:

– Странник материка Суань.

– Странник материка Суань. Странник материка Суань. Какая прекрасная, всё-таки, мелодия, – с волнением несколько раз повторил Чен Чен, потом его глаза засветились: – Синее море улыбается ему, небеса улыбаются для него, реки и горы, свежий ветер и люди, - все улыбаются ему. Улыбающийся гордый странник материка Суань, ха-ха! Испокон веков, во все времена, одинокий странник и бродяга, кто же не захочет стать странником материка Суань?

– Герои поднебесной, могут ли они стать настоящими странниками материка Суань? – Цзюнь Мосе холодно сказал. – У кого есть право называться настоящим странником материка Суань? С давних времен и до настоящего времени не было ни одного человека, кому бы это удалось.

Чен Чен закрыл глаза, наклонил голову на бок и молчаливо зашагал, потом произнес:

– Сегодня услышав твою музыку, я по достоинству оценил твою доброту и радушие. Вам нужно уходить. Уезжайте из города Цзюйхуа. Как можно дальше отсюда. И никогда не возвращайтесь сюда вновь. Потому что здесь вы никогда не сможете быть улыбающимися странниками материка Суань. Вероятно, если вы попадёте здесь в неприятности, у вас уже никогда не будет возможности вернуться к свободной жизни гордых странников материка Суань.

Глава 844.2. А теперь посмотри, как выглядит настоящий странник материка Суань

Он резко развернулся и горящим взглядом посмотрел на Цзюнь Мосе:

– Благодаря твоей песне о «Страннике материка Суань», я, Чен Чен, не хочу быть тебе врагом. Если вы решите уходить, я приложу все свои силы, чтобы помочь вам безопасно покинуть город. У вас есть только один шанс, уважаемый брат, прошу, воспользуйтесь им. Брат Донфанг, я, Чен Чен, всю свою жизнь притворялся, однако сегодня я первый раз в своей жизни хочу быть искренним и правдивым. Надеюсь, вы как можно быстрее примете решение.

Цзюнь Мосе выдохнул, слегка улыбнулся и спокойно покачал головой. С сожалением посмотрев на него, Мосе произнёс:

– Как я уже недавно сказал, с волками жить – по-волчьи выть. Ты не можешь сам решать за себя, и я тоже не могу поступать, как мне вздумается. Чен Чен, после слов, только что сказанных тобой, я тоже дам тебе один шанс, если ты сейчас покинешь город Цзюйхуа и больше никогда не вернёшься сюда, у тебя ещё будет возможность стать улыбающимся странником материка Суань. В этом мире очень мало людей, которые могут понравиться мне. Я правда не хочу убивать своими собственными руками человека, который мне понравился.

Чен Чен горько рассмеялся:

– В этом мире, несомненно, очень много безвыходных ситуаций. Разве твоя собственная семья – это не что-то вроде материка Суань? Я уже давно смирился со своей судьбой. Даже в собственном браке я должен держаться за чью-то юбку. Жалкие попытки говорить о свободной жизни материка Суань, разве это – не бред сумасшедшего? Ха-ха, ха-ха!

Он разразился холодным и равнодушным смехом, который превратился в слёзы. А потом он резко поднял голову и сказал:

– Кажется, что я ничем не ограничен. Однако на самом деле я просто марионетка в руках своей семьи. Просто игрушка и не более. Брат Донфанг, – Чен Чен очень серьёзно посмотрел на него: – В этом мире так трудно найти близкого друга, если ты умрёшь, тогда я буду чувствовать себя ещё более одиноко, чем сейчас.

– Близкого друга? Ты считаешь, что я твой близкий друг? Мне очень жаль, но я не твой близкий друг, – Цзюнь Мосе невозмутимо произнёс: – А ты уж, тем более, не мой. Потому что, всё, что я делаю, всё, о чем думаю, я делаю как странник материка Суань.

Чен Чен, услышав это, невольно замер, и как раз в этот момент раздался звонкий голос:

– Позвольте спросить, а кто тот человек, кто совсем недавно играл мелодию?

Оба парня резко повернули головы и увидели очаровательную молодую девушку с траурной повязкой на лице. Она стояла на лестнице и своими безжизненными зрачками смотрела прямо на них.

В этот момент Цзюнь Мосе уже почувствовал, что люди на улице стали расходиться, но те десять человек, которые скрывали уровень своего совершенствования, наоборот, стремительно продвигались к ним.

Чен Чен провалил своё задание.

Изначально он должен был разведать информацию о Цзюнь Мосе. Но получилось так, что он стал симпатизировать Мосе и был готов оказать ему поддержку. В эту минуту, когда его отношение к Мосе изменилось, он уже с треском провалился.

Поэтому эти люди быстро изменили свои планы и, кажется, собирались взять его живьём.

В глазах Мосе появилась язвительная насмешка, и он равнодушно произнёс:

– Если я не ошибаюсь, эта девушка должна быть наследницей дома Чжань. госпожа Чжань Менде?

В глазах Чен Чена появилось неожиданное изумление. Он сам и подумать не мог, что его номинальная невеста могла вдруг появиться в такой момент. Выражение его лица вмиг стало печальным и мрачным, словно он что-то задумал.

Чжань Менде удивлённо посмотрела на уродливого мужчину и спросила:

– Прошу прощения, а вы кто будете?

Хотя Цзюнь Мосе не сказал это напрямую, но он заговорил раньше Чен Чена, а это, как бы, само за себя говорило, что он был тем, кто сыграл эту мелодию. Его образ очень сильно отличался от того, какой представила его себе Чжань Менде.

В её представлении человек, который сыграл эту музыку, должен был быть отважным и мужественным молодым человеком, странником Цзянху, который был полон гордости и чувства собственного достоинства. Героем-одиночкой, презирающим весь мир, выдающимся и непревзойденным. Не разлей вода со своим мечом. Но уж точно не этим уродливым и грязным проходимцем.

– Я? Я из семьи Донфанг, – Цзюнь Мосе очень странно усмехнулся и, немного поднявшись, произнёс: – Прекрасный чай. Прекрасная цитра. Я уверен, что и продолжение банкета тоже неплохо подготовлено, не так ли? И мне уже пора.

Чен Чен был очень взволнован, он резко встал и сказал:

– Позвольте младшему брату проводить вас, уважаемый брат. Мелодия о страннике материка Суань не должна остаться просто чудесной песней.

Снаружи крыши стали раздаваться резкие звуки. Уже более десяти мастеров спешили поскорее схватить предателя.

Чен Чен в самом деле был очень напуган. Он искренне хотел помочь Цзюнь Мосе.

Потому что он ни за что не хотел, чтобы этот близкий ему человек, которого так трудно было встретить в жестоком мире, погиб на его глазах.

«Если этот «Донфанг Дашу» попадётся в руки семьи Чен…» - в общем, Чен Чен лучше всех знал, чем это могло закончиться.

Особенно в такое время, когда управление их семьёй было в руках совершенно других людей.

Поэтому этот хладнокровный убитый горем наследник неожиданно проявил неподдельные настоящие дружеские чувства.

– Если ты в самом деле считаешь меня за своего близкого друга, тогда как можно быстрее выходи из «игры», - Цзюнь Мосе расхохотался. – Башня Таньгуань в самом деле очень красивое строение. Ха-ха, заливать вином свои несчастья – потворствовать самому себе. Человеческие чувства так изменчивы. Хороший друг демонстративно поглаживает свой меч. Богатый дом, чиновничья служба. Траву смочит мелкий дождь, цветущие ветки дрожат от весеннего ветра. Мирские дела непостоянны, разве стоит спрашивать об этом, не лучше ли лежать на высоких подушках? Всего хорошего вам и кушайте побольше.

Хотя в эту минуту он по-прежнему был с кривыми бровями и раскосыми глазами, тем не менее когда он высоко взлетел в воздух, он, всё же, целиком и полностью был похож на странника материка Суань.

В это мгновение он словно преобразился в глазах Чен Чена и Чжань Менде. Он стал прекрасным и уверенным молодым юношей, который в любой миг мог дать отпор врагу.

В этот момент всегда и везде элегантные и высокомерные Чен Чен и Чжань Менде были словно ослеплены. Они пребывали в настоящем замешательстве.

В это время Цзюнь Мосе громко свистнул, с грохотом вылетая через окно. От него уже не осталось и следа, однако в воздухе всё ещё был слышен его голос:

– Раз уж на то пошло, ты теперь посмотри, как выглядит настоящий странник материка Суань!

Глава 845. Битва в башне Таньгуан

– Раз уж пришёл, зачем так скоро уходить? Останься ещё ненадолго, – прозвучал печальный голос: – Наследник Чен, тебе нужно отправиться к главе семьи и объясниться.

Чен Чен фыркнул и сказал:

– Будь осторожен, – эти слова были сказаны в адрес Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе только вылетел наружу, как навстречу ему уже двигались два атакующих силуэта.

– Будь осторожен? Не думаю, что мне есть, чего бояться, – Цзюнь Мосе рассмеялся и повернул лишь одной своей ладонью.

*Ба-бах!* – и две фигуры, словно резиновые мячики, отпружинили назад в воздух, попутно выплёвывая сгустки крови. Цзюнь Мосе взлетел ещё выше и опустился на крышу здания.

Внезапная перемена всех планов Чен Чена стала неожиданностью не только для людей трёх Священных земель, но и сам Мосе был застигнут врасплох. Чен Чен решил пойти против течения, устроив вокруг себя полную неразбериху. Да и первоначальные намерения молодого мастера Цзюнь тоже пошли насмарку.

Чен Чен делал всё это из чистых намерений, поэтому ему было нечего стыдиться. Если бы всё пошло по задуманному плану, и три Священные земли получили желаемое, вряд ли наследник Чен был бы рад последующим привилегиям и славе.

Тем не менее Цзюнь Мосе не почувствовал никакого разочарования или потери. Наоборот, он был очень счастлив. Пускай на дело было потрачено немало усилий, но всё было не зря.

Цзюнь Се или Цзюнь Мосе, не важно, в прошлой или в новой жизни, но у него всегда было довольно много врагов и очень мало друзей. Может, всего трое или пятеро человек. А в тот день как раз произошло довольно редкое событие, когда он смог так легко разглядеть в ком-то родную душу. Пусть даже и на стороне своего врага. Кто сказал, что во вражеском лагере не могло быть хороших людей? Чен Чен напомнил ему единственного выжившего из шестерки Достопочтенных мастеров – Лэн Дуна.

Хотя позиция и средства молодого мастера Цзюнь всегда оставались неизменными, но поведение Чен Чена вызвало у Мосе странное чувство: «не хочу его убивать!»

Поэтому Цзюнь Мосе решил просто-напросто поднять шумиху: открыто и ясно. Нужно было лишь дождаться, пока новости разлетелись бы повсюду, и тогда три Священные земли должны были сами явиться.

Это мало чем отличалось от предыдущего плана.

Просто давление, с которым предстояло столкнуться отряду Мосе, стало чуточку больше. Но это не имело такого уж огромного значения.

Именно поэтому Цзюнь Мосе решил сыграть композицию «Странник материка Суань». И это не только для того, чтобы удовлетворить желание Чен Чена, но и для того, чтобы все его накопившееся за это время мысли и чувства смогли, наконец, вылиться наружу.

Сколько людей испокон веков действительно могли считаться подлинными странниками материка Суань?

«Я... Я и есть настоящий странник материка Суань».

«Город Цзюйхуа, по-видимому, вступит в кровавую бойню раньше намеченного срока».

Молодой мастер хотел ещё немного позабавиться, но, похоже, что играть больше не нужно было.

Цзюнь Мосе только поднялся на крышу башни Тяньгуан, а четверо мастеров тут же окружили его со всех сторон, нацеливая свои атаки в жизненно важные органы Мосе. Судя по всему, эти люди хотели схватить его живьём. Слишком уж мягкие методы борьбы они использовали.

Окружённое с четырех, да ещё так, что не протиснуться, тело молодого мастера, словно пёрышко взлетело вверх. В этот момент он замер на месте, а его руки и ноги ринулись атаку.

Да, именно в атаку.

Такое чувство, будто у его рук и ног было собственное сознание и возможность атаковать по своему желанию, игнорируя расстояние, пространство и местоположение.

Его правая рука ударила мастера с Суань неба прямо в грудь без какого-либо блока. Лицо этого мастера выразило неописуемый шок, он даже не успел ничего сообразить, как его тело просто разлетелось на куски.

Его просто разорвало. Под таким сильным ударом все четыре конечности и голова этого огромного здоровяка разлетелись в разные стороны.

В одно мгновение всё вокруг залило алым дождём.

Изувеченное тело полетело вниз, а обе ноги ударили в грудь двух других мастеров. Послышался звук ломающихся костей, и две фигуры, залитые кровью, тут же отлетели назад.

Цзюнь Мосе сделал кувырок в воздухе и поднялся ещё выше. Он улетел ввысь словно ракета.

Под яркими лучами солнца силуэт черноволосого мужчины взлетал прямо вверх. Он был так быстр, что даже можно было расслышать звук рассекаемого воздуха. Край его одежды потерял свой чёткий контур, будто это был вовсе не человек, а призрак.

Два мастера в белых одеждах летели следом за ним, прямо около его ног. Четыре ладони одним касанием изменили направление полёта, чтобы попытаться догнать противника.

Эти два мастера как раз и оказались теми двумя загадочными стариками в белых одеяниях. Они и так переоценили силу Донфанг Дашу и сделали боевое расположение наилучшим образом.

Этих сил было бы вполне достаточно, чтобы справиться с Донфанг Вэн Цином, но кто бы мог подумать, что более десятка мастеров перед лицом этого мальчугана так сильно растеряются и станут действовать настолько бессистемно?

Старики изначально просто наблюдали за общей ситуацией и не вмешивались. Однако если бы они не вступили в бой, их враг бы точно уже улизнул, а этого никак нельзя было допустить.

Самое обидное, что пусть даже они и решили бы поработать собственноручно, им всё равно не удалось бы остановить своего противника. Хотя эти двое мчались на предельной скорости, Донфанг Дашу, по-прежнему, находился в приличном отрыве от них.

Этот засранец действительно был очень быстрым.

Старцы в белых одеждах одновременно фыркнули и снова продолжили свою погоню.

Цзюнь Мосе беспрерывно поднимался вверх, и его скорость была просто потрясающей. Когда оба старика достигли пика своего разгона, Мосе вдруг показал свои клыки, и его тело приняло состояние абсолютного покоя.

Он просто спокойно завис в воздухе.

Такая перемена была очень неожиданной. Это попросту противоречило основным принципам боевых искусств. На пике скорости при одном лишь желании НЕВОЗМОЖНО было просто так взять и остановиться.

Как говорится, спокойный, словно удав, и резвый, как кролик. Это были два противоположных состояния. Если идти из первого ко второму, то даже обычному мастеру такое не составило бы огромного труда.

Но если же, наоборот, из второго состояния попытаться перейти в первое, то совершенствование мастера должно было быть соответствующего уровня. И не только – все его мысли и чувства должны были сконцентрироваться до предела.

С точки зрения классификации силы на материке Суань, такая техника предназначалась не для всех. Тот, кто мог такое совершить, должен был по крайней мере обладать силами уровня Достопочтенного или даже выше.

Но с точки зрения сложившейся ситуации, остановка Цзюнь Мосе оказалась слишком уж резкой. Хотя сила двух стариков в белых одеждах также была довольно высока, тем не менее до уровня Достопочтенного им было ещё далеко. При таком разгоне они не могли немедленно остановиться.

Они могли лишь наблюдать за тем, как фигура их противника становилась всё ближе и ближе. Мгновение спустя, два силуэта пролетели по обе стороны от Мосе, но они всё ещё держались на довольно высокой скорости. Но молодой мастер Цзюнь уже не церемонился и атаковал по полной.

Парень слегка прищурился и надменно улыбнулся. Его левая рука безжалостно ударила старика слева прямо по голове.

Можно было бы подумать, что с этим стариком можно было попрощаться, однако он вдруг резко закричал и изо всех сил начал атаковать молодого мастера прямо в нижнюю часть живота.

Мосе находился чуть выше, так что если старик хотел отразить атаки своего противника, ему необходимо было отвлечь его внимание. Так что, пока Мосе был занят обороной, он не мог наносить удары.

Может, эти атаки старика и не привели бы к уничтожению наглого мальчишки, но вот удары по его голове, несомненно, могли привести к тяжёлым последствиям. Пока Донфанг Дашу был бы занят своей защитой и выжиданием наилучшей возможности для атаки, его силы могли бы только сгорать, приближая тем самым собственную кончину.

Это не была взаимовыгодная ситуация, скорее наоборот – совместное поражение.

Он решил, что Мосе определённо не стал бы вступать с ним в схватку, даже в личных интересах. Этот мелкий засранец не посмел бы поднять на него руку.

Но факты значительно превзошли его ожидания. Точно так же, как он не мог подумать о том, что Донфанг Дашу мог обладать способностью подавлять восходящий импульс тела и мгновенно останавливаться в воздухе.

Громоподобные ладони старика в белой одежде столкнулись с воздухом, а тело Цзюнь Мосе вдруг снова взлетело вверх. Словно лист бумаги, его силуэт порхал в направлении ветра.

Молодой мастер Цзюнь просто парил в воздухе, продолжая давить на своего противника. Старик в белом перепугался, а тело, по-прежнему, возвышалось. Казалось, будто его последняя атака сыграла против него самого. Собравшись с мыслями, он почувствовал, что что-то острое, словно нож для тофу, промелькнуло рядом с его ухом, попав прямо в правое плечо.

Кости правого плеча мгновенно треснули с резким хрустом, и старик с выпученными глазами и с удвоенной скоростью полетел прямо вниз. В этот момент старик даже забыл о боли. Он не мог поверить своим глазам.

В момент удара ладонь его противника была похожа на острый меч. Он смог нанести ему удар даже через защитную блокировку силы Суань. Да ещё так легко, будто для него вообще не существовало никакой преграды.

Хотя это была поспешная защита, но этот старик был Почтенным мастером второго уровня.

Как это противнику удалось так легко разгромить его защиту Суань?

В процессе своего падения старик лишь успел лишь закричать:

– Почтенный? Третьего уровня? – затем он плюхнулся на крышу башни Таньгуан, словно снаряд или даже метеорит, оставив после себя огромную дырищу.

Но его последнее предложение до смерти перепугало его товарища.

Глава 846. Это только начало!

Во время атаки Цзюнь Мосе своей другой рукой, словно безжалостным тесаком, нанес ещё один удар второму старику в белых одеждах! Этот старик как раз собирался нанести удар, но был застигнут врасплох противником!

В его голове будто произошло короткое замыкание, и в ту же секунду с его языка сорвалось:

– Тюрьма Тяньди…

При данных обстоятельствах, возможно, только такой приём, как тюрьма Тяньди и способен был принести пользу в такой невыгодной ситуации или даже спасти положение.

Однако уже после того, как с его языка слетели два этих слова, и мощная сила начала стремительно сгущаться и выходить наружу, он услышал слова своего товарища, который вскрикнул:

– Почтенный мастер? Третьей ступени?

Казалось бы, обычные четыре слова, однако они поразили его, как внезапный раскат грома! Сила, которая только что молниеносно вырывалась наружу, потеряла направление и стала поглощаться обратно.

Тюрьма Тяньди по праву считается одной из самых неукротимых и убийственных техник, она действуют с помощью природной одухотворенной Ци и может обездвижить противника.

Однако чтобы этот приём сработал, нужно соблюдать одно условие: силы вашего противника обязательно должны быть ниже ваших. Если они будут выше… Тогда тюрьма Тяньди будет не только абсолютно безрезультативна, но ещё и может нанести мощный ответный удар тому, кто её пытался применить!

И в этот момент сделать уже ничего нельзя, сопротивляться совершенно бесполезно! В случае ответного удара, последствия могут быть очень и очень трагическими, вплоть до того, что ваша душа может разбиться вдребезги, и это уже будет необратимо!

Пусть их противник и не был Достопочтенным мастером, но он Почтенный мастер третьей ступени! Этого тоже уже вполне достаточно, иначе бы его товарищ так не испугался. Перед ними такой сильный противник, как же им не испугаться?

Но тюрьма Тяньди уже была приведена в движение, пусть и наполовину. Тем не менее сила ответного удара хоть и не в полную мощь, но уже была довольно значительной. Поэтому старику, который находился по правую сторону, повезло намного меньше, чем тому, который был впереди!

Ладонь Цзюнь Мосе ещё не опустилась обратно, а его тело уже неистово содрогалось, и из уголков рта старика потекла кровь. Что же касается следующего удара второй ладонью – его Суань даже не успела отреагировать! Его сердце сжалось, он протяжно вскрикнул и упал навзничь.

Его тело еще не долетело до земли, а уже был слышен хруст его сломанных костей. Он с грохотом рухнул на землю и сразу же потерял сознание – полученные им ранения были слишком серьёзными.

Семья Чен считала этих двух Почтенных мастеров своим главным козырем, своей опорой и защитой, однако они оба одновременно потерпели поражение!

К тому же им так сильно досталось… С силой такого ответного удара справиться очень трудно!

Цзюнь Мосе по-прежнему находился в воздухе, его тело даже не дрогнуло. Он спокойно порхал в пространстве, громко, со смехом, крича:

– Вы действительно были уверены, что этим сможете сорвать операцию? Ха-ха-ха, юмористы, блин! Чен Цинтянь, ты и правда думаешь, что твои ничтожные заговоры в самом деле могут быть опасны для меня?

Цзюнь Мосе снова очень громко закатился смехом, его тело сверкнуло, и он исчез из поля зрения! Только остались отзвуки его смеха!

От начала и до конца он не собирался никого убивать, в особенности этих почтенных из трёх Священных земель. Потому что ему ещё нужно было оставить несколько людей для допроса…

Сейчас он пока не хотел бездумно сводить счеты и мстить трём Священным землям! У него складывалось ощущение, что он громадной кувалдой колотит вату!

В мире людей мастера Почтенного уровня – это птицы высокого полета, живые легенды, однако для Цзюнь Мосе сейчас это равносильно победе нечестным путем, как конфетку у ребенка отобрать. Не имеет никакого смысла! Ну убьёшь ты его, а удовольствия от такого отмщения – ноль!

Поэтому Цзюнь Мосе думал: лучше дать знать о себе, в таком случае должны прибыть какие-нибудь крупные фигуры! Пусть все мастера трёх Священных земель прибудут сюда! Тогда Мосе на славу сможет повеселиться! Прикончить кучу мерзких ублюдков!

Кроме того, Одинокий Сокол и Фэн Цзянь Юнь с подчинёнными Небесного отряда Пожирателей Душ сейчас заняты кое-чем важным на материке. Если они притянут к себе внимание людей трёх Священных земель, им всё же будет трудновато справиться с ними. Даже после того, как они значительно продвинулись в уровне своих способностей, поэтому Мосе и решил побыть приманкой, чтобы все люди трёх Священных земель обратили свои взгляды на него!

Благодаря этому, все задания должны будут быть завершены успешно!

Цзюнь Мосе чувствовал себя очень подавленным последнее время!

Он был постоянно занят планированием стратегии для мести, постоянно торопился с осуществлением своих планов, однако, тем не менее, он понимал, что не сможет пересилить свои переживания.

Сейчас ему было даже не под силу вернуться в Пагоду Хунцзюнь! Каждый раз, когда он возвращался туда, его сердце обливалось кровью. Мэй Сюэ Янь пострадала из-за него и вернулась к своей природной сущности, едва не распрощавшись с жизнью! А сейчас то же самое случилось и с Королевой змей!

Пусть Ци сиреневого цвета в Пагоде Хунцзюнь сможет вечно поддерживать жизнь Королевы змей, однако она уже никогда не сможет до конца оправиться от этих травм! Другими словами, она всю свою довольно продолжительную жизнь проведёт в состоянии комы, к тому же нет конкретного способа, чтобы пробудить её… Возможно, она так и проведёт всю свою оставшуюся жизнь без сознания! Если использовать более современное название для этого состояния, можно было сказать, что она навечно останется овощем!

Мэй Сюэ Янь была ранена, и ничего нельзя было поделать с этим.

Но Королева змей пострадала именно из-за того, что спасала Мосе!

Он сам допустил оплошность и появился в тот момент, когда совершенно не надо было этого делать. Хотя, возможно, в то время были адекватные причины для его появления, но, тем не менее… это никак не оправдывает того, что в итоге случилось с Королевой змей!

Именно его появление вызвало такую реакцию со стороны Чжань Мубая, и именно его неосмотрительность привела к тому, что Королева змей бросилась спасать его! Что в итоге и привело к подобному горю!

Как он может спокойно вернуться в Пагоду, если не отомстит этим подонкам за это? В этот раз он чувствовал вину не только перед своими близкими подругами, но и даже перед самим собой!

Всё, что ему остаётся – только расправиться с ними! Он должен устроить настоящее дикое кровавое возмездие трём Священным землям и Туманному Призрачному Дворцу, и только тогда его совесть, хоть немного, да будет удовлетворена!

«Мне совершенно плевать, о чём вы думали, какие цели преследовали, и прочее дерьмо! Раз ошиблись – будьте добры отвечать за свои поступки, твари! То, что было сегодня в башне Таньгуань – это лишь только начало! Вступительная часть… Прелюдия, так сказать… три Священные земли, я жду вас!»

Всемогущий Донфанг Дашу уже исчез из поля зрения, однако несколько сотен человек по-прежнему находились в полном оцепенении!

Что вообще это за сила?

Несколько Величайших мастеров, несколько мастеров с Суань Духа и плюс к этому числу – ещё два Почтенных мастера. Все они одновременно выступили с атакой, но были преспокойно поражены противником. Несколько человек было убито, два Почтенных мастера получили тяжелые ранения, после чего противник скрылся без единой царапины!

Все люди, которые присутствовали там, были поражены до глубины души!

«Этот первоклассный мастер… в самом деле наш враг?

Мы должны сразиться с таким страшным противником?»

Чен Чен по-прежнему сидел на том же самом месте и даже ни разу не двинулся! В ту минуту, когда Цзюнь Мосе молниеносно рванул в бой, он пробормотал себе под нос фразу:

– Хороший воин ухаживает за своим мечом, знатные люди смеются в Таньгуань!

Чен Чен рассмеялся сам над собой и быстро вздохнул. Башня Тяньгуань является имуществом семьи Чен, и оно получило значение «Радостное событие», «Поздравление с продвижением по службе», однако в стихах Мосе это возымело совершенно иной смысл: «Радоваться сделанным гадостям», «пускать пыль в глаза», «хвалиться». Разве название этой башни – это тема для шуток?

Да он, в самом деле гений!

Чен Чен был в восторге:

«Этот Донфанг Дашу… не говоря уже о том, что его имя вымышленное, он обладает недюжинным поэтическим даром, просто удивительно!»

Он не подозревал, что Мосе сплагиатил эти стихи!

Чжань Менде спокойно стояла и тоже о чём-то думала. Из-за её повязки трудно было разобрать, что написано на её лице, однако её взгляд был очень тревожным.

В это время с крыши раздались крики, Цзюнь Мосе орудовал снаружи. Они вдвоём переглянулись и не успели даже ничего предпринять, как раздался громкий смех, и бой уже был завершён!

Цзюнь Мосе со смехом опустился вниз, а в крыше появились две огромные дыры! Два старика пробили собой крышу и рухнули на пол.

Чен Чен немедленно побледнел от страха!

Разве это не те самые «могущественные мастера» из трёх Священных земель, на которых так надеялась семья Чен?

Почему они так быстро потерпели поражение?

Как вообще такое возможно?

Чен Чен и Чжань Менде переглянулись, у них в глазах была паника!

Сначала Мосе заставил трепетать их сердца своей мелодией, потом оставил незабываемое впечатление своим стихом, после которого они предались глубоким размышлениям, и сейчас ещё и своими боевыми способностями довёл до состояния ужаса! Всё началось с симпатии и восхищения и едва ли не стало настоящим почитанием или поклонением… За такой короткий промежуток времени произошли такие разительные изменения!

Да, именно почитание! Так как возраст Мосе был намного меньше, чем у этих двоих, и они вряд ли могли похвастаться такими способностями! Чистая правда, даже без преувеличения!

Чен Чен внезапно понял истинный смысл фразы Цзюнь Мосе:

«Если ты действительно считаешь меня своим близким другом, тогда как можно скорей выходи из игры!»

Он невольно рассмеялся: столкнуться с таким человеком, ещё и стать врагом для него – это в самом деле настоящая беда для их семьи. С таким мощным противником, боюсь, у семьи Чень осталось совсем немного времени, лучше уж будет реально выйти из игры…

Во взгляде Чжань Менде появилось выражение паники, и она медленно произнесла:

– Кто этот человек?

Чен Чен со вздохом сказал:

– Этот человек из семьи Донфанг! – он повернулся и с насмешкой посмотрел на неё: – Именно из-за этого человека нашим семьям пришлось объединиться, и это одно из условий нашего брака.

Она смущенно спросила:

– Чен Чен, что ты имеешь в виду?

– Ничего, – Чен Чен подавленно сказал: – В этот раз я вернулся, чтобы уговорить своего отца, если это возможно, отступить! Если у семьи Донфанг есть такой человек, значит, мы не ровня им. Пусть три Священные земли и окажут нам помощь, всё равно ничего хорошего из этого не выйдет. Мой отец решил вступить в заговор, чтобы продвинуться вперёд, однако по мне – так скорее мы увидим гибель нашей семьи, чем сможем продвинуться куда-то…

– В делах семьи я безучастна! Чен Чен, я всего лишь женщина! – Чжань Менде очень долго молчала: – В этот раз я приехала, чтобы разрешить одно дело! Старшее поколение не хотело, чтобы я приезжала сюда, однако мне во что бы то ни стало нужно разобраться в одном вопросе! И этот вопрос касается только тебя, Чен Чен!

Глава 847. Страх!

Чен Чен с удивлением спросил:

– Что за дело? Ну же, рассказывай!

– Я слышала, что ты и служанка… Ну, что ты любишь служанку, что живёт в твоём доме… и ради неё не остановишься ни перед чем… говорят, что ты даже поклялся быть ей верным до самой смерти! Это правда? – Чжань Менде прошептала: – Не беспокойся, у меня нет никаких намерений, я просто хочу лично во всем удостовериться.

– Ха-ха! Даже если это правда, что с того? – Чен Чен рассмеялся: – Она сейчас находится взаперти, моя семья не допустит такого позора… Все лишь только и ждут, когда мы с тобой поженимся, вот и всё! Ведь наш брак поможет укрепить семью Чен! А что может обычная служанка? Ничего! Разве это не забавно – взять и возложить будущее целого рода на несчастное связывание узами семьи двух детей? В этом случае плакать будут лишь эти двое, а все остальные только смеяться…

– Это действительно забавно. Но... раз уж они хотят, чтобы мы плакали, почему мы должны хотеть, чтобы они улыбались? Неужели ты собираешься просто опустить руки и подчиниться? – Чжань Менде посмотрела на него и сказала: – Похоже, что в душе ты по-прежнему не хочешь принимать этого… И я не хочу!

Чен Чен загорелся:

– Ну и что же значат твои слова?

– Как только что сказал вон тот парнишка… Почему бы тебе не выйти из этой игры? – во взгляде Чжань Менде промелькнули нотки горечи: – У тебя есть любимая женщина. А у меня есть любимый мужчина, раз уж мы оба против, так зачем же преклоняться перед общественным мнением и желаниями наших семей?

– Выйти из игры... – шёпотом пробормотал Чен Чен и вдруг затих. Некоторое время спустя его взгляд переменился, и лицо наполнилось некой решительностью, будто он что-то решил. С чувством явного облегчения наследник Чен вдруг сказал:

– После этого инцидента, даже если семья Чен не захочет отступить, ей всё равно придётся это сделать! Слова госпожи Чжань заставили меня очнуться ото сна! Спасибо тебе огромное!

Он засмеялся, будто вернулся в свою былую беззаботность, затем прищурился и сказал:

– Госпожа Чжань действительно прекраснейший человек. Мне даже стало любопытно, какой же мужчина смог добиться твоего расположения и сердечной привязанности? Можно ли мне узнать имя этого счастливчика?

Чжань Менде глубоко вздохнула, в её взгляде отчетливо виднелась тоска и душевная печаль:

– Его статус ненамного выше, чем у твоей служанки. Он из обычной маленькой семьи. Более того, он – внебрачный ребёнок… Мы встретились совершенно случайно… Моя семья никогда не даст своего одобрения! Это одна из причин нашей помолвки…

Чен Чен покачал головой и печально улыбнулся:

– Оказывается, мы с тобой – товарищи по несчастью… однако я так и не узнал имени твоего возлюбленного? Из какой он семьи?

Хотя выражение лица Чен Чена было мягким, а тон речи искренен, тем не менее Чжань Менде являлась его названной невестой. Если даже он не возражал, что её сердце занято другим, это всё равно что самообман. Пусть даже в его сердце тоже имелась своя возлюбленная, природная человеческая испорченность всегда любит пошалить. Такому заносчивому парню, как Чен Чен, естественно, стало интересно, что за парень смог переплюнуть такого красавца и молодца, как он, в глазах этой девчонки?

– Он давно пропал... Я не знаю, мёртв ли он или жив... – Чжань Менде посмотрела куда-то вдаль и добавила: – Он из семьи Байли… Байли Лу Юн…

...

Вечером того же дня Чен Чен вернулся домой и призвал своего отца отказаться от намеченного плана. Однако Чен Цинтянь всё ещё был одержим мраком. Вместо этого он ударил Чен Чена, а затем запер его под надзором. В этот же день семья Чен и семья Чжань выпустили своих почтовых голубей с призывом о помощи…

Содержание было примерно одинаковым:

«У семьи Донфанг имеется поддержка в лице таинственного мастера, его способности просто невероятны. Даже старики потерпели поражение… Нашей силы будет недостаточно, надеемся на вашу помощь».

Что может сделать семья Донфанг против такой великой силы в лице трёх Священных земель?!

В ту же ночь, после того, как Цзюнь Мосе вернулся к себе на постоялый двор, до крайности сильная атмосфера ужаса просочилась наружу и распространилась повсюду. Все шпионы, которые следили за ними, были безжалостно убиты Цзюнь Мосе, а на следующий день люди семьи Чен обнаружили, что более 20 человек из семьи Донфанг просто бесследно исчезли!

Словно их здесь никогда и не было. Тем не менее люди семьи Чен прекрасно понимали, что отряд Донфанг всё ещё находится где-то здесь! Просто они хорошенько спрятались.

Теперь они затаились в городе Цзюйхуа, словно группа призраков, и могут нанести удар в любой момент! Обстановка в городе накалилась, атмосфера стала крайне подавленной! Даже воздух будто потяжелел, заставляя всех вокруг задыхаться. Словно невидимый убийца схватил каждого за горло и вот-вот придушит…

Всё это было действительно слишком странно!

Изначально, когда семья Чен держала их под строгим наблюдением, отряд Донфанг вёл себя открыто и даже проявил огромную силу, заставив всех вокруг испугаться, но затем они вдруг взяли и просто испарились! Это просто уму непостижимо! Даже если они действительно решили просто уйти, люди семьи Чен всё равно не смогут спать спокойно!

До тех пор, пока Цзюнь Мосе и остальные члены отряда Донфанг не умрут, семья Чен будет жить в постоянном страхе!

Подосланный убийца, который способен победить двух Почтенных мастеров лишь одним ударом, сейчас где-то прячется и выжидает подходящий момент для атаки… Такая мысль наводила на Чен Цинтяня панику и ледяной ужас!

Кошмарный сон внезапно подкрался, и вся семья Чен больше не могла спать спокойно. В конце концов, действия Донфанг Дашу внушали всем лишь огромный страх, его сила была слишком удивительной. Обычному мастеру с ним не справиться!

Вся семья Чен так и не осмелилась сомкнуть свои глаза, в особенности главная мишень всей этой миссии – глава семьи, Чень Цинтянь… Как же ему не бояться, если двое Почтенных мастеров, на которых он только и полагался, были раздавлены с одного удара!?

В течение последующих семи дней так и не появилось ни малейшего движения. Становилось всё тревожнее… Честно говоря, семья Чен попросту была морально разбита. Если у семьи Донфанг есть такая огромная мощь, способная закончить свою миссию в два счёта, тогда почему они ничего не предпринимают?

Может, с виду город Цзюйхуа выглядел довольно спокойным, но с других мест непрерывно продолжали стекаться разного рода новости, и они были очень шокирующими!

Изначально семья Чен получила новости от трёх Священных земель такого содержания:

«Похоже, что семья Донфанг отправила всех своих самых лучших наёмников на другие задания, так что никакой большой опасности не предвидится».

Это была отличнейшая весть не только для семьи Чен, но и для семьи Чжань тоже…

Однако в течение последующей недели одни за другими появлялись разные слухи. В них говорилось о невероятной силе наёмного убийцы семьи Донфанг, который с лёгкостью расправился с охраной человека, который является мишенью этой миссии!

А так как целью миссии оказалась довольно крупная рыба в лице самого Чень Цинтяня, то слава о наёмнике семьи Донфанг разлетелась в считанные минуты!

Ему удалось разобраться с охраной своей мишени одним ударом. Мастера, направленные тремя Священными землями, были либо убиты, либо тяжело ранены. Самое страшное, что этому наёмнику удалось выйти из этой заварушки совершенно целым и невредимым!

Убив столько человек, его силы должны были иссякнуть соответствующим образом… Это слишком несправедливо, он должен заплатить за это сполна…

Спустя десять дней от одного имени наёмника из семьи Донфанг уже содрогался весь материк!

Спустя десять лет затворничества этот мастер снова вернулся в игру, и ему нет равных в этом мире! Никакая сила не сможет противостоять такому зверю во плоти!

Где появится семья Донфанг, там обязательно случится кровопролитная резня!

По слухам, этот наёмник работает очень чисто, он способен ликвидировать свою цель с дальнего расстояния, даже не видя её! Появляется и исчезает словно призрак, у него нет ни тени, ни силуэта! Он не уйдёт, пока не закончит начатое!

В то же время по всему материку официально прозвучал шокирующий лозунг: «Солнце встает на востоке, и оно непобедимо!» (1)

Слова, над которыми когда-то посмеялись восемь человек, теперь стали громким лозунгом для странников материка Суань!

Солнце встает на востоке, и оно непобедимо!

Однако нынешняя сила семьи Донфанг действительно достойна такого описания!

Ведь с того момента, как семья Донфанг снова вернулась к делам Цзянху, она ещё ни разу не потерпела поражения, даже по неосторожности!

Эти шокирующие новости заставили семью Чен, которая и так была на грани срыва, ещё больше испугаться… Даже семья Чжань, живущая прямо за городской стеной, зашевелилась от приближающейся опасности.

Обе семьи замышляли интриги против семьи Донфанг и теперь оказались в безысходном положении. В настоящее время семья Чен имеет огромный риск полного уничтожения, и семья Чжань, будучи их пособниками, тоже не избежит наказания. Рано или поздно разгорится война, и это уже все прекрасно понимали!

Новости о невероятных победах продолжали распространяться по всему миру. Было подтверждено, что на этот раз Донфанг Вэн Цин лично посетил город Цзюйхуа, он непоколебим в своих решениях!

Как всем известно, Донфанг Вэн Цин является ключевой фигурой семьи Донфанг и вторым по старшинству после самой старухи. Так что, если он лично приехал в город, у него имеется абсолютный контроль над ситуацией. Он будет действовать напрямую.

Шокирующие новости лишь доказывали силу семьи Донфанг! В противном случае, зачем семье Донфанг отправлять на такое задание такую важную фигуру как Донфанг Вэн Цин, не имея чёткой определённости?

Эта серия новостей полностью разрушила первоначальные планы семей Чен и Чжань, а также трёх Священных земель. Донфанг Вэн Цин явился сюда лично вовсе не потому, что хотел пустить пыль в глаза, это не игра ва-банк, нет, он как раз таки наоборот полностью контролирует всю ситуацию, жемчужина мудрости находится в его руках. То, что со стороны семьи Донфанг не происходит никакого движения, лишь в очередной раз доказывает, что у них есть готовый план! Донфанг Вэн Цин может в любой момент обезглавить Чень Цинтяня и уйти себе восвояси!

Первая стычка в башне Таньгуан, произошедшая несколько дней назад, подтвердила это предположение на сто процентов – два Почтенных мастера второй ступени были разгромлены одним ударом! А что тогда говорить о Чен Цинтяне, уровень которого варьируется на Суань Духа четвёртой ступени?

__________________

(1) Восток – это Донфанг, здесь игра слов.

Глава 848. Кровавый дождь и пахнущий кровью ветер

Однако плохие новости так и продолжали непрерывно поступать.

С другого направления также приходили различные новости и сообщения. К тому же, все они были очень печального характера, словно весь материк был окутан смутой и хаосом.

После мощного удара, который обрушился на семьи Дуанму и Сиконг, жизненно важные для них отрасли их семейного бизнеса столкнулись с настоящим крахом и пребывали в довольно плачевном состоянии.

Одна часть была монополизирована недостойным младшим поколением, которое вскоре покинуло семьи. Другая попала в руки давних конкурентов, или была захвачена силовыми структурами сомнительного происхождения. В итоге обе семьи остались ни с чем.

Они попали в безвыходное положение.

Вероятно, из-за того, что им пришлось попасть в такую удручающую ситуацию, она за довольно короткий промежуток времени коренным образом изменилась. Они были очень серьёзно потрясены и попросту не могли поверить в происходящее.

Все отрасли бизнеса, который изначально принадлежал этим двум семьям, и который был потерян ими, каким-то загадочным образом подвергся сокрушительному удару. Все, кто был причастен к тому, что эти две семьи лишились своего законного наследственного бизнеса, понесли тяжёлое наказание. Никому из них не удалось избежать краха.

Все свидетельства и показания говорили о том, что главы семей Дуанму и Сиконг не имели никакого отношения к произошедшему. И, если бы даже они и захотели провернуть такое, у них всё равно не было никаких сил и способностей для этого. Хотя эти семьи попали под довольно серьёзное подозрение, тем не менее это дело, всё же, осталось нераскрытым.

Все понимали, пусть у этих семей и остались какие-то незначительные силы, всё же, они не могли сравниться с теми, которые требовались, чтобы провернуть такое.

Эта сокрушительная сила особенно жестоко обошлась с изменниками в лице младшего поколения этих семей. Их тела были подвешены и выставлены на всеобщее обозрение. Хотя основания для этого не были публично озвучены, однако факты наглядно говорили за себя.

Все партнёры по бизнесу, которые первыми отвернулись от них, были полностью истреблены. Меньше, чем за десять дней, в разных районах материка один за другим возникали такие нераскрытые дела. Одно кровавее другого. Каждое из них приводило в ужас своей жестокостью и бесчеловечностью.

Все они были выполнены очень свирепо и кровожадно.

Люди, стоящие за этим, ни разу не объяснили целей, которые они преследовали. Несметные богатства и сокровища не значили для них ровным счётом ничего. Словно таким образом они хотели выразить такую идею: «Мне нравится убивать, значит, я буду убивать. Я буду делать то, что я хочу. У меня нет конкретных причин и не нужно меня спрашивать о них. Что касается цели, обратись к своему воображению и сам придумай, хорошо? Тебе нравится выдумывать, ну вот и, пожалуйста, выдумывай в своё удовольствие».

Однако была одна характерная деталь, которая была схожей в убийствах всех этих людей: все они когда-то уже имели неприятные отношения с семьями Дуанму и Сиконг, и все они, вероятно, участвовали в недавно развернувшемся заговоре против этих семей. И хотя убийцы ничего не говорили, сами по себе убийства этих людей уже говорили о многом.

И после этого, когда Дуанму и Сиконг всё ещё пребывали в состоянии шока, ситуация снова ещё раз изменилась.

Ещё несколько месяцев до этого обе семьи столкнулись с полным разорением их семейного бизнеса. Без всяких на то причин в одночасье они лишились всех партнёров и клиентов. Им пришлось испытать всевозможные угнетения и несчастья.

Прошло не так много времени, и всё снова перевернулось с ног на голову. На этот раз не было никакой рациональной и объяснимой на то причины: все партнёры и даже незнакомые люди вдруг привалили все в одну ночь.

Сначала они преподнесли свои подарки в качестве извинений за столь долгое молчание, а уже затем стали просить о двустороннем сотрудничестве. Их отношение было смиренным и уважительным. Даже если прежде эти стороны имели огромную прибыль в торговле или бизнесе, на сей раз они всё равно выразили глубокое почтение, вложив в общие проекты кругленькие суммы денег.

У всех имелось одно чёткое представление о текущей ситуации: с тремя Священными землями шутить шутки плохо, можно мигом лишиться своего бизнеса или даже жизни, но те ребята, что создали переполох, наоборот, остались безнаказанными. И тут встал вопрос: кто же, всё-таки, важнее?

Все смотрели в лицо двум семьям: некоторые гости из наиболее влиятельных и богатых слоёв стали похожи на продажных шлюх. При каждом слове лишь поддакивали и кивали своими головами, а при встрече с дворецкими этих двух семей обращались к ним на «Вы».

Только вот такое их поведение, наоборот, очень обижало служащих. Казалось, что ещё чуть-чуть и случилось бы нечто непоправимое.

Эта странная обстановка поначалу принесла столько обиды и недовольства, однако обе семьи вдруг воспряли духом. Ведь такая удача свалилась им как снег на голову. Они были очень рады такому стечению обстоятельств.

Лишь лишившись чего-либо, люди начинают по-настоящему ценить это. Так же, как если однажды не испытывали на себе все тяготы бедной жизни, не познавали, насколько нелегко живётся богатому человеку. Пока не натыкались на презрительный взгляд, не понимали, что человеческое уважение – довольно редкая вещь.

И когда всего лишались, а затем вдруг заново овладевали этим, такое чувство заставляло переосмыслить многое. Внутри происходили колоссальные перемены.

И эти две семьи пребывали как раз в таком положении.

Если бы эти семьи были из разряда обычных второсортных, то в такой ситуации их можно было бы сравнить с возродившимся из пепла фениксом. Абсолютно новый облик.

Более того, в прошлый раз оба предка, эти твари, были один за другим уничтожены, что в целом неплохо подчистило репутацию двух семей. Их сплочённость только усилилась. В этих нескольких тяжёлых месяцах определённо крылся некий смысл.

Это можно было выразить так: из князей в грязь.

Самое большое богатство в жизни каждого – это бедность и низкое положение. Только эти две вещи являлись самой большой мотивацией для людей, чтобы развивать себя. Иными словами, бедность - это и есть богатство.

Не страшно быть бедным человеком или бедной семьёй. Не так страшно жить в бедности из поколения в поколение, ведь к бедности всегда привыкали. Страшно заполучить славу и богатство, а затем, оказавшись уже на самой вершине, в один миг лишиться всего этого.

Обе семьи пережили такое бедствие, но они твёрдо встали на ноги и вернули себе своё положение. Они, как никто другой, познали, как нужно беречь и ценить имеющиеся блага. Итак, после этого семьи Сиконг и Дуанму превратились в два самых осмотрительных и быстро развивающихся клана на всём материке Суань.

Несколько лет спустя семьи Дуанму, Сиконг и Донфанг поднялись ещё выше, превратившись в трёх основных гигантов.

Северная сторона стала принадлежать Дуанму, юг отошёл к семье Сиконг, а Донфанг имела доступ к обоим концам, не претендуя на определённый участок.

Эти события, конечно, произошли не за один год, однако, постепенно изменяясь, эти три семьи в конце концов превратились в три основных гигантских клана на всём материке. Но об этом позже.

Среди всего происходящего были и те, кому действительно не повезло. Люди, которые переняли ведение бизнеса семьи Цзюнь, под давлением обстоятельств были вынуждены отступить и скрыться. Дело семьи Цзюнь всегда принадлежало только им, а при временной эвакуации оно было передано в руки доверенным лицам, так сказать, железной опоре семьи Цзюнь.

Однако появились мнения, что, вполне возможно, семья Цзюнь больше никогда не вернулась бы обратно, и буквально за одну ночь весь бизнес семьи Цзюнь был насильно аннексирован. В этой суматохе доверенные лица подверглись беспощадной зачистке.

Так, например, семья Хуан из Тянсян, являвшаяся врагом семей Цзюнь и Дугу, а также принадлежавшая одному из трёх родов Хуан Тхайяна из Иллюзорного Океана Крови, быстренько сориентировалась в происходящем и захватила весь бизнес семьи Цзюнь. Как быстро эти звёзды загорелись, так быстро и погасли. Вся семья была вычищена подчистую. Весь их род был выжжен дотла семьёй Чао.

И те, кто перенял все дела относительно города Серебряной Метели, а именно Шэнбаотан, тоже были убиты.

Всего за один месяц.

Весь континент Суань погряз в крови, опасность угрожала абсолютно всем.

После ухода семьи Цзюнь империя Ютан решила воспользоваться случаем и развязать войну с империей Тянсян. Однако, как поговаривали, спустя некоторое время империя Ютан в скором порядке вывела свои войска и освободила все оккупированные города, вернувшись в свои прежние владения.

Даже про свой военный лагерь позабыли.

По предварительным оценкам, если не принимать во внимание убийства подосланных наёмников семьи Донфанг, прочую кровавую резню из мести и военное столкновение двух империй, то в этом дьявольском происшествии в чистых цифрах уже погибло не менее двадцати тысяч человек.

Двадцать тысяч человек. На первый взгляд, это число не слишком уж и огромное, но все эти жертвы были превосходными мастерами Суань.

Самый минимальный уровень среди всех этих мастеров приходился на Серебряный Суань высшего разряда.

Во всём мире, с юга на север, с востока на запад происходило большое крещение огнём и кровью.

И все эти убийцы – это не просто один заурядный человечишка, это была целая толпа. Словно пожирающая всё вокруг саранча. Они убивали всех, кто был хоть как-то связан с происходящими делами, без разбора.

Их связывало ещё кое-что. Они двигались, словно ветер, уничтожая свои цели с одного удара. Если их начинали искать на востоке, то в этот момент на западе, севере или на юге уже происходили новые вспышки массовой резни.

Столкнувшись с таким ужасом, три Священные земли тут же среагировали на меняющуюся ситуацию. Как только они попытались связаться с каким-либо родом, находящимся у них в подчинении, их связь тут же обнаруживалась, и от клана не оставалось ни следа.

Можно сказать, что трём Священным землям зарядили хорошую пощечину.

И это была не просто оплеуха, а нескончаемый поток ударов. Уничтожение нескольких феодальных земель – это и есть несколько ударов.

А самое обидное было то, что этих преступников просто невозможно было найти. Ни одной зацепки.

Этот инцидент очень сильно разозлил три Священные земли.

Как раз в это время город Цзюйхуа внезапно попросил о помощи.

Глава 849. Безумный бой

– В городе Цзюйхуа появился таинственный мастер, и сила его просто поражала. Лишь одним ударом он смог победить двух Почтенных мастеров. И на тот момент он всё ещё находится в пределах этого города.

Это, несомненно, было похоже на какую-то мишень. И она маячила прямо перед глазами.

Если бы понадобилось пробить брешь, следовало начать именно оттуда.

Таким образом, три Священные земли придали этому вопросу первостепенное значение.

После тщательного обсуждения они единодушно пришли к выводу, что неизвестный мастер не использовал в своём ударе силу Тяньди. Такое невозможно было сделать даже Почтенному четвёртого ранга.

Затем, исходя из этого, делался вывод, что этот человек должен был обладать хотя бы уровнем Достопочтенного. Кроме того, сообщили, что в город прибыл целый отряд в двадцать три или двадцать четыре человека. И все они были превосходными мастерами. В таком случае, нетрудно было догадаться, что среди них был, как минимум, хотя бы один Достопочтенный мастер.

Если бы этот паренёк пришёл в одиночку, разве он осмелился бы пойти против трёх Священных земель? Да ещё и так открыто и провокационно.

Против этого мастера стоило действовать очень осторожно.

Это была уже не просто месть, на кону стояло восстановление чести трёх Священных земель.

Им необходимо было утвердить свой авторитет.

Долгое время три Священные земли не посещали материк Суань, и, по-видимому, современные люди не знали ужаса и могущества трёх Священных земель, раз решили подвергнуть себя такой опасности и пошли на рожон.

Поэтому Мо Вудао попросил помощи у Дворца шенхуанов, после чего некоторые из них пришли в полное бешенство и сказали:

- Кто бы это ни был и какой силой не обладал, его необходимо уничтожить как можно скорее.

Чтобы побыстрее разрешить эту проблему, каждая их трёх земель отправила со своей стороны по одному шенхуану, три Достопочтенных мастера и шесть Почтенных. В общей сложности получилось тридцать высококлассных бойцов, которые глубокой ночью помчались в сторону города Цзюйхуа. Во что бы то ни стало, необходимо было устранить все проблемы одним ударом.

Более того, предстояло восстановить авторитет трёх Священных земель.

Причина, по которой три Священные земли отправили такую огромнейшую силу, состояла вот в чём: если вспомнить всех достойных соперников, то Мэй Сюэ Янь сыскала свою смерть ещё в битве с Достопочтенными из Иллюзорного Моря Крови. Цзюнь мосе пал от руки Чжань Мубая, прихватив вместе с собой Королеву змей.

Так что эта сила определённо прибыла из леса Тянь Фа, чтобы свести свои личные счёты. В этом мире больше не было никого, способного на такие деяния. Скорее всего, это восстали из пепла остатки старшего поколения Тянь Фа во главе с таинственным учителем Цзюнь Мосе, которые пришли отомстить.

Видимо, город Цзюйхуа стал ловушкой не для семьи Донфанг. Напротив, лес Тянь Фа расставил её для трёх Священных земель, так что следовало быть предельно осторожными.

На самом деле, при детальном изучении произошедшего у трёх Священных земель попросту не оставалось никаких вариантов, кроме Тянь Фа. Только они были способны за такое короткое время вызвать такие страшные последствия. Безо всякой маскировки и осмотрительности. Зачем врагу вот так легко раскрывать себя?

Более того, в каком-то тайном и тёмном месте по-прежнему скрывался один непревзойдённый убийца – Четырнадцатый Шао из Подземного Мира.

Как раз таки он являлся поистине смертельной опасностью.

Никто не забыл о том, что этот самодур разорвал печать и смылся с пределов Тянь Фа. И новостей о нём с тех пор не поступало. Обстановка накалялась, и неприятности никак не заканчивались. Три Священные земли получили такой внезапный удар. Да и Четырнадцатый Шао, очевидно, не собирался ничего прощать. Никто не мог дать гарантии, что он не воспользовался бы возможностью, чтобы нанести свой сокрушающий удар.

Поэтому такая огромная сила была просто необходима.

Даже Туманный Призрачный Дворец, который всегда вёл себя отстраненно в мирских делах, направил отряд мастеров для совместной атаки с тремя Священными землями. Но с одним условием: «Если Четырнадцатый Шао не появится, то их отряд не будет вовлечен в мирские споры».

Три Священные земли в лице Мо Вудао, Хуянь Аобо и остальных, конечно же, согласились: «Если Четырнадцатый Шао не появится, будет слишком унизительно просить у Туманного Призрачного Дворца помощи. Ведь их проблема была не такая уж и большая».

Со всех сторон в одно и то же время выдвинулось около пятидесяти мастеров, заставляя всё вокруг содрогаться. Они мчались, словно смертоносные стрелы – прямо в город Цзюйхуа.

Это была сеть, из которой невозможно было выпутаться.

Все, включая Мо Вудао, испытывали необъяснимое чувство. Решающий бой должен был произойти раньше намеченного срока.

Но даже так, они ведь ещё не знали, кто на самом деле являлся их противником.

Дворец шенхуанов распространил такое сообщение:

«Грядет великий день битвы за небеса. Нужно покончить со всеми делами как можно скорее и немедленно начать приготовления к сражению. Не важно, сколько людей умрет, правильно это или нет, но это будет заключительный бой перед битвой за небеса!

И в нём нельзя проиграть. Более того, вы должны вернуться обратно. Ведь если вы будете убиты, у трёх Священных земель просто не хватит сил, чтобы победить в Битве за Захват Небес. И тогда нашей тысячелетней славе и репутации придет конец. Мы навечно останемся в истории бесчестными грешниками на столбе позора».

Поэтому в этом бою необходимо было одержать победу. Ради этого Туманный Призрачный Дворец даже тайком направил ещё нескольких шенхуанов, чтобы те наблюдали за ходом дел в городе Цзюйхуа.

Три Священные земли направили элиту своих мастеров. Они одним махом собирались разгромить врага и уничтожить шайку из леса Тянь Фа. А уже затем остатки прежней мощи направились бы на гору Тяньчжу и выгнали бы этих ублюдских иноплеменников. Лишь после окончания Битвы за Захват Небес можно было бы взяться за подземного самодура – Четырнадцатого Шао и запечатать его раз и навсегда.

Одним махом утвердить статус трёх Священных земель на самой высокой точке в мире. Стоило бы переписать всю существующую историю с самого начала, а всё прошлое сжечь дотла.

«Да возвысится имя Священных земель, да будет оно доминировать и красоваться в истории этого мира!

Если уж начал что-то делать, то делай это до конца!

Так уже однажды делал Первый Шао из Подземного Мира, а раз ему удалось, то и мы сможем. Более того, всё это ради народа, ради нашей земли. Мы – герои. Мы – молодцы.

Мы имеем право наслаждаться этой славой. Ведь всё это ради человеческого рода. Это – благородный лозунг, благородная цель, а мы – самые благородные люди!»

Под такими безумными мыслями и лозунгами люди из трёх Священных земель наконец-то отправились в путь. Многочисленные легендарные мастера летели в воздухе. С бешеным фанатизмом и восторженными идеалами в головах.

Полным ходом. Только вперёд.

Весь мир погряз в безбрежной атмосфере напряжённости и подавленности. Вот-вот должна была разразиться буря.

Можно было сказать, что верхушка трёх Священных земель, покрываясь своими великими помыслами и целями великой славы в новой истории, давно потеряла голову и попросту слетела с катушек.

Как и их враг – Цзюнь Мосе, подстрекаемый на постоянную ненависть и злобу, этот парнишка уже в некоторой степени и сам обезумел.

Помимо этого, существовал настоящий конченый психопат, обладавший невероятной силой – Четырнадцатый Шао из Подземного Мира. Этот сумасшедший собирался подчинить себе весь материк и продолжить дело Первого Шао.

Всё вокруг превратилось в поле битвы для двух полубезумных и одного абсолютного психопата.

Три Священные земли стремились к славе и богатству. Цзюнь Мосе обещал сдохнуть, но отомстить каждому своему врагу лично. А что касалось Четырнадцатого Шао, то этот безумец хотел покорить себе всю землю.

Этот период времени молодой мастер Цзюнь проживал довольно безмятежно и неторопливо.

Можно даже сказать, что Мосе намеренно создал такую обстановку вокруг себя. Это было самое идеальное положение дел.

По изначальному плану он собирался устроить великое побоище.

Мосе прекрасно понимал помыслы и цели трёх Священных земель, и в какой-то степени даже уважал их. Ведь, в конце концов, эти ребята для всего человечества старались. Однако какими бы благородными мотивами они не прикрывались, у них не было права причинять такой вред Цзюнь Мосе и всем его близким.

Битва за Захват Небес была неизбежна. Молодой мастер это прекрасно понимал, как и то, какие последствия несло за собой их поражение в бою.

Но это был хреновый аргумент для того, чтобы Мосе просто проглотил обиду.

«Вы даже о своих семьях и товарищах позаботиться не можете, так что говорить о человечестве? Как вы собираетесь помогать народу?

Вы не говорили о своей миссии как о деле всей жизни, а лишь использовали славу и престиж для причинения вреда другим, но мне было совершенно плевать на это.

Если бы вы делали всё хорошо, то и всем вокруг жилось бы легче. Но если вы не хотите быть хорошими, тогда как насчёт того, чтобы исчезнуть из этого мира вместе? Твою мать, не только я тут должен подыхать.

Вы потеряли всю бдительность и даже не понимаете, что происходит вокруг вас. И теперь все люди считают, что мир – это сборище святош».

Три Священные земли готовились к войне, но Цзюнь Мосе уже давно закончил все свои приготовления.

Стоило сказать, что он закончил всё это до того, как покинул лес Тянь Фа.

Всё было готово, не хватало только одного – противника.

У Цзюнь Мосе была лишь одна цель:

«Я просто хочу жить хорошо. У меня нет желания причинять кому-либо вред. Я лишь хочу жить свободно и счастливо, вот и всё. Если вы сделаете мне добро, я отвечу тем же. Но если вдруг захотите мне помешать, то вам не поздоровится. С какой стати я должен страдать, а вы радоваться? Да, у нас у каждого есть только одна жизнь.

Что с того, если два иноплеменника соединятся вместе? Всё равно по итогу получится то же самое.

Какое вам дело до всемирного потопа после смерти, если вы прожили прекрасную жизнь?

Даже если я, Цзюнь Мосе, умру, вполне возможно, что вы выкопаете мои останки, сотрёте их в порошок и развеете по ветру. Но сейчас мне всё равно, просто не нужно вставать у меня на пути.

Вы заставили меня страдать, так что, теперь настал мой черед. Я обещаю, вы ещё пожалеете об этом. А мне, вот, будет совершенно плевать. Даже если придётся разрушить планету, насрать! Ведь этот мир всё равно не мой».

Судя по его душевному состоянию, можно было сказать, что Мосе на самом деле был ещё более сумасшедшим, чем все представители Подземного Мира.

Глава 850.1. Давно не виделись, Сюэ Янь

Цзюнь Мосе находился в одном секретном месте. Попивая горячий чай, он спокойно сидел в кресле. Его настоящий облик уже восстановился, так что он просто наслаждался безмятежностью и свободой.

Напротив него сидел Донфанг Вэн Цин, выражение его лица было довольно грустным.

Вопрос мелкой вражды между дядей и племянником позабылся. Дядюшку Донфанг Вэн Цина беспокоило нечто иное.

С тех пор, как Мосе вернулся и объяснил дяде все свои планы и намерения, Донфанг Вэн Цин не прекращал тяжело вздыхать. Его печальные вздохи не прерывались даже во сне.

– Мосе, я взвесил все «за» и «против» и вот, что хочу сказать. Твоё решение, касательно всего происходящего. Это слишком рискованно. Оно того не стоит, – с некой безысходностью добавил Вэн Цин: – Даже если ты просто желаешь отомстить во имя справедливости. Не стоит этого делать, нужно браться только за посильное дело. С текущим боевым расположением мы заведомо обрекаем себя на поражение. У нас нет и шанса на успех. Ох, я действительно волнуюсь.

Дядюшка Донфанг был сильно опечален. Он не знал, как ему следовало поступить, и раз за разом повторял одни и те же слова:

«Ты не достоин жизни, сукин ты сын».

«Разве не лучше было бы, если б Мосе отправился вместе с Вэн Дао и Вэн Цзянем? Но нет же, надо было настоять на том, чтобы он пошёл именно со мной. Я вовсе не собирался таким образом подгадить этому засранцу. Кто знал, что я вовлеку его в такие неприятности?

Жизнь и смерть на втором месте. Этот племянник не признаёт никаких законов, я ведь и сам обо всём знал, но не осмеливался никому рассказывать. Ох, как же сложно. Войска уже наготове, так что битва уже неизбежна, да и куда бежать?

С кем я могу поговорить? С матушкой? Но тогда она тоже будет переживать. Вполне возможно, мне даже придётся лично пригнать племянника обратно.

Может поговорить с сестрой? После смерти своего мужа она потерпела полный крах. Если сообщить ей, что её единственный сын собирается пойти на верную смерть… Бог знает, что с ней случится, может она снова впадет в кому на десятки лет».

Лишь эти два человека могли бы отговорить Цзюнь Мосе от чего-либо. Но Вэн Цин лучше бы умер, чем сообщил бы им обо всём. Он не смог бы взять на себя всю ответственность за последствия.

Что касалось Вэн Цзяня и Вэн Дао, то Вэн Цин прекрасно знал, как они на это могли отреагировать. Сначала, может, эти тупицы немного испугались бы, но по итогу обратили бы всё в шутку. Им проще было поржать и приговаривать: «Ай да племянник, ай да молодец. Достоин быть сыном своего отца. Такой смелый и отважный!»

«Всем плевать, что мне придётся отправиться с этим засранцем на верную погибель».

Подумав об этом, Вэн Цин просто пал духом. Казалось, вот-вот, и он готов был расплакаться.

«Этот чёртов племянник. Он действительно был дьяволом во плоти.

На этот раз он собирается бросить меня в самое пекло, а мне ничего не остается, кроме как стерпеть это.

Похоже, что это будет непросто и очень опасно» .

– Ну что за лицо? Дядя, ну-ка, соберите яйца в кулак. Посмотрите, насколько хорош ваш племянник. Скоро вы и сами покажете своё превосходное владение кунг-фу прямо на поле боя.

Цзюнь Мосе улыбнулся и добавил:

– Повторюсь. У каждого есть только одна голова и одна жизнь. Так что, какая вообще разница? Когда не боишься смерти, ты можешь побежать на самый высокий утёс и прыгнуть прямо вниз, а если всего страшиться, можно сдохнуть, просто подавившись слюной. Не стоит так сильно переживать. Даже обречённая на погибель птица смотрит только вверх. Да прекрати уже сопли размазывать и наслаждайся моментом.

Донфанг Вэн Цин в последние несколько дней явно не умирал от тоски. Но от этих слов, он аж поперхнулся:

– Это что ещё за слова? Ты, мелкий засранец, как со старшими разговариваешь? Действительно одно сплошное несчастье. Твоя бабка всегда с меня три шкуры сдирала и говорила, что я – ошибка природы. И даже твоя мать говорила, что мои таланты зарыты глубоко под землёй. Я тогда оказался совсем один, мне оставалось только найти себе какое-нибудь дерево покрепче и повеситься. То, что ты сейчас говоришь – полная чушь, ты ещё слишком мелкий.

– О, в конце концов, ты всё ещё беспокоишься о себе. Перестань, всё будет хорошо. По крайней мере, с тобой точно ничего не случится. Бабушка действительно очень суровый и несговорчивый человек. Но ради твоей чести и репутации она готова пойти на всё. Она ведь так за тебя переживает, – Цзюнь Мосе, улыбаясь, утешал дядю.

Вэн Цин вытаращил глаза и с долей отчаяния вдруг заорал:

– Что за чушь ты несёшь, какие нафиг ещё переживания? Сделает всё ради моей репутации? Твоему дядьке уже скоро за шестьдесят перевалит, но в прошлом году она подвесила меня на дереве и хорошенько выпорола. За мою честь переживает, говоришь?

Цзюнь Мосе был просто в шоке. Он и подумать не мог, что его грозный дядька прошёл через такое. А бабушка действительно оказалась очень страшной и суровой женщиной.

Вэн Цин тяжело вздохнул и, наконец, топнув ногой, сказал:

– Так-так. Плевать сколько там ждёт нас препятствий, но я знаю себе цену. Я уже смекнул, что к чему. Город Цзюйхуа вскоре совсем обезумит. Нет. Я не собираюсь рисковать своей жизнью ради благородных целей. Когда появится проблеск надежды, я буду сражаться за наши жизни и позволю тебе благополучно вернуться домой. А если уж не выйдет, то мы вместе отправимся к птицам в небесах. Я всё ещё переживаю, да, я самый настоящий трус!

Крича и жалуясь, Донфанг Вэн Цин отправился в другую комнату и лёг спать.

Казалось, что на этот раз дядя действительно всё понял.

– Дядя, ты достиг внутреннего просветления, – по-доброму пробормотал Мосе, а затем бесследно исчез. Он отправился в Пагоду Хунцзюнь.

Войдя внутрь, он снова почувствовал знакомую энергию земли и неба. Но возникшая перед ним картина просто потрясла его.

Перед молодым мастером Цзюнь сидела до боли знакомая белоснежная женская фигура. Мэй Сюэ Янь даже не шелохнулась, а из её тела постоянно доносились странные звуки хруста костей.

Между тем, Мосе с радостью обнаружил, что в верхней части головы Сюэ Янь образовался небольшой вращающийся вихрь духовной энергии. Через этот канал вся аура Пагоды Хунцзюнь проникала прямо внутрь этого хрупкого тела.

Облик Мэй Сюэ Янь был довольно странный. Она по-прежнему находилась в форме священного зверя, однако над её головой смутно виднелся проблеск красивых густых волос и очертания женской фигуры.

Давно уже никто не видывал силуэт этого непревзойдённого дарования.

Самозабвенно предавшись энергии земли и неба, она сконцентрировала всё своё сознание на внутреннем дань.

Это был признак второго уровня культивации.

Цзюнь Мосе и подумать не мог, что скорость прогресса Сюэ Янь окажется настолько быстрой. Его ведь не было всего несколько дней, а ей уже удалось осуществить прорыв. Разве это не удивительно?

Она уже прорвалась до начала новых границ и должна была вскоре завершить свою работу.

Наблюдая за Сюэ Янь, Мосе вспомнил обо всех своих неудачах, которые ему пришлось преодолеть в самом начале своего совершенствования. Молодой мастер вдруг тяжело вздохнул. Кто бы мог подумать, что Мэй Сюэ Янь, которой оставался лишь один шаг до прорыва на уровень Достопочтенного мастера, начнёт свой путь с нуля. Конечно, её новые методы самосовершенствования были просто поразительны. Неудивительно, что прогресс был настолько быстрым.

Молодой мастер убедился, что Сюэ Янь больше ни за что бы подверглась тому риску и тем опасностям, через которые ему когда-то и самому пришлось пройти. И беспокойство, наконец-то, покинуло его сердце. Но вдруг, в поле зрения молодого мастера попало ещё кое-что помимо белоснежной красавицы.

Тело Мэй Сюэ Янь находилось прямо над источником природной энергии, а на том месте, где она обычно спала, тихонечко лежала Королева змей. Настроение Цзюнь Мосе вмиг переменилось. От приятного удивления не осталось ни следа. Выражение его лица стало очень серьёзным.

Он медленно подошёл и присел рядом с хрупким женским силуэтом. Взглянув на её красивое и безмятежное лицо, молодой мастер Цзюнь тихонечко прошептал:

- Королева змей. Разве это стоило таких страданий? И как мне теперь пережить всё это? Как я могу отплатить тебе этот долг?

Королева змей по-прежнему не реагировала и находилась в глубоком сне. Её дыхание было стабильным, её жизни больше ничего не угрожало. Однако так и не было никакого намёка на её пробуждение.

Цзюнь Мосе сидел с растерянным видом прямо под деревом. Переливающиеся лучи тихонько опускались прямо на Королеву змей. Взгляд молодого мастера был немного затуманен, он и сам не знал, о чём думал.

На душе у него вроде и было спокойно, но в то же время присутствовал небольшой кавардак. Появилось много вещей, о которых можно было и поразмыслить, но в тот момент они того не стоили. Ведь именно в его Пагоде находились две главные причины его стыда.

Одна из них ради него, ради его семьи, пошла на огромный риск и возвратилась в свой первоначальный облик и прилагала столько усилий для самосовершенствования. А другая, по его неосмотрительности уже долгое время находилась без сознания.

Глава 850.2. Давно не виделись, Сюэ Янь

И всё это они сделали ради него.

А дома его с нетерпением ожидали Дугу Сяо И и Гуан Квинхан. Матушка и дед молились за его благополучие каждый день. Молились, чтобы он вернулся целым и невредимым. Все они не находили себе места от переживаний. Дядя вместе со своей женой продолжали работать, чтобы искупить свою вину. Они старались изо всех сил. Все грандиозные планы по спасению человечества в первую очередь существовали ради счастья и мира его близких людей.

«Человечество… А для чего вообще живут люди?»

Цзюнь Мосе вдруг вспомнил эту вечную проблему. До его прихода у всех вокруг имелись собственные жизненные цели. Но потом, Цзюнь Мосе мог с уверенность сказать, что большинство людей в его окружении стало жить только ради него.

Если бы он умер, то стал бы для всех врагом и предателем. Это, конечно, звучало смешно, но его родные точно не пережили бы такое. Это – огромная ответственность, которую он должен был взвалить именно на свои плечи. Именно это и мотивировало Мосе на дальнейшую жизнь, а не на смерть.

Сердце матери было разделено на две половины, одна из которых всегда следовала за отцом, а другая полностью была отдана сыну. Только ради своего сына эта женщина так упорно продолжала идти вперёд. Йе Гухан существовал лишь для своей любимой, и, после смерти Муронг Сю Сю, он последовал за ней.

И тётушка Хан Янь Яо, она была готова умереть за семью Цзюнь.

Как и Мэй Сюэ Янь вместе с Королевой змей.

«Я должен позаботиться о том, чтобы на лицах этих людей сияли самые яркие и счастливые улыбки. Что касается врагов, хорошо, если они окажутся в вечном кошмаре. Кто их вообще заставлял идти против меня и становиться моими заклятыми врагами?»

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул. Его взгляд, наконец, прояснился. Он пробормотал:

– С этого момента я не стану жить ради себя или человечества. Я буду жить исключительно ради тебя и буду заботиться о тебе.

Поразмыслив обо всём ещё разок, Мосе пришёл в себя, и ему стало гораздо легче.

– Битва за Захват Небес. Для будущего всего материка Суань - это определённо очень важный вопрос. Вторжение иноплеменников может привести к серьёзным последствиям. Ситуация действительно мрачная.

Мой теперешний выбор может шокировать.

Но. Я прав. Я нисколько не ошибся.

Совершенствование начинается с собственного «я» и продолжается в семье. А уже после этого можно и управлять государством. Если у тебя в доме всё нестабильно, то, как ты сможешь отвечать за судьбу всего народа? Я никогда не считал себя героем, я лишь простой недальновидный мирянин. Только и всего.

Как говорится, многие люди готовы сделать что-то ради человечества, но не задумываясь при этом о последствиях и жертвах. Но я, Цзюнь Мосе, не такой. Я, безусловно, могу отдать жизнь в Битве за Захват Небес. Но вы не сможете использовать эту Битву в качестве мотива для моего убийства.

- Я не ошибся, – сказав эти слова, Цзюнь Мосе сразу же полегчало. Он вдруг почувствовал некие изменения вокруг себя. Мэй Сюэ Янь уже закончила свою тренировку и села прямо напротив него. В её взгляде виднелась лишь тревога.

– Я в порядке, действительно ничего страшного. Я тут поразмыслил кое о чём, и мне стало гораздо лучше, – Цзюнь Мосе говорил это с очень нежной улыбкой. Он даже пару раз повторился. Однако его тон раз за разом становился всё более решительным.

Мэй Сюэ Янь моргнула и внезапно обнажила свои когти. Спустя секунду на земле появились буквы, она написала:

– Дай мне таблетки.

– Таблетки? – Цзюнь Мосе был в шоке. Он ещё раз внимательно посмотрел на Сюэ Янь и был приятно удивлён. Мэй Сюэ Янь уже успела продвинуться до восьмого уровня Священного зверя. Ей понадобились таблетки для нового прорыва, ведь так она, наконец, должна была перевоплотиться в прежний человеческий облик.

Они не виделись всего несколько дней. Кто бы мог подумать, что за такой короткий период времени Сюэ Янь сможет осуществить такой большой прорыв. Пусть даже раньше Мосе и сам видел, насколько серьёзно она относилась к самосовершенствованию, однако отыскать кратчайший путь для этого было не так просто.

По предварительным расчётам молодого мастера, пускай даже Сюэ Янь вторично шла по своему пути совершенствования, ей должно было понадобиться около полутора месяцев, чтобы достичь высшей точки восьмого уровня Священного зверя. Однако ей удалось опередить намеченный график.

На целый месяц.

В глазах Мэй Сюэ Янь горела ярость и боль, которую невозможно было скрыть. Мосе встрепенулся и вдруг всё понял: травма Королевы змей даже для него стала огромным ударом. Трудно даже представить, как тяжело пришлось Сюэ Янь. Похоже, что после того, как Тянь Сюнь попала в Пагоду в таком состоянии, Мэй Сюэ Янь без передышки, день и ночь занималась только совершенствованием и практикой своей Суань.

Если бы на её месте был кто-то другой, не было бы даже смысла использовать волшебные таблетки. Этого человека тут же разорвало бы на куски.

Но с Мэй Сюэ Янь всё было по-другому.

Во-первых, в своём совершенствовании она использовала особую технику раскрытия небес. Во-вторых, Сюэ Янь находилась в Пагоде Хунцзюнь. В-третьих, хотя для перевоплощения был необходим пик девятого уровня Священного зверя, а Мэй Сюэ Янь немного не доставала до него, но это было не такой уж большой проблемой, ведь по факту её нынешние силы можно было оценить в Почтенного мастера четвёртого уровня.

В прошлый раз, при принятии таблетки Мудрейшего, Сюэ Янь, пусть и ненадолго, но удалось прорвать границы Достопочтенного мастера. Внутренние меридианы в тот момент были полностью разрушены той огромной силой. Но это уже не являлось для неё проблемой.

Ведь Сюэ Янь уже восстановила свои силы до пика восьмого уровня, так что она вполне была способна выдержать такое. Сложности всегда присутствовали, само собой.

Цзюнь Мосе кивнул и протянул ей несколько нефритовых бутылочек. Сначала он достал таблетку для лечения тяжёлых переломов, затем таблетку небесной жизненной силы, таблетку связей жизненных сил, таблетку для укрепления костей, таблетку бесконечности и таблетку полюсов мира.

Мэй Сюэ Янь, не колеблясь, тут же привела в движение свой даньтянь и после того, как подействовала таблетка от переломов, закинулась таблеткой небесной жизненной силы.

– Мосе, ты не мог бы мне помочь принести одежду? Но сначала выйди отсюда ненадолго, – молодой мастер в тот момент снова призадумался, но, услышав знакомый голос, радостно повернул голову. Сюэ Янь всё ещё находилась в образе своего прототипа, однако уже начала разговаривать.

В прошлый раз, во время того боя, вся одежда Мэй Сюэ Янь была разодрана в клочья. А после приёма таблетки жизненных сил, таблетки связей жизненных сил и таблетки для укрепления костей, она уже могла спокойно перевоплотиться в человеческий облик. А что касалось остальных лекарств, Мэй Сюэ Янь, очевидно, хотела воспользоваться ими уже после перевоплощения, чтобы извлечь из них самый максимальный эффект.

А, превратившись в человека, ей определённо стало бы неловко. Так что, первым делом нужно было прогнать этого пошляка. Иначе, кто знает, какими бы оказались последствия.

– Почему это мне надо уйти? Чего я там не видел? Можно сказать, что мы с тобой уже как пожилые супруги, так что, нечего стесняться, – Цзюнь Мосе коснулся своего подбородка и хитро ухмыльнулся. Его глаза засверкали как в старые добрые времена.

– Ты идиот? В таком случае мне придётся отложить всё ещё на несколько дней. Так или иначе, мне всё ещё не хватает силы для перевоплощения. Ведь говорят же: поспешишь - людей насмешишь. Так что, стабильность и неторопливость в действиях будут нам только на руку. Не торопись.

У Мэй Сюэ Янь было много способов, чтобы быстренько разобраться с Мосе. Ведь этому негоднику явно не терпелось. Он столько ждал её перевоплощения, а теперь ему даже не позволяли на это посмотреть. Может, она и не спешила, но он больше ждать не мог.

– Хорошо-хорошо. Вот тебе одежда. И я уже ухожу. Так сойдёт? – Мосе неохотно, но всё же пошёл на компромисс. Стиснув зубы, он про себя подумал: «Ах ты мелкая дрянь, вот подожди, вот превратишься в человека, я тебе покажу, кто тут главный».

Молодой мастер достал комплект одежды и положил его на землю. Не прошло и секунды, как он тут же бесследно испарился.

Когда Мосе снова вошёл в Пагоду, он сразу же увидел перед собой прекрасную картину, от которой у него закружилась голова.

Прямо перед ним под сиянием сверкающих лучей безмятежно стояла знакомая ему белоснежная фигура. Прекрасные глаза смотрели на него с бесконечной любовью. В уголках собирались слезинки счастья.

Словно сама богиня спустилась с небес.

Давно не виделись, Мэй Сюэ Янь.

Глава 851. Ты рядом, значит, всё будет хорошо

Цзюнь Мосе хотел улыбнуться, но вдруг обнаружил, что мышцы его лица окаменели. Он захотел ступить вперёд, но ноги его не слушались. Из-за такой огромной радости Мосе потерял контроль над своим телом. Она полностью заполонила всю его душу и сердце.

Он уже давно знал, что такой день рано или поздно настанет, и потерянная красота снова предстанет перед ним. Молодой мастер даже подготовился к такому событию.

Однако когда дело дошло до решающего момента, Цзюнь Мосе был не в состоянии выдержать этого.

Как оказалось, слишком много счастья – это тоже большое давление.

– Сюэ Янь, – Цзюнь Мосе почувствовал, как дрожит его голос. Ему трудно было вымолвить даже эти два слова. Во рту всё пересохло, а нос адски защипало.

В густой ауре одухотворённой ци виднелась дрожащая белая фигура. Её ресницы слегка дёрнулись, и две слезинки внезапно скатились вниз.

Туман рассеялся, Мэй Сюэ Янь тихонько пошевелилась и сделала пару шагов. Взглянув на Цзюнь Мосе, она задрожала ещё сильнее. На лице красавицы появилась печальная улыбка. Сюэ Янь внезапно упала на колени и закрыла лицо руками.

Поток слёз просачивался сквозь её белоснежные пальцы рук.

Осипшим голосом Мосе хотел что-то прокричать, но уже в следующую секунду он держал в объятиях эту красивую девушку. И Мэй Сюэ Янь, оставив все свои предрассудки позади, со слезами радости крепко обняла его в ответ.

В течение долгого времени эти двое виделись практически каждый день, но после перевоплощения Мэй Сюэ Янь они будто позабыли обо всём.

Как будто их последняя встреча была очень и очень давно.

После долгой разлуки влюблённые крепко обнялись и почувствовали тепло друг друга, но так и не сказали ни слова. Спустя некоторое время Мэй Сюэ Янь легонько освободилась из объятий Мосе. Её лицо было застенчивым и бесконечно красивым. Осторожно поправив волосы, она тихонечко прошептала:

– Я изменилась?

– Изменилась. Ты стала ещё красивее. Если раньше ты была похожа на ангела, то теперь… Ты просто… Богиня.

Цзюнь Мосе жадно смотрел на непревзойдённую красоту перед ним и искренне восхищался ею.

– А ты всё такой же болтливый. Всё это время… Я, – голос Сюэ Янь всё ещё дрожал, она хотела что-то сказать, но сдержалась, прошептав лишь: – Спасибо, что ты у меня есть.

Хотя она не до конца понимала, что говорит, но они оба знали кое-что наверняка. Этот период времени был самым тяжёлым в жизни Мэй Сюэ Янь.

Если бы в тот момент Цзюнь Мосе не проявил больше внимания, обожания и заботы, тогда такая тонкая натура вроде Сюэ Янь уже давно бы обрекла себя на погибель.

Но, к счастью, она не потеряла надежу.

Всё плохое осталось позади.

Эти простые и тёплые чувства были искренни и правдивы. Пышные обещания и слова поддержки могли бы вызвать лишь неопределённость в сердце сильной красавицы. Мэй Сюэ Янь это прекрасно понимала. Они оба знали, что слова были бессмысленны, лишь поступки могли доказать искренность намерений.

Мэй Сюэ Янь сконцентрировалась на совершенствовании и постаралась восстановиться как можно скорее, а молодой мастер Цзюнь всё это время боролся с собственным душевным состоянием и чувствами. Он не отрёкся от своих первоначальных намерений.

Сюэ Янь успешно восстановила свои силы, и Цзюнь Мосе добился больших успехов в работе над собой. Так что, толка от пройденного времени было очень много для всех.

– Дурак, – как же Мосе не смог бы понять смысла сказанного Сюэ Янь? Он слегка вздохнул, улыбнулся и сказал: – Ты и я, мы – муж и жена. Одно целое. Разве ты не понимаешь, если я умру, то и твоя жизнь на этом закончится. Но если ты покинешь меня первой, что же будет со мной?

Он осторожно протянул руки и снова обхватил ими любимую красавицу:

– Мы одно целое.

Мэй Сюэ Янь даже не боролась с Мосе и легонько прижалась к его широкой груди. Её лицо сияло от счастья и радости, она ничего не говорила. В такой момент в словах не было необходимости, это было уже лишнее.

Настоящие чувства – вечные. Фиолетовая ци полностью окутала Пагоду изнутри. Сверкающие лучи падали прямо на милую парочку, которые ещё долго просидели в одном и том же положении.

Цзюнь Мосе первый прервал тишину своим смехом. Молодой мастер вдохнул аромат Мэй Сюэ Янь и радостно заговорил:

– Жёнушка, надо бы немного пройтись, а то я так сильно себя сдерживаю, что вот-вот взорвусь. На вот, потрогай сама, если не веришь.

Извращенец всегда будет извращенцем. Он только открыл рот, и из него снова полезли эти похотливые словечки. Однако этот извращенец также был способен одним лишь словом найти выход из любого тупика.

Мэй Сюэ Янь фыркнула и оттолкнула его. Она была рассержена, но в то же время очень счастлива. В такой волнующий момент этот парень просто брал и говорил какую-то ересь.

«Что это ещё за «потрогай»? Действительно бесстыжий засранец. Как же бесит».

– Тогда иди к своей сестре Гуан. Чего ко мне припёрся, – раскрасневшись, проворчала Мэй Сюэ Янь. Она тут же выскользнула из объятий и с игривой улыбкой внезапно упорхнула вперёд. Её новая техника лёгкого передвижения нисколько не уступала прежним навыкам.

Мэй Сюэ Янь только обратилась в человеческую форму и уже достигла такого превосходного уровня владения техниками. Если сила Сюэ Янь вернулась бы в прежнее состояние, тогда по скорости передвижения ей снова не было бы равных.

– В последнее время тебя не было рядом, я так устал, – Цзюнь Мосе вздохнул. Он не отправился догонять возлюбленную, а просто неподвижно стоял на том же месте, наблюдая за изящной фигурой Мэй Сюэ Янь: – Теперь ты вернулась. Ты рядом и всё хорошо.

Мэй Сюэ Янь остановилась и тихо вздохнула:

– Я знаю.

Она посмотрела на неподвижное тело Королевы змей, и её взгляд помрачнел:

– В тот день я увидела Королеву змей. Я всё поняла. Так что я не стану ни о чём спрашивать. Нет, я не хочу ничего знать.

С любовью посмотрев на Цзюнь Мосе, она добавила:

– Я верю, что всё будет хорошо. Королева змей придёт в себя. Разве я не лучший тому пример?

Цзюнь Мосе кивнул головой:

– Да. Она очнётся.

То, чем занимался Мосе, в последнее время уже было известно Сюэ Янь. Так что молодому мастеру не было необходимости что-либо объяснять. Они немного молча постояли, на душе стало слишком сложно. Молодой красавице удалось успешно перевоплотиться. Оба были так рады, как будто над ними взорвалась бомба вселенского счастья. Казалось, не один праздник не смог бы передать такую атмосферу волнения и трепета.

Тем не менее осознание тяжести травм Королевы змей и общей ситуации в мире оставили от огромной радости воссоединения лишь слабую печаль.

Всевозможные чувства стекались к ним прямо в сердце, на душе было столько мыслей, но никто из них не мог вымолвить ни слова.

– Сюэ Янь, ты сейчас в пределах каких границ? – Цзюнь Мосе прервал неловкое молчание.

– Я была на пике восьмого уровня, но после принятия трёх таблеток я сумела достичь пика девятого уровня Священного зверя и, соответственно, вышла на уровень Великого мастера. После этого я приняла оставшиеся таблетки и осуществила ещё один прорыв. Я не сумела полностью восстановить свои прежние силы. Я сейчас на том уровне, при котором я когда-то покинула Тянь Фа – где-то, первый ранг Почтенного мастера.

Мэй Сюэ Янь явно была немного недовольна, однако о таком скором прогрессе никто даже и мечтать не думал. Цзюнь Мосе предстояла битва с тремя Священными землями, а его нынешней силы было недостаточно, чтобы одолеть врага.

Молодой мастер разинул рот от удивления. Его нижняя челюсть едва ли не коснулась земли.

Сюэ Янь отчётливо помнила, что после первого прорыва она оказалась на уровне нефритового Суань. А следующий прорыв был уже на Суань неба. Между ними, как минимум, было десять ступеней.

Как такое вообще было возможно?

Если даже сравнить с кем угодно. У кого-нибудь был настолько огромный разрыв?

– Прорвавшись в первый раз, я должна была достичь пика Суань земли, что было бы ближе к Суань неба, – Мэй Сюэ Янь увидела сомнения Мосе и улыбнулась: – Ты забыл, что я последовательно приняла пять различных таблеток? Это равносильно двумстам годам чистой практики и совершенствования.

– Но этот прогресс всё равно прошёл быстрее, чем у меня. Это зашло слишком далеко, – молодой мастер был слегка шокирован и почувствовал некое унижение перед этой красавицей. Такое удручённое чувство чуть не сломило Мосе. Он хотел хорошенько отхлестать эту девчонку по её маленькой упругой заднице.

– Ой, ну перестань, твои способности мне не по зубам, – Мэй Сюэ Янь, улыбнувшись, посмотрела на него.

После слов Сюэ Янь, Мосе тут же осознал, в чём же заключалась разница между их силовым прогрессом. Во-первых, Мэй Сюэ Янь имела богатый опыт и прочный базис. Во-вторых, когда Мосе начинал практиковаться, ему необходимо было постоянно подкармливать Пагоду Хунцзюнь небесной одухотворённой ци извне. Этой энергии было пруд пруди, но сам Мосе мог использовать из неё лишь малую долю.

Глава 852. Духовное обнаружение

Кроме того, Цзюнь Мосе был в этом деле первопроходцем, так что Мэй Сюэ Янь совершенствовалась уже на основе его опыта, ей не нужно было искать собственные пути. Естественно, это сэкономило ей кучу работы и силы Суань. Священные звери, в отличие от людей, совершенствовались намного быстрее. В общем именно поэтому у Мэй Сюэ Янь произошёл такой резкий и быстрый скачок в прогрессе.

Однако здесь существовали и свои недостатки: каждый прорыв Мосе на новый уровень Пагоды постоянно сопровождался огромными преимуществами в виде различных невероятных умений или сокровищ Пагоды Хунцзюнь. А вот Сюэ Янь, очевидно, такое недоступно.

Потому что она только практикует внутри, но она не является настоящим хозяином Пагоды Хунцзюнь.

Поэтому хотя Мэй Сюэ Янь и совершенствуется такими же методами, но ей всё равно не достичь такого же результата как у Цзюнь Мосе. К примеру, после прорыва на первый уровень Пагоды он получил технику мгновенного исчезновения Инь-Ян, а уже на втором уровне он нашёл Пламя Первозданного Хаоса и алхимическую печь. А Мэй Сюэ Янь ничего подобного уже не увидела.

Цзюнь Мосе нахмурился, немного подумал и затем сказал:

– Я научу тебя одному секрету. Запиши это себе где-нибудь, а затем попрактикуй. Посмотрим, сможешь ли ты добиться в этом успеха. Будет здорово, если всё сработает, но и расстраиваться не нужно, если тебя постигнет неудача.

Мэй Сюэ Янь, увидев насколько серьёзен был Мосе, тут же машинально кивнула в ответ.

– Небо делится на Цянь и Кунь (1), а земля - на Инь и Ян. Все живые существа на этой планете могут бесконечно вращаться в потоке сансары Инь-Ян. При рождении все люди становятся двоякой материей Инь-Ян. Они вроде бы есть, но их как бы и нет. Следовательно, всё можно скрыть в Инь-Ян, даже человеческое тело. А причина такому явлению как раз заключается в самом Инь-Ян.

Это и есть секрет техники мгновенного исчезновения Инь-Ян.

Цзюнь Мосе запомнил его слово в слово.

Можно сказать, что исчезновение Инь-Ян – самая непобедимое мастерство в этом мире. Если мастер Серебряного Суань, обладая этой техникой, вступит в бой с Достопочтенным, он всё равно останется цел и невредим.

А после боя сила этой техники становится всё выше, как и мощь врага, с которой приходится сталкиваться. Навыки Сюэ Янь на данный момент, конечно, впечатляли, но ей ещё далеко до Достопочтенного мастера. Если она сумеет освоить технику исчезновения Инь-Ян, то сможет спасти свою жизнь при любых обстоятельствах.

Сейчас для Цзюнь Мосе жизнь любимого человека была важнее всего остального.

Молодой мастер уже однажды пытался обучить этому навыку Цзюнь Вуя, однако у него ничего не получилось. Возможно, это зависит от индивидуального подхода, или же совершенствовать эту технику можно, если ты практикуешь по законам Пагоды.

Ну а пока Мосе лишь хочет попробовать развить такой талант в Сюэ Янь. Если удастся успешно всё завершить, тогда у неё будет вечный «талисман» самосохранения.

Мэй Сюэ Янь сконцентрировала свои мысли и хорошенько запомнила секрет этой техники; с её природной одаренностью она могла с лёгкостью запомнить что угодно, лишь разок услышав это.

– Это ключевой момент моего уникального секрета техники исчезновения Инь-Ян. После совершенствования ты сможешь скрыть своё тело в любое время и в любом месте. Будь то вода, земля или камень – не важно, ты сможешь спрятать себя идеально в пустоте, не выдавая ни дыхания, ни запаха. Исчезновение Инь-Ян – сильнейшая техника на этой планете, – серьёзно сказал Мосе. – Тебе следует поторопиться и начать практиковать. Я всегда могу воспользоваться этой техникой и спасти свою драгоценную жизнь.

Хотя он говорил всё это непринуждённо и спокойно, но Мэй Сюэ Янь испытала огромный шок.

Можно спрятать себя в пустоте в любое время, в любом месте.

Она наконец поняла, что за таинственное мастерство Цзюнь Мосе так потрясло всё человечество. Оказалось, что это действительно удивительное искусство.

И он может безоговорочно передать это уникальное знание ей. Такие мысли заставили душу Сюэ Янь наполниться безграничным счастьем. И это не только из-за секрета удивительной техники, а из-за намерений Цзюнь Мосе. Испокон веков такие тайны никогда не передавались из уст в уста, даже супруги не были исключением.

Но Цзюнь Мосе сделал это.

Такими действиями он будто сказал ей: «Я никогда не сомневался в тебе».

Однако таким поступком он увеличил значимость этих слов в сотни раз.

– Мосе, если ты в порядке, то и у меня всё хорошо, – глаза Сюэ Янь покраснели от слёз.

– Дурочка… Если даже не научу тебя сейчас, то передам это нашему сыну или дочери в будущем. Что ещё за дурацкие секреты и тайны? Не надо так много думать, а то устанешь, – Цзюнь Мосе улыбнулся. – Если ты действительно чувствуешь себя виноватой, то, как насчёт стриптиза? Увидев твой танец, мне определённо станет лучше. Разве не хорошее решение проблемы?

– Катись к чёрту, – Мэй Сюэ Янь пришла в ярость. Ну почему этот идиот постоянно портит такие трогательные моменты своими извращенскими шуточками?

Эти двое воссоединились после долгой разлуки. Цзюнь Мосе, само собой, очень хотелось поцеловать Мэй Сюэ Янь, пусть внешне она выражает сплошное нежелание, однако в глубине души эта девушка уже давно не сопротивляется. Тем не менее оба сдерживали свои импульсы и продолжали ждать другого случая.

А всё потому, что в Пагоде Хунцзюнь также находилась Королева змей.

Может, Королева змей и находилась без сознания, однако эти серьёзные ранения она получила из-за Мосе, как на такое можно закрыть глаза? И хотя Королева змей никогда не раскрывала свои истинные чувства, Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе уже обо всём догадались.

Если они дадут волю своим желаниям, в будущем им будет за это очень стыдно.

Видит Королева змей это или не видит, это всё равно слишком жестоко по отношению к ней.

Мэй Сюэ Янь осталась в Пагоде Хунцзюнь для практики техники исчезновения Инь-Ян, а Мосе ещё раз направил в меридианы Королевы змей фиолетовую ци, дабы стабилизировать её жизненную силу. Закончив со всеми делами, он покинул Пагоду.

Ожидание прорыва Мэй Сюэ Янь заняло немало времени, и если три Священные земли в этот раз поторопились, вполне возможно, они уже прибыли в город Цзюйхуа.

Мосе всё ещё необходим хороший план для надвигающейся битвы. Может, он и заверил Донфанг Вэн Цина своей самоуверенностью, однако победа всегда идет в руки подготовленному человеку. Осторожность никогда не помешает.

Поэтому молодой мастер использовал технику исчезновения Инь-Ян, молча погрузился в пустоту и направился прямо в город Цзюйхуа.

Незадолго до того, как Мосе покинул Пагоду, он ясно почувствовал, что, несмотря на то, что прошло немного времени, в городе Цзюйхуа уже произошли огромные перемены. Времена миновали, и обстановка переменилась. Вещи остались прежними, а люди – нет.

Тем не менее, судя по внешнему виду, город Цзюйхуа нисколько не изменился, но если подключить ментальное обнаружение, можно сразу же ощутить присутствие огромного количества сил духовного телекинеза. И эти силы слились в единую гигантскую сеть, нависшей над Цзюйхуа. Они постоянно следили за каждым движением в городе.

Под действие этой сети попадали все без исключения.

Почувствовав вездесущее влияние духовного телекинеза, молодой мастер щёлкнул языком: похоже, что на этот раз три Священные земли напряглись не на шутку, раз отправили сюда такое количество первоклассных мастеров.

Ещё раз, аккуратно скрыв своё присутствие от безостановочного наблюдения противника, Цзюнь Мосе спокойно пошёл вдоль по улице, медленно приближаясь к резиденции семьи Чен.

Чем ближе он подходил, тем плотнее и гуще становилась аура обнаружения. Нынешняя резиденция Чен была подобна неприступной крепости, и это не преувеличение.

Цзюнь Мосе про себя улыбнулся:

«Кажется, три Священные земли всё ещё думали, что цель находится в семье Чен. Они уверены, что я начну свой удар именно с неё, а затем спровоцирую конфликт между двумя сторонами».

Чен Цинтянь, если судить по его силе, не был особо крупной фигурой, он был лишь главой маленького рода, который три Священные земли даже не удостаивали и взглядом. Но теперь эта семья стала словно бы воплощением репутации трёх Священных земель.

Цзюнь Мосе заранее тайно распустил слухи о том, что три Священные земли обеспечивали защиту Чен Цинтяню, чтобы инцидент о неудачном покушении на его жизнь не вырвался наружу. Несмотря на то, что большинство людей засомневались в подлинности этой информации, при нынешних обстоятельствах, если Чен Цинтянь действительно будет убит, тогда репутация трёх Священных земель непременно пойдёт ко дну.

Поэтому теперь они обязаны защищать семью Чен.

Однако Мосе не собирался так поступать, эти слухи были выпущены для того, чтобы хорошенько прощупать почву и посмотреть на реакцию со стороны трёх Священных земель.

Молодой мастер хочет полностью уничтожить три Священные земли, однако их репутация не может быть уничтожена.

Даже после их полнейшего истребления три Священные земли останутся образцом для подражания всему миру, но это уже не имеет значения.

Мосе просто жаждет их смерти. Можно сказать, что в их смерти заключено его счастье.

Поэтому, умрёт ли хозяин семьи Чен или когда он умрёт, является второстепенным вопросом.

Четко почувствовав сильный импульс энергии, исходящий от резиденции семьи Чен, Цзюнь Мосе холодно ухмыльнулся, он уже обдумал общие контрмеры.

Нисколько не колеблясь, молодой мастер медленно повернулся и последовал за толпой людей. На первый взгляд, он ничем не отличался от обычных пешеходов: размеренная походка, мутный взгляд – одним словом, обычный мирянин.

Лучи духовного обнаружения падали на его тело, а затем поворачивали в другие стороны.

Цзюнь Мосе был спокоен, с опущенной головой он двигался вперёд, но вдруг всё его тело сотрясло от шока. Он словно ощутил дыхание самой смерти. Это странное чувство поднялось из сердца, а затем очень быстро распространилось по всему телу. На улице был уже конец весны, но это не помешало молодому мастеру неожиданно испытать на себе раздирающий до костей холод.

Словно он оказался один на заброшенном кладбище в ночь, когда на небе не было ни звезд, ни луны. Ужас.

Даже на пике Снежной горы, который считается самым холодным местом на земле, у него не возникало такого чувства леденящего холода.

Цзюнь Мосе отчётливо помнил, что, идя по этой улице, он не обнаружил никаких аномалий, вообще никаких. Но спустя доли секунд всё вдруг переменилось.

Сверхчувственное сознание Мосе могло обнаружить совсем немногое.

Это была самая плотная аура на планете.

Здесь должно быть что-то другое.

_________________

(1) Это то же самое, что Инь-Ян, обозначает мужское и женское начала.

Глава 853. Словно раскат грома, который внезапно раздался в мертвой тишине

Это продлилось только лишь короткое мгновение, и это чувство внезапно бесследно исчезло.

Цзюнь Мосе не подал виду и опустил голову, тем не менее про себя он начал подробный процесс обработки информации и своих ощущений.

Он тщательно осматривал каждого путника, пытаясь найти именно того самого, кто вызвал у него подобную реакцию, однако все они были отсеяны.

Прошло не так много времени, и тот, кому удалось продвинуться дальше всех, ушёл на расстояние всего-то более ста чжан. К тому же, пусть и плотность людей была высока, тем не менее она составляла всего ничего – около тысячи человек. И такая плотность по праву считается довольно существенной.

Однако благодаря удивительной техники разведки Цзюнь Мосе, эти люди один за другим выдали себя. Тщательно осматривая всех присутствующих, разведка Мосе оказалось безрезультатной относительно семи человек. Осталось только семь этих человек.

Эти семеро как раз вступили в состояние точно такой же разведки, которая распространялась аж на диапазон ста с лишним чжан.

После «отсева», Цзюнь Мосе тихонько развернулся и неторопливо повернул назад. Прямо перед ним оказался молодой человек в тёмных одеждах, который как раз двигался вперёд, он немного прихрамывал на правую ногу, на его лице не было никаких эмоций, глаза были мутными и слегка припухшими. Глядя себе прямо под ноги, он двигался с такой театральной походкой, словно его могло сдуть с места легкое дуновение ветра.

Но Цзюнь Мосе инстинктивно смог почувствовать, что с этим человеком явно что-то не так, он отчётливо смог почувствовать скрытое зло. Это ощущение было очень двояким, одновременно чужим, и одновременно очень знакомым, и в этом было что-то пугающее.

Если этот человек был мастером, то его знания и способности непременно достигли уже очень и очень высоких пределов.

Такой высоты, что он мог быть даже самим шенхуном, и Цзюнь Мосе бы не удалось этого почувствовать.

Как понял Цзюнь Мосе, направление, в котором двигался этот самый человек, полностью соответствовало самому слабому месту в сформированной людьми из трёх Священных земель специальной сети взаимодействия. И по мере того, как он продолжал двигаться, это ощущение становилось только ощутимее.

Каждый человек был подвержен непостижимой силе специального сканирования людей из трёх Священных земель. Все, кроме него. Так как ему постоянно удавалось укрываться от этой силы, и никак не поддаваться её молниеносному эффекту.

Было совершенно ясно, что этот человек и сам обладал подобной силой сканирования, но он абсолютно беспрепятственно продолжал двигаться вперёд, и, несмотря на то, что несколько шенхунов приняли на себя личное командование здесь, он всё же не был обнаружен ими.

Такие умения не под силу даже Цзюнь Мосе. Если бы в это мгновение его посетила какая-то мысль, Мосе вряд ли бы удалось почувствовать колебание его энергии.

Движения этого незнакомца были очень ленивыми и инертными, он двигался почти нехотя, однако своим внутренним чутьем Мосе понял, что этот человек чувствовал себя вполне расслаблено, казалось, он был совершенно спокоен. Его манера движения не соответствовала действительности, на самом деле, он почти не прилагал особых усилий, чтобы двигаться вперёд. Каждый его жест, каждое его движение были очень простыми и вполне обычными, однако Цзюнь Мосе всё же во всём видел скрытый таинственный смысл.

Продолжая рассматривать этого незнакомца в чёрном, на лице Цзюнь Мосе внезапно обнажилась таинственная ухмылка. Это не может быть он.

Как по чудесному совпадению, когда Цзюнь Мосе пытался внимательнее рассмотреть незнакомца, он внезапно остановился, медленно обернулся, посмотрел прямо на Цзюнь Мосе, в его глазах появилась странная удивительная улыбка, и он медленно сказал:

– Тебе, парнишка, по пути с молодым господином, уж не хочешь ли ты пригласить меня выпить по рюмашке?

Мосе опешил, сердце у него ушло в пятки:

– Почему бы и нет? Раз нам было предначертано судьбой встретиться, почему же бы и не пропустить по рюмашке. Я бы угостил вас, только вот незадача, я не взял с собой монет, если бы вы мне одолжили в этот раз, тогда я бы вернул вам в следующий.

«Думал, меня так просто обхитрить, не тут-то было, хочешь, чтобы я тебя угостил, тогда тебе самому придётся раскошелиться».

– В самом деле, чудесное совпадение, что мы встретились, – человек в чёрном пожал плечами и сказал: – Я тоже не взял с собой монет.

В это же мгновение он очень странно посмотрел на Цзюнь Мосе:

– Уж не знаю, можно ли будет пропустить по рюмашке без монет?

Мосе так же, как и он пожал плечами и произнёс:

– Так или иначе, а давайте возьмём и проверим? Может, у нас и получится.

– Интересно, интересно, – человек в чёрном спокойным взглядом оглядел Мосе и сказал: – Ну, значит, давай попробуем.

– Раз уж мы оба без монет, как вы и сказали, в этот раз я вас угощу, так и быть. Прошу, – воодушевлённо произнёс Цзюнь Мосе и вытянул руку, как бы уступая дорогу.

– Оказывается, даже без монет можно угостить кого-нибудь… Времена меняются, – человек в чёрном покачал головой и тяжело вздохнул.

И они оба с самодовольным видом устремились к башне Таньгуан.

Цзюнь Мосе снова предстояло побывать уже в знакомых местах.

И, хотя со стороны казалось, что они шли в ногу, плечом к плечу, на самом же деле, в каждом их шаге и движении ощущалось какое-то странное отступление назад.

Когда Цзюнь Мосе только поднимал свою ногу, чтобы сделать шаг, человек в чёрном тоже поднимал свою ногу, и двигался в том же самом направлении. Этот человек был по правую руку от Мосе, однако, когда Мосе ступал, он невольно отводил своё правое плечо немного назад.

Нога двигается вперёд, а плечо назад, несомненно, такая походка выглядела очень странно. Словно у него за спиной была какая-то невидимая непостижимая сила, которая как за нитку оттягивала его неустанно назад.

Походка же человека в чёрном была прямо противоположна походке Мосе, его плечи как раз двигались только вперёд, и он ступал очень уверенно, иначе бы они уже давно стукнулись друг о друга, и вот это было бы уж очень неловко.

Их жесты и движения были более, чем необычны; если бы эти двое вздумали бежать изо всех сил, при этом сохраняя такое положение, с уверенностью можно сказать, что Мосе бы первым завалился, а потом бы к нему присоединился его новый друг в чёрном. Однако, несмотря на всю комичность их поз и движений, эти двое совершенно не собирались их менять, и были даже весьма увлечены и вполне довольны этим процессом.

Они оба искоса наблюдали друг за другом, следя за тем, чтобы их противник двигался строго на одном расстоянии от себя.

Они наконец-то достигли башни Таньгуан, у обоих на лбах сияли капли сверкающего пота.

Расстояние до башни было довольно небольшим и занимало около десяти с небольшим чжан, однако за этот короткий промежуток эти двое смогли помериться силой не одну сотню раз. Словно каждый их шаг, каждый жест, был своего рода мини-схваткой. Они затратили огромные запасы энергии на это, нетрудно представить, какой бы могла быть их настоящая битва.

И, хотя Цзюнь Мосе от начала до конца занимал выгодное положение, однако центр тяжести его тела вряд ли бы смог сдвинуться хоть на чуть-чуть и достигнуть какой-нибудь выигрышной позиции, не говоря уже ни о каком преимуществе.

Подобная удивительная боевая обстановка тоже была для Цзюнь Мосе в диковинку, казалось, такого ужаса и страха он ещё ни разу не испытывал. Он и представить себе не мог, что в этом мире есть такой человек, чья реакция на процесс культивации будет такой же быстрой, как у него.

Похоже, если бы Мосе только вздумал моргнуть, этот незнакомец в чёрном уже знал какие ответные меры нужно принять, чтобы отразить нападения врага, и как скрыться от него.

В этот миг в голове у Мосе пронеслось «Кого ты обманываешь, пустышка», и он вздохнул. Он отчётливо мог почувствовать, что силы этого человека в чёрном находятся практически в том же состоянии, что и его. Этот человек получил слишком тяжёлое ранение, и его силы были полупусты.

К тому же, для обычного человека эти ранения значили моментальная смерть.

Ему действительно ещё очень повезло.

Хотя поза этого человека выглядела немного ведомой и пассивной, от начала до конца он занимал ведущую позицию, Цзюнь Мосе удалось его немного опередить лишь потому, что он ещё не восстановился до конца после ранений.

И хотя эти двое находились примерно на равных, для честолюбивого и высокомерного человека в чёрном это было сродни унижению.

Его обогнал какой-то сопляк. Каждый раз, когда он пытался вырваться вперёд, он обеспокоенно поднимал голову. К тому же, за эти резкие движения ему нужно было выплачивать довольно солидную цену.

«Меня не было всего-то несколько сотен лет, прогресс Суань в этом мире настолько поразителен? И какой-то парень способен на такое? Тьфу, да даже парнем его трудно назвать, какой-то мелкий сопляк, у которого молоко на губах не обсохло! Однако, несмотря на это, его способности просто удивительны.

Такого уровня я мог достичь только спустя несколько сотен упорных тренировок. А что если в этом мире много таких молодцов, и что же мне, хоть слоняйся, хоть не слоняйся, всё одно безумие?»

Хотя эти двое преодолели вместе расстояние всего в десять с небольшим чжан и участвовали в беззвучной схватке, атмосфера уже была накалена до предела. Если бы это была настоящая драка, один из них уж точно успел попрощаться с жизнью не одну сотню раз.

Как-то очень давно была одна поговорка: Словно раскат грома, который внезапно раздался в мертвой тишине. Их бессловесная схватка полностью выражает внутренний смысл этих слов. И даже, казалось, ещё не раз может переплюнуть эти масштабы. Уверен, если бы в полнейшей тишине раздался внезапный удар грома, не возникло бы такого ошеломляющего потрясения, как от их противостояния.

Хотя они были довольно решительно и сурово настроены, их путь был окончен, они достигли пункта назначения, и в тот момент, когда они ступили на порог башни Таньгуан, их схватка была окончена. Они оба были в страхе потерять бдительность, и быстро на первом же этаже нашли незанятый стол и сели лицом к лицу; у человека в чёрном не было никаких эмоций на лице, но было заметно, что его одежда стала влажной от пота со стороны спины. Ему пришлось потратить немало сил на это, пусть и короткое, но противостояние.

С Цзюнь Мосе всё было ещё намного хуже: он обеими руками держался за поясницу и непристойно массировал её; эта дорога особенно сильно отразилась на его пояснице, похоже он растянул поясничные мышцы.

Если бы дорога была хоть на чуть-чуть длиннее, наверное, всё бы закончилось межпозвонковой грыжей, не меньше.

Глава 854. Ну почему тебе так трудно угодить?

Цзюнь Мосе, пока стоял и массировал поясницу, одной рукой подозвал к себе официанта и в довольно непринуждённой форме сделал заказ на самый огромный стол, не обращая ни малейшего внимания на стоимость блюд и вина. Обрадовавшийся официант мигом принес гостям горячего чаю, а затем поторопил на кухне, чтобы всё было приготовлено как можно скорее.

Эти гости, определённо, состоятельные персоны, они могут выложить кругленькую сумму. Однако он и не подозревал, что его клиенты просто чванливые пустозвоны, которые сделали заказ, не имея при себе ни гроша.

– Как тебя зовут? – человек в чёрной одежде уставился на Мосе, его глаза нисколько не колебались. Молодой мастер тут же обнаружил, что этот человек совершенствовался настолько, что был в состоянии остановить свой взгляд в неподвижном состоянии в любое время.

– Обязательно задавать этот вопрос? Имя – это просто знак, зачем всё усложнять? – Цзюнь Мосе посмотрел на него с некоторой безысходностью. – Разве просто выпить вместе хорошего вина недостаточно? Как только мы закончим нашу трапезу, ты уйдёшь своей дорогой, а я своей. Разве это не здорово?

– Чушь собачья. Ты использовал духовное обнаружение и намеренно следовал за мной, словно приставучая муха. Неужели всё потому, что хотел просто выпить со мной? Думаешь, я идиот? – человек в чёрной одежде сурово ответил. – Поиграть со мной вздумал? А ну быстро говори, что тебе нужно?

– Эй-эй, я говорю правду, ты чего как с цепи сорвался? – Цзюнь Мосе искренне улыбнулся и принял более доверительную позу. Выражение его лица становилось всё более серьёзным.

Хотя человек в чёрном выглядел равнодушным, он всё же удивился такому поведению и холодно спросил:

– Так в чём причина?

Цзюнь Мосе начал говорить от глубины всей его души:

– На самом деле настоящая причина вот в чём: увидев Вас в первый раз, я тут же понял, что Вы – словно светлячок в темноте, который освещает всё вокруг в тёмной ночи. Несмотря на то, что здесь бездонный поток человеческих тел, но такой выдающийся мужчина не мог не заставить меня восхититься. Ваша гордая осанка вызывает у меня зависть и головокружение. Если бы я не пригласил Вас выпить, это был бы самый страшный грех, непростительное преступление, о котором я раскаивался бы ещё несколько моих будущих жизней. У меня ведь даже денег нет, однако я всё же осмелился пригласить Вас выпить со мной.

– Прекрати… – безразличное выражение лица человека в чёрном, наконец, изменилось, и презрительный взгляд, который игнорировал всё живое вокруг, вдруг заколебался. Он закатил глаза и долго смотрел в потолок, словно вот-вот свалится в обморок, а затем покачал головой и неожиданно ударил рукой по столу:

– Ублюдок. Ты вообще что несёшь? Членораздельно умеешь разговаривать?

– Неужели мои слова настолько трудны для понимания? Я имею в виду, что мы созданы друг для друга… – выражение лица Цзюнь Мосе было серьёзным, но он говорил с особой любовью. – В прошлой жизни вы были женщиной, а я мужчиной. Вы – моя возлюбленная!

– Твою ж мать, что за херня? Почему тебе просто не отвалить от меня… – от многолетней сдержанности и выдержки мужчины в чёрном не осталось ни следа, его лицо стало цветом раскаленной печи. Он опёрся на стол двумя руками и так резко поднялся, что на его коже промелькнули мурашки. Непоколебимое, словно гора, тело, всё же слегка затряслось. Словно он не мог справиться с силой ледяного ночного ветра.

– Я знаю, что ты сомневаешься в моих словах, но это правда, – печально сказал Цзюнь Мосе. – Если ты всё ещё не веришь, можешь отправиться в преисподнюю и сам всё спросить. Наши предки уже давно покинули этот мир, однако их души всё ещё там. Если ты захочешь лично всё разузнать, я уверен, они обязательно дадут тебе положительный ответ. И тогда ты сам во всём удостоверишься. Мы с тобой созданы друг для друга.

– Пойти разузнать? Это мне нужно сначала убить себя, а затем пойти спрашивать моих предков? Созданы друг для друга, говоришь? Чушь собачья… – мужчина в чёрном одеянии был на грани обморока, поэтому хорошенько придерживался за стол. Он махнул рукой и поднялся. Его глаза пылали яростью, дыхание было тяжёлым... Спустя некоторое время он снова заговорил:

– Подонок, ты думаешь, что это весело? А ты знаешь, как пишется слово «смерть»?

Пока он говорил, на его лбу просочились сиреневые вены, а взгляд уже конкретно залился бешенством.

Уже несколько тысяч лет не было никого, кто мог бы вывести этого человека из себя; он всегда сохранял сдержанность при любых обстоятельствах. Его лицо не дрогнуло, даже если бы весь мир ополчился на него и захотел уничтожить. При смертельной опасности этот мужчина вёл себя спокойно и непринуждённо, следуя велениям своего сердца. Но сегодня, встретив этого ублюдка, он был разбит всего несколькими словами. Почему его душевное состояние стало вдруг таким нестабильным?

Однако слова этого мальца уж слишком омерзительны. Кто вообще сможет такое стерпеть?

– Посмотри на себя. Я сказал, что у меня нет никакой цели, и тогда ты вынудил меня сказать правду, но всё равно не поверил моим словам… – невинно сказал Мосе. – Ну почему тебе так трудно угодить?

Я повторюсь. Даже если у меня действительно есть некая цель, неужели ты думаешь, что я так просто расскажу тебе обо всём? Ты выглядишь слишком наивным, хотя такие люди очень милые. Однако выжить в столь переменчивом мире очень трудно. Может твои навыки совершенствования и неплохи, но этого недостаточно, чтобы справиться со странным и непредсказуемым миром материка Суань. Тебе стоит прислушаться ко мне, – Цзюнь Мосе вдруг начал давать серьёзные наставления.

Человек в чёрном внезапно гневно харкнул. Волосы, как и его одежда, развевались от силы Суань, которую он едва сдерживал. По-видимому, его терпению вот-вот придёт конец.

Затем он снова ударил по столу и закричал:

– Официант! Почему вино и закуски до сих пор не поданы? Вы там что, в поле еду выращиваете? Давайте поживее, если не хотите нарваться на неприятности.

Он не поворачивал свою голову, чтобы не смотреть на Цзюнь Мосе. Если он снова увидит это нахальное молодое личико, он не сможет больше себя сдерживать и даже перед лицом опасности разоблачения вырвет этот гадкий язык изо рта этого засранца.

В душе проявилась нотка безысходности:

«Я прожил более тысячи лет, но никогда не встречал настолько мерзкого и противного человека. Да, б*ять, он действительно бесит!

В прошлой жизни ты был женщиной, а я – мужчиной, ты моя возлюбленная! Что за херню несёт этот придурок? Моего жизненного опыта достаточно, чтобы отправить его прямиком в следующую жизнь…»

Человек в чёрном медленно закатил глаза. Он понял, как оплошал: если бы он знал, что столкнётся с таким омерзительным говнюком, то предпочёл бы остаться в заточении ещё лет на пятьсот.

– Ха-ха-ха! Эй, дружище, – Цзюнь Мосе засмеялся жутким голосом, а затем весело спросил. – И как же тебя величать?

– Д-ружище? – лицо человека в чёрном резко исказилось и покрылось чёрными линиями. Он скорчил ужасную гримасу, словно у него нервный паралич, и затем, чуть ли не плача, завопил:

– Сукин ты сын, меня даже твои пра-пра-прапредки так не называли. Понимаешь?

– Ой, ой, понял, не дурак! Я хотел, как вежливее, а тебе не угодишь… Тогда, может, старший брат? Вам в этом году сколько стукнет? – Цзюнь Мосе тут же сменил форму обращения, прислушавшись к замечанию.

Человек в чёрном ударился головой об стол, схватил себя за волосы и выдрал их обеими руками. И уже обессиленно застонал:

– Ты можешь закрыть рот? Неужто сдохнешь, если замолчишь хоть на секунду?

– Конечно, могу помолчать, это не такое уж и больше дело, тем более не смертельно опасное. Неужели обращение «старший брат» тоже не нравится? Тогда, может, «младший братишка»? «Братан»? «Чувак»? Что из этого тебе нравится? Не стоит смотреть на своего возлюбленного таким свирепым взглядом, а то моё сердечко испугается и выпрыгнет наружу. А в башне Таньгуан, оказывается, неплохо готовят, кстати... В прошлый раз, когда я пришёл сюда поесть, аромат был просто обалденный. Тогда меня сюда кое-кто пригласил, мы от души натрескались. Но ты не переживай, между нами ничего не было. А сейчас вот пришёл мой черед угощать, но я не взял с собой ни копейки денег.

Цзюнь Мосе говорил с таким восторгом, да ещё и умудрялся прищелкивать языком от «вкусных» воспоминаний, но затем вдруг внезапно спросил:

– Эмм. Хотя я и сказал, что сегодня угощаю, но ты действительно без денег? Деньги – это такие серебряные или медные монетки… Хотя, золото тоже сойдёт. Правда нет нисколечко?

Голова человека в чёрном слегка приподнялась со стола, он ещё раз дважды ударился и издал очень печальный вздох.

– Да ничего страшного. Не надо так из-за этого убиваться! – Цзюнь Мосе похлопал себя по груди и утешительно сказал: – Не беспокойся. И что теперь, вовсе не есть? Все через такое когда-либо проходили. Я ведь сказал, что угощаю, так что они не упрекнут тебя в дармоедстве, я же говорю, в прошлый раз я нажрался, теперь мой черёд платить.

Человек в чёрном поднял полные слёз глаза и посмотрел на молодого мастера. Его взгляд на удивление был весьма уважительным. Затем он вдруг резко схватил Мосе двумя руками и, тряся его изо всех сил, завопил:

– Старший брат, я буду звать тебя братом, сойдёт? За свои прожитые 1300 лет я никогда никому не повиновался, но сегодня я действительно подчинюсь тебе. Теперь ты закроешь свой рот? То есть, старший брат, вы, наконец, заткнётесь или нет?

После этого человек в чёрном громко закричал и стал снова биться головой о стол. Любой бы посочувствовал его страдальческому виду.

Звук был действительно слишком громким, и все присутствующие люди тут же удивлённо повернули свои головы. В их глазах читалось недоумение: что же произошло между этими двумя?

Цзюнь Мосе неестественно улыбнулся и с виноватым видом обратился к гостям:

– Извините, пожалуйста, у моего друга эпилепсия, и такое поведение считается вполне нормальным в его случае. Он болен, понимаете?

Ото всюду донёсся звук «о-о-о». Присутствующие гости, конечно, отнеслись ко всему с пониманием.

– Это у тебя, сукин сын, эпилепсия. У твоей семьи эпилепсия! – человек в чёрном махнул рукой и негодующе закричал. Его лицо было полно гнева, а тело потряхивало, словно маленький цветок при порыве ветра.

Он уже начал задыхаться от злости.

Глава 855.1. Источник истинного я

Уверен, что все уже догадались, что человек в чёрном – это не кто иной, как знаменитый на весь мир Четырнадцатый Шао из Подземного Мира – несравненный безумец всей Поднебесной.

Но этот самодур на данный момент был раздавлен и хотел плакать, его подавленность достигла крайней точки.

После случившегося в Тянь Фа, этот безумец стал первым мастером, которого одновременно атаковало такое огромное количество Достопочтенных и Шенхуанов, он потерял в этой битве более 95% своей энергии. А травмы оказались настолько серьёзными, что даже ему с трудом удалось их перенести.

По крайней мере, у него не было ни малейшего шанса восстановить свою первоначальную силу за короткий промежуток времени. Так что, как бы этому безумцу не хотелось, ему приходится прятаться и лечить свои раны, чтобы поскорее вернуться в строй и завладеть материком Суань.

Но не прошло и месяца, как появилась песня, которая бурно распространялась по всему континенту. Это была просто потрясающая скорость, похожая на метеор: в течение нескольких дней песня уже охватила весь материк Суань.

Ах да, я забыл кое-что сказать, Четырнадцатый Шао величал себя не только «господином», но также он считал себя заядлым любителем музыки. Даже его оружие в виде оледенелых игл после того, как таяло, превращалось в необыкновенный музыкальный инструмент. Вроде и цинь, но и не цинь (1), вроде и чжэн, но и не он (2). Похоже на сяо, но и не она (3). Короче говоря, ни на что не похоже.

Четырнадцатый Шао даже сам придумал этому инструменту название – «Божественная мелодия».

Это показывало, как сильно он любит музыку.

Песня «Странник материка Суань», отгремевшая во всех уголках континента, потрясла душу Подземного самодура. Он был так пленен этой мелодией, что не мог ни спать, ни есть. А самое обидное то, что, где бы она ни прозвучала, конца этой песни никто так и не исполнил. Воспроизводимые версии были далеки от оригинала, и это делало Четырнадцатого Шао очень подавленным.

Хорошенько всё расспросив, он наконец-то узнал, что эта мелодия изначально пришла из города Цзюйхуа. Об этом есть даже своеобразная легенда: один красивый, отречённый от мирской суеты молодой парень неторопливо исполнял эту песнь в башне Таньгуань, а затем так же спокойно и грациозно с одного удара нанес поражение двум Почтенным мастерам. Он пел словно изгнанный в бренный мир небожитель.

В одночасье таинственный юноша в белых одеждах стал кумиром всего мира.

Похоже, что он стал кумиром даже для самого Четырнадцатого Шао из Подземного мира.

Но в то же время Подземный самодур кое-что смекнул: три Священные земли послали бесчисленное количество сил в город Цзюйхуа. Хотя его травмы медленно шли к заживлению, его общее состояние по-прежнему оставалось довольно тяжёлым. Он явно не мог участвовать в бою, но, хорошенько всё обдумав, Четырнадцатый Шао всё же поспешил в город Цзюйхуа.

Три Священные земли определённо пришли туда из-за этого таинственного юноши в белом. Если их планы увенчаются успехом, тогда песня «Странник материка Суань» действительно станет верхом совершенства в современной поэзии.

Это значит, что никто больше не услышит оригинального исполнения этой песни. А для Четырнадцатого Шао, который так любит музыку, это станет невыносимым ударом.

Итак, он пришёл. Подземный самодур был уверен, что, если он не покажет свои способности и уникальную силу, тогда даже люди из трёх Священных земель и Таинственного Призрачного Дворца не смогут разоблачить его личность.

Так что, пусть он и не мог вступить в битву, но о своей безопасности уже нисколько не переживал.

Сегодня первый день, как Четырнадцатый Шао прибыл в город Цхюйхуа. Ещё полчаса и он, наконец, достиг бы своего «священного места музыки». Идя в направлении башни Таньгуан, Шао мысленно представлял себе своего кумира, исполняющего ту самую песню «Странник материка Суань».

Но он и подумать не мог, что вместо своего кумира, ему придётся столкнуться с таким омерзительным типом.

Сила этого гадёныша впечатляла. Пусть он и юн, но, тем не менее, смог своим болтливым языком разгромить Четырнадцатого Шао в пух и прах.

Неизвестно, что с этим пареньком не так, и почему он так прилепился. Попытки избавиться от него оказались тщетными, и, немного пораздумав, Подземный самодур пришёл к выводу:

«Этот мальчишка не так прост, как казалось, раз ему удалось сесть со мной за один стол».

Ему вдруг стало интересно, кто это? И какова его истинная цель? И самое главное – смог ли он распознать его истинную личность? Как он с первого взгляда смог углядеть в нём что-то необычное? Неужели в его защите была какая-то брешь?

Именно поэтому Четырнадцатый Шао принял приглашение этого парня. Так или иначе, он всё равно собирался пойти в башню Тангуань, так что, почему бы заодно и не перекусить? Кто же знал, что этот самодур в конце концов будет раздавлен этим мальцом.

И теперь Четырнадцатый Шао действительно сожалел об этом. Теперь он понял, что его согласие стало самой главной ошибкой за все 1300 лет жизни.

Если бы можно было вернуть всё назад. Он бы предпочел быть избитым, чем сидеть с этим типом за одним столом. Еда на втором месте, самое главное – ни в коем случае не заговаривать с ним. Ни слова.

Это действительно так изводит.

Этот малец спросил у него лишь имя, а по итогу Четырнадцатый Шао едва не потерпел психологический крах. Если этот гад задаст ещё один вопрос, подземного самодура начнёт трясти ещё сильнее.

Ужас.

Самое ужасное, что он до сих пор не может использовать даже капельку силы Суань.

Город Цзюйхуа слишком опасное место – здесь повсюду мастера трёх Священных земель. Его силы до сих пор не восстановились, ему ни при каких обстоятельствах нельзя было разоблачать себя и своё присутствие.

Какая я бы ненависть не глодала Четырнадцатого Шао, пусть даже по ощущениям это было бы хуже зубной боли, выбор встанет между смертью врага и его собственной.

Большинство присутствующих здесь мастеров – это Достопочтенные и даже ещё выше. Все они – старые «знакомые» Четырнадцатого Шао, так что, если он раскроет даже свой запах, эти ребята, словно саранча, мигом слетятся сюда, и даже костей от него не оставят.

С его нынешней силой ему нужно думать не о том, как бороться и победить врага, а о том, как убежать и остаться в живых.

Но избавиться от этой прилипшей мухи без использования всякой силы – это не что иное, как несбыточная иллюзия.

Итак, Четырнадцатого Шао настигла полная трагедия.

Просто огромнейшая катастрофа.

С момента своего рождения он не сталкивался с подобным ни в Подземном Мире, ни на материке Суань.

Теперь Подземный самодур чувствовал, что потерял былое величие.

Весь стол был завален различными блюдами, но Четырнадцатого Шао не отпускало чувство обиды, он смотрел на Мосе вылитым людоедским взглядом.

(1) Семиструнный щипковый музыкальный инструмент типа настольных гуслей.

(2) Струнный щипковый инструмент, разновидность гуслей в 13 или 16 струн.

(3) Сяо — традиционный китайский деревянный духовой музыкальный инструмент, открытая продольная бамбуковая флейта с закрытым нижним торцом. Используется как сольный и ансамблевый инструмент.

Глава 855.2. Источник истинного я

– Пожалуйста, пожалуйста, прошу, кушай, не стесняйся! – Цзюнь Мосе вёл себя гостеприимно. Если оценивать его поведение с точки зрения этикета, он абсолютно справлялся со своими обязанностями, но следующее предложение чуть не заставило Подземного самодура перевернуть весь стол: – У нас всё равно нет денег, так что будем есть на халяву, а кто от такого откажется? Давай, налетай, кушай быстрее.

Четырнадцатый Шао, держа в руке палочки для еды, лишь сделал глоток вина, но едва не поперхнулся. Он обессиленно посмотрел на Мосе:

– Мне вот интересно, твоей бессовестности есть предел?

– Ой, ну что за чепуха, где это я бессовестный? Я ведь любезно пригласил тебя покушать, зачем так оскорблять? Эх, ты такой неприятный человек... Но раз уж ты задал мне вопрос, я великодушно отвечу на него. У бессовестности не существует границ. Бессовестность – это одно из жизненных умений, которого мы можем легко достичь, нужно лишь упорно исследовать его и стремиться к овладению новых знаний. Мы просто должны трудиться и стараться изо всех сил, и тогда у бесстыдства больше не будет конца и края. Естественно, это тебя не касается. Как такой человек может быть бессовестным? – Цзюнь Мосе говорил очень выразительно, словно читая стихотворение.

– Ох. Тогда мне нечего сказать. Я уже увидел высший уровень этого умения. Я считаю, что в этом тебе точно нет равных. Твои достижения уже наверняка шокировали весь мир, – Четырнадцатый Шао мучительно вздохнул, схватил кувшин, поднял голову и отпил несколько больших глотков вина. Его лицо выражало полное разочарование, а аппетит полностью пропал.

Даже если насильно затолкать хоть кусочек, всё равно он покажется безвкусным, как бумага.

Цзюнь Мосе украдкой улыбнулся, он продолжал использовать духовное обнаружение и следить за каждым движением своего соседа по столу и сделал окончательные выводы.

Он удостоверился в том, что человек, сидящий перед ним – тот самый Четырнадцатый Шао из Подземного Мира. Мосе также понял, что и раны этого самодура не зажили, иначе стал бы он так безобразничать перед ним? Он ведь действительно умалишённый, с такой мощью… Этот псих одним ударом может превратить Мосе в котлету. Может, молодой мастер в себе и не сомневался, но всё же он признавал удивительную силу Четырнадцатого Шао из Подземного Мира.

Цзюнь Мосе его, конечно же, не боялся, однако раскрывать свою истинную личность было нельзя. Так что он судачил обо всём подряд и без остановки, имея для этого свои цели. Иначе нафига бы ему так рисковать?

Тем не менее после их встречи Мосе вдруг обнаружил, что Четырнадцатый Шао на самом деле не такой жестокий, как говорится о нём в большинстве легенд.

У этого самодура полностью отсутствовала какая-либо заносчивость и высокомерие, да и прекрасные манеры – тоже брехня полная.

На самом деле, это именно то, что нужно было Цзюнь Мосе.

Это и есть та самая цель, из-за которой ему приходилось столько болтать.

Потому что он хотел понять и разгадать эту личность.

Каждое движение и выражение чувств Четырнадцатого Шао – это отражение его собственного успеха. Именно благодаря этому Мосе смог до конца проникнуть в самую суть этой необыкновенной личности.

Когда человек шаг за шагом от нищеты изо всех сил достигает успеха – это процесс. И добившись успеха, независимо от того, насколько этот человек казался серьёзным в начале, он всё равно будет вне себя от восторга и радости.

Это связано с природой человека, в этом нет ничего плохого.

Затем этот человек начинает гнаться за так называемыми манерами, превосходным внешним видом и так далее, но все те внешние вещи, которые не могут обличить их «внутренние качества» и «духовные богатства».

Будь то безразличный к миру или полный наглец и ублюдок – на самом деле это своего рода маскировка. Особенно это касается аристократической знати. В такой умышленной погоне за идеалами они попросту теряли собственное «я».

Только прорвавшись через эти границы и достигнув истинного пика своего сознания, можно понять свои истинные стремления, а такие люди часто сталкивались с миром истинного себя.

Если захотели поплакать – плачут, захотели посмеяться – смеялись, у таких людей нет масок, они нисколько не притворялись. Это называется «естественное состояние человека». Что-то вроде мастерства военной науки Суань по возвращению себя в природное состояние.

Однако возвращение этой истинной природы доступно лишь тем, кто смог прорваться через сковывающие его границы личностного сознания. И Четырнадцатый Шао как раз и есть наглядный пример естественного собственного «я». Если соединить это вместе с мастерством военной науки Суань, получится самый непревзойдённый мастер этого мира.

И таких выдающихся личностей очень мало. Вся планета на протяжении тысячелетий не сможет достичь такого уровня.

Это настоящий выход за пределы сознания. Мосе до сих пор не смог преодолеть их.

Среди всех знакомых молодого мастера было лишь двое, кто смог достичь такого совершенства. Один из них – Первый Шао из Подземного Мира, он превзошёл всякие границы собственного сознания и границы всего мира. А второй – как раз таки Четырнадцатый Шао, сидящий напротив Мосе.

И хотя ему ещё далеко до Первого Шао, но он действительно уже прошёл через некоторые пределы своего сознания.

Цзюнь Мосе хотелось посмотреть, до какой точки смог добраться этот самодур? Может ли он идеально слиться со своим Суань? Далеко ли Мосе до таких пределов? Очень близко или очень далеко?

С тех пор, как молодой мастер услышал о безжалостных деяниях представителей Подземного Мира, на душе Мосе сложилось впечатление, что, когда речь заходит о Подземном Мире, не важно кто, все поголовно начинали говорить одно и то же.

«Сумасшедшие, умалишённые черти, они живут сами по себе».

Таким образом, Цзюнь Мосе внезапно пришла некая мысль: а что если это и есть уникальный метод практики? После этого умозаключения молодой мастер ринулся в базу данных Пагоды Хунцзюнь и пролистал всё от начала до конца. И тогда он был ошарашен найденным ответом.

Это действительно метод практики.

Этот метод называется «Истинное Я».

Если лишиться своего «истинного я», тогда стоит ли вообще говорить о бессмертии и о технике «Пустота Вдребезги»? Таким образом, в этом методе есть ещё кое-что, а именно – источник.

Молодой мастер Цзюнь смог столкнуться не только с прототипом Первого Шао, но и лично увидеть перед собой Четырнадцатого Шао.

Таким образом, Мосе всячески пытался спровоцировать негативные эмоции Подземного самодура, чтобы понять эти самые «источники истинного я».

Теперь, когда чувства Четырнадцатого Шао становятся всё менее контролируемыми, познание Мосе становится только глубже и глубже. Вот-вот наступит прорыв.

Так вот в чём заключается «источник истинного я»…

Глава 856. Ты – пятнадцатый?

Говоря об этом, Цзюнь Мосе был очень благодарен Трем Священным землям!

Если бы не они, Четырнадцатый Шао не получил бы такие серьёзные травмы. И в городе Цзюйхуа теперь столько мастеров кишит, не дающих этому самодуру действовать слишком опрометчиво…

«Иначе стал бы он сидеть тут с таким обиженным видом и слушать всю мою болтовню?»

Если бы не сегодняшнее удачное стечение обстоятельств, кто знает, какую работу пришлось бы проделать Цзюнь Мосе ради разгадки метода границ сознания…

Источник истинного я не основывается на «делай, что захочешь безо всяких опасений», потому что для этого есть обязательное условие: нужно обладать абсолютной силой! Если таковая имеется, тогда, пожалуйста – иди и делай, что тебе только вздумается! И не обращай внимания на чьё-либо мнение.

Однако «истинное я» подобно новорожденному ребёнку. Если дитя захочет есть, а перед ним будет стоять огромный злой тигр, оно всё равно станет изо всех сил плакать ради вкусного молока…

И ему нисколько не будет страшно!

Это называется инстинктом! И расширение этого инстинкта на любое пространство, на любое время, является настоящим возвращением к естественному состоянию!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул…

«Так вот, значит, в чём вся правда!

Неудивительно, что в мире так мало людей, способных постичь эту истину».

Все люди, занимающиеся боевыми искусствами, не преследуют ничего, кроме как совершенствования своей собственной силы или душевного состояния. Опять же во имя огромной мощи, они преднамеренно или непреднамеренно пренебрегают своим значительным существованием! Так называемым источником «истинного я». Но даже если их сила достигнет высочайшего пика, что они будут делать дальше?

Даже самая могущественная сила имеет свои предпосылки: в дополнение к соответствующему душевному состоянию также необходим носитель, который сможет тащить на себе эту огромную мощь.

И этот носитель – не что иное, как человеческое тело!

Как часто говорят буддисты, плоть души – это плот спасения в практике совершенствования!

Пока большинство людей гонится за мощными силами, они постепенно сбиваются со своего пути, уходя всё дальше и дальше, постепенно теряя свои истинные намерения!

Такие люди больше не используют силу и не совершенствуют её, теперь уже сила использует их собственное тело!

Таким образом, всё идет шиворот-навыворот. Это как господин и слуга меняются местами, если в данной ситуации такой человек сможет достичь ещё более высоких успехов, то это будет невообразимым чудом! Этот человек уже практически утратил связь с реальностью и попросту начал бредить несбыточной мечтой о непревзойдённой силе. Это, несомненно, идиотская мечта.

Как только у Мосе появлялось хоть какое-то просветление, он не упускал этой мысли: если с самого начала будет происходить такое синхронное развитие, то, что тогда произойдёт?

Без сомнений, Четырнадцатый Шао, как и все его предшественники по этой линии, начинали с малого, постепенно двигаясь к своему успеху. Но и здесь есть свой недостаток, а именно: неограниченное расширение их эго!

Хотя это можно назвать самоуверенностью, но это уже сверх нормы, они, сами того не ведая, превращаются в безумцев! Потому что они всегда думают, что в мире нет абсолютно ничего непосильного для них, они самые сильные и всемогущие, все люди должны ползать у их ног, глядя снизу вверх с полным восхищением!

В-общем, этот недостаток является довольно-таки серьёзным!

В конце концов, далеко не каждый может достичь успехов Первого Шао и стать такой же выдающейся личностью целой эпохи!

Все поколения Шао из Подземного Мира были удивительными личностями, тем не менее между Первым Шао и остальными всегда существовал огромный разрыв в силе. Если ты недостаточно высокомерен и самоуверен для своего уровня совершенствования, то тебя ожидает только один конец – трагедия!

Это также касается представителей Шао, ведь только Первому Шао удалось достичь бесконечной славы, в то время как остальные последователи были уничтожены историей! Уверенный в себе и надменный до крайности, разве он действительно не мог столкнуться с трагедией?! Можно сказать, по сравнению с другими представителями Подземного Мира, ему просто повезло, что он не столкнулся с более мощными силами на материке Суань, способными уничтожить его.

Молодому мастеру Цзюнь, в принципе, всегда хватало уверенности в себе, но не такой чрезмерной как у Шао из Подземного Мира!

Уверенность в себе – это хорошо, но чрезмерная уверенность, уже, безусловно, плохо. И как здесь найти баланс? Можно бесконечно развиваться, но всегда необходимо учитывать обстановку, осознавая собственное положение. Значит ли это, что развитие силы идет в ногу вместе с человеческим эго?!

Когда молодой мастер ушёл в размышления, сидевший напротив него Четырнадцатый Шао с интересом начал наблюдать за ним.

После разлома психического состояния Подземный самодур, наконец, восстановился. Он тоже был очень смышлёным и проницательным человеком. Мосе так усердно доканывал его своей пустой болтовней, но вдруг ни с того ни с сего притих. Внимание и концентрация Четырнадцатого Шао окончательно пришли в себя, и, ещё раз поглядев на паренька перед собой, он вдруг понял, что этот засранец не просто прилипчивый пустозвон; теперь этот юноша переменил свой внешний облик и превратился в серьёзного человека. Четырнадцатый Шао даже показалось, что этого мальца просто подменили на кого-то другого, он почувствовал совершенно иной глубокий и недоступный уровень, а также знакомые колебания души...

Этот гадёныш действительно находится в процессе озарения!

«Сначала издевался надо мной своими идиотскими шуточками, вывел из душевного равновесия, а сам достиг границ внезапного прозрения!

Это просто неприемлемо!»

У Четырнадцатого Шао не было слов!

Этот парнишка, может ли он стать ещё омерзительнее? Кроме того, это прозрение... такая вспышка – слишком редкое явление! Не мог же он от своих разговоров вдруг так озариться. Так в чём же дело? Он ведь только пил вино, болтал без умолку и ел на халяву без стыда и совести… И тут на тебе – прозрение!

«Погодите-ка… Такое глубокое и необычное духовное колебание я, кажется, уже раньше где-то встречал… Я точно видел что-то подобное раньше…» – Четырнадцатый Шао нахмурился. Вдруг до него дошло: «Это, это, это… как такое возможно? Разве это не импульсы нашего клана из Подземного Мира? Разве они могут появиться здесь, в обыденной действительности, на материке Суань?!»

От одной этой мысли Четырнадцатый Шао тут же пришёл в дикий ужас!

«Неужели этот засранец на самом деле – мой сородич из Подземного Мира? Если это так, тогда понятно, как он сумел распознать мою личность, но… Почему же я не смог узнать его? И… почему от него исходят такие странные духовные колебания? Хотя они в некоторой степени схожи с нашим кланом, но всё же существует много мелких различий… А в целом – да, очень похоже.

И... Я ведь не умер, всё ещё здесь, готов снова вступить в бой. Если этот парнишка – действительно потомок нашего клана, тогда как он вышел наружу? Почему я совершенно ничего не почувствовал? Неужели сила потомков Подземного Мира смогла превзойти моё воображение?»

Спустя некоторое время Цзюнь Мосе пошевелил пальцем руки и, наконец, пришёл в себя. Он спокойно потянулся, протёр глаза и сказал:

– Я так хорошо задремал… Ох, и давненько же я так не спал…

Пока он был в прозрении, он спал? На лице погрузившегося в раздумья Четырнадцатого Шао снова проявились чёрные вены, подавленный гнев снова поднимался изнутри!

– Парень, а ты случаем... не малыш пятнадцатый? – спросил Четырнадцатый Шао.

– Малыш пятнадцатый? – Цзюнь Мосе опешил. – Что ещё за малыш пятнадцатый?

– Прекрати нести чушь! Я раскусил твою истинную личность. Говори, как ты сюда пришёл? – Подземный самодур злобно ударил по столу. – Разве ты, мелкий паршивец, ничего не знаешь об уважении к старшим? Плевать на других людей, но, столкнувшись со мной, тебе следовало бы проявить хоть чуточку почтения! Не понимаю, чему тебя в семье научили!

– Кто это? Я действительно не понимаю, о чём ты говоришь. Мы на одном языке общаемся? – Цзюнь Мосе озадаченно покачал головой, но про себя он уже все понял: «Этот тип действительно принял меня за Пятнадцатого Шао… Раскусил, кто я, значит? Твою мать, я даже не знаю, что и сказать. Кроме того, я ведь уже сделал себе такое имя, представившись Первым Небесным владыкой, так какого ж хрена он меня в свои потомки записал?»

– Эй, мелкий, посмотри сюда, – Четырнадцатый Шао уставился на него, а затем протянул ладонь правой руки и положил её на стол. Внезапно цвет пальцев изменился в чёрный, их окутал слой молочного тумана.

Четырнадцатый Шао слегка улыбнулся, и его пальцы мгновенно вернулись к первоначальному виду: весь процесс был чрезвычайно коротким, так что никто кроме этих двоих, ничего не успел заметить.

Такое интересное изменение – это уникальная способность клана Подземного Мира. Это умение присуще только им и никому больше!

Что касается этой техники – это не совсем, чтобы необыкновенное искусство, нет. Это просто секретный метод сокрытия себя в Подземном Мире. Однако на земле этот навык совершенно бесполезен. Такое уникальное умение стало отличным способом для Подземного клана идентифицировать своих сородичей...

Только сегодняшнее представление Четырнадцатого Шао – это всё равно, что слепому строить глазки – никакого толку, только попусту потратил время!

– Ты отчётливо это увидел? Всё ещё будешь продолжать притворяться передо мной? – Четырнадцатый Шао с некой насмешкой посмотрел на Мосе, затем облокотился на стул и снова спросил: – Так как же ты вышел? Рассказывай!

– Я хорошо это разглядел, но теперь даже и не знаю, что сказать! Прежде я отыскал тебе публичное оправдание в виде эпилепсии, но теперь сомневаюсь… – Цзюнь Мосе говорил с немного грустным видом. – Может, у тебя действительно эпилепсия, не думаешь?

– Засранец! – Четырнадцатый Шао протянул руку и схватил Цзюнь Мосе, но тот даже не стал сопротивляться и лишь продолжал ехидно улыбаться.

Глава 857. Просьба Чжань Мубая

– Так ты на самом деле не… – Четырнадцатый Шао отдёрнул свои руки назад и слегка смутился. Энергия, которую он выпустил, тут же проникла в меридианы Цзюнь Мосе. Молодой мастер почувствовал, насколько чиста эта Суань, и это вовсе не уникальность клана Подземного Мира сделала её такой, а необыкновенная, глубокая и могущественная работа над собой.

На самом деле самодур сейчас хорошенько опростоволосился.

«Тем не менее этот малец не стал сопротивляться и спокойно позволил схватить его, какое редкостное доверие…» – на душе у Четырнадцатого Шао потеплело. – «Впервые за тысячу лет мне кто-то доверился… Хотя он почти наверняка даже не знает мою настоящую личность…»

В этот момент со стороны входа в башню Тангуань послышался звук шагов, и две фигуры вошли внутрь. За ними последовало ещё четверо или пятеро человек.

Зрачки Цзюнь Мосе сузились, но тут же вернулись в исходное состояние, он поднял свои палочки и продолжил трапезу, не обращая на них никакого внимания.

Четырнадцатый Шао выглядел спокойным и непоколебимым, как ни в чём не бывало.

Но в то же время у обоих промелькнула одна и та же мысль:

«Какая удача! Вот мы и снова встретились».

Сейчас у Мосе, конечно же, не оригинальная внешность, но и не облик косоротого и косоглазого «Донфанг Дашу». А что касается Четырнадцатого Шао… Да чёрт его знает, как он вообще выглядит по-настоящему…

Пришедшие люди действительно оказались до смерти знакомыми ребятами!

Те двое, что вышли первыми, это Шенван из Неуловимого Мира Бессмертных – Чжань Мубай, и лидер отряда, который проводил миссию по захвату Четырнадцатого Шао и Шенван из Таинственного Призрачного Дворца – Цао Гофэн!

Остальные мастера были также подчинёнными Таинственного Призрачного Дворца, фамилия одного из них Бай. Его так и звали – Бай Шенван.

Появление этой компании взбудоражило как Мосе, так и Четырнадцатого Шао.

Но никто из них не проявил никаких эмоций.

Тяжёлые травмы Четырнадцатого Шао не были излечены до конца, у него не было никакой силы для самозащиты. Хотя у молодого мастера Мосе было полно энергии, его действительной мощи было ещё недостаточно для того, чтобы открыто бросить вызов такому противнику. Если в их маскировке обнаружится даже малейшая трещина, их ждёт быстрая смерть!

Три непримиримых врага вдруг случайно собрались все вместе в башне Тангуань! Надо сказать, что это действительно чудесное совпадение...

– Это здание – самое лучшее место в городе, тут можно не только хорошо поесть и выпить, но и насладиться особой развлекательной программой. В общем говоря, круче этого места вы не найдёте! – говорил Чжань Мубай.

Так как он был предком семьи Чжань, то в какой-то степени владел землями этого города:

– Именно здесь несколько дней назад прозвучала та самая песня, «Странник материка Суань», покорившая уже весь материк!

– Конечно, это хорошее место, – сказал Цао Гофэн с нежной улыбкой. – Раз уж ты у нас сегодня главный, то покорми нас хорошенько. Можем поговорить о чем-нибудь задушевном. Как насчёт выпивки, ты не против?

Чжань Мубай улыбнулся:

– Брат Цао, не стоит меня перебивать. Ты ведь прекрасно понимаешь, что с нашим уровнем совершенствования нам уже всё равно, едим мы или не едим. Позвав вас всех сюда, я попросту сделал вам одолжение.

Не дожидаясь ответа Цао Гофэна, Чжань Мубай продолжил:

– Пожалуйста, пожалуйста, поднимайтесь наверх.

Цао Гофэн встал у двери и сказал:

– К чему столько хлопот? Здесь тоже хорошо. Мы были вдали от мира очень много лет. А тут можно на людей посмотреть. Это в каком-то смысле тоже практика совершенствования.

Чжань Мубай засмеялся и сказал:

– Брат Цао, во времена мирской смуты все живые существа немного совершенствуют себя и своё сознание.

После этих слов эта компания отыскала себе стол в большом зале и уселась за него. И, хотя разговор был приятный, но на душе Чжань Мубая висело чувство недовольства, ведь Цао Гофэн отказался подняться наверх и обсудить вопросы во всех деталях. Как можно вести переговоры по конфиденциальным вопросам при такой большой аудитории? Это было равносильно отказу на просьбу Чжань Мубая.

В этом зале слишком много ушей, так что толковать о делах попросту неудобно. Однако с их способностями им будет побоку внешнее окружение, благодаря тайному каналу связи они легко могут решить все проблемы.

Цао Гофэн в данный момент как раз воспользовался этим каналом связи и в обход всех остальных мастеров обратился к Чжань Мубаю:

- Тема, на которую ты собираешься со мной поговорить, слишком неудобна, так что не поднимай её больше!

Будучи старым хитрым лисом, Цао Гофэн уже заранее догадался о просьбе Чжань Мубая и постарался поскорее замять этот разговор, пока тот не высказал всё напрямую и не заставил всех остальных чувствовать себя неловко. Чжань Мубай тут же все понял.

Стол, который они выбрали, случайным образом оказался рядом со столом, где сидел Цзюнь Мосе. Молодой мастер и Четырнадцатый Шао переглянулись. Оба тут же смекнули, насколько они влипли.

– Раз ты – не мой сородич, тогда, может, ты раньше меня видел? Если нет, то я в ещё большем замешательстве.

– Эм, как бы так правильно выразиться… в общем, главная причина, по которой я с тобой разговариваю, заключается в том, что... я такой же недоверчивый, как и ты, – Цзюнь Мосе подавил своё совершенствование до уровня Серебряного Суань, но не стал скрывать своих слов. Его голос зазвучал как у обычного человека: – Так как я – человек довольно подозрительный, то решил задать тебе несколько вопросов… Думаю, что ты меня понимаешь…

– Так это всё из-за подозрительности! – Четырнадцатый Шао слегка улыбнулся. – Самый большой недостаток людей заключается в том, что у них всегда слишком много сомнений. Из-за этого частенько рушится их счастье, семья, карьера, но в то же время благодаря своей подозрительности многие люди могут чего-то достичь! Как же хорошо я все объяснил, давай выпьем за это!

– Недоверие, сомнения! Ха-ха-ха, с древних времен императоры, генералы, бесподобные мастера… да господи, все в этом мире в чём-либо сомневались! Дорогой друг, мне очень понравилась твоя речь! Давайте осушим наши стаканы! – рядом раздался звонкий смех. – Я выпью вместе с вами!

К разговору присоединился сам Цао Гофэн!

Как только он взглянул на Четырнадцатый Шао, в его взгляде проявилось глубокое чувство солидарности. Но когда же его взгляд переместился на Цзюнь Мосе, он внезапно оторопел. Казалось, что он был чем-то потрясён. Он протёр глаза и снова недоверчиво посмотрел на Мосе, его лицо постепенно наполнилось восторгом и радостью.

Слова Цао Гофэна тут же привлекли внимание других мастеров. Цзюнь Мосе почувствовал, как их духовное обнаружение обволакивало всё его тело, буквально пролезая в каждую щель и оставаясь внутри неё…

Мосе ясно почувствовал нечто странное во взгляде Цао Гофэна. Неужели он заметил что-то неладное?

Оба сохранили полную невозмутимость, не замечая раскинутой паутины духовного обнаружения. Они с улыбкой кивнули головами и осушили свои бокалы.

– Брат Цао так воодушевился! – Чжань Мубай тоже развернул своё духовное обнаружение и «отчётливо» всё разузнал. За соседним столом сидит талантливый юноша. Такой молодой, а уже обладает Серебряным Суань, что довольно редкое явление. Однако, он нам не ровня. Что же касается второго человека в чёрной одежде, то это простой смертный, и в нём нет ничего удивительного.

Неожиданные дебаты Цао Гофэна, очевидно, были лишь причиной для смены темы их разговора, чтобы уйти от ответа на неловкие вопросы. Это ещё больше расстроило Чжань Мубая. После проведенного анализа сил, он прекратил действие своего духовного обнаружения, а затем открыто сказал:

– Брат Цао, я думаю, ты догадался, о чём я хочу спросить. Хотя я жил в отречение очень много лет, но все же мои кости принадлежат семье Чжань. Я всегда надеялся, что мой род будет процветать и безостановочно пополняться. Теперь же у меня есть лишь одно желание – чтобы один из потомков моей семьи стал учеником брата Цао, только и всего. Но почему? Почему ты такой упрямый? Только представь, сколько это принесёт пользы нам обоим!

Взгляд Цао Гофэна мгновенно изменился. С серьёзным видом он медленно поставил бокал и, глубоко вздохнув, сказал:

– Брат Чжань, раз уж ты завёл этот разговор, то и я скажу тебе всё начистоту… Как известно, территория, на которой располагается твоя семья, принадлежит Неуловимому Миру Бессмертных! Хотя Таинственный Призрачный Дворец может брать к себе людей из любого места, но нам нельзя посягать на владения трёх Священных земель… Мы оба прекрасно понимаем истинную причину. Так, в конце концов, это я упрямый или же, может, это ты пытаешься заставить меня сделать невозможное? Это дело… Оно связано с предсмертными наставлениями наших предков, брат Чжань. Ты хочешь нарушить их клятву?

– Да как же мне не знать об этом? – лицо Чжань Мубая выражало безысходность. – Я не оказываю на тебя давление и не ни к чему не принуждаю… просто без твоей помощи никак. Моих потомков ожидает скорейшее крушение и смерть от ледяного холода Инь, и только уникальная изобретательность и техника теплоты Ян брата Цао могут потихоньку вылечить и восстановить их силы. Более того, в будущем, вполне возможно, твой ученик сможет совершить чудо и превратить врождённый ледяной холод Инь в самый чистый Суань тёплого Ян! Если брат Цао откажется исполнить мою просьбу… Тогда ледяной холод Инь в телах моих потомков не даст им прожить больше 30 лет.

Цао Гофэн держал бокал вина. Он помолчал недолго и сказал:

– Брат Чжань, аристократическая знать твоего рода на данный момент сейчас процветает и имеет кучу потомков. По крайней мере, их несколько тысяч. Брат Чжань, будучи древним предком своей семьи, тебе следует одинаково относиться ко всем её членам. Почему ты питаешь пристрастие только к этому юноше? Ты ведь даже наплевал на свой статус и обратился за помощью ко мне!

Чжань Мубай горестно сказал:

– В моё время семья Чжань была просто маленьким и низкосортным кланом. Я же относился лишь к боковой ветви всего рода. И только пройдя через борьбу, мне удалось завоевать позицию прямой генеалогической линии. В последующие столетия наша семья становилась всё мощнее, всё больше, однако именно в моей наследственной линии сейчас остался лишь один потомок! Если брат Цао в этот раз действительно откажет в своей помощи, боюсь, что через несколько десятков лет семья Чжань будет полна детьми и внуками, но моя ветвь прервётся, не имея ни одного наследника…

Глава 858. Непостижимая сущность!

– Так вот, оказывается, в чём дело! – внезапно снизошло до Цао Гофэна. Такие личности, вроде них, не позволят кому-то другому представлять их собственный род, если это, конечно, не будет их прямой наследственный потомок. Цао Гофэн сразу же понял Чжань Мубая.

Но из-за этого понимания он оказался в ещё более затруднительном положении.

Если оказать помощь в этом деле, тогда придётся нарушить наставления предков Таинственного Призрачного Дворца. А если отказаться, тогда Чжань Мубай останется без прямого потомка. К тому же отказ его сильно разозлит, что, вполне вероятно, приведёт к их последующей вражде! Даже если Цао Гофэн его не боится, это всё равно станет большой проблемой!

Ну и как поступить? Как сделать правильный выбор, если его нет!

Чжань Мубай говоря об этом, даже не стал понижать свой голос и выложил всё начистоту. Раз уж все присутствующие всё услышали, то у Цао Гофэна больше не осталось путей для отступления.

Четырнадцатый Шао и Цзюнь Мосе также попали в число слушателей этого диалога и быстро обо всём догадались. Они смотрели друг на друга, и на душе у каждого было какое-то злорадство. Кто бы мог подумать, что такой выдающийся Шенван столкнулся с опасностью прерывания собственного рода…

– Мастерство Суань тёплого Ян, которое было передано мне от моего учителя, несомненно, превосходный метод совершенствования Суань холодной Инь… – сказал Цао Гофэн. – Но чтобы разрушить фундамент холодной Инь, потребуется немало времени. Для этого необходимо постепенно растворять холодную Инь, а уже затем превращать её в собственную энергию Суань. А что касается полного заполнения меридиан Суань тёплым Ян… Это займёт очень долгое время. И учитель, и ученик должны приложить в этой работе много усилий... Эта техника необычна и может быть передана лишь одному последователю. У меня за все эти столетия так и не появился преемник, я всё ещё в поисках. Если бы брат Чжань чуть раньше попросил моей помощи, я, хоть и оказался бы в таком же затруднительном положении, но согласился, однако… – Цао Гофэн улыбнулся с некоторой безысходностью в глазах. – Не говоря уже о том, что мне придётся отказаться от наставлений предков, я тут случайно обнаружил владельца необычной сущности. Такой последователь – мечта любого наставника... Непостижимая сущность! И её владелец находится сейчас прямо передо мной… Я так взволнован...

– Непостижимая сущность? В самом деле? И кто это? Где он? – не только Чжань Мубай, но и остальные мастера не смогли сдержаться, чтобы не расспросить обо всём. Все были поражены таким открытием, у некоторых мастеров загорелись глаза.

Здесь действительно есть чему удивиться, ведь так называемая «непостижимая сущность» – очень редкое явление!

Это прирождённый гений совершенствования, будь то скелет, душа или мышечные меридианы, у такого человека всё совершенно, ни единого пятнышка!

Такой исключительный талант невозможно найти, с ним можно лишь случайно столкнуться.

Непревзойдённая сущность находится в этом особом состоянии во время рождения человека, однако спустя несколько дней она будет загрязнена приёмами пищи или даже воздухом. И это касается всех без исключения.

Даже если учителя и наставники будут круглосуточно караулить каждую роженицу, да пусть хоть миллион рожениц, им всё равно не удастся отыскать младенца с непревзойденной сущностью…

Но не так давно появились слухи, что впервые за десятки тысяч лет на материке Суань, вполне возможно, появился такой человек! В завещательном письме, написанном самим Первым Шао, упоминалось про такие удивительные природные данные, поэтому люди и распространили эти туманные легенды вплоть до наших дней…

И если сейчас перед этими Шенванами появится этот исключительный младенец с непревзойдённой сущностью, боюсь, что они тут же устроят кровавую резню за право собственности над этим чудом!

В письме Первого Шао было ясно написано, что этот младенец должен быть выращен в соответствии со специальными методами. И как только он вырастет, то уже сможет достичь пика той силы, которую обычные мастера совершенствуют полвека! Он сможет стать Достопочтенным мастером!

Достопочтенный! Это прямо чудо из чудес!

Сам Бог явно приложил в этом свою руку!

Более того, это достижение – лишь только начало, и в будущем его успехам не будет никаких пределов! Другими словами, если дать этому чуду достаточное пространство для развития и роста, то его успехи сотрясут весь мир! Ему просто не будет равных!

Это прославит его предков на многие поколения! Все будут говорить, что такой удивительный ученик может быть только у соответствующего по силе наставника!

С чем можно сравнить такую славу? Разве титул Великолепного Шенвана на такое способен?

Причина, по которой эта иллюзорная, даже недоказанная легенда не вызывает сомнений, заключается в том, что Первый Шао в своём письме открыто заявил: он сам является обладателем непревзойдённой сущности!

Чего смог достичь Первый Шао? Это древняя вершина прошлого, даже в настоящем никому так и не удалось превзойти предела его совершенствованию, он – прародитель всего материка Суань! Поколения мастеров Суань всю свою жизнь смотрели на этого идола снизу вверх!

У всех было тяжёлое дыхание, их глаза, словно прожекторы, светили в сторону Цао Гофэна. Казалось, что если он замолчит, в следующую секунду разразятся вопли и протесты…

Цао Гофэн печально улыбнулся, его лицо выражало искреннее сожаление. Он рассказывал всё это с замиранием сердца, но теперь вдруг готов был провалиться под землю:

– У всех вас есть свои идеалы, так что не смейте отбирать у меня мои. Более того, я всё ещё не уверен, это просто моё смутное суждение...

– Смутное суждение? Кто это? Из какой семьи этот ребёнок? – лицо Чжань Мубая покраснело. Остальные мастера не осмелятся отобрать ученика Цао Гофэна, но если этот ребенок – потомок семьи Чжань, тогда, исходя из традиций военного искусства, Чжань Мубай может спокойно забрать его себе…

Если у него будет ученик с непревзойдённой сущностью, какая же слава будет ждать его впереди… От такой мысли Чжань Мубай пришёл в бешеный восторг. Ещё чуть-чуть – и он точно свалился в обморок от счастья! С такой славой ему не страшна угроза вымирания его рода!

– Прямо перед носом. Человек с непревзойдённой сущностью… это он! – Цао Гофэн беспомощно посмотрел в глаза, которые уже готовы были разорвать его на куски. Он понимал, что если не скажу этого сейчас, то очень сильно оскорбит всех присутствующих мастеров. Впоследствии они станут внимательно следить за каждым его движением, и ему никогда не удастся достичь желаемого. Так что Цао Гофэн в отчаянии указал пальцем.

Все посмотрели в сторону и тут же пришли в ужас, их потрясению не было предела!

Палец Цао Гофэна указывал прямо на… молодого мастера Цзюнь!

Четырнадцатый Шао охренел. Он внезапно рассмеялся так, что весь чай из его рта вмиг оказался на лице Цзюнь Мосе, который сидел как раз напротив. Мосе уже было хотел избить этого говнюка до смерти – ведь на его лице была маска, что если с ней что-нибудь случится? Если моё истинное лицо обнаружится, мне конец!

Молодой мастер поспешил и аккуратно протер лицо…

«Ух, вот что значит «сердце в пятки ушло»… Даже если маска не спадёт, но на ней появятся морщины, итог все равно один…»

К счастью, ничего подобного не случилось, хотя ситуация уже довольно сильно напоминала картину какого-нибудь фильма…

Но удача не всегда остается с человеком надолго как это обычно случается с персонажами кино!

В следующий момент над телом молодого мастера появились огромные руки – Шенван мгновенно вытянул его из-за стола!

Он рассматривал Мосе, как молодую красавицу! К счастью, на нём была одежда, а то это уж точно перешло бы все границы!

Цао Гофэн был в восхищении! Он и подумать не мог, что вот так случайно оказавшись тут, вот так случайно сменив тему разговора, ему повезёт отыскать такое сокровище! Какая удача!

Один из людей за соседним столом, а именно юноша в белом одеянии, оказался тем самым легендарным обладателем непревзойдённой сущности!

С первого взгляда Цао Гофэн просто не поверил своим глазам, а затем детально всё изучив, он, в конце концов, подтвердил свои догадки:

– Действительно! Чёрт возьми, это действительно, правда...

В тот момент у Цао Гофэна чуть не случилось кровоизлияние в мозг! О небеса, кто же повинен в таком замечательном событии? На моих глазах произошло настоящее чудо!

«Как же здорово, что я все эти годы так трепетно и требовательно относился к поиску своего ученика… В противном случае, мои знания уже были бы безвозвратно переданы. Как же повезло, ведь найти такое сокровище, пусть даже придётся заплатить за него огромную цену, это того стоит…»

С тех пор, как Цао Гофэн обнаружил супер гения, в голове у него творился полный кавардак. Он лишь думал о том, как потихоньку отхватить этот лакомый кусок себе, не вызвав никаких подозрений? В мире так много завистливых людей. Даже если бы он сам узнал, что кому-то удалось заполучить такого ученика, вероятно, и у него в душе появилась некая дисгармония…

Но он был настолько рассеян, что, в конце концов, допустил промашку!

В то время как Чжань Мубай принял непревзойдённую сущность на счёт своих потомков, Цао Гофэн поторопился перебить и опровергнуть его мысли, тем самым опрометчиво раскрыв истинного обладателя этой чудо-сущности…

В этот момент Цао Гофэн был готов придушить себя собственноручно.

«Я... Что я сказал? Я на самом деле раскрыл всю тайну... Я... Чтоб я сдох...»

Если бы он втихомолку забрал себе этого ученика, то смог бы тщательно развить его способности. Таинственный Призрачный Дворец не имеет никакой связи с внешним миром, внутри него огромные возможности для совершенствования! Даже после смерти Цао Гофэна, его ученику всё равно не было равных во всем мире…

Глава 859. Невиданный талант!

Цао Гофэн, будучи в преклонных годах, был уверен в своём долголетии, по крайней мере, с его уровнем Шенвана третьей ступени, он сможет прожить ещё как минимум 300 лет!

«Если непревзойдённая сущность за 50 лет способна достичь уровня Достопочтенного, то, что же будет через 300 лет?! Он наверняка станет сильнее меня! Но сколько на данный момент мастеров могут заявить о том, что сильнее меня?»

Из пяти пальцев руки можно согнуть лишь два!

Но Цао Гофэн так сильно растерялся, что невзначай обо всём проболтался! Теперь уже нечего скрывать. Разве его ещё волнует чувство вины и сожаления перед Чжань Мубаем? Цао Гофэн настолько подавлен, что захотел просто прикончить этого говнюка!

«Неужели он всё ещё думает, что я возьму хер знает сколько поколений его потомков себе в ученики? Закатай губу! Думаешь, что холодная Инь твоего рода – такая серьёзная проблема? Если суждено умереть – умрёте, чем раньше отправитесь на тот свет, тем быстрее перевоплотится ваша душа! Так вы хотя бы не втянете в свои проблемы посторонних!

Чжань Мубай, да чтоб ты сдох, чёрт тебя побери!

Ты... ты... ты… сколько дел ты мне запорол! Сам Бог оставил тебя без потомства…»

Цао Гофэн действительно чуть не слетел с катушек, но ему необходимо было произвести хорошее впечатление перед своим «будущим учеником», так что он еле-еле выдавил из себя самый доброжелательный и простодушный вид, хотя его нутро по-прежнему и разрывало на куски.

– Боже мой… это правда! Это действительно легендарная непревзойдённая сущность! – прозвенел пронзительный крик Шенвана, словно молодая девушка внезапно увидела своего суженого, или же монахи узрели живого Будду!

Стол был чистым. За ним сидел лишь молодой мастер Цзюнь, его взгляд выражал полную беспомощность.

Со всех сторон его окружило восемь Шенванов. Шестнадцать ярких глаз зорко курсировали по его телу. Даже самая необычайная красавица, раздевшись догола, не смогла бы привлечь столько внимания!

Очарование Цзюнь Мосе притягивало с первого взгляда!

И хотя молодой мастер был полностью одет, его не покидало чувство незащищённости, хотелось даже заплакать! Взгляд этих восьми старых гоблинов будто проходил насквозь! Почему мне досталась такая тяжёлая участь?

В этот момент Мосе вдруг почувствовал, что Четырнадцатый Шао, который не так давно хотел свернуть ему шею от злости, стал сопереживать. Это настоящее воздаяние!

«Ну почему именно сейчас? И почему это воздаяние настолько мучительное?! Спасите!»

Кто бы мог подумать, что простой обед превратится в такую большую неприятность?!

Все эти восемь Шенванов, действительно, лучшие мастера, которые достигли пика своей мощи! Но сейчас они смотрят на молодого мастера жадными глазами, словно перед ними огромный лакомый кусок мяса!

«Твою мать, они что, приняли меня за мясо монаха Тана?» (1)

На самом деле, все эти мастера ошиблись, и Цзюнь Мосе – вовсе не обладатель непревзойдённой сущности! Что касается тела, то до того, как в него не вселился Цзюнь Се, оно было стандартным сборищем мусора и шлака, не обладающее никакими природными задатками!

Непревзойдённая сущность – вещь, действительно, редкая! Кажется, лишь только сам Первый Шао был её обладателем!

Но эти люди не знают, что сущность Мосе, хотя и не непревзойдённая, но такая же уникальная. Можно сказать, что такой вид сущности встречается ещё реже!

Кто ещё может использовать самую чистую природную одухотворенную ци для ежедневного очищения своего тела? И делать это даже по нескольку раз! Кто может постоянно прочищать свои мышцы и кости так, будто заново переродился?

Кто ещё способен использовать древнейшие практики совершенствования? А кто ещё сможет день и ночь поддерживать работу такого сокровища как Пагода Хунцзюнь?

Но самое главное – кто ещё имеет неиссякаемые запасы фиолетовой ци Хунмэн? Разве это не потрясающие таланты?!

При такой длительной подпитке тело Цзюнь Мосе уже давно вышло за пределы обычных природных задатков. Теперь оно действительно стало диковинным сокровищем!

Состояние своего физического здоровья Мосе с самого начала хорошенько замаскировал. Но кто знает, удача это или же несчастье – в тот момент, когда молодой мастер достиг озарения, его душевное состояние продвинулось далеко вперёд, но не успело стабилизироваться.

И как раз в минуту завершения этого озарения появились Чжань Мубай и Цао Гофэн со своими подчинёнными. Если бы какой-нибудь другой из Шенванов обратил внимание на молодого мастера, он просто счёл бы его юным дарованием и не стал принимать всерьёз.

Но этим Шенваном оказался Цао Гофэн!

Основное направление совершенствования Цао Гофэна – это мутация энергии Суань. Более того, его методика может быть передана лишь единожды! Этому мастеру уже было несколько сотен лет, но он так и не отыскал никого, удовлетворяющего его требованиям!

Цао Шэнхун, словно голодный волк, искал так называемых «гениев» этого мира.

Если говорить о его собственном мастерстве, то его природные данные просто превосходные, иначе как он смог совершенствоваться до границ Шенвана? Однако в его сущности не было ничего специфического!

Цао Гофэн, прорвавшись до уровня Шенвана, достиг своего пика. По крайней мере теперь, до самой его смерти ему уже не увидеть нового прорыва! Он не смог превзойти своего наставника, и это самое большое сожаление его жизни!

Поэтому Цао Гофэн однажды поклялся отыскать превосходнейшего последователя, которому он сможет передать все свои знания!

И сегодня, неожиданно придя в башню Тангуань, случился тот самый благодатный дождь после долгой засухи!

Увидев эту легендарную «непревзойдённую сущность», Цао Гофэн взбудоражился, его глаза покраснели, а сердце безостановочно стучало. Теперь Цао Шэнхун решил во что бы то ни стало забрать этого паренька себе! Пусть даже его многовековая дружба будет из-за этого полностью разрушена вплоть до вражды – плевать, ради такого дела ничего не жалко!

Вместе с Цао Гофэном, как минимум, ещё три Шенвана размышляли над такой идеей! Одним из них оказался тот самый мастер, который однажды внезапно атаковал Мосе, Чжань Мубай!

Все планы Чжань Мубая были обречены на провал. Сегодня он один. Если бы только Цао Гофэн согласился, то и остальные шестеро Шенванов оказали ему милость и позаботились о его потомке как следует…

Но теперь они столкнулись с неимоверным чудом, и Чжань Мубай был здесь абсолютно бессилен. Против него семеро Шенванов, и все они принадлежат к Таинственному Призрачному Дворцу! Огромное несоответствие силы слишком очевидно.

Молодой мастер Цзюнь уже было хотел использовать технику мгновенного исчезновения Инь-Ян, но ему в голову пришла странная мысль. Он вдруг передумал.

Мосе вдруг вспомнил слова, которые однажды сказала ему Мэй Сюэ Янь:

«В Таинственном Призрачном Дворце существует дерево с семью разноцветными плодами, каждое из которых является истинно священным плодом мудрости. А в резиденции трёх Священных земель есть озеро, где растет лотос с девятью лепестками… Одного священного плода и лепестка лотоса достаточно, чтобы увеличить свою чистую Суань на целых 500 лет! И в течение этого времени внешность человека останется неизменной!»

Гуан Квинхан и Дугу Сяо И, а также матушка... Мысли о них никогда не покидали Мосе. однако… Таинственный Призрачный Дворец – крайне непостижимое место… как украсть священные плоды, если даже не знаешь, как попасть внутрь самого дворца?!

Возможно, сегодняшнее стечение обстоятельств – это та самая возможность? Посмотрим, как пойдёт дальше. В любом случае, нельзя отказываться от такого шанса!

Цзюнь Мосе так увлёкся своими мыслями, что и забыл о неловкости и пристальном внимании окружающих…

– Малыш, как тебя зовут? Сколько тебе лет?

– Кто твой учитель? С кем ты тренируешься?

– Где твоя семья? Сколько вас?

– Ты...

Бесчисленное количество вопросов посыпалось из уст восьми Шенванов. Цзюнь Мосе растерялся и не знал, кому следует ответить первому. После некоторых сложностей ему, наконец, удалось справиться с этим допросом, и он почувствовал облегчение.

По плану в этот раз Мосе избрал тактику лжи во спасение, лишь бы всячески угодить этим Шенванам: он сирота, проведший жизнь в полном одиночестве, его наставник – смелый воин Нефритового Суань, и они живут, всячески поддерживая друг друга…

Относительно своей необычной сущности Мосе ничего не сказал, а лишь сделал удивлённый взгляд и добавил, что, будучи ребёнком, рос среди тигров… И это всё, что он знает…

– И чем же ты питался?

– Я помню лишь, как увидел расколовшийся белый камень, внутри которого была вода. Я выпил её и очнулся уже спустя несколько дней…

После этого все Шенваны тотчас всё осознали, и шестнадцать ярких глаз посмотрели на Мосе. Они вдруг воскликнули:

– Неудивительно! Ведь это же святое молоко Линши! Возможно, это был самый лучший камень с сотней миллионов лет жизни. Святое молоко – если так, то это всё объясняет!

Один за другим в глазах Шенванов появился ещё больший огонь…

Действительно... чудо!

Непревзойдённая сущность – действительно редкость, достигшая границ легенд и мифов. Но в наше время этот юноша, обладатель такой сущности, смог испить ещё одну, не менее легендарную вещь: святое молоко Линши!

Этому парнишке просто следует пойти по пятам хорошего учителя… только и всего!

Глаза восьми Шенванов одновременно позеленели, а затем снова стали голубого цвета!

У всех них промелькнула одна и та же мысль относительно имеющего наставника этого мальца:

«Фу, что за позорный уровень мастерства, он просто безжалостно отобрал себе такое дарование природы! Взял себе в ученики обладателя непревзойдённой сущности и в течение нескольких лет смог развить его способности лишь до Серебряного Суань! Какой ужас… Некомпетентность этого учителя выходит за пределы моего понимания! Такой хороший материал, как можно растрачивать его впустую? К счастью, этот ублюдок ещё не сумел разрушить его».

Если бы он действительно попортил такую чудесную сущность, эти восемь Шенванов тут же стёрли этого «учителя» и весь его род в порошок…

(1) Мясное блюдо, похожее на шашлык.

Глава 860. Борьба!

Казалось, что «учитель» молодого мастера Цзюнь теперь навсегда стал смертельным врагом всех восьми Шенванов!

Ужас!

Цзюнь Мосе посмотрел на свой стол сквозь всю эту толпу. Как и следовало ожидать, от Четырнадцатого Шао и следа не осталось!

«Этот парень действительно не знает ничего о братской верности, видел же, в каком положении я оказался, и все равно побыстрее слинял отсюда...

Эти ребята разрушили мне все планы!»

Молодой мастер хотел бы расплакаться, но не мог!

Не так-то просто встретиться с Четырнадцатым Шао из Подземного Мира, к тому же сейчас это его главная мощная поддержка!

Во время беседы Цзюнь Мосе заметил кое-что странное: независимо от того, где находился Четырнадцатый Шао, вся ближайшая природная одухотворенная ци автоматически стекалась в его тело!

Другими словами, даже если этот парень стоит на месте, он всегда находится в состоянии исцеления! По расчётам Мосе, серьёзные травмы этого самодура, должно быть, уже хорошенько подлечились. Сейчас ему ещё трудновато приступать к каким-либо действиям, однако черед пару дней больших проблем уже быть не должно.

С таким бешеным темпом восстановления эти травмы определенно не являются для него большой проблемой!

Во время битвы у леса Тянь Фа Четырнадцатый Шао получил ранения, которые напугали бы до смерти любого человека. Только в области сердца прошло целых два меча, а ещё один пронзил его через всё тело…

Более того, у Подземного самодура имелось бесчисленное количество других травм. Обычный человек уже давно бы умер без шансов на спасение, однако Четырнадцатый Шао всё ещё жив и здоров, ещё и притащился в такую даль лишь из-за своих фанатичных мыслей…

Таким образом, можно было предположить, что уже через пару дней этот парень будет в состоянии развернуть весь объём своей реальной мощи? Если у Мосе когда-нибудь появится враг, с которым он будет не в силах справиться, тогда ему на помощь придёт такая ужасная сила, разве это не круто?

Все предыдущие шишки доставались Чу Цинхуну, но теперь есть не менее отличный вариант для козла отпущения! Превосходно!

Это был новый жуткий план Цзюнь Мосе!

Но этот идеальный план, очевидно, мёртвый замысел. По крайней мере, он не будет осуществлён в краткосрочной перспективе. Даже если Мосе удастся убежать, ему всё равно не отыскать Четырнадцатого Шао в таком огромном городе Цзюйхуа. Это абсолютно невозможно!

Если только тот сам не отыщет его!

Но такая вероятность слишком мала.

Посмотрев на восемь Шенванов перед собой, Мосе просто вышел из себя!

«Ладненько, если вы действительно приняли меня за необыкновенное чудо, то я позволю вам восхититься им сполна!»

В конце концов, восемь Шенванов поняли, что было очень некрасиво вот так усадить паренька прямо на стол, так что они быстренько спустили его вниз. Шенваны снова обменялись растерянными взглядами.

Наконец...

– Кхм-кхм... мальчик, я углядел в тебе огромный потенциал. Не хочешь ли ты стать моим учеником? Я являюсь предком семьи Чжань, великий Шенван в Цзянху. Если ты выберешь меня, то получишь всё, что только пожелаешь, бесконечные богатства и привилегии тебе точно обеспечены…

Зайдя на какое-то время в тупик, Чжань Мубай решил первым открыть рот и захватить всю инициативу в свои руки:

«Нужно поторопиться, остальные семеро – сильные противники, слишком тяжело идти против них в одиночку!

Этот мальчишка – обычный человек, можно использовать деньги и славу, чтобы произвести на него впечатление. По крайней мере, попробовать всё же стоит. Нужно лишь, чтобы он кивнул головой, и тогда я мигом утащу его за собой, а остальное меня уже не волнует».

Однако Чжань Мубай еще не закончил говорить, как был перебит другим мастером:

– Это что ещё за «выбери меня»? Богатство и привилегии? Брат Чжань, ты себе наложницу что ли ищешь? Позорище! Мальчик, не слушай его, этот старый хрыч – бессовестный развратник, бездельник и хам! А вот я получил прозвище «Святого гения фехтования», моя известность и слава не знает границ, а уровень совершенствования просто превосходнейший…

Человек, который говорил – Бай Син из Таинственного Призрачного Дворца. Ещё недавно он называл Чжань Мубая своим братом, но из-за конфликта интересов он быстро превратился из брата в «бессовестного развратника, бездельника и хама»!

Как же быстро всё переменилось…

Чувства и настроение резко изменились, и речь продолжала безостановочно выходить из уст каждого. А причина как раз таки в непревзойдённой сущности этого ребёнка, ведь это чудо из чудес! Только гляньте – хотя это только уровень Серебряного Суань, но все каналы его тела искусны, словно ювелирная работа, никаких изъянов. Это говорит о том, что никакой уровень Суань или техника совершенствования для него не проблема!

А у кого из совершенствующихся мастеров не бывает проблем? Хотя все восемь присутствующих являются сильнейшими Шенванами, но их собственные способности – это результат длительного накопления! И две трети всего этого времени ушло лишь на преодоление различных препятствий!

А здесь... Нет и не будет никаких преград…

Ну что за монстр?

Все присутствующие не могли в это поверить! Но письма Первого Шао невозможно опровергнуть. Может, восемь Шенванов не сомневались в действительности, однако за всю свою долгую жизнь никто из них не встречал ничего подобного, все просто считали это одной из многих восхитительных легенд!

Но теперь эта легенда стала явью! Перед ними предстал сверхчеловек!

Такие природные данные будут легко приумножаться, и этот парнишка сможет двигаться к уровню Шенвана с попутным ветерком!

Такая сущность не имеет себе равных, но сам Первый Шао смог предвидеть её повторное появление! Хотя в течение последующих тысячелетий пропала всякая возможность такого явления!

Восемь стариков одновременно дёрнулись с места, их жадные глаза так и смотрели на Мосе.

Храбрости у Молодого мастера всегда было с излишком, однако сегодня, прямо сейчас, он действительно немного испугался!

Честно говоря, любой на его месте был бы в ужасе, ведь Мосе окружили восемь старых оборотней, которым сотни лет. Со всех сторон на него уставилась куча голодных глаз, полных ожидания. Кто бы тут не перепугался?!

Немного поспорив, все так и остались при своём мнении, никто не собирался просто так сдаваться! Кто захочет отказаться от такого сокровища!

– Хватит, что это мы здесь устроили! Взрослые люди и так рьяно пытаемся отобрать друг у друга ученика! Нам должно быть стыдно перед молодым поколением! – Цао Гофэн нахмурился и сказал: – Разве у вас у всех нет кучи учеников и последователей? Я вот до сих пор в одиночестве, и вы так нагло идёте против меня! Только я способен обучить этого мальчишку! Пусть он получит лучшее развитие!

Все возмущённо посмотрели на него. Даже если им не сравниться с Цао Гофэном в силе и природных данных, этот парнишка – всё равно обладатель непревзойдённой сущности! Кто не станет тут завидовать?

«Всегда говорил нам стремиться только вперёд, так что же случилось в этот раз? Только ты способен обучить этого ребёнка? Чушь собачья! Любой сможет грамотно развить таланты такого последователя, стоит только захотеть! И плевать, что даже ради этого придётся отказаться от всех своих прежних учеников!»

– Брат Цао говорит резонные вещи. Такое дарование, действительно, должно быть воспитано и обучено с предельной внимательностью. Однако, хотя у брата Цао всё ещё нет собственного последователя, он занимает высокий пост в Таинственном Призрачном Дворце и постоянно загружен работой. Не то, что я – бездельник… ха-ха-ха… не заслуживающий такого дарования себе в ученики, – Чжань Мубай рассмеялся. – Брат Цао, отдай его мне, ты, безусловно, найдешь себе кого-нибудь получше. Мой потомок действительно неплох, его холодная Инь как раз подходит уникальным умениям брата Цао, ты воспитаешь его не менее достойно…

Цао Гофэн вытаращил глаза и тут же перебил говорящего:

– Получше? Чжань Мубай, нет необходимости искать, лучше просто скажи мне, что есть «получше» непревзойдённой сущности, и я тут же передам тебе этого мальчишку! А ты хорош, решил заграбастать всё себе, да ещё хочешь, чтобы я трудился над твоим больным потомком. Ты что думаешь, все блага должны достаться тебе?

Чжань Мубай пристыженно сказал:

– Брат Цао, неужели ты действительно настолько бесчеловечный? Забудь, не получишь ты моего потомка себе в ученики, я не стану насильно ни к чему тебя принуждать. Теперь ты хочешь отобрать у меня этого паренька? Цао Сюн, будь человеком, ну почему ты такой наглый? Неужели ты хочешь позволить мне остаться без единого потомка?

Цао Гофэн, чуть ли не задыхаясь, сжал зубы и сказал:

– Чжань Мубай, как тебе не стыдно говорить такие скверные слова! Почему это я наглый? Болезнь твоего потомка для меня не проблема, мать твою! Я могу согласиться принять твоего правнука из благородных побуждений, но если я откажусь – то лишь из своей честности, вот и всё! Твой род Чжань насчитывает тысячи людей, и все они твои потомки! Сегодня я, наконец, встретил своего истинного последователя спустя семь сотен лет поисков! И ты смеешь говорить, что он твой? Ты… Ты не охренел? Это кто из нас тут наглый, в конце концов? Давай, скажи это при всех!

– Если бы это был обычный человек, я не стал бы так препираться, но сущность этого мальчишки нисколько не уступает тому бесу – Цзюнь Мосе! Я не отступлюсь от этого дарования. Неужели, брат Цао, ты решил, что если все присутствующие люди из Таинственного Призрачного Дворца надавят на меня, то я тут же сдамся?! – Чжань Мубай уже начал устаивать истерику, он не только оскорбил людей Таинственного Призрачного Дворца, но попросту превратил молодого мастера Цзюнь в его ученика. Как же всё быстро меняется в сознании человека.

У Цао Гофэна с языка внезапно вырвалось:

– Неужели этот Мосе тоже был обладателем непревзойдённой сущности?

– У нас не было времени рассмотреть сущность этого маленького засранца! Но этот малец, будучи в восемнадцатилетнем возрасте, уже сумел прорваться до второй ступени Почтенного мастера, и это факт. Брат Цао, даже если у него имелся невероятный учитель, такая скорость совершенствования... Как ты думаешь, всё-таки какая у него сущность? – Цжань Мубай вздохнул и сказал: – И этот ребёнок, хотя ему приблизительно столько же лет, однако его сущность ещё не испорчена. Единственное, чего ему не хватает – превосходного наставника. Если я помогу ему совершенствоваться, то его навыки могут быть не хуже, чем у Цзюнь Мосе. Возможно, он станет ещё сильнее. Я уверен, это будет второй Первый Шао из Подземного Мира!

– Думаешь, я так не считаю? Вы, три Священные земли, стремитесь лишь к власти и личной выгоде, превращая весь мир в полнейший хаос. Если этот мальчишка перейдёт в твои руки, то считай всё – столь прекрасное дарование будет потрачено впустую. Ни за что! – Цао Гофэн твёрдо решил не отступать до конца!

Глава 861.1. Коварный замысел

Цзюнь Мосе уже мёртв, даже если его сущность и хороша, это всё равно в прошлом. А этот парнишка тут, и ему нет равных в современном мире! Как Цао Гофэн мог позволить такому таланту ускользнуть из его рук? Возможно, в будущем он станет несравненным мастером!

– Цао Гофэн, ты действительно слишком грубый! Почему ты считаешь, что такой талант пропадёт зазря под моим крылом? – Чжань Мубай был разгневан: – Сегодня, будь добр, объясняй мне всё, что ты говоришь!

Он уже твёрдо решил, что при любой удобной возможности отберёт мальчишку себе и уйдёт. Рассорятся – ну и пусть, главное – этот потрясающий ребёнок! Он стоит того, чтобы отказаться от Неуловимого Мира Бессмертных, даже от всей семьи Чжань! Нужно просто отыскать секретное место и сосредоточиться на совершенствовании своего последователя. Ради славы и величия ничего не жалко…

Хотя у остальных шестерых мастеров также были свои намерения, Цао Гофэн, всё же, являлся лидером отряда Таинственного Призрачного Дворца, так что ребята едва ли захотят бороться до конца. По крайней мере, сейчас в ожесточенную схватку вступили только двое.

Они уже захватили инициативу в свои руки!

– Это… Уважаемые, можете ли вы позволить молодому поколению сказать несколько слов? – слабый голос донёсся со стороны. Это был молодой мастер Цзюнь. Пока Шенваны безостановочно спорили между собой, глаза Мосе хаотично бегали из стороны в сторону. Он размышлял о том, как попросить об одолжении в такой неловкой ситуации.

– Говори! – Цао Гофэн и Чжан Мубай сказали это одновременно, они оба хотели оставить о себе хорошее впечатление.

– Эм... Мой учитель однажды сказал мне, что, если я захочу стать учителем, первое, что мне нужно – это найти своё собственное потрясающее занятие. Зачем два представителя старшего поколения безостановочно препираются и спорят? Во всяком случае, я здесь окружён, и никуда не смогу убежать. Раз уж я собираюсь совершенствоваться, то должен выбрать наиболее сильного наставника… Может вам двоим... ну… разобраться на месте и решить уже, кто круче, ведь тогда проигравшему будет уже нечего сказать? Я понимаю, что я младше и намного глупее вас, но всё же… – слегка съежившись, промямлил Цзюнь Мосе.

– Хм?! – услышав эти слова, оба мастера одновременно воодушевились. А ведь и правда, у проигравшего больше не будет права конкурировать. Их желание сражаться загорелось ярким пламенем, оба уставились друг на друга с полной решимостью в глазах!

– Неплохо-неплохо… победитель получает всё! Это хороший способ разрешить этот спор! – остальные шесть человек одновременно засуетились, они были уверены на все сто в Цао Гофэне, ведь он – Шенван третьей ступени! Пусть навыки Чжань Мубая также необычны и восхитительны, однако он всё ещё Шенван второй ступени! А это значительное расхождение в силе!

Решение спора в виде состязания определило гарантированную победу Цао Гофэну!

На лице Чжань Мубая просочился пот, он сжал зубы и еле-еле выдавил из себя:

– Схватка, значит схватка! – эти слова дались ему очень нелегко.

Если это сражение действительно произойдёт, он, безусловно, проиграет, и отношения между тремя Священными землями и Цао Гофэном потерпят полный крах…

– В таком деле не следует торопиться. Брат Цао, у вас ведь ещё есть время до возвращения в Таинственный Призрачный Дворец, так что давай сначала посмотрим на способности восприятия этого ребенка. Нужно принять во внимание каждую мелочь. Если он лишь обладает природными данными, но не имеет соответствующего интеллекта, тогда всё будет понапрасну… А к вопросу о состязании вернёмся чуть позже, как тебе такой вариант? – Чжань Мубай всегда был хитрым пройдохой, поэтому быстро отыскал блестящую идею и высказал вполне разумное заявление.

– Хорошо! – Цао Гофэн также понимал, что сейчас не следует портить отношения с Чжань Мубаем. Если ничего не изменится, тогда придётся вступить в сражение. Прежде всего, Чжань Мубай нарочно смягчил свой тон, ведь если бы он стал говорить настойчиво, то об одобрительном ответе можно было бы забыть. Кроме того, ему нужно было время, чтобы связаться с другими Шенванами трёх Священных земель, ведь один в поле – не воин. Но если Цао Гофэн позволит отложить всё на потом, то для него это может плохо закончиться.

Поразмыслив обо всём ещё раз, Цао Гофэн посмотрел на своих шестерых товарищей, и его вдруг осенила хорошая идея:

– Братья, мы ведь вместе пришли сюда и узрели такое необычайное дарование! Если я один заберу себе всё, то на сердце у меня будет очень неспокойно. Я понимаю, что этот мальчишка вам тоже приглянулся, а раз так… Если впоследствии мне посчастливиться получить этого ребёнка в качестве ученика, тогда, кроме меня, он будет почитать и вас, другими словами… Он станет не только моим последователем, а нашим общим учеником! Итак, братья мои, что вы на это скажете?

Его речь не только заняла доминирующее положение, но и подарила шестерым людям душевную теплоту. Цао Гофэн был уверен, что никто из шести Шенванов ни за что не откажется от такого предложения! Ведь вполне возможно - это будущий непревзойдённый мастер всего мира. Пусть даже на словах, но это огромнейшее достижение и слава!

Конечно же, когда шестеро мастеров увидели разгоревшийся спор, то спокойненько отступились и притихли. Но сейчас, услышав заявление Цао Гофэна, они опешили: всё приняло совершенно новый оборот, словно свет в конце туннеля. Какой приятный сюрприз!

– Брат Цао, ты это серьёзно?

– Что ещё за серьёзно-несерьёзно? Вы, правда, думаете, что мне хочется делить это дарование с кем-либо ещё? – криво ухмыльнулся Цао Гофэн. – Если мы сейчас не объединимся, тогда этот мальчишка попадёт в руки трёх Священных земель. В конце концов, это не наша территория, даже самому могучему дракону не изгнать местного змея. Если им действительно удастся заполучить ребёнка, тогда через сто или двести лет от превосходного положения Таинственного Призрачного Дворца ничего не останется! Мы семеро, должны доставить это дарование в резиденцию нашего дворца! Может, мне и хочется забрать всё в свои руки, но, как сказать… Я ведь – часть Таинственного Призрачного Дворца и буду делать всё, что в моих силах, ради его процветающего будущего!

Он сделал паузу и сказал:

– Настоящий мужчина никогда не сожалеет о своих словах. И я от своих слов не откажусь! Но у меня есть лишь одно условие – этот мальчишка будет совершенствоваться, как мой последователь. Прошу вас, согласитесь на это условие!

Слова Цао Гофэна были весьма откровенными, что не могло не пристыдить остальных мастеров. Они даже нисколько не обратили внимания на общее положение дел. И пусть этот ученик будет совершенствоваться под именем Цао Гофэна, но он так же одинаково будет принадлежать и всем остальным. Один за другим мастера защебетали:

– Условие брата Цао – это не проблема, будь спокоен, даже если три Священные земли захотят отобрать это дарование, нас ведь семеро Шенванов, и мы не из слабаков!

Чжань Мубай в глубине души панически кричал. Этот Цао Гофэн хорошо сыграл, теперь на его стороне появилась помощь в лице шести Шенванов! Это добавило ещё больше сложностей к его намеченным планам: эта мощь слишком велика… Даже если три Священные земли пойдут против неё всем скопищем, они вряд ли хоть сколько-нибудь пошатнутся!

Тем не менее Чжань Мубай не собирался просто так сдаваться. Если Таинственный Призрачный Дворец опасается того, что три Священные земли используют этого мальчишку, чтобы впоследствии подавить их влияние, что с того? На самом-то деле, когда это трём Священным землям не хотелось избавиться от пятна, затемняющего их репутацию?!

Глава 861.2. Коварный замысел

Непревзойдённая сущность... сущность Первого Шао, успех Первого Шао… Только подумав об этом, Чжань Мубай мгновенно воодушевился, да так сильно, что его грудная клетка готова была лопнуть от переполняющих её чувств. Нельзя сдаваться ни при каких обстоятельствах!

Закончив обсуждение, старики даже не стали есть, просто заплатили серебро и отправились обратно в семью Чень.

Что касается Цзюнь Мосе… Окружённый вниманием Шенванов Таинственного Призрачного Дворца, молодой мастер последовал вместе со всеми.

Один Шенван расчищал дорогу, другой следовал позади, а остальные же с обеих сторон охраняли мальчишку…

Степень благосклонности и хорошего обращения с Цзюнь Мосе на данный момент была настолько велика, что даже Первый Шао в своё время ему бы позавидовал…

Кто бы мог подумать, что даже Чжань Мубай тайком станет наблюдать за мальцом.

Ни с того ни с сего окружённый восемью Шенванами молодой мастер даже бровью не повёл, он выглядел абсолютно спокойно и уверенно. Даже под напором такого количества одухотворенной ци Мосе полностью контролировал свои эмоции.

«Действительно необыкновенный ребёнок! Достоин быть обладателем непревзойдённой сущности!» – оценка великих Шенванов раз за разом становилась всё выше и выше!

Нужно иметь в виду, что аура восьми Шенванов однажды заставила десятки тысяч Священных зверей пойти на попятную и скрыться. Только представьте, насколько они могущественны? И хотя сейчас их сила развёрнута лишь чуть-чуть, но даже такое количество ауры обычный человек ни за что не вынес бы!

Все восемь человек со своими думами вернулись в большую усадьбу семьи Чень, а фальшивое «дарование» в роли Цзюнь Мосе было размещено в комнате посреди небольшого двора, специально предназначенного для людей Таинственного Призрачного Дворца.

Комната Цао Гофэна находилась прямо по соседству.

Очевидно, что Цао Шэнван не мог дождаться, когда сможет передать всё своё мастерство этому последователю. Но, увидев слабую нерешительность на лице Цзюнь Мосе, хотя он всячески и старался скрыть её под маской самообладания, Цао Гофэн невольно смягчился и проявил сострадание.

«В конце концов, это всё ещё гость из обыкновенного мира, да ещё и такой молодой, неопытный, ему ещё не хватает уверенности в своих силах. Увидев великолепие и роскошь семьи Чень, малец растерялся, его душевное состояние наверняка пошатнулось…

Для начала ему необходимо приспособиться ко всему. Завтра я скажу хозяину семьи Чень и остальным её членам представиться перед этим ребёнком. Во-первых, они проявят свой превосходный статус, а во-вторых, это устранит беспокойство и страх в сердце мальчишки. Великое будущее не за горами. Что нам эта крошечная семья Чень, пусть хорошенько развлекут его, дабы не осрамить свою репутацию…»

Успокоив молодого мастера Цзюнь парой ласковых слов, Цао Гофэн сделал всё, чтобы мальчик чувствовал себя наиболее комфортно, он даже выпустил особую ауру, помогая Цзюнь Мосе обрести душевное спокойствие и избавиться от страха…

После того, как семь Шенванов убедились, что состояние их подопечного стабилизировалось, все тут же вернулись к себе в комнаты для медитации и тренировок. С таким уровнем совершенствования сон не имел для них никакого значения.

Их сердца были взбудоражены даже больше чем у Цзюнь Мосе!

Однако Шенваны так и не обнаружили, что после их ухода у этого «потенциального ученика» уже промелькнул коварный и опасный замысел… Это действительно удачная возможность спровоцировать раздор... Если их собственный ученик внезапно умрёт... то, что тогда?

Цзюнь Мосе с нетерпением выжидал…

Семь Шенванов уже вернулись к себе в комнаты, но никто из них так и не начал свою медитацию. На самом деле все использовали секретный «чат» и начали болтать без умолку. Что они будут делать после возвращения в Таинственный Призрачный Дворец? Как им следует заложить фундамент для этого ученика? Какую волшебную таблетку следует принять первой? Кто будет первым тренировать паренька после установления базовых знаний? А кто второй? А кто затем? А кто… А кто…

Дойдя до определённой точки, нужно будет выбрать новый метод совершенствования… И какой же? Их обсуждения зашли так далеко, что они даже решили использовать разноцветные плоды дерева Таинственного Призрачного Дворца, дабы обновить и укрепить кости и мышцы паренька… И тогда в кратчайшие сроки они смогут создать непревзойдённого мастера этого мира!

Необходимо знать, что чем выше уровень ученика, тем скорее он закончит свое обучение, а значит и славы будет гораздо больше!

С таким учеником Таинственный Призрачный Дворец без труда сможет всесторонне сокрушить три Священные земли. Но всё же стоит следовать первоначальной цели и стремиться превзойти Первого Шао, ведь это теперь не назовёшь невозможным делом…

Чем больше эти семеро говорили, тем радостней становилось у них на душе, каждый из них уже успел набросать в голове грандиозный план действий. Думая о будущем, все семеро хорошенько воодушевились.

В Цзянху молодому человеку с хорошими природными данными намного легче найти себе наставника, чем величайшему мастеру отыскать подходящего ученика!

Эти Шенваны не знали или были не уверены, существует ли непревзойдённая сущность на самом деле или нет. Если и существует, то сколько? Но Цзюнь Мосе знал, что так называемая «непревзойдённая сущность» вовсе не остановилась на одном-единственном Первом Шао!

Сколько гениев мир похоронил с древних времен? Никому об этом неизвестно. Если сложить их вместе, цифра превзойдёт миллионы! Сколько гениев, не имея возможности для развития, становятся обычными фермерами, бизнесменами или даже обычными попрошайками...

Если настоящих знатоков мало, то откуда же взяться большому количеству талантов? Эти две истины неотделимы друг от друга!

Время потихоньку двигалось вперёд.

На небе не было ни звёзд, ни луны, наступил самый тёмный период времени, до рассвета осталось чуть больше получаса, и всё снова озарится светом.

Самый страшный час перед рассветом!

И именно в этот момент семь Шенванов вдруг одновременно заметили небольшую аномалию.

Хотя эти мастера безостановочно болтали по тайному каналу связи, но каждый из них был начеку. Ведь дело касалось «непревзойдённой сущности». А раз Чжань Мубай тоже на неё позарился, кто знает, что он придумает?

Нельзя поручиться, что он не сотворит какую-нибудь подлянку.

Поэтому все Шенваны сохраняли бдительность, а приближение рассвета, наконец, позволило им всем вздохнуть с облегчением. Однако в этот момент лучилось нечто странное…

Подул слабый, еле слышимый ветерок, ни капли не отличавшийся от естественного дуновения, но за целую ночь никто из мастеров ни разу не уловил даже колыхания травы. Это было весьма похоже на естественный ветер, но вдруг... он оказался уже внутри двора!

Слишком быстро!

Если это обычный человек, то, как ему удалось перехитрить глаза и уши семи Шенванов? Тем более на столь близком расстоянии!

Совершенствование этого человека не попало ни под один радар семи великих мастеров!

«Чжань Мубай! Ты всё-таки явился сюда!»

Глава 862. Чжань Мубай, наша вражда непримирима!

Хотя никто и не думал, что Чжань Мубай сможет воспользоваться своим положением Шенвана и пойти на такую подлость, тем не менее никогда нельзя быть полностью застрахованными от таких подозрений, это понимали все; и когда все семеро мастеров своими собственными глазами увидели, что это действительно произошло, они были так злы и рассержены, что и описать трудно!

Чжань Мубай, нечего сказать, ты и в самом деле переоценил свои силы!

Все семеро мастеров одновременно вскочили со своих мест и стремительно бросились к входной двери. Но им удалось увидеть только ловкий и быстрый тёмный силуэт, который уже практически выскользнул через заднее окно дома, в котором проживал Цзюнь Мосе, и в руках у этого загадочного силуэта был какой-то предмет!

По-прежнему сохранялась полная тишина, однако все движения этого силуэта были свободными, ловкими и невероятно быстрыми!

Он был высокого роста, в каждом движении чувствовалась непринуждённость и плавность, а это как раз и было отличительными чертами Чжань Мубая!

Раздался грохот, один из Шенванов вылетел из дома, его ещё не было видно, но повсюду уже доносился его крик:

– Старейшина Цао, дело плохо, его здесь нет!

– Брат Чжань, в самом деле, такой быстрый? – Цао Гофэн уже был дико зол. – Чжань Мубай, твои приёмы и правда настолько грязные? Мы все договорились о честной конкуренции, а ты ведёшь себя, как настоящий бандит, и тайком пробираешься среди ночи!

Хотя он произнёс эти слова с некой насмешкой, всё же голос его был серьёзным и озлобленным. Очевидно, его гнев на Чжань Мубая достиг своего предела!

Загадочный силуэт приостановился на время, однако даже не повернул голову и, полностью проигнорировав слова Цао Гофэна, лишь приложил ещё больше усилий и молниеносно вылетел наружу!

Этот скачок в самом деле был равносилен вспышке молнии, он даже забил на осторожность и на оставляемые им следы, так как его скорость действительно была очень быстрой, что даже его тело, соприкасаясь с разгоряченным воздухом, издавало некий свистящий звук!

В это же время от его тела даже оставался едва заметный беловатый дым и характерный запах гари!

Скорость его движений была настолько пугающе быстрой, что даже из-за трения о воздух его одежды начинали тлеть!

Словно чёрный метеор, отскочив с треском от стены, он бесследно исчез из поля зрения!

– Чжань Мубай! У тебя действительно нет ни стыда, ни совести! – Цао Гофэн был так зол, что его даже трясло от злости. Он бы ни за что не подумал, что Чжань Мубай способен на такой подлый поступок, и, тем более, что он сам станет свидетелем этого позорного действа! Этим поступком он потерял всё уважение к себе…

Он, да и все остальные мастера, в самом деле допустили оплошность. К их собственному стыду, они почему-то не обращали внимания на прошлые слухи!

Раздался оглушительный свист, и все семеро Шенванов, пылающие диким гневом и злостью, бросились прямо за ним! Они скрежетали зубами от распирающего их возмущения и гнева, им не терпелось расправиться с этим бесстыжим бандитом! Прошло столько лет после того, как они не появлялись в Цзянху.

«Неужто три Священные земли настолько обнаглели, чтобы отважиться на такую подлость?! Им ничего не стоит обокрасть даже нас, Туманный Призрачный Дворец? К тому же так нагло и бесцеремонно! Это же просто возмутительно, кто сможет стерпеть подобное отношение к себе! Да идите к чёртовой бабушке, но мы натянем вас так, что у вас потом ещё двести лет задницы гореть будут!»

Загадочный незнакомец пытался бежать изо всех сил, его скорость действительно была поразительной. Он изворачивался, изменяя своё направление, то вправо, то влево, однако семеро Шенванов ни на шаг не отставали от него и продолжали своё настойчивое преследование. Стоит учитывать, что в его руках все это время находился человек, и пусть в начале у него ещё были хорошие шансы ускользнуть от них, всё же он понимал, что с минуты на минуту они настигнут его. Внезапно в воздухе раздался хриплый смеющийся голос:

– Если уж на то пошло, так и быть, держите свою добычу, можете подавиться!

Он резко остановился, левой рукой поднял в воздухе тело своего заложника, потом раздался резкий звонкий свист, и безжалостный удар ладонью его правой руки пришёлся прямо на несчастную голову хозяина этого тела.

– Нет! – скованный ужасом, Цао Гофэн закричал что есть сил. Его глаза превратились в две неподвижные линии, а тело пронзил ледяной холод, словно он угодил в жадные объятья безжалостной полыньи.

Всё происходящее перед ним словно превратилось в кадры замедленной съемки: вот поднимается ладонь, потом плавно, по нарастающей, появляется оглушительный свист, а следом хрупкая голова, словно рыхлый арбуз, разбивается в кровавые клочья, которые окрашивают собой беспросветное ночное небо…

Руки человека в чёрном пустеют, он кидает бездыханное тело в сторону Цао Гофэна, и оно с грохотом падает на землю перед ним.

И проверять не стоит, очевидно, что голова от этого удара превратилась в порошок – даже сам Четырнадцатый Шао не смог бы выжить после такой травмы, это неоспоримый факт.

Что уж говорить о каком-то парнишке с Серебряной Суань?

В этот момент все семеро Шенванов застыли в оцепенении и чуть не свалились вниз с высоты! Глядя на залитые кровью останки, небрежно брошенные на землю, у них у всех одновременно возникло чувство, что это сон! Никто из них и подумать не мог, что Чжань Мубай окажется настолько жестоким и безжалостным!

– А-а-а-а-!!! – подняв глаза к небу, беспомощно закричал Цао Гофэн. Этот крик был подобен раскату грома, его глаза окрасились в алый, и из глубины его нутра вырвался мощный страшный крик…

Тот человек в чёрном будто даже вздрогнул и охриплым голосом произнёс:

– Вы же так жутко хотели вернуть его себе, что, уже не надо? Почему не поймали парнишку? Посмотри-ка, да он же, наверное, разбился там к херам? И вот только не надо меня винить в этом. На всё воля божья! Значит, судьба такая, раз мне не достался, стало быть, и никому не достанется. Наши отношения окончательно прерваны, в этом уж будьте уверены!!!

Цао Гофэн опустился на землю. Было заметно, что он пытался восстановить дыхание и прийти в себя. Он свирепо взглянул на человека в чёрном, и сквозь зубы неистово прошипел:

– Чжань! Му! Бай!!

Человек в чёрном таким же хриплым голосом удивлённо ответил ему:

– Уважаемый, вы, кажется, обознались! Я – Цзюнь Мосе, откуда здесь вдруг взяться Чжань Мубаю?

– Цзюнь Мосе уже давно мёртв, к тому же, он погиб от твоих рук! – Цао Гофэн был так сильно зол, что его даже подташнивало. Его слегка качало в разные стороны, словно с криком он истратил и все свои силы. Он громко закричал:

– Чжань Мубай, мать твою, чтоб тебе провалиться!

Человек в чёрном гневно прокричал:

– Цао Гофэн, я бы посоветовал тебе быть поосторожней в выражениях!

Когда он разозлился, он позабыл, что ему нужно менять голос, и, опомнившись, резко замолчал, плотно сжал губы и больше не проронил ни слова, тем не менее его тело всё так же парило в воздухе. Он поднял лицо к небу и сплюнул кровью, словно этим действием раскрыл какие-то свои секретные навыки и, используя потрясающе неистовую скорость, в мгновение исчез в бескрайних потёмках…

Все семеро Шенванов побледнели, как смерть!

Цао Гофэн подошёл к одиноко лежащему трупу. У него ещё оставалась ничтожная надежда. Медленно осмотрев тело, он неуверенно качнулся в сторону и, снова всматриваясь в небо, сплюнул кровью!

Какая там надежда; на этом трупе оставалась только нательная рубашка, вся залитая кровью. Глядя на рост, было несомненно, что это был молодой юноша.

– Три Священные земли! Чжань Мубай, наша вражда теперь непримирима! – Цао Гофэна просто трясло от злости. С уголков его рта стекали капли крови, взгляд его был безумным и лютым!

Остальные шестеро Шенванов тоже были мертвенно-бледными, и злость их не знала границ!

Ещё совсем недавно эти семеро мастеров с захватывающим интересом обсуждали, как они будут обучать своего нового прекрасного ученика, строили планы на его блестящее будущее, благоговели перед появлением «второго» Первого Шао… Кто мог подумать, что в мгновение ока их удивительный новый ученик превратится в кровавую кучу костей! Его постигнет такая скорая и такая жестокая смерть!

Носителя этой непревзойдённая сущности! Легендарной неуловимой сущности! Сущности Первого Шао!!!

Все семеро сохраняли полное молчание, они не могли вымолвить и слова. Также молча они развернулись и последовали к дворику, в котором проживали, медленно и спокойно они вошли внутрь. Каждый из них распространял до крайности опасную, просто смертельную ауру!

В эту минуту все семеро мастеров ясно поняли одно: они оставят свою жизнь, но во что бы то ни стало найдут применение своему опасному дыханию! Чжань Мубай обязательно должен ответить за своё злодеяние!

Всем было понятно, что хотел сказать своим поступком Чжань Мубай:

«Раз у меня не получится завладеть им, то и вам не видать его, как собственных ушей! Лучше уж нам тогда полностью разорвать отношения, так хоть бы сможем избежать нашего будущего источника гибели!»

Один раз Чжань Мубай уже проворачивал подобное, когда в Тянь Фа он неожиданно напал на Цзюнь Мосе. Разве эти два случая ничем не похожи? Если он с лёгкостью напал на представителя младшего поколения, то, спрашивается, на какую ещё подлость он способен? Эти два поступка похожи, как две капли воды, только есть несущественная разница в деталях и всего-то!

Однако, что касается Цзюнь Мосе – всем давно ясно, что он большой враг для трёх Священных земель.

«Пусть этот поступок, конечно, был подлым, всё же результат никто бы не стал осуждать, но наш ученик обладал всего-то Серебряной Суань. Чего ты боялся, Чжань Мубай, что он возмужает и сотрёт тебя в порошок?»

Неужели, обнаружив талантливого юношу, который принадлежит не трём Священным землям, его сразу следует лишить жизни?

Чушь собачья!

Кроме того, в этот раз ты убил последнюю надежду на светлое будущее всего Туманного Призрачного Дворца!

Триста, пятьсот, тысячу лет безбедной спокойной жизни! Талант, не уступающий даже самому Первому Шао!

Пусть это дело касается только Туманного Призрачного Дворца, однако исход будет жестоким!

«Чжань Мубай, ты правда думал, что, изменив голос, мы не узнаем тебя? Неужто ты считаешь, что мы настолько кретины!

Благодаря своей силе Шенвана, тебе можно совершать такие подлые и грязные вещи? Оглядываясь вокруг, взяв в расчет всех известных нам Шенванов, у кого ещё, кроме тебя, хватит наглости и стыда пойти на такое?!»

В это самое время, когда семеро Шенванов злобно ненавидели Чжань Мубая, он пришёл к соглашению со всеми Шенванами Неуловимого Мира Бессмертных, Иллюзорного Океана Крови и Великого Золотого города. В этой поездке он выступал руководителем отряда мастеров из Неуловимого Мира Бессмертных. Заплатив надлежащую цену, он, в конце концов, смог добиться того, что все мастера согласились помочь ему заполучить этого ученика!

Чжань Мубай, наконец, немного успокоился, и, хотя цена была высока, он был искренне благодарен своим братьям. Он вернулся в свой номер и предался глубоким размышлениям. Он понимал, пусть он и заручился поддержкой своих товарищей, Туманный Призрачный Дворец так просто не отступится. Какую стратегию надо выработать, чтобы добиться успеха? Он должен внимательно всё обдумать!

Так или иначе, во что бы то ни стало он должен заполучить носителя непревзойдённой сущности, он никому не отдаст его!

Он молча думал об этом, спокойно глядя на луну и тёмное небо, как вдруг снаружи послышались голоса:

– Чжань Мубай! Мать твою, чтоб тебя, старый чёрт! – голос звучал поразительно громко. Казалось, все жители города Цзюйхуа могли чётко расслышать эти слова!

Глава 863. Смертельная вражда до гроба!

Этот голос был действительно оглушительным, такой грубый, такой наглый! Похоже, что все жители города Цзюйхуа услышали его.

Можно сказать, этот человек был чрезвычайно разгневан, что даже слегка неправильно произносил слова. Чжань Мубай не расслышал, кому принадлежал этот голос, но ругался этот человек скверно и определённо в его адрес!

- Чёрт возьми, кого это я так разозлил, раз он даже в такую позднюю тихую ночь так бешено разорался? Совсем не боится, что другие могут его услышать?

Это то, с чем он никогда не сталкивался с тех пор, как стал знаменитым. Чжань Мубай был вне себя от злости. Даже если этот человек не уступает ему по силе, это всё равно уже слишком нагло, поэтому он решил выйти и всё проверить. В стене маленького внутреннего двора, где он жил, была выбита большая дыра. Такому нельзя было не удивиться. Затем прозвучал свист, резкий звук пронзил воздух, и Чжань Мубай невольно посмотрел вверх. В небе тихонько парила чёрная одежда. Кто-то использовал её в качестве скрытого оружия!

- Что это еще за херня? Хочешь одолеть меня при помощи одежды? Ты меня слишком недооцениваешь!

В мире нет абсолютной уверенности в чём-либо. Никто никогда не утверждал, что с помощью одежды невозможно справиться с Шенваном! Можно сомневаться во многом, но на самом деле нет ничего невозможного!

Ощутив презрение противника в полной мере, Чжань Мубай разозлился ещё больше. Он схватил эту одежду в руку и хотел было что-то сказать, но тут же почувствовал, как его пальцы склеились. На одежде виднелись густые пятна крови и какая-то белая мерцающая жидкость…

Чжань Мубай подозрительно осмотрелся по сторонам, но не обнаружил никаких движений. Кажется, будто эта чёрная одежда, покрытая кровью, просто упала с неба. Чжань Мубай сам по себе был довольно смекалистым человеком, поэтому, немного поразмыслив, он сразу же всё понял.

Усмехнувшись, он сказал:

– Совершил что-то плохое и хочешь свалить всю вину на меня? С помощью вот этой окровавленной тряпки? Собираешься оклеветать меня, Чжань Мубая? Ты действительно меня недооцениваешь! Да кто поверит в это? Ерунда какая-то! – он рассмеялся: – Где ты, мелкая дрянь? Это действительно смешно, пускать в ход такие нелепые приёмы!

– Это действительно смешно? Чжань Мубай, что же в этом такого смешного? Ну-ка, давай расскажи! Мне до ужаса интересно узнать! – прозвучал необычайно странный сдавленный голос откуда-то извне. Чжань Мубай даже содрогнулся.

Цао Гофэн!

Хотя голос говорящего был слишком искажён, Чжань Мубай всё равно моментально пришёл к выводу, что это не кто иной, как Цао Гофэн!

Небо постепенно прояснилось. В слабых солнечных лучах появилось несколько силуэтов, медленно вошедших во двор. Их глаза были налиты кровью от неугасаемой злости. Увидев Чжань Мубая, все тут же уставились на чёрную окровавленную одежду в его руках: послышался звук скрипящих зубов!

В эту минуту Чжань Мубай смутно понял, что что-то произошло, поэтому не стал ничему придавать особого значения. Любую проблему можно было обсудить, тем более, что их дружба насчитывала несколько сотен лет, как-никак! Неужели есть что-то, через что они не проходили?

Отбросив чёрную одежду в сторону, Чжань Мубай сделал пару шагов вперёд и поприветствовал всех. Он любезно улыбнулся и сказал:

– Брат Цао, отчего так рано? Хе-хе, неужели так сильно хочется принять эту непревзойденную сущность себе в ученики, что решил ещё раз попытаться со мной договориться?

Слова Чжань Мубая будто ещё раз ударили Цао Гофэна прямо в кровоточащую рану! Особенно его смех показался Цао Гофэну слишком злорадным, словно это была радость чужой беде!

Можно сказать, что речь Чжань Мубая послышалась в ушах Цао Гофэна вот так:

«Ты не смог принять моего потомка в качестве ученика? Захотел непревзойденную сущность, так на, бери, бери эту кучу гнилого мяса! Даже если я не смогу заполучить его, то и тебе не позволю! Забудь о своей мечте, не бывать тебе наставником непревзойдённого мастера Поднебесной!»

А как он отбросил ту чёрную одежду! Даже не пытался скрыть улики! В глазах семи Шенванов это выглядело как голая и наглая провокация!

Цао Гофэн и другие шесть мастеров уже кипели от гнева!

«Непревзойденная сущность... принять в ученики... попытаться договориться...» – Цао Гофэн повторял эти слова в своей голове снова и снова, а затем, тяжело вздохнув, он внезапно взревел:

– Чжань Мубай! Я пришёл, чтобы поговорить с такой сволочью, как ты!

Лицо Чжань Мубая мгновенно окаменело!

Он не ожидал, что Цао Гофэн начнет ругаться, да ещё так открыто!

Как только Цао Гофэн открыл рот, Чжань Мубай тут же понял, что предыдущий рёв в его сторону был также от Цао Шэнвана!

Оба крика демонстративно содержали в себе его имя и фамилию.

«Как бы все не узнали, что это Цао Гофэн вздумал орать на меня, Чжань Мубая!

Ведь кто такой Чжаь Мубай? Это величайший Шенван! Так что не стоит так нагло и открыто браниться в мою сторону!»

А речь Цао Гофэна была действительно чрезвычайно грубой. У него нет абсолютно никакой сдержанности!

Ярость Чжань Мубая в мгновение ока взлетела до небес!

«Даже если вы, люди Таинственного Призрачного Дворца, очень круты и самоуверенны, но не до такой же степени!?»

– Цао Гофэн! – закричал Чжань Мубай, его глаза засверкали холодным светом. – Я всегда относился к тебе терпеливо и уступчиво, как и ты ко мне! Но это вовсе не значит, что я боюсь тебя! Тебе следует объясниться! В противном случае...

– В противном случае что? Что ты сделаешь? – Цао Гофэн холодно усмехнулся, и его улыбка была наполнена коварным замыслом убийства, сопровождаемая горем и разочарованием!

– В противном случае мы станем врагами до самой смерти! – свирепо заревел Чжань Мубай.

Лицо Чжань Мубая уже побелело от гнева, но он считал себя абсолютно правым и не собирался идти на компромисс.

В этот момент уже совсем рассвело, люди потихоньку стали просыпаться. Кроме того, мастера трёх Священных земель почти без одежды ринулись на дикий рёв Цао Гофэна.

Когда они прибыли на место, то просто офигели от увиденного: между Чжань Мубаем и Шенванами Таинственного Призрачного Дворца во главе с Цао Гофэном случилась неожиданная стычка!

Словно боевые петухи, каждый уставился на своего оппонента. Атмосфера накалилась до предела. Лица каждого были наполнены гневом и жестокостью.

Казалось, что между обеими сторонами лютая ненависть!

В конце концов, что могло разозлить восьмерых Шенванов до такой степени? Разве такое вообще возможно? Ведь ещё вчера все они дружно смеялись и даже отправились куда-то пообедать…

Неожиданно, в одночасье, ситуация переменилась, и, кажется, теперь между ними завязалась кровавая вражда!

От такого внимания Чжань Мубаю стало ещё больше не по себе, но, даже зная, что он не справится, он продолжал твёрдо держаться на ногах! Что касается Цао Гофэна, то он абсолютно не собирался идти на уступки – сейчас он больше всего хотел хорошенько врезать Чжань Мубаю.

Выслушав вдохновляющие речи Чжань Мубая, Цао Гофэн пронзительно закричал, разрезая своим рёвом яркие лучи утренней зари:

– Враги до самой смерти? Чжань Мубай, прекрати всё это притворство! Неужели ты думаешь, что после содеянного я смогу существовать с тобой под одним небом? Чушь собачья… Чжань Мубай, все эти шестьсот лет я даже и подумать не мог, какой ты на самом деле человек!

Он посмотрел на Чжань Мубая взглядом, полным горечи и гнева, а затем, тяжело вздохнув, сказал:

– Я был так слеп! Так слеп все эти шесть сотен лет! Чжань Мубай! Сегодня я, наконец, вижу тебя насквозь! Ты животное… нет, ты хуже любого животного! Собираешься сделать из меня своего смертельного врага? Тогда я помогу тебе. Сегодня из нас двоих только один останется в живых!

– Ублюдок! – Чжань Мубай вышел из себя и стал хаотично разбрасываться словами. – Цао Гофэн, ты слишком много о себе возомнил! Ты не захотел принять моего потомка в качестве последователя, даже зная, что моему роду грозит исчезновение! Затем отобрал у меня ученика, оставив меня абсолютно без всего! Как ты и сказал, если поможешь мне, то из благородных побуждений, а если откажешься, то из здравого смысла! Кто бы знал, что ты, шестисотлетний хрыч, станешь вот так публично меня позорить! Цао Гофэн, ты не умеешь говорить хорошие вещи! Жаль, что господь вообще наградил тебя языком!

Чжань Мубай был вне себя от гнева, ему было слишком обидно! Он никогда не видел такого бесстыдства.

- Не хочешь помогать, ну и хер с тобой! Хочешь себе это дарование – да забирай, ради бога, я просто вернусь к себе и даже думать не стану об ответной мести. Вообще пофиг, забирай, что хочешь… Я ведь дал тебе даже дом, так что тебе ещё надо? Ещё и среди ночи так открыто выругал моё имя! Я, Чжань Мубай… я что, похож на того, кого можно вот так вывозить и поливать грязью? Ты, Цао Гофэн, ведь дорожишь своей репутацией… Неужели ты думаешь, что мне на свою совершенно плевать? Моя репутация такая же бесценная! Если ты выше меня на одну ступень, то теперь самый выдающийся, что ли? На самом деле, даже если я тебе и уступаю, но у меня есть свои методы, как расправиться с тобой!

Все люди трёх Священных земель, наблюдая за ситуацией, были убеждены в том, что эти восемь Шенванов на гране ожесточенной битвы. Никто не собирался принимать сторону противника!

– Чжань Мубай! Ты, ничтожная скотина, давай же! – закричал Цао Гофэн, он был не в силах больше терпеть. Внезапно его тело исчезло. При следующем своём появлении он уже атаковал Чжань Мубая!

Чжань Мубай, переполненный гневом, не успел увернуться и принял на себя эти жестокие атаки! Прогремели жестокие звуки ударов, земля покрылась трещинами, стена и постройки во дворе тут же рухнули…

Посреди пыльного облака двое мужчин беспрерывно атаковали друг друга. Одним рывком они переместили поле боя в воздушное пространство. Люди, наблюдавшие за всем снизу, так и не успели выяснить, что, в конце концов, произошло, а те двое уже устроили такое побоище.

Два величайших Шенвана сражались изо всех сил. Посторонние не осмелились бы туда вмешаться даже из самых хороших мотивов. Все внизу озадаченно подняли головы и продолжили наблюдать.

Глава 864. Молодой мастер вносит раздор!

После резкого звука внезапно произошло шокирующее зрелище!

С диким рёвом тела этих двух мастеров то сталкивались, то расходились, оставляя после себя призрачные следы. Их скорость становилась всё быстрее и быстрее. В глазах толпы внизу будто появилось бесчисленное количество Чжань Мубаев и бесчисленное количество Цао Гофэнов. Каждая фигура выглядела очень реально и отчаянно билась насмерть…

Пока одни тени исчезали, в другом месте уже появлялись новые и новые миражи!

Скорость обоих явно достигла высшей точки.

Такой быстрый бой, но толпа до сих пор не понимала причины его начала. В конце концов, оба мастера – Шенваны, пусть Чжань Мубай немного и уступает Цао Гофэну, однако их силы находятся в одной горизонтальной плоскости! Наблюдая за боем, люди изумлялись синхронности техник и искусству этих двух мастеров. Они атаковали прямо в жизненные центры своего оппонента без всякого снисхождения и пощады!

Если кто-то из них потеряет бдительность, то тут же поймает смертельный удар противника!

У людей внизу по спине пробежали мурашки. Если бы такого рода атаки были направлены на них… Никто не смог выдержать даже одного удара.

Если не суметь правильно ответить на такую атаку, то, что тогда? Несомненно, произойдёт катастрофа – ужаснейшая жестокая смерть!

Товарищи Шенваны, которые когда-то сражались бок о бок, старые друзья, прошедшие через многое в течение шести сотен лет, устроили побоище, поклявшись убить друг друга!

Молодой мастер Цзюнь, который был настоящим инициатором стычки, с восторженным видом наблюдал за всем с воздуха. Он пребывал в экстазе. Ещё бы, ведь это бой двух Шенванов – редкая возможность понаблюдать и поучиться чему-то новому. Более того, в данный момент эти двое прилагают максимум усилий, борясь друг с другом не на жизнь, а на смерть!

Хотя этот инцидент и был спровоцирован Цзюнь Мосе, однако ему не было нисколечко стыдно за это.

«Это просто совпадение чистой воды! Я никогда не думал становиться гением в ваших глазах, и тем более не собирался набиваться к вам в ученики. Я просто хотел поесть и случайно встретил на своем пути самого сильного полудурка этой планеты. Как только мне выпал шанс реализовать свои огромные планы, вы пришли и всё испортили!

У этого молодого мастера определённо нет непревзойдённой сущности, я знаю себе цену. У него даже нет врождённых природных навыков, все приобретённые! Только вот развиваться они стали лишь после 16-летнего возраста, что на 15-16 лет позже, чем у любого гения в мире!

Или следует сказать, что я на самом деле обладатель - сущности Пагоды Хунцзюнь? Слышали о таком? Не слышали? Верно…

Ведь вы слышали только о всякой нечисти и сверхъестественном чуде!

Иными словами, способности этого молодого мастера не так уж и просты. А чем обладаете вы, раз хотите принять меня в качестве своего последователя? Может ли ваше мастерство быть лучше, чем исключительная техника раскрытия небес? У вас есть Пагода Хунцзюнь, которая может обеспечить вас бесконечным потоком одухотворенной Ци? Может, тогда у вас имеется фиолетовая Ци Хунмэн? Я не смотрю на вас свысока. Думаю, вы никогда не слышали о подобном. Так что, если вы хотите принять меня в качестве своего последователя, то вам нужно совершенствоваться еще как минимум несколько тысяч лет!

Вашей силушки слишком мало, чтобы заполучить такого ученика! По крайней мере, вам нужно обладать уровнем совершенствования Первого Шао, но вы всё равно будете лишь одной из кандидатур, а не основным претендентом на победу…

Три Священные земли места обширны и мощны, а Таинственный Призрачный Дворец властен и заносчив. Вы поклялись стать врагом молодого мастера, но я пока не могу пойти на вашу провокацию, так как, развернув фронтальную войну, не смогу одержать в ней победу.

Мне так грустно… где бы я не искал себе союзников, вы их постоянно отпугиваете. Раз уж вы приняли меня за небесное дарование, будет очень непростительно с моей стороны, не доставить вам некоторых хлопот!

С того момента, как вы меня обнаружили, этой беде уже было суждено упасть на ваши головы.

В конце концов, это ваша вина, что вы так ничего и не можете понять, и не нужно винить меня в своих бедах…»

Поэтому молодой мастер Цзюнь стремился показать свои высочайшие навыки исполнительского искусства, представившись обычным мальчишкой из горной деревни, приехавшим в знаменитый большой город Цзюйхуа. Он рассказал о легендарном молоке Линши, всячески проявляя уважение и сдержанность к будущим «наставникам»…

Стопроцентное актерское мастерство. Хотя ему и пришлось по факту играть какого-то истукана!

С помощью нескольких слов Мосе удалось одурачить этих восторженных старикашек, установив прочный душевный базис. Чувства только поспособствовали развитию дел. И не важно, плохие это дела или хорошие, привязанности и эмоции приведут их в порядок и логичную систему!

Если имеется эмоциональная основа, то даже изнасилование будет считаться своего рода любовью и привязанностью, а что касается всей этой подставы... это проторенная дорожка, рано или поздно всё само собой образуется! И тогда это вызовет ещё большую волну возмущения и негодования…

Во время бурных обсуждений Шенванов по поводу будущих перспектив их подопечного, Цзюнь Мосе, использовав технику исчезновения Инь-Ян, отыскал схожего с собой по телосложению неудачника из семьи Чен, вырубил его и притащил во двор.

В подходящее время Мосе сознательно создал смутное движение снаружи, надел чёрную одежду и вытащил несчастного неудачника из окна...

Мосе нужно было действовать очень аккуратно, но в то же время быстро. Голову неудачника он раздробил в мелкие кусочки… Уже после этого молодой мастер своим искривленным и осипшим голосом сказал несколько фраз и тут же скрылся из виду.

Все использованные техники были очень похожи на те, что использовал Чжань Мубай. Однако вот сымитировать его голос оказалось слишком сложной задачей. Однако это даже к лучшему, ведь хорошее подражание, наоборот, могло вызвать сомнения.

Цзюнь Мосе был уверен наверняка, что после подбрасывания улик между Туманным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями разразится крупная ссора. И, вполне возможно, их кратковременный союз потерпит крах.

Если враг останется лишь в лице трёх Священных земель, то и давление намного сократится.

Однако молодой мастер Цзюнь всё же переоценил стойкость этих мастеров и пренебрег важностью его «непревзойдённой сущности»! Эти старики действовали уже не по сценарию и вели бой на грани жизни и смерти!

Такого исхода не ожидал даже Мосе, разве это уже не чересчур?!

Слишком свирепо!

Какой ужас! Кажется, что здесь уже ничего нельзя поделать...

Мосе и подумать не мог, что в глазах Цао Гофэна эта непревзойдённая сущность, словно живое сокровище! И это даже важнее, чем, например, сын, родившийся под старость лет!

Увидев, как эта непревзойдённая сущность превратилась в груду гнилого мяса, Цао Гофэн потерпел полный разгром души...

Откуда бы Мосе узнал, что Цао Гофэн уже в течение шести сотен лет находился в поиске последователя с прекрасным природными данными? И все его многолетние чаяния один махом превратились в пустое место…

Ранее Цао Гофэну не удалось хорошенько разглядеть таланты Цзюнь Мосе, поэтому после его «смерти» Цао Гофэн слегка расстроился. Но теперь вопрос о принятии последователя уже не подлежал обсуждению, как вдруг его, вместе с его несбыточными грёзами будто выбросили из рая прямо на последнюю ступень Ада.

Будто он прыгнул в преисподнюю прямо на тарзанке.

Это падение было действительно слишком тяжёлым...

Следовательно, безумие Цао Гофэна полностью соответствует ожиданиям всех остальных Шенванов, но не Цзюнь Мосе.

Однако сейчас эти вещи не волновали молодого мастера. Он раздумывал над тем, как ему поступить в данной ситуации, чтобы эта схватка стала ещё ожесточённее!? Будет просто замечательно, если здесь погибнет больше сотни мастеров…

Борьба двух великих Шенванов достигла своего апогея! Атмосфера накалилась до предела!

Оба мастера внезапно обнажили своё оружие.

Два длинных меча, словно драконы, устремились прямо в облака. Фигуры Шенванов метались из стороны в сторону, атакуя друг друга, не щадя собственной жизни!

На земле всё ещё находились шестеро Шенванов, которые знали о случившемся. Плюс ко всему, вокруг собралась недоумевающая толпа людей. Однако все они восхищенно вздыхали:

– Шенван – это тебе не ерунду всякую на заборах рисовать! Сила их атак выходит за рамки разумного…

К счастью, два вышеупомянутых человека были относительно близки по уровню совершенствования и полностью контролировали свои атаки. Если бы кому-то из Шенванов не удалось сдержать направление удара, боюсь, что от усадьбы семьи Чен уже ничего не осталось!

Глава отряда Иллюзорного Океана Крови, Хай Вуй, неторопливым шагом подошёл к шести Шенванам Таинственного Призрачного Дворца и, нахмурившись, спросил:

– Уважаемые, что, в конце концов, происходит? Отчего эти двое устроили такое побоище? Разве они не собирались ещё раз обсудить вопрос о последователе с непревзойдённой сущностью? Судя по их схватке, про нормальный диалог уже можно забыть!

Шенван Таинственного Призрачного Дворца, Бай Цифэн, холодно ответил:

– Спасибо за беспокойство, мастер Хай. Но вопрос о последователе больше не подлежит обсуждению.

– Ого? Брат Бай, мне очень интересно узнать, что же всё-таки случилось, – Хай Вуй безразлично окинул взглядом сражающихся Шенванов и снова уставился на Бай Цифэна.

– Да что тут говорить?! Наглость и омерзительность Чжань Мубая просто не знает границ! Брат Хай, вот вы, три Священные земли, действительно плеяда талантливых мастеров. Но если бы брат Цао не сделал первый шаг, тогда я сам лично атаковал бы этого мерзавца. Смотреть на этот мусор противно! Кто бы мог подумать, что такая мразь станет опорой для трёх Священных земель… Похоже, что Неуловимый Мир Бессмертных находится в полнейшем упадке… – Бай Цифэн тоже был вне себя от злости, и, повернув голову, больше не захотел продолжать разговор.

Этот ученик на 1/7 принадлежал и ему… какая досада!

Глава 865. Вавилонское столпотворение

– А? Это дело также касается брата Бай? Расскажи обо всём подробнее, что ты имел в виду? Сказал, что наглость и омерзительность Чжань Мубая не знает границ… – подошёл другой высокий мужчина в простом холщовом одеянии. Им оказался лидер отряда Золотого города, Шенван – Хэ Чжицю.

Бай Цифэн злобно вздохнул и сказал:

– Вчера, отправившись поужинать, мы все вместе обнаружили молодого паренька – обладателя той самой непревзойдённой сущности… Ну, вы наверняка об этом уже в курсе?

Оба мастера одновременно кивнули.

Бай Цифэн продолжил:

– Мы всемером посовещались и решили, что это дарование должно совершенствоваться в Таинственном Призрачном Дворце. Но кто бы мог подумать, что этим ранним утром Чжань Мубай, хорошо замаскировавшись, решит пробраться к нам и выкрасть мальчишку. Но, будучи пойманным нами, он понял, что не сможет так просто скрыться, поэтому тут же жестоко расправился с пареньком! Такой поступок... Это слишком даже для такой сволочи, как он! Не нужно просить брата Цао о снисхождении и пощаде. Мы вшестером не позволим этому подонку уйти от ответственности! Это ведь был такой редчайший талантище… Непревзойдённая сущность, а! Ну, твою мать!

Бай Цифэн стиснул зубы. Когда он говорил, мышцы его лица нервно подёргивались. В глазах чувствовался гнев и в то же время невыносимая боль!

– А? Не может быть! – Хай Вуй и Хэ Чжицю одновременно воскликнули и переглянулись. Если это правда, то проблема действительно огромна! Кто же не знает, что Цао Гофэн в течение нескольких столетий постоянно искал себе последователя! И тут на тебе… Свирепое убийство потенциального ученика, да еще и с непревзойдённой сущностью!

А Чжань Мубай – смелый малый… У остальных вот кишка тонка, чтобы пойти на такое!

Но теперь это смертельная вражда! Ненависти Цао Гофэна нет предела!

Взгляд двух мастеров по отношению к Чжань Мубаю тут же переменился. Теперь они смотрели на него с глубоким уважением… Совершить такое – да он ещё больший псих, чем Четырнадцатый Шао из Подземного Мира!

– Следы привели нас именно сюда. Посмотрите сами – там, на земле, чёрная тряпка валяется… Когда мы пришли, Чжань Мубай как раз снял её с себя… Я своими глазами всё видел, это всё правда! – Бай Цифэн говорил. – Кроме того, зачем нам безо всякой причины ложно обвинять Шенвана из трёх Священных земель?

– Это... это... неужели это правда? Старик Чжань действительно сделал это? – оба Шенвана вытаращили глаза.

Им и в голову не могло прийти, что Чжань Мубай окажется таким подлым человеком!

– Хотите – верьте, хотите – нет! Я тут с вами не шутки шучу! – глаза Бай Цифэна гневно вспыхнули.

И хотя напротив стояли такие же два Шенвана, Бай Цифэн нисколько не боялся и даже был готов вступить в схватку с ними в любой момент!

Его слова прозвучали весьма бесцеремонно и грубо, но это только усилило доверие Хай Вуя и Хэ Чжицю!

Хладнокровный и сдержанный Цао Гофэн вместе с острым, как меч, Бай Цифэном являются золотой комбинацией Таинственного Призрачного Дворца. Эти двое ни за что не стали бы нарочно провоцировать борьбу между тремя Священными землями и Таинственным Призрачным Дворцом.

Даже если и так, инициатором должен был выступить Бай Цифэн, однако сейчас это самый серьёзный из всех существующих мастеров – Цао Гофэн. Более того, между ним и Чжань Мубаем вот уже несколько столетий существовали глубокие дружеские отношения! Следовательно, если действительно не произошло ничего серьёзного, что могло довести Шенвана третьего ранга до отчаяния, то он бы никогда не повел себя столь импульсивно!

Неужели Чжань Мубай и правда совершил такой ужасный поступок?

Однако... как бы там ни было, нельзя допустить, чтобы Чжань Мубай был убит людьми Таинственного Призрачного Дворца…

Два мастера переглянулись и приняли единогласное решение. Кто-то из них громко закричал:

– Вы двое, а ну прекратите бой! Я хочу кое-что сказать!

Не успев закончить фразу, в воздухе прогремел громкий удар. Чей-то силуэт, словно метеор, с бешеной скоростью падал вниз. Пробив около дюжины стен, он, наконец, остановился и поднялся с земли. Раздался гневный рёв… Это был не кто иной, как Чжань Мубай!

С другой стороны, на землю неуверенно опустился Цао Гофэн и, пошатываясь, немного отступил назад. Каждый его шаг оставлял после себя глубокий след, камни крошились на куски и разлетались в стороны, а уцелевшие вокруг стены хаотично потряхивались от каждого удара ноги.

Он уже отступил на два или три десятка шагов, но всё ещё не мог притормозить. Его спина продолжала врезаться в стены, которые тотчас рушились на куски. В конце концов, Цао Гофэн сумел остановиться.

Его белая борода развевалась на ветру, а в глазах горело пламя ярости! После ещё одного оглушительного крика в сторону Чжань Мубая, стало очевидно, что грядёт продолжение битвы!

Все из присутствующих уже давно сделали выводы. В этой бескомпромиссной войне Чжань Мубай позорно рухнул на землю, он уже практически не мог твёрдо стоять на ногах, а из его рта текла кровь. А Цао Гофэн продолжал идти вперёд, лицо его становилось всё краснее и краснее. Совершенно ясно, что Чжань Мубай потерпел поражение. Если случится ещё одна атака от руки Цао Гофэна, скорее всего, ему уже не уцелеть.

– Хватит!

Хай Вуй и Хэ Чжицю бросились останавливать Цао Гофэна:

– Брат Цао, нет нужды так горячиться, пожалуйста, сначала послушай своих братьев!

Цао Гофэн, увидев, что мастера преградили ему дорогу, разозлился ещё сильнее:

– Ребята, вы хотите объединить усилия? Хаха, даже если вы пойдёте против меня втроём – плевать, Цао Гофэн ничего не боится! Я не успокоюсь, пока не прикончу этого ублюдка!

– Брат Цао, ты неправильно понял! – Хай Вуй криво улыбнулся. Похоже, что Цао Гофэн действительно не на шутку взбесился, раз даже без разбора устраивает такую провокацию!

Цао Гофэн не успел ответить, как вдруг услышал громкий звук. Все трое мгновенно повернули головы и увидели, как Бай Цифэн самолично вступил в схватку с Чжань Мубаем. Один из них уже порядком выдохся и получил ранение, а другой же, наоборот, был полон энергии и сил для своих последующих атак. Тем не менее мощь этих двоих не уступала друг другу, ведь оба мастера являлись Шенванами второго ранга.

Кто лучше, а кто хуже, уже и так понятно. Чжань Мубай не успел оказать сопротивление, и его лицо и тело поразило несколько мощных ударов.

– Бай Цифэн! И ты туда же! Вы, мастера Таинственного Призрачного Дворца, действительно можете вести себя столь бесцеремонно, не признавая ни закона, ни веления неба?! – негодование Чжань Мубая достигло своего предела.

- О небеса, о земля! Кому я перешёл дорогу? Чёрт возьми, что я сделал не так? Да, б*ядь, разве для такого поведения не нужна обоснованная причина?!

Вы все являетесь сильнейшими Шенванами, будь вы на моём месте, стали бы такое терпеть? Вы пользуетесь моим затруднительным положением и нападаете на меня, даже не разобравшись толком ни в чём! Как это называется? Где ваши моральные принципы, которые хоть чуть-чуть смогут сократить масштабы и степень этого несправедливого обвинения?!

– Брат Бай, остановись! Пожалуйста, немедленно остановись! Окажи снисхождение! – поспешно закричал Хай Вуй. Он не осмелится лично препятствовать этому бою, ведь если он вмешается, то вся потасовка трёх человек тут же перейдет на уровень большого скандала между Таинственным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями. А такую ответственность он брать на себя не собирался.

Чудесная скорость техник Шенванов просто поразительна. Пока Хай Вуй что-то говорил, лицо Чжань Мубая превратилось в один сплошной сине-сиреневый синяк, а под глазами появились чёрные пятна. Кровь так и продолжала течь из его рта – вид у этого мастера был крайне жалкий!

Борьба длилась уже относительно долгое время, и пусть общая обстановка была не в пользу Чжань Мубая, однако на его теле за все время не появилось никаких внешних видимых повреждений. Но сейчас, буквально за считанные минуты, Бай Цифэн, можно сказать, избил «лежачего» прямо по его лицу! Он бил его, не щадя никаких сил!

Когда Хай Вуй подлетел, чтобы разнять двух мастеров, Чжань Мубай подвергся ещё дюжине ударов, а затем рухнул на землю…

Группа мастеров из трёх Священных земель, очевидно, уже была не в силах всё это терпеть. Всё зашло слишком далеко, все присутствующие являются признанными мастерами, требующими к себе и друг к другу уважительного отношения! Даже если Бай Цифэн собирался убить Чжань Мубая, он не должен был трогать его лицо! Ведь такие синяки просто так не скроешь, а какой это позор для мастера Шенвана!

Другой мастер Трёх Священных земель – Хэ Чжицю, в этот момент заметил, что остальные пять Шенванов из Таинственного Призрачного Дворца тоже были вне себя от злости, от каждого исходила аура жестокости и убийства. Очевидно, они просто не успели ринуться в атаку, так как их опередил Бай Цифэн. Но если представится возможность, эти пятеро тут же вступят в бой.

Хэ Чжицю был шокирован. В конце концов, что такого совершил Чжань Мубай, раз сумел вызвать столь лютую ненависть у семерых Шенванов? Они даже готовы напасть всей толпой и разорвать его тело на мелкие кусочки!

– Вполне возможно, что всё это – какое-то недоразумение! Товарищи, прошу вас успокоиться! Мы ведь все – старые друзья, разве мы не можем просто спокойно сесть и обсудить проблему? – Хэ Чжицю прекрасно понимал, что вражда и ненависть между ними уже достигли высокого накала, но не мог просто промолчать и не помочь Чжань Мубаю. Как бы то ни было, все слова извне считались для Шенванов Таинственного Призрачного Дворца полной чепухой.

Цао Гофэн злобно фыркнул и сказал:

– Сегодняшний вопрос невозможно просто так разрешить! Чжань Мубай превратил все мои многовековые поиски и чаяния в ничто! Моей ненависти нет конца и края! Чжань Мубай – завистливая и мелочная тварь! Если он не предоставит мне удовлетворяющих объяснений, то ради справедливости я перережу весь Неуловимый Мир Бессмертных!

– Цао Гофэн! Ты – ублюдок! – Чжан Мубай поднялся с земли. Его лицо было всё в крови, и он кричал надрывающимся голосом: – Цао Гофэн, ты сегодня совсем с катушек слетел! Сначала ни с того ни с сего всячески оскорбил меня, а потом так вообще бросился в драку! Почему я должен выносить такую обиду и притеснения?! Я – благородный и честный человек, моя совесть абсолютно чиста, когда это я был мелочным и завистливым?

– Чушь собачья! Да как ты смеешь утверждать о своей благородности и совестливости! Да кто тут ещё не знает, какое у тебя гнилое нутро! Вспомни тот день в Тянь Фа, это ведь ты исподтишка набросился на того мальчишку! Где же твоё благородство и честность? Тьфу, ты сам-то веришь, во что говоришь?! И пусть Цзюнь Мосе был смертельным врагом трёх Священных земель, однако ты поступил не по совести, не по совести… Ну да ладно, хрен с этим уродом! Но сегодня, убив моего ученика, ты перешёл дорогу лично мне! Чжань Мубай, ты действительно думаешь, что Неуловимый Мир Бессмертных встанет на твою защиту? Думаешь, я не посмею пойти против него?! – холодно сказал Цао Гофэн.

Глава 866. Это действительно был не я…

– Цзюнь Мосе являлся серьёзной угрозой для трёх Священных земель! У меня не было иного выбора, как внезапно напасть на него! Да, мне действительно стыдно за мой поступок, но благодаря этому я уберёг своих товарищей от смертельной опасности! Я потерял свою репутацию и потерял лицо. Тем не менее сейчас моя совесть чиста! Если можно было бы всё вернуть, я бы поступил точно так же! Да что мне моя репутация! Ради трёх Священных земель можно отказаться от чего угодно!

– Ну, раз даже на такой поступок ты нашёл благородное объяснение, то скажи, Чжань Мубай, получается, ты не поскупишься ни на какие методы ради устранения потенциальной угрозы трём Священным землям и даже не пожалеешь о сделанном? – злобно спросил Бай Цифэн.

– Да! Что-то не так? Неужели вы были бы равнодушны, будь у Таинственного Призрачного Дворца скрытая угроза? Все мы одинаковы, к чему вся эта двусмысленность? – Чжань Мубай говорил довольно гневно, но вполне аргументированно и смело.

Все присутствующие мастера трёх Священных земель посмотрели на Чжань Мубая с искренним восхищением, но Хэ Чжицю заметил, что взгляд семерых Шенхуанов Таинственного Призрачного Дворца снова переменился: если раньше они подавляли в себе жажду крови, то теперь она проявилась в полном объёме!

– Хорошо, хорошо… Чжань Мубай, значит, ты теперь признаёшься в убийстве нашего ученика? Ведь это была ещё одна «скрытая угроза» вашим трём Священным землям, которая заслуживала смерти? После её исчезновения вы, наконец, вдохнули полной грудью! – тон речи Бай Цифэна становился всё злее.

Чжань Мубай закашлялся. Его взгляд выражал крайнюю ненависть и негодование вплоть до помешательства. Но, услышав эти слова, он неожиданно выпучил глаза, словно только-только пришёл в себя:

– Что ты сказал... что? Уничтожить скрытую угрозу? Говоришь, я собственноручно убил вашего ученика? Это... что это значит? О чём, чёрт возьми, ты говоришь?!

– В такой ситуации ты всё ещё думаешь отпираться?! Разве ты только что не дал ясно понять свою позицию? Испугался, что в будущем мой ученик станет большой опасностью для ваших трёх Священных земель? – от ярости Цао Гофэн чуть ли не плевался кровью: – Да я своими собственными глазами всё видел, и, когда пришёл по следам, ты держал в руке ту самую окровавленную одежду! Неужели тебе всё ещё хватает наглости отпираться?

– Я отпираюсь? Почему я должен это делать? Думаешь, я убил твоего ученика? – Чжань Мубай покачал головой. Сначала его всячески обзывали, затем избили, а вот теперь пытаются навесить странные обвинения: – Твоего ученика? Какого ещё ученика?

– Прикидываешься идиотом? Того самого ученика с непревзойдённой сущностью! – закричал Цао Гофэн, он был готов снова броситься в бой. Когда он произнёс слова «непревзойдённая сущность», на душе стало слишком горестно: - Шестьсот лет, и вот я, наконец, отыскал его…

Цао Гофэну не терпелось снова ринуться в атаку, но в этот момент Чжань Мубай вдруг соскочил с места и пристально уставился на него:

– Что ты сказал? Что? Непревзойдённая сущность была убита мной? Цао Гофэн, что за кошмар тебе приснился? Какую чушь ты несёшь? Тот мальчишка… – Чжань Мубая вдруг озарило, он гневно закричал: – Этот мальчишка мёртв?!

Бай Цифэн холодно усмехнулся и посмотрел на него со словами:

– Чжань Мубай, а ты хорошо притворяешься! Никогда не хотел играть на сцене? С твоими актёрскими способностями ты бы точно стал известен по всему миру, твои успехи были бы намного больше, чем сейчас!

– Я притворяюсь?! – Чжань Мубай вышел из себя. – Как я мог его убить? Для меня этот ребёнок был таким же сокровищем, с чего бы мне его убивать?! Вчера вечером я отыскал брата Хай и брата Хэ, и они разработали мне план, за который я отдал им по волшебной таблетке и божественному мечу! До середины ночи я уговаривал их мне помочь, чтобы заполучить это дарование себе! И в какой это момент я чудесным образом его успел бы убить? Что за ерунда?!

Когда он говорил, Хай Вуй и Хэ Чжицю беспрерывно кивали головой, хотя им и стало слегка неловко. Они, конечно, откликнулись на просьбу о помощи, но не за просто так, и теперь такое дело стало известно обширной публике, как же тут не смутиться…

Эти двое также понимали, что Чжань Мубай вынужден говорить всё начистоту: ведь такие факты могут стать наилучшими доказательствами его невиновности. Может это и неприятно, но не стоит того, чтобы обижаться.

– Хорошо, брат Хай и брат Хэ могут выступить в качестве свидетелей, однако после вашего совещания… Что ты, ублюдок, делал после этого? Ты своими фокусами голову нам не морочь! Ведь на самом деле глубокой ночью ты проник к нам во двор и собирался утащить с собой того паренька, однако, будучи замеченным нами, тебе не оставалось ничего, кроме как совершить свой гнусный поступок! Ты просто жестоко расправился с мальчишкой, чтобы он не достался никому и не стал впоследствии скрытой угрозой для трёх Священных земель! Всё ещё будешь отрицать вышесказанное? Хочешь сказать, это никак тебя не касается? Чжань Мубай! Как ты смеешь изворачиваться после содеянного! Как не скрывай, истина все равно вылезет наружу, и все твои мерзкие делишки будут раскрыты! – Цао Гофэн был в гневе. Он отскочил в сторону, схватил с земли ту самую окровавленную одежду и продолжил: – Чжань Мубай, мы всемером пошли по горячим следам, которые привели нас именно сюда. И когда мы вошли во двор, ты как раз снял с себя этот халат… Так чего же ты ещё отпираешься?! Я просто вне себя от злости, как же я мог считать тебя своим другом…

– Чёрная одежда... чёрная одежда... – Чжань Мубай вдруг встрепенулся. Он, наконец, понял, что произошло! Все его беды промелькнули у него прямо перед глазами: тот странный звук, разрушение стены, чёрная одежда, упавшая прямо с неба… А затем уже появление Цао Гофэна и других Шенхуанов...

Все эти действия неизвестного человека были заранее тщательно спланированы и теперь у него даже нет возможности оправдать своё собственное имя. Все эти распри между Шенхуанами происходят по какому-то крупному заговору!

Чжань Мубая затрясло, он вскочил и обиженным голосом завопил:

– Эту одежду мне подбросили, меня кто-то подставил! Да как я мог совершить настолько низкий поступок?!

– Кто-то подставил тебя!? Ха-ха-ха... – Цао Гофэн рассмеялся: – Чжань Мубай, прекрати уже все эти фокусы и возьми ответственность за содеянное, как подобает человеку чести! Сегодня тебе уже не помогут никакие слова избежать кровавой расплаты! Я собираюсь отомстить за своего ученика!

– Это сделал не я! – Чжань Мубая продолжало трясти. В сочетании с синяками на лице его вид был крайне печальным. От такого ложного обвинения невозможно просто так избавиться. Он посмотрел по сторонам и снова закричал: – Это действительно был не я…

Бай Цифэн усмехнулся:

– Чжань Мубай, независимо от того, каков был твой изначальный план, но в результате ты разрушил надежды семерых мастеров. Полагаешь, что сказав, что это не ты, тут же доказал свою невиновность? Это так смешно! Кажется, во всём Неуловимом Мире Бессмертных не найдётся более изворотливого человека, чем ты! Как ты смеешь называть себя благородным и честным человеком?! Ты вообще думаешь, что говоришь?!

– Говоришь, что я это сделал? А доказательства? Где тело? Просто полагаясь на свои слова, собираетесь вот так обвинить меня во всём? Какой мотив? С чего бы мне убивать этого паренька? – глаза Чжань Мубая подёргивались, а на лбу просочились вены от возмущения.

– Факты все на лицо, разве неясно? Мотив… Да ты сам уже всё сказал, так зачем спрашиваешь его у меня? Доказательство – это чёрная одежда! Что касается тела… – Бай Цифэн фыркнул и обратился к одному из Шенхуанов: – Иди и принеси сюда этот труп, пусть Чжань Мубай полюбуется! Всем остальным приготовиться и ждать моего приказа, будем действовать вместе, давайте отправим этого ублюдка на тот свет! Кто осмелится встать у нас на пути, тут же станет врагом Таинственного Призрачного Дворца!

Фигура в белом одеянии тут же исчезла и через некоторое время принесла с собой останки тела. У трупа не было головы. На нём было только нижнее белье, но всё ещё можно было распознать, что это тело принадлежало молодому юноше. Будь то мышечная текстура или общее развитие, всё говорило о том, что этому человеку было не больше 20 лет!

Труп был брошен на землю. Бай Цифэн холодно сказал:

– Ну вот, теперь у нас есть и свидетели, и доказательства. Благородный, честный Чжань Мубай, не хочешь ещё что-нибудь сказать?

Чжань Мубай, увидев перед собой изуродованное молодое тело, весь задрожал и чуть было не упал на землю.

– В атаку! – Бай Цифэн махнул рукой, и шесть фигур одновременно взлетели в воздух, как вдруг…

– Ян?? О боже! Ян, мой Ян... – Чен Цинтянь, наблюдавший за всем происходящим, увидел тело и громко заплакал. Обеспокоенные мастера тут же выбежали вперёд.

Схватив труп и детально осмотрев его, Чен Цинтянь жутко завопил, уставившись лицом в небо, он ревел навзрыд до конвульсий…

На левой ноге в области колена отчетливо виднелось родимое пятно!

Этот юноша – второй сын семьи Чен, Чен Ян!

Такое несчастье заставило всех присутствующих людей застыть на месте. Все движения тут же прекратились.

Прячущийся в небе Цзюнь Мосе в глубине души был очень расстроен:

«Всё испорчено! Только началось самое месиво, и на тебе! Истинная личность этого грёбаного трупа вдруг обнаружилась! Это действительно не по плану… я лишь обратил внимание на возраст, но о деталях совсем не подумал…Твою мать!»

Спустя какое-то время Чен Цинтянь, наконец, пришёл в себя. Рыдая во весь голос, остальные члены семьи Чен и даже огромное количество прислуги тоже опознали тело. Это был не кто иной, как второй сын семьи Чен – Чен Ян.

Большое количество служанок опознали его, их было около шестидесяти девиц. Судя по всему, второй сын Чен Ян пользовался огромным успехом у противоположного пола…

Глава 867. Роковое недоразумение

Некоторые из служанок при опознании трупа проявили смутное удовлетворение, но не осмелились показать его полностью.

Где бы прошлой ночью Цзюнь Мосе удалось быстренько отыскать молодого парня, похожего на него? Среди амбалов-охранников? В тот момент он по счастливой случайности услышал слабый женский крик. Зайдя в комнату, Мосе увидел там голого мерзавца, который с похотливым взглядом нацелился на свою добычу. Так что, недолго думая, молодой мастер решил спасти девушку и оглушил насильника, забрав тело этого несчастного с собой…

Цзюнь Мосе и не думал, что второпях совершил хороший поступок, приговорив к смерти второго сына и по совместительству главного извращенца семьи Чен.

При таком раскладе всё вмиг переменилось и все, включая Цао Гофэна с Чжань Мубаем, оказались в дураках!

Но раз уж этот труп принадлежит второму сыну Чен, то куда же девался обладатель непревзойдённой сущности?

Воспользовавшись случаем, Чжань Мубай решил высказаться до конца:

– Если бы я действительно убил этого паренька, стал бы я оставлять у себя эту одежду? Зная, что вы идёте по моему следу, разве я не попытался бы скрыть все следы? Даже если бы этих тряпок было тысячи, я бы все равно уничтожил улики!

Кого из Шенхуанов или даже Достопочтенных мастеров кроме членов семьи Чен волновала смерть второго сына? Да никого. Все размышляли совершенно о другом: куда делся обладатель непревзойдённой сущности? Это действительно самый ключевой вопрос на сегодня!

Если этот инцидент является заговором, то значит ли это, что сражение между Цао Гофеном и Чжань Мубаем было напрасным?

Мастерство Цао Гофэна относительно высокое, на нём даже не было ни единой царапины. Но вот с Чжань Мубаем всё оказалось иначе: вся его одежда была разодрана, лицо и тело покалечены, особенно лицо – даже борода и та не уцелела, а под глазами красовались сине-сиреневые синяки. Губы распухли, как две сосиски, Бай Цифен даже зубы ему выбить успел. В общем, внешний вид был просто ужасным, не говоря о том, что и внутренние органы его пострадали.

Даже для обычного человека это было бы уже слишком, а тут ведь Шенхуан! Какой позор!

Цао Гофэн и Бай Цифэн переглянулись, они явно не знали, что им теперь делать!

Кто бы мог подумать, что восемь Шенхуанов будут так нагло кем-то одурачены?

Однако, слава богу, что дарование не было убито! Не важно, в каких руках сейчас находится мальчишка, он всё равно будет найден!

Тем временем Чжань Мубай, задыхаясь от злости, уставился на Цао Гофэна и что есть мочи завопил:

– Цао Гофэн! Ты, сукин сын... Я... Я ненавижу тебя всеми силами души!

Позор был смыт, и, Чжань Мубай, наконец, мог смело поднять шум! Только вот слова получались невнятными, так как большая часть зубов была выбита с концами. Он был крайне взбешен и готов был всех перерезать на месте. Ещё бы, ведь его избили, словно боксерскую грушу… Да ещё и перед всем светом!

И та брань в его сторону… Похоже, что каждый в городе Цзюйхуа слышал её!

- И как это называется? Меня просто так избивали до смерти? Скажите что-нибудь!

Чжань Мубай заплакал. Слёзы, словно дождь, безостановочно падали вниз. За всю свою жизнь, не беря во внимание своё детство, он плакал лишь при очень-очень сильной обиде, и вот теперь эта обида раскрылась…

Чжань Мубай стоял весь в слезах. Он был так ущемлён… Так обижен…

Ещё раз обо всём поразмыслив, Чжань Мубай вдруг вспомнил очень важную вещь: раз тело перед ним – фальшивка, тогда... Куда исчез настоящий мальчишка?

Чем больше он думал, тем сильнее сходились факты:

«Как только мне подбросили чёрную одежду, тут же появился Цао Гофэн со своими мастерами… Чёрт побери, было бы проще меня с любовницей застукать, чем с этой тряпкой… Кто бы мог меня так подставить, кроме Цао Гофэна?»

– Твою мать! – Чжань Мубай бешено закричал: – Цао Гофэн! У тебя ещё хватает совести называть меня подлым человеком? Это ты – самый настоящий мерзавец! Ради того, чтобы единолично обладать учеником с непревзойдённой сущностью, ты всё это сам и совершил!

С тех пор, как стало известно о недоразумении, Цао Гофэн пристыженно и смущённо стоял в стороне, от его гнева не осталось и следа. Особенно после того, как он увидел, в каком ужасном состоянии находился его старый друг. Цао Гофэну было так стыдно, он хотел было что-то сказать, но так и не смог подобрать слова.

Прикинув всё в уме, Цао Гофэн понял, что единственное, что он может сейчас сделать – это извиниться перед старым другом. Поэтому он должен взять себе в ученики его правнука. Даже если это и не тот идеал, о котором он так сильно мечтал!

Но в этот момент он услышал слова Чжань Мубай и обессиленно улыбнулся:

– Брат Чжань? Что ты говоришь? Я понимаю, что ты сейчас не в лучшем расположении духа, я от всей души приношу тебе свои извинения и готов принять к себе твоего правнука. Я хорошенько позабочусь о его совершенствовании…

Чжань Мубай подскочил и тут же подлетел к Цао Гофэну. Он схватил его за одежду, прищурился и закричал:

– Эй ты, сукин сын! Ты ещё смеешь отрицать, что это не ты сделал? Тьфу! Я был слепцом, считая тебя своим хорошим другом! Теперь заговор раскрыт, и ты думаешь, что, принеся свои извинения, сможешь всё замять? Хочешь принять моего правнука в качестве ученика? Думаешь, я осмелюсь передать его тебе, чтобы ты воспитал из него такого же подлеца?

Фонтан слюней залил всё лицо Цао Гофэна. Он осторожно вытер его и вполголоса сказал:

– Что за чушь ты тут несёшь? Прекрати, где твоё достоинство… Выдающийся Шенхуан должен дорожить честью и репутацией… Я действительно искренне прошу прощения, ты ведь говорил, что жизнь твоего правнука висит на волоске, а теперь…

– Достоинство? Честь? – Чжань Мубай был в бешенстве: – Да благодаря тебе моё достоинство уже давно было уничтожено в пух и прах! Ты просто вытер себе зад моей честью и репутацией! И сейчас, когда все козни были разоблачены, ты просто манипулируешь мной моим же правнуком?! Я скажу тебе прямо: уж лучше я останусь без единого потомка, чем обращусь к тебе за помощью! Цао Гофэн! Сейчас же передай мне моего ученика и на этом разойдёмся! В противном случае, не жить нам под одним небом!

Цао Гофэн был в замешательстве:

– Что... какой ученик? О чём ты говоришь?

Чжань Мубай яростно взревел:

– Тот самый ученик с непревзойдённой сущностью! Цао Гофэн, ты придумал весь этот план! Прекрасно зная, что я собираюсь с тобой сразиться, ты вдруг пришёл сюда и завладел приоритетом. Кроме того, ты не только убил второго сына семьи Чен, но жестоко изувечил его тело. А после этого все подозрения перевёл на меня для отвлечения всеобщего внимания! Цао Гофэн, ты ведь сам тайком спрятал это дарование, разве нет?

Цао Гофэн посмотрел на него ошеломлённым взглядом. Кто бы мог подумать, что Чжань Мубай окажется настолько смекалистым и сумеет на пустом месте построить против него такие убедительные обвинения!

– Придурок! Ты что несёшь? – возмутился Цао Гофэн. – Мы ведь с тобой столько лет дружим, скажи, разве я такой человек?

– Да иди ты нахер со своей дружбой! Разве десять минут назад ты считал меня своим братом или товарищем?! Ты не такой человек, говоришь? А разве это не ты всячески оскорбил и опозорил меня? – глаза Чжань Мубая покраснели: – Цао Гофэн… Цао Гофэн, если вникнуть во всю суть дела, то это довольно странно, что мальчишку с непревзойдённой сущностью, который находился под защитой семи величайших Шенхуанов, вдруг вот так жестоко обезглавили! Кто в наше время обладает такими сверхъестественными способностями? Ха-ха-ха… Вот я дурак…

Он угрюмо улыбнулся и посмотрел в небо:

– Кто способен так спокойно захватить человека, находящегося под тщательной охраной семи Шенхуанов?! Да я уверен, что даже сам Четырнадцатый Шао на такое не способен! Такой очевидный изъян, о котором я и не задумывался… Но теперь всё встало на свои места… Я и не думал, что весь этот цирк – твоих рук дело, Цао Гофэн! И всё ради того, чтобы забрать это дарование в свои руки! Однако актёрское мастерство Туманного Призрачного Дворца просто великолепно! Цао Гофэн, если я неправильно истолковал твою цель, будь добр, поведай обо всём сам!

Пока Чжань Мубай говорил, со всех сторон долетали удивлённые возгласы присутствующих мастеров:

– О-о-о, а это весьма походит на правду!

Как говорил Чжань Мубай, разве в мире найдётся кто-нибудь, способный расправиться с человеком, охраняемым семью Шенхуанами! Да это просто невозможно!

Это факт!

Пусть даже их было бы и не семь, а всего один Шенхуан – всё равно, он приложил бы все свои силы, лишь бы его подопечный остался цел и невредим! Защищал бы даже ценой собственной жизни!

Но в данном случае их было семеро! Даже сам Четырнадцатый Шао не смог бы справиться с таким делом, что говорить об остальных!

– Чушь собачья! Это всё – выдумки! Полнейший абсурд! – Цао Гофэна затрясло от злости. Теперь он на своей шкуре смог ощутить всю ту обиду, через которую пришлось пройти Чжань Мубаю.

Ученик бесследно пропал, он был опозорен, а теперь ещё и несправедливо опорочен…

Чжань Мубай, сознательно всё проанализировав, уверенным тоном продолжал кричать и убеждать окружающих в своей правоте, но были и те, кто не велись ни на какие слова. Хай Вуй сказал:

– Брат Чжань, не спеши с выводами! Ты и сам знаешь, что брат Цао всегда отличался честностью и справедливостью. Через несколько дней он всё хорошенько обдумает, и вы сможете нормально поговорить…

К этим словам присоединился и Хэ Чжицю:

– Брат Чжань, в таком деле нет нужды спешить, нужно потихоньку во всём разобраться…

Оба мастера были того же мнения, что и Чжань Мубай: проанализировав всю ситуацию, можно с точностью сказать, что тот мальчишка был тайно спрятан самим Цао Гофэном. Скорее всего, к этому причастны и остальные Шенхуаны Туманного Призрачного Дворца!

Глава 868. Псевдо-Четырнадцатый Шао из Подземного мира…

Цель Туманного Призрачного Дворца – это монополия! Этот Цао Гофэн на самом деле хочет превратить уже разоблачённого гения в невидимого человека, а затем тайно сделать из него секретное оружие Туманного Призрачного Дворца? Хочет завоевать славу лёгким трудом?

Как же дёшево и грязно вы играете!

Но как бы там ни было, как бы Цао Гофэн всё ни скрывал, в конце концов, он всё равно вернется во Дворец, а там уже вся правда и вылезет наружу…

Чжань Мубай сейчас серьёзно ранен и не сможет выступить против них как достойный соперник. Если он бросится атаковать, то только навлечёт ещё больший позор на свою голову.

Бай Цифэн встал и холодно сказал:

– Чжань Шенхуан, мы действительно ошиблись, но ни к чему снова разводить всю эту грызню. В ночь инцидента я, Цао Гофэн и остальные наши товарищи находились вместе и можем всё подтвердить! Туманный Призрачный Дворец никогда бы не пошёл на столь низкий и подлый поступок!

– Подтвердить? Да в жопу себе ваши показания засуньте! – Чжань Мубай был вне себя от злости: – Разве вы, мерзавцы, не спелись и не прикрываете друг друга? Вы семеро из одного места, вы ведь собирались поделить того мальчишку между собой! Ха-ха… Не забывай, когда вы вели свои бурные обсуждения по поводу общего ученика, я находился рядом и всё прекрасно слышал! Бай Цифэн, вы, б*ядь, думаете, что мы все – дураки конченые? Совсем недавно ты и сам не верил моим словам, но теперь строишь аналогичные доказательства. Ты сам себе веришь вообще? Это действительно бесстыдство!

Цао Гофэн и Бай Цифэн тут же пришли в полное бешенство. Чувство стыда и угрызения совести как рукой сняло. Единственное, что осталось в их сердцах – это бесконечный гнев! Цао Гофен серьёзно сказал:

– Веришь или нет, это твоё дело, во всяком случае, мы уже сказали, что не делали ничего подобного! Чжань Мубай, Чжань Шенхуан, мне действительно жаль, что всё сегодня так вышло. Правда не заставит себя долго ждать, а пока думай, как тебе нравится. А теперь, разрешите нам откланяться!

– Откланяться?! Цао Гофэн, ты такой простой! Сначала опозорил меня, а когда я вас разоблачил, решили забить на всё и уйти?! Как можно быть настолько мерзким! – Чжань Мубай заорал на всю округу: – Хочешь идти – иди, но перед уходом оставь мне либо свою голову, либо мальчишку! Выбор за тобой, Цао Гофэн!

– Я тебе оставлю! – Бай Цифэн презрительно харкнул и сказал: – Чжань Мубай, как известно, в мире есть непревзойдённые высоты и есть днища… И ты, ничтожество, хочешь, чтобы брат Цао оставил тебе свою голову? Мечтай поменьше! Тебе не хватило в прошлый раз, что ли, снова нарываешься на неприятности?!

В этот момент маски были сорваны окончательно, поэтому тон речи Чжань Мубая был очень уверенным и борзым, а слова Бай Цифэна так и пытались ранить оппонента в самые слабые места!

Цао Гофэн тяжело вздохнул, повернулся и сказал:

– Прекратите эту пустую болтовню и пошли уже!

Бай Цифэн ухмыльнулся, посмотрел в сторону мастеров из трёх Священных земель, а затем, отступив на несколько шагов, вдруг снова рассмеялся и ткнул в Чжань Мубая указательным пальцем:

– Чжань Мубай, всё измеряется по силе… Хочешь остановить нас? Давай, но тебе всё равно это не по зубам! – и, развернувшись, все остальные мастера спокойно последовали вперёд, временами надменно поглядывая на Чжань Мубая.

От слов Бай Цифэна у Чжань Мубая от злости аж потемнело в глазах и перебило дыхание. Он закашлялся и разразился яростной руганью. Кажется, что даже все последующие поколения этих семи Шенхуанов тотчас были прокляты во веки веков.

Столпившаяся куча людей просто обомлела и раскрыла рты!

Эту брань слышали во всех домах на ближайших улицах… Кто прежде слышал нечто подобное из уст Шенхуана? Да никто! Это действительно случилось впервые!

Чен Цинтянь всё это время с ненавистью наблюдал за Шенхуанами Туманного Призрачного Дворца, его глаза будто извергали пламя. В душе он, конечно же, поверил рассуждениям Чжань Мубая, и теперь сам был уверен в том, что его сына убили лишь для отвлечения внимания.

Но он не осмелился ничего сказать и лишь после ухода Шенхуанов Чен Цинтянь подошёл к Чжань Мубаю и, упав перед ним на колени, горестно завопил:

– Чжань Шенхуан, мой ни в чём неповинный сын был так жестоко убит людьми из Туманного Призрачного Дворца! Вы должны восстановить справедливость…

В этот момент Чжань Мубай кипел от ярости под тяжестью позора, гнев и безумие достигли своего предела, а рассудок был уже давно утерян. Услышав эти слова, он просто отшвырнул бедолагу своей ногой, да так сильно, что тот отлетел в сторону, а затем заорал:

– Катись нахер, ублюдок! Восстановить ради тебя справедливость?! А кто восстановит её ради меня?! Проваливай и даже не подходи! Ещё раз осмелишься поднять на меня голос, я тут же перережу всю твою семью!

Тело Чен Цинтяня подлетело, словно резиновый мяч, ему стало до смерти обидно и грустно:

«Вы пришли сюда, ешьте и живёте за мой счёт, всячески используете меня в своих целях, обращаетесь с моей семьёй как с рабами – если что не понравится, тут же начинаются оскорбления. Теперь же мой сын убит, и я лишь прошу о справедливости. А ты вот как со мной, значит…

Где ваши моральные принципы? Где справедливость?»

В глазах старика потемнело, грудь просто разрывало от боли: внутренние органы получили слишком серьёзные травмы… Кровь тут же хлынула из его рта. Упав на землю, он сделал ещё несколько кувырков, а затем потерял сознание…

Для обычного человека потеря сознания – дело совсем не пустяковое, если он умрёт, то, что тогда? После завершения сего «спектакля», все присутствующие с шумом разошлись, а Чжань Мубай в крайнем негодовании возвратился к себе в комнату. Он, было, начал исцелять свои ранения, но мысли в голове всё больше злили его, он не мог сосредоточиться. Вплоть до самого полудня Чжань Мубай так и не смог успокоиться.

В этот же день в первой половине дня мастера из Туманного Призрачного Дворца помогали семье Чень перебраться в местную городскую гостиницу. Естественно, Хай Вуй и Хэ Чжицю из трёх Священных земель тоже сопровождали их от начала до конца: раз уж эти две получили вознаграждение от Чжань Мубая, то должны его отработать.

Цао Гофэн и другие Шенхуаны были в полном отчаянии, что даже хотели покончить с собой. Сегодняшний инцидент случился по их ошибке, и они также виноваты перед этими двумя мастерами. Им только и оставалось, что закрыть глаза на происходящее, и сделать вид, что тех двух мастеров просто не существует…

Не обращая ни на что внимания, Хай Вуй и Хэ Чжицю тоже поселились в гостинице.

Хотя три Священные земли формально и вели между собой явную и скрытую борьбу, однако если смотреть на всё со стороны Шенхуанов – на самом деле они являются друг для друга огромной семьёй и тесно связаны между собой. Цао Гофэн и Бай Цифэн, оскорбив и унизив Чжань Мубая из Неуловимого Мира Бессмертных, тем самым косвенно задели мастеров Иллюзорного Океана Крови и Великого Золотого города!

Так как же эти двое могли не злиться? Они уже давно всё решили. Даже если не ради Чжань Мубая, необходимо отыскать этого мальчишку с непревзойдённой сущностью и вернуть назад!

Это уже не просто вопрос принадлежности гениального ученика, а вопрос репутации трёх Священных земель!

- Не слишком ли этот Туманный Призрачный Дворец прифигел, раз обращается с мастерами трёх Священных земель, словно с идиотами? Как низко!

Теперь все были убеждены в том, что Цао Гофэн лично устроил весь этот спектакль ради присвоения непревзойдённой сущности. Здесь явно что-то нечисто. Когда парнишка будет найден, что же тогда скажет Цао Гофэн?

Вы можете унизить три Священные земли, но будьте готовы поплатиться за это своими жизнями! Нужно лишь отыскать доказательства и предоставить их общественности, и тогда, несмотря на своё высокое положение и ранг Шенхуана, Цао Гофэну придётся поплатиться за содеянное!

А к тому времени достойной расплатой будет лишь его собственная жизнь!

К вечеру Чжань Мубай, наконец, смог овладеть собственными эмоциями и начал самоисцеление. Все его внешние раны, хоть и выглядели довольно плачевно, однако по факту в них не было ничего серьёзного. При правильной концентрации их можно было вылечить за пару часов. Но вот с первоначальной атакой ладонью Цао Гофэна дела обстояли иначе, ведь этот удар принёс довольно значительный урон внутренним органам, на восстановление которых может потребоваться аж несколько дней!

В этот день отношение и поведение семьи Чен стало заметно холоднее, но Чжань Мубай абсолютно не обращал на это никакого внимания. По его мнению, такую светскую маленькую семью действительно не стоит брать в расчёт: в тот день он был в бешенстве, так что такого жестокого удара в принципе и следовало ожидать. Ничего необычного.

Наступила глубокая ночь, Чжань Мубай завершил все свои процедуры, однако, снова почувствовав тяжесть внутренних повреждений, злобно вздохнул: насколько же свирепый этот Цао Гофэн…

В этот момент за окном внезапно послышался слабый звук ветра, принесший за собой странную мрачную атмосферу. Чжань Мубай нахмурился и холодно сказал:

– Кого это ещё там принесло? Прошу, входите!

Раздался слабый смех, чёрная фигура влетела в комнату, хотя двери и окна были плотно заперты. Гость неторопливо направился в сторону Чжань Мубая.

Этот человек был довольно высокий и одет во всё чёрное, от него разило невероятной тёмной силой, внушающий дикий ужас. Он казался Призрачной тенью. И хотя этот человек не был в маске, Чжань Мубаю не удалось разглядеть его лица – все было словно под пеленой тумана…

Весь облик этого гостя больше напоминал демона, внезапно пришедшего в этот мир.

– Четырнадцатый Шао? Это ты! Это ты! – Чжань Мубай пришёл в такой дикий ужас, что по его спине пробежал холодок.

– Так быстро сумел распознать личность своего гостя… А у тебя и правда отличная проницательность! – тон голоса этого человека был необычайно холодным и мрачным. Он посмотрел на Чжань Мубая, зрачки его глаз сначала стали ярко-белыми, затем резко чёрными, а уже после вернулись к своему обычному состоянию.

Этот Четырнадцатый Шао про себя надрывно посмеивался. Что еще за Четырнадцатый Шао вообще? Совершенно очевидно, что это был Цзюнь Мосе, который снова решил всех одурачить.

На этот раз это было начало самой большой битвы с тремя Священными землями. И ключевая фигура в этой битве не кто иной, как Четырнадцатый Шао, которым на данный момент и притворялся Мосе!

Чжань Мубай весь покрылся холодным потом.

«Этот безумец... Почему он пришел именно ко мне?»

Глава 869. Да почему так…

Чжань Мубай знал, что Четырнадцатый Шао серьёзно ранен, однако у него все же хватило бы сил прикончить его прямо на месте. Как же тут не испугаешься? Тем более, когда у самого есть внутренние травмы, заметно снижающие общую боевую мощь!

– Чжань Шенхуан, не так ли? – тон голоса Четырнадцатого Шао был весьма высокомерен. Складывалось такое чувство, будто он делал Чжань Мубаю огромное одолжение, просто разговаривая с ним.

Изначально Чжань Мубай был лишь на 80% уверен в том, что стоящий перед ним человек – не кто иной, как сам Четырнадцатый Шао, однако после того, как тот открыл рот, его уверенность тут же достигла всей сотни! Абсолютная уверенность!

За исключением этого безумца, в мире не найдется никого, кто посмеет заговорить с Шенхуаном таким тоном!

Состояние Чжань Мубая стабилизировалось. Когда он осознал, что ситуация настолько плоха, что хуже быть уже и не может, то сразу успокоился. Он медленно встал и улыбнулся:

– Ох, ну кто же знал, что прибудет такой гость старшего поколения. Мне нужно было хорошенько встретить вас… Виноват! Просто у меня сегодня был тяжёлый день, пришлось подраться кое с кем, ещё и знатно досталось… Вам, наверное, смешно от моего вида.

Слава Четырнадцатый Шао уже давно опередила Чжань Мубая, поэтому нет ничего необычного в том, что он называет его гостем старшего поколения.

Кроме того, в дополнение к необычайной силе, Четырнадцатый Шао славится своей хладнокровностью и решительностью действий. Так что если он захочет избавиться от Чжань Мубая, то сделает это в два счета.

Но раз уж он до сих пор ничего не предпринял, значит, у него имеются другие намерения. А Чжань Мубаю тем временем не стоит как-либо раздражать этого умалишённого и избегать открытого столкновения, дабы сохранить себя в целости и сохранности.

Но... Если подумать, прошёл всего лишь месяц с того момента, как Четырнадцатый Шао получил свои серьёзные травмы. Скорее всего, ему не удалось полностью восстановиться. Чжань Мубай, конечно, все равно и в подмётки не годится этому сумасшедшему, однако у него хватит сил продержаться до прибытия подкрепления.

Хорошенько всё взвесив, Чжань Мубай, наконец, успокоился: сейчас главное – обеспечить себе полную безопасность, и всё будет хорошо!

Облик и манеры Шенхуана постепенно вернулись к Чжань Мубаю. По крайней мере, теперь в его глазах было намного меньше трепета и страха. Однако знающий человек смог бы сразу разглядеть всю эту видимую показушную отвагу. Но здесь абсолютно нечего стыдиться: любого, кто хоть раз сталкивался с таким долбанутым психопатом, трясло от жуткого испуга! Даже у Цзюнь Мосе в тот день сердечко в пятки ушло при виде такого чудовища!

– Ага, малыш Чжань, если бы ты сегодня не пострадал в той стычке, я бы и не пришёл, – пренебрежительно сказал Четырнадцатый Шао.

– Эм? Как растолковать только что сказанные вами слова, мой дорогой предшественник? – Чжань Мубай был слегка удивлён, особенно его поразило то, как Четырнадцатый Шао к нему обратился: «Малыш Чжань? Да этому малышу уже скоро за семьсот лет перевалит… Однако, по слухам, в трёх Священных землях, этот психопат обожает величать себя «молодым господином», хотя самому уже аж 1800 лет! Так что его «малыш Чжань» для него вполне уместное обращение...»

– Так-так-так… Чжань Мубай… В прошлый раз в Тянь Фа, своей жестокой атакой ты пронзил мне мои лёгкие и сердце настолько сильно, что я уж было чуть кони не двинул. А сейчас ведёшь себя так величественно и импозантно, ха-ха, – рассмеялся Четырнадцатый Шао. В его голосе можно было проследить нотку коварного замысла…

Такие слова не скажешь, пока действительно не испытаешь всего на собственной шкуре!

Чжань Мубай слабо улыбнулся и сказал:

– Дорогой предшественник, ну что уж вы так! Тогда и даже сейчас мы находимся по враждующие стороны, так что и в бою, естественно, не побрезгуем никакими средствами ради победы! Моей Суань оказалось недостаточно, чтобы убить врага, я упустил такую хорошую возможность… Эх, теперь каждую ночь приходится просыпаться от чувства глубоко сожаления!

Четырнадцатый Шао ухмыльнулся:

– А ты весьма отважный малый. Осмеливаешься говорить такое перед лицом молодого господина? Вообще, что ли, смерти не боишься?

Чжань Мубай рассмеялся и сказал:

– Да любой бы тут испугался. Вот только если дорогой предшественник действительно собирается прикончить меня, то тут уже нет разницы, что я скажу и как… Разве мои слова смогут остановить смерть?

Четырнадцатый Шао сначала опешил, но вдруг так дико захохотал, что аж вокруг него поднялся густой чёрный туман. Затем он сказал:

– Отлично сказано! Ну что за Чжань Мубай! Действительно достоин уважения! – он сделал паузу и добавил: – Но откуда тебе знать, что я пришёл не убивать тебя? Или ты всё ещё думаешь, что я не смогу этого сделать?

Услышав это, Чжань Мубай замер на месте. Только что стоявший перед ним Четырнадцатый Шао вдруг внезапно исчез, позади него послышался резкий звук ветра, казалось, будто стремительно приближался острый нож, разрезая на своем пути воздух!

Чжань Мубай испугался и всем телом дёрнулся вперёд, да так сильно, что плюхнулся на землю. Он всё же почувствовал некое жжение в области спины. По-видимому, атака всё же зацепила его, пусть и не так сильно.

Отделавшись по счастливой случайности, Мубай ни на йоту не сбавил свою осмотрительность. За несколько секунд ради спасения жизни этот мастер поменял форму своего тела около десяти раз!

Но после внезапной атаки Четырнадцатый Шао больше не стал продолжать свои нападки. Чжань Мубай, наконец, упокоился, но был очень удивлён. Раз уж всё было начато, то почему этот грёбаный псих не собирается продолжать борьбу? Шенхуан поднялся и снова посмотрел на безумца перед собой. Он подавил в себе подготовленный крик о помощи. Лучше уж посмотреть, что на самом деле нужно этому ублюдку, а затем уже действовать по обстоятельствам.

Он увидел, что в руке Четырнадцатый Шао держал необыкновенные по форме клинки.

Ледяные клинки из Подземного Мира!

Раздался громкий смех, а Четырнадцатый Шао опустил голову. Он казался очень радостным:

– В тот день из-за тебя я получил серьёзные ранения, от которых до сих пор не восстановился. Мне было настолько от этого тяжело, что я решил прийти к тебе сегодня и завершить нашу вражду. Посмотрев на тебя, можно сказать, то ты очень благородный и честный человек, а вот я, в свою очередь, сегодня веду себя нечестно, пытаясь заполучить победу в неравных условиях. У меня и так всегда очень много врагов, и если я убью тебя, то ты и на том свете будешь проклинать меня. Поэтому я позволю тебе прожить ещё несколько дней. Просто предупреждаю, что время не резиновое, и я в любой момент могу вернуться за твоей жизнью!

Когда смех стих, туман вокруг Четырнадцатого Шао стал ещё гуще и плотнее, а затем вдруг исчез, бесследно унеся с собой и тело Подземного самодура.

Все двери и окна по-прежнему закрыты, и в комнате остался лишь один Чжань Мубай. Все вещи остались на своих местах, не было никаких признаков присутствия постороннего. Словно все произошедшее было лишь сном.

Да это самый страшный кошмар! Если бы Чжань Мубая прикончили, то это было бы «загадочное убийство в запертой комнате»!

Будучи всё ещё в ужасе, Чжань Мубай некоторое время неподвижно постоял, а затем медленно перетащил своё окаменевшее тело к стулу. И тут его внезапно пробило на пот!

Это была правда…

При неожиданном появлении Четырнадцатого Шао Чжань Мубай всё же старался сохранять полное спокойствие, хотя на самом деле на душе у него творился полнейший хаос и беспорядок. Ведь когда-то он и ещё двадцать Шенхуанов общими усилиями нанесли внезапный удар по только что прорвавшемуся через печать Четырнадцатому Шао, у которого на тот момент оставалось лишь две трети его первоначальной силы, и более того, они сумели нанести ему столь серьёзные ранения…

И теперь противник явился к нему один на один, как Чжань Мубай мог вообще уцелеть?!

Стоя перед таким обезумевшим убийцей, Мубай так и не осмелился позвать на помощь, дабы не разозлить своего противника. Он оставил позади все мысли о жизни и смерти, а последующая внезапная атака Четырнадцатого Шао заставила его до смерти перепугаться!

Такая реакция – это чисто инстинкт, инстинкт самозащиты!

Однако сейчас он остался в живых не из-за своих необычайных инстинктов, просто противник не захотел его убивать. Вот и всё… Это как раз таки и самое странное: такой псих, как Четырнадцатый Шао, сказал лишь несколько фразочек, слегка припугнул его своими интересными клинками, а потом вдруг ушёл.

- Почему? Почему он не убил меня? Раз он изначально не собирался меня убивать, то зачем пришёл? И все эти его слова – пустая болтовня получается? Что, чёрт возьми, происходит?

С ухода Подземного самодура прошло уже немало времени, однако чувство страха не покидало Чжань Мубая, а наоборот захлестывало его новыми и новыми волнами… Он сидел весь бледный и безостановочно дрожал, а голове мелькал лишь один вопрос:

«Почему?»

Спустя некоторое время фонтанирующие потоки пота наконец-то прекратились, и Чжань Мубай, набравшись духу, закричал:

– Эй! Кто-нибудь, сюда!!!

Однако он совершенно не почувствовал, что его голос полностью осип!

***

Псевдочетырнадцатый Шао, использовав технику Инь-Ян, незаметно пробрался в комнату Чжань Мубая, а затем так же бесследно растворился в воздухе, покинув усадьбу семьи Чен.

Цзюнь Мосе отыскал относительно тихий уголок, а затем вышел из пустоты. На его теле невольно выступил холодный пот, а в уме также был лишь один вопрос:

«Почему?»

Разве Мосе не хотел прикончить этого ублюдка? Ведь это его самый огромный враг, но он позволил ему прожить ещё немного дольше! Но вопрос сейчас в другом: в конце концов, он лишь только притворяется настоящим Четырнадцатым Шао!

Мосе не против убить этого ублюдка, но нет!

Нельзя!

С его нынешними силами Мосе не сможет убить Чжань Мубая, даже при том, что у второго есть внутренние травмы, заметно сокращающие его реальную мощь!

Может, Чжань Мубай и перепугался до смерти от внезапного появления Четырнадцатого Шао, однако он – всё ещё Шенхуан и обладает соответствующими для своего уровня навыками! Цзюнь Мосе никогда не сможет прорвать защиту Чжань Мубая, даже если он использует для своих атак 70% своей силы. Ледяные клинки из Подземного Мира всё равно не пробьют столь сильную защиту Суань!

Возможно, он лишь сумеет оставить на нем небольшую царапину!

А такая ранка, да хоть тысяча таких ранок, не окажут слишком большого воздействия на мастера уровня Шенхуана!

Поэтому Цзюнь Мосе, хорошенько всё взвесив, решил просто отступить!

Во всяком случае, его цель была достигнута, независимо от того, убил он Чжань Мубая или нет, главное, чтобы тот признал в нём Четырнадцатого Шао, и всё будет прекрасно.

Глава 870.1. Беспорядок продолжается…

Если взять и просто прикончить его, вероятнее всего, противники очень быстро смогут разоблачить его, а это действительно будет очень скверно, тогда всему задуманному настанет конец…

В этой поездке у Цзюнь Мосе есть только одна конкретная цель – это распространение слухов, что Четырнадцатый Шао сейчас находится в городе Цзюйхуа!

Если у него получится убить Чжань Мубая, это будет просто великолепно. На теле найдут специфические следы, которые может оставить только ледяной клинок из Подземного Мира, что как раз и подтвердит эти слухи. И, хотя намеченный им план действий пока не закончен, благодаря их встрече, Чжань Мубай фактически сам лично подтвердит общие подозрения, результат будет точно таким же или даже ещё лучше…

Однако защитные способности Шенхуанов неслабо поразили Цзюнь Мосе! Кажется, их действительно очень трудно укротить!

Он пустил в ход около 70 процентов всех своих сил, чтобы совершить неожиданное нападение. Уже не говоря о других, но можно с уверенностью утверждать, что даже бы Достопочтенный мастер не смог спастись бегством от его поразительной атаки! Однако в схватке с Шенхуаном, на удивление, такие удары совершенно безрезультатны, даже в той ситуации, когда у Шенхуана имеются внутренние ранения!

Разница между Шенхуаном и Достопочтенным мастером просто нереальная, в этом можно запросто убедиться, если хотя бы раз столкнуться с ним!

Вспоминая тот момент, когда Четырнадцатый Шао с поразительной легкостью справился с Шенхуанами, Цзюнь Мосе расстроенно вздохнул: все-таки его силы настолько малы…

В прошлый раз в Снежных горах ему удалось успешно прорваться до уровня Почтенного мастера второй ступени; за прошедшее время его силы не достигли большего прогресса, и оставались фактически на том же самом уровне, за исключением того, что он смог прорваться на пятый уровень Пагоды Хунцзюнь, и его силы несколько видоизменились, приняв новый облик.

Однако на данный момент он сумел скопить сил до уровня Почтенного третьей ступени и не более! А Чжань Мубай был Шенхуаном второй ступени, и разница между ними в силовом отношении достигала целых десяти раз… Разве он мог бы его одолеть, не слишком ли это самонадеянно звучит?

Цзюнь Мосе встал и сплюнул. Раз уж тут Чжань Мубай уже получил новости, на очереди Цао Гофэн и Хай Вуй.

Однако они уже покинули семью Чен и переехали в один и тот же постоялый Двор, тем самым значительно уменьшив ему пространство для движения…

В одно мгновение тело Цзюнь Мосе пропало в бескрайних потемках.

Вне зависимости от того, каким образом, но план действий официально начат, и его обязательно следует довести до конца. Воспользовавшись тем, что сегодня все и так достаточно возбуждены, наверняка же можно и ещё немного подлить масла в огонь?

Раз уж Четырнадцатый Шао обосновался в городе Цзюйхуа, не предоставить ему достаточно почвы для творчества, разве это не значит обидеть самого себя?

Паря в воздухе, Цзюнь Мосе внезапно вспомнил ещё об одном деле: семья Чен уже опознала тот труп. Не значит ли это то, что у него ещё вполне получится воспользоваться амплуа «носителя непревзойдённой сущности»?

«Ха-ха-ха, батенька как раз обдумывал, как восполнить этот пробел, и на тебе! Мечты в самом деле могут исполняться?..»

Обдумывая это, Цзюнь Мосе расплылся в радостной улыбке, ему уже чудилось, что дерево семи разноцветных плодов из Призрачного Дворца манит его своими ветками, а там и прекрасный лотос с девятью лепестками…

Цао Гофэн, Бай Цифэн и остальные Шенхуаны находились на постоялом Дворе, они собрались в одной комнате, на лицах у всех были нахмуренные брови и весьма озадаченное выражение.

– Кто это может быть, как не Чжань Мубай? Несмотря на то, что его отговорки возмутительны, нельзя утверждать, что они лишены любого смысла. Озираясь по сторонам, действительно трудно найти хотя бы нескольких человек, которые бы были способны обокрасть нас и после этого сбежать! – Цао Гофэн провел рукой по нахмуренным бровям, по его выражению было понятно, что в его голове это не укладывалось: – Хай Вуй не такой высокий, Хэ Чжицю несколько полноват, а остальные мастера уровня Шенхуан трёх Священных земель ещё совсем неопытны, они только прорвались до этого уровня, и вряд ли в состоянии перехитрить нас и незаметно проникнуть в наш Двор, не потревожив нас… Кто же это был, в конце концов?

– Старейшина Цао, не смотрите на то, что Чжань Мубай корчит из себя обиженку, просто примите решение. Я вот твёрдо уверен, что это событие просто не может не иметь отношения к Чжань Мубаю или трём Священным землям, – строго сказал Бай Цифэн. Этот человек, вне зависимости от того, где бы он ни находился, всегда стоял и никогда не садился. К тому же он отличался очень взрывным характером, мог завестись с полуслова. В тот раз в Тянь Фа, именно после его слов случилась настоящая потасовка.

Все люди, давно знакомые с ним, прекрасно знали об этой особенности его характера. Они так к этому привыкли, что если его слова или замечания никого не бесили, они очень сильно удивлялись, потому что это было дико странно…

– Как ты можешь это объяснить? – Цао Гофэн приподнял брови.

– Очень просто. Какой потенциал имеет этот носитель непревзойдённой сущности, ты и я хорошо знаем, и Чжань Мубай, разумеется, тоже. Как бы то ни было, но он бы ни за что не отказался от него, – Бай Цифэн холодно усмехнулся: – Лишь один этот парень имеет в основе непревзойдённую сущность, а это ведь в самом деле огромное богатство! Чжань Мубай – далеко не дурак, и остальные, думаю, тоже. Вне зависимости в руки какой из трёх земель бы попал этот ученик, с лёгкостью можно было бы предвидеть, через какие-то триста лет эта земля смогла бы значительно превзойти две остальные, и даже на этом основании занять главенствующее положение!

Договорив до этого момента, Бай Цифэн заметил, что остальные шестеро мастеров стали кивать головой, соглашаясь с его словами.

– Раз уж на то пошло, возможно ли такое, что после того, как Хай Вуй и Хэ Чжицю узнали об этом… они резко изменили свое мнение, и стали уже не так строго соблюдать обещание, данное Чжань Мубаю? Они бы похитили этого человека, чтобы передать его потом Чжань Мубаю? Чтобы потом вот так разобраться с ним? Если бы на их месте были вы, вы бы пошли на это? – Бай Цифэн холодно усмехнулся.

– Разумеется, нет! – кроме Цао Гофэна, который погрузился в глубокие размышления, остальные пятеро мастеров один за другим согласно кивнули.

Глава 870.2. Беспорядок продолжается…

– Если бы даже вы не согласились пойти на это, то с какой стати Хай Вуй и Хэ Чжицю должны были согласиться на это? Чжань Мубай им что, отец родной? Пусть есть расхождения в телосложении и фигуре, однако кто сказал, что для нас временно изменить свою фигуру является чем-то недоступным? Для нас это так же легко, как выпить воды или поесть! Всё просто, у нас есть самоуважение, и мы никогда не опустимся до такого, это ниже нашего достоинства! – Бай Цифэн расхохотался, и его голос стал слегка громче.

– Говори тише! – тотчас же прикрикнул на него Цао Гофэн.

Он давно понял, что его братья пребывают в настоящей ярости, им уже не терпится как можно быстрее задать хорошую трёпку этим двоим.

Цао Гофэн заранее позаботился об этом, и обставил всё так, чтобы их разговор был не в силах услышать кто-то посторонний, и Шенхуаны тоже не исключение. Однако Бай Цифэн специально увеличил громкость своего голоса, когда говорил последнюю фразу, к тому же вдобавок к этому он применил Суань.

Если эти двое человек обратили внимание на звуки, доносящиеся из этого места, эти слова они наверняка должны были отчётливо расслышать. Для двух Шенхуанов, считающих себя птицами высокого полёта, которые абсолютно нетерпимы к любым оскорблениям своего достоинства, такие слова сродни прямому объявлению войны не на жизнь, а на смерть!

В реальности всё действительно оказалось именно так. Сразу же после слов Бай Цифэна, Хэ Чжицю, находившийся в соседней комнате, возмущённо фыркнул, он, несомненно, уже был готов выйти из себя, однако Хай Вуй, тоже с негодующим видом на лице, вовремя смог остановить его:

– С какой такой стати они говорят такое? Люди из Туманного Призрачного Дворца в самом деле любят клеветать на других людей, им хорошо известно, что мы находимся здесь, и они тем не менее продолжают настолько нагло бесчестить нас. Очевидно, что эта фраза – это провокация чистой воды, и пусть ты против ответных действий, но это не значит, что я буду трусить вместе с тобой заодно! – злобно прошипел Хэ Чжицю.

– Старший Хэ! Главное – это общая картина! Призрачный Дворец, возможно, не принимает в расчёт общую картину, так как у них масса путей для отступления. Они могут когда захотят, укрыться в своём Призрачном Дворце, куда даже Четырнадцатый Шао не в состоянии проникнуть, а что можем мы? Обстоятельства сильнее человека, и мы должны понимать это. Нам просто нужно больше терпения, честному человеку не нужно оправдываться! – глаза Хай Вуя были словно две бездонные пропасти, а слова были наполнены высокой принципиальностью, сказанные с холодной усмешкой.

– Рано или поздно, но наступит тот день, когда я заставлю их сполна отплатить за сказанное! – Хэ Чжицю с ненавистью сплюнул, и снова сел на свое место.

– Брат Бай, поскольку нет сомнений, что они не согласятся оставить это, зачем же нам продолжать помогать им? – в недоумении задал вопрос Шенхуан низкого роста.

– По всей вероятности, несмотря на то, что они тоже преследуют свою выгоду, тем не менее они не могут в открытую отказаться от обещания, данного Чжань Мубаю, и уж тем более заявить о своих намерениях на мальчика. Разве их прежняя позиция в этот момент не превратится в прямо противоположную, им будет труднее противостоять нам, а неискреннее обещание, наоборот, может стабилизировать дела Чжань Мубая, – Бай Цифэн по-прежнему продолжал громко говорить: – Такой расклад им совсем не выгоден, кому ещё это непонятно? Даже пятилетнему малышу это ясно, однако Чжань Мубай настолько ослеплён жаждой наживы, что не видит себя со стороны, полагается на этих двух подонков, и верит в то, что его план безупречен, и он обязательно добьётся своего. Благодаря этим двум я теперь вживую увидел настоящих кретинов!

Дыхание двух человек, находящихся за стенкой, становилось всё более учащённым и тяжёлым, их начало трясти с головы до ног! Они оба скрипели зубами, и, кажется, вот-вот должны были потрескаться и раскрошиться в порошок…

– Продолжать гадать сейчас совершенно бессмысленно. То, что мы сейчас обсуждаем, главным образом касается того, кто в конце концов похитил мальчишку, а вовсе не того, какие позиции в этом вопросе у Хай Вуя и Хэ Чжицю! Бай Цифэн, ты совершенно неверно расставил приоритеты, пусть их позиции и находятся под сомнением, однако главным образом нужно уделить внимание тому, какую силу представляет каждый из них. Учитывая это, я уверен, что в тот вечер был другой человек, и точно не кто-то из них, – Цао Гофэн поспешил оборвать Бай Цифэна. Если позволить ему и дальше своевольничать, боюсь, весь город Цзюйхуа может взлететь в небо этим вечером…

– У этих двух в самом деле недостаточно для этого сил, и они не обладают такими приёмами, но нельзя их полностью исключать из подозреваемых. Пусть нас сюда прибыло столько человек, но мы вряд ли можем утверждать то же самое и о людях трёх Священных земель! – Бай Цифэн сказал: – До сегодняшнего момента, тогда в лесу Тянь Фа, каждая из земель выставила только по одному Шенхуану второй ступени. Однако пока ещё не было замечено Шенхуанов третьей и четвертой ступеней. Они, несомненно, скопили немало сил такого порядка, но вряд ли хотели бы поделиться ею с нами. Они в большей степени надеялись на то, что наши мастера погибнут вместе с Четырнадцатым Шао, а они бы довольствовались оставшейся выгодой. В этом мы должны благодарить старейшину Цао, благодаря его дальновидности нам как раз удалось избежать плачевного положения, в которое мы могли угодить. А иначе бы три Священные земли наверняка остались наблюдать за нашим крахом со стороны, а потом, воспользовавшись случаем, вдоволь поживились на нашей гибели.

Хай Вуй и Хэ Чжицю за стенкой обменялись растерянными взглядами:

- Что уж говорить, а мания величия у них, в самом деле, на высоте...

– Или, что касается того обещания, которое они решили дать Чжань Мубаю. Вряд ли их помыслы были такими простыми. Следует учитывать то, что все три Священные земли желают заполучить такой необыкновенный талант, но только лишь ради равновесия между ними, никому из них не нужен этот мальчишка. Такой человек, несомненно, может проникнуть в Священный Дворец, и стать главным общим богатством всех трёх земель, самым сильным охранником!

Глава 871.1. Я покажу тебе, что такое настоящая осенняя печаль, ублюдок!

Глаза Бай Цифэна сверкнули злобной насмешкой:

– И хотя появление этого юноши в Священном Дворце стало бы беспрецедентным случаем, однако не стоит забывать, что парнишка обладает непревзойдённой сущностью… Если Священному Дворцу удастся заполучить такое дарование, нет сомнений в том, что он откроет для него свои двери!

Хай Вуй и Хэ Чжицю пришли в ужас.

Может, этот Бай Цифэн и высокомерный психопат, однако его рассуждения абсолютно верны. Оба мастера призадумались.

Последующие слова расслышать не удалось. Очевидно, что провокациям Бай Цифэна не было конца, и он намеренно понизил свой голос. В конце концов, большое количество информации относится к секретному доступу Туманного Призрачного Дворца, и людям трёх Священных земель нельзя об этом узнать. Под защитой сильнейшей энергии Цао Гофэна – Шенхуана третьей ступени, Хай Вуй и Хэ Чжицю, с их уровнем совершенствования просто не смогли ничего услышать…

– Можно сделать вывод, что, хотя Хай Вуй и Хэ Чжицю согласились на просьбу Чжань Мубая, они всё равно немедленно доложили обо всём в Священный дворец! – Бай Цифэн улыбнулся:

– Брат Цао, если со стороны трёх Священных земель прибыли не только эти двое, или же сам Священный дворец направил сюда своих мастеров, тогда можно считать наши выводы оправданными: пусть и не на все 100, но процентов на 70-80 точно! В конце концов, это люди Священного дворца украли мальчишку. И, скорее всего, на это задание было выслано одновременно два мастера. Один отправился в сторону Чжань Мубая, а другой в это время схватил второго сына семьи Чен. А когда мы вышли, то он одним ударом расправился с пацаном, введя нас в заблуждение… Даже если мы появились после убийства, ничего бы не изменилось.

– Резонно! – сказал Цао Гофэн: – Он наверняка решил, что раз от головы парнишки уже ничего не осталось, то и тело никто не опознает. Ради своих целей они даже подставили Чжань Мубая, по сути, приговорив его к смертной казни. Всё было бы хорошо, если бы этот Чен Цинтянь случайно не узнал в трупе своего сына по одному родимому пятнышку! Должно быть, это нарушило все их планы. Такое упущение заставило нас хорошенько покопаться во всём!

И хотя все, что он говорил, являлось только догадками, однако морщины на его лбу становились всё глубже и глубже. Ведь если это действительно правда, то, скорее всего, он не сможет заполучить своего ученика.

– Да, есть ещё возможность вернуть этого паренька! – Бай Цифэн, увидев беспокойство Цао Гофэна, тут же улыбнулся и сказал: – Нашего ученика не так-то просто будет у нас отобрать! Выход есть всегда!

– И что же тогда делать? – одновременно послышались вопросы мастеров.

– Наш Туманный Призрачный Дворец работает в режиме единого органа, что сильно отличается от организации трёх Священных земель, в которых существуют потенциальные конфликты интересов друг с другом. Мы тоже можем обо всём доложить и попросить помощи у вышестоящего начальства, чтобы они посодействовали в возвращении мальчишки. Ну а затем уже будем умолять передать это дарование в наши руки… Руководству ведь пофиг, под чьим надзором будет находиться мальчик, главное, чтобы он находился внутри Туманного Призрачного Дворца. Даже если им вдруг самим приглянется это дитя, они не возьмут его, дабы не позволить этой жемчужине покрыться пылью. Уж пусть лучше он тогда вообще врагом станет…

– Хм, это тоже способ, – Цао Гофэн нахмурился, тщательно обдумывая возможность реализации такого плана.

– Однако из-за этого противоречия между Туманным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями только увеличатся. Хотя… Мы уже и так непримиримые противники. Ничего страшного, если мы вызовем их недовольство ещё раз, их предки, как-никак, очень сговорчивые ребята. Кроме того, брат Цао всё время брал на себя столько ответственности за все происходящие дела в Туманном Призрачном Дворце, у него огромнейшие трудовые и боевые заслуги! Руководство обязано его как-то поощрить! Если ребёнок действительно попадёт в три Священные земли, то в будущем, вполне вероятно, что он станет нашим опаснейшим врагом!

Чем больше Цао Гофэн слушал, тем ярче светились его глаза, затем он, наконец, хлопнул в ладоши и сказал:

– Верно! Ай да Цифэн, какая смекалистость! У меня было такое подавленное состояние всё это время, что и кусок в горло не лез…

Бай Цифэн рассмеялся и сказал:

– Брат Цао, ты, как и брат Чжань, изнутри просто ничего не видишь. Принимая всё близко к сердцу, ты не в состоянии взглянуть на всё с чистым разумом. А я вот, как известно, личность довольно несерьёзная и легкомысленная…

Раздался шумный смех. Все вдруг почувствовали, что им стало гораздо легче. Надежда на возвращение непревзойдённой сущности снова вспыхнула ярким пламенем.

И теперь мастера начали свои обсуждения по различным вопросам: как избежать излишнего внимания трёх Священных земель, как быстро передать всю информацию своему руководству и прочее, и прочее. Звук их голосов становился всё тише и тише.

Всё это было действительно большой тайной, и, если обо всём услышат посторонние, тогда всем планам придёт конец. Два Шенхуана по соседству использовали все имеющиеся у них органы чувств по максимуму. Казалось, что их уши оттопырились до невозвратимого состояния, но им так и не удалось ничегошеньки услышать.

И, хотя все семеро Шенхуанов вели общее обсуждение, в голове Бай Цифэна имелись другие мысли: он ничего не говорил, однако на душе у него кипело огромное чувство обиды. После пропажи такого редкостного ученика, он выпустил весь накопившийся гнев на Чжань Мубае, а теперь, как оказалось, он был самой настоящей жертвой. А подлинные инициаторы, Хай Вуй и Хэ Чжицю, всё ещё преследуют Шенхуанов, и они не могут ничего с этим поделать…

«Да что за нафиг?! Как же бесит! Если ничего не предпринять и проглотить эту обиду, то это даст им повод подумать, что мастера Туманного Призрачного Дворца просто испугались!»

Хотя пламя гнева наполнило сердце брата Цао, однако он слишком серьёзен и не стал бы сгоряча разрывать все отношения и ссориться с оппонентом… Если это продолжится, то как же злость вырвется наружу? Бай Цифэн моргнул, и ему в голову пришла интересная мысль:

«Ведь те двое получили некие дары от Чжань Мубая, верно? Тогда я оставлю их ни с чем!»

Как раз в это время в невидимой пустоте появился молодой мастер Цзюнь. Он не приземлился прямо на крыше, а остановился в воздухе, на некотором расстоянии от неё.

Все присутствующие – сильнейшие Шенхуаны, может, Мосе и использует технику Инь-Ян, однако если он приземлится прямо на крышу, то этим спровоцирует колебания воздуха, и тут же будет разоблачен! На данный момент эти мастера слишком осмотрительны к любому шороху: а если Мосе обнаружат, то всё, это конец!

Глава 871.2. Я покажу тебе, что такое настоящая осенняя печаль, ублюдок!

Нужно избегать всяких непредвиденных ситуаций, как говорится, бережёного бог бережёт!

Приняв все необходимые меры предосторожности, Цзюнь Мосе без замедления бросил свою паучью сеть мысленного обнаружения! Да, именно бросил!

Молодой мастер Цзюнь сначала бросил её в воздух, а затем рассеял по всему постоялому двору, постепенно заполоняя ею каждый уголок. Вся гостиница без упущений теперь была под наблюдением.

Это уникальная техника Цзюнь Мосе. Кажется, на подобное способна лишь культивация Пагоды Хунцзюнь! Никто не в силах обнаружить это, даже Шенхуаны!

Цзюнь Мосе мгновенно просканировал все комнаты постоялого двора. Он был крайне удивлён: неужели такое количество Шенхуанов спят на одной кровати?

Тихонько всё осмотрев, он узнал, что мастера Туманного Призрачного Дворца на данный момент о чём-то совещаются, а два мастера трёх Священных земель изо всех сил подслушивают их по соседству. От такой картины у Мосе чуть ли не закружилась голова.

Эти люди в течение нескольких сотен лет сотрудничали друг с другом, и теперь лишь из-за одной маленькой уловки, их отношения приняли такую точку взаимного недоверия.

Мосе вдруг вспомнилась одна поговорка: «Доверие ничего не значит, ведь именно из-за него возникает самое большое предательство!» Перед лицом разницы в интересах, даже самую глубокую дружбу неизбежно ждёт полный крах!

Конечно, ведь наружность всегда отличалась от человеческой души. Хотя сегодняшние события также имеют небольшую взаимосвязь с вышесказанным, но в конечном счёте взаимный страх трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца является основным фактором разрыва их отношений.

Цзюнь Мосе осмотрелся, а затем тихо пробрался в одну из пустых комнат: пока он использовал технику Инь-Ян, никто не мог его обнаружить, даже Шенхуаны, главное – не делать слишком бурных и резких движений!

Семеро Шенхуанов собрались вместе в одной из комнат, а Хай Вуй вместе с Хэ Чжицю подслушивали в соседнем номере справа. Слева находились комнаты мастеров Туманного Призрачного Дворца. Мосе насчитал всего шесть пустых комнат, а вот справа был только один пустующий номер.

Что касается остальных девяти комнат, то в них проживали посторонние люди. Мосе понял это, лишь слегка осмотрев всё своим мысленным обнаружением.

Комната, куда вошёл молодой мастер, оказалась комнатой Хэ Чжицю из Великого Золотого города.

Хэ Чжицю – личность до некоторой степени отдалённая от мира, он частенько вздыхает и говорит: «Жизнь – это большая мечта, и мирская суета наполнена прохладой осени. В ней есть какая-то осенняя тоска поэта». Прежде чем он стал Шенхуаном, его называли «Великий мастер вечной осени», затем он получил звание «Почтенный мастер вечной осени», а уже теперь его величают «Шенхуаном Чжицю». (1)

Когда золотой ветер собьёт с деревьев осеннюю листву – наступит осень!

Клинок осеннего ветра, ладонь осеннего ветра, чудесные подвиги вечной осени!

Под ладонью осеннего ветра проснутся все демоны и боги, и чудесные подвиги вечной осени вознесутся над всем миром!

Осенняя тоска является жизненным лозунгом для Хэ Чжицю! Он освоил забытую науку неба и земли под названием «Нескончаемая печальная осень»!

Как только Мосе вошёл в комнату, он тут же понял, кому она принадлежит. Потому что, где бы ни находился Хэ Чжицю, он всегда оставлял после себя атмосферу полнейшей тоски и печали! Как только кто-нибудь войдёт в эту комнату, он сразу же почувствует, что мир – полнейшее говно, а жизнь на самом деле скучная, и ничего уже не будет как прежде.

Цзюнь Мосе проворчал:

– Если этот хрен будет каждый день менять комнаты, то все отели этого мира обанкротятся. Кто захочет жить в номере, полностью пропитанном грустью и трауром? Мда уж, ну и долбяк же он!

Цзюнь Мосе схватил с кровати длинный дорожный мешок Хэ Чжицю и мимоходом закинул его в Пагоду Хунцзюнь.

Пофиг вообще, это ведь вещи Шенхуана, в них наверняка найдётся что-нибудь интересное. Молодой мастер чувствовал, что берёт чужое, но ему было на это абсолютно плевать…

Какой дурак не воспользуется такой халявой?!

Совпадение или нет, но в тот момент, когда молодой мастер Цзюнь закинул тот мешок себе в Пагоду, недалеко от него внезапно прозвучал странный звон. Цзюнь Мосе аж удивился:

«Разве эти двое не ведут обсуждения в соседней комнате?!»

И, полностью скрыв своё присутствие, Мосе неподвижно забился в угол комнаты.

Окно тихонько распахнулось. Цзюнь Мосе это показалось слишком странным:

«Шенхуан Чжицю, что, не умеет пользоваться дверьми или ему так нравится – входить к себе через окно? Ну и чудила…»

Подумав об этом, Мосе увидел чей-то силуэт, в комнате стало на одного человека больше.

Молодой мастер чуть не закричал в голос от увиденного: перед ним была высокая худощавая фигура, которая без угрызений совести ворвалась внутрь комнаты. Да это же Шенхуан Туманного Призрачного Дворца – Бай Цифэн!

Бай Цифэн сам по себе человек ну уж слишком злопамятный! Может он сегодня и набил морду Чжань Мубаю, но весь гнев из него так и не вышел, а потом ещё эти два Шенхуана со своим тайным контролем… И хотя эти двое не следят за ними нарочно, но ничего конкретного тоже не говорят. Однако Бай Цифэн понял, точнее даже был уверен в том, что сегодняшний спектакль – это дело рук этих двух парней!

Поэтому Бай Шенхуан решил им немного подгадить.

Собрание Шенхуанов ещё не было окончено, но Бай Цифэн отыскал некий предлог, чтобы ненадолго выскользнуть наружу. Сначала он убедился, что Хай Вуй и Хэ Чжицю всё ещё подслушивают их в соседней комнате, а затем пробрался в номер Чжицю. Его целью было как раз то, что молодой мастер Цзюнь зашвырнул себе в Пагоду: дорожный мешок Хэ Чжицю!

Комната была небольшая, Бай Цифэн осмотрел всё вокруг, но так и не нашёл того, что искал. Бай Шенхуан взбесился и проворчал:

– Чёрт возьми! Неужели он забрал его в соседнюю комнату? Этот Хэ Чжицю уж слишком осмотрительный! Или же он не брал с собой багаж и оставил его в семье Чен?

Пробормотав несколько слов, Бай Шенхуан фыркнул и беззвучно покинул комнату.

Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением и только собирался снова активизироваться, как чья-то фигура снова промелькнула перед ним. Это был Бай Цифэн. На этот раз вид у него был самодовольный, а в руках он притащил большой горшок со всякими отходами. Там были куриные головы, рыбные кости и всякая прочая ерунда. Развернув одеяло, Бай Цифэн одним махом вывалил всё прямо туда, со словами:

– Я покажу тебе, что такое настоящая осенняя печаль, ублюдок!

(1) Цю – это осень по-китайски.

Глава 872.1. Фантастика! Ребята, вы просто сказочные долбо*бы!

Цзюнь Мосе просто обалдел: мать твою, это… это называется вести себя, как настоящий Шенхуан? Он попросту что-то замышляет?

Бай Цифэн всё ещё не сдавался и продолжал вести поиски; Цзюнь Мосе вздрогнул, на его лице образовалась недобрая улыбка: я тут места себе не нахожу, и думаю, что бы такого придумать, чтобы вас поссорить… Нечего сказать, ты появился здесь как раз вовремя!

Думая об этом, его правая рука беззвучно рванула вперёд, нагнав небольшой ветер. Отзвук был слишком звонким, и как раз пришёлся на бронзовое зеркало, висящее на стене. Если приглядеться, вряд ли бы удалось что-то заметить, тем не менее звук был довольно громким и резким.

В это время Бай Цифэн как раз нагнулся, чтобы проверить под кроватью, и, услышав этот звук, тоже неслабо испугался. Он резко отступил назад, и, не глядя по сторонам, сразу же бросился бежать.

В эту минуту где-то очень близко, за его спиной внезапно раздался чей-то печальный голос:

– Подкинул мусорные объедки, и тут же решил броситься бежать? Бай Цифэн, что это ты такое там делаешь? Неужто все люди из Призрачного Дворца орудуют такими приёмами?

Бай Цифэн моментально пришёл в ярость, и резко развернулся, прокричав:

– Подкинул и подкинул, что с того… Эй? – развернувшись, он обнаружил, что в комнате никого нет. По его спине прокатился холодный пот, он снова быстро развернулся, и уже был готов сбежать, однако было уже совсем поздно.

Раздался грохот, Хай Вуй и Хэ Чжицю, один с дверей, другой с окна, ворвались в комнату. Они находились через стенку, и изо всех сил старались распознать шорохи и звуки, которые доносились до них из другой комнаты. Вдруг они услышали какой-то странный шум совершенно с другой стороны, и поспешили проверить в чем дело, где и встретились с Бай Цифэном, который пытался сбежать через окно!

В это мгновение все трое обменялись растерянными взглядами. Сначала они пребывали в лёгком шоке, и не знали, как поступить дальше! В итоге все трое просто застыли на месте. Бай Цифэн дрожал от страха, и вдобавок к этому испытывал стыд; Хай Вуй и Хэ Чжицю просто не могли поверить своим глазам!

Шенхуан… и творит такую дичь?

Какой-то странный запах в мгновение заполнил собой всю комнату. Казалось, зловонные помои пахли и то приятнее, чем это. Лицо Хэ Чжицю вмиг помрачнело, на нем не было никаких эмоций, однако он все же первым решился проверить, в чём дело. Он сделал несколько шагов, прошёл к кровати и поднял одеяло. Оттуда тотчас же вывалились жидкие остатки старой еды, куриная голова с открытыми глазами. Вращаясь и переворачиваясь, она докатилась прямо до ног Бай Цифэна, а потом застыла глазами к небу.

Взгляд Хэ Чжицю проследовал дальше, и выражение его лица снова изменилось; его дорожный мешок, который находился на кровати, теперь исчез!

Он внезапно повернулся кругом, посмотрел на Бай Цифэна и холодно расхохотался в голос:

– Отлично, отлично! Нечего сказать, просто замечательно! Бай Цифэн, ты, конечно, хорош! Твоей честности позавидовать можно! Люди из Туманного Призрачного Дворца в самом деле удивительные создания! Они не только глубокой ночью радушно будут встречать дорогого гостя объедками со вчерашнего ужина, но и даже с особой заботой будут относиться к дорожным принадлежностям своего гостя. Возьмут на сохранение его багаж… Ха-ха, Бай Цифэн, ну и хорош же ты. Я, наверное, должен поблагодарить тебя за твою заботу?

Бай Цифэн тут же покраснел. Кажется, он оцепенел от испуга, в его правой руке по-прежнему красовалась тарелка, в которой он принёс объедки, от страха он даже позабыл её опустить. До настоящего момента он был уверен, что в комнате никого не было, однако почему же зеркало, висящее на стене, вдруг внезапно звонко дёрнулось? И ещё, кто тот человек, который разговаривал с ним?

В его сердце появилась тревога. Он просто задумал обыкновенный розыгрыш, даже злых намерений у него и вовсе не было, но всё в мгновение резко изменилось, и ситуация стала до крайности скверной…

Это происшествие наделало немало шума, а потому Цао Гофэн и остальные Шенхуаны, резко свернув свои обсуждения, поспешили к источнику шума. Увидев же, что здесь происходит, все шестеро мастеров застыли на месте!

Бай Цифэн задумал ничтожную проделку, и был пойман на месте преступления с поличным, это ещё при учёте его непревзойдённых боевых способностей? Да в чём здесь дело, в конце концов?

В эту минуту Цзюнь Мосе, незаметно скрывающийся поблизости, прошмыгнул из комнаты. У него не было мыслей сразу же покинуть постоялый двор. Теперь он направлялся в комнату Хай Вуя, где закинул и его дорожный мешок к себе в Пагоду. Потом он также бесшумно вернулся обратно, ему не терпелось поглазеть на шумиху.

Конечно, в его жизни хватало веселья, на дню ему удавалось как минимум несколько раз устроить кому-то какую-нибудь пакость, и чем больше их было, тем лучше только становилось, а тут ещё в главной роли были не кто иные, как самые настоящие Шенхуаны, ну как можно было такое пропустить…

Главный действующий герой данного представления слыл самым настоящим грабителем и бандитом. Бай Цифэн стал очередной жертвой очередной проделки Цзюнь Мосе, и избавиться от этих ложных обвинений было очень и очень непросто. Было заметно, что мастерство Цзюнь Мосе становится только выше и искуснее!

Бай Цифэн действительно попал по-крупному…

– Шенуан Цао, Призрачный Дворец наверняка должен дать объяснение относительно этого происшествия, не так ли? – с помрачневшим лицом медленно произнес Хэ Чжицю.

– Эм… хэ-хэ-хэ… Цифэн, расскажи, что тут в конце концов произошло? Чем ты занимался здесь? – Цао Гофэн очень по-доброму поинтересовался.

– Что за вопросы ещё такие, сами всё своими глазами видите! Что произошло, то и произошло, чего здесь долго разглагольствовать? Было сразу видно, что мы не пришлись по вкусу этим двум мастерам, прибывшим из трёх Священных земель, как я мог стерпеть их такое отношение к нам? – когда дело дошло до разбирательства, Бай Цифэн, наоборот, стал вести себя ещё грубее и жёстче, чем обычно. Он расправил плечи и сказал:

– Так или иначе, все уже поняли, что здесь произошло. Это сделал я, и что с того?

Выражения лиц Хай Вуя и Хэ Чжицю одновременно помрачнели.

– Бай Цифэн, мы все уже давно немолоды, чай не мальчишки уж, нужно уметь отвечать за свои поступки! Ты уже давно достиг уровня Шенхуана, разве тебе не стыдно заниматься подобными проделками? И при этом вести себя так нагло и самодовольно? – строго спросил Хэ Чжицю.

– Мне должно быть стыдно? Я веду себя нагло и самодовольно? Ха-ха-ха, Хэ Чжицю, тогда я тоже спрошу тебя. Когда вы вдвоём вступили в сговор, прибыли сюда, чтобы следить за нами, тайком пытались подслушать наши разговоры, тогда вам не было стыдно? – Бай Цифэн фыркнул: – Когда имеешь дело с благородным человек, ты сам ведёшь себя честно и открыто, руководствуешься своими принципами, а когда имеешь дело с такими экспонатами, как вы двое… надо ли мне ещё что-нибудь объяснять?

Хай Вуй холодно буркнул, и сказал:

– Бай Цифэн, я бы посоветовал тебе быть осторожнее в выражениях и всё как следует нам объяснить!

Бай Цифэн пожал плечами, и ответил:

– Что тут объяснять? А если я не хочу ничего объяснять, что с того? Может, тогда заставишь меня? Кто ты вообще такой, чтобы вести себя так со мной?

Хэ Чжицю заложил руки за спину и строго произнёс:

– Мы отнюдь не считаем себя какими-то выдающимися большими шишками. Однако и без этого в состоянии прийти к выводу, что подлым образом подкидывать объедки испорченной еды другим людям в кровать – трудно назвать благородным поступком. Бай Цифэн, Шенхуан Бай, как ты считаешь?

Лицо Бай Цифэна в мгновение окрасилось в сиреневый цвет, он в ярости закричал:

– Хэ Чжицю, давай без лишних разговоров перейдём уже к делу, я давно понял, что я тебе неприятен, так что давай, налетай, не стесняйся!

Хэ Чжицю пренебрежительно расхохотался и равнодушно произнёс:

– Шенхуан Бай, ты хочешь драки? Давай, это можно устроить без проблем. Однако для начала ты не хочешь вернуть мне моё оружие? Неужто у вас в Призрачном Туманном Дворце все драки вот так проходят? Сначала вы прячете оружие своего противника?

Глава 872.2. Фантастика! Ребята, вы просто сказочные долбо*бы!

– Оружие? Какое ещё оружие? Когда это я успел забрать у тебя твоё оружие? – Бай Цифэн замер, он смутно ощущал, что дела плохи.

– Ты, в самом деле… такой бесстыжий… – Хэ Чжицю рассмеялся с презрением: – Стало быть, Туманный Призрачный Дворец всегда таким образом ведёт дела? Что ж, ладно, Бай Цифэн, тогда я отделаю тебя и с пустыми руками! – договорив это, он вытянул руку и поднял нижнюю часть своего платья, чтобы подвернуть её до пояса.

– Подождите! – резко закричал Бай Цифэн: – Я готов ответить за свои поступки! Признаю, это я подкинул тебе мусорные объедки в кровать, но я не брал твоего оружия, это полный бред! Эту деталь обязательно следует учесть!

Хэ Чжицю сначала был зол, а потом вдруг рассмеялся, его глаза сверкнули:

– Отлично, ты не брал, значит, кто, по-твоему? В комнате не было никого, кроме тебя, мой дорожный мешок лежал у изголовья кровати, здесь был только ты, а потом у моего мешка и лежавшего в нем оружия выросли ноги, и они весело исчезли в неизвестном направлении, так получается? Хорошо, если ты так хочешь, я поверю в эту версию событий, тогда ты будешь доволен?

– Я, по-твоему, настолько подлый и малодушный человек?! Хэ Чжицю, вот не надо здесь только людей грязью поливать! Наверняка ты свои вещи оставил в комнате у Хай Вуя, а потом пришёл сюда, чтобы специально меня оболгать! Какой же ты бессовестный! – борода и усы на лице Бай Цифэна неистово тряслись. Он был настолько разгневан, что его даже подташнивало.

– Ах так! Если уж на то пошло, давай, пошли со мной! – Хэ Чжицю резко обернулся, и все они перенеслись в комнату Хай Вуя.

Хэ Чжицю по-прежнему держал свои руки за спиной, он спросил спокойным голосом:

– Убедился? В этой комнате находится только дорожный мешок Хай Вуя, моих вещей здесь нет. Тебе есть, что сказать?

Когда он договорил до этого момента, Хай Вуй вдруг внезапно испуганно вскрикнул:

– Мои вещи! Моего дорожного мешка… тоже нет! – Хай Вуй резко обернулся и посмотрел на Цао Гофэна и остальных мастеров, а потом язвительно сказал: – Шенхуан Цао, очень удобно, когда имеешь при себе много людей, не правда ли? Послать парочку мастеров сюда, чтобы они быстро всё здесь уладили, действительно очень хитро. Шенхуан Цао, неужели вам не кажется, что таким поведением вы переходите всякие границы? Туманный Призрачный Дворец в самом деле вполне заслуженно удостоился такого названия!

Хай Вуй и Хэ Чжицю сделались бледными, как смерть! В их дорожных мешках находилось не только их оружие, но и подарки, который дал им Чжань Мубай… Они ещё не довели дело до конца, а подарков уже след простыл…

Разве теперь это не просто тупая трата времени?

Оба Шенхуана были вне себя от возмущения…

Цао Гофэн со злобой произнес:

– Хай Вуй, вы закончили, нет? Только что Бай Цифэн хотел вас просто разыграть и всего-то, мы состоим в близких дружеских отношениях уже более нескольких столетий, какой ущерб могут нанести нашим отношениям ваши беспочвенные подозрения? Однако вам всё мало, вы никак не можете отступить и хотите смешать с грязью весь Туманный Призрачный Дворец! – они с ненавистью уставились друг на друга: – Сначала мы подверглись клевете Чжань Мубая из Неуловимого Мира Бессмертных, следом подоспели Иллюзорный Океан Крови и Великий Золотой город… Вы действительно считаете, что нас так весело обижать? У всего на свете есть свой предел! Случилось столько всего, и вы уже достаточно успели утомить себя и других, однако поздно сожалеть о содеянном!

Хай Вуй холодно расхохотался:

– Я ничего не знаю, кроме того, что после того, как Бай Цифэн вошёл сюда, наши вещи по какому-то волшебному совпадению пропали! А ваши вещи остались в целости и сохранности, разве этого недостаточно?!

Когда он произнёс это, Цао Гофэн вдруг вздрогнул, резко обернулся, и крикнул:

– Проверьте наши вещи немедленно!

Хай Вуй поднял глаза к потолку и громко рассмеялся:

– Цао Гофэн, а ты в самом деле отличный актёр! Уже столько времени прошло, а ты до сих пор ещё не вышел из своей роли, похвально! Неужто ваши вещи тоже пропали? Девять Шенхуанов собрались в одно время и в одном месте, вдруг проник маленький воришка и успешно обворовал их. Кому расскажи, засмеют.

Цао Гофэн стиснул губы, но не сказал ни слова. Спустя несколько минут, один Шенхуан вернулся и, глядя на Цао Гофэна, слегка кивнул головой. Смысл этого движения всем был вполне понятен: вещи людей из Туманного Призрачного Дворца были на месте!

В мгновение лицо Цао Гофэна помрачнело. Про себя он думал, что оба эти багажа украл Бай Цифэн. Однако Бай Цифэн был ему братом, а отношение с тремя Священными землями были накалены до предела. Как можно наказывать собственного брата на глазах у своего врага?

И это понимал не только Цао Гофен, но и даже Хай Вуй и Хэ Чжицю.

Оба Шенхуана были настолько рассержены, что, казалось, волосы на их голове вот-вот станут дыбом:

- Всем давно ясно, что это вы забрали наши вещи! У вас хватило наглости проверять свои, а потом в открытую признаться, что все на месте… Вы что издеваетесь над нами?

– Брат Хай, брат Хэ; по-моему, здесь какое-то недопонимание. Цифэн, конечно, может немного поскандалить, но он бы ни за что не стал присваивать себе ваше оружие… Может быть… Ну… Вам двоим стоит ещё немного подумать? Возможно ли такое, что в целях безопасности, вы оставили свои вещи в доме семьи Чен? – чем больше размышлял Цао Гофэн, тем ненормальнее ему казалась эта ситуация.

С того момента, как они прибыли сюда, случилось столько странных, уму непостижимых событий, в которые так трудно поверить... Короче говоря, появлялось ощущение, что все они становились марионетками в руках какого-то злодея, и сами не ведали, что они творят.

Хай Вуй и Хэ Чжицю одновременно переглянулись, а потом так же одновременно рассмеялись. Они никак не приняли всерьёз слова Цао Гофэна, в их глазах только были гнев и негодование.

– В целях безопасности? Да где в мире есть место ещё безопаснее, чем рядом с двумя Шенхуанами? Как наше собственное оружие может находиться вдали от нас? Как вы сейчас ещё можете говорить о каком-то недоразумении? Раньше я всегда думал, что ты, Цао Гофэн, очень опытный и честный человек, но сейчас твои слова – одно сплошное враньё! Брехня, да и только! – Хай Вуй покачал головой.

– Говорить здесь бесполезно, у нас только один выход, и это битва! Давайте отправимся подальше отсюда, чтобы избежать лишних жертв. Шенхуан Цао, прошу! – на лице Хэ Чжицю показалась тоска, потом сожаление; он вышел первым.

– Раз битва, значит, битва! Думаете, я вас боюсь? – громко крикнул Бай Цифэн, а потом с бешеной скоростью покинул комнату. За этот вечер Бай Цифэн был несправедливо обвинён, потом пристыжен… Он был так зол, что, если он не выпустит свой пар, его может погубить своя же злоба.

Такой позор!

Мастер уровня Шенхуан был пойман с поличным, когда промышлял мелким пакостничеством! Только подумав об этом, Бай Цифэн пришёл в дикую ярость! Это точно была ловушка, к тому же нацеленная на его взрывной характер! И ему уже не избавиться от подозрений! За что ему все это?

Увидев, что двое Шенхуанов в ярости выскочили из комнаты, Хай Вуй, холодно фыркнув и взмахнув рукавом своего платья, последовал за ними. Цао Гофэн тяжело вздохнул, махнул рукой, и все шестеро Шенхуанов, словно шесть метеоров, покинули комнату!

В воздухе остался лишь Цзюнь Мосе, который с трудом прикрывал рот, сдерживаясь от смеха. Всё его тело содрогалось в конвульсиях:

«Фантастика, ребята, вы просто сказочные дол*оёбы!»

Глава 873. Кошки грызутся – мышам раздолье

Самым приятным в сложившейся ситуации было то, что всё-таки это были не просто обыкновенные мастера, а сами Шенхуаны! Когда достигаешь такого уровня, все слова, сказанные тобой, в мгновение становятся намного весомее. Каждый Шенхуан обладает своим собственным сознанием и мнением, и если он уже принял решение, ты объясняй – не объясняй, это всё равно уже совершенно бессмысленно!

Начиная с семьи Чен и до сегодняшнего момента, уже никто из двух сторон не проводил особой грани в случившихся за это время недоразумениях. Поэтому, чем выше уровень сил, тем намного труднее решить мирным путем неприятности, а именно существует вот такая истина: всё сводится к тому, что они обладают наивысшим из существующих рангов!

Разного рода разъяснения – это все привилегия мастеров низших уровней! Всё решает сила – у кого кулак сильнее, значит, у того и правда! Пусть даже и в самом деле произойдёт какое-нибудь недоразумение на глазах у всех, средь бела дня, однако, всё же главное – это не потерять лицо. Репутация куда важнее!

Приятная суматоха, шум и гам! А дальше только ещё веселее! И пусть это представление ещё не началось, однако молодой мастер Цзюнь никак не мог пропустить такое. Он поспешно последовал за ними. Если он не станет свидетелем этой судьбоносной битвы, он спать не сможет!

В конце концов, это, всё-таки, творение его рук, он здесь режиссёр и постановщик! Его план начал осуществляться!

То, что было в семье Чен, было всего лишь разминкой! Битва, которая вот-вот начнётся, это совершенно другой уровень!

Ценность этого события в корне отличается!

К тому же, на этот раз действительно очень трудно ослабить скопившиеся между двумя сторонами противоречия!

Спрашивается, от чего же?

А ответ довольно прост. Будь то носитель непревзойдённой сущности или оружие Хай Вуя и Хэ Чжицю, виновник здесь один, и это Цзюнь Мосе. Будет достаточно того, чтобы Мосе никогда не появился перед ними с повинной, и эти простофили навсегда будут связанны по рукам и ногам этими ложными обвинениями, за всю свою оставшуюся жизнь им больше никогда не отмыться от этого страшного позора.

А разве Цзюнь Мосе придёт к ним с повинной? Ответ очевиден и спрашивать не стоит. Этот негодник потратил слишком много сил на это, к тому же благодаря сущей неожиданности ему посчастливилось добиться таких блестящих успехов. Разве он откажется от этого по собственной воле?

И теперь, как результат, всех десятерых прибывших Шенхуанов ждет настоящая трагедия.

Сколько вообще всего на свете Шенхуанов?

И, хотя неизвестно сколько всего Шенхуанов у Туманного Призрачного Дворца, но за его пределами, и, учитывая Цао Гофэна и остальных, их всего около тридцати человек! К тому же все они пребывают в довольно преклонном возрасте!

Сейчас десять Шенхуанов было привлечено для этих военных действий… Равносильно, если бы половина неба замертво обрушилась…

Всё может закончиться тем, что, несмотря на то, что в этой битве даже и обойдётся без погибших, фаза под названием «тревожное время», в котором уже довольно долго пребывали отношения между тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом, будет завершена. Отношения между ними будут окончательно разорваны, уже без шанса на восстановление в короткие сроки!

После этого три Священные земли будут сами по себе, а Туманный Призрачный Дворец – сам по себе! И такой итог – давняя заметная мечта Цзюнь Мосе!

Если это было бы не так, разве он бы стал прилагать столько усилий для осуществления этого плана?

Небеса знают сколько Цзюнь Мосе понадобилось истратить клеток своего мозга, чтобы сегодняшний день, наконец, настал! Цзюнь Мосе ещё тогда, после происшествия в Серебряном городе, и после визита гонца из Туманного Призрачного Дворца, понял, в чём кроется ключ к разгадке!

Если смотреть в корень, эти четыре семьи – потомки одного создателя, и в случае появления общего врага, они, само собой, безусловно прибегнут к объединению! А Цзюнь Мосе испортил отношения только с тремя Священными землями, для Туманного Призрачного Дворца он пока чист! Сражаться с тремя Священными землями довольно легко, а вот противостоять Туманному Призрачному Дворцу значительно труднее. Потому что это очень загадочное место, и наверняка даже не принадлежит нашему пространству. Все люди знают о его существовании, однако кроме самих людей из Туманного Призрачного Дворца, там никто и никогда не бывал!

На протяжении долгих тысячелетий ни один посторонний не смог проникнуть во внутреннюю часть Туманного Призрачного Дворца!

То, что Цзюнь Мосе сейчас находится в состоянии войны с тремя Священными землями – это уже давно неизбежный исход. Но если бы только появилась какая-нибудь опасность, грозившая трём Священным землям, Туманный Призрачный Дворец незамедлительно бы вмешался, они бы не смогли безучастно наблюдать, как гибнут Священные земли! Сейчас Цзюнь Мосе как раз боялся этого больше всего.

Если у него не получится разбить этот давно сложившийся союз, он пока не будет предпринимать никаких действий. Так как если четыре семьи по-настоящему объединят свои силы и выступят с войной, тогда, боюсь, лес Тянь Фа может оказаться стёртым из этого Мира!

Такая сумасшедшая сила даже Четырнадцатого Шао держала взаперти на протяжении нескольких столетий, что уж говорить о новичке, Цзюнь Мосе?

Поэтому-то Цзюнь Мосе до этого момента и не осмеливался хоть как-то показываться, не говоря уж об неожиданной атаке, он скрывался изо всех сил!

Для него Туманный Призрачный Дворец – это самое больше табу! Кто-кто, а Цзюнь Мосе чрезвычайно осторожен в вопросах неизвестности и загадочности. Этот хитроумный план Мосе уже давно придумал, однако у него не было подходящего случая, чтобы осуществить его, и вот, наконец, ему по-крупному повезло, ему выпал дарованный небесами шанс!

Если бы в этом союзе из четырёх главных семей не было Туманного Призрачного Дворца… Тогда Мосе бы действовал без оглядки и промедлений. Он бы не стал прятаться в Тянь Фа, а три Священные земли бы только наблюдали в бессилии за его действиями!

Какое бы тогда это было наслаждение… Враг твоего врага – твой друг. А враг, который до этого был настоящим другом… безжалостнее любого союзника.

Цзюнь Мосе, со свободной лёгкостью во всем теле, вздохнул полной грудью. Он был готов даже затянуть песню от удовольствия. Осторожно парень направился вперёд. В тех местах, где его никто не мог увидеть, он даже весело вилял задницей в разные стороны…

Где-то в ста ли от города Цзюйхуа, недалеко от пруда лотосов, он заметил четырёх человек, которые отчаянно сражались друг с другом, их схватка имела широкий размах, всё сверкало и искрилось!

«Вот это напор! Это зрелище в тысячу раз потрясающее, чем всё, что я видел да этого! Просто фантастика!» – Цзюнь Мосе с особой осторожностью выбрал место и присел на корточки. Он медленно вдохнул свежий ночной воздух, пребывая в диком восторге…

Эти четверо были как раз Бай Цифэном и Хэ Чжицю, Цао Гофэном и Хай Вуем! Они разделились на две пары и вели ожесточенный бой. Никто их них не использовал оружия, так как оружие Хэ Чжицю и Хай Вуя прибрал себе Цзюнь Мосе. Даже если бы они и захотели его использовать, у них бы ничего не вышло.

Что касается Бай Цифэна и Цао Гофэна – они не хотели вести себя слишком подло, тем более, что Цао Гофэн был Шенхуаном третьей ступени, он был порядком сильнее всех, участвующих в этой битве. Сражаясь в одиночку, у него уже было существенное преимущество, и, если бы он ещё вдобавок к этому стал использовать оружие, это было бы чересчур подло.

Остальные пятеро Шенхуанов из Туманного Призрачного Дворца издали наблюдали за боем, и каждый горел желанием броситься на подмогу. С первого взгляда, можно было бы сказать, что Хэ Чжицю и Хай Вуй не смогут избежать трагедии этим вечером.

Цзюнь Мосе со спокойной совестью наблюдали издали за разворачивающимся боем. Он занимал выжидательную позицию и смотрел, чья всё-таки возьмёт. Для такого новичка, как он, это сражение могло принести большую пользу!

Два Шенхуана против семи, к тому же, среди этих семи есть один, чьи силы на порядок выше всех остальных! Для такого силового соотношения, разве есть повод для сомнения в исходе?

Разумеется, если Шенхуаны вздумают спасаться бегством, боюсь, даже если остальные семеро объединяться все вместе, им вряд ли удастся остановить их! Но сейчас ситуация немного другая… все девять Шенхуанов взбесились до крайности!

Им было необходимо на ком-то сорвать свой гнев! Бешено и безжалостно!

Обстановка на поле боя такая бурная, что чувствуется накал страстей и решимость к победе!

Кто бы знал, какой сегодня Цзюнь Мосе был довольный!

«Мать твою, если к тому времени, когда они выместят свою злобу, и никто из них не умрёт, как минимум на их телах не останется живого места, а их физические силы потерпят большой убыток! К тому же внутренние силы уменьшатся как минимум на 90 процентов!

Конечно, если бы все девять мастеров одновременно измотались так, что были бы на пределе своих физических и духовных сил… это было вообще отлично! Но это, разумеется, только мечты!»

Так как осуществить такое было бы очень и очень нелегко, не стоило так сильно переоценивать способности Хэ Чжицю и Хай Вуя…

Непрерывные разряды грохота и взрывов раздавались с поля боя, в разные стороны летели обломки камней и песок. Цзюнь Мосе находился недалеко за деревом, и у него складывалось такое ощущение, что он смотрел фильм про конец света, он в восторге смеялся с открытым ртом.

Единственный недостаток этого фильма заключался в том, что здесь попросту отсутствовал звук и всякое музыкальное сопровождение, это больше походило на пантомиму…

Однако такие мысли были довольно глупыми, если бы Шенхуан сражался, и ещё при этом матерился и ругался…

Он всё-таки Шенхуан или нет?!

Несмотря на причины этой битвы, она вышла порядком нелепой!

Удар!

Раздался характерный грохот, как от удара ладонью, за ним последовал звонкий свист, который будто бы разрезал пространство на четыре части, словно бессчетное количество стрел одновременно вылетели со всех сторон!

Вслед за этим послышались два стона. Хэ Чжицю и Бай Цифэн отлетели назад. Похоже, обстановка на поле боя снова ужесточилась!

И ровно в это мгновение тело Хэ Чжицю замедлилось в воздухе, словно пуля при замедленной съемке, он соединил две свои руки и протяжно закричал:

– Осенний ветер на страже жизни и смерти, бескрайние небо и земля!

После этих слов всё пространство вокруг вдруг разительно изменилось. Нежный весенний ветерок в мгновение сменил холодный и непреклонный осенний ветер!

Хэ Чжицю применил свой особый прием, и, докуда дошло действие его силы, повсюду ярко-зелёная трава вмиг высыхала и превращалась в жёлтую; здоровые, полные сил деревья с густой зелёной кроной тоже окрашивались в осенние краски; верхушки деревьев постепенно стали «лысеть» и терять свою насыщенность, ещё зеленые листья, долетев до земли, становились жёлтыми и сухими!

Зелёно-жёлтые листья порхали и кружились в неистовом танце, а человек в белоснежных одеждах и человек в простом холщовом платье с тиарой на голове стремительно двигались друг другу навстречу…

Глядя на эту необычную картину, Цзюнь Мосе даже проникся её прекрасной эстетикой. В его сердце смешались разные чувства…

Так или иначе, но эта эстетичная картина была пропитана унылым и беспомощным замыслом убийства, от которого нельзя было освободиться!

Нескончаемая печаль осени!

Это особый прием Хэ Чжицю!

Глава 874.1. Туманная девушка

Когда окружающий пейзаж мгновенно стал мрачным, тело Хэ Чжицю распухло, как воздушный шарик, а выражение лица стало убийственным – словно этой осенней тоске не было предела!

Цзюнь Мосе неожиданно осознал:

«"Нескончаемая печаль осени" Хе Чжицю – это не только сверхчеловеческая эмоциональная способность, с помощью неё он также может извлекать жизненную силу из всех зелёных растений для личного использования».

То есть по факту он может восполнять свою Суань в любое время и в любом месте и оставаться непобедимым! А у его оппонента нет такого преимущества, даже если их исходная сила была практически одинаковой, теперь разница очевидна, как и исход боя – чем дольше будет продолжаться схватка, тем сильнее будет становиться Хэ Чжицю!

Бай Цифэн взлетел вверх и закричал:

– Отличный трюк эта «Нескончаемая печаль осени»! А теперь узри силу моих крутых и обрывистых гор!

Бай Цифэн быстро взмахнул рукой, его тело моментально исчезло из виду. В этот момент вся земля внезапно стала неровной, и из неё одна за другой начали возникать огромные крутые скалы! Посыпалось бесчисленное количество камней!

– Нескончаемая печаль осени имеет безграничную силу! Ты думаешь, какие-то крошечные камни смогут её победить? Ты переоцениваешь свои силы! – лишь усмехнулся Хэ Чжицю. Осенний ветер гулко засвистел, заполняя всё небо тоской и печалью!

Хотя Бай Цифэн также своевременно развернул свою собственную уникальную технику Суань, вызвав тем самым огромные перемены вокруг, однако в этой битве он всё равно находился в невыгодных условиях!

Хэ Чжицю же со своей «Нескончаемой печалью осени», напротив, захватил все преимущества: с уникальными методами восстановления его силе действительно не было предела!

В момент соприкосновения тела этих двух внезапно погрязли в невероятной атмосфере ауры неба и земли, но безграничная осенняя тоска уже заполонила собой всё вокруг. Техника скалистых гор Бай Цифэна постепенно теряла свою силу и теперь еле-еле поддерживалась на плаву.

Не только сам Бай Цифэн, но даже остальные Шенхуаны смогли увидеть это.

Здесь находились ещё пятеро Шенхуанов, любой из них мог легко предотвратить поражение Бай Цифэна и даже победить врага – нужно всего лишь пару хитрых уловок, но битва между Шенхуанами оставит след на их последующей репутации. Не важно, какая цель, если это двусторонняя битва, то никто не посмеет туда вмешаться! Особенно со стороны, находящейся в невыгодном положении – лучше уж умереть!

В нынешней ситуации, хотя Бай Цифэн порядком упал в силе, но он всё ещё далёк от истинного поражения. Однако если говорить об изменении общего положения битвы, то единственный, кто может туда вмешаться, это Цао Гофэн, который сейчас также ведёт свой собственный бой. Но больше никто не имеет права вмешиваться!

Крики Цао Гофэна раздавались по всему небу!

Он всегда был человеком серьёзным, и даже сейчас старался не развёртывать свою силу на полную мощность. Может, альянс между Туманным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями потерпел крах, но отношения между двумя сторонами ещё не достигли уровня ненависти и враждебного противостояния. Именно поэтому Цао Гофэн создал обстановку равного поединка, иначе со своим уровнем Шенхуана третьей ступени он вряд ли, конечно, моментально разобьёт Хай Вуя, но уж точно будет обладать превосходством над противником!

Тем не менее в этот момент Бай Цифэн был полностью подавлен Хэ Чжицю, и вернуть исходное положение не представлялось возможным. Ненависть Хэ Чжицю проникла ему в кожу и кости. Если представится возможность, он с радостью и без раздумий прикончит Бай Цифэна на месте! Можно сказать, что Цао Гофэн и Хай Вуй ведут неторопливый бой, равносильный обмену опытом между товарищами, но вот битва Бай Цифэна и Хэ Чжицю действительно была не на жизнь, а на смерть!

Буквально на волоске от смерти!

Цао Гофэн испугался, как бы Бай Цифэн не допустил промашку, поэтому решил использовать свою реальную мощь! Если он быстренько разберётся с Хай Вуем, тогда он сможет спасти Бай Цифэна от неприятностей!

Как раз в тот момент, когда Цао Гофэн развернул свою истинную мощь, ход битвы принял совершенной иной оборот! Можно сказать, что это стало переломным моментом!

Это уже не стычка из личных мотивов, а настоящая битва не на жизнь, а на смерть! Битва между Туманным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями!

– Брат Хай, извини меня! – крикнул Цао Гофэн.

Облако ветра мгновенно изменило цвет, а затем его тело превратилось в электрический разряд, и внезапно все небо и земля наполнились тенью Цао Гофэна! Словно одна огромная тяжёлая скала в один момент придавила своим весом Хай Вуя!

Однако в этот момент Хай Вуй и сам развернул самую мощную Суань, которая у него имелась. Стоявший по другую сторону Хэ Чжицю внезапно захохотал, оба тела внезапно вспыхнули и слились воедино в одно мгновение!

Хай Вуй презрительно засмеялся и сказал:

– Туманный Призрачный Дворец действительно обрекает нас на погибель! Цао Гофэн, вы наконец-то продемонстрировали своё положение в Туманном Призрачном Дворце, мы вам не ровня! А оружие… оставьте его себе, ха-ха-ха! Придет время, и мы ещё обязательно встретимся!

С протяжным смехом обе фигуры, словно миражи, вспыхнули несколько раз, а затем и вовсе исчезли из поля зрения. В этот же момент в давно заброшенном лотосовом пруду рядом с полем битвы прогремело странное «Бам!». Накопленная в течение долгих лет болотная тина и грязь огромным колпаком накрыла пространство в тысячи футов вокруг этого места! Густой и плотный поток грязи давил вниз.

Все те, кто находился в этом диапазоне, столкнулись с опасностью грязевой лавины!

Хай Вуй и Хэ Чжицю холодно усмехнулись и беззвучно исчезли. Эти двое решили использовать такую омерзительную атаку в качестве прикрытия, чтобы поскорее покинуть место сражение и скрыться!

К тому же оба старых оборотня прожили достаточно лет, разве они станут слепо и безрассудно рваться в бой, не имея никаких шансов на победу? Вся эта заварушка делалась лишь для того, чтобы узнать отношение Туманного Призрачного Дворца к трём Священным землям. Если Цао Гофэн и Бай Цифэн действительно будут готовы уничтожить своих врагов, тогда у Туманного Призрачного Дворца существуют некие злостные намерения и коварные замыслы! Так что этим двум пришлось не поскупиться ни на какие методы, чтобы прорвать окружение противника!

На самом деле эти двое все заранее просчитали и выбрали именно это место в качестве поля битвы неслучайно. Таким образом, они оставили себе про запас путь отступления! Чем старее имбирь, тем он острее!

Глава 874.2. Туманная девушка

Однако у Туманного Призрачного Дворца не было и мысли уничтожать своих оппонентов. Даже Бай Цифэн хотел лишь припугнуть Хэ Чжицю, но никак не убивать его!

Как только два мастера внезапно исчезли, сражение тоже прекратилось, следовательно, больше не осталось и шанса на исправление всего этого недоразумения между Туманным Призрачным Дворцом и тремя Священными землями!

С уходом двух Шенхуанов произошел полный разрыв всех отношений!

В то же время в пределы грязевого колпака попал и сам молодой мастер Цзюнь! Он вытаращил глаза от неожиданной проблемы, свалившейся ему на голову, и в глубине души он закричал:

«Дело дрянь!»

Цао Гофэн и остальные Шенхуаны без труда использовали свою Суань в качестве защитной оболочки, так что, естественно, они не переживали о нависшей «грязевой лавине». А вот дела Мосе были не так хороши: он использовал технику Инь-Ян и наблюдал за сражением в ожидании долгожданного поражения обеих сторон.

Если при обрушении этой «лавины» молодой мастер развернёт свою защитную оболочку, то, как бы он ни был осторожен, его присутствие всё равно моментально обнаружат! И тогда всем его планам придёт конец. Более того, эти семеро Шенхуанов могут с лёгкостью расправиться с ним за считанные секунды, и никакой псевдочетырнадцатый Шао уже не поможет…

Так что Мосе оставалось лишь терпеть!

Он почувствовал зловонный запах падающей грязи на своём теле и чуть было не блеванул:

«Вся эта фигня хрен знает сколько гнила! Особенно эти корни лотоса… Жесть какая… Ещё всякие стухшие останки и разложившиеся потроха… Бу-э…»

Можно представить, насколько отвратительна была вся эта вонь!

Цзюнь Мосе, будучи таким отпетым наёмником, пережил много всякого дерьма, но это… это несравнимо ни с чем!

Ещё не отойдя от ликования своей победы ему вдруг пришлось столкнуться с этим… Мосе так и не осмелился дёрнуться. Если он сделает хоть малейшее движение, то вся эта зловонная хреновина расползётся дальше по его телу…

«Боже, даже плакать хочется! Мои большие планы... о-о-о... да это всё просто иллюзии...»

Мечты всегда прекрасны, но когда они рассыпаются, возвращается суровая реальность, и зачастую она уж слишком жестокая!

Неизвестно сколько времени прошло, но когда Мосе снова открыл глаза, он обнаружил, что на поле боя не осталось ни души. Не осталось никаких следов ни Хай Вуя с Хэ Чжицю, ни Цао Гофэна с его свитой Шенхуанов!

И это вполне разумно. Весь замес закончился, так зачем Цао Гофэну и остальным мастерам оставаться тут и нюхать всю эту отвратительную дрянь? Мосе повезло, ведь его побег Инь-Ян был разрушен под лавиной зловонной грязюки. Если бы Шенхуаны задержались там ещё на чуть-чуть, то сразу же разоблачили этого сорванца!

Стояла глубокая тихая ночь, и лишь Цзюнь Мосе сидел на дереве, словно грязная обезьяна…

– Как так получилось?! Ну что за напасть! Не только потерял хорошую возможность для удара, но и превратился в вонючую обезьяну... Как мог настолько идеальный план превратиться в нечто подобное?! Как это вообще называется?.. – молодой мастер Цзюнь тяжело вздохнул. Он понял, что из его плана по внесению раздора больше не выжать никаких новых плодов.

Спустившись с дерева, Мосе стряхнул с себя засохшую на теле грязь, однако этот до чёртиков отвратительный запах так и не исчез. Молодой мастер, безостановочно матерясь и проклиная всё вокруг, двигался по дороге в поисках хоть какого-нибудь водоёма, чтобы поскорее вымыться!

«О боже, как же сильно воняет!»

Похоже, что в этой жизни доселе везде и всегда везучий Цзюнь Мосе впервые столкнулся с таким «несчастьем»!

Пройдя сорок или пятьдесят миль, он, наконец, увидел отблески воды и радостно устремился вперёд. Река оказалась неглубокая, чуть выше колена. Можно было сказать, что это небольшая речушка или даже ручеёк, но молодой мастер, не мешкая, тут же прыгнул прямо туда.

*Буль*… Как оказалось, на дне реки была небольшая яма глубиной в три или пять футов, и вся чистейшая речная вода прямиком слилась в одну большую лужу.

Цзюнь Мосе несколько раз хорошенько отшкрёб свое тело дочиста, а затем, окунув свою голову, принялся тщательно вымывать каждый волос, но в ноздрях все же по-прежнему оставался этот отвратительнейший запах гнили…

Промыв свою голову еще несколько раз, Мосе, наконец, успокоился. Запах показался ему чуть более свежим. Совершенно голый, он лёг прямо посреди созданного бассейна, а затем, после пары глубоких вдохов, в его душе поднялось странное смятение чувств. И смех, и грех.

Эту одежду теперь уже и не наденешь…

Цзюнь Мосе вдруг о чём-то подумал и машинально достал из Пагоды Хунцзюнь другой комплект одежды, но тут до него дошло:

«Твою мать! Это же каким идиотом надо быть, чтобы забыть про такой дар Первого Шао из Подземного мира! С тех пор, как я вернулся, все события соединились в огромный клубок, так что про одежду не было и времени вспомнить. Если бы я раздал эти вещи ещё тогда, возможно, Королева Змей… Эх! Дырявая голова…

Если бы я заранее побеспокоился о волшебной одежде, смогла бы Королева Змей избежать той участи?»

Подумав об этом, Мосе стало очень совестно… Немного себя поругав, молодой мастер, наконец, отправился к берегу. Он медленно одевался и продумывал свои следующие шаги.

Надев половину своей одежды, он вдруг услышал чей-то слабый голосок:

– Ты… Ты – Цзюнь Мосе?

Судя по тону, это был женский голос, но возраст владелицы определить было невозможно.

– Кто здесь? – хотя Цзюнь Мосе был удивлён услышанным, но его тело не шелохнулось, и он продолжил одеваться в своём прежнем темпе, не поднимая головы.

Это было его истинное отражение. Как король убийц, он должен уметь сохранять полное хладнокровие! Чем неожиданней ситуация, тем меньше паники… в противном случае, его ждут плохие последствия!

На большом дереве у реки раздался тихий вздох.

Цзюнь Мосе поднял голову и увидел силуэт красивой женщины, стоящий на верхушках деревьев: стройная, грациозная фигура с обворожительными плечами. Она обнажила рукоять своего меча.

Находясь на самой верхушке дерева, её тело лишь слегка пошатывалось! Словно богиня Сиванму, она порхала в высоте, не желая спускаться в этот бренный мир…

Эти тоненькие листочки с лёгкостью держали всё её тело. Превосходнейшее совершенствование, достойное восхищения!

Глава 875. Тысячелетняя ведьма

Так как она была женщиной, всё его тело находилось в состоянии покоя!

Увидев Цзюнь Мосе, эта женщина задрала голову вверх и, словно разговаривая сама с собой, произнесла:

– Верно. Боюсь, в этом мире, кроме Цзюнь Мосе, нет ещё одного такого таланта! В 18 лет достигнуть уровня Почтенного мастера третьей ступени… это в самом деле очень впечатляет!

– Позвольте спросить, девушка, а вы кем будете? И откуда знакомы с господином Цзюнь? – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, и, продолжая сидеть на земле, лениво спросил. Однако, на самом деле, он уже мысленно подготовился. Если вдруг хоть какой-то незначительный сдвиг, он тут же спрячется в Пагоду Хунцзюнь!

Безопасность для него на первом месте!

– Девушка? Ха-ха… – женщина слегка рассмеялась, однако голос её по-прежнему был каким-то холодным и далёким. Подол её платья тихонько развевался на ветру, немного вздымаясь и тут же опускаясь. Лунный свет освещал контуры её тела. Она выглядела очень худой и даже измождённой, словно, если бы ветер увеличился хотя бы даже незначительно, её хрупкая талия бы не выдержала и тут же переломилась…

Её голос звучал всё так же холодно и отстранённо, будто в её словах не было ни капли эмоций:

– Это сражение между Шенхуанами из Иллюзорного Океана Крови, Золотого города и Туманного Призрачного Дворца… это твоих рук дело?

– Сударыня, ну вы и шутница! Вы мне, конечно, льстите, только непонятно за какие такие заслуги. Как, по вашему мнению, такой ничтожной сошке, как я, удалось бы поссорить между собой девять могучих Шенхуанов? Вы считаете, что я способен на такое? – Мосе не изменился в лице, а лишь тихо рассмеялся, качая головой из стороны в сторону, словно слова этой женщины в самом деле были абсурдными до смеха.

Однако, по правде, Цзюнь Мосе был не на шутку испуган!

«Кто вообще она такая? И отчего она вдруг сказала подобное? Неужели?..»

– Вероятно, ты не знаешь, кто я? – женщина холодно рассмеялась и, всё также продолжая стоять спиной к Цзюнь Мосе, равнодушно произнесла: – Восемьсот лет назад люди называли меня «Провидицей Ракшас». В то время, в очередной Битве за Захват Небес, Чужаки были очень сильны в искусстве исчезновения, однако для меня их мастерство не значило абсолютно ничего, и не один из них не был исключением! Их способности, наоборот, стали для меня лакомым кусочком, я щёлкала их как орешки!

Цзюнь Мосе обдало холодным потом. Кто бы мог подумать, что женщина, стоящая перед ним, настолько удивительно проницательна…

«Восемьсот лет? Вот это да! Эта хрупкая и очаровательная девушка на самом деле столетний оборотень? Если назвать её бабушкой – и то будет не совсем верно, как минимум прапрапрабабушкой с трудом, но будет несколько точнее!

Если восемьсот лет назад она уже участвовала в Битве за Захват Небес, разве это не значит то, что она была должна обладать хотя бы уровнем Почтенного мастера? Другими словами, ей уже тогда как минимум должно было стукнуть где-то сотню лет?», – Цзюнь Мосе мысленно вскрикнул: «Бля, неужто она – та самая тысячелетняя ведьма?!»

Она услышал, как эта женщина в белых одеждах снова спокойно произнесла:

– Триста лет назад как раз снова была Битва за Захват Небес. От моих рук погибло в целом пятнадцать Чужаков! Это как раз и привело к их поражению! – она тихонько посмеялась, а потом язвительно добавила: – Так называемое искусство невидимости совершенно не работает на мне! Ты действительно считаешь, что ты со своими крошечными силёнками сможешь скрыться от моего всевидящего ока? Цзюнь Мосе, сейчас ты должен понять одну единственную вещь, твои отговорки – смехотворны. Хватит позориться!

– Уважаемая барышня, я признаю, вы просто великолепны! Уверен, нет никого могущественнее вас в мире людей… После своего возращения, я обязательно должен воздвигнуть вам памятник! Преклоняться перед ним днями и ночами, восхвалять ваше величие и молиться за ваше бессмертие… Но, однако, что касается этого происшествия – я ничего не делал, мне даже неизвестно, что здесь, в конце концов, стряслось. Прошу вас, прекратите наговаривать на меня понапрасну…

Разве Цзюнь Мосе мог признаться в том, что это, целиком и полностью – его великий план? К тому же…

«Ты сказала про тысячу лет… И что? Мне надо моментально в это поверить? Я скажу, что я – первый Шао, и ты поверишь мне? Никто в этом мире за это время не смог прорвать защиту моей Инь-Ян, с какой такой стати мне верить, что у тебя получится? Будь добра сначала предъявить доказательства!»

Поэтому Цзюнь Мосе продолжил очень уверенно отрицать свою вину:

– Молодой господин вот недавно немного освежился, неужели и в этом есть что-то противозаконное? Девушка, я тут помылся, это тоже считается преступлением, как думаете?

– А ты действительно остёр на язык! Цзюнь Мосе, прежде я слышала, что, несмотря на свои жестокие и крайне резкие методы, ты всегда слыл честным и благородным мужчиной, который всегда и везде отвечает за свои поступки. Однако сегодня, впервые встретившись с тобой, я могу с уверенностью сказать, что я очень разочарована! Ты не лучше любого разбойника, который никогда не признаются в своих преступлениях! – в равнодушном голосе этой женщины стали заметны нотки разочарования и досады.

– Девушка, так нельзя говорить! Если бы это было на самом деле моих рук дело, я бы не стал увиливать и отрицать это. Но это не я сделал и, пожалуйста, не нужно вешать это на меня! – на лице Цзюнь Мосе появилось обиженное выражение: – Не стоит ошибочно думать, что я признаю любое злодеяние, которое кто-нибудь попытается повесить на меня… Это просто несусветная чушь, барышня, вы не согласны со мной?

Женщина немного помолчала, а потом, используя крайне язвительную интонацию, спросила:

– Цзюнь Мосе, ты совершил преступление, так будь добр признать свой вину. Ты мужчина или кто, в конце-то концов?!

– После таких слов… я даже и не знаю, что вам ответить на это. Барышня, я тут недавно умывался и ещё не успел одеться. Вы скажите мне сами, мужчина я или нет? Тот большой инструмент, который вы наверняка не могли не заметить, он как – мужской? По-моему, у женщин нет такого в наличии, не так ли? – Цзюнь Мосе рассмеялся и продолжил дальше отнекиваться: – Хотя да, если ты – тысячелетняя ведьма, то младший господин молодого господина для вас даже как холодная закуска и то маловат, чего уж там!

– Ты!.. Бесстыдник! – женщина задрожала всем телом и резко вскрикнула.

– Девушка, мы с вами даже ещё не знакомы, а вы вот так обвиняете совершенно постороннего человека. На мой взгляд, такое поведение намного бесстыднее, чем моё! – Цзюнь Мосе никак не отреагировал. Он уже так долго сражался с шайкой бессовестных отморозков в лице трёх Священных земель, что если бы он себя вёл, как благородный человек, сейчас от его костей даже бы пепла не осталось…

Тело женщины в одно мгновение сверкнуло, она вознеслась вверх, а потом очень медленно и спокойно, как пушинка, опустилась. Когда её ноги коснулись земли, без малого прошло около четверти часа!

К тому же всё это время, что она провела в воздухе, все её движения были сведены к минимуму! Зрачки глаз Цзюнь Мосе сузились, он впервые начал понемногу верить в то, что она говорила про себя!

Её удивительная способность надолго задерживаться в воздухе, пожалуй, уже не под силу даже Шенхуану! Безусловно, Шенхуан может задерживаться в воздухе на какое-то время, может в один миг покрыть расстояние в несколько десятков чжан, однако, чтобы медленно снижаться в пространстве, к тому же оставаться неподвижным, да к тому же ещё и говорить что-то… Такое, разумеется не под силу!

Следует учитывать то, что, когда ты висишь в воздухе, ты делаешь это, не переводя дыхание. Когда ты начинаешь говорить, ты теряешь воздух, каким таким образом можно сохранять его?

Однако эта женщина как раз таки была способна на такое, и можно отметить, что ей это давалось довольно легко и просто!

Когда она наконец-таки опустилась на землю, Цзюнь Мосе смог отчётливо рассмотреть её лицо. После этого у него в сердце закрались очень большие сомнения.

Так как перед ним стояла очаровательная красивая девушка около двадцати лет. Удивительно талантливая и нереально внушительная, у неё был прекрасный прямой нос, губы в форме вишенки, нежнейшая белоснежная кожа, чёрные и сверкающие, как шёлк, волосы, без единого седого волоска… Своей красотой она нисколько не уступала Дугу Сяо И. Она просто стояла, а от неё уже чувствовалось, как она прекрасно воспитана и образована.

Она, несомненно, была птицей высокого полета, которую никто и никогда бы не осмелился оскорбить!

Её щеки слегка порозовели, так как она испытывала смущение. Ей было неловко, что недавно она увидела, как Цзюнь Мосе мылся…

Именно то, что она так сильно смутилась, вызвало еще большее недоверие у Мосе:

«Она же тысячелетняя ведьма, с чего вдруг ей так смущаться?»

Однако когда она спустилась на землю, Цзюнь Мосе всё-таки тихонько отошел на безопасное расстояние. От начала и до конца он сохранял дистанцию в 20 чжан!

Если сохранить такую дистанцию, Цзюнь Мосе был уверен, что он сможет отразить атаку кого угодно! Потому что на этом расстоянии можно быстро среагировать и спрятаться в Пагоду!

Эта женщина была очень хороша собой, но Цзюнь Мосе никак не отреагировал на это, у него даже ничего не шевельнулось в душе! Лишь наоборот, ему захотелось быть как можно дальше от неё. Он ещё сам до сих пор не разобрался со своими чувствами, если к этому ещё добавятся проблемы… Тогда в этом будет виноват только он сам.

Глядя на большинство девушек, Цзюнь Мосе удалось понять одно: хотя в этом мире и разрешено иметь много жен и наложниц, все его женщины, будь то это Гуан Квинхан или Дугу Сяо И, или, возможно, даже Мэй Сюэ Янь – все они большие единоличницы и ревнивицы!

Все они, каждая из них не будут показывать это внешне, однако нет уверенности, что в душе им так же нет дела до таких вещей. Только если в какой-то особенной ситуации.

К тому же нельзя так просто избавиться от этих чувств. Это напряжённая работа, нужно заставлять себя жить в мире и гармонии друг с другом, и только тогда у вас появиться шанс принять друг друга…

Пусть даже, если бы Цзюнь Мосе под действием афродозиака переспал бы с Гуан Квинхан, на следующий день все бы остальные вели себя очень напряжённо с ним, у него не было бы возможности чувствовать себя достойным мужчиной…

Что называется, у семи нянек дитя без глаза… Цзюнь Мосе сейчас находился в довольно затруднительном положении. У него есть несколько «нянек», но все они такие дикие тигрицы в душе, что и не знаешь, как к ним подойти…

Если бы в это время Цзюнь Мосе остановился на одной «тигрице», то, вероятнее всего, свирепых разборок не на жизнь, а на смерть не удалось бы избежать!

Поэтому, увидев эту женщину, несмотря на огромную разницу в возрасте между ними, Цзюнь Мосе в первую очередь посетила только лишь одна мысль:

«Пожалуйста, ни в коем случае не влюбляйтесь в меня! Если вам что-то понравится во мне, непременно скажите мне об этом, и я изменюсь!»

– Цзюнь Мосе… ты в самом деле настоящий хам и бесстыдник! – женщина очень внимательно посмотрела прямо в глаза Цзюнь Мосе: – Ты, действуя один, смог похитить дорожные сумки Хай Вуя и Хэ Чжицю, а потом вовремя поднять шум и тем самым навлечь неприятности на Бай Цифэна! Так жаль этих глупцов… Они стали марионетками в твоих руках, что привело к полному разрушению отношений между тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом! Это было действительно очень коварно! Цзюнь Мосе, я не хочу наказывать тебя… я лишь надеюсь, что ты пойдёшь вместе со мной и всё всем расскажешь, а потом я отпущу тебя. Как тебе такой расклад?

Глава 876. Способности Цяо Ин

– Пф, раз уж ты всё видела, то почему не предотвратила это? Очевидно, что сейчас тебе так удобно повесить ложные обвинения на меня! – закричал Цзюнь Мосе. Он совсем не мог в это поверить. Учитывая то, что сказано это было женщиной, можно было считать, что это лишь её выдумки.

– Давай внесём ясность… отпустить тебя? Это… это слишком легкомысленно! Даже если жопой думать, то не додумаешься до такого! Объяснись!

Цзюнь Мосе не мог уйти теперь. После того, как Шэнхуаны узнают, они тем более не позволят ему уйти…

– Объяснять? Что ещё нужно объяснять? Если бы ты действительно всё видела, то на месте бы поймала меня, разве это и не есть самое лучшее объяснение? Зачем после всего этого понапрасну тратить время и силы ещё и на такую глупость?

– У меня были причины на то, чтобы не вмешиваться! – женщина покраснела от гнева. Надула свои нежные, белоснежные щёчки, но тут же поняла, что, кажется, она снова проявила слабость, слегка кашлянула, и снова приняла изящную позу.

Слова Цзюнь Мосе, несомненно, принесли свои плоды. Но была особая причина, которая привела к тому, что она не могла двинуться с места, - это Цзюнь Мосе и счёл за успех.

Из-за того, что эта битва уже принесла свои раны и гнев, и даже безоговорочно всё разрушила, даже если бы тогда она выскочила и закричала: «Не воюйте, это всё заговор негодяя Цзюнь Мосе!», напрашивается вопрос: кто же ей поверил бы без доказательств? Более того, все искренне считают, что Цзюнь Мосе был убит несколько месяцев назад. А что может сделать мертвец?

Давно отправившийся в мир иной человек вдруг появился, к тому же с помощью своих сил сумел рассорить десять великих Шенхуанов? Это же полный бред…

Поэтому она и злилась, от безысходности.

Но выражение лица этой девушки в данный момент было таким, будто, глядя прямо в глаза Цзюнь Мосе, её посещали какие-то причудливые мысли. Это не удивило его, он только подумал о том, что это выражение лица, на самом деле, ей очень подходит.

Поэтому Цзюнь Мосе с каждой секундой всё меньше верил ее словам.

– Я помогу тебе сформулировать твои мысли. Очевидно, тебе не пришлось по вкусу то, что ты увидела. В твоих планах было заставить их сражаться! Я понял, что ты не просто трепалась, весь заговор был спланирован тобой, я уверен! Это всё – твоих рук дело! Только мастер Высочайшего уровня мог устроить такой переполох среди Шэнхуанов. Я наконец-то понял! Теперь мне всё ясно! – на лице молодого мастера Цзюнь появилось «прозрение», и он в гневе закричал:

– Это точно была ты! Ты похитила оружие Хай Вуя и Хэ Чжицю, посеяла разногласия между ними и из-за тебя они начали сражаться! Ты злостная тварь, почему ты так поступила? Зачем?! – выражение лица молодого мастера Цзюнь было таким, словно он горел ненавистью: – Для того, чтобы на земле всегда был мир, для народа, три Священные земли многие тысячелетия охраняли мир! Они – герои континента Суань! Они – пример для подражания всему человечеству! Ты ужасная, как же тебе не стыдно губить их? Ты настолько ужасный человек? Разве ты – сторонница Чужаков, и давно вынашивала планы по разрушению мира на континенте?! Ах ты, змея ядовитая! Можно считать, что сегодня я познакомился с девчонкой с чёрной душой, чей заговор навлёк неприятности на героев континента Суань! Это непростительно! Зачем? Зачем ты это сделала? Кто тебя воспитывал, что ты посмела так поступить… кто бы мог подумать… Боже! – молодой мастер Цзюнь мотал головой и глубоко вздыхал.

– Ты… ты… ты! – девушка раскрыла свои глаза широко-широко и даже начала заикаться. Лицо её покраснело, куда-то пропала дикция, что бы она ни хотела сказать, у неё не получалось.

Бессовестный… Да и до ужаса примитивный!

– Цзюнь Мосе, не стоит быть настолько высокомерным! – она выдохнула и, наконец, успокоилась, однако тяжёлое дыхание всё ещё не сумела унять: – На этот раз я сама всему свидетель. Бесполезно что-либо говорить! Мне стоит лишь поймать тебя и найти их оружие у тебя, и все карты будут раскрыты!

Цзюнь Мосе рассмеялся, да так, что слёзы из глаз полились:

– Ты говоришь, что прожила тысячу лет, не так ли? Значит, я могу сделать вывод, что твоя сила намного выше силы предыдущих Шэнхуанов?

– Естественно! Разве они могут сравниться со мной? – девушка фыркнула и подняла голову, говорила она это горделивым голосом. Ей казалось, что Цзюнь Мосе, наконец, осознал свои страхи, поэтому она невольно расслабилась и ощутила самодовольство.

– Ты признала, что мой первый вывод верен, так позволь же сделать второй. Они все – Шенхуаны, а я – всего лишь Почтенный мастер третьего уровня. Ты круче их всех, у тебя на глазах я «провернул свой злобный план», так почему же ты не схватила меня и не разоблачила мой заговор? Поэтому мой второй вывод: у тебя есть какие-то скрытые мотивы?

– Что за вывод! Полная чушь! Если бы Четырнадцатый Шао из Подземного Мира не наблюдал за мной всё это время, как бы я смогла схватить тебя? Ты действительно думаешь, что твои странные способности настолько хороши? – она ударила по больному.

– Четырнадцатый из Подземного? Он тоже приложил к этому руку? – сейчас Цзюнь Мосе стало по-настоящему страшно. Неужели он сейчас недалеко отсюда?

Девушка что-то буркнула...

Эту девушку звали Цяо Ин, в том, что она сказала, не было ни капли лжи.

У неё были прирождённые способности, поэтому она могла видеть то, что другим людям неподвластно. Вместе с тем, как она росла и совершенствовала свою Суань, эти её способности тоже развивались.

Один из предков святой земли случайно обнаружил в Цяо Ин эти способности, и затем он использовал эту маленькую девочку, чтобы узнать о тайных приёмах Чужаков, и проводил над ней эксперименты!

Результат был предсказуемым, она смогла полностью разгадать приёмы Чужаков!

Тот предок был вне себя от счастья!

С тех пор началась великая, но очень горестная и одинокая жизнь Цяо Ин!

Именно потому, что её способности могли сыграть отличную роль в делах с Чужаками, её быстро прибрали к себе начальники дворца Тяньшэн, чтобы она их охраняла. Пятьсот лет они давали ей одежду и пищу, а также дали ей тот самый разноцветный плод и лотос Линлун, которые поддерживали в ней её жизненные силы, чтобы она сыграла свою роль в Битве за Захват Небес. С тех пор прошло уже тысяча сто лет! Она действительно тысячелетняя ведьма!

Вполне возможно, что, употребляя плод Цицай и лотос Линлун каждые пятьсот лет, сама её вечная молодость могла повлиять на увеличение силы Суань. И та сила, которой она сейчас обладала, не оставит равнодушным даже самого настоящего скептика.

До сих пор, она приняла три плода Цицай и три лотоса Линлун, и к её собственным тысяча ста годам наработанного мастерства прибавилось ещё полторы тысячи лет мастерства, что в общем составляет две тысячи шестьсот лет мастерства! Её можно считать человеком с самой мощнейшей силой Суань! Даже Четырнадцатому Шао из Подземного Мира далеко до такого!

Но у этого, помимо огромных преимуществ, есть также огромные недостатки. Хоть она и могла с помощью своих способностей разгадать любые секретные приёмы, у этого также были и изъяны. Когда она применяла эти способности, она затрачивала очень много сил. В 10 раз больше, чем при обычном сражении. Один раз воспользовавшись этими способностями, ей нужно было очень много времени на восстановление.

В Битве за Захват Небес она использовала их дважды, чем нанесла себе большой ущерб. Более того, эти способности можно описать как те, что причиняют вред не только врагу, но и самому себе.

Несмотря на экстраординарность этих способностей, поставь вы себя на место того, кто их использует, то сразу бы поняли: она может увидеть любое зло! Она видит то, чего не видят простые люди, а это значит, что… в её голове очень шумно, словно на рынке!

Она слышит людей, которые уже не принадлежат этому миру! Они все… мертвы!

Даже мысль о таком может свести с ума, но как молодая девушка может выдержать такое? Как? Несмотря на то, что это происходит уже тысячи лет!

Цяо Ин до сих пор не сошла с ума и не погибла, а это значит, что у неё чрезвычайно сильные нервы.

Ко всему прочему, из-за способностей и ради того, чтобы выиграть Битву за Захват Небес, Цяо Ин лишилась счастья простой женщины: она не может иметь семью!

Она не может!

Потому что основное требование к тому, чтобы иметь подобные способности является поддержание абсолютно чистого тела Инь, абсолютно чистого! Как только она потеряет девственность, эти способности исчезнут!

Поэтому все те чувства, которые так жаждет ощутить любая женщина, обошли ее стороной…

Она никогда не сможет быть с кем-то, её сердце должно быть ледяным!

Можно сказать, что эта женщина жертвовала больше всех остальных ради материка Суань и всего мира!

Глава 877. Ночные купания и подглядывание

У неё на глазах старели и покидали этот мир близкие ей люди, она же совершенно не в силах была им помочь; на её глазах появлялись новые поколения людей, они любили, рожали детей, наслаждались жизнью, снова умирали… Бесконечный круговорот людских рождений и смертей…

Она же лишь продолжала нести тяжкое бремя и стояла на страже всего необъятного мира, тихо и одиноко проводила день за днем, год за годом… столетие за столетием…

Разве это не жестоко по отношению к такой красивой женщине? Однако у неё не было выбора, она должна была продолжать терпеть! Потому что её присутствие имело большое значение для исхода Битвы за Захват Небес! Она нужна всему народу!

Если бы Цяо Ин не участвовала в Битве за Захват Небес, неизвестно сколько бы людей уже погибло, или даже… Сколько раз им бы пришлось потерпеть поражение!

Чтобы поддерживать спокойное и сосредоточенное состояние духа, Цяо Ин очень долгое время провела на Небесном столпе в абсолютном одиночестве! А в таком суровом альпийско-арктическом климате не то, что человека, даже привидение трудно встретить; спустя долгое время такой изоляции, несмотря на то, что она уже стала тысячелетней ведьмой, она по-прежнему продолжала жить в гармонии с собой, всё также сохраняя целомудрие и чистоту души! Можно сказать, что эта пожилая дама в каком-то роде была неопытнее даже самой молодой, не знающей жизни девчонки!

Потому что… по сути, она ничего не знала об обычной жизни людей, её воспоминания были слишком недостаточны, они были детскими и очень скудными. Повзрослев, она сразу же отправилась в изоляцию, приступив к жёстким тренировкам, потом была Битва за Захват Небес, потом снова тренировки и так далее…

Когда Священный дворец искал человека, который сможет рискнуть своей обычной жизнью ради должности защитника всего народа Священных земель, совершенно неизвестно отчего, всегда и во всём равнодушная Цяо Ин вдруг проявила инициативу и вызвалась добровольцем, при этом она вела себя необычайно решительно!

До этого ранее она уже провела в одиночестве около четырёхсот лет на Небесном столпе!

Находясь в безвыходном положении, и, учитывая то, что Цяо Ин значительно преуспела в искусстве «провидения», она уже сейчас в состояние контролировать высочайшие и глубочайшие границы сознания. Ничего не оставалось, кроме как удовлетворить её запрос, как раз из-за этого были отправлены в сопровождение два мастера.

С Цяо Ин наверняка не может ничего случиться!

Когда она появилась, Цзюнь Мосе как раз насмехался над Бай Цифэном, после чего он своровал дорожный мешок Хай Вуя! Она своими глазами видела, что фактически не видно присутствия какого-то человека, однако при этом происходят такие странные вещи, и она сразу же смекнула, вспомнив об искусстве невидимости, свойственном Чужакам, после чего активировала своё мастерство провидения!

Вот таким образом Цзюнь Мосе был раскрыт! Техника исчезновения Инь-Ян, несомненно, считается одной из самых исключительных и непревзойдённых приёмов. Если достигнуть какого-то высокого уровня, то тогда даже искусство привидения будет бессильно перед ней, однако сейчас силы Цзюнь Мосе слишком малы для того, чтобы освоить такой уровень. Столкнувшись с могущественной Цяо Ин, оттачивающей своё мастерство без малого 2500 лет, неуязвимая, никогда не дающая промаха техника Инь-Ян впервые потерпела неудачу!

Поняв это, Цяо Ин уже было хотела вмешаться и раскрыть коварные замыслы Цзюнь Мосе, и, как назло, в это самое время она внезапно услышала мрачный голос:

- Не смей даже пикнуть. Если ты произнесёшь хоть звук, молодой господин будет вынужден обойтись с тобой очень грубо!

В это же время жутко холодный клинок из Подземного Мира прикоснулся к её шее…

Как только тот человек произнёс первое слово, Цяо Ин сразу же узнала его, это был главный враг и головная боль трех Священных земель – Четырнадцатый Шао!

Она ни на секунду не сомневалась в этом, так как только Четырнадцатый Шао пользуется таким оружием; и потому что только Четырнадцатому Шао присуща эта до крайности мрачная и холодная аура, от которой ей становится не по себе!

И самое главное то, что, кроме Четырнадцатого Шао, редко встречаются люди, способные одолеть её или хотя бы нанести неожиданное нападение. Отталкиваясь от этого, можно было понять, что она как раз находилась уже под полным контролем врага.

В этом можно винить только крайне скудный опыт жизни Цяо Ин на континенте Суань. Пусть даже их силы находятся совершенно на разных уровнях, своей чистотой силы она всё равно превосходит Четырнадцатого Шао, но она не смогла вовремя обнаружить его, и поэтому была так легко им захвачена врасплох…

Она молча наблюдала за трюками Цзюнь Мосе, и за тем, как в комнате понемногу начинала разгораться ссора, она слишком погрузилась в это…

Вдобавок ко всему она была страшно возмущена подлостью и коварством Цзюнь Мосе, именно поэтому Четырнадцатому Шао удалось так легко обездвижить её…

– Не двигайся. Лучше как следует посмотри, такое представление очень редко застать. Если ты вмешаешься, молодой господин будет очень разочарован! – произнёс Четырнадцатый Шао. Он стоял позади Цяо Ин, и она не видела, как зрачки его глаз сверкнули и наполнились неподдельным интересом: – Этот мальчишка очень коварный. Достаточно злой, он страшно мне нравится. Он умеет веселиться и может даже до смерти замучить эту шайку лицемеров. Думаешь, молодой господин пропустит такое?

Как Цзюнь Мосе и предугадывал, Четырнадцатый Шао всегда был за его спиной. Внезапно рядом с ним появился какой-то сопляк, как Четырнадцатый Шао мог спокойно забыть об этом? Он во что бы то ни стало должен разузнать абсолютно всё о Цзюнь Мосе!

Благодаря своей мощной силе и существенной разнице в способностях с Мосе, Четырнадцатый Шао смог сделать так, чтобы Мосе не заметил, что он следует за ним…

Когда Цзюнь Мосе приводил в действие свой план, Четырнадцатый Шао неотрывно, словно просто тень, по пятам следовал за Мосе. И чем больше он смотрел, тем больше ему нравилось. Он понимал, что этот мальчишка очень злой и очень коварный, он сразу же пришёлся ему по вкусу!

Затем он несколько раз видел, как Мосе совершенно необъяснимым образом исчезал, потом он с лёгкостью применял так называемую «непревзойдённую сущность», что привело к ссоре Чжань Мубая и Туманного Призрачного Дворца. Затем он сделал так, чтобы Бай Цифэн и Хэ Чжицю с Хай Вуем окончательно разорвали отношения…

Все эти поступки только увеличивали интерес Четырнадцатого Шао к Цзюнь Мосе. Хотя он видел, что Мосе использует его имя, чтобы напугать Чжань Мубая, он не пытался разоблачить его, а словно смотря захватывающее представление, оставлял всё как есть.

Вдобавок к этому, когда Мосе достал ледяной клинок из Подземного Мира, Четырнадцатый Шао отчётливо понял одно: этот малый определённо каким-то образом связан с «Небесным Владыкой»!

Из-за этого Четырнадцатому Шао, наконец, стало ясно, почему этот мальчишка смог опознать его. Откуда же он владеет этой удивительной техникой исчезновения?.. Ответ скрывается в том Небесном Владыке! Вспомнив об этом имени, Четырнадцатому Шао становилось не по себе!

«Я именуюсь Четырнадцатым, а ты посмел называть себя первым! Я родом из Подземного Мира, а ты пришёл из Небесной Выси! Я – Шао, а ты, кто бы мог подумать – владыка! Я ни за что не могу уступить тебе, гаденыш…»

Однако Четырнадцатый Шао находился в безвыходном положении, так как этого «Небесного Владыку» направили к нему три Священные земли… К тому же главная причина заключается в самом Четырнадцатом Шао! Он уже сам понял, что если он отправится на поиски Небесного Владыки, он только добровольно найдёт себе неприятности…

Разве такой талантливый и могущественный воин, как Четырнадцатый Шао, может позволить себе совершить подобную ошибку? Поэтому Четырнадцатый Шао решительно ничего не предпринимал! Если даже и захотеть свести с ним счеты, можно найти только людей трёх Священных людей! Всё равно они…главные виновники…

К тому же тогда Небесный Владыка помог ему прорвать печать, вне зависимости от места, из которого он пришёл, его можно считать своим благодетелем, тем более что между ними двумя существовала договорённость…

И столкнувшись с этим мальцом, который использовал его имя в собственных интересах… он отнёсся к нему, как к старому другу…

Он был совершенно не против. Ради такого прекрасного представления можно и потерпеть! Даже и несколько раз потерпеть ради такого шоу вовсе не проблема!

Более того, этот мальчишка действовал и в его интересах. Если три Священные земли и Туманный Призрачный Дворец окончательно разорвут отношения, он будет только рад…

Тогда он сможет спокойно разобраться сначала с одними, а потом с другими…

Поэтому-то Четырнадцатый Шао не мог позволить Цяо Ин всё испортить!

Разумеется, не мог!

Наблюдая за тем, как Цзюнь Мосе спокойно проворачивает свой подлый план, как девять Шенхуанов рассорились и уже приступили к ожесточённому бою, Цяо Ин так нервничала, что казалось, в любой момент могла обезуметь и сойти с ума, даже рискнуть своей жизнью и попытаться оказать сопротивление Четырнадцатому Шао, однако он отпустил её вовремя, при этом сказав напоследок: – Просто прекрасно! Этот негодник в самом деле знает толк в организации подобных представлений. Молодому господину можно не волноваться, а спокойно отправиться залечивать раны и готовиться к новому выходу с энтузиазмом, иначе разве этот негодник зря приложил столько усилий для этого? Будет досадно не принять этого во внимание…

Договорив, он бесследно исчез, оставив окостеневшую Цяо Ин в одиночестве…

Она в спешке отправилась спасать положение, покинула город, но когда прибыла на место, битва была уже завершена. Цяо Ин как раз пребывала в раздумьях и сомнениях по поводу того, что ей в конце концов нужно предпринять, как увидела с головы до ног грязного и зловонного Цзюнь Мосе…

После этого она решила следовать за ним и сделать так, чтобы он рассказал о своих проделках всем людям: она сама до сих пор не верила, что этот молокосос смог провернуть такую злодейскую провокацию!

Кто знал, что этот негодник без всякого стеснения вдруг снимет с себя всю одежду, и, предварительно несколько минут повиляв своей голой задницей, вдруг с грохотом прыгнет в воду…

Цяо Ин от начала и до конца по пятам следовала за ним, она не отводила от него глаз, так как переживала, что он внезапно может исчезнуть, и она потеряет его из виду. То, как Мосе внезапно оголился, Цяо Ин увидела совершенно чётко и со всеми подробностями!

За все годы её долгой жизни, разве ей приходилось лицезреть подобную картину? Поэтому в то же мгновение она вся залилась краской от стыда, и всё её тело обдало жаром. Ей только и оставалось, что отвернуться и закрыть глаза, мысленно ругаясь:

«Бесстыдник! Извращенец! Подлый хулиган…»

Глава 878. Если я изменюсь, вы исчезнете?

Если взглянуть на её возраст и уровень силы – она, может, и вполне заслуживает звания «тысячелетней дьяволицы», однако что же касается других сфер жизни – она настоящий профан. Вряд ли сможет быть лучше какой-нибудь обычной совсем зелёной девчонки, а то и даже хуже… Тем не менее она имеет особенную жизненную историю, и с этим уже ничего не поделаешь!

Не без труда дождавшись, когда этот грязнуля, наконец, домоет свои телеса, она услышала, что он вышел на берег. Подождав ещё немного, Цяо Ин предположила, что он уже оделся, и только потом повернула голову.

Однако её предположения оказались далеки от правды. Ей снова посчастливилось наблюдать обнажённого Цзюнь Мосе. На сей раз он вальяжно стоял на берегу и смотрел на одинокую луну. Под лунным светом его тело смотрелось весьма мужественно…

«Да почему же этот негодник всё никак не оденется?»

За довольно короткий промежуток времени, ей аж два раза удалось наблюдать Цзюнь Мосе без штанов. Казалось, после такого его тело больше не было для неё тайной… Барышня Цяо была так рассержена, что у неё едва пар из ушей не валил…

«Этот подлец такой бесстыжий! Или, может, он просто эксгибиционист?»

Если бы даже она и спросила об этом, Мосе, конечно же, не стал бы тянуть с ответом:

- А что в этом такого? Ну, испачкался, что уж теперь и помыться нельзя? Ну, помылся, что и голым постоять под запретом? Раз помылся, следует просушить тело как следует, разве не так? А иначе, как по-другому одеваться? На дворе ночь, вокруг глушь и тишина, постоял чуток голым и что с этого? Кто бы мог предположить, что среди безлюдных гор, глубокой ночью за тобой после ванны может поглядывать какая-нибудь красотка? И кто из нас, в конце концов, после этого бесстыжий? Молодой господин? Ты уверена?

Как бы то ни было, учитывая характер Цзюнь Мосе, даже если бы он знал, что поблизости есть молодая особа, которая тайком наблюдает за тем, как он принимает холодные ванны, он бы наверняка даже обрадовался. Что тут такого, впрочем, особенно, когда есть что показать… Даже самому приятно, не правда ли…

Намеренно или непреднамеренно, но ситуация складывалась именно таким образом. Тихий берег реки, с одной стороны стоит мужчина, с другой женщина, они растерянно смотрят друг на друга, не в силах вымолвить и слова. Цзюнь Мосе продумывал пути отхода. Его удивительная техника Инь-Ян, в конце концов, потерпела поражение. Если он прибегнет к варианту с Пагодой, то у него в запасе останется не так много запасных козырей. Цяо Ин же думала о том, как же ей схватить этого мальчишку, как заставить его признать свою вину, ведь у неё самой, и в самом деле нет доказательств…

Облачившись в штаны, он по-прежнему оставался обнажённым наполовину. Размышления Цзюнь Мосе резко перетекли в другое русло.

Теперь он думал о том, что Четырнадцатый Шао, оказывается, постоянно следовал за ним по пятам, при этом не предпринимая никаких действий… Такого расклада он даже и не мог себе представить. Его заботило, имеет ли это влияние для его последующих действий?

Думая об этом, он пребывал в замешательстве. Он совершенно не знал, как к этому относиться, и, тем более, как к этому относится Четырнадцатый Шао. Ведь он приложил столько усилий, неоднократное количество раз пользовался именем Четырнадцатого Шао, не брезговал никакими способами для разжигания этого происшествия…

И сейчас он вдруг узнаёт, что тип, на которого он с большим удовольствием навлекал разного рода неприятности, оказывается, всё это время был за его спиной и абсолютно отчётливо видел каждый его шаг…

Как это вообще называется?

Четырнадцатый Шао настолько уверен в своём могуществе, что он даже не стал обращать внимание на это! Однако то, что ему было абсолютно всё равно – это одно, а что Мосе намеренно надоедал человеку – это совершенно другое. Вроде, с первого взгляда эти две вещи не особо различаются, на самом же деле разница действительно существенная. Если в дальнейшем Четырнадцатый Шао вдруг решит отомстить Мосе, учитывая его нынешний уровень силы, ему придётся не очень-то сладко… Смотреть не на что будет…

Цзюнь Мосе даже не удержался и с досадой усмехнулся, думая про себя, что в его второй жизни ему действительно очень везёт. Он так себя переоценил… Этой ночью ему казалось, что у него всё под контролем, фактически же, он совершил целых три огромных упущения…

Во-первых, спровоцированная им драка между Шенхуанами потерпела поражение. Он рассчитывал, что у Шенхуанов из трёх Священных земель не будет возможности спастись бегством. Туманный Призрачный Дворец далеко превосходил их по силам и количеству, однако реальность оказалась очень далека от его предположений!

Во-вторых, оказалось, что в арсенале у трёх Священных земель имеется такая легендарная личность, как знаменитая «провидица» Цяо Ин, которая смогла разоблачить его удивительную, ещё ни разу не дававшую промахов технику Инь-Ян!

И последний, самый большой промах заключался в том, что всё это время, когда он использовал имя Четырнадцатого Шао в создании этого представления, владелец имени стоял за его спиной и спокойно наблюдал за этим. И самое страшное, что если бы Четырнадцатого Шао не было рядом, его план уже бы давно потерпел крах!

С виду идеально распланированное преступление, на самом деле, трещало по швам, какая потеря!

Раздумывая об этом, вдруг взгляд Цзюнь Мосе снова остановился на Цяо Ин. Она так неестественно стояла, её брови были сильно нахмурены, она была погружена в раздумья, и было очень трудно понять, о чём она думает. На её лице время от времени возникало замешательство, подавленность, иногда возмущение и гнев, сожаление и тревога… Всё это говорило о том, что в своих мыслях сейчас она блуждала где-то очень далеко от этого места, словно её душа рассталась с телом – эта пожилая воительница погрузилась в глубокие размышления…

Обнаружив это, изначально довольно подавленный Цзюнь Мосе растерялся, он не знал, плакать ему или смеяться! В своей жизни он видел немало пожилых людей, однако настолько растерянного… похоже, впервые.

– Эм… барышня, если вам больше нечего сказать, я, пожалуй, должен откланяться, – Цзюнь Мосе немного покашлял. Он всё равно не мог обращаться к стоящей перед ним молодой девушке, как к пожилой старухе…

– А? Как откланяться? Ты не можешь уйти! – слова Цзюнь Мосе немного отрезвили пребывавшую в растерянности и замешательстве Цяо Ин, и она немедленно среагировала. Она заметила, что эти раздумья несколько выбили её из себя, она раскраснелась, потом резко закашлялась, пытаясь замаскировать свою слабость, и, снова приняв холодный и отстранённый вид, равнодушно произнесла:

– Хочешь уйти… Однако ты не можешь этого сделать. Я так и не получила от тебя удовлетворительного ответа, так что с какой стати я так просто отпущу тебя?

На лице Цзюнь Мосе появился испуганный вид, обе его руки невольно стали раскачиваться в стороны:

– Девушка, я правда ни в чём не виноват! Я вам даже ничего не сделал, с чего вдруг я должен нести за это ответственность?

– Ты обязан ответить за это! Это твоих рук дело, неужто ты не должен ответить за то, что ты сделал? – Цяо Ин не заметила потайного подтекста в словах Цзюнь Мосе и, увидев его испуганный вид, стала ещё увереннее.

Цзюнь Мосе поднял глаза к небу, надрывным голосом напевая:

– Да, я знаю… Да, это так, нельзя быть на свете красивым таким… Небеса, земля… Неужто это моя вина, что я родился таким красивым? За что это всё мне! Я правда не выбирал этого! Я вовсе не хотел быть таким! Почему я должен отвечать каждый раз, когда женщины влюбляются в меня?

Сказать, что Цяо Ин охренела, значит ничего не сказать! В миг она вся покраснела. Вот сучий потрох!

Цзюнь Мосе со страдальческим видом посмотрел на неё и, почти плача, сказал:

– Сестра… Я даже и представить не мог, что девушка невиданной красоты, как ты, в конце концов, тоже станет обвинять меня, будет тайком подглядывать за мной, во время того, как я буду принимать ванны… Ох, и зачем же ты влюбилась в меня… Небеса издеваются надо мной! Какая ирония судьбы… я… я правда очень тронут тем, что вы полюбили меня… Но я правда не могу принять ваши чувства… Я знаю наверняка, я говорю очень открыто, прямо в лоб, мои слова могут ранить ваше сердце… но я обязан как можно раньше донести это до вас, вы же знаете какие люди сплетники в наше время…

– Да ты! Ах ты, подлец! Что за бред ты болтаешь? Кто тут ждал тебя из ванны… – сначала Цяо Ин пыталась сохранять спокойствие, однако очень скоро она потеряла контроль. Она была так зла, что дрожала всеми фибрами, и вот-вот должна была почернеть от злости…

– Барышня, я правда вас не обманываю! Я действительно женатый человек, к тому же у меня даже не одна жена, а несколько! Я уверен, вам совершенно плевать на это, однако им будет вряд ли плевать! Они очень ревнивы, и от них мне не избавиться, а вы, я надеюсь, проявите мудрость и обрубите всё на корню! – внезапно торжественным тоном сказал Цзюнь Мосе, очень правдоподобно выжимая из себя слёзы.

После этого его выражение лица изменилось, он словно хотел заплакать, но ему было настолько горько, что он даже не мог выдавить слезинки из глаз:

– Барышня, в какую часть меня вы влюбились? Если я изменюсь, вы исчезнете? Я правда буду усердно стараться измениться, тогда вы отречётесь от своих чувств ко мне?

– Поменяй себе мозги, болван! – Цяо Ин казалось, что ещё немного и её грудная клетка лопнет от ярости. Её тело сверкнуло, и она резко вознеслась в небо; в мгновение она достигла Цзюнь Мосе. Обе её нежные и хрупкие руки отвесили яростные пощечины по его физиономии.

Если бы она не ударила по его отвратительному рту, она не смогла себе такое простить!

– Ай-яй! – Цзюнь Мосе словно пёрышко в миг отлетел на десять чжан, всё ещё крича: – Барышня, я знаю, что это только моя вина, что я не могу принять ваши чувства! Вы проявили ко мне уважение и были искренни со мной, мне страшно повезло! Однако я правда не могу подарить вам надежду! Как же нам быть… Я тоже знаю, что если бьёт, значит, любит… Вы – необычайная красавица, пусть в этом мире очень трудно найти трёхногую лягушку (1), однако двуногих мужиков здесь пруд пруди… Зачем же вы обрушили свои чувства на несвободного человека? Это неправильно, очень неправильно, просто попробуйте не принимать это всерьёз…

Цяо Ин плотно сжала губы и не сказала ни слова. Она боялась, что, если откроет рот, то не сможет себя контролировать и отматерит его такими словами, которые она никогда в жизни не произносила…

Свистел неистовый ветер, покрывая собой небо и землю. Цзюнь Мосе был словно рыба, которую хотели поймать. Он скользил вправо и влево, уворачиваясь; на удивление он не чувствовал и малейшего давления, у него появились сомнения, что эта пожилая воительница хоть на что-то способна…

Тем не менее каждое движение этой женщины сопровождалось свистом неистового дикого ветра, словно грандиозная волна возмущения и гнева! К тому же её сила была настолько всеобъемлющей, что листья деревьев в десяти чжан от неё колыхались от ветра! Похоже, её сила далеко превышала силу любого Шенхуана, и даже Четырнадцатый Шао был ей не ровня…

Однако почему же при такой поразительной Суань, её меткость была такой низкой?

Цзюнь Мосе смог увернуться, и в то же время был очень удивлён этим.

В глазах Цяо Ин появилось удовлетворение:

«Давай выведем тебя из-под контроля… Просто подожди, пока моё «сплошное кольцо окружения» опутает тебя, и тогда, даже если бы у тебя и были крылья, уверена, ты бы вряд ли смог улететь!»

(1) Китайский аналог «иголки в стоге сена».

Глава 879. От «сплошного кольца окружения» не так-то просто уклониться!

Особая техника Цяо Ин, так называемое «Сплошное Кольцо Окружения», это установление связи между двух ладоней. Когда из несколько десятков ладоней сооружается наглухо закрытая клетка от неба до земли, то тогда, какими искусными техниками бы ты не владел, в таком пространстве не сможешь использовать их сполна!

Хотя Цяо Ин и могла разгадать всё, на что способен Цзюнь Мосе, но мастерство этого паренька было ей не сильно знакомо, оно сильно отличалось от того, что она уже видела.

Когда Чужаки применяли своё мастерство, то она могла увидеть всё, как оно есть и очень чётко, но когда этот паренёк применял свои приёмы, она видела лишь бледную тень.

Для применения своих самых мощнейших навыков требуется время для подготовки. А этот паренёк был невероятно бдительным, только дай ему возможность, так он сразу сбежит. Он владеет техникой быстрого передвижения, и, хотя её силы выдающиеся, однако не безграничны, и если он применит свою технику, то вряд ли получится его поймать.

Лучшим решением было сделать всё очень быстро, чтобы он не успел ничего понять. Использовать тщательно проработанную технику «Сплошное Кольцо Окружения», потихоньку лишить его бдительности и тогда двигаться он уже не сможет, и даже если захочет сбежать, то уже не получится…

Особую технику «Сплошное Кольцо Окружения» предки Священных земель создали для того, чтобы бороться с приёмами Чужаков. Между ладонями создается связь с помощью циркуляции Ци, благодаря чему Чужака можно блокировать. И даже если врагу удастся сбежать, то благодаря тяге, которую создаст энергия Ци, можно нанести ему удар.

Движения, совершаемые при использовании этого приёма, предъявляют слишком высокие требования к силе Суань, поэтому даже если Шэнхуан применяет «Сплошное Кольцо Окружения» и использует при этом всю свою силу, этой силы хватит лишь на один раз! К тому же после того, как он полностью использует все свои силы, ему только и останется, что погибнуть вместе с врагом. Жизнь за жизнь! Но сейчас этот приём использовала Цяо Ин, которая обладала мощнейшей таинственной силой, она словно не прикладывала усилий вообще, двигалась легко и умело!

Цяо Ин ухмыльнулась, её ладони были белыми, как нефрит. Она проводила ими в воздухе пунктирные линии одну другой, которые, в свою очередь, оставляли за собой белую тень, и всё это зависало в воздухе… Оно застывало, сгущалось… и постепенно тянулось к центру…

– Девушка, вы не устали? Вы так растратите всю свою энергию. Водички не хотите? – Цзюнь Мосе отпрыгнул в сторону и рассмеялся.

Он увидел, что хоть у врага и невообразимые способности, она их никогда не использовала. Ладони били по пустому пространству, что не было похоже на сражение. Разве так уничтожают врагов?

Хорошо подвешенный язык Цзюнь Мосе был здесь как раз кстати… Разозлить её, пока не поздно, а затем найти возможность быстренько улизнуть. Иначе придётся последовать в мир иной вместе с этим монстром. Она ведь могла разгадать скрытые способности Цзюнь Мосе, и это его пугало!

Цяо Ин холодно фыркнула, при этом лишь ускорила свои движения, хотя не нанесла ни одного удара.

Цзюнь Мосе собирался снова открыть рот, но вдруг обнаружил, что вокруг него образовалось некое вещество… такое чувство, словно небо и земля стали стенами, а он оказался меж этих стен в ловушке. Хотя это не было похоже на обычное заключение в Клетке Мира, пространство здесь медленно, но сжималось… это очень-очень плохо…

Молодой мастер Цзюнь изо всех сил несколько раз попытался вырваться, но в итоге не смог двигаться вообще…

Цяо Ин остановилась и с холодной улыбкой на лице произнесла:

– Цзюнь Мосе, как тебе «Сплошное Кольцо Окружения»? В самом деле в этом нет никаких достоинств? Разве это не ты остёр на язык? Ну-ка, скажи ещё раз, что ты там говорил?

– И в самом деле неплохо! Не думал, что то, что мне казалось полной дрянью, может быть применено сполна женщиной. Теперь мне всё ясно, – тело Цзюнь Мосе зависло в воздухе, уголки рта застыли в рассерженной до смерти улыбке, но он нагло продолжал болтать: – Но… ты растратила так много сил, высвободила столько энергии, похожей на Клетку Мира, тебя это не утомило?

– Верно мыслишь, это и в правду что-то похожее на Клетку Мира, но всё же путь создания несколько отличается! Эта клетка создана полностью благодаря силе Суань и сила Неба и Земли не использовалась вообще! Такой способ был специально придуман против таких чудаков, как ты, любящих незаметно прятаться! Наслаждайся тем, что я делаю тебе поблажки, Цзюнь Мосе, как и иноземному мастеру Тяньженю. Ты должен этим гордиться!

– Б*ять! Не смей упоминать моё имя с этой дрянью в одном предложении! Чем я должен гордиться? – в ярости проорал Цзюнь Мосе: – Ты правда ужасная женщина! Посмела затронуть мои чувства?

– И как же я их затронула? – пробормотала Цяо Ин с чувством удовлетворения на лице: – Ты действительно способен сбежать? Ну давай уже, действуй!

Цзюнь Мосе взглянул на свои ладони без всякого выражения на лице.

Цяо Ин неожиданно заколебалась:

– Тебе лишь стоит согласиться пойти со мной и разобраться в той путанице, которая возникла из-за недопонимания. Тогда я не стану причинять тебе вреда. Да к тому же, после этого, я даже отпущу тебя в целости и сохранности, как тебе такой вариант?

– Такого не будет! – со злобой в глазах сказал Цзюнь Мосе: – Я лучше сдохну, чем соглашусь на это!

– Но я и в самом деле не хочу вредить тебе! Я ещё никогда не причиняла людям вред… не считая Чужаков, я не хочу вредить ни одному существу нашего материка! – прикусив губу, сказала Цяо Ин: – Между нами нет глубокой ненависти. Скажи ещё раз то, что ты только что сказал – они герои Битвы за Захват Небес… и, очевидно, что ты ненавидишь Чужаков… Так почему мы не можем действовать сообща? Если мы будем действовать вместе, то тогда и в мире наступит спокойствие, разве это не здорово? Даже если, спустя время, никто и не вспомнит о нашем существовании, но мы должны сделать всё, что в наших силах, ради континента! Подумай, Цзюнь Мосе… Я, как Ракшас, принесла клятву. Осталось дело за тобой – ты должен осознать свои заблуждения, и тогда я сохраню тебе жизнь и гарантирую твою безопасность! Никто из трёх Священных земель не посмеет и пальцем тебя тронуть!

После небольшой паузы, она продолжила:

– Если ты дашь своё согласие, то я забуду про все те оскорбления и обвинения, что ты на меня повесил. Сделаю вид, что такого и не было. Ну, что скажешь?

Закончив говорить, она уставилась на Цзюнь Мосе своими чёрно-белыми глазами, которые выражали надежду. Чужаки очень хорошо скрывают свои умения, и если они поймут, что у кого-то есть более просвещённые мастера, то… для Битвы за Захват Небес это станет добрым предзнаменованием!

Поэтому, Цяо Ин, уже давно привыкшая к тому, что благополучие континента важнее всего остального в этом мире, прикладывала все усилия, чтобы убедить Цзюнь Мосе помочь ей в борьбе со злом!

– Ты действительно величественная женщина. Но ты слишком наивна, – вздохнул Цзюнь Мосе.

Женщина, которая стояла перед ним, была поглощена мыслями о Битве за Захват Небес, она искренне заботилась о народе, и ей совершенно всё равно на личную выгоду и славу… это невероятно! Она была похожа на Мэй Сюэ Янь, только ещё более наивная!

Сколько таких людей во всех трёх Священных землях…?

– Если бы каждый человек был таким, как ты, то Битвы за Захват Небес и не возникло бы! – сказал Цзюнь Мосе: – Прославленное имя героя не даёт тебе права делать всё, что заблагорассудится. Это также не повод убивать людей по собственному желанию! Битва за Захват Небес – это вовсе не место для поиска славы и выгоды… К сожалению, люди из трёх Священных земель взяли на себя ответственность за Битву, но у них есть и свои скрытые мотивы, они безжалостно убивали ни в чём не повинных людей, поступали жестоко и аморально, и, хотя я и сам не настолько уж и хороший человек, но мне хочется отдать все свои силы в Битве за Захват Небес. Я недооценил их!

Цяо Ин с жалостью в глазах взглянула на Цзюнь Мосе и медленно произнесла:

– Раз уж всё так получилось, то тут нет места для слабости. Я не могу, сложа руки, смотреть на то, как раскалываются четыре великие силы. Прости за то, что оскорбила тебя!

Цзюнь Мосе усмехнулся, на лице его появились нотки мягкости:

– Вы с ней очень похожи! Видно, что всё, что ты говоришь, ты говоришь искренне. Поэтому… я не могу допустить, чтобы ты страдала… Прощай!

Сверкнула тень, и от «Сплошного Кольца Окружения», полностью состоящего из чистой энергии Суань, не осталось и следа.

Цяо Ин очень удивилась. Поспешно она применила свои способности, проверила всё полностью со всех сторон, но везде было тихо, и тени никакой больше и не было, Цзюнь Мосе просто исчез… Но Цяо Ин была уверена, что молодой мастер Цзюнь не применял свою технику, и просто вот так, мистическим образом исчез!

Это, в конце концов, что за техника?

Было ещё кое-что необычное. Каждый раз, когда она применяла свою силу, она могла видеть, как перемещаются бесчисленное количество духов, но сейчас она не видела ничего, перед её глазами был лишь туман!

«Это что ещё такое? Неужели все духи всего мира исчезли?» – подумав об этом, она невольно расслабилась…

Хотя ее сила Суань была очень велика, но всё же она оставалась женщиной. И пока в этом мире так много людей, ей не будет покоя… А если она перестанет всё это видеть, то для неё это будет огромным облегчением…

Когда Цяо Ин наблюдала, она могла чувствовать большое количество людей, которые находятся далеко. Их лица равнодушны, у кого-то и голов вовсе не было, у кого-то – нижней части тела, у кого-то – конечностей, они все парили в воздухе…

Цяо Ин отключила свою способность, заметив, как сверкнула тень, и очень быстро направилась в сторону города Цзюхуа…

После прежней ссоры, три Священные земли объединились против общего врага из-за того, что три великих Шенхуана были преисполнены гневом к Туманному Призрачному Дворцу.

Они известили высокопоставленных лиц Священных земель, а затем и объявили об этом всему народу.

Все были воодушевлены на Битву!

Глава 880.1. Истребление рода (часть 1)

Толпа людей из трёх Священных земель подняла огромную шумиху, требуя возмездия у Туманного Призрачного Дворца: они скорее перебьют и правых, и виноватых, чем проглотят такую злость и обиду. По сравнению с таким внезапным замесом новости о появлении Четырнадцатого Шао, о котором всюду рассказывал Чжань Мубай, казались не очень привлекательными и интересными: всё внимание было сосредоточено на конфронтации трёх Священных земель и Туманного Призрачного Дворца.

Среди этой толпы было много неугомонных личностей, полных негодования. Они уже хотели отправиться на поиски этой шайки Шенхуанов, и наплевать, что они из Туманного Призрачного Дворца! Да и на их статус Шенхуанов тоже плевать! Да как они вообще посмели запугивать их?

Хай Вуй и Хэ Чжицю сами вызвали такие волнения, пусть они и не проиграли в том сражении, однако на душе остался неприятный осадок. Более того, им пришлось оставить свои мечи. Чжань Мубай больше злился из-за того, что под замес попали именно Шенхуаны трёх Священных земель.

Во всяком случае, этот вопрос уже был доведен до сведения руководству свыше. Что же будет дальше? Ведь Туманный Призрачный Дворец буквально нагадил нам на головы, вынудил нас вступить в бой! Разве можно такое терпеть?

Итак, нужно перегруппироваться и отправляться в путь.

Однако в столь критический момент внезапно появились два загадочных персонажа, и это вынуждало их остановить любые действия. В противном случае, сегодня ночью в городе Цзюйхуа может произойти жестокая резня… Эта шайка может без труда отправить весь город на небеса…

Когда эти два загадочных персонажа захотели отыскать мастеров Туманного Призрачного Дворца, они обнаружили, что Цао Гофэн и его люди уже давно исчезли… И оставили свои оборонительные позиции в Цзюйхуа.

Они даже не успели получить новости о том, что Четырнадцатый Шао уже здесь.

Все семеро отказались от своих основных обязанностей в этой миссии.

Их уход лишь усугубил непонимание между тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом, и возможность скорейшего разрешения конфликта заметно уменьшилась, что могло привести к ещё большим неприятностям…

В это время единственной, кто знала всю внутреннюю подоплёку, была Цяо Ин, которая находилась в глуши и противостояла Цзюнь Мосе. С того момента, как она ушла, прошло уже немало времени… Даже если ей удалось бы убедить Мосе пойти с ней и рассказать всю правду, вполне возможно, что не нашлось бы людей, способных в это поверить…

Город Цзюйхуа сейчас стал временной базой для трёх Священных земель.

И в этот момент главный альянс сил, которые существовал на протяжении 10 000 лет, вдруг вот так распался.

А теперь еще и отношение семьи Чен стало более холодным и равнодушным, что заметно ударило по авторитету трёх Священных земель…

Влияние старшего сына Чен Ченя, смерть второго ребенка и жестокие слова Чжань Мубая дали Чен Цинтяню ясно понять, что три Священные земли используют его семью лишь в качестве станции для снабжения, или же как жирную овцу… жирную и никуда не годную.

Это заставило всегда уважавшего и чтившего статус трёх Священных земель Чен Цинтяня прийти в полное отчаяние. А что добило его окончательно, так это то, что ни один человек из Священных земель даже не явился на похороны его сына.

Просто возмутительно!

«Почему умер мой сын? Разве не потому, что вы, лучшие люди этого мира, сами принесли такое несчастье в наш дом? На это мёртвое тело даже страшно взглянуть. Они не просто не явились на похороны, даже слова утешительного и то не прислали!

Если бы отправили хотя бы Великого мастера… это был бы уже неплохой знак уважения…»

Случись это раньше и при обычных обстоятельствах, Чен Цинтянь бы всё понял:

«Три Священные земли направили своих лучших Шенхуанов, а это уже другой уровень! Мой сын... Да что им до него? Они даже не обратят своего внимания на такую ерунду».

Если похоронами обычного подростка побеспокоить Шенхуанов – это просто развести много шума из ничего! Даже если бы три Священные земли действительно отправили туда своих людей, Чен Цинтянь был бы так польщён и встревожен, что места бы себе не нашёл.

Но теперь всё совсем по-другому…

Мало того, что никто не пришёл на похороны, но никто даже не удосужился выразить свои соболезнования отцу, потерявшему своего ребенка.

Чен Цинтянь был совершенно обескуражен. Он чувствовал, что все его собственные усилия всей жизни – просто большая шутка. Совсем не смешная шутка.

Принимая во внимания душевное состояние главы семьи, как могли остальные члены семьи сохранять хороший настрой? Естественно, всем стало на всё плевать, и дела делались на отвались…

Вся семья Чен была занята похоронами, и, естественно, ни у кого не было времени ходить вокруг высокопоставленных людей из трёх Священных земель… и хотя эти мастера были в ярости от происходящего, они не могли ничего поделать. Как только решится вопрос с наёмниками семьи Донфанг, эти люди тут же вернутся обратно.

Чем больше они тут находились, тем больше понимали, насколько этот мир им чужд... Всюду ожидают превратности судьбы.

В эту ночь Чен Цинтянь тайно встретился со своим старшим сыном в своём кабинете…

Главе влиятельной семьи приходится тайком беседовать со своим собственным ребёнком… От этой мысли Чен Цинтянь почувствовал себя немного жалким…

– Чен, с нашей семьёй покончено, – лишь одно предложение отца напугало Чен Ченя. От Чен Цинтяня исходила слишком серьёзная аура, а выражение его лица было крайне тяжёлым и суровым.

– Поэтому ты должен покинуть эти места, Чен… ты – единственная надежда нашей семьи… Держись подальше от этого водоворота событий. Пока ты жив, у нашей семьи Чен есть надежда на возрождение, – с грустью и отчаянием продолжил Чен Цинтянь.

– Отец, положение нашей семьи действительно трудное. У нас до сих пор имеется огромный отрыв от некоторых супер семей, но... Мы ведь ещё не достигли крайней точки разрушения, о чём ты говоришь? – недоумённо сказал Чен Чен.

– Всё рухнуло, когда погиб Чен Чун. Наша семья тут же встала на путь вымирания. Мы всё это время жили в мире и согласии лишь под покровительством нашего предка. Но по сравнению с нашими соседями – семьей Чжань, у нас имеется слишком много уязвимых мест… Как только вассалы Священных земель покинут этот город, наша семья перестанет стоить и гроша. После смерти предка наша семья Чен стала приманкой. Чтобы привлечь наёмников из семьи Донфанг… Приманка, хе-хе… Чен, ты наверняка знаешь, что означает это слово... Неважно, клюнет рыба или нет, наживку всё равно необходимо закинуть. А если рыба попадётся на крючок, то она все равно сначала проглотит свою приманку… Я надеялся, что три Священные земли дадут нам возможность для возрождения семьи, и был готов пожертвовать собой ради уважения и внимания трёх Священных земель… Но теперь я понимаю, что ошибался. Такая семья, как наша, никогда не будет замечена, даже если принесёт в жертву сотню подобных семей… Им нужно лишь достигнуть своих собственных целей, вот и всё. Что касается этих семей... им просто суждено быть принесёнными в жертву…

Лицо Чэн Цинтяня побледнело, он говорил шёпотом. Чен Чен уставился на своего отца, его сердце захлёстывала огромная волна чувств.

– Но если я уйду… Разве это не вызовет ещё больше подозрений по отношению к тебе, отец? – нахмурившись, обеспокоенно сказал Чен Чен.

– Усомнятся во мне... и что с того? – Чен Цинтянь улыбнулся и сказал: – Я был мертвецом с самого начала, и твой уход ничего не изменит. Если ты останешься, я всё равно не жилец, так в чём разница?

Сказав это, Чен Цинтянь встал, повернулся спиной и медленно добавил: – Иди и забери с собой свою женщину. Скажи ей, что с этого дня она для меня новый член семьи Чен и моя невестка.

Он всё ещё стоял спиной, затем вынул из кармана какую-то коробочку и кинул её. Чен Чен поймал подарок и выслушал Чэн Цинтяня:

– Это – символ нашей семьи Чен – нефритовая заколка твоей матери. Это подарок будущей невестке... Я не давал вам своего согласия, заставив пройти через много страданий, скажи ей, чтобы не держала на меня зла…

Он махнул рукой:

– Иди же и скрывай своё имя. Если тебе удастся воссоздать семью Чен, то не ступай в Цзянху, пока в ней не появится хотя бы один Шенхуан.

– Отец, я...

– Если ты не уйдёшь, я убью тебя собственными руками, а потом совершу самоубийство, – Чен Цинцянь поднял голову, тон его голоса был полон решительности.

По лицу Чен Ченя струились слёзы. Он понимал, что решение отца не изменить. И, задыхаясь от сдавленного плача, Чен Чен медленно пошёл к выходу. Он продолжал непрерывно кланяться отцу.

Чен Цинтянь стоял неподвижно и лишь когда Чен Чен переступил порог комнаты, сказал:

– Лучше уж быть семьёй крестьян, чем семьей вассалов.

Чен Чен дёрнулся и кивнул. Он всячески подавлял свою печаль и горестные слёзы, а затем быстро растворился в ночи.

Чен Цинтянь стоял прямо, как копьё, и на его лице медленно показалась спокойная улыбка. Пока Чен Чен будет за пределами этого водоворота, у семьи останется надежда на возрождение.

Он неподвижно и тихо сидел в своем кабинете.

Рано утром слуга постучал в дверь и сказал:

– Господин, храм предков был разграблен. Таблички с именами предков прошлых династий внезапно исчезли...

Чен Цинтянь был шокирован, но ему в голову вдруг пришла какая-то мысль, и он тут же ответил:

– Всё понятно. Можешь идти.

Слуга тяжело вздохнул, но на душе у него было какое-то странное чувство:

«Что случилось с нашим господином? Таблички с именами предков были украдены, а ему хоть бы хны!»

Слуга, недоумевая, покачал головой…

В этот момент в кабинете Чен Цинтянь глубоко вздохнул и пробормотал:

– Наконец-то я могу успокоиться…

На второй день люди из трёх Священных земель узнали об исчезновении второго сына, Чен Ченя…

Чжань Мубай немедленно отправил людей за Чен Цинтянем. Более того, он решил лично встретиться с ним.

Живя в чужом доме, нужно проявлять уважение к его хозяину.

Глава 880.2. Истребление рода (часть 2)

Чжань Мубай полагал, что его присутствия будет более чем достаточно, ведь он, как-никак, Шенхуан, так что Чен Цинтянь должен быть взволнован их встречей.

Поэтому при разговоре Чжань Шенхуан сильно не церемонился и говорил напрямую:

– Куда делся твой старший сын?

– Этот горе-ребенок, – вздохнул Чен Цинтянь. – Приглянулась ему одна служанка в нашей семье, так он заладил со своей женитьбой… Как я мог согласиться на такое? Естественно, отношения между нами заметно ухудшились за последнее время, но мне и в голову не могло прийти, что этот засранец вздумает сбежать со своей «любовью»… Какой позор на нашу семью! Я должен немедленно вернуть этого поганца обратно.

– Бегство? – Чжань Мубай фыркнул и усмехнулся: – Чен Цинтянь, а зачем этим влюблённым понадобились таблички с именами всех ваших прародителей? Чего это они именно сейчас сбежали, а не раньше? А? Чен Цинтянь, одурачить вздумал меня?

Тон голоса Чжань Мубя становился всё более и более тяжелым, оказывая сильное давление:

– Чен Цинтянь, лучше честно всё расскажи и тогда я сохраню тебе жизнь. В противном случае я сотру весь ваш род в порошок. Что это ты там замышляешь? Неужто против трёх Священных земель вздумал пойти? Смерти ищешь?

В тоне голоса Чжань Мубая чувствовалась жажда крови. За последнее время на него обрушилась череда неудач: будь то Туманный Призрачный Дворец или Четырнадцатый Шао – все они хорошенько подорвали его репутацию. Он просто не в силах совладать с эмоциями и сдержать себя в руках.

И... Когда его избивали, этот проклятый Чен Цинтянь наблюдал за всем и видел разбитую физиономию Шенхуана. Это, как раз таки – главная причина, по которой Чжань Мубай не может даже смотреть на Чен Цинтяня.

Поэтому каждый раз, когда он разговаривал с Чен Цинтянем, ему хотелось поскорее прикончить его.

Увидеть обезображенное лицо Шенхуана – это самый большой грех.

Поэтому Чжань Мубай так сильно разозлился. Но все же Чен Цинтянь всегда уважал три Священные земли и никогда не позволял себе пренебрежительного отношения, как и все члены его семьи. Без особой причины Чжань Мубаю будет некрасиво вот так просто его убить.

Однако за последние несколько дней отношение семьи Чен к трём Священным землям постепенно ухудшилось, дав тем самым Чжань Мубаю тут самую «подходящую причину». А после побега Чен Ченя Чжань Шенхуан решил воспользоваться возможностью и истребить к чертям всю эту грёбаную семейку.

Когда Чен Цинтянь услышал такую серьёзную угрозу, то поневоле перепугался. А затем в его душе разгорелся сильный порыв гнева.

Чен Чен ушёл по инициативе отца, и это чистая правда. Однако у старика и в мыслях никогда не было идти против трёх Священных земель, да он бы и не осмелился. А во-вторых, Чен Цинтянь прекрасно понимал, что не в силах вынести такого противника. Чен Чен покинул дом лишь из мер предосторожности, принятых в данных обстоятельствах.

Но кто знал, что Чжань Мубай выдвинет против него такое серьёзное обвинение.

– Предки, в чём смысл этого? Наша семья Чен всегда была предана своему долгу, более того, мы являемся вашими учениками, как бы мы посмели плести против вас заговоры и интриги? Это действительно слишком несправедливые обвинения! – принялся оправдываться Чен Цинтянь.

– Справедливое или несправедливое обвинение, это только тебе известно, – коварный замысел убийства в его глазах становился всё гуще и гуще…

Последнее, что увидел Чен Цинтянь, была большая белоснежная ладонь, которая приближалась к его лицу… а после этого наступило полное неведение…

***

Когда до Хай Вуя и Хэ Чжицю дошли новости, они поспешили туда, однако к их прибытию вся семья Чен уже была вырезана под корень… никого не осталось.

Стоя перед Чжань Мубаем, оба Шенхуана не знали, как себя повести, поэтому просто вздохнули и сказали:

– Ну убил, так убил...

А уже за этим не последовало никакой реакции. В конце концов, это просто маленькая семья вассалов. Её уничтожение не имеет большого значения. Таких семей у трёх Священных земель пруд пруди, не сосчитаешь…

Единственный, кто разозлился, это вечный страж – провидица Цяо Ин.

Когда Цяо Ин вернулась и узнала о случившемся, то тут же ринулась искать Чжань Мубая.

– Зачем ты их убил? – лицо её слегка побелело от гнева.

– Старейшина Цяо, упокойтесь, это всё случилось лишь из-за моей неосторожности. С самого прибытия в город Цзюйхуа постоянно происходили странные вещи. А внезапное появление Четырнадцатого Шао сделало меня более бдительным, – выражение лица Чжань Мубая стало серьёзнее: – После тщательного расследования было обнаружено, что в подвале дома Чен находился так называемый тайник Четырнадцатого Шао. Там повсюду присутствие этого самодура и его следы, даже его ледяные клинки остались.

Он сделал паузу и продолжил:

– А затем мне доложили, что в сегодняшней еде нашли странную добавку. Это оказался яд. Приняв его, любой Шенхуан, конечно, не умер бы, но не смог бы вырабатывать Суань в течение определённого периода времени. Естественно, всё это было направлено против меня. Так что если не убивать, то, как добиться смирения масс? – злость Чжань Мубая потихоньку превратилась в стыд: – Я ведь просто рассердился, но не смог удержать себя в руках, позабыв даже про вашу просьбу. Это моя вина! Ах… я ведь и сам миролюбивый человек, тем более, все они были моими последователями и учениками… В случившемся есть лишь моя вина…

Семья Чен уже была уничтожена. И чтобы ни говорил Чжань Мубай, уже не найдётся никого, кто мог бы опровергнуть его слова…

Цяо Ин слегка смягчилась, но всё ещё не понимала всей правды. Может, Чжань Мубай и говорил резонные вещи, однако она не могла до конца подавить свой гнев:

– Даже если и так, ты бы мог просто избавиться от Чен Цинтяня, зачем убивать столько невинных людей? Разве мы, мастера трёх Священных земель, теперь так жестоко обращаемся с людьми?

Чжань Мубай потихоньку признал свои ошибки, и ему стало ещё совестливее…

– Чжань Мубай, лучше не ври мне о сегодняшнем инциденте, в противном случае, даже не взирая на твой статус Шенхуана, мне придётся вступиться за семью Чен во имя справедливости и разобраться со всеми вытекающими последствиями для их чести и репутации, – сказав это, Цяо Ин злобно развернулась и пошла.

Чжань Мубай посмотрел в спину удаляющегося силуэта, а затем и сам исчез.

Статус и репутация Цяо Ин – это не то, что он может пошатнуть. Три Священные земли не задумываясь пожертвовали бы даже десятью такими же Чжань Мубаями ради одной Цяо Ин. Более того, уровень этой женщины выходит за пределы досягаемости…

***

Когда происходила резня в семье Чен, Цзюнь Мосе весь в холодном поту находился в своей Пагоде Хунцзюнь.

После битвы с Цяо Ин, он отправился в Пагоду. Мэй Сюэ Янь, увидев его несчастный вид, тут же спросила:

– Что случилось?

– Я сегодня встретил какую-то ненормальную, – молодой мастер вздохнул и сказал: – Молодая девчонка, на вид лет 20… Всё твердила, что прожила в этом мире более тысячи лет... Нет, ну врёт и даже не краснеет, прикинь! Ха-ха, неужели она думала, что она древний монстр? Развелось, б*ядь, древних монстров…

Цзюнь Мосе, говоря об этом, даже не заметил, что выражение лица Мэй Сюэ Янь переменилось:

– Двадцатилетняя девочка? Древний монстр?

– Да! Неужели это правда, ведь сила этой девчонки была нешуточная… – Мосе и не подумал бы, что в том бою его смерть была настолько близка. Если бы не его последний козырь, он бы точно потерпел поражение, даже техника Инь-Ян не смогла бы ему ничем помочь.

– Ты смеешься там надо мной что ли? – Цзюнь Мосе почувствовал, как его кто-то сильно схватил за ухо и развернул.

В глазах Мэй Сюэ Янь загорелась опасность, она слабо сказала:

– ЕЩЁ ОДИН древний монстр? Ты уже столько их повидал? Ты сейчас на кого намекаешь?

Цзюнь Мосе внезапно осознал, что нарушил запрет Мэй Сюэ Янь и поспешно рассмеялся:

– Нет-нет, я хотел сказать… Она обманщица, как такая молодая девушка может быть древним монстром? На самом деле, я имею в виду... я… о... – речь Мосе стала сумбурной, а Мэй Сюэ Янь становилась только злее…

– Я действительно не имел в виду тебя... – Мосе уже не знал, что делать: – Я не это имел в виду…

– Наконец-то ты признал, что тайно считаешь меня старым монстром, – Мэй Сюэ Янь была в ярости, она сильнее сжала свои пальцы. Мосе чувствовал, что его уши вот-вот отвалятся. Он закричал: – Я не... нет... Как мою Мэй Сюэ Янь можно сравнивать с другими? Сюэ Янь такая красивая, такая молодая, такая прелестная… как полная, чистая луна, как весенний дождь, ка...

Непрекращающийся поток комплиментов из уст Цзюнь Мосе действительно похож на бесконечное течение реки Янцзы...

Но чем больше он говорил, тем болезненнее было его ушам. Очевидно, на этот раз Мэй Сюэ Янь была действительно зла. Пот лился ручьём. Казалось, что у молодого мастера вот-вот вырастут огромные уши…

Может, на каком-нибудь высоком уровне Пагоды у него и появится такое умение, но, в конце концов, сейчас не время для этого...

Слюни летели во все стороны вместе с объяснениями Мосе, и, спустя некоторое время, Мэй Сюэ Янь всё же отпустила его уши, хотя и была по-прежнему зла. Надув щёки, она села на землю и отвернулась.

Цзюнь Мосе присел рядышком и с нахальным видом сказал:

– Сюэ Янь так вкусно пахнет, её запах может заставить меня чувствовать себя хорошо, хе-хе...

– Говори поменьше всякой ерунды, лучше расскажи, что с тобой случилось, – Мэй Сюэ Янь вытянула недовольное лицо, тон её голоса был жёстким.

– Так точно! Ваш муж слушается и повинуется, – поспешно ответил Цзюнь Мосе.

– Да кому ты нахрен нужен, такой противный, – покраснев, сказала Мэй Сюэ Янь.

Мосе, наконец, успокоился и вздохнул с облегчением:

«Фух, гроза миновала... мой бог...»

Когда Цзюнь Мосе говорил те слова, он и подумать не мог, что сможет её вот так сильно обидеть! Как так вообще получилось? Кажется, она взбесилась на пустом месте, безо всяких на то причин…

Молодой мастер начал рассказывать обо всём, что с ним случилось, и изложил все по порядку. А сказав «Цяо Ин», Мосе даже усмехнулся, слишком уж простая была эта девчонка…

– Ты сказал, что эту девушку зовут Цяо Ин? – Мэй Сюэ Янь внезапно прервала его и выпучила глаза.

Глава 881. Способы наказания в семье молодого мастера Цзюнь

– Да, верно, она называла себя «тысячелетней ведьмой» Цяо Ин, у неё также есть и другое имя, «Провидица Ракшас». И что с того? Не хочешь ли ты мне сказать, что всё, что она говорила правда? – недоумевая, произнес Цзюнь Мосе.

– Похоже, на этот раз ты действительно наделал нешуточного шума! Если даже она решила подключиться! – Мэй Сюэ Янь долго и протяжно вздохнула, на её лице появился торжественный вид: – Учитывая всё, что ты сказал, можно сделать вывод, что эта женщина – как раз та самая легендарная провидица Ракшас! Невероятно… её Суань далеко превосходит уровень Шенхуана, ещё её легендарное «Сплошное Кольцо Окружения»…

– Неужели она в самом деле прожила уже больше тысячи лет? Она действительно пожилая… эм… старушка? – Цзюнь Мосе выпучил глаза. Вдруг он почувствовал, как его ноги подкашиваются – прекрасная девушка, к которой он приставал… оказывается, в самом деле далеко немолодая особа преклонного возраста…

«Твою мать! Бля, да, что с этим миром не так?!»

– «Провидица Ракшас», Цяо Ин… Никогда бы не подумала, что она по воле судьбы вдруг появится в этом мире…

Мэй Сюэ Янь встала и сделала два шага:

– Мосе, я и ты, мы как никто другой знаем, что люди из трёх Священных земель – праведники и моралисты только на словах, на самом же деле они подлые и бесстыжие, их методы всегда низкие и грязные, и они не брезгают никакими средствами для достижения своих целей. Однако в жизни всегда бывают и исключения, и старейшина Цяо Ин – прямое доказательство этого. Она сильно отличается от всех их, ты можешь сколько угодно ругать их, но только не старейшину Цяо Ин. Ты всегда должен быть вежлив и учтив по отношению к ней. Сама по себе она очень добрый человек, в своих поступках она честна и благородна, за всё время не было такого, чтобы она принуждала делать то, чего кто-то не может или не желает.

Особенно, это касается её участия в Битве за Захват Небес, трудно подсчитать сколько выдающихся подвигов она совершила, сколько Чужаков положила, она действительно легендарная личность! Из-за её простодушия и наивности, три Священные земли никогда не отпускали её в Цзянху. Они всегда опасались, что здесь она может пострадать… Я даже не знаю, что могло случиться, что на этот раз они позволили ей покинуть Небесный Столп?

Она нахмурилась, немного подумала и потом сказала:

– Учитывая то, как трепетно три Священные земли относятся к Цяо Ин, если она вдруг внезапно появилась здесь, рядом с ней непременно должен быть какой-то другой могущественный мастер, который сможет защитить её в случае чего! Иначе Священный дворец ни в коем бы случае не разрешил ей странствовать в одиночку!

Мэй Сюэ Янь повернула голову и посмотрела на Мосе, решительно произнеся:

– Мосе, на этот раз твоё положение просто хуже некуда! Несмотря на то, что старейшина Цяо Ин обладает очень могущественной Суань, её невероятно высокий уровень владения искусством провидения, всё же составляет для тебя большую угрозу. Если говорить о ней, как о человеке – она в самом деле очень добрая и ни разу не страшная. Уверена, у неё даже не было мыслей убить тебя… Однако, что касается мастера, защищающего её, думаю, он не так прост, как она, и его силы обязательно должны превышать уровень Шенхуана. На это раз я обязательно должна сражаться вместе с тобой плечом к плечу!

– Нет! Категорическое нет, без разговоров! – Цзюнь Мосе был решителен и категоричен: – Учитывая твои крошечные силёнки на данный момент, что ты сможешь сделать? Сражаться со мной плечом к плечу? Я боюсь, ты вряд ли сможешь мне чем-то помочь. Вот помешать – это да. Помочь? Уж увольте!

Цзюнь Мосе был категорически против участия Мэй Сюэ Янь в войне, для него это было табу, и он уже давно всё решил, он лучше сам рискнёт, чем позволит ей выступить. По этой самой причине, он даже специально так грубо ей ответил!

– Но сейчас всё совершенно по-другому, – как же Мэй Сюэ Янь не могла понять то, что имел в виду Мосе? Она сразу его раскусила, и даже совсем не обиделась, а, наоборот, с самодовольной усмешкой продолжила: – После того, как я начала совершенствоваться, занимаясь процессом культивации, силы, которые передаются по наследству в моём роду, неожиданно раньше срока пробудились. Я уверена, что мой наследственный код умножился на целых три разновидности, и ещё прорыв на третий уровень процесса культивации совсем не за горами. Осталось совсем немного, и что касается техники исчезновения Инь-Ян, которой ты меня научил, сейчас я уже умею ею пользоваться. Пусть не на том уровне, чтобы нанести поражение врагу, но себя защитить я в силах; на это раз всё точно будет в порядке!

Она ещё раз посмотрела на него своими большими глазами и произнесла:

– Ты до сих пор считаешь, что я буду только мешаться у тебя в ногах? Сейчас мне надо переживать, не станешь ли ты для меня обузой!

– А?.. – Цзюнь Мосе тут же знатно прифигел от её слов: – Я стану тебе обузой? Эй, вишенка, спустись на землю! Врёт и даже не краснеет, вот же ж! Ну ладно, давай посмотрим, как ты справишься с такой обременительной обузой, как я!

Мэй Сюэ Янь фыркнула:

– Похоже, я давно тебя не воспитывала! Ты совсем от рук отбился, парниша! Клетка Мира!

Цзюнь Мосе рассмеялся:

– Сейчас твои силы далеки от моего настоящего уровня, твоя Клетка Мира уже… ээээ? – он не успел договорить, как заметил, что всё его тело внезапно онемело до такой степени, что он даже не мог пошевелить языком. Он так и застыл с открытым ртом и выпученными глазами. Характерный эффект Клетки Мира, который он уже долгое время не испытывал, с каждым мгновением становился всё ощутимее и отчетливее.

Мэй Сюэ Янь подпрыгнула и пнула застывшего с изумленным выражением лица Мосе по его упитанной заднице. Тот, словно монетка, подкинутая в воздух, подлетел и несколько раз перевернулся в воздухе, под язвительный и строгий комментарий Мэй Сюэ Янь:

– Это – одна из удивительных способностей, которым владеет наш род куниц!

Продолжая говорить, она ещё раз пнула Мосе, который ещё не успел долететь до земли:

– При любом уровне сил, мы способны использовать эту способность. В дополнении к этому мы можем свободно управлять силой Тяньди, приводить её в совершенно любые формы и облики! Обыкновенной Клетке Мира, разумеется, не одолеть тебя, но я специально изменила её так, чтобы она смогла оказать тебе достаточную помеху. Я уверена, что она – такая же, или, возможно, даже лучше «Сплошного Кольца Окружения» провидицы Цяо Ин…

Ну, что сейчас ты понял? Не смей мешать мне, молодой мастер Цзюнь! – в целом получилось около пяти-шести пинков. Она не успокоилась пока не договорила, и напоследок ещё ударила Мосе по заднице. После очередного полёта вверх он, наконец, спикировал на землю…

Бум!

На земле ещё продолжал неистово крутиться водоворот силы Тяньди, однако оковы, которые обездвижили тело Мосе, бесследно исчезли. После этого он сразу же начал поглаживать своё побитое тело, потом с горестным видом поднялся и сказал:

– Это не считается! Я даже был не готов, ты напала без предупреждения…

Мэй Сюэ Янь снова фыркнула:

– А кто тебе сказал, что у тебя есть право недооценивать меня! К тому же называть меня помехой…

Она не успела договорить, как увидела, что ещё недавно поглаживающий свою избитую задницу Мосе медленно стал исчезать, а потом и вовсе пропал из виду. Она тотчас же поняла, что дело плохо. Она поспешила укрыться подальше отсюда, как вдруг почувствовала, что её тело ускоренными темпами сжимается с разных сторон, две здоровые руки крепко обхватили её тело!

Одновременно с этим она почувствовала, что не может пошевелиться. Смеющее лицо Цзюнь Мосе появилось снова перед ней, он указательным пальцем провёл по её подбородку, и нагло сказал:

– Это не ты ещё недавно тут веселилась? Давай, улыбнись же мне!

Мэй Сюэ Янь чувствовала смущение и гнев, она закричала:

– Немедленно отпусти меня! Развратник!

Цзюнь Мосе промурлыкал:

– Ты ещё смеешь меня обзывать? Это не ты ли сама на меня напала? Ничего не поделаешь, я должен тебя наказать! Если говорить на чистоту, я вполне обоснованно могу называться твоим учителем, а нападение на учителя считается очень страшным преступлением. Ты заслуживаешь не меньше трёх ударов по заднице! А если уж говорить об этике и морали, то жена всегда и во всём должна слушаться мужа, муж руководит женой, а ты посмела поднять руку на своего мужа, нанести сокрушительный удар своему уважаемому мужу по его уважаемой заднице! А это уже два преступления. Выслушав обвинения, суд приговаривает тебя к семи ударам по заднице!

Продолжая говорить, используя свою силу, он заставил Мэй Сюэ Янь опуститься на землю и упасть ничком на его колени. Со смехом он поднял свою правую руку, и раздался шлепок. На этом, однако, представление не закончилось, его рука словно примагнитилась к заднице Мэй Сюэ Янь, он продолжал водить ей. В этот момент у него возникло странное чувство, словно ещё секунда – и он совершенно лишиться чувств, носом пойдёт кровь, и он упадёт в обморок…

Мэй Сюэ Янь слегка вскрикнула, мгновенно покраснела, и сквозь зубы процедила:

– Если ты не отпустишь меня… я…

– Ты… что? – Мосе вздохнул, и резко сказал: – Как говорится: «Не наведёшь порядок в семье – не сможешь управлять страной». Если в семье не будет дисциплины, как же быть? Так что эти меры совершенно оправданы!

Ударив раз, ему уже было очень трудно остановиться. В душе он, разумеется, хотел воспользоваться этим случаем, однако пытался сохранить правильный вид, но его похотливые глаза всё же выдавали его.

Мэй Сюэ Янь сжала губы, мысленно она ругала себя, что сама сглупила и поверила этому обманщику. Чуть позже она заметила, что его рука теперь находится совершенно в другом месте…

– Эй, ты… ты что делаешь? – теперь Мэй Сюэ Янь в самом деле серьёзно растерялась.

– Я привожу в исполнение наказание! – Цзюнь Мосе резко произнёс эти слова, однако, фактически, ментально он уже был не здесь, он так замечтался, что перенёсся уже совершенно в другую реальность.

«Ощущения такие приятные… вот это да! И это всего лишь через одежду… А если снять одежду, снять всю эту чёртову одежду, что же будет тогда… Вааа! Мамочки, это так маняще…»

Он не прекращал об этом думать. Он действительно погрузился в свои самые смелые фантазии, прищурил глаза и уже не следил за своими руками. Всё походило на то, что всё активнее переходит к осуществлению этих самых фантазий…

– Отпусти меня… Королева змей здесь… – смущенно сказала Мэй Сюэ Янь.

Эти слова привели его в чувства, он немного похохотал, а потом отпустил Мэй Сюэ Янь…

Мэй Сюэ Янь немедленно вскочила на ноги, всё её лицо пылало огнём. Даже её белоснежная шея залилась краской, она быстро поправила свою одежду и одарила Цзюнь Мосе очень злым и недовольным взглядом, ещё сильнее сжала губы и отвернулась, не произнеся ни слова.

Цзюнь Мосе немного оживился, оглянулся по сторонам, увидел лежащую Королеву Змей, а потом сказал:

– Как раз про Королеву Змей, я тут вспомнил про одну вещицу, которая может помочь ей поскорее прийти в себя… Я не знаю, те волшебные плоды мудрости и прелестный цветок лотоса, которые ты упоминала ранее, смогут ей помочь, как ты думаешь?

Мэй Сюэ Янь задумалась, она всё ещё была красной, однако на удивление быстро отвлеклась и стала размышлять. В конце концов, их сестринские чувства глубоки, они всегда были довольно близки, их отношения всегда были необычными. Она задумчиво произнесла:

– Возможно, эффект будет… но это не точно. Эти предметы, всё-таки, дело рук человеческих, и неизвестно, будет ли положительный результат. Но, по крайней мере, отрицательного быть не должно. Но Мосе, Королева Змей до сих пор пребывает в человеческом обличье… имеет ли это значение для её ранений? Обычно после тяжёлых ранений Священные животные неизбежно возвращаются к своему изначальному виду. Нельзя отрицать, что для Священного животного это что-то вроде средства самозащиты, в человеческом обличье им зачастую светит только гибель, а в таком виде у них больше шансов выжить. Это как раз одно из главных различий между человеком и Священным животным!

Глава 882.1. Божественный напиток долголетия!

– Я, разумеется, понимаю, о чём ты говоришь; но для этого требуются особые обстоятельства. Как, например, то, чтобы пострадавший находился в сознании. Это возможно только в ясном сознании, и это является особым фактором… Однако сейчас душа Королевы Змей практически уже полностью уничтожена, она висит на волоске и вот-вот рухнет на дно пропасти; таким образом пребывая в человеческом обличье, она расходует намного меньше внутренней энергии, как если бы она вернулась в своей исходной форме. Тогда, боюсь, ей бы не хватило энергии, чтобы обеспечить достаточное питание своему организму, следовательно, её шансы выжить заметно бы сократились… – тихо сказал Цзюнь Мосе.

– Эм, если так говорить, не значит ли это, то что, ты тоже… можешь оказаться совершенно беспомощным в этой ситуации? – встревоженно спросила Мэй Сюэ Янь.

– Скажу честно, мои силы сейчас очень скудны, и у меня действительно сейчас нет подходящего решения… однако всё равно из любой ситуации можно найти выход! – спокойно произнёс Цзюнь Мосе. – Всё, на что я сейчас способен – это поддерживать её жизнь с помощью Небесного Сияния Первозданного Хаоса. Я могу делать это вечно, а потом, рано или поздно, мы сможем создать переломный момент. Уверен, когда мы достигнем 6 или 7 этажа Пагоды… тогда у нас наверняка появится решение! Ты совершенствовалась в Пагоде Хунцзюнь так долго, у тебя ещё остались сомнения на счёт этого сокровища?

Цзюнь Мосе был очень уверен в Пагоде Хунцзюнь, особенно в её поразительных способностях, ведь волшебные таблетки, которые можно было бы готовить после достижения девятого уровня, имели эффект немедленного бессмертия, даже если их принимал самый обычный человек. Искусство бессмертия поражало своим потрясающим эффектом, так как воскрешения мёртвого теперь бы считалось сущим пустяком. Хотя травмы Королевы Змей были довольно тяжёлыми, однако для бессмертного небожителя, разве бы они что-то значили?

– Да, я верю тебе! – сказала шёпотом Мэй Сюэ Янь: – Однако сейчас положение у тебя хуже некуда. Что ты, в конце концов, думаешь предпринимать?

Цзюнь Мосе вспорхнул и подлетел к Королеве Змей, протянул свою ладонь к её спине и снова ввёл небесное сияние первозданного хаоса в её тело. В это время он, нахмурившись, продолжал размышлять. Он провёл в раздумьях немало времени, и, наконец, усмехнувшись, произнёс:

– В отношении этой кучки лицемеров, что я ещё могу сказать? Только два слова: Убить ублюдков!

– Убить? Ты сейчас всего лишь Почтенный мастер третьей ступени. Наши противники сильны, их около 30-40 человек, и самые слабые из них имеют уровень как раз Почтенных мастеров второй и третьей ступеней! У них также немало Достопочтенных мастеров, помимо этого целых три Шенхуана, и, если я не ошибаюсь, вслед за Цяо Ин Священный дворец должен был отправить как минимум трёх охранников ненамного слабее неё самой. Как ты собираешься убить их? Учитывая их силы, даже если они будут стоять неподвижно и не сопротивляться, тебе всё равно вряд ли удастся убить их! Это факт! И ты не можешь это отрицать! – Мэй Сюэ Янь встревоженно сказала: – В обычной ситуации наших сил было бы достаточно, однако сейчас, столкнувшись с такими противниками, как они, мы слишком слабы! Пусть сейчас тебе хватило сил, чтобы поднять эту шумиху, но их будет недостаточно, чтобы столкнуться с последствиями этой шумихи. Я считаю, что сейчас лучшим решением будет просто убраться отсюда подальше.

– Убраться подальше? – Цзюнь Мосе погладил рукой нос и рассмеялся: – Сестра, не вы ли говорили, что это я поднял эту шумиху? В данный момент шумиха только набирает обороты, как же я, главный зачинщик этого шоу, могу взять и исчезнуть? Это было бы слишком глупо.

– Ладно, спрошу по-другому: у тебя достаточно сил, чтобы встретится лицом к лицу с последствиями того, что ты устроил? Поскольку сил недостаточно, как ты собираешься действовать? Что тогда? – Мэй Сюэ Янь выпучила глаза.

– Открыто принять бой, действительно, не получится. Я этого и никогда не отрицал, однако мы можем действовать тайно! – Цзюнь Мосе загадочно улыбнулся: – Если действовать тайно, я уверен, что убить Шенхуанов будет не проблема! Что же касается мастеров, которые сильнее Шенхуанов… Мы, возможно, не сможем убить их, но это не значит, что нет человека, который бы не смог этого сделать!

– Может, ещё раньше эти слова и значили бы что-нибудь… Но в этом мире уже не осталось мастеров, способных оказать сопротивление трём Священным землям. На протяжении долгого времени они занимались устранением инакомыслящих. Сейчас у них нет ни одного врага. Какая, по-твоему, сила способна справиться с ними? – сказав это, Мэй Сюэ Янь невольно ужаснулась, она сама, не осознавая этого, сказала очень простую, и в то же время очень пугающую истину: у трёх Священных земель нет врагов!

Всех своих врагов три Священные земли уже давным-давно перебили, они уничтожили всех до одного, да так, что они даже не успели передать свои знания и умения своим потомкам…

Десять тысяч лет! На протяжении десяти тысячи лет они неустанно продолжали истреблять своих врагов и неприятелей! Мэй Сюэ Янь так сильно испугалась своих же слов, что её даже затрясло! Стало быть, лес Тянь Фа стал последним, кто смог оказать им сопротивление?

И в то же время стал их последним объектом уничтожения?

– Наш мир не познан до конца, в нём много вещей, о которых мы не знаем. В нём нет ничего невозможного, нужно лишь верить… Силы есть, поверь мне, – очень загадочно произнёс Мосе: – Например… как тебе Четырнадцатый Шао?

– Я понимаю, раз ты обдумал тайное нападение, ты должен был на что-то опираться, однако, Мосе, я должна предупредить тебя: если Четырнадцатый Шао и будет сражаться против трёх Священных земель, это будет лишь по его собственной воле, так как у нас нет никакой квалификации, чтобы противостоять ему! Мы ему даже не ровня! – лицо Мэй Сюэ Янь помрачнело: – Неужели ты надеешься, что после возбуждённого тобой беспорядка, ты всё ещё сможешь оставаться безразличным зрителем? Если это действительно будет так, я поддержу тебя, однако, учитывая твой характер, как ты думаешь сам, ты сможешь довольствоваться только этим?

Цзюнь Мосе опешил. Этими словами Мэй Сюэ Янь задела самое его больное место.

Всё время всё складывалось именно таким образом, и Мосе уже привык избегать открытого сражения со своими неприятелями. По мере того, как его силы увеличивались, его враги тоже становились всё сильнее и сильнее! Этот фактор как раз и способствовал тому, что Мосе полностью стал избегать прямых столкновений со своими недругами, он был вынужден отвечать им с помощью совершенно иных приёмов.

Он напускал на себя грозный и важный вид, действовал как призрак, пользовался чужим авторитетом в своих целях, подставлял других и многое другое…

Эти методы, конечно, были эффективными, даже очень, но сколько же всё-таки раз он лично с кем-то сражался?

Если вы хотите выжить в этом беспорядке, да ещё к тому же сделать так, чтобы вас никто не трогал, вам нужно залить крепкий фундамент: Сила! Кровопролитные сражения! Потом утвердить свой авторитет!

Дать первый бой, который потрясет всю Поднебесную!

Установить безупречный авторитет – вот самый действенный способ устранить все грядущие последствия и трудности. В противном случае, ваш враг потерпит поражение, но при этом ничего не уяснит для себя. Разве этим можно быть довольным? Разумеется, после этого ваш враг вряд ли остановится, за этим могут последовать точно такие же налёты и вмешательства, к тому же неоднократно!

В этот раз, можно сказать, повезло, и можно использовать Четырнадцатого Шао, а что же будет в следующий раз, кто знает? А в другие разы? Неужели всё будет именно так и продолжаться?

– Ты говоришь верно! Мы не можем продолжать просто наблюдать со стороны! – медленно произнёс Цзюнь Мосе с мрачным лицом.

– Если ты говоришь бой, значит, мы дадим этот бой, нужно только собрать все силы нашего леса Тянь Фа, и мы сможем противостоять им, чего бы это нам не стоило! – сказала Мэй Сюэ Янь.

Глава 882.2. Божественный напиток долголетия!

– Нет! – Цзюнь Мосе медленно покачал головой.

– Нет? Неужели у тебя есть какие-нибудь другие варианты? – удивилась Мэй Сюэ Янь: – Сейчас у нас есть один-единственный план, который мы способны осуществить: мы должны собрать всех старейшин леса Тянь Фа и вместе со всеми ними выступить в решающем сражении! Вне зависимости от того, что нас ждёт, поражение или победа, мы должны нанести трём Священным землям наиболее тяжёлый удар, причинить им настоящую боль и страдания! Только тогда они смогут понять, что с нами дела плохи. Иначе нам вряд ли удастся пересечь этот рубеж, в лице города Цзюйхуа! – Мэй Сюэ Янь помолчала, потом продолжила:

– Что касается нас двоих, пусть сейчас мы, конечно, и не так слабы, но всё-таки не конкуренты Шенхуанам, разве что… если бы могли за ночь значительно продвинуться в своих силах! Однако такого испокон веков никогда не бывало, и вряд ли вообще такое возможно.

– Кто сказал, что это невозможно? – Цзюнь Мосе равнодушно произнёс: – Если такого испокон веков не бывало, это совсем не значит, что это совершенно невозможно! Я же уже говорил, что в этом мире нет невозможного!

Его глаза пали на ту огромную артерию Тяньди, в них появился блеск.

– Ты обладаешь такой вещью? – Мэй Сюэ Янь сама не ожидала, что своим вопросом она огласит ответ на самый трудный для них вопрос.

– Да, у нас в самом деле есть вариант, с помощью которого мы сможем значительно продвинуться в уровне своих сил за одну ночь. Этот способ очень действенный, и в тоже время очень опасный. Это крайне большой риск! И, к тому же, он требует очень много энергии и сил, – медленно произнёс Мосе, одновременно одной рукой поглаживая артерию Тяньди возле себя. – Внутри этой вещицы, фактически, пусто. Артерия Тяньди, по сути, таким образом и берёт своё начало. В специальном, герметичном, изобилующим одухотворенной Ци месте сначала там появляется молоко медного камня, – он слегка улыбнулся: – После его возникновения, эффект самых удивительных чудодейственных лекарств значительно увеличивается; если оно долгое время остаётся нетронутым, его удивительные функции становятся только насыщеннее, и в дальнейшем его верхний слой постепенно твердеет, превращается в камень. В действительности, самый начальный верхний слой этого молочного сока как бы отсекается и отбрасывается наружу! Спустя долгие годы седиментации, формируется Божественное молоко Тяньди!

– Божественное молоко Тяньди? – Мэй Сюэ Янь была потрясена. Ранее она уже слышала про молоко медного камня, однако никогда не слышала про Божественное молоко Тяньди. Так как это молоко медного камня было настолько редким сокровищем, что его было очень трудно отыскать в этом мире, всего лишь одной маленькой капельки было достаточно, чтобы оживить мёртвого человека, чтобы справиться с любой проблемой, возникающей у мастера, совершенствующего Суань. Его силы без причины могли в мгновение увеличиться в несколько десятков раз!

Кто же знал, что в молоке медного камня ещё скрывается Божественное молоко Тяньди!

Потрясающе, просто нет слов!

Однако потрясения на этом не заканчивались!

Цзюнь Мосе медленно продолжил:

– На протяжении долгого времени формирования Божественного молока Тяньди, оно становится равносильно крупногабаритным подвижным боевым строям. Оно уже больше не всасывается одухотворенной Ци, а наоборот, само всасывает в себя её, по мере того, как одухотворенная Ци становится плотнее и гуще, Божественное молоко тоже увеличивается в своих размерах, твёрдость верхнего слоя становится подобно камню. Только если увеличить объём, можно устранить дальнейшее повышение твёрдости. И как раз это самое увеличение объёма начинается изнутри. Другими словами, происходит вытеснение инородных примесей, а в то же время как раз эти примеси и формируют то, что мы видим прямо сейчас перед своими глазами!

Цзюнь Мосе похлопал артерию Тяньди, с несколько горестным вздохом.

– И когда верхний слой станет в толщину примерно 3 чжана, значит, первый шаг формирования выполнен! Самое удивительное свойство этой штуковины заключается в том, что, где бы она ни находилась, то место автоматически становится настоящим раем для совершенствования! Артерии Тяньди длиной в три чжана достаточно для того, чтобы целый горный хребет превратить в райское место! И вслед за тем, как артерия непреклонно растёт, полезные свойства содержащегося в ней Божественного молока тоже продолжают увеличиваться, и чем дольше времени проходит, тем эти свойства становятся ценнее и дороже, если оно достигнет соответствующего возраста, оно может превратиться в редко встречающийся «Божественный напиток долголетия». Согласно преданиям, любая артерия длиной, по крайней мере, более десяти чжан способна сформировать этот «Божественный напиток долголетия»! – на лице Цзюнь Мосе появилось странное выражение, он похлопал по артерии и сказал, глядя на Сюэ Янь:

– А у нашей артерии протяжённость около 40-50 чжан! Ты понимаешь, что это значит?

– Что? – Мэй Сюэ Янь была настолько шокирована, что даже перебила Цзюнь Мосе, и в не свойственной ей манере, бешено оскалилась, и остервенело закричала на Мосе:

– Камень, на котором я постоянно спала, был артерией Тяньди? Внутри которой располагался «Божественный напиток долголетия»? Эта удивительная вещь… артерия Тяньди?

Мэй Сюэ Янь выпучила глаза и, затаив дыхание, ждала ответа от Цзюнь Мосе.

– Да! Всё верно, этот камень – артерия Тяньди! К тому же не простая, а намного превышающая возрастной лимит «Божественного напитка долголетия». Я уверен, одной капельки этого напитка будет достаточно для того, чтобы совершенно обычный человек, никогда не владевший Суань, сходу стал Почтенным мастером… И это ещё самое скромное предположение! – Цзюнь Мосе ответил вполне конкретно на вопрос Сюэ Янь, к тому же, закатив глаза, он продолжил:

– Как, по-твоему, ты бы так быстро смогла увеличить свой уровень? Как крохотная куница меньше чем за два месяца достигла бы уровня Почтенного мастера первой ступени? Я уверен, что никакие техники не смогли бы гарантировать такой впечатляющий прогресс, не так ли? Процесс культивации, разумеется, одна из причин. Плотная густая одухотворённая Ци повсюду, несомненно, тоже, но всё же главная причина твоего прогресса – это то, что я с самого начала положил тебя именно сюда. Каждый раз, когда ты спала, твоё тело неустанно совершенствовалось! Особенно, когда ты сидела здесь во время своих тренировок, твой результат всегда увеличивался вдвое!

Мэй Сюэ Янь пошатнулась несколько раз и, схватившись за голову, вскрикнула…

– Иначе бы почему, по-твоему, я не дал тебе постельное бельё? Неужто я настолько бесцеремонный и невнимательный человек? – Мосе, закатив глаза, продолжал причитать: – Сейчас, когда ты добилась успехов, что ты сделала первым делом? Конечно, обидела меня. Принялась бить меня, да ещё и несколько раз…

Цзюнь Мосе был обижен, ведь у него не было этой вещи, когда он совершенствовался, ему приходилось идти на многое, а ради этой девчонки…

Договорив, он увидел только, как Сюэ Янь слегка вскрикнула и повалилась на землю – она упала в обморок…

Этот сюрприз был настолько неожиданным, что даже Сюэ Янь не смогла выдержать этого!

– Быть не может! Почему её психологическая выносливость настолько плоха? – удивлённо пробормотал себе под нос Цзюнь Мосе.

Мосе так недооценивал своё сенсационное заявление. Кому угодно скажи, что он всё время сидел на сундуке с сокровищами, он, несомненно, упадёт без чувств.

Потому что это совсем необычная вещь, которую может увидеть любой человек!

Это в самом деле самое что ни на есть настоящее сокровище, которое очень редко кому удается отыскать!

Глава 883. Непоколебимая решимость!

Спустя некоторое время Мэй Сюэ Янь, наконец, очнулась и пришла в себя. Её глаза тут же уставились на артерию Тяньди. Вытянув свою белоснежную ручку, она осторожно коснулась этого огромного «камня», боясь, что от более сильного толчка он просто рассыплется вдребезги…

– Не волнуйся так. С ним ничего не случится, даже если ты ударишь по нему со всей силы. Даже маленький кусочек и тот не отвалится, – с улыбкой заверил Цзюнь Мосе.

– Не говори ничего! Заткнись пока! – Мэй Сюэ Янь злобно прикрикнула. Она погрузилась в это огромное счастье, и её два прекрасных глаза превратились в яркие полумесяцы: – Мосе, сколько же лет понадобилось, чтобы образовалась такая артерия Тяньди?

– Сколько лет? Дай-ка я посчитаю, – Цзюнь Мосе поднял пальцы: – Как правило, для образования молока медного камня требуется несколько тысяч лет... А процесс превращения в Божественное молоко Тяньди занимает не меньше одной сотни тысяч лет, а то и больше… Что касается артерии в несколько десятков чжан, которая производит Божественный напиток долголетия… то её становление происходит как минимум миллион лет… Перед нами артерия в сорок или пятьдесят чжан, следовательно, ей около пяти или шести миллионов лет…

– Пять... пять или шесть... миллионов лет? – Мэй Сюэ Янь открыла рот, едва не задыхаясь от удивления.

«Пять или шесть миллионов лет... Насколько же это долго?

Это, это... я не могу себе это представить...»

– Вполне возможно, это занимает больше времени. Мои расчёты – это лишь приблизительная оценка. Всегда существуют некие погрешности. Пусть даже и незначительные – десятком тысяч лет меньше или больше! – серьёзно сказал Цзюнь Мосе.

– Судя по твоим рассказам… Значит ли это, что даже небольшое количество порошка с этого камня есть не что иное, как Священное лекарство для исцеления? – поспешно спросила Мэй Сюэ Янь.

– Ну да. Правда, обычные люди не могут позволить себе такое Священное лекарство, потому что даже небольшое количество порошка эквивалентно молоку медного камня самого высокого качества, – Цзюнь Мосе кивнул головой и состроил гордую гримасу.

– Боже... вау… ха-ха... – в этот момент от солидности и серьёзности Мэй Сюэ Янь не осталось и следа. Некоторое время она прыгала, кричала и смеялась, а затем подбежала с Мосе и, схватив его за одежду, игриво ударила молодого мастера по животу. Тот уже было побежал, но Сюэ Янь догнала его и продолжила колотить своими маленькими кулачками. И вроде бы била крепко, но в то же время весело и игриво…

Молодой мастер только посмотрит вверх, как получит удар снизу, только посмотрит вперёд, как его атакуют сзади, только схватится за голову, как его стукнут по заднице… Беспрерывно раздавались его дикие вопли…

На душе было лишь сплошное сожаление:

«Что происходит? Кто бы мог подумать, что эта тихая девчонка вдруг так разбушуется от воодушевления! Да ещё и использует свои кулаки для выплеска всех эмоций! Какое счастье, что уровень моего совершенствования выше, иначе она бы точно выбила из меня и всё хорошее, и, самое страшное, всё плохое тоже! И ведь, блин, даже не щадит, бьет до самого мяса… Лохматить твою бабушку… Нет, ну ладно, когда ты злой, колоти себе людей! Понятно же, что ты хочешь излить на ком-то свой гнев. Но если ты счастлив и херачишь всех вокруг, это уже клиника…»

Молодой мастер прикрыл лишь две части своего тела – лицо и промежность. Первую нужно было сохранить для людей, а вторую – для любимой женщины. Всё остальное он оставил на избивание Сюэ Янь, лишь бы та была довольна…

Наконец, возбуждение Мэй Сюэ Янь постепенно начало утихать, частота ударов снизилась. Похоже, что её рука вообще уже отнялась. Осмотрев масштабы разрушения и не увидев ничего сломанного, кроме Мосе, она смущенно спросила:

– Эм, Мосе, это… ты …в порядке?

Еле терпящий боль во всём теле Мосе опустил руки и показал свою опухшее от ударов лицо, скривил рот в улыбке и, сквозь слёзы, сказал:

– Сестра, посмотри на меня! Разве это похоже на то, что я в порядке?

– Хм, ну… с виду, вроде, целёхонький. Не скажешь даже, что что-то не так, – взволнованно сказала Мэй Сюэ Янь: – Давай, расскажи мне ещё что-нибудь о Божественном напитке долголетия и его потрясающем эффекте…

– Не-не-не, хватит, стоп игра! Ты снова начнёшь размахивать своими кулаками куда попало. А попало, почему-то, исключительно в меня…

– Я обещаю не бить тебя!

– Я не верю...

– Что мне сделать, чтобы ты поверил мне?

– Ну, если только ты впустишь меня сегодня ночью в комнату для новобрачных…

– Ты, ты... омерзителен!

Бац! Бабах! Ты-дыщ!

После ещё одной серии ударов наглая рожа Мосе стала наглой и опухшей, но зато он окончательно притих.

Тем не менее оба прекрасно понимали, что удары Мэй Сюэ Янь – не что иное, как выплеск накопившихся эмоций и чувств. А для молодого мастера, у которого толстая кожа и неплохие навыки совершенствования, парочка кулаков – не большая проблема...

Спустя некоторое время эти двое, наконец, успокоились.

Мэй Сюэ Янь слегка смутилась и сказала:

– Мосе, ты планировал открыть артерию, а затем выпить вместе со мной этот Божественный напиток долголетия, чтобы увеличить наши силы и справиться с надвигающейся бурей?

– Да, я именно так и планировал. Но сердце тяготит некоторая нерешительность, – Мосе погладил своё лицо, и чернота от синяков тут же исчезла.

– А почему колеблешься? Не хочешь расточать такое добро? – спросила Мэй Сюэ Янь, но она понимала: потратить такой редкостный дар впустую – самый настоящий грех!

– Как раз таки нет, хорошие вещи нуждаются в использовании. Не важно, израсходуем мы его полностью или нет, меня волнует другое. Я не уверен, что с нашим уровнем совершенствования мы сможем выдержать эффект хотя бы одной капли Божественного напитка долголетия. В конце концов, этот материал содержит в себе более миллиона лет существования квинтэссенции неба и земли… – Цзюнь Мосе нахмурился и добавил: – Есть ещё кое-что… Божественный напиток долголетия – единственное, что можно употребить без дополнительной обработки и улучшения. Эта вещица не нуждается в переработке, и её можно полностью использовать напрямую. То есть такое нельзя преобразовать в лекарство или таблетки для смягчения его тиранической силы, поэтому этот напиток можно также по праву назвать лучшим в мире! Если мастер не сумеет выдержать эффекта этого напитка, то его ждёт лишь забвение, другого пути нет! И никакая чудодейственная таблетка тут уже не поможет!

– А если выдержит? Тогда сила этого мастера значительно возрастёт? – с любопытством спросила Мэй Сюэ Янь.

– Ещё как возрастёт. Если мы сможем выдержать силу этого напитка и успешно поглотить его в своё тело, то сделаем невероятный скачок в своих силах! По самым скромным оценкам, мы прямиком прорвёмся до Достопочтенного мастера четвёртой ступени или же до Шенхуана и даже выше! – Цзюнь Мосе медленно сказал: – Чем сильнее мастер, тем больший эффект он получит после принятия этого напитка! Но мы с тобой совершенствуемся по особой методике Пагоды Хунцзюнь… Если на нашем месте окажется любой другой Шенхуан, то от одной капли Божественного напитка долголетия он немедленно задохнётся и умрёт!

– Как всё серьёзно! – Мэй Сюэ Янь выпучила глаза от шока.

Увидев её волнение, молодой мастер сам слегка вздрогнул и подошёл поближе, а затем продолжил:

– Это всё – лишь мои собственные суждения в общих чертах. К сожалению, самая большая проблема заключается в том, что... Божественного напитка долголетия довольно много, по крайней мере 10 миллионов капель точно. А нам с тобой необходимо всего лишь по одной капельке! Если мы откроем артерию, как запечатать остальное? Если оставить её открытой, то напиток испарится в воздухе… И это будет самым настоящим расточительством… Вот такая проблема сейчас стоит перед нами в первую очередь!

– А если запечатать остатки в нефритовые бутылочки? – Мэй Сюэ Янь повернула голову, активно внося свои предложения и советы.

– Если бы его можно было просто разлить по бутылочкам, стал бы я так переживать? – Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: – В бутыльках, сделанных из божественного нефрита, нельзя хранить Божественный напиток долголетия. Пусть они и крепкие, однако если налить туда этот напиток, то через мгновение останется лишь пустой сосуд, а вся жидкость испарится в воздухе…

– В таком случае... лучше ничего не трогать и позволить ему оставаться внутри, пока мы не придумаем способа получше, – хотя Мэй Сюэ Янь также стремилась улучшить свою собственную силу, но выбор между одной каплей и несколькими миллионами её сильно тяготил. Если выбрать одну каплю, тогда оставшиеся миллионы капель исчезнут... Мэй Сюэ Янь знала, что даже если она прорвётся до уровня Шенхуана, она будет испытывать огромное чувство сожаления.

– На самом деле, есть один способ. Но я не уверен в его практическом исполнении, – метод, который придумал Мосе, заключается в том, чтобы использовать Пламя Первозданного Хаоса. Если в момент разрезания артерии обжечь края Пламенем Первозданного Хаоса, то жидкость останется внутри. Конечно, без убытков не обойдётся, но таким образом хотя бы удастся сохранить хоть какую-то часть Божественного напитка долголетия, а оно того стоит.

Но проблема сейчас в том, что Пламя Первозданного Хаоса кажется слишком свирепым. Кто знает, возможно, оно вообще полностью уничтожит остатки Божественного напитка долголетия. Более того, запечатывание – это всего лишь предположение. Никто не может гарантировать, что всё пройдет успешно, а если не запечатается, что тогда?

Последствия этих двух неудач сильно ударят по Цзюнь Мосе!

Но в данных обстоятельствах нельзя отступать!

Так что Мосе всё же решил испытать судьбу, ведь успех зависит от старания. Даже если остатки напитка будут утеряны, что с того? Лучше сохранить это дарование и остаться без сил? Разве это не то же самое, что сходить в золотые горы и вернуться оттуда с пустыми руками?

Цзюнь Мосе поднялся, вытянул руки, и в его ладонях появился длинный ослепительно яркий меч.

Меч из крови Яньди и Хуанди!

Теперь это меч по праву можно называть драгоценным оружием со сверхъестественными способностями! В некоторых аспектах ему нет равных даже легендарном царстве небожителей!

Цзюнь Мосе сначала использовал смесь пяти металлов, чтобы изготовить сам клинок, а затем повторно закалил его, добавив туда несколько тысяч килограммов золота, и несколько сотен уникальных ледяных клинков Четырнадцатого Шао из Подземного Мира!

Можно сказать, что этот меч просто сделан из уникального сплава золота и железа!

Земля, материк Суань, Подземный Мир... Вещи трёх миров слились в этом мече!

Теперь этот с виду маленький клинок имеет вес не менее 250 килограмм. Обычному человеку просто так даже с места его не сдвинуть! Тем не менее этот меч обрёл духовные способности и после закалки достиг взаимосвязи с Цзюнь Мосе: лишь в его руках вес меча становится обычным. Если же он попадёт в руки другого человека, пусть даже это будет сильный мужлан, вроде Короля медведей, боюсь, что при его поднятии даже он потерпит фиаско…

– Сюэ Янь, отойди в сторону! – Цзюнь Мосе стоял с мечом в руках, а его лицо отражало непоколебимую решимость!

Появление этого меча отрезало все пути к отступлению!

Глава 884.1. Эксперимент…

Можно называть это по-разному – транжирить добро или не ценить редкие сокровища… Какая разница, когда тебе угрожает опасность и ты не в силах с ней справиться, не говоря уже о будущем!

Мэй Сюэ Янь отступила в сторону, и в тот же момент мрачное сияние гулким грохотом разразилось в пустоте. Остриё холодного меча из крови Яньди и Хуанди соприкоснулось с артерией Тяньди, словно раскалённый кинжал врезался в ледяное сливочное масло!

Свист разбил тишину, кусок размером с ладонь отлетел с самого верхнего слоя артерии. Это была её самая верхняя часть, и пусть она была срезана не очень-то аккуратно, тем не менее она никак не могла навредить содержащемуся внутри Божественному напитку долголетия.

Поэтому Цзюнь Мосе вовсе не переживал об этом!

Раз Мосе начал, пути назад уже не было, он должен был довести это дело до конца. Уверенным взмахом руки он привёл в движение стихию воды, и одухотворённая Ци, находившаяся в самом верху Пагоды, мгновенно переключилась и сформировала бирюзовый водный поток, который мчался из пустоты.

В это же время, на месте, где прошёлся меч Цзюнь Мосе, образовалась небольшая выемка размером с сжатый кулак, куда и полилась одухотворённая Ци, сжатая до состояния воды, пока не наполнила её до краёв.

Несмотря на то, что с верхнего слоя отскочил кусок размером всего лишь с ладонь, поперечное сечение рассекло артерию на длину в три чжана. И глубины этого отверстия было как раз достаточно для того, чтобы Мосе смог провести эксперимент.

Мэй Сюэ Янь не отводила глаз от Мосе. С твёрдой решимостью он снова взмахнул рукой и громко прокричал:

– Пламя Первозданного Хаоса! Вперёд!

Затем из кончиков пальцев Цзюнь Мосе, с характерным грохотом, начало просачиваться чёрное, как смоль, пламя. Оно беззвучно и плавно двигалось в воздухе.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, со всей силы вскинул руку вверх, и мощное пламя поднялось на несколько чжан вверх, а вслед за этим со скоростью молнии оно достигло места поперечного сечения артерии!

Соприкоснувшись с пламенем, верхний слой слегка поплавился, превратившись в блестящую струйку жидкости, которая медленно стекла прямо в это небольшое отверстие и закупорила его…

Цзюнь Мосе выдохнул, и пламя снова вернулось к его кончикам пальцев, а потом и вовсе бесследно исчезло. Он протянул руку и вытер пот со своего лба.

Цзюнь Мосе просто не мог не волноваться.

Если его эксперимент удастся, тогда он сможет использовать Божественный напиток долголетия, когда он этого пожелает. Ему только надо будет проткнуть маленькое, словно иголкой, отверстие, выпустить пару капель и этого будет вполне достаточно. Потом снова запечатать отверстие и наслаждаться благополучием во всех делах!

Однако если этот эксперимент потерпит крах, тогда увеличение сил с помощью этого плана придётся временно отложить!

Глядя уже на запечатанную половину куска артерии, Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, и в воздухе снова сверкнуло блестящее остриё меча!

Удар меча!

Камень рассечён!

Он был разрублен на две части, из которых по капле вытекала светящаяся жидкость. Сформированная одухотворённой Ци, капля за каплей она вытекала наружу, а уже через пару-тройку секунд превращалась в газообразную одухотворённую Ци и рассеивалась в воздухе!

– Получилось! – Цзюнь Мосе, учащённо дыша, с трудом произнёс одно слово. Его глаза светились.

– Получилось? – Мэй Сюэ Янь было тяжело в это поверить: – В самом деле получилось? Ты уверен? Это вещь очень необычная, если ты допустишь ошибку…

– Да нет никакой ошибки! – Мосе перебил её, радостно сказав: – Как раз по этой причине я и использовал не обычную воду, а превратил одухотворённую Ци в воду, чтобы быть наготове на случай вот такой ошибки! Не стоит забывать, что этот «Божественный напиток бессмертия», по сути – тоже жидкость, сформированная из одухотворённой ци и не более. Просто концентрация этой Ци намного превышает другие такие же жидкости, и при этом в ней есть другие трудные для понимания трансформации… Но всё равно, несмотря на эти трансформации, его основное состояние не может быть изменено! Эта вещь навсегда останется жидкостью!

Глядя на эту громадную артерию, в глазах Цзюнь Мосе формировалось чрезвычайно восторженное свечение, он медленно произнёс:

– Сегодняшний эксперимент имеет глубочайшее значение! Благодаря этому эксперименту наша семья Цзюнь снова возвысится в этом мире и будет стоять непоколебимо, как утёс! По своей густоте одухотворённая Ци здесь, в Пагоде Хунцзюнь превышает одухотворённую Ци снаружи почти более, чем в 1000 раз! А значит, артерия Тяньди будет развиваться здесь ещё быстрее! Количество Божественного напитка бессмертия будет становится только больше и больше! Даже внукам рода Цзюнь этого будет вполне достаточно! Нужно лишь достигнуть определённого уровня совершенствования, потом принять одну каплю этого напитка, и в мгновение можно достигнуть уровня выше Шенхуана!

– Да, верно! Лишь только нужно, чтобы ты всегда оставался здесь, и тогда семья Цзюнь будет сверкать своим великолепием тысячи лет! – Мэй Сюэ Янь всё-таки сразу решила задать каверзный вопрос Цзюнь Мосе: – Разве что ты действительно так сможешь? Кроме тебя, кто в семье Цзюнь способен управиться с твоим мечом, разрубить эту артерию, держать под контролем Пламя Первозданного Хаоса, исправить недочёты и погрешности? Если даже считать, что найдутся люди, способные на это, будет ли вероятность, что они смогут так же, как и ты, входить в Пагоду Хунцзюнь, которая, если верить тебе, находится внутри твоего тела? Ну, или как-то так, ты понял.

Цзюнь Мосе слегка опешил, и очень долго молчал, а потом еле слышно пробормотал:

– Да… сейчас я был очень возбуждён, и немного не подумал… Да ладно, я совсем не подумал об этом важном факторе, но я… тем не менее постараюсь остаться здесь так долго, насколько это будет возможно. До того дня, пока я не буду вынужден сам покинуть это место!

Спросив об этом, Мэй Сюэ Янь имела в виду старение и смерть. В её понимании, даже самые легендарные и удивительные люди этого мира всё равно рано или поздно умирали. Она пыталась сказать об этом не прямо, а завуалированно, но Мосе подумал совершенно о другом.

Глава 884.2. Эксперимент…

Разумеется, в своей прежней жизни он не верил в бессмертие; однако в этой жизни, особенно после появления у него Пагоды, он поверил! Это было фактом, как же можно было в это не верить?

Если он достигнет уровня силы, который этот мир будет не в состоянии выдержать, тогда ему придётся покинуть этот мир! Были какие-то определённые обстоятельства, почему Первому Шао пришлось покинуть эту землю, и то, что его сила была очень велика, было, несомненно, одним из этих факторов!

Возможно, те блестящие вознесения на самом деле существовали, всё равно ничего неизвестно!

Цзюнь Мосе выбрал один кусок из двух и передал его Мэй Сюэ Янь:

– Это тебе. Если ты получишь травму, а меня не окажется рядом, просто возьми перочинный нож и соскобли немного порошка с этого камня, разведи с водой и выпей. Окрас этого камня очень мягок, он обязательно должен обладать свойствами нефрита. Это такая же хорошая вещь, как божественное молоко Тяньди.

Мэй Сюэ Янь согласно кивнула и с собой осторожностью убрала этот камешек себе за пазуху.

Глядя на то, как Мэй Сюэ Янь бережно обращается с этим кусочком, Цзюнь Мосе невольно умилился и рассмеялся:

– Такая осторожность излишняя. Это всего лишь временно вынужденный шаг, мы с тобой вряд ли когда-либо разделимся. Два дня максимум, но ты вряд ли сможешь получить ранение за это время.

– Наш мир непредсказуем… Всегда есть люди, которые могут получить ранения. Выжить в нашем мире, особенно в социальной прослойке мастеров, которые не ограничены никакими законами… Здесь всегда было подчинено одному принципу – победа за сильнейшим, смерть слабому… Каждый день люди мечутся между жизнью и смертью, где уж там обойтись без травм и ранений? – Мэй Сюэ Янь легонько вздохнуло, её настроение заметно ухудшилось, и она, еле-еле улыбнувшись, произнесла: – Сейчас мы уже избавились от ваших человеческих законов, и от принципов Священных животных…

– Да, наш мир – дело такое! – Цзюнь Мосе, тоже немного расчувствовавшись, сказал: – Люди… в самом деле очень странные существа! До появления людей в этом мире все соблюдали закон джунглей, подчинялись естественному отбору. Мясо слабого – пища сильного… Пусть это и было жестоко, однако это было справедливо. С появлением людей началась борьба за власть, и, спрашивается, для чего? Чтобы в дальнейшем прийти к объединению, централизации, сформировать предпосылки создания законодательной системы… Первоначальная цель создания закона заключалось в том, чтобы сделать всех людей равными. Чтобы было проще управлять государством… После появления законов первыми, кто почувствовал на себе эти оковы, стали самые низшие классы общества, опять же слабые… только слабые стали равны перед другими такими же слабыми…

Он глубоко вздохнул и продолжил дальше:

– Вопреки этому люди, достигшие власти и могущества, не стали придерживаться этих самых законов и снова вернулись к старому доброму закону джунглей. Выживает сильнейший, а слабый умирает… Например даже, борьба между семьями Цзюнь и Ли в городе Тянсян. Иначе говоря, две самые влиятельные семьи столицы вступили в противостояние… какую роль здесь сыграл закон? Всё равно, закон побоку, главное – это какая из семей могущественнее и всего-то…

Что же до конфликта трёх Священных семей и леса Тянь Фа – это яркий пример, как сильный поедает слабого! Другими словами, люди, достигнув власти и могущества, обязательно снова превращаются в диких зверей! Я правда не понимаю – равенство, законы, борьба за власть ценой крови и жизни… В конце концов, для чего всё это? Какой в этом смысл? Снова вернуться к закону джунглей?

Мэй Сюэ Янь улыбнулась:

– Я не думала, что ты такой впечатлительный и неравнодушный.

– Впечатлительность – вряд ли, а вот соображение, серьёзно, есть. И недоумение тоже настоящее. Только жаль, что никто не может дать мне вразумительный ответ на это! – Цзюнь Мосе с кривой улыбкой сказал: – Думая об этом, кажется, что в этом мире живут только непотребные выродки! Они хотят равенства, но его нет; получили равенство и снова отшвырнули его от себя. Как ты думаешь, это весело?

– Думаю, нет! Ни разу не весело! – Мэй Сюэ Янь рассмеялась: – Фактически в этом мире так никогда и не было этой так называемой «справедливости». Как-то давно, один мудрый человек сказал мне вот что: «Император нарушает закон, а простой народ – его соучастник». Однако здесь нет никакого объяснения: этот так называемый «закон» установлен самими людьми. Вне зависимости – те люди, которые его создавали, или те, кто его исполняет, все они в большой или маленькой степени пользуются какими-то привилегиями! Это и есть закон! Это то же самое, что и наши исключительны права в Тянь Фа.

Мэй Сюэ Янь очаровательно рассмеялась:

– В нашем Тянь Фа каждый день происходят случаи из разряда закона джунглей, но наш Повелитель никогда не обращал на это внимания. «Выполняйте по желанию», и всё на этом. Он установил лишь один запрет: исключить масштабные войны между стаями! Остальное его не касается. Однако если конфликты касались Повелителя, все дрались друг с другом… Закон в самом деле был действенным, однако надо было обратить внимание в отношении кого именно! Наш Повелитель мог не соблюдать закон, который он сам же и установил, – она посмотрела на Мосе и сказала: – По сути, люди – это та же самая стая Священных животных, такой же лес Тянь Фа и не более! Просто наш Повелитель пользовался исключительным правом, а все остальные молча это терпели. Священные животные не хуже людей, нечего сказать! К тому же каждый зверь страстно желал заполучить себе это место, поэтому все надеялись; а вы, люди, просто публично не признаёте этого привилегированного сословия… Другими словами, они сами не признают свои особенные привилегии, ещё и пытаются играть роль тех, кто рьяно соблюдает эти законы, попросту настоящие лицемеры, лишенные стыда и совести…

Глава 885. Риск совершенствования!

– Ха-ха-ха! Хорошо сказано! Люди – это ещё одна группа Священных зверей! Хотя им даже и с ними не сравниться. У них нет той искренности и простоты, что есть у Священных животных. Даже с хорошо развитым мозгом их мысли такие же отвратительные, что у простых диких зверей! – Цзюнь Мосе рассмеялся и продолжил: – Закон? Пф! Если есть правила, то будут нарушения! Когда-нибудь я хочу создать свой собственный закон Цзюнь Мосе! Я хочу быть тем, кто создал закон и разработал правила, чтобы бедные и слабые люди не страдали от них!

– Если ты действительно установишь свои законы… Я даже не могу представить, насколько нелепым и абсурдным станет этот мир, – сказала Мэй Сюэ Янь с кривой улыбкой: – Не нужно этой неопределённости и несбыточных надежд. Для начала следует привести в порядок свои мысли.

– А ты говоришь резонно! Есть вещи, которые нужно чётко сформулировать заранее, – Цзюнь Мосе улыбнулся, вытянул ноги и сел на задницу, прищурившись: – Нужно лишь пережить это совершенствование, и когда наши силы возрастут, мы вернёмся и дадим решающий бой трём Священным землям! На этот раз это будет большая битва! После неё, независимо от того, каков будет результат, кто проиграет, а кто победит, три Священные земли не побеспокоят нас до окончания Битвы за Захват Небес!

– Если мы в конце концов одержим победу в этом бою или даже уничтожим их всех, тогда у трёх Священных земель не останется уверенности в Битве за Захват Небес. Их собственная сила существенно сократится, и они окажутся в невыгодном положении перед Чужаками, – с тревогой сказала Мэй Сюэ Янь: – Эта война… Если мы в ней выиграем, тогда Битва за Захват Небес окажется под угрозой поражения! А если же проиграем, то обречём себя на погибель! Это так противоречиво!

– Противоречиво? А разве при принятии решения не бывает противоречий? Едва ли! – Цзюнь Мосе, заложив руки за затылок, спокойно прилёг на землю и добавил: – Сейчас уже всё не так, как раньше. Теперь Короли зверей по большей части приблизились к уровню Почтенных мастеров. Более того, я аккуратно взращиваю отряд Небесных Разрушителей Душ. Пусть их уровень пониже, но, всё же, не слишком сильно разнится. После этой Битвы ты сможешь вернуться в Тянь Фа вместе с обломком этого камня и использовать порошок для увеличения силы Священных зверей. Уровень каждого из них, естественно, не подскочит до Достопочтенного мастера, но по крайней мере у тебя появятся бойцы, способные участвовать в Битве за Захват Небес!

Цзюнь Мосе улыбнулся:

– Если мы потерпим поражение в этой битве, то неизбежно умрём. Об этом даже и речи нет! Но если мы одержим победу, тогда три Священные земли будут разрушены, а будущее материка Суань окажется в опасности, мы просто не вправе отказаться от участия в Битве за Захват Небес! Даже если это будет тяжело, мне нужно отправиться туда вместе с группой мастеров, чтобы полностью уничтожить Чужаков! Нельзя допустить, чтобы на этом материке снова случилось такое грёбаное событие, как Битва за Захват Небес! Никто не имеет права использовать эту войну в качестве оправдания своим отвратительным и бесстыдным действиям!

– К тому же, я не только собираюсь просто увеличить свою силу! У меня есть план! – фыркнул Цзюнь Мосе.

– Ты намерен истребить все кланы Чужаков?! – спросила Мэй Сюэ Янь с горящими глазами.

– Конечно! Этот мусор подлежит уничтожению, зачем оставлять его в живых? Ты же не против, я надеюсь? – сказал Цзюнь Мосе.

– Как я могу иметь какие-либо возражения? Нет ничего лучше, чем если ты действительно можешь раз и навсегда уничтожить этих ублюдских тварей! Поскольку у тебя есть такая уверенность, решимость и амбиции, то давай на этот раз позабавимся с тремя Священными землями!

Мэй Сюэ Янь говорила очень взволнованно и радостно. Цзюнь Мосе прекрасно знал, что самой тяжёлой вещью на сердце Мэй Сюэ Янь всегда была и будет Битва за Захват Небес. Эта тема намертво укоренилась в её мыслях и ничего с этим не поделаешь.

Поэтому перед Битвой молодой мастер Цзюнь должен сначала дать Мэй Сюэ Янь уверенность в светлом будущем. Во всяком случае, у него теперь есть такая сила и это не хвастовство. Чужаки – это те твари, которых Мосе ненавидит даже больше, чем людей из трёх Священных земель. У него не дрогнет рука, чтобы истребить их всех подчистую…

– Сюэ Янь, ты готова? – Цзюнь Мосе поднял меч из крови Яньди и Хуанди, свет на острие меча постепенно начал рассеиваться.

– Готова! – Мэй Сюэ Янь осторожно кивнула, её глаза засияли.

– Когда мой меч опустится вниз, ты должна немедленно взять капающий Божественный напиток долголетия и отойти, не мешкая и не останавливаясь! Я использую Пламя Первозданного Хаоса одновременно с ударом меча, чтобы запечатать разрез! Любая задержка может привести к потере большого количества Божественного напитка долголетия. Ты ведь уже сама понимаешь ценность этой вещицы… Нельзя допустить никаких промашек! – Цзюнь Мосе медленно поднял свой волшебный меч над головой, и он ярко засветился!

– Не волнуйся! – глаза Мэй Сюэ Янь внимательно уставились на каменную артерию перед ней. В каждой из её ладоней появилась сильная аура, которая постепенно накапливалась, образовывая две маленькие фигурки, похожие на нефритовые бутылки.

Нефритовые бутылки из одухотворённой Ци! Чтобы в один момент вобрать в них Божественный напиток долголетия!

– Сейчас! – громко воскликнул Цзюнь Мосе.

Можно сказать, что Мосе использовал всю свою силу и умения и сконцентрировал их в волшебном мече. Вслед за движением клинка шёл яркий отблеск, похожий на Млечный путь!

Меч опускается!

Из аккуратного надреза медленно вытекла капля кристально чистой пурпурной жидкости, и всё пространство Пагоды Хунцзюнь наполнилось неописуемым чудесным ароматом. Ощутив этот запах, оба почувствовали себя крайне счастливыми и безмятежными.

В тот момент, когда Божественный напиток долголетия уже собирался политься вниз, тело Мэй Сюэ Янь подлетело с молниеносной скоростью, остановилось с другой стороны, а затем она прошептала:

– Готово!

Не успела она закончить фразу, как тёмный разрез каменной артерии накрыло тёмным Пламенем Первозданного Хаоса.

В процессе горения под неописуемым жарким Пламенем Первозданного Хаоса каменная артерия Тяньди быстро растворилась и, к счастью, маленькое отверстие в надрезе с толщиной с большой палец было наглухо запечатано!

Цзюнь Мосе удовлетворённо ухмыльнулся и спрятал свой длинный меч.

Аура, заполнившая Пагоду Хунцзюнь, внезапно стала ещё плотнее и гуще! И, хотя взаимопонимание между двумя было чрезвычайно хорошим, однако две или три капли Божественного напитка долголетия всё же упали на землю, мгновенно превратившись в густую пелену одухотворённой Ци!

В это время два бутылька из духовной энергии в ладонях Мэй Сюэ Янь начали постепенно таять. Две капли Божественного напитка долголетия казались ещё живыми, а фиолетовый свет становился всё более и более ослепительным. Флакон, очевидно, больше не мог выдерживать давление от внутреннего испарения!

– Не медли, давай же, прими это немедленно! Стабилизируй платформу своей души и пробивай барьер твоей силы! – решительно закричал Цзюнь Мосе. Он схватил один из бутыльков и без колебаний тут же проглотил его целиком. Мэй Сюэ Янь сделала то же самое!

Попав в желудок, маленькая бутылка, состоящая из духовной энергии, тут же рассеялась. Божественный напиток долголетия тут же показал себя в действии. С неким толчком Цзюнь Мосе почувствовал, как огромная волна силы берет своё начало в даньтяне, а затем с бешеной скоростью движется в сторону всех конечностей! И блокировка подсознания уже не играет никакой роли!

Дело плохо!

Хотя Мосе изо всех сил пытался переоценить эффективность духовной силы, кажется, что он всё-таки ошибся в своих подсчётах. Квинтэссенция Тяньди, собранная в течение миллионов лет, имеет действительно потрясающий эффект, и он просто невероятен!

Цзюнь Мосе закричал:

– Давай! У нас есть четыре ладони, чтобы уравновесить силу: левая движется вперёд, а правая – назад! Нужно заставить циркулировать наши Суань. Инь-Ян дополнят друг друга и создадут энергию Тяньди!

Затем он подлетел к Мей Сюэ Янь и сел на колени. К этому времени Мэй Сюэ Янь уже чуть было не разорвало на куски от действия этого мощного напитка. Она была уже на грани и с трудом разобрала слова Мосе. Из последних сил Сюэ Янь протянула свои руки к молодому мастеру. Оба привели в действие свои Суань…

Однородная духовная сила превратила тела этих двух людей в один большой вращающийся цикл, равный внутренней циркуляции двух человеческих тел. И эта столбовая дорога циркуляции выходила их левой ладони Мосе и втекала в правую ладонь Мэй Сюэ Янь. А затем наоборот: из правой ладони Сюэ Янь в левую ладонь молодого мастера!

Затем в даньтяне обоих прогремел взрыв: Ба-бах! Этот звук распространился где-то глубоко в их душах и подсознании. Похоже, что эффект двух капель Божественного напитка долголетия решил показать себя в полной красе! Внутри тел каждого прогремел ещё один взрыв!

Огромная невообразимая духовная сила, подобная горному цунами, моментально выбросилась прямо из даньтяня, тела двух человек почти одновременно достигли своих пределов, казалось, что изобилующая энергия Суань может в любой момент прорваться наружу!

И это только начало!

Такое начало уже и так неплохо потрепало этих бедолаг!

Только их четыре руки всё ещё были крепко связаны друг с другом. Внутренняя духовная сила подобна силе реки Янцзы, проникала в меридианы и заполняла их тела. Проходя через ладони двух людей, эта волна накатывала на них по очереди, вызывая более интенсивный штормовой шквал духовной энергии. Туда… Сюда… Туда… Сюда…

Сейчас эти два человека уже потеряли чувство автономии и самоконтроля, но они продолжали инстинктивно управлять огромной силой своего тела. Такое бессознательное побуждение делало ауру всё более и более ожесточенной...

Их кожа от такого мощного давления начала трескаться и вздуваться, даже кровеносные сосуды выступили наружу, превращаясь в ярко-красные полосы. Вены, мускулы и артерии тоже проступили на поверхности кожи… Поверхность кожи потихоньку покрылась трещинами, и тонкие, налитые кровью капилляры медленно просачивались из них…

Глава 886.1. Итак, прелюдия началась!

Это явление демонстрирует то, что эти двое не могут вынести действие даже одной капли этого Божественного напитка, это значительно выходит за рамки того, что им по силам выдержать!

Ситуация на данный момент чрезвычайно опасная. Стоит только одному из них сдаться или не справиться с этой неистовой силищей, и в то же время другой просто взорвётся на мелкие кусочки, не оставив и ни следа после себя! Скорость одухотворённой Ци, которая двигалась по циркулирующему кольцу, сформированному взявшимися друг за друга руками этих двоих, была просто безумной, и уже больше не могла остановиться…

Это был самый настоящий критический момент, казалось, они уже были на волоске от смерти! В это самое время Пагода автоматически начала испускать огромное количество силы, которая спокойно распространялась во вне, как бы обволакивая собой тела этих двоих, пытаясь защитить их…

Воспротивиться этому безумному потоку…

Цзюнь Мосе предвидел это.

Он заранее решил, что если возникнет подобная ситуация, и они не смог справиться с этой силой, в последнюю минуту, уже перед самой смертью, Пагода должна будет прийти на помощь, и тогда она сможет спасти только его одного, не приняв во внимание, что происходит с Мэй Сюэ Янь!

Поэтому в тот момент, когда он нагнулся, чтобы проверить, есть ли вероятность возникновения «сбоя», он что-то сделал с телом Сюэ Янь, и их истинные Ци стали единым целым!

Таким образом, если Пагода спасет его, она будет обязана спасти и Мэй Сюэ Янь!

Если не спасёт его… да как она посмеет?

Поэтому Цзюнь Мосе без долгих сомнений решился на этот эксперимент, зная, что у него есть поддержка со стороны Пагоды!

А не то… даже если Небожитель какой, выпив каплю этого Божественного напитка, тоже бы, скорее всего, взорвался вдребезги. Иначе, почему Цзюнь Мосе так необдуманно решился принять его? Ему ведь ещё не надоело жить…

Разумеется, он ничего не сказал об этом Мэй Сюэ Янь, иначе бы она ни за что не позволила ему так рисковать. И она бы не смогла понять отчего он так уверен в своих силах…

Ему оставалось только сначала сделать, а уже потом объяснять, что да как…

Время медленно ускользало, после истребления семьи Чен прошло уже ни много ни мало, 7 дней.

Город Цзюйхуа пребывал в состоянии умиротворения, по-прежнему цветущий и оживлённый. Люди, разумеется, заметили, что некогда высокомерный и своевольный род Чен бесследно исчез за этот промежуток времени, однако не было тех, кто бы знал, что главные заговорщики города Цзюйхуа, семья Чен, уже давно покойники…

Сейчас резиденция семьи Чен была присвоена Чжань Мубаем и остальными мастерами, и жилось им там необычайно спокойно. Эти мастера на протяжении не одной сотни лет только и делали, как занимались убийством других людей. Убить ещё несколько человек для них – дело плёвое, тем более что это было ради «светлого будущего всего человечества, на благо материка Суань, это было совершенно оправдано и справедливо»! Им нечего скрывать!

Убить несколько человек, что в этом такого? Более того, эти людишки для них равносильны обычным слугам. Вассалы, что с них взять? Убили и убили!

Что же до того, чтобы жить в бывшем жилище своих жертв – для них это стало вполне привычным делом. Единственный недостаток заключался в том, что они перерезали всех слуг, и им приходилось делать по дому всё самим, однако для таких просвещённых мудрецов, как они, роскошь ничего не значит!

Конечно, не всем удавалось сохранять спокойствие и хладнокровие. Одному человеку эта ситуация принесла неизмеримые страдания, им была бедняжка Цяо Ин.

Несмотря на свою впечатляющую Суань и удивительные способности провидения, за эти 7 дней она похудела практически вполовину!

Остальные просто признавали свою правоту, спокойно жили, ели, пили, спали, их совершенно не тревожила совесть за содеянное. Но Цяо Ин так не могла…

Она обладала даром провидения, и на этот раз результаты её достижений были более чем очевидны. Информацию, которую она получала, имела стопроцентный отрицательный эффект.

Так как Цяо Ин только стоило открыть глаза, как она видела души погибших членов семьи Чен, как они заливались кровавыми слезами и молили о помощи…

Каждую ночь мёртвые души членов семьи Чен сновали туда и обратно по всему дому, злобно ругая людей из трёх Священных людей. Особенно комната Чжань Мубая была почти до отказа заполнена этими духами.

Однако их враг был настолько силён, что, даже превратившись в духов, у них по-прежнему не было сил и средств справиться с ним. Мощная сила мастеров уровней Почтенного составляла большую опасность для духов. Только приблизиться к телу мастера – уже великий риск для них. Их страшная сила грозила просто превратить их в пепел, а сами мастера ничего бы и не заметили…

Если остальные люди не видели их, это совсем не значит, что Цяо Ин не видит их! Она не только видела их, но ещё и слышала! Однако она так ничего и не предпринимала против них. Если бы она была злым и жестоким человеком, она давно бы могла разобраться с ними раз и навсегда, но она было слишком доброй. Как она могла так поступить с ними? Тем более что в этом был виноват только Чжань Мубай!

Поэтому она продолжала видеть этих духов, слышать их страдальческие вопли…

Фактически если бы она не применяла свой дар предвидения, она бы не смогла их видеть, но после того, как она впервые увидела и услышала их, кто бы смог выдержать такое? Чем больше она видела, тем сильнее она приходила в ужас, и не могла уже остановиться и не видеть их…

За это время она смогла понять настоящую причину смерти семьи Чен, из-за этого она ещё сильнее возненавидела поступок Чжань Мубая!

Пусть глава семьи Чен тоже был не святым и тоже совершал преступления, однако это не имеет никакого значения к остальным членам семьи и простым слугам… Однако Чжань Мубай был настолько жесток, что перерезал всех без остатка, и даже никого не оставил в живых…

Поэтому за это время Цяо Ин неоднократно выступала с тем, чтобы строго наказать Чжань Мубая за его преступления! Однако двое охранников, которых Священный дворец сопроводил вместе с ней, ничего не хотели об этом слушать.

К тому же Чжань Мубай – как-никак Шенхуан из трёх Священных земель, заслуженный государственный деятель, важный защитник в Битве за Захват Небес. Если, убив несколько людей, он будет должен заплатить за это своей жизнью… В этом мире вообще есть справедливость или нет? Разве это предложение не смехотворно?!

Глава 886.2. Итак, прелюдия началась!

Цяо Ин в порыве злости покинула усадьбу Чен и в одиночестве обосновалась на постоялом дворе.

Говоря по правде, люди из трёх Священных земель в этот период времени тоже жили в невыносимых условиях: куда подевались некогда прибывшие убийцы из семьи Донфанг и те загадочные мастера? Почему нет никаких движений с их стороны?

Подняли шум, не дали себя схватить, просто уведомили нас об их существовании… и всё на этом…

Они были обеспокоены. Донфанг Вэн Цин, скрывающийся здесь, был ещё больше обеспокоен. Они находились в этом месте уже около десяти дней, вначале Цзюнь Мосе ещё как-то напоминал о своём существовании, а последние семь дней от него не было никаких новостей. Жив ли он, или погиб… Словно просто испарился и всё.

И его последний наказ был:

«Ждать!»

«Ждать, ждать! Сколько нам лет тут его ждать? Вот же поганец чёртов! Может, он считает, что я не смогу дождаться его, чтобы надрать ему задницу?!»

Дядя Донфанг пребывал в состоянии дикого возмущения, но, однако, всё же не торопился действовать опрометчиво. Ведь сейчас дело касалось не только его собственной жизни, своей жизнью он запросто мог рискнуть, но сейчас он был не один. Он нёс ответственность за жизни этих мастеров, тем более подавляющее большинство мастеров было как раз не из семьи Донфанг… Это было самым большим страхом для дяди Донфанг, но у него не было другого выбора, и всё, что он мог делать сейчас, это продолжать упорно ждать…

Вслед за течением времени появлялись разные новости: все их заказы, кроме этого, были успешно выполнены.

Закончив работу, убийцы семьи Донфанг уже снова вернулись домой. Что же касается отрядов Цзюнь Мосе – все они были рассредоточены и маленькими группами направлялись в город Цзюйхуа.

Донфанг Вэн Цин предполагал, что эти люди уже находились в Цзюйхуа, но конкретно в каком месте – ему было неизвестно. Ему казалось удивительным, что, хотя город Цзюйхуа не являлся его местом назначения, они были очень хорошо осведомлены и следовали с разных сторон именно сюда… Как так вышло?

Хотя Цзюйхуа не был маленьким, но и большим его нельзя было назвать… Люди из трёх Священных земель ежедневно обследовали территорию, и ни одного не смогли поймать? Похоже, его племянник и в самом деле большой мастер в подобных делах!

Вспоминая о Мосе, он задавался вопросом:

«Где этот негодник? Куда он, в конце концов, пропал? Он хочет в могилу меня свести?»

Однако в это время волновался не только Донфанг Вэн Цин, но и Четынадцатый Шао!

Этот психопат каждый день поднимал голову, расправлял плечи и ждал:

«Мои раны затянулись. Хоть сейчас в бой! Однако от этого «владыки» до сих пор не было вестей?

Ты хорошо пошумел… С большим трудом рассорил эти два лагеря, и в такой важный момент ты внезапно куда-то пропадаешь? Чего же ты боишься, неужто меня за своей спиной?

Ничего не понимаю, сейчас такой момент, чтобы нанести удар этим лицемерам, а этот парнишка…»

Даже по прошествии двух дней подчинённые трёх Священных земель до сих пор не пришли в себя…

Стояла глубокая ночь, в Цзюйхуа было спокойно. В усадьбе Чен, в кабинете Чен Цинтяна колыхалось пламя свечи…

Хай Вуй подал горячий чай, а потом, нахмурившись, спросил:

– А нас точно не обманывают? Не может быть такого, что эти люди уже давно покинули город, провели парочку обманных манёвров и сейчас находятся уже в совершенно другом месте? И, к тому же, самое главное – ведь их основной целью был этот паршивец, Чен Цинтян. Но сейчас он уже мёртв, возможно, теперь они просто решили отступить?

– Нет, не думаю, – сказал Чжань Мубай и сел. После последних событий его доброе и приятное лицо заметно почерствело и огрубело, он выглядел устрашающе: – Их действия достигли такого масштаба. Они так громко появились, так что они ни за что не будут так отступать. На самом деле, их целью никогда не была семья Чен, их целью были мы! Сейчас мы здесь, зачем им отступать?

– Брат Чжань говорит верно! Мы уже давно контролируем все выходы из города. Почтенные мастера неустанно патрулируют их. Пусть в город заходили несколько сомнительных личностей, однако никто не покидал город! – Хэ Чжицю невозмутимо произнёс: – Они определённо всё ещё в городе! Только неизвестно, где они скрываются. Сейчас мы ничего не можем сделать, и нам остается только ждать, когда они не выдержат и выдадут себя! Мы пока отдохнём и наберёмся сил, – он надменно улыбнулся: – Учитывая наш уровень сил, отдых нам будет даже лишним. Вне зависимости от того, что они придумают, я уверен, на нас это не окажет должного влияния! И уж тем более не произойдёт никакого происшествия, нам просто нужно спокойно ждать решающего боя. А после его окончания, ждать Битвы за Захват Небес. Эта Битва тоже требует спокойствия и размеренности… можно чем-то заняться. Это всё лучше, чем прятаться где-то в горах.

Хай Вуй и Чжань Мубай одновременно рассмеялись.

В это время раздался надрывный вопль!

Этот вопль казался очень пугающим, раздавшись в мёртвой тишине. Все выпучили глаза от испуга! Это был отчаянный крик ужаса, вызывающий мурашки по спине!

У всех прокатились капли холодного пота по спине:

«Что случилось?»

Этот крик был похож на последний стон перед смертью умирающего мастера! Весь Цзюйхуа отчётливо расслышал этот крик!

Обладатель этого голоса как минимум мастера уровня Достопочтенного!

Ясно было одно: этот мастер – не жилец!

Все трое Шенхуанов одновременно настороженно переглянулись и встали со стульев.

– Это голос Ся Дунтина! – произнёс Хай Вуй, мускулы на его лице быстро двигались, в глазах появился ледяной холод,.. Он явно уже находился на пределе своего гнева.

Ся Дунтин был мастером Иллюзорного Океана Крови, обладал высочайшей Суань, и сейчас он находился при смерти!

– Пойдёмте! Быстрее! – Чжань Мубай в мгновение подскочил и тут же исчез. За ним же последовали Хай Вуй и Хэ Чжицю…

Кабинет опустел, в нём только так же, как и прежде, горела свеча. Протяжный вопль ужаса стал призывом к началу жестокой кровавой резни!

Глава 887. Меч, повергший всех в ужас!

Эти трое, словно порыв резкого ветра, тут же примчались на место происшествия. Внутри и снаружи комнаты уже собрались все мастера трёх Священных земель, их лица выражали сильный гнев!

Любой из этих людей уже достиг мастерства мирового класса. Их реакция естественна и быстра, к тому же все они живут под одной крышей. Как только прозвучал тот ужасный вопль, все тут же примчались на него.

– Что случилось? – спросил Хай Вуй.

– Это Ся Дунтин... Ся Дунтин убит... – сказал один человек в пурпурном халате, он выглядел бледным и растерянным.

– Дайте пройти! – Хай Вуй тут же переменился в лице и бросился вперёд, прямо к двери.

Как только он подошел ближе, его тело содрогнулось от ужаса: он оцепенел как деревянная статуэтка, лишь его глаза продолжали излучать странный свет.

Лицо Ся Дунтина, лежащего перед дверью посередине комнаты, было обращено в небо, взгляд был сильно искажён, а глаза широко раскрыты: затвердевший зрачок выражал полнейшее отчаяние и гнев. Руки убитого находились в странном положении: левая рука была вытянута вперёд в форме когтистой лапы, а правая была согнута в локтевом изгибе и направлена к задней части плеча.

Меч Ся Дунтина не был обнажён и висел в ножнах на его плече. Тело мастера было чрезвычайно искривлено, а рот широко открыт, из него медленно продолжала литься алая кровь, падая на землю…

Хай Вуй содрогнулся от такой картины, затем медленно поднял голову и закрыл глаза. Немного погодя он спросил:

– Кто из вас прибыл сюда первым? Пусть выйдет вперёд!

Мастер в пурпурном халате медленно вышел из толпы, вид у него был горестный.

– Когда ты пришёл сюда, что ты увидел? – голос Хай Вуя был очень тяжёлым, и в нём, казалось, был непреодолимый гнев: – Что ты видел?

– Это идеальное убийство! – мастер в пурпурном халате выглядел раздавленным и печальным, в его лице всё ещё ощущался слабый оттенок неописуемого ужаса и страха: – Мастер Хай, моя комната отделена от комнаты Ся Дунтина лишь стеной, но во время его убийства я не услышал ни единого звука, вообще не почувствовал никаких отклонений! Я прибежал сюда после дикого вопля Ся Дунтина, буквально за секунду, но обнаружил его уже в таком состоянии.

Мышцы глаз мастера в пурпурном халате невольно дёрнулись, было понятно, что он испугался собственных слов!

И не только он. На самом деле, все присутствующие мастера дрожали от страха. Эти слова на первый взгляд казались вполне обычными, однако содержали в себе глубокий смысл, заставивший сотрястись души всех мастеров!

Их отделяла лишь одна стена. Пока убивали одного мастера, другой даже ничего не услышал и не почувствовал никакого движения… то есть, это значит, что человек, который напал на Ся Дунтина, мог убить абсолютно любого их присутствующих? И даже не допустить промашки? Какая же сила у этого убийцы?!

Испугались? Погодите!

Потому что затем мастер в пурпурном халате шокировал всех ещё сильнее.

– Где-то за четверть часа до случившегося я беседовал с Ся Дунтином в его комнате. Он говорил, что вот-вот разразится буря, а сила нашего врага недоступна для нашего понимания. Даже если мы сильнее, у нас нет возможности полностью подавить противника и дать ему всесторонний отпор, поэтому нельзя ослаблять бдительность. Нужно держать оружие под рукой, чтобы в любой момент быть готовым ответить врагу. Раз наших сил больше, противник обязательно прибегнет к хитрым уловкам, чтобы сократить нашу численность. Нужно быть осторожным, сказал он! Но сейчас…

Все в комнате вздохнули и посмотрели на тело Ся Дунтина и на длинный меч, который он даже не успел обнажить. Уму непостижимо!

Раз уж Ся Дунтин сам сказал такие вещи, то, должно быть, и поступил именно так; но когда убийца напал на него из темноты, его бдительность и осторожность не сыграли никакой роли!

Если такой осмотрительный человек не смог уцелеть, то, что говорить об остальных?!

Один удар поразил Достопочтенного мастера наповал, что тот даже не успел обнажить своё оружие! Этот убийца точно обладает уровнем выше! Длинный меч висел на плече, такой натренированный мастер, как Ся Дунтин, может машинально, не задумываясь, достать своё оружие!

Однако этот меч так и остался в ножнах!

В таком случае, с какой же скоростью убийца нанёс свой удар!?

– Когда я прибежал сюда, брат Ся всё ещё дышал, но уже ничего не мог сказать! – мастер в пурпурном халате глубоко вздохнул и добавил: – Самое невероятное, что... рана находится... в его груди! Прямо в сердце!

Разгорелась шумиха и куча споров!

Рана находится в передней части груди, а это значит, что убийца атаковал его прямо лицом к лицу!

Любой Достопочтенный мастер, стоя перед противником даже в лице Шенхуана, не побоится и обнажит свой меч!

Однако такие невероятные факты произошли тут, прямо перед глазами... Что же произошло?

– Эта рана является просто царапиной, смертельное ранение никак не могло прийтись на сердце! – с этими словами в комнату вошёл Чжань Мубай. – Если бы его атаковали прямо в сердце, то даже если этот мастер был бы уровня Шенхуана, он не сумел бы издать такого вопиющего предсмертного крика! Он бы сию же минуту скончался! Если это так, то это идеальное убийство в истинном смысле этого слова!

Все присутствующие являются опытными мастерами боевых искусств. Они знают все тайны человеческого тела. Слова Чжань Мубая принесли озарение, и все вокруг будто пришли в себя. В следующую минуту их глаза были обращены на землю и сосредоточены на трупе.

Хай Вуй глубоко вздохнул. Он присел на корточки и аккуратно выровнял тело Ся Дунтина в горизонтальном положении, а затем прошептал:

– Брат Ся, пожалуйста, пойми. Это всё для того, чтобы как можно скорее поймать убийцу и избежать других жертв. Мы отомстим за твою смерть! Мы… обещаем.

Сердца всех Достопочтенных мастеров онемели, они догадались, что собирается сделать Хай Вуй – он хочет провести вскрытие, чтобы исследовать рану! Только так они смогут разгадать тайну и понять настоящую причину смерти Ся Дунтина.

Хай Вуй вытянул правую руку и достал длинный меч из-за спины Ся Дунтина. И не для того, чтобы убить врага, а чтобы вскрыть тело его хозяина!

Как это иронично! Но теперь все вокруг могут только принять это и ожидать результатов…

Вспыхнул свет меча, рубашка верхней части тела Ся Дунтина разлетелась, обнажив мышцы грудной клетки. В области сердца скрывалась маленькая красная отметина. Если не приглядываться, можно было подумать, что это просто царапина от удара ветки. Кто бы мог подумать, что такая царапина окажется смертельным ранением?

Хай Вуй пальцами слегка надавил с двух сторон этой маленькой ранки, а затем приложил ещё немного силы: внезапно хлынул кровавый поток, да так мощно, что забрызгал даже потолок. Брызги были похожи на ярко-красный цветок азалии.

Хай Вуй поднял голову. Кровавая струя пролетела как раз рядом с его ухом. Его глаза ещё сильнее уставились в рану, которую он только что раскрыл. Его зрачок на мгновение сузился, и он пробормотал:

– Быстрый клинок! Хороший клинок! Ловкий клинок!

Чжань Мубай с серьёзным видом медленно кивал головой.

Только использовав самый быстрый клинок, можно проникнуть в то место на теле, где поток крови наиболее сконцентрирован, а затем, быстро вытащив его, не оставить никаких следов, даже жидкая кровь не выходила наружу и скапливалась в брюшной полости!

Все в комнате понимали это, каждый из них мог сделать это самостоятельно, у большинства мастеров были подобные атаки! Однако в данном случае противником был Достопочтенный мастер, а этот фактор всё меняет – такая миссия просто невыполнима!

Этот метод фехтования всегда был особенным и использовался только против слабого противника! Если с такой атакой пойти против равного себе по силе или даже выше врага, можно сказать, что это просто самому искать себе погибели!

Достопочтенный мастер почти эквивалентен обычному мастеру с двумя жизнями, его сила очевидна. Обычные мастера Суань Неба не смогут сломить защиту Достопочтенного мастера, даже если атакуют его тысячу раз!

Более того, реакция Достопочтенного мастера также не на шутку изумительна. Как только такой мастер чувствует, что в его тело вонзается меч, он может без труда изменить исходное положение собственного сердца, позволив врагу нанести удар в грудь, а затем, воспользовавшись моментом, уничтожить своего противника!

Но этот меч уничтожил все защитные силы Достопочтенного мастера! Даже не дал ему никак среагировать! Он лишь успел издать тот протяжный вопль!

– Думаю, все уже и так поняли, что это и есть та самая смертельная рана! И сделана она мечом! Даже Достопочтенный мастер не сумел защититься! Это доказывает слова брата Ся – сила нашего противника действительно недоступна нашему пониманию. Рядом с нами скрывается враг с невероятной мощью! С этого момента все Достопочтенные мастера должны жить в комнате по три человека и соблюдать все меры предосторожности! Как только почувствуете опасность, тут же бейте тревогу! Не ослабляйте бдительность! – тяжело сказал Хай Вуй.

Все присутствующие мастера единодушно согласились, они понимали, что такими словами Хай Вуй вовсе не собирался никого запугать. Если ослабишь бдительность, то мигом станешь ещё одним Ся Дунтином.

– Минуточку! Всё не так просто, как кажется! – Чжань Мубай вздохнул и продолжил: – Истинное значение этой атаки, боюсь, намного глубже, чем кажется. Убийца хотел продемонстрировать нам свою силу.

– Продемонстрировать силу? – все присутствующие с недоумением уставились на него.

Глава 888.1. Три скрытых намерения

– Если судить исходя из здравого смысла, то этот меч никак не мог попасть ему прямо в сердце. Иначе Ся Дунтин никак не смог бы издать тот протяжный крик, он едва смог бы сделать даже вздох! – Чжань Мубай уверенно продолжил: – Могу поручиться, что если мы раскроем рану и внимательно изучим её, след от меча будет не таким простым, как кажется снаружи!

Хай Вуй, не задумываясь, тут же взмахнул мечом, и на теле Ся Дунтина появился глубокий разрез.

Чжань Мубай опустился на корточки и осторожно раскрыл рану:

– Брат Хай, посмотри на это.

Даже без этих слов Хай Вуй уже всё увидел и выпучил глаза от удивления.

Ответ был уже очевиден. Меч точно пронзил предсердие, но угол атаки был намеренно искривлён. Он не попал прямо в сердце, но на одной из его сторон виднелась небольшая рана.

Этот меч мог пронзить Ся Дунтина прямо в сердце, и это было бы идеальное убийство. Даже крика можно было бы избежать, но убийца этого не сделал. Вместо этого намеренно дал всем узнать о смерти Ся Дунтина!

– Эта атака была специально смещена в сторону, но она по-прежнему оставалась смертельной. Убийца ударил в сердце с этого угла и таким образом разрушил даньтянь Ся Дунтина. Дело в том, что убитый смог лишь издать свой последний крик, но после он сразу же умер. Даже шанса спастись у него не оставалось! – Чжань Мубай встал и медленно сказал: – Этот враг однозначно сумасшедший ублюдок! Он на самом деле сознательно позволил Ся Дунтину испустить тот протяжный вопль.

– Он хотел сделать нам предупреждение, или же это была провокация! – Хэ Чжицю, стоявший позади, вдруг вмешался в разговор. – Он ясно дал нам понять, что приступил к действию, чтобы мы хорошенько подготовились и укрепили свою защиту! Этот ублюдок будто бы сказал нам, что просто так убивать ему неинтересно, он хочет вызова!

Все присутствующие пришли в бешенство! Такое нельзя терпеть!

Глаза Хай Вуя наполнились жаждой убийства, и, стиснув зубы, он сказал:

– Что за заносчивый сукин сын!

Будучи Шенхуаном, как он мог не злиться, когда кто-то так принижает его достоинство!

Лицо Хе Чжицю также было мрачным, тон его голоса стал ещё серьёзнее:

– Чем больше кулак, тем сильнее правда. Вся истина заключается в силе, и мы это все знаем! На этот раз враг не только силён, но и очень хитёр. Судя по его методам убийства, с ним будет тяжело справиться! Этот мастер расчетливый пройдоха, повидавший многое! – он глубоко вздохнул и добавил: – Опасность столкновения с таким врагом не ниже чем с Четырнадцатым Шао из Подземного Мира! Мы должны не только обратить на него внимание, но и принять соответствующие меры предосторожности. Судя по демонстрации его силы, даже пойдя на него всем скопом, у нас едва ли будут шансы на успех! А что ещё более отвратительно – так это то, что такой мастер, стоя перед лицом противника гораздо слабее себя, использует такую гнусную тактику… убийства!

Говоря последнее предложение, Хэ Чжицю так стиснул зубы, что мышцы на его щеках задрожали. Очевидно, его гнев достиг максимального предела!

После таких слов у всех на душе возникло одинаковое чувство скорби и ненависти.

Четырнадцатый Шао, конечно, ещё тот псих, но он не стал бы совершать такое подлое убийство. Если бы он хотел напасть, то устроил бы самую кровавую и жестокую резню! Но никак не исподтишка!

Но их теперешний враг, несомненно, является убийцей, который не побрезгует никакими методами!

И такой враг – самая настоящая головная боль!

Степень сложности борьбы с ним даже выше чем с Четырнадцатым Шао!

– Брат Чжань, может, я сейчас скажу немного грубые вещи, но боюсь, что этот враг – это результат твоих стараний. Цель этого психа – не кто иной, как ты! – Хэ Чжицю повернулся к Чжань Мубаю с совершенно каменным лицом.

– Я сделал? Это ещё как? Братец, объясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду! – озадаченно сказал Чжань Мубай.

– Честно говоря, я действительно надеюсь, что я неправ! Если подумать, во всём Цзянху никогда ранее не было слышно о таком необычном методе убийства. Такое произошло лишь сегодня. И убит был Достопочтенный мастер! – взгляд Хэ Чжицю был холодным: – По моим подсчётам, в мире имеется лишь один человек, способный на такое убийство.

– И кто же это? – одновременно спросили Хай Вуй и Чжань Мубай.

Хэ Чжицю глубоко вздохнул и сказал:

– Загадочный учитель того паренька, Цзюнь Мосе! Чжань Мубай ведь исподтишка тогда атаковал его ученика, так вот тот теперь явился сюда и решил так же перерезать всех нас! Я хорошенько проанализировал весь наш прошлый опыт, и не нашёл более рационального объяснения всему происходящему.

– Точно! Определённо, так оно и есть! – Хай Вуй и Чжань Мубай одновременно будто пришли в себя. За тысячу долгих лет у трёх Священных земель не имелось серьёзных врагов, не говоря уже о таком мощном противнике. Так что в данном случае просто не существует другого, более подходящего толкования происходящим событиям.

– Но вечный страж, Цяо Ин, отчётливо сказала нам, что Цзюнь Мосе не умер… Она своими собственными глазами видела, как тот появлялся и исчезал в Цзюйхуа... – пробормотал Хай Вуй. – Если этот поганец действительно жив, то на кой чёрт его учителю так себя вести?

– В тот день я со всей силы атаковал этого мальчишку, как он мог выжить? К тому же она никогда раньше не встречала Цзюнь Мосе и даже не знает, как он выглядит. Разве её слова можно принимать за правду? Я точно не стану верить в эту чушь! – возмущённо сказал Чжань Мубай.

Сказав «она», Чжань Мубай имел в виду Цяо Ин. Очевидно, что на днях Цяо Ин очень сильно задела Чжань Шенхуана своим недовольством по поводу его кровавого возмездия с семьей Чен.

– Цяо Ин – глубокоуважаемый мастер, она очень осторожна в суждениях и словах, так что вряд ли сказанное ею является ложью, – слегка неуверенно сказал Хай Вуй.

– Женское милосердие… С ним невозможно справиться! Их речи невозможно даже слушать! – Чжань Мубай весь побледнел и закатил глаза: – Пока этот паршивец, Мосе, не покажется прямо передо мной, я ни за что не поверю, что он жив!

Все остальные переглядывались, но не говорили ни слова.

Спустя некоторое время Хай Вуй сказал:

– Нужно залатать тело Ся Дунтина и отправить его домой. Остальным быть в полной боевой готовности, ни в коем случае не ослабляйте бдительность! Перед нами слишком серьёзный враг, и не стоит его недооценивать!

– Так точно! – раздался громкий ответ всей толпы.

Сумерки сгущались, казалось, что ветер становился всё сильнее и сильнее.

Бесконечная ночь будто постепенно усилила невидимое давление, наполнив всё вокруг атмосферой скорби и печали!

– Это битва, которая не имеет ничего общего со справедливостью и злом. И она не покажет нам кто прав, а кто виноват! Причина, по которой я это делаю, заключается не в каких-то благородных и великих целях. Я делаю это ради себя и своих близких! Это единственная цель моей борьбы! – Цзюнь Мосе тихо стоял на верхушке огромного дерева вдали резиденции семьи Чен и тихо говорил вслух. – В этой битве нет лозунга и нет так называемой праведной справедливости. В ней есть только жизнь и смерть. Поэтому нужно отбросить всю нерешительность. Не важно, является ли твой противник мошенником или святым; если он хочет нашей смерти, то мы должны уничтожить его первыми. Будь он героем или мудрецом – плевать вообще, если он решил пойти против нас, то у него есть лишь одно название – враг, вот и всё…

Глава 888.2. Три скрытых намерения

– Все эти мудрости я знаю, по крайней мере, на сотню лет дольше, чем ты! Можешь уже перестать повторять одно и то же?! – Мэй Сюэ Янь сморщила брови. Похоже, что он её уже достал этими речами.

Такую политическую и идеологическую работу Цзюнь Мосе проделывал над собой много дней подряд. Каждый день он повторял одни и те же слова десятки раз… И теперь, как только он начинал говорить, Мэй Сюэ Янь уже знала продолжение его длинных речей!

– Я просто хотел сказать...

– Ты просто хотел сказать мне, что не важно, по какой причине эти люди желают нам смерти – из-за Битвы за Захват Небес или же действительно ради всего человечества – нам не стоит быть благосклонными к ним: убивать – так убивать, резать – так резать, поступать подло и гнусно – значит, поступать… – скрежеща зубами, сказала Мэй Сюэ Янь.

– Какая молодчинка! Я действительно собирался это сказать. Похоже, что ты наконец понимаешь меня, – Цзюнь Мосе похлопал в ладоши и улыбнулся.

Мэй Сюэ Янь потеряла дар речи.

«Молодчинка? Да за последние несколько дней я слышала эту брехню по крайней мере тысячу раз. У меня уже чуть нервный срыв не случился от этого кошмара. Я теперь эти слова никогда не забуду, по-моему, они прочно засели…»

– Мосе, я просто не понимаю. Ты бы мог одним ударом в сердце прикончить того Ся Дунтина и совершить идеальное убийство, так зачем же ты позволил ему издать тот предсмертный крик? – Мэй Сюэ Янь нахмурилась и спросила: – Я не возражаю против их убийства, но я не одобряю жестокую расправу! Люди гаснут как лампочки. Не важно, сколько грехов они совершили, можно забрать их жизнь лишь одним ударом меча. К чему такая бесчеловечность и жестокость?

– Нет, нет, ты неправильно поняла, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся: – Во-первых, ты должна уяснить, что в этот раз это была вовсе не жестокая расправа. Настоящую жестокость ты ещё не видела. Настанет время, и я обязательно тебе её продемонстрирую. Я обещаю, что ты будешь повершена в дикий шок, и твоя психика не устоит перед таким зрелищем…

– А во-вторых? – Мэй Сюэ Янь стиснула зубы. Она изо всех сил пыталась сдерживать свои эмоции и не опускаться до уровня этого засранца.

– Ох, ну что за сообразительность. Уже догадалась, что будет вторым пунктом, – Цзюнь Мосе почти довёл Сюэ Янь до белого каления. Она снова закатила глаза и изо все сил старалась сдерживать себя.

- Если ты сказал «во-первых», очевидно же, что будет «во-вторых» и даже «в-третьих»… Разве это уже не слишком тупо, а?

– Во-вторых, моя цель – сказать людям трёх Священных земель, что я пришёл. И официально заявляю, что игра мести началась… Все должны сполна повеселиться… – Цзюнь Мосе с самодовольным видом сказал: – Нужно иметь в виду, что враги вроде нас с тобой, скрытые ото всех глаз, могут оказать на врага наибольшее давление. Ночью все страхи становятся сильнее, она станут более подозрительными, впадут в панику и начнут бояться собственной тени… Даже когда мы с тобой будем беззаботно спать, наши противники будут держаться в полной боевой готовности и не посмеют расслабиться ни на секунду… И спустя некоторое время таких пыток они будут полностью изнурены и выбиты из сил…

– А есть - в-третьих? – недовольно фыркнула Мэй Сюэ Янь, тем временем подумав про себя: «Какой же ты коварный!»

– В-третьих, тоже имеется, – Цзюнь Мосе улыбнулся и почесал голову: – Третий пункт – самый главный. Я использовал этот предсмертный крик Ся Дунтина, чтобы рассказать своему «брату», что я пришёл и приступил к действиям. Так что поскорее приходи и поддержи меня, иначе, если опоздаешь, я буду наслаждаться самыми вкусными блюдами со стола, а тебе достанется лишь отвратительная похлёбка да объедки…

– Уведомить «брата»? Кого это? А-а-а… – Мэй Сюэ Янь вдруг всё поняла: –Это Четырнадцатый Шао?

Цзюнь Мосе беззаботно сменил позу и сказал:

– Именно! Наша сила сейчас увеличилась, но... Если есть бесплатная рабочая сила, то почему бы не использовать её? Тем более в лице Четырнадцатого Шао, чем больше силы, тем лучше.

– Бесплатная рабочая сила? Чем больше, тем лучше? О чём ты вообще думаешь, ты… – Мэй Сюэ Янь всё ещё злилась, но была заинтересована разговором. Как это такой псих в лице Четырнадцатого Шао вдруг стал «бесплатной рабочей силой»?

– Как говорил Конфуций: «Счастье одного человека отличается от счастья толпы», – Цзюнь Мосе зевнул и наклонился: – Не двигайся, дай мне минутку, я действительно очень устал, – сказав эти слова, Мосе положил свою голову на бедра Мэй Сюэ Янь и закрыл глаза.

Вот же засранец!

Мэй Сюэ Янь уставилась на него, но всё же не хотела скидывать этого паренька с дерева.

И причина в том, что за последние дни он действительно очень сильно устал.

Думая об этом, сердце Мэй Сюэ Янь наполнялось нежностью и любовью.

Лишь она действительно знала, что сделал Цзюнь Мосе за эти несколько дней. У него не было времени сомкнуть глаза, он был слишком поглощён работой. Когда она спала, он занимался делами, и когда она просыпалась, он всё ещё работал…

Он слишком устал...

Так что пусть он будет счастлив сегодня и поспит некоторое время.

Мэй Сюэ Янь с любовью посмотрела на Цзюнь Мосе, который лежал у неё на коленях. Его лицо выражало искреннее чувство облегчения и даже чувство спокойствия, и у неё на сердце невольно стало очень сладостно: ведь только в её объятиях он мог так расслабиться, пусть и на некоторое время…

В это время Цзюнь Мосе, который, казалось, уже давно заснул, вдруг забормотал:

– О, Конфуций, бёдра этой женщины такие гладкие... Я действительно хочу содрать с неё всю одежду и дотронуться до них…

Это предложение не оставило ни следа от тех искренних чувств настоящей женщины, которые только что бурлили в сердце Мэй Сюэ Янь. Она уже не хотела заботиться и утешать этого мужчину, она уже не хотела его целовать…

Мэй Сюэ Янь просто кипела от злости...

Вчера на неё нахлынула одна прекрасная идея... Но под рукой не оказалось пера, а когда она вернулась в Пагоду, та прекрасная идея уже безвозвратно вылетела из головы…

Она думала над этим всю ночь и весь последующий день, но так и не смогла ничего вспомнить… Какая досада…

Глава 889. Разрушительный небесный гнев!

Темнота сгущалась, надвигалась буря…

В этот день Цзюнь Мосе вынудил Погоду спасти его и Мэй Сюэ Янь после того, как они столкнулись с разрушительным действием Божественного напитка долголетия, эти двое отделались только испугом и всё успешно завершилось.

После прорыва они оба пожелали остаться в Пагоде. Мэй Сюэ Янь следовало укрепить свои способности, а Погода – как раз самое безопасное и спокойное место для этого, тем более это местонахождение самой чистой одухотворенной Ци. Цзюнь Мосе был занят изготовлением пилюли долголетия, или, возможно, чем-то другим… Так или этак, но он был чем-то сильно занят.

Покинув Пагоду, они специально выбрали безлюдное место за городом. Причиной, разумеется, был ответный удар, который немедленно должен был последовать вслед за их многократными прорывами. Это, действительно, знаменовало успех прорыва… Однако прождав несколько часов, они не заметили никакой реакции…

Мэй Сюэ Янь пребывала в недоумении…

Люди вольны совершать оплошности и ошибки, это немудрено: однако ответный удар жесток и бессердечен. Неужто и он способен на промах?

Они вдвоём совершили прорыв, тем более оба одновременно продвинулись сразу же на несколько уровней, то есть на каждого человека должно приходиться как минимум по 5-6 ударов… Но, на удивление, не последовало никаких ударов, никакой отдачи. Некоторое время они ждали и ломали голову в догадках, однако так и не смогли прийти к какому-то выводу. Тогда они решили, что больше не могут продолжать, как истуканы, ждать ударов.

Всё ещё пребывая в недоумении, они снова направились в город Цзюйхуа, и в тот же вечер убили Ся Дунтина!

Раньше сил было недостаточно, а сейчас силы появились. Просто продолжать молчать? Не будет ли это глупым решением?

На этот раз целью стал Почтенный мастер третьей ступени, после прорыва Мосе следовало проверить свои силы. Именно эта атака спровоцировала долгое время не проявлявший реакции небесный гнев…

Он появился очень резко, к тому же было заметно, что этот удар был вызван не одним Мосе, а ими обоими…

Поэтому, как эти двое вышли из дома семьи Чен всё небо уже заволокло чёрными, как смоль, тучами… На небе не осталось чистого просвета, словно все-все облака собрались в одну большую кучу…

Вспышки молнии сначала были далеко, а потом постепенно стали приближаться, тёмные тучи завернулись в зловещий водоворот, который образовывал огромный глаз, словно небо в мгновение превратилось в ужасного циклопа!

Вспышки молнии сверкали и извивались, однако не опускались, а наоборот бесшумно исчезали. Потом подлетала ещё одна «партия» тёмных туч, молнии снова исчезали, и так туда-сюда и обратно…

Всё это происходило перед рассветом, небо было заполнено бесконечными рядами чёрных туч, больше всего людей удивляло то, что складывалось такое ощущение, что эти тучи были так низко, что до них можно было дотронуться, если вытянуть руку…

Даже верхушки нескольких высоченных деревьев уже было с трудом видно… Густота этих туч достигла какой-то нереальной отметки, давление было таким сумасшедшим, что, казалось, даже ветер с большим трудом пробирался сквозь них…

В небе сформировалось более сотни пугающих «одноглазых чудовищ», молнии исчезли, и вокруг было черным-черно.

Казалось, небо выглядело темнее даже самой кромешной ночной темноты, тучи продолжали собираться, и кроме этого не происходило больше никаких других действий, однако от этого давления уже было трудно дышать.

У обычных людей и обладателей самой низшей Суань такое явление вызывало чувство нестерпимого давления. Но у людей, обладающих приличными запасами силы, это вызывало панический страх. Любое движение, будь то Величайший мастер или Достопочтенный, или даже Шенхуан, вызывает дикий страх и панику. В таких случаях им даже трудно дышать, не то что двигаться… И особенно, они страшно боялись использовать свою Суань…

Больше всего они боялись, что этим действием они могут притянуть этот сумасшедший удар на себя… Это не шутки, и не пустые страхи, такой исход вполне реален.

В то время, когда небесный гнев появляется, он всегда ищет того, кто вызвал громовой удар… Если в это время кто-то окажется рядом и попадёт под влияние этого громового удара, тогда он может увеличить в несколько раз свою силу. И все эти люди, кто находится в связке, превратятся в кучки пепла…

В данной ситуации громовой удар такого масштаба ещё не встретил своего возбудителя, и поэтому все боялись двинуться. Все без исключения, кто знали, кого он на самом деле ищет? Никому не хотелось умереть по неосторожности… Последствия могут быть очень неприятными…

Учитывая данные масштабы, скорее всего, даже Первый Шао, увидев это, наверняка испугался бы, такого никогда ещё не было…

99 глаз одновременно высматривали свою цель, энергия непрерывно накапливалась, однако никаких действий всё же не происходило…

Ведь наверняка не может быть такого, чтобы 99 мастеров одновременно прорвались и вызвали 99 громовых ударов?

Но… почему молния всё ещё ни разу не ударила?

Чего они, в конце концов, ждут?

Вдруг наконец все звуки умолкли и воцарилась тишина…

Остервенелый резкий звук дикого ветра нарушил тишину!

Сначала свист, а потом мощный ледяной порыв!

Началось!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь по-прежнему сидели на дереве, опасаясь, что раскаты грома достигнут их, они специально выбрали самою незаметную возвышенность…

– …19, 20… 35… 77… – усевшись поудобней, Цзюнь Мосе считал «одноглазых чудовищ», которые были раскиданы по небу. Потом он удивлённо сказал: – Неверно, эта сумма кажется мне неправильной!

– Это ещё почему? – спросила Мэй Сюэ Янь.

– При прорыве обычно возникает по одному водовороту… – продолжил Мосе: – Пусть в этот раз каждый из нас продвинулся на несколько уровней, и к тому же мы вдвоем вызвали этот громовой удар… Если бы число было бы слегка поменьше, я бы ещё это понял, однако то, что сейчас на небе, никак не соответствует правде… Это же обман чистой воды? – Мосе с возмущением ткнул пальцем в небо: – Посмотри, с Почтенного третьей ступени я продвинулся до Почтенного четвёртой ступени, потом до Достопочтенного первой степени и до четвёртой; сейчас являюсь Шенхуаном третьей ступени… Это, как минимум, восемь прорывов, ты – то же самое… То есть мы вдвоём совершили максимум шестнадцать прорывов. Даже если считать нас по отдельности – 32 громовых удара… но здесь их целых 99, больше в целых три раза, что ты скажешь на это?

Цзюнь Мосе возмущённо сказал:

– Разве над нами не издеваются? Этот так называемый небесный хитрец, в каком месте изучал арифметику?

Мэй Сюэ Янь была рассеяна:

– А…? Может тебе сходить да спросить?

– За дурака меня принимаешь? Я, разумеется, никуда не пойду, – резко ответил Мосе: – На такое способны только дураки и самоубийцы. Ты вообще, что такое говоришь? Без мужа остаться хочешь?

Мэй Сюэ Янь не нашла ничего для ответа, а Мосе ответа и не ждал. Он уселся поудобнее и начал напевать себе под нос: - Ходит дурачок по лесу, ищет дурачок глупее себя…

Эти двое даже не обращали внимания на окружающую их обстановку и болтали как обычно…

Внезапно!

Небо снова притихло, темнота спустилась до своего максимума, сквозь тучи раздался свист, потом появилось свечение, и образовался огромный фиолетовый шар, который с оглушительным громоподобным грохотом полетел вниз…

Он пришёлся как раз в то самое дерево, где скрывались эти двое.

Удар был такой силы, что напоминал землетрясение.

В эту минуту Чжань Мубай и остальные находились в доме семьи Чен, в самом ближайшем месте по отношению к эпицентру этого громового раската…

- Это что за нечисть? Имеет такую ужасающую мощь?

Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе одновременно применили Инь-Ян, и их тела превратились в ничто.

Этот электрический разряд приметил это самое дерево.

Хай Вуй и остальные выпучили глаза и раскрыли рот, они были в отчаянии.

Они подумать не могли, что такая пугающая вещь окажется так недалеко от них.

Похоже, им сегодня ещё очень повезло.

Все понимали, что вслед за этим ударом должен последовать характерный звук взрыва. Учитывая силу этого раската, территория в сто чжан должна превратиться в сущий пепел.

Глава 890.1. Человек он или монстр какой?

Можно с уверенностью утверждать, что после громового удара такой ошеломляющей силы все люди, которые находились рядом, будь то мастера или обычные люди, не смогли бы выжить!

Вот же дурень проклятый!

Кто вообще прорывается в такой близости от людского скопления?

Особенно с таким страшным небесным ударом!

Это просто безрассудство чистой воды – впутывать совершенно неповинных людей в это…

Огромный громовой столб с грохотом ударил куда-то вниз, все люди ждали, что за ним последует характерный взрыв, но, на удивление, его не последовало. Этот ужасающий разряд молнии, словно капля воды, упавшая в безбрежный океан, бесшумно исчезла и всё.

Что это, в конце концов, такое?

У всех людей возник один и тот же вопрос.

Эта… молния, она же, очевидно, была настоящей! Разве такую потрясающую силу можно подделать? Никто не слышал, что такое возможно…

Вслед за этим последовал второй разряд, потом третий… частота электрических столбов всё увеличивалась, а объём становился всё больше и всё пугающее, один за другим они неустанно сыпались с неба…

Вся земля дрожала и тряслась, щебень и мелкие камни бешено скакали туда-сюда…

Однако после того, как электрические удары достигали земли, никаких звуков так и не раздавалось…

– Боже мой… в чём дело?? Неужто человек, вызвавший это бедствие, смог с помощью своей силы устранить эти ужасающие небесные удары? Как такое возможно? – пребывавший в полном изумлении Хэ Чжицю, наконец, спросил. Он сидел у окна и наблюдал за этим явлением. Казалось, все его мысли перемешались, и у него было только одно логичное объяснение всему этому, но разве такое в принципе реально?..

*Всё тот же город Цзюйхуа, другое место*

Крыша постоялого двора, три человека наблюдали за творящимся на небе безумием, лица их были мрачны и сосредоточены.

Один силуэт наиболее хрупок и утончён – это провидица Цяо Ин, слева и справа от неё два худощавых мужчины средних лет, они спокойно стояли и наблюдали, без каких-либо движений и попыток использования Суань.

– Что это, в конце концов, такое? Действительно есть человек, способный выдержать всё это? – тихо сказала Цяо Ин, словно спрашивая саму себя, и в то же время будто спрашивая этих двоих.

В ту же минуту лица этих двоих изменились. Трудно было разобрать, о чём они думали, они лишь переглянулись между собой, но ничего не сказали. Так как они до сих пор ещё не были уверены, что знали, что это такое!

Если сказать, что один человек способен контролировать такую мощь, да ещё и так спокойно и непринуждённо, без каких-либо разрушительных последствий… Тогда это просто потрясающе!

– Наверное… должно быть так...? – человек слева от неё неуверенно произнёс, используя до крайности неопределённый тон, он пребывал в заблуждении. Сказав эти слова, мысленно он сам спросил себя:

«Так же, да?»

– Если утверждать, что один человек вызвал небесный удар такой силы и сам же его устранил… – в глазах мастера справа появились уважение и ужас: – Тогда этот человек сильнее даже легендарного Первого Шао… допустим, он настолько недосягаем, однако разница всё же не может быть настолько пугающей!

– Силу, которую мы можем контролировать… составляет, максимум, одну десятую от того, что мы сейчас видим! – Цяо Ин в ужасе прокричала. – Если так выразиться, то силы этого человека в несколько раз превышают наши. В это мире, конечно, есть сильные мастера, но даже Четырнадцатый Шао этому человеку не ровня, он разве что может сравниться с Первым Шао! Оглядываясь по сторонам, у него нет соперников!

– Верно, если это в самом деле так, значит, в этом мире у этого человека нет соперников. Его с уверенностью можно называть Первым в Поднебесной, он не имеет аналогов! – оба мужчины с восторженным видом смотрели на место сосредоточения электрических ударов, на их лицах медленно проступали шок и возбуждение.

Цяо Ин потёрла глаза, глядя на то, как в глазах двух её попутчиков поднималось невероятное свечение, она медленно обомлела и застыла на месте.

Эти её охранники, на каких небывалых уровнях они уже находились сейчас? Это же «Закрытое Сердце» – Небесный меч и «Дикий Произвол» – Непревзойдённый кинжал! В это и так уже было трудно поверить…

Цяо Ин даже казалось, что они – вовсе не те, за кого себя выдают. Наверняка это самозванцы, которые просто приняли вид этих двоих, и сопровождают её!

Небесный меч, Непревзойдённый кинжал!

Великие стражи Священного дворца!

Два Величайших мастера, которые по своим силам не уступают даже хозяину Священного дворца!

«Закрытое сердце», Небесный меч – Чэн Инсяо и «Дикий произвол», Непревзойдённый кинжал – Чу Вухуй!

Легендарные герои материка Суань! Два надменных и высокомерных зазнайки!

И сейчас эти две исторические личности с небывалыми героическими заслугами, с благоговением и безмерным почтением, словно они увидели бога во плоти, затаив дыхание, смотрели в сторону, где громыхала молния! Они были преисполнены величайшим восхищением и глубоким уважением!

Кто, в конце концов, этот человек, который вызвал это безумное бедствие?

Человек он или монстр какой?

– Вне зависимости, человек он или монстр, бесспорно одно, он – Первый в Поднебесной, непревзойдённый герой! – как будто прочитав мысли Цяо Ин, Чу Вухуй пришёл к такому выводу.

В далёкой темноте сверкнула такая же тёмная тень, беспрерывные электрические разряды озарили её своим светом, однако было трудно разобрать её полный силуэт, она словно стала одним целым и слилась с этой бесконечной темнотой.

Этот силуэт находился очень близко по отношению к сосредоточению разрядов молнии, примерно около 15 чжан, не больше! Это было крайне опасное положение! Если он попадёт под влияние удара, у него уже не будет времени, чтобы спастись!

Кто же имеет такую храбрость, чтобы приблизиться на такое расстояние к эпицентру смерти?! В этом мире есть только один человек, способный на это! Четырнадцатый Шао!

Он пристально наблюдал за ядром электрических разрядов, и следил, в каком направлении они исчезали. На его лице было сложное выражение, он тихонько пробормотал себе под нос:

– Кто этот человек, кто может поглотить небесный гнев после своего же прорыва? Кто в этом мире обладает такими способностями?

Несомненно, взор Четырнадцатого Шао видел больше, чем глаза других людей! Несмотря на то, что другие люди удивлялись, что после электрических разрядов не происходит взрыва, они решили, что человек, вызвавший это бедствие, сам смог устранить этот небесный гнев, но они не думали о другой возможности! Другими словами, просто боялись думать о таком.

Глава 890.2. Человек он или монстр какой?

Однако Четырнадцатый Шао находился очень близко, и мог всё отчетливо понять. Эти молнии исчезали, а не были под чьим-то контролем… они поглощались этим человеком!

Но самое страшное было то, что, несмотря на такое близкое расположение, он по-прежнему не видел, кто это был! Очевидно, что там было дерево! Этот мощный небесный гнев заставил высокомерного и, казалось бы, совершенно непобедимого Четырнадцатого Шао признать одно!

«Вне зависимости кто там находится внутри, я ему не соперник. Я признаю своё поражение!»

Когда он думал об этом, ему тут же хотелось умереть и исчезнуть из этого мира! Он был крайне расстроен и подавлен! Так как он знал, что он бы не смог справиться с этими небесными ударами!

Пусть даже при каждом своём прорыве тоже происходил очень мощный небесный удар, при этом он всегда выбирал какое-то нелюдимое место. Например, высокую горную вершину, а после прорыва всё его тело изнывало от травм и ранений, а несчастная горная вершина навсегда стиралась с лица земли!

Однако этот загадочный незнакомец не только мог спокойно контролировать небесные удары, но и с легкостью проглатывать энергию этих электрических разрядов! Откуда такая сумасшедшая разница?

Четырнадцатый Шао, как завороженный, наблюдал за местом сосредоточения электрических разрядов. Он был настолько поглощен этим зрелищем, что совершенно позабыл о том, чтобы скрыть своё тело. Молнии танцевали в диком танце и озаряли всё вокруг. В ту же минуту люди из Священных земель обнаружили его силуэт!

– Это он!

– Это точно этот психопат, Четырнадцатый Шао!

– Главная цель нашей поездки и наш самый опасный соперник здесь! – все люди выпучили глаза и уставились на силуэт, который находился на самом опасном расстоянии от диких извивающихся молний.

В это время мощь природного величия стала ещё гуще и страшнее, никто не решался двинуться с места. Все мастера одновременно превратились в неподвижные изваяния.

«Не важно, враг ты или друг мне, но сейчас, можно считать, у нас временное перемирие!»

В ушах по-прежнему стоял оглушительный грохот от раскатов грома, молнии неустанно сновали одна за другой…

Сердца всех людей бешено колотились, и им было трудно дышать.

Раскаты грома продолжались, молнии неустанно исчезали, потом они медленно ослабели, а потом и вовсе пропали, после чего тучи начали с силой кружиться и на смену им пришли те самые одноглазые страшные чудовища… Затем их осталось три, а потом и они медленно слились в один огромный внушительный глазище… Ещё более дикие и неистовые разряды волна за волной снова обрушились на землю…

– Боже мой… это я сошёл с ума, или весь мир сошёл с ума, а я один нормальным остался? – сказавший эти слова Достопочтенный мастер безумно дрожал всеми фибрами души, а его глаза пристально следили за этим! Он сказал то, о чём думали абсолютно все!

Трудно поверить, но эти удары продолжались до самого обеда, но и к тому времени ещё не закончились… и длились аж до самого вечера! Почти целый день! Удары становились только сильнее и яростнее, однако никакого разрушительного эффекта так и не наблюдалось!

Даже дерево, на которое от начала и до конца приходился этот сумасшедший удар, выглядело совершенно нормально. Все люди в оцепенении простояли целый день, не отрывая глаз, наблюдая за этим безумным зрелищем!

Все, абсолютно все – Чжань Мубай, Хай Вуй, Хэ Чжицю, 40 Достопочтенных мастеров, Цяо Ин, Чэн Инсяо, Чу Вухуй… и даже Четырнадцатый Шао! Все они словно побывали в одном общем сне.

Наконец, удары резко прекратились!

Тёмные тучи в одно мгновение рассеялись и исчезли без остатка. Люди подняли глаза, и обнаружили, что на небе… ни облачка! Яркие звезды и светлая луна!

– Этот небесный гнев, оказывается, продолжался целый день! – Чэн Инсяо на одном дыхании произнес это и резко исчез! Он непременно должен навестить этого удивительного человека.

Сегодня он обязательно должен повстречаться с этим выдающимся мудрецом! У него одна единственная цель, никаких злых намерений, просто чистое желание, исходящее от чистого сердца:

«Я должен увидеть его, хотя бы глазком! И всего-то! Возможно, у меня больше не будет такой прекрасной возможности. Вероятно, я больше никогда и ничего не услышу об этом человеке… Если я упущу этот шанс, я буду жалеть об этом всю свою жизнь!»

Чу Вухуй тут же пришел в себя и немедленно отправился за ним. В его глазах был бесконечный фанатизм.

За ними же последовала и Цяо Ин.

Чжань Мубай и остальные тоже помчались в этом направлении.

Однако быстрее всех оказался всё-таки Четырнадцатый Шао!

В конце концов, он находился ближе всех к месту происшествия! Меньше 10 чжан!

Они только рванули, а Четырнадцатый Шао уже был на месте!

Пусто!

Даже ни единого следа не осталось.

Четырнадцатый Шао вытянул руку и дотронулся до коры дерева, его взгляд пылал.

Свист! Свист! Свист!

Десяток мастеров в мгновение окружили его со всех сторон.

Они спокойно смотрели на место, потом также спокойно на Четырнадцатого Шао.

Четырнадцатый Шао сейчас не был главной целью. Главная цель пропала… То есть? Неужто это дерево отражало эти громовые удары?

Просто старинное дерево?!

Все пребывали в недоумении. А Цзюнь Мосе уже давно вместе с Мэй Сюэ Янь скрылись в Пагоде. Он не забыл, что среди этих мастеров находится провидица Цяо Ин.

Хотя его силы, конечно, значительно увеличились, кто знает, способен ли он сейчас подавить дар провидения Цяо Ин… У Цзюнь Мосе не было в этом уверенности, а процесс культивации Мэй Сюэ Янь всё ещё хромал, поэтому он решил лучше обезопасить себя и Сюэ Янь, вернувшись в Пагоду…

«Напугать этих мастеров ещё сильнее. К тому сам Четырнадцатый Шао прибыл, может, они тут ещё подерутся, это было бы вообще замечательно! Я бы ни за что не стал мешать такому зрелищу».

Глава 891. Чья это задумка?

Четырнадцатый Шао спокойно себе стоял, заложив руки за спину, будто вовсе и не видел приближающихся к нему мастеров из трёх Священных земель. Ему было совершенно плевать на них, он просто поднял своё лицо и пристально уставился в небо, попутно о чём-то размышляя.

То, что сейчас происходит, это, чёрт побери, что вообще такое?

Этот сумасшедший полностью погряз в пучине этих странных событий!

Даже если он повернёт своё лицо к толпе, никто так и не сможет разглядеть его настоящего облика. Словно это не человек, а воображаемый призрак…

Цяо Ин использовала свои способности провидения и посмотрела на Четырнадцатого Шао.

Она, наконец, смогла разглядеть насквозь этого монстра! Какая прекрасная возможность увидеть его истинное лицо с такого близкого расстояния!

Однако Цяо Ин ожидало разочарование, потому что он увидела лишь густой туман, окутывавший его лицо!

Она была абсолютно уверена, что сможет узреть настоящий облик Четырнадцатого Шао с помощью своего дара провидения!

Это открытие заставило Цяо Ин испытать огромное потрясение.

– Четырнадцатый Шао! Мы не виделись более трёхсот лет, а ваши манеры всё такие же изящные и элегантные. Такое радостное событие стоит отметить! – Чен Инсяо окинул взглядом местность, а затем повернулся к Четырнадцатому Шао. В его тоне смешались оттенки лести, спокойствия и скрытой бдительности.

По сравнению с другими людьми из трёх Священных земель, отношение Чен Инсяо к Четырнадцатому Шао было намного мягче. Он понимал, что этот психопат находится позади проблемы с Чужаками, пусть даже с его стороны угрозы и опасности намного больше!

Это также высшее сознание стража! Даже если обеим сторонам придётся вступить в смертельную схватку, то это вовсе не из-за ненависти к друг другу, а лишь ради своих собственных идей!

– Чен Инсяо, я помню тебя. А ты нисколько не изменился. У тебя всё такой же полуживой омерзительный видок, – Четырнадцатый Шао так и смотрел в небо и даже не обернулся в сторону Инсяо, но с точностью назвал его имя.

– А что насчёт меня? Четырнадцатый Шао, кажется, что ты только брата Чена запомнил, а меня вот совсем забыл, – прищурившись, сказал Чу Вухуй.

– Да как я мог забыть тебя, Дикий произвол… Непревзойдённый кинжал… Короче, Чу Вухуй… Какая жалость, что триста лет назад, когда ты чуть было не оправдал твоё прозвище, всё пошло крахом… Благо, ты счастливо отделался и смог убежать… – тихо вздохнул Четырнадцатый Шао.

– Чушь собачья! – Чу Вухуй подскочил и вскрикнул. – Я был тогда неосторожен и попался на твои хитрые уловки… Как насчёт того, чтобы сразиться прямо сейчас?!

– Даже если мы устроим тут десять сражений, ты всё равно мне не противник! – сказал Четырнадцатый Шао. – Непревзойдённый Небесный меч из Священного дворца – просто-напросто две никчёмные бездарности. Однако эти две бездарности по сравнению с остальными подонками ещё посильнее будут…

Говоря это, Четырнадцатый Шао бросил свой тяжёлый взгляд в сторону Чжань Мубая и его компашки, в его тоне чувствовалось полное презрение!

Даже будучи Шенхуаном, Чжань Мубаю было тяжело справиться с таким давлением от взгляда Четырнадцатого Шао. Он почувствовал, как его глаза заболели, словно их выжигало сильным пламенем.

Чен Инсяо засмеялся и сказал:

– Если мы – просто бездарности, то тогда Четырнадцатого Шао можно назвать самым настоящим сукиным сыном. Мы тут все равны, так что ни к чему церемониться.

Четырнадцатый Шао рассмеялся:

– Верно-верно! Отбросим всю эту фальшь и лицемерие! Вы пришли сюда, и я пришёл сюда. Кажется, наша битва всё-таки неизбежна… В таком случае, может, проведём её здесь и сейчас? Или вы выберете другое время?

Чен Инсяо слегка улыбнулся и сказал:

– Неужели глубокоуважаемому Четырнадцатому Шао так не терпится начать свою кровавую резню? Перед вами старый друг. Не хотите уделить ему немного внимания?

– Здесь есть только несколько людей, которым суждено умереть! – сурово сказал Четырнадцатый Шао. – Даже если передо мной предстанут все друзья этого мира, я должен убить тех подонков! Более того, когда это вы двое стоили моего внимания?

– Осмелюсь спросить, о каких конкретно «подонках» идёт речь? – спросил Чу Вухуй.

– Больше всего в моей жизни я презираю тех, кто действует исподтишка. Особенно я ненавижу тех, кто пользуется слабостью своего противника и наносит ему внезапный удар! Я не пощажу тех, кто, занимая высокое положение, использует такие гнусные и тайные методы ведения боя! – холодно сказал Четырнадцатый Шао.

– Я понял. Ты имеешь в виду тех Шенхуанов, которые внезапно атаковали тебя после снятия печати в Тянь Фа, – Чен Инсяо прекрасно всё понял и кивнул головой, а затем вдруг снова задал вопрос: – Четырнадцатый Шао, осмелюсь спросить… Если бы эти мастера не использовали такой гнусный метод ведения боя и вступили бы с вами в решительную, но честную схватку, то каковы бы были их шансы на успех?

– Это очень забавный вопрос! Если это было бы честное решающее сражение, то я вмиг свернул бы им всем шеи! Разве у них хватило бы силёнок справиться со мной один на один?

– Верно, они бы не справились! – сказал Чен Инсяо. – Раз уж вы знаете, что эти ребята вам не ровня, вы всё равно требуете от них справедливого и прямого сражения без использования скрытых атак и приёмов? У каждого из нас есть собственные позиции и подходы: у вас есть причины их убивать, но и они должны считаться с вашей силой. Четырнадцатый Шао, а что если им удастся одолеть вас… Как думаете, кто из них нанесёт вам внезапный удар? Именно потому, что у них нет сил сражаться с вами честно, но есть причины убить вас, они и используют те самые «гнусные методы ведения боя»! Если не так, то как им одолеть вас?!

Четырнадцатый Шао фыркнул и сказал:

– Верно только то, что у каждого есть свои причины. Но после выполнения дела на каждого ложится своя ответственность! Так что, если хочешь кого-то убить – действуй! Но не называй свои так называемые причины. Потому что любая причина сама по себе нелепа.

Чу Вухуй холодно улыбнулся:

– В этом мире любая причина может быть опровергнута, будь она истинная или подлая, вынужденная или же бессовестная, причина – это на самом деле сваливание с себя всей ответственности, просто помпезный мусор и не более! Сила является лучшей причиной. Можно сказать, это и есть самая настоящая причина к действиям! – он посмотрел на Четырнадцатого Шао и медленно добавил: – И вы как раз таки владеете этой причиной. Дело вовсе не в том, что эти подонки должны умереть, просто у вас есть огромная сила, которая позволяет это совершить, вот и всё!

Четырнадцатый Шао дико рассмеялся:

– Как хорошо сказано! Ох, и правда очень хорошо! Из-за таких хороших слов я сегодня не трону тебя. Я позволю и этим ублюдкам прожить ещё несколько дней, а сам пока хорошенько ко всему подготовлюсь. Ха-ха-ха…

Его поучали два сосунка, но он даже ни капельки не разозлился.

Тем не менее Чен Инсяо и Чу Вухуй погрузились в ещё большие раздумья. С такой мощью как у него, к чему он ещё собирается подготавливаться? С кем он собирается сотрудничать? Это сейчас самая большая проблема!

Однако, посмотрев друг на друга, они не стали задавать вопросы. Они прекрасно понимали, что Четырнадцатый Шао всё равно ничего не скажет. Теперь им остаётся только быть ещё более осторожными.

– Четырнадцатый Шао, я хочу спросить тебя ещё кое о чём, – глаза Чен Инсяо вдруг ярко загорелись, он безумно хотел задать этот вопрос, даже невзирая на сложившуюся обстановку. – Кто это только что был? Кто это?

Чен Инсяо вышел вперёд и уставился на большое дерево перед собой. Он снова спросил:

– Кто этот человек, который был здесь?

Когда он задал этот вопрос, все остальные тут же навострили уши. По сравнению с Четырнадцатым Шао, они находились от дерева довольно далеко и ничего не могли разглядеть. А этот психопат со своими способностями, должно быть, уже всё разузнал.

– К сожалению, я сам не знаю! – взгляд Четырнадцатого Шао казался странным. В нём мелькал и страх, и восхищение. Он вдруг сказал: – Я здесь уже давненько стою, но так никого и не увидел. Лишь поток молний безостановочно ударял в это дерево, а затем исчезал… – он улыбнулся: – Когда я пришёл сюда, то попытался постучать по этому дереву, но сломал его… – сказав это, Четырнадцатый Шао встряхнул своими рукавами, и с них посыпались щепки. В стволе дерева виднелась сквозная огромная дыра…

После этого все подозрения людей тут же пропали, но сомнения в их сердцах стали ещё больше.

- Да кто это, чёрт возьми?

– Не важно, кто это, но этот человек является наикрутейшим мастером этого мира. Непобедимым и сильным, даже мне стыдно такое признавать! – с некоторым отчаянием вздохнул Четырнадцатый Шао.

Чен Инсяо и Чу Вухуй прекрасно понимали, что содержал в себе этот тяжелый вздох. До сих пор Четырнадцатый Шао считался лучшим мастером этого мира. Даже сам Четырнадцатый Шао так считал!

Ни у кого и в мыслях не было, что тот просто зазнался и выжил из ума. Нет, ведь в мире не было никого, способного одолеть Четырнадцатого Шао, и это общеизвестный факт!

Поэтому в борьбе с ним всегда использовалась групповая засада!

И не из одного или двух человек!

Но теперь появился некто иной, заставивший Четырнадцатого Шао постыдиться своей собственной слабости! Просто одним раскатом грома он изгнал Подземного самодура с трона - лучшего из лучших.

Трудно представить, в какой депрессии он сейчас находится.

– Такое величие… Даже я не смог бы после такого выжить, – Четырнадцатый Шао был серьёзен: – Но я не смогу сделать нечто подобное... Я никогда не смогу сделать этого!

Концовку предложения – «поглотить громовые раскаты», Четырнадцатый Шао пожелал воспроизвести только в своих мыслях.

Чен Инсяо и Чу Вухуй снова переглянулись, им стало как-то не по себе.

Четырнадцатый Шао из Подземного Мира какое-то время стоял в раздумьях, а затем вдруг поднял глаза и спросил:

– Вы задали свой вопрос, я на него ответил. Так что позвольте теперь и мне кое-что у вас спросить. Я жду честного ответа, разумеется, – его взгляд постепенно ожесточился, словно два острых меча разрезали на куски это ночное небо!

– Что такое? Если я буду знать ответ, то сразу же скажу всю правду! – Чу Вухуй почувствовал опасность в тоне Четырнадцатого Шао. Он понимал, что если не ответить на его вопрос, то всем придётся несладко.

Этот вопрос может на самом деле спровоцировать гнев этого психопата. Это не такой уж и простой вопрос!

– Первый небесный владыка… Кто, чёрт возьми, является обладателем этого имени? Чья это была задумка?! – спросил Четырнадцатый Шао. Яркий свет в его глазах становился всё более свирепым!

Глава 892.1. Злой монарх!

– Первый небесный владыка? – Чен Инсяо и Чу Вухуй молча уставились друг на друга. Никто из них прежде не слышал этого странного имени. С их сотнями лет жизни и опыта они сразу же смекнули о противоположности этого имени Четырнадцатому Шао из Подземного Мира, но понять весь тайный смысл никто из них не смог, все были в шоке!

– Кто владелец этого имени? Отвечайте! – Четырнадцатый Шао, может, ни во что не ставил ублюдков из трёх Священных земель, но доверял словам более высоких мастеров из Священного дворца. Чен Инсяо и Чу Вухуй уже достигли абсолютной вершины этого мира: они не станут лгать. Зачем им это, тем более перед ними – сам Четырнадцатый Шао из Подземного Мира!

– Кто такой Первый небесный владыка? Слышали что-нибудь об этом? – Чен Инсяо обратился к толпе. Хотя он посчитал это имя немного странным, но всё же решил спросить об этом у нижестоящих мастеров.

– Ха-ха-ха! Первый небесный владыка… Это имя так хорошо звучит, – Чжань Мубай рассмеялся. Теперь он вёл себя более развязно, ведь Четырнадцатый Шао ясно сказал, что ни за что не пощадит его. Но он был спокоен, потому что рядом находились три стража из Священного дворца: Цяо Ин, Чен Инсяо и Чу Вухуй. Даже если Четырнадцатый Шао вдруг решит атаковать, их шансы на победу хоть и останутся невысокими, но сохранить свои жизни они всё же сумеют.

Поэтому Чжань Мубай вёл себя довольно открыто и с язвительной насмешкой сказал: – Первый небесный владыка? Отличное имя! Оно идеально сочетается с именем Четырнадцатого Шао из Подземного Мира, даже слишком…

– Идеально сочетается? И в каком же это месте, объясни?! – сурово спросил Четырнадцатый Шао.

– Один из них на Небесах, другой – в Подземном Мире. Первый – высоко над головой в небосводе, а последний заперт глубоко в жопе… ой, то есть под землёй, – Чжань Мубай усмехнулся. – Такое противостояние. Один из них Первый, а другой Четырнадцатый… И не важно, какой у них ранг, они всё равно абсолютно противоположны. Но, в конце концов, один из них всего лишь Шао, а другой – Владыка! Ха-ха-ха… (1)

Чжань Мубай внезапно так расхохотался, что аж на слёзы пробило. И, покатываясь со смеху, сказал:

– Шао – это молодое поколение, а Владыка – уже прародитель! Здесь имеется некое деление по старшинству! По крайней мере, на три поколения точно… Малыш Шао… разница между Первым и Четырнадцатым видна даже слепому… Ха-ха-ха… Как же смешно…

Бац!

Мощная пощёчина прилетела к лицу Чжань Мубаю. Этот шлепок отбросил всё его тело, заставив потерять равновесие, и наклонила тело вправо... Затем прилетела вторая пощёчина, наклонив его в другую сторону.

Четырнадцатый Шао внезапно приложил свою силу, и, хотя Чу Вухуй и остальные мастера приняли все необходимые меры предосторожности, они не могли этого остановить! Они наблюдали, как пощёчины одна за другой прилетали в лицо Чжань Мубая, но не успевали реагировать!

Можно сказать, что у скорости этих атак нет аналогов во всем мире!

Чжань Мубай только собирался закричать, как почувствовал, что его горло схватили огромные свирепые пальцы и подняли всё его тело в воздух.

В то же время крепкая и зловещая аура начала медленно проникать в меридианы его тела, мгновенно подчиняя их себе и подбираясь к даньтяню. Вся Суань тела Чжань Мубая была заблокирована и взята под контроль в считанные доли секунды. Даже основные двигательные пункты и то были ограничены!

В мгновение ока Чжань Мубай – Шенхуан третьего разряда – оказался на волоске от смерти!

– Четырнадцатый Шао! Пожалуйста, остановитесь, давайте всё обсудим, – одновременно сказали Чен Инсяо и Чу Вухуй. Они ещё не успели ничего предпринять, как их сердца наполнились страхом. В этот момент все своими глазами увидели те искусные методы, с помощью которых Четырнадцатый Шао смог полностью подчинить себе Шенхуана третьего разряда, и испытали невероятный шок!

– Стоять! Если кто-нибудь сделает хоть шаг, я устрою кровавую резню с тремя Священными землями прямо сейчас! – Четырнадцатый Шао сморщил свои брови и усмехнулся, одним взмахом руки он разрезал перед собой воздух! Таким образом, он и Чжань Мубай тут же оказались в другом пространстве!

Чен Инсяо и Чу Вухуй находились буквально в метре от Четырнадцатого Шао и могли бы достать до него рукой, но это было не так-то просто!

Как будто близко, но на самом деле далеко! Одним пальцем он смог разрезать пустоту!

Это не легенда, не миф и не хвастовство, а реальные вещи.

Чен Инсяо и Чу Вухуй тяжело вздохнули. Если судить по этому приёму, то, похоже, что силы Четырнадцатого Шао восстановились как минимум на 80%! А с такой мощью им даже вдвоём не справиться.

Для них не составит труда прорваться сквозь барьер Четырнадцатого Шао, но тогда им придётся использовать половину из запаса своих сил! Это займёт немного времени, но в данной ситуации каждая капля энергии на счету, пока она восстановится, будет уже слишком поздно…

Более того, если они вдвоём действительно решатся на это, то... независимо от того, успеют они или не успеют, Четырнадцатый Шао обязательно сдержит своё слово и перережет всех мастеров из трёх Священных земель!

А с его силами для него это пустяковое дельце! Он – конченый психопат, и нет ничего, что он бы не осмелился сделать!

Это была огромная опасность, и эти двое ничего не могли с ней поделать… Только подчиниться ей!

Оба мастера, не сговариваясь, прекратили любые движения и закричали:

– Четырнадцатый Шао, брат, пощади! Сейчас… сейчас не время убивать Чжань Мубая!

– Я не говорил, что собираюсь его убить. По крайней мере, сейчас я этого не сделаю, – с равнодушным видом сказал Четырнадцатый Шао. – Я просто хочу у него кое-что спросить. Успокойтесь, если я захочу кого-нибудь убить, то начну с вас троих, стражей. Как я могу так принижать своё достоинство убийством этого сучьего потроха? Он того не стоит! По крайней мере, не сейчас!

Четырнадцатый Шао снова сжал шею Чжань Мубая, так что его ноги оторвались от земли, а затем сурово спросил:

– Ты знаешь, кто такой Первый небесный владыка?

Чжань Мубай, будучи уважаемым Шенхуаном, даже не стал сопротивляться в руках Четырнадцатого Шао! Он, как маленький ребёнок, которого подняли и трясут в воздухе, просто болтался из стороны в сторону. Какое унижение!

Он вдруг осознал, что сильно просчитался. Силы Четырнадцатого Шао были восстановлены… А он наивно полагал, что внутренние травмы этого психопата ещё не затянулись, и решил создать суматоху, чтобы атаковать его всей толпой. Ведь с ними еще и три сильнейших стража из Священного дворца – какая удача, думал он!

Однако эти три стража даже не стали препятствовать Четырнадцатому Шао! Все это очень опечалило Чжань Мубая!

Оказавшись в тупике, он продолжал держать себя в руках, и с перебитым дыханием снова рассмеялся:

– Первый небесный владыка… Я не знаю такого… Но даже если бы и знал что-то, то всё равно… Я бы ничего не сказал тебе!

(1) В китайском языке «Шао» можно перевести как юнец, сынок, мальчик, а «Владыка» так же можно понимать, как отец, предок, прародитель.

Глава 892.2. Злой монарх!

В глазах Чжань Мубая промелькнуло некое сумасшествие. Он уже получил взбучку от Четырнадцатого Шао, но его это совершенно не волновало, так же как жизнь или смерть! Чжань Мубай смекнул, что Четырнадцатый Шао слишком серьёзно заинтересован этим «Первым небесным владыкой».

Судя только по буквальному значению, «Первый небесный владыка» и «Четырнадцатый Шао из Подземного Мира» – явные природные противоположности! Это имя, несомненно, является занозой в заднице для Четырнадцатого Шао! Как же Чжань Мубай мог упустить такую прекрасную возможность поиздеваться над своим врагом?

«Даже если я не смогу победить тебя силой, зато я теперь знаю, как уничтожить тебя морально! Во всяком случае, у меня нет надежды на жизнь, так почему я должен страдать один? Перед тем как умереть, я буду вести себя настолько отвратительно, насколько это возможно!»

– Ну и отлично! А ты храбрый малый! – Четырнадцатый Шао пустил через свою ладонь горячий поток воздуха, который мгновенно пронесся меридианам всего тела Чжань Мубая! Он тут же почувствовал, как вся кровь в его венах забурлила, даже мозговая жидкость и то закипела!

Это ни с чем не сравнимые мучения!

Самое жестокое наказание в мире выглядит именно так!

Чжань Мубай был на грани и не смог сдержать свой жалобный писк. Вот-вот – и он потеряет сознание. Но в следующую секунду этот воздушный поток мгновенно превратился в ледяной кошмар, заставивший Чжань Мубая прийти в себя, его разум был трезв, однако тело практически заморозило!

Температура крови внезапно упала с точки кипения до полного замораживания!

На теле Чжань Мубая с бешеной скоростью начал появляться толстый слой инея, который было видно даже невооруженным глазом!

– Мне просто нужно знать владельца имени. В конце концов, откуда оно вообще появилось? – холодно сказал Четырнадцатый Шао. – Скажи мне, и я тебя отпущу!

– В мире... Раз в мире существует Четырнадцатый Шао из Подземного Мира… то естественно, будет… и Первый небесный владыка… – Чжань Мубай закашлялся, и на уголках его рта появилась кровь, смешанная с кусочками льда, но он усмехнулся и добавил: – Это ведь… так очевидно…

Четырнадцатый Шао внезапно взбесился. Его тело будто бы загорелось, и в одно мгновение кровь Чжань Мубая снова достигла точки кипения, а затем снова превратилась в лёд! И так далее… Такая трансформация произошла ещё около дюжины раз!

Чжань Мубай, попав в такую «песню льда и пламени», словно умирал, а затем снова возвращался к жизни – просто невыносимые муки! В конце концов, он даже не мог издать ни единого крика…

– Я сказал... Я не убью тебя, пока не одержу победу над тремя стражами! И я не нарушу данное мной слово! – Четырнадцатый Шао усмехнулся. – Однако так даже лучше! Ведь хоть ты и жив, но испытываешь адские муки! – он радостно засмеялся: – Надо дорожить этим! Даже если ты выживешь, это будет твоя последняя ночь! Так что испытай на себе всю тяжесть медленного послевкусия!

После этого Четырнадцатый Шао дёрнул рукой, и тело Чжань Мубая полетело прямо в толпу мастеров из трёх Священных земель. Хай Вуй протянул руки, чтобы поймать товарища, но сильный удар, как разбивающий грудь молоток, отбросил его на дюжину шагов назад. В земле образовалась яма и трещины…

Когда он, наконец, остановился, его лицо побледнело, а затем резко налилось краской, и из его рта выплеснула алая кровь.

Чёрная фигура Четырнадцатого Шао устремилась прямо в небо, раздался громкий крик:

– Закрытое сердце, Небесный меч – Чен Инсяо, Дикий произвол, Непревзойдённый кинжал – Чу Вухуй, Провидица Ракшас – Цяо Ин! Выходите и сразитесь со мной!

Чёрная фигура вспыхнула в воздухе, и всё небо наполнилось тысячами теней Четырнадцатого Шао, они то появлялись, то исчезали, словно огоньки!

Но тела самого Четырнадцатого Шао уже здесь не было!

Чен Инсяо и другие два стража переглянулись, он улыбнулся и сказал:

– Раз уж Четырнадцатый Шао в таком приподнятом настроении, будет некрасиво вот так ему отказать!

Все трое без какого-либо чувства страха бросились вслед за Подземным психопатом!

Четырнадцатый Шао больше не стал ничего спрашивать о Первом небесном владыке и просто бросил вызов. Смысл его поступка очевиден: для начала он хочет сразить этих трёх стражей, чтобы вернуться и добить Чжань Мубая!

В любом случае он не позволит ему выжить!

Что касается Первого небесного владыки, то Четырнадцатый Шао понял, что присутствующие матера действительно ничего о нем не знают. Чжань Мубай использовал это имя, чтобы просто поиздеваться над ним. Если бы он и правда что-то знал, то слушать его было бы гораздо сложнее и неприятнее, чем сейчас!

Кажется, что после завершения всех сегодняшних дел ему снова придётся хорошенько всё проанализировать, и если никакие подсказки не обнаружатся, тогда Четырнадцатому Шао придётся лично отыскать этого Небесного владыку и спросить у него обо всём лично!

Что касается трёх стражей – они не могут поступить иначе: Четырнадцатый Шао уже взбесился и бросил им вызов. Даже если они ему и не ровня, даже если их ждёт смерть, они должны вступить в эту схватку!

Кроме того, что бы там ни было, Чжань Мубай является подчинённым Священной земли, и им необходимо восстановить справедливость за него! Сделать невозможное – это один вопрос, а вот сделать или не сделать – уже другой!

В противном случае репутация трёх Священных земель будет неизбежно разрушена.

Так что у этих троих нет иного выбора!

Четыре силуэта, словно метеоры, пронеслись по ночному небу в неизвестном направлении…

Остальные мастера трёх Священных земель, увидев Хай Вуя и лежащего у него в объятиях полуживого Чжань Мубая, тут же пришли в бешенство!

В конце концов, Четырнадцатый Шао публично унизил и оскорбил их Шенхуана, да ещё и таким жестоким образом!

Перед столькими мастерами… Это равносильно удару по всем трём Священным землям!

Если он не уйдёт, эти мастера нападут на него общими силами! Ради чести и репутации трёх Священных земель они готовы пожертвовать своими жизнями!

В этот момент всеобщего негодования случилось нечто, повергшее всех в полнейший шок и ужас!

Случилось нечто невероятное!

На земле перед открытой улицей, на расстоянии меньше фута, вдруг из ниоткуда, покачиваясь, медленно поднялась глиняная стена!

С нуля, просто из ничего! Эта земля, словно живая, становилась всё длиннее и выше…

Постепенно глиняная стена установилась на одном месте, она была гладкой, как каменный памятник. В высоту она достигала около пяти футов, а в ширину около трёх.

Это событие внесло новый переполох.

Буква за буквой на стене стали появляться слова!

Будто сами черти писали их на ней.

Появление двух слов наверху как молния, врезались в сердца и глаза каждого мастера.

Чрезвычайно надменные два слова!

«Злой монарх!»

Глава 893. Цзюнь Мосе объявляет войну!

Хай Вуй и остальные мастера заметили, что на этой совершенно из ниоткуда внезапно появившейся стене медленно появлялись какие-то письмена. Это явление просто сбило с толку всех присутствующих. Все были шокированы.

Все они жили несколько сотен лет, но, тем не менее, отродясь не видели ничего подобного!

Тем более эти слова, что они еще значат? «Злой монарх!» (1)

Звучит как имя или какое-то прозвище, но, однако, никто и никогда не слышал о человеке с подобным именем, кто же он?

Вообще иероглиф «Се» означает нечестный и подлый, но кто же мог величать себя ещё и «монархом»? Если в самом деле такой монарх существует, тогда почему же никто ничего о нём не знает? Разве слава о нём не должна была уже давно распространиться по всему миру?

Имя этого загадочного «Злого монарха» сейчас так внезапно появилось, буквально выросло из земли. Какой в этом во всём скрытый смысл? Неужели, человек, который недавно вызвал безумный небесный гнев, и есть Злой монарх?

В то время, пока все мастера раздумывали над этим вопросом, эти слова внезапно очень ярко засветились! В один миг, эти слова ослепительно засверкали и окрасились в золотой цвет!

В одночасье тёмная ночь озарилась ярким пленяющим светом!

Хай Вуй, Хэ Чжицю и остальные были потрясены:

- А эти изменения ещё к чему? Неужто в этом мире действительно существуют добрые и злые духи?

Возможно, силы человека, который недавно возбудил небесный гнев, настолько могущественны, что даже природа готова признать это?!

Все присутствующие здесь только так могли объяснить эти удивительные изменения.

Но затем они снова ослепительно просияли! Слова снова изменились. Мастера из трёх Священных земель сначала удивились, потом задумались, а в конце вообще пришли в бешенство! И гнев их был страшен!

Сначала появились новые иероглифы огромного размера, написанные в древнем стиле, они захватили промежуточное положение!

«В мире множество злых людей, а я – их монарх! Я разгромлю этот мир, Цзянху падёт к моим ногам! Где появится Злой монарх, там везде будут душераздирающие вопли и крики; улыбка бога, глаза прошлого и настоящего!»

– Какой самодовольный тон! – Хэ Чжицю, тяжело вздохнув, незамедлительно высказал своё мнение. Все остальные не могли не согласиться с ним и одобрительно кивнули.

Эти строки, действительно, настолько безумны и сумасбродны! Да кем он вообще себя возомнил?

Однако большинство мастеров всё же понимали, что этот человек не просто хвастается своими способностями, и недавно обрушившийся небесный гнев – тому подтверждение. Похоже, у этого представления есть и другая цель. Надо только подождать.

И действительно, предположения людей оказались верными, следом за этим появились другие иероглифы:

«Священные земли порочны и аморальны, Злой монарх покарает их; когда будет убит Достопочтенный, тогда ознаменуется начало карательного похода!»

Все вскрикнули, оказывается, загадочное убийство Ся Дунтина, это дело рук Злого монарха!

«Удар кулаком по Неуловимому Миру Бессмертных, пинок под зад для Великого Золотого города; ну и напоследок, когда нечем будет заняться, можно ладошкой приложить Иллюзорный Океан Крови! Все лицемеры и святоши этого мира сдохнут, их тела останутся не погребёнными; вы были так жестоки и безжалостны, вам не видать следующей жизни. Мир будет ликовать после вашей погибели, наступит мир и спокойствие; и только я, Злой монарх, буду господствовать над всем человечеством!»

– Вот это самодовольство! Вот это бесчинство! Такая чушь! Этот подонок должен умереть! – гневно заругался Хэ Чжицю. Все сразу же шумно загалдели: этот Злой монарх перешёл все границы!

Пусть твои силы удивительны, но разве их хватит, чтобы противостоять непоколебимым и великим трём Священным землям?

«Если у людей из трёх Священных земель хватит храбрости, пусть они приходят завтра на рассвете к южной городской стене. Состоится решающий бой! Жизнь или смерть! Победа или поражение! Когда солнце взойдёт на востоке, господа трёх Священных земель должны прибыть на место! Злой монарх с почтением будет ожидать вас, чтобы проводить на тот свет! Ворота уже открываются! Будьте осторожны, иначе вы можете превратиться в неприкаянные души, что вечно бродят по миру в поисках спокойствия!»

На этом письмена закончились.

Мастера были готовы взорваться от гнева!

В этом мире, оказывается, существует такой противный и заносчивый человек, который желает сразиться с тремя Священными землями!

– Завтра на рассвете... решающий бой! – Хай Вуй медленно прочитал вслух эти слова. По сравнению с другими, он вёл себя намного серьёзнее и выглядел невозмутимо. Столкнувшись с этой странной стеной, Хай Вуй был очень потрясён и разгневан, но где-то в глубине его сердце похолодело от ужаса.

– Верно, – Хэ Чжицю тоже прибывал в дикой ярости, но смог взять себя в руки и спокойно сказал: – Этот бой непременно будет крайне ожесточённым! Уж точно…

– Этот Злой монарх выбрал, в самом деле, подходящее время… – Хай Вуй сказал, горько усмехнувшись. – Количество мастеров, с которыми мы изначально прибыли в город, значительно уменьшилось. Половина рассредоточилась, можно сказать, что наши силы сейчас в самом невыгодном положении, и он, как назло, выбрал именно этот момент! Мне кажется, что наши дела далеко не в полном порядке…

– Да что там «не в порядке»! Наши дела очень плохи! – сказал серьезно Хэ Чжицю: – Из-за прошлых событий нам пришлось повздорить с мастерами из Туманного Призрачного Дворца; в большей степени по нашей вине, мы с тобой не смогли стерпеть и вспылили! Сейчас брат Чжань получил тяжёлое ранение от Четырнадцатого Шао… Ты, брат Хай, получил внутреннее ранение. Наша главная опора, три вечных стража, должны дать бой Четырнадцатому Шао. И ещё сейчас этот мистический Злой монарх появился из ниоткуда и требует решающего боя! – Хэ Чжицю продолжил: – И сейчас мы совершенно ничего не знаем об этом загадочном персонаже! Я даже ничего никогда прежде не слышал о нём! Этот бой – это вообще уму непостижимо! Если он действительно тот человек, кто вызвал небесный гнев, разве это не означает, что наша песенка спета?

– Это, я уверен, все прекрасно понимают! Однако сейчас обстановка диктует действия, – Хай Вуй с горечью сказал: – Так же, как три вечных стража не могут отказаться от боя с Четырнадцатым Шао, так и мы не можем не принять этот бой! Это вся репутация наших трёх Священных земель, мы просто не можем отступить! Мы уж лучше погибнем все вместе, чем с позором отступим!

Хэ Чжицю посмотрел вдаль и строго сказал:

– Пусть останутся два человека, чтобы присмотреть за братом Чжань. Остальные выдвигаются в путь.

Хай Вуя ответил:

– Наш противник, вероятно, очень силён, но этот не тот человек, который вызвал небесный гнев! К тому же силы имеют свойство истощаться. Он – всего лишь человек, его знания и способности не смогут сравниться с тремя Священными землями. У нас вряд полностью отсутствуют шансы на успех, нам… нужно выдвинуть дружный протест! Мы вряд ли не сможем использовать военное искусство Четырнадцатого Шао, – Хэ Чжицю замер, а потом медленно кивнул.

– Я… тоже пойду! – произнёс слабый и сиплый голос. Они повернулись и увидели Чжань Мубая. Увидев его вид в данный момент, они оба пришли в ужас. Хай Вуя даже затрясло, вид у Чжань Мубая был хуже некуда.

Левая часть его тела напоминала раскалённую сталь, а правая была погружена под слой толстого льда, и по прошествии часа ситуация менялась, стороны менялись местами, продолжая замкнутый страшный круговорот.

Приём Четырнадцатого Шао в самом деле был зверским! Это была его особенная техника! Дикий огонь из Подземного Мира и ледяной ветер оттуда же, соприкасались воедино в этой технике. Каждый час они менялись местами. Эта техника называлась «Закалённая душа Инь-ян!»

Этот приём имел эффект целый день и целую ночь! За это время жертва бесконечно проходила через 18 ступеней ада. Было общепризнанно, что этот приём является самым жестоким и зверским видом наказания!

Спастись невозможно! Чжань Мубай испытывал такие ужасные мучения, что каждое слово давалось ему с большим трудом и приносило дикую боль!

– Четырнадцатый Шао так злобно посмеялся надо мной, пусть уж я лучше пригожусь в завтрашней битве! Братья, многого я сделать не в силах, окажите мне услугу… помогите мне привести в движение Священный кровавый столб! Дайте мне умереть с достоинством…

Услышав эти слова, Хай Вуя и Хэ Чжицю словно ударило током, они опешили:

– Брат Чжань, ты же знаешь, что тебе надо потерпеть день и ночь, и потом ты сможешь восстановиться, зачем так рисковать?

Чжань Мубай слегка улыбнулся:

– Братья, вы считаете, что после такого я всё ещё смогу жить дальше? Я лучше умру, чем останусь жить!

Эта фраза была полна отчаяния и стыда. Чжань Мубай уже принял решение!

Хай Вуй и Хэ Чжицю были поражены, их сердца словно налились свинцом.

Однако они так ничего и не сказали…

Ночь тихо ускользала…

Перед рассветом они направились к южной стене города. Чжань Мубай едва двигался, набросив на плечи плащ.

Одна его часть тела по-прежнему просто горела, а от другой веяло холодом, его всего трясло, но он не мог этого контролировать, всё его тело сковывали бесконечные судороги и спазмы, однако при этом он выглядел безукоризненно. Его одежды сияли чистой, а в глазах был только ледяной холод и непоколебимая решимость!

(1) Дословно: «Цзюнь Се».

Глава 894.1. Это Цзюнь Мосе?!

Неизвестно куда отправились биться три великих стража и Четырнадцатый Шао… Хэ Чжицю оставил для них лишь послание. В конце концов, каждый отправил послание в три Священные земли.

Для Неуловимого Мира Бессмертных Чжань Мубай напоследок оставил такие слова:

«Славная Священная земля, которую никто вовеки веков не сможет осквернить! Для меня, Чжань Мубая, было большой честью стоять на страже этой прекрасной земли! Мы были вместе тысячи лет, но теперь пришла пора проститься, и сегодня я должен откланяться!»

Повозка легонько колыхалась, и Чжань Мубай прикрыл глаза, плотно сжав веки. Перед его глазами начали возникать разные фрагменты из его жизни… Говорят, что перед смертью у человека проносится вся жизнь перед глазами. По всей видимости, конец Чжань Мубая был совсем близок…

Чжань Мубай не был рождён главной женой семьи Чжань, он был сыном наложницы; поэтому в детстве вдоволь хлебнул горя. Он всегда был объектом косых взглядов; к счастью, от рождения он был очень сильным, и потому, скрывая свои чувства, покорно ждал своего совершеннолетия, тогда он занял первое место в состязании в силе и ловкости среди членов семьи Чжань. Тогда-то он и поразил всех.

Благодаря этому он быстро прославился и получил признание со стороны старейшин рода Чжань. Однако в то же самое время этим он вызвал гнев и ненависть у своих ближайших родственников и братьев. Они смотрели на него, как на врага, и неоднократно пытались сжить его со свету, что привело к тому, что он потерял родителей и был унижен и оскорблён. Тогда, по чистой случайности, ему удалось сбежать, и он покинул семью Чжань.

После этого он случайно встретился с известным учителем, который стал его наставником, всё время он проводил в напряжённых тренировках, и через двадцать лет, достигнув третьей ступени Суань Духа, он снова вернулся в семью Чжань, чтобы отомстить своим обидчикам; он убил всех людей, которые когда-то издевались над ним! Ни одного не пощадил!

Когда он вспоминал об этом, даже находясь под действием техники «Закалённая душа Инь-ян», на его лице появлялось довольное выражение.

Он вспоминал, как в его руках дрожал и просил пощады главный виновник краха его семьи, как кровь лилась во все стороны, как ему было весело в те минуты… Вспоминал, как любимая женщина этого человека заливалась слезами и мучилась в его руках… Вспоминал ее белоснежную кожу и перекошенное от боли лицо… Вспоминал её невероятный взгляд, когда его нож прикоснулся к её хрупкой шее…

Какое удовольствие…

В это мгновение Чжань Мубай даже забыл, каким мучениям он подвергся!

Этот период времени был самым цветущим в его жизни! Вся семья Чжань ходила на цыпочках перед ним. Он, посредством своей выдающейся силы и жестоких приёмов, добился абсолютного авторитета и стал самым юным главой семьи Чжань в истории!

После, под его предводительством, семья Чжань участвовала в различных битвах на материке Суань. Она постепенно развивалась и крепла, став очень влиятельным и могущественным семейным кланом; и как раз в это время он получил приглашение от Неуловимого Мира Бессмертных примкнуть к ним.

Получив поддержку со стороны трёх Священных земель, семья Чжань стала набирать силу ещё быстрее. Прошло несколько сотен лет, и сейчас семья Чжань заслуженно имеет звание героя! А Чжань Мубай сам прошёл путь от Почтенного до Шенхуана, и даже стал постоянным членом Священного дворца!

Жизнь полная славы, блеска и гордости!

Возможно, конечно, и были ошибки, однако… и что с того? В этом мире гласит закон «Побеждает сильнейший», и больше нечего говорить! Всю свою жизнь он только добивался выгоды, а не возмещал убытки, на этом всё!

Ему было больно и радостно… Он полулежал на перинах, и медленно, метр за метром двигался к завершающей части своей жизни. Сейчас он не думал о предстоящей битве, он медленно вспоминал свою жизнь…

Совсем недавно он перебил семью Чен… Он совершил ошибку? Разумеется, нет! Кого тут и винить, так это семью Чен в её слабости! Такой слабый род не так посмотрел на Шенхуана, это ли не позор? Разве они не заслуживают смерти… тогда чего же?

Единственное, он жалел… о Битве за Захват Небес!

«Я так много столетий мечтал об этой Битве, об этом историческом сражении, герои которого прославятся навечно! Я, Чжань Мубай… всё-таки не успел…

Возможно, это самое большое и единственное разочарование во все моей жизни!»

В 80 ли к югу от городской стены располагался небольшой холм. За этим небольшим холмом была большая гора. Перед горой раскачивалась изумрудно-зелёная бамбуковая роща, а перед рощей находилось специально очищенное пустое пространство.

В середине этого пустыря красовалась каменная стела высотой в 10 чжан, на которой была выгравирована надпись:

«Место погребения 35 мастеров из трёх Священных земель! Их вечная слава будет жить вечно!»

Все мастера одновременно остановились, в их глазах появился пылающий гнев!

Прибывших на этот раз мастеров было ни больше, ни меньше – ровно 35 человек! Похоже, их противник был хорошо осведомлён! Он даже знал, что Чжань Мубай тоже прибыл сюда!

В бамбуковой роще была абсолютная тишина, не было ни души.

Противник ещё не прибыл на место?!

Хэ Чжицю рассмеялся:

– Эта каменная стела просто смехотворна! – он помчался к ней, и с помощью Суань на обратной стороне выгравировал следующее:

«Здесь покоится Злой монарх!»

Немного подумав, мелким подчерком он продолжил:

«Злой монарх был нахалом высшей марки; творил беззакония и лез на рожон, а под конец он бросил вызов великолепным трём Священным землям! Был способен только на подлые уловки, и не имел настоящей силы, он со стыдом потерпел поражение и был убит. Теперь тысячу лет он будет слыть жалким посмешищем!»

Дописав, Хэ Чжицю сделал глубокий вздох, и развернул стелу, задняя сторона теперь стала передней!

– Ха-ха! Жалкое посмешище, точно-точно! Брат Хэ, ты такой молодец, что написал это! От души прям порадовал нас! Но почему ты просто не стёр ту запись? А наоборот, написал на задней стороне и перевернул плиту? – Хай Вуй расхохотался и спросил.

Все остальные мастера тоже воодушевились и повеселели, выкрикивая «Браво!»

Хэ Чжицю с улыбкой спокойно сказал:

– Сегодня решающий бой. Схватка не на жизнь, а на смерть! Победитель будет только один. Я сделал так специально, чтобы выжившая сторона сама стерла своё имя с этой стелы! Если сделать это сейчас, не будет ли это значить, что у нас нет уверенности в победе? Пусть останется так, ведь мы всегда успеем избавиться от этой надписи, когда выиграем бой!

Глава 894.2. Это Цзюнь Мосе?!

– Неплохо! Брат Хэ, ты отлично сказал! – Хай Вуй рассмеялся: – На этот раз мы ни за что не можем проиграть! Этот Злой монарх сам нашёл себе неприятности на голову!

Все мастера громко согласились. Кажется, их боевой дух заметно поднялся!

Последние потемки наконец-то полностью покинули небо. Небо со стороны востока уже окрашивалось в молочный цвет. Проблески зари, очевидно, вот-вот должны были появиться. Время рассвета настало.

Постоянно скрывающийся враг, наконец, должен был показать своё истинное лицо! Совсем скоро всё прояснится!

Поэтому они спокойно ждали его появления! Жизнь или смерть, сейчас им было уже совершенно всё равно!

Даже постоянно находившийся в напряжении Чжань Мубай с первыми лучами солнца несколько успокоился!

Хищные, как у орла, глаза пристально смотрели в направлении бамбуковой рощи. Три остальных направления никто не брал в расчёт! В этом не было необходимости.

Рассвет приближался, восток стал совсем светлым!

Раздался звук шагов, аккуратный и ловкий. Справа и слева одновременно появилось по группе людей. Быстро и грациозно они пронеслись по земле и застыли прямо перед рощей. Каждая команда насчитывала 36 человек, в целом их было 72!

Они появились так слаженно и упорядоченно, сразу чувствовалась некая армейская строгая дисциплина! Выражения лиц Хэ Чжицю и Хай Вуя медленно мрачнели. Они не смотрели друг на друга, но чувствовали страх друг друга.

Оказывается, их противник не один человек… Все прибывшие люди были мастерами! Из этих 72 человек, самые низкие силы составляли мастера Почтенного уровня третьей ступени! Насчитывалось 19 Почтенных четвёртой ступени, 31 человек – Достопочтенные первой ступени, и 20 Достопочтенных мастеров второй ступени! Что касается двух человек, которые возглавляли эти отряды, они были Достопочтенными мастерами третьей ступени! Эти 72 человека уже были громадной мощью!

«Стало быть, в нашем мире существует подобная сила! Но как они смогли перехитрить глаза и уши трёх Священных земель? Такая сила не может просто так появиться за год или два! Это очень длительный процесс, как минимум 200-300 лет! Как они смогли такое провернуть?»

В то же мгновение все мастера трёх Священных земель в растерянности переглянулись. Они никак не ожидали такого поворота! В какой момент времени в этом мире появилась такая мощная сила? Кому они принадлежат? Они словно с неба упали, никто ничего не знал о них! Как такое возможно?

Что, в конце концов, здесь происходит?

Прозвучал приказ, и эти 72 человека спокойно и также упорядочено сформировали два треугольника, по форме напоминающих крылья гуся. Этим самым посередине они освободили широкий коридор. Словно в ожидании кого-то…

Этот коридор проходил прямо посередине! Неужто хозяин ещё не прибыл?

Хай Вуй и Хэ Чжицю переглянулись. Они чувствовали, как капли холодного пота катятся по их спинам! Они заметно напряглись и насторожились. Эти двое уже не одну сотню лет проводили в битвах, но никогда до этого момента не встречали ничего подобного…

Снова раздался топот. Издалека появились восемь отрядов. Каждый отряд насчитывал около тридцати человек. Они молниеносно двинулись навстречу стоящим на другой стороне мастерам!

Они двигались с бешеной скоростью, но, однако, всё же сохраняли порядок и сплочённость! Словно восемь яростных стрел неслись на сумасшедшей скорости! Вмиг они приблизились, и стоящий во главе человек прокричал:

- Занять позиции!

В мгновение 300 человек начали выполнять приказ и перестраиваться, они идеальным движением слились с двумя уже стоявшими треугольниками, образовав такие же два треугольника, только значительно увеличившихся в размере!

Один из двух командующих людей был одет в чёрные, как смоль, одежды, другой – в кристально-белые.

Это были Одинокий Сокол, Ин Бокун, и Ураганный Меч, Фэн Цзянь Юнь!

Сейчас они оба находились на уровне Достопочтенных мастеров четвёртой ступени, и были совсем близки к уровню Шенхуана!

Что же до тех восьми отрядов, которые они привели с собой – ни один из их бойцов не уступал мастерам из тех двух больших отрядов. С учётом командующих, всего насчитывалось 308 бойцов!

Проверяя каждого человека, Хай Вуй и Хэ Чжицю уже были готовы упасть замертво без сил: не было никого, кто бы был ниже уровня Почтенного мастера! Из них двое – Достопочтенные мастера четвёртой ступени, шесть – Достопочтенные третьей ступени, девяносто Достопочтенных мастеров второй ступени, тридцать три человека – Почтенные мастера четвёртой ступени, и семь Почтенных мастеров третьей ступени!

«Это просто невероятно! Неужто это наш самый страшный кошмар наяву?

Даже у трёх Священных земель нет такого количества мастеров! Это сила невиданной мощи, сейчас её уже достаточно, чтобы уничтожить весь материк Суань… Если Священный дворец не вмешается, тогда этой силы будет достаточно, чтобы уничтожить три Священные земли! Степень угрозы уже превышает силу Чужаков! Как-никак все мастера уровня Шенхуан принадлежат Священному дворцу!»

А эти мастера по-прежнему ждали появления своего главнокомандующего! Другими словами, всеми этими людьми управлял один человек! Это вооружённые силы, принадлежащие только одному человеку!?

Поняв это, все мастера из трёх Священных земель испытали небывалый ужас!

Кто этот человек, которого они так ждут?! Вне зависимости, кем бы он ни был, он непревзойдённый удалец!

Из бамбуковой рощи неожиданно появилось два человека – мужчина и женщина. Пара прекрасных, словно богов, они оба были одеты в белоснежные одеяния. Мужчина красив и привлекателен, а женщина – словно богиня, спустившаяся с небес на землю!

Два человека просто пешком шли из бамбуковой рощи…

Спокойно и непринуждённо они шли как раз по тому коридору, который создали два первых отряда. Они были словно золотой отрок и яшмовая дева, вышедшие на прогулку.

При виде их, на лицах всех трёхсот бойцов появлялась выражение безмерного уважения и почтения. Будто они увидели настоящих небесных богов…

Внезапно, сидящий на кушетке Чжань Мубай весь побледнел от страха и, словно увидев призрака, закричал:

– Цзюнь Мосе! Это Цзюнь Мосе!

Глава 895. Я жажду разрушения!

Мастера трёх Священных земель были поражены появлением двух человеческих силуэтов прямо из бамбуковой рощи! У всех пропал дар речи!

Это были мужчина и женщина, та самая когда-то огромнейшая проблема трёх Священных земель. Так сказать, главная заноза в заднице, которую нужно было уничтожить любым способом и как можно скорее!

Было время, когда три Священные земли уже не волновала эта угроза, а всё потому, что они удостоверились в смерти этих двоих!

Одна умерла под осадой Достопочтенных мастеров, забрав с собой ещё троих мастеров, а другой погиб в Тянь Фа после внезапной атаки Чжань Мубая, которая также не пощадила и Королеву Змей!

Короче говоря, эти два человека погибли и канули в небытие.

В конце концов, три Священных земли, по крайней мере, провели в полном душевном спокойствии почти три месяца.

Но сейчас, в этот момент, казалось, что весь мир перевернулся вверх дном. Могучий враг, превратившийся в прошлое, ставший лишь воспоминанием и страницей в истории, вдруг предстал перед ними целым и невредимым.

Да ещё и с новыми силами.

Как тут можно не удивиться? Чжань Мубай был в полнейшем шоке! Он посмотрел на знакомое молодое лицо, снова представшее перед ним, и у него снова закружилась голова! Даже его притворное спокойствие исчезло в неизвестном направлении!

– Чжань Мубай, Чжань Шенхуан, похоже, что вы очень удивлены? Глядя на ваше то зелёное, то красное лицо, могу сделать вам замечание. Хоть эта ситуация действительно слишком неожиданная, но вы ведь Шенхуан! И должны держать свои эмоции под контролем! – белые одежды Цзюнь Мосе развевалась по ветру. Он прошёл сквозь толпу людей, на его лице играла холодная усмешка, а зрачки отливали ледяным и суровым блеском!

– Цзюнь Мосе, ты и есть тот самый Злой монарх? – Хай Вуй вздохнул и сделал несколько шагов, встав перед Чжань Мубаем. На душе у него было лишь чувство безысходности, он хотел кричать: «Как же мы просчитались!»

По сравнению с этим юношей даже та «непревзойдённая сущность» – полнейшая ерунда! Если непревзойдённая сущность смогла заставить нескольких Шенхуанов устроить кровавую бойню, то этот юноша… разве он позволит хоть кому-то из присутствующих мастеров выжить?

– Уважаемый, прошу прощения, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. – Вы, должно быть, мастер из Иллюзорного Океана Крови? Хай Вуй, Шенхуан?

– Да, я – Хай Шенхуан, – Хай Вуй посмотрел на него, улыбнулся и ответил. – Цзюнь Мосе, мне очень хочется узнать… На данный момент ты… Шенхуан какого ранга?

Цзюнь Мосе вальяжно взмахнул рукавом и сказал:

– Мне просто повезло. Я и сам не понимаю, как сумел прорваться до таких границ. Похоже, что это была счастливая случайность и не более того. По сравнению с неустанной и кропотливой работой старшего поколения, я могу сказать лишь, что мне очень стыдно за себя!

Какое вежливое и скромное заявление. Но в таком молодом возрасте иметь такой шокирующий опыт. Счастливая случайность?!

– Стыдно! Кому-кому, а вот нам, старикам, должно быть действительно очень стыдно за себя! По сравнению с прогрессом совершенствования молодого мастера Цзюнь я должен не находить себе места от смущения и стыда! – Хай Вуй горько улыбнулся и сказал: – Насколько мне известно, молодому мастеру всего 18 лет, верно?! 18-летний Шенхуан… такого раньше не случалось! Своими достижениями ты затмил многих выдающихся личностей различных эпох! Твои успехи не только беспрецедентны, но и недосягаемы! Думаю, что если бы Первый Шао из Подземного Мира был здесь, то его тоже охватил жуткий стыд!

Цзюнь Мосе замолчал на мгновение и ответил:

– Хай Шенхуан, вы меня перехваливаете. Может, мои успехи и хороши, но мне далеко до Священных земель. Три Священные земли – действительно плеяда талантливых людей. Их сила невероятна и ни с чем несравнима. Я сам лично несколько раз спасался от них бегством и оказывался на волосок от гибели. Но, к счастью, мне всегда удавалось сбежать… Кладя руку на сердце, могу заявить, что три Священные земли просто невероятны… Я в восхищении, до конца жизни буду об этом вспоминать.

– Все эти происшествия – это, действительно, самые ужасные просчёты трёх Священных земель. Их самой большой ошибкой было то, что они ни с того ни с сего сделали тебя своим врагом! – во взгляде Хай Вуя виднелось бесконечное раскаяние и сожаление. Он покачал головой и печально сказал: – Если бы можно было всё вернуть назад, я бы сделал всё возможное, чтобы остановить три Священные земли и не дать им сделать из тебя своего врага! Я бы любой ценой попытался завязать с тобой товарищеские отношения…

Судя по тону его речи, он говорил совершенно искренне. Любой, кто слышал эти слова в тот момент, мог подтвердить это. Хай Вуй говорил всё от чистого сердца.

Цзюнь Мосе спокойно сказал:

– Жаль, что для человеческих дел, нет такого понятия, как «если»! Так называемое «если» – своего рода заблуждение, которое вообще само по себе – бесполезнейшая ерунда.

– Верно. Молодой мастер говорит правильные вещи, – Хай Вуй поднял голову и серьёзно сказал: – Я жил в затворничестве в Священном дворце в течение последних трёхсот лет и даже не знал, что в мире существует такой талантливый юноша вроде тебя! Превосходная Суань, обычно потомки учатся у предшественников, но ты уже способен стать чьим-нибудь наставником. Пусть твой возраст и невелик, однако твоё совершенствование уже достигло моего уровня. Но я старше тебя аж на несколько сотен лет. Сегодня я пренебрегу своей честью и попрошу тебя кое о чём…

Хай Вуй, не закончив начатое предложение, вдруг глубоко вздохнул, закрыл глаза, а затем медленно открыл их снова. Кажется, он использовал все моральные силы, чтобы сказать следующее:

– Если три Священные земли смогут принести молодому мастеру свои извинения и выплатить соответствующую цену… Захочет ли молодой мастер достичь взаимопонимания со Священными землями и установить мир, прекратив эти жестокие и безрассудные убийства? Разве между нами нет никаких возможностей для перемен? – сказал Хай Вуй. С его имеющимся положением он сказал эти слова очень смиренно.

– Есть ли здесь возможности для перемен... – Цзюнь Мосе повторил эти слова, а затем внезапно улыбнулся. Его улыбка больше походила на усмешку: – Старший Хай, я уверен, что вы говорите всё это не ради того, чтобы спасти свою жизнь. Я выражаю вам своё глубочайшее уважение! Ведь вы говорите все эти самоуничижительные речи лишь ради Битвы за Захват Небес. Может, вы и не сказали об этом открыто, но я всё понял! Преклоняю перед тобой голову!

Цзюнь Мосе тоже был искренен:

– Жаль, но уже слишком поздно! Думаю, что старший Хай прекрасно понимает, что я никогда не собирался идти против трёх Священных земель и становиться их врагом! У меня и в мыслях такого не было… Ещё год назад я даже и не знал о существовании так называемых Священных земель! Но сегодня… Сегодня я не могу оглядываться назад! – Цзюнь Мосе вздохнул и продолжил: – Теперь всё переменилось. Вы уже не хотите иметь дело со мной, но вот я никак не могу отпустить вас. Сегодняшний бой – это только начало.

– В мире нет ничего невозможного. В этом мире нет ничего, чего нельзя было бы отпустить, – искренне сказал Хай Вуй. Слова Цзюнь Мосе вызвали в нем шквал различного рода чувств. Он был так растроган, что вышел вперёд и воодушевлённо сказал: – Мы, Туманный Призрачный Дворец, можем взять на себя всю инициативу в дальнейших действиях. Какой бы ни была между нами вражда, мы сможем её отпустить. Ради Битвы за Захват Небес и всего человечества!

– Если бы вы задумались об этом шесть месяцев или даже три месяца назад, позволив обеим сторонам прийти к пониманию, то мы бы все получили из этого хорошую выгоду! Очень жаль, но теперь уже, повторюсь, слишком поздно. Всё изменилось, и ничего не вернуть! Вы, Призрачный Дворец, уже не сможете взять на себя никакую инициативу! – Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: – Теперь всю инициативу в свои руки могу взять только я. Не три Священные земли, а я! Только я и точка. Старший Хай… Если я послушаю вас, боюсь, что все те триста человек, что пришли сюда, в течение полугода превратятся в скопище трупов, все без исключений! Думаю, что вы понимаете меня. Вы хотите лишь разрушения, и на данный момент я хочу того же!

Хай Вуй вздохнул и хотел было что-то сказать, как вдруг услышал чей-то голос позади себя:

– Цзюнь Мосе, ты действительно слишком самодоволен. Ты просто достиг некоторых целей, а уже несёшь какую-то ахинею! Скажу тебе одно: не важно, какие у тебя там достижения и насколько велика твоя сила – перед лицом трёх Священных земель тебя ожидает лишь один путь в лице твоей смерти! В этом мире никто ничего не может тебе гарантировать!

Говорящим был, конечно, не кто иной, как Чжань Мубай.

– Брат Чжань! – Хай Вуй и подумать не мог, что в этот момент Чжань Мубай вдруг своими словами начнёт ставить палки в колеса. Он невольно вздохнул от безысходности.

– Слова брата Чжань, может, и неподобающие, но в них есть свой смысл. Брат Хай, в наших отношениях с Цзюнь Мосе действительно нет места для перемен. Мы до самой смерти останемся лишь лютыми врагами! – Хэ Чжицю вздохнул и сказал: – Мы загнали семью Цзюнь в тупик и заставили их бежать в Тянь Фа. В это было впустую потрачено бесчисленное количество человеческих жизней. Кровный долг можно смыть только кровью... даже Цзюнь Мосе, который стоит перед нами, хотя и выжил, но лишь по счастливой случайности. И это только потери со стороны противника... Что касается потерь трёх Священных земель, то наша история заполнена телами более тысячи жизней, как прикажешь отомстить за них?! – Хэ Чжицю снова тяжело вздохнул: – Эти жертвы были с самым низким уровнем совершенствования, но среди них были и Величайшие мастера! Не говоря уже о том, чтобы среди них был брат Владыки Неуловимого Мира Бессмертных – Мо Сяо Яо! Я думаю, что даже если сам Призрачный Дворец предложит вам своё посредничество, такую ненависть будет слишком трудно забыть.

– Остаётся только одно – битва! – ухмыльнулся Цзюнь Мосе, оскалив свои белоснежные зубы.

Хай Вуй удручённо стоял, не найдя больше никаких слов. Он выглядел очень подавленно. Спустя некоторое время он стиснул зубы и сказал:

– Жаль! Ах, как жаль! Кажется, не быть нам с Цзюнь Мосе друзьями. Но и врагами оставаться слишком опасно. Если с помощью битвы ничего не разрешится, то тебе не придётся слишком долго ждать. В ближайшие три или пять лет в мире уже не останется ничего от трёх Священных земель! Я с полной уверенностью могу предсказать такой исход!

Глава 896. Неужто, это один большой заговор?

Хай Вуй с горькой усмешкой сказал:

– В прошлый раз, в Тянь Фа он был всего лишь Почтенным мастером третьей ступени, но, несмотря на то, что он нас уже очень сильно удивил, его силы нам пока не удалось лицезреть… Сейчас же он обладает таким же уровнем, что и мы! А прошло всего ничего – чуть больше двух месяцев… Господа, вы правда не понимаете, что это означает?

Хэ Чжицю с каменным лицом произнёс:

– Он – настоящий талант, но ещё и при этом – наш враг! Что касается этого вопроса, к сожалению, мы ничего не можем поделать. Нам остаётся только сражаться с ним. Из-за того, что он такой талантливый человек, мы должны приложить больше усилий, чтобы уж наверняка избавиться от него. Во избежание ещё большей катастрофы! Судьба распорядилась так, и нам ничего не остаётся кроме как быть покорными воле Неба!

Хай Вуй тяжело вздохнул, повернулся к Цзюнь Мосе и серьёзно сказал:

– Молодой господин Цзюнь, я очень сожалею относительно сегодняшнего дня. Похоже, война неизбежна. У меня есть несколько слов, которые я очень хотел бы высказать перед началом…

– Пожалуйста, говорите! – Цзюнь Мосе спокойно кивнул головой, он относился с уважением к этому Шенхуану.

– Это – война, мы не станем жалеть своих сил и любой ценой, всеми правдами и неправдами будет стараться разбить в пух и прах молодого господина. Если молодой господин останется в живых, учитывая, что вы – наш враг, никто не сможет спать спокойно, зная об этом! Для трёх Священных земель ваше существование равносильно приближающемуся концу света! – Хай Вуй горько продолжил: – Собственными руками уничтожить такого гениального и талантливого человека – это как уничтожить предмет искусства. Если мне выпадет такая воля, признаю, я буду очень удручён и подавлен.

– Согласен с вами, старейшина Хай, – спокойно произнёс Цзюнь Мосе: – Как вы и сказали, я точно так же, всеми силами и всеми приёмами буду добиваться только победы в этой битве. Это решающий бой, и нет необходимости здесь что-то объяснять. Судьба сама распорядится… – он рассмеялся и сказал: – Старейшина Хай, я буду с вами откровенен: меня очень порадовал тот факт, что в трёх Священных землях, где кругом кишат лишь одни подлецы, лицемеры и предатели, всё же существуют и героические личности, заслуживающие уважения. Пусть мы и друг другу враги, но я не буду скрывать своего восхищения. Людей с непоколебимой волей и твёрдым характером. На самом деле, довольно много в трёх Священных землях…

– Я очень доволен, что вызвал такие искренние чувства у молодого господина, пусть сегодня моя душа ждет отправления в ад, но от этих слов моё сердце, наконец нашло успокоение; однако мне не известны другие люди, вызвавшие у вас такие чувства, кто они? – Хай Вуй поинтересовался.

– Безжалостный Нин Ву Чин, и ещё Почтенный Мо Сяо Яо – тоже заслуживающие уважения соперники… – Цзюнь Мосе, немного предавшись воспоминаниям, мечтательно произнёс: – Однако вот что я никогда не мог понять: в трёх Священных землях немало выдающихся личностей, однако почему, попав туда, очень много людей теряют свою прежнюю решимость и волю? Становятся теми, кто интересы трёх Священных земель ставят выше своих, забывают, что хорошо, а что плохо, и просто теряют себя? – Цзюнь Мосе сказал эти слова с некоторой насмешкой и иронией, как бы невзначай. Однако для Хай Вуя эти слова прозвучали как раскат грома среди ясного неба!

Здоровое и полное сил тело Хай Вуя внезапно содрогнулось, на лице его произошли большие перемены, и он резко отступил на шаг назад. Цзюнь Мосе сказал это совершенно ненамеренно, но, тем не менее, благодаря этим словам, Хай Вуй понял одну вещь. Кулисы, которые на протяжении многих лет скрывали главную сцену, в одночасье пали.

Три Священные земли неустанно заманивали к себе мастеров выше уровня Великого мастера; когда эти люди попадали в Священные земли, они чувствовали огромную разницу между собой и людьми трёх Священных земель. Начиная от тела, и заканчивая душой и интеллектом… каждая их часть была подвержена бесконечной веренице тяжёлых травм и потерь!

Вплоть до того, что гордость и самолюбие, которыми они когда-то обладали в миру, здесь превращались в ничто, полностью стирались из их памяти, и они снова возвращались к прошлому, когда ещё были мишенью для насмешек, а потом с этого начиналась их новая жизнь в трёх Священных землях. Эта серия приёмов была до крайности жестока и безжалостна; однако имела очень благозвучное и приятное название: «Возрождение через нирвану», «Сломать, чтобы заново построить»!

После целого ряда беспощадных ударов и нападок, люди словно «приходили в себя» и начинали усиленно тренироваться и совершенствоваться, они как сумасшедшие прорывались, благодаря чему силы Священных земель быстрыми темпами увеличивались.

Однако были и те люди, которые впадали в отчаяние после многочисленной серии ударов и нападок, люди, изначально пользовавшиеся славой и признанием в обычном мире, настоящие герои, но, попав в священные земли, утрачивали свои прежние уверенность в себе, гордость и достоинство, становились обычными отморозками и хулиганами…

Каждый год, вне зависимости от уровня совершенствования, на котором они находились, происходили такие случаи. После этого их понижали в должности, и они становились, если можно так выразиться, сродни пушечному мясу, расходным материалом Священных земель!

Система «Возрождения через нирвану», несомненно, имела необходимость. Вдобавок к этому она имела крайне высокую результативность. Только пройдя через этот этап, можно было по-настоящему ощутить новый уровень во всех красках. Можно сказать, этот этап имел крайнюю необходимость! И только поэтому, на протяжении столь долгого времени, ни у кого не возникало сомнений на этот счёт!

Однако этот метод всё-таки был не единственным. Так как также было немало более умеренных методов получить желаемое.

Этот метод был наиболее разрушительным по отношению к самому человеку! Стать богачом, возможно очень легко. Однако этот богач с самой вершины попадал на самое дно, и постепенно поднимался вверх, чтобы снова добиться высокого положения… во всём мире очень немногим удавалось это!

Новички, которые попадали туда, были же наверняка не посредственными людьми? Стоило им только однажды взглянуть на старшее поколение Земель, с их впечатляющим высочайшим мастерством владения Суань, их глаза сразу загорались! Разве целеустремлённые люди не знают ничего об усердии?

Но главная польза этого метода заключалась не в так называемом «возрождении», а в том, что эти люди полностью теряли свои прежние гордость и уверенность, они стирали в порошок свою душу. Теперь у них на сердце было выгравировано клеймо трёх Священных земель! Всё, что они делали, они делали только в интересах трёх Священных земель!

И кроме всего этого, был ещё один большой, и не менее благородный предлог: ради всего народа, ради будущего всего человечества, ради Битвы за Захват Небес! Поэтому все люди охотно соглашались на это, без жалоб и сожалений.

У них не было ни гордости, ни уверенности, это было равносильно тому, как если бы у них вырвали позвоночник, разрубили и выбросили! После этого крути, верти, как тебе пожелается! Поэтому выдающиеся воины после попадания в Священные земли попросту превращались в никчёмных и безвольных лоботрясов, бесцельно прожигающих жизнь!

Думая об этом, волосы у Хай Вуя становились дыбом.

Если действительно такая цель…не слишком ли это ужасно!

Тогда… легендарные Священные земли, место самого большого сосредоточения Суань на материке Суань… просто обитель жестокости и зла, лишённое даже капли человечности! Всё, что ни делается там, только в интересах Священных земель.

Тогда, в чём же, в конце концов, заключаются интересы трёх Священных земель?

Неужто, это один большой заговор? Или…

Хай Вуй продолжал стоять в растерянности, и совершенно не слышал ничего из того, что говорил Хэ Чжицю. Думая об этом вопросе, он пришёл в настоящее смятение…

Прошло немало времени, минута или намного больше, но он вдруг почувствовал, как кто-то потянул его за рукав, в то же мгновение он очнулся. Увидев перед собой Хэ Чжицю, ничего не понимая, он спросил:

– В чём дело?

Хэ Чжицю посмотрел на него, и серьёзно сказал:

– Брат Хай… вот-вот наступит решающее сражение. Что бы ни случилось, поговорим об этом потом, когда вернёмся домой… Здесь ещё 30 братьев, и мы в ответе за них.

Хай Вуй немедленно пришёл в себя, и несколько раз мысленно проговорил одну фразу:

«Если мне удастся спастись, я должен обязательно всё проверить. Легендарные три Священные земли не могут докатиться до такого, чтобы стать марионетками в руках каких-то людей!»

Напротив стоял Цзюнь Мосе, и с улыбкой что-то говорил Мэй Сюэ Янь. Мэй Сюэ Янь была серьёзной и беспрерывно мотала головой.

– Молодой господин Цзюнь, раз уж сегодня решающее сражение, следует выбрать тактику боя. Вы наверняка уже заранее всё продумали, так что, пожалуйста, говорите, – промолвил Хэ Чжицю.

Когда он говорил это, атмосфера постепенно стала мрачнеть и приходить в уныние. Выражение лица Хэ Чжицю тоже медленно менялось и становилось грустным и подавленным.

Нескончаемая печальная осень.

Знаменитый приём Хэ Чжицю. Военные действия ещё не начались, а он уже медленно готовился. Хотя обе стороны ещё не привели свои войска в боевое положение, но он уже всем сердцем и душой был готов к немедленной атаке в любую секунду!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь переглянулись, и Сюэ Янь тихонько спросила:

– Беспорядочный бой или тактика колеса, что думаешь? Или быстрая война…

Он улыбнулся:

– Наши силы намного превышают силы нашего противника. Бойцы Ло Юнь только что увеличили свои силы с помощью божественного молока, и сейчас их границы нестабильны; сегодняшний бой – отличная возможность, чтобы как следует их заточить. И пусть эти люди помогут нам в этом. Поэтому беспорядочный бой неприемлем. Если даже применить такую тактику, боюсь, эти Шенхуаны, чтобы прорвать окружение, будут целиться в наших мастеров самого низшего порядка, что приведёт к крупным потерям… А нам с тобой этого совершенно не нужно.

– А? Тогда ты выбираешь бой один на один? – Мэй Сюэ Янь нахмурилась, и сказала: – Пусть твои бойцы и значительно продвинулись в своих силах, но, тем не менее, им по-прежнему не хватает сил и опыта, чтобы сражаться на равных с мастерами высоких уровней. Будет много раненых и убитых… в таком случае мы не только не «заточим» наши «ножи», но и потеряем множество людей… Если сражаться как джентльмены, это не будет соответствовать главной цели этой битвы…

– Ну, на этот случай у меня есть идея, – Цзюнь Мосе подмигнул Мэй Сюэ Янь: – Просто смотри, и всё увидишь.

Мосе обратился к Хэ Чжицю:

– Шенхуан Хэ, в этой битве у нашей стороны численный перевес, и, если мы победим, это будет считаться победой в неравных условиях! Поэтому я немного подумал и нашел выход из этой ситуации…

Глава 897. Третье условие – я хочу получить Лотос!

– И что же это за метод? – в глазах Хэ Чжицю промелькнуло некое восхищение. Раньше ему не приходилось иметь дела с Цзюнь Мосе, и он понятия не имел, что тот за человек. Но в этот момент он увидел, насколько этот юноша культурен и изящен в манерах. Все его слова и поступки были свободны и естественны. Может, он и молод, но его надменность и высокомерие превзошли пределы обычного человека, и это вызывает глубокое чувство восхищения.

Именно поэтому он не отвергал и не игнорировал этого молодого паренька. А лишь продолжал непрерывно восторгаться им:

- Такой молодой… он действительно дракон и феникс среди обычных людей. Но не всё так просто, теперь обе стороны стоят на обочине враждебности и бесконечной войны, как же это печально...

Если бы Хэ Шенхуан знал, что этот парнишка на самом деле преисполнен дурных намерений и имеет в запасе кучу подлых и коварных заговоров и интриг… Тогда Хэ Чжицю почти наверняка не стал бы дожидаться решающей битвы и атаковал бы его прямо здесь и сейчас…

Цзюнь Мосе – такой коварный засранец, как он мог предложить тактику, которая была бы ему невыгодна? Более того, Небесный отряд Разрушителей Душ – это команда, в которую он вложил огромное количество духовной и физической энергии, команда с самым глубоким взаимопониманием! Это козырь и символ семьи Цзюнь! Он ни в коем случае не позволит этому отряду пострадать!

– Три Священные земли в общей сложности насчитывают тридцать пять человек, которые будут вовлечены в сражение. Здесь имеются мастера различных уровней: от Почтенных до Шенхуанов. Вот что я думаю. Если мы выберем тактику «один на один», то лишь потратим время впустую. Даже если Хай Вуй и Хэ Чжицю посовещаются, они предложат тактику массового боя. Я же предлагаю биться, исходя из соответствующего уровня: Почтенные с Почтенными, Достопочтенные с Достопочтенными, Шенхуаны с Шенхуанами… Пусть это будет честный и справедливый бой. Плевать на жизнь и смерть, бой будет продолжаться, пока одна и сторон полностью не будет побеждена! Пусть бой начнётся живыми, но закончится лишь смертью! – Цзюнь Мосе улыбнулся, его слова были подобны острой игле.

Это было самое жестокое и беспощадное решение. В то же время они оказали огромное давление на Хэ Чжицю!

В нынешней ситуации, если Три Священных земли потеряют этих тридцать мастеров, тогда они однозначно потерпят поражение в Битве за Захват Небес!

Вспотев от волнения, Хэ Чжицю внезапно вздохнул с облегчением. Метод, предложенный другой стороной, сыграет трём Священным землям только на руку. Такая тактика борьбы очень выгодна им. Можно сказать, это приведёт их только к победе!

Потому что мастера, посланные тремя Священными землями, в особенности, если они одного уровня и принадлежат к одной и той же святой земле, прошли бок о бок через свет и тьму и обладают особой связью друг с другом. Если они будут атаковать все вместе, то сила их удара может удвоиться!

Когда три Священных земли отправляли своих людей, они организовывали их в группы, состоящие из доселе знакомых напарников и товарищей.

Тем не менее хотя сила со стороны Цзюнь Мосе чрезвычайно высока, но она была достигнута насильственным путём, им не хватает соответствующего духовного совершенствования, знающий человек увидит это с первого взгляда. Цзюнь Мосе, выбирая такую тактику, будто сам ищет себе погибели!

Так, по крайней мере, думали мастера трёх Священных земель…

– Хорошо! Молодой мастер – откровенный человек и говорит откровенные слова, так что давайте на этом и договоримся! – Хэ Чжицю даже не повернулся, потому что весь уровневый состав своих бойцов он знал наизусть. Он быстренько всё подсчитал и сказал:

– У нас в общей сложности тридцать пять человек. Среди них три Почтенных мастера четвёртой ступени, пять Достопочтенных мастеров первой, семь Достопочтенных мастеров второй, восемь Достопочтенных мастеров третьей, девять Достопочтенных мастеров четвёртой ступеней и три Шенхуана, – Хэ Чжицю улыбнулся, его лицо было наполнено запустелой, холодной осенью. – При таком расчёте битву можно разделить на шесть фронтов. Однако, что касается битвы Шенхуанов, я бы хотел сразиться с молодым мастером Цзюнь в одиночку. Мне бы хотелось лично узреть твоё непревзойдённое искусство!

– Пусть будет так, я не возражаю! – согласился Цзюнь Мосе.

Мастера трёх Священных земель хоть и слушали диалог этих двоих с каменными лицами, но в глазах каждого отчётливо виднелась нотка возбуждения.

- Благодаря нашей особой многовековой связи, мы уже сформировали безупречную тактику боя. Цзюнь Мосе, ты посылаешь своих людей на верную смерть! Не удивляйся нашей беспощадности!

Стоявший позади Мосе Небесный отряд Разрушителей Душ выглядел как каменные глыбы, они не проявляли никаких эмоций, но от всех исходила мощная аура решимости и воли к борьбе.

– Сегодняшняя решающая битва, во-первых, является вынужденным методом против жестокой политики трёх Священных земель. Во-вторых, я бы хотел определить награду победившей стороне! Если честно, это и есть моя конечная цель. Если я смогу победить, что тогда? А если потерплю поражение, что будет потом?

Хэ Чжицю нахмурился. Слова Мосе показались ему слишком бессовестными. Этот засранец, подгадал момент, когда силы трёх Священных земель рассеяны, воспользовался их уязвимостью и объявил им решающую битву. Однако не так давно он был загнан ими в тупик... Это уж слишком наглые слова…

Однако Хэ Чжицю был уверен в своей победе и не воспринял слова мальца всерьёз. Кроме того, даже если Цзюнь Мосе не выдвинет никаких условий, то он всё равно может это сделать. Зря он это сказал, теперь он угодил в ловушку!

– Естественно, раз мы решили сражаться, то, как же проводить бой без соответствующих условий. Пожалуйста, молодой мастер изложи свои требования, – Хэ Чжицю стал похож на старую лису, думая про себя: «Ты, вонючий засранец, наконец, попал в мою ловушку! Старый воин имеет больше опыта...»

Стоявший напротив Цзюнь Мосе улыбнулся и тоже подумал про себя:

«Старый лис, наконец ты попал в мою ловушку! Чем меньше перец, тем острее он на вкус...»

Старая и молодая лисы пытались просчитать друг друга. Оба были уверены в своей победе. Каждый из них смотрел друг на друга и очень ярко улыбался.

– Если мы выиграем, три Священные земли должны прекратить свои действия против Серебряного города, семьи Сиконг, семьи Дуанму и семьи Донфанг. И с тех пор они больше не ограничены Священной землёй и станут автономными. Это первое условие, – Цзюнь Мосе улыбнулся.

– Это естественно. Если ты выиграешь, со стороны трёх Священных земель будет слишком неуважительно продолжать делать такие вещи, – Хэ Чжицю улыбнулся, подумав про себя: «Ты ещё так молод, даже условий хороших придумать не можешь…»

– Второе условие: если мы выиграем, то перед Битвой за Захват Небес три Священные земли больше нас не побеспокоят и не станут нападать на нас! – Мосе коварно улыбнулся. Он лишь сказал, что три Священные земли не станут нападать на него, но не говорил, что сам не станет нападать на них… Это была действительно коварная ловушка.

Хэ Чжицю совершенствовался в Священном дворце всю свою жизнь, откуда ему было знать, что у Мосе в мыслях такие коварные планы? Естественно, услышав это условие, он, не задумываясь, сказал:

– Само собой разумеется. Если вы выиграете, все обиды и неприязнь будут забыты, и наступит перемирие.

Цзюнь Мосе про себя фыркнул, а голове эхом отдавалось лишь одно слово:

«Примирение? И как вы себе это представляете? Даже если вы этого захотите, я ни за что не соглашусь!»

– Третье условие: если мы выиграем, я хочу получить искусный лотос, находящийся в Священном дворце… Из девяти лепестков я бы хотел заполучить как минимум три! – Цзюнь Мосе улыбнулся и выдвинул своё самое главное условие. Так сказать, пустил в ход тяжёлую артиллерию.

– Нет, это условие не пойдёт! – Хэ Чжицю сразу же, без раздумий, выразил категорический отказ. – Искусный лотос является вечным сокровищем Священного дворца. Даже один его лепесток нельзя трогать, не говоря уже о целом цветке. Может, ты поменяешь своё условие?

– Если бы это можно было изменить, стал бы я выдвигать такое условие? – сказал Цзюнь Мосе: – Хэ Шенхуан, думаю, вы и сами слышали, что два предыдущих условия не несут особой выгоды с точки зрения военного искусства. А последнее условие – это совсем другое дело. Если даже такие условия не могут быть выполнены, то это сражение в общей сложности не принесёт мне ничего, кроме убытков… Неужели, Хэ Шенхуан у вас нет никакой решительности и силы духа?

Хэ Чжицю нахмурился. В душе он метал гром и молнии:

«Этот говнюк совсем охренел? Как это те два условия не имеют выгоды? Я ведь уже согласился на них... Но ты продолжаешь язвительно поддевать меня...»

Он неохотно сказал:

– Искусный лотос является редчайшим сокровищем Священного дворца. За несколько сотен лет пребывания в нём я видел его лишь пару раз. Это не то, что я в состоянии сделать. Ты принуждаешь меня сотворить невозможное.

– Пусть даже и принуждаю! Не важно, отберёшь ты его силой или же украдёшь – так или иначе, я не отступлюсь! В любом случае, это не обсуждается! – Цзюнь Мосе вёл себя очень нагло: – Если Хэ Шэнхуан откажется, то сегодняшнее сражение превратится в обычную массовую потасовку! Ты ведь понимаешь, что на данный момент между нашими силами существует огромный разрыв! Более чем в десять раз! Если бы не последнее условие, стал бы я создавать такую невыгодную для себя ситуацию? Если поднимется беспорядочный бой, то я могу гарантировать, что даже с такой великолепной силой Хэ Шенхуана все мастера трёх Священных земель будут убиты до одного! Никто не выживет!

После этих слов глаза Хэ Чжицю вспыхнули холодным светом, и он сквозь зубы выдавил:

– Молодой мастер Цзюнь, ты мне сейчас угрожаешь?

Цзюнь Мосе усмехнулся:

– Угрожаю? А в этом есть необходимость? Я просто говорю факты, объективные факты! Хэ Шенхуан, раз ты вытащил сюда своих людей, то у тебя есть перед ними обязанность возвратить их обратно в целости и сохранности! Я уже говорил тебе, как сохранить свои силы. Всё зависит от вас. Чем я могу угрожать? Даже если ты не согласишься, я всё равно отыщу Небесный дворец и снова выдвину свои условия! В любом случае, я не откажусь от искусного лотоса! Цзюнь Мосе полон решимости победить!

Хэ Чжицю некоторое время смотрел на него, затем, наконец вздохнул. Он использовал тайный канал связи и поговорил с Хай Вуем. Его взгляд стал непоколебимым, и он сказал:

– Хорошо! Я согласен на твоё условие!

Глава 898. Бой первый: схватка Почтенных!

В этот момент посредине места сражения внезапно возникли три силуэта. Они появились совершенно бесшумно, что даже никто не успел почувствовать их.

Прибывшие люди – три великих стража Священного дворца, провидица Ракшас – Цяо Ин, Небесный Меч – Чен Инсяо и Непревзойдённый кинжал – Чу Вухуй.

Волосы Цяо Ин были немного взъерошены, в лице не было ни кровинки, одежды Чена Инсяо и Чу Вухуя были разодраны в клочья, в уголках рта были едва различимые кровоподтеки, лица были слабого жёлтого оттенка. Очевидно, они получили не слабые внутренние ранения.

На лице Цзюнь Мосе застыла улыбка. Мысленно же он неустанно ругал Четырнадцатого Шао:

«Вот же бесполезный придурок! Тебе надо было разобраться всего с тремя людьми, а ты не смог задержать ни одного из них? Вот тебе на! Теперь они приперлись сюда, и что теперь мне делать прикажете? Даже если их силы не в полном порядке, они всё равно очень опасны!»

– Ты согласен? А ваши три «вечных стража» тоже будут участвовать в сражении? – удивлённо спросил Цзюнь Мосе.

– Нет! Они не будут участвовать. У них нет времени на это. Они просто будут свидетелями этой битвы и всё! Как и я, я тоже хочу посмотреть за вашей битвой, – мрачный внушающий страх голос донёсся откуда-то издалека. Он содержал в себе гнетущую и тревожную атмосферу!

Ещё один чёрный силуэт опустился на землю. Этот человек как бы стоял здесь, и в то же время как бы отсутствовал, он был неясным и туманным. Никто, кроме Четырнадцатого Шао, не обладал такой странной манерой появления!

– А масштабы-то вырастают! – сказал Мосе. Свидетелями этого сражения одновременно станут три главных «вечных стража» Священного дворца и первый в Поднебесной мастер, Четырнадцатый Шао!

Вне зависимости, кто одержит победу в этой битве, в любом случае она потрясёт весь мир! Если Мосе победит, он разрушит существующее издавна устройство этого мира! К трём Священным землям, которые господствуют над этим миром, добавится ещё один персонаж – Злой монарх!

Дворец Злого монарха!

Четырнадцатый Шао выглядел так же безупречно, как и всегда. На его чёрном платье не было ни пылинки, даже казалось, лишних складок не наблюдалось, его же противники выглядели очень жалко. Результаты битвы этих четверых были более чем очевидны, не надо было даже задавать лишних вопросов.

Цзюнь Мосе с улыбкой сказал:

– В таком случае, теперь я действительно спокоен.

– Сынок, впрочем, ты не так уж и сильно тревожился. Если бы я не прибыл, твои триста бойцов стали бы просто закуской для этих трёх стражей. Ты не смотри на их вид, справиться с тобой у них бы хватило сил. Ты лучше подумай над тем, как сможешь отблагодарить меня? – со смехом сказал Четырнадцатый Шао.

– Раз благодарен, то конечно. Что насчёт формы благодарности… не лучше бы было, если бы я подарил тебе «Улыбающегося странника материка Суань» в законченном варианте? – смеясь, произнёс Цзюнь Мосе.

– А! Это был ты? Значит, это был ты! – глаза Четырнадцатого Шао просияли.

– Конечно же, я, – с улыбкой ответил Цзюнь Мосе, думая про себя:

«Если бы ты не появился, думаешь, эти люди стали бы творить произвол по воле трёх Священных земель? Даже при самом плохом исходе, я бы просто улизнул в Пагоду. Пусть даже они все были бы Первыми Шао, они бы ни за что в жизни не смогли отыскать туда дорогу! Если бы у меня не было путей для отхода, думаешь, я бы показал себя? Просто стал мишенью? За дурака меня считаешь? Но раз уж ты, простофиля тупой, привалил сюда, на, держи песенку! У меня таких популярных хитяр тут ещё завались, могу использовать тебя, дурачка, ещё хоть сто раз…»

Как только Чен Инсяо и Чу Вухуй прибыли сюда, они не могли оторвать глаз от трёхсот бойцов, стоящих за спиной у Цзюнь Мосе. Чем больше смотрели, тем сильнее приходили в изумление, они были очень сильно потрясены!

Уровень совершенствования этих двоих намного превышал уровни, известные в этом мире, их взгляд был очень проницателен, им было достаточно одного взгляда, чтобы определить полную ценность всего Небесного отряда Разрушителей Душ!

Эти триста бойцов обладали довольно впечатляющими возможностями, но, разумеется, не такими, чтобы превзойти этих двух великих стражей. Однако, тем не менее, за собой они скрывали какой-то удивительный и загадочный способ быстрого увеличения силы, который обладал сокрушительной притягательной силой, перед которой ни один мастер не мог устоять!

Они оба переглянулись, в глазах друг друга они увидели небывалое воодушевление. Если действительно существует способ удивительного и молниеносного увеличения силы, не будет ли это открытием для всего человечества? Тогда бы в одночасье можно было создать огромную армию, двинуть на небесный столп, и прикончить раз и навсегда всех этих чёртовых Чужаков!

– Цзюнь Мосе, вы высказали свои условия. Мы на них согласились, и, если уж это честная игра… Мы решили, что будет, если мы проиграем, но как насчёт того, чтобы решить, что будет если вы проиграете? – Чен Инсяо рассмеялся: – Ведь нельзя же принимать только ваши условия и отвергать наши, верно?

– Разумеется! Если у вас есть какие-то условия – прошу! Я вас внимательно выслушаю, – Цзюнь Мосе, улыбаясь, пристально посмотрел на этих двух стражей, он не понимал, что они замышляют.

Чу Вухуй произнёс:

– У нас есть лишь одно условие. Если наша сторона выиграет, ты, вместе со своими людьми присоединитесь к Священному дворцу. Вы станете непосредственными подчинёнными нашего Священного дворца. Что насчёт этого?

Чен Инсяо улыбнулся и добавил:

– Не стоит беспокоиться о проблемах безопасности. Если вы станете подчинёнными Священного дворца, люди из трёх Священных земель ничего не смогут вам сделать. Потому что если они нападут на вас, фактически они нападут на Священный дворец. Даже Мо Вудао ничего не сможет с этим поделать! Таким образом вы сможете избавиться от вашей самой большой головной боли. У вас больше не будет опасений за свой тыл!

– Хорошо! Я согласен! – Цзюнь Мосе согласился без колебаний. Так или иначе, сегодня они не могут проиграть, а устное обещание, что с него…

Чен Инсяо и Чу Вухуй даже испугались такому резкому и уверенному ответу Мосе, они даже сначала не поверили своим ушам.

«Эм… он согласился? Неужто он настолько уверен в своих силах?»

Даже Четырнадцатый Шао невольно с удивлением взглянул на Цзюнь Мосе.

Окинув своим взглядом боевые ресурсы обеих сторон, он заметил, что, сравнивая мастеров одного уровня, люди трёх Священных земель всё-таки выигрывают благодаря своему богатому боевому опыту, все они закалены в боях, их силы крепки, чувства устойчивы и стабильны.

Если посмотреть на бойцов Цзюнь Мосе, несмотря на то, что они тоже обладают твёрдой решимостью и бесконечным желанием сражаться, к тому же каждый из них наполнен отважностью и бесстрашием перед смертью, у них строгая дисциплина и мощный ледяной холод. В этих аспектах она действительно на голову выше людей из трёх Священных людей, но их силы нестабильны, и большинство после прорыва как следует не имели практики…

Такой противник имеет больше шансов на поражение, тогда почему же Мосе без колебаний согласился на эти условия?

– Отлично! Молодой господин Цзюнь действительно большой храбрец! – Чен Инсяо проговорил похвальным тоном: – Вне зависимости от того, как закончится эта битва, я хочу выразить вам, молодой господин Цзюнь, своё уважение! Судьба сама решит, кто победит, а кто проиграет! Три стража Священного дворца и общепризнанный всем материком первый мастер – Четырнадцатый Шао – лично засвидетельствуют это великое сражение. Обе стороны должны соблюдать условия, иначе мы вчетвером будем вынуждены вмешаться.

Глаза Четырнадцатого Шао резко сверкнули. Похоже, он пребывал не в самом хорошем расположении духа. Он сам уже себя не считал первым мастером в Поднебесной… Когда Чен Инсяо сказал об этом, это его больше взбесило, чем порадовало… Более того, даже не спросив его, они втроём уже решили, что будут вмешиваться, если что-то пойдёт не так… это же просто самоуправство какое-то…

«Ну, раз вы не извлекли урока из этого, господин ещё вам покажет, уж будьте уверены…» – думая об этом, Четырнадцатый Шао подлетел ближе к месту боя, схватил огромный камень и резко вдавил его в землю, а потом вальяжно уселся на него. Он был готов смотреть представление…

– Бой не на жизнь, а на смерть! Победа или поражение, без жалоб и сожалений! – Чен Инсяо заметно насторожился: – Бой первый! Три Священные земли, пожалуйста, выберете трёх Почтенных мастеров четвёртой ступени!

Договорив эти слова, все три стража одновременно отступили на 20 чжан, освободив место для сражения.

– Три Почтенных четвёртой ступени… – Цзюнь Мосе спокойно улыбнулся, и обратился к Одинокому Соколу:

– Старший, выбери людей для первого боя!

Одинокий Сокол улыбнулся в ответ. Потом его лицо помрачнело, и он стал очень суровым, глядя на своих бойцов:

– Три Священные земли выставили своих Почтенных. Кто из наших Почтенных мастеров готов принять бой?

Не успел он закончить, как раздался топот шагов. Все бойцы с уровнем Почтенного мастера четвёртой ступени сделали шаг вперёд!

Одинокий Сокол, глядя на трёх человек, стоящий впереди всех, сказал:

– Вы трое! Марш в бой!

После чего Одинокий Сокол во всё голо прокричал:

– Вне зависимости, кто будет принимать бой, у меня к вам есть только одно требование: только победа! Поражение – смерть! Если вы проиграете, не стоит даже и возвращаться, просто покончите жизнь самоубийством прямо на том же месте, это и будет вашим извинением!

Три человека одновременно громко покричали в ответ:

– Если мы проиграем, у нас не будет права вернуться и снова увидеть господина! Нас ждёт только смерть! – три человека с грозными выражениями лиц одновременно двинулись вперёд.

Вслед за этими тремя распространился суровый ледяной холод, словно острый меч! Их было всего трое, однако они были так сильны, как могучее войско! Непоколебимое и убийственное дыхание смерти вздымалось в воздух!

– Эти бойцы, в самом деле, очень незаурядны! – Чен Инсяо посмотрел на бойцов Небесного отряда Разрушителей Душ и ахнул.

– Верно! Откуда… в этом мире взялось столько талантливых воинов? – с серьёзным лицом спросил Чу Вухуй: – Кроме тех двух, которые стоят впереди, всем остальным не больше сорока лет! Брат Чен… если бы я не увидел это собственными глазами, я бы вряд ли смог поверить в подобное!

Чен Инсяо ответил:

–Это ещё ладно! Цзюнь Мосе меньше двадцати, а он уже Шенхуан! Разве это не более пугающее?! Уверен, в руках загадочного учителя этого негодника есть какой-то удивительный таинственный метод продвижения сил! К тому же, который не имеет дурных последствий… а отыскать такое – дело нешуточное…

Глава 899. Убийственное боевое расположение из трёх человек!

Три Священные земли отправили всех Почтенных из Неуловимого Мира Бессмертных; все трое переглянулись между собой и совершенно беззаботно улыбнулись друг другу. Их белые одежды спокойно развевались, они все вместе одновременно двинулись вперёд. И хотя вот-вот должна была начаться битва, их настрой был особенно безмятежным, они двигались непринуждённо, были полны уверенности и сил. Их даже никак не смущал чересчур воинственный настрой их противников.

Одни были суровы и беспощадны, другие спокойны и безмятежны, одни – белые как снег, другие – чёрные, как тушь. То, как они отличались друг от друга, было очень отчётливо заметно.

Словно они были прирожденными соперниками!

– У какой из сторон, на твой взгляд, больше шансов на победу в этом бою? – Цяо Ин, нахмурившись, спросила: – Это, всё-таки, битва не на жизнь, а на смерть. Поражение равносильно смерти… Нам не так легко даётся воспитывать мастеров, на каждого приходится затрачивать более одной сотни лет. Все эти люди – основные боевые силы для Битвы за Захват Небес, однако из-за недальновидного решения, принятого Мо Вудао, нам пришлось принять этот бессмысленный бой… Это так расстраивает меня.

– Несмотря на наше высокое положение, мы не в силах изменить решения трех Священных земель. Решения прошлых правителей Священных земель ненамного отличались от этих, разве что Мо Вудао повезло меньше остальных, и он наткнулся на очень редкого и могущественного монстра, – Чу Вухуй спокойно сказал. – Тем не менее мы ещё можем одержать победу в этой битве…

Чен Инсяо одобрительно кивнул:

– Пусть противник и обладает убийственно суровой решимостью, он кровожаден и свиреп; и такого рода ледяной холод в обычных условиях способен запросто сбить с толку противника. Тем не менее они не могут его контролировать. Этот ледяной холод может, наоборот, выдать противнику его местонахождение… – он весело рассмеялся и продолжил: – Необходимо знать, что в таких схватках скорость перемещения обеих сторон довольно высока. Невооружённым глазом этого, конечно, не заметить. Остаётся только опираться на свои ощущения и только так атаковать. Силы противника кажутся поразительными, однако это и есть их слабое место. Глядя на наших ребят, заметно, что у них всё совершенно по-другому. Они спокойны и невозмутимы. Эта битва ещё не началась, но исход уже и так понятен! Нет необходимости и гадать.

В это время Почтенные мастера трёх Священных земель встали бок о бок, приняв боевую стойку. Энергия в их телах была взбудоражена до максимума, они были готовы атаковать в любой момент.

– Похоже, они уже определили слабое место своих противников. Уверен, с самого начала они будут бить именно туда, и вскоре полностью нарушат ритм и строй врага. Этот будет самый верный вариант атаки, – Чу Вухуй довольно кивнул головой: – Пусть наши бойцы и имеют кое-какие повреждения, но они на самом деле и не такие уж серьёзные. Что касается противников – я уже сейчас точно уверен, что им придётся проститься со своей жизнью в этом бою!

Чен Инсяо кивнул в знак согласия. Все трое немного расслабились. Хотя это всего лишь первый бой, хорошее начало непременно может значительно поднять боевой дух остальных мастеров!

В это время представители Небесного отряда Разрушителей Душ внезапно поменяли своё изначальное положение; мастер, находившийся посередине, сделал два шага вперёд, мастер, стоявший слева, отступил на два шага назад, а мастер справа ступил один шаг по диагонали!

После этих несложных действий, их построение превратилось в причудливый треугольник!

Однако этот треугольник не имел чётких острых углов, его очертания были несколько туманными и не совсем ясными. Первый мастер стоял с высоко поднятой головой, прямой спиной и чуть выставленной вперед грудью, словно могущественный гигант, способный своим телом подпереть небо! Тело человека, который стоял чуть позади, было слегка согнуто, словно он был леопардом, который высматривал себе добычу на ужин. Третий мастер, стоявший справа, наклонился на бок в противоположном направлении, всё его тело было объято кровожадным ледяным холодом.

Это боевое положение выглядело крайне странно и необычно!

Такого причудливого боевого построения никогда до этого не было замечено в этом мире!

– Этот боевой строй очень странный… – нахмурившись, сказал Чен Инсяо, а потом медленно добавил: – Тем не менее это вряд ли как-то сможет повлиять на исход боя, – Цяо Ин и Чу Вухуй одновременно кивнули.

Боевое положение, особенно в схватках между мастерами высшего порядка, не имело абсолютно никакого значения, главным всегда оставался уровень совершенствования сторон. Вне зависимости, каким бы искусным не было боевое положение противника, для мастеров такого уровня это не имело никакой значимости, и максимум могло только рассмешить соперника.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь улыбнулись друг другу, глядя на то, как три стража пытаются проанализировать боевую позицию их бойцов:

«Вот три кретина!»

Мир непредсказуем. Никогда не влиявшее на битву боевое положение сторон, сейчас вряд ли окажется таким же непригодным и бесполезным, как и раньше! Эти три стража не подозревали, что это на вид причудливое боевое положение Цзюнь Мосе раздобыл из Пагоды Хунцзюнь, его название звучало, как «Убийственное боевое расположение из трёх человек»!

При таком боевом расположении силы каждого из трёх человек прекрасно накладывались друг на друга, они словно становятся единым целым, их мысли взаимно сообщаются, а боевые способности каждого мастера становятся общим достоянием всех трёх мастеров! Другими словами, когда силы всех мастеров совмещаются, во время атаки их мощность возрастает в девятикратном размере!

Разве это совершенно обычный боевой порядок?

– Прошу!

– Прошу!

Раздалось два суровых приглашения к бою, и шестеро человек внезапно закрутились в диком вихре!

С самого начала схватка вступила в состояние мёртвой точки! Это битва не на жизнь, а на смерть, все хотят только одного – смерти своего врага, никто не станет никого жалеть!

Белые тени кружились в воздухе, все трое Почтенных атаковали одновременно, в один миг каждый мастер совершил по десятку атак, а потом они приступили к ещё более опасному рукопашному бою!

Со стороны трёх мастеров в чёрном поначалу не было никаких ответных действий, а потом они внезапно приступили к одному феерическому изменению: они крутились, как ветряное колесо, однако изначальное положение ног всех трёх мастеров оставалось неизменным, только люди менялись местами и всё.

Непрерывно раздавались шумные хлопки и удары, по всему полю боя поднялся большой столб пыли!

Тело Четырнадцатого Шао внезапно сверкнуло, и он, разговаривая сам с собой, пробормотал:

– Эта расстановка… очень странная… даже немного интересная…

Три мастера в чёрном продолжали неистово крутиться, однако при этом сохраняя изначальное положение. Один из них давал отпор мастерам из трёх Священных земель, другие же два, пользуясь свободным временем, совершали безумные совместные атаки на другого противника!

Когда все трое вращались, они создавали невидимую сеть друг с другом, все их силы соединялись, прекрасно распределялись меж всеми, и боевые способности каждого постепенно увеличивались…

С начала битвы прошло одно мгновение, а их силы уже находились на равном уровне с их противниками, спустя ещё мгновение они добились уже того момента, когда их противники попали в невыгодное положение! Обстановка становилась всё серьёзней!

– Дела плохи! – сорвалось с языка у Чена Инсяо: – В чём вообще дело? Как так вышло? Неужто их причудливый боевой порядок, в самом деле, имеет какой скрытый смысл?

– Удивительные события происходят ежегодно, но этот год уже чересчур плодовит на чудеса. Успех изначально был обеспечен, и вдруг кто бы мог подумать, что дело примет такой оборот? В самом деле, они достойны звания самых могущественных мастеров на материке Суань, таланты! – мрачный голос раздался из ниоткуда, с очень язвительной интонацией. Чен Инсяо повернул голову и посмотрел вперёд. Кроме Четырнадцатого Шао никто и не мог произнести подобное.

Четырнадцатый Шао беззвучно подошёл к нему на расстояние меньше 2-3 чжан, и пристально продолжал следить за ожесточённым боем.

Такое расстояние для мастера уровня Шенхуана равносильно его отсутствию. Если бы трое человек захотели нанести неожиданную атаку по Четырнадцатому Шао, он бы даже не успел убежать, а он, наоборот, подошёл. В самом деле, талантливый и смелый человек!

Цзюнь Мосе мысленно кричал:

«Тьфу, что, талантливый и смелый? Смеётесь что ли? Просто этот придурок обнаглел в корень! Ему так плевать на вас, что он даже и не думает, что вы сможете атаковать его! У меня сейчас нет всей силы, но если бы была, я бы вёл себя ещё заносчивее и наглее… Да-да, талантливый и смелый, конечно…»

Чен Инсяо не обратил внимания на издевку Четырнадцатого Шао, и, сосредоточенно наблюдая за боем, серьёзно сказал:

– Будь то личные силы, или совместные боевые способности, или, возможно, сочетание друг с другом – Почтенные из Священных земель во всём хорошо себя проявили, и намного превосходят противника. Пусть если бы мы были там, не учитывая личные данные, вряд ли бы смогли показать себя лучше, чем они! Но… чтобы такое безупречное сочетание было разбито противником? Мне правда трудно поверить в это! Это просто нелогично!

– Священный дворец стареет, очень сочувствую. Великие стражи, которые называют себя мастерами, намного превосходящими Шенхуанов, так недальновидны… Это в самом деле печально. Похоже, упадок Священного дворца далеко не за горами! – сказал с издёвкой Четырнадцатый Шао.

– То, как стояли эти мастера… Это показалось мне очень странным, но больше я ничего не заметил; господин Шао, вы обладаете поразительным взором, пожалуйста, поделитесь вашим мнением, – Чу Вухуй без злости, а даже с почтением сказал.

– Ваших мастеров ждёт смерть, исход этот битвы уже известен!

Глаза Четырнадцатого Шао сверкнули, и он медленно произнёс:

– Ваш взгляд немного слабоват. Вы лишь увидели, что это боевое положение странное. Но, однако, не смогли заметить, в чём именно заключается его странность... Посмотрите внимательнее: когда эти трое в чёрном наносят удар, происходят неожиданные перемены; это-то и не даёт понять людям самое главное. Хотя их вращающаяся позиция действительно непостоянна, но силы их каждого по отдельности далеко уступают нашим. Пусть их техника движений причудлива, но, всё же, наши глаза не поспевают за ней. Только если времени будет немного больше, можно понять, в чём кроется разгадка. Именно по этой причине я смог разглядеть загадочный секрет этого боевого расположения…

– Какой загадочный секрет?

Глава 900. Смертельная западня!

– ...Независимо от того, как атакуют три мастера трёх Священных земель, ответственность за оборону их противников всегда ложится лишь на одного человека, который усиленно сдерживает атаки всех трёх мастеров. Их оборонительное построение заключено в треугольник! Обычно такое расположение применяется при наступательной тактике, но в данном случае – это защита!

Три человека внимательно наблюдали за происходящим, все они были величайшими мастерами боевых искусств. Но лишь после слов Четырнадцатого Шао все три стража вдруг поняли суть трансформации боевых позиций, это было, так сказать, внезапное озарение.

Четырнадцатый Шао серьёзно продолжал:

– Построение противоположной стороны действительно поразительно. Каждую атаку приходится сдерживать лишь одному человеку, следовательно, он должен понести огромные убытки в силе, однако в этот момент его уже сменяет другой мастер, дав предыдущему возможность передохнуть. Таким образом, в одном цикле их «кружения» каждый из них получает аж две передышки для восстановления сил, оставаясь при минимальном расходовании энергии!

– Верно, так оно и есть! – Чен Инсяо переменился в лице и сказал: – Они не несут никаких убытков, в то время как мастера трёх Священных земель постоянно расходуют свои силы…

Четырнадцатый Шао слегка кивнул головой:

– И не только! В этом угловом построении, пока один обороняется, два других мастера успевают одновременно наносить атаки противнику! И их целью является один и тот же человек! То есть при каждой атаке они идут двое на одного! В сложившейся обстановке мастера трёх Священных земель просто-напросто не имеют возможности развернуть какую-нибудь хитроумную стратегию. В лучшем случае лишь кто-то один из них сможет произвести внезапную атаку, однако противник сможет ответить на неё силой трёх человек. Более того, они одновременно смогут ударить по одной общей цели! Даже если их общая боевая мощь уступает трём мастерам Священной земли, они могут захватить ведущее положение и постепенно овладеть преимуществом. А победа складывается из преимуществ! Когда определится победитель, уже ничего нельзя будет изменить, и другой стороне придется просто подставить свою голову для отсечения! – после таких слов лица Чена Инсяо, Чу Вухуя и Цяо Ин одновременно переменились!

– Не удивляйтесь, настоящий сюрприз ждёт всех впереди. Я думаю, что это боевое расположение имеет в себе и другие изюминки. Похоже, что за этим последует совмещение всех сил, хотя мне до сих пор неизвестно, каков будет конкретный результат... – Четырнадцатый Шао закрепил свой взгляд на боевой обстановке и о чём-то призадумался.

– Судя по суждениям брата Четырнадцатого Шао, этой битве уже предопределено поражение? Неужели действительно нельзя ничего исправить? – с тревогой спросила Цяо Ин.

– Верно! Здесь нет никакой надежды на победу. Судя по сложившейся ситуации, есть только один способ побороться за ничью! – глаза Четырнадцатого Шао ярко засверкали, и он странно улыбнулся.

– Что за способ? – Чу Вухуй, подумав над этим, но так и не найдя ответа, с любопытством спросил.

– Немедленно воспользоваться самоуничтожением через взрыв и найти общую смерть со своим врагом! И тогда будет ничья! Хотя другая сторона имеет большое преимущество, но им будет трудно справиться с одновременной самоликвидацией трёх Почтенных мастеров. Так что они действительно могут погибнуть все вместе! – тон речи Четырнадцатого Шао был наполнен жестокостью: – К сожалению, Почтенные трёх Священных земель находятся в невыгодном положении, но не в тупике. Я уверен, они не хотят расставаться со своими жизнями и уповают на счастливое стечение обстоятельств. Однако как только их противники смогут занять победную позицию, то даже если мастера трёх Священных захотят взорваться и таким образом убить своих врагов, боюсь, у них ничего не выйдет!

Три стража замолчали. Они и сами являлись отличными мастерами боевых искусств, и прекрасно всё понимали, но кто захочет слепо и безрассудно бросаться в лапы смерти, имея при этом хоть малейший лучик надежды? В этом отношении все люди одинаковы.

– Кроме того, они также совершили большую ошибку, – Четырнадцатый Шао презрительно усмехнулся: – Как только бой начался, те три матера в чёрных одеждах не стали использовать оружие и решили пойти в рукопашку, и вы, три Священные земли, тоже не стали ничего использовать… Если бы они прибегли в своих атаках хоть к какому-либо оружию… общее положение едва бы, конечно, поменялось, но кто знает? Возможно, результат был бы совершенно другой… – Четырнадцатый Шао снова усмехнулся: – Я просто не понимаю, ведь перед началом сражения было ясно сказано, что эта битва не на жизнь, а на смерть, лишь одна сторона сможет выжить. Разве не нужно идти во все тяжкие и не останавливаться ни перед чем ради победы?! Да ладно простое оружие, можно использовать скрытые методы… Яд, в конце концов! Их мечи висят у каждого на плече для чего, ради красоты? Тупизм чистой воды!

Когда Четырнадцатый Шао сказал эти слова, на поле боя раздался сильный шум, и ситуация вмиг переменилась! Яркий клинок взмыл в небо, его острие было переполнено энергией, и затем громкий рёв сотряс всё вокруг:

– Сдохни!

Это не то, что предполагал Четырнадцатый Шао, но оружие всё же было использовано. И это оказался мастер из Небесного отряда Разрушителей Душ. Такой внезапный ход мгновенно разрушил последнюю линию обороны трёх Священных земель!

Эти трое, с тех пор как обнажили своё оружие, тут же применили приём единения с мечом. Мастера двигались с мечом в гармонии, заслоняя своей энергией всё вокруг. Находясь и до того в выгодном положении, они использовали такую серьёзную тактику, которая наносила ущерб не только противнику, но и им!

Такая тактика «навредить врагу на все 100%, но при этом и самим потерпеть ущерб» по степени жестокости и опасности уступает только приёму самоликвидации!

Такой яростный импульс, в одно мгновение охватил всю площадку, и у всех присутствующих перехватило дыхание!

Спустя секунду послышались крики и ругань мастеров трёх Священных земель!

– Как подло!

– Ни стыда, ни совести!

– Нахальные ублюдки!

Многие из мастеров Священных земель обозлились, их глаза наполнились кровью! Они взбешенно тыкали пальцами и яростно ругались!

Лишь Цяо Ин и остальные стражи стояли молча. Четырнадцатый Шао же громко рассмеялся:

– Даже моё так называемое «гнилое поведение» не в счёт. Эти ребята избрали превосходную тактику военного искусства! Те, кто не могут победить, лишь умеют сыпать грязными словечками, так кто ещё тут бессовестный?.. Три Священные земли действительно известны своей «честностью и праведностью»! Их манеры безупречны, не придерёшься!

С другой стороны, Цзюнь Мосе, услышав злобные крики и ругань, тоже расхохотался, а затем повернулся к Мэй Сюэ Янь, сказав:

– Эта кучка идиотов такая забавная! Заполучив славу и признание, ликуют, а как понесли ущерб, так сразу ругаться во всю глотку начинают! Да ещё и так смачно! Какие же они долбяки… Сюэ Янь, как ты вообще могла от них столько страдать? Мне вот правда любопытно…

Мэй Сюэ Янь покраснела, а затем сказала:

– Может, три Священные земли и бессовестные, но в этом они, всё же, уступают тебе… Взять хотя бы ребят из Небесного отряда Разрушителей Душ. Какие они были чистосердечные, открытые и непоколебимые мужчины, настоящие храбрецы! А под твоим руководством в кого они превратились? В коварных заговорщиков, атакующих исподтишка, словно разбойники…

– Ты ошибаешься. Это, всё-таки, битва не на жизнь, а на смерть! Естественно, они не брезгуют никакими методами! Разве это не глупо, думать о прекрасных манерах в такой обстановке… Что важнее – их жизни или прекрасные манеры? У меня нет слов. Их нормы поведения – это не результат моего воспитания. Если не веришь, сама у них и спроси. Да кто из них не понимает, что на поле боя важна лишь победа и сохранение жизни, а не какие-то манеры и поведение… В таком вопросе им не требуются мои наставления! – презрительно сказал Цзюнь Мосе.

Боевая обстановка на данный момент кардинально изменилась: три мастера Священных земель оказались в невыгодном положении!

Под волной наступления противника им уже не могла помочь их удивительная связь или боевое расположение; они могли лишь в панике отражать атаки, у них даже не было возможности обнажить своё собственное оружие!

Как и сказал Четырнадцатый Шао, теперь уже слишком поздно что-то предпринимать!

Исход боя очевиден! Конец предрешен!

Прозвучало три громких рёва, и три чёрные фигуры со сверкающими острыми клинками подскочили вверх, в то время как три белые фигуры на земле непрерывно пятились назад, шатаясь, словно кучка пьяных. На их телах уже было много порезов, из которых просачивалась алая кровь…

Мечи ударили, и все трое повалились на землю. Воспользовавшись случаем, Почтенные трёх Священных земель успели обнажить свои длинные мечи. И не сговариваясь, все трое приняли оборонительную позицию!

Находящиеся позади остальные мастера трёх Священных земель вздохнули с облегчением! Все увидели проблески мечей. С оружием им будет намного проще, чем просто с голыми руками!

Четырнадцатый Шао недоуменно поднял брови и подозрительно посмотрел на Цзюнь Мосе. Он действительно не понимал, почему, захватив такое преимущество, он сделал такой неправильный ход? Зачем он позволил своим противникам вытащить их мечи? Разве таким образом они не создали себе новые хлопоты?

На другом конце стояла Мэй Сюэ Янь, её лицо наполнилось неподдельным сочувствием, и она легонько вздохнула.

Цзюнь Мосе ухмыльнулся и тихонько сказал:

– Самое интересное только начинается! Ха-ха-ха!

Глаза членов Небесного отряда Разрушителей Душ наполнились лучами необыкновенного воодушевления.

Всё происходило быстрее, чем можно об этом рассказать.

Три чёрные фигуры атаковали прямо с воздуха, а их длинные поразительные мечи полностью заблокировали Почтенных трёх Священных земель со всех сторон!

Все трое, не сговариваясь, ответным ударом заблокировали мечи противников, каждый из них направил в свою атаку всю имеющуюся у него силу! Нужно только разбить их мечи, и тогда этим мастерам в чёрных одеждах придет конец!

Потому что насколько бы сильными и великолепными не казались эти трое, в их глазах виднелись изъяны и недостатки. Если этим последним ударом они не уничтожат своих врагов, то сами окажутся в тупике!

Они действительно так уверены в своих силах? Три стража пристально наблюдали за происходящим, и в их сердцах появилось некоторое подозрение.

Бац!

Прозвучал звон металла о металл, и Чу Вухуй, задыхаясь от злости, топнул ногой:

– Твою мать! Они используют волшебные мечи! У всех троих Божественные мечи! Чёрт, это действительно так подло!

В руках трёх здоровенных мастеров действительно были три, острых, как бритва, волшебных меча!

Глава 901. Игроки за пределами театра военных действий!

Оказалось, что это была огромная ловушка! В последний момент враг дал им возможность обнажить свои мечи и обрести надежду, но в одно мгновение они отправили их прямо с края обрыва на 18-й уровень ада, из которого невозможно выбраться!

Во время всеобщего удивления клинки, наконец, пересеклись, словно снег встретился с палящим солнцем. Длинные мечи мастеров трёх Священных земель не смогли выдержать такого давления даже долю секунды и разбились вдребезги!

При ударе раздался лёгкий звук, похожий на удар по дереву, в нём не было заминок!

Кровавые брызги разлетелись в разные стороны!

С дикими воплями три здоровенных мужлана мгновенно произвели три атаки!

Первый меч, разрубив длинный клинок противника, разрубил тела трёх Почтенных по линии живота. Удар второго меча пришёлся на уровне плеч. Бац! И руки мастеров отлетели на несколько футов!

Третий меч обезглавил противников! И три головы взлетели в воздух, оставляя за собой кровавые брызги!

Цяо Ин, ахнув, крепко зажмурилась.

Люди трёх Священных земель открыли рты от удивления, наблюдая за летящими в небе головами! Кто бы мог подумать!

Ещё минуту назад их товарищи сумели воспользоваться погрешностью противника и обнажить свои мечи, реабилитировав боевую обстановку. Недостатки врага были обнаружены, с чего вдруг их постигло такое жестокое поражение? Как это возможно?! Что происходит?!

На поле боя стояли три мастера Небесного отряда Разрушителей Душ, все они были в крови, а вокруг них на земле были разбросаны куски обезображенных трупов!

Прозвучало лёгкое «Цзянь», и три длинных меча были одновременно возвращены в ножны. Три мастера равнодушно посмотрели на лагерь противника с противоположной стороны, одновременно развернулись и примкнули к своему строю!

– Первая битва! Злой монарх победил! – сжав зубы, сказал Чу Вухуй. Даже если он не хотел этого говорить, но результат битвы был известен, и его необходимо было объявить народу!

В лагере трёх Священных земель бушевала дикая ненависть. Глаза всех мастеров налились кровью, дыхание было прерывистым, отовсюду слышался звук скрежета зубов. Но никто не проронил ни слова. Все прекрасно понимали: сегодняшняя битва – не на жизнь, а на смерть. Не важно, выиграешь ты или проиграешь, выживет сильнейший. Здесь можно использовать любые, даже самые подлые и бесстыдные способы. И не нужно укорять противника в смерти товарищей!

Несправедливая смерть? В этом нужно винить их небрежность! Они сами виноваты, что с самого начала не использовали имеющийся у них козырь! Они сами виноваты в том, что не хватило подлости и хитрости! Но как бы там ни было, не стоит винить в этом своего врага!

Не дожидаясь слов четырёх свидетелей, стоящих на вершине мира, пять мастеров в белых одеждах медленно вышли вперёд!

Пятеро Достопочтенных первого ранга!

Вторая прелюдия была официально открыта!

Пять человек из трёх Священных земель были наполнены жаждой убийства, рукой они демонстративно поглаживали свои мечи, от каждого из них исходил мощнейший импульс энергии! Они двигались очень медленно, но их белые одежды оставались неподвижными, и даже опущенные рукава нисколько не тряслись.

Два мастера из Неуловимого Мира Бессмертных, один мастер из Великого Золотого города и два мастера из Иллюзорного Океана Крови сформировали силы отряда Достопочтенных, которые вступят в следующее сражение!

– Цзюнь Мосе, скажи своим людям, чтобы вышли вперёд и сразились с нами! – стоявший во главе отряда Достопочтенный мастер уставился на Цзюнь Мосе.

Эти пятеро не собирались совершать ошибок предыдущих трёх Почтенных и с самого начала приготовили свои мечи к бою. Эта битва будет ещё опасней, чем предыдущая!

Несколько Достопочтенных второго ранга, воспользовавшись моментом, быстренько собрали разбросанные повсюду останки трёх Почтенных: они посмотрели на тела товарищей, которые всего несколько минут назад были целы и невредимы, и их сердца заполнило неописуемое чувство тоски и скорби…

– Цзюнь Мосе! Скорее отправляй своих людей на смерть! Какие интриги и уловки ты придумаешь на этот раз? Думаешь, один раз, использовав подлый приём, одержал победу и всё? – увидев, что Цзюнь Мосе так и не шевельнулся, и продолжил шутить с Мэй Сюэ Янь, Достопочтенный снова яростно взревел.

Цзюнь Мосе повернул лицо и удивлённо посмотрел на него. Он слегка улыбнулся и сказал:

– В древности часто говорили, что войско, униженное поражением, обязательно одержит победу. Господа, вам стоит поблагодарить павших товарищей. Кто знает, может, они предоставили вам шанс на следующую победу. Я не тороплюсь посылать своих людей, чтобы позволить вам подольше пожить на этой земле. Так что просто поблагодарите меня…

Сделав небольшую паузу, молодой мастер усмехнулся и продолжил:

– Ну что за… Вы этими своими мрачными рожами хотите меня запугать, что ли? Да бляяя… Мы же заранее договорились, что этот бой будет смертельным, вы чего-то не поняли? Смерть – значит смерть, прям вот вообще до смерти! Не можете понять этого? А?

Стоявшие напротив пятеро Достопочтенных пришли в ещё большую ярость и твёрдо уставились на него:

«Как жаль, что нельзя плюнуть в это отвратительное лицо!»

Лидер отряда злобно сказал:

– Битва насмерть. Мы прекрасно всё понимаем, не нужно об этом столько повторять! Наши товарищи пали в бою, и мы обязательно отомстим за их смерть, вернув кровавый долг!

– Э-ээх, дорогие мои, месть порождает месть… – с тоской в голосе сказал Мосе: – Убийства из мести действительно причиняют много вреда… Даже не знаю, сколько счастливых и невиновных семей были вот так бессмысленно уничтожены… Если у вас пятерых действительно была глубокая связь с теми погибшими, то вы можете без труда достать свои клинки и пронзить ими свои же шеи, и тогда вы снова встретитесь с ними… К чему вся эта месть? Почему бы вам просто не обнажить клинки, неужели вы не хотите увидеть своих друзей прямо сейчас? Не мешкайте, всего один удар, и вы будете вместе, как и прежде! Здорово, не правда ли?

Как только прозвучали эти слова, лица каждого наполнились удивлением, даже три стража, которые вели себя довольно отстранённо, вдруг обратили свой взгляд на Цзюнь Мосе. Они и подумать не могли, насколько толстая кожа у этого засранца. Такой бесстыжий, такой наглый парень... Считая себя во всём правым, он просто предлагает этим мастерам покончить с собой. Да ещё и говорит с такой напыщенностью, словно жизнь этих мастеров – обуза для всего мира, для всех людей, да и для них самих…

– Ха-ха-ха! – громко рассмеялся Четырнадцатый Шао и сказал: – Бессовестность этого сорванца превзошла даже три Священные земли! Ученик превзошёл своего учителя! Да ещё и такие гнусные методы борьбы использует! Душа нарадоваться не может! Б*ять, это очень круто!

Чен Инсяо и Чу Вухуй были в замешательстве:

- Ну хвали себе этого паренька на здоровье, но зачем три Священные земли приплетать? Может, мы время от времени и используем гнусные методы, однако мы это делаем более или менее терпимо по отношению к остальным… Когда это мы вели себя настолько открыто и бессовестно?

Пятерых Достопочтенных уже начало трясти от злости. Ещё чуть-чуть – и они окончательно слетят с катушек. Молодой мастер Цзюнь тем временем продолжал их поучать:

– Более того, как это может быть местом для мести? Это поле боя для сегодняшней решающей битвы! Вы вышли сюда в качестве участников следующего сражения… Месть? Вы что, больные? Я хотел позволить пожить вам чуточку подольше, но время вышло, вы такие трудные ребята. Думаю, что в следующем бою найдутся и другие, которые захотят отомстить за вас! Так что сильно не заморачивайтесь со своей местью!

– Молодой мастер Цзюнь, препирания не являются ключом к победе или поражению, – лицо Хай Вуя было мрачным. Очевидно, и ему стало неприятно всё это слушать.

– Препирания, может, и не определят исход боя, но кто сказал, что патент на сквернословие принадлежит лишь трём Священным землям? – Цзюнь Мосе усмехнулся, а затем серьёзно добавил: – Так-так, кто же с нашей стороны выйдет и отсечёт этим Достопочтенным их миленькие головы?

– Я! – сто семьдесят Достопочтенных первого уровня одновременно вышли вперед, их глаза горели от фанатизма! Эти бойцы, словно во сне, за небольшой промежуток времени смогли заполучить такую огромную силу, а затем и физически, и ментально каждый из них благодаря стараниям Цзюнь Мосе был превращён в машину для убийства!

Война для них давно стала одним лишь удовольствием! Особенно сейчас… Схватка с Достопочтенным… Сколько раз в жизни такое выпадает? Естественно, каждый из них преисполнен мужеством и стремился вырваться вперёд!

Цзюнь Мосе даже не повернулся и строго отдал приказ:

– Девятый ряд, последние пять бойцов, выходите на бой!

– Так точно!

Пять чёрных фигур семимильными шагами ринулись вперёд, каждый их шаг будто попадал на узлы сансары, производя на свет нотки смерти! Десять равнодушных глаз смотрели на пятерых мастеров впереди как на куски мяса!

Руки пятерых мужланов касались рукоятей их мечей. Как и их противники, они тоже были готовы обнажить своё оружие в любой момент.

– Что можно сказать об этой битве? – спросила Цяо Ин.

Сражение ещё не началось, но безжалостная атмосфера убийства уже заставила её предвидеть жестокую перспективу предстоящей войны!

– На данный момент мы не можем ничего утверждать... но, с точки зрения силы, всё так же, как и в прошлый раз. У нас всё ещё есть большое преимущество, но нельзя недооценивать противника… На самом деле, всё выглядит довольно стабильно, но я не осмелюсь делать какие-либо утверждения! – Чен Инсяо нахмурился.

– Что здесь ещё непонятно? В прошлый раз те трое победили лишь благодаря своему боевому расположению и волшебным мечам. Но сейчас их оружие так и осталось при них, они не передали его в руки тех пятерых мастеров. Хе-хе… – Чу Вухуй слегка улыбнулся и сказал: – Такие острые, как бритва, волшебные мечи в наше время – огромнейшая редкость. Сегодня мы уже узрели три таких орудия, что уже невероятно. Старший Чен, неужели ты думаешь, что у всех трёхсот человек есть по волшебному мечу? Это самая нелепая шутка, которую я когда-либо слышал…

Четырнадцатый Шао бросил на них косой взгляд и с натянутой улыбкой сказал:

– Чу Вухуй, неужели ты наивно полагаешь, что вы так легко сможете одержать победу в этой битве? Если ты уверен в этом, тогда, может, нам заключить пари?

– Что ещё за пари? – Чу Вухуй заинтересовался, но настороженно посмотрел на Четырнадцатого Шао.

– Всё очень просто. Я ставлю на победу «чёрной» команды, а ты, естественно, на победу своей команды Священной земли, – Четырнадцатый Шао фыркнул и добавил: – Тот кто проиграет, должен выкопать из земли тысячу дождевых червей, не используя при этом силу Суань, духовную силу и физическую силу больше, чем у обычного человека! Ну как?

Глава 902. Мощь боевого строя пяти элементов!

– Копать дождевых червей? И какой в этом смысл? Даже если у тебя и имеется для них какое-то применение, то мне это совершенно незачем, – настороженно сказал Чу Вухуй: - Что у этого парня за идеи такие? Почему именно такое странное пари?!

– Мне это тоже не несёт никакой пользы! Это всего лишь пари и ничего больше... Я просто хочу увидеть, как ты будешь своей задницей выковыривать червей из земли, – как бы вскользь сказал Четырнадцатый Шао и добавил: – Неужели ты не хочешь посмотреть, как это буду делать я?

– Хорошо! Давай заключим это пари! – сжав зубы, сказал Чу Вухуй: – Я не верю, что этим ребятам снова повезёт, и они выиграют два боя подряд! Но давай договоримся, брат Четырнадцатый Шао. Если ты проиграешь, то никакие отговорки не принимаются!

– Отговорки – удел конченых чмарей, – рассмеялся Четырнадцатый Шао.

– Сказано – сделано! Кто пойдёт на попятную, тот конченый чмарь! – сказал Чу Вухуй: – Раз я не могу победить тебя в бою, разве я не смогу выиграть у тебя это пари? Четырнадцатый Шао, приготовь свою задницу, скоро ей предстоит большая работа!

– Я тоже хочу поскорее узнать, кому, в конце концов, придется приготовить свой зад! – решительно сказал Четырнадцатый Шао.

Стоявшие рядом Цяо Ин и Чен Инсяо были в полном замешательстве:

«И это легендарный психопат – Четырнадцатый Шао из Подземного мира? А это тот самый, Дикий Произвол? Непревзойдённый Кинжал, страж Священного дворца, Чу Вухуй? Глядя на этих двоих, можно сказать, что они ничем не отличаются от двух маленьких детей…»

Во время разговора две команды мастеров уже построились на поле боя. В один и тот же момент все обнажили свои мечи, вспыхнул яркий и ослепительный свет!

Однако в этот момент все обратили внимание, что пятеро мастеров в чёрной одежде постепенно рассредоточились, но расстояние между ними было абсолютно равным. Если посмотреть внимательно, можно обнаружить, что позиционирование этих пятерых имело какой-то свой строгий порядок. Четверо стояли словно бы кольцом, а в центре этого «кольца» стоял ещё один человек. Расстояние между каждым человеком было абсолютно одинаковым, без каких-либо отклонений!

Как только завершилось расположение боевой силы, пятеро мастеров одновременно взревели и бросились вперёд. Все, кроме центрового мастера, двинулись с места, но они не устремились вперёд, а побежали по кругу, опоясывая того самого, «центрового» мастера!

В тот момент, когда все присутствующие пришли в полное недоумение, длинные мечи мастеров в белых одеждах, сливаясь в единый поток, пошли в яростное наступление!

Чу Вухуй раскрыл рот от удивления и пробормотал:

– Ещё одно странное боевое расположение сил! Неужели… – его решительность и уверенность вмиг сменились жуткими сомнениями!

Никто не заметил, но в этот момент уголки рта Четырнадцатого Шао расплылись в странной улыбке, говорящей что-то вроде «Даже я такого не ожидал».

Звуки ударов металла о металл словно бы слились в один постоянный грохот, четверо мастеров в чёрных одеждах бились изо всех сил, но сохраняли скорость своего движения. Достопочтенные Священных земель решили общими силами наступить на противника с восточной стороны, но они даже не успели нанести ему удар, как в этот момент перед ними уже возник силуэт противника с южной стороны. Меч в его руках превратился в обезумевший разряд молнии, пятеро мастеров не успели отреагировать на этот удар, как к ним уже приближалась следующая атака!

Каждый из пяти Достопочтенных почувствовал, что на самом деле он одновременно сдерживает осаду четырёх врагов! Очевидно, это была тактика пятеро на четверо, но отчего же каждый из них выкладывается на все сто, чётко ощущая, что идет один на четверых? Что происходит?! А где в этот момент мои товарищи?

Боевое расположение противника похоже на бесконечное плавание по дуге большого круга. Оно совершенно безупречно. Все они словно амурские вьюны, которых невозможно схватить руками. Но когда эти мастера атакуют, они вдруг становятся свирепыми гепардами!

Чем больше Чу Вухуй наблюдал за боем, тем некрасивее становилось его лицо. Он понял, что мастера трёх Священных земель постепенно попадают в невыгодное положение! А сторона противника тем временем по факту даже не двигалась с места!

- Чёрт побери! Как это могло случиться? Совершенно очевидно, что бой ведется пятеро на четверо, так почему они проигрывают?!

Цзюнь Мосе улыбался, и Мэй Сюэ Янь казалась совершенно спокойной.

Расстановка сил действительно потрясающая! При таком раскладе слабый может одержать победу над сильным, даже если мишень будет изменена на одного человека, эффект несколько ослабнет, но сила останется такой же немыслимой!

Пять элементов!

Это название этого удивительного расположения сил! Пять элементов представляют силу пяти сторон: севера, востока, юга, запада и центра, а также силу пяти стихий: металла, дерева, воды, огня и земли. Однако сейчас эта расстановка только была приведена в действие, и сила пяти стихий Тяньди ещё не была использована на всю катушку. Требуется некоторое время для её концентрации. После накопления определённого количества одухотворенной Ци силу пяти стихий можно будет мобилизовать и направить прямо в битву…

Пять чёрных фигур постепенно образовали вращающийся поток фиолетового света, а пятеро мастеров Священных земель, которые значительно превосходили своих врагов по силе, теперь не знали, куда и деваться!

Они оказались в неблагоприятном положении и вынуждены занять оборонительную позицию! Все подавлены!

Никто и подумать не мог о таком развитии событий! Развитие этой битвы точь-в-точь напоминает предыдущую!

Чу Вухуй нахмурился и сделал страдающую мину:

«Неужели мне придётся копать червей?»

Он лишь бормотал себе под нос:

– Идиоты, раз не получается атаковать с земли, бейте с воздуха! Ваш цигун вам на что вообще? Господи, ну и бездари…

Четырнадцатый Шао кинул на него косой взгляд, но продолжал следить за обстановкой на поле боя. Его лицо внезапно показало некое удивление, которое тут же исчезло. Он не произнёс ни слова.

Цяо Ин, внимательно изучая выражение лица Четырнадцатого Шао, вдруг сказала:

– Брат Четырнадцатый Шао, ты ещё что-то обнаружил?

Четырнадцатый Шао кивнул головой и, немного поразмыслив, сказал:

– Здесь определённо есть что-то ещё, но... пока ничего не ясно… не поддаётся моему пониманию…

Цяо Ин только хотела задать следующий вопрос, как услышала крики с поля боя. Она тут же поняла, что имел в виду Четырнадцатый Шао под «ничего не ясно», потому что она сама, хотя и нашла проблему, она не могла её понять.

Пятеро Достопочтенных трёх Священных земель, осознав своё неблагоприятное положение, вдруг одновременно взревели. Как и сказал Чу Вухуй, эти пятеро взлетели в воздух и слились воедино, заняв доминирующую позицию. Они были готовы пожертвовать собой, лишь бы превратить этих пятерых ублюдков в мясной фарш!

Однако случилось нечто невероятное…

Пятеро мастеров Небесного отряда Разрушителей Душ также взмыли в воздух вслед за противником. Однако диспозиция сил нисколько не изменилась, казалось, что эти ребята взлетели вверх, не применяя для этого никаких усилий…

Увидев замешательство пятерых мастеров Священной земли, Цзюнь Мосе с самодовольным видом думал про себя:

«Кретины, битва уже давно приняла другой оборот. Теперь ваша энергия Ци подпитывает моих ребят! Не важно, как вы будете двигаться, они смогут без малейшего труда догнать вас. Ваша собственная сила сейчас играет против вас!

На земле или в небе, результат будет один! На земле у вас хотя бы есть возможность перевести дух, но в воздухе… вы абсолютно заблокированы. Мастера из Небесного отряда Разрушителей Душ могут находиться в воздухе только благодаря вашим силам, абсолютно не используя свою собственную! В небе эта битва завершится гораздо быстрее! Вы сами приведёте себя к поражению! Куча идиотов!»

Конечно же, чем выше они поднимались, тем сильнее раскрывалась истинная сила Пяти Элементов. Пятеро Достопочтенных трёх Священных земель уже чуть было не задыхались от такого давления, так что уж говорить о какой-то атаке с их стороны!

Удивительное расположение сил в воздухе снова изменилось. Чёрный поток из четырёх человек постепенно начал замедляться. Первый мастер, оторвавшись ото всех, вдруг засиял золотым светом. Фигура второго мастера проявила зелёное сияние. Тело третьего засветилось синими лучами, а четвёртый мастер испустил красное свечение, подобно яркому пламени!

Человек посередине засиял ослепительным ярко-жёлтым цветом!

Теперь все пятеро приступили к следующему ходу!

Пять элементов пришли в гармонию, сотрясая всё вокруг.

Вспышка света, и жёлтый мастер посередине с мощнейшим клинком первым бросился в атаку. Стоявший во главе отряда мастер в белой одежде от такого неожиданного удара был тут же отброшен назад, но, находясь в воздухе, ему невозможно никуда убежать!

Отступив назад, этот мастер сосредоточил на себе все атакующие силы противника, тем временем пять мечей уже наступали на него со всех сторон! Пять клинков, крепких как гора, одновременно пронзили его тело!

Раздался протяжный крик, и этот мастер был разрезан пятью острыми клинками!

Белая фигура, внезапно превратившаяся в десять кусков мяса, заполонила голубое небо кровавыми фонтанами!

В момент падения тела пятеро мастеров не прекратили своё движение и слились в одну ослепительную радугу, одновременно двигаясь в направлении оставшихся четырёх мастеров! Гора мечей, словно волны реки Янцы, накатили на противника!

– Сдохни! – послышался одновременный возглас всех пятерых. Потоки алой крови полились с неба, словно великолепный фейерверк на Фестивале фонарей. Однако это был не просто фейерверк, это были жизни, жизни четырёх Достопочтенных!

Исход битвы предопределён!

Три Священные земли уже не в силах ничего изменить!

Чу Вухуй аж позеленел!

Какой ужас…

Пока звуки клацанья мечей так и продолжали звенеть, Хай Вуй и Хэ Чжицю закрыли глаза, мышцы на их лицах вздрагивали в конвульсиях… Трупы Достопочтенных мастеров трёх Священных земель были изрублены в фарш, который со шлепками падал прямо на землю!

Вокруг стояла гробовая тишина. В первом бою противник не потерпел никакого урона и смог одержать победу лишь благодаря хитрым уловкам и волшебным мечам. Но в этом бою… произошло то же самое. Нужно ли искать в этом причины?

Это были Достопочтенные трёх Священных земель! Достопочтенные первого ранга – 500 лет упорного совершенствования…

Глава 903. Отряд семи звезд и игорный дом!

Пятеро мастеров, принадлежавших Небесному отряду Разрушителей Душ, одновременно приземлились и опустились на одно колено, отдав честь Цзюнь Мосе:

– Молодой господин, ваши подчинённые успешно закончили свою миссию!

– Хорошо потрудились. В этой битве вы добились огромных успехов, возвращайтесь в строй и набирайтесь сил, – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся.

– Так точно! – пятеро мастеров поднялись и тут же вернулись на свои места. Все были чрезвычайно спокойны, Цзюнь Мосе даже не издал ни одного радостного возгласа. Казалось, что успехи этих пятерых – само собой разумеющееся дело, в этом нет ничего необычного. Здесь и радоваться нечему…

– Третий отряд, семь Достопочтенных второго ранга! – сказал Хай Вуй, в тоне его голоса отчётливо чувствовалась неудержимая ярость! Этот бой, во что бы то ни стало, нужно выиграть!

Семеро человек в белых одеждах медленно вышли вперёд. Цзюнь Мосе посмотрел на них – эти ребята выглядели совершенно одинаково. Он не мог не задаться вопросом:

«Неужели все семеро приходятся друг другу родными братьями?»

Мосе действительно оказался прав. Эти семеро были Достопочтенными мастерами Великого Золотого города. Более того, все они являлись единоутробными братьями! Легендарный отряд Циша, проливший много рек крови по всей Поднебесной!

Как только эти семеро собирались вместе, их сила не уступала Достопочтенному четвертого ранга! Эта команда в состоянии сразиться даже с Шенхуаном. Может, они и не одержат победу, но точно не погибнут в этой схватке!

Мысли семи братьев взаимосвязаны, они могут понять друг друга без слов, а в дополнении с уникальной тактикой расположения сил, их сила усиливается вдвое!

В этой битве у трёх Священных земель была поистине непобедимая мощь!

Цзюнь Мосе нахмурился. С какой стороны ни посмотри, эти семеро словно единое неделимое целое!

Эта битва действительно будет ожесточённой! Невероятно ожесточённой!

Сейчас сложно сказать, кто выиграет, а кто проиграет!

– Наши противники – семеро братьев, их разум связан между собой. Это одновременно является их самым сильным преимуществом и самым огромным недостатком! – тихо прошептала Мэй Сюэ Янь, осторожно наблюдая за противниками.

– Хм? – Цзюнь Мосе посмотрел на Сюэ Янь, ожидая продолжения её слов.

Мэй Сюэ Янь слегка улыбнулась и сказала:

– На самом деле всё очень просто. Эти семеро прожили бок о бок сотни лет. Естественно, их взаимосвязь прочна и неотделима друг от друга! Независимо от ситуации им не нужно ничего друг другу говорить, если один из них просто поднимет бровь, все остальные шестеро тут же поймут, что он имел в виду! Такой боевой порядок, несомненно, очень ужасен, однако в нём имеется и свой изъян. Их взаимосвязь настолько глубока, что ей уже нет предела!

В глазах Мэй Сюэ Янь промелькнула хитрая искорка, и она медленно продолжила:

– Если ранен один – ранены все семеро. Один из них получит физическое ранение, а остальные шестеро будут морально раздавлены! И тогда…

Не дожидаясь, пока она закончит, Цзюнь Мосе захлопал в ладоши. В его глазах вспыхнуло воодушевление, и он шёпотом сказал:

– Понял-понял! Ха-ха-ха! Сюэ Янь, а ты, действительно, хорошая жёнушка!

Мэй Сюэ Янь покраснела, а её сердце наполнилось безграничным счастьем. Пока она может хоть чем-то помочь Цзюнь Мосе, она будет чувствовать себя удовлетворённой. Но временами Сюэ Янь удивлялась самой себе: ведь её теперешние поступки совершенно отличаются от её первоначальных жизненных принципов… Но совершает она их без принуждения и даже с желанием.

Мэй Сюэ Янь молча раздумывала над этим. Возможно, такова судьба женщины...

Цзюнь Мосе обернулся и сказал:

– Пятая команда Небесного отряда Разрушителей Душ, выйти из строя и занять боевую позицию... – немного подумав, он решительно приказал. – Отряд семи звёзд!

Посмотрев на семерых бойцов перед собой, Цзюнь Мосе шёпотом отдал им какие-то инструкции. Глаза бойцов загорелись, и, недолго посовещавшись, все семеро, наконец, вышли вперёд.

Стоявшие напротив семеро мастеров спокойно наблюдали за происходящей дискуссией. Им было абсолютно на это плевать! Они уже и забыли, сколько противников было обезглавлено от их рук, среди них были даже и те, кто находился на более высоком уровне совершенствования! Так что этим ребятам было все равно, сколько противников выступит против них на этот раз, итог один – все будут уничтожены и точка!

Те мастера, которых Мосе отправил со своей стороны, значительно уступали по силе этим семерым братьям. Эти ребята смотрели на бойцов Мосе, как на связанных арестантов, ждущих своего смертного часа! Для них не составит огромного труда отсечь им всем головы!

Наблюдая за тем, с какой свирепостью обе стороны приближаются друг к другу, Четырнадцатый Шао повернул голову и посмотрел на побледневшего Чу Вухуя, сказав:

– Не хочешь заключить ещё одно пари? На этот раз тот, кто проиграет, должен будет съесть ту тысячу червей живьем, что думаешь? Слабо?

Если предыдущий спор был лишь злой шуткой, который в худшем случае лишь мог опозорить доброе имя проигравшего, то теперь проигравшему придется съесть тысячу дождевых червей… А это уже другое дело.

Цяо Ин, услышав эти слова, чуть не проблевалась. Съесть живых червей? Как это можно есть? Да ещё и сырыми? О боже, от таких мыслей становится тошно! Стоит только представить, как он шевелится… Фу-фу… Может, Цяо Ин и обладала превосходными навыками совершенствования, однако она оставалась женщиной и такое поведение для неё логично!

Чу Вухуй вытаращил глаза, но вдруг призадумался.

Нужно ли использовать эту возможность, чтобы восстановить репутацию? Или...

Четырнадцатый Шао, возможно, не знает о силе отряда семи звёзд. Он осмелился сделать такую ставку лишь потому, что у этого засранца Цзюнь Мосе есть хорошие тактики ведения боя. Но Четырнадцатый Шао не догадывался, что у отряда семи звёзд тоже имеется удивительное расположение боевой силы, благодаря которой их мощь сопоставима с уровнем Шенхуана первого ранга! В этой битве нет места для поражения!

Лишь только представив, с какой страдальческой физиономией Четырнадцатый Шао будет есть этих червей, Чу Вухуй не смог сдержать своей счастливой улыбки.

Немного подумав, Чу Вухуй намеренно изобразил нерешительный вид, будто хочет выразить отказ, но вместо этого согласился:

– Брат Четырнадцатый Шао, это несправедливо. Кто тут не знает, что у Цзюнь Мосе имеется удивительный набор техник боевого построения. Для трёх, для пятерых, а сейчас уже для семерых мастеров… Неужели ты хочешь заставить меня не только копать, но и есть этих червей? Четырнадцатый Шао, не думаешь, что твоё предложение слегка… слегка нечестное?

Четырнадцатый Шао хмыкнул и, как ни в чем не бывало, сказал:

– Что же тут нечестного? Не существует пари без поражений, ты просто не уверен в силе своих людей… Ну тогда на этот раз я могу сделать ставку на победу трёх Священных земель, ну а ты на победу молодого мастера Цзюнь!

Чу Вухуй тут же подскочил и, задыхаясь от злости, сказал:

– Брат Четырнадцатый Шао, ты принуждаешь человека делать то, чего он не хочет. Я страж Священного дворца, почему я должен ставить на победу моего противника?! Мы ведь уже заранее определили свой лагерь. Я поставил на Священную землю, а ты выбрал сторону Злого монарха. Как можно вот так резко поменять свои позиции на полпути? Пусть моя позиция и неустойчива, и я сильно рискую, но всё же сыграю с тобой ещё один разок!

Четырнадцатый Шао вздохнул и повернулся:

– О? Разве ты не говорил, что с удивительной боевой расстановкой сил у отряда Цзюнь Мосе шансы на победу значительно выше? Я ведь хотел помочь тебе, с чего это ты вдруг передумал? Как же трудно тебе угодить! Хм, исходя из твоих слов, я могу делать ставки лишь на победу команды Злого монарха? Погоди-ка, ты заявляешь о превосходной расстановке сил противника, но твёрдо придерживаешься обратной позиции, значит… Ты абсолютно уверен, что мастера в чёрном не одержат победу в этой битве…

– В мире нет ничего абсолютного. Так что я могу говорить о чьей-то победе. Мне кажется, обе стороны обладают равными силами. Шансы противника на победу велики, но и мы едва ли проиграем в этом сражении. Даже если мы всё равно проиграем, я поставлю на своих ребят… – Чу Вухуй был очень взволнован. Он боялся, что Четырнадцатый Шао заключит договор, не принимая во внимание его согласие или отказ… а это слишком жестоко!

– Я всё ещё не думаю, что это честно. Ты сказал, что у мастеров в чёрном больше шансов на победу. Я предлагаю тебе сменить ставки… Я поставлю на победу трёх Священных земель, – сказал Четырнадцатый Шао. – Ну, не мешкай, просто скажи, да или нет!

Чу Вухуй взбесился, его лицо стало как помидор, он вдруг взревел:

– Что за фигня! Может, ты тут ещё игорный дом откроешь? Это больше на насилие смахивает, а не на пари… Ты… Да я ни за что не соглашусь на это! Я родился человеком Священной земли и умру им же! Так что я буду ставить только на победу Священной земли и ни на кого больше!

– Что ты имеешь в виду?.. Хочешь поставить на Священную землю и заключить со мной пари?

– Верно! Это я и имел в виду! – решительно заявил Чу Вухуй.

– Хорошо! Играем, так играем! – сказал Четырнадцатый Шао. – Если в этой битве победят три Священные земли, тогда я съем тысячу живых дождевых червей, но если выиграет Злой монарх, тогда это сделаешь ты!

– Договорились! – Чу Вухуй выглядел счастливым. Самому ему вряд ли придётся есть этих червей, но теперь он сможет увидеть, как это делает первый психопат этой планеты… Ха-ха-ха! Только представив страдальческую мину Четырнадцатого Шао, Чу Вухуй тут же встрепенулся, будто принял волшебный эликсир!

«Это, безусловно, может стать самой запоминающейся вещью в моей жизни...»

И, похоже, что это и правда стало самым запоминающимся моментом в его жизни… но об этом чуточку позднее…

Четырнадцатый Шао усмехнулся, мысленно обзывая этого идиота, а затем сказал:

– Парнишка с фамилией Цзюнь! Подойди сюда, твоя очередь ещё нескоро, так что давай пока поболтаем!

Цзюнь Мосе опешил, а Мэй Сюэ Янь посмотрела на него и сказала:

– Предшественники зовут, нельзя отказываться.

Цзюнь Мосе пришлось подойти.

Чен Инсяо уставился на него и внезапно улыбнулся:

– Цзюнь Мосе, а ты, действительно, смелый малый. Может, ты и стал Шенхуаном, но разве ты не боишься, что мы втроём вдруг атакуем тебя? Если мы выступим в полную силу, тогда даже Четырнадцатый Шао не сможет тебе ничем помочь. Ты правда не боишься?

Глава 904. Бой между братьями и отрядом семи звёзд

Цзюнь Мосе улыбнулся и ответил:

– Если бы здесь были только остальные люди из трёх Священных земель, то я бы проявил осторожность. Однако тут присутствуют три уважаемых предшественника: Чен, Чу и Сяо. Так что даже если мне придётся потерять свою маленькую жизнь от их рук, это совсем не страшно.

– Каков гусь! Ха-ха!

Сердце Чен Инсяо наполнилось радостью, Цзюнь Мосе своими словами открыто выразил своё доверие трём стражам.

Доверие между врагами является редкостной вещью, поэтому Чен Инсяо стало от этого очень приятно, и он невольно смягчил свой взгляд.

Четырнадцатый Шао посмотрел на Цзюнь Мосе и сказал:

– Мальчишка по фамилии Цзюнь, я сделал на тебя ставку. Ты же не хочешь, чтобы я проиграл это пари? Насколько ты уверен в своей победе? – Цзюнь Мосе растерялся. – У трёх Священных земель столько талантливых мастеров, и их сила непредсказуема! Первые два боя были выиграны мной лишь по счастливому стечению обстоятельств. Третья битва ещё не началась, как я могу что-либо утверждать? Эм… Стоп! Мы там жизнями, значит, рискуем, а вы тут на наши жизни ставки делаете? Это… Это ни в какие ворота уже не лезет!

– Ой, да господи, парочка каких-то ничтожных жизней, почему бы не сделать ставки? – Четырнадцатый Шао фыркнул и сказал: – Раз уж ты вышел на смертельный бой, то будь готов быть убитым в любое время! Да и вообще, погибло всего-то несколько человек... Чего их смерти вообще стоят? Кроме того, мы играем на выигрыш и проигрыш, а не на количество убитых... Эти несколько жизней в моих глазах не стоят никаких ставок!

Цзюнь Мосе горько улыбнулся, но его сердце было несколько озадачено:

«С тех пор, как появился Четырнадцатый Шао, он будто каждым словом и поступком помогает мне, можно даже сказать, что он оказывает некое покровительство…

С чего бы вдруг? Неужто он признал меня?»

– Цзюнь Мосе, тактики боевого построения, что ты использовал в тех предыдущих битвах были просто поразительными… – Чу Вухуй кашлянул пару раз и продолжил: – Ты лично обучил их такому искусству совместных атак?

Цзюнь Мосе смущённо улыбнулся и сказал:

– Предшественники слишком меня переоценивают, откуда бы мне взять такое мастерство…

– О? Тогда что за выдающийся человек придумал столь удивительные тактики расстановки сил? – спросил Чен Инсяо.

– Конечно же, кто-то другой, – Цзюнь Мосе сменил тему разговора. – Так и какие же ставки у уважаемых предшественников?

– Независимо от наших ставок в этой битве ты, несомненно, потерпишь поражение! – Чу Вухуй, очевидно, был недоволен тем, что Мосе сменил тему разговора. Он закатил глаза и отвернулся. Цзюнь Мосе равнодушно ответил:

– На данный момент исход сражения ещё не предопределён. Почему это наша сторона должна потерпеть поражение? Раз уж предшественник так решителен в своём заявлении, то я с нетерпением буду ждать окончания боя. Однако, похоже, что раз уж я выиграл две битвы, то если и в этом сражении победа останется за мной, то искусный лотос уже, считай, наполовину в моих руках.

– Успокойся, раз уж мы втроём согласились на твоё условие, то в случае нашего проигрыша ты безоговорочно получишь свой лотос! – сказал Чен Инсяо. – Мы прожили в этом мире уже более тысячи лет, и нам можно доверять. Тебе абсолютно не о чем беспокоиться.

– Да я и не беспокоюсь… – Цзюнь Мосе обнажил улыбку. – Как жаль, что в трёх Священных землях слишком мало людей с такой репутацией. Их можно пересчитать по пальцам одной руки…

– Ты, мальчишка, только что сказал, что в предстоящем бою победитель ещё не определён! Теперь поговорим о пользе ставок! Может ли твой острый язык изменить общую боевую обстановку? – буркнул Чу Вухуй. – Скажу честно, все твои семеро парней уже одной ногой ступили в преисподнюю! Ты тут больше всего бахвалишься, а лучше бы поспешил гробы подготовить!

– Жизнь и смерть определяются по судьбе, а богатство и знатность зависят от неба! Четырнадцатый Шао верно сказал, раз уж вышел на смертельный бой, то будь готов быть убитым в любое время! Я и мои люди уже давно смирились с этой истиной, а что насчёт трёх Священных земель?! – Цзюнь Мосе холодно улыбнулся, в его словах не было никаких уступок.

В то время, пока все говорили, Четырнадцатый Шао уже трепетал в ожидании боя.

Как только отряд семи звёзд появился на поле боя, сразу же проявилось их превосходство и преобладание.

Могущественная сила, сформированная объединенной командой из семи человек, просто давила на мастеров Небесного отряда Разрушителей Душ: как только они вошли с противником в тесный контакт, тут же стало ясно, в какой огромной заднице они сейчас находятся.

Даже люди, наблюдающие за битвой, задержали дыхание.

Бросив взгляд на поле боя, Чу Вухуй громко рассмеялся:

- Ситуация на поле боя действительно лучше некуда. Это определённо победа. Если с таким преимуществом им не удастся одержать победу, то это будет полный трэш! Четырнадцатый Шао, а, Четырнадцатый Шао? Я признаю, что моя сила не так хороша как твоя, и в бою мне тебя не победить, но если мне удастся заставить тебя сожрать живого червя, нет, тысячу дождевых червей, то я до конца жизни буду улыбаться во сне…

Четырнадцатый Шао смотрел сквозь пыльное облако, заполонившее всё поле боя, его взгляд был чрезвычайно серьёзным.

Чу Вухуй оглянулся назад и снова пришёл в восторг, смеясь во всё горло:

– Брат Четырнадцатый Шао, не волнуйся, ты ведь сам сказал, что проигрыш в пари – не главное! Битва только началась. Возможно, мастера в чёрном ещё сумеют исправить своё положение, – эти слова были наполнены злорадством.

– Верно-верно! Это ещё не конец, и об исходе битвы говорить рано... – Четырнадцатый Шао посмотрел на него с натянутой улыбкой и сказал: – Если бы ты направил все свои мысли и желания в совершенствование, а не в бессмысленную болтовню, возможно, твои достижения уже давно превысили даже мои…

Чу Вухуй вдруг замер на месте, а затем злобно фыркнул и продолжил наблюдать за битвой.

Несомненно, этот бой привлёк внимание каждого человека. Даже предыдущим двум битвам не переплюнуть его!

Четырнадцатый Шао слегка сморщился, посмотрев немного на происходящее. Он будто что-то разглядел, и зловещая атмосфера постепенно накрыла его тело огромным колпаком…

Чен Инсяо внимательно следил за каждым изменением в выражении лица Четырнадцатого Шао.

Он прекрасно понимал, что среди всех присутствующих, самым проницательным является именно Четырнадцатый Шао, в этом вообще ни у кого нет сомнений. В этот момент он почувствовал, что Четырнадцатый Шао вдруг немного расслабился, поэтому не удержался от вопроса:

– Все знают, какой у брата Четырнадцатый Шао зоркий глаз. Так что ты можешь сказать, кто победит в этой битве?

Четырнадцатый Шао вздохнул, улыбнулся и, покачав головой, сказал:

– Исход этого сражения будет очень странным!

– Странным?

Все остальные резко посмотрели на него.

Все были крайне удивлены таким заявлением, ведь очевидно же, что победа на стороне трёх Священных земель. О какой странности он вообще говорит?

Разве здесь есть место для каких-либо странностей?

– В этой битве эти семеро братьев заняли абсолютное преимущество и уже сжали своих противников в плотное кольцо, из которого слишком сложно выбраться. Если смотреть с этой стороны, то победа однозначно на стороне трёх Священных земель… – Четырнадцатый Шао улыбнулся. – Но, на мой взгляд, ещё рано говорить о каком-либо исходе этого сражения!

– Как ты это понял?

– В этой битве есть три момента, которые вызывают у меня некие подозрения, но я пока не могу ничего сказать… – Четырнадцатый Шао задумчиво посмотрел в сторону Цзюнь Мосе, но ничего не сказал.

– Три сомнительных момента? – Чен Инсяо и другие стражи вдруг напряглись и сосредоточили свое внимание на поле боя.

Но там виднелись лишь блики длинных мечей отряда семи звёзд, переплетавшиеся в плотную сеть, которая окутывала их противников. Семеро мастеров в чёрных одеждах со стороны Цзюнь Мосе были сжаты в небольшое плотное кольцо. Казалось, что в любой момент существует опасность их полного уничтожения. Это похоже на маленькую лодку, которая отчаянно борется с рокотом бурных волн. И хотя это опасно, эти волны всё же не могут её окончательно поглотить.

Чу Вухуй некоторые время наблюдал за происходящим, а затем вдруг внезапно ударил себя по лбу и сказал:

– Твою мать, как оказалось, это снова необычная расстановка боевой силы! Сначала три, затем пять, а теперь и семь человек, да как такое возможно?!

Услышав эти слова, Чен Инсяо и Цяо Ин также сумели разглядеть некую тайну: семь человек со стороны Цзюнь Мосе хоть и держали оборонную позицию, однако они с самого начала придерживались особого боевого расположения. Все семеро прыгали вдоль и поперёк, туда и обратно, не меняя своей первоначально зафиксированной точки!

Такая странная позиция действительно невиданная: с виду расположение сил выглядит очень разрозненным и неаккуратным, но, если присмотреться, можно увидеть, что это повторяющиеся скоординированные движения, сливающиеся в единое целое. Может, у них и нет сил для атаки, однако их оборона абсолютно неуязвима!

Глядя на это, каждый вдруг помрачнел. Острота зрения этих мастеров находится на запредельном уровне, как они могли не увидеть такую идеальную защитную тактику?

– Первый сомнительный момент заключается в том, что обе стороны, заранее условившись на смертельный бой, даже с использованием своего оружия и находясь в довольно узких рамках перемещения, не получили не единого ранения! Это слишком странно! – Четырнадцатый Шао снова посмотрел на ожесточенную битву и поднял палец вверх. Он медленно продолжил: – В такой ожесточённой схватке, обе стороны не нанесли друг другу ни малейшего ущерба... Такое было бы невозможно, даже если бы в этом бою участвовали мы с вами… – Чен Инсяо и Чу Вухуй кивнули головами, нахмурились и ушли в раздумья.

– Второй сомнительный момент... С начала битвы между двумя сторонами не было слышно ни единого звука от удара меча! То есть... каждый из них атаковал, по меньшей мере, сотней ударов, а взмахнул мечом уж точно не меньше тысячи раз, однако никто ни разу не соприкоснулся с оружием своего противника! – Четырнадцатый Шао усмехнулся: – Разве не удивительно? Если до этого вам казалось всё обыкновенным, то сейчас это достаточно странно?

Послушав слова Четырнадцатого Шао, три стража тут же поняли свою неправоту и переменились в лице! Это не очень хороший знак, словно затишье перед бурей!

Как только она разразится, сверкнёт молния и загрохочет гром!

Боюсь, что как только в этой битве послышатся звуки соприкасающихся клинков, тут же появятся ранения или даже смерти! Кажется, что обе стороны готовят своё самое сильное наступление!

Как только обе стороны выйдут из этого тупикового положения, наступит кровавый ураган!

– Что касается третьего сомнительного момента... Опасность сменяется спокойствием и наоборот. Ведущий и ведомый постоянно меняются местами… Эта битва действительно очень занимательна! – Четырнадцатый Шао со странной улыбкой посмотрел на Цзюнь Мосе.

Глава 905. Грустная «Няня»

– Ведущий и ведомый постоянно меняются местами… – Чу Вухуй был поражён. Уставившись в упор, он смотрел на то, как их мастеров сжимают в кольцо, и с недоверием сказал: – Как это произошло? Как это возможно? Чёрт побери, неужели это действительно происходит?

Семеро мастеров, которые находились в безвыходном положении, подобно волнам, устремились к небу, как вода поднимается и опускается во время прилива, волна за волной формируя причудливые формы. Семеро же мастеров в чёрных одеждах, как рифы на берегу, оставались неподвижны!

Можно сказать, что это больше похоже на необычайно огромную горную цепь, окружённую бесконечным океаном, с острой вершиной, которая всегда остается нетронутой и ещё никогда не была полностью поглощена волнами!

Однако если внимательно присмотреться, то можно было заметить, что, хотя семь мастеров в самом деле захватили более 90% наступления, кажется, что противник уже подавлен и может быть полностью разбит в любой момент, но противник оставался незыблем, как гора. Критический момент не наступал, и, более того, вслед за непрерывной атакой семи мастеров, наступление отряда семи звёзд атаковало ключевые точки врага, поэтому семь мастеров использовали лишь половину своей силы на атаку, не забывая про свою оборону. Противник же, наоборот, не пользовался возможностью для атаки, а просто держал оборону. Похоже, они рассчитывали таким образом потянуть время... Так обе стороны атаковали уязвимые точки друг друга, но в то же время обороняясь. Это привело к странной ситуации, когда за всю битву длинные мечи Легендарного отряда Циша и семь кинжалов ни разу не соприкоснулись друг с другом.

Однако если внимательно понаблюдать, то можно было прийти к выводу, что ведущее положение займут вовсе не семь мастеров, которые похожи на бурлящие гигантские волны, а семеро мастеров в чёрных одеждах, которые заняли странное положение и сформировали необычное построение!

Можно сказать, что, вначале, благодаря своей яростной атаке, семь мастеров были ведущими, но как только их противники из команды «Семи Звёзд» или «Северный Ковш» постепенно развивали наступление, ситуация стала равной, а затем, с изменением боевой обстановки, инициатива незаметно перешла в руки противника... Только противник никогда не развивал наступление, а лишь постоянно держал оборону, что привело к ошибке… Таким образом, третий отряд, как и прежние, превратил поражение в победу, действуя так же.

Четырнадцатый Шао посмотрел на Цзюнь Мосе и, смеясь, сказал:

– Парнишка с фамилией Цзюнь! Где ты взял такую странную расстановку войск? Молодой господин, неужели твой мистический учитель научил тебя?

Когда он это сказал, трое стражей почувствовали огромное волнение, и в то же время были сильно удивлены!

– Брат Четырнадцатый Шао, неужели ты знаешь кто его учитель? Иначе говоря, неужели ты знаком с ним? – с блеском в глазах спросил Чен Инсяо.

Учитель Цзюнь Мосе всегда был большой загадкой! Даже если человек был гением, он не смог бы понять такие манёвры без помощи учителя! Учитель Цзюнь Мосе был поразительным человеком, только... Все это знают, но каждый сломал голову и так не додумался, кем же может быть этот человек, который смог изготовить такой волшебный эликсир и обучить необычного ученика, который сейчас действительно владеет уникальной техникой расстановки войск?

За это время в Священном дворце проанализировали почти все данные о мастерах за три тысячи лет, но все они исключались один за другим: его скрытая сущность бесконечна, он действительно слишком силён. Настолько, что не найти человека, который мог бы с ним соперничать. В этот момент послышался вздох Четырнадцатого Шао, будто он всё знал. Разве это может быть неинтересно?

Четырнадцатый Шао слегка посмеялся, а потом тихонько сказал:

– Учитель молодого господина... Я хотел бы отдать свой долг, только не было подходящего случая. Позволить молодому господину такое грустное существование… Подумай, кем он может стать... – они втроём вздохнули:

«Неужели Четырнадцатый Шао не сможет в полной мере вернуть долг? Какой он всё-таки человек? В общих чертах Четырнадцатый Шао, очевидно, не любил много говорить, но им троим было очень любопытно.

– Брат Четырнадцатый Шао, учитель Злого монарха... неизвестно за сколько жизней я смог бы добиться того, чего достиг ты, – осторожно сказал Чу Вухуй.

Этот вопрос смутил Четырнадцатого Шао, ведь даже он не понимал, насколько силён этот «Первый Небесный Владыка».

Он надолго задумался, а потом сказал:

– Он определённо сильнее вас всех. По сравнению со мной – очень трудно сказать, его сила непредсказуема и бесконечна... Я действительно не верю, что могу быть сильнее его! Даже если это будет борьба не на жизнь, а на смерть… Я не уверен, что смогу убить его! – честно сказал Четырнадцатый Шао.

Все трое слушали его, и можно было быть уверенным, он сказал это абсолютно искренне. Только поэтому трое стражей вдруг изменились в лице от ужаса.

Четырнадцатый Шао тоже не верил в победу… Разве это не значит, что этот человек, возможно, сильнее Четырнадцатого Шао? Кто был этот выдающийся человек, сочетающий навыки изготовления волшебных эликсиров, таблеток и технику необычной расстановки войск, которую они увидели сегодня?

Неужели существует такой человек? Почему за тысячи лет они никогда не слышали о нём?

Неудивительно, что Цзюнь Мосе так стремительно совершенствуется, оказывается, у него действительно есть учитель, который действует вопреки законам природы!

Как назло, Четырнадцатый Шао решительно отказался раскрыть конкретное имя этого таинственного человека, но это только добавило загадочности учителю Цзюнь Мосе!

Как раз в это время молодой господин Цзюнь задал один вопрос:

– Вы знаете моего учителя? Вы видели его?

Четырнадцатый Шао равнодушно вздохнул и сказал:

– Не видел, ты только запутал меня, я ещё не выяснил, кто он! Ты одурачил нас, мистификатор! Ты противен мне! Это ниже твоего достоинства! Позор! Честно говоря, это большая неудача встретить тебя! Действительно, несчастье, мать твою, – Четырнадцатый Шао говорил это с большим негодованием, и даже с некоторой обидой...

Как только он сказал это, Цзюнь Мосе понял, что этот парень, похоже, ошибся...

Через этот разговор молодой господин Цзюнь мгновенно осознал причину обиды Четырнадцатого Шао. На самом деле, Четырнадцатый Шао последовал за Цзюнь Мосе, потому что связал его хорошее знание техник отработки движений с непостижимым «Первым Небесным Владыкой».

Кроме того, Цзюнь Мосе слишком молод и попал под зоркий взгляд Четырнадцатого Шао. В глазах этого безумца, «Первый Небесный Владыка», вероятно, был на уровне с ним или даже сильнее. Такого мог достичь только Шенхуан.

Поэтому разумно признать молодого господина Цзюнь как «ученика великого мастера»!

На самом деле, если прикинуть в уме, то это будет самый разумный логический вывод! Обычно, когда он применял техники своего учителя в сражении с тысячью или даже с десятью тысячами человек, ни одному не удавалось уйти живым. Но молодой господин – уникален, такого больше нигде не найти!

Цзюнь Мосе определённо не собирался объясняться... Произошло недоразумение? Отлично! Как бы то ни было, Первый Небесный Владыка однажды очень помог Четырнадцатому Шао и теперь тот перед ним в большом долгу!

Для такого сумасшедшего, как Четырнадцатый Шао, достигшего крайней точки, очень неприятно быть кому-то должным. Хотя, если Четырнадцатый Шао увидит «Первого Небесного Владыку», то обсудит с ним причину, по которой он не должен иметь такое «отвратительное» прозвище, однако, он не делает этого, когда видит Цзюнь Мосе... А ещё этот благодетель сказал, что не может наблюдать, как тот терпит обиды, особенно, когда врагами Цзюнь Мосе оказываются его собственные враги... Поэтому сейчас Четырнадцатый Шао поддерживал Цзюнь Мосе. Ещё интереснее то, что как только возникло это недоразумение, Четырнадцатый Шао, заботившийся о Цзюнь Мосе, вдруг стал к нему жесток. Когда тебе насрать на всех, кроме себя, то как-то не хочется геройствовать, а когда и на себя насрать, то, вновь встретив Первого Небесного Владыку, и головы не поднимешь.

Поэтому сегодня Четырнадцатый Шао был обижен. Конечно, если бы он знал правду, что Цзюнь Мосе и есть так называемый «Первый Небесный Владыка», он бы сразу так надавал этому болвану, что тот год потом сидеть бы не мог.

Но, к сожалению, он не знал и едва ли узнает... Конечно, если бы молодой господин Цзюнь осознал, что его сила возросла до того же уровня, что и у Четырнадцатого Шао, он непременно сказал бы ему правду, потому что не стал бы бояться получить от него. Четырнадцатый Шао, конечно, задыхался от злости, но всё же должен был приложить усилия и успокоиться. Цзюнь Мосе же радовался, ведь он был уверен в себе!

Пока двое разговаривали, лица трёх стражей становились всё более и более безобразными, но не из-за него, а потому, что обстановка в бою постепенно переходила в неблагоприятную сторону для мастеров трёх Священных земель... Четырнадцатый Шао посмотрел на Чу Вухуя, и, наконец, его настроение слегка улучшилось: лицо Чу Вухуя, на котором только что была видна радость от достижения цели, вдруг стало красным от злости!

Он будет глотать этих живых червей одного за другим, а они, к тому же, ещё и дергаться будут, Боже! Когда он думал об этом споре, ему хотелось умереть или провалиться сквозь землю!

Цзюнь Мосе посмотрел на поле, и его настроение тоже немного поднялось. В текущей ситуации по-прежнему доминировали семь мастеров, а команда мастеров «Семи Звёзд» из подчинённых Небесного отряда Разрушителей Душ обладали превосходным мастерством, и при каждом манёвре мелькал белый свет. Чем дальше, тем расплывчатее виднелись силуэты. Судя по всему, наступил ключевой момент, определяющий, кто выиграл, а кто проиграл, кто умрёт, а кто выживет.

Глава 906. Обезглавить Циша!

Возможно, дальнейшая ситуация не очень серьёзно изменится после этого удара!

Несмотря на то, что команда мастеров «Семи Звёзд» из подчинённых Небесного отряда Разрушителей Душ в подлинном смысле этого слова занимала выгодное положение и обладала значительными преимуществами, это ещё не сулило им абсолютной победы! Цзюнь Мосе же нужна была лишь победа, и не просто победа, а решительная и уверенная победа, практически всухую! Однако нельзя забывать, что это всё-таки битва Достопочтенных мастеров второй ступени, и все они обладают очень стойкой живучестью!

Даже если одна из сторон будет находиться в очень тяжёлых неблагоприятных условиях, стоит им только немного напрячься, и они могут повернуть ситуацию так, что обе стороны потом окажутся в проигрыше!

Тогда Цзюнь Мосе удалось убить Достопочтенного мастера только потому, что, во-первых, он нанёс внезапный удар и застиг своего противника врасплох. А, во-вторых, в то время его силы значительно превышали силы Ся Дунтина, поэтому он с одного удара смог испепелить дотла каналы бедного мастера Ся, тем самым лишив его всех шансов на какое-либо сопротивление!

Иначе бы Ся Дунтин, будучи Достопочтенным мастером третьей ступени и обладая неукротимой способностью к самовосстановлению, не погиб бы так тихо и быстро!

Если бы он немедленно не был разрублен и расчленён! Ведь, если Достопочтенный мастер будет ранен прямо в сердце, и оно уже будет разбито на несколько частей, благодаря силе своей Суань он сможет прекратить кровообращение в своих грудных органах. И такое положение он может поддерживать как минимум более дня!

Однако сейчас бойцы отряда Семи Звёзд столкнулись с поистине опасной ситуацией. Их противники соединены между собой особыми братскими чувствами, если они все одновременно яростно бросятся в бой, их боевая мощь может наглухо разбить отряд, похоронив их заживо здесь!

Поэтому Цзюнь Мосе с самого начала решил использовать такую установку: попытаться ранить всех не так эффективно, как ранить лишь одного!

Изначально они должны придерживаться позиции крепкой обороны, и ни в коем случае сами не нападать на противника; медленно, но верно они должны добиться контроля над боем, копить преимущества, и затем, когда и выгодное положение будет иметь тенденции к решительной победе, они должны будут нанести внезапный и резкий удар, достаточный, чтобы ранить одного из противников, все семеро одновременно должны напасть на одного мастера! Этот удар должен быть резким и суровым, чтобы человек был немедленно ликвидирован с поля боя!

Нужно убить одного, чтобы разрушить действующий боевой порядок отряда Циша, не дать врагу достигнуть максимального расцвета и увеличения сил; пусть даже смерть одного из братьев заставит вспыхнуть их с новой силой и ненавистью, они захотят безумного возмездия, тогда следует снова принять положение глухой защиты, а потом, обезопасив себя, производить новые атаки до полного истощения врага, а потом можно будет нанести сразу мощный контрудар…

Разумеется, при самом идеальном раскладе, остальные шестеро мастеров будут так потрясены смертью своего товарища, что утратят внимательность и весь боевой дух, тогда будет ещё легче, и надо будет быстрыми и резкими ударами добить разгромленного врага, полностью уничтожив всех остальных шестерых человек!

Есть два варианта одной и той же ситуации. Они, конечно, различаются по масштабности, однако исход всё равно один. Непременно нужно полностью уничтожить врага, и не потерять ни одного человека со своей стороны!

И сейчас боевая обстановка двигалась именно в том направлении, которое предвидел Мосе…

Блеск мечей, словно проливной дождь, падал на землю, люди отряда Циша были по-прежнему спокойны и невозмутимы, и, хотя с самого начала боя инициатива находилась у них, и они уже потратили значительное количество своих физических сил, на их лицах не было ни намёка на усталость.

Силы их противника, несомненно, превосходили их ожидания, однако, учитывая их многолетний боевой опыт, такая несколько тупиковая ситуация их нисколько не пугала. Главное – продолжать держать инициативу в своих руках, и тогда это не принесёт большого ущерба!

Длительная оборона непременно в один миг даст сбой, все они, разумеется, очень хорошо знали эту военную истину. Тем более они обладали значительной боевой мощью. Пусть даже в случае тактики войны на истощение, им нечего бояться, ведь их противники довольно сильно уступают им в силах, разве может здесь возникнуть какое-то исключение?

В воздух взлетели блестящие кинжалы, словно десять тысяч маленьких светящихся огоньков. Семь чёрных фигур непрерывно менялись местами, их скорость постепенно увеличивалась, а движения становились более быстрыми и всё более ловкими…

Внезапно всё пространство заполнилось белым светом, и изначально тёмные силуэты куда-то внезапно пропали! Остался лишь серебристо-белый бурный поток, который в молниеносных маневрах кружился туда и обратно. Отряд «Семи Звёзд» успешно обратился в удивительно белый свет…

В эту минуту все зрители вскрикнули.

Ослепительное сияние кинжалов резко поднялось в воздух, а потом внезапно распространилось всеми цветами радуги во все стороны! Их сияние было настолько ослепляющим, что, казалось, в небе взошло ещё одно солнце!

– Подлецы! – внезапно раздался чей-то гневный крик.

Такое красочное зрелище завладело всем вниманием бойцов отряда Циша! Они совершенно не подозревали, что это хорошо спланированный многоходовой план их противника, и следующим шагом этого плана станет неожиданная атака этими же самыми кинжалами!

В эту минуту никто не знал, что их кинжалы превратятся в настоящие полноценные мечи!

Этот приём удивительно необычен! Какое расстояние их сейчас отделяет, меньше одного чжан? Неужто сейчас они бросятся в атаку?

В ту минуту, когда эта мысль появилась у бойцов отряда Циша, они немного насторожились, однако у них не было полной уверенности в этом, ведь такой ход, как минимум, был очень подлым и низким. Однако, как выяснилось в следующую секунду, у кинжалов, которые держали в руках эти семеро мастеров в чёрном, внезапно одновременно появились гладкие и светящиеся, словно метеоры, длинные клинки, и все они резко кинулись в атаку!

Это был удар, который ни духам, ни демонам не постигнуть!

Все семеро человек попытались блокировать их атаку, но этих клинков было слишком много. В этот момент все семь клинков, сформировав что-то вроде горы мечей, устремились по направлению к мастеру, который занимал центральное положение!

В этот момент свечение этих клинков стало ещё более ослепительным и пугающим! Опытный человек сразу бы заметил, эти клинки были не таким уж простыми! И он бы не ошибся! Это орудия настоящих убийц!

Внутри этих клинков были скрыты волшебные мечи! Ведь этих мечей было, не как предполагал Чу Вухуй – всего три и не больше – их было… Да каждый из трёхсот человек имел по такому мечу! Победа этого сражения заключалась в этих волшебных мечах!

В этот момент отряд Циша совершил три смертельных промаха. Во-первых, они не предполагали, что у их противника окажется ещё один слой в ножнах! Во-вторых, они не знали, что их клинки окажутся на самом деле волшебными мечами! И, в-третьих, они не рассчитывали, что их противники будут атаковать их прямо в сердце их отряда!

Вне зависимости от начала и конца атаки, надо всегда больше внимания уделять её центральной части. Они всегда следили только за обороной противника, однако полностью наплевали на их следующие действия. И только сейчас они поняли, как ошибались!

Блеск кинжалов противника был так силён и ужасен, словно сам дьявол раскрыл свой рот и показал свои зверские клыки!

Командир отряда Циша стойко принял все удары, которые обрушились на него. Раздался громкий звон железа, кинжал и меч соприкоснулись вместе!

Удары противника были решительными и смертоносными, он в спешке пытался обороняться. И, хотя его меч тоже был очень редким оружием, однако мечи Цзюнь Мосе были оружием совершенно другого уровня!

В итоге его длинный меч переломился, не выдержав ожесточенного напора врага! Нападение мечей-кинжалов не прекращалось, они били снова и снова! Кровавый глянец разлетался в разные стороны!

Этот безжалостный кинжал угодил прямо в плечо одного из мастеров, и чуть своим давлением не разорвал его грудную клетку! Давление настолько было велико, что он, не выдержав, рухнул на землю!

Он резко вскрикнул и нанёс мощный удар мастеру в чёрном прямо по груди, тот вскрикнул, его кинжал подлетел в воздух. Оба человека истекали кровью.

Вслед за тем, ни секундой раньше, ни секундой позже, последовал второй кинжал прямо в левое плечо мастера. Даже его лопатка была пронзена насквозь! Мастер протяжно закричал и пнул человека в чёрном в низ живота. От неожиданности и у того кинжал вылетел из рук!

Ци в его организме начала циркулировать, и начался процесс быстрой регенерации, однако у него уже не было надежды…

Так как третий и четвёртый удары угодили прямо в то же самое место, что и во второй раз! Он ещё не успел восстановить левую часть своего тела, как снова раздался удар, и рука отлетела на добрых пять чжан!

Это был ещё не конец, пятый и шесток кинжалы ударили в место первого ранения! У командира отряда Циша больше не было сил сопротивляться, он просто кричал, подняв глаза в небо, и смотрел, как бесконечное число кинжалов вгрызаются в его правое плечо!

Его правая рука подлетела вверх, по-прежнему крепко держа меч! С обеих сторон его тела показались внутренние органы! Кровь била огромным фонтаном!

Однако его ноги продолжали пятиться! Он, разумеется, понимал, что он уже не жилец, но всё же, он – командир отряда, и у него есть свои обязательства. Он прекрасно знал, что его смерть станет огромным ударом для его братьев, пусть он и умрёт, но он должен оставаться с ними до последнего своего дыхания!

По крайней мере, он должен сказать им последнее слово! Возможно, его слова помогут его братьям дольше сохранить свои силы! Однако жаль, что человек не всегда может делать то, что ему захочется. А командир уже навсегда потерял эту возможность!

Семь мастеров, семь ударов! Из его правой стороны тела вываливались внутренние органы, из левой торчали кинжалы! Его внутренности и даньтянь превратились в кашу.

Глава 907.1. Три Священные земли в критическом состоянии!

Ему хотелось закричать «Не обращайте внимания на меня!», или же «Отомстите за меня!»… Сказать хоть что-нибудь, чтобы его братья опомнились и пришли в себя, попробовать оградить их от такого же исхода, или сказать им, чтобы взяли соответствующую плату за его страдания!

Но как только он попытался открыть рот, его глотку уже пронзил острый и безжалостный кинжал! В одно мгновение все внутренности его ротовой полости превратились в фарш. Следующий шаг был не менее жестоким, чем предыдущий – новый удар пришёлся на место талии и разрубил его пополам…

Снова удар, и его несчастная голова подлетела высоко вверх! Пока она крутилась в воздухе, его глаза ещё продолжали смотреть, они были полны отчаяния и безысходности! Так как он увидел, что его братья уже абсолютно перестали себя контролировать, увидев его смерть! Каждый из них бездумно и оцепенело продолжал смотреть на него, убитый горем и печалью… Его голова непрерывно крутилась, как и его глаза. При виде своих братьев его лицо принимало жалобный умоляющий вид: «Не надо так убиваться по мне! Лучше подумайте про врага, будь осторожны!»

Всех шестерых братьев уже поглотила тяжкая скорбь, никто не обратил внимания на его последнее выражение лица, на его последнее наставление…

Наконец, голова командира отряда Циша прекратила своё движение… его глаза, наполненные бесконечным беспокойством и заботой, навечно застыли!

На словах все звучит очень долго и затянуто, однако, на самом же деле, от начала нападения отряда Семи Звёзд, и, заканчивая отрубленной головой командира отряда Циша, прошло мгновение!

Однако за это мгновение произошли такие безжалостные и крайне жестокие события! Командир отряда Циша, пребывая в состоянии совершенных физических и духовных сил, в одночасье превратился в настоящий фарш, и был обезглавлен!

Все люди трёх Священных земель пришли в оцепенение! На поле боя произошёл очень внезапный поворот, который никто из них никак не ожидал, всё произошло так быстро и так резко, и к тому же настолько кровожадно!

Части тела, которые были отброшены, ранее ещё не успели опуститься на землю, и по-прежнему продолжали кружиться в воздухе. Все, как один, застыли, наблюдая над этой ужасающей картиной. Все шестеро братьев бездумно бросились к месту, где был расчленён их брат…

Однако мастера отряда «Семи Звёзд» не теряли зря времени! Воспользовавшись моментом, когда их враг был убит горем, они тем же временем применили ещё более суровую и сокрушительную атаку!

Двое из них получили тяжёлые ранения, когда командир Циша мужественно пытался отбиться! Тем не менее это не повлияло на их сложившееся боевое расположение, и они, словно дикий тигр, изо всех сил снова бросились в атаку!

Мастерам Священных земель было трудно поверить своим глазам, ведь их родной брат, с которым они были бок о бок почти шесть сотен лет, в одночасье был убит! Родной брат ещё недавно был жив, а через миг уже стал трупом! Это такой огромный удар для них!

Мгновенно их глаза стали кроваво-красными, а в голове наступила пустота! Сердце разъедала пульсирующая боль, словно только что убили… тебя самого! Они забыли о времени, они забыли, где они находятся, в этот миг мир для них остановился!

Они неистово кричали изо всех сил, неоднократно повторяя имя брата и взывая к уже остывающим конечностям… Острые и безжалостные кинжалы врага были тут как тут. Хэ Чжицю и Хай Вуй одновременно громко закричали:

- Осторожней!

Силы обоих Шенхуанов были на высоком уровне, однако никто из братьев так и не услышал их криков. Наверняка, если бы в эту минуту началось землетрясение, они бы тоже этого не почувствовали!

В эту минуту в их головах не было ничего лишнего! Даже мысли о том, чтобы отомстить врагу за брата ещё не успели подняться в их головах, они были так убиты горем! Они скорбели по родному человеку!

В это время семь убийственных кинжалов с оглушительным свистом неслись на них!

…Они даже не применили Суань, чтобы защитить себя!

Хай Вуй громко закричал:

– Прекратите!

Его тело резко взлетело в воздух. Как только он поднялся, он сразу же обнажил свой меч. Если действительно угодить под раздачу его меча, даже семи Достопочтенным мастерам не поздоровится, а кто-то бы даже мог умереть в тот же миг!

В конце концов, их схватка продолжается уже довольно долгое время, их силы израсходованы как минимум наполовину, и, к тому же, некоторые из них ранены!

С противоположной стороны, словно облако, взлетела Мэй Сюэ Янь, она резко взмахнула своим мечом и спокойно произнесла:

– Шенхуан Хай, это бой не на жизнь, а на смерть! Если вы нарушите обещание и вмешаетесь, вас неминуемо ждёт потеря вашего звания!

Меч Хай Вуя сверкал как звезда, однако Мэй Сюэ Янь была также ослепительна, как снегопад, заслонивший солнце!

В мгновение оба мастера уже висели в воздухе над полем боя, озаряя светом всё пространство!

– Прекратите! – разгневанно закричал Чу Вухуй.

Мечи обоих мастеров уже практически соприкоснулись друг с другом, как Хай Вуй резко повернулся, возвратившись на своё место.

В этом коротком противостоянии Мэй Сюэ Янь всё равно была в более выгодном положении!

– Выиграл – значит, выиграл! Проиграл – значит, проиграл! Хай Вуй, разве тебе это незнакомо? Может, ты никогда не держал пари? – оба глаза Чу Вухуя налились кровью, и он строго сказал: – Это битва не на жизнь, а на смерть, и пусть ты не хочешь с этим мириться, ты должен это сделать! Ты должен стерпеть даже смерть человека! От этой войны зависит репутация трёх Священных земель! Думаешь, твоё легкомысленное вмешательство — это просто пустяк? Ты понимаешь, что ты мог испортить всю многолетнюю репутацию Священных земель в один миг?

Хай Вуй сквозь зубы произнёс:

– Но… они на самом деле очень жестоки…

– Что? Жестоки? Это прямая обязанность врага! В такой битве пуститься во все тяжкие, действовать жестоко и безжалостно – это лучшее решение! – Чу Вухуй фыркнул: – Изначально обе стороны обговорили условия битвы. Битва заканчивается только после смерти! Неужто ты этого не понимаешь? Люди Священных земель погибли, мне тоже от этого тяжело! Но даже когда настолько тяжело, нужно терпеть, условия должны быть соблюдены! Мы можем лишиться жизни, однако чести – никогда! – Чу Вухуй говорил грубо и жёстко, всё его лицо было наполнено гневом!

Глава 907.2. Три Священные земли в критическом состоянии!

Хай Вуй отступил, и, глядя на эту жестокую картину, не сдержавшись, залился горькими слезами…

В этот момент на поле боя уже не осталось ни одного мастера Священных земель в живых, все они были беспощадно убиты! Несколько человек даже так и не ответили на удар, и были немедленно убиты, на их лицах остались прежние страдание и скорбь…

Глядя на поле боя, Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. В его голове невольно раздались слова Мэй Сюэ Янь: «Они все – родные братья, которые никогда с друг другом не разлучались, они отлично понимают друг друга без слов… Однако такие глубокие чувства имеют как свою пользу, так и своё слабое место; если ранить одного, остальные тоже будут страдать, если убить одного, остальные потеряют всякую надежду!»

С этими семью братьями случилось именно это!

Когда Чу Вухуй говорил всё это, он был возмущён и очень расстроен!

По его мнению, то, что Хай Вуй решил внезапно вмешаться в бой, было огромным позором! Он опозорил не только себя, но и все три Священные земли. К тому же они проиграли уже в третьем бою, это очень удручало.

Разумеется, в его негодовании была и ещё одна причина, более существенная… Четырнадцатый Шао был здесь, и видел всё это своими глазами! Если бы он разгневался… из-за этого, боюсь, Хай Вуй сейчас лежал бы там так же, как те семеро мастеров… Выражения лиц Цяо Ин и Чена Инсяо были не лучше.

Четырнадцатый Шао наблюдал за всем происходящим со стороны, а потом строго произнёс:

– Три Священные земли, считавшие себя выше всех на протяжении более десяти тысяч лет, совсем прогнили… В любых делах они превозносят только себя любимых, отдают все свои физические и духовные силы для отстаивания только своих интересов, и никого другого не принимают в расчёт. В своих глазах они всегда правы, а их поступки всегда справедливы. Данная сцена и есть тому самое яркое подтверждение! – он мрачно рассмеялся и продолжил: – Если в обычном мире ты не будешь соблюдать законы, тебя сразу посадят в тюрьму, ну или просто обезглавят и покажут это на всеобщее обозрение. Однако на материке Суань царствует вседозволенность и распущенность… Здесь так не хватает хорошего законодательного органа! Люди здесь сами себе хозяева, каждый поступает по-своему и ему наплевать на мнение окружающих… Беззаконие в высшей степени! Однако везде должны быть какие-нибудь правила, сдерживающие факторы! Хотя бы для самых вопиющих преступлений… Однако нынешние три Священные земли на протяжении многих лет ликвидировали оппозицию, не брезговали никакими методами, и сейчас у них нет абсолютно никаких врагов! А когда у тебя нет врагов, у тебя нет факторов сдерживания. Поэтому нынешние три Священные земли в самом деле полностью разложились! Они ведут себя более высокомерно, так называемые понятия и законы материка Суань ими не соблюдаются! Однако кто мог подумать… Вред, который вы наносите всем, будет намного серьёзнее, чем от тех же самых Чужаков! Они хотя бы Чужаки и хотят разрушить материк Суань, а вы… Вы должны защищать его, а не разрушать!

Четырнадцатый Шао мрачно посмотрел на Хай Вуя:

– Вот, даже взять тебя. Ты стал настоящей злокачественной опухолью! Кругом разруха и разложение! И три Священные земли гниют уже на протяжении долгих лет! Чу Вухуй, как вы втроём сохраняете чистоту и не поддаётесь скверне? Я не знаю, но мне даже радостно от этого!

Когда Четырнадцатый Шао закончил говорить, Цяо Ин, Чен Инсяо и Чу Вухуй немного опешили.

А вслед за этим промокли от пота! На протяжении многих лет три Священные земли занимались снаряжением карательным походов против Чужаков, их цель всегда была – возвыситься над всеми остальными. Они всегда считались главными защитниками материка Суань, гарантами справедливости, пусть они и порой действовали весьма своевольно и разнузданно.

А Священный дворец никогда не считал, что Священные земли поступают как-то неправильно, а наоборот, в трудные времена он всегда приходил на помощь, оказывал поддержку; он всегда надеялся, что когда три Священные земли станут править миром, для материка это станет огромным счастьем и спасением…

Разумеется, ещё несколько тысяч лет назад таких мыслей не было и в помине, но по мере того, как противодействующие силы одна за другой исчезали, три Священные земли всё ближе и ближе подбирались к своей заветной мечте. И всё свершилось – наконец, они добились главенствующего положения и стали настоящими гегемонами материка Суань!

Даже все три вечных стража были рады за нынешний успех Священных земель! Это была честь, которой не удостаивались ни одни из всех предыдущих Священных земель!

Однако сейчас, после намёка Четырнадцатого Шао, все трое с ужасом обнаружили: если нет врагов, и они добились доминирующего положения, дальше всё, что их ждёт – это моральное разложение изнутри! Полная деградация!

Люди всегда драчливы и задиристы. Когда есть соперник – есть конкуренция, боевой дух постоянно увеличивается, каждый раз ты пытаешься превзойти себя, достичь новой высоты, но, однако, когда у тебя больше нет врагов и соперников?

Мир у твоих ног, повсюду подхалимство и лесть…

А это, естественно, развращает человека.

Появляется ещё одна очень серьёзная проблема – если нет соперников, тогда с кем же воевать? Тогда ты станешь биться сам с собой, воевать со своими мечтами и идеалами, но сколько, в конце концов, людей в состоянии одержать победу над собой? После этого люди попадают под контроль денег и славы, они внутри борются за власть и положение, и на деле просто фикция. С виду улыбка, а на самом же деле каждый строит козни против каждого… Даже не между всеми тремя Священными землями, а внутри каждой из них такая ситуация…

Если так и продолжится, кто в итоге будет следить за выполнением законов материка Суань? Кто будет следовать понятиям материка Суань? Это установлено этими же самыми людьми! Кто-то будет кого-то уважать? Однако материк Суань, в котором нет законов и справедливости… что это за материк?

Чем больше они думали об этом, тем в больший ужас приходили: если так продолжится и дальше, трём Священным землям не понадобится враг, они уничтожат себя сами!

Глава 908. Признать поражение? Ни за что!

– Четырнадцатый Шао… должен признаться, ваше наставление подействовало на нас весьма отрезвляюще! – Чу Вухуй с почтением склонился перед Четырнадцатым Шао и с искренностью сказал: – Если у трёх Священных земель ещё есть будущее… То это всё благодаря вашим словам! Пусть мы с вами друг другу враги, однако мне никогда не забыть этого сердечного чувства! Если даже наступит момент, когда господин Четырнадцатый Шао будет убит, мы внесём ваше имя в вечную стелу мудрецов прежних эпох!

Четырнадцатый Шао был в лёгком смятении:

– Глядя на трёх Священных земель сейчас, вы ещё думаете, что сможете убить меня? Чу Вухуй, будь добр, перестань мечтать! И думать забудь, чтобы внести моё имя в эту вечную стелу! Думаешь, этим поступком ты отблагодаришь меня? Ты только оскорбишь господина этим!

– Мечты это или нет, время покажет, – Чу Вухуй, рассмеялся. Отсмеявшись, он вдруг помрачнел и, стиснув зубы и топнув ногой, ответил: – Из-за сказанных вами слов, эту тысячу червей, я съем!

– О? Оказывается, ты изначально прикидывался? – Четырнадцатый Шао оглядел его с ног до головы и, многозначительно вздохнув, сказал: – В самом деле, вы достойны звания выходцев из трёх Священных земель, кто мог подумать, что вы посмеете отпираться даже от моего пари… Вот что называется «рыба гниёт с головы», сегодня мы в этом лично убедились…

Чу Вухуй тут же покраснел и попытался рассмеяться. В это время Цяо Ин и Чен Инсяо один за другим поклонились Четырнадцатому Шао. Они действительно были тронуты его словами.

Четырнадцатый Шао со вздохом сказал:

– Кто бы мог подумать, что я своими словами нечаянно смогу помочь своему же сопернику…

Все рассмеялись, однако лица трёх стражей по-прежнему оставались серьёзными; Четырнадцатый Шао сказал чистую правду. К тому же сейчас ситуация как раз уже достигла прескверного положения, как же что-то изменить?

Все трое нахмурились и долгое время думали, и в итоге пришли к выводу, что совершенно беспомощны… и невольно одновременно все тяжело вздохнули…

Чу Вухуй с удручённым видом объявил:

– Третий бой, победа за Злым монархом!

Цзюнь Мосе рассмеялся, глядя на семерых своих подчинённых, снова возвращающихся в войско, и, обращаясь к Чу Вухую, сказал:

– Старший Чу, премного благодарен вам, что вы дали мне победить вас! Что до того Искусного лотоса… половина боёв сейчас уже за мной! – он ждал ответа от Чу Вухуя, однако тот промолчал. Факт оставался фактом, что ещё можно было сказать на это?

Погибнув насильственной смертью, они были ещё страшно опозорены, и не только три Священные земли, но ещё и Священный дворец сегодня потерял лицо! Всего шесть боёв, а противник выиграл всухую уже целых три боя!

Цяо Ин долго раздумывала, а потом вдруг неожиданно заговорила:

– Цзюнь Мосе! Сейчас совсем не обязательно продолжать дальше сражения! Наша сторона проиграла, мы признаём своё поражение! Проиграл – плати, договор с лотосом остаётся в силе, и в назначенный срок он будет у тебя. Если мы решим так, как тебе такой расклад?

Цяо Ин была довольно не глупым человеком и уже давно поняла, что игра того не стоит! Обстановка на поле боя была очень странной и пугающей! Все люди трёх Священных земель были зверски убиты, а бойцам Цзюнь Мосе хоть бы хны!

Несмотря на то, что три боя ещё оставались впереди, все три великих стража уже утратили прежнюю уверенность в победе, а люди Цзюнь Мосе поистине удивительны, особенно их причудливые боевые расположения, результаты которых оказались очень разрушительными!

Если рассматривать вопрос под этим углом, то нетрудно предположить, что если Мосе нашел чудесные боевые расположения на троих, пятерых и семерых человек, наверняка у него есть в запасе и другие! Если Священные земли выставят десять человек, да хоть двадцать, у Мосе всё равно найдётся какая-нибудь впечатляющая боевая позиция, и она будет ещё более разрушительной и зверской, чем предыдущие!

В таком случае, если три Священные земли продолжат битву, не будет ли это значить, что они в прямом смысле этого слова идут на верную смерть? Пройдёт шесть боёв, вероятно, все они будут проиграны, все мастера будут убиты, и Мосе ещё достанется этот драгоценный лотос! Действительно, это просто не имеет смысла!

Поэтому Цяо Ин стремительно выдвинула предложение немедленно закончить сражение! Несомненно, это её решение является абсолютно верным и даже очень мудрым!

Чен Инсяо и Чу Вухуй не смогли этого разглядеть. Из-за их положения, выдвигать такое предложение для них неловко.

Никто не осудит Цяо Ин за то, что она предложила такой вариант, так как она, в первую очередь, женщина, и в этом её преимущество… Мужчины должны всегда оставаться верны своему слову, но женщины… Это исключительное право, которое женщины имеют от природы. Пусть даже эта женщина обладает очень высоким положением, или вообще является тысячелетней дьяволицей, всё же от начала и до конца она – всего лишь женщина, и этот факт никак нельзя оспорить, поэтому она спокойно может воспользоваться этим правом!

Действительно, два великих стража даже немного покраснели… Однако, что дороже: покраснеть разок или наблюдать, как одна за одной уходят жизни молодых мастеров?

«Закончить бой? Признать поражение? Они отдадут мне лотос?» – Цзюнь Мосе несколько опешил. Сейчас он думал совершенно о другом. Он обдумывал «Исполнитель законов материка Суань»!

Когда Четырнадцатый Шао невзначай упомянул этот термин, Мосе даже невольно подпрыгнул, услышав новое слово. Он не думал, что Четырнадцатый Шао проявит сознательность… или, возможно, это было спроста сказано, да не спроста услышано. Это слово попало Мосе в ухо и застряло в сердце.

«Я никогда не думал о том, чтобы подчинить себе поднебесную, или о том, чтобы управлять народом, но я…

Мог бы стать человеком, диктующим законы!

А раз ты создаёшь законы, ты непременно должен быть лицом при исполнении!

Исполнителем законов материка Суань!

Это же независимая сила, которая действует на материке Суань и за его пределами!

Если законы будут успешно приняты, тогда я буду обладать более возвышенным и почитаемым статусом, чем сегодня у трех Священных земель! И есть одно условие для этого: нужно покорить себе Священные земли!

Или, возможно, вообще полностью истребить!»

Он задумался об этом деле и совсем забылся, и в это время как раз кстати Цяо Ин спросила его. Её предложение немного ошарашило его, и он завис, издав только два звука:

- Эм? Что?...

В глазах других же людей он выглядел бабником, который уставился на Цяо Ин, и не мог ничего сказать вразумительного… Даже Мэй Сюэ Янь было стыдно за него, и хотелось его ударить.

«Что за человек такой? Чуть красивая девушка и всё! «Ааа… эээ» и не сказать ни слова…»

– Отлично! Раз господин Цзюнь не имеет возражений, на этом и порешим. На этом бои будут окончены! – Цяо Ин весьма уверенным тоном объявила. Однако её слова тут же были отвергнуты с трех сторон.

– Минуточку, кто это сказал, что у меня нет возражений? Разве я сейчас выразил согласие? – Цзюнь Мосе с грустным лицом спросил.

«Пусть ты женщина, у тебя есть право бессмысленно спорить, однако ты все-таки не можешь вот так решать за меня! Ты женщина, однако, ты не моя женщина!»

– Оговорено, что бой будет длиться до последнего вздоха! Прошла всего половина боев, как мы можем на этом закончить? Кто знает, может Священные земли обрушат контрудар и одержат победы! – смотреть, как непрерывно погибают люди трёх Священных земель, было поистине приятным зрелищем для Четырнадцатого Шао, и он сразу же высказал своё недовольство на счёт прекращения боя.

– Верно! Мы ещё не проиграли! Прошла только половина боёв! У нас есть ещё шансы на победу! Вряд ли у нас нет никаких шансов превратить поражение в победу! Есть ещё бой между мной и Цзюнь Мосе! Его вообще ни за что нельзя отменить! Я против этого предложения! – красный от злости Хэ Чжицю закричал во всю глотку.

«Погибло 15 мастеров с нашей стороны, и ни одного со стороны Мосе… разве это справедливо? Как можно принять это?»

Три Священные земли были непобедимы на протяжение нескольких тысяч лет. Как теперь смириться с полным разгромом со стороны какого-то никому неизвестного Злого монарха? Высокомерные и горделивые мастера трёх Священных земель разве смогут так спокойно смириться с этим фактом?

И ещё один немаловажный фактор: Священный дворец столько лет следил за своим главным сокровищем, и теперь будет вынужден своими же руками отдать его врагу… Для Хэ Чжицю и Хай Вуя разве это не самое большое унижение, какое только можно пережить? Они сами проиграли самую главную ценность их дворца…

Хэ Чжицю долго сдерживался, а потом всё-таки вспылил и гневно закричал:

– Оказывается, из-за того, что стражи боятся больших потерь, они готовы пойти на отчаянный шаг? Пусть если бы я погиб в этом сражении, вы бы так же спокойно признали своё поражение? – его тело дрожало, а голос почти свистел: – А как же величайшее сокровище дворца… лепестки искусного лотоса? Они необходимы для существования дворца…

– Это мы знаем и без тебя! – Чу Вухуй строго сказал: – Хэ Чжицю, сейчас ты просто должен подчиниться приказу! Что касается остального – это не твоё дело. Пока ещё не ты Владыка Священного дворца! – Чу Вухуй был как можно строг, и Хэ Чжицю сразу же заткнулся.

– Эм… я бы не хотел вас перебивать… Однако, кажется, я ещё не выразил своего согласия? – немного грустно сказал Цзюнь Мосе. – Как так, закончить бой? Я не хочу такой конец, я что, по-вашему, зря тренировал своих бойцов, чтобы всё закончилось вот так?

Глава 909. Кровь Яньди и Хуанди! Бесовской меч!

– Молодой господин Цзюнь, вы уже молча согласились, и не стоит этого отрицать… – Чен Инсяо спокойно сказал. – Пусть ты и хочешь продолжить эти бои, однако у тебя теперь нет противника. Неужто твои люди будут биться сами с собой? Если так, то мы с радостью посмотрим на это фееричное шоу!

Цзюнь Мосе выпучил глаза. Он не знал, что великий страж, воин такого высокого уровня, будет разговаривать с ним так.

– Три великих стража, пусть наша сторона не будет принимать участия в двух последующих сражениях, однако у нас с вами есть один договор… – сказал Хай Вуй: – Просто вне зависимости от того, каким будет исход, все мы трое должны будем разок обменяться опытом друг с другом. Поддержите нас в этом?

«Обменяться опытом?» – Цяо Ин и два остальных стража переглянулись. Если это будет не битва на смерть, тогда все трое смогут увидеть и оценить силы Цзюнь Мосе… Неплохой вариант.

Четырнадцатый Шао тоже очень воодушевился:

«Если будет несколько боев, благодаря Цзюнь Мосе можно будет заметить таинственные приёмы «Первого Небесного Владыки», не так ли? Ведь у нас с ним есть один договор о сражении, однако у меня сейчас нет и капли уверенности для этого…»

Все четверо с интересом посмотрели на Мосе, а он со смехом сказал:

– Кажется, я ещё не согласился, а вы уже решили?! Главное, что скажет молодой господин, я не собирался с вами совещаться!

Чен Инсяо сказал:

– Если ты не согласишься, я вместе с Чу Вухуем пойду обмениваться с тобой опытом. Так или иначе, мы двое – тоже представители Священных земель, и это не будет считаться, что мы нарушили договор…

«Что?! Это не будет считаться, что мы нарушили договор?!» – эта фраза испугала Цзюнь Мосе. Он вспомнил стычку с Цяо Ин, и понял, что ему несдобровать.

Цветки лотоса уже почти у него в руках, разве ему так уж и надо настаивать на этом сражении?

«Боюсь, эти трое вряд ли отпустят меня в живых и, возможно, будет всё как раз наоборот, ни к чему хорошему это не приведёт…»

А в этой битве обе стороны не станут воевать друг с другом до смерти.

– Кто из вас троих выйдет? Хэ Чжицю, ты? – спросил Чу Вухуй.

– В этом бою брату Хэ не следует участвовать, я сам встречусь с этим Злым монархом, – со стороны Священных земель появился один человек. Кто бы мог подумать, это был Чжань Мубай! Жар с его лица исчез, он был спокоен и невозмутим. Куда же пропал его позорный вид?

Тон голоса Чжань Мубая был особенно серьёзным!

От него несло странным угнетением.

Четырнадцатый Шао внимательно осмотрел Чжань Мубая с головы до ног. Никто не обладал умением снимать наложенный им приём «Закалённой души Инь-Ян!», однако сейчас Чжань Мубай выглядел совершенно обычно. Это очень удивило Четырнадцатого Шао!

Он снова внимательно посмотрел на него, его глаза сверкнули, и он сам себе сказал:

– Вот оно что…

По телу Чжань Мубая проходили очень мощные энергетические колебания, а того быть не должно с Шенхуаном.

Похоже, этот человек применил какой-то сильный, но при этом зловредный приём для этого. И этот приём смог подавить предыдущие ранения! В это же время приём Четырнадцатого Шао тоже был подавлен!

Такой удивительный и опасный приём передавался из уст в уста в Священных землях: «Закон Кровавого Излома!» Этот приём был крайне опасен, и после его применения человек мог прожить очень короткий промежуток времени!

Однако ранения, которые он будет получать в этот промежуток времени, будут немедленно восстанавливаться, к тому же, он на время сможет продвинуться на один уровень! И, самое важное – человек не сможет самостоятельно запустить в ход этот приём! Ему обязательно потребуется помощь другого человека!

Похоже, в это время Чжань Мубай был на волосок от смерти… Неужто он собирался забрать Цзюнь Мосе вместе с собой? Глаза Четырнадцатого Шао сверкнули, и он задумался.

– Молодой господин тоже будет рад обменяться опытом с Шенхуаном Бай! – на лице Мосе застыла холодная улыбка.

Чжань Мубай совершил неожиданное нападение на Мосе в Тянь Фа, и чуть не убил его. Это было во-первых, а во-вторых – Королева Змей по-прежнему находилась между жизнью и смертью! Эта была смертельная ненависть, о которой Мосе не мог забыть ни на секунду. Когда он увидел, как Чжань Мубай вышел, в его глазах загорелась ненависть, и он без раздумий согласился на этот бой!

Оба человека хладнокровно улыбнулись друг другу. Густая, удушающая жажда крови распространилась повсюду.

Цяо Ин и Чу Вухуй, глядя на накаляющуюся остановку, покачали головами. Пусть эти двое сказали, что будут «обмениваться опытом», однако все понимали, эта битва будет не на жизнь, а на смерть!

– Ты можешь отклонить этот бой! – серьёзно произнёс Четырнадцатый Шао.

– Да, разумеется, я могу отказаться. Я тоже знаю, что Чжань Мубаю осталось прожить считанные минуты, но… я не смогу с этим смириться! Если Чжань Мубай и сдохнет, то только от моей руки! – Цзюнь Мосе очень холодно сказал: – Не надо говорить, что он не умрёт. А если он умрёт не от моей руки, я вытащу его из Преисподней, и убью заново! Так как он ненавидит меня, я тоже найду его, чтобы свести с ним счёты!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул:

– Избежать сегодняшней битвы просто невозможно! Это обещание, которое я дал самому себе! И еще, которое дал… ей! – его тело сверкнуло, и он, полный решимости, вылетел на центр поля.

Четырнадцатый Шао, Чен Инсяо и Цяо Ин промолчали. Из всех них Цяо Ин была очень шокирована словами Цзюнь Мосе. В них было столько ненависти и злобы… смертельной ненависти.

На поле боя раздался оглушительный свист ветра. Оба мастера, без лишних слов, сразу же приступили к бою! Не было и намёка на вступительную речь.

Потому что это было совершенно бессмысленно. У Чжань Мубая и так оставалось очень мало времени! А Цзюнь Мосе считал, что любые слова будут излишни для такого подонка, как Мубай!

Однако эти двое преследовали только одну цель: во что бы то ни стало уничтожить своего соперника!

Поэтому с самого же начала Чжань Мубай применил свой коронный приём! Бой ещё не начался, а он уже заблокировал все пространство «Тюрьмой Тяньди». Его особый приём «Палящий зной Суань» постепенно распространялся во все стороны!

После применения этого приёма, воздух вокруг стал горячим и сухим, а духота всё нарастала и нарастала. Даже из трупов, лежащих на поле боя, стал показываться дым, а потом возник огонь, и мерзкий запах палёной плоти наполнил собой всё пространство…

Повсюду бушевало ослепительное пламя, все зрители были настороже!

Этот бой был очень невыгоден для Цзюнь Мосе! Применив метод «Закона Кровавого Излома», Чжань Мубай не только приблизил свой смертный час, но и заметно увеличил свои способности на короткий промежуток времени, теперь он фактически считался Шенхуаном четвёртой ступени!

А Цзюнь Мосе, как максимум, обладал силами Шенхуана третьей ступени! У них была очень большая разница в силах, как он должен был противостоять такой силе? Все присутствующие очень тревожились и переживали за Мосе, однако это совершенно ему не помешало, и он нанёс первый удар!

В одночасье на глазах у всех Цзюнь Мосе, словно белый орёл, вознесся резко в воздух и в один миг достиг Чжань Мубая!

Сверкнуло острие меча, и внезапно ослепительная и надменная аура наполнила собой пространство! Словно древнее божество, которое резко открыло глаза от глубокого сна, распространяя совершенное и всемогущее величие вовне! Божественный миг, кровь Яньди и Хуанди!

Извлечь из ножен!

На этот раз этот меч получил силы мастера уровня Шенхуана! И хотя этот Шенхуан был подлым человеком, его совершенствование было предельно чистым и стабильным!

В момент, когда волшебный меч был извлечён из ножен, а всё пространство заполнилось ослепительным светом, произошли странные изменения. Внезапно всё окрасилось в кроваво-красный цвет!

Этот цвет был настолько густым и насыщенным, что он даже смог поглотить знойную жару Чжань Мубая!

Это были настоящие силы этого волшебного меча! Цзюнь Мосе до этого ещё не производил этого сочетания с Суань!

Четырнадцатый Шао первым почувствовал это дыхание, и его глаза невольно увеличились. На лице появилось выражение дикой паники, которое не появлялось на протяжении 1300 лет!

– Как… как это возможно? Этот меч – словно бес во плоти! – сорвалось с языка у Четырнадцатого Шао: – Бессердечный дух, поглощающий удар Тяньди… неужто предсказания правдивы, эта вещь действительно имеет силу?

Все трое стражей были очень потрясены и не могли поверить своим глазам.

Чжань Мубай уже был готов завершить схватку. Он находился в выгодном положении, однако стоило Мосе обнажить свой волшебный меч, как обстановка резко изменилась, и явно не в сторону Чжань Мубая!

Этот меч явно нельзя было рассматривать, как обычное «волшебное оружие»! Как сказал Четырнадцатый Шао, этот меч был настоящим бесовским оружием! Цзюнь Мосе свистнул и поднялся ввысь! Кровь Яньди и Хуанди легонько отозвалась, словно это был крик дракона, а потом сменила его песня феникса! Грозный дух истребления кровожадно и настойчиво распространялся во вне!

Глава 910.1. Не надо меня злить!

Сильнее всех под впечатление попал, разумеется, сам Чжань Мубай!

Вообще говорят, что со стороны виднее. Однако в этой ситуации этот закон не работал! Для Чжань Мубая противник его был сам всевышний, владыка и повелитель его! Он имел власть не только над его жизнью, но и над его душой! Не стоит и говорить о каком-то сильном и молниеносном сопротивлении, даже крошечная мысль о непокорстве сейчас была равносильна демонстрации огромнейшего неуважения! Серьёзный удар по его собственной гордости!

Свирепая жестокость, которая ещё недавно заполняла зрачки его глаз, в эту секунду полностью бесследно рассеялась, остались лишь едва различимые краски паники и ужаса, в этот момент словно все его могущественные силы разом покинули его тело, не осталось и малейшего намёка на их существование!

Длинный величественный меч, которые ещё недавно он так уверенно держал в своих руках, сейчас же казался неподъёмным, не говоря уже о том, чтобы иметь силы как следует привести его в действие!

Такое непостижимое искусство владения мечом!

Такие удивительные приёмы! Откуда они, в конце концов, и как звучит их имя?

Меч ослепительно сверкнул, снова удар: хотя Чжань Мубай и был в центре битвы, он чувствовал себя, словно он находился где-то не здесь. Однако в этот опасный момент, когда резкая боль пронзила его тело, он внезапно очнулся и в спешке схватился за свой меч, отстранённо свисающий в безвольной руке, и с яростью поднял его вверх!

Каждый понимал, что Чжань Мубаю осталось жить совсем недолго, и Цзюнь Мосе был не намерен оставлять его в покое! Он не даст ему погибнуть от ответного удара Суань. Чжань Мубай, разумеется, умрёт, но только при одном условии: во что бы то ни стало он должен сдохнуть от руки Цзюнь Мосе, и другого исхода Мосе не примет! Всегда невозмутимый и спокойный Мосе, он должен своими собственными руками отрубить ублюдскую башку Чжань Мубая, только тогда ненависть покинет его сердце, и справедливость наконец-то восторжествует!

Можно сказать, что этот бой – это дебют для Цзюнь Мосе! Сейчас ему следует применить самые зверские и жестокие методы, чтобы как можно быстрее избавиться от ничтожного Чжань Мубая! Этим поступком он надолго прославит имя Злого монарха!

Выход Злого монарха: бой первый!

Столкновение с Шенхуаном!

Раздался звонкий звук, оба меча соприкоснулись. Мосе обрушил удар сверху, Чжань Мубай оказался в тупике, он был не в состоянии нанести ответный удар!

Раздался громоподобный грохот, сгустки энергии, видимые невооружённым глазом, сформировали что-то наподобие цветового кольца, которое непрерывно увеличивалось, медленно распространяясь вокруг, заполняя собой всё пространство. Внезапно всё поле боя, и даже слой почвы толщиной в один чжан начал неистово трястись и крутиться, поднимаясь всё выше в воздух! Будто ураганная волна, наполненная блестящими, как серебро, обломками. В этот миг казалось, что всё пространство вот-вот разлетится вдребезги!

Поверхность земли размером где-то в 40 чжан, в одно мгновение заполнило огромное количество нескончаемых трещин, бесчисленное множество корней деревьев вынырнуло наружу! После этого столкновения, все приёмы Чжань Мубая, включая его коронный приём «Знойной жары» превратились в ничто и потеряли всякую силу!

Все присутствующие остались под сильным впечатлением от такого могущественного величия!

Все уже заранее и так предполагали, что этот Злой монарх очень силён, иначе, как бы у него хватило смелости бросить вызов всему миру?

Однако предполагать – это одно, а увидеть собственными глазами – это совершенно другое, к тому же мало кто знал, что этот, так резко появившийся из ниоткуда Злой монарх окажется настолько сильным! Шенхуан третьей ступени получил удар от Шенхуана четвёртой ступени, и при этом он ещё остался в выгодном положении!

Вдобавок к этому у него за спиной его загадочный учитель.

Если его ученик добился таких успехов, каков должен быть тогда сам учитель… Страшно представить, насколько потрясающей силой он может обладать!

В одно мгновение Чен Инсяо и Чу Вухуй переменились в лице!

Цзюнь Мосе слегка свистнул, и эта дрожащая земляная силища резко взлетела вверх!

Чжань Мубай успел только слабо вскрикнуть, как обе его ноги уже полностью скрылись под землей! Увидев это, он внезапно громко крикнул, сделал оборот телом, и слой почвы снова начал вращаться и подниматься вверх, а потом с гулким грохотом разлетелся в разные стороны. Чжань Мубай же устремился ввысь, пытаясь снова настигнуть Цзюнь Мосе!

В этой смертоносной схватке непобедимый меч Чжань Мубая, с которым он был неразлучен не одно столетие, получил очень серьёзную трещину, он практически был расколот на две части!

А этот меч имел большую славу, давно став легендарным оружием… Великий меч духа войны!

Он был сделан из особого материала, острый, как бритва, несокрушимый и супер прочный. Можно сказать, что этот меч общепризнанно завоевал звание самого непобедимого меча материка Суань!

Чжань Мубаю по счастливой случайности удалось завладеть этим мечом, и это было судьбоносным событием. После этого у него не было ни одного поражения! Можно даже сказать, что в том, что он стал блестящим Шенхуаном, состоит немалая заслуга этого удивительного меча!

Однако после мощного удара меча из крови Яньди и Хуанди, знаменитый меч Чжань Мубая раскололся почти пополам!

В таком случае, что за непостижимое оружие представляет собой меч Цзюнь Мосе?

Как бы то ни было, за исключением этого легендарного меча духа войны, в этом мире вряд ли найдётся оружие, способное оказать хотя бы малейшее сопротивление мечу Цзюнь Мосе! То, что этот легендарный меч всё-таки смог выстоять, только получив одну трещину, как нельзя лучше подтверждает его былую ослепительную славу!

В эту минуту у Чжань Мубая не было времени для сожаления по своему верному товарищу. Все его мысли были заполнены только лишь ненавистным врагом – Цзюнь Мосе! И пусть это он был виноват перед Мосе, а не Мосе перед ним, всё, чего он хотел – это только прикончить маленького мерзавца!

Он – опасный и коварный злодей и убийца! Такой гадкий и отвратительный! Ему было так досадно, ведь сейчас Цзюнь Мосе был далеко не таким, как в прошлый раз, тогда он не был начеку и экономил силы для отпора, а сейчас молодой мастер Цзюнь не только обладал потрясающей силой, но и был предельно осторожен и внимателен. Он надменно смеялся, а его волшебный меч в одно мгновение разбивал вдребезги энергетические вихри, направляемый ладонью Чжань Мубая!

Новый удар, и оба меча снова схлестнулись в суровом рукопожатии!

Прозвучал лёгкий звон, и меч Чжань Мубая окончательно раскололся на две части. Верхняя часть с присущим ей холодным сиянием отлетела вверх, издав жалобный «звяк». Глаза Мосе сверкнули, его нога резко двинулась в сторону холодного сияния, и он пнул ту половину меча.

Верхняя половинка меча, казалось, и вовсе жила собственной жизнью. Она внезапно развернулась и с бешеной скоростью полетела обратно, прямо к Чжань Мубаю! Словно как раз бывший владелец и привёл этот меч к такому плачевному исходу, словно он главный преступник и злодей!

Меч Чжань Мубая был сломан на две части, сила его меча наслаивалась на силу меча Цзюнь Мосе, и давление было таким, что его уже почти рвало кровью. Как раз в этот момент вторая половина меча с треском вернулась к своему хозяину. Сила была подобна раскату грома!

Первая половина меча всё ещё находилась в его руках, и он с резким звоном отразил удар второй половины меча, летевшей на него. Однако в этот самый миг меч Мосе находился уже совсем рядом! Сила меча была такой мощной, что по всему телу Чжань Мубая пробежали мурашки.

В эту секунду Чжань Мубай не думал о смерти, столкнувшись с сокрушительным ударом меча Цзюнь Мосе, он по-прежнему сохранял спокойствие. Потом он дико рассмеялся и, не говоря ни слова, кинул остаточную часть меча, целясь прямиком в сердце Мосе!

В это же время все его тело выпрямилось в воздухе, и он с яростной силой ринулся атаковать Цзюнь Мосе! Каждый удар содержал всю Суань, которой он обладал! Относительно смертельного меча, несущегося на него, этот поступок был, несомненно, очень опасным!

К тому же более чем очевидно, что целью этого удара было как раз найти общую смерть с Мосе!

Однако в следующее мгновение тело Мосе внезапно пропало из поля зрения. Он пропал всего лишь на миг, а потом снова появился, в том же самом месте и в том же самом положении, только половина меча, которая направлялась, чтобы убить его, уже пролетела мимо и скрылась где-то в пустоте.

Глава 910.2. Не надо меня злить!

Это было ещё одно очень странное явление, которое крайне трудно было объяснить. Меч никак не соприкоснулся с телом Цзюнь Мосе, словно от начала и до конца там было лишь пустое место…

Чен Инсяо и Чу Вухуй одновременно посмотрели на Цяо Ин. Как-никак, это она была опытным человеком по части приёмов исчезновения!

Цяо Ин покачала головой:

– Хотя он обладает искусством исчезновения, но, по сути, применив этот приём, несмотря на то, что невооружённым взглядом трудно рассмотреть твоё присутствие, всё равно ты по-прежнему существуешь здесь и сейчас, а, следовательно, это означает абсолютную невозможность избежать удара. Однако, благодаря этому приёму, который сейчас применил Мосе, очевидно, что ему удалось избежать удара. Но я совершенно не поняла, как это работает… Очень странно…

Страх в глазах этих двух становился ещё сильнее!

Повернув голову, они вдруг увидели, что из спины Чжань Мубая уже торчит острие меча, а кровь мощным фонтаном хлещет во все стороны! Неизвестно в какой именно момент, но Цзюнь Мосе успел воткнуть меч прямо в сердце Чжань Мубая!

Чжань Мубай даже не обратил на это внимания, он лишь ожесточённо продолжал свои атаки, целясь в голову Цзюнь Мосе! Мосе холодно усмехнулся, вырвал свой меч, и с лёгкостью увернулся от его жалких нападок!

Вонзив меч, он не стал приводить в движение процесс культивации и останавливать пульс Чжань Мубая. Во-первых, это было бы слишком милосердно по отношению к нему. Хотя Мосе и хотел уничтожить Мубая, ему ещё надо было как следует подумать над способом, которым он убьёт его.

Ну уж точно не так просто!

Меч сверкнул, и потом резко исчез; Цзюнь Мосе решил отложить клинок и воспользоваться ладонью. Он громко закричал:

– Чжань Мубай! Готовься отдать должок!

Обе его ладони остались без изменений, лишь медленно опустились вниз, однако атмосфера сильно поменялась. Сила, исходящая от ладоней, была такой угнетающей и тяжёлой, словно непоколебимая гора резко нависла над ними!

Однако Чжань Мубай и не думал так просто сдаваться. Надеясь на счастливый исход, он тоже вытянул свои ладони, и четыре ладони соприкоснулись в мощнейшем столкновении. Чжань Мубай жалобно пикнул, и кровь хлынула из его рта. Раны на его теле, которые прежде поддерживала Суань, в мгновение открылись, и из двух огромных дыр одновременно брызнул кровавый фонтан!

Он в спешке снова попытался нанести удар ладонью, однако, что его удар значит по сравнению с ударом Мосе?

Его тело стало падать, но он продолжал сражаться из последних сил, он никак не хотел мириться с таким исходом.

Цзюнь Мосе тоже не думал останавливаться. Он продолжал обрушивать удары на него. Неустанно раздавались грохочущие удары, вплоть до того, когда тело Мубая не достигло земли, Мосе продолжал неустанно преследовать его.

От начала и до конца непрерывно его удары приходились в одно и то же место, раздавался хруст сломанных костей, словно кто-то жарил бобы на сковородке. Поле боя окутало облако пыли, все присутствующие разом в страхе подскочили на месте, услышав эти ужасные звуки. Им было страшно подумать, на сколько тысяч осколков были раздроблены кости бедняги Мубая…

Внезапно раздался оглушительный свист, из середины поля на 30 чжан ввысь влетел Цзюнь Мосе, он громко рассмеялся и прокричал:

– Чжань Мубай, натворив дел, всегда надо платить по счетам! Такой конец как нельзя лучше подходит для такого подлого человека, как ты!

В руках он держал безжизненное тело, словно сушёную рыбу! Тело было обмякшее до такой степени, что Мосе мог держать его в одной руке и трясти, а оно извивалось, как змея!

Живучесть Шенхуана и правда удивительная штука, но, достигнув такого состояния, Чжань Мубай был убит!

Внизу люди из трёх Священных земель с мрачными лицами пристально продолжали смотреть на это представление!

Таким поведением Цзюнь Мосе ответил мощную пощечину всем трём Священным землям!

Однако они должны смириться с этим…

Трое стражей и Четырнадцатый Шао выступают в роли свидетелей, они никак не могут вмешаться. Да даже если и вмешаться, не будет ли это только на руку противнику, так глупо идти на верную погибель?

Обезглавленное тело Чжань Мубая полетело вниз. Где-то на полпути к земле, внезапно струйка белого дыма возникла откуда-то из его шеи, которая в последствии очень быстро приняла «человеческий облик». Ростом не больше полуметра, но с руками и ногами, даже с глазами и носом. В самом деле Чжань Мубай, только уменьшенный в раз десять!

Дух умершего!

Такое возможно только на уровне Шенхуана и при особых обстоятельствах. В случае смерти Шенхуана появляется такое астральное тело, его можно видеть, однако это не живое существо.

Если это астральное тело сможет счастливо спастись, оно может найти человека и переродиться в него. Возродиться вновь, при этом сохранив воспоминания о своей прошлой жизни! Самое главное, что такое «астральное тело» нельзя уничтожить с помощью Суань.

Только Шенхуаны, погибшие от рук тёмного дыхания Смерти, не могут иметь такую душу. Например, если умереть от рук Четырнадцатого Шао…

Крохотное астральное тело в мгновение поднялось вверх, его лицо выражало ужас и панику, потом оно опустилось в надежде сбежать.

Цзюнь Мосе вскрикнул:

– Оказывается, существует ещё и такая занимательная вещица!

Он взмахнул рукой, собираясь прибить его, однако оно оказалось немного дальше, чем он рассчитывал, и оно не получило никаких ранений…

Это тело посмотрело Мосе прямо в глаза, с пронизывающей до костей насмешкой и ненавистью, вперемешку с презрением!

Цяо Ин тут же рванула вперёд. В её намерениях было взять это астральное тело себе, хорошо заботится о нём, потом найти подходящего человека для нового перерождения. Три Священные земли могли бы приставить охранников к нему, а после его нового рождения на свет вернуть в Священные земли и вырастить как следует!

В конце концов, такая трагедия, случившаяся с Шенхуаном, требует вмешательства. Если бы Шенхуан ушёл по своей воле, астральное тело не появилось бы.

Новый человек мог сохранить все знания, способности и силы, которые были у него в прошлой жизни, он бы стал удивительным воином! Потребуется совсем немного времени, и он может превратиться в непобедимого первоклассного мастера! А его подвиги могут быть даже выше, чем в прошлой жизни!

Маленький человек, увидев приближение Цяо Ин, испытал настоящий искренний восторг. Он почувствовал покровительство и защиту. Повернувшись, он отвесил причудливый жест Цзюнь Мосе, на его астральном лице были крайние злоба и ненависть! Цзюнь Мосе удивлённо хохотнул, этот жест словно означал «Я ещё вернусь!»

Очевидно, Чжань Мубай хотел сказать, чтобы Мосе ждал его, и он вернётся отмстить ему!

Мосе рассмеялся и язвительно произнёс:

– Ты правда считаешь, что тебе представится такая возможность? И не мечтай, ублюдок!

Он повернул свою правую руку, и из кончиков его пальцев показалось чёрное пламя. Он взмахнул рукой, и пламя со свистом полетело в сторону этого астрального человечка. Какой-то неведомой силой он вдруг был обездвижен, и словно сам двигался навстречу пламени!

В это время Цяо Ин находилась всего лишь на расстоянии менее пяти чжан от них!

Чёрное пламя стремительно окутало астрального человечка, на его лице показалось выражения лютого горя…

Все присутствующие там, включая Четырнадцатого Шао, отступили на шаг назад, все они почувствовали неимоверный ужас, даже Четырнадцатый Шао почувствовал себя очень неуютно и незащищено…

Откуда вообще это пламя? Оно смогло нанести урон даже несокрушимому астральному телу… Эта вещь выходит за рамки возможного всех присутствующих там!

Цяо Ин резко остановилась и закричала:

– Цзюнь Мосе! Зачем тебе это? Чжань Мубай уже и так мёртв! Зачем тебе убивать ещё это астральное тело?

Цзюнь Мосе спокойно сказал:

– Шенхуан Чжань в самом деле мёртв? Странно, а ты не видела, как этот маленький гуманоид помаячил мне, чтобы я ждал его возвращения? У меня не такое большое терпение, чтобы ждать его ещё тысячу лет. Поэтому я решил устранить эту проблему раз и навсегда, разом избавиться от лишних хлопот!

Цяо Ин была настолько зла, что ей было трудно что-либо ответить, она учащенно дышала, лицо её в мгновение залилось красным цветом, и она сквозь зубы с трудом произнесла:

– Цзюнь Мосе! Твои приёмы так жестоки! Даже его душу ты не смог помиловать… Ты, ты… ты… да это же равносильно тому, если бы ты голыми руками убил младенца! В тебе… нет ни капли человечности!

– Что, младенец? Ты говоришь про обычного младенца? Да ты хоть понимаешь, что если бы этот младенец вырос, запомнив при этом все подробности этого дня, сколько людей семьи Цзюнь могут погибнуть в будущем от его рук? – Цзюнь Мосе язвительно рассмеялся, и специально акцентировал внимание на этом слове «младенец»: – Разве его жизнь намного ценнее жизней многих членов моей семьи?

От астрального тела оставалась только кучка пепла, но всё же продолжала гореть, а вместе с ней и земля вокруг…

Глава 910.3. Не надо меня злить!

Мосе взмахнул рукой, и тёмное пламя в мгновение возвратилось в его руки, сверкнуло, а потом и вовсе исчезло.

Со всех сторон доносилось учащённое дыхание, полное ненависти и негодования. Более десяти мастеров трёх Священных земель одновременно бросились на Мосе!

– Убьём этого демона! Этот подлец совсем сбрендил, он настоящий варвар! Убьём его!

– Отомстим за Шенхуана Чжаня!

– Отомстим за погибших братьев!

Чу Вухуй громко крикнул:

– Всем немедленно прекратить!

Крик Чу Вухуя был сильным и оглушительным, однако мастера уже впали в дикое бешенство, и так ничего и не услышали.

Лицо Мосе в миг помрачнело, он холодно усмехнулся и сказал:

– Отомстить? Ну давайте, я не против! Я с радостью схлестнусь с вами, дебилы!

Он резко повернул ладонь и потом громко вскрикнул:

– Пропадите пропадом!

Раздался оглушительный и резкий грохот, на пространстве размером в 60 чжан внезапно появилась огромная пропасть, или, можно сказать, бездонный грот! Все мастера вместе с двумя Шенхуанами, не успев принять меры, с грохотом рухнули прямо в эту пропасть!

От астрального тела осталась только кучка пепла, однако чёрное пламя снова появилось и заполнило площадь в пару чжан. Цзюнь Мосе сощурился, и строго прокричал:

– В бой!

Чёрное пламя резко подняло ввысь, а потом распалось на несколько небольших горсток прямо над этой пропастью, и они стали медленно опускаться вниз!

Очевидно, возмездия не миновать!

– Прекратить! Немедленно прекратить!

Чен Инсяо и Чу Вухуй, увидев, что творится на поле боя, одновременно стали кричать, а потом и вовсе ринулись в центр. Однако Цзюнь Мосе, как и напавшие на него мастера, пребывал в состоянии настоящего неистовства, он уже ничего не понимал. В его голове была лишь одна мысль: «Раз начали, ждите кровавой развязки!» Он даже и не думал, чтобы помиловать этих людей!

Этого шанса он ждал Бог знает сколько времени, как же он сейчас сможет остановиться?

Если бы они сейчас поменялись местами, и кто-то окликнул их, чтобы прекратить сражение, разве Чжань Мубай и остальные бы прекратили? Ответ очевиден, и здесь нечему удивляться!

Быть мягкосердечным по отношению к своему врагу – это самая большая жестокость по отношению к своим близким!

Цзюнь Мосе никогда не причинит своим близким такую боль!

Непрерывно раздавались крики ужаса. Такие вопли трудно представить, только если услышать собственными ушами… Эти мастера подвергались такой жестокой казни…

Такая крохотная яма, если она казалась бездонной, значит, насколько же она была глубока?

Неужто ни Почтенные мастера, ни Шенхуаны не могли выбраться из неё?

Толпа долго ждала, однако никто так и не смог вылезти наружу… мастера нашли свою погибель в этой зловредной пропасти!

Причин, по которой они решили атаковать, не обратив внимание даже на приказы Чу Вухуя, было несколько. Во-первых, они страшно разозлились из-за жестокой смерти Чжань Мубая, во-вторых, они боялись, ведь сжигание чёрным пламенем души Чжань Мубая было настолько жестоко и бесчеловечно… Они знали, если такой демон, как Цзюнь Мосе, останется в живых, никто из них не сможет жить дальше спокойно… Он смог уничтожить даже астральное тело, этот человек в самом деле очень опасен!

Он уничтожил их последние надежды на светлое будущее, его ни за что нельзя оставить в живых!

Поэтому они все, как один, даже не сговариваясь, приняли решение – уничтожить его здесь и сейчас, вырвать проблему с корнем!

Сейчас Цзюнь Мосе был как минимум измотан, он после тяжёлой битвы, и его силы должны уменьшиться по крайней мере вдвое. Лагерь трёх Священных земель тут, под боком, его же войска находятся сравнительно далеко… Это отличная возможность, если все набросятся дружным потоком, все Почтенные мастера, плюс двое Шенхуанов – Цзюнь Мосе точно не сможет противостоять им!

Поэтому они всей взбудораженной толпой бросились на него!

Однако они вовсе и не предполагали, насколько в действительности опасен Мосе! Только они собрались атаковать, как возникла огромная пропасть! К тому же чёрное пламя заполонило собой все пространство…

Когда чёрное пламя «захватило» всё воздушное пространство над ними, все мастера дружно попытались нанести удары ладонью по нему, с целью затушить, а потом взлететь вверх и, возможно, даже отступить; однако они и не подозревали… Этому пламени было хоть бы хны, вне зависимости сколько сил они прилагали для своих ударов, оно так и продолжало медленно опускаться вниз.

По мере спуска зазоры между горстками пламени становилось всё меньше и меньше. Сначала оставалось место, чтобы прошмыгнуть хотя бы одному человеку, сейчас же и полчеловека бы не поместилось в этом зазоре…

Наконец, один из Достопочтенных мастеров не выдержал и, скинув свой верхний халат, принялся отбиваться от огня. Все остальные мастера вздрогнули, ведь через мгновение этот отважившийся смельчак уже горел вместе со своим халатом…

Всё больше мастеров падали от яростного чёрного пламени…

В воздухе было бесчисленное количество горсток зловещего пламени, и они как снежные хлопья медленно падали в пропасть…

К счастью, Хай Вую и Хэ Чжицю пока удалось уцелеть, они растерянно переглянулись, в глазах у них была только дикая паника! Внезапно Хэ Чжицю осенила блестящая идея, и он закричал:

– Надо копать! Надо рыть ход, и мы сможем выбраться с другой стороны!

Хай Вуй тотчас же пришёл в себя. Оба Шенхуана объединили усилия и совершили мощный удар. В мгновение перед ними появилась небольшая нора глубиной в 10 чжан. Ни один из них и не думал о скромности, быстро согнувшись, обгоняя друг друга, они рванули к этой норе…

За ними последовало ещё два Достопочтенных мастера четвёртой ступени… остальных же уже пожирало чёрное пламя, неустанно раздавались обречённые крики ужаса… Один из загоревшихся мастеров внезапно заметил этот проход и тут же бросился к нему, в надежде спастись. Добрая половина его тела уже отсутствовала, однако Хэ Чжицю безжалостно отбросил его назад…

Над землей раздался мощный взрыв, повсюду были клубы пыли. Хай Вуй, Хэ Чжицю и ещё два Достопочтенных мастера, с головы до ног чумазые, появились из земли, их глаза казались безжизненными.

Четырнадцатый Шао и все остальные довольно ясно смогли разглядеть, как Хэ Чжицю мощным ударом отбросил назад горевшего мастера… Сейчас все смотрели с презрением на прибывших четырёх человек…

Этот поступок был крайне подлым и безжалостным…

Ситуация в пропасти привела всех в настоящий ужас. Мастера с потрясающими способностями, все как один, остались без половины своих туловищ.

Несмотря на это они продолжали трястись, ползти и гореть…

На лице Цяо Ин не было ни кровинки. Она так разозлилась, что несколько раз топнула ногой и большой поток земли, словно ливень, рухнул вниз…

У неё не было сил смотреть на этот ужас, и она хотела облегчить страдания бедных мастеров, засыпать их землей, чтобы они спокойно смогли умереть…

Но… снова случилось очень странное.

Почва и камни в мгновение заполнили пропасть, однако не прошло и полминуты, как все они внезапно исчезли, а чёрное пламя все также продолжало неистово гореть…

Вся земля в один миг сгорела без остатка…

Из пропасти больше не доносилось криков, от тел мастеров остались лишь мелкие кусочки…

Вот-вот они должны были полностью догореть…

Все четверо одновременно повернулись и потрясённо взглянули на Цзюнь Мосе.

Цзюнь Мосе был спокоен и уверен, как и обычно, он лишь слегка улыбнулся.

Однако сейчас в глазах этих четверых, он был не меньше, чем настоящий дьявол во плоти! И Четырнадцатый Шао, первый безумец и психопат этого мира, был не исключение!

«Этот парень, он вообще человек или нечисть какая?»

Цзюнь Мосе спокойно улыбнулся и, показывая на четверых спасшихся мастеров, произнёс:

– Вы, Священные, мать вашу, земли, лучше не злите меня… Моё терпение имеет свои пределы! Вы уверены, что сможете ответить за последствия? – он рассмеялся, потом покачал головой, вздохнул, и сочувственно произнёс: – Слушайте, я бы не хотел убивать вот этих недобитков. Однако я такой человек, что не люблю до смерти всякие волнения и беспокойства… Если я остановлюсь, и не стану убивать их… возможно, вы посчитаете, что я слишком мягкосердечный? Может ли случиться такое, что всё снова повторится? Чтобы избежать недопонимания, я докажу вам всем… никогда не смейте считать меня слабаком! Я прикончу вас, и глазом не успев моргнуть!

Воцарилась тишина! Сейчас никто не сомневался в словах Цзюнь Мосе!

Особенно четверо мастеров, которые только что выбрались из пропасти. Глядя на Мосе, в их глазах застыл панический ужас!

В самом деле, настолько страшно!

У них нет больше храбрости, их мысли заледенели!

Даже великие стражи при виде Мосе испытали… довольно странное чувство…

– Хорош! Цзюнь Мосе, как же ты хорош! В самом деле, настоящий дикарь! – Четырнадцатый Шао захлопал в ладоши и с улыбкой посмотрел на Мосе, осторожно говоря: – Не могу не сказать, что, несмотря на твой юный возраст, ты уже можешь стать нам достойным противником! Это твоё чёрное пламя… Боюсь, если какая неосторожность… и даже бы я не смог уцелеть…

В руках у Четырнадцатого Шао оказался неизвестно чей меч, по его острию двигалось чёрное пламя, весь меч горел… Он не плавился, нет, просто обгоревшее место медленно превращалось в ничто…

Глава 911. Объяснения? Какие ещё нахер объяснения?

Четырнадцатый Шао поднял руку и воткнул меч прямо в землю. Чёрный огонь не проник в почву, но сразу же сжег её верхний слой, попутно распространяясь всё дальше и дальше…

– Он действительно продолжает гореть, несмотря ни на что? – Четырнадцатый Шао изумленно вздохнул: – Я просто в шоке…

Цзюнь Мосе рассмеялся и смущённо сказал:

– Это пустяки. Вы чего, только смех у всех вызвали… Ох, стыдоба-то какая…

Все вокруг презрительно посмотрели на него: такое невообразимое мастерство, и он называет это «пустяки»? Тогда что насчёт твоей сильнейшей техники – разве она не сможет сжечь дотла весь этот грёбаный мир?

А ведь это действительно так: если у Цзюнь Мосе будет достаточная поддержка духовной энергии, то с помощью Пламени Первозданного Хаоса он сможет сжечь абсолютно всё, и даже этот мир… Это возможно, хоть и кажется до чёртиков нереальным…

– Молодой господин Цзюнь, а ты оправдываешь своё прозвище «Злого монарха». Твои методы такие зловещие, такие жестокие, такие зверские, такие яростные! Однако… – Чен Инсяо мрачно посмотрел на Цзюнь Мосе и сказал: – Сегодня ты перерезал большую часть мастеров Священных земель! Ты должен объясниться перед нами тремя!

– Какие ещё, нахер, объяснения? Что я должен вам объяснить? – Цзюнь Мосе странно улыбнулся: – Вы, все четверо, пришли сюда, чтобы засвидетельствовать всё своими собственными глазами… Но я просил вас об этом? Вы, старшее поколение мастеров, захотели быть свидетелями. Я отнёсся к вашему желанию с уважением и не сказал вам ни слова против, однако это судейство… Разве оно не должно быть более или менее справедливым? Разве я сейчас неправ?

– Естественно, судейство должно быть судейством! Справедливым и честным! Это и есть основная цель нашего свидетельства! – Четырнадцатый Шао говорил, как праведник, однако его зловещий голос совсем не подходил под такие речи.

– Раз уж и старший Четырнадцатый Шао так сказал, то давайте без обиняков, а? Старший Чен только что потребовал с меня объяснений? Я понятия не имею, что я должен объяснять, и, напротив, хотел бы спросить его или даже всех старших Священного дворца… – Цзюнь Мосе серьёзно и нагло продолжал: – Совсем недавно, на ваших глазах произошёл инцидент, в котором на меня было совершено внезапное нападение! Более того, это случилось после того, как свидетель объявил об окончании решающей битвы! Этот факт действительно вызывает у меня некое недоумение! В конце концов, есть ли в словах сторонних судей хоть какая-то сила? Если результаты были объявлены Четырнадцатым Шао, то я бы ещё понял. Однако если мне не изменяет память, они были объявлены старшим Чу, верно? Ну так и в чём смысл вашего судейства, если вы стояли, заткнув глотки, когда меня пытались убить? А как только я всех прикончил, так нате вам – я виноват!

Все трое тут же потеряли дар речи. Факты были и в самом деле изложены крайне доходчиво. Но даже при своём положении они не смогли подчиниться голосу совести!

– Эй, засранец, что за чушь ты тут несёшь! – тут случилось неожиданное. Четырнадцатый Шао вдруг вызвался помочь и с серьёзным видом сказал: – Разве они не исполняли свой долг свидетелей? Ведь они только что попытались остановить этих мастеров?

Сказав это, он злорадно улыбнулся.

Чен Инсяо и остальные, услышав этого подпевалу, сначала пришли в недоумение: «С чего бы этому психопату быть таким хорошим? Если он действительно собирается помочь нам, тогда он намного лучше даже всех нас вместе взятых», но… Ещё раз внимательно прислушавшись к его словам, они вдруг поняли, то это никакая не помощь, а совсем наоборот. Этот самодур решил подлить масла в огонь и ударить по больной собаке!

– Молодое поколение только что оговорилось, а вот Четырнадцатый Шао как раз сказал резонную вещь. Когда эти мастера набросились на меня, я отчётливо услышал крик двух предшественников... и это был даже больше, чем просто крик... – Цзюнь Мосе говорил с неким сожалением, однако выражение его лица продолжало оставаться таким же недовольным. Он решительно спросил: – Однако я никак не могу понять: ну даже если мы опустим судейское положение этих трёх предшественников, разве слова обычных стражей Священных земель совсем не имеют никакой силы и ценности? Взгляните на произошедшее... Приказы трёх стражей для мастеров из трёх Священных земель – всё равно, что дерьмо собачье. Им абсолютно на них плевать! Я действительно был поражён. Ну да, я был ещё и слишком взволнован… Но… но я не хотел сейчас никак вас обидеть, вы же понимаете...

Все трое внезапно покраснели!

После окончания битвы, все трое совместно с Четырнадцатым Шао собирались объявить результаты, но одна из сторон общими усилиями внезапно атаковала другую, да ещё и в лице одного мастера. Такое поведение невозможно ничем оправдать. Три стражника, будучи самыми уважаемыми людьми в Священных землях, попытались их остановить, однако на них даже никто не обратил внимания. А это уже действительно позор на всю голову!

Теперь им только и оставалось, что терпеть от Цзюнь Мосе удары по сердцу и безостановочно заливаться краской…

Стражники безжалостно уставили свой суровый взгляд на чудом уцелевших Хай Вуя и Хэ Чжицю!

Четырнадцатый Шао равнодушно сказал:

– А эти слова вовсе не чепуха! А что касается объяснений… То я тоже хотел бы их получить! Я ведь, как-никак, тоже один из присутствующих свидетелей! Как и сказал мальчишка Цзюнь, прямо на моих глазах вдруг произошел такой отвратительный, нарушающий всё доверие, инцидент! Мне плевать, что там говорит про вас этот сопляк, но на произошедшее невозможно просто закрыть глаза! Что касается меня, то от этого могла пострадать моя превосходная репутация! С таким нельзя мириться! Даже если сопляк Цзюнь не станет ничего допытываться, я лично доведу всё до конца!

Лица этих троих выглядели весьма страдальчески, стражи только о ком и думали, так это о Цзюнь Мосе. Как же они могли забыть, что есть ещё этот… И что, блин, прикажете с ним делать? Этот сумасшедший совершенно не руководствуется здравым смыслом, более того – правда сейчас не на их стороне… как же бесит…

Цзюнь Мосе вдруг продолжил:

– Верно-верно! Даже если не говорить о репутации и славе Четырнадцатого Шао, то что насчёт моей личной безопасности?! Три стража требуют с меня объяснений, и я понимаю, ведь, в конце концов, погибло немало людей… Однако они сами набросились на меня! Если бы я не вступил с ними в схватку, эти ребята мигом бы из меня котлету сделали! По-вашему, я должен был просто стоять и ничего не делать?

Эти двое словно спелись и продолжали давить на стражей. Лица всех троих почти стали цвета свиной печени…

Цзюнь Мосе перешёл на крик:

– Или же, по мнению наших трёх стражей, только трём Священным землям разрешено побеждать, а мне нельзя даже произвести ответный удар? Вы сами сначала внезапно нападаете, а затем требуете с чудом выжившего человека каких-либо объяснений его поступку? Не думаете, что это слегка иронично? Вы, три стража, неужели вы считаете, что ваш Священный дворец не может позволить себе проиграть? Это и есть ваша истина?

Сказав это, Цзюнь Мосе развёл свои руки, чёрное пламя внезапно выскочило из земли и медленно соединилось в единый шар, который затем возвратился в ладони молодого мастера и исчез…

Слова «не может позволить себе проиграть», которые ещё недавно были сказаны Чу Вухуем в адрес Хэ Чжицю, теперь обращены к нему и ещё двум стражам.

– Что за чушь ты несёшь? Как это не можем позволить себе проиграть? – Чен Инсяо гневно закричал, все три стража не на шутку разозлились! Однако у них не было иного выбора, они даже возразить не могли, ведь факт внезапной атаки остается фактом: если это не жажда победы, тогда что?

Угнетённость души уже невозможно было держать в себе, и Чу Вухуй, обратившись к Хай Вую и остальным трём выжившим, строго закричал:

– Гнусные сволочи, чего вы ещё ждете? Почему ещё не свалили отсюда?

– Свалить? От Мосе словечек понабрались? Хотя, мне оно нравится… Даже если вы действительно хотите свалить, то сначала объяснитесь передо мной, а затем можете катиться на все четыре стороны! – Четырнадцатый Шао злобно фыркнул. – Я сам хочу посмотреть, кто из них осмелиться вот так просто сбежать!

Чен Инсяо подавил в себе свою злость, сделал пару глубоких вдохов и тяжело сказал:

– С самого начала это было нашей ошибкой. Брат Четырнадцатый Шао, мы просим у вас прощения. У великих личностей широкая душа, давайте разберёмся со всем, не создавая трудностей для младшего поколения.

Огромная группа мастеров с их стороны была жестоко перерезана, а они даже не могут добиться объяснений. Вместо этого они должны сами извиняться перед другими… Можно представить, какая обида и унижение царили в душе Чен Инсяо!

Если бы это действительно была вина Цзюнь Мосе, то Чен Инсяо и остальные стражи скорее бы отдали свои жизни, вступив в схватку даже с самим Четырнадцатым Шао, но не дали этому мальцу просто так уйти.

Однако... причина инцидента на самом деле была вызвана людьми со стороны Священной земли! Такой поступок был и правда очень подлым: огромная толпа мастеров решила внезапно атаковать двадцатилетнего мальчишку! Как же бессовестно!

Кто бы мог подумать, что за всё это время они не только опозорят своё доброе имя, но и потеряют такое огромное количество хороших мастеров! Более того, вся инициатива теперь перешла в руки их противника! Как это вообще называется?

«Даже если вы потеряли стыд и совесть, мы хотим их сохранить! Да, чёрт побери, а есть ли теперь это у нас? Один раз потеряв, уже никогда не найдёшь!»

Чен Инсяо и Чу Вухуй крепко сжали зубы, думая про себя:

«Вот погодите, как только мы возвратимся в Священные земли, мы никого уже не пощадим! Нужно обязательно свести с ними счёты!»

– О? Так как брат Чен лично признал их ошибку, то я тоже буду великодушным, так что… в этот раз на этом и разойдёмся! – Четырнадцатый Шао снисходительно сказал: – А теперь вы можете катиться на все четыре стороны!

В глазах Хай Вуя и Хэ Чжицю разгорелся дикий огонь, но одного сурового взгляда Чу Вухуя было достаточно, чтобы его потушить. Эти двое развернулись, и немного погодя силуэты обоих уже полностью исчезли из виду…

Глава 912. Указания Цзюнь Мосе

Только Цяо Ин, не участвовавшая в споре, просто смотрела на пустое место, заполненное телами 30 первоклассных мастеров! Заплатив такую огромную цену и потеряв огромное количество мастеров, будет трудно обеспечивать безопасность простому народу. В один миг все были просто заживо захоронены!

Эти люди были боевой силой в предстоящей Битве за Захват Небес! И теперь они все мертвы... Это определённо повлияет на Битву и даже сыграет в ней решающую роль, повлияв на общее соотношение сил! Если не будет никакой дополнительной помощи извне, то с нынешними силами Священной земли Битва за Захват Небес определённо обречена на поражение!

– На сегодня хватит! – Чу Вухуй быстро сориентировался и сказал: – Цзюнь Мосе, ты выиграл пари. Сам последуешь за Искусным Лотосом вместе с нами или же мы отправим людей, которые принесут его тебе в Тянь Фа?

Цзюнь Мосе нахмурился. Оба варианта, предложенные Чу Вухуем, не казались ему хорошим решением.

Ждать их посыльных в Тянь Фа? Этот вариант, хоть и удобен, кажется слишком рискованным, ведь будь хоть какая-нибудь малейшая причина или повод, они тут же готовы забрать свои слова назад и не отдавать Искусный Лотос! Теперешнее «благородство» Священных земель очень смущало Цзюнь Мосе. Он вообще не мог в это поверить… Как прикажете, просто сидеть и ждать их посыльного? Даже если они не собираются строить козни, то просто могут тащить этот Лотос три, пять, а то и больше лет! А это ой как сильно может разозлить остальных!

Что касается личного посещения Священного дворца… То это решение такое же трудное. Сейчас это только слышится красиво: раз выиграл бой – забирай свою награду. Однако если отправиться в Священный дворец, кто знает, может, этим ребятам совсем там крышу снесёт и они забудут о пари? Да и неизвестно, сколько ещё в этом загадочном местечке имеется таких же отпетых дураков! И что за техники они используют!

Если они реально двинутые – мало ли, что им в голову взбредёт в своём дворце… Цзюнь Мосе вообще не имел никакого доверия к репутации всех этих людей…

Может, Мосе и был самоуверенным, но не совсем дураком: он прекрасно понимал, что ему в одиночку ни за что не справиться с целым Священным дворцом! Даже сейчас, после того, как его сила улучшилась, она всё равно остаётся прежней. Но «раз уж он уже выиграл, разве он не может забрать свою награду?»

Четырнадцатый Шао сурово сказал:

– Парнишка, не медли! Я ведь в этой битве был свидетелем, так что сопровожу тебя в Священный дворец, чтобы ты смог получить свой Искусный Лотос! Я хочу лично проверить, посмеют ли они его тебе не отдать!

Он все время держался довольно отстранённо, но услышав «благородные» слова Чу Вухуя, уловил в них скрытую подоплёку. А это не могло не взбесить! Тем более, Мосе теперь уже почти что старый друг, так что в данной ситуации вмешательство Четырнадцатого Шао было вполне приемлемым.

Цзюнь Мосе даже растрогался:

– Старший Четырнадцатый Шао, спасибо вам за вашу доброту, однако я вынужден отказаться. В вашем нынешнем положении будет неловко отправиться в Священный дворец.

Четырнадцатый Шао всегда был самым главным врагом Священного дворца. Если он отправится туда, это будет не то слово как неловко! Боюсь, что Священный дворец отдаст все свои имеющиеся силы, чтобы остановить этого психопата!

К тому же Цзюнь Мосе не любил оказываться в долгу перед кем-либо, так как он мог позволить Четырнадцатому Шао так рисковать ради себя?

– Ну и ладушки, как хочешь. Я тогда, пожалуй, откланяюсь… А то и правда как-то неловко становится… – Четырнадцатый Шао понял его намерения и лишь ненавязчиво добавил: – Однако, исходя из моего личного опыта, могу сказать, что эти ребята – ещё те пиздаболы и в любой момент могут нарушить данное ими слово.

Цзюнь Мосе кивнул с улыбкой и обратился к Чу Вухую:

– Раз уж сам Четырнадцатый Шао так говорит, тогда я последую в Священный дворец вместе с вами!

Чу Вухуй поднял указательный палец вверх и сказал:

– Отлично! Какая смелость! Молодец!

Но в душе Мосе лишь смеялся, ведь он обладал абсолютным преимуществом, с которым он мог выйти невредимым из любой ситуации. Дело вовсе не в огромной храбрости. Он бы никогда не стал рисковать своей жизнью ради какого-то пари…

Медленно возвратившись к Небесному отряду Разрушителей Душ, Цзюнь Мосе вдруг обратился к Мэй Сюэ Янь:

– Сюэ Янь, я собираюсь лично отправиться за Искусным Лотосом, а затем мне нужно решить ещё кое-какие дела… Ты уже давненько покинула Тянь Фа, так что тебе стоит вернуться и посмотреть, что там да как. Возьми с собой людей и возвращайся назад.

– Хорошо, но тогда… Будь осторожен… – Мэй Сюэ Янь посмотрела на него с тревогой.

– Успокойся, ты что, плохо меня знаешь? Если я захочу уйти... Кто сможет меня остановить? – Цзюнь Мосе понизил голос и подмигнул.

Мэй Сюэ Янь вдруг вспомнила о его Пагоде и, успокоившись, с улыбкой кивнула ему в ответ.

– На этот раз, вернувшись, тебе нужно поторопиться и помочь членам моей семьи увеличить их силу... Две артерии, которые я тебе дал – как я уже говорил, используй клинок, чтобы соскоблить с них немного порошка, а затем его нужно будет принять вместе с водой. Может, это, конечно, и не Божественный напиток долголетия, но в нём имеется такая же квинтэссенция, что и в божественном молоке Линши. Но ни в коем случае не забывай о том, что его нельзя принимать в больших количествах, это может быть опасно, – сказал Цзюнь Мосе.

– Я всё поняла, я буду внимательней.

– И, вернувшись назад, как можно скорее улучши силу дедушки и дяди. Это наша самая первоочередная задача: ведь, не считая нас с тобой, их сила является самой высокой среди всех остальных членов семьи Цзюнь! Что касается волшебных таблеток – то это уже на твоё усмотрение, смотри по обстоятельствам…

Поэтому в первую очередь необходимо увеличить силу Цзюнь Чжан Тиана и Цзюнь Вуя! Даже если отбросить в сторону вопрос об увеличении силы, с помощью этого порошка они смогут значительно продлить свои жизни.

– Честно говоря, я очень скучаю по Сяо И, Квинхан и матушке... – покраснев, прошептала Мэй Сюэ Янь.

– Успокойся, если говорить об авторитете, то в нашей семье ты определённо популярнее меня… Когда ты вернёшься, они точно прилипнут к тебе намертво и будут доставлять тебе одно лишь раздражение. Вот тогда и посмотрим, будешь ли ты по ним скучать… – Цзюнь Мосе облачил странную улыбку.

Однако это было вовсе не беспочвенное утверждение, а самая настоящая правда. С того момента, как Мэй Сюэ Янь, рискуя собственной жизнью, бросилась на защиту всех членов семьи, она превратилась во всеобщий объект восхищения и будущую любимую невестку по совместительству, её популярность достигла просто чрезвычайно ужасного уровня…

После завершения всех приготовлений, Цзюнь Мосе уже собирался развернуться, но увидел мешкающего Лу Юна, который будто хотел что-то сказать, но боялся.

Посмотрев ему в лицо, Мосе спросил:

– Лу Юн, в чём дело?

– Кхм-кхм... Молодой господин, на этот раз я хочу остаться на материке Суань ещё на несколько дней... у меня есть личные дела, поэтому, я прошу у вас разрешения, – промямлил Байли Лу Юн.

– Этот малец просто увидел свою возлюбленную! Вот весенняя меланхолия и завладела всем его сердечком! – со стороны донесся дикий хохот. Байли Лу Юн вдруг весь раскраснелся.

– Вау! Серьёзно? – с восторгом закричал Цзюнь Мосе, а затем вдруг по-братски обхватил Байли Лу Юна за шею и начал свои сплетни: – Это всё очень здорово, но хочется знать подробности! Как её зовут? Как выглядит? Толстая или худая? Высокая или низкая? Из какой семьи? Сколько весит? Какие у неё параметры, а? Может, есть парочка её обнаженных фото?

Байли Лу Юн пришёл в некое замешательство и, извиняясь, сказал:

– Молодой господин, вы пощадите меня?... Её зовут Чжань Менде...

– Из семьи Чжань? – Цзюнь Мосе нахмурился и вдруг вспомнил, что, когда притворялся Донфанг Дашу, познакомился с одной прекрасной и очень незаурядной девушкой. Но… Он ведь только что убил предка семьи Чжань, а объект любви Байли Лу Юна как раз из этой семьи… Может, Мосе и не против всего этого, но вот что насчёт другой стороны…

– Молодой господин, не беспокойтесь, я знаю, как всё разрешить, – красивое личико Байли Лу Юна содрогалось от страдания: – Я скажу ей правду, и, если она выберет семью, провозгласив молодого господина своим врагом... Я не стану её принуждать и просто прикинусь незнакомцем… но если она выберет меня…

На лице Байли Лу Юна пробежали капельки пота, и он с неким воодушевлением прошептал:

– Если она в конце концов выберет меня… Я прошу вас, молодой господин… помочь и поддержать нас!

– Не волнуйся! Если она предначертана тебе судьбой, то она обязательно станет твоей женой… Пусть Чжань Мубай и является её предком, но он лишь фигура из прошлого. Вряд ли у Чжань Менде есть к нему хоть какие-то чувства!

Цзюнь Мосе похлопал Байли Лу Юна по плечу и воодушевлённо сказал:

– Лу Юн, успех зависит от старания, так что смело иди вперёд и борись до конца! Вряд ли всё так страшно и серьёзно, как ты себе напридумывал! Жену надо силой хватать! И не важно, хочет она того, или нет! Хе-хе, если бы я только мог использовать свою силу, то, может, я бы уже давно…

Глава 913. Выкопай червя – съешь червя…

Внезапно Цзюнь Мосе пронзила сильная боль. Это была Мэй Сюэ Янь, которая своей маленькой белой ручкой крепко ухватила мелкого паршивца за ухо, и, раскрасневшись, довольно угрожающим голосом прошептала:

– Что бы ты там давно, а? Что это ты там не можешь побороть без использования силы?

Цзюнь Мосе смеялся и умолял о пощаде:

– Я имел в виду… Я бы уже давно… Я бы… – он закатил глаза и снова проявил свою находчивость: – Я бы уже давно влюбился в тебя, но ты такая потрясная и опасная, что я никак не мог осмелиться проявить себя. Всё время боялся, что ты меня ударишь! Ну разве это не трогательно! Хи-хи-хи… Ай…Ой… Ха-ха-ха!

Все разразились смехом, и на душе у Байли Лу Юна немножко полегчало.

– Лу Юн, ступай. Мы все тебя поддержим! Не стоит мешкать, за собственное счастье нужно бороться! – заботливо сказала Мэй Сюэ Янь.

– Моя госпожа, – растроганно сказал Байли Лу Юн. Такое странное обращение заставило Мэй Сюэ Янь покраснеть до самых волос, а вот Цзюнь Мосе от таких слов пришёл в дикий восторг…

– Возьми с собой кого-нибудь. Пусть Лэн Ао пойдёт с тобой и возьмёт ещё небольшой отряд бойцов, – Цзюнь Мосе говорил очень дерзко. – Пусть тот, кто посмеет отнять у тебя твою жену, тут же умрёт или останется калекой!

Все вдруг вспотели. Этот молодой господин действительно оправдывает своё имя ловеласа золотой молодежи. Его отношение к похищению невесты – уже на то показатель!

После решения этой проблемы и обсуждения ещё пары вопросов, всё окончательно прояснилось.

Цзюнь Мосе посмотрел на быстро удаляющиеся силуэты Мэй Сюэ Янь и её отряда. А в обратном направлении, в город Цзюйхуа, отправился Байли Лу Юн вместе со своими с людьми.

Поле битвы, которое только недавно фонтанировало кровью, вдруг опустело и стало спокойным.

Цзюнь Мосе обернулся, но увидел, как Четырнадцатый Шао, заложив руки за спину, стоял посреди поля, словно надсмотрщик, а Цяо Ин и Чен Инсяо весело наблюдали за всем со стороны. Чу Вухуй с недовольным видом сидел на корточках и, выпятив свою до жути грязную задницу, кропотливо копал землю длинным мечом. Очевидно, он что-то там искал…

– Это что он сейчас делает? – удивлённо спросил Цзюнь Мосе, глядя на что-то червеобразное в количестве уже около 20 или 30 штук.

Услышав вопрос, Чу Вухуй весь покраснел, но не проронил ни слова и, сжав зубы, продолжил копать землю. Казалось, что он вот-вот заплачет.

Даже если бы его рвали на части сотни голов Священных зверей, у этого стража всё равно бы не было такого выражения лица. Мосе был в полном недоумении от происходящего.

– Ваша битва закончилась, но вот наше пари ещё продолжается… Мы сделали ставки ещё при битве по пять человек. Проигравший должен выкопать тысячу дождевых червей без использования силы Суань… Он проиграл, так что теперь выполняет поставленное на кон, – торопливо объяснил Четырнадцатый Шао.

– А? Ставка на червей?? Но, хотя копать червей при помощи задницы довольно неудобно, но почва в здешних местах плодородная… Да и от нашего движения во время битвы, все червячки уже наверняка зашевелились. Так что исполнить это наказание будет не очень сложной задачей, пусть даже придется откопать целую тысячу червяков… Но отчего же у него такой печальный вид? Ладно бы это была Цяо Ин, для женщины приемлемо бояться этих омерзительных существ, но Чу Вухуй же здоровенный мужчина, что с ним не так? – хотя Цзюнь Мосе было весело, но он всё ещё находился в лёгком недоумении.

– Это ты просто ещё не знаешь всей картины… Во время третьей битвы мы сделали ещё одну ставку. Проигравший должен съесть эту тысячу дождевых червей живьём. К большому несчастью, он снова проиграл. Но изначально у него имелся шанс на победу, ведь я великодушно предоставил ему выбор с приоритетом… – Четырнадцатый Шао говорил очень самодовольным голосом, рассказывая о собственных успехах в пари.

– Пфффф-ха-ха-ха… – рассмеялся Цзюнь Мосе. – Мда, старшему Чу действительно не повезло! Эх! Ну и кто же не позволял вам поверить в меня? Если бы поставили на меня, то не проиграли!

Чу Вухуй тяжело вздохнул, закатил глаза, но так и не промолвил ни слова, продолжая копать землю.

– Эй! Давай чёрных червей, а не красных! Да-да, эти чёрненькие – самые омерзительные… – Четырнадцатый Шао строго контролировал весь процесс…

На земле появлялось всё больше и больше червяков... Они слепились в один огромный ком, время от времени некоторые из них вырывались и медленно ползли в сторону…

Цзюнь Мосе вдруг представил, как Чу Вухуй через некоторое время проглотит их всех живьём… Тут же он титаническим усилием воли смог сдержать свои рвотные позывы, но побледнел всё же очень знатно!

Эта ситуация казалась ну уж слишком ужасной!

По всей видимости, почва здесь действительно очень плодородна. С жёсткими требованиями Четырнадцатого Шао, им пришлось провозиться аж до самой ночи, и вот, пожалуйста – тысяча самых отвратительных червей была «готова к употреблению».

Чу Вухуй, закончивший свою работу, выглядел совершенно безжизненно. Весь в грязи, он наконец вылез из ямы и с последней надеждой в глазах стал умолять:

– Брат Четырнадцатый Шао…

Он использовал свои самые лучшие умения подхалимства, стоя перед Четырнадцатым Шао. Это выглядело действительно очень жалко, пусть он и пытался сохранить в себе чуточку мужского достоинства…

– Что? – подняв свой нос ещё выше, очень напыщенно спросил Четырнадцатый Шао.

– Брат Четырнадцатый Шао, посмотри, я вырыл тысячу червей, я не отказался от своих слов! – заискивая, сказал Чу Вухуй.

– Если не отказываешься от своих слов, то давай, съешь их уже побыстрее: просто закрой глаза и нос, и проблема решена! – прозвучало равнодушное бормотание.

– Что-то у меня плохой аппетит в последнее время, а можно... я не буду? – слащаво спросил Чу Вухуй.

– Нет! Раз захотел пари, то будь добр, признай своё поражение! – категорично заявил Четырнадцатый Шао.

– Ты! Да ты просто глумишься над человеком! – тут же забыл про подхалимство Чу Вухуй.

– Как это я глумлюсь над тобой? Это действительно в стиле непревзойдённого мастера Священной земли: вводишь в заблуждение, передёргиваешь факты, говоришь, что я глумлюсь над тобой, ну и как же? Это ведь ты проиграл, теперь пытаешься отмазаться? – недовольно фыркнул Четырнадцатый Шао.

– Я не собирался отмазываться, разве я не выкопал тысячу дождевых червей? Все как ты и просил, чёрненькие… – Чу Вухуй весь покраснел. На последнем предложении он понизил голос, попутно тряся Четырнадцатого Шао за руку: – Ну брат Четырнадцатый Шао… – его мягкий голос был похож на заискивания молодой девушки перед своим возлюбленным…

Державшегося в стороне Цзюнь Мосе бросило в холодную дрожь, он больше не мог держаться спокойно и невозмутимо…

С другой стороны, у Цяо Ин и Чен Инсяо тоже волосы встали дыбом. Даже тысячелетнее совершенствование им ничем не помогло…

– Даже если ты назовешь меня «Владыкой Четырнадцатый Шао», тебе это ничем не поможет! Проиграл – плати, так что давай, ешь! Тысячу и не одним меньше! – пусть Чу Вухуй изо всех сил старался подлизаться, Четырнадцатый Шао оставался непоколебимым!

– Ты, ты... ты хочешь, чтобы я тут умер? – Чу Вухуй громко закричал и топнул ногой, в его голосе послышалось слезливые нотки, а тело задрожало.

– Слёзы? Ты плачешь? Ты реально собираешься зареветь? О-о-о, ну другое дело! Если ты действительно заплачешь, то я тебя отпущу! Почему ты не плачешь? – Четырнадцатый Шао продолжал говорить в невозмутимом тоне. Он знал наверняка, что Чу Вухуй с его репутацией, да ещё и окружённый посторонними людьми, ни за что не станет вот так просто реветь…

Кроме того, съесть червя на самом деле – не такое уж и большое дело. Когда Четырнадцатый Шао был запечатан, он только ими и питался…

Может, это и не вкусно, но и не ядовито. Если бы он не пробовал, стал бы делать такую ставку? Ведь кто знал, какой мог бы быть исход...

Но он совершенно недооценил тот факт, что «съесть живьем дождевого червяка» для обычного человека – уж слишком ужасающий процесс…

Четырнадцатый Шао не успел закончить фразу, как увидел, что Чу Вухуй вдруг упал на задницу, начал истерически хлопать по земле, затем открыл свой рот и во всю глотку разревелся. Слёзы катались ручьём, эти рыдания были уж слишком горестными…

Он плакал чувственно, плакал опечаленно и оглушительно, поток его слёз было невозможно остановить…

Четырнадцатый Шао, Цзюнь Мосе, Цяо Ин и Чен Инсяо – все четверо просто охренели от произошедшего, их брови не переставали подёргиваться, а восемь глазных яблок были готовы вывалиться наружу…

– Да разрази меня в задницу тысяча ударов молний! Ты реально ревёшь? – Четырнадцатый Шао был вне себя от злости и гневно наблюдал за этим придурком, попутно матерясь во все стороны. Это было ну уж слишком неожиданно… и это страж Священного дворца?

– Плач поможет избежать мне поедания этих мерзких червей, так чего же мне не плакать? Спроси остальных, что бы они выбрали, будь они на моём месте? – Чу Вухуй приостановил свой плач и поднял свои зарёванные глаза в сторону Четырнадцатого Шао. – Ну, скажи, как ты хочешь, чтобы я плакал? Стоя или сидя? Примкнув к земле или обращённым к небу? А может, в беге или в прыжке? Даже если придется вертеть своей задницей и пританцовывать – плевать, я сегодня готов идти до конца, лишь бы угодить тебе и не есть этих тварей!

Глава 914. Священный дворец!

– Лицо обычных людей – это слой кожи, но только не у вас в Священных землях… Вы там себе ещё один слой сверху приклеиваете и превращаетесь в толстокожих, наглых и бесстыжих говнюков. Такой талант… Я думал, что только Чжань Мубай и Хай Вуй обладают им, но на самом деле выдающиеся дарования представлены в лице предшественников! Вау, я просто в восторге! – восхищённо сказал Цзюнь Мосе.

Действительно ничего не скажешь, слишком уж крепкая, такая кожа хоть что выдержит!

– Довольно! На самом деле, не стоило воспринимать такого урода, как ты, всерьёз, я лишь зря надеялся! Если продолжу хоть как-то контактировать с таким отбросом, боюсь, моя репутация может серьёзно пошатнуться, – Четырнадцатый Шао вздохнул и покачал головой.

Внезапно его тело взлетело вверх и тут же бесследно исчезло, лишь последнее предложение продолжало раздаваться эхом:

– Мальчишка Цзюнь, не переживай и смело отправляйся за своим Искусным Лотосом. Если с тобой что-нибудь случится, я, как свидетель сего боя, обязательно во всём разберусь лично, даже если для этого мне придётся дочиста перерезать все три Священные земли! А для меня это не так уж и сложно, ха-ха-ха!

Чудесные звуки, наконец, прекратились, а от Четырнадцатый Шао уже и след простыл.

Но это последнее обещание было самым лучшим подарком Четырнадцатого Шао! Это стало для Мосе своеобразным амулетом! Даже если Священные земли захотят пойти на попятную, или же напасть на Мосе, они всё равно не осмелятся это сделать!

Хотя Цзюнь Мосе и без того был уверен в своих силах на все 100%, но, услышав такие тёплые слова, он не мог не расчувствоваться. Четырнадцатый Шао, может, и психопат и безумец, но он определённо чувствительный человек! Достойный друг!

Лица трёх стражей Священных земель вдруг переменились. Они прекрасно понимали, что угрозы Четырнадцатого Шао – это вовсе не шутки…

Осознав, что катастрофа закончилась, Чу Вухуй поторопился и поднялся с земли. Четырнадцатый Шао уже ушёл, так что в слезах не было больше никакой надобности. Он посмотрел на Цяо Ин и Чена Инсяо и злобно прорычал:

– Что смешного? Вы будто такие крутые у нас… Идите и съешьте тогда этих мерзких червяков!

Чен Инсяо засмеялся и сказал:

– Зачем мне их есть? Мы ведь не делали ставок!

Чу Вухуй вздохнул и повернулся к Цзюнь Мосе:

– Парнишка, об этом никто не должен узнать! Иначе я с тебя три шкуры сдеру!

Цзюнь Мосе прямолинейно ответил:

– Старший Чу, что вы имеете в виду под «этим»? Нашу битву? Или те самые объяснения? Или же вы боитесь, что я расскажу всем, как Священные земли ради победы, пытались избавиться от меня той подлой внезапной атакой? Вы скажите более ясно, а то мне вот вообще непонятно, о каких вещах мне следует не распространяться?

– Ты... засранец, не прикидывайся идиотом! – Чу Вухуй прикрывал свою неправоту гневом. Он уже был готов ринуться в атаку и устроить ещё один бой.

– А-а-а, я, наконец-то, понял! Вы имеете в виду тот свой плач, – Цзюнь Мосе говорил так, словно его действительно только что осенило. – Должен сказать, что рёв старейшины Чу был потрясным! Такой отчётливый плач, столько чувств, вам не кажется, что его отголоски всё ещё до сих пор отдаются эхом? Я просто в восторге от такого слезливого мастерства, но, честно говоря, не успел им полностью насладиться!

Лицо Чу Вухуя стало багрового цвета, он ничего не мог сказать и лишь постоянно заикался. А Цяо Ин вместе с Чен Инсяо стояли в сторонке и похихикивали.

– Пойдёмте, – Чен Инсяо посмотрел на Цзюнь Мосе. – Должно быть, тебе уже не терпится поскорее забрать свой Искусный Лотос.

– Я не спешу. В ближайшее время я свободен. Если нужно, я могу составить вам компанию даже на ближайший год… Сколько советов я могу получить, как здорово! – Цзюнь Мосе улыбнулся.

– У тебя, может, и есть время... но у нас его нет! – раздражённо сказал Чу Вухуй. Он вдруг поднял ладонь, и находящаяся в десяти футах каменная стела превратилась в порошок. – Пусть они просто будут тихо похоронены здесь. Не нужно лишнего беспокойства, – Чу Вухуй глубоко вздохнул, ещё раз взглянул на разгромленную землю и развернулся…

Цзюнь Мосе дотронулся до носа, а сам про себя подумал: «Ты, сволочь, вот так вот взял и разрушил мою прекрасную стелу, которую я так кропотливо возводил. Даже не спросил меня, ну где это видано вообще! Ну да, ну да, ведь в кулаке вся истина, как же. Твою мать… Ничего не поделаешь…»

И он быстро последовал за тремя удаляющимися силуэтами…

Скорость движения всех четырёх не нуждалась в описании. Не прошло и нескольких дней, как они двинулись на юго-восток, а они уже преодолели расстояние в несколько тысяч ли. За это время ни один из них не проронил и слова.

Чен Инсяо и Чу Вухуй восприняли это путешествие более или менее спокойно, а вот Цяо Ин всю дорогу была охвачена страшным беспокойством. Она всё время думала о Битве за Захват Небес и сильно переживала за её исход, однако даже её сил был недостаточно, чтобы подавить в себе эти эмоции.

По мере их движения, они всё сильнее удалялись от человеческих жилищ, пейзажи становились всё пустыннее и безлюднее. Они двигались несколько дней и поднялись на высокую горную вершину, горная цепь на этом не заканчивалась, она тянулась намного дальше, и, кажется, заканчивалась только на краю земли.

Вдали виднелся живописный пейзаж, горы и реки как на картине, а сравнительно близко располагался едва различимый городок, однако его очертания были очень смутными.

– Цзюнь Мосе, эта горная вершина именуется «Людской»! Так как северная её сторона прилегает к миру людей, а на юге – район заброшенных равнин! – Цяо Ин сосредоточено посмотрела на едва различимые вдали человеческие жилища.

– Людская вершина? Какое чудное название! – ответил Мосе. А сам мысленно подумал о том, что Цяо Ин всю дорогу молчала и совсем не обращала на него внимания, а сейчас вдруг заговорила, с чего это?

– Видишь? Если двигаться на север, жилища людей появляются всё чаще. Самые старые семейные рода находятся как раз здесь, это повелось уже очень и очень давно; они долго росли, развивались, приумножались, чтобы добиться нынешнего великолепия и процветания! – Цяо Ин серьёзно посмотрела на Мосе. – Всё это удалось сохранить только благодаря победам в Битве за Захват Небес! Видишь, там, на юге, самая дальняя, и в то же время самая высокая горная вершина – это как раз и есть Небесный Столп! Битва за Захват Небес проводится именно там!

Цзюнь Мосе внимательно вгляделся вдаль и увидел величественную высокую гору, окутанную большим количеством облаков. Она была очень высокой, и даже выше слоя облаков ещё продолжал виднеться горный массив… Однако вершины горы не было видно, казалось, она уходила прямо в небо!

– Если Битва за Захват Небес будет проиграна, и Чужаки вторгнутся в мир людей, всё величие и великолепие людского рода будет окончательно уничтожено в одночасье! Процветающий мир людей превратится в кромешный ад! Может всё закончится тем, что люди станут рабами или даже пищей Чужаков! – Цяо Ин строго и сосредоточенно произнесла. – А несколькими днями ранее ты своими собственными руками перерезал 30 человек, мастеров, которые смогли бы принести большую пользу, приняв участие в Битве за Захват Небес! Ты хоть понимаешь, что нам грозит?

– И что же? – Цзюнь Мосе склонил голову.

– Это означает, что в этот раз материк Суань потерпит поражение в Битве с Чужаками! Вторжение – это уже не просто предположение, это факт! Материк ждёт полное уничтожение, нескончаемые страдания людей уже совсем близко! – Цяо Ин говорила с надрывом, в её глазах пылал огонь. – И главный виновник всего этого – ты! Ты начал эту битву! Цзюнь Мосе, неужели ты не чувствуешь хоть капельки угрызений совести?

– Что? Угрызения совести? С чего это вдруг я должен испытывать подобное? – спокойно произнёс Мосе. – Сказанное тобой… вторжение Чужаков, людские страдания… с какого перепуга это имеет хоть какое-то отношение ко мне?

– Ты! – Цяо Ин даже и предположить не могла, что услышит такие безответственные речи от такого сильного юного героя, она вся сразу же побледнела от злости и больше ничего не смогла вымолвить.

Цзюнь Мосе никак не обратил внимание на чересчур разочарованный вид Цяо Ин, и, как ни в чём не бывало, продолжил говорить:

– Про благополучие всего народа и материка я достаточно наслушался! Спасибо, ну уж увольте, продолжать слушать про это я не собираюсь! У меня скоро кровь из ушей пойдёт от этих слов! И не надо втирать мне про чувство долга и прочую чушь, это уж тем более не имеет ко мне никакого отношения!

– Говоришь, не хочешь слушать, да? А как же быть, если ты нанёс урон интересам всего народа? – Цяо Ин строго сказала. – Битва за Захват Небес будет проиграна из-за тебя! Из-за одного тебя пострадает весь народ материка Суань! Ты будешь повинен в смерти этих людей! Какое право у тебя есть говорить, что ты не хочешь слушать? Как же не имеет к тебе никакого отношения?

– Полная чушь! Люди будут умирать по моей вине? С чего вдруг? Все события всегда взаимосвязаны друг с другом. Нет дыма без огня, как говорится, и я убиваю людей только тогда, когда они в свою очередь хотят убить меня! – Цзюнь Мосе возмущённо произнёс. – Я никогда сам не нападал на три Священные земли! Я даже ни в чём не виноват перед ними! Они же, как последние мерзавцы, с лицами добродетелей без остановки продолжали создавать мне проблемы, словно я – зловредный пластырь, который всё никак не сорвать! И сейчас у вас ещё хватает совести спрашивать у меня такое? Если и умрут люди, это должно остаться только на вашей совести, а ко мне это никак не относится!

Я, вообще-то, отношусь к аристократическому роду города Тянсян, и должен был жить в роскоши и благополучии всю жизнь! Однако из-за нападок со стороны трёх Священных земель мне пришлось покинуть родной дом, отступить в лес Тянь Фа и обратится к Священным животным! Но даже, когда я отступил туда, не слишком выделываясь, три Священные земли по-прежнему не были согласны на прекращение конфликта. Упорно настаивали на своём, пытаясь сражаться с близкими мне людьми, с моими друзьями – со всеми, кто имел хоть какое-то отношение к семье Цзюнь! Они и не думали, чтобы пощадить кого-то… а потом вообще вторглись в Тянь Фа и пытались меня убить! Если бы я не был таким смышлёным, и у меня не было припрятано козырей в рукаве, я бы уже, наверное, давно был убит этой кучей ублюдков!

Глава 915.1. Да кто ты в конце-то концов?!

Цзюнь Мосе и рад был бы остановиться, но его уже вовсю несло:

– И что, блин? После этого они – ангелы-хранители материка Суань? Да, в трёх Священных землях одни только негодяи да подлецы! Включая вас троих! Как наглости у вас хватило, чтобы говорить со мной о чувстве долга и справедливости? А вы спросите себя сами! Есть ли у вас эти принципы?! Не смогли меня убить, и значит, собрались обвинять меня во всех смертных грехах, так? Кому вообще такое в голову взбредет? Раз уж вы задумаетесь о том, чтобы меня убить – я буду на шаг впереди вас. Всё просто. Допустим, вы делаете это ради всего народа, и что с того? Стоит вам только захотеть убить меня, и я не стану стоять в стороне! Я разберусь со всем в два счёта! – Цзюнь Мосе холодно рассмеялся. – У всех жизнь одна, и если не уничтожить вас – вы только продолжите творить беззаконие! Людские страдания и смерть, и что с того? Я никогда не испытывал особых чувств к подобным вещам. Хотите надавить на чувство долга и справедливости? Тщетно, я отродясь не считал себя благородным рыцарем, вы выбрали не того человека! Да хоть пусть всему этому материку придёт конец, что с того? Пройдёт несколько тысяч лет, и появится совсем новый другой мир! Прошу вас, не стоит прикрываться маской мировых спасителей, это просто отвратительно!

Цзюнь Мосе злобно рассмеялся и посмотрел на Цяо Ин.

– А вы слышали одну идиому, звучит она примерно так «вымыть обезьяне голову и напялить на неё шляпу» (надутое ничтожество, ворона в павлиньих перьях)? Это про одну обезьяну, которая, напялив на себя корону, решила, что она теперь король? Ну, разве вы, три Священные земли, выглядите не смехотворно? Если так можно сказать, по большому счёту вы не больше, чем банда сильных обезьян. Так с какой стати вы должны стоять во главе этого мира? С какого перепуга вы претендуете на звание «благородных спасителей всея материка»? Допустим, даже и спасители – окей, плевать, однако не надо, прикрываясь таким благородным лозунгом, пытаться уничтожить других людей! У вас нет такого права! Вы этого не достойны!

Цзюнь Мосе говорил, что думает, даже сболтнул «окей», и не заметил…

– В крайнем случае, если вы взвалили на себя звание «спасителей всея материка» всерьёз – так делайте свою работу, бля*ь, выполняйте обязанности, но не надо считать, что теперь все люди должны вам что-то за это! И непременно обязаны вам отплатить и жопу облизывать! Вы трое вряд ли понимаете разницу между «добровольно» и «насильно»! Вы вообще ничего не должны делать! Это не ваша обязанность, понимаете? Говорю вам, этот мир не опустеет! Смех, да и только!

Цзюнь Мосе довольно увлёкся в своих речах.

Однако когда он закончил, он увидел, что все трое пребывают в полной тишине, с серьёзными лицами и очень задумчиво.

Простояв уже довольно долго на Людской вершине, Чу Вухуй тяжело вздохнул и произнёс:

– В путь. Нам предстоит ещё три дня дороги…

Сначала пребывавшая в гневе, а потом в раздумьях Цяо Ин никак не стала укорять Мосе, и все четверо снова отправились в путь…

Кажущееся близким оказывается очень далёким. С Людской вершины был вполне отчётливо виден Небесный Столп, однако им пришлось преодолеть уже двое суток пути, но они до сих пор не достигли цели…

Цзюнь Мосе был очень удивлён – как с такого дальнего расстояния мог быть виден Небесный Столп? Зрение, конечно, хорошее, но не до такой же степени?

Чу Вухуй заметил недоумение Цзюнь Мосе и, слегка улыбнувшись, сказал:

– Подожди немного, когда доберёмся, ты всё поймёшь.

Как ни странно, после длинного монолога Цзюнь Мосе, не лишённого ругательств и оскорблений, все трое стражей заметно подобрели по отношению к Мосе. Он даже удивился и засомневался:

«Может, им именно этого и не хватало в жизни? Оскорблений? А может, они вообще те самые «мазохисты»? Любители искать неприятности на одно место, не? Значит ли это, что мне стоит больше ругать их?»

Как раз, думая над этим, вдруг он заметил, что все трое остановились. Он замедлил шаги и услышал, как Цяо Ин расслабленным тоном пробормотала:

– В передней части горы находится Священный дворец…

По её голосу было заметно, что она рада вернуться домой.

Цзюнь Мосе поднял глаза и увидел высокую гору, располагавшуюся в нескольких десятках ли от них. Среди белоснежного пейзажа смутно виднелись какие-то постройки. Приблизившись к этому месту, Мосе внезапно обнаружил, что так расположены несколько десятков тростниковых хижин. Несколько величественных стволов лежали в основании, а все крыши были сплошь обвиты ядовито-зелёным вьюном…

Это были, что ни на есть примитивнейшие жилища!

– Это и есть легендарный Священный дворец? – Цзюнь Мосе продолжал стоять с растерянным видом. В его представлениях Священный дворец должен отливать золотом и яшмой, не хуже, чем Императорский дворец… Кто бы мог подумать, что на самом деле он выглядит как кучка разваливающихся хибар?

Цяо Ин, рассмеявшись, произнесла:

– Да, это и есть Священный дворец!

– Я восхищён! – с искренностью в голосе сказал Мосе. Став великими мастерами, но продолжать жить в таком месте… Это, в любом случае достойно восхищения!

– Большое спасибо! – Цяо Ин довольно улыбнулась, слова Мосе тронули её.

Она почувствовала искренность в его словах, и словно немного потеплела к нему. Показывая рукой направление, она сказала:

– В трёхстах ли на восток располагается Неуловимый Мир Бессмертных! По диагонали чуть более тысячи ли, там Великий Золотой город! В двух тысячах ли на запад – Иллюзорный Океан Крови. Гора, на которой располагается Священный дворец, именуется Священной горой. Всего в тысяче ли на юг от Священной горы располагается Небесный Столп, там и проводится Битва за Захват Небес!

– Оказывается здесь… это место нелегко найти! – Цзюнь Мосе причмокнул языком, и спросил: – А те остальные три места, они выглядят так же, как и это?

Цяо Ин немного сконфузилась и замялась:

– Те три места… ну… в сравнении с этим, выглядят немного посимпатичнее.

Цзюнь Мосе многозначительно кивнул:

– Немного посимпатичнее, говоришь? Интересная точка зрения. Я ещё понимаю, если они жили так же примитивно и просто, как их старшее поколение, это ещё можно был бы понять… Однако в действительности всё совсем не так…

– Быть трудолюбивыми и бережливыми – издавна было главной традицией, которой придерживался Священный дворец! – как бы в защиту сказал Чен Инсяо.

– В самом деле, отличная традиция! Не замёрзнуть и не умереть с голода, действительно, очень непросто. К счастью, есть Суань… Суань – просто отличная вещица! Хоть не умрёшь и не замёрзнешь до смерти! – пошутил Цзюнь Мосе.

Лица всех троих стражей одновременно помрачнели…

……

– Оказывается вот как выглядит трудолюбие и бережливость! – Цзюнь Мосе наконец ступил на Священную гору и цокнул языком от удивления:

– Бля*ь, о таком трудолюбии и бережливости я и мечтать не мог! Вы можете так не лицемерить, а?! Господи, и это называется трудолюбием и бережливостью? Я желаю вам разбогатеть, ребята!

Цзюнь Мосе наконец смог внимательно вблизи рассмотреть так называемые «хижины». И невольно пришёл в бешенство. Он только что восхищался, а тут такое…

Одухотворенная Ци здесь была очень чистая и насыщенная. Не такая, конечно, как в Пагоде, но всё же вся растительность была доверху напитана ею!

В Священном дворце имелось как минимум более сотни таких построек, в основании каждой хижины было большое величественное дерево! И Мосе знал эти деревья: Деревья Суань Лин!

Возраст их мог достигать десяти тысяч лет. Если оторвать небольшую щепку от такого дерева и носить с собой, она произведет успокоительное воздействие, не увядая на протяжении всей жизни. Живя бок о бок с чудесными деревьями Суань Лин, можно автоматически напитываться их природной Ци!

Каждой хижине требовалось как минимум шесть таких деревьев… Здесь была прекрасная обстановка для совершенствования, в твоих мыслях никогда не было хаоса и беспорядка, только умиротворение и безмятежность!

Что касается «стен» хижин, то они представляли собой чистый бамбук, который плотно прижат друг к другу. Этот бамбук не являлся какой-либо особой уникальной вещью и огромной полезности не нёс, однако он отпугивал ядовитых насекомых, находящихся поблизости.

А самое огромное его преимущество заключалось в другом, а именно – в отличной терморегуляции: тепло зимой и прохладно летом! Кроме того, бамбук может круглый год источать приятный запах. В совокупности с чудесными деревьями Суань Лин, эта хижина может стать настоящим раем для самосовершенствования!

«Да бля, это ведь даже гораздо круче, чем электрический отпугиватель насекомых!» – Цзюнь Мосе аж весь обзавидовался!

Глава 915.2. Да кто ты в конце-то концов?!

Когда Цзюнь Мосе увидел крышу, обвитую ветками разных деревьев, его взгляд стал хуже, чем у голодного волка! Ветвь «Хвоста феникса», ветвь «Паломничества», рядом виднелись листья «Фиолетовой сетки», их сверху прикрывала ветвь «Персикарии»… Прямо над головой нависала ветвь «Восьми сокровищ», ветвь «Долголетия»…

У молодого мастера Цзюнь свело зубы…

«Такие редкие экземпляры! Да, блин, вы такие бережливые ребята… Может, я сейчас и сам уже довольно богат всякими интересными штуками, но в отношении таких экземпляров даже я не стал бы вести себя так расточительно… Священный дворец, эти ублюдки, живут в таком охренительном месте, которое даже Небожителю покажется недосягаемым раем! Кто бы мог подумать, что эти ребята, строящие из себя бедняков и простаков, которые безостановочно твердят, что бережливость – лучшая традиция Священного дворца, по итогу окажутся такими тварями! Если у вас хватает наглости говорить такое, то лучше сдохните, а… Такие речи – это уже чересчур! Где, бля, ваша совесть? Столько ништяков…»

– Что такое? Молодой мастер Цзюнь? Мы живём отшельниками в очень примитивных условиях, но, пожалуйста, не относись к этому пренебрежительно и укоризненно, – сдержанно сказал Чу Вухуй.

Цзюнь Мосе вдруг затрясло, и он внезапно схватил Чу Вухуя за руку:

– Старший Чу, старейшина Чу! Трудолюбие, бережливость, скромность и простота – это, безусловно, величайшие добродетели человечества, я… я… я тоже хочу следовать с вами по этому пути, проживая день за днём за упорной работой, вспоминая о прежних горестях и думая о будущих радостях… Позвольте мне переехать сюда… Мне всего-то нужно пять или шесть комнат в хижине… Ну пожалуйста, разрешите молодому поколению подражать высокой добродетели уважаемых предшественников…

– Отвали! Ты, засранец, уже и так слишком многого хочешь, закатай свою губу! – закричал Чу Вухуй. Его крик был словно львиный рык!

«Да что ещё, блядь, за пять-шесть комнат вообще! Он о чём думает? Даже сам Повелитель Неуловимого Мира Бессмертных – Мо Вудао – за несколько сотен лет упрашиваний смог добиться лишь несколько веточек от этих чудесных деревьев. И то, кажется, он получил из них только половину… Не вспомню точно…»

– Цяо Ин... Ты вернулась? Ого, да ещё и гостей с собой привела? Почему бы вам не войти – посидим, поговорим? – прозвучал тихий неторопливый голос, ни на чуточку не меняя своей тональности.

Выражения лиц трёх стражей стали более серьёзными, и все тихо, в один голос ответили:

– Конечно!

И, обратившись, к Мосе, сказали:

– Молодой мастер Цзюнь, окажи нам милость!

– Ой, да я только с радостью, – улыбнулся Цзюнь Мосе и, шагнув вперёд, попутно спросил: – Всего здесь ровно сто тридцать шесть таких хижин, только вот... все ли они заняты людьми?

– Заняты? Да как же? – Чу Вухуй покачал головой и сказал. – Почти половина из них пусты. С давних времен здесь было позволено оставаться только мастерам, достигшим уровня Шенхуана! Но совсем недавно в Тянь Фа мы потеряли несколько человек, да и ты вот прикончил одного! На данный момент здесь осталось менее шестидесяти человек…

– Шесть десятков человек! Шестьдесят Шенхуанов или шестьдесят мастеров выше уровня Шенхуана! – Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, а затем с ухмылкой задал очередной вопрос: – А что насчёт вас? На каком уровне находится ваша сила?

– Наши почётные звания «стражей» на самом деле – лишь одно название и не более. А что касается силы… приблизительно на десять уровней выше Шенхуана… ой, да фигня, даже не стоит и упоминать! – может, Чу Вухуй и сказал, что «не стоит упоминать», но его лицо так и светилось от самодовольства, что любой мог спокойно это заметить.

– Восхищаюсь-восхищаюсь, вы такие крутые! – Цзюнь Мосе поднял глаза и посмотрел на него с благоволением. Однако на самом деле, Чу Вухуй в последнее время, напротив, являлся для молодого мастера самым тошнотворным объектом. Как только он вспоминает об этом ублюдке со слезами и соплями на лице, тут же блевать хотелось, так трудно было сдержаться!

В это время эта четвёрка уже достигла передней части самой большой хижины. По площади она была где-то около пяти или шести чжан (около 60 квадратных метров), вокруг красовалось огромное количество чудесных деревьев и необыкновенных трав – очевидно, это были самые редкие и древние экземпляры. Скорее всего, это был центр Священного Дворца…

– Входите, – прозвучал дружелюбный и спокойный голос изнутри. И когда прозвучал этот голос, дверь хижины внезапно тихонько открылась... Даже со своим уровнем совершенствования Мосе не удалось заметить ни единого колебания энергии Суань…

Трое даже не успели дёрнуться с места, как вдруг услышали голос, полный удивления:

– Ого? – голос был очень тихим, но нотки изумления были отчётливо слышны.

Лица Чен Инсяо, Чу Вухуя и Цяо Ин вдруг резко переменились!

Это был голос Владыки Дворца!

Уже более тысячи лет Владыка ни разу не удивлялся, но сегодня что-то его всё же потрясло!

Неужели это действительно как-то связано с Цзюнь Мосе?

Вслед за этим последовало молчание, и появился чей-то силуэт, парящий в воздухе. В комнате находилось десять стульев, и только три из них оставались пустыми, на остальных уже сидели какие-то люди.

По оценке Цзюнь Мосе, высота здесь была не меньше семи или восьми километров, однако тут абсолютно отсутствовало ощущение недостатка кислорода, снаружи всё было покрыто глыбами льда и снегом, но в комнате оставалось тепло, как весной!

Когда эти четверо, наконец, вошли, глаза всех восьмерых присутствующих тут же сосредоточились на Мосе.

С виду их взгляды казались вполне дружелюбными, но по факту это были дотошные световые прожекторы: Цзюнь Мосе казалось, что он стоит перед ними абсолютно голый, предоставляя им своё тело для детального осмотра.

Тем не менее он был спокоен:

«Во всяком случае, все они – мужчины, пусть смотрят себе на здоровье. Вообще пофиг, я ведь драгоценный экспонат, главное, чтобы после их «экскурсии», они не почувствовали себя неполноценными… Ну а, даже если и почувствуют – ничего не поделаешь! Ведь у них нет такой прекрасной ДНК, как у меня…»

Цяо Ин и остальные стражи уже успели тихонько присесть. Те три пустующих стула как раз предназначались для них. Цзюнь Мосе тут же обратил внимание на их расположение: Цяо Ин села на пятый по счёту стул, посередине, а Чен Инсяо и Чу Вухуй заняли два самых крайних стула по обе стороны.

Неудивительно, что их называют охранниками, ведь, по факту, оно так и есть… Отбросы на обочине, даже бабу переплюнуть не могут…

Молодой мастер Цзюнь всячески внутренне не одобрял их. Он не знал, что из-за своего дара провидения у Цяо Ин имеется особое положение в Священном дворце, она лишь ненамного уступала Владыке этого дворца. Что касается Чен Инсяо и Чу Вухуя – их положение действительно не было слишком уж высоким, однако городские Повелители трёх Священных земель и дворцовые Владыки при встрече были обязаны выказывать им своё почтение и уважение!

Все присутствующие были одеты в белоснежные одежды, всем уже однозначно перевалило за несколько сотен лет, однако о седине тут явно никто не слышал. На вид они были вполне здоровыми людьми в самом расцвете сил с тёмными волосами и нефритовой кожей – обычные мужчины среднего возраста…

Цзюнь Мосе внутренне негодовал:

«Мужчины средних лет, тьфу! Кучка старых оборотней, вздумали обмануть меня?!»

Молодой мастер прекрасно понимал, что каждому в этой компашке должно быть уже около 1800 лет. Это определенно группа самых древних чудовищ…

Острые взгляды перекрещивались на теле Мосе, однако все сохраняли тишину, становясь всё серьёзнее и серьёзнее…

– Ну и как вам этот мальчишка? – добрый голос исходил откуда-то с верхней противоположной стороны. Он обратился к присутствующим.

Цзюнь Мосе не мог не удивиться. Он ощущал на себе лишь 16 голодных глаз, но не сумел обнаружить присутствие ещё одного человека.

Но после того как этот странный голос снова прозвучал, Мосе, кажется, смог почувствовать его прямо перед собой. Этот человек улыбался и смотрел прямо на него. И хотя присутствие ещё одной личности было подтверждено, однако её по-прежнему было невозможно разглядеть.

Этот человек явно перед ним, но Цзюнь Мосе он казался чем-то иллюзорным, словно это пространственно-временная проекция или призрак…

Такое чувство уже возникало однажды, и оно исходило от Четырнадцатого Шао! Без сомнений, границы сил этого человека уже достигли предела Пустоты! Кажется, ему осталось совсем немного до её овладения, так сказать, последний рывок.

Совершенствование этого человека ниже, чем у Четырнадцатого Шао, однако этот разрыв не слишком уж и большой, даже совсем малюсенький!

После осознания всего этого у Мосе все волосы на теле встали дыбом! Кто бы мог подумать, что в Священной земле имеется такая огромная, ужасающая сила!

Так раз уж у них есть такой козырь… то почему они всё еще позволяют Четырнадцатому Шао так своевольно бесчинствовать в этом мире на протяжении стольких лет? Один на один, он, может, и не знает себе равных, но ведь их обоюдная ненависть уже буквально захлестнуло всё небо! В такой ситуации нужно приложить лишь немного больше силы, чтобы одолеть врага. Вполне вероятно, что при таких условиях у Четырнадцатого Шао даже не останется возможности для побега!

Пока Цзюнь Мосе находился в своих размышлениях, вдруг раздался утончённый голос первого человека, сидящего с правой стороны:

– Этот ребёнок… он, несомненно, обладает уникальными способностями и талантами!

Второй человек слева вздохнул и сказал:

– Верно, если он продолжит совершенствовать свои навыки, то в будущем его ждут успехи не хуже, чем у Первого Шао, а, может, даже и лучше!

Своими словами эти двое определили максимальный лимит и возможности молодого мастера!

Глава 915.3. Да кто ты в конце-то концов?!

Остальные присутствующие после этих слов один за другим кивнули головами. У четвёртого человека справа на щеке виднелось слабое родимое пятно, он вдруг продолжил:

– Этот парень действительно очень молод. Согласно моим наблюдениям, его волосы не прошли через перерождение с помощью силы Суань, и текстура его лица является естественной. Здесь нет никаких следов искусственного омоложения. Да и пушок с лица ещё толком не сошёл… В общем, я могу с уверенностью сказать, что истинный возраст этого ребенка не превышает двадцати лет!

Остальные присутствующие снова покивали головами.

Взгляд первого человека слева был острый, как у орла. Поглядев на Цзюнь Мосе некоторое время, он спокойно сказал:

– Помимо уже сказанного ранее есть ещё кое-что не менее важное. С такими успехами в столь юном возрасте, да пусть даже ты самый серьёзный и ответственный на этой планете, твои разум и природные данные определённо должны отличаться от данных заурядного молодого человека! А мальчишка, стоящий перед нами, определённо не входит в разряд заурядных личностей! Слушая наши хвалебные речи, он, может, и сияет от радости и гордости, однако на самом деле это всё фальшь! – он слегка буркнул и добавил: – В его глазах, несомненно, присутствует улыбка и чувство самодовольства, а может, даже и высокомерие, однако это всё лишь на поверхности. Настоящее духовное сияние его глаз глубоко сокрыто от окружающих… Серьёзность и спокойствие этого мальца находится далеко за пределами уровня Шенхуана. Даже я в своё время, будучи на таком уровне совершенствования, не мог себе такого позволить!

– Это замечание действительно обоснованно! Характер этого юноши чрезвычайно твёрд и решителен. Его текущие достижения уже и так превосходны, но он всё ещё не удовлетворён ими. Сердце требует ещё большего прогресса. И хотя сейчас он беззаботно улыбается, между его губами и щеками есть изгибы, направленные вниз: это говорит о том, что они были приобретёнными в течение жизни, а вовсе не естественный образ. А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что этот мальчишка по своей природе очень решительный, беспощадный, чёрствый, а по отношению к своему врагу не побрезгует никакими методами! В нашем мире, у каждого человека есть хоть капелька жалости и сострадания, но только в сердце этого юноши нет абсолютно ничего! Он чрезвычайно жестокий и стойкий человек! – после тщательного наблюдения неторопливо сделал своё заключение второй человек справа.

Тело сидящего с правой стороны мужчины было такое прямое, словно он швабру проглотил. Прокашлявшись, он подхватил:

– Именно! Сейчас он стоит перед нами, выслушивая наши комментарии, однако выражение его лица остаётся неизменным, а зрачки даже не пошевелились! Его руки и ноги абсолютно неподвижны, словно вода в озере, но это выглядит весьма естественно. Вероятно, у него есть абсолютная уверенность в том, что в любой момент он может спастись бегством! Это уму непостижимо. Даже если в столь юном возрасте он и обладает чудовищной силой, однако он нам не ровня. Так откуда же такая уверенность в отступлении? Одновременно столкнувшись с одиннадцатью противниками, боюсь, что в такой ситуации даже у Четырнадцатого Шао не было бы никаких шансов! Однако я признаю его уверенность, которую никто не может поколебать!

– Этот ребёнок просто ужасен! Действительно ужасен! – такой вывод был сделан всеми после всех произнесённых речей.

Цзюнь Мосе так и продолжал спокойно улыбаться, однако в душе он был дико шокирован происходящим!

«Эти люди, действительно, очень проницательны. Наверняка от их взгляда не ушел ни один волосок на моем теле. Старые черти, их наблюдательности можно только позавидовать!

Жаль, конечно, что они разоблачили мою самоуверенность, однако самый главный козырь им разоблачить не удалось! Иначе говоря, в этом мире, кроме Первого Шао никто не сможет знать его настоящие тайны!»

– Друзья, вы все упустили одну важную деталь, – сказал человек в белом, сидящий наверху, тон его голоса был спокойным и дружелюбным, словно межгорный освежающий родник: – Пока все одиннадцать человек одновременно наблюдали за этим юношей, то, сами того не осознавая, высвобождали собственную уникальную энергию Ци. Даже если с одного человека её было совсем немного, то в совокупности такое невозможно просто так выдержать любому из нас. Обязательно необходимо высвободить собственную силу и направить её в ответ, иначе можно с лёгкостью получить трещину в своих духовных силах! Однако этот мальчишка ничего подобно не делал! Вообще ничего! – мягко сказал человек сверху. Это предложение заставило остальных резко перемениться в лице!

Человек, сидящий наверху, со слабой улыбкой слегка поднял голову и равнодушно посмотрел на Цзюнь Мосе. Но для молодого мастера этот взгляд был сопоставим с двумя раскалёнными стальными иглами, которые вонзились прямо в его тело!

Мосе невольно прищурился, а затем испустил холодный свет из пары своих равнодушных глаз!

С момента вхождения в эту комнату это был первый раз, когда молодой мастер произвёл хоть какое-то движение по собственной инициативе!

Глаза этого человека были словно безграничное море. Посмотрев в них, Мосе будто бы увидел огромное звёздное небо и бесконечную вселенную!

Но независимо от того, насколько глубоко море и таинственно звёздное небо, глаза Цзюнь Мосе были как два параллельных меча, движущихся к своей цели без каких-либо колебаний!

Остальные десять человек, находящиеся в комнате, одновременно ощутили атмосферу ярости и опасных потрясений!

Эта атмосфера ярости, может, для них и не была особо сильной, но ощущалась она довольно-таки остро! Казалось, будто этот дух истребления был готов идти напролом, даже против самих богов!

Все десять человек вдруг пришли в ужас!

Это далеко не заурядный метод, чтобы помериться силой!

Состязание в духовной силе!

Однако... Десять человек не могли припомнить, чтобы ранее был кто-то, осмелившийся бросить вызов Владыке дворца! Да что там схватка в духовной силе, никто ни разу не решился сразиться с ним хотя бы в любом другом мастерстве или технике!

На данный момент в мире есть всего три человека, которые могут составить конкуренцию Владыке дворца!

Первый – это, естественно, Четырнадцатый Шао, затем предок Таинственного Призрачного Дворца – Ло Фу Юнь, и загадочный лидер Чужаков – Чуан Шан Бэй Дао.

Однако этот мерзкий Чужак – это сиамские близнецы, их духовная сила эквивалентна двойной силе обычного человека. Это особый случай, который нельзя рассматривать как настоящую силу.

Кто бы мог подумать, что есть ещё один смельчак – талантливый мальчишка, не признающий ни закона, ни велений небес!

В глазах десяти человек вдруг проявилось чувство сожаления: этот гениальный ребёнок… скорее всего, он полностью потеряется в завораживающем звёздном небе Владыки и получит огромную душевную травму до конца жизни! Жаль, но такой результат уже предопределён…

Эти двое смотрели друг на друга на расстоянии около полутора метров.

Цзюнь Мосе почувствовал, будто внезапно вломился на чужую территорию!

Словно вся эта бесконечная пустота – это чужая земля, а он просто агрессор!

Но любая духовная сила имеет свой предел! Это как если вы рисуете море, оно полностью похоже на море, но по сути это, всё же, узкий холст! Предел холста – это и есть предел этого человека!

Только и всего!

Поэтому, не считаясь ни с чем, Цзюнь Мосе продолжал идти напролом!

«Даже если передо мной действительно голубое небо, я должен проделать в нём дыру!»

Время потихоньку уплывало, прошло уже около получаса.

Выражения лиц остальных десяти человек от досады и сожаления понемногу переходили в панику и неверие!

Все пришли в дикий ужас!

Этот мальчик – монстр? Он не только хорошо держится под давлением Владыки, но и успевает дать отпор и провести собственную атаку! Это просто невероятно!

Глазам не верится!

Цзюнь Мосе один за другим пробился сквозь голубое небо, синий океан, а затем и через бушующее пламя…

Всё это, естественно, просто иллюзии, созданные противником, поэтому Цзюнь Мосе просто наплевал на них и решительно шёл на прорыв! Его цель – это противоположный берег, так что ни в коем случае нельзя останавливаться!

Постепенно лицо молодого мастера стало бледнеть, а на лбу просочилось несколько капель пота. Медленно опускаясь, они собрались в одну огромную каплю на кончике носа, которая затем тихонько упала вниз.

Капля пота рухнула на землю с необычайно громким звуком!

Внезапно Цзюнь Мосе почувствовал, что он соприкоснулся с прочной стеной, но как только он захотел её проломить, она вдруг исчезла, оставив только необъятную пустоту. Похоже, что ему удалось покинуть безбрежное море сознания своего оппонента!

Он открыл глаза и увидел мужчину средних лет, всё ещё смотрящего на него с улыбкой. Ничего необычного, только это было похоже на сон!

Но на земле перед его ногой всё ещё виднелась та самая капелька пота.

– Кто ты? – мужчина улыбнулся и обратился к Цзюнь Мосе.

Хотя он и улыбался как обычно, да и голос его ничуть не изменился, однако остальные присутствующие, сопровождавшие его в течение почти тысячи лет, смогли ясно разглядеть ужас и страх в глазах Владыки Дворца!

Все вмиг содрогнулись!

Сегодня действительно особенный день, потрясения происходят один за другим!

– Я? Я – Цзюнь Мосе! – улыбнулся молодой мастер.

– Естественно, я знаю, что ты – Цзюнь Мосе. Я узнал об этом, когда ты только ступил на Священную гору. Но я спрашиваю… – выражение лица этого мужчина стало серьёзнее, и он повторил: – Кто ты в конце-то концов?!

Он знал, что перед ним стоит Цзюнь Мосе, но всё же продолжал задавать этот странный вопрос – как-то уж слишком противоречиво… Однако остальные десять присутствующих вдруг выпрямились, а взгляд каждого из них стал необычайно сосредоточенным!

– Я – никто, – ответил Цзюнь Мосе и добавил: – Я понимаю, о чём вы спрашиваете… но я действительно просто... Цзюнь Мосе! И не более!

Когда он сказал это, пять или шесть человек вдруг резко подняли брови от удивления. Они уже как-то слышали, что три Священные земли навлекли на себя одного странного, несговорчивого противника по имени Цзюнь Мосе. Теперь понятно, что за ошибку природы они на себя навлекли!

Все тут же про себя всячески изматерили три Священные земли:

«Для какой, бля*ь, высшей цели вы вообще связывались с этой аномалией? Нахрена было его провоцировать? Вам проблем было мало, ещё искали? Говорят, что у этого мальчишки имеется таинственный учитель… Если у ученика такая ужасающая мощь, то насколько страшнее его наставник?»

И теперь, услышав фразу «Я – просто Цзюнь Мосе, и не более», все десять человек одновременно пришли в изумление, а четвёртый человек по правую сторону вдруг воскликнул:

- Это невозможно!

И хотя другие сохраняли безмолвие, но в их глазах отчетливо виднелся тот же самый смысл: невозможно!

Глава 916.1. Старые шрамы, вернуть долг или есть другая цель?

– Неужто ты в самом деле не переродившаяся душа умершего Шенхуана? – человек средних лет с родимым пятном на лице пристально посмотрел на Мосе: – Уверен, ты и сам понимаешь, что достиг уровня Шенхуана третьей ступени, а тебе даже не исполнилось ещё двадцати! Однако одного ты не знаешь… если бы ты не был переродившейся душой, ты бы ни за что не смог похвастаться такой впечатляющей скоростью совершенствования! – и в конце он мрачновато добавил: – Пусть даже бы мы все 11 человек с самого твоего рождения ниспосылали на тебя благодать, холили и лелеяли твои успехи, возились бы с тобой, как с самым редчайшим сокровищем – ты бы всё равно не смог достигнуть такого уровня к двадцати годам! Ты будешь продолжать всё отрицать?

– Но я правда никакая там не душа! Ладно, если господа старшее поколение не верят мне, я не в силах ничего поделать, но я могу задать вам встречный вопрос: Так называемая переродившаяся душа смогла бы достигнуть моих успехов? – Цзюнь Мосе ослабил хватку, и с невинным лицом сказал.

Человек с родимым пятном на лице сразу умолк. Он понимал, что переродившейся душе были недоступны достижения, которыми в данный момент обладал Цзюнь Мосе.

Разумеется, переродившаяся душа – это лучшая форма для прекрасного дальнейшего совершенствования, которую только можно представить, но и она имеет свои пределы, а силы Цзюнь Мосе далеко превышают эти самые пределы!

– Мальчишка говорит дело, он вовсе не переродившаяся душа! – человек в белых одеждах, находившийся во главе, утомлённо вздохнул, а потом уверенно объявил: – Только что наши души вошли в контакт, и я проверил, что его душа – это единое целое, она не имеет ни малейших признаков беспорядка или разрозненности! Это означает, что она не может считаться объединённой суммой душ за обе жизни!

После этих слов лица всех присутствующих резко изменились!

Души вошли в контакт, нет малейших признаков беспорядка или разрозненности!

Все поняли, что означают эти слова.

В общих чертах перерождение души умершего Шенхуана происходит примерно так: душа должна найти беременную женщину, которая должна вот-вот родить, а потом уже переродиться. Однако обычно происходит так, что в сформированном теле эмбриона уже есть другая новая душа!

Тогда душа Шенхуана должна убить новую душу эмбриона! Только тогда она сможет жить в этом теле. Таким образом и происходит перерождение души Шенхуана, ребёнок ещё не появился на свет, а у него уже потрясающие способности к совершенствованию, однако не всё так просто, у каждого события есть обратная сторона. У этой души есть один большой недостаток: по своей целостности она во многом уступает обычной душе, она крайне разрозненна и беспорядочна!

Как-никак, душа умершего Шенхуана убивает естественную душу нового человека! Из-за этого всё осложняется, однако медленно всё же можно меняться, превращаться! Но всё же, вне зависимости от степени этих изменений, полностью преодолеть низкую целостность души не получится, это останется с человеком навсегда!

Это так называемый последний и крайне опасный рубеж для совершенствующихся мастеров: «Внутреннее зло, претерпевая многократные тренировки, становится душой!»

Если верить древним поверьям, мастер, которые сможет успешно преодолеть этот рубеж, будет в состоянии свободно проходить сквозь пустоту, открывать двери в разные миры, и по желанию сновать туда-сюда. Однако если ему всё-таки не удастся преодолеть это испытание, итог будет плачевным – его душа будет уничтожена! Вне зависимости, прошлая или настоящая, они обе превратятся в ничто!

Этот рубеж намного опаснее ответного удара при совершенствовании!

Издревле и до настоящего времени ни одному мастеру не удавалось пройти через это испытание!

Разбить Пустоту, способность открывать двери в разные миры, и по желанию сновать туда-обратно…

За десять тысяч лет на материке Суань только Первый Шао был способен на подобное!

И не только он в одиночку мог себе позволить это, но и прихватив около сотни своих жён…

Однако о них предпочли умолчать!

Этот рубеж был самым последним в классификации совершенствования Суань, который смог дойти до наших дней!

Однако никто не знал, что причина, по которой Первому Шао удалось пройти через это – то, что он изначально не был какой-то переродившейся душой; впрочем, как и его жёны. Поэтому ему совершенно был не опасен процесс, когда «Внутреннее зло, претерпевая многократные тренировки, становится душой!»

Что же касается потомков, которые тоже не были переродившимися душами, и которые смогли преодолеть этот рубеж…

На протяжении всех этих лет не было ни одного, кто бы смог!

Человек, стоявший во главе, был перерождённой душой стража предыдущего поколения, и ещё 5 человек среди них подверглись такому же опыту, как и он! Эти шестеро человек обладали самым высоким уровнем совершенствования во всём Священном дворце!

И хотя остальные люди тоже обладали правом присутствовать здесь, однако их уровень совершенствования по сравнению с этими шестью, отличался как небо от земли!

Сейчас же неожиданно взялся какой-то странный малый, кто не являлся переродившейся душой, но при этом обладал уже уровнем Шенхуана третьей ступени, при этом, не достигнув и двадцати лет! Никто из присутствующих людей никогда не слышал о таком.

Им хотелось найти объяснение превосходных успехов Цзюнь Мосе. Всё, что им было известно, это лишь достижения переродившейся души Шенхуана, однако их предположение с дребезгом разбилось об молниеносный ответ Мосе!

Однако они не знали, что Мосе – не только не так называемая переродившаяся душа, но и вообще родом не из этого мира. Другая душа и не принадлежавшее ей изначально тело… Однако, так как Мосе имел при себе Пагоду Хунцзюнь, все следы этого несоответствия были начисто стёрты! Внутреннее зло, громовой удар, ничего из этого не замечает этих следов!

– Хотя ты отрицаешь, что ты переродившаяся душа, в твоём теле есть следы большого количества разных чудодейственных лекарств! Другими словами, это как раз они спровоцировали огромный рост силы, которой ты сейчас обладаешь! – этот человек по-прежнему улыбался, однако в его глазах читалось какое-то предостережение: – Только у каждого дела есть обратная сторона! Тебе нужно обратить внимание на это, так как для тебя это совсем не есть хорошо. Пусть на короткий срок времени тебе удалось возвыситься в своих силах, однако не стоит забывать о дурных последствиях. Подожди следующего прорыва, немного успокойся, а лучше подожди, когда силы полностью исчезнут, и прорвись снова, а иначе, если ты одним махом достигнешь самого последнего рубежа… столкнёшься с очень опасным испытанием, возможно, не слабее нас по силам, а может, и даже больше…

Цзюнь Мосе посмотрел на него и произнёс:

– Премного благодарен!

Мосе смог прочувствовать, что эти слова были сказаны с настоящей искренностью. Разумеется, у него есть Пагода, и ему не стоит волноваться ни о каких последних рубежах, но всё же от этих слов он стал чувствовать себя немного комфортнее.

Услышав про «большое количество разных чудодейственных средств» все как-то немного расслабились, и, хотя все до сих пор пребывали в недоумении, такое объяснение было намного легче принять. В конце концов, в мире есть столько неизвестных вещей… Возможно, случай с Мосе возьмут в основу новой легенды.

Так или иначе, но эти тысячелетние оборотни должны были сквозь землю провалиться, это такой большой удар по самолюбию…

– Цзюнь Мосе, пусть, хотя ты сейчас и находишься в неприятельских отношениях с тремя Священными землями, но мы не хотим создавать тебе трудности. Раз ты пришёл сюда вместе с тремя стражами, стало быть, у тебя есть какое-то дело? – человек слегка улыбнулся, а потом снова принял равнодушный вид, и постепенно исчез, приняв странный вид «ничто».

Услышав его слова, все остальные разом охнули.

То, что Цзюнь Мосе достиг такого уровня силы в подобном возрасте – это настоящее чудо! Поэтому старейшина, только увидев его, сразу же созвал всех их прийти сюда, выразив такое мнение:

«Если этот мальчишка с такой удивительной скоростью прорывается, за очень короткий срок он может достигнуть самого максимального предела силы, а то и выше! Тогда он сможет преодолеть внутреннее зло и стать не имеющим себе равных!»

Однако сейчас, вероятно, старейшина уже отбросил эту соблазнительную идею.

Однако они не знали, что когда их старейшина входил в контакт с душой Цзюнь Мосе, эта идея не только не исчезла из его головы, а наоборот, только укрепилась ещё сильнее! Он был уверен, что Мосе не из тех людей, кто бросает дело на полпути, он ещё тот упрямый осел!

Выдвигать требования по отношению к людям такого типа невероятно сложно! К тому же, учитывая уровень силы всех этих людей, просить кого-то об одолжении неловко!

К счастью, у таких людей есть одно слабое место – они страшно боятся быть в долгу перед кем-то! Поэтому сейчас лучшим решением будет постепенно сближаться с ним, медленно продвигаясь шаг за шагом к своей цели. К тому же, когда он вошёл в контакт с душой Мосе, он сразу же почувствовал её мощь, так как она продолжала вести борьбу, и, очевидно, что это было ещё только вполсилы! Если бы душа Мосе была чуть понастойчивее, неизвестно, удалось бы старейшине сдержать напор!

Это привело его в настоящую панику!

Однако он не знал, что Мосе боролся изо всех своих сил!

Что же до той необъяснимой тайной мощи, это была сила Пагоды Хунцзюнь. И относительно этого предчувствия он нисколько не ошибся. Если где он и допустил ошибку, это лишь в том, что он сильно принизил способности Пагоды; если бы Цзюнь Мосе применил в сумме со своими все силы Пагоды… если бы даже все присутствующие объединились, они бы всё равно не смогли отразить удар! Ни один человек не может противостоять мощи Пагоды Хунцзюнь!

Когда разговор зашёл об этом, Чу Вухуй поспешил подняться и подробно рассказать о деталях пари.

Услышав о смерти почти трёх десятков Достопочтенных мастеров, и Шенхуана Чжань, все присутствующие нисколько не изменились в лице, только лишь тяжело вздохнули с крайним сожалением…

– Стало быть, тебе нужны цветки Искусного Лотоса… – старейшина пристально посмотрел на Мосе, а потом спокойно сказал: – Нет проблем! Пари есть пари, проигравший должен уметь признавать своё поражение!

Услышав эти слова, все вокруг неслабо удивились.

Глава 916.2. Старые шрамы, вернуть долг или есть другая цель?

– Спасибо! В трёх Священных землях есть хотя бы один человек, готовый неуклонно держать своё слово! – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, а потом спросил: – Осмелюсь спросить ваше имя?

Хотя эта фраза и казалось вежливой, однако на самом же деле таковой она не являлась. Вопрос был на уровне сил двух сторон. Хотя между силами Мосе и силами всех присутствующих в этой комнате была настоящая пропасть, в глазах толпы образ Цзюнь Мосе был настолько блестящим и величественным, что он даже мог соперничать силой с их старейшиной!

Этот человек постоянно ждал такого вопроса от Цзюнь Мосе, и, услышав его, он рассмеялся, а потом чуть растерянно произнёс:

– Как меня зовут… Я, правда, уже почти и забыл… Сейчас меня, должно быть, зовут… Гу Хань? Помню, три тысячи лет назад моя фамилия была У, и звали тогда меня У Шаньюнь…

Эти слова Мосе словно заставили его что-то вспомнить, и в его туманных глазах проскользнула досада… откуда из пустоты раздался тяжелый вздох… будто в этом вздохе были печаль и радость всех трёх тысяч лет…

Три тысячи лет назад…

Мосе словно ударило током!

Этот красивый темноволосый мужчина с молодым лицом оказывается человек, которому более трёх тысяч лет! С его слов, Цзюнь Мосе понял одну вещь: этот человек и есть та самая «переродившаяся душа»!

Назвав свои оба имени, он более чем очевидно намекнул на это.

– Тогда как мне вас называть – Гу Хань или У Шаньюнь? – Цзюнь Мосе рассмеялся.

– Имя – это лишь условность, ни к чему как-то меня называть. Пусть ты даже будешь звать меня старым хрычём… это не имеет никакой разницы, – человек тоже рассмеялся.

– Ха-ха! – соперник Мосе был очень откровенен, и был весьма неплохо расположен к нему, не чувствовалось ни капельки напряжения, поэтому Цзюнь Мосе решил относиться к нему так же. Потому что, несомненно, это особое расположение, но Цзюнь Мосе не хотел этим пользоваться, в особенности со стороны трёх Священных земель…

Посмотрев на этого господина Гу Хань или У Шаньюня, он, улыбнувшись, произнёс:

– Три тысячи лет… Гу Хань, за эти три тысячи лет сколько женщин вы взяли себе в жёны? Наверняка они все были настоящими королевами красоты? А они… сейчас где?

В это время в комнате находилось одиннадцать человек, и десять из них одновременно пришли в ярость!

Все они, несомненно, всегда гнались за вечной жизнью, однако в этой их «вечной» жизни по-прежнему есть много вещей, о которых им страшно вспоминать, и которые они не в состоянии забыть! Каждый раз, вспоминая об этом, их сердце обливается кровью!

– Молодой господин Цзюнь, ты это, конечно, зря сказал! – Чен Инсяо, еле сдерживаясь, тихо сказал.

Занимающий место предводителя У Шаньюнь помрачнел. Его лицо в этот момент словно накрылось толстым слоем вуали, и никто не мог его разглядеть… Только атмосфера в комнате становилась всё более возбуждённой, что людям стало тяжело дышать.

– Зря? Ну ладно… Я прошу прощения и хочу изменить свой вопрос! – Цзюнь Мосе, посмеиваясь, сказал: – За три тысячи лет тебе удалось прожить две жизни… это совсем немало! Однако… как же родители в каждой из этих жизней? Они одинаково заботились о тебе? Они… сейчас где?

– Цзюнь Мосе! Хватит наглеть! – Чу Вухуй немедленно соскочил с места и гневно закричал.

– Наглеть? Похоже, снова не то спросил… Ладно, я ещё раз изменю свой вопрос, – Мосе погладил свой подбородок, и сказал: – За три тысячи лет у тебя были родители, жёны, наложницы… тогда не может быть такого, чтоб у тебя не было детей! Твои дети, нажитые за эти две жизни… Они-то сейчас где?

Цзюнь Мосе слегка рассмеялся и оглянулся по сторонам, сказав:

– Эти три вопроса относятся ко всем присутствующим здесь господам. Наверняка вы тоже прожили не одну тысячу лет… Ваши родители, жёны и дети… они все здесь?

Эти вопросы были слишком оскорбительными. Кто мог прожить несколько тысячелетий, кроме этих просвещенных мудрецов?! Цзюнь Мосе надавил на самое больное!

Бам! Все десять человек одновременно соскочили со своих мест, все их лица были полны ярости и гнева! Атмосфера была напряжена до предела! Казалось весь этот городок из хижин должен был вот-вот взлететь на воздух, а Мосе поплатится за свои слова!

– Вы что творите? Все быстро сели на места! – У Шаньюнь громко прокричал. Не на шутку разозлившись, он громко сказал: – Вы хоть знаете, зачем Цзюнь Мосе задаёт нам подобные вопросы? Неужто просто, чтобы разозлить нас всех? Он, по-вашему, совсем дурак? Зачем ему идти на такой рискованный поступок? Разве вы не хотите сами немного подумать? А? Потрачено столько времени, а вы вот таким образом хотите выйти из себя?

Под его грозным взглядом все десять человек дружно заняли свои места, однако при этом не спуская взгляда с Мосе! Если он не даст вразумительного объяснения для своих действий, живым он вряд ли выйдет отсюда!

Цзюнь Мосе вздохнул, а потом, приняв ту же самую подшучивающую манеру, со строгим лицом произнёс:

– Все господа, присутствующие здесь, далеко не бесчувственные люди. Это стало понятно после заданных мной вопросов. Вне зависимости, каким бы глубоким не было совершенствование, Суань Духа ещё ладно, Шенхуан – тоже, уровень Четырнадцатого Шао и тоже туда же… В конце концов, мы всего лишь люди! Из плоти и крови! Нам всегда будет трудно расставаться с чем-то родным, нас всегда будут связывать родственные чувства! Уверен, не важно, сколько раз мы будем перерождаться, если воспоминания до сих пор ещё с нами, чувства вечной нестерпимой разлуки навсегда оставят глубокий шрам на нашем сердце! Если умрёт тысяча твоих врагов, да хоть десять тысяч – ты ничего не почувствуешь. Но если умрёт лишь один твой близкий человек – ты не забудешь этого уже никогда. Родители, растившие нас… Они видели, как мы взрослеем, набираемся жизни… А они старели, уходили… когда до нас приходит осознание, их уже нет рядом! От этих ран никогда не избавиться!

Цзюнь Мосе говорил о тяжёлых вещах, его голос звучал всё медленнее, словно в нём были какие-то неведомые чары. Холодная, обволакивающая тоска заполняла собой все пространство.

Все невольно задумались и вспомнили о своих родителях… Словно перед их глазами снова пронеслись – их живые и здоровые отцы, потом медленно стареющие, с проседью на волосах, а в конце печально скончавшиеся… Тёплые объятья матушки, ласковые речи и поучения… а потом слабый дым, словно как от затушенной свечи…

Эти воспоминания прятались где-то далеко, а сейчас они снова вернулись, такие же тёплые и родные, по-прежнему тяжёлые и тоскливые, и всё также рвущие сердце на части…

Особенно это затрагивало мастеров, которые однажды уже переродились. С самого начала им было очень непривычно в их детские годы, они сопротивлялись, но, всё же, они всё запомнили.

– И как же лицо той прекрасной девушки, которой вы впервые в своей жизни признались в любви? То, как неопытная девчонка стала верной подругой… Как она растила ваших детей, стирала ваше бельё, готовила вам пищу, вы были связаны и неразлучны… А потом, в конце, она старела и увядала на ваших глазах, но вы были не в состоянии что-то сделать… Кто забыл те любовные клятвы? Кто смог позабыть те прекрасные чувства? Кто смог забыть ласковые и проникновенные слова? Смущённую улыбку, и сердце, полное счастья и удовольствия… Первую брачную ночь, в конце-концов? Ваши имена вы наверняка можете забыть, но ваш жизненный опыт – вряд ли! Проснувшись посреди ночи, вы тайком думали об этом? Сожалели?

Не стоит и спрашивать, эти просвещенные мудрецы уже утратили прежние спокойствие и серьёзность, беспощадное желание убивать, они унеслись куда-то далеко, в свои воспоминания, и предались своей одинокой скорби…

Своим любовным клятвам и признаниям, вместе жить и вместе умереть, верить и полагаться друг на друга… а в конце любимая жена, конечно, скончалась, её сладкая улыбка бесследно унеслась вдаль…

«Моя любимая жена… Время не стоит на месте, мои жизни сменяют друг друга, но почему же я до сих пор тоскую по тебе? Знаешь ли ты, родная, что каждый вечер, когда я пытаюсь уснуть, моё сердце так сильно болит и страдает… по тебе…»

В одно мгновение грозные и могучие мастера бросились оплакивать свои душевные раны…

Спокойный голос с невидимыми чарами внутри продолжал звучать:

– А как же ваши дети, ваши наследники, которые заставляли вас смеяться до колик? Они учились говорить и делать первые шаги, потом взрослели и становились взрослыми людьми… ваши кровиночки… однако и их ждала та же участь. Как забыть ту невыносимую боль, когда родители хоронят своих детей… кто способен забыть такое? Кто может забыть выгравированные на костях и запечатлённые в сердцах события прошлого?!

Эти последние слова Мосе даже прокричал изо всех сил!

Казалось, эти слова метили прямо в сердце и застревали в голове!

Но уже через пару секунд все оправились от своих бесконечных воспоминаний и обнаружили, что многие из них расплакались!

Уровень совершенствования всех присутствующих был на очень серьёзном уровне, а их существование казалось бесконечным. Они уже думали, что забыли ощущение слёз на своих щеках, но сегодняшний день доказал обратное!

Все смотрели в глаза Цзюнь Мосе, их взгляды были немного запутанными и странными.

Глава 916.3. Старые шрамы, вернуть долг или есть другая цель?

– Каждый из нас, идя по пути самосовершенствования, сталкивался с различными тягостями и невзгодами, но всё это – не иначе, как борьба с самим собой. Борьба с собственной апатией, борьба с собственным характером, но самое главное – борьба с собственными чувствами! – Цзюнь Мосе улыбнулся и продолжил: – Очень сложно сломать границу наших чувств, это и есть внутренний демон практики совершенствования! Это самый большой источник наших ограничений – самые огромные кандалы. Во все времена из-за этого демона было сломлено бесчисленное количество героев. Это вовсе не значит, что, если ты испытал на себе чувства обычного человека, то можешь пробиться сквозь эту границу, и уж тем более – уничтожить её. Пока существуют чувства, их невозможно сломать, а уж тем более уничтожить! Каждый из вас уже прожил на этом свете более тысячи лет и смотрит на свои чувства с презрением и полным безразличием… Но рано или поздно наступает время, когда вы неосознанно вспоминаете о них! Чем дольше и сильнее вы стараетесь их подавить, тем тяжелее о них думать! Более того, в процессе совершенствования вам становится сложнее побороть своих внутренних демонов! Особенно во время прорыва или громового удара! Вы можете даже потерять свои жизни!

На лицах всех присутствующих остались следы от слёз, каждый потихоньку о чём-то задумался.

– Ваше нынешнее совершенствование... Часть его – это, по сути, совершенствование ваших демонов! Чем сильнее ваша сила, тем сильнее становятся они! Если продолжите в том же духе, то никогда не сможете избавиться от них. Когда-нибудь ваши демоны восстанут против вас и уничтожат ваши души! – сказал Цзюнь Мосе.

– Так... как же прогнать этих внутренних демонов? – первый человек справа поднял свои заплаканные глаза. – Эту границу… Как, чёрт возьми, её сломать?

Когда-то в прошлом этот человек испытывал сильные чувства к своей жене, и, когда она умерла, он даже хотел отказаться от своей бесконечной жизни, чтобы последовать за ней… Даже спустя столько лет, каждый раз, когда он вспоминал о ней, ему становилось невыносимо на душе… Посмотрев на Цзюнь Мосе, он печально сказал:

– Если для этого придется вычеркнуть её из моего сердца… То я предпочту, чтобы мои демоны разорвали эту никчёмную душу на мелкие кусочки!

– У каждого свой путь для преодоления границ чувств. Тот, что подходит мне, может не подойти вам, – Цзюнь Мосе небрежно улыбнулся и сказал: – Преодоление этих границ – это вовсе не подавление чувств или полное забвение! Вам просто следует плыть по течению!

– Плыть по течению... – на лицах каждого показалась некая растерянность и замешательство.

– Когда-то был один человек, который использовал слёзы… чтобы перейти границу своих чувств… – сказал Цзюнь Мосе: – По легенде... до тех пор, пока он не миновал удары грома, по его лицу продолжали струиться слезы воспоминаний и тоски по любимой жене… Можете представить, насколько глубоки были его чувства к ней!

– Прошел границу чувств с помощью слёз? – услышав эти слова, все вдруг встрепенулись, слишком уж невероятное заявление. Однако это было не лишено смысла, но вот какого именно, никто не мог сказать…

– Господа, я скажу вам кое-что, чтобы отблагодарить вас за ваши сегодняшние чувства, – Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: – Скоро мне потребуется кое-что отсюда унести, поэтому, пожалуйста, не обижайтесь и не порицайте меня.

– Мы ничего не имеем против, если в этом есть какая-то необходимость. Не важно, что это будет за вещь, однако что касается Искусного Лотоса, то здесь мы можем отдать тебе лишь один его отросток, но никак не целый цветок!

Все говорили почти в один голос. А про себя в этот момент задавались вопросом:

«Что ещё этот ребёнок может отсюда унести? На Искусный Лотос мы уже согласились, снаружи больше нет ничего интересного, даже если какие-то природные сокровища находятся под землей, он не сможет их забрать… Но лучше уж быть пощедрее…»

– В таком случае, огромное вам спасибо, – Цзюнь Мосе скривил странную улыбку и добавил: – На самом деле, эти слова… о внутренних демонах границы чувств… Вы ведь всегда боялись их, но с другой стороны… Эти демоны могут стать своеобразным помощником, так скажем, усилением…

Последнее предложение Мосе говорил с полной серьёзностью, заставив всех присутствующих призадуматься над его смыслом.

– Демоны... могут стать своеобразным помощником… – один за другим все нахмурились. Казалось, что они вот-вот что-то нащупают, но тут же упускали, их искушение становилось невыносимо тяжким…

– Границы ваших чувств уже прямо перед глазами; я уверен, что после их прохождения, каждый из вас обретёт своё собственное восприятие. Я тут недавно повёл себя весьма бесцеремонно, проникнув вам в головы и вызвав те самые чувства, что были похоронены на протяжении тысячелетий. Если я вас как-то оскорбил или обидел, то искренне прошу прощения, – медленно сказал Цзюнь Мосе и улыбнулся.

Лицо молодого мастера слегка побледнело, ведь он одновременно вводил в гипноз такое большое количество мастеров. И хотя его сила целиком и полностью зависела от поддержки Пагоды Хунцзюнь, тем не менее его тело тоже подвергалось огромной нагрузке.

– Ничего страшного! Дружок Цзюнь, своими словами ты распахнул для нас дорогу в пелене густого тумана, мы очень признательны тебе, о какой обиде может идти речь? Кроме того, у нас также изначально имелось намерение на добровольное сотрудничество, в противном случае... Хе-хе-хе, сегодня на нас нахлынул такой огромный хаос тысячелетних воспоминаний. Похоже, что нам нужно уйти в уединение на несколько дней... – сказал первый человек справа, можно было сразу увидеть, что он был очень благодарен Цзюнь Мосе.

Другие также кивнули головами. Их взгляды смягчились…

– Большое спасибо, – сказал Цзюнь Мосе: – Поскольку все старейшины собираются уйти в уединение для практики уразумения, я, пожалуй, возьму свой отросток Искусного Лотоса, задержусь здесь ещё на полтора дня, а затем отправлюсь домой.

– Было бы здорово, если бы ты остался тут ещё на несколько дней, – с улыбкой на лице сказал Гу Хань: – Друг Цзюнь… Я бы хотел с тобой поговорить.

– Пожалуйста, предшественник, я вас слушаю.

– Друг Цзюнь, между тобой и тремя Священными землями существует сильная вражда. Но они сами заварили всю эту кашу, не стоит винить в этом кого-либо другого. Если ты захочешь им отомстить, то мы не станем их покрывать… Но, пожалуйста, молодой господин Цзюнь, прими во внимание и тот факт, что Священные земли охраняют этот материк уже на протяжении 10 000 лет... Вспомни об этом, когда у тебя будет возможность оказать им снисхождение… – лицо Гу Ханя было очень серьёзным, а в его голосе чувствовалась некая горесть.

– Ненависть между тремя Священным землями и мной... Ха-ха! Я никогда не был хорошим человеком и всегда требую уплаты кровавых долгов, – Цзюнь Мосе улыбнулся и добавил: – Мне плевать на чью-либо репутацию. Если человек заслуживает смерти – то я мешкать не стану. Пожалуйста, старейшина, и вы поймите меня правильно.

Мосе остался равнодушным даже к просьбе Первого человека в Поднебесной!

Гу Хань глубоко вздохнул, и больше не стал затрагивать этот вопрос, он просто посмотрел на Цзюнь Мосе и сказал:

– Цяо Ин, проводи нашего друга Цзюнь, чтобы он мог взять свой отросток Искусного Лотоса. И передай всем мой приказ: «Если нашему другу здесь ещё что-то понадобится, то пускай он это заберёт. Никто не должен ему в этом препятствовать», – сказав это, он обратился к Цзюнь Мосе: – Друг Цзюнь, если мы всё решили, то я, пожалуй, откланяюсь. Мне и моим товарищам срочно необходимо уйти в уединение, прошу прощения за нашу бестактность.

– Старейшина, не стоит извинений, – поспешно сказал Цзюнь Мосе, а про себя подумал: «Ой, ну давайте уже побыстрее там в себя уйдите! Как только вы это сделаете, я возьму ваш приказ, и уже никто не сможет меня остановить. И тогда я смогу заполучить всё, что захочу, включая природные сокровища! Иначе нафига бы мне столько вас убалтывать тут пришлось?»

Несомненно, в этом и заключалась настоящая цель тех подготовительных речей, которые так воодушевлённо втирал всем присутствующим Цзюнь Мосе!

Всё это ради природных сокровищ Священной горы! Только здесь могут быть сокровища, которых больше нигде не отыскать! Следует отметить, что среди них имеется несколько видов таблеток, которые понадобятся Мосе для прорыва на 6, 7 и 8 уровень Пагоды, и их не так-то просто отыскать! Похоже, что в свои годы Первому Шао удалось собрать себе в коллекцию не все интересные штуковины этого мира! Это в очередной раз доказывает, что даже если сила человека становится несравненной и непобедимой, то это не значит, что он умеет ею правильно распоряжаться…

Зелёный свет в глазах Цзюнь Мосе стал таким ярким, что, казалось, он может осветить им всю эту Священную гору…

Разве находясь перед таким огромным количеством редчайших сокровищ, да ещё и такого превосходного качества, вы не станете спешить!?

Цзюнь Мосе сдержал своё раздражение, вежливо со всеми попрощался, улыбнулся и, выходя наружу, ещё раз сделал вид, что не в силах с ними расстаться… И только затем окончательно покинул хижину…

Молодой мастер глубоко выдохнул и вытер пот, а затем, отклячив задницу, нахально сказал:

– Ёб твою мать, разговоры с этими стариками чуть меня в могилу не свели! Я чуть душевную травму не заработал... А психологическую точно получил…

Стаявшая позади него Цяо Ин была потрясена. Увидев, как скромный, сдержанный и интеллигентный джентльмен вдруг превратился в бродячего хулигана. Она вытаращила глаза и раскрыла рот…

«Тьфу, и ему хватило наглости называть нас толстокожими и бессовестными людьми, хотя этот засранец и сам еще тот лицемер. В нем слились сам Бог и Дьявол!»

– А где эти ваши… Искусные Лотосы? – сгорая от нетерпения, спросил Цзюнь Мосе.

– Следуй за мной и сам всё увидишь, – Цяо Ин раздражённо закатила глаза, вздохнула и повернула голову. В этот момент выражение её лица успело измениться очень много раз. С трудом сдержав себя, чтобы не плюнуть Мосе в лицо, она быстро пошла вперёд.

Цзюнь Мосе улыбнулся и последовал за ней. Нужно сказать, что перед ним была довольно красивая девушка, её фигура качалась из стороны в сторону, а привлекательные пропорции не могли не радовать глаз. Струящийся аромат её тела обвил кончик носа Мосе, и он почувствовал себя слегка одурманенным…

Чтобы полюбоваться ею во всей красе, Мосе держался позади на несколько шагов. Чем больше он на неё смотрел, тем сильнее убеждался в безупречности её внешнего вида…

Невольно цокнув языком от восхищения, он снова вздохнул. Такая необычайная красавица с такими внешними данными на протяжении стольких лет остаётся неизменно привлекательной…

Это и, правда, огромнейший дар природы! Цзюнь Мосе вздохнул…

«Этот дар провидения – неужели это так важно? Эта глупая девушка настолько наивна, что уже на протяжении тысячи лет жертвует своим временем, да и собой в целом... Она никогда не задумывалась о том, что до неё не было никого с подобным даром провидения, но Битву за Захват Небес всё же как-то удавалось выигрывать?

Если её не будет, что, солнце не взойдёт? Да что за ерунда...»

Глава 917. Ты… А ну верни мою непорочность!

Идущая впереди Цяо Ин, слушая бесконечные вздохи Цзюнь Мосе, удивилась, чем это он может быть так расстроен и спросила:

– Молодой господин Цзюнь, чего это ты погрустнел?

Цзюнь Мосе похотливо посмотрел на её стройную талию и утончённую фигуру, горестно вздохнул и сказал:

– Чужаки никак не сдохнут, как и их звериный нрав. Битва за Захват Небес уже нависла над головой. Подумав о том, как мы будем раздавлены Чужаками в этой битве, мне… мне… мне действительно становится очень досадно… – последнее предложение он постарался сказать как можно горестнее и искренне…

Цяо Ин, услышав эти слова, тут же поменяла своё отношение и про себя подумала:

«После прибытия на Священную гору Злой Монарх действительно стал новым человеком…»

Она не смогла не смягчиться и сказала:

– Молодой господин Цзюнь, не беспокойся. Если объединить силы твоих подопечных, мощь леса Тянь Фа и Священных земель и ударить по Чужакам со всей силы, то тогда у нас будет шанс на победу.

Цзюнь Мосе снова вздохнул:

– Это не так-то просто. Легче сказать, чем сделать. Всё это заставляет меня без конца расстраиваться, если только не…

– Если только… что? – Цяо Ин внезапно почувствовала, что её сердце вот-вот взорвётся от радости. Она хранила свою честь во имя этой Битвы на протяжении тысячи лет, постоянно совершенствовала свой дар провидения для борьбы с искусством исчезновения Чужаков. Для женщины такая жертва действительно очень серьёзна, однако Цяо Ин уже давно превратила Битву за Захват Небес в единственный смысл своей жизни. В настоящее время материк находится в упадочном состоянии, с точки зрения имеющейся силы и вероятность поражения в Битве нешуточно велика. И это доставляет огромное беспокойство. Однако услышав, как смягчился величественный тон Злого Монарха, Цяо Ин пришла в дикий восторг!

- Если вступить в Битву за Захват Небес с текущими силами Злого Монарха, то победа нам гарантирована!

Будучи вне себя от счастья, Цяо Ин вдруг резко остановила свой шаг и сказала:

– У молодого господина Цзюнь есть какие-то условия?

Внезапно она почувствовала позади себя некую тяжесть, и тёплое, сильное мужское дыхание вплотную приклеилось к её телу… Как оказалось, одурманенный Цзюнь Мосе машинально двигался следом за красивой девушкой, а когда она внезапно остановилась, он просто этого не заметил и смачно впечатался головой в неё. Аромат, исходящий от Цяо Ин, был настолько прекрасен, что Мосе ни с того ни с сего полностью приклеился к её телу…

Он просто не мог ничего поделать с собой... Будто чёрт попутал.

– А? – тихо вскрикнула Цяо Ин. Её сердце прыгало в груди, словно маленький оленёнок, её белоснежное личико стало пунцовым – с тех пор, как она пришла на Священную гору ради совершенствования своего дара провидения, она никогда не соприкасалась с противоположным полом. Так что в этот момент Цяо Ин сильно растерялась.

– А... – Цзюнь Мосе слегка прищурился и тоже вскрикнул, но с довольным видом вплотную прижался к спине Цяо Ин и сказал: – Ты... ты... почему ты остановилась? – говоря это, он ещё не забывал тереться об неё лицом… «Как же кайфово…»

– Ты... Быстро отлипни от меня! – Цяо Ин только почувствовала, что её тело размякло, и она не могла пошевелиться.

– Я... я не могу... Я не знаю почему, мои кости вдруг так ослабли... Ты, ты... ты просто стряхни меня... Я… М… Мы в таком положении… Разве так можно? – с неким осуждением простонал Цзюнь Мосе, перемещая свой центр тяжести от ступней к верхней части тела, тем самым накрывая Цяо Ин ещё сильнее.

Цяо Ин была смущена и раздражена одновременно. Неизвестно откуда к ней пришла её сила, но она тут же отскочила вперёд. Оглянувшись, она увидела, что тело Цзюнь Мосе наклонилось вперёд почти на сорок пять градусов и осталось в неизменном положении, даже не упав вниз…

– Ты... бессо... – не успев договорить слово «бессовестный», она увидела, как самодовольно выпрямился Мосе и перебил её:

– Священная гора – действительно волшебное место. После прибытия сюда моё тело словно перестало меня слушаться… Я чуть не запятнал доброе имя прекрасной девушки… Эх, я заслуживаю самой суровой кары! Честно говоря, это удивительно... Обычно я всегда могу держать себя в руках, но сейчас я чуть не снял штаны...

Цяо Ин перебило дыхание. Она уже видала бессовестных негодяев, но чтоб вот настолько бессовестного – никогда. Если судить по толщине кожи, то у этого мерзавца уже бронежилет.

Ещё и говорит такие слова прямо перед лицом девушки! Цяо Ин вдруг топнула ногой:

– Цзюнь Мосе! Ты, ты... Да как ты смеешь?

– Верно говоришь! Я виновен! – искренне и виновато сказал Цзюнь Мосе: – Независимо от причины, я не должен был прижиматься к девушке, даже если она сама вдруг внезапно остановилась. Я просто не успел среагировать… И это не оправдание! Нет! Во всяком случае, сегодня я веду себя как... какой-то ублюдок и извращенец... ох... я... Я ведь такой беспорочный человек, я такой благородный... хнык-хнык...

Цяо Ин чуть не упала в обморок.

«Что несёт этот болван? Вообще не по делу даже, а теперь ещё и выставил меня виноватой распутной девкой, запятнавшей его непорочность!»

Некоторое время спустя глаза Цзюнь Мосе наполнились слезами, а его голос стал ещё более обиженным:

– Ты! Ты… А ну верни мою непорочность!

Цяо Ин аж передёрнуло, она вдруг опомнилась и разозлилась до предела! Послышался её разъяренный крик:

– Цзюнь Мосе! Сколько ты еще собираешься выматывать мне нервы?!

– Э? Кхэ-кхэ... – молодой мастер немного закашлялся и вдруг сказал: – Девушка, вы идёте дальше или нет? Я понимаю, что Искусный Лотос – это сокровище Священной Земли, но ты не можешь вечно водить меня вокруг да около…

– Да кто водит тебя вокруг да около?! – Цяо Ин была вне себя от злости: – Вон, впереди! Ты что, слепой? – сказала она, указывая пальцем.

«Да как он может сомневаться во мне, это просто возмутительно!» – Цяо Ин, было, разозлилась пуще прежнего. Однако из-за постоянной смены тем для разговора, она уже и забыла, что собиралась отомстить этому засранцу…

– А? Впереди... – закричал Цзюнь Мосе и бросился вперёд, цокая от удивления: – Как красиво!

Прямо напротив, в тумане, перед глазами появился водоём с невероятно чистой водой, так, что дно можно было разглядеть невооружённым глазом. Казалось, будто весь пруд был покрыт каким-то священным ореолом.

Подойдя ближе, можно было обнаружить в воде бесчисленное количество белых штуковин, которыми было покрыто всё дно водоема. В центре плавало семь или восемь маленьких листьев. Этот листья были бесцветными. Но чтобы это понять, нужно хорошенько к ним присмотреться.

Одна тонкая, прозрачная, бесцветная лоза поддерживала эти листья на поверхности воды, кроме этого там больше абсолютно ничего не было.

– Эй... Не шути со мной... Это... это реально Искусные Лотосы? – Цзюнь Мосе указал на прозрачные листья, повернулся и с недоверием задал вопрос.

– Да, это святыня Священной земли, – Цяо Ин говорила со всей серьёзностью и смотрела на эти листья с бесконечной любовью: – Искусные Лотосы девяти циклов обращения!

– Ох, ты ж..! – Цзюнь Мосе был слегка взбудоражен: – И вы вот так легко показываете мне эту диковину… Сколько нужно лет, чтобы созрел один плод Искусного Лотоса? Это же не шутки, да? Мне, короче, нужно на десять с небольшим человек…

– Десять с небольшим человек? – Цяо Ин чуть снова не упала в обморок: – Тогда тебе нужно всего-то подождать несколько тысяч лет! Один плод Искусного Лотоса созревает в течение пятисот лет! Кроме того, один цветок может принести лишь один плод.

Цзюнь Мосе тоже сделал вид, будто собирается упасть в обморок. Сейчас ему хотелось просто биться головой о землю, но, сохранив самообладание, он спросил:

– Тогда, на скольких человек может хватить одного плода Искусного Лотоса?

– Еле хватит на один раз для одного человека, – Цяо Ин посмотрела на Цзюнь Мосе.

– Невозможно! Это ведь, мать вашу, плод Искусного Лотоса! А что если его порезать? На сколько кусочков, получится? Еле хватит на одного, ты сейчас смеешься надо мной?

– Какие ещё шутки? Как ты думаешь, насколько большие плоды могут принести листья размером с палец? – Цяо Ин посмотрела на Мосе, как на идиота: – Всё ещё хочешь разрезать? Как ты собираешься разрезать зернышко размером с рис?

– Размером с рисовое зернышко? – отчаянно воскликнул Цзюнь Мосе, а затем злобно добавил: – Да что за польза может быть от вещи, которая даже меньше обычного комара? Вам не стыдно считать это ценной вещью вообще? Да мне проще выкопать их все и забрать с собой. Может, хотя бы собак накормить хватит…

– Да как ты смеешь! – Цяо Ин вдруг испугалась и резко крикнула: – Это сокровище Священного дворца! Так что это вопрос жизни и смерти! Если ты посмеешь так сделать, то я тебе гарантирую, что вся твоя семья будет тут же уничтожена подчистую!

Предыдущее предложение Мосе было всего лишь шуткой, и он на самом деле не имел в виду этого, но Цяо Ин своими словами попросту погладила дракона против чешуи. Он внезапно обернулся и свирепо посмотрел на Цяо Ин:

– Ты... мне угрожаешь?

– Я лишь говорю правду... – Цяо Ин вдруг испугалась такого пристального и злобного взгляда. Внезапно по всему её телу пробежал холодок, и, смягчив свой тон, она сказала: – Искусный Лотос – это величайшее сокровище Священного дворца, пусть лучше уж мы все умрём, чем лишимся его! Молодой господин Цзюнь, я сказала так, чтобы ты понял всю важность этого цветка!

– Ты можешь говорить, что хочешь, но помни… Лучше не пытаться мне угрожать! Особенно… – голос Мосе стал ещё суровее, – …используя при этом мою семью. Я не принимаю такие угрозы и уничтожаю их ещё в зачаточном состоянии самыми ужасными способами! Даже бесподобной красавице, как ты, не будет сделано исключение! Я… Никогда не проявляю милосердия! – сказав это, Мосе посмотрел Цяо Ин прямо в глаза!

Чрезвычайно огромное чувство опасности вдруг затаилось в сердце Цяо Ин. Пусть совершенствование Цзюнь Мосе и близко не стояло с её способностями, но она ощутила от него нечто сравнимое лишь с давлением огромной горы!

Цяо Ин невольно пришла в ужас и сделала шаг назад!

Глава 918. Цветки Искусного Лотоса у меня!

Взгляд Цзюнь Мосе в ту минуту словно говорил:

«Я – птица высокого полёта, и сам в состоянии распоряжаться собственной судьбой!»

– Давай я все эти цветки заберу с собой? Пойдет? Говори быстрее – да или нет! – Цзюнь Мосе поспешил воспользоваться случаем, надавив на Цяо Ин.

Он не мог не беспокоиться об этом:

«Дома есть столько нуждающихся в этих цветках. Если в пятьсот лет может созреть только один плод, тогда… будет совсем поздно! Вернувшись, не только уже не получится добиться своей цели, но и наоборот, даже вызвать конфликт… один отросток мало что решает!»

Цзюнь Мосе решил задавить Цяо Ин своим напором и решительностью, не давая ей времени подумать.

Хотя так себя вести было не очень-то красиво, однако свои личные интересы для Мосе значили намного больше…

– Ну… Пойдёт… А, стоп! Нет! Нет, нет, не пойдёт! – Цяо Ин испугалась, и едва не согласилась, а потом резко сказала целых три «Нет»: – Молодой господин Цзюнь, надо уметь держать своё слово! Мы уже договорились на одном отростке, так что вы не можете забрать их все! Это принципиально, и здесь не может быть никаких уступок!

Помолчав немного, она добавила:

– К тому же… наш Священный дворец на протяжении долгих лет ухаживал за одним отростком, а они разрослись только до 8 штук… Очевидно, что это растение очень трудно выращивать! По правде говоря, дать тебе даже один отросток – и то пустая трата… Ты же даже не знаешь, как за ним нужно ухаживать, что оно любит, а что нет… Всё это тебе совершенно не под силу, в любой момент оно может умереть! И это вовсе не пустые слова или способ тебя запугать!

– Эм? Хотелось услышать побольше подробностей! – Цзюнь Мосе сразу же изменил выражение лица, и состроил нахальный вид, что готов слушать с полным вниманием.

Цяо Ин покачала головой, но ей ничего не оставалось, и она продолжила свои объяснения:

– Во-первых, такому растению, как Искусный Лотос, требуется чистейшая вода. Лучше всего – вода, переработанная из одухотворённой Ци. Затем, для поддержания базовых условий, для его выживания ему необходимо находиться в месте, с очень густой и насыщенной одухотворенной Ци.

Цзюнь Мосе кивнул, его глаза загадочно сверкнули. Он прекрасно знал, что для него это не проблема, у него в Пагоде концентрация и насыщенность Ци намного выше, чем здесь. Все чудодейственные лекарства растут там и благоухают, так что с Искусным Лотосом он как-нибудь да справится.

– Во-вторых, ты обратил внимание на этот пруд? В этом пруду находится только 30000 нефритовых камней, они поддерживают тепловое равновесие, и здесь собраны почти все нефритовые камни, что есть в мире, даже Таинственный Туманный Дворец пожаловал свою часть камней сюда! Это огромное сокровище, ни один человек не обладает ими, и только с помощью их можно поддерживать медленный рост Искусного Лотоса!

– Тридцать штук нефритовых камней?

Цзюнь Мосе прикусил язык. Что говорить о тридцати тысячах камней, ведь у него не было и даже одного. Его сердце невольно содрогнулось:

«Не выйдет… Значит, я должен перенести весь этот пруд отсюда к чертям собачьим!»

Он немного подумал, и вдруг его осенила идея:

– Вечно-тёплый нефрит может заменить эти нефритовые камни?

– Вечно-тёплый нефрит имеет лишь одну способность – согревать, но при этом не может остужать. Хотя по ценности он ничем не уступает нефритовым камням, всё же, для выращивания Искусного Лотоса он не подходит, – Цяо Ин удивлённо посмотрела на него. Она сомневалась, может ли он обладать такой ценной вещью, как вечно-тёплый нефрит.

– В самом деле, это так трудно! – Цзюнь Мосе нахмурился, немного сощурился и, проверяя почву, спросил: – А что насчёт природной артерии силы, тоже будет так?

– Ты смеешься? – Цяо Ин не смогла сдержаться и усмехнулась: – Для выращивания Искусного Лотоса использовать природную артерию силы – даже намного лучше, чем нефритовые камни. К тому же она может стимулировать его интенсивный рост, и они могут созреть за короткое время. При наличии природной артерии нужно лишь из энергетической воды создать пруд для Лотоса прямо на ней, и больше ничего не потребуется. Даже скорость их роста увеличится в несколько раз… Вдобавок к этому они будут обладать чрезвычайно чудодейственным эффектом. Однако такая вещица существует только в далёких старинных легендах. Хотя… прошло столько времени, и природная Ци периодически меняется и исчезает… кто может уследить за ней?

Цяо Ин с презрением и недоверием посмотрела на Мосе, и продолжила:

– Допустим, можно узнать, где находится эта природная артерия, но кто в состоянии вытащить такую громадину на поверхность? Отодвинуть гору? Вынуть артерию? Это просто невозможно!

Цзюнь Мосе вздохнул:

– Это так печально! – хотя на самом деле ему просто хотелось прыгать от счастья: «Бл**ь, да у меня же есть такая вещица! К тому же высшего качества, возрастом в несколько сотен тысяч лет!»

– В-третьих, нужно…

То, что сказала Цяо Ин дальше, Мосе уже совершенно не слушал, он испытывал душевный подъём, и уже обдумывал, как будет лучше поступить, чтобы провернуть это дело.

К счастью, Мосе был потрясающим актером, и ему прекрасно удавалось выражать беспокойство и печаль на своём лице, в то время как он был вне себя от радости…

Что вообще значат эти методы выращивания, по сравнению с природной артерией силы!

Мысленно Мосе прикинул, у него есть одна природная артерия… А значит, он может соорудить один Лотосовый пруд среднего размера; по крайней мере больше этого примерно… в 7-8 раз. Вообще не проблема.

– А… у этого Искусного Лотоса сколько семян? Могу ли взять один отросток, и получить несколько семян? – Цзюнь Мосе состроил самую жалостливую физиономию, и ласково посмотрел на Цяо Ин: – На самый крайний случай, во всяком случае, это лучше, чем совсем ничего… Сестра Цяо, ты обязательно должна выполнить мою несчастную просьбу…

Этот взгляд и манера голоса вызвали странное чувство у Цяо Ин. Будто, если она не даст, то совершит вопиющее злодеяние.

– Каждые пять сотен лет Лотос даёт плоды, в это время каждый отросток дает по одному семени. За эти годы накопилось немало семян… однако их труднее выращивать, чем обычные отростки примерно в десять раз! – Цяо Ин была в затруднительном положении: – Если дать тебе эти семена, я не уверена, что у тебя получится их прорастить… Ты попросту зря используешь ценные сокровища.

– Нет, нет, я просто попробую… – Цзюнь Мосе скорчил ещё более жалостливую гримасу и разгорячённо добавил: – Мне много и не нужно, где-то семян сто будет вполне достаточно…

– Сто семян? – Цяо Ин выпучила глаза: – За эти несколько тысяч лет Священному дворцу удалось скопить всего не больше 50-60 штук! А ты просишь целых 100? Да как ты смеешь?!

– А… тогда мне будет достаточно и 50! – Цзюнь Мосе улыбнулся, и скорчил наивную мордочку: – Во всяком случае, у вас уже есть столько сформировавшихся цветков…

– Нет! – Цяо Ин решительно отказала, потом, основательно подумав, сказала: – Самое большее – я могу тебе дать пять семян! Да и это уже переходит мои границы дозволенного!

– Сестра… вы в самом деле очень заламываете цену! Пять семян, ну как вам не стыдно говорить такую цифру! Это, таки, очень, просто катастрофически мало! – у Цзюнь Мосе даже прорезался характерный акцент: – У Шаньюнь только что сказал, что я могу забрать всё, что угодно, кроме сформировавшихся цветков! А ты должна идти мне навстречу! Нельзя же быть такой скупой!

– Восемь семян!

– Мало! Минимум – сорок!

– Цзюнь Мосе, ты уже наглеешь! Десять, и не больше!

– Тридцать, и это моя последняя цифра! Если меньше, значит, моя поездка не имеет никакого смысла, а слова У Шаньюня – никакой силы! Я оказал вам большую услугу, а вы вот так поступаете со мной! Даже это не можете мне отдать… Как у вас хватает наглости вести себя так со мной?

Разве Цяо Ин смогла бы превзойти Мосе в искусстве торговаться? Его язык остёр и беспощаден, плюс в прошлой жизни он имел дела с представителями определённого народа, так что они договорились на двадцать семян. На самом деле Мосе рассчитывал не больше, чем на десять штук, но то, что он смог добиться двадцати, было для него неожиданным приятным сюрпризом…

Цяо Ин была в замешательстве. Она сама и не поняла, как так получилось, что она отдала ему двадцать штук…

Несмотря на свой возраст, она ничего не знала о мире людей и особенностях их жизни, а Цзюнь Мосе был остёр на язык, и удачно воспользовался её неопытностью, и, самое важное: во время переговоров он использовал силу заблуждения.

Чтобы Цяо Ин не заметила этого, он действовал очень осторожно. И вскоре довольно легко добился своего.

Добившись своей цели, Мосе был так возбуждён и окрылён, что даже хотел подойти и примерить свою ладонь к груди Цяо Ин. Её размер очень долго волновал его на протяжении всего процесса переговоров. К счастью, он этого так и не сделал, иначе бы она задала ему суровую взбучку…

Переговоры были закончены, и нужно было переходить к их осуществлению.

Цяо Ин вернулась в своё жилище, взяла два десятка семян, и передала их Мосе. К пересадке отростка сформировавшегося цветка она отнеслась более серьёзно и спросила:

– Цзюнь Мосе… а как ты заберёшь его?

– Дай мне самому его выкопать, а дальше я уже сам разберусь! – не поднимая глаз, сказал Мосе.

Цяо Ин переживала. Она подумала:

«Этот парнишка, как пересечёт реку, хочет разобрать мост. Однако сейчас он ещё не пересек реку, а уже взялся разбирать этот мост…»

Её сердце дрогнуло. Сначала она хотела сама сделать это, но так прикипела к этим Лотосам, что не могла собственными руками убивать их, она просто бы не смогла простить себе этого…

Она раздумывала над этим очень долго, и в итоге осторожно выкопала росток, достала один нефритовый камень, положила всё это в крохотную коробку и залила водой из одухотворённой Ци. А потом торжественно вручила в руки Цзюнь Мосе…

Глава 919.1. Не стесняйся! Бери, что хочешь!

– Цзюнь Мосе, только не стоит шутить со мной! Я торжественно вручаю тебе этот отросток! Только ты… обязательно, во чтобы ни стало, должен хорошо заботиться о нём! Пусть даже у тебя и не получится – просто оставь его в этой коробке, поставь в месте, с насыщенной одухотворённой Ци, и у него будет шанс выжить… А если ничего не выйдет, давай ты просто вернёшь мне его обратно, хорошо?

Последнюю фразу Цяо Ин сказала особенно умоляющим тоном. Словно она была мать, которая выдавала свою драгоценную дочь замуж…

Цзюнь Мосе почувствовал её настроение, принял обеими руками коробку и уверенно произнёс:

– Сестра, успокойся, когда ты увидишь его в следующий раз, я тебе обещаю – он будет выглядеть намного лучше, чем сейчас!

Листья Искусного Лотоса немного колыхнулись, словно прощались с Цяо Ин: её сердце обливалось кровью.

Цзюнь Мосе заметил, что после того, как из пруда отчерпнули воду, в месте, где раньше был нефритовый камень, появилась вмятина, словно какая-то невидимая чаша находилась на поверхности, однако вблизи на воде не произошло никаких изменений.

Через некоторое время поверхность воды снова вернулась к своему первоначальному состоянию.

– Оказывается, это очень упругая жидкость… – Цзюнь Мосе стало не по себе. Глядя на это, он понял, что это тоже очень крутая вещица, и к тому же принадлежащая трём Священным землям… «А с какой такой стати только они должны пользоваться этими полезностями? Это же просто преступление!

Здесь только Цяо Ин, не воспользоваться таким случаем просто глупо…»

Глаза Мосе сверкнули, он задрал голову и посмотрел куда-то вдаль:

– Одухотворённая Ци в этом месте, действительно, достойна восхищения. В той стороне она вообще похожа на густой туман… Совершенствоваться в таком месте… Хэ-хэ, ваш Священный дворец, в самом деле, меня поражает…

Цяо Ин невольно посмотрела в том направлении, куда уставился Цзюнь Мосе, и усмехнулась:

– Молодой господин Цзюнь, вы немного заблуждаетесь. В той стороне вовсе не одухотворённая Ци, а настоящий вечерний туман. День подходит к концу…

Мосе воспользовался тем, что она отвела свой взгляд, и немедленно активировал Пагоду Хунцзюнь и стихию воды. Беззвучно, с одним лишь движением руки из пруда исчезло около одной трети чудесной жидкости…

На его лице появилось сконфуженное выражение, он неловко почесал голову, дотронулся до носа и рассмеялся:

– А? В самом деле? Стало быть, я ошибся, хе-хе-хе… – он пристыженно посмеялся.

Цяо Ин тихонько улыбнулась. Она легко вошла в его положение: ему неловко, и он застеснялся. Её сердце чуть дрогнуло; на самом деле, он всего лишь молодой парень, его смущённый вид показался ей очень милым…

Цзюнь Мосе успешно стащил то, что ему так понравилось. Он был доволен собой.

Он принялся рассматривать цветок лотоса, который держал в своих руках. Он был небольшого размера, а в середине виднелся крохотный корень размером не больше маленького орешка. Он не источал какого-то особенного аромата, однако от него исходило ощущение комфорта и спокойствия…

Цзюнь Мосе повернул своё запястье, и цветок лотоса исчез, попав в пространство Пагоды. Цяо Ин удивлённо посмотрела на него, а он только пожал плечами, и с наивным выражением лица сказал:

- Это секрет!

Цяо Ин вздохнула и немного успокоилась:

«У него столько мистических приёмов. Вполне может быть, что он и сможет позаботиться об этом цветке…»

А дальше Цзюнь Мосе, пользуясь обещанием, данным ему У Шаньюнем, решил поживиться чудодейственными лекарствами Священного дворца!

Старейшина не знал, каким бесцеремонным может оказаться его гость. А Мосе думал иначе: у него единственный раз в жизни появилась возможность побывать здесь, так зачем же зря терять время? За его спиной Пагода Хунцзюнь, а значит, он может совершенно не волноваться за свой тыл.

Чудодейственные лекарства Священного дворца – ещё те бесценные вещицы, ничего нельзя упустить.

У Шаньюнь решил дать ему такое обещание, потому что знал, что этот парнишка пришёл с пустыми руками, если и одолжить ему несколько холщовых мешков, сколько он сможет унести? Поэтому он был чрезвычайно щедрым с ним…

Если бы он знал, что у Мосе есть Пагода, которая как бездонная пропасть, он бы вряд ли согласился дать такое обещание. А если бы и согласился, то очень бы пожалел...

Поэтому Цзюнь Мосе ограничился небольшим мешком, а сам хотел подождать, и напоследок все приглянувшиеся ему вещички засосать в Пагоду…

После отъезда Мосе, У Шаньюнь, несомненно, будет рвать кровью от злости…

Люди на Священной горе смотрели на него с недоверием и любопытством:

«Этим чудесным деревьям несколько тысяч лет, никто не знает, насколько глубоко в землю они пустили свои корни, и они нужны тебе? Хочешь? Ну ладно, только как ты сможешь их с собой забрать? Все эти чудодейственные лекарства тоже глубоко вросли в почву и, чтобы их выкопать оттуда, нужна сноровка и осторожность. Хотеть и взять – это совершенно разные вещи, правда? Этот пацан – просто фантазёр и всего-то! Что твой мешок? Это попросту бесполезные усилия, отдыхай отсюда!»

Цзюнь Мосе целых два дня пребывал в нетерпении. Каждый день около него толпились зеваки, наблюдая за ним, как за местным дурачком, словно смотрели какое-то шоу.

Но однажды состоялся «судьбоносный разговор». Неожиданно один из людей спросил его:

– Молодой господин Цзюнь, много ли вам приглянулось у нас?

Цзюнь Мосе с простодушной улыбкой, наивно отвечал:

– Много. Здесь так много разных крутых штуковин…

– Забирайте, ха-ха-ха! Не стесняйтесь, берите, сколько сможете унести! Оставлять их здесь – просто расточительство.

Цзюнь Мосе, почёсывая голову, в недоумении ответил:

– Если я заберу это всё, это же будет равносильно тому, что сломать ваши хижины! Вы правда не переживаете за это?

– Ха-ха-ха, ну умора… Заберёшь? Ну ты юморист, конечно… – человек сощурился в улыбке: – Ну, если ты заберёшь, какие к тебе претензии – я же сам предложил!

По прошествии двух дней, рано утром Мосе приступил к осуществлению своих больших замыслов.

Все люди Священной горы не могли поверить своим глазам!

О, Владыка Небесный!

***

Цзюнь Мосе в определённое время покинул свой гостевой домик, и торжественно распрощался. За исключением нескольких человек, почти всё население Священной горы вышло проводить его, всем хотелось взглянуть на этого клоуна. Такого веселья давно не было на Священной горе…

Все предполагали, что Мосе с горестным видом унесёт с собой не больше одной-двух вещей, они были уже готовы лопнуть от смеха. Предвидя, как могущественный «Злой монарх», так жестоко унизивший три Священные земли, в скором времени опозорится, у всех становилось так хорошо на душе…

– Господа старшее поколение, спасибо за радушный приём, оказанный мне за эти два дня! Я был очень тронут, однако пришло время мне откланяться! – вежливо и учтиво произнёс Мосе.

– Молодой господин Цзюнь, не стесняйтесь! Будет время – почаще приезжайте повеселиться с нами, – вся толпа весело рассмеялась.

– Старейшина У сказал, что я могу взять сколько угодно вещей, которые мне приглянуться на Священной горе, да и вы вчера разрешили, так что… Я, пожалуй, не стану скромничать, – Цзюнь Мосе словно боялся, что толпа забудет обещание У Шаньюня, и осторожно напомнил.

– Не стесняйся! Раз уж старейшина разрешил тебе – бери, что хочешь! Можешь хоть вся Священную гору целиком забрать, ничего страшного… – великодушно подбодрили Мосе.

Мосе смущённо улыбнулся и, расслабившись, произнёс:

– Господа, вы такие щедрые. За эти несколько дней я присмотрел немало хороших вещиц. В сумме выйдет довольно много… Ну, раз уж вы так великодушны…

Все снова широко улыбнулись и снова сказали ему не стесняться. Каждый смотрел на него с кривой улыбкой.

Цзюнь Мосе потёр руки от нетерпения и радостно сказал:

– Выдержка людей из трёх Священных земель, в самом деле, безгранична! Вау! Вот сейчас я разбогатею, ха-ха-ха!

Все дружно рассмеялись, словно только что услышали дико смешной анекдот…

Все взволнованно ожидали примерно таких возгласов, и они не ошиблись:

- А?! Вот чёрт! Я выбрал столько вещей, но один своими силами не смогу забрать их все! Как же мне быть?! Чёрт! Чёрт! Как бесит…

Эти слова так освежали! Всем было так весело!

Этот придурок, как мы и ожидали, попал впросак! Глядя на огорчённый вид Мосе, как он топал ногами и ругался, все ещё пуще стали смеяться, от смеха на глаза наворачивались слёзы... Только Цяо Ин, нахмурившись, смотрела на Мосе…

Она знала, что он обладает удивительной способностью делать так, что вещи куда-то исчезают, только ей было неизвестно, насколько эта его способность сильна, и сможет ли он забрать все эти вещи. Она смотрела на его мешок, которым он обвязал волшебное дерево, и её сердце дрогнуло:

«Если у него действительно это получится, это подорвёт жизнеспособность всей Священной горы…»

Ещё она переживала за Мосе:

«Что, если у него не получится… мальчишка, у тебя совсем рассудок помутнел от этих чудодейственных штуковин? Ты должен был хорошо подумать над тем, сможешь ли ты унести с собой всё это… такой позор… несомненно, потом будешь чувствовать себя очень неловко…»

Глава 919.2. Не стесняйся! Бери, что хочешь!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. Он был так раздосадован… Вдруг в его глазах промелькнула надежда, и он поспешил задать вопрос:

– Господа, а что если эти вещи просто некоторое время побудут здесь… а я спущусь с горы, и сразу же отправлю людей за ними? Так пойдёт, как вы думаете?

– Разумеется, нет! Мы должны чётко выполнять инструкции старейшины! К тому же ты можешь взять только то, что сам сможешь унести, без посторонней помощи. Тем более что наша гора – это святое место, верно? Разве здесь разрешено появляться обычным людям? Разве это не прямое нарушение наших традиций? – все вместе покачали головами и рассмеялись.

«Ну ты, конечно, придумал! Хитрый такой, хочешь, чтобы от нашей горы осталось пустое место?»

Цзюнь Мосе выглядел раздражённым, его глаза покраснели, и он прикрикнул:

– Так нельзя и эдак нельзя, неужто мне просто остаётся смотреть? Я хотел взять понемногу от каждого, оставил для этого одухотворённой Ци… Господа, если вы специально меня злите, не надо потом винить меня, что все эти вещи я разом заберу без остатка, хорошо?

Один старик усмехнулся и сказал:

– Цзюнь Мосе, если у тебя есть такие способности – забирай, что хочешь! Мы не станем останавливать тебя! А если унести не можешь, то не придумывай отговорки...

– Эти слова не я сказал, а ты сам, верно? Если я заберу все эти вещи, вы не станете возникать, и тем более не будете искать повод, чтобы покушаться на мою семью или друзей? – прикрикнул Мосе.

– Ха-ха-ха! – все десять человек рассмеялись. – За кого ты нас принимаешь? Ты считаешь, что мы своё слово сдержать не сможем?

– Хорошо! – Цзюнь Мосе решил поставить всё на карту: – Хотя этот приём нанесёт большую травму моей изначальной Ци, но вы сами меня вынудили! Если я не заберу это всё, вы станете презирать меня!

– Если есть способности – то, пожалуйста. Цзюнь Мосе, мы напомним тебе – ты должен действовать один, без чьей-то помощи! – все посмотрели на раскрасневшегося Цзюнь Мосе и с презрением отнестись к его болтовне.

Цзюнь Мосе очень сильно разозлился, протянул руки к большому дереву около него, и что есть мочи громко прокричал:

– Ко мне!

Как только его слова прозвучали, раздался небольшой грохот, и дерево внезапно пропало из поля зрения!

Все ошарашено выпучили глаза!

«Как такое огромное дерево так резко смогло исчезнуть? Это так странно!»

Цзюнь Мосе уселся прямо на землю, с трудом переводя дыхание. Было заметно, что он потратил немало своей изначальной Ци. Однако в его глазах был блеск, похоже, он нисколько не пожалел об этом!

Несомненно, этот приём расходует много жизненной силы! Иначе бы от чего у Мосе был такой вид? Он забрал только один предмет, а было ощущение, что он вот-вот коньки отбросит…

Очевидно, что сейчас вопрос был не в том, сможет он забрать эти вещи или нет, дело было в его самолюбии! Разумеется, он придавал большое значение своей персоне!

И сейчас он должен был даже рисковать своей жизнью, но забрать с собой все эти волшебные штучки!

Забрав себе одно дерево, он уже выглядел неважно. Что же будет, если он заберёт всё, что он приглядел… Не умрет ли он от изнеможения?

В мгновение все пристыдились:

«Неужто мы вынудили его прибегнуть к крайностям?»

Отдышавшись, Мосе продолжил свои манипуляции, и ещё одно большое дерево пропало из виду…

На этот раз всё лицо Мосе залилось красной краской, однако он не стал делать передышку и, сделав два неуверенных шага, подошёл к следующему дереву.

Все три дерева исчезли, раздался грохот, хижина рухнула. Мосе охрипшим голосом снова что-то прокричал, и целебный вьюн, который окружал до этого хижину, тоже исчез…

– Это… это… это… – вся толпа была шокирована происходящим.

Цзюнь Мосе, словно пьяный, качнулся, а потом рухнул на землю, помахал рукой, и строго сказал:

– И даже не смейте меня уговаривать! Сегодня я обязательно… должен всё забрать с собой! Бесполезно мне что-то говорить! Меня ещё ни разу в жизни так не презирали и недооценивали!

Все просто молчали:

«Кто станет тебя уговаривать? Просто сдохни от изнеможения, и все будут рады! А больше и вариантов нет…»

Мосе шёл неровной походкой от дерева к дереву, после каждого ствола он выглядел значительно хуже, чем раньше… казалось, ещё немного и он просто свалится на землю, однако, всё же, он не падал!

Вся толпа тупо смотрела на него. Есть дерево, нет дерева… Есть хижина, нет хижины… Вся Священная гора покрылась клубами пыли…

Цзюнь Мосе с трудом продолжал двигаться, и смеялся во все горло: он был так доволен собой! «Я богач, ха-ха-ха! Одно дерево… три дерева… Семьдесят деревьев… Девяносто деревьев… ха-ха-ха!»

Как Цзюнь Мосе мог не знать, что он перегибает палку? Все эти сокровища были накоплены Священным дворцом за многие тысячи лет! Пусть У Шаньюнь и дал ему обещание, однако, всё же, это не гарантия!

В случае если он поднимет всеобщий гнев, тогда его он потерпит неудачу на пороге успеха! Ведь эти вещи – это часть их жилища… как можно было их забрать совершенно незаметно… это невероятно сложная задача!

К тому же… если забрать их все, нет гарантии, что они не станут мстить за это! Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, возможно, и не боятся их мести, однако, что насчёт других?

Поэтому Мосе затеял это представление не только, чтобы поиздеваться над ними… Во-первых, он хотел заставить спокойно смотреть на то, что он делает, если бы они даже остановили его на полпути… Он уже заберёт половину; им остается только невыносимо страдать!

Во-вторых, он ждал, когда они попадутся на его удочку… Он заранее разъяснил, что сводить счёты нельзя! А для таких честолюбивых людей это много значит, и они не станут убивать невиновных…

Они могут свести счёты только с ним, и не тронут его близких! На всякий случай он просто может спрятаться в Пагоде, и даже провидица не сможет увидеть этого!

На этот раз ему удалось здорово поживиться. Он забрал у них более девяноста процентов всех их чудодейственных лекарств! К тому же… учитывая состояние одухотворенной Ци в Пагоде, их скорость увеличится в десятки раз, и из-за этого их можно будет использовать без остановки!

Такая потеря – большой стыд для них. Однако… у Мосе не было времени думать об этом!

Наконец, все мастера Священной горы, не выдержали:

- Бл**ь! Этот сосунок разрушил более половины наших хижин, многолетние чудодейственные травы почти исчезли… А этот пацан в таком же состоянии, что и был раньше! Это, это… неужто он издевается над нами?

– Прекрати! – один седой старик громко закричал: – Цзюнь Мосе, ты издеваешься над нами с помощью своей удивительной способности? Ты думаешь, это смешно? Мы столько лет хранили эти лекарства, чтобы ты потом пришёл и забрал их все? Немедленно остановись, и возвращай всё, что ты забрал!

Его слова пробудили недоумевающую толпу. Все разом злобно уставились на него.

– Возвращать? – Цзюнь Мосе был в ярости: – Ребята, вы смеётесь надо мной, что ли? Разве не вы мне обещали, что я могу забрать хоть всю Священную гору целиком, и вы не станете возражать? Что, значит, на словах одно, а на деле другое? Не будьте такими бесстыжими!

Все лекарства уже были у него, а они вдруг спохватились. Мосе так рассердился, что даже назвал старейшин «ребятами»…

Все старики покраснели. Сказано-то было сказано, но кто знал, что этот негодник окажется настоящим демоном? Кто знал, что можно таким образом забирать вещи? Твою ж мать, это мерзавец такой коварный…

– Эм, мы обещали тебе только часть, кто говорил, что всё полностью? Это была шутка, никто не говорил взаправду! – старик был взволнован, и продолжал бессмысленный спор: – Мы просто говорили гипотетически, а не в самом деле!

– А я смог сделать это! – Цзюнь Мосе скривил лицо: – Вы готовы публично признать, что вы потеряли стыд и совесть? Я думал, что только три Священные земли лицемеры и лгуны, оказывается, и вы туда же!

– Цзюнь Мосе, не надо острить. Ты считаешь, что сможешь так просто уйти? – старик вздохнул: – Оставь вещи. Мы не навредим тебе… ты можешь забрать какую-то часть, но не всё полностью!

– Тэн Чунцзе, так не пойдёт! – Цяо Ин, нахмурившись, сказала: – Цзюнь Мосе своим поступком может разрушить привычную жизнь Священной горы. Я тоже очень возмущена и расстроена, однако… в конце концов, это обещание, которое дали все мы, разве противоречить самим себе – это не бесславно? Что будет с репутацией Священного дворца?

– Это не имеет никакого отношения к Священному дворцу, я готов сам разорвать это обещание… – на лице у старика появились нервные судороги. – Если он заберёт с собой всё, изначальная Ци Священной горы не сможет восстановиться даже за несколько тысячелетий! Я не смогу принять на себя такую ответственность, и ты тоже!

Глава 920. Психануть и исчезнуть

— Но это вовсе не ничтожная причина! — Цяо Ин покраснела от злости. — Раз уж вы не можете позволить себе такую ответственность, то не стоит разбрасываться громкими речами! Где вы были, когда делались ставки? А теперь не хотите мириться с последствиями?

— Боишься? Цяо Ин, разве ты не знаешь, что это не вопрос личного страха? Речь идёт о будущем всего Священного дворца! В любом случае, корень этого вопроса заключается в безнравственном и бессовестном поведении этого гадёныша — Цзюнь Мосе! Он заранее всё обдумал и создал ложное впечатление, чтобы я допустил ошибку в своих суждениях! — громко сказал Тэн Чунцзе: — Он так много забавлялся с нами, я должен восстановить справедливость! Даже если ради этого мне придётся отдать свою жизнь! — он весь покраснел, но продолжал говорить: — Вдобавок… Всё это уже превратилось в личные счёты между мной и Цзюнь Мосе! Это вовсе не дело Священного дворца! Цяо Ин, если ты всё ещё признаёшь себя частью Священного дворца, то будь добра, закрой свой рот! Ради личных счетов я не поскуплюсь запятнать свою репутацию и пойду против младшего поколения!

Цяо Ин была в шоке от его энтузиазма и едва могла что-то ответить.

— Ха-ха-ха! — Цзюнь Мосе вдруг рассмеялся: — Личные счёты… А это уже интересненько! Я, наконец, понял, откуда взялась эта бесстыдность у трёх Священных земель! Оказывается, вот оно что! Когда верхняя балка гнётся, нижние тоже кривятся, так что причина совершенно очевидна! Тэн Чунцзе… А ты действительно вырос отличным парнем… Я сегодня это ясно увидел!

— Как бы там ни было, если ты не согласишься оставить сокровища этой горы, то ты её не покинешь! — не только Тэн Чунцзе, но и все остальные одновременно выступили вперёд, заблокировав Цзюнь Мосе своим потоком одухотворенной Ци!

Ситуация достигла критического предела!

— Посмотрим, кто из вас самый смелый! — Цяо Ин загородила собой Цзюнь Мосе. Её лицо пылало от негодования, но сердце было наполнено сожалением и даже некоторым смущением!

Кто бы мог подумать, что скрывающаяся на Священной горе группа людей, которые вдобавок являются одними из величайших мастеров в мире, могут сделать нечто подобное?

На словах — одно, а на деле — другое. Не сдержал слово — ну и фиг с ним. Зато теперь используют силу для запугивания… Что касается Цзюнь Мосе… Хотя он прав, но всё же забрал слишком много вещей, он и в самом деле слегка пожадничал. Однако… Раз уж ему дали обещание, то не могут его нарушить!

Если людям нельзя доверять, то, как же тогда жить?

— Ха-ха! — Цзюнь Мосе улыбнулся и слегка оттолкнул Цяо Ин. Он покачал головой и сказал: — Лучше не лезь в это дело! Ты слишком важная персона в Священном дворце!

Посмотрев на людей перед ним, Мосе тихо сказал:

— Если дела пошли так, и нет места для перемен, то ваши действия… действительно сильно разочаровывают! Никогда бы не подумал, что человеческая репутация на самом деле и гроша не стоит! Я полагал, что в легендарном Священном дворце всё хоть немного иначе: даже если вы не хотите соглашаться с тем, чтобы я уносил отсюда все эти вещи, но вести себя настолько отвратительно — уже слишком… Вы все одинаковые! — молодой мастер Цзюнь сделал паузу и насмешкой продолжил: — Я собрал ещё не все вещи, которые мне нужны, но я оставляю их вам… А что касается ваших предыдущих заявлений, не думаю, что исполните их… Хе-хе-хе… В таком случае, я не стану настаивать и, пожалуй, откланяюсь. Горы не изменить, как и течения рек, так что и мы обязательно ещё раз свидимся!

— Ты серьёзно собираешься уйти? — Тэн Чунцзе только закончил это предложение, как внезапно испытал дикий шок: находящееся прямо перед ним красивое личико молодого мастера с искренней насмешкой и презрением медленно исчезло, превратившись в ничто — просто в воздух…

— Где? Куда? — все один за другим высвободили своё ментальное обнаружение, а с их силами они кого угодно во всей Поднебесной отыщут, даже Четырнадцатый Шао — не исключение. Однако так ничего и не найдя, все пришли в ужас.

— Цяо Ин, используй свой дар провидения и скажи, где спрятался этот засранец! Если он вот так уйдёт… тогда мы просто опозоримся на весь Священный дворец… — стиснув зубы, сказал Тэн Чунцзе.

— Опозоримся на весь Священный дворец?! Разве не поздно сейчас об этом говорить? Чего ждали-то? Уже в… в позоре по самые ноздри! — сурово ответила Цяо Ин и развернулась. Внезапно она испытала огромное разочарование, а её сердце превратилось в кусок льда: «Это и есть тот Священный дворец, в котором я пробыла уже тысячу с лишним лет, защищая легендарный материк Суань? Так отчего же… здесь так одиноко?»

Пусть Цяо Ин и ушла, однако все присутствующие были поколением опытных воинов. Они сразу же бросились врассыпную, сохраняя определённое направление, некоторые из них даже спустились вниз с горы, заблокировав все выходы.

Пока Цзюнь Мосе находится на горе, даже с самыми хитроумными уловками ему не сбежать!

Тэн Чунцзе посмотрел в спину Цяо Ин и сердито сказал:

— Ну и что теперь? Если Священный дворец рухнет, неужели, ты думаешь, что тебя ждёт хороший конец?

Цяо Ин услышала это предложение издалека, но не проявила на это никакой реакции, лишь выражение её лица стало более суровым. Она молча вошла в свою комнату…

В настоящий момент Священная гора находилась в полном беспорядке… К появлению У Шаньюня всё накалилось до предела.

Однако, услышав о произошедшем, он остался совершенно равнодушным. Он сказал лишь одно предложение:

— Забрал, так забрал… Чем больше, тем лучше.

Как будто его совсем не интересовали вещи, унесённые Цзюнь Мосе. Более того, казалось, будто он наоборот… вздохнул с облегчением.

«Он наконец-то забрал их…»

Этот неожиданный ответ действительно ошеломил всех. Кто бы мог подумать, что Повелитель, который всегда считал все эти вещи неотъемлемой частью своего сердца, останется таким спокойным после всего случившегося?

Может, он просто недопонял?

Посмотрев на остальным старейшин, вышедших из своего уединения, все просто офигели: весь гнев с их лиц бесследно исчез, оставив после себя лишь полное безразличие…

Фантастика!

Цзюнь Мосе спустился со Священной горы, но не поспешил уходить, вместо этого он еще несколько раз осмотрел всё вокруг, в особенности направления, в которых располагались три Священные земли. Их Мосе изучил более детально.

Затем он повернулся и отправился на Небесный столп.

Это поле боя Битвы за Захват Небес. Цзюнь Мосе не мог не пойти и не посмотреть его.

Подойдя ближе, он понял, насколько этот огромный горный массив величественен. Кроме того, здешние горные камни, судя по всему, отличались от обычных, у них был какой-то специфический цвет, вроде и не камень, но и не нефрит — невероятно крепкие!

Цзюнь Мосе схватил первый попавшийся камень и сжал его в кулаке. Он не мог не удивиться. Твёрдость камня на Небесном столпе далеко за пределами воображения обычного человека! Даже со своим нынешним мастерством Мосе понадобилось около половины всей силы, чтобы его раскрошить!

И это всего лишь маленький камушек. Неизвестно, сколько лет он тут пролежал! Так что их твёрдость уже не поддаётся здравому смыслу…

Подняв глаза, Мосе увидел гряду облаков. Он и не знал, что гора настолько высокая! Просто посмотрев ввысь, можно было ощутить прилив огромного давления, который невольно порождал чувство приближающейся войны …

Такое специфическое чувство заставило молодого мастера ещё раз удивиться.

Это ведь просто гора, неужели она, как и первоклассные мастера, может испускать некую силу? Цзюнь Мосе со всей решимостью бросился вверх, его скорость была просто потрясающей.

Чем выше Мосе поднимался, тем сильнее ощущалось давление. И хотя он был на высоте лишь в шесть или семь тысяч метров, сил практически не осталось. Казалось, что на вершине сидели боги, которые своей нечеловеческой силой препятствовали его присутствию на вершине.

Цзюнь Мосе снова поднажал и поднялся на высоту ещё около пяти тысяч метров. Но когда он поднял глаза, он всё ещё не смог увидеть вершину… Хотя его положение уже было по крайней мере на высоте десяти километров от подножия горы.

Цзюнь Мосе с трудом улыбнулся и пробормотал:

— Эверест всего лишь чуть более восьми километров, а я уже на десяти… И такое ощущение, что это только середина… Какая-то аномалия…

Но в это время Цзюнь Мосе наконец-то понял, почему он смог увидеть эту вершину лишь спустя 10 тысяч метров пройденного пути. Камни на этой горе не только очень твёрдые, они способны рассеивать свет, тем самым создавая эффект увеличения. Сотни миллионов кусочков сложены вместе… Именно они и образовывают такую невероятную картину…

Спускаясь с горы, Мосе обнаружил ещё одну интересную вещь: его способности Побега Инь-Ян на этом Небесном столпе вдруг исчезли…

Такое ощущение, что весь горный массив Небесного столпа находился под запретом какого-то сверхъестественного оружия древней силы.

Такое открытие сильно напугало Цзюнь Мосе!

У кого могут быть такие способности?

Кроме того, эта гора… она ведь очень большая!

Молодой мастер Цзюнь хотел было снова подняться вверх, но понял, что не в силах этого сделать. Он вздохнул: «Неудивительно, что никто никогда не смог перейти эту горную цепь… Силы обычного человека скудны, а с моим совершенствованием я смог подняться лишь до середины… Но этот секрет я должен обязательно раскрыть в скором будущем…»

Повернувшись на спуск, Мосе отправился в сторону севера…

«Прошло уже много времени с тех пор, как я покинул город Тянсян, пришло время вернуться и посмотреть, как там обстоят дела… Теперь у меня нет никаких помех для этого, и мне не нужно ни о чем заботиться…

Ах да, остались лишь Разноцветные плоды с дерева в Туманном Призрачном Дворце… Я должен их заполучить, так что нужно всё хорошенько рассчитать. Как только появятся какие-либо новости о Цао Гофэне и его отряде, я тут же что-нибудь и придумаю!»

Цзюнь Мосе раздумывал об этом, продолжая следовать на север.

Глава 921

На этот раз Цзюнь Мосе не стал пешим ходом добираться обратно. С этой горы спускаться как минимум несколько тысяч метров и, если даже использовать самую высокую скорость передвижения, на путь всё равно придётся потратить около нескольких дней. А Цзюнь Мосе сейчас не мог раскидываться временем, он порядком спешил.

Главная проблема заключалась в том, что Битва за Захват Небес была далеко не за горами!

Несмотря на то, что сторона Мосе была в напряжённых отношениях с тремя Священными землями!

И хотя Цзюнь Мосе неоднократно говорил, что благополучие народа не имеет никакого отношения к нему, никто не отменял его дикую ненависть к Чужакам!

На самом деле, у него не было весомых причин для этого, эта ненависть исходила откуда-то из глубины его сердца, и от неё невозможно было избавиться. Больше всего из всех Чужаков он ненавидел так называемых «гермафродитов», его выворачивало от одной мысли о них.

Поэтому, если бы три Священные земли и наплевали на вторжение Чужаков на материк Суань, Цзюнь Мосе всё равно бы этого не допустил! Он не только должен выиграть Битву за Захват Небес, но и попасть в их старый «притон», и перерезать всех там поголовно, уничтожить всех до одного, чтобы у них не было и малейшего шанса на выживание!

Это был крайне безумный план!

Именно по этой причине сейчас Мосе дорожил каждой минутой! У него осталось меньше полугода, и это дело не терпит отлагательств! Будь-то Небесный отряд Разрушителей Душ или группы убийц Лэн Ао и Байли Лу Юна, для самообороны этого, может быть, и достаточно, но чтобы уничтожить всех Чужаков без остатка, ему ещё предстоит провести тщательную подготовку!

По мнению Мосе, Битва за Захват Небес уже превратилась в какой-то дешевый трюк, разменную монету для тех, кто хочет добиться славы и признания!

Нет ничего лучше, чем просто разобраться с этой проблемой раз и навсегда!

Уничтожить всех Чужаков раз и навсегда, и дело с концом!

Хотя Цзюнь Мосе далеко не человек высоких идеалов и морали, сейчас он во что бы то ни стало должен выполнить это дело!

Цзюнь Мосе принял состояние «инь-ян» и, увеличив свою скорость до «сказочной быстроты», менее чем за день преодолел расстояние, равное нескольким дням изнурительного пути. Он пересек Людскую гору и вернулся в мир людей. Неожиданно он заметил, что за это довольно короткое время, этот мир претерпел довольно значительные изменения!

Он практически не мог узнать его…

Этот мир бурлил и кипел!

В особенности это касалось воинов, совершенствующих Суань, все они что-то увлекательно и восхищённо рассказывали.

Все они восторженно ликовали, что даже слюна разлетались в разные стороны!

Имя внезапно появившегося «Злого Монарха» буквально потрясло весь материк Суань!

Говорили, что этот «Злой Монарх» провёл ожесточённый бой с мастерами трёх Священных земель и одержал сокрушительную победу над ними. Мало кому из них удалось выжить!

Три Священные земли были жестоко опозорены, а разве на такое способен какой-то обычный мастер? После битвы, слухи о непобедимом Злом Монархе мгновенно разнеслись по всему материку, он стал настоящим национальным кумиром…

Цзюнь Мосе добрался до какого-то небольшого городка, вышел из состояния «инь-ян», и спокойной походкой забрёл в небольшой трактир. Эти дни он питался только сухим пайком. Не сказать, что это сильно влияло на его самочувствие, но всё же продолжать и дальше так питаться он был не в состоянии.

Раз уж сегодня у него появилась такая возможность, надо разок поесть как следует.

Этот городок находился где-то в 500 километрах от Тянсяна, куда и направлялся Мосе. Для обычного человека это довольно далеко, однако для удивительного «инь-ян» Цзюнь Мосе этот путь занял бы около часа и не больше…

Поэтому сейчас он уже не так торопился, и решил хорошо поесть, ведь всё-таки нужно сочетать труд и отдых!

Более того он уже отдал приказ летающим вне леса Тянь Фа Священным животным, чтобы они разузнали о местонахождении людей Туманного Призрачного Дворца. Они вряд ли смогут быстро узнать об этом, поэтому Мосе всё равно придётся подождать. Только войдя в трактир, его окатила волна шума и разных возгласов, Цзюнь Мосе почти вздрогнул от неожиданности. Вот что значит снова вернуться в мир людей. Хотя он и привык всегда держаться особняком, последнее время перед его глазами мелькали только бескрайние одинокие дали, пустые и безмолвные. Снова вернувшись к людской оживлённой атмосфере, ему стало как-то приятнее на душе.

Цзюнь Мосе только успел найти место и сесть, как услышал голоса за своей спиной:

— …не могу не сказать, но этот Злой Монарх в самом деле суперкрутой! Его соперниками были легендарные три Священные земли и что, где они сейчас? Это значит, что он самый могущественный представитель материка Суань! За столько тысяч лет никто ещё не мог добиться такого уровня! Однако этот Злой Монарх смог разбить своего противника в пух и прах! Вай, он просто монстр! Мощно!

Другой голос сказал:

— Верно, этот Злой Монарх — просто удивительный человек. Брат Лу, раз ты так уважаешь этого человека, случайно не знаешь, как он выглядит? Говорят, что этот Злой Монарх — это молодой господин из семьи Цзюнь, города Тянсян, это правда?

Этот самый «брат Лу» холодно усмехнулся, а потом голосом знатока, с уверенностью произнёс:

— Брат Ван, вот ты раз не знаешь, лучше молчи, пожалуйста… Тоже скажешь тут, кто такой Злой Монарх и кто этот Цзюнь Мосе? Говорить о Злом Монархе и каком-то непонятном Цзюнь Мосе в одном предложении — просто нелепость… Этим ты только оскорбляешь благородное имя Злого Монарха! — он немного помолчал, а потом строго добавил: — Брат Ван, мы все братья и хорошие друзья, поэтому я сделаю вид, что ничего не слышал, но в другом месте… пожалуйста, воздержись от таких заявлений. Последствия могут быть фатальными, тебя могут услышать почитатели Злого Монарха, и тогда тебе вряд ли это обойдётся просто так, ты можешь поплатиться жизнью за свой язык!

После этих слов, этот брат Ван тотчас же притих, осторожно оглянулся по сторонам, вжался и прошептал:

— Брат Лу, спасибо за напоминание! Я действительно оговорился… Какое право имеет этот парнишка упоминаться в одном предложении с самим Злым Монархом!

— Брат Ван, хорошо сказано! Прозвище, конечно, у него что надо. Так красиво звучит, из всех существующих на данный момент мастеров никому так не подходит это величественное имя, как ему.

Цзюнь Мосе слушал это и пребывал в состоянии шока. Кто бы мог подумать, что его имя достигнет такого уровня, что будет вызывать трепет и ужас, к тому же, в глазах остальных людей он удостоился обращения «уважаемый»! Это что вообще такое?

Однако это ещё ладно, больше всего его поразило то, что этот «Злой Монарх» ни за что не мог быть Цзюнь Мосе, это ещё почему вдруг? Это в самом деле сильно его задело. Немного подумав, он обернулся, и с доброжелательной улыбкой сложил руки в знак приветствия:

— Друзья!

— Молодой господин, чем обязаны? — глядя на интеллигентный вид Мосе и его манеры, эти двое не поленились и тоже сложили руки в приветственном жесте.

— Осмелюсь задать вопрос. Я был так неосторожен, что услышал ваш разговор. Вы говорили про Злого Монарха или что-то с этим связанное… Я был бы признателен, если бы вы утолили мое любопытство, — любезно спросил Цзюнь Мосе.

— Ха-ха, вот оно что; значит, вы обратились по адресу! Меня недаром на материке Суань прозвали «сыщиком»! Что касается конфликта Злого Монарха и трёх Священных земель, я знаю немало интересных подробностей. Однако, молодой господин, когда вы произносили имя Злого Монарха, вы сделали это недостаточно уважительно. Мы, младшее поколение, должны уважать выдающееся старшее поколение, особенно такого уважаемого и могущественного человека, как он! — брат Лу самодовольно улыбнулся и сощурился.

— Уважаемого? О? Похоже, вы, братишка, в самом деле знаете немало подробностей об этом? — Цзюнь Мосе ещё с большим энтузиазмом задал новый вопрос: — Тогда… не могли бы вы чуть подробнее рассказать о нём?

— Эм… хэ-хэ-хэ… Да, у меня что-то в горле пересохло, а вино вот-вот закончится. Давай как-нибудь в другой раз, — брат Лу сощурился и многозначительно улыбнулся.

— Дорогой друг, расскажи, прошу тебя, развей мои сомнения, я сегодня угощаю! Закуски нам и кувшин вина! — Цзюнь Мосе резко махнул рукой, а про себя подумал: «Я сам собираюсь послушать про самого себя же, и ещё должен сам платить за закуску и вино! Разве это не комично? Однако этот малый сказал, что знает немало подробностей. Интересно, и каких же? И почему вдруг ко мне обращаются как к "старшему поколению"?»

— Да?.. Молодой господин в самом деле так щедр. В таком случае, я расскажу молодому господину всё, что знаю об уважаемом Злом Монархе, — этот «брат Лу» тотчас же развеселился и громко рассмеялся.

Глава 922. Слухи о Злом Монархе

— Пожалуйста, говорите, я внимательно вас слушаю.

— Говорят, этот господин Злой Монарх — выдающийся талант, который появляется раз в несколько тысяч лет. Ему нет равных в этом мире; к тому же он весьма умён, хитёр, дальновиден и обладает недюжинной смелостью… — брат Лу открыл рот и тут же закрыл. Он услышал, как Мосе рассмеялся…

«Так приятно, чёрт возьми! Хотя почти всё сказано верно, есть и некоторые несоответствия… Ни к чему употреблять такие слова, как „дальновиден“, я, между прочим, в расцвете молодости, с чего меня описывать какими-то старческими словами…»

— Для начала стоит сказать, что его мастерство и военное искусство отточено до идеала! Фактически этот выдающийся человек уже давно не знает себе равного в Поднебесной, однако чтобы ещё лучше усовершенствовать свои способности, он скрывался пять веков. Да, целых пять веков ждал… Хэ-хэ-хэ, далеко ходить и не надо, одно его спокойствие и невозмутимость чего стоят! Много веков он скрывался, и в одночасье потряс весь мир своим впечатляющим появлением! В своём первом бою он добился того, что три Священные земли потерпели большое…

— Подождите немного… Брат Лу, вы только что сказали, что этот Злой Монарх уже давно не имеет себе равного в Поднебесной, и он скрывался на протяжении пяти веков? — Цзюнь Мосе несколько обалдел: «Твою ж налево! Когда это я жил в одиночестве целых пять веков? Почему я сам об этом даже ничего не знаю? И, оказывается, у меня уже давно нет равных в Поднебесной, вот это дела!»

— Так или иначе, такого выдающегося человека трудно понять! Его способности чересчур глубоки и недостижимы для обычного человека! И в этом не стоит сомневаться! Я могу поручиться своей жизнью! Глубокоуважаемый господин Злой Монарх — первый в Поднебесной, и это железно! — брат Лу склонил голову к груди и торжественно поручился.

Цзюнь Мосе скривил губы и подумал про себя: «Неужто этот человек говорит не про меня „Злого Монарха“? А про другого человека?»

Он с трудом наигранно рассмеялся и сказал: — Прошу, продолжайте.

— Хе-хе, сейчас много людей болтают, что многоуважаемый господин Злой Монарх — это молодой господин из семьи Цзюнь города Тянсян, ха-ха-ха! — брат Лу прыснул сильным и уверенным смехом, тем самым показывая, что он совершенно не признаёт это утверждение: — Это прямо-таки огромное заблуждение! Этот Цзюнь Мосе нынче что-то устраивал в Тянсяне, однако он — всего-навсего молодой наследник влиятельной семьи, на что он способен-то… Его уж точно нельзя ставить в один порядок с многоуважаемым Злым Монархом! Говорить такое — это прямое оскорбление славного достоинства Злого Монарха! Между ними огромнейшая разница, нечего и сравнивать по сути! — на этом брат Лу не остановился, и продолжил дальше унижать Цзюнь Мосе: — Да кто этот Цзюнь Мосе вообще такой? Не более чем одарённый баловень из богатой семьи. Как его вообще можно сравнивать со Злым Монархом? Этот никчёмный мальчишка этого вовсе не достоин! Меня даже трясёт от одной мысли об этом!

Цзюнь Мосе сразу же поник и не нашёл слов, чтобы ответить: «Этот человек одновременно хвалит и унижает меня… как быть в такой ситуации?»

— Многоуважаемый господин Злой Монарх — незаурядный человек, он обладает манерами бессмертного, его рост равен девяти метрам, его спина широка и необъятна, на овальном и белоснежном лице — спокойствие и добродушие, а изо рта торчат свирепые клыки… — разбрызгивая слюни в разные стороны, говорил брат Лу.

— Эм… господа, пожалуйста, наслаждайтесь едой… у меня что-то не в порядке с животом, мне нужно отойти… — Цзюнь Мосе приложил свою руку к животу. Он чувствовал, что вот-вот должен был получить внутреннее ранение, такие беседы страшнее схватки с внутренним демоном…

«Я не раз сталкивался с мастерами из трёх Священных земель, но, однако, никогда не получал внутреннего ранения, как от рассказов этого человека… Они просто невыносимы!»

Цзюнь Мосе быстро наобум бросил несколько монет, и в панике, придерживая рукой живот, вылетел из трактира.

«Так раздражает!»

Брат Лу выкрикнул ему вслед:

— Эй, молодой господин, я ещё не закончил… Я всё знаю о подробностях этого дела, и у меня есть много сенсационного материала на многоуважаемого господина Злого Монарха… Вы точно заинтересуетесь!

«Иди к чёртовой бабушке со своими подробностями!» — мысленно выругался Мосе, и тут же исчез, оставив брата Лу в одиночестве, однако тот несильно расстроился из-за этого. Поглаживая серебряные монеты на столе и радостно хихикая, он сказал:

— Я богат! Столько монет, о боже, как я богат, ха-ха-ха!

Послушав столько «сенсационных подробностей», но тем не менее так и не наполнив свой желудок едой, Мосе был очень расстроен, и тотчас же отправился к более элитному трактиру. Однако, попав туда, он почувствовал, что и это место не особо отличалось от предыдущего, все наперебой что-то говорили и увлекательно обсуждали, каждый называл всё новые и новые «подробности». На этот раз Мосе повёл себя умнее, сел за первый попавшийся стол, заказал еды и вина, и только, когда его желудок успокоился, тихонько прислушался к разговорам.

Съев почти половину, он услышал, как скрипнула лестница, и в трактир вошёл какой-то старик, в руках у него была хицинь (китайская скрипка). Он сделал кружок по заведению, а потом грубым голосом громко сказал:

— Как говорится, дома полагаешься на родителей, вне дома — на друзей! Я рассказываю истории, и этим зарабатываю себе на жизнь. У кого есть деньги, помогите странствующему актёру, не проходите мимо. У кого нет денег, просто поддержите мой народный театр… сегодня я расскажу о «Разгневанном Злом Монархе и поражении трёх Священных земель!»

Кто-то крикнул:

— Старик, мы об этом уже всё знаем, почти наизусть выучили, давай о чём-нибудь новом!

Раздался другой голос:

— Послушать ещё разок тоже бы не помешало! От этой истории кровь бурлит, сплошное наслаждение слушать такое, давай скорей начинай уже!

Старик надменно рассмеялся и сказал:

— Господа, вы знаете не всё! И сегодня я расскажу самые пикантные подробности этой истории, вы не должны этого пропустить! Господа, не стоит торопиться… — говоря, он начал наигрывать на скрипке и неутомимо рассказывать свою историю.

Цзюнь Мосе слушал, испытывая душевный подъём. В руках профессионала история о Злом Монархе и в самом деле звучала очень захватывающе. Там были уму непостижимые перипетии, драки в высшей степени ужасны и кровавы, что же до вражеской неприязни — всё было очень детально и красочно представлено, не упущено ни одной детали…

Цзюнь Мосе слушал и поражался: по рассказам этого старика, Злой Монарх был настоящий храбрец, грозный богатырь с небывалым чувством собственного достоинства! В самом деле, народный кумир!

Этот дурень так заслушался, что даже и позабыл, что он и есть герой этой истории. Он предался восторгу и словно опьянел. И это неудивительно, этот самый Злой Монарх, про которого рассказывал старик, ни разу не походил на Цзюнь Мосе, всё, что он делал, не имело никакого отношения к Мосе… А если рассказчик отлично справляется со своей задачей, то почему бы и не увлечься? От начала и до конца, кроме нескольких общих фраз, остальные подробности не имели никакого отношения к настоящему Мосе!

И не только молодой мастер Цзюнь слушал, как завороженный, все остальные тоже пребывали в таком состоянии, а в это время:

— Услышав об этом, Злой Монарх пришёл в ярость! Он взмахнул рукой, и в чистом небе в одночасье появилась огромная дыра. Он громко закричал:

— Три Священные земли чрезмерно обижают других! Я, Злой Монарх, больше не потерплю этого!

И тогда он отдал приказ всем своим мастерам собраться вместе. После этого дракон, два феникса, три тигра, четыре леопарда, пять медведей, шесть львов, семь волков, восемь журавлей и девять злых духов возглавили его армию из 36 божеств несчастья, 72 злых духов земли, 108 призраков, 365 великих мастеров… Все они собрались вместе и были готовы в любую минуту ринуться в бой! Они направили послание об объявлении войны трём Священным землям! Обстановка накалялась и была готова вспыхнуть в любой момент…

…После получения послания о войне, три Священные земли, чтобы не признавать себя хуже других, отправили такое же ответное письмо:

– Хочешь войны — ты её получишь!

По решению договора между сторонами, они должны были провести тридцать и три сражения, чтобы окончательно выявить победителя и проигравшего! Во время решающего сражения разразилась настоящая буря! Повсюду были реки крови и горы костей! Злой Монарх взвился к небесам, каково же было тогда трём Священным землям? 33 сражения всколыхнули всю землю, время словно застыло! Что же будет дальше? Продолжение следует…

Раздался звук скрипки, потом старик с тарелкой в руках подошёл к каждому гостю, отвесив поклон, и требуя оплатить за свой рассказ…

Все напряжённо слушали его повествование, и, когда в таком напряжённом моменте он вдруг остановился, все сразу пришли в раздражение, резко бросили ему монеты в тарелку, и закричали:

— Старый хрыч, ты издеваешься? Зачем ты остановился на таком интересном моменте? Немедленно продолжай рассказывать!

Старик с улыбкой до ушей, и безостановочно продолжая кланяться, приговаривал:

— Жизнь — тяжёлая штука, хи-хи-хи! Сегодня трудно устоять перед уговорами господ… Возможно, я могу рассказать побольше, в виде исключения…

Не успел он договорить фразу, как в его тарелку опустился большой здоровый серебряный слиток почти в 400 грамм. Один здоровяк с выпяченным вперед подбородком сказал:

— Быстро рассказывай, если хорошо расскажешь, я щедро вознагражу тебя!

Старик страшно обрадовался и тут же продолжил свой рассказ:

— В прошлый раз я говорил о…

Цзюнь Мосе вот-вот должен был сойти с ума…

Так как «сенсационные подробности» этого рассказа гласили, что близкая подруга Злого Монарха была похищена, а, говорят, хозяин трёх Священных земель безумно влюбился в неё и захотел заполучить её. После этого Злой Монарх и пришёл в страшную ярость…

Оказывается, произошёл любовный конфликт…

Цзюнь Мосе невольно вспомнилась одна история, связанная с Чу Цихуном. Она произошла тогда, когда он ещё был знаменит и популярен, тогда хозяин трёх Священных земель влюбился в его жену, после чего между ними вспыхнула безжалостная неприязнь!

«Твою ж мать? А что нельзя было хоть что-то поменять? К тому же… У Шаньюнь живет уже 3000 лет, сколько он жён похитил за это время, разве он не подумал об этом? Он вообще хоть способен на это…»

Цзюнь Мосе съел последний кусок еды, выпил последний стакан вина, и, сказываясь, что его подташнивает, он покинул трактир. Но это было вовсе не от вина или еды, причина как раз крылась в тошнотворных рассказах этого старика…

Глава 923. Возвращение в Тянсян

За всю дорогу до города Тянсян Цзюнь Мосе услышал, по крайней мере семь или восемь версий истории, каждая из них была по-своему прекрасна, а главный герой отличался прекрасными душевными качествами и отвагой…

Чем ближе становился Тянсян, тем сильнее отличались эти истории. Молодой мастер невольно разозлился и проворчал:

— Этот ребята из трёх Священных земель такие бессовестные сволочуги! Что ещё за ерунда про женщину, любовь к которой привела к такой ужасной войне…

Короче говоря, в этих легендах была лишь одна общая черта: Злой Монарх — это вовсе не молодой мастер Цзюнь Мосе. Если кто-то об этом заикнётся, то его тут же заплюют огромным шквалом критики и недовольства, да так сильно, что он в этих же слюнях и утонет. И это ещё ничего, если сильно не повезет, то можно и побитым оказаться…

Наконец, подойдя к южным воротам города Тянсян, он вдруг увидел впереди какую-ту суматоху. Улица была полностью расчищена, а по ней в одной колонне аккуратным шагом двигались солдаты в отполированной броне и шлемах. Выйдя из городских ворот, они расположились по стандартному образцу, а затем установили различные флаги и знамёна, которые красиво развевались на ветру, содрогая небеса!

Из-за отряда показались ещё люди: золотое знамя высоко возвышалось в воздухе, а золотой дракон был направлен против ветра, держа в своих когтях целую Поднебесную. Оказалось, что это Император и его экипаж лично прибыли к воротам!

Все прятались и наблюдали издалека, только один Цзюнь Мосе стоял посреди дороги, полный недоумения и непонимания происходящей картины.

Прозвучало девять залпов орудий, потрясшие весь небосвод, и императорская повозка медленно остановилась. Впереди пышной свиты из повозки показался нынешний Император Тянсян — Ян Хуай Ю вместе со своим сыном. Они улыбнулись и поспешно приветствовали гостя.

— Внимание!

Все воины, находящиеся у ворот, внезапно сократили между собой расстояние и преклонили по одному колену.

«Это, что ли, они меня вышли встретить?» — Цзюнь Мосе почесал голову. Такая внезапная помпезная церемония встречи оказалась уж слишком непривычной…

Видя, с каким энтузиазмом император Тянсян поприветствовал его, Мосе постарался выдавить самую искреннюю улыбку и проявить уважение. Эти люди так постарались, даже первый человек Тянсяна лично прибыл — похоже, что репутация Злого Монарха делает своё дело.

Кроме того, на самом деле Мосе вернулся, чтобы оказать некоторое содействие только взошедшим на престол отцу и сыну. Если распустить молву о том, что непревзойдённый Злой Монарх лично прибыл в Тянсян для встречи с его Императором, то это, несомненно, приведёт в шок все остальные государства и их правителей!

И этот шок будет поддерживать стабильность императорского трона Ян Хуай Ю, пока не исчезнет Злой Монарх! А для них это как манна небесная! Если бы Ян Хуай Ю не понимал важности подвернувшейся ему возможности, тогда он просто не был бы достоин быть Императором …

После недолгих приветствий и обмена любезностями, все сразу же переступили городские ворота, ведь это было не очень подходящим местом для дружеских разговоров. Цзюнь Мосе чувствовал, что Ян Хуай Ю и его сын Ян Мо благодарны ему от всего сердца, ведь если бы не он, то они никогда не смогли занять такое высокое положение.

— Как поживаешь? Больше никто не обижает? — с улыбкой спросил Цзюнь Мосе, слегка хлопая по макушке, идущего рядом Ян Мо.

Ян Мо засмеялся и, подмигнув глазом, сказал:

— Сейчас-то уже, конечно, никто не обижает, ведь у меня есть брат Мосе, который поддерживает меня, только он и может теребить мои волосы…

Цзюнь Мосе засмеялся. В это время подошёл Ли Юран и улыбнулся:

— Молодой господин, везде только и говорят, как о Злом Монархе. Неужели это ты — тот самый «Многоуважаемый господин», а? — и, хотя это был вопрос, он всё же был полон утверждения и даже некоторой насмешки.

— О? — Цзюнь Мосе удивлённо посмотрел на него и сказал: — Почему все думают, что это не я? Неужели я так похож на старика?

Ли Юран слегка улыбнулся и ответил:

— Люди повторяют друг за другом, не имея собственного мнения. Они тебя попросту даже и не знают! Только те, кто действительно имел дело с тобой, понимают, насколько страшен и опасен молодой мастер Цзюнь и насколько загадочно его существование! Я уверен, что в этом мире не найдётся никого более безумного, чем ты!

— Я правда такой безумный? Даже безумнее Четырнадцатого Шао? Или… Безумнее тебя? — Цзюнь Мосе поднял брови и посмотрел на своего когда-то смертельного врага и не смог удержаться от смеха.

Ли Юран улыбнулся и покачал головой:

— Моё безумие… Оно отличается от твоего. У нас разные цели.

— В твоих словах есть смысл, — Цзюнь Мосе кивнул и спросил: — Как поживает толстяк?

— Господин Танг теперь стал ещё больше! — в тоне голоса Ли Юрана чувствовалась некоторая зависть: — Этот парень теперь прям некорованный король Тянсяна. Хотя у него нет никаких скрытых подоплёк и интриг, однако даже сам Император не посмеет хоть как-то его обидеть… разве не прекрасная у него жизнь?

Голос Ли Юрана вдруг переменился. Он продолжил говорить уже несколько жалобно:

— Есть ещё кое-что: этот толстяк каждый божий день обирает меня! Говорит, что раз уж я в течение десяти с лишним лет притеснял и обижал его, то должен вернуть ему этот долг с процентами. Так более, что — он говорит это так смело и аргументированно… Молодой господин, ну разве это не слишком неблагодарно…

Цзюнь Мосе радостно засмеялся:

— Почему сразу неблагодарно? Я думаю, что так и должно быть! Кто сказал тебе, что ты ни в чём не виноват? Ты причинил боль толстяку, он из-за тебя чуть жену не потерял и теперь хочет отомстить… Не думаешь, что это ожидаемое явление?

Ли Юран неторопливо улыбнулся и сказал:

— Он тоже должен был прийти к городским воротам, чтобы встретить тебя. Сам Император попросил его об этом… Толстяк кое-как согласился, но потребовал у Его Величества несколько произведений каллиграфии и живописи, а также десять бутылок отличнейшего вина…

Цзюнь Мосе потерял дар речи:

«Толстяк действительно подо*уел, раз ведёт себя так даже с Императором! Самый смелый что ли?»

Неохотно пообедав в Императорском дворце, Цзюнь Мосе в сопровождении Ли Юрана отправился в Аристократический Зал. Старые друзья решили вспомнить былое, но решили не брать с собой Ян Мо, чуть, было, не доведя этого мальчишку до сопливой истерики…

Тем не менее на этот раз Мосе приехал ради будущей репутации Империи Тянсян, поэтому отцу и сыну следовало это хорошенько переварить. Ведь для некоторых придворных министров Мосе — словно нависший над их шеей огромный меч, который может в любое время запросто упасть!

Молодому мастеру нужно лишь отчётливо показать свою позицию и тогда они не посмеют его больше побеспокоить! По крайней мере, до крушения Молодого мастера Цзюнь всем нужно вести себя опрометчиво, ведь это чрезвычайно важно для укрепления нынешней Императорской власти Тянсян!

Поэтому отцу и сыну сейчас необходимо было дорожить каждой минутой присутствия Цзюнь Мосе!

Молодой мастер только приблизился к входу Аристократического Зала и уже издалека увидел огромную кучу мяса, стоящую внутри. Жир волнами свисал отовсюду, а короткая толстая шея пыталась выпрямиться, чтобы хоть что-то разглядеть впереди себя.

Рядом с этой расплывшейся фигурой находился маленький, очаровательный и грациозный силуэт, а из тени виднелись ещё несколько пристальных взглядов. Цзюнь Мосе отчётливо чувствовал в них уважение к собственной персоне. Ещё не встретившись с ними, он сразу смог определить, что это был Хай Чэнь Фэн и его старый ученик Сонг Шань.

Внезапно увидев такое количество знакомых лиц, Цзюнь Мосе вдруг на минуту забыл обо всём на свете. И хотя его семья покинула эти места не так уж и давно, чувство теплоты и радости просто атаковало его сердце. Увидев приближающегося Цзюнь Мосе, толстяк внезапно завизжал, и его жирная туша рванула навстречу. Мосе посмотрел на него и беспомощно застонал, а затем хлопнул себя по лбу:

— Боже мой… Толстяк, ты чего такой жирный? Я потратил столько усилий, чтобы ты похудел, а ты даже не постарался всё сохранить и снова растолстел… У меня нет слов…

Жирное лицо Танг Юаня было полно искренней радости. Он пронёсся вперёд словно очень жирный ветер, а затем, словно тигр, крепко схватил Мосе и изо всех сил похлопал его по спине. Толстяк попытался что-то сказать, но так и не смог выдавить из себя ни слова, его глаза покраснели…

Находясь в этих крепких объятиях, Цзюнь Мосе чувствовал себя маленьким пузырьком в океане. Борясь изо всех сил, он шутливо разозлился:

— Толстяк, каждый раз, когда я приезжаю, ты постоянно пытаешься раздавить меня своим жирным телом.

Танг Юань наивно улыбнулся и сказал:

— Дружище… Я так за тебя переживал! А когда получил новости о твоей победе над тремя Священными землями, пил всю ночь напролёт от радости!

На душе Цзюнь Мосе сразу потеплело. Он похлопал толстяка по плечу и сказал:

— Жиробас… Ты очень хороший друг!

Танг Юань засмеялся, внезапно оживился, запрыгал от радости и закричал:

— Оповестите кухню, я сегодня снова пью! Бухаем! Ух, хахаха…

Маленькая красавица, стоявшая в сторонке, слегка улыбнулась, наблюдая, каким странным способом эти двое выражают свою радость воссоединения после долгой разлуки. Дружба между мужчинами, в конце концов, такая душевная, и эта сдержанность в чувствах на самом деле наполнена такой теплотой, что хочется расплакаться…

Из тени вдруг донесся жалобный голос Хай Чэнь Фэна:

— Молодой господин, с тех пор как ты ушёл, мы только страдаем. Этот толстяк каждый день посылал нас в разные уголки Империи и за её пределы, чтобы собрать о тебе хоть какие-то новости… А если мы возвращались с пустыми руками, то приходилось выслушивать его недовольную ругань… Этот толстяк реально офигел! Расскажи ему уже всё-всё-всё, удовлетвори любопытство этого жирдяя… А то мы уже устали, сил нет!

Глава 924. Решение Танг Юаня!

Танг Юань фыркнул:

— Я всего-то хочу рассказать одну новость, вы не думаете об этом? Я, конечно, помогу вам. Просто я должен пожаловаться молодому господину, а вы должны разобраться с этим вопросом…

Раздался ещё один голос:

— Учитель, я должен заступиться за Чэнь Фэна. С того времени, как толстяк обзавёлся правом говорить от вашего лица, он сильно обнаглел. Вне зависимости, какое дело, он постоянно отправляет с поручениями нас двоих. Нам приходится так нелегко, хотя ради учителя мы должны стараться стать ещё лучше, но… в общем в двух словах не расскажешь…

Услышав обращение «учитель», Мосе сначала растерялся, а потом вспомнил, что старый друг Танг Юаня, Сонг Шань, вроде бы является «учеником» Мосе. И хотя эти отношения учителя и ученика были установлены когда-то по пьяни, Мосе даже никогда не давал своего официального согласия на это, тем не менее, когда этот так называемый «ученик» называл его «учителем», он никогда его не исправлял.

Это слово «учитель» унесло Мосе куда-то к старым воспоминаниям, тёплым и беззаботным…

Возможно, это было его самое беззаботное время в этом мире?

Все весело рассмеялись и направились внутрь. Увидев, что Сунь Сяо Мэй идёт позади, Цзюнь Мосе озарила идея, и он задал коварный вопрос:

— Вай, толстяк, ты сейчас действительно приносишь пользу… Так поздно, наверное, у твоей жены нет поводов для волнения?

На его пухлом лице в миг образовалось страдальческое выражение, и он с горечью произнес:

— Молодой господин… мы таким не занимаемся… Ты снова издеваешься надо мной? Я только успокоился, не прошло и нескольких дней… хочешь в могилу меня свести?

Сунь Сяо Мэй со всей силы ударила его по пояснице и сердито прокричала:

— Толстяк, ну ты дождешься у меня!

А потом она недовольно фыркнула, запрокинула голову и ушла.

Танг Юань в растерянности бросился её догонять, при этом извиняясь:

— Жена, я правда не могу, как я… я… ты должна верить мне…

Глядя, как толстяк уже почти с мокрыми глазами догоняет Сунь Сяо Мэй и просит прощения, все, злорадствуя над горем друга, расхохотались.

Цзюнь Мосе находился в Тянсян всего два дня, но уже получил информацию о местонахождении людей из Туманного Призрачного Дворца.

Эти двоим пришлось крайне несладко, Цзюнь Мосе полностью прочувствовал мучения Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня. Каждый день Танг Юань приносил большую стопку разных историй о Злом Монархе и трёх Священных землях. Совершенно неизвестно, откуда он их брал, однако Мосе никак не мог избавиться от этих «увлекательных» рассказов…

За два дня Танг Юань нашел около шести десятков непохожих друг на друга историй о Злом Монархе, объединил их в небольшой сборник, и постоянно показывал Мосе… Цзюнь Мосе уже был готов кричать и звать на помощь, только завидев Танг Юаня, направляющегося к нему с этим сборником…

Получив информацию о местонахождении Цао Гофэна и других людей из Туманного Призрачного Дворца, Мосе был готов со всех сил бежать из Тянсяна.

Но, почитав рассказы о нём же, было понятно, что успехи Танг Юаня с его рассказами трудно переплюнуть!

Но тем не менее Мосе тоже не терял времени и подарил всем по волшебной таблетке.

Он хотел, чтобы все они повысили свои силы; что касается толстяка, он не имел никакого интереса к Суань, сейчас он даже ещё не добрался до уровня золотой Суань, однако Мосе всё же оставил Сунь Сяо Мэй на одну таблетку больше. Мало ли, когда этому дурачку взбредёт в голову заняться совершенствованием, тогда эти несколько таблеток станут для него отличной движущей силой.

Оставить волшебные таблетки для Танг Юаня, Сунь Сяо Мэй, Хай Чэнь Фэна и Сонг Шаня… было главной целью Мосе, когда он возвращался сюда!

И ещё он оставил толстяку большое количество таблеток для закалки костей и других простеньких таблеток для продажи… Хотя он всё же надеялся, что толстяк и сам не откажется немного укрепить своё тело. Из-за его одержимости деньгами, он понял одну вещь: этот человек лучше сменяет все эти таблетки на серебряные монеты, чем съест сам хоть одну из них…

Цзюнь Мосе рассчитывал, что в будущем, когда таблетки уже не будут обладать никакими дурными последствиями, тогда в первую очередь он накормит ими именно толстяка… ведь всего через несколько десятков лет он может умереть… а без толстяка этот мир станет очень скучным…

После отъезда Мосе, Танг Юань отдал приказ:

— Скупить все истории, имеющие отношении к Злому Монарху, даже по высокой цене. Деньги не проблема. Затем объединить их все в один сборник, и поместить в его личную библиотеку…

Так как толстяк считал, что это самая убойная шутка, которую он слышал за всю свою жизнь, каждая версия этих событий звучала очень увлекательно. Он мог смеяться без остановки ещё очень и очень долго. Было только одно разочарование — главный герой этих событий нисколько не походил на его лучшего друга, бездельника и тунеядца Цзюнь Мосе… Такой идеальный… Разве этот негодник настолько хорош?

Для радости такого «уникального» богача, как Танг Юань, всевозможные рассказы о Злом Монархе появлялись, как грибы после дождя… Вся молодёжь только и говорила, что о Злом Монархе, было много версий и удивительных подробностей, образ Злого Монарха становился всё туманнее и неопределённее, а вопросы о нём наводили на раздумья…

***

Впереди виднелся густой лес. Цао Гофэн с невозмутимым лицом двигался вперёд. После того, как они покинули город Цзюйхуа, он всё время пребывал в плохом расположении духа. Все остальные понимали это, и не спрашивали его ни о чём. Все семеро Шенхуанов провели в полном молчании уже несколько дней.

Главной целью их поездки было найти человека.

Все они уже множество раз обыскали эту гору, однако так и не нашли никаких признаков этого человека здесь. По слухам, он был должен быть именно здесь, однако их поиски завершились полным провалом. Что не сказать, а эта поездка была крайне неудачной. Цао Гофэн и Бай Цифэн сильно тосковали по дому.

Единственной хорошей новостью за долгое время стало то, что три Священные земли потерпели жестокое поражение от внезапно появившегося некоего Злого Монарха. Услышав об этом, все немного развеселились. Со злорадством они несколько раз обсуждали эту новость, но потом, всё же, снова затосковали по дому…

Глядя на пустынные и безмолвные просторы, где полностью отсутствовали всякие следы людей, они наконец решили, что этот человек решительно не может находиться здесь, и Цао Гофэн распорядился прекратить поиски.

Цао Гофэн печально хлопнул по стволу дерева возле себя и раздосадовано произнёс:

— В этот раз наша поездка оказалась крайне неудачной! Не нашли того человека, да ещё и рассорились с этими сучьими потрохами! Но самое возмутительное из всего этого — это то, что человек с непревзойдённой субстанцией, которого нам было так нелегко найти, внезапно куда-то бесследно исчез…

Бай Цифэн тяжело вздохнул:

— Тот мальчишка с непревзойдённой субстанцией… Неизвестно, сколько тысяч лет нам понадобится, чтобы найти ещё одного такого же… Так жаль! Ужасно жаль…

Все остальные также вздохнули и покачали головами, говоря об этом деле. Они сразу с негодованием вспоминали трёх Священных земель! Если бы только Чжань Мубай не вставлял им палки в колеса, разве бы этот редчайший талант мог так легко исчезнуть?

Однако говорить об этом сейчас уже было бессмысленно, если бы они и кинулись сводить счёты с Чжань Мубаем, всё равно уже поздно. Он был убит Злым Монархом, и даже души от него не осталась!

Цао Гофэн так хотел излить свою злость, однако это было уже невозможно!

— Похоже, в этот раз с возмездием мы опоздали, человек, которому мы должны отмстить, уже не здесь…

Цао Гофэн горько рассмеялся и удручённо сказал:

— В этот раз мы не только не нашли особенного человека, но и провалили задание помочь трём Священным землям справиться с Четырнадцатым Шао, мы не выполнили ни одного из поручений дворца… Нам, семерым, действительно очень не повезло…

Бай Цифэн равнодушно сказал:

— Это поездка не увенчалась успехом, потому что у нас были ошибочные сведения, в чем нас винить? К тому же эти три Священные земли, кто они вообще такие? Кто с ними станет сотрудничать? Они нас ещё благодарить должны, что мы не переубивали их всех там. Брат, не стоит так сильно расстраиваться из-за этого, уверен, никто бы другой из дворца не решился пойти на мировую с ними. Перестань жалеть об этом, сейчас и так очень трудно.

— Но…вне зависимости от причин, итог один, мы не выполнили ничего из того, что должны были.

Цао Гофэн строго сказал:

— Для провала любого дела, есть свои причины, но они не должны становиться обоснованием невыполнения этого дела, долг есть долг! Если ты что-то взял на себя, будь добр выполнить это!

— Я понял! — Бай Цифэн поднял голову и посмотрел ему в глаза: — Не волнуйся, мы все готовы разделить эту участь с тобой, брат!

— Так нельзя! Раз уж в этот раз я отвечаю за исход этой поездки, с какой стати вы должны тоже впрягаться за меня? — пребывая в плохом настроении, произнес Цао Гофэн. А потом вздохнул и добавил: — На самом деле, эти несколько дней я думал о совершенно другом вопросе.

— Каком?

— Этот Злой Монарх — это тот молодой господин из семьи Цзюнь, Цзюнь Мосе. Я думаю, никто в этом не сомневается; однако на этот раз силы Цзюнь Мосе значительно увеличились. Это заставило меня подумать о том, что он может представлять опасность для нашего Туманного Призрачного Дворца, — Цао Гофэн строго сказал: — То, что Цзюнь Мосе будет сражаться с тремя Священными землями, уже неизбежно; а сейчас, после таких больших потерь, их силы уже не те, что прежде. Только и нужно, чтобы Священный дворец не вмешивался, тогда Цзюнь Мосе полностью уничтожит их, и, даже если он и повременит с этим несколько лет, и в то время даже трём Священным землям будет оказана помощь со стороны Священного дворца, они вряд ли смогут удержать его! Самое страшное в таком человеке, это его ужасающая скорость подъёма! Его сегодняшнее состояние сил и так уже потрясло весь мир!

Глава 925. Дарю вам ученика!

— В нашем Туманном Призрачном Дворце имеется большое количество хороших мастеров, однако им не сравниться с Цзюнь Мосе по скорости совершенствования! Этому мальчишке нет ещё и двадцати, но он смог в одиночку одолеть Чжань Мубая. Его методы ведения боя просто восхитительны: одним ударом он уничтожил более двадцати мастеров из трёх Священных земель! Что это за сила?! Что за потенциал?! Я уверен, что он достигнет наивысшей точки совершенствования ещё до 30 лет! И как же мы, Таинственный Призрачный Дворец, дадим ему отпор? — Цао Гофэн тяжело вздохнул: — Цзюнь Мосе плевать на наш Дворец, но если он всё же задумал что-то против нас, тогда… Боюсь, что последствия его планов невозможно даже и представить!

— Брат, значит ли это, что… нам нужно избавиться от Цзюнь Мосе? Раз и навсегда! И никаких последствий! — серьёзно спросил Бай Цифэн и нахмурился.

— Вовсе нет. Так могут поступить только люди из трёх Священных земель, но не мы! Запомните, если вы собираетесь убить человека только лишь из своей зависти к его скорости совершенствования, тогда… В вашем подсознании вы несомненно признаёте себя хуже него. Это абсолютное табу! Если мы захотим уничтожить его, то в итоге он превратится в злого демона, который навечно поселится в наших душах. И после этого вы уже больше никогда не увидите никакого прогресса в своём совершенствовании!

Взгляд Цао Гофэна был беспокойным:

— Если бы не было Цзюнь Мосе, то Таинственный Призрачный Дворец мог бы ни о чём не волноваться, однако он тут, и мы должны найти себе отличного последователя с превосходными природными данными, не уступающего Мосе — на данный момент это является нашей первостепенной задачей! Мы должны быть уверены, что даже через несколько десятков лет у Таинственного Призрачного Дворца будет человек, на которого он может положиться!

Бай Цифэн внезапно разозлился и сказал:

— На самом деле мы уже однажды нашли такого идеального последователя… Но, к сожалению, три Священные земли всё испортили! Как жаль, что я уже не смогу поквитаться с ними за это!

Другой человек добавил:

— Стало быть… Если однажды наш Таинственный Призрачный Дворец будет разрушен Цзюнь Мосе, то, по факту, во всём будут виноваты три Священные земли?

— Верно подмечено! — глаза Бай Цифэна наполнились яростью: — Поэтому, как я и сказал… Нельзя спустить это им с рук. Если куда и двигаться, то в направлении трёх Священных земель!

— В данной ситуации это бесполезно и даже бессмысленно… Сейчас самое главное — отыскать достойного последователя, который сможет противостоять Цзюнь Мосе, иначе нашему дорогому Таинственному Призрачному Дворцу недолго осталось! — Цао Гофэн нахмурился и вздохнул.

Остальные шесть человек, наконец всё осознав, тоже тяжело вздохнули…

Как раз в это время где-то недалеко прозвучал чей-то безумный хохот. Все удивлённо друг на друга уставились, а Цао Гофэн, выстрелив духовным сиянием из своих глаз, сказал:

— Кто это там решил нас одурачить? Выйди и покажись нам.

Лицо Бай Цифэна и остальных помрачнели. Из смеха было понятно, что сила этого человека не подвластна никому из присутствующих! Если этот человек — враг, то он должен быть невероятно силён!

Все молчали и были в полной готовности начать атаку.

После долгого ожидания снова прозвучал этот странный голос:

— Разве вы не ищете достойного последователя? Я вижу, как вы устали: возраст уже не тот, да и время не резиновое. В общем, я хочу подарить вам одного. Ну разве я не замечательный человек, а?!

Невозможно было определить, откуда исходил этот странный голос: иногда он был впереди или позади, иногда слева, а иногда казалось, будто он вообще кружит в воздухе, летая с севера на юг, а потом на запад. Даже с превосходнейшей силой семи Шенхуанов никто не мог определить не то что местоположение противника, они не могли понять даже направление, в котором он скрывался!

Голос этого человека затих, и семь человек одновременно переменились в лице: этот человек мог ясно слышать их разговор, однако они ничего не могли с ним сделать…

Разве это не говорит о том, что его сила находится далеко за пределами нашего понимания?

Более того, в его тоне не было ни капли вежливости. Совершенно очевидно, что он пришёл сюда не с дружескими намерениями!

Это ведь безлюдные горы, откуда тут взяться такому сильному противнику?

В тишине внезапно раздался чей-то слабый крик, по голосу можно было определить, что кричавшему не более двадцати лет. Странный голос снова самодовольно рассмеялся и сказал:

— Давайте же, давайте, ха-ха-ха-ха… Поприветствуйте своего ученика… Непревзойдённая субстанция… Редкая диковина….

В воздухе промелькнула чья-то слабая белая тень, которую будто силой вышвырнули наружу. После нескольких кувырков показалась струя алой крови, и с громким шлепком тело ударилось о землю.

— Ну, я пошёл, ха-ха-ха… — странный голос прозвучал будто из-под земли, а потом и вовсе исчез, не подавая никаких признаков присутствия.

— Наверху! — тихо сказал Бай Цифэн и подскочил вверх.

— Цифэн, будь осторожен! — тихо сказал Цао Гофэн, а затем и сам внезапно взлетел в воздух на три-четыре метра. Достав свой меч, он внимательно осмотрелся по сторонам. В его положении не важно, что будет происходить рядом, в первую очередь он должен скоординироваться со своими товарищами, чтобы уже вместе с ними нанести врагу сокрушительный удар!

Эти семеро прошли бок о бок немалое количество битв и могут понимать друг друга без единого слова. Находясь перед врагом, они могут без труда и в одно мгновение принять самую лучшую боевую позицию, способную максимально защитить своих товарищей!

Пока Цао Гофэн с осторожностью наблюдал за всем наверху, он услышал беспокойный крик Бай Цифэна:

— Брат, скорее, иди сюда! Это… Это действительно тот самый парнишка с непревзойдённой субстанцией!

Услышав эту новость, Цао Гофэн весь содрогнулся и, словно метеор, примчался к Бай Цифэну. Посмотрев вперёд, он не мог не разозлиться!

На земле лежал человек.

Тело юноши было полностью в крови, а на коже не осталось живого места от ран и побоев. Он находился без сознания и, судя по всему, уже не мог самостоятельно дышать…

Видимо этот мальчишка был избит тем странным человеком, а потом уже выброшен сюда на последнем издыхании…

Цао Гофэн подошёл ближе и осмотрел его внимательнее: меридианы тела этого мальчика были практически полностью разрушены! Даже ловить с них нечего.

Этот талантливый ребенок лишь только сморщил свои брови от сильной боли, но глаза его так и оставались закрытыми… Неужели этот тот самый мальчишка с непревзойдённой субстанцией?

Кто бы мог подумать, что после того, как его выкрали из города Цзюйхуа, он вернётся к ним в таком ужаснейшем предсмертном состоянии. В этот момент Цао Гофэн почувствовал, как его сердце разрывает пульсирующая боль: его руки дрожали, и он едва мог контролировать свои эмоции. Он закрыл глаза и спросил:

— Есть ли у него ещё шансы?

С такими силами, умом и проницательностью Цяо Гофэн всё же осмелился задать такой вопрос. Очевидно, что этот мальчишка с непревзойдённой субстанцией слишком для него дорог.

Бай Цифэн вздохнул и сказал:

— Боюсь, что это будет сложно…

На самом деле, не только Цао Гофэну было тяжело, Бай Цифэн переживал не меньше.

Цао Гофэн был потрясён. Казалось, будто в этот момент он вдруг резко состарился на несколько лет…

— Тем не менее это не является абсолютно невозможным, — Бай Цифэн заколебался: — Просто… просто нужно знать… стоит ли оно того…

— Что ты имеешь в виду? — Цао Гофэн повернулся и устремил свой взгляд на Бай Цифэна.

— Мы всемером можем по очереди использовать свою Суань, чтобы стабилизировать его сердечный импульс, а затем как можно скорее отправиться в Таинственный Призрачный Дворец! Если он продержится до того времени, то мы сможем использовать один из плодов разноцветного дерева, и тогда… тогда у него появится надежда. В крайнем случае мы сможем попросить помощи у наших старейшин… Но если он не протянет до дворца, нужно будет придумать что-то другое… — сказал Бай Цифэн. — Но исходя из его нынешнего состояния, будет трудно поддерживать его столько времени! Очень трудно!

— Не важно, это его последняя надежда! — Цао Гофэн решительно сказал. — Мы сделаем так: мы немедленно отправимся в Таинственный Призрачный Дворец! Это дарование напрямую связано с будущим нашего Дворца, и оно не может быть потеряно! Сначала я сам спасу его жизнь…

Сказав это, Цао Гофэн вытянул руки и глубоко вздохнул: из его тела начал изливаться нескончаемый поток энергии Суань, внезапно превратившийся в настоящую кровать!

Тело юноши бесшумно взлетело на эту кровать. Она была мягкая и комфортная, словно облако, поэтому тело мальчика нисколько не двигалось и не колебалось.

Цао Гофэн, продолжая использовать свою Суань, обеими руками прошёлся по телу раненого.

Шрамы на теле мальчика стали рубцеваться с бешеной скоростью, а кровоточащие раны покрылись корочкой!

— Техника исцеления! Брат, ты сошёл с ума! — Бай Цифэн был в шоке. — Тебе жить надоело?

Техника исцеления или техника возвращения весны, как следует из названия, это очень своеобразная техника исцеления, которая может улучшить жизнеспособность раненого. С помощью этой техники травмы пострадавшего идут к своему быстрому исцелению! Даже с самыми серьёзными ранениями у жертвы всё равно будет шанс на поправку!

Но в Таинственном Призрачном Дворце эта техника находится под строгим запретом!

Глава 926. Забота!

А причиной было то, что, применяя технику «возвращения к жизни», вне зависимости от того, возможно ли спасти пострадавшего, человек, применяющий эту технику, непременно получит большую потерю своей жизненной силы, вплоть до того, что он даже может погибнуть от такого большого расхода сил!

Цао Гофэн со смехом сказал:

— Я прожил уже более тысячи лет, но мне до сих пор ещё не надоело жить. Но тем не менее я не могу спокойно смотреть, как погибает такой непревзойдённый и исключительный талант! Три Священные земли ради предотвращения катастрофы, возможно, и могут пойти на убийство, но я никогда не смогу пойти на такое! Умирающий вряд ли боится смерти! — договорив, он схватился за запястье молодого человека, и его чистая Суань хлынула бурным потоком в его каналы…

Молодым человеком, находящимся в критическом состоянии и обладающим «непревзойдённой субстанцией», был не кто иной, как молодой мастер Цзюнь собственной персоной, в эту минуту его сердце переполняли странные чувства.

То, что Цао Гофэн всеми силами пытался спасти его, заставило его испытывать стыд. Так как Цао Гофэн искренне хотел помочь ему, волновался за его здоровье, а он нагло использовал его и обманывал. И, хотя, по сути, Цао Гофэн так рисковал ради Туманного Призрачного Дворца, Мосе всё-таки понимал, что поступает очень подло и некрасиво.

В то время, когда Цао Гофэн применил технику «исцеления жизни», Мосе почувствовал, как его жизненные силы стремительно исчезают. В душе он был очень опечален этим, а потому бесшумно повернул вспять процесс культивации, и жизненные силы Цао Гофэна, поступавшие в его каналы, странным воздушным течением были повернуты в обратное направление.

К тому же, благодаря тому, что в дело вступил процесс культивации, его жизненные силы могут стать, наоборот, ещё более прочными и непоколебимыми, поэтому, несмотря на применение запретной техники, Цао Гофэн даже получит пользу от этого, его жизнеспособность только увеличится.

Цзюнь Мосе немного успокоился:

«По крайней мере, хотя бы так. Я немного восполню твои потери, ты не лишишься своих с трудом заработанных сил… Другом ты будешь мне или врагом — поговорим об этом как-нибудь потом. Я постараюсь не трогать тебя, и того же тебе советую!»

«У меня нет выбора, я должен пойти на это ради Дугу Сяо И и Гуан Квинхан».

«Так как, если я в открытую стану требовать, вы решительно мне откажете, а мне нужна не маленькая сумма… Позвольте мне побыть эгоистом хоть раз! Простите!»

Раньше Цзюнь Мосе всегда и везде ставил свои личные интересы на первое место, однако в этот единственный раз, когда Цао Гофэн без колебаний пожертвовал своей жизненной силой, чтобы спасти его, он был искренне потрясён этим.

Если бы они столкнулись в решающем бою, и он бы убил Цао Гофэна, у него бы даже не возникло угрызений совести, даже несмотря на то, что Цао Гофэн мудрец, всё равно бы не было… Если бы он в самом деле получил тяжёлое ранение, это ещё простительно, но сейчас, однако, он не был ранен…

«Человеческая совесть — прямо-таки удивительная вещь. Оказывается, такой хладнокровный человек, как я, всё же может испытывать подобные эмоции…» — Цзюнь Мосе с горечью рассмеялся и мысленно произнёс.

Глядя на то, как Цао Гофэн беспрерывно вводит свою Суань в тело молодого человека, Бай Цифэн, нахмурившись, сказал:

— Брат, по-моему, нам нужно ещё раз обдумать это дело; безусловно, найти человека, обладающего непревзойдённой сущностью, очень нелегко, однако, учитывая то, как этот парень выглядит сейчас, стоит ли того этот риск? Раз уж наш неприятель оставил его здесь в таком состоянии, вряд ли в этом нет какого-то ещё большего заговора! Не говоря уже о том, что, вероятно, рассудок этого парня уже уничтожен, допустим, получится спасти его тело, однако вернуть рассудок к первоначальному состоянию — это вряд ли! А если он стал дураком — пусть он и обладает непревзойдённой сущностью, что с того? Нельзя не брать это в расчёт, уж поверь мне…

Прикидывающийся в это время раненым Цзюнь Мосе мысленно ругался:

«Вот же подонок! Это я дурак, да вы тут все, мать вашу, сами дураки! Ну, подожди у меня, я тебя ещё сделаю кретином! Посмотрим потом, кто из нас дурак здесь!»

Цао Гофэн улыбнулся и равнодушно покачал головой.

— Брат, откажись от этого решения, прекрати вводить свою Суань этому пареньку… Что если враг приготовил нам ловушку, тогда не только пацана не спасём, но, боюсь, и все мы всемером… можем уже не вернуться домой. Риск и в самом деле велик!

Глядя на то, что Цао Гофэн не слушал его, Бай Цифэн ещё больше не находил себе места.

Это внезапное происшествие выглядит очень сомнительно. Бай Цифэн думал, так ли трудно отыскать эту непревзойдённую субстанцию, как об этом говорится? Если да, то почему враг так легко отказался от неё и бросил этого паренька здесь… Если здесь в самом деле что-то не чисто, то в чём же кроется загвоздка?

Если это в самом деле ловушка, то последствия могут быть непредсказуемыми!

— Ты сказал всё абсолютно верно!

Цао Гофэн наконец медленно открыл рот:

— Всё это очень похоже на ловушку! Это я уже понял. Однако мы не можем проигнорировать эту ловушку! Даже если, попав в неё, мы подвергнемся большой опасности или даже, возможно, смерти, мы всё равно должны рискнуть! — он слегка улыбнулся и продолжил: — Туманный Призрачный Дворец был основан уже более нескольких тысяч лет назад, талантливые люди появлялись непрерывно, один за другим, однако никто никогда не видел обладателя непревзойдённой сущности. Этот факт сильно ограничивал наше развитие… В особенности сейчас, когда на материке внезапно появился Злой Монарх, Цзюнь Мосе! Цифэн, пусть в нас ещё живы храбрость и отвага, однако мы уже не можем отрицать наш почтенный возраст. Откуда нам взять другую надежду? Туманный Призрачный Дворец должен во что бы то ни стало продолжать своё существование, он должен быть вечен! — когда Цао Гофэн сказал эти слова, Бай Цифэн уже не хотел продолжать спорить с ним, он только тяжело вздохнул и кивнул головой.

— Этот мальчишка — наша единственная надежда на светлое будущее! Потенциал человека с непревзойдённой сущностью ни с чем не сравним. Я уверен, что этот молодой человек уже имел достойного учителя, иначе бы ему не удалось сохранить свою исключительную субстанцию до сегодняшних дней… К тому же он обладает крепким базисом. Что это означает и ты, и я, разумеется, знаем! Этот юноша обладает безграничным потенциалом! Этот Цзюнь Мосе едва ли сможет сравниться с этим! — Цао Гофэн ещё увеличил скорость поступления Суань в организм Цзюнь Мосе, поднял голову и произнёс: — Сейчас не время думать о различных неурядицах, раз уж мы снова получили такую редкую возможность, как мы можем снова отказаться от неё? Пусть в этот раз мы все семеро умрём, однако мы всё равно не должны бросать эту затею! Если есть маленький лучик надежды, мы во что бы то ни стало должны в безопасности доставить этого юношу во Дворец! Риск и опасности для нас не помеха! Если сегодня мы ради собственной безопасности откажемся от этого дела, виновниками катастрофы, которая в ближайшем будущем случится с Туманным Призрачным Дворцом, будем только мы! Никто не простит нам этого! — серьёзно сказал Цао Гофэн.

— Брат, вы опытный и дальновидный человек, в ваших словах истина. Младший брат был неосмотрителен, говоря такое, — на лице Бай Цифэна появился стыд, и он произнёс: — Для меня Призрачный Дворец — огромная милость, раз уж мы в этот раз так далеко зашли, я буду рисковать своей жизнью, пока не доставлю в целости и сохранности этого юношу во дворец!

Все остальные пятеро человек с почтением и серьёзностью согласно кивнули. Цао Гофэн довольно улыбнулся и сказал:

— В таком случае, нам нужно поскорее отправляться в путь! Мои силы довольно высоки, поэтому первую часть дороги я буду сам поддерживать его жизнь; а потом вы по порядку. Действуя по моему методу, продолжите делать то же самое, во избежание несчастного случая!

Бай Цифэн первым откликнулся, встал перед Цао Гофэном и сказал:

— Я буду прокладывать путь.

Цао Гофэн держал «израненное» тело Цзюнь Мосе, и следовал по пятам за Бай Цифэном, остальные пятеро тесно окружали его со всех сторон, все семеро, образовав плотное кольцо, стремительно двинулись в путь!

Они двигались, словно семь молний и, хотя вокруг них был густой лес, двигались они совершенно бесшумно!

Они находились в напряжении, словно ожидая встретить врага, и внимательно прослеживали любые шорохи и движения на расстоянии в несколько десятков ли.

Они вот-вот должны были покинуть горный хребет, но, однако, так ничего и не было замечено. Такая новость нисколько не успокоила их, а наоборот, только усилила их меры предосторожности!

«Поскольку враг расставил ловушки, как он может позволить нам так легко совершить побег?» — все семеро человек одновременно думали об этом.

Преодолев часть пути, Цао Гофэн вдруг заметил одну странность: хотя он обладает самым высоким уровнем силы из всех присутствующих, однако сейчас он применял технику «исцеления жизни», и должен был потерять значительную часть своих сил, однако с его телом не произошло никаких изменений, он даже не чувствовал слабости или недомогания, даже наоборот — его силы становились выше, а рассудок — свежее.

Это странное явление разительно отличалось от так называемого «временного улучшения» перед смертью. Цао Гофэн очень обрадовался: Неужто, благодаря своему характеру, даже в условиях применения запретной техники, он может чувствовать себя так прекрасно? Это так странно!

Вне зависимости с чем это связано, это всё-таки больше хорошая новость, чем плохая! Нужно лишь сохранить побольше сил, и даже, если и встретиться с врагом, будет не так опасно! Надо лишь успеть вернуться во дворец, а там, пусть даже придётся отплатить за это временное улучшение собственной жизнью, этого того стоит!

Глава 927. Тупик!

Впереди находился горный перевал с узким ущельем, куда даже не проходил ни один луч солнца. Внутри была лишь одна тень, похожая на длинную, мрачную, ядовитую змею, ползущую по земле.

Бай Цифэн махнул рукой, и все семеро немедленно остановились. Своим орлиным взглядом он внимательно посмотрел вперёд и сказал:

— Вполне возможно, враг устроил засаду в этой горной местности: это последний горный перевал и самый опасный! Прекраснейшее место для засады… Будьте начеку, большое сражение уже совсем близко!

Остальные пятеро одновременно кивнули, глядя на длинное ущелье, и невольно протянули руки к своей талии! Рукоятка меча была широкая и холодная, а от ладоней потихоньку просачивался пот.

Все эти люди уже тысячу лет крутились на грани жизни и смерти, это самые настоящие тёртые калачи. Если их тела пронзит острый клинок и до смерти останется лишь одно мгновение, эти мастера даже не поморщатся. Однако сейчас, стоя напротив этого ущелья, все неожиданно испугались! Но боялись они не за свои жизни, а той ответственности, что легла на их плечи! Будущее Туманного Призрачного Дворца находится в объятьях Цао Гофэна! Так что у них нет права на ошибку.

Единственное, что на данный момент известно, это то, что против них действует таинственный и очень могущественный враг:

«Человек невидим в темноте и в любое время готов нанести смертельный удар. Но вот откуда он взялся? И почему ему так интересен наш Таинственный Призрачный Дворец? На чьей он стороне? И какая сила стоит позади него?»

Все это абсолютно неизвестно!

И такая таинственность давит на этих семерых ещё сильнее.

Мастера очень осторожно использовали своё сильнейшее духовное сканирование, чтобы тщательно осмотреть ущелье, однако так ничего и не обнаружили! Но из-за этого напряженность лишь усилилась.

Страх перед неизвестным — это вполне нормальное явление для любого человека, и Шенхуаны — не исключение! В данной ситуации есть лишь два варианта. Первый — там действительно ничего нет. Второй — сила врага слишком сильно превосходит их собственную. Но… раз их враг такой таинственный и беспощадный, то, как он мог не устроить такую ловкую засаду?

Даже если в ущелье действительно никого нет, эти семь Шенхуанов всё равно в это не поверят.

Ширина ущелья максимум около полутора метров, но горы и скалы с обеих сторон чрезвычайно крутые, словно острые клинки. А самое необычное в этом каньоне то, что его вершины соединены друг с другом, как огромный тоннель…

Бай Цифэн нахмурился и посмотрел вперёд:

— Сначала я проверю дорогу. Если что-то пойдёт не так… сразу же идите обходным путем, обо мне не переживайте! Это место действительно странное и крайне опасное!

Цао Гофэн поднял голову и посмотрел на Бай Цифэна, и в его глазах появилось глубокое и сильное чувство. Он сказал:

— Цифэн… Будь осторожен. Чуть что, сразу же отступай и не смей подвергать себя опасности!

В глазах остальных промелькнуло чувство беспокойства. Обычно они всегда шли на смерть вместе, как один, но сегодня этого допустить нельзя.

Даже если у Бай Цифэна всего один шанс из десяти, чтобы выбраться оттуда живым… эту дорогу необходимо тщательно проверить! Пусть и не Бай Цифэн, это сделает кто-то другой, это лишь вопрос жеребьёвки.

Бай Цифэн кивнул и резко бросился вперёд. Остальные шестеро лишь пристально наблюдали за его удаляющимся силуэтом. Напряжение возрастало.

В одно мгновение Бай Цифэн уже оказался перед входом в каньон. Его белый силуэт немного притормозил, и он хотел было повернуться, чтобы ещё раз посмотреть на своих товарищей, но сдержался. Вместо этого он снова ускорился и полностью пропал в ущелье!

В тот момент, когда тело Бай Цифэна исчезло из поля зрения, в сердцах остальных поднялось ужасное волнение, будто даже возникло странное чувство, словно они никогда больше не увидятся…

Но спустя минуту белоснежная фигура Бай Цифэна выплыла наружу, его лицо было полно изумления. Все тут же выдохнули, а Цао Гофен улыбнулся и сказал:

— Неужто разочарован, что никто не устроил засаду? Ну и идиот же ты…

Бай Цифэна неловко рассмеялся:

— Брат, ты же говорил, что это прекраснейшее место для засады, так почему здесь никого нет? Да здесь сплошная равнина, по сути. Как тут справиться с Шенхуанами? Разве это не глупо? Я не понимаю…

Цао Гофэн вздохнул и сказал:

— Не думай о вещах, которые не в силах понять. Раз уж засады нет, то нам нужно поспешить. Все будут рады, если мы все благополучно доберёмся до Таинственного Призрачного Дворца!

Все шестеро тут же согласились, их беспокойство как рукой сняло. Теперь в сердце каждого бурлил фонтан воодушевления и радости.

Может, в ширину ущелье было очень малым, однако оно было очень длинным. В тот момент, когда мастера увидели свет на противоположной стороне, Цао Гофэн внезапно что-то почувствовал. Он вдруг испугался и резко закричал:

— Стоп!» — его рёв был и правда похож на раскат грома, особенно здесь, в этом узком ущелье этот крик казался невероятно оглушительным.

Шесть человек перепугались и мгновенно остановились. Они устремили свои взгляды на небольшое отверстие впереди, излучавшее яркий свет, но их проницательность уступала уровню Цао Гофэна, поэтому никому не удалось обнаружить хоть какую-то аномалию. Все обернулись и недоумённо уставились на Цао Гофэна.

Острый взгляд этого мастера, казалось, мог выйти даже за пределы ущелья. Тон его голоса был чрезвычайно серьёзен:

— Благородный человек ничего не делает тайком. Раз уж вы пришли и намеренно ставите нас в столь трудное положение, то к чему всё это притворство? Не проще ли уже просто показаться?

Эти слова заставили всех резко помрачнеть.

Тьма перед рассветом действительно самое тяжёлое время: они были уверены, что впереди ровная дорога, но в итоге споткнулись о темноту!

В данный момент, эти мастера находятся в самом конце ущелья, когда с обеих сторон лишь отвесные скалы и нет никакой возможности пробить прилегающие стены. Если противник заблокирует им путь, то они окажутся в безвыходном положении… А последствия просто невообразимы!

Снаружи внезапно раздался странный свист, а затем послышался странный голос:

— Ва-а, действительно потрясающий Шенхуан — Цао Гофэн! Не зря о вас такая молва ходит! Наши планы были просто безукоризненными, но кто ж знал, что даже на таком дальнем расстоянии Цао Шенхуан всё же сумеет обнаружить следы нашего присутствия. Мда, заслуженная репутация, ничего не скажешь!

И вместе со звонким смехом с другого конца ущелья появилось более десятка тёмных фигур, полностью перекрывающих выход.

Семеро Шенхуанов из Таинственного Призрачного Дворца были застигнуты врасплох и машинально повернули головы.

Неизвестный улыбнулся и медленно сказал:

— Не стоит оглядываться. Вы уже в конце пути, так что обратный путь тоже давно перекрыт. Нас здесь в общей сложности больше сотни! Цао Гофэн, хе-хе-хе-хе, Шенхуаны Таинственного Призрачного Дворца… Сегодня пробьёт ваш смертный час! А это тёмное ущелье станет для вас самой подходящей могилой!

В тот момент, когда Цао Гофэн учуял врага, они уже были заблокированы и загнаны в тупик. Однако он не прекратил подачу своей Суань и просто спокойно спросил:

— Уважаемые, а можно поинтересоваться, с кем мы имеем дело? Раз уж наша смерть близка, почему бы вам не показать ваши истинные лица? Если мы умрём от рук старых знакомых, то будет не так обидно.

С самого своего появления все эти люди были одеты в чёрные одежды, а их лица скрывали чёрные маски, через которые виднелись лишь по паре мигающих глаз. Услышав вопрос Цао Гофэна, таинственный человек рассмеялся:

— Даже потеряв власть, некогда могущественный человек всё равно обладает влиянием! Цао Шенхуан, мы прекрасно осознаём вашу общую силу семи Шенхуанов, и, хотя мы сейчас занимаем абсолютное преимущество с точки зрения рельефа и живой силы, однако это лишь девяносто процентов от общей картины, — он таинственно улыбнулся и добавил: — Конечно, такой процент — это уже, считай, победа, однако нельзя отбрасывать оставшуюся десятку! Так что ради нашей же безопасности, нам не стоит раскрывать свои личности до того, пока вы не умрёте!

Он посмотрел на Цао Гофэна и ядовито продолжил:

— Естественно, мы не можем оставить в неведении такого прославленного человека, как Цао Шенхуан, поэтому… Мы удовлетворим ваше желание, но только когда вы уже не сможете двигаться и едва будете дышать, — этот человек причудливо улыбнулся. — Кто знает, может, в этот момент Цао Шэнхуан будет очень счастлив.

— Радость не всегда означает именно то, что под ней подразумевается! — Цао Гофэн фыркнул и сказал: — Может ли в мире всё быть так, как тебе хочется? Возможно ли, что вам так и не удастся засвидетельствовать мою радость?

— Вот именно поэтому я и не осмелюсь раскрыть свою истинную личность. Как говорится: «бережёного — бог бережёт», осторожность никогда не помешает!

Неожиданно для всех, человек, стоявший во главе отряда противников, фактически признал это.

Цао Гофэн ещё больше насторожился, ведь его враг нисколько не допускает зазнайства и поспешности, он очень спокоен и серьёзен, действительно — достойный противник!

По факту, в том, что мастера Таинственного Призрачного Дворца оказались в такой опасной ситуации, виноват Бай Цифэн. Из-за его неосмотрительности все семеро полностью окружены, у них нет пути ни вперёд, ни назад… Можно сказать, все они на пути к погибели.

Но ни один из этих шестерых ни разу не коснулся этого вопроса. Казалось, будто они приняли это решение все вместе — никто никого не винил и не жаловался. Однако Бай Цифэн слегка перевёл дух и с диким рёвом обнажил свой меч.

И хотя все его товарищи не выразили ни малейшего недовольства, Бай Цифэн понимал всю серьёзность и опасность их положения! Именно из-за его собственной ошибки все семеро мастеров попали в такую ужаснейшую ситуацию!

Более того, это может свести в могилу не только их, но и будущее Таинственного Призрачного Дворца!

Глава 928. Прорвать окружение!

Сейчас Бай Цифэн уже не хотел жить!

В голове его была только одна мысль — пожертвовать своей жизнью!

Рискнуть собой, чтобы остальные шестеро братьев смогли сбежать!

Сейчас это было его единственное желание!

Однако Цао Гофэн заметил его настроение раньше, и в одно мгновение, быстрым движением появился прямо перед его лицом, строго посмотрел на него, а потом отвесил ему мощную пощечину, в воздухе повис особенно звонкий отзвук!

Бай Цифэн дотронулся до своей щеки, и в тот же миг застыл в оцепенении. Он прожил почти 1000 лет, однако за это время никто и никогда не давал ему пощёчин, и тут вдруг сегодня это внезапно случилось с ним, да ещё и на глазах у всех! Тем не менее в его сердце не было и капли ненависти или злобы.

— Полегчало? — Цао Гофэн строго посмотрел на него. — Ты хоть понимаешь, что эти люди только этого и ждут? Ты осознаешь то, что своим необдуманным поступком ты мог загубить жизни всех нас, семерых, в придачу вместе с будущим всего Туманного Призрачного Дворца? Если бы ты даже и пожертвовал своей жизнью… мы всё равно бы не смогли спастись бегством! Бай Цифэн, в какой момент ты стал таким бестолковым?

На лице Бай Цифэна, острые, словно мечи, проявились судороги, глаза залились красным цветом, и он тихо прорычал:

— Но…

— Но… что? Из-за тебя одного мы все могли пострадать, так? — Цао Гофэн перебил его, и продолжил: — Раз уж на то пошло, какую пользу имело твоё безрассудство? Все припомнят тебе это, а по возвращении в Туманный Дворец, будь готов ответить за свой поступок! Ты сейчас хотел покончить со своей жизнью? Зачем поступать так глупо?

— Верно, брат Бай, ты теперь перед всеми нами в долгу. Так что будь готов ответить за это, мы так просто тебе не простим этого! Умирать в искуплении своей вины — так низко! — все пятеро одновременно расслабленно рассмеялись.

Находясь между жизнью и смертью, эти люди, наоборот, отбросили всякие беспокойства и волнения, и стали вести себя беззаботно и непринуждённо. Бай Цифэн немного успокоился, торжественно кивнул головой, и больше ничего не вымолвил, его взгляд постепенно принимал спокойное выражение.

Откуда-то раздался звук хлопающих ладоней, а потом ехидный голос:

— Ха-ха-ха! Братские чувства настолько сильны! В Туманном Призрачном Дворце такие талантливые люди, признаю, ваша слава заслуженна! Только вот у некоторых людей очень своеобразное чувство стыда, если бы я допустил такой промах, и к тому же навлёк неприятности на своих братьев, боюсь, уже давно бы где-то спокойно лежал с мечом в сердце. Как после того можно спокойно жить на глазах у своих братьев? На свете столько совестных и бессовестных людей, надо бы расширить свой кругозор, я восхищен!

Бай Цифэн фыркнул, и только открыв рот, словно внезапно пришёл в себя:

— Брат, мы должны как можно скорее броситься в атаку; этот человек и не думает на нас нападать, он только что и делает, это точит лясы; не иначе, как ждет, что враг догонит нас, и они обрушат на нас нападение с фронта и с тыла! Если…

Цао Гофэн испуганно сказал:

— Верно! Братья, в атаку!

Человек напротив громко рассмеялся:

— Только додумались! Но, к сожалению, это слишком поздно! — за спиной у Цао Гофэна и всех остальных раздалось около десятка разных смешков. Очевидно, враг уже догнал их!

Цао Гофэн без колебаний громко закричал:

— Бай Цифэн впереди, все остальные помогайте ему с обеих сторон, всем выложиться по максимуму, в бой!

Бай Цифэн громко закричал, его белые одежды взлетели, в воздухе послышался свист ветра. Резким движением он бросился в атаку, его скорость становилась всё выше и выше, а когда он уже вырывался из ямы, на краях его платья проявился лёгкий дымок! Находившись в безвыходном положении, и мучась от угрызений совести, Бай Цифэн, наконец, преодолел свои прежние границы возможного, и показал такую мощь, которую никогда не мог одолеть!

Все остальные шестеро, плотно прижавшись, двигались за ним, словно семеро острых мечей, прорубавших темноту, мчались к бесконечному лучу света. В это время звуки за спиной становились всё громче, враг тоже пустился в атаку!

Бай Цифэн был впереди, с оглушительной, как раскаты грома, силой он вылетел, в это время раздался жестокий писк длинного меча, покинувшего ножны, и немедленно превратившегося в ослепительный и пылающий белый шар!

Когда этот меч вырвался вперёд, глаза Бай Цифэна залились кроваво-красным цветом, его голова и все волосы на ней отнесло назад, ноги же стремились вперёд. Его меч продолжал светиться всё ярче, и казалось, что на нём появляется огромный шар света, увеличивающийся в размерах. Он излучал световые волны вокруг себя, чем вызвал необычайное сияние в мрачной темноте, при этом продолжая ещё больше увеличиваться в размерах!

Это было похоже на взрыв ядерной бомбы во мраке!

В тот миг, когда острый меч уже был перед лицом врага, рядом с Бай Цифэном раздался ужасающий распев уже другого меча!

И скорость приближения этого меча была намного выше звукового сопровождения!

«Единение тела с мечом» высочайшей мощности!

«Единение тела с мечом» Бай Цифэна в этот раз превосходило все известные пределы этой техники!

— Осторожно, нанесём все вместе синхронный удар! Объединим наши усилия, и размотаем уже этого безумца! — враг громко закричал, и десять человек одним мощным рывком бросились вперёд, мечи один за другим, словно настоящая радуга, стремительно бросились в сторону Бай Цифэна!

Объединённый удар остальных бойцов Призрачного Дворца тоже не заставил себя долго ждать!

Все шестеро Шенхуанов направили все свои силы на атаку по мечу, который преследовал Бай Цифэна!

Победа или смерть, третьего не дано!

Если их атака не увенчается успехом, тогда, все семеро Шенхуанов Призрачного Дворца будут зажаты в тиски с обеих сторон! В таком случае, боюсь, даже одному из них будет весьма трудно уцелеть!

Глаза врага наполнились безграничным волнением, он громко выругался: — Чёрт! Кажется, он не успел полностью выговорить это слово, как Суань обеих сторон уже соприкоснулась друг с другом!

Раздался громогласный грохот, словно разрыв бомбы, склон горы ответил громким эхом, и с макушки посыпалось, словно град с неба, бессчётное количество каменных глыб.

Бай Цифэну и остальным Шенхуанам удалось захватить инициативу в свои руки! К тому же у всех семерых ещё остались силы после этой атаки, их свирепой и убийственной энергии было бы достаточно, чтобы отправить в могилу десятитысячное войско!

В этом столкновении, обе стороны почувствовали, что силы их противника находятся на соответствующем уровне!

Удар меча Бай Цифэна был по-прежнему непоколебим, и он снова разъярённо бросился в бой. Раз он смог в одиночку противостоять наступлению доброй половины всего состава противника, сейчас он думает лишь только об одном: «Немедленно в бой! Вместе с братьями, в бой!»

На его белых одеждах непрерывно появлялись новые следы от мечей, царапины и раны, однако он не чувствовал этого. За короткий срок времени на его теле появилось более ста следов от мечей!

Главарь их противников, человек в чёрных одеждах, всеми силами непрерывно атаковал, однако в каждом ударе его ожидала неудача, меч Бай Цифэна был быстр, как ветер, все его чёрные одежды тоже были зверски изрезаны. Он был похож на чёрную бабочку, которая неистово порхает туда-сюда, при этом проделывая первоклассные сальто!

Цао Гофэн резко взглянул на противника. Его глаз скользнул по пояснице, откуда неожиданно свалился пурпурного цвета пояс. Он тут же пришёл в неистовое негодование, и возмущённо закричал:

— Это правда они!

Защитники Неуловимого Мира Бессмертных носят пурпурные пояса такого же цвета; и люди Иллюзорного Океана Крови тоже обычно так одеты! Значит, неожиданное нападение на семерых Шенхуанов было организовано подчинёнными трёх Священных земель?

Цао Гофэн был так разгневан, что его даже уже подташнивало! Сначала у него были только смутные сомнения, сейчас же он располагал неопровержимыми доказательствами!

«Вы сорвали наши планы, затем непрерывно пытались вывести на провокацию, изгнали из города Цзюйхуа, а теперь здесь устроили нам засаду?»

В этом мире есть люди, способные на такие подлые проделки?

Неудивительно, что они были так жестоки по отношение к этому молодому человеку с непревзойдённой сущностью; или, возможно, чтобы подставить Злого Монарха? Они даже специально облачились в такие же чёрные одежды, что и у подчинённых Злого Монарха… Мошенники, они обладают высшим искусством свалить свою вину на других!

Такая подлость!

Услышав слова «Это, правда, они!», главарь противников очень испугался. Он словно почувствовал, что на одежде появился разрыв, и невольно ухватился за пояс, а потом закричал:

— Перестроиться! Какой бред ты там несёшь! Что за «они»? — в этот момент он прибывал практически в панике, и их прежде тесное построение дало брешь! Бай Цифэн не стал упускать момента, и в молниеносном рывке, сломя голову, бросился туда!

Раздался громкий резкий звук. Бай Цифэн, весь в крови, вырвался из этой ямы прямо навстречу солнцу, остальные шестеро Шенхуанов последовали по его пятам, и резко устремились вперёд; Цао Гофэн громко закричал:

— Плевать на всё, бежим отсюда изо всех сил! — все семеро человек, опытные воины, они без оглядки и сожалений на максимальной скорости бросились бежать!

Нет времени обращать внимание на это, во всяком случае сегодняшний бой не был смертельным!

За их спиной послышался грохот падающих камней, которые и не думали останавливаться, среди этого грохота раздался чей-то голос:

— Чёрт, горный обвал! Мать твою, вот неудача! — оказывается, им помешал горный обвал. Цао Гофэн немного расслабился, и, держа в руках Цзюнь Мосе, на сумасшедшей скорости вылетел на поверхность. Он мысленно сказал сам себе: «Три Священные земли, если вы не ответите за это, клянусь своей жизнью!»

Цао Гофэн только так думал, а пребывающий в дикой ярости Бай Цифэн произнёс это вслух:

— Подонки из трёх Священных земель, услышьте! Этого я вам не забуду, с этого дня я пылаю к вам смертельной ненавистью и не остановлюсь, пока не отомщу вам! — остальные пятеро Шенхуанов едва ли были меньше в ярости, чем Бай Цифэн!

Вспоминая о событиях крайне опасного сражения, которое развернулось в эти короткие минуты, всех охватил остаточный страх!

Если бы они ещё хоть на полсекунды затянули с атакой, тогда бы исход этого сражения был бы намного трагичней! Несмотря на то, что это сражение длилось очень мало по времени, и весь процесс включал в себя всего две атаки, оно было крайне опасным!

Все семеро человек несколько раз побывали на волоске от смерти за этот краткосрочный бой!

Когда они находились там, ни у кого из них даже и не возникало мысли, чтобы сбежать. А сейчас, подумав об этом, всем стало не по себе. Они мчались по бескрайней дороге против ветра, от такого прохладного ощущения в их жилах кровь стыла от страха… Как можно легко избавиться от такого врага и от такой всепоглощающей ненависти?

Глава 929. Перед входом в Призрачный Дворец

Глядя, как семеро Шенхуанов из Призрачного Дворца всё больше удаляются, люди в чёрных одеждах прекратили суматоху, переглянулись между собой и весело рассмеялись, а один из них произнёс:

— Боюсь, после того, что произошло сегодня, отношения между тремя Священными землями и Туманным Призрачным Дворцом повиснут в мёртвой точке. Они не успокоятся, пока не перебьют друг друга. План молодого господина, в самом деле, оказался очень коварным.

— Едва ли это будет так просто устроить! В конце концов, обе стороны имеют ограничения на высоком уровне; но, однако, если даже и не получится достигнуть такого положения, всё же они вряд ли будут сотрудничать так же, как и раньше! — другой человек потёр подбородок и задумчиво сказал.

— Ещё эти семеро Шенхуанов действительно крайне могущественны, попав в такую неприятную ситуацию, и столкнувшись с объединенным ударом десяти человек, они все же смогли отразить эту атаку, прорвали окружение, к тому же немало человек из нас получили тяжелые ранения! Высокая репутация мастеров из Призрачного Дворца правда получена заслуженно.

Говорящий человек снял маску и обнажил своё, словно выколотое из белого нефрита, бледное лицо. Если бы Цао Гофэн увидел его, он бы резко вскликнул: „Почему ты?“

Оказывается, этим человеком был Ураганный меч, Фэн Цзянь Юнь!

Не стоит даже и говорить, что все остальные люди тоже были подчинёнными Цзюнь Мосе.

Это засада была одним из пунктов плана, который разработал Мосе… Если бы после нахождения „непревзойдённой сущности“ не последовало никакого продолжения, кто бы мог поверить в это волшебное совпадение?

Поэтому Мосе тщательно проработал это сражение! Разумеется, это всё было не по-настоящему, чистая показуха, в итоге во что бы то ни стало они всё равно бы слились… Если бы они в самом деле убили всех этих Шенхуанов… Тогда Мосе не нашёл бы себе места, чтобы расплакаться… Хорошо, что у них было ещё одиннадцать Шенхуанов в помощь… Остальные начали наперебой обсуждать это, и один за другим снимать маски. Разве это не те же самые Шенхуаны, которые раньше охраняли Четырнадцатого Шао?

В это время из ямы тоже начали появляться люди, и, хотя их была целая толпа, для Шенхуанов они не составляли особой опасности: все они являлись членами Небесного отряда Разрушителей Душ, самые сильнейшие из них обладали уровнем Достопочтенного мастера четвёртой ступени. Это, безусловно, довольно могущественная сила, но, однако, для сопротивления Цао Гофэну и остальным шести Шенхуанам, всё же, непригодная. В случае настоящего сражения, боюсь, это было бы не более чем самоубийством!

Неудивительно, что они всё время только и кричали изо всех сил, не предпринимая реальных попыток к нападению…

— Ладно, задание успешно выполнено! Уходим, батька угостит всех выпивкой! — это был голос Одинокого Сокола, преисполненный чувством собственного достоинства.

— Сынок, тебе сколько лет? Чтобы перед представителями старшего поколения величать себя „батькой“? Слышь, мелочь, я тебе сейчас задам! — эти слова были сказаны Шенхуаном Лу, он косо и с недовольством посмотрел на Одинокого Сокола.

Одинокий Сокол тут же втянул шею в плечи. Он бы ни за что не хотел перечить тому, кто назвал его „сынком“. Эти уважаемые старейшины живут уже как минимум более тысячи лет, а возраст Одинокого Сокола в шесть-семь десятков лет для них не более чем смехотворен, не правда ли? Называть Одинокого Сокола „сынком“ вполне уместно, и даже само собой разумеющееся!

— В наказание тебе, сопляк, в этот раз я пойду пить в своём истинном обличье! — с самодовольным лицом объявил Шенхуан Лу. Все остальные Шенхуаны из леса Тянь Фа тут же поддержали его, и с нетерпением ждали весёлого похода за выпивкой!

Фэн Цзянь Юнь и Одинокий Сокол страдальчески переглянулись; если они примут своё истинное обличье, во сколько же раз они увеличатся в своих размерах? Тогда им, по крайней мере, потребуется несколько десятков литров выпивки, чтобы опьянеть? Они невольно сквозь слёзы хохотнули.

Одинокий Сокол пощупал свой сморщенный кошелёк… уголки его рта скрючились от судороги…

***

Три дня спустя…

— Скоро прибудем. Осталось обогнуть эту гору, и там, среди заснеженных земель, будет вход в Призрачный Дворец, — Бай Цифэн, указывая куда-то вдаль, расслабленно проговорил. Хотя раны, которые он получил в ходе этого сражения, нельзя было назвать лёгкими, спустя несколько дней восстановления, это уже стало пустяками. Способность самовосстановления Шенхуанов в самом деле поразительная штука.

После своих действий позавчера Бай Цифэн больше не испытывал угрызений совести. Однако говорить об этом ему по-прежнему было неловко. Все остальные понимали это, и потому не начинали разговор об этом.

Сейчас Цзюнь Мосе находился в руках другого Шенхуана, и по-прежнему находился в „бессознательном“ состоянии. На протяжении всей дороги его положение менялось около 5-6 раз.

Все Шенхуаны удивлялись неукротимой живучести молодого человека. Каждый день он выглядел так, что, казалось, он вот-вот испустит дух, но, однако, этого так и не происходило, от начала пути и до сегодняшнего момента он упорно сохранял своё полуживое-полумёртвое состояние.

По-видимому, введение в него Суань хоть и не приносило улучшения, но и всё же никак не вредило ему. Сначала все тревожились и думали, что ему наверняка не выжить, но потом успокоились… судя по его виду, он вряд ли умрёт!

Эти дни Мосе тоже волновался: «Твою ж мать, почему эти ребята такие медленные? Вот так лежать каждый день, по-вашему, много приятного? У меня вся задница скоро в пролежнях будет, б*ядь…»

Когда они наконец-то с горем пополам добрались до Призрачного Дворца, Мосе спокойно выдохнул! Можно считать, конец совсем близок. Только дождусь, чтобы какой-нибудь „врач“ из Призрачного Дворца дал мне лекарство, я очень его зауважаю… Одно лекарство — я прихожу в себя, и тут же поднимаюсь… рассыпаюсь в благодарностях… Но… как показывает практика, хорошее дело не бывает без сложностей, сто процентов!»

Когда Шенхуаны радостно обсуждали дела, которые ждут их после попадания в Призрачный Дворец, что будет потом и т. д. и т. п. Внезапно раздался коварный голос:

— Вы, семеро, долго ещё мечтать собираетесь? Господин и так достаточно времени потратил на ожидание вашего прибытия!

— Кто сказал, что любой, кто поднимет руку на господина, сможет просто так сбежать? Если за этим не последует компенсация, что же будет с репутацией господина? — следуя за этим ледяным голосом, перед Шенхуанами беззвучно появилась тёмная фигура.

Этот человек был одет в чёрные одежды, и выглядел, как привидение, он очень внезапно появился, несмотря на то, что сейчас был белый день, и вокруг сияло солнце, от него веяло мраком и темнотой.

У этого человека были иссиня-чёрные волосы, которые свисали почти до поясницы; стройная фигура и длинные ноги, и, хотя он находился очень близко, его лицо по-прежнему не удавалось внимательно рассмотреть, только пара холодных, как лёд, глаз сияла неистощимой лютой стужей и ледяной злобой. Этот взгляд требовал к себе глубокого уважения и почтения!

Он словно говорил: «Вы мне — не ровня!»

Этим человеком, конечно же, был Четырнадцатый Шао!

Когда этот голос только раздался, в другой стороне Мосе выругался про себя:

«Сука! Четырнадцатый Шао, а в другой раз выяснить отношения никак вообще? Обязательно нужно появляться именно в такой момент? Если ты разрушишь мой план, клянусь, я уничтожу тебя!» — увидев Четырнадцатого Шао в этот раз, Цао Гофэн и все остальные несколько удивились. Им показалось, что он очень изменился. Разумеется, он раньше был очень крутым и суровым, но не таким устрашающим, как сейчас!

Сейчас Четырнадцатый Шао предстал настоящим дьяволом во плоти!

Вне всякого сомнения, сейчас он полностью восстановился после полученных им ранее травм! Включая все его внутренние и внешние ранения, пребывание на протяжении многих лет под печатью — всё это было в прошлом… Сейчас Четырнадцатый Шао располагал всеми своими силами в их наилучшем состоянии!

Поняв это, все, не сговариваясь, переглянулись.

Но именно по этой причине в глазах всех семи Шенхуанов появилось чистосердечное отчаяние. Ранее они вместе с людьми их трех Священных земель и Священным дворцом, в количестве более двадцати Шенхуанов сталкивались с Четырнадцатым Шао, однако тогда его силы были значительно меньше, и всё же они потерпели поражение, а он спокойно даже с ранениями спасся бегством!

Сейчас же из этих двадцати Шенхуанов осталось только семь! А Четырнадцатый Шао находился в своей самой лучшей форме! И как же сопротивляться в такой ситуации?

Цао Гофэн с мертвенно-бледным лицом вышел вперёд и спокойно произнёс:

— Раз уж брат Четырнадцатый Шао пришёл за расплатой, мы не собираемся убегать. Пожалуйста, говори, что ты хочешь. Мы все — странники материка Суань, и рано или поздно это бы случилось. Мы с братьями были заранее готовы к такому исходу, и тоже ждали немало! Погибнуть от рук знаменитого Четырнадцатого Шао будет куда лучше, чем скончаться на больничной койке! Прошу!

Четырнадцатый Шао нелепо рассмеялся и сказал:

— Ты считаешь, что если с видом храбреца, презирающего смерть, скажешь мне это, я буду снисходителен к вам? Скажу тебе сразу: мне без разницы, будете ли вы просить пощады на коленях или, рискуя своей жизнью броситесь в атаку, или, может, опустите руки и будете просто ждать своей смерти — исход сегодняшнего дня будет один и тот же! В этом мире нет ни одного человека, способного спасти ваши шкуры!

Он не сводил с них глаз, а потом мрачно прокричал:

— Сегодня господин просто не может не убить вас! — на его лице появилось гневное выражение.

Как бы то ни было, они все мастера уровня Шенхуана, к чему эти оскорбления? Смерть — смертью, однако к чему все эти издевательства?

В глазах Четырнадцатого Шао искрился холодный блеск… Вдруг в это время в ухе Четырнадцатого Шао, словно писк комара, раздался звук:

«Боже! Вы можете не издеваться так надо мной! Я и так с большим трудом заставил их притащить меня к Призрачному Дворцу, а вы так безобразничаете! Между нами двумя, что за непримиримая вражда?" — Четырнадцатый Шао тотчас же замер! Его мрачные глаь Мосе, потом невольно рассмеялся про себя!

«Почему снова ты? До каких пор ты будешь вмешиваться в мои дела? Это так расстраивает господина…»

Глава 930. Разборки с Четырнадцатым

- Нет! Так не пойдёт! Господин обязательно должен сегодня разобраться с этими негодяями! А иначе моя репутация пострадает! — Четырнадцатый Шао в величайшей ярости и с чрезвычайным недовольством ответил на мысленный призыв Цзюнь Мосе. — Разве я ещё не закончил с вами двумя, учителем и его учеником? Я вам что, свой человек? С какой стати я должен слушаться вас? Допустим, я у вас и в долгу, но это не значит, что господин должен утратить свою независимость… Чем бы я не занимался, тут же появляешься здесь ты, и ставишь мне палки в колеса, как мне жить прикажешь в таких условиях?

- Твою мать… Ты, ты… для тебя «быть в долгу, — эти слова вообще ничего не значат? Ты так просто позабыл о добре? Мы напрасно тратили свои силы на тебя, не пожалели расходовать на тебя своё совершенствование, можно сказать выручили тебя из смертельной опасности… Мой учитель — до ужаса благородный человек, помог тебе от чистого сердца, спас тебе жизнь… А сейчас ты внезапно появился здесь, и хочешь разрушить наши планы, которые мы так долго разрабатывали! Ты… ты… в конце концов, у тебя есть хоть немного совести или достоинства? Ты сам тогда скажи, как называется твоё поведение! Может, ты и название знаешь таким принципам, как у тебя… — Цзюнь Мосе пришёл в ярость.

Мосе был крайне раздражён. Если Четырнадцатый Шао не отступится и продолжит действовать по своему замыслу, весь его план, на который он потратил так много времени, пойдёт коту под хвост. Получится, что столько дней он потратил на бесполезное дело?

Он потратил столько человеческих и материальных ресурсов… Знал бы заранее, лучше пошел порезвиться с женщиной какой, ещё бы доволен остался, а тут…

- Б*ядь! Ты, сосунок, что такое несёшь? Это когда господин позабыл о добре? Ты сам-то подумай — разве господин мало тебе помогал? Да как ты посмел клеветать на высокие моральные качества господина? Да я тебя быстрее задушу, сука, как думаешь, посмею я или нет? — очевидно, Четырнадцатый Шао был очень раздражён. Ещё минута — и он совершенно взбесится.

- Если Четырнадцатый Шао действительно настолько велик, а его характер и душевные силы достаточно непоколебимы, лучшим подтверждением этому будет просто уйти, — Цзюнь Мосе попытался выкрутиться.

- Уйти-то я могу, но ты должен согласиться на моё условие. В противном случае все эти семеро Шенхуанов сегодня умрут, и это не обсуждается. Пусть ты даже станешь говорить о том, что я позабыл о добре, это всё равно не будет иметь значения, — Четырнадцатый Шао твёрдо стоял на своём. Находясь в крутой позе, он с помощью силы давления, пристально смотрел на семерых Шенхуанов, и незаметно переговаривался с Мосе.

- Что за условие? Говори! Если это мне под силу, я выложусь по максимуму!

Что за человек этот молодой мастер Цзюнь? Он дал своё твердое согласие, но тем не менее ничем особенно не рисковал. Если требование Четырнадцатого Шао окажется слишком трудновыполнимым, это, разумеется, придётся обсудить.

- Уверен, если ты потратил столько сил и времени, чтобы попасть в Призрачный Дворец, это уж точно не ради какого-то благородного дела. В таком случае, лучше будет немного основательнее подойти к этому… –Четырнадцатый Шао по-прежнему находился в позе самодовольного выдающегося человека, однако, когда он обращался к Мосе, его тон был мелочным и вульгарным: — Моё прежнее оружие, которое я носил на своём поясе, по некоторым причинам было утеряно в Призрачном Дворце… Столько лет прошло, и весьма трудно отлить заново ещё одно такое же, к тому же ещё, чтобы оно было таким же хорошим в использовании, как и прежнее… Помоги мне достать моё оружие, и этого будет достаточно, это довольное простое условие!

- Оружие на пояс? — Цзюнь Мосе опешил.

- Да, господин использовал для ковки оружия «Шенцю» огонь Подземного мира, однако в прошлый раз мне пришлось столкнуться с объединёнными силами трёх Священных земель, Призрачного Дворца и леса Тянь Фа, тогда-то Шенцю и был неожиданно утерян, господин угодил под печать, а Шенцю попал в руки Призрачного Дворца. Для господина это ужасное унижение! — сказал Четырнадцатый Шао: — Если ты, мальчишка, пообещаешь мне, что вернёшь моё оружие, тогда сегодня я пощажу этих семерых Шенхуанов.

Цзюнь Мосе задумался. Неудивительно, что сколько раз он видел Четырнадцатого Шао в бою, и он никогда не пользовался никаким оружием, оказывается, причина скрывалась в этом…

Оружие было утеряно… нечего удивляться, что он так возмущён!

- Без проблем! Я помогу тебе вернуть оружие! — с уверенностью ответил Цзюнь Мосе, мысленно добавив: «Цель моей поездки — дерево с разноцветными плодами, а это будет уж точно поценнее твоего оружия в несколько раз!»

Раз уж начало положено, зачем бояться сделать ещё один шаг? Мосе был уверен, но отчасти печален.

Для Четырнадцатого Шао три Священные земли и, возможно, лес Тянь Фа — не более, чем просто объекты, которые он хочет подчинить себе, а Призрачный Дворец — его главный враг! Однако Цзюнь Мосе показалось, что Призрачный Дворец будет намного сильнее, чем три Священные земли.

Так как до сих пор из Призрачного Дворца появились только эти семеро человек, но тем не менее их отношения друг с другом смогли растрогать Цзюнь Мосе. Это была настоящая дружба.

Цао Гофэн среди этих семерых Шенхуанов занимал статус старейшины, и его положение никто был не в силах пошатнуть; что же до второго по старшинству, Бай Цифэна — несмотря на то, что он был резок и упрям, к тому же не думал о последствиях своих решений, можно сказать, что для всех семерых Шенхуанов он принёс немало неожиданных проблем. Будь-то когда он подкинул объедки в спальный мешок Хэ Чжицю, или учинил конфликт с Чжань Мубаем в городе Цзюйхуа, или даже сейчас, находившись во главе группы, завёл всех в смертельную ловушку — все эти события едва ли смогли вывести из себя остальных Шенхуанов!

Даже несмотря на то, что одна ошибка была серьёзней другой, никто из шести человек не проронил и слова жалобы!

В спокойное время все спорили и пререкались между собой, нет проблем; но в случае, когда им грозила опасность, они сразу же объединялись и храбро встречали эту опасность, пытаясь найти выход.

Вне зависимости от того, откуда возникла эта опасность, или кто был виноват в её появлении — у них был один ответ: проблемы друзей — это общие проблемы, и решать мы будем их вместе!

Никто из них ни разу не произнёс этой фразы! Но, однако, об этом говорили сами их поступки!

А это и есть самое ценное!

Даже когда Цзюнь Мосе увидел их впервые, у него стало очень тепло на душе. В это время он невольно сразу же подумал о Танг Юане. Если когда-то наступит такой день, что он не сможет справиться со своими проблемами, этот толстяк без колебаний бросится ему на помощь, даже не раздумывая! Пусть весь жир его тела переплавят, но он всё равно, не жалея никаких сил, будет поддерживать его!

И пусть в глазах других людей, он просто мелочный жирдяй, не имеющий амбиций! Но он — единственный настоящий друг Цзюнь Мосе!

Мосе всегда ценил такие чувства. И никогда не хотел вредить людям, которые обладают такими чувствами.

К тому же Цао Гофэн так сильно заботился о нём, пожертвовал своим долголетием, чтобы спасти его, занимался его исцелением, – это огромное благородство!

И хотя он был не ранен, а импорт Суань и вовсе не осуществлялся, и даже несмотря на то, что Цао Гофэн действовал ради интересов Призрачного Дворца, ничего не подозревая о настоящем статусе Мосе.

Но всё же это было сделано от души, он отчётливо смог почувствовать это!

Пусть всё это было сплошным обманом, но Мосе всё равно не желал зла Цао Гофэну. И не потому, что он хотел отплатить таким образом ему, а из-за истинных стремлений. Он не хотел, чтобы жизнь Цао Гофэна сократилась из-за него.

Поэтому он не пожалел своих сил, раскрыл процесс культивации, и возместил Цао Гофэну потраченные им жизненные силы, да ещё и немного подбавил мощности, чтобы продлить его жизнь.

Именно поэтому, когда Четырнадцатый Шао со свирепыми глазами и только одной мыслью об убийстве появился здесь, Мосе так резко бросился помешать ему. Он никак не мог допустить, чтобы эти люди погибли у него на глазах!

К тому же сейчас как раз рукой подать было до разноцветных плодов! Но в большей степени именно из-за своей совести.

Цзюнь Мосе мог использовать хитрость и силу, прибегать к мошенничеству, вплоть до того, что вообще не обращать никакого внимания на мораль и справедливость. Однако у него было одно условие: иметь чистую совесть, во что бы то ни стало избегать укоров собственной совести! Главное для него — это спокойствие совести, пусть даже если всё будет предано огню и мечу, если его совесть спит спокойно, то и он будет действовать с осознанием своей правоты.

Причиной его неприязни с тремя Священными землями в первую очередь было то, что они постоянно хотели изловить его и уничтожить. Поэтому, когда он сражался с ними, у него не возникало и малейших угрызений совести, никаких сомнений, он был прав и спокоен.

Однако с Призрачным Дворцом всё было совершенно по-другому.

Призрачный Дворец для Цзюнь Мосе был далёким и незнакомым местом, а его люди никогда не вмешивались в дела Цзюнь Мосе. К тому же в этот раз именно Цзюнь Мосе начал сопротивление между ними, только потому что Призрачный Дворец обладал волшебными плодами, которые могут сделать людей вечно молодыми!

Для Цзюнь Мосе эта причина была вполне серьёзной, для Призрачного Дворца же всё могло закончиться настоящей катастрофой!

Было очевидно, Призрачный Дворец не захочет просто так отдать это редкое богатство Мосе…

Это и являлось очагом противоречий между ними.

Глава 931. Вход в Призрачный Дворец

«Если Призрачный Дворец будет не настолько резок в своих заявлениях… тогда после того, как я успешно пристрою это дерево в Пагоде, я смогу им всё возместить… Вне зависимости, примут они это или нет, но сейчас у меня нет другого выбора, только так. И со Священным Дворцом… тоже можно так же поступить… — Цзюнь Мосе мысленно сказал сам себе. — Вы были искренни ко мне, значит, я должен спасти ваши жизни. Хотя вы вряд ли узнаете об этом, но главное — я буду спокоен! И сделаю это с радостью!»

Есть некоторые вещи, о которых мы предпочитаем не говорить, либо они сделаны исходя только из личной выгоды… Однако если бы Мосе вёл себя так же, как те старики из Священного Дворца, не пройдёт и нескольких столетий, как его любимые превратятся в груду костей, и он останется один-одинёшенек… на протяжении многих тысяч лет…

Цзюнь Мосе ни за что не может допустить этого!

Поэтому в этих делах он будет до конца эгоистом! Если ты даже не можешь позаботиться о своих родных, что тогда говорить об остальном народе?

Возможно, эти слова предвзяты, но тем не менее не лишены смысла…

Услышав, что Мосе согласился, Четырнадцатый Шао фыркнул и сказал:

- Негодник, ты согласился на условие господина. Значит, ни за что не можешь позабыть об этом! Иначе, как бы твой учитель тебя не защищал, я всё равно смогу убить тебя!

Цзюнь Мосе фыркнул и про себя подумал:

«Пусть даже и забуду… и что ты мне сделаешь?»

Цао Гофэн и все остальные предвидели свою смерть, но на их лицах сохранялось мужественное выражение. Что они могут поделать против Четырнадцатого Шао, который находился в своей лучшей форме…

Разница между уровнем их сил была настолько велика, что им бы даже не удалось заставить Четырнадцатого Шао хоть немного вспотеть.

Все семеро Шенхуанов пребывали в высшей степени отчаяния. Но сейчас они увидели, как Шао прекратил свои свирепые речи, и в позе показушника резко застыл, не произнося ни слова.

«Мать твою, собрался убивать — так давай убивай, не лучше ли быстро с этим разобраться? К чему эти игры? Мы дети разве малые?» — мысленно про себя ругались Шенхуаны.

Псих!

Пребывая в максимальном беспокойстве, внезапно они увидели, как Четырнадцатый Шао нахмурился, задрал голову и уставился куда-то далеко в горы, а потом вдруг расстроенным голосом выругался:

— Б*ядь, что за дела? Как так снова получилось?

Договорив, он резко поднялся в воздух, и в один миг бесследно исчез! Даже не оставил ни слова на прощание, просто поспешно удалился.

Что это значит?

Увидев эту странную картину, все семеро Шенхуанов пребывали в замешательстве:

«Ты прибыл сюда, чтобы убить нас, с чего вдруг резко ушёл? В самом деле, конченный психопат!»

Сложно найти разумное объяснение такому поведению, однако всё же, результат очень хороший. Как минимум временно удалось избежать смертельной опасности…

— Всё, быстро уходим, очевидно, этого психопата отвлекло какое-то другое дело. Нам нужно попасть во Дворец до его возвращения! Иначе нам действительно придётся оставить свои жизни в этом месте, медлить нельзя! — Цао Гофэн первым пришёл в себя и шёпотом сказал, а потом, подхватив Цзюнь Мосе, словно молния резко рванул вперёд.

Все остальные тотчас же очнулись и тоже стремительно двинулись прочь; Бай Цифэн задержался ненадолго и двинулся самым последним.

Это было тоже одним из их устных соглашений: в случае опасности, сильнейший из них должен двигаться во главе колонны, освобождая дорогу для братьев, а второй по силам должен завершать колонну и двигаться позади всех.

Такой порядок имел свои преимущества: если впереди их ждали препятствия, самый сильный из них, Цао Гофэн, мог запросто преодолеть его; Бай Цифэн, двигаясь позади всех, в случае если Четырнадцатый Шао всё-таки бросится в погоню за ними, мог рискнуть своей жизнью и на время задержать его, дать возможность своим братьям попасть в безопасную зону Призрачного Дворца. Цзюнь Мосе был особенно восхищён этим распорядком.

В обычных командах старейшина всегда двигался в середине колонны, а младшие братья рисковали и шли на гибель, чтобы любыми средствами спасти его. Таких команд, где бы старейшина, наоборот, рисковал собой ради своих младших подчинённых, было действительно очень мало…

Снежное поле било своим блеском прямо в глаза, в его просторах горделиво ютилась маленькая таверна. Если бы Цзюнь Мосе мог открыть глаза, он бы, разумеется, узнал это место. Он уже как-то раз бывал здесь, в тот раз он возвращался от своей матушки и ненадолго остановился в этой таверне. Именно здесь он впервые встретился с великим убийцей, Чу Цихуном!

Шенхуаны стремительно пронеслись мимо этой таверны. Они прошли примерно около километра и попали в покрытое снегом горное ущелье. Все медленно спустились вниз, Цао Гофэн взмахнул рукой, и снег, покрывавший отвесную скалу, взлетел вверх, обнажив весьма причудливый наскальный орнамент.

Все Шенхуаны переглянулись, а потом расслабленно вздохнули.

Цао Гофэн и Бай Цифэн сомкнули свои ладони воедино, громко закричали и, используя все свои силы, произвели грандиозный удар. В воздухе сформировался неясный туман, вслед за этим произошли волшебные метаморфозы — из тумана появился зелёный дракон с коварным видом, который проник прямо сквозь причудливый орнамент на скале.

Потом воздух задрожал, и там возникли большие ворота!

Если бы эти ворота, скажем, появились в скале, в этом бы не было ничего удивительного, однако они появились прямо из пустоты. На протяжении всего пути Цзюнь Мосе то и дело цокал языком от удивительных явлений, происходящий вокруг него.

Похоже, люди, создавшие этот Призрачный Дворец, были ещё теми чудаками.

Цзюнь Мосе отчётливо почувствовал, что силы, которые Цао Гофэн и Бай Цифэн объединили для совместного удара, были не обычной Суань. По крайней мере они сильно отличались от той, которую использовали в бою, словно это было особенное уникальное мастерство, резко отличающееся от всего остального.

Возможно, это была особая сила, которая была необходима для открытия Призрачного Дворца…

Как раз, думая об этом, Мосе почувствовал, что его тело колыхнулось и попало в пустоту. Спустя довольно долгое время, он наконец почувствовал, что обе ноги Цао Гофэна снова достигли земли…

«Туманный Призрачный Дворец! Я наконец попал в это легендарное место!»

До Битвы за Захват Небес осталось ровно 5 месяцев и 10 дней!

Цзюнь Мосе с закрытыми глазами обдумывал: к тому моменту у него уже было одиннадцать мастеров, обладающих уровнем Шенхуана; Мэй Сюэ Янь, Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь и еще восемь старейшин-Шенхуанов из леса Тянь Фа… если считать с ним, то ровно дюжина.

Но эти восемь Шенхуанов, в конце концов — старшее поколение леса Тянь Фа, они на протяжении долгого времени действовали обособленно и независимо; судя по всему, управлять ими будет не так и легко. Хотя Мосе сейчас, в принципе, и не рассчитывал на это, сегодняшнее состояние его достаточно устраивало.

После принятия волшебного молока, Король медведей, Чен Инсяо и остальные тоже должны продвинуться до уровня Шенхуанов. После своего возвращения Мосе даст им ещё по волшебной таблетке, тогда их силы значительно увеличатся… подчинённые из Небесного отряда Разрушителей Душ тоже должны продвинуться…

Настоятельно необходимо завершить все подготовительные работы до начала Битвы за Захват Небес! А потом истребить дочиста всех этих тошнотворных Чужаков!

Сейчас его планы… выглядят примерно так. Обязательным условием выполнения этих планов является успешное и быстрое завершение операции в Призрачном Дворце!

Другими словами, он обязательно должен заполучить волшебные плоды и оружие Четырнадцатого Шао за эти два месяца, а потом вернуться в Тянь Фа для осуществления подготовки!

Время действительно поджимает!

Цзюнь Мосе невольно вздохнул… ему нельзя было терять ни секунды…

Цао Гофэн и остальные семеро Шенхуанов продолжали движение. Цзюнь Мосе смог совершенно чётко почувствовать, что они двигались к большому тронному залу.

По обеим сторонам дороги располагались жилые дома, вокруг были деревья, сияло солнце… плыли облака… доносились какие-то звуки, рядом был рынок…

Цзюнь Мосе про себя прокричал: «Твою мать! Призрачный Дворец мало чем отличается от внешнего мира!»

Наконец, они оказались в тронном зале.

— Повелитель! Пожалуйста, посмотрите на этого ребёнка… вы непременно должны спасти его! Это дитя — носитель легендарной непревзойдённой сущности! — раздался тревожный голос Цао Гофэна. В зале было шумно и оживлённо, но после его слов в мгновение установилась гробовая тишина…

Вслед за этим внезапно вся толпа окружила «бездыханное тело» Цзюнь Мосе. Их глаза сверкали, они смотрели на него, словно на редчайшую в мире вещь!

- Непревзойдённая сущность!

Эти два слова разрушили прежний покой всех жителей Призрачного Дворца!

Такой сущностью обладал только легендарный Первый Шао!

Одна рука дотронулась до запястья Цзюнь Мосе, и в его тело начала проникать тёплая энергия; сделав кружок, Мосе понял, что это поток энергии несколько шокировал его организм. Похоже, человек, вводивший энергию, испытывал крайнее потрясение…

Цао Гофэн воскликнул:

— Повелитель… вы… будьте немного помягче! Этот ребёнок очень слаб, он может не перенести такой удар Суань! — тело Цзюнь Мосе задрожало, он слабо простонал, и из уголков его рта появилась кровь…

Эта покорная сила тотчас же покинула его тело, два сверкающих глаза в полном изумлении глядели на Мосе:

— В самом деле! Каналы пусты, как бамбук! Даньтянь — как пустое озеро… Ай-яй-яй! Действительно, мифическая непревзойдённая сущность! Быстрей, кто-нибудь, принесите разноцветные плоды…

Кто-то стремительно выбежал из зала.

Говоривший человек был настолько взволнован, что несколько раз обошёл тело Цзюнь Мосе, потирая руки. Мосе даже услышал, как трещали и похрустывали суставы его пальцев:

— Непревзойдённая сущность… Действительно, именно она! Милость господня! Наш Туманный Призрачный Дворец снова ждёт подъём! Я обязательно должен сделать его своим учеником, лично обучить его! Если он собьётся с пути, разве это не будет слишком досадно?

Бай Цифэн и другие растерянно переглянулись, Цао Гофэн был ошарашен…

Глава 932. Принесите Священные плоды!

— Повелитель… Этот ребёнок… ну… как бы… мой ученик… — Цао Шэнхуан покосился на Повелителя.

— А чьи ученики уже половина тут носятся? В любом случае, ради будущего Туманного Призрачного Дворца ему нужен один их самых лучших наставников.

Цао Гофэн смолк.

Это как раз то, что он и собирался сказать, но собеседник успел его опередить.

— Повелитель… Он уже выбрал меня в свои учителя… Вы… вы… вы не можете насильно отобрать его у меня. Это… это нехорошо, — Цао Гофэн, казалось, был подавлен и в то же время раздражён, но сделать ничего не мог.

— Это меня не касается. Просто подожди, пока парнишка поправится, а затем откажи ему. Это не такая уж и большая проблема, я не стану возражать. Так уж и быть, подберу за тобой… — весело сказал Повелитель.

«Ха? Ты не будешь возражать? Ты, может, и не будешь, но вот мы всемером ещё как будем…»

Бай Цифэн сделал шаг вперёд и сказал:

— Повелитель Жун Бин, для того, чтобы вернуть этого мальчишку с непревзойдённой сущностью, Цао Гофэн без единого колебания вступил в конфликт с мастерами из трёх Священных земель. Ему пришлось сразиться с Чжань Мубаем, а также с Хэ Чжицю и Хай Вуем… Кроме того, по дороге сюда нас ожидала засада, подстроенная этими отбросами из трёх Священных земель, и, если бы не брат Цао, мы бы уже давно лежали мертвяками. Этот ребёнок попал в наши руки едва живой, на последнем издыхании. Цао Гофэн спас ему жизнь, израсходовав на него свою собственную жизненную энергию… — Бай Цифэн говорил очень возбуждённо: — А ещё… Прежде чем мы достигли Таинственного Призрачного Дворца, нам «посчастливилось» столкнуться с самим Четырнадцатым Шао! Если бы он не торопился по каким-то другим делам, то мы бы точно были порублены на кусочки! Повелитель, брат Цао заплатил слишком большую цену за этого ребёнка, и это его единственный ученик за последние несколько сотен лет!

В его речи не было никакого подтекста, кроме последнего предложения. Этими словами он ясно хотел сказать одно:

«Ты не посмеешь отнять этого мальчишку! Никто не посмеет! Даже сам Повелитель этого Дворца — не исключение!» Худощавое лицо Бай Цифэна было наполнено возмущением, а горящий взгляд был готов испепелить любого!

Задыхаясь от злости, Бай Цифэн действительно был готов разразиться яростной руганью, если Повелитель так и продолжит бороться за этого мальчишку. Он даже не исключал возможности небольшой потасовки…

Все молчали. Никто и подумать не мог, что Цао Гофэн заплатил за эту непревзойдённую сущность такую высокую цену. Весь зал погрузился в глубокое молчание. Но через некоторое время внезапно раздался резкий крик:

— Бай Цифэн! Как ты смеешь так говорить? Следи за своим поведением! Это ты сейчас так с Повелителем Дворца разговариваешь? Не слишком ли много на себя берёшь? Знай свое место!

Бай Цифэн разозлился ещё сильнее и хотел уже вступить в перепалку с тем, кто только что открыл рот.

Повелитель махнул рукой и улыбнулся:

— Слова Шенхуана Бая имеют свой смысл. Поскольку Цао Шенхуан действительно заплатил слишком много за этого ученика, то не стоит отнимать чужую славу! Так что теперь этот ребёнок переходит в последователи Цао Гофэна. И, хотя слова Бай Цифэна были немного грубыми, он всё же был обеспокоен за своего старшего товарища и говорил от всего сердца, так что на это нельзя обижаться. Как Таинственный Призрачный Дворец может наказывать человека за его искренность? Наоборот, его следует похвалить!

— Верно, наш Повелитель такой великодушный! Мы преклоняемся перед вами, — все присутствующие отдали дань уважения.

Повелитель сделал несколько шагов, улыбнулся и сказал:

— Чего это вы преклоняетесь? Разве когда вы увидели этого прекрасного ребёнка, не захотели и себе «кусочек» оторвать?! Мне кажется, что не я один так подумал… Хотя, на самом деле не важно, в чьих руках будет находиться этот мальчишка, ведь разве он не является нашим общим сокровищем Таинственного Призрачного Дворца? Цао Гофэн рисковал своей жизнью и даже использовал запрещённую технику не ради самого себя. Всё было сделано в интересах Таинственного Дворца. Намерения и мысли Шенхуана Цао действительно заслуживают нашего уважения!

Цао Гофэн был слегка ошеломлён:

— Повелитель, вы меня перехваливаете! Трудности этого пути действительно сделали его немного… шокирующим. За сотни лет моей жизни ничего подобного со мной не происходило!

Повелитель улыбнулся и ответил:

— Раз уж всё было сделано во имя общего блага, то к чему все эти споры? В общем, давайте поступим вот как… Этот ребёнок отныне переходит в последователи Цао Шенхуана, однако прошу всех остальных мастеров не поскупиться и обучить этого мальчишку своим уникальным техникам. Выкроите время и помогите ему во всём. И в один день, когда этот талант с непревзойдённой сущностью вырастет, наш Дворец выйдет из тени и засияет в былом величии! Итак, господа, что вы на это скажете?

— Наш Повелитель очень мудр и дальновиден! Прекрасное предложение, мы его полностью поддерживаем, — хором согласились все присутствующие.

Как раз в это время послышался звук приближающихся шагов. Вернулся человек со Священными плодами.

Вместе с ним показалось еще несколько человеческих силуэтов. Прозвучал взволнованный старческий голос:

— Говорят, что в нашем Дворце появился обладатель непревзойдённой субстанции?

Последовала куча вопросов наперебой. Голос говорящего был полон волнения и огромного удивления. В конце концов, это слишком неожиданное событие!

Даже эти отшельники, которые практиковали в уединение сотни и даже тысячи лет, не могли подавить своё волнение! В следующий момент семь или восемь старых лиц склонились над телом Цзюнь Мосе. Они рассматривали его тело с бешеным восхищением, словно это было одно из самых изысканных произведений искусства. Восемь пар рук прощупали тело молодого мастера с ног до головы…

Цзюнь Мосе из последних сил пытался сдержаться:

«О небеса! О боги! Почему меня лапает куча стариканов… твою мать… Я им что, шлюха японская?»

— Боже… это действительно легендарная непревзойдённая субстанция… — все старики будто одеревенели. Им казалось, что это просто сон, и они продолжали восхищённо смотреть на молодого мастера.

Этот талант ни с чем не сравнить. Если у кого-то ещё нет последователя, то им можно не переживать.

— Этот мальчишка серьёзно ранен, так почему его всё ещё не начали исцелять? — взревел один из стариков. — Что будете делать, если он вдруг умрёт?

— Нам нужно было, чтобы вы подтвердили наличие в этом ребёнке непревзойдённой сущности… ну, субстанции, как вы говорите. Не будем же мы впустую растрачивать Священные плоды нашего Дворца? Если бы не это, то мы уже давно накормили его всем, чем можно. Не стоит обвинять во всём остальных… — дважды кашлянул Повелитель. — Дядюшка-наставник, да не торопитесь вы так. Жизни этого мальчишки ничего не угрожает.

— Как это ничего не угрожает? Ты что, ослеп? Угрожает, ещё как угрожает! Сами посмотрите… здесь уже всё почернело, а язык так совсем затвердел. Ваш носитель непревзойдённой субстанции в любое время может стать трупом! Говоришь, мне не торопиться? У тебя с головой всё вообще в порядке?! — старик аж подскочил. Его слюни разлетались в разные стороны. Очевидно, что его действительно беспокоил этот ребёнок, в противном случае, даже с его положением, он не мог бы позволить себе разговаривать с Повелителем Дворца в подобном тоне.

Повелитель кашлянул и, прислушавшись к мнению старика, отдал распоряжение:

— Принесите Священные плоды, живо!

Приняв решение, он не стал больше обращать внимания на этих стариканов. Если начать с ними препираться, то это никогда не закончится, а мальчишка просто откинет копыта.

Послышался хлопок и по всему залу вдруг просочился необыкновенный запах, доставляющий всем вокруг невероятное наслаждение.

Повелитель Дворца лично принёс Священные плоды, подошёл к Цзюнь Мосе и аккуратно очистил маленький плод от кожуры. Внутренняя мякоть вдруг превратилась в чудесную духовную жидкость.

Цзюнь Мосе почувствовал, как его подбородок слегка потянулся вниз, а губы аккуратно приоткрылись. Что-то холодное попало ему в рот, а затем в горло, пищевод… Как сладко, но ни разу не приторно.

«Боже, какая вкуснотень…»

Молодой мастер продолжил держать свой рот открытым в ожидании следующего плода. Так вкусно, что он готов был есть их целый день, и ему бы нисколечко не надоело…

Затем появился другой запах. Нечто холодное снова попало Мосе в рот, а он был только этому и рад. Но кто же знал, что этот плод окажется совсем не похожим на предыдущий…

Молодой мастер еле сдержал свои рвотные позывы, ведь в текущем положении и с такими травмами ему даже лишний раз дёрнуться нельзя… Нужно держать себя в руках!

«Это, мать вашу, Священный плод или барбарис? Фу, да блин, чё так горько?! Да, по ходу, даже барбарис не таким горьким покажется!»

Как раз в этот момент появился ещё один плод. На этот раз вкус у него был ужасно острый: благо со своей небесной культивацией Мосе мог полностью контролировать себя и рефлексы своего тела, иначе бы он уже давно покрылся ручьями пота.

Затем последовал ещё один, кислый плод. Молодой мастер чувствовал своё бешеное слюноотделение.

«Чёрт возьми, это слишком кисло!»

Ещё не успев ничего толком осознать, Мосе почувствовал солёный привкус следующего плода…

В сумме он по очереди съел семь Священных плодов. Вскоре Мосе почувствовал, как в его теле вспыхнуло огромное пламя, исходящее из даньтяня и движущееся по всем конечностям. Невероятная мощь!

Некоторое время это пламя циркулировало по всему его телу, а затем снова вернулось в даньтянь и уже там слилось в более массивный поток.

А уже потом, спокойно и размеренно, вся эта сила распространилась по всем меридианам тела Цзюнь Мосе!

Глава 933. Тонкое актёрское мастерство! Настоящий талант!

Все имеющиеся замаскированные раны и синяки мгновенно восстановились и пришли в первоначальный жизненный тонус! Нужно иметь в виду, что, пусть эти раны и поддельные, однако ущерба от них даже больше, чем от реальной серьёзной травмы! Иначе как бы ему удалось одурачить такое количество опытных мастеров?

После использования Священных плодов все тяжёлые травмы полностью исчезли! Эффект этих необычных фруктов действительно потрясающий!

Почувствовав это, Цзюнь Мосе тайком обрадовался, ведь эффект от этих плодов не только удивителен: они обладают целым рядом преимуществ, подкрепляя и насыщая организм и не нанося ему никакого ущерба.

Другими словами, даже если обычный человек, не обладающий силами Суань, съест семь Священных плодов, то с его не разорвёт на части от такой огромной силы. Такой эффект превосходит многие легендарные чудеса этого мира и даже волшебные таблетки Пагоды Хунцзюнь…

«Если у меня будут эти плоды, то Гуан Квинхан и Дугу Сяо И спокойно смогут их съесть! Весь процесс восстановления проходит без какой-либо помощи извне, Священный плод работает самостоятельно!»

Повелитель и остальные присутствующие внимательно наблюдали за происходящим, одновременно слушая рассказы Бай Цифэна о трудностях и преградах, возникших у них по пути во Дворец.

Сила Священных плодов медленно, но решительно циркулировала в теле мальчика, продолжая нежно восстанавливать и подпитывать его тело. Когда Мосе почувствовал эту силу у себя в груди, то тут же смекнул, что пора бы уже прийти в себя…

Если он не очнётся, то эти стариканы точно выбросят его, приняв за трупак, а если даже не за труп, то точно за «живого мертвяка».

Молодой мастер издал слабый стон, будто пришёл в себя, а затем медленно открыл глаза и обессиленно посмотрел на дюжину лиц, свисающих над его телом. Ещё раз оглянувшись, Мосе изобразил из себя «потерявшегося страдальца» и промямлил:

— Я… где это я? Я… я не умер?

Необходимо отметить, что своей актёрской игрой Цзюнь Мосе в тот момент мог бы побороться даже за Оскар! Потерянность на его лице, страх и паника в глазах, да и ощущение полной неизвестности… были такими яркими и такими настоящими!

Кажется, даже у человека, который действительно сталкивался с подобной ситуацией, были не такие реалистичные эмоции и чувства, как у Мосе.

В эту минуту Цзюнь Мосе действительно мог бы заложить историю общих принципов театрального искусства и стать стандартом в учебной литературе для всех современных художественных колледжей и университетов! Эталон актёрского мастерства!

— Это Туманный Призрачный Дворец! Дружок, тебе намного лучше сейчас? — подошёл один из стариков и улыбнулся.

— А где находится этот ваш Дворец? Это загробный мир? — молодой мастер весь сжался от «страха» и вытаращил глаза: — Осмелюсь спросить, а вы правда лошадиная морда? (1) Я... я… Но я же никогда не делал ничего плохого, что за несправедливость… хнык-хнык…

— Лошадиная морда?

Старик мгновенно помрачнел, а его длинное, как у лошади, лицо будто замерло в недоумении. Стоявшие рядом другие стариканы хотели было рассмеяться, но, к счастью, быстро среагировали и прикрыли свои рты.

Прозвище этого старика «Небесный царь — лошадиная морда». Он был так назван из-за своего необычного по форме лица. И когда мальчишка упомянул про лошадиную морду, всем присутствующим было ну очень тяжело сдержать свой смех.

— А? Вы не лошадиная морда? Да как это возможно? Неужели вы бычья голова? — Цзюнь Мосе посмотрел на него с крайним энтузиазмом: — Но… голова быка не может быть такой длинной, как у вас…

Мосе сделал очень задумчивое и серьёзное лицо:

— По крайней мере, у быка должны быть рога?

— П-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА…

Старики больше могли сдерживаться и рассмеялись, держась за свои животы и безостановочно подёргиваясь в конвульсиях.

Тянь Ван — «Лошадиная морда» весь побагровел и, задыхаясь от злости, завопил:

— Я не лошадиная морда! И не бычья голова! Я — человек, маленький ты засранец!

— Ой! Извините! Простите…

Цзюнь Мосе тут же бросился извиняться и тут же вылепил:

— А? Человек? Вы сказали, что вы — человек? Вы просто слегка походите на животное… Погодите-ка, а разве в загробном мире есть люди? Неужели вы Паньгуань? (2) Я слышал, что он очень похож на человека… А где ваша книга жизни и смерти и ручка, которой вы туда записываете?

***

Старик с лошадиной мордой потерял дар речи и просто выкатил глаза.

— Ха-ха-ха-ха, нельзя винить ребёнка за его слова! — снова раздался оглушительный смех.

За последние почти две тысячи лет этот старикан ни разу не попадал впросак. Кто бы мог подумать, что новый мальчишка окажется таким забавным. Кроме того, он говорит всё это так смущённо и невинно, а оправдания — так вообще, умора полная. Все присутствующие просто не могли не смеяться.

В общем говоря, уже в первый день своего прибытия Мосе удалось отхватить себе все овации, и уже каждый знал о том, что новенький таинственный паренёк принял Туманный Призрачный Дворец за Загробный мир…

А Тянь Вана — за бычью голову и лошадиную морду, а потом вдобавок ещё и за Паньгуана…

Этот инцидент ещё долгое время все увлечённо друг другу рассказывали, а доселе всегда спокойный Туманный Призрачный Дворец стал чуточку веселее…

На третий день после своего прибытия Цзюнь Мосе наконец-то окончательно восстановился!

Такие новости очень обрадовали Цао Гофэна, да и всех остальных мастеров: эффект Священных плодов действительно невероятен, а телосложение обладателя непревзойдённой сущности сильно отличается от обыкновенных людей!

Основная причина такого скорого выздоровления заключалась в том, что Цзюнь Мосе просто не мог столько лежать… Если бы не это, то с его «травмами» ему понадобилось, по крайней мере дней десять постельного режима…

Цзюнь Мосе даже показалось, что он отлежал себе пролежень на заднице…

Вдобавок ко всему, за эти три дня ему не давали спокойной жизни: почти каждый день его приходили навещать какие-то люди. Как только уходила одна волна, тут же наступала другая. Один старикан, у которого уже почти зубов не осталось, был особенно наглым: после тщательно осмотра его тела, он цокнул своим языком от удивления. Ну это-то ладно, это нормальное явление.

Но этому старпёру оказалось мало, и он решил ещё и под одеяло заглянуть. От увиденного старик просто офигел:

— Достойно для обладателя непревзойдённой сущности! Эта штуковина такая огромная… Ух! — Цзюнь Мосе едва не ударил этого извращенца с ноги по лицу… Даже если это простой осмотр, разве в нём не может быть хоть каких-то ограничений?

А что насчёт личного пространства… есть тут вообще хоть какие-нибудь нормы морали и нравственности?

Сейчас молодой мастер сидел в кресле-качалке в небольшом дворике и наслаждался тёплыми лучиками солнца.

Этот двор принадлежал Цао Гофэну.

С тех пор, как Цзюнь Мосе попал туда, он ещё ни разу не покидал его.

Он прибыл совсем недавно, а «непревзойдённая сущность» привлекала слишком много внимания, поэтому Мосе пока не мог произвольно перемещаться. Но самое главное всё же то, что Цао Шенхуан уж слишком пёкся о своём ученике, он даже проверял его каждую ночь по пять или шесть раз, словно маленького ребёнка…

Такое отношение совсем не походит на «наставник-последователь», а наоборот, складывается такое чувство, будто к Цао Гофэну прибыл какой-то древний предок, перед которым он радостно и с удовольствием бегает сутки напролёт.

Если молодой мастер захочет просто исчезнуть посреди ночи, что же будет с Цао Гофэном после того, как он узнает о пропаже его «сокровища»? Его наверняка хватит инфаркт миокарда. Воооот такой рубец…

Помимо этого есть ещё шестеро Шенхуанов, таких как Бай Цифэн. Эти ребята в последнее время стали тут завсегдатаями. Каждый день они засиживались допоздна и никак не могли уйти, а на следующий день приходили снова с первыми лучами солнца.

Конечно, у этих Шенхуанов были лишь благие намерения: «Бедный мальчик, целыми днями приходится лежать, ему так тяжело, так одиноко, так скучно… Поэтому мы, естественно, должны составить ему компанию… И не втроём, не вчетвером, а сразу вшестером…»

Они и не подозревали, что их дотошное присутствие уже скоро реально сведёт в могилу бедного паренька…

Спокойно вдыхая здешний воздух, Цзюнь Мосе почувствовал, что Туманный Призрачный Дворец на самом деле мало чем отличается от материка Суань!

Цао Гофэн сидел рядом и не мог налюбоваться на своего прелестного ученика. Он так и не провёл никакой специальной церемонии посвящения в последователи, полагая, что все эти ненужные формальности излишни. Разве отсюда убежишь? Да и кто вообще осмелиться сунуться в Туманный Призрачный Дворец?!

Раз сам Повелитель не стал отбирать этого мальчишку, то остальные уж точно такой мысли не допустят!

— Это и есть легендарный Туманный Призрачный дворец? А он не такой, каким я его себе представлял! — Цзюнь Мосе, казалось, просто болтал вслух.

— Туманный Призрачный Дворец — это изолированное пространство! Несмотря на то, что он и материк Суань находятся в разных измерениях, на самом деле основная природа и сущность этих пространств ничем не отличаются! — Цао Гофэн был очень рад рассказать что-то своему ученику, один разговор с его «сокровищем» доставлял ему неимоверное счастье, которое не описать словами…

— Когда-то давно Первый Шао вернулся из своих скитаний и с помощью своих чудесных навыков создал это измерение. Он изначально планировал путешествовать в другие места именно отсюда… — на лице Цао Гофэна проявилось глубокое уважение. С тех пор как Мосе услышал о Первом Шао, он впервые встретил человека, проявляющего к нему такое почтение.

Цао Гофэн продолжал:

— Но позже было обнаружено, что открытое им пространство, помимо возможности соединиться с континентальным пространством материка Суань, больше ни с чем соединиться не может, а это пошло вразрез с его первоначальными планами и в конце концов это место осталось свободным… Оно просто превратилось в его тайное место для хранения каких-то личных вещиц… То дерево семи Священных плодов как раз Первый Шао сам и посадил…

Цзюнь Мосе хмыкнул и тайком скривил рот. Этот Первый Шао, должно быть, действительно однажды побывал на Земле и понял, что там оставлять свои сокровища слишком опасно, поэтому вернулся и создал свой собственный тайник…

Что же касается священных плодов, то, скорее всего, он готовил их для своей жены, ведь его жена, в конце концов, ушла с ним. Даже если его собственная сила не имела границ, то у остальных такой силы не было, поэтому им были необходимы эти Священные плоды и их невероятные свойства… Это суждение наверняка должно было быть верным!

Единственная проблема была в том, что Первый Шао хотел нарисовать тигра, а получилась «собака» в виде огромного пространства, которую впоследствии он еще много раз совершенствовал… Добившись подходящего уровня, он развернул здесь первозданный хаос, а затем и все пять стихий, небесные тела, создавая тем самым собственную вселенную…

«Я слышал, что первым предком Туманного Призрачного Дворца был ученик Первого Шао, но оказалось, что эти легенды врут. Это был сам Первый Шао…»

(1) В буддийской мифологии есть два служителя в загробном мире, один с бычьей головой, а другой с лошадиной мордой.

(2) Чиновник при владыке подземного царства, ведущий учет жизни и смерти).

Глава 934. Особое обхождение

Из рассказов Цао Гофэна можно было сделать вывод о том, что Первый Шао — ещё тот безумец. Он просто взял и создал отдельное личное пространство, чтобы с помощью него спокойно путешествовать в другие измерения. Действительно — невероятная работа… Цзюнь Мосе даже преклонил голову перед этим древним болваном…

— Короче говоря, между этим пространством и материком Суань нет абсолютно никакой разницы. Можно сказать, что Туманный Призрачный Дворец — это ещё одна большая вселенная! Может, по площади он немного поменьше материка Суань, но лишь совсем на чуть-чуть! — Цао Гофэн улыбнулся и сказал: — Услышав название «Туманный Призрачный Дворец», можно подумать, что это всего-навсего крохотная резиденция… Но это совсем не так! Разве можно вообще сравнивать наш Дворец с этими убогими тремя Священными землями?

Цао Гофэн говорил очень гордо и величественно, но Мосе воспринял его слова как обыденность.

Туманный Призрачный Дворец контролирует огромный мир, а что есть у трёх Священных земель?

— За последние несколько дней я через многое прошёл… Так настрадался… Сейчас бы не помешало прогуляться, что скажете — можно или нет? — спросил Мосе.

— Нет проблем! — Цао Гофэн охотно согласился. — Но твой организм ещё слаб, так что не стоит уходить слишком далеко. Я отправлю с тобой ещё пару человек. Но ты там не переусердствуй и возвращайся пораньше.

— Хорошо, — машинально ответил Цзюнь Мосе, даже толком не слушая слова «наставника». — Здесь есть какое-нибудь определённое деление по территориям? А то не очень удобно двигаться в неизвестном направлении…

— Да, есть кое-что, что нужно помнить… Это главный дворец, сейчас туда лучше не ходить, — настойчиво сказал Цао Гофэн. — Это то место, куда мы тебя изначально принесли. Главный дворец — опора этого мира. Там находятся бесчисленные редкие сокровища — наследие самого Первого Шао, однако… это место также таит в себе много опасностей!

Он сделал серьёзное предупреждение:

— Если кто-то захочет приблизиться к дворцу — то тут же будет уничтожен… и не важно, кто это! Даже если мой ученик или обладатель непревзойдённой сущности — стражи не пощадят абсолютно никого! Ты прибыл совсем недавно и еще толком не знаешь всех правил… Случись что, даже я не смогу тебе ничем помочь.

— Ого… А этот главный дворец — это то место, где растут Священные плоды? — невинно спросил Цзюнь Мосе. — Эти штуки такие отвратительные! Даже хуже, чем яблоки, они только пахнут приятно, а вот на вкус… бе-е-е, блевать хочется. Неужели в мире есть кто-то, кому нужны эти невкусные фрукты?

— Дурень! Что ты несёшь! — Цао Гофэн был шокирован. — Эти плоды — сокровище нашего Дворца! Ты даже представить себе не можешь, сколько людей мечтает их заполучить! Ещё и болтаешь тут, что они невкусные! Я тут уже восемьсот лет, но мне так ни разу не удалось вкусить эти плоды! Тебе, парниша, ой как повезло…

Цао Шэнхуан сделал небольшую паузу, а затем продолжил:

— Однако дерево со Священными плодами находится не в главном дворце… Ты ведь вырос в горах? Так как, по-твоему, дерево может расти во дворце?

— Но во дворцах всегда имеется задний двор и сад. Это же элементарно… — ответил Мосе.

— Элементарно? Да ты ни черта не знаешь! Обычного сада будет недостаточно, чтобы вырастить столь прекрасные деревья! Кто видел, чтобы высокие деревья сажали в пределах дворца? — Цао Гофэн был в лёгком недоумении.

— О-о-о, должно быть, это дерево и правда большое, — добавил Мосе.

— Ну, а как иначе! Этому дереву уже десять тысяч лет, так может ли оно быть маленьким? Даже женьшень за такой долгий срок может вымахать с человеческий рост! Более того, эти деревья со Священными плодами были посажены уже в возрасте несколько тысяч лет!

— Тогда… если прошло уже столько времени, то плоды должны были созреть и упасть, превратившись в новые саженцы. Сейчас там наверняка уже огромный фруктовый сад! Так почему же с вашим высоким положением вы всё ещё не пробовали их? Это как-то нелогично получается! — упорно косил под дурачка Цзюнь Мосе.

— По-твоему, это яблоня или боярышник? Такие деревья требует особого ухода и содержания! До сегодняшней поры нам удалось успешно культивировать только два дерева, и то они кое-как прижились! А что тогда говорить о их плодоносности… Каждые пятьсот лет на одном дереве созревает только партия из семи плодов, то есть, в общем, с обоих деревьев выходит четырнадцать! Другими словами, если на один приём уходит семь штук, то получается, что за пять сотен лет мы получаем лишь две партии Священных плодов! Половина уже была потрачена на тебя, а ты тут разводишь всякую пустую демагогию! — Цао Гофэн разозлился.

— Так мало? Как их может быть так мало?! — в ужасе воскликнул Цзюнь Мосе. На этот раз он не притворялся! Всего две партии за пятьсот лет… это слишком мало! Даже дынная груша Святого Чжень Юаня даёт по тридцать штук за один раз… не говоря уже о бессмертных персиках из садов богини Сиванму…

Две партии… Как этого может хватать? Кажется, сейчас вообще осталась лишь одна…

— Эта вещь — естественное природное сокровище! А ты думал сколько? — Цао Гофэн пришёл в раздражение. — Вдобавок ко всему, последние пару тысяч лет мы обязаны отдавать одну партию трём Священным землям. Это всё ради поддержания дара предвидения Цяо Ин и победы в Битве за Захват Небес… То есть каждые пятьсот лет у нас на руках остается лишь один «комплект» Священных плодов! За несколько тысяч лет мы смогли накопить только три или четыре партии. Ты уже съел одну, так что тебе ещё надо?

Цзюнь Мосе в ступоре уставился на помрачневшего Цао Гофэна!

«Если так… то я использовал их понапрасну? Даже если я заберу их все… трёх партий будет недостаточно… да и потом придётся всю жизнь скрываться от мести Туманного Призрачного Дворца…»

Если бы Цао Гофэн мог прочитать его мысли, он наверняка вышел бы из себя и сразу же выбросил его за ворота!

Это ведь, как бы так выразиться… Общее удовольствие, и всё, соответственно, делится поровну…

— Иди и развейся. Ты теперь надолго тут. Обычно тем, кто не достиг Суань Духа, запрещено куда-либо уходить, а если всё-таки и ушел, то нужно хорошенько скрывать свою личность… — Цао Гофэн улыбнулся и сказал. — На самом деле, между нами и материком Суань нет большой разницы. Здесь тоже имеется свой материк Суань. Имей в виду, что здесь не стоит вести себя опрометчиво и нагло, всё строго прослеживается.

— Серьёзно?! — Цзюнь Мосе стало очень любопытно: — А сколько вообще людей в Туманный Призрачный Дворце?

— Точной оценки нет, но несколько миллионов точно наберётся, — сказал Цао Гофэн: — Ах, да, кстати — тебе нужно ещё кое-что помнить, пока ты будешь гулять. Есть некоторые личности, которых лучше не провоцировать. По крайней мере, пока твоя сила на таком уровне как сейчас.

— Не стоит провоцировать? — брови Цзюнь Мосе вдруг невольно подскочили: — А что это за люди? У них очень много силы и влияния?

— Даже моему ученику не стоит к ним лезть, у них действительно огромная мощь. Первый и самый главный — молодой парень, что сутками ходит только в чёрной одежде. Его зовут Чжань Юшу, он является потомственным наследником и внуком главного председателя Туманного Призрачного Дворца — Чжань Тяня. Можно сказать, что Чжань Тянь имеет здесь огромный вес, а его совершенствование уже давно превосходит уровень обычного Шенхуана. Однако у старика есть один недостаток — он очень любит покрывать свои и чужие ошибки, в особенности, если они касаются его внука. Поэтому во дворце очень мало смельчаков, которые полезут к Юшу, а если и спровоцируют, то только по особой на то причине. Никто не захочет создавать себе огромные неприятности из-за пустяка… — Цао Гофэн слегка вздохнул. — На самом деле не только Чжань Юшу, но и остальных членов этой семьи лучше не трогать, ведь помимо того, что они имеют определённое влияние на здешнее правительство, эта семья является одной из главных родовых кланов в Туманном Призрачном Дворце. А так, если не считать постоянные покрывательства, Чжань Тянь очень неплохой старейшина…

Цзюнь Мосе кивнул и сказал:

— Чжань Юшу, молодой человек в чёрном, я запомнил.

Цао Гофэн с удовлетворением улыбнулся, думая, что его ученик и правда намотал всю информацию себе на ус и не станет связываться с Чжань Юшу. Однако он не подозревал, что рассказы о Священных плодах, а именно их мизерное количество, уже давно вывели молодого мастера из себя. Так что теперь ему срочно нужно выплеснуть весь этот гнев, иначе как же он сможет избавиться от гнетущей печали в его сердце?

«Не провоцировать? Тьфу! Да я весь этот дворец спровоцирую, и что мне сделает этот ваш вонючий Чжань Юшу?»

— Вы только что сказали, что таких людей несколько, так что насчёт других? — с интересом спросил Цзюнь Мосе. Выражение его лица было очень серьёзным и слегка невинным. Казалось, что он действительно собирается запомнить и решительно не провоцировать этих людей.

На самом же деле он собирался их вех запомнить, чтобы обязательно, при первой же возможности, спровоцировать на конфликт. Даже если ему не представится удобный случай, он всё равно сам создаст его!

Мосе хочет устроить здесь полный хаос, а затем просто быстренько и бесследно свалить…

— Есть ещё один человек. Это тоже молодой юноша, но в сравнении с Юшу, об этом пареньке ходит не так много славы, поэтому он на втором месте. Хотя по факту он будет даже покруче, чем Чжань Юшу. Этот юноша не станет опрометчиво вступать в бой, но если уж вступил, то его противнику так легко не отделаться. Его решительности можно только позавидовать, своими атаками он наносит только смертельные удары. А ещё этот парень очень похотлив. Поэтому тебе стоит обратить на него особое внимание, особенно… С точки зрения женщин. Не вступай с ним в перепалку, он от этого сильно заводится! Помни, что твоя цель — достигнуть пика своего совершенствования, а не какие-то там бабы! — голос Цао Гофэна слегка изменился, казалось, будто эта тема ему наскучила: — Ты — обладатель непревзойдённой сущности, и в Туманном Призрачном Дворце всем это уже давно известно, так что снаружи к тебе определённо проявят очень много внимания. Мы-то, старики, знаем о твоём скрытом потенциале, а вот молодёжь… Эти балбесы точно не смогут смириться с твоим превосходством. К тому же… с такими природными данными у тебя будет еще много девушек.

Цао Гофэна смотрел на Мосе, как на своего талантливого и красивого сына, которому вообще нетрудно отыскать достойную невесту, его прям распирало от гордости:

— Ты можешь выбирать или не выбирать. Просто помни, что сейчас ты ещё полностью не оправился. А вот после выздоровления тебя ждёт куча посетителей — будет много предложений со сватовством, вот увидишь…

Цзюнь Мосе слегка опешил: «Это ведь просто непревзойдённая сущность, ну пусть это и своего рода чудо, но он ведь просто обладатель этой сущности, только и всего! Это как группа крови и резус-фактор на Земле, ничего особенного в них ведь нет. Но здесь это такой лакомый кусочек…»

Глава 935. Третий неприкасаемый!

Это, это, это… просто уму непостижимо!

Кто бы мог подумать, что немало людей захотят отправить своих дочек к воротам дворца… отношение, как к Императору! Да что там, даже Император вряд ли заслуживает такого обращения, по крайней мере, ему не посылают волшебных разноцветных плодов, когда он ранен!

— Что? Тебе кажется это странным? — Цао Гофэн рассмеялся: — Такое обращение не может не удивлять! Нужно лишь, чтобы дарованные тебе небом таланты достигли прогресса, для этого понадобится не так много времени. Ты немного подрастёшь, и Повелитель созовёт для тебя «ярмарку сотни цветков».

— Ярмарку сотни цветков? — удивлённо переспросил Цзюнь Мосе.

Ему не было ничего известно об этой ярмарке.

— Ярмарка сотни цветков… это когда Повелитель должен будет со всех окрестностей Призрачного Дворца созвать для тебя конкурсанток! — Цао Гофэн с радость просветил его: — Из всех девушек Призрачного Дворца будут отобраны лучшие из лучших, целая сотня девиц определённого возраста; и ты будешь должен выбрать себе спутницу на всю жизнь. Согласно мирским стандартам можно выбрать семь девушек. Как говорится, три жены и четыре наложницы… разумеется, если ты пожелаешь больше семи, хоть всех, это тоже разрешено.

— Ещё приятности? — Цзюнь Мосе был потрясён: «Я должен сделать выбор? Из самых прекрасных красавиц Призрачного Дворца… О небеса! О земля! О боги!»

Это тоже потрясающие новости!

— Разумеется, сначала тебе нужно достигнуть значительных успехов. Если не достигнешь обязательных стандартов, то и думать забудь об отборе конкурсанток, — Цао Гофэн с любопытством уставился на Цзюнь Мосе, пытаясь рассмотреть его реакцию. — Парнишка, ты считаешь, что этих стандартов так легко достигнуть? Я скажу тебе, в Призрачном Дворце с древних времен и до настоящего времени было всего лишь двое человек, которым посчастливилось насладиться таким обращением.

— За сто тысяч лет было только двое? — Цзюнь Мосе удивился, а потом расслабился: вознаграждение, в самом деле, очень велико, потому и стандарты так высоки!

— Двое, это уже и так немало. Эти двое тоже обладали мифической сущностью. Конечно, не такой непревзойдённой, как у тебя, но всё же. Один из них был обладателем иллюзорной сущности, а другой — прозрачной, семь тысяч лет назад они все вместе погибли в схватке с Седьмым Шао! А их приемники пять тысяч лет назад получили фатальные ранения в битве с Девятым Шао, после чего скончались! — Цао Гофэн сверкающими глазами посмотрел на Цзюнь Мосе — Посмотри сейчас на ужасающий уровень силы Четырнадцатого Шао — и поймёшь насколько могущественными воинами были те двое!

Цзюнь Мосе выпучил глаза. В этом мире оказывается были такие талантливые люди!

Насколько крут Четырнадцатый Шао? Располагая только небольшой частью от общего количества всех своих сил, он смог справиться с нападением более двух десятков Шенхуанов! К тому же перебить немало из них, а потом получить ранение и всё равно сбежать! Сейчас он полностью восстановил свои силы, и по праву заслуживает звания «Первого в Поднебесной»!

Поскольку Седьмому Шао и Девятому Шао тоже удалось попасть сюда из Подземного мира, стало быть, они ненамного уступали нынешнему Четырнадцатому Шао!

Оказывается, в Призрачном Дворце были люди, способные бороться с ними в одиночку, и к тому же привести к такому исходу, что они погибли вместе! Можно представить какой невероятной силищей они располагали!

Цао Гофэн важно посмотрел на него:

— Сущности, о которых я говорил, тоже уникальны по своему составу, но всё же кардинально отличаются от той, которой ты обладаешь! Когда ты занимаешься тренировкой Суань, в первую очередь стоит обратить внимание на состояние твоих природных данных, потом на склонность к подавлению и страху! — произнёс Цао Гофэн. — Мало одного упорства! Возможно, для Суань Духа этого ещё достаточно. Но если ты стремишься к более высоким уровням, это попросту будет невозможно. Поэтому ты получил такое уважение от дворца! — Цао Гофэн строго сказал: — Призрачный дворец способен предоставить тебе самые лучшие условия проживания, самые лучшие вещи, даже самых лучших женщин! Но… ты должен выполнить одно условие, дворец должен быть доволен твоими результатами! Хорошо старайся, мальчишка. Учитель возлагает на тебя большие надежды, — Цао Гофэн рассмеялся.

— Тогда, те двое счастливчиков… Как они делали выбор во время ярмарки сотни цветков? — Цзюнь Мосе с любопытством спросил.

— Те двое как раз впали в крайности, — на уголках рта Цао Гофэна появилась лёгкая улыбка: — Один из них, «Ветер и иней» Чхэн Фэншуан, из сотни красавиц выбрал себе всю сотню, и ещё приговаривал, что ему этого недостаточно!

— Выбрал себе всю сотню красавиц! И ему ещё было этого мало? — Цзюнь Мосе выпучил глаза: — Это же тоже слишком много, он получил их? Да даже в гареме Императора самое большое может быть семьдесят две наложницы, наверняка меньше сотни! Этот старейшина, забрав себе столько красавиц, он не боялся, что… может не выдержать и ноги протянуть?!

— Про это ничего неизвестно… — Цао Гофэн немного покраснел. В конце концов, обсуждать этот вопрос со своим учеником… совсем не годится.

— А что другой?

— Другой, «Ледяной нож» Дугу Пхяолин. Он, на удивление, никого не выбрал. После того, как он получил тяжёлое ранение, он вернулся в Призрачный Дворец, чтобы восстановить свои жизненные силы, и на протяжение всей своей жизни не подпускал к себе ни одной женщины. Так и прожил одиноким стариком до конца жизни! — на лице Цао Гофэна появились искренние уважение и почтение: — Вот, что значит настоящий воин! За всю его жизнь у него не было ни друзей, ни близких, единственным верным товарищем ему был его клинок!

— Выдержка что надо, но, однако, не слишком ли это? Такая жизнь бессмысленна и пуста. У каждого в жизни есть своя мечта, а тут ни чувств, ничего, так пресно и неинтересно! — сказал Мосе с презрением в голосе.

— Разве стойкая выдержка длиною в жизнь — это не своего рода мечта и цель? Даже очень упорная цель! — Цао Гофэн, не шутя, сказал: — Именно поэтому старейшина Дугу имел прекрасную выдержку! Тебе есть чему поучиться у него!

— Однако разве тот Фэншуан, когда нашёл столько жён, не достиг этого предела? И ещё легендарный непобедимый Первый Шао, разве у него тоже не было много жён? — Цзюнь Мосе посмешил возразить ему.

— Ну… — лицо Цао Гофэна помрачнело: — Так, кажется, ты хотел выйти прогуляться? Что же ты не пошёл? Тогда давай, посиди здесь со мной, — он попытался прикрыть смущение вспышкой гнева…

Так как ему было неловко отвечать на этот вопрос.

Сколько точно жён было у Первого Шао, никто не знает. Однако, что у владыки Фэншуана было такое огромное количество жён — давно ни для кого не тайна, только разве стоит ли говорить мальчишке, что этот Чхэн Фэншуан был хорош в технике «Забора сил из чужого тела»? Постельное искусство было для него коньком, и главное, чем больше жен, тем его способности выше!

А что делать, если этот мальчишка потребует того же самого? Это ведь не шутки! Он же ещё мальчишка, мало кто надумает чего? Фантазии какие…

— Не хотите отвечать, не отвечайте… не надо сердиться! А, кстати — вы же мне так и не сказали про третьего человека, к которому нельзя прикасаться! Есть первый, второй, наверняка должны быть третий и четвёртый! — Мосе тактично сменил тему разговора.

— Есть только три человека, которых нельзя трогать… Что касается третьего человека… Третий неприкасаемый человек… — Цао Гофэн слегка улыбнулся: — Этого человека действительно нельзя трогать! Этот человек — молодая девушка, самая младшая внучка Повелителя Призрачного Дворца. Горячо любимый ребёнок всего Призрачного Дворца! И тебе, негодник, лучше подальше держаться от неё. Так как вне зависимости, в какой сфере ты прикоснёшься к ней — исход будет один. Будь готов к тому, что с тебя заживо сдерут кожу! Даже то, что ты обладатель непревзойдённой сущности, не даст тебе никаких поблажек!

— Так строго? — Цзюнь Мосе вытянул голову.

— Строго — это ещё мягко сказано! — Цао Гофэн боялся, что его чересчур легкомысленный ученик может поплатиться собственной жизнью за своё любопытство, поэтому сказал, как отрезал: — Есть одна тайна, связанная с этой девчонкой. Помимо тебя, за последние несколько тысяч лет только она ела разноцветные плоды, вместе с главным богатством Священного дворца, цветками Искусного Лотоса. Главная причина не в её высоком происхождении, а в том, что сущность её тела состоит из морозного воздуха, такое встречается только раз в несколько тысяч лет! О сущности из морозного воздуха ты, должно быть, мало что знаешь, и вряд ли поймёшь, даже если я и попытаюсь тебе всё подробно объяснить. Этот вопрос затрагивает слишком много тайн и сведений о путях циркуляции жизненных сил, тебе сейчас этого не понять. Всё, что ты должен знать — сущность этой девушки совсем не уступает твоей непревзойдённой сущности! Поэтому её ни в коем случае нельзя трогать!

— Женская субстанция морозного воздуха… — глаза Цзюнь Мосе сверкнули, Пагода тотчас же ответила на его запрос:

«Женская сущность морозного воздуха — тело с высшим проявлением Инь, уникальная и редкая. Примечание: тело девственницы, невинное, первая любовь, искренне, от всего сердца; необходимое условие — полная взаимность обеих сторон! Принуждение не только бесполезно, но и может вызвать ответный удар Суань, при котором смертельная опасность грозит как мужчине, так и женщине».

«Про девственность и невинность ещё понятно. Что же до первой любви… другими словами, девчонка обязательно должна быть влюблена… — Цзюнь Мосе невольно задумался… — Полная взаимность обеих сторон? Интересно, но надо сначала посмотреть… Может она и не в моём вкусе? Авось, страхолюдина какая-нибудь, там и думать нечего…»

— До твоего появления, она была единственной надеждой и опорой для Призрачного Дворца!

Глава 936. Мо Цзюнь

— Поэтому, если с тобой ничего не случится, значит и с ней всё будет в порядке! Кроме того, она обладает особым положением, она — юная принцесса Призрачного Дворца! Стало быть, будет немного важнее обладателя непревзойдённой сущности… — Цао Гофэн немного поахал, словно кто-то давил на его ученика, а он был не в состоянии дать отпор… мало в этом приятного, конечно… — И самое главное — если ты обидишь или как-то оскорбишь её, не говоря уже о другом, тогда ты точно можешь забыть о разноцветных плодах! — Цао Гофэн предостерегающе сказал. — Так как её мать и отец сейчас являются управляющими главного ботанического сада чудодейственных растений нашего Призрачного Дворца.

— А? — Цзюнь Мосе испугался, и про себя подумал: «Первым двум я ещё могу жизнь подпортить, но третьей никак не должен…»

— Кстати, вы ещё не сказали мне, как зовут эту прародительницу? И как она конкретно выглядит? Если я буду хоть что-то знать о ней, тогда я сразу пойму, что к чему! — Цзюнь Мосе воспользовался удобным случаем, и расспросил о подробностях.

— Прародительница? Ах ты, негодник, уже прозвище успел придумать ей? Но, однако, должен признаться — это имя вполне уместно! — рассмеялся Цао Гофэн и покачал головой.

— Разве вы не сами сказали, что никто не имеет право тревожить её! Чем она не прародительница? Лучше скажите, как она конкретно выглядит. Страшная или красавица, я же не могу оградиться от всего женского пола! Люди подумают, что у меня совсем с головой проблемы! — Цзюнь Мосе сейчас было очень интересно побольше узнать об этой «прародительнице».

Ботанический сад чудодейственных растений — это название звучит действительно очень поэтично. Однако самое главное, что дерево с разноцветными плодами произрастает именно в этом месте. К тому же, по-видимому, не в единичном экземпляре. Это действительно ужасно редкая и потрясающая дорогая вещица.

До этого Мосе был очень расстроен, он почти испытывал отчаяние, но…

Сейчас он вдруг вспомнил о своих удивительных способностях — силе пяти стихий!

А особенно о стихии дерева, которой он не пользовался уже очень и очень давно!

Подумав об этом, его настроение улучшилось в один миг! Возможно, в чужих руках плоды этого дерева будут созревать около пяти сотен лет, но у него… главное — это достаточно энергии для питания, и в месяц оно будет плодоносить до трёх с половиной сотен раз!

Тогда эти плоды станут совершенно обыкновенными фруктами, и будут наполнять собой тарелки в гостиной просто на раз-два! Сейчас эти слова кажутся невероятными, вряд ли осуществимыми, соответственно, что это может означать?

Поэтому-то Мосе непременно должен попасть в этот сад. Меры предосторожности там на высшем уровне… Независимо от того, насколько Мосе будет осторожен, но он ни за что не должен навредить этой прародительнице, иначе у него может появиться очень много неприятностей…

Вне зависимости от различий этих миров, они оба имеют одно общее знание, среди женщин редко встречаются не расчётливые особи… Максимум — часть женщин просто выглядит немного соблазнительнее других…

Если нечаянно обидеть эту прародительницу, неприятностей будет немного больше, чем дохрена!

Поэтому, если возникнет такая необходимость, а эта девчонка будет не страшненькой, молодой мастер Цзюнь может пожертвовать собой… Пусть даже заделаться подкаблучником…

— Эту девчонку зовут Мяо Сяомяо. Обычно она одевается в светло-жёлтые рубашки. Она не только от природы талантлива, но очень красива внешне, можно сказать — первая красавица среди молодого поколения Призрачного Дворца! Только вот характер немного диковат. Редко кого подпускает к себе, но это даже и лучше, как раз уменьшает возникновение неприятностей, — когда Цао Гофэн рассказывал про Мяо Сяомяо, на его лице появилась заботливая улыбка. Очевидно, что она ему очень нравилась, он относился к ней с любовью и заботой, чего не скажешь о Цзюнь Мосе. По-видимому, таких тёплых чувств к нему он не испытывал.

— Мяо Сяомяо… первая красавица… — Цзюнь Мосе вдруг задумался: получится ли у него в этот раз заполучить и богатства, и девушек? Когда он думал об этом, у него почти потекли слюни, и он пробормотал: — Раз уж такая красавица, пожалуй, мне стоит найти время, чтобы сходить и заценить её красоту, тогда…

Услышав эти слова, Цао Гофэн тотчас же пришёл в бешенство, схватил Мосе за ухо и гневно прокричал:

— Подлец! Если посмеешь что-то сделать, я тебе гарантирую, что все старейшины нашего Призрачного Дворца так тебя «заценят» — мало не покажется!

Цзюнь Мосе даже сам и не понял, что сказал это вслух, а теперь ему пришлось поплатиться за свои слова. Сейчас он был ранен, поэтому не мог увернуться, и ему пришлось принять удар Цао Гофэна.

- Эй, старик, да что ты творишь, там и ещё там! В таких местах я даже матушке своей не разрешаю себя трогать, поосторожней…

Цзюнь Мосе был больше, чем недоволен, ещё и услышав жестокие слова от Цао Гофэна, ему стало очень неприятно на душе, в мгновение его задница напряглась, а прямую кишку свело в судорогах, всё тело обдало холодным потом…

Вдруг Цао Гофэн задумчиво спросил:

— Слышишь, негодник, сколько лет тебе исполнилось в этом году?

Цзюнь Мосе смущённо ответил:

— Мне восемнадцать… Все говорят, «цветущий возраст»… Как вы мне собираетесь устроить ярмарку сотни цветков?

— Пшёл вон отсюда! — Цао Гофэн со злостью, и через смех пнул Мосе по заднице. Цзюнь Мосе вскрикнул и, воспользовавшись случаем, вышел наружу.

Цао Гофэн, глядя ему вслед, пробормотал:

— 18 лет… значит, младше той девчонки на год… должно быть, и так сойдёт… Однако же те двое так пристально глядят за ней, так что не может быть легко. Ученик мой, порезвись и возвращайся, только не надо создавать проблем для учителя. Боюсь, тогда я мало чем смогу тебе помочь…

Вынырнув из малого двора, Мосе сразу же почувствовал лёгкость во всём теле. Словно дракон снова вернулся в дикое и необъятное море, на душе было спокойствие и радость.

Цзюнь Мосе немного прошёлся, и невольно начал мурлыкать себе под нос какую-ту песню, смысл которой был понятен лишь ему: - С головы сорвал… Ветер мой колпак… Я хотел любви, но выыышло всё не так… Знаю я — ничего в жизни не вернуууть… И теперь у меня один лишь только пуууть! Тьфу, слишком депрессивно!

Продолжая напевать свою песенку, он вышел через главные ворота. Обе руки он держал за спиной и мотал головой в разные стороны.

По следам за ним шли двое мужчин с каменными лицами. Они тоже были учениками Цао Гофэна и сейчас отвечали за безопасность Цзюнь Мосе.

Но сейчас, конечно, ему пришлось сменить своё имя, он стал называть себя «Цзюнь, по фамилии Мо».

Мо Цзюнь. Он сменил имя, однако в душе остался тем же самым… его злость и коварство никуда не делись…

Они медленно шагали, а потом оказались на узковатой дорожке. Отсюда было видно, что дальше намного оживлённее. Повсюду, как трава после дождя, разрасталось множество трактиров, оттуда доносилась приятная музыка, были слышны голоса, изредка доносились звуки оживлённой улицы, выкрики, смех, жужжание… Этот пейзаж нисколько не уступал ни Тяньсяну, ни Цзюйхуа…

— Впереди город? Или, может, базар? — Цзюнь Мосе повернул голову и обратился к своим охранникам.

Эти двое немного посмотрели на него и с теми же каменными лицами ответили:

— Наш Туманный Призрачный Дворец всего насчитывает семь городов. Город Туманных грёз, город Фантастических грёз, город Фиолетовых грёз, город Золотых грёз, город Кровавых грёз, город Небесных грёз и город Сердечных грёз. Местность, в которой мы сейчас находимся, относится к центральному району, а, если быть точнее — к городу Сердечных грёз! В нескольких километрах отсюда находится граница с зоной проживания обычных людей. Центральный дворец нашего Призрачного Дворца имеет всё необходимое для жизни, и в этом же месте производятся закупки.

Мосе кивнул головой.

Другой охранник добавил:

— Молодые господа и барышни из Призрачного Дворца имеют немного знаний о привычках и традициях обычных людей, и потому часто приезжают повеселиться сюда. Отсюда здесь такое большое сосредоточение людей, шум и гам, — говорил он, очевидно, с предостережением. Наверняка он получил особое распоряжение Цао Гофэна следить за тем, чтобы Мосе ни во что не вляпался.

— Я всё понял. Спасибо за информацию, брат, — Цзюнь Мосе улыбнулся и спросил: — Кстати, я слышал про ботанический сад чудодейственных растений от Цао Гофэна… Скажите, в каком городе он находится?

Охранник равнодушно ответил:

— Сад целебных трав… Пожалуй, вам лучше не знать об этом… — он немного помолчал, подумав, что его слова прозвучали несколько грубо, и добавил: — Ботанический сад целебных трав всё равно находится не в этом городе. И даже не на территории Призрачного Дворца!

«Не, ну мать твою налево и ногой с разворота! И как это понимать? Не в Призрачном Дворце? Неужто на материке Суань? Тогда зачем же я сюда приперся? Прогуляться? Осмотреться?»

— Не в Призрачном дворце? Неужто где-то за его пределами? Неужели где-нибудь на материке Суань?! — Цзюнь Мосе сделал очень удивлённый вид и спросил.

— Разумеется, на территории Призрачного Дворца, однако не в этом пространстве, — охранник пристально посмотрел на него несколько секунд, а потом подробно разъяснил.

— На территории Призрачного Дворца, однако не в этом пространстве. Что это ещё значит?! — Цзюнь Мосе задумчиво спросил: — Неужто в Призрачном Дворце есть несколько особых пространств, и одно из них специально предназначено для хранения целебных трав? И это пространство носит название «Ботанический сад чудодейственных растений»?

— В общем, примерно так. Молодой господин очень умён. Действительно, достойный носитель непревзойдённой сущности, — оба охранника похвалили его, но Мосе смог почувствовать, что в их словах не было и намёка на искренность.

«Судя по всему, я не очень-то нравлюсь этим двоим», — Цзюнь Мосе про себя вздохнул и подумал: — «Кажется, я забрал их место, и им очень это не нравится. Но… разве обязательно специально показывать своё недовольство? Таким поведением они сами навлекают на себя неприятности, разве не так? Надо сделать так, чтобы старейшина Цао обязательно узнал об этом, они должны поплатиться за это!»

В мгновение ока эти трое добрались до города: Цзюнь Мосе в этот момент словно превратился в ахающую и охающую бабку, он озирался по сторонам и цокал языком от удивления.

Глава 937. Городские смотряги?

А причина была в том, что как только Цзюнь Мосе ступил ногой в этот город, у него возникло чувство, будто он вернулся в Тянсян, а в Аристократическом Зале его, как обычно, ждёт толстяк Танг.

Здешние места действительно ничем не отличались от внешнего мира… Двое сопровождающих стояли позади и молча переглядывались, в их глазах можно было отчётливо увидеть сильные нотки презрения.

«Обладатель непревзойдённой сущности? Тьфу! Да это же самая настоящая деревенщина, ни разу не видавшая большого города. Да он, по ходу, и мир не видел. Боги слепые, раз одарили этого чудилу столь прекрасной сущностью… Какое расточительство…»

Увидев продавца овощей, Мосе снова остановился на радость своим провожатым:

«Твою за ногу, ты и овощной лавки что ли не видел?»

Это была главная улица города Сердечных грёз. По обеим её сторонам располагались разные палатки, где можно было приобрести художественные и ремесленные изделия — маленькие гравированные птички выглядели ну точь-в-точь как настоящие! Кроме того, там располагались лавки с различной едой, свежими фруктами и овощами. Игрушки и всякого рода безделушки по обе стороны фасада были ещё более ослепительны — на любой вкус и цвет.

Бесчисленное количество винных вывесок и табличек тянулись вдоль по улице — внушительное зрелище, ничего не скажешь. Женские ароматы импульсами проходили мимо, одурманивая всех вокруг. Изредка слышался женский кокетливый смех — а вот и публичный дом… Можно было увидеть безукоризненно разодетых мужчин, входящих внутрь, а также и тех, кто с довольными физиономиями плавно выплывал наружу… Поток клиентов в рестораны, отели и таверны был бесконечным, а запах вина переполнял всю улицу…

— Какое великолепие! Какая праздность! — Цзюнь Мосе искренне восхищался. Похоже, тут было даже оживлённее, чем в Тянсяне.

Бросив монету и взяв палочку с засахаренными фруктами, Цзюнь Мосе продолжил идти по улице. Уголки его рта испачкались в карамели, и он не знал, как её вытереть.

— Как сладко! И вкусно! Очень-очень вкусно! Дайте ещё одну! Не, нафиг, дайте две!

Два человека, следовавшие позади, снова молча переглянулись. Им уже до смерти надоел этот засранец… Подумав о том, что этот деревенщина заполучил себе благосклонность всего Таинственного Призрачного Дворца и даже любовь самого Цао Гофэна, оба почувствовали огромную досаду, разрывающую их сердца!

«О небеса, о земля, о небесные боги… Разуйте глаза! Пусть мощный удар молнии разразит этого ублюдка… С этим невозможно смириться…»

К счастью, в это время впереди вдруг показались лошади, на которых сидели восемь человек. Лица у них были свирепые, как у конченных бандюганов, а в руке каждый держал по белой палке. Их одежды выглядели слегка неопрятно, а шапки — так вообще были набекрень. Эти ребята были готовы испепелить любого своим бешеным и злобным взглядом.

— Городские смотряги! Спасайся, кто может… — неизвестно кто первым закричал, но оживлённая улица вдруг с гулом и грохотом быстро бросилась врассыпную.

— Городские смотряги? — Цзюнь Мосе выпучил глаза: «Твою мать, а здесь прогресс далеко шагнул! Появились какие-то городские… как их там… а, смотряги… Интересно, они как смотрящие в том мире?»

Он остановился, и один из «смотряг» вдруг искоса посмотрел на него:

— Чего уставился? Не видел меня никогда? Ещё раз так посмотришь — я тебе твои глазёнки в задницу затолкаю! Будешь через жопу смотреть на свет в конце тоннеля, понял?

Цзюнь Мосе шарахнулся назад. Эти ребята такие дерзкие, им-то уж точно никто не осмелится перейти дорогу! А сейчас молодой мастер так вообще выглядел как деревенщина, пусть даже он и одет по последней моде престолонаследников!

В этот момент несколько человек рядом с ним начали размахивать своими палками и бежать вдогонку. Один даже сбил с ног обычного торговца, который, по его мнению, недостаточно быстро уступил ему дорогу, и начал свирепо избивать того, попутно ругаясь. Затем бандюга достал у торговца из кармана мешочек с деньгами и живо засунул его себе за пазуху.

Пока он избивал, из его уст слышались сплошные ругательства:

— Эй, сволочь, почему так выручки мало? Тебе не стыдно свою палатку вообще ставить? Сдохнуть тебе пора бы уже…

Торговец обхватил голову руками и свернулся калачиком на земле, крича и умоляя о пощаде. Через некоторое время он уже весь покрылся кровью… Рядом, опираясь на палку, стоял ещё один бандюган. Его рожа растянулась в похотливой улыбке. Он заигрывал с дамой, что заманивала гостей в дверях публичного дома: потрогав её пышную грудь руками, бандюга уткнулся в неё лицом, а затем глубоко вдохнув в себя аромат женской плоти, после чего удовлетворённо промычал:

— Ох, как же прекрасно ты пахнешь, голубка…

Женщина вскрикнула, улыбнулась и сделала очень важное лицо, а бандюган, напротив, средь бела дня просто схватил её в свои объятия и задорно рассмеялся… Остальным же смотрягам при виде этой сцены стало очень завидно, и они с недовольными лицами отправились по магазинам и лавкам вдоль улицы, громко крича и разметая всех вокруг.

— Плата за охрану и крышу! Бегом, мать вашу или вы хотите проблем? Ну что ты там возишься, козлина? Не веришь, что я завтра прикрою тебя и выброшу на улицу? Быстрее шевели своей задницей!

Вслед за этим появился владелец магазина. Улыбаясь во весь рот, он подошел к смотрягам и аккуратно насыпал им в карман по кучке белых и золотых монет… Несколько мужчин коснулись своих карманов, и от их злости не осталось и следа…

— Что это за люди? Почему они ведут себя так нагло? — Цзюнь Мосе был в шоке от такой когда-то знакомой картины, ему даже свело живот и ноги от судорог… Он почувствовал, что снова пересёк не ту границу…

Двое сопровождающих даже не успели ему ответить, как стоящий неподалеку бандюган со свирепейшими глазами подскочил и завопил:

— Что ты там сказал? Малыш, ты хочешь узнать, кто я такой? — сказав эти слова, мужчина схватил первого попавшегося прохожего, уронил его на землю, а затем наступил ему на грудь своими огромными, но вычищенными до блеска ботинками: — Ну-ка, давай, скажи этому гадёнышу, кто я такой!

Этот прохожий осторожно шёл по дороге в стороне, чтобы не попасться смотрягам на глаза, но всё же беда неожиданно свалилась ему на голову. Он закричал, слёзы и сопли ручьем потекли со всех щелей:

— Господин… господин является смотрителем города Сердечных грёз! Господин для нас, простолюдинов, словно чистое небо…

Бандюган фыркнул с определённым удовлетворением. Он поднял ногу и позволил несчастному уйти. Прохожий убежал прочь, даже не оглядываясь. Смотритель же снова искоса взглянул на Цзюнь Мосе:

— Слышал? Малыш, давай, подойди ко мне и поклонись в землю в знак уважения! А потом своим гадким язычком вылижи мне мою обувь до блеска… и тогда я пощажу тебя! В противном случае, ха-ха, я сотру тебя в порошок! Лучше не создавай мне хлопот!

— Сотрёшь меня в порошок? — Цзюнь Мосе чуть не рассмеялся: — Откуда тебе это знать?

«А у этого смотрящего, видать, тоже дар провидения открылся! С одного взгляда увидел, как убьёт меня. Ну что ж, круто, ничего не скажешь: Шенхуаны и даже ребята повыше не смогли такого предвидеть, а он смог… Не, значит, меня ждёт страшная смерть! Пойду завещание писать. Справится же, надеюсь?»

— Думаешь, сучонок, что не прикончу тебя? — дико расхохотался крупный мужлан, отчего чёрные волосы на его груди задрожали: — Можешь не верить, но раз я сказал, что сотру в порошок, значит — так тому и быть! Чего вылупил на меня свои злобные глазёнки? Смотри, аккуратнее, а не то ими будешь, сучонок, из своей задницы смотреть! Подохнешь, как собака. И всё ведь зазря!

— А-а-а, я понял, кто вы такие! — взгляд Цзюнь Мосе постепенно охладел. Он и подумать не мог, что даже в этом обособленном пространстве существуют подобные отбросы! Видимо, Таинственный Призрачный Дворец — не исключение!

Двое сопровождающих наблюдали за всем происходящим в стороне и улыбались. Им было интересно, как этот деревенщина решит свою проблему. Может, он и обладает превосходными данными и талантом, однако у него пока еще нет жизненной мудрости и высокого уровня совершенствования. Вероятно, парнишка не сможет справиться с такими трудностями — а это и хорошо, так он больше не побеспокоит их!

Однако последующее заставило этих двоих пожалеть о подуманном. Да и вообще пожалеть, что они когда-либо являлись учениками Цао Гофэна.

— Вы, двое, а ну быстро прикончите эту мразь! — если есть бесплатная рабочая сила, то зачем Цзюнь Мосе рисковать собой?! — Давайте быстрее, иначе я расскажу своему наставнику, что надо мной издевались и выставили на посмешище! Как думаете, кому поверит учитель: вам или мне? Если я вот так поранюсь, то, что станет с вами, а?

Эти двое мигом переглянулись. Они и не думали, что этот, казалось, невинный ребёнок на самом деле окажется ещё тем шантажистом. Если он действительно нажалуется… Не важно, правда это будет или нет, им обоим всё равно несдобровать!

А он ведь может не только Цао Гофэну поплакаться, есть ещё и другие шесть Шенхуанов, которые считают этого засранца своим прекрасным сокровищем.

Если так… то все будущие перспективы этих двоих полетят псу под хвост!

Пусть даже этот идиот случайно поцарапается — все семеро Шенхуанов тут же разорвут их на куски! В этом можно даже не сомневаться!

Эти два сопровождающих являются мастерами Почтенного уровня. Если судить по их навыкам, то они даже не дотягивают до первоначального уровня Одинокого Сокола, а в их духовной силе имеется огромная брешь. В этот момент в животе двух мастеров разбушевался выброс гневной энергии, которую они не могли направить против Цзюнь Мосе (а этого им больше всего и хотелось!), так что оба бросились в направлении Городских смотрителей!

Прозвучало громкое «плюх», и огромная пощёчина прилетела рослому бандюгану, да так сильно, что его ноги оторвались от земли, и он волчком улетел на метр назад. Пока он летел, то попутно выплёвывал свои белоснежные зубы, словно трелью из пулемета.

В этот момент другой мастер топнул ногой и заорал:

— Вы, шайка мелких ублюдков! А ну, быстро подошли ко мне! Даю вам десять секунд!

Как и ожидалось, где бы не находился Почтенный мастер, он всегда будет стараться удержать себя от совершения действий методом устрашения! Услышав эти слова, все городские смотрящие оторопели, а их ноги стали ватными от испуга… Они и подумать не могли, что при их очередной «законоисполнительной вылазке» им придётся столкнуться с такими серьёзными людьми… Ещё пяти секунд не прошло, как все восемь человек выстроились в один ряд. Двое сопровождающих даже не стали ничего говорить и просто начали всех поочерёдно избивать! Чем больше они били, тем сильнее становилась обида и недовольство в их сердцах: они ведь Почтенные мастера! Пусть в Туманном Призрачном Дворце их не принимают за сверхкрутых личностей или опытных мастеров, но… Избиение обычных граждан — такое с ними происходит впервые… Слишком неловко…

Пусть они били с приличной силой, но все же помнили, что этих людей можно лишь припугнуть, но ни в коем случае нельзя убивать! В конце концов, «чистота» города зависит от этих людей… Кроме того, это одно из составляющих инфраструктуры Таинственного Призрачного Дворца… Но после того, как эти двое остановились, они офигели от увиденного!

Восемь человек валялись на земле и стонали, а в следующую секунду вдруг… кровь хлынула изо рта, ноздрей и ушей, а глаза — так вообще вздулись и почти вывалились наружу… через секунду все вдруг перестали дышать!

Они реально все кони двинули… никто не выжил!

«Что случилось?»

Хотя ребята и били их нормально, но они не использовали ни капли энергии Суань. Можно сказать, это была сила обычного человека. Так как они могли их убить?

Глава 938. Чжань Юшу

В этот момент кто-то издал пронзительный крик:

— Мертвы! Они мертвы… Убили!

Неизвестно, испугался этот человек или же позлорадствовал. В любом случае, после этих воплей все вокруг мгновенно исчезли.

Владельцы магазинов тут же второпях всё позакрывали…

Убийство городских смотрителей — это тебе не хухры-мухры…

Кто захочет быть впутанным в такое?..

Послышался топот копыт, и на другой стороне улицы показались силуэты молодых людей. Один из них вдруг слегка улыбнулся и с неким интересом посмотрел на картину перед собой:

— Ого! Да разве это не два посла уважаемого Шенхуана Цао? Что такое, неужто ваши силы настолько выросли, что захотелось поскорее их опробовать на простых городских смотрителях? Повеселились? Почтенные мастера, ха-ха-ха! Вот и все ваши «величественные манеры» — так жестоко расправиться с обычными людьми… мда…

Лица двух сопровождающих внезапно помрачнели.

Когда они обернулись, чтобы посмотреть на Цзюнь Мосе, от того уже и след простыл. Потом оба мастера вспомнили тот пронзительный крик… Это ведь и был тот засранец! А как воодушевленно орал!

— А-а-а, это вы, молодой господин Чжань! Выказываем вам наше уважение, — пробурчали оба провинившихся. Пусть их собеседник был довольно юн, однако за ним стояло его высокое происхождение. Оба мастера не могли позволить себе спровоцировать этого юношу и, естественно, боялись проявить даже малейшую бестактность.

По случайному стечению обстоятельств, этот красивый, высокий молодой человек оказался тем самым человеком номер один, которого настоятельно просил избегать Цао Гофэн в разговоре с Мосе.

Чжань Юшу из семьи Чжань!

Не стоит снова упоминать, что за плечами Чжань Юшу стояло не только имя наследника семьи Чжань, но и также несколько огромных кланов Туманного Призрачного Дворца, так что кто бы там ни был, он не осмелится пойти против этого молодого парня.

Сам Цао Гофэн, хоть и не боялся их влияния, но старался избегать с ними всякого конфликта. Между обеими сторонами формально поддерживался мир и согласие.

Например, если молодой мастер Цзюнь столкнётся с этим юношей, то Цао Гофэн, естественно, впряжется за своего ученика, пусть даже придётся для этого устроить потасовку. Но если это будет кто-то другой — то он даже и пальцем не пошевелит, наоборот, ещё и в придачу добавит: сделает выговор, или вообще выгонит из Дворца, аннулируя все боевые заслуги! И там уже ничего не поделаешь!

— Ван Нэн, Ли Цзе, поговаривают… У вас теперь новый маленький хозяин? — Чжань Юшу наклонил подбородок и прищурился, глядя на этих двоих снисходительным и презрительным взглядом. — Говорят, что… Он — носитель какой-то непревзойдённой сущности? Очень крутой малый? Это правда?

Он намеренно усилил свой голос на словах «поговаривают» и «говорят», выражая тем самым ещё большее презрения. Несколько парней, стоящих позади него, не смогли удержаться от смеха, подливая масла в огонь.

Один из них сказал:

— Что такое эта непревзойдённая сущность? Какой-то неотёсанный деревенщина, откуда его вообще вытащили? По сравнению с нашим братом Чжань — это просто кусок дерьма, только и всего!

Другой тут же подхватил:

— Кусок дерьма — для него ещё комплимент. Я обладаю большими познаниями и могу сказать, что ни в одной из известных мне наук нигде и ничего не упоминалось про какую-то там непревзойдённую сущность. Вообще не понимаю, откуда эта неизвестная ерундовина вдруг взялась! Ещё и хочет просто задвинуть нас на дальнюю полку! Кто в Туманном Призрачном Дворце может сравниться с нашим братом Чжань? Этот грязный деревенщина без рода и племени слишком много о себе возомнил!

Чжань Юшу улыбнулся, его лицо было полно самодовольства. Однако если внимательно присмотреться, можно было увидеть, что в его огромных глазах затаились смутные и беспокойные мысли. Чжань Юшу внимательно наблюдал за лицами обоих мастеров, не упуская из виду никаких интересных зацепок, кроме того, ему помогала стоящая позади него свита.

Если бы Цзюнь Мосе был здесь, то мог бы и сам убедиться, что этот легендарный юноша из семьи Чжань вовсе не какой-то там тюфяк! Но, к сожалению, он уже успел куда-то ускользнуть.

— Молодой господин Чжань верно говорит, — лицо Ван Нэна было слегка зеленоватого оттенка. Он, скрипя зубами, добавил: — Цао Шенхуан действительно принял к себе в ученики обладателя непревзойдённой сущности. Мы пришли сюда с господином Мо, чтобы показать ему город.

Чжань Юшу очень внимательно посмотрел выражение лица Ван Нэна, а затем улыбнулся и сказал:

— Стало быть, вы понапрасну так усердно работали все эти восемьдесят лет? Как жаль, как же жаль! — хоть он и говорил о сожалении, однако в его голосе отчётливо слышалось лишь одно сплошное злорадство.

Когда Чжань Юшу сказал эти слова, Ван Нэн и Ли Цзе вдруг переменились в лице.

Тем не менее Чжань Юшу на этом не остановился и решил добить своих собеседников:

— Ха-ха-ха, вы ведь все эти годы вели скрытую войну для того, чтобы лишь завоевать расположение Цао Шенхуана и стать его последователем? А теперь… Блин, да я никак не могу перестать смеяться… Ха-ха-ха! Так забавно! После стольких лет тяжёлого труда, вам, наверное, так приятно на душе за своего недонаставника?

Выражение лица Ли Цзе снова изменилось, но он, всё же, сдержал свой гнев и непринуждённо сказал:

— Если бы не забота и внимание Цао Шенхуана, как бы мы смогли достичь сегодняшних достижений? Цао Шенхуан всю жизнь мечтал об особенном ученике, и теперь он смог заполучить идеальнейшего мальчишку! Мы рады за нашего старика всем сердцем! Господин Мо обладает непревзойдённой сущностью. Можно сказать, что он уникальный талант! За последние десять тысяч лет обладателем такой сущности был лишь сам Первый Шао! Так что — да, нам очень приятно на душе за Цао Шенхуана!

Чжань Юшу усмехнулся. Пусть слова Ли Цзе были скромными и вежливыми, однако они имели двойственное значение. Более того, это был явный контрответ на речи товарищей Юшу! Он просто-напросто высмеял его природные качества и таланты, да ещё так лихо превознёс этого обладателя непревзойдённой сущности!

После этих слов молодой господин Чжань вмиг помрачнел…

— Вздумал со мной препираться?! Два никчёмных отброса, которые так свирепо расправились с обычными людьми, да как вы смеете смеяться надо мной? — голос Чжань Юшу становился всё суровее. — Эй, кто-нибудь, быстро схватите этих двоих и доставьте в сторожевой пункт до вынесения им приговора, за насмешки и оскорбления меня!

Стоявшая позади Юшу охрана тут же с огромным желанием ринулась вперёд.

Чжань Юшу презрительно покосился на Ван Нэна и Ли Цзе, а затем холодно сказал:

— Эти двое ни во что не ставят законы и дисциплину Туманного Призрачного Дворца, провоцируют представителей правоохранительных органов. Более того, эти люди повинны в жестокой смерти восьми ни в чём не повинных городских смотрителей! Кровь пролилась вдоль всей улицы, их методы были бесчеловечны, а мысли — крайне жестоки! Мы видели это собственными глазами и можем предстать свидетелями, доказательства неопровержимы! Исходя из чувства долга по отношению к обществу и государству, мы берём под стражу этих двух злоумышленников! И если кто-то вздумает мне противиться — тут же будет казнён без суда и следствия!

Ван Нэн и Ли Цзе одновременно сделали шаг назад и побледнели:

— Молодой господин Чжань, мы ведь все неразрывно связаны и являемся последователями Туманного Призрачного Дворца, мы будто соученики, так к чему такая строгость?

Чжань Юшу фыркнул и сказал:

— Тьфу! Думаете, что вы — дерьмо собачье — как-то со мной связаны? Не говорите ерунды! Вы двое не уважаете здешние законы, выходите на улицу и убиваете государственных служащих! Я лишь вершу справедливость и ни за что не поступлюсь общими принципами ради личных!

Видя, как пятеро или шестеро Достопочтенных мастеров с ухмылкой выступили вперёд, Ван Нэн и Ли Цзе потеряли всякую надежду и мысленно прокляли Цзюнь Мосе…

— Молодой господин Чжань, причина этого инцидента состоит в том, что эти парни спровоцировали нашего господина Мо, а нам было приказано расправиться с ними! Что нам было делать?! Молодой господин Чжань, взвесьте все факты и поймите ситуацию, мы ведь тоже заинтересованы в разрешении этого вопроса, так как от этого зависят наши судьбы! Не обязательно превышать свои полномочия и лезть не в своё дело! Да и вообще… погибло всего восемь городских смотрителей — а это не такое уж и большое дело! Ни к чему раздувать из мухи слона и портить наши репутации!

— Ваш господин? Это тот деревенщина по фамилии Мо? Обладатель непревзойдённой сущности? Он тоже был здесь? — Чжань Юшу вдруг переключил всё свое внимание на молодого мастера Цзюнь.

Ван Нэн поспешно кивнул, а про себя подумал:

«Я ведь только что ясно сказал, что мы сопровождали господина Мо, зачем притворяться, что ты этого не знал…»

— Скажите руководству городских смотрителей, что я хочу временно лично заняться этим делом, — Чжань Юшу хитро прищурился и добавил: – Для начала уведите этих двоих в башню Пхяо Сян. И передайте молодому господину Мо Цзюнь, чтобы тот лично прибыл за своими сопровождающими в башню до заката. В противном случае они будут переданы в сторожевой пункт, и ими займутся со всей строгостью закона! Убийство должно оплачиваться жизнью!

Несколько человек одновременно откликнулись, а Ван Нэн и Ли Цзе глубоко вздохнули. Стоявшие позади Чжань Юшу молодые люди вдруг все воодушевились, представив, какие проблемы теперь ожидают молодого господина Мо Цзюнь!

Глава 939. Юная особа в жёлтом платье

— Что касается убийства городских смотрителей, то это действительно пустяковое дело! Можно даже сильно не заморачиваться по этому поводу, этих смотрителей вообще бы лучше подчистую перерезать… Какая-то шайка бандюганов, даже если они сдохнут, никто не расстроится…

Ван Нэн и Ли Цзе переглянулись, им, наконец, стала ясна настоящая цель Чжань Юшу. Этому юноше нужен Мо Цзюнь, а вовсе не они. По факту эти двое — лишь пешки для разжигания основного конфликта…

Чжань Юшу просто нашёл отличнейшую причину, чтобы создать Мо Цзюню побольше неприятностей…

Теперь Ван Нэн и Ли Цзе даже успокоились и облегчённо выдохнули.

Главное, чтобы их потом отпустили, а что касается Мо Цзюня… Да кому какое дело, жив этот мальчишка или мёртв? Если даже Чжань Юшу собственными руками расправится с ним, то он просто исполнит желание многих молодых мастеров Туманного Призрачного Дворца… И на одну занозу в заднице станет меньше…

«Чем быстрее сдохнет этот простофиля, тем лучше…»

Поэтому Ван Нэн и Ли Цзе на удивление не стали больше возникать и спокойно последовали за Чжань Юшу в башню Пхяо Сян. Эти двое решили идти до конца. Даже если Цао Гофэн узнает о случившемся, то в этом не будет ничего плохого…

Люди действительно были убиты по приказу Мо Цзюня, и не только по приказу… истинная причина смерти городских смотрителей заключается именно в нём, это не выдумки…

Брови Чжань Юшу слегка сморщились, и он пробормотал: «Мо Цюнь… Сам дьявол, значит (1)… И впрямь, очень интересное имя! Поскорее бы посмотреть, что там за дьявол такой! Не придёт — чёрт с ним, а если всё-таки явится… То я покажу этому ублюдку, что такое страх и ужас! На всю жизнь запомнит! Что ещё за непревзойдённая сущность? Тьфу, дерьмо собачье…!»

Он обернулся и пошёл в сторону башни как ни в чём не бывало.

Что же касается молодого мастера Цзюнь, то он сейчас был вообще в другом месте и ему было глубоко срать на происходящее. Мосе успешно организовал неприятности своим сопровождающим и быстренько слинял, куда глаза глядят…

Внезапная смерть бандюганов, естественно, бы не случилась, не вмешайся туда Цзюнь Мосе.

Он ясно понимал, что Ван Нэн и Ли Цзе не станут убивать обычных людей лишь по его приказу. В конце концов, это главная улица города, и последствия всего этого будут очень серьёзными…

Да и как бы там ни было, Ван Нэн и Ли Цзе всё равно не стали повиноваться приказам Цзюнь Мосе, пусть даже за это им бы ещё и заплатили.

Молодой мастер совершенно не нравится этим двум, и это факт! Поэтому Мосе тайком использовал свою духовную силу и провел её через кулаки Ван Нэна и Ли Цзе прямо в царапины и синяки, которые эти двое оставили на телах городских смотрителей. Таким образом, он проник внутрь тела каждого бандюгана и попросту остановил их сердцебиение! Со своим нынешним совершенствованием Цзюнь Мосе смог спокойно использовать энергию Суань, не боясь, что мастера Ван и Ли смогут что-либо учуять!

Идеальное убийство!

Зачем оставлять жизнь таким ублюдкам, паразитирующим за счёт других людей? Даже если они действительно внесли вклад в систему законов и порядка Туманного Призрачного Дворца, с точки зрения таких жестоких методов регулирования этих бандюганов даже убить было мало!

В отношении такого типа людей Цзюнь Мосе не колебался ни в прошлом, ни в настоящем!

Но на этот раз он не наигрался сполна.

Никакого удовольствия…

Зато больше не было этих двух недовольных прилипал, так что настроение Мосе быстро улучшилось. Он двигался в сторону запада, хорошенько исследуя окрестности своим «духовным радаром». Со всех направлений до него доносился относительно густой поток колеблющейся ауры, а это свидетельствовало о существовании приличного количества мастеров в городе…

Такое открытие шокировало Цзюнь Мосе: поток природной энергии был слишком мощным, а в городе, на удивление, ещё витало бесчисленное количество чужих «духовных радаров»…

И хотя потоки казались свободными, но на самом деле они накрывали весь Город сердечных грёз большим колпаком…

Тем не менее это совершенно логично. Как ключевой пункт всего Туманного Призрачного Дворца, где сосредоточена его власть и могущество, не будет хорошо охраняться?

Цзюнь Мосе про себя даже восхитился:

«Действительно, достойно для легендарного Туманного Призрачного Дворца! Плотность распределения здешних высококлассных мастеров выше, чем за его пределами аж в сто раз, а может и больше! Если такая сила была бы сосредоточена снаружи, то даже Четырнадцатому Шао она была бы не по зубам!

Неудивительно, что этот психопат сам сюда не суётся, даже попросил меня украсть для него своё оружие… неужели испугался?»

Пока молодой мастер находился в своих размышлениях, он вдруг почувствовал, как в его сторону начал приближаться необычайно мощный поток энергии: в мгновение ока он оказался совсем близко, принеся с собой одуряющий тонкий аромат с оттенком леденящего холода. Кажется, духовный радар этого мастера был выше, чем у Мосе, раз он смог так точно узнать его местоположение.

Цзюнь Мосе фыркнул. Обнаружение этого человека было хорошим, но он так и не показывался ему на глаза.

Главное для молодого мастера сейчас — отыскать эти долбаные деревья со Священными плодами, так что ему не было дела до всякой ерунды.

Мосе просто повернулся и хотел было пойти дальше…

Но в этот момент он увидел перед собой юную красавицу, одетую в ярко-жёлтое платье. Её огромные глаза с любопытством уставились на молодого мастера. Голос девушки был необычайно звонким:

— Осмелюсь спросить, ты — тот самый последователь Шенхуана Цао? Мо Цзюнь?

Девчонка была юна: не высокая, но довольно стройная. На её миловидном личике виднелись две маленькие ямочки на щеках, а большие яркие глаза так и продолжали смотреть на Мосе. На вид ей можно было дать лет пятнадцать-шестнадцать. Она слегка наклонила голову и улыбнулась.

Тон голоса Цзюнь Мосе казался дружелюбным:

— А вы, барышня, кто?

Молодой мастер — осёл, которого надо гладить по шерсти. Он хорошо поддаётся на ласку, но до ужаса боится «особого уважения»!

— Действительно, господин Мо! Выказываю вам всё свое почтение! — маленькая девочка сказала это даже с особым ритуалом, а затем застенчиво улыбнулась: — Господин Мо, моя госпожа просит вас почтить её своим присутствием, что вы на это скажете? Тут совсем недалеко!

Сказав это, она подняла свою маленькую ручку и указала в сторону:

— Моя госпожа ждёт вас вон там!

Цзюнь Мосе коснулся кончика своего носа и улыбнулся:

«Какая проворная девчонка! Поставила меня в безвыходное положение! Зачем же тогда спрашивала моё мнение? Что ж, пойдём, почтим визитом твою госпожу».

Девочка говорила очень вежливо, но загвоздка была в другом. После того, как она указала рукой в направлении, где их ожидала её госпожа, отказ полностью лишился всякого смысла. Очевидно, что та самая госпожа наблюдала за происходящим…

Если бы Мосе отказался идти, то вызвал бы таким поведением большую обиду и недовольство с её стороны!

Мосе только появился тут, а эти люди сразу же смогли узнать, кто он такой. Значит, они тут большие шишки, вероятно, одни из наследников высокой знати Дворца… Судя по одежде маленькой девчонки, можно было предположить, что её госпожа — не кто иная, как любимая внучка Повелителя Туманного Призрачного Дворца, третья из «списка неприкасаемых» — Мяо Сяомяо…

Цзюнь Мосе беспомощно развёл руками, а маленькая девчушка не смогла удержаться и рассмеялась.

— Девочка, как тебя зовут? — по пути спросил Цзюнь Мосе.

— Как вам не стыдно! Не думаю, что вы намного меня старше, не называйте меня девочкой! — девчушка сделала недовольную гримасу: — Меня зовут Сяо Доу Я, хи-хи-хи (2). Это имя мне дала моя госпожа!

— Сяо Доу Я, — Цзюнь Мосе приостановил шаг и ещё раз внимательно посмотрел на неё: — Какое интересное имя! Если взять во внимание твой наряд, то ты не просто маленький росток фасоли, а росток соевого боба (3).

— Что за шутки, молодой господин… — Сяо Доу Я покраснела и покачала головой.

— Гу Фэй Ю, что скажешь насчёт него? — недалеко, на верхнем этаже небольшого трактира, у окна, сидела красивая девушка. Белоснежной ручкой она подпирала свой подбородок, а в её кристально чистых глазах виднелась задумчивость. Она слегка открыла рот и спросила.

Лицо девушки находилось под вуалью, а сама она была одета в светло-жёлтое платье. Казалось, что в мире нет ничего прекрасней неё. Сейчас эта особа выглядела весьма отрешённой от мирской суеты, хоть и сидела посреди всего этого городского шума. Словно снежный лотос, излучающий чистый и непорочный свет!

Казалось, что даже если весь мир погрязнет в пучине грязи, она сохранит эту чистоту навсегда!

Рядом с молодой особой стоял юноша в тёмной одежде. Очевидно, вопрос девушки был адресован именно ему.

Юноша внимательно посмотрел на приближающегося Цзюнь Мосе. В его взгляде чувствовалась некая настороженность и даже скрытое желание убийства.

Как будто перед ним был враг, который собирается отобрать самую дорогую для него вещь.

Этот молодой парень был весьма привлекателен: высокий и изящный силуэт, широкие плечи, одним словом — достоин восхищения! Прекрасный и грациозный юноша!

Однако его сумрачный и холодный взгляд рушит это прекрасное чувство восхищения! В его глазах виднелся оттенок старых воспоминаний, щёки выглядели слегка осунувшимися, подчёркивая линию скул. От него исходила странная мощная сила, внушающая страх… А за поясом из ножен торчала рукоять от старинного меча…

Лицо этого юноши было полно гордости и уверенности в себе. Очевидно, он был влиятельной фигурой в Туманном Призрачном Дворце, но в присутствии молодой госпожи он так и не садился. Либо он считал это ниже своего достоинства, либо не хотел… или же просто не осмеливался.

Но, в любом случае, он просто стоял в стороне.

Услышав вопрос девушки, юноша поспешно улыбнулся:

— А что думает сестра Сяо Мяо?

Девушка в жёлтом платье нахмурилась:

— Я ведь тебя спрашиваю!

(1) Игра слов: дьявол, демон тоже читается как МоЦзюнь, лишь написание слегка различается.

(2) Переводится буквально как «росток боба» или «маленькая фасоль».

(3) Ростки соевых бобов имеют яркий жёлтый цвет...

Глава 940. Второй по счёту из трёх неприкасаемых? Ну что ж, посмотрим!

— Да, да! — Гу Фэй Ю, юноша в тёмной одежде, согласно закивал и внимательно посмотрел на Цзюнь Мосе: — Глядя на состояние Суань этого Мо Цзюня — он не более чем ученик, чьи силы находятся в низшей категории. Нет и намёка на уникальность и талант; не слишком ли большая наглость — с такими силами носить почётное звание носителя непревзойдённой сущности? Кроме того, должно быть, этот человек совсем не видел большого мира. Вероятно, его вырастили дикие животные в какой-нибудь глуши, он выглядит как отсталый деревенщина… В общем, он мне совершенно не нравится. То, что он носит белые одежды Призрачного Дворца — просто возмутительно.

Молодая девушка в желтой рубашке нахмурилась и ответила:

— Гу Фэй Ю, похоже, до этого ты даже ни разу с ним не встречался, как ты можешь так принижать его? Нельзя судить лишь по внешнему облику, этого совершенно недостаточно, чтобы сказать, плохой человек или хороший. Взять даже тебя, Гу Фэй Ю, выглядишь ты, как интеллигентный и благородный наследник влиятельной семьи, однако кто бы мог предположить, что на самом деле ты — настоящий мерзавец и негодяй, каких ещё поискать надо, а? С какой целью ты принижаешь этого человека у меня на глазах?

Гу Фэй Ю, с недоумением на лице, сказал:

— Сестра Сяо Мяо, как ты можешь говорить такое про своего друга?

Девушка в жёлтой рубашке многозначительно кивнула, и медленно произнесла:

— Возможно, я использовала не совсем те слова, потому что… из-за того, что ты только что мне сказал… Возможно, и эти слова не соответствуют действительности, это тоже не исключено.

Гу Фэй Ю не знал, что ответить на это, и решил промолчать.

В это время с лестницы послышался звук шагов: Цзюнь Мосе и Сяо Доу Я поднимались по ступеням.

Как только Мосе поднялся, ему сразу же стало ясно, почему все люди сразу же узнали его: на столе, перед девушкой в жёлтых одеждах, располагался портрет человека в полтела, он был очень мастерски написан.

На этом портрете и был изображен Мосе в своём сегодняшнем облике. Он выглядел как живой, в точности Мо Цзюнь собственной персоной, вплоть до настроения и выражения глаз, всё было выполнено на высшем уровне. Прямо точная копия, ничем не отличающаяся от оригинала!

На портрете также имелось разъяснение мелким шрифтом:

«Мо Цзюнь .

Возраст — восемнадцать лет, уроженец материка Суань.

Место рождения — неизвестно, родители — неизвестно, биография — неизвестно, предыдущий учитель — неизвестно.

Особенности тела — носитель легендарной непревзойдённой сущности. Талант к совершенствованию силы.

В Призрачный Дворец был доставлен лично Цао Гофэном.

На вид искренен и честен, однако возможно наличие скрытых намерений; внешне наивен и глуповат, фактически же умён, находчив и ловок; требует обучения, может стать главной опорой и надеждой для светлого будущего Призрачного Дворца, но непременно нужно…»

Как только Мосе появился, этот портрет внезапно сам по себе свернулся в рулон, и раздался звонкий голос:

— Молодой господин Мо, Мо Цзюнь! Обладатель непревзойдённой сущности, бесподобный гений… Молодая госпожа, к вашим услугам!

Цзюнь Мосе поднял глаза, и тут же понял, что девушка, которая это сказала, являлась как раз той самой любимой внучкой Повелителя Призрачного Дворца, третьим неприкасаемым человеком, прародительницей: Мяо Сяомяо!

Девушка была одета в изящное жёлтое платье, она была красива, надменна и холодна, выглядела недосягаемой и изысканной. За шифоновой маской были спрятаны светлые и лучистые глаза, она спокойно смотрела прямо на Мосе. В её взгляде не было ни любопытства, ни презрения, и уж тем более не было и намёка на дружественность, словно человек, на которого она смотрела, нисколько её не интересовал, и ей было совершенно плевать — умрёт он или будет жить.

Она смерила его равнодушным взглядом и не более.

Цзюнь Мосе тоже сразу узнал молодого человека в тёмных одеждах, который стоял рядом с ней: он был вторым их трёх неприкасаемых людей, о которых так настойчиво рассказывал ему Цао Гофэн. Под его привлекательной внешностью скрывались пороки и испорченность, взгляд был наполнен коварством и ехидством. Оказывается, человек такого рода имел право сопровождать Мяо Сяомяо… и только он!

— Ваш покорный слуга Мо Цзюнь явился по вашему зову. Позвольте спросить вас, барышня, а кто будете вы? Зачем вы хотели видеть меня? Простите мне мою бестактность, однако я пока плохо ориентируюсь в этих местах и мало кого знаю. И пусть я стараюсь от всей души бороться с этим, моих несчастных сил вряд ли хватит исполнить это!

Цзюнь Мосе выглядел напряжённым и стеснённым, словно он хотел показаться уверенным и непринуждённым, а получилось ни то, ни сё, а последняя его фраза про «большое желание и малые способности» как раз отчётливо демонстрировало его неспособность справляться с «заданием».

— Молодую сестрёнку зовут Мяо Сяомяо, а его — Гу Фэй Ю, — в глазах Сяомяо показалось разочарование. Мысленно она сказала себе:

«Ему посчастливилось обладать удивительной и невероятной сущностью, а он ничего не понимает. Возможно, потому что он простодушный, но ему крайне трудно будет проникнуться высокой культурой…»

Мяо Сяомяо в очень вежливой форме представилась и спокойно сказала:

— Я слышала от старейшин о невероятных талантах молодого господина Мо, и молодой сестрёнке стало очень любопытно, поэтому-то я и решила специально пригласить вас к себе. Как раз увидев, как господин Мо неподалёку любуется видами нашего Призрачного Дворца. Даже и не знаю, пейзажи дворца заслуживают ли внимания со стороны молодого господина Мо?

Возможно, этот молодой человек и не выглядел выдающимся, однако всё же в первую очередь он — обладатель непревзойдённой сущности, и ему только требуется надлежащее обучение. И в таком случае, в будущем его ждут большие успехи; поэтому Мяо Сяомяо, в виде исключения, назвала себя как «молодая сестрёнка». Она была очень заинтересована в его способностях, поэтому не почувствовала, что её любезное поведение выглядит как-то неподобающе.

Услышав это, Гу Фэй Ю моментально приревновал её!

Учитывая высокомерный характер Сяомяо, он не понимал, как она снизошла до того, чтобы именовать себя просто «молодой сестрёнкой»? Особенно перед таким деревенщиной, как этот Мо Цзюнь, откуда у него такое право?

— Ну что вы! Я не заслужил такой чести! — Цзюнь Мосе принял вид смущённого неотёсанного мужика, который только что внезапно увидел своего градоначальника. Он почесал голову и с наивным и простодушным смехом сказал: — Территория Призрачного Дворца очень большая и очень красивая… Хэ-хэ-хэ… и люди красивые… и вы, барышня Сяомяо, тоже очень красивая… — договорив, он ещё больше покраснел, и принял ещё более растерянный вид.

— Призрачный Дворец… очень большой? — ехидно произнес Гу Фэй Ю. Ревность в его голосе мог не услышать разве что слепоглухонемой парализованный инвалид.

— Да, действительно, очень большой!

— И очень красивый?

— Да, действительно, очень красивый!

— Не бывали здесь?

— Нет, до этого не приходилось.

— Ха-ха, не видели Призрачный Дворец?

— Угу, действительно, не видел…

— Тогда вам надо бы хорошенько всё осмотреть, хорошенько… поучиться! Хорошенько прогуляться, проветриться, а то от тебя исходит скверный запах земли, ты в курсе? — фыркнул Гу Фэй Ю, с презрением посмотрев на Мо Цзюня.

— Да, да, подождите немного, я скоро избавлюсь от этого пыльного запаха, и стану выглядеть как вы, — Цзюнь Мосе «с завистью» посмотрел на Гу Фэй Ю: — Ваши манеры так хороши, изысканны и элегантны… Вы, должно быть, выделяетесь из толпы. Избавившись от пыльного запаха, когда я буду смотреть на других людей, от меня тоже будет исходить такой же кислый запах, даже кислее, чем уксус для пельменей… (1)

— Да ты! — Гу Фэй Ю ударил кулаком по столу и сурово сказал: — Мо Цзюнь, не надо думать, что раз тебе повезло обладать этой чёртовой непревзойдённой сущностью, то весь Дворец будет трястись над тобой, как над сокровищем, а ты можешь вести себя нагло и безнаказанно! Во Дворце найдётся уйма людей, с которыми даже твой учитель не осмелится связаться!

— Правда? Только вот мне неизвестно, входишь ли ты в число этих людей или нет? — Цзюнь Мосе за словом в карман не полез.

Гу Фэй Ю сразу же замолк.

И, хотя Гу Фэй Ю был сильно разгневан, даже несмотря на то, что он был вторым по счёту их трёх неприкасаемых людей Призрачного Дворца, однако сейчас он был всего лишь молодым юнцом, представителем младшего поколения, его силы были ограничены. Как он мог осмелиться сказать, что Шенхуан третьей ступени, Цао Гофэн, должен бояться связываться с ним?

Разве силы Шенхуанов так заурядны? Если бы он действительно так сказал, Цао Гофэн тогда бы рассорился со всем его родом и объявил им войну, а исход этого противостояния вряд ли бы удалось легко предсказать. В свою очередь, Цао Гофэн не воин-одиночка, у него есть шестеро близких братьев, готовых прийти к нему на помощь в любую минуту. Если бы и в самом деле между ними и семьей Гу Фэй Ю состоялась битва, он бы дорого поплатился за свои слова!

Перед этим Цао Гофэн неоднократно наказал Мосе, чтобы он не создавал лишних хлопот, опасаться трёх «неприкасаемых людей» младшего поколения. Цао Гофэн был гуманным и не хотел понапрасну вызывать внутренние споры в Призрачном Дворце, создавать ущерб силам своих людей!

После встречного вопроса Мо Цзюня, Гу Фэй Ю замолчал.

— Что, не входишь? Неужто тебя действительно нет среди этих людей? — Цзюнь Мосе простодушно и со смехом сказал: — Увидев вас, я заметил, какой вы крутой, и подумал, что вам плевать на всех. Подумал, что вы тоже из числа старейшин… А оказывается, вы не входите в число старейшин, я правда очень удивлён, раз уж на то пошло, тогда… осмелюсь спросить вас, чем же вы так круты? Иначе говоря, в чем заключается ваша, так называемая, крутизна? Чем это вы лучше простолюдинов, которые ходят по улицам? Или, как вы выразились, «деревенщин»?

Гу Фэй Ю уже пребывал в дикой ярости, но тем не менее не решался что-либо ответить; этот деревенщина выглядел заурядно, и так же заурядно говорил, однако кто бы мог подумать, что в каждом его слове скрывается ловушка, попав в которую, на завтра можно было стать предметом всеобщего осуждения и порицания со стороны всего Призрачного Дворца, или ещё хуже — стать посмешищем для старшего поколения, и опозорить всю свою семью…

Для детей известных семей нагло завираться недопустимо.

Мяо Сяомяо с большим интересом наблюдала за их противостоянием, однако она даже и подумать не могла, что в проигравших останется не кто иной, как Гу Фэй Ю, всем известный своим острым и коварным языком. Она невольно взглянула на Цзюнь Мосе, сказав про себя:

«Этот обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, не так прост, как кажется на первый взгляд…»

Этот мальчишка был позади Гу Фэй Ю, однако в решающий момент он смог нанести Гу Фэй Ю внезапный и сокрушительный удар, после чего тот прикусил язык. К тому же после этого каждая его фраза содержала в себе глубинный смысл, наполненный коварством и хитростью, ловушки появлялись одна за другой, и каждая сеяла раздор, даже несмотря на ораторский талант Гу Фэй Ю, он никак не мог выразить своё возражение, более того, даже совершить попытку отразить нападки Мо Цзюня!

Мяо Сяомяо в мгновение пришла в полное изумление: этот Цзюнь, возможно, и простодушен, однако совсем не прост. Даже, можно сказать, что с ним лучше вообще не связываться!

(1) «Кислый запах» означает – неприкрытая ревность.

Глава 941. Может, тебе яйца для смелости одолжить? Справишься?

Гу Фэй Ю сначала оцепенел от неожиданности, а затем вдруг угрюмо сказал:

— Может, во мне действительно нет ничего необыкновенного, однако…

— Раз уж ты знаешь, что в тебе ничего нет, то зачем эти твои «однако»? — Цзюнь Мосе перебил Гу Фэй Ю с полным пренебрежением в голосе, а затем посмотрел на него и добавил: — Может, я и лишён всякого таланта и заполучил такую славу благодаря своей непревзойдённой сущности, но тем не менее за последние десять тысяч лет после Первого Шао я — единственный её обладатель! Может, во мне нет ничего необыкновенного, однако в моей непревзойдённой сущности есть! — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и посмотрел на Гу Фей Ю: — А в тебе нет ровным счётом ничего особенного. Так что я необыкновенней тебя, разве ты не согласен с таким выводом?! — он сказал это с некой насмешкой: — Поэтому в моих глазах ты – пустое место. Понимаешь? Поэтому запомни мои слова на будущее!

— Сущность даётся от природы! Ты не заработал её собственными усилиями, тебе её всего лишь дали родители, так чего же ты хвастаешься? — разъярённо закричал Гу Фэй Ю.

— Почему я не могу этим кичнуться?! Ведь это благодаря моим необыкновенным родителям я смог заполучить непревзойдённую сущность и переплюнуть даже тебя! Отчего этим нельзя хвастаться? Где логика? — Цзюнь Мосе смотрел на Гу Фэй Ю, словно кошка на мышь: — Господин Гу, ты так говоришь, потому что считаешь своих родителей никчёмными людьми?

Гу Фей Ю хотел было сказать, что такого не говорил, но из-за скопившейся злости так и не смог раскрыть рот.

Цзюнь Мосе вздохнул и с сожалением покачал головой, а затем жалостливо в глаза Гу Фэй Ю сказал:

— Хотя я не блещу талантами и познаниями, но я знаю, что отцовская любовь подобна непоколебимой горе, а материнская любовь подобна бескрайнему морю. Твои родители родили тебя, дали тебе жизнь и воспитали тебя, не взирая ни на какие трудности! А ты думаешь, что если твоя сущность уступает кому-то другому, то в этом виноваты они? Ты считаешь их отбросами? Гу Фэй Ю, да как ты можешь быть таким?

В голосе молодого мастера проявилась лютая ненависть:

— За всё хорошее в нашей жизни мы обязаны нашим родителям! А твоё мышление порождает лишь непочтение! Огромнейшее непочтение! А это своего рода тяжкий грех! Если ты непочтителен к своим родителям, то, что тогда говорить о твоей честности и преданности в целом? Кому ты нужен такой? Непочтительный и неверный, только что и можешь, так упрекать своих родителей! А что насчёт друзей, сможешь ли ты быть преданным своему другу? Естественно, нет! Никакой человечности и чести! Гу Фэй Ю! Да как тебя вообще земля носит? Стоишь тут, бахвалишься с самодовольной мордой, тебе… Тебе ни капельки не стыдно?!

Стоявшая в стороне Сяо Доу Я наблюдала за всей картиной с явным восхищением: «Божечки, этот обладатель непревзойдённой сущности действительно крутой! А спорит-то как умело! Он не только восхвалил свою сущность и невероятное везение, но еще и навесил ярлык непочтительности и бессовестности на Гу Фэй Ю… Похоже, что в Туманном Призрачном Дворце ему нет равных по болтовне! Вот это красноречие, прям ораторское талантище — достойно для обладателя непревзойдённой сущности!»

Мяо Сяомяо посмотрела на Цзюнь Мосе, и её холодный взгляд, наконец, изменился. Этот человек — не из тех, кто проявит хоть какое-то милосердие к своему врагу! Он без зазрений совести сможет добить даже лежачего! Скорее всего — это его излюбленное занятие!

С таким человеком даже поладить будет трудно, не то, что одолеть!

Гу Фэй Ю яростно завопил и внезапно бросился вперёд. Послышался металлический звон, и длинный меч в мгновение ока оказался у горла Цзюнь Мосе! От ледяного лезвия у молодого мастера даже пробежали мурашки.

Однако Мосе нисколько не пошевелился и даже не изменился в лице. Наоборот, он посмотрел на Гу Фэй Ю с ещё большей насмешкой, а затем пренебрежительно сказал:

— Гу Фэй Ю, раз ты обнажил свой клинок, так чего мешкаешь? Давай, смелее! А, или тебе яиц не хватает сделать подобное? Тебе что, ещё и яйца занять надо? Ты уверен, что сможешь меня убить?

Сказав это, молодой мастер прижался к длинному острию ещё плотнее и шагнул вперёд.

Взгляд Гу Фэй Ю был пылким, а по его лицу медленно стекали капельки пота. Его запястья немного дрожали. Когда Мосе сделал шаг вперёд, то он невольно отступил. Исходные позиции, соответственно, тоже переменились.

Руки Гу Фэй Ю, по всей видимости, были сильно напряжены, на них уже проявились маленькие жилки. Поддерживать такую позицию достаточно тяжело, но убирать меч он не хотел, а всадить его в горло противника смелости так и не хватало!

Взгляд Гу Фэй Ю одновременно был полон решительности и безысходности, а его глаза постепенно заполнились кровью…

Гу Фэй Ю пользовался широкой известностью в Туманном Призрачном Дворце не только из-за его удивительного опыта, но и благодаря своей мудрости и смекалистости. Он прекрасно понимал, что перед ним обладатель непревзойдённой сущности, и все авторитеты во Дворце до смерти дорожат этим «сокровищем»!

«Эти ребята лучше убьют меня, чем позволят этому носителю непревзойдённой сущности пострадать! Если этот меч действительно пронзит его горло, то, боюсь, мне уже можно даже не ждать завтрашнего дня. Я и даже весь мой род отправимся в загробный мир следом за этим ублюдком! Нанести удар этому сопляку равносильно самоубийству и истреблению всей моей семьи. Однако убрать меч с его горла так тяжело…»

А вот Цзюнь Мосе был абсолютно уверен в себе и знал, каким козырем обладает. Так почему бы не использовать его должным образом и не принизить этого сукиного сына как следует? Даже если Гу Фэй Ю не совладает со своим гневом, с его силой Суань Духа третьей ступени он не представляет никакой опасности в прямом бою!

Мосе имеет абсолютное преимущество, поэтому как только он обнаружит хоть какую-то опасность, то тут же исчезнет, не оставив после себя ни следа.

Молодой мастер усмехнулся и снова сделал шаг вперёд, стараясь приблизиться к острию меча как можно плотнее. Гу Фэй Ю резко дёрнулся назад.

Тут же послышался саркастический комментарий Мосе:

— Что такое? Не можешь? Серьёзно?.. Так нафига ты обнажил свой меч? А? Думаешь, это игрушки? Ты, что, ребёнком себя возомнил? Может, маму твою поискать?!

Со своей нынешней силой Мосе мог раздавить Гу Фэй Ю лишь одним мизинцем. Но сейчас это кажется не совсем возможным, потому что, во-первых, ему нельзя раскрывать свою истинную личность. Во-вторых, Цзюнь Мосе хочет сделать это «мероприятие» немного масштабнее и посмотреть, какие же всё-таки границы у Туманного Призрачного Дворца… А в-третьих, здесь присутствует Мяо Сяомяо!

Все вышеперечисленное факторы создают некоторые «неудобства», в особенности эти две молодые особы… Кажется, Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я будет сложно подкупить, и проблем по итогу не оберёшься, а убивать их — себе дороже.

Отец Мяо Сяомяо отвечает за конечную цель Мосе — сад чудодейственных лекарств — это место кажется очень таинственным отдельным пространством. Даже если у молодого мастера и есть особые способности, но без достаточной информации лучше туда не лезть…

Даже такая личность, как Цао Гофэн, не может войти в этот сад. Очевидно, что защита этого места невероятно сильна!

Поэтому отношения с Мяо Сяомяо непременно нужно наладить, чтобы узнать, как же всё-таки туда пробраться…

От этих отношений будет зависеть успех или провал конечной миссии в Туманном Призрачном Дворце!

В первую очередь, нужно оставить на Мяо Сяомяо неизгладимое впечатление, чем сильнее, тем лучше! Она должна понять, что не стоит его недооценивать, и он не какой-то там посредственный дурачок! В её мыслях Мосе должен предстать человеком с многообещающими талантами!

Остается только, чтобы Мяо Сяомяо обратила на него своё внимание, и сама проявила инициативу, чтобы подружиться. Если Мосе покажет себя, как простой обладатель непревзойдённой сущности, то он так и останется своего рода странным персонажем. В лучшем случае очень удачливым дурачком, который впоследствии только что и будет знать, то это как приготовить пилюли бессмертия, а вот житейские мудрости пройдут мимо него стороной. Даже если он станет Несравненным мастером всей Поднебесной, то им будут пользоваться более смекалистые люди.

У таких проворных людей всегда имеются средства для контроля. Даже самый сильный человек, не имея разума и мудрости, станет лишь боевым инструментом, которым с лёгкостью можно манипулировать.

А бесконечную силу без соответствующей мудрости ждёт лишь великая трагедия. В этот момент Цзюнь Мосе вспомнил роман «Троецарствие», который когда-то оставил на него глубокое впечатление. В то время жил один воин — Лю Бу, и не было ему равных по боевым заслугам. Однако из-за его неграмотности и отсутствия тех самых житейских мудростей, он всю жизнь слушался других, а по итогу был пойман в плен противником и жестоко казнён! Многие люди, пользовавшиеся им, просто превратили его в своё оружие. Когда нужно было достигнуть каких-то целей посредством силы, то сразу же вспоминали о Лю Бу — ведь этот человек был непобедим…

Поэтому Цзюнь Мосе должен проявить свой собственный скрытый потенциал и показать всем, что он не тот человек, которого так просто подогнуть под себя.

И вообще, с ним лучше не связываться!

Глава 942. Первое впечатление поменялось аж четыре раза!

Сейчас Цзюнь Мосе обладал самыми превосходными врождёнными условиями, и, вопреки этому, все остальные должны были максимально содействовать увеличению его успехов.

Так как Призрачный Дворец, вне зависимости от того, сколько прошло времени, ни за что не мог пожертвовать обладателем непревзойдённой сущности! Без сомнения, можно заявить, что этот человек в будущем будет обладать абсолютной силой, и соответствующими знаниями, и ни в коем случае не потерпит манипуляций со стороны других людей; из-за его уникального положения никто не захочет трогать его.

Если кто-то по неосторожности заденет его, тот уже не сможет спокойно спать!

Для них это самое страшное в жизни!

Кто посмеет отказать такому опасному человеку? Так как предопределено, что воспользоваться дружбой с таким человеком не получится, чтобы заранее обезопасить себя от неприятностей… в таком случае придётся довольствоваться лишь тем, чтобы не попасть в немилость этому человеку, - это станет наилучшим из всех возможных вариантов.

В каком-то другом смысле, это другой уровень ценности существования…

В этот момент выражение глаз Мяо Сяомяо, когда она смотрела на Цзюнь Мосе, снова изменилось. Простая заинтересованность переросла в осмотрительность и серьёзность:

«Этот Мо Цзюнь не только далеко не простак, но и очень мстительный и злопамятный человек! Наглый и отчаянный по натуре человек, который готов действовать без оглядки всегда и везде! Такие люди особенно опасны… Они несговорчивы и строптивы. Если нет полной уверенности в себе, следует изо всех сил постараться не вызывать недовольство у них. В особенности, если они обладают большим скрытым потенциалом, и в скором будущем могут занять одно из самых высоких положений в Призрачном Дворце».

От начала и до конца Цзюнь Мосе ни разу не обратился к Мяо Сяомяо, он даже не смотрел в её сторону, однако она успела целых четыре раза поменять своё отношение к нему!

Целых четыре раза!

От «деревенщины» и до «самой важной и опасной фигуры Призрачного Дворца», хотя прошло времени не более, чем одно мимолётное мгновение! Представление о нём в её сознании менялось с удивительной быстротой!

Было достаточно одного лишь короткого разговора, чтобы имидж Мосе, с которым он сначала прибыл, был с треском разбит!

Гу Фэй Ю по-прежнему стоял прямо, обнажив свой меч, его глаза были налиты кровью, и, хотя его меч был представлен прямо к горлу Цзюнь Мосе, было очевидно: это лишь видимость того, что он занимает выгодное положение, а на самом деле он уже был унижен дальше некуда. Несмотря на его выправку, его тело продолжало слегка дрожать, взгляд был полон замешательства и дикости, ледяной холод, испускаемый его телом, сгущался до состояния материи, он в мгновение распадался, а потом снова сгущался, и так заново несколько раз, с его лба непрерывно падали капли холодного пота…

— Не вынуждай меня! Не вынуждай меня убивать тебя! — его губы тряслись. Он как можно злобнее взглянул на Цзюнь Мосе, однако в глазах других людей его взгляд содержал мольбу о помощи.

Взгляд Мосе был уверенным и спокойным, в нём не было и полкапли волнений, он так и продолжал спокойно смотреть Гу Фэй Ю прямо в глаза, для того же взгляд Мосе казался особенно пугающим, его уверенность в себе снижалась с каждой секундой. Невозмутимый взгляд соперника, словно острый меч, проникал прямо в душу Гу Фэй Ю…

— Я только этого и хочу! Чего ты медлишь? Давай же, убей меня! Ты, ничтожество! Давай… неужто ты никогда не убивал людей? Так и не осмелишься? Трус несчастный! — Цзюнь Мосе усмехнулся, продолжая издеваться над «неприкасаемым человеком номер два во всём Туманном Призрачном Дворце».

Его взгляд в мгновение превратился словно в острый нож, он уставился прямо в глаза Гу Фэй Ю и сказал:

— Ты говорил, что от тебя есть польза! А на самом деле ты всего лишь размазня! Что? Годишься только ревновать? Не умеешь убивать людей? Ха-ха-ха!

Раздался громкий язвительный смех.

— А-а-а-а! — громко прокричал Гу Фэй Ю, его тело ещё яростнее затряслось, глаза были заполнены злостью и ненавистью, они сгущались до состояния материи. Зубы стучали, однако рука, державшая меч, невольно отпряла назад.

Цзюнь Мосе стоял с прямой спиной, и сделал ещё один шаг вперёд! Руки Гу Фэй Ю снова сжались, локти вместе с туловищем почти сформировали перевернутый треугольник. У них больше не было места, чтобы ещё сжаться, он был вынужден снова отступить на шаг назад.

Отступив назад, он услышал удар, словно звук гонга. Оглядевшись, он заметил, что спиной ударился прямо о стену! Он пришёл в панику: этот Мо Цзюнь загнал его в угол! У него больше не осталось места для отступления…

Если продолжать отступать через силу, можно пробить своим телом стену этой гостиницы…

«Семнадцать шагов!»

Мяо Сяомяо взволновано смотрела на этих двоих, и мысленно сказала сама себе:

«Этот Мо Цзюнь действительно суров, от начала и до конца меч упирался в его горло, однако он настойчиво продолжал двигаться вперёд, заставив своего соперника отступить на семнадцать шагов назад! Неужто ему жить надоело? Или он в самом деле так уверен в себе? Пусть он даже настолько уверен в своих силах, всё же не следует так напирать… А он настолько смелый, что только что и делал, так напирал! Стойкость имеет свои границы. Что бы было, если бы у Гу Фэй Ю случился нервный срыв и он бы вонзил свой меч в него… Неужто он из тех психов, которые нисколько не дорожат собственной жизнью? В мире действительно есть такие люди?» — Сяо Мяо с сомнением подумала об этом, глядя на Цзюнь Мосе.

Барышня Мяо, бесспорно, очень умна, однако даже такая умная девушка, как она, не смогла заметить одной вещи: если бы силы этого «господина Мо» действительно достигли совершенства, он бы не стал придавать большое значения тому, что меч соперника находится прямо у его жизненно важного центра — горла!

Не слишком ли это невероятно, что она не обратила на это внимания? Всё было вполне нормально! Вся череда событий, возникших только что на её глазах, чрезвычайно невероятна, но не так, как эта особенность, разумеется.

Все события, связанные с этим обладателем непревзойдённой сущности, от самого его появления и до удивительного прибытия в Призрачный Дворец, очень невероятны, но этот факт по сравнению с ними не так невероятен…

Сейчас Гу Фэй Ю испытывал только одно чувство, и это стыд! Он — мастер Суань Духа третьей ступени, самый выдающийся представитель молодёжи всего Призрачного Дворца, и какой-то деревенщина, взявшийся из ниоткуда, смог довести его до такого состояния!

Больше всего его расстроил полный презрения взгляд Мяо Сяомяо, это заставило испытывать его неподдельный стыд и позор!

Пять лет назад, когда Мяо Сяомяо было всего четырнадцать, он стал ухаживать за ней, и это продолжалось и поныне.

Иначе говоря, он бы не обратил внимания на взгляды других людей, если бы даже весь Призрачный Дворец стал презирать его, он бы вряд ли впал в депрессию из-за этого.

Но взгляд Мяо Сяомяо действительно был настоящий Адом для него, ему хотелось скорее умереть, чем остаться жить!

Так опозорится перед своей любимой девушкой — просто невыносимо! Уверен, ни один бы мужчина не смог бы выдержать такого, не говоря уже о заносчивом и самолюбивом Гу Фэй Ю!

С самого начала он обдумывал, как ему опозорить Мо Цзюня. Он прекрасно понимал, что не сможет убить его или нанести ранение, он наделся задавить его словесным ударом! Однако когда Мосе прижал его стенке и заставил отступить на семнадцать шагов, он почти потерял рассудок!

Так обидно! Нестерпимо обидно!

И как раз в это время он поймал на себе взгляд Сяомяо. Он упал лицом в грязь перед своей дамой сердца!

В этот миг кровь в его теле истерически бурлила! Здравый разум покидал его!

У него осталась лишь одна мысль — отомстить подлецу, и он неожиданно яростно закричал:

— Ты сам напросился!

Его лицо охватило безумное и свирепое выражение, меч в его руках двинулся вперёд!

В эту минуту у него совершенно сдали нервы! Он больше не думал о последствиях, единственным его желанием было — прикончить этого мерзавца!

Если бы перед ним стоял хоть Повелитель Призрачного Дворца, он бы всё равно кинулся вперёд! Последствия его действий больше не представлялись для него чем-то важным!

В то мгновение, когда его меч двинулся в сторону мерзавца Мо Цзюня, тот внезапно отступил на два шага назад, покинув пределы действия острия меча. Как ни в чём не бывало, он ослабил хватку, расправил плечи, и с очень великодушной улыбкой произнёс:

— Эм… молодой господин Гу, раз уж у вас не хватает смелости убить меня, мне неловко что-то говорить… Зачем принуждать человека, если он не желает этого делать, верно? Госпожа Сяомяо была нам свидетелем сегодня. Между нами нет непримиримой вражды, я по собственной воле отступил на два шага назад. Как говорится, посмеялись и хватит, хорошо?

В эту минуту Мосе почувствовал два течения дерзкой силы, которые двигались прямо к этому трактиру. Одного из них Мосе точно знал. Это был Цао Гофэн! Старик волновался за него, а потому тайно следовал за ним по пятам.

Поэтому Цзюнь моментально изменил своё поведение. Хотя он не знал другого человека, но раз он двигался тоже в этом направлении, очевидно, он имел отношение к сегодняшним событиям!

Однако он не относился ни к одному из семи «братьев» Цао Гофэна! В таком случае было вполне очевидно, кем он мог быть! Поэтому сейчас не время проявлять свою властную натуру, самое важное сейчас… хе-хе-хе…

Глава 943. Он – по-настоящему очень страшный человек!

Цзюнь Мосе отошёл назад, и не собирался возвращаться обратно. Однако Гу Фэй Ю, услышав его слова, в тот же миг пришёл в настоящую ярость! Он так обезумел, что почти ещё немного, и он бы начал плеваться кровью от своей злости:

«С какого это хрена между нами нет непримиримой вражды? Ты уже успел обругать моих предков несколько раз, и почти свёл меня с ума своими выходками, а сейчас говоришь „посмеялись и хватит“?», — Гу Фэй Ю с трудом перевёл дыхание, его глаза должны были вот-вот выпрыгнуть из своих орбит, лицо передёргивалось от судорог и спазмов, словно рожа чёрта из самого Ада, слюна летела в разные стороны, а сам он неистово вскрикнул:

— Мо Цзюнь, слова уже бесполезны, сегодня я уже не смогу тебя не убить! Мне плевать, какой ты там удивительной сущностью обладаешь, сегодня ты подохнешь, и это неотвратимо!

Цзюнь Мосе издал горький смешок. Его настроение только улучшалось, и он с обидой в голосе произнёс:

— Молодой господин Гу, вы говорили, что никогда не оскорбите моего учителя Шенхуана Цао, так с какой стати я могу сделаться вашим врагом? Сегодня я уже согласился уступить вам, сейчас вы в выгодном положении, к чему такое упорство? Неужто Туманный Призрачный Дворец — это место, где не признаются справедливые доводы?

Недавно Гу Фэй Ю говорил, что в Призрачном Дворце найдётся уйма людей, которых нельзя задевать даже Цао Гофэну! Тем не менее это факт, а не пустая болтовня. Хотя они высокомерны и горды, но действительно никогда не оскорбляли Цао Гофэна!

Сказав это, Цзюнь Мосе разбил это утверждение.

Так как эти двое уже приближались к ним…

В это время Гу Фэй Ю лишился почти половины своего здравого рассудка, и разозлился до предела, конечно, благодаря Цзюнь Мосе. Он не стал отмалчиваться и стал болтать что ни попадя, уже не слишком задумываясь о словах:

— Ну, я обругаю Цао Гофэна и что с того? Тебе уши режет? Так давай, иди сюда! Давай сразимся! Ты же храбрый у нас! Цао Гофэн, этот сучий потрох! Старый ублюдок! Сволочь дряхлая! Почему это я не могу оскорбить его?

Благодаря наводке Цзюнь Мосе, Гу Фэй Ю думал:

«Раз уже оскорблял, обругать ещё раз, что в этом такого? Главное, разозлить этого мелкого говнюка, а там и сдохнет этот кусок говна!»

Оскорбления лились как проливной дождь, и все с настоящей обидой.

«Ты оскорбил моих предков, тогда я оскорблю твоего учителя! Или ты думаешь, я и этого не умею?»

Только Мяо Сяомяо потрясённо смотрела на Гу Фэй Ю и на Цзюнь Мосе, со странным выражением, наполненным любопытством, смехом и беспомощностью.

Цзюнь Мосе раскраснелся и, с трудом подбирая слова, гневно выкрикнул:

— Молодой господин Гу, зачем же вы так? Вы можете оскорблять меня — мне совершенно плевать, но зачем же вы оскорбляете Шенхуана Цао? Да ещё так неприлично… Неужто эти семеро славных братьев чем-то вас обидели? Вы ещё всего лишь представитель молодого поколения, откуда в вас столько злости и гнева? Ваши родители разве так вас воспитывали?

«Ещё одна наводка! Ругай, оскорбляй, унижай, ещё про остальных Шенхуанов не забудь, а то Цао Гофэн, не дай Будда, не слишком разозлится…»

Гу Фэй Ю, естественно, не обманул ожидания Цзюнь Мосе, и снова принялся ругаться:

— Да срать я хотел на всех семерых братьев-Шенхуанов! Я хочу и буду оскорблять, что ты мне сделаешь! Сволочи! Сучьи отребья! Они семеро братьев, и что? Хочешь надавить на меня тем, что их много? Вот что я тебе скажу: несмотря на то, что они все семеро — Шенхуаны! В глазах нашей семьи Гу, они и ломанного гроша не стоят! Чёртовы ублюдки, куски говна!

Мяо Сяомяо прикрыла рукой свой рот! За спиной гневно ругающегося Гу Фэй Ю появились две фигуры, с очень разозлёнными выражениями на лицах. Неизвестно, когда именно они прибыли. Должно быть, они уже стояли здесь какое-то время.

Неукротимое совершенствование скрывало их ауру. Хотя они стояли там, никто, за исключением Цзюнь Мосе, не мог почувствовать их присутствие, даже если бы повернул голову, а Гу Фэй Ю со своей Суань Духа третьей ступени точно не мог.

У одного из них было белое квадратное лицо, длинная борода до груди, прямой нос, рот прямоугольником, и выглядел он довольно грозно и внушительно!

Если это не Шенхуан третьей ступени, Цао Гофэн, то кто же!

Другой стоял с красным пылающим лицом, его борода тянулась аж до пупка. Это был дедушка Гу Фэй Ю, Гу Юнь Ян!

В эту минуту оба человека были разгневаны почти до посинения! Сяомяо увидела их, Цзюнь Мосе тоже увидел, и даже Сяо Доу Я уже заметила. Один только бедняга Гу Фэй Ю стоял к ним спиной и не замечал их присутствия.

Увидев двух прибывших человек, Мяо Сяомяо почувствовала, как её мозг забурлил! Она была смышлёной девушкой, и потому сразу же догадалась, почему Мо Цзюнь так резко сменил модель своего поведения.

«Оказывается, он всё спланировал! Он заранее знал, что, учитывая его совершенствование, Гу Фэй Ю ему совсем не соперник! Поэтому он решил использовать свою сущность, чтобы оказать на него давление… Однако Гу Фэй Ю — всего лишь мастер с Суань Духа третьей ступени, если бы он не повиновался ему и попытался прийти в себя, так или иначе он потерпел бы неудачу! Поэтому-то Мо Цзюнь даже не побрезговал рискнуть своей жизнью, принял вид отчаянного злодея, и непрерывно оказывал давление на своего соперника! Не дав Гу Фэй Ю времени на обдумывание ответных действий… С приставленным к горлу мечом он заставил отступить Гу Фэй Ю на семнадцать шагов! Какая смелость и какой расчёт нужны для этого? Оказывается, он вовсе не бездумный головорез или самоубийца, всё это было лишь частью его плана, но… Подождите, что-то не сходится! Предположим, что всё было именно так, но, если бы эти два человека так и не появились, разве бы тогда он не погиб?»

Мяо Сяомяо нахмурила брови и погрузилась в раздумья. Через некоторое время она едва не вскрикнула:

«А! Я поняла! Вот оно что! Кто бы мог подумать, что он всё так умно продумал! Ведь, так как он — обладатель непревзойдённой сущности, Призрачный Дворец будет обращаться с ним, как с драгоценностью! Он двинулся в путь в одиночку, а это не так безопасно, поэтому обязательно должен быть человек, который будет держать его под наблюдением… Если с ним случится что-то серьёзное — он немедленно вмешается и устранит все проблемы! А он на протяжении всего времени ждал именно этого человека!»

Додумавшись до этого, Мяо Сяомяо поняла, что в высшей степени потрясена этим:

«Откуда у такого юнца, который младше меня, между прочим, на два года, такой талант к хитрым и коварным планам? И ещё, в конце с Гу Фэй Ю случился нервный срыв… Как это случилось? Хотя Мо Цзюнь продолжал непрерывно давить на него, всё же он не был настолько суров к нему. Наоборот, за исключением того, как в начале меч коснулся его горла, с каждым отступлением Гу Фэй Ю назад, меч становился всё дальше и дальше от него… Несмотря на то, что он шёл напролом, он держал ситуацию под контролем и не доводил до критической точки. По идее, Гу Фэй Ю не должен был так отреагировать… Но тем не менее он сильно психанул, в чём же дело?» — Сяо Мяо задумалась на мгновение, но тотчас же догадалась:

«Понятно, это всё из-за меня! Потому что в это время я посмотрела на Гу Фэй Ю. Он и так уже кипел от ярости из-за позора, а тут ещё я взглянула на него, как на собачью какашку… Ему всегда было важно моё мнение, и это довело его до ручки! Если бы меня не было здесь сегодня, Мо Цзюнь продолжал бы наседать на бедного Гу Фэй Ю до победного конца, и сломал бы его окончательно! Несмотря на то, что он ни разу не посмотрел на меня, всё же, он брал меня в расчёт. Поэтому после одного моего взгляда в сторону Гу Фэй Ю, Мо Цзюнь уже знал, что тот вот-вот психанёт. Именно поэтому после этого момента он отступил, в надежде избежать кризиса! Он словно видел характер Гу Фэй Ю насквозь, он больше не был для него загадкой! Где наступить, где отступить — всё четко, без малейшей погрешности… В самом деле, очень круто сработано! Своим вмешательством я нарушила его планы, однако в это самое время появились Шенхуан Цао и глава семьи Гу, и Мо Цзюнь тотчас же бросился к решительному отступлению, тем самым вызвав новый взрыв гнева со стороны Гу Фэй Ю! Он почти заставил его лишиться своего рассудка, и с помощью словесных наводок возбудил ещё больший конфликт, благодаря чему, в глазах прибывших он предстал как ни в чём не повинная и оскорбленная сторона! Кто мог знать, что на самом деле жертвой этого конфликта был не прекращающий ругаться бедняга Гу Фэй Ю? Так или иначе, Гу Фэй Ю уже потерял лицо. Уже не оставалось надежды на мирное разрешение этого конфликта, лучше бы уж просто оскорбил и всё! Сейчас главной жертвой этого конфликта был… обладатель непревзойдённой сущности… По всему видимому, у семьи Гу дела теперь будут очень плохи…»

Разобравшись со всем этим, Мяо Сяомяо немного успокоилась. На Цзюнь Мосе она теперь смотрела с неприкрытым ужасом в глазах:

«Этот человек — настоящий монстр! Его ни за что нельзя обижать! Иначе страшно представить, чем это только может закончиться… Попав в такую сложную ситуацию, он первым делом предпринял соответствующие ответные меры, чётко следовал им, и в конце добился явного перевеса в свою сторону…»

Сяомяо спрашивала у своей совести, как ей поступить. Она понимала, что просто не сможет принять сторону Мо Цзюня и промолчать! Всё было так просто, соперник выбрал самый лучший способ обезопасить себя. А она была очевидцем его хитросплетённого плана…

«Гу Фэй Ю страшно поплатится, раз уж посмел обидеть этого человека. Даже семью Гу ждут несчастья…»

Мяо Сяомяо приняла осмотрительный и осторожный вид. Глядя на Мо Цзюня, далеко превосходившего её по силам, в её прекрасных глазах читались благоговейный трепет и уважение! И ещё любопытство!

«В конце концов, что за он человек? Не каждый обладает такими способностями и умом! Он, действительно…очень страшный человек!»

Глядя на несчастного и потерянного Гу Фэй Ю, в душе она немного расслабилась: за эти года, что он не давал ей прохода, он успел так сильно ей надоесть… Если, благодаря этому Мо Цзюню, у неё получится избавиться от Гу Фэй Ю, она будет бесконечно счастлива…

Но Сяомяо не знала одного — несмотря на то, что её предположение было вполне рациональным, всё-таки было мало шансов осуществить это на самом деле.

Исход, всё же, был один — задев Цзюнь Мосе, Гу Фэй Ю ожидало только несчастье…

Сейчас бедняга Гу Фэй Ю всё также стоял лицом к Цзюнь Мосе, и не только не ощущал присутствия двух прибывших человек, но и полностью лишившись здравого рассудка, сильно ругался:

— …кто вообще такой этот ваш Цао Гофэн? Разве он способен надавить на меня? Блядь, да наша семья! Наша семья — Гу! Ты, идиот всратый, вообще знаешь нашу семью Гу? А я скажу тебе! Да старейшины нашей семьи одним пальцем раздавят этого Цао Гофэна и всех его шестерых дебильных братьев, и даже не поморщатся! Бедный твой учитель! А ты — неопытная деревенщина, и не более! Скажу по правде, если мой дедушка будет состязаться в военном искусстве с Цао Гофэном, старейшине Цао придется ещё о пощаде его молить! Жалобно умолять оставить его в живых, понятно тебе? Ха-ха-ха… Ты, олух! Твой учитель ничего не стоит, ты хоть знаешь?

Стоящие за его спиной Цао Гофэн и старик в чёрном были бледны, как смерть!

Глава 944. Необычное ранение

Триста лет назад Цао Гофэн и Гу Юнь Ян действительно договорились о сражении. Двое мужчин бились целую ночь, но по итогу разошлись на ничью. И тогда они зареклись, что это останется строго между ними и всё это не получит огласки. Если же кто-то из них совершит новый прорыв, то они снова встретятся в поединке!

Цао Гофэн, как и обещал, никогда никому не рассказывал об их секрете. Но сегодня он вдруг услышал об этом из уст внука Гу Юнь Яна! Более того, результат битвы превратился из ничьи в призыв к милосердию, будто Цао Гофэн на последнем издыхании жалобно молил о пощаде!

«Это ещё что за хренотень такая? Да кол мне в задницу, он всё-таки проболтался?»

Цао Гофэн слегка повернул голову и с вызовом и насмешкой посмотрел на Гу Юнь Яна.

Старое лицо Гу Юнь Яна вдруг залилось краской, и он торопливо сказал:

— Брат Цао, ты всё неправильно понял! Это чистое недоразумение! Эта скотина просто несет всякую чушь…

Цао Гофэн, будучи человеком с огромным жизненным опытом, сразу же понял, что к чему. Весь этот спор и поединок нужны были Гу Юнь Яну лишь для того, чтобы впоследствии похвастаться перед своими детьми и внуками. Пусть даже исход боя и оказался не таким, как ему хотелось, это всё равно было показателем. Ничья после суточного боя с Великим Шенхуаном Цао!

Он вмиг помрачнел и закивал головой:

— Хорошо! Хорошо! Хорошо! Какой молодец! Отличный друг! Да и детей своих здорово воспитываешь! Я вот столько лет прожил, и вдруг такие открытия мне на голову свалились… Никогда бы не подумал, что семья Гу окажется такой сильной в Туманном Призрачном Дворце. За эти годы я, видать, совсем отупел, что ничего вокруг и не вижу…

Лицо Гу Юнь Яна выражало чистое смущение. Что же касается этого дела, то он и сам терялся в догадках, откуда его внук прознал обо всём?!

«Невозможно, чтобы Цао Гофэн сам обо всём растрепал! Даже если и он, то зачем ставить себя в столь невыгодное положение? Утечка, однозначно, произошла с моей стороны, но я даже и не могу припомнить, чтобы когда-то об этом даже упоминал!»

На самом же деле это была чистая случайность. Старик Гу после пьянки случайно заикнулся про поединок с Цао Гофэном. А перед шпаной было как-то неловко говорить про ничью, поэтому исход боя он слегонца и приукрасил — из ничьи у него вдруг появилось преимущество!

Но, к сожалению, если три человека скажут, что в городе есть тигры, то им, естественно, поверят. Поэтому мальцы и сами добавили немного красок в рассказ, и, чем дальше он распространялся, тем напыщенней становился, в конце концов, приняв вот такой вот вид! Именно из-за небольшого пьяного вымысла Гу Фэй Ю полагал, что под покровительством Цао Гофэна Мо Цзюнь не осмелится пойти против него. Так что он даже и не боялся столкнуться с Цзюнь Мосе, ведь за его спиной стоит его «крутой дед», что ему может сделать Цао Гофэн?

Увидев, что Цао Гофэн разозлился, Гу Юнь Ян, понимая свою вину, внезапно испустил весь гнев на своего несчастного внука. Его тело вспыхнуло, и раздался громкий шлепок. Старик отвесил Гу Фэй Ю смачную пощёчину:

— За что мне это проклятье? Какую чушь ты несёшь, сопляк! А ну, быстро извинись перед Цао Шэнхуаном и его учеником!

Этой оплеухой он явно хотел проучить внука. Его голос был громким и суровым, однако, по факту, старик сильно не старался. Это было скорее лишь предупреждением, чтобы разрядить накалившуюся обстановку.

Но случилось нечто неожиданное. После громкого шлепка, лицо Гу Фэй Ю застыло на месте, а затем вдруг резко побледнело. Юноша запрокинул голову, и из его рта фонтаном хлестанула алая кровь!

Эта кровь мгновенно накрыла всё вокруг, словно туман. Её поток был сильным, и уже практически достиг потолка!

Гу Фэй Ю затрясло, и, спустя мгновение, его тело упало на землю. Кровотечение не прекращалось!

Похоже, что юноша не просто упал без сознания, а вот-вот готовится двинуть копыта!

Ещё минуту назад он с надменным видом бряцал своим оружием, а сейчас находился при смерти!

Такого поворота не ожидал никто: старикам уже не было дела до собственного высокомерия. Гу Юнь Ян схватил своего внука, прощупал его пульс и побледнел от страха!

Меридианы Гу Фэй Ю выглядели весьма странно: то пульс бил как угорелый, то его вообще было невозможно уловить. Жизненные силы мальчишки находились в полной заднице, при каждом новом кровотечении существовала огромная вероятность его гибели.

Энергия Суань находилась в полном хаосе и в верхнем, и в нижнем Даньтяне.

Такие симптомы страшны даже для мастера, совершенствующего свою Суань. Если бы на месте Гу Фэй Ю оказался обычный парень, то всё было бы кончено, его бы ничего не смогло спасти!

Даже мастер, помешанный на тренировках, не смог бы довести себя до такого ужаснейшего состояния! Гу Фэй Ю и сила Шенхуана не поможет… Что же, чёрт возьми, это такое?

Гу Юнь Ян присел на корточки и внезапно оцепенел. Он попытался вспомнить, сколько же силы потратил для своего удара. Но, чем больше он думал, тем мутнее становился его рассудок. Он точно знал, что не использовал ни капли энергии Суань, это была обычная пощёчина, но почему же его внук в таком ужасном состоянии?

Если он, всё же, использовал Суань, то почему не может этого вспомнить? Более того, даже если бы пощёчина была не обычной, то своим ударом она повредила бы лишь лицо Гу Фэй Ю, но не его тело!

Размышляя над этим, старик пришёл в ещё большее замешательство. Все его мысли перемешались в кашу.

— Что, чёрт возьми, это такое? — пробормотал Гу Юнь Ян, но тут его осенило. Он поднял голову, его острый пронизывающий взгляд вперился в Мяо Сяомяо и Цзюнь Мосе: — Что, чёрт возьми, это такое?!

Он задал два одинаковых вопроса, однако первый был наполнен неким сомнением и обращён к самому себе, а вот объектом второго, крайне жёсткого и строгого вопроса уже явились два других человека. Старик Гу был уверен, что кто-то из них использовал скрытый приём против его внука… Может, мальчишка и обладает непревзойдённой сущностью, но его совершенствование слишком жалкое для такого дела. В таком случае остается лишь один подозреваемый, и это Мяо Сяомяо.

Последние несколько лет его внук неотступно ухлёстывал за Сяомяо, но всё это было безответно. Неужели эта девчонка не вытерпела приставаний Гу Фэй Ю и решила его убить? А теперь решила вовлечь во всё Мо Цзюня и Цао Гофэна? Хочет развести конфликт между семьей Гу и семью Шенхуанами, но в конечном итоге остаться в стороне?

Неужели всё именно так?

Взвесив всё еще раз, старик Гу окончательно убедился в своём очень логичном предположении и резко посмотрел на Мяо Сяомяо. Пусть за этой девчонкой и стоит влиятельное семейство, но Гу Юнь Яну это было совершенно побоку!

Мяо Сяомяо была довольно умной девушкой и сразу же поняла смысл слов Гу Юнь Яна. Она смогла понять даже мысли старика лишь по одному его суровому взгляду. Сяомяо не на шутку испугалась:

«Что за катастрофа свалилась на мою голову? При чём тут вообще я? Очевидно же, что это твой внук каждый божий день пристаёт ко мне, доставляя лишь одни неудобства! Я вообще даже и слова не сказала за всё время! Не можешь понять, отчего у Фэй Ю такие ранения и хочешь сразу на меня всё повесить?»

Мяо Сяомяо вдруг рассердилась, но со спокойным видом спросила:

— Слова старейшины Гу прозвучали несколько странно. Я не понимаю, о чём идёт речь. Молодой господин Гу только недавно разводил агрессивную полемику, сотрясая воздух своими криками, и был совершенно бодр и здоров. Отчего же ему стало так плохо? Что же это такое?

Мяо Сяомяо по факту вообще ничего не сказала, её слова не только ничего не разъяснили, вместо этого она зачем-то ещё раз повторила вопрос Гу Юнь Яна.

Сяомяо всё ещё не осознала степень тяжести травмы Гу Фэй Ю. Но на самом деле, если бы не его критическое состояние, старик Гу вряд ли посмел бы так отнестись к внучке Повелителя Дворца!

Так и не сдвинувшись с мёртвой точки, обе стороны решили отодвинуть все свои препирательства в сторону. Гу Юнь Ян постарался поглотить свой гнев, глубоко вздохнул и изо всех сил привёл в движение всю имеющуюся у него Суань, чтобы залечить раны внука… Даже Цао Гофэн не остался в бездействии. Мяо Сяомяо сначала хотела всё объяснить, но, услышав резкий тон старика Гу, переменила своё решение и даже обиделась!

«Старик Гу! Даже со своим высоким положением ты не имеешь права вот так со мной разговаривать!» — Сяомяо хотела было сказать это вслух, но проглотила свои слова обратно… У неё, как и у всех, возникли некоторые сомнения насчёт случившегося: Гу Фэй Ю был в абсолютном порядке, что же могло произойти? Неужели он и правда в критическом состоянии? Разве это не слишком странно? Это ведь была обыкновенная пощёчина, как она могла привести к таким серьёзным последствиям, что Гу Фэй Ю даже угрожает смертельная опасность!

Глава 945. Искажение истины

Гу Фэй Ю сначала был спровоцирован Цзюнь Мосе, да так сильно, что тот даже захотел его убить. Однако из-за наличия у Мосе непревзойдённой сущности, а также относительно важного положения во Дворце, Гу Фэй Ю так и не осмелился воплотить желаемые мысли въявь. Ему пришлось насильно поглотить свою ярость, однако это оказалось равносильно борьбе в собственном теле.

И хотя это не принесло ему никаких физических травм, однако его душевное состояние и жизненный дух понесли огромные убытки.

Цзюнь Мосе продолжал давить, а Гу Фэй Ю со своим превосходным совершенствованием, которое «в десятки раз превышало» силы Мо Цзюня, так и не осмелился атаковать! Ситуация складывалась не лучшим образом: Гу Фэй Ю понимал, что может раздавить этого сопляка даже одним пальцем, но серьёзные последствия связывали его прямо изнутри…

Получается, как только яростный дух убийства пытался мощным потоком вырваться наружу из тела Гу Фэй Ю, он тут же подавлял его обратно…

Он был вынужден отступить целых семнадцать раз! На семнадцать шагов! Поток ярости в его теле, естественно, тоже был эквивалентен возвратно-поступательному обращению, иными словами, Гу Фэй Ю будто побывал в семнадцати различных битвах за неимоверно короткий срок!

Охваченный мыслями об убийстве человек лишается контроля над собственным сознанием, а это приводит к разрушению защитной оболочки его тела.

Получается, что выброс гнева Гу Фэй Ю работал против него, так и не выходя за пределы его тела…

А при таких обстоятельствах, как можно не навредить себе?

Насколько сильны человеческие меридианы? Не все люди обладают такими аномалиями, как у Цзюнь Мосе!

Пусть Гу Фэй Ю и имел превосходное совершенствование Суань Духа третьей ступени, этого всё равно было недостаточно! Даже если после семнадцатого шага он смог бы урегулировать своё дыхание, то по возвращении в исходное состояние ему бы всё равно не удалось избежать тяжёлых внутренних травм. Энергия Суань могла в любой момент взорваться внутри него и привести к мгновенной смерти.

А после семнадцатого шага, когда дух и разум Гу Фэй Ю были уже окончательно сломлены, Цзюнь Мосе вдруг отступил назад.

Реакция Фэй Ю оказалась абсолютно нормальной: сначала этот ублюдок Мо, подобно свирепому зверю оказывает на него давление, а затем в один момент из хищника представляется невинной овечкой… Такой контраст даже человека с самой крепкой психикой ввёл бы в некоторое недоумение…

И в этот момент Цзюнь Мосе воспользовалась случаем и мгновенно пустил в ход свой контроль над душой и разумом Гу Фей Ю! Однако ярость этого юноши уже сама сделала своё дело: энергия Суань буквально кипела в его меридианах и была готова нанести смертельный удар!

Гу Фэй Ю полностью утратил контроль над своим гневом и энергией Суань, что привело к полному разрушению защитной оболочки его меридианов! Начался хаос, и все каналы тела Фэй Ю раздробило на мелкие кусочки…

Ничего бы не случилось, если бы только энергия Суань восстала против своего обладателя! То же самое можно сказать и о неконтролируемом гневе; по одиночке эти две ситуации не смогли бы нанести серьёзный вред организму. Однако в данном случае произошло их столкновение, и возвратно-поступательное обращение яростной энергии как раз таки и стало причиной такой необычной травмы Гу Фэй Ю!

Странно! Это действительно очень странно!

Таких травм этот мир ещё никогда не видывал… А всё потому, что не было ещё ни одного мастера Суань Духа, гнев и обида которого могла бы достигнуть такого же размаха, как у Гу Фэй Ю!

Гу Фэй Ю мог бы гордиться своим сегодняшним «достижением», ведь он стал создателем нового исторического прецедента! Создатель и обладатель нового вида травмы! Может, слава, конечно, так себе, но вот это явно годится для того, чтобы быть занесённым в историческую литературу о травмах и ранениях Суань! Со всем положенным вниманием к деталям! И тогда это может оставить свой след в истории на долгие поколения!

Даже Шенхуан третьего разряда Гу Юнь Ян не мог понять причины возникновения этой необычной раны у его внука!

На самом деле даже сам зачинщик этой заварушки — Цзюнь Мосе — не ожидал такого исхода!

Тем временем в голове Цзюнь Мосе творилось нечто подобное:

«Ай-яй, как же так получилось? Я ведь всё так хорошо просчитал и контролировал весь процесс! Кто бы мог подумать, что конечный результат окажется именно таким! Как прискорбно!»

Гу Юнь Ян по-прежнему продолжал вводить в тело внука чистейшую Суань, но урегулировать хаос внутри него так и не удавалось. Если он хотел спасти жизнь этому юнцу, то ему придётся заплатить немалую цену. По крайней мере, для начала необходимо привести в порядок все его меридианы, а уже затем с помощью различных волшебных лекарств появится шанс на его спасение. Эта травма слишком тяжёлая и слишком необычная!

Однако это явно не самое лучшее место для лечения.

Даже если Гу Фэй Ю и удастся спасти, то в будущем он уже не сможет совершенствовать свои силы на более высокий уровень. Вполне вероятно, что прошлые успехи тоже исчезнут, ведь его меридианы теперь можно будет привести только в исходное состояние! Преемник семьи Гу, на которого старик возлагал столько надежд, превратился в никчёмного отброса!

Старик Гу обхватил внука одной рукой и медленно встал. Он помрачнел и сказал:

— Что же, всё-таки, сегодня произошло? — в этот момент он не посмотрел ни на кого, но каждый из присутствующих понял, что этот вопрос старик задал самому себе!

Казалось, Гу Юнь Ян хотел всеми силами подчеркнуть каждое сказанное им слово. Его внутренняя энергия волнами захлёстывала всё вокруг!

Стоявшая неподалеку Сяо Доу Я задрожала, румянец с её личика вдруг исчез, оставив лишь мертвенно-бледное сияние. Пара огромных глаз тут же застыла в безжизненном состоянии. Мяо Сяомяо нисколько не двигалась, внутри неё разыгрался шквал эмоций, однако её лицо по-прежнему выражало лишь спокойствие.

Цао Гофэн на случай внезапного нападения вдруг заслонил собой Цзюнь Мосе, а затем сурово сказал:

— Гу Юнь Ян, почему сегодня ты повёл себя столь неуважительно? Обязательно было применять силу против сопляка?

— Насчет «силы» я бы поспорил! Хочу сказать одно: я докопаюсь до истины, чего бы мне это не стоило! — Гу Юнь Ян холодно усмехнулся и добавил: – Причина кроется в ком-то из вас троих, ты же не станешь этого отрицать, старик Цао?

Может в семье Гу и имеется много потомков, однако выдающихся личностей всего ничего, и то среди них у Гу Фэй Ю были самые незаурядные способности!

К двадцати годам этот юноша сумел достичь Суань Духа третьей ступени, пусть и не без помощи волшебных таблеток. Но на самом деле, если бы не его прекраснейшие природные данные, то на одних эликсирах он бы так далеко не продвинулся!

Нужно иметь в виду, что семья Гу в целом насчитывала порядка двух тысяч человек, это самый многочисленный род во всем Туманном Призрачном Дворце! А сейчас самый перспективный его наследник вдруг стал самым бесполезным отбросом!

Так что гнев в сердце Гу Юнь Яна можно себе представить.

— Гу Юнь Ян, ты ведь тоже старейшина, и мы всегда были в дружеских отношениях. Я и подумать не мог, что ты окажешься таким человеком! — Цао Гофэн вздохнул и с грустью продолжил: — Для тебя, видимо, совсем ничего не значит та клятва, что мы друг другу когда-то дали. Ты решил использовать эту тайну, чтобы похвастаться перед своими детьми и внуками… Но ладно бы ты просто кичнулся, я бы ещё понял… Но нахрена так приукрашивать и искажать правду? — Цао Гофэн посмотрел на него таким полным разочарования взглядом, что любому другому немедленно захотелось бы утопиться: — На этом всё. При нашем-то уровне совершенствования нам не следует пускать о себе «пустую славу». Я позволил тебе наслаждаться громким именем, но больше я этого не потерплю! Ради своего внука ты пренебрегаешь будущим всего Дворца! Несанкционированно высвобождаешь циркуляцию Ци и посредством силы оказываешь давление на обладателя непревзойдённой сущности, а также на внучку нашего Повелителя… Гу Юнь Ян, неужели ради этого ни на что не годного внука ты плевал на всю свою семью?

Последнее предложение Цао Гофэн сказал с неким пренебрежением, и два острых луча его глаз свирепо вонзились в лицо оппонента.

Настроение Гу Юнь Яна изменилось, и он слегка смягчился:

— Шэнхуан Цао, твои слова много для меня значат, но я просто хочу знать правду. Неужели ты хочешь выдвинуть против меня какое-то обвинение? Если Сяомяо хочет говорить — пусть говорит, а если ей нечего сказать, то это — тоже её дело. Сегодня так много людей стало свидетелями этого инцидента, так разве не может случиться так, что тайна всё же вылезет наружу?

Цао Гофэн фыркнул и сказал:

— Ой, как мы заговорили!

На этот раз между стариками уже началась некая конфронтация. Мяо Сяомяо тихо вздохнула и уже хотела начать говорить, лишь бы разрядить обстановку. Нужно было лишь хорошенько всё разъяснить.

Однако Цзюнь Мосе весь этот раздор был только на руку, так как он мог позволить этой девчонке всё испортить? Поэтому он сделал шаг вперёд и сказал:

— Раз уж старейшина хочет знать всю правду, то я сам попытаюсь вам всё объяснить, как вы на это смотрите? Если я совру, то остальные два свидетеля могут тут же сообщить вам об этом, ведь так?

Гу Юнь Ян слегка моргнул и сказал:

— Хорошо, я тебя слушаю!

Старик Гу уже давно для себя решил, что во всём случившимся виновата лишь Мяо Сяомяо. Так что, естественно, ему совершенно не хотелось слушать болтовню этой девчонки. А тут как раз подвернулся Цзюнь Мосе со своей «чистосердечной инициативой»!

«Этот скромный и простодушный ребёнок наверняка не станет говорить неправду…» — подумал про себя Гу Юнь Ян.

— Дело было так. Моя болезнь потихоньку начала отступать, и я решил отправиться на прогулку и случайно оказался здесь. Затем вот эта девочка подошла ко мне и очень вежливо сказала, что её госпожа приглашает меня познакомиться… — Цзюнь Мосе перевел взгляд на Сяо Доу Я.

Цао Гофэн и Гу Юнь Ян сразу поняли, что произошло: причина сегодняшних событий стала довольно очевидной. Должно быть, Мяо Сяомяо намеренно пригласила Мо Цзюня, а Гу Фэй Ю, ходивший за ней по пятам, конечно же, не смог не приревновать. Плюс ко всему Мо Цзюнь только пришёл, а благодаря своим нечеловеческим способностям и непревзойдённой сущности тут же стал самым обсуждаемым человеком во всём Дворце, затмевая его славу! А ведь его совершенствование даже не достигло Серебряной Суань! Естественно, Гу Фэй Ю не собирался мириться с такой несправедливостью и при любой возможности хотел унизить этого неотёсанного деревенщину с непревзойдённой сущностью!

— Я так испугался в тот момент, — Цзюнь Мосе сжал его плечи и жалобно посмотрел на Гу Юнь Яна: — Я ведь никогда толком и не видел мир, так куда уж мне до препирательств с молодым господином Гу! Я всеми силами пытался избежать ссоры, но затем господин Гу сказал… ну… это… что во Дворце есть много людей, которых сам Шенхуан Цао боится спровоцировать, так что мне не стоит вести себя слишком заносчиво…

Глава 946. Дело было так…

Услышав эти слова, Цао Гофэн и Гу Юнь Ян тотчас же «поняли», что конфликт начался именно из-за этих слов. Несмотря на то, что эти слова, по сути, не были оскорблением, всё же они содержали в себе пренебрежительный оттенок, это было совершенно очевидно.

Как ученик должен продолжить сохранять спокойствие, когда его учителя оскорбляют? Если он останется при этом спокойным, это будет означать лишь одно — он просто тряпка и тюфяк!

В самом деле, Цзюнь Мосе, пылая гневом, возмущенно продолжал:

— Шенхуан Цао — мой покровитель, он спас меня тогда, когда я был на волосок от смерти! Младшее поколение… ну, я… Я не забыл вашей доброты! Мне тяжело было это вынести, и тогда я немедленно задал молодому господину Гу вопрос, входит ли он сам в число тех людей, которых не решится задеть Шенхуан Цао?

Лицо Гу Юнь Яна мгновенно помрачнело, а прежде мрачное лицо Цао Гофэна засияло, на нём появилась лёгкая улыбка. Он чувствовал удовлетворение. Оказывается, такая большая плата была не напрасной. Они оба могли себе представить, как разозлился Гу Фэй Ю, услышав эти слова!

Это такой безжалостный удар по его самолюбию! Он — всего лишь мастер Суань Духа третьей ступени, с чего Цао Гофэну бояться его?

— После этого молодой господин Гу, вероятно, захотел преподать мне урок. Он вытащил свой меч и представил к моему горлу. Хотя он и не уколол меня, остриё его меча было ровно на моей шее… Тогда мне было нестерпимо больно, я думал, что моя шея вот-вот будет продырявлена…

На лице Цзюнь Мосе появилось выражение «запоздалого страха».

Цао Гофэн тяжело вздохнул и моментально изменился в лице. Хотя сейчас Цзюнь Мосе стоял перед ним целый и невредимый, совсем недавно его жизни угрожал холодный клинок, ну как тут не волноваться?

Гу Юнь Ян тоже сильно изменился в лице: собственный сын не примирился со своими природными данными, брызгал ревностью налево и направо, затем оскорбил учителя своего соперника, а после очередного вопроса вспылил настолько, что без предупреждения обнажил свой меч и угрожал Мо Цзюню, а в конце ещё разразился грубой бранью… В самом деле, это крайне неприемлемо! Просто сказать, что это подло и грязно, ещё недостаточно! Если бы в таких условиях его соперник вышел из себя и заколол его, учитывая выше перечисленные причины, Гу Юнь Ян даже бы и не удивился…

С другой стороны, нахмурившись, смотрела Мяо Сяомяо, смутно ощущая, что этот Мо Цзюнь говорит не совсем правдиво. Однако в каком именно месте он врал или даже привирал, она не могла сказать, так как тем не менее он рассказывал в соответствии с произошедшим, без каких-либо ошибок и промахов, даже без умолчаний…

Фактически пробелы в его рассказе отсутствовали, но на самом деле им было сделано одно большое упущение: он ни разу не упоминал, как действовал и что говорил он сам в это же самое время. По сути, всё сказанное им было чистой воды провокацией, в каждом слове был скрытый намёк. Однако об этом он решил умолчать, представ ни в чём неповинной жертвой…

В сочетании с его искренним и честным лицом, и запоздалым страхом на нём, уверен, никто бы никогда не догадался, что он — всего лишь прекрасный актёр, а это всё — декорации его спектакля…

Его доводы в этот раз возымели успех: Цао Гофэн злился ещё сильнее, а Гу Юнь Ян всё больше удостоверялся в своей неправоте, впоследствии он просто с неловкостью во взгляде смотрел на Цао Гофэна…

— Тогда я действительно очень перепугался! Я боялся, что Гу Фэй Ю просто убьёт меня, но… Если бы я попросил пощады, то унижение, которое я бы получил после этого, боюсь, было бы намного серьёзнее. И ладно моя жизнь, этот позор мог оказать влияние на светлое имя Шенхуана Цао! Безусловно, я очень боялся смерти, но если бы поставил под удар репутацию Шенхуана Цао, то, даже умерев сотню раз, я бы вряд ли смог искупить свою ошибку!

Когда Цзюнь Мосе сказал это, Цао Гофэн и Гу Юнь Ян согласно кивнули. Они оба понимали, что если в такой ситуации дать слабину, то совладать с дальнейшими последствиями будет очень сложно!

Что было бы тогда, если бы драгоценный обладатель непревзойдённой сущности, которым так дорожил Цао Гофэн, повёл себя, как трусливый заяц? Наверняка это стало бы темой для насмешек во всём Призрачном Дворце! Вне всяких сомнений, так и было бы!

— И тогда я набрался решимости и просто сделал шаг вперёд! Я так и сказал ему: «Если осмелишься убить меня, так давай, убивай! Вот он я!»

Рассказывая об этом, Цзюнь Мосе попытался наглядно изобразить и шагнул вперёд, в этот момент Гу Юнь Ян от досады притопнул и ахнул. Глядя на своего внука, до сих пор пребывающего в бессознательном состоянии, все мысли отомстить за него мгновенно ослабели. Ничего не поделаешь: «Этот юноша с непревзойдённой сущностью сейчас на пике популярности, что он должен был сделать, если ты оскорбил его? Тебя позорно приставили к стенке…»

Цао Гофэн, ещё недавно представив жалкого Гу Фэй Ю, который обнажил меч, но не мог решиться привести его в действие, был обеспокоен, но сейчас он чувствовал удовлетворение, и даже слегка улыбнулся.

Что? Убить обладателя непревзойдённой сущности? Никчемный Гу Фэй Ю ни за что бы не осмелился на это. Да даже пребывающий в гневе Гу Юнь Ян тоже бы вряд ли решился бы пойти на это!

— Я тоже не понимаю, о чём думал молодой господин Гу… Он не нападал, но мне было страшно, я постоянно переживал о том, что подумают о Шенхуане Цао, если я сделаю то или иное движение, поэтому мы схватились намертво, ни он, ни я не уступали друг другу… Мы оба находились в безвыходном положении, и никак не могли остановиться… — Цзюнь Мосе с обидой в голосе произнёс. — Подумав немного, я просто сделал шаг вперёд, потому что я знал, что, если я отступлю, то…

— Нет необходимости повторяться! Что было дальше, мы примерно представляем… — Гу Юнь Ян перебил Цзюнь Мосе. Он догадывался, что дальше последует пересказ того, как Мо Цзюнь смертельно боялся, а его внук начал оскорблять Цао Гофэна. — Я спрошу тебя только об одном: сколько раз ты атаковал его? На сколько шагов продвинулся вперёд? И на сколько шагов отступил Гу Фэй Ю?

— Это… — Цзюнь Мосе смущённо почесал голову. — В то время в моей голове была одна пустота, я двигался рефлекторно, и сейчас, боюсь, уже не вспомню конкретное число…

Гу Юнь Ян кивнул и посмотрел на Мяо Сяомяо.

Сяомяо немного подумала и решительно ответила:

— Молодой господин Мо ступал вперёд всего семнадцать раз, и, соответственно, сделал семнадцать шагов! С этого места и до стены, а молодой господин Гу… Он тоже отступил ровно на семнадцать шагов! Каждый раз он сильно злился и хотел воткнуть свой меч в молодого господина Мо… Вы прибыли как раз после последнего, семнадцатого шага!

Сяомяо подтвердила слова Цзюнь Мосе! А он, в свою очередь, специально сделал вид, что запамятовал количество сделанных им шагов, заставив Сяомяо разъяснить это. И вышло так, будто она молчаливо согласилась с тем, что он только что втёр…

— Семнадцать шагов! — Гу Юнь Ян и Цао Гофэн одновременно вскрикнули.

Взгляд Гу Юнь Яна по отношению к Цзюнь Мосе снова изменился. Теперь он смотрел на него настороженно, с опасением!

«Этот на первый взгляд простодушный паренёк с направленным на горло мечом заставил своего соперника отступить на целых семнадцать шагов! Что за чертовщина? Пусть все они молоды, однако до какой же степени нужно презирать смерть, чтобы пойти на такое? Даже двигаясь рефлекторно, вряд ли возможно быть таким спокойным перед лицом своей смерти… Стоит учитывать, что за эти семнадцать шагов Гу Фэй Ю спокойно мог убить его 1700 раз! Этот негодник в самом деле бесстрашен, раз может танцевать с нацеленным на него мечом…»

Цао Гофэн внезапно очнулся:

— Гу Юнь Ян, должно быть, сейчас ты и сам понял: твой внук сам нанёс себе это ранение! Другими словами, он пострадал от своей же силы!

Гу Юнь Ян застыл, а потом безмолвно кивнул.

Когда его злость вырвалась наружу, весь меч непременно покрылся Суань; однако эта Суань не могла прийти в движение, и снова возвращалась в его тело, превращаясь в ответный удар Суань! По словам Сяомяо, Гу Фэю Ю каждый раз злился пуще прежнего, и каждый раз через силу подавлял свою злость!

За короткий промежуток времени его собственная Суань нанесла ему немного немало — семнадцать ударов!

К этому добивались гнев, ледяной холод, обида и негодование — всё это и породило это странное ранение…

Гу Юнь Ян молчал с расстроенным видом: «Всё ясно, как белый день, кого ещё нужно искать, чтобы отомстить за внука? Это вовсе неуместно!»

Вполне очевидно, что это его собственный внук спровоцировал этот конфликт: он бранился, и он же обнажил свой меч, однако не смог довести дело до конца, создав такую неприятную обстановку. Они оба слышали собственным ушами, как неприлично выражался Фэй Ю… Что можно сказать на это?

Сводить счёты с Мо Цзюнем? Он здесь — вообще пострадавшая сторона… Сводить счёты с Мяо Сяомяо? Она вообще ни в чём не виновата, кажется, она была единственным сторонним наблюдателем…

— Гу Юнь Ян, честно говоря, ты ещё должен радоваться такому исходу. По крайней мере, твой внук остался в живых! — Цао Гофэн строго сказал. — Если бы он сейчас не получил такую тяжёлую травму, ты думаешь, стал бы я с тобой вот так просто разговаривать? Разве какой-то юнец может порочить моё имя? Тогда бы твой драгоценный внук вряд ли бы был здесь, не могу поручиться за это!

Сначала Гу Юнь Ян разозлился, но потом немного расслабился, и, прощупывая почву, спросил:

— Брат Цао, вы хотите сказать, что не собираетесь разбираться в этом деле и просить возмездия позднее?

Цао Гофэн фыркнул:

— Твой внук уже поплатился за свою пакость, в чём тут разбираться? Однако ты, Гу Юнь Ян, теперь будешь у меня в долгу! Мне неизвестно, что наговаривают на меня младшее поколение вашей семьи Гу! Ты обязательно должен поведать мне об этом!

Гу Юнь Ян спокойно выдохнул и сказал:

— Брат Цао, прошу вас, умерьте свой гнев. Я гарантирую вам, что в случае возникновения оскорбительных речей в ваш адрес, я немедленно буду разбираться с этими негодяями сам, вы даже не узнаете об этом!

Он запрокинул голову высоко вверх, немного подумал, а потом, повернувшись, обратился к Мяо Сяомяо:

— Барышня Сяомяо, Фэй Ю действительно был не прав сегодня. Мой дорогой внук обидел вас, и я торжественно прошу у вас прощения за его поведение. Если Фэй Ю посчастливится быстро поправиться, я непременно буду строг к нему и ни в коем случае не позволю ему вас более беспокоить.

Мяо Сяомяо поспешила вежливо ответить:

— Ну что вы, дедушка Гу, я не знаю куда деться от стыда.

— Не мешало бы, — Гу Юнь Ян деланно рассмеялся: — Только… если Фэй Ю и поправится, боюсь, с его жизнью всё равно покончено. Поэтому я хотел попросить вас, барышня Сяомяо, об одолжении… Что скажете?

— Каком одолжении? — Сяомяо насторожилась.

Глава 947. Неправильно! Нужно вот так смеяться!

— Я очень хотел бы увидеться с вашим многоуважаемым отцом! — с горечью сказал Гу Юнь Ян.

Он просто ещё раз подумал обо всех возможных вариантах. Поняв причину сей травмы, старик мог бы начать целенаправленное лечение и спасти жизнь Гу Фэй Ю и даже полностью исцелить парня — это теперь не проблема. Но даже после выздоровления, Фэй Ю, как и предполагалось, больше не сможет самосовершенствоваться — а это уже настоящая беда!

Единственное, что может исцелить Гу Фэй Ю, не оставляя после себя никаких последствий, и даже дав ему возможность для прогресса — это Священные плоды! Никакие другие методы не дадут подобные результаты!

Таким образом, Гу Юнь Ян, не колеблясь, опустился на колени и извинился перед Мяо Сяомяо.

Цао Гофэн сурово сказал:

— Гу Юнь Ян, ты хочешь вылечить своего внука с помощью Священных плодов? Ты совсем из ума выжил? Это, по-твоему, пекинская капуста, которая растёт во дворе?

Цао Гофэн забеспокоился!

В настоящее время в Туманном Призрачном Дворце есть только два представителя младшего поколения, которые имеют право на Священные плоды. Это Мо Цзюнь и Мяо Сяомяо. Священные деревья плодоносят всего раз в пять сотен лет и могут одновременно принести лишь две партии фруктов!

То есть это равнозначно двум людям. Если Гу Юнь Ян хочет взять одну партию… тогда один из младших останется без Священных плодов ещё на пятьсот лет!

Или даже тысячу!

Испокон веков семья Мяо единолично управляет Туманным Призрачным Дворцом, а Мяо Сяомяо является их невероятным гением и горячо любимым ребёнком! Так что одна партия плодов безоговорочно должна будет перейти к ней!

— Цао Гофэн, не лезь, куда тебя не просят! — холодно ответил Гу Юнь Ян. — Окажет или не окажет мне честь наш Повелитель — вообще не твоё дело!

На душе Гу Юнь Яна имелись некоторые противоречия. Он не хотел обижать Цао Гофэна, ведь, в конце концов, это был сильнейший Шенхуан, да и отношения у них были, всё же, неплохими. Но в этот момент он совсем не принимал во внимание тот факт, что прогресс мальчишки с непревзойдённой сущностью без Священных плодов будет слишком медленным! А это неизбежно повлияет на общее положение дел во Дворце… но его внук… для старика он был не менее важен!

— Дедушка Гу, простите меня, но я действительно ничем не смогу здесь помочь, — осторожно ответила Сяомяо. — Тем не менее по возвращении домой я обязательно расскажу всё моему отцу и дедушке во всех подробностях.

Гу Юнь Ян тяжело вздохнул и сказал:

— В таком случае, нам остаётся лишь положиться на судьбу…

Обхватив своего внука, старик, даже не попрощавшись, тут же вылетел наружу прямо через окно!

Слова Мяо Сяомяо можно было бы назвать очень интригующими. Она лишь сказала, что поговорит с отцом. Но о чём? О сегодняшнем споре? Или же про то, что Гу Юнь Яну нужны Священные плоды? Если о первом, то в этом нет никакого смысла! Даже если всё будет рассказано очень подробно!

Поэтому эти слова можно было расценить как отказ. Гу Юнь Ян — человек умный, он не стал напрашиваться на неприятности и просто ушёл. В конце концов, чем раньше он начнёт лечение внука, тем меньше окажется причинённый вред, а последствия будут относительно лёгкими. От Мяо Сяомяо нет никакого толка, так что на Священные плоды можно и не рассчитывать!

Цао Гофэн улыбнулся, посмотрел на Цзюнь Мосе и Мяо Сяомяо. Его настроение, казалось, только улучшилось:

— Раз уж больше проблем нет, тогда я тоже пойду. Мо Цзюнь, можешь ещё недолго погулять, но постарайся больше никуда не влезть. Кто бы мог подумать, что ты сразу нарвёшься на неприятности…

Сказав это, Цао Гофэн перевёл взгляд на Мяо Сяомяо и сказал:

— Сяомяо, мой ученик тут совсем недавно и ещё ничего толком не знает о Дворце. Если ты не занята, будь так любезна, покажи ему город.

Мяо Сяомяо был очень интересен Цзюнь Мосе, и она сама была бы не прочь найти время, чтобы получше изучить этого паренька, поэтому, услышав просьбу старика Цао, она тут же согласилась.

Цао Гофэн собирался уже уходить, но вдруг вспомнил, что хотел о чём-то спросить. Он ещё раз хорошенько подумал и спросил:

— Ах да, а где Ван Нэн и Ли Цзе, которые тебя сопровождали?

Цзюнь Мосе наивно и удивлённо ответил:

— Они оба… О… А я и не знаю, куда они подевались…

А сам тем временем про себя подумал: «Эти придурки сейчас уже, должно быть, получили по заслугам, незачем их искать…»

Цао Гофэн вдруг разозлился:

— Когда эти сволочи вернутся, я с них три шкуры сдеру! Ничего нельзя доверить! Бесполезное отрепье! — покачав головой, старик тут же взлетел и бесследно исчез.

Оба Шенхуана с недовольным видом уже покинули трактир, так что теперь тут осталось лишь три человека: Мяо Сяомяо, Сяо Доу Я и Цзюнь Мосе. Все потихоньку лишь переглядывались, но никто не хотел заводить разговор, поэтому над ними повисло странное молчание. Цзюнь Мосе почесал нос. Ему не давала покоя эта долбаная вуаль на лице Сяомяо, из-за которой ничего толком не было видно. Но и тупое молчание его тоже не устраивало, так что молодой мастер решил поскорее его нарушить. Но нарушить в стиле наивного идиота:

— Эм… Я всё хотел спросить — для чего вы меня сюда все-таки пригласили?

Цзюнь Мосе только что вспомнил об этом. Эти две девчонки сами позвали его, но так до сих пор ничего и не сказали. В итоге разгорелся какой-то идиотский спор, и «второй человек, которого нельзя трогать» вдруг чуть вообще не помер…

Так что для таких «событий» должна быть хотя бы нормальная причина в качестве оправдания.

— На самом деле, ничего особенного, — Мяо Сяомяо хорошенько думала над каждым своим словом, ведь перед ней находился невероятный гений — Мо Цзюнь, который, может, с виду и кажется искренним и честным человеком, но на самом деле его мысли и душа переполнены всякими хитросплетениями и коварными замыслами. Так что с ним лучше не шутить, кто знает, как он себя поведёт. Если можно не провоцировать человека, то лучше этого и не делать.

— По правде говоря, я тут недавно услышала, что во Дворец прибыл некто одарённый юноша по имени Мо Цзюнь. Старики только об этом и трепались. Ну, я и подумала, что неплохо было бы и мне познакомиться с молодым господином… А тут так всё трагично получилось… Очень жаль…

— А-а-а! Хе-хе, госпожа решила оказать мне честь! — Цзюнь Мосе улыбнулся и продолжил: — Но тут, по факту, ничего интересного: я — просто живой человек, у которого есть рот, нос и два глаза. Может, по сравнению с обычным человеком я немного красивее, но вот совсем недавно я был жестоко избит до полусмерти, так что… Наверное, увидев меня, госпожа была разочарована?

Мяо Сяомяо посмотрела на него своими красивыми глазками и, слегка заикаясь, сказала:

— Нет… не разочаровалась.

— Это хорошо, это хорошо, — Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением. — А то я уж подумал, что стал уродливее, чем раньше… Хотя моя природная харизма никогда меня не покинет, за это я точно могу не переживать!

Стоявшая в сторонке Сяо Доу Я вдруг в голос засмеялась. А Мяо Сяомяо, услышав такое искреннее самовосхваление молодого мастера, не смогла сдержать улыбки и прикрыла ладошкой свой маленький рот. Цзюнь Мосе покачал головой и сказал:

— Глядя на вас, кажется, будто вам очень тяжело даже улыбнуться. Если хотите посмеяться, то делайте это нормально! Зачем прикрываться ладонью и прятать естественные эмоции! Вот, посмотрите, как это надо делать! Весело и непринуждённо!

Сказав это, молодой мастер поднял голову и громко рассмеялся во весь рот:

— Ха! Ха! Ха! Ха!

Его хохот был очень сильным и звонким.

Две молоденькие девчонки больше не могли сдерживаться и почти одновременно засмеялись, хватаясь за животы, да так сильно, что аж до судорог.

— Так значит, вы можете так смеяться? Ну ладно, давайте я вам усложню немного задачу!

Молодой мастер нахмурился и сделал серьёзное лицо. Он немного подумал и сказал:

— Ну-ка, попробуйте вот так рассмеяться, может, такой вариант вам больше подойдёт…

Мосе поднял голову и нахмурился:

— Ха… Ха… ха-ха…

Он выглядел, словно высокоуважаемый старикан, который одновременно смеялся и пожимал плечами. Смех был очень размеренным, выразительным и неторопливым, будто старикан ещё помнил, что ему рассказали анекдот, но уже забыл, смешной ли.

— А-ха-ха-ха-ха-ха! — две девушки больше не могли себя контролировать и просто дико ржали, хлопая по столу. Они покраснели, а их маленькие рты раскрылись так широко, что можно было увидеть, как внутри слабо подёргивались розовые язычки…

— Ну как, весело? Приятно? Чувствуете, как это расслабляет? Даже удовольствие доставляет, да?! — Цзюнь Мосе говорил с некоторым наставлением: — Это естественное высвобождение чувств каждого человека! Если хотите смеяться, то смейтесь во весь голос, от всей души и непринуждённо! Смех — это порождение настоящей радости и счастья. Если вы будете его контролировать, то какой тогда вообще смысл смеяться?

Помолчав пару секунд, Цзюнь Мосе продолжил:

— Жизнь не стоит на месте, и различные горести и печали всегда сменяются радостью и счастьем. Будь то смерть или разлука, любовь или ненависть — всё это заставляет нас страдать. Поэтому мы должны держаться за каждый счастливый момент нашей жизни и смеяться от всей души. Ведь кто знает, когда наступит такая минутка радости в следующий раз?

Эти слова эхом отозвались в сердцах обеих девушек.

Мяо Сяомяо слегка вздохнула и сказала:

— Да… в жизни, на самом деле, очень мало счастливых моментов, но очень много горя и тоски… В твоих словах кроется очень глубокий смысл, брат Мо.

Прежде Сяомяо обращалась к Мосе как к «молодому господину Мо», но сейчас она впервые назвала его «братом». Очевидно, отношения между этими двумя стали на один шаг ближе.

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

— Осмелюсь спросить: сестра Мяо, а ты помнишь, когда последний раз смеялась?

Мяо Сяомяо призадумалась. Этот вопрос слегка её огорчил, и она слабо ответила:

— Не помню… Я действительно не могу даже вспомнить…

Цзюнь Мосе тихо вздохнул:

— Жизнь — это мимолетный сон. Вчера чёрная полоса, а сегодня — уже белая. Когда тебе хорошо, нужно от всей души веселиться. В конце концов, наша молодость коротка!

Глава 948. Кто это танцует в облаках?

Сяо Доу Я улыбнулась и сказала:

— Молодой господин Мо неправ: юность моей госпожи не так коротка, как кажется. Моя госпожа принимает цветки Искусного Лотоса и Священные плоды, так что её идеальное личико сохранятся неизменным, как минимум на ближайшие пятьсот лет.

— Сяо Доу Я, закрой рот, — прошептала Мяо Сяомяо и повернулась к Цзюнь Мосе, извиняясь: — Сяо Доу Я ещё молода и ничего не понимает, так что не обращай на неё внимания.

— Такая детская наивность сама по себе прекрасна, я даже завидую! Как я могу не обращать внимания? — пошутил Цзюнь Мосе и улыбнулся.

— Раз ты можешь разглядеть такую невинную искренность, значит, твоя душа тоже чиста. Осмелюсь спросить в ответ: а помнишь ли ты, когда в последний раз смеялся? — спросила Мяо Сяомяо.

— Когда я смеялся в последний раз? Дайте подумать! А! Так это было вчера! Если сегодня, конечно, не считается, — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. — Я всегда говорю себе, что сегодня прекрасный день. Я всё ещё могу дышать, я живу — а это уже и так огромное благословение, которому нужно радоваться! Поэтому я смеюсь каждый день. Более того, я стараюсь сделать так, чтобы остальные люди смеялись вместе со мной… — он с той же улыбкой бросил взгляд на Сяомяо. — Не знаю, но говорят, что смех способен уменьшить наши печали и неприятности! Как бы там ни было, но я верю в это!

— А у тебя действительно широкий взгляд на вещи. Я в восхищении и даже слегка завидую тебе! — в ясных глазах Мяо Сяомяо показался искренний восторг, но вскоре огонек потускнел, и она спокойно сказала: — Похоже, придя сюда, ты уже знал, какое огромное значение имеет твоя непревзойдённая сущность для всего Дворца, но каковы твои планы на будущее? — говоря это, она медленно подняла голову и на мгновение посмотрела в глаза Цзюнь Мосе. — Мне лишь известно о твоих невероятных природных данных, а сегодня мне ещё удалось собственными глазами увидеть твою сообразительность, находчивость и решительность. Но что насчёт других талантов? Может, ты обладаешь навыками литературного письма?

— Эм-м… Хочешь, чтобы я оказался крутым писакой? Или просто хочешь убедиться в моей необразованности? — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся.

— Ну что за шутки? — Мяо Сяомяо слегка покраснела от смущения. — Не хочешь мне что-нибудь зачитать? Я бы с удовольствием оценила твои стихи!

Цзюнь Мосе втайне был слегка ошарашен. Ложь приходит из уст экспромтом, а вот стихотворение — это совсем другое дело. Его нужно написать, и смысл каждой строки будет непременно являться твоими собственными истинными мыслями… Потому что поэзия — это, прежде всего, голос сердца автора!

«Эта девчонка хочет, во-первых, проверить мои литературные таланты, а, во-вторых, увидеть мои истинные мысли. Она боится, что я ей вру, поскольку ещё недавно я повёл себя слегка жестоко по отношению к Гу Фэй Ю! Для Сяомяо я сейчас — юноша с непревзойдённой сущностью, затмивший всех своим остроумием, смелостью и решительностью. Ну, а раз так, то мои превосходные литературные таланты сделают меня ещё более внушительным и ужасным персонажем… В таком случае надо бы хорошенько её шокировать!»

Цзюнь Мосе ненадолго призадумался, затем поднял брови и протяжным голосом начал свое чтение:

— Едва ли можно жить, покоряясь небесам, нужно со смехом противиться их воле!

Кто, как и я был выброшен в эти волны человеческого бытия…?

Дочитав до этих строк, он сделал небольшую паузу и продолжил:

— Солнце и луна входят в мою душу и видят, как я иду вперёд!

Острый клинок тут же обнажу и поведу за собой воинов смелых полк!

Гордость накроет меня песчаной бурей, и начнётся ливень из человеческой крови!

Великий меч захватит весь мир, а сказания о непревзойдённом герое будут увековечены славой!

Кто это танцует в облаках, заставляя меня смотреть через горизонт?

Моя душа непреклонна, но на сердце вдруг снова шквал…

Музыка закончилась, как и всё хорошее. Меч яростно пронзил Небосвод.

Лишь улыбка будет безмятежно бродить по земле, но не найдёт она никого лучше меня!

Голос его был звонок и ритмичен, словно генерал отдавал приказы своим подчинённым воинам!

Только услышав эти строки, можно было испытать невероятный душевный подъём.

Закончив своё чтение, Цзюнь Мосе посмотрел на двух девушек, чьи лица выражали полное оцепенение. Мяо Сяомяо и подумать не могла, что этот парень окажется таким прекрасным поэтом. В Туманном Призрачном Дворце, да что там — во всей Вселенной таких великих гениев можно по пальцам пересчитать!

Сколько людей, посмотрев вдаль, смогут с лёгкостью сочинить нечто подобное, да ещё и в жанре классической поэзии? Одного такого литературного таланта достаточно, чтобы посмотреть на человека другими глазами… не говоря уже о превосходных природных данных, смелости, расчётливости и потенциале!

Однако эта манера речи… кажется слегка сумасшедшей.

— Кто это танцует в облаках, заставляя меня смотреть через горизонт? Моя душа непреклонна, но на сердце вдруг снова шквал… — прошептала Мяо Сяомяо.

С её прекрасной памятью она сразу запомнила прочтённое стихотворение и повторила строчки, вызвавшие у неё наибольший интерес… Чем больше она повторяла их в уме, тем отчётливее понимала горький смысл, скрывающийся глубоко внутри. Эти мысли оставляли в её сердце ноющую боль…

«Кто это танцует в облаках, заставляя меня смотреть через горизонт? Моя душа непреклонна, но на сердце вдруг снова шквал…»

«Кто-то танцует в облаках, но я всё ещё на земле. Проглядела все глаза, но никого не увидела. На душе так тяжко, и холод разрывает изнутри…»

Спустя некоторое время Мяо Сяомяо томно вздохнула, улыбнулась и сказала:

— Брат Мо умеет выражать свои мысли, у тебя действительно прекрасный литературный талант! Мне даже стыдно за себя!

Цзюнь Мосе рассмеялся и сказал:

— Брось, мои навыки — сплошная ерунда, такое нельзя приписывать в таланты! Мне просто повезло состряпать что-то из пары слов. Если бы я в своё время не обучился грамоте у одного старика в горах, то точно бы сегодня опозорился…

Молодой мастер Цзюнь сказал правду, он действительно обучился литературе у одного своего наставника — такого же наёмного убийцы, как и он… До сих пор, вспоминая об этом старике, Цзюнь Мосе чувствовал жгучую боль в заднице…

Что касается этого стихотворения, то имя автора Мосе, к сожалению, уже забыл. Однако само произведение осталось у него в памяти из-за своей героической мысли. Молодой мастер и подумать не мог, что прочтёт эти строки в этом месте, да ещё и при таких обстоятельствах. Пусть Мосе слегка изменил некоторые строки, однако это не лишило его молниеносного успеха!

В этот момент Сяо Доу Я наблюдала за Цзюнь Мосе с бешеным восхищением, казалось, она была готова кланяться ему до самой земли!

«Такой красивый! Такой крутой! Такой талантливый! Если бы у меня был такой муж… Ой, да о чём я вообще думаю? Позор!»

— Брат Мо, ты слишком скромен, — Мяо Сяомяо улыбнулась и добавила: — Человек, что научил тебя грамоте и литературе, должно быть, поистине эрудированная личность и крупный учёный! Вдобавок он обладал храбростью, благородством, твёрдым характером и решительностью… такой человек достоин восхищения…

Мяо Сяомяо стеснялась лично хвалить Мосе, боясь вызвать у него другие помыслы… Поэтому вместо этого она похвалила его наставника.

Цзюнь Мосе вдруг остолбенел, и он действительно не притворялся.

Он и подумать не мог, что в мире найдётся кто-то, кто будет восхищаться этим старым убийцей! Это настоящий палач, классический мясник! Его сердце уже давно покрылось коркой льда, он одним лишь взглядом мог напугать любого до смерти…

И на тебе вдруг… эрудированная личность? Крупный учёный? Ещё и храбрый, благородный человек…

«Ну что за нафиг! Я бы понял, если бы эти слова были адресованы мне! Но как можно говорить такое об этом старом бездушном мяснике… Даже немного обидно…»

Мосе не видел этого хрыча уже много лет, и он действительно по нему тосковал… Подумав о нём, в мыслях молодого мастера внезапно прорезалась пара острых, как лезвия, глаз, источающих дух убийства, тонкие губы и худощавое лицо, которые смотрели на него, говоря: «Эй, щенок! Снова отлыниваешь от работы? Смотри мне, а то я быстренько тебя покромсаю!»

Вслед за этим криком на него вдруг подул хорошо знакомый ледяной ветер…

Цзюнь Мосе вдруг содрогнулся и обнаружил, что его глаза стали немного влажными…

«Сколько лет, сколько зим… Единственный… Суровый, но в то же время добрый… Старик, если ты вдруг услышишь новости о моей гибели, будешь ли ты плакать?»

Своё первое ранение я получил в плечо. Пуля пошла вниз и задела лёгкое… В общем, травма была достаточно серьёзной. До этого дня я всегда люто ненавидел старика, потому что он постоянно меня наказывал! Даже если я просто накосячил, пока бухал, то всё равно мне сурово прилетало от него! Я мог потом месяц побитый ходить…

В то время старик был моим самым страшным и ненавистным врагом!

В глубине души я поклялся себе, что, когда у меня появится достаточно сил или же подвернётся удачная возможность, я верну этому извергу всё сполна, а затем разрежу на мелкие кусочки и скормлю собакам. Моей ненависти не было ни конца, ни края!

Но когда меня смертельно ранили, старик гнал ко мне на всей скорости целую ночь, а потом устроил меня в одну из лучших больниц города. Я помню, что в то время лицо старика по-прежнему не выражало никаких эмоций, однако стрелка на спидометре не сходила со своего максимума до самого конца…

На самом деле наёмникам нельзя было обращаться в больницу, особенно с огнестрелом. Пока я был в реанимации, то не видел своего старика. Перед тем, как я окончательно потерял сознание, он успел сказать мне одно: «Запомни, тебя случайно зацепило на пляже. Ты обычный гражданский парень. Ты — сирота!»

До моей выписки старик так и не появился, а спустя месяц он всё-таки вернулся. Раненый. Этот старый пердун сбежал из тюрьмы!

Глава 949. Печаль и сожаления длиною в жизнь…

Чтобы Цзюнь Мосе смог выжить и получил лучшее медицинское лечение, старик без колебаний отправил его в больницу, затем, само собой разумеется, попал под подозрения при расследовании, после чего попал в тюрьму.

Цзюнь Мосе использовал эту ложь для прикрытия, однако старик не мог пойти на это. Давние травмы по всему телу и его ужасный характер были настоящим препятствием, всё это незаметно разоблачало его истинную личность.

После большого количества различный неприятностей, навалившихся на старика, после побега из тюрьмы, он ни разу не упоминал об случившемся.

Словно… ничего и не было! Во время тренировок он был, как и всегда, строг и суров, когда возникали ошибки, он мог взбеситься и разразиться страшной бранью, иногда даже доходило до потасовок!

Тогда Цзюнь Мосе уже наверняка знал — он без проблем мог положиться на этого человека!

Для мужчин необязательно говорить о подобных вещах! Поступки сами говорят за себя!

Мяо Сяомяо как бы невзначай сказала эти слова. Кто бы мог подумать, что это заставит Цзюнь Мосе предаться таким далёким воспоминаниям, подумав о которых, ему всегда становилось так тепло на душе!

Предавшись воспоминаниям, Цзюнь Мосе сидел в тишине, в глубине его глаз скрывались слабые капельки продолжительной тоски, на лице застыло выражение беззаботной улыбки, а взгляд был каким-то далёким и загадочным, словно в одно мгновение он попал в свой собственный мир, тайны которого были известны только ему одному…

Мяо Сяомяо спокойно наблюдала за ним, её взгляд постепенно становился более мягким и тёплым. Долгое время она не издавала ни звука, дав время Цзюнь Мосе побыть наедине со своими воспоминаниями…

Прошло довольно много времени…

Цзюнь Мосе поднял голову, его туманный взгляд стал снова собранным и сосредоточенным. Повернувшись к Сяомяо, он слегка улыбнулся, и тихо сказал:

— Невольно мне кое-что вспомнилось из моего прошлого, и я совсем потерял контроль над собой… Наверное, насмешил вас этим?

— Проявление своих искренних чувств, подобно ребенку, вовсе не порок. Не говори глупостей. Наверняка у тебя есть воспоминания, которые грех не вспомнить, я права? — спросила тихонько Сяомяо, бросив нежный взгляд на Мосе из-под своей вуали.

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул и сказал:

— Дааа… жизнь человека так устроена — всегда есть события, которые хочется запомнить… Однако, вспоминая об этих событиях, порой на сердце становится очень тяжело от этого. Но, несмотря на это, от них всё равно не хочется отказываться и забывать их…

Сяомяо спокойно слушала его. Очень долгое время она молчала и ничего не говорила, потом рассмеялась и произнесла:

— Однако… если в сердце есть хотя бы одно такое событие, или хотя бы один такой человек — это огромное счастье. Самое печальное это… если за всю свою жизнь тебе так и не посчастливится найти такого человека или стать частью подобного события… Это самое ужасное…

— Совершенно с тобой согласен! — Мосе рассмеялся и спросил: — Осмелюсь спросить тебя, сестра Мяо, возникает ли у тебя схожее со мной чувство? Есть ли у тебя события, которые ты бы хотела вспомнить и никогда не забывать? Или возможно… люди?

Спокойный взгляд Мяо Сяомяо надолго застыл на лице Мосе, потом скользнул куда-то в окно, и повис в пустоте. Помолчав немного, она с трудом произнесла:

— …есть. Или нет. Наверное.

— Очень интересно. Когда девушки так говорят, я всегда теряюсь. Сначала есть, потом нет, кто же, в конце концов, знает, всё-таки есть или всё-таки нет? Ха-ха-ха… — Цзюнь Мосе расхохотался.

В глазах Сяомяо не было смеха, она повернулась и тихо вздохнула:

— Лес потерял краски весны… Быстрый, утренний, холодный дождь… Вечерний свирепый ветер… Щёки в слезах… Потеря человека, сожаления и печаль длиною в жизнь… Эх…

Цзюнь Мосе, смеясь сам над собой, произнёс:

— Кажется, вам, девушкам, нравится такое хмурое настроение? Тяжёлые думы — ваш конёк. Однако не стоит принимать мои слова близко к сердцу, я сказал наобум. В этом нет никакой нужды.

Кончики бровей Сяомяо едва заметно подпрыгнули вверх, она вся задрожала, ей хотелось возразить:

«Я — совсем не обычная девушка, мне вовсе не нравится хмурое настроение! Я сама в состоянии различить, хорошие это слова или плохие, эти слова имеют большой посыл! Неужели не ясно, что эта скромность — сплошная фальшь?»

Но у неё так и не хватило смелости высказать своё мнение…

Она лишь тихонько подумала об главной идее этих слов: беспомощность и печаль. Они настолько туманны и неопределенны, её сердце словно обволокла непроглядная пелена, плотно закрыла глаза, и всё вокруг… Что случилось, почему она ничего не соображает?

Мяо Сяомяо тихонько сидела, нахмурив свои красивые брови, взгляд её был тусклым, словно туман.

Она закрыла глаза, сама не понимая, почему чувствует себя так плохо. Неужто пара незамысловатых слов возбудили в ней переживания, которые были так глубоко запрятаны в её сердце?

Она словно прекрасный молодой цветок, но вокруг неё так много коварных и хитрых сластолюбцев, они алчно бросают на неё свои взоры. Даже её родная семья пока ничего не предприняла для её счастья, пусть она от рождения наделена необычными силами и способностями, но для них она не более чем инструмент, который они используют для достижения своих интересов…

«Всем известно о моём высоком положении, я — любимая и обожаемая дочь Повелителя Призрачного Дворца, должна быть счастлива и беззаботна, но никто и не догадывается о моих страданиях… Сколько протянет даже такой цветок в столь плохих и неблагоприятных условиях? Когда он станет увядать, его сожаления и печаль станут длиною в жизнь… Неужели этот Мо Цзюнь намеренно расстроил меня? Почему после его слов мои глаза стали влажными, нервы сдали, и я потеряла контроль над собой? Сейчас я уже достигла уровня Величайшего мастера, ещё немного — и стану Почтенным мастером, а благодаря цветкам Искусного Лотоса и плодам разноцветного дерева мои мысли стабилизируются, моё сердце станет неуязвимым к переживаниям и боли. Тогда я буду контролировать свои чувства и эмоции, от чего сейчас я так ослабела?»

Сяомяо очень быстро моргала глазами, ей самой была неизвестна причина, по которой она так некомфортно себя чувствовала…

— Барышни, время позднее… Раз у вас больше нет ко мне вопросов, пожалуй, я поспешу откланяться, — Цзюнь Мосе был находчив, как и обычно. Результатами сегодняшнего дня он был вполне доволен, а жадничать, как говорится, плохо. Поэтому нужно поскорее смываться. Если и дальше тянуть с этим, то… весь день насмарку…

— Минуточку, брат Мо, прошу вас, не торопитесь! — взгляд Мяо Сяомяо снова стал спокойным. Сяо Доу Я неизвестно когда кинулась лихорадочно записывать слова Цзюнь Мосе.

— У тебя есть ещё какие-то вопросы ко мне? — Цзюнь Мосе смотрел прямо на Мяо Сяомяо. Он понимал, что эта девчонка пригласила его вовсе не для «знакомства». Разумеется, что-то скрывалось за этим поводом, но Мосе не собирался первым спрашивать об этом, он ждал действий от Сяомяо…

Мосе было невыгодно самому выспрашивать, зачем ему лишние хлопоты?

Глаза Сяомяо блеснули, а потом застыли, стали светлыми и ясными, как было до этого, она подняла голову и посмотрела на Мосе:

— Брат Мо, не удивляйся, что я начала издалека. Осмелюсь спросить, были ли люди, которых ты обидел? Или можно ли узнать, скольких людей ты обидел?

— Я только прибыл сюда, никого и ничего здесь не знаю, кого я мог обидеть? — Цзюнь Мосе почесал голову. Этот вопрос был трудноват для него. — Если говорить наверняка, то я обидел господина Гу, он же обиделся, так ведь? А, стало быть, этим я обидел всю семью Гу… Можно сказать, достаточно много человек…

— Сейчас я спрашиваю не о Гу Фэй Ю. Я имею в виду время до того, как ты пришёл сюда!

— А… Тогда нет! Я никого не обижал! Я вообще не люблю лишние хлопоты, зачем мне кого-то обижать! – Цзюнь Мосе уверенно покачал головой. Он хотел рассказать о той потасовке в городе, но передумал. Он решил, что это не заслуживает внимания Сяомяо. А кроме этих пареньков и правда никого не было из обиженных им…

— Оказывается, брат Мо, действительно, не в курсе, — Сяомяо с недоверием посмотрела на Мосе и поняла: «Похоже он в самом деле ничего не подозревает о том деле»…

Она невольно горько рассмеялась и медленно произнесла:

— Только брат Мо переступил границу Призрачного Дворца, все семьи сразу же узнали об этой новости!

— А? — Цзюнь Мосе нахмурился.

«Стало быть, Цао Гофэн тайно рассказал об этом! Иначе бы никак не получилось так, чтобы столько молодых наследников влиятельных семей в одно и то же время появились в Городе Сердечных Грёз!»

Мяо Сяомяо слегка улыбнулась.

«Неудивительно, что, только выйдя за порог, я „случайно“ столкнулся с двумя неприкасаемыми людьми. Оказывается, вот оно что. Моя удача не может быть настолько хороша. Всё это было спланировано…»

— Брат Мо, ты наверняка не знаешь, но наш Призрачный Дворец двигается по определённому плану. Среди талантливых и способных молодых людей отбираются самые лучшие кандидаты, и они направляются в дворцовое казначейство, там они проходят специальное обучение и готовятся стать лидерами нового поколения Призрачного Дворца. Другими словами, мы заранее заботимся о будущем нашего Дворца! А твоё появление и твоя непревзойденная сущность нарушили наши планы!

Глава 950. Предмет всеобщего осуждения и порицания!

Мяо Сяомяо слегка улыбнулась и продолжила:

— Среди этой группы людей есть те, кто, вероятно, в будущем станет начальником Города Сердечных Грёз, владельцем рассадника чудодейственных растений; кто-то может стать главным старейшиной дворцовый палаты старейшин, или будущим Повелителем Призрачного Дворца, кто-то станет лучшим мастером и главным защитником Призрачного Дворца…. А твоё неожиданное появление внесло беспорядок в эти давно установленные стандарты нашей жизни! — Сяомяо внимательно, с осторожностью смотрела на Цзюнь Мосе и медленно говорила.

Хотя она говорила достаточно медленно, Мосе ясно понял, что она имела в виду!

Оказывается, он нарушил покой пороховой бочки… И стал настоящей мишенью для всеобщего осуждения!

— Непревзойдённая сущность, которой ты обладаешь — это настоящее чудо, которое появляется раз в десять тысяч лет. После этой счастливой новости никто уже не мог отрицать это, даже все представители старшего поколения считают тебя единственной кандидатурой, способной добиться светлого будущего для всего Призрачного Дворца! Другое мнение гласит… что, из-за своей могущественной силы ты стал главным конкурентом для всех остальных! В особенности для этой группы молодых людей! Они признают твой талант, твоё положение — это одно, однако позволить тебе занять их место — это совсем другое!

Она сидела ровно и непоколебимо, её слова одно за другим вбивались прямо в сердце Цзюнь Мосе:

— Поэтому с самого первого дня, как ты сюда прибыл, ты уже был обречён! Просто… вне зависимости от того, что ты будешь делать, на тебя будут пристально смотреть сотни глаз, не давая тебе расслабиться ни на минуту, мешая твоим успехам! Только затоптав тебя, у других людей появится возможность забраться на вершину! В противном случае на пути к вершине их постоянно будет преследовать твоя тень! Пока ты не покоришь вершину Призрачного Дворца, подобные проблемы будут окружать тебя повсюду! Везде и в любое время! — строго сказала Мяо Сяомяо.

Цзюнь Мосе потрогал свой лоб, словно после удара с чем-то.

Эти люди не представляют опасности для Мосе, главная проблема заключалась в том, что эти люди постоянно будут сверлить его своими взглядами. Как под таким многоуровневым наблюдением он сможет достигнуть места назначения, попасть в сад чудодейственных растений и завладеть плодами разноцветного дерева?

Это, по сути, самоубийство, они же засмотрят его до дыр!

— Начиная с этого дня, вся эта молодёжь уже наверняка в Городе Сердечных Грёз! А завтра туда прибудет ещё больше имеющих неоднозначные намерения людей! — Сяомяо с каким-то странным посылом рассмеялась: — Не могу промолчать, но я тоже одна из этих людей! Хотя у меня тоже есть намерения, я не подлый человек, поэтому я не собираюсь с тобой бороться. Если у меня и есть желание заполучить пару вещей, но даже с тобой, брат Мо, я не стану драться за неё. Сегодня я пригласила тебя лишь из любопытства и не более. Мне стало интересно, каков этот человек, что вызвал бурю интереса у стольких влиятельных семей, кто он, этот человек-мишень, — Сяомяо сама не поняла зачем она ни с того ни с сего начала объяснять всё это…

Закончив с объяснениями, она задумалась:

«И зачем я бросилась объяснять всё это? Словно я пыталась показать свою мощь, специально продемонстрировать своё превосходство, показать, что мы с ним стоим на одной разметке… Но я, очевидно, боюсь, что он всё неправильно поймёт… Эм, а почему я этого боюсь, о чём я думаю, в конце концов?» — раздумывая над этим, она ещё больше запуталась, а потом и вовсе покраснела.

— Вот оно что! Неудивительно, что в городе сегодня так оживлённо. Стало быть, завтра будет ещё веселее! — Цзюнь Мосе в страхе рассмеялся, самодовольно про себя добавив: «Люди везде такие же… Где бы я ни появлялся, я всегда становлюсь объектом обсуждения. Не успев приехать, сразу попал в самую гущу событий… Да я сам восхищаюсь своим талантом! Если это не талант, тогда что же?»

— Шенхуан Цао не мог не предвидеть этого, однако он не стал останавливать тебя, — сказала Мяо Сяомяо. — Так как он понимал — всё равно, рано или поздно, ты куда-нибудь отправишься и познакомишься с обстановкой Призрачного Дворца. Если ты раньше встречался с таким отношением — для тебя будет только лучше. Без дождя не бывает радуги! Чтобы тебя не застигли врасплох, он решил следовать за тобой по пятам, но при этом не показываться…

— Очевидно, сейчас он уже удалился. Однако столько нерешённых вопросов… Как же быть? Я не нравлюсь стольким людям, разве сейчас моя жизнь не находится в опасности? — удивлённо спросил Мосе.

— Ты, видно, смеёшься? Второй по счёту из трёх неприкасаемых людей Призрачного Дворца потерпел жестокое поражение с твоей подачи. Сейчас он находится почти в критическом состоянии… Ты серьёзно думаешь, что Шенхуан Цао ещё беспокоится за тебя? К тому же эти люди… Самое большее — это они могут разными способами пытаться оскорбить тебя. Очевидно, если говорить по силам — они тебе не соперники, они не решатся развязать открытый бой! Поэтому Шенхуан Цао со спокойной душой удалился восвояси… — чем больше она говорила, тем сильнее краснело её лицо.

Одной из причин, по которой Цао Гофэн решил оставить Цзюнь Мосе, было то, что он немного успокоился, и больше не волновался за своего ученика, как раньше; самая же главная причина заключалась в том, что Цзюнь Мосе сейчас был вместе с Мяо Сяомяо! Она не станет подвергать его опасности и не оставит одного!

Так как сейчас она выполняет важное задание своего отца, она занимается разведыванием данных об талантливом молодом юноше. Эта разведка включает в себя несколько пунктов: определить его натуру и состояние разума, поведение и отношение к людям…

Природные данные Мо Цзюня уже ни для кого не секрет. Её разведка заключается в более глубоком анализе его личности. Эта самая «разведка» является главной причиной, по которой она пригласила его.

У того, что Мяо Сяомяо и Цзюнь Мосе сейчас находились вместе, есть свои плюсы и минусы, к недостаткам относится лишь то, что после этого число его недоброжелателей только увеличится. А препятствия в его плане значительно вырастут.

Однако пользы тоже немало… установление хороших отношений с Сяомяо сродни нахождению покровителя!

К тому же пока Сяомяо с Мосе — вне зависимости, сколько людей ненавидят его и желают ему смерти, они могут действовать лишь тайно и окольными путями; если они попытаются в открытую навредить Мосе, Сяомяо тут же всё это зафиксирует и передаст огласке… Это никому не сойдёт с рук!

Согласно приёмам, благодаря которым Мосе одержал победу на Гу Фэй Ю, Цао Гофэн посчитал, что в Призрачном Дворце нет людей, способных навредить Мосе. Поэтому он так спокойно ушёл.

— Если ты действительно хочешь заявить о себе, утвердить свой статус в Призрачном Дворце, ты должен пройти через эти испытания! Самое главное — ты должен сделать это, опираясь только лишь на свои собственные силы! Если кто-то будет тебе помогать в этом, они не откажутся от задуманного! — серьёзно сказала Сяомяо.

— А? Можно использовать только свои силы? Это же просто самоубийство! Откуда мне знать, что эти интеллигенты приготовили для такого деревенщины, как я? — с интересом спросил Цзюнь Мосе.

Мяо Сяомяо загадочно улыбнулась и сказала:

— Я не собираюсь говорить тебе об этом, господин Мо. Информация из моих уст тоже будет считаться помощью извне. Так или иначе, когда время придёт, ты всё узнаешь. Я могу только сказать, что следующее место, куда ты отправишься, можно назвать скоплением талантливых людей. Хотя Гу Фэй Ю считался вторым неприкасаемым человеком Призрачного Дворца, он не пользовался уважением толпы. Можно сказать, он, скорее, был одиночкой. Вполне очевидно, что его характер имел слабые места и нанесение ему поражения нельзя назвать какой-то супер сложной задачей. Однако позже ты столкнёшься с поистине влиятельной и могущественной группой людей! Это сливки общества, они очень умны и подобны учёным, отлично владеют Суань и военным искусством!

Чтобы ты нанёс им сокрушительное поражение, при этом опираясь лишь только на свои силы… Это, решительно, невозможно! Только при условии, что в нашем мире возможны чудеса! — в глазах Сяомяо появилось странное выражение беспокойства.

Когда она прибыла сюда, её мнение немногим отличалось от мнения этой группы людей, она тоже хотела, чтобы этот обладатель непревзойдённой сущности стал позорищем. Однако сейчас она бесконечно надеялась, что у Мосе получится одержать победу над ними! Его успех не иначе, как чудо!

Она сама не понимала почему, но сейчас она вовсе не хотела, чтобы он стал посмешищем, и больше всего не хотела, чтобы кто-то оскорблял и обижал его! Думая об этом, ей становилось очень не по себе…

Такое изменение её чувств можно назвать очень неожиданным, она сама была удивлена. Что произошло, почему всегда невозмутимая и бесстрастная она вдруг так легко и спокойно решила разговаривать с каким-то простолюдином…

— Так трудно? И я должен нанести им поражение? Но зачем мне это? — Цзюнь Мосе пренебрежительно скривил рот. — Мне что, больше заняться нечем? С какой стати я должен наносить им поражение, тратить свои силы и нервы, обидеть стольких людей, и при этом не получить никакой пользы? С чего вдруг я должен заниматься такими глупостями? Дурак я, что ли?

Мяо Сяомяо опешила!

В её понимании, если кто-то бросил тебе вызов, вне зависимости от его положения и состоянии сил, ты обязательно должен выступить и сразиться с мерзавцем! Она бы никогда не подумала, что Мо Цзюнь так запросто откажется от этого!

Решительный и бесповоротный отказ и точка!

Если я приму этот бой, не окажусь ли я настоящим балбесом!

Да, верно!

Сяомяо внезапно выпучила глаза. Она резко поняла: если Мо Цзюнь в этот раз откажется от боя, его славное имя не только останется без повреждений, а ещё и наоборот, он проявит себя, как мудрый и дальновидный человек! Если он продинамит эту толпу людей… его популярность только увеличится…

Глава 951. Право посещения сада чудодейственных растений!

— Если ты попытаешься избежать сражения… Ну, в принципе, это реально, но, к сожалению, в этот раз есть причины, по которым ты всё равно будешь вынужден пойти и принять бой. Во-первых, если ты откажешься, они так просто не оставят тебя в покое. Наследники всех влиятельных семей разорвут отношения с тобой! И этот разрыв вряд ли получится уладить в ближайшие несколько десятков лет. Для твоего будущего развития, это, несомненно, сыграет плохую роль! — Сяомяо согласилась с его решением отказаться от боя, но тем не менее до сих пор переживала об этом, потому что из-за этого решения могут пострадать столько людей! Она понимала, что это решение несёт больше ущерба, чем пользы!

— Кроме того, события, которые произошли сегодня, тоже можно отнести к этим причинам. Поэтому ты всё-таки должен пойти на риск. Разумеется, процесс будет не таким уж и серьёзным…

— Этим причинам? — Цзюнь Мосе нахмурился. — Какие конкретно есть причины, по которым я вынужден пойти на это, выражайся яснее!

— Ты ещё помнишь своих недавних охранников? Двух учеников Шенхуана Цао? Ты приказал им убить восемь городских смотрителей! В итоге Чжань Юшу арестовал их за обвинение в убийстве должностных лиц. Если бы тебя там не было, это дело дошло бы до самых верхов, и этим двоим немедленно назначили бы высшую меру наказания! — Сяомяо встревоженно сказала: — Так или иначе, ты отдал этот приказ. Уверена, тебе будет нелегко объясниться перед Шенхуаном Цао из-за этого происшествия!

— А? Когда это я приказывал им убивать людей? Это ложь! Я не отдавал этот приказ, эти двое по собственной инициативе убили тех людей и были осуждены за это, какое это имеет отношение ко мне? — Цзюнь Мосе рассмеялся. — Убийство оплачивается жизнью, долг — деньгами, это святая истина! В Призрачном Дворце тоже действуют своё законодательство. А я не могу препятствовать исполнению правосудия. Все равны перед законом! Объясняться с Шенхуаном Цао незачем. Попирать закон ради личной выгоды совершенно безнравственно, и Шенхуан Цао это понимает. Барышня, по-моему, ты глубоко заблуждаешься, или неужели в Призрачном Дворце для учеников мастеров привычное дело ставить себя выше закона?

Цзюнь Мосе проникновенно и с глубоким чувством прочитал лекцию Сяомяо, выразил своё несогласие насчёт её доводов, и поставил под сомнение вопрос о привилегиях влиятельных семей в Призрачном Дворце.

Мяо Сяомяо тотчас же выпучила глаза и опешила.

«Это вообще что такое? Этот Мо Цзюнь перевернул всё вверх ногами! Кто мог подумать, что главный козырь Чжаня Юшу не сработает! Он говорил так нагло, так бесчинно! И так странно… Как-никак, оба его охранника находятся в подвешенном положении, ни живы и ни мертвы, почему это совершенно его не трогает? Эти двое, всё-таки, его товарищи, они все ученики одного мастера… Неужто он настолько бесчувственный сухарь? Пусть они — всего лишь названные ученики Цао Гофэна, однако они терпеливо сопровождали его на протяжении нескольких десятков лет, тяжело и упорно трудились всё это время… Но в голосе Мо Цзюня не было и намёка на сожаление, наоборот, он хотел, чтобы эти двое ответили за свои поступки строго в соответствии с законом!» — в одно мгновение настрой Сяомяо опустился до крайне удручённого и разочарованного состояния. Она считала поведение Мо Цзюня прямо-таки непростительным! Оказывается, он очень жестокий человек!

Она вся покраснела, и в ярости закричала:

— Брат Мо, неужто жизни этих двоих несчастных… Даже не стоят твоего внимания? Пускай вы не были знакомы до этого, пускай вы даже не приятели, но дело касается достоинства Шенхуана Цао! Если ты не вмешаешься и спустишь это дело на самотёк, как ты сможешь спокойно жить с этим, скажи мне?

Цзюнь Мосе удивлённо посмотрел на неё и спросил:

— Барышня Мяо, что с тобой? Почему ты так разгорячилась по этому поводу?

Сяомяо остолбенела, и тотчас же заметила, что совершенно потеряла контроль над собой!

Плевать, Мо Цзюнь или нет, какая ей разница?

Она залилась краской, и не знала, как теперь продолжить разговор. Она неуклюже опустила вниз голову, и тут же снова подняла, посмотрев на Мосе печальным и разочарованным взглядом.

Учитывая её социальное положение, обычные люди для неё — не более, чем муравьи, и великие мастера Ван Нэн и Ли Цзе вовсе не исключение.

На самом деле, если бы такая ситуация случилась с ней самой, наверняка, она бы повела себя точно также. Однако сегодня из-за слов Цзюнь Мосе она, неожиданно для самой себя, пришла в ярость. Она и не заметила, что так взбесилась вовсе не из-за дела, а из-за человека!

Сейчас Сяомяо действительно нечего было сказать на это. На самом деле, если бы Мосе психанул и бросился напролом, рискуя своей жизнью, Сяомяо наверняка разочаровалась бы, кинулась останавливать его и даже бы накричала: «Там опасно, ты ничего не знаешь, куда ты несёшься сломя голову, только навлечёшь позор на свою голову!»

Но, однако, сейчас Цзюнь Мосе высказал свой решительный отказ насчёт этой затеи, и Сяомяо была так же одинаково недовольна, даже ещё сильнее расстроилась.

Так или иначе, его поведение так отличалось от её мыслей. На что она рассчитывала, как тогда он должен поступить, по её мнению? Оказывается, она и сама не могла ответить на этот вопрос:

«В принципе, его поведение вполне логично, почему тогда я так расстроена? Возможно из-за того, что он такой бесчувственный?»

Вероятно, ей было тяжело принять то, что он вовсе не идеален, как она думала. Это всегда неприятно…

— Те двое… хотя мы считаемся соучениками, но когда я попал сюда тем не менее они стали… — Цзюнь Мосе, немного подумав, решил разъяснить некоторые детали: — …действительно, мне очень жаль, что так получилось! Хотя я не страдаю недостатком храбрости, однако мне показалось, что пойти на выручку к ним — немного не по мне. Поэтому я и не пошёл!

— Отчего же? Ты же невероятный обладатель непревзойдённой сущности, заветная мечта, к которой всю свою жизнь так отчаянно стремился Шенхуан Цао… — Сяомяо начала говорить, и внезапно до неё дошло: — Я поняла. В таком случае, действительно, нельзя искушать судьбу.

Хотя Цзюнь Мосе не сказал в открытую, было и так понятно, что эти двое давно мечтали продолжить мастерство Цао Гофэна. И, когда Мосе внезапно появился, он тут же занял их место, а они остались с носом. Если бы у них не было ненависти к Мосе, Сяомяо не поверила бы им.

— В самом деле, умная девочка, — Цзюнь Мосе без раздумья похвалил Сяомяо.

Она смерила его презрительным взглядом, хотя на самом деле ей было очень приятно услышать такие слова от него. Она ущипнула себя и мысленно обратилась сама к себе: «Обычная похвала, шутка и не более! Чего ты радуешься? Что с моим настроением сегодня, оно ненормально скачет то вверх, то вниз…»

— Чем собираешься заняться дальше? — Сяомяо с трудом удалось не улыбнуться от радости.

— Дальше? Да ничего особенного. Погуляю, потом спать пойду, — Цзюнь Мосе удивлённо выпучил глаза. — По-моему, мне даже и нечем здесь заняться! Откуда взяться интересу к какому-нибудь занятию?

Сяомяо недоумевала: «Его появление в Призрачном Дворце почти всколыхнуло небо… А ему заняться нечем… Эти слова просто до ужаса нелепы… Моё настроение так стремительно не меняется даже в течение месяца, да даже часа, как сегодня… Помогите! Что за фигня творится со мной?!»

— Брат Мо, твоё отношение к делам недоступно для понимания. Мне даже и сказать нечего, если честно, — Мяо Сяомяо оказалась в безвыходном положении. Она рассмеялась и сказала: — В таком случае, пусть брат Мо поступает так, как ему заблагорассудится. Однако должна признаться: в этот раз мне удалось хорошо поживиться благодаря вам.

— Поживиться? — Цзюнь Мосе напрягся и внимательно посмотрел на неё: — Барышня Сяомяо, мне совсем ничего неизвестно об этом.

— Это касается сегодняшнего дела. Мы заключили пари. Если брат Мо не решится на сражение, тогда я выиграю, — Сяомяо слегка улыбнулась.

— Пари? Что за пари? Какой выигрыш? — с любопытством спросил Мосе.

— Через пять дней состоится день открытых дверей в саду чудодейственных растений, он проводится раз в сто лет. В определённое время все старейшины Призрачного Дворца отправятся туда на собрание. Только в этот единственный день старейшинам разрешается взять оттуда необходимые им лекарства. А у Священного дерева раз в сто лет ответвляется новая ветка, и раз в пятьсот лет появляются плоды. Как раз в этот день на нём распустится новая ветка. Для этого нужно объединить силы всех старейшин, чтобы они подняли уровень одухотворенной Ци в рассаднике, и новый отросток стал расти. В этот раз туда может пойти один представитель от младшего поколения. Этот человек должен приложить все свои силы, чтобы Священное дерево признало его и одобрило. Если у него получится, в следующий раз он станет владельцем сада. Если же он не будет соответствовать требованиям Священного дерева, тогда следующие сто лет он может каждый год один раз приходить в сад. Есть только два человека, претендующих на это место. Это я и Чжань Цифэн из семьи Чжань, — Сяомяо рассмеялась. — Наше пари заключалось в том, что тот, кто проиграет, должен будет отказаться от этой возможности, и передать это право сопернику.

— Вот оно что! — взгляд Мосе стал осмотрительным и обдуманным.

Сад чудодейственных растений!

Глава 952. Тайна Священного дерева

— Но на этот раз их планам не суждено сбыться, — улыбнулась Мяо Сяомяо. — Раз уж ты решил не идти, то никакие хитроумные планы им не помогут, так что, соответственно, я победила! Пари между мной и Чжань Цинфэном было заключено на глазах многих людей, так что ему не выкрутиться! А значит, следующие сто лет я имею право раз в год посещать ботанический сад с чудодейственными травами. Даже если на этот раз я не получу одобрения Священного дерева, то у меня ещё будет для этого, как минимум, сто попыток! Я, конечно, немного разочаровалась, когда узнала, что ты не пойдёшь, но я всё же благодарна тебе за твоё решение, — сказав эти слова, Мяо Сяомяо уже хотела было распрощаться и уйти.

— Минуточку! — возбуждённо вскочил Цзюнь Мосе. — Кто сказал, что я отказался? Где они? Отведи меня туда!

— А? — Мяо Сяомяо ошеломлённо посмотрела на него: «Чего это он так распсиховался?»

— Да как я могу им проиграть с такими-то способностями, как у меня? Отведи меня туда! Увидишь, как я их всех там порешаю! Я не хочу, чтобы сестра Мяо проиграла!

Мяо Сяомяо аж шарахнулась назад от такой вспышки гнева!

«Ну что за человек? Он вообще понял, что я сказала?» — Сяомяо уже была просто в отчаянии!

Она уже чётко объяснила этому идиоту, что если он сейчас спокойно уйдёт домой и не отправится на встречу, то победа будет за ней.

Услышав его первоначальное намерение не идти на встречу, Мяо Сяомяо слегка расстроилась, но в то же время радость её не покидала.

Для её грусти имелась определённая причина: Мяо Сяомяо при первом знакомстве выяснила, что этот обладатель непревзойдённой сущности храбр, смекалист и образован, поэтому её интерес к нему только возрос. Естественно, ей бы хотелось узнать, какие ещё тайны скрыты в этом юноше.

В её представлении этот Мо Цзюнь похож на густой туман, сквозь который вообще ничего невозможно разглядеть. Внутри него скрывается много непостижимых тайн, и все они достойны удивления, изумления и восторга.

По крайней мере, в Туманном Призрачном Дворце не найдётся второго Мо Цзюня! Появление этого человека полностью перевернуло представление и отношение Мяо Сяомяо к «молодым талантам»!

Особенно его стихи: каждое слово несло огромный смысл. Каждое предложение заставляло людей надолго утонуть в своих мыслях, да так глубоко, что оттуда практически невозможно выбраться.

Создаётся даже сложная для понимания иллюзия: если на закате дня налить себе чашечку горячего чая и присесть под цветочным деревом, чтобы поразмышлять над стихами Цзюнь Мосе, то можно так и до ночи просидеть…

Эти строки слишком прекрасны, в них столько горя, бессилия, как раз для женских сердец…

Если он не пойдёт на эту встречу, то Сяомяо лишится возможности раскопать ещё какие-нибудь тайны, спрятанные внутри него… Обидно.

Что же касается радости — если он, всё-таки, пойдёт туда, то Чжань Юшу… да и все остальные сами себе на уме. Мо Цзюнь, пусть и одарённый малый, но по итогу окажется совсем один-одинёшенек. Но это ещё ладно, ведь кто знает, что этим чертям в голову взбредёт, вдруг они его еще унижать начнут… В общем, от этого у Сяомяо становится только неспокойней на душе.

Если он не пойдёт, то сможет избежать этого ублюдского спектакля… В общем, такой вариант будет самым лучшим решением!

Мяо Сяомяо не хотела, чтобы такой талантливый молодой человек, как Мо Цзюнь был подвергнут оскорблениям и издевательствам со стороны этих неучей в шёлковых панталонах.

И, конечно же, если Цзюнь Мосе не пойдёт на эту встречу, тогда Мяо Сяомяо гарантированно обретёт возможность посещения сада чудодейственных лекарств! Можно сказать, это беспроигрышный и взаимовыгодный вариант!

Однако теперь этот парень внезапно изменил своё мнение!

Более того, он передумал именно после того, как Сяомяо радостно сообщила ему о своем выигрыше в пари! Как это вообще назвать?

Такой поворот не входил в планы Мяо Сяомяо!

«Неужели это я сама своими речами побудила его поменять решение?! Да ну, не верю! Может, этот засранец просто не верит в мою победу?» — Мяо Сяомяо вдруг озлобленно спросила: — Ты что, смерти ищешь?

Цзюнь Мосе самодовольно ответил:

— Слишком много чести для этих отбросов из «высокой знати»! Неужели ты думаешь, что они способнее меня? Да эти придурки даже пальца моего не стоят! На самом деле ты сама заставила меня поменять решение: если ты пойдёшь в сад чудодейственных лекарств, то вокруг тебя будут одни стариканы! А разве такой прелестной красавице не будет с ними одиноко и скучно? Вот я и подумал, что лучше сам пойду с тобой!

— Что? Ты хочешь пойти со мной? С чего вдруг такая честь?

— Да, я хочу пойти с тобой! Мы присмотрим друг за другом! Ну, и, по крайней мере, будет не так скучно! А что касается сада чудодейственных лекарств, то я и сам обожаю выращивать различные сорта трав и деревьев. Каждый раз, когда я вхожу в подобное место, моя душа не может нарадоваться! — Цзюнь Мосе начал болтать всякую ерунду, лишь бы завоевать доверие этой девчонки.

— Интересная идея. Если под боком будет такое талантище в виде тебя, то я точно не соскучусь, однако… Есть одно но: в сад может войти лишь один представитель молодого поколения! — Мяо Сяомяо беспокойно продолжила: — Существует также тот факт, что Священным деревьям очень тяжело угодить. Помимо того, что молодой человек должен быть младше двадцати лет, то он ещё должен обладать свежей и естественной аурой. Если зайдёт слишком много людей, боюсь, Священное дерево не сможет ничего различить…

Цзюнь Мосе с удивлением сказал:

— Так ты говоришь, что у Священного дерева есть собственное сознание? Это одухотворённое существо, и оно может мыслить?

— Именно так! Однако мудрость Священного дерева растёт очень медленно. По словам моего деда, дерево обрело своё сознание ещё три тысячи лет назад. Но до сих пор его интеллект эквивалентен мышлению пятилетнего или шестилетнего ребенка. Оно действует только по своим собственным симпатиям и антипатиям и не даёт свободу действия остальным. Бывает, что, когда наступает время для сбора плодов, дерево прячет их лишь из-за своей неприязни к вошедшему человеку… Словно маленький хулиган… — Мяо Сяомяо говорила о Священном дереве, как будто это был её собственный непослушный ребёнок. — Даже старшему поколению, вошедшему в сад, строго запрещено приближаться к Священному дереву ближе, чем на пятьдесят километров! Если кто-то нарушит эти границы, то в ближайшем диапазоне тут же засохнут все чудодейственные травы! Только когда дерево добровольно разветвится и разрешит пересадку, все старейшины Туманного Призрачного Дворца должны будут сконцентрироваться и соединить свои силы, чтобы отделить маленькую веточку с нижней части ствола. И уже тогда эту ветвь передадут представителю молодого поколения, который будет соответствовать всем требованиям Священного дерева. Если дерево одобрит кандидата, то он сможет посадить свою веточку в пределах пятидесяти километров, а впоследствии и заботиться о своём собственном Священном дереве. И никто другой не вправе туда вмешиваться…

— Это так удивительно! — Цзюнь Мосе был ошеломлён. — Кажется, будто это просто обычное дерево! А тут вот оно всё как!

— Верно! Иначе почему весь Дворец поклонялся бы этому Священному дереву? — Мяо Сяомяо вздохнула.

— А кто определяет представителя молодого поколения, которому будет дозволено попасть в сад? Есть ли там какие-либо исключения? — задумчиво спросил Цзюнь Мосе.

— Нет никаких исключений. Согласно записям, полторы тысячи лет назад Туманный Призрачный Дворец одновременно отправил в сад двух молодых людей, что вызвало гнев Священного дерева! И последующие тысячу четыреста лет сад находился в запустевшем состоянии. Но сто лет назад мой отец неожиданно сумел получить одобрение Священного дерева и взять этот сад в собственное владение. Однако это вовсе не значит, что этим местом может управлять кто угодно. Потому что пространство сада полностью принадлежит Священному дереву! Если оно не даст своего одобрения, то кто бы там ни был, он не может больше оставаться в пределах сада. Пусть мой отец и получил признание, но он, всего-навсего, обычный смотритель сада и ему ни в коем случае нельзя выносить из него ни травинки!

— Но как твоему отцу удалось заполучить признание Священного дерева? — чем больше Мосе слушал, тем сильнее понимал уникальность этого сокровища!

— Это не такой уж и секрет. Природные данные моего отца с самого начала были весьма слабыми, во Дворце его уже признали никчёмным отбросом. Он даже на уровень Почтенного мастера не мог претендовать… — лицо Мяо Сяомяо выражало огорчение. Казалось, ей было грустно за своего отца. — Даже дедушка, который возлагал большие надежды на отца, в конечном итоге тоже отчаялся… Однако в это время мой отец серьёзно заболел, его состояние было критическим. Как говорится, кровь, всё же, гуще воды, поэтому как бы дедушка не презирал отца, он не мог бездействовать. В то время в сад уже тысячу четыреста лет никто не входил, и аура внутри него достаточно загустела. Дед воспользовался своими служебными полномочиями и попросил старейшин разрешить ему войти в сад вместе с умирающим сыном, чтобы попытаться его спасти. А поскольку это место было заброшенным уже в течение стольких лет, да и дедушка занимал довольно высокое положение в обществе, то все сразу же согласились!

Глава 953. Против? Или, всё-таки, за?

Мяо Сяомяо сказала:

— Я только знаю, что с тех пор судьба моего отца резко изменилась. Из презираемого никчёмного отброса он превратился в уважаемого человека, перед которым все так и лебезили наперебой. Его собственная сущность и тело тоже получили значительные улучшения, и, в конце концов, он женился на моей матери. Отец до сих пор очень благодарен этому дереву, он всегда говорил, что если бы не оно, то нашей семьи бы не было! — Мяо Сяомяо улыбнулась и добавила: — Ну и, соответственно, я бы тоже не появилась на свет!

— Хорошему человеку Небеса помогают, — у Цзюнь Мосе вдруг возникла интересная мысль: «По-видимому, прошло очень много времени, прежде чем Священное дерево приняло теперешний вид. Кроме того, его характер весьма туповат, но очень прост, в особенности к вопросам симпатии и антипатии. То бишь, люди могут быть плохими и хорошими. Это дерево никогда никому не подчинялось и действовало лишь из собственных побуждений, постепенно становясь всё более радикальным…»

Что касается отца Мяо Сяомяо, то, по мнению Мосе, скорее всего, это дерево просто проявило сочувствие к слабому.

— С тех пор сад чудодейственных лекарств был вновь открыт, и Дворец получил право на сбор лекарственных материалов. Однако из-за ошибки, произошедшей тысячу четыреста лет назад, никто не смеет ступать за дозволенные границы, так что, естественно, старейшины не позволят впустить в сад большее количество людей, чем положено! — Мяо Сяомяо вздохнула.

— Что ж ты так отчаянно вздыхаешь? В мире нет ничего невозможного. Дерево прогнало всех тех людей только потому, что среди них был тот, кто ему сильно не понравился, вот и всё. Мы можем просто попытаться сделать слегка иначе. Просто каждый раз в его диапазон нужно входить по одному. Если он не подошёл, то идёт следующий и так далее. Разве так не увеличатся наши шансы?! — сказал Цзюнь Мосе.

— А в твоих словах, действительно, есть смысл… — подумав, ответила Сяомяо. — Однако этот вопрос должен быть одобрен советом старейшин! Не думаю, что они захотят пойти на такой риск!

— Это то, о чём нужно беспокоиться семье Чжань! — Цзюнь Мосе говорил, уже чётко продумав и сформировав план в своей голове. — В этот раз я дам им отпор!

Он посмотрел на Мяо Сяомяо:

— Если я не приму вызов, то навсегда останусь слабым. Раз уж они изо всех сил постарались доставить мне массу хлопот, то почему я не могу сделать то же самое? Им ведь так хочется унизить меня и помериться со мной силами! Я дам им такую возможность! Но у меня будут на это свои условия! Если я выиграю, ты, безусловно, сможешь войти в сад чудодейственных лекарств. Семья Чжань является ведущим кланом Туманного Призрачного Дворца, и они не смогут оказаться от моих условий! — Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: — Ведь так все будут довольны и счастливы, да?

— А что, если ты проиграешь? — Мяо Сяомяо уставилась на него презрительным взглядом. В этом взгляде было что-то прелестное, и в голове Мосе вдруг всплыл образ Дугу Сяо И. В их взглядах действительно было что-то похожее.

— Если я проиграю… Ну, тогда я, естественно, окажусь всеобщим посмешищем, а ты проиграешь своё пари. Мы оба потеряем возможность войти в сад чудодейственных лекарств! — Цзюнь Мосе засмеялся и продолжил: — Если всё пройдёт не так удачно, как хотелось бы, то, получится, что я, в какой-то степени, тебя подставлю.

Его лицо внезапно переменилось, и он серьёзно спросил:

— Сестра Мяо, ты… хочешь, чтобы я тебя подставил? Или… ты хочешь поверить мне?

Мяо Сяомяо покраснела:

— Ну ты и проворный, однако! Если ты выиграешь, то да — все будут довольны и счастливы! Однако в случае твоего проигрыша… Я могу лишиться своего статуса и положения… Моя жизнь будет полностью разрушена! В этом пари я поставила на карту собственную жизнь, а ты в случае проигрыша лишь отделаешься испугом…

— Поставила на кон свою жизнь? Это как это? Не преувеличивай! — удивлённо сказал Мосе.

— Все тут между собой знакомы, так что рано или поздно ты всё равно обо всём узнаешь. Но лучше я сама расскажу тебе некоторые «тайны». На данный момент сила и величие моей семьи Мяо в Туманном Призрачном Дворце постепенно угасают. Это связано с тем, что на протяжении нескольких поколений в ней так и не появилось талантливого гения! Несмотря на то, что в совете старейшин присутствует много членов нашей семьи, однако все они уже в солидном возрасте… Поэтому при следующем голосовании место Повелителя Дворца вряд ли останется в семье Мяо. На самом деле, если бы сто лет назад Священное дерево не приняло моего отца и не предоставило должность смотрителя сада, боюсь, мой род бы уже давно пал! — Мяо Сяомяо обеспокоенно вздохнула, в её глазах промелькнула тоска: — Если место Повелителя действительно перейдёт в руки другого рода, то для того, чтобы сохранить баланс сил и имя моей семьи Мяо, старейшины выдадут меня замуж за самого многообещающего наследника правящего рода! Дабы достичь взаимовыгодной компенсации… И уже затем они будут просто ждать удобного случая, чтобы вновь поднять нашу семью с колен… Сейчас я выгляжу, как всеобщая любимица, но, если будет нужно, моя семья сразу же принесет меня в жертву. И, если я хочу избежать такого развития событий, то мне необходимо заполучить должность моего отца в саду чудодейственных растений. Только заняв эту должность, я избавлю мой род от несчастной судьбы! Лучше уж остаться навечно одинокой, чем выйти замуж за нелюбимого человека и промучиться так всю свою жизнь! — Мяо Сяомяо снова тяжело вздохнула.

— Я не хочу быть жертвой во имя семьи, — немного помолчав, мягко сказала Мяо Сяомяо: — Но и видеть её упадок я тоже не хочу… Я — наследница этого великого рода. И единственный для меня выход — стать управляющей сада чудодейственный растений! И тогда никто во Дворце не посмеет притронуться к нам! Может, отец и отвечает за сад, однако его исходная позиция слишком низка, и его способностей хватит лишь на уровень мастера Достопочтенного уровня! А это значит, что, по самым оптимистическим оценкам, ему осталось всего двести или триста лет! — голос Мяо Сяомяо становился всё твёрже и серьёзнее: — Как дочь, я не должна так говорить о своём отце. Это, безусловно, слишком непочтительное поведение! Однако… Это факт, неоспоримый факт! Мои природные данные можно назвать самыми выдающимися из всех, что были у потомков семьи Мяо за последние две тысячи лет… Кто знает, может, через ещё одно тысячелетие от моего рода вообще ничего не останется… Как только я выйду замуж за человека из другого рода, все надежды моей семьи тут же рухнут! Может, это поможет продержаться нам на плаву ещё несколько сотен лет… но это не долгосрочная перспектива! Не факт, что новый правящий род позволит нашей семье снова возродить своё влияние и возродиться в былом свете! Но как только я стану новой управляющей сада, с моим совершенствованием… Я сейчас уже практически достигла уровня Почтенного мастера, а в сочетании с насыщенной и богатой аурой сада чудодейственных растений я легко смогу прорваться и до Достопочтенного мастера и до Шенхуана! Таким образом, продолжительность моей жизни составит не менее тысячи лет или даже двух тысяч! Трёх тысяч! То есть я смогу оберегать свой род ещё очень долгое время, не жертвуя своей жизнью!

Цзюнь Мосе вздохнул.

— Ты же сейчас, по сути, просишь меня рискнуть своим будущим и судьбой моей семьи! А это тысячи различных судеб! — Мяо Сяомяо посмотрела на Цзюнь Мосе. В её взгляде можно было прочесть всё: и гнев, и радость, и печаль, и даже обиду…

Молодой мастер не знал, что и сказать.

Это решение для него — не что иное, как игра, скучная и нудная игра. Однако на Мяо Сяомяо это окажет слишком глубокое влияние.

И хотя молодой мастер абсолютно уверен, что с его уровнем и опытом, независимо от того, какие уловки придумали эти идиоты, он легко сможет их одолеть! Не важно, насколько эта банда крута и прославлена, и насколько он глуп, им всё равно не одолеть великолепную историю цивилизации Китая, которой уже пять тысяч лет, и которая надёжно хранится в его черепушке!

Цзюнь Мосе был абсолютно уверен в своей победе!

Однако с его нынешним положением в качестве Мо Цзюня, он вызывает у окружающих лишь одни сомнения! Для них его слова — лишь пустое хвастовство и не более!

Пусть он и является обладателем непревзойдённой сущности и сверхчеловеческими способностями, но его совершенствование оставляет желать лучшего. Разве с такими амбициями он может рисковать жизнью Сяомяо и тем более судьбой её семьи?

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

— Я и вправду думаю только о себе. Прошу, не вини меня за это. Я хорошенько подумал и понял, что как бы я ни был хорош собой, всегда найдётся кто-нибудь получше. Кто знает, какую игру затеяли эти ребята, если я проиграю, то одним позором не отделаюсь. Так что я лучше пойду домой и лягу спать…

Мосе уже хотел откланяться. Он ни капельки не пожалел о сказанном.

Всё это — лишь его собственные спонтанные капризы. Если Мосе действительно использует счастье и благополучие этой девушки в качестве ставки… Пусть он даже выиграет этот спор и получит плоды священного дерева — последствия всего этого окажутся слишком неприемлемыми! Потому что в этом споре Мяо Сяомяо, по сути, окажется его сообщником! Здесь даже не поспоришь!

И что Сяомяо потом с этим делать? Это всё равно, что вонзить нож в её спину!

«Могу ли я хоть раз в жизни поступить не по совести? Все мои поступки имели разные последствия, но мне никогда за них не было стыдно! Но в данный момент, если я поступлю по своему желанию, моя совесть будет терзать меня!»

— Погоди! — вдруг крикнула Мяо Сяомяо.

— Госпожа! Что вы делаете? — в ужасе закричала Сяо Доу Я.

Глава 954. Башня Пхяосян

Мяо Сяомяо внимательно посмотрела на Цзюнь Мосе, а потом довольно рассмеялась:

— Разумеется, я не хочу ставить свою жизнь на кон! И не хочу рисковать своей семьёй! Однако… какое отношение имеет ко мне это дело? Зачем тебе моё присутствие для всего этого?

— Что ты имеешь в виду? — Цзюнь Мосе с недоумением взглянул на неё.

— Я хочу сказать… тебе надо — ты сам и иди туда! Пойдёшь ты или нет — это не имеет ко мне никакого отношения, — в глазах Мяо Сяомяо сверкнули искорки озорства.

— Отталкиваясь от твоих слов… Если я проиграю, твоё пари, которое ты заключила с Чжань Цифэном, будет проиграно! — Цзюнь Мосе нахмурился: — Несмотря на то, что ты не будешь лично принимать участие, результат будет не особо отличаться от того, будешь ты там участвовать или нет! Разве не ясно? Я уж лучше вообще не буду играть, если понадобится искажать судьбу самыми важными ценностями, касающихся других людей! — Цзюнь Мосе был серьёзен и строг. — Вне зависимости от победы или поражения, я не смогу взять на себя ответственность за последствия! Возможно, и для меня ваша семья Мяо малозначительна, однако строптивость одной барышни я не желаю ставить на кон! Эти чувства мне тоже не по плечу, я не смогу ответить за них, — Мосе говорил то, что было у него на уме.

Эта ответственность, действительно, была ему не по плечу!

Если он проиграет, жизнь Мяо Сяомяо будет разрушена, и, хотя он был глубоко уверен в своей победе, результаты выигрыша тоже были не очень хорошими для Сяомяо. Всё-таки, в первую очередь он — враг Призрачного Дворца, и, когда правда о нём вскроется, вполне возможно, что это затронет Мяо Сяомяо. Даже у всей семьи Мяо могут возникнуть большие неприятности! Кроме того, это нанесёт большой удар по чувствам юной девушки! Целой жизни будет мало, чтобы оправиться после того!

И, хотя Мосе казалось, что этот Чжань Цифэн не станет по-настоящему приводить в жизнь условия пари, и Сяомяо, вероятно, не сможет таким путем заполучить желаемое, он, всё же, решил испробовать этот вариант…

— Но если ты в самом деле не пойдёшь туда… Потом тебе будет очень тяжело ужиться в Призрачном Дворце! Твои планы на будущее будут беспросветны! — она посмотрела на него. — На самом деле… что касается моего пари с Чжань Цифэном — мне только нужно найти повод и отменить условия сделки, тогда тебе не понадобится брать на себя ответственность, которую ты не в состоянии вынести!

— Отменить? — Цзюнь Мосе нахмурился. — Пари уже утверждено, каким образом его можно отменить?

— Хитрый расчёт и ничего более. Нужно только, чтобы господин Мо слушался меня, и временно исчез на некоторое время. Тогда я смогу отменить пари, — она загадочно рассмеялась. — Я даже могу сделать так, чтобы Чжань Цифэн ещё должен мне остался!

— Ха-ха-ха! — До Цзюнь Мосе вмиг дошло, что Сяомяо имела в виду. Он расхохотался и, покачивая головой, сказал: — Превосходный план, в самом деле, очень умно!

— Вот и договорились! Тогда мы тотчас же выдвигаемся по отдельности. Увидимся меньше, чем через час, в башне Пхяосян! — Мяо Сяомяо подмигнула и задорно рассмеялась.

Цзюнь Мосе с почтением улыбнулся ей:

— Барышня, твой ум просто феноменален; я сам довольно находчив, но могу смело признать, что твоё остроумное предложение меня поразило, мне даже стыдно, что я не додумался об этом раньше!

— Брат Мо, просто со стороны виднее. Как говорится, чувства путают суждения, поэтому ты и не додумался до этого. Уверена, твой прекрасный ум сумеет всё понять, просто тебе нужно немного отдохнуть.

В глазах Сяомяо появилась улыбка, потом смущение, но оно тут же стремительно исчезло, и она с лёгкостью произнесла:

— Господин Мо, я осмелюсь тебя спросить: сейчас ты говорил о том, что не сможешь поставить на кон жизнь молодой девушки… Эти слова я поняла, но после ты сказал «эти чувства мне не по плечу, я не смогу ответить за них». Что ты имел в виду, говоря это?

— Я говорил о тяжёлых переживаниях, которые тебя ждут, и больше ничего, не было никакого другого смысла, — Цзюнь Мосе неловко усмехнулся. Если сказать правду, не станет ли это поводом для очередных иллюзий?

Неизвестно, о чём подумала Сяомяо, но её лицо покраснело, а потом снова вернулось к нормальному цвету, и она сказала:

— Тогда… брат Мо, увидимся в башне Пхяосян!

Цзюнь Мосе сложил обе руки в знак почтения и произнёс:

— Только скажу тебе напоследок: выигрыш или проигрыш в споре — это всё просто поверхностные слова. Ключ к реальному выигрышу или проигрышу основан на силе или абсолютном преимуществе противника. Только в этом случае другая сторона может сдаться и признать поражение. Однако если туда впутаны какие-либо интересы, способные оказать серьёзное влияние на основные факторы спора, тогда можно ожидать и нарушение противником данного им слова. Поэтому я хочу тебе посоветовать: не принимать это пари слишком близко к сердцу. Чем больше надежда — тем сильнее разочарование. Жизненные неприятности, если на них обращать много внимания, в большинстве случаев только портят жизнь…

— Я поняла. Однако, учитывая социальное положение и семейный статус этих людей, они, вероятно, не пойдут на это? — Сяомяо неопределённо сказала: — Одни люди верны своему слову, другие же, пусть даже будут бить себя кулаком в грудь, но всё равно обманут, это вовсе неудивительно.

Цзюнь Мосе усмехнулся:

— Я лишь сказал первое, что мне в голову пришло, барышня же сама всё договорила. Вероятно, ты знаешь больше меня.

— Брат Мо, ты очень любезен. Всё равно спасибо за твоё напоминание, — Сяомяо улыбнулась, взяла Сяо Доу Я, и они стали спускаться вниз по лестнице. Девушка ни разу не обернулась.

Платье колыхалось на её стройной фигуре, а через мгновение она исчезла, оставив после себя лишь стойкий шлейф аромата духов.

Когда Мяо Сяомяо спускалась по лестнице, она услышала звонкий шлепок, словно удар ладонью по лицу, глаза её покраснели, и она ускорила шаг.

В это время там наверху Цзюнь Мосе отвесил сам себе мощную пощечину!

Раздосадованный, он постоял немного, а потом, стиснув зубы, сказал:

– Оказывается, я и в самом деле бесстыжий!

Он тяжело вздохнул, в его глазах витало небывалое чувство вины. Его тело сверкнуло, и вмиг он исчез…

Самое роскошное и богатое место Города Сердечных Грёз, башня Пхяосян в эту минуту была переполнена людьми.

И без того роскошный трактир в это время выглядел ещё торжественнее и краше. Обычно пустовавший отель сейчас был полностью забит!

Огромная гостиная на вид вмещала более тысячи человек.

Повсюду сновали молодые темноволосые юноши, все, как на подбор, красавцы. Их глаза были полны воодушевления и энтузиазма.

Они ждали появления обладателя непревзойдённой сущности, и в любой момент были готовы все дружно выступить в бой! Несмотря на то, что он был выдающейся находкой и обладал недюжинным потенциалом, сегодня в башне Пхяосян ему точно были не рады!

В самой середине зала сидела группа молодых наследников, они были привлекательны и самоуверенны. На небольшом расстоянии от них, в выжидательной позе располагались их охранники, и, хотя опасность здесь им не грозила, но долг есть долг!

В конце концов совсем недавно они получили шокирующую новость, что молодой господин Гу Фэй Ю недооценил своего противника, и в одиночку бросился на него. Хотя не было конкретных подробностей, но известно одно — обладатель непревзойдённой сущности довел Гу Фэй Ю до того, что последний находился в критическом состоянии, даже его отец, Гу Юнь Ян, не смог ничем помочь сыну. По слухам, Гу Фэй Ю сейчас находился в полумёртвом состоянии…

После этого происшествия все поняли, это далеко не пустяки, что были до этого, всё намного опаснее и серьёзнее… Если под надзором охранников с молодым господином что-нибудь случится, за исключением, как просто повеситься после этого, вариантов не будет…

Конечно, были и исключения. Ван Нэн и Ли Цзе сейчас находились под стражей, очевидно, этому негоднику ничего было не страшно…

Если так, не станут ли те двое козлами отпущения? Группа молодых господ — тоже такие же козлы отпущения?

Время шло, а так никто и не появлялся. Их доносчики сновали повсюду!

Учитывая такое могущественное влияние, новости появлялись одна за другой.

— Барышня Мяо ведет переговоры с Мо Цзюнем!

— Барышня Мяо убедила Мо Цзюня отправиться в условленное место!

— Барышня Мяо и Мо Цзюнь ещё не отправились в путь, но она выглядит очень злой! Её разозлило равнодушие со стороны Мо Цзюня к жизням двух мастеров.

— Она спустилась, но Мо Цзюня ещё нет…

— Он по-прежнему в здании…

— В здании никого нет, неизвестно куда он делся…

— Восток — пусто…

— Запад — пусто…

После получения этих сведений, все молодые господа пришли в ярость! «Оказывается, он нас не ставит ни во что! Призрачный Дворец не сможет его защитить, а мы представляем будущее всего Призрачного Дворца! У тебя хватило смелости продинамить нас! Если мы все объединим свои силы, даже владыка Призрачного Дворца не сможет справиться с подобной мощью! Мо Цзюнь, тебе жить вообще надоело? Хочешь поиграть? Хорошо, ублюдок, как скажешь! Сегодня у тебя ещё получится от нас спрятаться, а что потом? Да мы своей мощью замучим до смерти тебя!»

— Брат, боюсь, этот негодник уже ускользнул от нас! — известный как первый неприкасаемый человек Призрачного Дворца, Чжань Юшу сидел с прямой спиной. Он обратился к молодому человеку, который сидел посередине: — Если он действительно струсит и не придёт сюда, твоё пари с барышней Мяо, помнишь? Ты проиграешь его. Неужто ты по доброй воле отдашь ей своё место? На слишком ли это глупо?

Сидевший в самом центре юноша был невозмутим и серьёзен, он был первым наследником семьи Чжань и родным старшим братом Чжань Юшу, Чжань Цифэн. Услышав слова брата, он улыбнулся и произнёс:

— Ещё рано. Время ещё не вышло. Сегодня ещё сегодня, а не вчера, как ты можешь говорить, что молодой господин Мо уже не придёт? Да и вообще — моё пари с барышней Мяо касается только меня, отчего же ты волнуешься по этому поводу? Юшу, говоря о мастерстве хладнокровия и спокойствия, тебе требуется ещё работать и работать. Горячиться, волноваться, приходить в озлобленное состояние — все это является запретом для нас.

Помолчав немного, Чжань Цифэн снова сказал:

— Учитывая приёмы, которые он использовал в схватке с Гу Фэй Ю, он очень необычный малый. Мстительный и злопамятный, очень жестокий, находящий любые возможности для достижения своей цели! В самом деле, серьёзный противник. Хотя он и был ловок в схватке с Гу Фэй Ю, мне удалось заметить его слабое место.

Глава 955. Он не придёт?

— Слабое место? Какое слабое место? — все вокруг наперебой стали задавать один и тот же вопрос.

Все были поражены тем, что только что услышали. Никто даже не осмеливался взглянуть на этого человека, а в этот момент Чжань Цифэн говорит, что обнаружил его слабое место. Разве это могло не удивить их?

— Слабость Мо Цзюня, на самом деле такая же, как и у вас. Самый распространённый недостаток у всех молодых людей — это потеря самообладания, — Чжань Цифэн слегка посмеялся, приподнял брови и сказал: — Причина, по которой он теряет самообладание, заключается в том, что он слишком заносчив! А такие люди, в основном, не позволяют себе отступать без боя. Поэтому, я считаю, что он хорошо знает об опасности, но тем не менее придёт на встречу! Даже если он будет знать, что может быть унижен, жестоко избит и попадёт в самую полную и беспросветную задницу, он всё равно придёт!

Чжань Цифэн улыбнулся и посмотрел на людей вокруг:

— Если он действительно придёт — не говорите, что он глупый. Набраться решимости и взглянуть врагам в лицо — это самая важная черта характера сильного человека! Особенно сейчас. Я считаю, что старшее поколение понимает… Да и вы прекрасно знаете, что мы совершенно точно не посмеем его убить. Он и сам это знает. Тогда, раз реальной опасности нет, почему бы ему не прийти?

— Но если он всё-таки придёт, сегодняшний позор будет сопровождать его всю жизнь. В этой жизни он боится лишь одного — что он не сможет руководить другими людьми! То, что мы придумали, и люди, которые будут там, пугают даже меня. Неужели он действительно осмелится пройти через всё это? — Чжань Юшу чуть заметно посмотрел на людей и задумчиво спросил.

— Конечно! Если он сегодня не придёт, тогда он не заслуживает нашего беспокойства! Потому что это не сражение! Для обычных людей это не имеет значения, но для совершенствующего себя человека, который стремится к наивысшим достижениям, это большое внутреннее зло! Каждый раз, когда я сталкиваюсь с проблемой, я боюсь, что буду помнить об этом. Если он придёт, то, в лучшем случае, это будет всего лишь минута его унижения, и сегодняшняя встреча никогда не станет движущей силой его мести, но если он струсит, это останется позором на всю жизнь! Я никогда этого не забуду! — Чжань Цифэн спокойно сказал: — Поэтому он должен прийти! Иного не может быть! Поэтому пари между мной и барышней Мяо, на самом деле, ещё не началось! Естественно, это не относится к вопросу о том, кому достанется это место… — Чжань Цифэн с лёгкой улыбкой огляделся вокруг. — Вы должны собраться с силами. Мы собираемся сразиться с противником, обладающим удивительной и непревзойдённой сущностью. Будь то победа или поражение, сегодняшняя встреча останется в истории.

— Верно, увидеть то, как мы одолеем обладателя непревзойдённой сущности, разумеется, порадует всех! — Чжань Юшу рассмеялся.

— Едва ли! Однажды дедушка сказал мне: «Обладатель непревзойдённой сущности всегда будет самым могущественным человеком в мире! Он очень быстро сможет научиться всему, чему захочет!» Так когда-то сказал мне дедушка.

Все затаили дыхание.

— Его слова значат: «Не удивляйтесь тому, что происходит с человеком, обладающим непревзойдённой сущностью! Потому что… потому что он — обладатель непревзойдённой сущности! Было бы странно, если бы он не мог делать удивительные вещи! — Чжань Цифэн продолжал свои лекции. — Господин Мо — сильный противник! В этом деле нам нельзя быть небрежными.

— Брат, если этот парень действительно выдержит, ты позволишь ему занять это место? — осторожно спросил Чжань Юшу.

— Конечно! Почему нет? Это всего лишь место. Нам ведь это не так важно? — Чжань Цифэн хмыкнул и сказал: — Настоящий мужчина если сказал — то сделал! Если проигрываешь, то признаёшь поражение. И, разумеется, ты сдержишь своё слово, ведь все верят тебе и твоему данному слову. Как иначе тебе доверять потом?

— Но… если эта девчонка действительно посетит Сад чудодейственных растений… Если она станет владельцем сада, то… У меня точно не будет шансов! — Чжань Юшу щенячьими глазами посмотрел на своего старшего брата и начал упрашивать его: — Брат, такое ценное место… Ты мог бы отдать его своему младшему брату вместо того, чтобы отдавать его кому-то… Либо мы должны найти причину, чтобы прекратить этот спор и всё! Зачем такая серьёзность? Как такое важное место может быть определено таким бессмысленным спором? Это слишком безрассудно!

— Не говори ерунды! Разве это пари бессмысленно? — Чжань Цифэн со злостью ответил: — Неужели ты уверен, что я проиграю?

Сказав это, он вздохнул и произнёс:

— Ты видишь только красоту, но больше ничего. Ты, ты… Ты сможешь реально оценить ситуацию, только когда поумнеешь…

— Ситуацию? Какую ситуацию? — спросил Чжань Юшу.

— Хотя сейчас сила семьи Мяо постепенно угасает, но среди мастеров старшего поколения семья Мяо всё ещё пользуется авторитетом в Призрачном Дворце! — Чжань Цифэн сказал: — Эти люди… не только обладают удивительной силой, но и очень терпеливы.

Чжань Юшу рассмеялся. Он восхищался тем, как его брат владел речью. Очевидно, что они были стариками, но следует сказать, что эти люди были действительно очень терпеливы… Поэтому не заслуживали, чтобы их ругали.

— Если он действительно придёт — не ясно, кто победит, а кто проиграет. Но мои шансы на успех высоки! По крайней мере, более девяноста процентов! — Чжань Цифэн разжал руки, согнул один палец, а остальные девять выставил вперёд. Он посмотрел на свои белые пальцы и медленно сказал: — Но если он, наконец придёт… значит, готов к борьбе! Естественно, я смогу выполнить условия пари только после окончания состязания!

— В таком случае, брат, ни к чему не придерёшься, ты действительно мудр! Я восхищаюсь тобой! — Чжань Юшу внезапно кое-что осознал.

Неожиданно в этот момент открылась дверь, а затем мгновенно стало тихо. Чей-то приятный голос заискивающе произнёс:

— Добро пожаловать, госпожа, пожалуйста, проходите внутрь!

Сяомяо недовольно сказала:

— К чему церемониться? Я сама могу зайти! — утончённая и слегка раздражённая Сяомяо вошла в зал, а вместе с ней — восхитительный и лёгкий аромат. Увидев остальных, она не смогла сдержать смех: — Почему это приобрело такой большой масштаб? Пожалуй, много шума из ничего. Даже если все очень нервничают по поводу этого пари, не придавайте этому такого большого значения! Для борьбы с обладателем редчайшей непревзойдённой сущности, разумеется, нужно выбрать наилучшее место. Я уверена, что кто-нибудь внимательно к этому отнесётся!

Чжань Цифэн ласково улыбнулся и сказал:

— Не важно, кто в итоге выиграет или проиграет… Это — одна из немногих возможностей помериться силами с обладателем непревзойдённой сущности. За последние десятки тысяч лет было обнаружено только два носителя непревзойдённой сущности… Сестрица Сяомяо, этот обладатель непревзойдённой сущности действительно так умен? Я слышал, что ты как-то разговаривала с ним? Он ведь не струсит?

— Брат Чжань, ты даже не представляешь, как ты ошибаешься! Говорят, что вы выставили войска для его встречи. Думаете, он испугается и не придёт? Я просто уговаривала его прийти, но этот парень лучше умрёт, чем сделает это. Он вернулся домой и лёг спать. Поэтому он не появится, а я не могла не прийти к вам, всё-таки, мне тоже очень интересна церемония встречи.

Говоря это, она вытянула пальцы, провела рукой по залу и слегка улыбнулась.

Этот движение, очевидно, говорило, что: «Вы, ребята, подготовились, но какое это имеет значение, если вашего противника нет?»

— Не придёт?

Хотя все предполагали, что обладатель непревзойдённой сущности напугается собравшихся здесь людей и огромной силы и не придёт, и все даже пришли к решению, что будь они на его месте, честно говоря, они тоже не осмелились бы прийти, ведь всё это выглядит довольно угрожающе! Но после того как Сяомяо лично подтвердила эту новость, все тут же начали поносить его на чём свет стоит!

— Чёрт! Вот болван! Кто бы мог подумать, что он не появится. Он, в конце концов, мужчина или нет?

В глазах Чжань Юшу вспыхнула злость, и он угрюмо сказал:

— Много людей так ждали его здесь… Раз он сказал, что не придёт, значит, не придёт. Но что нам теперь делать? Кто будет вместо него? — Чжань Юшу своими словами вызвал немедленную всеобщую ненависть к общему врагу! Хотя все они осознавали сложившуюся ситуацию, и даже в глубине души полностью понимали и принимали выбор Мо Цзюня, но человеческая природа такова, что сами они могут обманывать других людей, а если однажды обманут их, независимо от того, в каком положении другой человек, ему это не сойдёт с рук!

— Ещё бы! Чертов Мо Цзюнь полагается на свою долбаную непревзойдённую сущность! Пусть не попадается мне на глаза! Сегодняшнее событие постыдно для нас. Мы категорически не согласны на примирение, поэтому не можем легко простить его! — юноша в зелёной одежде стиснул зубы.

— Даже если он — превосходящий других обладатель непревзойдённой сущности, что с того? В душе он уродлив! Хотя он талантливый, но всё-таки слишком слаб! По крайней мере, в этом столетии он наверняка не догонит нас! Другими словами, мы можем измываться над ним всё это время! — другой юноша в белой одежде, обмахиваясь веером, вздохнул и с натянутой улыбкой сказал: — Даже если он — обладатель непревзойдённой сущности, в течение ста следующих лет ему придётся жить в невыносимых условиях, проявляя чрезвычайную осторожность. А через сто лет, мы все уверены, что уже займём важные места. Даже если он вдруг захочет отомстить, я считаю, что он всё взвесит ещё раз и передумает. Даже если он на самом деле, несмотря ни на что, решит мстить, мы не выдержим его силы! Этот Мо Цзюнь даже сегодня отказался прийти, он может сделать так и завтра, и послезавтра, он вечно будет отказываться? Сегодняшняя ситуация обидела всех талантливых молодых людей Призрачного Дворца, можно сказать, что это было глупо!

Чжань Цифэн опустил голову, слегка нахмурившись, пробормотал:

— Как он мог не прийти? Как он мог не прийти сюда без какой-либо причины? Это действительно очень странно… Неужели он не боится внутреннего зла? Это непостижимо, неужели он не стал сильнее?

В общем говоря, Чжань Цифэн всё решил без каких-либо ошибок. Обычный «Мо Цзюнь» из-за страха не пришёл бы, потому что на самом деле его охватил «внутренний демон». Даже для обладателя непревзойдённой сущности, в этой жизни развитие — путь, наполненный трудностями, поэтому развиваться очень тяжело.

Глава 956. Отступиться от своих слов

Тем не менее откуда Чжань Цифэну было знать, что совершенствование Цзюнь Мосе уже далеко за пределами человеческого воображения?

Кто бы мог подумать, что этот новичок-отброс, на самом деле — наикрутейший мастер современности!

— Что тут непонятного, брат? Подумай об этом с рациональной точки зрения. На этот раз, очевидно, что этот Мо Цзюнь стремится быть уникальным и использовать нетрадиционные методы, — сказал другой молодой человек в тёмной одежде и засмеялся.

— Стремится быть уникальным? Это как? — вдруг спросили все остальные.

— Полагаю, у нашего гения с непревзойдённой сущностью такой никчёмный базис, что он до сих пор не в курсе о внутренних демонах наших душ… Так как же он может их бояться? — молодой человек в чёрном подмигнул и добавил: — Внутренние демоны после совершенствования до определённой степени становятся неким барьером или препятствием для мастера! А его нынешний уровень…

Он нахмурился, сделал очень задумчивое лицо и сомнительно сказал:

— Не знаю, он сейчас на Золотом Суань? Или же на Серебряном? А, может, он вообще ещё на седьмом или восьмом уровне? — закончив говорить, этот парнишка схватился за живот и заржал.

У всех остальных тоже случился припадок смеха. Очевидно, шутка зашла каждому без исключения.

— Нет, вовсе нет! — Чжань Цифэн поднял голову и задумчиво сказал: — Даже если он действительно ничего не знает, то почему Цао Шэнхуан молчит? Этот старик ещё на первом уроке должен был рассказать пареньку всё, что связано с внутренними демонами! Кроме того, здесь находятся двое его спутников, жизнь которых сейчас в наших руках. Но раз он сказал, что не придёт — значит, не придёт… Это трудно понять… Наверняка, тут есть какая-то причина!

— Мне всё равно, что там за причины такие! Молодой господин Чжань, мы с тобой вроде как пари заключили, так давай уже с ним покончим! — строго сказала Мяо Сяомяо.

Посмотрев в глаза этим молодым талантам Туманного Призрачного Дворца, она вдруг почувствовала бешеное отвращение ко всем без исключения! Это чувство становилось только сильнее:

«Почему эти люди такие мелкие и поверхностные? По сравнению с Мо Цзюнем, это просто небо и земля!»

— Пари? — Чжань Цифэн в этот момент о чём-то раздумывал, но, услышав голос Сяомяо, вдруг оторопел от неожиданности и поднял голову.

— Верно! Мы поспорили, что тебе не удастся поиздеваться над нашим новичком! А раз уж он не явился, не важно по какой причине… Значит, ты потерпел неудачу, а я, соответственно, выиграла это пари! — сказала Мяо Сяомяо и улыбнулась во весь рот.

— Слова сестры Сяомяо интересны. Но, похоже, что наше пари официально ещё не началось. Так как ты можешь говорить о своей победе? — Чжань Цифэн не успел открыть рот, но Чжань Юшу уже успел встрять в разговор: — Более того, это Мо Цзюнь сегодня в одностороннем порядке нарушил договор. Мы нисколько не ищем отговорки. Сестра Сяомяо сейчас заикнулась о победе, но, я думаю, ещё слишком рано об этом говорить!

— Нарушил договор? — Мяо Сяомяо громко усмехнулась. — Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду под словами «нарушил договор»? Кто-то из вас с Мо Цзюнем заранее о чём-то условился? Похоже, что вы даже никогда не видели друг друга, так о чём ты говоришь? По правде говоря, складывается такое чувство, будто это вы хотите слиться с обещанных слов, раз уж ваш оппонент не явился… Как вам такое объяснение? — Мяо Сяомяо с презрением посмотрела на Чжаня Юшу: — Юшу, оказывается, такой опытный мастер, как ты, способен поступать настолько эгоистично… Хм, но можно ли постоянно так вести все свои дела?

Чжань Юшу весь покраснел и громко сказал:

— Всё это — фигня! Нельзя судить об исходе пари, пока мы не провели поединок! Без него это пари можно считать детской игрой и не более! Мы вовсе не выкручиваемся, разве не лучше будет провести состязание? Так будет честно и справедливо!

Мяо Сяомяо снова усмехнулась:

— Тогда я хочу спросить, когда именно ты хочешь провести состязание? Чжань Юшу, твои слова кажутся очень забавными… Ваш противник не пришёл, и вы лишились своей возможности хоть как-то над ним поиздеваться. Но даже если вы не хотите сдаваться и собираетесь устроить какие-то состязания, то давайте-ка, ищите для этого другое время! Да хоть завра или послезавтра, а может, вообще, в следующем месяце или в следующем году… Ваше дело. Но я же с твоим старшим братом поспорила на вход в сад чудодейственных лекарств — а это уже через пять дней! Чжань Юшу, ты действительно хочешь сам определить победителя?

Чжань Юшу снова покраснел и не мог ничего сказать.

Чжань Цифэн улыбнулся и вывел младшего брата из затруднительного положения:

— Сестра Сяомяо, это пари действительно серьёзно, и мы не собираемся отступаться от своих слов. Но не думаешь ли ты, что это слегка несправедливо? Вот так определять победителя?

Мяо Сяомяо внезапно онемела. Она посмотрела в улыбающееся лицо Цифэна и почувствовала лёгкий холод на своей душе.

— Для определения исхода любого спора, естественно, необходимы основополагающие принципы. Однако, на данный момент, обе стороны ещё не начали борьбу, но ты уже решила определить результаты… Сестра Сяомяо, я всегда был к тебе очень щедр, но и моей щедрости есть предел… — улыбнувшись, сказал Чжань Цифэн.

Мяо Сяомяо вдруг разозлилась!

Всё, как и говорил Мо Цзюнь!

Поначалу она хотела и вовсе отменить это пари, так как надежд на получение права посещения сада всё равно было немного. И, хотя в сердце продолжало держаться сожаление, однако там появилась и нотка удовлетворения.

Причина, по которой было заключено пари, довольно интересна. Сяомяо хотела заварить эту кашу лишь для того, чтобы впоследствии добровольно аннулировать спор, дабы семья Чжань почувствовала себя перед ней в долгу. Даже если бы это и не сработало, то можно было бы перевести всё в обыкновенную шутку…

Но она никак не ожидала, что они начнут переводить стрелки ещё до того, как она что-либо успеет сказать!

Да ещё ведь сам первый молодой господин семьи Чжань стал отпираться!

«Так уверенно и смело — без единого зазрения совести! Сами спокойность и благородство! Как он может быть таким? Неужели от сказанного слова так легко можно отказаться? Да ещё и так уверенно и бойко!»

Мяо Сяомяо была разочарована. Она тут же вспомнила о словах Мо Цзюня, которые он сказал ей перед уходом: «Выигрыш или проигрыш в споре — это всё просто поверхностные слова. Ключ к реальному выигрышу или проигрышу основан на силе или абсолютном преимуществе противника. Только в этом случае другая сторона может сдаться и признать поражение. Однако если туда впутаны какие-либо интересы, способные оказать серьёзное влияние на основные факторы спора, тогда можно ожидать и нарушение противником данного им слова. Поэтому я хочу тебе посоветовать, не принимать это пари слишком близко к сердцу. Чем больше надежда — тем сильнее разочарование. Жизненные неприятности, если на них обращать много внимания, в большинстве случаев только портят жизнь…»

Кажется, в тот момент она просто небрежно улыбнулась и торопливо ушла. Сяомяо только и думала о прекрасном и изысканном Мо Цзюне, а такие мысли, естественно, приводили к пренебрежительному отношению к Чжань Цифэну. Моральные качества этого человека просто отвратительны… Она невольно поменяла к нему своё отношение и даже, можно сказать, слегка в нём разочаровалась. В конце концов, каким бы одарённым не был мелочный человек, этого недостаточно, чтобы захотеть быть его другом!

Если посмотреть на всю ситуацию в целом, слова Мо Цзюня кажутся весьма резонными!

Время идёт, и всё меняется: то, что раньше казалось обычным выговором, стало неким предсказанием в будущее!

Теперь, казалось бы, всё стало абсолютно ясно, однако Чжань Цифэн отказывается признать своё поражение. Даже если Мо Цзюнь бы пришёл и действительно смог бы их всех одолеть, боюсь, даже в этом случае Цифэн стоял бы на своём! Как и сказал Мо Цзюнь, когда перед лицом стоят огромные интересы и выгода, так называемая мораль и обязательства просто формальность и не более!

Более того, этот спор напрямую связан с садом чудодейственных растений, который может обеспечить весь род процветанием на протяжении тысячелетий. Разве это не выгода?!

Но проблема сейчас в том, что, если даже Чжань Цифэн проиграл, он может хоть сколько отпираться, и Сяомяо ничего не сможет поделать. Однако если в конце концов проиграет она, то они не оставят её в покое и используют все возможные и невозможные средства, чтобы вынудить её повиноваться! Мяо Сяомяо — девушка и не может позволить себе так просто обсуждать с ними вопросы, касаемые репутации семьи.

Мяо Сяомяо уже даже предвидела и то, как её заставят вступить в брак с Чжань Юшу в случае роста силы и преимущества семьи Чжань… Если эти люди способны на такое, то чего от них вообще стоит ожидать?

Мяо Сяомяо слабо улыбнулась. Почему-то в этот момент на её сердце не возникло ни капли злости. Она вспомнила лицо Мо Цзюня и сказала про себя:

«Ты был прав, а я вот ошиблась… Из-за своей же неопытности!»

Мо Цзюнь видел всё, как на ладони и не поскупился на совет малознакомому человеку. А Сяомяо всё неправильно поняла и была этим очень сильно расстроена… В тот момент Мо Цзюнь боялся реакции Сяомяо на его слова. Но, обдумав всё еще раз, он, всё же, высказал своё мнение…

Если бы не это наставление, Сяомяо наверняка сейчас разразилась бы диким гневом.

— Господин Чжань — действительно очень находчивый человек. Не важно, куда ты хочешь ступить — вперёд или же назад — ты ничем не связан. Эта дурочка наивная, раз рассчитывала на это пари… Ха-ха! — Мяо Сяомяо вдруг совсем успокоилась и добавила: — Раз уж на то пошло, есть ли смысл говорить о нашем споре? Я ведь всё равно не посмею тебе нагрубить, так что мне проще сдаться…

Глава 957. Тебе тоже нелегко приходится?

Тогда Чжань Цифэн всё понял, и по-прежнему с добродушной улыбкой сказал:

— Сестра Сяомяо, ваши слова значительны! До этого я тоже упоминал, что фактически наше пари ещё не вступило в силу, и имеется много вопросов по поводу результатов. Ну а, поскольку вы внесли предложение прекратить пари, я готов удовлетворить вашу просьбу. Так и договоримся. На самом деле, так даже лучше. Таким образом мы сможем избежать вреда для тёплых дружеских отношений между нами.

От начала и до конца он настаивал на том, что сделка была ещё не начата, а то и понятно, так как если пари ещё не вступило в силу, значит, не считается, что он нарушил своё обещание.

Ранее их пари было скреплено только устным договором, а это пустяки. При этом он ещё решил нахально увеличить свою значимость, щедро даровав Сяомяо свою любезность, проявив себя как великодушный человек, который с лёгкостью согласился на её предложение.

На лице Сяомяо появилась неясная улыбка, и она произнесла:

— Спасибо вам, молодой господин Чжань, вы так великодушны и добры! Я безмерно вам благодарна за вашу снисходительность. Если в будущем у молодого господина Чжань будет возможность помериться силами с молодым господином Мо, я покорнейше желаю вам вернуться только с победой!

Мягкое и тёплое, словно весенний ветерок, выражение лица Чжань Цифэна мгновенно поменялось и стало злобным и негодующим. Со своим потрясающим умом, как он мог не услышать в словах Сяомяо насмешку? Однако он не стал ничего отвечать на это. Присутствующие господа тоже далеко не глупцы, и дураку понятно, что в этот раз он поступил неправильно, к чему эти бесполезные отговорки…

Сказать даже несколько слов в ответ будет вполне достаточно, чтобы полностью опозориться.

Остаётся только сердиться про себя, мысленно повторяя:

«Ну ты даёшь, соплячка! Сейчас я не в состоянии ответить тебе и уличить тебя в твоей наглости… Подожди, скоро я женюсь на тебе, и ты попадёшь в нашу семью Чжань! Вот тогда-то я отомщу тебе!»

— Раз уж пари уже отменено, пожалуй, я должна откланяться, — Мяо Сяомяо покачала головой и со вздохом сказала: — Я думала, смогу сегодня увидеть здесь отличное представление… Кто бы мог подумать, что моё в кои-то веки хорошее настроение будет полностью испорчено.

В её голове чувствовались разочарование и искренняя скорбь.

На протяжении стольких лет она была глубоко уверена, что Чжань Цифэн, первый наследник семьи Чжань, несмотря на свою принадлежность к избалованной аристократической молодёжи, значительно отличается от других, и с искренностью и добротой, как старший брат, всегда заботится о ней. Даже это пари, которое они заключили друг с другом, не более чем мелкая шуточка…

Но сегодня, в условиях «абсолютной» заинтересованности своей стороны, Чжань Цифэн стал для неё каким-то далёким и незнакомым. Оказывается, он просто показал своё истинное лицо.

До этого он лишь приукрашивал себя и скрывал свои недостатки… Там не было и капельки искренности и правды.

Мяо Сяомяо было больно. Она почувствовала чистосердечное разочарование. Она и предположить не могла, что жажда собственной наживы изменит его до неузнаваемости.

Как говорится, все женщины — очень ранимые существа, вне зависимости от их ума и проницательности, они всё время пытаются сбежать туда, где будут свободны от оков здравого рассудка и смогут только чувствовать… Только если они не столкнутся с этим лично, это ощущение всегда очень трудно понять…

Сяомяо сегодня не смогла отыграть свою ставку в пари, но зато она смогла разглядеть истинное лицо Чжань Цифэна, и попробовала на вкус горечь обиды и сожаления…

Каждый сам оценивает плюсы и минусы!

Чжань Цифэн по-прежнему притворно что-то говорил Сяомяо, но она настойчиво собиралась уйти. Чжань Цифэн сам понял, что уже потерял хорошее расположение Сяомяо к себе, поэтому решил просто промолчать. В то мгновение, когда Сяомяо уже развернулась, чтобы уйти, внезапно раздался чей-то восторженный голос:

— Ай-яй-яй и сбоку бантик! Я прослышал, что молодые господа устаивают здесь приём для младшего брата! Я побоялся быть бестактным, поэтому сбегал домой поменять одежду, и тотчас же пулей вернулся сюда! Но я и предположить не мог, что здесь меня будет ждать такая торжественная и величественная обстановка! Эта прогулка, в самом деле, не напрасна!

Мистический обладатель непревзойдённой сущности Мо Цзюнь говорил с улыбкой во весь рот, с польщённым выражением лица. Он прошёл, оглядываясь по сторонам, рассматривая шикарную обстановку зала, цокая языком от удивления, и, весь в стеснении, продолжал бубнить:

— Ай-яй-яй, какой интерьер! Какой торжественный, какой шикарный! Господа, братья, ах, ах, какая красота! Мне бы в туалет такой интерьерчик… ой, о чём я говорю… Прямо-таки крайне неловко, ай-яй-яй, красотищща!

В глазах Чжань Цифэна вспыхнул холодный блеск. Он пребывал в состоянии неудержимой ярости:

«Ах ты сукин сын, почему ты не появился немного раньше? Мне бы не понадобилось малодушничать перед Сяомяо, перед всеми присутствующими здесь! И мне бы не надо было нарушать свое слово, и возвращать свои же слова! Тогда бы я выиграл пари, лишил всякой надежды Сяомяо попасть в сад чудодейственных растений, да ещё бы взял первую красавицу Призрачного Дворца в жёны! Это бы стало поворотным пунктом моей жизни, всё могущество семьи Мяо перешло бы ко мне… Но из-за того, что этот болван опоздал, все мои планы порушились! А сейчас этот козёл расхаживает здесь с лицом, полным смущения! Неблагодарная скотина прямо-таки, это просто невыносимо…»

— Ты и есть Мо Цзюнь? Я — Чжань Цифэн, первый наследник семьи Чжань, и человек, организовавший этот приём, — превосходные манеры Чжань Цифэна и его доброе выражение лица, когда он обращался к Мяо Сяомяо, бесследно исчезли, его лицо было холодным, как лёд, словно весенние молодые цветы занесло внезапно выпавшим снегом, оба глаза пронизывал холодный блеск, он свирепо уставился на Цзюнь Мосе, будто тигр на свою жертву…

Все остальные тоже поспешили воспользоваться случаем и хорошенько рассмотреть знаменитого обладателя непревзойдённой сущности, однако были неприятно удивлены. Этот мальчишка обладал заурядной внешностью, таких тысячи и миллионы на каждом шагу. Стало ясно одно — чем быть наслышанным, лучше познакомиться лично, увидев его вживую, он показался им обычным и очень заурядным.

И этот человек — легендарный обладатель мифической непревзойдённой сущности? Все смотрели на него с высшей степенью презрения.

Мяо Сяомяо увидела ещё одну маску Чжань Цифэна. Температура её тела мгновенно понизилась на несколько делений, сердце покрылось холодом: неизвестно сколько ещё масок у первого молодого господина призрачного Дворца? В её сердце поднялось чувство страха…

За исключением чувствительности, девушки обладают ещё одной особенностью: их мышление всегда интуитивно, подчас даже очень субъективно. Когда она в хороших отношениях с каким-то человеком, вне зависимости от событий, она будет хорошо относиться к нему. Однако если вдруг наступит день, когда её впечатление об этом человеке изменится не в лучшую сторону, тогда всё хорошее, что было прежде, превратится в ничто… Что бы не делал этот человек, теперь он всегда будет оставаться плохим, и ничем не будет отличаться от кучи дерьма…

Вплоть до того, что девушка может подумать, что всё, что было прежде, было сплошным обманом, а она оказалось жертвой мошенника!

Поэтому некоторые парни, после расставания с девушкой, часто воспринимаются ею хуже самых настоящих врагов… Подчас парни сами не понимают, где и чем могли заслужить такое отношение к себе…

На самом деле, такая ситуация вполне нормальна. Девушки часто сами плохо понимают себя, не говоря уже о мужчинах…

Но, увидев Мо Цзюня, с лицом, полным смущения от «неожиданной милости», Сяомяо чуть не рассмеялась:

«Этот парень, в самом деле, настоящий актёр! Сыграет что угодно, как влитой…»

Он действительно очень сильно походил на деревенщину, который неожиданно попал в город, и ему посчастливилось получить внимание большого человека. То довольное и одновременно жалкое выражение лица — всё это у него получилось передать на высшем уровне…

— Да, да… я… это… Ваш покорный слуга… А, тьфу, какой, блядь, слуга? Ваш уважаемый старший брат, Мо Цзюнь, ни хрена не рад с вами познакомиться; говорят, вы все очень восхищены моей непревзойдённой сущностью! Ну что ж, я тут: можете завидовать сколько хотите!

Сначала этот «Мо Цзюнь» вёл себя очень скромно, потом его настрой резко изменился, словно он почувствовал, что он и все присутствующие здесь находятся на равных, а, возможно, он и выше их на голову. Он сразу же поправил свою «ошибку», и чуть более высоким голосом назвал себя «уважаемым братом», а в конце вообще перешёл на настоящую наглость…

Все присутствующие тут же скривили свои рты от услышанного к ним обращения. Не то, что они никогда не видели хамов, просто, вероятно, они не видели ТАКИХ хамов… А Мо Цзюнь был настоящим профессионалом в этом деле…

Было трудно смириться с тем, что уникальная непревзойдённая сущность выбрала такого человека на роль своего хозяина. Прямо-таки аномалия какая-то…

Однако следующая фраза молодого господина Мо повергла Чжань Цифэна в ещё больший шок, его практически сковал приступ удушья:

— Однако… Чжань Цифэн… знаете, это самое… — на его лице показалось выражение неловкости.

— Что такое? — Чжань Цифэн старался подавить ярость в своём теле.

— Младший господин Чжань, кажется, вам нелегко живётся в Призрачном Дворце? Видно, что, когда вы представлялись, вы произносили своё имя с гордостью, ощущая себя очень известной личностью… На самом деле, я разделяю ваши чувства… — молодой господин Мо, немного съёжившись, как бы прощупывая почву, с неловкостью в голове продолжил: — С тех пор, как я прибыл в Призрачный Дворец, я уже встретился со всеми важными фигурами, особенно важных представителей Призрачного Дворца Шенхуан Цао для меня специально подчеркнул. По этой причине я с особой серьёзностью отнёсся к этим людям… Однако среди этих имён я не слышал вашего имени… Молодой господин Чжань… Похоже, вы не так известны в Призрачном Дворце, почти как я за пределами этого места. Ах, всем нам так нелегко живётся, этом мире! Он в самом деле очень трудно устроен… Я очень сочувствую вам, эти слова я говорю от чистого сердца! Я сейчас, можно считать, хлопочу за других, могу полностью закрыть тебя, ты понимаешь, о чем я?

Чжань Цифэн только чувствовал, как гнев и обида едва через край не переливаются!

Глава 958. Я для вас — легенда!

Только что он в чрезвычайно самодовольной манере речи, с очевидным самомнением рассказал о своём имени и происхождении. Вместе с могущественной силой и влиянием, у него была одна цель — заставить этого обладателя непревзойдённой сущности уважать его, внушить ему страх! Эта тактика называлась «Воин, который, не вступая в битву, покорил врага»!

Нужно только, чтобы его противник показал испуганный вид, тогда бы Чжань Цифэн с новой силой кинулся досаждать ему.

Он ни за что бы не подумал, что противник никогда не слышал о его имени, да ещё и считал, что ему живётся несладко, а потом и вовсе бросился распыляться в утешениях! Он ведь относился к нему с презрением и сочувствием!

Это недоразумение заставило Чжань Цифэна испытать странное чувство отвращения. Неужто он, выдающийся наследник семьи Чжань, нуждается в чьём-то сочувствии и утешении? Чжань Цифэн мечтал о том, чтобы в клочья разорвать ни в чём неповинное лицо этого подонка!

Однако для Чжань Цифэна, человека высокомерного и вечно гоняющегося за славой, такое нападение было очень несвойственно и могло бы поставить под сомнение его адекватность, как наследника, поэтому придётся терпеть!

Мяо Сяомяо уже хотела рассмеяться, но вовремя остановилась.

Она считала, что, если сегодня Мо Цзюнь не получит мощный удар от каждого из присутствующих здесь, он не сможет покинуть это место.

— Ты что, вообще страх потерял? Как ты посмел так разговаривать с братом Чжань? — молодой человек в зелёных одеждах сделал шаг вперёд и, тыча пальцем в воздух, начал ругаться.

— Э? А что я такого сказал? По-моему, братишка Чжань совсем не против! Или он не согласен на мою поддержку? Э, молодой господин, кстати, а вы кем будете? — Цзюнь Мосе с интересом посмотрел на него, а потом, с каким-то странным акцентом восхищённо воскликнул: — Вай, дарагой! Ваша одежда так прекрасна! Прямо-таки зелень зеленью! Правда, очень красиво смотрится! Как только вы встали, я словно очутился где-то в горах среди бамбукового леса, мне кажется, я даже чувствую свежий воздух… — Цзюнь Мосе сделал глубокий вздох, а потом с сожалением произнёс: — Единственное только, знаете… хотя вы весь с головы до ног облечены в изумрудно-зелёный, тем не менее чего-то вам не хватает… — он растерянно осмотрел его справа, потом слева.

— Чего ещё не хватает? — молодой человек в зелёной одежде в крайнем раздражении спросил.

— Знаете, не хватает… просто волосы на вашей головы тёмного цвета… Ага, вот если бы на вашей голове был головной убор такого же зелёного цвета, было бы просто чудесно! Это бы завершило ваш образ! За одну ночь вы бы стали настоящей сенсацией всего Призрачного Дворца, стали бы бессмертной легендой, подумайте только об этом, попробуйте!

Юноша в зелёной одежде вмиг понял скрытый смысл слов Цзюнь Мосе. Его всего затрясло, он уже хотел броситься и задушить собственными руками подонка:

«Надеть головной убор такого же цвета? То есть зелёного цвета???! Думаешь, я не понял, что ты имел в виду?!» (1)

— Уверен, все знают, что я — обладатель непревзойдённой сущности, — однако следующие слова господина Мо заставили всех людей почти взорваться от гнева: — Наверняка для вас я — легенда, я тоже это понимаю!

Он напустил на себя важный вид, самодовольно махнул рукавом, помотал головой, покрутил шеей и уверенно сказал:

— Хотя я не на материке Суань, моя популярность достигла меня даже за его пределами! На самом деле, я очень простой, правда, очень простой человек! Видите, я же спокойно разговариваю с вами, не считаю себя выше вас!

У всех, не сговариваясь, возник рвотный позыв.

Глядя на этого с головы до пят воздушного и самодовольного засранца, нагло и цинично восхваляющего свои достоинства, всем становилось дурно…

Все вмиг пришли в бешенство, они были готовы броситься в любой момент и просто избить этого бесстыжего поганца…

Он действительно был бесстыжим до крайности…

— Господин Мо говорит всё верно, сейчас он и в самом деле считается одной из легендарных личностей Призрачного Дворца! — Чжань Цифэн сделал глубокий вздох: — Однако у всех нас есть одна схожая черта — мы прагматики и не верим в легенды. Если есть какие-то люди, считающие себя легендами, не имеющими заслуг и достижений, но при этом каким-то странным образом считающими себя выше нас… Тогда, вне зависимости от того, имеет ли этот человек какое-либо необыкновенное дарование, мы обязательно должны услышать его наставление! Если мы останемся довольными и признаем его, только тогда он поистине сможет называться легендарной личностью, бессмертной легендой! Тогда он может стать самым популярным и влиятельным молодым человеком Призрачного Дворца, — Чжань Цифэн говорил медленно, постепенно угнетая собеседника: — Господин Мо, я уверен, вы понимаете, о чём я. И, разумеется, согласитесь со мной?

— Соглашусь, конечно, соглашусь, вы всё говорите верно, — Мосе с улыбкой во всё лицо несколько раз кивнул, потом почесал голову и сказал: — Однако, господин Чжань, вы сейчас что-то говорили про легендарную личность… что-то про легенду… В конце концов, что это значит? Каков конкретный смысл этих слов? Э, я извиняюсь, я не очень грамотный… Хотя я уверен, что тоже отличаюсь выдающимися способностями и эрудицией, но всё же… Господин Чжань, вы сейчас говорили скороговорки? Или, может, народные частушки читали? На слух звучит очень хорошо, однако очень уклончиво и неточно, я ничего толком не понял, не могли бы вы ещё раз повторить… Хи-хи-хи…

Мяо Сяомяо больше была не в силах сдерживаться, и в конце концов рассмеялась. Он издевается над ними, а у самого такое искреннее и честное лицо….

Настоящий талантище…

Король экрана… если быв этом мире было телевидение…

— Не в состоянии понять услышанное? Да ты в самом деле настоящий эрудит! Ничего, я тебе всё объясню: мой старший брат говорит, что сейчас в Призрачном Дворце есть один отброс, который выглядит как форменный тупица, в душе настоящий долбоёб, только Небеса какого-то хрена отдарили его прекрасным телом, и он хочет использовать своё неожиданное везение, чтобы поставить себя выше всех нас. Он ведёт себя очень нагло и высокомерно, поэтому мы должны хорошенько проучить его, — сказал Чжань Юшу угрожающим тоном.

— Ай-яй-яй… И кто этот человек? Какой-то отброс и ведёт себя так нагло и дерзко? — Цзюнь Мосе, «пылая благородным гневом», сплюнул прямо на дорогущий ковёр и сурово закричал: — Надо немедленно убить этого… долбоёба! Как он посмел смотреть свысока на моего братишку Чжань! Это просто ни в какие рамки!

Говоря это, он прошёл на два шага вперёд, и стал прямо перед Чжань Цифэном. С бесконечным сочувствием он хлопнул его по плечу и горестно произнёс:

— Братишка Чжань, я понял! Наконец я полностью осознал твоё положение! Мне дико печально, что даже какие-то долбоёбы и то смотрят на тебя свысока… Значит, у тебя ситуация уже настолько осложнилась… Слушай, а они тебя за своего не принимают пока?

Говоря это, господин Мо несколько раз ударил себя по груди:

— Ну да ничего, теперь это всё в прошлом! Уверен, такого больше не повторится, ха-ха-ха! Потому что теперь я здесь, Мо Цзюнь, легендарный монарх прибыл! С этого дня ты под моим крылом! Обещаю тебе, ты будешь наслаждаться жизнью, жить в роскоши и достатке! — он притопнул ногой и полным решимости голосом заявил: — Если этот долбоёб снова осмелится обижать тебя, не стесняйся — старший брат с тобой! Он быстро проучит этого мерзавца, только так!

Договорив до этого момента, лицо Чжань Цифэна почти позеленело, однако Цзюнь Мосе всё ещё не наигрался. От «переизбытка чувств» он снова хлопнул его по плечу, и, всхлипывая, произнёс: — Сегодня ты подлизывался ко мне, устроил этот шикарный приём в мою честь… Хотя я был уверен, что ты только разыгрываешь из себя важную персону, тем не менее всё же был растроган таким отношением. Если я не похлопочу за тебя, разве это не будет значить, что я совсем бессовестный?

«Что? Этот кретин не рехнулся ли?» — первый юный господин Призрачного Дворца и его братья просто не могли найти слов.

Взгляд Чжань Цифэна стал безжизненным и подавленным, на лбу всплыли три черных полоски. Он всегда придавал много внимания тому, как он выглядит, однако сейчас ему было так плевать, что он забыл про это. Он был так оскорблён и унижен впервые в жизни!

«Мне дико печально, что даже какие-то долбоёбы и то смотрят на тебя свысока… Значит, у тебя ситуация уже настолько осложнилась…»

Не взирая то, что если даже все присутствующие будут оскорблять его разными способами, этому обладателю непревзойдённой сущности всё будет совершенно побоку… Всё равно всё будет сводиться к Чжань Цифэну…

Этот человек не знает ни стыда, ни совести, и это его главный талант…

Неизвестно сколько времени прошло, как они всё-таки пришли к выводу, что языком этого негодника не победить. Не стоит смотреть на то, что он выглядит как дурачок, однако на самом деле он только лишь прикидывается недалёким. Он с самого начала играет роль простофили, и сейчас это стало более очевидным.

«Ты хочешь мне что-то сказать? Я отвечу тебе. Ты оскорбляешь меня? Я тоже буду оскорблять тебя? Ты ругаешь меня не в открытую? Я не буду говорить непристойности тебе в лицо. Хочешь битвы? Я устрою беспредел…»

Оставаясь неизменным себе, Цзюнь Мосе веселился в своё удовольствие!

— Мо Цзюнь, прекрати этот цирк! У меня нет ни интереса, ни времени нести эту чушь, — Чжань Юшу тяжело дышал и опустился на стул. Вдохнув свежий воздух, он посмотрел на выражение лица своего старшего брата и немного успокоился: — Ты — легендарный обладатель непревзойдённой сущности, с самого начала твоего появления в Призрачном Дворце, ты сразу же получил обожание со стороны всех старейшин. Они были крайне благосклонны к тебе, потому что у тебя есть преимущество, а у нас нет, и мы признаём это. Мы не завидуем твоим врождённым талантам, мы предпочитаем говорить, что тебе просто повезло! Своим неожиданным появлением ты, несомненно, многое отнял у нас. Мы боролись и отвоёвывали себе это на протяжении всей жизни, успех был почти у нас в руках, и вдруг появился ты и всё испортил!

(1) Изначально в Древнем Китае закон требовал от проституток, их мужей и мужчин, состоящих с ними в родстве, носить зелёные головные уборы.

Глава 959. Мы не согласны!

— Мы не согласны! Туманный Призрачный Дворец не должен вертеться вокруг тебя одного! Даже если ты — обладатель легендарной непревзойдённой сущности! — сказал Чжань Юшу. Выражение его лица было спокойным, а поведение — ничуть не легкомысленным. Очевидно, что его возбуждённые ругательства были лишь намеренным притворством.

Он не только ясно указал на ключевой момент противоречия между всеми присутствующими и Цзюнь Мосе, но и шаг за шагом стал изливать душу, используя для этого довольно скрытые методы… медленно и аккуратно раскачивая эмоции и настроения всех вокруг!

Нужно вытащить обиды из сердец этих сынков золотой молодёжи наружу, довести их до крайней точки, а потом общей силой ударить по врагу! Силы одного человека будет недостаточно, чтобы пошатнуть статус обладателя непревзойдённой сущности, но здесь сосредоточены практически все представители прославленного молодого поколения, неужели Туманный Призрачный Дворец станет поддержкой лишь для одного обиженного паренька?

— Некоторые из нас уже сумели совершенствоваться до Суань Неба, а некоторые настолько находчивы и дальновидны, что могут выработать отличнейшую стратегию боя, находясь за тысячу миль! Среди нас есть те, кто одарён уникальными музыкальными талантами, таких, как они, по всему свету не сыщешь! Есть ребята, чьи навыки в расчётах и математике просто поражают! Некоторые хороши в шахматах, за их спинами нет ни одного проигрыша! А некоторые прирождённые ораторы — на ходу сочиняют прекраснейшие стихи! Даже когда они говорят много, их всё равно хочется слушать и слышать! Среди нас есть и талантливые художники — их кисти создают невероятные пейзажи, по красоте подобные лишь нефриту! Некоторые умеют управлять, а некоторые хорошо сражаться… — чем больше Юшу говорил, тем быстрее становилась его речь, и тем больше менялось выражение его лица. Вокруг воцарилась тишина, все присутствующие смотрели на него с неким воодушевлением, их дыхание становилось всё чаще.

Чжань Юшу, понимая, что внимание всего зала привлечено к нему, закричал:

— Среди нас столько талантов, так кто из нас не может считаться гением всей Поднебесной? Кто из нас не выдающаяся личность? Кто из нас не работает не покладая рук, в надежде получить от старейшин хоть какое-то благословление? Получив желаемое, кто мы в итоге для этих господ: не заслуживающие внимания работники или просто полезные для общества вещи? С какой стати ты, ничего не добившийся засранец, должен получить то, о чём мы всегда мечтали? Да ещё и так просто, безо всяких усилий — вот просто сиди и наслаждайся! С какой стати, блядь?! Вот скажите мне, друзья! Вы согласны с этим? Готовы отдать ему всё по доброй воле? — Чжань Юшу повернулся ко всем присутствующим и громко спросил.

— Мы не согласны! Нет! — раздался звонкий гул со всех сторон. В этот момент выражение лица Чжань Юшу уже было не таким спокойным, как прежде, его глаза покраснели, и он сорвал себе голос. Однако Мосе ясно понимал, что это парень просто притворяется!

Что касается всех этих завидующих сосунков… Пффф! Молодому мастеру было абсолютно на них плевать. Если бы его конечная цель не заключалась в этом «молодом господине», то стал бы он тратить столько времени на развлекаловку с этими идиотами? Да кто они вообще такие!

Цзюнь Мосе всё так же слегка улыбался, его лицо оставалось таким же непоколебимым, как и он. Молодой мастер оглянулся по сторонам: все присутствующие молодые люди были сильно взволнованы, их глаза были красными, а некоторых даже начало потряхивать. Если можно было бы, то они бы уже давно испепелили Мосе своими бешеными взглядами!

Особенно те немногие, которые казались самыми злыми — они были одеты весьма неброско, а у некоторых одежда даже выглядела немного изношенной. Очевидно, в их семьях дела идут не так хорошо.

Цзюнь Мосе с первого взгляда понял, что те, кто попытается вступить с ним в схватку первыми, будут именно ребята из бедных семей! Ведь у них появилась прекрасная возможность, чтобы проявить себя и получить одобрение Туманного Призрачного Дворца! Более того, этот обладатель непревзойдённой сущности только пришёл и сразу же захватил себе всё внимание, которое раньше принадлежало только им! Поэтому они так злы! Они просто не согласны с происходящим…

Цзюнь Мосе невольно им даже посочувствовал:

«Идиоты! Вы реально думаете, что, если бы не я, то вы бы смогли заполучить всё, что захотите? Видите ли, этот мир всегда был несправедливым! И реальность никогда не будет соответствовать детским сказкам! Тот, кто много мечтает и ищет справедливости, тот самый жалкий и несчастный человек! На самом деле, самое несправедливое по отношению к вам то, что вы тут сейчас распыляетесь и возмущаетесь, а рядом стоят более заинтересованные личности и готовятся посмотреть на шоу! Когда им нужно, вы становитесь их инструментами, а когда в вас нет необходимости, то за кого вас считают? Их предки и отцы основали своё дело и накопили свой текущий базис. У них есть всё, что у них перед глазами. Говорите, что Мо Цзюнь вылез лишь за счёт своих уникальных природных данных, хотя сам палец о палец не ударил? Однако вот эти наследники высокопоставленных семей… с какой стати они лучше меня? Разве они, полагаясь на свои корни и базис предыдущих поколений, хоть что-то сами сделали? Разве это не такое же иждивенчество? Так кто из нас более бесстыдный?! Если представители бедных семей ненавидят Мо Цзюня, то они должны так же и ненавидеть всех этих богатеньких наследников рядом с ними! Так кто же из нас на самом деле невежественный?! Служащие из бедных семей могут стать придворными чиновниками или мелкими служащими. Но в истории пока мало случаев, когда бедные служащие становились крупными чиновниками или верноподданными государю сановниками. Суть в том, что без накопленного веками опыта и базиса человек, пусть даже он будет усердно работать, сможет подняться лишь до уездного начальника. А если уже его сын будет таким же напористым, то с помощью накопленных связей отца, сумеет подняться чуточку повыше и получить должность в округе. Ну, а если и внук будет конкурентоспособным малым, то с усердным трудом и накопленными связями отца и деда, сможет стать императорским эмиссар-инспектором или генерал-губернатором… Лишь благодаря удаче и хорошим стечениям обстоятельств можно чего-то достичь! А у правнука уже будет возможность войти во дворец и стать талантливым наследником своего рода… Но к тому времени разве этот правнук будет считаться представителем бедной семьи? По сравнению со своим прадедом, кто был лишь уездным начальником, это дитя уже не может считаться наследником бедного рода! Хотя это не основное значение наследственной системы, но зато это её более реалистичный смысл! Независимо от того, какой будет социальная система, это явление никогда не изменится! Отец — герой, значит, и сын будет молодцом — это и есть истинная правда! Однако есть одно условие: если вы хотите, чтобы ваш сын стал героем в будущем, то вы сами должны стать героем!»

Дети из бедных семей сосредоточены здесь лишь из эгоистического расчёта Чжань Юшу, который их всячески и подстрекал на битву с Цзюнь Мосе! После завершения этого инцидента, если обладатель непревзойдённой сущности действительно будет подавлен этим большинством, кто-то вспомнит имена тех людей, которые когда-то здесь дрались?

Для Юшу и других богатеньких наследников, это просто бесполезные клетки организма. Если что-то пойдёт не так, и нужны будут ответственные за содеянное с обладателем непревзойдённой сущности, разве эти люди не станут лучшими козлами отпущения?

Даже если козлы отпущения не понадобятся, то можно будет их просто отблагодарить. Однако в глазах «золотой молодёжи» эти бедняки так и останутся не заслуживающими внимания инструментами, либо просто полезными игрушками! Это как когда ты ешь где-то в забегаловке, когда ты уплетаешь огромный кусок мяса и тебе попадается кость, которую невозможно прожевать. Ну, ты её и кинешь собаке на обочине, вот и всё!

«Такая сволочь, как обладатель непревзойдённой сущности… Да как ему может перепасть всё внимание Дворца! Он ведь хуже отбросов на помойке… Но все же это не простой мусор! Слишком уж большая кость в горле!»

Чжань Юшу и остальные не могли смириться с происходящим и в любом случае постараются убрать Мосе, ведь от этого зависит их будущее!

Может, у них и нет ненависти к Мо Цзюню, но долг обязывает идти до конца и бороться против нового любимчика Туманного Призрачного Дворца!

Эти ребята, выращенные в богатеньких семьях, уже применили своё мастерство в хитрых расчётах: они с раннего возраста научились тому, как заставить других быть верными себе, отдать им свои силы, как использовать других в качестве оружия… Как использовать наименьшее количество энергии, но получить наибольшую выгоду, оставаясь при этом «за кадром», время от времени аплодируя происходящему на сцене…

Пусть другие идут сражаться за кровь, пусть другие умирают! Я же просто буду просто ловить рыбу, ведь бушующий вокруг огонь всё равно не сможет до меня добраться…

Цзюнь Мосе про себя печально вздохнул.

«Как же жаль этих людей! Как же беспомощен этот мир!»

Чжань Юшу всё ещё болтал без остановки, эмоции присутствующих становились всё более и более интенсивными. Это как вулкан, который вот-вот в любое время выбросит из себя всё наружу…

Глава 960. Какой ещё истинный путь?

Тихо стоящая в сторонке Мяо Сяомяо наблюдала за разворачивающейся на её глазах ситуацией, а братья Чжань перехватили контроль в свои руки. Направление, в котором двигался Мо Цзюнь, не приносило никакой пользы, и в её глазах появилась едва заметная тревога.

Она понимала, что сегодняшняя встреча не ограничится только оскорблениями, их настоящей целью было поселить в сердце Мо Цзюня клеймо вечного неудачника, больше всего они хотели полностью сломить его.

Или хотя бы лишить его возможности для сегодняшнего или будущего продвижения в Туманном Призрачном Дворце. Столько людей одновременно решили прижать его к стенке, причём каждый из них всесторонне одарён, или просто талантливый человек, а он — совсем один! Да будь он даже всемогущим, как бы ему удалось сразиться с ними и заполучить победу?

Не говоря уже о том, что его совершенствование самое низкое среди всех присутствующих… Даже если не брать в расчёт Суань, даже Первый Шао вряд ли бы смог нанести им полное поражение в областях, которыми они владеют в совершенстве.

— Младший господин Чжань, ваши пространные рассуждения так и ни к чему не привели, я так ничего и не понял… Вы говорите ещё мудрёнее, чем ваш брат. Скажите прямо, чего вы, в конце концов, хотите? — Цзюнь Мосе наконец не выдержал и заговорил.

— Многоуважаемый гений Мо, мне плевать на то, что вы прикидываетесь дурачком. Раз прикидываетесь — значит, вы в самом деле глупы. Я скажу вам прямо: всё, что мы хотим — это направить вас, этакого счастливчика, на путь истины! — Чжань Юшу злобно закричал: — Мы не позволим из ниоткуда появившемуся идиоту захватить то, что всегда принадлежало нам! Мы должны забрать обратно свои привилегии, вернуть силой главную цель всей нашей жизни!

— А? Я уже понял, что вы завидуете тому, что старейшины Призрачного Дворца имеют высокое мнение обо мне, вы уже говорили об этом… Какие трудности-то у вас, хи-хи-хи! Как вы подготовились к тому, чтобы отвоевать всё это? — Цзюнь Мосе, наоборот, рассмеялся и с интересом посмотрел на красного от злости Чжань Юшу, подумав про себя: «А этот парниша отличный актёр. Боюсь, только он сильно вжился в роль… Мастер своего дела, конечно…»

Глядя на мрачное лицо сидящего вдалеке Чжань Цифэна, неудивительно, что семья Чжань занимает немалое место в Призрачном Дворце. И впрямь, есть кому продолжить династию — оба брата Чжань далеко не безропотные, ум и расчёт у обоих, несомненно, первоклассные. Жалко только, что они не использует это в правильном русле, а, наоборот, сволочатся между собой в борьбе за власть и личную выгоду… Если в будущем произойдёт крушение Призрачного Дворца, начало конца корнями будет восходить именно к этим двум сыновьям семьи Чжань, оба жадные до власти и славы тираны…

Остальные пятеро или шестеро молодых господ, сидящих за столом, внешне тоже выглядели негодующими, однако в их глазах читалось спокойствие и умиротворение… Все они были далеко непростыми экземплярами…

— Многоуважаемый гений Мо, давай начистоту! Ты говоришь прямо, мы тоже не станем затруднять твой мозг! Уровень твоего совершенствования невысок, поэтому мы не можем применить свою силу против тебя, это может… эмм… обидеть тебя. Мы не хотим участвовать в таком подлом деле, пусть мы и заставим тебя проиграть, но, проиграв, ты всё равно не сумеешь полностью признать своё поражение, — Чжань Юшу благоразумно сказал: — Если не учитывать Суань, и говорить о других способностях — чтобы добиться успеха в какой-то другой отрасли, нужно усердно стараться! Взять даже присутствующих здесь молодых людей: они старше тебя максимум на парочку лет, каждый из них достиг соответствующих высот в какой-то области; некоторые из них даже достигли уровня мастера, их успехи поразительны!

Когда он говорил об этом, в глазах нескольких присутствующих появилось выражение гордости. Но они по-прежнему сохраняли спокойствие, словно это говорили не о них, они были очень сдержанными.

— Их природные таланты не хуже твоей непревзойдённой сущности, но они уже сейчас имеют успехи и достижения. Уверен, для обладателя непревзойдённой сущности это тоже далеко не проблема, но ты решил поступить дешево и сердито: ограбить нас, отобрав наши достижения, над которыми мы трудились всю свою жизнь, поэтому ты должен состязаться с нами! Мы действительно очень недовольны таким раскладом дел…

Цзюнь Мосе мысленно выругался:

«Блядь, я и так рискую своей жизнью, находясь в Призрачном Дворце, и тут вы ещё хотите до смерти замучить меня? Разумеется, каждый из них имеет незаурядные достижение в своей области, на это нужно потратить не менее двух десятков лет времени, главное, конечно, не быть тупым, как курица, иначе вряд ли появится результат… Но вы хотите, чтобы я один состязался со столькими людьми, которые в совершенстве владеют различными способностями? Это что, шутка такая? Раз это не считается притеснением, что же тогда называется притеснением человека?»

За исключением Цзюнь Мосе, изучившего развитие цивилизации длиной в пять тысяч лет, нет ни одного человека, способного на это. Даже бы если Первый Шао, настоящий обладатель непревзойдённой сущности, воскрес, и столкнулся с таким вызовом, он бы оказался беспомощным…

Мяо Сяомяо уже почти была готова яростно закричать: «Ни в коем случае не соглашайся! Если согласишься, будешь обречён на смерть!»

Чжань Юшу продолжал говорить, но Чжань Цифэн слегка кашлянул, и Чжань Юшу немедленно изменил «они» на «нас».

Почти никто не заметил это незначительное изменение. Однако выражение лица Сяомяо засияло, а в уголках рта Цзюнь Мосе появилась слабая улыбка…

Сяомяо настороженно посмотрела на обоих братьев: нельзя недооценивать их устную договорённость…

Как говорится, «на одной горе двум тиграм не жить», так и в стране не может быть двух государей. Оба брата Чжань были храбрецами и безупречно подходили друг другу. Очевидно, у них были очень хорошие отношения.

В этом нет ничего необычного, братья с очень близкими отношениями, отлично друг друга понимающие, на самом деле, такое очень редко встречается. Особенно в богатых семьях, прямо-таки удивительно!

Дети в известных семьях всегда дерутся между собой. Ничем не хуже, чем в Императорских семьях, и такое вовсе не редкость…

Только в этом семья Чжань значительно переплюнула другие семьи. После возращения следует рассказать об этом дедушке…

Однако Цзюнь Мосе сейчас думал совершенно о другом:

«Оказывается, братья преследуют разные цели, только так между ними не может быть никакого конфликта. Раз уж у них разные цели, они вполне очевидны, один из них стремится заполучить власть в Призрачном Дворце, другой делает акцент на семье».

Это — единственное, что пришло в голову Мосе.

Цзюнь Мосе даже был уверен на сто процентов, что он не ошибается в своих догадках.

«Семья Чжань имеет большие амбиции. Неудивительно, что в своё бессмысленное пари они привлекли место в саду чудодейственных растений. Однако если предположить, что Чжань Цифэн метит на место владельца сада, тогда Чжань Юшу будет заниматься продолжением рода Чжань… Если всё так, то как же место Повелителя Призрачного Дворца… Что же с ним? Неужто у семьи Чжань нет претензий на самый высокий пост?»

Цзюнь Мосе не верил в это, уж больно просто это было… Даже мошенник и пройдоха Цзюнь Мосе, подумав об этом, вздрогнул…

«Неужто в семье Чжань скрывается какой-то невиданный гений? Который сообразительнее и находчивее, чем Чжань Цифэн и Чжань Юшу? Способный сломить, невзирая на их ум, своих братьев? Возможно… Только это может разъяснить эту странную ситуацию… Заставить Чжань Цифэна и Чжань Юшу довольствоваться малым… Семья Чжань… в самом деле, впечатляет…» — Цзюнь Мосе в мгновение всё понял. И стал смотреть на братьев Чжань с осторожностью.

Нужно всегда быть внимательным и осмотрительным, даже непревзойдённый герой не застрахован от ошибок…

В это время Чжань Юшу по-прежнему без остановки болтал об условиях состязания:

— После этого состязания, вне зависимости от победы или поражения, мы будем уважать тебя, как мужчину, и признаем твоё положение в Призрачном Дворце!

«Признаем положение? Ты сам-то веришь в то, что говоришь?» — Цзюнь Мосе мысленно с презрением сказал.

Неудивительно, что семья Чжань так заботится обо мне, даже идёт на обман. Так сильно боятся, что господин Мо отберёт у них их вещи, и станет препятствовать их делам…

В конце концов существование обладателя непревзойдённой сущности, как бомба замедленного действия — никогда не знаешь, в какой момент она внезапно взлетит вверх, и станет угрозой для их жизни.

Сейчас Мосе понял мотивы их провокации.

Помимо их главной цели, Мосе понял, что они хотят использовать эту провокацию для того, чтобы отобрать из этих учеников наиболее способных и перспективных, а потом завлечь в свой лагерь, сделать их своей личной силой.

Этим событием они точно испортят отношения с Мо Цзюнем, и даже находящимся за его спиной Шенхуаном Цао и вершиной Призрачного Дворца. Более того, с помощью угроз и подкупов они хотят сосредоточить своих подчинённых у себя, просто минутное дело!

На вид несостоятельная провокация, а на самом деле хорошо спланированный расчёт, к тому же абсолютно всё: интересы, планы, подчинённые очень детально и подробно проработано… Если бы появился настоящий обладатель непревзойдённой сущности, план семьи Чжань сработал бы безупречно, не было бы и малой вероятности в неудаче…

Глава 961. Коварные условия!

Только жаль, что такой блестящий план обречён на поражение, так как семья Чжань встретила не настоящего обладателя непревзойдённой сущности, а проходимца и мошенника Цзюнь Мосе, обладающего неисчерпаемой энергией.

Семья Чжань усердно разрабатывала свой превосходный план, но столкнулась с ужасным препятствием…

Они обречены на трагедию…

Сюда замечательно подойдут слова: «Человек предполагает, а Бог располагает». Цзюнь Мосе стал больше верить в старинные поговорки, - они чертовски правы! События в этом мире так удивительны и забавны!

— Обычное состязание и всё? Так просто? — спросил Цзюнь Мосе с преспокойным видом.

— Конечно, не всё так просто! — Чжань Юшу расплылся в радостной улыбке и засмеялся: — На самом деле ничего сложного, просто… Раз уж это состязание, то должна быть и ставка, а ставкой будет то, чего мы так жаждем получить!

— Ставка? Вы ещё хотите выставить мне свои условия? — спросил Мосе.

— Разумеется, у нас есть свои условия! Если не будет никакой пользы для нас, разве это не просто бесполезная трата времени и сил? Если не будет соответствующей ставки, разве это не обижает твой статус «легенды», многоуважаемый гений Мо? — Чжань Юшу с серьёзным лицом произнёс: — Условия тоже довольно просты: если ты проиграешь в какой-то из соревновательных областей, значит, начиная с этого дня и до конца своей жизни, тебе запрещается заниматься этой областью деятельности, будь то служебная должность или материалы и так далее. Например, ты проиграешь в художественном искусстве, значит, до конца своей жизни тебе нельзя держать в руках кисти и краски, вот и всё. В других областях точно так же.

Чжань Юшу рассмеялся и продолжил:

— Кроме того, ты должен поклясться, что, вне зависимости от требований и вне зависимости от ситуации ты не откажешься от наших условий, независимо на какие дела они распространяются! Если у тебя нет возражений, мы можем прямо сейчас заключить договор, в котором будет указана личная подпись каждого из участников, отпечаток пальца кровью, и клятва настоящим именем своих предков, которую нельзя будет нарушить до конца жизни!

Лицо Чжаня Юшу помрачнело:

— Разумеется, если у многоуважаемого гения Мо не хватит храбрости для этого, ты можешь уйти, и состязание будет прекращено. Однако я должен торжественно заявить: если состязание пройдёт и будет успешно завершено, вне зависимости от итогового результата, мы не станем создавать тебе беспокойств. Но если ты с позором обратишься в бегство, я, Чжань Юшу, могу поклясться светлым именем моей семьи, что с этого момента тебе не будет жизни в Призрачном Дворце. И пусть ты даже обладатель непревзойдённой сущности, итог будет такой же, ха-ха-ха-ха!

Просмеявшись, он продолжил:

— Тогда у тебя останется только два варианта. Первый: ни с того ни с сего ты вдруг станешь инвалидом или вообще погибнешь, превратившись в пепел; второй: ты вернёшься во внешний мир и продолжишь нищенствовать, то есть вернёшься к своему изначальному занятию. Ты, должно быть, не дурак, пусть ты ещё не видел, на что способна наша семья Чжань, но наверняка должен был слышать, выбор за тобой. Подумай хорошенько над этим.

— Чжань Юшу, ты действительно такой подлец! — Мяо Сяомяо была очень возмущена этими условиями, они практически уничтожали Мо Цзюня! Эти условия связывали Мо Цзюня по рукам и ногам на веки вечные. Если он согласится на них и проиграет, он попросту станет настоящим рабом семьи Чжань!

«Ты ни за что не должен принимать эти условия! Братья Чжань очень коварны!»

Однако Цзюнь Мосе мысленно усмехнулся:

«Мне не страшны ваши условия. Если бы вы не выдвинули эти условия, вы бы не показали своё истинное лицо! План семьи Чжань в самом деле очень тщательно проработан: они не только используют семью Мяо… Мяо Сяомяо, сад чудодейственных растений, должность Повелителя Призрачного Дворца; они используют и всех молодых господ, собравшихся здесь сегодня, и всех учеников, которые будут участвовать в этом состязании… Они даже используют Мо Цзюня, будущего первого мастера всего Призрачного Дворца… Просто потрясающе!»

Что же касается условий, которые они продиктовали Мосе — это просто трюк для отвода глаз и не более. Так как самым главным фактором для обладателя непревзойдённой сущности будет уровень совершенствования Суань, а вовсе не какие-то живопись, шахматы, поэзия и тому подобное… Для него это ровным счётом не имеет никакого смысла. Если бы можно было участвовать в этом по желанию, у него всё равно не было бы никакого интереса.

Эти приёмы нацелены на то, чтобы захватить внимание зрителей, всё же лучше, чем ничего. Настоящие условия заключаются в том, что вне зависимости от времени, ситуации и обстоятельств Мо Цзюнь не может отклонить их требования, это и есть кульминация их плана.

К тому же семья Чжань не собирается пользоваться сейчас этими тремя условиями, это лишь инвестиции на будущее. Они будут ждать, когда обладатель непревзойдённой сущности достигнет соответствующего уровня, покажет свой силовой потенциал, характерный для уровня мастеров, не имеющих себе равных, но ещё не поднимется на самую вершину, и именно в это время они воспользуются этими условиями.

Если они поторопятся с этим, есть страх, что его совершенствование будет недостаточно высоким, и он вряд ли сможет обладать необходимыми способностями и умениями; если опоздают, то он уже достигнет вершины и станет небывалым мастером, и тогда ему будет совершенно плевать на существование семьи Чжань… В это время даже подписанное кровью соглашение окажется бесполезным, и семья Чжань просто будет истреблена дочиста.

Только этот решающий момент является самым подходящим временем для осуществления их плана: не слишком высоко и не слишком низко, к тому же легко взять под контроль…

Цзюнь Мосе решил поставить себя на место семьи Чжань и немного поразмыслить над этой ситуацией… От страха у него даже волосы стали дыбом:

«Если бы моим первым условием было убить какого-нибудь важного деятеля Призрачного Дворца, весь Дворец погрузился бы в смуту и панику. Вторым шагом — убить Повелителя Призрачного Дворца, третьим — предположим, вступить в союз с семьей Чжань… Все эти три шага были бы последовательны, один был бы страшнее другого… Сначала убить одну важную шишку, с которым отношения были испорчены — обе стороны в выгодных условиях. Однако тем самым семья Чжань прочно ухватится за рычаг давления, так как нельзя не выполнить второе условие, а после него уже нет дороги назад. Кроме союза с семьёй Чжань в Призрачном Дворце не останется места для отхода, если даже Мо Цзюнь и достигнет уровня небывалого мастера, он уже ни за что не восстанет против семьи Чжань… Таким образом семья Чжань не только заполучит себе несравненного и всемогущего мастера, но и приберёт к рукам весь Призрачный Дворец, и будет править им во веки веков…»

— Подлый? Это не более чем обычная ставка при пари, простые условия и не больше. Выбор всё равно за братом Мо, он может согласиться, и, разумеется, может отказаться. Право решающего голоса всё равно не за мной, так в каком месте я подлый тогда? Возможно, многоуважаемый гений Мо Цзюнь выиграет пари… Разве ты не слышала, как он себя величал «легендой»? — Чжань Юшу радостно улыбнулся и сказал: — Сестра Сяомяо, делая дела, методы не так уж и важны, главное — это результат, а так называемые «гнусные и подлые приёмы» никогда не делаются в открытую; честные методы часто используются лишь для отвода глаз, и преследуют подлые цели… Что же касается секретов и тайн, о них знают только понимающие люди, у других даже нет возможности предугадать это… — когда он произнёс эти слова, Чжань Цифэн снова слегка кашлянул, словно намекая, что не надо говорить так много и так откровенно об этом с Сяомяо…

— Ты считаешь, что я не знаю, чего ты хочешь? Чжань Юшу, вы хотите использовать такие методы против обладателя непревзойдённой сущности, которого уважают и ценят все старейшины призрачного Дворца, разве вы не боитесь вызвать всеобщий гнев? Ваша семья Чжань справится с гневом старейшин? — Сяомяо смотрела на Чжаня Юшу, в ее спокойных глазах возникла невиданная ярость.

— Мы делаем это ради Призрачного Дворца, а условия нашего пари не нарушают никаких законов. Этим я могу поклясться. К тому же, сестра Сяомяо, это состязание — лишь своего рода пари между нами, разве ты недавно не участвовала в таком же пари? Неужто ты считаешь, что ставка в вашем пари могла быть несколько меньше? — Чжань Юшу фыркнул и с натянутой улыбкой сказал.

Сяомяо задержала дыхание и вот-вот уже собиралась что-то сказать, как увидела, что Цзюнь Мосе с задумчивым лицом поднял голову, и недоуменно произнес:

— Младший господин Чжань, я всё понял, что ты говорил. Но, однако… эти условия… Не кажутся ли они тебе слишком несправедливыми? Везде говорится о том, что будет если я проиграю… Но почему ничего не сказано о том, что будет если я выиграю? Неужто установлены условия только в случае вашего выигрыша, а я должен вкалывать впустую?

— Нет, что ты! Справедливость на первом месте! Если брат Мо сможет одержать победу, разумеется, можно выдвинуть свои условия, — Чжань Юшу сказал это с таким видом, словно это шутка, все присутствующие тут же рассмеялись.

«Этот Мо Цзюнь такой забавный! Одновременно столкнувшись с таким большим числом настоящих профессионалов, он ещё надеется одержать победу! Человек с высоким самомнением!»

Цзюнь Мосе с серьёзным видом сказал:

— Я уже подумал над своими условиями. Поскольку ваши условия довольно жестокие, мои тоже будут не сахар, вы же говорили о справедливости?

— А? Говори уже прямо о своих условиях! — Чжань Юшу сказал с улыбкой, но в душе был не весел. Этот деревенщина просто наглец!

— Брат Мо, вы должны быть осторожны; братья Чжань нарушают своё обещание уже не в первый раз, — Мяо Сяомяо поняла, что он хочет согласиться на пари, и испугалась. Она больше не могла сдерживаться, и ей хотелось сильнее задеть братьев Чжань.

— Мяо Сяомяо! — долгое время молчавший Чжань Цифэн строго крикнул: — Что ты хочешь этим сказать?

— Что? Неужто ты в праве так поступать, а мне нельзя об этом говорить? — Мяо Сяомяо нисколько не показала слабости, и лишь ледяным взглядом смерила Чжань Цифэна.

Глава 962. Злосчастная клятва

— Эх, сестра, своим отношением ты делаешь мне больно! Пари ещё даже не началось, а ты говоришь, что я собираюсь нарушить своё слово? — выражение лица Чжань Цифэна стало печальным, и он добавил: — Сестра Сяомяо, как же я смогу вынести сказанные тобой слова?

— Старший господин Чжань… Я уже не тот маленький ребёнок, — спокойно ответила Мяо Сяомяо: — И ты уже больше не тот старший брат. Повторюсь, после того, что произошло… Увидев своими глазами, какие заговоры вы пытаетесь плести… Неужели ты думаешь, что после всего этого я смогу тебе доверять?

— Хорошо! Хорошо! — Чжань Цифэн вздохнул и больше ничего не сказал.

— Сестра Мяо, пожалуйста, успокойся; хотя я не могу похвастаться своими великолепными знаниями в науках, искусстве, живописи, пении и литературном искусстве… мои знания упираются лишь максимум в трёхгодичное обучение, однако я, всё же, считаю, что смогу справиться. Так что тебе не стоит обо мне так сильно переживать. Они уже выдвинули свои условия, так что теперь моя очередь. Если я выиграю этот спор, то я поделюсь с тобой одним из своих условий… Что скажешь? — пока Цзюнь Мосе говорил эти слова, все присутствующие еле сдерживали свой смех.

Этот тип, кажется, слишком хвастлив, невежественен и очень груб… Такого безумца мир еще не видывал…

«Этот маленький олух еще более высокомерен, чем легендарный Цзюнь Мосе и безумнее самого Четырнадцатого Шао…»

— Тогда, пожалуйста, брат Мо, выдвини свои условия. Кто знает, может победа действительно будет на твоей стороне… — Чжань Юшу ухмыльнулся, сопротивляясь своему желанию дико захохотать, однако уголки его рта продолжали безостановочно дёргаться.

— Я только что слышал, что сестра Мяо уже прежде спорила с Чжань Цифэном, но теперь, кажется, их пари было аннулировано. Мои условия похожи на условия сестры Мяо, но, всё же, они немного отличаются, — Цзюнь Мосе продолжал: — Первое условие — я должен войти в сад чудодейственных трав, и вы должны гарантировать мне пропуск туда! И, если это будет просто словесное обещание, вы не поверите мне, а я не поверю вам! Так что я хочу письменную клятву, скрепленную на крови, где оба брата подпишутся своими именами, а также именами своих предков и своих будущих потомков! Если я одержу победу, вы должны будете любыми способами обеспечить мне пропуск в этот сад! Но самое главное — это не должно повлиять на вход сестры Мяо… Я хочу войти туда вместе с ней! В дополнение к этому я бы хотел, чтобы все присутствующие тоже написали своего рода клятвы! Если кто-то не выполнит свою клятву, то их предки и предки их предков будут вечно гореть в Аду, и они не смогут вырваться из этого круга для последующей реинкарнации! А потомков будет ожидать суровое будущее: все дети, будь то мальчики или девочки, станут обычными проститутками! И так будет всегда! — Цзюнь Мосе рассмеялся и напрямик выдвинул своё первое условие. Да ещё и с такими жестокими рамками!

Его условие на вид кажется простым, однако ограничения тут намного жёстче, чем в условиях, которые прежде выдвинул Чжань Юшу!

Услышав такую жестокую клятву, все присутствующие вмиг переменились в лицах!

Здесь будут вовлечены не только предки, проклятие может коснуться и будущих поколений… Такую клятву мало кто осмелится на себя возложить! А если и подпишется под ней, то никогда не нарушит!

Все они знают, что в темноте таится слишком много необъяснимых вещей и слишком много невидимых субстанций, о которых многие даже не могли и подумать!

Рассказы о призраках не могут быть полностью нелепицей! Претворение в жизнь различного рода клятв — вполне обычное явление!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу посмотрели друг на друга: в глазах обоих виднелась противоречие и беспокойство, а также неудержимый гнев!

— Вы можете дать одну-единственную клятву, которая обеспечит обеим сторонам их законные права и интересы? Чего вы колеблетесь? — Цзюнь Мосе пренебрежительно покосился на обоих братьев: — Но ведь это вы первые захотели состязаться со мной, не предоставив мне никакого выбора, а потом выдвинули довольно суровые условия… А теперь, когда я начал выдвигать свои условия, чего вдруг стали строить из себя глухонемых? Разве вы не хотели проводить всё по справедливости?

— Может, условия и тяжёлые, однако, в них есть свой смысл. Так что не стоит в этом нас упрекать! Более того, разве твоё условие не жёстче наших? — Чжань Цифэн нахмурился, его тон был очень ровным: — А что ты будешь делать в саду чудодейственных трав?

— Ничего, просто буду бить баклуши и членом околачивать груши. Зачем мне выставлять какие-то простые условия, я тоже заранее подготовился, как и вы! Так сказать, посмотрел далеко на будущее! Я просто услышал, что это хорошее место, вот мне теперь и захотелось пойти туда и посмотреть, что оно да как. А что такое? Семья Чжань не сможет мне этого обеспечить? — Цзюнь Мосе усмехнулся и продолжил: — А что касается клятвы… Это ведь смотря с каким человеком разговариваешь: если твой собеседник благородный муж, то, само собой, клятвы ни к чему! Можно договориться на словах и быть в них полностью уверенным.

Он покосился на Чжань Цифэна и Чжань Юшу:

— Но вот вам… Увы, я поверить не могу! Вообще ни капли вам не доверяю! Если вы так подло поступили с Сяомяо, то, что уж говорить обо мне? Я нуждаюсь в гарантиях!

Оба брата одновременно фыркнули!

Эти двое ничего не могли сказать против Мо Цзюня. Все условия, предложенные Чжань Юшу, имеют огромную выгоду только для их семьи, они полностью отбросили молодых наследников других кланов, так что сейчас все эти люди тайно злорадствуют случившемуся и ждут, что же ответят братья Чжань. Что же касается наследников бедных семей, то у них даже не было необходимого статуса, чтобы вмешиваться в разговор.

Не зная, какое количество мест одобрено для входа в сад… Осмелятся ли эти два брата дать положительный ответ? Все видели, как братья Чжань поставили в трудное положение Мо Цзюня: кроме тех дураков, которые повелись на провокации Чжань Юшу и Чжань Цифэна, остальные присутствующие представители «золотой молодёжи» — просто любопытные зеваки.

А когда это любопытные варвары чего-то боялись? Чем больше вокруг неприятностей, тем интереснее!

Даже если сила нынешнего обладателя непревзойдённой сущности пока что невелика, однако его будущие возможности и перспективы не имеют границ, поэтому в душе никто из присутствующих не хотел бы его обижать. А вот могущество семьи Чжань в Туманном Призрачном Дворце находится в самом расцвете — так что вызывать их недовольство ни в коем случае нельзя.

Таким образом, может, вид этих людей и кажется очень возмущённым, но они всё же ведут себя слегка осторожно и не говорят против Мо Цзюня ни слова. Ведь этот великий талант является гением в подлинном смысле слова…

Пока они сохраняют нейтральную позицию, им всё равно, как в конечном итоге обернется вся ситуация, главное — в будущем заслужить расположение победителя.

Чжань Цифэн и Чжань Юшу сейчас находятся действительно в безвыходном положении. Даже сам хозяин Дворца не сможет дать место для входа в сад кому угодно! Не говоря уже о семье Чжань!

Если сегодня они действительно заключат этот договор на крови перед такой большой аудиторией, а все остальные присутствующие дадут свидетельские клятвы, то они ни в коем случае не смогут отказаться от своих слов или нарушить их! В таком случае, если они проиграют… это значит, что вся сила семьи Чжань должна быть приведена в движение, включая некоторые части, которые в течение сотен лет были спрятаны и готовились к использованию в великих целях всего рода. Только таким образом Мо Цзюнь сможет получить необходимое положение для входа в сад чудодейственных трав!

Однако такое использование сил не принесёт никакой пользы для семьи Чжань! Они попросту раскроют все свои скрытые резервы, но не получат ничего! Ведь изначально это была их собственная идея для заключения пари…

Хотя и Цифэн, и Юшу являются представителями молодого поколения в семье, их статус в семье очень важен. Можно сказать, что этот спор будет связан с будущим всего рода Чжань, так что они не осмелятся тайком дать такую клятву!

Ведь это в корне отличается от пари, заключённого прежде с Мяо Сяомяо. Это невозможно отрицать. Теперешняя ставка может повлечь за собой кучу неприятностей. Если не принимать в расчёт скрытый потенциал самого Мо Цзюня, нельзя забывать о тех людях, что стоят за этим мальцом — Цао Гофена и ещё других шестерых Шенхуанов!

Оба брата невольно матерились на этого сраного Мо Цзюня:

«Какой же он урод, выдвинул такое жестокое условие! Всего парой слов переменил всю существующую обстановку из благоприятной в безвыходную…»

Они сами с самого начала нехорошими методами вынудили Мо Цзюня на это пари. А теперь их оппонент своими контрмерами нанёс им удар их же собственными методами, а его уловки оказались даже ещё хитрее.

Окружающий мир и вправду такой непостоянный!

Цель семьи Чжань предельно ясна, но другая сторона явно игнорирует существующий порядок для входа в сад. Если это так нужно семье Чжань, тогда надо за это побороться…

Словно ребёнок, который увидел у кого-то игрушку и теперь жаждет её заполучить. Основания для выдвинутого условия просто смешны, но больше того, выбешивают!

Так что семье Чжань придётся побороться… Нет, они должны бороться…

Поэтому даже когда Цзюнь Мосе задал вопрос в третий раз, братья Чжань так и не осмеливались соглашаться! Это действительно серьёзный вопрос, какой идиот вообще подпишется на такой риск?

Но и не согласиться — тоже не решение, если они выскажут отказ, то пари им не видать!

Тогда все планы братьев Чжань будут полностью разрушены! Всё пойдёт насмарку!

Если пойти против Мо Цзюня, то значит пойти против самого сильного человека Туманного Призрачного Дворца в будущем — ведь его сила, во всяком случае, не будет иметь никаких границ… Однако если согласиться… да кто осмелиться подписаться на столь серьёзные последствия?

Это действительно какой-то тупик…

— Что такое? Почему вы не хотите принести клятвенное обещание? Как только вы это сделаете, мы сразу же можем начать наше состязание. Право выбора находится в ваших руках. Если вы готовы поклясться, то я спокойно приму ваш вызов. А в противном случае у меня нет никакого интереса связываться с такими недобросовестными личностями вроде вас! Почему вы так колеблетесь? Если вы не нарушите своё слово, то никаких проблем и не возникнет. Или вы с самого начала не планировали сдерживать данное вами обещание? — сурово спросил Цзюнь Мосе.

— Не неси чепухи! С нашим статусом мы бы никогда не стали вести себя столь подло, но клятва, про которую ты сказал, слишком суровая! Мало кто с лёгкостью согласится на такое! Также условие, которое ты изложил, слишком строгое: в мире нет ничего, в чём можно быть уверенным на все сто процентов! Брат Мо, ты ведёшь дела слишком деспотично, мы не можем на такое согласиться! — ответил Чжань Цифэн.

Глава 963. Клятва кровью!

— Ты ещё какими-то уловками пытаешься отделаться? От тебя лишь требуется не нарушить клятву, чего ты ссышь? Хочешь сказать, что мои условия слишком жестокие? Я хотя бы сказал прямо и понятно, а ваши три условия уклончивы и неясны! Присутствующие здесь люди понятливые, спросите кого угодно из них, чьи условия наиболее жестокие?! Разве сейчас младший господин Чжань не сказал, что клянется честью семьи Чжань, что, если я попытаюсь избежать этого сражения, мне больше не будет места в Призрачном Дворце? Это было сказано нагло и бесчинно, кто ещё из нас наглее?! — Цзюнь Мосе продолжил напор.

— Я… я не имел это в виду, я лишь выразил обеспокоенность, что господин Мо может отказаться от боя! И сразу же оговорка — в семье Чжань наверху старейшины, ниже старший брат, а Чжань Юшу не имеет полномочий говорить за всю семью. Я и не думал угрожать господину Мо, однако сегодняшняя ситуация касается не только семьи Чжань, она касается будущего всего Призрачного Дворца! Предположим, если брат Мо специально попытается избежать боя… Всё равно это тщетно, к чему вообще говорить эти подлости? — Чжань Юшу стремительно и броско переместил фокус разговора.

— Подлости? Кто горазд на подлости, все присутствующие уже давно поняли! Я только лишь хочу напомнить: нужно только, чтобы вы согласились на мои условия, и состязание тут же начнётся, однако право решающего голоса находится как раз в ваших руках. Я понял, вы нехотя выразили свою позицию, не иначе, как у вас недостаточно сил, чтобы понять, что вы хотите на самом деле… — Цзюнь Мосе холодно усмехнулся: — Я хочу сказать, что вы — всего лишь малозначительные персонажи в вашей семье, а вы всё никак не признаёте это; ещё неустанно восхваляете вашу семью Чжань: «Наша семья то, наша семья другое…» Вот те на, я прошу всего-то право на посещение сада чудодейственных растений, а два «самых важных молодых господина Призрачного Дворца» не в состоянии принять моё условие… Как не стыдно вам с пеной у рта заниматься самовосхвалением? Я, правда, сомневаюсь, сможете ли вы сдержать все данные вами обещания! Тьфу, у меня просто не слов…

Цзюнь Мосе был беспощаден, используя наполненный крайней степенью презрения взгляд, он смотрел на этих двух братьев:

— Да какие вы тогда можете мне условия ставить? Какое право вы имеете на это? Вообще-то вы поставили условия обладателю непревзойдённой сущности, появление которого, естественно, крайне редко, вам даже не стыдно так себя вести? Думаете, что со мной можно не считаться? Вы прямо-таки переоценили свои силы до предела! Поздравляю, вы просчитались! Ха-ха-ха! Молодцы блин, ха-ха, тьфу на вас, ха-ха…

В этот момент оба брата от злости покраснели до почти идеального багрового цвета, однако оказались беспомощны, они ничем не могли ответить на это! Сейчас всё стало более чем очевидно! Они выдвинули свои условия, Мо Цзюнь согласился на них! Но когда Мо Цзюнь выдвинул условия, они не решились принять их, или, возможно, у них недостаточно полномочий, чтобы принять их… Если и в самом деле так — разве это не смехотворно? Они действительно очень переоценили свои силы, это просто безнравственно…

В трактире напротив тихо восседали два старца, прямо напротив этого зала. Посередине комнаты медленно горели благовония из сандалового дерева, дым грациозной струйкой поднимался к потолку. По сравнению с шумом и галдежом, доносившимися с противоположной стороны, здесь царила полная тишина!

— Этот мальчишка с непревзойдённой сущностью — вовсе не простой фрукт. Боюсь, Юшу и Цифэн не смогут ничего добиться от него… — тихо сказал один старец.

— Последнее время у этих братьев дела идут уж очень успешно. Разумеется, они немного зазнались, этот раз для них будет хорошей возможностью, чтобы как следует попрактиковаться, — сказал другой старец, он сидел с прямой спиной, и поджав под себя ноги. Его глаза были закрыты.

— Как ты относишься к этим условиям? Смог бы согласиться на них или нет? — сначала этот старец смотрел на спокойное лицо Мо Цзюня, потом его взгляд переместился на молодых талантов семьи Чжань, которые в это время яростно ругались, их лица стали почти фиолетового цвета, однако у них не было возможности выпустить свой гнев…

— На самом деле, стоило бы и согласиться на эти условия, — старец с поджатыми под себя ногами по-прежнему говорил с закрытыми глазами: — Юшу и Цифэн не соглашаются на эти условия только потому, что это дело слишком запутанно, оно затрагивает очень много сфер. А у них нет столько власти, чтобы с лёгкостью принять его. Власть — это такая вещь, которая может предопределить размах возможностей человека!

— Однако, с другой стороны, соглашаться на эти условия тоже ни к чему. В первую очередь, этот Мо Цзюнь должен выиграть это пари, а это совершенно не имеет никакого отношения к клятве. Тем более что у него даже и нет надежды на победу! — тот старик спокойно сказал: — Поэтому сейчас приноси хоть какую клятву, что с того? Стоит только подождать момента, когда будут известен исход пари, кто вспомнит об этом тогда? Пусть даже вспомнят, им останется только восхищаться храбростью Цифэна и Юшу… Можно и согласиться на это условие, для них двоих это даже выгодно!

— Что же будет, если они проиграют? — первый старец с тревогой в голосе сказал: — Всё возможно всё-таки.

— Они ни за что не проиграют! — на лице старика с поджатыми под себя ногами наконец появилась насмешливая улыбка: — Более того, если даже и проиграют — это всего лишь жалкое посещение сада чудодейственных растений! Наша семья Чжань вряд ли что-то теряет в этом случае! Если позволить ему разок войти туда, что в этом такого? Пусть даже удача будет на его стороне, и Священное дерево выберет его — в таком случае пострадает только семья Мяо, и для нашей семьи Чжань это больше хорошо, чем плохо. Поэтому-то семья Мяо и на его стороне!

— Пускай даже этот парнишка в будущем станет нашим врагом, однако… Как минимум, в ближайшие три… может, даже пять сотен лет он не будет обладать подавляющей силой! Если мы не будем ладить, разве для нашей семьи избавиться от него — не пустяковое дело? Сейчас наша самая главная цель — это Призрачный Дворец, а вовсе не эта непревзойдённая сущность! И об этом не надо забывать. Наша главная цель по-прежнему остается втайне, тогда о чём здесь ещё говорить?

— Верно! Вы сказали всё верно, — оба старца на вид были почти одного возраста, однако последний относился к первому с особым почтением и уважением.

— Однако этот обладатель непревзойдённой сущности тем не менее не так прост, как обычный гений Суань! Стоит усилить контроль за ним! — договорив, старик снова закрыл глаза. Другой старец согласился с ним, а потом его губы медленно зашевелились, он передавал эти слова Чжань Цифэну…

— Хорошо! Мы согласны на это условие! — Чжань Цифэн, находящийся в безудержной ярости, тотчас же резко встал и прокричал: — Наверняка есть ещё два условия! Лучше будет, если ты быстрее огласишь их! Продолжать оттягивать время, я не в настроении!

В душе он несколько расслабился. Оказывается, сегодня старейшины тоже здесь… Тогда можно быть уверенными в сегодняшнем дне. Однако на его душе была и тревога: «Что скажут старейшины о том, как я показал себя сегодня, не разочаруются ли они во мне?»

— Какая решительность! — Цзюнь Мосе захлопал в ладоши. — На самом деле, второе условие тоже совсем не сложное, даже очень простое и лёгкое. Если я выиграю, вы оба должны будете встать передо мной на колени, и десять раз поклониться мне, называя меня «владыкой»!

— Да ты! — глаза Чжань Юшу почти полностью налились кровью: «Это что за условие такое? Пусть твой уровень совершенствования невысок, однако благодаря своей непревзойдённой сущности, ты очень уважаем в Призрачном Дворце! Как ты можешь выдвигать такие подлые условия? Да это…

— Мы согласны! — Чжань Цифэн перебил Чжань Юшу и, сурово глядя на Мосе, сказал: — Только попробуй выиграть!

Несмотря на то, что это условие было до крайности невыносимым, они должны были согласиться на него!

— Отлично! Что касается третьего условия — оно тоже очень простенькое. Я решил позаимствовать ваш метод. Если я выиграю пари, я смогу обратиться к вашей семье с любой просьбой. И вне зависимости от просьбы, вы непременно должны будете согласиться! И обязательно выполнить её! К тому же моя просьба не будет иметь срока действия. Когда мне захочется, тогда я её и выдвину. А если не захочу, даже если вы будете меня умолять, я не выдвину, — Цзюнь Мосе как на духу выдвинул три очень жестоких условия, но если сказать, что они простые, то так и будет.

— Не пойдёт. Это условие не подходит. Ты — один-одинёшенек, близких нет, а у нас очень много. Если ты прикажешь нашей семье массовое самоубийство, мы тоже должны будем послушаться тебя? — Чжань Юшу тотчас же закричал.

— Вы так цепляетесь за жизнь и боитесь смерти? Тогда и с вашей стороны выдвигать подобное требование просто бессмысленно, — Цзюнь Мосе покачал головой: — Посмотрите на меня, разве я похож бестолочь?

«Не только похож, ты — она и есть!» — оба брата одновременно мысленно выругались!

Условия были оговорены. Теперь нужно было найти свидетелей; разумеется, и это было уже наготове. В Призрачном Дворце было восемь главных влиятельных семей, и сейчас наследники шести из них находились уже здесь, плюс Мяо Сяомяо, итого — семеро свидетелей «высшей категории»!

Уровень совершенствования всех семерых заслуживал особого внимания. Большинство из них достигли уровней Великого и Величайшего мастеров; и, хотя такой уровень в глазах выдающихся воинов считался незначительным, однако, если учитывать их возраст — это большая редкость!

К тому же, за их спинами скрывалось огромное влияние, поэтому назвать их свидетелями высшей категории — нисколько не преувеличение!

Чтобы показать полную беспристрастность, Сяомяо специально распорядилась, чтобы были проведены поиски самых талантливых и успешных людей различных специальностей и профессий на роль свидетелей. Чтобы избежать того, чтобы семья Чжань смогла подкупить этих людей, по одному ее приглашению были приведены целых десять человек!

Вызвав мощную конкуренцию между молодыми людьми… целых семнадцать свидетелей!

— Хм, хм, хм… — Чжань Юшу, глядя на Мосе, профыркал несколько раз.

— Хэ-хэ-хэ! — Цзюнь Мосе, глядя на братьев Чжань, тоже коварно рассмеялся.

Обе стороны были уверены в победе и довольны собой.

Все присутствующие пребывали в лёгком волнении: шоу начинается!

Потом кто-то принёс четыре «драгоценности рабочего кабинета» (кисть, тушь, бумага и тушечница), в соответствии с выдвинутыми условиями обоих сторон, Мяо Сяомяо вмиг составила договор.

Чжань Цифэн и Чжань Юшу, не терпящие отлагательств, тут же принесли жестокую и зловредную клятву. Прокусили себе по пальцу и скрепили своими кровавыми отпечатками.

Господин Мо Цзюнь сделал всё то же самое. После скрепления договора кровью, весь зал наполнился мрачной и тяжёлой атмосферой бескомпромиссной борьбы!

Глава 964. Плач разбитого сердца

Кто бы ни был, он знает, что это пари напрямую связано с будущими перспективами этих людей! Не важно, какая сторона проиграет, в глазах своего соперника она навсегда останется хуже любой собаки!

Проигравший даже в Туманном Призрачном Дворце не посмеет поднять голову от смущения!

От слов можно и отказаться, но письменное доказательство всё меняет!

Этот договор был скреплён кровью! И этому стали свидетелями семнадцать человек из разных слоёв общества, будущие наследники своих семей!

У обеих сторон нет права идти на попятную и расторгать спор!

Никто и подумать не мог, что это пари будет включать в себя настолько огромные выгоды и интересы! Семья Чжань пригласила сюда талантов различных областей, но эти таланты теперь немного пожалели о своем приходе. Эти люди достигли огромных высот в своей отрасли, и, естественно, это не какие-то дурачки. Если бы они заранее знали, что всё будет настолько серьёзно, то точно бы сюда не сунулись! Но в тот момент все были охвачены гневом, да ещё эти братья Чжань ввели всех в заблуждение, обрисовав картину иллюзорными перспективами…

Теперь же эти люди находятся в безвыходном положении.

Если они выиграют, то определённо оскорбят обладателя непревзойдённой сущности. В конце концов, его сила невысока, он не представляет особой угрозы. Но что действительно важно, так это то, что своей победой они ещё и Мяо Сяомяо оскорбят!

Обидеть Мяо Сяомяо равносильно оскорблению всей семьи Мяо! Никто не готов взять на себя такие ужаснейшие последствия.

Но если они проиграют, то обидят семью Чжань! Короче, шаг вперёд или шаг назад — всё одно, лучше уж просто умереть!

Когда Цзюнь Мосе подписывал кровный договор, раздался тревожный голос Мяо Сяомяо:

— Ты уверен?

Госпожа Мяо даже придумала некий план на случай, если Мо Цзюнь скажет, что не уверен. Она решила устроить шумиху: дать этим идиотам по подзатыльнику и сжечь нафиг этот договор… И пускай это совсем неразумно, пофиг…

Цзюнь Мосе посмотрел на неё и прошептал:

— Абсолютно!

От такого ответа Мяо Сяомяо злобно топнула ногой и про себя закричала:

«Дурак с манией величия!»

Однако ничего не поделаешь, можно лишь с тревогой наблюдать за этим парнем, который со спокойнейшим видом подписывает кровный договор!

Но на удивление она была немного спокойна, как будто самоуверенный дурак спасает ситуацию своей огромной манией величия… но... но как такое возможно?

В зале одновременно были расставлены семнадцать столов в два ряда. Мяо Сяомяо, она же свидетель, сидела посередине.

Другие непричастные люди тут же были прогнаны на три метра назад в качестве обычных зрителей! Даже Чжань Юшу был не исключением. Единственный, кому было позволено стоять рядом, это Чжань Цифэну.

«Молодые таланты» молча переглядывались друг с другом, думая о том, кто же из них выйдет первым. Если первая битва закончится успехом, то, что сказать, естественно, это будет прекрасно… Но проигрыш будет равносилен окончанию их никчёмных жизней…

Никто не хотел становиться козлом отпущения.

Увидев спокойно сидящего обладателя непревзойдённой сущности, все пришли в некое раздражение.

«Мы тут, понимаете ли, стоим, но этот гад спокойненько на стульчике уселся?»

Тем не менее ему придется идти одному против такого количества мастеров, но ради чего?

— Молодой господин Мо, я — Линь Цин Инь, хотел бы сначала с тобой кое-что обсудить! Прошу, окажи мне честь и выслушай меня! — как раз в то время, когда все безысходно переглядывались, из толпы вдруг вышел молодой парень в тёмной одежде и вступил в диалог с Мосе.

— Линь Цин Инь… очень элегантное имя. Похоже, что брат Линь из семьи, одарённой музыкальными талантами. Хорошо-хорошо, но неужто брат Линь хочет состязаться со мной посредством музыки? — Цзюнь Мосе посмотрел на него с улыбкой.

— Именно так. Стыдно признаться, но я никогда не практиковался в совершенствовании своей Суань. Единственное, где мне удалось достичь хоть каких-то высот — это музыкальное искусство, — спокойно сказал Линь Цин Инь: — Я не совсем согласен со всем этим состязанием против брата Мо, однако, по некоторым причинам я не мог сюда не прийти… Не важно, как закончится этот спор, я обещаю, что впредь мы больше не увидимся, иначе чувство вины меня сразу же раздавит…

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и сказал:

— Похоже, что твоё сердце что-то сдерживает? Трудно подняться на вершину музыки, если не отдаваться ей всей душой. Не нужно быть таким… Благодаря музыке, можно и подружиться, по крайней мере, я так думаю!

— Если полагаться лишь на голос своей души, то могу сказать, что брат Мо прекрасен в музыкальном искусстве, однако я всё равно не могу ничего поделать! — Линь Цин Инь улыбнулся, но затем его лицо внезапно переменилось, и он сказал: — К чему вся эта пустая болтовня! Я тут на днях был растроган одной песней под названием «Крики разбитого сердца», прошу брата Мо послушать и поделиться своим мнением на её счет!

Сказав это, он махнул своими рукавами, и в его руке появилась тёмно-зелёная флейта, сделанная из чистого нефрита. Он опустил голову, нежно погладил свою нефритовую флейту и сказал:

— Может, я и родом одной из древнейших музыкальных семей, однако владею я лишь только игрой на флейте. В общей сложности я потратил на обучение двадцать шесть лет! Эта нефритовая флейта — моя жизнь, моя любовь! Это также единственная цель, которую я преследовал в своей жизни! Так что, кроме этого, с меня и взять-то нечего!

— Другими словами, ты только умеешь играть на флейте? Другими музыкальными инструментами, как пианино или дудка, ты вообще нисколько не владеешь? — спросил Цзюнь Мосе.

— Верно! Как я уже говорил, кроме умения играть на флейте, с меня и взять нечего! — Линь Цин Инь поднял голову и посмотрел на него чистым взглядом.

— Восхищён! Лучше всецело чему-то отдаться, чем заимствовать понемногу у других! Жаль, что эту истину сейчас мало кто понимает! Брат Линь, ты заставил меня переменить своё мнение. Похоже, что в этот раз уровень состязания превзойдёт все мои ожидания! — взгляд Цзюнь Мосе стал более серьёзным.

— Брат Мо и впрямь знаток музыки, — глаза Линь Цин Иня загорелись, и он посмотрел на Мосе.

Затем он повернул голову и посмотрел на Чжань Юшу, сказав:

— Молодой господин Чжань, как бы ни закончилось данное состязание, я надеюсь, что ты сдержишь своё обещание и больше не станешь создавать неприятности для моей семьи! Только так я смогу отдать все свои силы на победу… Обещай мне!

Когда Цин Инь сказал это предложение, Мосе уверился в своих подозрениях.

Оказывается, Чжань Юшу заставил Линь Цин Иня прийти сюда!

Чжань Юшу фыркнул и сказал:

— Испокон веков моя семья Чжань вела все свои дела честно и открыто, когда это я нарушал данное мной слово? Не беспокойся! Или, может, тебе нужно дать письменное обещание, подписанное кровью?

Линь Цин Инь ответил:

— Нет, я надеюсь, что молодой господин Чжань всегда делает то, что говорит. В таком случае, большое спасибо. После этого состязания я сразу же покину эти земли вместе со своей семьей, и мы больше никогда не появимся в Городе Сердечных Грёз, можешь быть уверен.

Чжань Юшу фыркнул, но не стал больше ничего отвечать. Он сегодня и без того опозорился, так что теперь главное — выиграть спор, чтобы окупить весь этот позор!

Мяо Сяомяо глубоко вздохнула. Она очень хотела вмешаться, хоть и не знала, что на самом деле произошло. Но то, что Чжань Юшу использовал нечестные методы против Линь Цин Иня, не вызывает никаких сомнений! Кто бы мог подумать, что члены семьи Чжань способны совершать такие вещи…

Если она гарантирует безопасность семьи Линь Цин Иня, то ему придётся объясниться, а состязание будет тут же окончено. Но, подумав дважды, Сяомяо не стала открывать рот и задалась вопросом:

«А смогу ли я гарантировать безопасность семьи Линь?»

Возможно, семья Мяо, стоящая за её спиной и сможет, но станет ли она это делать ради какой-то крохотной семьи музыкантов, обиженной таким прекраснейшим лучом света в виде семьи Чжань? Да, может, семья Чжань и подлая, и бессовестная, однако, как говорится, победителей не судят: Если они сегодня действительно сумеют одержать победу, то никто даже внимания не обратит на то, какими методами они её добились. Об успехах или неудачах могут судить только герои!

После того, как Лин Цин Инь получил положительный ответ, он был уверен в том, что Чжань Юшу его не нарушит! И со спокойным лицом Цин Инь повернул голову к Цзюнь Мосе со словами:

— Брат Мо, я бы хотел, чтобы ты оценил одно произведение, которое я сейчас сыграю на этой нефритовой флейте!

— Пожалуйста!

Зелёная одежда Линь Цин Иня колыхалась на ветру. Он не сразу начал играть: некоторое время он стоял неподвижно, а глаза его всё сильнее наполнялись неописуемым горем, однако выражение лица оставалось таким же спокойным. Нефритовая флейта, наконец, медленно поднялась и с каждым её взмахом, глаза Цин Иня становились всё печальнее и печальнее.

Когда раздался первый звук, горесть и тоска в глазах Цин Иня стала уже нерастворимой, но его лицо по-прежнему оставалось спокойным.

Мелодичные звуки нефритовой флейты мягкими волнами накрывали весь зал, заставляя каждого присутствующего, пусть даже не разбирающегося в музыке, прочувствовать гамму неописуемых чувств горечи и тяжести, словно каждого из них навсегда покинул самый дорогой человек на планете…

Это боль, которую трудно описать словами!

Не важно, какой у них уровень совершенствования или настроение, все как один были втянуты в эту прекрасную мелодию. В этом и есть сила музыки.

Музыка — это удивительное мастерство. Она всегда вызывает самые искренние чувства в сердцах людей. Постепенно звуки песни достигли и Мосе, он смог ощутить скорбь и беспомощность сердца Линь Цин Иня. В этот момент Мосе отчётливо услышал, что случилось с этим ребёнком из музыкальной семьи…

Среди присутствующих судей был известный в наше время знаток музыкального искусства. В этот момент, услышав эту грустную мелодию, он невольно вздохнул. Сидящая посередине Мяо Сяомяо, лицо которой было покрытой белой вуалью, не менялась в лице, однако выражение её глаз становилось всё печальнее, она беспрестанно повторяла какие-то строки:

С деревьев цветы облетели, — все алые краски весны

До срока легко сметены,

Ну что же поделаешь, прежде — безжалостный дождь поутру,

потом — и ветра ввечеру.

Так слезы смывают румяна;

— Останься, сегодня мы пьяны,

А встречи едва ль суждены…

Так было издревле, и длится тоска, словно водный поток,

Текущей реки на восток.

Все присутствующие чуть не расплакались от такой горестной мелодии!

Глава 965. Снова отговорки?

Мелодия уже закончилась, но Лин Цин Инь по-прежнему продолжал, как вкопанный, стоять на месте. Выражение его лица оставалось неизменным, только его взгляд был отчётливо потерянным, нефритовая флейта по-прежнему находилась у его губ. Он был охвачен настроением бесконечной печали, которое никуда не собиралось исчезать.

Воцарилась мёртвая тишина!

Понадобилось немало времени, чтобы Лин Цин Инь, наконец, устало опустил свои руки вниз, после чего с отчаянием в голосе обратился к Цзюнь Мосе:

— Брат Мо, это первый этап, и я не требую от вас, чтобы вы состязались со мной в искусстве игры на духовых инструментах, я лишь хочу задать вам несколько вопросов. Как вам моё произведение «Плач разбитого сердца»? Что вы можете сказать о его недостатках? Для кого оно написано? Если есть какие-то недочёты — как можно спасти положение, по вашему мнению? Куда я отныне должен держать свой путь?

Когда Лин Цин Инь сказал «Я не требую от вас, чтобы вы состязались со мной в искусстве игры на духовых инструментах», Чжань Юшу напрягся. Во взгляде появилось возмущение; но, когда он услышал то, что следовало дальше за этими словами, выражение его лица тотчас же смягчилось.

По его мнению, Лин Цин Инь специально задал подобные вопросы Мо Цзюню, чтобы ввести в затруднительное положение; у каждого человека есть свои жизненные потрясения, которые могут спровоцировать внезапное вдохновение и стать чем-то большим.

Мелодия прозвучала лишь раз, и потом Лин Цин Инь спросил, для кого она написана? Мо Цзюнь никогда до этого момента не видел Лин Цин Иня, как он может знать ответ на этот вопрос? Если это не намеренные придирки, то, что тогда?

Что касается «Если есть какие-то недочёты, как можно спасти положение…» — то это просто чушь и не более. Чжань Юшу тоже талантлив и умён, теория музыки ему знакома не понаслышке, и ему это произведение показалось очень замечательным, которое довольно редко можно услышать, откуда здесь взяться каким-то недочётам!

Если даже и существуют какие-то недочёты, кроме человека, который создал это произведение, никто другой не сможет этого определить, откуда Мо Цзюню знать об этом?

И этот последний вопрос о дальнейшем пути… ещё труднее. Твоя главная специальность — это изучение музыки, разве твоим дальнейшим путём может быть Суань? Послевкусие у этого вопроса было такое, будто бы он больше не хотел продолжать заниматься своим делом.

В таком случае, что тут скажешь о дальнейшем пути?

«Похоже, это парень не забыл моего наставления! Посмотрим, как этот господин Мо справится с первым этапом», — подумал про себя довольный Чжань Юшу.

На самом деле, так считал не один Чжань Юшу, все остальные думали точно так же. В один миг они взглянули на Лин Цин Иня с восхищением: а этот парнишка, видно, знает, как прищучить другого человека! Не только не поднимая лишнего шума, но и сначала получив его расположение, именно после этого он готов яростно вгрызться ему в шею!

Глядя на то, как обладатель непревзойдённой сущности, задумавшись, размышлял над ответом, все присутствующие со злорадством улыбнулись. Стоит только ему дать ответ, и всё, представление закончено. Кто-то даже успел расстроиться: ждали такого фееричного шоу, а тут и посмотреть не на что!

В глазах знатоков музыки загорелись огоньки озорства…

Однако эти люди не догадывались, что на самом деле Лин Цин Инь не пытался запутать Мосе, он уже давно слил игру; не погрузившийся в музыку человек не смог бы понять этого. Мелодия сама всё рассказала Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе лишь нужно сказать то, что ему удалось понять из услышанного, и он пройдёт испытание…

— Эта песня «Плач разбитого сердца» очень неплоха; и действительно уникальна. Если говорить о песне, как таковой, в ней абсолютно отсутствуют какие-то ошибки и недочёты. Невыносимо горестная и душераздирающая песня! Её даже можно назвать идеальной! Только если говорить об основной теме и настроении этой мелодии, то придётся быть предвзятым, чтобы не ошибиться.

Когда Цзюнь Мосе произнёс эти слова, все члены жюри изменились в лицах, и с опасением ожидали его дальнейших слов.

— Мы, музыканты, обычно вкладываем свои чувства и настроение в свои произведения. Будь то радость или печаль, даже ярость, безумный гнев и жажда убийства — всё это можно понять из мелодии. Но помимо этого музыкант также должен нести ответственность за своих слушателей! По-настоящему хорошая песня должна вызывать у слушателей настроение умеренного веселья, пусть печального, но не разрывающего сердца, а даже если и так, то в разумных границах. Чтобы после прослушивания этой песни, люди почувствовали свободу, лёгкость на душе и в теле; даже печальная песня должна вызывать в человеке сочувствие, тем самым облегчив тяжесть у него на сердце… А песня брата Лин как раз крайне печальная, но она вызывает у слушателей только чувство угнетённости. После прослушивания этой песни на душе только отчаяние, безнадёжное и бесконечное. И это очень сильно отличается от заявленного в начале посыла этой песни! Пусть они двигаются в диаметрально противоположных направлениях, однако в конце все же чувствуется, что выбранный путь ошибочен! — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и добавил: — Можно сказать, что самое лучшее место этой песни в одно и то же время является и её главным упущением!

— Хорошо сказано! — один взволнованный старик из членов жюри, не подумав, издал одобрительный возглас; остальные тоже едва заметно кивнули. Мосе метко выстрелил прямо в яблочко своими хорошо подобранными словами!

Лин Цин Инь немного подумав, медленно кивнул головой и сказал:

— Тогда… в таком случае, как же можно спасти положение?

— Спасти положение? Можно лёгким способом, а можно и трудным! — Цзюнь Мосе медленно сказал: — Мои слова так противоречивы лишь потому, что песня — это голос души; я уже сказал, что, как сама по себе, мелодия не имеет недочётов, она, действительно, превосходна. Главная проблема как раз заключается в твоих чувствах. Эта песня настолько печальна, но твоё лицо нисколько не изменилось за всё время игры на флейте, отсюда очевидно, что ты исполнял эту песню в состоянии полного отчаяния, в самом названии этой песни «Плач разбитого сердца» есть скрытый смысл. Что касается того, как можно это исправить…. Тебе лишь нужно поменять свой настрой, и настроение песни сразу же изменится. Если твоё душевное состояние останется прежним, вносить какие-то другие коррективы совершенно бесполезно. Вот что значит «можно лёгким способом спасти положение, а можно и трудным»! Возможно, ты скажешь, что, если поменять настроение отчаяния на какое-то другое, первоначальное значение песни будет потеряно, но тогда я задам тебе встречный вопрос: Человеческая жизнь настолько безнадёжна? Почему бы не попробовать что-нибудь изменить? Попытаться отчаяние заменить на тоску. Должно быть, это наверняка возможно. Я уверен, что с тем человеком, для которого ты сочинил эту песню, у вас очень глубокая связь, и у вас, несомненно, найдётся немало прекрасных совместных воспоминаний. Эти воспоминания — твоё самое драгоценное богатство, которое ни один человек не вправе у тебя отобрать. Если бы ты вспомнил о них, когда будешь снова играть, я уверен, мелодия бы стала совершенно другой. И тогда мы бы услышали лишь мотив грусти и тоски по былым временам, а вовсе не отчаяние! Только так «Плач разбитого сердца» может стать совершенно безупречным музыкальным произведением, которое обретёт популярность! Оно будет бессмертным и неувядаемым, как и твоя связь с тем человеком, для кого оно написано!

Лин Цин Инь застыл с растерянным видом, в его глазах сверкнули слёзы.

— Что касается того, для кого написана эта песня… Я уже почти ответил на этот вопрос. Брат Лин, если я не ошибаюсь, эту песню ты посвятил какой-то прекрасной девушке, — Цзюнь Мосе с теплотой во взгляде посмотрел на него, и сказал: — И эта девушка, должно быть, случайно погибла… Ты отчаянно хочешь вернуть её. Если бы не так, то в твоей песни чувствовались укор и обида, но так как они отсутствуют, можно сделать вывод, что…

Лин Цин Инь с тяжестью вздохнул и, словно в бреду, пробормотал:

— Верно! Всё верно, брат Мо, вы сказали неплохо. Эта песня превосходная, и такая… невыносимо горестная, просто душераздирающая! Сяо… моя Сяо Лень… больше нет моей Сяо Лень…

Он крепко закрыл глаза и, будто как наяву, снова увидел подобное цветку улыбающееся лицо, игривый и манящий взгляд, очаровательную и хрупкую фигуру, потом вдруг полные слёз затуманенные глаза… и измождённое засохшее лицо красавицы на больничной койке…

В этот миг Лин Цин Инь словно вернулся в те времена, и увидел перед собой свою красавицу, которой он клялся в вечной любви и с которой хотел разделить жизнь, его рассудок помутнел.

— Сяо Лень… — он непрерывно вздыхал и всхлипывал, слёзы падали вниз одна за другой.

Немного помолчав, Мосе тихо произнёс:

— Встречи и расставания тяжелы,

Весенний ветер бессилен, цветы погибли.

Лишь когда шелкопряд умрёт, нити дум прекратятся,

Свеча обратится в пепел, а слёзы иссохнут…

Брат Лин, настоящая любовь, разумеется, достойна восхищения, однако если бы та барышня Сяо Лень увидела бы вас таким, думаю, она бы не смогла найти себе места, она бы долго переживала и волновалась за вас…

Эти стихи были достойны быть в одном ряду с великими произведениями самого Ли Шанъиня (813–858 гг., поэт эпохи Тан), и пусть это всего половина от полного произведения, все присутствующие тотчас же пришли в настоящее изумление от них! Мяо Сяомяо тщательно пережёвывала и вновь повторяла услышанные слова, она словно опьянела от их красоты…

«Почему каждое слово из его уст оставляет такое глубокое и незабываемое впечатление?»

Внезапно она насторожилась: если лично не испытать таких чувств, как же можно писать о них? Неужто он уже… Подумав об этом, у Сяомяо появились очень смешанные чувства насчёт этого…

— …лишь когда шелкопряд умрёт, нити дум прекратятся, свеча обратится в пепел, а слезы иссохнут… — Лин Цин Инь несколько раз пробормотал себе это под нос и вдруг спросил: — Осмелюсь спросить вас, брат Мо, что же мне делать дальше?

— Следуй велению своего сердца! — Цзюнь Мосе с сожалением посмотрел на него и сказал: — Брат Лин, у тебя есть свой собственный путь, и только тебе решать, что делать, а чего не делать… Быть сентиментальным — не значит плохо. Главное, чтобы твоя чувствительность не стала клеткой для тебя, мир большой, просто действуй!

— Премного благодарен за ваши наставления, брат Мо! — Лин Цин Инь вежливо поблагодарил Мосе, он был полностью растроган, и с уверенностью продолжил: — Брат Мо, вы, безусловно, намного меня опередили в искусстве постижения музыки! Я признаю ваше превосходство! Настроение умеренного веселья, пусть печального, но не разрывающего сердца, в разумных границах… Я хорошо запомню ваши слова, брат Мо. Только жаль… Неизвестно, когда ещё нам придётся свидеться. Желаю вам от всего сердца каждое несчастье обращать в удачу, как можно скорее добейтесь успехов, удачи вам!

— Большое спасибо, брат Лин, на добром слове! — Цзюнь Мосе улыбнулся.

Пожелав удачи Мосе, Лин Цин Инь дал понять всем, что господин Мо прошёл испытание. Скрытый смысл этих слов говорил, что Лин Цин Инь проклинает братьев Чжань за поражение. Как Цзюнь Мосе мог не понять этого?

Лин Цин Инь рассмеялся и, держа в руках флейту, вернулся на своё прежнее место.

Господин Мо, обладатель непревзойдённой сущности, одержал победу в первом поединке! Все члены жюри одновременно подняли таблички со словом «победа» в сторону Цзюнь Мосе, лицо Чжаня Юшу в тот же миг помрачнело.

— Этот состязание в искусстве владения музыкальными инструментами! Однако господин Мо от начала и до конца только говорил, и ни разу не применил свои музыкальные способности, как он может одержать победу? Он должен сам исполнить песню, и победить произведение Лин Цин Иня «Плач разбитого сердца»! Только тогда можно будет с уверенностью признать его победу! — раздался чей-то голос, и за ним тут же потянулись остальные.

Глава 966. Душераздирающая песня

Эти придирки просто необоснованные, Линь Цин Инь сам только что признал своё поражение, да и судьи уже вынесли своё решение. Так что все эти недовольные возгласы — лишнее. Да ещё и требовать от Мосе, чтобы он исполнил свою песню, которая будет круче, чем у Цин Иня — беспредел какой-то! Молодой мастер ведь объяснил, что сама песня действительно просто превосходна, однако проблема в душевном состоянии её исполнителя. Так зачем теперь принуждать Цзюнь Мосе сыграть его собственную композицию?

— Исход состязания очевиден, так чего вы придираетесь? — резко подняв брови, слегка разгневанно сказала Мяо Сяомяо.

— Он даже не притронулся к инструменту. Так о каком исходе может идти речь? — этот человек продолжал настаивать на своём.

Цзюнь Мосе уже давно определил говорящего. Это человек стоял далеко в толпе, пряча свою голову за чьей-то спиной и надрывно выкрикивая все свои недовольства.

Кричал-то он с возмущением, однако вид у него был слегка нерешительный, будто он боялся, что другие его узнают.

Выражение лица Чжань Цифэна было спокойным, но в его глазах промелькнуло удовлетворение. Этому человеку было заранее сказано, что в случае победы Мо Цзюнь, не важно под каким предлогом, необходимо придраться хоть к какой мелочи, лишь бы опровергнуть исход состязания!

Используя свой сканер энергии Суань, Мосе тут же обо всём догадался и про себя сказал: «Если бы вы только знали, что этот я — тот самый Донфанг Дашу, исполнивший композицию „Улыбающийся странник континента Суань“ в башне Таньгуань города Цзюйхуа… Тогда бы вы не стали так назойливо просить меня выступить. „Плач разбитого сердца“, конечно, совершенная композиция, однако и совершенства имеют свою иерархию…»

— Так называемая «справедливость» находится в сердцах людей. А раз уж у некоторых присутствующих имеются на мой счёт сомнения, пусть и навеянные со стороны, то так уж быть, я сыграю для вас. Чтобы потом не было никаких придирок и истерик! Верно я говорю, господин Чжань? — Цзюнь Мосе улыбнулся и посмотрел на Чжань Цифэна, стоявшего с натянутой улыбкой.

— Само собой, естественно. Если хочешь победить, то ты должен обладать огромной силой! — Чжань Цифэн слегка улыбнулся и добавил: — Нельзя определить победу, основываясь лишь на чьей-то болтовне.

— Верно, но и опровергать результаты лишь одними словами — тоже не дело, — Цзюнь Мосе сказал со смехом. — Более того, не стоит опираться на слова того, кто даже не осмеливается высунуть свою голову. Дорогой друг, раз уж у тебя хватило смелости открыть свой рот, то почему бы тебе не расщедриться и не выйти вперёд? Я обещаю, что не стану до тебя докапываться, будь на те сказанные слова твоя личная воля или же пожелание кого-то другого!

После этих слов Мяо Сяомяо не смогла сдержаться и засмеялась. С её силами она, естественно, уже и сама определила протестующего. А разгоревшийся спор между Цзюнь Мосе и Чжань Цифэном помог понять суть происходящего.

С тех пор как Сяомяо пришла сюда, она ни разу не видела, чтобы Цифэн как-либо контактировал с тем парнем. Похоже, что всё было спланировано заранее. Кто бы мог подумать, что Чжань Цифэн продумает всё до таких мелочей. Он действовал по принципу: «Сначала думай о поражении, а затем о победе», поэтому спланировал всё заранее.

«С таким человеком надо быть начеку! Тогда… раньше, все его поступки тоже были тщательно спланированы? Чжань Цифэн изо всех сил пытался угождать мне. Для чего это ему было нужно? Или… Для чего это нужно было семье Чжань в целом?»

Когда вопрос был поднят до уровня всего рода Чжань, Мяо Сяомяо невольно насторожилась!

— Брат Линь, я совсем не подготовился к нашей встрече и не взял с собой никакого музыкального инструмента, так что единственный выход — попросить у тебя нефритовую флейту, — улыбнулся Цзюнь Мосе.

Линь Цин Инь улыбнулся, вытащил свою флейту, аккуратно протер её чистой водой, а затем, взяв её за шелковую нить, передал в руки Цзюнь Мосе.

Такой ритуал в Туманном Призрачном Дворце является проявлением огромного уважения музыканта к другому музыканту!

Вообще, с такой репутацией как у Линь Цин Иня, он бы ни за что не передал кому-либо свой собственный музыкальный инструмент. Однако его действия сейчас были слегка странными.

Для Линь Цин Иня было честью откликнуться на просьбу Мо Цзюня, пусть даже для этого нужно было одолжить свою собственную флейту!

Цзюнь Мосе, взяв в руки флейту, вдруг почувствовал, будто ничего и не взял, будто руки остались абсолютно пустыми. Он не мог не удивиться:

— Вааау, какая хорошая флейта! Вес этой флейты практически не ощущается! По-видимому, она сделана на редкость выдающимся мастером!

— Хороший инструмент обязательно нуждается в талантливом обладателе. В моих руках эта флейта лишь портится. А сейчас я возлагаю большие надежды на брата Мо, я верю, что в твоих руках она заиграет совершенно по-другому, — подавленно улыбнулся Линь Цин Инь и неторопливо отступил назад.

— Брат Линь чрезмерно скромничает, — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся, посмотрел на нефритовую флейту в своей руке и тихонько сказал: — Песня, которую я собираюсь исполнить, написана одной девушкой. Она уже сотни лет передается из поколения в поколение… Прелестней этой девушки, действительно, во всём мире было не сыскать. Сами небеса завидовали её красоте, однако крепким здоровьем она не отличалась и к двадцати годам покинула этот бренный мир. Её смерть стала трагедией для всего народа, однако ввиду нашего отдалённого местонахождения, её песнь так далеко и не распространилась. Мне и самому по случайному совпадению посчастливилось выучить это произведение, так что я с удовольствием сыграю её для вас!

Когда он говорил, многие из судей навострили уши. Очевидно, что об этой музыкальной композиции никто ранее и не слышал.

Да еще и автор — девушка!

— Эта девушка, несомненно, покоряла всех своей красотой, однако из-за слабого здоровья она практически круглый год была прикована к больничной койке и не выходила наружу. Самое обычное удовольствие для неё было просто наблюдать за распускающимися цветами и смотреть за пушистыми облаками в небе. Однажды весной, когда все цветы в саду налились цветом, эта девушка провела весь день, восхищаясь и любуясь прекрасным видом. Она была невероятно счастлива и собиралась прийти и завтра! Однако ночью случился сильный ветер, пригнавший за собой и мелкий дождь. Прекрасные цветы вмиг осыпались и увяли, — когда Мосе договорил до этих слов, Мяо Сяомяо вдруг ахнула и подумала про себя, что, если бы она была на месте этой девушки, то очень сильно расстроилась. Ведь эти цветы были единственной радостью души, а с таким хрупким здоровьем такое несчастье перенести ещё тяжелее.

Цзюнь Мосе продолжал рассказ:

— Услышав шум дождя, она всю ночь не находила себе места. И когда на следующее утро девушка зашла в сад, чтобы увидеть свои прекрасные цветы, перед её глазами возникла ужаснейшая картина сотен опавших лепестков… Она, разумеется, очень опечалилась. Ведь вчера тут были невероятно прелестные цветы, а сегодня все они пришли в упадок и увяли навсегда. Так и не смирившись с трагедией, девушка собрала все упавшие лепестки в мешочки и закопала в земле. Пока она их засыпала, то вдруг невольно подумала о себе: ведь на самом деле она — такой же цветок, который вот-вот увянет и покинет этот мир из-за своей болезни. Но кто же похоронит её так же, как она похоронила все эти опавшие цветы? Может, из-за случившегося, или же это было следствие огромного количества чувств, эта девушка написала песню под названием «Плач похороненных цветов». И сегодня я бы хотел исполнить её для вас. Эта девушка умерла спустя три дня после того, как дописала это произведение…

— Послушав твой рассказ, теперь мне не терпится поскорее услышать эту прекрасную песнь! — глаза Мяо Сяомяо горели от восхищения, и она с интересом добавила: — Но прежде, чем брат Мо сыграет, можно ли сначала записать эту песнь на бумаге?

— Раз сестра Мяо просит, как я могу ей отказать? — великодушно ответил Цзюнь Мосе.

Мяо Сяомяо одним взмахом руки тут же достала перед собой кисть, бумагу, тушь и тушечницу. Она улыбнулась и сказала:

— Брат Мо, ты можешь просто продиктовать, а я сама запишу.

— Так даже лучше, — Цзюнь Мосе понял значение слов Сяомяо: вполне возможно, ему придется состязаться ещё и в каллиграфии, так что не стоит раскрывать все свои козыри наперёд.

Эти двое будто бы спелись, полностью игнорируя присутствие окружающих. Песня ещё не началась, однако она уже проникла в сознание людей и сумела затронуть их сердца.

Сначала Мосе рассказал историю, которая внесла некий душевный резонанс всей аудитории, а затем, предварительно написав текст песни перед официальным выступлением, он придал композиции мощи по максимуму!

Вслед за тем, как Мяо Сяомяо окунула кисть в чернила, Цзюнь Мосе начал тихонько диктовать когда-то популярную во всем мире песню «Плач похороненных цветов». Эта композиция даже могла сравниться со «Сном в красном тереме»! В этом обособленном пространстве эта песня раскрылась в своём уникальном свете!

«Опавшие лепестки разлетаются по небу, но кто им сочувствует?

Паутина плывёт по весеннему ветерку, прилипая к опавшим сережкам ивы.

Девушка в опочивальне огорчена весенним вечерним пейзажем, вся её душа преисполнена печалью, но она никуда не может пожаловаться.

В руках у нее разукрашенная садовая мотыга, и, сдерживая слёзы, она ступает на опавшие цветы.

Тонкие ветви ивы благоухают, и неважно, кто опал: персик или же слива,

В следующем году они снова смогут налиться цветом, но кто же будет ждать их соцветия в той женской опочивальне?

Гнездо ароматов заполонило все вокруг в марте месяце, но ласточки слишком беспощадны.

И хотя они так же будут клевать цветы в следующем году, но они не воротятся в пустые гнезда».

Пока Цзюнь Мосе читал слова, а Мяо Сяомяо записывала, все присутствующие вдруг погрузились в скорбь и печаль. Даже Чжань Цифэн и Чжань Юшу не проронили за всё время ни слова.

Эти стихи просто великолепны! Более того, каждое слово и предложение — это на самом деле реальность, близкая к жизни каждого, эта беспомощность и смерть — всё это можно хорошо рассмотреть на примере обычных весенних цветов…

Когда-то в мире существовала удивительная девушка с душевной чистотой и ясным духом…

А Цзюнь Мосе продолжал диктовать…

Глава 967. Юный шахматный король

А в году много дней. Сосчитаем: сначала три сотни

И ещё шесть десятков… И это один только год.

Есть жестокие дни: вдруг разъярится ветра секира

И с мечами туманов пойдёт на природу в поход…

Перед этим неистовством долго ли могут на свете

Жить изящная яркость и свежая прелесть цветов?

Перед ними разверзнется бездна и поднимутся волны,

И тогда как цветы ни ищи — не найдёшь и следов…

Как хотела бы я, умерев, возродиться пичужкой,

Получить два крыла и лететь куда захочу…

Только где в той дали возвышается холм ароматный?

Я не знаю. Но пусть будет в жизни таков мой удел!

Пусть в парчовый мешок сложат кости мои в час урочный,

Той чистейшей осыплют землей, чтоб от хаоса скрыть.

Непорочной взлетела и вернусь в этот мир непорочной,

Грязь ко мне не пристанет, мне в зловонных притонах не быть!

Я сегодня отдам долг последний цветам в день кончины,

Не гадаю, когда ждать самой рокового мне дня,

Я цветы хороню… Пусть смеётся шутник неучтивый,

Но ведь кто-то когда-то похоронит в тиши и меня…

Поглядите: весна на исходе, цветы облетают,

Так и жизнь: за цветеньем и старость приходит, и смерть.

Все случается вдруг: юность яркая вскоре растает, —

Человек ли, цветок ли — рано ль, поздно ль, — а должен истлеть!

Записывая эти строки, глаза Мяо Сяомяо сами по себе налились слезами. Она словно сама увидела худую больную женщину, которая когда-то была привлекательна, сейчас пытавшуюся собрать разбросанные по земле лепестки, сложить их один к одному и положить в парчовый мешок, сшитый вручную, а затем аккуратно закопать в земле, чтобы, наконец, они превратились в прекрасную душу…

Мяо Сяомяо почти почувствовал, что эта женщина — она сама… Хотя она не была больна, но жила в Призрачном Дворце и всё время боялась интриг из-за власти. Возможно, однажды ей придется породниться с какой-нибудь влиятельной семьёй и выйти замуж за человека, который ей совсем не понравится или даже будет крайне противен…

Если это так, то лучше «Пусть в парчовый мешок сложат кости мои в час урочный, Той чистейшей осыплют землей, чтоб от хаоса скрыть, непорочной взлетела и вернусь в этот мир непорочной. Грязь ко мне не пристанет, мне в зловонных притонах не быть!»

Когда все задумались об основной идее этого стиха, внезапно послышался тихий звук флейты, доносившийся, словно с края неба…

Похороны цветов!

Стихотворение «Плач похороненных цветов» тронуло многих людей.

Когда-то интересное и очаровательное, а сейчас грустное и жалобное звучание флейты медленно проникло в сердце каждого, а затем медленно исчезло и, наконец, превратилось в ничто, оставив печаль…

Произведение давно закончилось, но никто не решался заговорить первым. Казалось, что прекрасный звук флейты всё ещё витал в воздухе. Складывалось впечатление, что даже по прошествии длительного времени всё ещё были слышны отголоски…

— Ах… эта мелодия… — не в силах сдержать свои чувства от музыки, все тёрли уголки глаз. Очевидно, что всё вокруг было пронизано светом: — Это действительно прекрасно! Будто небесная божественная мелодия, обычный человек за всю жизнь может услышать её лишь один раз и это стоит того!

— Да… — Мяо Сяомяо всё ещё думала о музыке, её голос немного дрожал, дух захватило от восторга, а глаза были мутные. Почти машинально она сказала: — Это лучшее произведение на флейте, которое я когда-либо слышала…

— Превосходно? Нет, это идеальная мелодия, брат Мо! Эта мелодия заставила меня понять, в чём истинный смысл музыки! Какова идея этой мелодии! Сегодня, слушая эту песню, я внезапно понял, что всё, что я учил раньше, на самом деле не достойно внимания… Ха-ха, я считал себя первым музыкантом в Призрачном Дворце, но это нахальное преувеличение! Я действительно не думал, что к настоящей музыке… я даже и не прикасался, — сказал обезумевший от счастья Линь Цин Инь.

Когда он это говорил, даже Чжань Юшу без удержу кивал. Он тоже считал, что прекрасно разбирается в музыке, но в этот момент не осмелился этого сказать. Вслед за этим почувствовал, что не соответствует этому, поэтому он начал качать головой из стороны в сторону. Но потом снова ощутил, что это противоречит его внутреннему ощущению и начал кивать в знак одобрения…

«Плач похороненных цветов» — прекрасное и безупречное произведение! Такую прекрасную мелодию редко услышишь за всю жизнь! Неимоверная печаль, бесконечная горечь и чувство высокомерия на душе… у всех от этого было тяжело на сердце…

Послушав такую прекрасную мелодию, все единодушно зааплодировали, даже люди Чжань Цифэна. В этой мелодии не было изъяна! Цзюнь Мосе одержал победу в первой битве с подавляющим преимуществом!

Никто не стал сравнивать с мелодией «Плач разбитого сердца», потому что между ними большая разница… их невозможно сравнивать…

— Брат Мо, я осмелюсь спросить, как зовут эту талантливую девушку? — очень скромно спросил Линь Цин Инь, его глаза были полны надежды. Хотя Цзюнь Мосе сказал, что эта женщина скончалась несколько сотен лет назад, но после того, как Линь Цин Инь услышал это произведение, он словно увидел собственными глазами эту слабую больную женщину, которая в одиночестве собирала опавшие цветы…

Ему так хотелось бы оказаться там в этот момент, чтобы утешить эту несчастную красавицу…

— Её фамилия, кстати, тоже Линь, как и у твоей семьи, брат Линь, — Цзюнь Мосе вздохнул и сказал: — Её звали Линь Дайюй, — Цзюнь Мосе несколько раз вздохнул. Теперь он, наконец, понял одну вещь: преимущество, действительно, слишком велико!

Больше он ничего не сказал, он верил: то, что он выучил в начальной школе на Земле, пройдя через этот другой мир, он прихватил с собой часть знаний всей китайской цивилизации… особенно стихи и музыка, которой восхищались древние, он взял с собой и теперь не имеет себе равных…

— Значит, у неё тоже фамилия Линь… Внешностью красива, как цветок орхидеи, а душою прекрасна, как её аромат… — с грустью сказал Линь Цин Инь и медленно выдохнул.

— Брат Мо, могу ли я сделать копию нот этой прекрасной мелодии? — тихонько застенчиво спросила Мяо Сяомяо.

— Конечно! Всё ради госпожи Мяо, брат Мо сочтёт это за честь, — согласился Цзюнь Мосе.

— Если брат Мо великодушно подарит мне такую замечательную мелодию, я буду благодарна вам от всей души, — Мяо Сяомяо застенчиво улыбнулась, выразительно посмотрела ласково и нежно.

В глазах братьев Чжань Юшу и Чжань Цифэна в тот же миг промелькнула сильная ревность! Глядя на выражение глаз Цзюнь Мосе, можно было понять, что он стремился превзойти и подавить других.

Благодаря душевным качествам и проницательности, господин Цзюнь, естественно, заметил, как сильно они обиделись. Он невозмутимо посмотрел на них, и вдруг он почувствовал: внешне кажется, что Чжань Юшу ухаживает за Мяо Сяомяо, а Чжань Цифэн лишь помогает брату. Тогда почему у Чжань Цифэна такой взгляд?

Неужели у Чжань Цифэна есть планы на Мяо Сяомяо? Причина, по которой он сблизился раньше с Мяо Сяомяо, на самом деле не ради своего брата?

Если это действительно так, то Чжань Юшу находится в неведении! Или только один Чжань Цифэн всё понимает… Значит, он делает это всё ради себя?

Если он всё сделает правильно, то, вероятно, что это станет отправной точкой для размолвки между братьями Чжань и даже полным разрывом отношений! У мужчин есть две вещи, которые абсолютно недопустимы. Во-первых, это предательство брата, которому ты доверяешь, а во-вторых, когда собственная женщина уделяет внимание другому!

Чжань Цифэн, кажется, уже совершил оба!

Если однажды братья узнают это… вероятно, будет большой скандал, может быть, даже более шумный, чем сегодняшнее состязание.

Цзюнь Мосе обдумывал ситуацию, но не подавал вида.

Результат первого состязания был очевиден, обладатель непревзойдённой сущности одержал решительную победу!

Ни у кого не было возражений, все были едины во мнении, что если кто-то решился бы обсуждать результат, то его бы быстро привели в чувства!

Хотя первое состязание закончилось, но с точки зрения пари это было лишь началом, скоро намечалось второе состязание. Изначальный план, естественно, после первого состязания, был изменён, нельзя было дать этому парню расслабиться. Но ещё никто не пришёл в себя после мелодии «Плач похороненных цветов»… Никто на самом деле не хотел состязаться с ним, поэтому площадка была свободна!

Люди всегда такие: они полны ревности и им не нравится человек, который ненамного превзошёл их, но если человек превзошёл их сильно, они будут восхищаться и поклоняться ему. Например, если сравнивать семьи, доход которых превышает десять тысяч юаней в месяц с семьей, доход которых превышает сто тысяч юаней в месяц, они будет думать, что этой семье всего лишь повезло, и, что они тоже так смогут… Но если сравнивать с Ли Цзячэном, будь это десять или сто тысяч юаней, они будут ему поклоняться… Поскольку объект сравнения — легендарный человек, как можно с ним себя сравнивать. Разве это не глупо?

Сейчас так было и с Цзюнь Мосе. До первого состязания он был легендарным и талантливым. Но сейчас он стал настоящим гением, все, естественно, ощущали, как сильно от него отличались!

На самом деле эти люди, которые хотели сегодня соревноваться с молодым господином Цзюнь, делали это главным образом потому, что их заставила семья Чжань, некоторые даже дали обещание. Что касается Линь Цин Ина, то его просто вынудили…

Но когда-то им совершенно не нравились выдающиеся личности! Эти люди имели весьма впечатляющие достижения в своих областях: хотя они далеки от того, чтобы сделать себе имя, но многие из них хорошо известны и влиятельны в Призрачном Дворце…

Молодые люди становились знаменитыми, кто не стал бы гордиться?

Но когда появился этот обладатель непревзойдённой сущности, он сразу же привлёк внимание всех высокопоставленных и авторитетных людей в Призрачном Дворце! Независимо от того, каких достижений они достигли, они стали глупцами на фоне легендарного обладателя непревзойдённой сущности!

Более того, сущность была дана от рождения, и не зависела от стараний Мо Цзюня, что ещё больше не нравилось людям.

Но, увидев это сегодня, особенно после мелодии «Плач похороненных цветов», у всех пропало высокомерие! Они, несомненно, были очень заносчивы, и они также могли достичь много, но это не значит, что они могут говорить не по совести…

Его познания в музыке достигли такого глубокого уровня, этого было достаточно, чтобы люди посмотрели на него другими глазами, не говоря уже о том, что он всё ещё являлся обладателем непревзойдённой сущности.

Независимо от таланта, он — выдающаяся личность!

— Позвольте мне выступить вторым против брата Мо? — наконец, кто-то вышел из толпы.

Он был очень молод, тело хрупкое, его лицо было уверенным, словно у него есть какая-то стратегия, а в его руках весь мир.

Глаза сверкали, но это сияние было вовсе не из-за совершенствования Суань, он от природы был очень энергичный и одухотворённый.

Хотя он был молод, но держался очень спокойно. Цзюнь Мосе увидел с первого взгляда: этот молодой человек считал, что даже какой-нибудь старик с большим опытом не так решителен, как он.

— Кто ты? — Цзюнь Мосе посмотрел на него.

— Брат Мо, это — молодой шахматный король Призрачного Дворца, Ци Вань Цзе! — Мяо Сяомяо сказала: — Ци Вань Цзе изучал шахматы с детства. В возрасте девяти лет он стал известным, после тринадцати лет ему не было равных в Призрачном Дворце. Больше он не участвует в шахматных соревнованиях, которые проводит Призрачный Дворец, иначе остальные могут претендовать только на второе место! Ци Вань Цзе получил титул шахматного короля, и уже двенадцать лет никто не может победить его!

Глава 968. Трюки извне!

— Брат Ци, простите за невнимание! — слегка кивнул головой Цзюнь Мосе.

— Шахматы как таковые — просто детские забавы и не больше. Они хорошо воспитывают тело и душу и совершенно безобидны, но, как вид состязаний, они слишком посредственны… Господин Мо всех растрогал своей песней, он в самом деле человек с изысканными вкусами! Можем ли мы с вами сыграть партию, результат совершенно не важен, следует лишь выложиться по полной и этого будет вполне достаточно! — с улыбкой произнес Ци Вань Цзе.

Изначально его имя звучало как Ци Вань Цзе («Цзе» в значении «герой», «храбрец», «выдающийся человек»), но после того, как он приобрел известность, он изменил свое имя на Ци Вань Цзе («Цзе» в значении «грабёж», «ограбление, «овладение силой», «отвлекающий ход»), показывая тем самым, что на шахматной доске его положение может бесконечно меняться, при этом крайне быстро и неуловимо, что его соперники никак не могут разгадать его приёмы. Разумеется, в этом не было и намёка на личное превосходство.

Цзюнь Мосе невольно усмехнулся про себя: «Этот парень собирается играть во все силы, должно быть, он обученный солдат, его тактика превосходна, и, к тому же, он большой лицемер…»

По его только что сказанным словам можно точно определить, он готов идти до конца.

«Ты сам говоришь, что шахматы как вид состязаний слишком посредственны; и тут же просишь меня сыграть с тобой партию, не обращать внимания на результат, а просто играть в полную силу! Поскольку у нас состязание в шахматах, как можно одержать победу, избавившись от мыслей об исходе игры и перестав соперничать? Особенно в китайских шашках вейци, где обязательно нужно обращать внимание на всевозможные детали и мелочи, так как лишь в этом условии можно вычислить, какое положение выгодно для тебя, а какое нет, и только после этого осуществить правильный расчёт! Вот же юнец… Как можно быть настолько фальшивым, это просто возмутительно, в этом он точно не имеет себе равных! Этот юноша — самый настоящий лицемер, однако я успел повидать на своём веку немало лицемеров, один Ли Юран чего стоит! Он точно будет на голову выше тебя, мелкий засранец! Однако, должен признаться, Ли Юран будет намного честнее тебя!»

— Разумеется, брат Ци сказал всё верно, он действительно очень хорошо меня понимает. Искусство игры в шахматы — оно такое. Пусть даже исследовав его самые далёкие и глубокие закоулки, это не более, чем детские пустяковые забавы, которые крутятся в голове, это название лучше всего описывает это явление, — на самом деле, Цзюнь Мосе, конечно, не думал так, но сейчас ему следовало согласиться с Ци Вань Цзе. Так как, увидев перед собой этого юнца с сощуренными глазами, он очень разозлился!

«Ты поддерживаешь братьев Чжань, которые бросили мне вызов, так будь добр, играй честно и открыто; на какой чёрт с лицом святоши нести этот бред… Меня тошнит от тебя! Если не задать тебе сегодня хорошую трёпку, как можно смириться с этим показушничеством? Ци Вань Цзе, мать твою, я покажу тебе сегодня такое «ваньцзе» (игра слов — успешное завершение), ладно, ждать тебе осталось недолго… Осмелился поиграть со мной? Ну, смотри, как бы я тебя не заиграл до смерти, сучара!»

— Однако искусство игры в шахматы мне так и не довелось постигнуть… Я учился этому всего несколько месяцев. Ну, раз уж брат Ци говорит, что это не более чем детские забавы, я с радостью позабавлюсь с вами немного. Во всяком случае, это очень полезно для тела и души. Исход игры, как вы сами сказали, к тому же не важен, так что, возможно, я смогу справиться с этим вызовом, — сказал Цзюнь Мосе.

— Поскольку брат Мо согласен, что это лишь детские забавы, стало быть, он не будет меня винить, если я буду беспощаден в своих приёмах? — Ци Вань Цзе медленно сказал, в его глазах появился холодный блеск, но он по-прежнему превосходно держался.

— А? Будете беспощадны? Брат Ци, вы же, всё-таки, благородный человек, а благородный человек ничего не делает тайком. Я лишь спрошу вас с глазу на глаз: если я обвиню вас в том, что ваши приёмы безжалостны… Тогда вы сделаете мне снисхождение? — с сарказмом спросил Цзюнь Мосе.

— Столкнувшись с таким человеком, как вы, брат Мо, я уверен, никто на моём месте не решился бы сделать вам снисхождение, — Ци Вань Цзе уже с трудом сдерживал себя: «Этот «господин Мо» такой отвратительный! Я повёл себя скромно и тактично, а ты уже возомнил о себе чёрт знает что…»

— Правда? Эти слова мне слышать очень неприятно, брат Ци. Как я и предполагал, вы носите титул шахматного короля, а, стало быть, ваши манеры должны быть на голову выше, чем у других. Пусть даже вы далеки от честности и благородства, однако это не должно доходить до того, что вы не держите своё слово; однако я и подумать не мог, что ваши слова — просто бессмысленное враньё… Что ж, я восхищён, нечего сказать… Эта мощь, эта решимость, вы в самом деле достойны звания шахматного короля! Ваша слава заслужена не зря. Куда мне до вас? Я очень далёк от вашего уровня… — Цзюнь Мосе успешно удалось нарушить спокойствие Ци Вань Цзе, и, разумеется, он продолжил неустанно двигаться в этом направлении.

В искусстве игры в шахматы, душевное спокойствие игрока всегда находится на первом месте, это самая важная деталь. Даже настоящий чемпион с богатым опытом может растеряться и проиграть новичку… это вообще не редкость!

— Мо Цзюнь! — на лице Ци Вань Цзе появился рассерженный вид, и он сказал: — Сегодня мы как раз увидим, кто и кому нанесёт сокрушительное поражение!

— Сокрушительное поражение? Ой, это звучит так серьёзно… Я скажу лишь одно: если проиграешь, малыш, не стоит плакать! — Цзюнь Мосе с важностью произнёс: — Несмотря на то, что по возрасту ты достаточно мал, учитывая сегодняшние обстоятельства, если проиграешь и разревёшься, будет не очень-то красиво…

Лицо Ци Вань Цзе побледнело, он тяжело и учащённо дышал. В это время за его спиной уже была установлена шахматная доска. Не обращая внимания на Мосе, он двинулся прямиком к доске.

Очевидно, ему уже не терпелось поскорей разобраться с обладателем непревзойдённой сущности на шахматной доске!

«Мне плевать на твою чёртову сущность, ты обидел меня, а значит, я должен разобраться с тобой! Готовься попрощаться со своей репутацией, мудак, сейчас ты будешь опозорен! Тем более что братья Чжань обещали мне большую усадьбу с внутренним двором, и ещё место в шахматном сообществе Призрачного Дворца, помимо этого плюс четыре наложницы… Я обязан заполучить все это! Меня ждет успех! Я растопчу тебя одной ногой! Готовься стать моей ступенькой на пути к успеху!»

Внешне Цзюнь Мосе был спокоен и невозмутим, однако в душе, всё же, нервничал.

«Чёрт бы побрал эти китайские шашки! Когда я учился играть в них, у меня не было особого интереса, мои знания поверхностны!»

Хотя Цзюнь Се — довольно сообразительный малый, и обладал неплохими способностями, однако они всего лишь «неплохи», и слишком далеки от чемпионского уровня.

Сейчас Цзюнь Мосе максимум обладает седьмым-восьмым уровнем владения шахматами. В большинстве случаев это очень даже неплохо, однако столкнувшись с настоящим мастером по игре в шахматы, шансы на победу слишком туманны. Надо отдать должное старику из прошлой жизни, благодаря его угрозам и появились эти успехи. Его требования и стандарты были очень высоки, нужно было ознакомиться со всеми самыми распространёнными умениями и техниками, знания и средства тоже должны быть хорошо проработаны, только так можно суметь выйти сухим из любой ситуации, и бесшумно уничтожить объект…

Однако выполнить такие требования под силу не каждому…

Даже Цзюнь Се тогда не смог выполнить полностью весь курс обучения старика, он достиг только семидесяти процентов из ста…

У старика была одна мечта — создать убийцу, который станет настоящей легендой! Если даже в какой-то день этот убийца опустит своё оружие, он сможет пойти в любой университет и стать доктором в совершенно любой специальности. Очевидно, что эта идея была очень странной и безумной!

Игра на цине, шахматы, каллиграфия, живопись, поэзия, вино, чай (семь занятий благородного мужа), философия, медицина, астрология, полевая ирригация, физика, химия… Даже сейчас, вспоминая об этом, мозг Цзюнь Мосе начинал вскипать!

Однако попав в другой мир, Цзюнь Мосе понял, что должен быть безмерно благодарен жёстким тренировкам старика…

«Если бы старик не манипулировал моей жизнью, заставляя меня учиться, мне бы вряд ли так легко пришлось здесь. Даже наличие удивительной и всемогущей Пагоды не помогло бы так! Даже с редчайшей книгой по военному искусству тоже можно было бы запросто попасть впросак…»

Сейчас Мосе сожалел лишь только об одном:

«Почему же я как следует не изучил шахматы тогда? Сейчас уже слишком поздно жалеть об этом, кажется, сегодня не избежать трудностей…. Как нанести поражение знаменитому шахматному королю всея Призрачного дворца? Полагаясь на свои истинные силы, шансы на победу очень маловероятны!»

Цзюнь Мосе внезапно вспомнил фразу, которую очень часто повторял старик: «Шахматы — такая штуковина, у которой трюки есть внутри, есть и снаружи…»

Он вздрогнул.

Глядя на принявшего серьёзный вид Ци Вань Цзе, который сидел перед шахматной доской, Мосе со странной улыбкой произнёс:

— Брат Ци, ну что, ты готов? Шахматы светлые и беспристрастные. Сейчас ты носишь титул короля шахмат Призрачного Дворца, но если проиграешь такому простофиле, как я, наверняка твоей славе придёт конец… Ха-ха-ха! Тебе стоит начать переживать по этому поводу…

Ци Вань Цзе с мрачным видом сказал:

— Уверен, моя репутация — далеко не крохотный котёнок, которого легко можно скинуть со своего места.

— Правда? Брат Ци, ты в самом деле такой самоуверенный. Как-то на материке Суань мне посчастливилось сыграть партию с непревзойдённым шахматистом Хуа Ву Цо. Тогда он сказал одну фразу, и она до сих пор свежа в моей памяти.

— Что? Ты играл с Хуа Ву Цо? И что он сказал тебе? — на серьёзном и равнодушном лице Ци Вань Цзе наконец появилась тревога.

Хуа Ву Цо — шахматная знаменитость материка Суань, молодой юноша, получивший известность, за две сотни лет он ни разу не проигрывал! Если Первый Шао — легенда по мастерству Суань, он — легенда по игре в шахматы!

Став мастером игры в шахматы, Ци Вань Цзе никогда бы не стал необдуманно что-то говорить об Хуа Ву Цо, и тут услышав, что обладатель непревзойдённой сущности играл с этим великим человеком, он сильно напрягся:

«Неужто он действительно хорошо владеет шахматами? Каковы его силы? Нельзя недооценивать человека, который получил возможность сыграть с самим Хуа Ву Цо».

Он с опасением смотрел на Цзюнь Мосе.

— А? Я только обмолвился, что сыграл партию в шахматы с Хуа Ву Цо, брат Ци, ты что, сразу мне поверил? А что, если я нарочно так сказал, чтобы надавить на тебя? — прищурившись, спросил Цзюнь Мосе.

Глава 969. На шахматной доске, созданной природой, звёзды как ловушки, какой человек способен разгадать их?

Если бы Цзюнь Мосе не сказал эти слова, Ци Вань Цзе, хотя и насторожился бы, но всё же не так сильно! Разумеется, у него возникли сомнения на счёт слов Мосе, однако, после вновь услышанного, его подозрения увеличились в десятикратном размере!

Как обычный мастер совершенствования Суань никогда не оскорбит Первого Шао, так и простой шахматист никогда не посмеет говорить плохо об истинном мастере шахматного искусства, но Цзюнь Мосе сейчас таким уверенным тоном высказался про игру с Хуа Ву Цо, на это есть только одна причина — он не боится Хуа Ву Цо, или, по крайней мере, он не считает его каким-то непреодолимым испытанием! Если это действительно так, значит, он в самом деле достиг такого ужасающе высокого уровня?!

— Уверен, что брат Мо вовсе не настолько беспомощный, как он говорит! — голос Ци Вань Цзе ослабел не менее, чем на треть!

— Брат Ци, вам не стоит принимать это близко к сердцу, вы мне льстите! Тогда мы с Хуа Ву Цо сыграли три партии… Хэ-хэ-хэ, с разницей в одну шашку… его способности просто невероятны! Хуа Ву Цо, несомненно, заслуживает звания первого несравненного шахматиста! Он поистине вне конкуренции! Увлекаясь шахматами, неудачи у меня встречались крайне редко, я всегда чувствовал себя надменно и высокомерно, однако, столкнувшись с таким высоким уровнем, я, несомненно, потерпел поражение! Сегодня мне посчастливилось встретиться с королём шахмат Призрачного Дворца, думаю, брат Ци так же, как и Хуа Ву Цо, нанесёт мне сокрушительное поражение! — Цзюнь Мосе говорил медленно, словно предавшись тёплым воспоминаниям.

Ци Вань Цзе молчал, однако страх в его глазах сгущался всё сильнее!

«Он сыграл с Хуа Ву Цо целых три партии, и только потом проиграл! Значит, из трёх партий, он должен был выиграть хотя бы одну! Хотя я никогда не видел Хуа Ву Цо, и даже не имел возможности познакомиться с ним, однако я знаком с его стилем ведения игры… Разумеется, не полностью со всеми подробностями, но по крайней мере его десятую часть! Высота и глубина его способностей совершенно неизмеримы, а стиль ведения игры величественен и возвышен, он движется строго и уверенно, тщательно продумывает каждый свой шаг и не надеется на авось. Также он всегда тактичен и деликатен, иначе бы он вряд ли стал непобедимой легендой шахматного мира! Хотя я тоже уверен в своих силах, но, всё же, мне ещё слишком далеко до таланта такой величины! И сейчас этот Мо Цзюнь говорит, что сыграл с ним целых три партии, с разницей в одну шашку… Другими словами, его способности практически эквиваленты силам Хуа Ву Цо! По крайней мере, разница не должна быть слишком большой… Можно сказать, что сегодня, столкнувшись с мастером такого уровня, быть уверенным в победе крайне тяжело…»

— Эххх… А когда игра была завершена, брат Ву Цо говорил с тяжёлыми размышлениями… — Цзюнь Мосе слегка рассмеялся. «Уважаемый Хуа Ву Цо», которого он никогда не видел в жизни, в мгновение стал просто «братом Ву Цо»! — Тысячелетия пустоты, весь мир, старинный и нынешний, как партия шахмат!

— Тысячелетия пустоты, весь мир, старинный и нынешний, как партия шахмат! — Ци Вань Цзе пробормотал едва слышно, и внезапно его бросило в пот, он пришёл в замешательство. Так как эти слова, сказанные Хуа Ву Цо, сильно потрясли его, он словно почувствовал бесконечную широту его души!

Философия игры в шахматы и человеческая душа имеют тайную неотделимую связь. Если душа человека недостаточно широка, стоит только обратить внимание на небольшую неудачу, и тогда тебе больше не добиться большого успеха в шахматах. Но если смотреть на ситуацию в целом, и игнорировать небольшие неудачи, тебе тоже никогда не добиться победы…

Только при идеальном сочетании этих крайностей можно считаться настоящим шахматистом в подлинном смысле этого слова!

Ци Вань Цзе понимал, что он ещё очень далек от этого уровня!

— «Весь мир, старинный и нынешний, как партия шахмат», - какая значительная энергия в этих словах!

«Я далёк от уровня души уважаемого старейшины Хуа?» — Ци Вань Цзе тяжело вздохнул и почувствовал, что в его неприступной, словно крепость, самоуверенности, неожиданно появилась пробоина… По мере того, как его противник продолжал говорить, она медленно разваливалась, превращаясь в ничто…

— В тот раз уважаемый старейшина Хуа медленно вздохнул, а после неожиданно расхохотался, сказав: младший брат Мо, мне внезапно на ум пришла одна парная надпись (парные надписи, вывешиваемые на воротах в Китае), раз уж я сегодня увидел тебя, что, если я проверю тебя разок? — Цзюнь Мосе заметил, что Ци Вань Цзе начал нервничать, и поэтому, не подавая вида, продолжил дальше изводить его.

— Осмелюсь спросить, какую парную надпись? — Ци Вань Цзе тут же спросил.

Было любопытно не только Ци Вань Цзе, но и все присутствующие навострили уши, дожидаясь ответа; Цзюнь Мосе был очень хорош в рассказах подобных историй. Несмотря на то, что она была полностью выдумана, благодаря его чутью и таланту, все завороженно слушали его и не могли оторваться.

Все, кто слушал его, были искренне уверены, что это случалось на самом деле в жизни! Они испытывали то же самое, что и Ци Вань Цзе — сначала полностью не верили, потом с большим трудом, потом колебались и сомневались, а закончилось всё тем, что они были согласны со словами Мосе и искренне доверились ему.

— Ага, тогда я точно так же спросил брата Хуа: Какая ещё парная надпись? — Цзюнь Мосе с уважением в голосе сказал: — Брат Хуа сказал: «На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки! Какой человек способен разгадать их?» Это и есть та парная надпись! — когда Цзюнь Мосе договорил, воцарилась полная тишина. Все присутствующие, нахмурившись, стали раздумывать над этими словами.

— «На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?» Какая широта и энергия в этих словах… — Ци Вань Цзе продолжительно вздохнул и предался раздумьям. Он всегда оценивал себя очень высоко. Главной целью всей его жизни было достигнуть уровня уважаемого старейшины Хуа Ву Цо. Сейчас Хуа Ву Цо высказал первую часть парной надписи, теперь он должен хорошо постараться, и придумать продолжение для нее. Если он не сумеет сделать этого, не будет ли это означать, что у него нет даже крохотной надежды, что он сможет достигнуть уровня Хуа Ву Цо?

Хотя в это время он сидел перед шахматной доской, в его голове не было мыслей о предстоящем бое, его уже не интересовала победа, перед его глазами крутилась только эта надпись!

Ци Вань Цзе отличался от Лин Цин Иня, он сам завоевал титул короля шахмат Призрачного Дворца, и даже такая могущественная семья, как Чжань, была не в силах угрожать ему, однако и он имел свои слабости. Чжань Юшу пообещал ему достаточно много, если он сможет одолеть обладателя непревзойдённой сущности, Мо Цзюня. Сделка была очень выгодна для Вань Цзе, так как он всегда мечтал именно об этих вещах. Власть, положение, женщины, деньги… Стоит ему только победить, и Чжань Юшу дарует ему всё это!

Обыкновенному человеку за всю жизнь не добиться всего этого!

Разумеется, Ци Вань Цзе страстно желал заполучить всё это!

Но если говорить о его самой заветной мечте, то больше всего он хотел получить наивысшие славу и почёт — бросить вызов Хуа Ву Цо и одержать победу над ним, это было главной целью всей его жизни!

Эти вещи ни в коем случае нельзя ставить в один ряд!

Среди присутствующих было немало талантливых молодых людей, отличающихся своим умом и сообразительностью. Даже все десять членов жюри неразборчиво бормотали себе под нос слова, «сказанные непревзойдённым шахматистом Хуа Ву Цо», внутренний смысл этих слов был настолько величественен и возвышен, что, услышав их всего лишь однажды, все люди чувствовали, как их сердца наполняются бесконечным героизмом и переживаниями!

«На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?»

Надпись была просто невероятной, кто же сможет дать достойный ответ на неё, составив ей пару?

В своих мыслях Ци Вань Цзе был уже точно где-то не здесь, он сосредоточенно обдумывал эти слова, даже не заметив, как на лбу проступили капли пота, а лицо значительно побледнело.

Очевидно, что он сильнее всех остальных загрузился!

Так как эти слова были сказаны никем иным, как Хуа Ву Цо!

В это время он вдруг услышал пристыженный голос Мо Цзюня:

— Стыдно признаться… брат Хуа посвятил мне эту часть парной надписи, однако я всё ещё по сей день не могу придумать продолжение… ох… — этот вздох был наполнен такой искренней печалью…

Настроение Ци Вань Цзе вмиг улучшилось. Он не смог сдержать лёгкой улыбки, сказав про себя: «Если ты сможешь придумать продолжение, что это будет значить для меня? Если же у тебя не получится, как раз наоборот — я смогу справиться с этим, стало быть, я сильнее тебя! Это будет символизировать то, что я стою на одном уровне с Хуа Ву Цо, и выше тебя на голову… Хуа Ву Цо, люди величают тебя непревзойдённым мастером, и я как раз не согласен с этим! Однажды этот титул будет принадлежать мне, Ци Вань Цзе!»

Ци Вань Цзе ломал голову над этим высказыванием, и раздумывал над продолжением… Когда его мозг уже был готов свернуться в узел, раздался неожиданный голос Мо Цзюня:

— Брат Ци, сколько времени мне ещё ждать тебя? Когда же мы начнем игру?

Ци Вань Цзе растерянно открыл глаза, и до него только дошло, что он сидит перед шахматной доской, а обладатель непревзойдённой сущности с серьёзным видом смотрит на него в упор. В руках у него шашка, очевидно, он ждёт, когда Вань Цзе сделает выбор…

— Что ещё? — задумавшись, спросил Ци Вань Цзе, тем самым дав понять Мосе, что он всё еще занят раздумьями над продолжением высказывания Хуа Ву Цо.

— Выбирай первым… разве ты и этого не в состоянии понять? — лицо Цзюнь Мосе помрачнело.

Про себя он подумал: «Стало быть, этот парниша мозгами блуждает уже где-то далеко отсюда…»

— Выбирать первым… А, да, верно, конечно, я выберу первым… — Ци Вань Цзе, не глядя, вытащил шашку из ящика, и положил на стол.

Цзюнь Мосе медленно разложил шашки по доске, бормоча себе под нос:

— Одна пара, две пары, три пары. Как раз шесть штук. По-видимому, инициатива за мной. Брат Ци, вы дадите мне победить?

— М-м… — Ци Вань Цзе по-прежнему был занят раздумьями: «На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?» Какое продолжение может быть у этой фразы? Какой предмет может соперничать с гармонией звезд?»

Вдруг над его ухом раздался звонкий хлопок, на доске стало больше на одну чёрную шашку, она расположилась в правом верхнем углу!

Соперник пошёл в бой!

В голове Ци Вань Цзе в мгновение прояснилось, он без раздумья поставил шашку в левый нижний угол.

Снова хлопок, и чёрная шашка в левом верхнем углу!

— Что за такое странное начало? — Ци Вань Цзе полжизни посвятил игре в шахматы, однако никогда не видел такого странного расположения фигур, эта позиция были далека от обороны углов… круговой обхват желудка? Тоже нет…

В китайских шашках всегда есть «Золотые углы» и «Желудок с серебряной кромкой», однако предпринятые соперником приёмы в данный момент переворачивали все представления Ци Вань Цзе.

Он никогда не видел подобного приёма для защиты углов.

Глава 970. Сражение на шахматной доске

Ци Вань Цзе долго смотрел, но никак не мог понять, что происходит. В конце концов, такая расстановка шашек слишком отличалась от того, что он изначально помнил. Но он ведь шахматный король, хотя в его душу уже закрадывались сомнения. Несмотря на то, что в данный момент он всё ещё не понимал истинных намерений противника, но тем не менее он чувствовал, что две шашки в верхнем угле противника имеют большие перспективы. Когда мастера мерятся силами, даже маленькая оплошность в начале может привести к непоправимой ошибке. Ци Вань Цзе не посмел относиться к игре пренебрежительно, и поставил шашку между двумя шашками на стороне противника. Такая позиция угрожала обоим противникам, но, во всяком случае, так он разорвал пару шашек, поставив свою между ними.

Он хотел посмотреть какой шаг сделает Цзюнь Мосе.

Неожиданно противник никак на это не среагировал, и поставил шашку в правый нижний угол.

Ци Вань Цзе начал ещё больше сомневаться, ведь с самого начала приёмы противника казались странными и необычными, но, похоже, в этом был скрытый смысл. Если он действительно достойный мастер, сыгравший с непревзойдённым шахматистом Хуа Ву Цо, то Ци Вань Цзе стоит насторожиться.

Он ещё более осторожно сделал ответный ход. Оба делали свои ходы по очереди и, через пару минут уже стояли десять шашек, разбросанные в живописном порядке на шахматной доске. Ситуация с обеих сторон была примерно одинаковая. Цзюнь Мосе думал чрезвычайно быстро и стремительно ставил шашки. Каждый раз, когда он ставил шашку, Ци Вань Цзе воспринимал это как большую беду, поэтому он всё время ощущал странное чувство головокружения. Казалось, что скорость противника становится всё быстрее и быстрее, быстрее и быстрее. Как будто все его ходы уже были просчитаны соперником, и он делал ответные, даже не задумываясь…

Глядя на высокую скорость движений молодого господина Цзюнь, нежелающий отставать Ци Вань Цзе тоже немного ускорился…

Цзюнь Мосе вздохнул: хотя противник будто думал о своём, но основы мастерства были при нём, только он полагался на инстинктивную реакцию, и всё ещё не понял его тактику. Положение шашек на доске у обеих сторон было почти одинаковым…

Однако настоящее соперничество ещё не началось…

Все ходы в пределах их полей были уже сделаны, некуда было ставить новые шашки! Что действительно сейчас имело решающее значение, так это ходы вне их полей, которые могли бы дать невероятные результаты!

Ци Вань Цзе блестяще играл в шахматы и контролировал свои слабости!

Вслед за непрерывными хлопками, наблюдающие за игрой люди становились всё более и более напряжёнными. С виду партия в шахматы между ними двумя сильно отличалась от того, что все ожидали. Изначально все предполагали, что Мо Цзюнь непременно проиграет эту партию. Но ситуация складывалась иначе…

Талантливый обладатель непревзойдённой сущности в первой партии захватил инициативу. Каждый ход был сокрушительным, непрерывно придумывались оригинальные и хитрые ходы. Хотя все шахматные комбинации уже были известны ранее, но доведены до совершенства, тонкие и невероятно искусные. Молодой шахматный король Призрачного Дворца выглядел так, будто он постоянно проявляет чрезвычайную осторожность и вынужден принимать ответные меры. Хотя в какой-то момент казалось, что положение обоих игроков одинаково, но никто не возлагал надежды на Ци Вань Цзе…

На самом деле все были поражены сложившейся необычной ситуацией на доске.

«В мире действительно существуют такие гении? Неужели обладатель непревзойдённой сущности смог развить свои способности до такого уровня?»

Ци Вань Цзе, который находился в невыгодном положении, наконец обратил внимание на расположение шашек на доске перед ним. Он всё время лишь действовал в ответ и никогда не делал нападающих ходов, это действительно очень его разозлило! Именно эта злость заставила его внезапно прийти в себя и увидеть, что соперник побеждает. Ци Вань Цзе глубоко задумался на минуту, а потом вдруг решительно отказался от сложных комбинаций в левом нижнем углу, взял шашку и внезапно поставил в правый угол со стороны противника.

Этот ход словно подсказало ему само небо. На первый взгляд он кажется нелогичным, но если тщательно подумать, то можно понять, что это необходимый ход для нападения на противника! Хотя нижний левый угол был полностью пуст, но противник всё ещё был окружен тремя шашками, только так можно сформировать всесторонний контроль поля. Однако если его две шашки выбьют, положение на доске полностью будет разрушено! Так или иначе, ему трудно было сделать ход!

Поставив шашку, ситуация на доске мгновенно изменилась, все вокруг искренне восхищенно ахнули…

Цзюнь Мосе усмехнулся и подумал про себя:

«Неужели он наконец-то очнулся? Однако уже немного поздно…»

Чёрные шашки по-прежнему «летали», даже не задумываясь. Он выбил три шашки в нижнем левом углу и поставил одну свою, сломав тем самым ход «дракон» противника и сделав ответный, довольно сильный ход.

Ци Вань Цзе продолжил атаковать правый угол противника, хотя структура его хода «дракон» была под угрозой! Но если он собирался сдаться, чтобы спасти основание хода «дракон», тогда противник смог бы полностью запутать его тактику в пять или шесть ходов! К тому же, стоит ему немного расслабиться, и последствия будут невообразимыми. В конце концов, противник возьмёт на себя инициативу и займёт ключевую позицию на доске.

Ци Вань Цзе дрожал, он теребил в пальцах шашку и долго не мог сделать ход.

У противников был равный счёт, каждая шашка имела большое значение, любой ход нужно было тщательно продумывать. Если Ци Вань Цзе допустит небольшую ошибку, то проиграет!

Этот момент был очень мучительным для Ци Вань Цзе!

Он совершенно не ожидал, что в сегодняшнем сражении встретится с таким сильным противником! Он понимал: «Молодой господин не сдастся без боя! Ты ударишь мне в глаза, я задушу тебя насмерть, ты ударишь меня по ногам, а я тебя — в сердце!»

Так или иначе, совсем не важно, справедливо или нет, но он будет уничтожен!

Смельчак!

Все ходы Ци Вань Цзе были напрасны, потому что противник взял инициативу в свои руки с самого начала. Находясь в зависимом положении, он пытался разгадать его тактику, а соперник, наоборот, относился с безразличием. Если противник действовал жестоко, то и он делал убийственные ходы!

Прямо-таки талантливый человек встретился с простым солдатом, точнее и не скажешь!

Ци Вань Цзе подумал о том, чтобы сдаться, и его глаза постепенно покрылись красными прожилками! Руководствуясь текущим моментом, оставалось только досрочно объявить «ничью», и тогда, после того, как шашки перемешаются, снова попробовать переломить ситуацию, полагаясь на свои вычислительные возможности, ведь без риска нельзя одержать победу…

Подумав об этом, он больше не сомневался, с хлопком поставил шашку, все вокруг замерли!

Ци Вань Цзе поставил свою шашку прямо в структуре хода «дракон» Цзюнь Мосе!

В этот момент они оба выглядели как проигравшиеся азартные игроки, которые готовы поубивать друг друга за копейки! Если ты ударишь меня ножом, я не буду сопротивляться, но потом ударю в ответ!

Посмотрим, кто сможет продержаться до конца!

Цзюнь Мосе нахмурился, поднял голову и глубоко вздохнул. Он всё время наблюдал за шахматной доской и нисколько не отвлекался. В этот момент он неожиданно поднял взгляд, Ци Вань Цзе тоже невольно посмотрел на него. Но, увидев задумавшееся лицо Цзюнь Мосе, он внутри содрогнулся: «Неужели он не следит за игрой? О чём он думает? Разве сейчас есть что-то важнее исхода игры?»

Пока он размышлял, Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

— Вот что действительно странно: расположение шашек очень похоже. В тот день я ходил также. Брат Ву Цо, как выдающийся мастер, играл в шахматы замечательно, делал ходы уверенно, ни капли не сомневаясь. Он не рисковал и не надеялся на удачу, и в конечном итоге все мои наступления превратились в ничто… Сегодня у меня другой соперник и состояние души совершенно другое. В общем, ситуация пока складывается так, как мне нужно, посмотрим, ведь невозможно предсказать, кто победит…

Ци Вань Цзе встрепенулся и подумал: «Кажется, я и в самом деле не так хорош, как Ву Цо. Он мог вести себя спокойно, но мне приходится яростно сражаться в шахматы, поэтому настроения совсем нет!»

Размышляя об этом, он услышал, как Мо Цзюнь глубоко вздохнул, а потом тихо сказал:

— Доска — это небо, шашки — это звёзды, рассыпанные, как звёзды на небе, расставленные, как шашки на доске. Как красиво… Кто выиграет, значит, тот вовсе не уступает непревзойдённому шахматисту Хуа Ву Цо, но вот только… Кто же выиграет?

Ци Вань Цзе почувствовал, как бьётся его сердце, как будто кто-то держал кувалду и стучал по нему! Он только что пришёл в себя, как в мгновение снова потерял концентрацию.

«Неужели он считает, что я не смогу заполучить победу? Значит, мои способности в шахматах всё ещё далеки от Хуа Ву Цо… Мо Цзюнь очевидно намекает, что я не так хорош, как Хуа Ву Цо, это ясно из пренебрежительного тона. Очевидно, он сказал, что я не так хорош, как он, но его способности в шахматах не так уж велики… Если его способности в шахматах не так уж велики, почему я всю игру в невыгодном положении? Неужели с самого начала игры я попал в его ловушку, и он на самом деле просто хочет посмотреть, как я буду играть в шахматы на этом этапе, прежде чем сразиться со мной? Неужели этот человек действительно такой умный? Неужели я не так хорош, как он?»

Как только внезапно появляются такие мысли, их уже нельзя подавить!

Ци Вань Цзе посмотрел на шахматную доску, чувствуя внутри, что шансов на победу у него нет. Его высокомерие было разбито в мгновение ока.

В этот момент раздался звук удара, Цзюнь Мосе поставил шашку. Он по-прежнему наступал! Всё ещё применяя ходы «дракон» и «косуми» (в игре «го» — диагональный вид прочного соединения камней)!

Ци Вань Цзе услышал этот звонкий звук, но теперь его мысли путались, казалось, что он не только за тысячи миль отсюда, но и тысячи лет назад… Он чувствовал нереальность происходящего, будто время и пространство сдвинулись…

— О чём, чёрт возьми, ты думаешь? Ты можешь ходить быстрее? Ни к чему тянуть время! Ты в любом случае или выиграешь, или проиграешь, какой в этом смысл? Это просто игра в шахматы, а не рождение ребёнка, ну серьёзно… Я не могу терпеть! Обычно женщины очень медлительны. Как ты заполучил звание шахматного короля? — без малейшего снисхождения закричал Цзюнь Мосе…

У Ци Вань Цзе внутри всё затряслось, как будто он внезапно очнулся от своих снов, он поднял голову и растерянно посмотрел на Цзюнь Мосе. По выражению его глаз было понятно, что он в замешательстве и очень напуган…

Он снова посмотрел на расположение шашек на доске и понял, что находится в опасной ситуации. Соперник снова глубоко вздохнул, у него совершенно не было возможности выиграть…

Подумав об этом, он, наоборот, почувствовал снисходительность своего соперника, который не хотел его уничтожить и даже дал ему возможность сохранить свою репутацию… Только он нетактично снова тянул время…

В душе у него всё переворачивалось!

Глава 971. Шуанхуан

Теперь Ци Вань Цзе определённо проиграет эту партию, даже если вместо Мосе сядет кто-либо другой из всего Туманного Призрачного Дворца!

Он снова опустил голову и посмотрел на чёрно-белые фигуры на доске. Оттолкнув доску, Вань Цзе опустил голову ещё ниже и, чуть ли не рыдая, сказал:

— Я… я признаю своё поражение…

Многие из присутствующих были шокированы такими словами!

С самого начала игры можно было отчётливо увидеть, как Цзюнь Мосе давил на Ци Вань Цзе, и ему постоянно приходилось держать оборону без единого шанса на ответную атаку! Партия дошла лишь до середины, но исход игры был уже очевиден!

Эта партия достигла уровня жизни и смерти, как говорится, если рыба не попадётся, то сети будут разорваны!

Жизнь или смерть, победа или поражение — всё стало очевидным!

И Ци Вань Цзе сразу же сдался!

Если внимательно посмотреть на доску, можно увидеть, что чёрные фигуры находятся в значительном преимуществе и постоянно атакуют. А вот белые фигуры, пусть даже со своим прочным базисом, могли лишь держать оборону. Даже если бы у них появилась возможность для атаки, этим они всё равно не смогли бы повернуть игру в свою сторону… Ци Вань Цзе уже заранее просчитал все свои последующие шаги.

Так что зачем тянуть резину, если можно сразу признать своё поражение?

Ци Вань Цзе внезапно поднял голову, его взгляд был опустошённым, он сказал:

— Я ему не противник. На самом деле, эту игру не следовало даже и начинать, потому что я проиграл её ещё до её начала! Мысли о славе и выгоде во время игры — это шахматное табу! Если мои мысли и душевное состояние нестабильны, то, что говорить об игре? Брат Мо действительно просвещённый и умный человек, я признаю это и склоняю голову! Я признаю своё поражение целиком и полностью!

Цзюнь Мосе легонько вздохнул. Эта победа досталась ему нелегко, он потратил в этой игре больше сил и энергии, чем при битве с тремя Священными землями. Тем не менее этого и следовало ожидать.

С тех пор как Цзюнь Мосе начал рассказывать историю, Ци Вань Цзе ни разу не перебил его. Можно сказать, что с того времени исход был уже очевиден! Тем не менее Вань Цзе упорно продолжал вести борьбу до середины партии, опираясь на свои глубокие базовые навыки и хорошее стратегическое мышление!

Цзюнь Мосе намеренно разбудил внутренних демонов Ци Вань Цзе!

С того момента, как Вань Цзе вышел из толпы, Мосе сразу же понял, что это за человек и придумал, как его одолеть!

Этот человек гонится за славой! Более того, он лицемерен, а таким людям очень тяжело потерять над собой контроль!

Когда Цзюнь Мосе сказал Ци Вань Цзе, что он гений, дарованный небесами, и вундеркинд по части игры в шахматы, то тот не смог не возгордиться. Заносчивость — всеобщий недостаток молодых людей, за это его не стоит осуждать. В общем, эти хвалебные речи заставили Вань Цзе считать себя чуть ли не пупом земли.

В этом мире есть лишь один человек, перед которым Вань Цзе преклонит голову — это другой непревзойдённый шахматист — Хуа Ву Цо!

Другие, даже если сам Первый Шао вернётся в этот мир, абсолютно безразличны для него!

Поскольку Ци Вань Цзе никогда не совершенствовал свою Суань, у Мосе были развязаны руки: пусть он знал имя лишь одного непревзойдённого шахматиста, это всё равно не помешало ему сочинить прекрасную историю о непобедимом Хуа Ву Цо, чтобы хорошенько надавить на этого шахматного короля-молокососа!

Это только первый шаг всего плана: как только ему удалось подавить высокомерие Ци Вань Цзе, и дать понять, насколько велик разрыв между ним и Хуа Ву Цо, Мосе воспользовался моментом и сказал, что ему лично удалось сыграть одну партейку с этим непревзойдённым шахматистом, а силы обоих находились почти на равных… Такой рассказ, естественно, ударил по самолюбию Цин Вань Цзе ещё сильнее!

Затем, в нужное время, он «вытащил» те парные надписи, и пока Ци Вань Цзе всеми думами размышлял о второй из надписей, Мосе начал атаковать!

В то время Ци Вань Цзе уже сидел на противоположной стороне шахматной доски, и с виду всё казалось вполне нормальным, однако для самого Ци Вань Цзе наступил полный крах. Это было похоже на то, как человека, который серьёзно о чём-то задумался, вдруг кто-то громко окликнул… А тут ещё такая ожесточённая игра, где нужно применить свои хитрые стратегии и ловкие навыки… Разве в таком разрозненном состоянии сложно проиграть? Более того, в самый напряжённый момент игры нервы Ци Вань Цзе уже напоминали натянутую тетиву, которая вот-вот разорвётся. И тут Цзюнь Мосе снова упомянул о тех парных надписях.

Ци Вань Цзе принимал всё это близко к сердцу… И в результате, от волны чувств он потерпел полное крушение!

С самого начала Цзюнь Мосе начал расставлять ловушку, шаг за шагом позволяя Ци Вань Цзе провалиться в неё с головой!

Умения Цзюнь Мосе в шахматной игре не столь блестящи, как сказал Ци Вань Цзе, но его базовые знания о китайских шашках всё же сыграли здесь немаловажную роль. Ведь все его приёмы на самом деле уже превзошли всю пятитысячелетнюю историю Китая. Именно благодаря такой хитрости Ци Вань Цзе поверил в то, что Мо Цзюнь — действительно достойный соперник, как и Хуа Ву Цо! А с последующим планом Мосе у Вань Цзе не было и шанса на победу!

Даже если Вань Цзе смог бы противостоять собственным демонам, у молодого мастера на этот случай имелся свой козырь… Секретное оружие Мосе — это его умение контролировать чужое сознание. Обычный человек будет делать то, что ему прикажут, а Ци Вань Цзе как раз таковым и является! Минус лишь в том, что эту технику легко могут разоблачить другие мастера!

Во втором состязании победил Мо Цзюнь!

Мяо Сяомяо огласила этот результат с огромным облегчением, а все присутствующие вдруг замолчали и погрузились в тишину. По расчётам семьи Чжань, эти оба состязания должны были окончиться в их пользу, однако оба раза под натиском противника они потерпели поражение.

В чём будет заключаться следующее соревнование?

Те люди, что хотели помериться своими литературными талантами, услышав, как Мосе случайно прочитал отрывок стихотворения без заглавия «Видеться с тобой тяжело, но расстаться — ещё труднее» (1), тут же отказались от своей затеи! Сможет ли кто-то из них сотворить что-то лучше этого четверостишья?

Даже если бы кто-то и захотел бы помериться силами, Цзюнь Мосе было бы достаточно предложить формат фристайла… и тогда уж точно все бы растерялись и не стали навлекать на себя ещё больший позор… Мяо Сяомяо с улыбкой наблюдала за Мосе. Она уже не беспокоилась о нём, как раньше, и всё больше ощущала, что этот обладатель непревзойдённой сущности как раз таки в её вкусе. Сяомяо вспомнила о «Видеться с тобой тяжело, но расстаться — ещё труднее», а в её ушах вдруг нежным голосом эхом раздались строки песни «Плач похороненных цветов»… Сердце Сяомяо было готово выскочить наружу, она уже не могла сдерживать свои чувства… В этот момент никто даже и не заметил, что молодой шахматный король с разочарованным видом покинул шахматный стол. Похоже, что теперь об этом шахматном гении, некогда взорвавшем весь Туманный Призрачный Дворец своим невероятным талантом, даже и не вспомнят… Третье состязание ещё не началось, но все вокруг погрузились в гробовое молчание: братья Чжань обеспокоенно переглянулись между собой.

Оба прекрасно понимали, что если они бы сами вышли против этого чудака, то наверняка бы растерялись, ведь он явно ненормальный!

Кажется, что нет ничего, чего бы не знал, не понимал или не умел этот парень. Что это за человек, в конце концов? Говоришь, ты — обладатель редко встречающейся в мире непревзойдённой сущности, так почему ты не дорожишь ею и не совершенствуешь свою Суань, а растрачиваешь свой ум и энергию на что попало? В музыке и шахматах тебе нет равных, а отрывки твоих стихов напрочь отбивают у всех желание с тобой тягаться — ты точно человек? Наблюдая за прислугой, которая собирала шахматные фигуры со стола, Чжань Юшу вдруг встрепенулся — его осенила блестящая идея. Он сделал глубокий вздох и сказал:

— Прежде я уже когда-то слышал о непревзойдённом шахматисте с материка Суань по имени Хуа Ву Цо. Говорят, что он и правда никогда не проигрывал своему оппоненту! Этот человек был чётко организован и строго дисциплинирован! Даже обретя широкую славу, он ни капли не изменился — это редкость для нашего мира. Услышав сегодняшний рассказ брата Мо, я ещё больше зауважал этого невероятного шахматиста… Хуа Ву Цо, ай да молодец, достоин своей великой славы…

Этот парень был похож на скорбную женщину, которая зациклилась на чём-то одном и продолжала бормотать, не прекращая качать при этом своей головой.

Цзюнь Мосе не стал обращать на него особого внимания, ведь он знал, что Чжань Юшу специально притворяется и ждёт его ответной реакции. Но разве Мосе станет предоставлять ему такой удобный случай просто так? Он лучше подождёт и посмотрит, что этот дурак, в конце концов, будет делать дальше…

— Даа, непревзойдённый шахматист, да ещё и известный во всем мире! Он достоин звания выдающегося человека современности! — никто не ответил, и Чжань Юшу стало весьма неловко, так что Чжань Цинфэн, толком не понимая, что пытается сделать его младший брат, нехотя встал и поддержал разговор.

— Следующее состязание с братом Мо должно было пройти в формате литературного чтения, но я вдруг передумал, — Чжань Юшу улыбнулся и обратился к старшему брату.

Никто не проявлял ни малейшего интереса к происходящему, поэтому братьям оставалось лишь продолжить всё вдвоём, рука об руку. И хотя они оба улыбались, но в душе им всё же было очень некомфортно. Они чувствовали себя словно обезьяны на сцене…

— Ох, Юшу, что ты там опять затеял? — отклика от публики так и не последовало, поэтому Чжань Цифэн продолжил брать на себя всю инициативу, попутно проклиная всех вокруг:

«Эти уроды у меня еще попляшут после возвращения!»

— Я только что услышал интересную историю о непревзойдённом шахматисте Хуа Ву Цо и подумал: а не будет ли это слишком банально, провести следующее состязание в виде литературного чтения? Ещё раз поразмыслив над историей брата Мо, я вдруг придумал одну очень крутую идею, — с довольной рожей сказал Чжань Юшу.

— О? Серьёзно? Давай же, говори быстрее, что там у тебя за крутая идея? — никто так и не захотел поддерживать беседу, и Чжань Цифэн снова подыграл: «Твою ж мать, ну вы и сволочи!»

Оба брата даже и не догадывались, что их так называемые последователи, не просто не хотели отвечать или говорить, на самом деле все они находились под полным контролем Цзюнь Мосе!

Им сейчас не то, что говорить, им дышать-то было тяжеловато. Но в душе они были просто озадачены:

«Отчего я совсем не хочу разговаривать?»

В этот момент, даже если они просто будут поддакивать, то смогут заполучить расположение этих братьев… однако никто не мог и рта раскрыть… Странно…

(1) Стихи без заглавия — это такой жанр, чтобы выразить свою тайную мысль в завуалированном виде.

Глава 972. Чёрт возьми, да кому это вообще по душе?

— Брат Мо рассказывал, что шахматный король во время их совместной игры дал ему первое из дуйляней (1). Раз уж у нас сейчас не осталось никаких идей, то мы позаимствуем идею великого шахматиста и устроим с братом Мо состязание по дуйляням. Если брат Мо сумеет составить верную пару к нашему первому дуйляню, то мы признаем поражение. Разве так не будет быстрее и основательнее? — воодушевлённо сказал Чжань Юшу.

— Юшу, твоя идея действительно замечательна! — кивнул головой Чжань Цифэн: — Давайте так и сделаем!

Оба брата спелись как один, а остальные так и продолжали тихонько стоять на своих местах. Эти двое независимо от кого-либо сами озаглавили тему третьего состязания!

У всех присутствующих, включая Мяо Сяомяо и Цзюнь Мосе, промелькнула одна мысль:

«А не слишком ли это бессовестно? У такой наглости не то, что границ, у неё вообще ничего нет! Вы ведь сами совсем недавно говорили, что к этой надписи не подобрать пару, а теперь хотите создать препятствие другим с помощью неё? Как умно!»

— Да разве так можно? — лицо Мяо Сяомяо стало бледным от гнева: — Это Мо Цзюнь впервые заговорил о парных надписях! Ладно, если бы он предложил такую идею. Но вы всё, как обычно, перевернули в свою сторону и решили, что в таком ключе состязание пойдёт вам только на руку… Чжань Юшу, ты вообще что-нибудь о совести слышал, нет?

— Сестра Сяомяо неправа, — Чжань Цифэн улыбнулся и сказал: — Это великий шахматист Хуа Ву Цо дал эти надписи брату Мо, мы же просто хотим помочь ему поскорее отыскать для них парное высказывание, только и всего! Надеюсь, брат Мо понимает наши добрые намерения…

— Ха-ха… То есть, можно сказать, что таким образом вы делаете хорошее дело? Великий шахматист Хуа Ву Цо или же я и Мо Цзюнь, должны выразить вам свою благодарность? Ну что за безобразие! — ухмыльнулась Мяо Сяомяо.

— В этом нет необходимости. Нам всё равно на вашу признательность или благодарность. Пока брат Мо не придумает пару для этой надписи, желание великого шахматиста не будет достигнуто. Так что нам не важно, если мы проиграем и это состязание… — с нахальным видом сказал Чжань Юшу.

— Ваша бессовестность помогла мне посмотреть на всё совершенно другим взглядом! Вы действительно самые подлые и низкие людишки на всей планете! — презрительно сказала Мяо Сяомяо: — Семья Чжань теперь уж точно станет известной на весь Туманный Призрачный Дворец! Такое радостное событие надо отметить!

Как раз когда Юшу говорил про свой новый метод состязания, Цзюнь Мосе чуть было не рассмеялся.

«Твою ж мать, ну вы и гоните! Ты реально поверил, что я не смогу подобрать пару к этой надписи? Я её, блядь, из своего мира принёс, идиоты! Эта первая половина дуйляна, на первый взгляд, абсолютно не поддельна, но за пять тысяч лет китайской истории сменилось огромное количество великих талантов, которые не раз придумали этой надписи соответствующие пары. Так что теперь это совсем не сложно. А вы, тупые валенки, зря надеетесь на свою победу!»

— Степень вашей бессовестности и впрямь достигла высококачественного уровня, — усмехнулся Цзюнь Мосе. — Я рассказал вам историю, чтобы обсудить её… Но вы двое решили использовать её против меня… У меня просто слов нет, ай да молодцы! Я бы вам в ноги поклонился за вашу изобретательность… Но что-то неохота!

Чжань Юшу раскраснелся, а затем вдруг сделал своё лицо как можно высокомернее и сказал:

— Третье состязание будет на составление пары дуйляней! Тебе просто нужно будет подобрать соответствующую пару к нашей первой части: если получится — ты выиграл, а если нет — то, соответственно, проиграл. Всё очень просто! Итак, вот наша первая часть: «На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?» Прошу, великий гений Мо, подберите сюда соответствующую пару!

— Что за чушь? Я же уже сказал, что, когда Хуа Ву Цо дал мне это выражение, то я не смог подобрать к нему ничего! А теперь вы используете его, чтобы поставить меня в затруднительное положение, какой в этом смысл? И вообще, когда это выражение вдруг стало вашим? У вас реально нет ни капельки совести? Где ваши манеры привилегированных наследников богатого рода?! — Цзюнь Мосе посмотрел на обоих с негодованием и сильным возмущением.

— Что такое, неужто гений Мо струсил? — увидев, как прежде вечно спокойный обладатель непревзойдённой сущности вдруг вышел из себя, Чжань Юшу не мог не позлорадствовать. А про себя сказал: «Как же здорово, что ты подкинул мне эту хорошую идею! К этой фразе просто так не подберёшь пару, да ещё и за небольшое количество времени. Ему одному не справиться — прекрасный способ загнать этого придурка в тупик! Так или иначе, я не уверен, сможет ли здесь ещё кто-то составить тебе конкуренцию… На этот раз ты угодишь в яму, которую сам же вырыл! Ох, как же здорово!»

— Я не принимаю такой вид состязания! — с недовольным видом заявил Цзюнь Мосе: — Вы просто намеренно затеваете ссору!

— То есть… Великий гений Мо признаёт своё поражение? — спросил Чжань Цифэн.

— С чего это? Как я могу признать своё поражение? Как я могу проиграть? — Цзюнь Мосе показал силу воли и добавил: — Просто мне необходимо немного времени, чтобы подумать.

— Тогда, пожалуйста, не спеши и подумай, главное — успей до конца дня! Мы не торопимся и не хотим, чтобы люди потом говорили нам, что мы притесняли тебя! Времени у тебя достаточно! — самодовольно сказал Чжань Юшу: «Ты думал об этой фразе уже несколько лет, так как же ты сумеешь справиться с ней за оставшуюся половину этого дня?»

Обе стороны на мгновение замолчали, но затем вдруг послышался голос Цзюнь Мосе:

— Хм, я всё ещё чувствую, что всё это несправедливо! Вы ведь использовали мой рассказ, чтобы застать меня врасплох… Хаха, смешно, однако! — Цзюнь Мосе нахмурился. — Если бы не выгода, кто бы стал с вами вообще спорить?! Такие методы уже чересчур!

— Осмелюсь спросить, чего же тогда хочет наш гений Мо? — ухмыльнулся Чжань Юшу: — Можешь выдвинуть свои условия, главное — составь подходящую пару для этой фразы! И нет проблем!

«Что в твоей показушной силе? Ты ерепенишься только потому, что у тебя нет никакой надежды на победу. Я — огромный мастер в создании неприятностей, что бы ты там не сказал, я соглашусь на любые твои условия, ведь тебе не составить подходящую пару для этого выражения!»

— Я правда могу поставить свои условия? Прекрасно! На самом деле, мои условия очень просты. Думаю, вы оба легко с ними справитесь. Я просто хочу знать, как вы контролируете Линь Цин Иня. Почему он вдруг согласился выступить в состязании от вашей стороны? Что вы ему пообещали? Если я смогу составить подходящую пару для этого выражения, то я хочу, чтобы вы рассказали обо всех своих махинациях начистоту и публично! Не забывайте о нашем договоре на крови, именно он гарантирует каждому из нас достоверность и справедливость в этом пари! — Цзюнь Мосе улыбнулся. Он дал двум братьям неприемлемое для них «простое» условие.

Молодой мастер изначально не хотел придавать всему этому большое значение!

Цель его визита заключается лишь в дереве со Священными плодами. Мосе совершенно плевать на коварные замыслы семьи Чжань! Конечно, в их роду немало талантливых мастеров, однако им всё равно никак не попасть в лес Тянь Фа! Может, в Туманном Призрачном Дворце они и пользуются неограниченной властью, но в глазах Цзюнь Мосе эта семья вообще ничего не стоила!

Внутренний хаос в Туманном Призрачном Дворце не имеет к нему никакого отношения. Наоборот, чем больше хаоса, тем лучше — всё равно это никак не отразится на материке Суань!

Ничего страшного, даже если будет много смертей…

Но постоянное давление со стороны братьев Чжань всё же выбесило Цзюнь Мосе! Однако он всё ещё не мог выразить свою силу напрямую. Кроме того, даже если он раскроет свою силу, действия этих двух братьев исходят лишь из их личных побуждений и никак не относятся к их семье в целом. Так что нет никакого смысла разоблачать себя в порыве гнева…

Да и нужно думать о Мяо Сяомяо. После их встречи эта девушка с вуалью на лице постоянно помогала ему на каждом шагу. Если бы не она, боюсь, у Мосе не было бы даже имеющейся доли справедливости в виде кровного договора!

Мяо Сяомяо, будучи для Мосе абсолютно посторонним человеком, открыто выступила на его стороне, отдавая для этого дела все имеющиеся у неё духовные и физические силы. Разве это совершенно не волновало Цзюнь Мосе?

В настоящее время в Туманном Призрачном Дворце семья Мяо является полноправным хозяином. Так что даже если у семьи Чжань и есть какие-то коварные замыслы, то они в первую очередь будут направлены именно против семьи Мяо. Только свергнув семью Мяо, они смогут оказаться на самой верхушке иерархии!

Цзюнь Мосе сознательно принял помощь Мяо Сяомяо. Если он закроет глаза на все хитросплетения и замыслы семьи Чжань, то это пойдёт вразрез с его моральными принципами и совестью.

И сейчас Чжань Юшу как нельзя кстати разрешил выдвинуть ещё одно условие. Так сказать, толкнув лодку по течению. А Мосе просто притворился дурачком, который ничего не понимает.

На самом деле, молодой мастер прекрасно понимал, что братья Чжань не станут рассказывать о своих скрытых методах и средствах. Единственное, что он хотел — это получить их согласие. Ведь если Мосе победит, не важно — расскажут потом эти олухи о своих секретах или нет, результат всё равно не изменится.

Стоит Мяо Сяомяо только заикнуться о сегодняшнем деле, и семья Мяо возьмется за семью Чжань уже на более высоком уровне! И им будет уже сложнее претворить в жизнь все свои тайные интриги и козни…

Но кто из живущих стариков этих семей сможет проглотить обиду и не дать сдачи? Кто из них неприхотлив и уживчив? Эти стариканы были выращены в условиях заговоров и коварных расчётов…

Поэтому Цзюнь Мосе и предложил это условие, которое, похоже, не имеет ничего общего с ним, но чрезвычайно важно для семей Чжань и Мяо!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу одновременно замерли от неожиданности.

«Зачем это ему? Он что-то заметил или же намеренно пытается избежать этого состязания? И каково практическое значение этого условия? Не говори, что ты не сможешь составить пару к первой половине дуйляня… а даже если по счастливой случайности у тебя и получится это сделать, то мы просто отвергнем твой ответ, категорически откажемся его принимать! И что же ты сможешь нам сделать? Или здесь таится ещё какой-то смысл? Единственное, что сейчас важно — это клятвенный договор на крови! Ты хочешь подписать его снова?!»

(1) Парных полотнищ с каллиграфическими надписями.

Глава 973. Победа!

Чжань Юшу с недоверием посмотрел на Цзюнь Мосе и, внезапно рассмеявшись, сказал:

— Мо Цзюнь, а может, ты нарочно? Ответив продолжение этой парной надписи, ты, как назло, сболтнёшь какую-нибудь чепуху, чего ты пытаешься добиться, выдумывая свои коварные махинации? Хочешь оклеветать нашу семью Чжань?

Цзюнь Мосе фыркнул:

— Оклеветать вашу семью? Это называется «вы выдвинули мне условия, и я в ответ выдвинул свои»! Если решили согласиться — так соглашайтесь, нет — так катитесь к чёрту, к чему менять тему разговора? По быстрому дайте ответ, и не заставляйте меня ещё больше презирать вас!

Братья Чжань переглянулись, и Чжань Юшу шёпотом произнёс:

— Письменный язык быстрее всего, брат, как ты смотришь на это?

Глаза Чжань Цифэна сверкнули, и он сказал:

— Это с виду «простое» условие — вовсе нешуточно. Похоже, что выдвинутое им условие не имеет никакого отношения к нему самому, однако фактически своим условием он хочет ударить по нашему уязвимому месту. Если мы согласимся на это условие, и на случай, если соперник скажет правильный ответ — тогда успешное будущее всех людей, которых мы сюда сегодня пригласили, будет похоронено раз и навсегда. К тому же после этого наша семья Чжань будет испытывать трудности во всех делах… Талантливых рук с нами станет меньше, потому что никто не захочет опасаться, что в любой момент может оказаться преданным своим же хозяином…

— Я тоже думал об этом на тот случай, если он специально этим самым пытается поставить нас в тяжёлое положение? Если мы с лёгкостью пропустим эту партию… Боюсь, шансы на победу в последующих партиях довольно неопределенны, если вот так проиграть, все наши планы пойдут насмарку, и ещё нам придётся столкнуться с его условиями… А значит, наша репутация будет разрушена… — Чжань Юшу обеспокоено сказал.

Нахмурившись, оба брата обсуждали, как им быть дальше. Внезапно Чжань Цифэн сказал:

— Юшу, мы не можем не согласиться на это, но если согласимся, нам придётся, что называется «отдать ладью, чтобы спасти короля». Юшу, ты молод, у тебя всё ещё впереди, тебе не стоит беспокоиться об этом деле. Оно совершенно тебя не касается, если он и ответит продолжение этой парной надписи, я сам выступлю с объяснениями, это ведь только на моей совести, и не имеет никакого отношения к нашей семье… Я пожертвую собой ради этого, думаю, в этом нет ничего страшного!

— Брат, да что ты такое говоришь? Всю кашу заварил я, с какой стати ты должен быть козлом отпущения? — в конце концов, Чжань Юшу был на самом деле молод и неопытен. Услышав, как старший брат храбро хочет пожертвовать собой, кровь в его жилах в миг забурлила, и он на эмоциях вскричал: — Кто и должен отдуваться за это дело, так это я! Какое это имеет отношение к тебе?

— Тогда… как скажешь, — Чжань Цифэн, немного поколебавшись, тут же согласился, и, вздыхая, сказал: — Только… я волнуюсь за тебя, братишка. Однако всё же я уверен в твоих словах, этот Мо Цзюнь способен только на махинации, и не сможет придумать достойного продолжения! Он в прошлый раз не смог, неужто за такой короткий срок у него вдруг получится?

Чжань Юшу был импульсивен, и сказал, не подумав, но сейчас же он сожалел о своих словах. Он и подумать не мог, что его родной старший брат без колебаний и долгих раздумий толкнёт его прямо на край пропасти!

В этот момент Чжань Юшу показалось, словно он угодил в ловушку. Будто бы его брат вырыл яму, и он по своей воле ступил в неё. Затем, приняв несчастный вид, он спросил сам себя…

«И это мой старший брат, которым я восхищался и гордился всю свою жизнь?»

В тот же миг Чжань Юшу почувствовал, словно съел дохлую крысу, и его чуть не стошнило от этого чувства…

— Мо Цзюнь, я согласен на твои условия, и также согласен на клятву кровью, — Чжань Цифэн усмехнулся, и посмотрел на Мосе. — Стало быть, сейчас ты должен продемонстрировать свой неповторимый литературный талант!

Цзюнь Мосе опешил, и еле подобрав слова, с трудом сказал:

— Твою мать, даже на такие жёсткие условия вы тоже готовы согласиться? Вы не боитесь, что вашу семью Чжань ждёт поражение?

Чжань Цифэн с холодной усмешкой сказал:

— Если такой ценой у нас получится заставить обладателя непревзойдённой сущности потерпеть поражение, мы считаем, что это стоит того! Мо Цзюнь, неужто ты собрался время тянуть? Быстро говори вторую часть надписи!

— Эм… — на лице Цзюнь Мосе появилось выражение человека, оказавшегося в безвыходном положении. Он почесал голову, и спросил: — Эм… а эта… первая часть надписи, как она звучит?

Оба брата стали ещё более уверены в своей правоте:

«С ним всё кончено!» - они невольно радостно рассмеялись.

— На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их? — Чжань Юшу тотчас же позабыл о своём горе, и с выражением произнёс.

— На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки… звёзды — как ловушки… — Цзюнь Мосе, задумавшись, несколько раз повторил одно и тоже.

Он всё больше хмурился, а его лицо всё сильнее мрачнело…

Мяо Сяомяо вздрогнула:

«Ты непременно должен сказать продолжение! Если не скажешь — тебе конец, все твои прежние успехи обратятся в пыль, а исход просто трудно себе представить…»

Глядя на растерянный вид обладателя непревзойдённой сущности, всем присутствующим даже стало жаль его: такой необыкновенный талант появляется раз в несколько тысяч лет, и сейчас он на их глазах затягивал петлю на своей собственной шее…

Такой исход заставил всех горестно вздохнуть от переживаний. Цзюнь Мосе медленно сделал два шага, потом остановился, запрокинул голову, и погрузился в глубокие размышления. Потом покачал головой, пробормотав «Нет, это не подходит!», потом снова продолжил медленно двигаться, раздумывая над ответом.

Улыбки на лицах Чжань Юшу и Чжань Цифэна становились всё шире и шире, они почти уже были готовы засмеяться, глядя на расстроенный взгляд Мо Цзюня, словно он был диким зверем, загнанным в ловушку охотником.

Вдруг раздался возглас:

- Есть!

Цзюнь Мосе громко вскрикнул, делая вид, что стирает рукой пот со лба, он произнёс:

— Чуть не произошла неприятность, но, главное, я всё же додумался. На самом деле, это пустяки, я понял главную суть и всего-то! Как досадно, что в прошлый раз я не смог додуматься до этого!

— Додумался? Как же конкретно звучит вторая часть этой надписи? Говори скорее, Мо Цзюнь, я тебе скажу, я большой знаток в парных надписях! Ты должен придерживаться абсолютной ясности, если будет выполнено неаккуратно, ты тоже проиграешь! — Чжань Цифэн рассмеялся, и специально так сказал, дабы увеличить нервное напряжение Цзюнь Мосе.

— Ты уже хуйню несёшь! Парность построения надписей должна быть выдержанной и устойчивой. Небо против земли, дождь против ветра, материк против воздушного пространства… Главное — уловить суть, и всё будет ясно. Вторая часть этой парной надписи звучит… — Цзюнь Мосе специально выдержал долгую пазу, и медленно произнёс: — Земля — это лютня, дорога — это струна, кто осмелится сыграть?

Бам!

Весь зал в тот же миг пришёл в движение. Невероятно! Действительно невероятно!

«На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?

Земля — это лютня, дорога — это струна, кто осмелится сыграть?»

«Небо и земля, шахматная доска и лютня, звезда и дорога, шашки и струны… Кто способен сделать ход? И кто осмелится сыграть?»

Каждый иероглиф был подобран мастерски, просто безупречно!

Размах первой и второй надписи такой же надменный и высокомерный, такой же… пренебрежительный!

Если кто-то скажет, что эта надпись не соответствует, значит, в этом мире никогда и не было таких искусных надписей…

Вмиг все присутствующие уставились на Цзюнь Мосе. Что он за человек, в конце концов? Нечистая сила, оборотень, настоящее чудо! Мяо Сяомяо с горящими глазами смотрела на Мо Цзюня и не сводила с него взгляда. Она испытывала радостное потрясение, и не могла найти слов, чтобы что-нибудь сказать.

Она очень сильно переживала за него, а сейчас была по-настоящему потрясена его превосходным высказыванием! Это волнение ни с чем нельзя было сравнить!

«Он в самом деле сам додумался до этого? Я не сплю, нет? Почему он такой крутой? Отчего он такой удивительный? Оххх, я… я просто…»

Её глаза сияли, словно она увидела своего любимого киноактера…

Вытирая пот со оба, Цзюнь Мосе усиленно делал вид, словно ему было очень страшно и трудно:

— Эта надпись не давалась мне несколько лет, я всё никак не мог придумать продолжение для неё, и вдруг неожиданно после слов братьев Чжань, в условиях уникального давления, в конце концов, я смог справиться с этим испытанием! Можно сказать, я ещё должен сказать спасибо братьям Чжань! Ха-ха-ха-ха, вот так повезло!

После этих слов у всех присутствующих поменялось выражение лица.

Хотя Мосе не хвастался, однако это выглядело как-то странно…

Радость с лиц братьев Чжань исчезла без следа. С мертвенно-бледными лицами они обменялись беспомощными взглядами.

Они были до смерти расстроены!

Ещё секунду назад они со злорадством смеялись над несчастным Мо Цзюнем, который вот-вот должен был угодить в собственную ловушку, сейчас же всё совсем поменялось! Они пребывали в полнейшем отчаянии!

— Осмелюсь спросить, как вам моё продолжение? Достаточно хорошая работа? — скромничая, спросил Мосе.

Чжань Цифэн, почти оцепенев, нехотя кивнул.

Что до Чжань Юшу, у него не было сил даже кивнуть, он был слишком опечален.

— В таком случае, молодые господа Чжань должны дать мне развёрнутый ответ, и всё объяснить, верно? — Цзюнь Мосе загадочно усмехнулся и добавил: — Прошу вас не забывать, вы поклялись своими предками и своими потомками, клятва — это удивительная вещь… Кто знает, когда условия её заключения смогут осуществиться? Разумеется, если вас не интересует это, вы можете не выполнять условия договора.

— Мы признаём поражение! — лицо Чжань Юшу то краснело, то бледнело. Он хотел отпираться до последнего, однако, услышав про клятву, притом, что столько людей были свидетелями этого договора, понял, что всё отрицать бесполезно! Это преступление может затронуть славное имя их предков и будущих потомков. — Семья Лин Цин Иня — известный род музыкантов. Хотя они большие специалисты в теории музыки, своего бизнеса они не имеют. Семья находится в состоянии упадка и движется к полному разорению, а наша семья Чжань сейчас скупила больше половины музыкальных заведений. То есть, если они хотят выжить, они должны слушать наши приказы. Я устроил парочку неприятностей для их коллег по музыкальной стезе, а дальше — всё ясно… — слова Чжань Юшу вызвали большой резонанс. Он, стиснув зубы, продолжил: — От начала и до конца об этом знал только я один. Если бы кто-то из нашей семьи узнал об этом, несомненно, мне не позволили бы так поступать…

Глава 974. Неожиданный выигрышный ход!

— С Ци Вань Цзе было ещё проще. Ци Вань Цзе был ослеплён богатством и славой, и, несмотря на то, что обладал статусом короля шахмат Призрачного Дворца, ему по-прежнему было мало этого. Я пообещал ему должность в шахматном обществе Призрачного Дворца, большую усадьбу в Городе Сердечных Грёз, четырёх красавиц-наложниц и сто тысяч лянов золота! Ещё дал гарантию, что молодая особа из семьи Ли, в которую он был страстно влюблён, станет его женой… Он сразу же и приехал сюда, дав мне обещание, что во чтобы не стало разобьёт Мо Цзюня, притом не один раз… — Чжань Юшу всё подробно выложил.

Стоявший посреди толпы Ци Вань Цзе моментально побледнел. Губы его дрожали, со всех сторон на него бросали презрительные взгляды… Он понял, что после сказанного Чжань Юшу, его дальнейшая судьба решена!

С ним всё кончено!

Его старания и усилия, прежняя слава и почёт — всё это уже не имело никакого значения на данный момент. Всё это стало историей и не более! В глазах у Ци Вань Цзе потемнело. Лицо стало мертвенно-белого цвета, изо рта внезапно вырвался горестный вздох, и он потерял сознание…

Все присутствующие уже больше не воспринимали Ци Вань Цзе как «короля шахмат», они пребывали в настоящем ужасе от правды, которую поведал им Чжань Юшу!

Цзюнь Мосе предполагал, что всё выйдет именно так, Чжань Юшу действительно взял всю ответственность за проделанное на себя, категорически отрицая любую связь с семьёй Чжань. Он даже отвёл от подозрений Чжань Цифэна. Он в самом деле обладал недюжинной храбростью. Из его рассказа все были уверены, что только он причастен к этим махинациям, и семья Чжань не имеет даже малейшего отношения к этому!

При таких обстоятельствах, несомненно, довольно трудно добиться такого эффекта, это просто невероятно!

Лицо Чжань Цифэна, который стоял с другой стороны, немедленно застыло, он пристально смотрел на своего младшего брата! Потом он резко рванул вперёд, и отвесил суровую пощёчину Чжаню Юшу, после чего яростно взревел:

— Скотина! Ты посмел совершить такой подлый поступок? Репутация нашей семьи, над которой мы работали множество лет, будет разрушена из-за такого мерзавца, как ты? Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Как ты мог совершить такой гнусный и бесстыдный поступок?

Из уголка рта Чжань Юшу просочилась капля крови! Пощечина застала его врасплох, он не ожидал, поэтому и свалился прямо на землю от силы удара.

Чжань Цифэн громко и с сожалением в голосе ругался, вены на его лбу были напряжены до предела, было похоже, что он пребывал в состоянии неудержимой ярости! Спустя немало времени, он, наконец, вздохнул и произнёс:

— Какое несчастье! Горе нашей семье… Чжань Юшу, ты подорвал устои нашей семьи Чжань, окунул репутацию семьи лицом в грязь… Я не одобряю твоего поведения… Хотя я в силах лишить тебя всех полномочий, всё же это не значит, что тебе удастся избежать наказания со стороны семейного совета! Я внимательно прослежу за тем, чтобы по возращению домой ты обязательно объяснился перед старейшинами! Никому не позволено подрывать семейные устои Чжань!

Мяо Сяомяо отстранённо наблюдала за происходившим. За тем, как младший брат взял всю вину на себя, а старший, с лицом, полным высокой принципиальности и бесстрашия, резко отчитывал его за проделанные им махинации… Внезапно вся эта постановка показалась ей дико смехотворной. Сначала она была потрясена, а сейчас ей стало смешно. Такая мимолетная смена чувств даже не удивила её.

Такими приёмами нельзя обмануть даже настоящих простофиль, не говоря уже об высокообразованных и интеллигентных людях, собравшихся здесь. Пусть даже если их не разоблачат в тот же самый момент, самое большое — пара человек поверит в это представление! Они что, считают весь мир — это сборище кретинов, и только они, два брата-акробата, дохуя умные?!

Если не учитывать мощную поддержку семьи Чжань, и известность Чжань Юшу, как младшего наследника семьи Чжань. Он не более чем обычный молодой человек двадцати лет от роду. Как, основываясь только на своих незначительных силах, он мог угрожать известному роду? И пообещать Ци Вань Цзе столько всего? Всё это далеко выходит за рамки того, что в состоянии позволить себе Чжань Юшу!

Очевидно, что развернувшееся на наших глазах «разоблачение» Чжань Юшу, не более чем представление, которое спланировали оба брата.

Все были знакомы с обликом и характерными манерами семьи Чжань, актёрская игра Чжань Цифэна сразу бросалась в глаза, это было невозможно не заметить!

Подавляющее большинство людей, разумеется, не верило, что Чжань Юшу мог в одиночку провернуть всё это, однако, тем не менее они вряд ли были в состоянии тут же на месте разоблачить его. К тому же немало человек не по совести били себя в грудь кулаком, утверждая, что всё это — действительно правда. Чжань Юшу действовал сам, и семья Чжань не имеет никакого отношения к этому!

Мяо Сяомяо же думала вот о чём:

«Семья Чжань в самом деле тщательно всё продумали… Даже один Чжань Юшу смог задействовать столько ресурсов и возможностей, он не пожалел даже себя ради сохранения планов семьи… Такой ум, такая решимость… поистине нешуточные! Если посмотреть с другой стороны, сколько подобных людей есть в семье Мяо? Если Чжань смогли подкупить Ци Вань Цзе и Лин Цин Иня… в таком случае, не могли ли они поступить точно так же и с остальными? Они действуют решительно, не брезгуя никакими приёмами, что, если они… Мне вряд ли под силу полностью понять их скрытые намерения, однако после своего возращения домой, я обязательно должна доложить об этом дедушке и отцу. Благодаря своему богатому жизненному опыту, они, несомненно, смогут разглядеть их тайные цели, или вообще… проанализировать эту информацию так, чтобы найти слабые стороны семьи Чжань…»

В третьем туре семья Чжань понесла поражение, а обладатель непревзойдённой сущности добился победы. К тому Чжань Юшу почти распрощался со своей репутацией! Такой исход заставил прежде рвавшихся в бой других участников значительно успокоиться, теперь они хранили полное молчание.

Сейчас все поняли: обладатель непревзойдённой сущности Мо Цзюнь — не только настоящий гений, но ещё и очень жестокий человек, с которым лучше не связываться! Изначально он прикидывался деревенщиной и полным недотёпой, однако с каждым последующим шагом он наносил удары по самым жизненно важным центрам своих соперников! Поздравляю вас, теперь вы в заднице, придурки!

Можно сказать, что у него была одна характерная особенность, он был немного мелочным и мстительным: тот, кто наносил ему удар, обязательно должен был получить мощную ответку! Всё это происходило так моментально и быстро, что у людей вставали волосы дыбом от неожиданности!

Он никогда не начинал провокацию, однако всегда был готов нанести ответный удар!

Спокойно пережив атаку соперника, он приступал к мощному ответному нападению!

Непременно — удар!

Причём такой невероятный удар, после которого у соперника нет и шанса на то, чтобы отразить его, только полное сокрушительное поражение!

Даже оба брата Чжань не смогли стать исключением из правил!

Какой огромной уверенностью и духовными богатствами нужно обладать, чтобы добиться такого могущества?

Пожалуй, этого и то недостаточно, как минимум необходимы удивительная наблюдательность, безупречный и полный контроль над ситуацией…

Он непременно должен обладать всеми этими качествами!

Такой человек достоин звания обладателя непревзойдённой сущности!

Как продолжать состязание с таким удивительным героем?

Кажется, нет никого, кто бы осмелился продолжить это!

Это понимали члены жюри и сами братья Чжань…

До сих пор все считали, что обладатель непревзойдённой сущности безупречен только в вопросах, связанных с совершенствованием Суань, но вряд ли также идеален в других аспектах, разве человек может быть идеален во всём?

Тем более он вряд ли может быть всезнающим!

Однако неумолимые факты говорили сами за себя! Они в самом деле столкнулись с гением невероятной высоты!

Мо Цзюнь располагал посредственным уровнем совершенствования, и как раз наоборот на достаточно высоком уровне разбирался в разного рода прикладных науках…

Для человека, главным делом жизни которого является совершенствование Суань, нет ничего хуже состязания в игре на музыкальных инструментах, живописи, литературе, шахматах и подобного рода навыках, однако с таким человеком как Мо Цзюнь, система дала сбой. В музыке он заслуживал звания большого специалиста, в шахматах он смог обыграть опытного шахматиста, и к тому же обладал незаурядными успехами в литературном искусстве, был сообразителен и находчив, никому не уступая!

Они пытались строить козни против него, он точно так же строил козни против них!

«Это человек в самом деле достоин слов старейшин, разгадать его не так просто!»

Лицо Чжань Юшу опухло. Несмотря на злость где-то внутри, он всё же был сильнее озабочен исходом состязания! Он сидел в углу на стуле с удручённым видом. Казалось, он был в отчаянии, однако он шёпотом обратился к своему старшему брату:

— Он довольно умён и находчив, и очень хорош в подобных прикладных знаниях. Если мы продолжим следовать тому же методу состязания, боюсь, он снова нас обойдёт. Нам остаётся приступить только к неожиданному выигрышному ходу!

— Неожиданный выигрышный ход? — пробормотал Чжань Цифэн, и его лицо просияло.

— Он — выходец из бедных, и никогда не был знаком со стандартами жизни богатых семей! Возможно, он эрудирован и умён, но в душе он вовсе не представитель аристократической молодёжи! — взгляд его был притуплён и смотрел на землю, однако в голосе, который доносился до ушей Чжань Цифэна, было достаточно коварства. Чжань Юшу понимал, что обычными способами они не смогут победить его. — В таком случае, нужно использовать против него то, о чём ему известно меньше всего!

— Например? — Чжань Цифэн ещё больше взбодрился.

— Например… то, чем чаще всего увлекается аристократическая молодёжь… Это, несомненно, выходит за пределы его познаний! Такие увлечения, как собачьи бега, петушиные бои, посещение публичных домов… — Чжань Юшу фыркнул: — Другими словами, азартные игры… проститутки… кулачные бои…

— Азартные игры… Проститутки… Кулачные бои… — Чжань Цифэна внезапно осенило.

— Состязаться в посещении проституток, разумеется, не получится. Однако азартные игры, собачьи бега, бои сверчков, петушиные бои, бои Священных животных — всё это можно использовать против него! Тем более одержать победу. Пусть мы не обладаем талантом и эрудированностью, как у него, но неужто у нас совсем нет никакой удачи? Неужели ему будет везти на протяжении всей жизни? — Чжань Юшу усмехнулся.

— Из намеченных нами семи этапов состязаний: игра на цине, шахматы, каллиграфия, живопись, поэзия, вино, чай — три из них мы уже проиграли. Что касается поэзии — исход и так уже известен, с каллиграфией тоже всё ясно. В таком случае, что насчёт живописи и вина? И если ещё добавить азартные игры? — неуверенно спросил Чжань Цифэн.

— Нет! Состязаться в вине и живописи бесполезно! Глядя на его успехи в поэзии и музыке — живопись, наверняка, не исключение… А люди, которые много читают, хорошо осведомлены в выборе вина… Лучше отбросить эти варианты, и остановится на более выигрышном! — Чжань Юшу резко ответил: — Остановимся только на двух! Азартные игры и бои Священных животных!

Глава 975. Везение в денежных делах!

Чжань Юшу довольно улыбнулся:

— Прежде всего он — нищий прощелыга и деревенщина! Такие развлечения, как игры на деньги, для него — тёмный лес! Если даже ему повезёт, и он сможет выиграть этот тур, у нас ещё останется бой Священных животных! Хотя петушиные бои, собачьи гонки и бои сверчков — тоже из ряда забав для «золотой молодёжи», однако они часто встречаются, и многим знакомы. Чтобы уж перестраховаться, мы будем использовать самый высокий уровень из подобных боёв! Бой Священных животных!

— Два решающих состязания: игра на деньги и бой Священных животных? Отличная идея! — настроение Чжань Цифэна моментально улучшилось.

Идея Чжань Юшу была жестокой и безжалостной!

Всем известно, что такие благородные занятия, как музыка, живопись, поэзия, каллиграфия и шахматы вырабатывают высокие моральные качества и развивают художественные вкусы, а такие забавы, как игры на деньги, петушиные бои, собачьи гонки и бои сверчков — это пристрастия бездельников и лодырей. Чтобы овладеть благородными занятиями на достойном уровне, нужно приложить немало усилий, требуются занятия с репетиторами и строгая дисциплина. Как правило, молодые люди, которые придерживаются подобных принципов, не имеют возможности соприкоснуться с нездоровыми и развращающими пристрастиями, как азартные игры и бои животных бойцовских пород.

Эти вещи принадлежат совершенно разным мирам!

Говорят, что Мо Цзюнь родился в не очень состоятельной семье, следовательно, изучив столько наук, он наверняка исчерпал весь свой потенциал, у него просто не могло быть возможностей вести сытую веселую и беззаботную жизнь…

Несомненно, это просто нереально!

В этом мире не может быть человека, который бы был хорош во всём, совмещая в себе и добродетель, и порок!

Чжань Цифэн был уверен в этом, а потому, успокоившись, улыбнулся.

Он сделал шаг вперёд, и со смехом сказал:

— Брат Мо, в самом деле, настоящий гений! Одна победа за другой, я преклоняюсь перед вами! Я не хочу надолго задерживать брата Мо, а потому предлагаю провести всего лишь два решающих состязания! Если брат Мо проиграет, условия пари непременно будут приведены в исполнение, как вам?

— Какие конкретно состязания? — спросил Цзюнь Мосе. Глядя на притворную улыбку Чжань Цифэна, он был уверен, что они задумали какую-то подлость.

— Первый этап! Игра на деньги! — слова Чжань Цифэна шокировали всех присутствующих. Всегда интеллигентный и манерный молодой господин Чжань предложил решить спор с помощью азартной игры на деньги.

«Я… я не ослышалась? Или, может, я просто во сне, почему события сегодняшнего дня настолько шокирующие?!» — Мяо Сяомяо тоже очень удивилась, однако, спустя несколько мгновений, поняла, чего всё-таки добиваются братья Чжань. Брови красавицы поднялись от возмущения, и она выругалась:

— Подлецы!

— Азартная игра? — Цзюнь Мосе нахмурился: «Эти ребята что, узнали, кто я на самом деле, и решили подхалимничать передо мной? Отчего они решили состязаться со мной в том, в чём я действительно силён? Прямо каждое состязание мне по душе! Я уж думал, они решат соревноваться со мной в искусстве каллиграфии… Разумеется, в этом я тоже неплох, но, однако, далёк от настоящего профессионала… У вас там мозг есть вообще? Я же мужчина, соревновались бы со мной в шитье, что ли, или поставили мне в соперники женщину на сносях… Разве тогда бы мне не пришлось признать своё поражение? Вы же, наоборот, предлагаете мне сразиться в одной из самых близких мне областей… После этого, скажите мне сами, вы умные, нет? Или, может, вы в сговоре со мной? Только вот я что-то не припомню такого!»

— Да, верно! Азартные игры! Играем мы вдвоём, каждый ставит банковский чек на десять миллионов лян. Число партий ограничено до двадцати. Чтобы победить, надо отыграть деньги соперника! — Чжань Цифэн не сводил глаз с Цзюнь Мосе, опасаясь, что снова выбрал испытание, в котором у его соперника есть преимущество. Хотя это было маловероятно, но Чжань Цифэн всё же продолжал пристальное наблюдение за Мосе.

Наконец, он расслабленно выдохнул: на лице его соперника было выражение неподдельного изумления. Стало быть, Чжань Цифэн не просчитался, и предложенная им идея выходила за рамки ожидаемого господином Мо…

«Просто отлично!» — Чжань Цифэн попытался незаметно улыбнуться. Он уже всё просчитал. На этот раз его точно ждёт только победа!

Однако он не подозревал, что изумление Цзюнь Мосе было вызвано отнюдь не тем, что он не умеет играть в подобные игры, а наоборот, он очень хорош в азартных пари… Исход этого состязания уже был предопределен!

— Как конкретно будет проходить игра? — спросил Цзюнь Мосе, представившись профаном: — У каждого по карте, потом вскрываемся и сравниваем размер?

Чжань Цифэн рассмеялся: «Да он настоящий лошара!»

— Нет! Мы будем бросать по три кубика. Количество очков решит исход игры, — Чжань Цифэн очень спокойным и серьёзным тоном произнёс: — Всего будет двадцать партий, каждая партия — один миллион. Если ты проигрываешь, то проигрываешь всё подчистую.

— Это легко, это я умею! — Цзюнь Мосе не терпелось приступить. — Однако я очень много лет не играл в подобные игры… А кстати, господин Чжань, я вам не говорил, что мне особенно везёт в денежных делах? Бешеные деньги — это прям моя стихия! Так что прошу не рыдать, когда я обыграю вас! Здесь всё-таки столько людей, нельзя же так позориться… Эм, одна партия — один миллион… Но у меня нет денег для ставки, где мне взять столько денег? Что, если я вернусь, и попрошу Шенхуана Цао одолжить мне?

— Я тебе одолжу!

Это фраза вырвалась из уст сразу двоих людей: Чжань Цифэна и Мяо Сяомяо. Отличало их только то, что в голосе Чжань Цифэна слышалось дикое желание расправиться с Цзюнь Мосе, в голосе Мяо Сяомяо были только беспокойство и тревога.

— Поскольку барышня Мяо доверяет мне, тогда я на время одолжу у неё десять миллионов. Если я одержу победу, верну вам в удвоенном размере, — раз уж Мосе уже и так был в долгу перед Сяомяо, он был не против увеличить свой долг ненамного.

«Так или иначе, я всё равно буду должен вернуть этот долг в двукратном размере. Если удастся избавить ваш Призрачный Дворец от угрозы в будущем, стало быть, отблагодарю подарком за подарок!»

На столе появились кости, и все застыли.

***Спустя некоторое время***

Чжань Цифэн оцепенело смотрел на пустой стол перед собой, и на кучу чеков перед Мо Цзюнем. Он был на грани сумасшествия! Предсказание Цзюнь Мосе сбылось, он практически плакал!

Он и сам не понял, как всё проиграл! В голове Чжань Цифэна была пустота!

Первые несколько партий всё складывалось в его сторону, он почти обыграл соперника, у него оставалось два последних миллиона лян. Восемь партий подряд ему удавалось одерживать победу, исход был практически очевиден. Он сам высмеивал Мо Цзюня, что его «особое везение в денежных делах» дало сбой, сегодня ему не видать бешеных денег, все их заберет он!

Ещё две партии, и можно включать победный гимн, однако почему в последние две партии произошли такие глобальные изменения? Он размышлял, может, Мо Цзюню в самом деле везёт в деньгах, ведь из последующих партий Чжань Цифэн не выиграл ни одной!

Особенно последние несколько партий. Чтобы создать перелом в свою пользу, он увеличил ставку, однако это не принесло никакой пользы. Он лишь проиграл все свои чеки без остатка! Целых пятьдесят миллионов лян!

Что странно, так что они сидели так близко друг к другу, за ними наблюдало столько опытных людей. В таких условиях даже Шенхуан вряд ли смог бы сжульничать, применив Суань! Ни единой возможности для мухлежа!

Это означает лишь одно: никто не использовал Суань, чтобы сжульничать!

«Но этот парень смог добиться сокрушительной победы… очевидно, что он кидал кости с трудом и неуклюже… Как он смог обыграть меня…»

Один раз он даже выкинул 6-6-5, а это вообще чуть ли не божественное сочетание… однако никаких хитростей он не применял, а, спустя несколько кругов, вообще выбросил три шестёрки!

«Неужто здесь что-то нечисто… или ему в самом деле везёт в денежных делах?»

— Ты проиграл! — раздался воодушевлённый голос Цзюнь Мосе, и он радостно с охапкой денежных чеков поскакал к Мяо Сяомяо:

— Барышня Мяо, к счастью, ваши десять миллионов в целости и сохранности, иначе бы я стал настоящим позорищем… Как и обещал, возвращаю вам ваши деньги в двукратном размере, и ещё тридцать миллионов прибыли за такое рискованное вложение! Пожалуйста, примите, барышня Мяо, ха-ха!

Эта цифра была пугающе огромна. Все остальные посетовали, что не одолжили господину Мо деньги. Кто ж знал, что он такой мастер, двести процентов чистой прибыли!

— Брат Мо… Вы меня сегодня прямо-таки… я даже не знаю, что и сказать на это… — Мяо Сяомяо не могла выразить своих чувств.

— На самом деле, я тоже неслабо попотел. Вы же сами видели — меня чуть до нитки не раздели! Какое счастье, что моё везение, наконец, вернулось ко мне, а то бы беды не миновать. Скажу по секрету, я вообще толком и не умею играть…

От этих слов Цзюнь Мосе у Чжань Цифэна едва не перехватило дыхание.

Столкнувшись с таким недотёпой, он и сам не понял, как смог проиграть.

«Как ни погляди, этот парнишка не имеет никаких трюков и приёмов, настоящий новичок и только! Однако он, всё-таки, выиграл! А я — опытный игрок, можно сказать, завсегдатай игорного дома… Пусть необходимо было скрывать своё положение, но, несмотря даже на это, я всегда возвращался домой с полными карманами добычи! Первоклассный игрок! Уверен, что среди этих людей нет того, кто сравниться со мной по способностям! Однако исход таков… Неужто мне нанёс поражение тот, кому лишь просто повезло? Везение в денежных делах?! Вообще существуют такие вещи?!»

Независимо от того, что Чжань Цифэн не мог осознать этого, исход был такой. Он проиграл, причём очень удивительным образом!

Ещё и потерял огромную сумму денег — пятьдесят миллионов лян!

Однако деньги сейчас не в счёт, на кону последняя надежда одержать победу!

Последний тур! Бой Священных животных!

Глава 976. Кто же, всё-таки, победит?

— В пятом туре ставим на животных! Бои Священных животных! — сказал Чжань Цифэн, скрежеща зубами! В ту минуту Чжань Цифэн уже не обращал внимания на статус присутствующих, сейчас уже была битва не на жизнь, а на смерть!

Если проиграют…

То двое братьев понесут ответственность за последствия! Думать о репутации уже и не приходится!

Теперь единственная надежда на то, что Мо Цзюнь ничего не понимает в играх аристократической молодёжи. Даже если разбирается, то не так хорошо, так как братья в самом деле не могут позволить себе проиграть…

Тем не менее бои Священных животных — очень хитрая игра. Самое приятное, что у них есть возможность контролировать игру. Они должны выиграть последний тур, даже если придётся прибегнуть к обману!

— Бои Священных животных? — уголки рта Цзюнь Мосе поднялись, будто ещё чуть-чуть и он рассмеется: «Эти братья всё-таки сошли с ума? Разве таким образом они не предают свою семью? Чёрт возьми, ты хочешь, чтобы властелин леса Тянь Фа… Участвовал с вами в боях Священных животных? Разве в мире есть что-либо забавнее этой ситуации?»

— Верно! Бои Священных животных! — Чжань Цифэн смотрел на него со злостью, его глаза покрылись налитыми кровью жилками! Четыре тура подряд они проигрывали, что действительно его выводило из себя. Он считал, что сейчас победа им обеспечена, но соперник может изменить ситуацию? В конце концов, в таком случае, они понесут большие потери…

Ему подсказывала интуиция, которую было трудно объяснить, что с кем бы он ни соперничал, по предположениям противника, он всегда проигрывал! Сам он не строил никаких планов и ловушек, напротив, кажется, что он попал в ловушку Цзюнь Мосе!

— Я не против боёв Священных животных… Но как они будут сражаться? Кроме того, у меня нет животного… — на этот раз Цзюнь Мосе действительно не очень понял.

Молодой господин Цзюнь, хотя и был властелином леса Тянь Фа, но он действительно ничего не смыслил о так называемых «боях» Священных животных!

— Я распоряжусь, чтобы привезли Священного зверя. Не беспокойтесь, вне зависимости от ранга животного, низкого или высокого, они могут выиграть с помощью своей силы, и их нет необходимости сравнивать… — Чжань Цифэн успокаивающе сказал: — Что касается Священных животных, которые участвовали в боях — все они из Колизея. Они выращены не мной лично, иначе это было бы несправедливо…

— Итак, согласно правилам, каждый выбирает себе животное, чтобы провести между ними бой? — спросил Цзюнь Мосе.

— Верно! — усмехнулся Чжань Цифэн. — Не вините меня за то, что я вам не напомнил. Выбирать Священное животное — целая наука. Если вы проиграете, то можете винить только себя за плохой выбор. Если вы выиграете, то это будет чистая удача. Поскольку Священные животные, которых привозят, в основном выглядят совершенно одинаково, их размеры и ранг одинаковы, и даже цвет шерсти похож. Мне действительно интересно знать, всегда ли будет сопутствовать удача этому талантливому Мо Цзюню!

— Божественная милость это или нет — покажет будущее. Сейчас я хочу узнать, как в бое Священных животных определить, кто выиграл? — нахмурил брови Цзюнь Мосе.

— После того, как обе стороны определятся с выбором, на головах зверей нарисуют два цветных круга, чтобы их различать; бой закончится, когда один убьёт другого. Кто победил, будет понятно с первого взгляда!

Когда он объяснял правила, постепенно успокоился, вместе с тем на сердце даже стало радостно. Кажется, этот Мо Цзюнь действительно не понимал хитростей и трюков во время боя, ведь он даже не знаком с такими простыми основными правилами!

Видимо, победа в этом туре им обеспечена!

До этого они проиграли четыре тура подряд, хотя в последнем туре у них было явное преимущество, но соперник смог изменить ситуацию. Сейчас Чжань Цифэн в самом деле боялся поражения. В данном туре они почти наверняка могут выиграть, но на сердце было неспокойно…

— Вот оно что! Я понял! — кивнул молодой господин Цзюнь.

За это время парочка особо расторопных слуг уже стремглав мчались в Колизей, чтобы организовать мероприятие и доставить Священных животных на место проведения поединка.

Множество великих людей наблюдали за ними, неужели они преодолели такой путь из-за них?

Похоже, это было так…

Кроме того, все эти молодые господа, сыновья влиятельных лиц и другие представители аристократии, хотели, чтобы хозяин арены строго придерживался правил в проведении боя Священных животных, это действительно было «мелочью».

Пока все ждали, Мяо Сяомяо нетерпеливо потянула Цзюнь Мосе, чтобы объяснить ему некоторые правила и требования в бою Священных животных. Хотя времени было мало, но начать готовиться в последний момент — не такая уж и плохая идея, если иного выбора нет.

Чжань Цифэн наблюдал со стороны, притворяясь уверенным и спокойным, хотя в душе он ликовал. Бой Священных животных — очень хитрая «наука», Священные животные низкого порядка, которые не обладают большой силой, в основном одинаковы. Всё зависит от человека, который отдаёт команды во время боя, и то, как он раздразнит своё животное…

Если не тренировать эти специальные навыки несколько лет и не потратить много денег на обучение, то самостоятельно их довольно сложно освоить…

За пределами Колизея многие проиграли кучу денег. Некоторые даже хотели покончить с собой, ведь их надежды рассыпались в прах. Эти люди были хозяевами проигравших Священных животных. Если ты не мастер, то не стоит ставить личное имущество и жизнь на кон…

Надо сказать, что у Чжань Цифэна, который считал, что победа уже у них в кармане, были большие шансы на победу, а также то, что помимо обычного совершенствования Суань, в их семье из поколения в поколение передавалась древняя книга «Секреты боя Священных животных». Когда Первый Шао из подземного мира сжёг все древние книги по мастерству ведения боя, его младший брат, один из первых хозяев Призрачного Дворца, незаметно спрятал несколько книг о способах и секретных техниках совершенствования Суань.

Позже восемь великих влиятельных семей Призрачного Дворца придумали: предки, чтобы развить способности будущих поколений, и использовать чужой опыт для исправления своих ошибок, велели каждой семье выбрать себе по одной книге и бережно её хранить.

В то время книга «Секреты боя Священных животных» была одной из самых бесполезных книг, а это умение — одно из самых незначительных. Потому что это — всего лишь альтернативная практика совершенствования, во время войны с врагом эти знания совершенно бесполезны.

Семья Чжань в тот период была самой слабой семьёй, которая только что стала считаться одной из восьми великих владетельных семей в Призрачном Дворце. У них не было другого варианта, кроме как выбрать ту книгу, которая имела наименьшее значение! Но спустя тысячи лет, это явление претерпело существенные изменения!

Именно благодаря книге «Секреты боя Священных животных», семья Чжань после совершенствования получила особые успехи при взаимодействии со Священными животными. Хотя содержание книги довольно сжато, но этого было достаточно, чтобы получить результаты от Священных животных ниже восьмого уровня, а для семьи Чжань это принесло бесчисленные богатства!

А семья Чжань, полагаясь на эту, казалось бы, маловажную книгу, постепенно возвысились в Призрачном Дворце и до сих пор занимают ключевое и важное положение!

В каком бы мире вы не жили, знайте, что главным всегда и везде будут деньги!

Если у вас есть деньги, вы можете делать то, о чем большинство людей даже подумать не могут!

Семья Чжань буквально купалась в деньгах!

Благодаря таким удивительным способностям, в Призрачном Дворце семья Чжань обладала преимуществом во всех сферах, связанных со Священными животными. Священные животные, естественно, одна из самых больших отраслей!

Даже животное чуть послабее, пройдя соответствующую тренировку семьи Чжань, могло победить соперника на уровень выше! Именно из-за этого преимущества Чжань Юшу и сделал такое предложение!

В Призрачном Дворце, конечно, это был секрет, но Мяо Сяомяо, являясь внучкой главы Дворца, естественно, знала об этом. Поэтому она беспокоилась ещё больше. Мо Цзюнь не знал этого, разве у него есть какие-то шансы на успех? Ведь у семьи Чжань есть большое преимущество…

Какое-то время у Мяо Сяомяо действительно сердце изнывало от горя, потому что на этот раз она действительно не надеялась на то, что Мо Цзюнь сможет выиграть!

На этот раз все было совершенно по-другому. Можно сказать, что первые несколько раз он полагался на свои внутренние ресурсы и даже удачу, чтобы победить. Но если ему повезёт и на этот раз — всё будет напрасно, так как абсолютное преимущество на стороне противника… Мяо Сяомяо глубоко вздохнула.

— Госпожа Мяо, что с тобой? — невольно спросил Цзюнь Мосе, когда увидел, как она вздыхает. Поглощённый своими мыслями, он всё равно решил выслушать её объяснения.

— Семья Чжань, действительно, очень подлая… Ты даже не представляешь насколько… — вздохнула Мяо Сяомяо и в подробностях ему всё рассказала, а потом нахмурилась: — У тебя нет шансов на победу в этом последнем туре…

— Этого не может быть! Неужели семья Чжань такая могущественная? Как Священное животное может стать другим? Как это возможно? — неуверенно спросил Цзюнь Мосе.

— Это правда. Хотя никто и не думал, что такое вообще возможно! У семьи Чжань как раз есть такой навык! — Мяо Сяомяо грустно посмотрела на него: — На этот раз тебе придётся полагаться только на удачу… Но это совершенно невозможно! Семья Чжань специально предложила эту игру, просто чтобы исключить удачу и победить тебя своей абсолютной силой!

— Едва ли, — если в других вещах Цзюнь Мосе ещё готов был признать себя побеждённым, то что касается Священных животных… Если Цзюнь Мосе сказал, что он второй в мире, то даже Первый Шао из подземного мира не осмелился бы сказать, что он лучший!

Цзюнь Мосе был полностью уверен, что обязательно победит в этом последнем туре.

Семья Чжань может, в лучшем случае, задействовать агрессивные эмоции Священного животного, но какой в этом толк? А молодой господин может повысить Священное животное в одно мгновение на уровень выше… разве это можно с чем-то сравнить? С той ерундой, которую хочет провернуть семья Чжань? Самое большее, что может сделать этот гад, — это мешать ему и строить свои мерзкие козни! Молодой господин не собирается с ним «играться»!

Во время ожидания, все наперебой обсуждали ситуацию. Все присутствующие, включая судей, считали, что на этот раз победит господин Чжань! Другого варианта быть не может!

Чжань Цифэн, глядя на всех, наконец, снова взбунтовался.

Даже если ты легендарный обладатель непревзойдённой субстанции, даже если ты выиграл первые четыре тура, что с того? Когда ты проиграешь последний тур, тебе придёт конец!

Победителю достается всё!

Но осталось выяснить, кто же всё-таки победит?

Глава 977. Всю жизнь искать своего суженого!

Все с нетерпением задрали свои головы, только вот Цзюнь Мосе продолжал болтать с Мяо Сяомяо, облокотившись на спинку своего стула.

— Сестра Мяо, тебе, должно быть, неудобно с этой вуалью на лице? — спросил Мосе.

— Неудобно? Нет! С чего ты вдруг спросил о таком? — Мяо Сяомяо удивлённо посмотрела на него.

— Я думаю, что эту вуаль нельзя носить слишком долго. Сейчас, конечно, весна, сильный ветер. Но ты не можешь носить её каждый день, она ведь может навредить твоей коже. Ветер, летний дождь, осенние заморозки, зимний снег, всё это — дары небес, которые необходимы для закалки характера и оттачивания твоего изящества при любых условиях…

— Брат Мо, ты говоришь разумные вещи, но эта вуаль… Здесь в двух словах не расскажешь, — Мяо Сяомяо слегка вздохнула.

— О… хе-хе-хе, твоё изящество и без этого одурманит любого. Если я однажды смогу узреть цветущее личико из-под вуали, то я буду безмерно счастлив, — Цзюнь Мосе почесал нос. Видя, что его собеседница не желает продолжать этот разговор, Мосе решил сделать комплимент и замолчать.

Однако когда он сказал эти слова, он увидел, что Мяо Сяомяо внезапно очень сильно смутилась. Даже под тонной белой вуали можно было увидеть, как её белоснежное личико вдруг залилось краской, а спустя мгновение даже её шея покраснела!

Несколько человек вокруг, услышав этот разговор, злобно уставились на Цзюнь Мосе. Словно для них это был враг № 1, которого нужно ликвидировать сию же секунду!

— Эм… Что такое? Я что-то не так сказал? — Цзюнь Мосе почесал голову в недоумении: «Я ведь просто сделал ей комплимент, чего вы так взъерошились-то?»

— Брат Мо, с тех пор как ты пришёл в Туманный Призрачный Дворец, ты здесь видел хоть одну молодую девушку? — Мяо Сяомяо не знала, как ответить на его вопрос и просто задала свой.

Она всё ещё была смущена, но тон её голоса уже был спокойнее.

Цзюнь Мосе вдруг оторопел и понял, что игнорировал самую огромную здешнюю аномалию.

С тех пор как он сюда пришёл, он действительно не встречал тут девушек.

Сначала Мосе проводил много времени во дворе дома Цао Гофэна, так что это нормально, что он там ничего не заметил. Но вот в центре города Мосе так и не увидел ни одной молодой особы! Кроме Мяо Сяомяо была лишь ещё одна девица — Сяо Доу Я!

Разве девушки в Туманном Призрачном дворце не выходят за покупками?

Мосе встречал несколько женщин на улице, но все они были тётками в возрасте…

В чём дело?

Увидев недоумение в глазах Цзюнь Мосе, Мяо Сяомяо засмеялась и сказала:

— Так как ты тут недавно, то ещё не знаешь, что в Туманном Призрачном Дворце существует строгое разделение между мужчинами и женщинами! Незамужним девушкам обычно не разрешается выходить на улицу… А если они выходят, то обязаны надевать вот такую вуаль. Даже находясь дома, при виде незнакомого гостя незамужние девушки обязаны закрывать лицо…

— В некоторых семьях девочки начинают носить вуаль по достижении тринадцатилетнего возраста. Даже их собственный отец не должен видеть их лица. Только найдя своего спутника жизни, а точнее — после свадьбы, девушки могут позволить мужу снять с их лица вуаль и больше её не надевать…

— Ого… — молодой мастер Цзюнь был немного ошеломлён. Он и подумать не мог, что его слова заденут неприкосновенность частной жизни любой девушки в Туманном Призрачном Дворце и их судьбы!

Здесь и сказать больше нечего…

— В нашем Туманном Призрачном Дворце есть такое четверостишье… — глаза Мо Сяомяо светились тусклым светом, и она протяжно запела:

– Прекрасная девушка в цветущем возрасте обязана быть покрыта белой вуалью; В этой жизни и в этом мире она всегда будет искать своего суженого!

Цзюнь Мосе смотрел на неё с выпученными глазами и открытым ртом. Он почувствовал себя настоящей свиньёй: «То, что она носит эту вуаль — её сугубо личное дело, какого чёрта лезешь, куда не просят? Нельзя было её об этом спрашивать… своим вопросом только беспокойства доставил человеку…»

Молодой мастер, естественно, понял смысл этих строк. Ему вовсе не чужды такого рода обычаи. По рассказам, где-то в степях так всё ещё живут некоторые этнические меньшинства…

Это чем-то похоже на то, как жених снимает с невесты её красную фату в первую брачную ночь…

Прелестный голосок Мяо Сяомяо снова прозвучал, на этот раз она тихонько сказала:

— Все девушки в Туманном Призрачном Дворце с нетерпением ждут того дня, когда они смогут снять вуаль перед своим возлюбленным. Если это случится, то это будут самые блаженные минуты в её жизни, но просто так снимать вуаль запрещено — иначе за её душой придут настоящие демоны… — сказав это, она с нежностью и надеждой посмотрела Цзюнь Мосе прямо в глаза. Непонятно, волновалась она за судьбы всех девушек Туманного Призрачного Дворца или же думала о своей судьбе…

— Брат Мо… — глаза Мяо Сяомяо вдруг вспыхнули огнём бесстрашия: — Если брат Мо действительно хочет увидеть моё лицо, тогда…

Сердце Цзюнь Мосе вдруг подпрыгнуло, и он внезапно почувствовал сухость во рту: «Мамочки, неужели я реально сам себе проблем снова насоздавал? Блин, что теперь делать-то? Сказать, что я не хочу смотреть? Умру, но не посмотрю? Но тогда я точно обижу Сяомяо на всю оставшуюся жизнь и причиню ей немало страданий… Скорее всего, вся её семейка потом за моей головой охотиться будет. Нынешнее положение во Дворце мне не так-то просто досталось, не очень хочется, чтобы всё в одночасье рухнуло! Или же сказать, что хочу посмотреть? Но так тоже не годится! Она примет это близко к сердцу, а у меня нет серьёзных намерений. Это не детские забавы, к тому же я не такая уж и скотина! Не надо было вообще рот открывать! Помогите кто-нибудь!»

На данный момент сердце Мяо Сяомяо билось, словно прыгающий оленёнок. Она не понимала, что имел в виду Мо Цзюнь. Действительно ли он не знал об обычаях в Туманном Призрачном Дворце? Или он просто воспользовался случаем, чтобы выразить свои чувства?!

«Если он действительно не знал… То что же тогда делать? А если он реально хочет признаться мне с помощью победы над братьями Чжань… Сильно ли ударит его мой отказ? Во всяком случае, такой возможности может больше и не представится!» — поразмыслив чуток, Мяо Сяомяо так ни к чему и не пришла. В её сердце, душе и мыслях творился настоящий кавардак. В конце концов она пришла к такому выводу: «Так или иначе, вся моя жизнь привязана к Туманному Призрачному Дворцу… Здесь очень много влиятельных семей с неплохими наследниками, но в них всегда будто чего-то не хватает… Если мне нужно будет доверить кому-то из них свою жизнь, то я предпочту никогда не выходить замуж! Но этот обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь… с его появлением весь дворец взбудоражился. Он не только внешне привлекателен, но и его способности с эрудицией просто поражают. Прекрасные манеры и характер теперь точно придутся многим по вкусу, а его тонкий флёр свежести и натуральности дают невероятное чувство комфорта… С виду он кажется совершенно обыкновенным, но я чувствую, что именно ему можно доверить даже свою собственную жизнь! Если тебе такой человек не нравится, то кто ж тебе тогда нужен, а, Сяомяо? На что ты ещё надеешься? Такая прекрасная возможность у тебя прямо перед носом, нужно только ухватиться, иначе её легко можно упустить! Вдобавок, по мере того, как я становлюсь старше, в семью приходит всё больше и больше сватов. Если с входом в сад чудодейственных трав ничего не выйдет, то кто знает, за кого меня выдадут замуж, исходя лишь из семейных интересов… Я ведь буду сожалеть об этом всю жизнь! Лучше воспользоваться этой возможностью и принять решение о собственной судьбе самостоятельно!»

Если даже в семье примут какое-то решение без её ведома, то наличие возлюбленного сойдёт за вескую причину для отказа от сватовства! Пусть она и не сможет быть с ним вместе, но у неё останутся прекрасные воспоминания об этом дне.

Сяомяо может и практически ничего не знала о Мо Цзюне, но сердцем чувствовала, что он вовсе не плохой человек! Он всегда был с ней абсолютно честен, а теперь так вообще пошёл против братьев Чжань… Боюсь, что его даже сам Цао Гофэн не остановит…

Подумав о том, что Мо Цзюнь может пострадать от коварных замыслов братьев Чжань, Сяомяо вдруг стало невыносимо больно на душе!

Эта боль помогла этой девушке сделать свой окончательный выбор.

Подняв голову, Сяомяо увидела, как напрягся Мо Цзюнь. Его взгляд был неподвижен, а по лбу стекали холодные капельки пота… Он беспомощно ждал продолжения её слов… Казалось, что он был особенно обеспокоен происходящим…

«Этот молодой человек и правда придает моим словам большое значение! — сердце Мяо Сяомяо трепетало, обливаясь сладостными волнами. Она вдруг раскраснелась. — Заполучить бесценное сокровище легче, чем найти своего возлюбленного! Ладно-ладно! Пусть этот дурень станет тем самым, кто снимет с моего лица эту вуаль!»

Похоже, что Цзюнь Мосе и впрямь сильно напрягся, хотя его мысли были полностью противоположны мыслям Сяомяо! В душе молодой мастер сильно разнервничался: «Сестрёнка, пожалуйста, больше ничего не говори, если не хочешь моей смерти… Пощади… Мне нельзя снимать твою вуаль! Ты даже не представляешь, какая огромная группа ревнивиц ждёт меня дома… Если всё вскроется, мне же не жить… К тому же Мэй Сюэ Янь уже практически догнала меня в совершенствовании, так что я даже не смогу оказать ей сопротивление… Мои дни будут сочтены… Прошу, пощади меня… Я правда не хочу смотреть на твоё лицо… О небеса, о земля, о боги мои… откройте свои глаза и пожалейте маленького человечка…»

Молодой мастер Цзюнь воззвал к небу и начал мысленно молиться. Как раз в этот момент Мяо Сяомяо, наконец, снова заговорила. Она опустила голову, но Мосе ясно увидел, как её белая нефритовая кожа на лице снова побагровела:

— Брат Мо… Если ты правда хочешь увидеть… Моё лицо, то… Ты должен одержать победу в сегодняшнем пари… и тогда… я… я… Я позволю тебе снять эту вуаль с моего лица…

Глава 978. Решающий бой!

Цзюнь Мосе всем телом вздрогнул и оцепенел. Он с трудом облизал свои губы, почувствовав, какие они сухие и шершавые, а потом с трудом произнес:

- Ч-чтоо? - страдальчески про себя простонав: «Чего боишься, то и случится… Боже ты мой! Как же быть? Мне конец…»

Однако в глазах Мяо Сяомяо его растерянный вид и нелепые телодвижения выглядели как признаки самого настоящего приятного удивления. Он даже и слова выдавить не смог в ответ… В разговоре с братьями Чжань он был куда разговорчивее…

Подняв голову, она смерила его смущённым взглядом, потом повернулась и машинально начертила ногой круг на земле, прошептав:

— Дурачок… ты такой дурачок…

Откуда ей было знать, что в тот миг, когда она произнесла эти слова, Цзюнь Мосе испытал порыв признать своё поражение!

Семья Чжань бросила все свои материальные, человеческие и умственные ресурсы, чтобы только добиться победы над ним, но тщетно, а Сяомяо хватило лишь пары слов, и Мосе уже был готов сдаться!

Сейчас Цзюнь Мосе и в самом деле был похож на какого-то недалекого простофилю…

Его глаза застыли. В конце концов, он не в том положении, чтобы хвататься за всё, что попало…

«Неужто это та самая легендарная любовь самой неприступной красавицы в мире? О, горе!»

В эту минуту Мосе уже был готов попросту расплакаться…

«Клянусь, я прибыл сюда вовсе не за этим! Моей первоначальной целью было заполучить несколько Священных плодов да и свалить отсюда к чёртовой бабушке! Ну, конечно, сейчас я немного решил пожадничать и отхватить себе ещё и отросток Священного дерева, но ничего более, клянусь! У меня не было другого умысла, я думать не думал об увеличении гарема своих жён…»

Наверняка сейчас Цзюнь Мосе не мог похвастаться своим везением, куда уж ему?!

Когда Мяо Сяомяо смотрела на него взглядом, преисполненным пылкой надеждой, он чувствовал себя совершенно беспомощным…

Слава небесам, его спаситель прибыл!

— Мо Цзюнь, Священные животные для боя уже доставлены! До каких пор ты собираешься тянуть время? — своими словами Чжань Цифэна вернул Цзюнь Мосе к жизни: «Небеса сжалились надо мной, я спасён…»

Оба брата Чжань прожигали ревностными взглядами стоящих Мосе и Сяомяо, особенно Чжань Цифэн. Он был так зол и возмущён, что, казалось, его грудная клетка вот-вот лопнет от злости!

Мяо Сяомяо нравилась ему уже давно! Посторонние, возможно, и не догадывались, как выглядит лицо Сяомяо под вуалью, но Чжань Цифэн же был исключением. Разумеется, о её нынешнем облике даже и ему ничего не было известно, но он хорошо запомнил, что восемь лет назад, когда Сяомяо было всего одиннадцать лет, уже тогда с одного взгляда было понятно, что она потрясающая красавица, каких поискать надо!

Пусть тогда её красота была детской и незрелой, однако Чжань Цифэн уже тогда был абсолютно убеждён, что в Туманном Призрачном Дворце больше не будет девушки, которая сможет сравниться по красоте с Мяо Сяомяо!

Даже слух о том, что Мяо Сяомяо является первой красавицей во всём Призрачном Дворце распустил именно Чжань Цифэн…

Сейчас Мяо Сяомяо уже выросла, и своей обворожительной красотой она может завоёвывать страны и покорять города!

Мяо Сяомяо стала третьим «неприкасаемым» человеком Призрачного Дворца вовсе не от того, что за её спиной стоит влиятельная семья Мяо, и не из-за дикого и строптивого нрава, главная причина заключалась в другом… Если бы кто-нибудь посмел обидеть Сяомяо, она, будучи от рождения отзывчивой и сочувствующей, никогда бы не смогла сделать то же самое в ответ, или даже попытаться выразить возражение, однако тех, кто всё же пытался насолить барышне Мяо, всю оставшуюся жизнь ждал настоящий Ад, под удар мог попасть весь род, и будет истреблён дочиста!

Разве кому-то может быть дозволено обижать Принцессу самого Призрачного Дворца?

Такая обворожительна красавица может так просто кому-то достаться?

Разумеется, нет! Категорически, нет!

Хотя у Чжань Цифэна уже давно целый дом наложниц и жён, и даже уже есть маленькие наследники, это никак не мешало ему быть неравнодушным к Мяо Сяомяо, а также проявлять настойчивые ухаживания, которые до этого дня можно назвать вполне успешными…

К тому же, несмотря на то, что семья Мяо сейчас обладала достаточным влиянием в Призрачном Дворце, на самом деле она уже пребывала в состоянии упадка. Семья Чжань всегда желала занять её место, и, учитывая сегодняшнюю обстановку дел, это вовсе не представлялось чем-то невозможным… К тому времени разве Мяо Сяомяо по-прежнему смогла бы делать то, что ей заблагорассудится?

Внутри у Чжань Цифэна пылал огонь ревности, и поэтому, только заслышав звук подъезжающей повозки за дверью, он сразу же объявил об этом во всеуслышание, поспешив прервать разговор Сяомяо и Мосе. Хотя с его стороны это было крайне невежливо, сейчас ему уже было совершенно плевать на манеры!

Мяо Сяомяо уже практически принадлежала ему, а стало быть, если кто-то пытался проявить внимание к ней — он, соответственно, оскорблял его. Будь то его младший брат, Чжань Юшу, или его главный неприятель, Мо Цзюнь. Разговор был короткий, убрать соперника из поля зрения, да побыстрее! По крайней мере оборвать развитие дальнейших отношений с Сяомяо на корню!

— О! Уже так быстро доставили? Господин Чжань, эффективность вашей работы на достойном уровне! — Цзюнь Мосе обернулся назад, его лицо мгновенно оживилось.

В это время из-за двери раздался голос:

— Господин, люди со Священными животными прибыли, разрешить им войти?

— Все присутствующие уже устали ждать, а ты ещё спрашиваешь, разрешить им войти или нет? — нахмурившись, закричал Чжань Цифэн. Раздражение и вспыльчивость обычно спокойного и уверенного в себе господина Чжань уже были накалены до предела, об его превосходных манерах не было и речи.

Вслед за этим раздался шум и грохот, несколько повозок одна за другой въехали в башню Пхяосян. Один толстяк с улыбкой до ушей встал перед Чжань Цифэном, любезно поклонился ему, а потом сказал:

— Господин, я не знал, что конкретно вас интересует, и поэтому привёз всех Священных животных третьего-четвёртого уровней, пригодных для боев на данный момент. Каждого вида по пять-шесть особей. Надеюсь, господин, вы останетесь довольны…

— Эм, неплохая идея, однако такое количество не потребуется. Оставьте только тигровых котят четвёртого уровня, этого вполне будет достаточно, — глаза Чжань Цифэна сверкнули, и он с равнодушием отдал приказ.

— Тигровых котят? — Цзюнь Мосе нахмурился. Не сказать, что он провёл мало времени в лесу Тянь Фа, однако про тигровых котят он слышал впервые: «Неужто эти Священные животные водятся только в Призрачном Дворце?»

— Брат Мо, вы прибыли к нам извне, и, возможно, вы никогда не слышали о таких Священных животных, как тигровые котята; позвольте, я объясню вам. Заодно расскажу вам общую информацию об этом виде Священных животных, — Чжань Цифэн с улыбкой сказал: — Тигровые котята внешне выглядят очень милыми; они обитают только в Призрачном Дворце. Телосложением и ростом они ничем не отличаются от обычных котят, но при этом совмещая в себе главные особенности тигра — злость и кровожадность. Вдобавок к этому у них очень развито чувство своей территории. Хотя они могут достигнуть только четвёртого уровня, по природе своей они крайне агрессивны, и намного превосходят обычных Священных животных. Например, они запросто пересилят голубого тигра того же четвёртого уровня…

— Вот оно что! Благодарен вам за разъяснение, — Цзюнь Мосе кивнул головой, и был предельно вежлив, про себя подумав: «Думаешь, мне есть разница, тигровые котята это или тигровые щенята? В моих руках все Священные животные одинаковые».

После приказа Чжань Цифэна каждый толстяк занёс по одной клетке, поставив в середину площадки. Всего получилось шесть маленьких клеток, в каждой находилось по животному с пёстрой шерстью, похожими на пятнистую кошку.

Когда их поставили всех вместе, изначально разомлевшие в клетке маленькие зверьки, почувствовав своих сородичей, в одночасье вздыбились и пришли в бешенство! Они резко вскочили на лапы, шерсть на спине вздыбилась вверх, в глазах загорелась жажда убийства, острые клыки обнажились, и раздался громкий рык. Их задние ноги почти подлетали в воздух, они были готовы атаковать любого, кто бы посмел вторгнуться на их территорию!

Каждый из этих котят весил не меньше пяти килограмм, однако на лбу у каждого словно светилась корона из пятнистой шерсти! Хотя они были маленького размера, атмосфера величия и власти была ощутима за версту!

«Они в самом деле достойны назваться самыми опасными Священными животными четвёртого уровня!» — удивился про себя Цзюнь Мосе.

— Для справедливости, брат Мо, вы выбирайте первым, — Чжань Цифэн был щедр.

На самом деле все эти особи обладали одинаковой боевой мощью, так что кто будет выбирать первым, не играло никакой роли, главная загвоздка заключалась в том, что вне зависимости, какое животное выберет Чжань Цифэн, после применения его секретного оружия, боевая мощь этого животного увеличится в два раза!

Тот тигровый котенок под воздействием особой Суань с четвёртым уровнем продвинется на пятый, а разница всего лишь в один уровень может иметь необратимое различие!

Это самое большое достижение Чжань Цифэна, и всей семьи Чжань в частности!

— Раз брат Чжань скромно уступил мне, я не смею отказаться, — Цзюнь Мосе улыбнулся и медленно шагнул вперёд.

Животные, почувствовав приближение человека, тут же зарычали и всполошились, всем своим видом показывая, что, если приблизиться к ним ещё, можно поплатиться собственной кровью за это!

Тигровые котята очень агрессивны, и до такого гения, как Мо Цзюнь, им нет никакого дела. Щедрость Чжань Цифэна была неспроста — он смеялся над Мосе и ждал, что тот по неосторожности может угодить прямо в лапы зверям!

К сожалению, Мосе ни капельки не испугался, и решил сэкономить время, выбрав самую ближайшую к нему особь.

Быстренько взглянув, он сказал:

— Вот этот, он мне кажется очень милым. Бои Священных животных — то же самое, что и петушиные, раз силы у всех почти одинаковые, то нужно опираться только на свою удачу, а я верен своей интуиции. Удача сегодня явно на моей стороне!

Глава 979. Тигровый котенок

Все в комнате вдруг загалдели.

- Бои Священных животных — то же самое, что и петушиные? Раз силы у всех почти одинаковые, то нужно опираться только на свою удачу? Удача сегодня явно на его стороне? Чушь какая-то!

Каждый из присутствующих — старый и опытный игрок, так что они сразу разглядели тот факт, что обладатель непревзойдённой сущности выбрал самого маленького тигрового котёнка из всех шестерых. По своей массе он уступает всем остальным, по крайней мере, на полкило или даже больше.

Обычно для Священных зверей полкило не играет особой роли.

Но что касается тигровых котят, чей вес достигает лишь пяти килограмм, эти пятьсот грамм дают о себе знать! Этот «великий гений», Мо Цзюнь, совсем не хочет победить или что? Ведь Мяо Сяомяо должна была разъяснить ему такие базовые истины!

Конечно, некоторые из присутствующих знали о тайных замыслах семьи Чжань, и выбор наихудшего котёнка сделал проигрыш Мо Цзюня очевидным. Но даже если ему бы и посчастливилось выбрать самого крупного и сильного котенка из всех шестерых, это бы ничего не изменило!

— Брат Мо сделал очень простой выбор, так что и я не стану мешкать и возьму того, что находится ко мне ближе всех, — Чжань Цифэн самодовольно улыбнулся. Услышав эти слова, многие ничего не сообразили, но те, кто всё же был в курсе всех скрытых подоплёк братьев Чжань, скривили рот и сказали про себя:

«И ты хочешь сказать, что сделал выбор? У тебя в рукаве просто имеется непобедимый план, так что тебе совершенно наплевать на всё, ведь результат предопределён заранее…»

Затем настало время для индивидуальной тренировки. Чжань Цифэн соорудил небольшой шатёр из чёрной ткани, бросил тигрового котёнка внутрь, а затем осторожно протянул туда свою руку. Кот был в бешенстве от такого обращения, но постепенно заглох, и послышалось довольное мурлыкание. Цзюнь Мосе, в свою очередь, снова заставил всех впасть в полное изумление: он просто отворил дверь клетки нараспашку… без всяких мер предосторожности и даже не стал использовать ни капли силы Суань.

Все присутствующие разинули рты: необходимо же иметь в виду, что когти этих котят острее любого меча! Неподготовленный человек может легко пострадать при контакте с таким зверем, эти котята спокойно перегрызут руку любому.

Чжань Цифэн уже заранее всё продумал и обманул Мо Цзюня, ведь его нынешней силы будет недостаточно, чтобы контролировать котёнка. Так о какой дрессировке может идти речь?

А этот обладатель непревзойдённой сущности просто так двери клетки открывает…

Ему пофиг или незнающий ничего не боится?

Последующие события заставили всех раскрыть их рты ещё шире.

Тигровый котёнок задрал голову и с сомнением посмотрел на молодого юношу перед собой. Затем он медленно потянулся, муркнул и вышел из клетки, словно обыкновенный домашний кот. Секунду подумав, он с удовольствием начал тереться об ноги Цзюнь Мосе. Спустя мгновение он лежал у его ног, перевернувшись белым пузиком кверху…

— Чёрт возьми! Что вообще происходит?

В толпе один из молодых людей выпучил глаза, казалось, что в его широко открытый рот можно было поместить целый арбуз. На его руке можно было разглядеть несколько необычных царапин, которые очевидно оставил такой же тигровый котёнок. Так что его шок можно понять…

Все знают, что живот — самое уязвимое место любого животного. И как только оно полностью раскрывает своё брюхо перед человеком или другим животным, оно проявляет свою покорность и доверие!

Тигровый котёнок — это такой вид Священного зверя, который с рождения отличается хорошими навыками борьбы, и доверие такого животного сводится к минимуму даже к особям его же вида! Когда тигровые коты достигают своего совершеннолетия, то не падают вверх тормашками даже перед своими родителями… Но почему этот котёнок ведёт себя так спокойно перед обладателем непревзойдённой сущности? Неужели легенды правдивы, и он может заставить любого Священного зверя добровольно сблизиться с ним?

Вся толпа людей выпучила глаза в ожидании дальнейшего развития событий. Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

— Эй, малыш, иди-ка сюда, дай мне разглядеть тебя поближе!

Пригнувшись к земле, он осторожно обнял котёнка, легонько поглаживая его спину. Все движения Мосе были чрезвычайно нежными.

Котёнок замурчал и закрыл глаза от удовольствия. Он всем телом прижался к Цзюнь Мосе плотнее, и звуки «мур-мур» стали ещё громче…

— Боже, я, наверное, сплю! Это точно не обычный кот? — молодой человек с царапинами на руках невольно закричал: — Твою мать! Разве такое возможно? Как, блин, так?

Мяо Сяомяо широко раскрыла свои прелестные глаза, сама не понимая, что же тут происходит.

Сила её зрения не сравнится со взглядом обычного юноши. Сяомяо уже знала базовые различия между обыкновенной кошкой и тигровым котёнком. И, конечно, она прекрасно видела, что сейчас, в объятиях Цзюнь Мосе не кто иной, как тигровый котёнок. Но что это за странный феномен? Почему этот котёнок демонстрирует человеку такую покорность и доверительное отношение?

Она и сама, так же, как и остальные, не могла ничего понять…

Все были так потрясены, что и забыли о других котятах, оставшихся в открытой клетке. В этот момент все котята уже успокоились и стали наблюдать за другим котёнком, что по-прежнему находился в объятиях Цзюнь Мосе. Если кто внимательно смотрел, то смог увидеть, что в глазах этих котят была вовсе не враждебность или отвращение, а самая настоящая зависть и ревность!

Именно! Эти тигровые котята завидовали тому, что кто-то обнимает такого же котёнка, как и они…

«Какое это, наверное, счастье, но почему оно пришло не ко мне?»

Цзюнь Мосе улыбнулся, сконцентрировал немного энергии неба и земли и спокойными поглаживаниями ввел её в тело тигрового котёнка, сидящего у него на руках…

Котёнок вдруг мяукнул и удивлённо выпучил глаза. Он почувствовал, что его сила мгновенно возросла, прорвавшись на новый уровень, который доселе был ему не по зубам.

«Этот человечишка, который с первого взгляда внушил мне доверие, оказывается, ещё и такой огромной силой обладает! Ох, его запах просто обалденный…»

Цзюнь Мосе улыбнулся и продолжил неторопливо вводить энергию в котёнка, время от времени смотря в противоположном направлении на Чжань Цифэна. Ему было любопытно, как же он дрессирует своего питомца.

Чжань Цифэн спокойно стоял, держа в руке своего «тигрокотёнка» и ухмылялся. Но никто и понятия не имел, что он уже сжульничал…

А как ещё можно описать его «непобедимую стратегию», кроме как «жульничество»?

Котёнок в руках Мосе вдруг зашевелился, устремил свой взгляд в небо и заревел.

Крики становились всё громче и громче…

Вслед за этим рёвом оставшиеся в клетке четыре тигровых котёнка внезапно задрожали, а затем медленно преклонив передние лапы, прижались к земле. Изначальная зависть и ревность превратились лишь в искренний страх…

После внезапного рёва котёнка Цзюнь Мосе опустил его вниз. Тот плюхнулся на землю, обернулся и посмотрел на Цзюнь Мосе с чувством огромной симпатии и благодарности. Уровень этого тигрокотёнка был всё ещё слишком низким, чтобы выдержать большое количество энергии неба и земли, поэтому Цзюнь Мосе мог передать для его пользования лишь её небольшую часть!

Но та энергия, которую сейчас передал ему Цзюнь Мосе — это фиолетовая Ци Хунмэн из Пагоды Хунцзюнь!

Фиолетовую Ци Хунмэн можно описать как величайшее сокровище этого мира! Любой, кто практикует самосовершенствование, будь то человек или Священный зверь, отчаянно жаждал заполучить такую энергию!

И хотя вводимой энергии было совсем немного, но этого оказалось достаточно, чтобы переменить весь исход сегодняшнего состязания! С таким небольшим количеством энергии этому тигровому котёнку, находящемуся на четвёртом уровне, будет легко справиться с противником пятого или даже шестого уровня!

Более того, эта фиолетовая Ци Хунмэн останется в теле котёнка навсегда, дав неограниченные возможности для будущего прогресса…

Независимо от того, Священный зверь Тянь Фа или же обычный Шенхуан… да любой из них обзавидуется, если узнает, что молодой мастер Цзюнь даровал такое великое сокровище какому-то крошечному зверьку четвёртого уровня!

Цзюнь Мосе даже и не предполагал, что сегодняшний его выбор сыграет огромное значение для будущего. Впоследствии он воспитает не имеющего себе равных Священного зверя, который тысячелетиями будет следовать за своим хозяином. И настигнут мир невообразимые кровавые ураганы, ужасные катастрофы… Но, конечно, это уже другая, но не менее интересная история…

Когда тигровый котёнок упал с рук Цзюнь Мосе, в этот момент на его шерсти проявился слабый чарующий пурпурный цвет, и это придало ему ещё большей загадочности…

— Малыш, у тебя ещё нет имени? — Цзюнь Мосе говорил с ним, словно с человеком с самым что ни на есть доброжелательным видом: — Наша сегодняшняя встреча была предопределена судьбой. Я придумал тебе хорошее имя — Сяо Цзы, что скажешь?

Тигровый котёнок тихонько сидел на земле. Казалось, что он понял слова Цзюнь Мосе и довольно поднял голову вверх. Котенок издал парочку «мур-мур» и сделал парочку кувырков. Похоже, что ему понравилось его новое имя!

Глава 980. Удивительный феномен

Цзюнь Мосе, естественно, понимал, что после того, как он ввёл в тело тигрового котёнка фиолетовую Ци Хунмэн, тот стал понимать все его слова. Это — своего рода духовная связь, которая родилась из этой таинственной Ци. Однако для всех присутствующих такая сцена казалась чересчур шокирующей — все просто стояли, разинув рты…

«Неужели у этого обладателя непревзойдённой сущности действительно имеется какая-то необъяснимая сила? Или бог удачи постоянно за ним присматривает? Неужели он и это состязание сумеет повернуть в свою сторону?»

В этот момент красивые глаза Мяо Сяомяо заискрились в эйфории. Изначально она стала помогать Мо Цзюню для того, чтобы обладатель непревзойдённой сущности в будущем был независим от семьи Чжань и даже стал их врагом, с которым невозможно справиться. А во-вторых — ей почему-то было его немного жалко…

Но сейчас Сяомяо поняла, что это был её самым правильным выбором в жизни: каждым своим словом и поступком Мо Цзюнь воодушевлял её всё сильнее и сильнее…

«Это был правильный выбор! Я нисколько не ошиблась!» — подумала про себя Мяо Сяомяо, её взгляд стал решительнее и твёрже.

— Сяо Цзы, в этом состязании я рассчитываю на тебя! Покажи мне свою волю и напористость, понял меня? — сказал Цзюнь Мосе, а Сяо Цзы тут же поднял хвост и устремил свой надменный взгляд в сторону Чжань Цифэна, попутно издавая громкое презрительное «мя-у».

Если бы Мосе мог понимать кошачий, то он бы услышал следующее: «Теперь я — главный король среди всех этих тигрокотов, пусть соревнования с этими малышами для меня — унизительное дело, но я сделаю всё, чтобы отплатить тебе. Я устрою им лютый пиздец!»

В это время стоявший напротив Чжань Цифэн, похоже, тоже закончил дрессировку своего тигрового котёнка. Его красивое лицо было покрыто тонким слоем пота и выглядело слегка истощённым, но его глаза светились от радости. Затем он посмотрел на Цзюнь Мосе, и его взгляд вдруг переменился, став невероятно жестоким.

На этот раз всё прошло идеально! В прошлые разы, во время внедрения одухотворённой Суань в тело Священного зверя, всегда существовало какое-то сопротивление. По крайней мере, невозможно было достичь полной интеграции внедряемой силы с телом животного, и около половины энергии тратилось впустую.

Но сейчас котёнок не понимает, что происходит. Вскоре после того, как в чёрную ткань поступила энергия Суань, кот стал необычайно послушным. Даже если во время всего процесса котёнок прошёл через жуткие мучения, он не издал ни одного звука…

В этот раз процесс дрессировки прошёл неожиданно легко, а эффект оказался ещё более удивительным: по меньшей мере 90% одухотворенной Ци было транспортировано в тело тигрокотёнка…

За всю историю семьи Чжань такого рода успехи являлись редким явлением!

Столь прекрасное развитие событий не могло не удовлетворить амбиции Чжань Цифэна!

Однако он понятия не имел, что причина, по которой на этот раз тигрокотёнок успешно впитал в себя энергию, заключалась в том, что после того, как кот Цзюнь Мосе принял от того фиолетовую Ци Хунмэн, он мгновенно раскрыл темперамент нового короля тигрокотов!

Этот таинственный зверь чувствовал уникальные колебания воздушного потока Ци. И, хотя люди не могут это почувствовать, однако сородичи того же вида животных ощущают всё ясней некуда. Так что в этот момент тигрокот Цифэна не осмеливался даже двинуться или издать какой-либо звук. Он был просто сильно напуган.

Процесс передачи одухотворённой Ци Чжань Цифэна прошёл, действительно, слишком легко… Подобное случилось в Туманном Призрачном Дворце впервые, так что слава закрепится за именем Чжань Цинфена на долгие поколения вперёд.

Однако после внедрения одухотворенной Ци, тигровый котёнок стал слишком нервным.

А причина всему этому очень проста!

«Божечки, тот новый король тигрокотов напротив — и есть мой противник, с которым мне предстоит борьба не на жизнь, а на смерть? Небеса! Земля-матушка, позвольте мне просто умереть… Этот урод не мог выбрать никого другого? Почему именно я?»

Отправить обычного котёнка в бой с собственным королём… Разве это не то же самое, что заставить обычного человека вступить в схватку с Повелителем Туманного Призрачного Дворца? Тут ведь нет никакого шанса на выживание…

«Это вообще не мой уровень, пожалуйста, отпустите меня!»

Никто так ещё не издевался над тигрокотами за всю историю человечества…

— Брат Мо, ты выглядишь довольно спокойным. По-видимому, ты уже готов?! — Чжань Цифэн с гордостью посмотрел на Цзюнь Мосе, но в его взгляде чувствовалась удовлетворённость от провернутого коварного замысла.

— Готов? Эм… а к чему нужно было готовиться? — спросил Цзюнь Мосе: — Разве не нужно было просто кота для боя выбрать? Что тут ещё готовить? Или я должен был над ним молитву прочитать?

— Ха-ха-ха! — Чжань Цифэн разразился громким смехом. Посмотрев на обладателя непревзойдённой сущности, он добавил: — В таком случае, мы можем начинать?

— Ну, да, в любое время! — Цзюнь Мосе закивал, словно дурачок.

— Хорошо, тогда твой тигровый котёнок… Э? — Чжань Цифэн вдруг увидел перед Цзюнь Мосе маленький комочек разноцветной шерсти, который весело и беззаботно носился из стороны в сторону, периодически перекатываясь по земле. Иногда он даже подбегал к ногам своего хозяина, облизывал его пальцы и мурчал.

В этот момент глазные яблоки Чжань Цифэна едва не вывалились наружу.

«Это животное, напротив, ведёт себя точь в точь как домашняя кошка! Разве это агрессивный тигровый кот, ненавидящий весь человеческий род? Да как, мать вашу, Мо Цзюнь это сделал? Что он сделал? Что происходит, чёрт побери?»

Чжань Цифэн не успел даже толком ни о чем подумать, как Цзюнь Мосе сказал:

— Сяо Цзы, ты видишь его? Тот человек напротив — мой соперник, а того тигрового кота он выбрал для сражения с тобой. Так что давай, не подведи меня, дружок…

После слов молодого мастера Цзюнь Сяо Цзы высокомерно повернулся, посмотрел на Чжань Цифена и резко бросился вперёд. Добежав почти впритык, котёнок повернулся, задрал свой маленький зад и что есть мочи испустил газы светло-жёлтого цвета…

Затем Сяо Цзы два раза радостно мяукнул, подбежал к ногам Цзюнь Мосе и стал носиться вокруг него, будто испытывая дикое удовольствие от морального унижения противника, ожидая похвалы своего хозяина.

— Твою за ногу, ты, мелкий засранец, отойди от меня! Ты почему так себя ведёшь? Зачем при всех такое вытворять? Посмотри, в какое положение ты сейчас поставил господина Чжань Цифэна… Да ещё и гордишься этим… — Цзюнь Мосе прикрыл ладонью нос и добавил: — И хотя это лишь внутрибрюшной газ, но, бля, ты не можешь себя никак контролировать? Ты не слышишь меня? Пердеть тебе весело, а вот нюхать это кто должен? Иди, иди отсюда, не путайся около моих штанов… не развози эту вонь повсюду…

Сяо Цзы дважды мяукнул, поднял лапу и ударил ей по полу, затем повернул голову в сторону Чжань Цифэна и издал обиженный стон.

Он будто говорил: «Этот парень — твой противник, вот я и издеваюсь над ним, чтобы помочь тебе… Так чего ты орешь на меня? Нормальный вообще, нет?»

Окружающие сначала застыли в изумлении, но через мгновение все разразились диким хохотом.

Мяо Сяомяо прикрыла рот своей маленькой ручкой, а её большие глаза вдруг стали узкими от смеха.

Увидев настроение Чжань Цифэна, невозможно было не засмеяться.

Чжань Цифэн открыл рот и вытаращил глаза, даже все его мысленные процессы были временно приостановлены.

Кто бы мог подумать, что тигровый котёнок проявит инициативу ради какого-то человека? Он точно не бракованный?

А что насчёт этих газов, которые испустило это чудо… разве они совсем не воняют?

Чжань Цифэн некоторое время так и простоял с открытым ртом и, конечно же, машинально наглотался этих вонючих газов. Когда он, наконец, очнулся, то почувствовал эту вонь в своём животе, словно все его внутренности разом протухли.

— Кхе-кхе… Тьфу-тьфу! — Чжань Цифэн ещё долго плевался во все стороны. Уж слишком неприятное ощущение было у него внутри, словно все органы перемешались в одну кучу.

«Это кот или скунс, в конце-то концов? Разве это уже не чересчур?!»

Впервые у Цифэна появилось некое зловещее предчувствие по поводу этой битвы: странные вещи, происходящие на противоположной стороне, действительно слишком нелепы и совершенно не поддаются познанию никого из присутствующих.

— Можем начинать? Молодой господин Чжань? — собранно и неторопливо сказал Цзюнь Мосе.

— Начинаем! — стиснув зубы, сказал Чжань Цифэн. Он с некой осторожностью посмотрел напротив и отдал приказ. Вслед за этим кто-то передал им по кисти, и Цзюнь Мосе нарисовал на макушке Сяо Цзы небольшой черный круг.

Чжань Цифэн тоже нарисовал круг на голове своего котёнка, но белого цвета. Однако, как ни посмотри, это пятно выглядело на нём, словно белый флаг…

Цзюнь Мосе ещё не успел дать никаких распоряжений, как вдруг увидел, что маленький пушистик уже проскользнул мимо его ног и выбежал на середину поля. Тигрокот издал один чёткий протяжный рык, показывая своё превосходство в силе.

Затем он неторопливой кошачьей походкой прошёлся по кругу, словно Император, делающий обход своих владений…

С противоположной же стороны, котёнок, которого Чжань Цифэн считал самым успешной версией дрессировки за всю историю семьи Чжань, становился всё трусливее.

Он не только боялся сделать шаг вперёд, но и непрерывно отступал назад, постоянно возвращаясь к ногам Чжань Цифэна.

Тигрокотёнок громко кричал и выглядел крайне жалко.

«Умоляю, добрый человек, не отправляй меня туда… Я же не выдержу таких мучений… Это слишком тяжело… Я этому коту совсем не ровня…»

Глава 981. Лёгкая победа

Чжань Цифэна охватила ярость. Он до сих пор не мог понять, как агрессивный от природы тигровый котёнок стал таким трусливым и жалким? Это действительно очень странно… Но как ему теперь сохранить свою репутацию? Как он может выиграть?

В это время молодой господин Чжань закричал. Одной рукой он поднял тигрового котёнка и бросил в сторону противника. Оскалившись, он проговорил сквозь зубы:

— Загрызи его! Убей!

Если бы тигровый котенок понял его, он наверняка расплакался бы: «Хозяин, пожалуйста, не кричите. Вы уверены, что не шутите?»

Со шлепком тигровый котёнок семьи Чжань упал на землю. Задрав голову, он увидел напротив такого же тигрового котёнка. Но не слишком такого же, а именно самого главного среди них — Сяо Цзы. Пара холодных глаз безжалостно таращились на него.

Он вздрогнул. Тигровый котёнок семьи Чжань вдруг почувствовал, что лапы его с трудом держат. Он громко мяукнул, неожиданно взволновался и поднял передние лапы. Он начал суетливо царапать землю перед собой, а затем громко замяукал…

Казалось, что тигровые котята, лежа в клетке, наблюдали за своими сородичами, глядя на них полными сожаления глазами. У каждого выражение глаз означало только одно:

«Что ты себя ведёшь, как говна кусок? Встретившись с нашим королем в Колизее, ты всё ещё хочешь надавить на жалость? Ты можешь обижаться только на свою судьбу… Малыш, подчинись судьбе!»

Произошло то, что никто не ожидал. Все думали, что два тигровых котёнка встретятся в центре Колизея, но неожиданно они не стали яростно сражаться и грызть друг друга, вместо этого они начали поднимать лапы и громко мяукать. Как будто они… разговаривали?

Что произошло с этими двумя? Неужели это два сородича, встретившиеся после долгой разлуки в этом Колизее? Можно ли это объяснить? Для боев Священных животных всегда выбираются только самцы, чтобы избежать «неловкой ситуации» во время боя на поле битвы!

Вдруг все словно оказались во сне. Глядя на двух тигрокотят на поле, можно было почувствовать необычную волшебную атмосферу…

— Хозяин… хнык-хнык… меня вынудили, правда… — словно говорил тигровый котёнок с белым кругом на голове.

— Можешь не объяснять, я понимаю тебя… — будто бы ответил ему грозный Сяо Цзы.

— Хнык-хнык… хозяин, скажи, что я должен делать? Я сделаю то, что ты скажешь!

— Я ничего не могу поделать. Попав сюда, кто-то обязательно должен выиграть.

— О-о-о… Но зачем мне сражаться с тобой? Ты видишь, я так напуган, что даже хвост опущен. К тому же, как я могу вступать с тобой в схватку, ведь ты сильнее меня…

— Ты прав, у меня явное превосходство и ничего не поделаешь.

— Хнык-хнык… Несчастный я, несчастный… Подлец из семьи Чжань не понимает, какая это плохая идея. Чёрт побери… он совершенно бесчеловечный…

— Хватит ныть, в его семье нет ничего хорошего. Никто не поймёт, каково это — жить в нашем мире…

— Ооо, ооо…

— Вот чёрт! Дружок, ты собираешься драться или нет? Если ты не начнёшь, то я начну первым…

— Хнык-хнык…

— Я сделаю это! Я действительно начну драться!

— Ооо…

— Хватит, начинай драться! Я впервые выступаю для хозяина и должен выиграть! Малыш, подчинись судьбе. Кто же выбрал тебя, такого идиота? Ха-ха!

— Хнык-хнык…

— Плачет он! Чего ты ноешь? Ты сейчас сорвёшь голос, лучше давай сражаться… Может быть, я сделаю тебе снисхождение.

— Хозяин, ты должен понять меня… Не убивай меня…

— Я постараюсь. Кажется, мне очень сложно контролировать огромную силу, которая растёт во мне…

— Помогите, спасите! Хозяин, ты должен стараться контролировать её… Почему у меня такая тяжёлая судьба?

Все ждали, когда два тигровых котенка, наконец, закончат разговор. Точно так же, как два мастера боевых искусств в поединке. Каждый осторожно смотрел на противника, медленно двигаясь по кругу, они демонстрировали своё мастерство, этот стиль назывался «сильное животное»…

— Это… превосходное мастерство? Сегодня мне довелось увидеть редкость! — неожиданно закричал ошеломлённый молодой юноша. Глаза этого юноши были такие выпуклые, казалось, что вот-вот выпадут, а его лицо было необычным. Пальцем он указывал на поле, а лицо покраснело от волнения…

— Мяу! — ринулся, как быстрое течение, Сяо Цзы, что означало: «Я пришёл и намерен драться!»

— Мяу… — означает: «Хны-хны… Любимый хозяин… Я… я… я… я такой несчастный, ты во что бы то ни стало должен контролировать эту силу…

На глазах у всех тигровые котята начали кувыркаться в драке! Один на другого, закончилось вничью…

Сяо Цзы намеренно провалил это сражение, иначе он бы сразу убил его, и не было интриги.

Битва становилась всё более ожесточённой, и в воздухе уже летала шерсть, как пух.

Наконец-то!

— А-у-у! — прорычал Сяо Цзы и ринулся вперёд, острые когти его сияли металлическим блеском.

— А-у-у… мяу-мяу! — закричал тигровый котёнок: «Хозяин, помни своё обещание, не дай мне умереть…»

Исход сражения был очевиден по рычанию.

На Сяо Цзы не было ни царапины. С важным видом он слез со своего противника, обошёл кругом площадку и с довольным видом „показывал“ себя. Сяо Цзы обладал изяществом кошки.

Второй тигрокот был ещё жив, он просто дрожал и стонал на земле, всё тело его было покрыто ранами… Алая кровь окрасила землю. К счастью, Сяо Цзы помнил, что обещал быть снисходительным, и он не повредил его внутренние органы и кости. Ни одной глубокой раны не было, но вся шкура была покрыта неглубокими, но кровоточащими порезами. Это было ужасающее зрелище. Все поняли, что этот тигрокот проиграл, и он просто не может больше драться!

Исход сражения был очевиден, Сяо Цзы с чёрным кругом на голове ясно продемонстрировал победу Цзюнь Мосе!

Чжань Цифэн стоял с мертвенно-бледным лицом!

Конец!

Все кончено!

— Состязания подошли к концу и официально закончились! Господин Мо Цзюнь выиграл в пяти турах подряд, поэтому Мо Цзюнь выиграл, а семья Чжань побеждена! — звонким голосом объявила результаты Мяо Сяомяо.

Два старика семьи Чжань, сидевшие в чайной, одновременно вздохнули, а затем разочарованно опустили головы.

Это было очевидно, даже бог не смог бы изменить исход.

— Ты считаешь… такой результат… на самом деле… — осторожно сказал один из стариков.

Старик рядом с ним закрыл глаза и долгое время ничего не говорил. Через какое-то время ответил:

— Сегодняшнее сражение действительно превзошло все ожидания! Проигрыш! На это есть свидетели, что обладатель непревзойдённой сущности — совершенно не простой человек, как мы думали сначала. Обычный человек, даже обладающий невероятными умственными способностями, абсолютно не может знать так много и разбираться в разных областях… Особенно в последней игре. Тигрокот проявил себя очень странно…

— Верно, как тигровый котёнок в одно мгновение может стать таким умным? К тому же, очевидно, что его только что привезли в Колизей, и никто его лично не выращивал… хм… — вдруг сказал старик и вздохнул.

Глаза сидящего старика сверкнули холодным блеском:

— Вы подозреваете, что люди Колизея в сговоре с ним? Хм… это возможно… Распорядитесь провести всестороннее расследование в отношении служащих Колизея. Если у вас возникнут хоть какие-то сомнения — не нужно никому сообщать, просто разберитесь с этим!

— Есть!

— Кроме того, заполучите этого тигрового котёнка и принесите его мне. Я хочу узнать, есть ли в нем какой-то секрет.

— Слушаемся!

— А ещё этот Мо Цзюнь… Раньше я знал лишь то, что Цао Гофэн из Призрачного Дворца нашёл обладателя непревзойдённой сущности, и этот человек непременно станет выдающимся в совершенствовании Суань. Теперь, кажется, всё не так просто. После сегодняшнего состязания стало понятно, что Мо Цзюнь, действительно, очень опасен.

Старик глубоко задумался и, казалось, что про себя он размышлял:

— У этого человека спокойный ум, ясное мышление и способность приспосабливаться… он уникален. Более того, он смелый, коварный, независимо от состязаний, которые проходили раньше, он везде выиграл. Чжань Цифэн и Чжань Юшу в конце концов оказались в тупике, прежде чем они официально вступили в соревнование… Поэтому два брата полностью потеряли возможность уладить конфликт… Такие жестокие способы и скрытые замыслы… Кроме того, этот человек превзошёл других в музыке, поэзии, каллиграфии, живописи и шахматах, он заслуживает считаться великим мастером! Даже в техниках азартных игр он искусен… Такой человек, не важно в каком месте, станет знаменитым за очень короткий период времени, и станет легендой. Даже в нашем Призрачном Дворце он не остался незамеченным! Но почему мы слышали, что он обычный человек? Это совершенно сомнительно.

— Что вы имеете в виду?

— Немедленно пошлите людей в Призрачный Дворец и тщательно исследуйте этот вопрос! Любой, кто имеет какие-либо сходства с Мо Цзюнем, либо связан с ним, должен быть занесён в архив и тщательно исследован! Я хочу выяснить, кто же, всё-таки, этот Мо Цзюнь!

— Да, но… полагаю, на это не хватит пяти дней, — сказал старик, слегка нахмурившись.

— Пять дней? Почему пять дней? Разве я установил временной лимит?

— Но через пять дней будет официальное посещение Сада чудодейственных растений! Согласно пари, семья Чжань проиграла место Мо Цзюню. Неужели мы обманем его?

— Идиот! Конечно, нет, это место его! Если мы не отдадим его, он заберёт сам. Это клятва, данная прародителям и новым поколением семьи Чжань, можно ли нарушить такую клятву?

— Верно!

— Более того, Мо Цзюнь — легендарный обладатель непревзойдённой сущности. Если у него действительно есть скрытые мотивы, чтобы попасть в Призрачный Дворец, тогда какова его цель? Сад чудодейственных растений? Тогда, когда он попадёт туда, это будет лучшим местом, чтобы раскрыть его истинную цель! Не забывайте, что там невозможно скрыть какие-либо махинации и интриги…

— Вы в самом деле очень дальновидны!

— Давайте просто оставим это дело. Нужно возвращаться. Скажите Чжань Цифэну и Чжань Юшу, что на этот раз это будет для них уроком и опытом. Что касается ошибочного решения их семьи — они не должны винить себя, пусть запомнят это событие. Это будет полезно для их будущего.

— Верно!

Подул легкий ветерок, на окне блеснул свет, а старик исчез из комнаты.

Глава 982. Безобразие, он требует исполнения долга!

— Предки есть предки, исчезли будто бесследно. Это был действительно хитрый трюк, — пробормотал преисполненный уважением другой старик, глядя в окно. Договорив, он медленно спустился вниз.

В тени позади башни Пхяосян слегка колыхалась чья-то одежда, затем медленно поднялась и показалась чья-то седая голова. В тот момент глаза этого человека были полны недоверия.

— Что натворила семья Чжань, какая у них всё-таки цель? А этот их старик, который никак не сдохнет… Почему он сегодня специально следил за этим скучным боем? Что они собираются сделать? А обладатель непревзойдённой сущности действительно очень интересный… Мо Цзюнь, что всё-таки ты хочешь делать? Я всегда был умён и проницателен, почему сегодня меня удалось обмануть? В этом деле, несомненно, есть какой-то тайный замысел… Мне следует вернуться, чтобы сообщить семье… Сяомяо сейчас, очевидно, испытывает чувства к Мо Цзюню… Как решить этот вопрос? Станет ли этот Мо Цзюнь в конце концов помогать моей семье Мяо? Это действительно проблема…

В полной тишине этот человек закружился и с шорохом исчез, где-то далеко блеснул и полностью пропал из вида. Он направлялся к дому семьи Мяо…

В Башне Пхяосян Цзюнь Мосе немного пошевелился, губы медленно расплылись в сверкающей улыбке…

Чжань Юшу и Чжань Цифэн уставились на тигрового котёнка, который всё ещё был на полу и хвастливо демонстрировал своё превосходство, а в их душе наступил мрак! Неужели всё кончено?

Однако… очевидно, что они подготовили и продумали всесторонний и тщательный план, планировали разделаться с этим обладателем непревзойдённой сущности, тем самым обеспечивая великолепное будущее для семьи Чжань в Призрачном Дворце… и даже основу для многих, многих последующих решений…

Они начали готовиться после того, как узнали, что обладатель непревзойдённой сущности прибыл в Призрачный Дворец… Они всё очень долго подготавливали, и даже задействовали силы всего окружения семьи…

Они проиграли какому-то неотёсанному деревенщине? Да ещё и таким позорным образом?!

— Я хочу спросить… Почему вы ничего не делаете? Разве вы не обязаны выполнить условия нашей договоренности? — Цзюнь Мосе покачал головой и сказал: — Я помню, первое условие… ваша семья пообещала, что я смогу войти в Сад чудодейственных растений. Вы же не будете обманывать меня?

— Любишь играть — умей платить, не беспокойся! Мы во что бы то ни стало сдержим обещание, — пот катился градом по лбу Чжань Цифэна, но теперь он не мог отступить.

— Хорошо! Этого пока достаточно! Я подожду пять дней, а потом войду в Сад чудодейственных растений. Самое главное, что вы должны помнить, я должен попасть туда вместе с госпожой Мяо… — Цзюнь Мосе щёлкнул пальцами: — И третье — я могу выдвинуть вам любое условие. Конечно, я не готов это сделать прямо сейчас… поэтому вернёмся к этому позже.

Чжань Юшу и Чжань Цифэн, услышав это, совсем не успокоились, а наоборот, сердце будто оборвалось.

Он сказал это так, чтобы все слышали, сейчас он хотел, чтобы они выполнили второе условие! Прямо здесь десять раз поклониться ему, называя «владыкой»! Конечно же, по очереди.

— Но второе условие не слишком хлопотно. Кажется, оно очень простое. Вы оба здесь, просто выполните его и всё, — просто сказал Цзюнь Мосе. Его глаза были холодными и злыми. — Вы проиграли. Согласно предварительному соглашению, вы обязаны встать передо мной на колени, десять раз поклониться мне, называя меня «владыкой»!

Когда он это сказал, все содрогнулись!

Хотя они обо всём договорились до пари, никто не думал, что этот Мо Цзюнь окажется таким смелым! Кто бы мог подумать, что он действительно попросит выполнить это условие!

Если он сегодня будет настаивать, вероятно, что с этого момента вся семья Чжань из поколения в поколение будет ненавидеть его, и никогда не удастся уладить этот конфликт!

Любой, кто хочет развиваться в Призрачном Дворце, не сделает этого, но и абсолютный мудрец не примет такое условие.

Потому что… это серьёзно навредит репутации семьи Чжань в Призрачном Дворце. По сути, это сродни самоубийству!

— Ах ты! — обычно спокойное и интеллигентное лицо Чжань Цифэна внезапно исказилось, он смотрел на него красными глазами и сказал сквозь зубы: — Мо Цзюнь! Не следует обижать людей так сильно!

— Что, хочешь отказаться? — холодно улыбнулся Цзюнь Мосе и сказал: — Это будет равносильно тому, что вы нарушите кровную клятву, которую дали ваши предки и их потомки! Допустим, я отпущу вас, но ваша семья разве на это согласится?

Чжань Юшу и Чжань Цифэн сразу же замолчали.

Причина, по которой два брата огрызались, заключалась в том, что они просто не могли допустить такого унижения — десять раз поклониться, называя его «владыкой». Учитывая их статус, если они действительно всё сделают по уговору, то с этого момента, вероятно, они не смогут смотреть людям в глаза. Такой позор они просто не вынесут, поэтому, естественно, они хотели бы увильнуть или просто забыть об этой части.

Однако, услышав предупреждение господина Цзюнь, они вдруг вспомнили, что результат спора уже утверждён, предыдущие условия вступили в силу немедленно. Если они не станут кланяться ему и называть «владыкой», согласно договору, то опозорят своих предков и потомков!

Ситуация была очевидна, но если братья при всём честном народе поклонятся постороннему простолюдину, то как они потом будут смотреть людям в глаза? Как они смогут управлять домом Чжань, сегодняшнее поражение останется с ними и будет большим позором!

В этот момент у обоих на лбу выступили вены, они гневно на него смотрели, оказавшись действительно в безвыходном положении. Если бы у них хватило ума защититься, однако они не сказали ни слова.

— Раз хватило смелости сделать ставку, я был готов признать себя проигравшим и выплатить долг по справедливости, небесной и земной! – спокойно сказал Цзюнь Мосе: — Конечно… все простые условия вы оставили для себя, а для других людей добавили жёсткие условия. Но как только дело коснулось вас, вы решили снова лить и прибегать к своему любимому «Как ты можешь обижать других»? Таким образом, вы снисходительны к себе и жестоки к другим людям… Так никуда не годится!

В этот момент в глазах Цзюнь Мосе были только холод и уверенность: любой, кто видел выражение его глаз, отчетливо понимал, что сегодня никому поблажек не будет! По поведению Мо Цзюня было очевидно, что он хочет заставить двух братьев десять раз поклониться, называя его «владыкой» и точка!

На самом деле, этот вопрос можно было разрешить очень просто. Только им хотелось, чтобы обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, вдруг великодушно сказал:

«На самом деле это — всего лишь шутка, какие ещё поклоны!»

Таким образом, братья Чжань могли бы под этим предлогом выйти из положения, и всё закончилось бы всеобщей радостью и ладно! Братья не хотели выполнять условия пари, хотя остальные ждали этого. Но не будут же они себя заставлять…

Однако кроме Цзюнь Мосе никто не обладал соответствующим положением и правом, чтобы сказать что-то подобное!

В этот момент господин Цзюнь взял инициативу этого вопроса на себя, на его лице были непонятные эмоции. Каждый, кто хотел, собравшись с духом, просить о снисхождении, если бы увидел его лицо, тактично отказался бы от своей идеи. Стоит заметить, что не было никого, кто хорошо бы знал Цзюнь Мосе, а если бы и был, то действительно нарвался бы на неприятности с такими предложениями.

Наконец, в бесконечной тишине седовласый старик со злобным взглядом попытался выступить примирителем. Посмеявшись, он сказал:

— Господин Мо, видите ли, свидетель уже подтвердил вашу победу. Спор успешно завершился. Не могли бы вы… хе-хе, отнестись к этому с юмором? Так или иначе, вы уже точно попадете в Сад чудодейственных растений…

Все посмотрели на него. Не было никого, кто бы не знал этого старика, кроме, разумеется, Мо Цзюня. Он считался очень умным, но характер его был невыносимым. Он всегда полагался на семью Чжань и пользовался их силой. В этот момент он лез не в свои дела, пытаясь примирить противников, что было для всех удивлением.

— Кто ты? Почему ты вмешиваешься? — Цзюнь Мосе повернул голову, тёмными и холодными глазами посмотрел на него: — Какое вы имеете отношение к нашему пари? Отнестись к пари с юмором? Какие тут могут быть шутки? Вы участвовали в этом пари? Что за глупости? Неужели вы представляете семью Чжань?

Услышав эти слова, старик остолбенел, тотчас его лицо стало пурпурным. Он привык спекулировать своим возрастом, полагаясь на свою седину. Даже если кто-то презирал его поступки, он не придавал этому значения, в большинстве случаев ему помогала его репутация. В конце концов, уважение к старикам, не важно в каком мире, является обычным правилом человеческого бытия!

Хотя этого старика далеко нельзя было назвать «добродетельным», но из-за его седых волос, его считали «стариком», поэтому сегодня он лез не в свои дела, намереваясь примирить соперников, чтобы помочь двум братьям Чжань выйти из положения.

Он считал себя почтенным и уважаемым, хотя у него были сильные сомнения о том, вмешиваться ли ему, но, в конце концов, он должен был помочь двум сторонам примириться. Не только, чтобы помочь семье Чжань, но также использовать эту возможность, чтобы установить отношения с будущим сильнейшим человеком в Призрачном Дворце. Поэтому он выступил открыто и заявил о примирении, но он даже не думал, что на самом деле столкнётся с таким импульсивным человеком. Ему не только не проявили уважение, но вместо этого ещё и унизили…

— Естественно, я не могу представлять семью Чжань, но… — старик хотел договорить, а затем жёстко дать отпор, подвергнуть этого парня критике, мол, почему он не уважает старика, ему не достает нравственности! Он хотел надавить на него своим авторитетом, чтобы ему стало стыдно, так что пусть он узнает, какие последствия будут у оскорбления старика. Даже если он не сможет убедить этого парня, то хотя бы внесёт смуту и попытается выгородить семью Чжань.

Но, только начав свои пространные рассуждения, он тут же был прерван Цзюнь Мосе:

— Старик, если ты не представляешь семью Чжань, то какого чёрта вы пришли? С какой стати я должен уважать вас? Как вы смеете приходить сюда, если не представляете семью Чжань? А? Или вас захватили эмоции?

Старик был сильно взволнован непрерывными ругательствами, которыми осыпал его Цзюнь Мосе. Грозя пальцем, он возмущённо прокаркал:

— Ты… ты… ты…

Глава 983. Кланяться в ноги

— Что? Да пошёл нахрен! Ты надоел мне своей болтовнёй. Я лично выдерну твой язык и скормлю его собакам! Какой-то жалкий, полулысый старик возомнил себя мудрецом… Будь тебе хоть сотни лет, ты — ограниченный человек без каких-либо способностей. Это только показывает, что ты не то, что некомпетентный, а попросту ленивый и тупой! С какой стати ты, настолько ограниченный, лезешь не в своё дело и вообще открываешь рот? Разве тебе не стыдно перед этими людьми? — со злобой гаркнул Цзюнь Мосе.

В этот момент все вздрогнули!

Казалось, что этот парень совсем перестал чувствовать страх во время состязаний, сейчас он выглядел очень бойким… Говоря о споре один на один, во всем Призрачном Дворце не найти ему достойного соперника. Он действительно слишком острый на язык…

После того как старик хотел вступиться за семью Чжань, теперь уже было не важно, кто из братьев даже напрямую попросит о помощи, взглядом или словом, приятель это их или близкий друг — любой отвернётся и сделает вид, что не замечает просящего. Разве они не видели, как отругали этого старика? Если они выступят, то их также обругают и унизят в хлам… Что тогда будет с их репутацией?

На самом деле они не могли просто так отделаться от этого человека… Он же — «легендарный обладатель непревзойдённой сущности». Если даже семья Чжань замышляла против него коварные планы, но не осмелилась убить его, то кто они вообще такие, чтобы лезть туда? Что они скажут ему? Они не смогут урегулировать конфликт, но они не дураки, чтобы сражаться против этого гения…

Цель Цзюнь Мосе, несомненно, была достигнута.

Теперь братья Чжань оказались в совершенно одиноком и беспомощном положении.

В конце концов, Мяо Сяомяо всё взвесила, обдумала, после чего подошла к нему и прошептала:

— Брат Мо… На сегодня хватит. Не перестарайся, позволь вам обоим — и тебе, и семье Чжань — выйти из сложившейся ситуации с достоинством. Если ты окончательно оскорбишь семью Чжань, в будущем это приведёт к…

— Нам обоим выйти из сложившейся ситуации с достоинством? Это выгодно только для братьев Чжань! Какой мне от этого прок? Неужели ты думаешь, что после сегодняшних событий, у нас ещё есть надежда на мирные отношения? После того, сука, что эти двое творили? После того, как этот мудень повёл себя с тобой? А потом ещё на пару с подпевалой-братишкой вовсю пытались унизить меня и не дать ни шанса подняться? Подумай немного — если сегодня я от всей души унижал их всё время, пока длились эти блядс… долбаные испытания, неужели они смогут забыть всё это, а семья Чжань будет милостива ко мне и не затаит обиду? — удивлённо посмотрел на неё Цзюнь Мосе.

— О… ну, если говорить об этом… нет, — Мяо Сяомяо сразу поняла, что она была слишком идеалистична.

Как бы то ни было, Мо Цзюнь уже оскорбил семью Чжань, и, если он ещё сильнее их обидит, кажется, это уже не будет иметь значения. Ситуация стала серьезной до такой степени, что хуже уже некуда. Даже если в этот момент она станет в десять раз серьёзнее, результат останется таким же…

— Я хочу сказать, чтобы вы двое поторопились. Мы же все очень занятые люди, не так ли? К чему тянуть время? — Цзюнь Мосе нетерпеливо сказал Чжань Цифэну: — Такой пустяк… Я же не прошу вас покончить с собой, это ведь намного сложнее. Не то, что десять раз поклониться мне, называя «владыкой», да? Это не сложно: преклонить колени и сказать пару слов, вот и всё… Будете и дальше ломаться, как девчонки?

Все тут же попадали со смеху!

«Всего лишь» десять раз поклониться, называя «владыкой»? «И всё»?

Почему он говорит, что это легко? Может тогда сам попробует?

— Мо Цзюнь, ты действительно хочешь загнать нас в тупик? Ты действительно хочешь довести ненависть между нами до такой степени, что мы никогда не сможем её разрешить? — пронзительно посмотрел на него Чжань Юшу.

— Господин Чжань, наверняка, шутит. Какая может быть между нами ненависть? Разве это не простой спор, в котором вы проиграли? Вы только что сказали «любишь играть — умей платить», к тому же вам известны последствия нарушения соглашения. Право выбора остается за вами… Но раз вы подняли этот вопрос — я тоже не хочу много говорить, просто задам вам встречный вопрос. Только что я выиграл пять туров подряд. А если бы я проиграл хоть в одном, вы бы так же, спокойно, отказались от поставленных передо мной условий? Не делай другим того, чего себе не желаешь! Не рой другому яму, сам в неё попадёшь! — Цзюнь Мосе с насмешкой посмотрел на него: — Господин Чжань, я хочу дать вам один совет. Не думайте, что вы — самый умный в этом мире, а остальные дураки, которыми вы можете манипулировать ими. Я действительно должен был вам это посоветовать… В этом мире действительно очень много умных людей! А ещё много тех, кто ведёт себя намеренно глупо и по-идиотски, чтобы сбить с толку противника. Людей, замышляющих недоброе, естественно, тоже немало…

Внезапно прозвучал спокойный голос:

— Господин Мо, конечно, превосходный и умный человек. Всё это он уже давно предвидел и полностью контролировал ситуацию с самого начала. Я ведь прав?

На площадке появился старик в белом одеянии

— Чжань Бинфэн! Главный придворный старейшина семьи Чжань, а также младший брат прежнего главы семьи Чжань! Оказывается, он пришёл лично! — взволнованно сказала Мяо Сяомяо Цзюнь Мосе, чтобы тот был в курсе о статусе этого человека. А то сейчас и на него налетит со своими претензиями…

Когда братья Чжань увидели этого старика, в их глазах словно заблестели слова «Спаситель», как будто тонущий человек вдруг увидел возле себя плывущее бревно!

— Главный придворный старейшина? Не думаю… — Цзюнь Мосе усмехнулся про себя. Он считал, что всё происходящее не имеет большого значения. К тому же, этот человек, который появился в момент, когда семья Чжань уже полностью опозорилась, занимал довольно высокое положение, но в подлинном смысле этого слова он не был главным старейшиной…

Казалось, что этот так называемый «главный старейшина» — всего лишь прикрытие…

Конечно, нельзя недооценивать влияние этого «главного придворного старейшины». Он уже достиг уровня второго Императора, и этого достаточно, чтобы называть себя равным второму учителю Бай Цифэну…

— Осмелюсь спросить, почему вы внезапно появились здесь? Неужели хотите помочь братьям Чжань выкрутиться из этой щекотливой ситуации? — посмеиваясь, спросил Цзюнь Мосе.

Несмотря на предупреждение Мяо Сяомяо, он нисколько не стеснялся в выражениях!

— Семья Чжань дорожит своей репутацией. К чему им выкручиваться, если они готовы выплатить долг? — твёрдо сказал Чжань Бинфэн. — Более того, эти проходимцы не получили заранее согласия семьи, они самовольно заключили такое серьёзное пари. Даже если вы не потребуете от них исполнения условия, я не смогу отпустить их так просто!

— Верно говорят: любишь играть — умей платить. Я, определённо, не смогу отказаться от пари, — ничем себя не выдав, сказал Цзюнь Мосе. — Даже если ваша семья не берёт на себя ответственность за их действия, братья Чжань дали клятву на крови во имя предков восьми династий и потомков! Это могут подтвердить присутствующие свидетели… А также, небо и земля — мои свидетели!

Услышав, о том, что «небо и земля свидетели», Чжань Бинфэн был шокирован, он понял, что соперник не успокоится.

Однако Чжань Бинфэн достиг своего положения и с ним тоже не так легко справиться. Он улыбнулся и сказал:

— Господин Мо, пожалуйста, успокойтесь. Сказанное слово назад не вернёшь. Независимо от того, есть ли клятва на крови или нет — семья Чжань не будет отрицать условия договора. Сегодня я пришёл, чтобы заставить этих подлецов исполнить условия пари!

Договорив, он вышел вперёд и встал перед Цзюнь Мосе. Он повернулся и строго сказал:

— Ах вы, негодяи! Вы смеете играть, но не хотите проигрывать. Как вы смеете уничтожать репутацию семьи Чжань. На колени и выполняйте условия пари!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу, с мертвенно-бледными лицами, опустились на колени. Конечно же, по правилам они должны поклониться ему десять раз, называя «владыкой».

Выражение лица Мяо Сяомяо мгновенно изменилось.

Цзюнь Мосе фыркнул и спросил:

— Что они делают? Они кланяются, но ничего не говорят?

Чжань Бинфэн — высокопринципиальный человек, но встал перед молодым господином Цзюнь. Тень его крепкого тела падала на господина Цзюнь. Чжань Цифэн и Чжань Юшу начали кланяться ему десять раз, называя «владыкой».

Чжань Бинфэн, на самом деле, их дядя…

Исполнение условий пари… действительно было мерзко!

Когда Цзюнь Мосе задал этот вопрос, они не стали ничего отвечать. Что на это можно было вообще ответить? Мудрый человек с первого взгляда понял бы, что они оба эксцентричны и хитры. Но они не стали отвечать, потому что это выглядело бы как очередная отговорка…

Неужели они не станут называть его «владыкой»?

— Ох… друг Мо, мы действительно сегодня проиграли. Да, любишь играть – умей платить. Дружок Мо, будьте уверены, что вы попадёте в Сад чудодейственных растений, через пять дней он открывается. Я ручаюсь репутацией нашей семьи, что вы туда зайдёте! Что касается условия спора — вы можете в любое время к нам обратиться, и мы непременно его выполним! — Чжань Бинфэн рассмеялся и сказал: — Сегодня наша репутация пострадала из-за этих подлецов. Я должен вернуться в храм предков семьи Чжань, чтобы решить, какое они понесут наказание. На этом я вынужден с вами попрощаться, — он внезапно наклонился, махнул рукой Чжань Цифэну и Чжань Юшу, и с хлопком вылетел в окно, в мгновение ока и следа его не осталось.

Он скрылся, не оставив возможность Цзюнь Мосе что-то сказать в ответ…

— Чёрт! Наглец! Нахальный старик! У семьи Чжань попросту нет ни стыда, ни совести! Негодяй, ещё и главный старейшина, тьфу! Чушь! — можно сказать, Цзюнь Мосе задыхался от ярости и прямо-таки разразился бранью.

Он громко бранился, хотя все знали, что семья Чжань повела себя нахально, но последние десять поклонов — это позор, от которого семья Чжань не сможет избавиться! Несмотря на то, что Чжань Бинфэн пытался выгородить братьев!

Все знали почему они сделали десять поклонов…

Все присутствующие не смели и слова вымолвить. Кажется, за тысячи лет никто не смел так ругать семью Чжань перед такой большой аудиторией. Сейчас был слышен только голос талантливого Мо Цзюня. Любое неосторожно произнесённое слово могло обидеть семью Чжань. Не стоит совершать необдуманные поступки, ведь в любой момент всё может измениться…

Глава 984. В процессе убийства…

Вся семья Чжань уже удалилась, остальные же люди стали выходить вперёд, намереваясь поговорить и познакомиться поближе с Цзюнь Мосе. Хотя обладатель непревзойдённой сущности очень сильно испортил отношения с семьей Чжань, в будущем у него вряд ли получится повторить свой успех. Вероятность того, что всё вернётся на круги своя, тоже крайне велика, но если же ему всё-таки повезёт, и он останется в живых, подрастёт и увеличит своё влияние в разы… Сегодня этот парень показал, что его поистине можно считать очень могущественным человеком своего поколения!

Заранее познакомиться с ним наверняка не будет лишним.

Пусть даже он и умрёт в полном расцвете сил, для всех присутствующих это не станет большой потерей… Цзюнь Мосе перекинулся парой фраз с присутствующими, и прямиком двинулся на выход. Он считал, что его сегодняшние успехи можно считать вполне сносными.

По крайней мере, ему оставалось только лишь попасть в Сад чудодейственных растений, и есть надежда, что главная цель его поездки будет выполнена, всё пройдёт наилучшим образом!

После того, как он добьётся своей цели, он сразу же исчезнет. Какое ему дело до того, что станется с Призрачным Дворцом? Сейчас время и так поджимает, Битва за Захват Небес уже совсем не за горами!

Всё время лежавший на земле Сяо Цзы, увидев, что Мосе собрался уходить, буркнул, резко поднялся, и крепко ухватился за штанину Мосе, смотря на него глазами, полными преданности и горести от предстоящей разлуки.

— Сяо Цзы, твоё место не здесь, и точно не со мной, возвращайся в лес, — Цзюнь Мосе ласково приобнял его и взял на руки: — Здесь вовсе не край радости для тебя. Уходи отсюда, Сяо Цзы, и, если суждено, мы ещё обязательно встретимся с тобой.

Договорив, он тихонько опустил его на землю. Сяо Цзы промурлыкал два раза, с сожалением смотря в глаза Цзюнь Мосе, словно что-то поняв. Вдруг он резко надрывно взвизгнул, и откусил кусок ткани от штанины Мосе. Потом он поднял голову, снова посмотрел на Мосе, кувыркнулся, и, посмотрев ещё раз на прощание, словно молния бросился прочь, незаметно исчезнув из этого оживлённого зала.

Кусок ткани, который он откусил, очевидно, означал: «Сколько времени бы не прошло, я никогда не забуду твой запах». А своим кувырком он как бы говорил: «Сколько времени бы не прошло, ты навсегда останешься моим хозяином!»

Хотя это маленькое Священное животное, оно всё чувствует, как человек. Перед тем, как уйти, сердце Мосе обливалось кровью…

Увидев, что господин Мо собирается удалиться, Мяо Сяомяо поспешила извиниться перед присутствующими, и, подхватив Сяо Доу Я, направилась за ним. Однако когда они обе вышли на улицу, они лишь столкнулись с оживлённым потоком людей, а Мо Цзюня уже и след простыл. Похоже он очень быстро ходит… Увидев полную людей улицу, Сяомяо сначала опешила и застыла на месте, ещё долгое время чувствуя себя очень раздосадовано…

— Барышня, я думаю, господин Мо отправился к старейшине Цао, он не мог далеко уйти. Если мы отправимся этой дорогой, наверняка, отыщем его, — ловко предположила Сяо Доу Я.

— И то правда! Тем более мне сейчас нужно возвращаться домой, следует подробно рассказать отцу о случившемся здесь, — и они двинулись обратной дорогой домой.

Дождавшись, когда их силуэты скрылись за углом, Цзюнь Мосе беззвучно появился на том же самом месте, где прежде стояли Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я, про себя он произнёс:

— Прости… но я не могу…

В другой стороне, покинув башню Пхяосян, глава семьи Чжань, Чжань Бинфэн, не сказав и двух слов, устроил жесткую взбучку Цифэну и Юшу. Потом, разразившись яростной бранью, приказал им возвращаться домой, переосмыслить свои поступки, после чего он ушёл как ни в чём не бывало.

Чжань Цифэн и Чжань Юшу, в пыли с головы до ног, валялись на земле. Глядя друг на друга, они испытывали только злость и ненависть!

— Клянусь, мне не жить, если я не отомщу ему! — Чжань Цифэн свирепо ударил кулаком о камень, лежащий на обочине дороги, его глаза были наполнены кровью.

— Я убью его! Во что бы то ни стало, я убью его! Этого ублюдского Мо Цзюня! — оскалив зубы, бормотал Чжань Юшу: — Ни один человек так не оскорблял меня на всю мою жизнь! Я не буду жить с ним под одним небом… Брат, каким будет наш следующий шаг?

— Нам тоже не сойдёт это с рук, у нас нет доказательств против Мо Цзюня. В общем, сложившаяся ситуация окончательно вышла из-под контроля, единственная возможность спасти положение — это действовать прямо сейчас… — медленно произнес Чжань Цифэн.

— Верно, все присутствующие там люди уже видели, что мы отправились домой. Если с Мо Цзюнем на обратной дороге что-нибудь случится, под самым большим подозрением окажемся мы, однако именно из-за этого они и не станут бросать подозрения на нас! — во взгляде Чжаня Юшу появились нотки коварства.

— Юшу! Ты отвечаешь за безопасность этого плана. Нам непременно нужно сделать всё чисто! — глаза Чжань Цифэна сверкнули: — Если останутся концы, ведущие к нам, мы уже не расхлебаем это!

— Нет! Брат, если нужно сделать всё чисто, и без проблем — мы должны действовать лично оба! — один раз хлебнув сполна горя, Чжань Юшу стал умнее. Услышав слова старшего брата, он немедленно запротестовал: — Боюсь, такое дело не по силам младшему брату. Только при содействии старшего брата будет обеспечено безупречное выполнение этой миссии!

Чжань Цифэн опешил и серьёзно посмотрел на Юшу, после чего с горечью в голосе произнёс:

— Баа… а ты повзрослел…

Чжань Юшу промолчал, подумав про себя: «Снова хотел бросить меня на амбразуру? Если всё провалится, я снова буду козлом отпущения? Ха! Пусть ты и мой родной брат, но я всё равно не подпишусь на это!»

Оба брата почувствовали, что дистанция, образовавшаяся между ними, медленно увеличивалась… Они оба понимали, что им уже больше никогда не вернуть былую дружбу, существовавшую между ними, однако ни один, ни другой не пытались снова раскрыть рот… По мере того, как отчуждение между ними крепчало, день медленно серел… Наступило время заката, и опускались сумерки…

Когда Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я покинули башню Пхяосян, были уже сумерки. Солнце заходило, добравшись до горы, небо уже стало совсем неясным. Вся гора была окружена беловатыми клубами тумана. Мяо Сяомяо всю дорогу была погружена в свои мысли, и была совсем не весела…

Внезапно мимо них с высокой скоростью пронеслись два силуэта.

Со спины они выглядели, как ученики старейшины Цао, Ван Нэн и Ли Цзе.

После того, как Цзюнь Мосе одержал победу, всех прихвостней семьи Чжань как ветром сдуло, и оба ученика получили свободу. Не найдя Цзюнь Мосе, они отправились к Цао Гофэну доложить об этом.

«Почему они позволили Мо Цзюню возвращаться в одиночку?»

Пока Мяо Сяомяо недоумевала, вдруг издалека раздались какие-то звуки. «Неужто что-то случилось? Но кто такой дерзкий и наглый, чтобы осмелиться учинить в этом месте беспорядки? Совсем жить надоело?» — зрачки Мяо Сяомяо расширились, её белоснежные ручки слегка дрожали.

Она достала пёстрый кусочек яшмы необыкновенно тонкой работы, и также искусно выполненный небольшой кинжал. Слегка порезав свой палец, она уронила каплю своей крови на этот кусочек яшмы, который стремительно вспыхнул ярким светом и тут же потух, после чего камень значительно увеличился в своих размерах. Мяо Сяомяо, ни разу не поморщившись, взяла этот причудливый камень и поместила на голову себе и Сяо Доу Я, в ту же секунду они пропали из вида.

Этот пестрый кусочек яшмы — драгоценное сокровище призрачного дворца!

Плащ-невидимка!

Это одно из величайших сокровищ, доставшихся им по наследству от Первого Шао. Стоит только оросить его своей собственной кровью, а потом поместить поверх своего тела, и тело тотчас же станет невидимым. Ни один мастер даже самого высокого уровня не сможет почувствовать присутствие человека.

Скрывшись под этой удивительной штуковиной, Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я бесшумно двинулись к тому месту, откуда были слышны звуки… Взлетев, они совершенно не заметили Цзюнь Мосе, свободно движущегося за несколько сотен чжан позади от них.

Они незаметно двигались вперёд, но за углом дорогу им преграждал большой камень, и ещё куча грязных вещей, вонь от которых била прямо в нос.

Около этого места была маленькая тропинка, по которой можно было без проблем преодолеть препятствие. Крайне мучительный звук доносился как раз оттуда. Мяо Сяомяо, не раздумывая, бросилась именно туда.

Двинувшись в этом направлении, свернув на двух поворотах, на глаза им попалась узкая и маленькая дорога, обстановка на которой заставила их испугаться. Шесть человек в чёрных масках, закрывающих лицо, преграждали путь Ван Нэну и Ли Цзе. Судя по ситуации, оба человека уже находились под их контролем!

Было слишком далеко, и голоса людей в масках было трудно разобрать. Сяомяо на свой риск и страх приблизилась к ним. Наконец ей удалось услышать:

— Это… вы можете быть спокойны, мы сможем выполнить это.

Это был голос Ван Нэна. Что они просили его выполнить? У Мяо Сяомяо появилось плохое предчувствие.

— Верно! Только вы должны быть снисходительными к нам и отпустить нас; если хотите избавиться от этого отброса, Мо Цзюня, это не так уж легко. Всё благодаря его ловкому языку, но если говорить о его никчёмном совершенствовании — даже с уровнем чёрной яшмы можно запросто уничтожить его!

Мяо Сяомяо побледнела от страха!

Оказывается, эти люди хотели разобраться с Мо Цзюнем!

Но он же прибыл сюда совсем недавно? Когда он успел насолить этим людям?

Глава 985. Недоразумение…

Мяо Сяомяо ещё больше разгневалась. Как бы то ни было, Мо Цзюнь — последователь учителя Ли Цзе и Ван Нэна, они обязаны защищать его, не говоря уже о том, что он спас их от семьи Чжань. Если бы не он, что бы с ними сейчас случилось? Трудно сказать… Они не знают, что значит благодарность! Как только их схватили за загривок и слегка припугнули, то они сразу же предали его! Где их совесть? Разве это нормально?

Увидев этих людей в чёрной одежде и чёрных масках, Мяо Сяомяо внезапно посетила мысль: «Неужели их послала семья Чжань?»

— Вы можете доверять себе, но я не могу поверить вам! Вот, съешьте это! Тогда я смогу вам доверять!

Человек в чёрной одежде протянул руку и опустил нижнюю челюсть Ли Цзе и Ван Нэна. Затем он быстро поднял руку, и чёрные таблетки залетели в рот им обоим. Хотя Мяо Сяомяо стояла далеко, но даже она сумела почувствовать сильный специфический запах этих чёрных таблеток.

«Таблетка семи ядов! Это определённо её запах! Откуда у этих людей яд, официально запрещённый Призрачным Дворцом?»

В первую секунду ей показалось, что она произнесла это вслух, потому что человек в чёрном со смехом сказал:

— Теперь вы на личном опыте знаете, что такое таблетка семи ядов, запрещённая Туманным Призрачным Дворцом! Если в течение двух часов вы не получите противоядие, ваши тела начнут гнить заживо, и никакое противоядие уже не поможет. Учтите, повторяю для идиотов: два часа, не больше! Но если в течение двух часов, вы убьёте Мо Цзюня или приведёте его сюда, я дам вам спасительное противоядие! Выживете вы или нет, зависит только от вас. Работайте!

Ли Цзе и Ван Нэн задрожали.

В эту минуту человек в чёрном махнул рукой и сказал:

— Я сказал «свободны»!

Ван Нэн и Ли Цзе словно снова получили способность двигаться. Хоть они и могли бежать, но ушли, словно едва ожившие зомби.

Они сделали только два шага, и услышали, как человек в чёрном за их спинами холодно сказал:

— Двигайтесь естественнее. Если вас раскроют… Ох, тогда вам не повезёт!

Ван Нэн и Ли Цзе были потрясены, их глаза и так были полны страха, но походка стала лёгкой. Когда они свернули за угол, всё будто вернулось на круги своя.

«Что теперь делать?» — спрашивала себя Мяо Сяомяо. Шесть людей в чёрном одеянии обладают уровнем совершенствования Почтенного мастера! Даже самый слабый из них, и то тоже обладает силой Почтенного мастера первого уровня!

Даже в Призрачном Дворце, кроме нескольких влиятельных семей, никто не сможет превзойти эту мощную группу по силам… Даже один человек на уровне Почтенного мастера может стать великим. Но сейчас, чтобы одолеть обладателя непревзойдённой сущности, оказалось, нужно объединить шесть мастеров уровня Почтенного мастера!

Именно благодаря этой группе, можно было увидеть, что тайный подстрекатель уверен в достижении своих целей! Также можно понять, как сильно этот человек ненавидит Мо Цзюня!

Что можно сделать, чтобы Мо Цзюнь избежал этого нападения?

Мяо Сяомяo почти отчаялась!

Противник действительно слишком силён. Даже если она пожертвует собой, это не поможет. В этот момент она снова подумала обратиться за помощью, но подкрепление слишком далеко, и они, несомненно, не успеют…

Казалось, что время пролетело…

Немного издалека послышались чьи-то медленные шаги. Мяо Сяомяо прислушивалась к звукам, она так волновалась, что, казалось, вот-вот заплачет: это шёл Мо Цзюнь. Он, довольной и весёлой походкой шёл прямо на неё. Он совершенно не подозревал, что это очень опасное для него место!

«О, мой друг! Почему ты такой неосмотрительный? Ты сам пришёл в эту ловушку!»

Мяо Сяомяо как раз собиралась сообщить ему, она планировала рассказать ему всё и, несмотря ни на что, увести его подальше отсюда. Но, увидев чью-то тень, Ли Цзе и Ван Нэн появились перед Мо Цзюнем.

Было совершенно непонятно, что пытались сказать жестикуляцией рук Ли Цзе и Ван Нэн, Мо Цзюнь лишь слегка улыбнулся в ответ, покивал головой, а затем последовал за ними. Его совершенно не насторожили их манеры…

Мяо Сяомяо окончательно потеряла надежду!

«Какой ты дурак! Сегодня днём ты сказал, что они замышляют что-то против тебя. Почему сейчас ты совершенно ни в чем не усомнился?»

Наконец, не сдержавшись, она собралась с силами и быстро крикнула Цзюнь Мосе:

— Брат Мо, это ловушка! Скорее, беги… тебе угрожает опасность!

Расстояние между ними было небольшое. Она действовала очень быстро и хотела увести Цзюнь Мосе. Она только и могла, что пожертвовать своей жизнью, другого смысла у её поступка не было. Сейчас оставалось только надеяться, что Мо Цзюнь немедленно обернётся и последует за ней. И они смогут найти место, чтобы укрыться и избежать нападения.

Однако госпожа Мяо не ожидала, что после того, как этот самоуверенный глупец Мо Цзюнь услышит об угрожающей ему опасности, он вдруг поднимет глаза на небо, почешет голову и скажет:

— Неужели это сон? Или у меня слуховые галлюцинации?

Потом он ещё долго над собой смеялся, спокойно следуя дальше за Ли Цзе и Ван Нэном.

— Какой глупец! Идиот! Недотепа! — Мяо Сяомяо чуть не сошла с ума. — Я никогда не видела такого болвана!

Злая и взволнованная Мяо Сяомяо едва не бросилась прямо на Мо Цзюня, обладателя непревзойдённой сущности, чтобы как следует ударить его, но она не стала этого делать. Она была его последней надеждой, импульсивные действия могли только всё испортить…

Близко…

Ещё ближе…

«Что же делать, ох… я действительно не хочу, чтобы он умер…»

Раздался мрачный и внушающий страх смех, одновременно вокруг появились шесть человек в чёрных одеяниях. Со всех сторон они полностью окружили талантливейшего обладателя непревзойдённой сущности и заблокировали все пути отхода.

— Мо Цзюнь… Я много о вас слышал, — притворно улыбаясь, сказал ему человек, который был их лидером.

— А? Вы… кто такие? Что вам нужно? Хотите меня ограбить? У меня нет денег! — казалось, будто Мо Цзюнь сильно напуган. Но в этом не было ничего удивительного — под покровом ночи он вдруг встретил шестерых в чёрных одеяниях, которые решили его «ограбить». Кто бы не испугался на его месте?

— Мы не грабители. Нам совершенно не нужны ваши деньги… нам нужна только ваша жизнь, — терпеливо объяснил человек в чёрной маске, он смотрел на него, как кошка на мышку: — Мне очень жаль, но мы должны сделать это, потому что вы обидели человека, которого не следовало обижать! Поэтому нам отдали приказ. Сами понимаете, мы — себе не хозяева. Надеемся лишь, что господин Мо искупит свою вину.

— Извините… прошу прощения… я, конечно, прошу прощения, — дрожа от испуга, сказал Цзюнь Мосе. — Только расступитесь, отпустите, и я попрошу у вас прощения… И у того, кого я обидел…

— Я очень сожалею. Мы очень признательны за ваше великодушие. К сожалению, мы не можем этого сделать, — их главарь с горечью сказал. — Я сожалею, господин Мо, но нам действительно приказали убить вас здесь, и вы должны выбрать самый болезненный… и самый медленный способ убийства… На самом деле мы — люди маленькие и ничего не можем сделать…

— Самый медленный и самый болезненный способ умереть? Неужели я могу сам выбрать? — удивлённо спросил Цзюнь Мосе.

Мяо Сяомяо так и хотелось надавать ему пощёчин: «Они издеваются над тобой, дурак… Ты же, вроде бы, умный человек, но почему-то ведёшь себя сейчас как глупец…»

— Да, господин Мо, я дам вам возможность выбирать самому. Вы будете сожжены заживо… или утоплены… или я лично разрежу вас на кусочки?

— Могу я ничего не выбирать? Что, если это не самый медленный и самый болезненный способ умереть? — с сожалением спросил Цзюнь Мосе. — Если вы даёте мне шанс выбрать самому самый болезненный и самый медленный способ умереть — то нет ничего хуже, чем найти мне сотню прекрасных женщин, раздеть их, положить на кровать, а затем я буду с каждой… пока не умру от усталости. Это и есть самый болезненный и самый медленный способ умереть… Могу я так умереть?

«Фу!» — рассердилась Мяо Сяомяо: — «Даже перед смертью этот пройдоха думает, как бы к девушке под юбку залезть…»

— Это действительно очень медленный способ умереть… но он очень даже приятный, а не болезненный… Господин Мо, извините, я не могу этого выполнить.

Люди в чёрных одеяниях действительно были очень терпеливы. Они добросовестно исполняли повеление Чжаня Юшу: «Пусть он мучается, но оставьте ему надежду на выживание, но в конце, обязательно, убить!»

— Вы действительно хотите убить меня… — задрожал Цзюнь Мосе. — Почему? Всё-таки почему? Я только что пришёл в это место!

— На самом деле нет причины, — человек в чёрном сделал несколько шагов вперёд. — Ты просто должен умереть! Ты не только оскорбляешь людей, которых не следует обижать, но и влюбил в себя госпожу Мяо… О, разве ты не знаешь, что госпожа Мяо уже несколько лет как возлюбленная другого человека?

На этот раз Мяо Сяомяо удивилась даже больше, чем Цзюнь Мосе.

Неужели кто-то уже много лет считает её своей возлюбленной? Кто же этот наглец? В одно мгновение Мяо Сяомяо почти забыла о своей безопасности, чуть не выбежала, чтобы поговорить с этим мужчиной.

«Чья я возлюбленная? Кто он? Вы наверняка ошиблись. Это его несбыточная мечта, иллюзия, пусть не питает напрасных надежд!» — едва не крикнула она, но едва сдержалась.

— Возлюбленная? — грустно сказал Цзюнь Мосе. — Как эта прекрасная девушка может быть чьей-то возлюбленной? Кто этот подлец?! Пусть не питает напрасных надежд…

От этой фразы на душе у Мяо Сяомяо стало тепло. Кто бы мог подумать, что следующее предложение разозлит её так, что перехватит дыхание.

— …если она чья-то возлюбленная, то только моя! Больше ей никто не подходит!

Мяо Сяомяо снова разозлилась: «Ну ты даёшь, Мо Цзюнь! Если ты сегодня не умрёшь… если ты сегодня не умрёшь — я сама буду мучить тебя всю жизнь!»

— Уже довольно поздно, господин Мо. Кажется, вам пора. Дорога на тот свет длинная. Всего хорошего! — любезно сказал человек в чёрном. — Если вы ещё не выбрали, как хотите умереть, то я вынужден вмешаться и выбрать за вас!

— Не спеши! — Цзюнь Мосе, сделав шаг назад, крикнул, а затем грустно спросил: — Так почему вы хотите убить меня? Ты не назвал истинную причину… На самом деле, я знаю, что это просто недоразумение… Это действительно недоразумение, вы должны это понять!

— Недоразумение? Какое недоразумение? — ничего не понял человек в чёрном одеянии. Что это парень имеет в виду?

— Действительно, тот инцидент — вовсе не моя вина! — с волнением объяснял Цзюнь Мосе. — На самом деле твою мать… изнасиловал не я! Если ты не веришь, то можешь вернуться и спросить её! Если бы это правда был я, ты был бы чуть талантливее, и на рожу симпатичнее, честно!

Глава 986. Дьявольский меч! Искусство фехтования?

— Подлец! — человек в чёрной маске вне себя от ярости громко взревел. В его голосе было столько гнева и злости, что слова было еле разобрать. Наверняка он сам не поверил собственным ушам, такой оглушительной и пугающей силы оказался его голос.

— Быстрее убей этого мальчишку, не упусти время! — как ни странно, крикнул это сам Ван Нэн.

Цзюнь Мосе повернулся и сказал:

— И вы тоже с ними заодно?

Ван Нэну стало неловко, тем не менее он холодно ответил:

— Мо Цзюнь, на самом деле, тебе не стоило приходить в Призрачный Дворец. Здесь никто не рад твоему появлению…

— Я понимаю… — Цзюнь Мосе с отчаянием опустил вниз голову.

— Стойте! — глядя, как эти люди намеревались немедленно броситься в бой, Мяо Сяомяо не смогла больше спокойно смотреть на это. Она оставила плащ-невидимку на теле Сяо Доу Я, а сама выпрыгнула из-под него наружу. В эту минуту в её голове пронеслась очень странная мысль: «Пусть мне не быть его женой, тогда пусть мы умрём сегодня вместе! Такой исход тоже неплох!»

Поэтому она без оглядки выпрыгнула наружу. Встав рядом с Цзюнь Мосе, она пристально посмотрела на всех восьмерых людей, и строго сказала:

— Если вы сегодня дадите нам уйти, я могу поручиться, что не стану расследовать произошедшее здесь!

— Оказывается, барышня Мяо тоже здесь? Расследовать? А что здесь расследовать? — предводитель людей в масках сердито рассмеялся: — Кого ты из себя строишь? Твоя семья Мяо, возможно, и занимает важный пост в Призрачном Дворце, ты, разумеется — самая важная маленькая принцесса, и никто не посмеет тронуть тебя, да? Сейчас мы в далёком заброшенном месте, и ни один человек не сможет найти дорогу сюда… Ты всё ещё бесценное сокровище Призрачного Дворца? Даже отлично, что ты появилась, мы как раз пожалуем тебя нашему господину. Он уже долгие годы пускает слюни по тебе… А сегодня, стало быть, получит желаемое. Наверняка он очень сильно обрадуется!

— Ваш господин — Чжань Цифэн или Чжань Юшу? — Мяо Сяомяо не обратила внимания на его слова и невозмутимо спросила: — А! Верно, у обоих Чжань по три охранника, а вас здесь шестеро… Стало быть Чжань Цифэн и Чжань Юшу решили объединить свои силы? Тогда, схватив меня, кому же вы отдадите из них?

В глазах человека в маске вспыхнул огонь разврата и похоти. Он рассмеялся, сказав: — Барышня Мяо, тебе не стоит волноваться об этом. Подожди, пока тебя не притащат туда и не разденут догола. Тогда и узнаешь, кто наш господин… Кто знает, может, ты быстро наскучишь нашему господину, тогда, глядишь и нам перепадёт попробовать на вкус маленькой принцессы, а? Посмотрим, отличаешься ли ты от обычной шлюхи из первого попавшегося борделя? Ха-ха-ха!

— Бесстыжие негодяи! Если вы умрёте, никто не пожалеет! — Мяо Сяомяо внезапно пришла в ярость.

— Верно! О них никто и не вспомнит! — раздался чей-то строгий голос, но никто не мог понять, откуда. Вмиг все в изумлении стали озираться по сторонам, но никто так и не смог обнаружить хозяина этого голоса.

Вне всякого сомнения, прибыли другие мастера! К тому же на порядок выше!

— Не успели. Быстро в бой, убить их! — человек в маске громко закричал, и, обнажив меч, бросился вперёд.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Раздался холодной смех, затем внезапно всё небо окрасилось кроваво-красным блеском! Внушительный воинственный дух внезапно возник в воздухе.

Сверкающий меч внезапно возник в воздухе!

Он появился прямо в пространстве перед Цзюнь Мосе!

Этот меч пропускал через себя мерцающее холодное пламя. Он был похож на глаза самого бога смерти! Он заставил всех присутствующих почувствовать холодный ужас в их сердцах!

Несомненно, это был необыкновенный меч. Сначала на его поверхности виднелось лунное сияние, однако лучи, отражавшиеся на окружающее вокруг, становились пугающе кроваво-красного цвета!

Хотя это был всего лишь один меч, в глазах окружающих он предстал внезапно появившимся из-под земли дьяволом! Словно весь меч был преисполнен могуществом и величием!

Не меч, а настоящий оборотень!

Даже Мяо Сяомяо смотрела на него, застыв на месте.

От клинка этого меча исходил грозный и холодный воинственный дух, который уже подчинял себя всех врагов!

У Мяо Сяомяо возникло ощущение, что в глазах этого меча, все люди и вообще весь мир — словно ничтожные насекомые!

Меч сверкнул, и со свистом полетел вниз с бешеной скоростью. Вмиг он очутился позади Ван Нэна и Ли Цзе. Они даже не успели вскрикнуть, как их головы уже подлетели высоко в воздух! Однако из раны не появилось ни капли крови.

Оба трупа, упавшие на землю, уже были сухими и сморщенными! Так как в тот миг, когда меч коснулся их шеи, он уже поглотил всю кровь, которая была в их телах!

Орошённый свежей кровью, меч сверкал, как и прежде, его воинственный дух становился только внушительнее и опаснее.

— Убить! — неизвестно откуда раздался безразличный и холодный голос, наполненный устрашающей силой. Услышав этот голос, все люди в масках, так испугались, что пришли в растерянность!

В этот миг меч, словно в ехидной улыбке, снова подлетел и «мягко коснулся» шей ещё двух людей!

«Дьявольский меч! Фехтовальное искусство обороны!»

Предводитель людей в масках закричал:

— Уходим!

Фехтовальным искусством обороны может овладеть только мастер, обладающим уровнем выше Шенхуана. Только достигнув уровня Святого Мудреца, можно было до конца постигнуть сокровенный смысл искусства фехтования!

В Призрачном Дворце есть не больше пяти людей, которые способны владеть этим искусством убийства! И ни с кем из этих пятерых людей не смогут справиться люди в масках. Мастера уровня Почтенного не смогут выдержать и одного удара. И, тем более — оказать сопротивление!

Сейчас они решили сбежать, но уже совсем поздно!

Исход предопределён!

Меч снова взревел, взлетев вверх, оставляя за собой кроваво-красный свет! Сначала влево, потом вправо — он был ловок и быстр, скорость движения человека по сравнению с ним просто смехотворна…

Меч снова сверкнул, и ещё два человека, шатаясь, повалились на землю. Они одновременно рухнули на землю, одновременно лишились голов, и одновременно превратились в мумии…

Меч ещё раз сверкнул, и наземь рухнул ещё один труп. Меч взвизгнул, и, закручиваясь в спираль, двинулся к предводителю людей в масках, раскачиваясь в разные стороны перед ним.

Он сверкал холодным светом!

Очевидно, это означало: возвращение!

Из шести Почтенных мастеров, которых послали братья Чжань, остался в живых только один — человек, который смеялся над Цзюнь Мосе. Озираясь по сторонам и видя останки своих собратьев, превратившихся в мумии, его трясло от страха, и пот катился градом по телу! Твёрдая решимость, присущая Почтенному мастеру, полностью отсутствовала у него в данный момент!

От начала и до конца хозяин этого дьявольского меча так и не появился! Всем процессом управляли дистанционно, на расстоянии, но результаты этой бойни были просто ужасающими!

Он не сомневался, что стоило ему хоть немного проявить свои намерения сопротивляться, и этот меч просто разрубит его пополам, и он станет такой же мумией, как и его бывшие товарищи.

Он дрожал и медленно пятился назад. В глазах его стоял ужас, он внезапно закричал:

— Кто ты такой, в конце концов? Да кто ты такой?! — голос был осипшим и измученным. Это был голос человека, потерявшего надежду, и впавшего в настоящую истерику!

Но ему так и никто не ответил.

Меч двигался за ним по пятам, сохраняя дистанцию, но неумолимо увеличивая страх, вцепившийся в его тело!

Меч сверкнул, но ничего не случилось. В эту минуту предводитель людей в масках почувствовал, как меч насмехается над ним! Словно высмеивает его трусость!

Однако у него не было других вариантов!

Под угрозой смерти от такого необычайно страшного меча он утратил весь свой боевой дух!

Кажется, это слабое место всего семейного клана.

Глядя, как этот Почтенный мастер утратил весь свой боевой дух, Цзюнь Мосе сетовал. Природные данные этого человека довольно неплохи, даже темперамент заслуживает внимания, однако в сравнении с уже убитыми мастерами, он очень уступает в твёрдости характера.

Уровень его совершенствования соответствуют уровню Почтенного мастера, однако решимость и боевой дух напрочь отсутствуют! Сейчас у него даже нет мыслей, чтобы спастись бегством, только желание подчиниться, и надежда выжить!

Вот, что значат дурные последствия роскошной и избалованной жизни: эти люди больше не обладают смелостью и отвагой, которые присущи настоящим странникам материка Суань! Такие люди могут стеречь дом и только, они совершенно негодны для существования на материке Суань!

Глава 987. Зачем ты появилась?

Будучи в благоприятных условиях, такой тип людей ни за что не потерпит поражения, однако стоит им только оказаться в тяжёлом положении, они сразу же теряют всякую волю и решимость, у них не остаётся ни единой способности оказать сопротивление!

Основываясь на этом факте, Цзюнь Мосе непрерывно продолжал закалять своих бойцов из Небесного отряда Разрушителей Душ. Они тренировали свой характер и волю, непрерывно продолжая сталкиваться со смертью, проходя через трудности, глотая кровавые слёзы, они раз за разом одерживали победу над своими соперниками!

Человек в чёрной маске в данный момент отступил уже на двадцать семь шагов! Целых двадцать семь шагов, после чего этот таинственный меч, наконец, слегка отошёл на некоторое расстояние от его глазного яблока. На место как раз прямо перед Цзюнь Мосе и Мяо Сяомяо.

Удивительные явления, случившиеся на глазах у Сяомяо, заставили её содрогнуться от страха! Что здесь вообще происходит? Что за это меч? Какого же хозяина должен иметь этот удивительный дьявольский меч?

Она повернулась, и обнаружила, что на лице обладателя непревзойдённой сущности застыло выражение настоящего потрясения и замешательства! Очевидно, что ему тоже не было ничего известно о причинах происходящего здесь безумия.

Взяв себя в руки, Мяо Сяомяо склонилась в почтительном поклоне и с уважением обратилась к дьявольскому мечу:

— Мне неизвестно, кто тот старший, что спас нас двоих, представителей младшего поколения. Не откажите в любезности и покажитесь разок, Сяомяо будет очень признательна вам за это!

Ночь была безмолвна, никто так и не ответил Сяомяо.

Меч только снова сверкнул, и с пронзительным визгом бросился в уцелевшего человека в маске, пронзив ему область среднего и нижнего Дань, после чего вырвался из его спины, окрашенный в кроваво-красный цвет. С острия меча свисала крохотная капля крови, которая постепенно чернела… Человек в маске громко вскрикнул, его сердце разрывалось от боли! Это место служило точкой сосредоточения всех его сил, которых ему удалось добиться за всю его жизнь! Оказывается, этим ударом таинственный меч поглотил их все без остатка, после чего полностью разрушив его Даньтянь! В эту минуту он уже стал стопроцентным инвалидом!

Этот внезапный поворот событий принес ему больше страданий, чем если бы его попросту сразу убили и всё! Ранение было очень тяжёлым, он успел лишь вскрикнуть от боли, а потом потерял сознание. Последней его мыслью было: «Всё кончено!»

Необыкновенный дьявольский меч крутанулся несколько раз в воздухе, внезапно вспыхнул ярким светом, после чего дьявольски злая Ци быстро распространилась вокруг. Вмиг она скользнула, словно ураган, по всей равнине, после чего вся трава в радиусе тридцати трёх метров в одно мгновение завяла и засохла.

Потом меч вернулся в свое прежнее состояние величия, и отстранённо завис в воздухе, переливаясь мягким светом. На чистом и спокойном небе висела полная луна. Казалось, весь мир озарился ярким возвышенным светом.

Мяо Сяомяо не могла не залюбоваться этим видом! Такой удивительный меч просто не мог не завораживать своим величием.

Мяо Сяомяо ждала, когда мастер-владелец этого меча, наконец, появится, однако меч внезапно с низким звоном взлетел высоко вверх. Казалось, что своим остриём он пронзит небосвод!

Достигнув высоты более тридцати метров, он снова издал звон! Небо тотчас же потемнело, и силуэт меча был больше не виден. Жужжание насекомых, движение травы — все звуки снова вернулись с норму, пространство между небом и землей снова наполнилось жизнью!

Будто бы здесь вообще ничего и не происходило. За всё время было убито семь мастеров, однако на поле боя полностью отсутствовал какой-либо запах крови!

— Мы спасены! Какой-то загадочный могущественный человек спас нас! — Мяо Сяомяо, с лицом полным уважения, пробормотала: — Когда вернусь домой, следует обязательно рассказать об этом отцу, он наверняка знает этого уважаемого человека! Я, во что бы то ни стало, должна выразить благодарность этому великому старейшине!

По мнению Мяо Сяомяо, такое поведение может принадлежать только почтенному и выдающемуся человеку, или, возможно, какому-то старейшине, который ведёт уединённый образ жизни и слегка подозрителен.

На лице Цзюнь Мосе было очень сложное выражение, после чего вернулось прежнее выражение растерянности и потрясения, и он кивком согласился с ней.

— Я хочу спросить тебя, испугался ли ты сейчас? Я подавала тебе знак до этого, неужто ты не слышал? Ты прекрасно понимал, что здесь очень опасно, но всё равно пошёл по этому пути! — Мяо Сяомяо с возмущением посмотрела на Цзюнь Мосе, и продолжила упрекать его: — Разве ты не понимал, насколько опасна сложившаяся ситуация? Ещё взялся пререкаться с этими людьми в масках… Если бы этот загадочный человек появился немного позднее, трудно представить, что бы с нами было…

Договорив до этого места, она невольно вспомнила о трагической участи, которая ожидала её, и всё её тело пронзила холодная дрожь. Она резко вздрогнула, порядком побледнев.

— Эм, в этом не надо винить только меня. Услышав твой голос в таком захолустье, я подумал, что мне это причудилось… — объяснил Мосе. Добавив про себя: «Да если бы здесь было хоть шесть Шенхуанов, для меня это не сыграло бы совершенно никакой роли! Какая ещё опасность?! Если бы даже здесь была опасность, с которой молодой мастер Цзюнь был бы не в состоянии справиться, твой приход всё равно вряд ли бы что-то исправил! Однако всё-таки так нельзя сказать! Если и говорить об опасности — она угрожала только тебе, мелочь пузатая. Сколько сил мне пришлось потратить, чтобы с тобой ничего не случилось… Ты хоть знаешь? Разумеется, и этого нельзя говорить…»

— Причудилось? Как бы не так! — Мяо Сяомяо была возмущена и смущена. Надув свои губки, он притопнула ногами: «Неужто на обратном пути… он думал обо мне? Иначе, как бы услышав мой голос, ему показалось, что это сон?»

Немного подумав, и вспомнив, насколько сильный испуг она испытала, Сяомяо чувствовала себя неспокойно, тем более при виде преспокойного Мо Цзюня:

— Ты говорил, что у тебя всё равно не хватило бы сил справиться с ними, тогда почему ты продолжал их раздражать своими колкими фразами, материл и оскорблял их? Если бы наш спаситель так и не появился, что бы тогда ты делал? Если бы старейшина прибыл немного позднее, ты хоть понимаешь, что мог лишиться жизни?

Цзюнь Мосе удивлённо выпучил глаза:

— А почему мне нельзя было их ругать? Именно потому, что я им не соперник, я и решил как следует отругать их, выпустить гнев… Неужто ты считаешь, что если бы я их не обругал, они бы преспокойно отпустили меня? В конце меня ждал один исход — смерть, отчего же мне нельзя было разок хорошенько обругать их? Всё равно умирать, так какая разница… Тогда уж умирать весело, нет?!

Мяо Сяомяо тотчас же умолкла.

С этим Мо Цзюнем просто невозможно спорить, он всегда найдёт уместные аргументы. Хотя нет полной уверенности в их достоверности, но тем не менее их очень трудно опровергнуть! С ними трудно согласиться, но при этом и звучит всё так складно и правильно — комар носа не подточит!

— И не говори, этот загадочный старейшина, который спас нас, просто невероятен! Он нереально крут! — Мяо Сяомяо тотчас же поспешила сменить тему разговора. Она была так впечатлена: — Бог ты мой, а это фехтовальное искусство… Я только слышала об этом, но никогда не видела собственными глазами такого… а сегодня, наконец, увидела… это просто… просто…

Мяо Сяомяо так и не смогла подобрать подходящее прилагательное, однако это нисколько не смутило ее, она продолжала восторгаться:

— Ты знаешь, что в нашем Призрачном Дворце есть всего десять человек, которые способны владеть подобным мастерством? К тому же все они старейшины, которые уже долгое время живут, как отшельники… Ах, этот удивительный меч так красив… такой возвышенный и элегантный… если бы у меня был такой меч… ах…

В её тусклых глазах сверкали бесконечные грёзы.

Ты никогда не сможешь предугадать то, о чём в следующую минуту подумает женщина. Сейчас — одно, ещё минута — и совершенно другое, не имеющее никакого отношения к предыдущему, угнаться невозможно…

Глядя на человека в маске, находящегося в обморочном состоянии, Цзюнь Мосе решил кое-что предложить.

— Барышня Мяо, я хотел сказать… Похоже, этот человек ещё жив. Наверное, нам следует разбудить его и допросить? Он — единственный свидетель!

Смысл был такой: «Хватит восхищаться и вздыхать, сейчас есть дела поважнее…»

— А… это… для нас будет не совсем удобно заниматься этим… Я заберу его домой, а там специальные люди займутся этим.

Очевидно, Сяомяо уже заранее всё решила относительно этого вопроса, она наконец избавилась от своей воздыхающей манеры речи, и спокойно сказала:

— Вне зависимости от того, чьим подчинённым был этот человек и к какой семье он относился. То, что случилось здесь, абсолютно непростительно. Всё-таки сейчас мы — всего лишь подрастающее поколение, можем не знать многих вещей. Если мы будем действовать самостоятельно, мы можем допустить ошибки, которые будет очень трудно потом исправить. Лучше будет поручить это кому-то из старшего поколения.

Цзюнь Мосе не ожидал, что Сяомяо окажется такой смышлёной, и без его напоминания заранее обдумает этот шаг.

Так как Сяомяо выдвинула очень дельное предложение, Цзюнь Мосе было неловко что-то говорить в дополнение.

Немного подумав, тем не менее он вспомнил о другом деле:

— Барышня Мяо, то, что я следовал по этому пути — ещё нормально, но почему вы оказались в этом месте?

Услышав этот вопрос, она тотчас же сконфузилась.

— То, что ты оказалась здесь, ещё простительно, но почему ты появилась именно в самый опасный момент? Если бы спаситель не появился, наверняка, я был бы обречён… Однако ты появилась в этот момент совершенно одна, тебе было бы трудно оказать хоть какое-то влияние на ситуацию!

Глава 988. В следующей жизни мы не совершим подобной ошибки!

Цзюнь Мосе никак не мог понять этого. По его мнению, появление Мяо Сяомяо, кроме беспорядка и увеличения опасности для неё, фактически не имело совершенно никакой пользы.

— Ты думаешь, я не хотела появляться? Но у меня оставался долг перед тобой. Боюсь, если бы в тот момент я не показалась, у меня бы уже могло не быть другой возможности… — Мяо Сяомяо отвернулась, и в растерянности стала вглядываться в бескрайние пустынные дали, слегка вздохнув.

— Долг передо мной? — Мосе нахмурился. В этот момент он не притворялся, он и в самом деле не понимал, о чём говорила Сяомяо.

— Прежде я сказала, что, если ты выиграешь сегодняшнее состязание, я позволю тебе увидеть моё лицо без вуали. Возможно, тогда ты шутил, но я говорила совершенно серьёзно… — голос Сяомяо был ласковым и тихим. Однако Мосе от её слов стало не по себе.

— Появившись в тот момент, я собиралась во что бы то ни стало выполнить своё обещание. Даже несмотря на то, что нам обоим грозила смерть, я была намерена перед смертью показать тебе своё настоящее лицо без вуали, — её голос был очень спокойным, будто бы она специально изо всех сил сдерживала свои эмоции: — Тогда, если бы наш спаситель не появился, пусть мы бы даже оба погибли, но я, всё же, продолжала надеяться… Если будет следующая жизнь, ты обязательно запомнишь… как я выгляжу… В следующей жизни мы не совершим подобной ошибки! — хрупкое тело Мяо Сяомяо задрожало, она резко повернулась и блестящими глазами посмотрела на Цзюнь Мосе.

В следующей жизни мы не совершим подобной ошибки!

Внезапно сердце Цзюнь Мосе неистово застучало!

При виде настойчивого взгляда Мяо Сяомяо, он почувствовал, как его сердце смягчилось…

В эту минуту, в его ушах заиграла песня, мелодия из прошлой жизни:

«Кажется, я должен поменять способ, чтобы встретится с тобой,

Боюсь, в этой жизни нам не быть вместе.

Я дождусь…

И в следующей жизни мы снова будем неразлучны,

Ты вновь влюбишься в меня,

Я буду молиться небесам, чтобы они были благосклонны к тебе.

И ты совсем не изменишься.

Будь то далекая деревушка, или шумный город,

Я узнаю тебя с первого взгляда,

Моя глубокая любовь к тебе поможет мне пройти все испытания!»

В эту минуту Мосе ощутил тяжесть, которая нависла над его сердцем. Неподъемная, словно свинец, она так сдавливала его сердце, что ему было трудно дышать… Он запрокинул голову к небу, и медленно выдохнул горячий воздух, чувствуя, как его горло становится невыносимо сухим. У него было очень плохо на душе.

Столкнувшись с взглядом Сяомяо, наполненным глубокой любовью и настойчивостью, столкнувшись с девушкой, которая без жалоб и сожалений бросилась в самый опасный момент к нему на помощь, готовая в любой момент погибнуть вместе с ним, столкнувшись с глубоким искренним чувством… Цзюнь Мосе пребывал в настоящем смятении!

— Твоя вуаль… я не могу снять её с тебя, — Цзюнь Мосе опустил голову, и с горечью в голосе произнёс: — Твое настоящее лицо… Я не имею права увидеть его…

— Непревзойдённый талант, который прежде хвастался об этом на каждом шагу? Зачем сейчас ты принижаешь свои достоинства? Ты действительно так недооцениваешь себя? Гений Мо? — услышав, как дорогой её сердцу человек увиливает от ответа, Мяо Сяомяо печально рассмеялась. В сумерках, её силуэт напоминал убитый горем призрак, одежды которого развевал ночной ветер. Она тихо двинулась навстречу Цзюнь Мосе.

Она приблизилась как можно ближе к нему, так, что они могли почувствовать жар от дыхания друг друга…

— Посмотри на меня! Ну же! — в глазах Сяомяо пылал жар.

Мосе старался смотреть вверх, и, насколько это возможно, отдалиться от Сяомяо.

— Ты говоришь, что не сможешь снять с меня вуаль, говоришь, что не сможешь посмотреть на меня, однако знаешь ли ты? — глаза Мяо Сяомяо горько сверкали: — Ты уже сорвал вуаль с моего сердца! Кроме тебя, никто не сможет увидеть мое лицо…

Цзюнь Мосе замер, чувствуя, как его сердце сжалось…

— У женщин Призрачного Дворца за всю жизнь только один человек может снять вуаль с лица, — голос Сяомяо внезапно стал беспокойным и ещё более решительным: — Мо Цзюнь, сними её с меня!

Цзюнь Мосе вздрогнул.

Для Цзюнь Мосе не составляло труда столкнуться с многотысячным войском врагов, даже обладая самым слабым уровнем совершенствования спокойно сразиться с тремя священными землями, перебить их всех, и его сердце не дрогнуло, а руки не ослабли!

Но в эту минуту, столкнувшись с глазами, наполненными светлыми безграничными чувствами, он оказался беспомощен! У него впервые появилась желание всё бросить и убежать!

Но он не посмеет, ни за что не посмеет! Он прибыл сюда лишь из-за священных плодов. Скажем так, его цель далеко не чиста. Даже его сегодняшний внешний облик вовсе не его настоящая внешность!

Если он примет чувства Мяо Сяомяо, это будет настоящим жестоким обманом!

Всю свою жизнь Цзюнь Мосе вёл свои дела, при этом сохраняя свою совесть чистой, однако после этого, разве его совесть останется чистой?

Возможно, когда-то в будущем ему ещё предстоит стать врагом Призрачного Дворца… Каково тогда будет Мяо Сяомяо?

Цзюнь Мосе неспособен принять эти чувства! Но упорство и смелость Сяомяо действительно повергло его в шок!

— Сними её! — Сяомяо прикусила губу, её глаза неподвижно смотрели на Мосе, у неё не было и мысли отказаться и отступить, наоборот, она двигалась лишь вперёд!

Цзюнь Мосе невольно отступил на шаг назад.

— Ты не станешь снимать её? — Мяо Сяомяо была несгибаема: — Хорошо! Раз уж ты не собираешься этого делать, я сделаю это сама! Мо Цзюнь, ты обязательно должен запомнить, ты — первый мужчина, который увидит моё лицо! На протяжении всей жизни… Я буду всегда следовать за тобой! Я принадлежу только тебе!

Цзюнь Мосе потерял дар речи, он пребывал в настоящем замешательстве. Только он хотел остановить её, но рука Сяомяо со скоростью молнии сбросила вуаль вниз.

Верхушка вуали осталась в её руке. Хотя она выглядела спокойно, сдёрнув вуаль, она всё-таки резко побледнела.

Цзюнь Мосе почувствовал головокружение, не вытерпел и закрыл глаза! Так как перед ним появилось лицо несравненной красавицы!

Туманные, словно две далёкие горные вершины, брови; чистые и прозрачные, как осенняя вода, глаза; маленький прямой нос, длинные ресницы, белоснежная кожа, ярко-красные изящные губы, заострённый подбородок… Мяо Сяомяо была просто идеалом красоты!

Кажется, на её лице не было ни единого недостатка! Оно было просто совершенным! Всё в самый раз…

Внезапно Сяомяо покраснела, снова кто-то испачкал её румянами, а взгляд затуманился. Она стеснялась Мосе, и быстро заморгала ресницами, а потом еле слышно промолвила:

— Дурак… Ты насмотрелся? Сколько ещё времени ты собираешься смотреть на меня?

— Я… я не смотрел! — Цзюнь Мосе поспешил закрыть глаза, и начал качать головой: — Я ничего не увидел! Вообще ничего!

— Ты видел! Ты сам знаешь, что ты видел! — Сяомяо больше не была сдержанной, она топнула ногой, закричав: — Мо Цзюнь, прекрати свои отговорки! Можешь говорить, что угодно, но сегодня ты увидел меня, в этой жизни я буду полагаться на тебя!

Цзюнь Мосе хотелось заплакать:

— Я… да меня точно убьют! В самом деле прикончат! Мне ж теперь пиздец!

— Кто посмеет? — Мяо Сяомяо строго прокричала: — Кто посмеет это сделать, получит от меня!

Сказав это, она смущённо рассмеялась, тайком глядя на лицо Цзюнь Мосе:

— Цзюнь, не волнуйся, дедушка и отец меня очень любят. Если в моём сердце пусто — они выдадут меня замуж для пользы семьи… Но если я уже… уже… уверена на девяносто процентов, они обязательно одобрят нас, тем более ты — ведущая опора для всего Призрачного Дворца, они наверняка будут рады за нас…

— Что? Я волнуюсь не о твоих дедушке или отце… — рот Мосе скривился, он действительно чуть не плакал: — Я волнуюсь из-за… моей мамы…

Ему внезапно пришло это в голову, однако на самом деле, о ком вообще не стоило волноваться — так это о Донфанг Вэн Синь, она была более чем довольна большим количеством жён Мосе… Больше всего надо было переживать об Мэй Сюэ Янь и Гуан Квинхан…

Подумав об этом, Мосе обжёг ледяной холод, пробежавший по телу… Он содрогнулся от страха.

— Дай мне время, хорошо? — Мосе ласково произнёс.

— Разумеется, — Сяомяо чувствовала, как её лицо страшно горит. Она опустила свою голову вниз, и не решалась посмотреть на него, лишь тихим голоском сказав: — Цзюнь… только нужно, чтобы ты… я обязательно буду ждать тебя…

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, чувствуя тяжесть на сердце.

Они оба молча стояли напротив друг друга с опущенными вниз головами.

Цзюнь Мосе был в смятении, Мяо Сяомяо же испытывала смущение и радость, а ещё слабость, которая появляется после выполнения сложного и тяжёлого дела. На неё порывами обрушивались приступы слабости… Словно она в любой момент может упасть в обморок…

Глава 989. Натянуть тетиву на лук голыми руками!

Кажется, было сказано всего несколько слов, однако самочувствие было таким измождённым, словно после длительной и ожесточённой битвы. Во всём теле ощущались усталость и бессилие, ноги с трудом выдерживали вес тела. В этот раз о сдержанности и контроле над собой не было и речи. На одном дыхании она высказала всё, что думала, прямо-таки хорошенько надавила на него, признавшись в своих чувствах; цель была достигнута, Мяо Сяомяо была очень смущена и не находила места от стыда. Дело было сделано, однако Сяомяо не могла перестать удивляться самой себе: «Откуда у меня столько храбрости?..»

Прикусив губу, она тайком взглянула на Цзюнь Мосе. Вдруг она почувствовала возмущение и недовольство:

«Вот же придурок, я выразилась более чем очевидно, почему он даже не соизволил взять и успокоить меня? Хотя бы легонько приобнять…»

Подумав об этом, она тут же залилась краской:

«Тьфу, о чём таком я вообще думаю? Почему я такая бесстыжая? Но если бы он всё-таки обнял меня, чтобы я тогда почувствовала…»

— О чём ты думаешь? — Мяо Сяомяо была полна решимости, но, открыв рот, почему-то произнесла именно это.

— Я думаю… как же мне быть дальше… — вздохнул и сказал Цзюнь Мосе.

— Что тут думать? Расслабься, ты — обладатель легендарной непревзойдённой сущности, все старейшины Призрачного Дворца очень любят и уважают тебя, тебе нужно лишь усердно тренироваться и совершенствоваться. Твои достижения непременно будут выдающимися, прогресс несомненно будет заметным и не заставит себя долго ждать… Хотя сейчас у тебя нет никакого капитала и связей, но твои будущие успехи никто не способен оставить без внимания… Даже в сравнении с тобой, твоё былое положение вовсе не кажется низким и недостойным…

Я правда не понимаю, чего ты боишься. Раз уж у тебя хватило смелости выступить против семьи Чжань, сблизиться со мной… Тебе ни к чему принижать свои достоинства… — Мяо Сяомяо пыталась изо всех сил успокоить Мосе.

Ей казалось, что Цзюнь Мосе переживает из-за её высокого положения, он боится, что не подходит ей по статусу. Поэтому она бросилась утешать его, приводя всевозможные доводы, что ему вовсе незачем недооценивать себя.

— Я думаю не об этом… Тебе не понять… — едва понятно пробормотал Мосе: — Ещё я думал над другой вещью… я не понимаю, почему ты так настойчива?

— Разве для этого обязательно нужна какая-то причина? — Мяо Сяомяо ловко ответила вопросом на вопрос, её тусклые глаза снова засверкали, и она задумчиво сказала: — Когда я впервые увидела тебя, ты произвёл на меня удивительное впечатление. Ты не был похож ни на кого, хотя вёл ты себя как настоящий деревенский простофиля, ты без особого труда смог опустить Гу Фэйю, ты нанёс ему поражение, после чего он получил тяжёлое ранение… Тогда стоило Гу Фэйю только протянуть руку, и он бы мог убить тебя, однако ты смог пройти через это испытание… тем самым ошарашив меня…

Цзюнь Мосе потёр нос, подумав:

«Ты такого высокого мнения об Гу Фэйю? Он был способен убить меня одной рукой? Ещё говоришь, что это я недооцениваю себя? На самом деле, я мог раздавить его насмерть одним мизинцем, ты мне не веришь?»

— Ещё этот твой стих, который ты придумал без подготовки… Каждое его слово было очаровательным, тогда я и поняла, что ты очень высокообразованный человек, — Мяо Сяомяо подняла глаза, они были наполнены искренним восхищением.

«Барышня, вы снова переоценили меня, это было всего лишь воровство!» — Цзюнь Мосе был беспомощен.

— А после ты спокойно и храбро принимал все вызовы и проблемы, которые попадались на твоём пути, ты продолжал двигаться вперёд, не боясь трудностей. Практически каждый раз ты удивлял всех присутствующих, превращая поражение в победу, при этом твои соперники не знали, где спрятаться от тебя, будь то шахматы или музыка — во всём ты добивался безоговорочной победы! Складывалось впечатление, что ты всезнающ и неуязвим.

Знаешь, для женщины такой мужчина — словно магнит. Ты обладаешь бесконечной силой притяжения, которой невозможно сопротивляться…

«Это всё тоже заработано нечистым путем! Мне не жить… горе мне… Лучше бы не вы*бывался…» — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул.

— Тогда я решилась дать тебе слово, что, если ты одержишь победу, я сниму перед тобой свою вуаль. На самом деле, тогда я ещё не была уверена в своих чувствах, мне нужно было время, чтобы подумать… — Мяо Сяомяо рассмеялась сама над собой: — Но как только я увидела, что ты вот-вот можешь погибнуть, я… я… почувствовала боль в своём сердце, мне стало не по себе… — она слегка улыбнулась: — Тогда я спросила сама себя: что будет со мной, если ты погибнешь? И мой внутренний голос ответил мне, что, если тебя не будет, я тоже не смогу жить дальше, поэтому я бросилась и побежала к тебе… На самом деле, я и до сих пор не знаю, почему я это сделала, я просто побежала и всё…

Ещё, когда ты столкнулся с очень сильными врагами, ты по-прежнему был храбр и весел, ты нисколько не испугался опасности, которая угрожала тебе… Твой спокойный и великодушный взгляд на такие вещи вызвал безмерное уважение к тебе…

Цзюнь Мосе опять вздохнул, подумав про себя:

«А ты думаешь ещё, почему? У меня был припрятан козырь в рукаве, я был уверен в своей победе!» — но он молчал. Он до сих пор не понимал, как ему удалось влюбить в себя эту девчонку…

Хотя Цзюнь Мосе проживал уже свою вторую жизнь, тем не менее он до сих пор не разгадал секрета устройства женского сердца. Женщины всегда так мечтательны, между девушкой и парнем, с которым она знакома уже очень долгое время, вряд ли может возникнуть сердечное влечение, однако стоит появиться первому встречному парню, и между ними случится настоящая любовь, которая останется неизменной на протяжении всей жизни!

Сердце молодой девушки — самая непредсказуемая вещь в мире, предугадать его действие очень сложно…

— Мне кажется, что мы знаем друг друга… очень мало времени… — Цзюнь Мосе задумчиво продолжил: — Я очень советую тебе всё тщательно ещё раз обдумать. В конце концов, прошёл только один день, мы ещё совсем не знаем друг друга, можно сказать, вообще не знаем.

— А? — вскрикнула Мяо Сяомяо, словно она только что очнулась ото сна: — Если бы ты не сказал, я бы точно забыла… Точно, мы знакомы всего лишь один день… Но мне показалось, что я знаю тебя целую вечность…

Сказав это, она словно впала в замешательство и продолжила накручивать себя:

— Значит… возможно, ты считаешь, что я… я… просто какая-то непонятная девчонка, которая случайно попалась тебе на дороге… — она очень нервничала.

— Нет, это не так, — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, но всё же сказал в утешение.

— Хорошо, хорошо, — у Мяо Сяомяо словно гора с плеч свалилась, она вздохнула с облегчением. Но, вспомнив то, о чём говорила, она снова продолжила:

— Долго или мало мы знакомы, разве это что-то значит? Я знаю Чжань Юшу и Чжань Цифэна очень долгое время, и что с того? Их подлинное лицо я смогла распознать лишь сегодня!

Цзюнь Мосе не нашёл слов для ответа.

«Неужто это та самая легендарная женская любовь? Она может быть настолько слепой…»

На самом деле, на сердце у Сяомяо тоже было неспокойно. Из того, как вёл себя Мо Цзюнь было ясно, для Мяо Сяомяо он — заветная мечта, о которой она бы желала заботиться всю свою жизнь.

Однако этот Мо Цзюнь имел очень большой недостаток, или, другими словами, преимущество: другие мужчины, завидев красавицу, готовы броситься за ней, пуская слюни, этот же мифический обладатель непревзойдённой сущности был совсем другим. Он прямо-таки включал упрямый игнор, придумывал отговорки и всячески пытался увиливать… Пожалуй, от такого человека вряд ли можно дождаться первого шага.

«Неужто я должна сама первая идти ему на встречу? Можно же умереть со стыда!»

Глядя на такого хорошего парня, если самой не забыть о гордости и скромности, быть активнее, боюсь, кто-то другой может подсуетиться и прибрать его к рукам. Сегодня Сяомяо сама сняла с себя свою вуаль. Не надо смотреть на то, что внешне она выглядела очень скромной и мягкой, на самом деле, в глубине души она достаточно настойчивая и решительная!

Если нравится, она всеми силами должна постараться и заполучить это себе! Отдаться всей душой! Потому что от этого зависит её счастье, никто другой не сможет заменить ей его!

Возможно, относительно других вещей, Сяомяо сдержанна и скромна, но если дело касается любви всей её жизни, она не станет стоять в стороне! К тому же ситуация сама вынуждает её действовать быстро, времени у неё действительно немного!

Если сегодня она не примет решение, завтра или послезавтра она должна будет принести себя в жертву ради благополучия ее семьи!

Особенно сейчас, когда до открытия Сада чудодейственных растений осталось всего пять дней. Если Священное дерево не выберет её, тогда ей придётся столкнуться с вопросом супружества!

Это вне всякого сомнения!

Поэтому у Сяомяо не было времени для отсрочки!

На самом деле, если бы тогда, когда она призналась ему в своих чувствах, Цзюнь Мосе второпях согласился, она бы может ещё и стала сомневаться над собственным выбором, но, чем больше Мосе отказывался, тем настойчивее и решительнее становилась сама Сяомяо…

Склад ума Мяо Сяомяо был поистине удивительным — чем больше ей отказывали, тем ей сильнее хотелось получить желаемое… Сказав всё, что у неё было на уме, Сяомяо немного успокоилась…

Немного подумав о своём несколько наглом поведении — она практически насильно принуждала Мо Цзюня — в её голове промелькнула одна мысль: «Совершенно не важно, согласится он или нет. Он мне понравился, а значит, он будет моим, будет только по-моему!»

Думая о том, о сём, в голове у неё образовалась настоящая неразбериха. Она сама не поняла, как сказала то, что было у неё на уме, вслух:

— Не важно согласишься ты или нет. Ты понравился мне, а, значит, ты — мой, и всё тут! Согласишься — согласишься, не согласишься — придётся согласиться…

Договорив, её словно ударило током, и она пришла в себя. Она тотчас же покраснела, и села на корточки, закрыв руками лицо…

«С ума сошла, что я говорю такое? Думать о таком — ещё ладно, но зачем же вслух говорить? Он же всё слышал… вот дура…»

Если сказать, что Цзюнь Мосе в эту секунду удивился и офигел — значит, ничего не сказать.

Глава 990. Смятение чувств

Услышав, как манера речи этой несравненной красавицы вдруг превратилась в речь бабёхи с базара, Цзюнь Мосе оторопел, словно в его мозгах произошло короткое замыкание:

«Это… это точно та милая и добрая Сяомяо? И кто это, чёрт побери? Что за дерзкая девчонка?!»

На мгновение молодой мастер Цзюнь почувствовал себя девушкой из хорошей семьи, стоящей перед огромным мужланом, размахивающим тесаком и своевольно помыкающим его собственной судьбой.

— Этот мир — удивительная штука… — Цзюнь Мосе улыбнулся и почесал нос. Он вдруг понял, что после приезда в Туманный Призрачный Дворец количество почёсываний носа у него заметно увеличилось.

— Уже поздно… Нам действительно следует идти, — Цзюнь Мосе с сочувствием посмотрел на человека в маске, который так и находился без сознания. Кровь из его раны просачивалась повсюду — травма была достаточно серьёзной.

«Он уже в кому впал… И уже долгое время не приходит в себя… Если бы он издал хотя бы один тихий стон, то ещё можно было бы что-то сделать… неужели он совсем не чувствует боли?» — с безысходностью подумал Цзюнь Мосе.

Похоже, что Мяо Сяомяо забыла об этом важном свидетеле. А когда она вспомнит о нём сама, то этот парень уже умрёт от потери крови. Или от старости…

Тихонько выставив палец и выпустив через него небольшой поток энергии, Мосе закрыл кровоточащую рану этого парня. В противном случае, у него нет ни шанса на спасение…

— Куда… Куда надо идти? — всё ещё прикрывая лицо, прошептала Мяо Сяомяо. Затем она вдруг встрепенулась: — Ах да, уже действительно поздновато… Если я не вернусь домой, моя семья начнет волноваться…

— Верно-верно, так что поскорее возвращайся домой, — поспешно ответил Цзюнь Мосе.

Его слова были сказаны свободно, в них не было ни намёка на принуждение или спешку.

Мяо Сяомяо вдруг резко встала и своими огромными глазищами с недовольным видом уставилась на Цзюнь Мосе.

— Тебе прямо не терпится, чтобы я ушла? Тогда я никуда не пойду! — закапризничала Сяомяо и закатила глаза.

— Эм… Что… Да я просто не так выразился… — Цзюнь Мосе чувствовал, как его голова разрывается на части.

— Я прощу тебя, если ты ответишь мне на один вопрос! — Мяо Сяомяо всегда отличалась особой смекалистостью: — Что касается состязания парных надписей. Ты действительно не придумал подходящую фразу заранее? Чем больше я об этом думаю, тем сильнее понимаю, что это была ловушка, которую ты заранее устроил. Как бы там ни было, для грамотного подбора второй надписи требуется огромное мастерство! К тому же в данном случае было жёсткое ограничение по времени, что усложняло задачу в сотни раз!

— Ха-ха-ха-ха! — вспомнив, как братья Чжань выделывались и строили из себя крутых умников, Цзюнь Мосе рассмеялся и сказал: — Сестра Мяо такая сообразительная. Верно, всё было именно так, те парные надписи были уже заранее подготовлены, да и смысл в них так себе, знаешь. А эти два братца — просто идиоты, считавшие, что я ничего не смогу придумать…

— Братья Чжань и в самом деле полные кретины, раз попались в твою ловушку… — глаза Мяо Сяомяо расширились: — Но почему ты говоришь, что эта парная надпись не имеет глубокого смысла? Это немного высокомерно: первая половина надписи звучит весьма величественно и наполнена отвагой и героизмом. Нужно хорошенько постараться, чтобы придумать к этой половине достойное продолжение! Как это может быть не трудно?

Сказав это, Мяо Сяомяо вспомнила её:

— «На шахматной доске, созданной природой, звёзды — как ловушки. Какой человек способен разгадать их?». Эта половина парной надписи очень хороша… Однако вторая часть, что ты придумал, ничуть не хуже неё: «Земля — это лютня, дорога — это струна, кто осмелится сыграть на них?» Ха-ха-ха!

— Это — всё та же фраза, просто сказанная по-другому. Пока ты понимаешь её основную суть, тебе не сложно придумать к ней логическую пару. Кроме того, пара может быть не одна, — Цзюнь Мосе снова потёр нос и, уже было подумал, что ещё пара дней — и он сотрёт его до самого черепа…

— Больше чем одна пара? — Мяо Сяомяо выпучила глаза: — Я долго думала, но так и не смогла подобрать ничего стоящего. Неужели ты смог сочинить к этой фразе несколько вариаций?

— Ну, например… «Раскаты грома со всей силы бьют прямо по знамени, кто осмелится противостоять ему?» — Цзюнь Мосе улыбнулся и добавил: — Вот эта фраза и правда звучит внушительно!

— Раскаты грома со всей силы бьют прямо по знамени! Прекрасно! Просто превосходно! — прошептала Мяо Сяомяо, её глаза вспыхнули, и она посмотрела на Мосе ещё нежнее прежнего: — Цзюнь… твои таланты действительно бесподобны… тут нечего сказать…

Цзюнь Мосе застеснялся… Ведь это тоже был плагиат. Но, по правде говоря, он бы и сам сумел что-нибудь придумать…

— Блин! Сяо Доу Я! Она, по моей милости, всё ещё там! — вскрикнула Мяо Сяомяо, потом бросилась к Доу Я и разблокировала её акупунктурные точки.

Сяо До Я тут же закричала:

— Госпожа, там слишком опасно, не ходите туда! — очевидно, что сознание этой девчонки остановилось на том моменте, когда уходила Мяо Сяомяо…

Раскрыв свои большие глаза и посмотрев на стоящих перед ней Цзюнь Мосе и Мяо Сяомяо, Сяо Доу Я сначала слегка оторопела, а затем мило сказала:

— Госпожа… Ох, и господин Мо здесь! Как это вы вдвоём до сих пор живы? Что… Что происходит? Это не сон?

Те двое одновременно рассмеялись.

— Уже поздно, вам лучше поскорее вернуться назад, — со смехом сказал Цзюнь Мосе: — У нас ещё будет достаточно времени поболтать… так что к чему так волноваться?

— Верно… Целая вечность впереди… — взгляд Мяо Сяомяо был очень нежным, и она с любовью посмотрела на Цзюнь Мосе: — Тогда… Я пойду…

— Хорошо, — кивнул Мосе.

Сяо Доу Я только сейчас осознала, что вуаль с лица Сяомяо находится у неё в руках. Она невольно испугалась, а затем радостно воскликнула:

— Госпожа… я… я вас поздравляю! Ваше желание наконец-то исполнилось!

— Что ещё за желание? Не неси чепухи! — лицо Мяо Сяомяо внезапно покраснело, но она сделала вид, что разозлилась на Сяо Доу Я и ущипнула её за щеку.

Сказав это, она приказала Сяо Доу Я поднять с земли человека в чёрной маске и обратилась к Цзюнь Мосе:

— Цзюнь… ты всё ещё должен мне песню «Крик разбитого сердца»… Я отыщу тебя завтра… Только попробуй нарушить слово!

Цзюнь Мосе улыбнулся и кивнул.

Он лишь успел почувствовать, как перед ним вдруг вспыхнула белая тень и медленно пролетела вуаль. Цзюнь Мосе машинально протянул руку и поймал её. Вслед за этим прозвучал смущённый голосок Сяомяо:

— Ты сам сорвал с меня эту вуаль, так что теперь она принадлежит тебе…

Два маленьких силуэта Сяомяо и Доу Я постепенно угасали вдали.

Цзюнь Мосе издал небольшой смешок и сказал про себя:

«С фига ли я её с тебя сорвал? Очевидно же, что ты сама это сделала…»

Тем не менее сжатая в руке ткань вызывала в сердце молодого мастера полное смятение, проходящее через каждую косточку его тела…

Белая вуаль источала свежий девичий аромат, аромат Мяо Сяомяо.

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал про себя:

«Ох, ну и что же делать с этими ошибочными чувствами? Как всё это закончить?» — затем Мосе положил белую вуаль себе за пазуху и, используя технику скрытного перемещения Инь и Ян, отправился вслед за Мяо Сяомяо.

Здешние места — глушь полнейшая, а Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я — всего лишь две молодые девушки. Может, совершенствование Сяомяо не такое уж и плохое, но дураков хватает везде. К тому же уровень их силы, может быть и выше, даже если захочешь — просто так не убежишь. Так что нужно быть осторожнее…

Издалека были видны Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я, которые неспешно двигались вперед и о чём-то болтали:

— …госпожа… Вы — такая крутая, похоже, что вы конкретно захватили этого молодого паренька Мо… — их было едва-едва видно, но Цзюнь Мосе уже слышал их голоса.

— Что значит «захватила»? Не говори ерунды… — раздался звук голоса Сяомяо: — Я не смотрю на его, так сказать «перспективность», он… он просто очень хороший человек…

— Верно… Господин Мо во всём хорош, только вот недостаточно привлекателен собой и в этом не подходит сестре Мяо… но ведь идеальных людей не существует… — слова Сяо Доу Я заставили Мосе покачнуться…

— Что за чушь? В каком месте он не привлекателен? По-моему, он очень даже ничего… — голос Сяомяо казался взволнованным, можно было сразу догадаться, что она раскраснелась…

— Ладно-ладно… я молчу. Но как вы собираетесь рассказать обо всём своему дедушке? Похоже, что такое будет трудно объяснить, даже несмотря на необычное положение господина Мо, однако… — в голосе Сяо Доу Я слышалось беспокойство: — Ай, ладно, поживём — увидим!

Вслед за вздохом Сяомяо, оба силуэта вошли в огромный двор, перед входом которого огромными золотыми иероглифами было выгравировано: «Резиденция семьи Мяо».

Цзюнь Мосе внезапно остановился и посмотрел на дверь самой могущественной семьи в Туманном Призрачном Дворце: он лишь почувствовал, как на его сердце стало тяжко, даже его разум на мгновение опустел…

«Что же мне делать? И как поступить теперь? Если здесь есть хоть какое-то будущее… То что я должен сделать? И что делать тебе?»

Стоя под огромным и невероятно красивым звёздным небом с полной сумятицей в мыслях, которую трудно привести в порядок, Цзюнь Мосе вдруг понял, что не знает, как ему поступить!

Такой ступор у него случился впервые после его перерождения.

В прошлой жизни он спокойно разбрасывался деньгами и пил, сколько душе угодно. Если подворачивалась возможность, то обязательно забегал в какой-нибудь бордельчик, но лишь исключительно из-за недостатка истинных чувств и привязанности. Это снимало досаду, злость и огорчения.

Что же касается нынешнего мира, то пребывание в таком консервативном обществе — рай для любого мужика. Для мужчины, особенно успешного, считается само собой разумеющимся иметь несколько жён и наложниц, и даже сами женщины спокойно принимают такую модель семейного уклада.

Если у тебя мало жён, то ты — либо бездарный придурок, либо тебя прогнула под себя одна из жён. Чем больше баб — тем лучше. Если бы матери молодого мастера, Донфанг Вэн Синь, удалось прожить всю свою жизнь с его отцом и вместе состариться, то они бы обязательно потребовали, чтобы их сыновья выбрали себе как можно больше жён, чтобы те нарожали как можно больше сыновей и дочерей…

Глава 991. Начало хаоса

Можно сказать, что вокруг Цзюнь Мосе всегда было немало женщин, к тому же каждая из них являлась несравненной красавицей, начиная с Дугу Сяо И и заканчивая Гуан Квинхан, он никогда не имел угрызений совести по этому поводу. Пусть даже учитывая тот несчастный случай, который произошёл с Дугу Сяо И, когда пострадало девственное тело Гуан Квинхан. Сожаления по этому поводу, разумеется, грызли его сердце, но их, всё же, нельзя было назвать тяжёлыми угрызениями совести, ведь в итоге всё разрешилось.

Для Цзюнь Мосе Гуан Квинхан была его женщиной, и Дугу Сяо И тоже. Полюбив человека, ты должен всегда быть вместе с ним, неразлучно! По крайней мере, тогда ты не будешь испытывать сожалений и страдать!

Потому что он должен нести ответственность за любимую женщину всю свою жизнь!

Что касается Мэй Сюэ Янь — всему своё время. Поскольку для них нет совершенно никаких препятствий, даже появившаяся недавно Хан Янь Мэн проявила по отношению к нему едва различимую симпатию, девчонка-наложница. Однако отношение Цзюнь Мосе ко всему этому складывалось согласно естественному течению событий, он пустил ситуацию на самотёк.

Если бы в будущем они решили покинуть его, разумеется, ему было бы тяжело, но не так чтобы он не смог смириться с этим. Возможно, он бы поступил с ними, как со своими родными сёстрами, наградив их богатым приданным, и нашёл бы им мужей. Если бы они решили остаться с ним, он бы ни за что не стал насильно выбрасывать их на улицу.

Однако на сей раз, попав в Призрачный Дворец, Цзюнь Мосе отчётливо почувствовал, что все его планы начинают рушиться! Хотя Призрачный Дворец отличался от трёх Священных земель, очевидно, что для него он являлся врагом, но, если учитывать влияние Тянь Фа — они находились в полунеприятельском состоянии. Вне всяких сомнений было одно — по пути во дворец Цао Гофэн постоянно заботился о нём! Пусть всё это было из-за лжи, которой он прикрывался, эти тёплые чувства очень сильно растрогали Мосе!

Ради своей личной выгоды ему пришлось прибегнуть к жестокой лжи, а в итоге его соперник проявил по отношению к нему самые настоящие и искренние чувства!

Из-за этого Цзюнь Мосе чувствовал себя очень виноватым перед Цао Гофэном. Пусть он и восполнил жизненную силу Цао Гофэна, но это никак не повлияло на его самочувствие, его противник действовал от чистого сердца, он же действовал умышленно и сознательно — разница очевидна, и эти две вещи абсолютно нельзя сравнивать друг с другом!

Попав в Призрачный Дворец под видом обладателя непревзойдённой сущности, он вмиг завоевал любовь и уважение авторитетных представителей старшего поколения дворца, для них он стал любимым и обожаемым сыном, ожидания и надежды, связанные с ним, были искренними и неподдельными.

Пусть они действовали в интересах создания светлого будущего для Призрачного Дворца! Но их любовь и забота равным образом падали на плечи Цзюнь Мосе. Потому что он был легендарным обладателем непревзойдённой сущности! Главной надеждой всего Призрачного Дворца!

Можно представить, что если в один день истинная личность Мосе будет раскрыта, вне зависимости от того, получится ли у него забрать с собой Священное дерево, исход будет одним — все эти люди будут страшно разочарованы и злы!

Из-за этого Цзюнь Мосе наверняка будет испытывать угрызения совести! Вдобавок к этому его ждёт разлука с Мяо Сяомяо!

Хотя Мяо Сяомяо заслуженно считается самой выдающейся представительницей младшего поколения семьи Мяо, несмотря на её ум, находчивость и впечатляющие достижения в мастерстве Суань, в душе она — всего лишь молоденькая девчонка, которая сегодня сама широко распахнула своё сердце своей первой любви! Попав в безвыходное положение, она бесстрашно бросилась вперёд, не испугавшись смерти, в ту же минуту решившись умереть вместе со своим любимым!

«В следующей жизни ты не позабудешь, как я выгляжу, и мы больше не совершим подобной ошибки!»

Насколько чисты и невинны эти слова!

Как Цзюнь Мосе мог оставаться твёрдым?

Даже человек с каменным сердцем, услышав эти слова, вряд ли бы смог остаться равнодушным, не так ли?

Женщины Призрачного Дворца в своей жизни могут полюбить лишь одного человека! В тот миг, когда Сяомяо скинула свою вуаль, она точно решила, что не будет оглядываться назад! Свою одержимую и слепую любовь она передала Цзюнь Мосе!

Эм, другими слова передала Мо Цзюню!

Эта любовь была слепа? Нет! Нисколько! Если бы Цзюнь Мосе в самом деле был обладателем непревзойдённой сущности, тогда это был бы выбор лишь Мяо Сяомяо. Сильная любовь! Тогда она бы не просчиталась!

Тогда бы их ждал счастливый конец, даже, возможно, захватывающая история любви, которая пользовалась бы большой популярностью через века!

Но… Мо Цзюнь — это Цзюнь Мосе!

Если его личность будет раскрыта, и ему удастся сбежать, эта девушка… сможет ли она жить дальше после этого?

Предательство любимого человека, презрение всех окружающих, упрёки и осуждения со стороны семьи, бесконечные разочарование и боль, рвущие сердце на куски… Как хрупкая молодая девушка сможет вынести всё это? Как ей выдержать такой удар?

Цзюнь Мосе почти смог увидеть, словно наяву, что произойдёт с этой несравненной красавицей в тот день, когда он покинет это место… Но разве он может остаться?

Нет, не может!

Это самое большое противоречие! Противоречие, которое нет возможности исправить!

Как назло, до этого дня осталось совсем мало времени, несколько дней, не больше! Внезапно Мосе почувствовал, как падает духом. Он впал в отчаяние, из которого очень трудно выбраться!

Неужто ради благополучия своей семьи, он должен непременно привести другую к страшной трагедии?

Возможно, единственным вариантом будет забрать Сяомяо с собой… Но захочет ли она уйти вместе с ним?

И ещё как ему поступить с любовью и заботой, с которыми он столкнулся в Призрачном Дворце?

Неужто следует забыть о добре и отплатить чёрной неблагодарностью?

Тогда разве он сможет быть по-прежнему таким же Се Цзюнем, который имеет чистую совесть?

Впредь будет ли у него на сердце спокойно?

Навалившиеся на Мосе заботы загнали его душу в смятение. Он был растерян, и именно в таком состоянии духа он и вернулся в усадьбу.

К счастью, он находился в невидимом состоянии инь-ян, иначе бы он точно несколько раз зашибся об стены и здания, пролегающие на его пути!

Попав в усадьбу, он словно очнулся и пришёл в себя. Как раз увидев своего номинального наставника Цао Гофэна, и пять других Шенхуанов, которые ждали его возращения, только Бай Цифэн отсутствовал.

Цао Гофэн, обнаружив его в таком растерянном состоянии, поспешил спросить, что же случилось после его отъезда. Мосе пребывал в унынии, и немного пораскинув мыслями, пришёл к выводу, что среди всего Призрачного Дворца, испытывает неприязнь только к семье Чжань, и поэтому во всех подробностях рассказал о состязании, которое затеяли братья Чжань в башне Пхяосян.

Что касается тех неприятелей, шести Почтенных мастеров, которые попались ему по пути — рассказывая о них, он не пожалел красивого словца, немного приукрасив, он изложил всё по порядку!

Первая часть рассказа о состоявшемся соревновании была воспринята спокойно, однако часть, где Мо Цзюнь на обратной дороге столкнулся с головорезами, которые хотели убить его, была просто возмутительна — все шесть Шенхуанов немедленно пришли в ярость!

Услышав о том, что все эти убийцы обладали совершенствованием уровня Почтенного мастера, по спинам всех присутствующих прокатился холодный пот:

«Эти люди были такими самонадеянными глупцами! Обладатель непревзойдённой сущности являлся главной надеждой для всего Призрачного Дворца, а все мы — жители Призрачного Дворца, и все преследуем одну и ту же цель! Совершено недопустим какой-либо несчастный случай, и уж тем более — смертельная опасность»

Никто из них не подозревал, что, оказывается, в Призрачном Дворце есть свои «подводные течения»!

Вероятно, люди старшего поколения надеются, что этот парень добьётся больших успехов и станет главной опорой дворца, другие же люди желают ему только смерти.

Прослушав до конца рассказ Цзюнь Мосе, Шенхуан Цао был счастлив, что нашёлся какой-то благородный человек, который спас его ученика от смерти, и в то же время он пребывал в горестном негодовании!

Насчёт Ван Нэна и Ли Цзе, о которых он заботился и воспитывал на протяжении нескольких десятков лет, он не ожидал, что, перед лицом опасности, они без колебаний согласятся на убийство Цзюнь Мосе! Продадут свою собственную жизнь в надежде остаться живыми!

В эту минуту Цао Гофэн был так зол и разгневан, что едва не топал ногами от злости. Если бы эти двое остались в живых, боюсь, он бы сам, без сомнений, разорвал их в клочья!

Однако все шестеро Шенхуанов вздохнули с облегчением, но, тем не менее, они недоумевали, кем мог оказаться тот благородный человек, который спас Цзюнь Мосе, и который способен был так искусно управлять дьявольским мечом. Он наверняка должен был быть известен раньше, но, кажется, в Призрачном Дворце никогда не слышали хотя бы об одном подобном человеке…

Сверкнула тень, и вернулся Бай Цифэн. Он, рассмеявшись, произнёс:

— Оказывается, этот парнишка уже вернулся. Стало быть, я зря летал на твои поиски, обшарив почти все горы…

Оказывается, Шенхуан Бай, обладая взрывным и импульсивным характером, после того, как Цзюнь Мосе долгое время не возвращался, отправился на его поиски…

— Вы, наверняка, не знаете, что там произошло с главой семьи Мяо. Его застали врасплох, он так яростно рычал, что, кажется, весь Призрачный Дворец дрожал… — Бай Цифэн восторженно и со злорадством произнёс: — Не знаю, кто его разозлил на этот раз, но, кажется, тот ещё спектакль будет!

— Боюсь, в этом «спектакле» тебе придётся сыграть одному, — мрачно ответил ему Цао Гофэн.

Бай Цифэн, заметив, что братья не веселы, испуганно спросил:

— Что, в конце концов, случилось?

Цао Гофэн вздохнул, и кратко всё ему рассказал.

— Пиздец! Кто посмел вытворить такое?! Твою мать, да сто процентов — это эти подонки из семьи Чжань! Я обязательно найду этих уёбков и прикончу, или меня звать не Бай Цифэн! — услышав о том, что произошло, Бай Цифэн моментально взбесился, и начал яростно ругаться.

Заметив, что Бай Цифэн уже намеревался отправиться на поиски этих двоих, Цао Гофэн поспешил остановить его, и схватил за руку:

— Твой характер просто невыносим! Ты думаешь, так должен поступать настоящий Шенхуан? Ты сказал, это вина семьи Чжань, значит, это наверняка семья Чжань? А доказательства где? Устроив драку без доказательств, разве будешь ли ты считаться правым? К тому же семья Чжань очень влиятельна, ты считаешь, их так просто прищучить? Мы должны быть осторожны перед их ответным ударом, иначе мы с тобой тоже можем попасть в неприятности, и что тогда? Боюсь, тогда в Призрачном Дворце начнется самый настоящий дикий хаос.

Глава 992. Тайное совещание семьи Чжань

Бай Цифэн прищурился и заорал:

— Неужели я должен молча проглотить обиду? Я не согласен! Хотя сейчас всё спокойно, но, может быть, эти сукины дети замыслили ещё что-то против Мо Цзюня, тебя это не волнует?

— Что ты орёшь? — тоже закричал Цао Гофэн, чтобы заткнуть его: — Ты только что сказал, что Лао Мяо сейчас в ярости. Я почти уверен, что причина именно в этом. Также ты должен знать, что нападение было совершено не только на Цзюня, но и на его любимую внучку, Мяо Сяомяо. Я считаю, что нам с тобой лучше отправиться к ним. Я слышал, как Мо Цзюнь говорил, что остался ещё один свидетель, которого привела Мяо Сяомяо, и я не знаю, о чём его сейчас допрашивают. Если есть показания свидетеля, это совсем другое дело!

— Верно, ты прав! Дело не терпит отлагательства! Мы немедленно отправимся туда! — засуетился Бай Цифэн и потащил за собой Цао Гофэна… В мгновение ока оба Шенхуана исчезли.

Несколько других Шенхуанов отправили Цзюнь Мосе отдыхать, а сами остались здесь. На самом деле никто из них не стал отдыхать, они рассредоточились и стали тщательно охранять комнату Цзюнь Мосе…

Вдруг кто-то ещё захочет убить его?

На этот раз попытка убийства Мо Цзюня не на шутку напугала Шенхуанов, поэтому они относились ко всему настороженно. Они не смели допустить какую-то оплошность, и все возможности его убить они хотели задушить в зародыше…

По сравнению с волнением Цао Гофэна, семья Мяо была очень разгневана, а семья Чжань потерпела жестокое поражение.

После того, как Чжань Цифэн и Чжань Юшу подговорили шесть убийц уровня Почтенного мастера убить Мо Цзюня, они рано вернулись в свои дома, чтобы избежать подозрений. Старейшины сделали им строгий выговор, им было приказано думать о своих поступках.

Замыслив недоброе, они то и дело смотрели на время и думали… стал ли уже талантливейший обладатель непревзойдённой сущности куском мяса?

Оба брата маялись в ожидании, но новостей так и не было. Уже глубокой ночью они невольно подскочили от страха: неужели что-то произошло?

Они не могли поверить в то, что что-то пошло не так! На этот раз шесть убийц напали на него все вместе, ему просто не хватит сил, чтобы одолеть даже одного, ну как может произойти несчастный случай? Что вообще могло случиться?

Они хотели затащить его на гору Тайшань! И прихлопнуть его без лишних проблем! Что касается того, что они до сих пор не вернулись — это значило, что они действительно добросовестно выполняют свой приказ и разбираются с Мо Цзюнем. Этот Мо Цзюнь должен умереть, второй такой возможности не будет!

Но так до середины ночи новостей не было вообще, так что сердца братьев быстро стучали от страха. Они были очень уверены в своих охранниках, они уже много лет служили им верой и правдой. Братья знали, что положение в любую минуту может ухудшиться, может, они решили как следует «повеселиться» с Мо Цзюнем, но оттягивать надолго этот момент не стоило. Согласно их расчётам, они давно уже должны были вернуться. Даже если с кем-то из них произошёл несчастный случай, это не могло произойти сразу со всеми…

Неужели…

— Брат, как ты думаешь, могло ли что-то пойти не так? — Чжань Юшу, нахмурив брови, беспокойно ходил взад и вперёд, лицо у него было мрачным.

— Это очень странно… Неужели действительно что-то случилось? — Чжань Цифэн уже давно чувствовал, что что-то не так, но это оставалось только его подозрением, он не хотел говорить об этом первым.

— Если случилось… то дело серьёзное! — взволнованно сказал Чжань Юшу. — Учитывая, как высоко сейчас ценят Мо Цзюня в Призрачном Дворце — если кто-то узнает, что это спланировали мы, боюсь, что даже семья нам не поможет уладить последствия!

— Руководствуясь текущим моментом… — Чжань Цифэн угрюмо ходил из стороны в сторону, вдруг его глаза заблестели: — Если рассчитать время на дорогу, отсюда до гор весь путь занимает не более получаса. Прошло уже почти три часа… они всё ещё не вернулись, почти наверняка что-то произошло! Так что… Юшу, нам следует заблаговременно принять меры…

— Заблаговременно принять меры? — с недоумением посмотрел на него Чжань Юшу.

— Мы сейчас пойдём к отцу и признаемся ему, что мы сделали. Пусть он что-нибудь придумает, — Чжань Цифэн набрался решимости: — Если дело завершилось успешно, и Мо Цзюнь умер — в Призрачном Дворце, возможно, начнут выяснять, как погиб этот гениальный человек, однако едва ли этому придадут такое значение. Я уверен, что отец защитит нас, у нас не будет особых проблем, но если наш план провалился… То нам нужно заранее всё продумать! По крайней мере, быть готовыми. Поэтому, кто-то из нас должен быть готов взять на себя эту ответственность! — Чжань Цифэн посмотрел на Чжань Юшу.

— Даже не думай! — Чжань Юшу задрожал всем телом: — Если наш план раскроют, независимо от того, кто возьмёт на себя ответственность — он будет обречён на гибель! Брат, не делай этого, ты не должен отдуваться за нас обоих! Мы — братья, мы должны быть вместе в горе и в радости! Ты готов позаботиться обо мне, взяв на себя это бремя?!

— Не думать об этом? Едва ли! Боюсь, что к тому времени ты не сможешь мне помочь! Эта ситуация уже вышла из-под нашего контроля! — Чжань Цифэн мрачно усмехнулся: — Когда наш план раскроют, семья никогда не должна узнать, что мы с тобой сговорились, иначе будет только хуже. Я думаю, лучше кому-то из нас взять ответственность на себя. Вывод очень прост: либо ты, либо я! Это должен решить старейшина семьи. Теперь уже наши судьбы нам не принадлежат! Я решил тебе это сказать, чтобы ты заранее подготовился…

Чжань Юшу опустил голову, он не глупый человек и, естественно, понял, что Чжань Цифэн прав.

Когда Чжань Чансун выслушал у себя в кабинете братьев, его лицо вытянулось от удивления. Пошатываясь, он упал на стул!

Он никогда не думал, что его сыновья, на которых он возлагал большие надежды, попадут в такие неприятности!

Чжань Чансун отчитал двух сыновей и сразу же отправил прислужника к месту, о котором рассказали братья. В то же время он немедленно послал человека, чтобы сообщить главе семье Чжань Уюню о случившемся.

Тем временем в резиденции Чжань раздался колокольный звон.

Это главный сигнал для созыва всех высокопоставленных членов семьи, чтобы провести тайное заседание!

Когда зазвонили колокола, Чжань Цифэн и Чжань Юшу вздрогнули от испуга! Хотя они относились к этому вопросу настолько серьёзно, насколько это возможно, но всё-таки не ожидали, что эта проблема достигнет такого масштаба!

Необходимо было собрать всех высокопоставленных членов семьи Чжань, чтобы обсудить этот вопрос…

— Когда мы попадем в секретную комнату, о чём бы мы не говорили, вы должны рассказывать всё, ничего не скрывая и не преувеличивая! — Чжань Чансун пристально смотрел на своих сыновей, а затем глубоко вздохнул: — Это дело приняло такой оборот, что даже я не знаю, что вас ожидает… Пусть будет, как суждено!

После этого Чжань Чансун вышел. Прежде он всегда ходил с прямой спиной, а сейчас он сгорбился и шёл очень неуверенно! Отец, бессильный и беспомощный, не мог сказать ни слова, потому что знал, что, независимо от того, что он скажет в данный момент, это будет лишним.

Жизнь и судьба его двух сыновей больше не принадлежала им самим!

От начала до конца он ни разу не упрекнул их! Но они оба действительно почувствовали серьёзность этого происшествия!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу обменивались растерянными взглядами, их лица были бледными!

Атмосфера в секретной комнате семьи Чжань была как никогда напряжённой.

В этой секретной комнате по сторонам большого прямоугольного стола сидело пятьдесят или шестьдесят человек. С противоположной стороны свисал толстый лоскут черной ткани, закрывая всем обзор. Неизвестно, был ли кто-то за ней.

Глава семьи Чжань Уюнь сел во главе стола, ему, с виду, было около сорока или пятидесяти лет. Он был румян, но все знали, что он только выглядит молодо, но на самом деле ему более двухсот лет…

— На этот раз мы собрались, потому что у нашей семьи возникла проблема, — просто и сжато сказал Чжань Уюнь с хладнокровным лицом. У всех присутствующих были спокойные лица, они нисколько не проявляли любопытства или волнения, что в полной мере показывало, что у них сильные характеры.

Более того, присутствующие члены семьи Чжань контролировали почти каждую отрасль в Призрачном Дворце, и все они являлись очень влиятельными фигурами! В руках этих людей была сосредоточена огромная власть, поэтому на самом деле мало какое событие они могли назвать проблемой.

Чжань Уюнь сказал очень мало. Все похлопали, и кто-то привёл двух братьев:

— Теперь вы, двое, расскажите обо всём подробно!

Каждый из этих людей — прямой наследник семьи Чжань и опора семьи, основная сила, в подлинном смысле слова — свой человек! Поэтому никто не беспокоился, что кто-то может разболтать тайны!

Чжань Цифэн с грустным выражением лица с самого начала повиновался указам семьи. Придумав план против Мо Цзюня, он надеялся, что сможет исправить положение. Они были раздражены и послали людей убить Мо Цзюня, но до сих пор у них нет никакой информации.

На время их рассказа в секретной комнате воцарилась абсолютная тишина.

Но когда они оба закончили рассказывать, все в комнате тут же зашумели.

— Значит, мы не только потеряли Сад чудодейственных растений, но и не можем отказаться от выполнения условий по соглашению? Возможно ли, что кто-то докажет их виновность? — полный мужчина средних лет нахмурил брови: — Вы поступили слишком глупо. Неужели наша семья лишилась из-за вас своей репутации? Вы по собственной вине удвоили ущерб!

— Как вы могли так поступить? Разве вы не проверили информацию? Этим опрометчивым поступком вы все разрушили, наше положение вы разрушили своими же руками!

Все громко выкрикивали упрёки.

Бум-бум!

Кто-то дважды постучал по столу. Хотя звук не был громким, но звук заставил всех замолкнуть.

Глава 993. Чжань Луньхуэй

Все обернулись в сторону, откуда исходил звук, и увидели с правой стороны от главы семьи Чжань Уюня бледнолицего молодого человека в зелёном одеянии. Вытянув свои тонкие пальцы, он осторожно постукивал по столу, иногда поднимая на всех глаза. Он так привлёк к себе внимание, что все тут же «проглотили» свои претензии.

Положение, которое занимал этот молодой человек лет тридцати, чрезвычайно важно, он всё время сидел спокойно, и ни у кого не было никаких на это возражений!

Молодой человек в зелёном с угрюмым лицом холодно сказал:

— Господа, прошу вашего внимания! Вы не должны винить их или давать советы после того, как всё было совершено. Но совместными усилиями мы должны придумать, что делать дальше. Даже если вы их обругаете или побьёте — проблема уже существует. Кроме того, это не поможет делу и не исправит ситуацию! Что касается их проступка, им придётся получить наказание от своей семьи. И в ваших комментариях это тоже не нуждается!

Слова, сказанные этим молодым человеком, были бесцеремонны, а тон был очень холодным, что заставило всех почувствовать себя некомфортно, когда они это услышали. Однако никто из присутствующих не возразил, они все просто промолчали!

Причина заключалась в статусе этого человека, в семье Чжань он занимал особое положение. Если обладатель непревзойдённой сущности в будущем надеялся занять какое-то положение в Туманном Призрачном Дворце, то этот человек — надежда и последний «козырь» семьи Чжань!

Он — главный человек молодого поколения семьи Чжань!

Даже свое имя он выбрал сам — Чжань Луньхуэй!

Чжань Луньхуэю было не более тридцати лет, в настоящий момент он достиг четвёртого уровня Достопочтенного мастера, он всего в одном шаге от того, чтобы оказаться в рядах Шенхуанов! Можно сказать, что он — настоящий гений! Что ещё более похвально, так это то, что у этого человека никогда не было учителя, но он настолько умён, что им восхищались самые старшие предки семьи Чжань!

Всего несколько его слов могли завоевать доверие тех предков семьи Чжань, с которыми никто не мог договориться!

По такой мелочи можно догадаться о великой внутренней силе Чжань Луньхуэя!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу — родные братья, номинально они — первые люди молодого поколения семьи Чжань и часто соревновались друг с другом, но им оставалось только смотреть на этого человека, который ненамного старше их и годился им в старшие братья, снизу вверх. Они совершенно ему не соперники, братья знали это давно, что они с Чжань Луньхуэем не одного уровня, их совершенно нельзя было сравнивать, различие слишком очевидно!

— Обладатель непревзойдённой сущности, согласно легенде, является самым сильным человеком, совершенствующим Суань! С древних времен только Первый Шао из подземного мира обладал этой чудесной сущностью! А этот Мо Цзюнь — второй в истории на материке Суань обладатель непревзойдённой сущности! — Чжань Луньхуэй все ещё говорил. Его голос по-прежнему был спокойным, не колебался, но все внимательно слушали его, никто не осмеливался говорить.

— Причина, по которой обладателя непревзойдённой сущности называют обладателем непревзойдённой сущности — это его самая важная черта: у него не существует такого явления, как «закупорка» меридиан, с которым мы сталкиваемся во время практики, самое трудное на каждом уровне — это провести энергию через меридианы! То есть ничего не блокирует движение энергии!

Легендарного обладателя непревзойдённой сущности можно назвать баловнем Небес. С его скоростью совершенствования Суань при регулярных практиках, с ним не сравняться даже те, у кого опыт нескольких тысяч лет и перерождённые души выдающихся личностей. Особенно на более высоком уровне, его успех просто очевиден! Чем позднее обычный человек начнёт совершенствоваться, тем медленнее будет прогресс, но он не попадает под это ограничение. Если есть достаточно времени, он может стать невообразимо сильным, раз он довольно умён, то его достижения обязательно будут ещё более удивительными!

И Мо Цзюнь — такой человек! С его интеллектом и возможностью развития, в будущем он станет не хуже Первого Шао из подземного мира!

Как управляющий делами Призрачного Дворца, хочу сказать, что братья Чжань совершили непростительную ошибку. Боюсь, что вся семья Чжань находится под угрозой гибели! Прольются реки крови, поэтому нам всем нужно бояться, и больше не предпринимать ничего против обладателя непревзойдённой сущности. Потому что этот человек в истинном смысле является будущей опорой Призрачного Дворца!

Пока Чжань Луньхуэй говорил, по волосам и лбу Чжань Цифэна и Чжаня Юшу текли капли пота, а лица внезапно стали жёлтыми.

— Поэтому семья Чжань не должна вмешиваться в это дело! Я верю, что вы понимаете, о чём я говорю, — буркнул Чжань Луньхуэй, его пронзающий взгляд был обращен на Чжань Цифэна и Чжань Юшу. Он холодно сказал: — Никто не пожалеет, если вы двое умрёте! Все в нашей семье уже готовились, что через какое-то время я полностью восстановлю силы и займу главное положение в Призрачном Дворце, но вы всё испортили!

Если бы Цзюнь Мосе был там, то понял бы из слов Чжань Луньхуэя, что он, безусловно, выдающийся человек! Это было очевидно уже по одной только манере его речи.

— Как всё-таки мы решим этот вопрос? — уважительным тоном Чжань Уюнь спросил у Чжань Луньхуэя.

— Мы все здесь собрались, чтобы заранее подготовиться! Эта проблема касается тех шести человек. Независимо от того, живы они или мертвы сейчас — эта ответственность должна быть на них! Во-первых, нужно как можно скорее найти всех членов семьи этих шести человек и сразу же приказать соответствующим лицам создать поддельные документы по ним, в которых говорится, что когда-то они совершили ошибку по отношению к семье Чжань и были строго и сурово наказаны. После чего они затаили злобу на всю семью Чжань. Всем членам их семей нужно «закрыть рот». Так даже лучше для их детей и внуков. Когда всё успокоится, у них будет спокойная жизнь…

— Сказать очень просто, но фактически это сделать нелегко! На самом деле семьи шести Почтенных мастеров — это не малое количество людей! К тому же многие из них работают на семью Чжань. Поэтому каждому в комнате, возможно, придётся потрудиться и принять меры. Если рассматривать в целом — нам нужно объединиться, чтобы воспроизвести настоящее преступление. С этим преступлением можно полностью снять подозрения с семьи Чжань! Это — единственное решение, без печальных последствий для нас! Каким нужно быть безжалостным, чтобы совершить это! Это жестоко, но на этот раз это может защитить семью Чжань!

Чжань Луньхуэй спокойно встал, бледное лицо под освещением свечей выглядело необычайно страшным:

— Самое важное — не упустите момент. У вас осталось только полночи, если вы все объединитесь, то наверняка успеете до рассвета! Если не успеете, тогда… нам всем останется только покончить с собой!

Договорив, Чжань Луньхуэй скрестил руки за спиной и самодовольно начал уходить, даже не обернувшись.

На пути к двери, он остановился и сказал:

— А что касается Чжань Цифэна и Чжань Юшу — устройте им встречу с духом подземного мира. Если они не переживут этого и умрут, то пусть считают это своим наказанием. Если смогут вынести страдания, тогда в нашей семье станет на двух многообещающих мастеров больше! Да будет так.

После этого его силуэт исчез.

В мгновение лица Чжань Цифэна и Чжань Юшу стали бледными. Ноги их задрожали так, что они еле могли устоять на ногах. Они уже поняли, какой будет их судьба — они подвергнутся встрече с духом подземного мира! У них не было ни одного шанса на выживание. Такую боль мало кто сможет пережить, лучше сразу умереть! Однако их судьба уже предопределена, потому что так решил Чжань Луньхуэй!

Все присутствующие почти сразу встали и засуетились.

Все так нервничали о предстоящей работе, что побежали стремглав.

С виду в семье Чжань не происходило ничего необычного, но кто бы мог подумать, что каждый делал всё, что может…

Семья Чжань занята, семья Мяо занята, Цао Гофэн и другие заняты…

Цзюнь Мосе — причина всему, но, пока все трудились всю ночь, он, наоборот, отдыхал.

Тем не менее было кое-что, что связывало молодого господина Цзюнь с остальными — он тоже не спал этой ночью!

Если кто-то входил в его комнату, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке, он сразу же это замечал. Под его одеялом лежала подушка, будто это он.

Если пять Шенхуанов, которые охраняли его, поняли бы это, они наверняка сильно удивились бы, что человек, находящийся под их полной защитой, на самом деле пропал без вести!

По правде говоря, дело не могло дойти до такого. В этот момент молодой господин Цзюнь находился в твоей Пагоде!

Кровь Яньди и Хуанди сверкала, Цзюнь Мосе двигался из стороны в сторону, изредка издавая громкие звуки.

Совершенное мастерство сегодня — это волшебный меч и кровь Яньди и Хуанди!

После того, как Цзюнь Мосе в полной тишине призвал его, почти ничего не сделав, он убил за раз шесть врагов. Насытившись алой кровью, его злоба становилась всё яростнее.

Меч, под постоянной закалкой Цзюнь Мосе, становится всё более и более гибким, будто почти обладал собственным сознанием! После того, как он выпил крови, она полностью усвоилась, а вся дурная энергия высвободилась!

Теперь кровь Яньди и Хуанди была сформирована!

Сейчас ему не хватало только её неиссякаемого источника, чтобы создать настоящий летающий меч!

На тысячи километров, от неба до земли, этим мечом теперь не только можно управлять, но и полностью раскрыть его потенциал!

Тогда полностью сформировавшаяся кровь Яньди и Хуанди может дать человеку невероятную силу!

Глава 994. Создание цветов

Сегодня первый! Во-первых, хотя кровь Яньди и Хуанди всё ещё далека от полного формирования, но Цзюнь Мосе всё равно был очень доволен темпами роста крови Яньди и Хуанди!

В конце концов, Цзюнь Мосе не убивал направо и налево, когда в этом не было необходимости, просто для того, чтобы удовлетворить кровь Яньди и Хуанди.

Потому что чрезмерное убийство и стимулирование энергии волшебного меча приведут только к неблагоприятным последствиям, которые трудно будет контролировать.

Как только кровь Яньди и Хуанди превратится в кровавый меч, она потеряет своё первоначальное намерение!

Только когда ты сможешь убить, ты получишь меч!

Таким образом, меч управляется намерением владельца, а не намерением самого меча.

В этом и есть существенная разница.

Меч, культивируемый таким образом, действительно принадлежит всецело владельцу! Никогда не возникнет опасность, что он выйдет из-под контроля!

— Яньди и Хуанди… Знаешь ли ты причину противоречий в моей душе? — посмотрев на сверкающее остриё меча, необычайно тихим голосом сказал Цзюнь Мосе и взмахнул рукой.

Кровь Яньди и Хуанди издала звенящий звук, как будто ответила ему.

Цзюнь Мосе почувствовала угасающую энергию волшебного меча и не смог сдержать улыбку:

— Сейчас только ты сможешь понять мои мысли. Всё, что здесь происходит, для меня действительно трудно… мне не даётся всё так легко, как раньше…

Меч рассёк воздух со свистом и блеснул, словно холодной яростью.

— Ты же не хочешь сказать, что мне придётся убить всех? — Цзюнь Мосе улыбнулся: — Разве на это легко решиться? Самое сложное — это чувства, а не сила врага. Если бы в Призрачном Дворце все были моими врагами — то, что бы я ни сделал, это не было бы так уж сложно…

Кровь Яньди и Хуанди лениво взмыла вверх и со звоном проникла внутрь ножен. Очевидно, что она не выдержала насмешек Цзюнь Мосе…

— Чёрт! — Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: — Оказывается, у волшебного меча тоже есть характер…

В момент сумятицы в мыслях Цзюнь Мосе направил энергию из меридиан, чтобы посмотреть в каком положении Королева Змей, Зелёная Охотница.

Глядя на красавицу в зелёном одеянии, которая спокойно спала, её лицо было умиротворённым и спокойным, и даже немного довольным, поэтому ему совсем не хотелось беспокоить её… Цзюнь Мосе внезапно почувствовал необъяснимо быстрое сердцебиение.

С тех пор, как Королева Змей лежала здесь, он каждый день приходил несколько раз, разговаривал с ней или посылал энергию Ци, заодно делал ей массаж, чтобы убедиться, что её мышцы не атрофировались, а кости не затвердели… Иногда он приходил три раза в день, делал фруктовый сок и поил её, чтобы она сохраняла свою жизнеспособность… По прошествии времени Цзюнь Мосе всё больше понимал, что Королева Змей, несмотря ни на что, убивает сама себя… Он это понимал, поэтому, чем дальше, тем больше чувствовал боль…

Потому что любил ее!

И, всё же, безответная любовь обречена на грустный конец!

Раз ты не можешь быть с этим человеком, то, можно сказать, он просто умер для тебя!

Потому что он сам был любимым человеком её самой уважаемой старшей сестры Мэй Сюэ Янь…

— Это действительно того стоит? Ты лежишь тут и молчишь, но ты не знаешь, что чувствует выживший и самоотверженный человек? — Цзюнь Мосе пробормотал: — Скорее же очнись, Зелёная Охотница! Я больше не буду тебя расстраивать, ты можешь получить это, ты можешь получить и обладать…

Королева Змей — Зелёная Охотница — по-прежнему довольно и нежно улыбалась…

— Ага… — тяжело вздохнул Цзюнь Мосе: — Когда-нибудь я разбужу тебя! Возьму тебя в путешествие по знаменитым горам и рекам, чтобы пересмотреть прекрасные виды… Не важно, каким способом, но я заставлю тебя очнуться! Не беспокойся, Зелёная Охотница! Не отчаивайся, ты получить всё, что хочешь!

Наконец, он снова посмотрел с грустью при мысли о разлуке на эту красавицу, вздохнул и пошёл в другую сторону.

С другой стороны был водоём, который он вырубил на глубине всего полуметра, чтобы специально выращивать прекрасные лотосы. Цзюнь Мосе боялся копать глубже, так как мог добраться до драгоценного божественного напитка долголетия, поэтому он вырыл только полметра… Хотя природная артерия одухотворенной Ци не такая широкая, как водоём в Священном дворце, но его длины вполне достаточно, чтобы вырастить множество цветков искусного лотоса. Водоём в длину занимал примерно несколько десятков метров.

Над искусственным водоёмом навис густой туман.

Это не обычный туман, а чистая энергия Ци из природной артерии!

Этот водоём был наполнен кристально чистой водой, прямо-таки квинтэссенция чистейшей энергии Ци природной артерии, хотя с виду это был обычный водоём. Даже если Священный дворец и Призрачный Дворец объединят силы и будут сотрудничать, они точно не получат его!

Посреди водоёма над поверхностью воды спокойно кружились два-три полупрозрачных листа лотоса, а на воде были два заострённых кверху клубня лотоса, ожидающие момента, чтобы расцвести.

Каждый листок лотоса, порхающий над водой, был размером почти с кулак. Более того, судя по толщине листка, он не полностью раскрылся… Видите ли, в Священном Дворце листья цветков искусного лотоса размером были чуть меньше, чем большой палец руки… Но молодой господин Цзюнь вырастил их размером с большой кулак. Более того, у него была возможность вырастить их ещё больше… Если бы их увидела Цяо Ин, ответственная за выращивание цветков искусного лотоса, он бы наверняка пришла в восторг!

Что касается стеблей лотоса, расположенных внизу, между камней природной артерии, то сейчас они выросли толщиной со средний палец… Это почти в четыре раза больше, чем у земляного ореха!

Глядя на это, Цзюнь Мосе был доволен, он пробурчал:

— Цяо Ин, ах, Цяо Ин… Если бы ты видела, что у меня в руках лотосы, которые выросли в несколько раз быстрее, чем у тебя. Почти уверен, что ты отдала бы всё, чтобы попасть сюда… Ха-ха…

В водоёме почти через каждый метр плавали маленькие прозрачные листики лотоса размером с палец… Если посчитать — их не много и не мало, а ровно двадцать!

Естественно, это семена лотосов, которые Цзюнь Мосе взял у Цяо Ин.

Благодаря благотворной энергии Пагоды Хунцзюнь двадцать семян прижились! И начали активно расти в водоёме!

Следует сказать, что семена лотосов в мирской жизни и в глазах людей трёх Священных земель — очень необычные вещи, но в Пагоде это — лишь маленькие драгоценные семена растений. Если приживутся, значит приживутся. Это действительно удивительно! Они редко не приживаются!

В этот момент Цзюнь Мосе довольный заложил руки за спину и восхищённо, как опытный фермер, смотрел на ростки лотоса…

Неожиданно Цзюнь Мосе посетила хорошая мысль:

«Если я использовал силу пяти стихий для роста дерева семи цветов, почему бы мне не сделать того же для роста искусных лотосов?»

Раз подумал об этом — значит, надо сделать. Цзюнь Мосе подошёл к одному из лотосов, медленно вытянул руку, осторожно взялся за листок лотоса, а затем выпустил силу дерева!

Энергия изумрудного цвета внезапно поднялась из его тела, медленно превратилась в огромную зелёную сферу, окруженную маленькими сферами, которые, кружась, появились из его тела. Очертание самой большой сферы ещё не рассеялось, а маленькие зелёные сферы уже вырвались…

Затем эти сферы медленно растворились в маленьком лотосе в его руке.

Весь лотос внезапно слегка затрепетал на поверхности воды…

Прямо на глазах, изначально небольшой лотос резко начал расти. Он медленно растягивался, увеличивался и постепенно вырос размером с ладонь, а потом с две ладони. Медленно менялись не только листья лотоса, но и корни. Когда-то слабый лотос теперь выпрямился, а стебель с тонкими шипами постоянно вытягивался, маленький лотос превратился в большой бутон… На глазах Цзюнь Мосе неожиданно появился необычайно крепкий стебель лотоса, потом медленно вздулись розовые цветочные бутоны, а затем медленно расцвели. Воздух наполнился сильным ароматом только что распустившегося лотоса, но через мгновение он медленно завял, превратившись в семенную коробочку лотоса, а цвет постепенно стал более тёмным…

Корни лотоса на дне водоема тоже постепенно удлинялись, становились крепче…

В конце концов, всё заполнилось листьями лотоса, заросли корней под водой стали размером и толщиной с пальцы руки…

Этот корень лотоса, в самом деле в семь-восемь раз больше, чем корень лотоса, тщательно выращенный Цяо Ин в Священном дворце!

Цзюнь Мосе восторженно смотрел на этот цветок лотоса и просто прыгал от радости!

Оказывается… это так просто!

Затем он почувствовал, что что-то не так. Почему листья так повисли?

Вода… где вода?

Цзюнь Мосе обнаружил, что чистой воды, производимой природной артерией, не осталось… осталось только высохшее дно водоёма.

Потребовалось так много энергии, чтобы стимулировать рост этого лотоса!

Цзюнь Мосе искренне был удивлен!

Оказывается, это требует таких затрат энергии!

Не успев прийти в себя, Цзюнь Мосе сразу же второй раз использовал ещё одну силу пяти стихий:

- Сила воды! Природная артерия одухотворенной Ци, слушай меня, наполни этот водоём водой!

Цзюнь Мосе вытянул левую руку и запустил силу воды…

Гутой синий свет появился из тела Цзюнь Мосе…

Если эти сокровища погибнут из-за отсутствия воды… Молодой мастер Цзюнь действительно очень расстроится. Вдруг природная артерия одухотворенной Ци образовала над головой Цзюнь Мосе водоворот, всё более и более густой цвет становился всё насыщеннее, и, наконец, с журчанием чистый поток воды, струящийся из воздуха, начал заполнять водоём, как маленький водопад…

Очень скоро он заполнил весь водоём.

Раз начал — доводи до конца, Цзюнь Мосе продолжал использовать силу воды, используя энергию Ци Пагоды Хунузюнь, чтобы снова быстро прорастить второй лотос, он громко крикнул, и из правой руки снова направилась энергия дерева.

Глава 995. Инцидент, вызывающий массу сомнений

Всё вокруг озарилось разными цветами, а Пагода тотчас превратилась в сказочную обитель, способную очаровать любого на этой планете!

Среди всех этих прекрасных пейзажей второй искусный лотос стал расти быстрее предыдущего…

Поток воды продолжал непрерывно течь прямо из воздуха… Всё это сформировало идеальный круговорот энергии…

Третий цветок… четвёртый цветок…

Мосе был неутомим даже при таком бешеном режиме. После того, как он полностью поглотил сущности всех пяти элементов, оставленных Первым Шао, их сила в его теле уже достигла состояния полного насыщения!

И даже сейчас, при таком продолжительном использовании энергии, он ни капли не ощущал нехватки сил…

На тринадцатом цветке Цзюнь Мосе вдруг почувствовал некоторое опустошение, и какая-то необъяснимая сила резко выбросила его из Пагоды обратно во внешний мир — прямо к нему в комнату.

Что, чёрт возьми, происходит?

Молодой мастер был в полном недоумении, он по-прежнему концентрировал в обеих руках энергии воды и дерева, но, очнувшись, Цзюнь Мосе моментально прекратил какие-либо действия. Два разноцветных шара вылетели из его рук в воздух, испустив великолепнейший всплеск света!

В небе над двориком не было ни тучки, однако вдруг ни с того ни с сего полил дождь…

Почти в то же самое время цветы и деревья во дворе Цао Гофэна внезапно налились цветом, стали выше и краше! А маленькая трава превратилась в небольшие кустарники!

Что касается корней травы, которая в мгновение выросла до невероятных пределов, то она заполнила собой абсолютно весь двор… Грунт, который был покрыт отделочным камнем, разлетелся на куски и запутался в пучине высокой травы…

За небольшой промежуток времени небольшой дворик превратился в кусочек девственного леса…

Такая внезапность заставила прийти в ступор даже самого зачинщика, Цзюнь Мосе, что уж говорить о других людях!

Один из Шенхуанов как раз сидел в цветах в процессе медитации, его душа и мысли как раз достигли единого целого, как жуткий дождина вымочил его до нитки. Густая трава тут же окружила мастера со всех сторон, а из-за огромной скорости роста она тут же воткнулась ему в ноздри…

Мастер не на шутку перепугался!

Он подскочил, обнажил свой клинок и яростно закричал:

— Что за мелкая дрянь использовала столь гнусные приемы, выходи! Смелее, покажись!

Прокричав это, Шенхуан вдруг обнаружил странный феномен, который тут же шокировал его до дрожи. Он упал на землю прямо на задницу, однако совершенно не почувствовал боли. Шенхуан прищурился и закричал:

— Это… Это ещё что такое? Как такое возможно? Это… это…

Остальные четверо Шенхуанов подумали, что их атаковал враг. С боевым настроем все мастера ринулись вперёд и с громким «ба-бах» проломили окно, но, увидев всю картину целиком, они тоже вытаращили глаза и застыли в оцепенении.

После этого один из них пришёл в себя и подлетел в воздух на шесть метров. Он огляделся по сторонам и в таком же недоумении опустился вниз:

— Ошибки нет… Это двор Цао Гофэна, но что здесь произошло? Выглядит так, будто мы оказались в лесу Тянь Фа…

— Неужели враг придумал этот план только сейчас, разве на такое не должны потребоваться годы или даже десятилетия? — воскликнул другой из Шенхуанов: — Верно! А ну, посмотрите, на месте ли этот мальчишка…

В одно мгновение окно в комнате Цзюнь Мосе превратилось в огромную дырень, в которой одновременно появилось пятеро человек.

Мосе с недоуменным видом вытащил из-под одеяла голову и испуганно сказал:

— Что… Что случилось?

— Эм, ничего, — смутился один из Шенхуанов: — Цзюнь, что сейчас за время… ну в смысле, какой конкретно год, месяц и число?

Мо Цзюнь чуть было в обморок не упал от такого вопроса…

После того, как он дал ответ, пятеро человек озадаченно переглянулись, а затем, бормоча что-то себе под нос, вышли из комнаты…

— Мо Цзюнь, тебе лучше пойти спать в другую комнату… Это место уже выглядит непригодным для жилья… тут сквозняк… — с неловким видом сказал один из мастеров.

Мосе ничего не сказал… Комната теперь продувается всеми существующими ветрами, так что, естественно, она больше непригодна для проживания…

Да и сам молодой мастер пребывал в полном шоке…

«Почему я вдруг вылетел из Пагоды Хунцзюнь? Я ведь не собирался её покидать…»

Он и понятия не имел, что неограниченное использование духовной энергии в пределах Пагоды, в особенности на таких высоких скоростях, причиняет ей болезненный урон… Не имея большого опыта, Мосе просто не понимал всех сложностей…

«В конце концов, это чистейшая энергия неба и земли, а не какая-то хаотичная сила извне. Если ты хочешь сотворить из неё что-то хорошее, то, пожалуйста, валяй, но какого чёрта черпать такое сокровище для всякого рода мусора?

И хотя тут энергии просто навалом, однако такое расточительство очень сильно меня обидело, засранец! Так что катись прочь…»

Именно по этой причине молодой мастер был злобно выброшен наружу…

Может, эти Шенхуаны — и бестолковые идиоты, но и сам Мосе ничуть не лучше. Он кое-как принял происходящую перед ним реальность…

Естественно, молодой мастер не полный кретин. Он взвесил все факты и пришёл к выводу, что был выброшен разгневанной Пагодой за чрезмерное использование её энергии для выращивания каких-то искусных лотосов…

Кроме того, количество этих лотосов, выращенных буквально на одном дыхании, было уж чересчур велико. Ими можно было удовлетворить потребности целой семьи, а не одного человека. Но, как говорится, богатые краев не видят…

«Пфф, скупость, говоришь? Если бы ты использовал мою энергию для высших и благих целей, то я бы ничего не сказала! Но ты решил применить такую редкостную и чудесную силу ради поливки какого-то мусора! Да тут любой бы разозлился, а ты ещё смеешь говорить, что я скупая? Может, ты просто ничего не смыслишь в жизни, сынок?» — разозлилась Пагода Хунцзюнь.

— На мой взгляд, этот мусор имеет свою ценность, — сказал молодой мастер, на мгновение вытянув средний палец и загнув его обратно. Презрение к Пагоде? Хм, но она ведь в его собственном теле, так что этот палец сначала придется показать себе самому. А самоистязание, да ещё и в таких причудливых формах, никак не входило в планы Мосе.

Тем не менее сейчас вход в Пагоду временно закрыт. А отовсюду продолжают доноситься звуки шепота пяти Шенхуанов. Очевидно, что сегодня вечером эти мастера пребывали в полном недоумении.

Дело не в том, что им не хватало осведомлённости или жизненного опыта, нет. Просто такого рода вещи действительно слишком необъяснимы для человеческого сознания! Любой бы на их месте встал в ступор от произошедшего!

Как этот маленький дворик вдруг превратился в непроходимые дебри?

Особенно был взволнован тот мастер, что в тот момент медитировал:

— Вы даже не представляете, что было… Я сидел, медитировал, как вдруг в самый важный момент практики… Внезапно полил дождь! Он от меня сухой нитки не оставил… Я так перепугался, что утратил связь с реальностью! Затем, после того, как вся моя энергия рассеялась, вдруг, откуда не возьмись, изо всех щелей попёрла трава! Да ладно бы просто в ноздри мне залезла, так она и задницу хорошенько покарябала, зараза! И не подумал бы, что побеги бамбука могут принести столько боли… Лучше б я сдох….

— Ха-ха-ха! — одновременно рассмеялись остальные Шенхуаны. Все прекрасно понимали, что о такой неловкой ситуации человек стал бы рассказывать только самым близким братьям!

Даже молодой мастер, услышав их разговор, не смог сдержать улыбки:

«Ничего удивительного, почему этот Шенхуан так зол, ведь его зад чуть не разорвало побегом от бамбука! Ну и невезение…»

Старик сделал недовольное лицо и сказал:

— Чего ржёте! Да если бы я вовремя не подпрыгнул, то вы бы сейчас наблюдали за тем, как из моего рта торчит метровая палка от бамбука!

— Эй, брат, и как ощущения? Приятно? — напыщенно сказал другой мастер, а его борода и брови продолжали подёргиваться от еле сдерживаемого хохота: — Это всё потому что ты, сукин сын, жену себе никак не найдешь! Вот бамбук тебе и предложил ориентацию поменять! Это судьба!

Все четверо Шенхуанов принялись ржать, слёзы из их глаз уже невозможно было контролировать…

Сразу же после этого все четверо снова замолчали. Посмеявшись, они начали задумываться о причине произошедшего. Всё случилось так внезапно. И даже Шенхуаны до самого конца не учуяли ничего странного. Если бы это было неожиданное нападение врага, то последствия сего происшествия можно представить, однако мастера потратили уйму времени, но так ничего и не нашли!

Мосе посмотрел на четыре огромные дырки в стене его комнаты и вздохнул про себя:

«Мда, качество комнат в Туманном Призрачном Дворце действительно хорошее, раз после такого они ещё не рухнули…»

Всем теперь было не до сна, так что молодой мастер накинул на себя вещи потеплее и, прислонившись к дверному проёму, посмотрел на пятерых Шенхуанов, что с угрюмыми лицами стояли во дворе и о чём-то серьёзно размышляли.

Они стояли ещё долгое время, пока…

— Посмотрите! Что это? — воскликнул один из мастеров, словно найдя какое-то сокровище. В руке у него было чёрное семечко, которое он подобрал под каким-то растением. Он вдруг снова завопил: — Братья, да это реально чудо из чудес! Разуйте глаза, это же тот самый красный женьшень, который Цао Гофэн пересадил десять лет назад! А на тот момент он уже как двадцать лет рос! А сегодня он вдруг расцвёл, и даже семена дал… Это… О чём это нам говорит?

Четверо Шенхуанов внезапно бросились к нему, и их взгляды остановились на маленьком чёрном семечке. Все были в шоке! Никто не мог в это поверить!

Глава 996. Чудеса!

Рубиновый женьшень считался одной из редчайших разновидностей женьшеня. Требовалось в целом около сотни лет, чтобы он созрел и стал приносить пользу, иначе его будет нельзя применять в качестве лекарственного средства. И также именно поэтому по прошествии времени, равному сотни лет, он накапливал достаточное количество Суань и становился превосходным эффективным лекарством, Цао Гофэн пересадил его в свой сад на досуге, когда ему было нечем заняться. Как-никак Шенхуаны живут довольно долго, как по-другому возможно дождаться времени урожая…

Обычно он не особо заботился о нём, в конце концов, рубиновому женьшеню, которому всего только около десятка лет, чтобы стать полезным требуется, по крайней мере, еще около семидесяти-восьмидесяти лет времени…

Однако кто бы мог предположить, что этот рубиновый женьшень за такое короткое время преодолеет время, равное восьмидесяти годам? И прямо-таки созреет на глазах?

Додумавшись до этого, все пятеро человек полностью застыли.

— Быстрей… Выкопаем его и проверим! Правда ли он уже созрел? — третий брат был взволнован, его глаза сверкали.

В глазах этих людей, этот рубиновый женьшень, разумеется, не являлся каким-то запредельным сокровищем, но период, за который он созрел, был довольно уникальным и очень редко встречающимся, если он в самом деле уже созрел, считай, они получили его задаром!

Седьмой брат первый приступил к делу, он с особой осторожностью медленно откинул землю рядом с женьшенем. Даже мастер уровня Шенхуана должен быть предельно осторожен и внимателен, выкапывая рубиновый женьшень. Так как этот рубиновый женьшень имел одну характерную особенность — если в процессе выкапывания пострадает его целостность, пусть хотя бы только корневая мочка, вся его одухотворенная Ци в то же мгновение бесследно пропадёт…

Это и являлось основополагающей причиной, по которой рубиновый женьшень являлся ценным лекарственным средством!

Спустя немного времени, рубиновый женьшень был полностью освобождён от земли, после чего в прилегающей рядом земле появилось большое и глубокое отверстие.

После того, как остатки земли были полностью удалены с его поверхности, обнажился его сверкающий красный цвет, почти прозрачный — должный вид для женьшеня. Все пятеро Шенхуанов одновременно застыли!

Это правда! Он не только был полностью созревшим рубиновым женьшенем, но и вдобавок к этому рубиновым женьшенем высшего качества!

Пребывавшие в приятном удивлении, братья-Шенхуаны, спустя немного времени, бросились на кропотливые поиски…

— Ва-ха-ха, гляньте на эту клейеру японскую, она тоже уже созрела…

— Здесь чудесный гриб, лиловый гриб! (символ долголетия и счастья), наверняка, он тоже уже созрел…

Все пятеро Шенхуанов переквалифицировались в охотников за сокровищами, то и дело раздавались восхищённые возгласы…

Сколько всего может быть в этом большом саду? Притом, что Шенхуан Цао вовсе не знаток в лекарственных растениях, его знания по их выращиванию довольно ограничены. Все пятеро радостно завершили свои поиски, глядя на полный беспорядок, который творился в саду, они с сожалением вздыхали и охали, однако, разумеется, учитывая их положение, им не за чем беспокоиться об обстановке в саду. Найдутся люди, которые смогут привести его в порядок и ликвидировать последствия их «поисковой кампании», всего потребуется меньше одного дня, и всё будет сиять, как прежде.

Они лишь сожалели об одном: «Если бы знали раньше, засадили бы весь сад лекарственными растениями… Кто знает, раз во сколько лет случаются такие чудеса… Такое удивительное явление произошло и напитало всякие сорняки да побеги бамбука, такое расточительство, конечно…»

Пятеро Шенхуанов вздыхали с сожалением и, чтоб глаза не видели, срубили все побеги бамбука, собираясь сделать отвар…

Прекрасный двор уже превратился в настоящую бамбуковую рощу, даже изначально стоявшая пустой земля тоже была заполнена изящными и стройными побегами, повсюду со свистом выскакивали молодые всходы бамбука, настойчиво устремляясь своими вершинами к небу…

Они провели тщательные разведывательные работы, и установили, что помимо этого сада, в других не произошло никаких изменений, так называемые «чудеса» случились только в этом саду…

— Оказывается, Бог проявил любовь… — седьмой брат почти чуть не расплакался и без смущения почесал задницу.

В конце концов, кто в этом мире видел настоящие чудеса? Он был первым! Это, несомненно, могло войти в историю!

Подумав об этом, седьмой брат решил, что его задница драгоценна, настоящая гордость…

Близился рассвет, Бай Цифэн и Цао Гофэн, измотанные и уставшие, наконец-то возвратились. Около ворот они оба, не сговариваясь, застыли, повернулись и ушли, посчитав, что они ошиблись местом…

Бай Цифэн с упрёком произнёс:

— Всё время говоришь, что я рассеянный! Посмотри, ты сам, кто бы мог подумать, что не сможешь найти ворота в собственный дом…

Они отступили на довольно далёкое расстояние, огляделись разок вокруг, и в замешательстве пересекли ворота, глядя на сад, полный разных сорняков, повсюду был стройный бамбук, а усадебная ограда была в несколько слоев обвита вьюном.

Цао Гофэн был сильно потрясён.

Глядя на ямы в земле то слева, то справа, и на комнату Цзюнь Мосе, превратившуюся в сквозную восьми стороннюю хижину, Цао Гофэн выпучил глаза. Он долгое время не мог начать говорить, после чего, наконец, взревел:

— Что… что здесь произошло?

Глядя на эту странную картину, Цао Гофэн запереживал, не случилось ли чего страшного с Цзюнь Мосе!

Увидев, что эти двое вернулись, все пятеро Шенхуанов с высунутыми языками бросились к ним. Окружив Бай Цифэна и Цао Гофэна, они стали наперебой оживлённо рассказывать о случившемся. Они говорили громко и беспорядочно, постоянно перебивая друг друга, что у Бай Цифэна и Цао Гофэна в ту же минуту закружилась голова.

Немало времени им понадобилось, чтобы снова привести свои мысли в порядок, и наконец они выяснили о случившемся вчерашним вечером чуде в саду!

— Мне сейчас нет дела до ваших чудес, что с мальчонкой, Цзюнем? Как он? Ему стало полегче? — очевидно, Бай Цифэна совершенно не интересовали произошедшие чудеса, он беспокоился о своем любимце, которому вчера не повезло встретиться с головорезами и чуть не погибнуть, наверняка, он чувствовал себя не очень.

— Эм… он в порядке, — все поспешили ответить.

Удостоверившись, что с Мосе всё в порядке, оба Шенхуана вздохнули с облегчением. Они оглядели полный беспорядок, который творился в саду, потом ценные лекарства, которые держали в руках пятеро братьев, всего их насчитывалось аж двенадцать штук, и каждое из которых было довольно ценным.

— Шеф, кажется, это выглядит очень странно… — Бай Цифэн потёр подбородок и с задумчивым видом сказал: — Говорите… подобных чудес не было ни до, ни после, а как раз, когда Цзюнь появился здесь, случилось такое… Шеф, наш ученик, вполне возможно, настоящий чудотворец…

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовались братья.

— Необычное звучание… — Бай Цифэн покачал головой, несколько дней назад он научился у Цзюнь Мосе этому сехоуюй, недоговорке (изречение из двух частей, иносказания и его раскрытия, раскрытие обычно опускается), и очень быстро решил применить его на практике. Говоря сейчас, это было в самом деле необычное звучание…

Все внезапно поймали себя на мысли:

«Хотя подозрения Бай Цифэна были довольно безосновательными, всё же, это являлось неоспоримым фактом. Цао Гофэн жил в этом месте уже более нескольких сотен лет, не говоря уже о чудесах, даже странных событий здесь никогда не возникало…»

Однако событие, произошедшее сегодня, совершенно нельзя было объяснить с точки зрения здравого смысла.

В одно мгновение, все семеро Шенхуанов удостоверились, что обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, в будущем несомненно станет великим деятелем!

Испокон веков, согласно легендам, великих деятелей и выдающихся людей всегда окружали удивительные и странные явления!

Похоже, на этот раз Бог решил напомнить об этом…

«Или, возможно, этим Бог нам хотел сказать, что с этим мальчишкой не должно ничего случиться!»

Почти в один миг, взгляды всех присутствующих изменились…

После событий вчера вечером в Призрачном Дворце произошли невиданные беспорядки!

Обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, перед склоном горы подвергся покушению и чуть не лишился жизни!

Стало известно, что людьми, напавшими на него, были шестеро охранников братьев Чжань, которые незадолго до этого потерпели поражение, состязаясь в пари с Мо Цзюнем!

Это событие вызвало повышенное внимание у всех жителей Дворца!

И второе событие, потрясшее Дворец, было то, что в тот же вечер после покушения во дворике, где проживал этот же самый обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, внезапно произошли необычайные чудеса!

Все имеющиеся там растения за одну ночь преодолели период своего роста, равный сотням лет, и полностью созрели!

Два этих события прямо-таки потрясли весь Призрачный Дворец!

Назавтра рано утром Повелитель Призрачного дворца, Мяо Цзин Юнь, издал указ, по которому главы восьми самых влиятельных семей должны были собраться для обсуждения недавних событий! В то же время приглашение также получил и Шенхуан Цао.

— На этот раз семья Чжань должна хорошо поплатиться за содеянное. Сборище полных ублюдков, они уже давно мне не нравятся! — Бай Цифэн посиживал в саду у Цао Гофэна, выражение его лица было довольно весёлым. Он чувствовал себя здесь как дома, даже своё постельное белье сюда перевёз. Он почти прописался в доме Шенхуана Цао, и это совершенно никак его не обременяло.

Притом тон голоса Бай Цифэна стал намного спокойнее, чем прежде, и он старался как можно меньше использовать свои излюбленные бранные словечки, как-никак сейчас его драгоценный ученик постоянно был при нём, испортить молодого человека было совсем некстати…

На самом деле, это тоже было одним из условий проживания здесь, которое выдвинул Цао Гофэн:

«Не будешь слушаться, отваливай на все четыре стороны».

Чтобы быть поближе к ученику, Бай Цифэну пришлось повиноваться приказу…

В середине сада располагался каменный стол, на котором лежали различные волшебные фрукты, которые росли только в Призрачном Дворце. Шестеро Шенхуанов и Цзюнь Мосе сидели за столом, как раз за завтраком. Со всех сторон их окружали вздымающиеся от ветра листья бамбука…

— По-моему, вряд ли получится так! — Цзюнь Мосе улыбнулся: — Видите ли, несмотря на то, что было установлено, что прошлой ночью на меня напали подчинённые семьи Чжань, непосредственно сами братья Чжань не присутствовали на месте! Этим аргументом семья Чжань может прикрываться много раз. Учитывая их скрытые возможности, боюсь, на сей раз вряд ли получится разбить их в пух и прах, максимум — вынести им наказание, взять под стражу их подчинённых, и дело закончится на этом и всё…

— А? Правда, всё может произойти так? — Бай Цифэн с большим интересом уставился на Мосе: — Ты, мальчишка, очень скрытный… По-твоему, если бы вчера были пойманы с поличным Чжань Юшу и Чжань Цинфэн, только так можно подтвердить злодеяния семьи Чжань?

— Даже если бы так, и то бы вряд ли получилось! — Цзюнь Мосе спокойно ответил: — Тогда семье Чжань следовало бы только мгновенно среагировать, и объявить, что их непутёвые наследники учинили самоуправство, и тотчас же изгнаны из семьи, или даже преданы смертной казни… В таком случае, сама по себе семья Чжань по-прежнему бы осталась ни при чём. Использовать это событие с целью уничтожения семьи Чжань, фактически абсолютно невозможно! В конце концов, на данный момент семья Чжань является одной из главенствующих семей Призрачного Дворца, с богатым фундаментом и поразительными скрытыми возможностями, так просто их не сломить!

Глава 997. Съезд авторитетов

Пусть уровень совершенствования Бай Цифэна и других Шенхуанов достаточно велик, но всё же по жизни они — бойцы-одиночки. Несмотря на то, что в подобных условиях они с лёгкостью и за достаточно короткий промежуток времени могут увеличить уровень своих сил, тем не менее они никогда не смогут понять тонкости ведения игры, которыми владеют влиятельные семьи.

Это политика! А Призрачный Дворец — довольно необычное государство!

Если втягивать сюда политику, за исключением преступлений, касающихся государственной измены или организации бунтов против власти, такую семью как Чжань, поколения которой непрерывно стоят у власти вот уже более ста тысяч лет, невозможно просто взять и ликвидировать!

На самом деле, даже бы сам Правитель Призрачного Дворца, наверняка вряд ли бы согласился с тем, чтобы семья Чжань вот так, в одночасье, исчезла. Поскольку после такого внезапного исчезновения непременно последует разрушение баланса власти, который сохранялся на протяжении нескольких тысячелетий, в таком случае, Призрачному Дворцу понадобился бы очень длительный срок восстановления, переворот власти в такое неустойчивое время не кажется чем-то совершенно невозможным.

Только об этом должен думать господствующий класс, это заботы их уровня!

Для Бай Цифэна и остальных Шенхуанов такие вещи трудны для понимания, и это вполне логично!

Когда они покончили с завтраком, было уже позднее утро. Цао Гофэн вошёл с мрачным лицом, с одного взгляда стало понятно, что дело вряд ли получит ход, который они ожидали!

— Эти старые ублюдки, семейка Чжань! Вывели меня просто из себя, их подлость и наглость просто не знает границ! Всю ответственность они переложили на этих глупых охранников, которые участвовали в покушении… Сказали, что эти охранники не подчинялись им, поэтому они допустили такую ошибку. Чжань строго накажут их, а причиной их преступления было недовольство и самоуправство, они хотели убить Цзюня, и обвинить в этом семью Чжань, типа таким образом отомстить им…

— Какая слаженная песенка, как они до этого додумались? Согласно их версии, семья Чжань ни в чём не повинна! Даже является настоящей жертвой обмана! Кто поверит их словам?

— Они передёрнули все факты и выдали чёрное за белое! Эта семейка до крайности бесстыжая! Теперь у меня открылись глаза! Неудивительно, что они стали первой семьей Призрачного Дворца!

— Твою мать, что за хуета! — Бай Цифэн тотчас же пришёл в бешенство: – Если эти охранники действительно не подчинялись их приказам, как они решились приставить их к своим драгоценным наследникам? Эти охранники все были мастерами Почтенного уровня, и что они все игнорировали приказы? Да кто поверит в эту чушь собачью! Они что, пытаются одурачить трёхлетних детей?

— Однако реальность такова. Из-за того, что семья Чжань не уделяла должного внимания управлению своими подчинёнными, произошёл такой инцидент. Правитель приказал главе семьи Чжань, Чжань Вуюню, по возвращению приложить все силы и навести порядок. Держать своих родственников в ежовых рукавицах… и, в итоге… на этом всё и закончилось… — Цао Гофэн был подавлен, и сурово ударил себя по бедру…

Бай Цифэн был в крайней степени возмущён и, негодуя, произнёс:

— Я пойду к Правителю и всё ему доходчиво объясню! Это дело нельзя отставлять так! Если мы не получим решение, которое нас устроит, шеф… Я просто-напросто вломлюсь в главную резиденцию этих уёбков Чжань! На душе неспокойно, что уж, и побить этих гадов нельзя?

— Утихомирься. Если ты так поступишь, разве добьёшься правды? На самом деле, Правитель приказал возместить нам компенсацию. Также он позволит Цзюню два раза в месяц посещать государственное хранилище, и читать там любые книги; когда выяснилось, что Мо Цзюнь выиграл пари и получил право посещения Сада чудодейственных растений, он даже не стал дожидаться ответа семьи Чжань, и непосредственно утвердил это решение. И также разрешил всем нам семерым посетить Сад… Ещё приказал семье Чжань достать Небесный Меч в качестве компенсации для Цзюня, — говоря об этом, Цао Гофэн прямо-таки пал духом.

— Для обладателя непревзойдённой сущности все эти вещи подлежат получению! Как можно считать это компенсацией? Единственный прок из этого — это, возможно, то, что нам семерым можно побывать в Саду чудодейственных растений… Я бы предпочёл там и не бывать! Что в этом чёртовом месте хорошего? Можно взять там ценностей каких, а этой подлой семейке Чжань хоть бы хны, Правитель даже ничего против и не имеет, это так разочаровывает… — раздраженно сказал Бай Цифэн.

— Надо знать меру! Правителю тоже пришлось очень непросто. На самом деле, если говорить о произошедшем начистоту, наша сторона ещё не самая несчастная. Наш Мо Цзюнь получил достаточную компенсацию, а семье Правителя пришлось ещё тяжелее, чем нам, — Цао Гофэн вздохнул: — Вчера мы все слышали, что покушению подвергся не только Мо Цзюнь, но ещё и молодая барышня Мяо, как назло, оказалась в неподходящий момент в неподходящем месте! Наверняка, она была напугана побольше, чем Мо Цзюнь. Но эта девчушка так ничего и не получила, даже ни слова упоминания о ней не было!

— Какой там непросто, разве он бы смог обидеть собственную внучку? — Бай Цифэн выпучил глаза и проявил свою негодяйскую натуру: — Брат, у тебя там с головой точно всё в порядке? Ты совсем, что ли, сбрендил? Что скажет Правитель, ты готов всему верить? Кто знает, возьмёт этот старый хрыч да отберёт все привилегии, которые принадлежат Мо Цзюню, и отдаст своей внученьке… Чужая душа — потёмки, знаешь же сам, ты…

— Брось нести чушь! И быстро закрой варежку! — Цао Гофэн со злобным лицом прикрикнул: — Что ты вообще такое несёшь? Разве Правитель — такой человек? К тому же… неизвестно, может быть, этот мальчишка вообще соблазнил молодую особу… не оставив вариантов Правителю… Сейчас в семье Мяо творится тот ещё хаос, откуда у них время оказывать компенсацию семье Чжань?

— Соблазнил молодую особу? Это Мяо Сяомяо? Первую красавицу Призрачного Дворца? — Бай Цифэн ещё больше выпучил глаза, и, глядя, как Цао Гофэн с мрачным лицом кивнул, внезапно расхохотался, хлопнув рукой Мосе по плечу.

— Каков удалец! Смышлёный малый! Появился только несколько дней назад, и уже завоевал сердце внучки Правителя Призрачного Дворца! Такая удивительная скорость действительно заслуживает звания обладателя непревзойдённой сущности…

Лицо Мосе помрачнело:

«Какое отношение имеет это дело к непревзойдённой сущности? К тому же, что я сделал-то такого? Фактически ничего и не делал! И ещё, разве это я завладел её сердцем? Это она захватила меня! Я что, кому-то говорил, что я готов согласиться?!»

— Ладно, довольно, давайте приберите здесь. Правитель и главы семей слышали о произошедших здесь вчера чудесах и решили наведаться к нам лично, чтобы увидеть всё собственными глазами. Наверное, немного погодя прибудут, — Цао Гофэн поспешил отдать приказ.

На самом деле, уже не надо было ничего прибирать, помимо намеренно появившейся бамбуковой рощи, всё остальное уже было выравнено другими братьями…

Однако эффект стихии дерева, кажется, ещё не полностью прошёл, кто знает, когда из земли могут появиться новые побеги бамбука, если в это время кто-нибудь будет сидеть на земле, наверняка будет та ещё умора…

И действительно, спустя некоторое время появилась компания людей пожилого возраста, все они были в белых одеждах и напоминали собой скопление белоснежных облаков.

Это были главы самых влиятельных семей Призрачного Дворца: Мяо, Чжань, Чжан, Ли, Гу, Мэн, Цю, Юнь и вместе с ними прибыл Правитель Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юнь. Семеро Шенхуанов и их девять гостей заполнили сад.

Хотя Мяо Цзин Юнь был из семьи Мяо, он исполнял обязанности Правителя Призрачного Дворца, и потому не мог считаться главой семьи Мяо.

Увидев, как Шенхуаны достали рубиновый женьшень и другие удивительные лекарственные средства, все старейшины цокали языками от удивления. Все они были большими знатоками в сфере лекарственных растений, а потому их было крайне сложно перехитрить. Сверх того, все вещи, которые Шенхуан Цао показал им, были превосходными, очень ценными и редкими, при разборе их качества, легко было определить их скрытое богатство!

К тому же при виде такого красивого и изящного сада, в глазах старейшин появилась зависть.

Прибыв сюда, старейшины прогуливались по саду, как старые друзья, сад не казался им каким-то незнакомым.

До этого они считали, что Шенхуан Цао просто разглагольствовал, нарочно пытаясь расхвалить своего драгоценного ученика, упоминая про произошедшие чудеса, чтобы как можно больше разрекламировать Мо Цзюня.

Но, увидев сейчас всё собственными глазами, они полностью поверили его словам.

Причиной был тот факт, что ни у одного человека не может быть возможности превратить за одну ночь маленький сад в стройную бамбуковую рощу. Это было неоспоримым фактом, и этого было вполне достаточно, чтобы быть убеждёнными в словах Цао Гофэна! Не говоря уже о прекрасных драгоценных вещицах, недавно появившихся на свет!

Доказательства этих чудес на этом не заканчивались — вьюны, которые опоясывали ограду, за эту ночь уплотнились на несколько слоёв, а самый нижний из них даже уже успел засохнуть. Если их внимательно пересчитать, боюсь, их будет около сотни или даже больше!

Ограда сада Цао Гофэна всегда стояла лысой и пустой, эти изменения так бросались в глаза… Случившиеся изменения служили лучшим подтверждением тому, что вчера вечером здесь действительно произошла чудесная благодать!

Уверившись в этом, лица трёх старейшин стали довольно задумчивыми.

Один из них, худощавый старик, кажущийся совершенно безразличным, с блестящими глазами уставился прямо в глаза Мосе с неким противоречивым взглядом. Это был глава семьи Чжань, Чжань Вуюнь.

Другой старик, оценивающий Мосе с головы до ног, был примерно такого же роста, что и Чжань Вуюнь, только в уголках его глаз было больше морщин. Это был глава семьи Гу — Гу Юнь Ян — отец Гу Фэйюя, которого жестоко наказал Цзюнь Мосе! Ему уже довелось познакомиться с Мосе, однако условия, при которых они познакомились, вряд ли можно назвать благими!

Что же касается последнего старика со сложным выражением лица — его чёрные длинные волосы спокойно развивались за спиной, выражение лица было очень возвышенным и элегантным, он уверенно стоял немного поодаль, величественно, словно государь, будто весь мир был у его ног, а все живые существа в его руках!

Подобные мощь и сила могут принадлежать только людям, занимающим очень высокое положение, которые на протяжении долгого времени владеют безграничной властью!

Этим человеком, как раз был Правитель Призрачного Дворца и по совместительству родной дедушка Мяо Сяомяо, Мяо Цзин Юнь!

В эту минуту Мяо Цзин Юнь со сложным выражением лица пристально смотрел на обладателя непревзойдённой сущности. Он сам не мог разобрать, что чувствовал в данный момент…

Глава 998. Доказательство чудес!

Можно считать, что Мяо Цзин Юнь и Цзюнь Мосе тоже уже заочно знакомы, потому как когда Мосе только прибыл в Призрачный Дворец, именно Мяо Цзин Юнь взял на себя ответственность за Священные плоды, которыми накормили Мосе, он даже сам лично скормил их ему…

Сегодня была уже их вторая встреча.

На душе у Мяо Цзин Юня было довольно неспокойно. Этот мальчишка, обладатель непревзойдённой сущности, несомненно, настоящий талант, однако его появление вызвало слишком большой резонанс! Во время своей прогулки в первый же день, он без пяти минут уничтожил выдающегося наследника семьи Гу, благодаря ему семья Чжань попала в нехилую переделку, финал которой был крайне опасным…

Из-за этих двух событий весь Призрачный Дворец встал с ног на голову!

Хотя эти события произошли вовсе не по его собственному желанию, если говорить по существу, причиной возникновения этих событий был всё-таки он!

Когда эти события даже ещё полностью не завершились, в тот же самый день он тайком украл сердце его родной внучки…

Он попросту сам навлёк на себя несчастья… Разве обычный человек был бы способен на подобное?

Обычный человек наверняка не смог бы, а вот обладатель непревзойдённой сущности — запросто!

Поэтому, расценивая его, как «испытателя судьбы», для него слишком мелко. Этот парнишка — прямо-таки источник хаоса!

После происшествий, в которые были втянуты семьи Чжань и Гу, если родная внучка ещё и объявит о симпатии к нему… В таком случае, этот парень станет главной мишенью для всего Призрачного Дворца! Хотя он и сейчас уже является объектом всеобщего осуждения!

Всем известно, что среди восьми главных семей Призрачного Дворца, почти в каждой имеется молодой наследник, который имеет виды на внучку Мяо Цзин Юня! А этот нахал прибыл сюда около пяти-шести дней назад и уже добился цели, за которую велась ожесточённая битва на протяжении довольно длительного времени. Разве подобное поведение может не вызвать зависть и ненависть?

Мяо Цзин Юнь тяжело вздохнул и искоса посмотрел на Мосе, который стоял с преспокойным видом и, кажется, даже не подозревал об надвигающемся в его жизнь пиздеце… Увидев то, что он смотрит на него, тот неожиданно растянул рот в улыбке, да так, что все его зубы были видны…

«Ты считаешь свои зубы очень белыми? — Мяо Цзин Юнь прямо-таки моментально пришёл в ярость. — Какого лешего ты здесь скалишься, балбес? Ты хоть знаешь, что моя голова скоро уже лопнет от твоих выкрутасов? Если бы ты действительно обладал выносливостью, и по-настоящему выдающимися способностями, совершенствованием Достопочтенного — то ладно, но сейчас твоя Суань так малозначительна, что наследник благородной семьи может прикончить тебя с одного удара, какого ты здесь выпендриваешься, а? У тебя даже кожа на лице не очень-то и белая, что вообще нашла в тебе Сяомяо?»

Когда все обменивались приветствиями, Мяо Цзин Юнь превзошёл ожидания всех присутствующих, и помахал Цзюнь Мосе рукой:

— Мо Цзюнь, подойди.

Цзюнь Мосе сразу же подумал про себя:

«Неужто этот старик вздумал сводить счёты со мной? Фактически я вообще ничего не предпринимал в отношении его внучки, на самом деле, это я жертва, я…»

Стоит ли говорить, что Мосе, конечно, не стал говорить этого. Пусть это и было правдой, однако кто бы поверил ему?

— Относительно инцидента, произошедшего вчера ночью, ты, как лицо, имеющее непосредственное отношение к данному делу, имеешь какую точку зрения по этому вопросу? — превзойдя ожиданиях всех присутствующих, Мяо Цзин Юнь выбрал первым своим вопросом именно этот. По отношению ко всем остальным, этот вопрос был действительно очень интересным.

Это настоящие чудеса, что ещё можно сказать по этому поводу?

Однако если этот вопрос обращён к самому обладателю непревзойдённой сущности, вопрос кажется немного неприятным для ответа…

Все уже удостоверились в том, что благодаря нахождению в этом саду обладателя непревзойдённой сущности, здесь произошли подобные невероятные явления.

Когда другие люди обожествляют и превозносят мастера, это в порядке вещей, но когда сам мастер восхваляет себя — это не приветствуется!

Но если не сказать так, то как тогда следует ответить на этот вопрос?

Поистине, безвыходное положение!

— Эм… Правитель, вы, позвольте доложить, на самом деле, прошлой ночью я только немного поболтал с вашей внучкой… Я правда ничего такого не делал… Если вы не верите, разумеется, вы можете спросить служанку барышни Мяо — оно может всё подтвердить… — поглощённый своими мыслями, Цзюнь Мосе был в замешательстве, и машинально ответил. Было очевидно, что с его головой не всё в порядке, потому как он сразу же двинулся совершенно в противоположном направлении…

После его ответа, лица всех прибывших глав семей и семи Шенхуанов странно искривились…

«Только поболтали? Ничего такого не делал? А что ещё ты хотел сделать? Что конкретно сделать?»

Как бы Мяо Цзин Юнь не был мудр, дальновиден и хитёр, он бы ни за что не предположил, что может услышать такой возмутительный ответ на свой вопрос! Услышав слова Мосе, его нос едва не скривился от возмущения:

«Это что за нахер?»

Глядя на выражения лица Мяо Цзин Юня, Цзюнь Мосе понял одну вещь: когда человек злится, часто про него говорят, что у него кривится нос от злости… Раньше он думал, что это лишь оборот речи, и такого на самом деле не бывает, но сейчас Правитель Призрачного Дворца доказал ему наглядно: оказывается, когда человек злится, нос действительно может чуть скривиться от злости…

— Я спрашивал тебя вовсе не об этом! — грозно бросил Мяо Цзин Юнь.

«Этот мальчишка хотел прикрыть свою задницу, а в итоге сам выдал себя с головой! Сболтнул лишнего! Изначально я считал, что у него есть мозги, сейчас же я уверился, что в его голове совершенно пусто…»

— Тогда о чём же вы спрашивали? — Цзюнь Мосе остолбенел. Должно быть, он ошибся, и поспешил спасти положение: — Да, да, да, вчера, действительно, повезло, это всё моя вина, я сам разозлил этих людей, ещё втянул сюда барышню Мяо, это всё, разумеется, моя вина…

Все застыли: этот парниша вообще что такое несёт? Немного послушав, стало ясно, он говорит об вчерашнем инциденте.

— Вчера ночью внезапно появились шестеро людей в масках, и преградили мне дорогу… все они были Почтенными мастерами! Сказали, что я разозлил людей, которых нельзя было злить, и поэтому меня ждёт смерть. Я был в недоумении, ведь я прибыл сюда всего несколько дней назад, знаком здесь совсем с немногими — можно по пальцам пересчитать! Откуда я мог успеть кого-то разозлить? Однако они не стали мне ничего объяснять и сразу же напали… Нечего сказать, ситуация была крайне опасной; я даже сам уже и смирился, что сегодня меня ждет плачевный финал… В тот момент, когда я уже был на волоске от смерти, внезапно появилась… — Мосе болтал без умолку.

— Хватит! — Мяо Цзин Юнь был вне себя от ярости и закричал: — Я спрашивал тебя не об этом!

Подумав про себя, он сказал:

— Семья Чжань сейчас находится в неведении касательно этого. Я ещё не готов объявить, что в Призрачном Дворце есть какой-то загадочный выдающийся человек. Кто мог подумать, что ты, негодник, сболтнёшь и об этом…

Из-за этих двух недоразумений, вид Мяо Цзин Юня стал ещё хуже:

«Этот парнишка просто отвратителен…»

— Я спрашивал тебя о «чудесах», которые произошли вчера здесь. Что ты думаешь по этому поводу? — Мяо Цзин Юнь решил сказать напрямую и прекратить с намёками. Кто знает, что этот придурок вспомнит ещё и взболтнёт…

— Чудеса… Эм… стало быть, вы хотели узнать об этом, — до Цзюнь Мосе, наконец, дошло: «Ты, старый хрыч, не мог раньше сказать нормально? Водил меня за нос тут полдня… Я-то думал, ты пришел устраивать разборки из-за своей внучки…»

На самом деле, Цзюнь Мосе тоже не следует обвинять в этом, потому как для него эти «чудеса» не стоят и упоминания… «Подождите немного, будет у меня время, я доберусь до вашего Священного Дерева… Что взять с этих побегов бамбука, это так, шалости!»

Поэтому Цзюнь Мосе даже и не раздумывал над этим вопросом, попав в неловкое положение.

К тому же, увидев Мяо Цзин Юня, Мосе сразу же подумал о Мяо Сяомяо, так как совесть не давала ему покоя, он машинально признался, ошибочно считая, что старик прибыл разбираться из-за своей внучки, или, кто знает, даже насильно заставить его жениться на ней.

— Если не об этом, тогда о чём же? — Мяо Цзин Юнь изо всех сил пытался справиться с гневом, который одолевал его сердце. Он старался сохранить величественный и властный вид Правителя Призрачного Дворца, однако сам чувствовал, что вот-вот может не выдержать и полностью выйти из себя…

— На самом деле, мне кажется, что чудо, которое случилось вчера, просто своего рода совпадение, — Цзюнь Мосе успокоился, и говорил с уверенностью и лёгкостью: — С того момента, как появился материк Суань, чудеса появляются непрерывно, существует много мест, где издревле из уст в уста передаются различные мифы и легенды, даже место проведения Битвы за Захват Небес — вершину Небесный Столп — создали сами божественные силы… В народе бытует много историй об спустившихся с небес бессмертных, до наших дней во многих семьях сохранилось множество памятных табличек, через которые преподносят дары небесным богам, в надежде, что они благословят дома этих людей на благополучие, большой урожай и всеобщее благоденствие… Говорят, в Тяньсян была одна такая история, где говорится о небесном духе… Даже на великой равнине видели Духа волков, и чудес, случившихся там, насчитывается куча! Даже высокопоставленные чиновники из Императорского дворца, и те верят в чудеса, вообще произошло немало удивительных явлений, например, как…

— Даже Императоры прошлых эпох, и те… например…

В целом около шестнадцати стариков, с выпученными глазами и навострёнными ушами, слушали разглагольствовавшего Цзюнь Мосе. Они не сводили глаз с него, а он оживлённо рассказывал о различных свидетельствах, связанными с произошедшими чудесами, начиная с древних времен и заканчивая Императорскими чиновниками…

Экий эрудит!

Но разве мы сегодня собрались здесь… чтобы послушать об удивительных мистических историях, которые произошли за всю историю?

Все старейшины и Шенхуаны не могли дождаться, когда этот лектор сделает паузу!

— Если резюмировать все данные об так зазываемых «чудесах» и… — Цзюнь Мосе болтал без остановки, и наконец вернулся к главному. Все старики немного взбодрились: «Может, ты уже когда-нибудь остановишься, гадёныш ты этакий! Ну, посмотрим, как ты попытаешься объяснить произошедшие вчерашней ночью события».

Они тотчас же со злорадством навострили уши, особенно это касалось Чжань Вуюня и Гу Юнь Яна, они были в ожидании отличного представления…

— На самом деле, всё очень туманно, и очень трудно предугадать что-либо… даже и нет догадок. Вы спрашивали моё мнение по этому поводу. На самом деле, я сам не очень понимаю, что здесь, в конце концов, произошло. Я говорил так много, может, я что-то упустил, и мне следует добавить или пояснить что-то… — Цзюнь Мосе скромно поклонился, и с лёгкой улыбкой произнёс: — Прошу вас сказать об этом!

Он довёл стариков почти до головокружения!

Глава 999. Потрясение средь бела дня!

«Пожилым людям пришлось здесь слушать твою бредятину на протяжении не одного часа, ты, негодник, совесть имеешь вообще или нет? Просто наглости через край! Ещё осмелился таким образом ответить на вопрос, который ему задал сам Правитель Призрачного Дворца!»

Кажется, у Цзюнь Мосе и самого не было другого выбора:

«Этот наглый старикан, задав мне подобный вопрос, что он ожидал услышать в ответ? Просто выбесил меня, сучара! Если бы я сказал, что эти события имеют ко мне отношение, это бы выглядело, как бесстыдное хвастовство, что у меня нет ни грамма скромности и сдержанности, или даже, что я непомерно честолюбив и готов сам себя восхвалять… Если бы даже в будущем посчастливилось добиться каких-нибудь успехов, это всё было бы очень ограниченно. Но если бы я, опять же, сказал, что это совершенно не имеет ко мне никакого отношения, тогда это бы могло быть расценено, что у меня нет никакой уверенности в себе, а значит, из меня в будущем вряд ли выйдет толк».

Мастер на протяжении всей своей жизни совершенствуется и стремится добиться только самой вершины, если у тебя отсутствует вера в собственные силы, что с тебя взять тогда?

Цзюнь Мосе предполагал, что если он ответит так, как они ожидают от него, непременно вызовет огонь прямо на себя! Потому как это лишь прикрытие! В любом случае, что бы он не ответил, всё будет мимо!

Он определил это, исходя из злобного и хитрого взгляда, которым на него смотрел Мяо Цзин Юнь…

Будучи умным и сообразительным молодым человеком, как он мог попасться на его удочку?

Поэтому Мосе решил разыграть маленький спектакль, где он — прекрасный эрудит, который лихо и ловко оперирует таинственными фактами прошлого и настоящего. В итоге придя к выводу, что чудеса — необъяснимы!

Вы что-то говорили об объяснении этих событий? Так прошу, дайте своё объяснение, я вовсе не прочь послушать…

Все предполагали, что Мяо Цзин Юнь на сей раз очень сильно разозлится.

Даже Цао Гофэн и остальные Шенхуаны обливались холодным потом:

«Этот парнишка, в самом деле, храбрый малый, хотя этот вопрос, действительно, поставил тебя в очень трудное положение, и несомненно на него трудно правильно ответить, однако дурачиться таким образом — тоже весьма опрометчиво. В случае если старейшина Мяо захочет отомстить тебе за твои выкрутасы, все твои планы на будущее будут разрушены…»

После последних слов, сказанных Цзюнь Мосе, Мяо Цзин Юнь долго молчал с мрачным выражением лица, а потом внезапно улыбнулся и сказал:

— Каков гусь… остёр же ты на язык!

Потом он немного посмеялся, и на этом всё и закончилось…

Все присутствующие пребывали в легком шоке от такой развязки.

Потом все начали общаться и болтать.

Цзюнь Мосе же, любезно ответив на несколько вопросов других старейшин, тактично попросил разрешения покинуть собрание и вернуться к себе.

После того, как он вернулся в дом, он отчётливо сумел почувствовать, что за ним кто-то следит, и довольно долгое время. Следит за каждым его словом и делом, даже включая все его выражения лица и каждое сокращение мышц в его теле.

Так как оставались только эти незначительные вещи, по которым можно было определить его реакцию. Однако Мосе не стал принимать это близко к сердцу, и лишь холодно про себя усмехнулся:

«Ваши приемы для меня — сплошная потеха, но раз уж вы так беспокоитесь обо мне, ждите сюрприз от меня. Обещаю, вам понравится!»

Настроившись, он прямиком уселся, поджав под себя ноги, раскрыл свои каналы, закрыл глаза и, погрузившись в созерцание, занялся совершенствованием.

Несколько старейшин в недоумении посмотрели на него, в их взглядах читались удивление и восхищение: после того, как он подвергся допросу такого высокопоставленного человека, как Правитель Призрачного Дворца, этот молодой человек способен поддерживать свое эмоциональное состояние стабильным и умиротворённым, и без доли волнения отправиться совершенствоваться?

Это прямо-таки невероятно!

Обладатель непревзойдённой сущности поступил именно так, ему не было дела до всего происходящего, он умиротворённо погружался в совершенствование, его способность сосредоточиться и абстрагироваться было на порядок выше, чем у всех выдающихся наследников Призрачного Дворца. Он действительно достоин звания обладателя непревзойдённой сущности! Глядя на его внушительный вид, на то, что он равнодушно принимал и славу, и позор, и почти уже достиг настоящего величия, лица Цао Гофэна и остальных Шенхуанов светились от гордости.

Если ученик твёрдо и настойчиво стремится прорваться к вершине, счастлив, разумеется, его учитель…

На лице Мяо Цзин Юня были улыбка и интерес, с задумчивым выражением, он несколько раз посмотрел на Мосе… однако было неизвестно, о чём он думал на самом деле…

Старейшины расселись кругом в бамбуковой роще, праздно беседуя, никто не собирался уходить. Очевидно, они решили здесь отобедать…

Тут произошли чудеса, стало быть, надо как следует отметить это событие!

Цао Гофэн заранее подготовился к такому повороту, и тут же махнул рукой, чтобы на кухне готовили кушанья.

Внезапно именно в этот момент появился сверкающий серебристый свет, а вместе с ним и лучистый золотой!

Место, откуда распространялся золотой свет, была комната Цзюнь Мосе!

Цао Гофэн и Бай Цифэн моментально изменились в лицах и тотчас же рванули туда!

Все старейшины насторожились, и один за другим тоже бросились туда же.

Добравшись до комнаты Мосе и тщательно обследовав это удивительное явление, все как один вздрогнули, на их лицах застыл шок!

Одна часть тела обладателя непревзойденной субстанции сияла серебристым светом, а на другой его части постепенно переходила в ослепительный золотой! Такая ситуация может появиться лишь при условии, когда происходит прорыв с Серебряной до Золотой Суань.

Цао Гофэн с досадой и волнением в голосе произнёс:

— Как же так? Почему прорыв именно в это время… это же… это… совсем без подготовки… — Цао Гофэн был вне себя. Остальные Шенхуаны тоже были очень обеспокоены.

А старейшины были потрясены ещё больше! Оказывается, даже сам Цао Гофэн не подозревал о прорыве Мо Цзюня! Другими словами, прорыв в этот раз был совершенно естественным!

В одно мгновение лица всех присутствующих изменились!

Видите ли, в тот момент, когда Мо Цзюнь прибыл сюда, его силы были крайне низкими, он обладал лишь Серебряной Суань средней ступени, и до Золотой Суань ещё оставались две ступени — Серебряная Суань верхней ступени и Пик Серебряной Суань, даже если достигнуть уровня Пика Серебряной Суань, следует обладать достаточным возможностями и везением, чтобы успешно прорваться до уровня Золотой Суань.

Однако кто бы мог предположить, что по прошествии такого короткого временного промежутка, длиной всего лишь в шесть дней, этот мальчишка прорвётся до Золотой Суань!

Такая скорость подъёма просто невероятна!

Несмотря на то, что он до этого имел везение съесть плод Священного дерева, эффект от него не несёт такого возбуждения, что и от цветка искусного лотоса. От начала и до конца эффект Священных плодов заключается в питании каналов, и нисколько не увеличивает силовые запасы.

К тому же, когда его доставили сюда, он находился при смерти, у него было тяжёлое ранение, пусть плод Священного дерева и вернул его к жизни, однако, всё же, ему требовался соответствующий курс восстановления, кто мог подумать, что через несколько дней он совершит прорыв?

Шесть дней назад был на последнем издыхании, а сейчас уже совершил качественный скачок? Такое удивительное явление в самом деле превосходит всё, чего от него могли ожидать старейшины!

Все присутствующие находились в потрясении, а ведь все они как минимум обладали уровнем Шенхуана, и были просто очень образованными и выдающимися людьми! Они повидали разных незаурядных личностей, однако о таком таланте никто из них не слышал, а эта скорость совершенствования поистине уникальна!

— В течение этих нескольких дней вы что-то давали ему? — Мяо Цзин Юнь осторожно посмотрел на Мосе, а потом, повернувшись, спросил Цао Гофэна.

— Нет! Разумеется, мы ничего не давали ему! Мы думали, что ему сначала следует восстановиться после полученного ранения. Если бы дали ему какое-нибудь лекарственное средство, когда его организм ещё не окреп и до конца не восстановился, эффект мог бы быть очень плачевным. Это элементарно, разве мы можем не понимать элементарных вещей?! — Цао Гофэн потёр свою руку, на нём всё ещё не было лица.

Сейчас идёт процесс прорыва и можно опираться только на свои собственные силы!

Неудивительно, что Цао Гофэн так переживал, ведь до этого момента или, возможно, после него, он ещё мог оказать хоть какую-то помощь своему ученику, но уже в эту минуту он был совершенно бессилен!

— Ничего не принимал, значит… — Мяо Цзин Юнь вздохнул.

На глазах у всех, весь серебристый свет, излучаемый телом Цзюнь Мосе, стал золотым, потом сверкнул и вообще пропал, погрузившись обратно в тело Мосе, больше уже не сверкая.

Это был признак абсолютно успешного прорыва! У всех чуть глаза не выпали из своих орбит!

Во-первых, без советов и указаний своего учителя, во-вторых, без заблаговременного накопления силы, в-третьих, без каких-либо специальных запасов, и, по-видимому, без чудодейственных лекарств, способствующих прорыву, этот молодой человек в удивительных условиях сам осуществил прорыв!

Непостижимый прорыв! Да ещё и очень успешный и качественный прорыв! Все старейшины повернулись и уставились на Цао Гофэна и других Шенхуанов, в их взглядах читались неприкрытые зависть и ревность!

«С какой стати такой перспективный молодой человек достался им? Прямо как, если бы свинья вырвала из земли капусту! Действительно, пустая трата такого превосходного материала, что, если бы он достался нам… Сколько пользы было бы тогда?»

Только выражение Правителя, Мяо Цзин Юня, несколько отличалось от других. Во взгляде, полном зависти и ревности, была ещё скрытая симпатия. Однако, будучи многоопытным человеком в житейских вопросах, он прямиком повернулся к Цао Гофэну, сказав:

— Старейшина Цао, уже сколько времени прошло… Мы с большим трудом прибыли сюда, а ты что, прикажешь нам, сытыми святым духом, возвращаться восвояси? Ты, кажется, распорядился подать обед, так что же там? Я так чертовски голоден, что же ты, обеднеешь от одной чашки риса? Давайте, быстрее накрывайте на стол!

Учитывая уровень силы Мяо Цзин Юня, он мог не есть около десяти дней, не то чтобы пропустить один приём пищи. Очевидно, что он не был в самом деле голоден, он лишь хотел сменить тему разговора, и захватить внимание старейшин на себя.

Цао Гофэн отчётливо почувствовал, что отношение и манера речи Правителя к нему была очень неформальной; это неформальное отношение показывает уважение… а ещё дружескую манеру общения!

Цао Гофэн хорошо знал, он обладает силами Шенхуана третьей ступени, а такой уровень силы не заслуживает того, чтобы Правитель оказывал ему особое внимание. Единственное объяснение такому поведению — наличие драгоценного ученика Цао Гофэна, который успешно прорвался в присутствии старейшин!

Цао Гофэн внезапно почувствовал, как взволнован!

И вовсе не из-за панибратства Мяо Цзин Юня, а из-за своего ученика!

Он на самом деле обладает недюжинной волей к победе!

Глава 1000. Хозяин рогатой семейки…

Наконец, Цзюнь Мосе решил, что вызвал уже достаточно фурора, и ему пора прекращать представление. На этот раз он крайне медленно достиг успеха, в душе он был несколько недоволен:

«У этих стариков никакой выдержки! Обычно, когда продвигаюсь, я как минимум преодолеваю расстояние в десяток уровней, сегодня перепрыгнул лишь через три ступени… Такой результат сравнивать нельзя даже с вашими подчинёнными, ещё бы такой результат не потряс эту кучу дряхлых костей… Если бы вы не пришли в изумление я бы продолжил прорыв, и за два часа прорвался бы до Нефритовой Суань… Суань Земли… а потом и Небесной… однако, глядя на ваши возгласы и удивлённые ёбла, похоже, что это сейчас вовсе ни к чему, будет время, и я прорвусь снова как следует…»

Завершив прорыв, Мосе открыл глаза и увидел пылающие взгляды, окружавшие его со всех сторон, он растерянно спросил:

— Что случилось? Почему господа старейшины так смотрят на меня? Я сегодня мылся… Эм, и вчера тоже мылся, не должно быть никакого неприятного запаха!

Договорив, он поднял руку и понюхал свои подмышки…

Все старейшины уставились на «ничего не понимающего» обладателя непревзойдённой сущности. Если бы не столетия тренировок для сохранения спокойствия и самообладания, все бы они уже где-то валялись без сознания, окончательно сбрендив!

Ощущения этого парня были спутанными и неясными.

— Парень, ты совершил прорыв, преодолев свой личный рубеж, неужто ты ничего не почувствовал? — Чжань Вуюнь удивлённо посмотрел на Цзюнь Мосе, взгляд его был каким-то непонятным.

— Совершил прорыв? – Цзюнь Мосе почесал затылок: — Но я ничего не почувствовал… Словно эта была обыкновенная тренировка, что и обычно…

У всех за плечами был богатый жизненный опыт, и, хотя это достаточно трудно принять, всё же они не стали задавать других вопросов. У легендарных обладателей непревзойдённой сущности так и бывает… в их теле может не быть никаких рубежей или болезненных препятствий, которые им нужно преодолеть во время процесса прорыва, поэтому-то и откуда взяться каким-либо ощущениям.

Мяо Цзин Юнь молча покачал головой, выдвинув одно критическое разъяснение:

— Ты спрашиваешь его, а он тоже не знает. Если было бы какое-то ощущение, это, наоборот, было не хорошим признаком…

— А-а… вот, значит, что… Владыка говорит верно! — всех осенило, и они ещё с большим интересом уставились на Мосе.

— Старейшина Цао, вы уже подыскали невесту своему ученику? — Глава семьи Чжан широко раскрыл рот в улыбке, и приобнял Цао Гофэна за плечо, посмотрев ему прямо в глаза: — У меня как раз есть внучка… ей около шестнадцати, красивая, словно цветок. По возрасту — самое то для вашего ученика. Уверен, их брак будет превосходным, заключенным на небесах! Нам не посчастливилось завладеть таким выдающимся молодым человеком, но это вовсе не помешает другим способом наладить связь с ним!

Цао Гофэн тактично убрал руку главы Чжан со своего плеча и резким голосом произнёс:

— Сблизиться таким образом ни в коем случае не получится. Я даже с вами почти и не знаком, навязываться большим людям мы не станем, куда же нам до вас…

Как же старые хитрецы не смогли понять, что хотел сказать своим ответом Цао Гофэн; «навязываться большим людям» — в этой фразе было вложено целых два скрытых смысла — тактичное отступление и громкий отказ. «Мой ученик каков человек, с какой стати ему быть ровней вашей внучке?»

Хотя глава Чжан получил отказ, вместе с этим он передал эстафету другим главам:

«Мы можем породниться с этим молодым человеком, это будет очень выигрышным решением! Если дело завершится успехом, он наполовину станет своим человеком, и отношения у нас с ним будут едва ли хуже, чем у него с его учителем!»

Поэтому все старейшины бросились обхаживать Цао Гофэна и остальных Шенхуанов. В мгновение в саду образовался такой шум и гомон, что его было не отличить от шумного продуктового рынка. Только Бай Цифэн один-одинёшенек стоял в стороне. Старейшины знали его взрывной характер, и то, что он часто ведёт себя очень непредсказуемо, поэтому никто и не думал походить к нему, чтобы поговорить об этом деле.

Не столько они боялись его отказа, сколько того, что он вытворит что-нибудь из ряда вон выходящее: закричит во весь голос или скажет что-нибудь такое, что никто из них не сможет стерпеть… Возникновение подобной ситуации было невыносимо, особенно в присутствии такого количества людей.

Даже Гу Юнь Ян без доли неловкости старался расположить Цао Гофэна к себе, он разглагольствовал о дружбе, которая, по его мнению, уже на протяжении многих лет связывает их с Шенхуаном Цао, будто бы они — закадычные друзья.

Несмотря на свой многолетний жизненный опыт, похоже, что Цао Гофэну никогда не представлялось бывать в такой неловкой ситуации. Будучи окружённым со всех сторон, он был весь в поту и выглядел очень несчастным. Однако это было не самым страшным: ещё он чувствовал, как два острых, словно мечи, глаза, впиваются в его спину. Это было что-то вроде предостережения, после чего его только больше пробило потом.

Такой обжигающий взгляд исходил от Правителя Призрачного Дворца Мяо Цзин Юня.

Разумеется, Цао Гофэн хорошо понимал скрытый смысл, который несёт его взгляд:

«Старейшина Цао, у твоего ученика какое-то тёмное дело с моей внучкой. Ты знаешь, как она к нему относится. Если я услышу что-нибудь о какой-то женитьбе, знай, я заживо поджарю тебя в соевом масле!»

Именно в тот момент, когда все принялись шумно и оживлённо обсуждать вопросы о женитьбе, вдруг раздался один возглас, который моментально заставил всех остальных замолчать в недоумении.

— Что? Да ты, часом, шутишь тут? Вздумал строить планы на нашего драгоценного ученика? Да как у тебя вообще наглости хватило? Чжань Вуюнь, старик, ты что, рехнулся или, может, забыл своё лекарство выпить, или вообще выпил что-то не то? Что за бред ты здесь несёшь?

Эти слова были произнесены очень громко, и произнёс их Шенхуан Бай, Бай Цифэн!

Все быстро оглянулись на голос, и увидели главу семьи Чжань, Чжань Вуюня, который с раскрасневшимся от злости лицом уставился на Бай Цифэна.

Оказывается, Чжань Вуюнь после долгих раздумий решил, что он сможет перетянуть на свою сторону этого обладателя непревзойдённой сущности. Скорость его прогресса была очень быстрой, а это уже неплохой аргумент, к тому же можно было воспользоваться этим случаем, чтобы избавиться от неприязни между двумя сторонами, да ещё и переманить к себе всех семерых Шенхуанов. В качестве усиления семьи Чжань это была очень выгодная сделка.

Решив так, он хотел обсудить это с кем-нибудь из Шенхуанов, но в этот момент остальные шестеро братьев уже с кем-то разговаривали… В это время он, несомненно, сам напрашивался на неприятности, ведь было очевидно, что отношения между сторонами очень сложны для понимания.

Бай Цифэн как раз в это время стоял в одиночестве в сторонке, и, завидев его, он быстрыми шагами направился к нему с целью свести старые счёты. Чжань Вуюнь, увидев, что Бай Цифэн сам направляется к нему, не стал терять времени, и, притянув его к себе, очень тихо сказал, что был бы не против, если бы одна из девушек семьи Чжань вышла замуж за Мо Цзюня, а обе семьи таким образом бы зарыли топор войны… Из врагов стали родственниками…

Для семьи Чжань такое предложение было бы больше, чем просто выгодным. Чжань Вуюнь считал, что обе стороны останутся довольными, и надолго станут союзниками! Однако Чжань Вуюню очень сильно не повезло с выбором своего оппонента. Будь то это Цао Гофэн или кто-то другой из Шенхуанов, может, они бы и подумали несколько минут, а не стали тотчас же отказывать, или, как минимум, деликатно уклонились бы от ответа, однако Чжань Вуюню, как назло, попался самый свободный из них на тот момент, Бай Цифэн!

Бай Цифэн и так уже долгое время был на пределе, если бы даже Чжань Вуюнь не заговорил о женитьбе, его бы всё равно ждал жестокий отпор!

Будучи обсмеянным, Чжань Вуюнь тотчас же залился румянцем, и даже не смог придумать, что ответить на это Бай Цифэну! Он просто продолжил слушать его:

— Что, сейчас увидев, какой наш ученик перспективный, наконец, испугался? Решил устранить проблему с помощью какой-то девки? Да где это видано, чтобы дела решались подобным образом? Вдобавок к этому, да кто захочет жениться на девушках из вашей семьи? Если не мегера, так ревнивица, которая время от времени не прочь сама сходить на сторону… Помнится, в прошлом году один хороший парень тоже женился на «даме» из вашей семейки! Не ему ли пришлось удавиться от наставленных женой рогов, нет? Как наглости хватает у тебя нести подобную чепуху?

Чжань Вуюнь уже был готов лопнуть от ярости, он со стеклянными глазами уставился на Бай Цифэна, и выставил дрожащий палец на него, тихо прорычав:

— Бай Цифэн! Ты… Что за вздор ты несёшь?!

— Вздор? С чего мне нести вздор? Да спроси кого хочешь из присутствующих здесь — все знают об этом! Как тебе не стыдно говорить, что я несу вздор? Если не впутывать сюда нашего ученика, скажу тебе честно — все женщины из вашей семьи — обычные бляди!

Бай Цифэн чувствовал поддержку за спиной, а потому был уверен в себе, и с напыщенным видом едва не проорал это.

Остальные присутствующие едва сдерживали смех.

Если пояснить — в семье Чжань действительно имел место один скандал, главной героиней которого стала одна из девушек. В прошлом году она вышла замуж и ходила на сторону с одним слугой. В результате молодой муж так разозлился на любовника жены, что вздумал повеситься в сарае. Любовник как раз в этот момент «обхаживал» жену незадачливого суицидника. Будущий самоубийца, услышав звуки за стеной, решил посмотреть в щель, и, увидев, как над его ненаглядной с высунутым языком старается любовник, он взревел и бросился на любовника, а тот, в чём мать родила, бросился из сарая…

В этот момент он как раз столкнулся с караульными…

А потом… можно представить себе, что было потом…

Разумеется, семья Чжань всеми силами пыталась замолчать это дело, но, как говорится, земля слухами полнится, особенно такими пикантными. Неизвестно как, но слух об этом распространился на весь Призрачный Дворец и стал анекдотом. Люди долгое время высмеивали Чжань Вуюня, а в последствии приклеили ему ещё и прозвище «Глава рогатой семейки»… Будучи главой семьи, Чжань Вуюню трудно было смириться с таким позором. В дальнейшем из-за этого произошло много драк и кровавых побоищ, с целью избавления от людей, порочащих имя семьи Чжань. В конце концов, под ударом оказался авторитет главы семьи, а это большая проблема…

Чжань Вуюнь казнил того блудника, после чего пропало искушение в упоминании этого скандала.

Как он мог предположить, что в такой ответственный момент Бай Цифэн внезапно снова вспомнит про это позорное дело? Разумеется, он не мог оставаться спокойным!

Душа Чжань Вуюня пылала страшным гневом, он почти уже совершенно вышел из себя, однако Бай Цифэн на этом не успокоился, и с лёгкостью продолжал:

— Если правда породниться, то барышня из твоей семьи, боюсь, после женитьбы тоже захочет направиться в какой-нибудь сарай или коровник, чтобы заниматься… Ну, вашим любимым семейным делом, а у нас здесь таких мест не имеется. К тому же вы, Чжань, способны избавиться от таких людей, а мы, братья-Шенхуаны — нет!

Глава 1001. Злопамятный Цзюнь Мосе

— Бай Цифэн! Ты, старый ублюдок, не говори такую херню! Сейчас я тебя проучу! — заорал в безудержном гневе Чжань Вуюнь.

— Отлично! Я так долго ждал тебя, лось хренов! — Бай Цифэн не проявил слабости, он лишь громко рассмеялся и выпрямил спину: — Твою мать, значит, люди, всё-таки, говорят правду о девушках из твоей семейки, а, Чжань? Я уж проучу хотя бы главу этой рогатой семейки! Рога-то я тебе пообломаю!

Когда он назвал его «Главой рогатой семейки» во второй раз, Чжань Вуюнь уже не мог вытерпеть такого прилюдного оскорбления. Вдруг оба старика сцепились вместе, покружили несколько кругов, а затем, не сговариваясь, рванулись вверх, всё время колотя друг друга… Цао Гофэн много раз кричал, чтобы они остановились, но во время борьбы они совершенно его не слышали.

Бай Цифэн не так давно уже подвергался покушению из-за ученика, и в душе у него было много гнева и злости. А сейчас, наконец, он смог поймать дарованный Небесами шанс набить кому-то морду, разве он может уйти, не выплеснув весь гнев?

Чжань Вуюнь был ещё больше зол. Он всё понимал, но ничего не мог поделать. Более того, он искренне хотел разрешить конфликт, но его так сильно оскорбили, прямо в лицо сказали болезненную правду и растревожили старые шрамы, что его очень задело.

«Чёрт возьми, неужели это из-за ученика, обладателя непревзойдённой сущности? Неужели вы вздумали запугивать людей? Возможно, другие боятся семи Шенхуанов, но не семья Чжань!»

Хотя обе стороны ещё не дошли до прямого конфликта между семьями, но между ними разгорелся настоящий огонь ненависти!

Они оба были Шенхуанами второй ступени, а значит, равными по силе!

Они вдвоём вращались в воздухе, воздушные волны, исходившие от них, разогнали тучи, застилавшие небо. Однако внизу не было никаких следов ветра. Очевидно, что в разгаре боя они всё ещё довольно осторожно контролировали свою энергию…

— Хватит! — вдруг рявкнул недовольный Мяо Цзин Юнь.

Все во внутреннем дворе вздрогнули от его громкого голоса. Даже в воздухе, казалось, прошла невидимая рябь!

Цзюнь Мосе вздрогнул и посмотрел на него.

Глава Призрачного Дворца обладал необычной силой. Он достиг высшей ступени Шенхуана! По силе его голоса можно было понять, что он обладает невероятной силой, принадлежащей более высокому уровню!

Более того, его речь услышали все, кто был во дворце!

После того, как он крикнул, Бай Цифэн и Чжань Вуюнь действительно остановились.

— Вы двое уже не дети! Почему вы действуете так импульсивно, прекратите этот балаган сейчас же! — Мяо Цзин Юнь медленно произнёс. — Хватит драться! Если вы снова решите выяснять таким образом отношения, я узнаю об этом и никого не пощажу! Не смейте пренебрегать правилами Дворца, я велел вам успокоиться и не ссориться!

Все присутствующие чётко понимали, что, если Мяо Цзин Юнь остановил их, значит, этим двоим нельзя сражаться. Но если бы кто-нибудь из них двоих остался преисполнен гневом, и если бы им не позволили выплеснуть его — это неизбежно привело бы к ещё большему количеству неприятностей!

Поэтому Мяо Цзин Юнь просто решил позволить им сперва «поговорить» о возникших разногласиях!

Это тоже, своего рода, способ манипулирования!

Проницательный Цзюнь Мосе сразу это понял и стал ещё больше уважать дедушку Мяо Сяомяо.

Все пообедали, и у глав семей больше не было причин оставаться. Они встали и попрощались. Только когда они вышли из дома, Мяо Цзин Юнь сказал Цзюнь Мосе со смехом:

— Юноша Мо, через три дня у меня пятисотлетний юбилей! Ты тоже должен прийти.

Когда он это произнёс, все главы семей посмотрели на Цзюнь Мосе:

«Насколько это было искренне? Какая честь!»

«Пятисотлетний юбилей… Оказывается, этому старикашке на самом деле пятьсот лет, а внучке — только восемнадцать-девятнадцать… Есть ещё порох в пороховницах, да?» — Цзюнь Мосе остолбенел. Он подумал, что этот старикашка совсем бесстыдный, раз уже начал в открытую выпрашивать подарки на юбилей… А, может, это своеобразный подкуп? Жаль, что семья молодого мастера довольно бедная… Если бы эти главы семей узнали о мыслях Цзюнь Мосе, вероятно, каждый бы из них пожелал ему смерти! Какой на самом деле человек этот глава Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юнь? Им было интересно, что этот юноша может подарить ему на юбилей? Сможет ли он придумать что-нибудь интересное?

Очевидно, что они ничего не знали о положении его семьи. Но никто бы и не сказал, что вещи, которыми обладает молодой мастер, на самом деле не имеют ценности!

Получив положительный ответ от Цзюнь Мосе, Мяо Цзин Юнь довольно кивнул, а также приказал семерым Шенхуанам, включая Цао Гофэна, посетить его во второй половине дня в главных покоях Призрачного Дворца, чтобы обсудить дела. Затем он улыбнулся и ушёл. Главы всех владетельных семей тоже внезапно исчезли. Заметив выражения лиц семи великих Шенхуанов, Цзюнь Мосе понял, что дела плохи. Этот старик хотел их расспросить, что только что произошло и кто такой Цзюнь Мосе.

Ему в голову пришла мысль. Он внезапно зевнул и тут же повернулся полусонным лицом к ним и пробурчал:

— Я смертельно устал… Я плохо спал прошлой ночью…

— Тогда почему ты ещё не в постели? — заботливо заговорили семь великих Шенхуанов.

Цзюнь Мосе, высунув язык, направился в комнату:

«Неужели такая глупая хитрость до сих пор работает?»

Однако эта комната давно уже не была местом его ночлега, её заменили по настоятельной просьбе Цзюнь Мосе, и для этого была очень веская причина: для лучшего поглощения природной энергии.

Поэтому новая комната Цзюнь Мосе располагалась у стены внутреннего двора… Это, естественно, значительно облегчало работу молодого мастера.

Как только закрылась дверь комнаты, Цзюнь Мосе в тот же момент вздохнул с облегчением.

Во второй половине дня Цао Гофэн с остальными настойчиво просили Цзюнь Мосе не выходить никуда одному, а затем приказали слугам присматривать за ним, пока они не вернутся и не обсудят произошедшее…

Тема этого обсуждения была очень очевидна. Наверняка, она касается будущего развития Цзюнь Мосе, обладателя непревзойдённой сущности, поэтому должны присутствовать все семеро мастеров…

Видя, что семеро мастеров ушли, Цзюнь Мосе сказал слугам, что ему нужно поспать, и чтобы его не беспокоили по пустякам. Затем он вернулся в комнату и сразу же с помощью «Побега Инь-Ян» стремительно скрылся.

Солнце озаряло землю, но «призрак» Цзюнь Мосе беспрепятственно перемещался вперёд!

Ничего не поделаешь, «Побег Инь-Ян» — это магическая сила, которая нарушает законы природы!

Во время полёта Цзюнь Мосе казалось, что он слышит кровожадный «зов» волшебного меча, Крови Яньди и Хуанди.

Этот зов всё сильнее распалял в нём желание убивать!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу много думали о нём, и как они смогут выдержать злопамятный характер Цзюнь Мосе? Вытерпеть его — действительно, нелёгкое дело. Можно сказать, что сейчас они были готовы!

Они смогли стерпеть то, что он вынудил их сделать ставку в пари на место в Саду чудодейственных растений!

Но сейчас для входа в Сад чудодейственных растений необходимо было получить специальное разрешение в Призрачном Дворце.

Что ещё может сдержать Цзюнь Мосе?

Естественно, он поведёт себя так, как сам захочет!

Если он сможет не раскрыть себя, то, чтобы он не сделал, ему всё сойдёт с рук!

Поэтому Цзюнь Мосе решил не дать двум братьям семьи Чжань снова легко отделаться! Они должны заплатить соответствующую компенсацию за то, что разозлили молодого мастера! Очевидно, что наказание семьи Чжань не соответствовало ожиданиям этого юноши!

Снова подумав об этих двух ублюдках, которые имеют виды на Мяо Сяомяо, Цзюнь Мосе почувствовал, что не может оставаться безучастным!

«Кто они такие? Они заслуживают наказания!»

Дорога уходила вниз, а его фигура возвышалась всё выше и выше. Постепенно он поднялся над облаками так, что ему открылся широкий обзор. Цзюнь Мосе пытался воспользоваться тем, что он так высоко, и внимательно рассмотреть всё внизу.

Перед его взором оказалась большая гора, на которой был расположен Призрачный Дворец, который являлся главной вершиной. Главная гора, как центр силы, была окружена вершинами. Вокруг неё были расположены восемь вершин чуть поменьше, и было очевидно, что каждая из них принадлежит одной из восьми семей Призрачного Дворца.

Цзюнь Мосе внимательно всё рассматривал с большой высоты и не смог сдержать своего удивления. Он вдруг понял, что положение этих девяти вершин было на самом деле организовано в соответствии с так называемой системой «девять дворцов».

Расположение абсолютно идентично этой системе!

Главный Призрачный Дворец и восемь второстепенных составляют совершенное единство!

Такое явление можно увидеть только с высоты, с земли это совершенно непонятно. В Призрачном Дворце нет более высокой горы, чем гора, на которой стоит сам дворец. У господина Цзюнь возникло внутреннее противоречие: в чём секрет уникальности этого дворца? Кроме величественности, силы и власти главного дворца, расположенного на главной вершине, остальные восемь вершин обладали разными преимуществами! Хотя они обладали разными преимуществами, но образовывали взаимодополняющую структуру с другими горными вершинами. Девять вершин связаны друг с другом, и они как бы невзначай образуют огромную природную систему фэн-шуй!

В этой структуре можно увидеть, что независимо от того, как будут располагаться остальные восемь вершин, главный пик всегда виден! Пока главная вершина не движется, Призрачный Дворец никогда не исчезнет!

Что касается всего, что находилось перед ним, люди не могли создать это сами, так как это слишком трудно. Единственный человек, который действительно обладал такой силой, что мог создать такую структуру, это Первый Шао из подземного мира. Его оригинальный замысел действительно впечатлял!

Кроме расположения девяти пиков, молодого мастера ещё кое-что удивило: в расположении семи городов вокруг Призрачного Дворца, несомненно, тоже есть какой-то замысел!

Хотя в этот момент он не смог увидеть, но предположил, что расположение семи городов повторяет не расположение звёзд Большой Медведицы, а расположение семи светил! Большинство из них располагаются по образу Большой Медведицы, так что главная вершина находится в центре!

Неудивительно, что Туманный Призрачный Дворец более процветающий, чем три Священные земли внешнего мира. Оказывается, здесь так много секретов, и неудивительно, что с таким глубоким смыслом расположения дворца, он существует давно…

Глава 1002. Бог действительно существует?

Помимо восхищений, Цзюнь Мосе внимательно осмотрел восемь горных вершин, которые располагались по кругу. Молодому мастеру было необходимо по исходящим от гор силам и энергии определить, какая из них принадлежит конкретно семье Чжань!

Энергии этих восьми семейных кланов довольно резко отличались друг от друга, а, значит, это должно быть не так трудно.

К тому же сейчас семья Чжань считалась одной из главенствующих семей Призрачного Дворца, следовательно, её энергия должна была быть доминирующей. Если говорить с точки зрения фэн-шуй, её расположение было не трудно определить.

Мосе решил действовать согласно книге-кодексу Пагоды Хунцзюнь, и применять главные законы фэн-шуй. Он сощурился и внимательно всмотрелся.

Прежде всего, стоит отметить, что на самой восточной вершине, скорее всего, должно располагаться местожительство семьи Мяо. Сейчас силы семьи Мяо медленно идут на спад, и это вполне очевидно; почти каждая из горных вершин имеет ослепительный красный свет, который поднимается вверх, соединяясь вместе с главной вершиной, и только у вершины семьи Мяо он очень слабый и тусклый, и даже имеет тенденцию прерываться на некоторых участках.

Заметно, что её цинюнь уже и близко не стоит с цинюнь других семей.

Однако сейчас этот факт — ни для кого не новость. Следует отметить, что семья Мяо всегда управляла делами Призрачного Дворца, и на протяжении довольно долгого времени у неё получалось вполне успешно справляться с этим. Однако управление Призрачным Дворцом сменяется каждое поколение, и, если осуществлять передачу внутри семьи Мяо, тем не менее для цинюнь семьи Мяо это окажет очень большое влияние.

На сегодняшний день остатки от цинюнь семьи Мяо, можно сказать, уже достигли своего крайнего значения. Другими словами — они находятся на самом краю пропасти! Если власть Дворцом перейдёт в другие руки, даже если другие семьи и подвергнутся этому влиянию, всё же оно не будет слишком опасным, только цинюнь семьи Мяо полностью израсходуется, и будет означать крах их рода!

Энергия семьи Чжань же, наоборот, была довольно мощной. Желание к свержению власти ощущалось предельно очевидно. Между ними существовала обратная взаимосвязь — обстановка с цинюнь Мяо с каждым днём становилась только хуже…

Самая западная из всех вершин обладала наиболее бурной и цветущей энергией. Красный свет устремлялся высоко к небесам, и уже даже оказывал влияние на главенствующую вершину, властное и внушительное давление!

Среди всех восьми вершин, цинюнь этой была наиболее насыщенной и богатой! Она мало чем отличалась от главенствующей вершины!

Очевидно, должно быть, это было местонахождением семьи Чжань!

Однако Мосе показалось, что обстановка этого места несколько странновата.

Так как от красного столба цвета, который устремлялся в небеса, возникало смутное ощущение какой-то аномалии, хотя оно было довольно хорошо замаскированно, всё же его можно было почувствовать, после чего в глубине души возникал сильный страх, от которого волосы ставали дыбом!

Этот столб красного света был настолько сильным, что даже немного перекрывал столб света главной из вершин…

Цзюнь Мосе пробормотал себе под нос:

— Откуда этот столб берёт столько силы? Если бы даже он поглощал чужие силы, он бы всё равно не смог достигнуть подобного доминирующего положения, это довольно сложно понять…

Поскольку Мосе почувствовал существование аномалии, он решил взлететь ещё выше, чтобы рассмотреть всё как можно тщательнее. Взлетев довольно высоко, он направился в пространство над красным столбом света вершины семьи Чжань, и прямиком обследовал его сердцевину. Мосе сразу же смог определить, что это — именно то место, что ему нужно, потому как он тотчас же ощутил хорошо замаскированные отрицательные импульсы, исходящие оттуда!

Именно эти отрицательные импульсы, опускаясь вниз, незаметно обрубали связь между вершиной семьи Мяо и главной вершиной. Мосе было неизвестно, каким способом, но изначальная цинюнь семьи Мяо транспортировалась семье Чжань, а объединение цинюнь двух самых влиятельных семей и привело к тому, что столб красного света семьи Чжань обладал доминирующим положением…

«Оказывается, вот оно что! — Мосе задумался. — Стало быть, в семье Чжань есть человек, который разбирается в фэн-шуй? И не просто разбирается, а очень хорошо разбирается, потому как на такое способен только настоящий знаток своего дела… Если всё действительно так, боюсь, семья Чжань занимается осуществлением своего плана не одно поколение, и они зашли уже очень далеко…»

Цзюнь Мосе фыркнул:

«Если говорить о настоящем положении дел — мир в Призрачном Дворце поддерживается благодаря семье Мяо, Цао Гофэну и остальным Шенхуанам… Если я избавлю жителей Призрачного Дворца от главного источника гибели их родины, то таким образом смогу от чистого сердца отблагодарить их за хорошее отношение к себе!»

Решившись на это, скорость Цзюнь Мосе увеличилась до своего максимума, и он, словно комета, устремился к месту цинюнь семьи Чжань!

«Мне плевать на то, каким бы опасным не было это место, молодой мастер Цзюнь сегодня устроит настоящий дестрой в вашем болоте! Замышляете козни против меня, суки? Так будьте готовы встретиться с моим ужасающим гневом и охренительной силы местью! Ееее-хуу!»

К этому времени глава семьи Чжань, Чжань Вуюнь, уже вернулся обратно домой, и сейчас вёл обсуждения с семьей Цянь в тайной комнате.

В тайной комнате располагалось всего шестеро человек! И четверо из них никогда не появлялись во время тайных переговоров.

Что касается двух остальных — помимо самого Чжань Вуюня, там был ещё Чжань Луньхуэй.

Среди этих четырёх человек, срединное положение занимал человек, который с трудом походил на живого, он больше смахивал на скелет, обтянутый кожей. Кажется, в его теле совершенно не было и грамма мяса. То был самый старый представитель из рода Чжань, Чжань Тянь Цзи.

Три тысячи лет этот человек обладал большой популярностью, и был легендарной личностью. Слева от него сидел розовощекий мужчина, на вид ему было около пятидесяти-шестидесяти лет, на его лице было доброе и приветливое выражение. Даже с серьёзным видом, он выглядел улыбчивым и доброжелательным. Это досталось ему с рождения, поэтому в его имени было слово «Улыбка». Звали его Чжань Исяо («исяо» означает «улыбка»). Но вовсе не стоит верить его приветливому лицу. Как говорится, «уста Будды, а сердце змеи», это было в самом деле про него. Он был крайне двуличным и коварным типом, про которых говорят «за улыбкой прячет нож», у него даже было прозвище «Улыбчивый палач». Судя по нему, можно себе представить насколько жесток он был.

Что касается человека, стоящего по правую сторону от старика — он имел прямо противоположное выражение лица по сравнению с Чжань Исяо, лицо его было ледяным и безразличным, глаза его излучали таинственный холодный свет, как у дикого волка, этот человек был злым и беспощадным, как меч, Чжань Ту!

Человек, который стоял с самого края, обладал внешностью торговца средних лет, который веровал, что дружелюбие (благожелательность) приносит богатство, лицо у него было самым что ни на есть обычным, он был круглолиц и немного пухловат, как богач, без каких-либо характерных черт. Такие люди, как он, с лёгкостью могут затеряться в толпе, и никто не сможет их разыскать…

Однако именно он был самым опасным среди всех четверых!

Этот человек как-то установил настоящий рекорд, за одну ночь перерезав три тысячи человек!

После случившегося он даже не изменился в лице, и преспокойно вернулся домой на рассвете, не оставив за собой даже шлейфа ледяного духа истребления!

Его имя тоже не было необычным; его звали довольно просто, Чжань Сяо Сяо.

Услышав его впервые, можно было ошибочно предположить, что это имя девушки, однако кто бы мог подумать, что это имя самого опасного и кровожадного среди этих четырёх «экспонатов»?!

Как раз такое равнодушие и являлось самым устрашающим оружием!

Сегодня здесь они заняли одну позицию! Чжань Вуюнь же — другую! А Чжань Луньхуэй оказался посередине!

— Сегодня ты видел того обладателя непревзойдённой сущности. И какое впечатление у тебя о нём осталось? — спросил Чжань Луньхуэй, на его лице не было и кровинки. Под лучами от лампы он казался ещё бледнее, и был похож на мертвеца.

Чжань Вуюнь вздохнул, а потом почтительно ответил:

— Очень силён! Его потенциал крайне велик! Сегодня я собственными глазами видел, как этот Мо Цзюнь совершил прорыв с Серебряной Суань до Золотой… и это было вовсе не псевдопрорывом, а взаправду!

— Там действительно произошли какие-то чудеса?

Глаза Чжань Луньхуэя были цвета золы, безжизненными и пустыми. Чжань Вуюнь, даже будучи родственником ему, глядя на него, всё-таки чувствовал, как по спине бегают мурашки.

— Да! Растения мгновенно вырастали, это тоже невозможно подделать, — по-честному ответил Чжань Вуюнь.

— Стало быть… этот Мо Цзюнь, словно в самом деле спустившийся с небес гений? — голос Чжань Луньхуэя был наполнен удивлением: — На земле действительно произошли чудеса в его честь! Судя по всему, это так…

Сказав это, он больше не стал продолжать говорить, однако его глаза засияли. Его серые и безжизненные глаза наполнились надеждой и сладкими грёзами, Чжань Исяо и все остальные, взглянув на него, тоже призадумались и кивнули в знак согласия.

Едва услышав, как Чжань Луньхуэй медленно произнёс:

— Неужто… этот легендарный Бог действительно существует?

Бог! На самом деле существует!

От этих слов в голове Чжань Вуюня произошло короткое замыкание!

Потому как он, наконец, понял, что он имеет в виду!

— Но если не брать в расчёт, что он легендарный обладатель непревзойдённой сущности, и наплевать на все божественные знаки — сейчас он всё же обладает ничтожным уровнем совершенствования! Мы в любое время сможем осадить его! Вуюнь, когда ты попытался проявить своё хорошее расположение на его счёт, что они тебе ответили?

— Они не согласились! Бай Цифэн ещё припомнил мне тот скандал. Оскорбил меня, я тотчас же взбесился, и мы закусились, — снова вспомнив об этом, Чжань Вуюнь опять начинал приходить в ярость.

— У них обладатель непревзойдённой сущности, и они что, теперь думают, что им всё можно?

В глазах Чжань Луньхуэя появился холодный блеск:

— Вуюнь, непревзойдённая сущность — настоящее чудо, встречающееся раз в десять тысяч лет, и мы не может позволить ему обыграть нас! Если он действительно усилится, его никто не сможет подавить! Раз уж мы не можем использовать его в своих целях, значит, мы уничтожим его! Будущее Призрачного Дворца должно остаться в наших руках! Только так мы сможем овладеть неведомой силой главной вершины Призрачного Дворца, и встать на путь великих свершений и открытий! — Чжань Луньхуэй с коварным видом посмотрел на пустоту перед собой, медленно продолжая: — Наш предок, Первый Шао, смог, а мы разве не сможем? Методы те же, неужели нам всё-таки не достигнуть той легендарной вершины?

— Правда, придётся уничтожить обладателя непревзойдённой сущности? — Чжань Вуюнь ожидал этого, но всячески пытался отогнать от себя эти мысли. — В конце концов, скорость его прогресса очень высока, для семьи Чжань, как и для всего Призрачного Дворца, это не есть плохо. Сейчас семья Чжань сменит семью Мяо, и станет управлять Дворцом, в основном процесс уже начат. Обладатель непревзойдённой сущности принадлежит Призрачному Дворцу, а, значит, и семье Чжань. Скорость его прогресса, должно быть, станет только лучше, зачем же его сразу убивать? Разве не жалко? Настоящее расточительство природных богатств!

— Ты ещё не понял? Тогда я в тебе очень разочарован! Допустим, в какой-то семье есть такой же непослушный парень. Вне зависимости от его потенциала и природных талантов, от него нужно как можно быстрее избавиться! Ради власти даже родные братья могут друг другу глотку перегрызть, разве мало таких случаев? Более того, в таком месте, как Призрачный Дворец. Ты хочешь стать Правителем Дворца, но неужели ты не думал, что другие не хотят?

Глава 1003. Тайное проникновение!

Чжань Луньхуэй с безразличием посмотрел на Чжань Вуюня:

— Судя по темпам роста силы обладателя непревзойдённой сущности можно сказать, что он вполне может стать духом-защитником всего Туманного Призрачного Дворца и, естественно, защитником семьи Чжань. Но после вчерашних событий, этот гений наверняка уже записал себя во враги нашего клана. Сам посуди, сможешь ли ты терпеть и повиноваться людям, которых ты выше и сильнее во всём лишь потому, что так делают остальные?

— Нет, не смогу! — ответил Чжань Вуюнь. Его лоб покрылся капельками пота.

— Этого всё ещё недостаточно? Нужно иметь в виду, что если все слухи правдивы, и скорость совершенствования этого гения с непревзойдённой сущностью действительно не имеет себе равных, тогда настанет время, и он сотрёт нашу семью Чжань с лица земли! — Чжань Луньхуэй фыркнул и сказал: — Может, это просто мои догадки, но мы не можем рисковать! Нельзя бросать будущее нашей семьи на счастливый случай! Нужно заранее избавиться от всех «догадок»!

Чжань Луньхуэй сделал небольшую паузу и продолжил:

— В частности то, что ты рассказал о сегодняшнем состязании. Всё это заставило меня окончательно убедиться в том, что этот паренёк — реальный обладатель непревзойдённой сущности, а не подделка! Можно даже не сомневаться! Поэтому нам необходимо устранить его как можно скорее!

Цзюнь Мосе и подумать не мог, что его показушничество во время состязания станет причиной для его ликвидации со стороны семьи Чжань!

Однако причина, по которой молодой мастер решил выпендриться во время состязания, заключалась не просто для того, чтобы пустить пыль в глаза и покрасоваться.

Места для посещения в Сад чудодейственных трав были уже предопределены, поэтому Цзюнь Мосе нужно было прибавить себе баллов в копилку. Показав свои таланты, он сможет побыстрее проложить себе дорогу в Сад.

Что касается второй причины, то Мосе уже лично сказал Мяо Цзин Юню и, кстати, остальным главам восьми влиятельных семей, чтобы те не строили на его счёт никаких иллюзий.

Пусть доверенные лица Правителя Туманного Призрачного Дворца не играют и не издеваются надо мной… Просто дайте мне свободное пространство и не лезьте со своими вопросами…

Эти два момента были ожидаемы, так что после ухода авторитетных шишек, исход разговора получился идеальным.

Третья же причина звучала ещё интереснее: Мо Цзюнь, как-никак, являлся непревзойдённым гением, обладающим невероятными способностями и высокой скоростью совершенствования, однако его уровень до сих пор находился лишь на отметке Золотого Суань… Путь его совершенствования выглядит довольно долгим, так что… Так что же они могли думать по этому поводу? Это тоже очень важный момент, имеющий определённую выгоду для пребывания Мосе во Дворце.

Это даже будет некой подготовкой для грамотного ухода в будущем…

Можно сказать, что цель Цзюнь Мосе достигнута, всё прошло идеально. Однако мир похож на игру в шахматы — всё слишком непредсказуемо. Молодой мастер и подумать не мог, что своими амбициями и выпендрёжем он сам проложил себе дорогу к смерти.

Но кто сумеет его одолеть? Хм, даже интересно. Во всяком случае — Мо Цзюнь — это лишь прикрытие, а реальная мощь молодого мастера нагоняет лишь один ужас!

— Сяо Сяо, ты ведь ещё не показывался на людях с прошлого раза… Так что твоё появление во Дворце будет всем в новинку. Я хочу, чтобы ты убил этого обладателя непревзойдённой сущности, — авторитетно заявил Чжань Луньхуэй. — Если Цао Гофэн и другие мастера захотят тебе помешать — избавься и от них!

— Хорошо, я сделаю всё возможное, — самодовольно улыбнулся Чжань Сяо Сяо.

Чтобы убить мастера Золотого Суань, может понадобиться один противник Почтенного или Достопочтенного уровня!

Это общеизвестный факт. Но Чжань Сяо Сяо в глубине души прекрасно понимал, что данная миссия будет не лёгкой, совсем не лёгкой!

Ведь его цель, как-никак, сам обладатель непревзойдённой сущности! И будущее этого паренька невозможно оценить ни одному из существующих мастеров. Туманный Призрачный Дворец очень дорожит таким сокровищем, так что помимо свиты Шенхуанов Цао Гофэна на его защиту могут встать и другие мастера!

Вполне вероятно, эта задача окажется невыполнимой. Кто знает, может, Сяо Сяо и не вернётся обратно!

Так что Чжань Сяо Сяо не мог позволить себе вести себя неосмотрительно, у него не было права на ошибку!

— Раз мы всё решили, то пора приниматься за дело! Мгновенное реагирование — один из лучших манёвров в битве!

— Какой тип противника трудно одолеть? Того, кого ты сам себе вырастил. Можно сказать, что ты заранее выкопал себе могилу! — Чжань Луньхуэй что-то вспомнил, и его рот скривился в ехидной ухмылке.

Затем он поднял голову и, немного поразмыслив, сказал:

— Тянь Цзи, чувствуешь какие-либо аномалии в подземных энергетических потоках?

Чжань Тянь Цзи серьёзным голосом тут же ответил:

— Никаких аномалий! Энергетические потоки семьи Мяо всё так же медленно текут в эту сторону, всё как обычно. Скоро они полностью сольются с потоками нашей семьи, и тогда им уже ничего не поможет!

— Но я всё ещё чувствую, будто что-то не так, — Чжань Луньхуэй слегка прищурился и добавил: — Может, это потому, что всё идёт слишком гладко, но чувство тревоги не покидает меня. Я всё ещё с подозрением отношусь к судьбе моего наставника… Если он всё ещё жив и находится здесь… — Чжань Луньхуэй вдруг занервничал и помахал рукой: — Ай, идите уже! Займитесь своими делами!

Отдав приказ, он повернулся и встал напротив тёмной стены, оставив для глаз присутствующих только собственный силуэт.

И хотя он перестал говорить, его последние слова потрясли сознание всех пятерых мастеров, стоящих рядом!

Наставник Чжань Луньхуя!

Мяо Цин Чэн!

Этот человек, он всё ещё жив? Почему он вдруг про него вспомнил? Возможно ли…

Мяо Цин Чэн! Первый предок семьи Мяо!

Это также первый Правитель Туманного Призрачного Дворца!

Последний ученик самого Первого Шао!

Первый Шао создал Туманный Призрачный Дворец, но Мяо Цин Чэн в одиночку поднял его к вершине! Если говорить о сегодняшнем Дворце, то всё тут имеет отпечаток Мяо Цин Чэна!

За всё время у него насчитывалось восемь учеников!

Это и есть основоположники восьми великих кланов!

Чжань Луньхуэй тоже являлся одним из учеников Мяо Цин Чэна! Так что неудивительно, почему все члены семьи Чжань так глубоко его уважают! А сам Мяо Цин Чэн теперь превратился в легенду, которая по своей крутизне уступает лишь Первому Шао! Неужели этот человек всё ещё жив?

Несколько человек переглянулись и поняли, что все их мысли совершенно беспочвенны! Кивнув головами, все пятеро уже собирались уходить…

Но Чжань Луньхуэй внезапно остановился и побледнел. Он резко сказал:

— Кто-то ворвался в тайное место семьи Чжань! Немедленно всё проверьте!

— Кто-то ворвался сюда? Как это возможно? — изумлённо поднял брови Чжань Вуюнь. В такое просто было невозможно поверить.

С тех пор, как у семьи Чжань появились коварные замыслы против Правителя Туманного Призрачного Дворца, подземный тайник стал их секретным местом, куда никто не мог войти, кроме чистокровных потомков рода Чжань! Всё это находилось под жесточайшим контролем!

Другие кланы даже и не знали, что у Чжаней имеется свой «тайный подземный мир»! Да и в самой семье Чжань, которая насчитывала в себе порядка тысячи членов, об этом месте знало лишь не более двух десятков человек!

Как в такое суперсекретное место мог пробраться кто-то посторонний?

— Это явно присутствие духа! Незнакомец! Здесь нет ошибки, к нам действительно ворвался чужак! — Чжань Луньхуэй помрачнел, но его бледное лицо продолжало оставаться невозмутимым: — Быстрее! Проверьте тут всё хорошенько!

Цзюнь Мосе использовал свою технику невидимого перемещения Инь-Ян и наглым образом ворвался в поместье семьи Чжань. Не встретив никакого сопротивления, он тут же схватил несколько человек и посредством гипноза допросил их о местоположении братьев Чжань Цинфэна и Чжань Юшу.

Хотя численность семьи Чжань довольно большая, однако на тайных совещаниях высшего порядка мог присутствовать очень ограниченный круг лиц. Так что о местонахождении братьев Чжань знало не так много людей.

Только после того, как Мосе опросил около дюжины людей подряд, он, наконец, узнал, что несчастных братьев сослали в Подземелье для закалки их душ… а точное местоположение знали вообще лишь единицы. Единственная зацепка — это какое-то тайное подземелье. Цзюнь Мосе, как обычно, со всем бесстрашием двинулся туда напролом со скоростью урагана! Он ведь не мог позволить себе вернуться обратно без какой-либо информации… Опустившись на землю, Мосе тут же проник под землю, где как раз и находилось секретное место семьи Чжань!

Подземный зал семьи Чжань — это самое секретное место для любого, живущего в этом мире! Даже сам Четырнадцатый Шао не смог бы спокойно туда проникнуть, однако для молодого мастера, который обладал способностью к метаморфозам, силой земли и техникой тайного перемещения Инь-Ян, попасть туда — это всё равно, что сходить на задний двор дома. Просто прогулка в воздухе!

Семья Чжань контролировала всё очень строго, даже слуги, работающие в подземном зале, не имели права выходить за его пределы всю свою жизнь! Нарушителей тут же убивали, а подавляющее большинство людей так вообще были рождены и выращены под землей, не видя и лучика солнечного света!

Поэтому все они были похожи на зомбаков: лица бледные-бледные, словно в их телах совсем не было крови. Цзюнь Мосе поначалу подумал, что попал в мир белокожих, он был шокирован увиденным. Ему показалось, что эти люди белее его зубов! Даже настоящие белокожие иностранцы из его прошлой жизни казались ему не такими белыми… Как же это было пугающе…

На этот раз всё было относительно просто. Мосе схватил двух проходимцев и, просканировав их сознания, обнаружил местонахождение того Подземелья, куда сослали братьев Чжань. Молодой мастер даже не стал использовать гипноз или технику материализации души, ведь здесь ему не нужно было скрываться!

Те слуги, которых просканировал Цзюнь Мосе, теперь живыми трупами лежали на земле, их души и сознание были разбиты на куски — восстановиться после такого слишком тяжело!

Глава 1004. Дьявольские пожиратели душ

Что же касается причины — всё довольно просто: Цзюнь Мосе решил создать ложное впечатление! То есть заставить других людей думать, что семья Чжань перешла дорогу какому-то таинственному и очень могущественному сопернику. И приёмы, которыми владеет этот человек, выходят за рамки обычных техник, о которых знают все остальные. Он не только жесток и бессердечен, но ещё и любит издеваться над людьми, мучить их…

И главной целью этого плана было сделать так, чтобы у людей даже не закралось сомнений, что обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь, имеет какое-либо отношение к этому!

Хотя это было довольно жестоко, Мосе и не думал о пощаде! Он считал, что в отношении семьи Чжань, такое отношение ещё милосердно.

Когда молодой мастер стремительно бросился к месту закалки души около входа в Подземелье, Мосе даже и не мог предположить, что это место пролегает над тайной комнатой, в которой вели собрание шестеро самых влиятельных людей семьи Чжань!

А Чжань Луньхуэй, старик, который перерождался несметное количество раз, каким-то неведомым способом смог почувствовать запах Цзюнь Мосе! Хотя его ощущение было незначительным и очень слабым, это был серьёзный повод насторожиться!

Цзюнь Мосе, пролетая на полной скорости, вдруг услышал над своей головой какие-то звуки, словно жужжание насекомых. В один миг эти странные звуки размножились, и уже стали исходить из-под земли.

В одно мгновение все люди под землёй насторожились, и уже были готовы в любой момент броситься в бой!

На протяжении стольких лет ни один человек никогда не вторгался в их подземный мир! Сейчас, неожиданно, враг пожаловал прямо в их логово! Для семьи Чжань их связь с этим местом была крайне секретным делом, разумеется, они были в большой панике! Если они дадут уйти своему незваному гостю, тогда тайна семьи Чжань будет раскрыта, и новость об этом за одну ночь облетит весь Призрачный Дворец!

В таком случае, все остальные главные семьи, несомненно, насторожатся, так как, если семья Чжань так тщательно это скрывала, значит, им действительно есть что скрывать. Если Чжань захотят что-то сделать, сложность осуществления каких-либо действий будет увеличена в несколько раз, вплоть до того, что семья Чжань станет главным врагом для всех остальных семей. В итоге, из-за одной ошибки участь Чжань будет очень незавидной, и это вполне возможный из исходов!

Стоит однажды оступиться, и всё коту под хвост!

Поэтому для семьи Чжань это событие имело оглушительное значение!

Они во что бы то ни стало должны схватить этого человека, и уничтожить! Только тогда они смогут вздохнуть спокойно!

Перед Цзюнь Мосе возникали разные силуэты, пять или шесть человек в чёрных одеждах появлялись один за другим, пролетая вдоль и поперёк, в одно мгновение они собрались все вместе.

— Кто-нибудь что-нибудь почувствовал?

— Нет! Этот подлюга не оставил нам никаких следов! Единственное, что удалось определить — он ещё не покинул пределы подземного пространства, к нашему большому счастью!

— Не ушёл, и то хорошо! Всем продолжать поиски! Мы обязательно должны схватить его! Он ни за что не должен уйти от нас!

Пять силуэтов, разделившись на пять направлений, стремительно исчезли.

«Богатства семьи Чжань, в самом деле, довольно обширны. Каждый из этих людей обладает уровнем Достопочтенного мастера! А фактические силы приравниваются почти к Шенхуану. Из этого следует, что планы семьи Чжань не шуточные! — Цзюнь Мосе наблюдал за тем, как эти пятеро человек кинулись в разные стороны и одновременно думал: – Эти пятеро человек наверняка уже на протяжении довольно длительного времени что-то промышляют здесь под землей. Для простых людей заговор семьи Чжань тогда станет ещё более ошеломляющим…»

В этот момент вдруг раздалось какое-то странное щебетание. Все люди, которые занимались поисками незваного гостя, без доли сомнения стремительно снова вернулись в своё тайное убежище!

Тарахтящий звук так и не утихал. Все пятеро поодиночке чрезвычайно резкими движениями бросились плотно закрывать двери тайной комнаты! Оставив лишь один сквозной проход, ведущий наружу!

«В чём дело?» — Цзюнь Мосе недоумевал. Почему сначала они так сильно всполошились, а потом резко одумались? Прекратили все поиски? Ну и что это ещё за методы такие? Неужто решили просто забить?

Обуреваемый сомнениями Цзюнь Мосе вдруг услышал ещё один странный звук, напоминающий жужжание. Вдруг, откуда ни возьмись, появилась огромная туча странных летающих насекомых, внешне напоминающих пчёл. Сверкая своими крылышками, они влетали через все двери. Целая тьма жужжащих тварей, как минимум в количестве нескольких тысяч особей!

«Неужто эти причудливые насекомые должны отыскать мои следы? От них вообще есть польза?» — Цзюнь Мосе по-прежнему находился в невидимом состоянии Инь-Ян, которое приравнивалось к пустоте, в которую ни одно живое существо не могло вторгнуться, поэтому Мосе был совершенно спокоен. Он совершенно не чувствовал страха. Максимум недоумение и озадаченность, но это не страшно. Похоже, эти странные летающие насекомые были одним из специфических методов поиска, которым обладала семья Чжань.

К сожалению, столкнувшись с молодым мастером Цзюнь, их ждало только разочарование. Мосе усмехнулся про себя, как раз собираясь снова вторгнуться в пространство тайной комнаты, где ублюдки Чжань осуществляли операцию по его поимке. Остановившись на некоторое время, он увидел, как эти насекомые двигаются именно в том направлении, где располагался он!

К тому же каждое насекомое двигалось прямо к цели!

«Неужели эти твари действительно способны учуять меня? — задумался Мосе, пристально всматриваясь в насекомых, которые двигались прямо к нему: — До сих пор Инь-Ян никогда не подводила меня, неужто сегодня эти мелкие существа сломают её?»

Предположение Мосе было верным. Сами по себе эти насекомые почти не имели силы для атаки. Как-то раз, находившись в опасном положении, Чжань Луньхуэй случайно обнаружил этих насекомых. Эти насекомые жили в местах плотного скопления трупов, так как они могут плодиться лишь с помощью трупного газа, а ещё при полном отсутствии боевой мощи, они обладали одной поразительной способностью — могли поглощать души умерших. Благодаря таким природным особенностям, они были особенно чувствительны к душе живого человека.

После того, как Чжань Луньхуэй обнаружил их, он решил, что несмотря на отсутствие у них боевой силы, они могут хорошо пригодиться при обороне или выслеживании врага. Он начал заниматься их развитием и ростом, назвав их «Дьявольские пожиратели душ». Использовав их много раз до этого случая, они никогда не ошибались; поняв, что люди бессильны в поисках незваного гостя, он выпустил их на работу.

Результат был очевиден: Дьявольские пожиратели душ тотчас же определили местоположение Цзюнь Мосе!

Хотя Мосе находился в состоянии невидимости, и никто не мог увидеть его, однако целью насекомых было вовсе не «увидеть» его. Пусть он был пустотой, но он по-прежнему имел живую душу.

Разумеется, сейчас силы Цзюнь Мосе были ещё совсем поверхностными, он был не в состоянии применить технику Инь-Ян во всей её мощи. Подлинная пустота сейчас находилась в неясном состоянии: наполовину пустой, наполовину материальной. Так что-то, что эти насекомые, будучи очень чувствительными по отношению к живой душе, смогли обнаружить его, это вполне логично!

Однако Цзюнь Мосе, который был ещё мало сведущ в степени мощности техники Инь-Ян, сейчас в самом деле смертельно испугался. Он и не подозревал, что в этом мире есть такие необыкновенные существа!

«Неужто, в самом деле, на каждое действие найдется своё противодействие? Такие неприметные малютки в одночасье разрушат ни разу не подводившую меня технику Инь-Ян?»

В тот момент, когда насекомые обнаружили его, он вдруг почувствовал присутствие максимально отрицательных и злых помыслов.

В то же мгновение воздух наполнился тошнотворным трупным запахом!

Цзюнь Мосе сразу же понял, что уже не впервые чувствовал подобное. Из глубины души у него поднялось сильное чувство отвращения. Так как во время того, когда он осматривал цинюнь семьи Чжань, ему довелось встретиться со свирепым чувством ненависти и неприязни, и оно очень напоминало то, которое он учуял сейчас!

В это время, на расстоянии где-то в пятнадцать метров от него, внезапно появился человек с улыбающимся лицом, словно круглощёкий богач. Он обратился прямо к Мосе:

— Ваша ловкость исключительна! Раз вы прибыли к нам, почему бы вам попросту не предстать перед нами в своём обличии, а наша семья Чжань выполнит обязанности хозяина? Выпьем по бокальчику и спокойно поговорим. Заменим щиты и копья на нефрит и шёлк, превратим оружие в драгоценные подарки, и станем просто хорошими друзьями, как вам такое предложение?

Цзюнь Мосе не ответил. Пусть он обнаружен, но по-прежнему был храбр, пока он был в безопасности, и ему незачем было пускаться в бегство, зачем паниковать? Бросать дело на полпути никогда не было в характере Цзюнь Мосе!

К тому же, похоже, что только эти насекомые могли обнаружить его местоположение, а эти люди, согласно реакции насекомых, определили его примерное расположение, много ли пользы в этом?

Рассмеявшись с хрипотцой, Цзюнь Мосе очень странным голосом, откликнулся:

— Молодёжь Чжань, неужто вы решили, что сможете поймать меня, старика, с помощью этих летающих червяков? Стало быть, вы очень наивны!

Не успел он закончить фразу, как вдруг за его спиной раздался ещё один холодный голос:

— У нас нет интереса ловить тебя! Потому как раз ты заявился сюда, значит, у тебя уже не будет возможности выбраться отсюда живым!

Мосе повернулся и увидел на расстоянии в двадцати метрах от себя окружённого насекомыми человека в чёрном. То, как он стоял, навело Мосе на мысль, что ему остаётся только вынуть меч из ножен и броситься в бой!

Похоже, этот человек сам по себе был как острый уникальный меч! От него исходил ледяной холод, и жажда убийства бурлила в нём!

Цзюнь Мосе решил тихонько просканировать их, и неожиданно обнаружил, что эти двое совершенные мастера, мастера наивысшего порядка! К тому же их фактическая сила намного превосходит пределы уровня Шенхуана!

Учитывая силы Мосе на данный момент, в случае решающего боя он не смог быть достойным соперником ни одному из них! А сейчас он рисковал столкнуться с ними обоими одновременно!

Кажется, дело дрянь!

Цзюнь Мосе хриплым голосом произнёс:

— Смешно сказано! Я никогда не боялся смерти. Попав в этот мир, я и не думал, что смогу вернуться отсюда живым!

— Что за чепуха? Смерть так близка, а ты мелешь такую чепуху! Сегодня я покажу тебе преисподнюю! — договорив, человек с насекомыми внезапно бросился вперёд. Дьявольские пожиратели душ, окружающие его, поднялись вверх, после чего, словно сотни мечей, направились к Цзюнь Мосе!

Мосе фыркнул и медленно увернулся в пустоте. Вслед за этим его правая рука дёрнулась, и клуб раскалённого пламени в мгновение заполнил весь коридор!

Глава 1005. Ужасное подземелье трупов!

Весь коридор в одно мгновение охватило полыхающим огнём, волна мучительного жара заполнила всю тайную комнату семьи Чжань!

Те двое в тот же момент погрузились в бушующий огонь!

— Как подло! Взять и устроить пожар!

Необычайно холодная сила в один миг пробила дорогу наружу, из огня появилась одна голова, а вслед за ней сразу же другая. Холодное, как лёд, дыхание постепенно уничтожило весь огонь, даже на каменных стенах с обеих сторон появился слой инея!

Жаркое пламя в одно мгновение исчезло из поля зрения, а силуэты двух соперников снова возникли перед Мосе. На них не было ни единой царапины, но на лицах их были очень злые выражения!

Причиной было то, что, несмотря на то, что они нисколько не пострадали от волны бушующего пламени, однако все дьявольские пожиратели душ были полностью сожжены! Ни одного насекомого не осталось в живых!

Сейчас весь коридор наполнил характерный запах палёного.

Оказывается, изначально главной целью пожара были вовсе не эти двое мастеров, и даже не то, чтобы доставить дискомфорт их взору, а полное уничтожение этих магических насекомых, чтобы Мосе мог быть спокоен за свою технику невидимости!

Наблюдавший из укрытия за обстановкой Чжань Луньхуэй был дико ошарашен произошедшим. Руки его дрожали, и он не мог поверить в увиденное.

— Как это возможно? — эта фраза невольно сорвалась у него с языка!

Остальные тоже ничего не понимали, но почему и Чжань Луньхуэй не мог понять в чем дело?

Если бы этих дьявольских пожирателей душ можно было бы так легко сжечь с помощью огня, они бы никогда не удостоились внимания со стороны Чжань Луньхуэя, и он тем более не стал бы их применять в качестве охранительных средств! Ранее Чжань Луньхуэй проводил множество экспериментов с ними, и был уверен, что дьявольские пожиратели душ вовсе не боятся огня!

Даже в условиях пылающего пламени, при самой высокой температуре эти насекомые могли провести более часа, и ни одна шерстинка с их крохотного тельца не страдала, это никак не влияло на них!

Однако столкнувшись с таким неожиданным происшествием, всегда дальновидный и расчётливый Чжань Луньхуэй не мог принять, что три тысячи его питомцев, за которыми он усердно ухаживал, уже превратились в кучу пепла под действием какого-то удивительного огня!

Если этот огонь настолько удивителен и необычен, как могло получиться, что холодный удар ладони моментально смог ликвидировать его?

Всё это выглядело крайне странно, просто уму непостижимо!

На самом деле, этого никто не мог понять.

Так как в этом сквозном проходе не было никакого освещения, и он был полностью погружен во мрак, никто и не заметил, что в ту минуту, когда появился огонь, одновременно с ним незаметно возникло тёмное пламя.

На самом деле, только после того, как это тёмное пламя загорелось, разгорелся пожар, который и поглотил весь проход. Хотя эти процессы протекали почти одновременно и близко друг от друга, различие между ними всё-таки было. Когда разгорелся большой пожар, эти насекомые уже были атакованы тёмным пламенем, обратившим их в пепел! Когда пожар заполнил собой всё пространство, тёмное пламя, добившись успеха, незаметно исчезло, а разгоревшийся огромный пожар был лишь трюком для отвода глаз!

Иначе бы этот холодный удар ладони вряд ли бы смог спасти ситуацию!

Сейчас, когда пожар отступил, в этом месте снова наступила темнота!

Чжань Сяо Сяо и Чжань Ту гневно буркнули, и тут же бросились в атаку к месту, откуда впервые раздался голос их загадочного гостя. Они неистово атаковали, пока не поняли, что их Суань уходит в пустоту. Они не чувствовали никакого напряжения, за исключением того, когда Суань выходила из-под контроля и ударялась о каменную стену.

Их противник был уже далеко отсюда!

Они оба были опытными мастерами и, обнаружив, что противник ушёл, они не стали тратить впустую собственные силы, и, не сговариваясь, одновременно прекратили нападение. Переглянувшись, они заметили в глазах друг друга неподдельный страх и панику!

Кто этот человек?

Человек, который может сохранять себя невидимым даже при свирепой атаке двух могущественных Достопочтенных мастеров, который способен с лёгкостью уничтожить три тысячи дьявольских пожирателей душ, а потом преспокойно исчезнуть, не оставив и следа!

За всё время ни один из этих двух Достопочтенных не заметил и следа, оставленного этим загадочным человеком!

В то же время этот человек добился блестящих результатов, находившись прямо перед ними!

Кому сказать — не поверят, просто удивительное происшествие!

Они даже и не подозревали, что Цзюнь Мосе и в самом деле решил остановиться на этом, покинув их.

Молодой мастер прислонился к каменной стене, и мгновенно проникнул в неё. Сначала он собирался, продолжая оставаться невидимым, прибегнуть к волшебному мечу из крови Яньди и Хуанди, раскрыть свои удивительные способности совершенствования, и произвести неожиданное нападение на них, избавиться от этих двоих, или хотя от одного, что тоже было бы неплохо.

Однако вслед за этим он понял, что, несмотря на свои добротные силы Шенхуана третьей ступени, он может и сильнее Цао Гофэна, но в сравнении с этими двумя, всё-таки довольно слаб! К тому же сейчас эти двое будут изо всех сил защищаться, и, если он рискнёт и начнёт атаку на них, он не только не добьётся больших успехов, но и вообще может выдать себя!

Поэтому Мосе решил через силу подавить мысль о внезапном нападении в своей голове.

Воспользовавшись растерянностью этих двоих, он, применив стихию земли, направился к обратной стороне стены, продвигаясь сквозь камень! Разворачивая стихию земли, он почувствовал, что толщина этой каменной скалы была намного больше, чем у всех, где ему доводилось бывать. Прошлые каменные стены были толщиной максимум в три метра, а толщина этих стен приравнивалась примерно к тридцати метрам! Однако, пройдя даже больше тридцати метров, Цзюнь Мосе не обнаружил конца стены.

Видите ли, подземное логово семьи Чжань было поистине огромных размеров, нижний скальный пласт был почти полностью насквозь пробит. Спрашивается, зачем без видимых на то причин пробивать каменный пласт толщиной более тридцати метров? За этой каменной стеной непременно должна скрываться какая-то огромная тайна!

Цзюнь Мосе, собрав всю свою волю в кулак, уверенно продолжил двигаться вперёд. Так или иначе, он в невидимом состоянии Инь-Ян, при нём его пять волшебных стихий, чего ему бояться?

Преодолев ещё примерно два десятка метров сплошной стены, он внезапно почувствовал какой-то скверный запах, который бил ему прямо в нос. В тот же миг Мосе испытал резкий рвотный позыв!

Приглядевшись, молодой мастер невольно пришёл в ярость!

Перед его глазами предстало огромное широкое пространство, возможно, кто-то назвал бы это пропастью или бездной! Всю эту пропасть устилало несметное множество трупов! Слой, нагромождавшийся на другой слой, один за другим, на взгляд их насчитывалось как минимум более десяти тысяч!

Самый нижний слой уже полностью сгнил, отовсюду торчали непогребённые голые кости, трупы на самом верхнем слое выглядели ещё совсем как живые люди, очевидно, они были убиты совсем недавно, а потом их скинули сюда.

Сейчас Мосе находился на самом дне отвесной скалы под пропастью с множеством трупов!

Раздался звук, подобный шлепку, капли крови разлетелись в разные стороны, и ещё около десятка трупов полетели прямо в пропасть. Потом раздался чей-то голос, наполненный уважением и почтением:

— Уважаемый предок, сегодняшние триста тел полностью здесь. У вас будут ещё какие-нибудь указания? Если этого количества недостаточно, я тотчас же распоряжусь возобновить работу!

— Эм… в этот раз хорошо поработали, — раздался другой мрачный и внушающий страх голос: — Единственное указание — ни в коем случае не забывай, что завтра будут нужны ещё пять сотен трупов! И они обязательно должны быть свеженькими, падаль не нужна. Только попробуй притащить хотя бы один труп с душком!

Цзюнь Мосе посмотрел туда, откуда раздавался этот голос, и увидел высокий каменный стол, и старика, больше похожего на скелет, обтянутый кожей. В руках у него был какой-то причудливый и длинный по своей форме предмет, а перед ним — треножный сосуд, из которого слабо развивался тёмный дым… к нижней части этого треножного сосуда было присоединено девять тонких трубок, которые, в свою очередь, тянулись к самому низу ямы с трупами…

— Уважаемый предок, наверняка… — в этом голосе чувствовались нотки страха и сомнения, но он всё-таки продолжил: — В окрестностях уже убито довольно большое количество людей… если снова вырезать такую большую партию людей, боюсь, найдутся те, кто захочет вмешаться… На самом деле, семьи Мяо, Чжан и некоторые остальные уже занимаются расследованием пропавших людей… Если снова совершить налёт, боюсь, тогда…

— Мальчонка, чего ты боишься? — снова раздался мрачный голос: — Надо лишь работать чисто, и будь то сотня убитых, или тысяча, кто что скажет? Это простые ничтожные людишки, кто вспомнит о них? Если здесь будет недостаточно голов, можете отправиться в Город сердечных грёз, поработать там, и чем больше, тем лучше…

— Есть… Только нужны ваши указания, потому как, чтобы отправиться в Город сердечных грёз, нужны ещё люди — расстояние всё-таки не маленькое. И ещё необходимое количество трупов очень велико, боюсь, потребуется больше рабочих рук. Если мы будет действовать в одиночку, боюсь… нам будет не по силам, но мы не хотим провалить ваше задание…

— Да, ты говоришь разумно. Отправляйся и найди Чжань Вуюня, пусть он позаботится об этом. Обязательно передай ему, что я здесь уже нахожусь в завершительной фазе! Категорически воспрещается делать паузу! Если остановить подпитку людьми, боюсь, есть опасность поставить крест на всех затраченных усилиях!

— Есть. Тогда я поспешу откланяться, — здоровый мужчина с почтением поклонился, и медленно вышел.

Цзюнь Мосе медленно вылетел из каменной стены, и пристально вгляделся в этого немощного старика. Замысел убийства в его сердце непрерывно увеличивался!

Судя по тому, что он увидел здесь, он понял, семья Чжань готовит большой заговор, для осуществления которого необходимо массовое жертвоприношение, и только тогда, с силой душ умерших они достигнут своей цели…

Этот старик с такой лёгкостью распоряжался человеческими жизнями… Его поведение было не просто жестоким, а крайне бесчеловечным!

Ледяной холод Мосе был очень насыщенным, он уже замахнулся, и был готов броситься в атаку на старика, как вдруг в дверном проёме сверкнул ещё один силуэт. Этот человек зашёл и равнодушным голосом произнёс:

— Ну как? Какие успехи сегодня?

Увидев бы впервые его, Мосе никогда бы не смог угадать, чем на самом деле занимается этот человек!

Глава 1006. Атака! Неожиданный поворот!

А всё потому, что вошедший оказался молодым человеком, в возрасте не более тридцати лет, благородный и интеллигентный с виду, с очень бледным лицом, настолько бледным, что, казалось, даже его глаза были тусклыми и неясными, и сливались с лицом…

Цзюнь Мосе ошибочно считал, что столь заинтересованный голос должен был иметь такой же старый оборотень, как тот, что восседал у треножника, он бы никак не подумал, что человеком, произнесшим эти слова, окажется столь молодой господин!

Вот так неожиданный поворот!

«Засохший» старик только поднялся, но ещё не успел сказать и слова, как этот молодой мужчина внезапно нахмурился, и с подозрением посмотрел на то место на стене, где как раз находился Цзюнь Мосе…

«Неужели он заметил меня?» — Мосе вздрогнул, и вдруг его осенила идея. Он трансформировал своё состояние Инь-Ян, и его тело растворилось в здешнем трупном запахе…

Тот молодой мужчина с озадаченным лицом осмотрел всё ещё раз, но не заметил ничего необычного. Наконец он медленно продолжил говорить:

— Человек, который вторгся к нам сегодня, обладает какими-то удивительными приёмами, уровень его Суань невозможно определить, к тому же он появляется как дух и исчезает как призрак. До сих пор так и не установлено, где он находится сейчас, или же он вообще ушёл… Вне зависимости от того, ушёл он или до сих пор здесь — для нас это огромная катастрофа. Если он всё ещё не убрался отсюда, боюсь, все тайны нашей семьи для него уже далеко не тайны…

Он ненадолго прервался, а потом продолжил:

— И самое страшное во всём этом то, что в том случае, если этому загадочному гостю удалось уже уйти… Независимо от того, кто он, теперь ему известны все тайны нашей семьи, а этого вполне достаточно, чтобы привести нас к краху! Поэтому, ты должен в самые кратчайшие сроки собрать максимальное количество трупного запаха, и полностью закупорить каналы семьи Мяо, чтобы остатки от их цинюнь в течение трёх дней перешли в каналы нашей семьи, только так мы сможем уклониться от этого удара! Вне зависимости от реакции других семей, но они наверняка попытаются подавить нас. А чтобы принять меры, им понадобится, по крайней мере, три дня! Это наше время!

Старик вздрогнул, и витиеватым языком сказал:

— Разумеется, я тоже понимаю серьёзность произошедшего, но… если действительно поступить так, боюсь… временные границы слишком сжаты, а значит, будет очень легко допустить ошибку… Прадед, ты тоже опытный человек, и должен знать, что в таком деле самое опасное — это спешка! С самого начала мы обратились к методам, которые нарушают законы природы, и на случай, если действительно произойдёт какое-то неожиданное происшествие, тогда чрезвычайно трудно будет спасти положение…

Молодой мужчина спокойно ответил:

— Конечно, я всё понимаю. Но сейчас мы находимся в таком положении, что у нас больше нет времени откладывать это. Нам остаётся только приложить все свои силы и двигаться только вперёд! Наши тайны уже просочились наружу, и если мы не доведём дело до конца, это равносильно катастрофе для нас. У нас уже не будет возможности вернуться назад и всё повторить! Пусть даже наша семья сильна, но, столкнувшись в одиночку с Правителем и остальными семью семьями, шансы на успех минимальны! Человеческие ресурсы имеют свойство заканчиваться. Ничто не вечно под луной… У нас просто нет другого выбора! — молодой мужчина резко поднял голову и со злостью произнёс: — Чёртов незваный гость! Кто он, в конце концов? Хотя мне плевать, кто он такой, но если наша семья не сможет справиться с этим ударом, я во что бы то ни стало похороню его вместе со всем его родом!

— В таком случае, я приложу все свои силы, чтобы завершить процесс, – сморщенный старик долгое время пребывал в размышлениях, а потом грозным тоном ответил. На его лице было героическое выражение, будто, чтобы завершить это дело, ему требовалось принести себя в жертву…

— Не беспокойся, когда покончишь с этим делом, я знаю, как восстановить ущерб, нанесенный твоему долголетию. Потребуется максимум один год, и ты полностью восстановишься, и, возможно, у тебя получится даже продвинуться вперёд!

Этим молодым мужчиной был Чжань Луньхуэй, в эту минуту его голос был так же серьёзен.

— Большое спасибо, прадед!

Сморщенный старик — это Чжань Тянь Цзи.

Услышав это, он невольно успокоился. То, чем он занимался, было техникой, основы которой нарушали законы природы. Хотя это также считалось искусством фэн-шуй, оно требовало максимальной отдачи, а именно подпитки его жизненной силой, если бы не так, он бы навряд ли похудел до такого ужасающего состояния…

Договорив, Чжань Луньхуэй не стал более задерживаться, и сразу же поспешил покинуть этот каменный грот.

Увидев, что Чжань Луньхуэй ушёл, Чжань Тянь Цзи ещё долго стоял неподвижно, тщательно что-то обдумывая. После этого он тяжело вздохнул, снова сел, поджав под себя ноги, и глубоко вдыхая воздух. Вдруг он резко хлопнул в ладоши, и всё пространство грота озарилось светом…

Вслед за вспыхнувшим светом, из ямы с трупами начал раздаваться какой-то странный звук…

Остановившись ненадолго за дверью, Чжань Луньхуэй, услышав этот звук, довольно улыбнулся. Это знаменовало первый этап. После этого он ушёл…

Цзюнь Мосе поднял голову и увидел, что на потолке каменного грота был выгравирован чертеж, а именно — девять вершин Призрачного Дворца.

На этом чертеже вершины были соединены между собой, как каналы в теле человека, они смутно сияли.

Испарения от издававших звон трупов медленно сгущались в воздухе, в итоге сформировавшись в тёмно-фиолетовый воздушный поток с вредоносной Ци, который скользнул в треножник, стоявший перед Чжань Тянь Цзи, все девять трубок которого внезапно пришли в движение…

Вслед за этим тонкий луч тёмно-фиолетового света вырвался из сосуда, и стремительно ударил по вершине семьи Мяо, изображенной на чертеже. В один миг цвет вершины сменился мрачный тёмный…

В тот же момент Чжань Тянь Цзи изо всех сил злобно крикнул:

- Вперёд!

Тёмный газ стремительно взлетел в левый верхний угол каменного грота, после чего это место стало каким-то тусклым и туманным… Что до этого тёмного газа, он также стремительно исчез из этого места, и, разумеется, он пропал именно в том самом месте, где располагались каналы семьи Мяо!

Цзюнь Мосе был на сто процентов уверен, что точкой «нападения» этого газа было главное место сообщения каналов семьи Мяо с горной вершиной!

Завершив свои манипуляции, лицо Чжань Тянь Цзи окрасилось в ярко-красный цвет, он сильно закашлялся, глубоко вдыхая в себя воздух. По-видимому, он нисколько не брезговал дышать воздухом, так обильно наполненным отвратительным трупным запахом…

Спустя некоторое время, его лицо снова приняло свой обычный мертвенно-бледный цвет, а кожа на лице стала ещё более дряблой и обвисшей… Глаза его были абсолютно лишены блеска, он продолжал всё так же сидеть, а по его каналам циркулировала чистая и впечатляющая Суань.

За считанные минуты он полностью восстановил свои физические силы. В это время треножник, стоящий перед ним, так и не прекращал своё движение, все девять трубок также непрерывно содрогались, а из ямы с трупами то и дело раздавался звон…

Вскоре сильный трупный запах стал медленно сгущаться!

И вслед за этим влажный налёт красного цвета неспешно заполнил правый верхний угол грота, а потом, как и в прошлый раз, развернулся и исчез из поля зрения!

Цзюнь Мосе, который имел некоторые знания об искусстве фэн-шуй, наконец понял тайный замысел сего действа!

Оказывается, вот почему семья Чжань порешила столько человеческих жизней — собрав трупы умерших в этом месте, этим самым они пытались стимулировать мощное чувство ненависти между небом и землёй, накопить максимальное количество вредоносных испарений, которые выделяют разложившиеся трупы, а потом с их помощью разрушить сложившийся порядок расположения девяти вершин Призрачного Дворца, блокировать двигатель вращения цинюнь зажиточных семей, и, наряду с этим, полностью закупорить каналы семьи Мяо, чтобы цинюнь Мяо перешла к семье Чжань!

Глядя на яму, до верха заполненную непогребёнными костями, ясно одно — как минимум несколько десятков тысяч людей понапрасну лишись своих жизней ради зловещего замысла семьи Чжань!

Каждый день уничтожалось по триста людей, и это число ещё могло возрастать до пяти сотен; кажется, изначально число трупов было намного меньше… В таком случае, на протяжении сколького времени Чжань промышляет этими жестокими поступками?

Независимо от их целей, Цзюнь Мосе был крайне возмущён таким безжалостным и жестоким поступком!

«Я тоже… когда-то был простым человеком! Может, у нас и нет каких-то выдающихся способностей, и нам не всегда удаётся понять замыслы людей из высшего общества, всё же мы никогда не давали своё согласие быть жертвенными животными в погоне больших людей за властью!»

Рука Мосе уже находилась в пространстве Пагоды Хунцзюнь и крепко сжимала рукоятку волшебного меча!

Замысел убийства в его сердце медленно сгущался и постепенно двигался к своей наивысшей точке!

Чжань Тянь Цзи сделал короткую передышку, чтобы восстановить свою изначальную Ци.

«Дело не терпит отлагательств, и халатность здесь ни к чему…»

Он немедленно приступил к следующему кругу моления об искуплении усопших!

На глазах снова сформировался тёмно-фиолетовый воздушный поток. На немощном лице Чжань Тянь Цзи появилась улыбка. Несмотря на то, как ему было тяжело, он всё же радостно улыбался…

По указанию его пальца, тёмно-фиолетовый поток поместился в сосуд, побурлив там немного, из него появился тёмно-фиолетовый луч света…

В этот момент Чжань Тянь Цзи был наиболее слаб и, наряду с этим, наиболее расслаблен! Так как последующие пункты процесса могли завершиться самостоятельно, и там вовсе не требовалось его вмешательство…

Однако в этот миг даже обычный вздох забирал у него массу сил! Хотя он был мастером Достопочтенного уровня, его слабость была очевидна! Даже человек с неукротимой силой, самовольно испытывая судьбу, и нарушая законы природы, должен будет дорого поплатиться за свои поступки!

И Цзюнь Мосе выбрал это время для атаки. Он сделал всего один прыжок, но уже преодолел расстояние более шестидесяти метров, вмиг добравшись до позиции прямо перед лицом Чжань Тянь Цзи! Его скорость намного превосходила максимум скорости обычного человека!

Тут же вслед за этим, потрясающий блеск меча заполнил всё пространство! Словно всё пространство между небом и землей вмиг обрушилось! Обжигающий глаза блеск ослепил Чжань Тянь Цзи!

Такой неожиданный поворот событий застал старика врасплох, он был жалок и унижен! Чжань Тянь Цзи не предпринимал никаких мер предосторожности!

Здесь — важнейший центр семьи Чжань, а, значит, самое защищённое место!

Это место и Сад чудодейственных растений — последние места в Призрачном Дворце, где могут произойти какие-то происшествия!

Он был уверен, что здесь он никогда не подвергнется неожиданному нападению неприятеля!

Даже учитывая, что сегодня произошёл инцидент, и какой-то могущественный человек вторгся на их территорию, он был по-прежнему уверен, что в это секретное место не пройдёт ни один враг!

Потому как в окрестностях он ввёл особую систему контроля! Без его личного разрешения сюда не мог войти даже сам Чжань Луньхуэй!

Глава 1007. Уничтожить его душу

Чжань Тянь Цзи всегда был уверен в своих силах, он всегда считал, что там, где он — там самое безопасное место! За всю жизнь ни один враг не смог исполнить свои планы насчёт него!

Потому что он — Тянь Цзи!

Тот самый легендарный Тянь Цзи!

Но сейчас, в этот момент, эта было абсолютной неожиданностью!

Более того, эта неожиданность может стоить Чжань Тянь Цзи жизни!

Меч хаотично летал вверх и вниз с уничтожающей энергией, а потом с грохотом полетел вниз!

Чжань Тянь Цзи только успел подумать о том, что заметил острие длинного меча!

Неужели в мире… может существовать такой быстрый сверкающий меч?

Не успел он больше ни о чем подумать, как этот меч глубоко вонзился в сердце Чжань Тянь Цзи!

Чжань Тянь Цзи неистово закричал от боли в сердце и лёгком!

Несмотря на то, что он уже охрип от крика, он кричал очень громко!

В этот момент у него потемнело в глазах, но он понял, что получил серьёзное ранение, и из-за этого у него не осталось так много Суань, чтобы отбиться от врага и спастись… Но Чжань Тянь Цзи всегда был сильным человеком!

Внезапно невероятный меч снова пронзил его грудь, зловещий дух истребления в мгновение высвободился, разорвал его сердце и уничтожил даньтянь! Более того, энергия Суань в данный момент уничтожила пять внутренних органов!

Но для мастера его уровня это не такая травма, чтобы его можно было убить!

Другими словами, у Чжань Тянь Цзи все еще есть шанс выжить!

У него будет шанс на спасение, если он сможет найти последнее нейтральное положение!

Находясь в безвыходном положении, стараясь бороться за последний проблеск жизни, он старался изо всех сил, но его тощие руки внезапно перевернулись, и в них вдруг появился блестящий меч! И в тот же момент, когда появился меч, он, словно злой дракон, стал атаковать прямо перед ним!

Холодным светом блеснул ужасный меч, он высоко взлетел и рухнул вниз! Это был последний удар сильного Мудреца! Даже для людей уровня Цао Гофэна это был смертельный удар! Удар, который уничтожает душу!

На самом деле, Чжань Тянь Цзи не задумывался об убийстве своего противника! У него не было такой глупой идеи!

Эта идея действительно невероятная, абсолютно нереальная!

Противник мог в любой момент его внезапно атаковать, он обладал огромной силой. По крайней мере, находился на том же уровне, что и Чжань Тянь Цзи! Более того, он может быть… намного сильнее него! Иначе эта мысль не пришла бы ему в голову!

Желание Чжань Тянь Цзи на тот момент было очень простое, оно настолько мало, что он надеялся только на то, что он сможет просто ускользнуть от соперника!

Да, просто ускользнуть!

Вероятно, он не сможет вытащить длинный меч из своего тела, хотя пока его рука освобождает рукоять, он сможет очень быстро восстановить Суань и внутреннюю энергию, выйти из тела, и мгновенно покинуть этот склеп!

После этого, естественно, он выберет тело одного из потомков семьи Чжань. Только благодаря сотне с лишним лет совершенствования себя он сможет снова вернуться на нынешний уровень!

Для самого сильного человека уровня Святого Мудреца, тело — это всего лишь телесная оболочка, сдерживающая душу! Нет ничего страшного, чтобы переместиться в другое тело.

Вероятно, он хотел немногого, и противник действительно куда-то исчез!

Хотя Чжань Тянь Цзи всё ещё не может видеть, что происходит вокруг, но с помощью его чутья он смог ясно почувствовать, что противник ослабил рукоять и исчез.

Чжань Тянь Цзи обрадовался!

Он сразу же использовал цигун, с хлопком из дяньтяня вылетела его душа. Хотя из тела всё ещё торчал меч, он уже не представлял для него опасности!

Потому что теперь он уже был готов к перерождению!

Хотя этот меч разрубил его первоначальное тело, его душа смогла выбраться, он был по-прежнему Чжань Тянь Цзи.

Обычно никто в поднебесной не мог противостоять переродившимся душам!

Но сейчас Чжань Тянь Цзи был в отчаянии!

Переродившаяся душа действительно непобедима, но это не значит, что никто и ничто не может ранить его!

Когда Чжань Тянь Цзи начал эту технику, он был рад покинуть раненое тело! Но он вдруг понял, что, кажется, не так быстро улетал, как он представлял… Он присмотрелся и увидел рукоятку блестящего меча!

Меч сверкал в его теле. Это было похоже на глупую шутку… Да, он не мог ошибиться!

Это точно был меч!

Мысли в голове Чжань Тянь Цзи путались. Разве у перерождённой души есть тело, след, тень?

Почему тогда он чувствует физически меч в своём теле?

Чжань Тянь Цзи был в полной растерянности, а затем произошло еще кое-что, что напугало его и привело в замешательство: длинный меч, вонзенный в его бестелесную душу, внезапно разразился невероятной вытягивающей энергию силой, которой невозможно было противостоять! Как огромный кит, всасывающий воду, сконцентрированная внутри него Суань и энергия души очень быстро были полностью поглощены!

Ещё через мгновение он заметил, что недалеко в пустоте спокойно стоял молодой юноша в чёрном одеянии. Он холодно улыбался и смотрел на него…

— Нет! Я не хочу умирать! Я умоляю тебя! Отпусти меня… Я — легендарный Чжань Тянь Цзи, я готов работать на тебя… Я готов сделать всё, что ты захочешь, только отпусти меня! — Чжань Тянь Цзи взмолился о милосердии. Его лицо было полно страха, а переродившаяся душа извивалась, просив пощады… разве что слёзы не летели во все стороны… но юноша в чёрном остался совершенно равнодушным и по-прежнему спокойно там стоял. Был виден только меч. Этот зловещий меч не переставал высасывать энергию из его тела… — Не надо! — душераздирающе, громко прокричал в конце Чжань Тянь Цзи. А в следующее мгновение перерождённая душа снова превратилась в ничто. Вся её энергия была полностью поглощена мечом! Превратилась в чистую энергию, поглощенную кровью Яньди и Хуанди!

Чжань Тянь Цзи всю жизнь был самим собой, до последнего момента своей жизни он пытался вмешаться и изменить свою судьбу против воли Неба! Тем не менее Тянь Цзи непревзойдённый, обладал силой, чтобы сражаться? Тянь Цзи непредсказуемый, обладал силой, чтобы изменить что-то?

Поэтому Чжань Тянь Цзи в конечном итоге умер из-за желания изменить волю Неба!

Чжань Тянь Цзи… Со звоном металла кровь Яньди и Хуанди полностью проникла в меч вместе с энергией. Эта душа действительно принесла пользу!

Какова сила человека уровня Мудреца?

— На этот раз ты доволен? — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, но был немного раздражён: — На этот раз действительно… Я всё уступил тебе, сам не получил ничего…

Кровь Яньди и Хуанди со звонким гудением и, будто радостная, медленно кружилась вокруг него.

Затем Цзюнь Мосе указал пальцем, и кровь Яньди и Хуанди с шелестом полетела в направлении, указанном хозяином. Раздался громкий звон — это взорвался треножник, изначально помещённый на высокую платформу. Тёмно-фиолетовый газ, который были внутри, теперь медленно растворялся в воздухе… Затем кровь Яньди и Хуанди, не останавливаясь, взлетела прямиком к потолку каменного грота. В этот момент снаружи внезапно послышался шелест одежды.

Цзюнь Мосе осмотрелся: ему на руку падал луч света. Он заметил, что внизу каменной комнаты появилась рытвина, и он увидел множество спрятанных тел.

Сначала нужно предать тела земле!

Закончив это, Цзюнь Мосе снова скрылся.

Затем он направил кровь Яньди и Хуанди к мечу в верхнем левом углу каменной комнаты. Появилась странная и необъяснимая сила, которая рассеивалась, собиралась и снова рассеивалась… Это неизвестная красная туманная субстанция распространилась вовне и в мгновение исчезла в неизвестном направлении…

Семья Чжань до сих пор не знала, сколько лет зрел этот великий заговор, сколько совершенных планов талантливых людей были нагло раскрыты и полностью уничтожены молодым господином Цзюнь! Даже судьба семьи Чжань была под угрозой… Небо видит все злодеяния людей и наказывает их за грехи!

Если семья Чжань узнает, что причина этого инцидента на самом деле в Чжань Цифэне и Чжань Юшу, которые спровоцировали Цзюнь Мосе — это будет очень прискорбно. Почему был организован заговор против обладателя непревзойдённой сущности?

Увидев, что это место уже не восстановить, даже если всё расставить на свои места, Цзюнь Мосе забрал кровь Яньди и Хуанди, снова активировал побег Инь-Ян и снова скрылся в скале!

Послышались быстрые шаги.

Первым в бывший каменный грот ворвался Чжань Луньхуэй!

Он только что вернулся в свою прекрасную комнату, непрерывно слушая доклады о ситуации, чем дальше он слушал, тем становился злее!

— Всё ещё нет информации о проникшем сюда человеке…

— В западном крыле его нет…

— В восточном тоже нет, видимо, он уже скрылся…

Слушая эти доклады, выражение лица Чжань Луньхуэя становилось всё более и более злым. Когда семья Чжань стала такой беспомощной? Кто-то ворвался в самое тайное место семьи, хотя они мобилизовали всю силу, но не смогли найти и следа этого человека!

Неужели ему действительно удалось скрыться?

Глава 1008. Утраченные иллюзии!

Возможно, этот человек действительно особенный, ведь даже дьявольские пожиратели душ были уничтожены им подчистую.

Это огромный позор для Чжань Луньхуэя.

С мрачным лицом он сидел в комнате, спокойно разворачивая свою духовную силу в поиске хоть каких-то деталей, однако все его попытки оставались безуспешными. После возвращения Чжань Ту, Чжань Исяо и Чжань Сяо Сяо без каких-либо новостей, Чжань Луньхуэй просто тяжело вздохнул, но ничего не сказал.

Это странное молчание заставило всех испытать чувство тревоги.

Чжань Ту и остальные мастера даже не смели тупо дышать перед Чжань Луньхуэем. Пусть они были сильнее его как минимум на десять уровней, однако все трое боялись и лелеяли Луньхуэя, ведь перед ними — самый настоящий и главный основатель рода Чжань.

Если бы не он, то никого бы с фамилией Чжань просто не существовало в Туманном Призрачном Дворце.

Кроме того, его нынешняя сила являлась результатом преднамеренного подавления, ведь он готовил прочную базу для достижения легендарного пика совершенствования Суань. Если бы не подавление, то сила Чжань Луньхуэя уже давно бы превзошла силы этих троих, взятых в совокупности.

Когда Чжань Луньхуэй разозлился, все трое не на шутку заволновались, но в этот момент раздался свистящий звук издалека, сотрясающий воздух вокруг…

Чжань Сяо Сяо перепугался и выпалил:

— Это со стороны Чжань Тянь Цзи…

Он не успел закончить фразу, как другие мастера сорвались с места. Чжань Сяо Сяо активировал свою атакующую технику и последовал за ними.

Четыре мастера прибыли к подземелью десяти тысяч трупов и были шокированы увиденным зрелищем. Здесь были бессильны знания и умения и Почтенных, и Достопочтенных мастеров.

Перед глазами повсюду творился полный хаос, подземелье уже было непригодно для прежнего использования. Да его даже восстановить-то вряд ли получится! Чжань Луньхуэй в первую очередь беспокоился за трансформацию энергетических потоков. Он первым поднял голову вверх.

Его чуть не вырвало кровью от потрясения: верхушка отвесной горы была абсолютно пустой, на ней не осталось ничего…

В верхнем левом углу каменной комнаты виднелась огромная дыра, а печь для изготовления пилюлей бессмертия была расколота на мелкие куски. Рядом с ней находился обезображенный труп самого Чжань Тянь Цзи.

Чжань Луньхуэй покачнулся, его взгляд просто застыл на одном месте — все его мечты рухнули в одночасье.

Планы и замыслы предков, проводившиеся в жизнь не одно тысячелетие, вдруг были разрушены одним человеком прямо перед самым окончанием. Да ещё и до основания, без единого шанса на восстановление.

Разве этот подземный зал строился не для этого момента? Конечно, это место само по себе совершенно, однако его сердцевина — самая важнейшая часть — была уничтожена подчистую…

Так в чём же смысл этой тяжёлой длительной работы?

За тысячи лет сколько выдающихся детей-воинов родились, выросли и умерли здесь, не видя за свою жизнь и лучика солнца!

В течение тысячелетий совесть была попросту похоронена, здесь происходила практически непрекращающаяся резня. Обычные гражданские понесли огромное количество страданий. А теперь, перед самым решающим моментом…

Всё и вся превратилось в ничто, в иллюзию.

— Прадед… — обеспокоенно выдавил из себя Чжань Исяо.

Лицо Чжань Луньхуэя внезапно покраснело, и его тело сильно качнулось в сторону. С криком «буэ» из его рта хлынула кровь, но он оставался таким же, будто парализованным.

Выплюнув кровь, Чжань Луньхуэй очухался и медленно подошёл к трупу Чжань Тянь Цзи. Он сложил руки, а затем сделал странный жест, и в них появились странные цветные кольца молочно-белого цвета, которые Луньхуэй опустил на тело старика…

Но спустя долгое время никакой реакции не последовало.

В конце концов, Чжань Луньхуэй прекратил какие-либо действия и спокойный суровым голосом сказал:

— Какая жестокость, просто зверская техника… Старик был не просто убит, его душа тоже была полностью уничтожена без шанса на восстановление…

— ЧТО? — остальные три человека, с надеждой наблюдавшие за действиями техники реинкарнации, тут же пришли в дикий ужас.

— Человек, ворвавшийся сюда, действительно имеет злое сердце и жестокий разум… К тому же, его сила, я боюсь, не на том уровне, с которым вы сможете справиться, — Чжань Луньхуэй встал, его длинные волосы вдруг заколыхались в воздухе, хотя в подземелье не было никакого ветра.

— Откройте мне секретную комнату. Вы трое будете защищать меня. А пока я должен как можно скорее восстановить свою силу до наивысшего пика, который мне подвластен на данном этапе. Нам нужна сила, которая станет несравнимой легендой для всей семьи, — в тоне Чжань Луньхуэя чувствовался замысел убийства, хоть он и пытался его подавить: – Прямо сейчас необходимо направить всех имеющихся людей семьи Чжань на поиски человека, повинного в сегодняшней катастрофе. Если они его отыщут, то должны уничтожить этого ублюдка любой ценой. Будет нужно — я сам лично подключусь к этому делу.

Уничтожил тысячелетние планы нашего рода… За такое убить мало, — медленно проговорил Чжань Луньхуэй. В этот момент его глаза источали ужасающий зелёный свет, который даже начал сгущаться в единую субстанцию.

— Прадед, не волнуйся, мы обязательно отплатим этому врагу по заслугам, — во взглядах Чжань Исяо и Чжань Ту тоже промелькнула жажда убийства: — Даже если вся семья Чжань будет уничтожена, мы всё равно должны отплатить этому ублюдку! Мы передадим эту месть нашим детям, внукам и правнукам. Они должны хранить в памяти этого врага, а как только обнаружат — убить его и перерезать всю его семью от мала до велика!

Чжань Луньхуэй не проронил ни слова, лишь молча взглянул на весь хаос и спустя какое-то время сказал:

— Немедленно приступайте к запечатыванию этого места. Заблокируйте здесь всё, чтобы ни один след не просочился наружу.

Затем Чжань Луньхуэй развернулся и ушёл, не вспоминая о произошедшем.

Но чем дальше он уходил, тем понятнее становилось, что его душевное состояние не такое уж и спокойное, как он старался показать снаружи.

Дойдя до выхода, Чжань Луньхуэй остановился, тяжело вздохнул и угнетённо двинулся дальше.

На земле, где он стоял, виднелась маленькая слезинка, медленно просачивающаяся сквозь почву…

В его горле комком застряли слова:

«Чаяния и надежды тысячелетий… всё было разрушено в одно мгновение…

Если бы я только знал это заранее…»

Глядя на исчезающий безжизненный силуэт Чжань Луньхуэя, Чжань Исяо и остальные почувствовали тяжесть на сердцах, словно на них давили все горы мира.

Вслед за торопливым звуком приближающихся шагов в комнату ворвался глава семьи Чжань — Чжань Вуюнь. Увидев ужасающую картину, он оторопел, всё его лицо потеряло весь цвет и стало бледно-зелёным. Вуюнь лишь открыл рот и бессознательно повторял: «Э-э-э… э-э-э…», а затем мощная струя крови вырвалась из него наружу, и он упал ничком.

Такой огромный удар довёл Чжань Вуюня до потери сознания… На его глазах скопились две небольшие слезинки… Абсолютно все надежды, приготовления, старания… Всё было разрушено.

Как тут выдержишь? Ведь это была главная мечта и надежда Чжань Вуюня…

— Нам тоже лучше пойти, — на лице Чжань Исяо не осталось ни следа от прежней улыбки, лишь печаль и скорбь заполнили его. Двое других молча кивнули, а затем подняли тело Чжань Вуюня и вышли из Подземелья…

Если бы они только знали, что их сегодняшняя клятва, данная в порыве гнева, будет исполнена в будущем…

«Даже если вся семья Чжань будет уничтожена, мы всё равно должны отплатить этому ублюдку!»

Кто же знал, что первая часть этой громкой клятвы действительно будет исполнена, и вся семья Чжань скоро исчезнет с лица земли…

Однако вторая половина предложения: «…мы всё равно должны отплатить этому ублюдку!», так и не будет претворена в жизнь…

«Если вы так хотите, то я обязательно помогу вашему роду сдохнуть… Но, касаемо вашей мести — то не держите на этот счёт больших надежд. В конце концов, это попросту неосуществимая затея…» — скрытый в пустоте Цзюнь Мосе усмехнулся, наблюдая, как разгневанные люди семьи Чжань исчезают за каменными воротами. Вслед за этим раздался громкий «Бах», и дверь в подземелье закрылась, постепенно возвращая комнату в прежнюю темноту…

Через некоторое время отовсюду посыпалась огромная гора камней.

Не менее сотни мастеров семьи Чжань, находящиеся снаружи, общими усилиями заполняли подземелье булыжниками, грязью и землей…

Большое количество камней непрерывно падали вниз, заполняя пылью всё вокруг. Всё пустое пространство подземелья исчезало прямо на глазах. Через некоторое время эта отвратительная каменная комната была окончательно заполнена глыбами и грязью, чтобы ни при каких обстоятельствах никто не смог обнаружить там следов или улик…

Что касается молодого мастера Цзюнь, он покинул это место в самый последний момент.

Мосе и не собирался использовать какие-либо доказательства. Его цель — уничтожение семьи Чжань: резать — так резать, убивать — так убивать, зачем ему для этого какие-то улики?

Так называемые «доказательства» нужны человеку для того, чтобы огласить это перед массами и восстановить справедливость. Но для Цзюнь Мосе это абсолютно бессмысленная вещь.

Другие люди всё равно ни во что не поверят, так что лучше разобраться в этом деле своими силами.

По сравнению с членами семьи Чжань, которые в сумасшествии разыскивали своего врага, молодой мастер оставался абсолютно спокойным и продолжал исследовать тайное Подземелье. Ведь основная цель этого путешествия ещё не была достигнута…

Глава 1009. Подземный путь закалки души!

«Уничтожить тайное место семьи Чжань и остановить подлые замыслы Чжань по срыву расстановок фэн-шуй… Уверен, что для Призрачного Дворца, что для семьи Мяо это поистине хорошая новость! Если в Призрачном Дворце не будет повода для волнений, значит, семья Мяо тоже будет в безопасности…»

Поступок, который сегодня совершил Цзюнь Мосе, имел огромное значение для всего Призрачного Дворца. Благодеяние, равное по ценности спасению жизни человека. Однако внутри у Мосе до сих пор не было чувства удовлетворения. Потому как для него это было лишь второстепенным заданием, которое он совершил попутно и не более.

После непрерывных допросов некоторых человек, Цзюнь Мосе, наконец, нашёл цель своих исканий, в другом, тоже довольно таинственном месте!

Тьма расстилалась перед его глазами, наполненная необыкновенно мрачной атмосферой, и какими-то мерзкими звуками, от которых у людей вставали волосы дыбом.

Молодой мастер обладал острым зрением, он заранее обратил внимание на отвесную скалу, расположенную впереди, там было выгравировано несколько иероглифов: Подземный путь закалки души!

Казалось, в этом месте совершенно нет шансов на выживание, даже эти иероглифы были мертвенно-холодного цвета, и от них веяло мрачным ужасом.

По-видимому, это было сделано специально семьёй Чжань, и использовалось в качестве закалки организма и воли молодых учеников.

Цзюнь Мосе, нисколько не сомневаясь, влетел прямо внутрь.

Весь путь был превосходно оснащён, и вообще выполнен на высшем уровне. Везде сохранялась обстановка мрачного страха, но Цзюнь Мосе отнёсся к этому совершенно спокойно.

Все предметы и оборудование, которые он встречал на своём пути, с первого же взгляда он мог определить, что это и для чего используется. Если говорить грубо и обобщённо, всё это напоминало так называемую «заповедную зону», но здесь призраки умершего государства используются в качестве игрушек…

Например, те призрачные отражения в зеркалах, и пронзительный свист — вероятно, это должно произвести неизгладимое впечатление, но на самом же деле всё это устроено проще простого. Оптический эффект от преломляющихся лучей плюс сравнительно мелкие щели, проделанные в каменных стенах. Ветер, проходя через них, создавал сквозняк, в то же время в этих щелях были установлены специальные свистки, которые как раз и производили требуемый пронзительный свист…

Тем не менее в этом месте также находилось большое нагромождение непогребённых костей, и это как раз было сделано вовсе не искусственным способом, кости были настоящими. Самые настоящие кости умерших или убитых людей…

От начала и до конца, на этом пути было установлено множество хитроумных ловушек. К тому каждая новая ловушка была намного сложнее и опаснее предыдущей, а атмосфера ещё страшнее и мрачнее.

Стоило только лишь раз по неосторожности прикоснуться к чему-нибудь, и удар, последующий вслед за этим, будет достаточен для того, чтобы заставить человека за очень короткий промежуток времени коснуться всех остальных механизмов.

Летающие ножи, падающие на голову булыжники, ядовитый дым, бездонные ямы-ловушки, смертельные крюки, а также нескончаемый ледяной ветер, словно из загробного мира, сопровождал каждое движение «счастливца», попавшего на эту полосу препятствий…

Каждый шаг грозил смертельной опасностью для участника, и не существовало никаких способов, чтобы хоть как-то облегчить свою участь!

Только после успешного прохождения одного испытания, на пути к другому, у участника была возможность сделать небольшую передышку и восстановить свои силы!

Однако даже для отдыха здесь были установлены временные ограничения. В каждом месте можно было останавливаться не больше, чем на один час! В случае превышения временного лимита, проход превращался в место нового испытания, ещё более жестокого и безжалостного, чем все остальные существовавшие ловушки…

Люди из семьи Чжань, которые придумали и создали Подземный путь закалки души, несомненно, были очень талантливыми людьми! И при этом очень злыми и безжалостными!

В отношении Цзюнь Мосе эти ловушки были совершенно бесполезны, и это не только потому, что он находился в состоянии невидимости Инь-Ян! Ранее он уже подвергался таким же жестоким тренировкам, и то, что он сейчас видел перед собой, было не более, чем детские забавы для него.

Вероятно, если бы на его месте оказался обыкновенный человек…

Это бы не только было крайне опасной затеей, а как минимум этот человек был бы обречён на погибель. Если ему каким-то неведомым образом удастся пройти парочку испытаний, он просто-напросто испугается до смерти от этой пугающе мрачной атмосферы!

Цзюнь Мосе без труда пересёк все три этапа, и услышал из глубины пещеры какие-то голоса.

«По-видимому, братья Чжань оказались довольно способными малыми, если смогли продвинуться так далеко вглубь…»

Цзюнь Мосе скривил рот в гримасе презрения, и продолжил движение вперёд.

— Старший брат, это чёртово логово такое страшное… Как это всё было сделано? — во мраке темноты, Чжань Юшу дрожал всеми фибрами души, обхватив себя обеими руками, в его глазах пылал ужас. Талантливый и дерзкий Чжань Юшу в эту минуту выглядел уже не так блестяще, как обычно — вся одежда была в лохмотьях, волосы взъерошены, лицо посинело, он был страшнее самого чёрта.

— Успокойся, балбес. Хотя здесь очень мрачная и пугающая атмосфера, на самом деле всё это — не более, чем полоса испытаний с хитросплетёнными ловушками, просто не нужно принимать это близко к сердцу, тогда и будет не страшно, — когда раздался голос Чжань Цифэна, несмотря на то, что он пытался быть мудрым и убедить младшего брата сохранять самообладание, было очевидно, что он сам не более, чем пытается успокоить самого себя! Его голос тоже слегка дрожал.

С тех пор, как они попали сюда, оба брата объединили свои моральные и физические усилия, и стали действовать в духе полного единства и сплочённости, таким образом достигнув до пятого блока. Хотя в целом они потратили всего полтора дня времени, в течение этих полутора суток они уже столкнулись с несметным количеством стрессовых ситуаций. Если бы братья не поддерживали и не ободряли друг друга, с ними бы уже давно всё было бы кончено!

Благодаря тому, что семья Чжань придавала большое значение в отношении этих двух молодых людей, они не позволили им войти в эту пещеру поодиночке, а дали установку преодолевать все испытания вместе. Если бы они отправились в подобное место в гордом одиночестве, наверняка, такие избалованные дети, как они, будь то старший или младший — давно уже бы где-то дёргались с нервным срывом или деревянным колом в ухе.

— Всё это из-за этого сраного Мо Цзюня! Если у меня будет другой выбор, я теперь не успокоюсь, пока не разберусь с этим ублюдком! — голос Чжань Юшу теперь был полон возмущения.

— Юшу, я много размышлял над этим всем, и мне кажется, что все эти события очень странные! — Чжань Цифэн тоже питал сильную ненависть к обладателю непревзойдённой сущности, однако его голос был не таким вспыльчивым, а больше задумчивым: — Возможно оттого, что все эти события произошли так внезапно, в сердце были только горькое чувство поражения, стыд и обида, у нас не было времени всё как следует обдумать и хорошенько разобраться в произошедшем. Однако сейчас, когда я вспоминаю всё это, и медленно прокручиваю в своей голове обстановку и события того дня, мне кажется, что там было очень много странностей, что-то не сходится!

— Много странностей? Что-то не сходится? Брат, о чём это ты? Что конкретно ты имеешь в виду? — Чжань Юшу, стиснув зубы, закричал: — Или это те слова? Мне надо только выйти отсюда, и я обязательно прикончу этого паршивого ублюдка, Мо Цзюня! Еще эта подлая сучка, Мяо Сяомяо! Я обязательно сделаю так, что она попадёт ко мне в руки! Я сделаю её своей рабыней, и покажу ей, где раки зимуют! Я буду обращаться с ней, как с последней тварью, я непременно покажу ей, что такие мерзкие людишки, как она, должны дорого поплатиться за то, что они разозлили меня, Чжань Юшу! Ей хватило всего лишь одного дня, чтобы броситься в объятья первого встречного, этого сучьего потроха, Мо Цзюня! Кто бы мог подумать, что она окажется такой блядью! У меня эта стерва в два счёта станет покорной овечкой! Как только ей не стыдно было каждый день носить вуаль и притворяться целомудренной девственницей, будучи в душе конченной шлюхой!

Слушая то, как Чжань Юшу разорялся о Мяо Сяомяо, можно было с уверенностью сказать, что он ненавидел её даже больше, чем Мо Цзюня!

Это было очень неожиданно, и безосновательно…

В темноте было заметно, что Чжань Цифэн нахмурился, и в плохом расположении духа сказал:

— Юшу, тебе не кажется, что ты слишком резок в своих изречениях? Если говорить о Мяо Сяомяо — здесь совершенно нет её вины; ты тоскуешь о ней и днём, и ночью, она всегда была твоей заветной мечтой. Я, конечно, знаю об этом, однако она не сделала ничего плохого, обвинять её в таком… Не слишком ли это…

— Совершенно нет её вины? Она влюбилась в этого ублюдка, Мо Цзюня! Это и есть её самая большая ошибка в жизни! — Чжань Юшу тут же яростно взревел, вены на его шее вздулись. Видно было, что Чжань Юшу потерял контроль над собой в этом мрачном месте, и ему с большим трудом удавалось подавлять в себе злость и возмущение: — Она должна была быть моей! Только моей и больше ничьей! В этой жизни только я мог обладать ею! Использовать её по своему желанию! Если другой мужчина дотронется до неё хотя бы мизинцем — это уже непростительный поступок! И никто не может быть исключением!

— Заткнись, придурок! Немедленно закрой свой поганый рот! — сердито закричал Чжань Цифэн.

В мрачной темноте тотчас же наступила мёртвая тишина. Спустя некоторое время, Чжань Юшу язвительно рассмеялся:

— Брат, что, твоё терпение наконец-то кончилось? Слушая, как я оскорбляю твою любимую женщину, ты, наконец, не выдержал и разгневался? Ха-ха-ха! — он бешено заржал, а потом продолжил: — У тебя всегда были виды на Мяо Сяомяо… Ты думал, я не знаю об этом? Пожалуй, у тебя хорошо получалось скрывать это, однако каждый раз, когда ты смотрел на неё, несмотря на твой вид благородного мастера, стоило ей только отвернуться, ты тут же пожирал её глазами… Брат, ты каждый день в поте лица сдерживал себя, разве тебе это не надоело? Ты не уставал от своей собственной лжи?

Хотя больше всего ты, наверняка, уставал от вечного страха, что я узнаю, или кто-то другой узнает о твоих чувствах к Мяо Сяомяо… Однако, на самом деле, все уже давно знали об этом! Ха-ха-ха! Вот потеха-то! Сейчас мы с тобой, можно сказать, товарищи по несчастью, а ты всё продолжаешь скрывать это, тебе разве не прискучило это? — Чжань Юшу вволю высмеял своего уважаемого старшего брата, он словно обезумел.

«Эти двое братьев в самом деле безнадежны…» — в темноте Цзюнь Мосе покачал головой. Пройдя столь тяжёлый путь, эти братья вдруг вздумали ссориться… И они ссорились из-за женщины, которая уже отдала своё сердце другому человеку…

— Пошёл ты! Да, она нравилась мне, и что с того? Я хотел, чтобы она была моей, и что с того? Я был влюблён в неё! Как ты смеешь оскорблять её, ублюдок тряпочный? Я прикончу тебя! — Чжань Цифэн тоже вышел из себя и неистово закричал.

— Наконец решил сказать правду? Любить кого-то — это, конечно, твой свободный выбор, однако тебе не следовало скрывать это, тем самым дав мне шанс… но… — Юшу учащённо задышал. Он немного перевёл дыхание, и снова бешено закричал: — Ты подло притворялся, что тебя это совершенно не касается, дав мне зелёный свет. Ты с улыбкой на лице поддерживал меня, а на самом деле в душе мечтал переступить через меня, отбросить как ненужный мусор! Ты считал меня дураком? Думал, что я ни о чём не подозреваю? Ты говоришь, что я оскорбляю её, однако кто этот человек, который по-настоящему оскорбил её? Может, ты сам скажешь правильный ответ?

Они точно были родными братьями!? Между ними завязалась настоящая ожесточённая перепалка… и ни один не собирался уступать другому…

Глава 1010. Мо Цзюнь… Цзюнь Мосе?

— Достаточно! — раздался гневный крик Чжань Цифэна, после которого другой голос замолчал.

Некоторое время спустя Чжань Цифэн серьёзным голосом сказал:

— Если удастся выбраться отсюда, а планы нашей семьи успешно осуществятся, и семья Мяо потерпит крах… Я буду готов вступить с тобой в честное состязание…

— Состязание? Какое еще состязание? — Чжань Юшу, кажется, уже и забыл о своём недовольном расположении духа, и спокойно произнёс: — Брат, ты же не продолжаешь считать эту девушку настоящей принцессой… Семью Мяо ждет полный крах, это уже неизбежно. А Мяо Сяомяо рано или поздно всё равно попадёт к нам в руки. К чему нам, родным братьям, устраивать какие-то состязания? Раз уж она всё равно шлюха, в таком случае почему бы нам не пользоваться ею вместе, по очереди?

— Вместе? — услышав это, Чжань Цифэн уже было хотел снова взорваться и гневно закричать, однако, неизвестно почему, произнеся лишь это одно слово, он остановился и почувствовал странное ощущение, похожее на удовольствие, или даже возбуждение… кажется, он был очень взволнован и желание одолевало его…

Его тайные фантазии полностью загипнотизировали его, не дав ему даже ответить. Стоявший около него Чжань Юшу воспринял его молчание, как знак согласия.

— Однако не стоит об этом… На данный момент нашим самым большим врагом остается тот поганец, и мы должны как следует проанализировать его действия, — голос Чжань Цифэна был неспокойным и каким-то неуверенным… Но Чжань Юшу не стал ничего говорить по этому поводу.

В этот момент Цзюнь Мосе уже нашёл конкретное местоположение братьев Чжань. Услышав, как эти двое безжалостно оскорбляли Мяо Сяомяо, Мосе тотчас пришёл в ярость! Он уже почти собрался наброситься на них и убить засранцев, но в это время нечаянно услышал, что они стали говорить о нём. Он невольно остановился, подумав:

«Разобраться с ними не составит никакого труда… Немного послушаю, что эти двое скажут обо мне».

— Да, ты уже говорил, что этот Мо Цзюнь показался тебе очень странным? Так что конкретно ты имел в виду?

— Этот Мо Цзюнь… Ему восемнадцать лет, он родился в очень бедной семье, о родителях ничего неизвестно. Говорят, что, будучи ребёнком, он жил в горах, и питался различными чудодейственными растениями, и по счастливой случайности стал обладателем тела, постоянно сохраняющего непревзойдённую сущность. Его первым учителем был какой-то неизвестный мастер с Суань Земли. В последствии он прибыл в город, и там его случайно увидел Цао Гофэн. Так как талантливые люди всегда пользуются спросом, он стал яблоком раздора и вызвал конфликт между Шенхуанами из Призрачного Дворца и трёх Священных земель, однако позже с ним случился какой-то несчастный случай, и он пропал без вести. И надо же было — когда Цао Гофэн и остальные Шенхуаны возвращались домой, в Призрачный Дворец, они снова случайно обнаружили Мо Цзюня, который, в свою очередь, был очень сильно ранен, к тому его использовали в качестве приманки, чтобы уничтожить Цао Гофэна и остальных раз и навсегда; к счастью, Шенхуаны выжили, и смогли целыми и невредимыми вернуться в Призрачный Дворец вместе с Мо Цзюнем, после чего Правитель Призрачного Дворца, использовал Священные плоды, чтобы оживить его…

Всё, что сказал Чжань Цифэн, было данными, которые Призрачному Дворцу удалось собрать об обладателе непревзойдённой сущности, Мо Цзюне.

— Да, всё именно так. Однако что же в этом странного? — громко сказал Чжань Юшу.

— Что значит «всё именно так»? Ты как следует пораскинь умом… Во время состязаний, это подлец, будь то шахматы, каллиграфия, живопись, музыка или даже манеры и внешний облик, был ли он похож на деревенщину, который родился в бедной семье? — Чжань Цифэн ни на секунду не забывал о недавних событиях.

Он постоянно размышлял об этом и вдруг кое-что заметил…

— Разве это не означает, что… — Чжань Юшу сказал. — Может, он всему научился у своего учителя? Это вполне возможно.

— Его учитель был всего лишь мелким мастером с Суань Земли! — Чжань Цифэн фыркнул. — Мастер с Суань Земли, даже пусть обладающий выдающимися способностями, разве много он может дать? Юшу, мы с тобой оба выросли в семье Чжань, и, как только мы научились говорить, нас сразу же стали обучать этому всему, но ты сам скажи мне, как ты оцениваешь себя, в сравнении с Мо Цзюнем? В чём он хуже тебя?

— Что в этом удивительного? Он же обладатель непревзойдённой сущности! Разумеется, он намного талантливее! — Чжань Цифэн скривил рот в гримасе презрения.

— Непревзойденная сущность, хотя и очень удивительная вещь, однако она способствует лишь быстрому повышению уровня совершенствования, но вовсе не символизирует наличие талантов и одарённости во всём! Даже великий Первый Шао, постоянно изучая древние книги, не был таким одарённым и многосторонним, как этот Мо Цзюнь! — Чжань Цифэн мрачно сказал: — Однако сколько лет тогда было Первому Шао? А этому Мо Цзюню всего лишь восемнадцать! А он уже вышел за рамки всех известных пределов гения, сейчас он — настоящий многогранный талант, всесторонне развитый человек!

— Если так можно выразиться… Брат, значит, ты сомневаешься в том, кем он является на самом деле? — неуверенно спросил Чжань Юшу.

— Ха-ха-ха! Пожалуй, в этом сомневаюсь не я один, — Чжань Цифэн рассмеялся: — Уверен, в Призрачном Дворце немало людей сомневается в достоверности истинной личности этого обладателя непревзойдённой сущности. Я скажу даже больше — наверняка собралось немало человек, которые отправили своих людей на разведку.

Сердце Цзюнь Мосе невольно вздрогнуло. Он подумал про себя:

«То, что я натворил вчера, несомненно, вызвало большой резонанс… Обладатель непревзойдённой сущности — универсальный гений, мастер, блядь, на все руки. Талантлив и в музыке, и в шахматах, и даже в азартных играх — короче, и швец, и жнец, и на дуде игрец… А теперь пиздец… Это действительно могло вызвать у небезучастных людей сомнения в моей легенде…»

Но тогда братья Чжань применяли подлые приемы, оказывали давление на людей… Если бы они спасовали, не говоря уже о настолько серьёзных последствиях, это было бы не в их характере… В конце концов, эти хлопоты были вызваны из-за этих двух болванов…

— Говорят незадолго до этого, на материке Суань появился очень талантливый молодой человек! Сейчас ему не больше семнадцати-восемнадцати лет, однако он уже успел не один раз бросить вызов трём Священным землям, и он быстро завоевал популярность на материке. Благодаря только своим силам он подчинил себе волшебный лес Тянь Фа, почти сделав его своим личным владением… А на днях он назвался Злым Монархом и, возглавляя могущественное войско с численностью в несколько сотен Почтенных и Достопочтенных мастеров, дал решающий бой трём Священным землям! Одержав решительную победу! Самое страшное в этом то, что союзные войска трёх Священных земель были полностью уничтожены! — в глазах Чжань Цифэна сверкнул холодный блеск: — Говорят, что силы этого едва ли восемнадцатилетнего мальца уже превысили уровень Шенхуана третьей ступени! Он без единой царапины одержал победу над Шенхуаном второй ступени из Неуловимого Мира Бессмертных, Чжань Мубаем, который применил против него запрещённый приём…

Чжань Юшу облизал свои засохшие губы, и неуверенно спросил:

— Брат, ты говоришь об том самом… Цзюнь Мосе?

— Да, именно о нём! — Чжань Цифэн с холодной усмешкой продолжал: — Иметь такие боевые заслуги в таком возрасте… До настоящего времени такое удалось только ему! Даже Первый Шао в таком возрасте, боюсь, был не так хорош, как он! Он один способен на подобное. Такие достижения не только невиданные и неслыханные, я уверен, они и совершенно недосягаемы!

Чжань Юшу расстроенно вздохнул:

— Для таких высоких достижений у него есть такие же способности… Почему ты сейчас вспомнил о нём? Брат, нам с тобой, пожалуй, тяжело встать в один ряд с таким человеком!

Хотя Юшу тоже был незаурядной личностью, но всё же, сравнивая себя с могущественным «Злым Монархом», он понимал, что сильно не дотягивает до его уровня. Он не испытывал к нему ревности или зависти, он просто был расстроен из-за этого…

— Ты говоришь верно, это факт, и его нельзя подвергать сомнению, однако тебе случайно не известно, что этот Злой монарх, Цзюнь Мосе, помимо впечатляющего совершенствования, также обладает множеством талантов и в других областях, таких как музыка, поэзия, шахматы и многое другое… Он — очень одарённый и разносторонний человек, настоящий гений, который умеет почти всё на свете! — глаза Чжань Цифэна снова сверкнули: — Не так давно… на материке Суань он, под видом некоего Донфанг Дашу, у всех на глазах сочинил музыкальное произведение. Ту песню, которая последнее время тебе так нравилась…

— Весёлый странник материка Суань! Оказывается, эту песню придумал он? — Чжань Юшу удивлённо помотал головой.

— А Мо Цзюнь… первый раз появился именно в этом же самом городе, где последний раз был замечен Цзюнь Мосе! — Чжань Цифэн медленно двигался к выводу. Видя, что брат никак не реагирует, он так же медленно продолжил: — Юшу, как ты думаешь, этот легендарный талант — Злой монарх, Цзюнь Мосе — имеет что-то похожее с нашим давнишним врагом, обладателем непревзойдённой сущности, Мо Цзюнем? И если да, то насколько?

Как говорится, и на старуху бывает проруха, даже у дурака бывают хорошие идеи! Хотя Чжань Цифэн вовсе не был дураком, однако в такой нелепице он всё-таки смог разгадать истинную личность Цзюнь Мосе!

— Что? Ты подозреваешь, что он — это он… Нееет, это невозможно… — Чжань Юшу побледнел от страха, и даже подскочил на месте.

— Почему ещё невозможно! Я именно так и думаю! — Чжань Цифэн перебил его, и сурово сказал: — Этот Злой Монарх, вполне вероятно, и является молодым талантом, Мо Цзюнем!

— Как… как это возможно? Эти двое отличаются, как небо и земля, они совершенно не похожи! — Чжань Юшу выпучил глаза: — Этот Злой Монарх обладает уровнем Шенхуана, а то и вообще выше! А Мо Цзюнь и рядом с ним не стоял…

— Нельзя судить из этого. Есть много способов, как скрыть свою реальную силу! Что касается смены внешнего облика — их ещё больше! — Чжань Цифэн невозмутимо продолжил: — Я долго думал над этим, взвешивал все «за» и «против», но, кроме этого необыкновенного объяснения, я никак не могу объяснить это. В нашем мире, примерно в одно и то же время появляются два настоящих гения!

— Мо Цзюнь… Цзюнь Мосе… — пробормотал Чжань Юшу, и вдруг его внезапно охватила дрожь, он воскликнул: — Верно! Мо Цзюнь — это Цзюнь Мосе! Как я мог не додуматься до этого сразу? Брат, ты только посмотри на их имена…

— Мо Цзюнь, Цзюнь Мосе, МО ЦЗЮНЬ, ЦЗЮНЬ МОСЕ… Он слоги местами поменял! — Чжань Юшу взволнованно закричал: — Неудивительно, что этот обладатель непревзойдённой сущности такой поразительный и талантливый, оказывается, это он! Тогда все произошедшие чудеса вполне объяснимы!

Глава 1011. Дьявол!

— Цзюнь Мосе, Мо Цзюнь, Мо Цзюнь… — Чжань Цифэн злобно рассмеялся. – Мне плевать кто ты там, Злой Монарх или Мо Цзюнь какой, раз уж ты осмелился заявиться в Призрачный Дворец, не надейся покинуть его живым! Юшу, мы сейчас должны немедленно возвращаться обратно, мы должны всё подробно объяснить старейшинам. Это очень важно, и не только для нашей семьи, а для всего Призрачного Дворца, откладывать ни за что нельзя, нам надо спешить…

Чжань Юшу только согласно откликнулся, его голос дрожал от страха.

Нет надобности ставить под сомнение, если все это достоверно, это огромнейшее достижение!

С какой целью Злой Монарх прибыл в Призрачный Дворец? Вне зависимости от конкретной цели, несомненно, это какой-то подлый заговор! Нужно лишь разоблачить его гнусные планы, и тогда статус обоих братьев, несомненно, поднимется выше небес! Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло!

Даже, возможно, получится воспользоваться случаем, и сразу же избавиться от Цао Гофэна и всех остальных Шенхуанов. А главное — Мяо Сяомяо тоже мало не покажется из-за этого дела! И это будет на совести семьи Мяо…

Если так посудить… оба брата Чжань в скором времени могут стать самыми заслуженными государственными деятелями в Призрачном Дворце, не так ли? Как же это всё-таки почётно!

В тот момент, когда оба брата Чжань предались мечтам, и вмиг позабыли о страхе, вдруг всегда мрачный и беспросветный коридор внезапно озарился ярким светом.

Это место было создано семьей Чжань специально для тренировок и закалки силы воли молодых мастеров, огни и лампы здесь всегда были под запретом. Можно сказать, что с начала создания этого места здесь не было ни одной лампы, здесь никогда не появлялся ни один факел! Только блуждающие огоньки от трупов были исключением!

Однако сейчас в воздухе возникло необыкновенное пламя, оно спокойно пылало и озаряло светом весь проход! Чжань Юшу только сейчас вдруг заметил, что предмет, на который он постоянно опирался, оказывается, был человеческим скелетом… Он не удержался и, испугавшись, отпрыгнул в сторону!

И вслед за этим все его внимание забрал внезапно возникший огненный шар.

Он медленно горел прямо посреди пустоты… он не только не догорал, но и не падал на землю. Так и парил прямо в воздухе!

Глаза обоих братьев тут же застыли в одном месте! Что это, в конце концов, такое? Произошедшие на их глазах изменения, действительно, выходили за рамки всякого понимания!

В изначально всегда тёмном коридоре внезапно появился какой-то мистический огненный шар, и, хотя свет от него освещал всё вокруг, этот только усиливало чувство страха!

Это был дикий страх перед неизвестным. Очень мало людей могут составлять исключение, и не испытывать это, ну, а братья Чжань, разумеется, не были исключением!

В этот момент внезапно подул холодный ветер из-за спин. Он прямиком попал в уши к Чжань Юшу, в тот же миг в голове у Чжань Юшу раздалось жужжание. Он почувствовал, как все волосы на его теле встали дыбом, он тут же с криком подскочил от страха.

Затем в пустоте раздался странный звук, похожий на звук открывающейся двери, словно ворота в преисподнюю внезапно отворили! Этот звук был таким чётким, что пробирал до глубины души. Оба брата одновременно почувствовали: дверь отворена, а значит, в скором времени оттуда выйдет очень страшное приведение… Однако самое страшное было то, что эта самая дверь висела в воздухе…

Более спокойный и невозмутимый Чжань Цифэн тоже истерично дрожал от страха, в его глазах застыл откровенный ужас.

Столкнувшись с таким ужасающим явлением, то, что оба брата пока могли стоять на своих ногах, было уже похвально. Сейчас их взгляды застыли в одном и том же направлении: далеко или близко, в каменной стене вдруг возник другой огненный шар. Расстояние, которое разделяло их с ним, было невозможно установить. На стене за ним медленно появлялся странный белый силуэт, кажется, силуэту было крайне трудно вырваться из стены, сначала показалась только одна рука, а потом постепенно всё тело появилось наружу!

Ещё более удивительным было то, что эта стена, как и прежде, оставалась ровной и прямой, в ней не было и намёка на щель или какой-то проём. По-видимому, этот человек просто появился из ниоткуда…

Глядя на это, крайне странное и пугающее явление, Чжань Цифэн и Чжань Юшу невольно застыли от страха, широко открыв глаза и рот. Их изумление не знало границ, однако они не могли вымолвить и слова…

Удивительные явления на этом не заканчивались — этот человек в белом не стоял на земле, его тело медленно парило в воздухе, хотя очень плавно и тихо, всё же колебания его тела были заметны. Огненные шары отлично освещали весь коридор, но как братья ни пытались, всё же им никак не удавалось рассмотреть лицо этого человека!

Словно в этой пустоте внезапно появилось привидение!

Сейчас сердца братьев Чжань наполнились чувством максимально мрачного животного страха… У них даже зубы дрожали от страха. В одно и то же время у них появилась одна и та же пугающая мысль:

«Неужели в нашем мире, действительно, существуют призраки?»

Белая тень приближалась к ним всё ближе и ближе, чувство страха усиливалось всё сильнее и сильнее!

Они невольно подошли как можно ближе друг к другу, продолжая дрожать от страха. Опираясь друг на друга, они оба надеялись почувствовать поддержку со стороны брата, однако в эту минуту они могли почувствовать, как их тела неистово дрожат, это только усиливало страх…

— Кто ты? Кто ты такой, что притворяешься призраком здесь перед нами? — Чжань Цифэн через силу пытался сохранять спокойствие, и задал вопрос. На его лице не было и кровинки, зубы стучали, а зрачки глаз были больше даже, чем у коровы. Всё это выдавало его страх, сильный дикий страх.

Раздался мрачный хохот со стороны белой тени. Его смех был страшно зловещим, оба брата чуть не рухнули в обморок от сковавшего их тела ужаса…

Белая тень постепенно приближалась, лицо, которое прежде было невозможно рассмотреть, стало приобретать чёткость и ясность. Снова раздался мрачный хохот, и лицо красивого человека, наконец, показалось под светом от огня.

Брови вразлёт, глаза словно звёзды, тонкие губы, тёмные волосы, одухотворённое телосложение, во всё лицо холодная улыбка.

— Вы двое хорошо потрудились!

Этот внезапно появившийся человек свободно порхал, освещаемый огнём, с лёгкой улыбкой на лице, используя необыкновенно тонкий и слегка дрожащий тон голоса, будто нараспев, и произнёс:

— Круговорота колеса бытия не избежать… Кто говорил, что интеллигенция живёт вечно? Раз уж вошли во владения подземного мира, обратно возвратиться в мир людей будет крайне сложно! Время, дарованное вам, подошло к концу. Я прибыл сюда, чтобы встретить вас, и мы все вместе отправимся в загробный мир!

— Нет! Нет! НЕТ! НЕТ! — Чжань Юшу яростно завопил, и весь в слезах упал на землю. Нескончаемый поток слёз и соплей фонтаном вырвался наружу, все силы в один миг покинули его. Он сам и не понял, как эти вскрики и всхлипы вырвались из его рта, он не знал, как ему просить пощады, только смог кричать «Нет! Нет!», слюна стекала из уголков его рта. Спустя некоторое время, полностью изнемогая, он громко вскрикнул:

— Дьявол! А-а-а!!!

Он не шёл в сравнение с Чжань Цифэном, хотя этот, несомненно, тоже дрожал всем телом, ему всё же удавалось сохранять видимость спокойствия. Глядя на лицо этого призрака, он сказал:

— Осмелюсь спросить, господин, кем вы будете?

— Я — посланник из загробного мира. Ты будешь поспокойнее его, мне нравятся смельчаки, но… — белая тень слегка рассмеялась, и вдруг его голова куда-то исчезла. Перед Чжань Цифэном в воздухе парило тело без головы, но, несмотря на это, его голос был слышен очень отчётливо:

— Нравятся-то нравятся, однако и про работу нельзя забывать. Вы, братья, натворили много зла, ваше время подошло к концу. Меня отправили из загробного мира за вами, вы должны пройти все восемнадцать ступеней Ада, и лично на себе испытать различные виды пыток, чтобы хотя бы немного искупить злодеяния, которые вы совершили в этой жизни!

Когда он говорил, у него не было головы. Несмотря на это, голос по-прежнему раздавался. Даже неизвестно, какой орган он использовал, чтобы говорить…

Чжань Юшу в страхе выпучил глаза. Его глазные яблоки непрерывно продолжали выкатываться наружу. Он ничего не мог сделать, кроме этого движения…

Из-за увиденного, у Чжань Цифэна от страха подкосились ноги, а глаза так округлились, что должны были вот-вот выпасть на землю. Очевидно, мозг твердил ему не смотреть, однако страх парализовал его тело, и он не мог отвернуться, по всему телу бежали мурашки…

Пока белая тень продолжала говорить, её ноги внезапно тоже куда-то исчезли… потом исчезла и поясница, остались только верхняя и нижняя части тела, которые с дьявольским свистом летали туда-обратно!

Разумеется, Чжань Юшу был не в состоянии досмотреть до конца это ужасающее представление. Он вскрикнул, закатил глаза и грохнулся в обморок, из его рта беспорядочно вылетала пена, тело сотрясало конвульсиями…

Чжань Цифэн тоже закатил глаза. Он хотел встать и громко закричать, но вся мужская сила в его теле обратилась в бегство. Страшно испугавшись этого дьявольского отрепья, его ноги ослабли и превратились в мягкую и тонкую лапшу, у него не было сил, даже чтобы вытянуть ноги…

Эти двое сейчас были больше, чем уверены, что этот страшно красивый молодой человек, так непохожий на обычных людей, на самом деле, настоящий дьявол… И он прибыл сюда, чтобы схватить их и забрать с собой в загробный мир, какой ужас…

— Действительно, ни к чему непригодный… Вот так, раз — и вырубился… – белая тень с презрением фыркнула, и Чжань Цифэн увидел, как ноги этого таинственного посланника стали снова появляться…

Вслед за этим снова появилась и талия; а в самом конце, голова…

Кажется, этот человек был не очень доволен. После того, как у него снова появились руки, он немного поправил положение своей головы!

Словно, когда она снова появлялась наружу, её немного скривило и надо было обязательно всё хорошенько поправить, а то иначе будет некрасиво… Судя по всему, этот дьявол был ещё тем эстетом!

Глава 1012. В следующей жизни, ни в коем случае не становитесь моими врагами!

Чжань Цифэн тоже вскоре лишился своей смелости и стойкости духа, получив серьёзный нервный срыв! Он вскрикнул, обе его ноги дёрнулись, всё тело объяли конвульсии, и он потерял сознание точно так же, как и его младший брат несколькими минутами ранее. Однако он оказался сильнее Чжань Юшу, и всё обошлось без пены изо рта…

— Твою мать! Оба вырубились! Вот же мерзавцы какие, а я приготовил ещё столько всяких штук, чтобы как следует помучить их… — Цзюнь Мосе выпучил глаза, он пребывал в недоумении.

Он даже и не предполагал, что его появление будет таким сногсшибательным, даже молодые люди нового поколения, выросшие на фильмах ужасов, боюсь, были бы до смерти напуганы, не говоря уже об этих суеверных интеллигентах из высшего общества!

Наконец спустя немного времени Чжань Цифэн всё-таки пришел в себя, чувствуя дикий холод, который пробирал его до костей.

В нос ему ударил зловонный запах, в то же самое время он почувствовал, что его штаны насквозь мокрые. Оказывается, он так испугался, что обмочился и не только…

Открыв глаза, он увидел своего младшего брата, который лежал около него без сознания, он находился в аналогичном состоянии, и тоже обмочился…

Чжань Цифэн ощутил рвотный позыв. Подавив его, он, дрожа, медленно встал на ноги.

Где-то вдалеке виднелся белый силуэт. Увидев, что Чжань Цифэн очнулся, он крикнул ему:

— Чжань Цифэн, ты признаешься в совершенных тобой преступлениях?

— Признаться… в преступлениях? — Чжань Цифэн, растерявшись, поднял голову.

— Твоим злодействам нет счёта. Ты навредил большому количеству людей, и ты ещё смеешь не признавать этого? — белый силуэт строго сказал.

— Осмелюсь спросить вас, господин посланник, какие преступления я, в конце концов, совершил? О каких злодействах идёт речь? Меня несправедливо обвинили! Прошу вас, господин, вы непременно должны принять это во внимание! — Чжань Цифэн понимал, что стоит ему сейчас только расслабиться и согласиться с обвинениями, смерть ему обеспечена! Единственным выходом для него было — это изо всех сил отрицать свою вину!

— Ты навредил мне! Это и есть преступление! И ты не заслуживаешь никакой пощады! — Цзюнь Мосе фыркнул, и злобно сказал. Сейчас он уже наигрался, пришло время разобраться с ними.

— Навредил вам? — Чжань Цифэн в недоумении моргнул, подумав, когда это он мог навредить такому страшному человеку (самому дьяволу во плоти). Через мгновение, открыв глаза, он обнаружил, что внешность этого человека снова изменилась. Его заклятый враг, обладатель непревзойдённой сущности, гений Мо Цзюнь, неизвестно откуда вдруг возник прямо перед ним.

Чжань Цифэна внезапно осенило, и он, стиснув зубы, злобно прокричал:

–Оказывается, это ты, мудак!

— Совершенно в яблочко! Это я! — Цзюнь Мосе поиграл бровями и сказал: — Наверняка ты очень удивлен, а? Или больше напуган, чем удивлён?

— Пошёл ты, ублюдок! — разъярённо взревел Чжань Цифэн. Он был совсем не дураком, и тотчас же догадался, что его предположения об истинной личности Мо Цзюня были верными!

Однако лично убедившись в этом, он ещё больше стал уверен в том, что у него нет абсолютно никаких шансов выбраться отсюда живым!

Он посмотрел на Мосе, и крайне злобно сказал:

— Мо Цзюнь, оказывается, ты тот самый Злой Монарх! Ты — Цзюнь Мосе! С какой целью ты прибыл в Призрачный Дворец?

Цзюнь Мосе беззаботно ответил ему:

— Особо незачем… Может только, чтобы затащить чью-нибудь любимую девушку себе в кровать… По правде говоря, для Злого Монарха, это как два пальца об асфальт, проще простого…

Это было очень жестоко! Цзюнь Мосе всегда знал, как посильнее ударить своего соперника, чтобы нанести одновременный удар по его психике и здоровью!

Кажется, сейчас Чжань Цифэна как раз заботило именно это дело, и Цзюнь Мосе специально решил упомянуть об этом. Поток свежей крови выплеснулся изо рта Чжань Цифэна, он мрачно рассмеялся и сказал:

— Ты считаешь, что у тебя получится добиться своего? Злой Монарх, действительно, обладает большой славой! Но в глазах нашего Призрачного Дворца, твои силы ничтожны! Для нашей семьи Чжань ты и ломаного гроша не стоишь! Тебе ни за что не справиться с нашим гневом!

Кивнув головой, Цзюнь Мосе с уверенность признал:

— Если сейчас я брошу все свои силы против вас, я признаю, у меня не получится одержать победу над вами. Однако кто сказал, что я буду так делать? Относительно гнева со стороны вашей семьи — мне тоже совершенно плевать. Кстати, ты же не знаешь о внезапном происшествии, которое приключилось с вашей семьёй! Ещё, кажется, наши отношения сейчас не так уж и плохи…

— Ха-ха-ха! Стоит только раскрыть твою истинную личность, и отношения тотчас же сильно изменятся! Сейчас наша семья находится в полном расцвете, по состоянию сил мы занимаем лидирующее место во всём Призрачном Дворце! То, что ты говоришь — это просто бред сумасшедшего, кого ты из себя строишь? — Чжань Цифэн злобно рассмеялся.

— Вполне резонное замечание. Семья Чжань, действительно, обладает потрясающими силами! — Цзюнь Мосе вздохнул. — Однако, возможно, позже я буду очень жестоким, но тебе уже не представится возможности увидеть это. Чжань Цифэн, неужели ты считаешь, что сегодня я пришёл, чтобы просто поболтать с тобой?

— Ты убьешь меня? — Чжань Цифэн внезапно успокоился, и невозмутимо сказал: — Я понимаю, что я тебе совсем не соперник, однако известно ли тебе сколько человек в Призрачном Дворце уже сомневаются в достоверности твоей истинной личности? И сколькие из них уже направили своих людей, чтобы разобраться в этом? Когда тебя раскроют, твой финал будет намного хуже, чем у меня! — он вдруг довольно рассмеялся: — Можно сказать, что сейчас ты находишься в смертельной опасности! И твоим единственным спасением будет, если ты бросишься в ноги нашей семье и будешь молить о покровительстве! И сейчас ты ещё планируешь убить меня? Я вообще не понимаю, что творится в твоей голове!

Цзюнь Мосе был по-настоящему ошарашен, и даже выпучил глаза от удивления:

«У этого молодого господина, Чжань Цифэна, есть вообще мозги или нет? Он хоть слушал то, что я говорил? Я бы даже и не подумал, что, пройдя через такое страшное испытание, этот парень ещё будет надеяться остаться в живых, да ещё и права качать!»

Цзюнь Мосе не знал смеяться ему, или аплодировать…

— От тебя требуется лишь сдаться семье Чжань, тогда я даже отдам тебе Мяо Сяомяо! Как тебе? По-моему, условия что надо! — в глазах Чжань Цифэна горели лучи надежды.

В этот момент вдруг раздался опечаленный вздох. Лежавший на земле Чжань Юшу пришёл в себя. Он открыл рот, и сквозь слёзы пробормотал:

— Пощади меня! Прошу, пощадите меня! Это всё было идеей моего старшего брата, я не имею никакого отношения ко всему этому…

Этот дебил, видимо, совсем сбрендил от страха.

В тот момент, когда он начал открывать глаза, Цзюнь Мосе внезапно подлетел к нему и дико рассмеялся, широко раскрыв рот, а потом провыл, как волк:

— А-у-у!

Чжань Юшу только-только начал приходить в себя, после чего вдруг услышал пронзительный дьявольский хохот, а потом и вовсе увидел широкую пасть прямо перед своим носом. Из-за шокового состояния, он не смог определить, где он на самом деле находится. Он подумал, что он уже умер и сейчас в загробном мире, а дикие звери разъедают его конечности…

Он вскрикнул, сделал глубокий вздох, после чего цвет его лица изменился на зелёный. Через мгновение он весь позеленел, и жидкость тёмно-зелёного цвета стала вытекать из его рта. Оказалось, что он был так напуган Цзюнь Мосе, что его желчный пузырь не выдержал и лопнул, после чего он упал замертво…

Чжань Цифэн был в приподнятом состоянии духа. Он почти был уверен, что ему удастся отстоять право на жизнь. Он было хотел дальше продолжить разговор, и вдруг увидел, как его младший брат упал замертво…

В то же мгновение его голова опустела!

Цзюнь Мосе с самодовольным видом поднялся и властным тоном, медленно произнес:

— Сейчас у меня нет никакого интереса канителиться с тобой. Ты действительно сильнее Чжань Юшу, потому что ты ещё не умер от страха! Но я так и не понял, слушал ли ты то, что я говорил недавно? Так вот, я сказал, что мне совершенно плевать на гнев семьи Чжань. Я имел возможность встретиться с ними, и мне всё равно абсолютно фиолетово! Кстати, ты же так и не знаешь о несчастье, которое случилось с твоей семьёй? Вместе с вопросами, ты отправишься в загробный мир!

Чжань Цифэн отчётливо почувствовал грозный ледяной холод, который исходил от Цзюнь Мосе. Услышав слова Мосе, он пришёл в оцепенение. Находившись возле тела своего погибшего брата, он позабыл о гневе и скорби; под острым взглядом Мосе он чувствовал лишь панический ужас, который сковывал всё его тело!

— Ваше комедийное представление уже порядком мне наскучило! Как и ваши так называемые «пути отхода»! Преступления, которые вы совершили, нельзя простить, вы сможете искупить свою вину только своей же кровью! – Цзюнь Мосе равнодушно произнёс. — То, чем занималась семья Чжань в Призрачном Дворце, сколько подлостей и преступлений вы совершили — мне нет никакого дела до этого! Но вы едва не испортили мои планы, а это означает, что вы сами навлекли на себя погибель! Другими словами, начало конца семьи Чжань — это дело ваших рук! В следующей жизни, не смейте забывать про это! Ни в коем случае не становитесь моими врагами!

Договорив, он медленно взмахнул рукой. Тело Чжань Цифэна внезапно дёрнулось, на лице застыл необыкновенный ужас, а вдобавок к этому из уголков рта потекла тёмно-зеленая жидкость…

Глядя со стороны, можно было определить, что причина смерти у него была такой же, как и у Чжань Юшу, он умер от испуга…

Цзюнь Мосе немного подождал, убедившись, что из тел братьев не вылетит никакого астрального тела, после чего исчез…

Немного погодя, Цзюнь Мосе наконец выбрался наружу из подземного логова семьи Чжань, и никому было неизвестно, что он там натворил.

Набрав высоту около трёх сотен метров, он тотчас же заметил, что жизненная энергия Призрачного Дворца претерпела существенные изменения. Состояние цинюнь семьи Мяо сильно изменилось, в нём появились тенденции к восстановлению…

Властная атмосфера цинюнь семьи Чжань представляла собой беспросветный мрак. Отрицательная Ци, которую так возненавидел Цзюнь Мосе, бесследно испарилась…

— Говоря по фэн-шую, это настоящие чудеса! Низ опустел, вверх воссиял, произошли потрясающие изменения! — Цзюнь Мосе вздохнул и заметил, что солнце уже было далеко на западе, а день почти полностью закончился. — Твою ж мать! — Цзюнь Мосе резко поменялся в лице и тотчас же вспомнил, что он, оказывается, забыл ещё об одном важном деле.

Глава 1013. Беспорядок в Призрачном Дворце!

Цзюнь Мосе внезапно вспомнил, что прошлой ночью, когда он расстался с Мяо Сяомяо, она обмолвилась о том, что сегодня она бы хотела вручить ему нотную тетрадь…

На утро было назначено собрание старейшин. Мяо Сяомяо, разумеется, должна была знать об этом, а значит, она бы не пришла в такое время.

Но после обеда… учитывая характер этой девчонки, она бы не смогла долго ждать! Обычные люди не имели права входить в его комнату, но Сяомяо не попадала под это ограничение, и на случай, если бы она все-таки обнаружила, что Мосе нет в комнате, должно быть, она подняла бы большую шумиху…

Вспомнив об этом Мосе сразу стал волноваться. Не поленился, изо всех сил развернул состояние Инь-Ян, и тут же исчез из пространства, сломя голову помчавшись в усадьбу к Цао Гофэну!

Все, будь то представители влиятельных семей, или просто обычные люди, в Призрачном Дворце, почувствовали произошедшие изменения!

Во всех семи городах Призрачного Дворца, все подчинённые семьи Чжань, обладающие уровнями выше Суань Неба, были стремительно отозваны обратно в резиденцию Чжань! Те, кто находились на довольно близком расстоянии, даже не пожалели своей Суань, и применяли цингун, чтобы как можно скорей добраться до места!

В некоторых местах были закрыты все торговые лавки, которые находились под руководством Чжань, даже сами начальники стремительно покидали их. Необходимо учитывать, что таких случаев было не один, и не два! Весь коммерческий бизнес семьи Чжань был практически в одно и то же время остановлен! Трудно представить, какие огромные убытки пришлось понести семьи Чжань, хотя бы даже за один рабочий день!

Очевидно, что семья Чжань уже не принимала это в расчёт. Они лишь пытались как можно быстрее отозвать все свои человеческие ресурсы, до денег и ценностей им сейчас не было дела!

Все мастера семьи Чжань, которые обладали реальными силами, созывались с безумной скоростью!

Границы владений Чжань находились под крайне строгой охраной, в считанные минуты уровень охраны был настолько увеличен, что у всех глаза повылезали на лоб!

Сейчас можно было с уверенностью сказать, что через охрану семьи Чжань не пролететь даже комару!

«Что, в конце концов, произошло с семьей Чжань?»

Все влиятельные семьи пытались найти ответ на этот вопрос. Было ясно одно — независимо от того, что конкретно произошло в семье Чжань, она определённо подверглась достаточно сильному удару!

Только будучи очень напуганными, Чжань бы решили принять такие меры!

Сейчас уже отпала необходимость ставить этот вопрос под сомнение!

Однако разве в Призрачном Дворце есть семья, которая способна совершить подобное?

Семья, которая смогла нанести катастрофический удар по такой сильной и могущественной семье, как Чжань?

Довольно чувствительные жители Призрачного Дворца тоже начали перебрасывать свои войска в оборонительных целях, так как вслед за волнениями в семье Чжань, во всем Призрачном Дворце установилась очень неспокойная обстановка. В случае возникновения каких-то неожиданных инцидентов, вполне вероятно, что может произойти перестановка кадров на самом высоком уровне!

Если вовремя не принять меры, можно оказаться в качестве жертвенных животных…

В особенности, когда обстановка в семье Мяо была такой сложной, поэтому весь Призрачный Дворец в одно и то же время погрузился в очень напряженное состояние!

На самом деле, все знали, по мере того, как семья Чжань набирает силу, её главным соперником станет только семья Мяо! Только избавившись от Мяо, Чжань смогут захватить власть!

Это уже давно не было ни для кого тайной, просто прежде обе семьи старались сохранять самообладание, но после сегодняшних изменений, произошедших с семьёй Чжань, атмосфера становилась всё более напряженной. И после заката, эта напряженная атмосфера достигла своего максимума!

Вслед за оглушительным криком, со стороны семьи Чжань внезапно произошел взрыв жуткого силового удара, невиданной мощности силовое поле сосредоточилось в воздухе над резиденцией Чжань, а потом с потоком небывалого возмущения и злости в один миг покрыло расстояние с окружностью в тысячу ли!

Оказывается, семья Чжань скрывала очень могущественного мастера высшего качества!

Все остальные главные семьи насторожились…

Чжань обнаружили «несчастный случай», который произошёл на месте подземного пути закалки души: два молодых талантливых господина, Чжань Цифэн и Чжань Юшу были найдены мёртвыми при странных обстоятельствах. Это как раз стало последней каплей для семьи Чжань!

Дело дошло до того, что ещё не закончивший прорыв Чжань Луньхуээй не выдержал и взорвался… Этот крайне безумный взрыв привёл к тому, что теперь Чжань Луньхуээй находился на волоске от смерти…

На самом деле, несчастье следовало за несчастьем, между событиями даже не было временных перебоев, плохая новость за плохой новостью… Чжань Луньхуээй, который всегда подавлял свои чувства, и обычно был невозмутим и холоднокровен, наконец, не выдержал, и попросту взорвался…

В эту минуту, из уголков его рта сочилась свежая кровь, всё его тело пылало яростью и гневом. Изнемогая, он сидел прямо на земле, потому как от взрыва из его каналов мелкими струйками вытекала кровь. Уставившись в одну точку, он гневно бормотал себе под нос:

— Как обидно! Так ужасно обидно! Сука! Так обидно…

В это же время Цао Гофэн, находившись в своем саду, метал громы и молнии!

Причиной было не иначе как то, что, как только настал обед, очень пунктуальная Мяо Сяомяо прибыла сюда, разыскивая Мо Цзюня!

До этого Цзюнь Мосе специально наказал слугам, что им запрещено внезапно вламываться в его покои, однако Мяо Сяомяо, разумеется, не стала никого слушать, и бесцеремонно вломилась прямо в спальню молодого юноши… изначально сделав вид, что она просто ждет снаружи… Но когда на протяжении довольно долгого времени оттуда так никто и не вышел, она стал волноваться. Сяо Доу Я, набравшись смелости, отправилась на разведку, и обнаружила под одеялом лишь подушку, а следов молодого таланта Мо Цзюня как не бывало…

Узнав о таком немаловажном происшествии, молодая девушка тут же побледнела, и тотчас же выбежала из комнаты… Мяо Сяомяо немедленно впала в панику… На всех слугах Шенхуана Цао не было лица…

Как раз в это время, Цао Гофэн и остальные шесть Шенхуанов с радостными лицами возвратились домой…

Вернувшись в отличном расположении духа, им предстояло столкнуться с такой безобразной неразберихой! Даже всегда спокойный и рассудительный Цао Гофэн пришёл в ярость!

- Никчёмные дебилы, даже присмотреть за одним мальчиком и то не в силах…

Он был сильно рассержен и взволнован… Что, если с этим мальчишкой что-нибудь случилось? Поэтому братья-шенхуаны, оставив одного на страже, отправились по отдельности на поиски Мо Цзюня…

Как раз, когда они были в процессе поисков, в семье Чжань раздался взрыв… При таких условиях Цао Гофэн стал ещё сильнее волноваться: очевидно, сейчас семья Чжань далеко не в себе…

Что, если люди из семьи Чжань случайно наткнутся на Мо Цзюня, тогда они с большой радостью убьют его, такое ведь вполне возможно… К тому же… А вдруг это семья Чжань подстроила, что Мо Цзюнь пропал? Глядя на то, как они лихорадочно собирают своих подчинённых, наверняка случилось что-то из ряда вон выходящее!

Размышляя над этим, Цао Гофэну становилось дурно, в его голове были только дурные мысли, а Бай Цифэн уже был готов собрать войско и отправиться на разборки к семье Чжань…

Цао Гофэн уже полностью психанул и приказал собирать людей…

Именно в эту финальную минуту вернулся Цзюнь Мосе…

Если бы он опоздал хотя бы на чуть-чуть, боюсь, последствия были бы неотвратимыми…

— Негодник, где ты был? Почему никто не знал, куда ты отправился? — услышав гневный крик Цао Гофэна, Цзюнь Мосе понял, что старик очень сильно волновался за него.

За спиной Цао Гофэна стояла Мяо Сяомяо и удивлённо смотрела на него. Её чистые глаза были красными и немного припухшими… Очевидно, эта девчушка тоже сильно переживала из-за его долгого отсутствия и наверняка плакала из-за этого…

— Я был тут, недалеко… А вообще я собирался немного вздремнуть, но всё никак не мог заснуть, мне было душно, и я решил немного пройтись… А потом не заметил, как устал от прогулки, и тут совсем близко, под склоном горы заснул… – Цзюнь Мосе лениво потянулся и сказал: — Должен вам признаться, спать на закате — довольно неплохо… Если бы солнце не зашло, и муравьи бы не стали возвращаться домой по моему телу, наверное, я проспал бы ещё дольше…

Цао Гофэн был ошарашен.

«Мы тут чуть с ума не сошли, обыскавшись его, а он, видите ли, прилёг немного вздремнуть, так получается? Это так легкомысленно!», — однако глядя на заспанное и улыбающееся лицо Цзюнь Мосе, ни Цао Гофэн, ни Бай Цифэн ничего не сказали. Выпороть? Кажется, им даже и не хочется! Отругать? Тоже! Увидеть, как он спокойно возвратился целым и невредим — и так уже большое утешение. Гнев, волнение, злость уже давно рассеялись, сейчас все испытывали только радость, так зачем ругаться? И тем более бить!

Но если и вовсе никак не наказать этого мальчишку, ведь тогда такое поведение войдёт у него в привычку, а это совсем не есть хорошо…

Шенхуаны находились в нерешительности. Мосе, заметив множество взглядов на себе, решил немедленно сменить тему разговора, и с улыбкой во всё лицо подошёл к Мяо Сяомяо, тихонько сказав:

— Ты пришла?

«Что за тупость! Я стою здесь прямо перед тобой, а ты ещё спрашиваешь, пришла я или нет?! Если бы меня здесь не было… кто бы тогда стоял тут прямо перед тобой… Может, призрак? Совсем дебил!»

Мяо Сяомяо взглянула на него, в её глазах сверкнуло стеснение, и она тотчас же опустила голову. Едва слышно выдохнула носом воздух и тихо-тихо угукнула, ещё больше склонившись вниз, в страхе, что её вуаль не скроет того, что она так сильно покраснела…

Она стояла с таким смущённым и жалким видом, что Цзюнь Мосе пришёл в недоумение: где же та Мяо Сяомяо, чтобы была вчера вечером? Дерзкая и смелая Сяомяо, которая едва не изнасиловала его…

Почему сегодня она стала настолько застенчивой? Это контраст так поразителен!

Глава 1014. Служанка-наложница?

Откуда же Цзюнь Мосе было знать, что Мяо Сяомяо так застеснялась как раз потому, что вспомнила о произошедшем вчера…

Тогда она позабыла не только о стеснении, но и отбросила всю свою сдержанность и целомудренность, которыми должна обладать молодая незамужняя девушка. Она храбро призналась Цзюнь Мосе в своих самых сокровенных чувствах, а ещё вынудила его повиноваться ей. Вспоминая сегодня об этом, как же она могла не испытывать стыд…

Хотя в тот момент ей пришлось пережить серьёзный стресс, ведь она побывала в состоянии смертельной опасности, поэтому она, не задумываясь, призналась в своих чувствах… Но сейчас Сяомяо не переставала чувствовать пылающий жар, который охватывал всё её тело…

Перед тем, как прибыть сюда, она лишь надеялась увидеть милого её сердцу человека, но когда явилась, вдруг узнала, что с её любимым человеком случилось несчастье — он пропал без вести. Она так сильно испугалась за него, что совсем и позабыла о произошедшем, но когда он вернулся целым и невредимым, и с радостным лицом встал прямо перед ней, она могла испытывать только непреодолимое смущение и стыд.

При виде этой парочки, где молодой человек беспомощно улыбался, а молодая девушка была так смущена, что даже не могла и головы поднять, только в состоянии рисовать ногами на земле непонятные круги, и остервенело крутить свои хрупкие ручки, Цао Гофэн и все остальные не знали, куда им деться.

«Старикам здесь точно не место! Видно, что молодые люди нравятся друг другу, им надо поворковать. Оставшись тут, мы попросту превратимся в сверхбольшого третьего лишнего!»

Похоже, в такой ситуации будет не удобно ругать ученика! Цао Гофэн быстро махнул рукой и сказал:

— Расходимся, расходимся! На что уставились, что-то интересное увидели? Вам заняться нечем, что ли… Тут и так душно, а ещё мы все скучковались…

Старики, качая головой, вздыхая и просто улыбаясь, начали шумно расходиться…

— Погода сегодня такая хорошая… солнце очень яркое… — Цзюнь Мосе, глядя на то, как прекрасная девушка не могла вымолвить и слова, будто набрала воды в рот, слегка рассмеялся и произнёс какой-то редкостный бред.

— Угу… погода сегодня, и вправду, превосходная… а солнце, действительно, очень яркое… — Мяо Сяомяо наконец откликнулась. Её ответ тоже не отличался логичностью.

— Да-аа, денёк, что надо… Ясный и тёплый денек… Скоро вот луна покажется… — Цзюнь Мосе поднял голову и, указывая на небо, вдруг обнаружил, что близятся сумерки. И, хотя ещё не совсем стемнело, но, кажется, солнца уже давно не видно…

— Угу… луна тоже ярко светит, от неё тоже очень тепло… — Мяо Сяомяо лишь чувствовала, что горит всем телом. Даже не поднимая головы, она сказала первое, что пришло ей в голову, похоже, даже не до конца понимая смысл своих слов…

Единственный сторонний наблюдатель, Сяо Доу Я, наконец, не выдержала и прыснула смехом.

«На дворе сумерки, а солнце до сих пор яркое? Сейчас не то что солнца, сейчас даже и луны не видно, а у них луна даже может „греть“? Наша Госпожа реально соображает, такая же умница, как и господин Мо! Они прямо-таки созданы друг для друга…» — своим смешком она вмиг разрушила неловкость, которая повисла в воздухе. Мяо Сяомяо, наконец, пришла в себя, вдруг поняв смысл того, что она только что произнесла. Ещё больше покраснев, она закрыла руками лицо и бросилась прочь…

Сяо Доу Я в приподнятом настроении вскрикнула:

— Госпожа, вы ошиблись дорогой! Выход в другой стороне, там комната господина Мо! Или вы специально туда направляетесь? — Сяомяо тотчас же остановилась и застыла на месте, не двигаясь, она была в такой растерянности, что чуть не расплакалась…

— Чего ты такое болтаешь? — Цзюнь Мосе покосился на Сяо Доу Я: — Неужели моя комната такая ужасная, что мне даже стыдно показать её людям? У меня нет никаких секретов… к тому же ноты к песне «О похороненном цветке» как раз у меня в комнате. Госпожа Мяо выбрала верную дорогу, чтобы забрать нотную тетрадь.

Сяо Доу Я капризно высунула язык и со смехом произнесла:

— Да, это я же ошиблась, Госпожа! Вы всё сделали верно, вам же нужно было в комнату господина Мо! Это я болтаю вздор!

Цзюнь Мосе встал перед дверью в свои покои и вежливо произнёс:

– Госпожа Мяо действительно очень увлекается музыкой… Я знал, что вы придёте за нотной тетрадью… Поэтому всё заранее подготовил. Госпожа Мяо, как вы смотрите на то, чтобы посетить мою скромную обитель?

Мяо Сяомяо сразу же почувствовала себя немного лучше и слегка кивнула головой:

— Если вас не затруднит, господин Мо… простите за беспокойство…

Мелкими шажками она вошла в комнату, следуя за Цзюнь Мосе. Она до сих пор так и не решилась поднять голову, двигаясь, лишь благодаря тому, что не отводила глаз от ног Мосе… Сяо Доу Я, разумеется, вошла вместе с ними…

Когда Цзюнь Мосе указывал дорогу, вдруг за его спиной раздался крик Сяо Доу Я, а после него просьба о пощаде:

- Госпожа! Прошу пощадите меня, прошу… Я не должна была… Прошу вас…

Повернувшись, он увидел, как Сяо Доу Я со смехом бросилась с разных сторон щекотать смущённую Мяо Сяомяо, и просила прощения. Такой способ просить прощения показался Мосе очень весёлым и оживлённым…

— А вы хорошо ладите друг с другом, — искренне сказал Цзюнь Мосе. Обычно молодые барышни из богатых семей, несмотря на близкие отношения со своими девочками-служанками, всегда сохраняют достаточную дистанцию из-за своего «высокого положения», а для служанок непозволительно безобразничать и нагло себя вести. Такие тёплые отношения, как у Сяомяо и Сяо Доу Я, действительно, можно очень редко встретить.

Особенно, если речь идёт о самой богатой и влиятельной семье Призрачного Дворца. То, что Мяо Сяомяо является такой хозяйкой, в самом деле, очень похвально…

Цзюнь Мосе смог разобрать, что Сяомяо делает это вовсе не на публику, она не притворяется, а Сяо Доу Я не выполняет приказ; этих двоих связывает крепкая дружба, раз они с лёгкостью могут подшучивать друг над другом!

Мосе абсолютно не сомневался, что, несмотря на подшучивания со стороны Сяо Доу Я, она очень серьёзно относится к своей хозяйке, и при возникновении какой-то опасности, она, не раздумывая, пожертвует своей жизнью ради Сяомяо…

— Просто смешно, хотя внешне кажется, что Сяо Доу Я является моей служанкой, на самом деле, я отношусь к ней, как к своей младшей сестре. У нас нет тайн друг от друга… — услышав восхищение в голосе Цзюнь Мосе, Сяомяо усмехнулась и, с трудом скрывая сожаление в голосе, произнесла:

– Её судьба… в общем, я очень дорожу ею!

Заговорив о Сяо Доу Я, у Сяомяо проснулось много чувств, но, упомянув о прошлом Сяо Доу Я, Мяо Сяомяо было хотела что-то сказать, но тут же остановилась. Это было вовсе не из-за того, что было какой-то тайной, просто она не хотела расстраивать Сяо Доу Я, чтобы она снова вспоминала о жизненных трудностях, которые ей довелось пережить…

— Госпожа… — глаза Сяо Доу Я в тот же миг покраснели. Она взглянула на Сяомяо и, тяжело вздохнув, произнесла: — Встретить вас было самым большим счастьем в моей жизни…

— Дурёха, что ты такое болтаешь? Я не собираюсь проводить с тобой всю свою жизнь… В будущем, ты обязательно встретишь своего любимого человека, с которым проведёшь всю свою жизнь, вот это и будет самым большим счастьем в твоей жизни… — Сяомяо с сожалением продолжила: – Только не забывай свою хозяйку, этого будет вполне достаточно для меня…

— Сяо Доу Я готова всю свою жизнь быть со своей госпожой, мне не нужен никакой любимый человек… — Сяо Доу Я тотчас же расплакалась. Глаза Сяомяо тоже покраснели…

Обстановка в один миг изменилась, а Цзюнь Мосе сказал лишь слово, что привело к возникновению вселенской печали. Мосе удивлённо почесал свой нос.

«Женщины, действительно, очень странные существа… одна вежливая фраза вызвала фонтан слёз… серьёзно, они такие чувствительные…» — он оказался в неловкой ситуации и попытался исправить ситуацию, вызвав интерес к себе:

— А? Сяо Доу Я, ты говоришь, что никогда не хочешь расставаться со своей хозяйкой? Тогда… разве тебе не придётся стать той самой служанкой-наложницей?

Сяо Доу Я тотчас же покраснела и заморгала своими большими и умными глазами. Она растерялась и на мгновение застыла, а потом, тяжело вздохнув, закрыла лицо руками, и отвернулась, смущённо сказав:

— Ай-яй! Господин Мо, вы такой испорченный… такой испорченный…

Мяо Сяомяо тоже снова покраснела.

Уверен, если бы кто-то другой когда-то сказал подобное Сяо Доу Я, она бы тотчас же ответила яростным ударом по морде за такое. Только потому, что эти слова произнёс Цзюнь Мосе, она моментально отступила, при этом сильно смущаясь…

Так как этот господин Мо — возлюбленный её хозяйки, если она и в самом деле станет служанкой-наложницей Мяо Сяомяо, тогда она станет и его служанкой-наложницей? Зачем он говорит такое? Что это вообще?

Увидев, что Сяо Доу Я находится в затруднительном положении, Мяо Сяомяо невольно сказала:

— С этим пока ничего не ясно, а вы уже задумываетесь о служанках-наложницах? Господин Мо… вы, действительно, не мелочитесь…

Глава 1015. Доченька, брось эту затею!

Поскольку имеется свой гарем жён, это более чем справедливое замечание!

Цзюнь Мосе сам нечаянно поднял эту тему и сам же насторожился…

— Ха-ха-ха! — Цзюнь Мосе рассмеялся деланным смехом и сказал: — Это была всего лишь шутка, госпожа Мяо! Вам же нужны были ноты, я всё подготовил. Только не знаю, понадобится ли вам сделать копию?

Мяо Сяомяо была в растерянности. Она ещё не оправилась от смущения, так сильно одолеваемого её, и вдруг услышала эти слова Мосе. Ей показалось это странным, однако что конкретно было в этом странного, она так и не смогла определить…

— Разумеется, надо, — Мяо Сяомяо в растерянности ответила.

— В таком случае, я немедленно приступлю и сделаю копию для вас. Это не составит труда, одну секунду, — Цзюнь Мосе весело рассмеялся. — Эта песня, попав в женские руки, несомненно должна заиграть новыми красками. Уверен, вы прекрасно подойдёте друг другу, я буду с нетерпением ждать завершения!

Договорив, он взял кисть и летящим почерком принялся за дело…

Они задержались ещё буквально на мгновение, после чего Мяо Сяомяо и Сяо Доу Я поспешили откланяться. Однако Сяомяо по-прежнему не могла выкинуть из своей головы мысль, что что-то не так…

Мяо Сяомяо показалось, что Мо Цзюнь сегодня был каким-то другим, и совершенно не походил на вчерашнего себя…

Где-то в глубине сердца поднималось чувство отчуждения, хотя оно было смутным, всё же его нельзя было не заметить…

Мяо Сяомяо лучше бы предпочла ошибиться!

«Почему? Но почему я не пожалела своей целомудренности, перешагнув через стыд, прибыла сюда, а он по-прежнему так относится ко мне?

Зачем он так со мной?!»

Хотя Сяомяо вчерашней ночью вела себя очень напористо, и даже оказывала давление и не думала сдаваться… но всё же вчера она смогла отчётливо почувствовать, что Мо Цзюнь тоже что-то испытывает к ней.

Он не дал ей категоричный отказ!

Его сердце тоже стучало!

То сладкое чувство, которое она ощутила в то мгновение, ещё долго не отпускало ее, и было с ней на протяжении всей ночи!

Поэтому сегодня она снова решила рискнуть всякими приличиями и безотлагательно бросилась сюда, но сейчас она почувствовала, что её ожидания совсем не оправдались… Неужто это значит, что у неё нет надежды?

Почему Мо Цзюнь стал таким далеким и незнакомым?

Нет, это не так… когда Мо Цзюнь и она попали в затруднительное положение, тогда они были в опасности, её чувства были острее, и она отчётливо почувствовала — она для него не чужой человек… он считал её родным себе человеком…

Тогда Мяо Сяомяо была счастлива, она была уверена, женская интуиция не ошибается!

Однако эта же самая женская интуиция указала ей на неопределимое чувство безразличия со стороны Мо Цзюня, которое последовало после слов об «служанки-наложницы»!

После этой шутки, Мо Цзюнь сразу же охладел к ней, но почему же? Почему, в конце концов?

Неужто из-за этой шутки, несмотря на то, что в будущем это перерастёт в реальность? Однако даже в этом случае не должно было быть таких громадных изменений! Ведь это всего лишь шутка и не больше…

Интуиция Мяо Сяомяо не дает промахов!

Только реальность очень сильно отличается от её ожиданий!

На самом деле, Цзюнь Мосе и сам не понимал, почему он думал так. Будучи молодым человеком, который получил социалистическое воспитание… Эм, хотя он фактически не получил образование, но моногамия в это время была устойчивым явлением. Одному человеку, возможно, и могли нравиться двое разных людей, но, однако, только пройдя через мучительный процесс расставания, у него появлялась возможность наслаждаться новыми отношениями…

Однако Мосе совсем забыл, он уже довольно давно путешествовал во времени!

В этом мире сила превыше всего, господствует превосходство мужчины над женщиной, и по причине непрерывных кровавых войн, количество представителей мужского пола стремительно снижается, что приводит к диспропорции численности мужчин по отношению к численности женщин… В результате чего образовалось полигамное общество!

И самая важная деталь этого общества — многоженство, настоящее блаженство… Изначально, это всегда было главной мечтой всех мужчин… И с этим согласны абсолютно все мужчины, независимо от страны или их статуса! И, разумеется, Цзюнь Мосе не являлся исключением!

Попав во временной период, где многоженство законно, любой мужчина был бы только счастлив, поэтому Мосе даже и не понадобилось времени на акклиматизацию, он уже принял эту реальность… ведь для любого мужчины, это счастливая реальность, о которой он только мог мечтать!

Возможно, это и есть уязвимое место всех мужчин!

Поэтому это и стало уязвимым местом для Мосе. И не важно, благородный ты человек или подлый, мудрец, постигший истину, или герой — достаточно просто быть мужчиной!

Чувства вместе с желаниями, а в желаниях — порядок… Главная особенность заключается в том, умеет ли этот мужчина контролировать себя, вот и всё!

Если умеет, значит, он — так называемый «хороший парень»; что касается тех, кто не умеет, они… сейчас Цзюнь Мосе находился в такой окружающей среде, что, кажется, его нельзя считать хорошим парнем. Или можно сказать… он с самого начала никогда и не думал о необходимости контроля…

Поэтому если думать об этом в подобном ключе, и согласиться с предками: гаремная солидарность, не иначе!

Учитывая временные границы, для мужчины это является важнейшим из приоритетов…

Гармония в семье помогает во всех начинаниях, однако в старину социальный строй общества был ближе к феодальному, и поэтому именно богатый гарем был ключом к подъёму во всех делах и всех начинаниях! Это не касалось нравственности и морали, а нахальные слова Мосе…

«Да, блядь, просто мужиков всегда было меньше! Чайников мало, чашек много… Как я должен ещё это объяснить? Всё шло своим естественным путем! Так или иначе, но в этом нельзя винить меня!»

Хотя Мяо Сяомяо повезло получить ноты к такой драгоценной песне, как «О похороненном цветке», она даже и не думала об этом… Она до сих пор пребывала в состоянии замешательства, и постоянно думала над тем, почему Мо Цзюнь был так холоден к ней сегодня?

«Неужто я вчера выразилась недостаточно понятно? Что вообще значит его поведение? Можно ли считать, что он отверг меня?»

В таком подавленном настроении Мяо Сяомяо вернулась домой. Она была настолько расстроена, что ей даже не хотелось говорить…

Матушка Сяомяо обратила внимание на то, в каком приподнятом настроении её дочка покидала дом и в каком расстроенном состоянии она возвратилась. Как же она могла не волноваться за дочь? Поэтому она тайком расспросила Сяо Доу Я о произошедшем.

Однако Сяо Доу Я, кажется, и сама не подозревала, в чём дело, она не сказала ничего вразумительного.

Матушка была в отчаянии и отправилась в покои дочери, чтобы лично поговорить с печальной Сяомяо. После многочисленных доводов, Мяо Сяомяо, наконец, смущённо рассказала о причине своего плохого настроения. Так как она была в растерянности, она хотела найти человека, которому бы смогла излить душу, который бы развеял все её сомнения, и матушка была превосходным выбором для этого…

Однако с самого начала разговора Сяомяо постоянно увиливала и не говорила о подробностях, но мать любила дочь, а потому не сдавалась и продолжала уговаривать её, чтобы та подробно рассказала о том, что же, в конце концов, произошло.

Узнав обо всех подробностях этой истории, госпожа Мяо тяжело вздохнула:

«Моя девочка, в самом деле, такая наивная. Несмотря на свой ум и сообразительность, в таких делах её знания сильно ограничены…»

— Матушка… скажите мне… почему всё так? Он был так безразличен ко мне, это значит, что отверг мои чувства? — Мяо Сяомяо покраснела, у неё не было другого выбора, и она решила спросить напрямую…

— Ох… моя бедная девочка… — госпожа Мяо не знала, что ответить на это. Она тоже была очень умной женщиной, однако ситуации, в которую попала её дочь, она не могла придумать, что ей ответить…

Подумав некоторое время, она тактично и уклончиво начала:

— Сяомяо, ты говорила, что вчера ты призналась Мо Цзюню в своих чувствах. Ему понадобилось усилие, но он не ответил тебе напрямую отказом, так?

— Да, но я уверена, что у него есть чувства ко мне, иначе бы я так это не оставила, — тихим голосом произнесла Сяомяо.

— Тогда… Сяомяо, послушай свою маму, брось эту затею. С ним ты не будешь счастлива, — госпожа Мяо тяжело вздохнула и посоветовала Сяомяо.

— Что? Матушка? Зачем вы говорите такие вещи? Он такой хороший человек, почему я буду несчастлива с ним? — Мяо Сяомяо была потрясена и подняла голову: — Матушка… неужели у вас хватит жестокости, чтобы использовать меня в качестве инструмента для процветания нашей семьи?

Госпожа Мяо сделала глубокий вздох, сказав:

— Всё меняется… Если даже так — брак по расчёту вовсе не означает, что ты никогда не будешь счастлива… только посмотри на нас с твоим отцом, разве не так? Неужто ты считаешь, что мы не счастливы?

— Нет! — Сяомяо в страхе закричала: — Матушка, я отличаюсь от вас в то время! Тогда… вы ничего не знали… но матушка, пусть даже так, разве в то время вы не мечтали? У вас не было своих идеальных фантазий? Ваша дочка наберётся смелости, чтобы спросить: мой отец и ваши мечты, на сколько они совпали?

Госпожа Мяо вздрогнула, но её лицо осталось спокойным:

— Мечты… а у кого же их не было… но мечты матери были слишком фантастичными…

— А мои мечты сейчас могут осуществиться! В реальности сейчас есть такой превосходный молодой человек! Он — мой идеал! Я не могу забыть об этом! Особенно, когда мы вместе прошли через такую опасность, и он снял мою вуаль! Моя мечта уже практически осуществилась! — Мяо Сяомяо взволнованно вскрикнула: — Если вы соберётесь выдать меня замуж за другого человека, я уж лучше выберу смерть!

Глядя на то, что, несмотря на глаза, полные слёз, Мяо Сяомяо всё так же категорична, госпожа Мяо ощутила искреннее бессилие…

— Сяомяо, я сказала, что ты будешь несчастлива с Мо Цзюнем не для того, чтобы запугать тебя. Посуди сама — думала ли ты над тем, почему он не согласился принять твои чувства? Ты очень красива собой, родом из влиятельной семьи, к тому же не обладаешь расточительным и спесивым характером, даже не заносчива. Вдобавок к этому чрезвычайно умна, обладаешь незаурядной Суань… Ты действительно хорошая пара для него, ты не только можешь стать для него дельным помощником на жизненном пути, но и также в семье. Я уверена, ты станешь добродетельной супругой и любящей матерью, ему стоит только взять тебя в жены, и его положение в Призрачном Дворце стремительно повысится, сэкономив около полутысячи лет времени! Я убеждена, что и Мо Цзюнь понимает это, он просто не может не видеть этого! Но тогда почему же он отказался от всего этого? Почему? Неужто он не думал всерьёз об этом?

Глава 1016. Единственный и неповторимый!

Госпожа Мяо с глубоким чувством сказала:

— С твоей внешностью ты можешь спокойно покорить города и страны! Думаю, что даже если собрать вместе прекрасных дам всех времён, то ты непременно войдёшь в первую десятку! Более того, у тебя величественное происхождение, с которым мало что может сравниться! Твой темперамент мягок, а сколько талантов в военном искусстве! Такая удивительная девушка — сокровище тысячелетия… Однако этот парнишка не только не принял это за честь, но и решил выразить отказ! В чём же причина его поведения?

Услышав эту речь, Мяо Сяомяо впала в глубокие раздумья. Утверждения матери несколько преувеличены, но в основном это правда. Поскольку на её стороне имеется так много преимуществ, почему Мо Цзюнь решил отказаться? Сколько бы она ни думала, причина так и осталась для неё непостижимой.

— Матушка… Так в чём же причина? — не придя ни к какому выводу, обеспокоенно спросила Мяо Сяомяо.

— Ах… действительно говорят, со стороны виднее. Причина ведь очень проста. Ты ведь сказала, что после шутки его отношение вдруг переменилось, и он стал выглядеть равнодушным… — госпожа Мяо глубоко вздохнула.

— Так… так… и в чём дело? Как у этого может быть одна прична? — запаниковала Мяо Сяомяо.

— Обладатель непревзойдённой сущности… Точнее, его сердце, уже занято кем-то другим… — госпожа Мяо вздохнула и добавила: — Ты говорила, что Мо Цзюнь очень красноречив, любые его предложения превращаются в четверостишья, которые наводят на глубокие раздумья. В них присутствуют искренние чувства, такие, как глубочайшая любовь. Всюду… каждое предложение или стихотворная строка — это попытки отогнать от себя прошлое. Все эти стихи, несомненно, написаны им самим… Ещё эта песня, которую ты сегодня принесла — «Плач похороненных цветов»… — госпожа Мяо указала на нотную тетрадь в руках Мяо Сяомяо: — Эта песня… Думается мне, что её сочинила не женщина, живущая сотни лет назад… Если это так, то как же мы до сих пор не слышали о ней? В мире не найдётся более ярого фаната музыки и стихов, чем твоя мать, но о такой чудесной композиции я ни разу не слышала… Только вспомни, сколько людей твой отец посылал ради моего увлечения? Когда появилась песня «Улыбающийся странник материка Суань», то уже в течение трёх дней она была у меня на руках в полном комплекте. Так что если песня Мо Цзюня действительно имеет давнюю историю, то, как бы я о ней не узнала? Эта композиция превосходна, однако её основная мысль немного выше. Помимо самоистязания и жалости к себе, она наполнена тоской о разлуке, — госпожа Мяо вздохнула. — Я в этом абсолютно уверена! Эта песня написана самим Мо Цзюнем, и в ней сокрыты все его воспоминания, вот почему она не имела хождения из уст в уста… Если бы девушка действительно дошла до предсмертного состояния, она не смогла бы сочинить нечто подобное… В этой песне, хотя и нет упоминания о любви между мужчиной и женщиной, но каждое слово и предложение наполнено этим чувством. Там есть горестные сетования любви, а также боль вечной разлуки… Если бы у девушки был возлюбленный, то даже её смерть не смогла убить это счастье. Разве стала бы она оставлять после себя такое печальное произведение для возлюбленного? Мы с тобой обе женщины, неужели мы не можем понять её чувства?

Мяо Сяомяо, словно очнувшись, сказала:

— Доводы матушки, несомненно, обоснованы, неужели… всё потому, что любимый человек Мо Цзюня покинул его?

— Это даже не подлежит сомнению, — кивнула госпожа Мяо. — На самом деле, он уже намекал тебе об этом. Помнишь, ты рассказывала, что Мо Цзюнь сказал тому музыкальному гению? Именно то предложение: «Познавший большую любовь не разменивается на мелкие чувства»? Но, к сожалению, ты так ничего и не поняла, — госпожа Мяо тяжело вздохнула и сказала: — Доченька, отпусти всё это… Если человек с живой душой захочет побороться за тебя, то у него будут все условия для победы! Но для человека с мёртвой душой, какой бы красавицей ты не была, ты не сможешь заменить ту самую! Даже если так, ты станешь просто заменой, товаром, ты готова пойти на такую жертву?

— Оказывается… он испытывал такие страдания. Если такой хороший парень уже однажды ошибся, то, как он сможет снова отыскать любовь… — взгляд Мяо Сяомяо был печален, а голос полон душевной боли: — Кто бы мог подумать, что мой… Цзюнь… на самом деле… так сильно страдает…

Госпожа Мяо обессиленно охнула и сказала:

— Дочь, я не специально говорю эти мрачные вещи… Ты должна понять, что в сердце любого мужчины или женщины будет лишь одна меча, один силуэт — тень, которая будет преследовать до самой смерти… Не важно, насколько коварным и жестоким станет мужчина, пусть даже он будет совершать чудовищные злодеяния! Но… первая женщина, которая вошла в сердце этого мужчины, навсегда останется его богиней! — госпожа Мяо продолжала: — После этой женщины никто не сможет её заменить! Как бы другая ни старалась, всё равно первая любовь останется самым дорогим сокровищем — сокровищем №1! Именно та, которая понравилась ему ещё в юношеском возрасте, когда он был глупым пареньком, а не та, которую он заполучил первой! То же самое можно сказать и в отношении женщины! Не важно, какой она станет в будущем… подлой или же коварной, а может, даже вверит свою жизнь публичному дому, и её тело, руки и губы испробуют на вкус тысячи мужчин… Но её сердце будет всегда предано лишь одному человеку — своей первой любви! Какой бы порочной и грязной её не считали, но перед лицом этого мужчины она навсегда останется той чистой и вечно смущающейся девочкой… — голос госпожи Мяо потяжелел: — Сяомяо… Ты поняла смысл моих слов? Мужчины и женщины на самом деле одинаковы… Искренность, чистота и истинные чувства незабываемы. Ты сейчас попала именно в такую ситуацию… И в сердце Мо Цзюня, очевидно, уже имеется кто-то другой, — госпожа Мяо вздохнула: — Знаешь, почему он так колеблется и отказывается от тебя? Потому что он боится! Боится, что ты потеснишь ту любовь в его сердце! Он даже не хочет попытаться, он не посмеет рискнуть ей!

Мяо Сяомяо прижала ладони к щекам и пробормотала:

— Но… Мама, разве ему не должно быть сильно больно от таких воспоминаний? Если ему никто не поможет… то как быть? Он ведь обладатель непревзойдённой сущности, ему суждено иметь долгую жизнь. Значит ли это, что Мо Цзюнь будет так страдать всю жизнь? Это… Это так ужасно… Как же я могу просто сидеть и ничего не делать, я должна спасти его, я должна…

Госпожа Мяо вытаращила глаза от шока, у неё даже перехватило дыхание!

Она так много всего наговорила в надежде, что её дочь, наконец, сдастся. Но кто бы мог подумать, что это даст обратный эффект? Это действительно неожиданно… Мяо Сяомяо действительно…

Кажется, эта девчонка безнадёжна. Может, суть слов она и поняла, но она уже давно погрязла в сетях любви…

— Знаешь ли ты, почему он так внезапно похолодел сегодня? Не из-за любви, нет, просто он увидел, насколько глубока дружба между тобой и Сяо Доу Я. Вы ведь — как одно неделимое целое. Если в его жизнь войдёшь ты, то за тобой обязательно последует Доу Я! А это слишком огромный вызов и угроза для его сердца! Понимаешь, о чём я? — госпожа Мяо уже старалась из последних сил: — Кроме того, первое впечатление трудно изменить. Он будет подозрителен к вашему тесному общению. Вполне вероятно, он не сможет этого принять! А разве с таким человеком можно будет построить счастье? Доченька, отпусти его, не делай глупостей, о которых будешь впоследствии только сожалеть! Неужели в Туманном Призрачном Дворце, среди сотни талантливых наследников восьми влиятельных семей нет ни одного, кто может сравниться с Мо Цзюнем? — спросила госпожа Мяо.

— Никто не может сравниться с ним… Мо Цзюнь такой несчастный… — Мяо Сяомяо уже мысленно выстроила печальную участь Цзюнь Мосе: – Этот человек может безразлично смотреть на мою внешность и таланты, полностью игнорировать силу нашей семьи Мяо и отказываться от меня… Мама, такой мужчина, очевидно, рассматривает богатство как облако, а славу — как грязь! Просто он тот, кто ценит чувства и является «человеком» в подлинном смысле этого слова! Разве ты не учила меня этому? Почему твои первоначальные убеждения вдруг резко переменились? Разве ты хочешь, чтобы я отказалась от такого прекрасного парня и вышла замуж за жадного, похотливого, не имеющего никаких моральных принципов наследника известной семьи? Для чего? Чтобы повысить наш имидж и помочь нашему увядающему роду? Многие дети влиятельных семей в моих глазах просто шайка придурков, ищущих во всём лишь свою выгоду! Ты только что спросила меня, может ли кто-то сравниться с Мо Цзюнем? Тогда я заявляю тебе со всей серьёзностью — такого человека нет! Никто не может сравниться с ним, а дети богатеньких семей даже и мизинца его не стоят! — Мяо Сяомяо гордо улыбнулась и во весь голос добавила: — Потому что в этом мире есть только один Мо Цзюнь! Для меня больше никого нет! Мне больше никого и не надо! Мама, разве его имя не прекрасно? Его полное имя — Мо Е Цзюнь! (1) Ночь, наполненная манерами благородного человека… — глупо захихикала Мяо Сяомяо…

Госпожа Мяо обессиленно вздохнула и потеряла дар речи. Она просто не могла понять, как у неё, человека с чутким и покладистым темпераментом, могла родиться настолько упрямая дочь?

Госпожа Мяо не приняла во внимание одну важную деталь. В её собственных представлениях Мо Цзюнь является человеком с разбитым сердцем и печальной судьбой. Однако Мяо Сяомяо влюбилась в другого человека — весёлого парня по имени Мо Цзюнь!

(1) Прим.: в данном контексте «Мо Е» — это «Тёмная ночь», «Цзюнь» — «Благородство».

Глава 1017. Безумное нападение!

— Матушка, как раз из-за того, что Цзюнь когда-то в прошлом сильно ошибся и теперь озлобился на весь мир, я должна любить его ещё больше! — с жаром сказала Мяо Сяомяо, её глаза блестели. Голосом, полным надежды, она произнесла: — Именно потому, что я люблю его, я буду рядом с ним, и мне совершенно не важно, буду ли я тогда просто заменой! Важно лишь то, что я буду залечивать его израненное сердце, пусть даже и в качестве замены, это всё равно не имеет значения для меня. Я не хочу, чтобы он улыбался, делая при этом большое усилие над собой… Тогда, если я даже не буду рядом с ним, моё сердце всё равно будет болеть…

Госпожа Мяо в растерянности смотрела на дочь, только чувствуя, что её душа находилась в полном смятении.

«Если б тогда я только имела такую же решимость, как у дочери, ох! Какой смысл сейчас говорить об этом? Сейчас я живу очень счастливой жизнью, муж внимателен и ласков, смышлёная и умная дочка — о чём ещё только может мечтать женщина?»

— Если я подвергнусь горестям и несчастьям вместе с ним, я тоже буду счастлива! — Мяо Сяомяо дотронулась до своего подбородка и посмотрела в окно, луна была уже высоко в небе. Словно болтая во сне, она произнесла: — Мне достаточно просто быть рядом с ним, и я буду довольна!

Её голос звучал очень серьёзно и решительно. Похоже, что она уже приняла решение.

«Мо Цзюнь, твоё сердце изранено… Позволь мне отдать тебе свою жизнь… отдать тебе всю свою нежность и любовь… чтобы исцелить твои раны… чтобы ты излечился…»

Тело госпожи Мяо несколько раз дёрнулось и покачнулось. Глядя на свою дочь, которая была полна надежд и наивных мечтаний, она почувствовала слабость во всём теле. Хотя дочка стояла прямо перед ней, ей казалось, что она уже очень и очень далеко от неё…

«Мо Цзюнь, ты забрал сердце моей девочки! Кто же ты такой, чёрт возьми, обладатель непревзойдённой сущности?»

— Матушка, вы сами говорили, что, независимо от пола, у каждого человека бывает своя первая любовь, которую невозможно забыть, а Цзюнь — первый человек, который смог ворваться в моё сердце! — Мяо Сяомяо смущенно улыбнулась: — Матушка, мне кажется, что я уже больше не смогу забыть его, боюсь, это на всю жизнь! В ту минуту, когда он снял с меня вуаль, я вдруг почувствовала, что мне есть на кого опереться в этой жизни, у меня есть сильное мужское плечо… Матушка, я была самой счастливой на свете в тот миг! — Мяо Сяомяо подняла голову и устремила свои блестящие глаза на мать: — Хотя у Мо Цзюня не такая уж и выдающаяся внешность, но для меня он красивее всех самых привлекательных наследников известных семей, он лучше их в десять тысяч раз! Нет, даже в миллион раз! Он просто несравним с ними!

Госпоже Мяо нечего было ответить на это, и она направилась к выходу…

Она внезапно что-то вспомнила и остановилась прямо перед дверью, вдруг сказав:

— Ты говорила… прошлой ночью ты сама сняла свою вуаль, а не он?

Мяо Сяомяо оцепенела и тотчас же вся покраснела. Она вспомнила, что мать услышала об этом с её же слов и сразу стала придумывать отговорки:

— Матушка, какое имеет значение? Он снял мою вуаль или я сама — так или иначе, он первый мужчина за всю мою жизнь, который увидел мой подлинное лицо! Вуаль с моего сердца… уже была снята ради него! В чём разница между этим и тем, если бы он снял вуаль лично своими руками?

Госпожа Мяо с глупым видом и в растерянности стояла какое-то время, не зная, как сказать, что в том, кто снял вуаль, и добровольно или нет существует огромная разница, но госпожа так и не решилась открыть рот, она только снова опечаленно вздохнула, и молча ушла. Ей показалось, что её вздох сегодня был таким чрезвычайно печальным, каким не был за всю её прожитую жизнь…

— Мо Цзюнь, моя милая девочка так сильно тебя полюбила, прошу тебя, не обмани ее светлые чувства… — госпожа Мяо, глядя на полную и светлую луну, с искренностью произнесла своё самое сокровенное желание…

Молодой мастер Цзюнь и подумать не мог, что его отказ и несколько необычное поведение в тот момент вызовет такую череду событий…

К тому же он сам непроизвольно поменял своё имя, что теперь оно было преисполнено благородством и честью. Так поэтично и чарующе… Стоит отметить, что у женщин такая богатая фантазия! Хотя всё-таки нельзя уверенно сказать, что госпожа Мяо ошиблась. Фактически она сказала больше правду: причина, по которой Цзюнь Мосе отказал Мяо Сяомяо, была другой женщиной, она даже угадала основную тему песни «Плач похороненных цветов», но если объединить все эти вещи, получится неизмеримая разница, как небо и земля!

***

Отправив Мяо Сяомяо домой, Цзюнь Мосе стал готовиться ко сну.

Молодой мастер — тоже человек, и он тоже уставал. Казалось, до этого момента Мосе не отдыхал как следует уже довольно длительное время. Как-никак, в скором времени ему понадобится много сил и энергии, будь то сражение с семьей Чжань, или с Цао Гофэном, или будь то с Мяо Цзин Юнем, чтобы попасть в Сад чудодейственных растений.

Решив пойти спать пораньше, Мосе как раз избавился от расспросов Цао Гофэна и всех остальных. Как говорится, убил одним выстрелом двух зайцев.

Он потушил свет, быстрым движением сбросил с себя всю одежду, и совершенно голый скользнул в спальный мешок.

Раньше у Мосе не было привычки снимать одежду перед сном. Если ты хочешь стать убийцей, к тому же самым лучшим наёмным убийцей, ты должен быть всегда начеку, и быстро приспосабливаться к различным обстоятельствам!

Разве только все люди обладают чувством стыда. Драться с голым задом, эм, это подходит для прелюдии между мужчиной и женщиной, но если мужчина, будучи абсолютно голым, будет скакать с мечом — это слишком большее давление, — проверено научным путём.

С тех пор, как молодой мастер Цзюнь обзавёлся удивительной техникой невидимости Инь-Ян, и особенно тем, что он в любой момент может исчезнуть и скрыться в Пагоде Хунцзюнь, он стал постепенно менять свои привычки…

В Пагоде у него было немало запасов одежды, всё находилось наготове… Если он зашёл туда голым, сто процентов гарантии, что выйдет он оттуда уже при полном параде… к тому же был и ещё один неожиданно приятный эффект!

Это так освежает…

Поэтому Цзюнь Мосе постепенно стал ловить кайф от этого… спать без одежды очень полезно для мускулов…

Сегодняшняя ночь тоже была не исключением… Однако мир так непредсказуем — иногда всё идёт не так, как тебе хотелось бы. Например, как сегодня ночью, когда с Цзюнь Мосе случился несчастный случай…

В ночной тиши на небе сверкала яркая луна.

А яркая и освещающая всего вокруг луна не является хорошим помощником для ночного путника!

Однако везде есть свои исключения, эта фраза очень непредсказуема!

Из-под горы внезапно появился удивительный тёмный силуэт, который летел выше облаков.

Скорость движения этого человека была чрезвычайно высокой, но при этом не было слышно шороха от соприкосновения его одежды и ветра…

Лицо этого человека скрывала чёрная маска, всё оно было укрыто темнотой, только виднелись необычайно равнодушные глаза.

Это равнодушие было не таким обычным…

Его равнодушие достигло такой высокой степени, что весь мир и жизнь всех живых существ не значили для него ровным счётом ничего!

Казалось, человеческая жизнь не стоит даже взмаха его ресниц…

Его скорость была в самом деле дико безумной, в одну минуту он был где-то среди чёрных туч, в другую же — уже в садике при усадьбе Цао Гофэна!

Уровень совершенствования этого человека был намного выше, чем у Цао Гофэна и остальных Шенхуанов! К тому же выше на немало количество ступеней!

Потому как, когда он прибыл в садик, четверо дежуривших там Шенхуанов даже не обнаружили его… видите ли, если бы его уровень совершенствования был тождественен этим Шенхуанам, тогда они бы смогли почувствовать его уже примерно за километр!

А сейчас он был совсем близко, и они даже ухом не повели…

В следующий миг этот человек в чёрном, ни на секунду не поколебавшись, вломился прямо внутрь! Словно тёмный орёл, прижавший крылья максимально к туловищу, он бросился в цель!

Его скорость была невероятной! Однако он все также не издавал ни звука…

Находясь в воздухе, он никак не изменил своей формы и обличья, необычайно решительно он с бешеной скоростью бросился к своей цели!

В тот миг, когда его ноги соприкоснулись с крышей усадьбы, раздался яростный свист, по силе сравнимый лишь с громадным землетрясением!

Он направил всю Суань, которой обладал, в этот удар!

Пространство между небом и землей в одно мгновение затвердело!

Кажется, даже лунные блики от этого удара преломились, и изменили свое направление!

— Воздушные оковы!

К тому же сфера охвата этих «оков» распространялась на весь садик!

Уверен, такие крупномасштабные оковы был не способен развернуть даже Шенхуан третьей ступени, Цао Гофэн!

Силы этого человека были чрезвычайно могущественны!

И целью этого нападения было главное здание среди владений Цао Гофэна!

Это здание было самым защищённым на территории! Вероятно, обладатель непревзойдённой сущности живёт именно в этом месте!

Этот приём вряд ли сможет убить Шенхуана, но нанести ему тяжёлую травму — в два счёта! Особенно, если он не начеку!

Главной целью этого нападения был как раз обладатель непревзойдённой сущности!

Этот удар не только мог вызвать у мастера уровня Шенхуана тяжёлое ранение, но и вообще он имел смертельную направленность! Стоило обладателю непревзойдённой сущности только находиться в этом здании, и тогда его ждала лишь верная смерть!

Это был жестокий удар прямо исподтишка, обрушенный на Цзюнь Мосе и семерых Шенхуанов. И человеком, предпринявшим его, был не кто иной, как мастер высочайшего уровня, разрушительная ладонь — Чжань Сяо Сяо!

Можно сказать, что Чжань Лунхуэй на этот раз превзошёл сам себя. Первый удар — и какой — он решил обрушить на таких соперников!

Сейчас семья Чжань подверглась множеству несчастий и трудностей, во всём царил хаос и неразбериха. Изначально Чжань Лунхуэй и не думал о том, чтобы убить Мо Цзюня, ведь, как-никак, этот мальчишка — обладатель непревзойдённой сущности, у него большой потенциал, за сравнительно короткий период времени он всё равно не сможет достичь очень высокого уровня совершенствования, сил мало, а значит, семья Чжань пока будет в безопасности.

Но смерть двух молодых наследников семьи Чжань напомнила Чжань Лунхуэю, как прародителю и главе семьи, об очень большой и важной проблеме!

Семья Чжань уже давно жила в лёгкости и преуспевании, почему она добилась таких результатов? Почему заговор их семьи длился так долго, и ни один человек не мог и помешать? Разумеется, на это влияет много факторов, и судьба, и удача!

Возможно да, возможно нет, но всё это в одночасье переменилось! Всё вернулось к своему изначальному состоянию, и причина этим неожиданным переменам — появление Мо Цзюня!

Глава 1018. Мощь и величие мастера Шэнцзунь!

А всё потому, что семья Чжань приказала двум братьям, Чжань Цифэну и Чжань Юшу, выступить против Мо Цзюня. В их распоряжении были все методы, которые они могли использовать, однако в конце концов оба вернулись ни с чем. Именно из-за нежелания смириться со своим поражением, Цифэн и Юшу решили убить Мо Цзюня! Вот с чего всё и началось!

Если говорить о судьбе, то попутный ветер семьи Чжань сменился в обратном направлении, потому что их настигла зловещая звезда в лице Мо Цзюня!

И эта зловещая звезда должна быть уничтожена!

Как раз в это время Чжань Луньхуэй, наконец, получил необходимые ему сведения: в тот момент, когда шестеро бойцов семьи Чжань собирались убить Мо Цзюня и Мяо Сяомяо, внезапно появился некто с непревзойдённым мастерством, использовавший приёмы и техники, подвластные мастеру Почтенного или Достопочтенного уровня. Этот человек и спас Цзюня и Сяомяо!

Это не имеет большого значения.

Настоящая проблема заключается в другом…

Всего за один день великие, тысячелетние замыслы семьи Чжань были безвозвратно уничтожены в самый важный момент, когда всё вот-вот должно было претвориться в жизнь! Все планы были полностью разбиты: тысячи лет усилий десятков поколений, душевные силы бесчисленного количества людей — всё было впустую!

Такой же могущественный и непредсказуемый мастер ворвался и в подземный «мир»!

Сначала он убил Чжань Тянь Цзи, разрушил основной процесс транспортировки энергии и полностью уничтожил тысячелетние замыслы семьи Чжань.

После этого он использовал свои методы для убийства двух потомков семьи Чжань — Чжань Цифэна и Чжань Юшу. Не важно, в каком положении умерли те двое, Чжань Луньхуэй отказывался верить в то, что они действительно двинули кони от большого испуга. Причина явно в другом, ведь смерть этих двоих произошла сразу после появления таинственного мастера…

Если резюмировать события минувших двух дней, то можно найти явные совпадения между человеком, вломившимся в Подземный мир, и человеком, который спас Мо Цзюня и Мяо Сяомяо!

Это определённо был один и тот же человек!

Этот мастер пришёл отомстить семье Чжань за то, что они напали на Мо Цзюня! А два брата были убиты как главные виновники того самого покушения!

Чжань Луньхуэй пришёл к выводу, что во всем случившемся виноват лишь обладатель непревзойдённой сущности — Мо Цзюнь!

Мо Цзюнь представляет особую ценность для таинственного мастера!

Так что нужно только убить обладателя непревзойдённой сущности, и этот человек снова себя проявит!

Поэтому, как только Чжань Луньхуэй получил известия о смерти Чжань Цифэна и Чжань Юшу, он тут же отдал приказ о немедленной ликвидации обладателя непревзойдённой сущности — Мо Цзюня!

Чжань Сяо Сяо, которому изначально было отдано это поручение, не стал уклоняться от долга и тут же отправился в путь!

Для Чжань Сяо Сяо издевательство над слабыми, самоуничижение и даже процесс всей миссии совершенно не важны, главное — это результат и отчёт о завершении дела перед Чжань Луньхуэем!

Теперь можно сказать, что он находится на грани жизни и смерти!

Цзюнь Мосе во сне внезапно почувствовал источник серьёзной опасности.

Смертельной опасности!

Он даже не открыл толком глаза и прямиком ушёл в мир Пагоды Хунцзюнь.

В то же время раздался пронзительный рёв:

— Враг наступает! Всем быть предельно осторожными! Пришедший является мастером Суань!

Вслед за криком, четыре великолепных меча были обнажены в направлении небес. Все клинки смотрели в разные стороны, но цель у них была одна. Каждый из мечей образовал свою световую дорогу, соединяющую землю с небом, и этот огромный световой столб был направлен прямо в человека в тёмных одеждах, что стремительно летел в воздухе!

Раздался громкий взрыв. Показалось, будто даже воздух между небесами и землей задрожал. Во дворе, где жил Цао Гофэн, целый ряд из тридцати или сорока домов одновременно обрушился от такого удара! Поднялась пыль в виде огромного облака, повсюду валялись бесчисленное количество обломков камней и черепицы!

Удар был жёстче, чем от атомной бомбы!

В результате этой атаки весь двор, с прилегающим к нему цветочным садом, был полностью разрушен до основания!

Именно так выглядит могущество и сила мастера уровня Шенцзуня! (1)

Сквозь огромное облако пыли раздался громкий рёв, и три блестящих меча прорвались вперёд. Это был Цао Гофэн и ещё два приближенных Шенхуана. Все семеро, наконец, объединились в одно целое и направили все свои силы на атаку!

Их цель — незнакомец в чёрной маске!

Каждый из семи великих Шенхуанов поклялся уничтожить этого ублюдка!

В этот момент гнев в сердцах этих семи человек достиг крайней точки, особенно тех, что на тот момент отдыхали в комнатах. Если бы они не были особо бдительны в последнее время и не заменяли свой сон медитациями, то, боюсь, что после такой атаки от них бы и мокрого места не осталось!

В душе всех семерых поднялось неконтролируемое чувство гнева и ярости! «Что за непримиримая ненависть заставила этого человека совершить против нас такой жестокий удар?»

Цао Гофэн же под остаточным страхом ликовал от радости: какое счастье, что Мо Цзюнь был размещён в комнате за стеной, иначе, с его уровнем совершенствования, этот пацан не выжил от такого удара!

Увидев семь длинных клинков, приближающихся со всех сторон с огромной скоростью, человек в чёрной маске холодно усмехнулся и внезапно закружился в воздухе. Рядом с его телом появились семь чёрных ладоней одинакового размера!

И выглядели они как настоящие!

Бах! Бах! Бах!

Прозвучала череда громких звуков: произошло столкновение обеих сторон. Человек в чёрной маске сделал несколько кувырков в воздухе, а его одежда лишь слегка колыхнулась от ветра!

Тем временем семеро Шенхуанов одновременно полетели вниз!

Даже объединившись, Шенхуаны лишь сравняли свои силы с силами противника!

— Мощь этого человека, действительно, невероятна! Это определённо мастер уровня Шэнцзунь! Боюсь, что даже с силами семерых, у нас нет никаких шансов на победу!

Пока тело Цао Гофэна падало вниз, его разум продолжал делать разумные суждения:

«Раз уж мы не можем одолеть врага, то мы должны изо всех сил держать оборону, пока не придёт подмога! Как только появится хоть какая-то возможность, в первую очередь необходимо позаботиться о Мо Цзюне и увести его отсюда. Комната, в которой находится парнишка, находится в пределах поля битвы, так что ему угрожает смертельная опасность при каждом нашем столкновении!»

«Должно быть, целью этого человека является Мо Цзюнь!»

Бай Цифэна тоже посетили такие мысли.

Похоже, что все семеро Шенхуанов подумали об одном и том же!

Они переглянулись и, не сговариваясь, поняли мысли друг друга.

И подготовили стратегию для борьбы с таинственным врагом.

Во дворе всё было разрушено, и не одному слуге не удалось спастись! Остались лишь семеро Шенхуанов. И хотя их настроение было преисполнено осторожности и опасности, они нисколько не печалились.

«Кажется, что парнишка с непревзойдённой сущностью всё ещё не умер. А раз он жив, значит, его не было в ряду тех разрушенных домов! Тогда…» — Чжань Сяо Сяо всю свою жизнь провел в битвах, его опыт был более чем богатым, поэтому сразу понял, что к чему.

Внезапно Чжань Сяо Сяо вытянул две руки и в одно мгновение смёл к херам ещё часть домов за стеной!

Скопище неукротимых и могущественных ладоней развернули беспорядочную бомбардировку против остатков двора Цао Гофэна! Тело Чжань Сяо Сяо понизилось лишь на пять футов, а его руки выпустили в атаку больше сотни ладоней!

И эти атаки не собирались прекращаться, наоборот, они становились всё быстрее и быстрее!

— Ублюдок! — глаза Цао Гофэна и других Шенхуанов мгновенно покраснели от злости.

Все семеро, не сговариваясь, тут же отбросили заранее разработанную стратегию и бросились в сторону домов, чтобы направить оставшиеся силы для их обороны от атак врага!

«Так значит, этот мальчишка там…» — в глазах Чжань Сяо Сяо промелькнула искра, а его руки уже подготовились к новой волне ударов!

Атаку в полную силу от мастера уровня Шэнцзунь невозможно даже описать словами!

Цао Гофэн и остальные мастера, хотя и делали всё возможное, действуя общими усилиями, однако этого было недостаточно, и они терпели неудачу за неудачей!

«Нельзя больше ждать и наблюдать за тем, как их избивают. Такими темпами все семеро скоро на тот свет отправятся!» — Цзюнь Мосе быстро надел чёрные одежды и вылетел из Пагоды.

Молодой мастер не позволит Цао Гофэну и остальным Шенхуанам отдать свои жизни ради его защиты!

На огромной скорости вспыхнула чёрная тень, ворвалась внутрь небольшой комнаты, которая уже была разрушена, а затем вылетел из заднего окна, держа в руках что-то похожее на человеческое тело…

А затем этот силуэт рванул вперёд, стараясь уйти как можно дальше!

Перед уходом он лишь прокричал старческим голосом:

— Шенхуан Цао, прошу вас, постарайтесь задержать этого человека, а я пока унесу отсюда этого паренька!

Цао Гофэн и остальные Шенхуаны тут же расслабились. Может, они и не знали говорящего, однако этот мастер, несомненно, обладал прекрасным уровнем совершенствования и находился на их стороне!

Раз с Мо Цзюнем всё в порядке, то семеро Шенхуанов могут спокойно сосредоточиться на своём враге и приложить все усилия для блокировки Чжань Сяо Сяо!

Мастер уровня Шэнцзунь, несомненно, очень силен, и если Цао Гофэн бы вздумал сразиться с ним один на один, то точно потерял бы свою жизнь. Однако их семеро Шенхуанов, общими усилиями они могут противостоять врагу. И хотя их шансы на победу всё ещё выглядят довольно слабыми, но вот с обороной проблем быть не должно!

Чжань Сяо Сяо, естественно, не мог смириться с тем, что какая-то мистическая особа просто утащила у него из-под носа тот кусок мяса, за которым он пришёл! Приняв удар от Шенхуанов, он свирепо завопил, а затем, словно молния, бросился высоко в небеса!

Тело Чжань Сяо Сяо поднялось на высоту пятидесяти метров, превратившись в маленькое чёрное пятнышко на небе!

Он просто отказался от борьбы с семью Шенхуанами и, совершив плавный поворот в небе, словно метеор, бросился вслед за таинственным защитником, чей силуэт уже тоже превратился в маленькое пятно, которое вот-вот исчезнет вдали!

Цао Гофэн и другие Шенхуаны не могли смириться с происходящим, поэтому тут же кинулись преследовать Чжань Сяо Сяо! Однако они не могли бездумно рассредоточивать свои силы. Если человек в чёрной маске внезапно развернётся и нанесёт по ним удар, то случится огромная трагедия!

Со стороны высоких гор Туманного Призрачного Дворца тоже виднелись силуэты множества людей, движущихся в данном направлении.

(1) Прим.: Дословно переводится примерно как «Святой Мудрец». Этот уровень совершенствования выше Шенхуана, «Святого Императора». Во избежание недоразумений, дальше будет использоваться транслит, как и в случае «Шенхуана».

Глава 1019. Необыкновенная погоня!

Два чёрных силуэта, как два скоростных метеора, в одно мгновение преодолели большое воздушное пространство и проскользнули в дремучие заросли густого леса, находящегося за горой!

Немало впоследствии прибывших, гнавшихся за ними людей уже полностью потеряли их из виду, и совершенно не знали, куда скрылись эти двое…

Цао Гофэн и остальные их преследователи спокойно смотрели на густой зелёный лес, а потом невольно ахнули, и у некоторых изо рта потекла кровь. Ещё в начале они подверглись мощному удару, заставшему их врасплох, и уже тогда они получили внутренние ранения. Потом были довольно сильные ударные волны от мощных ударов ладонью, которые только ухудшили их самочувствие…

С большим трудом добравшись до этого места, они уже не могли подавлять свои внутренние раны, и, наконец, боль прорвалась наружу вместе с кровью!

Могущество мастера уровня Шенцзунь в самом деле необычайно!

Один из прибывших людей, старик в тёмной одежде спросил их:

— Что, в конце концов, здесь произошло?

Этим человеком был Правитель Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юнь.

Бай Цифэн подробно рассказал о том, что случилось, закончив:

– Хорошо, что вы, владыка, заранее обо всём позаботились, и снарядили человека сюда. Иначе бы, основываясь только на наших, семи братьев, силах, боюсь, сегодняшняя ночь не предвещала ничего хорошего…

Мяо Цзин Юнь удивился и в замешательстве пробормотал:

— Но я никого не снаряжал сюда…

После этих слов Цао Гофэн и все остальные в мгновение изменились в лице!

Ведь Правитель решительно не мог им врать, и уж тем более в такой напряженный момент, тогда… кто же тот человек в чёрном?

— В погоню! Мы во что бы то не стало должны схватить человека в чёрном, который нанёс эту неожиданную атаку! Я должен собственными глазами увидеть кто он! У какой из семей оказалось столько храбрости? Кто посмел отправить мастера уровня Шенцзунь, чтобы расправиться с ребенком? — Мяо Цзин Юнь с сердитым видом отдал приказ, и в то же время устремил свой острый взгляд на главу семьи Чжань, Чжань Вуюня. В этом взгляде было предостережение, от которого Чжань Вуюня бросило в дрожь…

Мяо Цзин Юнь был поражён словами Цао Гофэна. Он был довольно опытным человеком, и с максимальной решимостью вынес приказ, отправив на помощь несколько десятков мастеров из Призрачного Дворца, которые тотчас же проникли в бескрайние лесные заросли, немедленно приступив к тщательному прочёсыванию местности!

Самые слабые из этих людей обладали совершенствованием Достопочтенного мастера четвёртой ступени. Большая часть из них были Шенхуанами, а ещё среди них было несколько мастеров уровня Шенцзунь, так как, со слов Цао Гофэна уже было понятно, что напавший человек в чёрном обладал уровнем мастера Шенцзунь. Если не поставить соответствующего по уровню противника, тогда это будет не помощью, а бесполезной тратой времени…

Цзюнь Мосе быстро двигался вперёд, а жажда убийства наполняла его сердце.

Хотя замысел убийства был уже достаточно ожесточённым, он не спешил обрушить контрудар на своего противника. В конце концов, он был мастером уровня Шенцзунь и его силы были потрясающе могущественными. Он намного превосходил по силам Мосе. Убить его — дело не из лёгких, и уж особенно если бездумно приступить к контрудару, добиться успеха будет трудно!

Поэтому Цзюнь Мосе сохранял терпение. В ожидании удачного момента и удобного места для удара, ведь напасть на этого человека, значит подвергнуть себя очень сильной опасности!

Что касается этого мастера Шенцзунь, Мосе был уверен, что он никогда не встречал его ранее, хотя в прошлый раз в семье Чжань он был окружён двумя мастерами тоже с уровнями Шенцзуня, но ни один их них не был похож на него. Однако Цзюнь Мосе удалось наверняка установить, что этот человек точно был родом из семьи Чжань, при этом он занимал довольно высокое положение в их семье!

Прошёл всего день или, может, полтора дня, а семья Чжань уже была настроена так решительно, отправив такого высокопоставленного человека сражаться с Мосе. Очевидно, ненависть семьи Чжань по отношению к Мо Цзюню уже достигла своего исторического максимума, и не терпела никаких отлагательств!

«Решили подпортить мне жизнь, не так ли? Поскольку позиция вашей семьи настолько очевидна, по-видимому, даже уничтожив вашу секретную базу, по всей вероятности, я не смогу быть полностью довольным? Так как вы доставили мне и людям со мной массу дискомфорта, я сделаю так, что вам ещё раз выпадет возможность пережить большое потрясение! Я научу вас жизненной истине!»

Впереди виднелись высокие горы, покрытые густым лесом.

Цзюнь Мосе был впереди и стремительно ворвался в самую глушь.

Чжань Сяо Сяо на протяжении всей своей жизни одерживал только победу, как он смог испугаться какого-то ничтожного густого леса? К тому же, ему уже удалось определить то, что загадочный человек, забравший обладателя непревзойдённой сущности, хотя и обладает довольно выдающимися способностями, всё-таки он сильно отличается от него по уровню сил, поэтому у него совершенно не было никакого страха, он уверенно последовал за ним!

Раздался звук ударов ветвей, и оба человека, с расстоянием друг между другом около шестидесяти метров, в один миг исчезли в густой зелени леса!

Сейчас было начало лета, весь лес густо зеленел и быстро разрастался, если бы человек попал туда, от него сто процентов не осталось бы и следа, к тому же сейчас, глубокой ночью!

Чжань Сяо Сяо обладал сверх выдающимся совершенствованием, и тёмной глубокой ночью видел так же, как и днём. Притом, владея сверхчувствительной техникой провидения, он был совершенно уверен, что этот лес не является для него преградой; но, однако, когда он попал вглубь леса, он почувствовал что-то неладное.

С самого начала преследования, он уже понял, что силы этого загадочного человека не доходят до уровня его сил, однако его приёмы необычайно коварны!

Очевидно, его абсолютная скорость уступает скорости Чжань Сяо Сяо, однако его способы бегства вводят в заблуждение. У него очень хитрые приёмы!

В нормальных условиях, учитывая превосходство своих сил, он бы мог применить несколько внезапных ударов. Пусть он даже бы не убил его сразу, однако этого было бы вполне достаточно, чтобы задержать его на какое-то время, но этот таинственный мастер специально двигался зигзагообразными перебежками! Быстро отклонился на восток, потом также резко на запад — его движения было тяжело уловить, даже с такой силой, как у Чжань Сяо Сяо! Он никак не мог определить его истинное местоположение, особенно при поворотах, когда его движения становились более уклончивыми и резкими!

Перед поворотом Чжань Сяо Сяо чувствовал, что расстояние между ними довольно хорошо сократилось, и достигает не более тридцати метров, ему стоит только немного ускориться, и он обязательно настигнет его. Но после поворота он ощутил, что дистанция между ними снова увеличилась до двухсот с хвостиком метров. К тому же это были не единичные случаи, та же самая ситуация возникала безостановочно!

Вне всякого сомнения, это очень странно!

Сейчас, когда они погрузились в заросли густого леса, такие странные явления стали ещё более очевидными.

Это загадочный человек двигался не один, при этом он держал при себе мальчишку с непревзойдённой сущностью… Как так выходило, что в одно мгновение он полностью пропадал из виду? К тому, как капля в море, совершенно бесследно и незаметно?

Как это вообще возможно?!

В условиях попадания в крайне густой и глухой лес, человек, который хорош в технике преследования, всегда заметит хотя бы какой-нибудь след беглеца! Но, казалось, что этот мистический человек ни разу даже не дотронулся ни до одной травинки! В таком случае, каким же образом он двигается?

Чжань Сяо Сяо был в недоумении, он не знал в какую сторону ему податься. С возмущением он осматривался по сторонам и, наконец, увидел травяные заросли, колыхающиеся, словно волны, на расстоянии в триста метров от него…

«Хм! Пусть у тебя искусная техника, но всё же не надо брать на себя так много! Сегодня даже не мечтай сбежать от меня!»

Чжань Сяо Сяо стремительно бросился к тому месту…

Преследователь и беглец вынырнули с другой стороны леса, а потом повернули к горному хребту, затем снова повернули и отправились к другой горе…

И так далее… Казалось, расстояние от центральной части Призрачного Дворца только увеличивалось!

Разумеется, Чжань Сяо Сяо становился всё спокойнее.

«Если бы ты стал обдумывать способы бегства, возможно, я бы стал немного волноваться. Мне бы пришлось столкнуться с препятствиями на пути уничтожения своего серьёзного врага, и даже беспокоиться о том, что будет, если моя личность будет раскрыта. Кто знает, может, мне бы пришлось отпустить тебя! Но в панике беглец не выбирает дороги, бежит куда глаза глядят, здесь ты должен винить сам себя, это тебе не повезло!»

Сейчас они были где-то в тысяче километров от центра Призрачного Дворца!

В этих окрестностях, очевидно, больше нет никаких сильных мастеров!

«Я, Чжань Сяо Сяо, здесь король и повелитель! Ты считаешь, что, благодаря своей скорости, сможешь выиграть себе время? Тогда ты страшно заблуждаешься! Это просто смешно!»

В мгновение ока они оказались около высокой горы, в тот же миг оба взлетели и достигли её вершины!

Внизу виднелось ущелье!

Очень опустевшее и заброшенное ущелье, там даже не было ни одного деревца. Настоящее захолустье и отличная площадка для боя!

Чжань Сяо Сяо с быстротой молнии устремился прямо вниз! А потом резко остановился, и застыл на месте, как вкопанный!

Потому как впереди него стоял тот самый человек, которого он преследовал. Его лицо тоже скрывала чёрная маска, и он был одет так же, как Чжань Сяо Сяо. Он спокойно стоял недалеко от него, заложив руки за спину, словно уже давно ожидая его!

Самым удивительным было то, что при этом человеке ничего не было, он был один. Было совершенно непонятно, куда делась «вещь», которую он на протяжении всего пути нёс в охапке!

Он стоял там совершенно спокойно, с прямой осанкой, его дыхание было обычным, и нисколько не учащённым, словно безумной погони в тысячу километров и не было.

«Неужто он ждет меня? — такая мысль возникла у Чжань Сяо Сяо. — Неужели не только я хочу убить его, но и у него есть точно такие же мысли на мой счёт? Однако наш бой не должен быть увиден кем-то посторонним, и поэтому он привёл меня именно сюда?»

Подумав об этом, Чжань Сяо Сяо чуть не рассмеялся в голос!

«Да пусть за этим будет наблюдать хоть весь Призрачный Дворец, разве найдутся люди, которые будут уверены, что я буду разбит, или вообще убит? Он намного слабее меня, но при этом он рассчитывает убить меня, это же бред собачий!»

— Ждёшь меня? Ты хочешь убить меня? — голос Чжань Сяо Сяо был серьёзен. Он сильно отличался от его обычного голоса. Во всяком случае, он не хотел раскрывать свою личность!

Он не хотел говорить своим обычным голосом с человеком, которого он никогда в жизни не видел.

Мало ли что, вдруг…

Чжань Сяо Сяо не почувствовал, что, увидев этого человека, спокойно ждущего его, в его эмоциональном состоянии произошли большие изменения.

Невероятные изменения!

В самом начале погони он считал, что убить этого мастера будет чем-то незатруднительным, ему даже не понадобится прилагать какие-то усилия для этого! Но сейчас, когда он увидел, что его соперник спокойно ожидал его появления, у него появилось лёгкое беспокойство.

Похоже… он попал в ловушку своего противника!

Чжань Сяо Сяо был уверен в своей победе на сто процентов, но сейчас все изменилось…

Глава 1020. Один лишь вгляд

Несмотря на то, что первое предложение, сказанное Чжань Сяо Сяо, казалось спокойным, оно было ещё более агрессивно. Но это показало предел его терпения.

Скорее всего, он имел в виду:

«Наконец не сбегаешь? Решил умереть здесь?»

Хотя слова похожи, но их смысл совершенно разный. Цзюнь Мосе, без сомненья, можно было считать одним из лучших психологов в этом мире и, хоть сейчас лица Чжань Сяо Сяо не было видно, но разве по его телодвижениям и манере речи не было понятно, что его душу терзают сомнения?

— Прежде чем начать, я хочу пожаловаться. Твоя скорость очень низкая, поэтому не верится мне, что ты один из Шэнцзунов! — Цзюнь Мосе слегка вздохнул и с некоторым равнодушием ответил ему. К тому же он не понял по голосу этого человека, сколько ему лет, и спокойно сказал: — Чтобы дождаться тебя, я был вынужден постоянно замедлять темп и постоянно оборачиваться, чтобы привести тебя сюда. Это было очень непросто… В итоге я нашел такое красивое место, чтобы, наконец, закончить эту до крайности скучную игру в догонялки!

«Ты уже боишься, а значит, я могу применить свои жестокие методы на тебе!»

Чжань Сяо Сяо вздрогнул. Неужели всё этот время это не он преследовал врага, сбиваясь с ног, а всё это был хитрый план его соперника?! Он водил его за нос! И даже это место выбрал именно он!

— До чего же смешно! Когда ты говорил это, ты, похоже, забыл, что твой жалкий побег тебя никуда не привел? С твоей ничтожной силой ты разве имеешь право говорить такие слова? – Чжань Сяо Сяо засмеялся.

— Ты и в правду все это время думал, что во время этого преследования я продемонстрировал всю свою силу? – Цзюнь Мосе слегка улыбнулся: — У меня к тебе встречный вопрос: если я действительно хотел бы избежать всего этого, то развернулся бы обратно за подкреплением. Тогда бы ты смог нас остановить? Был бы у тебя шанс выйти из такой неприятной ситуации целым и невредимым?

Чжань Сяо Сяо замолчал. Но он был достаточно известным человеком и не хотел потерять свою честь из-за неправильно сказанных слов. На самом деле, услышав, как его противник говорил те слова, по спине Чжань Сяо Сяо пробежал холодный пот!

Но, проанализировав способность передвигаться своего противника, он понял, что даже если сила этого человека и отличается от его силы, это совсем не означает, что она хуже. Тем более что его техника отработки движений крайне восхитительна. Если б он не принял решения бежать, а вернулся за подкреплением, то у него бы не было шанса их остановить… Кроме того, если б он объединился с Цао Гофэном, Мяо Цзинь Юнем и остальными, то убить себя оказалось бы не таким уж и сложным делом!

Этот парень сам себя запутал.

— Теперь уже, если захочешь сбежать, то придётся за это заплатить. И, что более важно, придётся раскрыть свою истинную личность!

«Но почему он так не сделал? Разве он полон решимости победить меня, разве настолько уверен в себе?» — Чжань Сяо Сяо вдруг поднял глаза и спросил: — Тогда почему ты так не сделал? Почему не пошёл за подкреплением?

— Почему я так не сделал? Этому есть две причины, — Цзюнь Мосе повернулся к нему спиной, а затем очень медленно обернулся. Он был чрезвычайно элегантен и в то же время довольно спокоен. Даже сейчас, будучи в компании врага, он считал, что должен действовать элегантно.

Кажется, его противник не чувствовал на себе никакого давления.

В голове у Чжань Сяо Сяо только появилась такая мысль, как Цзюнь Мосе ускорился и смотрел ему прямо в глаза.

Два необыкновенно острых и суровых глаза высокомерно смотрели на него, этот взгляд словно впился в глаза Чжань Сяо Сяо.

Он делал это для того, чтоб вызвать сомнения у Чжань Сяо Сяо. Это образец того, как нужно захватывать положение! Тот, кто засомневается в своей силе, неизбежно окажется в более слабом положении. К тому же в этот момент времени у него определённо были такие мысли. Это и есть труднодоступные слабые места человека!

Но если эти сомнения появляются у обеих воюющих сторон, то это уже не имеет никакого значения!

Бой между мастерами, обладающими одинаковой боевой силой — это всегда худшее, что только может произойти. Интеллектуальное сражение ни к чему не приведёт, поэтому им остается только сразиться в бою!

Сейчас важен лишь бой!

После того как Цзюнь Мосе произнёс свою немногословную речь, использовал поднятие головы и взгляд глаз в глаза, было понятно, что он пошёл в правильном направлении. Кажется, что сделать это очень легко, но это очень тонкая психология в купе с удобной возможностью.

Поэтому каждый его шаг был очень важен.

Чжань Сяо Сяо тут же почувствовал, как взгляд его противника, разверзая пространство, проникает в его душу. Было ощущение, что это две ослепительные молнии свирепо мерцали перед его глазами.

Глаза соперника были похожи на стремительный заряд неожиданной молнии! И в тот же миг он почувствовал приближение сокрушительного давления! Ему очень сильно хотелось закрыть глаза, чтобы уклонится от резкого мощнейшего удара из глаз противника!

И, хотя Чжань Сяо Сяо всё же не закрыл свои глаза, он не мог смотреть в глаза Цзюнь Мосе и сделал шаг назад! Потом он почувствовал слабость и сделал ещё несколько шагов назад.

Он сделал это машинально!

Но машинальное прищуривание глаз и отступление лишь навредили душевному состоянию Чжань Сяо Сяо, и часть его силы ушла от него.

Чжань Сяо Сяо чётко осознавал, что находится в невыигрышном положении, он не мог даже и пошевелиться! Если он сейчас не исправит эту ситуацию, то они не будут сражаться на равных. У него получится использовать лишь восемьдесят процентов от своей силы.

В бою между мастерами выигрывает лишь один, а его враг умирает. И малейшая оплошность в начале может привести к непоправимой ошибке. И если он ничего сейчас не исправит, то отдаст свою жизнь сопернику!

Чжань Сяо Сяо очень переживал, а от того начал болтать:

— Две причины? Ты блефуешь! Очевидно же, что ты просто трус и боишься смерти! — Чжань Сяо Сяо усмехнулся. — Зачем ты морочишь мне голову? Я не сбегу. А ты должен иметь достоинство!

Цзюнь Мосе ничего не говорил, не старался опровергнуть его слова, он лишь тихо смотрел на Чжань Сяо Сяо!

Чжань Сяо Сяо обнаружил, что во взгляде его соперника читались жалость и насмешка.

— Не нужно так смотреть на меня! – на самом деле, Чжань Сяо Сяо сейчас уже не хотел бы услышать что-то от соперника. Потому что чем больше он говорил, тем больше ощущал, как теряет уверенность в себе!

— Ну что? Шэнцзун не осмеливается дослушать мои слова? — Цзюнь Мосе слегка посмеялся, но в глазах его читалась гораздо более выразительная насмешка: «Боишься? Боишься, что мои слова от твоей уверенности в себе и следа не оставят? Боишься, что можешь проиграть в любой момент? Мне кажется, что тебе не хватит сноровки сразиться со мной?»

Он произнёс то, о чём всё это время думал Чжань Сяо Сяо. Чжань Сяо Сяо, в свою очередь, произнёс:

— О чём ты говоришь? Давай начнём!

— Ты не понял… Наша битва уже началась! — Цзюнь Мосе хитро улыбался. Чжань Сяо Сяо чувствовал себя использованным и также он чувствовал, что очень ослаб…

Глава 1021. Глубокая обида

Но потом он услышал, с каким тоном терпеливого и искусного наставника говорил этот таинственный человек, и сказал с сожалением:

— Неужели ты, шэнцзун — мастер высочайшего уровня, не знаешь… Если сегодня ты послушаешься меня, это равносильно потере статуса ради соперничества со мной! Тогда, после сегодняшнего дня, независимо от того, каким будет исход битвы, ты никогда не сможешь совершенствовать Суань!

Цзюнь Мосе всё ещё держал руки за спиной, но, договорив, он внезапно сделал шаг вперёд, а правой ногой быстро и с силой ударил по земле!

Земля в бесконечной тишине внезапно сильно содрогнулась!

Доброжелательные глаза Цзюнь Мосе вдруг стали пронзительными, как стальной нож, он медленно сказал:

— …А ещё я не сказал тебе, но отныне я стану навсегда твоим внутренним демоном!

Земля вдруг сильно задрожала, как гром среди ясного неба, напугав Чжань Сяо Сяо! Прямо на его глазах началось землетрясение! Показалось, что сверкнули молнии, а потом раздался гром!

Последняя фраза, каждая буква и каждое слово, будто молот, который яростно снова и снова бил в самое сердце Чжань Сяо Сяо!

Чжань Сяо Сяо вдруг почувствовал гул в голове! Внутри у него все задрожало!

«Внутренний демон! Отныне я не могу культивировать суань! Если мы не договоримся, то он станет моим вечным внутренним демоном!»

Глаза Чжань Сяо Сяо были свирепые и бесстрашные, но капли пота медленно текли по его лбу… Покрываясь холодным потом, он еле сдерживал себя, хотя внутри у него все трепетало, но он старался этого не показывать!

Однако сейчас он уже терял над собой контроль!

Слова противника, как самый острый меч, пронзали его сердце снова и снова!

Он не мог не воспринимать их всерьёз!

Сила Чжань Сяо Сяо сразу же стала постепенно падать!

На самом деле, это не такая уж и проблема для Чжань Сяо Сяо. Являясь Шэньцзуном, он обладал широкими познаниями и с какими только ситуациями не сталкивался. Но… у противника есть замечательное средство, с которым он никогда не встречался — психология!

Цзюнь Мосе каждым своим словом и поступком, каждым движением, вздохом и взглядом «ударял» по моральному состоянию Чжань Сяо Сяо!

Стоит только Чжань Сяо Сяо на мгновение взволноваться, немного засомневаться, как Цзюнь Мосе тут же залезет к нему в душу! Он не упустит всякую возможность, чтобы нанести ему удар! Даже каждое незначительное движение, каждый случайный взгляд могут ослабить психику Чжань Сяо Сяо!

Если Чжань Сяо Сяо не попадёт в эту ловушку… значит, он — такой же странник! Или он может с самого начала атаковать и не дать шанс господину Цзюнь!

В противном случае он этого давления не выдержит!

К сожалению, Чжань Сяо Сяо не был странником! И ему не хватило смелости атаковать сразу же при встрече!

Хотя Цзюнь Мосе попал в этот в мир, у него была возможность встретиться с ним много раз, но его настоящая сила всё ещё лишь на третьей ступени Шенхуана. По сравнению с Чжань Сяо Сяо, который находился на первой ступени Шэнцзуна — четыре уровня Шенхуана (первую, среднюю, высшую, наивысшую ступени), преодолел уровень Шэнцзуна и укрепился на наивысшей ступени!

Между ними разница в одиннадцать уровней! Недостижимый разрыв!

Достаточно разницы Суань в один уровень, чтобы одержать победу, но ему не повезло, ведь у соперника Суань была выше на целых одиннадцать уровней!

Несмотря на то, что у него есть побег Инь-Ян, великая Пагода и кровавый меч Яньди и Хуанди, несмотря на то, что он обладает самыми мощными и непобедимыми уловками в мире, это всё поможет ему лишь защитить свою жизнь!

Это всё бесполезно, если он хочет убить Чжань Сяо Сяо в сражении!

Но Цзюнь Мосе не мог не убить его сегодня!

Каждое сражение на высшем уровне дает ему возможность сделать большой прорыв вперёд!

Цзюнь Мосе почувствовал, что он уже давно не преодолевал себя!

Причина в том, что он слишком долго избегал таких открытых битв!

Только в высокоуровневых битвах на грани жизни и смерти, можно соприкоснуться с чувствами, которые обычно недостижимы, и так он может получить шанс совершить прорыв вперёд!

Более того, если Чжань Сяо Сяо не умрёт, ему грозит слишком большая опасность!

Даже у самого Цзюнь Мосе было неизмеримое чувство сложности ситуации. Если хочешь убить Шэнцзуна, мастера высочайшего уровня, действительно нужно быть очень осторожным!

Цзюнь Мосе решил не позволять себе бессильную злобу!

Поэтому Цзюнь Мосе должен использовать все возможные и невозможные средства, не останавливаться ни перед чем, чтобы уничтожить самоуверенность Чжань Сяо Сяо! И обязательно ослабить его боевую мощь перед началом битвы!

Тогда у него будет шанс!

Стоит заметить, что Цзюнь Мосе обладал выносливостью, которую он приобрёл в великой Пагоде. Ещё до начала битвы он загнал Чжань Сяо Сяо в безвыходное положение!

Даже если сейчас Чжань Сяо Сяо не захочет слушать его, никакой демон не появится, потому что Цзюнь Мосе навязывает несуществующего демона… Но если он в самом деле продолжит его слушать — тогда, вероятно, его уверенность будет полностью подорвана молодым мастером Цзюнь… пожалуй, когда начнется битва, Шэнцзун будет полностью разгромлен… Если Чжань Сяо Сяо действительно хоть немного умён и уверен в себе, то он наверняка поймёт: если его противник так умён и силён, почему он так много болтает, вместо того чтобы сразу его убить?!

Жаль, что он был не слишком умён… и рассматривал действия соперника как игру в «кошки-мышки», насмехаясь над врагом!

Эта мысль заставила Чжань Сяо Сяо испугаться так, что он не осмеливался нападать на врага…

— Я всё-таки хочу услышать, почему я не обладаю соответствующим статусом, по-твоему? «Внутренний демон», «внутренний демон»… Чёрта с два! Скажи мне! Я тебя слушаю! — Чжань Сяо Сяо едва не сплюнул кровью! Таинственный человек перед ним прямо-таки превратился в оборотня, этот чёртов парень с весьма заумным видом мёртвой хваткой ухватился за его слабое место, так что он не знал, как выйти из неприятной ситуации в целости и сохранности.

Если он попал во время сражения в зависимое положение, естественно, это значит, что противник обладает мастерством, превосходящим других. Если навыки не так хороши, то о победе не может быть и речи. Но сейчас читалось между строк, что он такой жалкий!

Если он сегодня потерпит поражение… но сможет выйти из неприятной ситуации в целости и сохранности, то будет очень оскорблён! Даже если это не «внутренний демон», как он сказал, след наверняка останется!

— Ты не прав. Не то, чтобы я хотел это сказать, но тебе необходимо выслушать меня! — Цзюнь Мосе высокомерно смотрел на него. — Итак, что бы я сейчас не сказал, это много значит для тебя! Предположим, что я тебе ничего не расскажу… Вероятно, ты начнёшь упрашивать меня! Потому что, если я не скажу, то ты всю свою жизнь будешь сомневаться во всём!

— Чего ты всё-таки хочешь? Какую игру ты затеял? — Чжань Сяо Сяо, наконец, не выдержал: — Ты расскажешь мне или нет? Какие у тебя на это причины?

Изначально он не хотел его слушать, но теперь это было неизбежно. К тому же он делал это не по собственному желанию, ему просто пришлось. Но теперь соперник начал «играться» с ним, что очень раздражало Чжань Сяо Сяо.

Чжань Сяо Сяо совершенно не осознавал, что по мере продолжения разговора обе стороны попали в необычайно щекотливую ситуацию: изначально вражески настроенные противники теперь находились в нейтралитете!

Цзюнь Мосе фыркнул и сказал:

— Если я захочу, то расскажу! Твои уговоры бесполезны! Если я захочу, чтобы ты слушал, ты будешь слушать! Теперь, когда ты так стремишься, чтобы я научил тебя, я ничего не скажу! У тебя есть какой-нибудь статус, чтобы ты мог меня заставить?

— Ах ты! Сдохни! — в ярости прокричал Чжань Сяо Сяо, внезапно подпрыгнул и изо всех сил набросился на него! Он был вне себя от гнева! Очень обижен и беспомощен… «Чёрт возьми!»

Наконец он понял, что соперник играет с ним!

Все это время соперник никогда не был искренним! Теперь он ясно понял, что потерпел поражение в этой борьбе! Другими словами, он в этот момент набросился на него, хотя его боевая мощь ослабла как минимум на сорок процентов, а то и больше!

Но Чжань Сяо Сяо был вынужден применить силу, он не мог сдержаться!

Потому что в этот момент его накрыл гнев и обида!

Если бы это противостояние ещё затянулось, вероятно, что Чжань Сяо Сяо просто бы лишился рассудка! Если бы произошла такая ситуация, то он умер прямо на это месте, ведь там не было пространства для манёвра.

Силы были на исходе, психика расшатана… Чжань Сяо Сяо не мог себе представить результат битвы, и это оказывало на него негативное влияние, поэтому он старался изо всех сил задеть противника!

Но в то же время Чжань Сяо Сяо увидел напротив человека в чёрной одежде, слегка машущего рукавами и медленно шептавшего:

— Возвращайся!

Вдруг из ниоткуда с треском внезапно появилось яркое пламя!

Огонь распространился вокруг на сто — сто пятьдесят метров, в одно мгновение всё было объято огнем!

Пылающее пламя мгновенно поднималось, достигая несколько десятков метров в высоту, а небо казалось красным… Чжань Сяо Сяо пришёл в ужас!

Он старался изо всех сил, но у него также были свои мысли на этот счёт. Раньше этот таинственный человек всегда болтал, чтобы запутать его, но ничего не предпринимал. Когда он преследовал его, он точно определил, что сила этого человека соответствует четвёртому или даже начальному уровню Шенхуана, только техника цингун у него превосходна!

Согласно его рассуждениям, он ничего не делал, а только забалтывал его, поэтому Чжань Сяо Сяо решил смело идти в бой. Он не только старался не ослабить своё тело, но и пренебречь опасностью ради победы. Если он рассудил верно, то таинственный человек — всего лишь «пугало», он не только может победить, но и полностью уничтожить его, то есть одним действием добиться двойной выгоды!

Однако своими действиями и ответной реакцией таинственного человека, Чжань Сяо Сяо лишь усугубил своё состояние!

Суань достигла предела и может управляться в определённой степени силой природы! На данный момент он, естественно, как мастер высочайшего уровня, всё понимал. Более того, он считался опытным человеком в этом аспекте. Но он никогда не слышал, чтобы кто-то мог разжечь огонь из ниоткуда!

Вероятно, не так легко противостоять этому огню! Сила противника непредсказуема, наверняка это — не обычный огонь!

Чжань Сяо Сяо закрутился, через секунду сделал сальто назад и полетел.

Но когда он отступал, внезапно появился столб кристально чистой воды, который вырвался из пламени, словно зелёный дракон, и ударил его по лицу!

Плотный столб воды ударил его очень сильно, будто Янцзы и Хуанхэ нависли над ним во всём своём величии!

Глава 1022. Синхронная атака воды и огня!

Чжань Сяо Сяо бросил удивлённый взгляд. Он и подумать не мог, что человек, извергающий пламя, вдруг начнёт использовать ещё и силу воды!

Застигнутый врасплох, он изо всех сил взмахнул рукавами, и, изменив направление, двинулся вперёд на семь футов!

Чжань Сяо Сяо поднялся в воздух на одном дыхании, даже не успев произвести атаку. Он был вынужден отступить из-за внезапного пламенного порыва и последовавшего за ним нападения водяного дракона. В этот момент его тело уже совершило три оборота, однако Чжань Сяо Сяо так и не опустился на землю!

Водяной дракон, возникший из огня, вдруг раскололся на части и рассеялся в бушующем пламени. Вслед за трескающимся звуком поднялся густой белый туман, который окутал собой всю прилегающую территорию!

Огромный поток воды в один момент превратился в туман, и вечерние сумерки превратились в кромешную и непроглядную тьму!

Вслед за густым туманом внезапно раздался резкий свистящий вопль, и со всех сторон показались бесчисленные силуэты призраков!

Чжань Сяо Сяо просто охренел с того, какими приёмами обладает его таинственный противник!

В этот момент он окончательно убедился в том, что этот человек — та самая загадочная фигура, которая накануне проникла в подземный мир семьи Чжань!

Потому что Чжань Ту и Чжань И Сяо в своих рассказах упоминали, что тот мастер обладает таинственными техниками огня! Более того, десятки тысяч пожирателей душ, над которыми усердно трудился их предок, в один момент были уничтожены этим жутким пламенем!

Уже давно было подтверждено, что пожиратели душ не боятся ни огня, ни воды. Однако они не смогли противостоять таинственному пламени противника! Это главная причина, по которой Чжань Сяо Сяо не стал использовать свою лучшую защитную технику, чтобы рассеять бушующий огонь!

Враг может свободно проходить и выходить из Подземелья семьи Чжань! Чжань И Сяо и Чжань Ту общими усилиями не смогли не то что противостоять ему, они даже его тени не смогли нащупать! Даже под усиленными мерами предосторожности этот таинственный незнакомец с лёгкостью убил Чжань Тянь Цзи, а затем, уничтожив до основания его тайную комнату, спокойно покинул Подземелье!

Что это за сила? Подумав об этом, Чжань Сяо Сяо испугался ещё сильнее!

«Даже мне такое не под силу!» — мысли Сяо Сяо перемешались в кучу, а идея побега казалась самым адекватным выходом из сложившейся ситуации.

Перепугавшийся Чжань Сяо Сяо вдруг осознал угрожающую ему опасность и громко закричал. Он развернул свою истинную Ци в полную мощь и ринулся вниз. Однако даже при уровне мастерства Шэнцзуна огромное потребление энергии наносит повреждения организму. Тем более сейчас, когда Чжань Сяо Сяо практически исчерпал все свои силы.

Однако Чжань Сяо Сяо вынужден действовать именно так. Если противник произведёт внезапную атаку, то Чжань Сяо Сяо неизбежно попадёт в критическую ситуацию!

Поэтому, даже если существует риск получить травму внутренних органов, он должен немедленно спуститься на землю и стабилизировать своё положение. Для начала необходимо обеспечить свою собственную безопасность, а уже затем делать последующие расчеты!

Тело Чжань Сяо Сяо упало на землю, словно метеорит! Но по пути он так и не встретил ни одну атаку противника, что было вне всяких ожиданий! Ведь для себя Сяо Сяо сделал совершенно иные прогнозы и решил во что бы то ни стало, не взирая на боль и повреждения, спуститься на землю!

Но затем произошло нечто более неожиданное…

Тело Чжань Сяо Сяо вдруг полностью провалилось под землю!

Первоначально Сяо Сяо полагал, что едва его ноги коснутся земли, он сумеет моментально преобразовать энергию земли и увеличить свою мощь, а уже затем прочно встать на ноги, чтобы продумать дальнейшие действия!

Однако Чжань Сяо Сяо совершенно не ожидал, что его приземление будет подобно падению в бескрайнюю пропасть. Прошло довольно много времени, но он так и не ощущал под своими ногами земли…

«Но я ведь не взлетал настолько высоко… Чтобы подстроиться под атаку, я просто подпрыгнул на два-три метра, так что я давно должен был приземлиться! Однако… складывается такое чувство, будто я пролетел уже около тридцати метров… Так почему мои ноги всё ещё не коснулись земли?»

Все мысли Чжань Сяо Сяо перемешались в беспорядочном хаосе!

Мастер уровня Шэнцзун сам по себе является человеком, так что, падая с высоты тридцати метров без каких-либо мер предосторожности, он обязательно подвергнет себя довольно серьёзным травмам!

Чжань Сяо Сяо тихо зарычал, а затем снова развернул поток энергии Суань, чтобы воспрепятствовать падению своего тела!

Но вдруг раздался гул…

Вслед за мощным громоподобным звуком бесчисленное количество грязи вперемешку с камнями, корнями деревьев и водой стремительно хлынула словно из ниоткуда!

Чжань Сяо Сяо не на шутку испугался, потому что понял, что перед глазами никакая не иллюзия, всё реально!

Однако если оценить глубину и масштабы данной ловушки, то можно с уверенностью сказать, что на такое должно было понадобиться как минимум десять дней работы!

Но помимо этого оставался еще ряд труднообъяснимых вопросов

«Как противник узнал, что я собираюсь сделать? Все мои действия были спланированы лишь сегодня в обед, более того — точка моего приземления вообще была случайной. Так как же он смог заранее подготовить эту ловушку? Это просто невероятно…» — Чжань Сяо Сяо был сбит с толку, он охнул и продолжил падать в пропасть вместе с нескончаемым потоком камней и грязи… Когда его стало уже конкретно придавливать, Сяо Сяо с ужасом обнаружил, что грязевой поток из прохладного вдруг превратился в ледяной…

Чем больше воды прибывало, тем крепче становился мороз, образовывая толстый слой льда, в котором, в конце концов, запечатало тело Чжань Сяо Сяо… А так как лёд становился всё толще и толще, то и, разумеется, объём увеличивался…

Всё тело Чжань Сяо Сяо оледенело, ему хотелось плеваться кровью от гнева, однако он не мог ничего поделать, ведь замёрзло абсолютно всё, и рот был не исключением.

Он так и не «приземлился», так что возможность позаимствовать силу извне так и не появилась. Более того, в нынешнем положении Чжань Сяо Сяо даже не мог перевести дух, его истинная Ци под таким количеством атак уже давно рассеялась!

Даже будучи мастером уровня Шэнцуна с невероятной силой, Чжань Сяо Сяо в данной ситуации только и мог ждать, когда этот лёд упадёт на землю и разобьется на куски. Только тогда он сможет перевести дух и восстановиться… Но больше всего его волновало другое: всё вокруг уже давно заледенело, однако его ноги по-прежнему ничего не чувствовали и тупо парили в воздухе…

Около ступней вообще что-нибудь есть?..

Верхняя же часть тела, наоборот, была запечатана в глыбу льда, которая всё больше и сильнее давила на Чжань Сяо Сяо…

Он было хотел в ужасе заорать: «Что, мать вашу, за чертовщина тут творится?!»

Однако теперь он даже не мог открыть и рта — всё полностью окоченело от холода…

В этот момент Цзюнь Мосе, находящийся наверху в тумане, начал метать бамбуковые шесты во всех направлениях, укладывая их в один плотный слой!

Расположение каждого шеста было очень искусно подобрано, либо прямо, либо наискось, в общем, как подобает хорошему мастеру!

В то же время его левая нога искрилась сумрачными лучами, а на правой ноге вспыхнул тёмно-синий свет… Ущелье с обеих сторон было подобно реке Янцзы в самый холодный день в году… Но вдруг всё начало оттаивать, и селевые оползни стремительно и быстро ворвались в огромную яму…

И хотя поток грязевого оползня был довольно мощным, он не сбил бамбуковые палки, вставленные в землю…

Поразительно! Кажется, это уже вышло за рамки законов природы!

Наконец, Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением и яростно вставил последний бамбуковый шест! Внезапно между небесами и землей появилось какое-то колебание, словно облака со всего мира решили собраться воедино! Бескрайние чёрные тучи мгновенно наглухо заполонили собой всё пространство!

Цзюнь Мосе хлопнул в ладоши. Весь лес тут же исчез из поля зрения, оставив только бескрайний густой туман…

Даже звук оползней пропал.

Полная тишина окутала темную позднюю ночь!

Были слышны гулы лишь пары птиц с дальних деревьев, которые и то упорхнули прочь после увиденного…

Все звуки внешнего мира были абсолютно отрезаны!

Всё было готово!

План «Потерянной дороги в небеса» выполнен!

Плюс ко всему техника громовых раскатов небесной выси уже готовилась к атаке!

Цзюнь Мосе был уверен, что даже если Чжань Сяо Сяо является сильнейшим мастером Шэнцзун, то под этими двумя техниками с него слезет как минимум два слоя кожи!

В гряде облаков потихоньку начало что-то назревать, появилась густая паутина сверкающих молний! С небес надвигалась буря, яростно подавляя землю своей силой!

Цзюнь Мосе наконец-то мог вздохнуть с облегчением, ведь все приготовления были завершены.

Данная местность была выбрана не случайно! Горы по обе стороны помогли в использовании силы Земли. А из-за равнинной местности уровень воды был относительно высок. Так что нужно было слегка её подправить, и сила Воды в своём полном распоряжении. А недостаток лесного покрова и сухость климата были только на руку при задействовании силы Огня.

Последнее преимущество данного местоположения — ровный рельеф, прекрасно подходящий для развёртывания двух техник Мосе! Тем не менее в мире нет ничего совершенного. Единственный минус заключался в том, что при использовании сил Воды и Огня нужно было выбирать сравнительно небольшой участок земли, чтобы этот ублюдок внезапно не откинул кони…

Глава 1023. Убитый молнией

Уверенность Чжань Сяо Сяо сметалась слой за слоем, и та речь его разгневала. Всё это оставило его без малейшей возможности дать отпор, так как он совсем не успел подготовиться. Он также испугался жуткого огня, что заставил его оторваться от земли и повиснуть в воздухе. А затем огромная струя воды заставила его отступить и израсходовать свою Суань. Вода тут же превратилась в пар, который окутал собой всё пространство. Это был обманный манёвр, благодаря которому глаза Чжань Сяо Сяо временно утратили свою силу! Итогом этого боя стал внезапный взрыв почвы, из-за которого Чжань Сяо Сяо попал в эту самую ловушку, под землю! И воспользовавшись этим промежутком времени, огромная армия принялась жестоко избивать лежачего!

Мицзун — это название говорит само за себя. По своей природе это магический метод, основанный на лабиринте. Попавшись в ловушку этой техники, враг уже не будет понимать где север, а где юг, где запад, а где восток, и у него не будет ни шанса на побег. Куда бы он ни пошёл, ему везде будут казаться его враги. Говорят, что, находясь в этой ловушке, всё, что ты видишь — это иллюзия. Можно сказать, что этот фокус — это основная тактика этого приёма. Хоть он и является иллюзией, однако эта техника из Пагоды Хунцзюнь и обладает её таинственными силами. Главная разница между их тактикой и самой обычной тактикой в том, что мастер, использующий этот приём, может не полагаться на географические преимущества, а наполняет свою ловушку изначальной Ци неба и земли.

Главное преимущество этого метода в том, что нужно, только чтоб сила воина, применившего его, была достаточной, и тогда эта тактика будет лишь постоянно и непрерывно передвигать изначальную Ци земли и неба. Однако шансы на успех у Цзюнь Мосе тоже имеют свой лимит. Учитывая его навыки на данный момент времени, поддерживать эту тактику он сможет не более трёх суток. Если у мастера хватит сил, то получится ли с помощью этой тактики утомить Чжань Сяо Сяо до смерти?

Конечно, эта тактика должна быть эффективной в бою против Чжань Сяо Сяо. Если бы она была применена в бою с мастером более высокого уровня, то, несомненно, потерпела бы неудачу. Так как он практиковал свою Суань Ци очень долго и упорно, этого будет достаточно, чтобы перемещать энергию земли и неба. Если кто-то сможет перемещать ещё больше энергии земли и неба, тогда всё может закончиться плохо, так как его же тактика сыграет против него и приведёт к нулевому результату…

Например, если применить этот метод против Четырнадцатого Шао из подземного мира, используя навыки Цзюнь Мосе. Но, вероятно, Четырнадцатый Шао сможет с ним справиться…

Это и есть сравнение разных сил, хоть сила Чжань Сяо Сяо и больше сил молодого мастера Цзюнь, но её недостаточно, чтобы противостоять этой тактике, поэтому он, будучи запертым этой техникой, находится в безвыходном положении. Он будет находиться в этом ужасном положении ещё целых три дня!

Тем не менее молодой мастер Цзюнь всегда был очень умелым. Да, он мог поймать врага в ловушку и держать в ней три дня, но цель этого плана — поразить своего врага.

На самом деле — это двойная тактика. Только так можно по-настоящему уничтожить врага, нужно лишь, чтоб Чжань Сяо Сяо, находясь в этой ловушке, очень много двигался, и тогда можно будет вызвать аномальную волну Ци неба и земли. Таким образом, скопится огромное количество электрических зарядов. Если сказать проще, то это молния, созданная искусственно человеком.

Густой белый туман всё ещё беспрерывно колыхался в воздухе, накрыл собой ещё больше пространства и так постепенно накрыл горный лес… В этот же момент земля неожиданно начала трястись, и медленно, одна за другой, появились трещины! Сверкнул взгляд Цзюнь Мосе, он ничуть не был удивлён. По-прежнему спокойно стоял он в пустоте, протянув правую руку, и также спокойно «кровь Яньди и Хуанди» появился в его руке. Он выглядел очень красиво.

Чжань Сяо Сяо наконец-то сдвинулся с мёртвой точки. Он ясно почувствовал, как его ноги коснулись земли.

Твёрдо став на землю, он почувствовал себя более уверенно. Этот Шэнцзун чуть не расплакался от счастья, как вдруг его нос и рот заледенели, энергия Ци покинула его, ему только и оставалось, что заставить Ци циркулировать. Это было дело первостепенной важности, а чтобы заставить её двигаться, нужно разбить лед, сковавший его тело…

Он всё ещё твердо стоял на ногах, и, воспользовавшись внешней силой, его энергия Ци, наконец погрузилась в его даньтянь. Собрав воедино последние силы, он выпустил её, и льдинки с звонким отзвуком попадали на землю!

Чжань Сяо Сяо пришлось приложить большие усилия, чтобы вдохнуть. Несмотря на то, что под землёй воздух был грязный и сырой, но эти два глотка воздуха принесли ему невероятное удовольствие…

Если бы он помедлил хоть на секунду, то, скорее всего, уже бы умер от удушья.

Почему молодой мастер не продолжил использовать силу земли, чтобы убить Чжань Сяо Сяо? У него не было другого выбора. Сила Земли, которую использовал сейчас Цзюнь Мосе, тоже имела свои пределы. Если б он продолжал это делать, это было бы самоубийством, или он нанёс бы себе непоправимый ущерб.

С новым вздохом Чжань Сяо Сяо почувствовал, как его тело наполнилось бесконечной силой. Чжань Сяо Сяо заревел от ярости и пустил в ход свою величайшую технику: Проникновение Руки! Может, его настоящее имя и неверно, но прозвище точно правильное! Он прожил несколько тысяч лет, и Чжань Сяо Сяо сам чувствовал, что его прозвище и сегодня говорит само за себя. Смысл, вложенный в него, очень глубок, у него всегда есть козырь в рукаве, если не «Проникновение Руки», тогда что ещё? В это время, находясь глубоко под землей, Чжань Сяо Сяо неожиданно для самого себя вспомнил ещё об одном человеке, который также известен, как и он сам, человек с «Величайшей Ладонью».

Когда этот парень поймёт, насколько его прозвище правдиво? Когда взлетит в небеса? Если так, то ему будет очень, очень плохо…

Он применил свою шокирующую технику! Взлетел прямо вверх в долю секунды. Он не знал, насколько глубоко находился под землёй, но догадался, что тут больше трёхсот метров точно, а то и больше! На такой глубине даже самому сильному Шэнцзуну выбраться будет очень непросто. Препятствие, по большей части, создавали глина и камни, которые находились повсюду, поэтому он выбрал путь с наименьшим сопротивлением, а именно вдоль дыры, через которую он туда попал! Цзюнь Мосе смотрел на постоянно дрожащую землю, в воздухе стоял белый туман, на его лице появилась холодная усмешка.

— Ну, где же ты? Давай скорее! Тебя здесь ждёт ещё более роскошное блюдо, чтобы ты смог распробовать чудесный вкус грозы!

Итак, с кричащим рёвом, Чжань Сяо Сяо, окутанный бесчисленными грязевыми оползнями, но всё-таки он смог выбраться наружу. В ту же секунду Цзюнь Мосе увидел его и его «руку», и то, как он тяжело дышал.

Затем его тело, словно петарда, взлетело вверх. Чжань Сяо Сяо понял, что оказался в густом тумане! Туман был настолько густ, что вокруг ничего не было видно, ему казалось, что он ослеп!

Первое, о чём он подумал, это о том, что ему срочно нужно выбраться из этого тумана. Это территория врага, здесь он не будет в безопасности!

Больше ни о чём он подумать не успел, и рьяно рванулся ввысь! Ему нужно было выбраться из этого густого тумана, чтобы разглядеть местоположение врага.

Сейчас Чжань Сяо Сяо совсем не думал об убийстве этого человека в чёрном. Опасней боя у него ещё в его жизни не было. Если он будет действовать опрометчиво, то его тут же и похоронят. Вдруг туман рассеялся и то, что он увидел, его поразило. Его лицо было полно ужаса. Это было невероятно. Действительно невероятно. Он не хотел на это смотреть. Это были несколько ярких молний, которые устремились прямо к его голове.

«Боже мой…» — Чжань Сяо Сяо был настолько напуган, что не мог двигаться. Он больше не сомневался в том, что нужно действовать, всю энергию Ци своего тела он собрал воедино… Но молния поразила его так стремительно, что он даже и руки не успел поднять…

Бум!

Чжань Сяо Сяо жалобно пискнул, и всё его тело парализовало. Платок на его голове превратился в золу, повязка для волос улетела в неизвестном направлении, длинные волосы встали дыбом, словно указывая на небеса!

Глава 1024. Унижение!

Вид Чжань Сяо Сяо был, мягко сказать, довольно плачевным, словно его не одну сотню раз ошпарили крутым кипятком! Такого эффекта, боюсь, не добился бы даже самый крутой парикмахер в мире…

Обычный парикмахер использует ножницы, а нам для создания этого образа понадобился лишь электрический разряд и, как завершение — небольшой удар с ноги!

Создатели новой причёски Чжань Сяо Сяо, гром и молнии, не думали любоваться своей работой, они только непрерывно продолжали направлять силу в голову Чжань Сяо Сяо. На какое-то мгновение он даже оцепенел от испуга, а потом поспешил быстро опуститься вниз, как бы там ни было, его выдержка всё равно была поразительной. Даже подвергнувшись такому жестокому удару, он получил терпимые ранения и остался жив…

Однако несмотря на это, ранения есть ранения. К тому же броситься давать отпор оглушительному громовому удару — разве это не глупо? Чжань Сяо Сяо поспешил ещё раз навалиться всем своим весом, и опуститься ещё как можно ниже!

Когда он опустился где-то на половину, молнии прекратили свою жестокую атаку. Они медленно рассеялись, и теперь весь небосклон был объят гремучим треском раскатов грома, словно как от взрывов петард, их плотность была не ниже, чем армия солдат численностью в несколько миллионов человек, со всех сторон раздавался мощный грохот!

Вся одежда на теле несчастного мастера Шэнцзуна, Чжань Сяо Сяо, превратилась в сплошные лохмотья, всё лицо было чёрным, а на теле красовались обгоревшие раны. На голове — настоящий курятник. Когда дул ветер, бывшие волосы, ныне ставшие пеплом, разлетались в разные стороны…

Он открыл рот, и из него вылетел клуб дыма…

Однако то, что ему удалось выжить при ударах молнии такой небывалой мощности — уже большая удача. Если бы он немного промедлил, молния бы наверняка поджарила его…

Что это за молния такая? Она в разы отличалась от того громового удара, который ему когда-то пришлось пережить… Ещё чуть-чуть и от него осталась бы только кучка пепла…

Обессиленный Чжань Сяо Сяо сидел на земле. Проверив остаток уровня своей Суань, он обнаружил, что он сократился, как минимум, наполовину. За такой короткий промежуток времени он, похоже, посмотрел в глаза смерти не один раз. В самом деле, чудом уцелел. Подумав об этом, его окатило запоздалым страхом, и всё тело тут же покрылось мурашками…

«Блядь! Я всего лишь должен был прикончить мальчонку с уровнем Золотой Суань… Как так получилось, что я чуть на тот свет не отправился! Это вообще нормально, нет?»

В этот момент Чжань Сяо Сяо снова почувствовал что-то неладное, и машинально сел на корточки. В эту же секунду сверкающий меч пролетел около его головы, и едва не сорвал с него остатки скальпа. Ледяной холод прокатился по всему телу Чжань Сяо Сяо и, кажется, даже проник до глубины его души…

Он не успел встать на ноги, как меч снова вернулся, нацелившись на горло Чжань Сяо Сяо! Он продолжал сохранять стойку всадника, а потом подпрыгнул, как лягушка. Повсюду были отблески меча, которые безостановочно атаковали его со всех направлений!

Время от времени меч ранил его где-то ниже предплечья, там появлялись белые рубцы, из которых через мгновения появлялись ручьи крови…

Его силы ослабели более чем наполовину, к тому же было вполне очевидно, что этот летающий меч — не просто меч, а драгоценный клинок, обладающий сверхъестественными способностями! Его тело было не таким прочным, чтобы противостоять острию этого меча!

Чжань Сяо Сяо размышлял, а вся его одежда уже превратилась в лохмотья, и сейчас, когда ему пришлось лихорадочно укрываться от меча, лохмотья превратились в бабочек и разлетелись в стороны… После чего веселью уважаемого Шэнцзуна пришёл конец!

Сейчас Чжань Сяо Сяо был абсолютно голым, ему даже было нечем прикрыть своё мужское достоинство!

Поэтому при каждом резком движении у него были странные ощущения, а ещё было довольно свежо и прохладно…

Прожив несколько тысяч лет, случалось ли ему попасть в такое неловкое положение?

Покрасневшее от стыда лицо Чжань Сяо Сяо теперь стало сиреневым, словно баклажан…

Он ощущал злость, стыд, возмущение и страх…

Чжань Сяо Сяо внезапно во всё горло закричал:

— Имей смелость, выйди на смертельный бой со мной! Атаки из засады разве говорят о реальных способностях человека?

Чжань Сяо Сяо обнаружил, что никто не управлял мечом.

Другими словами, этот таинственный мастер использовал фехтовальное искусство кэндцзю, чтобы сражаться с ним! Только человек, обладающий одинаковым с ним уровнем силы, способен применить эту технику!

«И мастер такого уровня использует подобные ехидные приёмы, чтобы издеваться надо мной… — Чжань Сяо Сяо был крайне возмущён, что ему было даже тяжело дышать. — Это так… так оскорбительно…»

Внезапно у него за спиной раздался какой-то голос:

— Вау, ты действительно достоин звания мастера Шэнцзуна! У тебя такая белая задница! Твои пляски тоже, кстати, ничего… если бы стал зарабатывать на жизнь такими танцами, уверен, ты бы озолотился и быстро завоевал любовь зрителей!

Чжань Сяо Сяо тотчас же залился краской! И машинально стал прикрывать руками своё достоинство.

Голос снова раздался:

— Да ладно, мы же с тобой мужики, здесь нет женщин! К чему эти стеснения? Тем более, когда ты танцевал свой эротический танец, всё, что можно было, я уже увидел. Сейчас прикрываться поздновато будет. Кстати, должен признаться — у тебя такой немаленький агрегат, ты, должно быть, очень гордишься им!

Чжань Сяо Сяо ещё сильнее покраснел и резко опустился на корточки, прикрываясь руками сзади и спереди, при этом злобным шёпотом что-то бормоча:

— Такой удалец и не брезгует такими похабными оскорблениями! Дай мне только одеться, и будет тебе справедливый бой!

Он считал, что, поскольку они оба мастера одного уровня, значит, авторитетные личности. Пусть если и драться, то драться справедливо и честно, такое поведение соответствует их статусу. Он искренне считал, что, если бы он был на месте своего противника, он, разумеется, поделился бы с собой одеждой. В конце концов, если его противник одержит победу в таких условиях, это будет нечестно, победа в неравных условиях…

Однако он и не подозревал, какого человека ему довелось повстречать…

Голос с нотками сарказма проговорил:

— Смехота какая! Неужто я тебе должен? С какой стати я обязан давать тебе одежду? То, что ты тут скачешь с голым задом… разве в этом можно кого-то винить, кроме тебя самого?

Чжань Сяо Сяо был так возмущён, он пылал смертельной ненавистью, но при этом он чувствовал себя так неловко… Разве в таком состоянии можно рассчитывать на честный бой? Он был совершенно беспомощен и смиренно произнёс:

— Сегодня я признаю своё поражение… ты… ты… быстро дай мне что-нибудь одеться!

— Ты посмотри, в какой глуши мы находимся! Кругом дикий горный край, откуда я должен взять тебе одежду? Или, может, ты считаешь, что я волшебник? — Цзюнь Мосе смотрел на несчастного Чжань Сяо Сяо и с трудом сдерживал смех.

Чжань Сяо Сяо подумал:

«И то правда, кто же, отправившись по делам, берёт с собой запасную пару одежды? Это же не путешествие какое-то… Тем более до дома так близко, если ещё и брать с собой одежду — разве это не глупое поведение?»

— Тогда с ними с себя и дай мне накинуть! — Чжань Сяо Сяо всё также сидел на корточках, прикрывая руками перед и зад, произнося слова вне себя от ярости. Он действительно кипел от ярости от стыда, который ему пришлось испытать из-за хитрого плана своего соперника!

— Ой, да ты сам подумай, на дворе такая жара… На мне лишь одно лёгкое платье, под низом ничего и нет… Если отдам тебе свой верх, я же буду выглядеть ровным счётом, как ты сейчас! Ты не подумал об этом?

Цзюнь Мосе не вытерпел и рассмеялся, не спеша продолжив свои издевательства.

Чжань Сяо Сяо, разумеется, понял: соперник просто нагло издевается над ним, если бы даже у него и была свободная пара одежды, он бы вряд ли одолжил её ему!

Подумав об этом, гнев его тотчас же вырвался наружу.

«К чему стыдиться чего-то? Так или иначе, здесь только мы вдвоём, никто другой нас не увидит! Нужно только убить этого паршивца, и тогда никто не узнает об этом позоре, так ведь?»

Чжань Сяо Сяо раскрыл обе руки в стороны, медленно поднялся и внушающим страх голосом произнёс:

— Поскольку ты так невежлив и упрям, ты сам виноват! И не нужно винить меня в жестокости!

Он внезапно проревел, и вся Суань в его теле пришла в движение:

— Разрушительная ла-до-нь!

Вслед за его криком, вся его правая рука засветилась необычайным сиянием. Воздух пронзил резкий звук ветра, всё пространство покрылось необъятной тенью от ладони.

От удара ладонью поднялся ветер, после чего всё пространство наполнилось белым туманом. Поднялся настоящий ураган, камни на земле подлетали вверх, грохотал чудовищный гром!

Будто целый миллион ударов ладонью соединился вместе, и был направлен против Цзюнь Мосе!

Это и был настоящий приём «Разрушительная ладонь»!

Несмотря на то, что уровень его Суань сократился в половину, мощность этого удара была по-прежнему потрясающей!

Цзюнь Мосе тотчас же испугался!

Несколько секунд он нагло насмехался над Чжань Сяо Сяо, будучи уверенным, что он выдохся, а его силы на исходе. Он и не подозревал, что он способен на такой мощный удар!

Он был не в состоянии принять этот удар! Однако это вовсе не значит, что у него нет способов, чтобы справиться с ним!

Цзюнь Мосе усмехнулся, дёрнулся и рванул высоко-высоко вверх. В глазах Чжань Сяо Сяо пылал замысел убийства. Он тут же без раздумий изменил направление удара, устремив его высоко в небеса за телом соперника! Очевидно, сейчас он уже потерял здравый рассудок из-за издевательств Цзюнь Мосе, он решил лучше уж погибнуть вместе с ним, чем жить с таким позором!

Они оба устремились высоко вверх, как два острых меча, рассекающих небосвод, отличие между ними было лишь в том, что один был в чёрной маске, а другой — в чём мать родила!

Однако сейчас Чжань Сяо Сяо было уже совершенно наплевать на это!

Он должен был уничтожить своего обидчика. Если у него не получится, тогда умереть с ним вместе!

Несмотря на то, что он находился в состоянии дикого помешательства, его боевая мощь по-прежнему была поразительной. Сейчас его боеспособность была нисколько не хуже той, которой он обладал во времена полного расцвета своих сил.

Однако Чжань Сяо Сяо даже не пришло в голову, что его соперник может улизнуть в сторону, зачем же он решил взлететь настолько высоко? Ведь существовала опасность столкнуться с грозовым ударом?

Но сейчас он не думал ни о чём, он мечтал лишь о том, чтобы превратить своего противника в мясную отбивную, и выпустить ненависть, которая застилала его сердце…

Глава 1025. Конец!

В этот момент Цзюнь Мосе исчез! Словно его никогда и не было…

Чжань Сяо Сяо как раз искал того наглого подлеца, который посмел издеваться над ним, как вдруг внезапно его сбил громоподобный удар сумасшедшей молнии…

«Оказалось, что он специально заманил меня сюда, чтобы разбить с помощью молнии! Просто возмутительно!»

Но когда в голове только промелькнула такая мысль, голову Чжань Сяо Сяо уже пронзило более десяти жестоких ударов молнии!

На самом деле, его силы уже ослабели более чем наполовину, он приложил всю свою боевую мощь, и сейчас, когда он подвергся такому безумному удару, разумеется, он не смог отразить его! Чжань Сяо Сяо жалобно вскрикнул, всё небо застелил кровавый туман, и его обуглившееся тело упало вниз.

Снова появился необычайно сверкающий меч, и устремился прямо к жизненному центру тела Чжань Сяо Сяо! В одно мгновение меч вонзился в плоть!

Прежде всего Чжань Сяо Сяо — мастер уровня Шэнцзуна, плотность его тела сопоставима чистой стали. Несмотря на выдающиеся таланты меча из крови Яньди и Хуанди, при таких условиях он мог пронзить его тело только на одну треть!

Чжань Сяо Сяо громко вскрикнул, и ударил ладонью по рукоятке чудо-меча. Меч, словно живой, издал надрывный пронзительный стон, и резко отлетел в сторону!

Вслед за отлетевшим мечом тянулась кровавая полоса. Изо рта Чжань Сяо Сяо вырвался душераздирающий стон, а за ним — поток крови! Хотя меч не пронзил насквозь его органы, он хорошенько потрепал его главные каналы Суань!

Чжань Сяо Сяо быстро принялся сосредотачивать свою Суань, чтобы избавиться от урона, который нанёс его внутренностям этот магический меч, как вдруг прямо перед ним сверкнул силуэт. В паре холодных зрачков таились бессердечность и жестокость, ладони нанесли один за другим сокрушительные удары по груди Чжань Сяо Сяо!

Атака была очень жестокой!

Чжань Сяо Сяо яростно взревел, и ногой оттолкнул Цзюнь Мосе, попутно ударив его правой рукой по груди! Только сейчас он был неоднократное количество раз ранен, и сила его удара не доходила и до двух десятых от полного количества! Однако, несмотря на это, Мосе задрожал так, словно его обдало ударом молнии, все внутренности в его теле содрогнулись!

С гулким звуком тело Цзюнь Мосе отлетело в сторону!

Но Чжань Сяо Сяо уже был полностью сломлен, он больше не мог подавлять величественный дух меча, который разрушал его внутренности. Ему казалось, что тело одновременно пронзают тысячи острых мечей. Он не сдержался и вскрикнул два раза. Бесконечной вереницей из его рта полетели сгустки крови, и он без сил упал на землю…

Два тела упали в разных направлениях…

Белый туман, долгое время не рассеивающийся, в этот момент с бешеной скоростью стал исчезать…

После двух жесточайших грозовых атак, северная часть неба стала спокойней, и из-под туч снова появился горный хребет!

Чжань Сяо Сяо с грохотом упал на землю и обнаружил, что густой туман уже рассеялся; он с трудом поднялся и встал на ноги, злобно посмотрев на своего ненавистного противника, который тоже еле-еле поднимался. Он грубо бросил:

— Оказывается, это ты… ты… как же ты меня извёл! Оказывается, ты всего лишь Шенхуан! Да ещё и даже не достиг четвёртой ступени… как это могло так выйти… а-а-аааа!

Договорив, он снова сплюнул сгусток крови, его тело шаталось…

Цзюнь Мосе неуверенно встал, и рукой вытер кровь у своего рта, после чего со смехом сказав:

— А ты только сейчас это понял? Я думал, ты уже давно раскусил меня! Очевидно, я переоценил тебя… Пардон, это моя вина!

«А ты только сейчас это понял?»

Чжань Сяо Сяо был так расстроен, что ему хотелось плакать!

Оказывается, его соперник всё время блефовал!

На самом деле, он только никчёмный Шенхуан! Всё это время он полагался лишь на причудливые трюки для отвода глаз, которым были по силам Шенхуану…

Противник ввёл его в заблуждение, а он был и рад действовать по его указке. Он не только упустил отличный момент для нападения, но и угодил в западню, которую для него придумал соперник. Сначала был чуть не похоронен заживо, потом на него обрушился жестокий грозовой удар, и его тело едва выдержало эти ужасные молнии…

Самым же возмутительным было то, что ему пришлось сражаться с врагом совершенно голым! Такого унижения он не испытывал никогда в своей жизни!

Чжань Сяо Сяо скрежетал зубами от злости, его глаза были неподвижны, словно два колокольчика из меди!

В эту минуту он бы мог вырвать сердце из тела Цзюнь Мосе!

Жаль, он понимал, что сейчас он больше не способен на это!

Непрерывный ряд жестоких нападений почти полностью добил его Суань. К тому этот магический меч, который он никогда до этого не видел, вывел из строя его каналы…

«Цзян!»

Раздался лёгкий звон металла. Откуда-то издалека появилось тёмное сияние меча. Искривлённый меч «Крови Яньди и Хуанди» подлетел к Цзюню Мосе, словно обиженный ребёнок. Он издавал лёгкое, обиженное жужжание.

Чжань Сяо Сяо пришлось использовать всю свою чистейшую Суань для этого удара. Магический меч должен был расколоться на мелкие части от такого сокрушительного удара! То, что он сейчас смог подлететь к Мосе, уже было похвально…

— Ты хорошо постарался… чуть попозже я обязательно займусь тобой, — Цзюнь Мосе ласково произнёс: — Я непременно придумаю для тебя ещё более прочный корпус, а ещё тебя ждет вкусное угощение… Ну, а сейчас возвращайся домой и немного передохни.

Меч издал слабый звук, а потом вернулся в Пагоду.

Наблюдавший за этой картиной Чжань Сяо Сяо почувствовал, словно его снова ударило молнией. Он неистово дрожал, а потом громко, почти задыхаясь, он закричал:

— Оказывается, это дьявольский меч! Стало быть, этот меч сам устроил эту жестокую схватку! А ты вовсе не обладаешь фехтовальным искусством кэндзюцу… А-а-аааа! Боже, как же я зол! Боже…

Это и было самым главным сомнением у Чжань Сяо Сяо. Если противник — не мастер уровня Шэнцзуна, тогда как он мог владеть фехтовальным искусством? Но сейчас ему стало всё предельно ясно — этот меч двигался в одиночку, у его рукоятки не стоял никакой мастер, поэтому он не обнаружил Суань, которая бы контролировала меч…

Всё это время он был уверен, что это фехтовальное искусство кэндзюцу! Только мастера высшего разряда способны на такое! Кто бы мог подумать, что он сам нагонял на себя страх, к тому же так уверенно и жестоко…

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся:

— Ладно, чего уж колебаться. Здесь очень живописный пейзаж, как нельзя лучше подходит для схватки двух выдающихся мастеров. Так и быть, я решил согласиться на смертельный бой с тобой! На этот раз бой будет справедливым, только победа или только поражение, третьего не дано, небеса нам свидетели!

Чжань Сяо Сяо уставился на Мосе и яростно сплюнул кровь. Это говорило о том, что он уже не мог больше контролировать работу своих органов, они были слишком поражены, он чувствовал только тошноту…

«Оказывается, в мире есть такие бесстыжие люди! Когда я остался без своей настоящей силы, он вдруг согласился вступить со мной в равный честный бой… Блядь, ты же вызываешь уже почти труп на справедливый бой! Тогда, конечно, твои шансы на успех будут превосходными, не так ли?»

Ранения Чжань Сяо Сяо сейчас уже были настолько серьёзными, что и представить было страшно! Суань была на исходе, у него было огромное количество внутренних травм! А магический меч, вдобавок, прошёлся свирепой атакой по его каналам…

К тому же мощный удар Цзюнь Мосе тоже обладал очень разрушительным эффектом! В тот момент как раз всем его внутренностям пришёл конец!

Тогда всё его тело было уже страшно изранено!

Потом же он ещё узнал об истинном положении дел, что соперник постоянно только дурачил его, его нервы сдали, он был в отчаянии! Сейчас у него не было сил, даже чтобы пошевелить пальцем!

— Назови своё имя! Быстро назови имя! — голое, обгоревшее тело Чжань Сяо Сяо по-прежнему было на земле. Он пытался подняться, чтобы встать ровно, но его трясло, голос был наполнен страшной ненавистью и яростью. Немного отдышавшись, он продолжил: — Скажи мне! В этой жизни я уже не сумею отомстить тебе! Но в следующей я обязательно найду тебя! Если и в следующей не получится, я буду преследовать тебя до тех пор, пока не уничтожу!

— К сожалению, тебе не представится такая возможность, — одной фразой Цзюнь Мосе разбил все надежды Чжань Сяо Сяо: — Потому что я не позволю твоему астральному телу сбежать! У тебя нет шансов, сегодня я убью тебя сразу несколько раз подряд, можешь не благодарить!

Чжань Сяо Сяо тотчас же потерял все надежды!

— Может, ты сам скажешь мне своё имя? — Цзюнь Мосе почесал подбородок: — Мне, правда, очень любопытно. Человек, обладающий таким высоким уровнем совершенствования, наверняка занимает довольно высокий пост в семье Чжань. Так кем же ты будешь?

— Ты не знаешь, кто я? Ты неожиданно говоришь, что не знаешь меня? — Чжань Сяо Сяо был поражён. Хотя он был практически при смерти, однако его изумление было самым что ни на есть искренним: — Я уже использовал свой самый знаменитый приём, а ты до сих пор не знаешь, кто я?

Цзюнь Мосе был расстроен:

«Я, вообще-то, родом не из Призрачного Дворца, откуда мне знать тебя? Неужто ты действительно очень знаменит? Не уверен да или нет, но задница у тебя очень белая, а значит, ты — реально выдающийся человек, но, конечно, до моей белоснежной кожи тебе ещё далеко!»

— Ха-ха-ха… отлично! Просто превосходно! — Чжань Сяо Сяо громко рассмеялся: — Тогда пускай нам обоим ничего не будет известно друг о друге!

Потом он вдруг весь посинел, надулся как воздушный шар и внезапно вскочил на ноги, ехидно сказав:

— Тогда пусть мы оба превратимся в двух бестолковых и ничего не знающих духов! Вместе отправимся в загробный мир, и не будем беспокоиться об одиночестве!

В этот момент он предпринял метод самовозгорания астрального тела. Он решил отказаться от попыток сохранить своё астральное тело, и выбрал самоликвидацию, чтобы погибнуть вместе с Цзюнь Мосе!

«Этот человек убил Чжань Тянь Цзи. А если астральное тело Чжань Тянь Цзи не уцелело, значит, и моё не сможет! Учитывая, какой позор мне пришлось пережить, нет никакого смысла влачить такое жалкое существование…»

К тому же, если противник не знает его, значит, он полностью уничтожит все его останки! Чтобы не доставлять большего беспокойства семье Чжань, стоит поступить именно так…

— Вместе отправимся в загробный мир? Боюсь, мне придётся тебя разочаровать. Неужто ты позабыл, что я обещал вкусное угощение моему славному мечу? Если ты решил умереть — я только за!

Цзюнь Мосе видел, что Чжань Сяо Сяо напрягся до крайности, и в любой момент был готов детонировать. Глядя на то, что время взрыва приближалось, вдруг снова сверкнул магический меч!

В бой!

На это раз меч без особых трудностей пронзил даньтянь Чжань Сяо Сяо!

Его тело подлетело высоко вверх и застыло в пространстве.

Глава 1026. Поговори со мной о ней, ладно?

Противник уже ясно говорил о том, что его клинку требуется время для восстановления, так что Чжань Сяо Сяо и подумать не мог, что враг использует свой меч снова! Теперь его даньтянь был пробит насквозь, так что теперь у него даже не было возможности самодетонации! Чжань Сяо Сяо теперь лишь только мог наблюдать за тем, как этот клинок, словно оборотень, всасывает в себя всю его жизненную энергию!

В конце концов, Чжань Сяо Сяо навечно закрыл свои глаза…

Как Цзюнь Мосе мог упустить такую прекрасную возможность, чтобы залатать свой меч? Это ведь самая настоящая духовная сила… чистая, без каких-либо примесей, да ещё и без хозяина! Раз уж Чжань Сяо Сяо сам избрал для себя такой способ уничтожения, то Мосе, естественно, исполнит его волю, пусть и немного иным методом…

Уже успевший помрачнеть «Кровь Яньди и Хуанди» вдруг выпустил изумительный алый цвет, а затем постепенно засиял. Алое свечение разливалось по всему лезвию клинка… И со звуком «пщщ» тело Чжань Сяо Сяо, наконец, превратилось в горстку пепла, разлетевшуюся на ветру!

«Кровь Яньди и Хуаньди» издал слабый звук, закружился в воздухе и упал прямо перед Цзюнь Мосе.

И хотя клинок всё ещё оставался повреждённым, его духовная сила уже была полностью восстановлена, и теперь её даже стало ещё больше. Вся духовная энергия двух мастеров уровня Шэнцзуна была поглощена клинком, а это само по себе невероятная мощь! Как только эта энергия будет окончательно «переварена», то сила Крови Яньди и Хуаньди станет ещё выше! Что касается повреждений клинка, то они незначительны. С помощью силы металла Цзюнь Мосе с лёгкостью всё восстановит в былом виде!

Сегодняшнее событие, наконец, подошло к концу.

Цзюнь Мосе мог выдохнуть: сила Шэнцзуна — это не то, с чем он мог бы вести борьбу на равных. Даже когда силы Чжань Сяо Сяо почти иссякли, он всё равно сумел нанести нехилый удар молодому мастеру!

Если бы всё не было спланировано заранее и не компенсация силы за счет чудесной энергии пяти стихий, трудно сказать, какой был бы исход сегодняшней битвы…

Как это часто бывает в современном мире — полиция подъезжает как раз в тот момент, когда всё закончилось. То же самое можно и сказать о подкреплении Туманного Призрачного Дворца!

Вдалеке мелькнули чьи-то силуэты. Конечно, это были мастера Туманного Призрачного Дворца. Мяо Цзин Юнь и остальные сразу же заметили творившийся вокруг хаос: пострадала не только земля, но и горы по обе стороны были разрушены почти до основания. В небе уже постепенно рассеивалась тёмная орда облаков. На земле виднелось бесчисленное количество обуглившейся почвы, а местами странные небольшие лужицы…

Однако дождя здесь быть не могло, тогда в чём же дело?

Масштаб и трагичность данной битвы можно было увидеть невооружённым глазом. Присутствующие мастера уровня Шэнцзун были ошарашены увиденной картиной… Здесь не нужно быть свидетелем, чтобы понять, что данный бой произошёл между мастерами их собственного уровня…

Глава семьи Чжань, Чжань Вуюнь, остолбенело уставился на всё и растерялся…

— Приступить к поискам! Возможно, Мо Цзюнь всё ещё где-то неподалёку! — приказал Мяо Цзин Юнь. Они так долго отслеживали и выискивали хоть какие-то следы, чтобы, наконец, оказаться здесь. Если бы отряд просто следовал в этом направлении, то уже давно пришёл бы на подмогу. Однако с этой стороны не было обнаружено никаких аномалий или даже звуков. Так что никому и в голову не ударила мысль пойти сюда. Однако после того как мастера услышали грохот, битва уже подошла к своему концу…

Цао Гофэн и другие мастера сразу же начали прочёсывать лес…

Через некоторое время из самой глуши донёсся радостный возглас:

— Нашёл! Нашёл! — через секунду мастер-Шэнцзун, держа что-то в руках, вылетел наружу, на его лице сияла улыбка: — Этот малец всё ещё спит…

Толпа тотчас подбежала и окружила его. Мальчишка с непревзойдённой сущностью, закутанный в одеяло, спал крепким сном…

— Вот уж действительно, благословленный судьбой! — Мяо Цзин Юнь тяжело вздохнул и сказал: — Бесчисленное количество мастеров, не щадя жизни, бежали со всех ног, чтобы отыскать его, а он спит тут себе спокойненько. Неужели он до такой степени отличается от обычного человека?

— Повелитель, этот малыш не спит. Его кто-то намеренно вырубил… — сказал кто-то со стороны.

— Думаешь, мне твои объяснения нужны тут? Я и сам это прекрасно вижу! — Мяо Цзин Юнь покачал головой и снова посмотрел на полнейший беспорядок вокруг себя: — Немедленно возвращайтесь назад. Те двое, что устроили всю эту битву, должно быть, уже давно ушли…

Такое событие внесло огромный резонанс в Туманный Призрачный Дворец, однако, по неизвестным причинам оно было полностью подавлено. Впоследствии о нём даже никто и никогда не упоминал, словно ничего и не происходило…

Вот только в местожительстве Цзюнь Мосе охрана заметно ужесточилась…

На первый взгляд всё будто вернулось в прежнее русло, однако влиятельные семьи ощущали постоянный прилив тёмной энергии, которая могла в любой момент извергнуться в нечто страшное… Так что все кланы, хоть и внешне выглядели спокойными, но внутри находились в полной готовности к быстрому реагированию на внезапные перемены…

А вот в семье Чжань вообще не происходило ничего необычного, они вели себя, как и прежде. После своего возвращения Чжань Вуюнь первым же делом отправился к Чжань Луньхуэю, чтобы доложить о случившемся.

Он подробно изложил весь сегодняшний инцидент. О приказе, который был дан Чжань Сяо Сяо, Чжань Вуюнь, конечно же, ничего не знал. Да и Чжань Луньхуэй ни разу не упомянул об этом в их разговоре…

Однако на следующий день от Чжань Сяо Сяо так и не появилось никаких новостей: тут-то Чжань Луньхуэй уже не на шутку забеспокоился. Чжань Сяо Сяо — выдающийся мастер семьи Чжань, имеющий большой вес для всего рода! Независимо от того, насколько серьёзны оказались его травмы, он уже давно должен был вернуться назад!

Даже если его плоть была разрушена, его душа всё равно должна была найти путь домой. Неужели его душа тоже…?

Чжань Луньхуэй тут же вызвал к себе Чжань Вуюня для повторного допроса:

— Ты! Скажи, на поле битвы имелись какие-либо следы огня?

Услышав подробное повествование Чжань Вуюня, где присутствовало описание обгоревшей земли, Чжань Луньхуэй вмиг переменился в лице! На душе у него возникло нехорошее предчувствие.

После битвы двух мастеров остались следы огня… Тогда…

— Так точно, на поле битвы имелись чёткие следы огня! Будто бы сама земля горела.

Хотя Чжань Вуюнь и не понимал, почему предок задаёт ему такие вопросы, однако старался отвечать на них очень осторожно. Он было хотел и сам задать встречный вопрос, но увидев, как сильно изменилось лицо Чжань Луньхуэя, тут же проглотил свои слова обратно.

— Хорошо, ты можешь идти, — Чжань Луньхуэй глубоко вздохнул и обессиленно откинулся на спинку стула. После чего, будто бы через силу, помахал рукой.

— Так точно! — Чжань Вуюнь внимательно наблюдал за выражением лица Чжань Луньхуэя, оно казалось уж до чёртиков загадочным.

— Погоди, — Чжань Луньхуэй закрыл глаза и продолжил: — Кстати, передай Чжань И Сяо и Чжань Ту, что я собираюсь уйти в уединение. Так что они должны явиться сюда для моей охраны. В это же время… никто не должен вести себя вызывающе или хоть как-то привлекать к нашей семье внимание! Что бы ни случилось, не сейте смуту, просто дождитесь моего возвращения!

— Но сколько же времени вам потребуется для вашего уединения? — аккуратно спросил Чжань Вуюнь.

— Не больше трёх месяцев. А если все пойдёт, как надо, то месяца мне должно вполне хватить! — сомкнув глаза, ответил Чжань Луньхуэй.

Чжань Вуюнь по каким-то причинам чувствовал, что сегодня тон голоса предка был наполнен мрачностью заката жизни… Словно случилось нечто очень плохое…

Время летело очень быстро, и три дня прошли в мгновение ока.

Завтра пятисотый день рождения Правителя Туманного Призрачного Дворца — Мяо Цзин Юня!

Везде царила праздничная атмосфера.

Можно сказать, что в эти несколько дней Цзюнь Мосе ничем не занимался. В свободное время он делал вид, что практикует свои силы. И, естественно, его успехи вызывали у Шенхуанов лишь восторг и изумление. Иногда Мяо Сяомяо приходила к нему поболтать, да и старики постоянно крутились вокруг да около, предлагая в невесты своих дочерей и внучек…

В общем, все двигалось в прежнем русле. Просто тишь да гладь.

«Но вот, наконец, и пришёл этот день! Завтра пятисотый юбилей Мяо Цзин Юня! А послезавтра — день входа в Сад чудодейственных лекарственных растений! Путешествие в Туманный Призрачный Дворец подошло к концу! Возможно, послезавтра я покину эти земли и никогда больше не вернусь сюда… Если посчитать, то я пробыл здесь совсем недолго, однако за это время сделал немало для Туманного Призрачного Дворца. По крайней мере, я разрушил тысячелетние замыслы семьи Чжань и уничтожил сразу двух мастеров уровня Шэнцзун, тем самым заметно сократив силы их клана. Вполне вероятно, что Туманный Призрачный Дворец теперь избежит огромного кризиса и раскола. Разве теперь они могут укорить меня в моём обмане?» — подумав об этом, Цзюнь Мосе тяжело вздохнул…

Ему вдруг стало тяжко на душе от угрызений совести…

В эти несколько дней Мяо Сяомяо вела себя слишком трепетно и нежно, заставляя молодого мастера чувствовать себя ещё более неловко…

— Дурачок, о чём так призадумался? — увидев, что Цзюнь Мосе не находил себе места, Мяо Сяомяо решила потихоньку выспросить у него всё.

Мяо Сяомяо намеренно проявляла всю нежность, на которую была способна, и вела себя с Мосе очень трепетно и сердечно. Она даже стала называть его разными ласковыми словами вместо имени, лишь бы добиться того, что доселе сказала своей матери:

«Мо Цзюнь слишком сильно страдает, так что я должна использовать всю свою любовь и нежность, чтобы избавить его от этой боли…»

— Да ни о чём… — вздохнул Цзюнь Мосе.

— Цзюнь… можешь поговорить со мной… о ней?

«Вместо того чтобы позволить ему сдерживать всё в себе, лучше заставить его высказаться. Так ему станет намного легче, в противном случае такая тоска приведет к еще большим страданиям…»

— О ней? — Цзюнь Мосе повернулся, чтобы посмотреть на Мяо Сяомяо, и озадаченно спросил: — О ком о «ней»?

— Та… что живёт в твоем сердце… — нежно сказала Мяо Сяомяо: — Та, что ты никак не можешь забыть…

Глава 1027. Отчаяние

— Она… — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. Он не понимал, о чём именно думала Мяо Сяомяо, но, только услышав эту фразу, перед его глазами сразу же всплыл образ Мэй Сюэ Янь, а ещё лица Гуан Квинхан и Дугу Сяо И тоже промелькнули где-то вдалеке… Цзюнь Мосе неожиданно понял, насколько сильно он скучает по дому…

«На самом деле, сказать сейчас об этом будет намного лучше, пусть она сейчас потеряет всякую надежду. Возможно, так будет лучше для неё, кто знает… Пусть она выстрадает это мгновение, чем будет потом страдать всю свою оставшуюся жизнь…»

— Она очень красивая! Необычайно красивая! — Цзюнь Мосе расслабленно выдохнул, и, глядя на небо, продолжил медленно говорить. Голос его стал звучать ласково и нежно, словно это было во сне: — У неё длинные волосы, которые очень красиво развеваются на ветру, большие глаза и очаровательные брови… Я часто шутил, сравнивая их с молодым месяцем, тихо сверкающим на небе, не слабым и кротким, а воинственным и решительным…

Мяо Сяомяо в растерянности смотрела на него, наблюдая за тем, как на его лице появляется счастливая улыбка, когда он начал вспоминать о дорогом ему сердце человеке. В этот момент в её сердце появилась странная боль. И имя ей — ревность. Несмотря на это, она изо всех сил мысленно уговаривала себя:

«Не надо злиться, не надо печалиться, когда-то наступит тот день, когда я смогу занять место этой девушки… Но как же, всё-таки, сейчас мне больно… Оказывается, он так сильно её любил…»

— У неё белая кожа, можно даже сказать, белоснежная. Овальное лицо, она высокого роста, она любит носить белое, как снег, платье. Особенно я люблю смотреть, как её длинные чёрные волосы развеваются поверх её белоснежного платья… Всегда, когда я вижу её в этот момент, у меня возникает ощущение, что она — не обычный человек, а небесное божество, снизошедшее в мир людей… У меня часто возникает такая мысль… Ей не обязательно что-то говорить или делать, стоит только посмотреть на её силуэт, и каждый сможет заметить её необычайную одухотворённость… или ощущение какой-то загадочной отрешённости…

Мяо Сяомяо с трудом смогла выдавить из себя смех:

— Да, она, в самом деле, прекрасна. Только послушав тебя, я уже восхищаюсь ей… вот уж не думала, что в мире людей бывают такие несравненные красавицы…

— Нет, она не несравненная красавица. Она не подходит под людские стандарты красоты, для неё это даже считается огромным оскорблением! Прости меня, поверь, я не специально так возвышаю её… но у неё есть ещё одно достоинство — она никогда не сомневается в делах. Если она приняла решение, она немедленно действует. Она действительно очень храбрая, она в одиночку, без какой-либо помощи, смогла поддерживать такое большое наследие, она держалась даже тогда, когда её одолевало бесчисленное количество врагов и недругов, она не позволила им разрушить своё детище…

Говоря об этом, Цзюнь Мосе вспомнил о временах, когда Мэй Сюэ Янь взяла на себе управление лесом Тянь Фа, какой стойкой и упорной она была, невольно Мосе расчувствовался…

— Ещё она очень хорошо относится ко мне… она скорее пожертвует своей собственной жизнью, чем позволит мне получить рану… Однажды она даже чуть не отдала свою жизнь за моих родных… Я был действительно очень растроган, мне так повезло заполучить такую прекрасную девушку…

Улыбка становилось всё заметнее, счастливое выражение застыло на его лице… сердце наполнялось нежным волнением…

«Кому доводилось обладать такой прекрасной спутницей жизни? Сюэ Янь, какое счастье, что ты есть в моей жизни!»

— Она… правда, замечательная… — где-то в глубине души у Сяомяо раздался оглушительный крик: «Я тоже могу, тоже могу быть такой! Даже могу быть лучше неё, намного лучше неё! Я тоже могу пожертвовать своей жизнью ради тебя! Отдать свою жизнь, чтобы сохранить твою! Я могу, я, правда, смогу!»

Но, конечно, она этого не сказала вслух.

Так как она понимала, некоторые вещи не нужно говорить… их нужно доказывать с помощью поступков.

— Дааа… в этом мире нет ни одной девушки, которая могла бы сравниться с ней! — Цзюнь Мосе с тяжестью вздохнул: — Я просто не представляю, как мне повезло, что я смог встретить её… наверное, это судьба…

— Тогда… — Мяо Сяомяо было тяжело говорить об этом. Она долго собиралась с мыслями, и, наконец, задала вопрос, ответ на который ей хотелось услышать больше всего: — Тогда… как… как же она… умерла?

— А? В смысле умерла?! — Цзюнь Мосе испугался от этой фразы, и в растерянности взглянул на Сяомяо: — Но она… не умерла, почему это она должна была умереть?! Что ты такое говоришь? — в его голосе чувствовался скрытый гнев!

— А? — Мяо Сяомяо даже больше него не ожидала такого ответа. Она даже подпрыгнула от удивления: — Так она не умерла? Значит, она жива? Но как же…

— Конечно, она жива! А с чего ей быть мёртвой? — Цзюнь Мосе грубо ответил: «Это девчонка вообще понимает, что несёт?»

Мяо Сяомяо была в полной растерянности. Как же так могло выйти? Он, очевидно… Но она совсем позабыла, что-то, в чём, как казалось ей, она была уверена, было лишь догадкой её матушки.

— Цзюнь… а про кого ты говоришь? — осторожно спросила Мяо Сяомяо.

— А про кого… ты спрашиваешь? — Мосе тоже недоумевал.

— Она — твоя жена? — у Сяомяо было такое выражение лица, будто она вот-вот собиралась расплакаться.

— Дааа, она моя жена! — Цзюнь Мосе кивнул головой, даже не подозревая, что эта фраза будет значить для Сяомяо.

Словно её скинули глубокую бездну, и ей больше не выбраться из неё. Никогда!

— У тебя есть жена? Она жива?! — Мяо Сяомяо громко вскрикнула, её голос был очень высоким, и таким душераздирающе-печальным…

— Да! А почему она… — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, и мысленно пробормотал: «Короткая боль лучше долгой. Лучше покончить одним ударом, чем тянуть. Пусть она выстрадает это сейчас, чем будет мучиться всю жизнь…»

— Так ты уже женился?! Ты говоришь, ты уже вступил в брак? — Мяо Сяомяо сделала два шага назад, не сводя глаз с Мосе. Внезапно кровь прилила к её лицу, и она стала красной, как помидор. По-прежнему глядя на Мосе, из её глаз градом посыпались слёзы. Слёзы медленно падали вниз на землю, словно маленькие жемчужины…

— Да… — сердце Мосе дрогнуло, когда он взглянул на потерявшую надежду Сяомяо. Но он понимал, что, если сейчас расчувствуется, всё пойдёт прахом. Прилагая огромные усилия над собой, он, всё-таки, остался непоколебим.

«Нужно из двух зол выбрать меньшее… Прости меня, но если сейчас я не буду непреклонен, тогда я испорчу тебе всю жизнь!»

— Ты уже женился… оказывается, ты уже женат… — бормотала про себя Сяомяо, и неуверенной походкой пятилась назад. Из-за слёз она не видела ничего перед собой…

В этот момент она почувствовала, как её сердце с бешеной скоростью падает со скалы, она была в смятении, ей только слышалась одна фраза:

«Он уже женат… тогда я…»

Вслед за этим она внезапно резко бросилась в сторону, прикрывая рукой рот, из которого послышался сдавленный всхлип. Перед глазами у неё всё расплывалось, и кружились золотые звёздочки… Слезы застилали её глаза. Она не сдержалась и издала печальный всхлип, и, словно в помутнении, раскачиваясь в разные стороны, бросилась наружу…

Когда она добежала до дверей, она споткнулась, зарыдала в голос и через мгновение исчезла…

Сяо Доу Я пристально уставилась на Цзюнь Мосе. Она даже покраснела от злости. Секунду она пыталась сдержаться, но потом закричала:

— Лжец! Обманщик! Ты уже женат и вздумал соблазнять нашу молодую госпожу! Бабник! Подлый и похотливый развратник! — она с ненавистью сплюнула, и побежала за Мяо Сяомяо…

Бай Цифэн сидел у главных ворот. С тех пор, как произошло нападение, Шенхуаны всегда были настороже, и по очереди охраняли Цзюнь Мосе. Сегодня как раз была очередь Бай Цифэна.

Он случайно увидел убегающую в слезах Мяо Сяомяо и очень разволновался. Некоторое время спустя, когда он пришёл в себя, он тут же поспешил к Мосе:

— Ты… мальчишка, скажи мне, можешь ли ты контролировать свои эмоции? Так или иначе, она уже твоя, разве нельзя подождать времени, когда вы поженитесь, и уже потом учить уму-разуму? Нельзя же сейчас… впопыхах… она же из такой семьи… ты же не можешь вести себя как попало… балбес!

У Бай Цифэна не было привычки подслушивать, но Мосе и сам бы не позволил ему этого, так что он не знал, что на самом деле произошло между влюблёнными, всё это было лишь его догадкой.

— Что вы такое говорите? Что это значит «так или иначе, она уже моя»? Я ничего не предпринимал… — Цзюнь Мосе ослабил хватку, и с ни в чём не повинным лицом сказал.

— Ты ничего не предпринимал? Она, что ли, по-твоему, это должна? Посмотри кто она, и кто ты? Почему ты так ведёшь себя? — Бай Цифэн с досадой произнёс: — Молодёжь… вы все такие импульсивные… Ну, ты подожди, увидишь, как старейшина Мяо тебя проучит… Посмотрим тогда, кто виноват, а кто нет. Мяо так дорожат этой девчонкой, разве ты не знаешь об этом? – Бай Цифэн покачал головой, и с опечаленным выражением лица сказал: — Я пойду схожу за братьями. Надо этот вопрос обсудить, и подготовить какие-нибудь аргументы… — договорив, он тут же испарился…

Цзюнь Мосе не особо понял, чем был опечален Шенхуан Бай, и куда он смылся. Мосе мысленно произнёс:

«Неужто эти любовные интрижки имеют отношение к чему-то более серьёзному?! Что это вообще такое?!»

Когда он смотрел в то направлении, в котором убежала Мяо Сяомяо, его сердце погружалось в бесконечное сожаление, и еще… разочарование?

«Возможно, ты ещё будешь счастлива. Твоим суженым не могу быть я…»

Он тихонько вздохнул и повернул обратно к воротам. Вдруг на земле он заметил что-то странное в том месте, где споткнулась Мяо Сяомяо. Учитывая уровень её совершенствования, она нечаянно споткнулась на таком ровном участке дороге… наверняка она бы расстроена до такой степени, что ей уже ничего не хотелось…

Внезапно Цзюнь Мосе вздрогнул, быстро сделал несколько шагов, и его взгляд застыл!

На том самом месте, где споткнулась Мяо Сяомяо, виднелись следы крови. Их цвет был ярко-красным, и в лучах солнца они особенно ярко сияли, словно ослепительные камушки рубина…

Глава 1028. Объявить войну Шэнцзуну!

Пятна крови были настолько яркими, что даже не изменили свой цвет под воздействием солнца!

Цзюнь Мосе слегка прикоснулся к ним, потом поднес ближе к глазам, и почувствовал нарастающее беспокойство в своей груди…

Кровь сердца! Оказывается, это кровь сердца!

Под тяжестью заставшего её врасплох эмоционального удара, Мяо Сяомяо, будучи ослеплённой своей первой любовью, лишилась крови сердца!

В теле человека это самый главный жизненный экстракт!

Такая потеря может оказать тяжёлую нагрузку даже на опытного мастера с высоким уровнем совершенствования! Мяо Сяомяо, в первую очередь, хрупкая молодая девушка. Пусть она обладает довольно хорошими силами, но даже ей будет нелегко справиться с такой дикой болью!

Цзюнь Мосе стал двигаться в том направлении, в котором уходила Мяо Сяомяо. Он внимательно осматривал землю, и действительно обнаружил капли свежей крови, которые виднелись на извилистой дороге, вымощенной камнем… словно сердце молодой девушки с каждым шагом разбивалось, превращаясь в осколки… Цзюнь Мосе медленно поднялся, и сделал глубокий вздох, глядя на виднеющуюся вдали дорогу. В его душе всё перемешалось… Цзюнь Мосе и представить себе не смог, насколько предана была ему Мяо Сяомяо, она так покорно полюбила его; более того, она ни во что не ставила своё высокое положение, полностью покорившись бедному голодранцу, у которого, за исключением дарованных ему небом талантов, нет ничего за спиной. Она волновалась за его настроение, и думала лишь только о том, чтобы он был счастлив… До чего же уникальна настоящая любовь? Такие чувства не сравняться ни с какими другими… По внешности она не уступает даже Мэй Сюэ Янь, настоящая красавица, каких поискать; она также очень образована и сообразительна, в её «арсенале» много талантов, начиная с музыки и заканчивая искусством каллиграфии; встретившись с такой прелестной девушкой, разве Цзюнь Мосе мог остаться безмятежным?

На самом деле, при виде такой прекрасной девушки, влюбившейся по уши в тебя, какой бы парень остался равнодушным к этому? Но растрогаться — это одно, а принять её чувства — это совершенно другое! Разумеется, ради мужского самолюбия легко ответить согласием, дать надежду, только вот если не справишься… по твоей вине жизнь такой прекрасной девушки в одночасье будет полностью сломана!

Цзюнь Мосе решительно не мог принять этого!

Если бы Мяо Сяомяо была родом из какой-то обычной семьи материка Суань, Мосе был бы уверен, что сможет отплатить за её искреннюю любовь, тогда он бы не ломал голову из-за последствий!

Но Сяомяо была любимой дочерью Правителя Призрачного Дворца!

Увидев собственными глазами реальную мощь Призрачного Дворца, разумеется, Цзюнь Мосе неслабо испугался! По сравнению с тремя священными землями, Призрачный Дворец был намного сильнее и могущественнее. Хотя Мосе не был трусом, всё же страх присутствовал в его сердце при мысли об этом!

Разумеется, главная причина скрывалась вовсе не в этом. Самым важным фактором служило то, что Призрачный Дворец — специфическое место, находящееся за пределами материка Суань, и пусть, несмотря на то, что оно не сильно отличалось от места жизни обычных людей, всё же оно было изолировано от другого мира…

Стоило Мосе только покинуть его, и заново попасть он сможет лишь тогда, когда получит разрешение со стороны Призрачного Дворца! Если попробовать собственными силами проникнуть сюда… боюсь, ему сначала понадобится достигнуть уровня сил Первого Шао, в то время, когда он только создавал Призрачный Дворец. Вот тогда у него будут хоть какие-то шансы… Пусть даже Цзюнь Мосе будет самоуверен, но, чтобы достигнуть такого уровня, ему понадобится очень длительный промежуток времени!

Неужто Мяо Сяомяо будет ждать его столько времени?! Разве это не равносильно тому, чтобы принудить её впустую потратить свою молодость, в ожидании какой-то туманной надежды…

Поэтому сейчас, когда он объявил Мяо Сяомяо принятое решение, он уже осознал, что, если они и сбегут вместе отсюда, для Сяомяо это будет непосильной ношей!

Вероятнее всего, они могут в один миг стать непримиримыми врагами!

Мосе ждёт жизнь с неспокойной совестью, а Мяо Сяомяо будет страдать всю свою жизнь, оставшись одна!

Вполне возможно, что всё может закончиться намного серьёзнее, например, смертью Сяомяо…

«Надеюсь… ты сможешь отыскать своё счастье и забыть меня навсегда! А я буду таков… и послезавтра навсегда покину это место, и моя нога уже больше никогда не переступит порог Призрачного Дворца!»

Цзюнь Мосе стоял с прямой спиной, смотря вдаль. С его пальцев на землю медленно упала маленькая капля крови. Он пробормотал эти слова себе под нос. Поднялся лёгкий ветерок, и его белые одежды стали развеваться на ветру, волосы разлетелись в разные стороны, закрыв собой лицо. В этот момент ему словно удалось почувствовать горестные переживания Мяо Сяомяо.

Бай Цифэн очень быстро созвал всех остальных Шенхуанов. Все семеро братьев сидели за столом, и тяжело вздыхали.

Глядя на неприветливое настроение Цзюнь Мосе, они стали наперебой спрашивать о его самочувствии, но он был так удручён, что даже ничего не ответил. Именно в этот момент со стороны главных ворот раздался мощный грохот, словно кто-то снёс главные ворота к чёртовой бабушке. Все семеро Шенхуанов одновременно встали и направились наружу посмотреть, в чём дело.

После недавних событий Шенхуаны находились в постоянном страхе. Увидев, что их ворот находятся непрошенные гости, они сразу привели в движение Суань в своих телах, чтобы встретить врага во всеоружии, однако, как только они обнаружили, кто стоит у их дверей, весь напор сразу же сдулся, как резиновый мяч!

Они увидели двух высоких мужчин, которые входили с невозмутимыми выражениями на лицах.

За спиной у них виднелись остатки того, что раньше было главными воротами, сейчас же они превратились в щепки для розжига огня!

— Эм… братья Мяо… не знаю, чем обязаны вашему визиту? — Цао Гофэн деланно рассмеялся.

Эти двое были личными охранниками Правителя Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юня. Они оба обладали пугающей силой мастеров уровня Шэнцзуна второй ступени. Они были на порядок сильнее Чжань Сяо Сяо, которого убил Цзюнь Мосе.

Они служили главным гарантом безопасности Правителя Призрачного Дворца!

К тому же эти двое были братьями-близнецами!

Мяо Дао, и Мяо Цзянь!

У них было собирательное прозвище «Непобедимый клинок!» В бою они действовали сообща, и их сила увеличивалась ровно вдвое. Они обладали потрясающей мощью! Имея при себе этих двух мастеров, Мяо Цзин Юнь был в такой же отличной безопасности, как если бы его охраняло могучее войско!

С давних времен Правителю Призрачного Дворца было не обязательно быть сверх сильным, но его личные телохранители должны были обладать как минимум уровнем выше Шэнцзуна!

Во всех больших семьях Призрачного Дворца всё было точно так же — глава семьи не обязан обладать высоким уровнем совершенствования, потому как человеку, талантливому в искусстве Суань, обязательно требуется огромное количество времени для совершенствования. Чтобы семья обладала превосходной боевой мощью и поразительной силой устрашения, только таким образом можно добиться процветания для своей семьи. Если бы такой талантливый человек был главой семьи, ему бы непременно пришлось отвлекаться на разные посторонние дела, и у него бы не было возможности быстро достигать выдающихся успехов в совершенствовании, несомненно, это было бы напрасной тратой времени… Если говорить об охранниках нынешнего Правителя Призрачного Дворца Мяо Цзин Юне, они годились ему в дяди, и уже достигли высочайшего мастерства в искусстве Суань!

С тех пор, как Мяо Цзин Юнь занял пост Правителя Призрачного Дворца, эти двое всегда и везде сопровождали его, за несколько сотен лет они не отступили от него ни на шаг!

А сейчас эти двое неожиданно оставили Мяо Цзин Юня, и внезапно появились здесь, при этом растоптав главные ворота жилища Цао Гофэна!

Это как можно ярче демонстрировало настрой Мяо Цзин Юня!

Стоит отметить, что разрушить чью-то дверь не является какой-то супер редкостью, это под силу не то, что Шэнцзуну, а даже мастеру с Золотой Суань! Однако сейчас этот поступок говорил о том, что ярость этих мастеров вышла за пределы контроля!

Цао Гофэн и Бай Цифэн переглянулись друг с другом, а потом печально вздохнули, глядя на Цзюнь Мосе. Они мысленно причитали:

«Мальчишка, ты должен вести себя воспитанно с незамужней барышней, что ты такого натворил, что вызвал такое обхождение? Вот тебе и на… очевидно, дела хуже некуда… Похоже, это дело не на шутку разгневало Правителя, боюсь, о снисхождении и речи быть не может…»

Несмотря на то, что Цао Гофэн уже когда-то отбивал своего ученика у Мяо Цзин Юня, столкнувшись с этими грозными «дядечками», что-то возразить едва ли получится. Пусть Цао Гофэн смелый и храбрый, но здесь дело в другом — перед ними у него нет прав, а слова совершенно неубедительны…

— Приказ Правителя гласит: «Привести Мо Цзюня для разговора! Остальным быть необязательно!» — Мяо Дао бросил холодный взгляд на Цао Гофэна. Это было своего рода предупреждением. Потом его холодный, как лёд, взгляд остановился на Цзюнь Мосе.

— Эм… хэ-хэ… хэ-хэ… брат Мяо, Правитель пригласил Цзюня к себе в такое позднее время… Может, что-то случилось? — Бай Цифэн, заикаясь, решил попытать удачу и спросил.

— Правитель пригласил его по важному делу! Неужто я должен ещё тебе об этом докладывать? — Мяо Цзянь сказал без лишних церемоний, и, заложив руки за спину, посмотрел на Мосе: — Мальчишка, поднимайся! Пойдёшь с нами!

— Минуточку! — Цао Гофэн внезапно бесстрашно выступил вперёд: — Уважаемые господа охранники, если Мо Цзюнь совершил ошибку — это всё по вине неумелых наставников в нашем лице. Мы все вместе согласны пойти и подвергнуться наказанию! Разрешите нам следовать с вами!

— Это вас не касается! Цао Гофэн, ты сам знающий человек, но позволь дать тебе совет: не зная броду, не суйся в воду! — Мяо Дао по-прежнему не спускал глаз с Цзюня Мосе, строго говоря: — На протяжении нескольких тысяч лет я своими руками уничтожаю так называемых «гениев»… хотя таких было немного, но всё же и немало. Если сегодня к этому числу добавиться какой-то легендарный обладатель непревзойдённой сущности — это погоды не сделает! Мальчонка, так ты идёшь с нами или нет?

Намёк был более чем очевиден: «Если не послушаешься, я доставлю правителю твой труп!»

На самом деле, Мосе уже был готов следовать с ними. В конце концов, эти двое прибыли сюда по поводу Мяо Сяомяо. Цзюнь Мосе было совестно, и он решил отправиться, всё разъяснить как следует, всё-таки это простительное событие!

«Даже если бы вы не прибыли за мной, я бы всё равно сам отправился проверить ситуацию!»

Однако услышав, с какой грубостью говорил Мяо Дао, Мосе сразу же почувствовал к ним неприязнь. Он, наоборот, спокойно уселся, поднял голову, и проницательным взглядом посмотрел на Мяо Дао, с усмешкой сказав:

— Раз уж пошла такая пьянка… С мягким знаком! Давай, попробуй сделать плюс одного обладателя непревзойдённой сущности себе в копилку, качок стероидный!

Глава 1029. Я тебе не нужна?

Когда это молодой мастер Цзюнь позволял так с собой обращаться?

«Если вы ко мне неучтивы, то и я церемониться не стану!»

Хотя Мосе чувствовал стыд перед Сяомяо, однако к семье Мяо он уже оказал свою благосклонность в полной мере. Возможно, если бы не он, то этот клан уже давно потерял всю свою мощь и был бы выброшен из рядов влиятельных семей Туманного Призрачного Дворца! А они ещё вздумали так себя вести с ним…

Лицо Мяо Дао мгновенно застыло! Мяо Цзянь тоже злобно уставился на Мосе и сурово сказал:

— Малец, не думай, что раз ты единственный обладатель непревзойдённой сущности за последние десять тысяч лет, то можешь себя вести так заносчиво и бесцеремонно! Нужно иметь в виду, что даже без непревзойдённой сущности, материк Суань так и останется материком Суань, а Туманный Призрачный Дворец — Туманным Призрачным Дворцом! Мир не изменится из-за одного человека! Неужели ты действительно полагаешь, что ты настолько необыкновенен?

— И это очень разумное утверждение! — Цзюнь Мосе холодно посмотрел на него, положил ногу на ногу и сказал: — Именно поэтому в непревзойдённой сущности нет ничего примечательного. Если бы её не было, солнце и луна никуда бы не исчезли. Поэтому я щедро и великодушно прошу вас убить одного из её обладателей! Если в мире таких простых людей, как я, действительно очень много, тогда… если вы убьете одного — ничего серьёзного не случится, разве нет?

В жизни нет ничего абсолютного, и мир действительно не изменится из-за одного человека. Но этот «один» относится к подавляющему большинству обычных людей, а так как эти массы ничем не ограничены, то именно из-за их воли и чаяний происходят огромные перемены во всём мире!

В глазах Мяо Дао вспыхнула искра безумия!

На душе Мяо Цзяня стало немного скверно. Приказ Правителя — «Привести мальчишку с непревзойдённой сущностью», но никто не говорил им его убивать! В данной ситуации не стоит никого запугивать, но уже трудно было остановить свой гнев.

«Если всё выйдет из-под контроля, и мы убьём этого сопляка… то больших проблем будет очень трудно избежать…»

Более того, эти двое никак не ожидали, что Мо Цзюнь в столь юном возрасте будет обладать таким ослиным темпераментом… Этот необъезженный конь — реально обладатель непревзойдённой сущности?

— Мо Цзюнь, если даже ты и не боишься смерти, то неужели тебя нисколько не волнуют жизни твоих семи наставников? — Мяо Цзянь серьёзным голосом спросил: — Ты должен иметь в виду, что за твои поступки Цао Гофен вместе с остальными берут более половины от всей ответственности! Ты действительно хочешь увидеть, как тысячелетние старания твоих учителей превратятся в ничто лишь из-за твоей несмышлённости и импульсивности?

Цзюнь Мосе продолжал смотреть на Мяо Дао, его взгляд был спокойным и в то же время пронзительным. За всё это время он даже не моргнул.

Мяо Дао долгое время пристально смотрел в ответ, а затем пришёл в изумление! Решимость этого мальца просто невероятна, раз он даже под взглядом мастера-Шэнцзуна не сломался! В совершенствовании духа ему нет равных среди молодого поколения! Да что уж там молодое поколение, этот малый намного сильнее любого Шенхуана!

Мяо Дао боялся причинить ему боль, поэтому старался не использовать сильное психическое давление, однако прежде этот парнишка уже успел разозлить его, так что он по неосторожности выпустил часть своей ярости наружу. Этот огромный импульс смешался с накопленной тысячелетиями грозной аурой мастера Шэнцзун. Разве такой фонтан энергии может вынести обычный человек?

Даже у опытного мастера в этот момент возникнут галлюцинации, а сознание придёт в полный хаос. Однако взгляд этого пацана остался таким же спокойным и трезвым! Просто поразительно!

Мяо Дао, наконец, отвёл глаза и холодно сказал:

— Каков молодец! Достоин называться обладателем непревзойдённой сущности! Храбрый малый! Неудивительно, что ты смог покорить характер Сяомяо!

И хотя тон речи оставался таким же холодным, как и раньше, но в его словах чувствовалось некоторое восхищение. Однако дойдя до этих слов, он снова разозлился.

Цзюнь Мосе про себя подумал:

«Неужели с Мяо Сяомяо действительно что-то случилось?»

— Вот только не надо мне угрожать! Я тоже не из теста деланый! Я сам пойду в резиденцию Мяо, и не из-за твоих вот этих вот угроз! — Цзюнь Мосе медленно встал и холодно добавил: — Если с Мяо Сяомяо случилось что-то по моей вине, то я бы пошёл к ней даже без ваших указаний! Я никогда не сбегал от ответственности за свои дела! Но если вы вздумали мне угрожать, тогда… хе-хе-хе-хе… — Цзюнь Мосе мерзко усмехнулся: — Даже если костей будет целая гора, а кровь прольётся рекой, я всё равно не пойду! И вам, крутым ребятам, придется принести к своему хозяину мертвеца!

Характер молодого мастера всегда был именно таким: Цзюнь Мосе мог использовать любые средства для достижения своей цели. Однако если его методы вызовут какие-либо последствия, то он никогда не сбежит от них! Что бы Мосе не натворил, он всегда в ответе за любой косяк!

Однако если ему станут угрожать, то извините-простите, кто бы вы там ни были, и какой бы ни была ваша причина, ему на вас глубоко насрать! Даже если вы разнесёте всё в клочья — без разницы, насрать — значит, насрать! И такая позиция Мосе не изменилась даже после перехода в этот мир!

И даже перед лицом двух могущественных мастеров, чьи силы намного превосходили его собственные, Цзюнь Мосе оставался предан своему принципу! На самом деле, даже если он столкнулся бы с самим Первым Шао, то и это бы ничего не изменило!

В этом огромном мире нет исключений!

Это высокомерие и независимость присущи лишь Цзюнь Мосе!

Молодой мастер выпрямил спину, и своим холодным, суровым взглядом дал чётко понять двум мастерам Шенцзунь, что ни за что не склонит голову перед их угрозами. Теперь эта ситуация выглядела тупиково.

До того как эти двое пришли сюда, они и подумать не могли, что характер этого сопляка окажется таким несносным!

«Да ведь его не ударишь и не убьёшь… Как же бесит!»

— Мо Цзюнь, раз уж сам Правитель тебя разыскивает, то ты бы сходил… Не переживай, в этом нет ничего страшного. Думаю, что вопрос между тобой и Сяомяо можно легко уладить…

Увидев, что атмосфера становится всё тяжелее, а противники, как-никак, два здоровенных Шэнцзуна, Цао Гофэн не на шутку запаниковал. Ведь в случае атаки даже он был бы совершенно бесполезен.

— Нет! — Цзюнь Мосе задрал голову и надменно посмотрел на Мяо Дао, сказав: — Пойду я или нет — это моё дело, но я никогда не стану ничего делать под давлением! Если ты хочешь, чтобы я пошёл, то забери те слова, что ты только что сказал! И тогда мы сможем всё обсудить! — он слегка приподнял брови и сурово добавил: — В противном случае, если вы насильно схватите меня, то дотащите только мой труп.

Когда Цзюнь Мосе говорил эти слова, два брата как раз подумывали о том, чтобы улучить момент, схватить этого сосунка и немедленно свалить обратно. Но уловив намёк пацана, оба брата вдруг оцепенели.

«Если он не станет разговаривать… то какой от него толк? А если помрет, так еще больше проблем будет! Но… только из-за этого… можем ли мы его принудить? Блин, но ведь это ради Мяо Сяомяо… лишь бы ей стало легче…»

Выражение лица Мяо Дао резко изменилось, и он вдруг свирепо топнул ногой и сказал:

— Хорошо! Раз уж на то пошло — я забираю свои слова обратно! Теперь ты доволен?

Он уставился на Цзюнь Мосе, а про себя подумал:

«Мы ещё посмотрим, кто кого. Сегодня ты опозорил меня, так что я обязательно заставлю тебя пожалеть об этом!»

В глубине души прочно засела мысль о мести.

— Сойдёт. Как аукнется, так и откликнется, — Цзюнь Мосе, конечно же, подозревал о замыслах Мяо Дао, но ему было плевать, ведь он все равно собирался покинуть это место. Да даже если бы и остался, всё равно: что сделает ему этот старикашка? С довольной миной молодой мастер начал подгонять:

— Ну и чего мы ждём? Почему никто не торопится? Разве вы не говорили, что Правитель ищет меня для разговора?

Мяо Дао и Мяо Цзянь — два Шэнцзуна — одновременно поперхнулись:

«И это ты, сопляк, теперь про время вдруг вспомнил! Ты, случаем, не псих? Тебя сам Правитель разыскивает, а ты ещё выкобениваешься! Нормальный вообще? А-ай, тьфу на тебя, бесишь!»

И хотя на словах Цзюнь Мосе вредничал, но в душе он тоже не находил себе места. В конце концов, если с Мяо Сяомяо что-то случилось по его вине, тогда ему до конца жизни светят лишь неприятности!

Так что по сравнению с этими двумя братьями Мосе был обеспокоен в сто раз сильнее!

— Следуй за мной! — Мяо Цзянь схватил его за руку, и через мгновение Цзюнь Мосе уже парил в воздухе, словно облако! Пока Цао Гофэн и остальные мастера пытались пойти вдогонку, три силуэта уже успели скрыться далеко из их поля зрения…

Цзюнь Мосе невольно содрогнулся:

«Мощь этих двух действительно впечатляет! Только посмотрите на эту скорость, это тебе не шутки! Похоже, что Чжань Сяо Сяо обладал примерно такой же силой. Мда, значит, у семьи Мяо имеются свои козыри…»

Как оказалось, Мяо Сяомяо дошла до отчаяния, и ее сердце разбилось на куски. Она была уже недалеко от дома, однако не смогла стоять на ногах и упала в обморок. Сяо Доу Я дотащила её уже на себе.

Вся семья Мяо готовилась к пятисотлетнему юбилею Мяо Цзин Юня. Все люди в семье Мяо, независимо от их статуса, были заняты своими делами. Увидев, что сокровище их семьи вернулось домой на последнем издыхании, все тут же пришли в дикий ужас!

Мяо Цзин Юнь просто кипел от ярости!

Кто осмелился ранить его жемчужинку, да ещё и накануне юбилея? Кто решил доставить семье Мяо такие неприятности? На такое нужна нехилая смелость!

Мяо Сяомяо расположили в её комнате, Мяо Цзин Юнь и остальные люди тут же ворвались туда с нахмуренными лицами.

Травма Сяомяо была довольно серьёзной. Из-за сильной тоски пострадал её изначальный дух! А так как этот дух ещё не окончательно сформировался в её теле, то данная ситуация может иметь серьёзные последствия!

Раз пострадал истинный дух, то, соответственно, и внутренние органы были повреждены! За небольшой период времени Мяо Сяомяо впала в глубокую кому! Причина тому — повреждения внутренних органов и внутреннего сознания девочки!

Все мечты обратились в пепел, а прекрасные фантазии лопнули мыльным пузырём, так что Мяо Сяомяо просто не хотела приходить в сознание…

Если Сяомяо вовремя не придёт в себя, то она может остаться в коме навсегда…

Эта ситуация чем-то схожа с историей матери Цзюнь Мосе. Донфанг Вэн Синь пролежала в кровати целых десять лет, не приходя в сознание… Самые лучшие лекари того времени лишь беспомощно разводили руками… А она просто не хотела просыпаться…

Все члены семьи Мяо опустили руки, никто не знал, что делать.

Госпожа Мяо продолжала реветь навзрыд, и уже чуть было сама не потеряла сознание…

И тут все, наконец, вспомнили, что этому происшествию имеется свидетель: Сяо Доу Я!

Её тут же вызвали для поспешного допроса!

Сяо Доу Я, естественно, не стала никого обманывать, к тому же она была серьезно обижена на Мо Цзюня, поэтому рассказала всё как есть, во всех деталях от начала до конца. Девчонка не стала ничего приукрашивать, однако её рассказ был пропитан ненавистью и злобой, что заставило всех слушателей разразиться гневом!

Этот Мо Цзюнь! Неблагодарный ублюдок!

Кто-то из присутствующих тут же предположил схватить этого мальчишку и привести для разговора…

Госпожа Мяо ещё раз посмотрела на бледное лицо своей дочери, и в полубреде услышала её мольбу:

— Мо Цзюнь, я тебе действительно не нужна? Ты правда отказываешься от меня?

Эти крики были для госпожи Мяо словно удар ножом по сердцу!

Глава 1030. Любовная тоска – сердечное лекарство!

Госпожа Мяо хорошо понимала, что любовная тоска лечится только особыми сердечными лекарствами. Если сейчас вспылить и казнить Мо Цзюня, тогда её любимая дочь никогда не очнётся.

Кто бы мог предположить, что Мяо Сяомяо за такой короткий срок времени так преданно полюбит Мо Цзюня!

На самом деле, это не так уж и удивительно, потому что Мяо Сяомяо сама по себе очень импульсивная и горячая молодая девушка, если любить, только сильно, преданно, навсегда, полностью в омут с головой. Ей нужна такая же сильная и сумасшедшая любовь. В том случае, если у её избранника уже занято сердце, она приложит все свои силы, чувства, помыслы и душу, чтобы доказать свою любовь! Мо Цзюнь намертво засел в её сердце, и теперь оно больше не сможет вместить никого другого.

Такая сильная и глубокая любовь — тоже, своего рода, крайность!

Поэтому госпожа Мяо немедленно приняла решение: вне зависимости от того, что натворил этот Мо Цзюнь, только он может вернуть в чувства Мяо Сяомяо! В связи с этим, следует его привести сюда. Главное, чтобы Сяомяо очнулась, об остальном будем думать потом!

Мяо Цзин Юнь и все остальные опытные люди, после заявления госпожи Мяо, сразу же всё поняли!

Мяо Цзин Юнь тотчас же скомандовал, чтобы его охранники лично отправились за Мо Цзюнем, и в кратчайшие сроки доставили его во дворец!

После их отъезда, все не спускали глаз с главных ворот. Дико волнуясь, они нарезали круги по главному залу, в ожидание прибытия охранников и Мо Цзюня.

Вдруг в этот момент раздался какой-то грохот. Оба охранника одновременно появились перед входом во дворец. Руки их были пусты. Молодой парнишка валялся на земле, немного шатаясь. Через мгновение он поднялся на ноги с довольно ясными глазами, спокойно осматривая нервно-взволнованных людей, окруживших его. Он даже ни чуточки не испугался, и был вполне спокоен.

— Ты и есть Мо Цзюнь?! — спросил его один мужчина средних лет. Этот человек выглядел очень интеллигентно, он не только не походил на мастера Суань, а наоборот, выглядел как человек, полностью посвятивший себя науке.

На самом деле, Цзюнь Мосе без особого труда удалось определить, что этот мужчина обладал очень низким уровнем совершенствования. Возможно, самым низким из всех присутствующих в этой комнате, однако манера держаться этого человека была очень выделяющейся. Даже сам Мяо Цзин Юнь ему в подмётки не годился. И осознание этого не могло не удивлять. И было ещё кое-что — тело этого человека обладало какой-то таинственной природной силой. Благодаря этой особенности, Цзюнь Мосе сразу же смог определить личность этого образованного человека: непременно, это был отец Мяо Сяомяо, Мяо Хуань Бинюй!

Только он мог при своем низком уровне совершенствования заговорить первым, не дав слова даже Правителю Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юню. Ведь он был хозяином легендарного Сада чудодейственный растений. И только он мог, обладая всего лишь уровнем Суань Духа, располагать крайне таинственной природной силой!

— Я — Мо Цзюнь Е! А вы, стало быть… господин Мяо? Я очень польщён, — Цзюнь Мосе окинул взглядом всё вокруг, свободно улыбнулся и задал встречный вопрос.

— А ты и впрямь настоящий гений! Такой невозмутимый и наблюдательный. Действительно, достоин звания обладателя непревзойдённой сущности, — Мяо Хуань Бинюй улыбнулся и довольно рассмеялся, серьёзно посмотрев на Цзюнь Мосе. Похвалив Мосе, он спокойно продолжил: — Молодой господин Мо, прошу сюда!

Его слова не были обычной похвалой. Видите ли, какой-то двадцатилетний мальчишка внезапно падает из пустоты на землю, и сталкивается с сотней полных гнева и возмущения Достопочтенных мастеров! Наверняк, он должен был страшно испугаться…

Но Мо Цзюнь был вовсе не такой. Он действительно сильно отличался. Упав на землю, даже выражение его лица не изменилось. Он даже успел хорошо рассмотреть всех присутствующих. Этот мальчишка, которого он никогда не видел в своей жизни, только предположил и сразу же угадал, кем он являлся.

А это тоже не так-то просто сделать, по крайней мере, нужно тщательно обдумать этот вопрос, с особой проницательностью разобраться в этом, и сделать соответствующий вывод!

Умения пользоваться такими мыслительными процессами, определяющий фактор в формировании личности, которая в будущем может стать выдающимся мастером своего дела!

Не говоря уж об обладании непревзойдённой сущности!

В этот момент из комнаты раздался гневный крик:

— Что за чушь вы там болтаете? Быстро отправь мне сюда этого мальчишку! — после этого разъярённого крика все мебель в главном зале пришла в движение и затряслась.

Госпожа Мяо в этот момент тоже была рядом с мужем. Она смотрела на молодого человека, который нарушил покой её драгоценной дочери. Впечатление о нём в мгновение изменилось. Сначала, когда она только увидела его, ей показалось, что он вовсе ни разу не красив собой, и вообще обладает обычной незапоминающейся внешностью. Но неожиданно она обнаружила, что каждое его движение было наполнено необычайным изяществом и харизмой, он был невозмутим и спокоен. Он держался с достоинством, без высокомерия и заискивания. Она сама не заметила, как прониклась к нему восхищением.

«Подумать только, такой выдающийся молодой человек мог увлечь мою любимую девочку… Однако поведение этого молодого юноши все же было довольно возмутительным…»

— Посмотри на этого мальчика, что думаешь о нем? — госпожа Мяо не сводила глаз с Мосе, шёпотом спросив своего супруга.

— Прекрасный молодой человек! — Мяо Хуань Бинюй тоже оценивающе смотрел на Цзюня Мосе, попутно двигаясь вперёд. Он несколько раз кивнул: — Среди всех молодых людей Призрачного Дворца, этот юноша — вне конкуренции, ему нет равных! Уверен, даже бы на материке Суань он занял первое место! Если получится отдать за него нашу Сяомяо, оставшуюся жизнь можно не беспокоиться за неё!

Госпожа Мяо даже испугалась и открыла рот от удивления. Хотя её супруг с детства обладал слабым здоровьем, он был высокообразован и очень талантлив, к тому же, он всегда отличался независимой точкой зрения. Никто и никогда не мог перетянуть его на свою сторону. Чтобы он дал кому-нибудь такую высокую оценку!

Тем более, это была их первая встреча, и у них не было глубокой и содержательной беседы. И внезапно такая высокая оценка! К тому же говорил он очень обдуманно и осторожно, как никогда раньше!

— У Сяомяо действительно неплохой вкус. Получить травму из-за такого парня… Стоит того, — Мяо Хуань Бинюй бросил эту фразу напоследок, и вошёл в малый зал вместе с Цзюнь Мосе.

— Пусть вкус и неплох, а только что с этого? Говорят, у него уже есть жена, неужто нам придётся унижать достоинство нашей Сяомяо, и отдать её ему, как младшую жену? Это, действительно, стоит того? — недовольно пробормотала госпожа Мяо, и с волнением посмотрела на уютную и красивую комнату. Там были покои Мяо Сяомяо.

— Все события предопределены свыше! Если Сяомяо этого захочет, быть даже младшей женой — тоже счастье, — Мяо Хуань Бинюй с серьёзностью в голосе ответил, позже спокойно добавив: — Наши дети — сами творцы и создатели своих судеб, к чему эти твои напрасные тревоги?

Договорив, он сразу же исчез за дверью.

Госпожа Мяо еще долго пребывала в растерянности, после чего топнула ногой, сказав в пространство:

— Это же наша родная дочь, как тут можно не беспокоиться? Ты считаешь, что все люди такие же, как ты, спокойно и легко ко всему относятся? Что ни день у них всегда голубое небо над головой, и никакие горести и печали им не страшны! Сяомяо говорит, мы уважаем и любим друг друга, и никогда не ссоримся… Ты думаешь, мне никогда не хотелось устроить с тобой крупную ссору? Жалко, только ты мне и не даёшь такой возможности… — вытерев слёзы, она тоже вошла внутрь.

Под пристальными взглядами сотен человек, Цзюнь Мосе, наконец, вошёл внутрь. Их взгляды были настолько свирепы, словно они в любой момент могли подлететь к нему и растерзать в клочья.

В этот момент Мяо Цзин Юнь нисколько не походил на того невозмутимого и спокойного человека, с которым уже когда-то ранее встречался Цзюнь Мосе, он с дикой ненавистью смотрел на Мосе, и тяжело дышал!

— Мо Цзюнь! Мальчишка, ну ты, конечно, храбрец! — Мяо Цзин Юнь сурово ударил рукой по столу, и строго прокричал: — Признаёшь свою вину?

— Ай, старший, давайте обойдёмся без этого бесполезного бреда, а? Лучше сразу скажите прямо, что случилось, — Цзюнь Мосе махнул рукой: — Тянуть время бессмысленно. Уважаемый Правитель, просто прямо переходите к сути.

От этой фразы Цзюнь Мосе все просто обомлели! Кажется, никто и предположить не мог, что в такой момент он скажет что-то подобное. Только Мяо Дао и Мяо Цзянь не удивились. Этот мальчонка даже смерти не боится, а скромная фраза «Признаёшь свою вину?» вряд ли сможет его испугать.

— Ты… Ты, мальчишка, хоть знаешь, зачем я вызвал тебя сюда? — нахмурившись, спросил Мяо Цзин Юнь. Он быстро взглянул на Мяо Дао и Мяо Цзяня. Они тут же отрицательно помотали головами, это означало, что они ничего не говорили ему.

— А разве сложно угадать? Сяомяо сегодня убежала от меня в слезах… — Цзюнь Мосе вздохнул: — После её ухода, я обнаружил следы крови и сразу понял, что дело плохо. Вообще-то я и сам собирался отправиться сюда и проверить, всё ли в порядке, как вдруг появились эти две гориллы… Ой, то есть, громилы, схватили меня подмышку и притащили сюда. Уверен, если бы с Сяомяо ничего не случилось, вы бы вряд ли так взволнованно стали искать меня, так ведь? К тому же, если бы с кем-то другим произошёл какой-то несчастный случай, искать меня было бы бессмысленно… Так что вывод только один.

— Ты… ты… а ты смышлёный малый… — Мяо Цзин Юнь сделал выдох, и его борода и усы раздулись в стороны: — Оказывается, ты и сам всё знаешь… тогда чего же ты здесь валяешь дурака?

— Какого ещё дурака? Ладно, сейчас не будем об этом. Как сейчас себя чувствует Сяомяо? — как только Мосе вошёл, он сразу же понял, что дело плохо, но, кажется, всё намного хуже, чем он мог себе представить.

Так или иначе, Правитель бы не стал так гневаться, если бы всё было очень радужно!

— Внутренние органы в плачевном состоянии! Пульс нарушен! Душа рассеивается! Она в двойной коме! — с каждым словом голос Правителя Призрачного Дворца становился всё громче и громче, так что к концу речи вообще перешёл в страшный разгневанный бас: — Ты ещё спрашиваешь, как она себя чувствует? Как себя чувствует?!

Глава 1031. Сердце Сяомяо!

— А? — Цзюнь Мосе попросту оцепенел от испуга. Конечно, он предполагал, что произошло что-то серьёзное, однако он и подумать не мог, что все серьёзно до такой степени!

Эти симптомы очень похожи на те, которые были у матушки Цзюнь Мосе, Донфанг Вэн Синь!

Говоря кратко: она потеряла всякую надежду и решилась отказаться от жизни!

Такая специфическая симптоматика может проявиться лишь тогда, когда человек очень сильно, всем сердцем любит другого человека, но он внезапно покидает его! Такая ситуация возникает очень редко! Потому как в неё может попасть только очень преданная женщина, которая будет любить своего мужчину до такой степени, что реально не сможет жить без него!

Цзюнь Мосе не ожидал, что за такой короткий срок времени, эта прекрасная молодая девушка воспылает к нему настолько искренней и преданной любовью!

В тот же самый миг его сердце стало дико стучать:

«Неужели я должен заставить страдать такую девушку? Но…»

— Что тут скажешь твоим «А»? У тебя всё ещё хорошее настроение?! — Мяо Цзин Юнь сквозь зубы злобно процедил: — Мо Цзюнь! Если ты сегодня не приведёшь в чувства мою внучку, ты пойдёшь в качестве главного угощения на торжественный банкет в честь моего юбилея, понятно тебе?

Договорив, он, не дав Мосе ответить, в крайнем возмущении махнул рукой, сказав:

— Подпустите его! Если ничего не выйдет — просто пустите его на суп! — говоря такие слова, очевидно, Правитель пребывал в состоянии дикого бешенства!

Также его поведение демонстрировало то, насколько он дорожит своей любимой внучкой, Мяо Сяомяо…

Учитывая особенности характера Мосе, услышав демагогию, которую развёл Мяо Цзин Юнь, он бы не стал повиноваться ему, и поспешил всё разъяснить старику:

«Что же ты, ты же очень крутой и всемогущий, да? С какой стати тогда ты вздумал позвать меня, чтобы я оказал вам помощь? Я готов помочь из лучших побуждений, но не тогда, когда меня принуждают, и требует насильно! Старик, за кого ты меня принимаешь?»

Однако сейчас была экстренная ситуация: над Сяомяо уже нависла смертельная опасность, и у Цзюнь Мосе действительно не было настроения, сил, а самое главное — времени, чтобы спорить с Мяо Цзин Юнем. Так ничего и не ответив, он быстро последовал за госпожой Мяо.

Госпожа Мяо, Цзюнь Мосе и позади них Мяо Хуань Бинюй вошли в прелестную милую комнату.

Мяо Дао, недоумевая, обратился к Мяо Цзин Юню:

— Правитель, почему вы сегодня не стали объясняться с ним, а попросту, воспользовавшись силой, приказали схватить этого мальчишку? Разве не было бы лучше всё решить один раз и навсегда?

Хотя они были порядком старше Мяо Цзин Юня, они всегда обращались к нему на «вы», и никогда не зазнавались, ведь авторитет Правителя Призрачного Дворца обязывает!

— Какой ещё чёртовой силой? — в крайнем раздражении сказал Мяо Цзин Юнь: — Придёт ли в себя Сяомяо, ещё непонятно… А если сейчас ещё и договариваться о свадьбе… разве это будет не слишком самонадеянно и рано? К тому же мы — семья Мяо! Разве мы должны уговаривать кого-то, чтобы он женился на нашей девочке? Если он хочет жениться на Сяомяо, он должен пройти через какие-то испытания, преодолеть трудности, только так он поймёт, насколько она бесценна, не так ли?

— Но… Правитель… со слов той девчонки… сегодня этот мальчишка уже отказал Сяомяо… собственно, поэтому с ней и произошло то, что произошло… — заговорив о Сяо Мяо, на невозмутимом лице Мяо Дао появилась жалость. Тем не менее он намекал: «Этот парнишка уже отказал Сяомяо, как же можно сделать так, чтобы он женился на ней?»

— То, что он отказал ей сегодня, вовсе не означает, что он снова откажет ей в следующий раз, — Мяо Цзин Юнь хитро улыбнулся: — Разве вы не обратили внимание? Когда я только сказал о состоянии Сяомяо, как сильно он занервничал? Сам дьявол не поверит, если вы скажете мне, что ему плевать на Сяомяо. Этот мелкий засранец, вероятно, просто набивает себе цену!

Сказав это, он почувствовал, что такие речи никак не подчёркивают его статус, как Правителя Призрачного Дворца… Он несколько раз кашлянул и снова сказал:

— Но если Сяомяо так и не очнётся, тогда мы просто больше не станем поднимать этот вопрос! К тому же, я заставлю его выплатить соответствующую цену за его поступок! Пусть даже он и обладатель непревзойдённой сущности, что с того? — со злобным взглядом и излучая достоинство, он строго добавил: — Он заплатит ценой собственной жизни!

В одно мгновение все присутствующие замолчали, глядя на двери в комнату Мяо Сяомяо, в ожидании, что из неё вдруг раздадутся радостные возгласы… Все страшно переживали за состояние Сяомяо…

Перед юбилеем Правителя вдруг случается такой несчастный инцидент, действительно, словно посреди ясного чистого неба вдруг раздался громогласный удар грома. Если Мяо Сяомяо не очнётся, как же быть с юбилеем?

Внутри располагалась скромная спальня молодой девушки, там было очень чисто и прибрано, на окнах висели белоснежные занавески. Чуть поодаль стояла изящная кровать, у изголовья которой красовались нежные бутоны лилий…

На белых стенах висели два свитка с иероглифами, на одном из них было написано: «Необязательно жить, повинуясь воле Неба! Должно быть, очень весело нарушать законы природы. Такой человек, как я, сталкивается с людьми? Солнце и луна в моих мыслях, гляньте, какая я смелая?! Меч из ножен, спрошу незнакомца, кто способен вместе со мной гулять по небу? Гордый меч всю жизнь непобедим, никто не сможет подмять его под себя. После веселья наступает затишье, кто сможет подняться на ту же высоту, что и я?»

Подпись: Мо Цзюнь Е, копия сделана Сяомяо.

На втором свитке было стихотворение, тоже Мо Цзюня.

Около окна располагался небольшой прелестный столик, на котором лежала семиструнная цитра. И ноты с песнью «О похороненных цветах». Увидев всё это, можно было с уверенностью сказать, что вы увидели сердце Мяо Сяомяо!

Кроме этого, в комнате не было других украшений! Для внучки Правителя Призрачного Дворца, эта комната выглядела очень скромной и пустой! Цзюнь Мосе даже был удивлен. Однако, учитывая характер Мяо Сяомяо, это вполне походило на неё.

Хозяйка этой комнаты, Мяо Сяомяо, спокойно лежала на кровати. Её лицо было мертвенно-бледного цвета, она была абсолютно неподвижна, даже её грудь не поднималась из-за дыхания. Её прекрасные брови находились в опечаленной нахмуренности, а в уголках глаз блестели слезинки…

Как только Мосе вступил на порог комнаты и увидел лицо Сяомяо, его сердце тут же дрогнуло. Совсем недавно эта цветущая молодая девушка нежно утешала его, пытаясь растопить многочисленные снега на его сердце… Но сейчас же она, казалось, была на последнем издыхании…

И всё это случилось по вине Мосе!

Из-за того, что она так сильно и преданно его любила!

Люди не деревья, так почему же они порой настолько бесчувственны и жестоки?

Цзюнь Мосе не мог описать то, что он почувствовал в ту минуту. Пусть он феноменальный человек, но всё же это не означает, что его ничего никогда не трогает. В этот момент он был сам не свой…

Если бы можно было повернуть время вспять, сказал ли он бы те же самые слова Сяомяо? Цзюнь Мосе с горечью улыбнулся и посмотрел на Сяомяо, впервые добавив в свой взгляд нежность и сожаление…

У него же, всё-таки, не каменное сердце…

Как только он вошёл, сидевшая возле кровати Сяо Доу Я сразу же заметила его. С глазами, полными слез, она злобно взглянула на него:

— Ты, проклятый бабник, что ты делаешь здесь? Неужто тебе недостаточно того, что ты натворил с госпожой? — она не сводила с него глаз, и, казалось, ещё немного и она на него набросится.

— Сяо Доу Я, нельзя быть такой грубой! — госпожа Мяо едва слышно прикрикнула на неё: — Молодой господин Мо здесь, чтобы помочь Сяомяо, чтобы вылечить её… — сказав об этом, она вдруг поняла, что её дочь как раз и заболела по вине этого молодого человека… После этой мысли она уже не могла произнести ничего другого…

— Ха! Если бы не его легкомыслие и ветреность, молодая госпожа бы не заболела… — пробормотала себе под нос Сяо Доу Я, и крайне неохотно замолчала.

Цзюнь Мосе не обратил внимание на её замечания, он только тихонько подошёл к кровати, и взял Сяомяо за её хрупкое запястье…

Проверив её изначальную Ци, он сразу же понял: Сяомяо больна тем же самым, что и его мать когда-то!

Тогда Донфанг Вэн Синь, хотя и была при смерти, находившись в глубоком сне, но всё же она испытывала беспокойство за троих своих сыновей. Её удалось сохранить сердечный пульс, поэтому-то Мосе и смог привести её в чувства, при этом потратив небольшое количество энергии…

Но сейчас у Мяо Сяомяо полностью отсутствовал сердечный пульс! Не было и крохотного намёка на его наличие!

Врата её сердца были полностью закрыты. И что же тогда делать?

Цзюнь Мосе ещё сильнее нахмурился: если он не сможет её спасти, тогда её уже никто не спасет в этом мире…

Госпожа Мяо, заметив, что Мосе изменился в лице, дрожащим голосом сказала:

— Мо… господин Мо… Сяомяо… как она? — она и сама понимала, что Мо Цзюнь вовсе не врач. С болезнью Сяомяо не справится ни один, даже самый лучший врач, но всё же она задала этот вопрос дрожащим голосом, после чего сразу же заплакала. Для матери это нормальная реакция…

— Мне нужна тишина, — Цзюнь Мосе тихим голосом сказал: — Вам, наверное, лучше выйти. Возможно, мне позже понадобится помощь Сяо Доу Я, пусть она ждёт за дверью.

— Хорошо! — Мяо Хуань Бинюй немедленно отреагировал: резко поднялся, взяв супругу за руку. Напоследок посмотрев на него, он произнёс: — Это… девичье заболевание… простите за беспокойство… господин Мо…

Эта его фраза прозвучала крайне странно. Его дочь больна по вине этого молодого человека. Можно сказать, что вполне логично, что он и должен вылечить её. Более того, если он вылечит её, у него добавится одна красивая молодая жена, но сам её отец ещё и благодарит его за это!

Глава 1032. Процесс исцеления…

Мяо Хуань Бинюй с силой взял супругу за руку, не обращая внимания на то, что госпожа Мяо так и не сводила глаз с дочери и Цзюнь Мосе, он вывел её наружу.

Несмотря на то, что Сяо Доу Я была очень возмущена, всё же она тоже послушно удалилась из комнаты, плотно закрыв за собой двери. Она встала около дверей, максимально настроив свой слух, потому как волновалась, что не услышит крика Мосе. Она понимала, что молодая госпожа находится в очень тяжёлом состоянии, и этот Мо Цзюнь, хоть и засранец, но её последняя надежда выжить!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, и положил правую руку на сердце Мяо Сяомяо.

Дотронувшись, он почувствовал особенную мягкость и упругость… Два возвышения… Он ещё плотнее прижал свою руку и неожиданно почувствовал что-то странное. Ощущение было таким, словно человек полностью утратил силу духа, и это разъедало его до костей. Цзюнь Мосе невольно вздрогнул…

Хотя это не точно, но Мосе почувствовал, как некоторые части его тела выходят из-под его контроля… Он сделал глубокий вздох, а потом выдох, при этом пытаясь настроить себя на рабочий лад. Ему с большим трудом удалось подавить жар, который наполнял его сердце…

Глядя на Сяомяо, Мосе с горечью усмехнулся:

«Так или иначе, но всё получилось так, как ты хотела… начиная с сегодняшнего дня, всё действительно очень усложнилось… боюсь, теперь не получится так просто всё решить…»

Мысленно он уже попал в пространство Пагоды Хунцзюнь. Его целью было загадочное древо жизни. Он использовал своё тело, как мост, по которому проходила одухотворенная Ци. Попутно он добавил в неё немного стихии дерева. Богатая жизненной силой энергия уже бурлила в его каналах, мистическое деревце сверкнуло ярко-зелёным цветом. Энергия проходила через его тело, потом через белоснежную грудь Сяомяо и попадала прямо в её сердце…

Зелёное сияние, наполненное жизненной силой, слегка сверкнуло, и исчезло в теле Мяо Сяомяо. Раны на сердце Сяомяо с волшебной скоростью начали заживать…

«Повреждение внутренних органов», «Нарушение сердечного пульса», «Рассеивание души»... - со всеми этими проблемами сможет справиться волшебное деревце. Самым щекотливым вопросом было победить двойную кому.

Волшебное деревце максимум сможет гарантировать то, что Сяомяо получит богатую и здоровую жизнеспособность. Возможно даже, теперь она будет обладать более крепким здоровьем, чем было до комы, но не сможет пробудить её ото сна…

Чтобы Сяомяо очнулась, придется пустить в ход очень необычный приём…

И если применить его, тогда, скорее всего, в этой жизни больше не будет шансов отказаться от Сяомяо… Однако сейчас Мосе уже принял твёрдое решение:

«Если даже начнётся какой-то пиздец… придётся следовать этому! Будем действовать по обстоятельствам!»

Сейчас у него не было времени продумывать наперёд…

Цзюнь Мосе погрузился в процесс излечивания ран Мяо Сяомяо, даже не заметив, что, когда он привёл в движение таинственное древо жизни, несмотря на то, что этот процесс проходил только через его каналы, и невооружённым взглядом совершенно нельзя было этого обнаружить, однако под поместьем семьи Мяо, глубоко под землей, начались энергетические толчки…

В то же самое время у Правителя Призрачного Дворца в ушах прозвучал тихий голос:

— Что там произошло на верху? — голос был негромким, но очень строгим!

Мяо Цзин Юнь изменился в лице, и, используя специальный шифр, подробно рассказал о случившемся инциденте. Когда он закончил, голос долго молчал, после чего медленно произнёс:

— Когда процесс лечения будет завершён, отправь этого человека ко мне. Не забудь, обязательно отправь его сюда, ко мне!

Мяо Цзин Юнь ответил несколько раз положительно, и ещё подождал немного, но голос больше так и не прозвучал.

На лице Мяо Цзин Юня появились следы лёгкого холодного пота.

Некоторое время спустя, Цзюнь Мосе, наконец, закончил. Посмотрев на Сяомяо, он увидел, что на её лице уже проступил здоровый румянец, дыхание тоже восстановилось…

Цзюнь Мосе уже было собрался звать Сяо Доу Я, как вдруг заметил, что Сяомяо болезненно сморщилась, и из уголков её глаз начали капать слёзы…

«Неужто она уже очнулась? Если действительно так, это же просто отлично, тогда не нужно будет ничего больше применять!» — Цзюнь Мосе обрадовался и поспешил было к двери, как вдруг услышал жалобный стон:

— Цзюнь… неужели… я правда не нужна тебе?

Цзюнь Мосе вздрогнул, в оцепенении глядя на несравненную красавицу перед собой. В его душе всё тут же перемешалось.

— Цзюнь… у тебя есть жена… есть жена… тогда я… тогда я буду твоей младшей женой… можно? Только умоляю тебя, не отказывайся от меня… я, правда, не хочу быть разменной монетой… — в забытьи Сяомяо жалобно причитала, слёзы непрерывно катились из её глаз. Тем не менее она сказала то, что мучило её уже на протяжении долгого времени…

Столкнувшись с таким искренним чувством, даже человек с каменным сердцем вряд ли смог бы спокойно пройти мимо.

Цзюнь Мосе, наконец, не выдержал и взял хрупкую руку Сяомяо, приложив её к своему лицу, он шёпотом сказал:

— Ты только очнись, и ты будешь мне нужна! Будешь нужна… до конца моей жизни…

В этот момент все опасения и беспокойства, которые мучили Мосе, исчезли!

«Да, блядь, неужто в этом мире есть что-то, с чем я, Цзюнь Мосе, не справлюсь? Какой-то Призрачный Дворец, сука? Главное, чтобы ты не пожалела, и даже украсть невесту для меня раз плюнуть! Я ещё посмотрю, кто там посмеет тебя обидеть!»

Уверенно приняв решение, Цзюнь Мосе вернулся к своему обычному спокойному настроению, и негромко крикнул:

— Сяо Доу Я, войди!

Сяо Доу Я практически тут же вбежала.

— Закрой дверь! Не в свинарнике родилась!

Сяо Доу Я послушно закрыла дверь и подошла к кровати. Увидев, что на лице Сяомяо уже проступил здоровый румянец, она взволнованно и радостно произнесла:

— Госпоже стало лучше?

— Почти… да… но сейчас может потребоваться твоя помощь… кхэ-кхэ…

Цзюнь Мосе долго думал над тем, какие слова выбрать, чтобы объяснить более понятно, но всё же не решился, и от неловкости начал кашлять.

— Помощь? Что нужно, говори быстрее!

Сяо Доу Я по своему характеру была очень вспыльчивым и торопливым человеком. Увидев, что Мосе не по себе, она тут же начала волноваться:

— Ты только скажи, что нужно, чтобы госпожа очнулась! Я всё сделаю, я всё смогу… Ты… Ты… давай быстрее, говори уже, не тяни!

— Эм… значит так… — Цзюнь Мосе придвинулся к Сяо Доу Я и сказал ей на ухо несколько слов.

— А? Что? – Сяо Доу Я выпучила глаза и уставилась на Мосе. Потом её лицо покраснело, и она с возмущением в голосе закричала: — Негодяй! Какой же ты извращенец!

— Только ты должна запомнить слово в слово, нельзя допустить ни одной ошибки! — Цзюнь Мосе тоже почувствовал, как его лицо начинает пылать, однако он через силу состроил каменное выражение лица и сказал: — Кроме того, не надо поднимать шум и не надо пугаться, не нужно… ты, пойми, это точно заставит её прийти в себя!

— Но разве это не будет означать, что этим ты лишишь её чистоты и целомудрия? Как же мы потом выдадим её замуж? Тебе-то хорошо, у тебя то уже есть жена! — Сяо Доу Я с раскрасневшимся лицом потребовала разъяснений.

— Что за бред? Разве она собирается выйти замуж не за меня? — Цзюнь Мосе, выпучив глаза на Сяо Доу Я, сказал: — У настоящего мужчины три жены и четыре наложницы, и что в этом такого? Не забывай, тебе самой ещё предстоит быть моей служанкой-наложницей, чего стесняться-то? Слова мои — непреложная истина!

Сначала Мосе не знал, как подобрать слова, заикался, говорил сбивчиво, однако сейчас его голос стал звучать намного увереннее, и в конце, он уже не чувствовал никакой неловкости.

— Это… ну… это самое… — Сяо Доу Я и не представляла, что некоторые люди могут быть такие бесстыжими. Она даже рот не могла открыть и произнести это, сразу заливаясь краской. Тем более, после слов «Не забывай, потом тебе ещё предстоит быть моей служанкой-наложницей», всё её тело обмякло, и она вообще не могла даже пошевельнуться.

— Что за ещё «это ну это»? Время! Давай быстрей приготовься, начинаем! Чем раньше мы начнем, тем быстрее придёт в себя Сяомяо!

Лицо Сяо Доу Я было такого же цвета, что спелое яблоко осенью во время урожая. Зубы сжаты, глаза опущены вниз, она легонько кивнула головой в знак согласия. Кажется, даже её шея пылала огнем…

— Хорошо! Начинаем! — выдохнул и сказал Мосе.

Сяо Доу Я бросила быстрый взгляд на него, а потом подошла к кровати, тихо сказав на ухо Сяомяо:

— Госпожа, молодой господин Мо прибыл сделать вам предложение… вы ответите ему или нет?

Она сказала так три раза. Тело Сяомяо немного шевельнулось, однако по-прежнему не было ни намёка на пробуждение.

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул:

«Похоже, придётся прибегнуть к самому последнему варианту…»

Взглядом предупредив Сяо Доу Я, он стал наклоняться к кровати.

От страха и волнения Сяо Доу Я забыла, что не должна прекращать говорить наказ Мосе, она с открытым ртом смотрела, как этот кобелина медленно прикасался к губам её госпожи…

К тому же на этом он не закончил, он крепко прижался к её губам, и пустил в ход свой язык…

«О боже, как не стыдно, ааа!»

Кажется, Мосе тоже было не по себе. Под такой провокацией мантра, которую он мысленно неустанно повторял, потеряла всякую силу. Огонь в его сердце в то же мгновение разгорелся с новой силой, к тому же «маленький Мосе» тоже решил поддержать компанию… в таком наряженном состоянии, он с трудом разомкнул свои губы, и злобно посмотрел на Сяо Доу Я:

— Ну же! Какого, блядь, хрена молчишь, говори!

Сяо Доу Я дрожала и была красной, как помидор, но всё же продолжила говорить:

— Госпожа… господин Мо прибыл сделать вам предложение… сегодня у вас брачная ночь… госпожа… — Мосе тяжело вздохнул и запустил свою руку под подол платья Сяомяо…

Идея Цюнь Мосе была очень простой: сейчас Сяомяо полностью восстановилась, только врата её сердца по-прежнему закрыты. Единственный способ пробудить её — это дать ей то, чего она страстно желала…

Так как Сяомяо попала в кому из-за своей любви, тогда её самым главным желанием будет именно такой счастливый конец, то есть так называемый «акт любви»! Однако, кажется, Мосе перестарался и сам страшно возбудился…

Глава 1033. На волоске!

Если позволить Сяо Доу Я продолжить кричать, Мяо Сяомяо должна была очнуться. Однако сколько бы та не орала, Сяомяо так и не подавала никаких признаков сознания…

Поэтому молодой мастер Цзюнь решил взяться за дело, использовав самый эффективный, и в то же время простой способ…

Он изначально так и планировал: сначала, с помощью своих уникальных способностей стимулировать нервную систему Мяо Сяомяо, а затем уже пустить в ход Сяо Доу Я с её криками… Эффект должен быть просто превосходным… Однако Мосе не принял во внимание, что для Сяомяо — молодой девушки, не имеющей за спиной огромного жизненного опыта во взаимоотношениях между людьми, такой способ будет чересчур резким…

Мяо Сяомяо пребывала в состоянии комы. Она лишь чувствовала, что её жизнь больше не имеет никакого смысла. У неё не осталось ни сил, ни цели, ни надежд на завтрашний день. Отказ Мо Цзюня разбил её сердце вдребезги, так какой же теперь смысл просыпаться? Чтобы позволить семье использовать себя в качестве инструмента для сотрудничества с другими кланами? Чтобы выйти замуж за человека, которого в итоге даже в грош ставить не будешь?

«Даже если я начну возражать, говоря о том, что моё время не пришло, смогу ли я выдержать всё давление? Смогу ли я остаться незамужней до самой смерти? Нет, я не вынесу огромного напора своей семьи… нет… Но… тогда я должна подчиниться? Ни за что! Если так, я лучше уж умру!»

Сяомяо чувствовала себя гонимой ветром, словно она блуждает в бесконечной пустоте, а её сердце наполнено нескончаемой жалостью к самой себе…

Как раз в это время, она внезапно что-то услышала… слабый голос где-то вдалеке кричал:

— Госпожа… Мо Цзюнь Е пришёл в семью Мяо, чтобы попросить вашей руки…

Скитающаяся душа Мяо Сяомяо в удивлении застыла на месте:

«Это… это правда? Прекрасно, действительно здорово!»

Но потом она вспомнила:

«Он уже женат, у него есть жена, которую он безумно любит. Так зачем ему приходить и просить моей руки? Может это просто долгий сон, порождённый моей тоской по нему? Но, в конце концов, моё сердце жаждет, чтобы это стало правдой. Даже если это сон, я надеюсь, что он ещё долго не закончится…»

Эти противоречия не давали успокоиться душе Мяо Сяомяо, продолжая гонять её по необъятной пустоте…

— Госпожа… Мо Цзюнь действительно пришёл! Это искренние намерения, он любит вас… и принёс с собой кучу даров в честь сватовства… — снова прозвучал этот слабый голосок…

«Пришёл? Неужели это не сон?» — Мяо Сяомяо испытывала некоторое волнение… В конце концов, это правда или же… нет?

Она колебалась и хотела пойти посмотреть, но боялась ещё большего разочарования. Сяомяо какое-то время так и не могла решиться:

«Даже если это — всего лишь сон, разве я не могу посмотреть на него, хоть чуть-чуть?»

Как раз в этот момент… Она внезапно почувствовала что-то странное…

«Это… Что происходит?» — Сяомяо ощущала огонь, распространяющийся по всему её телу… Затем последовала дикая слабость…

«Это чувство… очень неприятное, но оно… прекрасно… я не хочу это останавливать… как же хорошо… Что же происходит?»

В этот момент снова раздался голосок Сяо Доу Я:

— Госпожа… Сегодня день вашей свадьбы с Мо Цзюнем… Вас ждёт первая брачная ночь…

«А? — Мяо Сяомяо внезапно перепугалась. — Это чувство… сейчас… это всё из-за комнаты новобрачных?» — Сяомяо тут же засмущалась, однако в её сердце возродилась прежняя надежда…

«Я и… Цзюнь… комната для новобрачных…» — подумав об этом, Сяомяо буквально наполнилась счастьем и забыла обо всём… Это сильное чувство радости заставило её искать путь назад…

«Но… Кажется, я зашла слишком далеко, как же я смогу вернуться?» — в этот момент раздался слабый голос Сяо Доу Я. Он был словно фонарик-путеводитель для заплутавшей Сяомяо…

Чем дальше она шла, тем сильнее и отчётливее становились те странные чувства…

Наконец…

Мяо Сяомяо изо всех сил старалась вырваться из рук Цзюнь Мосе, однако молодой мастер даже не сдвинулся с места. Он прекрасно понимал, что Мяо Сяомяо вот-вот очнётся, но был не в силах совладать с собой…

Почувствовав нежность девичьих губ и мягкость её ладоней, стало труднее усмирить себя… Цзюнь Мосе продолжил свой «штурм»…

«Даже если это не выйдет во что-то серьёзное… Ну и ладно, иметь увлечение тоже хорошо…»

Отбросив все тревоги, молодой мастер стал лишь думать об одном…

— Эй… — прозвучал слабый писк, и Мяо Сяомяо медленно открыла глаза…

Однако она всё ещё не могла ничего рассмотреть. Мяо Сяомяо чувствовала себя очень странно, даже обычный вдох давался, почему-то, с большим трудом. А причина всему то, что её губы были заблокированы чем-то пылким и жарким…

Глаза Мяо Сяомяо постепенно сфокусировали картинку… И она тут же испугалась, обнаружив, что находится буквально под телом молодого человека, который страстно целовал её в губы. Более того, одна из его рук нагло щупала грудь молодой девушки, что не могло не смутить её…

Расстояние между ними было совсем небольшим. Мяо Сяомяо только пришла в себя, не понимая вообще, что происходит. Наверное, любая девушка поступила бы одинаково, если бы обнаружила, что её целует посторонний человек… Особенно если у этой девушки имеется запас довольно хорошей силы…

Мяо Сяомяо одновременно злилась и смущалась, она вскрикнула и изо всей силы оттолкнула этого «подлого паренька», между делом пнув его, куда положено пинать насильника. Попала она прямо в яблочко…

— А-а-а! — прозвучал истошный вопль молодого мастера. Пинок пришёлся прямо в цель, так что можно представить, какая боль разрывала Мосе изнутри…

Удар Мяо Сяомяо оказался довольно сильным, а Цзюнь Мосе даже не успел принять никаких мер предосторожности, так как находился в состоянии полной эйфории… Молодой мастер издал болезненный и несчастный крик, и быстро схватился за своё причинное место руками, попутно свалившись на пол… На его лице выступил холодный пот, и из последних сил Мосе лишь выдавил:

— Я… блядь… да я же не… какой-то извращенец с улицы, мать вашу…

Молодой мастер хотел даже плакать от боли: этот пинок оказался невероятно суровым. Никакая духовная защита не могла противостоять ему, даже культивация Башни оказалось бесполезной… Цзюнь Мосе был сбит с толку, так о каких мерах предосторожности могла идти речь…

Сяо Доу Я вытаращила свои огромные глаза и открыла рот, наблюдая за тем, как гения Мо Цзюня вдруг скрутило, как королевскую креветку. В конце концов, Доу Я была ещё маленькой несмышлёной девчонкой, так что вся эта ситуация была ей не совсем понятна.

Мяо Сяомяо вдруг подскочила и завопила:

— Что за наглость! Иди сюда подлый, низкий потаскун, я тебя на куски порву! — своей маленькой ручкой она уже вытащила длинный меч и приготовилась к атаке.

Она так до сих пор и не разглядела личности своего противника, для неё это был простой ублюдок, посягнувший на её невинность. Теперь всё окончательно потеряло смысл. Поэтому Сяомяо хотела лишь одного: сначала расквитаться с обидчиком, а затем совершить самоубийство…

В этот момент молодой мастер с неимоверно горестным видом, наконец, поднял голову и дрожащим голосом сказал:

— Ай-я-яй… Это же я… ты, ты… ты что, хочешь убить собственного мужа?

Мяо Сяомяо вдруг вскрикнула и застыла в оцепенении. Всё переменилось слишком быстро, как этот насильник вдруг оказался им?

«Эм, что он сказал? Убить собственного мужа? Что за…»

В это время Сяо Доу Я наконец-то пришла в себя и ещё раз взглянула на случившееся. Самое главное то, что госпожа Мяо полностью поправилась, а этот пинок… Ай, да ерунда, пусть даже и пнула она его мощненько! Ради такого не жалко и ещё раз пнуть!

Сяо Доу Я радостно завопила:

— Госпожа, вы поправились! Этот человек, это… это — господин Мо Цзюнь Е! Он вылечил вас! Зачем же вы его пинаете…

«Это был он… Это действительно он…»

Первые две волны эмоций Мяо Сяомяо — злость и сомнение, вдруг захлестнуло третьей волной — волной дикого восторга: она потеряла все свои силы, и плюхнулась на землю.

Однако… тот длинный меч всё ещё находился в её руке…

Молодой мастер подумал, что всё будет хорошо, после того, как Сяомяо его узнает. Так почему же она вдруг снова упала?

«Да ладно упала. Падай себе, сколько хочешь, но, бля, меч!..»

Ослепительный клинок летел прямо в бедро Цзюнь Мосе. Он чуть не потерял свою душу: молодой господин ещё не отошёл от первого удара, так что защитная оболочка Суань не сформировалась должным образом… Дикая боль уже накрыла его с головой, а сейчас станет ещё больнее! Главное — не двигаться с места, иначе случится ещё большая трагедия…

Бац!

Фортуна оказалась на стороне молодого господина. Этот «Бац!» оказался звуком вонзающегося меча не в плоть, а в пол. Попутно ему в объятья грохнулась владелица этого меча, Сяомяо…

Цзюнь Мосе издал слабый стон. Во-первых, эта атака была уж слишком внезапной, а боль — просто дичайшей. Да и судя по всему, ничего ещё не закончилось, ведь молодой мастер всё ещё ощущал леденящий душу холодок в области своей промежности…

Цзюнь Мосе повернул голову и посмотрел вниз. И тут его душа снова ушла в пятки, а по коже пробежали мурашки… Волосы тут же встали дыбом…

«Мамочки… Как опасно…»

Длинный сверкающий меч виднелся прямо между ног Мосе. Он уже успел пронзить мотню его штанов и прибил её к земле… Молодой мастер вдруг окаменел, он лишь чувствовал, как холодные струи пота стекают по всему его телу, словно водопад…

«Маленький Мосе» был вплотную прижат к мечу и ясно ощущал прохладу стали…

Опасность была на волоске!

Глава 1034. Боль легендарного мужчины!

Кажется, то, что случилось в это раз с Цзюнем Мосе, стало самым опасным моментом в его жизни, ему удалось спастись от верной смерти! Похоже, в будущем ему вряд ли представится случай пережить что-то опаснее!

Спустя некоторое время на лбу у Мосе появилась испарина… В эту минуту он даже позабыл о той острой боли, которая пронзила его… Ну, короче, его. Находившаяся в его объятьях Мяо Сяо Мяо, наконец, стала приходить в себя. Чувствуя стыд, она начала вертеться, пытаясь подняться…

В тот момент, когда она начала барахтаться, сверкающий меч снова пришёл в движение… Снова почувствовав дикий холод, только уже гораздо ближе к бубенчикам, Цзюнь Мосе практически полностью пал духом… Он крепко схватил Сяо Мяо, взволнованно прокричав: — Не… не двигайся… только, пожалуйста, больше не двигайся… Правда, не стоит резких движений… а то если мы и будем вместе когда-то, ты станешь вдовой при живом муже, и будешь мучиться всю жизнь, и я вместе с тобой…

Мяо Сяо Мяо смирно сделала тихий вздох, прижавшись головой к груди Цзюня Мосе. Будучи в объятьях своего любимого человека, она чувствовала, как её сердце бешено колотится, а всё тело обдает жаром. Она едва могла дышать. Кажется, ещё немного и она размякнет, как хлеб в кружке чая…

Кстати, Цзюнь Мосе чувствовал то же самое, но по другой причине.

Становилось очень жарко, Сяо Мяо находилась в своих покоях с ним, на ней было лишь нижнее платье, под которым уже была наглая рука этот проходимца… Она крепко прижалась к Цзюню Мосе. Всё это напоминало постельную сцену из какого-то фильма для взрослых. Сяо Мяо был так смущена, что в любой момент могла снова потерять сознание от стыда…

Пусть… ей было так стыдно, что она не знала куда деться, но, всё же, она решила лежать смирно, и насладится этим прекрасным умиротворённым мгновением. Уткнувшись в грудь Мосе как можно сильнее, словно страус в песок, она ни за что не хотела, чтобы он видел её лицо…

Вдруг она почувствовала что-то странное. Разумеется, её сердце стучало, как сумасшедшее, но… почему же его сердце стучало так же быстро? Или даже, возможно, быстрее, чем её?

«Неужто он тоже смущён? Это… это же невозможно? Он же мужчина…»

Но Мяо Сяо Мяо не знала, что эта реакция Цзюнь Мосе была вызвана явно не её тёплым и мягким телом, а наоборот, ужасно твёрдым, жутко неудобным и до холода в пятках острым мечом, находившимся на опасно близком расстоянии от его причиндалов. Такая реакция называется самым настоящим отборным страхом… То, что было сейчас — всего лишь тахикардия, ещё немного, и сердце вообще должно было остановиться!

Через мгновение Мосе всё же взял себя в руки, в его руках и ногах появилось достаточно силы, чтобы он мог немного отпятиться назад…

И передвинуть хрупкую руку Сяо Мяо с рукоятки меча…

Когда Сяо Мяо почувствовала нежное прикосновение любимого человека, она внезапно вспомнила о мече, который держала в руке… Осознав это, она резко отодвинулась, и заметила, что меч находится в очень интересном и необычном месте… Как раз именно «там»…

В этот момент по мере того, как их тела проделывали какие-то движение, меч прочертил на одежде Мосе хорошую такую дырень… Откуда сразу же выглянула белоснежная кожа на ноге Мосе…

Мяо Сяо Мяо тут же покраснела. Она было намного смышлёнее Сяо Доу Я в делах, которые касались особенностей мужского тела. В тот же самый миг она сразу поняла, что произошло… Она подняла голову и увидела лицо Мосе, с крайне напряжённой гримасой на нём. Она с особой осторожностью начала отодвигаться, но, поняв, насколько всё это смешно, она невольно рассмеялась…

Отодвинувшись на безопасное расстояние, Мосе, наконец, расслабленно выдохнул. Ему удалось вырвать своего «братишку» из пасти тигра… Нечего сказать, «братишка» сегодня неслабо настрадался…

Только отдышавшись, он вдруг услышал хохот Мяо Сяо Мяо. Долго не думая, он ухватил её за задницу, и благим матом заорал: — У тебя ещё наглости хватает, чтобы ржать? Этот твой меч… Ты хоть знаешь, что чуть не устроила меня в Императорский Дворец, евнухом работать? Вот когда я бы приступил к своим обязанностям, я бы посмотрел, было бы тебе также смешно, как сейчас!

Это прикосновение оставило очень приятное ощущение Мосе, кожа на бедрах Сяо Мяо была предательски нежной и волнующей…

Сяо Мяо ощущала, что её ягодицы практически онемели. Это чувство пробирало до глубины души… В этот момент она испытала дежавю. Видимо, когда она была в коме, она уже испытывала нечто подобное… Оказывается, это Мосе орудовал своим руками!

По телу Сяо Мяо пробежала дрожь, и она услышал смех Сяо Доу Я из-за спины… Она ещё больше застеснялась, и тут же поспешила освободиться от объятий Мосе. Она резко вскочила и начала быстро одеваться. Она была так взволнована, что, пока надевала платье, чуть не застряла в горловине. Повернув голову, она увидела, что Мосе по-прежнему пялится на неё. Ей хотелось плакать, и она заикающимся голосом прокричала: — Ты… ты… чего ты смотришь? А ну-ка, быстро отвернись!

Цзюнь Мосе только очнулся, подумав: «Хоть отворачивайся, хоть не отворачивайся… Теперь я все равно увижу всё, если захочу…»

Мосе быстро повернул голову, а потом также быстро повернулся обратно, однако соблазнительное тело Сяо Мяо уже скрылось под платьем… Он досадно вздохнул…

В этот момент та неприятная боль снова вернулась. Мосе больше не стал заморачиваться насчёт манер, и, закрыв больное место рукой, жалобно простонал, снова рухнув на пол.

Необходимо отметить, что его «мужское место», действительно, неслабо пострадало… Когда «Мосе младший» испытал непосредственный контакт с этим зловещим мечом, «Старший Мосе» так испугался, что позабыл о боли, а сейчас, видимо, она снова вернулась, к тому же с новой силой!

Легендарный мужчина испытывает легендарную боль!

Глядя на страдальческий вид Мосе, Сяо Мяо вдруг вспомнила о произошедшем… И вдруг сразу же заволновалась, подумав: «Неужто, действительно, так больно?». С осторожностью она спросила: — Ты… в порядке?

— Я в порядке? — Цзюнь Мосе выдавил из себя: — Было бы странно… если бы я был в порядке!

— А кто тебя просил… ну. так делать? Еще и так неожиданно! Это нормальная реакция с моей стороны! — Сяо Мяо снова представила этот момент, и опять покраснела, очень неуверенно сказав: — Неудивительно, что я…

Цзюнь Мосе жалобно простонал и покачал головой: — Если бы я так не сделал, думаешь, ты бы очнулась?

В этот момент Сяо Доу Я, которая понимала, что к чему, резко притянула к себе Сяо Мяо, и начала в подробностях объяснять ей о причинах того, что произошло между ними сегодня…

Чем больше Сяо Мяо слушала, тем сильнее краснела, а губы всё крепче и крепче сжимались. Спустя некоторое время она только поняла, что, в конце концов, здесь произошло…

«Оказывается, он поступил так, лишь чтобы спасти меня… Всё это было… вовсе не из дурных побуждений… хотя мне и было всё равно…»

Заметив, что Сяо Доу Я и Сяо Мяо о чём-то шептались, Цзюнь Мосе тяжело вздохнул: «Хоть бы помогли, что ли? Хорошо, что тело Шенхуана довольно крепкое и прочное… Но и Шенхуан — тоже человек, вообще-то! Мне что, не может быть больно?»

Воспользовавшись тем, что обе девушки отвлечены, Мосе немного раскрыл дырку от меча на своей промежности, собираясь проверить ситуацию. Внимательно всё осмотрев, он с облегчением выдохнул — кажется, всё в целости и сохранности. Рукой он ещё раз всё проверил, и только после этого полностью успокоился. Только вспоминая о том, что же ему пришлось пережить, он приходил в настоящий ужас… а ещё… там был синяк…

Цзюнь Мосе поспешил направить к этому месту чистейшую одухотворённую Ци, чтобы уменьшить боль, и избавиться от следов синяка. Это исключительное свойство, которым обладает совершенствование, и с ним ничего не сравнится.

Мосе-младший дрожал, штаны были хорошо испорчены, и, чтобы хоть как-то прикрыть наготу, он запахнулся верхним платьем.

«Мать твою, словно в детских ползунках без зада! Кто узнает, боюсь, репутации Злого Монарха придёт конец!»

Мосе пришлось прервать свои размышления, так как он заметил, что обе эти прекрасные барышни стоят с разинутыми ртами, словно они увидели инопланетянина, и смотрят ему прямо туда… Он считал, что у него всё было под контролем, и он совершенно незаметно разбирался со своим «братишкой», но, как оказалось, вся эта сцена случилась прямо на глазах у девушек…

— Что смотрите? Что, никогда не видели… — Цзюнь Мосе, действительно, был толстокожим и не знал чувства стыда. Он, не поменявшись в лице, встал и сделал несколько шагов вперёд, при этом потрясывая своим достоинством…

Сяо Мяо тотчас же отвернулась, и покраснела до корней волос, больше не осмеливаясь смотреть на Мосе: «Этот человек настолько беспардонный, как можно себя вести так, при том средь бела дня…»

Но Сяо Доу Я не испугалась, и дала ему бойкий ответ: — Да, никогда не видели… однако эта вещица такая страшная… Он и должен быть таким стрёмным?

Вот теперь Цзюнь Мосе уже был шокирован подобным ответом… со стороны красоты и уродливости его «инструмент» ещё не оценивали…

В этот момент снаружи раздался голос: — Мальчишка по фамилии Мо… раз Сяо Мяо пришла в себя, какого чёрта ты ещё делаешь там? Быстро выходи!

В ту минуту, когда Сяо Мяо очнулась и закричала, все сразу же успокоились! Что же касается затянувшегося процесса исцеления… старикам не было дела до этого — чем дольше, значит, тем быстрее выздоровеет!

Расслабившись, все стали пить чай, а управляющие уже распорядились начать подготовку к завтрашнему торжеству в честь юбилея Мяо Цзин Юня.

«Выходи?»

«Легко сказать выходи, это ещё зачем?»

Цзюнь Мосе был крайне недоволен и подумал: «У меня на штанах огромная дырень, как я могу выйти? Эти две глупышки не сводят с меня глаз, я даже не могу уйти в Башню! А когда я буду выходить, эти старики с первого взгляда всё хорошо рассмотрят там у меня…»

Глава 1035. Через тысячу лет мы устроим с тобой битву!

Он ещё немного подумал, и понял, что ничего не мог поделать. Бегая глазами, он продумывал ответные меры, как вдруг услышал Сяо Доу Я, которая с любопытством спрашивала:

— Господин Мо, кто такой тот самый профессиональный евнух во Дворце?

Эта фраза вызвала у девчонки неуёмный интерес. Юная госпожа уже очнулась, и казалось, что они восстановили свои отношения. Лицо Сяо Доу Я было таким красивым, будто молодая девушка замужем за господином Мо…

— Профессиональный евнух во Дворце — естественно, это человек, который специализируется на служении Императорской семьи… — со смехом ответил Цзюнь Мосе, про себя он всё время думал: «Как мне поступить? Как уйти?». На её вопрос он решил ответить так: — У этих мужчин, по сравнению с обычными… есть один недостаток

— Какой? — пристально смотрела на него своими круглыми глазами Сяо Доу Я, настойчиво выспрашивая всё до малейших подробностей.

— Сяо Доу Я! — прикрикнула смущённая Мяо Сяо Мяо. Она, естественно, намного более осведомлена, чем Сяо Доу Я. Увидев, что эти двое действительно начали обсуждать эту глубокую тему, она поспешила их остановить!

— Кхэ-кхэ… Пожалуй, я должен идти… — Цзюнь Мосе дважды кашлянул и смущённо добавил: — Вот только мои штаны…

Он не придавал этому значения. Но, как только он это произнёс, обе женщины внезапно начали прикрывать свои красные от смеха и смущения лица, их прекрасные глаза сощурились в полумесяцы, обворожительные плечики задрожали, а глаза, кажется, специально уставились на него.

— Над чем вы смеётесь? — закатил глаза Цзюнь Мосе и осмотрел всё вокруг. Он внезапно подошёл к окну, снял занавеску и правой рукой обвязал её вокруг своей талии. Он туго затянул её наподобие халата…

Так туго, чтобы ничего не было видно.

Цзюнь Мосе вздохнул с облегчением и собрался спуститься вниз. Когда он подошёл к двери, то услышал застенчивый голос позади него: — Цзюнь, ты… только что… сказал… правду?

Цзюнь Мосе остановился, через секунду он, не оборачиваясь, кивнул головой, и сказал: — Это правда!

Эти слова он сказал не колеблясь.

Позади него раздался восторженный вздох, который невозможно было контролировать. А потом он услышал, как Мяо Сяо Мяо тихонько сказала:

— Мо Цзюнь Е… Я не хочу, чтобы были проблемы… Я просто надеюсь, что ты… не забудешь… меня…

Цзюнь Мосе только почувствовал необъяснимый жар в груди. Он глубоко вздохнул, и хотел было повернуться и обнять эту милую женщину, но, в конце концов, сумел сдержать этот порыв и лишь кивнул. Он толкнул дверь и вышел…

Позади него Мяо Сяо Мяо смотрела ему вслед глазами, полными слёз. Хотя на ее лице была улыбка радости, удовлетворения и глубокого счастья. Подобные эмоции соединялись вместе, и Мяо Сяо Мяо на мгновение стала похожа на розу исключительной красоты.

Но когда она увидела кожу шеи Цзюня Мосе, она внезапно вспомнила кое-что очень странное: «Цвет кожи его лица, тела, шеи и рук не белый, даже, можно сказать, немного тёмный… но почему бедро… Кожа в этом месте такая белая и нежная? И такая красивая!»

Размышляя об этом, лицо Мяо Сяо Мяо внезапно покраснела, но в душе она всё ещё сомневалась. Она тут же помотала головой, пытаясь развеять эти сомнения. Сейчас лучший момент, чтобы стать счастливой, как эти сомнения некстати…

Только Цзюнь Мосе вышел, перед ним возникли две фигуры. Он почти столкнулся с родителями Мяо Сяо Мяо, госпожой Мяо и Мяо Хуань Бинюем.

Госпожа Мяо бросила на него внимательный взгляд и пошла вперёд.

Мяо Хуань Бинюй улыбнулся и посмотрел на юношу перед собой. Он протянул руку, похлопал его по плечу и мягко сказал: — Спасибо за помощь.

— Пожалуйста, дядя, не стоит благодарности! — улыбнулся Цзюнь Мосе.

— Тут ты прав, — сказал Мяо Хуань Бинюй, затем глубоко вздохнул и серьёзно произнёс: — Хорошо относись к моей дочери.

Сказав это, он не дождался ответа Цзюня Мосе и вошёл в комнату.

«Конечно!», — Цзюнь Мосе не оглядывался назад, просто молча подумал об этом.

Комната наполнилась прекрасным голосом госпожи Мяо и тихим разговором…

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и медленно спустился по лестнице. Теперь он почувствовал, что на самом деле был без штанов — ветерок обдувал его спереди и сзади. Это оказалось очень освежающе и прохладно.

Часть людей, собравшиеся в этом зале, уже разошлась, только Мяо Цзин Юнь, Мяо Дао, Мяо Цзянь и ещё несколько человек ждали, когда им заварят хорошего чая. Каждый сидел, сощурившись, и смотрел в пустоту. Всеобщее мрачное настроение и желание содрать шкуру с Цзюня Мосе никуда не исчезло.

— Неужели он, наконец, спустился? — Мяо Цзин Юнь фыркнул и поднял веки.

Внучка уже была в хорошем расположении духа, у Мяо Цзин Юня снова появилась независимая и властная манера Правителя Призрачного Дворца. Каждое движение и слова явно стали непринуждёнными и смелыми…

Однако, увидев истинное лицо этого старого прохвоста, Цзюнь Мосе никогда не поверит ему снова. Услышав это, он улыбнулся и сказал: — Естественно, но жаль, что на завтрашнем торжественном банкете, похоже, меня не будет.

— Ты правда думаешь, что меня это расстроит? — фыркнул Мяо Цзин Юнь и приказал: — Сядь!

Цзюнь Мосе не церемонился. Он подошёл, подтащил стул и сел прямо. Казалось, что у него что-то болело: инстинктивно он сел, широко раздвинув ноги, опасаясь, что будет больно. Но потом он подумал о чём-то и быстро соединил ноги вместе, посмеялся и взял чашку чая, чтобы утолить сильную жажду.

Внезапно Мяо Цзин Юнь уставился прямо, спесь в мгновение ока исчезла. Он без колебаний, со злобой схватил его одежду, лицо у него было злым, как у дьявола: — Что ты, подлец, делал наверху? Говори правду!

Его тон был очень угрожающим…

— Что делал? Неужели ты не слышал? — Цзюнь Мосе раздражённо сбросил его руку, и без капли страха сказал: — Я там хорошо повеселился с твоей любимой внучкой!

Мяо Цзин Юнь фыркнул, ослабил руку, внезапно прищурился и улыбнулся, а затем вдруг разразился смехом…

Мяо Дао, Мяо Цзянь сидели по сторонам, поэтому они не видели, что показал Цзюнь Мосе, и не понимали, над чем смеялся Правитель Дворца, они, остолбенев, смотрели на Мяо Цзин Юня. Они подмигивали друг другу: «В чём дело?»

Мяо Цзин Юнь громко хохотал минуты две, после чего похлопал Цзюня Мосе по плечу и сказал: — Вот так шутка! Вот те на! Ты раскрылся сегодня мне с другой стороны!

Хотя Цзюнь Мосе полностью осознавал, что старый хрыч всё заметил, он почесал голову и спросил: — Это… ты говоришь обо мне… или… о нём? Неужели это так потрясает?

— Кхэ-кхэ! — Мяо Цзин Юнь сделал глоток воды. Слышался сильный кашель, а он, указывая дрожащим пальцем на Цзюня Мосе, некоторое время ещё смеялся и кашлял, не в силах говорить. Потом выплюнул густую мокроту, откашлялся и сказал: — Я хочу сказать, что ты, паршивец… кхе-кхе… хоть немного стыдишься вообще? Снаружи никто не сказал тебе, но ты не должен…

— Я пытался сдержать себя, — вздохнул Цзюнь Мосе. Наконец-то он успел сделать глоток чая, смочить горло и беспомощно сказал: — Но одежду мне порезали, куда мне идти, чтобы найти другую? Наверху — покои вашей внучки, и там одежда только для девушек… Вы же не можете заставить меня надеть это!

— Ладно, ладно. Этот вопрос мы обсудим потом! Я хочу как следует с тобой поговорить! Ты не имеешь права пользоваться и приставать к девушкам нашей семьи Мяо

Мяо Цзин Юнь неожиданно замахал руками, будто что-то вспомнил, а вид у него стал необычайно серьёзным: — Ладно, пока забудем об этом. Сначала ты пойдёшь со мной в одно место, кое-кто хочет видеть тебя.

— Кто хочет меня видеть? — на этот раз Цзюнь Мосе был очень удивлён.

При статусе Мяо Цзин Юня всё-таки есть люди, которые раздают ему указания! Более того он ДОЛЖЕН привести его…

Тогда кто этот человек?

Цзюнь Мосе активно размышлял и сразу подумал об одном: «Неужели это… какой-нибудь предок семьи Мяо?»

Это предположение недалеко от истины!

Однако, предок какого именно поколения семьи Мяо хочет увидеться с ним? И по какому конкретно делу?

— Пойдём со мной, — Мяо Цзин Юнь вдруг подскочил, и Мяо Дао с Мяо Цзянь немедленно встали вслед за ним.

— Сначала дайте мне во что переодеться! — воскликнул Цзюнь Мосе.

— Можешь не переодеваться, — без тени сомнения ответил Мяо Цзин Юнь, а затем, похоже, подумал о чём-то, и сказал: — Здесь только мужчины. Представь, что мы в бане, какая разница?

Цзюнь Мосе недоумевал. Что он имел ввиду? Кажется, что «в бане» был только он один. Остальные-то были в одежде… так или иначе, не обнажены…

Под неоднократное ворчание Мяо Цзин Юня они вчетвером вышли из зала.

По дороге Мяо Дао приблизился к уху Цзюня Мосе и сказал: — Парень, хотя сегодня тебе и посчастливилось выкрутиться, не забывай, что ты не так давно выразил мне неуважение и унизил меня. Однажды я заставлю тебя пожалеть об этом!

— Через тысячу лет я, определённо, сам найду тебя, чтобы сразиться и решить сегодняшний конфликт! — спокойно посмотрел на него Цзюнь Мосе.

Мяо Дао чуть не задохнулся от гнева!

Через тысячу лет …

Вероятно, не понадобится тысяча лет. С поразительной скоростью развития обладателя непревзойдённой сущности, к этому времени он станет самым страшным существом на планете… А что касается него… даже если он будет ещё жив в это время, то, скорее всего, будет старым до безобразия…

Биться с ним через тысячу лет? Это мог сказать только чёртов герой!

Глава 1036. Мяо Цин Чхэн

На вечно невозмутимом лице Мяо Цзяня проявилась улыбка, которую он больше был не в силах сдерживать: «Этот мальчишка, действительно, очень интересный малый! Кто бы мог подумать, что старый Дао будет опечален…»

Четверо человек вышли из главного зала, и быстро пошли по дороге, сначала несколько раз повернув, потом прошли несколько странных крюков, где Мяо Цзин Юнь открыл первую тайную дверь, после которой они оказались под землей…

Затем они сделали несколько кругов под землёй. В каком-то незаметном таинственном месте Мяо Цзин Юнь открыл уже вторую потайную дверь, после этого они ещё довольно долго кружили, пока не добрались до третьей тайной двери…

Потом Мяо Цзин Юнь, Мяо Дао и Мяо Цзянь остановились.

Выражения на их лицах сильно изменились, теперь они были одновременно серьёзными и фанатичными, словно паломники, увидевшие свою святыню…

Цзюнь Мосе так устал от этих поворотов и кружений… Пусть Мосе тоже был ещё тот шпион, но даже у него чуть не снесло башню от такого мудрёного маршрута с тайными дверьми…

— Мы проведём тебя только до этого места, — Мяо Цзин Юнь сказал: –Оставшуюся часть пути ты должен пройти один.

Он говорил серьёзно, в его голосе не было и намёка на шутку.

— Я должен идти один? — Цзюнь Мосе просто опешил: — Вы сначала водили меня по всем этим бесконечным лабиринтам, что у меня даже голова кругом пошла от них, а теперь хотите послать идти одного, чтобы я заблудился и погиб? Вы издеваетесь, что ли?

— На оставшемся пути нужно будет идти только прямо, там нет никаких поворотов, — Мяо Цзин Юнь спокойно ответил: — За исключением того дня, когда я принял на себя полномочия Правителя Призрачного Дворца, ты

будешь первым человеком, вошедшим туда за последние пять сотен лет! Мальчишка, хорошо воспользуйся этим шансом.

Затем все трое с прямыми спинами выстроились по одну сторону, глаза Мяо Дао и Мяо Цзяня ярко горели, словно они настоящие фанатики или сектанты, какие-нибудь буддисты, увидевшие Будду или христиане, лицезревшие Иисуса наяву. На их лицах пылал лихорадочный пожар, того гляди, они сейчас возьмут и загорятся…

Цзюнь Мосе, ни минуту не сомневаясь, сразу же прошёл вперёд. В тот момент, когда он вошёл, дверь за ним неожиданно закрылась!

Если говорить о том, на что было похоже это место, казалось, это часть какой-то отвесной скалы, в которой не было ни единой щели… Цзюнь Мосе не знал, но, когда каменная дверь закрылась, Мяо Цзин Юнь, Мяо Дао и Мяо Цзянь все втроём опустились на колени, и совершили несколько почтительных поклонов, а потом вернулись на предыдущий уровень, и стали ждать возвращения Мосе.

Цзюнь Мосе в полной тишине двигался вперёд.

Хотя кругом была кромешная темнота, сейчас Мосе был один, а, значит, за ним никто не следил. Он без страха активировал технику острого зрения, и дорога стала такой же светлой, как и днём.

Цзюню Мосе казалось, что дорога ведёт куда-то вниз. Он не знал, сколько точно он прошёл, но шёл он уже довольно долго, а каменные ступеньки так и не думали заканчиваться.

Глубина этого подземелья поражала Мосе. Если бы здесь было море, он, наверняка бы сейчас уже добрался до самого дна! Однако здесь было всё также сухо, полностью отсутствовала какая-либо влажность.

Даже воздух был достаточно свежим, и ни разу не затхлым.

У Цзюня Мосе появились большие сомнения на этот счёт. Если всё это не просто иллюзия, как же им удалось добиться такого результата?

Цзюнь Мосе продолжил движение вперёд. Пройдя довольно приличное расстояние, он вдруг почувствовал что-то странное!

У него появилось какое-то ощущение таинственности и даже сокровенности. Похоже, что он пришёл туда, куда надо!

Цзюнь Мосе в изумлении остановился, закрыл глаза, пытаясь как следует прочувствовать эту таинственную пустоту!

Воздух очень необычно содрогался, и раздался чей-то туманный голос, сказавший со вздохом: — Неплохо! Действительно, впечатляюще! Неудивительно, что ты смог привести в движение эту удивительную вещь, твои природные данные уникальны… Ты, и правда, выдающийся талант!

— Кто ты? — Цзюнь Мосе стоял с по-прежнему закрытыми глазами, и нисколько не удивился внезапно раздавшемуся голосу. — Кто я? Кто я? И правда, а кто же я, хэ-хэ-хэ! — обладатель этого голоса очень тяжело и утомлённо вздохнул, спокойно сказав: — Кто же я, в конце концов, такой? Даже я сам уже не помню… когда-то, очень-очень давно, у меня было имя. Меня звали Мяо Цин Чхэн, но мне, почему-то, кажется, что это не моё настоящее имя, по крайней мере, не моё первое имя… Зачем это всё? Что нет так, в конце концов, с этим миром?

Его голос был наполненным необычайным замешательством, словно он уже несколько тысяч лет задаётся этими вопросами, или, может, даже больше, но все равно так и не в состоянии постичь их…

«Мяо Цин Чхэн», — Мосе мысленно проговорил это имя. Оно показалось ему несколько знакомым, но, подумав ещё раз, он не смог ничего вспомнить о нём. Последнее время он всеми способами пытается фиксировать информацию о мастерах, которые жили три и более тысяч лет назад, и даже пять тысяч лет назад, в надежде запомнить их имена, так как после событий, связанных с душами умерших, его стал мучить один вопрос: возможно, все эти легендарные мастера вряд ли по-настоящему умерли или исчезли…

Кто знает, сколько стариков, применив штуку с астральным телом, переродились, и живут, непрерывно перерождаясь в этом никчёмном мире…

После того, как Цзюнь Мосе увидел астрального «младенца» Чжань Тянь Цзи, он стал ещё больше убеждаться в этом. Даже со слов Цао Гофэна, он тоже живет не первую свою жизнь в этом мире, что уж тогда говорить о других легендарных и выдающихся мастерах…

Однако среди этих имен он так и не заметил имени этого человека.

Мяо Цин Чхэн! Это имя вообще кажется каким-то женским!

Но этот человек сказал, что у него было именно такое имя! А по голосу он кажется мужчиной…

— Глядя на тебя такого юного, кажется, ты тоже не знаешь моего имени… — раздался туманный голос: — Однако, твои способности… Я был искренне восхищён тобой. Действительно, уникальный талант.

— О? Спасибо за вашу похвалу! — Цзюнь Мосе поднял брови, и снова стал двигаться вперёд, он отчётливо чувствовал, что у обладателя этого голоса нет дурных намерений, наоборот, он даже очень рад.

— Верно, иди прямо. Ты будешь идти и попутно разговаривать со мной. Тебе не будет скучно, и я тоже не буду без дела! — этот старик, называвший себя Мяо Цин Чхэн, по-видимому, был очень рад с кем-то поболтать. Через пару секунд он с грустью в голосе добавил: — Уже сколько лет никто не разговаривал со мной… мне так одиноко из-за этого… ох…

— Поскольку ваша фамилия тоже Мяо, значит вы, наверняка, являетесь предком семьи Мяо. Тогда почему же вы не живёте там, наверху, в тесном семейном кругу? Даже, если вы не хотите жить наверху, время от времени к вам могут спускаться ваши потомки, чтобы немного поболтать с вами, рассказать, как у них идёт жизнь… В принципе, это даже вполне удобно? Рядом со своей семьёй испытывать одиночество — это странно. Похоже, старейшина, вы сами навлекли на себя это одиночество? — спокойно сказал Мосе.

— Сам навлёк… да что ты знаешь? — голос, по-прежнему, был туманным и едва различимым, но он ответил Цзюню Мосе без капли злости: — Если бы я мог жить там, наверху… ты думаешь, у меня с головой не всё в порядке? Зачем же я тогда жил бы в таком тёмном и мрачном месте?»

— А-а! Наверняка, есть какая-то другая причина! Я это и имел в виду.

Цзюнь Мосе повернул, и впереди снова появилась длинная-длинная дорога. Она снова вела вниз. Мосе прошёл и так уже достаточно, но он хотел узнать, насколько эта дорога, всё-таки, протяжена. Так что не быстро и не медленно он продолжил движение вперёд.

— Но не будем об этом, — голос старика стал каким-то печальным: — О чём я говорил только что? — похоже, старик уже позабыл, о чем сам говорил недавно. Наверное, у него старческий маразм.

Цзюнь Мосе тихо шёл, ответив ему: — Сейчас вы говорили, что мои природные данные очень неплохи, и вызвали у вас восхищение, — говоря об этом, Мосе не испытывал ни капельки неловкости…

Старик довольно произнёс: — С памятью у тебя всё в порядке… С природными данными — тоже. Самое интересное то, что тебе не больше двадцати, а ты уже обладаешь уровнем Шенхуана четвёртой ступени, с чистейшей Суань… За всю мою долгую жизнь я никогда не встречал такого гения, ты первый. Неплохо, очень неплохо!

— Что вы сказали? — Цзюнь Мосе вздрогнул и тут же остановился. Он открыл глаза, увидев таинственный свет, которым была заполнена дорога!

Всё время он тщательно скрывал свою истинную силу! Кроме того, башня отлично помогла ему в этом, плюс процесс совершенствования, который никогда не встречался в этом мире ранее, а этот человек смог определить уровень его настоящей силы? Как это у него получилось?

Особенно, учитывая то, что было неизвестно, на каком расстоянии от Мосе находился этот старик, его силы тоже оставались под вопросом, но, глядя на его «удивительный дар провидения», похоже, он мог стать самым опасным врагом Мосе, даже мог угрожать смертельной опасностью!

— Молодой человек, не стоит так нервничать… — старик рассмеялся: — Глядя на твою реакцию, похоже, там, снаружи ты постоянно скрывал состояние своей реальной силы, не так ли? Успокойся, я не стану раскрывать твой секрет, — немного помолчав, он продолжил: — Потому что я чувствую, что у

тебя нет враждебных намерений относительно Призрачного Дворца. Поскольку враждебности с твоей стороны нет, тогда не зависимо от того, что ты будешь делать, я не стану убивать такого гения, как ты. Возможно, первого, по-настоящему выдающегося таланта материка Суань.

— Тогда я осмелюсь спросить, как вы смогли определить это? Мои приёмы очень хороши, до этого ни один человек не смог разоблачить меня! — Цзюнь Мосе находился в диком недоумении.

Глава 1037. Четыре ученика Первого Шао!

Спросив об этом, он снова закрыл глаза и продолжил движение вперёд, так как он был полностью уверен, что старик обязательно даст ответ на его вопрос.

— Как сказать… Должно быть это зависит от уровня совершенствования человека. Когда Суань достигает определённого уровня, она может приобретать различные виды; например, мне достаточно одного взгляда и я сразу же могу определить уровень совершенствования любого человека, не зависимого от того, как ты хорошо будешь его скрывать и какие методы маскировки применять для этого. А всё потому, что у каждого человека разная душа — телесная сущность, жизненная сила и дух (Цзин, Ци и Шэнь) — все мы отличаемся друг от друга… — он рассмеялся хриплым голосом: — Цзин, Ци и Шэнь каждого человека не похожи также, как день и утро, как сегодня и завтра, также они имеют разные очертания и форму, так как Суань постоянно растёт и меняет свой уровень… Разумеется, это приводит к тому, что Цзин, Ци и Шэнь непрерывно изменяются… Однако, чтобы разгадать этот секрет, нужно очень сильно постараться!

Цзюнь Мосе молча кивнул головой и продолжил движение.

Но, пройдя несколько шагов, он заметил кое-что странное!

Цзин, Ци и Шэнь!

До этого никто в этом мире не говорил так, и даже не употреблял этого слова!

Однако этот человек вполне спокойно произнёс эти три слова!

В этот миг кровь резко прилила к голове Цзюнь Мосе, и он шепотом просил:

— Неужто… ты и есть Первый Шао?

Вероятно, только этот легендарный безумец мог произнести три этих слова!

Кроме того, такая фраза, как «За эти десять тысяч лет я впервые вижу такого, как ты», навела Мосе на сомнения!

Какой человек сможет прожить десять тысяч лет?

— Ты и есть Первый Шао?

После этого вопроса в воздухе повисла мёртвая тишина!

Остался только звук от шагов Цзюня Мосе.

Некоторое время спустя, старик тяжело вздохнул, и с голосом, наполненным бесконечной грустью и воспоминаниями, пробормотал: — Так звали моего учителя… Когда я слышу его имя, у меня перед глазами всегда возникает его образ… То, как он давал мне наставления и учил меня… Тогда моя жизнь имела смыл, а сейчас же каждый мой новый день похож на предыдущий, все они серые и бессмысленные…

Учителя? Первый Шао был его учителем?

Мозг Цзюня Мосе почти чуть не взорвался от неожиданности полученной информации, и он вскричал: — Неужто ты — первый Правитель Призрачного Дворца и его основатель? Первый глава рода Мяо? Мяо Цин Чхэн?

— Хэ-хэ… ты, наконец-то, понял? — голос Мяо Цин Чхэна был каким-то неясным, однако в нём также присутствовали нотки радости.

«Он, оказывается, Мяо Цин Чхэн, тот самый Мяо Цин Чхэн!»

В голове Цзюнь Мосе был настоящий водоворот из мыслей. Оказывается, он встретил одного из четырёх легендарных учеников Первого Шао!

Когда-то Первый Шао выбрал себе в ученики четырёх человек!

Бу Юнь Тянь, Ю Цан Хай, Мэн Цюн Сяо и Мяо Цин Чхэн!

Эти четыре имени сотрясали материк целых десять тысяч лет!

Надсмехающийся над обычными смертными, и беззаботно бродивший по небу Бу Юнь Тянь впоследствии стал основателем Неуловимого мира Бессмертных!

Смело преграждающий путь небесам Ю Цан Хай возглавил Иллюзорный океан крови!

Сияющий, как яшма, Мэн Цюн Сяо — Великий золотой город!

Разрушительный и непобедимый Мяо Цин Чхэн возглавил отдельное от трёх священных земель и материка Суань пространство, Призрачный Туманный Дворец!

Эти четверо — не просто обыкновенные герои, коих немало в мире людей!

Они — настоящие легенды!

Цзюнь Мосе и представить себе не мог, что, попав в Призрачный Дворец в этот раз, встретится с человеком такого высокого уровня!

Цзюнь Мосе был в настоящем шоке. Мяо Цин Чхэн же долгое время молчал, предавшись тёплым воспоминаниям, после чего тихо произнёс: — Эти имена уже такие далекие… сегодняшнее поколение очень отличается от того… — Тогда… поскольку вы до сих пор ещё здесь… значит, остальные трое человек тоже ещё живы? — осторожно спросил Мосе.

— Тогда, когда наш учитель покинул нас, я был самым младшим из нас четверых… — голос Мяо Цин Чхэна был каким-то далёким, словно в мгновение он перенёсся в те самые времена, затем он тихо сказал: — Сначала мы были все вместе, но потом наша дружба переросла в бесконечные ссоры… мы сражались на протяжении одной тысячи лет! Целую тысячу, за это время, кажется, каждый из нас умер и заново воскрес ни один раз…

Вспоминая о событиях давно минувших лет, сражениях, наполненных лютой ненавистью, Мяо Цин Чхэн, на удивление, очень расчувствовался. Похоже, сейчас для него это было не более, чем тёплыми воспоминаниями о днях, когда они были все вместе, вчетвером, пусть и «модель» их общения была несколько агрессивной…

— Потом нам всем это наскучило, и я, как любимчик учителя, получил во владение этот отдельный мир… В тысячелетие, когда учитель ушёл, те трое потеряли всякий интерес к жизни, даже распри между друг другом больше не забавляли их. Что же касается событий в промежутке этого времени — они один за другим разбивали Пустоту, отправляясь на поиски учителя… —

голос Мяо Цин Чхэна стал более серьёзным: — Помню в тот день мы все четверо вместе обедали… тогда мы ели приготовленную старшим братом чистую редьку! Через три дня после этого, старший брат, Бу Юнь Тянь, прорвал небесную защиту и ступил на необозримый путь…

Цзюнь Мосе обомлел: «Чистая редька»? Это ещё что за такое блюдо?

— Через десять лет после этого, второй брат пригласил нас на обед с панголином и тушеными медвежьими лапами. Мне всегда нравилась растительная пища, и я не питал особой любви к мясным блюдам, но в тот день… в виде исключения, я тоже попробовал медвежью лапу, и съел тарелку супа из панголина… Точно так же, через три дня… и второй брат устремился в небо, и после этого его больше никто не видел… А пятьдесят лет спустя, третий брат пригласил меня на встречу. Когда мы встретились, наш стол ломился от разных деликатесов и изысканных яств, но мы ничего так и не съели, только сидели и молча плакали… Через три дня после этого, третий брат тоже исчез…

Цзюнь Мосе раскрыл рот, словно слушал какую-то небылицу: «Для этого человека сломать Пустоту равносильно сходить чаю попить, что ли?» При этом Мосе понимал — всё это, действительно, настоящая правда…

— Я до сих пор помню слова братьев, которые они сказали мне перед своим уходом: «Младший, мы будем ждать твоего прихода!» Однако прошла уже целая тысяча лет… а я, по-прежнему, всё ещё здесь…

По голосу старика было слышно, что его настроение поникло…

— Но почему же вы не отправились за ними? Если трое ваших братьев смогли, не может быть такого, чтобы у вас ничего не получилось! — Цзюнь Мосе не удержался и с любопытством спросил.

После того, как он уже сказал это, он сразу же осознал, что ему не следовало говорить эти слова: всё пространство тотчас же наполнилось бесконечной печалью и скорбью…

В это же время Мосе почувствовал, что какой-то яркий свет сверкнул у него перед глазами. Он добрался до какого-то очень просторного каменного зала! Однако по-прежнему не было видно силуэта Мяо Цин Чхэна…

Некоторое время спустя, наконец, снова раздался призрачный голос:

— Думаешь, я не хотел? Однако после того, как учитель узнал о том, что трое его учеников сломали Пустоту, он сильно разозлился. Он переживал, что люди здесь безостановочно будут уходить… Он взмахнул рукой, и полностью запечатал небесные врата материка Суань!

Брови Мосе даже подскочили!

«Твою мать! До чего же круто! Одним взмахом руки… запечатать небесные врата! Это так просто!!! И он договаривался со мной о поединке, он меня неслабо переоценил…»

Цзюнь Мосе обратил внимание на свои плечи и ноги, и заметил, что они слегка дрожали… «Вот это да, Первый Шао, ай да сукин сын! Довёл меня до дрожи… чтобы ученики не нашли его, взял и придумал злодейский план…»

— Однако после этого я только больше захотел попасть туда! За следующие две тысячи лет мои силы достигли соответствующего уровня, который необходим для преодоления небесной преграды, и даже чуть выше! Всего я предпринял три попытки, чтобы прорвать печать на небесных вратах, но… — он тяжело вздохнул, и тоскливо продолжил: — В первый раз я получил тяжелое сотрясение, и лечил раны три сотни лет… несмотря на то, что во второй раз я уже не получил такого серьёзного сотрясения, я всё равно не смог разрушить печать. Третья попытка была восемь с половиной тысяч лет назад. Я собрал всю свою силу, и обрушил воздушный удар! — Мяо Цин Чхэн горько рассмеялся: — В итоге всё равно ничего не вышло. Однако нечаянно я разрушил половину Небесного столпа на материке Суань…

Цзюнь Мосе выпучил глаза! Очевидно, он услышал невероятную информацию, у него вырвалось: — Твою м-аааааать!

Мосе пришёл в оцепенение на некоторое время, потом к нему вернулся дар речи, но он смог произнести только этих два слова!

Оказывается, главный виновник — вот где…

Именно из-за того, что часть Небесного Столпа обвалилась, появилось это отвратительное племя!

Чужаки!

К тому же как раз с того времени начались бесконечные Битвы за Небеса…

Свирепый конфликт с чужаками — дело рук этого человека!

И причина состояла в том, что он хотел прорвать небесные врата, в ходе чего «нечаянно» разрушил половину Небесного Столпа… Цзюнь Мосе был ошеломлён: какой же тогда силы был этот удар?!

Он сам собственными глазами видел горную вершину, и был осведомлён об её прочности…

Вслед за этим он услышал полный раскаянья голос Мяо Цин Чхэна:

— Разрушив ту гору тогда, я сразу же понял, что дело плохо, ведь когда-то учитель запечатал её… Учитель случайно обнаружил очень странный народ. Они были такими омерзительными, что учитель не захотел пачкать руки об них, он просто решил увеличить высоту Небесного Столпа, а потом поставить мощную печать, чтобы они мучились там во веки веков… Однако я своим ударом освободил этих тошнотворных уродов, и они вторглись на материк Суань! — Мяо Цин Чхэн горестно вздохнул: — Я очень раскаивался, и хотел вырезать этих тварей, напрячь все свои силы…

Цзюнь Мосе моргнул, подумав про себя: «Вот, значит, что называется твоим легендарным разрушительным приёмом!»

Глава 1038. Карма

— Однако после этого дня, не знаю — из-за этой моей попытки прорвать небесные врата, или из-за чего-то другого, но на меня внезапно обрушилась жестокая небесная кара… Удар был такой силы, что я едва не лишился своего астрального тела. Собрав остатки своих сил я в панике убежал обратно в Призрачный Дворец, и по сей день не могу сделать и шагу отсюда…

— Сделать и шага? — Цзюнь Мосе недоумённо спросил.

— Да, только стоит мне появиться, и в небе собираются свирепые тучи, которые не остановят свой гнев, пока полностью не уничтожат меня… Только скрываясь здесь, небесная кара не может обнаружить меня. Только здесь у меня есть шанс отсрочить последние часы моей жизни. Точно не помню, когда, но я уже пробовал как-то раз выбраться отсюда, однако не успел я выбраться из этих подземных оков, там, наверху, в Призрачном Дворце уже началась настоящая катастрофа… Поэтому я могу находится только здесь, вечно… — Мяо Цин Чхэн печально вздохнул…

— Небесная кара? А что конкретно? Если мастер даже такого уровня, как вы, вынужден держаться на почтительном расстоянии от неё! — Цзюнь Мосе нахмурился.

Что касается грозового удара — он никогда его не боялся по-настоящему. Одной из потрясающих способностей Башни Хунцзюнь является то, что она с лёгкостью может поглощать любые грозовые удары, при этом обращая их в чистейшую одухотворенную Ци, или в небесное сияние первозданного хаоса. С другой стороны, грозовой удар для Башни — это идеальное тонизирующее средство.

Цзюнь Мосе даже подумал, что может принять этот грозовой удар за него на себя…

— Да, небесная кара. А если точнее — Истребляющий всё живое безумный гром!

В голосе Мяо Цин Чхэна чувствовался искренний страх!

— Истребляющий всё живое безумный гром? Это какой-то из видов громового удара? Неужто его вообще нельзя ничем отразить?

У Мосе были большие сомнения на этот счёт. Мастера, начиная с уровня Почтенного, начинают проходить через такое испытание, как громовой удар. Не говоря уже о себе и своих хитрых приёмах, но среди обычных мастеров тоже немало тех, кто проходит через это испытание, а таким мастерам, как Мяо Цин Чхэн, наверняка, вообще не приходится задумываться об каких-то оборонительных мероприятиях!

— Небесная кара и истребляющий гром не идут ни в какое сравнение с обычным громовым ударом! В первую очередь, следует обратить внимание на масштаб, он превосходит обычный громовой удар как минимум в десять тысяч раз. Когда образовывается небесная кара, она простирается на очень далёкие расстояния. Нет такого места, куда бы она не проникла, истребляющий гром покрывает всё небо и всю землю, обычная молния становится толщиной с небольшой холм… Во-вторых — эта мощность. Сам гром тёмно-фиолетового цвета, а мощность его удара достигает каких-то сумасшедших пределов. Абсолютно всё, что существует в мире, при контакте с ударом такого грома в тот же миг превращается в порошок! Несмотря на то, что две этих его особенности крайне трудны для сопротивления, у меня есть свои методы против них. Самая страшная — эта третья особенность, даже я оказался беспомощным перед ней! — горестно всхлипывая, произнёс Мяо Цин Чхэн.

— А? Есть ещё что-то, страшнее двух этих факторов? Мне бы хотелось услышать подробности.

Услышав это, Цзюнь Мосе был очень потрясён. Со слов Мяо Цин Чхэна он понял, что этот неистовый гром обладает масштабной зоной покрытия и без разборной, всё уничтожающей атакой, которой невозможно оказать сопротивления. Эти два фактора уже и так были очень пугающими, но, как оказалось, есть и третий фактор, причем который намного страшнее первых двух!

— Если против первых двух его особенностей у меня есть кое-какие методы сопротивления… Я не говорю, что с лёгкостью справлюсь с ними, но, всё же, шансы есть… То третья особенность, действительно, вгоняет меня в ужас. После того, как сформируется небесная кара, стоит только стать её целью, и ты будешь медленно исчезать. И этот процесс будет длиться очень долгое время, тогда я умирал на протяжении семи суток, в итоге, вся моя Суань закончилась, а небесной кары не было и намёка на ослабление, поэтому, как я и сказал, всё, что мне остается, только вечно скрываться в этом дьявольском месте!

— Оказывается, вот как…

Цзюнь Мосе очень нервничал. Кажется, сначала у него ещё была уверенность, что при помощи Башни, он сможет справится с первыми двумя факторами, но сейчас, когда он услышал, в чём заключается особенность третьего фактора, он осознал, что мощь истребляющего грома настолько пугающая и страшная, к тому же он не знал, сколько по времени действует эта чертовщина, что если Башня не выдержит и взорвётся?

В конце концов, Цзюнь Мосе не знал, сколько может выдержать это Башня, и так не знал, насколько велика мощность истребляющего грома. Если бездумно броситься на рожон… боюсь, с такой опасностью Мосе будет не в силах справиться! Всё-таки Башня Хунцзюнь — его самый ценный козырь!

— Мальчишка, я с тобой уже так долго разговариваю, но до сих пор не знаю твоего настоящего имени? — Мяо Цин Чхэн сам сменил тему разговора. Воспоминания об истребляющем громовом ударе для него были крайне болезненными…

— Меня зовут Цзюнь Мосе, — откровенно ответил Мосе. Поскольку старик честно рассказал о своей истинной силе, продолжать игру в шпионов было просто смешно…

— О… это имя очень неплохое…

Похоже, Мяо Цин Чхэн ничего не знал о Злом Монархе, которые недавно поднял на уши весь материк Суань.

— Цзюнь Мосе, последние дни в Призрачном Дворце произошёл серьёзный переполох, всё перевернулось с ног на голову. Скажи, мальчишка, это твоих рук дело? — Мяо Цин Чхэн ненадолго задумался, а потом спросил.

— Пусть вы об этом не говорили, но у меня тоже появились некоторые вопросы, которые я бы хотел задать вам. Коварные замыслы семьи Чжань не были какой-то тайной, они предпринимали до крайности гнусные и отвратительные приёмы для достижения своих целей, всяческими способами пытаясь завладеть Цинюнь семьи Мяо, и с помощью неё укрепить своё положение во Дворце. Вы — основатель Призрачного Дворца и основоположник рода Мяо, почему вы не только не вмешивались в их махинации, но и полностью закрыли глаза на это? По крайней мере, вы могли рассказать об этом нынешнему Правителю Призрачного Дворца! — Мосе нахмурился и задал встречный вопрос.

— В некоторых моментах не нужно просто говорить, а нужно идти и делать, –Мяо Цин Чхэн вздохнул, его голос стал полностью потерянным и разочарованным. В это время внезапно появилась струйка густого дыма, которая постепенно приобрела человеческие очертания, и возник человеческий силуэт, у которого на голове была высокая тиара. Он был облачён в скромное тёмное одеяние, выражение лица говорило об лёгком помешательстве своего владельца. Стройный силуэт, с заложенными за спину руками, расположился в середине зала.

В этот момент его необычные глаза пристально изучали Цзюня Мосе. Потом этот человек прошёл и сел на трон, располагавшийся позади него.

Через мгновение его черты лица прояснились, на вид он выглядел на тридцать-сорок лет.

Хотя в его взгляде не было никакого сияния, он был наполнен каким-то необыкновенным чувством. В тот момент, когда он открывал глаза, всё пространство наполнялось чудесным светом, а когда закрывал, было ощущение, что опускается мрак!

Глаза Мосе засияли, потому как, когда Мяо Цин Чхэн сделал несколько шагов, ему показалось, что перед ним загадочный млечный путь, а следы Мяо Цин Чхэна — яркие звезды, рассыпанные по ночному небу!

Оказывается, в этом мире есть люди, достигшие подобной высоты! Мосе был настолько поражён увиденным, что не знал, как описать это чувство!

Уровень совершенствования Мяо Цин Чхэна достиг того, что он был способен прорвать небесные врата! И этот мастер подвергся тому, что Первый Шао, взмахом своей руки, замуровал его навсегда на материке Суань…

Насколько тогда силён Первый Шао?!

— Нет необходимости завидовать мне. Я уверен, наступит такой день, когда и ты достигнешь такого уровня! И, учитывая твой возраст и нынешний уровень совершенствования, до этого дня осталось ждать не так уж и долго! — Мяо Цин Чхэн улыбнулся, и кажется во всем мире наступила и запели птицы…

— Да, я тоже так думаю, – Цзюнь Мосе кивнул головой, выразив согласие. Выражение его лица нисколько не поменялось. Он согласился с Мяо Цин Чхэном. Его поведение демонстрировало, что он обладает необычайной уверенностью и сверхъестественной решимостью!

Даже в присутствии такого мастера, как Мяо Цин Чхэн, в его мыслях царил порядок и спокойствие!

Такое качество, действительно, считается самым ценным!

– Если говорить о семье Чжань – всё это началось несколько тысяч лет назад. Когда учитель исчез на тысячу лет, а потом снова вернулся на материк Суань, он привёз с собой несколько книг. И когда я принял на себя командование Призрачным Дворцом, я обнаружил, что эти самые книги находятся в этом пространстве, – Мяо Цин Чхэн горько усмехнулся: – Одна из них была посвящена искусству фэншуй. На досуге я решил заняться этой книгой... в ней я нашёл действительно много глубоких истин, я был уверен, что, если взять их в применение, по своей ценности они могут сравниться с самым высоким уровнем Суань, к тому они скрывали в себе непреложные истины нашего мира. Я упорно осваивал их на протяжении двух сотен лет, и в итоге добился успеха.

Глава 1039. Воля неба

Насколько же хитёр этот Цзюнь Мосе! Услышав звуки струнных инструментов, у него в душе всё прояснилось.

Он действительно услышал, как Мяо Цин Чхэн сказал: — В то время я не придавал этому значения. Судьба не казалась мне тяжёлой, но это изменилось… Всегда всё зависит от человека, а способ всегда найдётся. Если кто-то может почувствовать изменения в своей судьбе, а затем ценой жизней миллионов людей сжульничать и изменить свою судьбу… Хотя это кажется возможным, но на самом деле, это действительно большой риск. Если, несмотря на опасность, потерпеть поражение — не только все погибнут, но и получат плохую карму, — договорив, он тоскливо вздохнул. — Среди восьми моих учеников, шестой ученик — Чжань Куан — самый лучший. Если он сможет сосредоточиться на культивации Суань, то его будущие достижения могут быть едва ли не лучше, чем у меня, — Мяо Цин Чхэн с сожалением сказал: — Но после того дня я сбился с пути! Я не стал обвинять, так как в его действиях была логика. Тогда мне следовало объяснить восьми ученикам ситуацию. К тому же, семья Чжань находилась на грани исчезновения, а остальные семь семей в целости и сохранности. Конечно, у Чжань Куана было на сердце неспокойно…

Цзюнь Мосе сказал: — Поэтому он решил избавиться от этой проблемы? И против воли небес изменить судьбу семьи Чжань?

— Нет! — Мяо Цин Чхэн покачал головой. — Спустя много лет семеро учеников, один за другим, скончались, и я решил в тот же день установить правила, запрещающие ученикам перевоплощаться в другие тела. Конечно, перевоплощение эффективно, прогресс проходит очень быстро, но в конечном счёте они подвергнутся Небесной каре в несколько раз сильнее, чем в обычной ситуации! Рано или поздно их настигнет мрачный конец, когда душа разума улетит, а тела развеются прахом! Лучше выбрать перерождение, переродиться и заново совершенствовать себя. Пока истинная душа не угасла, однажды она сможет вернуться! Семь учеников поочерёдно умерли, но я оставил отпечаток в их душе. Чтобы гарантировать, что они могут безопасно переродиться… Смогут приложить достаточно усилий и пойти наперекор Небесам! Но Чжань Куан нарушил мой запрет, он выбрал не перерождение! — сказал Мяо Цин Чхэн. — В то время уже появился Первый Шао из подземного мира. Благодаря своему чутью, я приказал всем слугам Призрачного Дворца не убивать Шао из подземного мира! Можно было изгнать его, но не убить! Когда Шестой Шао из подземного мира устроил зверство, никто не мог контролировать три священные земли, тогда Чжань Куан внезапно взял на себя инициативу выйти в бой! После той войны Шестой Шао из подземного мира был серьёзно ранен, не успев сбежать в подземный мир, он был убит людьми из священных земель! С тех пор никто не видел Чжань Куана! Говорят, что душа Чжань Куана погибла в решающем сражении с Шестым Шао из подземного мира! Хотя тогда Шестой Шао из подземного мира хотел совершить подвиг ради подземного мира и обладал выдающейся силой, но Чжань Куан унаследовал мою силу! Даже если бы он потерпел поражение, его душа никогда бы не исчезла. Я сделал вывод, что шансы у обоих на победу были равными, однако Чжань Куан немного сильнее. В конце концов, он — мой самый достойный последователь. Такой итог превысил все ожидания. Я тогда очень горевал, и почтил его память трёхмесячным трауром. Но после возвращения с погребения я обнаружил, что книга, которую оставил мастер, неожиданно пропала! В тот момент я понял, что Чжань Куан на самом деле не умер! Он скрывается! — Мяо Цин Чхэн горько улыбнулся: — Но он не знает, что последний уровень совершенствования Суань можно достичь только вместе с мастером. Хотя Чжань Куан в то время уже развил Суань на довольно высоком уровне, но он не достиг последнего уровня… Поэтому, даже если он смог всё это время скрываться, то всё равно проживёт недолго… Только каждый раз, умирая и перевоплощаясь… Можно сказать, Чжань Куан эти годы усердно обучался… И за последние две тысячи лет я ясно почувствовал, что судьба семьи Мяо изменилась, она постепенно ослабевает. А замысел семьи Чжань заключается в беспощадном, кровавом продвижении наверх! Это совсем не сходится с тем гаданием, должно быть, Чжань Куан начал действовать и менять судьбу! Но здесь нет никакой помощи, если я вмешаюсь, безумие мира может полностью уничтожить Призрачный Дворец! Поэтому я… — он засмеялся и сказал: — Пока Призрачный Дворец не исчез, семьи Чжань и Мяо находятся в одинаковом положении. Хотя я — предок семьи Мяо, но не могу ради семьи уничтожить Призрачный Дворец! Совершенно не нужно рассказывать об этом главе семьи Мяо. Если он узнает, то затеет войну между двумя семьями. Благодаря силе, накопленной семьёй Чжань, и покровительству перевоплощённого Чжань Куана, семья Мяо не сможет противостоять врагу, это лишь ускорит упадок семьи Мяо, а, может, и всего Призрачного Дворца. Это самый наихудший исход! Поэтому я никогда не вмешивался и никому об этом не говорил. Но воля Неба давно предопределена… В конце концов, небо определит судьбу! — Мяо Цин Чхэн слегка улыбнулся: — Теперь ты устроил хаос и судьба семьи Чжань, можно сказать, уже решена! Вот-вот им наступит конец… Кажется, что я ошибся в своих расчётах. Воля неба — как нож, кто осмелится его нарушить? Так называемое изменение судьбы против воли неба — всего лишь глупость, большая глупость…

Цзюнь Мосе спокойно сказал: — На всё воля неба!

Мяо Цин Чхэн замер. Пожевав губами, он не смог удержаться от улыбки:

— Хорошо, на всё воля неба!

— Однако я сказал, что имею в виду судьбу! — кончики бровей Цзюня Мосе взмыли вверх, он злобно усмехнулся и сказал: — Небеса? Разве им нельзя идти наперекор?

— Это безумие! Действительно чертовщина! — Мяо Цин Чхэн на мгновение покосился на него. Интересно, можно ли это сказать с улыбкой: — Говори зачем ты пришёл ко мне в Призрачный Дворец, какова реальная цель? Что ты хочешь сделать?

— Моя цель? Очень простая, я лишь хочу получить несколько разноцветных плодов мудрости, — с улыбкой сказал Цзюнь Мосе, нисколько не скрываясь. — Было бы замечательно, если бы была возможность пересадить несколько разноцветных священных деревьев.

— Разноцветные плоды мудрости… — Мяо Цин Чхэн нахмурился. — Сколько?

— Вполне достаточно нескольких сотен. Я совершенно не жадный! — посмеялся Цзюнь Мосе.

— Несколько сотен? Не жадный? — выпучил глаза Мяо Цин Чхэн от удивления. — Разве это не жадный? Ты, парень, видно, сошёл с ума?!

Мяо Цин Чхэн подумал, что Цзюнь Мосе, действительно, шутит, прося сотни разноцветные плодов мудрости? Кажется, во всем Призрачном Дворце столько не найти!

Старик Мяо фыркнул и сказал: — Только что… это был твой чистейший живительный поток энергии? Это ты его выпустил?

— Живительный поток энергии? — Цзюнь Мосе замер и тут же всё осознал! Оказалось, что это так… потому что только что он использовал древо жизни, а старик, который находился в нескольких километрах под землей, узнал об этом…

Он действительно очень умён!

— Верно! Я только что почувствовал священное дерево, — глаза Мяо Цин Чхэна уставились на него: — Наверху, кажется, кто-то был серьёзно ранен… а ты воспользовался священным деревом, чтобы исцелить его?

— Я действительно исцелил его! Но не использовал священное дерево, — сказал Цзюнь Мосе. — Неужели вы позвали меня за этим? Что особенного в этом священном дереве?

— Это священное дерево… однако, я не знаю, откуда оно появилось. Говорят, что оно имеет волшебное действие на тело человека, а также влияет на жизнь и смерть. Особенно имеет лечебный эффект на душевные травмы! Кроме того, у него множество других необычных применений… Я пытался выращивать его тысячелетиями, но она никогда не росло. Только позже я узнал, что это священное дерево может вырасти только в самой чистой ауре. Но… разве существует такое место? То место, где я посадил это дерево, уже было местом с самой чистой аурой на всем континенте Суань. Поскольку даже я ошибся, это означает, что дерево на континенте Суань не сможет вырасти вообще. Одним словом, хоть дерево и волшебное, но оно не росло, и я подумал, что семечко испорченное, поэтому сильно рассердился и выкинул его на вершине заснеженных гор. Оно возникло и исчезло само по себе… я уже очень-очень давно его не видел, — Мяо Цин Чхэн глубоко вздохнул и сказал: — Сегодня я позвал тебя, во-первых, чтобы ты показал мне дерево в знак нашей дружбы… Я хочу увидеть его, и вспомнить, как поливал его когда-то сам. Во-вторых, я был наказан и хотел воспользоваться целебным действием дерева. Хотя священное дерево всё ещё не сформировалось, это не значит, что оно не поможет…

— Вот в чём дело, — слегка задумался Цзюнь Мосе. У него на лице появилось неловкое выражение, и он сказал: — Я тоже совершенно случайно обнаружил это дерево. Ведь каким-то образом семечко этого удивительного дерева необъяснимым образом попал из моих ладоней в тело… Хотя сейчас я ощущаю его присутствие и могу использовать часть его силы, но не могу его достать.

Все решения нужно тщательно взвешивать.

Несмотря на то, что перед ним был Мяо Цин Чхэн, Цзюнь Мосе никогда не раскроет самый большой секрет великой Башни!

Кроме того, можно вылечить Мяо Цин Чхэна, не доставая семечко дерева… Жизнь Королевы Змей — зелёной охотницы — всё ещё зависела от этого дерева. Что, если Мяо Цин Чхэн может вылечиться, только если оставит его у себя… Что же ему тогда делать? И ещё кое-что — «маленькое дерево» теперь, кажется, выросло. А внутри его великой башни самая чистая аура в мире. Если этот Мяо Цин Чхэн захочет и это, то как ему быть?

— Где же это чудо? — Мяо Цин Чхэн некоторое время смотрел на него и, наконец, сказал: — Неудивительно, что ты обладаешь такими способностями! Оказывается, тебе помогает священное дерево! Конечно, теперь всё стало намного понятнее! Если в мире и есть абсолютно чистое, ничем не испорченное место, то это, действительно, может быть только в человеческих венах. Священное дерево продолжает жить благодаря твоему телу. Поэтому у тебя есть качества, намного превосходящие обычных людей! Вы, в самом деле, дополняете друг друга.

— Я действительно не могу вытащить семечко этого дерева, но, если вы не против, я попытаюсь вылечить вас? — попытался узнать Цзюнь Мосе. Всё-таки это благое деяние, совершаемое и зачитываемое в данном перерождении! Если Мяо Цин Чхэн согласится, то Цзюня Мосе ничего не остановит, и он попросит больше ста разноцветных плодов мудрости…

— Прекрасно, — Мяо Цин Чхэн некоторое время смотрел на него, потом просто протянул руку и закрыл глаза.

Цзюнь Мосе взял его за руку и закрыл глаза, стимулируя энергию древа жизни. С помощью силы дерева он медленно направил энергию из своих ладоней в руки Мяо Цин Чхэна.

Остальное зависело уже от самого Мяо Цин Чхэна!

Очень долго Мяо Цин Чхэн глубоко дышал, потом его лицо стало радостным, и он сказал: — Можешь отпустить мою руку. Хотя душа ещё не полностью восстановилась, но жизненная сила вернулась ко мне. Со временем она полностью восстановится. Жизненная сила этого дерева обладает огромной мощью. Должно быть, благодаря тому, что вы взаимно дополняете друг друга! — сказав это, Мяо Цин Чхэн улыбнулся и посмотрел ему в глаза: — В моём положении, я не могу недооценивать тебя. Так что… — он задумался: –Теперь я вижу, что у тебя недостаток энергии, и ты не можешь пробиться на новую ступень. Я тебе помогу!

Глава 1040. Подарком за подарок!

Договорив, он, не дождавшись ответа Цзюня Мосе, сразу же протянул руку, и своей тёплой ладонью дотронулся до его головы.

Цзюнь Мосе вздрогнул. Честно говоря, наёмный убийца должен всегда быть чрезвычайно осторожным и осмотрительным, и иметь возможность немедленно среагировать на случай, если его соперник задумает что-то плохое. Однако даже Мосе со своей «мега крутой чуйкой» не почувствовал ничего, пока рука Мяо Цин Чхэна не дотронулась до его головы. Если старик и вправду имел бы дурные намерения, боюсь, молодому мастеру Цзюнь, действительно, пришлось бы несладко…

Вслед за этим Мосе почувствовал, как бурный поток чистейшей Суань ворвался и наполнил собой всё его тело!

Цзюнь Мосе подумал про себя: «Мы тут не Суань занимаемся, старейшина! Вы только напрасно потратите свои силы…»

Однако под воздействием стремительного потока энергии, который направил к его телу старейшина Мяо, он не смог произнести ни звука! Затем Мосе с восторгом обнаружил, что Мяо Цин Чхэн транспортирует в его тело наичистейшую природную элементарную Ци!

Невероятной мощности энергетический поток бурлил в каналах Цзюня Мосе. Его процесс самосовершенствования впервые начал работу под воздействием внешних сил. Даньтянь быстро вращался, новая элементарная Ци стала превращаться в небесное сияние первозданного хаоса, а вслед за этим энергия в каналах пошла в обратном направлении, по пути к шестой ступени процесса совершенствования!

На лице Мяо Цин Чхэна внезапно появилось изумлённое выражение!

«Каналы у этого мальчишки были просто как бездонные пропасти, они могли поглощать элементарную Ци, казалось бы, бесконечно. Кажется, сейчас количество Суань стало приближаться к отметке Шэнцзуна третьей ступени, но он ощущал, что каналы этого мальчишки ещё не наполнены до конца!»

Другими словами, он ещё не достиг состояния прорыва!

«Это же просто уму непостижимо!»

Очевидно, он рассчитывал, что Мосе уже должен начать процесс прорыва, но почему же ничего не выходит?

Взгляд Мяо Цин Чхэна сверкнул, и он вдвое увеличил подачу элементарной Ци!

«И… довольно!»

Мяо Цин Чхэн отменил подачу энергии, и изумлённо взглянул на Цзюня Мосе. Он почувствовал, что каналы этого мальчишки полны до краёв, и они больше не вместят в себя энергии, но… «Почему же до сих пор нет и намёка на прорыв? Что не так с этим парнем? Каким ещё мастерством он владеет, в конце концов?»

Цзюнь Мосе, кажется, не понимал, но Мяо Цин Чхэн точно знал: за этот короткий промежуток времени он вкачал в Мосе такое количество элементарной Ци, чтобы скопить которое, ему понадобилось целая тысяча лет!

Элементарная Ци в таком размере — это, в конце концов, какие объёмы? Чтобы было более наглядно — такого количества элементарной Ци было бы достаточно, чтобы сделать, скажем, Мяо Сяо Мяо Шэнцзуном четвёртой степени!

Следует отметить, что Мяо Сяо Мяо сейчас обладала уровнем всего лишь Почтенного мастера! До Шэнцзуна её ещё отделяют Достопочтенный мастер, Шенхуан, Шэнцзун, как минимум около сорока-пятидесяти ступеней…

Но Мяо Цин Чхэн не подозревал…

Мастерство Цзюня Мосе не было похожим ни на одно известное в этом мире!

Под действием внешней подпитки элементарой Ци, совершенствование Мосе может получить лишь укрепление, но решительно не может достигнуть прорыва! Он может совершить прорыв лишь только самостоятельно, и, если такая возможность представится…

Но сейчас подобной тенденции не наблюдается, так что пусть Мяо Цин Чхэн даже транспортирует всю имеющуюся у него энергию, он не приблизится к прорыву ни на шаг…

Побудить Башню Хунцзюнь на прорыв в таких условиях — просто что-то недосягаемое…

Однако под щедрой подпиткой со стороны Мяо Цин Чхэна, Цзюнь Мосе, всё же, уверенно приблизился к рубежу прорыва! Осталось протянуть лишь руку…

Однако согласиться на то, чтобы Мяо Цин Чхэн помог ему совершить прорыв, при этом не достигнув высоты старейшины Мяо — это как-то некрасиво всё-таки…

***Некоторое время спустя***

Цзюнь Мосе, наконец, пришёл в себя, почувствовав, насколько его тело и каналы напитаны энергией и силой.

Он невольно обрадовался!

Похоже, совсем скоро его ожидает прорыв на шестой этаж башни!

— Ты, в общем, иди… твой процесс совершенствования, действительно, очень странный. Даже со своими силами я всё равно ничем не могу помочь тебе. Не оправдал я твоих надежд, парень… — хотя голос Мяо Цин Чхэна нисколько не изменился, Цзюнь Мосе почувствовал, в нем какой странный намек.

— Мм, я вам очень благодарен! Сегодня я получил много выгоды. Если я добьюсь успеха, я непременно помогу вам избавиться от небесной кары! — Цзюнь Мосе улыбнулся, и серьёзно произнёс.

Он уже смог ощутить, что под воздействием транспортировки энергии Мяо Цин Чхэном, с башней произошли какие-то невообразимые изменения…

Мяо Цин Чхэн ещё долгое время серьёзно смотрел на Мосе, после чего, наконец, спокойно произнёс:

— Спасибо!

Он даже не сомневался в словах Мосе и искренне поблагодарил его.

Сказав это, его силуэт в мгновение превратился в струйку густого дыма, и он исчез.

— Ты можешь уходить. В тебе столько тайн и загадок! Если ты останешься здесь ещё хоть ненадолго, боюсь, я не удержусь и начну изучать тебя… А это и для тебя, и для меня будет… очень плохо! — донёсся издалека туманный голос старика.

— Хорошо! — Цзюнь Мосе не успел откликнуться, как внезапно его тело воспарило в воздухе, и в одночасье он преодолел огромное расстояние. Когда он снова открыл глаза, он уже находился напротив Мяо Цзин Юня, Мяо Дао и Мяо Цзяня!

Все трое вздрогнули от испуга, совершенно не ожидав вдруг увидеть Цзюнь Мосе!

И это вопрос не храбрости: даже бы самые смелые и невозмутимые люди всё равно бы вздрогнули, внезапно появись перед ними другой человек! Более того, Цзюнь Мосе появился очень неожиданно…

— О! Мальчишка, ты прибыл? Что праотец сказал тебе? Какие дал наставления? — второпях спросил его Мяо Цзин Юнь.

Цзюнь Мосе даже не успел открыть рот, как Мяо Цзин Юнь вмиг исчез из виду. Так же внезапно и неожиданно, как появился до этого Цзюнь Мосе.

Мяо Дао и Мяо Цзянь одновременно взглянули на то место, где ещё секунду назад стоял Мяо Цзин Юнь, и быстро вытерли руками холодный пот, проступивший у них лбах.

Эти двое — недаром братья, даже вытереть пот у них получилось так синхронно.

Некоторое время спустя перед ними снова появился Мяо Цзин Юнь. На его лице было странное выражение лица, «то ли плакать, то ли смеяться» — что-то вроде этого. Он внимательно посмотрел на Мосе.

Все четверо отправились назад в полном молчании.

Мяо Цзин Юнь раздумывал о словах, которые сказал ему Мяо Цин Чхэн, в целом все его наставления главным образом касались Цзюня Мосе, несмотря на то, что Мяо Цин Чхэн не раскрыл истинную личность Мосе или настоящую цель его появления, но он очень серьёзно предостерег Мяо Цзин Юня: «Если это возможно, надо изо всех сил стараться не тревожить и не злить этого мальчика. Призрачный Дворец должен благоволить и поощрять его. Его будущие успехи труднооценимы, и поэтому ни в коем случае не стоит пытаться контролировать его. Отныне в Призрачном Дворце всё должно идти своим чередом. Не стоит предпринимать что-то грандиозное. Ты, как правитель Призрачного Дворца, должен поддерживать мирную обстановку, и уверенно двигаться вперёд, о посторонних делах думать не стоит, это всё лишнее. Судьба сама разберётся».

Услышав эти слегка туманные наставления, Мяо Цзин Юнь пребывал в настоящем шоке: «Пусть Мо Цзюнь Е и обладает сущностью, как у Первого Шао, и его будущие успехи безграничны, но сейчас он — всего лишь мальчишка с крошечным уровнем Суань. Если действительно попытаться навредить ему, достаточно нанять убийц и его не станет. Почему праотец, такая легендарная личность с высочайшим уровнем силы, так высоко оценил этого мальчишку? Он — всего лишь одна драгоценная безделушка, столь высокое отношение к нему — уже чересчур!»

Однако несмотря на то, что Мяо Цзин Юнь совершенно не понимал этого, он всё же решил придерживаться наставлений Мяо Цин Чхэна!

К тому же всё равно каким крутым он станет в будущем, он теперь — муж внучки… далеко не убежит. Все его успехи в будущем, кстати, очень выгодны для семьи Мяо, не так ли?!

На обратной дороге Мосе сам не пытался заговорить. Сейчас он чувствовал, как его внутренние органы изменились, он был безмерно рад: в этот раз «урожай» достиг уже невероятных размеров.

В этот раз Мяо Цин Чхэн подогнал Мосе энергии, достаточной для скорейшего прорыва. Цзюню Мосе только стоит захотеть, и с помощью чудодейственных лекарств немного подувеличить силы!

Разумеется, только нарастить их, но не совершить прорыв. На самом деле, как раз потому, что чудодейственные лекарства могут только произвести количественное изменение, и не способны на качественный скачок. Цзюнь Мосе не воспользуется этим способом для ускорения сил.

Неизвестно, намеренно или нет, но при транспортировке элементарной Ци Мосе, Мяо Цин Чхэн поделился с ним своими накопленными за многие тысячелетия знаниями о совершенствовании!

Это ли не повод для зависти! Хотя это нельзя использовать при совершенствовании, но кто знает? Этот мир непредсказуем, всё может измениться сто раз!

Мосе не понаслышке знал об этом!

Процесс совершенствования глубок и непостижим. Учитывая, что сейчас силы Цзюня Мосе довольно низки, знания о нём у него тоже очень скудные, но благодаря ценным знаниям Мяо Цин Чхэна о процессе совершенствования, Мосе может восполнить свои пробелы очень быстро!

Глава 1041. Силком под венец!

Благодаря Мяо Цин Чхэну, Цзюнь Мосе сэкономил кучу времени на поиски выхода! С помощью этих навыков и процессу совершенствования башни, которому более десяти тысяч лет, Цзюнь Мосе теперь мог бы открыть свой собственный путь совершенствования!

И этот путь будет личной и уникальной методикой Цзюня Мосе…

Можно сказать, что такая индивидуальная практика превзойдёт даже первоначальную форму процесса совершенствования Башни Хунцзюнь!

Но, конечно, это произойдёт только после того, как молодой мастер прорвётся на девятый этаж башни!

Цзюнь Мосе чувствовал, как его маленькое сердечко готово было выпрыгнуть из груди!

Это, безусловно, огромный подарок, которому нет цены! По сравнению с той крошечной силой, которую Мосе израсходовал для лечения души, это просто… просто шик! Если считать энергию Древа жизни за горящую свечу, то та мощь, которой ему отплатил Мяо Цин Чхэн — это яркая полная луна или же палящее солнце!

За очень долгий период времени молодой мастер лишь нащупал начало своего пути, а Мяо Цин Чхэн помог заложить прочный фундамент для дальнейшего движения!

От начала до конца Мяо Цин Чхэн так и ни разу не обмолвился, для чего он это делает, а Цзюнь Мосе не стал спрашивать. Но про себя уже решил: «Теперь я обязан этому человеку по гроб жизни!»

Если ему представится возможность, он обязательно прибудет сюда, чтобы избавить Мяо Цин Чхэна от опасности!

Только в этом случае его сердце будет спокойно.

Несмотря на то, что Мяо Цин Чхэн не просил ни о чём подобном, Цзюнь Мосе дал обещание самому себе!

Когда он вернулся в зал, Мяо Цзин Юнь заговорил первым: — Цзюнь Е… Теперь тебе ясны мотивы и желания Сяо Мяо. Так что если нет возражений, давай уже примем конкретное решение? Даже если ты не спешишь жениться, мы можем сначала провести церемонию помолвки!

Что касается данной ситуации, Мо Цзюнь Е — представитель младшего поколения, более того, у парнишки нет никаких старших родственников… Так что Мяо Цзин Юнь мог бы просто отыскать наставника Цао и решить вопрос помолвки с ним. Однако до старика уже дошли смутные слухи о том, что у Мо Цзюнь Е имеется жена… Если бы при встрече с предком этот засранец не сказал ничего о своей жене, то никаких проблем бы не возникло, просто надавили бы чуток на пацана, сделали Сяо Мяо главной женой и всё! Но теперь всё сложнее, так как предок проявил особое уважение к Цзюнь Е и даже пригрозил никому не трогать мальчишку!

В частности, этот вопрос также связан с женщинами, так что вряд ли Цао Гофен сможет тут что-то решить… Остаётся только дождаться ответа самого Мо Цзюнь Е.

Цзюнь Мосе слегка опешил, а затем, хорошенько подумав, спросил: — Что вы имеете в виду?

— Я не то, чтобы хвастаюсь, однако моя Сяо Мяо очень хороша собой и талантлива во многих областях — разве она не достойна того, чтобы составить тебе пару? — Мяо Цзин Юнь ухмыльнулся и почесал свою бороду.

— Естественно! Сяо Мяо — просто невероятная девушка, которая достойна лучшего мужчины! — сказал Цзюнь Мосе, не скрывая своего восхищения к Мяо Сяо Мяо.

— Хе-хе, твои слова — услада для отцовского сердца. Однако я не знаю, твоя жена… Я не знаю, официально вы вступили в брак или нет, но будем называть её так… — Мяо Цзин Юнь засмеялся, а в его глазах вспыхнул луч света: — Что ты можешь сказать о ней… в сравнении с Сяо Мяо?

Цзюнь Мосе ненадолго замолчал, обдумывая свои слова, а затем решительно заявил: — Сяо Мяо, безусловно, редчайшая красота этого мира! Однако моя жёнушка… Она — удивительное дарование, не имеющее себе равных! Сяо Мяо, несомненно, красотка… но ничего более! А моя жена… она выше всех людей, она — сама богиня, снизошедшая на эту землю! Этими словами я нисколько не хочу вас обидеть… Но если сравнивать Сяо Мяо и мою жену, то ваша дочь, может, и не потеряет свой цвет, однако между ними существует значительный разрыв!

Пока Мосе говорил это, перед его глазами возник прекрасный образ Мэй Сюэ Янь, и на его душе стало так тепло-тепло. Молодой мастер тут же расплылся в довольной улыбке.

Уголки рта Мяо Цзин Юня слегка дёрнулись.

По его мнению, этому мальчишке стоило бы быть чуточку скромнее… Да и вообще, старик и поверить не мог, что в мире существует кто-то более совершенный, чем его собственная внучка. Так эта особа ещё и жена Мо Цзюнь Е… У Мяо Цзин Юня уже было заготовлено много фраз для дальнейшего разговора, однако бесцеремонность мальчишки повергла старикана в шок! Кто бы мог подумать, что он начнёт бросаться такими словами! Мало того, что парнишка нисколько не стеснялся, так он ещё и жёнушку свою до небес возвеличил! Что за чертовщина… В этот момент у Мяо Цзин Юня было дикое желание хорошенько вмазать этому засранцу по его наглой физиономии…

— Итак… — Цзюнь Мосе говорил очень размеренно: — Если глава семьи Мяо хочет убедить меня жениться без официального развода, то лучше сразу закрыть эту тему. Что же касается помолвки — боюсь, и здесь стоит повременить.

После этого Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и посмотрел на Мяо Цзин Юня. Его взгляд чётко говорил: «Все ваши замыслы неосуществимы! Всё будет так, как того захочу я!»

— Мо Цзюнь Е, исходя из твоих слов… Ты, что, хочешь сделать из моей внучки, моей маленькой принцессы, свою наложницу? Так? — Мяо Цзин Юнь бросил в его сторону суровый взгляд, а его глаза горели пламенем ярости.

— Ну что вы, глава Мяо, я такого не говорил, — Цзюнь Мосе пожал плечами: — Всё случилось слишком неожиданно. Но, честно говоря, я подозревал такое развитие событий! Я отказал Сяо Мяо, потому что не хотел причинять ей боль, да и обижать жену я ни за что не стану. Но кто бы знал, что из-за моих слов Сяо Мяо окажется в такой опасности… поэтому мне пришлось изменить свои первоначальные намерения. Я действительно не могу смотреть на то, как от любви ко мне гаснет такая необычайно талантливая и красивая девушка… Более того, я действительно переживаю за неё и хорошо к ней отношусь… Именно поэтому я и пришёл сюда! Но я пришёл не ради этой красоты и не ради… — он бросил серьёзный взгляд на старика: — …не ради власти и могущества Туманного Призрачного Дворца!

— Тогда что же? Ты должен выдвинуть хоть какие-то условия! — Мяо Цзин Юнь злобно дунул в свою седую бороду. Но ничего нельзя было поделать, ведь его внучка, кроме этого засранца, никого больше в мужья себе не хочет! А после того, как он увидел Сяо Мяо при смерти, вообще обессилел…

— Единственное, что я могу сказать, это то, что в моём доме нет деления на старших или младших! — Цзюнь Мосе снова пожал плечами: — Неважно, из какой семьи девушка, да пусть она хоть проституткой будет… Когда я позволю ей войти в свой дом, у неё будет точно такой же статус и положение, что у остальных. Эти девушки могут различаться по возрасту, но не по статусу.

Мяо Цзин Юнь открыл рот и через некоторое время сказал: — Нет никакого деления… отличия лишь в возрасте… Это… Ты хочешь сказать, что у тебя ещё и не одна жена? — это не то, чтобы удивило или потрясло старика, такое заявление его просто разозлило…

— Разве для настоящего мужчины иметь множество жен и наложниц — не обычное явление? Почему вы так переполошились? — Цзюнь Мосе, наконец, сказал вслух то, о чем мечтает сказать любой мужчина. Он не мог не чувствовать себя прекрасно!

Эти слова, может, и были некоторой саморекламой, однако в них не было ни капли вранья… У Мяо Цзин Юня перехватило дыхание!

Эти слова действительно мечта для любого мужчины. Но тем не менее, молодой мастер был первым, кто напрямую сказал их Мяо Цзин Юню!

Ни стыда, ни совести…

— Ты… мальчишка… совсем стыд потерял! — тыча пальцем в Цзюня Мосе, с пеной у рта завопил старик: — Что за бредни ты несёшь?

— Вам решать, как вам думать, — Цзюнь Мосе покачал головой: — Осмелюсь спросить, а сколько у вас жен и наложниц?

Мяо Цзин Юнь сразу же лишился дара речи и ничего не сказал в ответ.

На самом деле в семье старика очень много женщин. За пятьсот лет жизни он женился по меньшей мере семь или восемь десятков раз, и это не говоря о браках, заключённых во имя интересов высокопоставленных семей. Старик и сам не знал, сколько у него за спиной политических браков. Поэтому он так растерялся, услышав вопрос Мосе.

— Ты ставишь себя с Правителем Дворца на одну доску? — сурово закричал Мяо Дао и уставился на Мосе.

— А почему я не могу нас сравнивать? — удивлённо спросил Цзюнь Мосе: –Все мы мужчины, так почему я не могу об этом спросить? Даже пооткровенничать не дают…

— Откровенничать? Но нельзя же быть настолько прямолинейным! — вздохнул Мяо Цзин Юнь.

— Здесь ничего не поделаешь! На материке Суань происходят постоянные кровопролитные войны, которым нет конца! Каждый год на полях битв погибают десятки миллионов солдат, и большинство из них, конечно же, мужчины! Вместе с тем увеличивается количество сирот и вдов, а также молодых красавиц, достигающих своего совершеннолетия. Если так пойдёт, то рано или поздно возникнет огромный диссонанс в отношении численности мужчин и женщин. Это общеизвестный факт, и я не смогу изменить это в одиночку! При данных обстоятельствах необходимо лишь, чтобы некоторые выдающиеся мужчины излили свою любовь не для одной красавицы, чтобы сильные воины охватили как можно больше прекрасных девиц! Неужели вы станете оспаривать эту идею? — Цзюнь Мосе нисколько не смущался: –Неужели вы предпочли бы, чтобы все эти женщины умерли, не испытав своего счастья?

— Но Сяо Мяо — наследная принцесса Туманного Призрачного Дворца, разве её можно сравнивать с обычными девушками? — фыркнул Мяо Цзин Юнь.

— Я уже говорил, что мощь Туманного Призрачного Дворца меня совершенно не колышет, это что-то вроде политической обстановки у ежей и проблемы муравьёв в период спаривания. Если же вы настаиваете на своём и хотите, чтобы я сделал выбор, то я могу только извиниться по этому поводу! — Цзюнь Мосе нисколько не шёл на компромисс. Он уже понял, что старику мало что докажешь, поэтому решил действовать быстро и решительно.

Нужно поскорее отбить этот «мяч» обратно.

Глава 1042. Неужели это ревность?

Глядя на этого ленивого негодника, Мяо Цзин Юнь в самом деле разозлился до шума в ушах и ряби в глазах… Он внезапно топнул ногой, указал на дверь и закричал: — Ах, ты… подлец… пошёл вон! Ты снова разозлил меня…

— В таком случае я вынужден уйти, — быстро зашагал к выходу Цзюнь Мосе.

Хотя фигура Цзюня Мосе исчезла в дверях, Мяо Цзин Юнь всё ещё не мог успокоиться. Через какое-то время внезапно раздался яростный крик, топот ног, грохот, а в земле вдруг появилась огромная глубокая дыра.

Мяо Дао и Мяо Цзянь тут же начали переглядываться и шептаться!

— Неужели он действительно ушёл?

— Может, это уловка?

— А вдруг он действительно ушёл?

— Ты не заметил?

— Неужели он действительно осмелился уйти?

В очередной раз, столкнувшись с этой проблемой, Мяо Цзянь решил тактично промолчать. Факты на лицо, неужели у них ещё остались сомнения? Неужели это не утомило господина?

Вечером того же дня высокопоставленные чиновники Мяо собрались и тайно обсудить вопросы, связанные с этой ситуацией. Похоже, отец Мяо Сяо Мяо, Мяо Хуань Юй не знал, что сказать. Старик в гневе перевернул стол и удалился…

Цзюнь Мосе вернулся к своему месту жительства, там было особенно спокойно.

На самом деле, если бы был выбор, молодой мастер никогда бы не сказал этого. Глядя на сложившуюся ситуацию, совершенно невозможно отказаться от Мяо Сяо Мяо! Однако, если ему велено отказаться от других людей, это ещё более невозможно!

Это ещё серьёзнее, чем принципы Цзюня Мосе!

Никогда нельзя отступать!

В безвыходной ситуации хочется прямиком от Мяо Сяо Мяо сбежать в великую башню! Посмотрим, где они будут его искать…

Старик на самом деле собирается заставить его жениться во второй раз. Ну не коварный ли он человек? Тьфу! Как только ему в голову пришла эта идея…

Рано утром следующего дня, как только рассвело, Цзюнь Мосе был поднят из тёплой кровати. Настал день пятисотлетнего юбилея главы семьи Мяо. Ещё до рассвета семья Мяо направила слуг, чтобы пригласить господина Мо на праздничный банкет…

Отец Мяо Сяо Мяо отправил к нему четырех человек.

Мяо Хуань Юй больше всего боялся, что Цзюнь Мосе затаит обиду из-за сказанных вчера слов. Старик ничего не мог поделать, но если бы у этого парня действительно был строптивый характер, он бы в любом случае не пришёл… Но что делать, если его дочь снова что-нибудь натворит?

К счастью, Цзюнь Мосе не придал этому значения. Судя по всему, вчера не произошло ничего особенного. Он привёл себя в порядок и направился в резиденцию семьи Мяо.

Что касается Цао Гофэна и других — они должны были придерживаться своего статуса и пришли на празднование в полдень, чтобы немного выпить и закусить. Шенхуан Цао был самым уважаемым гостем в Призрачном Дворце и держался сдержанно.

Следует также сказать, что вчерашний инцидент действительно заставил Лао Цао и других семерых братьев воспрянуть духом. Встреча с талантливейшим мастером Мо окончательно успокоила испуганного Лао Цао и остальных …

«Посмотрите на него — даже глава семьи не может противостоять ему, он слишком сильный…»

Хотя в это время ещё были сумерки, но семья Мяо уже зажгла фонари, это выглядело очень красиво!

Когда пришёл Цзюнь Мосе, он лишь сидел в сторонке в общем зале и пил чашку чая, к тому же он чувствовал слабость в теле. Поскольку в комнате было много женщин семьи Мяо, и сотни членов семьи, почти восемь поколений, каждый что-то говорил или спрашивал… Это ошеломило всегда острого на язык Цзюня Мосе.

В итоге он сделал вид, что ему нужно в туалет и выскользнул, но обнаружил, что вся его одежда промокла…

Когда солнце уже взошло, семьи из разных мест поочередно начали прибывать беспрерывным потоком, чтобы поздравить юбиляра. Довольно радостная семья Мяо стала ещё более оживлённой…

В это время Мяо Сяо Мяо, надевшая свои лучшие наряды, наконец появилась перед Цзюнем Мосе.

Когда она увидела молодого мастера, её лицо внезапно покраснело. Очевидно, вспомнив свое вчерашнее легкомысленное поведение.

Мяо Сяо Мяо — потрясающая красавица, она специально нарядилась и выглядела изящно и грациозно. Гамма любовных чувств двух личностей соединилась: несравненная красавица обворожила Цзюня Мосе так, что он потерял над собой контроль…

Хотя её лицо было покрыто вуалью, грациозная и изящная фигура свела с ума всех мужчин!

— Цзюнь… ты… пришёл рано… — Мяо Сяо Мяо подошла к Цзюню Мосе и застенчиво задала вопрос. Её лицо покрылось румянцем, когда она увидела его.

— Угу… немного раньше… — Цзюнь Мосе почесал кончик носа и посмотрел на небо. Уже был полдень… Бедный парень несколько часов допрашивался «женским войском»…

— Цзюнь… я знаю о том, что произошло вчера… — Мяо Сяо Мяо вдруг подняла голову и чистыми, как вода, глазами, ласково посмотрела на Цзюня Мосе.

— Да? О чём ты знаешь? Об исцелении?

— Я знаю о дедушке… — Мяо Сяо Мяо согнула красивую шею, как у лебедя, и тихонечко пропищала, как комар: — Цзюнь… не беспокойся, я… я… я принадлежу только тебе.

Она говорила так тихо, что было едва слышно, но он расслышал это из-за совершенствования Суань.

Однако взгляд этой красивой женщины был полон решимости.

Цзюнь Мосе печально сказал: — Не беспокойся…

В этот момент он не знал, что ещё сказать утешительного.

Мяо Сяо Мяо, кажется, была воодушевлена обещанием, она улыбнулась и внезапно наполнилась радостью. Слегка наклонив голову, она украдкой посмотрела на Цзюня Мосе, её глаза явно были наполнены смущением и счастьем, но с глубоким удовлетворением…

— Сестра Сяо Мяо… — в этот момент послышался приятный голос, сломавший неоднозначную атмосферу между ними.

В сопровождении свиты к ним подошёл очень красивый юноша со счастливым лицом в белой одежде.

Мяо Сяо Мяо слегка фыркнула, и сделала недовольное выражение лица. Но, чтобы он не увидел этого, она вдруг снова вернулась к своей благородной манере.

Эта девушка, похоже, только при Цзюне Мосе ведёт себя необычайно покорно. С другими людьми она ничуть не церемонится. Её холодный темперамент пугал людей…

— Сестра Сяо Мяо, я опоздал, — мальчик с доброй улыбкой подошёл к ним. Он как будто бы не видел Цзюня Мосе и подошёл прямо к Мяо Сяо Мяо: — Сегодня радостный день, но, вероятно, сестрица уже устала?

Мяо Сяо Мяо холодно ответила: — Спасибо за беспокойство, брат Цю. Сегодня у дедушки Сяо Мяо пятисотлетний юбилей, мне нужно позаботиться о торжественном вечере, поэтому я немного устала. Что касается собственных планов Сяо Мяо, можешь не беспокоиться.

— Ах, сестрица Сяо Мяо, ха-ха… Ты всё ещё так же сдержанна и любезна. Мы же с тобой друзья, к чему эти церемонии? Только я не знаю, кто этот господин… — кажется, брат Цю совсем не почувствовал безразличия в голосе Мяо Сяо Мяо и по-прежнему стоял с довольным лицом. Он повернулся к Цзюню Мосе. Цзюнь Мосе бросил на него довольно злобный взгляд, но у того совсем не изменилось выражение лица, поэтому он немного успокоился.

— Это Мо Цзюнь Е, или брат Мо, — Мяо Сяо Мяо спокойно сказала: — Должно быть, брат Цю, ты слышал о нём. Я тебя представлю. Это талантливейший юноша молодого поколения семьи Цю — Цю Пэн.

Она очень холодно представила Цю Пэна, но, когда настала очередь представить Мо Цзюня, выражение лица смягчилось, а тон стал нежным.

Кроме того, разница в тоне разговора более очевидна в другом моменте. Когда она говорила о Цю Пэне «талантливейший юноша молодого поколения семьи Цю», её тон был холодный и с едва слышной усмешкой, но, когда она обратилась по имени к Цзюню Мосе, теплота в её голосе стала очевидной.

Это не заметил бы только дурак. Разве кто-то мог этого не услышать и не понять, не говоря уже о «талантливейшем юноше молодого поколения семьи Цю»?

Цю Пэн пристально посмотрел на Мяо Сяо Мяо, а затем на Цзюня Мосе. Его лицо постепенно искажалось в уродливой гримасе, но он всё ещё пытался выдавить улыбку и поприветствовать гостя: — Дорогой друг, последнее время все в Призрачном Дворце говорят о господине Мо Цзюнь Е, обладателе непревзойдённой сущности, который нанёс поражение братьям Чжань. Я рад с вами познакомиться.

— Вы очень любезны, брат Цю, — равнодушно ответил Цзюнь Мосе.

Цю Пэн всё яснее ощущал, что злость накрывает его. Он сказал: — Сестрица Сяо Мяо, я хотел бы поговорить с тобой наедине. Можешь уделить мне минуту? — сказав это, он посмотрел на молодого мастера, как бы говоря ему «Ты, что, разве не слышал? У нас личный разговор!»

Мяо Сяо Мяо холодно ответила: — Нам нечего скрывать. Если есть, что сказать, то можешь говорить здесь. Можешь не беспокоиться, господин Цзюнь Е — не посторонний человек.

«Господин Цзюнь Е — не посторонний человек». Это предложение, словно самая острая стальная игла, глубоко вонзилась в сердце Цю Пэна. Его красивое лицо задёргалось от гнева.

Говорят, что Цю Пэн и Мяо Сяо Мяо — друзья детства, они выросли вместе. Цю Пен старше на два или три года, и он уже давно был в неё влюблён, но Мяо Сяо Мяо оставалась к нему равнодушна. Он не обращал на это внимания, и считал, что она, как целомудренная женщина, просто боится его. Мяо Сяо Мяо, естественно, нисколько им не интересовалась. Даже, когда у неё был такой сильный враг, как Чжань Юшу, она никогда не отчаивалась.

Но сегодня, увидев, что она всё ещё холодна к нему, но на редкость вежлива и уступчива с этим Мо Цзюнем, он понял, что его заветной мечте не суждено сбыться. Так как сейчас рядом с ней другой человек… В этот момент Цю Пэн почувствовал, будто его сердце разорвалось на части.

Глава 1043. Её сердце уже занято.

Внезапно он поднял голову и посмотрел на Цзюня Мосе. В его глазах показалась неописуемая ненависть, и он сказал со злостью: — Мо Цзюнь! Обладатель непревзойдённой сущности! Если ты собираешься совершать злодеяния в Призрачном Дворце, я не стану это терпеть!

Цзюнь Мосе нахмурился: «Что с ним произошло? Вопреки ожиданиям, он говорил сбивчиво и нелогично, очевидно, что он ревновал. О каких злодеяниях он говорит? К тому же, если он действительно хочет творить зло… Какое это имеет ко мне отношение? Неужели он говорит эту ерунду, чтобы отвоевать женщину? Потренируй-ка Суань ещё три-пять тысяч лет, и тогда возвращайся!»

Цзюню Мосе было скучно слушать эту необоснованную ревность. Даже у Гуан Куинхан и Дугу Сяо И, а также с Мей Сюэ Янь не было такой ревности…

По его мнению, это поведение просто маленького ребёнка. Очень скучно. Поэтому на этот раз он решил не обращать внимания…

— Цю Пэн! Что ты имеешь в виду? Неужели мне нужно учить тебя, молодого господина семьи Цю, манерам? — Цзюнь Мосе ничего не говорил, а Мяо Сяо Мяо начала злиться!

— Сестра Сяо Мяо… ты слишком наивна и не понимаешь всех трудностей и опасностей жизни, люди бывают очень коварны! Господин Мо лишь недавно прибыл в Призрачный Дворец, кто знает, какой он на самом деле человек и с какими намерениями попал в Призрачный Дворец? Ни в коем случае не дай себя обмануть! — с коварным выражением лица сказал Цю Пэн. — Сестрица Сяо Мяо, ты должен быть осторожна!

— Какое тебе дело, наивна ли я, понимаю всех трудностей или нет? Кроме того, пожалуйста, брат Цю, прекрати постоянно говорить «сестрица Сяо Мяо». Хоть мы с тобой и друзья, но хватит звать меня «сестрой», — Мяо Сяо Мяо так разозлилась, что задрожала. Она почти собралась разразиться на Цю Пэна бранью, но старалась подбирать выражения.

Этот отвратительный парень, осмелившийся так бесцеремонно оклеветать её Мо Цзюня Е… Даже если бы он хотел её обмануть, он не станет этого делать…

Если бы не юбилей дедушки, Мяо Сяо Мяо, возможно, не выдержала и дала ему пощёчину!

Она действительно была очень зла на него!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. Он наклонил голову, с интересом посмотрел на Цю Пэна и сказал: — Господин Цю, вы на что-то намекаете, или мне показалось? Ваша семья хочет раскопать обо мне что-то плохое?

Услышав это, Цю Пэн остановился и усмехнулся: — Как говорится, «правда в огне не горит и в воде не тонет!» Если вы не сделали ничего плохого, разве вам стоит бояться расследования?

Он никогда не предполагал, что этот человек так умён. Буквально из нескольких слов он понял, что семья Цю проверяет его.

— Сестра Сяо Мяо, похоже, вам… придется подождать, пока расследование всё не прояснит. Мы ещё вернёмся к этому разговору!

— Оставь меня в покое! Я больше не хочу тебя видеть! Я не хочу тебя слышать! Я не хочу знать никаких результатов расследования от вашей семьи Цю! Ты оглох? Я запрещаю тебе называть меня «сестрой Сяо Мяо»! — взорвалась Мяо Сяо Мяо.

— Мо Цзюнь Е, если вы осмелитесь сделать что-то с моей сестрой Сяо Мяо… Остерегайтесь мести! — услышав просьбу Мяо Сяо Мяо уйти, Цю Пэн изменился в лице. Теперь он ещё больше ненавидел обладателя непревзойдённой сущности. Он произнёс это, подчёркивая каждое слово, и глядя Цзюню Мосе прямо в глаза.

Договорив, он развернулся и ушёл.

— Мести? — тихо сказал Цзюнь Мосе, и в его глазах промелькнула коварная мысль. Цзюнь Мосе никогда не сражался за женщину, но у него есть одно преимущество: он мог и убить!

Угроза этого юнца заставила Цзюня Мосе задуматься о его убийстве…

В этот момент четыре или пять молодых людей подошли, громко смеясь. Один из них сказал: — Да, оказывается, что сестра Сяо Мяо и брат Цю здесь. Кажется, что мы действительно не нашли хорошее место.

Цю Пэн холодно посмотрел на них, разразился смехом и сказал: — А вы что здесь делаете? Сердце сестры Сяо Мяо уже занято. Если вы пришли ради этого, то напрасно. Даже если вы захотите честно конкурировать, неужели вы думаете, что можете противостоять талантливейшему обладателю непревзойдённой сущности, который теперь является будущим Правителем Призрачного Дворца?

Бывшие соперники собрались вместе. Когда-то они сражались друг против друга. Цю Пэн видел, как раньше они боролись между собой за её внимание, но теперь ситуация была совершенно другая.

Сейчас у них появился общий противник, чрезвычайно сильный противник!

Мо Цзюнь Е!

Легендарный обладатель непревзойдённой сущности, восходящее светило Призрачного Дворца!

Когда четверо или пятеро молодых людей услышали эти слова, они остолбенели и со злостью в глазах, пронзительно посмотрели на Цзюня Мосе, стоявшего рядом с Мяо Сяо Мяо. Один из них тихонько спросил: — Сяо Мяо, кто этот господин…

Мяо Сяо Мяо было очень сердита, но в такой официальной обстановке она не могла не представить их друг другу.

Услышав провокацию Цю Пэна о «злых намерениях» Цзюня Мосе, Мяо Сяо Мяо взорвалась от гнева. Неужели раньше она была так наивна? Она никогда бы не подумала, что брат Цю, оказывается, такой гадёныш! Какой Чжань Цифэн, такой и Цю Пэн!

Цзюнь Мосе посмотрел на Цю Пэна, но в душе он совершенно исключил этого человека из официальных рядов своих врагов. Он просто считал, что ему не хватит ума, чтобы придумать какой-нибудь стоящий план! Он не заслуживает того, чтобы с ним бороться! Самое большее — это убить его и дело с концом…

— Неужели вы и есть обладатель непревзойдённой сущности, о котором гремит весь Призрачный Дворец, великий Мо Цзюнь Е? — мальчик слегка улыбнулся: — Я — Ли Синь Юэ из семьи Ли!

— А я — Мэн Сяньжу из семьи Мэн.

— Я — Чжан Ци Юнь семьи Чжан.

— Меня зовут Юнь Сяо, я — из семьи Юнь.

Они вчетвером одновременно обменивались любезностями и представлялись. В то же время Ли Синь Юэ рассмеялся и сказал: — Кажется, я ожидал увидеть более сильного противника. Вы, брат Мо, при таких условиях не навредите нам!

Цзюнь Мосе сверкнул глазами и улыбнулся: — Отчего же? Брат Ли заблуждается, я — вообще вам не соперник. Ваш единственный соперник — госпожа Мяо, потому что у неё есть право выбора. Это касается только её, и кажется, не имеет никакого отношения ко мне.

— Ха-ха! Брат Мо говорит правду, он прав, — громко расхохотался Ли Синь Юэ и сказал: — Хотя брат Мо внушает своими словами доверие, но всё-таки это правда. Мы напрасно с ним соперничаем, госпожа Мяо выглядит очень довольной. Одним словом, брат Мо хочет сказать, что мы выглядим в этой ситуации, как дураки.

Другие тоже рассмеялись. Цзюнь Мосе молча изумлялся, что у этих людей, кажется, много планов и скрытых намерений. Лучше уж это, чем соперничество из-за женщины.

— Эй, вы все здесь умные и способные люди, взаимно уважающие и ценящие друг друга. Подождите, пока сестру Сяо Мяо не будут выдавать замуж. Я вижу, как вы этого очень ждете! — Цю Пэн усмехнулся. Он всегда выглядел самодовольным, возвышенным и утончённым, стараясь во всем превосходить других людей. Чувствуя себя на голову выше остальных, он ещё больше зазнавался. В этот момент, видя, что ситуация совершенно не развивается в соответствии с его ожиданиями, он, наконец, не выдержал и сказал провокационную фразу.

— Цю Пэн! Кто нравится сестрице Сяо Мяо — это её личное дело. Мы не имеем права вмешиваться! У нас нет возможности вмешиваться! — нахмурился и закричал Мэн Сяньжу: — Даже если она не выберет одного из нас, пусть это будет человек, который ей действительно нравится! Я лишь пожелаю им счастья и пусть у влюблённых будет счастливая семья! Ты такой ограниченный, постоянно болтаешь, но какие у тебя самого намерения? Неужели ты хочешь, чтобы мы сражались между собой не на жизнь, а на смерть? Чтобы сестра Мяо мучилась и страдала? Этого ты хочешь? Ты уже во второй раз за пару минут провоцируешь нас на конфликт с братом Мо. Что ты, в конце концов, задумал?

Изначально у них были коварные планы на счёт Мяо Сяо Мяо. Но главы семей сделали им всем недвусмысленные предупреждения: «Ни за что не связываться с обладателем непревзойдённой сущности!» Поэтому сейчас они не осмелились наглеть, и даже специально установили с ним «дружеские» отношения. Но Цю Пэн не умел притворяться вежливым. Гнев, наполнявший его грудь, заполонил всё его тело.

На самом деле, до прихода Цю Пэна, старейшины и его предупреждали. Однако, когда он увидел близость между Мяо Сяо Мяо и Цзюнем Мосе, его охватила зависть, и, несмотря ни на что, он устроил скандал…

— Ах! Продолжение диалога — только пустая трата времени, я не считаю нужным спорить с вами о чём-нибудь. Сегодня день пятисотлетия главы семьи Мяо. Я осмелюсь спросить, брат Мо, придёте ли вы поздравить его и какой драгоценный подарок приподнесёте? — холодно усмехнулся Цю Пэн.

Согласно расследованию, до появления в Призрачном Дворце Цзюнь Мосе был обычным юношей, не имеющим ни гроша за душой, и какой приличный подарок он мог придумать? Остальные про себя укоряли Цю Пэна за бесстыдство. А какой подарок преподнесёт он?

— Что? Разве господин Цю не собирается подарить подарок вместо меня? — не поднимая глаз, холодно ответил Цзюнь Мосе.

— Ха-ха! Я — очень экономный. Откуда у меня столько серебра, чтобы покупать подарки за посторонних людей? — Цю Пэн засмеялся. — Увидимся на торжественном банкете по случаю дня рождения. К тому времени я расспрошу старейшин о знаменитом обладателе непревзойдённой сущности, о котором гремит весь Призрачный Дворец. А ты всё-таки придумай какой-нибудь сносный подарок!

Договорив, Цю Пэн засмеялся и ушёл.

— Какой же он мерзкий! — Юнь Сяо склонил голову, плюнул на пол, и сказал с отвращением: — В семье Цю всегда было очень строгое воспитание, как у них мог вырасти такой ублюдок?

Ли Синь Юэ осторожно сказал: — Не обращай на него внимания. Я слышал, что сегодня не только юбилей главы семьи Мяо. Госпожа Сяо Мяо сегодня будет выбирать себе будущего мужа из всех господ знатных семей Призрачного Дворца. Цю Пэн сегодня потерял над собой контроль… Боюсь, что на это есть своя причина. Но, если это совпадение, это было слишком по-детски…

Все были в курсе этого события, а фраза Ли Синь Юэ явно вызвала интерес у Цзюня Мосе.

Слухи об этом распространялись еще в прошлом году, поэтому, сегодня было особенно много молодых людей. Они с нетерпением ждали возможности стремительно возвыситься, став мужем Мяо Сяо Мяо… и заполучить множество денег и неограниченную власть…

Однако, Ли Синь Юэ и остальные сегодня видели близость Цзюня Мосе и Мяо Сяо Мяо, и, очевидно, были готовы сдаться.

Хотя он хотел просто напомнить, но это прозвучало, как попытка угодить…

Мяо Сяо Мяо слабо улыбнулась и с бесконечной нежностью посмотрела на Цзюня Мосе: — Спасибо, брат Ли, что напомнил мне.

На самом деле она намекнула, что была бы не прочь стать женой Цзюня Мосе. Показалось, что это нежная и внимательная молодая женщина была благодарна своему другу за помощь.

Глава 1044. Подарок ко дню рождения.

Все четверо вздохнули, и лица их помрачнели.

Поведение Мяо Сяо Мяо говорило само за себя. Все ясно поняли, что это лишь отчасти обычный традиционный банкет в честь юбилея Правителя, а на самом деле, это, скорее, сватовство… или, может, банкет в честь их помолвки?

Мяо Сяо Мяо и Мо ЦзюньЕ не испытывали ни капли сомнений, они были совершенно спокойны, и это говорило лишь об одном: в семье Мяо этот вопрос был утверждён на самом высоком уровне!

Своими словами Ли Синь Юэ, во-первых, обратил внимание на этот вопрос, во-вторых, решил втереться в милость, и последнее — он хотел прощупать обстановку. В такой ситуации все четверо оказались брошенными и униженными!

«Каков гусь! Вот это да!»

Ли Синь Юэ улыбнулся, и с силой хлопнул Мосе по плечу, со смехом сказав: — Вот, же ты… конечно! Самый красивый цветок Призрачного Дворца, видно, тобой, чужаком, сорван! Ты сегодня непременно должен напиться до чёртиков! Я напою тебя, что ты будешь валяться под столом! Иначе, как же мне выпустить пар?

Мэн Сеньжу и остальные разразились восторженными возгласами, поскольку они понимали, что им не сломить его по части любовных отношений, шансы побить в искусстве Суань тоже очень туманны, а, значит, остаётся лишь выпивка! Тоже вполне честное состязание!

— С большим удовольствием! — Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: — Только потом не надо винить вашего младшего братишку, если все вы окажетесь в итоге под столом. Если я буду снисходителен к вам, то сам потерплю поражение.

— Это ты-то?! — они весело рассмеялись, на их лицах сияла безукоризненная самоуверенность. Можно сказать, все они были настоящими профи в плане выпивки, к тому же обладали впечатляющим уровнем совершенствования, а потому были уверены в своей победе. Как парнишка с ничтожной Золотой Суань может положить их ничком? Это просто смешно…

— Когда мы приступим к выпивке, следует отключить способности Суань, — Чжан Ци Юнь по доброте душевной поспешил напомнить, после чего все трое тотчас же смерили его презрительным взглядом. «Наши шансы на успех все равно довольно высоки, даже несмотря на отключение Суань. К тому же никто не говорил, что у обладателя непревзойдённой сущности иммунитет к алкоголю!»

Вдруг в это время послышалось: — В такой радостный день поспешите поздравить юбиляра с этой знаменательной датой! Гости, просим ваши подарки! — прозвучал чей-то торжественный голос.

Цзюнь Мосе едва не рассмеялся в голос: каков же этот владыка Мяо, вдруг начал открыто и нагло требовать свои подарки! Что это вообще такое? Поскольку семья Мяо намного выше статусом по сравнению с остальными семью главными семьями… Разбогатеть они должны прилично сегодня…

В эту минуту праздничный зал был уже полностью заполнен людьми!

Можно сказать, весь Призрачный Дворец собрался здесь, чтобы поздравить своего многоуважаемого Правителя!

Пробежавшись взглядом по залу, Мосе почти обомлел!

Одних только мастеров уровня выше Достопочтенного было, по крайней мере, более четырёх-пяти десятков человек! Все они торжественно предстали в зале, Шенхуанов было около сотни человек, такой же первой ступени, как Цао Гофэн и Бай Цифэн, только их сейчас даже было и не найти… Все присутствующие здесь могущественные мастера сияли от радости. Даже глава семьи Чжань, Чжань Вуюнь, пребывал в радостном настроении. Порой даже казалось, что он выглядит счастливее, чем Правитель…

Мяо Цзин Юнь высоко восседал в самом центре зала, на нём было ярко-красное платье, на груди красовался жирным шрифтом иероглиф «Юбиляр». Можно подумать, здесь были люди, которые не знали, что ему исполнилось сегодня пятьсот лет.

Тем более, что он единственный среди всех присутствующих был облачён в красные праздничные одежды…

Обстановка была очень оживлённой.

Но даже несмотря на весь этот шум и гам, Мосе отчётливо почувствовал родственные и близкие отношения, которые связывали большинство присутствующих…

То, насколько близки и сплочены были представители высшего и среднего класса Призрачного Дворца, не могло не восхищать…

Для материка Суань это очень редко встречающееся явление.

После распоряжения церемониймейстера все друг за другом принялись поздравлять владыку Мяо с юбилеем, преподносить ему различные подарки и угощения, атмосфера стала ещё более разгорячённой. Вслед за каждым подарком звучали восторженные возгласы.

Похоже, этот традиционный банкет — своего рода состязательный турнир за внимание Правителя, и здесь царит жестокая конкуренция.

Мяо Цзин Юнь сидел в середине зала и хохотал. Рядом с ним было несколько пожилых мужчин, видимо, они были заняты каким-то обсуждением.

— Цю Чхэн Юнь из семьи Цю специально лично прибыл, чтобы поздравить Правителя с юбилеем и преподнести ему в подарок тысячелетнюю сосну долголетия! Желаем уважаемому Правителю долгих лет жизни, чтобы он был всегда молод, как это вечнозелёное дерево!

Вслед за этим раздались звонкие возгласы и поздравления, к Мяо Цзин Юню направлялся худощавый старик, а за ним следовал молодой человек. Это был Цю Пэн, в своих руках он с почтением нёс небольшой высоты деревце, не более полутора метров высотой и толщиной примерно с чайную чашку. Внешне оно выглядело, как причудливая мини-сосна.

Эта «миниатюрная сосна» располагалась в крохотном цветочном горшке ручной работы из белого нефрита. Хотя по своему размеру она была очень небольшая, но она была довольно ветвистая и с густой листвой, яркие зеленые иголочки торчали в разные стороны. Ствол этой миниатюрной сосенки поражал своей прочностью и крепостью, слой за слоем его надёжно оберегала толстая кора, и с первого взгляда было ясно: несмотря на свою небольшую высоту, этой сосне довольно немало лет.

— Тысячелетняя сосна долголетия?

Услышав это название, и внимательно рассмотрев это деревце, глаза всех присутствующих озарились блеском. Все присутствующие повидали на своём веку немало сосен долголетия, будь то возрастом в тысячу лет, или десять тысяч лет, это вовсе не редкость ни для кого.

Но такой изящный образец, выросший в естественных условиях, без единой подрезки и какого-либо вмешательства, они, действительно, видели в первый раз, вот так диво дивное!

Сосна возрастом в тысячу лет не может так выглядеть. За исключением причин, которые им неизвестны. Как бы там ни было, но эта тысячелетняя сосна уже захватила первенство среди всех подарков, преподнесённых Мяо Цзин Юню.

Вмиг все люди окружили это удивительное деревце, причмокивая языками от удивления.

Все присутствующие — опытные и сильные мастера, с первого же взгляда они смогли увидеть полную сущность этой невероятный сосны. Вне всякого сомнения, это, действительно, сосна долголетия возрастом в одну тысячу лет!

Кто-то со смехом спросил: — Старый Цю, где же ты достал такую диковинку? Сегодня все почести уже принадлежат тебе, старый ты лис!

Старейшина Цю самодовольно ответил: — Это всё судьба! Сказать честно, я сам пока и не понимаю, что не так с этим деревцем. Нынче весной я значит как-то выбрался в небольшую поездку, где меня застиг сильный дождь. Я решил переждать его в небольшой пещере и внезапно почувствовал, что камни под мои ногами сами по себе двигаются. Мне стало любопытно, и я решил убрать их и посмотреть, что находится под ними. Кто бы мог подумать, что внутри там я обнаружу две каменные плиты, посреди которых будет крохотное отверстие, из которого, как раз и будет расти эта сосна. Я выкопал её и посадил в каменный горшок, и даже не думал, что она так пригодится мне сегодня! — он радостно рассмеялся, и почесал свою бороду, продолжив: — Хотя это дерево не такое уж и ценное, однако, это очень редкая вещь. Поэтому то я и решил преподнести эту сосну в качестве подарка нашему уважаемому Правителю.

Все быстро окружили Цю Чхэн Юня, внимательно рассматривая эту редкую вещицу.

В тот самый момент, когда Цю Чхэн Юнь захватил первенство и купался во всеобщем внимании и восхищении, из-за спины раздался громкий голос его сына Цю Пэна: — Сегодня вся молодежь Призрачного Дворца собралась здесь, чтобы выказать своё уважение и поздравить владыку Мяо Цзин Юня с днём рождения! Говорят, и обладатель непревзойдённой сущности, Мо Цзюнь Е, тоже сегодня тут. Мне вот интересно, а как же братишка Мо решил удивить Правителя сегодня? Какой драгоценный подарок он преподнесёт уважаемому Владыке? Я бы с удовольствием хотел засвидетельствовать этот легендарный момент!

Все были очень удивлены, услышав эту фразу, а Цао Гофэн и остальные Шенхуаны вообще пришли в настоящий гнев. Кажется, даже отец Цю Пэна, Цю Чхэн Юнь, был чистосердечно изумлён, он и сам не ожидал, что в подобной ситуации у его сыночка вдруг прорежется голос.

Умные люди сразу же догадались, это был камень в огород Мо Цзюня Е.

Однако, что же такого Мо Цзюнь Е сделал его собственному сыну, думал Цю Чхэн Юнь? Так или иначе, но сейчас вовсе не время, чтобы бросать вызов ему, ведь так?

Особенно сегодня, когда вся элита Призрачного Дворца собралась здесь вместе. Вне зависимости от причин, но сегодня семье Цю непозволительно такое поведение…

К тому же, разве этот обладатель непревзойдённой сущности так слаб и неопасен, чтобы так открыто бросать ему вызов? Даже пусть сейчас и получится на него надавить, но что же будет в будущем? Когда-то этот парнишка, несомненно, станет влиятельным человеком в Призрачном Дворце, если сейчас разозлить его, то можно нажить себе сильного врага в будущем, которому семья Цю вовсе не ровня!

К этому времени Цю Чхэн Юнь не на шутку разозлился, и уже поднял руку, собираясь влепить подзатыльник своему сыну.

Вдруг после слов Цю Пэна, Мяо Цзин Юнь весело рассмеялся и сказал: –Верно, верно! Мне тоже очень интересно, какой сюрприз этот легендарный обладатель непревзойдённой сущности подготовил старику!

После слов Мяо Цзин Юня все были ещё в большем шоке, и начали ковыряться в ушах, думая, что это им послышалось: «Это точно сам владыка сказал?»

Цю Пэн тоже был приятно удивлен. Он вовсе не был человеком, лишённым всяких достоинств, просто сейчас он вспылил, и бросил эти слова, не подумав, как следует. Разумеется, у него не было сожалений по этому поводу, но кто же знал, что, оказывается, он произнесёт то, о чем думал сам Правитель?

Когда Мяо Цзин Юнь сказал это, его глаза хитро сузились. Он подумал про себя: «Я должен тебе отмстить, мелкий паразит! Я выведу тебя из себя! Сегодня я сделаю так, что ты обосрёшься у всех на глазах, сучёныш! Посмотрим, как ты выпутаешься на этот раз! Как я смогу жить спокойно, если не преподам тебе урок…»

— Дедушка! Как вы можете говорить такое? — в ярости закричала Мяо Сяо Мяо. — Вы прекрасно знаете…

В этот момент её перебил Цзюнь Мосе.

Сначала Мосе думал — раз у Мяо Цзин Юня день рождения сегодня, следует преподнести ему какой-то подарок. В то же время отблагодарить Мяо Цин Чхэна, и сделать подношение Призрачному Дворцу. Всё равно его Башня постоянно пополняется какими-то диковинными и ценными штуками, от него не убудет, и заодно он неслабо удивит всех собравшихся…

Но, столкнувшись с такими манерами старика, Мосе уже было решил всё отменить, и, хлопнув дверью, обиженно удалиться восвояси. Потом он увидел расстроенную Мяо Сяо Мяо, которая жалобно умоляла дедушку, и решил: «Чёрт с ним! Тебе ещё будет стыдно, старик, за свои слова!»

Глава 1045. Я хочу подарить тебе камень.

Проявляй терпение в делах и снисхождение к людям.

Он не хотел обманывать внучку семьи Мяо… также он беспокоился том, что подарить на юбилей? Его лучший подарок — это уважение к Мяо Цин Чхэну и его дочери. Он больше не будет спорить с этим стариком!

Цзюнь Мосе всё решил и совершенно не сомневался. Он слегка улыбнулся, шагнул вперёд и собирался что-то сказать.

Неожиданно рядом с ним появился какой-то старик. Это был глава семьи Гу — Гу Юнь Ян. Он засмеялся:

— Юбилей — действительно радостное событие, которое стоит отметить, но я хотел бы поговорить о другом радостном событии. В прошлом году, я слышал, как глава семьи Мяо говорил, что в день его юбилея мы будем его поздравлять с двумя радостными событиями. Сегодня здесь собрались выдающиеся по уму и способностям молодые люди со всего Призрачного Дворца, чтобы выбрать госпоже Мяо Сяо Мяо идеального мужа. Как вы собираетесь выбирать, господин?

Когда он закончил, старое лицо Гу Юнь Яня вытянулось, и появилась довольно странная улыбка. В то же время, у всех стариков, которые подошли к нему раньше, вдруг появилось удивлённое выражение лица.

Эти старики были опытными старыми пройдохами, которые не видели ситуацию целиком. Только что Мяо Сяо Мяо старательно отвечала на множество их вопросов. Хотя родство с влиятельной семьей Мяо поможет укрепить дело какой-нибудь семьи, но это может сильно не понравиться влиятельным людям Призрачного Дворца, так что едва ли это стоит того. Более того, едва ли возможно породниться с семьей Мяо.

Мяо Цзин Юнь подмигнул и громко расхохотался: — Дорогие братья, всем известно, что в прошлом году я, действительно, это говорил. Я не отказываюсь от своих слов, иначе провалиться мне сквозь землю! Конечно, я сдержу обещание. Поступим мы вот как: сегодня здесь присутствуют представители восьми крупных семей. Кроме того, несколько довольно известных выдающихся молодых людей. Хм, единственное — нет никого из семьи Чжань…

Лицо Чжань Вуюня задёргалось: два самых перспективных молодых человека семьи Чжань уже, наверное, сгнили нахрен, а остальные совершенно ни на что не годны. Если бы они пришли, то стали бы всего лишь ещё одной темой для шуток, поэтому зачем им тут быть?

В этот самый момент Мяо Цзин Юнь продолжил говорить: — Поэтому я выберу из присутствующих для своей любимой внучки идеального мужа…

В зале тут же все заговорили.

У многих выдающихся молодых людей в глазах засияло, они начали разливаться потоками слов от желания породниться с семьей Мяо.

Только Мэн Сяньжу, Ли Синь Юэ смеялись сквозь слезы: — Господин, можете не мучиться, ваша внучка уже давно выбрала! Сегодняшняя встреча, в лучшем случае — всего лишь для видимости, можете не распыляться в убедительных речах. По-видимому, мы — всего лишь массовка.

— Все уже преподнесли свои подарки, сейчас они собраны воедино. После того, как господин Мо подарит свой подарок, мы с Сяо Мяо лично выберем, чей подарок нам больше понравился, и кто станет хорошим зятем для нашей семьи Мяо! — Мяо Цзин Юнь не слышал слов тех двоих. Он улыбнулся, протянул руку и указал на большой стол рядом с ним, заполненный прекрасными подарками, которых было не менее сотни.

Когда он это сказал, весь зал загалдел!

Юбилеи довольно часто проходят в Призрачном Дворце, потому что стариков слишком много, и они все — долгожители. В основном, каждый год празднуется чей-то юбилей, это вопрос чести каждой семьи. Для большинства это возможность поесть и выпить, здесь было всего несколько человек, которые потратили действительно уйму денег на ценный подарок.

Это была традиция. Хотя Мяо Цзин Юнь является главой семьи, в этом году пятисотлетнему юбилею, кажется, придавали слишком большое значение. Но, если сравнивать этот юбилей с банкетом высокопоставленных сановников и родовитой знати, статус пришедших людей, конечно, был намного выше, однако подарки подарили не такие дорогостоящие.

Похоже, эти старики за всю жизнь празднуют более тысячи дней рождения? Разве какие-то пятьсот лет можно считать юбилеем? «Владельцем» сегодняшнего дня рождения является Мяо Цзин Юнь, глава одной из семей Призрачного Дворца, как он может так помпезно праздновать юбилей?

Многие молодые люди уставились на подарки, присланные их семьями. В это время на душе у них был бунт… Подарки были слишком скромными… Нет, они были просто дешёвыми! Разве этими безделушками можно привлечь красавицу? Как говорится, «большому кораблю — большое плавание». Почему они не потратили на этот раз больше денег? Ведь это такая прекрасная возможность потратить свои деньги…

Некоторые пришли в ярость или сильно сокрушались.

Ли Синь Юэ посмотрел на Цзюня Мосе, который стоял с Мяо Сяо Мяо, и увидел, что они оба были спокойны. Казалось, что их ничего не беспокоило, и от этого ему стало ещё грустнее. Чжан Ци Юнь, Мэн Сяньжу и ещё несколько человек смотрели друг на друга, и почти каждый увидел недоумение в глазах соперника.

«А глава семьи действительно… умный! Однако, похоже, это очень плохо! Оказывается, лучший подарок они будут выбирать вместе с внучкой? Разве это имеет значение? Вероятно, что бы не подарил этот талантливый Мо Цзюнь Е, даже если какую-нибудь ерунду, его внучка будет восторгаться… поэтому они могут даже не надеяться…»

Цзюнь Мосе машинально почесал нос. Похоже, этот старик сегодня загнал его в тупик. Даже если Сяо Мяо захочет говорить за себя, старик не отпустит его так легко… Чёрт возьми, очевидно, эти старые хрычи сговорились! Более того, это произошло только что!

Глядя на Гу Юнь Яня и других глав семей, которые обменивались взглядами с Мяо Цзинь Юнем, можно было сказать, что старик выглядел слишком самодовольно и заинтересованно. Цзюнь Мосе с первого взгляда понял: это явно сделано специально!

И манипулировал этим Мяо Цзин Юнь!

— Цзюнь Мосе, я тоже хочу увидеть подарок, который ты подарил дедушке. На самом деле, я уверена, что он — самый лучший и наверняка нам понравится, — ласково произнесла Мяо Сяо Мяо, с любовью глядя на молодого мастера.

Госпожа Мяо не намеренно говорила тихо, хотя оба человека, стоявшие рядом с Ли Синь Юэ, естественно, отчётливо это расслышали.

Ли Синь Юэ и другие грустно вздохнули: неужели это та самая бесчувственная госпожа Мяо Сяо Мяо? Она даже не скрывалась и сказала это слишком слащаво. Чёрт возьми, дедушка и внучка будто издеваются над другими людьми…

Госпожа Сяо Мяо учитывала только свои интересы, неужели старик не разыгрывал их? Видимо, нет. Даже если признают, что у Цзюня Мосе хороший подарок, но у кого-нибудь найдётся лучше, в лучшем случае объявят ничью. Так что так или иначе, победит Цзюнь Мосе!

— Господин Мо, прошу вас. Покажите всем ваш подарок, — Цю Пэн самодовольно смотрел на Цзюня Мосе.

Этот парень проявлял ненасытную жадность к деньгам и слабость к женскому полу, но, вопреки ожиданиям, не заметил всех тонких манёвров. Он думал, что старик Мяо не станет отпираться, когда глава семьи Гу предложит выбирать жениха, и тем более не станет ставить талантливого Цзюня Мосе в затруднительное положение. В конце концов, этот вопрос в конечном итоге будет зависеть от желания семьи Мяо!

Что касается этого — то все подарки на столе были довольно дорогие, но своеобразные и имеющие какое-то значение. Кажется, что сегодня все уже решили, что выберут именно их подарок, и они не упустят красавицу!

— Раз уж мы заговорили про подарки… Я действительно не подготовился, — Цзюнь Мосе шагнул вперёд, не глядя на лицо Цю Пэна: — Я происхожу из бедной семьи, и у меня нет ни гроша за душой. Я, действительно, не могу приготовить какой-нибудь приличный подарок… Но снаружи я нашёл два камня. Можно сказать, что это редкие вещицы, которые я носил с собой годами. Поскольку сегодня юбилей главы семьи, то я хочу подарить этот камень ему!

Что? Камень?!

Кто бы мог подумать, что он подарит ему камень!

Все находились в смятении чувств.

Разве камень может считаться редкой вещью? Весь континент можно назвать камнем, неужели он решил подарить какой-то подобранный на улице камень? Это уже слишком!

Ситуация сложилась действительно интересная. Даже если Мяо Сяо Мяо намеренно отдаст предпочтение его подарку, она не сможет так нагло врать. Ведь не станет же она делать вид, что этот камень — золотой слиток?

Услышав это, лицо Мяо Цзинь Юня в мгновение застыло. Старик всё тщательно продумал. Как только этот парень вытащил бы свой подарок, они с внучкой стали бы твердить, что это — лучший подарок для юбиляра, а потом логически привели бы разговор к свадьбе.

Но они не могли подумать, что этот парень подарит ему камень!

«Неужели он передумал? И умышленно придумал такое, чтобы отказаться от договоренности? Похоже, он действительно отнесся к этому беспечно! Играет с огнём!»

Цао Гофэн и другие тоже заволновались. Услышав, что господин Мяо как будто поставил молодого мастера в затруднительное положение, попросив подарок на юбилей, они немедленно приступили к подготовке. Бай Цифэн своим огромным мечом выковырял большой драгоценный камень. Он собирался тайно передать его, чтобы выдать за подарок. Хотя это не гарантировало ему первого места, но, по крайней мере, это было лучше, чем ничего. К тому же, не было большой проблемы в том, чтобы передать подарок через «помощницу» госпожи Мяо.

Кто бы мог подумать, что они не успеют ничего сделать, как этот парень на всеобщее обозрение подарит камень… В этот момент Бай Цифэн пришёл в негодование…

Только Мяо Сяо Мяо всё ещё выглядела безразличной, а глаза её светились счастьем, исходящим из самой глубины души. Она уже решила, даже если Мо Цзюнь Е на самом деле подарит просто маленький камень, который он нашел на обочине дороги, она схватит его и будет настаивать, что это лучший подарок. Если она довольна, значит, это лучший подарок…

Легко получить бесценное сокровище, редко можно встретить любимого человека. То, что подарил любимый человек — это самый лучший подарок, даже если это всего лишь воздух! Неужели Мяо Сяо Мяо с её статусом нужно заботиться о каких-то драгоценностях? Хотя драгоценные камни очень дорогие, но, разве, по существу, это не просто камни?

На глазах у всех Цзюнь Мосе медленно протянул сжатую ладонь. Когда он протягивал руку, в центре его ладони действительно оказался камень. Хотя это был грубый, необработанный камень размером с кулак, но сложно было определить его форму — то ли круглый, то ли квадратный, то ли вообще шар. Единственное, что бросалось в глаза — это его хрустальный блеск…

Глава 1046. Потрясение так потрясение!

Все присутствующие были в полном шоке и недоумении: «Это просто обычный камень?»

Ну, с его слов этот камень можно было назвать какой-то супер-редкой вещицей. Все полагали, что, возможно, это что-то вроде сформировавшихся необычных камней, хотя и это слишком сомнительно… Во всяком случае, этот камень считается предметом, а значит, его тоже можно назвать своего рода подарком…

Но никто и не мог предположить, что это окажется обыкновенным камнем, ещё недавно валявшимся около дороги… К тому же таким крохотным по своему размеру… Какая вообще от него польза? Тьфу, просто бесполезная хреновина!

«Неужели этот негодник нарочно учинил такой дурдом?», — некоторые со злорадством думали про себя.

— Оказывается… и правда… камень… ха-ха-ха! — Цю Пэн сначала тоже опешил, а потом, заливаясь смехом, сказал: — Мо Цзюнь Е… Ты, грязный деревенщина, обнищал в конец! На такое торжество припёр какой-то ничтожный булыжник с дороги! Как у тебя наглости хватило вообще? Я просто восхищаюсь твоей храбростью, или, может, мы все ослепли?

— Ослеп ты или нет я не знаю, но мне вот очень нравится этот камешек. Он очень красивый! — Мяо Сяо Мяо медленно двинулась вперёд, не сводя глаз с ладони Цзюня Мосе, и с чистой радостью сказала: — Такой красивый камешек! Цзюнь Е, я могу потрогать его?

Мяо Сяо Мяо уже всё продумала: надо только сделать так, чтобы камень попал к ней в руки, тогда она заберёт его себе, объявив всем, что это самый подходящий и дорогой для неё подарок…

Так или иначе, никто уже не сможет отобрать его у неё, к тому же, когда это она говорила неправду? Подарки Мо Цзюнь Е — самые лучшие на свете…

— Госпожа Мяо! Сестрица Мяо! Как ты… ты можешь говорить подобное? Как ты можешь искажать факты? — в ярости закричал Цю Пэн.

Но они даже и не заметили, что в ту минуту, когда Цзюнь Мосе только вытащил этот камень, все мастера уровня Шенхуана и плюс величественные Шэнцзуны, без доли сомнений и смеха, быстро повскакивали со своих мест, а в их глазах воссиял зелёный огонь алчности, как у голодных волков!

Все могущественные мастера, не сводя глаз, смотрели на этот камень!

Их взгляд был настолько жадным и полным страстного желания, что, казалось, ещё немного и они поглотят его!

Именно так, у всех них в голове была только одна мысль: проглотить этот камень!

Даже Мяо Цзин Юнь позабыл все слова, и с открытым ртом жадно смотрел на камень, и только спустя некоторое время смог прийти в себя и посмотреть на Цзюня Мосе.

— Уважаемый старейшина Мяо, я даже не знаю, подойдёт ли эта вещь в качестве подарка к вашему дню рождения?

Цзюнь Мосе слегка усмехнулся, а потом бросил камень на стол, заваленный подарками для Правителя.

— Не надо его так кидать! Осторожно!

— Блядь! Осторожно!

В один миг почти сотня мастеров лихорадочно вскрикнули, лица Шэнцзуней даже побледнели!

Сотни силуэтов в одночасье взлетели в ввысь, беспорядочно кружась в воздухе, белые тени смешивались с друг с другом, а среди них мелькало что-то красное… Это был виновник сегодняшнего торжества — старик Мяо Цзин Юнь!

Все могущественные мастера, не сговариваясь, показали свою самую быструю скорость передвижения, и бросились туда, куда упал камень.

Цю Пэну, который стоял вблизи стола, пришлось несладко. Один из шэнцзуней яростно оттолкнул его ногой в сторону…

Другой шэнцзун, стоявший позади стола с подарками, ударом руки просто смёл всё содержимое в разные стороны. Немалое количество подарков было разбито вдребезги, а та самая тысячелетняя сосна долголетия разлетелась на несколько обломков… сосновые иглы дождём разлетелись по комнате.

И это совсем не беспокоило этого шэнцзуна. Всё, о чём он думал в данный момент, был этот крохотный камешек.

В глазах всех присутствующих могущественных мастеров был только этот маленький камень.

И ничего, кроме него, они не видели!

Силуэты хаотично летали в пространстве ещё немного, после чего, наконец, остановились и приземлились на землю.

В руках у одного Шэнцзуна четвёртой ступени красовался этот драгоценный и всеми желанный камешек, а сам мастер стоял ровно посередине зала.

Он был окружён хищными взглядами, облепивших его со всех сторон Шэнцзунов и Шенхуанов. Все смотрели на него с опаской, в страхе, что своей дикой неконтролируемой силой он может раздавить этот прекрасный камень… А может, получится и выхватить его!

Этот самый Шэнцзун не сводил глаз со своей ладони, и лежавшего на ней камня. Казалось, ещё немного — и он подавится собственными же слюнями. Он жадно сглотнул, после чего в зале установилась мёртвая тишина, и все остальные мастера тоже сглотнули слюну…

Некоторое время спустя, он, со взглядом, полным боли и страдания, снова взглянул на этот камень, и тихим, расстроенным голосом произнёс:

— Это… это… раз уж это подарок… Владыка… прошу, примите его…

Когда он говорил эти слова, голос его страшно дрожал так же, как и всё тело. Ему очень не хотелось произносить эти слова и расставаться с этой ужасно драгоценной вещицей. У него был такой вид, словно он в любой момент может расплакаться…

Это очень редкая вещь! Это райское богатство, которое можно встретить в мире людей только раз в миллион лет! Отчаяние в его сердце было просто неизмеримо, когда он передавал этот камень Правителю…

Мяо Цзин Юнь расслабленно вздохнул, и со смехом произнёс: — Ха-ха… Сказано верно, это молодой господин Мо преподнёс мне такой подарок… и я… Ха-ха-ха… не без наглости должен забрать его себе!

Он говорил и одновременно между делом засунул камень себе за пазуху, словно в страхе, что кто-то может отнять его у него… В этот момент на его лице воспылал пожар, он был очень возбуждён и взволнован…

— Многоуважаемый владыка… это… самое… — Шэнцзун, передавший камень Правителю, сразу же после этого сделал одно телодвижение, которое вызвало презрение у молодых и зависть мастеров высшего уровня: он резко дотронулся рукой, в которой он держал камень, до своего рта, высунул язык и облизал свои пальцы, медленно и осторожно, почти задыхаясь от желания, переполнявшего его…

Казалось, он был на седьмом небе от счастья…

После он, заикаясь, с придыханием сказал: — Владыка… хэ-хэ… Я уже больше четырёхсот лет нахожусь в предпрорывном состоянии… Хэ-хэ-хэ… не могли бы вы… хэ-хэ… пожаловать мне немножко порошка… хэ-хэ…

После его слов все мастера злобно уставились на него: «Какая наглость! Ты в ожидании каких-то четыреста лет! Многие из присутствующих находятся в такой же ситуации тоже по несколько столетий! Есть и те, кто в ожидании несколько тысячелетий! Ты ждёшь четыреста лет? И что, блядь? Немножко порошка ему… А не охуел ли ты часом, друг? Такой камень, сколько из него получится порошка? Что же ты раньше не заграбастал его себе?»

— Эм… несмотря на то, что это всего лишь подарок, который подарил мне молодой господин Мо, всё же, мы должны рассудить по справедливости… хэ-хэ… Давайте повременим с этим сегодня, а завтра созовём собрание старейшин, а там уже конкретно решим, какие следует предпринять действия в такой ситуации… — на лице Мяо Цзин Юня играли желваки, он в один миг помрачнел.

Глядя на эти жадные взгляды, окружавшие его со всех сторон, Мяо Цзин Юню стало не по себе: «Сука! Что за люди! Понятно же, что это мой подарок! И он принадлежит только мне одному, и никому больше… Какого хрена он вдруг стал общественной собственностью?! А этот мелкий засранец тоже хорош! Такую ценную вещицу и вытащил при всём честном народе! Сколько хлопот можно было бы избежать, если бы он поступил иначе!»

Эта сцена удивила всех присутствующих. Мастера рангом пониже в растерянности обменивались недоумёнными взглядами.

«Это что ещё за расклад? Вся верхушка Призрачного Дворца совсем сбрендила?»

Особенно ошарашен был бедняга Цю Пэн, которому неслабо досталось ударом ноги от одного из обезумивших Шэнцзунов!

«Это… что это вообще такое?», — Ли Синь Юэ и остальные точно так же недоумевали. — «Это просто переходит всякие границы, так не считаете? К чему это сумасшествие? Разве весь сыр-бор не из-за помолвки Мо Цзюнь Е и Мяо Сяо Мяо? Старики так потрудились устроить это представление! И рванули отбирать неприглядный крохотный камешек у друг друга? Разве… это уже не перебор?»

— Владыка… ведь это не более, чем обычный, ничем не примечательный камень! Ладно, Сяо Мяо там выдумывает что-то и искажает факты — это ещё простительно… Но вы, мастера такого высокого уровня, как вы можете врать без зазрения совести? Я просто не могу с этим смириться! — обиженно прокричал Цю Пэн.

На его глазах прекрасная девушка, долгое время бывшая его заветной мечтой, отдала сердце другому. У него в голосе был полный хаос, и он был не намерен больше молчать.

— Закрой свой рот! — почти сто человек в один голос остервенело закричали на Цю Пэна.

Сотня Шенхуанов и столько же Шэнцзунов одновременно гневно прокричали это. Их крик содержал пугающую силу, что Цю Пэну даже стало дурно, и он отлетел в сторону… и спустя некоторое время, с грохотом упал на землю…

Глава семьи Цю, Цю Чхэн Юнь, не только не стал защищать своего внука, а наоборот, со злобным выражением лица прокричал громче всех остальных: — Закрой пасть, щенок!

В тот же момент Цю Чхэн Юнь столкнулся со взглядами мастеров, наполненными пренебрежением и насмешкой. Вмиг он покраснел, и пристыженно опустил голову вниз…

«Какой же стыд… Надо думать головой, и помнить хоть о каких-то элементарных нормах приличия… Ты же мог не кричать вместе со всеми остальными, разве нет? Ещё и во всё горло? Вот тебе и на… Семья Цю лишилась своей репутации из-за моего неугомонного языка…»

Мяо Сяо Мяо тоже находилась в полном шоке от всего происходящего, она даже боялась вымолвить слово. Некоторое время спустя сердитые взгляды всех мастеров сосредоточились на Цзюне Мосе.

Глава 1047. Эверест

Цзюнь Мосе со взглядом, полным невинности, пожал плечами, что выражало: «Я не знал! Я не понял… Что в конце концов случилось?»

Эта ситуация действительно превзошла все ожидания молодого мастера Цзюнь. Камень на самом деле является фрагментом природной артерии одухотворенной Ци, которую он заполучил, когда был с Мэй Сюэ Янь. Большую часть забрала с собой Мэй Сюэ Янь, чтобы вернуться и увеличить силу леса Тянь Фа.

У Цзюня Мосе ещё осталось несколько маленьких кусочков. На этот раз он вытащил самый маленький. Хотя молодой мастер даже не сомневался, что этот камень — отличная вещь, которая напугала всех, но кто бы мог подумать, что такая мелочь вдруг привлечёт к себе СТОЛЬКО внимания? Это ошеломительно!

Хотя этот юноша задумывался о начале дела, он не думал о процессе и, тем более, о завершении!

Дрожа от страха, все уставились на Цзюня Мосе!

«Ах, подлец… О, Небеса! Кто бы мог подумать, что он подарит такую удивительную вещь!»

— Это… Ой, господин Мо, этот камень… кхэ-кхэ… Откуда ты его взял? — громко спросил Мяо Цзин Юнь, чтобы все услышали.

Верно: поскольку есть один камень, значит, есть и второй. Если существует конкретное место, где можно их собрать, вероятно, там есть третий и четвёртый камень… Если найти это место, то это действительно…

— Да, дело обстоит так: когда мне было семь или восемь лет… — начал придумывать небылицы Цзюнь Мосе. Это был его конёк. — Есть было нечего, я голодал, и отправился в горы, чтобы найти дикие фрукты… Потом неожиданно произошёл горный обвал, из-за которого я чуть не погиб… Ну, тогда мне очень не везло…

Молодой мастер Цзюн живописно рассказывал свою историю, все в зале слушали его, затаив дыхание.

«Неудивительно, что был оползень… Иначе, как такая хорошая вещь попала в руки этому юнцу… И вообще — почему он говорит, что ему не везло, ведь он заполучил этот камень? Разве это невезение? Если бы это было так, он бы никогда не нашёл его!»

Все слушали его рассказ и про себя думали одинаково!

— Как раз в тот момент, когда я думал, что умру, послышался треск, и на мою голову упали два камня. Я чуть не потерял сознание… — Цзюнь Мосе, будто не оправившись от пережитого, потрогал свою голову: — Затем я вытянул руку и взял два камня, один из них был немного меньше. Хотя я чувствовал себя всё ещё очень слабым… но я был слишком голоден, а этот камень так вкусно пах, что я просто проглотил его. Я действительно был настолько голоден, что сожрал камень!

Молодой мастер даже притопнул ногой «от досады»!

Какая жалость!

Это действительно вынужденная мера!

Он потерял этот великий дар природы!

— После того, как я съел его, через мгновение я почувствовал себя сытым и заснул. Я не чувствовал голода после того, как проснулся, и даже ушиб от камнепада не болел. Я не чувствовал голода совсем и был полон сил, естественно, мне захотелось пойти домой… Тогда я и догадался, что этот камень — чудесная вещь. По крайней мере, его можно съесть и он утоляет голод. Второй камень я положил за пазуху. Когда мой учитель нашёл меня, я показал ему камень, но он не понял, что это за вещь, а только велел мне хранить его… что я и делал по сей день… — Цзюнь Мосе застенчиво улыбнулся: — Я действительно не приготовил презентабельный подарок на юбилей главы семьи и Правителя Призрачного Дворца… Надеюсь, эта вещица… Гм, эта безделушка… сойдёт?

«Сойдёт?» — все мастера были настолько шокированы его словами, что едва не выкрикнули это во всю глотку.

Не то, что «сойдёт», это самый дорогой подарок за все дни рождения!

Кто бы мог подумать, что он имеет в виду под «непрезентабельным подарком»… Даже у великих мастеров нет таких «безделушек»! Если эта вещь «никуда не годится»… то во всём мире не сыскать достойного подарка!

В то же время всех от увиденного бросило в холодный пот: «Чёрт возьми, этот парень при себе носил такое сокровище… На самом деле не каждый осмелится на это, более того, так бесцеремонно доставать камень на публике…» — размышляя об этом, у всех перехватило дыхание.

«Слишком опасно! Если бы кто-то увидел раньше, да ещё и понял, что это за вещь… Тогда… что было бы? Кроме того, неужели этот парень на самом деле носил камень с собой, чтобы, в крайнем случае, утолить голод? Это… это… Твою мать, это тебе пампушка, что ли?»

В головах у присутствующих путались мысли. В то же время про себя они очень радовались: «Хорошо, что у нас всеобщее благоденствие… Если этот парень проголодается… Последствия действительно невообразимы… Вдруг начнёт людей жрать, раз уж камень с голодухи проглотил…»

— Как называлась та гора? — Мяо Цзин Юнь от лица всех присутствующих задал вопрос, который все хотели спросить.

— Это была просто гора. Никакого конкретного названия у неё нет. Это случилось тогда, когда я спускался с горы. Я слышал, как местные жители говорили, что гора называется «Эверест», — осторожно сказал Цзюнь Мосе. Про себя он тихонько хихикал: «Пусть эти старики поищут эту гору… Даже если они перевернут весь мир, то не смогут найти и камушка…»

— Эверест… — все одновременно глубоко вздохнули, запоминая странное название этой удивительной горы … — Господа, я вижу, что вы… ну… обескуражены… Неужели этот камень, действительно, драгоценный? — молодой мастер Цзюнь скорчил невинную гримасу, стараясь выглядеть непосредственным.

— Драгоценный? Неужели такую удивительную вещь… гм, можно описать словом «драгоценный?», — уставившись во все глаза и надув губы, сказал мастер высочайшего уровня. — Больше не оценивай этот камень такими категориями. Такие названия оскорбительны для этого ценнейшего предмета! Этот камень — Легендарный Небесный нефрит! Теперь тебе ясно?

Хотя никто не понимал и ничего не знал о таком камне, но на этот раз все разом охнули!

«Небесный нефрит! Оказывается это Небесный нефрит!»

На самом деле, согласно легенде, не только с помощью специального порошка человек может увеличить чистейшую многолетнюю силу, но и, съев такой камень, он сможет творить просто невообразимые вещи!»

«Небесный нефрит! Ах! Ах!»

В одно мгновение лица у всех раскраснелись…

Увидев эту сцену, Мяо Цзин Юнь очень рассердился и уставился на мастера высочайшего уровня. Но тот сам понял, что проговорился, и невольно покраснел.

— Кхэ-кхэ, пожалуйста, успокойтесь и послушайте меня, — Мяо Цзин Юнь дважды кашлянул и протянул руку в знак того, чтобы все замолчали. Через некоторое время все, наконец, успокоились, только их лица горели румянцем…

— Сегодняшние подарки к юбилею… — начал Мяо Цзин Юнь, машинально взглянул на стол, и обнаружил, что стол уже чист. Множество прекрасных и ценных подарков уже превратились в мусор.

— Кхэ-кхэ… — остальные подарки теперь казались ему ерундой, и глава семьи Мяо внутри всё ещё был бесконечно счастлив, ведь он получил Небесный нефрит, поэтому другие подарки… просто не привлекали его внимания! Ещё раз кашлянув, он спокойно сказал: — Мо Цзюнь Е очень точно угадал моё желание, и подарил самый ценный и уникальный подарок. К тому же, очень важный… Я уверен, что никто не будет возражать?

Все старики кивали головами, как курицы, клевавшие зерно. Ценный, уникальный, к тому же очень важный подарок, конечно, не шёл ни в какие сравнения! Более того… полностью превзошёл ожидания …

Было бы смешно, если бы этот чудесный предмет не стал лучшим на сегодняшнем празднике, тогда это просто было бы ненормально …

— Поскольку ни у кого нет возражений, то Мо Цзюнь Е становится зятем нашей семьи Мяо и мужем госпожи Сяо Мяо! Сегодня в доме двойная радость! Первое — празднование пятисотлетнего юбилея, а второе — помолвка моей любимой внучки с её будущим идеальным мужем! Давайте как следует выпьем и отпразднуем эти события!

Все бурно отреагировали на это предложение.

Глаза у многих юношей наполнились зелёной завистью: «Ох, просто подарил какой-то камень и заполучил такую прекрасную жену!»

Он рассердил их до смерти…

«Неужели глава семьи Мяо действительно вот так «продаст» свою внучку, даже за этот драгоценный камень? Плохому парню досталась хорошенькая девушка…»

Договорив, Мяо Цзин Юнь с цветущим видом сразу же встал вместе с Цао Гофэном, который громко провозгласил: — Сегодня день помолвки господина Цзюнь и госпожи Сяо Мяо, а также пятисотлетний юбилей главы семьи Мяо! В самом деле, в доме двойная радость, для меня это большая честь…

Начал болтать шенхуан Цао… Все мастера завидовали и восхищались неожиданной удаче шенхуана Цао, на самом деле многие желали оказаться на его месте. «Ах, этот самодовольный подлец!», — его улыбающееся лицо, как хризантема, действительно, чёрт возьми, раздражало всех…

Когда Цао Гофэн вышел вперед, Бай Цифэн и другие встали прямо за ним. Они выглядели гордыми и сияли от удовольствия. Ученикам тоже что-то перепадёт. Как минимум, чашка чая из рук госпожи Сяо Мяо. От одной мысли об этом им становилось приятно.

Когда Цао Гофэн закончил, церемониймейстер снова выпрыгнул вперёд.

— Сейчас молодожены должны обменяться свадебными подарками, чтобы скрепить семейные отношения! — громко прокричал церемониймейстер. Мяо Сяо Мяо, у которой до этого не было настроения, вдруг почувствовала, как её тело обмякло, а сердце наполнилось счастьем и удовлетворением…

Госпожа Мяо достала чёрный, как смола, деревянный меч и изысканно передала Цзюню Мосе. Все присутствующие удивились: этот деревянный меч был сделан из сердцевины ветви дерева семи цветов. Тот, кто носит его при себе, всегда имеет чистые помыслы и не поддаётся чарам злых духов! Это, действительно, редкое сокровище.

Когда настала очередь Цзюня Мосе, он вдруг замешкался.

Он только что подарил камень в качестве подарка на день рождения. Если в этот момент он достанет ещё один, то все просто взбунтуются!

Глава 1048. Одна таблетка, и вот тебе – Небесная кара!

Что касается других сокровищ, будь то эликсир бессмертия или природные богатства, то для молодого мастера достать их не составляло огромного труда… Все они были даже не спрятаны… Однако сколько же в них ошеломительной силы! Это не то, чем бы мог обладать Мо Цзюнь Е с его-то уровнем совершенствования… Ну разве это не неудача? Кто-нибудь сможет в это поверить?

Обдумав всё ещё несколько раз, Цзюнь Мосе, наконец, нащупал в своём кармане маленькую нефритовую бутылочку и рассмеялся: — Тут совсем ничего не осталось… Это были накопления моего старого друга и одновременно наставника. Когда-то он купил эти три волшебные таблетки для меня… И сказал, что только тот, кто прорвётся до Суань Духа, сможет их принять. К сожалению, я не оправдал его ожиданий… Мне всё ещё далеко до этих границ, но вот Сяо Мяо уже давно совершила прорыв на Суань Духа… Так что пусть это будет моим подарком в честь нашей помолвки…

Все присутствующие снова впали в некоторое смятение.

Этот гений действительно изобретателен. Сначала подарил какой-то камень на день рождения, а теперь таблетки использует в качестве подношения невесте…

— О, что это ещё за таблетки? Слишком уж странные у них ограничения! — один из Шэнцзунов вдруг резко встал. Он показался очень знакомым Мосе, однако он никак не мог вспомнить, где они могли прежде пересекаться…

— Этот человек является старейшиной нашей семьи Мяо. Он даже будет на два поколения выше, чем дедушка… Его зовут Мяо Бу Цзянь. Он изучает чудодейственные растения на протяжении всей жизни. В этом ему нет равных. В Туманном Призрачном Дворце его даже называют Королём Лекарств… — Мяо Сяо Мяо приблизилась к Мосе и прошептала ему на ухо. Цзюнь Мосе лишь ощутил взрыв опьяняющего аромата. Мягкие, похожие на лепестки роз, губы Мяо Сяо Мяо почти коснулись его кожи. Он внезапно почувствовал себя неловко и едва слышал, что она говорила… Мосе слегка повернул голову, и губы Сяо Мяо тут же коснулись его уха. Она раскраснелась, посмотрела на него и прошептала: — Ты слишком испорчен…

Цзюнь Мосе улыбнулся — если парень не ведёт себя так с девушкой, значит, он её не любит…

Мяо Сяо Мяо открыла бутылёк, осторожно вдохнула исходящий изнутри аромат и слегка насторожилась. Цзюнь Мосе, увидев такую подозрительность, сказал: — Эти три таблетки, естественно, не так хороши, как Небесный нефрит. Но они также являются бесценными сокровищами! Даже одна таблетка содержит в себе необычайно большое количество чистой одухотворенной энергии… Если принять её, то сила непременно вырастет в мгновение ока. Поэтому не удивительно, что у этих таблеток такие серьёзные требования к употреблению. Ведь если мастер ниже уровня Суань Духа осмелится такое использовать, его тут же разорвёт на куски от силы. Здесь шутки плохи.

Услышав это, Мяо Бу Цзянь тяжело вздохнул и, посмотрев на маленькую нефритовую бутылочку, сказал: — Я всю жизнь увлекался чудодейственными таблетками, но и подумать не мог, что в мире существует нечто удивительное! Если говорить об эффективности этих таблеток, то они похожи на те лекарства, что выставляют на аукционе аристократической знати города Тяньсян на материке Суань, но… Они, всё же, значительно уступают им по своим функциям… Однако, их можно назвать редкими сокровищами этого мира!

Цзюнь Мосе аж опешил: этот человек знает о таблетках аристократической знати? Неудивительно, что он показался ему знакомым… Кто же он?

— Я не верю в эту чушь! — это сказал измученный и хромой Цю Пэн. Совсем недавно он был атакован многочисленной группой мастеров, после чего до недавнего времени находился едва ли не в коме. Как только он услышал новость о помолвке Мяо Сяо Мяо, он тут же открыл глаза и едва встал на ноги…

Как Цю Пэн выдержал бы такое молча? Он вдруг, как ополоумевший, завопил: — Вы тут совсем рехнулись? Даже если этот парень является обладателем непревзойдённой сущности с великими перспективами на будущее, но блядь! Он то одну херотень вытащит из карманов, то вторую… Откуда у такой деревенщины может быть столько крутых штуковин? Не находите странным? Вас же дурачат, как трёхлетних детей!

— У тебя есть сомнения по поводу выводов, сделанных старшим?! — Мяо Бу Цзянь покосился на него и спросил: — Что ты имеешь в виду, малец? Ты смеешь сомневаться в моих суждениях?

— Эй, мерзкое отродье! А ну, быстро упал ничком и извинился! — поспешно закричал Цю Чен Юнь, а затем заискивающе улыбнулся в сторону Мяо Бу Цзяня: — Старейшина Мяо, вы ведь так мудры и добры… Не опускайтесь до уровня этого несмышлёного сопляка… По возвращении домой я обязательно проучу этого никчёмного засранца!

В дополнение к своей огромной силе, выходящей за пределы мастера Шэнцзуна, Мяо Бу Цзянь имел репутацию Короля Лекарств: даже если другие врачи беспомощны, Мяо Бу Цзянь сможет вернуть пострадавшего практически с того света! Можно сказать, что в Туманном Призрачном Дворце этот человек вызывал восхищение абсолютно каждого человека!

Не говоря уже о том, что он являлся главным старейшиной семьи Мяо. И, хотя Цю Чен Юнь являлся главой семьи Цю, вызвать гнев Мяо Бу Цзяня он всё же боялся. Только представьте, на какое недовольство народных масс можно нарваться, пойдя против такой выдающейся личности?

Мяо Бу Цзянь тяжело вздохнул и сказал: — Какой невежественный малец! В вашей семье, вообще, имеется хоть какое-то воспитание? Сегодня ведь юбилей Правителя Дворца… Нужно радоваться… А вместо этого, какой-то сосунок несёт чушь. Неужели он пришёл сюда, чтобы сеять смуту?

Лицо Цю Чен Юня внезапно покрылось огромными каплями пота.

Такой проступок может стоить жизни…

Не только Цю Пэн не может позволить себе такого поведения — вся семья Цю боится гнева старейшины Мяо.

— Поскольку некоторые из нас имеют сомнения на этот счёт, то пусть Сяо Мяо примет одну таблетку прямо сейчас. Так мы все узрим эффект этого чуда. Так или иначе, мне самому интересно посмотреть, что подарил мне мой первый учитель, — спокойно сказал Цзюнь Мосе и улыбнулся.

То, что он вынул, были таблетки закалки костей. Приняв одну, можно было прибавить себе силу шестидесяти лет упорных тренировок! Особенность этого лекарства в том, что его можно было использовать без опасений, пока его количество не превышало трёх таблеток. В таком случае оно будет полностью поглощено потребителем. То есть, приняв три таблетки, можно было прибавить себе опыт совершенствования аж на целых ста восьмидесяти лет!

Это — определённо невероятное чудо для тех, кто ничего не смыслит в совершенствовании Суань.

И это абсолютно нормально, не поверить в такое… — Отлично! — на самом деле, Мяо Бу Цзяню и самому было очень интересно посмотреть на эффект этих чудодейственных таблеток. Поэтому услышав это предложение, он тут же согласился. Лишь по одному запаху старик понял, что рост силы принявшего эти таблетки будет о-го-го. Если после приёма этого чуда произойдёт прорыв Сяо Мяо, то это уже будет абсолютно иной мир!

Поэтом Мяо Бу Цзяню и самому не терпелось посмотреть на такое…

— Ты уверен? — Мяо Сяо Мяо взяла таблетку и с некоторым страхом посмотрела на Цзюня Мосе.

— Успокойся, всё будет хорошо, — Цзюнь Мосе улыбнулся: — Мой учитель не стал бы меня обманывать.

— Я верю тебе! — Мяо Сяо Мяо нежно посмотрела на него и тут же положила таблетку в рот. Даже если Цзюнь Мосе предложил бы ей испытать на себе яд, она бы сделала это без колебаний…

Так что уж говорить об обычных чудодейственных таблетках!

Хотя Мяо Сяо Мяо не знала об эффективности этого препарата, но из-за её безоговорочного доверия к Мо Цзюню, она проглотила её без колебаний …

Как только таблетка попала в желудок, Мяо Сяо Мяо тут же ощутила поток невероятно чистой энергии Суань, поднимающийся из её Даньтяня. В одно мгновение эта энергия достигла конечностей, и у Сяо Мяо возникло такое чувство, будто её собственная сила Суань столкнулась с пылающим огнём. Это пламя почувствовали все присутствующие мастера выше уровня Почтенного. Их взгляды тут же переместились на нефритовый бутылёк, однако теперь все смотрели на него жадно!

Никто не сомневался в эффективности этих чудодейственных таблеток.

— Твою ж мать! — только и сказал Мяо Цзин Юнь.

Он подошёл к внучке и положил ей на спину ладонь, чтобы помочь усвоить такой огромный поток энергии.

Похоже, что Мяо Сяо Мяо достигла границ прорыва!

Кто бы мог подумать, что те выводы Мяо Бу Цзяня, которые казались такими преувеличенными, наоборот, станут недооценёнными! Как у такой маленькой таблеточки может быть настолько охренительный результат?

С поддержкой Мяо Цзин Юня, Мяо Сяо Мяо не потребовалось много времени, чтобы усвоить силу чудодейственной таблетки. Она медленно поднялась и почувствовала, как её тело наполнилось чистой энергией Суань, разливающейся по всем меридианам. Сяо Мяо уже достигла уровня Почтенного мастера второй ступени! Такой удивительный прорыв не мог не изумить всех вокруг…

— Чёрт! — Мяо Цзин Юнь вдруг переменился в лице.

Вслед за этими словами ясное небо вдруг стало стягивать тучами, и огромное чёрное облако медленно нависло над головами, образуя собой глубокую воронку!

Да это же небесная кара!

Неожиданный прорыв Мяо Сяо Мяо вызвал такое страшное явление!

Все присутствующие тут же переменились в лицах!

Приём одной таблетки повлёк за собой небесную кару! Так насколько же эти таблетки потрясны, чёрт возьми?

Шок отступил, и все вдруг перепугались…

Если бы Мяо Сяомяо целенаправленно совершенствовала свои силы, накапливая опыт для последующего прорыва, то небесная кара показалась бы для неё пустяковым делом. Да, конечно, это было бы нелегко, но и не слишком сложно. В конце концов, на втором ранге Почтенного мастера ей бы пришлось столкнуться с громовыми ударами, только и всего. Их сила не была бы слишком устрашающей для неё. Но сейчас Сяо Мяо достигла своего прорыва благодаря чудодейственной таблетке, однако её границы не упрочнились, она не сможет использовать новоприобретённую силу уверенно и легко. Так что в данном случае удары молнии могут показаться СяоМяо довольно тяжёлым испытанием…

Никто из посторонних не станет безрассудно кидаться на помощь. Если вмешаться, можно и самому завязнуть там. Более того, степень и сила громовых раскатов лишь увеличится, если кто-то необдуманно ринется помогать! А это может лишь навредить Мяо Сяо Мяо…

Глава 1049. Вместе жить и вместе умереть с любимой женщиной!

Неужели сегодняшний радостный день превратится в трагический из-за этого внезапного грозового удара?

В одно мгновение все присутствующие озлобленно уставились на Цю Пэна!

Если бы не издёвки этого юнца, разве произошла бы такая бессмыслица?

После этого дня Цю Пэн стал объектом всеобщего осуждения в Призрачном Дворце, и почти достиг момента, когда все его возненавидели. У этого парня появилось новое прозвище: «Невезучий болван!»

Это значило, что, куда бы он ни пришёл, он принесёт несчастье другим…

Это незаурядное прозвище сделало Цю Пэна изгоем.

Лицо Мяо Сяо Мяо тоже изменилось: она посмотрела на Цзюня Мосе, и, ничего не говоря, повернулась и вышла на улицу.

Эта молодая девушка выбрала справляться с проблемами в одиночку, не впутывая других людей!

Все молчали, потому что, независимо от того, кто что скажет, это повлияет на настроение Мяо Сяо Мяо на данный момент! Это повлияет на успех или провал в довольно ужасном испытании, которое её ждало!

Вплоть до того, что они не приближались к ней, потому что, если они подойдут слишком близко, то тоже попадут под грозовой удар. Им-то не страшно, но это принесёт невообразимые негативные последствия для Мяо Сяо Мяо! Все так сильно волновались, но могли только наблюдать, как решительный и непоколебимый силуэт Мяо Сяо Мяо спокойно удалялся.

С внезапным уходом Мяо Сяо Мяо жуткая воронка на небе тоже переместилась вместе с ней…

Лица мастеров высочайшего уровня стали грустными. Очевидно, они не обольщались насчёт радужных перспектив по поводу Сяо Мяо. Тело Сяо Мяо у выхода покачнулось, она едва не упала в обморок. Помогая ей, Мяо Хуань Юя, аккуратно поднялся с ней по лестнице, по его щекам текли слёзы…

«Моя бедная дочь, которая только что получила своё долгожданное счастье! Неужели она потеряет его прямо сейчас? О, Господь! Почему ты такой жестокий и несправедливый?!»

— Я пойду посмотрю, — резко сказал Цзюнь Мосе и стартанул за своей невестой на всех парах.

В голове Мяо Хуань Юя промелкнуло: «Силы даже талантливейшего господина Мо совсем не хватит, ему точно придёт конец!».

— Не уходи! — он едва успел сказать и дёрнулся ему вслед.

Мяо Цзин Юнь остановил его. Он глубоко вздохнул и сказал: — Он несёт ответственность за Сяо Мяо… Отпусти его. Он обладает необходимой силой. Это сложно, действительно сложно… но этот юноша в важный момент должен взять на себя ответственность… Это действительно успокоит меня…

Мяо Хуань Юй кивнул головой и хрипло ответил: — Сяо Мяо выбрала того человека…

На мрачном лице госпожи Мяо появилась печальная улыбка: — Жизнь и смерть едины, Мо Цзюнь Е… Всё это время я действительно считала его зятем… Ради Сяо Мяо он готов рисковать своей жизнью… Сяо Мяо последует за ним не важно куда… Как мать, я спокойна…

У всех в зале были серьёзные лица, а у молодых людей лица налились стыдливым румянцем. Только что они звали Сяо Мяо сестрой, громко желали ей счастья, но спрятались, когда действительно наступил критический момент и нужно было рискнуть своей жизнью ради неё. Только один человек на самом деле готов ради неё жить и умереть — Мо Цзюнь Е!

Великие мастера старшего поколения ворчали. Они не считали, что действия Мо Цзюнь Е разумны, он просто искал погибели!

Следует иметь в виду, что грозовой удар обладает такой же силой и энергией, как человек, вызвавший этот удар. Хотя Мо Цзюнь Е — легендарный обладатель непревзойдённой сущности, но его совершенствование Суань ничтожно. Только на уровне Золотой Суань можно вообще противостоять Небесной каре. Хотя мощность немного увеличится, но эта сила разделится между двумя людьми, Мяо Сяо Мяо подвергнется чуть меньшему давлению. Однако, соответственно, Мо Цзюню придётся подвергнуться смертельной опасности. Своим поступком господин Мо, на самом деле, ценой своей жизни спасёт Сяо Мяо. Это настоящая любовь, которая растрогала всех до глубины души!

Глава семьи Цю, Цю Чен Юнь яростно смотрел на своего сына, указывая на него дрожащими пальцами. Он аж побледнел от злости: — Ты, ты… Ты, скотина! Посмотри, что ты натворил! Я действительно не знаю, что сказать тебе! На этот раз немедленно уходи и не смей выходить из дома без моего разрешения!

В это время уже раздавались раскаты грома, одна за одной мелькали змееподобные молнии, надвигалась опасность… Хотя место грозового удара было далеко от их зала, но по-прежнему висела темнота и искрились молнии…

Из этого можно определить, что Мяо Сяо Мяо выбрала относительно отдалённое место для небесной кары, которое никак не коснётся ни одной семьи Призрачного Дворца…

Лицо Ли Син Юэ было злым, в висках стучало. Очевидно, что он не мог сдержать гнев внутри себя. Внезапно он холодно сказал: — Брат Цю, разве ты не утверждал, что сестрица Сяо Мяо тебе нравится? Сейчас она подверглась небесной каре! Брату Мо ничего не осталось, кроме как последовать за ней, чтобы вместе бороться с Небесной карой, хотя он — всего лишь на уровне Золотой Суань! Ты всегда говорил, что очень любишь сестрицу Сяо Мяо, почему же ты не пошёл за ней?

Цю Пэн взглянул на молнии снаружи. Он задрожал всем телом и побелел от страха: — Это… это — её Небесная кара, я тут при чём? Я… я не пойду… Ступай сам, если ищешь смерти!

Ли Син Юэ фыркнул и сказал: — Если бы не ты, этого бы сейчас не произошло! Это всё случилось из-за твоей ревности, а ты имеешь наглость говорить такое? Как тебе не стыдно?

Цю Пэн старался держать себя в руках и неохотно ответил: — Я лишь озвучил то, о чём многие здесь подумали. Я всего лишь задал вопрос, какое это имеет ко мне отношение? Госпожа Мяо теперь — невеста Мо Цзюня, поэтому он и должен был пойти вместе с ней, это само собой разумеется! Почему я должен идти? Если бы госпожа Мяо сегодня обручилась со мной, я, естественно, уже давно ушёл бы за ней…

Все возмущённо зашипели, когда услышали эти слова!

Видя, что этот дурень испугался так, что почти наделал в штаны, никто не поверил в его слова. Чтобы показать отсутствие связи между ними, он нарочито стал говорить «госпожа Мяо» вместо «сестрица Сяо Мяо»! Мать Сяо Мяо крайне презрительно смотрела на него. К счастью, она не выбрала спутника жизни для своей дочери согласно древней традиции, среди детей знатных семей. Глядя на этого бесчестного человека, который, очевидно, боялся смерти и прибегал к различным уловкам, она поняла, что он совсем не достоин её дочери…

Мяо Сяо Мяо пробежала весь путь. Несмотря на внешнее спокойствие, в душе у неё творился хаос. Сегодня самый счастливый день в её жизни! Наконец они обменялись свадебными подарками, и она стала его невестой!

Это — цель всей её жизни!

Но сегодня она также навлекла на себя Небесную кару!

«Цзюнь Е… почему у меня такая грустная судьба? Я действительно хочу быть с тобой до конца своей жизни, иметь детей, стареть вместе и идти рука об руку… Но я не знаю, даст ли мне Бог такую возможность…»

Тёмные тучи быстро собрались, молния и гром становились всё более и более жестокими, и она, наконец, оказалась в пустынном месте.

Проливной дождь, который долго собирался, наконец, обрушился на землю.

В одно мгновение всё заполонил туман!

В этот момент отчётливо послышался звук чьих-то быстрых шагов.

Кто осмелился прийти, когда на неё вот-вот обрушится Небесная кара?

Кто же это может быть?

Мяо Сяо Мяо изумлённо повернулась, чтобы посмотреть. Под проливным дождем она лишь смогла разглядеть белую тень, которая очень быстро приближалась и в мгновение ока оказалась перед ней. Обычное лицо, искренняя улыбка. Это был Мо Цзюнь Е!

Её жених …

В одно мгновение Мяо Сяо Мяо чуть не потеряла сознание!

Сильное счастье и огромное беспокойство сразу же накрыли её с головой!

— Зачем ты пришёл? Что ты делаешь? Возвращайся! Не подходи, не приближайся, не надо! — в панике закричала Мяо Сяо Мяо. Теперь она беспокоилась не о себе. Всем сердцем и душой она просто беспокоилась об этом молодом мастере!

Слишком опасно!

Она находилась здесь, чтобы подвергнуться Небесной каре. Хотя для неё это было очень опасно, но, всё же, был проблеск надежды. А приходить сюда с его ничтожным уровнем Суань — равносильно самоубийству!

— Как ты могла забыть? Мы уже обручились, и сейчас ты — моя невеста. Моя женщина, — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. — Там, где моя жена, там и я. Муж и жена — одно целое. Как я могу позволить своей жене в одиночку разбираться с проблемами? Это задевает моё мужское самоуважение. Разве при возникших трудностях каждый сам за себя? Меня не волнует, как поступают другие, но у меня так не будет!

— Ты… — Мяо Сяо Мяо успела сказать только одно слово, и слёзы потекли, размывая обзор!

Это её жених!

Её любимый человек!

Он появился в критический момент, чтобы умереть вместе с ней! Заведомо зная, что этот поступок равносилен смерти! Но он решился на это без колебаний…

В этот момент сердце Мяо Сяо Мяо наполнилось безграничной теплотой и огромным счастьем. Хотя этот парень иногда выражался очень вульгарно, но она знала, что он специально говорит так, чтобы ослабить своё нервное напряжение…

Мяо Сяо Мяо влюблённо посмотрела на Цзюня Мосе. В этот момент она совершенно забыла о грозовом ударе! Она забыла накопить свою таинственную силу Суань! Забыла, что находится на грани жизни и смерти,… Она просто пристально смотрела на него, и, казалось, старалась запечатлеть его лицо в своей памяти, чтобы помнить при перерождении… Она должна былп крепко-накрепко запомнить…

«Мо Цзюнь Е, любимый!»

Внезапно, Мяо Сяо Мяо замешкалась. Горесть, страх, жалость к себе и даже беспокойство — всё исчезло! Осталась только твёрдая воля! И огромная уверенность в себе!

«Сегодня я должна держаться! Ради него! Я не могу умереть! Я непременно должна выжить!»

Мяо Сяо Мяо ласково посмотрела на Цзюня Мосе и мягко улыбнулась:

— Цзюнь Е… Я чувствую твою любовь, но ты не можешь помочь мне, даже если вмешаешься. Ты должен отойти в сторону и ждать, пока я пройду. Тогда я буду твоей! Жди меня! Обязательно жди меня, и я всё выдержу…

Глава 1050. Весь ужас небесной кары!

— Нет! — покачал головой Цзюнь Мосе и спокойно улыбнулся: — Мы пройдём бок о бок через это. И не только через это, но и через следующее, и последующее тоже! Верь мне — я рядом, так что всё будет хорошо!

Мяо Сяо Мяо закусила губу и кивнула. Затем она сделала несколько шагов и всем своим хрупким телом прижалась к плечу любимого мужчины:

— Цзюнь Е… Я так счастлива… Так счастлива, что ты появился в моей жизни! Даже если мне не удастся осилить это… Знай, в этой жизни я ни о чём не сожалею!

Цзюнь Мосе крепко сжал её в объятиях и тихо промолвил: — Как это не будешь сожалеть? Ты ещё не родила мне сыновей и дочерей, мы, вообще-то, должны состариться вместе! Что ещё за «ни о чём не сожалею»? Даже если ты не сожалеешь, то я с этим не готов мириться!

Дождь лил, как из ведра, так что эти оба уже успели промокнуть до нитки. Лёгкое платье Мяо Сяо Мяо буквально приклеилось к телу, выставив напоказ её округлые формы. Она буквально нагая стояла в объятиях Цзюня Мосе, однако им было плевать, ведь их связывали настоящие чувства.

В этот момент Мяо Сяо Мяо была абсолютно уверена в одном: «Мо Цзюнь Е со мной! И он не исчезнет! Он последует за мной даже на смерть… Но я не допущу подобного! Лучше покончить с собой, чем подставить под удар моего любимого! Если я умру, то громовые удары тут же прекратятся! И тогда с Цзюнь Е ничего не случится!»

Послышался раскат грома! И серебристая молния, словно змея, приблизилась к макушке Мяо Сяо Мяо!

Наконец наступило время для первой волны удара!

— Отойди! — Мяо Сяо Мяо внезапно пришла в себя. Вся её сила Суань переполошилась, и она нежно и легонько оттолкнула Цзюня Мосе в сторону. Нужно иметь в виду, что Сяо Мяо находилась перед решающим моментом, и любое использование её силы могло стать фатальным. Так что она оттолкнула любимого человека подальше от опасности, а затем её хрупкое женское тело поднялось ввысь, в направлении к электрическому разряду!

«Волна может достать любимого и на земле, так что лучше перенаправить угрозу куда-нибудь подальше!»

Вслед за громким ударом Мяо Сяо Мяо приняла первый разряд молнии. Она тихонько простонала, а её тело внезапно отбросило вниз на целый метр. Электрический разряд бесследно исчез.

Не успев передохнуть, Сяо Мяо увидела приближающийся к ней второй громовой удар, ослепляющий свет которого осветил небеса и землю!

После второго удара Мяо Сяо Мяо упала на землю …

Цзюнь Мосе наблюдал за всей этой сценой с полным спокойствием на лице, однако его взгляд был напряжён.

Он не то чтобы не хотел использовать силу Башни Хунцзюнь для поглощения громовых ударов, чтобы поскорее закончить это «веселье», нет. Просто это первый раз, когда Сяо Мяо испытывает на себе всю мощь небесной кары. В любом случае, эта красавица должна самостоятельно пройти через это, именно так она сможет получить соответствующие для Почтенного мастера навыки и силу!

Это подобно возрождению феникса из горстки пепла.

Если Цзюнь Мосе окажет ей медвежью услугу, то впоследствии это может вызвать для Сяо Мяо крайне неблагоприятные последствия. А это совсем не тот эффект, который ей необходимо получить от таблетки Полюсов Мира.

Лишь только когда она будет уже не в силах выдержать натиск этих ударов, можно вмешаться и помочь ей.

Ну, а пока поглядим, до каких пор Сяо Мяо будет твёрдо стоять на ногах…

«Первый удар… второй… пятый…»

Мяо Цзин Юнь, стоявший вдалеке, нахмурился, пристально наблюдая за чередой непрекращающихся электрических ударов. Выражение его лица становилось всё серьёзнее и серьёзнее!

Может, небесная кара и таит в себе много опасностей для Мяо Сяо Мяо, однако в данном случае её действие относительно невелико. Ей нужно пройти через девять громовых ударов — обычно всегда так. Если бы не таблетка Полюсов Мира, то при обычных обстоятельствах пересечь эту границу для Сяо Мяо оказалось бы ещё проще!

— Уже семь ударов! Ей осталось продержаться ещё два разряда. Госпожа, не беспокойтесь, Мяо Сяо Мяо сможет их осилить… — Мяо Хуань Юй тоже считал количество электрических ударов. И хотя выражение его лица оставалось спокойным, он чувствовал, как прильнувшая к нему рука госпожи Мяо постоянно дрожала, а её боль отдавалась ему прямо в сердце…

Госпожа Мяо тяжело улыбнулась и посмотрела на густые чёрные тучи, заполонившие небеса. Её муж, может и выглядел хладнокровным, однако он переживал о дочери не меньше неё. Своими словами он больше хотел успокоить самого себя, нежели жену.

Госпожа Мяо первый раз в жизни видела его таким взволнованным.

— Громовые удары ещё не прекратились, значит, с этими двумя всё в порядке, — прошептал Мяо Цзин Юнь. Непонятно, хотел ли он сказать это себе ради самоутешения или кому-то ещё, чтобы заручиться поддержкой…

— Уже седьмой удар!

Мяо Сяо Мяо уверенно посмотрела в небо, крепко прикусив прядь своих чёрных волос.

Она сказала про себя: «Осталось выдержать ещё два разряда, и эта небесная кара прекратится! И тогда я смогу быть с Цзюнь Е вечно, как он и говорил — мы сможем вместе состариться!

Она машинально повернула голову и посмотрела на недалеко стоявшего от себя юношу в светлом одеянии. Всё его лицо выражало сильную обеспокоенность. И хотя Сяо Мяо было нестерпимо больно, но из души вдруг хлынула волна сладостного счастья! Необъяснимая сила вновь наполнила её тело!

«Я смогу одолеть это! Я справлюсь!», — во взгляде Мяо Сяо Мяо промелькнуло упорство: — «То, чего я так страстно желаю, находится прямо перед глазами! Так что я не намерена сдаваться! Ради счастья можно рискнуть и жизнью!»

Раздался мощный раскат грома, и огромная молния, словно разъярённый дракон, буквально прорвалась сквозь тёмную пелену облаков!

Ба-бах! Мощь этого удара была больше, как минимум, вдвое! Атмосфера накалилась!

Серебристая змея закружилась в воздухе!

Показалась фиолетовая молния!

Электрический свет огромной мощности достиг макушки Мяо Сяо Мяо!

Сяо Мяо ясно ощутила, что разряд этой молнии ей просто не вынести, это всё равно, что муравью тащить на себе дерево! Сила этой молнии вышла за пределы возможностей Почтенного мастера второго ранга! Даже больше, чем просто вышла!

«Даже Достопочтенному мастеру она будет не под силу! Почему же так? Что происходит? Неужели Господь не хочет дать мне шанса на любовь, которую я так сильно жажду?»

Мяо Сяо Мяо, конечно же, не знала, что такие изменения были вызваны вмешательством молодого мастера! Та, сила, которую он ото всех скрыл, уже достигла Шенхуана четвёртой ступени: даже если обычные люди и мастера ничего не видят, небесную кару не обмануть!

Этот громовой удар соответствует силам Шенхуана!

Шенхуана четвёртой ступени!

Мяо Сяо Мяо в отчаянии повернула голову и посмотрела в сторону Цзюня Мосе, прошептав: — Цзюнь Е, мне так жаль, но… кажется, я не смогу состариться с тобой!

Смертоносный электрический разряд уже был совсем близко!

Мяо Сяо Мяо обнажила свой длинный меч! И не для того, чтобы противостоять этому удару. Она собиралась покончить с собой!

«Эти удары начались из-за меня! Как только я умру — всё исчезнет!»

Но в этот момент зрачки Сяо Мяо увеличились до самого предела!

Она отчётливо видела, как этот идиот изо всех сил бросился в её сторону…

«Что ты делаешь? Не приближайся!»

Мяо Сяо Мяо, которая ещё секунду назад собиралась покончить с собой, вдруг запаниковала!

«Болван! Мне нужно лишь умереть первой, чтобы всё закончилось! И тогда ты будешь в безопасности! Зачем ты бежишь ко мне? Возвращайся скорее!»

У Мяо Сяо Мяо на глаза навернулись слёзы!

В следующий момент она почувствовала, как большое тёплое тело тяжело сдавило её в своих объятиях и полностью закрыло собой. Этот поступок разбил сердце Сяо Мяо вдребезги… Длинный меч вылетел из её рук и упал на землю…

Мяо Сяо Мяо внезапно разревелась во весь голос: — Цзюнь Е, я не хочу этого! Я не хочу, чтобы ты жертвовал собой ради меня! Я лучше убью себя тысячу раз! Лишь бы с тобой всё было хорошо, лишь бы ты был в порядке…

Но она знала, что уже поздно, слишком поздно… Ужасающая молния уже пронзила тело молодого мастера. Он весь задёргался, а затем совсем перестал двигаться…

— Мо Цзюнь Е! — послышался душераздирающий крик Мяо Сяо Мяо, наполненный отчаянием. По её лицу текли слёзы.

Через секунду наступила мёртвая тишина…

***Тем временем в главном зале*** — Нет! Это невозможно! — Мяо Цзин Юнь подскочил и вытаращился на этот яркий и необычный электрический свет! Он растерялся: эта молния отсвечивает красным цветом…

Это явно уровень Шенхуана!

Все выпучили глаза!

Что происходит? Неужели кто-то из Шенхуанов случайно вступил в область громовых ударов, вызвав тем самым такую катастрофу?

Неважно, по какой причине возникли громовые удары Шенхуана, результат все равно один — Мяо Сяо Мяо уже мертва!

П.П: Приношу свои извинения, в прошлой главе была допущена ошибка. Цзюнь Мосе дал Мяо Сяо Мяо не таблетку для закалки костей, а таблетку Полюсов Мира

Глава 1051. Нежности под грозой!

У всех людей промелькнула одна и та же мысль: «Это, всё-таки, громовой удар при прорыве на уровень Шенхуана, а она ведь — всего лишь Почтенный мастер, как ей может быть под силу справиться с таким? В тот миг, когда она соприкоснётся с ним, от неё останется только дым…»

Госпожа Мяо широко открыла глаза, и тут же вскрикнула, её тело обмякло и повалилось вниз…

Мяо Хуань Юй остолбенело смотрел на то, как после исчезновения ослепительных вспышек молний всё небо помрачнело. Он с трудом закрыл глаза, и поднял голову к небу, из уголков его глаз текли горячие слёзы…

«Сяо Мяо…»

Цао Гофэн, Бай Цифэн и остальные Шенхуаны открыли рты от изумления, в глазах каждого из них застыло отчаяние: «Всё кончено! Цзюнь Е… ах ты ж негодник… зачем же ты так сглупил…»

— Нет! — Мяо Цзин Юнь яростно вскрикнул, в попытке подпрыгнуть куда-то вверх…

— Стойте! Глядите! — Шенцзун, схвативший тот величайший нефрит, подхватил Мяо Цзин Юня под руку. Он обладал самым высоким уровнем совершенствования из всех присутствующих. Он неподвижно смотрел в небо, после чего сказал: — Небесная кара ещё не закончилась!

— Ещё не закончилась?! Не закончилась? Как такое возможно? — Мяо Цзин Юнь опешил, и стал вглядываться в небо. Он недоумевал, был изумлён и поражён одновременно!

Он просто не мог поверить в происходящее!

Целых восемь безумных по своей мощности ударов уже закончились. Это уже было слишком тяжко. Вне всякого сомнения, Мяо Сяо Мяо не могла чудом уцелеть, но тогда почему же на этом удары не завершились?

Хлестал неистовый дождь, погода становилось только мрачнее и мрачнее! Верно, удары ни только не завершились, а, наоборот, набирали силу, чтобы атаковать по новой… Всё это говорило только о том, что продолжение следует…

Тут же вслед за этим, среди облаков сверкнуло несколько вспышек молнии подряд, потом они стали, не прекращаясь, падать на землю, словно сам небесный владыка разгневался, и прорвало несколько десятков громовых ударов один за другим!

Все люди в Призрачном Дворце тотчас же онемели от страха!

Что это… вообще такое? Последующие удары, на удивление, оказались в разы крупнее и мощнее предыдущих, каждый из них был толщиной с водяной глиняный чан, с оглушительным грохотом они падали на землю…

Один за другим, и не было и намёка на прекращение этого невероятного шоу… Боюсь, если на этом месте стояла бы большая гора, она уже давно бы разлетелась на маленькие крошки под тяжестью этих неистовых ударов…

Что уж и говорить о бедной и несчастной Мяо Сяо Мяо? Разве она могла бы справиться с этой ужасной напастью?

Хотя ситуация была малоприятной, и удары так и не прекращались, но другими словами, это означало, что Мяо Сяо Мяо ещё находится под воздействием ударов, а, значит, она ещё жива!

— Что за чертовщина?.. Это точно не сон? — Мяо Цзин Юнь не сводил глаз с чёрного неба. Он до сих пор не мог поверить своим глазам, он вцепился в собственную ногу, а потом повернулся, сказав: — Это всё не по правде…

Но, когда он повернулся, он обнаружил, что у всех людей на лицах такое же выражение, что и у него… Даже ещё более взволнованные, чем у него самого… их зрачки были неподвижны, все взгляды сосредоточились на одном месте…

Особенно это касалось мастеров уровня Шенцзун, они были очень потрясены: с такими мощными ударами вряд ли бы справился даже Шенцзун! Мяо Сяо Мяо… как она могла выстоять перед подобным? Зачем же было начинать всё это?

В конце концов, кто может помочь ей? Кто из Шенхуанов готов вмешаться и спасти её, ведь при вмешательстве грозовые удары ждёт отклонение от нормы, а значит, как можно будет справиться с вызванными последствиями?! Человек, находящийся под ударами, попадёт под этот паранормальный сдвиг!

Сейчас это невозможно объяснить… Боюсь, когда Сяо Мяо вернётся, только тогда можно будет спросить ее об этом… Так как сейчас никто не осмелиться пойти и разобраться во всём! Что уж смеяться — такие мощные удары загнали в бедственное положение даже самых могущественных Шенцзунов!

А те, кто ниже уровня Шенцзуна… что взять с них? Они сразу превратятся в пепел и на этом всё…

***

Мяо Сяо Мяо надрывно рыдала. Сейчас она уже позабыла, где она находится, что и кто окружает её, она думала только о том, что её драгоценный Цзюнь Е, чтобы спасти её, решил принести себя в жертву! Только подумав об этом, Сяо Мяо уже поняла, что её дальнейшая жизнь не имеет смысла, у её горя нет границ, а страдания будут длиться бесконечны…

«…разве я не говорила тебе не приходить… почему ты меня не послушал? Я бы умерла, но ты бы ещё мог жить дальше! Скажи мне, зачем? Ответь мне зачем…», — у Сяо Мяо сердце обливалось кровью, своей хрупкой рукой она сама била себя…

Внезапно в небе появился ослепительный блеск, и вслед за этим раздался гулкий удар грома…

Мяо Сяо Мяо тотчас же забыла про свои всхлипы: «Это что ещё такое?! Цзюнь Е ведь принял удар на себя, отчего же эти удары до сих пор не завершились?! А, ладно! Это даже ещё лучше! Пусть я тоже скорее умру, и мы встретимся с ним в загробном мире!»

Сяо Мяо печально закрыла свои глаза, выпустила остатки своей Суань, и, отбросив всякое сопротивление, лежала в ожидании жестокого удара молнии… Единственное, что она делала — это как можно крепче изо всех сил обнимала «труп», который лежал поверх её тела…

Бум!Вся земля страшно содрогнулась, однако на удивление, Сяо Мяо осталась в живых, и даже не обернулась пеплом…

Ни с ней, ни с Цзюнь Е ничего не произошло, их тела даже не содрогнулись…

Как такое возможно?!

— Эммм… по-моему, это слишком крепкие объятья… Давай немного полегче, мне дышать тяжело. Или ты намеренно собираешься раздавить в своих объятьях своего будущего супруга?

Мяо Сяо Мяо выпучила глаза. Она была просто в шоке, ведь ей же не показалось, эти слова были произнесены тем самым «трупом», лежавшим на ней…

Прекрасные глаза Сяо Мяо еще больше округлились: «Неужто зомби? Нее, это невозможно?»

Мяо Сяо Мяо, наконец, насмелилась и открыла глаза, увидев перед собой самодовольное лицо Мосе, с улыбкой от уха да уха. Его лицо находилось на расстоянии меньше полуметра от неё. Увидев, что её глаза так сильно округлились, он тотчас же подмигнул ей…

— Ах… кажется, эти бедственные удары молнии… не такое уж и плохое времяпровождение, — Мосе нагло рассмеялся, глядя на дрожащую Сяо Мяо. Потом он помахал рукой у неё перед глазами, сказав: — Эй, алё… я вернулся с того света…

— Ты… ты… живой? — Сяо Мяо не без труда, заикаясь произнесла эти три слова.

— Что за бред? Я ещё не наобнимался с прекрасной девушкой, с какого перепуга мне умирать приспичит? — Цзюнь Мосе закатил глаза, и нагло заявил.

— Но… но… но что это всё тогда вообще значит? Почему произошли эти странные изменения? — мозг Сяо Мяо потихоньку начинал работать…

— А мне откуда знать? Ты не хочешь сказать, что должно быть только девять мощных ударов? На девяти ничего не закончилось, девяносто девять не хочешь? — Цзюнь Мосе неповинно закатил глаза, а потом вдруг его будто бы осенило: — А, я понял!

— Что? Что ты понял? — поспешила спросить его Сяо Мяо.

— Помнишь в прошлый раз я говорил с тобой о надписях на парных лентах? Похоже, что небесный владыка решил, что я объяснил недостаточно понятно, и он сам захотел нам всё наглядно продемонстрировать… — Цзюнь Мосе облизал губы, и уставился в небо: — Поняла, нет? Это разве не похоже на «молниеносное знамя грозового могущества»? Кто посмеет воспротивиться этому? Очень наглядно, не правда ли? Сейчас-то ты всё поняла?

— Чёрта лысого я поняла! — резко бросила Сяо Мяо.

Этот негодник легкомысленный и беспечный просто до ужаса…

В такой напряженный момент он приплёл сюда какие-то парные надписи и божественный гнев… У небесного владыки такое бездумное настроение?

Силы у него, разумеется, низкие, но вести себя так несерьёзно и вступать в противостояние с такими могущественными ударами… Это же просто уму непостижимо…

Но как тут поспоришь? Он уж очень напирал, они были так близки к друг другу в данный момент. Отклоняйся, не отклоняйся — всё бесполезно. Сяо Мяо понимала, ситуация стремительно набирает обороты, но она старалась не думать об этом. У неё, конечно, мало это получалось, и она начинала краснеть, хоть и старалась не смотреть на Цзюня Мосе. Не смотреть — это одно, но чувствовать мужское тело поверх своего — это совсем другое. Сяо Мяо внезапно почувствовала, словно всё её тело обдало жаром, сердце неистово забилось, она тотчас же позабыла обо всём на свете…

Кажется, даже об этих самых неистовых громовых ударах она и то сейчас уже не помнила… даже грязь на земле её больше не смущала…

«Ай-яй-яй! О чём это я думаю вообще, какой стыд, какой стыд…»

— Поняла или не поняла, какая разница уже… Ты просто должна знать одну-единственную вещь… — Цзюнь Мосе смотрел на дрожащие ярко-красные губы Сяо Мяо, лишь чувствуя, что нижняя часть его живота вот-вот воспылает. Он даже и слова все позабыл, что хотел сказать…

— Ка-какую вещь? — Мяо Сяо Мяо с большим трудом могла здраво рассуждать. Она по-прежнему не решалась взглянуть на него, всё больше краснея…

— Вот эту… — Цзюнь Мосе больше не мог себя сдерживать, и резко наклонился, впившись в сладкие губы Сяо Мяо…

Сяо Мяо вздрогнула, первая её мысль была: «Этот парень такой распутный, сейчас, всё-таки, решающий момент прорыва…»

Вторая мысль: «Вот же смельчак… прямо здесь…»

Глава 1052. Ветер станет нашей пищей, дождь – вином, а облака и туман – свидетелями на нашей свадьбе!

Затем Мяо Сяо Мяо снова позабыла обо всём на свете, она лишь закрыла глаза, полностью отдавшись объятьям своего любимого человека. Когда его руки проскользнули под подол её платья, она не выдержала и простонала, но только стоило открыть ей рот, как язык Цзюня Мосе жадно ворвался туда…

Словно маленькая шаловливая рыбёшка, в панике снующая туда-сюда по её рту…

Вслед за этим её собственный язык тоже стал двигаться в том же самом направлении, что и его… Странное ощущение обжигающего жара начало расползаться по всему телу… Мяо Сяо Мяо лишь почувствовала, что её душа сейчас витала где-то далеко оттуда, она не осознавала, что с ней происходит, будто бы опьянённая от счастья…

Небо было чёрным-чёрным, и с тяжестью давило на землю, свирепствовал настоящий дикий шторм, кругом грохотали оглушительные раскаты грома, земля дрожала и неистово содрогалась от каждой новой вспышки этой невиданной стихии…

И в центре этой адской бури находилась сладкая парочка, в лице Цзюня Мосе и Мяо Сяо Мяо, увлечённо целующихся и не замечающих ничего вокруг…

Они были настолько увлечены друг другом, что не слышали ни оглушительных раскатов грома, ни как содрогалась земля под ними…

Некоторое время спустя Цзюнь Мосе наконец поднял голову. Он осмотрел хрупкое тело Сяо Мяо. Та крепко-накрепко закрыла свои глаза, её ресницы неистово дрожали и нервно дёргались, её лицо было раскрасневшимся и словно опьянённым, а губы ярко поблескивали, словно две спелые вишенки сплелись воедино…

Сяо Мяо даже боялась пошевелиться, находившись в объятьях любимого ею человека. Его стройное тело томно нависало над ней…

«А что если ему в голову взбредёт ТО самое… что же мне тогда делать?»

Она резко закрыла глаза, пытаясь отбросить подальше подобные мысли, как вдруг неожиданно дыхание над своим правым ухом, а потом раздавшийся нежный голос:

— Звёздное небо нам вместо палатки над головами, земляная почва — природное ложе, ветер станет нашей пищей, дождь — вином, а облака и туман станут свидетелями на нашей свадьбе. Гром — приданное, а молния — сваха… Сяо Мяо… ты станешь мне женой в этой жизни?

Она ещё крепче зажмурила свои глаза, но, как только она услышала этот вопрос, она без доли раздумий уверенно кивнула головой в ответ…

— В этой жизни… и в следующих… я всегда буду твоей! — голос Сяо Мяо звучал тонко, словно комариный писк, но при этом был очень решительным и уверенным!

— И в следующих даже… Ха-ха-ха! Со мной не будет следующих жизней, будет одна, но продлиться она вечность! — Цзюнь Мосе тихо посмеялся, а потом наклонился и снова впился в прекрасные губы Сяо Мяо.

Цзюнь Мосе был максимально серьёзен, когда говорил эти слова. Ведь будучи с Мосе, действительно, не может быть следующих жизней, только одна, но вечная! Один раз и навсегда!

Однако сейчас Сяо Мяо ещё не понимала этого, хотя сейчас у неё и не было необходимости в этом… Так как сейчас она была не в состоянии соображать, что бы не сказал Мосе сейчас, она всё равно вряд ли разберёт. Мяо Сяо Мяо застонала и своими белоснежными ручками яростно обхватила тело Цзюня Мосе. Человека, который теперь для неё — самая главная надежда и опора, человека, подарившего ей счастье… Она отдалась ему полностью, всем сердцем и всеми помыслами…

Гром и молния продолжали свой неистовый танец, а небо и земля всё так же содрогались от их ударов! Погода в данный момент была крайне скверной, однако Сяо Мяо чувствовала только лёгкость и тепло, дурманящее чувство нежности и ласки обволакивало её тёплой волной…

«Потому как звёздное небо нам вместо палатки над головами, земляная почва — природное ложе, ветер станет нашей пищей, дождь — вином, а облака и туман станут свидетелями на нашей свадьбе. Гром — приданное, а молния –сваха…»

Если в этом мире женщина, у которой был один хоть день, похожий на этот?

Мяо Сяо Мяо была полностью счастлива, и пьяна…

Здесь атмосфера была наполнена любовью и лаской, но немного вдалеке от них, в главном зале, все присутствующие в растерянности наблюдали за творившимися на их глазах ужасающими природными катаклизмами, которые и не думали завершаться…

Если бы они действительно могли прослезиться, боюсь, они бы уже проплакали все глаза от пережитого ими шока. Даже самые невозмутимые и собранные из них вряд ли были бы исключением…

«Один Почтенный мастер второй ступени подвергся такому долговременному истязанию… Сейчас, по крайней мере, насчитал уже около пяти-шести сотен ударов… Разве это не слишком? Да, даже для Шенцзуна четвёртой степени не бывает столько ударных волн… К тому же настолько сильных по своей мощности!»

Молнии по-прежнему сновали одна за одной, толщиной со здоровый цилиндр и пугающего фиолетового цвета!

При каждом новом ударе на лицах старейшин сводило мускулы…

Такая сила!

Но самым шокирующим было то, что в той стороне… Кто-то по-прежнему был в состоянии принимать эти удары…

В данный момент почти никто из присутствующих и не думал, что у Сяо Мяо есть шансы остаться в живых!

Причиной было не иначе, как-то, что Сяо Мяо просто физически бы не смогла выдержать эти удары, она должна уже давно превратится в гору пепла…

«Поэтому эти последующие удары точно не могут быть вызваны Сяо Мяо! Может быть только… Если прорыв Сяо Мяо проходил вместе с прорывом какого-то другого могущественного мастера! Иначе бы вряд ли могло произойти нечто подобное! Однако…кто же этот загадочный человек?»

Уверен, никто бы из присутствующих точно не додумался бы!

Ведь этим человеком был Цзюнь Мосе. Эммм, или, по-другому — обладатель непревзойдённой сущности, невиданный гений, господин Мо!

Ну, конечно, они бы никогда не угадали!

Сейчас громовые удары, действительно, были вызваны сразу двумя мастерами!

Когда Мяо Цин Чхэн передавал Цзюню Мосе свою тысячелетнюю элементарную Ци, он сам почувствовал, что Мосе ещё не у границ прорыва.

И фактически процесс самосовершенствования Цзюня Мосе не достиг прорыва в подлинном смысле этого слова…

Но чистейшая элементарная Ци, находившаяся в его организме, стремительными скачками увеличила его Суань в несколько раз!

А так как Суань не является главной силой у Цзюня Мосе, Мяо Цин Чхэн не смог понять этого…

Столько Суань растворилось в каналах Цзюня Мосе, и ещё часть была прямиком изъята Башней… Как этому мальчишке вообще повезло, и он не лопнул…

Однако Мосе сумел взять всю эту Суань в своём организме, и превратить её в чудесную жидкость золотого цвета, а потом медленно сделать фиолетовой… В тот момент, когда Сяо Мяо начала прорыв, процесс конвертации в теле Мосе был завершён…

Мяо Сяо Мяо с успехом прошла через грозовой удар, и это действительно не подлежит обсуждению, но после того, как туда прибыл Цзюнь Мосе, он словно получил толчок и в его организме началась массовая циркуляция Ци, Суань в его теле, будто бамбуковая роща весной, начала стремительно расти, большими темпами подниматься и выскакивая наружу…

Тысячелетняя элементарная Ци Мяо Цин Чхэна!

Это же просто ошеломляющая по мощности сила!

Изначально Мосе принадлежал к уровню Шенхуана третьей ступени, находившегося в предпрорывном состоянии, после чего он стал Шенхуаном четвёртой ступени, но на этом процесс стремительного роста Суань не завершился, дальше следовали Шенцзун начальной ступени, а рост только продолжал своё увеличение. Достигнув средней ступени, а потом и высшей, и пика, он уверенно преодолел рубеж Шенцзуна первой ступени, достигнув уровня Шенцзуна второй ступени!

И на этом было не всё… рост наблюдался ещё до пика Шенцзуна второй ступени, после чего прогресс в итоге исчез…

К этому времени, когда Сяо Мяо уже подверглась семи ударам своей Небесной Кары, атмосфера прорыва Цзюня Мосе оказала влияние на небо, чем и вызвала такую непогоду!

И после седьмого удара громовая атака стала соответствующей для Шенцзуна второй ступени.

К тому же это была не разовая акция, ответных ударов скопилось добрая куча, и все они один за другим с бешенной силой начали падать на землю!

Один раз за Шенхуана четвёртой ступени, один раз за Шенцзуна первой ступени, второй ступени… три огромных и мощных громовых ударища!

Если сложить их все вместе, сколько же их выйдет всего?

Чёрные тучи, вспышки молнии и нескончаемый грохот свирепствовали без малого почти два часа!

Минутой раньше была беспросветная страшная буря, одно мгновение — и на небе ни облачка. Неожиданно все заметили, что сейчас уже время после полудня… а солнце уже склонилось к западу…

— Идём! — Мяо Цзин Юнь был впереди всех, тотчас же за ним показались бессчётное количество силуэтов… Все двигались со своей наивысшей скоростью прямо к центру того места, где всё произошло…

До чего же быстры и ловки их ноги? Для прорыва Мяо Сяо Мяо выбрала место, располагавшееся не так далеко от дворца, и за каких-то несколько вздохов все уже были на месте.

Увиденное повергло их в шок!

И это… место происшествия? Кажется, раньше здесь располагалось маленькое и тихое ущелье?

Сейчас же здесь царил настоящий хаос, кругом ямы и канавы, от растительности не осталось и следа, даже вершины близлежащих гор немного обрушились…

Везде пустота и широкие просторы…

Где здесь остаться Мо Цзюнь Е и Мяо Сяо Мяо…

Неужто… эти влюбленные уже превратились в горстку пепла?

Все думали только об этом…

В ущелье стояла мёртвая тишина, и только толпа оцепенелых старейшин пребывала в растерянности…

Глава 1053. Мы можем потереть друг другу спинки

Никто не смеет так легкомысленно высказывать зловещие предположения… несмотря на то, что все это понимали…

— Ищите! — с хладнокровным выражением лица сказал Мяо Цзин Юнь. Его глаза были немного покрасневшими, он издал приказ с последней надеждой!

Все сразу «внезапно» разлетелись и в мгновение в радиусе пятидесяти километров тщательно всё обыскали, но ничего не нашли. Под нависшим ужасающим громом, даже звери и птицы давно сбежали. Они долго искали, но не обнаружили ни одного следа присутствия живого существа.

Неужели два человека превратились в пепел от невероятного грозового удара?

Хотя каждый об этом думал, но никто не осмелился это озвучить Мяо Цзин Юню, у которого было злое лицо…

Взгляд Мяо Цзин Юня будто бы бил, словно молния. Он обвёл глазами лицо каждого. Когда он увидел Цю Чен Юня из семьи Цю, он на мгновение остановился на его лице. Его глаза были глубокими и странными, не выражающими никаких эмоций!

Цю Чен Юнь чувствовал только то, что его сердце словно разбили гигантским молотом, всё тело задрожало, а по спине вдруг побежал холодный пот.

Мяо Цзин Юнь не сказал ни слова, но его взгляд был более красноречив: «Твой сын просто-напросто навлёк беду на мою дорогую внучку! Он погубил меня… Твою мать, только посмотри, что ты наделал! Теперь это касается не только твоего сына… Боюсь, что вся семья Цю пострадает из-за сегодняшних событий…»

Цю Чен Юнь нешне оставался таким же спокойным, но внутри у него всё металось:

«Это, действительно, удар в спину… И во всем нужно винить никудышного невезучего сына! Ему не стоило подшучивать над кем-либо, особенно над Мо Цзюнь Е, раз за разом издеваясь над ним. Сейчас ситуация такова, что талантливейший обладатель непревзойдённой сущности превратился в пепел… К тому же, вместе с ним исчезла самая любимая внучка Призрачного Дворца… А самое печальное, что… Это всё произошло в день пятисотлетнего юбилея Правителя Призрачного Дворца… и в день помолвки его любимой внучки… Это радостное событие и свадьба обернулись трауром. Если ответственность лежит не на семье Цю, то на ком? Чёрт возьми… Почему у семьи Цю такая несчастная судьба? Сын мой, что ты наделал со своей сестрой? Предки восьми поколений встали бы из могил, если бы узнали, с какой тёмной душой родился человек в нашей семье… Он на самом деле всех погубил…»

Цю Чэнъюнь не мог выдавить ни слезинки…

Другие люди смотрели в глаза главе семье Цю, но за спиной радовались чужой беде: «Так твоему сыну и надо! Он постоянно бахвалился перед нами, разве он достоин многолетнего счастья? Сейчас случилось так, что он стал посмешищем. Счастья и долголетия ему не видать, наоборот, к нему приближается погребальный звон. Верно говорят, как аукнется, так и откликнется!»

Мяо Цзин Юнь после этого хладнокровно повернулся и, ничего не сказав, ушёл.

— Брат Гу… — Цю Чен Юнь поспешно начал искать помощь. Прежде всего, он решил обратиться за помощью к Гу Юнь Яню. Все знают, что он всегда пользовался уважением у Правителя Дворца. К тому же, он был единственным, к кому мог обратиться Цю Чен Юнь, и попросить его поговорить с главой Дворца, чтобы тот умерил свой гнев…

— Гм, да… я разведаю обстановку… Но не знаю, что будет… — как только Гу Юнь Янь услышал, как Цю Чен Юнь зовёт его, он затрясся от страха, притворился, что не слышит, повернулся и сбежал…

До своего побега Гу Юнь Янь покрылся холодным потом от страха. Чёрт побери, он не хотел погибать из-за кого-то, а на этот раз семья Цю обречена на погибель… Если он вмешается, то его семья Гу тоже может оказаться в опасности. Лучше всего — просто отойти в сторону…

Делать вид, что ничего не замечает — это образ жизни.

Цю Чен Юнь же не остановился на Гу Юнь Яне. Он увидел, как тот второпях спасается бегством. Но, когда он повернулся к другим людям, он обнаружил, что остался один-одинёшенек стоять на склоне горы… Даже глава семьи Чжань, Чжань Вуюнь, сбежал.

Глядя на опустевшее место, Цю Чен Юнь горестно вздохнул и вдруг гневно разразился проклятьями: — Цю Пэн, чёртов скотина! Ублюдок! Ты принёс погибель нашей семье! Свет не видывал большего ублюдка! На этот раз ты действительно разозлил меня!

Следует заметить, что глава семьи Цю, действительно, очень умён … Хотя несколько стариков ушли уже далеко, но они, слышав о его горе, всё равно не могли удержаться от смеха …

Никто не нашёл Цзюня Мосе и Мяо Сяо Мяо, так куда эти двое могли запропаститься?

Ужасный пугающий громовой удар уже давно исчез, но они до сих пор лежали на земле…

Мяо Сяо Мяо чувствовала, как её душа радовалась и пела. Она уже забыла, где она была в этот момент, и когда она снова открыла глаза, она поняла, что пугающий всех громовой удар исчез. Повсюду наступила тишина и спокойствие…

Кажется, что вокруг была полная тишина. Хотя перед глазами царил хаос, в самом сердце госпожи Мяо она считала это место самым спокойным!

— Грозовой удар миновал? — в недоумении задала вопрос Мяо Сяо Мяо, моргая своими красивыми глазами.

Цзюнь Мосе улыбнулся: кажется, что эта глупышка находилась в замешательстве, но на самом деле она ничего не помнила…

— Откуда мне знать? Я не проходил грозовой удар, но я думаю, что он исчез, иначе, почему такая ясная погода? — хмыкнул молодой мастер Цзюнь. Он старался выглядеть весёлым, хотя на самом деле у него не осталось сил!

— Вставай… скорее вставай! Вставай, ты чуть не погиб! — Мяо Сяо Мяо, которая полностью пришла в себя, мгновенно увидела окружающую обстановку. Молодой мастер пытался встать, опираясь всем телом на Сяо Мяо и начал собирать остатки своей одежды.

Под бушующим громом с ливнем эти двое долго катались по земле, они были все в грязи, не говоря уже о самих ударах молний: одежда Мяо Сяо Мяо была разорвана на кусочки, так что та осталась в лохмотьях…

— Разве мы можем появиться в таком виде? — едва не плакала Мяо Сяо Мяо. Она знала, что дедушка и другие придут искать их сразу же после грозового удара. Конечно, придёт не один человек. Очень вероятно, сотни людей. Как такая прекрасная девушка может предстать перед ними в таком виде? Женщины могут не бояться смерти, но побояться выглядеть уродливо…

Она снова посмотрела на себя: белоснежная грудь почти обнажена, виднелась часть прекрасного бедра, а сверху это всё было покрыто грязью. На таком контрасте белое выглядело ещё белее, а чёрное — ещё чернее. Изначально чёрные и красивые волосы превратились в солому. И это госпожа Сяо Мяо ещё не знала, что её симпатичное лицо тоже стало пятнистым от грязи …

— Поскольку ты выбрала это место для небесной кары, значит, ты хорошо знаешь местность. Мы можем где-нибудь спрятаться? Где есть вода? Мы помоемся там и вернёмся во Дворец, — предложил Цзюнь Мосе. Конечно, в это время его взгляд быстро двигался по полуголому телу Мяо Сяо Мяо. Он был очень доволен и словно пожирал её глазами…

Обычно, если девушка худощавая, не ожидаешь увидеть что-нибудь выдающегося в её теле. Но у Сяо Мяо было просто сказочное прекрасное тело, со всеми красивыми изгибами …

Мяо Сяо Мяо одной рукой прикрыла грудь. Не успев обсудить план, она сказала: — Там есть озеро… Рядом с ним находится скрытая пещера. Я не знаю, была ли она разрушена громом…

Она выросла в Призрачном дворце и, конечно же, хорошо знала местность.

— Я хочу быть уверен, что пещера не уничтожена. Давай поторопимся! — Цзюнь Мосе поднял её на руки и быстро побежал. После своего вознесения он почувствовал, что в их сторону уже идёт большая группа людей. На самом деле, он не волновался из-за разрушения, так как мог с помощью силы воды и земли воссоздать всё заново…

Причина, по которой он так спешил, очень проста: Мяо Сяо Мяо не должны увидеть в таком виде. Молодой мастер Цзюнь изведётся ревностью… Это была его женщина, и, если кто-то увидит её обнажённой, он себе этого не простит. Поэтому быстро начал искать то место!

— Опусти меня… я могу идти сама… — госпожа Мяо символически протестовала, всего лишь пытаясь держаться сдержанно и сохранить самоуважение, а сама всем телом свернулась в объятиях Цзюня Мосе.

Со свистом Цзюнь Мосе и Мяо Сяо Мяо исчезли прямо посреди открытого пространства. Мяо Сяо Мяо лицом уткнулась в Цзюня Мосе, её глаза были закрыты, поэтому она даже не заметила, как они двое быстро двигались в пространстве совершенно невидимые. Никто не мог их заметить…

Повернув за гору, перед ними появилось озеро с необычайно чистой водой. У озера находилась отвесная гора с небольшой пещерой, которая, всё-таки, не была разрушена во время недавнего грома. Ему не пришлось тратить силу воды и земли.

Цзюнь Мосе пролетел вниз, шурша ветвями деревьев. Он остановился точно на поляне возле озера. Казалось, что на местности всё находится в хаотичном порядке, без какой-либо композиции. В тот момент, когда он внёс на руках Мяо Сяо Мяо в пещеру, озеро внизу и пещера на отвесной скале невероятным образом исчезли…

Если кто-то придёт сюда, он увидит только пустое пространство …

Что за волшебство!

Этот способ используется именно для того, чтобы спрятаться от чужих глаз, и никто не сможет их найти…

Как только они увидели чистый родник, Мяо Сяо Мяо почувствовала себя неловко и некомфортно. С радостным возгласом она вырвалась из объятий Цзюня Мосе и прыгнула в воду. Потом вдруг остановилась, и с покрасневшим лицом сказала ему: — Ты… что ты делаешь?

— Что я делаю? А что я должен делать? — сначала удивился Цзюнь Мосе, но потом он понял, что девушка стесняется его. Притворившись дурачком, он сказал: — А что я должен делать? Ты грязная, я тоже испачкался и, естественно, тоже должен помыться. Я выгляжу неряшливо и некрасиво, кто на меня такого посмотрит?

— Но… ты… а… я… — Мяо Сяо Мяо прикусила свои ярко-красные губы, потопала маленькими ножками и, вся красная от смущения, не смогла подобрать слов.

— «Но» что? Что «ты»? Что «я»? Почему ты так странно себя ведёшь? — специально дразнил её Цзюнь Мосе

— Но здесь только один пруд… — смущённо глянула на него Мяо Сяо Мяо.

— А-а! Но этот пруд довольно большой, мы сможем помыться вместе. Я не возражаю! — Цзюню Мосе вдруг пришла «хорошая мысль», и он сказал: — К тому же, мы можем потереть друг другу спинки! Вообще очень удобно…

Глава 1054. Красавица, я спасу тебя.

— Тьфу, думаешь, я стану тереть тебе спину? — выпалила Мяо Сяо Мяо и тут же почувствовала, что сказал что-то не то, и поспешно добавила: — Что значит, «ты не против»? Тут кто-то захотел с тобой мыться? Я против!

— Раз ты против, а я нет, то я тебе потру спину! На этом и договоримся, — кажется, флирт вошёл в дурную привычку молодого мастера Цзюнь.

— Как бы не так! Я буду мыться только в одиночку. Как ты можешь мыться вместе… с другим человеком? — запнулась Мяо Сяо Мяо. Похоже, что молодой мастер был действительно грязный, но она не могла позволить ему подойди близко…

— Ладно… — закатил глаза Цзюнь Мосе, видя, как волнуется госпожа Мяо. — Раз ты так стесняешься, подожди, пока я установлю деревянную ширму в этом пруду и накину на неё одежду, чтобы не было видно. Когда ты вымоешься, я помоюсь… Договорились?

— Ты обещаешь, что не будешь подглядывать? — Мяо Сяо Мяо не знала, как поступить.

— Мои принципы не позволят мне этого, так что я не буду подглядывать! Даже если ты будешь этого ждать, я не подсмотрю! — обещал Цзюнь Мосе и в это время спрашивал себя: «Принципы? А они у меня есть?»

Сказано — сделано. Цзюнь Мосе аккуратно передвинул несколько камней, сложил несколько веток и поставил простой деревянный каркас, затем снял свой халат, перевернул поперёк и накинул на ширму. Благодаря одежде, ширма получилась довольно плотная…

Мяо Сяо Мяо немного успокоилась, но всё равно чувствовала стыд.

Если этот парень подсмотрит… хотя у него нет шансов… однако, рано или поздно она станет его женой…

«Тем не менее, Цзюнь Е — вежливый, талантливый и благородный человек, он не должен делать такие вещи…», — так Мяо Сяо Мяо утешала себя. Следует заметить, что кое-кто производил на Мяо Сяо Мяо действительно хорошее впечатление …

Кажется, одному богу известно…

Этот парень не благородный человек, его даже мудаком назвать — будет комплиментом…

— Ты… не подсматривай! Ты будешь хуже скота, если будешь подглядывать! — никак не находила себе места Мяо Сяо Мяо. Она медленно подошла к воде, зачерпнула воду и начала мыть свои руки, вместе с тем украдкой оглядывая краем глаза пещеру. Она видела, что почерневшая от грязи белая рубашка на ширме не двигалась. Кажется, что Мо Цзюнь Е сдержал своё обещание и действительно не подглядывает за ней. Её это успокоило.

Однако, вслед за спокойствием у неё неожиданно зародилась странная мысль: «Хм! А почему он не подглядывает? Неужели я не настолько привлекательная?»

Эта мысль её разочаровала…

«Этот „благородный человек“ просто… хуже животного!», — Мяо Сяо Мяо заскрежетала зубами от злости.

Женщины очень противоречивы: сначала она всеми способами запрещала ему подглядывать, а теперь осталась недовольна… Если бы он подглядывал, она бы была ещё более зла…

Противоречие…

«Как поступить… Обидеться, что он не подглядывал или нет?», — Мяо Сяо Мяо всё ещё размышляла об этом, когда услышала голос молодого мастера за ширмой:

— Сначала сними и отстирай свою одежду, а потом дай мне, я её просушу. Иначе мы ещё долго не сможем вернуться… Пусть твоя одежда высохнет, пока ты моешься…

Когда он это говорил, его губы расплылись в странной улыбке… В великой Башне у молодого мастера была одежда, но в этот момент он, естественно, не стал говорить об этом. Какой мужчина откажется от такого прекрасного представления?!

— Ага… — согласилась Мяо Сяо Мяо и подумала, что предложение великого гения было очень разумным. Она прикусила губу и посмотрела на длинную свисающую рубашку, которая всё ещё не сдвинулась ни на миллиметр. Она протянула руку, чтобы расстегнуть пуговицы своего платья. Расстегнув одну, она внезапно подумала о чём-то и покраснела. Её прекрасное тело быстро опустилось в воду, откуда теперь виднелась только одна голова. Она постирала одежду, которую сняла, и бросила на ширму…

Услышав какие-то звуки, Мяо Сяо Мяо улыбнулась и вдруг застыла: одежду она откинула, но… она почти уже домылась… Что же ей делать?

«Подлец! На самом деле он придумал эту уловку, чтобы воспользоваться этим!»

Мгновенно Мяо Сяо Мяо погрузилась в воду, она была в панике … Неужели он ждет, пока она сама выйдет голой и наденет одежду?

Следует заметить, что Цзюнь Мосе произвёл хорошее впечатление на Мяо Сяо Мяо, поэтому она нисколько не сомневалась в его словах. Она даже не могла подумать, что у этого парня на самом деле такие подлые мысли… Одежды у неё сейчас не было, она совершенно голая находилась в воде…

И совершенно не знала, как поступить…

Мяо Сяо Мяо продолжала мыться, нахмурив брови и размышляя о том, что ей делать. Через какое-то время она уже вымылась дочиста, но так ничего и не придумала.

Машинально взглянув в сторону, её лицо вытянулось от удивления.

На камне у берега сидел, вытянув ноги, молодой мастер, одетый только в шорты. Он пристально смотрел на неё, пронзительно улыбаясь…

«Что за дела?»

— Ты… ты… почему ты пришёл? На что ты смотришь? Закрой глаза! — закричала Мяо Сяо Мяо, прикрывая грудь руками. Она полностью погрузилась в воду почти по самую макушку. Из воды виднелась только пара глаз. Она чувствовала стыд, тревогу и смятение, и ещё какое-то необъяснимое чувство… — Разве ты не говорил… что не будешь подглядывать? Ах, ты… Почему ты не держишь своё слово? Зачем ты снял одежду, ты… — сердито сказала Мяо Сяо Мяо с красным лицом. В воде у неё не получилось топнуть ногой, иначе, она бы топнула от злости так, что нога заболела.

— Да?! Разве я подглядываю? Я открыто смотрю! — Цзюнь Мосе бесстыдно смотрел с открытым ртом на её прекрасное миниатюрное тело: –Что ты так смотришь? Разве я голый? На мне ведь штаны!

— Ты, ты… — Мяо Сяо Мяо злилась, ей было очень стыдно. Она медленно двигалась в воде и уходила на расстояние от него.

Однако, услышав звук бултыхания, Мяо Сяо Мяо закричала и оглянулась. Она увидела, что этот бесстыдный человек прыгнул в воду и смело поплыл к ней. Пока плыл, он продолжал без умолку трещать: — О, какой я грязный! Я тоже хочу помыться! На самом деле пруд очень большой… Здесь поместятся целых десять человек, не то, что два… Мне кажется, что ты уже домылась, теперь наверняка не будешь возражать?

Не будет возражать? Ещё как будет! Она категорически против! Мяо Сяо Мяо ошарашено смотрела на этого бесстыдника и прямо-таки потеряла дар речи!

— Ты, ты… не подходи! Не подходи… — Мяо Сяо Мяо запаниковала и постоянно отплывала назад. В этот момент она была так напугана, что забыла, у неё было в несколько раз больше сил, чем у этого сластолюбца…

— Что ты сказала? Погромче, я не слышу тебя… Ладно, я сам подплыву поближе, чтобы расслышать, — крикнул Цзюнь Мосе. Казалось, что он действительно её не расслышал: — Ты зовёшь меня к себе? Зачем ты зовёшь меня?

С виду казалось, что между ними двумя расстояние не более шести метров, но он громко кричал, что не слышит её… если бы между ними было расстояние в несколько сот метров, он наверняка бы её расслышал…

Зачем она звала его? Он уже всё видел, что ещё можно было сделать?

Мяо Сяо Мяо была настолько стеснительной, что её охватил жар. Неужели эта незамужняя девушка не переживала таких конфузных ситуаций? Она отступала назад не оглядываясь, неожиданно споткнулась о подводный камень и погрузилась в воду… находясь в смятении и от неожиданности Почтенный мастер второй ступени начал захлёбываться водой…

— Эй, ты в порядке? Госпожа Мяо, не волнуйся, я спасу тебя! — заботливо закричал Цзюнь Мосе, внезапно ускорился, подплыл к ней, протянул руку и крепко прижал её совершенное тело к себе. Держав её на руках, он громко кричал: — Что случилось? Что случилось? Ты не поранилась? Не поранилась? Ладно, сам посмотрю… Таааак… здесь… к счастью, ты не поранилась… и здесь тоже всё хорошо… Тут… я тоже посмотрю…

В этот момент тело Мяо Сяо Мяо обмякло в его руках, а прекрасные большие глаза уставились на этого бесстыдного парня, который держал её, она не могла сказать ни слова… В этом мире оказывается есть такие, как он!

Но на самом деле он… спас её…

— Почему ты молчишь? Что с тобой? — этот юноша на удивление громко кричал: — Неужели ты потеряла сознание из-за того, что наглоталась воды? Беда, тебе нужно искусственное дыхание, не волнуйся, я умею…

Он не задумался, знает ли Мяо Сяо Мяо, что такое «искусственное дыхание». Найдя для себя «уважительную причину», он своим большим ртом прикоснулся к её маленьким ярко-красным губам…

Мяо Сяо Мяо охватила паника. С ней было всё в порядке, почему он решил, что ей нужно искусственное дыхание? Тем не менее, этот парень воспользовался моментом и нашел причину, чтобы обмануть её… Даже если бы с ней что-то случилось, энергия Суань в её теле помогла ей.

Кроме того, что значит «потеряла сознание»? Её глаза были широко открыты…

Зрачки Мяо Сяо Мяо внезапно расширились, её руки хаотично толкали его, но потом два тела прильнули друг к другу. Какую нужно иметь силу, чтобы оттолкнуть его? Госпожа Мяо мгновенно почувствовала жар другого тела и мягкое мужское дыхание, её тело становилось в его руках всё слабее…

Внезапно она вспомнила то, что недавно ему сказала: «Цзюнь, если я это переживу, то стану твоей женой…»

Глава 1055. Увидеть привидение.

Вспомнив об этом, Мяо Сяо Мяо почувствовала себя ещё более беспомощной. Она закрыла глаза, но совершенно не заметила, что её нежное дыхание стало тяжёлым и глубоким.

— Эй, почему ты так тяжело дышишь… и лицо покраснело… из-за того, что ты захлебнулась водой… хм, это кажется очень серьёзным! — продолжал «волноваться» Цзюнь Мосе. Говоря глупости и какие-то странные вещи, во всяком случае, он не переставал делать ей «искусственное дыхание»…

Мяо Сяо Мяо только чувствовала, что у неё кружится голова… а её тело становилось всё слабее и слабее…

Мяо Сяо Мяо и мечтать не могла, что она, «маленькая принцесса» Призрачного Дворца, Почтенный мастер второй ступени, главная красавица Призрачного Дворца, будет в воде…

В этот момент она едва не потеряла сознание…

По поверхности воды поднялась рябь…

Очень длинная…

Но, наконец, успокоилась …

— Подлец… — выдохнула она и расслабилась в его руках…

— Ох! — удивлённо сказал он: — Госпожа Мяо, значит, с тобой всё в порядке! Я очень беспокоился! Я смертельно устал, пока спасал тебя…

— Ты спасал меня? Кажется, я действительно должна поблагодарить тебя… — эта красивая женщина с румяным лицом сильно ударила его в живот.

— Ай!

Это универсальный трюк всех женщин, которым они овладели самостоятельно. Можно сказать, что это действительно сильный удар под дых!

— Ах ты, сластолюбец! Ты всё ещё смеешь называть меня госпожой Мяо?

— Что? Не называть тебя госпожой Мяо? А как тогда?

— Мои мама и папа зовут меня… Мяо Мяо…

— Мяо Мяо… Мяо Мяо… мяу-мяу… — он аж причмокнул: — Прекрасное имя!

— Эй! Ты что делаешь? Нет, нет, нет!

— Красавица, мы должны отпраздновать такое прекрасное имя! Позволь мне приласкать тебя…

— Нет… нет… ах, ты… о, нет!

— Ха-ха, красавица… твои крики никто не услышит…

***

Когда они, наконец, вышли из этой маленькой пещеры, солнце освещало лишь половину горы…

Оказывается, прошёл целый день…

Мяо Сяо Мяо прильнула к Цзюню Мосе, её лицо покраснело, брови опустились, но лицо словно сияло. Он действительно испытывал глубокую гамму любовных чувств, наполненный любовью этой прекрасной молодой женщины…

Она до сих пор чувствовала слабость, непреодолимое особенное «послевкусие» всё ещё сохранялось в теле. Вспоминая о том, что произошло сегодня днём, Мяо Сяо Мяо не находила себе места от стыда…

Когда она стала такой… распущенной?

Мяо Сяо Мяо охватывал стыд, когда она вспоминала только что произошедшую пылкую сцену.

«Во всём виноват этот юноша!», — Мяо Сяо Мяо гневно смотрела на него. — «Он… хуже животного! Он просто дикарь, даже хуже, чем дикий зверь!»

Молодой мастер Цзюнь гордо обнимал красавицу, с довольным от исполнения своего желания выражением лица.

Он действительно чувствовал себя замечательно … строго говоря, то это его второй раз в этом мире… в первый раз ему подсунули афродизиак, поэтому он совершенно не мог вспомнить свои ощущения…

Этот раз можно считать настоящим проявлением его мужественности…

Молодой мастер Цзюнь смотрел на красавицу возле себя. Испытав удовольствие один раз, он захотел ещё. Он думал об её изящном теле под покровом одежды. Молодой мастер Цзюнь захотел затащить её внутрь снова и «предаться воспоминаниям» ещё несколько раз…

Но сейчас, кажется, этого нельзя было сделать. Судя по их расчётам, они уже слишком задержались. Вероятно, что все в Призрачном Дворце уже сходили с ума… всё-таки им нужно вернуться пораньше и успокоить их!

Когда они появились у ворот резиденции Мяо, у стражей чуть не выпали глаза…

Они были потрясены тем, что эти двое в добром здравии и благополучии. Хотя об их смерти ещё не объявили и не прекратили их поиски, но все понимали, что они, наверняка, погибли, а останки их канули в небытие.

Но вопреки ожиданиям они появились живые и здоровые.

Что за чертовщина!

В зале, который был изначально наполнен необычайным шумом, вдруг наступила мёртвая тишина. Старики уныло повесили головы, они не ели с полудня. Разве кто-то сможет есть в такой ситуации? Что касается виновника этого инцидента — великий князь Цю Пэн был лично избит Шенхуаном Бай Цифэном.

Шенхуан Бай отказался принимать во внимание его положение: огромные кулаки жестоко ударяли по Цю Пэну, словно у него злое сердце и жестокие руки…

Никто не осмеливался вмешаться…

Однако, в мгновение ока, Цю Пэн стал дурнем, и, полумёртвый, был возвращён в резиденцию… Хотя Цю Чен Юнь был недоволен, но он не осмелился ничего сказать в этот решающий момент или, тем более, вмешаться. Он стоял в стороне и хлопал в ладоши. Не всем известно, что на самом деле между стариком и этим болваном смертельная вражда.

Господин Цю должен был сделать то же самое. Многие старики потирали руки от нетерпения, однако, если бы они вмешались, это разожгло бы войну. Особенно это касается Мяо Дао и Мяо Цзяня, они алчно смотрели на льстивое лицо главы семьи Цю. Глядя на него, если он осмелится нанести удар или сказать что-то неприятное, они тут же поднимутся, чтобы дать ему отпор и даже могут пробиваться с боем к резиденции семьи Цю.

Надо сказать, что большинство стариков сожалели об утрате талантливейшего Мо, очень способного человека, будущего Призрачного Дворца. Мяо Дао и Мяо Цзянь ещё больше горевали по Мяо Сяо Мяо. Можно сказать, что двое почтенных господ относились к ней с нежностью, они страдали не меньше Мяо Цзин Юня, и теперь, столкнувшись с таким печальным событием, они не собирались сразу же наказывать виновных, а пытались держать себя в руках.

Видя, что уже темнеет, экономка дома Мяо, скрепя сердцем, спросила, подавать ли ужин, за что Мяо Дао обругал её и выгнал.

— Еда, еда, еда! Тупица! Ты только и знаешь, что говорить о еде! — разорался мастер высочайшего уровня.

В зале, где царила мёртвая тишина, была тяжёлая атмосфера, Мяо Цзин Юнь молчал. Кажется, что никто не смел в такой момент покинуть его…

В это мгновение раздался какой-то шум …

Вслед за этим вошла чья-то фигура …

Из-за плохого настроения, все сердито взглянули на этого человека…

Сразу же их глаза округлились. Что происходит? Неужели это привидение?

К этому времени от величественного облика главы семьи Мяо Цзин Юня почти ничего не осталось, его глаза сузились, рот открылся, он чуть не потерял сознание от удивления, когда увидел этого человека, подходящего к нему под всеобщие возгласы.

Он был одет в чистую одежду, лицо радостно сияло, походка бодрая и весёлая. Если это был не талантливейший Мо Цзюнь Е, то кто?

Раздал резкий возглас! Цао Гофэн, вне себя от радости, подскочил на ноги!

— Ты… жив? А Сяо Мяо? — быстро подбежал к нему Мяо Хуань Юй. Всю свою жизнь он был спокойным человеком и, кажется, никогда так не волновался, как в этот момент.

— Сяо Мяо просто перепачкала свою одежду во время грозового удара, сначала она пошла переодеться, чуть позже придёт сюда… — потёр нос Цзюнь Мосе и посмотрел на Мяо Хуань Юя, которого ему следовало считать своим тестем. Он чувствовал себя немного неловко… Только что он развлекался с его дочерью… и будет развлекаться ещё потом…

Хотя никто об этом не знал, но, несомненно, он чувствовал себя неловко перед тестем.

— А, ха-ха… отлично! Хорошо, что с ней все в порядке! — Мяо Хуань Юя взволнованно рассмеялся. Оказывается, его дочь жива и здорова. Этот мужчина средних лет, который всегда был элегантен и серьёзен, вдруг почувствовал себя полным жизненных сил: — Скорее! Сообщите госпоже, что Сяо Мяо благополучно вернулась домой, она в порядке! С ней ничего не случилось!

Оказалось, что госпожа Мяо не выдержала такого удара и упала в обморок…

Не успел он закончить фразу, как медленно вошла Мяо Сяо Мяо, в белой одежде, покрытая вуалью…

Казалось, что она идёт слишком медленно. Мяо Сяо Мяо чувствовала себя некомфортно, будто все знали, почему именно…

— Мяо Мяо… — неожиданно более десяти человек закричали в унисон, их голоса был полны волнения.

Цзюнь Мосе закрыл глаза… Этот звук, «Мяо Мяо», заставил Цзюня Мосе внезапно почувствовать, будто вокруг него мяукают кошки…

Все были приятно удивлены и собрались вокруг, чтобы задать им вопросы.

Что касается грозового удара — Мяо Сяо Мяо тогда была в замешательстве, она не знала, что произошло. Кроме того, даже если бы она это увидела, она не смогла бы объяснить… с трудом Мяо Сяо Мяо объясняла всем присутствующим …

Что касается молодого господина Цзюнь, он был мастером притворяться, что ничего не знает. Он лишь растерянно смотрел всем в глаза и сваливал с себя ответственность. На такие глубокие вопросы он отвечал, что надеялся лишь на золотую Суань…

Эти старики, к счастью, не стали спрашивать, почему они пришли так поздно…

Зачем? Разве кто-то из этих стариков не опытный хитрец? У кого из них не проницательный взгляд?

Когда вошла Мяо Сяо Мяо, они заметили, что что-то не так, и всё стало ясно…

Они не стали задавать лишних вопросов, потому что она была без ума от талантливейшего Мо и не могла не расчувствоваться. Они наверняка нашли место, чтобы помыться после грозового удара и заодно предаться страсти.

Это казалось слишком очевидным, разве кто-то мог не догадаться…

Если кто-то последует примеру того болвана, и скажет об этом вслух, то стопроцентно, его отхерачат так, что сдохнуть будет проще…

Что касается грозового удара… Все уже полностью осознали: в это время рядом должен был быть могущественный влиятельный человек, чтобы этот удар перекинулся на него. И, когда это случилось, грозовой удар для Мяо Сяо Мяо закончился… поэтому они смогли выжить…

Два молодых человека в тот момент не знали о таком глубоком предположении…

Старики сразу же нашли для себя самое разумное объяснение. На самом деле, только такого рода объяснение может разумно истолковать всё, что произошло. Иначе, как молодые люди смогли преодолеть такую мощную катастрофу? Этого просто не может быть!

С самого начала Цзюнь Мосе чувствовал волнение из-за всех вопросов. Кто бы мог подумать, что эти «умные и здравомыслящие» люди будут так рассуждать о грозовом ударе…

Глава 1056. Правила настоящей жены

— Мяо Мяо! Моя несчастная дочь! — госпожа Мяо выбежала и обняла Мяо Сяо Мяо, плача от радости. Мать и дочь ещё долго не отпускали друг друга и рыдали во весь голос…

Затем госпожа Мяо вытерла слезы и подошла к Цзюню Мосе. С искренней признательностью и самым нежным и любящим взглядом она тихонько сказала: — Мо Цзюнь Е, Сяо Мяо… С этого момента я передаю её в твои руки. Она… она капризна и избалована, так что заранее прошу у тебя прощения…

После этого инцидента госпожа Мяо полностью признала этого парня в качестве зятя! Даже если сама Сяо Мяо передумает, то госпожа Мяо встанет на сторону молодого мастера!

Да кто в этом мире осмелится умереть за свою женщину? За всю свою жизнь госпожа Мяо не встречала ни одного такого мужчины! Так что поступок Мо Цзюнь Е успокоил её сердечную тревогу!

«Можно спокойно передать этому юноше свою дочь! Это даже несправедливо — отказывать такому замечательному человеку! Если ему даже жизни ради Сяо Мяо не жалко, разве станет он вообще когда-нибудь её обижать?»

Цзюнь Мосе неловко улыбнулся и совсем не знал, что сказать.

Под таким нежным и восхищенным взглядом даже толстокожий, как городская стена, Се Цзюнь весь раскраснелся, словно маленький застенчивый мальчишка.

Той ночью семья Мяо устроила пир, и прибывшие гости наслаждались им вдоволь!

Все они много пили и быстро пьянели…

Только главе семьи Цю — Цю Чен Юню — было немного не по себе: «Вы спокойно себе вернулись, и ни хрена! А мой внучок был избит Бай Цифеном до полусмерти, и я до сих пор не знаю, что произошло…»

Однако старик лишь просто думал об этом… Даже если бы кто-то одолжил ему храбрости, он бы всё равно не осмелился сказать это в лицо.

Самое главное, что Цзюнь Мосе и Мяо Сяо Мяо благополучно вернулись обратно, так что он мог спокойно выдохнуть.

Возвращение этих двух негодников означало, что критический момент семьи Цю миновал!

При появлении Цзюня Мосе самым счастливым из всех был глава семьи Цю: «Ах ты, маленький ублюдок… Наконец-то! Если бы ты не вернулся, то нашей семье точно пришёл бы конец…»

Вечером Ли Син Юнь и другие молодые люди окружили Цзюня Мосе взрывом безумных тостов. Этот счастливчик забрал себе лучший цветок Туманного Призрачного Дворца, да ещё и вся тусовка в его честь, за кого же ещё пить?

Каждый находил разные причины, чтобы подойти к молодому мастеру, неся с собой бокал и кувшин с алкоголем. Разгорелась конкуренция. Все почухали себя Богами и Гениями Вина…

Хоть характер молодого мастера был твёрд, но отказывать кому-либо он даже и не пытался. Мосе пил один бокал за другим, его щеки уже стали совсем румяными от вина, что казалось, ещё чуть-чуть — и он буквально рухнет на стол в любую секунду… но молодой мастер так и не падал!

Это наводило присутствующих на мысль: «Если дать этому пареньку еще один бокал, то он точно откатит…»

Кроме того, Мяо Сяо Мяо всё время с обеспокоенным видом уговаривала его: «Пей поменьше… ну поменьше пей…»

Сяо Мяо буквально пепелила взглядом каждого, кто произносил тост в честь Мо Цзюнь Е…

У всех сложилось одинаковое мнение: похоже, что этот обладатель непревзойдённой сущности умеет контролировать своё поведение под действием алкоголя, однако его умение пить — так себе…

Так что все стали ещё более взволнованными, атмосфера — более возбуждённой, а пиршество — более активным… Бокал за бокалом, кувшин за кувшином… Круг за кругом всё повторялось вновь и вновь…

Послышался грохот — самый пьяный из молодых мастеров, Мэн Сянь Жу, уронил свою пиалу для вина на землю, а его тело медленно соскользнуло по столу… Молодой человек растянулся по полу, издавая непонятные звуки… Остальная часть толпы была ненамного сильнее, чем молодой мастер Мэн. У большинства уже заплетались языки, и шла кругом голова, но они продолжали рваться к Цзюнь Мосе наперегонки… Некоторые после выпитого бокала вина уходили к неизвестном направлении, а некоторые вообще спотыкались о собственные ноги, валились пластом, и, не предпринимая попыток снова встать, просто засыпали на земле.

Были и те, кто отрубились прямо в уборной, сидя на корточках.

В конце концов, вокруг молодого мастера Цзюня волной за волной падали одни опьяневшие ребята, а им на замену тут же подступали другие…

Наследники влиятельных семей валялись на земле, словно дохлые собаки, а с их тел стекали остатки лучших блюд этого вечера… Перегарище стояло адовое…

Молодой мастер Цзюнь уже наблюдал за всем помутневшими глазами, его щеки просто горели от вина… Краем глаза он увидел хихикающую Мяо Сяо Мяо с бокалом вина в руке, который она резво разливала по полу… Кажется, она тоже была пьяна…

Распластавшийся под столом Мэн Сянь Жу храпел с открытым ртом. Молодой мастер Цзюнь залил ему в глотку бокал вина и едва убедил себя не запихивать следом бокал. Переведя дыхание, пьянчуга вымолвил:

— Хорошее вино! Это… Дайте нам ещё кувшин!

Затем храп продолжился в прежнем режиме…

Мяо Сяо Мяо беспомощно посмотрела в глаза этим пьяницам, и несчастно улыбалась. Она впервые осознала на собственной шкуре все чувства своей матери, когда та заботилась о пьяном отце.

Это вроде и смешно, и в то же время зло берёт… Эх, ничего не поделаешь…

Госпожа Мяо как раз кстати оказалась в этот момент рядом с дочерью. Она посмотрела на этих пьяных юношей и тихонько вздохнула:

— Сяо Мяо, ты знаешь почему они сегодня так напились?

— Почему? — озадаченно спросила Мяо Сяо Мяо. Напились, потому что много выпили. Какая тут может быть ещё причина?

— Ли Син Юнь, Мэн Сянь Жу, Чжан Цин Юнь — все они были с тобой с пелёнок. Эти юноши, включая Цю Пэна, Гу Фэйю и даже Чжаня Юшу, которого, к сожалению, с нами больше нет… Все они до сих пор холосты, ведь каждый из них отчаянно ждал только тебя, — госпожа Мяо горько улыбнулась: — Теперь, за такой короткий промежуток времени твоё сердце вдруг завоевал кто-то совершенно посторонний. Эти юноши мечтали об этом более десяти лет, и всё вдруг разрушилось в один миг. Гу Фэйю вообще стал никчёмной «вещью»… Вспомни те соревнования… Может, Мо Цзюнь Е и находился в выигрышном положении… Однако совершенствование Гу Фэйю значительно превосходит навыки Цзюнь Е… Так как же он мог получить столь серьёзные травмы, которые сделали из него инвалида? Вот представь, если бы в тот момент тебя не оказалось рядом, был бы исход того боя другим? Братья Чжань в тот же день устроили пари, и в конце концов они потерпели поражение. Естественно, там сыграла фортуна, и самая главная причина заключалась в блестящем таланте Мо Цзюнь Е. Однако, неужели ты действительно не знала об интересе Чжаня Юшу в отношении тебя? Ладно бы только Чжань Юшу, я даже подозреваю, что и Чжань Цифэн был неравнодушен к тебе, просто он никогда это не показывал. А что сегодня выдал Цю Пэн? Этот изящный и добрый юноша вдруг так резко выступил против Мо Цзюнь Е, и, в конце концов, нарвался на гнев кулака Бай Цифэна… Ты думаешь, что Цю Пэн действительно такой дурак, чтобы действовать столь безрассудно, не думая о последствиях?

Выслушав слова матери, Мяо Сяо Мяо невольно нахмурила брови: — Ты… Ты хочешь сказать, что это они… из-за меня так нафигачились?

— Если не из-за тебя, то из-за кого? — госпожа Мяо улыбнулась и посмотрела на свою дочь и добавила: — Ты думаешь, что эти на вид упитые в хламину мальцы действительно пьяны?

— А разве они не напились? Они просто притворяются? Ну, тогда их игра выше всяких похвал! — Мяо Сяо Мяо ещё раз посмотрела на первых красавцев Туманного Призрачного Дворца, валявшихся в отвратительнейшем виде. Она никак не могла поверить, что все они лишь притворяются…

— Эти ребята, естественно, пьяны. Но пьяны не от вина, — сказала госпожа Мяо: — Ловкий на деньги Ли Син Юнь, находчивый Чжан Цин Юнь, серьёзный и сдержанный Мэн Сянь Жу… ты ведь знакома с ними с детства. Скажи, ты когда-нибудь видела их в таком безобразном состоянии? Они не только потеряли контроль, они допились сегодня до потери сознания. Почему же эти парни не стали использовать свою Суань, чтобы выгнать весь алкоголь из своей крови?

— Почему же? — повторила Мяо Сяо Мяо.

— Как говорится, один раз напившись, можно решить тысячу проблем. Алкоголем эти юноши просто заполнили свои несчастные сердца, ведь их мечты рухнули! Сегодня у каждого из них было прощание с прошлым, можно даже сказать, что это, своего рода, перерождение! — госпожа Мяо тихонько прошептала: — Пока они пьют… Они всё ещё живут в своих мечтах… поэтому эти юноши не стали использовать Суань, чтобы выветрить из себя всё вино… Это приведёт их к страданиям. У них нет другого выбора, кроме как напиться. Другой придурок, может, устроил бы драку, а кто-то вообще отправился бы на войну… Однако эти дети так поступить не в силах, ведь они — наследники влиятельных семей и несут на своих плечах ответственность не только за себя, но и за свой род! — госпожа Мяо вдруг подняла взгляд на свою дочь: — Я сказала тебе это не для того, чтобы ты думала об их влюблённости в тебя. Это уже в прошлом! Я просто хотела сказать, что и мужчинам иногда бывает горестно, но они никогда об этом не расскажут. И когда они пьяны… Или когда исцеляют боль своих сердец… В эти моменты нельзя их беспокоить или надоедать, даже их жёны не являются исключением. Жена не должна оскорблять, высмеивать или пренебрегать своим мужчиной в такие моменты. Ей стоит наилучшим образом позаботиться о теле и душе своего мужчины… именно так поступают хорошие жены…

В глазах Мяо Сяо Мяо промелькнуло понимание…

Госпожа Мяо тяжело вздохнула: — Общеизвестно, что женщине не так-то просто живётся. К ней всегда предъявлялись жёсткие требования, да ещё и жизнь в затворничестве… Кажется, будто весь мир несправедлив по отношению к женщинам. Но кто бы знал, что подавляющее большинство женщин несут на своих плечах только мелочи жизни. А что касается мужчин, то на их плечах лежит целый мир! Все войны, ответственность за воспитание семьи, за содержание жены и ребёнка лежит на плечах одного мужчины… Когда женщина обижена, она всегда может заплакать, и никто не будет над ней смеяться, но стоит заплакать мужчине — и в его сторону полетит огромное количество жестоких насмешек… Поэтому мужчины любят проливать кровь вместо слёз… Если дать нам, женщинам, выбор, то мы, естественно, предпочтём, чтобы наши мужчины плакали, а не лили кровь… Ведь слёзы не таят в себе большой опасности, тогда как кровь может навсегда унести с собой человека, на которого ты всегда можешь положиться…

Глава 1057. Наступил решающий момент

— С ними непросто, это да. Будучи чьей-то женой, ты не должна доставлять мужу неприятности… Как хорошая жена, ты должна понимать некоторые вещи, иногда… нужно понимать своего мужчину. Если женщина не понимает, это станет трагедией всей жизни. Ты понимаешь? Даже если ты всё ещё не понимаешь этого, попытайся понять!

Её дочь уже стала чьей-то женой. Хоть и в спешке, но она старалась научить свою дочь всему… Это самый важный урок в жизни женщины…

— Я понимаю, я действительно понимаю! Спасибо за твои наставления, мама! — Мяо Сяо Мяо мягко сказала: — Возможно, я хочу слишком многого, но я надеюсь, что мой Цзюнь Е за всю жизнь не проронит ни слезинки и никогда не будет страдать…

Госпожа Мяо покачала головой и улыбнулась: — Доченька… ты, действительно, хочешь слишком многого…

— Но… они пьяные… и Цзюнь Мосе тоже? Неужели у него тоже тоскливое настроение? — сразу спросила Мяо Сяо Мяо.

— Глупая ты девчонка… Они напились из-за тебя, а Цзюнь Мосе — из-за них! У людей всегда есть предел. Это не значит, что люди пьют только из-за горя! Любой, кто пьёт слишком много — пьянеет! — госпожа Мяо покачала головой, уголки рта поднялись в улыбке. Она смотрела на свою дочь с любовью.

— О… я понимаю, — лицо Мяо Сяо Мяо покраснело, а затем она сказала: –Мама, посмотри. Они все напились до чёртиков — и куда делись их прекрасные манеры? Но мой Цзюнь Е всё ещё грациозно сидит за столом… даже не храпит, хи-хи… Мо Цзюнь, даже пьяный, ведёт себя превосходно, а, значит, он сильнее их…

Госпожа Мяо лишилась дара речи: «Разве у него прекрасные манеры? Неужели в таком состоянии он осознаёт, как нужно себя вести? Ладно, ей не стоит ничего говорить, в глазах моей дочери Мо Цзюнь Е — идеальный человек!»

— Ладно, ты должна скорее отвести Мо Цзюнь Е отдохнуть в гостевую комнату. Я также отведу этих господ отдохнуть… Я думаю, что твой отец почти в таком же состоянии. Весело — пьёт, грустно — пьёт. Почему жёны должны терпеть их? — нахмурилась госпожа Мяо.

— Мама… — ласково сказала Мяо Сяо Мяо: — Кровать в гостевой комнате такая твёрдая, совсем неудобная и… какой будет стоять запах от пьяных мужчин в комнате? Разве Мо Цзюнь Е не надышится этого зловонья? Там слишком плохая обстановка для него…

Плохая обстановка в гостевой комнате?

Госпожа Мяо потёрла лоб и вздохнула: — Но это самая лучшая комната в Призрачном Дворце. Образцовая первоклассная комната, как там может быть плохая обстановка? Что ты надумала? — госпожа Мяо посмотрела на свою дочь.

— Так или иначе, он не может остаться в гостевой комнате… — Мяо Соя Мяо надулась.

— Ладно, ладно. То, что должно было случиться, уже случилось… — у госпожи Мяо не было иного выбора, кроме как пойти на компромисс: — Ты и Сяо Доу Я отведёте его в твои покои, чтобы отдохнуть, но ты будешь спать у меня. Ты согласна?

Госпожа Мяо — человек, который прошёл и повидал многое, разве она могла не заметить, что её любимая дочка уже не девственница? Однако, эти двое номинально помолвлены и теперь не могут обходиться друг без друга…

— Я поняла, мама… — Мяо Сяо Мяо покраснела, но радостно ответила: — Я позабочусь о нём и немного позже приду.

Договорив, она позвала Сяо Доу Я, а затем она осторожно обхватила и подняла Цзюня Мосе. С нынешним уровнем совершенствования Почтенного мастера более чем пятидесятикилограммовое тело Цзюня Мосе, естественно, не казалось ей таким тяжёлым. Потом она поспешила уйти, только приказав Сяо Доу Я приготовить горячую воду, полотенца и бульон от похмелья …

Госпожа Мяо смотрела на силуэт дочери и невольно покачала головой… Её дочь действительно выросла…

А тем временем Мяо Сяо Мяо всю дорогу осторожно держа его тяжёлое тело, поднялась в свои покои, положила Мо Цзюнь Е на свою кровать. Затем позвала Сяо Доу Я и с большой осторожностью сняла с него одежду, кроме обуви, и горячим полотенцем вытерла лицо…

Когда всё было сделано, она приказала Сяо Доу Я уйти. Держась ладонями за свои милые щёчки, она села на кровать и смотрела на его лицо, не в силах удержать нежную улыбку.

Чем этот парень всё-таки привлёк её? Неужели они связаны до конца жизни? Но она будет чувствовать себя опустошённой, если не сможет увидеть его…

Размышляя об этом, она почти подсознательно вытянула пальцы и нежно погладила его по лицу. Её бесконечно ласковые и нежные пальцы… любовь накрывала её, как волна моря …

Почти машинально, она гладила и гладила его…

Мяо Сяо Мяо внезапно почувствовала, что её руку крепко держала его большая рука… Когда она испуганно подняла глаза, то увидела, что «пьяница», которого он изображал перед ней и Сяо Доу Я, только что открыл глаза. Он смотрел на нее своими чистыми, красивыми и абсолютно трезвыми глазами с хитрой улыбкой, будто что-то замыслил.

— Ах… — внезапно в её голове промелькнула мысль: — Ты протрезвел?

— Протрезвел? — Цзюнь Мосе усмехнулся: — Твой муж совсем не был пьян. А раз я не пьян, то и трезветь мне не нужно…

— Ты не был пьян?! — Мяо Сяо Мяо почувствовала, что ничего не понимает: — Ты выпил так много вина… Как ты мог не напиться?

— О… они заливали горе вином, но опьянение не зависит от крепости вина… — Цзюнь Мосе, притворившись печальным, глубоко вздохнул. — Но я всегда умел пить. Ведь ничего печального не произошло, а сейчас меня обнимает красавица… Но, если бы я не притворился пьяным, предполагаю, что чёрт знает сколько людей захотели бы напоить меня. Разве удивительно, что я придумал такой план?

— Ах, ты… — Мяо Сяо Мяо просто не знала, что сказать. Глядя на этого парня, у которого блестели глаза от удовольствия, она и злилась на него и смеялась: он действительно придумал план на случай такой ситуации, это было очень неплохо…

— Правильно… Похоже, что здесь намного удобнее, чем в пруду. Нас здесь только двое… — Цзюнь Мосе широко улыбался, вспомнив об их страсти в пещере. Он похлопал ладонью по тёплой кровати и ласково сказал: –Супруга…

Увидев в его глазах хорошо знакомое ей желание, Мяо Сяо Мяо всё ещё не могла понять, что он собирается делать. Немного застенчиво она сказала: — Но… но моя мама сказала…

— Сегодня вечером я хочу попробовать на вкус первую красавицу Призрачного Дворца… — Цзюнь Мосе прищурился и улыбнулся: — И, всё же, я хочу попробовать на вкус… сверху донизу… каждый уголок твоего тела…

Мяо Сяо Мяо не успела отреагировать, как почувствовала, что большая рука уже коснулась её талии… Она вздохнула и в голове помутнело, а когда она пришла в себя, то поняла, что он уже притянул её к кровати… и почти снял одежду…

Чтобы отказаться, нужно убеждать силой своих принципов… Пара больших рук уже гладила её красивые белые груди… Мяо Сяо Мяо застонала, глаза её помутнели, как у пьяной, она только чувствовала, что нет сил говорить…

Цзюнь Мосе выпрямился, и она села на него…

Её покои в мгновение наполнились плотским наслаждением…

***

Ранним утром второго дня перед входом в резиденцию семьи Мяо собралось много людей, и все они были мастерами очень высокого уровня. Мастера высочайшего уровня Призрачного Дворца, все главы семей, Цао Гофэн и остальные семеро собрались вместе…

Мяо Цзин Юнь с мрачным лицом постоянно наблюдал за небом, на котором едва забрезжил свет, и выглядел он очень взволнованным…

Сегодня настал день, когда все мастера Призрачного Дворца раз в сто лет посещают Сад чудодейственных растений… Пришли все, но пропали только два человека из молодого поколения: Цзюнь Мосе и Мяо Сяо Мяо!

Сегодня ни один из них не пришёл!

— Ты, иди в гостевую комнату! Приведи Мо Цзюнь Е! Ты, иди в покои Мяо Сяо Мяо и подними её. Сколько уже времени! Это действительно разочаровывает меня! — Мяо Цзин Юнь много выпил прошлой ночью и не знал, что молодой мастер Мо «украл» его внучку на ночь…

В этот чрезвычайно важный день есть только два ключевых человека, которые, скорее всего, получат наибольшую выгоду… И они не явились… Сад чудодейственных растений открывается раз в сто лет, каждый должен воспользоваться этим моментом, чтобы собрать немного чудодейственных растений, которые необходимы. А они задерживались уже на полчаса. Это значит, что каждый человек сможет собрать меньше чудодейственных растений…

Если рассматривать в целом, то это довольно большое богатство…

И это богатство исчезло в весеннем сне этих двух людей…

— Всё-таки я сам пойду будить Мяо Сяо Мяо, — Мяо Хуань Юю тоже стало немного неловко.

Будучи хозяином Сада чудодейственных растений, только два месяца в году он мог оставаться дома. Один месяц он выбрал, чтобы праздновать с семьёй праздник середины золотой осени, а другой месяц — месяц открытия Сада чудодейственных растений.

В остальное время он находится в Саду.

В этот момент, видя, что его многообещающая дочь вдруг исчезла в такой важный момент, Мяо Хуань Юй, который всегда был спокоен, немного призадумался. Обычно такие события были очень важны для его доченьки Сяо Мяо, но что произошло сегодня?

Когда Мяо Хуань Юй пришёл в покои своей дочери, не успел он открыть рот, чтобы позвать ее, как увидел ситуацию, которая привела его в ярость: Мяо Сяо Мяо и Цзюнь Мосе вместе спускались вниз, влюблённо и нежно глядя друг на друга… Глядя на их выражения лиц, он сложил два и два и понял, что произошло прошлой ночью…

Не говоря уже о том, что Мяо Сяо Мяо, похоже, совсем не скрывала слабости во всём теле…

Мяо Хуань Юй внезапно разразился гневом!

Любой отец, независимо от того, насколько он доволен зятем, испытывает неопределённые чувства, когда видит свою дочь с любовником в постели… Внутри разгораются различные эмоции!

В данный момент чувства Мяо Хуань Юя можно было назвать запутанными. Его хорошие манеры, которых он всегда придерживался, мгновенно исчезли. Он стиснул зубы, уставился на них и прорычал: — Ах вы, негодники! Что вы, в конце концов, делали?

Глава 1058. Сад чудодейственных растений!

Едва завидев своего отца с мрачным лицом, стоявшего под лестницей, Мяо Сяо Мяо мгновенно залилась краской и не знала, куда деться от стыда.

Цзюнь Мосе тоже не знал, что сказать на это своему тестю: «Ты скажи сам, умный ты человек или нет? Стоять под дверью у молодых с утра пораньше? Неизвестно сможет ли наш чувствительный молодой господин пережить нечто подобное?»

Мяо Сяо Мяо тоже была бессильна… Она, разумеется, знала, что сегодня тот самый важный день, который бывает раз в сто лет… Однако, несмотря на то, что она хорошо помнила об этом, разве своему телу прикажешь? Что ж, ничего не поделаешь… Прошлой ночью этот негодник даже не дал ей и минуты отдыха… Всю ночь напролёт, словно бурный океан своими высоченными волнами, он «атаковал» её раз за разом, без остановки и без намёка на малейшую усталость… У Сяо Мяо было ощущение, что её тело перекрутили несколько раз подряд против часовой стрелки… и даже до сих пор она ощущала ноющую боль во всём своём теле.

Проснувшись утром совершенно голой рядом с этим молодым человеком, сомнений не оставалось… но она не помнила, когда и как заснула… как будто все воспоминания разом улетучились из её головы, оставив вместо себя только ноющее покалывание во всех мышцах её тела… Если бы не Мосе, она бы вряд ли смогла подняться с постели в такой час! Ведь она была такой уставшей… такой измотанной и изнурённой…

После такого «отдыха» нужен ещё один, и, желательно, в пакете с продолжительным и здоровым сном!

В такую минуту у Сяо Мяо даже возникла одна очень странная мысль: «То, что у мужчин есть несколько жён и наложниц — вполне разумно! Если была бы только одна… Это просто нереально было бы выдержать… Даже для меня с уровнем Почтенного мастера, а что говорить про других тогда?!»

Молодой мастер Цзюнь поднялся в приятном настроении и бодром сознании. Может, Сяо Мяо и позабыла подробности вчерашней ночи, но Мосе, конечно, нет! Он обладал супермощной выдержкой. Пусть он и устал за вчера три или четыре раза, он всегда вовремя мог восстановиться!

Сегодня на кону самое главное событие, ради которого он вторгся в Призрачный Дворец!

«Какой же сюрприз ждёт меня в Саду чудодейственных растений…»

Когда Мосе умывался, он, не задумываясь, бросил одну фразу, от которой Сяо Мяо ещё долго пришлось краснеть: — Вчерашнюю ночь, действительно, трудно будет забыть…

В принципе, в этих словах не было ничего необычного, однако Мосе специально произнёс их растянуто…

Всегда спокойное лицо Мяо Хуань Юя заметно помрачнело, а смущённая Мяо Сяо Мяо и довольный «зятёк» стояли прямо около Мяо Цзин Юня.

Мяо ЦзинЮнь только закатил глаза, и сразу же махнул рукой:

— Отправляемся в путь!

Событие, которое должно было случится немного позже, но уже произошло, и что же тут можно ответить?! Читать нотации — только зря тратить время… Во главе с Мяо Цзин Юнем вся компания отправилась в путь. Мяо Дао взял на себя Мяо Сяо Мяо, а Мяо Цзянь — Цзюня Мосе, и их отряд, как острый наконечник стрелы, в мгновение пронзил собой чёрный небосвод.

Скорость их передвижения, разумеется, не могла не впечатлять. За время каких-то десяти вдохов они уже достигли главного дворца. А сейчас уже находились перед громадной отвесной горой!

Однако назвать это горой едва ли будет приемлемо. Так как фактически это было что-то вроде громадного куска нефрита! Длиной и шириной около шестидесяти метров, который ослепительно сиял всеми цветами радуги. Яркие блики сновали туда-сюда по нему… На поверхности этого нефрита располагались необыкновенные узоры…

Помимо этих его особенностей было, и кое-что ещё — этот нефритовый валун был словно прозрачным. Смотря прямо на него, можно было увидеть несметное множество различных картинок, туманные здания и необъятные лесные чащи, и много очаровательных человеческих силуэтов носились где-то там, внутри его глубин… Казалось, что внутри этого нефрита существовал какой-то отдельный удивительный мир… и ты видишь сейчас совсем крохотную его часть…

Однако если обойти этот нефрит, там будет только лишь громадная скала и ничего больше!

Не стоит и говорить, что, если бы этот удивительный камень выставили на аукцион на материке Суань, даже бы отдав все богатства своей страны, оплатить его настоящую стоимость вряд ли бы получилось! Ведь его стоимость намного превышала стоимость обычного куска нефрита, пусть и даже такого же по размеру!

— Это — небесный нефрит! Абсолютно цельный небесный нефрит, на нём нет ни одного скола, и ни единого повреждения, — Мяо Сяо Мяо тихонько прошептала Цзюню Мосе, стоящему рядом с ней: — И самая удивительная особенность этого нефрита заключается в его неуязвимости. Ни один человек не может разрушить его… Пусть даже десяток шенцзунов обрушат на него совместные удары, на нём всё равно не останется ни следа повреждения…

— Действительно, отличная вещица! — глаза Мосе сверкнули.

— Этот небесный нефрит — самая драгоценная вещь во всём Призрачном Дворце! Однако его ценность не ограничивается его неуязвимостью и скрывающимися в нём изображениями. Если бы было так, он был бы не более, чем просто очень редкой безделушкой! — Мяо Сяо Мяо тихо произнесла: — Его истинная ценность заключается в том, что этот небесный нефрит является единственным входом в Сад чудодейственных растений!

В этот момент Мяо Хуань Юй в одиночку встал перед этим самым небесным нефритом. Выпустив какую-то неведомую силу, похоже, пытаясь настроить контакт с ним… Размытые узоры, находившиеся на поверхности камня, стали двигаться. Сначала медленно, а потом всё быстрее. Стремительно кружившись, они превращались в какой-то фантасмагорический рисунок… в конце засветившись прекрасным белым светом…

— Самая драгоценная вещь в Призрачном Дворце, как по мне — это ты, и только ты, — Цзюнь Мосе улыбнулся. — И я уже заполучил её.

— Ах ты! — Сяо Мяо тотчас же покраснела и засмущалась, а потом надула губы и топнула ножкой: — Я вообще-то не вещь…

— Ага, ага… ты совсем не вещь… — засмеялся Цзюнь Мосе.

Такая прекрасная возможность, чтобы пошутить, разве её можно было упустить?

— Ты! А ты сам — не вещь, случайно?! — Мяо Сяо Мяо тотчас же злобно посмотрела на него, надув свои милые щёчки. — Всё! С этой минуты я буду тебя игнорировать… бесстыдник ты этакий… — Ничего, ничего, сейчас можешь меня игнорировать, я переживу это… — Цзюнь Мосе с нахальным видом наклонился, и тихо шепнул на ухо Сяо Мяо: — Самое главное, чтобы ночью, голенькая, ты меня не игнорировала. Кстати, вот тогда я как раз и буду совсем бесстыдным…

Окончательно засмущавшись, Мяо Сяо Мяо закрыла обеими руками своё лицо. Ей было так неудобно, что она даже боялась показать свои глаза…

«Какой стыд… Ну какой же стыд… Вот же негодник! Говорить мне подобные вещи, ещё и здесь… А вдруг кто-нибудь услышит ещё?»

Вдруг в этот момент небесный нефрит внезапно засветился всеми цветами радуги, и вслед за этим испустил одурманивающее благоухание!

Этот аромат отличался от всех известных в мире обычных людей, потому как, только вдохнув его, появлялось ощущение божественной лёгкости и радости, удовольствие, расползающееся по всему телу… После чего вдруг, откуда не возьмись, появились входные ворота.

На правой стороне этих величественных ворот появилась надпись из иероглифов: «Единственный и неповторимый постоялец подземного мира — лишь я один! Восходит на небеса и спускается до земляных недр мой гнев, рык, свист ветра и шум дождя нагло и дерзко заполняют всё пространство!»

Всего там насчитывалось двадцать восемь иероглифов, и каждый словно проходил насквозь через каменную стену, как удар молнии прожигает человеческое сердце!

В этих словах читались полное презрение, абсолютное высокомерие и бесконечная напыщенность! Лишь при одном взгляде на почерк этих иероглифов можно было определить, насколько необычайным и могущественным был тот человек, что оставил здесь их!

Первый Шао из Подземного мира!

Кроме него в этом мире никогда не было человека, имевшего подобные манеры! Человека, который смог бы настолько дерзко и самоуверенно написать эти иероглифы!

Так неистово и безумно!

Настолько, что при виде их у людей возникает бесконечное чувство уважения к нему!

Настолько дерзко и своевольно! А это еще больше очаровывает!

Эти двадцать восемь иероглифов появились лишь на небольшой промежуток времени, а потом постепенно исчезли. То, как они исчезали, тоже было очень необычным процессом, безукоризненно чётким и благородным, словно иероглифы медленно переносились на какую-то незабвенную дорогу, которая никогда не заканчивалась и тянулась длинною в вечность!

По обеим сторонам каменных ступенек стали появляться какие-то иллюзорные бескрайние лесные чащи… Дождавшись, когда дорога, наконец, стала реальной, все вступили в Сад чудодейственных лекарств!

Это старинный ритуал, которому более десяти тысяч лет, и он никогда не менялся. И за это время никогда не происходило ничего странного.

Все с искренним почтением отвесили низкий поклон, с терпением ожидая продолжения. Однако именно сегодня должно было случиться что-то из ряда вон выходящее!

На том месте, где недавно исчезло двадцать восемь иероглифов, вдруг появилось золотое сияние, и точно таким же почерком внезапно появилась ещё одна надпись: «Если будешь безобразничать там, будь уверен, я оторву тебе яйца!»

Увидев эту надпись, все разом оцепенели…

«Что… что это такое? И к тому же так грубо и вульгарно написано… Как при такой торжественной атмосфере… на этой стене могло появиться нечто подобное?!»

До этого ничего такого никогда не происходило, однако было очевидно, что почерк принадлежал Первому Шао, точно такой же, как и предыдущие иероглифы… И ещё — кому же было адресовано столь грубое обращение?

Цзюнь Мосе почувствовал, словно у него с головы сняли скальп, и по гладкой лысине прокатился леденящий душу мороз… Среди всех только он понял смысл этого выражения.

Было вполне очевидно, что это было адресовано ему! Десять тысяч лет назад Первый Шао оставил строгое предупреждение для него! Подобные приёмы Первого Шао были не новы для Мосе, и поэтому он совсем не удивился.

«Однако содержание этих слов… блядь, да когда и где я безобразничал?! Я что, твоё дерево забрать хочу? Беда такая! Несколько плодов! К чему такая строгость? Ещё столько лет назад оставил мне подобное сообщение… За кого ты меня принимаешь вообще? Думаешь, я совсем себя контролировать не умею? Я что, по-твоему, настолько алчный человек?»

Эта надпись сверкнула и тут же исчезла, однако все присутствующие очень приуныли: «Наш прародитель оставил такое строгое предупреждение, и это наверняка не шутка! В этот раз никак нельзя допустить появления глупостей, даже малейшего проступка не должно быть! Следует действовать очень и очень осторожно…»

С неподдельной серьёзностью вся группа, наконец, вступила в Сад чудодейственных растений.

Пройдя каменные ступеньки и добравшись до дорожной развилки, Мяо Цзин Юнь тотчас же отдал приказ разбиться на три группы и собирать снадобья, а потом, в назначенное время, собраться всем вместе.

Что же касается Цзюня Мосе, Мяо Сяо Мяо и следовавшего за ними Мяо Хуань Юя — они направились к центральной безбрежной степи! В этом направлении и находилось священное дерево…

Глава 1059. Священное дерево!

Благодаря предупреждению Мяо Хуань Юня, Цзюнь Мосе, наконец, понял почему только один человек мог стать «избранным», потому как на этой тропе могли уместиться лишь три человека, и, соответственно, добраться до священного дерева.

Если количество человек будет больше, они никогда не смогут увидеть священное дерево!

Разумеется, три человека, не включая самого сюда хозяина волшебного Сада. Исходя из количества на данный момент, к ним без проблем мог присоединиться ещё кто-то, однако… после сопротивления священного дерева, оказанного им в прошлые разы, добровольцев как ветром сдуло, и обычно принимал участие только лишь один человек.

То, что в этот раз Мяо Хуань Юй взял с собой целых двоих человек — уже довольно необычное событие за последние несколько сотен лет!

Мяо Хуань Юй находился в центре, слева — Мяо Сяо Мяо, а справа — Цзюнь Мосе.

Обстановка здесь ничем особо не отличалась от обычного внешнего мира, под ногами шуршала трава и устойчивая почва, доносился слабый аромат полевых цветов. Это заставило Цзюня Мосе почувствовать, что этот мир вовсе не призрачный, а самый настоящий!

Через несколько шагов, повернув голову, он заметил, что обратный путь уже преграждал плотный безбрежно-белый туман… Места, откуда они вошли сюда, больше не было видно…

— Это и есть территория священного дерева. Это место можно назвать самым необычным и удивительным во всём Саду, — Мяо Хуань Юнь сделал шаг, и медленно произнёс: — Эта степь не имеет конца и края, она бесконечна, но здесь совсем нет чудодейственных лекарств! Так как это под запретом у священного дерева, оно не позволяет им расти здесь!

Мяо Сяо Мяо и Цзюнь Мосе были очень удивлены. Не успели они войти, как увидели богатые лесные рощи, полные лекарственных трав, так почему, добравшись досюда, даже самой примитивной и обычной целебной травы здесь не встретить?

Сейчас, услышав слова Мяо Хуань Юя, они поняли, что эта заброшенная степь — дело рук чёртового священного дерева! Они оба переглянулись, подумав: «А это дерево до крайности жадное и ненасытное, оказывается…»

Однако, внимательно подумав, Цзюнь Мосе понял, что дерево очень напоминает своим поведением могущественное священное животное: в окрестностях его среды обитания тоже никогда нет других священных животных. Если чужак ступит на его территорию, кровавой битвы не миновать. Насыщенная одухотворённая Ци этого дерева точно также препятствует появлению других лекарственных растений на этой территории. Священное дерево решило всего-навсего принаглеть чуток, покрыв своими чарами все окрестности…

Внезапно свежая обновлённая Ци хлынула потоком. Мяо Хуань Юй сразу же взбодрился, сказав: — Мы на месте!

Они посмотрели вдаль, увидев, как в пустой и безлюдной равнине по центру возвышалось необъятных размеров большое дерево! Ствол этого дерева, без преувеличения, достиг не меньше ста метров в ширину! Ярко-зелёная пышная крона, казалось, возвышалась до самого неба!

А листья были удивительной девятиугольной формы, и поблескивали самыми разными цветами. Только посмотришь — изумрудно-зелёные, отведёшь взгляд — сочно-красные, потом чёрные, фиолетовые…

Листва этого дерева постоянно меняла свой цвет…

По мере того, как все трое приближались к нему, его удивительные девятиугольные листья все разом поднялись вверх, а само дерево как бы наклонилось, напоминая тем самым огромного могущественного великана, наблюдавшего за ничтожными людишками…

Цзюнь Мосе тут же оцепенел и выпучил глаза: «Бляха муха! Это чёртово дерево так накренилось, чтобы нас разглядеть? Очень похоже на человеческое поведение… А в высоту метров двести будет… Это ж сколько двуспальных кроватей можно из него нахуярить?»

Цзюнь Мосе не видел ничего подобного ни в одном из миров…

Листва зашуршала, подавая сообщение:

— Сыны Призрачного Дворца, вы снова пришли навестить старейшину… Какие угощения принесли старику на этот раз?

— Глубокоуважаемое священное дерево, сегодня снова настал день нашего столетнего посещения. Чтобы ещё лучше заботиться о вас, мы выбрали двоих молодых людей. Прошу вас провести испытания для них, и выяснить, соответствуют ли они вашим требованиям. Глубокоуважаемое священное дерево, с вашего позволения, прошу, начинайте процесс проверки, и огласите курс развития Сада чудодейственных лекарств на ближайшие тысячу лет! — Мяо Хуань Юй тихо поклонился, и с почтением обратился к священному дереву.

Цзюнь Мосе вновь попытался проморгаться: «Простите, это что вообще тут происходит? Разве это не бред? Это дерево действительно понимает человеческий язык? И умеет говорить? И ещё, Мяо Хуань Юй так вежлив и учтив с ним… Оно, вообще, хоть на слух понимает нашу речь?»

Листва священного дерева пришла в движение. Даже невооружённым взглядом было заметно, как ствол стал раскачиваться в стороны. Все трое почувствовали: похоже, что дерево сейчас пребывает в хорошем расположении духа! К тому же оно очень взволновано…

Мяо Хуань Юй был немного поражён: до этого никогда не происходило ничего подобного. Неужто его речи, полные уважения и почтения, так развеселили дерево? Однако он и раньше говорил точно также., но такой радости не возникало…

Листья продолжали колыхаться, словно множество людей одновременно свистело и завывало: — Те двое молодых людей… Пусть они сначала сделают шаг вперёд!

Цзюнь Мосе разинул рот. Он не ослышался, этот так называемый «людской свист» — не иначе, как особая частота голоса, принадлежащая этому дереву. Все его листья одновременно исполнили одно и то же движение, колебания переросли в звук… Уже эта черта наглядно демонстрировала, что дерево обладает сознанием, и к тому же совсем не низким уровнем интеллекта!

Цзюнь Мосе был в настоящем шоке…

Он сделал шаг и Сяо Мяо вместе с ним, однако она до сих пор пребывала в состоянии испуга… В конце концов, она никогда в своей жизни не встречала ничего подобного, для нее это дерево было божеством не меньше…

Внезапно листва резко засвистела, и раздался голос, наполненный яростью: — Ты, сосунок! Что за выражение лица у тебя? Ты осмеливаешься показать неуважение к моей персоне?! Ты в курсе насколько это злостное преступление?!

Оказывается, Мосе состроил гримасу презрения, и дерево это заметило…

Священное дерево разозлилось, и в рассаднике в один миг собрались чёрные тучи!

Мяо Хуань Юй про себя подумал: «Похоже, это дерево окончательно выжило из ума! Все прошлые разы было точно так же — сначала неописуемый восторг, потом необъяснимый гнев… Однако нельзя ничего поделать, только покорно отступать. В прошлый раз было всё точно так же, его никто не злил, а оно взбесилось…»

Цзюнь Мосе выпучил глаза, глядя на то, как неистово дрожало это дерево от злости.

— Вон! Все убирайтесь вон отсюда, немедленно! — это безумное дерево внезапно неистово вскричало: — Я не желаю больше видеть вас, ничтожные людишки!

— Ты не охренело там случайно, Буратино? — не стерпел и выругался Цзюнь Мосе. Только прибыв сюда, Мосе уже заметил, что на дереве совершенно нет плодов. Он огляделся по сторонам, но не обнаружил какого-нибудь другого дерева, на котором были бы плоды. Вот тогда молодой мастер Цзюнь уже порядком рассвирепел… «Одно-единственное, сука дерево, и то даже одного сраного плода родить не может, а глянь — разразилось неистовой бранью на самого Злого Монарха! Нет, ну скажите, как такое можно стерпеть?!»

— Ты! Щенок! Что ты сказал? — дерево гневно зарычало.

— Что я сказал, спрашиваешь? Я сказал, что ты с дуба рухнула, хрень лиственная! А будешь орать — я из тебя ободок для сральника сделаю, а то без унитаза очень неудобно! — Цзюнь Мосе нисколько не обратил внимание на дрожащих от страха Мяо Хуань Юя и Сяо Мяо, и бесцеремонно орал: — Что, предыдущие поколения старейшин напрочь тебя в ж… в дупло целовали, что так избаловали, я посмотрю? Что в тебе такого выдающегося? Разве ты не всего-навсего дерево? Думаешь, прожило дохуя лет, и ты пиздец какой крутой? Да, ты в год можешь принести лишь два плода несчастных, тебе вообще не стыдно за это, а? А ты тут живёшь в своё удовольствие, на всём готовом… Будь я на твоём месте — давно бы уже повесился… А, кстати, ты же дерево, верно? Вот возьми и повесься само на себе. Посмотрим хоть, как это выглядеть будет…

— Что ты такое несёшь, засранец? Ты до чёртиков меня разозлил! — дерево задрожало: — Такие слова я тебе простить никак не смогу!

Вдруг ни с того ни сего поднялся сумасшедший ветер, из-под самой земли вырвались два толстых корня. Словно пара летящих драконов, с молниеносной скоростью они приблизились к Цзюню Мосе и обвили его тело, потом прямо в середине ствола священного дерева появилась большое отверстие, куда корни и забросили Мосе. Через мгновение отверстие бесследно исчезло, не оставив и щели за собой, а оба корня снова погрузились под землю. Ствол больше не двигался, а листва не шелестела… установилась полная тишина!

Священное дерево попросту сожрало Цзюня Мосе…

Мяо Сяо Мяо вскрикнула, и едва не упала в обморок, смертельно побледнев.

— Глубокоуважаемое священное дерево! — Мяо Хуань Юй был в диком шоке: — Он молодой ещё, совсем не разбирается в жизни! Прошу вас, не опускайтесь на его уровень, сделайте снисхождение!

— Этот молодой человек — настоящий грубиян. Как я могу простить его оскорбления? Если сейчас не преподать ему урок, что же будет дальше? — листва снова зашуршала: — Вам ни к чему беспокоиться, я лишь преподам ему урок. Я не стану убивать его, а вы пока можете возвращаться! Как только я научу его уму разуму, сразу же направлю отсюда!

Мяо Хуань Юй ошарашенно разинул рот и выпучил глаза.

«Как возвращаться? Неужто и на этот раз всё было напрасно? Сюда можно попасть раз в сто лет… только вошли и сразу уходить? Издеваетесь?»

— Священное дерево… прошу вас, пожалуйста, сделайте снисхождение… — Мяо Сяо Мяо жалобно запричитала: — Он… он очень хороший, не могли бы вы не воспитывать его…

— К чему тут эта болтовня? Быстро катитесь отсюда, кому сказал! — дерево снова разозлилось, и начало раскачиваться. Опять поднялась настоящая буря, и в один миг установилась кромешная темнота!

Когда Сяо Мяо и Хуань Юй снова смогли видеть, они обнаружили перед собой совершенно пустое место, вокруг них осталась лишь необъятная степь. А от священного дерева не осталось и следа…

Глава 1060. Пс-с, парень, энергии дерева не надо?

— Ну что ж… Пойдём назад… Эх… На этот раз все надежды не оправдались. Нужно будет подождать ещё сто лет… — тяжело вздохнул Мяо Хуань Юй.

— Нет! Я не вернусь, я останусь и буду ждать здесь! Я буду жать, пока он не вернется! — Мяо Сяо Мяо неохотно покачала головой. Она глупо уставилась в то место, где изначально находилось Священное дерево, в её глазах была видна пара хрустальных слёз…

— Глупая девчонка, откуда тебе знать, где вылезет Мо Цзюнь Е? Священное дерево всегда было непредсказуемым. Никогда не знаешь, что от него ожидать. Кроме того, у нас с деревом немного разнится время… — Мяо Хуань Юй так и не договорил вторую часть предложения. Он хотел добавить: «Да и какова вероятность, что он вообще сможет выбраться наружу? Если он не выйдет, ты будешь ждать его здесь до конца жизни?»

— Мне всё равно, я подожду здесь. Подожду сто лет, тысячу лет… Я буду ждать, пока не умру! — настойчиво сказала Мяо Сяо Мяо. Выражение её лица было решительным, а глаза даже не дернулись.

Мяо Хуань Юй обессиленно вздохнул.

***Тем временем внутри Священного дерева***

Цзюнь Мосе сначала увидел лишь сплошную темноту, которая сменилась ярким светом. Всё его тело вдруг поменяло своё положение, и он оказался внутри дерева.

Это оказалось довольно необычным пространством…

Воздух сплошь был покрыт густым туманом, и отовсюду доносились слабые нотки священных плодов. Земля была исключительно ровной, но её цвет разглядеть не удавалось. Что-то, похожее на корневища дерева, витало в воздухе около молодого мастера…

Цзюнь Мосе улыбнулся и спокойно присел на землю.

Он не ошибся. Силу дерева действительно любят все растения в мире, и не просто любят, а страстно желают заполучить хотя бы её маленькую частичку.

Поступок молодого мастера Цзюнь, разозливший священное дерево, был не чем иным, как средством для отвлечения внимания.

Как только появилось священное древо, Цзюнь Мосе уже развернул в себе поток энергии дерева и пропустил его маленькой струей через свою ладонь. Именно поэтому священное древо и начало качаться… причём эти колыхания были очень беспокойными…

Такое действие вызвало у священного дерева неописуемый восторг, однако Мяо Хуань Юй подумал, что это сработало его подхалимство…

Затем, Цзюнь Мосе использовал своё сознание, чтобы поговорить с древом: «Хочешь заполучить это? Тогда давай поговорим с тобой с глазу на глаз!»

Поскольку это дерево тоже обладало способностью контроля сознания, то оно могло имитировать и понимать человеческую речь. Цзюнь Мосе был уверен, что его слова дойдут до древа, и оно сможет без труда растолковать их смысл.

Затем Мосе намеренно раззадорил священное древо, и оно быстренько затащило его к себе внутрь…

Если бы Цзюнь Мосе реально довёл священное древо до такой дикой ярости, то оно явно так просто бы не отпустило Мяо Хуань Юя и Сяо Мяо.

Когда Цзюнь Мосе присел, он почувствовал, что пространство вокруг него было словно бы поплыло, а затем из тумана медленно появилась смутная фигура… Перед молодым мастером возникло человеческое лицо…

Это было немного странное лицо… Оно было покрыто корнями и листьями дерева, и похоже на бородатого старца…

Учуяв такую до крайности таинственную энергию, священное древо сгорало от нетерпения посмотреть, что же это такое.

— Малец, ты хотел поговорить со мной? — снисходительно промолвило древо.

— Для начала дай мне стул, потом уже и поболтаем, — фыркнул Цзюнь Мосе: «Что ещё за отношение, сукин ты сын? Я, что, с тобой о какой-то херне разговаривать собираюсь?»

— Стул? Что такое стул? — выражение древесного лица выразило явную озадаченность.

— Стул… ну, разве ты никогда не видел стул? — Цзюнь Мосе аж закатил глаза.

Взгляд священного дерева стал еще более запутанный …

— Тогда просто предоставь мне место, куда я бы мог прижать свой зад! Тебе не кажется, что между нами слишком большое расстояние? Ты такой высокий, и мне приходится постоянно поднимать голову вверх… Пока я не буду чувствовать себя комфортно, разговор не состоится, — сказал Мосе.

— А-а-а-а, понял! — священное дерево прищурилось, в воздухе внезапно появилась огромная рука, которая вытащила из древесного лица глазное яблоко и бросило его на землю. Глаз тут же превратился в деревянный пень. Древо сказало: — Это сгодится?

Рука, покрытая тонкими корешками, тут же исчезла…

Молодой мастер Цзюнь был слегка взбудоражен. Увидев, как на месте глазной впадины у древесного лица снова появился новый глаз, Цзюнь Мосе не мог не удивиться.

«Чёрт побери, это нереально круто! То, что нужно для такого древнего сумасброда… Ну и дела…»

Однако, посмотрев на стоявший перед ним чурбан, Цзюнь Мосе немного замешкался: «Если я на него сяду… Это получается, что я сяду на глаз? Фу, ну и отвратительное же чувство!»

Тем не менее, поразмыслив еще разок, молодой мастер усадил свою задницу на этот пенёк: «Я сижу на твоем глазу, чертяга, как тебе?»

Когда он сел, чурбан внезапно вытянулся вверх, потащив за собой и Мосе. Теперь он находился на одном уровне с древесным лицом.

— Так сойдёт? Теперь можем поговорить? Удобно? — самодовольно спросила древесная физиономия. Тем самым древо хотело показать, что перед ним не стоит выпендриваться, тем более какому-то сосунку.

— Сойдёт… Ну, то есть, можно и потерпеть, — Цзюнь Мосе высокомерно закатил глаза: «Думаешь ты такое крутое? Но это моя задница сейчас сидит на твоём глазу!»

Подумав об этом, молодой мастер вдруг вспомнил одну недоговорку: повернуться к небу задницей (это означает «Есть глаза, да не видит»). Но сейчас он сидит на глазном яблоке… То есть, можно сказать, что если он повернётся к небу задом, он будет видеть?

— Эта твоя необычная энергия… Дай-ка я на неё ещё раз гляну, — скомандовало священное древо. И хотя вид у него был взбудораженный, манера речи всё же оставалась высокомерной, словно оно хотело сказать: я хочу взглянуть на эту вещицу, лишь чтобы оценить её по достоинству, так что ты, сопляк, ещё должен быть мне за это благодарен…

С тех пор, как молодой мастер вошёл в это пространство, священное дерево стало говорить с ним обычным человеческим языком, а не посредством своего сознания… Похоже, что в своём пространстве это дерево умело абсолютно всё…

— Хорошо, — сказал Цзюнь Мосе. Разве он не мог понять чувства священного древа? К тому же ему действительно не помешало бы взглянуть на эту энергию ещё разок. Чем сильнее будет желание, тем быстрее пойдут дела.

«Надеешься перехватить инициативу себе? Еще чего, иди мечтай…»

Молодой мастер Цзюнь пристально посмотрел на древесное лицо, протянул правую руку и громко закричал: — Сила десяти тысяч деревьев!

Первоначально это была просто «Сила дерева», но Цзюнь Мосе на этот раз намеренно добавил парочку лишних слов, чтобы раззадорить интерес древа.

Молодой мастер уже давно понял, что перед ним некто, обладающий невероятно мощными внутренними богатствами, однако, что касается интеллекта, то он сопоставим с уровнем маленького ребенка. Это древо находится здесь уже более десяти тысяч лет, и оно никогда ни с кем не контактировало, так откуда же тут взяться уму?

Проще говоря, здесь все как с малышом: если у него нет той вещи, которая ему нужна, то все должны в лепешку расшибиться, но достать ему её. Лишь бы дитя было довольно. И тогда этот ребёнок спокойно отдаст вещи, которые ему больше не интересны, причём среди них может оказаться что-то действительно хорошее. Именно таким методом и пользуется верхушка Туманного Призрачного Дворца.

Тем не менее, этот метод слишком зависимый, и он не подходит для молодого мастера. У Цзюня Мосе имеется вещица, которая заставит священное древо пускать слюни и кусать локти — это сила дерева. Самая вкусная конфета дразнит ребёнка, и, если ребёнок хочет заполучить эту конфету, тогда он должен заплатить за неё соответствующую цену. В общем, Мосе решил поменяться с древом ведущей ролью.

Что же касается того, почему Мосе добавил парочку новых слов в название энергии дерева, то ответ очень прост. Молодой мастер подумал, что если он закричит просто «сила дерева», то этот «ребёнок» попросту не поймёт этого названия. Но, если заорать что-то более внушающее и могущественное, то дитё тут же придёт в потрясение и откроет рот от восторга…

Под пристальным взглядом огромных глаз в ладони молодого мастера Цзюнь скопился клубок лучей нежно-зелёного цвета. Это была чистейшая до чёртиков энергия дерева, которая потихоньку увеличивалась в пространстве…

Энергия лишь разбухала, однако её лучи не рассеивались наружу… Другими словами, на неё можно спокойно смотреть и восхищаться, однако права пользования никто не давал — фигушки… Даже понюхать и то шансов никаких…

С прогрессом в совершенствовании Суань, контроль над силой пяти элементов молодого мастера также отточился до очень высокого уровня.

Взгляд священного древа жадно вонзился в зелёные лучи и больше не перемещался ни на миллиметр. Чем больше становился энергетический шар, тем сильнее выпячивались глаза древесного лица…

Спустя некоторое время зеленая масса выросла до размера обычного футбольного мяча, и глазные яблоки священного древа, казалось, вот-вот вывалятся наружу.

Как будто эти два зрачка уже висели в воздухе…

Древесная физиономия выражала лишь бесконечный восторг: древо машинально вытянуло небольшой корешок и осторожно коснулось зелёного светового шара…

«Это… Это именно та сила, о которой я так страстно мечтал все эти годы! Боже мой! О небеса, земля… Если я поглощу даже этот маленький шарик зелёного света, то смогу увеличить свою силу, на десять тысяч лет обычного роста… И тогда я смогу… Вау, как же мне повезло!»

Священное древо открыло рот, из которого до самой земли журчащими струями вытекли слюни…

Цзюнь Мосе про себя подумал: «Когда-то мне говорили, что слюни могут вытечь аж на метр, но я думал, что это лишь выдумки… Но, судя по нынешней картине, слюни могут вытечь на все десять метров… и то, это не конец…»

Внезапно рот древесной мордахи растянулся, и древо захотело проглотить этот зеленый шар …

Цзюнь Мосе повернул запястье, и энергетическая сфера тут же исчезла из поля зрения.

«Ах ты, мелюзга, ишь чего вздумал? Твои внезапные финты не проканают!»

Глава 1061. Я – твой господин!

— Аааааа! — священное дерево издало гневный вопль: — Щенок, ты посмел издеваться над уважаемым старейшиной! Немедленно заканчивай с такими шутками! Иначе я должен буду разукрасить твою надменную рожицу!

— Ха-ха! Старейшина разукрасит мне рожицу, значит? — Цзюнь Мосе фыркнул, поджал под себя ногу, и «сел» на несуществующий стул, располагаясь в полутора метрах от земли. После этого он взмахнул рукой, и вдруг откуда не возьмись появилось чёрное пылающее пламя, от которого так и веяло смертью и опасностью!

«Пламя первозданного хаоса! Смерть! Угроза!»

Глаза священного дерева едва не выпали наружу.

Он отчётливо почувствовал, что этот неприметный огонь сможет запросто превратить в пепел всё его существо. А самым страшным было то, что здесь располагались его внутренние органы, и у него не было ни единой возможности оказать сопротивление. Священное дерево очень тактично прикрыло свой рот.

Это привело к мощному хлюпанью слюней, которые упали на землю. Одновременно с этим это силуэт стал более отчётливым и ясным, с его головы падали увесистые капли пота!

Священное дерево едва ли не плакало… «Зачем я только впустил сюда это ходячее бедствие? Я был уверен, что на своей территории смогу поглотить какие угодно вещи, и впустил его для так называемого „разговора“, полностью будучи уверенным в том, что если разговор пройдёт неудачно, я просто переварю этого мальчишку, превратив его в удобрение, и с этим я справлюсь без труда…» Вот тебе и на! Кто же знал, что этот разговор совершенно поменяет градус, и душа священного дерева окажется в руках этого злосчастного парнишки…

С волей небес бесполезно бороться, но вот собственный грех пережить ой как трудно! Великие и нестареющие слова!

Священное дерево закрыло свой рот и выпучило глаза, пребывая в настоящей растерянности и непонимании, что предпринять. Несмотря на свой почтенный возраст, ума у него было не больше, чем у ребенка малого, где тут в минуту смертельной опасности быстро среагируешь?

Однако Цзюнь Мосе взял на себя ответственность и дал подсказку этому великовозрастному ребёнку!

— Я говорю, «старейшина», вы, помнится, собирались мне рожу разукрасить? Ну, и как вам? Достаточно необычно на ваш взгляд?

Цзюнь Мосе опустил голову, взглянув на чёрное пламя, в тот же миг огонь покинул руку Мосе, и в воздухе начал разгораться с пугающей скоростью и мощностью.

Как не кстати, но весь воздух здесь был щедро пропитан энергией, испускаемой священным деревом и его разноцветной листвой. Хотя это не было нечто газообразное, но для зловещего огня эта вещь стала вполне сносным топливом…

— Подожди! — голос священного дерева теперь напоминал яростный писк: — Мальчишка, заканчивай! Не надо больше…

В тот миг мучительная боль пронзила все его внутренние органы…

— А? Сукин сын, как ты там меня назвал? — Цзюнь Мосе произнёс свой вопрос преспокойным тоном, и в тот же момент повернул запястье, призвав появление нового чёрного пламени, которое было ещё мощнее предыдущего…

Священное дерево от страха даже позабыло о боли: «Бог ты мой! Ещё один удар я просто не выдержу, снова удар… умоляю, спасите!»

— Как звать тебя? А, старший брат! — священное дерево наконец осознало свою ошибку, и исправилось.

— А? Старший брат? Кажется, этого по-прежнему недостаточно, не подходит! — Цзюнь Мосе опустил голову, и как ни в чём не бывало, со спокойным видом начал играться с чёрным огнём. Досчитав до пяти, он резко размахнулся.

— Нет! Нет! Господин! Мой уважаемый господин! — священному дереву пришлось полностью принять поражение.

— Какой тебе ещё господин? А, хотя, господин — так господин. Я, вообще-то, очень благородный и достойный человек. Так и быть, не стану спорить с тобой… — Цзюнь Мосе махнул рукой, и оба огненный мяча, слившись воедино, безмолвно исчезли в его ладонях.

Опасность временно миновала.

Священное дерево, наконец, выдохнуло с облегчением, и похоже, даже успело обмочиться от страха, а, может, что и похуже…

— Господин, у-уу… — дерево было больше не в силах сдерживаться, и расплакалось. Оно, похоже, не встречало на своём веку столь опасных людей…

— Если тебя не затруднит, можешь, пожалуйста, вернуть свой глаз на привычное для него место? Мне так тяжело смотреть на тебя, — Цзюнь Мосе всё также спокойно сидел нога на ногу, указав рукой на стоявший на земле пень.

Священное дерево немедленно среагировало, и втянуло его обратно. У дерева появился заискивающий вид: — Господин, может, у вас будут ещё какие-то указания?

Услышав столь льстивый тон, Цзюнь Мосе сначала и не знал, что ответить на это… после чего вдруг сказал: — Ты прожил десять тысяч лет. Не говоря уже о том, что у тебя характер, как у ребёнка, почему ты не обзавёлся несгибаемой волей и хоть какими-то принципами?

При виде настолько бесхребетного существа, Мосе просто был в настоящем шоке: «Обычно выдающиеся личности обладают твёрдым характером, однако это жалкое дерево, чуть завидев опасность, даже и господином меня назвать не побрезговало…»

«На самом деле, я и само без понятия почему так вышло! Может, потому, что ты, ублюдок проклятый, схватил меня за мои жизненно важные органы, а потом пригрозил вездесущим, уничтожающим всё вокруг огнём? Был ли у меня выбор, а? Ты ещё смеешь обвинять меня в том, что у меня нет силы воли и принципов?»

— Как бы ты хотел, чтоб я ответил тебе? Я тоже хотел бы обладать твёрдым характером, но только как же быть в таких условиях? Моя душа вот-вот будет уничтожена… Я прожил десять тысяч лет и иметь твёрдый характер, разумеется важно… — священное дерево с горестным видом продолжило: — Но моя душа… ещё важнее…

— Вот оно что, — Цзюнь Мосе раздосадовано произнёс: — Вы, сраные варварские существа! У вас просто ноль грамотности! Если из-за ценности души жертвовать своими принципами и волей, какой вообще смысл в этой гребаной жизни? Разве у тебя нет никакой цели в этом мире? Мечты? Или, на худой конец, достоинства?

Священное дерево согласно кивало, как бы поддакивая Мосе. Но в душе, разумеется, затаило обиду: «Я бы посмотрел на тебя и твои принципы, если бы к твоей шее приставили нож, сучёныш ты эдакий! Подлости я в жизни много повидал, но, чтобы такое бесстыдство…»

— Мне говорили, здесь имеется ещё несколько священных деревьев. Это так? Почему сейчас здесь только ты, старик? Остальные где? — Цзюнь Мосе вздохнул, осознав, что разговаривать с этим деревом о принципах — это всё равно, что говорить с коровой о классической музыке. К счастью, Мосе-то грамотный человек, а то бы тоже уже мог давно выйти из себя. Ну, и на этом спасибо, сэкономили хоть немного времени…

— Какие остальные? Я здесь только одно священное дерево! — дерево немного потупилось, но потом, наконец, поняло, что может иметь в виду Мосе: — Вы, возможно, говорите о тех деревьях, которые они выращивают?

— Верно, — Цзюнь Мосе кивнул.

— Тьфу ты, да разве те деревья можно назвать священными? — священное дерево в тот же момент ощутило всю свою уникальность и неподдельное величие, весьма заносчиво объявив: — Те деревья — всего-навсего отростки, выведенные из моих корней. Самое большое — они приходятся мне внучатыми потомками. Откуда у них возьмутся какие-то удивительные способности? Пусть они проживут хоть десять тысяч лет, священных плодов им всё равно не видать! У них нет такой способности, не то бы я уж давно проглотил их!

— Проглотил? Вот это да! — Цзюнь Мосе выпучил глаза. Это дерево такое бесчувственное, что даже своих внуков готово с лёгкостью сожрать…

— С твоих слов, я так понимаю, что в мире не может быть ещё одного такого же священного дерева, как ты? — Цзюнь Мосе спросил.

— Да разве вырастить ещё одно священное дерево такое лёгкое занятие? Только по прошествии нескольких тысяч лет ветров и дождей… Как добиться успеха? Священное дерево, действительно, единственное и неповторимое… — сказав это, голос у дерева изменился, и мотая головой и всхлипывая, оно продолжило: — Священное дерево — это большое дерево, старое дерево, прошедшее через различные горести и трудности жизни, только тогда оно может стать равным по достоинству с небом…

— Как поэтично! — Мосе даже другими глазами взглянул на него. Но через секунду в голосе его послышался металл и угроза: — В самом деле нет способов вырастить второе такое же дерево?

В его руках вновь появилось чёрное пламя первозданного хаоса, и он с досадой в голосе произнес: — Ах, тогда у меня и тебя оставлять в живых нет необходимости. Я сегодня прибыл сюда, чтобы забрать священное дерево с собой, однако ты такое большое, что я просто не смогу забрать тебя. Выходит, что я не смогу заполучить священное дерево, а так не пойдёт. Раз я не могу заполучить такую хорошую вещицу, значит, никто не будет обладать ею. Поскольку ты говоришь, что ты — единственное священное дерево, я просто-напросто уничтожу тебя, и после этого дня память о твоём существовании сохранится лишь в истории, и ты больше не будешь никому принадлежать…

Цзюнь Мосе — не глупый человек, и давно понял, что составляющая для выращивания нового священного дерева находится где-то в теле у этого хрена, а этот хрен довольно жаден. Но Мосе сейчас находится прямо у него под сердцем, и, значит, сейчас не время для жадности, верно?

— Господин, не надо! Господин, вы же благородный человек, прошу не поджигайте! — голос священного дерева снова изменился, и на лице вмиг появилась некоторая надежда: — Мы же не чужие люди друг другу, конечно, договоримся, надо всё обсудить!

— Я тебе не чужой? Какой, нахрен, договоримся? Раз мне не видать второго священного дерева, а тебя я перенести не в состоянии, как мы с тобой должны договориться? — Цзюнь Мосе был дико разгневан: — Поскольку ничего не выходит, тогда никому ни хрена не достанется! Я так сказал!

Глава 1062. Рыдающее дерево!

— Господин! Господин, послушайте же меня! Фактически, я не являюсь чьей-то вещью! В худшем случае потом я просто не буду обращать внимания на этих людей, они меня просто больше не увидят и всё, именно так! — жалобно промолвило священное дерево.

— Что за бред ты несёшь? Думаешь, есть мне дело до кучки этих людишек? Я скажу тебе лишь одну-единственную вещь: мне обязательно сегодня нужно забрать отсюда священное дерево. Если ты не удовлетворишь моё желание, ты сразу же лишишься смысла своего существования, и самого существования. Ты обречено, понятно тебе?! — с лицом самоуверенного и плюющего на любые запреты мудака дерзко сказал Цзюнь Мосе.

— Я понял… я понял… я всё сделаю… Подожди минутку… — священное дерево стало заикаться.

— Какую ещё минутку? Всё! Песенка твоя спета, ты сейчас подохнешь! К чему оттягивать время? Это всё равно неизбежно, и у меня нет на тебя времени! — Цзюнь Мосе состроил выражение, полное сомнения и нетерпеливости.

— Это… вы не беспокойтесь… я всё объясню… — покорно произнесло дерево, которое в душе переполняли отвращение и обида: «Кажется, в те времена, когда Первый Шао меня пересаживал, он относился ко мне с особой осторожностью и заботой, а этот наглец чуть что и сразу грозится уничтожить… За что мне такая напасть? Почему современные люди все такие!»

Крайне обиженное дерево развернулось кругом, после чего появились две крепкие руки, в которых находились два зеленых предмета округлой формы.

— Это ещё что за херовины? Выкладывай быстрее, у меня терпение на исходе! — Цзюнь Мосе покосился на них.

— Это моя жизненная квинтэссенция… — священное дерево практически рыдало: — Только при моём согласии, эти две крупинки жизненной квинтэссенции могут соединиться воедино, а после окропления моей собственной кровью стать новым священным деревом, укорениться и прорасти полностью самостоятельно. Но для этого потребуется очень и очень много времени…

— Аа… Оказывается, вот оно как. Я понял, — Цзюнь Мосе резко взмахнул рукой: — Тогда давай орошай, окропляй и взращивай, да поживее. Я тороплюсь.

Священное дерево закатило глаза, и на его лице появилось предобморочное выражение: — Эм, господин… чтобы из этих крупинок появился новый отросток, мне нужно пожертвовать всей своей тысячелетней энергией роста… Кроме того потребуется извлечь треть моей жизненной силы… это…

Глаза священного дерева снова стали нервно дёргаться, а голос повышаться, словно разгорающийся пожар…

— Не надо тратить время попусту этими пустыми разглагольствованиями! Для начала скажу, что я готов предложить тебе некий обмен. Я не хочу, чтобы ты один понёс столько потерь. Я возмещу всю ту энергию, что ты потратишь. Даже могу в двойном размере, для меня это не проблема, — Цзюнь Мосе понял, что должен быть осторожен с ним, ведь если дерево отчаянно бросится в смертельную схватку с ним, он останется ни с чем. К тому же — кто знает, это, всё-таки, тысячелетнее существо. Справиться ли с ним Мосе — большой вопрос…

— Правда? — дерево восторженно вскрикнуло. Про себя оно задумалось, сколько же выгоды можно стребовать с этого мальчишки…

— Неужто ты думаешь, что я стану обманывать тебя? — Цзюнь Мосе выдвинул вперёд подбородок: — Ты сам подумай, если я не дам тебе щедрого вознаграждения за это, осмелишься ли ты мне помочь в следующий раз?! Поэтому мне нет смысла врать тебе, так ведь? Давай быстро за работу, на счету каждая секунда!

— И то верно, — хотя священное дерево не знало, что значит слово «вознаграждение», в целом оно поняло смысл слов Цзюня Мосе. Ему, действительно, нет причин обманывать его, а, значит, надо быстрее приступать к работе. Раз ущерба не будет, а, возможно, и наоборот –получится ещё и хорошо заработать на этом…

— Премного благодарен вам, господин, немедленно приступаю к работе! — священное дерево заискивающе ответило.

Вслед за этим две крупицы жизненной квинтэссенции пришли в движение в его руках: одна засветилась ярким зелёным светом, другая засверкала всеми цветами радуги, и оно соединились воедино, в один миг засветившись необъятным зелёным сиянием!

Тяжело дыша, дерево вдруг сказало: — Господин, пожалуйста, подойдите сюда.

Цзюнь Мосе последовал за изгибом корней дерева, и повернул «за угол», обнаружив там большой водоём, который наполняла вода насыщенно-зелёного цвета. Верхний слой водоёма был окутан густой воздушной дымкой, переливающейся всеми цветами радуги.

Священное дерево не без бахвальства в голосе произнесло: — Господин, посмотрите сюда! Это — та самая жизненная квинтэссенция, о которой я вам говорил! Только полностью промокнув в ней, из этого зерна может появиться росток, и оно сможет прорасти. Без этого важного элемента, если оно даже и прорастёт, всё равно в скором времени засохнет… Ха-ха-ха!

Дерево довольно рассмеялось, и погрузило это зёрнышко в воду. Булькнув, оно опустилось на самое дно водоёма, и тотчас же на поверхности воды стали появляться пузыри и пена: зерно начало всасывать жизненную квинтэссенцию…

— Эм, так это и есть твоя жизненная квинтэссенция? Она пригодна только для этого? — Цзюню Мосе не нравилось хвастовство дерева, и про себя он подумал: «Твой древесный сок пригоден лишь для выращивания деревьев… какого хрена ты такой радостный?»

— Почему только для этого? — будь это кто-то другой сейчас, дерево бы не раздумывая обратило его в удобрение после таких слов. Пытаясь контролировать свой гнев, дерево сердито отвечало: — Господин! Моя жизненная квинтэссенция — одна из самых редких и дорогих вещей во всём мире! Она лечит раны! Независимо от того, кто получил рану — человек, животное или даже растение, какой тяжести рана и прочее — стоит лишь на час промокнуть этой эссенцией рану, и она немедленно затянется и полностью исчезнет! Уверен, что даже в том случае, когда душа уже уничтожена, стоит только закинуть труп сюда, и с потерянной душой можно будет заново установить контакт, а человек или другое существо придёт в себя! Кстати у вас, у людей, моя жизненная квинтэссенция известна, как «Вода Тяньгэнь»! Легендарная вода Тяньгэнь, вы слышали о такой? Сказав это, священное дерево со взглядом, полным высокомерия и превосходства, посмотрело на Мосе: «Я всё равно прищучу тебя, мелкий сучёныш! Ты хоть знаешь, насколько я необыкновенное существо?»

— Вода Тяньгэнь? А что это? Действительно, очень крутая вещица? — Цзюнь Мосе продемонстрировал неподдельное изумление, и даже разинул рот от удивления, подумав: «Если поистине прям такая отличная вещь, есть ли вероятность, что она залечит раны Чень Сюнь?»

— Ха-ха-ха! — священное дерево самодовольно рассмеялось. И словно снова воспряло духом, подумав про себя: «Пусть ты, мальчишка, и можешь навредить мне, но ты даже и не представляешь, насколько я удивительное и выдающееся существо, тебе до меня ещё ой как далеко…»

Задумавшись об этом, ему стало еще спокойнее и приятнее на душе, оно с деланным горестным видом вздохнуло и произнесло: — Жаль, у тебя нет никакой раны или спутника, у которого была бы тяжелая рана, я бы… эм… в два счёта продемонстрировал чудесное действие моей жизненной квинтэссенции, удивительной и легендарной… легендарной…

Он случайно увидел злобный взгляд Мосе, и вспомнил, что ведь перед ним не просто какой-то обычный человек, а его «господин»…

Что до спутника с ранением, так вообще настоящий бред! Ну, кто будет брать с собой больного товарища? Человек, получивший тяжёлую рану — это нога, а с ранением души, вообще, равносилен обречённому трупу? Кто будет таскать с собой труп на прогулку?

«Пусть вообще этот мальчишка забирает своё новое дерево и просто уходит! Даже если и без компенсации — ничего страшного, откуда ему знать, что, чтобы культивировать новый отросток, мне не требуется затрачивать совсем никакой энергии!»

Сейчас его самой главной задачей являлось как можно быстрее спровадить этого парнишку, и дерево, наконец, останется в гордом приятном одиночестве, в своём удивительном мире…

— Ты серьёзно можешь вылечить даже душевные раны? — Мосе состроил удивлённую рожу.

— Конечно, — гордо отвечало дерево. Но потом черёд удивляться перешёл к нему…

— Раз это настолько удивительная вещица, тогда помоги вылечить её! — куй железо, пока горячо, как говорится. Цзюнь Мосе без каких-либо сомнений достал тело Королевы Змей из башни, и с осторожностью опустил на землю.

— Это… ааа… эээ… — дерево ещё недавно расплывалось в довольной улыбке, как вдруг ошарашено заверещало, пребывая в полном недоумении и шоке…

В этот момент священном дереву очень хотелось отвесить самому себе мощную пощёчину!

«Вот я тупой… как меня угораздило высунуть язык? Зачем я вообще сказал это всё? Я хотел же просто кичнуться перед этим пацаном! И что теперь вышло…»

Своим взглядом дерево сразу определило, что эта девушка находится у самой черты распада структуры самой души! Можно сказать, на последнем издыхании…

«Как раз то самое состояние, о котором я и говорил! Не то что я не могу ничего сделать в этой ситуации… но просто… это какую цену придётся заплатить за это!»

Думая от тех трудных десяти тысячах лет, что священному дереву потребовалось для накопления такого количества энергии… Казалось, что у него даже случится сердечный приступ.

— Если вылечить эту девушку… Боюсь от всей жизненной квинтэссенции останется меньше половины… — дерево с тяжестью вздохнуло…

— И что? Я знаю, священное дерево всегда держит своё слово! — Цзюнь Мосе тактично сказал и с уважением посмотрел на священное дерево, у которого был такой вид, будто он сейчас уже готов покончить жизнь самоубийством…

— У-ууу… хнык-хнык… хнык-хнык… — священное дерево зарыдало в голос…у него крайне страдальческий и убитый горем голос.

«Я обречён… Господи, лучше убей меня поскорее разрядом молнии… Хотя нет, лучше сначала убей этого нахального мелкого ублюдка, а только потом меня!»

— Эм… — Цзюнь Мосе никак не ожидал, что священное дерево, которому много тысяч лет, может вот так зарыдать. Да к тому же так ошеломительно, в один миг и так сильно: «Кто видел, как плачет дерево? Я вот видел! Сегодняшнее шоу просто переходит все рамки!»

Глава 1063. Я ласковый, ведь так?

— У-у-уу… если я исцелю эту девушку… у-уу-у… мне придётся потратить больше половины от своей жизненной квинтэссенции… — дерево, страдальчески всхлипывая, произнесло: — Я накапливал её долгие десять тысяч лет…у-у-ууу… Сожги меня, я не хочу больше жить! У меня просто больше не будет средств к существованию!

— Ха-ха, даже если у тебя не будет средств к существованию, ты всё равно будешь должен вылечить её. О последствиях поговорим позже, так что заканчивай с этим нытьём. Тем более ты такое выдающееся и необыкновенное существо… — с утешением произнёс Мосе. — Давай, прекращай свои слёзы. Пусть даже если тебе очень хочется самоубиться — это всё потом. Сначала спаси её, сделай там все дела с этим саженцем, а потом вот делай всё, что захочешь!

И это называется утешением?! Священное дерево так разозлилось, что чуть не бросилось на этого наглого и бесстыжего засранца! Это вообще человеческий язык?

Цзюнь Мосе вздохнул: «Как говорится, Император не даёт указов голодному солдату. Перед тем, как делать просьбу, удовлетвори нужды человека…»

— Успокойся. Поверь, обмен, который я предлагаю не оставит тебя недовольным! — Цзюнь Мосе усмехнулся, и в правой руке у него снова появилось темное пламя, а в левой нежно-зеленый светящийся шар…

— Ааа… у-ууу-у… ууу… — только завидев этот зелёный светящийся шар, в котором находилась энергия дерева, оно стало рыдать ещё сильнее: «Если бы не эта вещь, разве я бы настолько опустился? Вот тебе и на! Вот-вот я лишусь всего своего состояния, так и не вкусив его богатых плодов! Несмотря на то, что эта вещь поможет мне увеличить скорость моего совершенствования, пусть если даже я верну себе всё в полной мере, но я не смогу за короткое время восстановить всю свою жизненную квинтэссенцию!»

— Ты говорил, что прожил более десяти тысяч лет, так почему ревёшь, как сопливая девчонка? — Цзюня Мосе уже стало напрягать то, что дерево никак не могло прекратить свои рыдания, и не давало чёткого ответа: — Так да или нет? Я жду прямого ответа, быстро! Если нет, я не стану ставить тебя в трудное положение, что мне взять с бесполезного существа…

Чёрное пламя снова появилось в его ладони и стало подпрыгивать на пару сантиметров…

«Ты вот это называешь «не ставить в трудное положение»? Страшно представить, что будет тогда, когда ты поставишь кого-то в это самое трудное положение!», — дерево ещё больше осознало, как ему тяжело живётся в этом мире, даже уже и похвастаться разок нельзя. Это парень прихватил с собой живой труп. Ну скажите, пожалуйста, где я так нагрешил? И ещё со злобным взглядом утверждает, что не будет создавать мне трудностей, хотя я-то знаю, стоит мне только отказаться, и от меня останется лишь один пепел… и где здесь справедливость? Откуда в этом мире взялся такой человек?»

— Да или нет? Отвечай живее, у меня нет времени на тебя! — жажда убийства на лице Цзюня Мосе сгущалась. «Я точно на костре из тебя шашлык сделаю…

— Да! Конечно, да! Разумеется, да! — священное дерево в страхе задрожало, и даже больше не осмелилось рыдать. Оно уже учуяло ледяной замысел убийства у Цзюня Мосе, как тут откажешься?

«Несмотря на то, что это всё так несправедливо, что вздёрнуться хочется, однако проблема пока не достигла совсем безнадёжного положения. К тому же, если повезёт уцелеть, зачем тогда умирать? Даже учитывая такую высокую цену за это…»

— Ну тогда значит быстрей, за работу! Заливается слезами он здесь значит! — Цзюнь Мосе понял, что это наглое дерево не понимает по-хорошему и на него всегда надо давить. Он намеренно изменил свой голос, сделав его более злым. С такими людьми прибегать к силе и давлению, считай, одно из обязательных условий…

Священное дерево с затаённой обидой посмотрело на творца всех его жизненных несчастий, и жалобно попросило:

— Этот шар с тысячелетней энергией… Вы можете отдать его мне?

— Эм, я-то не такой как ты, и всегда выполняю свои обещания быстро и слово в слово! — Цзюнь Мосе запрокинул голову. — Ладно, я не буду это упоминать. Только «спасибо» не забудь сказать…

— Мм, спасибо, мой господин…

В этот момент дерево почувствовало, что его нервы на пределе.

«Этот засранец вот-вот лишит меня всего моего имущества, а я ещё должен говорить ему за это «спасибо»! Это что еще за новости?!

Ещё раз взвесив все плюсы и минусы, священное дерево наконец неохотно кивнуло головой…

Но, через секунду Священное дерево издало такой горестный вопль, что Цзюнь Мосе подскочил на месте.

— Ты чего там? Блядь, напугал! Совсем крыша поехала?

— Это… Я не хочу жить… Я, правда, не хочу больше жить! — дерево указало на водоём, в котором показался новый отросток. Вообще, росток должен был только немного намокнуть, но с этими разговорами и слезами про него совсем забыли…

Сейчас этот отросток уже вобрал в себя количество жизненной квинтэссенции в десять раз превышающее обычно требующееся для одного зерна. Разумеется, этот отросток будет очень здоровым и крепким, но священное дерево было настолько рассержено, что, казалось, готово его проглотить.

Несчастья за несчастьем, свалившиеся на дерево сегодня, уж очень подкосили его…

Второпях вытащив его из водоёма, изначально мятое и неказистое зёрнышко сейчас приобрело довольно важный вид. Сытое и здоровое, где-то даже из него извергалась пена, видимо, оно насытилось до предела…

Священное дерево уже было собиралось выбросить этот отросток на все четыре стороны, лишь бы подальше от водоёма, и уничтожить его!

— Кхм! — Цзюнь Мосе вовремя кашлянул позади дерева.

Священное дерево охватило дрожь. Оно развернулось, и с милой улыбкой выпалило: — Господин… это зерно… оно уже готово… — Готово? Дай-ка, я проверю! А то мало ли ты нахалтурил там! — Цзюнь Мосе бесцеремонно протянул руку, и, конечно же, он протянул свою левую руку, в правой остался зелёный шар с тысячелетней энергией…

— Раз всё готово, тогда приступай к её исцелению! — повелительно сказал Цзюнь Мосе.

— Да… господин!

Священное дерево, состроив кислую мину с осторожностью обхватило тело Чень Сюнь, и направилось к водоёму.

— Осторожнее, нежнее! — взволнованно закричал Мосе: — Медленнее, тише…

Священное дерево снова разозлилось: «Раз это, по-твоему, недостаточно осторожно, тогда отнёс бы её сам! Так нервничаешь, будто она твоя жена! Чтоб у тебя больше не встал!»

Наконец, тело Чень Сюнь было осторожно помещено в водоём.

— Ты вот так оставишь её там? А она точно будет в порядке, она же не сможет там дышать! — взволнованно поинтересовался Цзюнь Мосе.

— Кому из нас лучше знать, а? Ты лечишь её, или все-таки я? — дерево, наконец, не выдержало, и полностью взбесившись, крайне грубо ответило Мосе: — Может ты тогда сам справишься?

— Вот сука! Я тебе сейчас задам! — Цзюнь Мосе подскочил и, указывая на огромный нос дерева, сказал: — Сукин сын, у тебя что, голос прорезался? Вздумал мне говорить такое?!

— Я… господин, вы — мой господин, я ошибся! Я же могу ошибиться? — дерево тотчас же вздрогнуло от ужаса, вспомнив, чем это может ему грозить, и принялось оправдываться.

— Ошибся он, видите ли! Если не вылечишь её — знай, я превращу тебя в древесный уголь! Храбрость появилась у него… Вздумал так говорить со своим господином…

С этим кухонным храбрецом надо быть очень жёстко, а если и этого мало — сразу применять силу!

Священное дерево поспешило уверить своего строгого господина:

— Обязательно вылечу! Не надо злиться так! — думая про себя: «Этот парень такой несговорчивый… Закричишь тут на него, только попробуй! Взял и ни за что наорал!»

— Я злюсь, по-твоему? Я ещё не злился! Я только пытаюсь научить тебя уму-разуму! — строго бросил Мосе.

— Да, да, господин, всё верно! Это просто я глупый, не понимаю ваших проникновенных речей! — сказало дерево.

— Вот ты скажи мне, я ласковый или нет? — спросил Цзюнь Мосе.

— Вы очень ласковый…

— Вот и отлично, пошевеливайся давай!

Цзюнь Мосе махнул рукой, и ушёл во внутреннюю часть башни, чтобы как можно быстрее развернуть стихию дерева, и взрастить этот отросток.

«Получив первый плод, надо всё сразу проверить… Не то, если это дерево вздумало обмануть меня, останусь ни с чем. Вот тогда будет хреново»

Он выбрал пустое место, и почти по центру пространства Башни посадил этот отросток… Вслед за этим насыщенная одухотворенная Ци со свистом начала впитываться в эту почву…

Земля в Башне в самом деле ни в какое сравнение не шла с обыкновенной землей. Не прошло и получаса, как из земли появился зелёный росток, а потом он задрожал и подпрыгнул высотой в метр…

Отросток был ровным-ровным, словно бамбуковая жердь… затем стали появляться зелёные листья. Мосе махнул рукой, и стихия дерева, преобразовавшись в светло-зелёный туман, окружила этот отросток.

В страхе испортить этот отросток, Мосе не решался сразу вводить много силы, про рост новых побегов он хоть и немного, да знал.

Невооружённым взглядом было заметно, как стихия дерева наполняет жизнью этот отросток, и он стремительно увеличивается в своих размерах.

Листьев появлялось всё больше, а ствол становился толще и толще.

Глава 1064. Ускорить рост плодов священного дерева.

Казалось, что прошло не более нескольких мгновений, как маленький саженец вырос толщиной с человеческую ногу и достиг более пятнадцати метров в высоту. Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, пальцы его левой руки сделали едва уловимое движение, и светло-зелёный туман внезапно исчез, а вместо этого появился тёмно-зелёный.

С треском саженец священного дерева семи цветов поднялся к небу на высоту шестидесяти метров, ствол дерева мгновенно становился толще. Крона была похожа на тучу, которая внезапно собралась на небе, быстро расширяясь, и в одно мгновение она ужа закрыла почти всё небо…

Через несколько мгновений, похоже, саженец уже перестал быть «саженцем», потому что ствол нового священного дерева достиг диаметра в три или четыре метра, а многочисленные девятиугольные листья распустились и слегка качались. Всё дерево излучало красочный слабый свет…

Через некоторое время густая листва дерева постепенно начала испускать насыщенный аромат, внезапно появились разноцветные цветы, в пучке по семь цветов, а всё дерево, казалось, светилось семью цветами!

Цзюнь Мосе был ошеломлён: «Разве не нужно пятьсот лет, чтобы оно начало приносить плоды? Почему у этого дерева семь видов плодов? Это генетическая мутация?!»

Пока он раздумывал над этим, священное дерево, которое посадили в этой великой башне не более четверти часа назад, неожиданно принесло свои первые плоды.

Когда лепестки увядали прямо на глазах, верхушка дерева полностью покрылась семицветными плодами. Ни больше, ни меньше — семь плодов по семь цветов: сорок девять! Действительно семь видов!

Потом в один миг вся атмосфера великой башни наполнилась богатым сильным ароматом!

Цзюнь Мосе прекратил выпускать стихию дерева. Он не хотел, чтобы его выбросило из башни, как в прошлый раз…

Внимательно посмотрев на разноцветные фрукты, он вспомнил, что вид плодов, который он ел, ничем особенным не отличался… Единственное отличие состояло в том, что разноцветные фрукты, которые здесь выросли, больше тех, которые он ел, по крайней мере, в два раза! Кажется, что вещи, выращенные в великой башне, намного сильнее, чем выращенные во внешнем мире…

И ещё… Кажется, что-то священное дерево не пыталось обмануть его…

Это заслуживает похвалы …

«Люди должны уважать себя и, как минимум, свою семью. Совесть — такая штука, которой никогда не бывает много!»

Похоже, Цзюнь Мосе не знал, что когда священное дерево собирается вырастить новый саженец, он должен пропитаться кровью старшего поколения. В отличие от обычного саженца, которому достаточно «напиться» воды…

Это дерево — совершенно другое дело!

Для семицветного священного дерева это самое основное природное качество! Можно даже сказать, что семицветные фрукты в великой башне Цзюня Мосе это, в подлинном смысле слова, истинные и полностью сформированные разноцветные плоды…

В тот момент, когда молодой мастер Цзюнь вздохнул с облегчением, оказалось, что в пространстве Башни произошло ещё одно изменение: разноцветное священное дерево испускало красочную радугу, которая, рассекая безграничное пространство, соединялась точно с цветками искусного лотоса на другой стороне…

Сразу же радуга задержалась в пространстве и превратилась в настоящий радужный мост…

Цзюнь Мосе почувствовал, что, благодаря радужному мосту, семицветные плоды и цветки искусного лотоса ускорили свой рост, фактически усиливая и дополняя друг друга…

«Отлично! Действительно здорово!», — Цзюнь Мосе воодушевлённо взмахнул кулаком. Семь видов разноцветных святых плодов висели на дереве. Нужно было молиться, чтобы плоды не упали на землю и не пропали.

На самом деле, все действия Цзюнь Мосе были излишними. Разноцветный фрукты висели на ветках, что намного лучше, чем, если бы их сняли, более того, не приложив силу, их очень сложно снять…

Молодой мастер Цзюнь был занят работой над своим семицветным фруктовым деревом и взаимодействием с цветками искусного лотоса. У него было хорошее настроение, но выглядел он немного несчастным.

Королева Змей, зелёная охотница, уже была поднята святым деревом. Она лежала на земле, но всё ещё была словно спящей красавицей. Никаких признаков пробуждения не было. Не было никакой разницы между её предшествующим состоянием. Его брови невольно поднялись и он грустно вздохнул.

— Господин, господин, не беспокойся! С ней всё хорошо, действительно хорошо!, — молодой мастер Цзюнь снова вздохнул, его почти не удивила смелость священного дерева, которое испуганно и поспешно начало объяснять: — Я уже излечил её травму… Если не веришь, то присмотрись, я не смею тебе врать…

Дерево, едва не всхлипывая, говорило это.

Цзюнь Мосе повернул голову и посмотрел на него, и тот невольно испугался: почти полностью наполненный жизненной эссенцией водоём был почти пуст… теперь казалось, что остался мелкий осадок, которого едва хватало, чтобы покрыть дно водоёма. Похоже, слабое дерево действительно потратило все силы.

— Раз ты вылечил её, почему она до сих пор не проснулась? — Цзюнь Мосе подошёл к Королеве Змей и попытался нащупать её пульс. Вдруг он обрадовался. Священное дерево, действительно, использовало кровь из водоёма, чтобы вылечить Королеву Змей. Пульс на запястье Зелёной Охотницы вернулся в норму, и частота сердечных сокращений была такой же, как у обычных людей. Кроме того, едва различимое дыхание восстанавливалось до нормального состояния, оно стало спокойным и ровным, и это было похоже на глубокий сон…

— Господин… ваша… эммм… супруга получила серьёзную травму. С такой травмой она должна была вернуться на небо, но, должно быть, вы использовали много дорогих сокровищ, чтобы создать атмосферу, вроде утробного состояния, что помогло ей сохранить последнюю надежду на выживание. Хотя она выжила благодаря моей священной крови, но она слишком долго спала. Её дух, Суань и тело находится в самом примитивном состоянии. Если её необдуманно разбудить, это вызовет огромную нагрузку на её дух и тело. Если она не сможет этого вынести, то это неизбежно вызовет необратимые негативные последствия… — священное дерево обидчиво сказало: — Поэтому вам нужно некоторое время заботиться о ней, пока она не проснётся от этого глубокого сна естественным образом, тогда не будут негативных последствий…

Священное дерево действительно обиделось. Он действительно позаботился об этой спящей красавице. Она спала в течение нескольких месяцев, в течение этого времени, независимо от того, кто заботился о ней и создавал условия жизни, ведь он отдал очень много сил, чтобы вылечить её!

Более того, она всё ещё находится в состоянии глубокого сна? То, что у неё есть возможность каждый день пить воду и суп — уже хорошо! Если действительно заставить её проснуться, вероятно, что внутренние органы и функции организма не вынесут перегрузки! Это должен быть постепенный процесс…

Конечно, священное дерево вынесло это предположение, потому что не было уверено. Если бы спящая красавица проснулась, то это было бы проблемой, потому что тело невыносимо нагружено…

Поэтому священное дерево было его последней надеждой.

— О, то, что ты сказал, очень разумно… Я понимаю, — Цзюнь Мосе действительно понимал это, но сейчас чувства путали его суждения.

Хотя молодой мастер Цзюнь — не очень хороший человек, большую часть времени он всё ещё вёл себя неразумно и двулично, но в момент, когда нужно рассуждать трезво, он приходил в себя!

— Спасибо, спасибо, теперь я понимаю больше… — священное дерево почти плакало. Нелегко получить одобрение этого козла…

— Ну, ты действительно хорош в спасении людей. Я очень доволен. Я обещаю, что дам тебе то, что ты хочешь. Но у меня есть ещё один вопрос к тебе. Я надеюсь, что ты ответишь на него честно. Эти семицветные плоды… почему в год вырастает не более двух видов? — Цзюнь Мосе нахмурился и посмотрел на него.

Священное дерево удивилось, затем покрылось потом, словно водопад… «Зачем ему знать… этот секрет? Неужели он обманывает его? Правда?»

Глядя на лицо Цзюня Мосе, священное дерево, наконец, заговорило, не осмеливаясь лгать. Он решил сказать правду и полностью раскрыть тайну:

— Да, господин, вы действительно очень проницательны… но… господин, я не могу этого сделать, я хочу жить…

— Жить?! — Цзюнь Мосе смотрел на священное дерево подозрительным взглядом. Как связано его существование с количеством плодов?

— Господин… люди рождаются и умирают. Это ведь естественный процесс? На самом деле, всех существ в мире это ждёт! — священное дерево горько сказало: — Что касается меня — хотя продолжительность жизни больше, чем у людей, но она также ограничена. Независимо от того, какое дерево, его семечко может жить на земле не более десяти или двадцати тысяч лет, но, в конце концов, наступит день, когда жизнь дерева закончится…

На самом деле это правда. Немногие живые души могут уйти от смерти. Цзюнь Мосе кивнул с одобрением и сделал знак, чтобы он продолжал.

— Что касается жизни и смерти дерева, я полагаю, что вы должны иметь некоторое представление об этом. Я не буду много болтать, лишь коснусь темы. Если необходимо получить разноцветные плоды, мне, естественно, нужно пройти процесс цветения, и весь этот процесс является своего рода болезнью. Для нас это такой же процесс, как у людей рождение детей… это очень вредит здоровью… Каждый плод содержит разную жизненную квинтэссенцию… а эта жизненная квинтэссенция накапливается мною более пятисот лет, только так я могу создать основные условия для роста первого плода…

— Эта жизненная квинтэссенция полностью стимулируют рост плодов… Этот процесс эквивалентен жизни священного дерева в течение пятисот лет, за исключением того, что дерево может стать толще и выше, для него нет никакой пользы! — священное дерево несколько раз вздохнуло и сказало: — Я в самом деле не обманываю! Священные деревья моложе пяти тысяч лет могут за один раз взрастить семь видов плодов! А деревья от пяти до десяти тысяч лет взрастить четырнадцать видов плодов. Каждые пять тысяч лет количество видов будет удваиваться. Но если мы сохраним эту тенденцию и достигнем максимального предела, то максимальный срок жизни не превысит тридцать тысяч лет, и тогда дерево погибнет…

Глава 1065. Дерево Первого Шао из Подземного Мира?

— Господин, я всегда был единственным существом такого рода в этом мире. Конечно, мне хотелось жить долго, хотя у меня не было больших целей и надежд, но всё же… Я хотел просто жить и жить… — священное дерево со всхлипом произнесло. — Поэтому, после несчастного случая, я начал медленно снижать количество священных плодов, постоянно снижал вплоть до сегодняшнего момента, когда их число составляет всего пару штук. Я перерабатывал их в жизненную квинтэссенцию, чтобы продлить себе жизнь, а потом сосредоточил их здесь, чтобы орошать себя, поддерживая длительность своей жизни, или в том случае, когда мне придётся потерпеть большой убыток жизненных сил, я бы смог отсрочить немного свой последний вздох. Но сейчас все мои богатства, которые я накапливал тысячи лет, в один миг превратились в ничто, став свадебной одеждой… — дерево указало на водоём с квинтэссенцией, в котором виднелось дно: — Это — мои драгоценные запасы, которые я накапливал несколько тысяч лет, из-за вас они в один миг опустели. Осталась максимум пятая часть…

— Эм… Так вот оно что! В этом нельзя винить тебя, — снисходительно ответил Цзюнь Мосе.

Так или иначе, сколько штук необходимо Призрачному Дворцу — это не его проблемы, и он знает сейчас, что с деревом, которое находится у него в Башне, всё в порядке…

В таком случае сейчас этого вполне достаточно, надо быть ещё понаглее, ведь священное дерево само скрывало священные плоды от Призрачного Дворца, чтобы увеличить продолжительность своей жизни!

Если прикончить это дерево, вопрос с Чень Сюнь будет так и не решён… к счастью он знал, как можно выкрутиться…

— Так как сейчас выдалась свободная минутка, мы можем немного поболтать. Расскажи, как ты вообще попал сюда? Кажется, изначально ты появился в другом месте? — Цзюня Мосе переполнял интерес. В конце концов, в каком месте могло появиться на свет такое удивительное дерево? Неужто тоже в каком-то другом отдельном пространстве?

— В то время, когда я только распускался, я помню, что я не умел говорить и подражать человеческому голосу, — на «лице» священного дерева возник крайне печальный вид: — В тот день в моих родных краях внезапно появился человек в чёрном. Он внимательно обошёл весь лес, и остановил свой выбор на мне, так что я и сам не знаю, где моя настоящая родина. Потом я узнал, что это был очень могущественный человек. Его звали Первый Шао из Подземного мира! — священное дерево печально вздохнуло: — Он не спрашивал о моём согласии, просто взял и выкопал меня.

— Какой была толщина твоего ствола в то время? — Цзюнь Мосе был несколько ошарашен. В то время священное дерево уже обладало сознанием. За какой срок можно уже обзавестись сознанием? Как минимум две тысячи лет.

Взять вот так и просто выдернуть из земли дерево возрастом в две тысячи лет?

Некоторые слова священного дерева Мосе решил пропустить мимо ушей: кто в этом мире, выкапывая дерево, будет спрашивать у него согласия на это? Это же просто бред полный…

— Тогда я был намного меньше, чем сейчас, примерно обхватом 7-8 человек где-то… — смущённо отвечало дерево.

— А? Обхватом семь человек, и какой-то мужик в одиночку смог вырвать тебя из земли? Завязывай врать! — глаза Цзюня Мосе заметно округлились. Кажется, это цифра слишком преувеличена, разве нет?

— Я не вру! Это правда! Он сделал это одной рукой! — дерево вздохнуло: — Всё потому, что Первый Шао заметил, что я вырос намного ровнее и прямее всех остальных. С первого взгляда он опознал во мне священное дерево.

— Эм… — Цзюнь Мосе закатил глаза. — «Просто без комментариев, вот это методы выбора…»

— Так я и появился здесь, и тщательно обосновался. Первый Шао лично дал мне прозвище. Он сказал: ты стоишь так ровно, словно непослушный ученик, которого за провинность поставили в угол… С этого момента тебя теперь будут звать «Провинившееся дерево».

— «Провинившееся дерево» — это, действительно, очень необычное и оригинальное имя, — уголки рта Цзюня Мосе искривились: «А этот Шао и правда был ещё тем шутником. Интересно, где-то в этом мире есть дерево „не стоящее на ногах“?»

— На самом деле, я не совершал ничего плохого… и меня, разумеется, никто не наказывал… — с детской наивностью стало объяснять дерево: — Я на самом деле и сам бы не прочь прилечь, только это для меня невозможно.

— Ты, оказывается, прилечь хочешь? Может, тебе кровать захреначить надо? — Цзюнь Мосе растянул рот в улыбке.

Снова приколюхи… дерево, которое мечтает прилечь… надо же…

— Ладно, хватит языком попусту чесать. Тебе нужен этот шар с тысячелетней энергией. Ты сам его усвоить сможешь, или я должен ввести его в твоё тело? — Цзюнь Мосе полностью утратил интерес к бредовым рассказам священного дерева. Очевидно, дерево само находилось в нерешительности, какой выбор ему сделать, однако брови и уголки глаз уже выдавали его восторженный настрой. Кто бы мог подумать, что этот несговорчивый человек всё же сдержит своё слово? Дерево так обрадовалось, что ему хотело рассмеяться от удовольствия и восторга.

— Если я возьмусь за то, чтобы ты усвоил эту энергию, результат не заставит тебя долго ждать, ты не сможешь не заметить его… — сказал Мосе: — Если ты сам будешь каплю за каплей всасывать эту энергию, усвоение займёт намного времени, и кто знает, за это время может случится какой-нибудь очередной кризис… — Цзюнь Мосе не поленился и всё тщательно объяснил: — Есть два варианта, и у каждого есть свои плюсы и минусы, выбор только за тобой.

Священное дерево долго раздумывало над выбором, и наконец, стиснув зубы, произнесло: — Я, всё-таки, выберу второй вариант, и буду сам медленно поглощать…

Сейчас для него уже было не так важно увеличить на несколько лет свою энергию роста, так как сейчас у него уже не было поддержки в виде большого количества жизненной квинтэссенции. Возможность добиться этой цели уже была утеряна, и, возможно, сейчас требовалось начинать всё с самого начала. Цзюнь Мосе подчеркнул, что второй вариант может решить проблему очередного кризиса, как бы напомнив ему об многолетних природных шлифовках снегом и дождём, беспощадном износе, и ужасном и пугающем громовом ударе…

Поэтому священное дерево выбрало второй вариант — самостоятельно ждать подходящего момента, медленно поглощать и переварить энергию, чтобы добиться наиболее отличного эффекта, и, если смотреть на перспективу, более полезного для его жизнеобеспечения.

— Хорошо, я начну, будь готов, — Цзюнь Мосе вытянул левую руку и в его руке медленно сформировался изумрудно-зелёный светящийся шар, размером с футбольный мяч… Глядя на этот шар, у священного дерева невольно потекли слюни…

Мосе плавно увеличил на этот шар ещё немного, а потом остановился. Он активировал процесс совершенствования, взмахнул рукой и обернул этот зелёный шар в слой защитной плёнки молочно-белого цвета…

— Когда тебе понадобится энергия, тебе просто нужно будет разрезать корнем эту защитную пленку, и ты сможешь взять столько энергии, сколько тебе только потребуется. Если решишь не забирать сразу полностью всю энергию — нет проблем, эту пробоину можно будет снова запечатать и всё. Она может храниться там неограниченный срок, и с ней не произойдёт ничего плохого, — Цзюнь Мосе детально разъяснил дереву методы использования.

Сегодняшние успехи вряд ли можно назвать мелкими, а, значит, и малодушничать не к чему. Хотя это дерево — то ещё бесхребетное существо, за ним не было замечено каких-то подлых и коварных намерений, и поэтому Мосе решил выполнить свои обещания на все сто процентов.

— Спасибо! Большое спасибо! На этот раз я правда очень благодарен вам! — дерево с радостью приняло светящийся зелёный шар в свои объятья, щедро поблагодарив Мосе. Он и не рассчитывал, что его соперник лично вручит ему столько жизненной энергии…

Намного больше, чем было изначально, и к тому же степень чистоты и насыщенности была на порядок выше. Это превзошло всякие ожидания священного дерева на счёт обещаний соперника…

Не потребуется убивать себя — уже отлично… А, учитывая количество жизненной энергии, которое ему удалось получить, если воспользоваться надлежащим способом, то можно будет возместить убытки, нанесённые его жизненной квинтэссенции, за очень сжатые сроки, или даже можно будет получить намного больше выгоды, и открыть совершенно новые способности и умения…

Фактически, в этом мире получение натуральной природной одухотворенной Ци подвластно только двум людям: Цзюню Мосе и Мэй Сюэ Янь. Несмотря на то, что священное дерево понесло катастрофические убытки, то, что случилось сегодня, окажет неизгладимый эффект на его дальнейшее развитие!

«Однако, это существо обладает неподдельной честностью: „На этот раз я правда очень благодарен вам“ говорит о том, что прошлые разы „Спасибо“ было фальшивым…», — Цзюнь Мосе усмехнулся, но решил не придавать этому значения. Отблагодарил — и достаточно. Он осторожно взял тело Чень Сюнь, поместил его в башню, и, махнув рукой, распрощался. Сейчас, можно сказать, его переполняла тоска по родному дому…

Священное дерево заполучило так много подарков, что было не в силах расстаться с Мосе. У дверей оно одёрнуло Мосе за рукав его платья: — Эм, господин… Не могли бы вы помочь мне, и передать пару слов для потомков Призрачного Дворца?

— Что передать? — Цзюнь Мосе повернулся и посмотрел на него.

— Скажите им, чтобы они больше не присылали людей для отбора и выявления соответствия… Каждые сто лет какое-нибудь очередное недоразумение нарушает мой покой… Я скоро сойду с ума от этого… — священному дереву, кажется, в самом деле становилось нехорошо из-за этого. — Если действительно необходимо, чтобы здесь находился человек, тогда пусть отправят кого-нибудь, кто живёт чуть дольше… Так тоже сойдёт.

— А?

— Хотя я — всего лишь «провинившееся дерево», у меня тоже есть чувства, а они каждые двести-триста лет меняют людей. Я только привыкну к человеку, как они берут и меняют его на другого… Мне очень тяжело на душе становится от этого… — священное дерево крайне опечаленным голосом продолжило: — Это чувство сродни тому, как навсегда прощаться со своим хорошим другом, который больше никогда не вернётся к тебе… Или, как говорят у вас, у людей, «седой провожает темноволосого». Это, правда, невыносимо больно… Мне, правда, больше не под силу терпеть такую боль…

Глава 1066. Надо возвращаться…

Цзюнь Мосе внезапно ощутил, как где-то из самой глубины его сердца поднимается неподдельное сочувствие. Во всём этом пространстве есть только одно священное дерево, которое смогло обрести сознание. Люди Призрачного Дворца каждый раз, приходя сюда, воспринимают его как живое божество, в то время, как священное дерево переживает утрату старого друга…

Как только он снова привыкает к человеку, а это проходит не без труда, век этого человека подходит к концу, и близится очередное расставание… Если бы такая ситуация происходила с самими людьми… боюсь, они бы уже давно сошли с ума от подобных мучений…

Кажется, это дерево подвергалось такому издевательству более десяти тысяч лет, как минимум сорок-пятьдесят раз подобных душераздирающих расставаний…

Неудивительно, что сейчас у него так шалят нервишки, и такое нестабильное настроение… Здесь вообще нечему удивляться. Он же — словно женщина, у которой было сорок мужей, и все они умирали один за другим…

— Я помогу тебе, и обязательно передам твои слова им, — Цзюнь Мосе со всей серьёзностью кивнул головой.

— Большое спасибо, — когда Мосе уходил, дерево с неохотой и тяжёлым сердцем расставалось с ним.

Раздался резкий хлопок, и Цзюнь Мосе вылетел наружу. Листва снова зашелестела, толстый ствол слегка покачивался…

Хотя прошло не так много времени, однако странное противоречивое чувство, которое ощутило дерево в этот момент, было первым в его жизни… Особенно в тот момент, когда Мосе так щедро отплатил дереву… Разумеется, и самому священному дереву пришлось пожертвовать многим, но всё же, наивному, словно маленький ребёнок, дереву, было очень тяжело расстаться с Цзюнем Мосе…

Листья звонко шумели, будто всхлипывая…

А потом внезапно поднялся неистовый ветер, и священное дерево в один миг полностью исчезло, не оставив за собой и следа…

— Цзюнь Е!

Где-то неподалеку раздался восторженный писк Мяо Сяо Мяо. Вслед за этим хрупкая тень, словно ласточка, подлетела к нему, и крепко-крепко обняла Цзюня Мосе, да так, что ему даже стало тяжело дышать от таких сильных объятий…

Мяо Сяо Мяо казалась по голосу очень весёлой, но, прильнув к его груди, слёзы стали капать из её глаз, и она зарыдала, в один миг намочив одежду Мосе своими нескончаемыми ручьями…

Эти слёзы были не просто слезами испуга, в одно и то же время в них было собрано много всего — запоздалый страх, радость, счастье…

Хотя они пробыли в разлуке всего пол дня, для Сяо Мяо это время показалось вечностью… Несколько раз Сяо Мяо окончательно теряла всякую надежду на лучший исход. Ожидание душило её, и, если бы не её непоколебимая вера в Мосе, она бы, наверное, уже давно сошла с ума от горя…

И сейчас, Мосе вернулся целым и невредимым. Как же тут не радоваться, ведь для нее это самый лучший и желанный подарок…

— Нуу… успокойся… со мной всё хорошо… Я, правда, в полном порядке! — Цзюнь Мосе ласково погладил Сяо Мяо по спине, утешая её.

Стоящий вдалеке Мяо Хуань Юй, глядя на пару обнимающихся влюблённых, расплылся в довольной улыбке… Хотя священное дерево в этот раз снова не выбрало преемника, но хотя бы у его любимой дочки уже есть крепкая опора в жизни, а для отца это и есть самое главное…

В сравнении с этим, всё остальное кажется не таким уж и важным…

Уже вечерело, и надо было покидать волшебный Сад. Все трое медленно направились к выходу. Мяо Цзин Юнь и остальные уже ждали их там. Когда они добрались до места, Мяо Цзин Юнь в срочном порядке стал расспрашивать о том, как всё прошло.

Мяо Хуань Юй тяжело вздохнул и в общих чертах рассказал о ситуации. Все были крайне разочарованы. Однако Цзюнь Мосе сразу же поспешил передать им последние слова священного дерева. После этого все погрузились в тяжёлые раздумья.

— Пусть даже люди, и так живущие относительно короткой жизнью, с трудом могут принять боль вечной разлуки, что уж и говорить о священном дереве, которое имеет разум и живёт не одно тысячелетие? Уверен, для него это невыносимые мучения. Более того, этим страданиям нет конца и края. Они снова и снова повторяются в его жизни… Вы всегда думали только об интересах Призрачного Дворца, и никогда не задумывались о чувствах тысячелетнего дерева… Вы очень сильно просчитались на сей раз, — Цзюнь Мосе был очень прямолинеен и серьёзен. Его слова заставили всех присутствующих очень серьёзно задуматься обо всём этом.

Мосе, разумеется, не мог повторить слово в слово то, что ему сказало священное дерево, но вышло что-то вроде этого: «Священное дерево надеется, что нынешний хозяин волшебного Сада ещё долго должен пребывать в добром здравии, и чем дольше, тем только лучше…»

Уверен, таким образом, семья Мяо только сильнее укрепится в своих позициях, возобладав непоколебимой властью и могуществом. На самом деле, Цзюнь Мосе снова пытался помочь возвысится семье Мяо…

— Процедура смены кандидатуры хозяина Сада всегда была очень хлопотным делом. Разве бы мы сами не хотели, чтобы один и тот же человек пробыл на этой должности как можно дольше? Жалко только, что Хуань Юй очень слаб здоровьем… Вот сейчас он обладает всего лишь уровнем Суань Духа… Если даже и захотеть пробыть в должности подольше, да разве это так просто? — Мяо Цзин Юнь нахмурился и сказал: — Если бы всё было по-другому… Разве мы бы стали мучить священное дерево этим поиском подходящей кандидатуры? — Как раз об этом! Священное дерево уже заранее позаботилось, и велело отнести дядюшке Мяо одну вещицу, — Цзюнь Мосе решил, что и сам никогда не сможет смириться с тем, если семья Мяо лишится власти.

Цзюнь Мосе засунул руку за пазуху, словно вытаскивая что-то, а сам протянул руку в башню, сорвал священный плод, одновременно с этим взял три таблетки полюса мира, превратил их в наичистейшую природную одухотворенную Ци, и ввёл в мякоть плода, после чего отрезал меньше половины цветка искусного лотоса и тоже поместил туда же, а потом с помощью стихии дерева всё тщательно перемешал.

Когда он вытаскивал руку наружу, в его руках уже красовалась горстка разноцветного печенья… Каждое печенье было размером со зрелый персик, даже больше драгоценных священных плодов в целых два раза. К тому же оно выглядело очень необычно и аппетитно. В этом мире ещё никогда не было ничего подобного!

— Священное дерево сказало мне по пути захватить эти вещицы для вас. Это — небесные изделия из священных плодов, которые можно получить раз в пять тысяч лет! После того, как дядюшка съест их, его силы и долголетие без любых побочных эффектов возрастут на тысячу лет…

Силы и долголетие на тысячу лет… Кажется, Мосе ещё приуменьшил способности этого печенья… По своей мощности оно уже превышает те священные плоды, которые ему давали, когда он впервые попал в Призрачный Дворец. К тому же туда был добавлен цветок искусного лотоса, выведенный в Башне Хунцзюнь. Можно только представить, насколько он обогнал свой оригинал. Силы и долголетие на тысячу лет — это ещё самый минимальный прогноз этого «коктейля»…

Это только эффект, который дают священные плоды и цветок искусного лотоса. Без учёта увеличения продолжительности жизни…

Кроме этого, там ещё были подмешаны три таблетки полюса мира, которые способны возвысить уровень Суань на сто лет. Одна такая таблетка была способна сделать из Хуань Юя великого мастера Пика, а двух таких штучек хватило бы, чтобы стать Почтенным мастером четвёртой ступени. Или, вполне возможно, даже Достопочтенным!

Если всё пройдёт успешно, из-за увеличения уровня совершенствования Мяо Хуань Юй получит тысячу лет жизни, а если ещё добавить тысячу лет, которые должны дать священные плоды… В целом получится около двух тысяч лет добавочного времени жизни!

Все вытаращили глаза от удивления!

В один миг старики стали учащённо дышать.

— Я повторю ещё один раз: священное дерево послало эти печенья специально для дядюшки Мяо! — Цзюнь Мосе нахмурил брови. Какое-то ненормальное поведение у этих старейшин, они же не могут…

— Что за бред! Кто не знает, что эта вещь адресована Хуань Юю? Мы всего только несколько ошарашены этим и ничего более! По-твоему, кто-то собрался кинуться отбирать их? Зачем сразу переходить на грубость, и даже если так, тебе вообще до этого какое дело? Обязательно по несколько раз повторять, что эта вещь для Хуань Юя? — один из Достопочтенных мастеров, выпучив глаза от злости, яростно взревел.

Остальные старейшины сконфуженно рассмеялись. По правде, они, конечно, были очень взволнованы таким заявлением. «Силы и долголетие длиной в тысячу лет…»! Но, услышав, что это передано лишь для Мяо Хуань Юя, несмотря на свою недюжинную храбрость, никто не осмелился захватить их…

«Это же небесный продукт из священных плодов, который можно получить раз в пять тысяч лет… Кто посмеет своровать такую драгоценность? А если вызвать гнев священного дерева, возникнет какой-нибудь застой, и что потом делать? Тогда от Сада чудодейственных лекарств останется только название… К тому же, такую удивительную вещь священное дерево вручило в руки прямо Мо Цзюнь Е, он и сам мог бы присвоить её себе, однако, он не стал! Это какую же щедрую душу надо иметь! Чёрт, если у меня возникли подобные мысли… Значит, я хуже животного? Даже какой-то мальчишка и то благороднее меня, так получается?»

Мяо Цзин Юнь даже покраснел от волнения, а его седая борода задрожала… Самый довольный из всех присутствующих, разумеется, был он. Ведь Мяо Хуань Юй, всё-таки, его сын, а он, как отец, был очень привязан к своему сыну.

Здоровье сына всегда было самой болезненной темой для Мяо Цзин Юня, а сейчас эта проблема, наконец, была решена! Две тысячи лет… это более, чем достаточно!

Мяо Сяо Мяо тоже была искренне счастлива, она смеялась и прыгала от радости. Держа отца за руку, невинная и наивная дочурка пританцовывала возле любимого отца…

— Кстати, священное дерево подчеркнуло одну деталь: хотя эти священные плоды фактически не имеют отрицательных последствий, всё же они нарушают законы природы, а, следовательно, после их принятия возможно, в ответ последует громовой удар. То есть, во время их приёма нужно позаботиться о надёжном месте, где можно будет спрятаться от грозы и молний, а когда небесный продукт успешно усвоится, можно будет выйти наружу, и всё пройдёт более, чем успешно… — Цзюнь Мосе улыбнулся, и напомнил об этой детали.

— Да, да! Священное дерево и правда всё хорошо продумало! Я сам позабочусь об этом, ха-ха-ха! Сегодня, в самом деле отличный урожай получился! — радостно рассмеялся Мяо Цзин Юнь.

Его радость только больше взбесила остальных старейшин, они испытывали зависть: «Какой там урожай? Конечно, вашей семье повезло, а нам ничего не перепало, и в ближайшие сто лет ничего не светит! Только и остаётся слюнями давиться, вот неудача…»

Мяо Цзин Юнь сам лично забрал эти семь «небесных изделий», и больше ни на шаг не отходил от Мяо Дао и Мяо Цзяня. Все направились к дороге, ведущей обратно в Призрачный Дворец…

Нельзя терять время. И самым лучшим решением будет сразу по приезду, чтобы Мяо Хуань Юй заперся в хоромах их предка Мяо Цин Чхэна, и там принял эти «печеньки». Справиться с громовым ударом — пустяковое дело рядом с таким выдающимся старейшиной…

Под звуки радостных голосов, Мосе тоже вспомнил о идеи возращения на родину. Причина была проста: там у него остались близкие люди, если он решит остаться навсегда в Призрачном Дворце, он всё равно должен навестить их на прощание…

Мяо Цзин Юнь распорядился о быстром возращении домой, чтобы как можно скорее приступить к этому важному делу…

Глава 1067. Злой монарх созывает собрание!

Когда Цзюнь Мосе собирался покидать Призрачный Дворец, он вдруг вспомнил о волшебном оружии Четырнадцатого Шао! Тогда Четырнадцатый Шао строго-настрого наказал Мосе забрать его для него. А Мосе и уже забыл об этом…

Если бы вспомнил уже позднее, за пределами Дворца, боюсь, получилось бы очень некрасиво…

Ничего не поделаешь, придется разузнать об этом…

…

«Стоп… нет», — Мосе решительно откинул мысль о том, чтобы спрашивать об этом, ведь если он откроет рот, то ему уж точно не видать этой вещицы, и он поставит свою легенду под сомнение…

Это оружие было отлито из ледяного холода Подземного мира. Другими словами — оно источает тёмную ауру Подземного мира…

Мосе вытащил из Башни Хунцзюнь ледяные клинки из Подземного мира, определил ауру, которую они источают, а потом тихо отправился на поиски.

Он медленно кружил по пространству Призрачного Дворца, стараясь почувствовать особую энергетику, которой обладали все Шао из Подземного мира. В такой чистой и непорочной атмосфере, которая царит во всём Призрачном Дворце, должно было быть очень легко найти этот зловещий «аромат».

Цзюнь Мосе сосредоточил внимание на главном сооружении Призрачного Дворца. После тщательных поисков, он определил, что в тайной комнате Дворца есть какие-то запечатанные вещи, и от них исходит такой же запах…

Цзюнь Мосе расслабленно выдохнул. Для охраны тайной комнаты, конечно, приняты очень строгие меры предосторожности. Но это преграда только для обычного человека, для Мосе же это совсем не проблема…

— Цзюнь Е… тебе надо уехать сейчас, чтобы встретиться со старшей сестрой? — на лице Сяо Мяо читалось волнение. Она мямлила и нескончаемо теребила подол своего платья: — А сестра точно согласится приехать? А если приедет… и увидит… ну… меня с тобой… она не будет злиться?

— Не будет, у неё отличный характер. Она очень спокойная и нежная, — Цзюнь Мосе утешал Сяо Мяо, а сам посмеивался. Кажется, такие эпитеты, как «спокойная» и «нежная», не подходят ни к одной из числа его женщин… «Стая тигриц», не меньше… Хотя в этот раз удалось заполучить много всего полезного, боюсь, скандала всё равно не избежать…

Сяо Мяо немного осмелев, посмотрела на Цзюня Мосе: — Цзюнь, если сестра откажется принять меня, не печалься обо мне. И не надо вставать на мою защиту, я должна сама разобраться с этим, хорошо?

Цзюнь Мосе с очень сложными чувствами посмотрел на неё. Когда эта смелая девчонка успела всё обдумать и решить? И несмотря на огромные сомнения, решиться на нечто подобное ради него, потому что она любит его всем сердцем!

Глядя на подобную самозабвенную преданность и любовь, которую испытывала к нему эта девушка, Мосе не мог не растрогаться. Резко взглянув на Сяо Мяо, он сказал: — Мяо Мяо, если потом я решу не возвращаться в Призрачный Дворец… ты готова уехать вместе со мной, чтобы жить вместе в том мире?

— Не возвращаться? Почему? — Сяо Мяо испуганно посмотрела на него, а потом через мгновение ответила: — Я принадлежу тебе… вне зависимости от того, где ты будешь находится, я всегда и везде буду следовать за тобой, даже на край света, в Ад и в Рай! Где будешь ты, там всегда буду и я…

Хотя Сяо Мяо произнесла эти слова тихим голосом, в них звучала непоколебимая решимость, присущая клятве!

Цзюнь Мосе растроганно вздохнул, и заключил хрупкое тело Сяо Мяо в свои объятья: — Не обмани меня, и я не обману тебя!

«Не обмани меня, и я не обману тебя…»

К глазам Сяо Мяо подступили слёзы, и она, прижавшись к груди Мосе, пробормотала: — На краю света, в Аду и в Раю, всегда и везде… вместе навечно…

Она дрожала всем телом, однако каждое слово, каждую букву, она произнесла с особой чёткостью и искренностью… Словно эта клятва перед всем миром… перед всей Вселенной…

***

Той ночью Мяо Сяо Мяо, отбросив все предрассудки, сама увела Мосе в свой шатёр, и изо всех сил старалась доставить ему максимальное удовольствие, и раствориться в его объятьях, чтобы никогда не расставаться даже на секунду…

У Сяо Мяо было странное предчувствие: в этот раз её Цзюнь Е уйдёт навсегда…

Женская интуиция — невероятная вещь, ведь вне зависимости, вернётся Цзюнь Мосе или нет, «обладатель непревзойдённой сущности, господин Мо Цзюнь Е» вряд ли ещё раз появится в этом мире…

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе добился всего, чего только хотел от поездки в Призрачный Дворец — а его успехи, и правда, были невероятно богатыми — однако ему надо было срочно возвращаться назад. Тем более, когда Битва за Небеса была так близко, настроение его было особенно мрачным и гнетущим…

«Сяо Мяо… Мяо Мяо, девочка моя, что будет, когда мы встретимся в следующий раз? Как ты справишься с этим? Мо Цзюнь Е — это Цзюнь Мосе, но Цзюнь Мосец — определённо не Мо Цзюнь Е!» На следующий день, когда ещё не расцвело, Мосе уже поднялся с кровати. Он снова поступил точно также, как и до этого, оставив священный плод, и разъяснения к нему. Это было адресовано госпоже Мяо. Чудесный эффект этого плода был немного похуже, чем у Мяо Хуань Юя, но всё же мог подарить две тысячи лет безбедной жизни, и был хорош для человека, который вообще не обладал никакими военными навыками. Просто Мосе не хотел доставать его при остальных. Много глаз, много ушей…

Затем Мосе тихонько поцеловал спящую Сяо Мяо, повернулся и ушёл, тихо и без лишних глаз покинув Призрачный Дворец…

Когда он выходил из шатра, по его лицу прокатились две скупые мужские слезинки. Разумеется, Сяо Мяо не может по-настоящему спокойно спать в мучительные минуты разлуки с любимым человеком!

Она просто не хотела оказывать влияние на решение её любимого человека покинуть Дворец: «Когда он покинет это место, он уже будет принадлежать другой, точно так же преданно любящей его женщине… Я не должна поступать эгоистично, и задерживать его…»

Но сердцу не прикажешь, удушающая боль сковало её маленькое сердечко, и Сяо Мяо, крепко вцепившись зубами в подушку, заливалась слезами…

«Цзюнь Е… возвращайся поскорее… Я буду ждать тебя! Всегда буду ждать… Мои чувства никогда не изменятся, и я никогда не буду ни о чем сожалеть!»

Когда Цао Гофэн и остальные Шенхуаны проснулись утром, они внезапно обнаружили, что их силы каким-то неведомым образом возросли аж на сто лет прогресса!

Благодаря этим удивительным изменениям, они все разом достигли уровня Шенцзунов первой ступени! А самый сильный из них, Цао Гофэн, прорвался до пика Шенцзуна первой ступени…

Все семеро пребывали в невероятном шоке от произошедших с ними изменений! Разве… разве это вероятно? Поспали ночь, а наутро — Бац! — и Шенцзуны! К тому же все братья одновременно провались до уровня Шенцзуна. Неужто в усадьбе снова произошли какие-то чудеса?

Изначально они собирались отправиться, чтобы охранять Мо Цзюнь Е, но были вынуждены столкнуться с громовым ударом. Затем, решив, что ничего не произойдёт, если они выдвинутся к Цзюнь Е немного попозже…

Стоит отметить, что произошедший одновременно со всеми семью братьями громовой удар вызвал большой резонанс во всём Призрачном Дворце! Неразлучные братья-друзья прорвались одновременно, все разом. Нечто подобное. Кажется, случилось первый раз за всю историю Призрачного Дворца!

Цзюнь Мосе не знал, но в тот самый момент, когда он покинул Призрачный Дворец, в главное управление Призрачного Дворца кем-то было отправлено пригласительное письмо.

И сейчас это письмо лежало на столе у Правителя Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юня.

Это письмо было изготовлено из чистого золота. Сверху было будто пальцем что-то написано! Стоимость этого приглашения уже была нешуточной! И, говорят, таких приглашений было выпущено огромное количество!

Хотя там было написано совсем немного, но почерк был очень надменным и наглым! Но ещё более наглым было само содержание этого приглашения: «Пятнадцатого июня облака приходят с Драконом, а ветер появляется с тигром! Злой Монарх приструнит весь мирской люд! От чистого сердца информирую Призрачный Дворец: станьте моими гостями, Злой Монарх организовывает своё государство! С уважением, Злой Монарх, Цзюнь Мосе!»

«Злой монарх организовывает своё государство!», — Мяо Цзин Юнь нахмурился.

Это означает, что в этом мире есть сила более могущественная, чем три священные земли и Призрачный Дворец! И никто не может оставить без внимания это!

Ведь этого достаточно, чтобы изменить весь привычный устрой их мира!

Силовой баланс, сохранявшийся на протяжении столь долгого времени!

Этот Злой Монарх, Цзюнь Мосе, в самом деле, большой храбрец!

— Этот некто по фамилии Цзюнь — ещё тот психопат. Пусть он бесчинствует на материке Суань, но сейчас он создаёт своё государство, да ещё и приглашает наш Призрачный Дворец к себе? Разве это не переходит всякие границы? — Мяо Дао выглядел особенно не радостно: — Кем себя возомнил этот чёртов Цзюнь Мосе? Наш выдающийся Призрачный Дворец превосходит все остальные места своим могуществом, за кого он нас принимает? Он послал нам приглашение, и мы сразу же должны пойти к нему? Что за вздор!

Мяо Цзянь тоже пришёл в негодование: это так нагло и самонадеянно — так себя вести, ещё и приглашать к себе Призрачный Дворец, от этих слов становится не по себе…

— Если считать по календарю Суань, какой сейчас месяц? — Мяо Цзин Юнь задумался, а потом медленно спросил.

— Третье июня! — уверенно ответил Мяо Дао. — Три месяца до Битвы за Небеса, которая состоится осенью, и двенадцать дней до созыва государственности Злого Монарха.

Призрачный Дворец никогда не принимает участия в Битве за Небеса, но всё равно чётко следит за этим.

— Владыка, неужто вы хотите пойти? — Мяо Цзянь с невероятным удивлением посмотрел на Мяо Цзин Юня.

Глава 1068. Подозрения Мяо Цзин Юня!

— Мне нужно идти прямо сейчас! — Мяо Цзин Юнь вздохнул: — Естественно, цель этой поездки не в том, что мы признаём силу и могущество Злого Монарха, а… немного в других аспектах! — он сделал паузу и продолжил:

— Прежде у Злого Монарха было много конфликтов с тремя священными землями. Примирение тут вряд ли возможно. Сторонников у Злого Монарха становится всё больше, и они широким фронтом выстроились в полной боевой готовности. Такие действия выглядят очень бесцеремонно и самонадеянно, я же полагаю, что такая ситуация может быть разрешена лишь после всестороннего обдумывания общего положения дел…

Ведь вот-вот наступит Битва за Небеса! Три священные земли и Злой Монарх не должны вести себя необдуманно и должны приостановить свои внутренние распри.

И тогда они сосредоточат все усилия на Битве за Небеса, ведь только после полной победы над Чужаками они смогут продолжить свою междоусобную войну! Нужно признать, этот мальчишка по фамилии Цзюнь выбрал очень верный момент для наступления!

— Мяо Цзин Юнь улыбнулся. — Итак, независимо от того, насколько сильно разбушевался этот Злой Монарх, три священные земли не посмеют безрассудно отправить против него свои войска! Даже если проблема очень серьёзная, она должна подождать решения до окончания Битвы за Небеса! Именно поэтому Злой Монарх Цзюнь Мосе решил собрать армию в данное время! Он проанализировал обстановку и составил идеально продуманный план!

В любой другой момент с такими силами Цзюнь Мосе был бы неизбежно разгромлен мощью трёх священных земель!

Скорее всего, туда бы вмешался и Священный Дворец! В конце концов, появление новой силы на материке Суань повлияет на все существующие блоки и союзы!

А это не то, чего хотели бы увидеть влиятельные верхушки материка! Поэтому я хочу сказать, что хоть и не знаю, насколько хорошо реальное совершенствование этого Злого Монарха, но вот способность анализа общего положения и находчивость у этого паренька просто удивительные! На так называемый «приём» Злого Монарха три священные земли обязательно выдвинут своих людей на переговоры! Их нынешних сил недостаточно, чтобы одержать победу в Битве за Небеса, поэтому они должны переманить на свою сторону Цзюня Мосе. Им просто необходима его поддержка в предстоящей войне!

Причина, по которой мы хотим посетить этот приём, заключается в том, что мы чётко понимаем сложившуюся обстановку на материке Суань, особенно — внутреннее противоборство двух сил! Это не значит, что мы сразу же примкнём к какой-либо стороне, но и нейтралитет сохранять не стоит, так как это обидит сразу оба противоборствующих лагеря… С такой тактикой будет больше ущерба, чем пользы… — Мяо Цзин Юнь серьёзно задумался:

— Если судить по ситуации, то для Злого Монарха это — самая лучшая возможность для объявления о себе, а для нас — огромный шанс получить собственную выгоду! У нас есть преимущество в выборе, но прежде чем мы официально примкнём к одной из сторон, эти ребята не посмеют обидеть такой лакомый кусок, как мы. Наоборот, они ещё и всячески будут зазывать нас к себе. А нам это только на руку… Так с какого хера нам туда не вмешиваться?

После всех этих разъяснений Мяо Дао и Мяо Цзянь осознали, что, может, в физическом плане им нет равных, однако они абсолютно ничего не смыслят в политике…

— В последние дни меня ещё кое-что тревожит… Мо Цзюнь Е уже ушёл? — Мяо Цзин Юнь вдруг на полуслове переменил тему разговора на Мо Цзюнь Е.

— Да, он сегодня утром покинул Туманный Призрачный Дворец, — сказал Мяо Цзянь.

— Хорошо… — Мяо Цзин Юнь нахмурился и, недолго поразмыслив, сказал: — Это дело… Туда уже направились шесть старейшин и семья Чжань… В качестве дополнения, если вы хотите, то также можете присоединиться к этому веселью.

— Что еще за веселье… Совсем не интересно! — наотрез отказался Мяо Дао.

— Что ещё за веселье? Дедушка? Приём Злого Монарха? Я хочу пойти туда! — в этот момент вошла Мяо Сяо Мяо. После ухода Мо Цзюнь Е, Мяо Сяо Мяо сильно сожалела: и не от того, что позволила ему уйти, а от того, что не последовала за ним.

«Если я буду просто ждать здесь, разве старшая сестра не подумает, что я её не уважаю?»

На самом деле, не прошло и пары часов с того момента, как ушёл Мо Цзюнь Е, но сердце Сяо Мяо уже опустело и завыло от тоски, словно душа покинула её…

После всестороннего обдумывания Мяо Сяо Мяо решила поговорить с дедушкой Мяо Цзин Юнем о том, что хочет отправиться вслед за Мо Цзюнь Е… Но когда она подошла к двери, то случайно услышала новость о том, что Злой Монарх собирается устроить приём… Поэтому не могла не спросить об этом.

— Ты хочешь пойти на приём? — три старика одновременно нахмурились.

Сила Почтенной второй ступени можно назвать весьма значительной. На материке Суань Сяо Мяо может спокойно отправиться куда угодно, но эта девчонка слишком наивна, и её легко обвести вокруг пальца кому угодно…

— Дедушка? Ты меня отпустишь??? — Мяо Сяо Мяо испугалась, что дед тут же отвергнет её идею и крепко обхватила его за руку, попутно изображая самое милое личико на свете: — Я хочу посмотреть, действительно ли этот Цзюнь Мосе — такой крутой гений… Ведь поговаривают, что он превзошёл даже Цзюнь Е… Вспрочем, в это верится слабо!

Для Сяо Мяо Мо ЦзюньЕ, естественно — самый лучший и выдающийся парень, круче него только яйца… Но вот уже долгое время в Туманном Призрачном Дворце ходили слухи о каком-то Злом Монархе, Цзюне Мосе, который в столь юные годы чуть ли не стал самим Богом.

До того, как Мяо Сяо Мяо влюбилась в Мо Цзюнь Е, ей было абсолютно насрать на этого Злого Монарха, однако теперь она не могла смириться с такими слухами! Сяо Мяо не верила, что в этом мире есть мужчина лучше и прекраснее, чем Цзюнь Е!

«Если я отправлюсь на материк, то не мешало бы использовать такую возможность и дать этому говнюку Мосе хлебнуть дерьма! А между делом я отыщу Мо Цзюнь Е, и мы вместе встретимся со старшей сестрой, чтобы показать ей всю нашу искренность чувств… Разве это не прекрасно?»

— Гений, который даже круче Мо Цзюнь Е? — Мяо Цзин Юнь о чём-то задумался и тихонько прошептал: — Кто бы мог подумать, что мои догадки… Неужели это правда? Да ну, надеюсь, что я ошибся…

Он вдруг вспомнил, что вчера после обеда, когда он пошёл провожать Мяо Хуань Юя в тайное подземелье, предок Мяо Цин Чхэн сказал: — То дитя, что приходило сюда в прошлый раз… Он всё ещё в Туманном Призрачном Дворце?

Мяо Цзин Юнь ответил: — Он всё ещё во дворце, но сегодня заявил, что хотел бы покинуть нас на какое-то время. Если предок хочет его видеть, то я могу немедленно послать за ним!

Мяо Цин Чхэн молча кивнул, а затем сказал: — Нет нужды. Ты должен установить с ним хорошие отношения. Не стоит относиться к этому пареньку пренебрежительно, а уж тем более как-то его обижать… — сказав это, предок вдруг странно зашептал: — Если бы не он… То Хуань Юй не смог бы сюда попасть…

Голос Мяо Цин Чхэна был очень тихим, но Мяо Цзин Юню удалось расслышать сказанные им слова, однако он не мог в них поверить! Мо Цзюнь Е… Предок дал ему такую высокую оценку!

С чего бы вдруг?

Неужели… Хуань Юй, на самом деле, получил тот священный плод от самого Цзюнь Е?

Когда Мяо Цзин Юнь задал этот вопрос, Мяо Цин Чхэн больше не захотел разговаривать на эту тему. Он просто сказал: — Источник бедствий семьи Чжань ликвидирован…

А затем он приказал ему выйти …

Эти слова, плюс подозрения самого Мяо Цзин Юня заставили его направить на приём Злого Монарха членов семьи Чжань впереди всех… Если его предположения верны, то, скорее всего, эти ребята больше не вернутся во дворец…

Потому что они всерьёз обидели Мо Цзюнь Е…

Мяо Цзин Юнь не посмел сказать больше ни слова и тихо отступил назад…

Когда он был за дверью, то услышал, как Мяо Цин Чхэн спросил о чём-то Мяо Хуань Юя, однако, услышав новость о том, что Мо Цзюнь Е стал его зятем, внезапно рассмеялся и сказал: — Вот оно что! Вот оно как! Ха-ха-ха-ха!

Когда Мяо Цзин Юнь услышал эти возгласы, его сомнения вдруг улетучились… Однако он, всё же, чувствовал, что в тех словах предка был какой-то особый смысл. Но какой именно — ему предстоит ещё выяснить… Но это точно касается Мо Цзюнь Е!

Новости извне, касающиеся Мо Цзюнь Е, повергли Мяо Цзин Юня в шок: нигде, абсолютно нигде нет ни следов, ни признаков существования такого человека… Как такой одаренный гений мог быть абсолютно не известен миру?

Даже обычный человек имеет о себе хоть какую-либо информацию… А этот паренёк словно из камня выпрыгнул…

В связи с этим у Мяо Цзин Юня появилось довольно смелое предположение: «А что если „Мо ЦзюньЕ“ — это просто вымышленное имя? И это совершенно другой человек? Если это так, то в мире имеется лишь один молодой талант, который подходит сюда по всем критериям! Цзюнь Мосе!»

Старик думал об этом всю ночь.

Поэтому, когда Мяо Сяо Мяо попросилась на приём, мысли Мяо Цзин Юня невольно переключились на его ночные размышления …

«Да… пусть Сяо Мяо отправится туда!»

— Хорошо! Если хочешь пойти развеяться, то тебе следует отправиться вместе с шестью старейшинами! — Мяо Цзин Юнь слегка улыбнулся. — Вы двое… Теперь вы не можете не пойти… Вы должны сопровождать Сяо Мяо.

— Дедушка! Ты просто супер! — Мяо Сяо Мяо была вне себя от радости, она подскочила и чмокнула Мяо Цзин Юня в щёку, а затем, словно ветер, вылетела из комнаты, чтобы как можно скорее начать собирать вещи. Мяо Дао и Мяо Цзянь были очень удивлены. Обязанность этих двух — защищать Правителя Туманного Призрачного Дворца, и, хотя Сяо Мяо является горячо любимой внучки Правителя, её сопровождение и защита не входили в их компетенцию.

— Лучше всего было бы направить с ней Цао Гофэна, Бай Цифэна и других Шенхуанов. Однако они сейчас находятся на границе прорыва на новый уровень, боюсь, им потребуется ещё пара дней для его полного завершения! А больше никого нет… — вполголоса сказал Мяо Цзин Юнь.

Мяо Дао и Мяо Цзянь опешили, не понимая, что он имеет в виду.

Тогда Мяо Цзин Юнь сразу же перешёл с ними на секретный язык, выложив всё более детально.

Мяо Дао и Мяо Цзянь перепугались и вытаращили глаза…

— Это конфиденциально, и пока не имеет точного подтверждения, так что держите это при себе. Даже шести старейшинам нельзя об этом рассказывать! — Мяо Цзин Юнь прошептал: — Вы, двое, будьте начеку!

Глава 1069. Удивительное могущество!

— Есть! — Мяо Дао и Мяо Цзянь переглянулись, а потом одновременно прокричали, повинуясь приказу.

— Местом проведения собрания Злого монарха были выбраны лесные угодья за городом Тяньнань. Учитывая вашу скорость передвижения и содействие летающих священных животных Призрачного Дворца, вы доберётесь до места где-то за пять дней, так что выдвигайтесь пятого июня, тогда вы точно успеете. Эта поездка не терпит опозданий, но и слишком рано пребывать туда нет необходимости, — спокойным голосом распорядился Мяо Цзин Юнь.

— Если, действительно, всё подтвердится… как нам тогда действовать? — поинтересовался Мяо Дао.

— Окончательное решение будет принято лишь после вашего возвращения в Призрачный Дворец! — медленно произнёс Мяо Цзин Юнь. — Если даже всё, действительно, подтвердится, не стоит действовать неосмотрительно! Наши предки высоко сидят и далеко глядят. Вы должны накрепко запомнить: вы ни в коем случае не можете провалить это дело, поддавшись волнению или гневу!

— Есть! — братья Мяо в один голос отозвались.

— Отправляйтесь и сами доложите об этом семье Чжань, а потом займитесь подготовкой к поездке…

Именно в этот момент вдруг внезапно вбежал докладчик:

— Уважаемый владыка! Случилось невероятное! Чудесное оружие Четырнадцатого Шао, до этого хранившееся в тайной комнате, пропало! Очень странно, но дежурные охранники не заметили ничего необычного, даже на семи ступенчатом замке в тайную комнату не обнаружено никаких повреждений, и внутри тоже не найдено никаких следов… Но оружие всё же исчезло, словно испарилось вовсе…

На лице у докладчика застыло смятение и неподдельный испуг, так как он и сам с трудом мог поверить в свои объяснения. Случившееся было настолько абсурдным и невероятным, но, несмотря на это, это было правдой, и ничего не оставалось, кроме как смириться и ждать наказания, которое вынесет виновным владыка!

— Оружие Четырнадцатого Шао… пропало? — на удивление, Мяо Цзин Юнь не пришёл в ярость, как это ожидалось, он лишь медленно пробормотал себе под нос этот вопрос, поднял голову к небу, закрыл глаза, а потом спокойно произнёс: — Я понял, можешь идти.

Когда он снова открыл веки, его мудрые глаза были наполнены тревогой и беспокойством: «Неужто в этот мир, действительно, пришли глобальные изменения?»

Это мир был тих и спокоен на протяжении почти десяти тысяч лет! После создания Призрачного Дворца и трёх священных земель, и провозглашения волшебного леса Тянь Фа одной из пяти уникальных местностей этого мира, не происходило никаких глобальных беспорядков! Но сейчас этот баланс сильно ослабел под воздействием неуклонных ударов со стороны людей!

Злой Монарх играет одну из главных ролей в грядущем хаосе, ведь внезапно прямо в это время он объявляет о создании своего отдельного владения! Оружие Четырнадцатого Шао, которое надёжно хранилось долгое время в Призрачном Дворце, тоже внезапно в это время пропадает… что могут предвещать эти события?

Сегодня Мо Цзюнь Е покинул Призрачный Дворец!

Сегодня, Злой Монарх внезапно прислал приглашение на своё «торжество»…

И тоже сегодня чудесное оружие Четырнадцатого Шао, находившееся в самом строгоохраняемом месте Призрачного Дворца, удивительным образом пропало…

Хорошенько поразмыслив над всем этим, Мяо Цзин Юнь расхохотался: «В самом деле, очень забавно… Мо Цзюнь Е! Так всё тщательно продумано, так мастерски распланировано, недооценивать тебя… было просто непростительно! Неудивительно, что наш прадед так высоко тебя оценил! Я посмотрю ещё, как ты объяснишься после всего этого с моей внучкой! Как ты объяснишься со всей семьей Мяо… Самое трудное в этом мире — это возвращать долги, а у тебя, негодник, их столько накопилось, перед столькими людьми… Ну, посмотрим, как ты рассчитаешься со всеми!»

Мяо Цзин Юнь не ошибся в своих предположениях, только единственное было сказано несправедливо… Когда Цзюнь Мосе сегодня покидал Призрачный Дворец, он ничего не знал ни о каком собрании, которое созывал Злой Монарх… жалко, что Мяо Цзин Юнь повесил и это на Цзюня Мосе!

— Владыка, раз уж отправится шестёрка старейшин, зачем ещё идти к семье Чжань? — Мяо Дао немного подумал и спросил: — Даже то, что мы вшестером объединенным фронтом отправимся туда — уже слишком большая честь для этого Злого Монарха…

Те шестеро старейшин люди одного поколения с Мяо Дао и Мяо Цзянь.

— Нет… если мои подсчёты будут верны… эта поездка должна будет закончиться очень плачевно для семьи Чжань… — на лице Мяо Цзин Юня появилось улыбающееся выражение старого мошенника: — Дао, Цзянь, разве вам не кажется, что семья Чжань располагает уж слишком обширными полномочиями в Призрачном Дворце?

— Владыка, вы очень мудры! — Мяо Цзянь был чистосердечно восхищён словами Мяо Цзин Юня. В плане совершенствования они оба были большими профессионалами, но в искусстве интриг и козней совершенно ничего не понимали. Но, однако, они тоже почувствовали, что последнее время семья Чжань почти вытеснила семью Мяо с её законного места. Это было более, чем заметно… К тому же такие трюки повторялись неоднократно…

Похоже, на этот раз Мяо Цзин Юнь принял твёрдое решение ослабить влияние семьи Чжань…

По сравнению со спокойной обстановкой, которая царила в Призрачном Дворце, у трёх священных земель всё было не так радужно… По слухам, Злой Монарх Цзюнь Мосе учредил свою автономию на границе с лесом Тянь Фа, и официально объявил на весь мир о рождении нового могущественного игрока на мировой арене. Хозяева трёх священных земель, наверняка, пребывали вне себя от этих новостей.

В одно и то же время в разных частях материка Суань раздались неистовые гневные выкрики, для таких самовлюбленных и высокомерных особ это было сродни жестокой пощёчине! Жгучей пощечине!

Так гнусно!

Так возмутительно! Но сейчас надвигалась очередная Битва за Небеса, которая не могла ждать ни минуты промедления.

Поэтому, несмотря на все возмущения и нетерпимость, лидеры трёх священных земель не могли выказать своё истинное отношение к этому заявлению. Наоборот, они ещё должны были поприветствовать Злого Монарха и поздравить его с этим замечательным событием!

Они не только должны были ехать, но и подготовить богатые дары, отправить наиболее важных персон, поддавшись всей торжественности и серьёзности сего события!

В пиалу риса забралась тошнотворная муха, но следует сделать радостный вид, словно ты не знаешь об этом, и с неподдельным аппетитом съесть всё… Разве ситуация, дошедшая до чего-то подобного, не может вызвать у людей возмущение?

Пусть все они — птицы высокого полета, но сейчас у них на носу Битва за Небеса, и им придётся переступить через себя и пойти на компромисс!

Несмотря на дикое нежелание, возмущение и негодование, обстановка диктует действия… Все страны материка, все влиятельные люди Цзянху получили подобные приглашения от Злого Монарха, даже в самых отдалённых частях, на севере Синьцзяна, и то летали пригласительные билеты от Злого Монарха!

Злой Монарх на сей раз, действительно, пригласил к себе на приём весь мир! Хотя содержание в этих приглашениях было идентичным, материал, из которого они были сделаны, отличался. Он подразделялся на целых пять типов: золото, белый нефрит, серебро, красная медь и чёрное железо!

Целых пять разновидностей! Уверен, что никто просто не сможет принять приглашение Злого Монарха, но не прийти на приём! К настоящей знаменитости, которая неоднократно нагибала все три священные земли!

Кто осмелится воспротивиться, и тем самым обидеть Злого Монарха?

Получить приглашение, но не приехать на приём? Разве это не одно и то же, как если бы подписать себе смертный приговор? Придётся не только пойти, но ещё и хорошенько раскошелиться!

Поэтому золотой пригласительный билет стал своего рода предвестником этого! Это большая честь!

Уже сейчас люди из Цзянху с гордостью демонстрировали свой серебряный пригласительный билет. Это было очень престижно, и сразу же собирало завистливые взгляды всех окружающих!

Что касается билета из белого нефрита… ситуация с ним немного отличалась: вообще людей, заполучивших такие билеты, можно было редко встретить в Цзянху.

Приглашения же из золота могли получить только легендарные личности… пригласительные билеты на приём Злого Монарха поделили всех людей на пять социальных слоёв! Коротко, ясно, и в то же время очень удобно!

Когда началась рассылка пригласительных, так называемый «Мирской бог денег», называющий себя первым богачом на материке Суань, Тан Юань, объявил об одной удивительной акции, которую он решил провести в поддержку приёма Злого Монарха: всем гостям, которые получили специальные пригласительные от Злого Монарха, когда они прибудут на праздничную церемонию, будет обеспечены одежда, еда и проживание за счёт Аристократического Зала! На ограниченный срок, до того момента, пока они не покинут территорию Тяньнань!

Эта новость действительно потрясла всех!

Только одних пригласительных билетов было выпущено несколько десятков тысяч! Каждый из приглашённых имел своё богатое сопровождение!

Уверен, каждый должен привести с собой около десятка охранников, а, может, и больше!

Если один человек в день будет тратить около десяти тысяч лян серебра, тогда расходы за один день будут равны нескольким миллионам лян серебра! А всё это затянется примерно дней на двадцать!

По самым скромным подсчётам, владельцу Аристократического Зала потребуется около трёхсот миллионов лян серебра, чтобы покрыть расходы Злого монарха! А это просто астрономическая цифра для любого человека!

Тан Юань действительно горазд называться первым богачом в мире, раз у него не дрогнула рука подписаться на всё это!

Толстяк был полностью доволен своим решением, и нисколько не сожалел о последствиях! Что серебро, что золото сейчас не представляли никакого интереса для него!

Аристократический Зал был всё тем же, что и прежде, и не имел своих филиалов, потому что толстяку было лень заниматься этим… Ему не хотелось бегать туда-сюда, и поэтому он увеличил изначальное здание Аристократического Зала в целых десять раз! Ему он не казался каким-то большим. По размеру примерно с Императорский дворец в Тяньсян, и всего то… Только зал ещё имел свою подземную часть, там были хоромы не меньше, чем у семьи Чжань в Призрачном Дворце… Сейчас даже можно так сказать: обычные медные деньги. Стоило им только пройти через руки толстяка, стоило ему лишь только захотеть, и они оценивались в десять тысяч лян золота!

А всё потому, что Бог денег сказал: «Стоит!»

Значит, они стоят того! Даже если на самом деле и вовсе не стоят!

Если ты говоришь, что они не стоят того, тебе просто неизвестен загадочный секрет медных денег!

Глава 1070. Богатство напоказ!

По слухам, как-то раз два местных богача из сельской местности прибыли в Тяньсян, прихватив с собой пять тысяч лянов серебра. Они выставляли своё богатство напоказ и сорили деньгами. Они направились в Аристократический Зал, чтобы культурно отдохнуть. Прибыв на место, они безрассудно стали расспрашивать охранников у входа, можно ли здесь гульнуть на пять тысяч? И сколько это займёт по времени?

Охранники с жалостливым видом посмотрели на этих богачей, и указали рукой в сторону, спросив: «Видите? Идите в ту сторону, там располагается аристократическая чайная. Заплатите там пять тысяч, и найдите два места для себя на первом этаже. В вашем распоряжении будет чайник чая. Но вы обязательно должны запомнить: самый максимум того, что вы можете там посидеть — это один час, а потом вы должны уносить свои задницы оттуда…»

Второй охранник предостерег их: «Когда будете пить чай, вы обязательно должны вести себя тихо, ни в коем случае не обращайте внимания на красивых девушек, которые разносят чай, потому как, если вы просто предложите ей сесть за ваш стол… Просто сесть на стул, даже вне зависимости, были у вас или не были другие предложения… Не заплатив пять тысяч лянов серебра, вы уже не выйдете оттуда…»

Эти два «богача» совещались пол дня, после чего, наконец, пришли к выводу: на пять тысяч лян серебра можно лишь выпить кружку чая в Аристократическом Зале… Даже ничего не сделав такого, даже если и есть деньги, но потратить их нормально не выйдет! После этого они, понурые, отправились восвояси, оставив при себе свои пять тысяч лян серебра…

После этого эта история стала очень популярным анекдотом: многие люди с негодованием критиковали жадный до богатства Аристократический Зал, который прямо-таки высмеивает бедняков! Однако эти расчётливые господа, наоборот, очень преуспели после этого случая! Они не только не считали это постыдным оскорблением, а наоборот, воспринимали как благодетель.

«Ты аристократ, говоришь? А ты хоть бывал в Аристократическом Зале? Каким ещё таким аристократом тогда ты можешь называться? Брехня!»

«Обсудить вопросы по бизнесу? Без проблем, приходи в Аристократическую чайную, там всё и обсудим. Что? Попасть тебе туда не по возможностям? Если ты даже в аристократическую чайную попасть не в состоянии, как у тебя совести хватает обсуждать со мной бизнес?»

«Ладно, плевать, если будут убытки, ты сможешь их возместить? Есть дома какие вещи, которые можно продать с аукциона в Аристократическом Зале? Ты так… смешон…»

Аристократический Зал по карману только настоящим Аристократам! Только очень знатные люди могут попасть туда! Если ты попадёшь в Аристократический Зал, после, конечно, твой кошелёк очень сильно опустеет, но зато у тебя появится золотой шанс быстро подняться по социальной лестнице!

Только самые сливки общества восседают в Аристократическом Зале!

Только высокие слои общества!

Выше только горы!

Основная политика Аристократического Зала была составлена ещё давно самим Цзюнем Мосе! И как раз пропагандировала именно это!

После того, когда полномочия перешли к Тан Юаню, он активно стал развивать этот курс, всеми силами продвигая его на всем материке Суань! По мере того, как популярность Злого Монарха крепчала, Аристократический Зал становился всё известнее! Он выстрелил как ракета!

Но, чем выше становилась цена, тем желающих становилось только больше!

Именно этого и не могли понять обычные люди…

Целебные лекарства, которые не приглянулись Цзюню Мосе, в Аристократическом Зале продавались с аукциона! То, что обычно можно было купить за две тысячи лянов золота, на аукционе в Аристократическом Зале продавалось, как минимум, не меньше, чем за пятьдесят тысяч золота…

Чайная была собственностью Аристократического Зала, и можно представить, каких размеров был самый минимальный чек. Толстяк сейчас был денежным дьяволом, не меньше!

Слухи об этом бурно разлетались по всему материку Суань, все члены Зала были представителями элиты, сливки общества! И приём у Злого Монарха был отличной возможностью кичнуться своей высоченной репутацией и превосходством!

Кто такое упустит? В предвкушении приёма у Злого Монарха весь материк поднялся с ног на голову! Начиная с трёх священных земель и заканчивая главами отдельных известных семей! Даже разбойники и грабители с большой дороги, не получившие приглашений, были охвачены неподдельным интересом об предстоящей церемонии. Если предоставить хороший подарок, и Злой Монарх заметит тебя, мгновенный успех обеспечен. Плевать, есть приглашение или нет, как минимум больше двух третей людей питали огромные надежды на церемонию вручения подарков!

Отправиться на приём без подарка — вообще не дело, однако, что же бы такого подарить? Чтобы выделиться и проявить себя перед Злым Монархом?

Говорят, этот господин очень несговорчив. Если подарок останется незамеченным, это ещё пол беды, но, если вдруг приведёт его к недовольству… боюсь, он даже и души не оставит… Поэтому немало богатых семейств подверглись разбойным грабежам…

Целью не были деньги, золото и драгоценные металлы, воры искали редкие и очень ценные сокровища, которые было очень трудно достать…

У одного богатея, который со всеми водил очень неплохие отношения, после произошедшего «хорошие знакомые» похитили сына, а все имеющиеся в доме деньги были этими же самыми разбойниками завалены неподъёмными железными плитами…

После этого этот богатей выбросил из дома все зеркала. Когда надо было взглянуть в зеркало, можно было просто подойти к этим плитам, кажется, они были даже намного удобнее бронзовых зеркал…

Однако об беспорядках, которые творились в Цзянху, молодой мастер Цзюнь вообще ничего не знал.

Сейчас, он в одиночестве брёл по какому-то густому лесу…

Покинув Призрачный Дворец, Цзюнь Мосе оказался совершенно в незнакомом месте. Это место абсолютно никак не напоминало ему то, откуда он попал в Призрачный Дворец. Хотя вокруг него тоже расстилалась густая лесная чаща, тем не менее, она очень сильно отличалась от той, что была в прошлый раз!

Поднявшись на гору, чтобы осмотреться, Мосе обнаружил, что не находит ни одного знакомого пейзажа. Лес был необычайно густым и непроходимым, даже острый взгляд Мосе был беспомощен в этот раз, и не мог видеть, настолько далеко…

Но Мосе не стал сильно печалиться по этому поводу, он уже вернулся на Суань, а это отлично. Остаётся выбрать какое-нибудь направление, и просто спокойно двигаться вперёд.

Сейчас нет необходимости паниковать, нужно лишь добраться до какой-нибудь заселённой людьми местности, определить место, в котором находишься, а потом быстро отправляться в путь. За несколько дней всё равно получится добраться до Тяньнань, и сомневаться в этом не стоит!

Кроме того, Цзюнь Мосе со вчерашнего дня начал обильно и щедро откармливать Чень Сюнь, и сейчас её пульс становился всё более стабильным и здоровым, дыхание тоже почти восстановилось. Было очевидно, что ситуация стремительно менялась в лучшую сторону, и. похоже, что она в любой момент могла очнуться…

Почему в этот критический момент Мосе больше всего желал, чтобы Чень Сюнь как можно скорее очнулась? Эта бедная девушка провела несколько долгих месяцев в коме из-за него…

За это время, Цзюнь Мосе неоднократно спрашивал самого себя: «Сначала у меня появилась Гуан Куинхан, потом Мэй Сюэ Янь, и после того, когда появилась Мэй Сюэ Янь, я же не отвернулся от Гуан Куинхан, а ещё завёл Дугу Сяо И, и сейчас ещё Мяо Сяо Мяо… В таком случае, почему я должен отвергать Чень Сюнь? В этом мире действует многоженство и превосходство мужчины над женщиной, даже сами женщины не придают этому большого значения, так как привыкли к таким устоям. Тогда разве я могу не справится с такой ответственностью? Неужто я должен отдать эту сообразительную и понимающую женщину какому-то обычному человеку? Разве она будет счастлива с ним? Конечно, нет, там не только не видать счастья, но ещё и хуже: она будет страдать всю свою жизнь, а я буду на протяжении всей жизни чувствовать вину за это! В таком случае, чего я боюсь? Кого я боюсь? Изначально Гуан Куинхан подвергалась оскорблениям и упрёкам со стороны общественности, но я же смог постоять за неё и дать отпор всем недоброжелателям? Неужели сейчас, когда я прошёл через столько всего, я до сих сомневаюсь, что у меня может ничего не выйти? Я — это я! Я — Цзюнь Мосе! Я — тот самый Цзюнь Мосе! Непобедимый Злой Монарх всего мира! С какой стати мне думать о том, что подумают другие люди обо мне? Я буду поступать, как мне хочется, и не стану считаться с мнением остальных! Плевать на всех и всё! Кто-то не согласен со мной? Я всех убью, всех уничтожу!»

Поразмыслив над ситуацией, Мосе вдруг полегчало и в голове появился порядок. Он вдруг вспомнил заветы предков, которые высоко почитались в семье Цзюнь: «Если у тебя есть яйца, значит, ты должен вести себя, как настоящий мужчина: быть великим и сильным, и идти только вперёд!» Он невольно расхохотался: «Вперёд, действительно, только вперёд… Ха-ха-ха!»

Громко и задорно рассмеявшись, Мосе вдруг почувствовал что-то неладное. Ему послышался слабый стон, который доносился из башни. Цзюнь Мосе на миг опешил, а потом подпрыгнул от радости, узнав чей это мог быть голос, он тут же поспешил в башню…

Королева змей, Чень Сюнь, с большим трудом, преодолевая слабость, поднялась на ноги, она осматривалась по сторонам, а в глазах её застыло замешательство.

— Ты очнулась? — когда Мосе покинул Призрачный Дворец, снова принял свой обычный облик.

В эту минуту Чень Сюнь только пришла в себя, и спросила: — Ты…

В её глазах на мгновение возник восторг, а потом лицо помрачнело, и она опустила голову, прошептав: — Зять, где это мы? И почему я до сих пор не умерла?

— Раз зять здесь, как же я мог дать тебе умереть! Сейчас мы находимся в одном секретном месте! — с улыбкой ответил Цзюнь Мосе, но в душе он был очень опечален.

Он не мог не заметить тот восторг и счастье, которые застыли в глазах Чень Сюнь, когда она пришла в себя. Сначала она была очень напугана, очнувшись в таком необычном для себя месте, но, как только Мосе появился, она сразу же успокоилась и расслабилась. Похоже, что для неё совершенно неважно, где она сейчас находится. Если с ней рядом будет Мосе, всё становится таким неважным…

Глава 1071. Королева змей очнулась!

Но в следующий момент Чень Сюнь уже смогла подчинить себе свои чувства, и после произнесённого ею слова «зять» Цзюнь Мосе смог почувствовать, как ей было трудно и неохотно произнести это! В глазах Чень Сюнь проскользнуло выражение бесконечного разочарования…

Изначально она думала, что умерла, а Мосе погиб вместе с ней… После молниеносного и оглушительного удара Чжань Мубая, Чень Сюнь отбросила все мысли на счастливый исход, она принесла свою жизнь в жертву ради Цзюня Мосе, и ради своей безнадёжной любви…

Если Цзюнь Мосе вместе с ней попал в загробный мир, хотя и совестно перед старшей сестрой, но хоть здесь он может быть с ней… пусть даже и в загробном мире…

На свой вопрос «Умерла ли я» она надеялась услышать положительный ответ, ведь тогда бы это означало, что и Цзюнь Мосе тоже умер… а значит, она может быть с ним вместе…

Но сейчас все её надежды превратились в ничто, потому что она была жива…

А поскольку она жива, придётся отказаться от безуспешных надежд, и принять жестокую реальность…

— Ты сейчас как себя чувствуешь? Что-то болит? — Цзюнь Мосе с некоторым волнением помог ей подняться.

Он уже и сам не помнил сколько чудодейственных средств и целебных трав скормил ей за последнее время…

— Я в порядке, только чувствую, что я очень сытая… — Чень Сюнь попыталась осмотреть своё тело, и обнаружила, что на нем совершенно отсутствуют какие-либо раны и вообще серьёзная опасность, за исключением небольшой слабости. Её даньтянь был необычайно полон сил и энергии, похоже, что когда она находилась в состоянии комы, её Суань стремительно росла, и сейчас достигла невероятного состояния, о котором она и мечтать не могла… Если и говорить о каких-либо недомоганиях, то было лишь одно странное чувство, чувство сытости…

— Зять, сколько времени я пробыла в коме? — с недовольством спросила Чень Сюнь.

— В коме ты пробыла три месяца, восемь дней, и, если быть точным, двенадцать часов, — Цзюнь Мосе немного подумал, а потом дал точный ответ.

— А? Так долго? — Чень Сюнь испугалась, и, наконец, поднялась на ноги, вдруг заметив, что, несмотря на слабость в теле, она может с лёгкостью управлять им, нет и намёка на неуклюжесть. Она изумлённо спросила: — Раз я столько времени провела в коме… почему может быть вот так?

Находиться в коме — это ещё не означает смерть!

В коме нужно есть, нужно пить… и нужно справлять нужду…

К тому же после такой продолжительной комы, мышцы во всем теле должны атрофироваться, обычно даже через несколько дней может произойти такое, не говоря уже о таком длительном сроке в несколько месяцев?

Но у неё полностью отсутствовали подобные ощущения… И в этом и была самая большая странность!

— Все эти три месяца… кто ухаживал за мной? — Чень Сюнь опустила голову, и шёпотом спросила.

— А… это… ну… — Цзюнь Мосе почесал нос, и с неловкостью в голосе произнёс: — Это… всё время я заботился о тебе…

— Ты? — Чень Сюнь, естественно, застеснялась, но в её смущении была невыразимая довольная ухмылка. Кажется, она и сама не поняла, как так вышло. Мгновенно её белоснежная кожа лица окрасилась в ярко-красный, и даже кожа на шее покраснела…

Она тихонько спросила: — А… а почему ты присматривал за мной?

— А, это… ну, как сказать… — Мосе набирался решимости. — Мы же не чужие люди, к чему там церемониться… Всё было так, как ты себе и представляла… Эм, чтобы ситуация не ухудшилась, я каждый день утром и вечером делал тебе массаж всего тела, разминал мышцы, каналы, суставы… в день три раза кормил тебя… э… и ещё…

Когда Цзюнь Мосе заговорил об этом, Чень Сюнь стало так неловко и стыдно, что она уже закрыла своими ладонями лицо, и готова была зарыться в собственной груди, лишь бы куда-нибудь спрятаться от стыда. Она дрожала всем телом: — Ну… что ещё?

«Неудивительно, что я не чувствую никаких недомоганий! Оказывается, он каждый день делал мне массаж, и кормил… не значит ли это, что он трогал… почти каждую часть моего тела?»

Подумав об этом, Чень Сюнь уже была готова снова заснуть вечным сном, лишь бы не испытывать такой стыд…

— Кхэ-хэ… и ещё… ну… — Цзюнь Мосе закашлялся, и рассмеялся: — Ты же знаешь… у человека есть три постоянных процесса… хоть ты и находишься в коме… это, как бы… ну…

Оказывается, это он тоже делал… Чень Сюнь ахнула, и больше не в состоянии выносить этот позор, упала в обморок…

Цзюнь Мосе испугался, и бросился к ней. Подхватив её, он похлопал её по спине, в надежде, что она придёт в себя… Однако очнувшаяся Чень Сюнь, словно приняв своё истинное обличие, вся обмякла… и не подавала признаков жизни, находившись в объятьях Цзюня Мосе…

«Оказывается, вот почему я чувствую себя такой сытой… Оказывается, он всё это время… Эй, это ли не самое лучшее, что случалось со мной в жизни? Как мне реагировать на подобное? Три нужды… даже с этим он помогал мне… не означает ли это, что у меня уже больше нет совершенно никаких секретов от него? Он не только всё видел, но и к тому же делал не особо-то приятные вещи… Даже между супругами это и то кажется как-то неловко… Это… это же… так обременительно…»

Она думала очень долго над этим, но потом всё-таки решилась сказать всё как есть, и сказала напрямик: — Тогда… когда ты кормил меня… как ты это делал?

Её голос звучал даже тоньше, чем комариный писк.

Цзюнь Мосе мысленно вскрикнул: «Ну почему ты вот так просто задала такой вопрос? Обязательно спрашивать так прямо? Как кормил? Как кормил? Да, именно вот так!»

Однако вопрос ждал ответа, и Цзюнь Мосе, наконец, набравшись смелости, без стыда ответил: — Вот так… рот ко рту…

Чень Сюнь в тот же миг осознала. насколько невежественный вопрос она задала Мосе, и тотчас же закрыв лицо руками, резко отвернулась…

— Эм… я… не делал ничего такого! — Мосе попытался успокоить её. — И вообще… я готов… взять на себя ответственность за это…

— Не стоит! — неожиданно Чень Сюнь снова повернулась, и очень резко прокричала. — Я не хочу, чтобы ты брал на себя ответственность! Ты… ты — мой зять, и всю жизнь будешь мне зятем, только моим зятем! Ты никак не можешь обидеть мою сестру! Не говоря уже о том, согласится или нет на это сестра, я уж точно никогда не соглашусь!

Цзюнь Мосе был заранее готов к подобной реакции. Королева Змей была очень упрямым человеком, иначе бы она не стала так яростно скрывать свои чувства, всё лишь ради Мэй Сюэ Янь.

— Меня не волнует то, что ты скажешь! — Цзюнь Мосе необычайно строго и жёстко ей ответил. — Сейчас ты уже принадлежишь мне! Куда ты собралась тут? Даже если не согласна, всё равно тебе придётся согласится! И это не обсуждается!

— Не надо… — Чень Сень резко встала, в её глазах появились слезы, а лицо побледнело.

— Надо! — Цзюнь Мосе с ледяным лицом произнёс. — Кто тебя собирается спрашивать в этом деле? Я — глава семьи и хозяин дома! Будет так, как я сказал!

— Нет… не надо поступать так! Сестра будет страдать… — Чень Сюнь яростно трясла головой. После чего, внезапно стиснув зубы, произнесла: –Зять, мы не можем так поступить… Я не могу так поступить с сестрой, и ты не можешь так поступить с ней… А если ты не согласишься… Я пообещаю тебе, стать твоей… но… я никогда больше не появлюсь перед людьми… так пойдёт? Сестра, она очень благородный человек… я никогда не стану соперничать с ней… никогда…

— Что за бред ты несёшь? Я же буду с вами со всеми, о каком соперничестве ты говоришь? Этот вопрос уже решен! И нет необходимости это обсуждать, — Цзюнь Мосе был непреклонен. А потом ласковым голосом добавил: — Чень Сюнь, я знаю, насколько ты уважаешь свою сестру, но за кого ты меня принимаешь? Неужто я похож на тех мужчин, которые не держат своего слова? Если я действительно человек такого типа, ты должна ответить за эти слова?

Лицо Чень Сюнь было залито слезами, она непрерывно мотала головой, в глазах её был восторг, счастье и стыд… Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, и сказал: — Ладно, давай сначала отправимся в путь. А когда приедем, ещё раз поговорим обо всём.

Чень Сюнь согласно кивнула головой…

Цзюнь Мосе подумал про себя: «Похоже, это дело требует личного вмешательства Мэй Сюэ Янь. Даже Мосе не ожидал, что Мэй Сюэ Янь занимает такое важное положение в сердце Чень Сюнь.

Тем не менее, он недооценил одну деталь: Мэй Сюэ Янь руководила Тянь Фа уже много лет. Можно сказать, без мудрого управления Мэй Сюэ Янь лес Тянь Фа уже бы давно лишился своего титула всемирного царства зла! Для всех священных животных она и отец, и мать, и старшая сестра. Уважение и авторитет, накопленный за столь продолжительный срок времени, как можно подорвать его в один миг?

Чень Сюнь постаралась взять себя в руки, и решила проверить уровень своей Суань. Как и ожидалось, там не было и намёка на какие-то недомогания или старые травмы, даже казалось, что уровень сил стал ещё выше, чем был до ранения, у тому же выше не на один порядок!

Сейчас она обладала таким уровнем силы, о котором и мечтать не могла! Следует отметить, что, когда она получила ранение, Цзюнь Мосе истерично вталкивал в неё все известные ему чудодейственные лекарства, но так как она была без сознания, она не могла самостоятельно привести в действие эти лекарства, и они сами по себе усваивались в её каналах…

Такое накопление сил и энергии на протяжении целых трёх месяцев, и в добавок к этому она искупалась в пруду с жизненной квинтэссенцией священного дерева! Жизненная квинтэссенция, судя по всему, не только исцелила раны, но и полностью укрепила организм Чень Сюнь. Если бы это было не так, все манипуляции Мосе могли бы гарантировать ей только пробуждение с её обычным уровнем силы. А это, всё-таки, чистейшая природная энергия!

Вода Тяньгэнь! Во всём мире есть только одно проявление жизненной душевной энергии, которое подвластно разумному священному дереву…

Чень Сюнь… на самом деле повезло испить жизненную квинтэссенцию, которую священное дерево накапливало несколько тысячелетий…

Глава 1072. Что произошло?

Единственное, о чём жалел Цзюнь Мосе — что он встретил священное дерево немного поздно. Огромная сила лекарства, действующего на тело Зелёной Охотницы, была потрачена впустую, хотя остаточный эффект от лекарств всё ещё сохранился…

Однако, если все лекарства полностью усвоились, силу, развивающуюся у Зелёной Охотницы, можно назвать «ужасающей»…

— Кажется, в моём организме много лекарств… Мне нужно немедленно их вывести! — Чень Сюнь подняла голову и посмотрела на Цзюня Мосе, глаза её были полны любви и нежности.

По количеству лекарств в своём теле она могла понять, сколько потратил сил Цзюнь Мосе за это время… Даже Королева Змей, которая всегда хладнокровна и беспристрастна, невольно удивилась…

Это мог делать только влюбленный человек…

— Хорошо! Сосредоточься на этом, а я помогу тебе! — кивнул Цзюнь Мосе.

Королева Змей совершенствовала себя весь день и всю ночь!

Всё время находясь в одном положении, неподвижно, только её аура колебалась от слабой до плотной, затем она её поглотила. Потом вновь появилась аура вокруг всего тела… и она поглотила её снова…

Каждое изменение ауры означало, что Королева Змей на пути самосовершенствования и постепенно развивается! После шести раз подряд это, наконец, закончилось.

В самый последний момент Цзюнь Мосе, ожидавший окончания её практики, быстро превратил три таблетки полюсов мира в чудесную жидкость, и напоил эту красавицу.

Затем аура снова начала колебаться …

Независимо от того, как они это преодолеют, им не нужно беспокоиться о гибели! Громовое удар совершенно точно не мог здесь появиться. Им просто нужно дождаться окончания практики и можно будет покинуть это место. Непосредственно использовать великую башню, чтобы поглотить громовой удар и превратить в чистую ауру…

Поэтому Цзюнь Мосе приготовился одним движением повысить энергию Королевы Змей, чтобы та стала одним из самых сильных мастеров их времени!

Если он может сделать это со своей женщиной, то почему нет?

Когда колебания ауры ослабли, после выпитых ею таблеток полюсов мира, Цзюнь Мосе протянул руку. Вся аура в великой башне, как огромный поток, быстро сконцентрировалась в центре его ладони, а затем медленно материализовалась. Молодой мастер очень осторожно собрал каплю божественного напитка долголетия и снова дал Королеве Змей…

На этот раз колебания ауры уже не такие, как в прошлый раз, а, можно сказать, очень сильные! Королева Змей впервые показала свою боль: меридианы в теле, казалось, набухли, а кровеносные сосуды в мышцах стали отчётливо видны…

Цзюнь Мосе, не торопясь, протянул руку и придерживал её за спину. Её переполняла чистейшая и мощная энергия, которая помогла усвоить лекарства…

Тёмная и вонючая жидкость медленно выделялась из кожи Зелёной Охотницы…

Спустя долгое время она, наконец, очнулась …

— Ты должна привести себя в порядок. Там есть маленький остров… Ну, здесь есть платье… оно специально подготовлено для тебя, когда ты очнёшься. Когда мы чуть позже выйдем, приготовься преодолеть громовой удар… — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, зная, что она стесняется, и вышел из великой Башни…

Зелёная Охотница посмотрела на своё тело и почувствовала, что внутри неё бурлила чистейшая энергия. Глядя в сторону уходящего Цзюня Мосе, она не смогла удержаться от радости и весело засмеялась, а на глазах выступили слёзы…

В этот момент на небе сгущались тучи и непрерывно сверкали мощные молнии!

Однако, в объятиях Цзюня Мосе ей всегда было спокойно и безопасно… Великая Башня жадно поглощала все молнии, которые яростно сверкали.

После того, как всё закончилось, Цзюнь Мосе тщательно проверил Суань Королевы Змей и обнаружил одну неожиданность: она — Шенхуан первого уровня!

Следует заметить, что перед тем, как попасть в кому, Зелёная Охотница едва дотягивала до уровня Почтенного мастера, даже уступала Мяо Сяо Мяо. Однако, после этих сильных изменений, она прямо перескочила четыре уровня Почтенного мастера, четыре уровня Достопочтенного мастера, и сразу же достигла уровня Шенхуана. Кажется, что она совершенно не уступала Мэй Сюэ Янь!

Ведь у неё больше квинтэссенции тысячелетнего священного дерева, чем у Мэй Сюэ Янь!

Если посчитать все ступени каждого уровня, то на этот раз это огромный прорыв почти на тридцать уровней!

Такой прогресс, тем более для одного шага, можно сказать, невозможен!

Даже сама Зелёная Охотница, узнав о своём развитии, невольно открыла рот от удивления. Долгое время она не могла прийти в себя.

Шенхуан? Она Шенхуан? Кажется, она даже никогда не слышала об этом уровне…

Спустя день, они медленно шли в маленьком городке в северном предместье Царства благоуханий…

Мужчина в белой одежде, лицо красивое и выдающееся, тело стройное, надет свободный лёгкий халат, манеры изящные. Женщина одета в зелёную одежду, фигура миниатюрная, но красивая, она настолько прекрасна, как будто из сна…

В этом платье она была похожа на прекрасный цветок пиона в тумане, совершенно нельзя было рассмотреть силуэт, что давало ощущение, будто эта красавица из сна… Она просто шла по дороге, но людям казалось, что она плывёт на облаке!

Он, естественно, сразу же прославился, как коварный Цзюнь Мосе, которые пришёл вместе с Королевой змей — Зелёной Охотницей!

Что касается одежды на ней, то это был подарок Цзюня Мосе от Первого Шао из подземного мира в секретной комнате на вершине снежной горы: одна из девяти одежд! Похоже, у молодого мастера появилась возможность подарить одну из них своей женщине.

Каждый наряд был разного цвета, но чисто зелёный халат был только один.

Когда Цзюнь Мосе достал его, Зелёная Охотница сразу же влюбилась в эту одежду и надела её.

Конечно, это платье замечательно оттеняло белое, как снег, лицо Королевы Змей, и делало её ещё более очаровательной …

После того, как прошёл громовой удар, Зелёная Охотница попыталась немедленно прогнать молодого мастера, приказав ему спрятаться, а затем тайком пробраться почти на сотню миль, только так можно было спокойно решить затруднительный вопрос…

Хотя этот парень кормил её, но было незачем так сильно закармливать её… действительно, так можно очень быстро переесть…

Он сказал, что с такой серьёзной травмой не живут… А если бы её желудок лопнул от переедания, то что тогда?!

Королева Змей, естественно, не знала, что молодой мастер Цзюнь не будет оправдываться… Молодой мастер Цзюнь всегда думал, что священные животные действительно едят много, точно медведи в горах с огромным аппетитом… Поэтому, когда священное дерево вылечило Зелёную Охотницу, молодой мастер Цзюнь кормил её в огромных количествах, потому что боялся, что она останется голодной…

Он кормил её до тех пор, пока еда не переставала влезать… Не говоря уже о том, что Зелёная Охотница страдала от боли, а у Цзюня Мосе болели щеки от жевания. Это как с поцелуями, один — хорошо, а вот сотни и тысячи уже ни к чему…

Тем не менее, он думал, если скажет об этом, то Королева Змей убьёт его… Он кормил её, как свинью на убой, а иногда — как нескольких свиней…

Кроме того, Цзюнь Мосе в великой пагоде хранил много хороших вещей: целых пять или шесть шкурок змеи! Следует иметь в виду, что несколько раз Королева Змей по-настоящему линяла…

Тем не менее, Королеву Змей очень смущал этот вопрос, но Цзюнь Мосе не видел в этом ничего особенного… Он давно знал, что она — Королева змей, и относился к ней, как к жене, какие могут быть стеснения…

Потом молодой мастер Цзюнь дал ей плод семицветного дерева и цветок искусного лотоса, но она спросила тогда: — А старшая сестра ела это когда-нибудь?

Молодой мастер Цзюнь честно ответил: — Нет, конечно нет. Эти вещи действительно очень сложно достать!

В результате Королева змей ни в какую не стала это есть, сказав, что попробует плод только после сестры!

Настойчивость Королевы Змей заставила Цзюня Мосе почувствовать себя беспомощным, но он искренне обрадовался за Мэй Сюэ Янь!

Таким образом, пройдя путь, они добрались до места, где, казалось, никто не жил. В то же время они увидели, как мастера поспешно собирались в путь, погоняя коней плетью, как будто торопились решить важное дело.

Люди постоянно появлялись и исчезали!

По пути Цзюнь Мосе видел семь или восемь групп людей, едущих на быстрых лошадях, которые проносились мимо них, как порыв ветра…

Все жители Цзянху очень торопились, в их глазах горел необъяснимый огонь. Обычно, когда они встречали по дороге такую красивую Королеву Змей, несмотря на все правила приличия, всегда находилось несколько человек, которые улыбнутся, подшутят или скажут с нахальным видом какую-нибудь ерунду…

А свист, пошлые шутки и смех вообще никогда не утихали…

Но сегодня никто на самом деле не завязал с ней разговор… Большинство быстро пролетали на лошадях, лишь оборачиваясь назад и жадно осматривая её, но взгляд их был полон ярости. Конский топот, как громовые удары, удалялись… оставляя только клубы пыли!

Королева змей из-за этого почувствовала себя немного подавленной и даже потерянной… Неужели её очарование куда-то делось после пробуждения? Невольно она надула щеки и шла весь путь обиженная…

Но Цзюнь Мосе в это время думал совершенно о другом.

«Что последнее время происходит в Цзянху? Или только скоро произойдет? Даже великие генералы носятся, как зайчики?!»

Иначе, действительно трудно объяснить, почему все в Цзянху ведут себя так странно. Куда они так спешат…

Глядя на их состояние, Цзюнь Мосе совершенно был убеждён: даже если кто-то умер у них в семьях, они никогда не будут скакать так быстро!

Это действительно удивительно!

Тем не менее, эти люди так спешили, что он даже не успел задать им вопросы… Конечно, молодой мастер мог силой заставить их остановиться, но Цзюнь Мосе не хотел этого делать. Вместе с повышением Суань, он стал более спокойным. Для притеснения слабых людей у него не было настроения.

Однако, если что-то действительно произошло, нужно найти человека, который хорошо осведомлён о ситуации, чтобы расспросить его. Во всяком случае, он не слишком беспокоился.

Глава 1073. Что ещё за приглашение?

Впереди находился огромный посад, считавшийся самым шикарным местом во всей округе!

Здесь располагался и самый большой отель — Фэн Си! Легенда гласит, что когда-то давно здесь обедала одна из наложниц самого Императора! А что касается этого поселения, то его называют городом Фэньи.

На данный момент в гостинице Фэн Си уже практически не осталось места!

Кода Цзюнь Мосе и Чень Сюнь вошли, там оставался лишь один пустой столик. Похоже, что посетитель только покинули это место, и его только прибрали…

Больше половины присутствующих гостей носили при себе мечи, они были в одеяниях мастеров Цзянху. Увидев их, Цзюнь Мосе не мог не удивиться.

Среди этих людей было несколько мастеров уровня Небесного Суань. Мосе заметил, по крайней мере, трёх или четырёх человек.

Для Цзюня Мосе мастера уровня Небесного Суань не представляли ничего особенного. Однако эти ребята для обычного люда уже являлись образцовыми героями! Встретить сборище мастеров Небесного Суань — довольно редкое явление…

Тем не менее, в таком маленьком отдалённом городке за одним столом сидит компания таких мастеров, которые, к тому же, не являются выходцами одной семьи. Да ещё и так спокойно себя ведут… Каждый ест свою еду, пьёт своё вино… Нет даже никаких признаков провокаций или недовольства… Когда эти ребята вдруг стали такими скромными и покладистыми?

Однако среди них имелась парочка лиц, между которыми явно разгорелась искра ненависти: это можно было понять по их взглядам, да и их приближённые слуги всем своим видом демонстрировали ярость и готовность к атаке. Тем не менее, насколько бы сильно гнев не переполнял их грудь, эти двое насильно сдерживали свой пыл, а также пыл своих подчинённых…

Вывод очевиден: они очень не хотят вступать в конфликт именно здесь…

Когда это мастера Цзянху стали такими лояльными?

Сцена перед глазами, может, и не особо впечатляющая, но сама суть происходящего повергла Цзюня Мосе в шок, он просто не мог понять происходящего…

Цзюнь Мосе и Чень Сюнь медленно сели, и их тут же поприветствовал официант: — Господин, госпожа… Можно, пожалуйста, ваши приглашения?

— Приглашения? Какие ещё приглашения? — Цзюнь Мосе удивлённо задал встречный вопрос: «Да что за херня творится, чтобы просто пожрать, нужно ещё и приглашение показать? Вы нормальные, нет?»

Пока молодой мастер охреневал, Чень Сюнь молча сидела, склонив голову… Приветствие официанта в форме «Госпожи» очень смутило, но в то же время осчастливило её…

— Эм… ну, раз у господина нет приглашения, то прошу, делайте ваш заказ! — получив отрицательный ответ, официант не сменил свой учтивый тон речи и, наклонившись, передал гостям меню…

Тем не менее, молодой мастер Цзюнь ещё больше удивился. Что это вообще? Нет пригласительного — заказывайте на здоровье?!

Тогда… Если есть пригласительный, то делать заказ не нужно?

Что ж, может это просто какой-нибудь местный высокопоставленный сановник устроил себе день рождения и сказал управляющему, что все посетители с приглашениями входят в список гостей, и с них не берется никакая плата?

Похоже, что предположение Цзюня Мосе имело некое сходство с реальностью, но в главной сути он сильно заблуждался!

— Официант, здесь есть более тихое место? — Цзюнь Мосе окинул взглядом главный зал, находящийся в некой суматохе, и нахмурил брови.

— Извините, но в нашем заведении действительно нет отдельных комнат… — с виноватым видом поклонился официант.

— Хорошо, тогда мы останемся здесь, — тихо сказала Чень Сюнь.

Голос девушки показался официанту невероятно сладостным, и он сходу ответил: — Хорошо.

Цзюнь Мосе наобум заказал несколько лёгких закусок и кувшин вина. Официант презрительно скривил рот и ушёл, забрав меню… Увидев хорошо одетых людей, он решил, что они, должно быть, какие-нибудь крутые шишки — таких как раз очень любят в этом заведении. Но неожиданно молодой гость заказал парочку самых, что ни на есть, пресных блюд из зелени — как же убого: «Какой стыд, если бы я смог вывести в свет столь прекрасную девушку, то потратил бы на неё все деньги, которые я заработал в своей жизни! Ну и жмот!»

Кто бы мог подумать, что известный на весь мир Злой Монарх, Цзюнь Мосе, накануне своего приёма будет вот так вот обозван скупердяем.

В этот момент внезапно прозвучал громкий топот копыт, которые остановились прямо у дания! Вслед за этим послышался шум приближающихся шагов, и в дверях появились мужчина и женщина, окружённые ещё несколькими людьми средних лет. Мужчина был одет в пурпурный халат и шёл впереди всей группы.

Цзюнь Мосе нахмурился: ещё один мастер Небесного Суань! К тому же он находится на самом пике! Что происходит?

— Владыка Сыма, кто бы мог подумать, что Вы тоже присоединитесь! Пожалуйста, составьте нам компанию! — несколько человек встали и поздоровались.

«Владыка» Сыма слегка улыбнулся и кивнул. Некоторые даже освободили свой стол. Сыма не стал долго церемониться, просто пожал всем руки и, поблагодарив всех, присел за стол.

Как только он сел, то тут же вынул из кармана что-то квадратное и медное размером с ладонь и положил это на стол! В этот момент сам Сыма с довольным видом оглянулся по сторонам…

Кажется, что этот человек ожидал более восторженных взглядов в свою сторону. Один из присутствующих саркастически улыбнулся и сказал: — Ай да, Владыка Сыма, это, что ли, кусок красной меди?! Ох, как же я тебе завидую, ха-ха-ха!

Выражения лица Сыма Бао Чжу стало ещё более самодовольным: — Что вы, что вы, мне кажется, что Злой Монарх ошибся с адресатом пригласительного билета!

— Не скромничайте! Владыка Сыма, Злой Монарх не мог ошибиться с выбором гостя! Это приглашение досталось вам заслуженно! — одновременно сказали несколько человек.

— Ха-ха! Благодарю вас, господа, за хорошие слова! — СыМа больше не мог сдерживать свое самодовольство и рассмеялся.

Молодая особа, сопровождавшая Сыма, так и не промолвила ни слова. Её глаза были уставлены на платье Чень Сюнь — она буквально пожирала его своим взглядом!

Нужно сказать, что мода для любой женщины из любой династии и из любой страны — это большой соблазн, которому трудно устоять!

Особенно это платье, что было надето на Чень Сюнь, сплошь изумрудного цвета. Оно не могло не радовать глаз. Классическая изысканность, солидность и изящество, вроде бы присутствует игривость, но в то же время всё очень сдержанно. Цвет платья довольно яркий, но нисколько не режет глаза!

Этот стиль одежды на первый взгляд выглядит обыденно, однако если внимательно присмотреться, вы легко погрязнете в нём с головой! Только после тщательного изучения можно обнаружить, что этот предмет одежды, будь то по стилю или цвету, является уникальным и оригинальным творением истинного мастера!

Даже то, как она сидит: её благородная осанка, прекрасный внешний вид не позволяют людям смотреть на неё в упор!

На этом платье практически не было никаких вычурных украшений: имелся лишь поясок с вшитыми в него тремя бриллиантами, а в области груди черными нитями был вышит изящный узор в виде феникса!

Но именно эта простота и привлекает!

В этом платье Чень Сюнь выглядела, как богиня, светлая и благородная, даже как будто недосягаемая!

Какая женщина не захочет надеть столь прекрасное платье?

Чем больше эта женщина смотрела на платье, тем больше оно ей нравилось. Её глаза излучали жадный блеск, наконец, не выдержав, она вытянула голову и прошептала несколько слов в ухо Сыма.

Сыма замер, а затем невольно повернул голову и посмотрел на стол, за которым сидели Цзюнь Мосе и Чень Сюнь.

Когда он увидел Чень Сюнь, то в его взгляде промелькнуло огромное чувство изумления!

Сыма и подумать не мог, что в таком захолустье он повстречает такую невероятную красавицу!

С виду эти двое выглядят шикарно: одежда роскошная, да и манеры весьма отличаются от обычного люда. Сыма про себя подумал: «Должно быть, это дети какого-нибудь знатного рода или же просто молодые супруги решили выйти поразвлечься? Но вот с моим уровнем совершенствования в пределах тысячи миль нет никого, кто был бы мне не по зубам! Так что бояться нечего!»

— Господин, меня зовут Владыка Сыма, и я весь к вашим услугам! — Сыма очень сдержанно поклонился, однако его лицо выражало: «Я с вами заговорил, а это очень большая честь…»

— О… Владыка Сыма, в чём дело? — Цзюнь Мосе поднял глаза и спросил сравнительно мягким тоном. Молодой мастер действительно не хотел связываться с такими мелкими шишками из захолустья. Он и так вёл себя довольно дружелюбно, если вдруг вскроется его личность Злого Монарха… То Владыка Сыма сначала грохнется в обморок, а после того, как очнётся, как минимум всю жизнь будет везде об этом трепаться и хвастаться: «Сам Злой Монарх разговаривал со мной, да еще и таким мягким и дружеским тоном!»

Ну, а пока Владыка Сыма ничего не знал, поэтому…

Поэтому ему сейчас не очень комфортно на душе.

«Кто такой этот малец? Твою мать, почему он ведёт себя столь высокомерно? Он хоть знает, кто я такой? Я ведь сам изъявил желание поговорить, а ему вообще плевать… Этот сопляк ещё что-то против имеет? Слишком самоуверенный!»

Не только Сыма, но и все остальные присутствующие были удостоены такого же равнодушного взгляда.

«Смелый такой? Да я, Сыма, мастер Небесного Суань, которому до рубежа Суань Духа рукой подать! Здесь, в округе, никто не смеет идти против меня! А ты, сосунок, ещё смеешь со мной в таком тоне разговаривать?! Кажется, тебе несдобровать!»

Глава 1074. Ты не посмеешь меня убить!

«Хм, я вижу, что у господина представительный вид. Нам стоит познакомиться…», — притворно улыбнулся Сыма Шан и сказал: — Но я не знаю есть ли у господина… приглашение?

— Приглашение? Нет. Разве это обязательно? — Цзюнь Мосе действительно был нетерпелив. Так или иначе, этот парень обладал лишь Небесной Суань. Как можно быть настолько слепым, чтобы не заметить, что этот молодой человек пренебрегает им?

Оказалось, что приглашения нет. Сыма Шан сразу же успокоился!

Поскольку у него нет приглашения, значит, оно не имеет для него значения и это наверняка обычный человек! По крайней мере, это, конечно, не потомок какого-нибудь великого человека! Этот «господин» действительно не опасен!

Тогда он внезапно заныл: — Ах, ты сопляк! Как ты смеешь так разговаривать с господином Сыма? Если у тебя нет приглашения, как ты смеешь притворяться кем-то важным перед господином Сыма! Скажи мне, что под одеждой у твоей жены! Я хочу посмотреть, пусть она снимает её! Пусть снимает!

Сыма Шан неожиданно прокричал это, но весь зал молчал!

Вот теперь он зашёл слишком далеко.

Вплоть до того, что даже женщина, которая следовала за Сыма Шаном, открыла рот от удивления: «Я просто сказала, что мне понравилась её одежда. Просто скажите мне, где вы её купили или сшили, вот и всё! Неужели я бы стала заставлять эту девушку раздеться перед всеми? Чтобы оценить не только её одежду, но и её саму?»

На самом деле, Сыма Шану пришла эта идея в голову, когда он заметил неотразимую красоту Зелёной Охотницы и захотел овладеть ею. Но, заметив необычную манеру держаться Цзюня Мосе, он не осмелился предпринимать отчаянные шаги и решил «прощупать почву» под предлогом дружбы. Однако, он обнаружил, что у них не только не было приглашения, но они даже ничего не знали о значении приглашения…

О «приглашении» не знали только незначительные люди, у которых вообще нет никакой силы. В этот момент Сыма Шан подумал про себя, что соперник уступит, если он как следует запугает его, тогда он вместе с этой невероятной красавицей отправится на юг, где её красота — абсолютное преимущество и достоинство…

Пусть даже придётся убить этого смазливого паренька, это неважно. Если у парня на самом деле окажется сила, она наверняка такая ничтожная, какая и должна быть у таких неприметных людей. С его силой Небесной Суань, он может убить любого человека. Господин Сыма Шан был уверен в том, что легко с ним расправится…

Лицо Цзюня Мосе вдруг стало злым! Он не хотел доставлять неприятности, но ситуация сама складывалась так, что исход уже не зависел только от него! Глаза молодого мастера мгновенно стали пронзительно холодными, он пристально смотрел на мастера Сыма Шан: — Ты уверен в том, что ты сейчас сказал? Или мне послышалось?

Сыма Шан всегда был мастером Небесной Суань. Обладая бдительностью мастера такого уровня, он не ожидал столкнуться с таким сильным соперником. Необъяснимо, но он почувствовал холод во всём теле. Он посмотрел на медное приглашение в руке, и с непонятно откуда взявшейся смелостью, подскочил, слегка постучал по столу пригласительным билетом и посмеялся:

— Что? Парнишка, а ты возражаешь? — он фыркнул. — Вокруг на тысячи километров мои слова имеют большой вес! Ты посмеешь противиться?

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и рассмеялся в лицо «смертельной опасности»:

— Имеют вес? И ты просишь девушку раздеться на публику! Я действительно удивлен!

Королева Змей, Зелёная Охотница, всё это время молчала и даже не шелохнулась, только лишь слабо улыбалась, давая возможность Цзюню Мосе уладить этот конфликт. Если бы она дала себе волю, зная её характер, господин Сыма уже давно превратился бы в труп, а его семья купалась бы в реках крови!

Но она не показывала даже свою злость…

Теперь рядом с ней Цзюнь Мосе, и, хотя Зелёная Охотница очень злилась, но старалась этого не показывать. Всё оставлено на усмотрение мужчины. Просто потому что она уже — его женщина! Теперь все дела за неё решает он!

В это время несколько других мастеров Небесной Суань находились в нерешительности. Все были недовольны поведением Сыма Шана, но, опасаясь силы другой стороны, они боялись говорить. Один из них сказал:

— Господин Сыма, все уже ушли. Если произошло недоразумение, просто объяснитесь друг с другом и вместе посмеёмся над этой глупой ситуацией. А если он оскорбил тебя, то просто убей его!

Сыма Шан холодно взглянул на него и грубо сказал:

— О, ты решил диктовать, что мне делать?!

Этот мастер Небесной Суань внезапно озлобился: — Господин Сыма — мастер Небесной Суань, а также — приглашённое лицо. По какому праву вы осмеливаетесь дерзить? Однако сегодня мы пришли поздравить Монарха с открытием резиденции, а вы успеваете устроить скандал! Если господин об этом узнает, вам не поздоровится!

— Что за человек этот Монарх, раз вы боитесь даже таких глупостей, — фыркнул Сыма Шан, но явно успокоился, когда услышал от мастера Небесной Суань о «Монархе». Но Цзюня Мосе он всё-таки не собирался отпускать: кажется, такой необычный человек действительно одним взглядом привёл его в ярость, более того, вдруг он что-то задумал? Самое приятное, что вопреки ожиданиям, у этой красавицы не оказалось никаких выдающихся сил. Кажется, эта несравненная красавица вместе с этим смазливым парнем? Раньше только господин Сыма имел такой успех у женщин…

Цзюнь Мосе холодно улыбнулся и вдруг спокойно сказал:

— Если ты хочешь, чтобы моя женщина сняла одежду… Ну тогда чего же ты ждёшь, подойди! — молодой мастер Цзюнь по-прежнему сидел выпрямившись, как внезапно из его правой руки появилась огромная сила притяжения!

Хотя сила была огромная и сконцентрированная, целью был Сыма Шан, только он смог ощутить эту силу притяжения.

На глазах у всех мастер Небесной Суань, Сыма Шан, который только что хвастался своей силой, совершенно не мог противостоять этой силе и медленно летел в сторону Цзюня Мосе!

На лице Сыма Шана внезапно появился ужас, но он не мог выдавить ни слова! Цзюнь Мосе притянул его к себе максимально близко. Даже волосы на его теле встали дыбом от страха!

Люди вокруг изменились в лице от страха! Они посмотрели на правую руку, которую слегка приподнял Цзюнь Мосе, а затем на медленно, не по своей воле летящего Сыма Шана, и невольно почувствовали себя, будто во сне!

Тело великого мастера Небесной Суань воспаряло в воздухе! Что это за практика? Эта практика превышала познания всех присутствующих, они даже никогда не слышали о таком невероятно высоком уровне навыка!

Этот мастер всего лишь взмахнул рукой…

Сыма Шан, который находился в такой ситуации, понимал, что это поражение! Противник так легко одолел его, когда тот хвастался своим величием! Более того, у него сейчас даже нет возможности ответить ему!

Хотя Сыма Шан не знал, что за приём использовал его соперник, но он понял, что не должен был провоцировать такого человека!

На самом деле он был очень напуган, но всё ещё надеялся на «козырь в рукаве», и был уверен, что соперник не навредит ему! Потому что у него при себе приглашение, выданное Монархом! Медное приглашение!

Оглядываясь вокруг, на самом деле лишь немногие осмелятся идти против легендарного Злого Монарха!

Даже если этот юноша обладает выдающейся силой и огромными способностями, даже если является выходцем из трёх священных земель, он всё равно не посмеет спровоцировать сильного Злого Монарха!

Тело Сыма Шана медленно висело над их тремя столами, а затем упало на стол, где сидел Цзюнь Мосе и Зелёная Охотница. Когда его ноги коснулись твёрдой поверхности, Сыма Шан почувствовал, что он мгновенно восстановил свою способность двигаться. Очевидно, что соперник снял свою необыкновенную способность контролировать его тело.

— А теперь Сыма, известный как «золотые уста и яшмовые речи», на колени! Немедленно на колени, сучий потрох! — сверлил гневным взглядом Цзюнь Мосе, а затем придавил его сверху силой.

Только Сыма Шан почувствовал, как восстановил контроль над своим телом, на его плечи будто рухнула огромная гора, и он совершенно не мог сопротивляться. Его ноги мгновенно стали мягкими и он невольно плюхнулся на колени на стол.

— Теперь, скажи мне, «господин Сыма», ты всё ещё хочешь, чтобы моя женщина разделась для тебя? — Цзюнь Мосе вытянул ногу, стопой упёрся в подбородок Сыма Шана и приподнял его лицо, после чего слегка похлопал два раза со звонкими звуками по щекам, глядя на него холодным взглядом.

Какое оскорбление! Абсолютное оскорбление!

Но никто не чувствовал себя неловко! Если у него есть такие ужасающие приёмы, может ли он быть к Сыма Шану, который осмелился оскорбить его женщину, вежливым? То, что он ещё жив — уже немного снисходительно…

— Только что я сказал глупость, я же не знал, что вы за человек! Но убить человека не так просто, неужели ты действительно посмеешь убить меня? — Сыма Шан выглядел бледным, его голова была холодной и потной, но он всё ещё хватался за последнюю надежду и старался выжить.

— До сих пор ты всё ещё уверен, что я не убью тебя? Откуда у тебя такая уверенность! Раз ты такой смелый, я отправлю тебя в счастливое путешествие на тот свет! — Цзюнь Мосе поднял брови и, смеясь, посмотрел на Сыма Шана. Когда этот «господин» сказал, что хочет увидеть Зелёную Охотницу раздетой, внутри себя Цзюнь Мосе уже приговорил его к смерти!

Молодой мастер Цзюнь действительно не знал, есть ли люди в этом мире, которых он не осмелится убить! Даже если соперник — Четырнадцатый Шао из подземного мира… он прикончит его, не говоря уже о ничтожном Сыма Шане, который едва ли сильнее его самой младшей жены?

— Ты посмеешь? Я — гость Монарха! У меня есть приглашение самого Монарха! Ты не можешь убить меня! — Сыма Шан почувствовал, что желание соперника убить его становится всё сильнее и сильнее, и внезапно ему показалось, что тот понял значение «приглашения». Он начал изо всех сил трепыхаться и пытался кричать, в то время как его правая рука накрепко схватила медное приглашение…

Глава 1075. Тебе конец!

— Гость Монарха? — Цзюнь Мосе нахмурил брови. — Неужели у этого Монарха такое могущество, что я не могу убивать его гостей?

— Злой Монарх! — Сыма Шан вытянул шею и, используя силу чужого авторитета, сказал: — Я признаю, что ты силён! Но можешь ли ты быть сильнее Великого Злого монарха?

— Великого Злого монарха? — Цзюнь Мосе дотронулся рукой до кончика носа и повернул голову в сторону Чень Сюнь, которая сама уже едва сдерживала смех…

«Твою мать, этот чёрт пытается напугать меня моим же собственным именем! Да еще и мою жену заставляет раздеться… Это уже нихуя не смешно…»

— Что это у тебя в руке? Это приглашение Злого Монарха? — Мосе сделал вид, что ничего не может рассмотреть.

— Верно, — горделиво ответил Сыма Шан. Пусть этот человек и силён, однако он не осмелится пойти против Злого Монарха. Сыма Шан понял голову и сказал: — Немедленно отпусти меня. Я — гость, приглашённый самим Злым Монархом. И у меня есть доказательство. Знаешь, что это означает?

Цзюнь Мосе больше не стал обращать на него внимание и тут же переключился на медное приглашение. Внимательно его рассмотрев, он покачал головой.

Чень Сюнь с огромным любопытством вытянула голову и увидела на обратной стороне мелкую надпись: «15 июня состоится приём Золотого Монарха. Его власть подчинит всю Поднебесную и объединит Цзянху!»

Приём Злого Монарха?

Цзюнь Мосе нахмурился. Он сразу же смекнул, откуда тут растут ноги.

Это, должно быть, шедевр Мэй Сюэ Янь.

Во всем мире лишь Мэй Сюэ Янь так хорошо знала Цзюня Мосе.

Вероятно, Мэй Сюэ Янь, вернувшись в Тянь Фа вместе с осколком животворящей артерии, увеличила силу всех своих подопечных на соответствующий уровень. А мощи семьи Цзюнь ей показалось достаточно, для того, чтобы они могли справиться со всеми неприятностями и бедами. Если бы они продолжили скрываться и наращивать силу, то это уже было бы расточительство даров природы…

Самое главное, что сейчас наступил критический момент перед Битвой за Небеса. Сейчас самое время для организации приёма, нужно придавить этих ублюдков из трёх священных земель, чтобы они больше не осмелились предпринять какие-либо действия и бегали на цыпочках перед семьей Цзюнь.

Другая причина заключается в том, что Цзюнь Мосе в настоящее время находился в Туманном Призрачном Дворце, где очень развитая информационная сеть. Как же они не заинтересуются таким персонажем, как Цзюнь Мосе? Разве они не станут копать его подноготную?

Но как бы громко о себе не заявлял Цзюнь Мосе снаружи, и сколько бы сомнений он не вселял вокруг, Туманный Призрачный Дворец никогда бы не заподозрил тот факт, что Мо Цзюнь Е на самом деле окажется тем самым Злым Монархом.

Кто ещё в этом мире может быть таким же непредсказуемым и загадочным кроме Цзюня Мосе…

Поскольку Злой Монарх сейчас находится на материке Суань и готовится к своему приёму, как же он может появиться в Туманном Призрачном Дворце?

Это просто лучшее прикрытие для плавного «скрытого» передвижения Цзюня Мосе.

Кроме того, во всем Тянь Фа и даже в семье Цзюнь лишь Мэй Сюэ Янь может взять на себя ответственность за принятие решений вместо Цзюня Мосе.

Лишь эта женщина знает всю надменность и высокомерие, живущее в сердце молодого мастера.

Отступление в Тянь Фа произошло из-за смертельной угрозы трёх священных земель, с которой пришлось столкнуться семье Цзюнь. Это были вынужденные и временные меры, но вечно жить под флагом Тянь Фа Цзюнь Мосе абсолютно не желал.

Мосе мог принять временное покровительство, но никак не вечное нахлебничество. Как только силы Тянь Фа и семьи Цзюнь восстановятся, Мосе тут же заберёт членов своей семьи.

Потому что рано или поздно настанет день, когда Цзюнь Мосе начнёт самостоятельную жизнь.

Стать главной молодой женой семьи Цзюнь и при этом остаться первым Правителем зверей леса Тянь Фа… Мэй Сюэ Янь в течении долгого времени размышляла над этим вопросом.

В конце концов, она приняла решение.

Посоветовавшись с восемью великими зверями старшего поколения, Мэй Сюэ Янь решила: основать правительство Злого Монарха и полностью включить в него владения леса Тянь Фа.

Другими словами, теперь всем этим будет распоряжаться Злой Монарх.

Таким образом, это будет лучшим решением во избежание конфликтов не только для семьи Цзюнь, но и для самого Цзюня Мосе.

Потому что рост силы зверей Тянь Фа — это полностью заслуга Цзюня Мосе. Именно от этого человека зависит успех или неудача всего Тянь Фа, и это –чистая правда. Цзюня Мосе можно заслуженно называть спасителем всего Тянь Фа. Но это решение могла принять только Мэй Сюэ Янь, и только она могла его воплотить в жизнь.

Если бы это предложение было выдвинуто самим Цзюнем Мосе, то, независимо от его первоначального намерения, оно бы несло в себе некий оттенок благодарности, не требующего принужденных действий. Но для зверей это бы означало окончательный уход молодого мастера из леса…

Так что единственный подходящий человек с нужным статусом, который мог принять верное решение — это Мэй Сюэ Янь.

Поэтому Мэй Сюэ Янь решила в это время основать резиденцию. Так сказать, рубанула с плеча, что даже не поставила в известность самого Цзюня Мосе. Но данная ситуация будет беспроигрышной для обеих сторон, так что знание и реакция Мосе были бы только лишними…

Теперь, когда создание резиденции подтверждено, и миру объявлено, что семья Цзюнь и лес Тянь Фа объединяются в единое целое, необходим особый торжественный церемониал.

После этого всё развивалось по своему пути, и приняло теперешний вид. После того, как толстяк Тан услышал об этих новостях, он тут же закопал в землю имеющиеся у него деньги. Ведь вести о создании резиденции Злого Монарха сеяли огромную смуту во всей Поднебесной.

В настоящее время, хотя резиденция Злого Монарха ещё не была официально открыта, но её авторитет процветал, положение укоренялось и даже переплюнуло три священные земли.

Но самое интересное то, что всё это было сделано внезапно.

Поэтому сейчас сердце Цзюня Мосе было переполнено хаосом различных чувств.

«Кто бы мог подумать, что я в один момент вдруг стану одной из самых могущественных пяти сил в мире и, возможно, даже самой могущественной?»

И хотя в Тяньфа все еще не хватает высококлассных мастеров, таких как Шэнцзун или даже выше…

Но тем не менее, его богатство состоит в том, что у них имеется придурок Мосе, который может изготовить волшебные таблетки. Пройдёт ещё немного времени, и он обязательно создаст сильнейшую армию из мастеров уровня Шэнцзуна.

Цзюнь Мосе тихонько вздохнул — он глубоко осознал все кропотливые усилия Мэй Сюэ Янь.

Можно сказать, что она вложила туда всё, отбросив в сторону собственные амбиции и чувства.

Иметь в жизни такую невиданную красавицу, которая готова ради тебя горы свернуть… что же ещё нужно для счастья?

В этот момент бешеный замысел убийства в сердце Мосе рассеялся.

Он даже не хотел убивать Сыма Шана, потому что его душа была полна счастья.

— Ладно, раз уж создание резиденции Злого Монарха вот-вот начнётся, я проявлю уважение. Ты только что сказал, что убить человека — это всё равно, что головой кивнуть. Так вот, сейчас ты упадёшь на колени перед моей женой и девять раз ударишься своей башкой о землю. Потом девять раз повторишь, что был не прав, и можешь проваливать восвояси, — Цзюнь Мосе со всей силы бросил медное приглашение на стол, что оно буквально в него впечаталось намертво.

— Я был не прав? — Сыма Шан заупрямился. — Ты уже сегодня и так обидел Злого Монарха, хочешь, чтобы я тебе в землю кланялся? Тебе бы лучше просто отпустить меня подобру-поздорову, в противном случае… хе-хе… — он указал рукой и добавил: — Даже если ты убьёшь меня, все эти люди отправятся на торжественный приём к Злому Монарху. Если он узнает о твоих действиях, как думаешь, что с тобой будет? Может, твоя сила и высока, но сможешь ли ты одолеть три священные земли?

Текущие требования Сыма Шана сильно уменьшились. Он понял, что перед ним тот, кого лучше не трогать, и больше не осмелился претендовать на маленькую красавицу. Сейчас главное — уйти отсюда в целости и сохранности. Здешнее место — его собственное гнездо, так что кланяться в землю перед какой-то бабой равносильно смерти для его чести.

— Пх-х-х… — Королева Змей больше не могла сдерживать смех: — Как там тебя… «Владелец Сыма», да? Ты хоть знаешь, как тебе повезло, что ты ещё жив? Я собиралась промолчать, но ты действительно…

Сыма Шан резко её перебил: — Неважно, кто ты, но перед лицом Злого Монарха, ты должен оказать ему честь! Пусть твои силы высоки и превосходят мои собственные, но… в глазах Злого Монарха вы все ничто — пустое место!

Слова Сыма Шана вновь разбудили дух убийства в Цзюне Мосе.

«Сколько же сейчас людей в этом мире угнетают других посредством моего имени? Если я не убью этого козла, то он будет убит из-за меня. Будет ли на моем сердце спокойно, если я не уничтожу это ничтожество?»

— Ха-ха… действительно смешно, — Цзюнь Мосе посмотрел в небо и улыбнулся. Замысел убийства снова взял верх, и Мосе сурово сказал: — Да как ты, сука, смеешь угрожать мне и моей женщине, используя моё же имя? Сыма Шан, щенок ты хренов, ты думаешь, что самый крутой?

Он не успел договорить, как схватил Сыма Шана за руку и скрутил её. Прозвучал звук трескающихся костей. Ещё одно лёгкое движение — и половина скелета Сыма Шана была раздроблена на куски.

Однако даже такая боль оказалась слабее душевного потрясения, которое испытал Сыма Шан.

Его глаза чуть ли не вывалились из глазниц.

«Да как ты смеешь угрожать мне и моей женщине, используя моё собственное имя? Это значит…»

Глава 1076. Господство над Тяньнань!

Сыма Шан ещё не до конца понял, но он уже отказывался понимать, он не хотел даже думать об этом! В этот момент он лишь хотел поставить время на паузу!

Кажется, остальные люди тоже не были настоящими дураками, и в тот же миг все поняли, что имел в виду этот парень. Их лица побледнели, и они с ужасом посмотрели на Цзюня Мосе. Молодой человек, стоявший перед ними, был ни кем иным как легендарным Злым Монархом?

Да, всё верно, он — Злой монарх, и он — Цзюнь Мосе из семьи Цзюнь города Тяньсян, и этот молодой господин на вид был не старше двадцати лет… Про него говорили, что его внешность подобна божеству, он чертовски красив и умён, прекрасный юноша, наделённый недюжинными харизмой и притяжением… Неужто это действительно он?

Сыма Шан, наконец, издал крик ужаса! Кажется, в его нервной системе произошло защемление, он отказывался поверить в эту жестокую реальность… «Мон… господин Монарх, уважаемый господин Монарх… простите… простите меня!», — Сыма Шан дрожал всем телом, он и не ожидал, что судьба сыграет с ним такую злую шутку!

Он, под эгидой Злого Монарха, оскорблял человека, который оказался тем самым Злым Монархом!

«Судьба, на самом деле, та ещё сука… не знаю, что натворили мои предки, чтобы мне досталась такая участь…»

Цзюнь Мосе был холоден, и не стал даже вслушиваться в просьбы о пощаде Сыма Шана. Его запястье слегка дёрнулось, и, продолжая сидеть в той же самой позе с прямой спиной, он внезапно нанёс удар ногой по Сыма Шану, который, даже не успел вскрикнуть, улетел!

Его полёт был не прямым, а, на удивление, ему ещё пришлось совершить один поворот в воздухе, после чего его тело влетело в главные ворота трактира, а потом высоко-высоко подлетело вверх, и, словно фейерверк, взорвалось в воздухе, в мгновение застелив всё небо ошметками плоти и каплями крови…

В один миг всё его тело разорвалось на мелкие кусочки, и даже не одной целой косточки не осталось.

В прямом смысле этого слова разлетелось в клочья!

— Любого, кто осмелится наживаться на приёме Злого Монарха и чинить подлые аферы, ждёт такая же участь, как Сыма Шана! — строго сказал Цзюнь Мосе. Так как остальные не действовали в сговоре с Сыма Шаном, и даже, наоборот, пытались остановить его, Мосе решил пощадить их и не изливать свой гнев на ни в чем не повинных людей.

Только эти люди по-прежнему не могли вымолвить и слова. Молча, как цикады зимой, они прибывали в диком страхе, а их тела дрожали в испуге. Слава о Цзюне Мосе распространилась по всему материку, все люди знали, что этот, из виду красивый и интеллигентный молодой человек, в душе на самом деле хладнокровный убийца, который убьёт кого угодно, даже не задумываясь, настоящий дьявол во плоти!

Цзюнь Мосе медленно встал: — Господа, которые намереваются отправится на мой величественный приём, прошу меня извинить. Надеюсь, вы успешно доберетесь до места! И, если суждено, мы ещё с вами увидимся в Тяньнань.

Сказав это, он притянул к себе за руку Чень Сюнь, и злобным взглядом обвёл людей, сопровождавших Сыма Шана: — Подчинённые Сыма Шана… как у вас с репутацией?

— Спешу доложить вам, господин Монарх, о них ходит очень дурная слава. Все они достигли пика Небесной Суань, но ни один из них не умеет как следует контролировать свои силы! — мастер с Суань Духа, кто изначально преградил дорогу Сыма Шану, сказал с уважением.

— А, вот, значит, как… Ну, раз они тёмные силы, повинные во многих преступлениях, значит, нет необходимости в их существовании, — спокойно произнес Мосе, и отпустил руку Чень Сюнь, его глаза сверкнули, и в трактире опустело.

Через некоторое время из воздуха посыпались серебряные монеты, и тихонько опустились на стол, за которым изначально сидел Цзюнь Мосе, словно их туда положил кто-то живой. Они не издали никакого грохота и бренчания…. После ухода Цзюня Мосе и Чень Сюнь, все присутствующие ещё долго с почтением стояли, боясь даже пошевелиться!

Злой Монарх!

«Оказывается, мы собственными глазами видели этого легендарного повелителя, Злого монарха, пред которым трепещет весь материк!»

Несколько мастеров с Небесной Суань так разволновались, что не могли унять дрожь в своём теле! Потому как они не только видели господина Злого Монарха, но и получили его приказ!

«Ну, раз они тёмные силы, повинные во многих преступлениях, значит, нет необходимости в их существовании». Несомненно, эти слова были приказом к действию! К тому же этот приказ был произнесён перед всеми присутствующими!

Дальнейшая ситуация с «силами», принадлежащими Сыма Шану, уже предопределена. Бесспорно, всё должно быть уничтожено, и расчленено! Вот какой главный смысл слов Злого Монарха!

Приказ Злого Монарха был автоматически выше указа любого материкового правителя! С самого первого слова, сказанного Злым Монархом, силы Сыма Шана уже ждала неприятная участь!

Если его приказ не будет исполнен, разве это не будет означать подрыв его непревзойдённой репутации? К тому же кто осмелится подать им руку помощи?

Уверен, никто не сумеет справиться с последствиями этого решения, даже священные земли не осмелятся пойти на это! В глазах всех присутствующих застыл цвет крови: если не выполнить этот приказ, как с чистой совестью встретиться со Злым Монархом в Тяньнань?

Пусть даже, прибыв туда, существует малая вероятность того, что у этих людей получится снова увидеться со Злым Монархом… Глаза, наполненные жаждой крови, уставились на подчинённых Сыма Шана. Все эти жалкие людишки тотчас же рухнули на землю! Особенно та женщина, которая жадно смотрела на одежду Королевы Змей — она просто рухнула в обморок.

Кто бы мог предположить, что причиной всего произошедшего здесь может быть то, что одной женщине очень понравилась одежда другой женщины? Всего лишь жажда модной одежды привела к тому, что все они обречены на неотвратимую гибель? Поэтому, женщины, запомните, любить модную одежду — это, конечно, не преступление, но всегда нужно действовать, исходя из своих возможностей… Посмотрите только на господина Злого Монарха, он поистине достоин своего звания! Даже за пищу в трактире он не забыл заплатить, он не посчитал это чем-то неважным… Это ж какой благородной душой он обладает… Конечно, заплатить за свою еду — это нормально, но для Мосе это сравнимо с чем-то вроде рыцарского поступка… Он проявляет заботу и понимание к стараниям простого люда…

Это так благородно и так справедливо… Какой доблестный и щедрый человек, всё-таки… Вечером того же дня все подчинённые Сыма Шана были подчистую уничтожены, и навсегда исчезли из этого мира.

Так как Злой Монарх сказал: у них больше нет необходимости к существованию… После этой новости, Цзюнь Мосе, который изначально хотел успеть наведаться в Тяньсян, решил отбросить эту задумку… Он и Чень Сюнь без остановки и перерывов, сломя голову, мчались в Тяньнань…

Чтобы ускориться, Цзюнь Мосе посадил её величество Королеву Змей себе на спину, и развернул самое мощное положение состояния невидимости Инь-Янь, они летели на всех парах с невероятной скоростью… Изумрудно-зелёные воды озера Тяньнань уже были почти перед глазами!

Они мчались с сумасшедшей скоростью, и глаза Королевы Змей болели от ветра. Она с завистью произнесла: — Зять, скорость твоего передвижения, поистине ошеломительна! У сестры тоже очень высокая скорость, но, по сравнению с тобой, даже ей придется признать своё поражение!

Цзюнь Мосе рассмеялся, и бросился сквозь волны, произнеся нараспев: — Что такое настоящая скорость? Девочка, твоей кругозор сегодня точно расширится! Закат обращён к Северному морю, храбрая золотая змея в моём рукаве; трое суток человек из Тяньсян, звонко и быстро пролетает над озером Тяньнань!

— Это так называемые «стихи», да… Зять, ты такой образованный, чтобы ты не сказал, всегда выходит так красиво… — Чень Сюнь расплылась в восхищённой улыбке: — Однако, твои слова несколько не достоверны… Хотя я и золотая змея, я нахожусь сейчас у тебя на спине, а не в рукаве…

— Э… эээ… — Цзюнь Мосе открыл рот от смущения и весь покраснел, но не от того, что змея, действительно, была не у него в рукаве, а из-за этой неожиданной похвалы со стороны Чень Сюнь. «Такой образованный?» Что? И это похвала такая?

Хотя Мосе и толстокожий, но у всего бывают свои пределы. Даже несмотря на то, что это был плагиат, всё же, это недостойно описания «образованный»… Они летели над озером Тяньнань уже целые сутки, вдали стала показываться передняя часть города Тяньнань!

Цзюнь Мосе обнаружил, что стены обычно запустелого и скучного Тяньнань украшены всевозможными картинами и плакатами, словно в преддверии какого-то праздника. Наряду с этим повсюду раздавался оглушительный свист… Пролетев главные стены, Цзюнь Мосе сначала не поверил увиденному, и протёр глаза руками… на площади около шести квадратных километров располагалось, как минимум, несколько десятков тысяч белоснежных шатров, словно в разгар самого лета вдруг выпал нежданный снег…

В другой стороне развивалось огромное знамя! Высота одного лишь флагштока была равна около ста шестидесяти метров! На этом огромном знамени красовались шестнадцать просто огромных иероглифов, каждый размером примерно с дом, они отливали золотом и источали бесконечное могущество и величие!

Когда Мосе увидел, что же там написано, он чуть не упал в воздухе!

«Злой монарх правит всем миром! На веки вечные, Цзянху един!»

Неужто вы, милостивый государь, путешествуете во времени? От такого заносчивого лозунга даже Мосе стало не по себе… Немного подальше от этого места, многочисленные члены автономии Злого Монарха радушно принимали прибывающих гостей… Во всех сторонах толпились люди, гостей было очень много, и они нескончаемо прибывали волна за волной… Цзюнь Вуй с супругой и радостью на лицах встречали гостей.

Глава 1077. И снова здравствуйте!

За этот период времени Цзюнь Вуй возглавлял благотворительный проект по обеспечению максимальной финансовой поддержки, и можно сказать, дела у него шли всё успешнее, большое количество одиноких и обездоленных юношей и девушек встали на ноги благодаря его стараниям, они нашли жилье и питание, и тяжкий груз, который Цзюнь Вуй долго нёс в своём сердце, стал уменьшаться и оставлять его. Хань Янь Яо, разумеется, тоже была очень счастлива, рубцы на её сердце тоже стремительно затягивались, при виде довольных и радостных улыбок детей, которым они смогли помочь…

Она была очень счастлива поддерживать супруга во всех его начинаниях, они проводили всё время вместе, и у неё уже было заметно округлевшее пузико…

Бам!

Цзюнь Мосе внезапно появился прямо перед Цзюнь Вуем и Хань Янь Яо.

— Мосе! — восторженно вскрикнул Цзюнь Вуй, и тут же распорядился, чтобы его ученики, стоявшие подле него, занялись обустройством гостей в гостинице… эм, то есть, в тех самых белоснежных шатрах.

Цзюнь Мосе сначала оцепенел на время, потом его взгляд сосредоточился на животе Хань Янь Яо, которая тут же покраснела и опустила вниз голову.

Внезапно, Мосе яростно взревел: — Дядя! Это что вообще такое?

Цзюнь Вуй был в замешательстве: — Что такое? Что случилось?

— Ты ещё собираешься дурить меня! — Цзюнь Мосе принял гневный вид, и закричал: — Кто, в конце концов, обрюхатил мою тётушку? Это прямо-таки оскорбительно! Так не пойдёт, я должен непременно найти его! Кто осмелился так обидеть нашу семью Цзюнь? Это просто уму непостижимо! Ну, я задам ему, только покажите мне этого негодника!

Хань Янь Яо тотчас же покраснела от смущения, ей ничего не оставалось, кроме как прикрыть руками свой округлённый живот…

Цзюнь Мосе с лицом, полным нежности и заботы подошел к ней: — Тётушка, у тебя сейчас ничего не болит? Всё в порядке? Только скажи мне… у меня есть отличное… «лекарство». Просто ответь мне, кто он! И я задам ему хорошую взбучку! Он осмелился так поступить с моей тётушкой… это прямо-таки вопиющая наглость, я уверен, мы не можем пощадить его…

Лицо Хань Янь Яо было таким красным, как ошпаренный рак, она не знала, как и что ответить на вопросы Мосе, и только что и делала, так это топталась в земле, где вот-вот уже должна была вырыть настоящую траншею!

Бам!

Раздался удар. Это Цзюнь Вуй отвесил мощный пендель по заднице Мосе, и с ухмылкой сказал: — Блядь! Негодник, тебя, видимо, никто давно не порол! Как там у тебя задница, не горит, нет? Кто бы мог подумать, что с порога ты устроишь тут очередное представление! Стоило мне только отвернуться, и ты сразу нагрубил своей же тетушке… Это просто невыносимо!

Сначала дядюшка Цзюнь был одурачен племянником, и ошибочно полагал, что он просто молод и неопытен, мало чего знает в особенностях человеческого организма, но, немного поразмыслив, он понял, что раз племянник в совершенстве владеет искусством врачевания, он просто не может быть не осведомлен об процессах женской беременности. Пусть он может не разбираться в этом, но беременных-то за свою жизнь, поди, видел? Потом, обратив внимание на его объяснения и слова, а ещё необычайно озорной тон, он понял, этот мальчишка не вёл бы себя так весело и радостно, если бы его семье действительно угрожала опасность. Поскольку дядюшка всё понял, ему было не до любезностей с этим мелким повесой, он, разумеется, со всей силы пнул его по заднице!

Цзюнь Мосе вскрикнул, почесал пострадавшее место, и с весёлым выражением лица сказал: — Дядюшка, да вы не злитесь, мы столько времени не виделись… Я, правда, очень скучал по вам. Я же просто пошутил, мы же семья, что такого, чтобы посмеяться вместе? Эм, ну если вы не утихомиритесь, так уж и быть, я разрешу вам приставать к моей родне… во всяком случае, меня не особо это волнует…

Цзюнь Вуй тотчас же посинел от злости, и одарил Цзюня Мосе ещё одной жесткой оплеухой.

Он одновременно бил его и ругал: — Тебя, значит, засранец хренов, это не волнует? А меня волнует! И даже очень! Я, в конце концов, серьёзный человек в возрасте, и к тому же отец! Пристаёшь к невестке? Какой бред ты там ещё нес, а?

Цзюнь Мосе расхохотался, схватил Чень Сюнь, и мгновенно исчез…

Кажется, это не очень комильфо, чтобы кто-то увидел, как легендарный Злой Монарх получает оплеуху за оплеухой. Хотя, кроме дядюшки Цзюнь, вряд ли кто-то посмел бы сделать что-то подобное! Уровень, совсем другой уровень!

Вдалеке располагалось место дислокации правительства Злого Монарха, и там уже была построена непрерывная цепь дворцов… Всё было окружено величественной стеной. Необычайно старинная простота очень гармонично вписывалась в общую картину, и складывалось ощущение неподдельной торжественности!

Перед входом стояли Мэй Сюэ Янь, Гуан Куинхан, Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн, все они были облечены в белоснежные платья, поверх которых был повязан ярко-красного цвета пояс, с ласковой улыбкой на лице они встречали Цзюня Мосе!

В глазах всех четверых застыла грусть и тоска! И жар! Все они изо всех сил пытались не поддаваться эмоциям, однако у самых младших из них, Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн покраснели глаза от надвигающихся слез…

Когда они получили новость о приезде Мосе, они специально вышли на порог, чтобы встретить его, и оставили открытым окно во внутренних покоях, чтобы бедняжка принцесса Лин Мэн тоже смогла увидеть это. Сейчас она тоже не сводила глаз с приближающегося Мосе, и слёзы обжигали её лицо… — Братишка Мосе! — Дугу Сяо И радостно вскричала со слезами на глазах. Она подпрыгнула вверх, словно ласточка и бросилась к нему. Цзюнь Мосе ещё не успел осмотреть всех четверых, как она забралась в его объятья…

— Ты почему так долго не возвращался? Я думала, я умру здесь от одиночества… Я играла в маджонг, чтобы отвлечься от этих мыслей, часто играла, и часто проигрывала, я проиграла все свои заначки…

Дугу Сяо И стала бить его, а потом, как осьминог вцепилась в него, стуча по спине, а договорив, горестно расплакалась…

— Никто не шёл ко мне на уступки! Всё это из-за тебя! Ты виноват в этом, только ты, почему ты не возвращался раньше? Может быть, я бы не проиграла столько денег… и мне бы не было так плохо…

Она продолжала громко рыдать…

Цзюнь Мосе сильно вспотел, пытаясь успокоить эту бойкую девчонку в своих объятиях: «Эта девчонка, она надеялась, чтобы я вернулся как можно скорее или просто очень тяжело переносит потерю своей заначки?», — подумал Мосе про себя, но сказал совершенно другое: — Эм, да… Это я во всём виноват. Скажи, сколько ты проиграла, и я верну тебе всё в двойном размере. Они не шли тебе на уступки? Ну, ничего, как только вернёмся домой, я помогу тебе отомстить им…

Цзюнь Мосе продолжал утешать Дугу Сяо И, и в то же время изумлённо обнаружил, они стояли вплотную к друг другу, и не виделись без году неделю, но эта девчушка успела превратиться в настоящую девушку. Её хрупкое тело и округлые формы выглядели сейчас очень соблазнительно, волнующе и ошеломляюще… в самом деле, вот так приятный сюрприз!

Учитывая, что её тело несколько раз плотно прижималось к его, Цзюнь Мосе почти чуть весь не вспыхнул от возбуждения. Кровь бурлила в его жилах… Его глаза сверкнули, и он шёпотом сказал на ухо Дугу Сяо И: — Не ожидал, что через такой небольшой срок времени, моя Сяо И станет настоящей взрослой девушкой. Ну что, как сейчас у тебя с кулинарным мастерством? Сможешь приготовить мне что-нибудь? я буду с нетерпением ждать твоего посвящения…

— Ах, ты! Вот же бесстыжий негодник! — Дугу Сяо И резко вырвалась из его объятий, и побежала, насвистывая: — Сяо Бай! Быстрее сюда, покусай этого подлого бесстыдника!

В это время Чень Сюнь уже обнималась со своими старшими сестрами: — Сестрицы…как же я скучала по вам!

— Чень Сюнь? Это ты?! Как хорошо, что ты вернулась! Ты вернулась! Ты наконец пришла в себя… — встретив Чень Сюнь, Мэй Сюэ Янь была вне себя от радости, и говорила не особо связанно и логично…

Сестра, долгое время находившаяся в состоянии между жизнью и смертью, наконец пришла в себя и в добром здравии вернулась домой. Мэй Сюэ Янь сейчас была очень счастлива. «Ещё и он вернулся…»

Цзюнь Мосе медленно подошёл к Гуан Куинхан. В её глазах читались радость и умиротворение, но на лице было притворное прохладное выражение. Мосе не купился на её притворства, он подошёл к ней так близко, что у всегда невозмутимой и отстранённой Гуан Куинхан вся кожа покрылась мурашками: — Куинхан… ты скучала по мне?

Куинхан состроила презрительную гримасу и закатила глаза: «Он только вернулся, а уже начинает всех раздражать… ещё и говорит такое…», — она не знала, как отвечать на подобные вопросы, а потому просто сказала:

— Мм… вернулся? — её голос казался равнодушным и холодным.

— Угу, вернулся, — Цзюнь Мосе кивнул головой, и быстро наклонился к ней, прошептав на ухо: — Куинхан… давай я вечером приду к тебе, хорошо? За это время я страшно соскучился по тебе!

Куинхан в мгновение покраснела, и сразу же вспомнила ту ночь в Тяньнань… Стиснув зубы, она резко выругалась: — Иди к чёрту! Кобелюга! — повернулась, и, прикрывая пылающее жаром лицо, убежала прочь…

Цзюнь Мосе расхохотался: «Не будешь ходить при мне тут с ледяным лицом. Я быстро тебя построю…»

— Халоу, моя маленькая лолита! Эм, или нет, не так… Должно быть, моя горячая служанка… Ха-ха-ха, не забывай, сегодня ты должна быть раздетая у меня в кровати! Я ждал очень долго, но обещания надо держать! Хватит тянуть время, сегодня мне как раз нечем заняться. Значит, назначаю тебя на сегодня…

Хань Яо Мэн с радостным лицом хотела поздороваться с Мосе, но, не успев подойти ближе, она услышала о старых шутках, и сразу же убежала прочь. «Этот мерзавец так ничего и не забыл…»

С лёгкостью отсеялась еще одна!

Цзюнь Мосе выдохнул. Кажется, иметь несколько жен и правда очень выматывает. Только разбив их по отдельности, можно успешно проводить «атакующие мероприятия»… это самая подходящая стратегия…

Только он появился его стразу встретило четверо, а ещё одна стояла подле него… А это неуместно для налаживания хороших близких отношений, поэтому Мосе решил сначала разбить их «лагерь». Что же касается следующего шага, времени ещё достаточно… Будем осаждать каждую крепость по отдельности…

Глава 1078. Ошеломительный прогресс!

Из четырёх красавиц трое уже были отправлены восвояси, и осталась одна, самая бойкая из них… Повернувшись, Цзюнь Мосе заметил, что Мэй Сюэ Янь и Чень Сюнь стоят вместе плечом к плечу, и пристально смотрят прямо на него.

Чень Сюнь хихикнула и неожиданно подтолкнула Мэй Сюэ Янь вперёд. Та ничего не сделала, и просто рефлекторно двинулась неуверенной походкой вперёд. Разумеется, толчок Чень Сюнь был неожиданным, но всё же он был слабым, а, учитывая уровень совершенствования Мэй Сюэ Янь, даже если бы удар силой больше этого в сто тысяч раз, вряд ли бы привел к тому, чтобы она даже споткнулась.

Цзюнь Мосе, в совершенстве владевший искусством ловить удобный момент, тотчас же принял очень настороженный вид, совершил мощный прыжок, и немедленно подлетел к Мэй Сюэ Янь. Крепко обхватив её, взволнованно и в полной растерянности спросив:

— Сюэ Янь, что такое? Всё нормально? Ты не ушиблась? Чень Сюнь, ах ты ж… Что за девчонка? Зачем же так дурить, а если бы Сюэ Янь ушиблась? Тогда я бы точно задал тебе…

Мосе «взволнованно» кричал, «проявляя свою заботу», и в тоже самое время его руки без остановки блуждали по телу Сюэ Янь, сначала там, потом здесь… Мэй Сюэ Янь в тот же миг покраснела до ушей и с большим трудом вырвалась из его объятий. Тем не менее, пыхтя и задыхаясь, она позабыла все слова, которые намеревалась сказать…

В стороне раздался чей-то смех. Повернувшись, они увидели, что виновница сего происшествия, Чень Сюнь, уже была не на своём прежнем месте, а находилась во внутреннем саду в окружении других красавиц, которые тайком пытались рассмотреть то, что творилось здесь. С неподдельным восторгом, словно смотря какое-то представление, они наблюдали за Мосе и Сюэ Янь, и, столкнувшись с их взглядами, лишь весело рассмеялись.

— Ты! Только вернулся, и сразу же бросился за беспорядки! Хватит так себя вести! — Мэй Сюэ Янь с трудом восстановила своё дыхание, и недовольно сказала.

— Да, да, да, я услышал слова своей уважаемой жёнушки. Она говорит мне хватит так себя вести, значит, я больше не буду так себя вести. Я всегда слушаюсь мою жёнушку, — Цзюнь Мосе вдруг стал очень «послушным», и покорно сказал.

Мэй Сюэ Янь снова покраснела, и сказала:

— Ты… это… по поводу этого приёма, доволен?

Цзюнь Мосе тотчас же отбросил шутки в сторону, тяжело вздохнул, и серьёзно посмотрел на Мэй Сюэ Янь:

— Сюэ Янь… ты, действительно, так добра и внимательна ко мне!

Сюэ Янь ласково улыбнулась, и произнесла:

— Мы живём вместе, и я хорошо тебя знаю. Мне известно, что ты за человек такой, верно же? Тем более, до этого ты уже упоминал, что хотел бы стать правопреемником Цзянху! — она моргнула, и прелестно улыбнулась. — Разве сейчас ты не обладаешь такой возможностью?

— Правопреемник Цзянху… — Мосе медленно произнёс это слово, а потом его взгляд застыл, и он сказал: — Это мир, в конце концов, станет подчиняться моим законам!

— В мире людей всегда есть вещи, о которых мы не догадываемся, но нет ничего, чего бы нельзя было осуществить. Я уверена, у тебя всё получится! Ты обязательно сможешь осуществить свою мечту! — Мэй Сюэ Янь с нежностью посмотрела на него, в её взгляде читалась бесконечная убеждённость.

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся, и внезапно игриво взглянул на неё, сказав:

— Жёнушка, однако, это подождёт… вот-вот начнётся официальная церемония. Разве мы не должны для начала пройти во внутренние покои… и поговорить о кое-чём другом?

Откуда Мэй Сюэ Янь было знать, что Мосе так быстро сменит тему разговора, и даже захочет двигаться совершенно в другом направлении мыслей. Она была смущена так, что не могла подавить это смущение! Однако Мэй Сюэ Янь — всё-таки не Гуан Куинхан, и не Хань Янь Мэн, и не глупышка Дугу Сяо И. Вильнув своими прекрасными формами перед Мосе, она резко развернулась на 360 градусов, и произнесла: — Как поездка в Призрачный Дворец? Каковы твои успехи? — на удивление, она неспешно поменяла тему.

— Хе-хе… эту поездку можно назвать успешной. Изначальная цель была выполнена… — Цзюнь Мосе сконфуженно рассмеялся, и неловко покашлял. Ему не хватало смелости сказать более конкретно, хотя главная цель была достигнута. К этому добавились неожиданные достижения, только вот об одном из них особенно неловко рассказывать…

— У тебя, действительно, отличные способности. То священное дерево тоже сумел заполучить? — Мэй Сюэ Янь внимательно следила за его выражением лица, и медленно задала свой вопрос.

— Хе-хе, заполучил, заполучил. Когда это у Злого Монарха случались поражения? Не говоря уже даже об этом священном дереве, просто…

— Аа? Священное дерево тоже, в конце концов, заполучил? — речь Сюэ Янь становилась всё спокойнее и как будто медленнее…

— Хе-хе, да, именно так! Всё, за что берусь, всего добиваюсь с лёгкостью…

— Тогда… ту молодую красавицу из Призрачного Дворца, стало быть, тоже заполучил?! — голос Мэй Сюэ Янь вдруг снова зазвучал громко.

Какая же она всё-таки умная. Стоило только ему выразиться неясно, она сразу же поняла, что его совесть нечиста. А от чего ему должно быть совестно? Поэтому долго думать не пришлось…

— Хе-хе… заполучил, заполучил… Злой Монарх красив и хорош собою, талантлив и неотразим, поэтому всегда в почёте у красавиц… — Цзюнь Мосе самодовольно кивнул, хвастаясь своим превосходством, а потом вдруг до него дошло: — Аа?

Он моментально разинул рот от изумления. Вторую часть предложения он не договорил, но, кажется, и без этого сказанного было достаточно…

Мэй Сюэ Янь тотчас же изменилась в лице: — В самом деле, красавицу тоже заполучил?

— Эм… это… да… это правда, но я вообще не хотел этого! Просто красавицы всегда любят героев и смельчаков, это незыблемая истина на протяжении вот уже нескольких тысячелетий… — Цзюнь Мосе пристыженно опустил вниз голову, полностью признавая свою вину. Рано или поздно Мяо Сяо Мяо появится здесь, и Мэй Сюэ Янь обо всём узнает. Лучше уж быть откровенным и не затягивать с этим, может, приговор помягче хоть будет…

— Что ещё значит «Я не хотел этого»? — Мэй Сюэ Янь беспомощно вздохнула. — Однако, с другой стороны — с твоим характером и постоянными заигрываниями… когда тебя можно будет исправить…

Внезапно её лицо охладело:

— Твои уловки довольно хитры. Ты специально раздражал их, чтобы они ушли. Ты намеренно прогнал их, чтобы как раз поговорить со мной об этом деле?

Цзюнь Мосе кивнул, у него был жалкий видок.

— Я не могу распоряжаться подобными вещами! Нужно созвать всех вместе, и всё тщательно обсудить, — Мэй Сюэ Янь строго сказала: — У меня полно других дел, ты тоже, наверняка, нахлопотался, так что иди отдыхать…

— Сюэ Янь… ты… — Цзюнь Мосе хотел немного по подробнее разъяснить ситуацию, но не успел он и связать пары слов, как её и след простыл…

— Ай-яй! — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. Похоже, что сейчас ситуация развивалась самым наихудшим образом…

И что же тогда предпринять? Из всего своего табора, он считал, что Сюэ Янь отнесётся к этому адекватнее всех… но и она оказалась той ещё ревнивицей…

А оставшихся даже и спрашивать нет необходимости: будет только категоричная реакция! Даже еще намного хуже, чем сейчас…

— Мосе… сынок… — раздался голос, а вслед за ним в дверях появилась Дунфан Вэньсинь.

— Матушка! — Мосе поспешил к ней, затем его глаза сверкнули: матушка всегда поддерживала его идеи об как можно большем количестве жён, а значит…

Дунфан Вэньсинь крепко обняла сына, которого не видела уже так давно, потом посмотрела на него справа, затем слева, оценила, и радостно сказала:

— Ты становишься всё красивее и красивее! Действительно, мой сыночек…

Мосе пришёл в недоумение: мать хочет похвалить его, или саму себя?!

После этого Мосе медленно вышел наружу, на его лице была улыбка, и довольный вид…

Перекинувшись парой фраз со своими близкими, он распорядился закатить семейную пирушку, и даже успел оценить изменения в лесу Тянь Фа, которые произошли за это время. От одного их вида он подпрыгнул на месте!

После своего возвращения, Мэй Сюэ Янь первым делом распорядилась о том, чтобы всеми силами повысить боеспособность семьи Цзюнь! Сейчас дедушка Цзюнь, благодаря неустанному приёму лекарственных средств, достиг уровня Достопочтенного мастера третьей ступени. А Цзюнь Вуй — и то выше, он стал Шенхуаном! Хань Янь Яо не отставала от супруга, она добилась уровня пика Достопочтенного мастера, и ей совсем рукой подать до уровня Шенхуана!

Из всего старшего поколения семья Цзюнь, самими слабыми силами обладала только матушка Мосе. Ей никогда не нравились занятия совершенствованием, и потому она обладала очень скудной базой, но благодаря лекарствам, она всё-таки добилась уровня Почтенного мастера первой ступени.

Гуан Куинхан теперь Почтенная третьей ступени, Хань Янь Мэн от природы обладала очень хорошими данными, а потому начала с неплохого базиса, и сейчас уже на пике Почтенной четвёртой ступени. Ещё немного, и она прорвется до Достопочтенного мастера.

Что же до Дугу Сяо И… Эта девчонка, и правда, ленивая — она постоянно увиливала от занятий совершенствованием, и с горем пополам достигла Почтенного мастера первой ступени. Сейчас, среди всей семьи Цзюнь, самым низким уровнем обладали Дугу Сяо И и Дунфан Вэньсинь…

Даже принцесса Лин Мэн сейчас уже на второй ступени Почтенного уровня…

С таким пугающем прогрессом даже сам инициатор всего этого действа, Цзюнь Мосе, с трудом смог свыкнуться…

Когда Сюэ Янь закончила работу с семьей Цзюнь, она занялась укреплением отряда Цаньтянь Шихунь и наёмных убийц Цзюня Мосе. Их силы снова испытали мощный скачок… Если исключить вероятность того, что их каналы расширились до своего предела, они могли совершить ещё более изумляющий скачок!

В конце концов, до этого им уже удалось превысить этот предел, просто сейчас прошло мало времени с прошлого раза, их каналы не успели восстановиться, и, если продолжить принимать волшебные таблетки, есть опасность, что каналы не выдержат и просто лопнут…

Однако, несмотря на это, все триста человек принимали разведённый порошок из природной артерии, одновременно получая эти устрашающие достижения. Сейчас существенная часть отряда — Шенхуаны первой ступени, а их не меньше семидесяти человек! Достопочтенных четвёртого ранга — сто двадцать человек; остальные, как минимум, обладали третьей ступенью Достопочтенного мастера…

Что же до их предводителей, Ин Бокуна и Фэн Цзюань Юня — сейчас они уже Шенхуаны третьей ступени! Лэн Ао и Байли Лу Юн — Шенхуаны второй ступени!

Глава 1079. Нотации четырёх нянек или война за господство между семью царствами?

Среди всех подчинённых семьи Цзюнь, оставалось только двое человек, которые от начала и до конца не повышали свои силы с помощью чудодейственных лекарств — И Тяньцань и Ди Цю.

Так как Цзюнь Мосе уже не раз упоминал о том, что природные данные этих двоих имели некоторые отклонения, лучше будет, если эффективность лекарств увеличится после приема таблеток для очищения костей. Только таким образом можно будет добиться максимального результата, поэтому эти двое остались «в пролёте»…

Однако эти два мальчика, в самом деле, оказались очень выносливыми. Даже при виде товарищей, значительно продвинувшихся благодаря таблеткам в уровне силы, они сохраняли невозмутимость и спокойствие, по-прежнему продолжая тренироваться, каждый день упражняясь до бесчувствия, как будто стремительный прогресс силы у других ребят никак не задевал их…

Масштаб уровня сил в семье был, действительно, поразительным. От глупышки-лолиты Дугу Сяо И и до самой сильной из них, уважаемой Мэй Сюэ Янь, благодаря чудесному эффекту живой артерии, она за один раз с уровня Шенхуана третьей ступени прорвалась до Шэнцзуна первой ступени. Хотя расстояние между уровнями было не было слишком большим, всё же реальная сила изменилась до неузнаваемости!

Благодаря такому рассредоточению сил в семье Цзюнь, разумеется, они с уверенностью могли смотреть на весь мир свысока!

Но, если и этого всего недостаточно, то и коситься на этот мир не стоит!

Однако по прогнозам, после того, как сторона Тянь Фа обзавелась подобными силами, ситуация снова очень сильно изменилась!

Восемь королей животных, которые до этого подверглись очень большому истощению сил, твёрдо придерживались предписаний Цзюня Мосе, и прилежно принимали таблетки. Очень скоро они восстановились до состояния своей лучшей формы, а сейчас, благодаря чудесному эффекту природной артерии, они провались до уровня Шенцзуней второй ступени!

Что касается Сюн Кайшаня и остальных звериных царей — они продвинулись лишь до Шенхуанов первой ступени!

А их подчинённые, несколько сотен священных животных, способных к видоизменению, тоже ждал стремительный прогресс — они достигли уровня Достопочтенного мастера третьей ступени. И это не какие-то десять или двадцать животных, а все пятьсот!

Однако… прогресс на этом завершался…

Так как порошок из природной артерии, который привезла с собой Мэй Сюэ Янь, уже полностью закончился…

Говорят, на очереди остались ещё несколько тысяч священных животных…

Услышав эту внушительную цифру, Мосе бросило в жар. Кажется, этой силы уже достаточно, чтобы уничтожить весь этот мир к чертям собачьим…

Однако, за этот прогресс тоже надо было платить — все поголовно подвергались испытанию грозовыми ударами!

Уже половину месяца в небе над лесом Тянь Фа не исчезали гроза, гром и молнии… Подчас несколько человек прорывались одновременно, и это было величественное и пугающее зрелище…

Всех так отжаривало, что после этого они представляли из себя жалкое зрелище: измученные, в пыли с ног до головы, в каких-то случаях некоторые возвращались к своему истинному обличию, а на теле не было живого места…

Сюн Кайшаня так поджарило, что, казалось, весь жир и сало в его теле просто выпарило наружу…

Все подвергались смертельной опасности.

Говорят, после свадьбы его жена очень похудела и ослабела… только неизвестно, правда это или нет…

Даже строго придерживаясь всех мер безопасности, о которых предупреждал Мосе, случались и несчастные случаи: двое человек из отряда Цаньтянь Шихунь не выдержали удара и погибли… Что касается стороны священных животных — среди них было более десяти погибших…

Однако, если сравнить эти цифры с количеством человек, которые смогли успешно прорваться — это мелочи, о которых и не стоит упоминать…

Если говорить об успехах и погрешностях: вероятность того, что священные животные успешно перенесут прорыв и достигнут цели, составляла около двадцати-тридцати процентов, однако короли животных плюнули на статистику, и решили пойти на риск…

Увидев эту статистику, Мосе чуть не упал со стула… Мэй Сюэ Янь, кажется привезла с собой всего пять-шесть кусочков артерии размером с кулак, и они показали просто блестящий эффект! Блестящий, возможно, ещё мягко сказано. Скорее — пугающий, невообразимый успех!

«Боже ты мой! А если пустить в ход всю эту глыбу… тогда можно будет сделать больше миллиона Достопочтенных мастеров?», — размечтавшись, Цзюнь Мосе так обрадовался, что чуть не забыл, как дышать…

Однако подумав так и сяк, Мосе понял, что подобные дары природы нельзя вот так растрачивать…

Не успев отойти от ужасающего восторга, Цзюнь Мосе был уведён Мэй Сюэ Янь в небольшую гостиную.

Из этой гостиной выходило несколько входных дверей. Девушки преобразовали её в женскую половину дома, в которой жили все вместе. Только это, конечно, была не одна комната, но гостиная является общей.

Обстановка этого помещения напоминала Мосе ту, с которой он столкнулся под землей в Серебряном городе, как у Первого Шао: один большой зал имел разветвлённую сеть путей сообщения, и соединялся со множеством других комнат…

Бам!

Мосе мощным ударом отнесло на небольшой стульчик, располагавшийся у стола.

Когда он поднял глаза, он встретился с холодными взглядами четырёх красавиц, которые пристально смотрели на него!

Похоже, это официальное начало процесса допроса!

Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан сидели посередине, Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн — по бокам.

Кажется, эти четверо красавиц уже успели кое-что обсудить между собой…

«Эм, а эта девчонка, Хань Янь Мэн, что она вообще тут забыла?», — под давлением из этих пристальных взглядов, Мосе вдруг затрясло…

Это что ещё за фокусы? Неужто будут пытки?

Четыре ледяных и зыбких взгляда закрепились на теле Цзюня Мосе. Какой бы могущественной силой он не обладал, но, казалось, сейчас он был беспомощен, ему не скрыться от них… «Это… да быть не может?»

Цзюнь Мосе отчаянно пытаясь оправдаться, сказал:

— Мы же все — одна семья, делим вместе одно спальное ложе… Поговорим по душам, и ладненько… Но эта девчонка что здесь забыла? — Мосе указал на Хань Янь Мэн.

Он думал, что после его слов Дугу Сяо И без зазрения совести останется в таком же положении, а Гуан Куинхан, исходя из своего характера, убежит засмущавшись. Что до Хань Янь Мэн, естественно, она разозлится…

Если всё пройдёт так, как он и задумал, останутся только Мэй Сюэ Янь и Дугу Сяо И, а так будет полегче. Надо будет справиться только с ними двумя, но с Дугу Сяо И и справляться не придётся. Если сказать, что есть девушки, которым не нравится Мосе, она сразу же разозлится: «Такой прекрасный братишка Мосе, раз тебе не нравится, что ты тут забыла?» Останется только крепкий орешек, Мэй Сюэ Янь…

Однако, вопреки его ожиданиям, хотя Гуан Куинхан, конечно, покраснела, однако она, всё же, осталась на своём месте, а Хань Янь Мэн лишь холодно фыркнула и подняла свою голову высоко, отвернувшись, но при этом не стала устраивать истерик.

— Я была немного рассеяна, и не напомнила тебе об одной важной вещи, — спокойно произнесла Мэй Сюэ Янь. — Госпожа Хань из Серебряного дворца поручила невестку и дядюшку посвататься к матушке и дедушке. Они выразили согласие, и Хань Янь Мэн теперь тоже считается членом семьи Цзюнь…

Дугу Сяо И с недовольством добавила: — Всё так, но она не называет меня старшей сестрой! Хотя я — единственная из всех, кого матушка видела ранее и одобрила…

Хань Янь Мэн покраснела, и презрительно посмотрела на Дугу Сяо И, резко возразив ей: — Подумаешь! Фактически, ты не старше меня, мне нечего стесняться…

Дугу Сяо И самодовольно отвечала: — Согласно традициям семьи Цзюнь, кто пришёл первым, тот и старше! Какое дело до возраста вообще? Так или иначе, но всё равно я прихожусь тебе старшей сестрой!

Хань Янь Мэн ничего не ответила, и только надула щёки, злобно посмотрев на Дугу Сяо И. Кажется, эти две довольно часто ругаются.

— Как у тебя наглости хватает называть себя старшей сестрой? В прошлый раз, когда ты проиграла в маджонг, не у тебя ли была «жизненная трагедия»? У тебя ещё хватило наглости занимать у меня деньги! — Хань Янь Мэн не заставила всех долго ждать, и ляпнула колкий ответ.

Дугу Сяо И тотчас состроила страшную морду:

— А если не занять денег, то как отыграться ещё?! Я бы не проиграла, если бы ты, гадкая девчонка, хоть немножко помогла мне! Я же тебе маячила… а ты никак не сдавала мне…

— Ты ещё впутываешь туда и меня? Хватит нести чушь, не обманывай саму себя… — Хань Янь Мэн закатила глаза, и высокомерно отвернулась. Отвернувшись, она развязала кошелёк, привязанный к поясу, и потрясла его. Раздалось звучание монет, и в глазах Дугу Сяо И тотчас зажегся огонь…

Цзюнь Мосе изумлённо выкатил глаза.

Оказывается, не только в другом мире, но и в этом о нем уже позаботились: «Сватовство? Родители согласились? Этот мир вообще адекватный? Неудивительно, что они все вчетвером вышли встречать меня, а я-то думал малышка Хань просто за компанию там была…»

— Аа, и ещё, забыла! Сяо И, сходи, пожалуйста, и позови Чень Сюнь и Лин Мэн, пусть они тоже поучаствуют. Они тоже имеет отношение к этому делу, пусть хотя бы послушают, — в этот момент Мэй Сюэ Янь выглядела очень величественно и хладнокровно, она так умело отдавала приказы!

— Будет исполнено! — весело ответила Дугу Сяо И, и с большим воодушевлением отправилась исполнять указание, словно оно получила приказ от самого генерала!

На лбу у Мосе появилась испарина. Это уже не четыре няньки научают сыночка, а прямо-таки война за господство между семью царствами…

Немного погодя все собрались в сборе. Чень Сюнь, увидев эту картину, растерянно взглянула на Мосе, откровенно не понимая, в чём сыр-бор?

— Дорогие сёстры! Мы все знаем, что эта поездка Мосе была ради нашего общего блага в будущем, — спокойно произнесла Мэй Сюэ Янь. — Так как все мы — мастера, совершенствующие Суань, в случае, если нам удастся достигнуть пика, мы можем навечно продлить себе жизнь, даже на тысячи и десятки тысяч лет, но женская красота, как и молодость, мимолётны. Их трудно удержать надолго. В этот раз Мосе специально отправился, чтобы найти для нас волшебное средство, которое сможет увековечить нашу красоту и молодость!

Когда Мэй Сюэ Янь сказала об этом, все ахнули.

Таблетка вечной молодости! Неужто такая волшебная вещь, действительно, существует?

— А… он нашёл её… или нет? — Дугу Сяо И первая не выдержала и спросила. Она ждала ответа, и надеялась, что он будет положительным. Как и все остальные красавицы…

Глава 1080. А потом?

— Если бы он не нашёл, полагаю, он бы вряд ли вернулся… — Мэй Сюэ Янь по-прежнему очень равнодушным тоном произнесла: — Однако есть ещё один вопрос, который требует всеобщего обсуждения…

Хотя она говорила всё тем же уверенным и решительным тоном, Цзюнь Мосе смог заметить, что она пребывала в несколько взволнованном состоянии…

Мэй Сюэ Янь холодно фыркнула, и не обращая внимания на него, сказала:

— Всё это время мы жили вместе, и давно уже приняли друг друга! Хотя у настоящего мужчины должно быть множество жён и наложниц, за исключением редких случаев, однако у нас, у женщин, всё равно должен быть своеобразный процесс принятия…

Когда она сказала про это, все одновременно закивали.

— Однако в этот раз, когда Мосе отправился на поиски волшебного лекарства, случилось одно событие, которое вовсе не должно было случаться… — Мэй Сюэ Янь тяжело вздохнула. — Без нашего согласия… он лично принял это решение, и у него вспыхнули чувства к принцессе Призрачного Дворца Мяо Сяо Мяо, несмотря на то, что в этом деле есть много совпадений, в то же время там есть много вопросов… В конце концов, как уладить эту ситуацию, мы с вами как раз и должны решить, внимательно обсудив все моменты…

— Оказывается, вот оно что… — все красавицы были просто обескуражены.

«Оказывается, из-за этого дела было созвано собрание… Простыми словами говоря, мы должны обсудить измену Мосе…»

Однако все красавицы одна за другой переглянулись, и опустили головы, никто не сказал и слова.

Первую, кто откроет рот, ждёт ненависть и злость со стороны Цзюня Мосе! Как же быть?

К тому же, пусть семья Цзюнь признала их всех, но официальной свадьбы так и не было, разве сейчас они имеют реальное право на что-то претендовать, что-то требовать?

Однако вне всякого сомнения было то, что все девушки испытали чувство ревности…

В это же время ругаясь про себя: «Вот же чёртов кобель, у него дома столько красавиц, в любой момент способных утешить его, а он успевает гулять на стороне… Неужто в самом деле дикие цветы намного ароматнее и красивее, своих домашних?»

Только двое из них, Дугу Сяо И и малышка Хань не придали этому сильного значения. Дугу Сяо И подумала: «Всё же в порядке? У моего отца вообще больше десяти наложниц… у мужчины должно быть множество жён и наложниц, что здесь необычного? Почему братишка Мосе так поник, и выглядит очень грустным?»

А малышка Хань думала даже несколько преувеличенно: «Наш молодой господин — такой выдающийся и замечательный молодой человек, так талантлив в совершенствовании Суань… разумеется, он привлекает множество девушек; если он им не нравится, значит они просто слепые!»

Кажется, эти две лолиты даже не испытали и намёка на ревность, а наоборот, стали ещё только надменнее, однако в голове принцессы Лин Мэн, сидящей на стуле со свешенной головой, творился настоящий хаос: «Почему вообще меня позвали сюда? Все эти девушки — признанные женщины Цзюня Мосе, почти официальные жёны, но он никогда не говорил, что признал меня своей женщиной… Что же мне делать? Может, мне просто быстро уйти отсюда?»

Подумав так и сяк, она всё-таки не осмелилась сдвинуться с места: «Боюсь, что я… нагло останусь здесь и посмотрю, что тут происходит…»

Мэй Сюэ Янь прервала глубокое молчание своим горьким смехом.

Она быстро сказала: — Как же нам поступить, может у кого-нибудь будут какие-то предложения?

Все переглянулись, однако не одна из них так и осмелилась открыть рот.

Спустя некоторое время, Гуан Куинхан покашляла, и решила наконец высказаться: — Я не знаю, как зовут ту девушку… Как у неё с внешностью? Каков характер? — говорив, она бросила косой взгляд на Мосе, добавив: — В таких вещах Мосе всегда руководствуется своими принципами, и определённо не стал бы замышлять дурное. Я думаю, здесь определённо есть какая-то другая причина, о которой лучше сказать ему самому. После того, как мы узнаем об истории этого вопроса, тогда и решим, что с этим делать.

— Именно так, — все тут же подхватили и согласились с ней.

На лице Мэй Сюэ Янь проскользнула улыбка, она намеренно созвала всех вместе, чтобы поскорее решить этот вопрос. Рано или поздно об этом всё равно стало бы известно, потому как сейчас все были собраны вместе, если кто-то один выразит безразличие к этому, то остальные не станут выступать против этого. Ведь никто не хочет остаться в глазах Мосе безумной ревнивицей. Более того — сейчас, когда даже они не в официальном браке…

Кажется, в этот раз Мэй Сюэ Янь была непреклонна, и намеревалась во чтобы ни стало решить проблему Мосе!

Цзюнь Мосе всегда сообразителен, он сразу понял, что к чему, и был тронут дальновидностью действий Мэй Сюэ Янь…

Однако Мэй Сюэ Янь пока не стала обращать на него внимания, и закатила глаза, глядя на него. В это время Цзюнь Мосе услышал, как до его уха донёсся слабый голос, словно комариный писк: «Это в последний раз! Чтобы такого больше не было! Иначе… ты никогда в этой жизни не переступишь порог моих покоев!»

Цзюнь Мосе даже вздрогнул: такой запрет и правда очень серьёзен…

….

— Причины всего случившегося были такими… — Цзюнь Мосе принялся рассказывать о произошедшем с самого начала. Однако, когда он рассказывал стольким женщинам о своей любовной истории с совершенно другой женщиной, он чувствовал… это очень странная ситуация…

….

Однако услышав о череде неприятностей, подстроенных семьями Гу и Чжань, все красавицы можно сказать пылали от возмущения: «Как досадно, что нас не было там, вот бы мы задали хорошую встряску этим подлецам…». Как и ожидалось, симпатия к бесстрашно выступившей на встречу неприятностям Мяо Сяо Мяо тотчас же стала увеличиваться…

Когда выяснилось, что состязание с братьями Чжань завершилось успехом, красавицы переглянулись, и, холодно фыркнув, уставились на Мосе: «Что ты, какой ты необычайный супермэн, там всё разрулил, тут тоже всё разрулил, прям всемогущий гений… Такой высокообразованный и талантливый молодой человек… Эта Мяо Сяо Мяо не слепая же, в конце концов, если бы она не влюбилась в Мосе, вот это было бы странно». Услышав, что Мосе изначально дал ей решительный отказ, после которого она попала в смертельную опасность, и могла больше никогда не проснуться, все красавицы ахнули, и прониклись сочувствием к бедной девочке…

Все они понимали её чувства, они знали, что если бы кто-то из них оказался на её месте, и получил от Мосе отказ… да ещё бы после всего этого стал инструментом для выгоды семьи. По телу пробежала ледяная дрожь… тогда все бы их жизненные надежды разбились прахом…

…

Их настрой одновременно изменился. Теперь они хотели, чтобы Мосе как можно скорее отправился за Мяо Сяо Мяо, они полностью забыли о своём недовольстве к «дикому цветку», нельзя не отметить, насколько чувствительные существа эти женщины…

…

Услышав о том, что Мосе намеревается в скором времени отправиться за Мяо Сяо Мяо, все с облегчением выдохнули, а потом Мосе рассказал им о том, что видел одного из легендарных учеников Первого Шао… А потом, как на юбилее у Правителя Призрачного Дворца, Мяо Сяо Мяо съела волшебную таблетку, и неожиданно вызвала небесную кару… Все они с замиранием сердца слушали рассказ Мосе…

С самого начала его рассказа и до сих пор, у них сложилось такое мнение: что, если бы действительно что-то не произошло, это было бы ненормально…

Потом они услышали, что Сяо Мяо успешно завершила прорыв, а на второй день они отправились в Сад чудодейственных лекарств, эта история и правда была очень захватывающей…

Трое лолит сидели, подперев ладонями свои милые щечки, хлопали глазами, и с нетерпением ждали завершения сего увлекающего рассказа, а потом они в голос спросили:

— А потом?

Мосе дёрнулся назад.

Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан сделали жест рука-лицо, и тяжело вздохнули: «Вы серьёзно считаете, что об этом надо рассказывать? Всё-таки для нас она — соперница, пусть и очень милая, и заслуживающая сочувствия девушка…»

Однако сейчас красавицы уже не думали о Сяо Мяо, они полностью успокоились: дерево дало волшебное лекарство, неочищенный рис стал полноценной едой, что ещё-то надо было? Только так… К счастью, по рассказам Мосе, Сяо Мяо предстала очень мягкой и покладистой по характеру…

Всё, что касалось измены, на этом и закончилось…

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, на душе было тоскливо: «С вами-то всё нормально, а вот Мяо Сяо Мяо не знает, что я на самом деле — Цзюнь Мосе… есть ещё одно очень запутанное дело…»

Кажется, всех сейчас интересовало совершенно другое дело, довольно важное и обширное: — Мосе… если так можно выразиться, цветок искусного лотоса и плоды священного дерева сейчас у тебя?

После этих слов, глаза каждой из них засверкали…

Это же мифическое волшебное снадобье, дающее прогресс Суань в пять сотен лет, и поддерживающее молодость на протяжении этих же пятисот лет… Задумавшись о вечной молодости, даже такая невозмутимая девушка, как Гуан Куинхан, едва ли могла сдержать свои эмоции…

Если только женщине нет дела до красоты!

— Значит… по отношению к Мяо Сяо Мяо ни у кого нет претензий? — Мэй Сюэ Янь решила ковать железо, пока горячо.

Сейчас никто не возражал против неё, кто сейчас вздумает обвинять её…

Даже если и возражать, есть ли смысл в этом? Так или иначе, но сейчас это больше не кажется чем-то вопиющим…

Сейчас самое важное — это цветок искусного лотоса и плоды священного дерева…

— Да, действительно, они у меня… — Цзюнь Мосе почесал нос. — Только речь идет не о пятистах годах, цифра немного отличается…

— Отличается? В легендах говорилось об этом сроке, однако нельзя верить им наверняка… — Мэй Сюэ Янь оторопела, и медленно спросила: — Отличается на сколько? Триста лет? Двести?

— Даже сто лет, и то пойдёт, — Дугу Сяо И взволнованно сказала: — А через сто лет принять еще, дерево же есть…

— Не двести, и не триста… — Цзюнь Мосе вытянул палец. — Вот эта цифра!

— Всего десять лет? — красавицы были крайне разочарованы: «Всего каких-то десять лет? Это же так незначительно… Однако… всё же лучше что-то, чем совсем ничего…», — красавицы стали утешать себя, как вдруг услышали слова Мосе…

— Зачем вы всё время уменьшаете эту цифру? Это не десять, и не сто лет, а тысяча

Глава 1081. Быть вместе и состариться с Цзюнь.

— Ух ты… — вздохнули и даже подскочили Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн!

Тысяча лет!

Такие чрезвычайно важные и хорошие новости удивили девушек, что они чуть не упали в обморок!

Остаться навечно молодой, и лицо никогда не изменится!

Неужели это сон? Даже если это сон, им нужно сделать больше, не просыпаться слишком рано!

С древних времён красавицы не допускали, чтобы кто-то видел их седовласыми!

Женщины всегда боялись того, как летит время. Это самая ужасная и пугающая вещь! Как сохранить молодость и красоту, пусть даже на время, всегда волновало всех женщин!

Так называемые косметические средства по уходу за кожей нацелены на женскую психологию могут продаваться и продаваться бесконечно…

Даже очень короткий маскирующий эффект сводит людей с ума, не говоря уже о том, чтобы раз и навсегда остаться молодым и целые тысячелетия сохранять молодость. Это чудодейственное средство, которое просто сводит всех женщин с ума!

Даже Мэй Сюэ Янь, которая всегда был равнодушна, проявила горячий интерес!

В этот момент встали семь женщин и медленно прижались к Цзюнь Мосе. Они горели желанием и рвались вперед, как вдруг кто-то закричал:

— Немедленно отдай!

Цзюнь Мосе чуть не обделался от страха!

Молодой мастер Цзюнь не ожидал, что несколько женщин действительно вспыхнут такой мощной энергией…

Кто-то чуть не потеряла сознание, соблазн красоты и молодости был ужасен…

Цзюнь Мосе ничего не оставалось, как вытащить все оставшиеся пять видов плодов священного дерева семи цветов, а затем призвать стихию дерева и ускорить созревание плодов, которые делятся на семь видов. Протянув руку в озеро с лотосами, он достал довольно большой корень искусного лотоса.

— Уважаемые… женщины… я уже всё вам отдал… я не осмелюсь скрыть что-нибудь… пощадите… — со слезами на глазах Цзюнь Мосе вытянул руки так, будто его ограбили…

Семь видов плодов для семи человек, большой цветок искусного лотоса, естественно, разрезали на семь частей, чтобы каждой досталось по кусочку. Цветок искусного лотоса, отданный молодым мастером Цзюнь — это действительно «большой кусок», он составлял лишь одну седьмую часть после разрезания и в три раза больше, чем целый цветок искусного лотоса из Священного Дворца. Объём и реальный результат выращенных в великой пагоде плодов значительно отличается.

Женщины смотрели на предметы перед ними с совершенно непреодолимым искушением, они непроизвольно покраснели, а глаза светились восторженным блеском…

Гуан Куинхан первая подняла все эти предметы, осмотрела, поднесла к носу и глубоко вдохнула. Неожиданно она что-то вспомнила, посмотрела на Цзюня Мосе и спросила: — Почему только семь «наборов»? Мосе… Ты не будешь?

— Да, на данный момент есть только семь наборов. Вас семеро, каждой по одному, — в испуге ответил Цзюнь Мосе. Какая им разница будет он или нет? Он — не женщина и не боится старения…

— Тогда… — у Гуан Куинхан было озадаченное выражение лица. Женская ручка дрожала, она стиснула зубы и пыталась сдержать себя. Семь видов плодов и искусный лотос она снова положила на стол. Когда все предметы оказались на столе, стало очевидным, что лицо Гуань Куинхан выражало борьбу и разочарование.

Но она положила эти редчайшие и драгоценные предметы, отступила назад, крепко закрыла глаза, побледнела и прошептала: — Если ты их не съешь… то и я не буду!

— Почему? — Цзюнь Мосе действительно удивился. Когда Гуан Куинхан только что положила разноцветный фрукты и лотос, он почувствовал в своём сердце ни что иное, как яростное противоречие!

Это яростное противоречие, которое можно было увидеть даже в его глазах! Тем не менее, Цзюнь Мосе не ожидал, что Гуан Куинхан действительно примет такое решение.

— Почему? — выражение лица Гуан Куинхан постепенно становилось спокойным, но на лбу уже появились капельки пота. Она устало сказала: — Ради чего мы так заботимся о внешности? Мужчина отдаст жизнь за того, кто его ценит, а женщина украшает себя для того, кому нравится. Женщины хотят сохранить свою красоту, чтобы… её мужчина продолжал любить её!

Гуан Куинхан искренне посмотрела на Цзюнь Мосе и медленно сказала:

— Если ты не будешь есть, то неизбежно состаришься. Даже если ты не боишься, это произойдёт… если к этому времени мы останемся несравненными красавицами, зачем такое совершенствование себя? Раз ты не будешь есть, я тоже не буду! Давай вместе состаримся, я считаю, что это большое счастье, неужели нам нужно это обсуждать?

— Куинхан! — Цзюнь Мосе внезапно почувствовал внутри огромное удивление, как будто всё перевернулось вверх дном!

Он действительно не думал, что независимая, холодная Куинхан может сказать такое!

У этой женщины, которая внешне казалась спокойной, на самом деле такое происходит внутри!

Ради Цзюня Мосе она готова отказаться от возможности вечной молодости! Добровольно потерять свою красоту и состариться вместе с ним, превращаясь в рухлядь…

— Гуан Куинхан сказала правду… Я тоже не буду есть, — на этот раз это сказала Хань Янь Мэн, а затем Дугу Сяо И и другие вернули на стол эти чудодейственные лекарства, от которых они сходили с ума…

Лицо Мэй Сюэ Янь выглядело очень радостным…

Цзюнь Мосе внезапно почувствовал, как защипало в носу, он слегка кашлянул и улыбнулся: — Ну, вы на самом деле неправильно поняли. Я сказал, что не хочу есть только потому, что есть только семь наборов. Вырастить такие плоды — занимает немало времени. Возможно, немного позже мы соберем ещё урожай. А вы — счастливицы, которые первые попробуют это лекарство. Кроме того, у нас сейчас есть священное дерево… Хотя оно приносит не так много плодов, но этого достаточно для всех нас, чтобы поесть. Не только для нас, но даже для дедушки, мамы и трёх дядь и тёть. Это просто вопрос времени. Но есть одна проблема… тётушка сейчас беременна, поэтому не может съесть эти плоды, чтобы эффект не был слишком большим и не привел к несчастному случаю… Не рассказывайте ей пока. Подождём, пока родится ребёнок, и затем расскажем… к тому времени, подойдёт срок созревания второго урожая плодов, мы можем отправить их ей в качестве подарка!

— Ах ты негодник! Почему ты не сказала об этом раньше? Ты сейчас очень расстроил меня. Кто позволил тебе распоряжаться чудодейственным лекарством? — Дугу Сяо И надулась и жаловалась, а затем снова обрадовалась и закричала: — Давайте вместе съедим их! Сестра Куинхан, ты тоже ешь… Теперь ты всегда будешь получать комплименты. Кажется, молодой господин определённо будет восхищать тобой до глубокой старости, однако вы не состаритесь и не поседеете… ха-ха…

Когда Гуан Куинхан услышала насмешки юной девушки, она покраснела и опустила голову… но глаза были наполнены счастьем… Пара женских ручек снова крепко взяла плод священного дерева и искусный лотос…

— Ладно, вы должны принять чудодейственное лекарство прямо сейчас, — Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и подавил эмоции, которые в нём просыпались. Он сказал: — Я гарантирую вам, что через некоторое время эффект полностью будет достигнут. Вы почувствуете внезапный прилив сил, энергия Суань непременно прорвётся в вашем теле. Другими словами, это может вызвать громовой удар. Когда настанет время, мы вместе его преодолеем.

Женщины кивнули.

Нетерпеливая Дугу уже положила фрукты себе в рот…

***Прошло довольно много времени***

В небе над лесом Тянь Фа внезапно засверкали молнии и налетели тучи …

Это явление, словно самое сильное потрясение: кто-нибудь видел несколько человек, которые вместе решили преодолеть небесную кару?

Тогда сколько же реально сил у Цзюня Мосе… чтобы заново создать свою резиденцию?

Сильный гром и молния небесной кары продолжались до полудня того же дня. Сначала небо стало тёмным, а потом постепенно рассеялось… Однако, когда они прибыли на место громового удара, с удивлением обнаружили, что в этом месте очень спокойно…

В этом месте было спокойно и этого достаточно. В месте громового удара не было никаких следов ударов молний…

Это действительно удивило их!

Это явление трудно объяснить. Кажется, что единственное объяснение состоит в том, что человек, которого ждёт небесная кара, не только должен столкнуться с громовым ударом, но и полностью присутствовать во время всего процесса. К тому же, сила молний полностью исчезла, так что вся мощь громового удара не была направлена на землю.

Это единственное разумное объяснение, которое никто не успел озвучить, но все внутри противились этому: это, казалось бы, разумное объяснение слишком нелепо и невозможно!

С древних времён до сих пор никому не удавалось такое!

Наверное, даже основатель Суань, Первый Шао из подземного мира, не мог этого сделать!

Однако, кроме этого «нелепого» объяснения, разве можно ещё как-то объяснить произошедшее?

Это произошло в седьмой день июня в тысяче миль к востоку от леса Тянь Фа!

Видя бесконечные тёмные облака, неожиданно взрывающиеся на юго-западе и длинные молнии, лица Мяо Дао и Мяо Цзяня застыли от страха. Мяо Сяо Мяо, одетая в белое платье, стояла позади них и очень любопытно вглядывалась в странное явление на юго-западе, но её лицо было спокойным.

Хотя Мяо Сяо Мяо уже достигла уровня Почтенного мастера, её понимание Суань всё ещё было относительно поверхностным. Небесная кара, с которой она столкнулась когда-то, хотя, кажется, имела огромную силу и можно было много раз погибнуть, но на самом деле риск был не так высок — всё самое рискованное взял на себя Цзюнь Мосе, бесстрашно преодолевая трудности!

Поэтому, по её мнению, громовой удар не так силён, как тот, что она пережила в тот день. Естественно, ей казалось, что в этом нет ничего страшного.

Но такой ли у неё богатый опыт, раз она не видит ужас этого громового удара?

Мяо Цзянь поднял голову, посмотрел и тяжело сказал: — Это в направлении леса Тянь Фа! Я примерно подсчитал, что место громового удара должно быть на краю леса. Если я рассчитал всё правильно, то значит, что в середине леса кто-то преодолел громовой удар!

Глава 1082. Планы Призрачного Дворца!

Мяо Дао уверенно кивнул головой, глубоко вздохнул, и сказал: — Верно! R тому же, посмотрите на обстановку — небесная кара должна быть вызвана прорывом не одного человека, а, как минимум, троих сразу! Разряды молний настолько плотные и густые, и направления грозовых ударов очень разрозненные. Когда молнии спускаются из-за туч, они рассредоточиваются в несколько разных направлений, и их интенсивность тоже отличается друг от друга. Поэтому можно утверждать, что там прорывается, как минимум, трое человек.

Он немного помолчал, а потом холодно усмехнулся: — Разве эти люди не знают, что чем больше людей прорывается в одном и том же месте, то и мощность этих ударов сравнительно увеличивается в несколько раз? За исключением людей, не справившихся с гнётом небесной кары, я считаю, что остальные прорывающиеся мастера — просто не жильцы, не говоря уже о том, что мощность некоторых ударов достигает уровня Шэнцзуна… Но если даже при таких страшных бедственных ударах всё успешно выдержат прорыв, кажется, они только из-за абсолютной уверенности в своих силах решились на подобное легкомысленное решение! Похоже, лес Тянь Фа намного могущественнее, чем мы могли себе представить! Если учесть всё увиденное, тем более, если все они успешно справятся с этими ужасающими ударами, наш изначальный план действий требует некоторых изменений!

Лицо Мяо Кэ помрачнело: — Дао, если священные земли в этот раз не станут принимать в расчёт общую картину действий, что нам делать тогда?

Выражение лица Мяо Дао тоже сильно поменялось. Некоторое время подумав, он сказал: — Думаю, что священные земли всё-таки не станут так поступать, но, тем не менее, не предпринять мер предосторожности будет глупо. Они уже давно враждуют с Цзюнем Мосе, и конфликт, который существует между ними, трудно уладить. Если бы не надвигающаяся Битва за Небеса, они бы уже давно схлестнулись с этим Цзюнем Мосе в ожесточённой битве. И поэтому, хотя сейчас они не могут сорвать эту церемонию и выразить свое истинное недовольство, тем не менее, они могут оказать давление по многим параметрам и добиться того, чтобы задумки Злого Монарха осуществились не так гладко и благополучно! Эта церемония символизирует собой предзнаменование, а если предзнаменование пройдёт неудачно, влияние и авторитет Злого Монарха не будет таким ожидаемо всеобъемлющим, по крайней мере настолько самонадеянным и незнающим границ, поэтому, если они схлестнуться, последствия могут быть очень опасными! И тогда мы окажемся в очень неловком положении, особенно сегодня, когда мы засвидетельствуем могущество Цзюня Мосе. Как только выбор будет сделан, последствия будут очень глубокими.

Один старец, почитатель высокой нравственности, стал прямо перед ними, и спокойно произнёс: — Однако не стоит так сильно убиваться из-за этого. В конце концов, мы сами — храбрецы, и никогда не сделаем выбор в пользу трёх священных земель! — он немного помолчал, а потом слабо улыбнулся, сказав: — Разумеется, и не в пользу Злого Монарха.

Мяо Сяо Мяо удивилась: — Эм, неужто есть какая-то польза в том, если мы будем сохранять нейтралитет? Если они, действительно, развернут борьбу за господство на материке, наш Призрачный Дворец обязательно должен сделать выбор, и поддержать кого-то из них. Если всё время оставаться безразличным зрителем, боюсь, можно будет попасть в немилость к ним обоим, и тогда, вне зависимости от того, кто из них в итоге победит в этой борьбе, для будущего развития нашего Призрачного Дворца, это вряд ли будет выгодно!

Сяо Мяо вполне обоснованно была удивлена этой точкой зрения. Будучи внучкой Правителя, ей пришлось хорошо изучить отношения между Призрачным Дворцом и материком Суань.

Она знала, несмотря на то, что со внешней стороны Призрачный Дворец сам обеспечивает себя, фактически же, реальные материальные ресурсы обязательно поступают с материка Суань, только при учёте этого они могут жить, ни в чём не нуждаясь! И чтобы получать эти материальные ресурсы нужно заручиться доверием верховного правителя материка Суань.

Ранее Призрачный Дворец какое-то время сотрудничал с тремя священными землями, в основу закладывался взаимовыгодный обмен между обеими сторонами, как пример: укрепление сил Цяо Ина благодаря питанию плодами священного дерева было одним из основополагающих пунктов их сотрудничества.

На самом же деле, три священные земли замораживали счета Призрачного Дворца. Несмотря на то, что Призрачный Дворец намного сильнее священных земель, он не может существовать полностью независимо за пределами этого мира.

В конце концов, хотя, кажется, что три священные земли скрываются от людского мира, существуют в каком-то неопределённом Цзянху, не вмешиваясь в мир людей, но, тем не менее, они обладают очень многочисленным влиянием в людском мире. В любом, даже самом отдалённом уголке материка Суань существуют семейные кланы, имеющие ощутимый вес на мировой арене! В том случае, если они вздумают объединиться, их силы и влияние будет настолько устрашающе огромными, что они с лёгкостью могут повлиять на общемировую расстановку сил!

А их волей управляет наивысшие уровни власти трёх священных земель, поэтому власть над всем материком находится у священных земель, стоит только им воспользоваться своим влиянием, и материк могут ожидать громадные перемены!

— Сяо Мяо, ты слишком переживаешь. Твоя точка зрения соответствует главным принципам, которых придерживается Призрачный Дворец, как я могу не понимать этого? Разумеется, мы не можем отказаться от выбора, и никого не поддерживать, — старец с восхищением посмотрел на Сяо Мяо, а потом со смехом сказал: — Однако в данный момент мы, действительно, не можем сделать свой выбор, потому что мы можем сотрудничать лишь с той стороной, которая одержит победу! Хотя сейчас мы не приняли окончательного решения, даже учитывая то, что этот Цзюнь Мосе и есть Мо Цзюнь Е, и приходится свояком нам, если он потерпит поражение в этой битве, Призрачный Дворец не выберет его сторону. Решение, которое затрагивает будущие перспективы Призрачного Дворца, не может быть принято, основываясь лишь на личных чувствах.

Мяо Сяо Мяо, показывая, что понимает это, кивнула головой. Она была умной и сообразительной девочкой, хотя были моменты, в которых она была не согласна со стариком, она не стала выяснять этого сейчас. Потому что на протяжении всего этого пути, у неё складывалось смутное чувство, что старейшины, сознательно или нет, но избегали говорить с ней.

Хотя она не знала причины, ей не хотелось напрашиваться на неприятности. Пусть она, разумеется, единственная внучка Правителя Призрачного Дворца, но всё же она очень мала по годам, а почтенные старейшины, несомненно, не стали бы говорить с ней обо всех насущных проблемах. К тому же главной её целью сейчас было отыскать Мо Цзюнь Е и выяснить, какие у него с ней отношения, а если он откажется говорить — с ним будет говорить младший брат главы семьи Чжань, Чжань Ву Фэн и его двенадцать подчинённых с уровнем Достопочтенных мастеров, которые тихонько стояли в сторонке. Около него самого было два Шенхуана четвёртой ступени, которые были его телохранителями в этой поездке. Совместный удар этих двоих не уступал недавнего совместному прорыву Цао Гофэна и его остальных братьев…

В этот раз семья Чжань направила силы, которых бы с лёгкостью хватило, чтобы уничтожить всю Поднебесную!

Пусть это — всего лишь праздничный приём, устроенный Злым Монархом, но помимо необходимости призрачному виду предстать перед ним во всём своем внушительном могуществе, у семьи Чжань, разумеется, были и другие цели… Иначе бы Чжань Ву Юнь вряд ли бы отправил туда такое количество сильнейших мастеров.

Однако при виде тянущейся на расстоянии больше нескольких километров сплошной полосы молний и грома, все они, как один, побледнели, в их глазах застыли паника и ужас. Хотя ничего ещё не произошло, но они были крайне испуганы…

Такие ожесточённые небесные кары они не встречали никогда в своей жизни! Это ужасающее зрелище длилось весь день!

За пять сотен километров от места событий, где-то на склоне горы, Мяо Дао и все остальные покорно ждали весь день! Только в сумерках они вернулись в свои шатры.

Призрачный Дворец снарядил в эту поездку около двадцати человек, из семьи Мяо — Мяо Дао, Мяо Цзянь, Мяо Сяо Мяо и Шестой старейшина — Мяо Чжань; со стороны семьи Чжань было шестнадцать человек — Чжань Ву Фэн, два охранника-Шенхуана и дюжина Достопочтенных мастеров в сопровождении. Единственный молодой человек, прибывший с ними — третий молодой господин из семьи Чжань, но сейчас уже занявший место первого молодого господина, Чжань Ю Ли.

По мнению главы семьи Чжань, Чжань Ву Юня, этот Злой Монарх — не более чем ещё один новый контакт, а, как следствие — хорошая возможность расширить кругозор их молодого господина. После смерти Чжаня Юшу и Чжань Цифэна, для вечно бывшего в тени Чжаня Ю Ли это — первый шанс выйти в настоящий свет и обзавестись новым опытом. В конце концов, теперь он — главная опора и надежда семьи Чжань.

В стране слепцов и одноглазый — король.

Утром они прибыли в этом место.

Хотя это место не отличалось какой-то конкретной историей, но всегда, когда три священные земли и Призрачный Дворец объединяли свои силы против кого-то, они встречались именно в этом месте. Это повторялось на протяжении долгих лет и стало некой традицией.

Поэтому, хотя люди Призрачного Дворца в этот раз прибыли на место немного раньше, всё же они остались здесь, чтобы ожидать прибытия людей из священных земель.

— Дядюшки, почему мы не двигаемся дальше? Разве до пункта назначения осталось ещё не слишком много? — Мяо Сяо Мяо недоумевала: «Весь путь мы мчались с сумасшедшей скоростью, а потом внезапно остановились здесь на привал, но до назначенного места проведения церемонии еще более пятисот километров». Хотя, учитывая скорость передвижения их группы, чтобы преодолеть это расстояние, им понадобилось бы всего около трёх суток, тем не менее, это тоже очень приличное расстояние.

Во время этой поездки, каждый раз, когда Сяо Мяо пересекала людские поселения, она всегда надеялась услышать хоть что-нибудь об Мо Цзюнь Е, но никто ничего не слышал о таком человеке. Она только сильнее расстраивалась и разочаровывалась в своих ожиданиях…

— Сяо Мяо, девочка, ты в первый раз на материке Суань. Разумеется, тебе неизвестно. Мы ждём здесь прибытия сил трёх священных земель, а потом все вместе отправимся на церемонию, — Мяо Дао посмотрел на Сяо Мяо, и тихонько вздохнул.

Хотя Правитель не высказался прямо, это можно было предугадать: если силы Злого Монарха и Тянь Фа окажутся незначительно слабыми, Призрачный Дворец должен отдать свой выбор в пользу сильнейшего! И когда придёт время принести любовь Сяо Мяо в жертву…

В конце концов, сравнивая счастье одной маленькой девчушки с будущим всего Призрачного Дворца, ответ будет очевиден. Остаётся только надеяться, что это Цзюнь Мосе будет вовсе не Мо Цзюнь Е, тогда всё будет просто замечательно!

Если будет, действительно, так, все проблемы быстро разрешатся… Призрачный Дворец продолжит сотрудничать со священными землями, объединёнными усилиями они разобьют Злого Монарха, Мяо Сяо Мяо будет счастлива, а у Призрачного Дворца по-прежнему останется обладатель непревзойдённой сущности, который в будущем станет одним из самых выдающихся мастеров всего мира…

Глава 1083. Цзюнь Мосе ещё нагнёт Мо Цзюнь Е?

— Три священные земли? — Сяо Мяо ахнула, и внезапно рассмеялась, сказала: — Те самые три священные земли, которые даже не смогли ответить на притеснения со стороны Злого Монарха? Раньше я всегда слышала, что они пользуется такой же популярностью и авторитетом, что и наш Призрачный Дворец, но сейчас…

— Не следует так говорить! — Мяо Чжань довольно грубо перебил Сяо Мяо, и особенно строгим и серьёзным голосом произнёс: — Три священные земли никогда не были слишком простыми. Реальную силу в священных землях представляет священный дворец! Другими словами, этот Цзюнь Мосе одержал победу не более чем над поверхностными подчинёнными. Это ещё не означает, что священный дворец больше не достоит упоминаться в одном ряду с нами! Если священный дворец вступит в бой, даже нашему Призрачному Дворцу пришлось бы хорошенько попотеть, что одержать победу над ним! Более того, что уж говорить об этом ничтожном Злом Монархе?

— Шестой дядюшка, то есть вы хотите сказать, что эта церемония Злого Монарха просто не может увенчаться успехом, так? Этот бесцеремонный размах, который мы наблюдаем в данный момент — не более, чем песчаный мираж или просто иллюзия? — малышка Мяо моргнула своими умными глазками, и с прелестной улыбкой спросила.

— Да, в целом, именно это. Оказывается, ты, хитрюга мелкая, раскусила меня, — Мяо Чжань беспомощно рассмеялся. — Ай, здесь нет посторонних, давай начистоту: скажу тебе откровенно — мне не очень-то симпатизирует этот внезапно появившийся из ниоткуда Злой Монарх. Если бы этот Злой Монарх всего лишь намеревался построить свою независимую автономию, уверен, он бы не стал проявлять столько претензий и амбиций, и столь обширную силу. В таком случае, возможно, он бы удержался на плаву несколько лет. Но если он демонстрирует силу, достаточную, чтобы соперничать на равных со священными землями, или, вероятно, желает нанести урон для основополагающих интересов трёх земель, когда священные земли не смогут своими силами справиться с ним, священный дворец непременно не останется в стороне! В таком случае Злого монарха ожидает лишь поражение!

— Ещё тогда среди людей священного дворца было не меньше, чем около пятидесяти человек, обладающих уровнем Шэнцзуна! И даже немало тех, кто прорвался на ещё более высокие уровни… — вздохнув, произнёс Мяо Дао.

— Раз священные земли обладают такими богатыми силами, а мы с ними, можно сказать, старые союзники, дядюшка Дао, чего же ты ещё вздыхаешь? — Мяо Сяо Мяо почувствовала неладное.

«Чего вздыхаю? Так, ты возьми и подумай, дурёха!», — Мяо Дао подумал про себя, но сказал совершенно иное: — Когда сражаются два тигра, одного из них несомненно ждёт поражение! Грядёт очередная Битва за Небеса, а в случае, если они развернут официальные боевые действия в такой напряжённый момент, боюсь, весь наш мир ждёт настоящий хаос! Эти авантюры на высоком уровне могут повлиять на военные дела всех государств в мире! И тогда простой люд погрязнет в нескончаемой военной смуте…

— Эм, разве Шестой дядюшка сейчас не сказал, что у священного дворца достаточно сил, чтобы одержать победу? Неужто Злой Монарх настолько могущественен? Неужели он обладает реальной силой, которой будет достаточно, чтобы стереть с лица Земли все три священные земли?

Мяо Сяо Мяо смогла уловить эту мысль из слов Мяо Дао. И вдруг пришла в ужас!

Так как со слов Мяо Дао она поняла, что если у священных земель не хватит сил, чтобы справиться самим со Злым Монархом, священный дворец, несомненной, будет вынужден вмешаться! Эта фраза означала, что сейчас нет полной уверенности в том, что священные земли смогут самостоятельно разобраться с этим Злым Монархом? Только при обязательном вмешательстве священного дворца, можно будет подавить Злого Монарха!

— Верно! — Мяо Цзянь серьёзно кивнул головой. — Если Злой Монарх, действительно, захочет этого, то он решится на этот поступок! Но тогда ему не избежать той развязки, где священный дворец уничтожит его! Это не стоит подвергать сомнению!

Мяо Сяо Мяо потрясённо выпучила глаза, и, заикаясь, произнесла: — Но, как говорят слухи… этот Злой монарх — некий Цзюнь Мосе из города Тяньсян, и ему не больше двадцати лет, ведь так? Он такой молодой, неужто он действительно такой выдающийся молодой человек… такое вообще возможно?

— Если говорить конкретнее, возраст этого Злого Монарха должен быть равен всего восемнадцати годам! Ему неполных девятнадцать! — эти слова были сказаны вторым по могуществу человеком в семье Чжань, Чжань Ву Фэном! Услышав оживлённую беседу здесь, он, взяв с собой внука, Чжаня Ю Ли, отправился поучаствовать в ней, и как раз подхватил последние слова Сяо Мяо.

— Восемнадцать с половиной лет… — Сяо Мяо выдохнула.

Восемнадцать с половиной. На полгода младше Мо Цзюня Е, и младше самой Сяо Мяо… Но посмотреть на него, и посмотреть на себя… Мяо Сяо Мяо невольно расстроилась…

Но её брови внезапно подпрыгнули, и она подумала про себя: «Даже пусть ты обладаешь непревзойдённым уровнем Суань, ты всё равно ни разу не похож на моего прекрасного Мо Цзюня Е, ведь так? Более того, Цзюнь Е обладает непревзойдённой сущностью, он запросто сможет догнать и ещё перегнать этого Цзюня Мосе! Это, всего лишь, дело времени! Стоит только немного подождать и мой Цзюнь Е обязательно столкнёт с пьедестала этого Злого Монарха…»

Чжань Ву Фэн медленно произнёс: — Можно сказать, этот Злой Монарх — единственный и неповторимый гений нашего мира! Начиная со времени создания материка Суань… Да что там — во все времена, такого гениального молодого человека ещё никогда не было в нашем мире. Даже тот же самый Первый Шао… Разумеется, он был небывалым талантом и мастером, но в таком возрасте он не обладал той силой, которой может похвастаться Злой Монарх. Если он сможет успешно пройти этот критический момент, он станет не то что вторым Первым Шао, а ещё намного сильнее и уникальнее Первого Шао! — говоря про это, он улыбнулся, и посмотрел на Сяо Мяо: –Муж молодой госпожи Мяо тоже достоин звания удивительного таланта, но истинная ценность товара может быть определена только методом сравнения. Хотя Мо Цзюнь Е — тоже очень выдающийся молодой человек, но если сравнивать его с Цзюнем Мосе — они отличаются, как небо и земля! Один словно птица феникс, величественно парящая высоко в облаках, а другой… птенец, у которого ещё не окрепли крылья…

Семья Чжань очень недооценивала Мо Цзюня Е, да так, что была полностью разбита! Они не только лишись двух превосходных молодых преемников, которые должны были вести их семью к ещё большему величию в будущем, но и потеряли одного Шэнцзуна! Хотя смерть этих людей была очень непонятной, виновником был именно Мо Цзюнь Е! Их вражда была не устранима!

Как можно было не использовать эту тему как предлог для изложения своих взглядов? Мо Цзюнь Е, конечно, гений, но сейчас появился другой гений, который сильнее Мо Цзюня Е в десять тысяч раз! Что значит обладатель ничтожной Золотой Суань по сравнению с таким ошеломительным и могущественным соперником?

Хотя Чжань Ву Фэн понимал, что, учитывая его положение, очень некрасиво выставлять в плохом свете Мо Цзюня Е перед Мяо Сяо Мяо, несмотря на его ласковый голос, и снисходительную улыбку на лице, его провокация была более, чем очевидной.

— Кого ты там птицей фениксом назвал? Кто неоперившийся птенец? Да, ты сам плешивый петух! — Мяо Сяо Мяо сильно покраснела, голос её звучал очень дерзко. Холодный блеск искрился в её глазах, она пристально посмотрела на Чжань Ву Фэна, который был Шенхуаном третьей ступени, и её взгляд ни разу не дрогнул. Она была уверена, что он не осмелиться противостоять ей.

— Сестрица Мяо, так кто в конце концов птица феникс и петушок… вы сказали об этом? — Чжань Ю Ли встряхнул складной веер и улыбнулся. — Как говорится, правда в сердцах людей. Уважаемый Цзюнь Мосе уже достаточно потряс всю Поднебесную, он очень надменно и нагло заявил о себе! К тому же добился всего сам, и сейчас с лёгкостью может соперничать с верхушкой материка Суань, тремя священными землями! А твой Мо Цзюнь Е, пусть и обладатель непревзойдённой сущности, но сейчас он обладает лишь Золотой Суань. Самое большое, что он немного смекалист, образован, играет, пользуясь сомнительными приёмами… Он — всего лишь предмет всеобщего осуждения, и даже вряд ли сам сможет постоять за себя… Неужто в сравнении с Цзюнем Мосе его можно назвать птицей фениксом, а?

— Ты! — её хрупкое тело содрогнулось от злости. Внезапно ей в голову пришла одна мысль, она мрачно улыбнулась, и сказала: — А третий молодой господин Чжань сказал всё верно. Этот Цзюнь Мосе так молод, так успешен и незауряден… Назвать его птицей фениксом вполне приемлемо. Что касается моего Цзюня Е — он, действительно, ещё неоперившийся птенец… но если Цзюнь Е — птенец, то как же назвать семью Чжань, которая потерпела поражение от него? Ничтожные червяки, истерзанные его острыми коготками?

Столкнувшись с тем, как семья Чжань измывается над Мо Цзюнем Е, разве Сяо Мяо могла смириться с этим? Только энергичный ответный удар, мощная хлёсткая речь в помощь!

Услышав это, Чжань Ю Ли застыл на месте. Он не ожидал услышать нечто подобное от такой нежной и хрупкой девушки. Он весь покраснел, и только через некоторое время смог снова заговорить: — Подумаешь, ему просто повезло! Повезло, что он был очень в этом хорош, и иначе бы он уже давно сыграл в ящик!

— А? Кто же знает, почему у вашей семьи так всё плохо с удачей? И с судьбой тоже! Видно, даже Господь Бог не на вашей стороне, а вы ещё треплетесь об успешном для вас исходе? Какой феникс, какой цыплёнок? Вы — лягушки на дне колодца! — Мяо Сяо Мяо уже было не остановить. Острые и хлёсткие, как пощёчины, слова, так и вылетали из её рта! Мяо Сяо Мяо всегда была нежной и спокойной, и никогда не отличалась грубыми и колкими заявлениями, но семья Чжань не оставила ей выбора, так как они оскорбили её Цзюня Е!

Её слова не только были бесцеремонными, но и к ним нельзя было подкопаться! Одна из её фраз особенно зацепила Чжань Ву Фэна: «Видно даже Господь Бог не на вашей стороне!»

Чжань Ву Фэн сразу вспомнил о том, как всё, к чему стремилась долгими годами их семья, в один миг превратилось в ничто. Его глаза заблестели, а тёмные волосы затряслись от ярости!

Глава 1084. Мо Вудао!

Чжань Ву Фэн не ожидал, что эта девчонка окажется такой красноречивой и острой на язык. К тому же все слова будут такими жестокими и злыми, как будто при этом содержа в себе какой-то другой смысл. После её слов, кажется, до него что-то дошло… Невольно, где-то в глубине души, он очень испугался.

Однако это были пустые страхи, так как на самом деле Мяо Сяо Мяо ничего не знала ни о каких тайнах, связанных с семьей Чжань. Однако слушающий всегда услышит то, что втайне боится услышать. После проникновенной и колкой речи Сяо Мяо Чжань Ву Фэн стал сомневаться во всём и во всех.

— Хватит шуметь! Мы, всё-таки, представляем Призрачный Дворец, своим людям зачем ругаться между собой? Чжань Ву Фэн, тебе тоже уже несколько сотен лет, а ты вздумал ругаться с молодой девчонкой? Подумай о своей репутации! — Мяо Дао повернулся, и, больше не в силах выносить это, начал ругаться. Он не добро посмотрел на Чжань Ву Фэна, заступаясь за Сяо Мяо.

Чжань Ву Фэн покраснел, и больше не проронил ни слова.

Мяо Чжань недовольно фыркнул. Он уже давно не испытывал симпатии к семье Чжань.

Если принято решение не позволить им вернуться домой живыми, тогда зачем тратить на них время и силы за бесполезными спорами? Но, когда он увидел, как эти подонки ведут себя с Сяо Мяо, ему показалось, что время идёт так медленно…

Сейчас Мяо Чжань думал вот о чём: «Как же сделать так, чтобы они погибли от рук Злого Монарха? Или самим убить их? Так как с их судьбой всё решено, лучше уж управиться с ними самим, чем перекладывать ответственность на кого-то другого. Тем более, что после смерти от рук лого Монарха они ещё могут остаться в истории Призрачного Дворца, как настоящие герои!»

Мяо Цзянь выдохнул, и недоумённо, как бы разговаривая сам с собой, сказал: — Почему люди трёх священных земель до сих пор не появились? Как бы далеко они не находились от пункта назначения, они бы всё равно уже должны быть здесь!

Мяо Дао улыбнулся: — Когда работают люди трёх священных земель, повсюду снуют грохот и взрывы, они начинают с упреждающего удара, и атакуют враги без подготовки. Наверняка, они уже близко…

Когда он произнёс это, его лицо внезапно помрачнело. Вслед за этим изменились в лицах Мяо Цзянь и Мяо Чжань, устремив свои взгляды куда-то в густые заросли леса.

Оттуда шла мощная и дерзкая аура, она с максимальной скоростью двигалась прямо к ним!

Мяо Дао покачал головой, и несколько удручённо сказал: — Действительно, испорченные и подлые хуже некуда, стоило только помянуть.

Мяо Цзянь немного подумав, прошептал: — Люди священных земель поистине подлые и дурные. Вспомни говно — оно и всплывёт.

Мяо Сяо Мяо хихикнула, и тут же прикрыла ладонью рот, тихонько дрожа от смеха. Мяо Цзянь очень метко и точно описал их…

— Брат Мяо, однако, рановато вы прибыли. Видимо, церемония Злого Монарха, в самом деле, уж очень заинтересовала Призрачный Дворец! Благодарен, что подождали нас, это наша вина, извиняемся за опоздание, — раздался звонкий голос, и вслед за этим несколько белых теней появилось из густой чащи леса.

— Брат Гу… почему же в этот раз ты сам лично прибыл? Как видно, Неуловимый Мир Бессмертных тоже в полной готовности здесь, — Мяо Чжань задорно рассмеялся, и быстрыми шагами направился к ним навстречу.

Из лесной тени появилось семь людей в белых одеждах, шесть мужчин и одна женщина. Все были одеты в белоснежные сверкающие платья. Шесть мужчин выглядели очень величественно, с проницательными взглядами, а женщина была очень красива собой, изящная и очаровательная, словно богиня, сошедшая с небес на землю.

— Этот человек посередине… Разве это нынешний Владыка Неуловимого Мира Бессмертных, Мо Вудао? — Мяо Чжань внимательно посмотрел на мужчину, который располагался в самом центре.

Он выглядел очень величественно: белое платье, тёмные волосы, отрешённые и свободные манеры. Вёл он себя в высшей степени непринуждённо. Но самой главной его особенностью был его очень низкий уровень совершенствования — он был лишь Почтенный мастером третьей ступени. Даже Сяо Мяо и Чжань Ю Ли были сильнее его в этом плане. Однако от него исходила природная непринуждённость, и смутно чувствовался лидерский талант, благородная и возвышенная аура!

А среди остальных шести человек было три Шенхуана и два Шэнцзуна, а та прекрасная женщина тоже была мастером уровня Шэнцзун.

Однако Мо Вудао, несомненно, выделялся среди всех остальных. По его ауре и энергии сразу было заметно, что это очень выдающийся и особенный человек! Его манеры выдавали в нём человека, который в течении длительного времени занимал очень высокий пост, отдавал приказы и распоряжения! За остальными такого не было замечено!

Мо Вудао очень по-доброму посмотрел на Мяо Чжаня и с улыбкой, при этом соблюдая этикет, ответил: — Вы — господин Мяо Чжань из Призрачного Дворца… старейшина Мяо, представитель младшего поколения — Мо Вудао. Очень рад видеть вас!

Он произнёс эти слова, можно сказать, в высшей степени монотонно и равнодушно, но неизвестно почему, столь обычные фразы имели невероятное влияние на его собеседников. От них будто бы исходил неподдельный интерес и искренность, плюс, в сочетании с его выражением лица и взглядом, его приветствие показалось всем очень искренним и чувственным, от всего сердца, в нём не было и грамма притворства! Мяо Чжань с серьёзным выражением лица немного посмотрел на него, но, когда он увидел улыбающееся лицо Мо Вудао, его искренний и ласковый тон голоса, он показался ему человеком скромным и уступчивым, с которым можно поддерживать общение.

— Мо Вудао… действительно, необыкновенный человек, — Мяо Чжань слегка расстроенно вздохнул. Кажется, в Призрачном Дворце, кроме Мяо Хуань Юя, и нет людей, способных так непринуждённо и уверенно держаться на публике. Неудивительно, что он, будучи всего лишь Достопочтенным мастером третьей ступени, руководит всем Неуловимым Миром Бессмертных. Разумеется, всегда есть те, кто против, но, кажется, это очень хорошо скрывается и подавляется.

— Где уж там, старейшина, вы мне просто льстите! Необыкновенный — это же просто незаслуженная похвала! Мне даже стыдно за свой уровень совершенствования, никакого прогресса… Так как старейшина Цяо Ин сталась во главе нашей группы, мне просто пришлось отправиться в эту поездку для полного комплекта! — сказал Мо Вудао, указывая на единственную среди них женщину. Эта хрупкая и очаровательная женщина и была той самой Цяо Ин. Учитывая свой статус, Цяо Ин не было необходимости отправляться в эту поездку, однако она всё никак не могла успокоится после того, как Цзюнь Мосе прибрал к своим рукам цветки искусного лотоса, а для неё искусный лотос был сродни родного дитя: как тут не терзаться беспокойством? Она заботилась о них на протяжении нескольких тысячелетий, а это чувство ни с чем не сравнимо.

Говоря о Цяо Ин, стоит отметить, что её силы были, действительно, очень могущественны. Она была самой сильной среди всех членов их группы, однако, касательно её способности улаживать проблемы, боюсь, она умела только создавать их больше, переворачивая всё с ног на голову, но, учитывая её положение, Мо Вудао, даже будучи Владыкой Неуловимого Мира Бессмертных, всегда относился к ней только с уважением.

Только сказать, что она была руководителем их группы, было уже не очень-то правдиво.

— Это и есть госпожа Цяо Ин? Много о вас слышал! — Мяо Чжань сказал эти слова от чистого сердца, так как он, действительно, был высокого мнения о ней. Мало кто не знал о ней в Призрачном Дворце, ведь она была единственной, кто пробовал плоды священного дерева и цветки искусного лотоса, к тому же не один раз. Поистине несравненная и удивительная женщина.

Да что там Мяо Чжань, и Мяо Дао, и Мяо Цзянь, и Мяо Сяо Мяо, и все семеро человек семьи Чжань — все обратили свои взоры на Цяо Ин. Все они много слышали о ней, но никогда не видели, и вот сегодня им так повезло встретиться с ней вживую.

Несмотря на высокий уровень совершенствования, её знания о мире людей были очень скудными, она не знала, как реагировать на такое повышенное внимания к её персоне, и не могла вымолвить и слова!

Потом она вдруг услышала растроганный вздох Мо Вудао: — Столкнувшись сегодня с вашим изяществом и элегантностью, господа старейшины, в вашей прекрасной репутации нельзя усомниться. Я прямо-таки не могу найти себе места от избытка чувств и стыда…

Он говорил, при этом удручённо качая головой из стороны в сторону, ещё в его взгляде промелькнул стыд. Хотя только промелькнул, все успели заметить это. Это ещё больше убеждало всех присутствующих, что этот человек откровенно признаёт свои недостатки. Без преувеличения, он действительно — человек, заслуживающий доверия.

Эти его слова помогли Цяо Ин избежать неловкости, и ещё больше расположили к себе людей из Призрачного Дворца… В самом деле, Мо Вудао потрясающе изворотлив и сообразителен.

— Три священные земли управляют всей Поднебесной, руководят всем простым людом; если бы не Владыка Мо руководил Неуловимым Миром, когда бы все эти старейшины нашли время на совершенствование? — Мяо Чжань со смехом произнёс: — Пусть у владыки Мо застой в совершенствовании, однако это только плюс для блага всего народа. Я невольно испытываю почтение и благоговение по отношению к таким людям, как вы, Владыка Мо! Пусть Суань низковатая, но какая в этом разница!

По-видимому, у Мяо Чжаня сложилось очень хорошее впечатление о Мо Вудао. Сталкиваясь с такими людьми, действительно, очень сложно испытывать к ним неприязнь.

Мо Вудао беспечно улыбнулся и сказал: — Я тоже могу понять ход ваших мыслей… И тоже не могу с вами не согласиться… но, всё же, я всегда чувствую себя, словно маленьким ребёнком… и мне так неловко слышать такие слова от старейшины…

Продолжая говорить, они оба стали двигаться к уже давно раскинутому шатру. А трое Шенхуанов из Неуловимого Мира Бессмертных быстренько помчались раскидывать такой же новый шатер. Мяо Чжань, Мо Вудао и Цяо Ин расположились там, согласно местам. Несмотря на то, что Мо Вудао был младше возрастом, всё же, он занимал положение Владыки Неуловимого Мира Бессмертных, а потому везде двигался неуклонно во главе. Только когда он расположился, номинальный глава их группы, Цяо Ин, тоже присела.

— Хе-хе, очень интересно, какие мысли у старейшин по поводу церемонии, созванной Злым Монархом? — Мо Вудао слегка улыбнулся, на лице было скромное и тактичное выражение.

После этих слов Мяо Дао, Мяо Цзянь, Мяо Чжань и Чжань Ву Фэн поняли: после приветственных любезностей, Мо Вудао, благодаря своей харизме и силе обаяния, смог с успехом захватить власть над темой их разговора. А он, действительно, очень хорош!

Он спросил «какое у вас мнение по поводу церемонии, созванной Злым Монархом?». С виду это был обычный вопрос, но только он не имел щелей. Только попробуй открыть рот, и ты сначала должен дать ответ на его вопрос!

К тому же вопрос был будто бы общим, но на самом деле в нём была резкая направленность. Все внимание было нацелено на Злого Монарха!

Все они понимали — если не сменить тему разговора прямо сейчас, Мо Вудао так и будет задавать ритм, и всё сведется к тому, что Злой Монарх окажется в плохом свете!

А это не очень хорошо для Призрачного Дворца, который на данный момент принял решение оставаться нейтральным зрителем!

Однако все прибыли сюда как раз ради церемонии Злого Монарха, какая тема разговора может быть сейчас важнее этой?

Глава 1085. Но почему?

— А у вас, владыка Мо, какое мнение на этот счёт? — Мяо Чжань рассмеялся. — Наш Призрачный Дворец, всё-таки, находится за переделами людского мира, мы только можем наблюдать за жизнью на материке Суань, а наши знания о Злом Монархе вообще довольно скудны. Может, владыка Мо поведает нам о своих мыслях об этой церемонии, и вообще, планах Неуловимого Мира Бессмертных, относительно которых вы собираетесь действовать в этой поездке? А мы с удовольствием послушаем, и постараемся, возможно, что-то перенять для себя?

Мо Вудао рассмеялся: — Старейшина Мяо, вы, действительно, очень хороший тактик, одной своей фразой адресовали мне мой же вопрос, ха-ха-ха! Однако, что касается ответа — мне особо нечего сказать, так как, боюсь, мои слова могут быть слишком резкими… Потому что мой родной младший брат, Сяо Яо, он как раз погиб от рук этого Злого Монарха. Как вы понимаете, наша неприязнь, действительно, очень глубока и непримирима. Поэтому всё, что бы я не сказал, будет сказано с очевидной предвзятостью, и, возможно, ошибочно… — он, с чувством тяжести на сердце, нахмурившись, добавил: –Возможно, господа старейшины снизойдут дать мне совет или мудрое наставление, это было бы лучше всего. Если старейшинам трудно прийти к какому-то определённому решению, то, возможно, нам будет лучше подождать прибытия правителей Золотого Города и Иллюзорного Океана Крови, Си Жочхэна и Ху Янь Аобо, а потом всем вместе подумать над планом действий?

Мяо Чжань, уклонившись от ответа, и равнодушно усмехнувшись, сказал: –Речь владыки Мо была очень проникновенной и искренней, однако, думаю, у вас всё-таки за плечами тяжёлая дорога, и вам нужно время, чтобы как следует отдохнуть. Это дело несрочное, у нас в запасе еще пятнадцать дней времени. Есть семь-восемь дней, чтобы найти абсолютно продуманный и надёжный план. Торопиться не будем, я думаю, мы всё успеем!

В глазах Мо Вудао появился колкий взгляд, и тут же исчез. С большой сердечностью и смехом, он ответил: — Тогда смею поблагодарить господ старейшин за их заботу и беспокойство!

Семья Мяо вернулась в свой шатёр. Все выглядели очень мрачными.

Затем вошел Чжань Ву Фэн, и сел на стул.

— Как вам этот Мо Вудао? — осторожно спросил Мяо Чжань, глядя на нахмурившихся соратников.

— Такого человека как Мо Вудао, надо очень хорошенько изучить. Если удастся его раскусить, это, считай, наполовину раскусить Цзюня Мосе! Мо Вудао занимает лидирующее положение среди трёх священных земель! Если потом, в будущем, придётся сотрудничать с ними, это нам поможет! Наша цель сейчас — изучить его слабые и сильные стороны. Если, всё-таки, три священные земли будут разбиты, и мы станем сотрудничать со Злым Монархом, это нам точно не помешает! Мы обязательно должны выполнить все наказы Правителя, и выполнить их максимально хорошо!

Мяо Чжань говорил очень серьёзно и довольно осторожно. Особенно, когда он сказал про возможный крах трёх священных земель, было заметно, что он ещё сомневается в этом, но, тем не менее, он сказал это. Однако произнести эти слова по-прежнему было очень тягостно!

Похоже для такого высокопоставленного мастера, хотя «крах священных земель» звучал очень абсурдно и невероятно, но, тем не менее, это было вполне возможным событием! После его слов, все погрузились в тяжёлые раздумья, потому что прекрасно понимали, что означают для них слова Мяо Чжаня!

Они только несколько минут назад говорили с этим Мо Вудао, а потом сразу же разошлись. Все до сих пор могли с лёгкостью воспроизвести все слова, сказанные Мяо Чжанем Мо Вудао.

Только несколько вежливых и учтивых фраз!

От начала и до конца, вежливость и любезность!

Однако Мяо Чжань смог выудить из этих любезностей настоящую ценную информацию! Изучить Мо Вудао, к тому же изучить его досконально! Это достижение нельзя назвать негромким!

Мяо Сяо Мяо даже опешила. Ей показалось, что шестой дядюшка остался очень хорошего мнения об владыке Мо. Более того — они будто бы сразу подружились с первой встречи, однако кто же знал, что, вернувшись в шатёр, он объявит совсем о другом…

Взрослый мир очень… непонятный. — Мо Вудао, он… он… — Мяо Дао нахмурился, и бросился ломать голову над этой загадкой. Он и Мяо Цзянь были прирождёнными убийцами, но в подобных вещах были чрезвычайно бесполезны. Бормоча это полдня, он, наконец, сказал: — Я не знаю почему, но этот человек никогда мне не нравился!

Он мучился столько времени, и смог сказать только это! Мяо Чжань горестно вздохнул: «Кому есть дело, нравится он тебе или нет? Главный вопрос здесь «почему?»

Мяо Цзянь решительно кивнул головой, показывая, что он полностью согласен с братом.

Мяо Сяо Мяо хихикнула.

— Пусть Чжань Ву Фэн сначала скажет своё мнение, — Мяо Чжань вздохнул. Это был единственный повод, по которому он позвал сюда Чжань Ву Фэна.

Человек, который сам профи в интригах и подлых приёмах, может хорошо пригодится в подобных ситуациях! Заставить его проанализировать Мо Вудао — очень хороший вариант. Нужно по максимуму использовать его способности!

— Мо Вудао… — Чжань Ву Фэн вздохнул, и подробно пытаясь вспомнить всё сказанное ранее, медленно ответил: — Этот человек — прирождённый лидер, очень привлекательный и притягательный, обладает очень мощной харизмой. Он легко может расположить человека, и перетянуть его на свою сторону, да ещё с таким видом, что этот человек будет вне себя от восторга, что ему позволили прислуживать… К тому же, его манера беседы и вообще манера поведения демонстрируют, что он отлично воспитан… Во время беседы, он смотрит прямо в глаза своему собеседнику, и его взгляд при этом выглядит очень искренним и душевным. Особенно это касается его уверенного голоса. Должно быть, он прошёл очень строгое обучение, потому что он умело переключается: где-то голос ниже и проникновеннее, когда-то — нерешительный и полный сомнений, он без малейших ошибок, с лёгкостью меняет свой тембр голоса и эмоциональную окраску речи! Только в аристократических семьях могут обучить такому. К тому же чувствуются знания и старания не одного поколения. Такого выдающегося человека очень редко можно встретить! Мо Вудао можно назвать мастером среди мастеров в этой области, не так ли?

В глазах Мяо Чжаня застыло чистосердечное восхищение.

К такому выводу пришёл Чжань Ву Фэн, лишь отталкиваясь от внешней оболочки Мо Вудао. Анализируя его, он не просто сказал какой он конкретно человек, но, благодаря анализу его речи, он смог охарактеризовать главные черты его характера. Неудивительно, что его зовут вторым главным человеком в семье Чжань. Он — довольно незаурядная личность.

— Есть ещё одна очень важная особенность, Мо Вудао очень любит держать всё под контролем, а особенно — очень трудные ситуации и вопросы! Он постоянно завоёвывает ведущую роль в разговоре. Фактически, он сам ведёт диалог, и делает много усилий, чтобы оставаться «на коне», но он делает так, что люди воспринимают его неуязвимым! Если подробно этого не рассматривать, то действительно, очень трудно прийти к такому выводу! — Чжань Ву Фэн вскинул голову, и закрыл глаза, внимательно вспоминая подробную картину их беседы, и медленно говоря: — На самом деле, самой первой своей фразой он дал понять, что он испытывает очень сильную неприязнь ко Злому Монарху! Но он не хотел произносить этого лично, он хотел, чтобы другие люди сказали это, поддержав его… Если бы на нашем месте были обычные люди, боюсь, они бы как раз и попали в его ловушку… Затем, когда он столкнулся с отказом шестого дядюшки, он понял, что всё идет не по его плану, и резко отступил, но отступил так, чтобы перейти в наступление, сам рассказал о том, что его младший брат был убит Злым Монархом, и он боялся возникновения неловкой ситуации. В голосе прозвучала боль утраты, мы должны были почувствовать, насколько он откровенен и честен перед нами, и воспылать к нему симпатией и желанием помочь… Он сказал это, чтобы мы, во-первых, поняли, что между ними существует непримиримая вражда, а во-вторых, самое главное — продемонстрировать его отношение к справедливости и скрупулёзности принятых действий. Доблестный рыцарь не меньше… Чтобы все испытывали к нему максимальное благоговение! «Его брат погиб от рук этого человека, но, несмотря на это, он строго придерживается принципов справедливости. Он, в самом деле, благородный и высоконравственный человек… который вызывает только восхищение!». Этим он хотел показать то, как он относится к «справедливости», но жизнь к нему крайне несправедлива! Из этого мы должны были сделать вывод, насколько благороден Мо Вудао, и насколько плохой Злой Монарх. Разве этот Цзюнь Мосе не злыдень, который творит только вопиющие злодеяния? Вот так, несмотря на то, что Мо Вудао как бы отступил назад, он совершил громадный шаг наступления! И если бы не проанализировали это, за оставшееся время у нас невольно сложилось очень предвзятое впечатление об Цзюне Мосе, или даже уверенность. Мы бы стали вести себя с ним очень отчуждённо, не желая никаких совместных дел, только один сомнительный взгляд. А разве Цзюню Мосе легко было решиться на подобный шаг? Одного взгляда достаточно, чтобы насторожиться! Сначала бы родились сомнения, а потом уверенность в том, что Призрачный Дворец — его условный противник! Стоит только трём священным землям подлить масла в огонь, и как бы мы не хотели становиться врагами, это будет неизбежно. Поэтому планы Мо Вудао нельзя считать преувеличением! Он сказал несколько слов, и уже сформировал нового врага — Злого монарха, а три священные земли заручились поддержкой старого союзника! Так как, по сведениям, этот Цзюнь Мосе — очень своевольный и наглый человек, он не будет долго думать над тем, кто именно его враг. Порежет на куски всех без задней мысли. Он даже открыто нападал на священные земли, а это говорит о том, что ему вряд ли будет дело до того, что Призрачный Дворец станет его врагом. Максимум — он бы не хотел встретится с ними в одно и тоже время, а столкнуться только с сильнейшим из них… Поэтому, если мы послушаем Мо Вудао, мы будем обречены попасть в противостояние со Злым Монархом! Потому что такой человек, как Злой Монарх, максимально использует слабые стороны своего врага! Хитрый расчёт Мо Вудао, действительно, невероятен! — Чжань Ву Фэн тяжело выдохнул. Он говорил довольно долго, и у него пересохло в горле, он посмотрел по сторонам, нашёл стакан горячей воды, и осушил его залпом.

Потрепав свои щеки, он сказал: — Шестой дядюшка, что скажете на это вы?

— …Мо Вудао, он… Ву Фэн сказал, что он… очень коварен! Он хотел использовать нас, это факт уже точно вне всякого сомнения! Чжань Ву Фэн словно конфету, медленно развернул Мо Вудао, проанализировав его очень досконально!

Однако Мяо были в настоящем замешательстве!

Так как сейчас было трудно сказать, есть ли здравый смысл в словах Чжань Ву Фэна, из его слов было очевидно одно: он твёрдо и неуклонно поддерживает Цзюня Мосе!

Но почему?

Глава 1086. Самим рыть себе могилу!

Кажется, Чжань Ву Фэн до этого никогда не встречался с этим Цзюнем Мосе, но, несмотря на то, что в его анализе было много довольно мудрых слов, тем не менее невооружённым взглядом видно, что он пытался замолвить слова за этого Цзюня Мосе! Когда эти двое… успели подружиться?

Мяо Чжань весь нахмурился, и стал думать об этом, потом некоторое время спустя до него, наконец, дошло!

Из-за того, что он вдруг что-то понял, он издал какой-то странный звук, а после вообще начал надрывисто кашлять!

Да так раскашлялся, что весь покраснел, и едва не задохнулся…

Мастер уровня Шэнцзуна разве может так ярко выражено кашлять? В чём причина?

А всё потому, что тактика семьи Чжань ставит под удар семью Мяо!

Потому что у семьи Мяо есть право от рождения считаться недосягаемыми людьми, быть всегда и во всём вне конкуренции. Их будущие успехи бесчисленны, обладатель непревзойдённой сущности теперь — их зять. И если всё пройдет успешно, этот самый зять может привести семью Мяо к тому, что они вечно не будут знать забот, пользуясь могуществом и бескрайним влиянием!

А этого семья Чжань, разумеется, не может позволить!

Поэтому Чжань Ву Фэн сейчас всячески поддерживает Цзюня Мосе, чтобы он смог составить конкуренцию Мо Цзюню Е!

И, благодаря, Цзюню Мосе они смогли бы уничтожить Мо Цзюня!

Так как в мире людей есть только Цзюнь Мосе, единственный человек, способный соперничать с Мо Цзюнем, и, возможно, даже дать ему фору!

Больше нет молодого человека, возможного упоминаться в одном ряду с этими двумя!

Таким образом, Призрачный Дворец прибыл сюда за справедливостью, чтобы оценить ситуацию, и потом принять благоразумное решение, которое обеспечит ему безопасность в будущем!

Но у семьи Чжань на эту поездку были свои подлые расчёты. Семья Чжань хочет добиться сотрудничества с Цзюнем Мосе!

Мяо Чжань оказался прав — это, действительно, было наилучшим вариантом в планах семьи Чжань! И конечная цель прибытия Чжань Ву Фэна на материк Суань!

Постараться изо всех сил, любой ценой добиться этого… переманить Цзюня Мосе на свою сторону!

Если у семьи Чжань действительно получится сделать это, тогда у них серьёзно жизнь пойдёт в гору!

Если у Цзюня Мосе действительно такие могущественные силы, и он сможет уничтожить священные земли, статус семьи Чжань взлетит в Призрачном Дворце! Весьма вероятно, что семья Мяо будет повержена!

Причина предельна ясна — весь материк Суань превратится в сплошных союзников семьи Чжань и попадёт в руки Цзюня Мосе. Даже Призрачный Дворец будет не в состоянии противиться!

В конце концов, Призрачный Дворец вынужден поддерживать отношения с материком Суань, ради получения материальных ресурсов! Став первым другом и надёжным союзником Цзюня Мосе, семья Чжань просто не сможет не получать из этого свою выгоду!

Если даже Злого Монарха ждёт поражение, семья Чжань также всеми силами выступит против него, но сделает так, чтобы он не погиб! Они заберут его с собой в Призрачный Дворец, и у них в арсенале будет ещё один выдающийся мастер, уже полностью сформировавшийся и добившийся определённых высот. К тому же сильнее обладателя непревзойдённой сущности, и тогда у семьи Чжань снова будут шансы завоевать власть в Призрачном Дворце! В худшем случае три священные земли учинят расследование и всё на этом. В результате преимуществ всё равно будет больше, чем недостатков!

Пусть если Цзюнь Мосе лишь в благодарность за спасение жизни будет сражаться с Мяо, но это уже отличная возможность для семьи Чжань!

В конце концов, если Цзюнь Мосе отправится в Призрачный Дворец, Цзюнь Мосе и Мо Цзюнь Е станут главными подающими надежды молодыми людьми в Призрачном Дворце!

У семьи Чжань не могло не быть таких смелых намерений, даже излишне строгие люди вряд ли смогли упустить такую возможность!

Однако всё это могло бы осуществиться при соблюдении лишь одного простого условия: если бы Цзюнь Мосе и Мо Цзюнь Е были бы двумя настоящими (и разными) людьми.

Если бы они не были одним человеком, план семьи Чжань не имел бы недочётов, и, вполне вероятно, мог бы успешно осуществиться! Жить в роскоши и достатке легко, а вот протянуть руку в час нужды очень трудно. Во время давления со стороны трёх священных земель получить поддержку от семьи Чжань, действительно, было бы очень здорово! Если ещё был бы не таким бездушным человеком, столкнувшись с подобной милостью, он бы вообще растрогался до слёз!

В конце концов, с Суань, как у Цзюня Мосе, нелегко умереть…

Вне зависимости от того насколько бы опасной не была ситуация, семья Чжань, несомненно, спасла бы Цзюня Мосе!

Инвестиции семьи Чжань вполне бы окупились. К тому же возвращённые ресурсы могли стать намного выше ожидаемых ими…

Планы семьи Чжань были недурными!

К тому же, когда планы, осуществления которых они ожидали несколько тысячелетий, вдруг пали крахом, как не воспользоваться внезапно подвернувшейся возможностью всё исправить? Семья Чжань обладала выдающимися способностями! Их расчёты — такая тонкая работа…

Однако мир подчас может быть так непредсказуем, что, казалось бы, очень простое условие, может оказаться невыполнимым!

Очень жаль, конечно, но Цзюнь Мосе и смертельно ненавидимый семьей Чжань Мо Цзюнь Е — один человек!

Цзюнь Мосе — это Мо Цзюнь Е, то есть зять семьи Мяо!

Поэтому, несмотря на то, насколько продуманным и идеальным ни был план семьи Чжань, в итоге всё равно он превратится в анекдот! Такая злая шутка, которая возможно приведет к полному краху их семьи!

Потратить столько сил, и в итоге узнать, что всё это было бесполезно!

Не копай яму другому, сам в неё попадёшь!

Именно поэтому, поняв все это, Мяо Чжань надрывисто кашлял пол часа…

«Блядь, до чего ж смехота! Нарочно не придумаешь, не правда ли? Ирония судьбы?! Похоже, участь семьи Чжань уже предопределена… выдумать такой хитроумный план, это, действительно, надо постараться. Семья талантов, нет, ну правда, семья настоящих талантов!»

……

— Шестой дядюшка, с вами всё нормально? Что-то серьёзное? — Мяо Сяо Мяо страшно испугалась. Могущественный мастер внезапно закашлялся до такой степени… такое не может случиться даже с обладателями лишь Серебряной Суань…

— Всё нормально… — Мяо Чжань с большим трудом перестал кашлять, и потрудился, чтобы выглядеть не таким весёлым, грустно сказав: — Я просто настолько потрясён таким всесторонним анализом Ву Фэна. Конечно, Мо Вудао задумал страшные вещи, но я не додумался до такого… Видимо, мир действительно, не стоит на месте… А я всё старею…

Чжань Ву Фэн усмехнулся, и с почтением произнёс: — Шестой дядюшка, зачем вы говорите такие вещи? Вы, как раз, несмотря на старость, всегда бодры и энергичны. Если где и были невнимательны, так это из-за вашей сердечности. Вы никогда не гнались за коварством, всегда честно и справедливо ведёте дела…

— Старею, старею… точно старею… — Мяо Чжань покачал головой и вздохнул.

— В таком случае, раз мы разобрались в интригах Мо Вудао, как же нам быть в день церемонии? — спросил Мяо Дао.

— Как ещё? Мы будем действовать согласно изначальному плану. Наша позиция останется неизменной, а в дальнейшем мы должны быть ещё осмотрительнее! — Мяо Чжань со вздохом сказал: — Вне зависимости от того, что предпримет Мо Вудао, мы должны подавлять это.

Чжань Ву Фэн со спокойной душой рассмеялся, и сказал: — Шестой дядюшка, вы приняли мудрое решение. Оставаться неизменными своему плану — это, действительно, лучшее решение.

Он вовсе не беспокоился за изменение позиции по отношению к церемонии, так как они должны нести ответственность за весь Призрачный Дворец.

А семья Чжань, как и семья Мяо, является основанием для всего Призрачного Дворца, только придерживаясь этого, они могут добиться эффективной стратегии для Дворца. Если Призрачный Дворец падёт, семья Чжань всё равно не сможет существовать без него!

В этом смысле, семья Чжань — что-то вроде огромного паразита для Призрачного Дворца, от которого он никак не избавится.

Чем дольше Сяо Мяо слушала это, тем больше она удивлялась. Потом, не выдержав, она, наконец, спросила: — Этот Цзюнь Мосе… какой, в конце концов, он человек?

Она была потрясена, ведь все присутствующие были очень высокопоставленными персонами Призрачного Дворца, и все они дали очень высокую оценку этому Цзюню Мосе!

Даже чересчур высокую!

За столько лет Сяо Мяо первый раз увидела, что мнения семьи Чжань и Мяо полностью совпадали в каком-то одном вопросе!

И всё это из-за этого Злого Монарха!

— Цзюнь Мосе… об этом ты лучше завтра спроси Мо Вудао. Возможно, завтра подоспеют все остальные люди из священных земель, и тогда ты узнаешь намного больше о нём. Информация, которой мы обладаем сейчас, опять-таки, очень односторонняя… — Мяо Чжань двусмысленно посмотрел на Сяо Мяо.

То-то Сяо Мяо, слушая его, заметила, что он говорит немного странно, но конкретно из-за чего…

В этот же день вечером прибыли люди из Золотого Города и Иллюзорного Океана Крови! Если говорить о статусе присланных тремя священными землями подчинённых, они старались не посрамить репутацию Злого Монарха!

Сами правители трёх священных земель прибыли, чтобы лично поздравить Злого Монарха… а такое случалось до сих пор лишь раз — когда Призрачный Дворец учреждал церемонию открытия!

А с того времени уже прошло около десяти тысяч лет!

Эти единственные два раза были очень схожими внешне! Тогда священные земли тоже не хотели отделения Призрачного Дворца, даже были враждебно настроены по отношению к ним. Если бы не Мяо Цин Чхэн и его кровная дружба с другими братьями-наставниками, боюсь, смертельной битвы было бы не избежать… и сейчас ситуация тоже очень похожа на прошлый раз!

Такой же кризис, такая же опасность. Если кто-то двинется, кровопролития не избежать!

Владыка Золотого Города, Си Жочхэн, тоже привёл с собой шестерых мастеров, и владыка Иллюзорного Океана Крови, Ху Янь Аобо, тоже.

Похоже, они договорились между собой об этом заранее!

Кроме этого, была ещё одна характерная черта, которая объединяла их — лица их были мрачными и угрюмыми.

На рассвете все собрались вместе, чтобы посовещаться, и решить, как на этот раз им действовать.

Мяо Сяо Мяо, всё же, очень молода, она снова потеряла самообладание, и спросила: — Какой человек этот Цзюнь Мосе?

Она неуклонно пыталась узнать хоть что-то о нём. Потому что она не могла смириться!

Глава 1087. Противоречивый Цзюнь Мосе!

«Хм! Чем мой Цзюнь Е хуже этого Цзюня Мосе? Почему ему не дали столь высокую оценку? Это так несправедливо, и с какой стати? Что хорошего в этом дурацком Цзюне Мосе? Мой Цзюнь Е обладает непревзойдённой сущностью! И пусть сейчас у него временно низкий уровень Суань, но стоит только подождать, и он обязательно станет самым сильнейшим мастером в нашем мире!»

«Цзюнь Мосе…»

При одном только упоминании этого имени все трое Правителей священных земель, и стоящие рядом с ними восемь мастеров изменились в лице! Их лица стали мрачными, и даже испуганными!

— Говорить про этого человека, действительно, очень нелегко! — Си Жо Чен тяжко вздохнул, и одновременно вытащил из рукава толстую кипу листов, в несколько десятков страниц: — Здесь содержится информация о нём, которую нам удалось собрать за это время. Это — результат длительного и кропотливого труда, десятков опровержений, расследований и анализов. А если собрать все материалы вместе, боюсь, они бы заполнили весь этот шатёр. Здесь только малая часть всех материалов о нём, самая истинная…

— На самом деле, мы, священные земли, делали анализ личности Цзюня Мосе по отдельности, и очень резко разошлись в результатах, — Ху Янь Аобо тоже тяжело вздохнул, и точно так же вытащил папку с документами.

Мо Вудао рассмеялся, и тоже показал свои материалы.

— С чего бы это вдруг? Разве он не всего лишь какой-то ребёнок-подросток? Почему всё настолько сложно? — теперь не только Сяо Мяо была удивлена, но Мяо Дао и все остальные пришли в изумление.

Мо Вудао слегка нахмурился с таким видом, будто он озабочен нуждами страны и народа. После чего медленно произнёс: — Цзюнь Мосе. Пол — мужской, возраст — 18 лет. Империя Тяньсян, дед — Цзюнь Чжань Тиан, отец — Цзюнь Ву Хи, мать — Дунфан Вэньсинь…

Оказывается, он хорошо запомнил имена всех членов семьи Цзюнь, да ещё и к тому же очень торжественно отрезюмировал их!

Очень подробно и детально, даже не забыв про девчонку-служанку. К тому же он очень исчерпывающе дал описание от начала и до нынешнего времени отношений Цзюня Мосе с каждым членом его семьи.

— Что-то не так! Владыка Мо, почему разница между до и после настолько большая? — Мяо Дао нахмурился.

— Мы тоже считаем это самым странным, — Мо Вудао с горечью усмехнулся.

— Цзюнь Мосе с двенадцати лет начал творить безобразия и непотребства. Как-то раз он вместе с несколькими гуляками отправился в один из борделей Тяньсяна, чтобы провести там ночь. После этого случая он перестал дебоширить, потому как чувствовал себя нездоровым. Оказывается, он отказался платить проститутке, и она избила его до полусмерти. Хозяину борделя даже пришлось сжалиться над ним, и Цзюнь Мосе сидел в этом борделе, отделанный в клочья…

— А? — Мяо Сяо Мяо вскрикнула.

Она и подумать не могла, что Злой Монарх настолько испорчен, что не брезгует такими грязными и отвратительными поступками.

«Как у них вообще наглости хватает сравнивать его с Цзюнем Е?»

Мо Вудао, договорив до этого момента, снова вздохнул: — Что касается этого события, мы уже проанализировали это. Мнения разошлись: либо он пытается замазать свои ошибки, либо у него был скрытый умысел, и он нарочно выглядел клоуном и идиотом, чтобы усыпить бдительность, или это обычный поступок для молодого аристократа. Мы ещё не уверены…

Мяо Сяо Мяо была поражена: «Серьёзно? Ещё анализировать вот это всё?»

— Когда Цзюню Мосе было двенадцать с половиной лет, он, просто от скуки, бешено мчался верхом на коне по главной улице Тяньсяна. В общей сложности он сбил семь человек, трое из них получили увечья, и стали инвалидами. Когда он вернулся домой, его дед, Цзюнь Чжан Тиан был так зол, что устроил ему суровую взбучку, едва не сломав ему ногу… В ходе этого дела тоже очень много сомнительных моментов. Учитывая его нынешние успехи, в то время он уже должен был начать заниматься совершенствованием! Как человеку, совершенствующему Суань, чуть не сломали ногу? Однако записи об этом даже сохранились в медгоспитале Тяньсяна. Однако тот врач уже ушёл с поста, но не похоже, чтобы он был поддельным… Если только он не стал умело прикидываться уже с того времени… Тогда… Хмм… Этот вопрос заслуживает дальнейшего расследования, — сказал Си Жо Чен.

— В двенадцать с половиной лет Цзюню Мосе на улице приглянулась одна девушка из простонародья. Он силой притащил её домой и едва не изнасиловал её. К счастью, он вовремя был остановлен дедом, который после этого хорошенько побил его… Девушку вернули в её родную семью выплатив хорошую компенсацию… — Мо Вудао горестно вздохнул. — Мы уже проверили информацию об этой девушке. Сейчас она уже давно замужем, но… — Мо Вудао два раза кашлянул, а потом с неловкостью произнёс: — В то время, когда эта девушка выходила замуж… она всё ещё была девственницей…

Мяо Сяо Мяо покраснела, на её лице появилось выражение чистосердечного презрения: «Этот Цзюнь Мосе, действительно, настоящий подонок! Я ещё пыталась сравнивать его с моим Цзюнем Е!»

— Это действительно очень тяжело понять… — Мо Вудао нахмурился, и продолжил: — Раз он вернулся домой, почему дед успел остановить его? Стоит отметить, что для этого дела не нужно много времени… но как так вышло, что она осталась чиста?

Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо одновременно отвернули лица, и залились краской…

Эти люди анализировали то, анализировали сё, но они вовсе не знали, что все эти события совершил не Злой Монарх, а тот, прежний Цзюнь Мосе!

Тот малец был настоящим беспредельщиком, прямо-таки ничем не гнушался. Первый раз отправился в бордель, выбрал себе самую обворожительную проститутку в надежде хорошо повеселиться, однако он не подозревал, что первый раз у мужчины тоже бывает болезненным… Конечно, потом ему не здоровилось, поэтому он разозлился и отказался платить, и поэтому его там хорошенько вздрючили…

Что касается «изнасилования» девушки из простонародья… Из-за того, что в прошлый раз он потерпел неудачу, он решился на вторую попытку. Однако, вернувшись домой, толстяк Тан позвал его выпить. Они оба сильно нажрались, и он попал под горячую руку дедушке Цзюнь.

Всё оказалось намного проще, чем ожидалось…

Но три священные земли провели очень тщательное расследование этих вопросов!

«Почему всё вышло вот так? Какие причины? Методы работы? Или что-то другое?»

«Почему такой человек в одночасье стал настолько могущественным и потрясающим, кто держит сейчас весь мир у своих ног?»

Сейчас самое сложное — это поверить, что такой человек, как Злой Монарх, совершал подобные вещи! Если нет других причин, пусть эти мастера разобьют себе головы, но они не смогут поверить в это… Мастер должен обладать достоинством!

Такие недостойные вещи никто не осмелится бы совершать! Но Злой Монарх совершил? И совершил не одно, а несколько подряд, да ещё и одно хуже другого…

С двенадцати до семнадцати лет такие поступки постоянно появлялись в его жизни… Его поведение было до крайней степени возмутительным и отвратительным…

Поэтому высокопоставленные мастера трёх священных земель погрязли в тяжелых раздумьях: почему Цзюня Мосе жестко побили? Почему он таскался по проституткам? Почему изнасиловал простую девушку? Почему вымогал деньги под видом карточных долгов у других?

Обдумывая все эти события, все приходили к мнению, что это просто уму непостижимо… Разведывательные службы трёх священных земель чуть не тронулись умом, пытаясь докопаться до истины…

«Откуда в этом мире появился такой человек? Блядь, да это невозможно объяснить!»

На самом-то деле Цзюнь Мосе сейчас и Цзюнь Мосе тогда — это два совершенно разных человека, имеющие абсолютно разные характеры. Откуда между ними взяться чему-то общему?

После долгих расследований, они были уверены только в одном: здесь что-то не чисто…

«Моча в голову ударила… это может являться причиной? Проигрался в азартные игры… это причина? Не смог дать отпор… а это?»

Однако из-за этого не стоит удивляться.

Сильный мастер, даже если его астральное тело переродилось, и начиная со времени, когда он был ещё в утробе матери, начал совершенствовать Суань, к девятнадцати годам всё равно не смог бы стать Достопочтенным мастером. Самое большее — достигнуть Почтенного, это уже очень отлично. Это при учёте, что будет подпитка всеми известными в этом мире чудодейственными лекарствами…

Но сейчас силы Цзюня Мосе уже превышали уровень Шенхуана!

Кто бы мог предположить, что таких результатов он добился всего за один год? Всего год…

Насколько же это крохотный срок времени?

— Однако самое невероятное — то, что, согласно записям, этот Цзюнь Мосе был страшным, как чёрт! Однако сейчас за ним следует целый табор красавиц! И все они — тоже девственницы. Это особенно кажется труднообъяснимым… — Ху Янь Аобо покачал головой, он особенно был поражен этим фактом.

На самом деле, Ху Янь Аобо думал так: «Не то, чтобы Цзюнь Мосе не хотел любовных утех, проблема в том, что желания в избытке, да сил не хватает. В доме столько красавиц, но во главе стоит властная Мэй Сюэ Янь, поэтому приходится только терпеть и терпеть…»

— Хуянь Аобо! — взревела Цяо Ин, сильно покраснев… — Давайте вы будете обсуждать такие подробности, оставшись лишь в мужском кругу? Здесь сейчас, всё-таки, две женщины присутствуют, имейте совесть!

— Ээээ… эм… простите! — по лицу Ху Янь Аобо прокатились капли пота. Почти сиреневое лицо помрачнело… Возможно, на всех остальных ему плевать, но вот Цяо Ин… Она, всё-таки, представитель Священного Дворца, очень важная фигура. — Оказывается, этот Цзюнь Мосе именно такой человек…

Мяо Сяо Мяо пришлось заткнуть уши, чтобы только не слушать то, что обсуждают эти высокопоставленные шишки!

Это точно собрание четырёх самых влиятельных людей в этом мире? Просто кучка бесстыдников!

Разве это не слишком?

— Мы все сами до сих пор пребываем в недоумении над этой тайной, — Мо Вудао тяжело вздохнул: — Нам самим не очень приятно обсуждать всё это, но эти события имеют прямое отношение к Злому Монарху. Как нам пропустить это без рассмотрения? Это, действительно, непристойное поведение, но ничего не поделаешь…

Глава 1088. Устрашающее зрелище!

— В основном всё это было совершено Цзюнем Мосе в прошлом. Каков из себя сейчас Злой Монарх? — задала вопрос Мяо Сяо Мяо.

— Хотя сейчас Цзюнь Мосе не увлекается проститутками, он, по-прежнему, ведёт себя очень подло. Всё так же безобразничает и хулиганит, а если его послушаешь — уши в трубочку заворачиваются от такого количества матов и брани. Также замечены странные слова, которые не использует даже современная молодёжь… Ему далеко до превосходных манер, которые присущи детям из аристократических семей, — вздохнул Мо Вудао. — Однако он очень смелый и своевольный, часто наглеет и всегда очень коварен и жесток…

Мяо Сяо Мяо будто неожиданно ударили. Она с удивлением посмотрела на Правителя Неуловимого Мира Бессмертных. Сейчас ей казалось, что с ним точно не всё нормально! Он сегодня, и он вчера — не два разных человека? Или, может, кто-то другой притворялся им вчера?

«Хулиган и вечно бранящийся бандит — это один человек, а коварный и жестокий убийца — это, по-твоему, тот же самый человек? Ты бредишь, что ли?»

— Господа старейшины Призрачного Дворца, я знаю, что слова Вудао могут показаться очень противоречивыми и абсурдными, однако Цзюнь Мосе, действительно, именно такой человек, — Мо Вудао беспомощно вздохнул. –Он — словно комок противоречий, самые разноплановые качества личности очень гармонично сочетаются в нём. Он, действительно, выглядит… каким-то ненормальным! Человеком, у которого есть отклонения! Это единственное, в чём мы все трое полностью согласны!

После все услышанного, представителям семьи Мяо только оставалось обменяться растерянными взглядами. До этого у них было много предположений и надежд, а сейчас не осталось даже малейшей уверенности в своих взглядах.

«Этот Цзюнь Мосе — действительно тот самый высокообразованный и талантливый, обладающий изящными манерами, трудолюбивый и простодушный Мо Цзюнь Е, как сказал Владыка?»

Почему чем больше они слушали, тем сильнее не верили в это? Просто две противоположности какие-то!

— Этот Цзюнь Мосе, в самом деле, опасен на язык. Однажды он довёл Почтенного мастера до кровавой рвоты своими колкостями и остротами! — Си Жо Чен с пристыженным видом продолжил: — И этот Почтенный мастер был родом из нашего Золотого Города… Если бы передо мной были не наши друзья из Призрачного Дворца, наверное, я бы постеснялся рассказать кому-то другому о подобном позоре…

Мяо Сяо Мяо просто вытаращила глаза от удивления. Она, судя по всему, даже и не подозревала, что ругаться можно до такой степени, чтобы вынудить опытного Почтенного мастера плеваться кровью.

«Интересно, если мне повезёт столкнуться с ним, он точно так же отматерит меня? Ведь я тоже мастер Почтенного уровня, однако жизненного опыта у меня будет поменьше, чем у бывалых мастеров в возрасте… Как же мне избежать подобной участи?», — Сяо Мяо было страшно думать об этом…

— Ещё он подстроил заговор против самого лучшего наёмного убийцы материка Суань, Чжу Цихуна. Мы были введены им в заблуждение, и ошибочно считали, что Чжу Цихун — главный виновник череды произошедших преступлений. Мы гонялись за ним полгода, и потерпели немало убытков… — Ху Янь Аобо медленно покачал головой. Именно тогда три священные земли осознали, насколько коварен Цзюнь Мосе, их лица были мрачными и угрюмыми.

— Потом он обрушил вершину Снежных гор, в ходе чего был убит мой младший брат… — Мо Вудао печально вздохнул.

— Ещё он…

……

Мяо Сяо Мяо уже едва не дрожала от страха. Всё-таки столько страшных и ужасающей вещей было совершено этим Злым Монархом…

Хулиган, распутник, нахал и просто настоящий подлец теперь прославился на весь мир, как Злой Монарх! Сяо Мяо наконец пришла только к одному выводу…

«Этот Цзюнь Мосе — чёртов психованный маньяк! Вне зависимости от того, насколько выдающимся считается этот человек, его характер всё равно разложившийся. Как его можно вообще упоминать в одном ряду с Мо Цзюнем Е? Он даже землю целовать, по которой ходил Цзюнь Е, не достоин!», — Мяо Сяо Мяо презрительно фыркнула. Она с гордостью сказала про себя: «Такой идеальный и распрекрасный в этом мире только мой Цзюнь Е! Высоконравственный и добрый, образованный и талантливый, надежный и благородный, целеустремленный и упорный…»

На этом обсуждения о характере Цзюня Мосе закончились. Сяо Мяо, потеряв интерес к беседе, вышла из шатра, и в глаза ей ударили лучи восходящего солнца. Она невольно вспомнила своего Цзюня Е…

«Где же ты сейчас находишься? Скучаешь ли по мне?»

Рядом с ней раздалось какое-то шуршание, потом появилась белая тень, грациозно шагая к Сяо Мяо навстречу.

Какой-то одурманивающий аромат ударил ей в нос. Сяо Мяо обернулась, и увидела стоящую в лучах зари Цяо Ин. Её белое одеяние свободно развевалось по ветру, словно она была каким-то привидением…

Только на красивом, словно у богини, лице Цяо Ин было лёгкое беспокойство, которое было трудно не заметить…

— Это вы, старейшина Цяо Ин, — Мяо Сяо Мяо поспешила поздороваться. Для людей из Призрачного Дворца Цяо Ин — легендарная личность, она так же популярна у них, как и все Шао из Подземного мира…

— Угу, — слабо и совсем не по этикету отозвалась Цяо Ин, ласково посмотрев на Сяо Мяо. Её взгляд был тихим и безмятежным, как вода в озере. Она заботлива заправила прядь растрепавшихся волос за ухо Сяо Мяо…

Сяо Мяо была совершенно расслаблена, словно Цяо Ин — её добрая старшая сестра, которая заботится о ней…

— Быть молодой так прекрасно… Госпожа Мяо, вы обязательно должны крепко держаться за своё счастье… — на уголках рта Цяо Ин появилась горькая улыбка, словно эти слова она говорила себе самой. Голос её был каким-то удручённым и полным разочарования…

Взглянув на Сяо Мяо, она словно вспомнила себя в её годы… тогда она уже была полна мечтаний и любопытства… быть вечно молодой — самая заветная мечта любой девушки!

Однако добившись её, сомнений и одиночества не избежать…

«Сколько уже лет прошло… Стоило ли это того? Если говорить, как женщина… Стоило ли?»

Цяо Ин никогда не задумывалась над этим, но в этот момент ей стало так горько на душе. Когда все обсуждали Цзюня Мосе, она не хотела присоединяться к ним, она привыкла к своему вечному одиночеству, и просто молча слушала…

— Эм… Большое спасибо за ваш совет, старейшина, я обязательно буду крепко держаться, — Мяо Сяо Мяо весело рассмеялась, и с любопытством спросила: — Старейшина Цяо, а вы встречались с Цзюнем Мосе?

— Если ты не против, можешь называть меня просто «сестра Цяо Ин», — Цяо Ин показалось обращение Сяо Мяо к ней каким-то странным, и она невольно рассмеялась. На протяжении стольких лет полного одиночества, из её сердца, словно лава из вулкана, вырвалось дикое желание сблизиться и породниться с кем-то…

— Цзюня Мосе, того мальчишку? Разумеется, я виделась с ним, и, причём, не один раз… — Цяо Ин призадумалась и сощурилась, будто вспоминая что-то…

— Он, действительно, такой? — спросила Сяо Мяо.

— Вероятно, да, — немного неуверенно ответила Цяо Ин. — Я не знаю, так ли всё это… Но из того, что я видела… Хотя Цзюнь Мосе несколько циничный и презирающий всех и вся человек, но, всё же, он навряд ли настолько отвратителен… к тому же… — сказав это, Цяо Ин замолчала.

— К тому же… что? — Сяо Мяо снова спросила.

— К тому же — не знаю, возможно, это обман зрения, но мне, как женщине, показалось, что Цзюнь Мосе — тот мужчина, на которого можно положиться… — Цяо Ин слегка улыбнулась. — По крайней мере, он храбрый…

«Ну и ну!», — Сяо Мяо просто опешила. Кто бы мог подумать, что вдруг она получит ещё одно противоречивое мнение о Цзюне Мосе, которое будет очень сильно отличаться от всех предыдущих…

— Когда мы прибудем в Тянь Фа, ты сама лично встретишься с ним, и у тебя сложится своё мнение о нём. Когда ты увидишь его женщин, не исключено, что ты поймёшь намного больше, потому как получать информацию из третьих рук едва ли всегда подлинно, — Цяо Ин тихонько рассмеялась, и села на траву, обхватив обеими руками колени.

Мяо Сяо Мяо последовала её примеру, и тоже села на траву, уставившись в небо. Долгое время они сидели в полном молчании…

***

Семь дней пролетели, как одно мгновение.

Настало пятнадцатое число шестого месяца по лунному календарю!

***Перед рассветом***

Когда с востока показались первые лучики солнца, весь лес Тянь Фа внезапно пришёл в движение!

Словно в одно время все горы обрушились, а все реки разлились!

Словно все вулканы материка взорвались водопадами раскалённой магмы в один миг!

Этот оглушительный и страшный грохот потряс людей из трёх священных земель и Призрачного Дворца, которые как раз собирались выдвинуться в путь. Они, не сговариваясь, покинули свои шатры, и в полном недоумении устремили свои взоры в юго-западном направлении. Туда, откуда раздавались пугающие звуки.

В данный момент они находились в ста километрах от места проведения церемонии. Учитывая их скорость передвижения, им было достаточно меньше двух часов, чтобы добраться туда.

В далёком небосклоне виднелись грибы пыли, как от ужасно сильных взрывов. Пыль заполняла собой всё небо, один «гриб» выше, другие — ниже, а земля под ногами дрожала и тряслась. Бесчисленное количество каменных булыжников разных размеров подлетело почти на метр вверх!

Густой лес немного подальше от них словно угодил в ужасный ураган, в один миг все деревья разом сломало ветром. Огромное множество крепких и прочных веток и сучьев с треском и хрустом разломились, а потом разлетелись в стороны, не оставив после себя и следа!

Некоторые деревья просто вырвало с корнем, и, с диким воем, безумный ветер унёс их далеко-далеко!

И это на расстоянии сотни километров!

Эта мощь уже явно выходит за рамки всех категорий силы, известных в этом мире!

Когда этот неистовый ураган закончился, снова воцарилась полная тишина!

Оказавшись очевидцами этого страшного происшествия, все обменялись растерянными взглядами, увидев во взгляде друг друга серьёзное потрясение!

Когда они снова подняли глаза вверх, они обнаружили, что тёмные тучи, многие дни накрывавшие лес Тянь Фа, полностью рассеялись без следа! Небо стало глубокого синего цвета!

На небе не осталась ни облачка!

Глядя на полностью безоблачное небо, и бедный лысый лес, всем стало не по себе!

Все присутствующие здесь были очень влиятельными фигурами, они не раз были свидетелями церемоний по случаю образования государства, но никогда не происходило ничего подобного. Они ещё не добрались до пункта назначения, но их сердца уже распирали волнение и трепет!

Тяжело вздохнув, Мяо Чжань, обладающий самыми могущественными силами из всех присутствующих, медленно вернулся к присущей ему серьёзности, и спокойно произнёс: — Немедленно выдвигаемся. За два часа нам надо добраться до Тянь Фа!

По прошествии двух часов, они, наконец, добрались до места.

Но то, что они увидели там, поразило их до глубины души, они не могли поверить своим глазам!

Глава 1089. Настолько дерзко!

Здесь было прежнее местонахождение дома Кровавой души! Это место было плотно окружено горами и густым лесом, можно сказать, природа сама постаралась сделать его очень труднодоступным и защищённым!

Однако сейчас, кроме двух больших горных вершин, стоявших как створки двери с разных сторон, от остальных гор и лесов ничего не осталось!

Сейчас это место напоминало только-только появившеюся равнину! Поверхность земли была необычайно гладкой и ровной!

А по центру располагалась большая и величественная усадьба. Точнее, даже «усадьба» даже не совсем подходящее слово, скорее, настоящий императорский дворец!

К тому же, возможно, самый пышный и богатый дворец во всей Поднебесной, да и во всём мире! Только кирпичи, из которых были сложены стены, окружавшие дворец со всех сторон, были длиной в четыре с половиной метра, шириной в три метра, и высотой в полтора!

А для одной-единственной стены наверняка потребовалось около нескольких тысяч кирпичей! Такую стену даже мастера Достопочтенного уровня и то вряд ли смогут разрушить! А у этого дворца все стены были сложены именно так! Высотой больше двенадцати метров!

По верху стены расползались какие-то голубоватые завитки, тонкие, словно волоски, но в лучах солнца они очень красиво поблескивали всеми цветами радуги… С первого взгляда было видно, помимо того, что они очень острые, в них еще содержится необычайная опасность и страх…

Обычные люди и мастера ниже уровня Небесной Суань, ни за что не смогут перепрыгнуть через эти стены, оттолкнувшись от земли, они были бы вынуждены остановиться перед стеной, чтобы применить силу, но для них это стало бы равносильно гибели!

По всем четырем сторонам этой «новообразовавшейся» равнины были утыканы разноцветные флаги, флагштоками для них служили стволы высоких, и на вид довольно старых деревьев, они были высшей степени прочности, площадь флагов составляла около нескольких десятков метров, они звонко колыхались под звуки завывающего ветра…

Не говоря уже о другом — только при взгляде на эти стены, и на эти флаги, можно было почувствовать, каким высокомерием и всевластием несёт от этого места!

Вдалеке виднелось огромное множество людей, которые ожидали своей очереди для поздравления! Даже не вдаваясь в подробности, на первый взгляд количество людей уже превышало примерно несколько десятков тысяч! Все они, как завороженные, смотрели на величественный дворец и колыхающиеся флаги, они прониклись чистосердечным страхом и уважением!

— Этот Злой Монарх, действительно, достоин именоваться героем нашего времени. Как высоко он себя превозносит! — Мяо Чжань вздохнул. — Я за свою жизнь впервые встречаю такую настолько торжественную и величественную обстановку!

Чуть вдалеке возвышался обворожительный дворец, высотой примерно в сотню метров, при виде на которого всем невольно хотелось пасть на колени, и полностью подчиниться ему. Словно это не дворец вовсе, а громадный великан, не имеющих себе равных в этом мире, который невозмутимо и с необычайно торжественным видом взирает с высоты на всех людей Поднебесной!

Хотя он молчалив и спокоен, его харизмой и величественностью невозможно не восхищаться!

Он высок и статен, словно солнце в зените!

Когда первые лучи солнца коснулись дворца, раздался мощный грохот, и высокие ворота из красной меди раскрылись нараспашку!

Однако грохот сразу утих, а ворота абсолютно беззвучно раздвигались в стороны!

В глазах Мяо Чжаня и всех остальных появилось искреннее восхищение. Даже глядя лишь на это, уже можно было заметить, насколько мастерски работают люди, находящиеся в подчинении у Злого Монарха!

Один острый звук разрезал пустоту. Это был свист запущенной в воздух хлопушки, которая разорвалась с грохотом в воздухе!

Этот звук символизировал начало торжественной церемонии, организованной Злым Монархом!

Однако кто же знал, что с этой хлопушки ещё и начнется объединение Цзянху, которое на протяжении долгих лет пребывало в полном хаосе и беспорядке!

Раздалось продолжительное курлыканье, и несколько тысяч белых летающих священных животных пика девятого уровня одновременно взвились в небо, примерно на несколько сотен метров в высоту. В воздухе они расположились в фигуру, напоминавшую собой длинный меч, острие которого было направлено высоко в небо, а рукоятка спускалась по направлению, где располагалась резиденция Злого Монарха!

Затем они застыли в этом положении, сохраняя состояние покоя!

Все это выглядело, как будто дворец — это громадный великан, и в руках у него могущественный меч, устремленный в небосвод, и своим мечом он разрубил… бескрайние землю и небо!

Свист и радостные возгласы неожиданно раздались в воздухе…

Очень долго-долго после этого…

— Тишина! — прозвучал холодный, но при этом достаточно грозный голос. В нём не было заметного надрыва, и он не был оглушающим, но, тем не менее, в условиях этого шумного ликования, он был слышен очень чётко и ясно.

— Человек, сказавший это, обладает уровнем Шенхуана! Как минимум, третьей ступени! — Мо Вудао испуганно посмотрел на Си Жо Чхэна, и сказал. На самом деле, Мо Вудао уже был уверен в этом, но просто не хотел верить в это, и надеялся, что Со Жо Чхэн не подтвердит его слова.

Однако это было неизбежно! Си Жо Чхэн с серьёзным видом, и о чём-то думая, медленно кивнул головой.

Вслед за этим этот грозный и суровой голос раздался вновь: — Пусть благоговеет весь мир! Пятнадцатого числа шестого месяца открывается торжественная церемония провозглашения Злого Монарха! Господа, сегодня я впервые явлюсь публике! И сегодня в мире станет на одну могущественную силу больше! Благодарен, что вы прибыли сюда, чтоб поздравить меня!

— Действительно, очень самонадеянно и нагло! — Сяо Мяо состроила недовольную гримасу. Она видала наглецов и выскочек, но они и рядом не стояли со Злым Монархом…

Скромностью здесь и не пахнет.

— Сейчас у него уже нет необходимости скромничать, — Мо Вудао со смехом сказал. — Обычно при такой могущественной силе любое возмущение просто неприемлемо, а Злой Монарх, должно быть, обладает подобной силой. Если бы он скромничал, вызвал бы только пренебрежение у людей! Мо Вудао, действительно, обладал невероятным характером. Секунду назад он был раздосадован, сейчас же он смог выдвинуть верный довод, все старейшины сразу же закивали головами.

Потому что все они были самыми могущественными и влиятельными людьми трёх священных земель!

Злой Монарх объявил, что с этого дня вступает в один ряд с самыми могущественными игроками мировой арены, как три священные земли могли не приехать к нему! Хотя они прибыли, чтобы поздравить его, на самом деле их намерения были враждебными!

Поэтому выбранный Злым Монархом церемониймейстер сказал именно так, как бы говоря «Начатое изменить нельзя! Ни в коем случае нельзя показаться слабым! Только дай слабину, и все сразу же заметят это!»

Если не проявить себя сегодня, как великого и достойного, можно навечно стать посмешищем!

Несомненно, в этот момент три священные земли не могут в открытую сорвать церемонию Злого Монарха, однако они по-прежнему не могут позволить ему, чтобы она прошла успешно!

Вне зависимости от того, как они поступят, в любом случае, что-то будет предпринято!

И слова церемониймейстера в этот момент, официально ознаменовали провозглашение новой могущественной силы в лице Злого Монарха!

Хотя внешне обе стороны выглядят безразличными, в глубине души они уже настроены против друг друга!

Все люди трёх священных земель почувствовали эту мощную силу! Злой Монарх сразу же дал понять, что он будет очень резок и категоричен с ними!

Только так можно удержать власть! Если не сделать так, успешное завершение церемонии не может быть гарантировано!

Остаётся только пожертвовать жизнью и нанести сокрушительный удар!

Поэтому слова церемониймейстера только выглядели, как обыкновенный манифест, на самом деле же это было смелое и дерзкое объявление войны трём священных землям!

Неудивительно, что Си Жо Чхэн и Мо Вудао так поменялись в лицах.

Мяо Чжань и остальные, некоторое время подумав, тоже поняли это. Мяо Чжань вздохнул, подумав про себя: «Оказывается, вот оно что! Во всём мире множество злодеев, а среди них Монарх! Мой авторитет несокрушим! Довожу до сведения всех выдающихся личностей Цзянху, господа и товарищи, попрошу в дальнейшем вас соблюдать своё достоинство, иначе гнев мой будет страшен, миллионы трупов и океаны крови!»

Помимо грозной властности, голос церемониймейстера обладал каменным самообладанием и непоколебимой твёрдостью, в каждой фразе чувствовался густой замысел убийства и жажда крови! Даже праздничная его речь пахла свежей кровью…

Прозвучала настоящая угроза!

«Если ты будешь меня уважать, будешь жить хорошо. Не будешь меня уважать — я прикончу тебя…»

По мере того, как речь церемониймейстера становилась всё более властной и пренебрежительной, даже крайне хамской, на лицах немалого количества людей появилось возмущение.

«В день церемонии так нагло угрожать всему миру? А не много ли вы о себе возомнили? Каким бы крутым ты не был, Злой Монарх, но ты правда считаешь, что можешь в одиночку противостоять всему миру? Ты считаешь себя новым Первым Шао, что ли?»

— Ха-ха-ха! — во дворце раздался искренний хохот Ин Бокуна. — Фэн Цзюань Юнь, ну что за парень! Церемониймейстер из него просто дичайший, он реально знает своё дело! Я не могу не восхищаться им! Если бы меня попросили речи толкать, я бы точно так не смог, мучился бы с этим до смерти!

Оказывается, этим самоуверенным и оголтелым церемониймейстером был ураганный меч, Фэн Цзюань Юнь! Только такой невозмутимый и холодный человек, как он, мог без подготовки рубить с плеча такие наглые и дерзкие выражения!

Гомон со всех сторон становился всё беспорядочнее, и именно в этот момент этот безумный церемониймейстер закончил свою речь.

— Церемонию провозглашения Злого Монарха можно считать официально открытой!

Не успел он закончить эту фразу, как ярко-красный флаг стал медленно подниматься в воздухе над дворцом.

Окружённый лучами утреннего солнца, он выглядел зловеще, как море крови!

На флаге был только один иероглиф: Злой!

Но он был таким невероятно зловещим! К тому весь переливался и светился, что люди даже за несколько сотен ли могли его с лёгкостью рассмотреть!

Как только поднялся флаг, как только появился этот иероглиф, у всех людей возникло одно и тоже странное чувство.

Действительно, Злой Монарх!

До ужаса злой…

Страшно злой!

Глава 1090. Очень влиятельный человек

Прямо-таки удушающее чувство!

Вдруг из ворот дворца вышла армия.

Отдалённые на несколько десятков, сотен или даже тысяч метров, все по-прежнему чувствовали сильную угрожающую атмосферу! Эти люди — как демоны, которые внезапно появились из Ада!

Каждый из них убийца! Абсолютный убийца!

Их одежды белые, единственное отличие состоит в том, что манжеты вышиты разными золотыми нитями. Вышивка тонкими или толстыми золотыми нитями в два-три ряда, а в середине инкрустирован вытканный из золотой пряжи золотой меч!

Кажется, что это особая система, учреждённая в автономии Злого Монарха.

И таких с каждой стороны по группе, а в каждой группе ровно сто сорок девять человек! После того, как последний из них вышел за городские ворота, они равномерно разделились на две стороны, встали симметрично и одновременно прокричали: — Просим вас, дорогие гости, присутствовать на церемонии!

Мяо Чжань безразлично смотрел вдаль, но в тот момент, когда появились двести девяносто восемь человек, он внезапно выпучил глаза от удивления!

Мо Вудао, Си Жо Чхэн, Ху Янь Аобо — три основоположника священных земель, выражения лиц у каждого одновременно исказились!

— Что случилось? — Мяо Сяо Мяо спросила Мяо Дао, заметив, что лица у них стали мрачными.

— Разве это возможно?! Двести девяносто восемь человек, которые формирут строй для встречи гостей… Из них самые слабые по силам обладают силой Достопочтенного мастера третьей ступени! — глубоко вдохнул Мяо Дао, и даже голос слегка задрожал. — Среди них более семидесяти мастеров Шенхуанов, и более ста Достопочтенных мастеров четвёртой ступени… их силы просто… невероятны… и эти люди… на самом деле, всего лишь вышли, чтобы приветствовать гостей… Чёрт, я схожу с ума… Как это могло случиться?

Если бы был один Достопочтенный мастер, или даже восемь-десять, то Мяо Дао не придал бы этому значения, но они фактически сформировали войско и вышли вместе… это пугало… и даже приводило его в панику…

— Ого! — воскликнула Мяо Сяо Мяо, услышав эту удивительную информацию, и тут же поспешно прикрыла рот. Она просто почувствовала, что её сердце сейчас вырвется из груди…

Всего семьдесят Шенхуанов и более двухсот Достопочтенных мастеров четвертой ступени встречают гостей… Кажется, что во всём Призрачном Дворце не отыскать такую мощную армию …

— Теперь осталось понять, какой силой обладают в автономии Злого Монарха… — Мяо Цзянь глубоко вздохнул и заставил себя успокоиться. — Может, он специально выгнал сюда самых сильных, чтобы запугать нас!

Позади него Мо Вудао и другие тоже успокоились.

Вслед за этим, Цзюнь Вуй, одетый во всё чёрное, с величественным видом возглавил церемонию встречи гостей у главных ворот. Цзюнь Вуй, являясь важной фигурой в автономии Злого Монарха, лично руководил встречей гостей, чем заслужил всеобщее признание!

Мяо Дао и другие посмотрели друг на друга и сказали: — Идём.

Толпа встала в тот же момент и направилась внутрь.

Внезапно раздался звонкий голос: — Сикон Ан Е из владетельной семьи поздравляет Злого Монарха с учреждением автономии, и дарит в честь этого дерево семицветной магнолии! И множество золота! Тем самым выражая своё сердечное отношение!

Затем все увидели здоровенного мужчину, выходящего из толпы, который держал коробку обеими руками.

Цзюнь Вуй быстро подошёл, чтобы поприветствовать его и крепко сжал руку в знак дружбы. Он улыбнулся и сказал: — Брат Сикон, действительно, очень любезен. Главное, что ты пришёл, подарок был не обязателен. Слуга, отведи брата Сикона, чтобы он отдохнул. Налейте ему чая, самого лучшего чая!

Сикон Ан Е счастливо рассмеялся и последовал за девушкой в белой одежде.

— Данму Чао из владетельной семьи Данму… поздравляет гос-гос-гос-подина… Злого Мо-мо-монарха с… от-открытием… — всем стало смешно, когда этот человек открыл рот. Он очень долго пытался договорить фразу, но у него это так и не получилось из-за заикания.

Однако, никто из присутствующих не осмелился громко рассмеяться, потому что заикающийся человек, который осмелился появиться здесь — это глава семьи Данму, Данму Чао Фань!

Цзюнь Вуй не дождался, пока тот закончит фразу и поспешно поприветствовал его, улыбнулся и сказал: — Брат, ты тоже пришёл! Здесь все свои, не церемонься. Скорее, проходи…

Выражение лица у Данму Чао Фаня было немного смущённым: — Брат Вуй… я, я… ещё не-не-не… рассказал, что-что-что… за по-по-подарок…

— Ты хочешь рассказать? — Цзюнь Вуй хотел побыстрее его протащить внутрь. — Когда ты закончишь, уже стемнеет. И чай остынет, пойдём!

Эти двое уже давно были знакомы, но старались не разговаривать друг с другом. Данму Чао Фань всё ещё пытался спорить, когда его провели внутрь. Хотя он ушёл далеко, но всё ещё был слышен его заикающийся голос: — Я хочу рас-рас-рас-казать…

После этого все вздохнули с облегчением, потому что толпы людей «бурлили» и двигались вперёд сплошным потоком. Вдруг величественный и грандиозный толстяк появился в первых рядах толпы! Этого толстяка даже нельзя назвать «толстым», но можно сказать, что это глыба мяса!

Огромный толстяк шёл вразвалку. С каждым его шагом у всех возникало ощущение, что он качается на лодке. Его огромная туша трепыхалась, как волны на море… Действительно, будто волны реки Янцзы накатывают друг на друга, одна волна больше другой…

Губы Мяо Сяо Мяо раскрылись от удивления. Она видела толстяков, но никогда не видела настолько толстого человека! Как человек может растолстеть до таких размеров?

Он действительно огромный!

Но вслед за этим она заметила кое-что странное: куда бы ни пошел толстяк, все добровольно пропускали его и освобождали место, при этом смотря на него с уважением…

Более того — многие хотели поговорить с ним, а, сказав что-нибудь толстяку, они быстро уходили, выглядя довольными и гордыми …

«Кто же этот человек?», — Мяо Сяо Мяо действительно не могла подумать, что этот толстяк на самом деле имеет такую большую силу! И способен оказывать такое невероятное влияние! Это действительно странно. На этого толстяка не взглянешь без смеха, откуда у него такая харизма?

Самое удивительное то, что у этого толстяка, кажется, нет никакой силы. Его культивация Суань примерно на уровне Серебряной Суань. Разве этот человек на самом деле может быть мастером? Это самосовершенствование высокого уровня, которое направлено на то, чтобы приукрасить себя, иначе трудно объяснить, как заставить стольких людей уважать себя?

— Госпожа Сяо Мяо, кажется, удивлена, что у этого человека такой низкий уровень совершенствования Суань, и почему все так уважают его? На сегодняшний день он — самый богатый человек! Владелец Аристократического Зала в городе Тяньсян, Тан Юань! А также лучший друг Цзюня Мосе! Можно сказать, что он занял высокую должность, и близкие ему люди тоже получили власть! — медленно объяснял ей Мо Вудао.

— Богач… лучший друг Злого Монарха… — Мяо Сяо Мяо потеряла дар речи, совершенно не в силах думать. Богатый человек, который проматывает деньги, что в этом удивительного?

— На континенте Суань это — наивысшая ценность. Человек, который владеет деньгами, не считает их… тысячи, сотни тысяч… но если он не считает миллионы… Этот человек действительно самый богатый в мире! Даже если он не владеет Суань, он самый опасный человек в мире!

Мо Вудао горестно вздохнул: — Человека можно завлечь двумя лянами серебра, десятками тысяч золотых монет… и даже больше. Но некоторые люди, несмотря на тысячи золотых и серебряных монет, твёрдо придерживается своих моральных принципов, но что, если они столкнутся с астрономической суммой? Нужно знать… что монетка может поставить героя в тупик… Да, деньги — это тоже ресурс, очень хороший ресурс!

Мяо Сяо Мяо кивала, будто всё поняла.

Только и видно было, что самого богатого в мире толстяка, который, запыхавшись, шёл к Монарху. Когда он шёл, было слышно, как хлопает его пузо… От этого зрелища Мяо Сяо Мяо чуть не стошнило: она вдруг увидела, что у этого толстяка на круглом лице появилась очаровательная улыбка …

Следует заметить, что улыбка, появившаяся на этом жирном лице, была слишком отвратительная…

— Брат… давно не виделись… ха-ха… брат! — толстяк старался вытереть пот со лба, но это было слишком сложно для его коротких ручек. Он отбросил эту затею и подошёл к Цзюнь Вую.

Цзюнь Вуи весь поморщился и нахмурил брови: — О, толстяк! Что случилось? Кстати, разве Мосе не велел тебе похудеть? За несколько дней, ты на самом деле… ты на самом деле…

Он действительно не знал, что ему сказать. Вес этого толстяка абсолютно превышал его предыдущий «рекорд»!

— Гм, брат… Я такой жизнерадостный… а то, что толстый… это не имеет для меня никакого значения! — Тан Юань сердито запыхтел, а его складки жира задрожали.

— Ты… тебя, действительно, это не заботит… — господин Цзюнь потерял дар речи и махнул рукой, чтобы толстяка увели. Этот толстяк горделиво стоял перед ним…

Договорив, толстяк внезапно поднял голову и топнул ногой, по всему его жирному телу пошли волны, он закричал: — Владелец Аристократического Зала в городе Тяньсян, Тан Юань, пришёл поздравить Злого Монарха и подарить ему… миллион золотых монет!

Когда он это произнёс, все тут же замолчали!

Миллион золотых монет!

Этот толстяк решил не дарить какие-то редкие сокровища и немыслимые артефакты! Нет-нет, он просто решил подарить деньги! Подарить деньги!

Миллион золотых монет!

Эта цифра, кажется, не является даже «астрономической» суммой… Эта цифра, о которой 99,99% людей даже помыслить не могут!

Если использовать все эти монеты, то, по крайней мере, можно задавить сотни тысяч людей…

Мяо Сяо Мяо была шокирована и не могла говорить.

Этот толстяк… Он действительно богат, он действительно очень богат…

Глава 1091. Цзюнь Мосе и Мо Вудао столкнулись впервые.

— Это слишком много! — серьёзно сказал Цзюнь Вуи, потрясенный такой большой суммой.

— Не много! Совсем не много! — кричал толстяк Тан и махал руками. — Брат, не беспокойся! Это совершенно для меня не трудно, я хочу подарить вам немного денег! — потом он понизил голос и начал что-то рассказывать с лукавым видом: — Брат… Я хочу сказать тебе… ты помнишь того парня в городе Тяньсян? Он вздумал передо мной кичиться своим богатством… это разозлило меня, я немедленно притащил две тележки золота и прямо на улице придавил парня этим тяжёлым золотом…

— Слуги! Кто-нибудь, проводите господина Тан внутрь, пить чай! — он ещё не договорил, а Цзюнь Вуё уже громко звал слуг. Это действительно было невыносимо, этот человек теперь — могущественная фигура, почему он ведёт себя так?

— Брат, но я ещё не рассказал, послушай меня… — Тан Юань боролся из последних сил и с гордостью рассказывал о своём «подвиге».

— Иди отсюда! — Цзюнь Вуй пнул по его толстой заднице. Толстяк вскрикнул, но он почувствовал только то, что его нога будто попала по огромному хлопковому тюку…

Как этот толстяк вообще передвигался?

У всех на глазах толстяк горестно сетовал и растирал свою задницу, а затем махнул рукой и из толпы позади него быстро выбежали четыре человека. В руках они несли какую-то вещь, которую быстро разложили и превратили в мягкий диван. Все были ошеломлены. Толстяк удобно улёгся и махнул рукой: — Отвезите меня, я хочу увидеть господина Цзюнь. Твою мать, я прошёл всего несколько шагов и так устал!

Хотя толстяк разговаривал с Цзюнь Вуем тихо, но как могла Мяо Сяо Мяо, Достопочтенный мастер, не услышать этого? Внезапно у неё закружилась голова: «Убить человека золотом… этот толстяк… этот толстяк… на самом деле нет такого слова, чтобы сказать, кто он…»

Увидев же толстяка, сидящего на мягком диване с важным выражением лица, которого несли вперёд слуги, Мяо Сяо Мяо, наконец, сомкнула открытый от удивления рот и искренне сказала: — Я, наконец, поняла, почему он такой толстый…

Все подсчитали, что толстяк не прошёл сам и десяти шагов, но кричал, что очень устал… Конечно, такой человек никак не похудеет…

Цзюнь Вуй вытер холодный пот. Про себя он решил, что позже нужно будет напомнить Цзюню Мосе, чтобы он снова заставил худеть этого парня. Если он продолжит толстеть, разве организм выдержит такую нагрузку? Это вопрос жизни и смерти! Если у него множество небесных сокровищ, почему он не знает, как помочь себе?

Когда он это обдумывал, вдруг раздался очень пронзительный детский голос:

— Прибыл непобедимый герой из семьи Дунфан! Цзянху объединена на тысячи лет! Владетельная семья Дунфан прибыла поздравить…

Услышав этот голос и фразу, он понял, что это никто иной, как младший двоюродный брат Цзюня Мосе, Дунфан Сяо Хуай!

Да, должно быть, прибыл Дунфан-непобедимый …

Как только выпроводили Тан Юаня, пришел «маленький чертёнок», у Цзюнь Вуя даже заболела голова. К счастью, «маленький чертёнок» был не один, господин Цзюнь подошёл к ним с улыбкой, когда увидел Дунфан Вэньцина и остальных…

Цзюнь Вуй распорядился слугам разместить всех членов семьи Дунфан, и тут же почувствовал холодную и напряжённую атмосферу, это было весьма похоже, если внезапно достичь вершины снежной горы!

Тем не менее, это был правитель Серебряного города, Хань Чжань Мэн вместе с супругой, которые пришли поздравить господина.

Все захлопотали…

— Империя Тяньсян пришла поздравить Злого Монарха! И преподнести ему в подарок… Город Тяньнань!

Посланником Тяньсян был Ли Юран, который когда-то ненавидел Цзюня Мосе!

Кажется, на этот раз все вздрогнули.

«Денежный Бог Поднебесной» подарил миллион золотых монет. Несомненно, это огромный подарок, но империя Тяньсян неожиданно подарила целый город! Этот подарок ещё более потрясает!

Видимо, только Мо Вудао, как мудрый человек, совершено не был удивлён.

Можно сказать, что империя Тяньсян сделала красивый жест.

Город Тяньнань изначально принадлежал империи Тяньсян, но после открытия резиденции Злого Монарха от города останется только имя. Самое главное, что город находится далеко от центра империи Тяньсян, на самом деле очень далеко, практически вне пределов досягаемости! Даже если постараться, то всё равно до центра не добраться быстро.

Но, когда они отдадут его Цзюню Мосе, ситуация изменится!

С властью семьи Цзюнь, он, естественно, защитит этот город Тяньнань от любых атак и агрессии! Он даже станет городом, которым никто не посмеет завладеть, город, который никогда не падёт!

И самое главное — этот город станет сильной оборонительной линией на юге империи Тяньсян, которая никогда не рухнет!

Таким образом, Империя Тяньсян лишь номинально подарила ему город, но на самом деле они раз и навсегда покончили с бедствиями на юге! Они получили многое в обмен на небольшую услугу!

Хотя Цзюнь Вуй всё понял, но, в конце концов, это была дружба империй. Горько улыбнувшись, он велел слугам провести Ли Юрана. От слов следующего человека лицо Цзюнь Вуя изменилось.

— Владыка Дворца Бессмертных, Мо Вудао, прибыл поздравить Злого Монарха!

Вот эта фраза действительно удивила!

Все подумали, что с трёх священных земель должны были прислать человека, чтобы поздравить Цзюня Мосе, но никто не думал, что Владыка Дворца Бессмертных прибудет лично!

В одно мгновение воцарилась гробовая тишина!

— Благоговейно почитаемый Цзинь Чэнси прибыл поздравить Злого Монарха!

— Ху Янь Аобо прибыл, чтобы поздравить Злого Монарха с открытием резиденции!

— Прибыл Мяо Чжань из Призрачного Дворца, дабы поздравить Злого Монарха с открытием!

По очереди прозвучали ещё три голоса, которые распространились повсюду. Хотя он говорили не очень громко, но сотни тысяч людей, которые пришли на праздник, отчётливо услышали их!

На удивление, все три «дома» объединилась для поздравления!

— Спасибо! Пожалуйста, проходите внутрь для распития чая! — Цзюнь Вуй не смел относится к ним пренебрежительно. Он слегка повысил голос и всё время держался с достоинством.

— Не спешите! Прошу простить меня за вопрос, но где сейчас господин Цзюнь, глава этой резиденции? — спросил Мо Вудао. — Я лично хотел бы поздравить его! Мои помыслы чисты, но почему мы до сих пор не видели господина Монарха? Вам это не кажется… неприемлемым? Неужели в автономии Злого Монарха придерживаются такой низости?

С тех пор как все пришли сюда, никто не видел злого монарха Цзюня Мосе. Те, кто поздравил его до этого, считались его друзьями, но он никого не вышел встречать. Однако сейчас прибыли три самые влиятельные семьи. Вообще-то, это самые важные гости всех трёх священных земель, поэтому Злому Монарху в любом случае следовало бы лично приветствовать гостей, особенно трёх основоположников священных земель. Они обладают особым статусом и совершенно не уступают Злому Монарху, и такое поведение выглядело бестактным.

Когда Мо Вудао сказал это, и большие, и маленькие владетельные семьи, принадлежащие к трём священным землям, внезапно закричали. Глядя на это, ещё около десяти тысяч человек неожиданно загалдели.

Договорив, Мо Вудао не сдвинулся с места и стал спокойно ждать, его лицо было равнодушным.

Он не сказал ничего необычного, хотя с каким-то намёком, но без какой-либо агрессии. Про себя же он задумал зловещую уловку! Цзюнь Мосе до сих пор не появился. Он давно это заметил, но ждал момента, чтобы сказать об этом, это было неожиданно, как сокрушительный удар стрелой!

Если Цзюнь Мосе решит не показываться, то, вероятно, Мо Вудао снова что-нибудь скажет и тогда владетельные семьи, принадлежащие к трём священным землям, поднимут волнения в толпе. В только что созданной резиденции Злого Монарха должны бояться стать врагом для всего мира!

Однако, если бы Цзюнь Мосе вышел по просьбе Мо Вудао, то это было бы совершенное низкопоклонничество!

Если он выйдет к трём основоположникам священных земель, то почему проигнорировал семьи Серебряного города, Дунфан, Данму и других друзей? Почему же он выйдет именно к гостям из трёх священных земель?

Неужели он чего-то боится?

Таким образом, статус гостей из трёх священных земель будто выше, чем у других. К тому же, это внесёт раздор между Цзюнем Мосе и подчинёнными, и произведёт неизгладимое впечатление перед героями мира: резиденция Злого Монарха сильно недотягивает до трёх священных земель — это единственный вывод, который сделают все власть имущие в этом мире!

Все давно догадались, что гость из трёх священных земель намеренно поставил Цзюня Мосе в трудное положение. Они поняли, что он сделает это на официальной церемонии. Однако, никто не ожидал, что Мо Вудао возьмётся за дело сразу, этот шаг действительно превзошёл ожидания всех присутствующих.

Его ход соответствовал военной философии «Надо появляться, когда нас не ждут, и атаковать там, где не подготовлены»!

В это мгновение кто-то спокойно сказал: — Мо Вудао, что ты имеешь в виду? Неужели ты считаешь себя уважаемым героем Поднебесной? Разве тебя нужно лично приветствовать? В резиденции Злого Монарха всем одинаково любезно оказывают приём, не разделяя на близких и чужих, ко всем относятся абсолютно одинаково! Да, наш гость — Владыка Дворца Бессмертных, сильнейший мастер трёх священных земель, но каждый гость имеет одинаковый статус! Я уважаю их чувства, и, естественно, не могу по-особенному относиться к тебе. Что ты имеешь в виду, говоря эти слова?

Этот голос неожиданно раздался откуда-то издалека. Казалось, что говорящий не старался говорить громко. Однако, в мгновение ока весь шум стих, а мелодичный голос распространялся так, что всем было слышно…

— Очень мудрое решение! — тихонько одобрил Мяо Чжань, в его глазах вспыхнул огонёк.

Человек, который говорил, обладал огромной энергией Суань, поэтому легко смог подавить шум толпы. Он не только легко разрушил провокацию Мо Вудао, но и значительно возвысил положение героев, так что никто не разозлился, а наоборот, почувствовал свою доблесть!

Здесь положение Владыки Дворца Бессмертных трёх священных земель ничем не отличается!

В резиденции Злого Монарха решили, что у всех одинаковый статус!

Это не подлежит сомнению!

Глава 1092. Беспредельный успех у женщин!

— Повторюсь, я не собираюсь общаться с человеком, который делает такие пренебрежительные насмешки в мой адрес! И хотя я, Цзюнь Мосе, являюсь Злым Монархом, я всё же остаюсь членом семьи Цзюнь. И на данный момент у дверей, кстати, находится мой родной дядя! Мой дядя, великий генерал Цзюнь Вуй, чья слава и репутация намного выше моего положения! То, что именно такой человек встречает гостей на данном приёме, показывает, насколько сильно Злой Монарх почитает героев этого мира! Мо Вудао, неужели ты не уважаешь своих предшественников? Тебе не стыдно, будучи Владыкой Неуловимого Мира Бессмертных, говорить такие грязные и надменные слова, да ещё и при таком количестве людей?

Чистый звук голоса на этом прекратился, однако не так давно галдящая толпа продолжала сохранять спокойствие.

Эти слова не только помогли отстоять собственное положение, но и дали хороший отпор Мо Вудао.

Мо Вудао решил воспользоваться моментом, чтобы насолить Цзюню Мосе, но Мосе не растерялся и использовал такой же метод, чтобы засадить Мо Вудао по самые помидоры.

— Мо Вудао известен собой, как самый высококлассный мастер, но кто бы мог подумать, что Злой Монарх окажется мудрее и остроумнее? Даже круче гор! — Мяо Сяо Мяо чуть не засмеялась, а про себя подумала, что находчивость этого паренька чем-то схожа с манерами Мо Цзюнь Е. Но, конечно, же до Мо Цзюнь Е этому «монарху» ещё ой как далеко…

Ли Юран, который уже успел войти, услышав этот диалог, лишь покачал головой и улыбнулся. На месте Мосе он бы определенно выбрал стратегию разъяснения, но никак не такое бурное контрнаступление.

И хотя Ли Юран сам по себе очень коварен и решителен, но он всегда остаётся начеку. Этот парень никогда в первую очередь не думает о победе, самое главное — сохранение собственной жизни, а потом всё остальное.

Но Цзюнь Мосе беспринципен!

Личности этих двух диаметрально противоположны, так что в решении одного вопроса из методы и даже результат будут резко отличаться!

— Ха-ха! — Мо Вудао слегка улыбнулся, словно это его никак не касалось: — Злой Монарх, твоё красноречие вызывает лишь восхищение!

Эти слова, кажется, опустили занавес на эту кратковременную провокацию, но в душе он всё ещё насмехался над Цзюнем Мосе.

— Владыка Неуловимого Мира Бессмертных также обладает изящными манерами. Любым своим словом ты вынуждаешь меня вступать в диалог, хоть твои слова и крайне неприятны! Пусть ты нисколько не учитываешь человеческую мораль, но это сложно, да и идеальных людей не бывает. Я всё понимаю… — Цзюнь Мосе усмехнулся и замолчал.

Тем не менее, эти слова оказались не только ответным ударом по Мо Вудао, но и своего рода автоматической провокацией. Так что Мо Вудао опозорил не только себя, но и других людей. Слова Мосе вроде бы и оправдали безнравственность Мо Вудао, однако, на самом деле, они подчеркнули тот факт, что он полная скотина!

Кто в наше время ну уж совсем не считается с человеческой нравственностью?

Действительно, только самые бесчувственные скотины…

Конечно, все лишь об этом думали, но никто не осмеливался сказать свои мысли вслух.

«Злому Монарху насрать на Мо Вудао, но можем ли мы себе позволить такое отношение?»

Не надо смотреть на то, что Цзюнь Мосе поставил всех присутствующих на одну линию с тремя священными землями, эти люди не дураки и прекрасно понимают, что они не ровня трём священным землям!

Эти двое увидели друг друга впервые, и, хотя они сказали друг другу всего пару предложений, их диалог оставил на всех присутствующих неизгладимое впечатление. Все предвкушали и пророчили интересное продолжение этого представления!

В верхней части замка находилась Мэй Сюэ Янь. Она тихонько сидела у окна и смотрела вниз: — Среди людей Туманного Призрачного Дворца виднеется одна невероятно красивая девушка в жёлтом одеянии — это и есть наша Мяо Сяо Мяо?

Ещё совсем недавно пререкающийся с Мо Вудао Цзюнь Мосе потёр свой нос и с усмешкой сказал: — Да, да.

— Где? Где? — с любопытством подбежали Дугу Сяо И, Гуан Куинхан и малышка Ке и посмотрели в направлении, указанном Мэй Сюэ Янь.

— Вы как маленькие девчонки… — прикрикнула Мэй Сюэ Янь и дала им посмотреть.

— Действительно, очень красивая, — Дугу Сяо И надула щёки и уставилась вниз.

Мяо Сяо Мяо спокойно стояла в толпе, и пусть её лицо было видно нечётко, но благородный характер выдавал сам себя, сильно отличая её от остальных. — Другие могут игнорировать Сяо Мяо, но нам следует выйти и поприветствовать её, — Мэй Сюэ Янь шёпотом добавила: — Иначе Мосе подумает, что мы ревнуем и капризничаем, что очень нехорошо. Куинхан, давай спустимся к ней вдвоём.

Гуан Куинхан бросила взгляд на Цзюня Мосе и кивнула в ответ.

Цзюнь Мосе про себя сказал: «Я благодарен богам за то, что вы на меня не злитесь, хоть я и веду себя как осёл. Не понимаю, как этот хрен может так уверенно и смело говорить такую чушь…»

Молодой мастер попросил толстяка Тана подняться наверх. В результате, когда толстяк был уже на половине пути, следующий за ним человек так испугался его огромной туши, что потерял сознание и покатился вниз…

Этот человек упал прямо перед ногами женской аудитории. Мяо Сяо Мяо чувствовала себя одиноко и неловко. Она последовала за старейшинами Туманного Призрачного Дворца и, пройдя, через Цзюнь Вуя, вошла во дворец.

Подняв глаза, Сяо Мяо увидела перед собой широченный зал! В нём находилось, по крайней мере, несколько тысяч столов или даже больше, стоявших напротив главного стола, причём между ними сохранялось свободное пространство. Кроме того, там имелась высокая терраса.

Пока Мяо Сяо Мяо осматривалась по сторонам, она вдруг увидела вспышку, и в зале появилось два женских силуэта, движущихся в сторону молодой девушки.

Одежда этих двух женщин мало чем отличалась от других, но, тем не менее, они внушали свою необыкновенность!

Неважно, внешний вид, темперамент или благородные манеры — всё, абсолютно всё казалось исключительным и превосходным!

Что касается внешнего вида, то эти девушки — необычайные красавицы, непревзойдённые дарования!

С левой стороны стояла девушка, от которой исходила аура и изящество лидера. И она искренне улыбалась, в её улыбке не было ни капли презрения или высокомерия!

Но вот улыбка второй девушки веяла холодной надменностью и недосягаемостью! Такое чувство, что одним своим грязным взглядом ты оскорбляешь богиню…

Одна похожа на великолепный пион, а другая на снежный лотос — просто бесподобные красавицы, не похожие на выходцев этого бренного мира!

Появление этих молодых особ ослепило высококлассных мастеров священных земель, а также гостей из Туманного Призрачного Дворца, которые и доселе не раз видели других красавиц Поднебесной!

Такие ангелы обитают только на небесах!

Мяо Сяо Мяо всегда считала свою внешность изящной, затмевающей красоту любого цветка. Даже когда Мо Цзюнь Е хвастался своей необычайно красивой женой, Сяо Мяо промолчала, хотя в душе была не согласна с таким утверждением. Она просто боялась, что Мо Цзюнь Е примет её слова за ревность. Сяо Мяо действительно не могла поверить, что эта девушка может быть прекраснее её… Как на этом грязном материке Суань может появиться что-то прелестное? То ли дело чудесная земля Туманного Призрачного Дворца!

Не стоит винить Мяо Сяо Мяо в завышенной самооценке. Люди в Туманном Призрачном Дворце просто по умолчанию всегда считали себя выше выходцев материка Суань. Их высокомерие стало уже настолько привычным делом, что даже Сяо Мяо с её мягким характером не могла нарушить сложившуюся традицию.

Но в этот момент, увидев перед собой этих двух девушек, Сяо Мяо стало стыдно: «Может, я и привлекательна, но как я могу поставить себя в один ряд с такими красавицами? Кто бы мог подумать, что на материке Суань тоже имеются такие непревзойдённые дарования и молодые красотки! Если то, что рассказывал Мо Цзюнь Е — чистая правда, то что же мне делать…», — раздумывала Сяо Мяо. Мучительные думы заполонили её разум, и чувство жалости к себе окутало девушку с ног до головы.

Она и не знала, что после встречи с ней Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан тоже были потрясены такой юной красотой! Можно сказать, что каждая из этих особ была по-своему хороша! Сборище непревзойдённых красавиц!

Изящество Сюэ Янь, высокомерие Куинхан, игривость Сяо И, бойкость Янь Мэн, спокойствие Чень Сюнь, покладистость Ке и серьёзность Лин Мэн… Можно сказать, что в каждой девушке имеется своя особенность. Мэй Сюэ Янь временами раздумывала про себя: «Этот негодяй наверняка уже всех красавиц этого мира себе в гарем затащил… ни одной не оставил!»

Но сегодня, увидев Мяо Сяо Мяо, она поняла, что этот засранец не закончил своё «собирательство»… Мяо Сяо Мяо — скромная девушка с твёрдым стержнем внутри — огромная редкость в нашем мире. Ну, а красота этой особы просто опьяняет!

— Почтенная Мэй! Сколько лет, сколько зим! — слабо улыбнулся Мо Вудао и прошёл к ней, чтобы поздороваться.

Мяо Сяо Мяо про себя подумала: «Это и есть та самая хозяйка леса Тянь Фа, о которой все говорят? Почтенная Мэй? По слухам, она является женщиной Злого Монарха, правда ли это? Увидев её вживую, могу признать, что по красоте ей нет равных. А кто же это рядом с ней, неужели…? Похоже, что Злой Монарх имеет высокий спрос у женщин…»

Сяо Мяо ещё понятия не имела, что и сама окажется одной из «женщин» Злого Монарха…

Глава 1093. Орхидеи!

— Мо Вудао, ты действительно неисправим. По-прежнему фальшив и лицемерен! Ты ненавидишь меня всем сердцем, но при этом пытаешься строить из себя друга? Мо Вудао, за все годы ты — самый лицемерный лицемер среди всех лицемеров на белом свете, это вне всякого сомнения! — Мэй Сюэ Янь посмотрел на него и холодно произнесла.

— Почтенная Мэй выразилась так откровенно, и так в лоб… Мы же все четверо — как единое целое! После стольких лет, проведённых вместе, сражаясь плечом к плечу против внешних врагов, слышать такое очень тяжело… — Мо Вудао с тяжестью вздохнул и сказал: — Вспоминая те времена…

«Это что за человек вообще? Три священные земли и Тянь Фа сейчас практически пылают смертельной ненавистью к друг другу, а у него наглости хватает говорить „мы же все четверо как единое целое“?!»

Мэй Сюэ Янь возмущённо посмотрела на него, но больше не стала обращать внимания на Мо Вудао. Говорить с такие бесстыжими подлецами — только время тратить почём зря! Она сразу же перешла к Мяо Сяо Мяо: — Эта девушка — та самая принцесса Призрачного Дворца, Мяо Сяо Мяо?

— Да. Здравствуйте, старейшина Мэй! — Мяо Сяо Мяо сначала растерялась, а потом поспешила поздороваться.

Хотя Сяо Мяо считается молодой принцессой Призрачного Дворца и обладает высоким статусом, в сравнении с обратившейся к ней это ничего не значит.

Почтенная Мэй своими силами подняла с колен лес Тянь Фа, даже несмотря на то, что тогда её уровень совершенствования был невысок, даже хуже, чем у Сяо Мяо сейчас, однако это не помешало ей заработать авторитет, она безоговорочно является легендарной личностью! Выдающимся правителем нынешнего времени!

Особенно сейчас, когда все наконец узнали, что на самом деле она является женщиной, её смелость и сила духа вызывают ещё большее восхищение!

— Госпожа Мяо, зачем же вы так официально? Если вы не против, можете называть меня просто «сестрой Мэй». Это обращение «старейшина» уж очень меня старит… — Мэй Сюэ Янь очень тепло рассмеялась. — Здесь одни мужчины… Думаю, молодой госпоже Мяо тут не так уж и комфортно, что если мы прогуляемся втроём, и немного освежимся?

Мяо Сяо Мяо была очень потрясена, и в этот момент даже позабыла, что должна была сначала спросить, как на это смотрит Цяо Ин, она сразу же согласилась без колебаний.

Во-первых, здесь она действительно чувствовала себя неловко, а, во-вторых, Мэй Сюэ Янь всегда была для неё кумиром, удивительной женщиной, легендарной личностью, пред которой она практически преклонялась, поэтому она и сразу же согласилась без раздумья.

Цяо Ин, стоявшая с другой стороны, тоже кивнула головой, потому как главной целью её поездки сюда было найти Цзюня Мосе, и расспросить его о пересадке цветков искусного лотоса, а если будет необходимо — дать какие-то советы по уходу за ними. Больше всего она не хотела, чтобы они погибли, а вероятность того, что она встретит Цзюня Мосе, пойдя с Мэй Сюэ Янь, была гораздо выше, чем если бы она осталась тут.

Мяо Чжань тоже не стал сильно волноваться из-за этого, и кивнул в знак согласия. Всё-таки здесь много людей, а значит, много глаз. Несмотря на то, что они обе обладали неплохим уровнем Суань, всё же, они женщины.

Пойти с Мэй Сюэ Янь будет наилучшим решением, повода для беспокойства за Сяо Мяо из-за Цзюня Мосе, который, по всей вероятности, Мо Цзюнь Е, у него тоже не было.

Учитывая статус Мэй Сюэ Янь, она вряд ли сделает что-то плохое с Мяо Сяо Мяо!

— Только я не знаю имя госпожи… — Мяо Сяо Мяо посмотрела на Гуан Куинхан.

— Я — Гуан Куинхан! — она с лёгкой улыбкой посмотрела на Сяо Мяо, и тихим голосом представилась.

В первую минуту, увидев Мяо Сяо Мяо, в её сердце появилось смутное чувство ревности… Такая красивая и благородная девушка, и она первая, у кого завязались отношения с Цзюнем Мосе в ясном состоянии…

Но сейчас лично убедившись, какая смышленая и милая Сяо Мяо, то, как непринуждённо она держится в сочетании с её хрупкой женственностью, чувство неприязни сразу же куда-то улетучилось…

Легче принять её, чем таить где-то в глубине сердца обиду. К тому же Сяо Мяо была не похожу на девушку, с которой тяжело найти контакт…

Мяо Сяо Мяо была очень удивлена тем, как они обе странно посматривали на неё: «Почему они смотрят на меня с таким странным и сложным выражением лица?»

— Цзюнь Мосе тоже наверху? — фраза Цяо Ин так и врезалась в ухо Мяо Сяо Мяо. Зачем Цяо Ин так внезапно упомянула об имени Злого Монарха? Да и очень любопытно, как же выглядит этот человек?

— Госпожа Цяо, вы хотите увидеться с ним? — Мэй Сюэ Янь с натянутой улыбкой посмотрела на Цяо Ин.

О том, что произошло между Цзюнем Мосе и Цяо Ин, Мэй Сюэ Янь уже была наслышана, она знала об приставаниях Мосе к ней…

Любая женщина, которая подвергалась когда-либо приставаниям со стороны Цзюня Мосе, будет чувствовать себя очень неважно, это Мэй Сюэ Янь знала по личному опыту, потому невольно с многозначительным взглядом посмотрела на Цяо Ин…

— Я не хочу с ним видеться, — неизвестно почему, но от пристального взгляда Мэй Сюэ Янь Цяо Ин пришла в смятение, и поспешила ей возразить, но потом она собралась с мыслями и сказала: — Я лишь хочу увидеть цветы искусного лотоса, которые он взял у нас.

Мысленно она ругала саму себя: «Что со мной не так? Отчего я вдруг растерялась?»

Её сердце бешено колотилось. У неё было такое странное чувство, словно она встретилась с женой своего любовника, и пришла в замешательство, оказавшись совершенно беспомощной в её присутствии. В этот же момент у неё в голове промелькнула удивительная мысль: «Почтенная Мэй получила такое прозвище из-за того, что, когда-то была Почтенным мастером. Но сейчас она уже совсем не обыкновенный Почтенный мастер… возможно такого же уровня, что и я… или даже выше… Эта Почтенная Мэй — тоже Шэнцзун? Как она могла достигнуть такого высокого уровня за столь короткий срок?»

— Пожалуйста… сюда, — Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан шли впереди, а Сяо Мяо и Цяо Ин следовали за ними.

Видя, как эти четыре красавицы постепенно исчезают из их поля зрения, все невольно вздохнули. Присутствие сразу четырёх прекрасных красавиц так радовало глаз…

Стоит отметить, что этот большой зал ничем особо не отличался от обычного шатра! Всего-навсего этот шатер было невероятно больших размеров, выше и просторнее в несколько тысяч раз, чем обычные шатры! К тому же он не напоминал собой совсем примитивное жилище.

Повсюду располагалась безукоризненно расставленная мебель, на каждом столе была белоснежная скатерть, а на ней — свежесрезанные цветы в очаровательной вазе.

При виде этих цветов люди приходили в сильное удивление…

Орхидеи!

На материке Суань эти прекрасные цветы — большая редкость! Они ещё и являются целебными чудодейственными растениями! Если съесть лепесток распустившейся орхидеи, то человек будет неуязвим к различным болезням на протяжении одного года! Хотя волшебное действие длится всего один год, для жителей Цзянху, которые отчаянно пытаются выжить в этом суровом мире, это бесценное богатство!

Однако цикл роста этих цветов довольно продолжителен, требуется ровно три года, а время цветения, наоборот, очень ограничено — от момента, когда они распустятся и до момента, когда они облетят, проходит примерно три дня, к тому же хранить эти лепестки очень трудно. Если только использовать влажный нефрит, чтобы обернуть их, только тогда их чудесное действие не пропадёт, а это не очень-то легко!

Сейчас, по-видимому, Злой Монарх решил сделать ответный подарок своим гостям: за каждым столом располагалось восемь мест! И каждая орхидея имела восемь лепестков! Нет, ну не волшебник ли? Такие орхидеи… Один цветок можно было продать минимум за две тысячи золотых лянов! Они были далеко не дешёвыми! Но здесь их насчитывалось не менее нескольких тысяч ваз!

Только одни эти орхидеи уже были запредельной роскошью! Кажется, этот Злой Монарх был ещё тот мешок с деньгами… Люди лишались дара речи…

В зале был приятный запах, от которого все чувствовали себя очень расслабленно и приятно! У каждого стола было своё название. Ты мог занять лишь то место, которое было указано в твоём пригласительном билете.

Из-за того, что участников было очень много, места были ограничены. Помимо трёх священных земель было много и других влиятельных персон…

Что касается толстяка, Серебряного города, семей Дунфан, Данму и Сикон, никого из них не было здесь.

В конце концов, они относились к родственникам и хорошим знакомым Цзюня Мосе, никто бы ничего не сказал против.

Из уже вошедших в большой зал, остался лишь один Ли Юран. Хотя отношения семьи Цзюнь и империи Тяньсян были глубоки, однако для будущего государства было не очень удобно показывать это слишком отчётливо, и несмотря на то, что все противоречия, которые были ранее у Цзюня Мосе и Ли Юрана, давно улажены, он сейчас, можно сказать, был человеком Мосе. Учитывая его характер, демонстрировать это открыто было нецелесообразно.

Получить ценную информацию, и обменять её на дружбу с Мосе — вот о чём думал Ли Юран! Это было конечной его целью!

Все неустанно продолжали рассаживаться по своим местам, при этом ахая и охая. Действительно, всё соответствовало словам Злого Монарха: здесь ко всем одинаково любезное отношение!

Места для людей из трёх священных людей, в самом деле, особо ничем не отличались от других гостей, за исключением того, что они были немного впереди. Однако, всё же, больше всех это не устраивало как раз только три священные земли!

Глава 1094. Душистые травы вечного чая, высококачественный призрачный женьшень!

Всем остальным же было даже очень комфортно, мысли об недовольстве полностью отсутствовали.

Даже на душе у нескольких семей, которые тоже относились к трём священным землям, было очень спокойно. Когда у них ещё будет такая возможность почувствовать, каково это — сидеть на одних и тех же местах с лучшими из них?

Кто бы мог подумать, что-то, чего они не могли совершить на протяжении многих поколений, вдруг произойдёт благодаря Злому Монарху? Сидеть вместе с Шенхуанами и Шэнцзунами трёх священных земель, вот так…в одном зале!

Злой Монарх, действительно, коварен. Коварен до ужаса! Во всей Поднебесной только ему под силу провернуть что-то подобное!

Остальные, даже находившись в лютой вражде с ними, вряд ли бы осмелились задеть их достоинство в такой официальной обстановке! Однако Злой Монарх осмелился! Даже непросто осмелился сделать это, а сделал в открытую, у всех на глазах!

И самое главное, что священные земли ничего не сделали в ответ на его поступок. Если бы они что-нибудь предприняли, значит они презирают народного героя! Восстают против всех этих людей!

Поэтому три священные земли были вынуждены проглотить, и при этом не поморщиться подгон от Цзюня Мосе!

Когда все заняли свои места, столы трех священные земель и Призрачного Дворца оказались в первом ряду. Они располагались напротив друг друга, от этого их недовольство только увеличилось.

Мо Вудао, Си Жо Чхэн и остальные сидели с преспокойным и невозмутимым видом, словно их это совсем не трогало, однако в душе они были страшно оскорблены.

Их взгляды были направлены на чудесные орхидеи, однако больше их удивляло не их количество и цена, а то, как этому негоднику, Цзюню Мосе, удалось сделать так, чтобы все эти цветки распустились одновременно. Его приёмы, действительно, были поразительны, но, несмотря на переполняющее их удивление, они решили обязательно поставить его на место! Пусть из-за приближающейся Битвы за Небеса начать реальные военные действия невозможно, но и позволить его церемонии пройти слишком успешно тоже никак нельзя!

В другом месте, поднявшиеся в другой зал Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо испытали настоящее потрясение. На центральной стене этого зала располагался острый меч в старинных ножнах. На белоснежной стене был только он один, и больше никаких украшений. От него исходило какое-то невообразимое чувство грозной и опасной ауры!

В потолок в четырёх местах было вставлено четыре громадные жемчужины, от каждой исходило свечение. Цяо Ин была всегда скромна в запросах, и приняла их за обычное украшение, однако Сяо Мяо была образована и начитана, с первого взгляда она поняла, что это удивительные светящиеся в темноте жемчужины.

На дворе белый день, и увидеть их ценность трудно, но стоит только дождаться вечера, и в этом зале будет светло, как днем, даже без зажжённой лампы. Свет, который они излучают, мягкий и совсем не вредный. Если говорить об их цене — она просто заоблачная, одну увидеть — уже большое чудо, а тут сразу целых четыре штуки…

В комнате был некий беспорядок, но, тем не менее, нашли свое место несколько стульев. Они выглядели очень странными на вид, однако, если повнимательнее присмотреться, сразу можно было понять, что в этих стульях намного удобнее и комфортнее сидеть, чем в твёрдых старинных…

Между стульями располагались сапфировые чайные столики, на каждом из них стоял небольшой цветочный горшок из белого нефрита, а в этих очаровательных горшочках — молодые побеги, от них исходил очень нежный и лёгкий аромат.

— Это душистые травы вечного чая! — воскликнула Мяо Сяо Мяо, и вытаращила глаза!

Душистые травы вечного чая — это очень уникальное травянистое растение, само по себе оно не имеет никакого волшебного целительного эффекта, но его уникальность заключается в том, что оно может распространять удивительный аромат свежего чая!

Это растение, начиная с побега, вырастает размером всего с палец! Растение возрастом в сто лет не имеет абсолютно никакого эффекта, в возрасте пятисот лет его окрас становится голубым, и от него исходит едва заметный чайный аромат.

Растение, достигшее возраста в тысячу лет, имеет синий цвет. Куда бы не положили его, вся комната сразу же наполняется витающим ароматом чая, но только растение возрастом более десяти тысяч лет действительно достойно славы «вечного» чая, тогда окраска его становится белой, оно испускает сдержанный чайный аромат. Стоит только положить его на стол, влить в чашки самый обыкновенный кипяток, и можно будет насладиться товаром высшего качества, чаем раннего и позднего сбора!

Если бы его применение ограничивалось лишь этим, оно было бы просто очень редкой, но бесполезной штуковиной, однако его истинная ценность заключается в том, что если испить заваренный чай несколько раз, это окажет колоссальную поддержку для мастера, который собирается прорваться!

При прохождении самого трудного этапа прорыва мастеру не надо будет беспокоиться за свой тыл! Этот чай — самая желанная и заветная мечта для мастеров, которые по несколько сотен и тысяч лет не могут пробить последний рубеж прорыва!

Окрас чайного растения, стоявшего в горшочках на столах, уже был белого цвета, который едва заметно переливался. Глядя на это, можно было определить, что растение в возрасте десяти тысяч лет! Даже возможно несколько десятков тысяч лет!

У дедушки Сяо Мяо, Мяо Цзин Юня, тоже есть такое растение, но оно только светло-голубого цвета сейчас, ему максимум около пяти-шести сотен лет, однако оно уже считается большой драгоценностью, к которой никому не разрешено прикасаться! Здесь же одновременно располагалось более девяти штук! К тому же все они были высшего сорта, возрастом в десять тысяч лет!

Сяо Мяо уже и не знала, как описать этого Злого Монарха. Просто сказать «богатей, который выставляет напоказ своё богатство» — уже было недостаточно! Даже владельцем государственной казны назвать его было не совсем уместно…

Возможно «превосходить старое, и презирать нынешнее» было скорее про него. У Сяо Мяо в этот момент действительно было странное ощущение, что она бредит во сне.

А Цяо Ин вообще была в шоке. Для неё, человека, который издавна живёт в полнейшей простоте, и не знает ни о каких святящихся жемчужинах и вечных чаях, было настоящим потрясением увидеть на каждом их четырёх подоконников по удивительному цветку женьшеня!

Даже под лучами солнца вокруг этих растений сохранялся бледный туманный налёт, из-за которого не было видно, как они выглядят. По своей сущности женьшень постоянно меняет форму под этим облаком тумана, иногда форму вытянутого прямоугольника, иногда круглого цилиндра, иногда очертание лица небожителя…

Оказывается, у него нет определённого внешнего вида! Сейчас вот такой, моргнёшь — и уже совсем другой. К тому же каждый образ не похож на предыдущий… неужто…

Величайшее сокровище всего мира!

Цяо Ин с трудом стояла на ногах…

Ещё для видоизменений женьшеня очень важно поддерживать определённый климат. То, что они могли ежеминутно видоизменяться, уже говорило о том, что они в своем идеальном макроклимате…

Обычные люди не могут воспользоваться этим загадочным растением, поэтому, чтобы получить настоящую пользу от него, надо обладать мощной жизненной Ци! У него есть один удивительный эффект: сохранять душу бессмертной!

Если даже при испытании Небесной Карой, ситуация окажется совсем печальной, и молнии расщепят тело мастера, всё же его душа не будет уничтожена. Все его духовные силы вместе с астральным телом могут уцелеть, и вне зависимости от сложности перерождения, воспоминания о прошлой жизни останутся полностью нетронутыми. Кроме того, может также сохраниться около трети от его изначального уровня совершенствования!

И самое главное преимущество — это абсолютно не повлияет на новую жизнь мастера… Даже есть определённая гарантия: природные данные следующей жизни точно не будут хуже, чем в предыдущей!

Это величайшее сокровище для мастеров, достигших очень высоких уровней совершенствования! Его ценность и редкость стоит в одном ряду с плодами священного дерева и цветками искусного лотоса!

Стоит упомянуть, что при обычном сохранении астрального тела, при процессе перерождения достижения прошлой жизни не будут сохранены. Максимум — воспоминания могут остаться, но при процессе перерождения душа будет сопротивляться, и на это потратится по меньшей мере три четверти от числа изначальной силы нового тела! А с женьшенем таких потерь удастся избежать, ещё и останется около трети силы и предыдущей жизни!

Вне зависимости от уровня!

Если бы в священном дворце была такая вещь, старейшины, которым пришлось принести себя в жертву ради Битвы за Небеса, могли бы давно воскреснуть, и спокойно жить миллионы лет! Просто потрясающая драгоценность!

А у Цзюня Мосе здесь было аж целых четыре штуки! К тому же каждая из них возрастом более десяти тысяч лет!

У Цяо Ин пересохло во рту.

Только единственное вызывало сомнение: «Эти растения нельзя ставить на освещённое солнцем место! Они могут просто исчезнуть, превратившись в ничто! А, может, Цзюнь Мосе даже не считает их какой-то редкой драгоценностью, или что это вообще значит? Или, может, я ошибаюсь, и это не призрачный женьшень… Однако разве в этом мире есть ещё одно растение, обладающей такими удивительными особенностями?»

Только войдя в зал, Сяо Мяо и Цяо Ин были сильно потрясены увиденным, даже не услышав, как Гуан Куинхан звала их несколько раз. Они только с недоумевающим видом о чём-то думали.

Из-за двери раздался чей-то очаровательно милый голосок: — Пойдём, пойдём! Ну, же, быстрее! Посмотрим на этих обворожительных красавиц, что так растрогали нашего Цзюня Мосе! Мы должны их увидеть!

Другой голос прозвучал: — Сестрица Сяо И тоже умеет ревновать! Ва-ха-ха!

Глава 1095. Ловушка Цзюня Мосе!

— Что за бред? — первый голос отвечал. — Сестра Мэн, ты должна звать меня старшей сестрой! Обращайся ко мне, как положено, а если не будешь — я расскажу об этом старшей сестре, Сюэ Янь! Она быстро с тобой разберется, и научит тебя уважать старших! Не забывай, я, вообще-то, старше тебя! Веди себя как хочешь в обычной жизни, но вот только соблюдай правила…

— А… значит так, да? Откуда ты взяла, что ты старше меня? Кто тебя старшей назначил, а?

— Ах, ты! Я везде старше тебя! Во всём и во всех местах старше тебя, понятно? Ты не признаёшь этого?

В голосах девушек уже звучала безумная ярость…

— Я не признаю! Раз такая крутая, давай, снимай одежду и показывай…

— Ладно, ладно, хватит… тоже мне, пошутить уже нельзя…

Лица Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан помрачнели от возмущения…

Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо тоже были очень удивлены: «Что здесь такое происходит? Что за переполох такой? Да, еще и нас даже туда успели приплести?»

Послышался взволнованный топот шагов, и два очаровательных силуэта вошли в комнату.

Вмиг все красавицы собрались в одном месте, словно сад полный цветов.

Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн сначала высунули головы через дверной проём, и как раз столкнулись со взглядом Мэй Сюэ Янь. Высунув языки, они послушно вошли, прежнюю дерзость как ветром сдуло…

Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо, увидев их, невольно снова испытали потрясение.

Каждая из них, несмотря на очень молодой возраст, выглядела просто обворожительно. Милые, очаровательные девчушки, настоящие красавицы, способные своей красотой покорять государства!

К тому же, что касается их фигуры, молодые девушки были действительно прекрасно сложены. Особенно передние выдающиеся части их тел — всё было, как говорится, на месте, с нежностью и грациозностью…

Своим появлением они сразу разрядили немного напряженную обстановку!

— Ой, это госпожа Мяо Сяо Мяо? Ваааау! И правда, настоящая красавица! — Дугу Сяо И, немного прищурившись, стала сходу рассматривать Мяо Сяо Мяо. Она несколько раз обошла её кругом, оценив с ног до головы, от груди и до ягодиц, даже не забыла про шею и затылок…

Она не оставила без внимания не одну часть тела Сяо Мяо!

Мяо Сяо Мяо была так поражена, что у неё чуть волосы дыбом не встали!

У этой девчонки взгляд развратнее, чем у сексуального маньяка!

Словно своим взглядом она раздела Сяо Мяо и осмотрела с ног до головы… Что вообще происходит здесь???

Больше всего поражало, что она не только рассматривала Сяо Мяо, а при этом еще и успевала сравнивать части тела Сяо Мяо со своими, изучая размер груди Сяо Мяо, она невольно приподняла свою… и после чего печально вздохнула, сказав сама себе: — Поменьше немного…

— У неё больше, чем у тебя! Хоть и на чуть-чуть, но всё равно больше! — Хань Янь Мэн не могла удержаться, и посильней уколола Дугу Сяо И, прошептав это ей на ухо.

— Где больше-то? Откуда тебе знать? Одному господу Богу известно, у кого больше… — Дугу Сяо И надула губы, и тихо ответила: — К тому же говорят… эти штуковины можно размять как следует, и они станут больше. Вот она, видать, уже размяла, а я — ещё нет. Поэтому в том, что у неё немного больше, нет ничего удивительного…

Мяо Сяо Мяо, кажется, сейчас в обморок упадет…

«Что, простите? О таких вещах можно так просто говорить? Или… они считают, что говорят таким тихим голосом, что ничего не слышно? Они не знают, что мы — тоже мастера? Даже на расстоянии в несколько десятков метров, мы можешь все слышать абсолютно чётко, а вы стоите в двух метрах! И еще… откуда ей знать, разминала я их или нет???»

Однако ничего не поделаешь — не возразить, не задать ответный вопрос… Остаётся только попытаться скорее забыть об услышанном!

— Садитесь, садитесь, старшая сестра Мяо… прошу вас… мы с сестрицами поболтаем немного с вами…

Мяо Сяо Мяо сильно раскраснелась, и кое-как уселась на стул с подачи Дугу Сяо И. Однако, когда она только села на стул, она сразу же почувствовала, насколько он удобный и обволакивающий, словно маленькая тёпленькая и мягкая кроватка…

Служанка сразу же позаботилась о питье, и комнату наполнил нежный аромат чая… Мяо Сяо Мяо и Цяо Ин сразу же стали дышать как можно чаще, пытаясь проверить, какой же эффект будет от этого…

Через мгновение этот благоухающий аромат унёсся в зал на первом этаже, как будто это было благоухание цветов, распространяющееся на 5 километров…

Люди, почувствовавшие этот запах, один за другим неустанно принюхивались: «Что за чай? Что за аромат… такой приятный запах…»

Дугу Сяо И насильно заставила Сяо Мяо сесть, она не сводила глаз с соперницы. Думая лишь только о том, как заставить её поделиться с ней всеми знаниями и премудростями, известными ей в любовных делах. Отступить назад она уже не могла…

Не обращающая внимание на копошащихся рядом маленьких девчушек Цяо Ин отпила немного чая, а потом спросила: — А Цзюнь Мосе? Он, случайно, не здесь?

— К нему приехал старый друг из Тяньсян, он пошёл поздороваться с ним, будет немного попозже, — сказала с улыбкой Мэй Сюэ Янь.

— Эм? А разве он не будет руководить церемонией сегодня? — Цяо Ин серьезно была очень удивлена.

— Церемония открытия… говоря по существу, всего лишь обычный ритуал, который требуют нормы этикета, — Мэй Сюэ Янь равнодушно рассмеялась: –Если бы Мо Вудао был немного искреннее, может, Мосе и появился бы, кто знает? — Это не просто обычный ритуал! Неужто в такой торжественный день, сам Злой Монарх, будучи наивысшим руководителем, не станет лично присутствовать на главной церемонии открытия? — руки Цяо Ин затряслись, и она даже чуть не пролила чай из чашки.

Невероятно!

Это выходит за всякие рамки!

Оказывается, Цзюнь Мосе и не планировал показываться публике!

— Насколько торжественным бы это не считалось, от начала и до конца это — всего лишь условность, покажется он или нет… Всё зависит от его настроения… — Мэй Сюэ Янь тоже была бессильна.

«И это событие выходит за всякие рамки? Скоро будет ещё одно…»

— Зависит от настроения… — Цяо Ин была в настоящем замешательстве.

Как раз в этот момент снизу раздался звука грохота, словно взорвалась кастрюля…

Разноголосый гомон и шум раздался отовсюду, можно было только разобрать

«Что происходит?»

Цяо Ин нахмурилась.

— Мы приготовили превосходное вино отличного качества для гостей в честь сегодняшнего празднования, — от безысходности сказала Мэй Сюэ Янь. Она и сама не знала, что сказать об этом.

— Приготовили превосходное вино, о, это очень здорово… — Цяо Ин подумала про себя: «Эти разбойники из Цзянху никогда не слыли любителями выпивки. К тому же даже очень дорогое вино не могло бы вызвать столько шума, к тому же эти возгласы совсем не напоминали восторженные и приветственные выкрики…»

— Одновременно с этим, чтобы поблагодарить всех гостей, почтивших нас своим визитом, на каждый стол мы подготовили по орхидее. Как раз каждому по лепестку… — Мэй Сюэ Янь рассмеялась…

Бум!

Цяо Ин тут же выплюнула чай, который только что выпила, закашлялась и широко выпучила глаза, вмиг странное предчувствие охватило её сердце.

Орхидея, действительно, очень удивительный цветок… Только на него распространяется одно табу — после того, как съешь лепесток орхидеи, нельзя пить алкоголь. Если употребить алкоголь в течении двух часов после этого, весь лекарственный эффект тут же пропадёт!

Хотя других противопоказаний быть не может, но тратить впустую такое редкое лекарственное средство — большое расточительство…

Сейчас внизу сложилась именно такая ситуация!

Принимаешь чудодейственное лекарство — не пей алкоголь!

Однако, это вино… то самое вино, которое продавалось с аукциона в Тяньсян!

Один кувшин — сотня тысяч лян серебра… Выпить вина — это пристрастие, но как же быть с чудодейственным лекарством? Это же, всё-таки, очень ценная вещь, которая может гарантировать неуязвимый иммунитет на целый год!

Неудивительно, что разбойники Цзянху так изнемогали… Сначала они увидели полные стаканы превосходного вина, а потом — лепестки орхидеи, все были в полнейшем недоумении…

Это, поистине, очень тяжелый выбор! У большого количества ценителей вина даже затряслись руки, они жадно сглотнули слюну, и глаза их застыли.

— Чья это была идея? — со смехом спросила Цяо Ин. — Очень остроумно! Уж не Цзюня Мосе ли?

Мэй Сюэ Янь помассировала виски. До этого момента она не понимала смысл очередной проделки Цзюня Мосе.

— Очень остроумно! Злой Монарх, правда, хорош в планировании жестоких ловушек, нацеленных на определённых людей!

Мяо Сяо Мяо слабо улыбнулась. Сейчас Мэй Сюэ Янь была тем игроком, который толком не видит сути игры. Она уделяла больше времени самой церемонии, и не заметила эти мелочи. Но Сяо Мяо было со стороны виднее: во-первых, она получила очень хорошее образование, и сразу же видела такие подлые приёмчики, и во-вторых, благодаря Цзюню Мосе и Мо Вудао, она стала быстро реагировать в такие моменты, в один миг раскусывая их с потрохами.

— Барышня Мяо, что вы имеете в виду? — Мэй Сюэ Янь внезапно взбодрилась, придумав новый отличный план. Последнее время она было очень загружена разными хлопотами, и только сейчас до неё это дошло.

Цяо Ин нахмурилась: «Если говорить о цели этой ловушке, есть только один вариант — Мо Вудао!»

Только Мо Вудао, кто очень хорошо владеет искусством воспользоваться случаем, может уцепиться за какую-нибудь деталь, и ударить по Мосе, чтобы достигнуть своей цели — сорвать церемонию! Остаётся только так, Мосе должен нанести ответный удар, более жестокий удар!

Поэтому на это раз Мосе действительно готов к войне!

Цяо Ин надеялась, что Мо Вудао, всё же, не решится на провокацию, сохранит достоинство трёх священных земель, но…

Именно в этот момент раздался знакомый «ласковый голосок», а у Цяо Ин в тот же миг пробежал холод по спине!

Из-за того, что враждебный настрой одурманил его разум, Мо Вудао ступил ногой в ловушку Цзюнь Мосе!

Глава 1096. Невозможно не смеяться!

— Цзюнь Мосе! Ха-ха, в такой-то день совершить такую подлость! Этот поступок заставил нас, наконец-то, открыть глаза! Ну, Злой Монарх, ну, хорош! В самом деле злой и коварный! — Мо Вудао долго смеялся, а потом прокричал на весь зал.

— Осмелюсь спросить вас, владыка Мо, что вы имеете этим в виду? — Си Жо Чхэн очень благородно поинтересовался. Он понял, что Мо Вудао нужна поддержка, и он, разумеется, не стал отказываться.

Кажется, кроме людей из трёх священных земель, трудно найти тех, кто бы захотел вмешаться в спор двух могущественных гигантов.

— Ха-ха! Это вино, действительно, просто превосходное! Уверен, мало кто в жизни пил такое отличное вино! Сразу видно, Злой Монарх очень учтив и добр со своими гостями! — Мо Вудао рассмеялся, однако в его словах чувствовалось скрытое недовольство: — А цветы? Все, кто съедят лепестки этих удивительных орхидей, гарантировано на протяжении года будут полностью неуязвимы для болезней! Можно сказать, Злой Монарх пожаловал каждому гостю ещё по одной жизни, даже по несколько жизней! Действительно, потрясающая щедрость!

— Раз уж Злой Монарх так щедр и учтив со своими гостями, почему же, владыка Мо, вы упомянули про подлый поступок? Разве такое возможно, противоречить самому себе? — Си Жо Чхэн со смехом сказал.

Один поёт — другой вторит, из этих двоих получился замечательный дуэт!

— В мире есть много всего разного, и каждая вещь имеет свою истину. Отличное вино, удивительные цветы — несомненно, это очень ценные предметы, но если их смешать друг с другом, вино потеряет алкогольный вкус, а цветы лишатся лекарственного эффекта! Из этого сочетания, на выходе мы ничего не получим. Зря радовались, как говорится. Приехали, чтобы расстроиться в очередной раз. Всё могло бы быть совершенно по-другому, мы могли бы обойтись только вином, и не принимать эти цветы, однако период цветения этих цветов настолько короткий, максимум длится три дня. Упустишь время — и цветок потеряет своё лечебное свойство, напрасная трата природных богатств только… — Мо Вудао громко, во весь голос, едва не орал: — Цзюнь Мосе, своим подлым поступком ты насмехаешься над славными героями! В конце концов, для чего это всё?

Когда он говорил, его глаза, словно острые мечи, устремились в куда-то вверх.

— Выпить вина, но не есть цветы, или наслаждаться цветами, но не познать вкуса вина! Ты поставил нас в затруднительное положение, заставил чувствовать, как на иголках! Цзюнь Мосе, неужто так Злой Монарх обращается со своими гостями? — вслед за этим стал кричать Ху Янь Аобо, разжигая волны возмущения в других людях.

Предоставить два очень ценных продукта, и заставить выбирать между ними, разве это не настоящее издевательство?

Благородный муж лучше выберет смерть, чем опозорится!

Пусть ваше царство-государство Злого Монарха и обладает большим могуществом, но считать славных героев Цзянху игрушками вам никто не позволит!

— Просто этот дворец Злого Монарха, с какой целью всё это сделано? Неужто, чтобы как следует понасмехаться над простыми людьми, упиваясь своими достижениями и успехами?

— Знали бы заранее, конечно бы не пришли! Мы отнеслись к тебе с достоинством, а ты посмеялся над нами, с этим просто невозможно смириться…

— Это уже слишком, Злой монарх!

— Действительно, разозлило меня до крайности…

Постепенно стали возникать различные брожения, которые вот-вот должны были вырваться с грохотом и шумом наружу, а этой силы было бы достаточно, чтобы превратить сегодняшнюю церемонию Злого Монарха в бесконечный предмет насмешек!

По своей натуре Мо Вудао всегда сохранял хладнокровие и сдержанность, однако глядя на эту ситуацию, он решил, что делу уже нечем помочь. Исправить положение у Цзюня Мосе уже вряд ли получится, поэтому в его глазах появился довольный вид.

— Ха-ха-ха! — раздался продолжительный смех, а потом звонкий голос Цзюня Мосе: — Вот умора! Вот я никак не пойму, Мо Вудао, ты же всё-таки владыка Неуловимого Мира Бессмертных, почему же ты сегодня ведёшь себя, как последняя тварь? Тебе не кажется, что ты просто смешон? Я реально не понимаю, как старое поколение Неуловимого Мира Бессмертных выбрало тебя на роль правителя!

Раздавшийся смех тотчас же подавил весь шум и выкрики, наполнявшие зал.

— Сегодня такой знаменательный день! Я работал не покладая рук ради этого, и проявлял чрезвычайную осторожность, как же я мог позволить себе допустить такой очевидный промах? Говоришь, что я таким способом пытаюсь надсмехаться над славными героями Цзянху? Мо Вудао, ты серьёзно считаешь, что я такой же умственно отсталый идиот, как ты?

— О? Если уж на, то пошло, так давайте внимательно послушаем объяснения Злого Монарха!

— Тьфу! Я ещё должен объясняться перед тобой? Умные люди сразу же поняли, что орхидея — это ответный подарок для всех славных героев от меня! Каждый прибывший гость получит по цветку, это, уверен, все уже заметили. Что касается вина — это просто гостеприимство, которое пытался продемонстрировать наш дворец Злого Монарха! — Цзюнь Мосе с насмешкой произнёс: — Эти два продукта не усваиваются вместе, я достал столько орхидей, как я могу не знать такой простой истины?

Все тут же удивились: «Раз ты знал, почему же так сделал?»

— Господа, прошу обратить ваше внимание на цветочные горшки. Перед каждым из них располагается по восемь небольших платочков, по форме все они напоминают цветок, думаю все заметили это? — спокойно сказал Цзюнь Мосе. — Здесь как раз каждому человеку по платочку, они сделаны из шёлка со Снежных гор. Они не боятся ни холода, ни зноя, бесподобно прочные, и если завернуть в них любое чудодейственное лекарство, даже растёртое в порошок, лекарство не потеряет своего целебного эффекта! Эти платочки — тоже наш подарок для гостей от дворца Злого Монарха. Прошу простить за этот недостойный подарок, но без этого было никак, так как было необходимо предложить вам и вина! Что касается лепестков чудесной орхидеи, вряд ли их обязательно употреблять сегодня, верно? Господа, вы можете завернуть их в эти удивительные платочки, а потом принять, когда вам вздумается! Если не выпить в такой праздник, как можно хорошо повеселиться? Сегодня все обязательно должны напиться вдребезги! Я думаю, господа поймут меня!

После его слов все просто ахнули и бросились рассматривать лепестки орхидеи и платочки из снежного шёлка. Все считали, что они оставлены здесь лишь для красоты, кто бы мог подумать, что они тоже являются редким сокровищем? В тот же момент все присутствующие испытали огромный прилив стыда: «Злой Монарх такой щедрый хозяин! Оказывается, подарил нам два очень ценных подарка, а если считать с вином, то целых три! А мы неблагодарные, подняли шумиху, едва ошибочно не подумали… мы действительно не должны были так поступать… Если винить его в том, что он не объяснил заранее… это тоже неправильно… Он оставил подарок здесь, прямо у нас на виду… Он — хозяин и только ему решать, когда вручать подарок. Винить только можно самих себя, что мы потеряли самообладание… Иначе бы зачем он положил это сюда? Неужто, чтобы специально развязать войну со всем миром? Разве в этом есть смысл…»

— Мо Вудао, владыка Мо… вот скажи теперь мне, смешон ты или нет? — всё так же звучал голос Цзюня Мосе, однако теперь в нем были слышны нотки возмущения: — Мой дворец приложил искренние усилия, чтобы жизнь славных героев Цзянху стала более благополучной и безопасной, я не пожалел потратить на это огромные средства, только чтобы проявить большое уважение к героям, а вы, священные земли, так бесстыдно поливаете грязью мой дворец? Мо Вудао! Как у тебя наглости хватает пойти на такое? Я должен был угодить в эту ловушку, или же отважные герои Цзянху? Я прошу, чтобы владыка Мо дал достойный ответ на это, и не думайте уходить от ответа!

«Какая же, в конце концов, наглость?», — столкнувшись с такой непосильной задачей, свалившейся неожиданно, словно снег на голову, всегда хладнокровный и сдержанный Мо Вудао был в замешательстве!

У него все было под контролем, почти сто процентов уверенности в том, что восстания не миновать, но как в один миг все могло так измениться?

Просто перевернуться с ног на голову!

Под давлением рассерженных взглядов, которые были направлены на него со всех сторон, у Мо Вудао появилось чувство смущения и растерянности, которое он не испытывал уже очень и очень давно!

Он потерял контроль над ситуацией… Он уже позабыл о подобном ощущении за свою столь долгую жизнь. Нечто подобное случалось с ним очень давно, а после восхождения в должность правителя Неуловимого Мира Бессмертных — впервые.

На глазах у всех мужественных героев Цзянху, он был разоблачён собственным соперником, и у него полностью отсутствовал шанс что-то возразить…

Такой позор, действительно, нестерпим!

— Ха-ха, Злой Монарх, в самом деле, очень дальновиден и расчётлив… — Мо Вудао всегда был человеком, который действовал по принципу «решился сделать — сделай, когда надо отпустить — отпусти». Он посмеялся над собой, сказав: — Наверняка, в вашей расстановке сил был скрытый смысл. Я вовремя не разобрался, и допустил подобную оплошность. Я, правда, дико сожалею об этом. Однако, небось, наш «Монарх» тоже начинал свой путь с позиции отважного героя, и вас не затруднит досконально разобраться в этом, ха-ха… Злой Монарх, действительно, достоин своего имени! Такие напористость и рвение мало у кого есть в наше время.

В этих словах был смутное уточнение, что это Злой Монарх специально сам изначально подстроил эту ловушку, потом он признал свою ошибку, и то, что угодил в ловушку Цзюня Мосе, попытавшись выйти из этого тупика, а потом постепенно нанести ответный удар, это означало: «Ты готов заплатить такую высокую цену, чтобы я угодил в твою ловушку, это стоит того?»

Мо Вудао немного полегчало, хотя его объяснения всё равно выглядели, как попытки спастись!

Считай только на пороге, Мо Вудао уже потерпел два поражения подряд! Это выглядело как отчаянный спор, однако имело колоссальный эффект! По крайне мере на людей присутствующих в зале это оказало огромное влияние!

Потому как в этот раз все три священные земли, все трое владык ринулись в бой против Мосе, но, тем не менее, проиграли! И не только проиграли, а им ещё пришлось прилюдно принести свои извинения за это! Для всех присутствующих, это просто уму непостижимое событие!

Поэтому всем предстоит хорошо подумать о своём дальнейшем пути, местонахождении своего рода, жизненного курса…

— Владыка Мо, став правителем одной из трёх священных земель, уверен, достоин любого высокого обращения, вот только я беспокоюсь о том, что это обращение будет не настолько высоким, чтобы соответствовать его уровню! — голос Цзюня Мосе прозвучал с чистосердечными надменностью и высокомерием: — Я считаю, что ради владыки Мо, ради величественных трёх священных земель никаких жертв не жалко!

На первый взгляд, слова Мосе звучали так, словно он превозносит Мо Вудао и все три священные земли в частности, однако на самом деле смысл был прямо противоположный. Люди, прибывшие сюда — не глупцы, и они сразу же это расслышали.

«Я делаю это не ради вас, а ради трёх священных земель! Я из кожи вон вылезу, но угожу им! Даже потратить огромные денежные средства не проблема, пусть принести настоящие жертвы ради этого, и что в этом такого? Потратиться немного, потеря, с которой я точно могу справиться! Вопросы, которые решаются с помощью денег — вообще не вопросы для меня. Денежные убытки, даже вне зависимости, насколько бы поразительными не были цифры, нельзя назвать существенными убытками, не говоря уже о другом — это всё чистая прибыль толстяка Тан, возместить эти убытки с избытком проще простого!»

Что вы на это скажете, священные земли?

Глава 1097. Шэнхуан третьей ступени равен стражнику Злого Монарха?

Мо Вудао в мгновение почувствовал себя мелкой букашкой. Красивое и мягкое лицо в итоге скривило судорогой, он улыбнулся и сказал: — В трёх священных землях действительно очень уважают господина Цзюнь.

— Ты мне льстишь… Три священные земли пользуются уважением и авторитетом, ты знаешь об этом лучше меня. Можно сказать, что все безрассудно почитают вас.

В зале раздался тихий смех.

Фраза Цзюня Мосе «безрассудно почитают» действительно значила многое…

В самом деле, под давлением трёх священных земель господин Злой Монарх в это время выглядел немного безрассудным, но сегодня всё изменилось, и, казалось бы, что люди, «безрассудно почитающие» три священные земли, остались только в резиденции Злого монарха…

— Основателям различных течений в Цзянху всегда необходимо демонстрировать мощную силу, которой они обладают. В этом различие между Цзянху и другим миром, — дружелюбно улыбнулся Мо Вудао. Было похоже, что он заботится о Цзюне Мосе: — Следует принять к сведению, что в Цзянху сила на первом месте, правда в кулаке! Даже если возможно получить преимущество с помощью своего красноречия или мастерских махинаций — это не правильный путь, потому что в результате это всё не идёт в сравнение с острым мечом. Господин Злой Монарх, что ты думаешь на этот счёт?

Судя по его словам, в безвыходной ситуации можно решить проблему только с помощью силы! Мо Вудао не хотел опозориться. Хотя на него никто не смотрел, но он явно осознавал, что думают люди вокруг.

«Неважно что они думали об этом сейчас, но с помощью силы можно доказать слабость резиденции Злого монарха!»

— Конечно, в словах владыки есть правда! Слова владыки Мо действительно заставляют задуматься и очень отрезвляют! Я это очень ценю и уважаю вас! — Цзюнь Мосе любезно улыбнулся. — Военная сила моей резиденции действительно немного уступает… Какой позор!

Все присутствующие скривили губы.

«Полагаясь на триста Достопочтенных мастеров и Шенхуанов в качестве приветствия гостей, разве можно назвать резиденцию слабой? Сколько ещё тебе нужно сильных мастеров? Если выбрать кого-то из них, то не прилагая усилий, этот человек уничтожит любого и захватит власть»

— Ха-ха, слова Злого Монарха скромны! Хотя можно сказать, что резиденция Злого Монарха всем известна своей силой и мощью, — Мо Вудао улыбнулся, его блестящие глаза сверлили потолок: — Просто я не понимаю, с какой целью ты открываешь новую автономию? Почему ты выбрал именно это место?

Наступил кульминационный момент!

Все выпучили глаза, резко выпрямили спины, и стали внимательно слушать что ответит Цзюнь Мосе!

Хотя Злой Монарх был высокомерен и обладал действительно могущественной силой, однако, в глазах людей, он всё ещё оставался немного слабым по сравнению с тремя священными землями. Всё-таки три священные земли прочно укоренились десятки тысяч лет назад…

Будущее развитие резиденции Злого Монарха зависело от ответа Цзюня Мосе!

В зависимости от ответа Цзюня Мосе три священных места внесут соответствующие коррективы в то, как они будут ладить в дальнейшем!

— Ха-ха, владыка Мо, кажется, сказал лишнее? — Цзюнь Мосе усмехнулась и в категоричной форме сказал: — Я, Цзюнь Мосе, всегда преследую какую-то цель! Неважно в чём, я всё делаю по высшему разряду! Я достигну высот! Сделаю лучше всех!

Этот ответ раздался как гром среди ясного неба!

Все были немного обескуражены в этот момент …

Спустя какое-то время во всем зале словно слышалось эхо голоса Цзюнь Мосе!

«Всё делаю по высшему разряду! Я достигну высот! Сделаю лучше всех!»

Эти три предложения в нынешней ситуации звучали как объявление войны трём священным землям: «Моя цель — сокрушить вас! Я хочу победить вас! Я хочу сесть вам на шею! Потому что сейчас вы — та самая вершина, которую все признают и, которую я хочу покорить!»

«Сумасшедший…», — так каждый подумал про себя о Цзюне Мосе.

Единственное, что известно в данный момент — это то, что все только слышали слова Злого Монарха.

В день открытия резиденции он сделал такое решительное и окончательное заявление, не оставив себе ни малейшего шанса на отступление!

— Ха-ха, ты говоришь истину. Злой Монарх, действительно, молод и амбициозен! — очевидно этим Мо Вудао хотел подчеркнуть, что словам молодого Цзюня Мосе нельзя верить. — Однако, путь к этой вершине всегда был трудный и мучительный. Одно неосторожное движение — и все могут погибнуть. Мы, люди, прошедшие этот путь, уже уяснили это…

Слова Мо Вудао звучали как поддержка, но на самом деле его цель состояла в том, чтобы сделать акцент на одном моменте. Хотя Злой Монарх в данный момент известен на весь мир, в полном расцвете сил, но на самом деле он слишком молод и едва ли сможет продвинуться далеко по этому сложному пути. А три священные земли, которые Мо Вудао представляет, уже были в конце этого пути и намного превосходили молодого Цзюня!

— Владыка прав. Я очень восхищён и безмерно уважаю основателей трёх великих священных земель… — Цзюнь Мосе глубоко дышал, будто от переживаний: — Говоря по существу, я всегда создавал своё благополучие собственным трудом, начиная с самых низов. Если бы я был как владыка Мо, то не беспокоился на его месте ни о чём. Главное — достичь успеха, что может быть важнее этого?

На первый взгляд, Цзюнь Мосе высоко оценил предков-основателей трёх священных земель, но на самом деле он высмеивал их зазнайство. Почивая на лаврах, они живут за счёт прошлых успехов. Они действительно когда-то были «первопроходцами», но сейчас жить за чужой счёт — совсем не дело! Кто бы мог подумать, что они без стеснения будут говорить об этом!

Когда он это сказал, спокойное лицо Мо Вудао изменилось, но он не стал возражать против приятных слов, которые Цзюнь Мосе говорил о трёх священных землях. Если бы он сказал что-то против, то опозорил бы своё имя, поэтому он молча проглотил обиду.

Как назло, Цзюнь Мосе не соглашался прекратить спор и продолжал «завистливо» говорить: — Я слышал, что владыка Мо активно развивается с тех пор, как вступил в должность. Это привело к тому, что Дворец Бессмертных всегда поддерживает три священные земли. Тем не менее, репутация не стала хуже или лучше, это доказывает то, что владыка Мо — редкий талант. Люди говорят, что сложнее всего перенять дело отцов. Я не знаю, смогу ли я стать таким же талантливым, как владыка Мо?

Слова Цзюня Мосе звучали очень неоднозначно — то ли он действительно хвалил его, то ли ругал, но это совершенно поразило Мо Вудао!

Даже если он был спокоен, то теперь не смог вытерпеть и холодно ответил: — Если ты хочешь стать сильным последователем, то у тебя должна быть огромная сила. А мы — общепризнанные основатели трёх священных земель! Ты сейчас в полном расцвете сил, в этом никто не сомневается, однако, как говорится, верь глазам, а не ушам! Нам лучше учиться друг у друга. Пусть отважные герои всего мира своими глазами увидят мощную силу Злого Монарха. Пусть сегодняшний урок станет для тебя подарком. Как тебе?

— Мне действительно неудобно принять этот подарок, владыка Мо, — рассмеялся Цзюнь Мосе: — Однако, у меня в подчинении несколько высококлассных мастеров, они совершенно не знают пощады. Если они случайно покалечат ваших мастеров… боюсь, что это отразится на нашей дружбе, так ведь?

Лицо Мо Вудао омрачилось: — Ты так в этом уверен?

— Могу вам гарантировать, — спокойно сказал Цзюнь Мосе: — Открытие резиденции — это радостное событие, но если в этот день не прольётся немного крови, разве это действительно будет радостный день? Поскольку у владыки Мо возвышенное настроение, пусть нас научат несравненному стилю трёх священных земель. У меня в подчинении только грубые мужики с толстыми кулаками и крепкими мускулами, можете бить их что есть мочи!

Все в этот момент недоумевали.

На важных церемониях такого рода, будь то открытие резиденции или банкет на день рождения, самое запретное — это проливать кровь! Если появляется кровь, все считают это зловещим знаком! Но Злой Монарх сказал наоборот, что «не увидеть крови — это нехорошо»… Это ерунда, которую он сам придумал…

В этот момент медленно встал человек в белой одежде и внимательно посмотрел на всех. Он выглядел высокомерным и ледяным тоном сказал:

— Я — подчинённый Дворца Бессмертных, Шенхуан третьей ступени, Дуань Чун Фэн, ожидаю ваших указаний.

— Шенхуан третьей ступени… — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и сказал: — Лао Ин, примите подарок наших гостей из трёх священных земель. Мы должны хорошо служить нашим гостям. Не допустите того, чтобы гостям не хватало внимания.

Ин Бокун в зале рассмеялся и сказал: — Не беспокойтесь господин, я всё организую, как полагается!

Цзюнь Мосе приказал подчинённым организовать бой с Дворцом Бессмертных.

Это было понятно и без слов.

В глазах этого Злого Монарха никто из трёх священных земель не заслуживал сражения с ним лично! Даже того, чтобы он лично организовал бой!

Шенхуан третьей ступени, Дуань Чун Фэн, который только что встал и бросил ему вызов, хотя старался оставаться спокойным и равнодушным, но в его глазах невольно вспыхнул огонь злости!

Он ждал, когда в резиденции Злого Монарха начнётся бой, чтобы обрушить сокрушительную силу и одним ударом выиграть битву!

«Ты недооцениваешь меня? Тогда я преподам тебе жестокий урок!»

— Ваш соперник — Шенхуан третьей ступени. Кажется, будет немного сложно… — Ин Бокун нахмурился, задумался, а потом его внезапно осенило, и он воскликнул: — Приведите сюда командиров взвода!

По его приказу вошли несколько десятков человек, которые приветствовали гостей у входа.

— О… извините… — виновато сказал Ин Бокун: — Я всё время думал, к какому уровню принадлежит этот милостивый господин, чтобы избежать неравенства во время боя. Потом я понял, что это — наш гость и, безусловно, не стоит относиться к нему непочтительно. Это нехорошо, но ещё хуже, пользуясь силой, притеснять слабых. Теперь я наконец осознал, что, должно быть, у него такой же уровень, как у наших стражей. Прошу вас не удивляться и ни в коем случае не винить меня. Я очень стар и память уже ни к чёрту!

Глядя на этого человека, который для видимости извинялся, все совершенно потеряли дар речи!

Шенхуан третьей ступени из Дворца Бессмертных равен по силе стражникам резиденции Злого Монарха? Что за чёртова глупость?

Глава 1098. Катись отсюда к чёрту!

— Хорошо, я буду весьма признателен за ваш хороший совет, молодой командир взвода! — Дуань Чун Фэн уже побледнел, как смерть. Он знал Ин Бокуна, который был последним из восьми великих мастеров материка, по меркам обычного человека его можно было назвать уже старым, но ему самому уже было восемь или девять сотен лет, а он — девяностолетний мальчишка, который при нём называет себя старым, это, действительно, не может не возмущать!

— Чжан Даниу! Иди, и как следует обслужи гостя. Прошу будь очень острожным и очень внимательным, никак нельзя ударить в грязь лицом! — указывая на одного парня, распорядился Ин Бокун.

А вслед за этим произошло то, чего никто из них не ожидал…

Этот молодой командир по имени Чжан Даниу вдруг с недовольством сказал: — Старый Ин, вы, наверняка, что-то путаете. Я, вообще-то, занимаю очень солидный статус. Я тоже должен присутствовать лично, как после такого я буду смотреть в глаза своим друзьям…

Услышав это, Дуань Чун Фэн закатил глаза. Похоже, он был так рассержен, что того и гляди грохнется в обморок!

«Солидный статус, мать твою… Ты, придурок, считаешь, что твой командир взвода до хрена чего решает?»

— Немедленно закрой свой рот! Это, всё-таки, наш гость! — Ин Бокун разозлился и закричал: — Почему ты настолько тупой? Блеснуть при всех своей тупостью — это, по-твоему, достойно?! Никчёмный придурок, неужто такие экспонаты, как вы, кретины-командиры взводов, тоже должны лично присутствовать? А мне ещё надо думать, и искать какого-то ещё тупее тебя, чтобы разобраться с этим заданием?

Все просто выпали в осадок, это было сказано так мощно, так сильно… К тому же имя этого командира такое весёлое (Даниу — талант, выдающийся человек, профессионал своего дела), Шенхуан третьей ступени из Неуловимого Мира Бессмертных передан на поруки такому «сообразительному» удальцу…

— Я знаю, я не очень умный. Вы называете меня никчёмным придурком, я даже и здесь согласен с вами… Но я, в конце концов, командир взвода, а это высокое положение… — пробормотал этот Чжан Даниу, похоже, это дело очень задело его.

— Да, мне плевать кто ты, Чжань Даниу или Чжан Сяониу, просто, блядь, уже проводи меня… — Дуань Чун Фэн уже был в ярости…

— Э? Чжан Сяониу — это мой младший братишка, он не служит в армии. Он дома, занимается обработкой земли, и он даже не владеет Суань, зачем ты оскорбляешь его? — Чжан Даниу возмущенно посмотрел на Дуань Чун Фэна. — Ты тоже Шенхуан третьей степени, почему говоришь совсем не по делу? Эм, оказывается, ты того же уровня, что и я. Тоже середнячок… Тогда я спрошу тебя: какие служебные обязанности ты имеешь?

— Какие служебные обязанности? — у Дуань Чун Фэна голова пошла кругом от возмущения. Шенхуаны в трёх священных землях сосредоточены на процессе совершенствования, откуда у них взяться каким-то обязанностям? Кто посмеет нагружать Шенхуана обязанностями и поручениями?

— Я, Чжан Даниу, являюсь командиром пятого взвода отряда внешней охраны дворца Злого Монарха! — Чжан Даниу, разважничавшись, с властным взглядом, коем на подчинённых смотрит вышестоящее лицо, взглянул на Дуань Чун Фэна: — В моём подчинении находятся заместитель командира взвода — Шенхуан третьей ступени, четыре Шенхуана второй ступени, шесть Шенхуанов первой ступени, восемь Достопочтенных мастеров четвёртой ступени, всего — девятнадцать человек! Если считать со мной — двадцать человек личного отряда! В мои обязанности входит охрана усадьбы Злого Монарха, я отвечаю за границы от Тяньнань до Тяньсян! Иными словами, стоит мне только выехать куда-то, и я — так называемый крупный чиновник провинциального аппарата! — говорив, он косился на Дуань Чун Фэна: — На самом деле, мне и думать не нужно, мои младшенькие сами с тобой разберутся, если я сам займусь тобой… это будет… немного… — он нахмурился, очевидно, не в силах придумать подходящее слово, а потом радостно воскликнул: — Разве быка можно порезать, используя нож для разделывания кур?

Ещё существует и такая идиома?

Вот смех-то, это «идиома» выдаёт не очень чиновнический склад ума Чжана Даниу…

Однако никто не посмел рассмеяться в голос, пусть он не настолько образован и сообразителен, но, всё же, он — Шенхуан третьей ступени! Если бы он выбрался в поездку по стране, все бы лебезили перед ним, пытаясь угодить, даже Императорская семья не исключение. Если ты обладаешь могуществом Шенхуана третьей ступени, кто будет обращать внимание на твои незначительные недостатки!

Однако такой Шенхуан третьей ступени был всего лишь одним из взводных охранной службы дворца Злого Монарха, а таких взводных было ещё четырнадцать человек!

А в их подчинении — Достопочтенные мастера…

Состояние сил просто не могло не потрясать!

Невероятное могущество!

— Катись к чёрту! — Дуань Чун Фэн вышел из себя, и бросился прочь, его белая тень только сверкнула, и от него не осталось и следа.

Увидев, что противник скрылся, Чжан Даниу с неохотой на лице, но при этом очень быстро тоже вышел наружу, после чего раздался шум и грохот. Очевидно, эти двое уже сцепились в бою!

Эта ситуация, скажем сразу, была очень неожиданной, так как мастера уровня Шенхуана обычно не приступают к рукопашному бою. Максимум они меряются своим состоянием реальной силы, после чего обязательно появляется выигравший и проигравший, все-таки Шенхуаны — это не просто какие-то рядовые мастера, чтобы так безрассудно относиться к собственным жизням, допускать возникновение увечий или травм, это всё — большие траты энергии, однако то, что случилось сейчас, стало большой редкостью!

Все присутствующие чувствовали себя словно на иголках.

Не только люди из священных земель обеспокоенно наблюдали за боем, но и все остальные волновались за исход этого жаркого сражения не меньше.

Для всех присутствующих здесь мастеров, Шенхуаны были птицами высокого полёта. Все, без исключения, уважали и боялись их. Что касается вдруг вспыхнувшей битвы — такое ошеломительное событие случается, может, раз в тысячу лет, если не пойти посмотреть, как можно сохранить спокойствие? Но, если пойти туда, мы же всё-таки собственными задницами восседали на стульях на банкете у хозяина дворца…

Не говоря уже о тех двух прекрасных подарках, по лепестку орхидеи и платочку из снежного шелка, что получили все гости…

Мысль о том, что если пойти наблюдать за этой дракой, можно выказать неуважение к Злому Монарху, очень давила. «Если Злой Монарх будет видеть в нас врага, что в этом хорошего будет? Если остаться и не пойти, жизнь будет сохранена, ведь если в самом деле разозлить Злого Монарха, мало никому не покажется!»

В этот момент в дверном проёме шторы по обеим сторонам раздвинулись, и в это время для гостей открылся прекрасный обзор за всей ситуацией на поле боя. Кроме того, в нескольких метрах от этого места было большое зеркало, в котором как раз можно было увидеть обоих Шенхуанов в мельчайших деталях! Не выходя из дворца, гости могли наблюдать за обстановкой на поле боя!

Все разом взбодрились от такого удивительного новшества!

Однако лицо Мо Вудао внезапно помрачнело!

Он много думал о сложившейся ситуации. Видимо, противник предполагал об существовании подобного козыря у них, и специально всё заранее подготовил. Настрой относительно этого сражения у Злого Монарха был самый что ни на есть оптимистичный…

Лицо Си Жо Чена тоже вмиг помрачнело, он с нахмуренными бровями смотрел на Мо Вудао, но ничего не говорил, только о чём-то думал. Сегодня всё задуманное идёт не по плану!

План с «провокацией» пошёл крахом, противник раскусил их, и ещё прилюдно унизил. Идея с «обменом опытом», тоже была уже просчитана соперником, и никакого намёка на успех не оставалось!

Сейчас они застряли в безвыходном положении, когда идти вперёд и отступать — одинаково плохо!

Если продолжить в том же духе, Си Жо Чен был уверен, можно было снова столкнуться с ожесточённым ударом противника, и на сей раз ситуация может обернуться ещё невыносимее!

Целью этой поездки у трёх священных земель не было развязывание войны с Цзюнем Мосе. В конце концов, после многократных нападений, силы трёх священных земель значительно ослабли, и выиграть Битву за Небеса представлялось трудной задачей без помощи сил Злого Монарха!

Но при этом они по-прежнему отказывались признавать, что Цзюнь Мосе обладает могуществом, достаточным, чтобы быть наравне с ними, поэтому Мо Вудао предпринимал всяческие попытки настроить остальных мастеров против Злого Монарха, чтобы он потерял свои влияние и весомость.

Однако нынешняя ситуация резко отличалась от их планов, они не только не смогли настроить массы против Цзюня Мосе, но и наоборот, как раз стали теми, против кого были настроены остальные мастера.

Сейчас в этой битве у Шенхуана из трёх священных земель тоже не было шансов на победу. Если ещё из-за этого лишиться одного воина — это будет просто настоящий пиздец! Пришла беда — отворяй ворота! Ну, а если отступить… но опять же, как же можно по доброй воле отступить?

К тому на глазах у всех влиятельных фигур Цзянху!

Своим отступлением, три священные земли признают несравненное могущество Злого Монарха!

В свою очередь это нанесет большой удар по нынешнему положению трёх священных земель! В прошлом влиятельные и неуязвимые позиции будут полностью потеряны!

Отныне любое их действие будет оцениваться, основываясь на этом позорном поступке…

Более того, сейчас Мо Вудао уже вряд ли может отступить… Вчера вечером на церемонии почтения умерших, он поклялся отомстить за смерть своего младшего брата, Мо Сяо Яо! Хотя он не произносил никаких слов, но и даже так было понятно, что это означает!

Си Жо Чен печально вздохнул. Если Мо Вудао будет стоять на своём, у него не будет никакой альтернативы, вмиг всё лишится смысла…

Глава 1099. Удар «4 сезона года»!

Оба Шенхуана сражались друг с другом очень ожесточённо, они оба — мастера достойные своего уровня! Все присутствующие заметили, что они только мечутся туда-сюда, при этом не было слышно никаких ударов или свиста, кажется, они оба использовали впечатляющие, но совершенно непрактичные движения, не используя свою реальную силу…

Тем не менее, вслед за их красочными ударами вдруг появлялись тёмные пустоты, словно чёрные дыры, появлялись и тут же исчезали…

Все тут же выпучили глаза! Подобные явления выходили за границы понимания всей толпы.

Было понятно одно — они оба уже выложились на всю катушку!

К тому же, что один, что другой применяли свои самые сильные и коронные приёмы!

Эти тёмные пустоты, должно быть, были отпечатками легендарной «силы Тяньди»!

Хотя бой был в некотором смысле очень монотонным, благодаря тому, что они очень искусно контролировали свою Суань, их бодрость и энергия нисколько не уменьшалась, а самое главное, что по силам они не уступали друг другу. Оба неуклонно стояли на своём, нападки друг друга они с легкостью нейтрализовали, и оставшимися силами защищались, таким образом изначально очень ожесточённый бой стал какой-то спокойной и «безопасной» пантомимой, вероятность возникновения непредвиденной угрозы полностью отсутствовала, потому как, они прекрасно понимали друг друга без слов.

Ты наступаешь, я отступаю. Твой удар, моя защита. Кулак вперёд, пинок ногой обратно…

Одежды развевались от ветра, каждое движение было невероятно быстрым и молниеносным, однако пыль земли даже не подскакивала…

Эти двое бесчисленное количество раз сменили своё местоположение, постоянно переходя с места на место…

Место, с которого они начали свою заварушку, словно обвалилось, в нём образовалась воздушная пропасть, которая потом внезапно снова исчезла!

Во время того, как эта воздушная пропасть появлялась, и потом исчезала, в пространстве возникло ещё больше чёрных дыр…

Все наблюдали за этим боем очень внимательно, почти не дыша!

Этот бой был просто невероятен! Все знали, что они, несомненно, не в состоянии отразить атаки подобной степени мощности!

Так как, если угодить в такую чёрную дыру, смерть была неизбежна… Оба Шенхуана поняли: противник даже готов пожертвовать своей жизнью!

Ху Янь Аобо очень внимательно смотрел за боем, а потом внезапно сам первым заговорил: — Не должно…

В это же время представители семьи Мяо покачали головами. Как же могло докатится до этого? Люди, действительно, были в полнейшем недоумении!

Они заметили, что Шенхуан Злого Монарха, действительно, обладает очень высоким уровнем силы, однако возраст его довольно мал, ещё даже не дошёл до пятидесяти лет! Очевидно, такую силу он получил облегчённым способом, с помощью каких-то специальных методов! Эти методы по праву могли называться невероятными, и были заветной мечтой всех мастеров!

Однако такая искусственно выращенная сила имеет один общий недостаток — вне зависимости, насколько выдающимися силами обладает мастер, однако ему всё же будет не хватать опыта ведения боевых действий, применения разных практик. Силы, действительно, можно быстро увеличить, а вот опыт требует времени. Такие мастера всегда опираются на свою огромную силу, или что в критический момент они смогут выйти из затруднительного положения, благодаря своей бесконечной силе.

Поэтому, учитывая вышеперечисленное, хотя Чжан Даниу и обладал уровнем Шенхуана третьей ступени, на практике его силы вряд ли могли сравниться хотя бы с таким же по силам, но опытным мастером!

Что касается Цяо Ин, значительная часть её сил появилась благодаря цветкам искусного лотоса и плодам священного дерева. Если бы не её дар провидения, она вряд ли могла сравниться с мастерами с таким же уровнем, как у неё!

А Дуань Чун Фэн, действительно, являлся тысячелетним стариком, с богатым до крайности боевым опытом! Он на протяжении всей жизни сражался с разными мастерами и, что касается владения различными боевыми приёмами, он занимает явное преимущество!

Но сейчас результат оказался совершенно непредсказуемым, даже можно сказать, полностью наоборот…

Так как сейчас тем, кто постоянно применял самые необыкновенные и диковинные приёмы атаки, был как раз Чжан Даниу, а старик с богатым боевым опытом, тёртый калач, Дуань Чун Фэн использовал всю свою Суань, чтобы как следует обороняться…

Разве это не странно?

Чжан Даниу неустанно прибегал к всё новым и невиданным никем ранее приёмам, и все они были выполнены очень искусно, а Дуань Чун Фэн за всё время использовал только пять-шесть разновидностей, после чего остановился…

Время сражения было равно половине того временного отрезка, который понадобится, чтобы выпить чашку чая, но Дуань Чун Фэн уже был весь мокрый от пота! Он же, всё-таки, Шенхуан, а учитывая их непоколебимую выносливость и стойкость, пусть они бы сражались на протяжении нескольких суток, он бы ни за что не пролил и капельки пота…

Его противник Чжан Даниу, наоборот, дышал довольно спокойно, его дыхание и близко нельзя было назвать учащённым.

Внезапно на поле боя раздался свист, и Чжан Даниу со смехом сказал:

— Ты мне не соперник. Твои приёмы неубедительны, так что давай закончим сражение. Удар ладони «Четыре сезона»!»

Резкий удар! Зрачки Дуань Чун Фэна сузились, на его глазах поднялся ветер!

Удар ладони пронзил воздух! Перед глазами у Дуань Чун Фэна воцарился мрак: всё небо заполнилось тёмными тучами!

Это было лишь реакцией Дуань Чун Фэна на эти удары, хотя у зрителей было немного другое ощущение, но они смогли прочувствовать эту сокрушительную мощь от двух ударов ладонью!

Снова удар — и весенний ветер рождает дождь. Солнце светит ярко, птицы щебечут и цветы благоухают, реки освобождаются от льда!

Следующий удар — летние раскаты грома, неистовый ливень, небо гневается, реки выходят из своих границ!

Ещё один — дыхание осени, первый иней покрывает поля, листья кружатся в листопаде, жизнь на закате!

Последний удар — зимняя стужа, падает снег, всё белым-бело, и не видно конца и края!

Конец жизни!

Первый удар — и разум покидает Дуань Чун Фэна!

Второй удар — он рассеян и не может сосредоточиться!

Третий удар — он обороняется из последних сил.

Четвёртый удар — в его голове хаос и беспорядок.

Пятый удар — он уже не может сопротивляться…

Шестой — он в забытье… и дороги назад нет!

Поражение!

В одно мгновение, словно хлопушка взорвалась в груди у Дуань Чун Фэна. В одно мгновение триста шестьдесят пять ударов ладонью пришлось на его тело!

Фонтаны крови хлестали из ран, даже из глаз и ушей пошла кровь!

Он не успел издать и звука, как его тело начало падать с высоты на землю, попутно в воздухе развалившись пополам. Вся земля была залита кровью! Его тело упало совершенно беззвучно!

Если говорить о том, что Дуань Чун Фэн, будучи таким старым мастером, не мог быть настолько плох и ни на что не годен, однако он сам не удостоил вниманием своего соперника. Ин Бокун сделал вид, что думает, но, когда он отдал распоряжение, Дуань Чун Фэн уже вышел из себя.

Как только тот командир взвода вошёл, как только заговорил, он уже потерял всю надежду восстановить безмятежное состояние, его рассудок был в беспорядке. Он поспешил и наткнулся на приёмы, которые никогда не видел до этого!

Постепенно давление возрастало, уверенность исчезала! Но он ещё продолжал надеяться на успех, вспомнив свои коронные приёмы, пытался отбросить мысли об возможном поражении, но давление было слишком велико: опозориться перед героями Цзянху — это ещё больший позор!

Отрицательные мысли наслаивались одна на другую, что и привело к поражению!

Полнейшее поражение!

На самом деле, со своим совершенствованием он мог хотя бы добиться такого исхода, чтоб пострадали обе стороны. Пусть он мог бы погибнуть, но тогда Чжан Даниу тоже получил бы невосстановимый ущерб!

Очень жаль, что в тот момент, когда Мо Вудао ступил в эту западню, он тоже следом угодил в эту ловушку!

Исход был предопределён! К тому же не было и возможности что-то изменить! Вот так погиб ещё один Шенхуан!

Хотя не было никакой необходимости рисковать своей жизнью, но соперник и так уже не оставил ему никакого достоинства, он был переломан с головы до ног!

Три священные земли. Неуловимый Мир Бессмертных, первый этап, полный провал!

Глядя на эти яркие круги свежей крови на земли, все просто лишились дара речи!

Люди, которые удостоились получить приглашение от Злого Монарха — далеко не дураки. Конечно, различия между ними основываются на их уровне силы, пусть они не знают глубины сил Шенхуанов, но зато им повезло прочувствовать это на себе. За весь бой они не услышали даже вой ветра, однако появляющиеся в воздухе одна за одной чёрные дыры, все прекрасно видели!

Шенхуан третьей ступени так тихо и бесшумно потерпел поражение…

— Я проиграл! Действительно, резать курицу ножом для убоя быков! — Дуань Чу Фэн, выглядев, как мясной фарш, упорно пытался поднять голову и посмотреть на Чжана Данию. Он получил очень страшные ранения, кажется, если бы его просто разрубили на множество кусков, и то вряд ли это могло бы сравнится с мучениями, которые он испытывал. Однако он ни разу не издал мучительного стона, а наоборот — с высоко поднятой головой признал своё поражение.

— Настоящий храбрец! — Чжан Даниу тоже не испытывал к нему презрения, а похвалил его за самоотверженность.

Затем он простодушно почесал голову, и запинаясь, произнёс: — Эм, извини… я был немного жесток. К тому же, те слова… я специально разозлил тебя… пожалуйста, не принимай всерьёз.

Взгляд Дуань Чун Фэна был холодным и острым, однако он согласно кивнул, и тихо сказал: — Каждый верен до конца своему хозяину. Должно быть так! Я не виню тебя, правда, не виню!

Сказав это, он как-то поник, и потерял сознание.

Мо Вудао и остальные владыки молчали, и просто наблюдали за этой сценой.

— Брат Мо! — Си Жо Чен тихо сказал: — В этот раз… ты поступил безрассудно!

Глава 1100. Поздравление от Четырнадцатого Шао!

— Да! — Мо Вудао глубоко вздохнул, его лицо было мрачным: — У меня действительно было огромное желание отомстить, и это было очень безрассудно — доводить всё до такого состояния, отклоняясь от первоначального намерения.

Ху Янь Аобо медленно кивнул: — Однако нельзя сказать, что мы не получили никаких результатов: мы смогли немного прощупать силу Злого Монарха. Цзюнь Мосе показал себя! И думаю, что это был его предел. Хотя и эта мощь просто потрясающа!

— Самое главное, что-то, о чём мы больше всего беспокоились, не случилось! — сказал Ху Янь Аобо. — Лес Тянь Фа не был включён во владения Злого Монарха! Сегодня сюда прибыла лишь Мэй Сюэ Янь! Но и она тут в качестве женщины Цзюня Мосе! Остальных Царей Зверей не видно, так что это хороший знак!

— Брат Ху Янь, ты имеешь в виду… — глаза Мо Вудао заискрились.

— Но брат Ху Янь не должен забывать о тысячах священных зверей, парящих в небе, которых мы видели по дороге сюда! — мрачно сказал Си Жо Чен: — Не нужно делать поспешных выводов о том, что эти два клана не объединились.

— Именно поэтому я и думаю, что ничего не произошло! — сказал Ху Янь Аобо: — Не забывайте о статусе Мэй Сюэ Янь. Если лес Тянь Фа действительно вошёл в состав нового правительства, то почему эти летающие звери прибыли сюда? Не стоит также забывать… что существуют восемь уважаемых предшественников леса, которые на данный момент уже восстановили прежние силы Тянь Фа… Думаете, это так легко — объединить старую и новую власть?

— Именно так! — взгляд Мо Вудао заискрился ещё сильнее: — Необходимо лишь подтвердить, что Цзюнь Мосе и Тянь Фа — просто соседствующие кланы и не более того… И тогда у нас будет больше выбора, главное — поскорее разобраться с Битвой за Небеса, а там уже мы пустим в ход свои излюбленные хитрости.

— Всё нужно отложить до окончания Битвы за Небеса! Как говорят миряне: отомстить никогда не поздно. Если времени достаточно — зачем беспокоиться об этом и днём, и ночью? — сказал Си Жо Чен. — Не стоит оскорблять Тянь Фа или Злого Монарха… Они всё ещё имеют свой вес…

Трое мужчин одновременно улыбнулись и закончили своё совещание.

После завершения боя, сторона Священной земли потерпела поражение, однако они просто унесли пострадавших без каких-либо дальнейших действий.

Это не только вызывало удивление у гостей, даже сам Мосе почувствовал себя немного странно.

И никаких последующих действий? Как так? Эта ситуация впервые не совпала с предварительными расчётами Цзюня Мосе.

Неужели они что-то замышляют? Но… но даже если и так — неважно, им уже ничего не изменить!

— Владыка Цзюнь! Твоя мощь уже достигла невероятных высот. Думаю, что никто в этом не сомневается. Ты притеснил все существующие силы материка Суань. После окончания церемонии я бы хотел поболтать с тобой лично, — улыбнулся Мо Вудао. Он снова вернулся в спокойное и невозмутимое состояние.

— Без вопросов, — без колебаний согласился Цзюнь Мосе. — Сегодняшняя встреча — это просто церемония. Мне очень неудобно за то, что вам пришлось прибыть сюда издалека. Поэтому после окончания церемонии мы устроим недельное бурное гуляние. Прошу вас, веселитесь вдоволь, все расходы берёт на себя Злой Монарх!

Послышались возгласы толпы, но Мосе сумел уловить в них чей-то слабый голосок: — Владыка Цзюнь, в делегации Туманного Призрачного Дворца присутствует член семьи Чжань — Чжань Ву Фэн. Можно ли ему после окончания церемонии переговорить с владыкой Цзюнь наедине? Хотелось бы обговорить варианты сотрудничества правительства Злого Монарха и семьи Чжань!

«Чжань Ву Фэн? Семья Чжань… О чём они хотят со мной поговорить? О возможном сотрудничестве?», — Цзюнь Мосе был ошеломлён таким заявлением, это оказалось слишком неожиданно.

— Хорошо! — Цзюнь Мосе одобрительно кивнул головой.

Вслед за этим на столы начали подавать еду и вино, гости успокоились, подумав, что сегодня неожиданностей больше не предвидится. Однако действия трёх священных земель показались всем слишком странными. Казалось, что на тот момент они окончательно вышли из себя, но после того, как их мастер получил ранение, три священные земли вдруг отступили… Такой поворот событий ещё больше напугал толпу, но, в то же время, подтвердил чрезвычайную наглость и дерзость Злого Монарха!

Все ещё раз подумали о произошедшем. Однако этот инцидент касается могущественных кланов и никак не связан с обычными мастерами. Даже если кто-то из них захочет прильнуть к одному из лагерей, те даже взгляд в сторону такой мелюзги не бросят. Так что лучше забить хер и наслаждаться роскошными блюдами и винами сегодняшней церемонии. Как раз в то время, когда все собирались начать трапезу, вдруг раздался протяжный свист, сотрясающий воздух!

Этот свист буквально проломил дверь, казалось, будто облако из тысячи демонов нависло над головами гостей, заставляя их задыхаться!

Мяо Чжань, Мяо Дао и Мяо Цзянь и несколько Шэнцзунов Священных земель тут же переменились в лицах!

Потому что они уже определили личного прибывшего гостя!

Появление этого человека — настоящая катастрофа, это нечто хуже, чем Битва за Небеса!

Прозвучал мрачный голос: — Злой Монарх устроил такую церемонию в честь основания собственного правительства… Как же я мог пропустить такое веселье? Четырнадцатый Шао прибыл сюда с поздравлениями, так что Злой Монарх, Цзюнь Мосе, выходи поскорее!

Четырнадцатый Шао!

Этот злой и величайший мастер, признанный во всём мире, действительно пришёл!

— Четырнадцатый Шао, ты так любезен. Но раз уж ты здесь, почему бы нам не выпить по бокалу хорошего вина? Мы приготовили самое лучшее вино, которое обязательно придётся тебе по вкусу! — сказал Цзюнь Мосе.

— Вино у тебя, безусловно, отличное, но некоторые из гостей уж очень мне не по душе! Так что выпьем в другой раз! — раздался голос Четырнадцатого Шао. Казалось, будто звук шёл сразу со всех сторон, но, в конце концов, он сосредоточился в центре зала, образуя чёткое законченное предложение.

— Ха-ха, раз уж Четырнадцатый Шао не желает показаться, тогда этот кувшин с вином будет даром в его честь!

Внутри зала, на возвышенную платформу вдруг с треском обрушился кувшин с вином, однако вся эта жидкость моментально превратилась в форму кристального длинного меча, который, словно метеор, вылетел в сторону главного входа!

«Винный меч» тут же бесследно исчез из виду, оставив после себя лишь звук рассекаемого воздуха!

Это что ещё за мастерство?

Всех присутствующих вдруг охватила паника!

Мяо Чжань удивлённо посмотрел в направлении исчезнувшего меча и призадумался.

Чуть погодя раздался восторженный голос Четырнадцатого Шао:

— Действительно, как ты и сказал, это просто божественное вино! — а затем добавил: — Малец Цзюнь, ты всё ещё не вышел?

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал: — Неужели твои слова о поздравлении — пустая болтовня? Так где же мой поздравительный подарок? Как только получу его, сразу же выйду.

Все гости просто потеряли дар речи: «Этот псих сам пришёл поздравить тебя, не устроив хаоса, разве это не лучший подарок? Сколько ещё людей в этом мире удостоились такого отношения? Но нет же, тебе мало, ты продолжает открыто требовать свой подарок…»

— Подарок… — слегка смущённо сказал Четырнадцатый Шао. Кажется, этот псих не был готов к такому…

— Да, подарок! — твёрдо ответил Цзюнь Мосе.

— Я подарю тебе свой уникальный клинок! — снаружи раздался грохот, похожий на раскат грома, а вокруг всё заполонило чёрным дымом, словно огромный чёрный дракон вылетел из преисподней!

Вдруг в зал влетело скопище густых лучей чёрного света! Приблизившись к платформе, чёрный свет постепенно рассеялся и превратился в тонкий, как палочка для еды, острый клинок.

Никто не мог в это поверить. Такой оглушительный грохот… И всё из-за такого малюсенького клинка….

— Четырнадцатый Шао, ну какой же ты скупой… позор тебе за такой подарок! — после презрительного возгласа Цзюнь Мосе все присутствующие гости увидели молодого человека в белом одеянии, который внезапно появился на возвышенной платформе. Он держался с достоинством и изяществом, словно само божество!

В следующую секунду этот юноша с улыбкой покинул главный зал. Он двигался медленно, оставляя после себя свои призрачные силуэты аж до самого выхода, а затем исчез из поля зрения… Призрачные тени молодого мастера тоже начали потихоньку рассеиваться…

Злой Монарх!

Цзюнь Мосе!

Наблюдая за исчезающими силуэтами молодого парня, Мяо Чжань вдруг глубоко вздохнул. Он уже осознал, что совершенствование Злого Монарха даже превзошло его собственное!

Тогда… Может ли этот ребёнок быть Мо Цзюнем Е?

Вспомнив показатели Мо Цзюня Е в Туманном Призрачном Дворце, Мяо Чжань, Мяо Цзянь и Мяо Дао пришли в замешательство.

«Это действительно возможно? Но почему же тогда нет никаких признаков сходства?»

Все трое одновременно нахмурились, их уверенность вдруг улетучилась.

И хотя Цзюнь Мосе покинул зал, в настоящий момент гости продолжали кричать в его адрес хвалебные возгласы.

— Это легендарный Злой Монарх! Он действительно самый достойный владыка нашей эпохи…

Цзюнь Мосе лишь слегка улыбнулся, но каждый из присутствующих счёл эту улыбку именно в свою сторону, будто Мосе поприветствовал именно его… Все, абсолютно все гости так думали!

— Ты принёс то, о чём я просил? — Четырнадцатый Шао стоял в пустоте, уставившись на Цзюня Мосе.

— А если я скажу, что не принёс? — спросил Цзюнь Мосе.

— Пока я не сражусь с твоим наставником, не стану тебя трогать! — Четырнадцатый Шао кинул пренебрежительный взгляд. — Твой прогресс действительно очень быстр, но твоего совершенствования ещё маловато, чтобы вступить со мной в бой!

— Ха, хочешь сразиться с моим учителем? Да он тебя в два счёта размажет… — Цзюнь Мосе закатил глаза и достал из-за пазухи волшебное оружие Шеньцу. Он покачал головой и сказал: — Я изучал эту вещь в течение нескольких дней, но так и не понял, как её использовать! Ты уверен, что это волшебное оружие?

Глава 1101. Лиса пользуется могуществом тигра!

Четырнадцатый Шао вытянул руку, и волшебное «шенцю», которое он так давно не видел, через миг уже оказалось у него в ладони. Он, с восторгом смотря, немного покрутил его, а потом равнодушно произнёс: — У тебя нет энергетики подземного мира, разумеется, ты не сможешь справиться с ним.

Он крутанул запястьем, и чудесное оружие исчезло. Его фраза означала, что, только обладая энергетикой подземного мира, это оружие может проявить свои истинные способности!

В чужих руках оно практически бесполезно, а вот в руках Четырнадцатого Шао оно может внезапно приобретать совершенно различные формы, иногда это длинный меч, иногда это зазубренный нож, а через мгновение — уже нефритовая флейта… За одно мгновение может поменяться более двадцати раз…

— Чудесное шенцю, наконец, снова расцвело! Оно обладает своей кровавой музыкой, и оно непременно наполнит своими мелодичными звуками весь мир… — Четырнадцатый поднял глаза к небу. Его взгляд был мечтательным, и наполненный далёкими воспоминаниями. Он глянул на Цзюня Мосе, легонько улыбнулся, и внезапно его тело стало медленно исчезать…

Даже ни слова не сказал на прощание!

«Сука! Из-за твоей проклятой рухляди мне пришлось потратить столько сил, чтобы достать её, а ты даже и „спасибо“ не потрудился мне сказать? Вот что за человек? Вообще хоть немножко понимает, как происходят отношениями между людьми?», — Цзюнь Мосе опешил. Такого поведения он не ожидал. — «Даже никак не отплатил за услугу… Эм, подождите, кажется он оставил какой-то меч… Ледяной клинок из подземного мира? Блядь, да у меня этого барахла навалом! Он считает его какой-то супер-редкой вещью, что ли? Мусор, да и только!»

Похоже, в этом мире Цзюнь Мосе впервые остался без вознаграждения за проделанную работу. Хотя, чтобы достать шенцю, он не потратил много сил, всё же он не уцепил никакой выгоды для себя, а это просто невероятно для него! Чем он больше думал об этом, тем больше злился. Вдруг он затопал ногами и яростно взревел: — Четырнадцатый Шао, чёртов скупердяй, да пошёл ты нахуй! Бессовестный ушлёпок, больше не попадайся мне на глаза! Если ещё раз тебя увижу, три шкуры с тебя за это сдеру, сукааа!

Цзюнь Мосе прямо серьёзно психанул на этот раз… если бы Четырнадцатый Шао до сих пор был здесь, Мосе бы наверняка затеял с ним драку!

Вытащил бы из пагоды всю силу, но заставил этого негодника обмочиться от страха, и не остановился бы, пока ему не вернули долг…

Однако в тихом безмолвии от Четырнадцатого Шао уже не было и следа… Как только он получил своё желанное оружие, сразу же смылся, и неизвестно уже где сейчас находился…

Однако этот яростный крик Цзюня Мосе совершенно отчётливо был слышен в большом зале.

Все гости ахнули, и цокнули языком от удивления!

Даже Мяо Дао, Мяо Цзянь и Мяо Чжань не были исключением!

«Этот мальчишка, похоже, сошёл с ума! Кто во всей Поднебесной осмелится вот так оскорблять Четырнадцатого Шао? Да, еще и такими словами!»

У большинства мастеров от одного только имени Четырнадцатый Шао пробегает холодный пот по спине, не говоря уже о том, чтобы сказать что-то плохое в его адрес!

К тому же в подобной ситуации, когда Четырнадцатый Шао лично прибыл поздравить Злого Монарха, да ещё и подарил очень ценный и дорогой подарок: Ледяной клинок из Подземного мира!

Это действительно очень дорогая вещь, волшебное оружие, способное защитить от любой несчастной напасти! К тому же на нём остаётся мрачная энергетика подземного мира, и, если ледяной клинок атакует Почтенного мастера и ниже по уровню, мастер уже никогда не сможет исцелиться от этого ранения!

Можно назвать этот небольшой клинок бесценным сокровищем!

Однако сейчас было заметно, что Злой Монарх очень недоволен этим подарком, что даже разразился такой несусветной бранью! И самое невероятное было: первый безумец всей Поднебесной, самый свирепый и опасный человек в мире, Четырнадцатый Шао… Даже не возразил ему, и кажется, просто тихо удалился восвояси?

Да, что здесь вообще такое происходит?

Злой Монарх, что, настолько крутой?!

Это прямо-таки что-то невероятное, диво дивное, чудеса, да и только…

Он, действительно, бессмертный…

Услышав донёсшуюся до главного зала брань и оскорбления, гости не подумали, что Злой Монарх грубый и дурно воспитанный, а наоборот они прониклись благоговением к нему, особым чистосердечным уважением…

Одна фраза: истина в силе!

Даже Мо Вудао и остальные владыки поджали головы: Четырнадцатый Шао всегда был тем человеком, с которым три священные земли никак не могли сладить, очень любопытно, как он стерпел такие оскорбления от Цзюня Мосе?

Выругавшись, Цзюнь Мосе почувствовал себя подавленным, и до сих пор ещё в плохом настроении вошёл в зал!

Белоснежное платье разлеталось в стороны, ледяной взгляд, на лице маска ярости и гнева.

Как только он вошёл, он сразу же столкнулся с последствиями своей потери контроля: оказывается, все гости встали, устремив взор на то, как он заходит. Когда он проходил мимо, каждый пытался состроить милейшую улыбку, а потом они в страхе опускали голову вниз, словно своим взглядом, уже оскорбляли Злого Монарха…

Даже Мяо Чжань и остальные люди из призрачного дворца, которые изначально смотрели на него как на младшего, сейчас же смотрели взглядами полными неопределенности… Взгляд Мо Вудао был наполнен страхом, даже ужасом!

Цзюнь Мосе сначала опешил, а потом до него дошло: это всё из-за оскорбления в адрес Четырнадцатого Шао…

«Блядь! Никогда бы не подумал, что таким способом можно добиться подобного эффекта!»

Внезапно Мосе вспомнил одну фразу: самый быстрый способ добиться известности и успеха — это на глазах у всего мира жёстко унизить человека, уже имеющего высокую известность! Тогда ты за один день станешь популярным человеком и прославишься на весь мир!

«Где тут „за один день“? Тут „за один вздох“ больше подходит…»

К тому же эффект оказался настолько превосходным…

Не хотел появляться перед гостями, но всё же вышел… Должно быть, следует сказать пару слов.

Цзюнь Мосе сначала был подавлен, разгневан, потом в замешательстве, но, когда он всё понял, решил, что надо как следует использовать эту внезапно подвернувшуюся возможность, и, благодаря Четырнадцатому Шао, возвысить авторитет дворца Злого Монарха!

К тому же для этого у него имеется превосходный план!

Как и изначально планировал, Цзюнь Мосе встал в самом центре зала, слегка откашлялся, и сказал: — Господа, прошу вас, присаживайтесь. Эм, у нас тут с братом Шао вышла небольшая ссора, ну ничего серьёзного… Хе-хе, он сейчас уже далеко отсюда… Я, правда, потерял контроль над собой, и очень сожалею, что встревожил вас этим. Прошу вас великодушно простить мне моё поведение.

Цзюнь Мосе сказал это с лицом «я очень тактичный и скромный человек, я не хочу много говорить о произошедшем». Все присутствующие по его отношению к этому делу должны были понять: «я не собираюсь воспользоваться славой и репутацией Четырнадцатого Шао, быть на него похожим, и творить разные бесчинства и подлости…»

Однако, фактически, он уже сделал всё это…

Услышав его слова, не осмеливаясь ослушаться, все смирно один за другим заняли свои места. У кого-то уже прокатился ледяной пот по позвоночнику: кто станет требовать извинений от человека, который несколько минут назад поносил самого Четырнадцатого Шао?

Хорошо, что здесь ещё много народу — не так страшно, но если один на один услышать это, думаю, можно было испугаться до смерти просто…

И ещё этот «благородный» жест… Цзюнь Мосе весь светился от улыбки, но при этом был сдержан и высокомерен… Однако ни для кого это не было чем-то неприятным: такой человек должен обладать соответствующими манерами, если не так, это было бы просто ненормально…

Он так высокомерен и безумен… потому что так и надо!

Тебе что-то не нравится, не хочешь мириться с этим? Ну, иди и отматери Четырнадцатого Шао, а потом приходи, если вернёшься живым! И тогда можешь не мириться в своё удовольствие!

А, если действительно попробуешь это сделать — даже твои давно умершие предки содрогнутся под землей…

Потому что ты — не Цзюнь Мосе, и у тебя нет силы, как у него!

Наконец, Цзюнь Мосе начал свою речь. Его голос был спокойным, но при этом сильным и властным, два резко противоположных настроения нашли гармонию в его речи.

— Господа, я очень тронут! Дворец Злого Монарха находится на самом юге. Местность довольно глухая, и труднопроходимый горный рельеф, но вы, не пожалев своих сил, всё же смогли добраться сюда! Для меня это поистине большая честь, хочу выразить вам свою благодарность и поприветствовать всех!

Он сделал жест приветствия. (левая кисть охватывает правый кулак перед грудью)

Кроме трёх священных земель и Призрачного Дворца, все остальные гости тотчас же сделали ответный жест приветствия!

— Злой Монарх решил представить пред всем миром создание своей резиденции в этот момент! Разумеется, с установленной политикой и чёткими законами! — мягкий голос Мосе постепенно становился всё более серьёзным, даже жёстким, которому трудно оказать сопротивление. Словно небо в одночасье заполнилось мрачными тучами, и это давление пробирало до самой глубины души: — Главное направление политики дворца Злого Монарха… ах, да! Действовать ради всей Поднебесной, ради материка, ради всего народа! Во имя мира и людей!

Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан наверху чуть со стульев не свалились…

«Это что вообще такое? Эти слова…просто переходят всякие рамки…»

Цзюнь Мосе с совершенно спокойным и невозмутимым лицом, продолжал: — Это официальное обращение ко всему миру! Начиная с этого дня, я, Злой Монарх, не допущу совершения подлых и несправедливых злодеяний! Я всегда буду презирать и бороться с людьми, которые обманывают мужчин и берут силой женщин! Это главный принцип, которого я всегда буду придерживаться, и он не подлежит обсуждению!

Наконец, Мосе всё-таки не сдержался, и немного отклонился в сторону, закрыв рукавом платья своё лицо, и несколько раз покашлял.

Кажется, Цзюнь Мосе вот-вот получит внутреннюю травму…

Глава 1102. Девять декретов Злого монарха!

Ин Бокун, высоко запрокинув голову, смотрел в потолок, стоял он совершенно неподвижно, словно каменное изваяние.

Кто же мог предположить, что этот старый Ин был настолько возмущён, что изо всех сил пытался этого не показывать? Впрочем, как и все остальные так называемые знакомые Цзюня Мосе, например, Ли Юран, Тан Юань и Мо Вудао — на лицах у всех них сводило мышцы от негодования… Самая яркая реакция, разумеется, была у толстяка Тан Юаня. Услышав слова Цзюня Мосе, он забыл, как дышать, а потом резко закашлялся, словно в астматическом припадке, его так затрясло, как будто ему только что хорошенько ударили по голове…

Действительно, смех, да и только… Если говорить о людях, которые обманывают мужчин и силой берут женщин, боюсь, во всем Тяньсяне не найти ещё худшего преступника, чем сам Цзюнь Мосе. Только одному Богу известно, как у этого негодника хватило стыда вылепить что-то подобное…

Кажется, если у Цзюня Мосе нет особых причин краснеть, тогда у Злого Монарха и подавно… Хотя говорить так — это, конечно, уже чересчур. Тем не менее, это ближе к правде…

«То, что было в прошлом… какое отношение имеет ко мне…»

— Запрещается угнетать и притеснять других людей! Это — первый закон, который устанавливает Злой Монарх в Цзянху! — сказал Цзюнь Мосе не спеша. — Второй закон: запрещается обижать мирных граждан! Жизнь обычных людей и так достаточно тяжела, а мы — воины, а значит, должны вести себя благородно и доблестно, без личной выгоды служить государству и народу… Если мы будем позволять себе насилие над простым народом, значит, мы хуже животных! Поэтому тех, кто попробует нарушить этот закон, немедленно ждёт смерть!

Третий закон: запрещается…

— …тот, кто осмелится нарушить девять вышеперечисленных законов Злого Монарха, будет немедленно убит! Если даже вы считаете, что за спиной у вас есть поддержка или какая-либо могущественная сила — знайте, вам всё равно никто не поможет! Поэтому, господа, как следует обратите на это свое внимание, я надеюсь, что на руках у Злого Монарха не будет крови вашей, ваших близких, ваших учеников или наставников!

Цзюнь Мосе перечислил девять пунктов, которые запрещено нарушать.

Девять строгих декретов!

— Кроме того, здесь и сейчас я должен вам торжественно представить декреты Злого Монарха.

Цзюнь Мосе убрал руки за спину, и в этот момент в воздухе внезапно появился какое-то невероятное нечто из облаков и дыма. Облака клокотали и парили, а потом после этого немного сместились в сторону, образовав собой удивительный воздушный рисунок. Посередине был иероглиф «декрет», внизу иероглиф «злой», а длинный меч в окружении солнца и луны, символизировал собой иероглиф «убивать»!

— Это — именной знак Злого Монарха. Если дощечка с подобной надписью попадёт к вам в руки, прошу вас, господа… окажите мне честь! — Цзюнь Мосе, заложив руки за спину, с глазами, метающими молнии, серьёзно посмотрел на всех присутствующих!

— Те, кто будут уважать меня, также получат и моё уважение в ответ! — Цзюнь Мосе равнодушным тоном продолжал: — А те, кто не станет меня уважать… Ах, у меня особо нет никаких недостатков, за исключением того, что у меня довольно скверный характер. И есть одна дурная привычка: я очень злопамятный, но, однако, кто из нас без недостатков?

Цзюнь Мосе покачал головой, и раздосадовано вздохнул, словно он был очень недоволен своим же характером…

Так звучала угроза!

Самая настоящая угроза!

Вне всякого сомнения, это было предостережение для всего остального мира!

Тех, кто посмеет ослушаться… казнить!

— Господа, может, у вас есть какие-то вопросы или возражения? — Цзюнь Мосе с очень доброй и искренней улыбкой спросил.

Все обменялись растерянными взглядами. Ещё немало человек обратили свои взоры на Мо Вудао, Си Жо Чхэна и других людей из трёх священных земель!

«Злой Монарх такой дерзкий и своевольный, а что вы, священные земли, ничего не скажете в ответ ему? Разве в прошлом вы не были грозными и величественными?»

Однако Мо Вудао, напротив, не произнёс ни слова, оставаясь преспокойно сидеть на своём стуле, словно он даже и не слышал вопроса Цзюня Мосе. Си Жо Чхэн и Ху Янь Аобо же находились в тяжёлых раздумьях, а брови Мо Вудао слегка дрогнули, словно он смотрел на какого-то определённого человека.

— Значит, возражений нет. Тогда я приму ваше молчание за согласие. Ха-ха, похоже, у нас у всех очень обострено чувство справедливости! — Цзюнь Мосе с усмешкой произнёс: — Тогда так и порешаем…

— Минуту! — один рослый мужчина, мастер из Неуловимого мира бессмертных, отличающийся своим грубым нравом, наконец, не выдержал и подпрыгнул со своего места. Оказывается, его храбрость была выше предположений Мо Вудао!

Мо Вудао смотрел именно на этого мастера! В его глазах читалось: «За мной великие священные земли! Хотя владыка Мо не стал лично ничего говорить, он дал мне знак, а, значит, я должен доказать ему свою преданность! Сейчас ни у одного мастера не хватит смелости покинуть своё место, это прекрасная возможность отличиться! Во всяком случае, здесь столько людей, все три владыки священных земель к тому же. Каким бы безумцем не был этот Злой Монарх, но он же не убьёт меня прямо здесь, на глазах у всех?»

Подумав так, он все же решил подняться, к тому же с очень возмущенным взглядом!

— У тебя есть возражение? — Цзюнь Мосе со зловещей улыбкой спросил.

— Да! — рослый мужчина с курчавой бородой, выпятив грудь вперёд, сказал: — Мы…

— Прости, но такие слова здесь недопустимы. Какие ещё «мы»? Вне зависимости от того, к какой местности ты относишься, ты максимум можешь говорить только за себя! — Цзюнь Мосе дружелюбно произнёс: — Я уже, кажется, упоминал, что я — человек с несколько ограниченной душой. Больше всего я не терплю возражений в свой адрес, поэтому тебе совершенно необязательно говорить что-то конкретное. Это просто не имеет смысл, трата времени впустую и не больше…

Мужчина с курчавой бородой только было хотел начать говорить, как вдруг у него по спине пробежал ледяной холод, и он, побледнев от страха, воскликнул: — Я…

— Повинен смерти!

Цзюнь Мосе находился на расстоянии около тридцати метров от мастера с курчавой бородой, однако его никак это не смутило. Мастер даже не успел вскрикнуть, как крепкий удар пронзил его череп!

Череп разбился вдребезги и разлетелся в стороны! Капли крови брызнули фонтаном. Ужасающий хруст костей пронзил сердца всех присутствующих.

— Кто ещё имеет возражения? Возможно… есть ещё те, кто не одобряет политику Злого Монарха? Прошу, смелее, высказывайтесь все! — Цзюнь Мосе с особой искренностью в голосе сказал: — Кроме своего маленького недостатка, я совершенно нормальный и адекватный человек! Я особенно лоялен к многообразию мнений и идей, так что, если у кого-то есть какие-то сомнения — прошу, пожалуйста, не надо душить их на корню, о таких вещах всегда надо говорить прямо, не так ли? Если я ошибаюсь, разумеется, я должен узнать об этом… я обязательно… прислушаюсь к чужому мнению…

Услышав слова Цзюня Мосе, все медленно посмотрели на его доброе и искреннее выражение лица, а потом снова посмотрели на бездыханное тело убитого им секунду назад мастера, у всех по телу пробежали холодные мурашки от испуга!

«Кто поверит твоему вранью? Чёртов психопат! Как наглости у тебя хватает говорить, что ты совершенно нормальный и адекватный человек? И ты говоришь, что всегда прислушиваешься к чужому мнению? Он даже договорить не успел, а ты уже башку ему раскрошил…»

— Эм, а что здесь случилось? — Цзюнь Мосе нахмурился, и в недоумении посмотрел на лежащий труп: — Почему этот славный мастер вдруг решил покончить с собой? Неужто он был настолько недоволен тем, как мы принимаем гостей?

Ледяной озноб прокатился по спинам всех гостей!

Вдруг решил покончить с собой? Он вдруг решил покончить с собой?

В ушах всех гостей прозвенели только такие вопросы, но никто так и не решился открыть рот!

— Чжан Даниу! Ты взводный командир, в конце концов, или кто? Не видел разве, что у нас тут гость покончил с собой? Ты почему ещё до сих тут стоишь? — Цзюнь Мосе строго отдал приказ: — Немедленно узнайте причину!

Чжан Даниу с горестным выражением лица кивнул, и быстро убежал.

Быстро наведя справки, он вернулся: — Докладываю: после того, как этот товарищ услышал величественный план хозяина, он был вне себя от радости и пришёл в возбуждение, что и привело к кровоизлиянию в мозг. Видимо, чрезмерная радость влечёт за собой печаль, в итоге его череп не выдержал, и взорвался!

— Оказывается, вот оно что! Очень чувствительный человек… — Цзюнь Мосе вздохнул с сожалением: — Похороните, как следует.

— Есть!

Чжан Даниу подозвал несколько человек, они быстро вынесли труп, а потом всё убрали до кристальной чистоты.

Что? Чувствительный человек?

Все просто недоумевали от этого умозаключения.

Такое объяснение… разве это уже не слишком?!

Разве нельзя было придумать что-нибудь получше?

— Конечно! Справедливость в человеческий сердцах! Даже за преступления во дворце Злого Монарха, я буду очень строго наказывать! — Цзюнь Мосе спокойным голосом произнёс: — Декреты Злого Монарха действуют повсеместно. Они будут появляться в Цзянху раз в два месяца. За них будут отвечать восемь человек. По двое человек на каждую сторону света! Приказчикам воспрещается устраивать резню, и уж тем более чинить произвол! Чтобы казнить виновного, сначала требуется провести расследование, составить письменный отчёт… В случае появления ошибок, самого приказчика ждёт смерть! Поэтому, благодаря декретам Злого Монарха, повсюду воцарится мирная обстановка! — Цзюнь Мосе торжественно рассказывал, едва сдерживаясь в рамках этикета: — Суд дворца Злого Монарха будет строго контролировать этот процесс! Ошибку можно будет искупить только своей кровью!

Все немного перевели дух: «Так-то лучше… А то уж мы подумали, вы будете убивать всех без разбора…»

Немного посовещавшись, все заметили, что три священные земли по-прежнему не предпринимали никаких действий, лишь беспомощно кивая. Они только кивали в знак согласия, но никаких письменных подтверждений не последовало…

Поэтому все остальные тоже отбросили лишнее беспокойство.

На самом деле, подавляющее большинство людей думало: «Если даже после мы не выполним обещанное, что ты сможешь сделать нам? Гора высока, император далеко, ваш дворец, возможно, и силён, но многое ли вам под силу? Ну, убьёте одного-двух человек… Весь же материк Суань вырезать не сможете? Даже если мы вам дадим обещание, что с того…»

— Поскольку ни у кого нет возражений, так на этом и порешаем, — Цзюнь Мосе бодро рассмеялся, потом его взгляд резко стал серьёзным, и он медленно сказал: — Господа, прошу вас запомнить — я, Цзюнь Мосе, никогда не раскидываюсь шутками. Это как раз одно из моих достоинств, которым я особенно горжусь…

И на этой лёгкой фразе, он закончил свою речь, ознаменовав начало банкета! Звон бокалов и разговоры подвыпивших людей, пытавшихся забыть о произошедшем…

Глава 1103. Встреча

Некоторые из кланов, принадлежащих трём священным землям, уже подумывали о том, как после Битвы за Небеса уничтожить Злого Монарха и разграбить его богатства… А хорошего тут много…

Что же касается правил Злого Монарха… Да кому до них есть дело?

Но они и представить не могли, к каким последствиям приведёт их пренебрежительность…

— Приятного всем аппетита, — сказал Цзюнь Мосе. — Я вынужден вас покинуть.

— Погодите, Злой Монарх. Мы проделали такой путь не просто так. У нас есть вопросы, требующие вашего внимания, — сказал Си Жо Чен.

— После сегодняшнего приёма вы можете остаться тут еще на пару дней. Все вопросы после. Сегодня день основания моего правительства, так что больше ни слова о рутинных делах, — Цзюнь Мосе посмотрел на людей из трёх священных земель и Туманного Призрачного Дворца и многозначительно улыбнулся. — Никто из вас не вернётся домой с пустыми руками.

Этот намёк заставил сердца гостей успокоиться.

Цзюнь Мосе ещё раз извинился, и через мгновение его тень бесследно исчезла.

Бесчисленное количество слуг вышли со всех сторон, неся в руках прекрасные вина и кушанья…

Ин Бокун, Фэн Цзюань Юнь и Цзюнь Вуй поднимали бокал за бокалом. Атмосфера становилась всё горячее.

А нельзя было иначе. Все, абсолютно все гости получили выгоду с этой поездки. И это не только знакомство со Злым Монархом, но и ценные подарки, которые он им подарил. Вина и блюда на столах были невероятно вкусными, такое даже в самых роскошных ресторанах не увидишь!

Те, кто придерживался нейтральной позиции или же были пренебрежительно настроены к Злому Монарху, предпочитая ему три священные земли, не смели выразить своё недовольство. Кому нужны проблемы?

Пока мастера Цзянху пировали в гостиной, девочки на верхнем этаже также вели оживлённые беседы.

Спустя некоторое время они уже хорошенько перезнакомились друг с другом.

— Сестра Мэй, сестра Куинхан… сестрёнка Сяо И… Почему вы выглядите так странно? Что такое? — Мяо Сяо Мяо с удивлением посмотрела на них.

«Эти сёстры не только красивы, но и обладают хорошим характером. Кажется, что они ведут себя искренне. Это как-то нерационально: я ведь из Туманного Призрачного Дворца, который как-никак приближен к трём священным землям. Но при первой же встрече эти девушки ведут себя со мной столь откровенно… Это слишком странно… Ладно Дугу Сяо И, она молода и неопытна, но Мэй Сюэ Янь — хозяйка леса Тянь Фа. Она бы не стала себя так вести, тем более в присутствии Цяо Инь. Но Сяо Мяо не могла задать такой вопрос малознакомым людям.

Но сейчас, услышав слова Злого Монарха, все девушки вдруг переменились в лицах. Мяо Сяо Мяо не могла не задаться вопросом: «Что же случилось?»

Слова Злого Монарха, хотя и звучат чрезвычайно высокомерно, но открытие нового правительства требует сил. Ведь в нынешнем мире прав тот, у кого больше кулак, так что суровые методы просто необходимы.

В конце концов, если Злой Монарх не сможет полностью подавить «людей с возражениями», то этот прием непременно окончится трагедией.

Может, такие методы и выглядят жестокими и даже безумными, но это лучшее, что можно применить в данной ситуации. Авторитет нужно устанавливать сразу.

«Но почему у сестры Мэй и других девушек такая реакция? Ладно, остальные… у них соответствующее воспитание, но Мэй Сюэ Янь, будучи хозяйкой Тянь Фа, как она может себя так вести?»

— Сестра, ты всё не так поняла. Мы вовсе не за установление власти путем насилия, — Мяэ Сюэ Янь улыбнулась и про себя добавила: «Да что ты вообще знаешь о Мосе? Тебе известна лишь одна его сторона под названием Мо Цзюнь Е. Если этот парень захочет стать даже драконом или тигром, он будет драконом или тигром…»

— Кто бы мог подумать, что брат Мосе скажет такие потрясающие слова, вот уж точно неожиданно! — с восхищением сказала Дугу Сяо И. — Его методы и уловки просто невероятны. Если бы я знала, что намечается такая веселуха, то обязательно бы к ней присоединилась!

Мяо Сяо Мяо фыркнула.

В этот момент Цяо Ин, сидевшая напротив дверей, вдруг переменилась в лице, её спокойствие резко улетучилось.

Мяо Сяо Мяо также что-то почувствовала и подняла голову.

В дверях появился чей-то силуэт.

От появления этого человека Мяо Сяо Мяо несколько встрепенулась.

Юноша с чёрными волосами, небрежно собранными в золотистую заколку всем своим видом внушал ощущение решительности и смелости. Его брови были словно два острых клинка, а глаза светились ярче любой звезды. Все, абсолютно все черты его лица казались идеальными.

Он медленно вошёл в комнату.

Казалось, будто даже в его шагах был некий естественный ритм, доставляющий такой же кайф, как лёгкий ветерок с горного источника.

Однако во взгляде этого юноши мелькало смешанное чувство равнодушия и надменности.

Будто в этих глазах таилось страшное зло, способное уничтожить всё и вся.

С первого взгляда Мяо Сяо Мяо сразу определила личность этого человека.

Злой Монарх — Цзюнь Мосе.

В этом мире никто не вывезет такое прозвище, кроме Цзюня Мосе.

Лишь при виде этого паренька у любого человека в глубине души тут же всплывают эти два слова, сотрясшие целый мир.

Вся тирания и жестокость этого имени всецело отражена в теле молодого мастера.

И хотя он ещё не сказал ни слова и не сделал ни одного движения, однако именно такое поведение наилучшим образом отразило сущность Злого Монарха.

«Все демоны мира признали меня своим Монархом.

Моя слава заслужена, как и истина моего имени»

В этот момент Мяо Сяо Мяо вдруг разозлилась. Источником сего гнева оказались три священные земли.

Этот юноша прекрасен, как небожитель, независим, как облака на вершине гор, свободен, как пронизывающий насквозь лесной осенний ветер. Думаю, что даже его злость похожа на сильнейшие раскаты грома.

Как такой человек может быть «похотливой и бессовестной скотиной, которая пойдёт на что угодно ради личной выгоды»?

Мяо Сяо Мяо была твёрдо убеждена, что слова Мо Вудао не имеют абсолютно никакого отношения к человеку, стоящему перед ней. Как такой благородный юноша может заниматься настолько грязными вещами?

Всё это клевета, проделки трёх священных земель, чтобы обесчестить Злого Монарха.

Неужели три священные земли вот так просто оклеветали другого человека?

Такое глупое поведение для уважаемых и влиятельных сил материка Суань…

Можно, в принципе, ничего не говорить, а просто посмотреть на красавиц в этой комнате. Какая из них не удивительна и не прекрасна? Ласковые взгляды этих дам обращены только на Цзюня Мосе, так зачем же ему обычные девицы? Судя по разнице между женщинами, о которой говорила матушка, все девушки, кроме Гуан Куинхан, кажутся нетронутыми, девственными. Так каким же самоконтролем нужно обладать, чтобы обуздать свои физиологические потребности? Этот Мо Вудао — просто невероятный говнюк!

Кроме того, при виде Цзюня Мосе Мяо Сяо Мяо испытала неописуемое чувство близости и доброты. Это чувство было настолько сильным, что Сяо Мяо вдруг удивилась ему… и даже пришла в некоторое замешательство…

«Почему? Почему у меня такие знакомые ощущения? Это невозможно, но почему так? Мне нравится Мо Цзюнь Е и только! Что за непостоянство, тьфу! Да как я вообще могу о таком думать…»

При этой мысли Сяо Мяо ещё раз возродила образ Мо Цзюнь Е в своей голове, полностью уничтожив какие-либо мысли о Цзюне Мосе.

— Наши гостьи действительно необычайно хороши собой. Я даже обомлел, — Цзюнь Мосе улыбнулся и сделал комплимент, глядя на Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо.

Когда он направил свой взгляд на Сяо Мяо, в его глазах смутно ощущалась некая сердечность.

— Здравствуйте, Владыка Цзюнь! — Мяо Сяо Мяо поспешно встала и поздоровалась.

Она вела себя сдержанно. Пусть перед ней и стоял привлекательный юноша, однако он обладал таким же положением, что и её дед — Мяо Цзин Юнь. Сяо Мяо не смела показаться даже немного неучтивой.

Однако в душе она всё ещё пребывала в замешательстве: «Почему этот парень так странно на меня смотрит?»

— Цзюнь Мосе, как поживает мой Искусный лотос? — бесцеремонно спросила Цяо Ин, попутно одарив Мосе самым равнодушным взглядом.

— Искусный лотос? О-о-о… — Цзюнь Мосе поднял брови и улыбнулся: –Мне так стыдно…

— В чём дело? — Цяо Ин вдруг вытаращила глаза и соскочила с места. Её взгляд казался тревожным: «Неужели он угробил мой Искусный лотос?»

Глава 1104. Отведаете корень лотоса?

— Эм… барышня Цяо, вы всё не так поняли! Не стоит так волноваться, с искусными лотосами всё в порядке, только немного тоскуют по вам.

Одна фраза Цзюня Мосе вогнала Цяо Ин в краску, и она закричала: — Что за чушь ты несёшь, негодник?

«Только увидел, и сразу говорит, что скучал по мне…»

— Барышня Цяо, похоже, вы снова не так поняли меня… лотосы тоскуют по вам… всё-таки вы растили их столько времени… — Цзюнь Мосе с ни в чём неповинным лицом сказал.

— Ах, ты!.. — Цяо Ин даже побледнела от злости.

Дугу Сяо И рассмеялась, сказав: — Братишка Мосе, ты снова безобразничать вздумал…

Цзюнь Мосе с мрачным лицом пристально посмотрел на неё, закричав:

— Когда это я безобразничал?! Ах ты мелкая, хватит нести бред тут мне, иначе я буду вынужден выпороть тебя! Просто я вспомнил тот момент, когда цветкам Искусного Лотоса пришлось покинуть Цяо Ин, думаю, они наверняка должны тосковать по ней… однако цветы не могут говорить, поэтому я сказал это от их имени, что здесь такого-то? Никакого безобразия и в помине не было…

«Сказал от их имени?! Как тебе не стыдно прикрываться такими глупыми отмазками!»

Цяо Ин снова покраснела и злобным голосом произнесла: — Цветки искусного лотоса истосковались по мне? А ты стало быть понимаешь их, да?..

— Конечно! — Цзюнь Мосе с неподдельной искренностью вздохнул: –Твои лотосы — очень одухотворённые создания. После того, как они появились здесь у меня, они стали делиться хорошей энергией с остальными растениями. У меня здесь очень много чудодейственных лекарств, и все они заговорены твоими лотосами. Все они с нетерпением ждали твоего прибытия. Если бы они могли быть с тобой вечно вместе, это было бы просто замечательно…

Цяо Ин хотелось и смеяться, и врезать ему — он, что, разговаривает с трёхлетним ребёнком? Что ещё за сказки?

— Говоришь, у тебя много чудодейственных лекарств? Где же они? — уже как только Цяо Ин увидела призрачный женьшень, её распирало от желания расспросить о нём, и, когда Мосе упомянул про другие чудодейственные лекарства, хотя она старалась не верить его болтовне, интерес только увеличился.

— Ну, такие дорогие целебные средства, разумеется, должны храниться в очень надёжном и безопасном месте. Там, где удобнее всего за ними ухаживать — в моей спальне… Эм, так что, когда ты собираешься пойти посмотреть их? — без стеснения предложил Цзюнь Мосе.

— Ах, ты! Бесстыдник! — Цяо Ин тотчас же пришла в ярость! То, что все его чудодейственные лекарства находятся в его спальне, было неразлучно связано с фразой, которую он сказал ранее: «Все они с нетерпением ждали твоего прибытия. Если бы они могли быть с тобой вечно вместе, это было бы просто замечательно…»

«Разве это не означает, что я, как и его лекарства, должна жить в его спальне? Да, это… это… Вот подлюга!»

— Ха-ха-ха… две таких красавицы прибыли сегодня сюда, чтобы поздравить меня, как же я могу отпустить вас с пустыми руками? Наш дворец только начинает свой путь, и его убранство пока нельзя сравнить с впечатляющими Призрачным Дворцом и тремя священными землями, но могу предложить вам отведать по лотосу… Прошу вас, не откажете мне в чести? — слегка улыбнувшись, сказал Цзюнь Мосе.

«Отведать по лотосу? Ты считаешь, эти твои лотосы сродни пилюли бессмертия, что ли? Мы пёрлись в несусветную даль, чтобы пожрать лотосов?»

На их лицах тотчас же появилось недовольное выражение.

«Да как наглости у тебя, мерзавец, хватает прибедняться тут перед нами, когда у самого в церемонном зале на каждом столе по чудесной орхидее и платочки из снежного шелка для каждого гостя… Такие драгоценности вряд ли под силу достать Призрачному Дворцу и священным землям. Здесь вообще установлены светящиеся жемчужины, душистые травы вечного чая и призрачный женьшень, разве всё это не драгоценные и очень редкие сокровища?! Ещё прикидываться бедняком вздумал, ишь какой!»

И Цяо Ин, и Мяо Сяо Мяо пробовали искусный лотос, и знали, что эта вещица размером не больше, чем арахис, и её нельзя порезать на несколько частей. Поэтому, когда Цзюнь Мосе вытащил корень обычного съедобного лотоса, с чего бы вдруг им удивляться? Неужто он может быть лучше искусного лотоса?

Увидев двух красавиц, пришедших в немилость, да ещё к тому же даже надувших щёки от возмущения, Цзюнь Мосе незаметно слегка улыбнулся. Он повернул запястье, и в его руках появился корень лотоса довольно впечатляющего размера! Толщиной с кулак, и длиной сантиметров в тридцать!

Если оценивать его по размеру, в нём, действительно, не было ничего необычного. Возможно он даже был меньше, чем бывают корни обычных лотосов, однако этот лотос был цвета белого нефрита, и полностью прозрачный — его можно было рассмотреть насквозь.

И когда этот прозрачный лотос появился, комната словно наполнилась каким-то тонким и приятным запахом свежести…

До этого в комнате долгое время не рассеивался аромат листьев вечного чая, но, как только появился лотос, запах чая бесследно исчез…

Этот восхитительный аромат лотоса словно приводил людей приятное настроение, складывалось ощущения, что даже душа обновлялась, омываемая этим приятным запахом…

Цяо Ин неприлично сильно выпучила глаза и разинула рот, будто бы она увидела что-то невероятное…

Мяо Сяо Мяо тоже испугалась, однако подумала про себя: «Быть такого не может, ведь правда? Как оно может вырасти до таких размеров…»

Однако Цяо Ин уже вскричала: — Корень искусного лотоса? В самом деле, это он?!

Цзюнь Мосе, улыбнувшись, кивнул.

— Правда, корень искусного лотоса? Как такое возможно? — услышав положительный ответ Цзюня Мосе, Цяо Ин качнуло, она было уже чуть не грохнулась в обморок, однако вовремя собрала всю свою силу, чтобы удержаться, потом сделал скачкообразный шаг вперёд, с придыханием сказав: — Дай мне посмотреть! Как так вышло, что он такой огромный вырос?

Мяо Сяо Мяо тоже была ошеломлена… Это, действительно, корень искусного лотоса? Это так… невероятно? Такой большой?

Глядя на огромный размер корня лотоса, который Цзюнь Мосе держал в руках, Цяо Ин прониклась лихорадочным фанатизмом, не сводя с него глаз! Искусный лотос принёс плоды!

Оказывается, корень может достигать таких размеров. Обращаясь, словно с самой редкой и дорогой драгоценностью в мире, Цяо Ин с особой осторожностью, медленно поворачивая, осматривала корень. Его бледное лицо залилось краской, а дыхание стало учащённым.

— Как… как ты добился такого эффекта? — Цяо Ин, крепко прижимая к себе корень, с жаждой посмотрела на Мосе.

Цзюнь Мосе равнодушно рассмеялся, но ничего не ответил.

Цяо Ин тут же осознала: «С чего вдруг ему рассказывать о своих секретах тебе? Отношения между дворцом Злого Монарха и тремя священными землями такие сложные, с какой стати ему рассказывать об этом мне?»

Подумав об этом, она невольно с досадой произнесла: — Я оговорилась…

— На самом деле, не о чём особо и рассказывать, просто я случайно нашел кусок природной артерии! — Цзюнь Мосе добро улыбнулся и посмотрел на неё. — Я проложил пруд прямо над артерией… одухотворённая Ци из артерии питает искусный лотос, вот так просто и получилось вырастить этот корень…

Цяо Ин тут же полегчало: «Оказывается, вот оно что! Всё дело в природной артерии! Только так и можно получить корень лотоса так быстро, да ещё и такой величины…»

В этот же миг Цяо Ин окатило чувство радости: «Он не должен был говорить о своём секрете, но он всё же рассказал мне об этом! Мне, человеку, который даже не числится в его союзниках! У него есть легендарная природная артерия… Такому даже священный дворец обзавидуется! Если новость об этом распространится, это вызовет массу хлопот, и он даже рискует стать мишенью всего Цзянху! Но Цзюнь Мосе без доли колебаний рассказал мне об этом, только потому что я спросила его! Этот жест демонстрирует огромное доверие с его стороны ко мне!»

Глядя на ласковый и добрый взгляд Цзюня Мосе, сердце Цяо Ин бешено застучало, и она почувствовала в этот момент, что она очень счастлива!

Это было чувство удовлетворённости, исходящее из самой глубины души…

— Не переживай, я сохраню эту тайну навсегда в своём сердце, никто не узнает об этом! — тихим голосом, но уверенно произнесла Цяо Ин. Как будто это была своего рода клятва, сказанная с искренним почтением…

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, и положил корень лотоса на левую руку, а ладонью правой руки, словно ножом, разделил его на девять частей.

— Сюэ Янь, отправь эти два кусочка для матушки и дедушки; а оставшееся для вас, каждой по кусочку, — Цзюнь Мосе взмахнул правой рукой, и кусочки лотоса полетели прямо ко рту каждой из красавиц, словно их что-то поддерживало в воздухе…

Мэй Сюэ Янь без колебаний откликнулась, взяла два кусочка, и быстро ушла.

Если порезать корень лотоса на части, нужно обязательно в кратчайшие сроки съесть его, иначе он просто исчезнет, растворившись в воздухе… Мэй Сюэ Янь развернула свою самую сильную скорость, к тому же только Достопочтенный мастер и выше, мог с помощью поддержки своей Суань, сделать так, чтобы лотос не исчез раньше времени…

Преданность — основа любых взаимоотношений. Поступок Цзюня Мосе дал понять Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо, что Злой Монарх, на самом деле, душевный человек.

Цяо Ин возбуждённо схватила кусок лотоса, парящий около её лица, и с удовольствием вздохнула. Даже этот кусок превосходил плод искусного лотоса, который можно было получить в священном дворце, в десять раз.

Вне сомнения, его целебный эффект сильно отличается от обычного!

А Мяо Сяо Мяо немного растерялась, беспомощно глядя на кусок лотоса, паривший около неё. Она была напугана. Она впервые столкнулась с подобным, как можно так необдуманно принимать такое ценное подношение? Это же настоящее сокровище!

Эта вещь такая же ценная, как и плоды священного дерева! Она сразу же вспомнила о своенравном и наглом священном дереве в Призрачном Дворце…

— Это… мне не нужно этого! — подумав немного, Мяо Сяо Мяо, всё-таки, решила отказаться.

Глава 1105. Мой муж в сто раз круче тебя!

— Ай-яй-яй! Сестрица Сяо Мяо, к чему такая вежливость? Мы же все свои, не обижаете молодого господина! Просто быстро съешьте, давайте, быстро-быстро! — Дугу Сяо И тотчас же стала торопить Сяо Мяо, свой кусок она проглотила, даже и глазом не моргнув.

— Это вовсе не большая редкость, просто маленький кусочек корня лотоса, почему это ты не можешь его съесть? — Цзюнь Мосе посмотрел на Сяо Мяо, и ласковым голосом сказал. — Все уже съели, и ты давай поторопись уже. Если дотянешь — этот кусочек просто растворится в воздухе, вот это уж точно будет расточительство…

Сяо Мяо вздрогнула, и снова посмотрела на кусок, заметив, что внешняя его часть и, правда, уже стала исчезать…

Она начала сомневаться: «Если так и продолжу отказываться, эта вещь, в самом деле, пропадёт почем зря. К тому же, учитывая его высокий пост, отказываться очень неуважительно…»

Подумав об этом, она с недовольством фыркнула: «Действительно, наглец самый настоящий, ещё и дарит подарки, от которых нельзя отказаться… Ничего не поделаешь, придётся принять его подарок».

Сяо Мяо медленно положила кусочек в рот, сразу же почувствовав, как ледяной воздушный поток пронзил её горло, а всё тело в тот же миг окатило чувство приятного наслаждения…

Бурлящий и клокочущий поток энергии растёкся внутри каналов… После чего всем показалось, что их каналы увеличились в несколько раз, а их эластичность тоже прилично возросла…

Потом какая-то неведомая сила проникла в даньтянь, и затихла.

Однако все понимали, что эта сила, на самом деле, никуда не исчезла. Она будет беззвучно защищать их организмы, если не будет подпитки в качестве священных плодов, тогда этот эффект станет постоянным, если же будет, тогда эта сила в тот же миг перерастёт в чистейший боевой прогресс в более, чем тысяча лет!

Которого будет достаточно, чтобы сделать огромный скачок в уровне своего совершенствования!

Через некоторое время, Мэй Сюэ Янь снова вернулась.

— В этот раз вы приняли корень искусного лотоса, и я советую вам не принимать сейчас плоды священного дерева, а оставить эффекту лотоса как следует проявить себя, чтобы у него было время на трансформацию, напитать организм… Надо подождать примерно около года, тогда произойдёт идеальное слияние вашего организма и целебного действия искусного лотоса, а уже по прошествии этого времени, снова примите искусный лотос, но уже вместе со священными плодами — эффект будет просто сногсшибательным! Действие будет таким продолжительным, что вы будете наслаждаться им на протяжении всей своей жизни, — серьёзным голосом произнёс Цзюнь Мосе.

Все красавицы кивнули.

В этот момент Сяо Мяо вспомнила слова Дугу Сяо И: — Мы же все свои, не обижаете молодого господина, съешьте…

«Все свои? С чего бы это вдруг? Неужто…у Цзюнь Мосе есть на меня планы?», — подумав об этом, Мяо Сяо Мяо задрожала! У неё из глубины души поднялось чувство дикой неприязни к Мосе!

Узнала бы об этом раньше — лучше бы оставила этот лотос бесследно исчезнуть, но никак бы не согласилась съесть его…

— Господин Цзюнь, я безгранично благодарна вам за ваш великодушный подарок. Если будет возможность — я обязательно навещу вас вместе со своим мужем, чтобы выразить вам свою признательность, — Мяо Сяо Мяо сохраняла спокойствие, и искренне поблагодарила Цзюнь Мосе за подарок.

Но, разумеется, это было не просто словами благодарности — её фраза означала: «У меня уже есть муж, если у тебя и есть какие-то планы, поспеши пораньше отложить их в сторону!»

— Сяо Мяо, сестрица, оказывается, у вас уже есть любимый человек? Вы уже замужем? — Мэй Сюэ Янь с необычайным удивлением посмотрела на Мяо Сяо Мяо. На лице Гуан Куинхан тоже появилось странное выражение, словно она хотела засмеяться, но с трудом сдерживалась…

Услышав вопрос Сюэ Янь, Сяо Мяо невольно вспомнил своего ненаглядного Мо Цзюнь Е, и расплылась в довольной улыбке, сказав: — Да, мой муж очень хорошо относится ко мне, он очень заботливый…

— Э… сестра Сяо Мяо, твой муж… как он выглядит? — Дугу Сяо И было очень любопытно, как выглядел Цзюнь Мосе в Призрачном Дворце, и она сразу же спросила об этом.

Мяо Сяо Мяо очень опечалилась: «Эта девчонка довольно намного младше меня, года на три-четыре, не меньше. Ещё и наглости хватает называть меня младшей сестрой…»

— Фамилия моего мужа Мо… ха-ха-ха! — Мяо Сяо Мяо рассмеялась и закрыла глаза, словно как перед собой видя Мо Цзюнь Е… — Он почти такого же телосложения, как господин Цзюнь. По красоте сильно уступает господину Цзюнь… Можно сказать, что у него довольно обычная внешность, кожа слегка темновата, он, действительно, очень обычный… — Мяо Сяо Мяо продолжала с довольным видом улыбаться, описывая Мо Цзюнь Е.

— Оказывается, тогда он притворился не красавчиком… — Дугу Сяо И и все остальные подумали о том же самом: «Нарядился далеко не красавчиком, но при этом заполучил первую красавицу Призрачного Дворца… действительно, невероятно…

— Хотя мой муж не отличается выдающейся внешностью, он порядочный человек, он обладает прекрасными личными качествами! Он искренен и честен со мной… — Мяо Сяо Мяо радостно прошептала: — Он очень разносторонний и очень образованный, я даже не знаю, что в мире есть такого, чего бы он не умел и о чём бы он не знал… он очень ласковый и очень внимательный…

Сказав об этом, Сяо Мяо почувствовала, что атмосфера в комнате стала какой-то странной и даже напряжённой. Посмотрев по сторонам, она увидела, что Злой Монарх низко опустил голову и стал тереть нос, выражение лица не него было, мягко говоря, сложным…

А от всех остальных красавиц веяло неподдельным чувством… ревности…?

«Хм, к чему это всё? Ведь Мо Цзюнь Е только мой, и принадлежит только мне!»

Подумав про это, Сяо Мяо засветилась гордостью.

— Ну, он очень талантливый… не один раз посвящал для меня стихи… песни… музыку… — Мяо Сяо Мяо прямо-таки сверкала от счастья.

— Да? Писал стихи для тебя? И песни? И даже музыку посвящал? — все одновременно с восхищением спросили, напряжение в комнате только увеличилось!

— Да! — Мяо Сяо Мяо с гордостью ответила. — А когда у нас была помолвка, мне пришлось совершить прорыв на уровень Почтенного мастера. Когда мои силы уже были на исходе, он, несмотря на возможность умереть, бросился спасать меня, а потом он прочитал мне стихотворение, таким образом попросив моей руки. Я как сейчас всё помню… Ах, я такая глупая, нашу клятву я никогда не смогу позабыть…

— Клятву? Стихотворение? Какое стихотворение? — в глазах всех красавиц пылал огонь.

«Этот парниша и с нами был вовремя прорыва, однако стихи нам не читал? Не показывал своей одарённости!»

Десять глаз одновременно смерили презрительным взглядом Цзюня Мосе.

У Цзюня Мосе уже волосы дыбом встали от страха. Он взглянул на Мяо Сяо Мяо: «Эээ, ты там заканчивай, нет?! Я не хочу, чтобы они захлебнулись своей ядовитой ревностью…»

— Тогда он спросил меня: «Небо — наш шатёр, земля — наша кровать, ветер — наша пища, а дождь — вино. Облака и туман станут нашими свидетелями, гром — приданным, молния — сваха! Ты станешь моей в этой жизни?»

Разумеется, Сяо Мяо не слышала, о чём подумал Мосе, и словно, находившись во сне, прошептала: — В тот миг я лишилась здравого рассудка… понимаете?

«А кто бы не лишился!», — дрожа от ревности, подумали про себя красавицы, вспоминая фразы из стихотворения. — «Это же так романтично… Ты тогда здравого рассудка лишилась, а мы сейчас, похоже, сердца от боли лишимся… Как некрасиво!»

Лицо Мосе уже позеленело, он был на грани нервного срыва: «Барышня Мяо, прошу вас, хватит хвалиться, будьте благосклонны, разве вам не жаль своего любимого Мо Цзюнь Е?!»

Однако Сяо Мяо и не думала останавливаться — она продолжала говорить, чтобы он оставил намерения на её счёт. С чего ей молчать? Вдруг он надумает свататься, а, учитывая его высокое положение… вдруг Призрачный Дворец ещё ответит согласием…

— Тогда, во время бедственных ударов, я уже не могла противиться ему. Кругом грохотали гром, сверкали молнии, земля дрожала, неистовый ливень, свист урагана, всё небо заполонили тёмные зловещие тучи… Но, однако в такую страшную погоду, в такой опасный момент я не замечала ничего этого, я лишь чувствовала счастье, настоящее счастье… — очевидно, Мяо Сяо Мяо вернулась чувствами в тот день: — Тогда я даже думала: если я сейчас умру, это того стоило… девушка на грани жизни и смерти, с ней её любимый человек, который готов рискнуть своей жизнью ради неё, ценность этого мгновения равнялась счастью, о котором я только могла мечтать всю свою жизнь… это самая главная мечта всей моей жизни…

Мы бы тоже рискнули своей жизнью тогда!

Красавицы с ненавистью посмотрели на Цзюня Мосе, словно пытаясь проглотить его своим взглядом.

Цзюнь Мосе закашлялся, на лбу показался холодный пот…

«Мне не жить, точно не жить… на это раз всё кончено…»

Глядя на недовольные и злобные взгляды, устремившиеся на него, Мосе задрожал от страха: «Моя дорогая Сяо Мяо, ещё не много и ты сведёшь в могилу своего мужа…»

— Кто бы мог подумать, что прорыв завершится успехом… и мы ещё останемся живы… после этого я поклялась, что всегда и везде буду следовать за ним до конца своей жизни!

— Эм, а можно узнать… твой муж… каким уровнем совершенствования он владеет? — Дугу Сяо И загадочно моргнула. Одному Богу известно, что она задумала.

— У него? Ну, сейчас у него довольно низкий уровень, Золотая Суань, — ответила Сяо Мяо, но потом внезапно с гордостью продолжила: — Ну, это потому что у него никогда не было учителя, и он относительно поздно начал заниматься совершенствованием, но при этом мой муж обладает легендарной непревзойдённой сущностью! Если он нацелится на успех, его достижения будут неограниченными! Первый Шао из Подземного мира как раз обладал такой сущностью, за всю историю материка только двое человек обладали ей — мой муж и Первый Шао! Весь Призрачный Дворец признал, что Цзюнь Е будет вторым Первым Шао, и также единственным человеком, кто за десять тысяч лет сможет превзойти Первого Шао!

Мяо Сяо Мяо боялась, что остальные не знают об ценности непревзойдённой сущности, поэтому очень подробно разъяснила.

— Хм! Непревзойдённая сущность, значит! — Дугу Сяо И свирепо уставилась на Цзюнь Мосе.

Глава 1106. Всё кончено…

Посмотрев на Цзюня Мосе, Мяо Сяо Мяо немного оторопела. Наверное, ей не стоило говорить об этом, так как она сама понимала, что, несмотря на то, насколько сильно будет стараться Мо Цзюнь Е, Злой Монарх… то есть, Цзюнь Мосе, сейчас уже намного превосходит его по силам.

Девятнадцатилетний мальчишка, который уже обладает уровнем Шэнцзуна!

Хозяин дворца Злого Монарха, его величество Злой Монарх!

«Его невероятная известность в сочетании с его нынешним возрастом сулит ему стать настоящей легендой всего материка, единственным и неповторимым владыкой мира! Хотя Мо Цзюнь Е и обладает непревзойдённой сущностью, всё же он слишком припоздал в развитии способностей совершенствования. Такого уровня, как у Цзюня Мосе, он достигнет, как минимум, через лет сто! А в то время мир неизбежно будет иметь уже совсем другое устройство… Однако я и сама не хочу, чтобы мой Цзюнь Е состязался с ним… Тем более этот Цзюнь Мосе до мозга костей ветреный человек… У него столько красавиц есть уже, а он до сих пор не прочь захомутать кого-нибудь ещё…»

Мяо Сяо Мяо, подумав об этом, тотчас же рассердилась: — Цзюнь Е всё равно лучше этого Мосе… Цзюнь Е очень верный… будь к той сестрице… будь ко мне…

— Так завидую тебе! — тихо сказала Гуан Куинхан. Это было сказано искренне.

Мяо Сяо Мяо со смехом произнесла: — Старшая сестрица Гуан, вы льстите мне. Кто не знает, как господин Цзюнь, обладая довольно слабыми силами, храбро защищал вас от усадьбы Кровавой Души, а потом в одиночку бросил вызов всему Тяньсян! Убивал ради вас, не жалея собственной жизни, когда все были против него, он не терял самообладания, и был хладнокровен! Сестра Гуан, вы — женщина, ради которой ваш любимый мужчина пошёл на такие впечатляющие поступки… Это я должна вам завидовать, понимаете…

Гуан Куинхан немного подобрела. Она с нежностью вспомнила о том, как Мосе рисковал своей жизнью ради неё, взгляд её стал уже намного спокойнее, и не таким злобным, как раньше…

Он — человек, который спас меня от пожизненных страданий! Разве это не настоящее счастье для женщины?

Теперь ревнивый взор всех остальных красавиц сосредоточился на Гуан Куинхан.

— Младшая сестрица Сяо Мяо, ты говорила, твой муж сочинил для тебя песню? Можем ли мы… насладится ей? Все мы отлично разбираемся в музыке, к тому же обладаем не скудными знаниями на это счёт, — фраза была сказана Мэй Сюэ Янь, и это не могло не беспокоить Цзюня Мосе.

Кто из них и разбирается в музыке, так это Лин Мэн, Гуан Куинхан и Хань Янь Мэн. Что касается остальных — они сроду не проявляли никакого интереса к музыке. Дугу Сяо И, вообще, очень взбалмошная и резвая по своему характеру, она росла в семье военных, и про неё будет честнее сказать, что она, скорее, неплохо разбирается, как управляться пикой и мечом, чем в музыке.

Возможно, если бы Мосе попал чуть раньше в этот мир, он бы непременно воспитал из неё очень одарённую и образованную девушку. К сожалению, он немного припоздал, а кроме усиленных тренировок военному искусству, времени на музыку и науки, как-то не было…

— Сюэ Янь… — Цзюнь Мосе с жалобным видом посмотрел на Мэй Сюэ Янь, словно он молил о помощи.

— Чего тебе? До этого мы с сестрицами считали тебя довольно способным, но сейчас очевидно — ты намного хуже, чем мы предполагали. Чтобы ко всем было одинаковое отношение — ты потом нам каждой напишешь по стихотворению, песне и сочинишь мелодию! Ты только посмотри, какой у сестрицы Мяо многосторонний и талантливый муж! Если у тебя ничего не выйдет — хм… о последствиях, думаю, сам догадаешься! — Мэй Сюэ Янь, разгорячившись, сказала.

Раздался звук, напоминавший звучание гонга, и Мосе плюхнулся на стул. Всё его тело было парализовано, однако надо было держаться…

— Да-да! Братишка Мосе, ты обязательно должен написать! А если у тебя не выйдет — получится некрасиво… — Дугу Сяо И пригрозила.

— Сестрицы, думаю, это не такое уж и обязательное дело. Как говорится, у каждого есть свои недостатки и свои достоинства. У каждого человека есть то, в чём он хорош; не надо так яростно требовать этого с господина Цзюнь. Во всяком случае — дар к наукам или музыке, как и талант к совершенствованию Суань, всё зависит от милости неба.

Мяо Сяо Мяо, злорадствуя чужой беде, вызвалась спасти ситуацию: — К тому же нужно на протяжении длительного времени воспитывать в себе эти таланты, требуется всестороннее изучение, полное погружение в предмет своего исследования… Ха-ха! Так что, сестрицы, прошу вас, не стоит принуждать человека к тому, чего он не может или не хочет… Просто не ставить господина Цзюнь в неловкое положение, думаю, будет уже достаточно…

Цзюнь Мосе мучительно закрыл глаза рукой, и вжался в стул.

«Бля, и ты думаешь, что этими своими объяснениями хоть немного исправила ситуацию?»

— Сестрица Мяо, тебе не стоит переживать об этом… Если у Мосе ничего не получится — мы, на самом деле, не станем обходится с ним сильно строго из-за этого. Максимум, все вместе перестанем с ним разговаривать и всего-то! — Мэй Сюэ Янь, стараясь сгладить ситуацию, произнесла: — Давайте, мы сначала послушаем мелодию, которую написал для сестрицы Мяо её муж. Мы далеко не несговорчивые люди, так что возьмём это в качестве стандарта. Как вам сестрицы, согласны?

— Конечно! Я пойду схожу за цитрой! — Дугу Сяо И встала, и тут же убежала.

Мелодию Цзюнь Е в качестве стандарта? Кажется, в этот раз Злому Монарху точно достанется… Мяо Сяо Мяо с сочувствием посмотрела на Цзюня Мосе, хотя сама не могла нарадоваться его горю.

«Ну, и пусть, негодник! У тебя сил побольше, но сможешь ли ты во всём превзойти моего Цзюнь Е? Ты, правда, ещё хочешь, чтобы я была твоей? Ну-ну, подожди, я до смерти измучаю тебя!», — Мяо Сяо Мяо твёрдо решила, что, когда принесут музыкальный инструмент — она непременно должна выложиться на все сто, показав настоящий уровень! Как следует показать этого неприятному Цзюню Мосе…

Дугу Сяо И очень быстро вернулась, вместе со старинной гуцинь (щипковый инструмент, в древности пятиструнный, впоследствии семиструнный).

Все красавицы устремили свои взгляды на Цзюня Мосе.

С небесными муками жить можно, со своим же собственным грехом нет!

Цзюнь Мосе сейчас был жертвой своего греха!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, в его вздохе чувствовалась затаённая обида и возмущение…

«Господи, почему мне досталась такая горькая тяжёлая судьба?»

Сяо Мяо сидела с прямой спиной перед цитрой. Только она взмахнула рукой, как раздался благородный звук…

— Отличная цитра! — Мяо Сяо Мяо очень обрадовалась. Кажется эта цитра была даже лучше, чем в Призрачном Дворце!

— Корпус этой цитры сделан из сердцевины тысячелетнего дерева «Свист дракона», а струны — из мышц морского крокодила, переплетённых снежным шёлком. Это Мосе подобрал материал, а я сделала, — Гуан Куинхан слегка улыбнулась.

— Старшая сестрица Гуан, вы такая талантливая! — Мяо Сяо Мяо с почтением посмотрела на Гуан Куинхан.

Если говорить об умении играть на музыкальных инструментах — редко какая девушка из благородной семьи этого не умеет. Но, чтобы изготовить самой музыкальный инструмент — это, действительно, очень сложная работа. А смастерить цитру с превосходным качеством звука — ещё сложнее!

— Сестрицы, разрешите представить на ваш суд скромный плод моих усилий, — Мяо Сяо Мяо сделала два продолжительных вздоха, а потом ловким движением руки раздался переливчатый мелодичный звук.

Звучание было проникновенным и трогательным, у всех появилось ощущение, что где-то в воздухе кружатся опавшие листья…

Песнь погребённого цветка!

Звуки непрерывно раздавались…

Это было только начало, а Гуан Куинхан уже под воздействием музыки предалась каким-то своим тоскливым переживаниям.

— Опавшие листья кружатся в воздухе… — Сяо Мяо протяжно запела, а у неё в голове прозвучал голос Мо Цзюнь Е. Сердце наполнилось медово-сладким вкусом: «Эта трогательная песня — символ нашего счастья…»

Спустя некоторое время, звук мелодии постепенно стал слабеть, двигаясь к завершению.

В комнате установилась полная тишина, и даже отзвуки бесследно исчезли.

Некоторое время спустя, Мэй Сюэ Янь с тяжестью вздохнув, произнесла: — Как называется эта мелодия?

— Песнь погребённых цветов, — ответила Сяо Мяо.

— Эту мелодию… её, действительно, написал… твой муж? — знаток музыки, Гуан Куинхан, хотя тоже была в восторге от этой мелодии, однако она с сомнением сказала: — Хотя эту мелодию, несомненно, можно отнести к классической музыке… однако, чтобы любящий муж написал её для своей любимой жены… Эта мелодия, пожалуй, слишком странно звучит…

Мяо Сяо Мяо тотчас же покраснела, и, начав заикаться, не смогла ничего ответить. Эту мелодию Мо Цзюнь Е использовал, когда участвовал в состязании, когда это он успел сказать, что написал её специально для неё? Мяо Сяо Мяо так сильно хотелось уколоть Злого Монарха, что, расхваливая своего Цзюнь Е, она решилась даже на такой поступок. Однако кто же знал, что познания Гуан Куинхан в музыке окажутся настолько глубоки, и она быстро определить первоначальную тему этого произведения. Похоже, Сяо Мяо сама угодила в свою же ловушку…

Как и сказала Гуан Куинхан, такая мелодия не может быть использована в качестве подарка для любимого человека…

Все красавицы с улыбкой обменялись взглядами, как им было не знать истинной причины поступка Сяо Мяо.

Однако благодаря этому интересному отступлению, их ненависть к Мосе как будто немного спала. Главное, что эта песня не было специально написанной для кого-то, это уже хорошо!

Потом они попросили Сяо Мяо прочитать стихотворение, которое для неё сочинил Мосе.

Мяо Сяо Мяо сразу же ободрилась, и тотчас же прочитала слово в слово «Весенние цветы и осенний месяц».

Все уставились на Цзюня Мосе: «Оказывается, наш молодой господин скрывает от нас таланты! Нет бы повеселить семью, а он только и знает, что безобразничать, да к женщинам приставать! Неужто законная жена так сильно отличается от любовницы? Или от того, что дома всё есть, бери — не хочу, никуда бежать не надо, интерес пропадает? Просто возмутительно!»

Скромничая своими талантами, Цзюнь Мосе добился только всеобщего гнева! Только успокоились, как подъехала новая волна ненависти и возмущения!

Это стихотворение взбесило всех!

Цзюнь Мосе уже не мог сидеть на стуле. Обдумав все варианты, у него остался лишь единственный выход…

— Эм, барышня Мяо… мы… мы можем поговорить? — потирая руки, сказал Цзюнь Мосе.

— У меня нет желания говорить с вами! — Мяо Сяо Мяо нерадостно буркнула, и отвернулась от него.

— А? О чём это ты хочешь поговорить с сестрицей Мяо? Разве об этом нельзя поговорить в нашем присутствии? Сначала рассчитайся с нами, а потом можешь заниматься другими делами, — Мэй Сюэ Янь сейчас была совершенно непреклонна, просверлив взглядом Цзюня Мосе.

Глава 1107. Появление на свет величайшего стихотворца!

Цяо Ин, оставаясь безразличным зрителем, улыбнулась, глядя на них со стороны.

— О? Это… эм… — похоже, сегодня Цзюню Мосе придётся снова прибегнуть к старому доброму плагиату.

— Сюэ Янь, а ты права! Я тогда начну, сочиню стихотворение, и подарю тебе, Сюэ Янь! — Цзюнь Мосе хорошенько прокашлялся, прочистив горло. Красавицы смотрели на него со взглядом, полным надежды, и, разумеется, не без злорадства.

Например, Мяо Сяо Мяо сейчас мысленно под столом каталась от смеха. «Ты… военный человек… и собираешься сочинить стихотворение? Максимум, что у тебя выйдет, это средний популярный общепонятный стих! Хм, я обязательно должна сегодня увидеть, как ты опозоришься! Это ты, мелюзга поганая, собираешься ещё состязаться с моим Цзюнь Е?»

— О! Есть! Грация и величественные манеры Сюэ Янь вдохновили меня! — Цзюнь Мосе сделал три шага, и щёлкнул пальцами: — Облака мечтают об одёже, цветы — о красивом рисунке, весенний ветерок смахнет от клетки лунный свет; если не свидимся у Яшмовой горы, судьба настигнет нас под луной!

Все были шокированы!

А Мяо Сяо Мяо была так потрясена, что язык проглотила!

«Неужто этот Цзюнь Мосе, действительно, нечисть какая?! Он, кажется, и раздумывал-то всего ничего по времени, сделал три шага, и вот, и стихотворение готово! Да ещё и такое многозначительное, очень подходящее статусу и характеру Мэй Сюэ Янь. Его талант к поэтическому творчеству едва ли хуже, чем у Мо Цзюнь Е… Нет, наверное, это просто случайность…точно, это всего лишь случайность…»

— Ладно, ладно, а сейчас очередь Гуан Куинхан, — Мэй Сюэ Янь, получив похвалу от своего любимого человека, а потом и стихотворение, прекрасное настолько, что достойно передаваться из уст в уста до скончания веков, была очень довольна, на лице её появилась счастливая улыбка и она поторопила Цзюня Мосе.

— Для Куинхан… для Куинхан… тоже есть! — Цзюнь Мосе сделал вид, что что-то серьёзно обдумывает, а потом щёлкнул пальцами вновь: — Есть красавица, на которую монарх смотрит всегда с улыбкой; милосердие и бесконечные сожаления, глаза, полные слёз!

Все выпучили глаза!

Кажется, у Цзюня Мосе, действительно, есть талант! Особенно эти слова «бесконечные сожаления» и «глаза, полные слёз» — всё это так подходит характеру Гуан Куинхан, её туманной печали…

Талант!

На глазах у красавиц появлялась восходящая звезда.

Дугу Сяо И была единственной среди всех, кому уже некогда довелось слушать стихи, написанные Цзюнем Мосе, ещё во время банкета Золотой осени. Однако, вспоминая те «стихи» Мосе, она не знала, куда ей деться от стыда: «Хочешь поговорить со мной о любви? Если не красавица, извини; зачем тебе быть со мной, ведь я такой плохой; не надо увлекаться братишкой, я лишь миф, не надо злить меня, иначе будешь задыхаться кровью…»

Это тоже называется стихами? Это же просто непристойная чушь!

Поэтому Дугу Сяо И не ожидала от Мосе ничего хорошего, даже популярных общепонятных стихов…

Сейчас же сказать, что она была в шоке, значит ничего не сказать…

Она даже потёрла руками глаза… «Это точно Цзюнь Мосе передо мной? Это не сон?»

Мяо Сяо Мяо тоже потёрла глаза, она была слишком потрясена услышанным…

Первый стих ещё можно было списать за случайность… но второй… разве тоже случайность?

В итоге, все красавицы получили по стихотворению от Цзюня Мосе, только так можно было справиться с давлением с их стороны. Даже Цяо Ин тоже досталось одно: «На севере живёт красавица, прекрасная и независимая, своей совершенной красотой она покорят города, покоряет страны; но кто бы знал, что красавицам живётся не так и легко…»

Все были довольны!

Все смотрели на Цзюня Мосе только с восхищением!

Потрясающе! Невероятно!

За очень короткий срок времени на свет появилось столько прекрасных стихотворений!

Даже современные поэты не так талантливы!

Поистине, он величайший стихотворец…

Если бы Мосе знал, о чём они думают, наверняка бы очень опечалился: величайшим поэтому, видимо, так нелегко приходилось… Только в восхищённом взгляде Мяо Сяо Мяо было огорчение: «Почему это ты, негодник, так хорош? Выглядит так женоподобно, никакого мужского обаяния у него нет, но такой поэтический дар! Господь Бог, кажется, действительно, промахнулся…»

Если бы Мосе знал, о чём думает Сяо Мяо, наверняка взбесился бы до одури.

«Это у меня нет обаяния, где, в каком месте я женоподобен?! Как так?!»

Заметив, что каждая из них смотрит на Мосе с благоговейным взглядом, все они переглянулись, улыбаясь друг другу. Они были удовлетворены, а Сяо Мяо закатила глаза: «Хм, откуда такое почтение? Подумаешь, пара-тройка каких-то слабеньких стихов, мой Цзюнь Е даже в музыке талантлив…»

Её белоснежная ручка дрогнула, и потянулась к струнам, немного наиграв, её взгляд пронзили нотки тоскливой грусти: «Цзюнь Е… где же ты? Ты хоть знаешь, как сильно я сейчас скучаю по тебе? Как было бы хорошо, если бы ты был здесь сейчас, ты бы точно приструнил этого Злого Монарха… и все бы узнали какой ты у меня потрясающий…»

Раздавшийся звук цитры заставил всех прийти в себя: «Одурачить нас решил, а как же песня? Хм, он написал песню только для одной Сяо Мяо! Так не пойдёт! Это возмутительно!»

Стоит признать: женщины в ревности — это очень страшно. Очевидно же, что Цзюнь Мосе не писал специально песню для Мяо Сяо Мяо, однако стоит женщинам признать это, и всё, ты должен быть в ответе за то, что ты совершил, а порой и за то, чего вообще не делал…

Поэтому…

Счастье Мосе длилось недолго. Вот он — почитаемый всеми выдающийся поэт, и вот он уже снова мудак, который написал песню только одной из своих баб…

Придётся писать песню!

К тому же по старому стандарту, каждой по песне! От таких требований у Мосе чуть пар из ушей не пошёл!

— Эм, вы прослушали столько стихотворений, небось, очень устали… Я пойду гляну, чем там занимается толстяк Тан. Никак нельзя позволить ему, что-нибудь натворить с нашим дворцом… — Цзюнь Мосе выбрал первую попавшуюся на ум идею смыться, однако Мэй Сюэ Янь преградила ему дорогу, встав у двери.

А следом к ней подключилась Дугу Сяо И и все остальные, они забаррикадировали собой выход.

«Хочешь смыться, ну, давай, только попробуй!»

Глядя на это, в голове у Мосе пронеслось только: «Помогите…»

— Милостивые красавицы, прошу вас, хватит на этом… Я вас заверяю, написать музыку — это не так-то просто, сначала надо найти вдохновение, потом всё тщательно распланировать, обдумать, и только потом можно составить черновой вариант… Вы не знаете, насколько это трудно… — сказал Мосе со страдающим видом.

Цзюнь Мосе пытался своим жалким видом хоть как-то разжалобить красавиц, однако его надежды не оправдались, этим он только подлил масла в огонь.

Подъехала новая волна возмущения и гнева, их лица снова раскраснелись, Мосе терялся в догадках…

— Эм, оказывается, братишка Мосе, ты презирал то, что я ничего не понимаю в музыке, и никогда не говорил со мной об этом! Неудивительно, что для меня у тебя никогда не было интереса к музыке! — сказала Дугу Сяо И, и её глаза засверкали, словно она вот-вот расплачется.

Цзюнь Мосе потупился: — Когда это я говорил? Я ничего такого вообще никогда не говорил…

— А что тут ещё говорить? Никто из нас не понимает о тяготах написания музыки, мы же ничего не знаем! Очень завидую сестрице Мяо, что у неё есть такой заботливый муж, они с ним просто созданы друг для друга… Тебе ничего говорить и не надо, нам всё уже понятно! — с сарказмом сказала Мэй Сюэ Янь.

Мэй Сюэ Янь сегодня была в ударе… Мосе вот-вот должен был сойти с ума: «Да, что это такое вообще? Я же совсем не это имел в виду! Разве поступать со мной вот так — это справедливо?»

Мяо Сяо Мяо попыталась исправить ситуацию: — Господин Цзюнь говорит чистую правду. Чтобы написать музыку, самым трудным считается найти вдохновение, без вдохновения даже гений ничего сделать не сможет!

— Эм, то есть с нами вдохновения нет? Тогда откуда у мужа сестрицы Мяо столько вдохновения? Похоже, они очень привязаны друг к другу… — Хань Яньмэн, скривив рот в недовольной мине, произнесла.

Цзюнь Мосе был готов признать поражение, и моля о пощаде, сказал: –Это не такое срочное дело, я же не бессмертный небожитель всё-таки! Сжальтесь, прошу вас…

Хотя для Цзюня Мосе сыграть что-нибудь было не такой уж и проблемой, он помнил немало классики, но, учитывая напористый характер этих амазонок, впоследствии они могут быстро привыкнуть к такому, и будут потом требовать песни каждый день. Рано или поздно Мосе промотает свои запасы…

Заметив, что Мосе уже в настоящей ярости, все красавицы перевели свой взгляд на Гуан Куинхан, по части музыки она была настоящим знатоком, и разбиралась в этой области намного лучше, чем Мосе, который был лишь знатоком по части плагиата. Сейчас все хотели услышать её мнение по этому вопросу.

Гуан Куинхан сейчас не вела нападки на Мосе, как остальные красавицы, а причиной были сказанные Сяо Мяо слова, которые унесли её в туманные раздумья о чувствах у Мосе, о том, сколько хорошего он сделал для неё… о любви!

Когда все уставились на неё, она резко очнулась, ласковым голосом сказав: — Сестрицы, Мосе сказал всё верно. Будь то написание музыки, или сочинительство стихов — требует много сил и вдохновения, несмотря на то, насколько Мосе талантлив, сейчас он и так создал для нас столько стихов. Его творческий талант сейчас в упадке, требовать от него песен в такой момент неразумно, лучше отказаться от этой затеи, чем получить в ответ ни то ни сё какую музыку… Прошу вас, поймите это!

В словах Гуан Куинхан, конечно, был смысл. Посовещавшись, они потребовали вот что: написать песню для каждой сегодня действительно будет трудно, однако тогда ты должен написать одну, но такую, чтобы она понравилась всем, и все остались довольными, чтобы не чувствовать себя уязвлёнными прекрасным мужем Мяо Сяо Мяо, Мо Цзюнь Е…

Глава 1108. Приготовьтесь быть шокированными!

Мяо Сяо Мяо, злорадствуя, наблюдала за этим представлением, но, как только она услышала о выдающихся талантах Цзюня Мосе, на её лице сразу же появилась злость! Самое смешное было то, что Мяо Сяо Мяо ведь, на самом деле, тоже являлась женщиной Цзюня Мосе, однако она пока ещё не знала этого. Цзюнь Мосе, посмотрев на неё, заметил, насколько её взгляд отличается от взглядов других красавиц… именно этот злобный взгляд был источником его очень плачевного положения!

Если Мосе только мог знать, что его ждут такие мучения, и от кого… от собственной жёнушки!

«Где справедливость в этом мире? Ладно, так и быть! Покажу вам, на что я способен! Напишу такую песню, что вы оцените мой талант целиком и полностью! А то распоясались, кажется… Не знают, насколько выдающийся и бесподобный у них муж…»

Гневу масс трудно противостоять, и лучшим решением в этой ситуации будет написать отличную музыку. Цзюнь Мосе решил пойти на компромисс, но заранее предупредил: эта музыка всё равно должна пройти длительный процесс становления и обработки, требуется затратить много сил и времени… Все красавицы одновременно кивнули в знак согласия. Они и сами прекрасно знали, будучи не знатоками в музыке, что создание любого музыкального произведения требует очень много времени, их упорство объяснялось не иначе, как ревностью. Они и сами очень удивились, всё-таки вынудив его создать сегодня одну песню…

Даже если это песня и будет никакой, плевать, будет переделывать заново!

Мяо Сяо Мяо, увидев, что он действительно готов прямо сейчас создать песню, очень удивилась. Подумав: «Цзюнь Е потратил достаточно времени на создание той песни… То, чтобы Цзюнь Мосе написал музыку прямо здесь и сейчас, даже слабоватого уровня, что-то из ряда вон выходящее! Разве у него действительно есть способности для этого? У меня большие сомнения на этот счёт. Если у него получится так себе работка, я молчать не стану, а прямо укажу на недостатки! Пусть будет, как и сказала его старшая жена, ничего не выйдет, будет снова переделывать, пока все не будут довольны его творением… ему всё равно ещё далеко до моего Цзюнь Е… Создать одну песню — это ещё пойдёт, только перед этим мне надо поведать одну небольшую историю, потому что эта песня родилась, как раз после этой истории…»

Цзюнь Мосе решил рассказать небольшую предысторию: — Когда-то давно был один молодой студент, его звали Лян Шаньбо. Чтобы получить высокое место по службе, он поступил в высшую школу Восьми семей, учиться…

В этот раз его осенила блестящая идея: Лян Чжу (скрипичный концерт). Лян Шаньбо и Чжу Интай (влюбленная пара из китайской легенды)

В конце концов, «Песнь погребенного цветка» была очень хороша и изящно печальна, будь то основное название или главная идея — и то, и то очень уникальны; если захотите найти такое же высокое и утончённое произведение, и, возможно, даже в какой-то степени более выигрышное — то лучше, чем «Лян Чжу» не найти. Разумеется, довольно хороших музыкальных произведений прошлых поколений… не то, чтобы мало, просто знания Цзюня Мосе немного ограничены. Он помнил только исключительные песни… Но самое главное — это, конечно, воспроизвести их на слух…

— …после того, как Лян Шаньбо отчаялся, он сильно заболел, и в итоге умер… В конце, когда Чжу Интай пришла к могиле Лян Шаньбо, внезапно раздался страшный грохот, могила раскололась, а Чжу Интай провалилась внутрь неё. Затем из могилы появился светящийся дым, а за клубами дыма вылетели две бабочки… В могиле не осталось тел ни Лян Шаньбо, ни Чжу Интай. Оказывается, влюблённые так растрогали небеса, что им позволили переродиться в неразлучную пару бабочек, чтобы они были всегда вместе и никогда не расставались…

Когда Мосе закончил свой рассказ, он услышал всхлипы, повернувшись, он заметил, что у все красавиц глаза на мокром месте, даже всегда спокойная Цяо Ин и невозмутимая Мэй Сюэ Янь не были исключением… Эта песня как раз основывается на этом рассказе, и называется «Чистая, как слеза, любовь бабочки».

Цзюнь Мосе медленно сел напротив цитры, взмахнул рукой, и раздалось мелодичное звучание. Вообще в идеале это произведение исполняется на скрипке, но сыграть на цитре тоже возможно. Просто при игре на скрипке, звучание получается естественным и пронзительным, а на цитре оно становится более мелодичным и изящным…

«Распускается зелёная трава, прекрасная пара бабочек в вечной прогулке; славься вечная любовь, Шаньбо навеки отдал своё сердце Интай…», — тихонько наигрывая, Мосе шёпотом напевал: — «Сокурсники-товарищи учились вместе год за годом, двое наивных балбесов были так близки друг к другу; их чувства были такими серьёзными… Кто же знал, что так скоро придёт пора прощаться…»

Перед глазами красавиц возникала картина: мальчик и девочка учились в высшей школе, они познакомились и понравились друг другу… Девушка переоделась в мужчину, но парень не понимал этого… Только перед самой разлукой, они узнали правду друг про друга…

Расставаясь, они слезно клялись сберечь свою любовь до конца, и обещали друг другу быть всегда вместе, в этой жизни и во всех следующих… А потом, к сожалению, им пришлось расстаться. Однако жизнь после разлуки для них была подобна вечной муке… посватавшись семье Чжу, Шаньбо получил отказ. Вернувшись ни с чем, он сильно горевал, ходили слухи, что у семьи Чжу уже был уговор на счёт свадьбы с семьей Ма. Шаньбо заболел, и уже не смог подняться… когда Интай узнала о кончине любимого, она чуть не сошла с ума от горя, и поклялась, что не выйдет ни за кого замуж в этой жизни… Однако ничего нельзя было поделать, влиятельный и знатный род Ма прибыл за новобрачной. Ради семьи Интай пришлось пойти на это, но перед этим она в своём паланкине отправилась к могиле Шаньбо, чтобы принести ему подношение. На могиле у любимого Интай так безудержно горевала, что небо взбунтовалось, ударила молния, и могила раскололась, Интай быстро бросилась внутрь, чтобы хотя бы так быть с любимым. Ветер стих, дождь закончился, на небе появилась радуга, а Лян и Чжу превратились в бабочек, весело вместе порхающих среди людского мира…

Цзюнь Мосе, несомненно, недооценил мощь этой музыки!

В том поколении, в котором жил Мосе, люди восхваляли чистоту и непорочность любви этих молодых людей, сочувствовали им, но всё же не могли по-настоящему прочувствовать эти реалии…

Однако сейчас взять хоть Гуан Куинхан, Хан Янь Мэн, Мяо Сяо Мяо, Дугу Сяо И… ведь все они были наследницами влиятельных и известных семей! Кому, как не им знать, насколько тяжело приходится девушке, родившейся в такой семье?

В этом мире около девяноста процентов девушек из влиятельных семей обязаны жертвовать своей жизнью на благо семьи, становиться частью взаимовыгодного договора между семьями; обе семьи думают лишь о своей выгоде и прибыли, однако кого волнует, какую жизнь проживёт эта девушка? Чувства не имеют значения! Семья тебя растила, одевала, кормила, а теперь и ты должна постараться на благо семьи! Возможно, ты будешь не счастлива в этом браке… но ничего не поделаешь — такова жизнь…

Наверное, это самая большая трагедия того времени!

Некоторые люди часто осуждали этих девушек за то, что они неизменно подчинялись такому образу жизни, однако думали ли они, почему девушки шли на это? Потому что у них оставались родители, которые выкормили и вырастили их…

Любовь и заботу прямиком из детства, как её можно забыть? Не стоит говорить про давние времена, взять даже современный Китай, и сейчас существуют такие семьи, и такие девушки… Любовь или родные люди, какое из этих двух? Это вопрос, который навечно останется без ответа…

Можно сказать, что Гуан Куинхан это ближе из всех них, хотя даже и любимую единственную наследницу Мяо Сяо Мяо, если бы она случайно не встретила Мо Цзюнь Е, ждала точно такая же участь…

А с Хан Янь Мэн всё так и вышло — она стала инструментом для укрепления отношений между двумя семья, просто ей очень повезло: тот, за кого её сосватали, оказался тем самым человеком, который ей нравился, однако такие счастливицы, как она, на самом деле, очень редко встречаются…

Даже не знающая печали и забот Дугу Сяо И, если бы она не встретила Цзюня Мосе, да ещё по-настоящему не влюбилась в него, её будущий брак вряд ли был бы её личным выбором. Только потратив много сил, применив все возможные способы и уловки, она получила согласие своей семьи…

Все увидели, насколько она непокорная, своевольная и даже дикая; однако кто знает, если бы Дугу Сяо И не была такой неукротимой, что бы случилось в конце концов между ними?

Учитывая мнение, которое семья Дугу имела о Цзюне Мосе тогда, и политическую ситуацию того времени в Тяньсян, семья Дугу решительно бы отказалась от того, чтобы породниться с семьей Цзюнь! Со своим характером разве Мосе бы стал сам бороться?

Если бы не решительность Дугу Сяо И, кто знает? Возможно, одной трагической судьбой было бы больше!

Поэтому эта песня так растрогала всех красавиц, она задела их за живое! На самом деле, легенда о влюблённых Лян и Чжу — своего рода заветная мечта всех несчастных молодых людей того времени, их самая смелая надежда!

Пусть если не повезёт стать мужем и женой при жизни, хотя бы обязательно переродиться в бабочек перед смертью; и это не просто несбыточные фантазии — эта страстная мечта всех влюблённых, которым не суждено быть вместе, они неумолимо надеялись, что она обязательно воплотиться в реальности!

Это самая красивая легенда древности! Заветная мечта, что любящие друг друга в конце концов станут мужем и женой! Однако скольким парам удавалось это?

Гуан Куинхан слушала, и вдруг вспомнила о Мурон Сю Сю и Е Гухане, её глаза вмиг покраснели, и слёзы градом посыпались вниз!

Разве они не похожи на тех самых Лян и Чжу? Только если бы не Цзюнь Мосе, их заветная мечта быть похороненными вместе вряд ли бы осуществилась…

Они возлагали надежды встретиться в следующей жизни, потому что знали, что в этой им быть уже не суждено! Однако это все так туманно, не правда ли?

Даже Сяо Мяо погрузилась в далёкие размышления. Она хорошо разбиралась в тоне мелодии, и знала, что будет уровень ещё глубже этого… песня закончилась!

Ещё долгое время никто не нарушал установившуюся тишину, только изредка раздавались всхлипы…

Глава 1109. У меня уже есть муж…

Старикашка был выдающимся наёмником, однако, его методика и способы обучения сирот были несколько странными… он, действительно, хотел воспитать наёмных убийц?

Возможно да, а возможно и нет. У Цзюня Мосе уже никогда не будет возможности узнать ответ на этот вопрос…

Однако Мосе был твёрдо уверен в одном: люди, которые прошли обучение у него, вне зависимости, стали они в будущем наёмными убийцами, или же занимались какой-то другой деятельностью — они бы нигде не пропали, и прожили успешную жизнь!

Старик был необыкновенно строг и непреклонен, он жестокостью и силой заставлял всех, включая Мосе, учить столько всего! К тому же каждое новое знание и умение сопровождалось незабываемыми мучениями и болью, которые навсегда остались в памяти у всех их, это клеймо на всю жизнь!

Когда они проходили все испытания, они замечали, что вещей, которые они умеют делать, и при этом делать достаточно хорошо, очень много…

На самом деле, до Цзюня Се были и другие ученики, которые говорили старику, что больше не хотят заниматься это профессией, а хотят стать обычными людьми. Однако Цзюнь Се никогда не видел, как старик улаживал дела с такими людьми, а сам старик никогда об этом не рассказывал. Однако в такое время старик вёл себя очень странно…

Спустя какое-то время, Цзюнь Се решил сам разузнать об этом, он проверил архивы и досье, которые некогда принадлежали этим людям, выполненные ими задания, контактную информацию, и обнаружил, что все данные бесследно пропали…

Что это могло значить? В конце концов, вся информация была стёрта, или полностью уничтожена? Вне всякого сомнения было одно: если этой информации нет, в мире не найдётся человека, который сможет предъявить этим людям связь с этими преступлениями!

По крайней мере, у них не было причин, чтобы жить в страхе!

Подумав об этом, Цзюнь Мосе печально вздохнул: «Старикашка, что за человеком ты был на самом деле?»

Открыв глаза, он заметил, что взгляды всех семерых красавиц прикованы к нему, даже Цяо Ин и Мяо Сяо Мяо не были исключением… В их глазах застыло восхищение, изумление и чистосердечное почтение…

— Братишка Мосе… — Дугу Сяо И говорила, всхлипывая: — Эта песня такая красивая… я проплакала от начала и до конца…

— Да… — все красавицы стали пылко и возбуждённо обсуждать песню, только Гуан Куинхан и Мяо Сяо Мяо не присоединились к обсуждению, быстро-быстро что-то записывая на листках бумаги. Оказывается, они записывали мелодию Мосе, они не могли позволить, чтобы такое удивительное произведение было утрачено, так и не дойдя до потомков…

— Этого Лян Шаньбо, действительно, так жалко! К сожалению, у него не было Суань, иначе бы ему не пришлось смириться с тем, что Чжу Интай должна выйти за другого…

— А он тоже дурак такой! Они столько времени провели вместе, а он даже не догадался, что она девушка…

— Самый отвратительный момент — это когда появился этот молодой господин из семьи Ма! Братишка Мосе, раз ты знал об этой истории, почему не прирезал этого отвратительного господина Ма? Зачем жить таким подонкам…

— Никто бы даже и не сожалел о его смерти!

— В конце концов, Лян Шаньбо и Чжу Интай досталась такая несчастная судьба! К счастью, они всё-таки остались вместе… Вот бы Боженька сжалился, и позволил им быть вместе в следующей жизни, и они бы стали настоящими мужем и женой…

Даже Мэй Сюэ Янь расчувствовалась, она печально вздохнула, и сказала: — Мосе, откуда ты узнал об этой истории? Это так трогательно…

— Эээ, об этой истории я где-то случайно услышал… Вообще, мало кто знает про неё… должно быть, всё это случилось в какой-то далёкой захолустной деревеньке, поэтому эта история не так известна за пределами… — Цзюнь Мосе, с трудом подбирая слова, на ходу сочинил ответ.

Гуан Куинхан сказала: — Это мы так тронуты этой историей… А если бы о ней узнали главы влиятельный семей, эта история подверглась бы жестокому осуждению, ведь в их глазах Лян и Чжу — пара преступников! Неудивительно, что эта история не так известна…

Цзюнь Мосе удивился. Он не знал, что Гуан Куинхан обладает и такими познаниями! На самом деле, она сказала чистую правду!

— …Господин Цзюнь… вы очень хороши… — Мяо Сяо Мяо с уверенностью сказала, посмотрев на Цзюня Мосе: — Вы владеете искусством музыки почти на таком же уровне, что и мой муж. Пусть немножко, конечно, не дотягиваете, но всё же намного превосходите остальных людей…

Цзюнь Мосе хотелось и плакать, и смеяться: «А эта девчонка такого высокого мнения о своём «Мо Цзюнь Е»! Я даже «Лян Чжу» сыграл, а добился лишь единственного «почти на таком же уровне, что и мой муж», так обидно и неловко…»

«Какая она всё-таки страшно упрямая!», — Дугу Сяо И состроила пренебрежительную гримасу. Несколько красавиц были полностью довольны. Дугу Сяо И и остальные считали песнь «Лян Чжу» своей победой!

Результат очевиден — эта песня оказалась намного трогательнее, чем «Песнь погребённого цветка». Единственный недостаток — слова песни немного слабоваты… а так, все отлично. Дугу Сяо И была очень довольной.

— Старшая сестра Куинхан, ты всё запомнила? Надеюсь, потом ты обязательно сыграешь нам… — воскликнула Дугу Сяо И.

— Как на счёт ещё одного раунда? Господин Цзюнь спел не так уж и хорошо… — Мяо Сяо Мяо приготовила ещё одну «мину» для Мосе. — Он? — Дугу Сяо И подавленным голосом произнесла: — Он ленивый до ужаса просто! Сейчас мы его загнали в угол, и ему ничего не оставалось, как блеснуть своими талантами, а обычно расшевелить его невероятно сложно! Так что я бы не стала сильно надеяться на это… — после она довольно недобро заметила: — Сестрица Мяо, я скажу тебе одну вещь: все мужики одинаковые. Пусть даже твой муженёк поначалу и сочинял для тебя стихи, писал песни, хм… Сейчас ты уже им завоёвана, наверняка, теперь он больше не станет писать тебе музыку, ведь так дорожат только тем, чего пока не имеют…

— Такого быть не может! Мо Цзюнь Е не такой! — Мяо Сяо Мяо, слегка улыбнувшись, с уверенностью сказала, подумав про себя: «Ты думаешь, все мужчины такие же, как ваш ветреный Злой Монарх? Мой Цзюнь Е ласковый, нежный и честный…»

— Ха-ха-ха! — услышав это, Дугу Сяо И и Ке рассмеялись. Даже Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан невольно расплылись в лёгкой улыбке.

— Ладно… — увидев, что Гуан Куинхан закончилась писать, Мэй Сюэ Янь сказала: — Мы выйдем и немного пройдемся, а вы посидите здесь ещё немного. Мосе, у тебя, по-моему, было какое-то дело к Мяо Сяо Мяо. Мы не будем вам мешать, разговаривайте.

После все красавицы с весёлым смехом поднялись, и вышли, не забыв и Цяо Ин увести с собой. В комнате остались только Цзюнь Мосе и Мяо Сяо Мяо.

Когда красавицы уходили, они так странно смеялись, словно услышали шутку.

Тем более они очень загадочно посмотрели на Мяо Сяо Мяо…

Из-за этого взгляда она была в полной растерянности. Как говорится, внешность обманчива, хотя этот Цзюнь Мосе такой весь культурный и интеллигентный, кто знает, какой он на самом деле человек? А что если то, что про него рассказывал Мо Вудао, настоящая правда? Что же тогда делать?

В тот момент, когда Мяо Сяо Мяо запаниковала и начала раздумывать об этом, она немного отвлеклась, а когда пришла в себя, заметила, что в комнате никого нет, ей стало не по себе…

— Цзюнь… господин Цзюнь… вы… вы о чём-то хотели поговорить со мной? Не хотели говорить в присутствии сестриц? — на лице Сяо Мяо застыл страх, очевидно, она уже готовилась бежать наутёк.

Если бы Мосе сделал какое-нибудь неожиданное движение, она бы тут же, словно заяц от волка, бросилась бежать, с криками «Спасите!»

Однако Мяо Сяо Мяо нельзя винить в трусливости, просто кто-то очень странно себя ведёт!

— Хотел просто поболтать с тобой! Хе-хе, не надо так напрягаться… –Цзюнь Мосе всё думал, с чего бы начать…

— Эм? У меня уже есть муж, он меня очень любит, я тоже его очень люблю, и я… не смогу полюбить другого человека! Мой муж, он обладатель непревзойдённой сущности, он очень крутой! Так что, вы… не смейте безобразничать! — только услышав «просто поболтать», Сяо Мяо тут же испугалась. Сегодня только познакомились, а ты зовёшь меня «просто поболтать», о чём мне с тобой болтать вообще?!

— Хе-хе, да я знаю, что у тебя есть муж… — Цзюнь Мосе про себя подумал: «Твой муж прямо перед тобой, а ты даже не узнала его…»

— Я хотел сказать… Сяо Мяо… ты… — Цзюнь Мосе в беспомощности начал.

— Стойте! — Мяо Сяо Мяо уже окончательно психанула, и с серьёзным лицом закричала: — Господин Цзюнь, поверьте, я уважаю вас, но прошу вас, ни к чему эти крайности! Дворец Злого Монарха, несомненно, очень могущественен, но и наш Призрачный Дворец не пальцем деланый! Так что даже Злому Монарху следует быть повнимательнее!

— Сяо Мяо, это обращение не для всех… — жёсткая речь, суровое выражение лица для такого влиятельного человека, как Злой Монарх — прямо-таки настоящее оскорбление!

— На самом деле, чем, в конце концов, хорош этот Мо Цзюнь Е? Не говоря уже о том, что некрасив собой, так ещё и обладает только Золотой Суань, в чём его ценность? Ну, пусть у него есть непревзойдённая сущность, но, чтобы достигнуть такого уровня, как у меня, у него уйдёт не меньше ста лет… Посмотри, насколько я лучше него, сильнее его. Не веришь? Ну ты сама сравни… — Цзюнь Мосе рассмеялся, и с наглостью сказал.

— Господин Цзюнь, вы действительно хотите разжечь войну между двумя дворцами? — Сяо Мяо строго сказала: — Какое отношение к вам имеет то, насколько хорош Мо Цзюнь Е? Когда мой муж успел перейти вам дорогу? Я просто думаю, что вы, господин Цзюнь, очень большого мнения о себе, но я считаю, что вы ничем не лучше моего Цзюнь Е…

Цзюнь Мосе не знал, что ответить. Такая неловкая ситуация! Потом его глаза сверкнули, и он, смотря прямо Сяо Мяо в глаза, медленно сказал:

— После этих бедственных ударов мы все в грязи. Там, недалеко, есть маленький водоём, было бы не плохо потереть друг другу спинку там…

После прорыва, они пошли мыться к водоёму, и Мо Цзюнь Е сказал эти слова прямо перед «походом» туда.

— Ах, ты бесстыдник! Ты! — Мяо Сяо Мяо машинально заругалась, и только потом поняла, что что-то не так, и, выпучив глаза, уставилась на Цзюня Мосе.

Эти слова она запомнила на всю жизнь, потому как именно после этих слов она лишилась с ним девственности…

— Хмм, «небо — шахматная доска, а звёзды — ловушки на нём. Кто выиграет? Земля — это пипа, а дороги — это струны, кто выстрелит… — Цзюнь Мосе ласково посмотрел на Сяо Мяо, и сказал: — Грохот грома вместо барабанов, молния — наше знамя, кто пойдёт на войну?

Тело Мяо Сяо Мяо резко дёрнулось, и она чуть не упала, пролепетав какие несвязные стоны, взгляд её был растерянным и потрясенным.

Глава 1110. Ты такой жестокий!

Про «небо — шахматная доска, а звёзды — ловушки» было написано на парных надписях. Возможно, слухи об этом могли распространиться от людей из Призрачного Дворца, но про «грохот грома станет нашими барабанами, а молния — знаменем» знали только они вдвоём, потому что эти слова сказал Мо Цзюнь Е сразу после прорыва!

Как он мог узнать об этом?

Неужто…

— Дурёха, ты до сих пор не признала меня? — Цзюнь Мосе рассмеялся. –Меня так трудно узнать, что ли?

Сказав это, он встал прямо перед Мяо Сяо Мяо, несколько раз потёр своё лицо руками, и его совершенные и красивые черты лица стали медленно исчезать, очень обычное и простое лицо теперь появилось перед Мяо Сяо Мяо…

Мо Цзюнь Е…

Мяо Сяо Мяо выпучила глаза, и начала пятиться назад, закричав в панике: — Ты… ты Цзюнь Е?

Цзюнь Мосе рассмеялся и кивнул головой, тихо сказав: — Сяо Мяо, это я.

Мяо Сяо Мяо качнулась несколько раз из стороны в сторону, а потом, не проронив ни слова, упала в обморок…

Цзюнь Мосе ловко успел подхватить её.

Через мгновение Мяо Сяо Мяо пришла в себя, однако её всегда чистые и прозрачные зрачки глаз до сих находились в каком-то помутнении, она находилась в растерянности, словно бредила во сне. Увидев перед собой Цзюня Мосе, она испуганно со всхлипом закричала: — Цзюнь Е, ты знаешь, мне сейчас приснился такой страшный сон, будто я встречалась со Злым Монархом, и он хотел жениться на мне, а потом он вдруг стал выглядеть как ты, я так испугалась, я, правда, так испугалась…

Цзюнь Мосе легонько вздохнул, и ласково сказал: — Дурёха… это был не сон, это было по-настоящему…

— По-по-по-настоящееему? — Мяо Сяо Мяо отрешённым взглядом посмотрела на Мосе, потом резко вырвалась из его объятий, стала медленно осматриваться по сторонам, с разочарованным видом мотая головой…

Потом она снова повернулась, и уставилась на Цзюня Мосе, который по-прежнему был в облике Мо Цзюнь Е. Она сквозь зубы произнесла: –Цзюнь Е… скажи, скажи мне, что это неправда! Скажи мне, что это не ты!

Цзюнь Мосе мучительно закрыл глаза и растерянно произнёс: — Сяо Мяо, это всё правда, это всё происходит на самом деле. Я всегда был Цзюнем Мосе! А Мо Цзюнь Е — всего лишь одно из моих олицетворений… такого человека не существует…

— Нет! Нет, это неправда! Такого не может быть! Ты обманываешь меня! Ты специально это делаешь, чтобы завладеть мною, я не верю тебе, я не верю… — Сяо Мяо надрывисто прокричала, уставившись на Цзюня Мосе, а сама медленно пятилась назад, при этом качая головой в стороны, словно злившись, что её собственные глаза предали её: слёзы уже медленно падали на пол…

Реальность же была жестока, но, как ни верти, это было настоящей правдой!

Вдруг, Сяо Мяо запнулась о стул и упала.

Учитывая её силы Почтенного мастера, даже столкнувшись с огромной скалой внушительных размеров, она бы удержалась на ногах, но, глядя на её столько жалкий вид во время падения, казалось, что на уже полностью сдалась морально.

— Сяо Мяо… — в глазах Цзюня Мосе появилось жалость, и он протянул руки, чтобы помочь ей подняться.

— Не надо толкать меня! Ты плохой, больше не толкай меня… — Мяо Сяо Мяо яростно закричала изо всех сил, с трудом пытаясь подняться с пола. Слёзы, словно бессчётные жемчужины, падали и падали из её глаз, она вся дрожала. — Ты и есть Мо Цзюнь Е? Мо Цзюнь Е — это Цзюнь Мосе? А Цзюнь Мосе — мой Мо Цзюнь Е? — Мяо Сяо Мяо мрачно рассмеялась, смотря на Цзюня Мосе, из уголка её рта показалась капля крови. И эта ярко-красная капля на её лице потрясла Цзюня Мосе до глубины души!

— Да, Сяо Мяо, я вовсе не специально обманываю тебя, просто Мо Цзюнь Е — это тоже… я… — Цзюнь Мосе в спешке начал объяснять ей, как всё было. Он, конечно, уже заранее подготовился к этому, однако, он и думать не мог, что реакция Сяо Мяо будет настолько сильной!

— Замолчи! — со злостью прокричала Мяо Сяо Мяо: — Говоришь, ты не обманываешь меня? Ха-ха-ха…

Мяо Сяо Мяо надрывно и очень пугающе рассмеялась: — Ты не хочешь обманывать меня? А как ты планировал обмануть меня? Ты уже оболгал всё, что у меня было, у меня больше ничего не осталось…

Мяо Сяо Мяо сильно затряслась всем телом, а потом собрав всю свою силу в кулак, громко закричала: — Ты уже оболгал всё, что у меня было! Ты хоть понимаешь это? Ты правда не понимаешь этого? Как ты меня ещё собирался обмануть? У меня и так ничего нет, но, может, это теперь и к лучшему? Мне можно теперь не бояться, что ты снова одурачишь меня…

Цзюнь Мосе в растерянности смотрел на неё. Внезапно его сердце сковала мучительная боль. Ему нечего было сказать в ответ.

— Цзюнь Е… Нет! Цзюнь Мосе! Ты хоть знаешь, какой я счастливой была до этого момента? — слёзы медленно скатывались вниз по белоснежным щекам Мяо Сяо Мяо и падали вниз. Через некоторое время под ногами у неё образовалась небольшая лужица. Однако Сяо Мяо было совершенно безразлично это, она не пыталась вытереть слёзы, и кровь, стекающая с уголков её рта, медленно окрашивала эту лужицу в кроваво-красный…

— Мой Цзюнь Е не имел высоких боевых заслуг, и выглядел совершенно обычно, однако он был единственным порядочным и благородным человеком для меня в этом мире! — Мяо Сяо Мяо печально произнесла: — Он — мой любимый человек! Ты понимаешь? Ты хоть понимаешь? Я даже на самом деле считала, что он тоже очень любит меня, но, оказывается, я ошибалась, всё это было лишь обманом, от начала и до конца спланированной афёрой! Ты же не знаешь, как я сильно им гордилась? Как я была довольна? То, что у меня был Цзюнь Е, стало моим самым большим счастьем в жизни!

Когда Сяо Мяо говорила это, на её лице образовалось медово-сладкое выражение горести: — Цзюнь Е сказал мне, что он уже женат, но мне было всё равно, я сказала, что готова стать младшей женой! Лишь бы быть с ним вместе, на остальное мне было плевать! Цзюнь Е был ласковым и нежным, он был очень образован и талантлив, обладая чуть ли не самым низким уровнем совершенствования в Призрачном Дворце, он сумел устроить такой резонанс! Я так гордилась им… я — жена Мо Цзюнь Е! Я — его женщина! Даже пускай он не знатного происхождения, без средств к существованию! Я по доброй воле была готова разделить жизнь с ним! «Небо — наш шатёр, земля — наша кровать, ветер станет нашей пищей, а дождь — вином. Облака — свадебным платьем, туман, как полог, гром — приданным, а молния будет нашей свахой!» Я, Мяо Сяо Мяо, клянусь до конца своей жизни быть с Мо Цзюнь Е! — Мяо Сяо Мяо грустно рассмеялась: — Своё тело, свои мысли, свою душу — всё это я готова отдать моему самому дорогому человеку! Без Мо Цзюнь Е, Мяо Сяо Мяо не жить!

Вдруг выражение лица Сяо Мяо стало спокойным, и она совершенно пустым голосом сказала: — А сейчас ты говоришь мне, что в этом мире больше нет никакого Мо Цзюнь Е… Всё было обманом и фикцией, и никогда не существовало на самом деле! Непревзойдённая сущность — просто выдумка, и сам Мо Цзюнь Е — ещё одна выдумка… Цзюнь Мосе, как ты мог быть таким жестоким? Ты уничтожил мою мечту! Ты уничтожил всё, чем я так дорожила! Ты страшно жесток! Зачем ты так поступил со мной? Пусть ты одурачил меня, зачем и дальше продолжал обманывать? Лучше бы я и дальше ничего не знала, пусть даже Цзюнь Е никогда бы не вернулся, но он бы навсегда остался в моём сердце! Почему ты так жесток ко мне? Зачем ты раскрыл этот ужасный обман, и разрушил все мои мечты и надежды? Ты такой жестокий, такой безжалостный человек! — почти шёпотом прошептала Мяо Сяо Мяо, голос её становился всё слабее.

— Сяо Мяо… тот Мо Цзюнь Е в Призрачном Дворце… За исключением его вымышленной личности, его знания, его мозги — всё это было настоящим, это просто ещё один я! — Цзюнь Мосе прошептал. — Здесь и сейчас, я вернусь к тебе тем самым собой, так нормально?

— Нет! Не нормально! Я люблю только Мо Цзюнь Е! Навсегда только Мо Цзюнь Е! А не Цзюнь Мосе! — Мяо Сяо Мяо вся в слезах взглянула на него: — Это ты убил моего Цзюнь Е! Это ты! Сделал так, чтобы мой Цзюнь Е исчез навсегда!

Охваченной скорбью лицо Сяо Мяо в одночасье стало необычайно озлобленным: — Цзюнь Мосе, Злой Монарх! Наверное, ты необыкновенно доволен собой, вот так издеваясь над обычной девушкой? На твоих глазах эта девушка пожертвовала столь многим ради несбыточного вымышленного будущего, а потом ты взял и разрушил всё это вдребезги! Уничтожил полностью всё! Прибегая к различным уловкам, ты сделал эту девушку навечно несчастной! Это чувство, что ты контролируешь всех и вся, скажи, оно тебе очень по душе пришлось? — она продолжала наступать, в глазах сверкали слёзы, но она не моргала, и продолжала говорить со зловещим видом.

— Хватит! — Цзюнь Мосе рявкнул, а потом мучительно произнёс: — Сяо Мяо, прошу, не надо превратно истолковывать мои слова так! Может, ты хоть немного успокоишься и внимательно выслушаешь мои объяснения?

— Объяснения? Отлично, я вся в ожидании! Кто посмеет отказать самому Злому Монарху, да? — Мяо Сяо Мяо злобно посмотрела на него: — Раз ты хочешь объясниться передо мной, так и быть, я выслушаю твои объяснения! Только перед этим попрошу тебя, пожалуйста, не очернять образ моего Цзюнь Е! Не надо внешность моего любимого человека помещать на своё мерзкое лицо гнусного обманщика! Убери это быстро! Быстро!

Цзюнь Мосе вздохнул, и убрал внешность Мо Цзюнь Е, восстановив свои истинные черты лица.

Сяо Мяо пристально смотрела на него, и наблюдала за тем, как медленно исчезает обличие Цзюнь Е, а вместе с этим и надежды на счастливую жизнь вместе с ним!

Это так больно — просто спокойно смотреть на то, как твой любимый человек исчезает навсегда! Надежда потеряна!

Вслед за тем, как внешний облик Цзюнь Е покидал лицо Цзюня Мосе, её глаза теряли блеск, в них пропадала жизнь, медленно они становились совершенно пустыми…

— Цзюнь Е, не уходи! — Мяо Сяо Мяо, не в силах сдерживаться, горестно прокричала, и сделала шаг вперёд, протянув руку к лицу Мосе. Её голос был таким печальным, словно это был её прощальный стон, а она находилась на краю гибели, это был звук разбитого сердца!

Глава 1111. Ты – не мой любимый человек!

— Сяо Мяо. Я здесь! — Цзюнь Мосе дёрнулся, и ухватил её за руку.

— Не тронь меня! Ты не достоин этого имени! Ты — наглый обманщик! — взгляд Сяо Мяо прояснел, она резко отдёрнула свою руку, а потом со всей силы несколько раз подряд вытерла её о свою одежду, потом опустила голову, её хрупкое тело медленно перестало дрожать.

Она подождала, пока её тело совсем перестанет трястись, а потом она сделала два больших вздоха. Цзюнь Мосе даже почувствовал, как нелегко ей это далось.

Потом она подняла голову, и посмотрела на него, слабо улыбнувшись:

— Господин Цзюнь, разве вы не хотели что-то объяснить мне? Я готова слушать вас! Я жду ваших объяснений!

Теперь её голос стал спокойным.

Однако это спокойствие было подобно мёртвой тишине!

Сердце Мосе сжалось.

Сяо Мяо была бледной как смерть. Хотя она слабо улыбалась, на её лице застыло почти мертвецкое выражение слабости.

Глядя на это, можно было не сомневаться, что несмотря на все объяснения, она уже не будет их слушать!

Цзюнь Мосе печально вздохнул, лишь чувствуя, как мучительная щемящая боль расползается в его сердце.

— Сяо Мяо, тогда ситуация была такой… после того, как я начал совершенствоваться, я заметил, что скорость моего прогресса намного превышает общеизвестные границы… За несколько лет я с лёгкостью достиг уровня Шенхуана… — хотя Мосе понимал, что объяснения уже бесполезны, но сейчас он не мог не объясниться перед Сяо Мяо.

С тех пор, как он зажил своей второй новой жизнью, он никогда не испытывал подобного стыда! И никогда до этого произносить слова не было ещё так тяжело.

— Большие успехи в Суань! Разумеется, прекрасное долголетие, а Сяо И и Куинхан… Понимаешь, они всегда были со мной, испытывали ко мне самые серьёзные чувства! Однако, проблема, с которой им пришлось столкнуться, было… — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул: — Я, возможно, могу сохранить неизменный внешний облик на протяжении сотен лет, Мэй Сюэ Янь — тоже. Но остальным, конечно, это не под силу, потому что они обладают недостаточно высоким уровнем совершенствования. Иначе говоря, ни у кого нет подобной способности, Суань, хоть и замедляет процесс старения, однако не может поддерживать внешность неизменной вечно. Пусть даже если бы они, как и я, достигли уровня Шенхуана — года всё равно бы не пощадили их. Этот вопрос не так значителен для мужчины, а вот для женщины… Мы с Сюэ Янь можем не стареть, потому что у нас… есть возможность, — Цзюнь Мосе вскользь упомянул об этом вопросе. — Для любой женщины увидеть, что её любимый человек и её старшая сестра не стареют, оставаясь по-прежнему молодыми, а она при этом неизбежно, с каждым днём, увядает, словно цветок без воды — это очень жестоко по отношению к ней! Я не хотел, чтобы они страдали в будущем… и, разумеется, не хотел терять их… Я должен был изо всех сил ревностно оберегать дорогих своему сердцу людей! — Цзюнь Мосе печально вздохнул: –Однако, единственным способом сохранить молодость навечно было принять одновременно цветки искусного лотоса и плоды священного дерева! Кроме этого, других вариантов нет!

Когда Мосе сказал про это, взгляд Сяо Мяо снова задвигался, и она равнодушно спросила:

— И тогда ты решил двинуться на Священный и Призрачный Дворцы? Ради своих любимых людей?

— Именно так, — отвечал Мосе: — В городе у меня был назначен решающий бой с людьми из трёх священных земель, а ставкой были как раз цветки искусного лотоса! В итоге они потерпели поражение, а я отправился в Священный Дворец, и, согласно условиям пари, получил лотос. Мою добычу ты уже видела. Что касается священных плодов — достать их было нелегко… Первой трудностью было попасть в Призрачный Дворец, поэтому в городе я заранее распустил слухи об появлении человека с непревзойдённой сущностью…

— Потом ты, используя свою так называемую «непревзойдённую сущность», обманом завоевал доверие Цао Гофэна, подстроил им на обратном пути ловушку, заставив их хорошенько помучиться, чтобы они сами отвели тебя в Призрачный Дворец, — Мяо Сяо Мяо усмехнулась. — А Злой Монарх, действительно, очень расчётлив и хитёр! Ты обвёл всех вокруг пальца! До этого я тоже слышала об случившихся беспорядках, но, думала, что это — всего лишь слухи, и не больше. Господин Монарх, вы меня в самом деле очень шокировали!

— Да! Наконец, как я и планировал, у меня получилось попасть в Призрачный Дворец! Надо было только найти священное дерево, тихонько украсть плоды, и свались восвояси. А Мо Цзюнь Е, который получит священные плоды, просто исчезнет, никто и не сможет подумать, что я, то есть Цзюнь Мосе, в чём-то замешан.

Поскольку Мосе решил рассказать ей все, он решил говорить прямо, и ничего не скрывать.

— Но ты не ожидал, что священное дерево окажется в совершенно отдельном пространстве, а не просто в Призрачном Дворце, и тогда тебе пришлось изменить планы, и твоей целью стала я? — Мяо Сяо Мяо холодно усмехнулась: — Нельзя не сказать, что такую глупую девчонку, как я, очень быстро удалось одурачить! Ты очень успешен! Расчёт был произведён со всей тщательностью!

— Все было не так! — Цзюнь Мосе в гневе закричал. — От начала и до конца я не планировал использовать тебя! Начиная с момента, как я попал в Призрачный Дворец, столкнулся с провокацией Гу Фэй Ю, потом состязался с братьями Чжань… Сяо Мяо, когда я хоть раз использовал тебя?

— Господин Цзюнь, прошу вас, не называйте меня больше Сяо Мяо! — Сяо Мяо взбесилась: — Только мой любимый человек имеет право называть меня так, а вы нет! У вас нет такого права!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул: — Хорошо! Я больше не буду! Когда я разузнал все подробности проникновения в Сад чудодейственных растений, я заключил пари с братьями Чжань, только чтобы попасть туда! Я никогда и не думал овладеть тобой и использовать тебя! Это ты не можешь отрицать!

Взгляд Сяо Мяо был безжизненным. Она отвернулась, и слабо кивнула головой.

— Однако мир так непредсказуем… Планы меняются так быстро… Семья Чжань неохотно признала своё поражение, и решила свести со мной счёты, однако ты, несмотря на возможность самой погибнуть, бросилась спасать меня… Я был очень тронут твоим поступком, однако при этом неуклонно старался держать с тобой дистанцию. Потому что я не готов был взять ответственность за эти чувства… Я знал заранее, что если пойду тебе навстречу, исход будет таким, как сейчас! А я не хотел этого! Я бы не смог выдержать этого! Поэтому в тот день, когда ты пришла проведать меня, я специально упомянул о том, что за пределами Призрачного Дворца у меня уже есть жена. Я отверг тебя! — Цзюнь Мосе с трудом закрыл глаза. — Я правда не хотел причинять тебе боль… Но ты… ты была так ослеплена этой любовью, моим отказом! Что, в конечном итоге, впала в кому…

Цзюнь Мосе перевёл дыхание: — Твоя слепая любовь, твоё не примирение моему отказу вынудили меня! У меня больше не было путей для отхода! Я не мог больше видеть, как ты находишься в коме, и я решился спасти тебя! Пусть я и Злой Монарх, человек, обладающий впечатляющей и огромной силой, и большими возможностями, но, по сути, я — всего лишь мужчина! А ты такая красивая, такая обворожительная девушка, которая так безумно влюблена в меня… Как меня могло не трогать всё это? Как я мог спокойно закрыть глаза на всё это? В ту минуту, когда я решил спасти тебя, ты стала принадлежать мне! Стала моей, то есть женщиной Цзюня Мосе! — Цзюнь Мосе тихим голосом произнёс: — Возможно ты не знаешь, но с моей матушкой, после неожиданной кончины отца, случилось почти то же самое, что и с тобой! Она заснула, и пробыла в небытие целых десять лет! Она была готова навсегда остаться в мире грёз, но лишь бы никогда больше просыпаться! Страдания моей матушки, её самоотверженная любовь заставили меня понять, что я во что бы то ни стало не могу позволить такой же трагедии случиться с тобой! Поэтому, не взирая на последствия, я решил спасти тебя, и сделать так, чтобы ты осталась со мной! — Цзюнь Мосе посмотрел Сяо Мяо в глаза: — Сделать тебя счастливой! Поскольку я уже делал выбор, я решил больше ни о чём не сожалеть! И, начиная с того момента, я больше не сопротивлялся чувствам к тебе! После моего ухода и до сих пор, мои чувства к тебе были настоящими…

— Господин Цзюнь, вы закончили? — Мяо Сяо Мяо равнодушно улыбнулась. — Ваши объяснения на этом можно считать законченными?

Услышав это, Мосе сразу же понял, что она не слушала его. Он снова печально вздохнул.

— Возможно согласно вашим словам, у вас не было выбора поступить иначе! — Сяо Мяо тихо продолжила: — Вы очень любите своих жён, готовы ради на них на всё, даже не остановитесь ни перед чем, чтобы достать для них эликсир бессмертия… Как мужчину, и как мужа, я полностью понимаю вас, и не виню! Но разве вы не думали, скольким людям вы можете причинить вред своими действиями? Как насчёт Цао Гофэна и остальных Шенхуанов? Ведь они относились к вам не хуже, чем к собственному сыну, заботились, оберегали вас, а вы взяли, и так жестоко обманули их! А как же остальные старейшины Призрачного Дворца, ведь для них вы были главной опорой и надеждой на светлое будущее нашего Дворца! Они всеми силами поддерживали вас! А вы обошлись с ними точно также, и нагло обманули! Что касается меня — не стоит мучиться угрызениями совести на мой счет, вы не обманывали меня! — Мяо Сяо Мяо печально рассмеялась. — Я не пытаюсь исказить факты, я говорю искренне: мой муж Мо Цзюнь Е, он не обманывал меня, он был очень добр ко мне, правда, очень добр; а я — его жена, я — его женщина! Только его больше нет…

— Мо Цзюнь Е нет! Я и есть Мо ЦзюньЕ! — Цзюнь Мосе тихо прорычал.

— Нет! Это не так! — Мяо Сяо Мяо пристально смотрела на него: — Ты –Цзюнь Мосе! Ты только Цзюнь Мосе, а не Мо Цзюнь Е! Пусть он — всего лишь одно из твоих воплощений, но ты не сможешь заменить его. Когда ты появился, он исчез! Нет, он не может исчезнуть, он навсегда останется в моём сердце!..

Глава 1112. Мне не нужно ничего от тебя!

Цзюнь Мосе чувствовал себя бессильным.

— Что нужно сделать, чтобы ты приняла это как факт? Только скажи, я обещаю, я всё сделаю! — хмуро сказал Цзюнь Мосе.

— Правда? Тогда я хочу, чтобы мой Цзюнь Е снова вернулся! Я хочу, чтобы мой любимый человек вернулся ко мне! Мне ничего не нужно, кроме этого… — Мяо Сяо Мяо так кричала, что почти сорвала голос. — Верни мне моего Цзюнь Е! Верни мне моё сердце! Верни же! Мне нужен мой Цзюнь Е! Мой муж! Мой любимый мужчина! Я хочу состариться с ним вместе, я хочу родить ему ребёнка, хочу никогда с ним не расставаться, ни в этой жизни, ни в последующих! — Мяо Сяо Мяо горестно зарыдала, а потом резко схватила Мосе за подол его платья, и прошипела: — Ты обманщик! Верни мне моего Цзюнь Е, верни мне счастье! Давай же, ну! Верни мне его!

Она истерично била его рукой, всё лицо было залито слезами, взгляд полон отчаяния и боли.

Цзюнь Мосе стоял прямо и не двигался, его сердце обливалось кровью!

В его новой жизни ему еще никогда не было так больно.

И вдруг до него дошло.

Всё время он считал Мо Цзюнь Е просто ещё одним своим воплощением, и ошибочно полагал, что, когда две личности соединятся воедино, всё с лёгкостью решится.

Однако сейчас он уже понял — всё это было лишь его догадками.

Потому что Мяо Сяо Мяо влюбилась в Мо Цзюнь Е, а не в Цзюня Мосе!

Мо Цзюнь Е и Цзюнь Мосе два совершенно разных человека! У них разный характер, разный социальный статус, разные черты внешности, разный темперамент!

Женское сердце так устроено, в нём уже поселился один Мо Цзюнь Е, и никакой второй Цзюнь Мосе туда уже не поместится! И вдруг ей сказали, что два разных человека оказались одним настоящим человеком…

Возможно, будь на месте Сяо Мяо кто-то другой, наверное, он бы быстрее принял этот факт.

Однако, глядя на Мяо Сяо Мяо, можно понять, она — далеко не другие люди, у неё совершенно отличное от них восприятие! Мо Цзюнь Е похож на Цзюня Мосе? Это два абсолютно разных человека! Это равносильно, если бы ей сказали: полюби теперь другого человека! Возможно так говорить безосновательно, но, тем не менее, это так!

Если поставить на её место Мэй Сюэ Янь, Гуан Куинхан или кого другого, и сказать им, что на самом деле такого человека, как Цзюнь Мосе, никогда не существовало, есть только Мо Цзюнь Е, они бы точно также отказались принимать это!

Мяо Сяо Мяо, несомненно, очень традиционная девушка, мягкая снаружи, но твёрдая внутри, она может быть необычайно нежной и податливой, а может быть бескомпромиссной и несгибаемой!

Разумеется, она не может никому позволить, чтобы нечто святое для неё — её любовь к Мо Цзюнь Е — была жестоко оскорблена кем-то другим!

И, конечно, она не готова смириться с тем, чтобы её любимый человек вот так просто изменил свой внешний облик!

Не совсем удачный пример, но всё же: это как если бы девушка влюбилась в Хуан Фэйхуна (1847-1924, знаменитый мастер боевых искусств, основоположник стиля хунгар), а ей бы пришлось выйти замуж за Джета Ли, Ли Ляньцзе (китайский киноактёр, мастер ушу), разве такое возможно?

Хотя все нормальные люди знают, что Хуан Фэйхун был всего лишь одной из ролей, которую сыграл Джет Ли.

Это очень трудноразрешимый вопрос!

Мяо Сяо Мяо так горестно плакала, что полностью ослабела, потеряв все свои силы. Она лежала, уткнувшись в стол, и уже впала в бредово-сонное состояние… Даже во сне её тело периодически содрогалось, а из глаз по-прежнему текли слёзы…

Такая хрупкая девушка, как она, была не в силах справиться с подобным потрясением!

Цзюнь Мосе, находившись в полной беспомощности, просто смотрел на лежащую Сяо Мяо. Ему казалось, что тысячи ножей на живую пронзают его сердце.

За дверью раздался шум. Мэй Сюэ Янь тихонько вошла в комнату, посмотрела на Мосе, и спокойным голосом спросила: — Ей… трудно далось это?

Цзюнь Мосе с горечью на лице кивнул, и печально вздохнул.

— Разве не ты сам заварил эту кашу? — Мэй Сюэ Янь, вздохнув, посмотрела на спящую Сяо Мяо: — Она — хорошая девушка, тебе не следовало обманывать её ожидания…

Цзюнь Мосе медленно встал, и мучительно произнёс: — Да разве я намеренно обманывал её? Но… Сюэ Янь, помоги мне… как мне поступить?

— Поступай так, как следует поступить в этой ситуации, — Мэй Сюэ Янь презрительно взглянула на него, и добавила: — Никогда бы не подумала, что, даже подготовившись, всё равно ничего не выйдет…

Договорив, она тяжело вздохнула.

Когда Мяо Сяо Мяо появилась здесь, Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан уже обсудили этот вопрос. Они рассматривали с позиции женщины эту ситуацию, они постарались поставить себя на место Сяо Мяо, и понять, каково бы им было, случись такое хоть с одной из них, и, чем дольше раздумывали, тем больше понимали, что этот вопрос, действительно, очень щекотливый. Даже собственными глазами увидев эту сумасшедшую и слепую любовь Сяо Мяо к Мо Цзюнь Е, им уже было не по себе.

Очевидно, эта девушка очень основательно влюбилась в другое воплощение Цзюня Мосе!

Поэтому Мэй Сюэ Янь и предложила скооперироваться всем вместе, устроить небольшое представление, приревновать Цзюнь Мосе, и вынудить его блеснуть своими талантами, чтобы он хоть как-то соответствовал такому идеальному Мо ЦзюньЕ…

А Дугу Сяо И, в свою очередь, часто напоминала об этом. Однако, надо было действовать очень осторожно, всё-таки Сяо Мяо должна была сама догадаться и понять, что здесь и к чему…

Если бы в тот момент Мяо Сяо Мяо поняла, что Мо Цзюнь Е, это, возможно, Цзюнь Мосе… вряд ли бы после разоблачения возникли настолько большие трудности.

Все бы просто развеселились, а потом совместными усилиями приняли это, как факт.

Однако кто бы мог подумать, что Мяо Сяо Мяо так беззаветно доверилась Мо Цзюнь Е, что она ни на секунду не сомневалась в нём, они старались разыграть отличное представление, но, в конце концов, всё ограничилось тем, что они развлекали только самих себя…

В итоге Цзюню Мосе оставалось только самому раскрыть эту тайну перед Сяо Мяо… Чтобы Сяо Мяо не испытывала неловкость, Мэй Сюэ Янь и все остальные красавицы поспешили удалиться, оставив их с Мосе наедине.

Однако ситуация обернулась таким образом, что сейчас даже Мэй Сюэ Янь оказалась беспомощна…

Действительно, всё очень сложно!

— Боюсь, здесь трудно что-то поделать! По крайней мере, за такой короткий срок времени трудно что-то изменить! — Мэй Сюэ Янь очень тепло взглянула на Сяо Мяо: — Можно сказать, что сейчас она ненавидит тебя каждой клеточкой своего тела! Если так можно выразиться, эта ситуация похожа на ту, когда мы получили новость о том, что ты был кем-то убит, или, возможно, ещё серьёзнее! В конце концов, у нас объект мести, а она даже и этого не имеет!

— Ты уничтожил её Цзюнь Е, разрушил её любовь! Для неё Мосе — самый настоящий враг, но, хотя Цзюнь Мосе — это не Мо Цзюнь Е, всё же Мо Цзюнь Е от начала и до конца — Цзюнь Мосе, она не будет мстить своему же любимому человеку, или даже сопротивляться ему… Если бы я была на её месте, я бы тоже была в недоумении…

— А сколько потребуется времени для этого? Я, правда, очень беспокоюсь… Я переживаю, как бы с ней не случилось то же самое, что и в прошлый раз, — Цзюнь Мосе опечалено вздохнул.

— Если ты просто будет ждать, боюсь, пройдёт хоть целая вечность, но всё равно ничего не поменяется. Если ты хочешь избавиться от сожалений в своём сердце, ты обязательно должен принять какие-нибудь меры! Сделать так, чтобы она так же сильно влюбилась в Цзюня Мосе! Ты должен сменить своего предшественника!

Мэй Сюэ Янь наклонилась, и равнодушно произнесла: — Это очень длительный процесс! Она ещё такая несгибаемая и бескомпромиссная девушка, изменить её чувства будет… очень трудно! Несомненно, придётся потрудиться! Но, несмотря, насколько бы это трудно не было, это твой долг! И тебе не избавиться от этого! Ты должен!

— Да! Это мой долг! Я должен сделать это, и у меня обязательно должно всё получиться! — взгляд Мосе постепенно снова обретал былую уверенность и стойкость.

— Иди, тебе надо снова завоевать эту девушку. Раз у Мо Цзюнь Е получилось, так почему у Злого Монарха не выйдет? Не надо забывать, у тебя есть одно большое преимущество… она уже принадлежит тебе. Говорить об этом трудно, сделать это тоже нелегко, но для этого существует кратчайший путь, — когда Мэй Сюэ Янь говорила это, в голосе чувствовалась незначительная ревность, а ещё смутная обида.

«Мяо Сяо Мяо сейчас уже твоя женщина, а я, та, кто считается старшей женой, до сих пор девственница, да ещё и вместе с тобой придумываю способы, как вернуть сердце другой…»

— Какой такой кратчайший путь? — в спешке спросил Цзюнь Мосе.

— Обычно же вроде умный человек, а чего сегодня ведёшь себя, как дурачок настоящий? Разве я уже не говорила, что Мо Цзюнь Е — это Цзюнь Мосе, но Цзюнь Мосе — не Мо Цзюнь Е. Тебе необязательно делать так, чтобы она полюбила другого человека, и забыла своего Мо Цзюнь Е, бросившись в твои объятья, тебе только нужно заставить её понять, что все эти клятвы в вечной любви были сказаны тобой! Теперь понял, о чём я? — Мэй Сюэ Янь фыркнула, добавив: — Этим уж ты сам займись.

Цзюнь Мосе призадумался.

— Я заберу её ненадолго, ей надо отдохнуть. Сам придумай, что сказать людям из Призрачного Дворца! — Мэй Сюэ Янь с раздражением взглянула на него.

Цзюнь Мосе кивнул, и внезапно до него дошло: — Сюэ Янь, ты наверняка же недовольна из-за этой ситуации? У меня с неё кое-что было… а с тобой — ещё нет… Но, если бы ты так не переживала из-за этого, и раньше дала мне своё согласие, у нас бы точно всё было… даже сейчас, кто знает…

Этот парень, действительно, странный, даже с Сяо Мяо и Дугу Сяо И он был поскромнее, а с Мэй Сюэ Янь, к которой так трудно подступиться…

— Пошёл вон! Что за вздор! И то и сё, разве ты не переживаешь из-за сестрицы Сяо Мяо? — Мэй Сюэ Янь тотчас же покраснела.

Похоже Мосе был готов радоваться несмотря на свои страдания.

Мэй Сюэ Янь аккуратно подняла Сяо Мяо на руки, и вдруг испуганно произнесла: — Эта девчонка и в самом деле упёртая! Цзюнь Мосе, конечно, не Мо Цзюнь Е, но Мо Цзюнь Е, всё-таки — Цзюнь Мосе, из пустого в порожнее…

Цзюнь Мосе повернул голову, и увидел кровавую лужу на месте, где лежала Сяо Мяо, и это было не следствием мелкой раны, а намеренное возбуждение кровавого фонтана Суань!

Сюэ Янь тяжело вздохнула, и приподняв Сяо Мяо, услышала, как та бредит: — Мне нужен только Цзюнь Е, ты мне не нужен, я не буду тебе должной… хоть даже мне искусный лотос, я выплюну его! Мне не надо ничего твоего…

Она продолжала быть стойкой до самого конца!

Глава 1113. Попасться под горячую руку!

Цзюнь Мосе лишь чувствовал, как по сердцу разливалась мучительная боль. Даже несмотря на присущую ему решимость, его было трудно справиться с этим чувством. Немного шатаясь, он опустился на стул.

Слова Сяо Мяо, как мощный удар молнии, которому невозможно сопротивляться, пронзили его сердце!

Словно неумолимый гром, который застиг врасплох все внутренности в теле Мосе!

Он в оцепенении сел на стул, и больше не двигался!

Мяо Сяо Мяо, та девушка, которая изначально получила от него решительный отказ, а потом из-за неожиданного стечения обстоятельств была всё же принята им, заставив его распахнуть своё сердце и впустить её, в эту минуту до глубины души потрясла его!

Она смело и бесстрашно защищала его, была так потрясена его отказом, что погрузилась в состояние страшной комы; во время бедственных ударов, она готова была пожертвовать своей жизнью, лишь бы спасти его от смерти!

Столкнувшись с самым опасным человеком всей поднебесной, со Злым Монархом, она по-прежнему бесстрашно продолжала защищать своего любимого, несмотря, что даже её любимый намного слабее, она не могла позволить, чтобы кто-нибудь сказал о нём хоть одно плохое слово. Она ни на секунду не сомневалась в нём, и продолжала всецело верить ему! Словно Мо Цзюнь Е — самое дорогое и бесценное, что есть у неё в жизни!

Возможно, её отношение доходило до крайности, однако это не могло оставить равнодушным!

Обретя свою новую жизнь, и попав на материк Суань, Цзюнь Мосе всегда шёл по жизни без помех и препятствий. Если даже и появлялись трудности на его пути, полагаясь на свой ум и находчивость, он с лёгкостью улаживал их, и шёл дальше, но эта головоломка оказалась для него неразрешимой. Злой Монарх, у которого всегда был миллион идей и планов, в эту минуту был совершенно беспомощен.

Хотя Мэй Сюэ Янь подала ему идею возможного варианта действий, но это по-прежнему оставалось тяжело выполнимой задачей, даже несмотря на его искреннее желание…

Раньше он думал, что когда он раскроет тайну Сяо Мяо, она, разумеется, некоторое время будет обижаться на него, но из-за чувств, которые связывают их, всё же сможет понять его и простить!

Однако он упустил одну деталь: человеком, в которого она влюбилась, был Мо Цзюнь Е, а не Цзюнь Мосе!

Глядя на реакцию Мяо Сяо Мяо, можно было сделать вывод, что Цзюнь Мосе даже ей неприятен, вообще не тот человек, которого она сможет полюбить, ведь он — злодей, который разрушил её счастье, он — человек, которого она больше всего ненавидит на этом свете!

Возможно это немного утрированно, но в общем выходит именно так.

Цзюнь Мосе опечаленно вздохнул и не сводил глаз с Мэй Сюэ Янь, которая медленно уходила, держа на руках Сяо Мяо. Потом он ещё очень долгое время стоял молча у окна, а затем строго распорядился: — Посмотрите, что там происходит на банкете внизу. Если всё движется к завершению, пригласите сюда трёх старейшин из Призрачного Дворца!

Очевидно, он хотел побыстрее уладить последствия этого дела, чтобы это никак не отразилось на дворце Злого Монарха.

Не успел он закончить свою фразу, как за дверью раздался голос:

— Спешу доложить, молодой господин: владыки трёх священных земель ожидают в гостиной. Они хотят обсудить с вами одно очень важное дело.

Цзюнь Мосе сморщил брови, поколебался минуту, а потом сказал: — В таком случае, передай им, что я скоро буду.

Хотя Цзюнь Мосе намеревался побыстрее разобраться с Сяо Мяо, подумав немного, он успокоился свои чувства. Нынешняя ситуация была крайне странной. Если бы он сразу же переговорил с тремя старейшинами Мяо об этом, несмотря на их показное возмущение из-за его проникновения в Призрачный Дворец, если он предложит им достаточно, чтобы они остались довольны, и пообещает высокое положение для Сяо Мяо, уладить этот вопрос не составит особого труда.

Не принимая во внимание того, что для Сяо Мяо Мо Цзюнь Е пропал по вине Цзюня Мосе, для семьи Мяо, и для всего Призрачного Дворца что Мо Цзюнь Е, что Цзюнь Мосе — просто два разных имени. Самое главное, что это один и тот же человек, а значит, могущество и статус!

Если бы Мосе поступил именно так, всё бы наверняка очень успешно разрешилось. В этом варианте даже не было никаких минусов, за исключением, конечно, Мяо Сяо Мяо, которая будет не только обманута своим любимым человеком, но и своей семьёй!

Однако даже для семьи Мяо, несмотря на то, как бы они не дорожили ей, всё же дружба со Злым Монархом будет приоритетней.

Но, к сожалению, у Цзюня Мосе были настоящие чувства к Сяо Мяо, и он не мог использовать её таким образом, а потому решил первым признаться Сяо Мяо!

Что и вызвало вот такую печальную ситуацию, которую мы наблюдаем сейчас!

Если сейчас старейшины Мяо узнают о том, что произошло с Сяо Мяо, они вряд ли обрадуются, и оставят Мосе в покое. Настрой будет не самым положительным, они будут крайне возмущены, а если между двумя домами разгорится конфликт, положение дел только ухудшится.

Так что лучше сначала пообщаться с тремя священными землями, воспользоваться возможность выпустить пар — тоже совсем неплохо.

Цзюнь Мосе вошёл в малую гостиную, и увидел сидящих там Мо Вудао, Си Жо Чхэна и Ху Янь Аобо.

Сейчас, для Цзюня Мосе, уровень совершенствования, которым обладали все трое владык, нельзя было назвать особо высоким. Пусть даже если они все втроем объединят свои силы, Цзюнь Мосе всё равно с лёгкостью сможет дать им отпор! И они даже не притащили с собой охранников!

Они находились на территории дворца Злого Монарха, сейчас до сих пор продолжалась праздничная церемония, и они считали, что Мосе не осмелиться совершить что-то против них; но, если бы это было на территории трёх священных земель, даже в главном их штабе, они бы вряд ли были так уверены в этом.

На земле врага — пожалуйста, а вот на своей собственной смелости не хватало, разве это не очень странно?!

— Господин Цзюнь, поистине, великий стратег, и очень целеустремлённый молодой человек. Всего за один год ему удалось так впечатляюще возвыситься, возобладав силой настолько могущественной, чтобы потрясти весь мир! Хотя мы находимся в… неприятельских отношениях, всё же я не могу не выразить своё восхищение! — Мо Вудао рассмеялся и сказал: — Был бы я на вашем месте, у меня бы вряд ли получилось добиться таких высот.

Эти слова, действительно, были искренней похвалой, и в тоже время вступительной речью!

К сожалению, момент был не самым удачным, потому что Цзюнь Мосе пылал ненавистью и злостью, жаждая хоть на кого-то излить свой гнев. Он холодно усмехнулся и сказал: — Конечно, у тебя бы ничего не вышло! Потому что ты — Мо Вудао, а я — Цзюнь Мосе, и тебе никогда не сравниться со мной!

Эта жестокая и колкая фраза, похоже, никак не затронула Мо Вудао!

Мо Вудао с улыбкой на лице ждал ответа Цзюня Мосе.

Он явно умерил свой пыл до минимума, и ждал от Мосе уступчивости.

Однако кто бы мог подумать, что ответ Мосе будет таким грубым! Мо Вудао хотел польстить, но в итоге был жестоко откинут назад, это было необычайно обидно.

— Господин Цзюнь! Мы все трое приехали издалека не только, чтобы поздравить вас! — Си Жо Чхэн нахмурился, и медленно произнёс. Его слова подразумевали: «На церемонию открытия дворца Злого Монарха мы бы и отправили каких-то людей вместо себя, ведь не было нужды приезжать всем троим лично».

— О? Так вы, господа, приехали не из-за праздничной церемонии? Тем не менее, я вам очень признателен! Но настоящая цель вашего визита мне не известна, так что я слушаю вас! Или же вы приехали, чтобы найти себе по жене?

Ответ Мосе снова был довольно язвительным. Между ними не усмиряемая вражда, как Цзюнь Мосе мог забыть про это, и стать в одночасье любезным и учтивым?

— Однако это же лес Тянь Фа! Вам кто больше приглянулся, из подчинённых короля обезьян или короля медведей? Возможно, господа просто стесняются говорить, потому что нет подходящей свахи по такому случаю, но я обязательно распоряжусь об этом. Пусть господа проделали такой далёкий путь, чтобы поздравить меня… Это честь для меня, но не стоит чересчур смущаться от неожиданной милости, я очень легко иду на компромисс!

Заметив, что Мосе несёт откровенный бред и грубости, все трое владык тоже разозлились: «Что за хозяин такой, никаких манер правителя! Как хулиган с рынка общается с нами!»

К счастью никто не слышал об их чрезвычайно «милой» беседе, со стыда можно пропасть от одного только «найти жену»!

Все трое понимали, что, если сейчас сорваться, войны не миновать. Ху Янь Аобо с серьёзным лицом начал: — Господин Цзюнь, вы должны знать, что мы прибыли сюда ради мира на материке Суань, ради благополучия всего народа! Вот-вот начало очередной Битвы за Небеса, которая решит участь материка. Только объединив наши силы, мы сможем справиться с этим нелёгким испытанием! Что касается установившейся вражды между нами четырьмя… Следует забыть о ней на время Битвы за Небеса, никогда не поздно будет вернуться к этому вопросу! Мир в приоритете, а личные разборки — это пустяковое занятие!

— Мир на материке и благополучие всего народа какое отношение имеет ко мне? — Цзюнь Мосе закатил глаза, и бесцеремонно сказал: — Я никогда не был одним «из народа»! Когда я подвергся оскорблением и нападкам с целью убийства, когда моя семья была разорена и вот-вот должна была полностью скончаться, почему тогда вы не защищали свой народ? Сейчас, когда я обладаю могуществом и силой, вы пришли звать меня защищать народ с вами, оберегать мир на материке? У меня разве есть такая обязанность? Этот мир ничего не сделал для меня, с какой стати мне его защищать?!

Глава 1114. Семья Чжань предлагает сотрудничать.

Все трое опешили. Они и представить себе не могли, что слова Мосе будут такими жестокими. Если высказывание Цзюня Мосе распространялось на Цзянху, боюсь, завтра бы он стал главным врагом для всего Цзянху, и даже для всего материка!

Если бы это случилось когда-то в другое время, они были бы сильно удивлены, и не знали, как правильно реагировать на это, всё же Цзюнь Мосе устроил такую впечатляющую церемонию!

Но сейчас Битва за Небеса была уже совсем на носу, и, если Цзюнь Мосе, действительно откажется от участия в ней, их несомненно ждёт только поражение.

Все трое были разозлены и подавлены, они попались ему под горячую руку.

Иначе до того бы не дошло, сейчас не время выяснять с ним отношения. Если бы не надвигающаяся война, все трое тут же набросились бы на Мосе, без доли сожалений!

Сегодня хотели обсудить с ним одно очень важное дело, а в итоге остались ни с чем!

Если продолжать разговор, только ходить по кругу, двигаясь в очередной тупик!

Если снова провалиться, стерпеть это будет точно невыносимо! Этот парень — как ходячая бомба, стоит только тронуть, и взрыв не оставит никого в живых!

— Поскольку господин Цзюнь сегодня, очевидно, встал не с той ноги, ничего страшного, если мы поговорим об этом деле завтра. В вопросах, касающихся всего народа и будущего всего нашего материка поступать спустя рукава не дело! — сказав это, все трое поспешили откланяться.

— Кто вам сказал, что я встал не с той ноги? У меня шикарное настроение! Просто охуенное, мать вашу, настроение! — Цзюнь Мосе закатил глаза.

Все трое, пропустив это мимо ушей, качая головами, медленно направились к выходу.

— Хотели поговорить, так давайте поговорим? Нет? Тогда до свидания! Скажу вам честно, кроме как сегодня, у меня нет желания проводить время в вашем обществе! Так что, мать вашу, выкладывайте, о чём вы там хотели поговорить! — Цзюнь Мосе был полон пылающего гнева, который просился вылиться наружу, у него чесались руки, жгло глотку, сердце бешено колотилось, кровь бурлила так, словно, если он сейчас не прирежет пару человек, то никогда не сможет успокоиться. Он прокричал им вслед, как бы подразумевая: «Попробуйте только огрызнуться, и я убью вас голыми руками!»

Мо Вудао и остальные двое владык до последнего сохраняли самообладание, а услышав слова, брошенные Мосе им в след, в один миг испарились.

Цзюнь Мосе выругался, и почувствовал, что ему стало немного полегче, он плюхнулся на чайный столик, и стал разливать чай, как вдруг за дверью снова раздался голос: — Господин, спешу доложить, Чжань Ву Фэн из семьи Чжань Призрачного Дворца просит аудиенции.

— Пусть войдёт! — Цзюнь Мосе с грохотом бросил чайник, и уселся нога на ногу.

— Эм… уважаемый господин Цзюнь? — Чжань Ву Фэн в сопровождении двух Шенхуанов вошёл в комнату и увидел, как Цзюнь Мосе, словно великий государь, горделиво восседает на чайном столике, поджав одну ногу под другую, беспечно глядя на Чжань Ву Фэна. Словно лев, царь зверей, смотрит на трёх несчастных коз.

«Эм? Это, действительно, тот же самый человек, что недавно выступал в главном зале? Злой монарх, точно он? Или кто-то другой прикидывается им?»

— А, господин Чжань из Призрачного Дворца, прошу, садитесь! — Цзюнь Мосе с трудом выдавил улыбку на своем лице, а сам подумал: «В этот раз Призрачный Дворец прибыл в странном составе. Мяо Чжань, Мяо Дао и Мяо Цзянь — это ещё ладно, а вот семья Чжань зачем сюда пожаловала? Пятое колесо в телеге, вам так не кажется?»

Неужели Мяо Цзин Юнь решился сделать грязную работу чужими руками? Однако они не говорили об этом…

— Господин Цзюнь, в этот раз я прибыл к вам вот с каким делом… Я бы хотел обсудить возможности нашего с вами сотрудничества… — Чжань Ву Фэн немного нахмурился, он чувствовал себя неловко, ему было неудобно. Не продолжать стоять, не сесть на стул…

Этот Злой Монарх, конечно, очень странным образом принимает своих гостей, сам сидя на чайном столике…

А что гостям делать прикажете? Стоять — как-то не очень уважительно, сесть на стул — тогда мы будем ниже хозяина на голову…

На лицах у стоящих позади Шенхуанов появился гнев…

Этот Цзюнь Мосе никогда не слышал об культурном поведении! — Сотрудничество? — Цзюнь Мосе покосился: — Какое ещё такое сотрудничество?

Чжань Ву Фэн чувствовал себя так отвратительно, словно только что проглотил муху. Он сам пришёл к Мосе с предложением о сотрудничестве, это и так уж большая честь для него. Кто бы мог подумать, что Злой Монарх окажется таким заносчивым и надменным, что нашей семье Чжань ещё придется уговаривать его?

Хотя до этого Чжань Ву Фэн уже слышал о том, какая выдающая личность Злой Монарх, но это не никуда не шло в сравнении с тем, что он увидел здесь. По слухам, могущество и слава Злого Монарха не производили подобного впечатления.

К тому же, жители Призрачного Дворца всегда относились с пренебрежением к материку Суань и всем его выдающимся личностям, даже три священные земли не были исключением. Согласно этой точке зрения, семья Чжань тоже была очень высокого мнения о себе.

Поэтому, хотя Чжань Ву Фэн и был очень поражён способностями Цзюня Мосе, всё же это не означало, что он по-настоящему уважает и почитает его. Единственное, что правда зацепило его, так это возраст Мосе, и перспективы роста. Сотрудничество со Злым Монархом могло очень пригодиться в будущем.

Если Злой Монарх и правда очень возвысится, и в итоге разгромит три священные земли, их сотрудничество будет очень плодотворным; если же Злой Монарх пролетит, и священные земли окажутся сильнее, тогда семья Чжань, быстренько подсуетившись, тайно договорится со священными землями, и в кратчайшие сроки добьёт остатки сил Мосе, а потом вернётся в Призрачный Дворец победителем. Слава о их боевых заслугах надолго будет на слуху…

— Главная цель сотрудничества, разумеется, заключается в широких просторах материка Суань. Другими словами, наша семья Чжань будет всеми силами содействовать тому, чтобы вы сместили три священные земли с их трона, и заняли место правителя материка Суань! — спокойным голосом произнес Чжань Ву Фэн.

Он был уверен, что если он упомянет об соблазнительном условии «занять место правителя», Цзюнь Мосе будет просто не в силах отказаться от их предложения!

— О! Ваше предложение звучит очень заманчиво, мне трудно будет отказаться! Только, если речь идёт о сотрудничестве, то обе стороны должны получить выгоду, что я должен буду вам за вашу поддержку? — лицо Цзюня Мосе даже не дрогнуло, он совершенно спокойно спросил: — Не хотите ли вы сказать мне, что я так вам симпатизирую, что вы охотно согласитесь, чтобы я взял на себя управление миром, и при этом вам не нужно от меня никакой платы и вознаграждений?

— Господин, вы мыслите совершенно верно, разумеется, у нас есть свои интересы, — Чжань Ву Фэн медленно улыбнулся, глядя на выражение лица Цзюня Мосе.

— Условие очень простое: нам нужны некоторые материальные ресурсы материка Суань, которые будут в вашем, как правителя, распоряжении. И вы должны будете предоставлять их только семье Чжань, — Чжань Ву Фэн прищурился, и усмехнулся.

— Предоставлять только семье Чжань? То есть вы намекаете… чтобы отдавать их только вам, а не семье Мяо? — Цзюнь Мосе рассмеялся. Невольно потрогал нос, потом коснулся подбородка, и снова положил руки на место.

— И не только семья Мяо должна остаться ни с чем. Все остальные силы Призрачного Дворца также попадают под это ограничение! В конце концов, со Злым Монархом сотрудничаем только мы, а не весь Призрачный Дворец! — Чжань Ву Фэн устремил свой взгляд на Мосе, и, холодно усмехнувшись, сказал: — Говоря ещё проще — семья Чжань поможет господину Цзюнь править всем материком, а господин Цзюнь посодействует, чтобы семья Чжань стала главенствовать в Призрачном Дворце!

— Правильно я понимаю… Эти ресурсы помогут вам увеличить влияние вашей семьи в Призрачном Дворце, а потом вы сместите семью Мяо, которая сейчас занимает главенствующее положение, став новым владыкой Призрачного Дворца? — Цзюнь Мосе кивнул головой, и продолжил говорить: — Как вы говорите, если я снабжу вас этими ресурсами, которых в Призрачном Дворце почти нет или их производится очень мало… То есть их недостаточно, чтобы удовлетворить основные требования дворца, и только материк Суань способен восполнить нехватку этих средств, так? Другими словами, если не будет этих вещей, Призрачный Дворец в определённой степени не сможет оставаться на плаву?

— Верно! Именно так! — Чжань Ву Фэн не ожидал, что Мосе так быстро додумается до этого. Немного подумав, он согласно кивнул.

— Поэтому, независимо от того, какая из семей завладеет этими ресурсами, она сразу же добьётся главенствующего положения в Призрачном Дворце! — лицо Мосе немного помрачнело. — Но мне кажется, эти ресурсы не так-то легко достать. Надо обладать какими-то особыми способностями или умениями! Иначе бы вы не стали сотрудничать с тремя священными землями. Потому что до этого момента они обладали достаточным могуществом.

— Господин, всё верно! — зрачки Чжань Ву Фэна сузились.

Сейчас Чжань Вуфэн по достоинству оценил интеллект Цзюня Мосе. Этот юноша очень проницателен и очень сообразителен, просто поразительно.

— Ещё не всё верно… Я думаю, те ресурсы, которых не хватает в Призрачном Дворце, даже человек со сверхъестественными способностями вряд ли за один раз может найти достаточное количество… Эм, возможно, время, когда можно заполучить эти вещи, очень ограничено, и им требуется специальный уход, чтобы иметь возможность получить их в любое время; и, вероятно, только жертвуя жизнью год за годом можно получить эти вещи. Всё так или не так?

Чжань Вуфэн в этот раз даже рот не открыл, и просто промолчал, потрясение сковало ему сердце. Аналитические способности этого Цзюня Мосе, действительно, пугающие!

Если бы за один раз можно было бы получить сразу же огромное количество, Призрачный Дворец бы жил себе без хлопот и забот; но это не так, значит существует какая-то другая особая причина.

После всех этих умозаключений, Цзюнь Мосе определил, что этому есть всего две причины.

Если бы он знал об этом деле, это наверняка не выглядело бы так необычно, но, услышав об этом впервые в своей жизни, сразу же додуматься до этого! Просто поразительно!

Глава 1115. Заговор? И кто же из нас умнее?

— Есть ещё одна деталь, которую я упустил… местонахождение этой вещи припрятано очень глубоко в трёх священных землях! И, поскольку от этого зависят отношения с вашим дворцом, это содержится в большой секретности. Туда строго воспрещён вход всем посторонним, и люди из Призрачного Дворца — не исключение. Иначе говоря, по отношению к выдающимся личностям Призрачного Дворца они проявляют особую осторожность! Поэтому вы зависимы от них, и не можете сами забрать у них эту вещь, или отнять силой! Сейчас они просто предоставляют вам эти ресурсы, поддерживая тем самым с вами связь, но конкретное местонахождение этих ресурсов — большая тайна! Поэтому главной ценностью является само местонахождение, а не сами ресурсы! — глаза Мосе были бездонными и загадочными, как глубокое морское дно.

— Ве…рно! — Чжань Ву Фэн тяжело дышал, даже произнести одно слово сейчас было ему не под силу.

Сначала он был расслаблен и беспечен, убедившись, что у него в руках имеется большой козырь, а значит, в переговорах он обладает преимуществом, но, как только Цзюнь Мосе, основываясь на лишь одной фразе, сказанной Чжань Ву Фэном, раскрыл всю подноготную этого заговора, настроение его резко изменилось. Он нахмурился: «Сотрудничать с таким проницательным и умным человеком, счастье или же горе? Он обладает таким блестящим умом… Пусть если он и потерпит поражение в противостоянии между ним и священными землями, кто из семьи Чжань способен усмирить его? Возможно мы пригреем змею у себя на шее?»

— Поскольку эти вещи так важны для Призрачного Дворца, их местонахождение находится под строгой охраной! Чтобы достать эти вещи, сотрудничая с вами, нужно сначала уничтожить с корнем три священные земли, только тогда появится возможность осуществить эту затею! В таком случае, обе стороны могут попасть в тупиковую ситуацию, сражаясь не на жизнь, а на смерть, верно? — серьёзно сказал Цзюнь Мосе.

— Верно! — Чжань Ву Фэн кивнул головой, у него на лбу появился пот.

Кажется, сейчас он, кроме как слова «верно», и позабыл все остальные.

— Учитывая ту силу, которой я сейчас обладаю, я уже могу относиться к трём священным землям, как к равным. Пусть моё могущество ещё не достает до уровня священного дворца, но мой дворец точно не слабее ни одной из трёх священных земель. Самое неприятное в этой ситуации — что вероятность того, что пострадают одинаково сильно обе стороны, очень высока, — Цзюнь Мосе медленно продолжил говорить. — Однако обладать силой — это одно, а полностью разорвать отношения — это совсем другое дело. Если мы приступим к военным действиям, неизбежно наступит хаос и беспорядок, и военная смута будет длиться непрерывно до того момента, как одна сторона не будет полностью повержена. Вы должны были, разумеется, подумать об этом, — Цзюнь Мосе глазами-молниями просто прожигал Чжань Ву Фэна. Его взгляд был настолько пугающим и сильным, что Чжань Цифэн невольно отступил на шаг назад!

— Да! Разумеется, мы очень детально проработали этот вопрос. Если военным действиям всё-таки быть, мы со своей стороны окажем вам самое основательное содействие, перебросив свои силы вам. Уверен, это как раз показывает наши искренние помыслы, — Чжань Ву Фэн глубоко вздохнул, и с уверенностью произнёс.

— Искренние помыслы? Когда мы приступим к сражению, мой дворец Злого Монарха, объединившись с лесом Тянь Фа, невзирая на потери и жертвы, можем в кратчайшие сроки разбить священные земли, уничтожив их окончательно! Уничтожить каждую из трёх земель! Но когда мы направимся к третьей земле, священный дворец должен будет появиться и остановить нас. Когда мы будем расправляться с первыми двумя, они, возможно, ещё не успеют вмешаться из-за неожиданности. Независимого от того, как бы мы не торопились, даже при лучшем исходе, мы сможем расправиться только с двумя! А когда вмешается священный дворец, мы будем уже настолько вымотаны, что шансов на успех почти не останется! — лицо Мосе было холодным. — Но к тому времени нас уже будет не остановить! Наследие, которому несколько десятков тысяч лет, будет уничтожено мной, Злым Монархом, кто смирится с этим? Ненависть ко мне будет нестерпимой! Тем более столько молодых поколений мастеров тоже будет уничтожено, даже несмотря на то, что все члены священного дворца — совершенные мудрецы, постигшие великие истины жизни, но даже они не смогут смириться с таким финалом. Только смертью можно будет искупить такие ужасающие поступки. Если они все объединят свои силы против меня, учитывая уровень моих сил на сегодняшний день… Нанести урон обеим сторонам едва ли получится. Самый вероятный исход — они получат небольшие ранения, а дворец Злого Монарха и лес Тянь Фа будут полностью уничтожены! Сил моего дворца, действительно, недостаточно, чтобы сражаться с со священным дворцом, все они — тысячелетние оборотни, их силы в сотни раз превосходят силы моих подчинённых! Уверен, о таком исходе вы тоже не подумали? Или это является неотъемлемой частью вашего плана? — Цзюнь Мосе с неподдельным интересом посмотрел на Чжань Ву Фэна.

— Как… как такое возможно? Я же вас уже торжественно заверил, что, если начнётся война, мы, разумеется, окажем вам всестороннюю поддержку! Безусловно, мы не станем безучастно наблюдать со стороны, это является основой нашего сотрудничества! — Чжань Ву Фэн попятился на два шага назад, тотчас же возразив Мосе.

— Но я уверен, что вы не будете проявлять себя в самом начале битвы! — Цзюнь Мосе покачал пальцем, и со смехом сказал: — Объяснений не нужно, потому что им я всё равно не поверю. Возможно, вы и в самом деле не будете занимать безучастную позицию, но, всё же, вы дождётесь завершения битвы, и только потом вмешаетесь! Тогда проще простого будет добить лес Тянь Фа и Злого Монарха, а потом и уничтожить остатки священных земель! И даже разгромить священный дворец, силы которого уже будут значительно сокращены! К тому времени на всём материке Суань не будет того, кто сможет воспротивиться семье Чжань! И тогда Чжань будут господствовать на всем материке Суань! Прошу вас, только не надо говорить, что я пытаюсь уличить благородных людей в непристойных действиях. Я могу воспринять это как-то, что вы оскорбляете мой ум, и не надо утверждать, что этого не было в ваших планах, я всё равно не поверю!

Чжань Вуфэн было пытался что-то возразить, но Мосе сразу же осадил его, и продолжил: — А поскольку вы останетесь в гордом одиночестве, достать те таинственные ресурсы будет раз плюнуть! И тогда ваша семья Чжань будет делать всё, что ей заблагорассудится и в Призрачном Дворце! И материк, и пространство, в котором находится Призрачный Дворец, будут находиться под властью вашей семьи! Вы станете абсолютным победителем во всём вами задуманном! Если действовать согласно вашему плану, вас ждет настоящий успех, процентов так восемьдесят в вашу пользу!

Чжань Ву Фэн остолбенел. Потому что, даже он сам не думал об этом. Ему была известна только часть этого плана. Как говорится, верхушка айсберга, остальное же было заветной мечтой Чжань Лунь Хуэя и Чжань Ву Юня.

Согласно сказанному Цзюнем Мосе, и установившейся впоследствии ситуацией на материке, семья Чжань и действительно останется одна…

Это так манит, кто же откажется от такого?

К тому же Чжань Ву Фэн прекрасно знал своих родных, свой род, они обязательно бы пошли на это.

— Я пришёл лишь только, чтобы обозначить направление нашего возможного сотрудничества! Если господин Цзюнь имеет какие-то возражения против методов нашего сотрудничества, разумеется, мы можем выбрать какое-то другое направление… Мы всеми силами постараемся удовлетворить сторону господина Злого Монарха! Нынешняя обстановка выглядит так, что сейчас вам с тремя священными землями очень трудно найти гармонию в отношениях, а семья Мяо, главенствующая в Призрачном Дворце на протяжении многих лет сотрудничает с ними. В лучшем случае они не будут помогать друг другу, но только семья Чжань может встать на сторону Злого Монарха! — Чжань Ву Фэн с трудом подбирал слова, от его властного надменного вида не осталось и следа, но, даже столкнувшись с таким потрясением, он продолжал говорить уверенно, и с полным основанием.

— Эм, судя, по вашим словам, вы, и правда, очень хотите сотрудничать со мной. Дайте-ка подумать… — Цзюнь Мосе легонько стукнул себя по голове, а потом прищурился, сказав: — О, я понял. Ваше желание сотрудничать со мной возможно и является искренним, но эта искренность ограничивается только одним мной, и ничуть не распространяется на весь дворец Злого Монарха, так ведь?

Чжань Вуфэн тотчас же почувствовал, как холодный пот прокатился по его спине. Сзади на спине показалось мокрое пятно. Платье намокло, а с окна дунул холодный ветерок, и он почувствовал ужасную дрожь во всём теле, и он не смог ничего ответить.

— Итак, зачем же вам я? Ответ: вы хотите уничтожить семью Мяо, — Цзюнь Мосе благодаря своему проницательному уму и дедукции раскрыл истинные намерения семьи Чжань.

— Это… это просто абсурдно! Это касается только Призрачного Дворца, зачем нам просить об этом господина Цзюнь? — Чжань Ву Фэн совсем растерялся: — Господин монарх, откуда такие выводы?

— Это абсурд? Зачем вам просить меня об этом? Пусть я молод, и возможно, не сравнюсь с тем юношей, обладающей непревзойдённой сущностью, но я обладаю уровнем совершенствования больше его в десять тысяч раз!

Услышав про обладателя непревзойдённой сущности, на лице Чжань Ву Фэна тотчас же появилось выражение паники. Он, выпучив глаза, уставился на Мосе, словно увидев нечисть!

Мосе рассмеялся: — Скорость совершенствования у обладателей непревзойдённой сущностью, невероятна, это не идёт в сравнение с обычными людьми.

Если некоторые семьи в Призрачном Дворце, скрепя сердце, подождут, пока он порядочно возвысится, тогда с лёгкостью можно будет отобрать власть у семьи Чжань, и поэтому, если семья Чжань, действительно попадёт в затруднительное положение, кто-то из семей воспользуется её слабостью и сделает так, чтобы пострадали обе стороны, или даже чтобы обе стороны оказались в самом худшем состоянии…

А, возможно, они пойдут на компромисс, вручив семье Чжань весь Призрачный Дворец, в надежде, что в один прекрасный день они вернут его себе!

Однако, если я окажу содействие семье Чжань, можно будет разобраться с этим обладателем непревзойдённой сущности сейчас. Таким образом, лишить все семь семей надежды! — сказав об этом, Мосе вдруг сморщился, и покачал головой:

— Нет, не так. Среди тех семи семей тоже нет находчивого и изобретательного человека, а значит, боюсь, после этого они обрушатся с мощным ударом против семьи Чжань. Семь против одного… Семья Чжань наоборот получит больше ущерба, чем пользы!

Глава 1116. Теперь об этом знаю не только я один.

— Верно, разве наша семья Чжань может совершить подобную глупость? — Чжань Ву Фэн уже весь дрожал.

— Да! Оказывается, вот оно что! — Цзюнь Мосе даже не обратил внимание на объяснения Чжань Ву Фэна, а наоборот, продолжил молчаливо размышлять. Потом брови на его лбу подпрыгнули, он резко всплеснул руками, и звонким голосом воскликнул: — Поэтому вы и выдвинули такие условия, да ещё и обещали спасти меня, если во время битвы со священным дворцом обе стороны пострадают, вы всеми способами постараетесь спасти мою жизнь! Потом объявите общественности, что Цзюнь Мосе погиб в той битве… Таким образом всё мирно разрешится, у всех сторон исчезнут опасения и беспокойства, у семи семей останется в руках «обладатель непревзойдённой сущности», и не будет такого опасного противника, как я! Разумеется, они пойдут на компромисс, и отступят на шаг, в расчётах на преемника! В таком случае все цели вашей семьи полностью осуществятся. За такой короткий срок вы добьётесь всего желаемого, вам только останется не расслабляться и в дальнейшем накапливать силы, а потом я помогу вам уничтожить обладателя непревзойдённой сущности, и тогда у вас точно всё будет под контролем! — Цзюнь Мосе рассмеялся. — Действительно, отличный план! Каждое его звено продумано очень основательно… Стоит мне сделать только один шаг, и все последующие шаги будут выглядеть вполне логичными, дальше я, даже если и смогу заметить что-то неладное и захочу вернуться… Сам того не понимая, я буду вынужден, чуть не падая и спотыкаясь, двигаться лишь вперёд, чтобы вы, в конце концов, захватили Призрачный Дворец! Разумеется, все мои подчинённые из внешнего мира, включая весь лес Тянь Фа и всех священных животных будут полностью уничтожены. Вам от этого только удобнее будет контролировать меня! Даже, если я и разоблачу ваш план, из-за вашего покровительства, я буду вынужден, как послушный ребёнок, подчиниться вам!

Цзюнь Мосе задорно рассмеялся, похлопал в ладоши, и с чистосердечным восхищением произнёс: — А ваша семья Чжань, действительно, очень талантлива! Такая тонкая и искусная расстановка звеньев плана… Действительно, просто потрясающе! Особенно невероятно продумана ваша выгода: и рыбку съесть, и на хрен сесть! Мы со священными землями просто перебьём друг друга, а вы под шумок загребёте себе всё! Тот, кто придумал это, просто удивительно талантливый человек! Я просто восхищён этим человеком! Стоит только сделать один шаг, и назад пути не будет!

— Господин Цзюнь, ваши домыслы — это уже слишком… — Чжань Ву Фэн отчётливо расслышал, как капли холодного пота с его головы с глухим стуком падали на пол, но, преодолевая волнение, он всё же пытался сопротивляться: — Если священный дворец и в самом деле вмешается, боюсь, сил семьи Чжань будет недостаточно, чтобы противостоять ему, и уж тем более спасти вашу жизнь, господин! Господин Цзюнь, этой своей фразой, кажется, вы слишком переоцениваете наши силы. Хотя мы никогда не отличались скромностью, но, тем не менее, наши силы не настолько могущественны.

— Нет, нет, нет… Вы, сто процентов, способны на такое, у вас определенно должно получится сделать это! — Цзюнь Мосе протянул указательный палец руки, и медленно покачал им, с улыбкой сказав: — Так как по вашему плану дворец Злого Монарха и лес Тянь Фа могут быть полностью уничтожены, вы ни за что не останетесь безучастным наблюдателем. Глядя на то, как очень ценный для вас человек вот-вот должен погибнуть, вы всё равно отыщите способ спасти меня! К тому же даже один человек из семьи Чжань вполне легко может справиться с этой задачей. Мне кажется, что даже самый главный старейшина священного дворца вовсе не соперник этому человеку! Спасти меня для этого человека будет проще простого.

— Господин Цзюнь, вы, видно, смеётесь! В семье Чжань нет настолько выдающегося человека! — с трудом произнёс Чжань Ву Фэн, он чувствовал, что в глотке у него совсем пересохло, а сердце стало биться в два раза сильнее. В семье Чжань, действительно, был такой человек, однако это считалось огромной тайной, и только самые главные члены семьи могли знать об этой тайне! Если Цзюнь Мосе и это угадал… он, действительно, страшно опасен!

Откуда Чжань Ву Фэну было знать, что Мосе не только догадывался о существовании этого человека, но и один раз даже встречался с ним!

— Чжань Ву Фэн, ты родной брат главы вашей семьи… и не знаешь, что у вас в семье есть такой человек? — Цзюнь Мосе загадочно рассмеялся: –Может мне тогда стоит напомнить тебе?

— Если на то пошло, разумеется, господин Цзюнь, я слушаю вас! — в тот же миг на лице Чжань Ву Фэна появилось ни в чём неповинное выражение, он с голосом, полным обиды и негодования, произнёс: — Мне неизвестно ничего ни о каких планах и расстановках, про которые вы говорите, господин Цзюнь! Наша семья никогда бы не пошла на такие подлости! Мы приехали сюда из искренних помыслов, и слышать подобные вещи от вас, господин Цзюнь, очень унизительно для нас!

— Унижение — ничто по сравнению со смертью! Сейчас, ты думаешь, что я лишь запугиваю тебя? К сожалению, я, на самом деле, знаю о существовании такого человека в вашей семье, и даже знаю, кем он является! Чжань Ву Фэн, ты подумай хорошенько, иначе, если я всё-таки произнесу имя этого человека, у всех людей семьи Чжань, которые прибыли сюда сегодня, не будет ни единого шанса вернуться домой живыми! Будь повнимательнее… Смертельный приговор, который я выпишу вам — вовсе не шутки, хорошенько подумай, — Цзюнь Мосе холодно рассмеялся, и в глазах его зажёгся замысел убийства.

С головы Чжань Ву Фэна безостановочно падали капли пота размером с горошину!

— Жизнь — это драгоценная и даже бесценная вещь! Каждому она даётся только раз, и исключений быть не может, — Цзюнь Мосе по-прежнему сидел. закинув ногу на ногу на чайном столике, однако его беспечный и ленивый вид исчез без следа, сейчас он сидел прямо, словно острый меч, готовый в любой момент вонзиться в человеческую плоть!

Но его слова всё также были какими-то словно воздушными, лёгкими, наполненные насмешкой и сарказмом, беззаботностью, но при этом от них веяло решительным замыслом убийства: — Человек о многом может сожалеть в своей жизни, однако однажды лишившись жизни, сожалениями здесь вряд ли отделаешься!

Чжань Ву Фэн неистово дрожал всем телом. Каждое слово Мосе будто пинок за пинком толкало Чжань Ву Фэна на дорогу выбора между жизнью и смертью!

«О существовании Чжань Лунь Хуэя, кроме самых главных членов семьи Чжань, даже во всём Призрачном Дворце не знала не единая душа. Цзюнь Мосе же жил в самой южной части материка, как он мог узнать об этой тайне? Он наверняка обманывает меня, если бы не так с какой стати ему морочить голову мне! Если я сыграю в его игру, тем самым я раскрою истинные намерения семьи Чжань, что мы собираемся только использовать Цзюня Мосе! Использовать дворец Злого Монарха, использовать лес Тянь Фа! Чтобы наша семья Чжань могла жить о добром здравии на протяжении столетий! Я, Чжань Ву Фэн, обладаю очень высокой руководящей должностью! И если Цзюнь Мосе, действительно, скажет настоящее имя Чжань Лунь Хуэя, меня ждёт только один исход: смерть! Кажется, что этот выбор довольно лёгок, но принять его невыносимо трудно! Потому что на кону моя собственная жизнь!» Глядя на едкий замысел убийства в глазах Мосе, он был уверен: Злой Монарх запросто способен совершить это!

Человек с могуществом Шэнцзуна, который уже бросал вызов трём священным землям. Убить мастера с такой крошечной Суань, как у Чжань Ву Фэна, ему — раз плюнуть просто! Влияние семьи Чжань, конечно, велико, но всё же не превосходит устрашающую силу союза трёх священных земель! Что касается реальной силы, так вообще намного уступает!

Два Шенхуана за его спиной были так напуганы давлением Мосе, что рукоятки их мечей насквозь промокли холодным потом, а руки стали скользкими, и держать мечи стало ещё труднее! Своей силой Цзюнь Мосе словно парализовал их, они боялись шевельнуться!

Однако Цзюнь Мосе продолжал говорить всё так же сдержанно и спокойно, без особых изменений в голосе! Чжань Ву Фэн тоже не почувствовал давления, повисшего в воздухе, так как ему достаточно было страха, заморозившего его сердечко! Если бы он подвергся этому давлению, как те двое Шенхуанов, его тело окостенело бы целиком и полностью!

— Господин Чжань, вы хорошо всё обдумали? — Цзюнь Мосе по тёплому взглянул на него. — Я, правда, не очень терпеливый человек, особенно к людям, которые устраивают мне ловушки.

— Да, обдумал! Прошу вас, господин Цзюнь, развейте мои сомнения, в конце концов, какой же выдающийся человек есть в нашей семье, обладающий такой силой, чтобы в одиночку противостоять всему священному дворцу? — Чжань Вуфэн сделал глубокий вздох, взгляд его был лихорадочным: — Если господин Цзюнь не может назвать имя этого человека, в таком случае это говорит о том, что все ваши предположения не имеют настоящего подтверждения, а, значит, это наоборот подтверждает наши искренние намерения в сотрудничестве с вами! Обсуждение сотрудничества по-прежнему можно продолжить!

— Среди младшего поколения семьи Чжань есть один очень талантливый молодой человек. Я говорю сейчас не о тех погибших паршивцах, Чжань Цифэне и Чжане Юшу, так что не спешите отрицать! — во взгляде Цзюня Мосе появилось безразличие: — Когда у Первого Шао было четыре ученика, и самый младший из них стал основателем Призрачного Дворца, выбрав себе восемь учеников! Сейчас они — основатели восьми великих семей! Среди них был и один по фамилии Чжань, ваш предок, основатель вашего рода. Мне не интересно его настоящее имя, однако мне известно одно — этот старик был настоящий оборотнем, прожил столько лет и до сих пор не умер. Уважаемый брат Чжань, возможно, ты знаешь этого человека?

Чжань Ву Фэна с головы до ног обдало ледяным холодом!

— Ещё я слышал, что чёртов старик был дико жестоким и бесчеловечным. Чтобы и дальше продолжать жить, он с интервалом в несколько столетий выбирал самого выдающегося юношу из младшего поколения семьи Чжань, и забирал у него его тело, чтобы не умереть самому. И я не понимаю зачем вы неуклонно потакали этому старому сукину сыну? — Мосе рассмеялся. — Однако больше всего меня поразило, что он не чувствовал никакого стыда или раскаяния, что жестоко убивал своих же потомков. Он, наоборот, был очень доволен собой, получая от этого удовольствие. И он явно не собирался останавливаться на достигнутом, считая, что круговорот жизненных перевоплощений ничего не может поделать с ним, поэтому он выбрал для себя Чжань Лунь Хуэй. (Лунь Хуэй —будд. «сансара»; круг жизненных перерождений, бесконечные перевоплощения, непрерывное перерождение, круговорот колеса бытия)

— Ай-яй-яй, это, всё-таки, такая наглость! Круговорот жизненных перевоплощений — это, всё же, естественный закон природы, а он — не более, чем призрак, которому повезло спастись, к тому же ещё гордо поставить фамилию Чжань впереди? Действительно, так самонадеянно! — насмешливый взгляд Мосе теперь приобрел окрас жестокого и свирепого замысла убийства. Господин Чжань, я уже всё сказал, что хотел… Вам тоже пора собираться в путь, — нога Мосе дрогнула. — Прошу вас отправиться в путь, на который обрёк вас ваш предок: круговорот жизненных перевоплощений!

— Ты! Как это возможно! Как ты узнал об этом? — Чжань Ву Фэн внезапно закричал в страхе.

После произнесенного имени Чжань Лунь Хуэя, он знал — с ним всё кончено! Оказывается, Мосе ни разу не соврал! Даже сам Чжань Ву Фэн знал меньше, чем Цзюнь Мосе: оказывается, этот план был делом рук Чжань Лунь Хуэя!

— Как я узнал об этом, сейчас неважно… Важно лишь только то, что сейчас я не единственный, кто знает об этом, — беззаботно произнёс Мосе: –Старейшины, вы всё расслышали?

— Да! Мы всё хорошо слышали! Благодаря вам, господин Цзюнь! — вслед за раздавшимся голосом снаружи комнаты появились невозмутимые лица трёх старейшин Мяо. Жажда убийства заполняла их глаза, когда они смотрели в спины Чжань Ву Фэну и двум Шенхуанам…

Глава 1117. Потому что я — Мо Цзюнь Е!

Когда Цзюнь Мосе только услышал о том, что семья Чжань предлагает ему сотрудничество, он сразу распорядился, чтобы слуга позвал трёх старейшин Мяо.

Главным объектом заговора семьи Чжань, разумеется, была семья Мяо.

Дворец Злого Монарха должен был выступить лишь в качестве инструмента для достижения цели. А главной их целью были Мяо.

Поскольку Цзюнь Мосе решил оказать такую большую услугу семье Мяо, тем более, что он отродясь не был образцом альтруизма и самопожертвования, зачем скромничать, оставаясь лишь неизвестным героем? Разумеется, надо пригласить всех троих старейшин Мяо, чтобы они лично послушали это.

Особенно сейчас, когда Мосе столкнулся с ненавистью со стороны Мяо Сяо Мяо, он, как никогда, нуждался в поддержке старейшин Мяо, поэтому молодой мастер Цзюнь, разумеется, не стал упускать такой удобный момент, и решил использовать все способы и методы, чтобы добиться как можно больше выгоды для себя.

В случившейся ситуации не было вины семьи Чжань, их план не имел недочётов, просто они выбрали не того человека для сотрудничества. Мосе был последним человеком, кто бы мог стать врагом для Мяо, какая жалость…

И ещё самое главное обстоятельство — сейчас Цзюнь Мосе очень сильно нуждался в возможности гармонизировать отношения с семьей Мяо, а семья Чжань как раз вовремя предоставила ему такую возможность. Чжань Ву Фэну и остальным членам семьи Чжань, действительно, очень не повезло. В другое время Мосе, возможно, ещё подумал бы над их предложением… Как говорится, забросить удочку подальше, чтобы поймать рыбу покрупнее. Промурыжил бы их несколько дней, но сейчас дело не требовало отлагательств…

Не то, чтобы план был каким-то плохим, просто семью Чжань преследовали одни неудачи…

— Чжань Ву Фэн, можно сказать, ваша семья никогда не откажется от плохих помыслов, — Мяо Чжань строго посмотрел на Чжань Ву Фэна. — Чтобы семья Чжань единолично властвовала в Призрачном Дворце, вы даже не побрезговали тем, чтобы спровоцировать смертельную битву между дворцом Злого Монарха, лесом Тянь Фа и тремя священными землями. Неужто вы не знаете, что все эти пятеро — самые могущественные составляющие всего материка Суань? В том случае, если все они будут уничтожены, баланс на материке тоже будет уничтожен, не будет сил, чтобы остановить вторжение чужаков. Оказывается, вы были готовы заплатить такую страшную цену лишь чтобы ваша семья Чжань воссияла на пьедестале власти и могущества? — Мяо Чжань негодовал: — Вы додумались до такого жестокого и бесчеловечного плана, а о последствиях вы не подумали? Вы же умники! Вы же чёртовы умники, или нет?!

Чжань Ву Фэн растерянно повернул голову, и серьёзно посмотрел на Мяо Чжаня. В эту минуту все его мечты уже пошли крахом. Он предполагал, что если Мосе и откажет им — на худой конец, обе стороны просто разойдутся по разным направления и всего-то. Но он никак не предполагал, что Цзюнь Мосе поступит так жестоко, не оставив ему никаких лазеек для отхода, и запросто продаст семью Чжань…

Сейчас они находились в неприятнейшей ситуации, которую только можно было представить: все трое обладали лишь уровнем Шенхуана, позади них стояло трое Шэнцзунов, а перед ними был Злой Монарх с такими могущественными и выдающимися силами, что даже просто представить страшно. Никакой надежды на счастливый исход, и даже малейших шансов, чтобы сбежать…

По сравнению с ними даже вдова, у которой умер единственный сын, выглядит не так безнадёжно…

Чжань Ву Фэну уже нечего было терять, и он строго произнёс: — Разве всегда должно везти одним и тем же людям? Власть в Призрачном Дворце никогда не принадлежала одной только семье Мяо, почему же на протяжении такого длительного времени семья Мяо должна управлять дворцом?

— Причина проста — потому что семья Мяо всегда была у власти, с самого основания Призрачного Дворца в руках семьи Мяо находилось управление! Как и много лет назад Призрачный Дворец находится в зоне руководства восьми главных семей; но, если у власти была ваша семья Чжань, Призрачный Дворец в считанные минуты стал бы вашей собственностью! Вот чем мы отличаемся друг от друга! — Мяо Чжань строго фыркнул: — Чжань Ву Фэн, подлость и справедливость никогда не шли руку об руку.

— Какая ещё подлость, какая справедливость? Разница лишь в том, что ваша фамилия Мяо, а наша — Чжань и всё! — Чжань Ву Фэн лихорадочно рассмеялся, и выглядел так, словно он помешался.

Цзюнь Мосе сморщился, хохот Чжань Ву Фэна очень раздражал его. Он покачал головой, и вдруг резко поднялся, холодно сказав: — Какой смысл разговаривать с этим подонком? Чем быстрее с ним разобраться, тем быстрее всё уладится.

Раз старейшины Мяо и так уже услышали всё своими ушами, к чему эта бесполезная болтовня?

Договорив, его тело резко поднялось в воздух, а нога ударила по прямо по голове Чжань Ву Фэна. Тот успел лишь жалобно пискнуть, и его голова раскололась на части.

Он даже не пытался сопротивляться, потому что прекрасно знал, что со своей небольшой силой ничего не сможет поделать против четырёх Шэнцзунов. Лучше уж поторопить время своей казни, по крайней мере можно немного раньше избавиться от этого кошмара.

Когда его тело упало, из его гортани донесся жалобный протяжный стон. Он понимал — то, что случилось здесь сегодня, не просто разрушило очередной план семьи Чжань, теперь все остальные семьи будут смотреть на Чжань, как на врагов…

С семьёй Чжань всё кончено…

Двое Шенхуанов, стоящих за спиной Чжань Ву Фэна с гневным видом обнажили свои мечи. Мяо Дао и Мяо Цзянь уже было ринулись в бой, но Мяо Чжань покачал головой, остановив их.

В тот миг, когда Цзюнь Мосе бросился на Чжань Ву Фэна, Мяо Чжань заметил: загустевший до состояния материи замысел убийства в его атаке предназначен не для того, чтобы расквитаться с врагом, а, чтобы выместить накопившуюся злобу, излить душевный гнев…

Хотя Мяо Чжань не знал причину такого жестокого поведения Злого Монарха, он был уверен, что это стало следствием того, что кто-то очень сильно разозлил его.

Соответственно, в такой ситуации он не нуждался ни в чьей помощи, если лишить его возможности выместить свой гнев, это непременно приведёт к недовольству с его стороны.

Побыть безучастным зрителем — тоже неплохо. В конце концов, можно посмотреть, насколько, на самом деле, велика его реальная сила. В следующую минуту, все трое Шэнцзунов выпучили глаза от увиденного!

Как только Шенхуаны стали вытаскивать свои мечи из ножен, Цзюнь Мосе уже совершил резкий удар ладонью. Пространство раскололось, и мощная волна силы ударила Шенхуанам по тыльной стороне ладони как раз, когда они доставали свои мечи.

Они оба одновременно вскрикнули, и попятились назад, однако Мосе уже был у них за спиной. За долю секунды он локтями ударил их в спины, между лопаток, затем сразу же хлопнул каждого по голове. Раздался неприятный звук, и их головы врезались в их собственную грудь. Алая кровь брызнула наружу.

У Шенхуанов не было и малейшей возможности ответить на удар Цзюня Мосе.

Вслед за этим из ниоткуда появилось три сгустка тёмного пламени. По какой-то странной траектории они медленно спустились на тела всех троих.

Мгновение — и тёмное пламя исчезло, а вместе с ним всё остальное: пол был чистым, словно там никогда никого и не было, ни трупов, ни крови, даже неприятного запаха не осталось, словно Чжань Ву Фэна и Шенхуанов никогда сроду и не было здесь.

Пламя исчезло таким же невероятным способом, как и появилось, а вместе с ним и тела?! Это что за приёмы такие?! Страшно до чёртиков!

Старейшины Мяо были дико ошарашены произошедшим.

Заметив, что все трое по-прежнему в оцепенении смотрят на пол, Цзюнь Мосе сказал: — Старейшины, почему бы вам не пройти и не сесть?

— Господин Цзюнь, несомненно, молодой талант… Однако мастера уровня Шенхуана могут перерождаться, мы не можем отрицать это! — Мяо Чжань осторожно сказал: — Если их души смогли спастись — все наши сегодняшние достижения пойдут крахом, во дворце скоро начнутся волнения.

— Ха-ха, вы напрасно беспокоитесь — я никогда не оставляю душу в живых. Каким образом они смогут переродиться? — Цзюнь Мосе рассмеялся. — Господа, не думайте, что уничтоженных мною душ очень много, однако около пяти-шести я насчитать уже могу… Прошу вас, присаживайтесь.

Все трое одновременно выдохнули.

Цзюнь Мосе знает толк в уничтожении душ? Даже Шэнцзуны за свою долгую жизнь могут не уничтожить ни одной души, а он, учитывая его возраст, порешал столько жизней…

Разве это не говорит о том, что среди этих «пяти-шести» человек как минимум один мастер уровня Шэнцзуна? Сколько таких человек во всём мире?

Все трое снова посмотрели на пустой пол, потом снова на Цзюня Мосе. В их глазах был страх: с этим человеком определённо нельзя враждовать…

— Но, господин Цзюнь, можно узнать, почему вы совершили этот поступок? — спустя некоторое время Мяо Чжань, наконец, задал вопрос: –Разоблачили их заговор на наших глазах, потом убили их, должно быть здесь есть какой-то скрытый смысл?

Цзюнь Мосе невозмутимо, не подавая виду, прошёл и сел на трон, потом распорядился, чтобы подали чай, и медленно сказал: — Старейшина Мяо Чжань считает… что у меня есть какой-то скрытый умысел?

Совсем недавно он крайне жестоко убил нескольких людей и здесь, и тут же после этого стал принимать очень важных гостей… к тому же он убил тех людей прямо на глазах у гостей… кажется, такое поведение неприемлемо, и очень бестактно…

Однако Мосе не обратил на это внимания, и старейшины тоже. Они просто взяли и расположились тут для беседы.

— Ваш скрытый умысел… — Мяо Чжань размышлял: — Но, господин Цзюнь, всё, что можно требовать от Призрачного Дворца — это лишь взаимное сотрудничество с материком. Если бы вы даже искали пути сотрудничества с нами, искренних помыслов для этого уже достаточно, однако… Это возможно только после того, как вы утвердите свой статус как империи. Сейчас же я не могу дать вам никаких обещаний… Надеюсь, вы сможете понять меня.

— Сотрудничество… нет, пока я и сам не хочу с вами сотрудничать, — сказал спокойно Цзюнь Мосе: — Модель моего сотрудничества всегда основывается на инициативе другой стороны. Можно сказать, как сегодня семья Чжань. Сам я никогда не буду первым проявлять инициативу, и тем более — искать людей для сотрудничества. Сейчас я считаю, что ваш Призрачный Дворец не может ничем мне помочь. Поэтому о так называемом сотрудничестве и речи нет.

— Тогда, господин Цзюнь, каков же, в конце концов, ваш скрытый умысел? — Мяо Чжань нахмурился.

«Раз ты считаешь, что не нуждаешься в нашей помощи, тогда с какой целью ты вызвался решать наши проблемы?»

— Причина очень проста. Я не хочу враждовать с семьей Мяо, — Цзюнь Мосе медленно сказал: — Потому что я… Мо Цзюнь Е. Мо Цзюнь Е — это другое моё воплощение, — он поднял голову, и, пристально глядя в глаза Мяо Чжаню, произнёс: — Мяо Сяо Мяо — моя женщина.

Цзюнь Мосе официально раскрыл свою тайну.

Глава 1118. Ты придумал эту причину?

— Я, Цзюнь Мосе — Мо Цзюнь Е! А Мяо Сяо Мяо — моя жена! — Цзюнь Мосе медленно говорил правду.

Кажется, одному Богу известно, какое ужасное влияние на Мяо Чжаня и других людей оказали эти две фразы!

Выйдя из Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юнь тайно указал трём людям, что это Злой Монарх, и вполне вероятно, талантливейший Мо Цзюнь Е! Поэтому в этот момент они пытались понять, какая связь между Злым Монархом и Мо Цзюнь Е.

Если это действительно один человек, то здесь не было посторонних людей, ведь Мо Цзюнь Е — предполагаемый зять семьи Мяо.

Хотя, неизвестно по какой причине, Цзюнь Мосе — Злой монарх — в тот день пришёл в Призрачный Дворец, но эти трое были уверены, что такой человек, как Цзюнь Мосе, совершенно не сдерживает обязательств.

В особенности же они думали так после того, как услышали, что он когда-то уже приходил в ярость и отыгрывался на своей женщине. Они не могли позволить, чтобы он соблазнил, а потом бросил её. Но всем было очевидно, что именно он помог девушке Мяо преодолеть тогда громовой удар. Теперь, когда они знают его истинную личность, все подозрения рассеялись!

Поэтому все трое думали весь путь в резиденцию Злого Монарха, что им следует сделать, чтобы он «раскрыл свои карты»? Или всё-таки не раскроет? Что именно нужно сделать, чтобы добиться желаемого…

Однако, достигнув резиденции Злого Монарха и увидев самого Цзюня Мосе, трое мужчин одновременно опровергли первоначальные предположения.

Поскольку почти все их предположения о нём сейчас казались нелепыми, Цзюнь Мосе и Мо Цзюнь Е оказались непохожи внешне, но также имели разные фигуры, характеры, разные способы ведения дел и даже выражения глаз сильно отличались.

Любой, кто хорошо разбирается в макияже, знает, что человека можно сделать уродливее, а можно немного симпатичнее или даже совсем изменить внешность, но расстояние между глазами, как ни крути, не может поменяться!

Ни у одного человека не может поменяться расстояние между глаз и до носа! Даже если что-нибудь придумать, невозможно изменить кости. В этот решающий момент лица Мо Цзюнь Е и Цзюня Мосе оказались совершенно не похожи!

Другими словами, это два разных человека, которые совсем не похожи!

Поэтому, когда эти трое увидели Цзюня Мосе, единственной их мыслью было то, что глава семьи ошибся! У них появилась мысль, что Цзюнь Мосе — определённо, никак не Мо Цзюнь Е.

Вслед за этой мыслью они поняли, что все их первоначальные расчёты ошибочны. Они, естественно, обдумывали выбор сотрудничества с тремя священными землями.

Однако, мир такой загадочный, а сегодняшние события наполнены драматизмом. То, что они первоначально определили, тут же пришлось отвергнуть, когда они встретились с ним. Но, то, что они сразу отвергли, им пришлось принять, так они снова вернулись к первоначальному ответу.

Таким образом, странный и редкий результат привёл в замешательство даже трёх бывалых Шэнцзунов!

Поэтому, после того, как Цзюнь Мосе сказал правду, трое Шэнцзунов одновременно округлили глаза, открыли рты и уставились на Цзюня Мосе. Их мысли, чувства и даже выражения лиц были совершенно одинаковыми!

Три старика двигались одинаково, в одинаковой позе и выражением лиц… А через пару секунд покатились со смеху.

За исключением молодого господина Цзюнь, который находился в гнетущем настроении.

— Цзюнь… господин Цзюнь… вы, вы… — Мяо Вэй наконец «пискнул» что-то, закрыл рот, и слегка улыбнулся: — Это, конечно, отличная шутка, но совсем не смешная!

— Шутка? Я не в настроении шутить с вами, — торжественно сказал Цзюнь Мосе. — Раньше мне приходилось пользоваться псевдонимом Мо Цзюнь Е, чтобы попасть в Призрачный Дворец, потому что у меня была своя цель. Возможно, это покажется неуважением к Призрачному Дворцу, но я пришёл к выводу, что не причинил никому сильного вреда. Я не только тайно уничтожил заговор семьи Чжань против семьи Мяо, но также убил двух Шэнцзунов семьи Чжань и стабилизировал для вас рост семицветного Священного Древа. А также пришёл к взаимопониманию с Мяо Цин Ченом.

Их выражения лиц, наконец, переменились: — Ты… правда Мо Цзюнь Е?

Подозрения — подозрениями, но Злой Монарх перед ними, кажется, знал слишком много. Большую часть они сами не знали в таких подробностях, как он. Если он не Мо Цзюнь Е, то другого объяснения у них просто нет…

— Неужели Мо Цзюнь Е, действительно, такой невероятный человек? Разве он не стоит того, чтобы им притворяться? И, кстати, поздравьте от моего имени Цао Гофэна и других семерых Шенхуанов, которые приютили Мо Цзюнь Е, с повышением уровня Суань, — спокойно сказал Цзюнь Мосе.

Эту информацию точно не могли знать посторонние люди.

В этот момент Мяо Чжань и другие три человека перестали сомневаться. Очевидно, что «несчастный случай», произошедший с Цао Гофэном и другими семью Шенхуанами, на самом деле не был «случайностью», а Мо Цзюнь Е и был тем самым Цзюнем Мосе.

— Я не знаю, почему вам с самого начала пришлось притворяться, чтобы попасть в Призрачный Дворец… Неважно, какова была ваша цель, мне это сейчас не интересно, и я не хочу это выяснять, — Мяо Чжань взвешивал каждое слово: — На самом деле, когда мы вышли из Призрачного Дворца, господин уже намекнул нам, что Злой Монарх, вероятно, и есть Мо Цзюнь Е. Но мы боялись в это поверить, особенно после того, как увидели реального Злого Монарха… Но теперь, мы просто не можем не поверить в это!

Мосе горько усмехнулся: — Только зачем вы это мне говорите? Я не могу себе этого представить, я потратил столько сил, чтобы попасть в Призрачный Дворец, невзирая на все опасности. Однако теперь вы этого не признаёте, но вы сказали сами, что не стерпите на этот раз провокации против Призрачного Дворца. Вы не похожи на глупца, поэтому…

— Какая причина? — медленно сказал и задумался Мяо Чжань.

— Верно! Конечно, на это есть причина! И очень важная! — решительно сказал Цзюнь Мосе: — Ради Сяо Мяо!

— Ради Сяо Мяо?! — воскликнули Мяо Чжань и трое мужчин одновременно.

Они и помыслить не могли, что важной причиной, о которой говорит Цзюнь Мосе, окажется Мяо Сяо Мяо!

Мяо Чжань и остальные были ошеломлены. Они догадывались, какую цель преследовал Цзюнь Мосе, или, следует сказать, на что он рассчитывал. Более того, у Цзюня Мосе есть грандиозный план по захвату мира, поэтому он решил быть открытым и честным. Он боролся за положение в Призрачном Дворце, и теперь они могут добиваться общих целей…

Только что Цзюнь Мосе упомянул, что Мяо Сяо Мяо — его жена, но это не только привлекло всеобщее внимание, но и имело большое значение для всей семьи.

В этом мире у настоящего мужчины должно быть много женщин, многоженство, можно сказать, является обычным делом. Более того, неужели Цзюнь Мосе — владыка? Даже если он из обычной владетельной семьи, у него может быть несколько десятков наложниц, что является обычным делом для всех.

Можно сказать, что в таком случае женщина для мужчины — всего лишь ещё одна безделушка. Пусть даже женщина из владетельной семьи на первый взгляд кажется другой, но, по сути, она — всего лишь способ породниться с влиятельной семьёй. В решающий момент политические интересы будут на первом месте, поэтому её просто «принесут в жертву»! Даже любимейшая дочь семьи Мяо — Мяо Сяо Мяо — не была исключением!

А сейчас Цзюнь Мосе ради Сяо Мяо отказался от всего и раскрыл планы, невзирая на огромную опасность навлечь на себя гнев Призрачного Дворца…

По мнению большинства, этот ответ и причина действительно казались невероятными! Вся семья Мяо направила свою любовь на прекрасную Сяо Мяо!

Даже первая в мире красавица не стоила того!

В частности, Цзюнь Мосе теперь является владыкой мира — единственным реальным человеком во всём мире, который достиг вершины в совершенствовании себя!

Если он делал это всё ради какой-то женщины — то это просто невероятно!

Что касается остального, такой эмоционально вовлечённый человек не является подходящим партнёром по сотрудничеству! И компетентным лидером!

— Господин Цзюнь, не слишком ли вычурна причина, которую вы назвали? Я хочу услышать вашу настоящую цель, настоящую причину, а не ваши рассуждения о «любви»! Сяо Мяо, конечно, дочь семьи Мяо, но даже если вы будете вместе, она — всего лишь одна из многих ваших женщин! Я хочу знать причину или повод для сотрудничества между нами. Иначе, нам не следует продолжать этот разговор, — лицо Мяо Чжаня помрачнело. Очевидно, что причина «ради Мяо Сяо Мяо», которую сказал Цзюнь Мосе, действительно была смешна для него…

— Да, Цзюнь Мосе, мы все — старики, которые прожили тысячи лет. Вы действительно думаете, что мы поверим в это? — холодно сказал Мяо Цзянь.

— Разве вы не слышали, что я сказал? Я никогда не думал о сотрудничестве с Призрачным Дворцом. Если вы не расслышали или не поняли — я повторяю вам ещё раз: меня совершенно не касается, поверили вы или нет в то, что я только что сказал! Я всё равно буду продолжать, даже если никто мне не верит. Я — Цзюнь Мосе, всё тот же Цзюнь Мосе! Я поступаю по-своему и независим во мнениях и поступках! — Цзюнь Мосе закрыл глаза и гордо сказал: — Вы не верите, потому что вы меня не понимаете!

— Я хочу услышать подробности. Мне очень интересно узнать, что вы за человек! — Мяо Чжань глубоко вздохнул и нервно посмотрел на Мяо Дао и Мяо Цзяня.

Глава 1119. Я люблю Цзяншань, но красавиц я люблю больше!

— Я, Цзюнь Мосе, никогда не был хорошим человеком! И, тем более, благородным! Поэтому не стоит сравнивать меня с хорошими и благородными людьми, — Цзюнь Мосе говорил спокойно и взвешенно: — Мир не достоин моего взгляда! У меня нет чувств к людям! Я хочу только свободы, силы и своего собственного пути, никто не может помешать мне! Холодный взгляд и заносчивое выражение лица — это всё про меня! Я могу отказаться от золота и серебра, а богатства и почести для меня — ничто! Даже высшая мировая власть и всеобщее уважение меня не волнуют. Если нужно будет от этого отказаться, я сделаю это решительно и непоколебимо! Не будет ни сомнений, ни грусти! Что меня волнует — так это моя семья. Меня заботит любимый человек, и я никогда не смогу перестать заботиться о них! — Цзюнь Мосе, секунду подумав, добавил: — Женщины для подавляющего большинства мужчин в мире — это просто аксессуар, от которого можно отказаться в любое время. Они рождены, чтобы мужчины пользовались ими и развлекались… Но я так не считаю! Я люблю Цзяншань, но ещё больше я люблю своих красавиц! — Цзюнь Мосе улыбнулся: — Если сравнивать с Цзяншань, я бы предпочёл прекрасную женщину! Что ещё нужно, если рядом с тобой красавица? Я не считаю себя талантливым героем и храбрецом! Я не талантливый человек и, тем более, не идеальный лидер! Быть лидером для меня — просто захватывающая и сложная игра. Когда я наиграюсь, естественно, мне станет это не интересно. Но моя любимая женщина всегда будет со мной, куда бы я ни отправился! Вы никогда не поймёте моих мыслей! Потому что мы думаем слишком по-разному…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и грустным взглядом посмотрел на Мяо Чжаня и других: — Разница между нашими уровнями мышления, по крайней мере, пять тысяч лет… или даже больше! Чего я хочу — так это слияния чувств и целостности души. На самом деле, я бесчувственный человек, но в то же время очень сентиментальный!

— Вы хотите сказать, что вы — очень чувствительный человек? — лицо Мяо Дао изменилось.

— Нет! Я никогда не был чувствительным! Я всего лишь люблю свою женщину, — Цзюнь Мосе слегка улыбнулся. — Женщина, которая не принадлежит мне, даже если она удивительно талантлива и необычайная красавица, для меня — лишь декорация или груда костей с мясом! Разницы нет!

— Раз вы так увлечены «своей» женщиной, то не должны засматриваться на других! Вы — многоженец, вокруг вас крутится много красавиц. Как вы смеете хвастаться своими чувствами? — холодно сказал Мяо Цзянь. — Вы назвали эту причину, чтобы выставить напоказ себя?

— Выставить себя напоказ? Перед вами?! — Цзюнь Мосе рассмеялся. –Господа, мы с вами давно знакомы, я хочу сказать вам, что я не смотрю на вас свысока и, тем более, не буду бахвалиться перед вами!

Их лица внезапно изменились.

— Но меня действительно не интересуете ни вы, ни Призрачный Дворец, потому что не имеет никакого значения, будем мы сотрудничать с вами или станем врагами. Точно так же мне безразличны три священные земли! Сражаться или не сражаться — зависит лишь от моего решения. Если я захочу сражаться, пусть даже придётся убить всех… Я не изменю первоначальных намерений! Если я не захочу драться — даже если Мяо Цин Чен придёт лично просить меня об этом, я не помогу ему! — Цзюнь Мосе усмехнулся. — Я останусь Злым Монархом, даже если моё тело превратится в пепел! Я не изменюсь! Вот и всё! Мои чувства зависят от привязанности этих женщин ко мне! Они дали мне истинные чувства, и я отвечу на них, буду заботиться и любить! У меня действительно много женщин, но каждая из них до и после встречи со мной оставались независимой личностью! Я никогда не буду мешать им и не буду мешать их мыслям. Женщины рождены, чтобы быть слабыми, и я, естественно, должен внимательно заботиться о них. Я очень дорожу своими женщинами! Я искренне люблю каждую из них! Цзяншань и правление по сравнению с ними не стоят ничего! Для них я — всего лишь мужчина, который принадлежит им, а не стоящий высоко над другими Злой Монарх или сильнейший Шэнцзун! Эту истину вы либо поймёте, либо нет. В общем, я забочусь о своей семье и женщине больше, чем о чём-либо другом! А Сяо Мяо, к счастью, одна из моих женщин, вот и всё.

Мяо Чжань глубоко вздохнул: — Я всё понимаю! Вы действительно другой, деньги для вас ничего не значат, вы предпочитаете хорошо провести время, а правление для вас — пустой звук! Я думал, что такие личности существуют только в легендах… Я правда не ожидал, что такие высокоморальные люди действительно есть среди нас!

— Цзюнь Мосе, хотя вы верны не одной, но вы пошли на такое ради своей женщины… Вы открыли мне глаза! — Мяо Дао слегка улыбнулся, его лицо стало довольным. Очевидно, он был рад, что Мяо Сяо Мяо не ошиблась в выборе человека. Он глубоко вздохнул: — Но, если у вас такие чувства и мысли, это меня одновременно и огорчает, и радует. Во всём мире вы единственный обладаете таким умом и военным искусством! С вашим нынешним уровнем Суань вы могли бы сравниться с Первым Шао из подземного мира! Но вы всё делаете наоборот… — договорив, он тяжело вздохнул. Очевидно, он обвинял Цзюня Мосе в том, что тот заботится только о любви и придаёт ей слишком большое значение, что, несомненно, является расточительством.

— Я только что сказал, что никогда не знал, что такое великая истина, но я знаю одно: если женщина доверила мне свою жизнь и полагается на меня, я, как мужчина, должен сделать свою женщину счастливой, — Цзюнь Мосе спокойно сказал: — Моя обязанность — сделать свою женщину счастливой! Возможно, я не могу отдать всю свою любовь одному человеку, но я могу сделать всё возможное, чтобы моя женщина была счастлива! Это — самая важная вещь для меня, — холодно, но твёрдо подытожил Цзюнь Мосе.

Судя по его словам, Цзюнь Мосе не благородный и не хороший человек, но он любит своих близких! Он — не герой и не собирается стараться или погибать ради народа, но для своих любимых он готов на всё!

Он либо импульсивен, либо нетерпим, либо мечется из крайности в крайность. В этом и заключается слабость его характера, но это именно его слабости делают этого Злого Монарха лучше.

Мяо Дао, Мяо Цзянь и Мяо Чжань долгое время молчали, не говоря ни слова, они, кажется, о чём-то думали.

На самом деле, то, что только что сказал Цзюнь Мосе, даже немного было оскорбительно для них, но они не думали об этом в данный момент, потому что его слова так сильно их потрясли.

Тогда они размышляли, правда ли то, что сказал им Цзюнь Мосе?

Он в самом деле делал это все ради Мяо Сяо Мяо?

Неужели в мире существуют такие мужчины?

У него семь или восемь красивых женщин, но он готов позаботиться о любой из них!

Неужели он готов отдать всё ради любимой женщины?

Это звучало как глупость, по крайней мере, им это казалось невероятным…

Тем не менее, они втроём размышляли о сказанном и, в конце концов, поверили ему, в это было нельзя не поверить! Когда-то ради Гуан Куинхан Цзюнь Мосе разгневался на усадьбу Кровавых Душ, и, со своей серебряной Суань, он не побоялся восьми владетельных семей материка и восьми великих мастеров.

В то время между семьёй Цзюнь было сильное соперничество с городом Серебряной Бури и усадьбой Кровавых Душ. Он спровоцировал самые могущественные силы этого мира! Хотя никто даже не мог представить, какой огромной силой обладала семья Цзюнь, но этот поступок был просто глупым!

Но Цзюнь Мосе поступил именно так!

Впоследствии, из-за Гуан Куинхан началась кровавая резня.

Ради женщины он не постеснялся играть нечестно с врагом!

Это ещё сложнее понять.

Но Цзюнь Мосе всё же сделал это!

Когда-то из-за Мей Сюэ Янь он пришёл в ярость и нагло противостоял трём священным землям!

Он сделал то, о чем люди даже подумать боялись!

Тем не менее, Цзюнь Мосе сделал это, и стоило больших усилий сдержать его от того, чтобы он не перебил большую часть людей трёх священных земель!

Можно сказать, что это безумный поступок!

Сейчас, ради Мяо Сяо Мяо, он взял себе псевдоним «Мо Цзюнь Е» и проник в Призрачный Дворец… Хотя это кажется непостижимым, но, если сравнить с двумя другими случаями, в это легче поверить!

Его поступки не поддаются общепринятым правилам!

Самое главное, от начала и до конца, Цзюнь Мосе вообще не выдвигал никаких требований, в том числе о получении Призрачного дворца.

Этот было ясно по его поведению и манере речи, хотя Призрачный Дворец обладает большой властью, но даже три священные земли не осмеливались провоцировать их!

Безрассудство этого парня просто покорило их…

Подумав об этом, они загрустили.

— Вы, Цзюнь Мосе, просто безумец! — Мяо Чжань старался подбирать слова: — Однако, как нам теперь уладить эту проблему? У нас нет столько власти. Если мы дадим вам обещание — это ничего не значит. Пожалуй, когда мы вернёмся, пусть господин решает, как поступить.

Хотя он так и сказал, но внутри себя сомневался: господин сделал им намёк, вероятно, он уже знает. Как он поступит? Вероятно, об этом просто постараются забыть… Кроме того, для Призрачного Дворца хорошо иметь такую сильную поддержку, как Злой Монарх, особенно если не нужно ничего платить, почему бы и нет?

Кроме того, он — зять семьи Мяо, а, значит — часть семьи.

Мяо Чжань уже давно считал его своим родственником…

Глава 1120. Как говорится: заткнись!

— Я не позволю вам что-либо решать. Ваши обещания мне не нужны… — Цзюнь Мосе улыбнулся. — Сейчас у меня есть только одна проблема, связанная с Сяо Мяо. Надеюсь, вы поможете мне кое с чем. Это — проблема, которую я сейчас не могу решить.

— Что же это? — с любопытством спросил Мяо Дао. — Что случилось с Сяо Мяо? Что вас так взволновало?

Как только Мяо Дао сказал это, Мяо Чжаню и Мяо Цзяню тоже стало интересно.

Эти старики, прожившие тысячи лет, стали свидетелями того, как молодой мастер Цзюнь загрустил и в тоже время рассердился. Они не понимали, почему Злой Монарх поспешно принял это неудачное решение. Должно быть, то, что сделала Сяо Мяо, узнав правду, задело Злого Монарха, поэтому возникла такая странная ситуация.

Этот юноша действительно обладал уникальным талантом и в совершенстве владел Суань, но эта женщина очаровала его. Кто бы мог подумать, что какая-то девушка сможет запудрить ему мозги? Если Шэнцзун положит на неё глаз, разве семье не положено сразу же преподнести ему красавицу?

Даже если она будет польщена неожиданной честью и ухаживаниями, даже если семья обладает богатством, даже если у девушки есть любимый человек и у них давно отношения, от неё могут отказаться после какого-то проступка, и никто не станет разбираться. В этом мире, где правда в силе, уже сформировались определённые правила.

Даже если в Призрачном Дворце будут против, они не смогут помешать Мяо Сяо Мяо и Злому Монарху! В конце концов, чего им бояться, когда стало известно кто такой Цзюнь Мосе и какой он обладает силой?

Три старика прошли этот этап, и даже стали свидетелями того, как это делали другие люди. Теперь эта ситуация кажется слишком странной! Неужели мир перевернулся с ног на голову? Они на самом деле не могли этого понять!

— О… действительно… в двух словах не расскажешь, — Цзюнь Мосе открыл рот и тут же закрыл, а потом с удручённым видом сказал: — Сяо Мяо, она… она отказалась простить меня… Я хочу доказать ей, что я — это я, Мо Цзюнь Е… Её обида привела к тому, что она хочет, чтобы Цзюнь Е навсегда исчез… Я… я действительно не знаю, что сказать…

Рты трех Шэнцзунов одновременно вытянулись от удивления! Ну? Разве это нормально? Так называемый Цзюнь Мосе или Мо Цзюнь Е — это всего лишь два разных имени? Да, может быть, внешность немного отличается, но по сути, это один и тот же человек. В чём противоречие?

Что значит «она хочет, чтобы Мо Цзюнь Е исчез навсегда»? Это… что за заявление такое?

«Неужели этот парень играет с ними? Ну и представление он устроил! Но оно не удалось!»

— Я понимаю, что Сяо Мяо пока не может принять меня, но она дошла до крайности. Говорит, что останется верной умершему мужу — Цзюнь Е… — Цзюнь Мосе закатил глаза.

— Ха-ха-ха… — хотя они знали, что не должны смеяться в этот момент, но Мяо Чжань и другие старики не смогли удержаться от смеха.

На самом деле это было очень смешно!

«Ах ты донжуан! Столкнулся с такой проблемой. Как настоящий Шэнцзун, он решил всё объяснить. Семья Мяо решила выдать Сяо Мяо замуж за Цзюня Мосе не из-за его славы и огромной силы, а он сам навлёк на себя неприятности»

Цзюнь Мосе нахмурился и посмотрел на них широко открытыми глазами.

Они трое были родственниками Сяо Мяо. Ладно, если они не хотят помогать ему, но почему так громко смеются? Неужели это так смешно? Что в этом смешного?

— Вы хотите, чтобы мы её уговорили? — три Шэнцзуна вместе важно покачали головами и с серьёзным видом сказали: — Сяо Мяо с детства очень упряма, мы не сможем её убедить, нет и нет!

Их головы затряслись, как погремушки-барабанчики, покачиваясь из стороны в сторону.

Они были единодушны и сказали это чуть ли не хором.

Цзюнь Мосе дурачил весь Призрачный Дворец, поставив всех в тупик. Кем он себя считает? Должен быть кто-то, кто остановит его! Сегодня произошло именно так! У Бога есть глаза! Теперь ему придётся отвечать за свои грехи! Настал день его расплаты, а он хочет, чтобы ему ещё и помогали? Размечтался!

На их лицах были противоречивые эмоции: печаль и сочувствие, но в душе они немного радовались. Огонёк в глазах выдавал их.

«Так ему и надо! Разве он только что не важничал, бесстыдно говоря, что „ему наплевать на Призрачный Дворец“ и „он, Цзюнь Мосе, не изменяет своим принципам“? Ладно, у него есть характер, он своенравен, но куда это всё делось сейчас? Если смотреть в корень, то он просто подкаблучник! Подкаблучник! Он потерял наше уважение, а ещё хочет, чтобы мы помогли ему? Размечтался!»

Им стыдно даже связываться с ним!

В этот момент молодой мастер, кажется, ненавидел их до скрежета зубов.

«Старые хрычи! Если не хотите помогать — то не помогайте, но не смейте осмеивать меня! Если вам смешно… то хотя бы попытайтесь скрыть это! С вашим уровнем Суань не трудно контролировать своё выражение лица!»

Они пытались скрыть желание рассмеяться за фальшивым выражением тоски на лице. Они выглядели, как три обезьяны, которых уже неделю мучает запор.

«Чёрт бы вас побрал! Сраные старикашки! Молите богов, чтобы не попасть ко мне в руки, иначе я устрою вам сладкую жизнь!», — ругал их про себя Цзюнь Мосе.

— Вы поможете мне или нет?! — Цзюнь Мосе скрежетал зубами.

— Нет! — в один голос сказали старики, затем начали без конца вздыхать.

— Не то, что мы не хотим вам помочь… мы просто не можем, тут мы бессильны… — печально ответил Мяо Чжань.

«Посмотри, как ты весь задёргался! Разве вы вообще собирались мне помогать?», — яростно бранился про себя Цзюнь Мосе.

— Жаль, что я одержим боевыми искусствами, а в женщинах совершенно не разбираюсь… — сказал Мяо Дао.

«А что в них разбираться? Неужели ты за всю жизнь не научился кокетничать с женщинами?», — у Цзюня Мосе дёргались уголки рта.

— Как говорится: кто совершил ошибку, тому её и исправлять… Чем мы можем помочь? — серьёзно, выговаривая каждое слово, сказал Мяо Цзянь.

«Идите вы в задницу! Эти люди из Призрачного Дворца действительно отвратительны…»

— В таком случае я покину Сяо Мяо, как и вас троих. Не беспокойтесь. Вас уже долго нет, вы должны вернуться. Простите, что не провожаю вас! — удручённо сказал Цзюнь Мосе, намекая гостям, что пора и честь знать.

— Куда это годится? Мы вместе пришли, вместе и уйдём! Как вы можете оставить Сяо Мяо? Она — слабая женщина, разве это хорошо, что вы её обижали? Как мы посмотрим всем в Призрачном Дворце в глаза? Как мы посмотрим в глаза родителям Сяо Мяо? — Мяо Чжань пристально на него уставился, переполненный чувством справедливости.

— Верно! К тому же, мы несём ответственность за будущее Призрачного Дворца, как мы можем вернуться назад? — Мяо Дао надул губы, а его лицо внезапно стало серьёзным.

— Да, на самом деле, вам не нужно так волноваться — вы можете постепенно влиять на Сяо Мяо. Как говорится, «вода камень точит» или «был бы лишь упорный труд, и иголкою станет железный пест», а ещё… — выразительно говорил Мяо Дао, а глаза наполнились счастьем.

— Как говорится: заткнись! — Цзюня Мосе достали его поговорки, и он решил так резко и грубо прервать его. Не в силах сдерживаться, он крикнул, затем встал, махнул рукой от злости и пошёл прочь.

Три Шэнцзуна остались в комнате.

Ему казалось, что три старика всё это время веселились.

Ещё раз посмотрев на их мерзкие и отвратительные лица, он понял, что они чуть ли не прыгали от счастья… Они злорадствовали, но у всего должны быть пределы.

Цзюнь Мосе очень невежливо обошёлся со стариком, сказав ему заткнуться. Тем не менее, три старика не только не обиделись, а, наоборот, разразились смехом…

Цзюнь Мосе ушёл в страшном гневе, обуреваемый жаждой убийства. Едва выйдя из комнаты, он громко спросил: — Где находятся остальные члены семьи Чжань?

Стражник поспешно указал ему путь, с особой осторожностью, нисколько не осмеливаясь его задеть. По виду молодого мастера можно было понять, что он ищет козла отпущения…

За воротами дворца собирались небольшие компании, чтобы поболтать. Видя, как внезапно проходит Злой Монарх, один за другим поспешно кланялись ему.

Однако Злой Монарх со свирепым выражением лицо проходил мимо, не обращая на них внимания. У одного за другим менялось выражение лица: «Кто разозлил его? Кажется, тому не повезло…»

Мо Вудао, Си Жо Чен и Ху Янь Аобо беседовали перед палаткой, рядом с ними также были люди из семьи Чжань, которые принимали участие во всеобщем веселье. Трагическая весть о смерти трёх членов семьи Чжань до них ещё не дошла…

Тем не менее, увидев идущего к ним Цзюня Мосе, Мо Вудао и остальные колебались, нужно ли приветствовать его. В конце концов, этот юноша не выразил им почтения, поэтому они просто не стали обращать на него внимания…

Но на самом деле в их положении было неприемлемо не поздороваться с ним.

Сегодня удача может быть на твоей стороне, а завтра тебе понадобиться его помощь.

Мо Вудао натянул улыбку: — Господин Цзюнь…

Цзюнь Мосе словно и не заметил их, он направился прямо к господину Чжань и дал оплеуху по улыбающемуся лицу господина Чжань.

Глава 1121. Это нелегко понять!

Эта пощёчина, несомненно, была очень сильной!

В тот же момент голова этого парня стала крутится, словно юла. Пока она крутилась, лицо напоминало призрака, однако самым удивительным было то, что при этом его шея оставалась совершенно неподвижной… Все люди испугались, а Цзюнь Мосе бешено вломился в шатёр, подготовленный для семьи Чжань, потом оттуда раздался непрерывный звук хлопков, а потом он вылетел оттуда со свирепым лицом, и сразу же исчез.

А голова всё также продолжала без остановки крутиться… только через некоторое время она отлетела на землю и остановилась.

Она открутилась от шеи так осторожно, что даже не осталось и следа крови… Мо Вудао, увидев, как силуэт Цзюня Мосе в мгновение пропал из виду, опешил на некоторое время. Снова повернувшись, он увидел, как тело мастера из семьи Чжань по-прежнему стояло прямо, но уже без головы, глаза его наполнились ужасом!

И это только пощёчина!

Достопочтенный мастер, который выше на целый уровень Мо Вудао, умер вот такой смертью, ни с того ни с сего, но при этом очень жестокой и крайне странной смертью!

Вокруг воцарилась мёртвая тишина! Увидев эту до крайности странную ситуацию, все выпучили глаза от удивления и страха.

Все, кому было позволено явиться на церемонию Злого Монарха, были выдающимися и храбрыми мастерами. Убийство человека для них — вполне обычное дело, однако настолько странные ситуации с ними происходили крайне редко!

В тот момент, когда все пребывали в состоянии потрясения, из шатра семьи Чжань раздался грохот и какой-то шум, звуки были очень пугающими.

Все сразу же бросились туда, а когда открыли шторы, и попали внутрь, просто оцепенели от увиденного, некоторым даже пришлось тотчас же отвернуться, потому что их тошнило.

В шатре семьи Чжань до этого ещё оставалось пять человек, сейчас же все они превратились в кровавое тошнотворное месиво! Двое из них, наверняка, прежде стояли, а сейчас их тела валялись на полу; один из остальных троих застыл в положении сидя, другой лежал, покосившись, а третий завис в полу-наклоне… очевидно, все пятеро человек намеревались поприветствовать Злого Монарха, согласно этикету, на их лицах даже осталось выражение удивления и радости; однако при этом у всех пятерых было по большой кровавой дыре в груди!

Эти удары могли быть только смертельными!

Вероятно, нападение Цзюня Мосе было настолько молниеносным и внезапным, что мастера даже не успели никак среагировать!

Всё закончилось в один миг, поэтому они и сохранили посмертно положение своего тела при жизни. Их грудь была пронзена насквозь!

Кровь мощным потоком без остановки полностью вытекла с обеих сторон, образовав большую лужу на земле.

Застыв на некоторое время в оцепенении от увиденного, вбежавшие туда люди тихонько опустили тела убитых мастеров на землю… никто не решался вымолвить хоть слова, прикрывая рот рукой, все медленно попятились назад.

Что это за место?

Это личный шатёр семьи Чжань из Призрачного Дворца! А семья Чжань — одна их восьми великих семей дворца! Её силы обширны и могущественны, она ничем не уступает любой из трёх священных земель! Однако, несмотря на такие данные, средь бела дня все подчинённые семьи Чжань подверглись дерзкому и жестокому нападению со стороны Злого Монарха, после чего все они были уничтожены!

Навлечь на себя неприятности из-за собственного любопытства будет большой глупостью…

Когда все вышли из шатра, внезапно раздался небольшой грохот, тело мастера, которому Цзюнь Мосе отвесил пощёчину, наконец рухнуло на землю.

Обезглавленное тело упало на землю, однако из него по-прежнему не просочилось не капли крови. Вся кровь по-прежнему находилась внутри организма!

Раздался резкий звук, и вся люди бросились в рассыпную!

Даже Мо Вудао и два других хозяина священных земель с невозмутимыми лицами поторопились вернуться ко своим покоям.

Все, не сговариваясь, решили держать язык за зубами по поводу произошедшего.

Каждый заметил, что на сей раз господина Злого Монарха что-то очень разозлило, и он был дико взбешен!

А дело было в самочувствии Цзюня Мосе… Злой Монарх был очень подавлен! Его одолевало разочарование! Он чувствовал себя очень плохо!

Ему пришлось потратить столько душевных сил, но ничего не оправдалось, блядь, ну что за дела?! Если бы он не перебил всех этих людей, беды было бы не миновать!

Мяо Сяо Мяо спокойно пришла в себя. После пробуждения она почувствовала лишь, как душераздирающая боль разрывает её сердце.

Ранее её каналы были очень серьёзно травмированы движением её собственной Суань, которая пошла вспять, а её организм отторг чудодейственный эффект от цветка искусного лотоса, который она приняла до этого, и это действие нанесло серьёзный вред Сяо Мяо.

Сейчас он чувствовала, как все её тело словно пронзали тысячи ножей, а внутренности сковывала такая мучительная боль, как будто бы их у неё вырвали с корнем, и обжарили в масле на огне!

Однако ей было совершенно наплевать на эту боль, так как рана в её сердце была намного больнее!

Мяо Сяо Мяо открыла глаза. Уже знакомая обстановка снова предстала у неё перед глазами, а чувство тяжкой печали поднялось с глубин её сердца. Слёзы медленно продолжали стекать из глаз, порядком измочив подушку под её головой.

Её надежды и самые сладкие мечты, которыми она жила до приезда сюда, разбились в пух и прах после одного только слова Цзюня Мосе!

Мо Цзюнь Е — просто выдумка!

Мо Цзюнь Е не существует, и даже никогда и не существовало!

Тогда, если Мо ЦзюньЕ не был настоящим человеком, значит, её чувства тоже… не были настоящими! Его улыбка и голос, его прекрасный ум и достойные манеры — неужели всё это тоже было лишь обманом? Было только частью игры, которую разыграл Цзюнь Мосе, то есть Злой Монарх, чтобы достигнуть желаемого в Призрачном Дворце?

Всё от начала и до конца было одним сплошным обманом!

После этих размышлений Сяо Мяо пришла в настоящее отчаяние!

Её судьба, её жизнь стали частью лживой аферы, которую подстроил какой-то человек!

Даже после того, как он отверг её, Сяо Мяо сама продолжила ломиться напролом, мечтая лишь о счастье с ним!

Глупая девчушка, как маленькая рыбка, плывущая по собственной воле в сети, которые давно уже расставил хитрец-рыбак! Без оглядки она продолжала неустанно следовать за ним!

Она убивалась из-за него, она страдала из-за него, рисковала своей жизнью, приносила себя в жертву ради него, клялась и божилась быть ему верной до скончания веков!

Кто же знал, что всё это было сплошным обманом!

Цзюнь Мосе под прикрытием вломился в Призрачный Дворец… Какой была его истинная цель, Мяо Сяо Мяо не знала, и даже не хотела думать об этом. Так как, если Цзюнь Мосе решил пробраться в Призрачный Дворец с какой-то целью, вне зависимости от того, каким образом он добивался этой цели, он делал это только лишь ради себя.

Что касается этого, Сяо Мяо очень хорошо понимала это!

Пусть он для неё неприятель, но у него тоже есть своя собственная позиция.

Про это Сяо Мяо никогда не забывала.

Поэтому в то время, когда Цзюнь Мосе взялся объясняться перед ней, она ни о чём не спрашивала его, не осуждала, где-то в глубине души она даже восхищалась его поступком, завидовала ему… ведь он рискнул многим ради своих любимых. Единственное, что ей было очень трудно принять, это то, что она сама попала в эту любовную ловушку, став жертвой жестокого обмана!

По отношению к молодой девушке, которая пожертвовала собой ради любви, это очень жестоко и невыносимо! Влюблённая девушка может принять даже то, что её возлюбленный является врагом всего народа, презираемый всеми людьми, её чувства к нему всё равно не изменятся, пусть даже он будет последним негодяем на всём белом свете. Но с предательством со стороны своего возлюбленного она смириться никогда не сможет!

Потому как это — самое настоящее осквернение её искренних чувств!

Поэтому Мяо Сяо Мяо скорее предпочтёт принять то, что Мо Цзюнь Е никогда и не существовало в этом мире, навечно оставив его в своих воспоминаниях, чем смирится с живым и здоровым Цзюнем Мосе!

Хотя Мо Цзюнь Е не существует, Сяо Мяо уверена в том, что её чувства были самыми настоящими. Потому что у неё есть надежда, пусть и совсем размытая. Однако, если поверить в то, что Цзюнь Мосе — это, всё-таки, Мо Цзюнь Е — всем её надеждам придёт конец. Поэтому она решила не соглашаться с этим, и отрицать до последнего!

Потому что в её сердце есть Мо Цзюнь Е, и её чувства к нему ещё живы!

Сяо Мяо решилась отрицать это до последнего… потому что не хотела отказываться от этих чувств, она не могла потерять их!

Поэтому она могла и не простить Цзюня Мосе, она даже могла продолжить ненавидеть его, это никак не касалось Мо Цзюнь Е! Несмотря на то, что эти два обстоятельства очень противоречили друг другу!

Таково было мнение Сяо Мяо, однако она не имела понятия, как правильно объяснить этот факт. На самом деле она вообще не понимала, что творится сейчас у неё в сердце… Она пребывала в смятении, а в голове её царил настоящий хаос… Возможно, многим покажется, что это очень странная ситуация, но, если привести пример, все обязательно поймут, о чём речь. Это очень похоже на современные интернет-отношения, где парень обманывает девушку в интернете, или девушка точно так же обманывает парня. Вне зависимости от того, делается это с умыслом или без, в итоге всегда страдают чувства человека.

Это так называемое «любовное мошенничество в сети».

Когда одна из сторон узнает горькую правду о своём партнере, в его адрес польются оскорбления и ненависть, однако к человеку на молчаливой аватарке по-прежнему будут только добрые чувства.

Так или иначе, расплачиваться они будут своими чувствами…

Раздался звук шагов, донёсся лёгкий аромат духов, и Мэй Сюэ Янь показалась у кровати Сяо Мяо.

Глава 1122. Уникальный и неповторимый!

Открыв глаза, Сяо Мяо увидела около себя Мэй Сюэ Янь, которая ухаживала за ней. Внезапно чувство тревоги наполнило её сердце. Она и сама не поняла, откуда взялся этот резкий порыв.

Она знала только одно — ей не совладать с Сюэ Янь, рядом с ней она чувствовала себя очень неуверенной и робкой.

— Полегчало? — Мэй Сюэ Янь улыбнулась, и села на кровать рядом.

Мяо Сяо Мяо молча кивнула.

— А ты, оказывается, и вправду такая упрямая… Беда с тобой, конечно! — Мэй Сюэ Янь опечаленно вздохнула.

Мяо Сяо Мяо стиснула зубы, и с трудом сдержала навернувшиеся на глаза слёзы. Она резко отвернулась, спрятав лицо под подушкой.

— На самом деле, Цзюнь Мосе с самого начала не собирался завязывать отношений с тобой, — спокойным голосом произнесла Мэй Сюэ Янь. — Ты — очень выдающаяся личность, девушка, обладающая редко встречающейся привлекательностью, блестящим интеллектом и другими талантами, выдающимися способностями к совершенствованию, к тому же ты принадлежишь к очень влиятельному старинному роду… Всем этим, безусловно, нужно гордиться, мы все признаём это… Однако, поразмысли сама — действительно ли мастер уровня Шэнцзунь, настоящий повелитель всего современного материка Суань, такая выдающаяся личность, как Цзюнь Мосе, мог сойти с ума от тебя?!

Как только Мэй Сюэ Янь начала говорить, она сразу же приступила к «нападению», её «удары» были хлёсткими и жёсткими.

Мяо Сяо Мяо ошибочно полагала, что Мэй Сюэ Янь пришла сюда, чтобы уговаривать её, или, скорее, замолвить словечко за Цзюня Мосе, однако, услышав слова Сюэ Янь, она немного оторопела, и даже не знала, как реагировать на них.

Хотя ей было неприятно от сказанного Сюэ Янь, тем не менее, эти слова были настоящей правдой!

У неё, действительно, не было прав так думать о себе. Иначе говоря, в этом мире ни у одной женщины не было такого права!

— У Мосе никогда не было нехватки в женщинах! Поэтому у него не могло быть намерений на твой счёт. По крайней мере, только использовать тебя в своих махинациях, — Мэй Сюэ Янь медленно сказала: — Не говоря уже о другом — даже во времена, когда Цзюнь Мосе не был таким известным, стоило дедушке Цзюнь сказать только слово и тысячи семей города Тяньсян бросились бы сватать своих дочерей за Мосе! Возможно, талантами и одарённостью им было бы трудно соперничать с тобой, но, если говорить про внешность, они вряд ли бы были хуже тебя! Силы и влияние, которые стоят за тобой, не имеют никакого смысла для Цзюня Мосе. Когда лес Тянь Фа официально пришёл в упадок, я находилась в тупике. В то время священные земли страстно желали завладеть уникальной техникой создания чудодейственных таблеток, которая принадлежала Цзюню Мосе. Уверена, если бы тогда Мосе дал им своё согласие, семья Цзюнь в тот же миг из врага священных земель превратилась в драгоценного друга. Ему только надо было избавиться от меня и всё. А в то время Мосе обладал лишь Суань Духа! Ты сама прикинь, каково ему было противостоять трём священным землям, учитывая такой ничтожный уровень силы. Однако несмотря на всё это, он всё же сделал свой выбор и не в свою пользу. Он даже и не раздумывал, а просто взял и сразу отбросил возможность сблизиться со священными землями. Он выбрал меня, и стал помогать мне, пройдя вместе со мной через огромное количество препятствий… Уверена, тебе очень трудно понять это, даже невозможно представить, как мальчишка с ничтожной Суань Духа противостоял таким сильным мастерам, как священные земли. Тем более, противостоять не одному-двум мастерам, а целой толпе могущественных воинов… Только представь на какую ужасную опасность он обрёк себя?

Слова Мэй Сюэ Янь заставили Мяо Сяо Мяо серьёзно задуматься.

Глупо отрицать, что решение, которое принял Цзюнь Мосе на тот момент было очень абсурдным и странным, учитывая его силы и способности в то время!

Если поставить на его место обычного здравомыслящего человека, он бы точно решительно отказался от такой перспективы! Насколько тяжёлым было давление? Даже и представить страшно.

На самом деле, это чувство отчаяния и страха было знакомо Сяо Мяо, когда Мо Цзюнь Е подвергся нападению со стороны семьи Чжань. Она сама бросилась напролом, чтобы спасти его, даже не побоявшись шесть

почтенных мастеров. Учитывая свой уровень совершенствования на тот момент, это поступок ей грозил смертельной опасностью.

К счастью там появился таинственный меч, который за считанные минуты расправился со всеми мастерами, хотя ощущение отчаяния и ужасающего страха продолжалось не так долго, забыть это будет трудно. Она бесстрашно выскочила навстречу опасности, несмотря на то, что знала, что вряд ли сможет помочь чем-то, не лишившись своей жизни. Она поступила точно также, как и Цзюнь Мосе когда-то поступил ради Мэй Сюэ Янь, и причина проста — она пошла на это ради своего любимого человека…

«Эм, зачем это я вспомнила про этого негодяя?»

— Тогда он обладал всего лишь Суань Духа, но уже ни во что не ставил священные земли. Сейчас Мосе создал дворец Злого Монарха, объединившись с лесом Тянь Фа! В его подчинении находятся тысячи Шенхуанов и Достопочтенных мастеров, бесчисленное количество Почтенных мастеров, а обладателей ещё низших уровней Суань — вообще не счесть! — голос Мэй Сюэ Янь наполнился гордостью и даже высокомерием: –Ты считаешь, что ему есть дело до Призрачного Дворца? И он с помощью тебя хотел стать с ним союзниками? Думаешь, нечто подобное возможно? Да это полный бред!

Мяо Сяо Мяо подняла голову, и в оцепенении уставилась на Мэй Сюэ Янь.

В этот момент на лице Мэй Сюэ Янь установилось горделивое и надменное выражение!

Она гордилась не сама собой, а своим мужчиной!

Потому что Цзюнь Мосе, действительно, заслуживал, чтобы им гордились! Давление — это, своего рода, движущая сила, человек, который ещё секунду назад находился на волоске от смерти, становится настоящей легендой!

— Мир бескраен и огромен, в нём немало необычных и уникальных людей; но таких, как Мосе, способных в одиночку за такой короткий срок времени занять звание самого могущественного человека во всём мире — всего один, и это — мой муж! Он — легендарный человек, и его слава не померкнет даже через десять тысяч лет! — большие глаза Мэй Сюэ Янь были наполнены гордостью: — Ни Мо Вудао, ни Си Жо Чен, ни Ху Янь Аобо и даже твой уважаемый дедушка, Мяо Цзин Юнь не смогут сравнится с Цзюнем Мосе!

Даже Первый Шао, создатель материка Суань, не в силах превзойти Мосе! В прошлом ― не иметь достойных предшественников, в последующем — не знать равных преемников! Единственный и неповторимый, он один такой в этом мире, мой муж, мой Цзюнь Мосе!

Мэй Сюэ Янь говорила совершенно спокойно, однако в её голосе звучала неоспоримая уверенность!

— Но… он всё-таки обманул меня! Неважно, какой он выдающийся и замечательный, он же обманул меня! — со слабостью в голосе произнесла Мяо Сяо Мяо. Говорила она тихо и всё тише и тише, если бы не высокий уровень совершенствования Мэй Сюэ Янь, она, наверное, вообще бы не услышала её последние слова.

— Он обманул тебя? Нет, это не так, он не обманывал тебя! От начала и до конца он не врал тебе. Думаешь, ты стоила того, чтобы он дурачил тебя?! — Мэй Сюэ Янь слегка фыркнула: — Он поехал в Призрачный Дворец только ради меня и сестриц! Ради нашего будущего! После разгрома трёх священных земель, у него было достаточно уверенности для этого! Он уже не был тем слабым мальчишкой, теперь он мог с уверенностью обеспечить нам безопасность! Поэтому он и стал раздумывать о нашем дальнейшем будущем! Что касается цветков искусного лотоса и плодов священного дерева, которые могли помочь сохранить молодость, это я сказала ему об этом. Сестричка Сяо Мяо, я хочу спросить тебя вот о чём; если бы после полного разгрома трёх священных земель, Мосе, действительно, отправился в Призрачный Дворец свататься к тебе, как ты предполагаешь, какова бы была вероятность того, что дворец бы ответил ему своим согласием?

Какова вероятность?

Мяо Сяо Мяо вздрогнула, и задумалась об этом. Чем больше она думала, тем сильнее бледнело её лицо. Через некоторое время она, наконец, тихо произнесла: — По самым быстрым расчётам, процентов тридцать! В нашем Призрачном Дворце очень много невест, вряд ли бы выбор сразу пал на меня.

— Ладно, хорошо, вероятность примерно тридцать процентов, и это вряд ли могла бы оказаться точно ты, — Мэй Сюэ Янь улыбнулась: — А что, если бы это произошло сейчас? Когда Мосе уже объявил о создании дворца Злого Монарха, продемонстрировав своё могущество, какова бы вероятность того, чтобы они ответили бы согласием сейчас? И кого бы выбрал Призрачный Дворец в качестве невесты для Цзюня Мосе?

Мяо Сяо Мяо побледнела.

Она долго думала, а потом молча опустила голову вниз, тихо сказав: — Сто процентов. И я была бы единственной кандидатурой. Дедушка бы не за что не упустил такую возможность!

Да, это очень выгодное решение!

Молодой и непобедимый, могущественный гегемон, Злой Монарх!

Цзюнь Мосе!

Хотя в душе Сяо Мяо продолжала сопротивляться, она не могла отрицать этого. Она была вынуждена признать, что была бы не в состоянии противиться такому могущественному давлению.

Несмотря на то, каким бы процветающим и могущественным не был Призрачный Дворец, владыка бы всё равно ни за что не стал портить отношения с господином Злым Монархом, даже из-за собственной внучки.

Если бы Цзюнь Мосе, действительно, посватался, семья Мяо незамедлительно бы дала своё согласие.

Даже несмотря на Мо Цзюнь Е, даже не глядя на его непревзойдённую сущность. Если Цзюнь Мосе был бы настроен серьёзно — вне зависимости, до какого уровня дошли отношения Сяо Мяо и Мо Цзюнь Е, финал у них был один — только разлука!

А если бы возлюбленный Сяо Мяо не обладал никакой непревзойдённой сущностью, то, скорее всего, его бы попросту ждала смерть!

И это вовсе не из-за страха перед Злым Монархом, а из-за возможности ухудшения отношений между двумя сильнейшими игроками на международной арене! В случае войны и дворец Злого Монарха, и Призрачный Дворец ожидал лишь крах. Если же отдать Сяо Мяо в жены Злому Монарху, обе стороны смогут жить счастливо и безбедно!

Главным движущим фактором этого исхода является всеобщее признание Злого Монарха! Этот юноша своеволен и упрям, он не считается ни с чьим мнением, последнее слово всегда остается за ним! Если он скажет «война», значит, грянет война, он не терпит никаких возражений!

Хотя, если посмотреть с другой точки зрения — у Призрачного Дворца есть восемь великий семей! Возможно семья Мяо в состоянии рискнуть всем ради Мяо Сяо Мяо, а остальные семь семей? Разве смогут они согласиться на такую глупость по доброй воле?

Именно поэтому, если Мосе посватался бы, Мяо Сяо Мяо, несомненно, была бы вынуждена согласиться

Глава 1123. Ультиматум.

На самом деле, семья Мяо, будь то господин Мяо Цзин Юнь, старейшина семьи, или даже отец Мяо Сяо Мяо, глава семьи, Мяо Хуань Юй — независимо от того, как сильно сожалела или горевала Мяо Сяо Мяо, никто не давил на неё в этом деле и даже не пытался!

Если любимая дочь семьи Мяо и глава континента Суань породнятся — это непременно ещё больше укрепит позиции и власть семьи Мяо в Призрачном Дворце, ведь это их заветная мечта и надежда!

Жестокая реальность и печаль владетельной семьи!

Это также демонстрирует преимущества власти в реальной жизни!

— Я хочу сказать… Я уверена, что ты тоже всё понимаешь, если Мосе действительно посватался бы, у тебя не было бы выбора! Даже если ты была против, или даже умрёшь сразу после того, как выйдешь замуж, на твоём надгробии напишут «Госпожа Цзюнь»! А не дочь семьи Мяо! Если это действительно произойдёт, нет необходимости просить об этом Мосе, семья Мяо сама должна проявиться инициативу! — Мэй Сюэ Янь холодно сказала. –Если это так, мы просто отошлём тебя обратно, зачем ему обманывать тебя? Какой в этом смысл? Он — не тот человек, который от скуки ищет развлечений.

Мяо Сяо Мяо услышала холодный тон Мэй Сюэ Янь, поэтому ещё больше засмущалась. Её сердце быстро колотилось, за весь разговор она ни разу не возразила.

— В тот день он был рядом с тобой, а ты неоднократно отказываешь ему из-за своего упрямства. Ты сама ставишь себя в сложную ситуацию. Мосе готов принять тебя, хотя изначально он всего лишь хотел спасти тебя! Если бы не это, я никогда не поверю, что Мосе принял бы так просто женщину, независимо от того, кто она такая! — Мэй Сюэ Янь спокойно говорила: — И его первоначальное намерение попасть в Призрачный Дворец было ради нас, поэтому мы не должны и не можем его винить, и обязаны простить его. А ты усложняешь сама себе жизнь. Цзюнь Мосе и Мо Цзюнь Е — это один и тот же человек. Иными словами, он всегда был только Цзюнем Мосе. Но ты разделяешь их и упорно заменяешь несуществующего Мо Цзюнь Е на вполне живого Цзюня Мосе, в конечном итоге, ты просто не можешь принять «обман», вот и всё. Дело вовсе не в том, что Мо Цзюнь Е — не Цзюнь Мосе. Ты думаешь, если примешь обман, то поставишь под сомнение искренность

своих чувств. Ты упрямо веришь, что отдала слишком много и должна получить то же самое в ответ, но почему-то не получила. Поэтому на душе тебе тоскливо. В конце концов, это, на самом деле, очень простое решение.

— Он не лгал мне… Почему ты так говоришь? — глаза Мяо Сяо Мяо расширились.

— С твоей мудростью ты запуталась в этой проблеме? Ты не можешь искренне признаться, мог ли он быть совершенно открыт с тобой, учитывая, что его личность была самой большой тайной в Призрачном Дворце? Неужели он должен был сказать тебе: «Мяо Сяо Мяо, не влюбляйся в меня, потому что я на самом деле не Мо Цзюнь Е! Мо Цзюнь Е — это всего лишь выдуманное имя. Я — Цзюнь Мосе, и я попал в Призрачный Дворец не ради тебя, а ради плодов семицветного священного дерева»? — Мэй Сюэ Янь улыбнулась. — Он не собирался лгать тебе, чтобы попасть в Призрачный Дворец, манипулируя тобой. Следует прояснить, что его цель попасть в Призрачный Дворец — не ради твоих чувств, не для того, чтобы получить твоё тело и тем более не ради твоей целомудренности! В процессе общения с тобой Мосе всегда находился в пассивном положении, разве он когда-то проявлял инициативу?! Поскольку его целью никогда не была ты, он никогда не проявлял инициативу, оставалось только всегда отказываться. Разве он не сказал тебе, что у него уже есть жена? Или он не сказал тебе, что его волнует только его жена? Учитывая всё вышеперечисленное, каждый оценивает на свой лад, стоит ли это называть «обманом»! Кому ты отдалась — Мо Цзюнь Е или Цзюню Мосе, это, в конце концов, твоё личное дело. Потому что… ты сделала это по своему желанию, никто тебя не принуждал. Даже твои чувства были для него слишком навязчивы! Поэтому несправедливость должна чувствовать не ты, а Мосе! Обиду должны чувствовать женщины нашей семьи, но никак не ты! Ты такая умная и действительно этого не понимаешь? Мосе выбрал рассказать тебе всю правду. В конечном счёте, это из-за его чувства ответственности. Как мужчина, независимо от первоначального намерения, он несёт ответственность за женщину. Он не хочет винить себя всю жизнь и жалеть о том, как поступил с тобой! Задай себе вопрос, какой мужчина мог так поступить? Сестра Сяо Мяо, не держись за ненужную привязанность. Женщина может быть упрямой, настойчивой, но не заставит любить себя и не полюбит ненавистного ей мужчину. Ты обрекаешь себя на трагическую судьбу! Мосе — решительный человек, ты, действительно, сможешь отпустить его, но, если ты хочешь удержать его, боюсь, это невозможно. Сейчас ты должна хорошенько подумать об этом. Если ты всё поймёшь, я помогу тебе с другими сестрами. Мы будем хорошими сестрами. Если ты не поймёшь, я отправлю тебя обратно в Призрачный Дворец! Ты всё ещё любимая дочь семьи Мяо, никто и не узнает, что произошло сегодня.

Никто не будет разбираться, независимо от того, что ты решишь, это будет на твоей совести!

Мэй Сюэ Янь спокойно договорила, не стала больше возвращаться к этой теме, встала и лишь кинула фразу «Как следует отдохни», после чего ушла.

У такой женщины, как Мяо Сяо Мяо, упрямый характер. Мэй Сюэ Янь знала, что, если разговаривать с ней мягко, это может только ухудшить положение, сделать её ещё более упрямой. Лучше всего сказать ей всё напрямую.

Таким образом, Мэй Сюэ Янь, не колеблясь, раскрыла Мяо Сяо Мяо правду и открыла глаза, защитив при этом Цзюня Мосе.

Мэй Сюэ Янь решительный человек, она высказала всё.

Если Мяо Сяо Мяо подумает об этом и будет настаивать на своём собственном мнении, то, даже если Цзюнь Мосе не захочет, очень огорчится, или даже обидится на Мэй Сюэ Янь, Мэй Сюэ Янь решительно отошлёт Мяо Сяо Мяо обратно! Они ни за что не оставит её, чтобы Цзюнь Мосе продолжал страдать!

Цзюнь Мосе — решительный человек, Мэй Сюэ Янь — точно такая же. Сказано — сделано.

Что касается таких женщин, как Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан, нынешний Цзюнь Мосе для них — любимый человек, о котором они заботятся, холят и лелеют! Они не допустят, что кто-нибудь причинил ему боль.

Поэтому вопрос пребывания Мяо Сяо Мяо всё равно зависел от Мэй Сюэ Янь.

— Сестрица Сюэ Янь… — Мяо Сяо Мяо внезапно села, её голос был тихим и просящим, будто она собиралась о чём-то умолять.

— Сначала хорошо отдохни, а потом тщательно всё обдумай. Если ты придёшь к какому-либо выводу — дай мне знать, — Мэй Сюэ Янь, не оглядываясь, сказала. — Нашей семье Цзюнь не нужна непослушная невестка, а также женщина, которая в глубине души ненавидит своего мужа. Независимо от её величественного происхождения и богатой биографии. Пусть даже Мосе — Злой Монарх, победивший Первого Шао из подземного мира, но в этом доме хозяйка я! Не беспокойся, решение остаётся за тобой! У

тебя не должно быть никаких сомнений! Независимо от того, что ты выберешь, это останется на твоей совести!

Слова Мэй Сюэ Янь прозвучали для Мяо Сяо Мяо почти как ультиматум!

Затем Мэй Сюэ Янь собралась уходить, когда она подошла к двери, остановилась, и, всё ещё не оглядываясь, произнесла: — О, кстати — это спальня Мосе и его кровать. Если тебе неудобно, я могу поменять.

Тут же вспыхнул свет, и тень Мэй Сюэ Янь исчезла в дверях.

Мяо Сяо Мяо откинулась на подушку, на сердце было тяжело.

По лицу скатились две капли хрустальных слёз и тихо упали на подушку: «Цзюнь Е… что мне делать? Цзюнь Е…», — вдруг Мяо Сяо Мяо кое-что вспомнила.

Мо Цзюнь Е, Цзюнь Мосе…

Хотя на первый взгляд это два совершенно разных имени, но звучат… очень похоже.

Разве это не те же три слова, только в другом порядке?

Видимо, когда Цзюнь Мосе вошёл в Призрачный Дворец, он намекнул на своё настоящее имя…

Просто никто не понял этот намёк!

— Неудивительно… — печально улыбнулась Мяо Сяо Мяо. Она снова попыталась открыть глаза, как внезапно вспомнила ещё кое-что. В тот день, когда Мо Цзюнь Е покинул Призрачный Дворец, он уже спрашивала её: «Мяо Мяо, если я оставлю Призрачный Дворец и никогда не вернусь, ты готова уйти вместе со мной?»

В то время она ответила так: «Я твоя, куда бы ты ни пошёл, я буду следовать за тобой. Неважно, в рай или ад, мы всегда будем вместе…»

Тогда она не думала о том, что будет, но вопрос возлюбленного показался ей немного странным. Сейчас, вспомнив об этом, стало очевидно, что Цзюнь Мосе выяснял её реальное отношение.

«Что мне делать? Что же мне делать?»

За дверью кто-то разговаривал с Мэй Сюэ Янь. Это была Гуан Куинхан.

— Сестра Сюэ Янь, не была ли ты слишком прямолинейной? Вдруг для неё это окажется большим потрясением? Если эта девчушка не может понять, то для неё это неразрешимая проблема… Разве это хорошо? Тогда мы тоже в сложном положении, — беспокойно говорила Гуан Куинхан.

Гуан Куинхан на самом деле пришла вместе с Мэй Сюэ Янь, но осталась за дверью. Что касается диалога между Мэй Сюэ Янь и Мяо Сяо Мяо, она всё слышала и думала, что слова Мэй Сюэ Янь были слишком резкими.

— Нет! Мяо Сяо Мяо тоже очень решительная женщина. Это видно по её поведению. Учитывая характер её семьи, она ничуть не слабее нас с тобой. Прямо сейчас она на перепутье, но я уверена, что она во всём разберётся. Однако, с другой стороны, если она действительно не сможет понять, я определённо не буду уговаривать её остаться, даже если Мосе будет против!

Глава 1124. Это… Это правда очень больно?

— Мы прошли с Цзюнем Мосе столько невзгод, разве нам не понятно, что он за человек? На первый взгляд он кажется злым и жестоким, но на самом деле он очень добр к окружающим, особенно к тем, кого признаёт. Если Сяо Мяо так ничего и не поймёт, и мы позволим ему вести себя так навязчиво, боюсь, такое положение дел плохо скажется на душевном состоянии Мосе! Поэтому некоторые вопросы требуют крайних, жестких… и даже несогласованных мер! Мы вынуждены так поступить! Нам необходимо это сделать! Потому что у Цзюня Мосе теперь есть не только мы, за его спиной — сотни миллионов жизней леса Тянь Фа и Империи Злого Монарха! У него нет права на ошибку! Даже малейшая оплошность может привести к краху всего дела! Нельзя ничем пренебрегать! — Мэй Сюэ Янь неторопливо говорила. — Проблема на данный момент заключается в этой девчонке, а точнее — в её упрямом характере. Это однозначно связано с её социальным статусом: она всю жизнь жила, не ведая горестей и трудностей, так что ей очень тяжело справляться с теперешними невзгодами. Единственный сложный рубеж в жизни Сяо Мяо был связан с неожиданным появлением Мо Цзюнь Е, и в итоге она всё же добилась удовлетворения собственных желаний. Однако в её глазах полное удовлетворение не должно иметь никаких изъянов, и именно по этой причине она не допускает ни малейшего недостатка в своих чувствах. Сейчас необходимо как можно скорее намёком дать Сяо Мяо понять её ошибку, в противном случае, если эта девчонка ещё раз устроит такую шумиху, Цзюнь Мосе точно взбесится не на шутку. А там мы уже ничем не поможем, даже если Сяо Мяо, в конце концов, образумится, она ничего не исправит. Я в первую очередь хочу помочь ей… Но всё зависит от того, как изменится образ мыслей Сяо Мяо. Если что-то пойдёт не так… то я сама со всем разберусь!

Гуан Куинхан медленно кивнула головой и с восторгом сказала: — Сестра Сюэ Янь, всё верно. Истинная сестра возьмёт все хлопоты Мосе на себя… Это так…

Мэй Сюэ Янь убрала за ухо прядь своих волос и слабо улыбнулась. Это движение было настолько прекрасным, что Гуан Куинхан не смогла оторвать от неё свой взгляд.

— Мы ведь уже и так принадлежим Мосе… Только вспомни, сколько он сделал для нас. Разве мы не можем приложить все наши силы, чтобы разделить его тяготы? Я хочу, чтобы мы и наши младшие сестры стали для Мосе опорой и помогали ему, а не тащили его назад или становились бременем. Куинхан, ты вторая по старшинству после меня, так что я надеюсь, что ты поможешь мне в наставлении и мотивировании младших девочек! — мягким голосом сказала Мэй Сюэ Янь.

— Ох, я только сегодня увидела все твои старания! Когда настанет время, я обязательно передам эту волю другим сестрам, призывая их увеличить свою силу! — кивнула головой Гуан Куинхан.

— Хорошо, Куинхан… есть ещё кое-что, что я хотела бы у тебя спросить, — прошептала Мэй Сюэ Янь. Говоря эти слова, она вела себя слегка странно, казалось, что она хочет что-то сказать, но не может, словно чего-то стесняется.

— Что такое? Я вся во внимании, — Гуан Куинхан следовала позади Мэй Сюэ Янь и пока не заметила никаких «аномалий» в поведении сестры. Ей в голову не приходило ничего, что Сюэ Янь бы могла вдруг у неё спросить.

— Я, я просто хочу спросить… я слышала, что девушкам… в первый раз больно… — Мэй Сюэ Янь раскраснелась и промямлила: — Куинхан… ты же с Мосе уже… ну это… Как вообще ощущения? Насколько сильно больно?

Гуан Куинхан вдруг залилась краской до ушей и онемела от смущения. Кто бы мог подумать, что столь величественный человек, вроде Мэй Сюэ Янь вдруг спросит о таком. Куинхан неуклюже ответила: — Сестра Сюэ Янь, да… да что ты такое говоришь! Я ничего не слышала!

— Мы ведь одна семья… — Мэй Сюэ Янь обняла Гуан Куинхан за шею и прошептала ей на ухо: — В этом нет ничего такого, просто расскажи… К тому же Мяо Сяо Мяо уже на шаг впереди всех нас… А среди сестёр ты единственная, у кого с этим засранцем что-то было… Можешь смеяться, но иногда я тебе завидую…

Гуан Куинхан покраснела ещё сильнее, а её глаза бегали из стороны в сторону. Послышался слабый удручённый голос: — Сестра, ты ведь не знаешь, но в тот день… Он не останавливался весь день и всю ночь… Я чуть не умерла тогда… Думаешь, я помню какие-либо ощущения? Ты говоришь, что завидуешь мне, но…

Гуан Куинхан сказала всё верно. Очень много девушек боится, что их первый раз окажется жёстким и болезненным, таким, как у Куинхан. Тот раз оказался для неё чуть ли не смертельным, она потом ещё полмесяца не могла нормально ходить и мучилась от боли… О каких других ощущениях может идти речь?

— Точно! Помнится, в тот день Сяо И что-то подсунула Мосе. Мы с Чень Сюнь были на дереве у палатки и видели, как ты вошла. А уже потом он повалил тебя на землю, словно в этом и не было ничего необычного…

Мэй Сюэ Янь не успела договорить, но Куинхан уже пришла в полнейший ужас, и заикаясь, сказала: — Что?! В тот вечер… ты и Чень Сюнь… вы наблюдали за всем с дерева?

— Ага, мы всё отчётливо видели. Этот парниша вёл себя как свирепый зверь… Да нет, хуже… — Мэй Сюэ Янь посмотрела Гуан Куинхан и подшучивая, добавила: — Ох, ну и жёстко же он тебя…

— Э-эй! — Гуан Куинхан закрыла лицо руками и топнула ногой.

Куинхан полагала, что в тот момент там были только Мосе и она… но так как молодой мастер из-за снадобья ничего не помнил, Куинхан была единственной, кто знал об этой тайне… Но не тут-то было, на самом деле в тот постыдный вечер там присутствовало ещё два зрителя, да ещё и её собственные сёстры…

«Какой позор, лучше уж на месте провалиться и сдохнуть…»

Гуан Куинхан поджала колени и плюхнулась на землю. Подняв свою еле живую физиономию, она посмотрела на Мэй Сюэ Янь. Та засмеялась и сказала: — Что такое? Стыдно стало?

«Ещё спрашиваешь, что такое?», — Гуан Куинхан вдруг окончательно вскипела, он вскочила с земли и изо всех сил бросилась на Мэй Сюэ Янь.

Сюэ Янь громко вскрикнула и побежала прочь. От её величественных манер не осталось ни следа.

Две несравненные красотки, как сумасшедшие носились по коридорам и вдруг увидели кого-то идущего впереди. Если это не Мосе, то кто ж ещё?

— Вы обе… Чем вы тут занимаетесь? — удивлённо спросил молодой мастер Цзюнь.

«Что происходит? Гуан Куинхан гонится за Мэй Сюэ Янь? Боже мой, это ещё почему? Что сегодня случилось с этими двумя самыми серьёзными девушками на планете? Да и вообще… Сюэ Янь может просто дунуть на Куинхан, и та упадёт замертво. Однако сейчас она просит о пощаде, но её преследовательница никак не уймется…»

Извилины в голове Мосе уже завязались узлом, пока он растерянно стоял на одном месте и наблюдал за происходящим.

— Ах! — подняв голову и увидев перед собой Мосе, Гуан Куинхан вскрикнула от испуга. Неизвестно, что в тот момент она вспомнила, но её лицо снова залилось краской, и она в панике поспешила уйти.

Однако её нежный и опьяняющий взгляд зажёг внутри Мосе непреодолимое, плотское желание, которое с каждой долей секунды становилось всё сильнее и сильнее. Ещё чуть-чуть и у него из носа брызнула бы кровь, и он упал бы на месте!

«О чем Куинхан подумала? Почему она ведет себя столь скрытно и соблазнительно… Может она хочет, чтобы я зашёл к ней вечером?», — Цзюнь Мосе бессовестно размышлял о своём, а глаза его горели яркими зелёными огнями.

— Куинхан, что случилось? — Цзюнь Мосе насильно подавил разбушевавшийся огонь. Он озадаченно посмотрел на Мэй Сюэ Янь и почесал волосы.

— Девичьи дела! А не много ли вопросов вы задаёте, «господин»? Не лезь не в своё дело! — можно было заметить, что Мэй Сюэ Янь тоже выглядела слегка смущённой, однако она как обычно с каменным лицом прочитала нотацию и со свистом пропала из виду.

«Эээ… Мать твою через коленку да в три прогиба, как говорил один мой охрененно хитрожопый знакомый… Может ли быть такое, что эти две женщины обсуждали эротические фантазии? Да по-любому, объектом их разговора был я! Ведь у меня есть что обсудить!», — Мосе дотронулся до подбородка, усмехнулся и погрузился в поток сладостных мыслей…

Нужно отметить, что его инстинкты, всё же, довольно точны…

— Кстати, Мяо Сяо Мяо в той стороне. Тебе не стоит её пока что тревожить, пусть она спокойно всё обдумает. Всему своё время, как говорится, поспешишь — людей насмешишь! — прозвучал отдаляющийся голос Мэй Сюэ Янь.

Фраза «Поспешишь — людей насмешишь» полностью разгромила все те сладостные думы, в которых почти увяз Мосе. Он снова погрузился в удручённое состояние, а затем, глубоко вздохнув, повернулся и ушёл в обратном направлении.

Стояла глубокая ночь. Луна горела тусклым светом, а лёгкие облака ходили по небу, как неприкаянные. Туман полностью окутал Тянь Фа, и, если посмотреть на него издалека, можно подумать, что это какой-то воображаемый и фантастический мир.

Мяо Сяо Мяо в одиночестве стояла у окна, смотря в небо на еле виднеющуюся луну. В этот момент она и сама не понимала, чем заняты её мысли.

Узнав, что это комната принадлежит Цзюню Мосе, Сяо Мяо почему-то не стала сопротивляться и просто погрузилась в глубокие раздумья…

Везде царила полная тишина, и лишь изредка откуда-то доносился едва слышный храп. Дул лёгкий ветерок, медленно разгоняя нависшие облака, и лишь луна неизменно висела на одном месте, озаряя весь мир…

Старые деревья Тянь Фа вздымались к небесам, только их верхушки мягко покачивались по ветру, не издавая ни малейшего шелеста. Это была прекрасная ночь!

Душевное состояние Сяо Мяо было похоже на прилив морских волн, которые поднимались всё выше и выше. Плотина её сердца с каждой волной рассыпалась вдребезги…

Глава 1125. Озарение! Прорыв!

— Цзюнь Е… — тихо пробормотала Мяо Сяо Мяо.

Слёзы тут же заполнили её прекрасные глаза.

У неё сложилась привычка кричать это имя каждый раз, когда она счастлива, опечалена или даже смущена. Казалось, будто выкрикивая это имя, она может моментально успокоиться и отпустить все свои переживания.

Но в этот момент этот фокус вдруг потерял свой прежний эффект. На её сердце стало ещё тяжелее!

Ночь стояла глубокая, а от полной луны уже начал исчезать маленький кусочек.

Сяо Мяо всё ещё стояла перед окном без малейшего движения.

«Если это комната Цзюня Мосе, то где же он сейчас? Неужели он живёт в комнате одной из сестёр?», — Сяо Мяо вдруг удивилась, что от такой мысли на её сердце появился кислый привкус ревности.

«Он — это Мо Цзюнь Е… Он — Цзюнь Е… почему? Почему так?!»

Сяо Мяо горько всхлипывала… Она даже не заметила, что в тот момент, когда она подумала о Мэй Сюэ Янь, Гуан Куинхан и других прекрасных сёстрах, а точнее об их лицемерном отношении к ней, в комнату внезапно ворвался ветерок, наполненный ощущением лживости и фальши… Сяо Мяо подсознательно повернула свой взгляд в направлении дуновения ветра.

Комната Цзюня Мосе, естественно, была лучшей из всех существующих во дворце, а также самой просторной. Отсюда открывался вид практически на весь лес Тянь Фа… Вдруг зрачки Сяо Мяо расширились до своего предела: вдали, посреди леса, неспешно двигалась белая тень, трепеща в воздухе. Она парила медленно и изящно, постепенно поднимаясь к бескрайнему ночному небу!

Цзюнь Мосе!

Что он собирается делать?

Мяо Сяо Мяо внимательно наблюдала за ним.

Цзюнь Мосе был подавлен, он никогда не испытывал такое смущение ни в одной из жизней. Поэтому после ужина он решил по-тихому сбежать.

Молодой мастер Цзюнь в одиночку отправился в лес, выбрал большое дерево и запрыгнул на него.

Он лёг на одну из его веток, закинул руки за голову и закрыл глаза.

Он сохранил эту привычку расслабляться ещё с прошлой жизни, и это всегда срабатывало. Но сегодня ночью любимая фишка вдруг дала сбой — спокойствие не находило его сердце. Спустя некоторое время в тишине Мосе пришел в ещё большее расстройство.

Беспомощно открыв глаза и посмотрев на нежный лунный свет, Цзюнь Мосе горько улыбнулся и сказал: — Ну, привет… Где бы я тебя не увидел, в каком из миров я не был, ты всегда остаешься такой же спокойной и безмятежной… Даже если весь мир погрязнет в хаосе, ты ни капельки не изменишься…

Знает ли луна, что такое печаль?

Лунный свет все еще тихонько светил на него.

Такой же холодный, такой же спокойный.

Глядя на луну, Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и внезапно замолчал.

Он вдруг вспомнил слова, которые он только что машинально произнёс.

Будто сквозь сон, Мосе кое-что осознал.

Такое прозрение в мгновение ока заставило его внезапно перейти от крайнего расстройства к запредельному спокойствию! Это равносильно переходу от чрезвычайно хаотичного состояния к полной статике! От одного предела к другому — совершенно противоположному!

Бешеный контраст!

И весь процесс преобразования занял меньше секунды!

Такой переход от хаоса к полному спокойствию помог Цзюню Мосе практически уразуметь само совершенство!

Казалось, будто где-то в сердце разбилось вдребезги огромное зеркало!

Никаких препятствий!

Душа молодого мастера словно взлетела в ночное небо, странствуя по его безбрежным просторам!

Прорыв!

Ещё один прорыв в совершенствовании, ещё один прорыв в башне Хунцзюнь, внезапно наступили в тот момент, когда Цзюнь Мосе находился в самом удручённом состоянии!

Всё тело молодого мастера в мгновение ока спокойно воспарило над землей, и он не смог сдержать свой протяжный крик.

Увязнув в таком непостижимом душевном состоянии, Цзюнь Мосе осознал многое! Другими словами, огромное количество истин тотчас ворвались в его сердце!

Постигнув жизнь, твоё сердце открывает небо и землю!

«Я нахожусь между небом и землёй, а небо и земля живут в моём сердце! Земля и небо подобны моему сердцу! Моё сердце подобно небу и земле! Всё сущее, все границы неба и земли находятся в сердце и не выходят за его пределы! Одно движение может создать ураган, одно движение может уничтожить всё сущее! Моё сердце — это небо и земля, а моё тело — это всё сущее! Пусть горы и неподвижны, но если я сделаю движение — они могут тут же рухнуть! Небеса и земля вечны, но когда я умру, они исчезнут вместе со мной! Крайняя мягкость есть чрезвычайная жёсткость! Что такое жёсткость? Что такое мягкость? Если я называю жёсткость жёсткостью, а мягкость — мягкостью! Длинные реки заставляют меня через них перебираться! Мирное время наступит при моей власти! Кто же тут герой? Я!»

Тело Цзюня Мосе продолжало медленно парить в изначальной позе, а его руки всё ещё оставались закинутыми за голову. И в таком виде Мосе, не спеша, поднимался высоко над лесом, двигаясь всё выше и выше!

Внезапно смятение и хаос на сердце Мосе рассеялись, оставив лишь чистейшую пустоту, а обиталище души наполнилось неистощимым просвещением. Молодой мастер парил посреди этого бескрайнего неба, раскинув руки и ноги, словно он находился на земле. И не было никаких ограничений в его движениях.

Действительно, никаких ограничений!

— Ха-ха-ха! — Цзюнь Мосе с восторгом рассмеялся во всю глотку. Казалось, будто обычный человек обрёл бессмертие и со скоростью ракеты поднимался в бескрайнюю небесную высь!

Его одежда развевалась на ветру, а тело уже вышло за пределы облаков!

«Тысяча миль над землёй, и только я один парю так высоко! Взираю на реки и горы, презираю все живые существа!»

Верно, это был ещё один прорыв — полномасштабный прорыв! Мало того, что прорыв произошёл одновременно в самосовершенствовании и башне Хунцзюнь, та еще и сам Мосе углубил свои познания в практике боевых искусств!

Обычно Цзюнь Мосе одним своим ударом нацеливается на убийство своего противника. Это, конечно же, самый эффективный и самый верный способ атаки, да и наиболее совершенной защитой является нападение!

Однако жёсткость легко переломить. В такой стратегии всегда есть недостаток: ведь если противнику удается сдержать первую атаку, то у тебя есть лишь одна дорога — бегство. Ты не сможешь повторить свой удар дважды.

Ведь у тебя уже не хватит сил для этого!

Атака, безусловно, является идеальной защитой, но как только она терпит неудачу, в этом идеальном появляется изъян!

Именно такая модель сильной атаки и слабой защиты всегда являлась самым уязвимым местом Цзюня Мосе. Молодой мастер сам прекрасно это понимал и постоянно размышлял о совершенствовании. Однако ничего не менялось.

Кредо «Лучшая защита — это нападение» глубоко укоренилось в его разуме!

Мосе поступал так и в прошлой жизни, к тому же такое кредо идеально подходило под все его тактики ведения боя. Так как же можно просто взять и изменить привычный образ действий?

Но на этот раз под чарующим, нежным лунным светом Цзюнь Мосе наконец прозрел!

Жёсткость и мягкость — на самом деле единое целое! Совершенное слияние!

Мягкость — это такая же сила, как и жёсткость. Так что мягкость, по сути, и есть жёсткость, а жёсткость есть мягкость!

Это чем-то схоже с идеей инь — ян, но тут есть свои отличия. Инь-ян происходит из высших начал, основная его идея заключается в использовании мягкости для преодоления жёсткости: использование одной силы для одоления другой. Но то, что уразумел Цзюнь Мосе, является неделимым целым!

В этот момент Цзюнь Мосе забыл обо всём на свете, забыл, где он находится, забыл всё сущее на земле. Он только чувствовал безграничную радость, и ему хотелось поскорее применить на практике только что приобретённые навыки!

Цзюнь Мосе принял положение стоя, медленно и мягко поднял руки, а затем внезапно развел их в разные стороны, создавая между ними некоторую вибрацию.

Если бы мастер Суань увидел эту картину, он бы не поверил своим глазам, подумав, что Цзюнь Мосе использует магию. Ведь происходящее шло вразрез с законами природы.

Потому что в глазах других, молодой мастер просто поднимал руки, но в следующий момент он словно превращался в тысячерукую и тысячеокую бодисатву Гуан-инь! Все его движения были мягкими, никто бы даже не подумал, что он применяет хоть какую-то силу! Но на самом деле каждое колыхание и вибрация были нереально мощными!

Все движения и потряхивания тела Мосе были отчётливо видны, однако после них оставалась некая призрачная тень, которая повторяла те же самые движения. Все эти тени словно и не собирались рассеиваться.

Чем быстрее двигался Мосе, тем плотнее заполнялось воздушное пространство этими остаточными тенями, постепенно накрывая его сплошняком!

Поначалу это охватывало область едва ли в метр, но затем границы постепенно увеличивались, сначала на десятки, затем сотни, тысячи метров. И в конце концов весь небосвод заполонили тучи из теней молодого мастера!

И ни одна из теней не рассеивалась!

Ну и магия!

Глава 1126. Кто тут герой?!

В это время в спальне Цзюня Мосе, прислонившись к окну, стояла Сяо Мяо, которая не могла поверить в происходящее! Что, чёрт возьми, за мастерство использует этот Злой Монарх? Разве такое под силу человеческим возможностям?

Затем, наблюдая за Цзюнем Мосе, беззаботно парящего в небесах, Мяо Сяо Мяо внезапно ощутила некоторое успокоение!

Эта удивительная и в то же время странная сцена могла принести огромное спокойствие, блаженство и безмятежность!

И в данный момент этим чувством прониклось немалое количество людей!

Бесчисленное количество мастеров, стоящих у своих окошек, также с проникновенным видом наблюдали за происходящим в небесах!

Глаза Мэй Сюэ Янь ярко сияли, а уголки её рта растянулись в искренней сладкой улыбке, наполненной бесконечной любовью. Среди всех присутствующих, только она лучше всего осознавала силу Цзюня Мосе и понимала, насколько велик его прорыв на этот раз!

Если раньше меч Цзюня Мосе был просто острейшим клинком, то сейчас он переродился и стал невидимым и бестелесным оружием! Этот меч всё так же несокрушим, и его острие невозможно ослабить никакими силами!

Но никто не может этого узреть! Все сокрыто внутри!

Какой самый сильный враг в мире? Какой самый страшный враг?

Неизвестный враг!

Невидимый враг!

Как одолеть противника, которого даже не можешь увидеть и разглядеть?!

Теперь Цзюнь Мосе стал для всех тем самым невидимым врагом! И это никак не относится к исчезновению в пространстве башни Хунцзюнь или технике скрытого перемещения Инь-Ян! Это уже собственный уникальный навык Мосе!

Ин Бокун, Фэн Цзюань Юнь и остальные участники отряда пожирателей душ, с изумлением вытаращились их своих окон.

В их взглядах, помимо проникновения, виднелось чувство глубоко восхищения и почтения!

Благоговейный трепет!

То, что сейчас продемонстрировал Мосе, является высоченными границами совершенствования! Даже среди ста Шэнцзунов вряд ли найдётся хотя бы один, способный постичь глубину и тонкость этого уровня! Если хотя бы ступить на «порог» этой ступени, можно уже ого-го как превознестись над остальными мастерами!

Но Цзюнь Мосе не просто ступил на порог, он определённо достиг совершенства этих пределов, полной гармонии! Всеобъемлюще!

Мяо Чжань, Мяо Дао и Мяо Цзянь — три великий Шэнзцуна также наблюдали за происходящим, их лица выглядели странно.

Пока Мяо Чжань наблюдал и пытался осознать скрытый смысл в движениях молодого мастера, то вдруг обнаружил, что небосвод буквально заполонило тенями Цзюня Мосе. И все они медленно слились в миллионную армию…

Миллионную армию теней!

Каждая тень содержит в себе глубину и тонкость сего прозрения!

Каждая фигура таит в себе идею!

Мяо Дао и Мяо Цзянь буквально опьянели от впечатлений, они понимали, что их навыков ещё недостаточно, чтобы уразуметь происходящее, однако такой шанс упускать нельзя! Вряд ли в жизни представится возможность лицезреть такое второй раз!

Поэтому они сосредоточили все свои силы, чтобы сохранить это в памяти! В этот момент они не стремились понять происходящее, а старались запомнить как можно больше!

В головах этих трёх зародилась одна и та же мысль: «После возвращения домой нужно убедить Владыку дворца в улаживании хороших отношений с Цзюнем Мосе! Даже если придётся прибегнуть к слегка унизительному методу родства через брак, всё равно необходимо сделать всё возможное, чтобы установить дружбу с правительством Злого Монарха!»

Они бы сейчас даже не пожалели о разрыве отношений с тремя священными землями!

Преимуществ однозначно больше чем недостатков!

Темпы роста Цзюня Мосе слишком ужасны!

Даже у настоящего обладателя непревзойдённой сущности не может быть такой скорости совершенствования!

Мяо Чжань чётко помнил, что при вчерашнем анализе сила Цзюня Мосе была на уровне Шэнцзуна. Она не уступала силам Мяо Дао и Мяо Цзяня, но слегка не дотягивала до его уровня. Однако теперь совершенствование этого паренька попросту вышло за пределы разумного: все трое только могли взирать с надеждой на такие высоты!

Такой прогресс — это, прежде всего, совершенствование собственных идей и реалий!

Это не просто увеличение силы!

Прозрение — это всесторонний подъем духа и разума!

Если у мастера Суань выпал шанс на прозрение, то его однозначно признают в этом мире! А если появится ещё и вторая такая возможность, то о таком человеке однозначно сложат легенды! Что касается данной ситуации, то она не имеет себе равных!

Это не просто талант, природные данные, самосовершенствование, успех и сила одного человека, это ещё и фортуна!

Так что в данный момент на Злого Монарха, Цзюня Мосе, снизошло то самое прозрение!

Это ввело в ступор мастеров трёх священных земель! Что за мастер достигает прозрения без длительного затворничества? Разве он не должен сначала услышать волю небес, а затем постепенно уразуметь истину?

Ведь Цзюнь Мосе ещё в обед от собственной вспыльчивости убил человека, а вечером вдруг прозрел? Это что за темпы? Судьба распорядилась?

Неужели он так сильно горевал после того, как был отвергнут, что достиг прорыва? Которое принесло за собой прозрение? Если это так… то почему бы нам тоже не стать чуточку сентиментальней?

Увидев многочисленные тени в небосводе, мастера трёх священных земель затрепетали в ужасе!

Это Злой Монарх!

Это истинная сила Злого Монарха!

Какой ужас! Если говорить о теперешней силе, которую продемонстрировал Цзюнь Мосе, то даже несколько мастеров Шэнцзун при совместной атаке не смогут победить его!

Они просто распрощаются со своими жизнями!

Вот насколько был силён Цзюнь Мосе!

И после окончания Войны за Небеса обе стороны обречены на ещё одну бесконечную войну!

Но как сражаться с такой силой?

Теперь у трёх священных земель больше не осталось прежней уверенности в своей непобедимости и поражении всех их врагов!

В этот момент, «поразительная» тренировка Цзюня Мосе подошла к концу, он спокойно остановился среди своей миллионной армии теней, слабо улыбнулся и сделал несколько шагов!

Эти шаги были действительно загадочными! Нет, удивительными!

Все ясно понимали, что эти шаги были всего лишь шагами, однако Цзюнь Мосе был полностью отделён от миллионного скопища собственных теней!

В этот момент он был он, небо и земля были небом и землёй, а призрачные тени были всего лишь тенями!

Все три аспекта больше не были связаны между собой!

Если называть этот феномен языком буддистов прошлых поколений, то это называется — встать на праведный путь!

Миллион нирван и один шаг к возрождению!

Отныне не обязательно придерживаться границ неба и земли!

Не стоит останавливаться на людях, вещах или даже целом мире!

В тот момент, когда Цзюнь Мосе сделал шаг и медленно спустился, небо закрутилось, и земля завертелась!

Все почувствовали некий «бум» — всё вокруг затряслось!

Невероятно!

Но все в то же время понимали, что небо и земля стояли на месте!

Движение происходило в их сердцах!

Казалось, что таким таинственным, странным шагом Цзюнь Мосе вступил прямо в их сердца!

Словно мир в их собственных сердцах в этот момент внезапно рухнул!

Полный крах!

Тут же раздался громкий и яростный крик, всё тело Цзюня Мосе снова пришло в движение, которые не могли не радовать глаз. Однако каждый из Шэнцзунов чётко осознавал, что в каждом движении молодого мастера заключены своего рода наивысшие знания и умения!

В то же время, раздалось чистое, как звук меча, пение:

«День ушёл в закат, и луна, как и ранее, повисла в небе; длинные реки ждут, когда я их переплыву!

Когда закончится песня, люди попросят луну составить им компанию в дремучих лесах!

Какой ещё герой, если не я, перенес столько тягот и трудностей!

И всё лишь для того, чтобы изменить твоё сердце. Я готов превратить свою горячую кровь в пепел и землю, лишь бы получить твой обворожительный взгляд!

Очнувшись ото сна, я нашёл свой путь. Но знамёна какого войска вдруг принес утренний ветер? Какой еще герой, если не я, испытал на себе тяжёлые муки страданий и всё лишь для того, чтобы изменить твоё сердце? Я готов превратить свою горячую кровь в пепел и землю, лишь бы получить твой обворожительный взгляд!

Кто же тут герой, если не я!»

Такая отважная песня бродила по небосводу в исполнении лишь одного Мосе, однако всем казалось, словно у этого звучания было бесчисленное количество аккомпанементов!

Во всём мире нигде прежде ещё не звучала такая музыка!

Все, даже те, кто ни черта не смыслил в мелодике, не могли не опьянеть от этой песни!

Вслед за пением Цзюня Мосе всё отчётливее становились различия между небом и землёй.

В тот момент, когда он пел «день ушёл в закат, и луна, как и ранее, повисла в небе…» люди увидели, как небеса помрачнели, и на них показалась луна.

Во время второй строки «длинные реки ждут, когда я их переплыву!», все отчётливо представили реку…

Словно они стоят над рекой, но вокруг слышится чьё-то пение, как в тумане!

Когда были пропеты строки «люди попросят луну составить им компанию в дремучих лесах…», полная луна внезапно вспыхнула, как будто Мосе достал её из-за пазухи!

Это песня была наполнена нежностью и сталью целого Цзянху! Мрачная и героическая, властная и чуткая, тщеславная и гордая, она совместила в себе бесчисленное количество невзгод и нежность влюблённых! Её мотивы воодушевляли и трогали сердца всех слушателей!

Вслед за увеличением громкости пения фигура Цзюня Мосе начала медленно двигаться в воздухе! С каждым его движением бесчисленные тени стали внезапно исчезать. Казалось, будто он снова всасывает их в себя. К концу песни вся миллионная теневая армия полностью пропала из виду!

Цзюнь Мосе стоял величественно и непоколебимо, заложив руки за спину. Его глаза искрились любовью и упорством, он потихоньку повернулся и сделал ещё один шаг!

И после этого шага Цзюнь Мосе вдруг резко исчез!

Глава 1127. Шестой уровень башни Хунцзюнь!

Небо над лесом Тянь Фа всё ещё было безмятежным и тихим, яркий свет луны ласково переливался, а легкий ветерок опьянял сознание.

Всюду был то ли дым, то ли туман, но небо оставалось безупречно чистым.

Но все ясно осознавали, что это был не сон!

Ещё долгое время, вплоть до самого рассвета, все стояли и одержимо смотрели в небо! Абсолютно неподвижно!

Прорыв Цзюня Мосе, пусть он и был спонтанным, однако он дал всем присутствующим чрезвычайно важный жизненный урок! Долгое время спустя многие из этих людей достигли успеха, о котором могли только и мечтать! И когда их спрашивали про самое важное событие в жизни, они давали один и тот же ответ!

Ночь в лесу Тянь Фа, во время приёма Злого Монарха!

Именно тогда они открыли в себе свои скрытые ресурсы!

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе не был их наставником, но то, что произошло в ту ночь, было равносильно обучению этих людей высшим и глубоким познаниям Суань! Мосе и сам ни о чём не подозревал, он был настолько поражён новыми идеями, что забыл обо всём и просто беззаботно танцевал!

Однако глубочайшее почтение к Цзюню Мосе навсегда укоренилось в жизни этих людей!

Оно даже достигло степени поклонения!

И всё это за одну ночь, одну песню, один танец, одну технику и одно прозрение!

Однако среди женщин Цзюня Мосе существовала иная интерпретация произошедшего!

Гуан Куинхан и остальные девушки также были полностью погружены в песню и танец Мосе!

«Какой ещё герой, если не я, перенёс столько тягот и трудностей!

И всё лишь для того, чтобы изменить твоё сердце. Я готов превратить свою горячую кровь в пепел и землю, лишь бы получить твой обворожительный взгляд!»

Неужели Цзюнь Мосе через эту песню решил выразить любовь к своей женщине?

Как же это… романтично……

Все женские сердца вмиг опьянели!

Даже Сяо Мяо растрогалась и не смогла сдержать свои чувства…

«…я перенёс столько тягот и трудностей! И всё лишь для того, чтобы изменить твоё сердце…»

После этих строк сердце Сяо Мяо накрыло волной эмоций… Она потеряла контроль над собой.

«Будет ли он готов пройти через бесконечные трудности, чтобы изменить моё сердце? Действительно ли он так думает?»

В этот момент, чистая и красивая фигура Цзюня Мосе и обыкновенный Мо Цзюнь Е слились в одно целое в сердце Сяо Мяо!

— Цзюнь Е… это ты? Неужели это ты? Этот Цзюнь Мосе на самом деле ты! — пробормотала Мяо Сяо Мяо, сжав свои маленькие кулачки: — Ты ведь знаешь, что моё сердце не менялось, оно осталось прежним… в нём лишь ты один, навсегда…

Все присутствующие слышали в этой песне гордость, могущество и героизм; но женщины чувствовали в ней нежность, исходящую от сердца Цзюня Мосе!

Мужчина, любящий свою страну и свою женщину!

Этот мужчина, возможно, и не совсем верен в своих чувствах и слегка ветреный, однако он — тот, на кого можно положиться! Этот мужчина никогда не обидит свою женщину!

В нынешнем мире, где мужчины превосходят женщин, разве такой парень не уникален? Что в нем может не удовлетворять?

Неужели не видно, что у самых праведных и эрудированных конфуцианцев имеются толпы жён и наложниц! И все они словно подарки — один лучше другого! Но Цзюнь Мосе, обладая таким могуществом и властью, относится к своим женщинам с глубоким уважением… Разве существует второй такой мужчина?

И тут все девушки призадумались.

В какой-то момент Гуан Куинхан вошла в комнату Цзюня Мосе и тихонько встала позади Мяо Сяо Мяо. Она только хотела открыть рот и что-то сказать, как неожиданно заметила, что Сяо Мяо, так же, как и остальные, стояла перед окном, пристально смотря в небо, в котором недавно появилась фигура Цзюня Мосе.

Нежная и робкая фигура пошатывалась на ветру, казалось, что она в любое время может упасть на землю. Но маленькие кулачки всё также были бессознательно сжаты, да так сильно, что суставы кистей уже побелели…

Глаза были наполнены воспоминаниями, тоской и глубоким чувством, от которого было невозможно отступить!

Гуан Куинхан не издала ни звука, слегка улыбнулась и так же тихонько вышла из комнаты. Она всё поняла…

Не надо больше никаких слов, убеждений и советов. Всё образуется само собой. Всему своё время!

Всё и так понятно!

В этот момент Цзюнь Мосе уже находился в башне Хунцзюнь.

Артерия с животворящей энергией неба и земли лежала, словно свернувшийся в клубок дракон. Поверх неё виднелось дерево жизни, полное жизненных сил и энергии. Рядом, в небольшом пруду, росли искусные лотосы, их клубни были несколько больше обычных. Все цветки излучали изящный блеск, казалось, будто цветки были прозрачными.

В воздухе виднелся радужный мост, соединяющий священное древо с разноцветными плодами и искусные лотосы. Казалось, будто разноцветные лучи непрерывно передаются в сторону озера с лотосами, а почти прозрачный сине-зелёный свет направлен в сторону священного дерева…

Все вещи в пагоде Хунцзюнь были не из человеческого мира и казались нереальными, фальшивыми, однако они всё же действительно существовали…

Цзюнь Мосе стоял у входа в башню, закинув руки за голову. Он слабо улыбался и спокойно смотрел на всё, что было перед ним. Его лицо выражало непринуждённость и некоторую холодность.

По сравнению с предыдущими пятью прорывами, после нынешнего раза Цзюнь Мосе выглядел очень спокойным, его тело и душа не были стеснены временем. Он не нервничал и не спешил, словно весь мир находился под его контролем, и имелся готовый план на любой форс-мажорный случай.

Его сердце по-прежнему находилось в неисчерпаемом озарении.

Шестой уровень!

Наконец-то открылся шестой уровень башни Хунцзюнь!

Первые пять этажей хранили в себе много сюрпризов, думаю, что и этот уровень не будет исключением. Но что же это будет за сюрприз? Насколько крутым он окажется?

Цзюнь Мосе немного постоял, окидывая башню тёплым взглядом, а затем вдруг рассмеялся и гордо ступил внутрь.

Как только он поднял ногу, дверь в башню Хунцзюнь открылась сама по себе, словно дожидаясь, когда вторая нога молодого мастера опустится на землю, и всё его тело окажется внутри Башни!

Это и есть истинный смысл выражения: «Сделать шаг в тысячу ли!»

Войдя в главный зал первого уровня, Цзюнь Мосе обнаружил, что изначально пустое пространство зала вдруг заполнилось фиолетовым туманом, полных животворных сил. Этот туман является чистейшим источником одухотворённой Ци неба и земли. Время от времени он излучал слабый свет, который опьянял душу.

У совершенно выжженной земли появилась жизнеспособность!

Цзюнь Мосе одновременно чувствовал шок и радость, он ещё разок окинул взором зал, а затем ступил на второй этаж.

Затем третий, четвёртый, пятый…

И затем достиг последней границы пятого уровня!

Остался всего лишь один шаг до шестого!

Цзюнь Мосе остановился.

Внезапно, фиолетовая аура, переполнявшая всю Башню, разбушевалась и начала яростно вливаться в тело молодого мастера!

В этот момент Цзюнь Мосе был похож великого духа-демона, который собирался поглотить в себя весь мир целиком!

Тело молодого мастера раздуло и подняло ввысь, звуки происходящего могли заставить дрожать от страха любого!

В тот момент, когда тело Мосе начало раздувать, он поднял руки, и его ноги медленно оторвались от земли…

Дверь башни на шестом уровне внезапно открылась, и поток фиолетовой ауры, который уже превратился в некую бурлящую субстанцию, поглотил тело молодого мастера с головы до ног, как бы оборачивая его собой!

Плотно и наглухо!

Тело Цзюня Мосе, окутанное в фиолетовый кокон, начало постепенно разбухать…

С начала и до конца спокойствие и безразличие в глазах Мосе ни капли не изменилось!

В мгновение ока, меридианы тела Цзюня Мосе расширились до предела, и яростный поток одухотворённой Ци буквально рванул в его даньтянь, но затем вдруг резко успокоился.

С того момента, как Мосе достиг пятого уровня Башни, его даньтянь неожиданно накрыл серый туман, парализовав его. Но сейчас, после внезапного потрясения толчками фиолетовой одухотворённой Ци, даньтянь снова пришёл в движение… медленно, но верно…

Сразу после этого, фиолетовая аура, опоясывающая всё тело молодого мастера, с высокой интенсивностью вновь забурлила в его меридианах! И опять недолго побушевав, аура с грохотом рассеялась, оказав новое давление на даньтянь!

Серый циклон в даньтяне по-прежнему сохранял предыдущую частоту вращения, вот только общая частота вращений, похоже, немного ускорилась, а первоначально серый цвет циклона стал немного ярче……

Словно замкнутый круг… третий раз, четвертый, шестой, восьмой…

Каждый раз, после окончания цикла, частота вращения циклона немного ускорялась, а его цвет продолжал меняться!

Наконец, после окончания восьмого цикла, первоначально серый поток воздуха, разделился на цвета. Красивая синяя масса медленно отделилась от первоначального серого тумана.

Что касается серого воздушного потока, то он оставался под синей массой.

Расстояние между ними, постепенно отдалялось, усиливая их разницу в цвете.

В этот момент от бурлящей фиолетовой ауры шестого уровня осталась примерно меньше половины, и она в мгновение целиком проникла в меридианы Цзюнь Мосе!

Мосе уже поглотил более 70% от всей массы фиолетовой ауры, однако он сделал это за восемь циклов, и каждый раз масса ауры была эквивалентна менее десяти процентам общей суммы. Поглощение такой небольшой массы вызывало некоторую боль, но молодой мастер мог с ней справиться. Теперь же ему предстоит поглотить ауру, которая больше предыдущих почти втрое!

Естественно, Мосе понимал это. Его безразличное выражение лица исчезло. Он нахмурился, мучительно посмотрев на небо, плотно сжал губы и не издал не единого звука!

Глава 1128. Это сотворение мира!

Большой поток энергии, словно река прорвавшая плотину и сметающая все на своем пути, двигался по каналам. Хотя каналы тела Цзюнь Мосе были сильные, но в этот момент он все-таки не мог противостоять воздействию этой внезапной мощной силы, только пытался сопротивляться. Однако, он находился уже на грани и в любое время мог попасть в опасное положение!

Но в следующий момент сильная и непреодолимая энергия вдруг спокойно направилась в его даньтянь! Как бушующий дракон, который бросился в огромный мир!

Однако, когда энергия дошла до его даньтянь, она, как и раньше, вошла в промежуточное пространство двух каналов.

Не меняя направления движения, энергия продвигалась всё прямо, устремляясь к пространству между двух каналов, синего и серого…

С ошеломительной силой голубая и серая энергия разделились, голубая энергия поднималась наверх, а серая — опускалась вниз.

Когда ситуация стабилизировалась, Цзюнь Мосе, давая оценку собственным поступкам, наконец, всё понял.

Теперь в его даньтянь сформировался микрокосм (прототип внешнего мира)!

Голубая энергия застыла высоко — это небо.

Серая энергия застыла внизу — это земля!

Хотя этот внутренний мир ещё не до конца сформировался, но там уже есть свет.

В далёком небе сияет звезда.

Только одна!

Хотя все еще очень абстрактно и очень расплывчато, но это… действительно прототип неба и земли!

Глядя на ещё не до конца сформированный мир внутри даньтянь, сердце Цзюня Мосе быстро застучало и внезапно наполнилось необъяснимыми эмоциями…

«Я могу создать мир сам!», — в этот момент Цзюня Мосе внезапно осенила мысль, он вдруг понял истинный глубокий смысл выражения «сотворить мир!»

Сотворить мир!

Разве величайшее смысл не состоит в том, чтобы «сотворить мир»?!

Те, кто практикуют это умение, могут извлечь новый мир из себя, как только достигнут предела в развитии, и станут основателями этого мира! А также самыми главными властителями!

Сотворение мира и всего сущего!

Сотворение мира — это высшая истина!

Хотя Цзюнь Мосе только что создал новый мир, но пока в нём были только небо и земля, никаких природных явлений, таких как ветер, гром, молния, снег, четырёх сезонов — зима, весна, лето, осень, но не было солнца, луны и звёзд, пяти элементов — металла, дерева, воды, огня и земли, людей, животных и растений.

Кроме неба и земли действительно больше ничего не было!

Повсюду воцарилась мёртвая тишина!

Для последующих изменений требовалась усердная работа Цзюня Мосе и «создание мира»!

Неудивительно, что эту технику на самом деле называют «первое древнейшее мастерство!». И правда, разве эта духовная работа по созданию всего сущего не является «первым мастерством»? Неужели существует другая техника, более сильная, чем эта?

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и сделал шаг и вошёл на шестой уровень великой Башни!

Перед ним возникло фиолетовое сияние, которое тут же на глазах Цзюня Мосе превратилось во что-то очень необычное.

Когда впервые появилось это фиолетовое сияние, Цзюня Мосе неожиданно осенило!

«О, нирвана, девять циклов обращения энергии; Моё сердце может вместить землю, а руки небо, я постиг тайну природы…»

Шестой уровень создания мира!

Цзюнь Мосе что-то пробормотал, внезапно улыбнулся, покачал головой и прошептал: — Сердце может вместить землю, а руки небо… Это выражение действительно отображает истинный смысл, этот мир в самом деле в моём сердце и руках! Однако, что значит постичь тайну природы? Что это такое?

Что-то в сердце Цзюня Мосе ёкнуло, и он понял значение этого выражения. Потому что ветер, бьющий в лицо, и внезапное появившаяся дымка отчётливо «ответили» на его вопрос!

«В моём сердце небо и земля, я могу управлять природой. Ветер и облака появятся между небом и землёй от взмаха моей руки».

На шестом этаже великой Башни Цзюнь Мосе получил особую силу, способную контролировать природу!

С тех пор Цзюнь Мосе мог свободно менять погоду!

Это напомнило Цзюню Мосе о книге «Путешествие на Запад», когда Сунь Укун и три небожителя, Сила оленя, Сила тигра и Сила барана, мерились силами. Сунь Укун золотой дубиной провёл по небу и крикнул: «Ветер!» После этого появился ветер.

Затем провёл еще раз и кликнул: «облака!»

Тут же все небо заволокло облаками!

Неужели, он тоже может, как Сунь Укун, управлять природными явлениями?

Он действительно можете вызвать ветер и накликать дождь?

Цзюнь Мосе неожиданно взбодрился от мысли, что он может призвать облака и ветер!

Это сказочное великое волшебство «вызвать ветер и накликать дождь»!

В следующее мгновение скрылся и тут же появился в воздухе над лесом Тянь Фа, и в этот момент, когда взошло солнце, дул слабый ветер, и установилась хорошая безоблачная погода.

Цзюнь Мосе злорадно хихикнул и крикнул: «Ветер!»

Тотчас на далёком горизонте внезапно появилась странная сила, выходящая за рамки законов природы, ветер постепенно усилился, в лесу Тянь Фа зашелестели листья деревьев, а маленькие кустики сгибались от ветра.

Похоже, ветер действительно был сильный!

Цзюнь Мосе продолжал разгонять ветер, который становился всё сильнее и сильнее, и постепенно поднялась пыль, такая, что в радиусе тысячи километров свирепствовал ураган!

В это время все, будь то человек или священное животное, вышли из своих домов и удивлённо наблюдали за внезапной сменой погоды. Все были очень озадачены. Что, в конце концов, происходит? Только что была хорошая безоблачная погода, и вдруг неожиданно поднялся сильный ветер…

Ветер действительно появился внезапно…

В воздухе Цзюнь Мосе снова улыбнулся, довольный своей проделкой, ещё раз махнул рукой и крикнул: — Облака!

На безоблачном чистом небе со всех сторон появились облака, как будто небесные воины и генералы внезапно зазвонили в барабаны и приготовились выйти и убить миллионы.

Со всех сторон надвигались облака, с силой десяти тысяч скачущих коней, обгоняя друг друга. Буквально через несколько мгновений ясное и безоблачное небо заволокло облаками. Из-за того, что небо сплошь покрыто облаками без единого просвета, свет не проникал через облака.

— Что, чёрт возьми, происходит? — Мяо Чжань нахмурился и посмотрел наверх: — В лесу Тянь Фа какая-то странная погода. Откуда взялся такой сильный ветер и облака? Погода изменилась слишком быстро! Я прожил более тысячи лет, но впервые вижу, чтобы погода так быстро менялась! Почему погода на материке Суань так сильно отличается от погоды в Призрачном Дворце? Когда я путешествовал по материку Суань, то не заметил разницы в погоде!

Не только он, но и все люди смотрели на небо ошеломлённым взглядом и долго ничего не говорили.

Это резкое изменение погоды действительно выглядело слишком странно!

Не только Мяо Чжань с людьми, но и коренные жители леса Тянь Фа, в том числе восемь великих шэнцзунов, лишились дара речи. Они были уверены, что за всю жизнь в лесу Тянь Фа, никогда не видели настолько странной погоды!

— Брат Лу, господин Мэй, ты видишь это… Что происходит? Почему в лесу Тянь Фа такая странная погода?

Поскольку Мяо Чжань ничего не понимал, Мяо Дао тоже пришёл в замешательство, указывая на небо, он, заикаясь, сказал: — Ураган и чёрные тучи… Это слишком странно. Глядя на это небо, кажется, что вот-вот хлынет ливень, а лес Тянь Фа полностью затопит. Я чувствую, что случится беда, это явно предвестник наступления шторма!

Шэнцзун Лу, нервно крутил свою редкую бороду и медленно качал головой: — Скорее всего, Мяо Дао прав. Я должен распорядиться, чтобы начинали немедленную подготовку, в противном случае, их просто смоет… На этот раз это, возможно, серьёзнейшая катастрофа для леса Тянь Фа. Только, почему облака до сих пор белые?

Лицо шэнцзуна Лу стало очень мрачным, очевидно, он беспокоился. Говоря о том, что белые облака — это не дождевые тучи, он всего лишь успокаивал себя. Даже такой сильный шэнцзун не мог противостоять силе природы. Ему лишь оставалось пассивно ждать и подвергнуться урагану.

Однако, что ещё более неожиданно, это то, что ветер становился всё сильнее и сильнее, облака становились всё гуще и гуще. Через какое-то время все вытягивали руки вперед, чтобы почувствовать дождь, но не было ни дождя, ни молний…

Все были озадачены!

«Чёрт возьми, это слишком странно!»

Многие подумали об этом.

Как только ветер стал намного сильнее, все деревья в лесу сгибались и скрипели из-за порывов ветра, а когда облака нагромоздились в кучу, они стали похожи на один большой комок, готовый упасть на голову людям.

Внезапно в воздухе послышался ещё более странный звук, и вслед за этим шумом, резко прекратился ветер!

Мало того, что ветер прекратился с «внезапным» звуком, облака, заслонившие всё небо, «разбежались», словно кролики от коршуна! От них не осталось и следа!

Снова засветило солнце! Ветер стал слабым и мягким, а на небе не было ни облачка…

В лесу Тянь Фа снова наступила тишина…

— Солнце! — в унисон вскрикнули уважаемые шэнцзуны Мяо Чжань, Мяо Дао и Мяо Цзянь.

Глава 1129. Печаль из-за способности вызывать ветер и облака

Сотни тысяч людей по-прежнему стояли и смотрели на небо, ожидая, что вот-вот пойдёт дождь и затопит к чёртовой бабушке весь лес Тянь Фа!

Но в последний момент всё изменилось, да так, что у людей просто челюсти упали от удивления…

«О, небеса! Что, в конце концов, происходит? В чём дело? Неужели владыка неба сошёл с ума? Это было так странно, пугающе и удивительно…»

Представьте такую ситуацию: будто все больницы в одно время сказали пациенту: «Вы неизлечимы, у вас рак на поздней стадии, вы можете умереть в любой момент, и никто не сможет вас спасти. Извините».

А через секунду все больницы вдруг отменили свои собственные диагнозы и невозмутимо сказали: «Не беспокойтесь, с вами всё в порядке, и вы будете долго жить!»

Если кто-то, столкнувшись с такой ситуацией, ещё не умер от испуга, то наверняка умрёт от счастья!

Вот такие игры…

Да, кто-то действительно играл на нервах сотен тысяч мастеров!

Это, несомненно, было дело чьих-то рук…

Пока люди стояли и размышляли над происходящим, молодой мастер Цзюнь застыл в воздухе, в данную минуту он чувствовал себя очень подавленным.

Как тут не загрустишь?

Молодой мастер понял, что так называемая сила контролировать стихии природы имеет большую власть! Но на самом деле бесполезна в реальной действительности!

Разве может даже самый сильный и свирепый ветер сдуть насмерть сильного шэнцзуна? Разве может скопление облаков задавить человека на смерть? К сожалению, это невозможно! Как жаль!

Значит, эта полученная сила на самом деле просто обычная способность управлять ветром и облаками?

Это, определённо, отличный способ напугать кого-либо, но, даже если Мяо Цин Чен, родоначальник Призрачного Дворца, столкнётся с такой ситуацией, он наверняка испугается до чёртиков, но не умрёт от страха. Даже обычный человек не испугается до смерти.

Цзюнь Мосе загрустил …

Для чего у него появилась эта способность?

Молодого мастера охватил гнев.

Ему могло достаться что-то более полезное, а великая башня подарила ему отличное средство для запугивания, но на самом деле эта способность управлять ветром и облаками — какая-то глупость и мелочь.

Это уже слишком!

Молодой мастер Цзюнь без лишних слов вернулся назад. Он перевернул всё на только что открывшемся шестом этаже великой башни. Наконец он понял, что там ничего не было…

Казалось, что эта способность управлять ветром и облаками — какая-то бесполезная ерунда…

Молодой мастер Цзюнь расстроенно вздохнул и сел около природной артерии. Он понял, что на этот раз возлагал слишком большие надежды на шестой этаж, но получил лишь разочарование!

Но постепенно его настроение улучшалось, а глаза становились всё ярче и ярче.

Цзюнь Мосе, наконец, кое-что осознал и понял правду.

Существует связь между мастерством создания мира и великой Башней, а также между развитием мастерства и особых способностей.

Более того, существует определённый порядок, которого нужно придерживаться!

На самом деле, на первом уровне мастерства создания мира сила не такая мощная. В соответствии с этим, нет никаких причин для появления стихии Инь-Ян. Так как сила первого уровня не достигает уровня стихии инь-ян.

Тем не менее, почему появилась стихия Инь-Ян?

Перед созданием мира, прежде всего, необходимо обеспечить себе безопасность! Если практикующий мастер умрёт, разве это правильно? Тем не менее, существование стихии Инь-Ян в основном гарантирует безопасность практикующего. Даже в самой худшей ситуации практикующий сможет сохранить свою жизнь!

Самое главное — это спасти себя!

Что касается второго уровня мастерства создания мира — основная суть очень проста: это увеличение силы быстрее, чем у других практикующих! Достигнуть как можно скорее самого высокого уровня, чтобы заложить прочную основу для следующего уровня развития.

Третий уровень — это сила пяти элементов, в первую очередь металла и дерева. Поскольку когда-то практикующие пытались овладеть силой пяти элементов, это оказалась для них непосильная задача. На самом деле нельзя овладеть силами всех пяти элементов одновременно на одинаковом уровне.

Это возможно лишь на четвёртом уровне. Третий уровень — лишь подготовительный для перехода на четвёртый.

Сила пяти элементов главным образом создана не для борьбы с врагом.

Для чего нужна сила пяти элементов? Это пять элементов природы: металл, дерево, вода, огонь и земля. Они взаимно дополняют друг друга, порождают и взаимодействуют, в то же время символизируют сердце, печень, селезёнку и желудок человеческого тела!

Сила пяти элементов — это одна из сил, необходимая для создания мира! Сила пяти элементов равносильна основной способности создавать мир!

Что касается пятого уровня: необходимо овладеть первозданным Хаосом.

Оно не предназначено для того, чтобы победить врага. Так называемый Хаос таит в себе высшую истину мира. Если практикующий сможет овладеть им, то сделает значительный шаг в развитии мастерства создания мира.

Поэтому на пятом уровне мастерство в даньтяне практикующего трансформируется в Хаос! Точно так же, как плодородное поле, которое не было освоено, ожидая развития практикующего…

Что касается шестого уровня — в новообразовавшемся мире мастер сможет получить способность управлять ветром и облаками.

Однако природные силы, которые исходят от неба и земли — это не только сила ветра… но также молния, дождь, снег и другие!

Это все необходимые навыки, чтобы сотворить мир!

А также, как говорят простые люди, волшебство!

Цзюнь Мосе наконец это понял.

Шестой уровень, как и третий, является всего лишь подготовительным этапом для следующего уровня.

Действительно важен следующий, седьмой уровень!

Если Цзюнь Мосе всё правильно понял, то седьмой уровень включает в себя способности всех предыдущих уровней и дополняет их!

Думая об этом, Цзюнь Мосе невольно подскочил. Если он действительно может обладать силой, о которой только что размышлял… насколько же сильным он станет?!

Но единственное, чего Цзюнь Мосе не понимал — можно ли называть это мастерство создания мира «Первым древнейшим мастерством»?

Но это всё относительно.

Поскольку в этом мире не существовало совершенных мастеров, Цзюню Мосе не с чем было сравнивать. Но он всё равно чувствовал, что что-то не так. Ему казалось, что эта способность создавать миры должна быть намного сильнее!

Он уже создал небо и землю! В таком случае, в этом мире должны быть люди намного совершеннее его, поэтому он считал, что силы, которой он обладал, было недостаточно, очевидно недостаточно!

Силы было не только недостаточно, но и сама по себе она была довольна слабая!

Это совершенно неправильно! Что, чёрт возьми, происходит?

Подумав об этом какое-то время, он не додумался до конкретных причин. Цзюнь Мосе просто не хотел этого и быстро переместился из великой Башни во внешний мир.

Он увидел, что местность переполнена людьми. Они стояли в недоумении, обсуждая ситуацию. Бесчисленное количество диких животных — медведей, журавлей, обезьян, волков, тигров и леопардов разбежались по всему лесу Тянь Фа.

Цзюнь Мосе почесал кончик носа и, кажется, понял ситуацию. Очевидно, его эксперимент удался, люди и животные испугано убегали…

Однако молодой мастер Цзюнь не хотел никому объяснять, что всё это был его эксперимент, и стремительно направился в резиденцию Злого Монарха.

Снаружи, все очень долго говорили об этом, а затем постепенно насытились обсуждением и разошлись.

Скрывшись ото всех, Цзюнь Мосе вернулся в свою комнату.

После этого прорыва Цзюнь Мосе всё понял.

Тем не менее, всё шло своим чередом. Если Мяо Сяо Мяо всё ещё философствовала на пустом месте, то следовало отправить её обратно в Призрачный Дворец, пока она всё для себя не прояснит, а затем снова забрать обратно.

В такой ответственный момент он действительно не мог ни на что отвлекаться.

Кроме того, в каком-то смысле ей безопаснее сейчас в Призрачном Дворце, чем рядом с ним.

Только он вошёл, остолбенел от удивления.

Изящная фигура Мяо Сяо Мяо стояла у окна, ветерок слегка колыхал её платье, через которое можно было разглядеть изгибы её прекрасного тела. Её волосы тоже развевались, она выглядела очень хрупкой.

Цзюнь Мосе вошёл уже давно, не пытаясь скрываться, но почему-то Мяо Сяо Мяо, Достопочтенный мастер, совсем этого не заметила. Она по-прежнему задумчиво стояла.

— Кхэ-кхэ! — мягко кашлянул Цзюнь Мосе. Ему нечего было ей сказать, но он просто хотел привлечь её внимание.

Тело Мяо Сяо Мяо слегка встрепенулось, и она медленно повернулась к нему. Она посмотрела на него, как на незнакомца, хотя на самом деле хорошо его знала. Её губы зашевелились, лицо покраснело, но она ничего не сказала, лишь растерянно уставилась на него.

— Мяо Мяо… — произнёс Цзюнь Мосе, его сердце ёкнуло.

Мяо Сяо Мяо закрыла глаза, и по её белоснежным щекам потекли слёзы: — Кто ты? Мой Цзюнь Е?

— Да! Я Мо Цзюнь Е! Твой Цзюнь Е! — Цзюнь Мосе шагнул вперёд и встал перед ней. Они стояли так близко, что слышали дыхание друг друга.

— Я — Мо Цзюнь Е, и Цзюнь Мосе. Я не буду скрывать это! — Цзюнь Мосе уставился на неё: — Разве… ты не хотела всё прояснить?

Цзюнь Мосе удивился, когда увидел, что Мяо Сяо Мяо собирается что-то сказать.

Как только она это услышала, её настроение постепенно начало меняться.

Глава 1130. Самый эффективный способ.

Цзюнь Мосе не понимал, почему в ней произошли такие изменения. Очевидно, вчера он не заметил всех деталей, но в данный момент он отчётливо видел, как она изменилась…

Но, несмотря ни на что, эти изменения показались ему хорошим знаком.

— Мне нравится Цзюнь Е, действительно, очень нравится. Хотя он вызывает у меня восхищение, но на самом деле мы равны… — ресницы Мяо Сяо Мяо постоянно дрожали, и всё ещё текли капли хрустальных слез. Не открывая глаз, дрожащим голосом она сказала: — Но Злой Монарх для меня… недосягаем! Я боюсь, в самом деле боюсь, что мне ближе Цзюнь Е, чем недосягаемый Злой Монарх.

— Глупышка! Ты же знаешь, как Сяо И обучила меня! Как я могу быть для тебя недостижимым? — Цзюнь Мосе вытянул руки и заключил её в свои крепкие объятия: — И сейчас ты всё ещё боишься? На самом деле, неважно, какой человек Злой Монарх, и что он делает, тебе достаточно знать то, что он твой мужчина! Вы всегда будете равны! И не важно, будет это Цзюнь Мосе, Мо Цзюнь Е или Злой Монарх.

— Мой мужчина… — Мяо Сяо Мяо дрогнула, она старалась держать себя в руках и постоянно бормотала: — Мой мужчина?

— Да, твой мужчина, глупышка, — Цзюнь Мосе улыбнулся, приблизился к её уху и прошептал: — Не забывай, что ты устроила в Призрачном Дворце… Ты чуть не убила меня, когда очнулась… Последнее время, я просыпаюсь посреди ночи от страха, что Злой Монарх — мужчина, потерявший власть и авторитет…

Мяо Сяо Мяо слушала его, и внезапно вспомнила, что, когда она упала в обморок и внезапно проснулась, то обнаружила лежащего рядом с ней мужчину. После того, как она его выгнала, она поняла, что это, оказывается, был её возлюбленный…

Она вспомнила страдающий и забавный вид Мо Цзюнь Е в тот момент. Услышав его жалобы, её сердце растаяло, и она не удержалась от улыбки:

— Почему ты не был честен со мной?

— Правда? — Цзюнь Мосе уставился на неё во все глаза: — Разве я обманул тебя тогда? Объясни, почему я не был честен с тобой? Ты всегда держишь всё в себе, скажи всё как есть!

Мяо Сяо Мяо покраснела, начала запинаться и не смогла ответить.

Как только Цзюнь Мосе сказал о тайных отношениях двух людей, она тут же вспомнила о конфликте с Мэй Сюэ Янь. Можно сказать, что она признала, что Цзюнь Мосе и Мо Цзюнь Е — это один и то же человек. Однако, она пока не может это пережить…

Как найти способ всё уладить… В конце концов, она действительно вчера сказала лишнего.

Сейчас, слушая Цзюня Мосе, она совершенно забыла о том, что нужно искать решение проблемы, и ей даже не было стыдно.

Почему он вёл себя так? Возможно, она бы отреагировала по-другому.

Подумав об этом, он почувствовал тяжесть в груди, затем ещё сильнее обнял её, погладил и тихонько прошептал: — Разве я мог обмануть тебя? Почему ты молчишь?

Сказав это, другая рука скользнула ей под юбку, дотронулась до бедер, затем остановилась и нежно погладила её. Он продолжал ей шептать: — Всё же… в чём я обманул тебя?

Мяо Сяо Мяо вскрикнула, лицо покраснело, затем она вскрикнула:

— Погоди… Не надо! Ты, похотливый мужик… мы с тобой ещё не всё выяснили… Ты… быстро убери свои руки! Ты снова поступаешь со мной вот так… Я… я не хочу… что ты делаешь…

–Ты готова? Если ты хочешь, то можешь не скромничать со мной, ведь это бессмысленно, — руки Цзюня Мосе постоянно двигались по её телу: — Ну что? Ты всё ещё хочешь свести со мной счёты? Я — нет! Ты вчера вела себя ужасно, может… отомстим этому Мо Цзюнь Е?

— Ты пришел поквитаться со мной за мои слова? Я не виновата… ты… — Мяо Сяо Мяо пыталась сопротивляться, но на самом деле совсем не прилагала усилий. Её прекрасные глаза уже заволокло пеленой…

— О, не смей отказываться от ранее сказанного! Как ты вчера поступила со мной! Как мне тебя наказать? — губы Цзюня Мосе прижались к её уху так, что она чувствовала его горячее дыхание, его правая рука схватила её за грудь: — Ты даже своему мужчине не отвечаешь взаимностью… Мяо Сяо Мяо, а ты действительно молодец! На этот раз я накажу тебя как следует, даже не вздумай сопротивляться…

— Я… я… — сказала было Мяо Сяо Мяо, но почувствовала слабость во всём теле и не смогла ему ничего ответить.

— Ах ты! Еще смеешь спорить! — «рассвирепел» Цзюнь Мосе: — Ты считаешь, что ты великая принцесса Призрачного Дворца? И даже собственного мужа не признаёшь? Посмотрим, как сегодня я накажу тебя!

— Я… я не… — Мяо Сяо Мяо почувствовала жар в теле. Наконец, она не выдержала и начала просить прощения: — Да… я веду себя неправильно… пожалуйста… муж, прости меня… прошу тебя…

— Ты просишь прощения? Сейчас же прекрати! — в глазах Цзюня Мосе вспыхнул огонь, и он похотливо сказал: — Сегодня я приласкаю тебя! Если ты не будешь покорной, то я даже не знаю, что я сделаю…

— Ах… нет! Не надо… — Мяо Сяо Мяо побледнела от страха: — Сейчас ещё день, нам нельзя делать это при свете дня…

— Кто сказал, что я не могу «проучить» свою жену днём? — рассмеялся Цзюнь Мосе. Он с силой толкнул красавицу на кровать, а затем прижал её…

— Нет… не надо… — Мяо Сяо Мяо сопротивлялась, но разве она могла вырваться? Он почти мгновенно раздел её.

Когда Цзюнь Мосе раздел её, он, естественно, снял с себя одежду, но увидел, как Мяо Сяо Мяо извивается. Опёршись двумя руками на кровать, она жалобно спросила: — Цзюнь Е… не мог бы ты изменить выражение лица? Я… чувствую себя странно из-за этого…

— Что это значит? — приблизился Цзюнь Мосе.

— Но… Я всегда чувствую, чувствую себя так… будто изменяю… — Мяо Сяо Мяо чуть не заплакала: — Будто я… какая-то легкомысленная женщина, которая спит с двумя разными мужчинами…

— Какие ещё двое мужчин? — сердце Цзюня Мосе ёкнуло, он сказал: — Открой же глаза, посмотри на меня! Я — твой муж! Твой мужчина! Твой Цзюнь Е — не настоящий, запомни, что твой мужчина — я!

Мяо Сяо Мяо наоборот зажмурилась.

Цзюнь Мосе встал.

— Ох. — вздохнула Сяо Мяо. — Цзюнь Е… Цзюнь Е…

— Называй меня Мосе!

— Цзюнь Е… Мосе… Мосе…

Наконец, ссора прекратилась.

Эта «война» между ними двумя в течение нескольких дней с самого начала казалась очень жестокой, к тому же Сяо Мяо не хотела отказываться от своих слов и почти не хотела идти ему на встречу, в то время как он упорно настаивал на своём.

В результате она, естественно, оказалась слабее мужчины, поэтому он выиграл в этой «битве». На самом деле исход их спора был известен с самого начала…

Благодаря его обаянию, она почти полностью утратила контроль над собой. Ей оставалось только ругаться и кричать, но потом, она даже сама забыла, о чём спорит.

Несмотря ни на что, он по-прежнему стремился держать превосходство, от начала до конца он был сильным и действительно свирепым. Конечно, ведь это же молодой мастер Цзюнь!

Он любил Сяо Мяо, поэтому стал её мужем. Хотя она была моложе его, но они стали прекрасной парой.

После продолжительной перепалки, они, наконец, успокоились. Она стала очень мягкой, казалось, что у неё нет сил, даже чтобы пошевелить пальцем.

Мяо Сяо Мяо на мгновение приоткрыла свои прекрасные глаза, а затем бессильно закрыла.

Внутри себя она надеялась, что Цзюнь Мосе сможет постепенно успокоиться, а затем между ними снова вспыхнут чувства, такие, как были раньше. Они избавятся от странных чувств друг к другу, а потом постепенно будут привыкать, тогда можно будет о чём-то ещё говорить…

Тем не менее, она не ожидала, что он так сильно разозлится. Она хотела немного проучить его и снова воссоединиться, но он взорвался гневом, что даже не было шанса успокоить его. Поэтому она, ничего не говоря, затащила его в постель…

Самое неприятное, что она совсем на него не злилась. Похоже… даже была отчасти согласна, это смутило её, очень смутило.

Следует заметить, что откровенный диалог между мужчиной и женщиной — это самый эффективный способ общения… После близкого общения Мяо Сяо Мяо долгое время внутри чувствовала отчуждение и не знала, как избавиться от этого ощущения.

Его руки всё ещё блуждали по её телу, как будто совсем без усталости. Она снова почувствовала горячее дыхание Цзюня Мосе возле своего уха, а потом услышала, как он тихо прошептал: — Теперь ты уверена? Ты чувствуешь, что хорошо меня знаешь? Эти движения — наши, никто другой не может их повторить. Даже если не обращать внимания на наши движения — всё остальное такое же! Да, моя малышка Мяо Мяо? Ты узнала меня?

Когда Мяо Сяо Мяо услышала такое откровение, она остолбенела и чуть не потеряла сознание от смущения. Она изо всех сил старалась вытянуть свою белую ручку и ударить его, чтобы проучить этого гадкого парня. Что за чушь он несёт?

Глава 1131. Ловит сверчков?

Она заметила, что у неё вообще нет сил. Казалось, что даже кости были мягкими, поэтому ударить его как следует не получилось. Вместо этого она, наоборот, чуть не повредила пальцы. Почему он такой сильный? Она чувствовала себя уставшей…

Цзюнь Мосе улыбнулся и совершенно голый встал с кровати, при этом что-то постоянно болтая. Мяо Сяо Мяо тут же закрыла глаза и отвернулась в сторону, этот подлец…

Цзюнь Мосе встал с постели, медленно поднял одежду, затем направился к Сяо Мяо, шлёпнул её по пышным ягодицам и улыбнулся: — Не смей сомневаться во мне! Если в следующий раз ты не подчинишься мне, я не выпущу тебя из кровати семь дней и семь ночей! Можно сказать, что сегодня было лёгкое наказание в качестве серьёзного предостережения!

Мяо Сяо Мяо немного поёжилась. При каждом малейшем движении она чувствовала неподдельную усталость, на самом деле у неё не было сил возражать ему. Лучи заходящего солнца исчезли из комнаты, уже наступил вечер… Кажется, её «наказание» длилось часов пять, поэтому красавица так утомилась.

Этот парень — настоящее животное, он ничего не знает о мягком обращении с женщинами. Он не был с ней жесток, но всё-таки довольно груб!

В этот момент у неё даже не было мысли о том, чтобы вставать с кровати, она собиралась отдыхать целый день…

Подумав о том, что он может быть сексуально не удовлетворён, Мяо Сяо Мяо застеснялась и почувствовала страх. Кажется, найти для мужа несколько женщин — не такая уж и плохая идея. На самом деле не многие женщины смогут это выдержать. Она — выдающийся Достопочтенный мастер, её сила намного больше, чем у обычных людей, но, если она еле это выдерживает, то… что же другие женщины?

Она уснула, думая об этом… На самом деле с её телом после бурного «наказания» всё было в порядке… не было никакой боли… Кажется, что ей стало лучше. Впрочем, разве за эти дни она недостаточно настрадалась?

Цзюнь Мосе всё ещё ждал, когда она ответит. Задумавшись на мгновение, он надел штаны, а красавица уснула, пока он завязывал пояс.

— Бывает же… — Цзюнь Мосе покачал головой и решил тихонько уйти. Тем не менее, он чувствовал себя странно. У Мяо Сяо Мяо прекрасное тело, а скорость совершенствования Суань на высшем уровне. Вообще-то, такое особое тело и энергия чистого Ян должны иметь какое-то особенное взаимодействие?

Почему он не заметил ничего странного?

Говорят, что если у женщины развита женская сила, и она превосходно практикует энергию Суань, то может испытать «особенные» ощущения… но что случилось на этот раз? Всё было, несомненно, очень круто, но так называемый «восторг» он не увидел, неужели он не так хорош? Или эти «ощущения» — просто выдумка?

Глядя на заснувшую на кровати красавицу, молодой мастер Цзюнь молча покачал головой: судя по всему, дело не в нём… кажется, тут что-то странное…

Молодой Мастер Цзюнь спокойно вышел за дверь. Не успел он пройти и несколько шагов, как заметил чью-то хрупкую фигуру, тихо стоящую на углу и прижимающую ухо к стене, по-видимому, чтобы подслушивать…

Оказывается, кто-то подслушивал за ними!

Эта девчонка выглядела очень сосредоточенной и, очевидно, уже давно подслушивала…

Цзюнь Мосе не знал, то ли злиться, то ли смеяться. Он подошёл к ней и фыркнул от смеха. А затем схватил за ухо и потащил: — Что ты здесь делаешь? Что задумала?

Это оказалась Дугу Сяо И!

В резиденции Злого Монарха никто, кроме неё, не осмелился бы подслушивать.

— Ай! — внезапно завизжала Дугу от страха, она вдруг подскочила и тут же упала без сил…

— Я, я… это… я ловлю сверчков, ха-ха сверчков! — сказала она, покраснев. Дугу сидела на корточках и с нарочито озабоченным видом осматривала все углы в поисках сверчка.

— Что? Сверчков? — нахмурился Цзюнь Мосе. — Тогда тебе придётся подождать два или три месяца! Разве они водятся в этом сезоне? Сверчки! Какая ты выдумщица…

У Дугу было странное выражение лица. Она стеснялась смотреть на него своими веселыми глазами, как у пьяной. Две стройные нефритовые ножки плотно были прижаты друг к другу. Казалось, что она не слышала Цзюня Мосе и пыталась незаметно ускользнуть. Запинаясь, она сказала: –Ты… говоришь глупости. Почему это нет сверчков? Я нашла сверчка… Эй, куда ты?

Он быстро повернул за угол, даже тени его не было видно. Он заметил, что у девчонки не высокий уровень совершенствования, но такая техника движений, что даже молодой мастер Цзюнь удивился. На самом деле, она обладала огромным потенциалом.

Из-за угла послышался какой-то звук, кто-то в панике бежал — это девчонка бросилась наутёк…

— Что? Сверчки? — Цзюнь Мосе слегка покачал головой, улыбнулся и вдруг начал водить носом. Казалось, что в воздухе витал какой-то странный аромат. Подумав, он невольно пошло улыбнулся и пробормотал про себя: — Я заметил, что эта маленькая девчонка выросла… Видимо, сегодня вечером я поймаю тебя… Мяо Чжань, Мо Вудао и Си Жо Чен сидели в самой просторной гостиной резиденции Злого Монарха и обменивались растерянными взглядами.

Самые сильные и влиятельные люди в мире просидели так целый день!

После того, как исчезло необычное природное явление, они собрались в гостиной все вместе. Главным образом для того, чтобы поговорить с Цзюнем Мосе. Но хозяин резиденции ничего не знал о «важной» проблеме и просто исчез… Он заставил несколько выдающихся людей ждать его.

Чай — это, конечно, хорошо, но они уже неоднократно заваривали новый, в чайник доливали кипяток тридцать или пятьдесят раз, пока вода не стала прозрачной. Здесь уже давно не принимали гостей такого уровня и не угощали их чаем.

Такая забота привела к тому, что эти превосходные мастера напились чая и несколько раз ходили в уборную, ведь даже сильнейшие мастера тоже всего лишь люди, а как известно, у человеческого организма есть свои пределы.

Те, кто пришли его поздравить, этим утром уже распрощались и отправились обратно. Так как цель перезнакомить всех была достигнута, помимо этого произошло немало всего положительного. Эта поездка действительно оказалась не напрасной, но у каждого были свои цели. Поскольку они со всем разобрались, то решили, что можно возвращаться к себе домой.

Кроме того, это не очень хорошее место. Оставаясь здесь, придётся постоянно беспокоиться о своей жизни и безопасности. Лучше уйти пораньше, так будет спокойнее.

Все глубоко вздыхали, когда покидали резиденцию Злого Монарха… В конце концов, они остались живы.

Мо Вудао и другие, естественно, тоже торопились уйти! Они хотели этого больше остальных!

Но они ещё не закончили с главной целью их прихода сюда. Поэтому, куда они пойдут?

Даже если их начнут гнать из резиденции Злого Монарха, они никуда не пойдут.

Для трёх членов семьи Мяо эта поездка оказалась очень плодотворной, но отношения с молодым мастером Цзюнь не были полностью улажены, и, естественно, они отказывались уходить. К тому же, это резиденция их зятя, а разве он не член их семьи?

Несколько человек сидели все вместе и думали, сначала они разговаривали и молчали, но через несколько часов Мяо Чжань начал вспоминать былые времена, каждый расхваливал свои подвиги, но Цзюнь Мосе всё так и не появлялся.

Поскольку иногда они не знали, о чём говорить, то проскальзывали шуточки. Потом Мяо Дао нахмуренно посмотрел на бесконечно болтающего Ху Янь Аобо и недовольно сказал: — Разве ты не говорил, что младшая сестра — дочь свекра старшей сестра мужа свояченицы шурина, продававшая овощи, стала наложницей мастера небесной Суань, и была твоей матерью? А теперь ты говоришь, что кто-то её изнасиловал?

Ху Янь Аобо вытаращил глаза и понял, что сейчас ему бессмысленно спорить: — Разве никто не мог изнасиловать наложницу мастера Небесной Суань? Интересная вещь, каким же сильным нам кажется мастер Небесной Суань…

После того, как несколько Шэнцзунов и родоначальников обсудили этот ужасный случай, произошедший с торговкой овощей, воцарилась тишина. Все чувствовали себя немного неловко.

Сплетни порождают сплетни, но обсуждение только сплетен довольно унизительно. Все присутствующие всё-таки придавали больше значение своему положению…

— Какого чёрта делает Цзюнь Мосе? — встал Мяо Дао и обошёл просторную гостиную, он говорил очень раздражённо: — Разве можно долго тренироваться в такой важный момент?

Это они узнали от Мэй Сюэ Янь: «Мосе тренируется! Пожалуйста, подождите!»

Никто не знал какой на самом деле «тренировкой» занимался Цзюнь Мосе весь день! Прошло около пяти часов!

Но все понимали, что его частые тренировки — вполне обычное дело. Единственное, о чём они сейчас беспокоились, сколько этот парень ещё будет тренироваться?

До битвы оставалось чуть более двух месяцев, и если он не появится к этому времени, то дела их будут плохи …

Однако, если бы они узнали какой он на самом деле занимался «тренировкой», то вероятно эти суровые моралисты плевались бы и кричали: «Животное! Скотина!»

Не говоря уже о том, есть ли человек, который может с ним сравниться или быть, как он, выносливее, чем 99% мужчин… Он — редкий экземпляр, не имеющий себе равных.

В прошлом он не имел достойных предшественников, в последующем не узнает равных преемников.

Глава 1132. Два короля принимают гостей.

Три мастера высочайшего уровня и три главных родоначальника трёх священных земель, а также три самых сильных человека и три самых могущественных лидера в мире — все ожидали этого парня, который вовсю развлекался. Это длилось около пяти часов. Можно даже сказать, что, молодой мастер Цзюнь продолжал бы до самого дня войны, если бы его женщина выдержала.

Животное! Какое же он дикое животное!

Разве кто-то в мире может называться «животным» и при этом не быть им?

Шесть человек уставились друг на друга, им ничего не оставалось кроме как ждать!

С самого начала в резиденции Злого Монарха двое слуг помогали им, но эти гости выгнали их через двадцать минут после того, как они вошли в комнату!

Они действительно разозлились!

И попросту выместили злость на слугах!

Кажется, найти в резиденции Злого Монарха людей, которые будут помогать в приёме гостей, очень просто. Разве Цзюнь Вуй и остальные не обладают красноречием? Смогли бы они вынести то, что к ним не присылают слуг?

Но…

Но кто позволил им выгнать этих людей?

Они… разве не люди?

Это просто отвратительный поступок!

Неудивительно, что эти шесть великих мастеров преисполнены гнева, потому что старшая сестра Мэй Сюэ Янь послала двух людей сопровождать гостей. Только это были два влиятельных человека леса Тянь Фа, два Короля зверей!

Это вполне подходящая ситуация, чтобы поговорить о статусе.

Шурины Злого Монарха — Короли зверей леса Тянь Фа!

Проблема в том, что они — Король тигров и Король медведей!

Король тигров — Ху Леди, а король медведей — Сюн Кайшань!

Два самых сильных, диких и великих Короля зверей леса Тянь Фа находились вместе, им даже не нужно было разговаривать, чтобы развязать войну!

Нет!

Война, должно быть, уже началась!

Король медведей начал жаловаться ещё до того, как вошёл: — Что за дела? Разве вы не знаете, что я в гареме пытался зачать маленьких детишек? Последнее время у нас не рождается потомство. Я, как король медведей, должен подавать личный пример своему народу и быть преданным им до конца… Именно в такой критический момент меня позвали сюда. О чём думает старшая сестра? Разве она не понимает, что мешает мне? Она не воспринимает меня как Короля медведей? Не стоит меня недооценивать!

Король тигров тоже покачал головой, лицо у него было грустное: — Я хочу сказать, что не думаю, что старшая сестра намного лучше меня. Но почему нескольких тигриц, которые ещё не сформировались, отправили в лес Тянь Фа, а меня пихнули сюда? Разве мы не вольны делать то, что хотим? Вам не кажется, что это поразительно? А что я могу сделать? На самом деле, это сопровождение… действительно унизительно!

— То есть, мы тоже можем назваться Королями? А что значит «король»? Король! Тогда кто Мо Вудао? Вы с какими-то людьми захватили горы, и уже считаете себя Королями? Чёрт возьми, у тебя на лбу не написано, что ты «король»…

Сюн Кайшань продолжал вздыхать от тяжёлых переживаний, и был очень обижен.

Он чувствовал презрение и замкнутость, и даже, что он требует невозможного. Ему казалось, что заставлять Короля зверей встречать гостей — это отвратительно! Король медведей и Король тигров были в неудержимой ярости и негодовании, но не смели сказать ни слова. Разве они могли, встретившись с виновником их неприятностей, не высказать открыто о своей обиде? Неужели им не дадут сказать правду?

— Да, верно! — вошли Король тигров и Король медведей в комнату. Их появление вызвало всеобщий гнев!

Всех в истинном смысле слова охватила ярость!

Неужели это разумная человеческая речь?

Они пришли позлить их!

Однако, кажется, что эти два парня не могут говорить по-человечески?

Мяо Чжань, Мяо Дао, Мяо Цзянь рассердились, когда вошли два «человека», Король тигров и Король медведей, они замерли…

Не успели они войти и присесть на стулья, как через двадцать минут их выгнали.

Шестеро в комнате всё ещё сидели с зелёными от злости лицами, они ничего не могли поделать!

Не смотрите на то, что Мяо Чжань, Мяо Дао и Мяо Цзянь хотели устроить драку, они не осмеливались использовать всю свою силу против этих «зверей», потому что остерегались хозяина резиденции.

Три родоначальника трёх священных земель не так хороши, как три старика семьи Мяо? У них просто нет возможности выместить злобу!

Комната была похожа на вулкан, который вот-вот взорвётся.

Увидев трагическое положение Сюн Кайшаня и Ху Леди, Мэй Сюэ Янь слегка кивнула и сказала: — Хватит прикидываться, возвращайтесь обратно. Делайте то, что должны, не нужно сопровождать гостей.

Король тигров и Король медведей превратились в двух сильных мужчин и направились в лес Тянь Фа, они подавали пример реальными действиями. После того, как они стали Королями, они достигли четвёртого уровня Шенхуана. Хотя они уступают трём старикам семьи Мяо, но это не так уж и сильно. Только что они выдержали унижения почтенных мастеров, иначе, смогли бы они принять свою первоначальную форму?

Им пришлось притворяться, потому что сестра Мэй их попросила…

Когда атмосфера в гостиной накалилась до предела, снаружи послышался неприятный смех. Хозяин резиденции Злого Монарха, молодой господин Цзюнь Мосе с весёлым выражением лица лёгкой походкой вошёл в комнату. Он выглядел абсолютно расслабленным, лишь махнул рукой и снаружи появились свежий ветерок и белое облако.

— Ах-ха-ха-ха! Сегодня, действительно, прекрасная погода, мягкий ветерок и яркое солнце, на небе лишь одно красивое белое облако… — улыбнулся Цзюнь Мосе, не по делу разевая рот.

Все одновременно открыли и тут же закрыли рты.

Столкнувшись с таким человеком, они действительно не знали, что сказать. Он — вовсе не те два зверя, поэтому никто не осмелится распускать руки. А если даже осмелится, то навлечёт на себя гибель, к тому же такую бессмысленную…

— Господин Цзюнь, мы не будем ходить вокруг да около, время — ценный ресурс, — Мо Вудао поморщился: — Битва уже скоро! Независимо от глубокой ненависти между нами, в делах, касающихся всего народа, нужно забыть о наших противоречиях. Я хочу спросить вас об одном, и независимо от вашего ответа, мы уйдём!

Радостное лицо Цзюнь Мосе в мгновение изменилось, он замолчал, сел на стул и тихо сказал: — Спрашивайте!

— Между нами уже давно установились вражеские отношения и борьба не на жизнь, а на смерть! Я уверен, что все это понимают, в том числе и народ! Нам нет необходимости притворяться! Но… — Мо Вудао глубоко вздохнул: — Какие у вас планы на эту войну?

Мо Вудао поднял глаза и, не моргая, уставился на Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе рассмеялся и холодно посмотрел на Мо Вудао: — Господин Мо, я давно вам сказал, что мне насрать на народ, и безопасность континента. Это вовсе не моя обязанность, и моё намерение никогда не изменится, но… К сожалению, я такой человек, которого не заботит народ и уже тем более это не моя обязанность… но меня привлекают конфликты и войны… — он покачал головой и беспомощно сказал: — Таков мой характер с рождения, и я ничего не могу поделать, хе-хе…

Глаза Мо Вудао странно блеснули.

В следующий момент Мо Вудао, Си Жо Чен и Ху Янь Аобо одновременно встали, они были глубоко ошеломлены Цзюнем Мосе, но ничего не сказали. Они встали, глаза Мо Вудао горели непонятным огнем, он воодушевлённо и зло сказал: — В таком случае, через сорок дней мы поведём за собой людей трёх священных земель на эту Войну. Я с почтением буду ждать вас, господин Злой Монарх! Разрешите откланяться!

Трое мужчин сжали кулаки и, держа высоко голову, вышли. Представители трёх священных земель уходили, слыша возгласы Злого Монарха, а также перешёптывания людей в комнате!

Цзюнь Мосе молчал, его взгляд был спокойный и глубокий, пальцы долго стучали по столу, потом он вздохнул: — Такие уважаемые люди и так себя ведут!

Он не знал, что Мо Вудао с другими стариками после того, как далеко ушли, стояли на холме и осматривали величественную резиденцию Злого Монарха. Они невольно вздохнули: — Такой уважаемый человек и так себя ведёт!

Они оба вздыхали, чувствуя сожаление и безысходность.

— Сяо Мяо… сейчас… в порядке? — замешкался Мяо Чжань, прежде чем задать этот вопрос.

— Ещё спрашиваете! Я лично за неё отвечаю, разве ей может быть плохо? — Цзюнь Мосе закатил глаза. Можно сказать, что три старика, которые проявляли беспокойство, на самом деле не могли справиться со своей тревогой. Цзюнь Мосе намекнул гостям об уходе: — Вы хотите ещё о чём-то поговорить со мной? Если нет, можете идти. Я сегодня очень занят, поэтому не провожаю вас!

Хотя это было очень невежливо, но молодой мастер Цзюнь сказал это, чтобы сохранить репутацию Сяо Мяо!

Трое стариков выкатили глаза, как будто у них сейчас случится сердечный приступ. Затем они успокоились, и, бранясь, начали уходить: «Что ни говори, но мы старшие родственники Сяо Мяо. Ты женился на девушке из нашей семьи Мяо, ты наш зять! Как ты смеешь быть таким грубым? Такое непочтительно уважение к старшим просто….»

Глава 1133. Планы на стародавнюю дружбу

В этом мире, где истина за тем, у кого больше кулак, а обстоятельства выше человека, сила навсегда останется самым мощным рычагом воздействия. Три старика что-то пробурчали, но пришло время уходить.

Почему?

Что ещё за почему? Туманный Призрачный Дворец и так провёл в этой поездке много времени, а члены семьи Чжань были дочиста уничтожены Цзюнем Мосе, так что необходимо поскорее вернуться обратно, чтобы уладить весь этот хаос…

Никто не мог сказать, какой окажется дальнейшая реакция семьи Чжань, однако все трое понимали, что Цзюнь Мосе не стал бы никого убивать, не имея каких-либо средств для устранения последствий.

В этом можно даже не сомневаться.

С виду может показаться, что ветер стих и волны успокоились, всюду царит покой и тишина, и все объединились против общего врага. Однако даже малюсенькие колебания волн могут в любой момент повлечь за собой цунами…

Вслед за людьми из трёх священных земель ушли и мастера Туманного Призрачного Дворца. На самом деле все три старейшины покинули это зал в одно и то же время. В этот момент Цзюнь Мосе подумал и сказал ещё пару слов: — По возращении передайте Мяо Цин Чену, что, если… он сумеет противостоять раскатам грома, пусть поскорее приезжает в Тяньнань.

Цзюнь Мосе решил заранее принять необходимые меры. Если семья Чжань поднимет восстание, а Чжань Лунь Хуэй снова восстановит свою силу, тогда не то, что Мяо Цин Чен, а вообще никто в Туманном Призрачном Дворце не сможет подавить его!

Мяо Цин Чен должен готовиться к страшным раскатам грома…

Цзюнь Мосе и на этот случай уже все рассчитал.

После двух дней суеты Тяньнань, наконец, вернулся к прежнему спокойствию.

Кроме Тан Юаня и Ли Юрана в городе осталось ещё несколько человек. Семьи Дунфан, Данму, Сикон и люди Серебряного города вернулись к себе. Они приняли единое решение: если Злой Монарх собирается принять участие в Войне за Небеса, то и они не останутся в стороне!

«Даже если мы не сможем вести ожесточенный бой, то будем подбадривать остальных. Такая возможность выпадает нечасто, да и это окажется полезным опытом для последующего развития семьи…»

Тан Юань как обычно, со скрежетом, еле пролез в гостиную: — Хе-хе, молодой господин, ха-ха-ха, да чтоб я сдох…

— Ёб твою мать… — Цзюнь Мосе завопил и ударил себя по лбу: — Толстяк, ты блядь, может уже перестанешь жрать прикорм для свиней? Они на вынужденной диете уже третий день! Ты стал ещё шире всего за пару дней…

Тан Юань, конечно же, не знал, что этот прикорм является стимулятором для откармливания свиней. Он похлопал себя по животу и невинно сказал:

— Молодой господин, это… ты не можешь обвинять меня в этом…

— Не могу? Тогда может, это я виноват, что ты толстеешь быстрее, чем наши свиньи?

Цзюнь Мосе вздохнул, он был бессилен в отношении этого болвана!

— Толстяк, на этот раз пока никуда не уходи… Я помогу тебе в похудении… — Цзюнь Мосе ещё раз вздохнул: — Я действительно волнуюсь за тебя. Если ты продолжишь в том же духе, то, скорее всего, просто умрёшь. Я не пытаюсь тебя запугать, но твой вес действительно за пределами разумного! Может, для человечества ты и уникален, однако так ты точно отожрёшься до смерти! Может, я говорю и некрасивые вещи, но если ты вот так умрёшь, то мне будет очень грустно… Пойми, что однажды, когда ты будешь идти по улице, тебя могут принять за жирную свинью и отвезти на скотобойню, а это уже, мой друг, трагедия. Откуда им знать, что ты на самом деле человек? Я хочу помочь тебе. Пусть мои слова и неприятны, однако что-либо сказанное имеет вес. Просто предоставь своё тело и мышцы мне…

Тан Юань задрожал, очевидно, он сильно перепугался: — Молодой господин, мы, конечно, друзья, и пожить у друг друга несколько дней, естественно, не проблема, но… помощь в похудении, разве это не слишком? Я просто малость полноват, но ведь это не настолько серьёзно… Я ещё не отошел от предыдущего раза… Может, на этот раз избавишь меня от этих мук…?

— Избавить тебя от мук на этот раз? Ни в коем случае! Я в ответе за жизнь своего брата! Не волнуйся, на этот раз твоё тело восстановится до состояния обычного человека, более того — после этого ты больше никогда не растолстеешь! Если ты снова захочешь есть и прекратить тренировки, то просто вспомнишь нашу терапию! В этот раз я сам лично буду вести весь процесс лечения, так что будь уверен, ты никогда его не забудешь! — Цзюнь Мосе хмыкнул себе под нос и закрыл глаза.

Тело Тан Юаня внезапно пошатнулось, а глаза замерли от страха. Он чуть было не упал задницей на пол. Он предпочел бы лучше умереть, чем снова испытать те болезненные муки похудения! Поэтому Тан Юань собрал всю свою решимость в кулак!

Услышав слова Мосе, толстяк понял, что этот процесс похудения будет даже суровее предыдущего. Он чуть было не упал в обморок, говоря про себя: «Это ведь неправда? Господи, за что ты так со мной?!»

— Мой друг, необходимо хорошенько потрудиться, но это ведь всё ради твоего же блага! Не стану повторяться о риске для твоей жизни, но подумай о своей жене… Ей что прикажешь делать? — Цзюнь Мосе раздосадованно добавил: — Ты хоть представляешь, насколько этой маленькой красавице тяжело?

Тан Юань внезапно покраснел, а его глаза забегали в разные стороны. Он промямлил: — Молодой господин… мне и самому это не нравится, я… ну это, не успеваю закончить… Моё тело разжирело и сильно ослабло, раньше я был ого-го…

— Не волнуйся, положись на меня. Просто будь послушным, и мы сбросим весь этот жир! Я гарантирую тебе, ты вернёшься сильным воином, и твоя жёнушка обмочится от таких перемен!

Цзюнь Мосе похлопал себя по груди, показывая уверенность в своих словах.

Любой мужчина, в какое бы дело он не был втянут, должен хорошенько потрудиться для достижения успеха! Любые старания всегда стоят того! Кажется, толстяк принял весь этот процесс похудения как нечто невозможное!

Так как у Мосе не было никаких дел, он снова принялся за изготовление волшебных таблеток.

На этот раз, не только для того, чтобы повысить свою собственную силу, но и для того, чтобы полностью обновить силы отряда головорезов. Он хотел сделать из Байли Лу Юня и Лэн Ао лучших убийц этого мира!

Вместе с тем, Мосе собирался увеличить мощь двух своих мальчиков-инвалидов!

Нужно заставить весь мир содрогнуться от ужаса этих пареньков!

И, конечно же, нужно создать особую таблетку толстяку для похудения.

Цзюню Мосе пришлось исследовать целую кучу материалов и поднапрячь мозги, чтобы придумать специальный метод её изготовления.

Иначе, с таким стремительным разжирением, слова Мосе окажутся правдой, и толстяк действительно в скором времени двинет кони…

Это, несомненно, называется «ожирение», и этот случай уже довольно запущенный. Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что проблему можно решить посредством диеты и усиленных тренировок. Даже если сейчас заставить Тан Юаня жрать одну траву, а затем прервать диету, впоследствии он снова разжиреет быстрее любой свиньи!

Это вопрос наследственности или жизненной силы, или же проблемы с витаминами… Цзюнь Мосе — убийца, а не специализированный врач, естественно, что он не знает таких подробностей. Молодой мастер попытается изготовить таблетку, которая поможет сжечь жир Тан Юаня за короткий период времени!

Нужно ликвидировать корень проблемы, а затем сосредоточиться на её внешних проявлениях. Сначала необходимо избавиться от излишнего жира, так, по крайней мере, можно предотвратить риск внезапной смерти толстяка!

Естественно, сейчас всё находится лишь на теоретической стадии, но необходимы и конкретные действия… И здесь без Тан Юаня не обойтись. Ведь эта таблетка предназначена только для него, если не он станет подопытной крысой… тогда кто?

Более того, эта таблетка не применима ни к кому, кроме толстяка!

И хотя этот процесс, безусловно, будет сопровождаться болью и мучениями, но он уж точно не закончится смертельным исходом…

Из-за проблемы с мужским достоинством Тан Юань, хотя и решился попробовать новый метод похудения, однако страх всё ещё не покидал его. С тучным лицом он пошёл готовиться. По пути он чувствовал тревогу на душе, а зловещая улыбка Цзюнь Мосе не давала покоя его толстым мозговым нервам.

Если бы Тан Юань не доверял молодому мастеру, он бы уже давно наделал в штаны и бросился прочь, куда глаза глядят…

Уйдя уже довольно далеко, толстяк вдруг остановился, топнул ногой и решительно сказал: — Да бля! Неважно каким образом ты сделаешь из меня сильного воина, я готов на любые страдания…

Вскоре после ухода Тан Юаня в комнату медленно вошёл Ли Юран:

— Молодой господин, ваши успехи не перестают меня удивлять.

Ли Юран всё также слегка улыбался, он вёл себя спокойно и вольготно.

Но он прекрасно понимал, что теперешние успехи Цзюня Мосе не просто удивительны. Такое даже во сне не каждому приснится!

Цзюнь Мосе, который когда-то вёл с ним тайную борьбу в Тяньсяне, теперь поднялся настолько высоко, что он даже не может его увидеть!

Если сейчас между ними возникнет раздор, то Цзюню Мосе не составит особого труда с ним разобраться, он просто сдует его нахер!

Ли Юран не завидовал такой разнице в силе. Он мог лишь сказать: «Ну и уникум, ну и сверхталант…»

— Ли Юран, такие слова не в твоём стиле! Что такое? Восхищаешься? — Цзюнь Мосе живо улыбнулся.

— Я сказал эти слова, просто потому что разрыв с тобой слишком велик… Дракон, парящий высоко в небесах, никогда не обратит внимание на муравья, который смотрит на него снизу вверх! Как же мне не восхищаться?! — Ли Юран вздохнул и присел.

— Хорошо сказано, мне нравится! Мы ведь хорошо друг друга знаем, не нужно говорить столь отчуждённо. Если хочешь, я могу тебе помочь, — Цзюнь Мосе серьёзно добавил: — Вряд ли ты с таким не справишься.

В настоящее время в резиденции Злого Монарха не хватало талантливых управленцев, особенно таких заговорщиков, как Ли Юран. Так что Цзюнь Мосе размышлял над тем, сможет ли он вытащить этого засранца из пучины безудержной алчности ради использования его в своих личных целях…

Глава 1134. Выбор Ли Юрана

Ли Юран всегда был одним из опаснейших талантов, но Цзюнь Мосе был уверен, что может его контролировать! Другими словами, с теперешней силой Мосе, для него любой заговор Юрана будет не больше, чем какая-то шутка.

Глаза Ли Юрана сверкнули, и он некоторое время поразмыслив, наконец, покачал головой:

— Семья Ли, независимо от того, находится она у власти или нет, теперь принадлежит твоему миру! Твоё положение в империи Тяньсян, по сути, стоит над миллионами человек, и даже выше!

Цзюнь Мосе серьёзно сказал: — В этом мире ты получил всё, кроме императорского трона. Неужели ты гонишься за чем-то повыше?

— Нет. Я не имел в виду это. Молодой господин, наши пути различались с самого начала! — Ли Юран горько улыбнулся, встал и подошёл к окну. Спустя некоторое время он сказал: — Молодой господин, можно сказать, что мы пересеклись в довольно юном возрасте. Я понимаю, что ты хочешь сделать и знаю, к чему ты стремишься. Однако ты не понимаешь, чего хочу я, боюсь, что ты никогда понимал этого.

— Так чего же ты хочешь? — Цзюнь Мосе нахмурился. Слова Ли Юрана оказались для него действительно неожиданными.

— То, чего хочу я, не иначе, как своего рода чувство и не более! Вот и всё, — Ли Юран нахмурил брови, и вдруг протянул руку, указывая на горы и реки за окном: — Молодой господин, посмотри, насколько же громаден материк Суань! Ты и представить не можешь, сколько в этом мире имеется таких же выдающихся талантов, как ты! — он слегка вздохнул и со смехом добавил: — В то время, когда мы вели против друг друга борьбу, мастер Суань Неба обладал силой, способной коренным образом изменить существующее положение вещей! В то время мы считали, что Великий мастер является вершиной этого человечества! Обычный человек мог лишь смотреть на него снизу вверх! Теперь, оглядываясь назад, становится действительно смешно. Разве мастера Суань Неба, такие как мы с Тан Юанем, сейчас заслуживают чьего-нибудь внимания? После Суань Духа следует Великий мастер, затем Величайший, Почтенный, Достопочтенный, Шенхуан, а теперь ещё появился и Шэнцзун! — Ли Юран спокойно стоял у окна. Его фигура, хоть и была непоколебимой, однако в ней чувствовалась некоторая разрозненность и пустота: — Кто знает, что существует после Шэнцзуна? Похоже, что эта дорога не имеет конца… — Ли Юран горько улыбнулся: — Молодой господин, мои природные данные нельзя назвать второсортными, но за настоящего гения меня не посчитают. Если бы я посвятил свою жизнь пути Суань, вполне вероятно, что я бы достиг уровня Почтенного или Достопочтенного мастера. Но сколько времени мне бы это стоило? Ну и достиг бы я Великого, Почтенного, Достопочтенного мастера, и что с того? Всё равно надо мной существовало бы огромное количество Шенхуанов! Любой из них мог бы с легкостью уничтожить меня! — Ли Юран рассмеялся: — Даже если твоё совершенствование становится выше, нельзя безответственно заявлять, что ты непобедим! В этом мире ты просто-напросто обычный прохожий! И такое вечное совершенствование в итоге приведет тебя к естественной смерти… Разве это не бессмысленно?

Разве это не бессмысленно?

Услышав такую «оценку», Цзюнь Мосе вдруг вытаращил глаза.

Слава непревзойдённого мастера всего мира в глазах Ли Юрана — всего лишь «бессмысленная» ерцунда?

— Сейчас я занимаю должность у Императорского двора, и, хотя я не правитель, все мои идеи и стремления могут быть успешно реализованы в жизнь! Может, я и один, но я стою выше миллионов других людей! Где бы я ни был, всё, что я слышу — это лесть и ещё раз лесть; можешь считать это омерзительным, но я понял, что такое власть и могущество! То, к чему я стремлюсь — это чувство превосходства над остальными! Я предпочту быть среди обычных людей и чинить произвол, чем быть среди мастеров и жить в постоянном страхе! — спокойно сказал Ли Юран.

Цзюнь Мосе не знал, что сказать. Похоже, что именно это подразумевают слова: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме!» Кто знает, то ли у него нет амбициозных планов, то ли он просто не думает о достижении какого-либо успеха… а может он вообще просто банальная личность…

— А ты не думал, что в таком случае, без совершенствования Суань, твоя жизнь дотянет максимум на сотню с лишним лет? Разве ты не хочешь… пожить подольше? — Цзюнь Мосе нахмурился.

Ли Юран усмехнулся: — Сотни лет вполне достаточно для жизни одного человека! Молодой господин, ради своей мечты я плёл кучу интриг и заговоров на протяжении нескольких десятилетий. Стать всесильным сановником — уже прекрасное дело, но невозможно вечно играться в одно и то же. Неужели ты хочешь, чтобы я забавлялся своими интрижками сотни и даже тысячи лет? Тогда я уже буду не всесильным сановником, а монстром, монополизировавшим политику целой Империи!

Цзюнь Мосе молчал, ему и в голову не приходило, что у столь серьёзного и умного человека, как Ли Юран, на самом деле отсутствуют какие-либо мечты!

— Я никогда не был хорошим человеком. Есть некоторые вещи, которые ты не можешь сделать, но это не значит, что и я не могу… — Ли Юран с горечью улыбнулся: — Я привык достигать своих целей любыми способами, и теперь чувствую, как устал от этого. Поэтому после нескольких лет наслаждения властью и могуществом я смогу без сожалений исчезнуть из этого мира. Отец и сын, муж и жена всегда могут рассчитывать друг на друга, сражаясь с тобой до смерти. Эти вещи могут быть смехотворными в глазах постороннего и плачевными для сердца понимающего, тут нет альтернативы. Пожертвовать любимой женщиной ради своей цели — вот он я, Ли Юран. И я действительно нисколько не грущу. Этот мир действительно неинтересен! — Ли Юран спокойно сказал: — У меня нет никакой мечты, кроме как наблюдать за тем, как кто-то попадает в мои ловушки. Мне нравится получать от этого удовольствие, а этот восхитительный вкус силы… Я понимаю, что я скоро к нему привыкну, и появится послевкусие усталости, но это моя последняя мечта! — Ли Юран спокойно ушёл к себе, помахав рукой.

Может, он и не сказал ничего конкретного, но его завуалированность была яснее некуда.

Возможно, сила Ли Юрана при Императорском дворце и невелика, но он по-прежнему может «править балом».

Но в Цзянху, его хитрость и умственные способности не так уж и велики. Кроме того, Ли Юран не из тех людей, кто подчиняется другим. С его чувством собственного достоинства он просто не сможет работать под руководством Цзюня Мосе…

Так что Ли Юран отказался от предложения молодого мастера.

Цзюнь Мосе всё ещё сидел на месте. Наблюдая за тем, как медленно уходит Ли Юран, он почувствовал, будто в каком-то периоде его жизни была поставлена точка.

Тогда его сила была невелика, но это останется навечно в его памяти. Теперешнее время безграничной мощи тоже когда-нибудь покинет его безвозвратно.

«Начиная с этого момента я — Злой Монарх! И ничего больше не может быть сделано на чувствах того времени»

Сегодняшние слова Ли Юрана — это напоминание о том, что, лишь забыв прошлое, можно начать новое будущее!

Его слова были действительно откровенны. Можно сказать, откровенны до крайности! Но они содержали в себе много печали. В своей жизни Ли Юран никогда не был столь откровенным, как сегодня, поэтому после окончания разговора, он ощутил невероятную лёгкость и свободу!

Потому что он был абсолютно уверен в Цзюне Мосе!

Пусть даже их дороги и разные!

Может, изначально они и были врагами, а Ли Юран сам по себе — ещё та скотина. Однако он один их тех, кто понимает дух времени.

Его сердце злое, а руки жестоки, однако он обладал изящными манерами! Действительно, страшный человек!

Но отныне он и Цзюнь Мосе будут принадлежать разным мирам. Вероятно, они ещё пересекутся, но между ними больше никогда не будет конфликта!

У каждого человека на его жизненном пути встречаются свои перипетии, и каждый выбирает собственный стиль жизни. Цзюнь Мосе понял эту истину именно сегодня.

Мечты Ли Юрана могут показаться для Мосе слишком никчёмными и мелкими. Однако его собственные «амбициозные» стремления тоже не пришлись по вкусу его другу.

Говоря словами Ли Юрана: «Даже если ты станешь богом, что с того?»

Лягушка на дне колодца не может знать, насколько огромен Млечный путь, но разве этот небольшой участок земли, в котором она сидит, не является для неё самым прекрасным и самым идеальным миром?

Цзюнь Мосе вздохнул, на душе у него воцарилось безмолвие.

У нас с тобой разные пути!

Слова Ли Юрана действительно имеют огромный смысл…

Мосе ещё раз вздохнул, словно меланхоличный поэт, а затем в мгновение ока исчез в башне Хунцзюнь, чтобы внимательно изучить искусство получения волшебных таблеток.

Тяньцан Ди Цюэ — этим паренькам необходима пилюля для промывки костного мозга. А в сочетании с таблеткой укрепления костей эти бедные дети, наконец, смогут вырваться из пучины жизненного говна.

Что касается таблетки для похудения Тан Юаня — то она ещё нуждается в эксперименте. Эта пилюля делается по совершенно новой рецептуре и под заказ, так что процесс её производства сложнее всех предыдущих пилюль…

Война за небеса уже на носу, если Мосе нужна победа без причинения вреда собственным силам, тогда ему необходимо изготовить партию таблеток для увеличения мощи своих подчинённых.

И в дополнение к этому, ради страховки, нужно изготовить партию чудодейственных пилюль для исцеления. Вряд ли удастся, как и раньше выйти в целости и сохранности из такой опасной боевой обстановки без внешних, и внутренних повреждений, либо большого расхода энергии Суань там не обойдётся, так что красно-синие таблетки очень необходимы…

Как всё сложно.

Молодой мастер снова должен потрудиться изо всех сил…

Хорошо поработав, Цзюнь Мосе покинул Башню уже поздно ночью.

В резиденции Злого Монарха царила тишина. За последние несколько дней все тут очень устали, теперь же, наконец, приём окончился, и можно хорошенько отдохнуть.

Цзюнь Мосе сидел в кресле, обхватив колени, и вспоминал о тех событиях, что произошли с ним за этот год.

Подумав о многочисленных красавицах, окружавших его, его разум будто заволокло пеленой сна.

Невольно, в его сознании появилась четкая фигура Мэй Сюэ Янь, и он невольно нежно улыбнулся.

«Сюэ Янь… Единственная, кто действительно понимает моё сердце. Самая родная душа, которая всегда может меня успокоить…»

Мосе вдруг понял, что в последнее время он почти постоянно приводил в дом новых женщин. Мэй Сюэ Янь всегда оставалась старшей женой, однако он с ней практически не пересекался… В сердце Цзюня Мосе невольно воцарилось чувство вины.

Сейчас вроде бы нет никаких дел, так что можно пойти и поболтать с Мэй Сюэ Янь…

Глава 1135. Да? Или нет?

После таких мыслей, Цзюнь Мосе понял, что больше не вытерпит просто сидеть на месте. Он распорядился, чтобы приготовили несколько отличных закусок, и, взяв вино и еду, направился в башню, к Мэй Сюэ Янь.

Тук-тук-тук…

Цзюнь Мосе постучал всего три раза, и дверь сразу же отворилась.

Мэй Сюэ Янь, как всегда, в своём белоснежном одеянии, и с безукоризненным макияжем, предстала перед ним на пороге, и взглянула на него с натянутой улыбкой.

— Почему ты ещё не спишь?

Цзюнь Мосе был очень удивлен. Судя по тому, как выглядела Сюэ Янь, по-видимому она специально ждала его.

— Я знала, что ты придёшь ко мне сегодня, — спокойно сказала Мэй Сюэ Янь, а потом повернулась, и направилась внутрь, добавив: — Входи. И закрой за собой дверь.

Сказав это, она медленно села, и спросила: — Ты пришёл о чём-то поговорить со мной?

Цзюнь Мосе почесал нос. Он догадывался, что она всё ещё злится на него, поэтому он робко произнёс: — Эм, хэ-хэ, мы так давно не ели вместе с тобой, поэтому я решил специально для тебя своими руками приготовить несколько блюд. Сегодня у нас есть свободное время, так давай поедим и выпьем немного вместе?

Говоря это, он прошёл в комнату, к чайному столику, а потом достал из пустоты блюда с едой, и комната в миг наполнилась ароматным запахом вкусной еды.

— Ты пришёл ко мне ночью только для того, чтобы выпить? — Мэй Сюэ Янь была не в духе, но выражение её лица по-прежнему оставалось невозмутимым: — Тогда, пожалуй, давай пропустим это. Раз нет ничего важного, а я так устала, я лучше лягу спать. Время уже позднее, ты уходи поскорее.

Сказав это, она подмигнула, и, улыбнувшись, добавила: — Ну, или можешь отправится к своей Сяо Мяо поразвлечься.

Мосе снова почесал нос. Разумеется, Сюэ Янь ревновала его.

Подчиниться судьбе — это одно, а усмирить свою ревность — это совершенно другое, и две эти вещи никак нельзя приравнивать.

Конечно, Мэй Сюэ Янь может поддерживать Цзюня Мосе, разумеется, она согласна с тем, что он сам хозяин в своём гареме жен и наложниц, однако это не значит, что при этом она не будет ревновать его к другим. В конце концов, она тоже в первую очередь женщина!

— Эм, хэ-хэ, ты считаешь я не скучал по тебе? — дерзость и наглость Злого Монарха в одночасье полностью улетучились, на смену им пришли подхалимство и послушание Цзюня Мосе: — Только посмотрите на мою Сюэ Янь, она такая красавица… Я не видел её уже несколько дней, и уже так сильно соскучился, я даже ночами плохо сплю, как мне тоскливо…

— Ты думаешь, я не знаю тебя? Не знаю, что ты мастак врать налево и направо?! Оставь свои слащавые фразочки для Сяо И, Янь Мэн и Кхэр, на меня это не действует! Думаешь я поверю твоим словам? — Мэй Сюэ Янь закатила глаза, и без интереса произнесла: — Взять только эти «закуски»… как у тебя наглости хватило сказать, что ты приготовил их для меня сам? Я польщена, конечно, но уж увольте, я вынуждена отказаться!

Цзюнь Мосе сконфуженно разинул рот, и разжал руку, а потом опустив голову, сказал: — Это всё из-за того, что нет времени…

Его голос прозвучал обиженно.

Мэй Сюэ Янь едва не рассмеялась в голос, но она знала, что он снова валяет дурака, и пытается разжалобить её. Она строго произнесла: — Если ты, в самом деле, говоришь правду, тогда иди и сам приготовь какой-нибудь еды, съедобную или нет — неважно, главное — приготовь её сам, а я, так уж и быть, пропущу с тобой по стаканчику. Если об искренних помыслах нет и речи, тогда… господин Монарх, провожать вас не буду, можете сразу же откланяться, время и правда довольно позднее.

Цзюнь Мосе незамедлительно кивнул головой: — Нет проблем! Только несколько блюд? Да, я могу с лёгкостью на целый банкет наготовить, и маньчжурских и китайских блюд…

Сказав это, Мосе помчался готовить, оставив Мэй Сюэ Янь в недоумении. Она тихо пробормотала: — Какие еще маньчжурские и китайские блюда? Что это вообще?

Не прошло и много времени, как Цзюнь Мосе снова вернулся, он взмахнул рукой, словно фокусник, и появилось четыре блюда. Хотя, разумеется, они были далеки от изысканных работ настоящего повара, тем не менее, на первый взгляд они выглядели довольно неплохо.

Мэй Сюэ Янь с невозмутимым лицом смотрела на кривляние Цзюня Мосе. Если бы на её месте были Дугу Сяо И или Хан Янь Мэн, они бы, наверняка, были в полном восторге от его чудесных приемов, но Сюэ Янь же было этим не удивить.

Цзюнь Мосе достал два бокала, и наполнил их до краёв вином, а потом сказал: — Такое чудное время. Рядом со мной прекрасная красавица, устроить небольшой банкет на двоих, в самом деле, очень приятно. Сюэ Янь, кажется, ты не очень довольна? Кто обидел мою Сюэ Янь, расскажи своему мужу, я немедленно же разберусь!

Мэй Сюэ Янь с каменным лицом произнесла: — Вино и, в самом деле, отличное. Это же небесный продукт, господин Монарх, от чего же ему быть плохим? Однако вот с прекрасной красавицей, вы, кажется, меня спутали. Моя красота порядком подувяла, сейчас я уже страшненькая немолодая женщина, а если какая-то страшненькая немолодая женщина чем-то недовольна, разве ж это большое дело? Так, пустяки, господин Монарх, к чему такая забота, я смущена такой милостью с вашей стороны…

Когда Мэй Сюэ Янь говорила о том, что «смущена такой милостью», её лицо стало ещё более холодным и даже ледяным, но любой бы при виде ее сказал, что ее ледяная холодность была невероятно чарующей!

Цзюнь Мосе с удивлением спросил: — А? Если моя Сюэ Янь страшненькая немолодая женщина, тогда что говорить об остальных? Не скромничай! Только не подумай, что твой муж критикует тебя! Скромность — действительно, прекрасное чувство, но жить всё время скромно — это лицемерие, это тебе любой болтливый скажет! Мэй Сюэ Янь, наконец, рассмеялась, и выпила до дна бокал с вином, который держала в руках. Её холодное и бледное лицо вмиг порозовело, и она сразу же стала ещё краше.

С горем пополам Цзюнь Мосе, наконец, смог выдохнуть с облегчением.

Потом они один бокал за другим распили всю бутылку.

Ночь была тихой, на небе ярко светила луна, дул слабый ветерок, два силуэта с раскрасневшимися лицами чуть шатались.

До небольшого разговора так дело и не дошло: ни тот, ни другой, так не проронили и слова, вовсе не потому что им не о чем было говорить, а от того, что они оба наслаждались тёплой и душевной атмосферой этой уютной ночи, и им не хотелось нарушать эту идиллию.

Достаточно лишь одного взгляда, одного жеста, и они сразу же поймут, чего хочет их спутник… потому они оба тихонько молчали, наслаждаясь этим чарующе пьянящим моментом.

Мэй Сюэ Янь, кажется, и вовсе оттаяла. Сквозь бледную, как нефрит, кожу пробивался лёгкий румянец, взгляд её становился ласковым и нежным.

Бам!

Раздался негромкий стук, и опустевший кувшин вина упал на пол. Цзюнь Мосе рассеяно засмеялся и сказал: — Пригубив эту ночь, вполне остаточно опьянеть на всю оставшуюся жизнь! Если и через несколько столетий и тысячелетий, мы всё также будем сидеть друг напротив друга, наслаждаясь вином, уверен, я буду счастлив в десять тысяч сильнее.

Мэй Сюэ Янь с лёгкостью улыбнулась: — Обязательно. Я никуда не уйду, ни через сто лет, ни через десять тысяч лет, я буду всегда рядом, как и сейчас.

Цзюнь Мосе расслабленно вздохнул, и тоже радостно улыбнулся: — Эти звёзды, этот ночной ветер, и ты, моя верная спутница, моя родная душа Сюэ Янь; встретить тебя в этой жизни — это моя самая огромная удача!

Сюэ Янь с любовью посмотрела на него, и тихонько произнесла: — Разве для меня не самая большая удача стать твоей женщиной в этой жизни? Раз мы так близки друг другу, что нам ещё остаётся, кроме как быть вместе?

Цзюнь Мосе был растроган этими словами. Не выдержав, он ухватился за белоснежную руку Сюэ Янь, и ласково погладил её, словно это было самое дорогое сокровище в его жизни!

Хрупкое тело Сюэ Янь содрогнулось, и она сказала: — Мосе, ты знаешь? Только в эту секунду, я на самом деле убедилась, что в твоём сердце есть только я одна!

Цзюнь Мосе неожиданно вздрогнул, чувство глубокой и сильной любви к ней переполняло его. Он легонько приобнял её за талию, и, глядя прямо в огромные глаза Сюэ Янь, сказал: — Сюэ Янь, я…

Только он начал говорить, как Сюэ Янь остановила его, приложив руку к его губам. Качая головой, она произнесла: — Я знаю, что ты хочешь сказать, но в этом нет необходимости. Я всё понимаю, в этой жизни нам не нужно просить прощения у друг друга, правда, не нужно…

Цзюнь Мосе резко опустил голову, и поцеловал Сюэ Янь.

В это раз Мэй Сюэ Янь нисколько не сопротивлялась, она закрыла глаза, и даже чуть приподнялась на цыпочках, чтобы быть ближе к своему любимому человеку. Её белоснежные и хрупкие руки медленно поднялись, и обвились вокруг шеи Цзюня Мосе.

Она чувствовала в своём теле лишь лёгкость, словно ещё секунда — и она воспарит в воздухе…

Две горячие и сильные руки блуждали по её телу. В том месте, где они оставляли свои прикосновения, сразу же возникал труднообъяснимый жар, вслед за этим провоцируя слабость во всем теле…

Цзюнь Мосе ласково обнимал очаровательное тело Сюэ Янь, словно драгоценное сокровище, его глаза были наполнены жаром…

— Сюэ Янь, можно я… — Мосе учащённо дышал, упираясь своим носом в щеку Сюэ Янь.

— Мм, — она издала непонятный кошачий писк, будто возражая…

И что это означает?

Мосе не понял, однако ему было совсем не до этого, его уже было не остановить!

Тело Сюэ Янь полностью находилось в объятьях Цзюня Мосе, они по-прежнему не сводили глаз с друг друга. Медленно, шаг за шагом двигаясь по направлению к кровати. Сюэ Янь учащённо дышала, её лицо ещё больше раскраснелось, она сверкающими глазами смотрела на Мосе. Засмущавшись, она снова закрыла глаза, немного отвернувшись…

«Ммм, как неловко…»

Глава 1136. Мэй Сюэ Янь, я тебя ненавижу!

В конце концов, Цзюнь Мосе легко подхватил красавицу и легонько положил её на кровать. Мэй Сюэ Янь лишь издала слабый стон и уже было хотела открыть глаза… но в следующий момент горящие губы её мужчины уже покрывали поцелуями её лоб…

Брови Мэй Сюэ Янь вздрагивали, она так и не решалась открыть глаза… тело девушки было напряжено, как струна.

Нежные губы жгучими огненными поцелуями легонько двигались от её бровей к глазам, а затем к маленькому носику, опускаясь всё ниже и ниже.

Мэй Сюэ Янь нисколько не сопротивлялась, она просто закрыла глаза и неосознанно постанывала, тем самым показывая свою готовность к «сотрудничеству». Огненные пухлые губы опустились ниже и, наконец, поймали алые уста красавицы в страстном поцелуе.

А руки этого чудовища бесцеремонно блуждали по её телу. Там, где они побывали, уже не было никакой одежды…

Губы Цзюня Мосе опустились до шеи, тонких ключиц, они двигались всё ниже и ниже… и вот уже достигли белоснежных «холмов». Молодой мастер с яростью ухватил губами крошечный сосок, попутно играясь с ним своим языком…

Стройные и длинные ноги Мэй Сюэ Янь были сжаты, а её прекрасное тело трепетало от ощущений, однако она по-прежнему не смела открыть глаза, позволив любимому человеку делать с ней, что его душе угодно.

Внезапно Цзюнь Мосе навис над чарующим девичьим телом, взгляд его был наполнен диким желанием обладания, и спустя секунду руки молодого мастера сорвали с Сюэ Янь остатки одежды.

Цзюнь Мосе был больше не в силах терпеть, он чувствовал, что если в этот раз ничего не выйдет, то он действительно может лопнуть… Поэтому как только вся одежда была сдёрнута, Мосе тут же приготовил своё главное «оружие»…

Глаза Мэй Сюэ Янь всё ещё оставались закрытыми, и она спокойно ждала последнего «вторжения» молодого мастера, как вдруг её сердце окутал необъяснимый страх. Несмотря на то, что её сила достигла необычайных высот, у Мэй Сюэ Янь, в конце концов, никогда не было такого рода опыта, поэтому столкнувшись с любовной агрессией Мосе, она сильно растерялась.

Вслед за движениями любимого человека, страсть и желание постепенно увеличивались, все её тело размякло, а органы чувств буквально пылали жаром. В этот момент непобедимая и не имевшая себе равных Сюэ Янь даже не могла использовать свои способности!

Её руки и ноги обессиленно лежали на кровати, она лишь могла чувствовать, как крепкое мужское тело сдавливает её всё сильнее и сильнее. Даже пальчики на её ногах скрутило от напряжения…

В конце концов, Цзюнь Мосе больше не мог сдерживаться. Он глубоко взглянул в глаза Мэй Сюэ Янь, тяжело вздохнул и хрипло прошептал:

— Сюэ Янь… Я… Я собираюсь сделать это прямо сейчас… — маленькие белоснежные ручки Сюэ Янь схватились за одеяло, её лицо уже давно залилось краской, однако она так и не подала ни звука.

Цзюнь Мосе был на пределе, он вдруг выпрямился и уже было хотел произвести финальный «удар», но в этот момент Мэй Сюэ Янь почувствовала неописуемо сильный страх, это необъяснимое чувство в мгновение ока окутало все её тело, и она громко закричала…

Обнажённое тело молодого мастера ударилось о простыню… он поднял голову, глаза его налились кровью, словно он вот-вот расплачется…

На постели образовалась вмятина, словно это был след от удара палкой…

Настоящие мужчины не плачут, лишь потому что не сталкивались с настоящим горем!

— А-а-а-а! — в этот момент Цзюнь Мосе уже реально хотел разреветься во весь голос, но ударил себя в грудь и заорал: — Да какого хера?! Где я, блять, так накосячил, что теперь за это расплачиваюсь? Помогите! — после этих слов молодой мастер начал яростно стучать головой по постели.

— Я же сейчас реально лопну нахрен! — взревел перевозбуждённый Мосе, негодование в его сердце достигло своего пика. Красными глазами он уставился на свой причиндал, устремлённый в небо… Настроение у него вдруг стало ещё хуже, что можно было просто повеситься: — Мэй Сюэ Янь! Я тебя ненавижу!

А всё потому, что эта красавица Мэй попросту куда-то исчезла!

Скорость её движений была просто изумительной, даже Мосе с его способностями не успел её поймать!

Кроме того, эта девица выбрала для исчезновения самый кульминационный момент: момент, когда «боевая готовность» молодого мастера завершилась, и он приступил к «атаке», момент, когда «оружие» было запущено в ход, момент пика возбуждения Цзюня Мосе…

Эти двери только и ждали своего хозяина, ну и где они?

Что это значит?!

Как же бесит!

Молодой мастер со всей решимостью устремился к своей цели, однако там оказалась пустота. Прогнутая, словно натянутая тетива, поясница резко ослабла!

Казалось бы, что к такой близкой цели даже не нужно прицеливаться, тут 100%-я степень точности — не промахнёшься! Но кто бы мог подумать, что эта мишень вдруг вот так ускользнет!

С громким грохотом Цзюнь Мосе впечатался в кровать …

Тем не менее, нужно отдать ему должное: он заслуживает того, чтобы называться Злым Монархом — величайшим гегемоном земли!

Упав на кровать, молодой мастер проткнул в ней огромную дырень… размером с гусиное яйцо!

Увидев такое зрелище, охренели бы не только люди, но и звери!

Маленький белоснежный зверёк, сидевший всё это время на подушке, увидев такую вмятину на постели, весь затрясся, а на его пушистом лбу появились огромные капли пота…

Твою за ногу, какая огромная дырень! В тот роковой и критический момент Мэй Сюэ Янь возвратилась в свою первоначальную форму…

Эта красотка внезапно превратилась в пушистый комок размером с ладошку, так что неудивительно, что Мосе промазал!

Это вовсе не значит, что молодой мастер плохо владеет своим «оружием», просто мишень уж слишком… слишком маленькая!

Так что теперь понятно от чего так разозлился Мосе!

Поверьте, любой мужчина на его месте захотел бы тотчас разреветься от обиды и негодования…

Цзюнь Мосе, будучи сильнейшим и непревзойдённым мастером, при таких ужасных обстоятельствах и сам хотел было расплакаться!

Всё это слишком несправедливо! Слишком горестно! Слишком неожиданно! И слишком неловко!

Вены на лбу Мосе вздулись, и он уставился на пушистого зверька, сидящего на подушке. Тяжело дыша, со свирепым видом молодой мастер заорал: — Мэй Сюэ Янь! Ты хотела меня убить?! Быстро вернись в нормальное состояние! Я кому сказал!

Мэй Сюэ Янь с некоторой нерешительностью посмотрела на него и испуганно покачала головой.

«Эта штуковина слишком ужасающая! Какая же она огромная! Я не выдержу этого! Мне даже представить такое страшно, не то чтобы попробовать!»

Владычица Тянь Фа никогда не испытывала ни малейшего страха перед лицом бесчисленного количества врагов, перед лицом жизни и смерти! А сейчас она впервые в жизни струсила, даже не взглянув своему страху в лицо!

— Я кому сказал! Вернись в нормальное состояние немедленно! Прямо сейчас! Я жду! — со страшной гримасой снова взревел Цзюнь Мосе.

Так больше не могло продолжаться, молодому мастеру, а точнее его нижней части, становилось всё труднее себя сдерживать, оттого он становился ещё свирепее. Цзюнь Мосе был уже уверен, что если его причиндал рубануть волшебным мечом, то оттуда хлынццет кровь Яньди и Хуанди!

А протяженность этого потока будет начинаться от небосвода до самого загробного мира!

Мэй Сюэ Янь в ужасе покачала головой, а про себя всё думала: «Даже не знаю, как Гуан Куинхан и Мяо Сяо Мяо это выдержали? Просто ужас! Даже подумать о таком занятии страшно… Лучше пока не рисковать и для начала нужно бы хорошенько всё изучить…»

— Сюэ Янь, ты реально смерти моей хочешь! Я же сейчас сдохну! Я не вру! А-а-а…. — яростно заревел Цзюнь Мосе, вены на его лбу, как и бешеные глаза, уже были готовы лопнуть от напряжения, а тело периодически дергало в конвульсиях.

— Ты не собираешься даже подходить?! — Цзюнь Мосе не выдержал и попытался её схватить.

Мэй Сюэ Янь сделала лёгкий прыжок и снова улизнула.

После возвращения в свою первоначальную форму её техники и скорость возросли вдвое. Может, совершенствование Цзюня Мосе сейчас на высоком уровне, однако Мэй Сюэ Янь была ему не по зубам!

— Пространственная тюрьма! — Цзюнь Мосе настолько разозлился, что решил прибегнуть к крайним мерам. Он использовал технику из разряда «ломающей Пустоту», которая сосредоточила всё пространство в комнате в единое целое, а затем, наконец, поймал Мэй Сюэ Янь.

— Ты… изменишься… или… нет?! — молодой мастер произнёс каждое слово чётко и с паузами. Его слюни разлетались во все стороны, а взгляд был уставлен в два крошечных, как бусинки, чёрных глаза Сюэ Янь.

— Ты… позволь мне подумать… — попавшись в руки своего оппонента, Мэй Сюэ Янь только и оставалось, что просить пощады.

— Сначала изменись назад, а затем подумаешь… — молодой мастер шлёпнул пушистого зверька по заднице, но это лишь усилило его похотливые намерения.

Начатое остановить нельзя!

Цзюню Мосе сейчас лучше всего подходило выражение «опозоренный меч в ножны не лезет»! Если бы Мэй Сюэ Янь не превратилась в куницу, то боюсь, что Мосе изнасиловал бы её, даже не задумываясь!

— Ты заключил в тюрьму всё пространство… и как, по-твоему, я должна вернуть свой прежний облик? — обиженно сказала Мэй Сюэ Янь.

Цзюнь Мосе быстренько снял наложенную технику и сказал: — Быстрее! Поторопись…

Он не успел закончить фразу, как Мэй Сюэ Янь уже превратилась в искрящиеся блики света. Обманным путём она всё же сумела сбежать. В это мгновение её скорость была невероятна, рекордный предел для Сюэ Янь! Даже если она прорвётся ещё на десятки уровней выше, ей никогда не удастся достичь такой потрясающей скорости снова!

Скорость, выходящая за рамки человеческого понимания! Скорость богов!

Цзюнь Мосе лишь успел моргнуть, а от Мэй Сюэ Янь уже и след простыл!

Затем… а что могло быть затем — молодой мастер испытал настоящую трагедию!

— Мэй Сюэ Янь! — громко закричал Цзюнь Мосе. — Я тебя ненавижу, ненавижу, ненавижу, нена-а-а-а-авижу! — а затем он навзничь упал на кровать, мотая головой в разные стороны. Лишь его «дружок» оставался непоколебим и неподвижен, как статуя!

Молодой мастер действительно хотел заплакать…

Глава 1137. Она смогла измениться, неужели ты тоже сможешь?

Кто бы мог подумать, что такая тёплая и романтичная сцена… закончится именно вот так? Молодой мастер Цзюнь поднял голову с кровати и посмотрел на своего «дружка», который непоколебимо стоял в боевой готовности. Он начал браниться:

— Людей уже нет, но ты всё ещё не спокоен… Почему?

Разум говорил ему одно, а чувства — другое, разве от них можно избавиться? Один разум без чувств бесполезен!

Молодой мастер Цзюнь застонал от боли, его глаза непрерывно двигались. Молодая девушка Мяо Сяо Мяо определённо не могла это вынести… А про Дугу Сяо И даже говорить нечего… осталась только…

Цзюнь Мосе заскрипел зубами, «внезапно» вскочил, решительно толкнул дверь и поспешно вышел. Его сердце было будто объято огнём, однако он не потерял рассудок. В итоге он вспомнил, что прикрыт лишь завязанной на поясе простыней.

Гуан Куинхан в тот момент засыпала в своей комнате, как посреди ночи вдруг почувствовала, что что-то не так!

Внезапно она услышала стук в дверь, Гуан Куинхан невольно вздрогнула и быстро встала с кровати. Сейчас она была другой, её энергия Суань уже достигла уровня Почтенного мастера, характер стал намного сильнее, чем раньше. Столкнувшись с неприятностью, она теперь не приходила в смятение. В мгновение появилась тень Цзюня Мосе. Не дождавшись её ответа, он вошёл в комнату. На нем была лишь перевязанная на поясе простыня, а ярко-красные глаза смотрели вперёд.

— Мосе, это ты… Что с тобой? — удивилась и заботливо спросила красавица Гуан Куинхан. Договорив, она поняла, что на ней надет лишь лёгкий халат…

— Куинхан… — Цзюнь Мосе смотрел на бесконечно прекрасное тело Гуан Куинхан, сглотнул слюну и похотливо сказал: — Я соскучился по тебе, действительно соскучился…

Её лицо застенчиво покраснело: — Что с тобой случилось?

Говоря это, она внимательно разглядывала его лицо и вдруг испугалась:

— Что? Неужели ты снова выпил афродизиак?

Сейчас с молодым мастером Цзюнь произошла точно такая же ситуация, как в Тяньнань, когда его напоили афродизиаком! Вплоть до того, что у него возникло такое же сильное желание, как и тогда…

— Гуан Куинхан, я соскучился по тебе, я… — без лишних слов Цзюнь Мосе бросился к ней, обнял и повалил на кровать. Своими губами он прижался к её, а руками быстро двигался, заодно снимая лишнюю одежду…

Какой ужас! Он даже не дал Гуан Куинхан времени на раздумья…

— Ты… ох… что с тобой? — Гуан Куинхан была одновременно зла, испугана и смущена. Пытаясь всеми силами уклониться от поцелуя, она вдруг почувствовала, как её тело отреагировало…

— Я соскучился по тебе… Я хочу тебя, я так хочу тебя, отдайся мне… — бессвязно бормотал Цзюнь Мосе, иногда прерываясь, потому что у губ есть применение лучше, чем болтать. — Давай… расслабься… — в Цзюня Мосе будто вселился развратник, сластолюбец или злой демон.

Он чувствовал нежное дыхание Гуан Куинхан, но она продолжала бороться и сопротивляться, хотя была уже полностью голая…

— Отпусти меня! — взволнованно вскрикнула Гуан Куинхан.

— Я не могу отпустить тебя! — Цзюнь Мосе злобно улыбнулся. — Она изменилась… а ты не можешь! Если можешь, ты поменяйся…

Это и была причина, по которой Цзюнь Мосе решил искать Гуан Куинхан, а не Королеву Змей — Зелёную Охотницу. Кто знает, вдруг она решит в самый важный момент превратиться в белую змею? Если у него не получится и на этот раз, то он будет жить в позоре…

Не надо так забавляться…

Гуан Куинхан, естественно, не поняла, что он имел ввиду, но продолжила сопротивляться. Сил у неё оставалось всё меньше и меньше, а необъяснимое пламя в теле разгоралось всё сильнее, наконец, захватив разум. Она совсем потеряла силы и лишь успела его спросить:

— Какого чёрта ты делаешь?.. Что с тобой?

Цзюнь Мосе, совершенно ничего объясняя, навалился на её прекрасное тело…

Жестокий «рукопашный бой» официально начался…

Внезапно Гуан Куинхан побелела и издала болезненный крик, лоб покрылся потом, её прекрасное тело дрожало в объятиях Цзюня Мосе, и она жалобно простонала: — Полегче.

Оказалось, что это первый раз Гуан Куинхан! Хотя Цзюнь Мосе в прошлый раз под воздействием возбуждающего средства лишал её невинности, но не был таким жестоким…

И это было давно…

Гуан Куинхан не думала, что на этот раз всё будет точно так же…

Цзюнь Мосе обратил на это внимание и на мгновение остановился. Гуан Куинхан уткнулась своим прекрасным лицом ему в плечо. Он глубоко вздохнул: так или иначе, он уже овладел ею…

Наконец, напряжённое тело Гуан Куинхан постепенно расслабилось…

Они занимались любовью почти всю ночь…

Гуан Куинхан с самого начала держалась отстранённо, сопротивлялась, боролась. Потом согласилась, получала наслаждение, но в конце обессилила и начала просить пощады, а затем умолять… она не выдержала и так устала, что лежала, не двигаясь. Кажется, такова жизнь. Если ты не можешь противостоять жизни, то просто наслаждайтесь…

***

Солнце поднялось на востоке!

Молодой мастер Цзюнь, наконец, прекратил свои «телодвижения» и полностью удовлетворённый встал с прекрасного тела Гуан Куинхан. Он, держа её потное, скользкое и нежное тело, провёл сверху вниз по её груди, погладил по ягодицам, а затем довольным голосом тихонько сказал:

— Наступил рассвет… ложись спать.

Ложиться спать на рассвете? Что за ерунда?

Несчастную красавицу Гуан словно истерзали до бесчувствия, в этот момент у нее не было сил даже ответить ему. Она только слегка закатила глаза, и, утомлённая, уснула.

Перед тем как уснуть, у неё промелькнула только одна мысль: «Он — просто животное!» Она действительно боялась встретиться с ним в следующий раз…

Красавица Мэй, которая отказалась в последнюю минуту, предвидела ситуацию и поступила очень мудро!

Утром Дугу Сяо И и другие девушки сели вокруг стола готовить завтрак.

После переезда сюда отношения между девушками становились всё более дружескими и, естественно, у них сформировались совместные привычки в питании.

Сяо И и Кхэр помогали расставлять посуду, а затем выбирали блюда, которые по очереди приносили Дугу Сяо И, Хан Янь Мэн, Зелёная Охотница, принцесса Лин Мэн… Девушки долго ждали, пока не придёт старшая сестра Мэй Сюэ Янь. Она окинула всех взглядом, медленно прошла и села во главе стола.

Девушки невольно переглянулись, все они были немного удивлены: сегодня сестра Мэй выглядела очень подозрительно, как будто нечистая совесть не давала ей покоя… Что происходит?

В резиденции Злого Монарха сестра Мэй по уровню совершенствования уступала только Цзюню Мосе. Кого она может бояться с такой силой? Пусть даже её сила больше, чем у мастера Цзюнь, её будут слушаться в любом случае!

Ситуация действительно странная.

— Я только что проведала сестру Сяо Мяо, — Дугу Сяо И моргнула своими большими умными глазами, а губы расплылись в хитрой улыбке. Она, явно на что-то намекая, ревниво сказала:

— Видимо, она добилась того, чего хотела. Кхэ-кхэ! Она не может встать с кровати. Я уже приказала разбудить её.

Лицо Мэй Сюэ Янь вдруг покраснело, она тихонько вздохнула. Девушки, естественно, догадались, почему Мяо Сяо Мяо «не может встать с постели», и у всех них появились странные улыбки. У невинных девушек покраснели от смущения их прекрасные лица.

— Сегодня действительно странный день. Мало того, что сестра Мяо опаздывает, почему до сих пор нет сестры Куинхан? Неужели… — Дугу Сяои недоверчиво сказала: — Она всегда приходила раньше всех… Что сегодня случилось?

— Да, сестра Куинхан обязательно придёт… — удивлённо сказала Хан Янь Мэн и почесала голову.

Мэй Сюэ Янь дважды кашлянула и сказала: — Может быть, сестра Куинхан плохо себя чувствует? Пусть на кухне ей дадут другую работу. Давайте сначала покушаем, а после этого я должна немедленно отправиться в лес Тянь Фа и подготовить войска. Нам нужно отобрать лучших, чтобы выиграть войну!

Когда Мэй Сюэ Янь говорила это, лица всех девушек стали очень странными. Мэй Сюэ Янь говорила очень быстро, и это был первый раз, когда она сказала то, что их не касалось и даже пришлось объяснять…

Кроме того, как Гуан Куинхан, которая достигла уровня Почтенного мастера, могла вдруг почувствовать себя плохо? Почтенный мастер не может заболеть, что она имела в виду? Куда пропали две их сестры?

— Я пойду вместе с тобой, — вызвалась Зелёная Охотница.

— Нам нужно немного подождать, сестра Куинхан всегда нас ждала… — Дугу Сяо И засомневалась: — Может быть, мне сходить за ней?

Мэй Сюэ Янь закрыла глаза и про себя подумала: «Если ты пойдёшь за ней, то, вероятно, сама не вернёшься. Ты будешь словно овца, попавшая тигру в пасть».

Она была на сто процентов уверена в том, что причиной того, что Гуан Куинхан не пришла поесть этим утром, являются прекрасные отношения с Цзюнем Мосе! Прошлой ночью он, должно быть, пошёл в комнату Гуан Куинхан, и теперь она чувствует себя плохо. По крайней мере, это звучало логично.

При мысли об этом Мэй Сюэ Янь чувствовала себя неспокойно.

Ей казалось, что она сделала прошлой ночью что-то неправильное, а Гуан Куинхан стала козлом отпущения…

Кажется, прошлой ночью она заставила этого юношу чувствовать себя очень неловко… но ничего уже не поделаешь, кто знал, что он окажется таким пугающим…

«Эх… он, должно быть, ненавидит меня».

Она вспомнила, как прошлой ночью рассмеялась, когда увидела Цзюня Мосе, прикрывавшего свое достоинство ладошкой.

Она ещё не была готова…

Глава 1138. Овца, сама попавшаяся тигру в пасть.

«Мне очень жаль, подожди немного, пока я не подготовлюсь…»

Подумав какое-то время, все девушки сели, а Дугу Сяо И ушла в неизвестном направлении. Очевидно, пошла за Гуан Куинхан.

— Не будем ждать их, давайте сначала покушаем, — сказала Мэй Сюэ Янь. — Я предполагаю, что Сяо И сейчас не вернётся…

— Почему? Неужели Гуан Куинхан серьёзно больна? Она заразит сестру Сяо И?! — наивно смотрела во все глаза Хан Янь Мэн.

— Хм, заразит? Ну, можно и так сказать… — Мэй Сюэ Янь покраснела, а потом сказала: — Если я правильно поняла, то вчера ночью Мосе остался на ночь в комнате Куинхан…

— О… — тотчас поразились девушки. На их лицах были разные выражения, но в этот момент всем пришла в голову одна и та же мысль: «Когда они встретятся с сестрой Куинхан, нужно будет обязательно её расспросить, как она заполучила благосклонность Мосе… и что они делали, когда он пришёл к ней?»

Особенно это было важно для сестры Мэй.

Её тело намного сильнее, чем у Гуан Куинхан, но как она смогла выдержать эту ночь?

Это, в самом деле, удивительно …

Наспех поев, девушки старались молчать — Сяо И действительно долго не возвращалась.

Что касается Мэй Сюэ Янь, она почти убежала в панике.

Сестра Мэй осознавала, что ей никогда не было так страшно…

Тем временем Дугу Сяо И завернула за угол, вприпрыжку направляясь в комнату Гуан Куинхан.

На самом деле, комната находилась недалеко, но, благодаря силе земли Мосе, он обеспечил отличную звукоизоляцию каждой комнаты.

Она постучала в дверь несколько раз, но внутри не было никакого движения.

«Неужели она так крепко спит?», — Дугу Сяо И прикусила губу, в глазах внезапно появилась растерянность. — «С ней же ничего не случилось?»

Подойдя, она начала непрерывно барабанить в дверь.

Молодой мастер Цзюнь всю ночь «развлекался», можно сказать. Он был полностью удовлетворён. Отдохнув какое-то время, он почувствовал, что полностью восстановил свои силы. Наступило утро, естественно, в это время его наполняла мужская энергия, но его красавица по-прежнему крепко спала и даже немного храпела…

Кажется, она очень устала прошлой ночью …

Гуан Куинхан, похоже, не выдержит ещё одной страстной ночи …

Он беспомощно вздохнул, положил руки за голову и решил немного полежать… «Почему ты, сукин сын, такой сильный?»

В момент, когда он не знал, чем заняться, вдруг послышался стук в дверь.

Цзюнь Мосе почувствовал, что снаружи стоит Дугу Сяо И и взволнованно ломиться в дверь.

Молодой мастер Цзюнь завертел глазами и тотчас же совершил Побег Инь и Ян. Выглядело всё так, будто Гуан Куинхан спала в кровати одна.

Затем он вытянул руку, и замок на двери тихонько открылся…

Дугу Сяо И долго стучала в дверь, внутри неё росла тревога. Она со всей силы толкнула дверь, и та вдруг открылась.

«Почему замок открыт?»

Дугу Сяо И удивлённо моргала, глядя на кровать …

Гуан Куинхан очень сладко спала.

«Она действительно ещё не встала», — сказала про себя Дугу Сяо И. Она поспешила закрыть дверь, чтобы никто не увидел. Она не удержалась от упрёков: «Почему сестра Куинхан не заперла на ночь дверь? Это слишком опасно!»

Затем она повела носом: «Что это за запах? Чем это так странно пахнет? Какая вонь!»

Эта девчонка была слишком разбалована. Даже не задумываясь, она подошла к кровати и сказала: — Сестрица Куинхан, посмотри, который час! Почему ты ещё в кровати, мы все ждём тебя на завтрак!

Гуан Куинхан на самом деле её не слышала и продолжала посапывать.

Дугу Сяо И нахмурилась, протянул руку, отдёрнула одеяло, и раздраженно сказала: — Гуан Куинхан, вставай…

Она вдруг ахнула и вытаращила глаза. Гуан Куинхан под одеялом оказалась абсолютно голая!

«Неужели кто-то изнасиловал её?», — Дугу Сяо И внезапно побледнела, когда в её сердце возникли ужасные мысли. Она в панике оглядывалась, чтобы убедиться, что в комнате больше никого нет. Потрясённая она направилась к двери, осторожно посмотрела, нет ли кого-нибудь за ней, затем заперла дверь на замок и подпёрла стулом.

В конце концов, если Гуан Куинхан в самом деле обесчестил насильник… об этом никто не должен узнать. Это слишком серьёзно. Если весть об этом разлетится, как Гуан Куинхан будет жить? А Мосе, что он подумает…

Мысли этой девчонки были слишком… непоследовательные и бессвязные. Не подумав, что здесь живут несколько женщин, в том числе Шэнцзунов, а остальные, как минимум, Достопочтенные мастера. Какой насильник осмелиться полезть к ним? Даже если осмелится, то он должен обладать невероятной силой! — Сестра Куинхан… — Дугу Сяо И с обеспокоенным лицом села на край кровати: — Что с тобой случилось?..

Не успела она договорить, как кто-то внезапно обнял её и ухмыльнулся: — Не кричи… Это я развлёкся с твоей сестрой…

Дугу Сяо И неожиданно вскрикнула. Она испугалась так, что душа ушла в пятки. Её первой реакцией был удар, которому научил её Цзюнь Мосе, по самому уязвимому месту. Она развернулась и увидела гадкую улыбку Цзюня Мосе. Внезапно она поняла: раз он здесь, значит, это его рук дело!

Дугу Сяо И похлопала себя по груди, пытаясь успокоиться: — Ты напугал меня! Напугал до смерти! Я подумала, что…

— Что ты подумала? — Цзюнь Мосе поднял бровь.

— Эм, кхэ-кхэ… ничего хорошего! — у девушки вспыхнули глаза, и она засмеялась. — Поскольку всё в порядке, я вернусь на завтрак. Я не успела поесть, потому что пошла проверить сестру Куинхан.

Говоря это, она опустила глаза и, казалось, немного растерялась, она собиралась уходить явно не в настроении.

— Что? Ты этого не хочешь? — улыбнулся Цзюнь Мосе. Он притянул её к себе за плечо и дышал возле изящного ушка этой девчушки…

— Ох! Хочу, конечно, хочу… Я мечтаю об этом, — она вдруг сказала слова, затаённые в сердце. Её глаза заблестели, и она улыбнулась, обнажив свои маленькие зубки. Она покраснела, когда почувствовала, что Цзюнь Мосе совершенно голый, и, закрыв глаза, беспомощно сказала: — Но… ты же не можешь.

Хотя у неё были лишь поверхностные знания о любви, но она знала, что сейчас произойдёт…

— Я не могу?! Кто сказал, что я не могу? — рассердился Цзюнь Мосе.

Это просто лучшая провокация для мужчины! Самый большой позор для мужчины — это оскорбить его достоинство! Когда другие, особенно женщины, говорят, что он не может!

Тем более… когда у него утренний… эмм… короче, все поняли, а какая-то девушка говорит, что он не может? Да разве можно такое терпеть?!

Он должен проявить себя!

Доказать реальными действиями!

Цзюнь Мосе в момент рассвирепел от злости…

Обняв Сяо И, он злобно сказал: — Ты хочешь этого? Посмотрим, что ты скажешь, когда я сделаю тебя женщиной… — он страстно её поцеловал…

В прошлый раз между ними ничего не было, но внутри она уже не боялась. Ей казалось, что она была последняя невинная девушка в резиденции…

Можно сказать, что она потерял самообладание.

Увидев Мяо Сяо Мяо, она поняла, что они уже занимались любовью и не раз… Эта девчушка жутко ревновала! Она должна была стать старшей женой…

Однако, это можно сделать сейчас. Один неверный шаг, и она оказалась в такой ситуации! А потом её положение постепенно с первого опустилось на третье и четвёртое!

С этим нельзя мириться!

Теперь, когда ей выпал дарованный небесами шанс, она обрадовалась, что наконец-то получит его любовь. Оказывается, она совсем не собиралась сопротивляться, а даже наоборот, торопилась сделать это.

В глубине души она приняла решение: во что бы то ни стало, на этот раз она не сбежит!

Эта юная особа приняла действительно смелое решение.

Но потом она почувствовала, что что-то не так: — Мы будем делать это прямо здесь? Но ведь сестра Куинхан тут…

Только она подумала об этом, как с неё уже слетела одежда…

— Ничего… Она крепко спит, ничего не увидит и не услышит. Разве ты не видишь, как сладко она спит? — Цзюнь Мосе зло рассмеялся, его руки и губы постоянно двигались. Как не воспользоваться такой красавицей, которая пришла сама?

— Но… но… — продолжала возражать Дугу Сяо И, но он закрыл ей рот своими губами. В её теле возникло странное ощущение.

— Ах… — Дугу Сяо И отчаянно толкнула Цзюня Мосе, из красивых больших глаз полились слезы, как фонтан: — Мне больно… перестань… Я умру от боли…

— Это не больно, не упрямься и потерпи немного. Через некоторое время тебе будет хорошо… — Цзюнь Мосе остановился…

Прошло много времени, а Дугу Сяо И всё не успокаивалась. Похоже, ему будет ещё тяжелее, чем с Гуан Куинхан…

Хотя Цзюню Мосе это не нравилось, но он решил не отпускать её…

На самом деле, он ещё не успел вдоволь повеселиться!

Когда Гуан Куинхан очнулась, она почувствовала, как её тело болит. Всё перед глазами плыло, поэтому ей казалось, что всё нереально…

Она открыла глаза и заметила, что что-то не так.

Почему вокруг нее столько людей? Почему здесь Сяо И?

Глава 1139. Счастливый Байли Лу Юн.

Гуан Куинхан не знала, куда деться, когда увидела голую и заплаканную Дугу Сяо И!

«Этот чёртов ублюдок! Как я теперь буду смотреть людям в глаза…»

Но, увидев Цзюня Мосе, который по-прежнему горел страстью, Гуан Куинхан вздрогнула от испуга, быстро закрыла глаза и сделала вид, что не проснулась. Он слишком силён, она действительно не выдержит ещё раз. У неё всё ещё не было сил…

— Давай попробуем снова, пока она не проснулась… — улыбнулся Цзюнь Мосе и схватил её.

Гуан Куинхан быстро открыла глаза, чтобы просить пощады. Она не сможет вынести этого снова!

Цзюнь Мосе лежал на кровати, слева и справа от него лежали по-настоящему соблазнительные красавицы…

До полудня Дугу Сяо И и Гуан Куинхан непрерывно катались по кровати. Они ничего не говорили, потому что им было стыдно друг перед другом.

Через какое-то время обстановка стала более расслабленной.

Дугу Сяо И, даже оказавшись возле уха Гуан Куинхан, не знала, что сказать, а Гуан Куинхан из-за стыда не решалась вставать с кровати.

Тем не менее, Сяо И, которая пострадала сильнее, не могла двигаться и скрежетала зубами: в следующий раз она не согласится… это действительно очень больно… и совсем неприятно… По крайней мере, одна она точно не справится с ним…

После всего молодой мастер Цзюнь пристально смотрел вдаль, улыбнулся и пробормотал: — Сегодня всё прошло довольно неплохо. Кажется, нужно делать это почаще, иначе, я совсем «изголодаюсь».

«Однако, кажется, Мей Сюэ Янь совсем не понравилось…», — Цзюнь Мосе, скрепя сердце, подумал: — Она действительно злится на меня… Смотри мне, попадёшься мне в руки, и я как следует проучу тебя, так, что ты будешь умолять меня о пощаде!»

Однако, подумав об этом, он вздохнул. Хотя желание хорошее, но его слишком сложно осуществить…

Ох, какой ужас…

Цзюнь Мосе печально нахмурил брови, думая о том, как решить эту проблему.

Однако, время летит быстро, в мгновение ока прошло пять дней.

Также время — лучшее средство для сближения людей. За эти пять дней отношения между девушками стали намного лучше. Даже Мяо Сяо Мяо, которая появилась позже всех, постепенно влилась в их большую семью. «Маленькая принцесса» Призрачного Дворца каждый день проводила с девушками. За несколько дней она научилась играть в маджонг и другие игры. Всего за пять дней она погрязла в долгах и успешно получила прозвище «Чёрной королевы» (неудачницы) вместо Дугу Сяо И.

Лучше всего в маджонг играли Мэй Сюэ Янь и Гуан Куинхан и вообще любая из девушек, кроме Мяо Сяо Мяо. Мать Мосе вела себя, как настоящая свекровь. Узнав о долгах «невестки», она начинала издавать бесконечные жалобы.

Молодой мастер Цзюнь изредка тоже участвовал, но результаты были не очень, он больше проигрывал, чем выигрывал. Как только он начинал участвовать, ситуация на поле тут же кардинально менялась, другие три игрока решительно и непоколебимо формировали единый фронт против него! Хозяин резиденции Злого Монарха в свободное время от изготовления пилюли бессмертия искал какое-нибудь развлечение и громко кричал, как в игорном доме!

Даже если Цзюнь Мосе случайно вытащит удачную кость, три девушки обязательно её побьют!

А если он начинал возражать или жаловаться, они немедленно атаковали его со всех сторон!

В этой игре Цзюнь Мосе понял одну истину: играть с женщинами — очень плохая идея!

Если он выигрывает, они говорят: — Ты не мужчина, раз обижаешь нас!

Если он проигрывает, они говорят: — Ты не мужчина, раз не можешь обыграть даже женщину!

Есть ещё одна вещь, о которой стоит упомянуть: теперь гарем молодого мастера Цзюнь расширился до трёх человек, они веселились каждую ночь, а он вёл себя хуже животного. Девушки обхаживали его со всех сторон, они втроём «боролись» вместе с ним. Хотя нельзя сказать, что они легко справлялись, но, по крайней мере, не сопротивлялись как раньше. Теперь они могут продержаться в постели с ним немного дольше. Конечно, молодой мастер Цзюнь вошёл во вкус и готов заниматься любовью каждый день.

После того случая, старшей жене Мэй Сюэ Янь было очень стыдно. За это время она полностью ушла с головой в подбор солдат в лесу тянь фа. Иногда она возвращалась тайком, увидев, что Цзюнь Мосе нет, быстро решала дела и тут же уходила. Она боялась в одиночку попасться ему на глаза…

Молодой мастер Цзюнь не волновался на этот счёт. Как говорится, отомстить никогда не поздно! «Ты не справилась тогда, думаешь, тебе удастся прятаться от меня вечно? Ты думаешь, что можешь сбежать от меня? И куда ты сбежишь? Вот я задам тебе, если поймаю! Ты можешь недолго прятаться от меня, но не всю жизнь! Когда придёт время, ты сама отдашься мне. Пожалуй, я подожду… ха-ха». Подумав об этом, Цзюнь Мосе издал устрашающий смех, у всех, услышавших это, волосы встали дыбом от страха.

Одним смехом он смог напугать смелых людей, которые не боятся даже смерти. На это способен только молодой мастер Цзюнь!

Не только слуги, но даже управляющий Байли Лу Юн испугался его смеха. Он поспешно огляделся вокруг, боясь увидеть здесь Злого Монарха. Он ни в коем случае не должен навлечь беду на собственную голову!

Теперь у него есть жена и семья, ему нельзя стать целью Злого Монарха… Ощущения были неприятные…

Кстати, Байли Лу Юн — молодой юноша с редким талантом. Пожалуй, следует рассказать о нём подробнее.

В тот же день, когда он покинул город Цзюйхуа, он встретил Чжань Мэнде. Они сразу понравились друг другу.

Кроме того, в то время предок семьи Чжань, Чжань Мубай, «трагически» погиб от рук Цзюня Мосе, поэтому семья Чжань лишилась своего самого главного защитника. Байли Лу Юн проявил силу и достиг уровня Шенхуана. Его сила намного превосходила силу семьи Чжань, учитывая, что под его руководством находилось множество Достопочтенных мастеров.

Он был для них, как манна небесная.

Поскольку эта семья изначально весьма плохо относилась к Байли Лу Юну, они, конечно же, не могли согласиться, чтобы их любимая дочь вышла замуж за этого бесперспективного Байли Лу Юна, но в результате изменили своё мнение.

Ситуация изменилась на 180 градусов!

Позже сила и влияние Байли Лу Юна возросли, кругозор расширился, он даже решил как можно быстрее сыграть с возлюбленной свадьбу и никто уже не был против…

Это преимущество силы и влияния!

Во всем мире главное — сила!

Очень быстро он выполнил все формальности для помолвки и преподнёс подарки семье невесты. Если бы было ещё меньше времени, то вероятно, глава семьи Чжань отправил бы молодых сразу в их покои…

Говоря о семье Чжань, они только что потеряли самого главного защитника, и сейчас для них не существовало важнее дела, чем перетягивание мастера такого уровня, как Байли Лу Юн, в свою семью.

Затем, в следующие несколько дней, члены семьи Чжань задумались над тем, как использовать силу и власть нового зятя, чтобы отомстить за своего предка … но таким образом они подвергнут Байли Лоюня жесткой опасности …

Они, наконец, поняли, что новый зять, который счастлив в своей семье — их самая большая надежда на будущее, а также главная сила для мести… Кто бы мог подумать, что человеком, который убил их предка, окажется Злой Монарх, Цзюнь Мосе!

Эта шокирующая новость поразила семью Чжань! Они не знали, как поступить.

Лицо нового зятя изменилось от злости, он дал понять, если семья Чжань не собирается менять своё первоначальное намерение, то он не посмеет поступаться родственными отношениями ради великой цели.

Члены семьи Чжань молчали, будто воды в рот набрали. Спустя долгое время они, наконец, приняли решение: не искать ссоры со Злым Монархом.

Любое дело кажется сложным до принятия решения, но как только оно принято, все причины становятся очевидными.

Справедливые и логичные причины!

— Чжань Мубай — предок семьи Чжань, но он был так стар и давно уже не жил с нами. Его вклад в нашу семью на самом деле незначительный. Когда он появился, то принёс с собой катастрофу для семьи, с которой мы не могли справиться. К великому счастью, другие предки защитили нас, мы остались живы. На самом деле вражда предков тысячи лет назад не должна касаться грядущих поколений. Лучше прекратить войну и установить мир, и заполучить нового защитника, разве нет? Кроме того, хозяин резиденции Злого Монарха, очевидно, более человечен, чем три священных земли…

Не известно кто это сказал, но его все поддержали.

Таким образом, все избавились от страха, успокоились, горячо обсудили ситуацию и, в конце концов, было решено, что новый зять, Байли Лу Юн, станет главой семьи, и поведёт за собой семью Чжань к процветанию и богатству.

Эта идея всем понравилась…

На самом деле нельзя винить семью Чжань за равнодушие, ведь этого предка они не видели тысячу лет.

Поэтому отнеслись к нему немного равнодушно…

Главная причина и единственная, что в этом мире сила решает всё! Даже если бы у них не было Байли Лу Юна, а Цзюнь Мосе проявил бы к ним малейший интерес или ругал Чжань Мубая, семья Чжань исполнила бы его любые требования, и даже сделала больше, для того, чтобы завоевать благосклонность Злого Монарха!

Есть ли что-нибудь важнее, чем развитие семьи?

Байли Лу Юн и Чжань Мэнде поженились в резиденции у семьи Чжань, а после свадьбы вернулись в резиденцию Злого Монарха. Любящие друг друга, в конце концов, стали мужем и женой.

Байли Лу Юн понимал, что теперь у него есть всё, что он хотел, теперь он вместе со своей возлюбленной. Все это благодаря Цзюню Мосе!

Глава 1140. Только не бей меня до смерти…

Если бы он не встретил Цзюня Мосе, в лучшем случае, сейчас он бы обладал уровнем земляной Суань, или, возможно, вообще уже был бы мёртв, а прах его развеян по ветру.

Стоит ли вообще говорить о продолжении рода, и тем более достижения величия и славы?

Однако после встречи с Цзюнем Мосе всё очень изменилось, за короткий срок времени из всеми презираемого внебрачного ребенка он превратился в выдающегося человека с впечатляющим влиянием и властью!

Все его мечты осуществились.

Чжань Мэнде, девушка из высшего общества в которую он был давно влюблен, наконец, стала его женой!

Учитывая, что раньше семья Чжань никак не считалась с семьей Байли, не говоря уже о том, чтобы дать согласие на брак между своими наследниками.

«Всё это лишь благодаря Цзюню Мосе!», — Байли Лу Юн бессчётное количество раз повторял эти слова в своей голове!

Мужчина отдаст жизнь за того, кто его ценит!

За три дня до этого, двоим людям был назначен приём волшебных таблеток для закалки костей, а также их дальнейшего уплотнения, плюс к этому они ещё принимали чудодейственное лекарство Тяньди, официально завершив процесс изменения!

Однако страдания, с которыми им пришлось столкнуться, были поистине нечеловеческими муками!

Несмотря на это, эти двое с впечатляющим мужеством и упорством продолжили процесс своего преображения, сейчас их каналы достигли состояния абсолютной глубины, словно бездонный пруд. Энергия, подобно бескрайнему потоку воды с шумом врывалась в их каналы, как раз этим процессом сейчас руководил Цзюнь Мосе.

В том случае, если процесс так называемого «преображения» будет успешно завершён, Цзюнь Мосе уверен, эти двое мальчишек потрясут своим могуществом весь мир!

Небо рухнет, а земля начнет радостно плясать!

Процесс ковки уже завершен, сейчас они уже обладают знаниями и решимостью на порядок выше, чем у обычных людей. Поэтому Цзюнь Мосе решился на новый шаг!

Однако единственное, что Цзюнь Мосе не понимал до сегодняшнего момента, этим миром правит — Суань, а не истинная Ци. В башне Хунцзюнь было такое примечание: однажды совершенствование достигнет определенного уровня, когда его больше будет нельзя увеличить посредством приёма волшебных таблеток! В противном случае, во время бедственного удара не будет возможности хоть как-то уцелеть!

Если даже раньше тоже требовалось немало усилий, однако всегда можно было воспользоваться волшебными таблетками. Но сейчас Мосе уже сотворил достаточно внушительное количество чудодейственных лекарств для своих подчинённых, в последующем же времени никакого вспомогательного эффекта не предвиделось!

В искусстве получения пилюли бессмертия говорится, что после периода полного расщепления, применение волшебных таблеток для увеличения уровня силы больше невозможно.

Однако вопрос заключался вот в чём: Цзюнь Мосе не знал, каковы границы процесса расщепления для Суань в этом мире!

И этот факт очень сильно мучил его.

Разумеется, Цзюнь Мосе не боялся бедственных ударов, но это не означало, что и остальные люди не боялись их. Даже Мяо Цин Чен скрывался несколько тысяч лет от гнева небес в недрах Призрачного Дворца! А что говорить про других?

Поэтому Мосе проявлял особую осторожность касательно этого вопроса. Он решил, что будет помогать особенно перспективным бойцам, большая часть которых максимум достигли уровня Достопочтенного мастера и уровня Шенхуана, затем он оставит их, полагаясь лишь на старание каждого отдельно взятого человека.

Какого уровня они достигнут сами, таким и будут обладать, он не будет никого тянуть.

Сейчас Цзюнь Мосе остановил свой выбор на нескольких видах чудодейственных средств: таблетка для закалки духа, таблетка из безвыходного положения, благодатная таблетка, алмазная таблетка, призрачная таблетка…

Эти пять видов таблеток применяются не для повышения силы и мощи, они способствуют закалки души, укрепляют способность сканирования и повышают прочность тела. Когда человек примет все эти таблетки, он почувствует страшную мучительную боль, которая продлиться на протяжении восемнадцати дней!

Этому есть объяснение: душа закаляется восемнадцать раз, проходя через восемнадцать кругов Ада!

Другими словами, после приёма таблетки закалки, идёт процесс укрепления души, даже в случае смертельного исхода душа человека останется в полной сохранности! Конечно, это подразумевает собой естественную смерть, не включая сюда смерть от бедственных ударов.

Но если душа порядочно окрепнет, вероятность того, что бедственные удары можно будет пережить, увеличится в несколько раз.

Однако такие таблетки могут принимать только мастера уровня Шенхуана и выше, тех, кто ниже уровнем, ждет лишь безбрежная и горькая боль уничтожения…

Но Цзюню Мосе нет дела до остальных. Что касается мастеров высших уровней, это всё, что Цзюнь Мосе способен сделать для них!

Всё же, по меркам этого мира, даже это — слишком большая благодать! Если прибегнуть к насильственному увеличению уровня сил своих подчинённых, у него по-прежнему есть такая способность, однако этим своим действием он всего-навсего ускорит время их смерти под гнётом бедственных ударов, с которыми им всё равно придется столкнуться, в этом нет никакой пользы.

На сей раз нужно чуть изменить рецепт таблеток!

Так как все существующие таблетки были сделаны по первоначальному рецепту, остаётся лишь заставить Толстяка сделать новые таблетки под заказ, Цзюнь Мосе должен был лично заняться этим. За первые пять дней работы было сделано пять новых видов таблеток…

По своей эффективности все они оказались неудачными, такая жалость! Все эти пять дней толстяк Тан не находил себе места от горя. Он так страдал, что ему уже не хотелось больше жить…

Потому что он проверял их на себе. Экспериментальная таблетка № 1… имела довольно заметный эффект — пол дня Толстяк промучился с диким поносом, его пронесло двадцать один раз!

В итоге у него болела задница от частых подтираний. Через день после этого он продолжил эксперимент, от таблетки № 2 его больше не мучил понос, однако голова разрывалась от жутких болей!

После таблетки № 3 толстяк Тан Юань стал страшно обливаться потом. Цзюнь Мосе, в целях усилить эффект лекарства, дал толстяку ещё одну таблетку, и вот это было очень плохой идеей, потому что за день Тан Юань был обезвожен целых три раза. Если бы Цзюнь Мосе не вмешался со стихией воды, и не наполнил бы его тело водой, кто знает, может толстяка уже бы не было в живых…

Что касается эффекта от таблетки № 4, он оказался ещё причудливее всех предыдущих — толстяк пронзительно вскрикнул и всё его тело свело в судорогах, даже уши на его голове, и те вытянулись аж до самого подбородка… Верхняя губа подскочила до висков, а нижняя упала до уровня плеч. Даже ноздри стали смотреть в разные стороны…

Толстяк дико визжал, как свинья, весь день и всю ночь, поклявшись больше ни за что в жизни не иметь никаких отношений с Цзюнем Мосе, однако Мосе всё же смог схватить его, и запихать ему через нос последнюю по счёту, пятую таблетку…

Пятая таблетка оказалась весьма быстродействующей! Волосы на его голове встали дыбом, мышцы по всему телу бросились в пляс, расстройство в его желудке и кишках достигло своего максимума, каждый его шаг сопровождался испусканием зловонных газов…

В один миг по всему дворцу Злого Монарха разнеслась отвратительная тошнотворная вонь, все жители дворца то и дело зажимали рукой нос. Цзюнь Мосе сосредоточенно обдумывал ситуацию, и снова вошёл в номер Тан Юаня.

Пребывавший уже в полуживом состоянии Тан Юань при виде Цзюня Мосе резко подскочил на ноги, и злобно прокричал: — Пошёл вон! Убирайся отсюда! Кто позволил тебе войти? Отпусти меня домой! Я хочу в Тяньсян! Я хочу домой, ууу-уу-ааа… я хочу вернуться домой…

Он горько расплакался. То, что ему пришлось пережить за эти несколько дней, почти полностью сломило его.

Как больно и обидно! Из-за этих волшебных таблеток Цзюнь Мосе он умирал и воскресал около целых ста раз за эти дни… действительно, нестерпимые мучения.

— Толстяк, не бойся, брат не обидит тебя! Эту таблетку я разработал специально для тебя, это таблетка для похудения, я гарантирую тебе — эффект будет потрясающим! Когда я тебя обманывал? — на горестном выражении лица Цзюня Мосе появилась широкая улыбка.

— Тьфу, ты думаешь, я ещё тебе поверю! Катись отсюда! Блядь, да ты сам вообще веришь своим чёртовым словам? — с возмущением и злостью стал материться Тан Юань: — Ты говорил мне эти слова пять раз, обнадёживал меня, успокаивал меня, сейчас я очень расстроен и разочарован…

— Сукин сын, ты выродился очень выносливым! Примешь ещё одну таблетку? — Цзюнь Мосе стиснув зубы, спросил, и, кажется, уже стал злиться.

— Нет! Я не буду! Отстань от меня со своими сраными таблетками, хоть что делай, я всё равно не буду её есть! Я скорее соглашусь сдохнуть от твоей пощёчины! — храбро отвечал Тань Юань.

— Это просто невыносимо! Ещё смеет орать тут на меня, думаешь, я не решусь убить тебя? Толстяк Тан, я тебе честно говорю, если ты сейчас не съешь эту таблетку, я убью и воскрешу тебя целых восемнадцать раз! Как думаешь, рискну ли я или нет? — Цзюнь Мосе взмахнул рукой, и со злостью ударил толстяка палкой по спине. Тот вскрикнул и рухнул на землю.

Над его головой уже снова раздался звук приближающегося удара палки.

— Подожди! Я съем! — закричал толстяк.

Палка застыла у его плеча, и Мосе усмехнулся: — Сукин сын, разве не ты недавно говорил, что даже перед страхом смерти не станешь принимать таблетку? Что лучше сдохнешь здесь и сейчас, но не станешь пить лекарство? Где же твоя хвалёная принципиальность? А?!

Тан Юань еле живой валялся на земле, и, взмолившись, причитал: — Брат, родной мой брат, я, действительно, ещё недавно говорил такие слова, но я же ещё не закончил? Ууу-уу, почему ты сразу так взбесился?

— Не закончил? — Мосе сощурился.

— Я имел в виду, что если ты изобьешь меня до смерти, я всё равно не буду есть эту таблетку! — Тань Юань вытер рукой слёзы: — Но! Если изобьешь меня не до смерти, я съем!

— Оказывается, вот оно что… — выражение лица Цзюня Мосе немного подобрело: — Толстяк, ты всё-таки молодец! Прими эту таблетку!

Получив похвалу, толстяк просиял в улыбке, однако всё его лицо до сих пор было в слезах и соплях…

После этого он, как самоотверженный боец, храбро принял эту таблетку, таблетку похудения, после этого комнату в мгновение наполнили нечеловеческие рыдания. Затем Цзюнь Мосе, качая головой и вздыхая, покинул комнату толстяка…

Тан Юань, раскинув руки и ноги в стороны, в парализованном состоянии лежал на земле, бормоча себе под нос: — Молодой господин Цзюнь, я ненавижу тебя! Почему ты не прибил меня раньше? тебе надо было просто убить меня…

Глава 1141. Братья навек.

Время текло как вода, в мгновение ока прошло три дня…

На десятой таблетке Тан Юань наконец похудел.

После того, как он в последний раз принял таблетку, он ничего не почувствовал, в том числе негативного действия, но мышцы во всём теле сократились и из пор начал выделяться белый жир.

Это выделение постепенно прекратится, когда установится нормальный вес для его телосложения… к тому же, наряду с восстановлением нормального телосложения и выведения лишнего жира, у таблетки есть ещё одно действие — подтягивание кожи. Вдруг кожа на худеющем теле сама подтянулась…

Тан Юань провёл всё утро, сидя на специальном гигантском высоком стуле, который стоял в огромной ванной. С его тела повсюду стекал жир!

Набралось сто килограммов жира!

И процесс ещё не заканчивался!

После еды толстяк Тан Юань лёг спать. Проспав целые сутки, он проснулся и увидел, что жир полностью покрывал всю кровать и стекал на пол. Весь жир, собираясь в маленький ручеёк, тёк через дверь по коридору и во двор. Ручеек жира через двор тёк дальше куда-то очень далеко…

На следующий день толстяк Тан находился в хорошем настроении, он сам встал и умылся. Он хотел кричать от счастья, так как чувствовал себя лёгким, как пёрышко. Толстяк Тан надел свою прежнюю одежду и понял, что может обернуться в неё несколько раз.

Ему пришлось позаимствовать комплект одежды у Цзюня Мосе. Он волновался, пока надевал одежду, сможет ли он влезть в неё… о чудо! Произошло действительно какое-то волшебство!

Толстяк прослезился от восторга! Теперь никто не будет называть его толстяком Тан, Тан Юань действительно совсем не был толстым… Хотя ему по-прежнему было страшно вспоминать эти дни похудения, но он был благодарен Цзюню Мосе…

Это он толстяк Тан! Да, это он великий толстый господин!

Однако, больше он не толстый, теперь никто не будет его так называть!

В тот же день толстяк объявил то, что привело всех в восторг: на рынке используются специальные весы для взвешивания свиней. Когда толстяк Тан встал на них, весы вдруг сломались… В связи с этим в городе Тяньсян появилось выражение: «Толстый и тяжёлый господин Тан сломал весы!»

Но сейчас, сегодня, в данную минуту…

Молодой мастер Тан очень осторожно и бережливо взвешивался, он не мог поверить своим глазам. После трёх проверок, он убедился, что его вес — восемьдесят килограмм.

Можно сказать, что Тан Юань ростом метр семьдесят пять и находился в хорошей физической форме!

Это не сон? Даже если это сон, то прекрасный!

Радостный Тан Юань больше всего хотел поскорее вернуться домой.

Он очень хотел показать своё идеальное тело Сунь Сяо Мэй, но для этого пристал к молодому мастеру Цзюнь, чтобы тот дал ему три таблетки возбуждающего средства.

Он считал, что никто не догадается, что это за таблетки. Это возбуждающее лекарство, которое Цзюнь Мосе специально изготовил для Тан Юаня.

Хотя название этого лекарственного препарата звучало несколько неприлично, но оно очень эффективно, одной таблетки достаточно, чтобы обеспечить толстяку Тан счастье в сексуальной жизни!

А с тремя таблетками…

Толстяк будет просто на высоте.

Однако молодой мастер Цзюнь рассказал Тан Юаню о противопоказании: при приёме этого лекарства в течение полумесяца нельзя заниматься любовью, иначе он может умереть…

На самом деле, Цзюнь Мосе выдумал это противопоказание. Несколько дней назад, когда толстяк Тан обругал его, Цзюнь Мосе затаил обиду и решил его проучить. Толстяку как раз после приема таблетки хотелось любовных утех…

Он воздерживался почти пол месяца… Если вы хотите понять, что это за ощущения, то можете попробовать, выпив обычную земную виагру.

Это действительно ни с чем несравнимое ощущение, которое вы не забудете до конца жизни…

Через день глаза Тан Юаня горели зелёным огнём. Стоило ему увидеть в резиденции Злого Монарха служанок, он тут же краснел… Однако, он по прежнему держал себя в руках и не осмеливался сорваться.

Тан Юань, несмотря на всю свою дерзость, боялся пробовать.

На второй день молодой мастер Тан начал изучать священных животных леса Тянь Фа. Молодой мастер Цзюнь видел своими глазами, как Тан Юань схватил огромную крысу и внимательно её разглядывал…

На третий день Тан Юань, наконец, ничего не мог с этим поделать и решил немедленно вернуться. Он рассчитал, что почти полмесяца потребуется, чтобы дойти до города Тяньсян. Как хорошо, что пол месяца пройдёт! Он вернётся к Сунь Сяо Мэй…

Размышляя об этом, Тан Юань вздохнул и ухмыльнулся.

Торговец и есть торговец. Перед отъездом Тан Юань, который хорошо всё рассчитал, потребовал у Цзюня Мосе сто таблеток возбуждающего лекарства. Для него это был отличный способ заработать целое состояние, он решил растворить лекарство в воде, разлить по флаконам и продавать под названием «волшебная возбуждающая вода»!

Сотни таблеток ему хватит, чтобы продать десять тысяч флаконов… и у каждого стартовая цена в десять тысяч золотых. Каждый может себе представить, как толстяк Тан сразу после возвращения объявляет, что это «волшебная возбуждающая вода», сделанная лично Злым Монархом!

Он сколотит целое состояние, используя имя Злого Монарха!

Что касается того, что люди думают о Злом Монархе — все строили загадки, вдруг Злой Монарх из-за своей болезни сотворил такое лекарство… но Тан Юаня это совсем не волновало!

Самое главное, что деньги будут плыть ему в руки!

Более того, перед уходом Тан Юань прибегал ко всяческим уловкам, чтобы узнать у Цзюня Мосе: — Какие таблетки ты пробовал на мне для похудения? Не мог бы ты дать мне каждой по несколько бутылочек… и несколько сот бутылочек лекарства, которое действительно помогло…

Разве у Цзюня Мосе было на это время? Конечно, он отказал ему. В результате толстяк устроил истерику и отказывался уходить, он требовал по три флакона каждого лекарства.

Он действительно собирался развести эти лекарства и продавать, как-никак в мире ещё много толстяков.

Эти эффективные и не имеющие побочных действий таблетки — надежда толстяков во всем мире.

Что касается тех неудачных таблеток, то их тоже можно продать. Не просто продать, а по самой высокой цене! Про себя Тан Юань злился: «Не я один должен испытать эти страдания…»

Все толстые люди, которые хотят похудеть, должны не только почувствовать эти муки, но и заплатить высокую цену! И им придётся покупать десять раз подряд, чтобы похудеть…

Цена была очень высокая, но Тан Юань знал, что некоторых людей полнота беспокоит больше, чем его! Особенно это касается жён высокопоставленных чиновников… эти женщины будут бороться за это лекарство и предлагать сумасшедшие деньги…

Нужно назначить не только аукцион, но и сроки проведения!

Следует заметить, что Тан Юань по натуре хитрый человек, он действительно может сделать выводы о чём-то, полагаясь лишь на незначительные факты! Как торговец он не только бессердечный, но и прогнил весь насквозь…

Перед уходом Цзюнь Мосе позволил толстяку взять плодов священного дерева семи цветов и цветки искусного лотоса. Кроме того, он также подготовил нефритовую коробку и попросил отдать её Сунь Сяо Мэй.

Тан Юань был рад уйти. Когда он уходил, он заметил странную улыбку на лице Цзюня Мосе, но не придал этому значения. Он сделал слишком много для него и был очень обходителен!

«Какое счастье иметь такого друга… а что ещё нужно?»

Однако, вернувшись в город Тяньсян, толстяк начал сожалеть. Причина очень проста — он так быстро потерял вес, что Сунь Сяо Мэй не узнала его. Кажется, это очень странная, но реальная трагедия!

Тан Юань очень долго пытался ей всё объяснить …

Однако, это не то, о чём молодой мастер Тан действительно сожалел. На самом деле, из-за плодов священного дерева семи цветов и цветков искусного лотоса, подаренных Цзюнем Мосе, которые продлили жизнь на тысячу лет! Поэтому, в определённом смысле, это равносильно тому, что Тан Юань попал в когти Сунь Сяо Мэй до конца жизни …

По крайней мере, он не сможет завести интрижку в течение тысячи лет!

Даже если он заведёт любовницу, он сможет встречаться с ней только несколько десятков лет, потому что потом красавица постареет… оставляя его с болью на сердце. Поэтому ему придется встречаться только с Сунь Сяо Мэй…

Таким образом, толстяк всю жизнь… будет во власти Сунь Сяо Мэй …

Когда Тан Юань внезапно всё осознал, он принялся ругать Цзюня Мосе, но прошли уже сотни лет… В то время Тан Юань уже стал богаче, чем все монархи, министры и знатные семьи вместе… только с ним по-прежнему находилась его жена…

Среди людей появились слухи не только о «Злом Монархе», но и о «Мудреце Любви»!

Кто смог бы любить одну женщину на протяжении тысячи лет?

Только Тан Юань!

Кто смог бы никогда ей не изменять?

Только бог денег, господин Тан!

Кто мог бы… по-прежнему, только господин Тан!

Господин Тан, который обманывал мужчин и силой брал женщин, вдруг стал «Мудрецом Любви» и образцом идеального мужчины! Это какое-то чудо! Или волшебство!

Чудо, созданное Богом денег!

Молодое поколение, особенно девочки, говорили о страсти Тан Юаня с блеском в глазах!

Но кто бы мог подумать, что так называемая «страсть» господина Тан на самом деле вынужденная…

Ещё один момент, о котором стоит упомянуть, это то, что жизнь Тан Юаня всегда выглядела как жизнь обычного дельца, а не аристократа! Для Цзюня Мосе дружба с Тан Юанем, с которым они выросли вместе, совсем не изменилась.

После того, как Цзюнь Мосе исчез, Тан Юань спрятал его вещи!

Пусть даже это капля воды, капля вина, кусок бумаги… никто, кроме него не мог прикасаться к вещам Злого Монарха! Даже Сунь Сяо Мэй!

В резиденции Тан Юаня была секретная комната. Никто не мог войти туда, пока Тан Юань жив. Его потомки не выдержали, открыли секретную комнату, и были потрясены.

Все думали, что Тан Юань — самый богатый человек в мире, бог денег, спрятал там какую-то драгоценность или поразительное сокровище.

Но неожиданно в секретной комнате оказалось только два стула и один стол, на столе стояли два бокала и кувшин. Кажется, что здесь двое просто распивали вино и болтали…

Стены были сплошь завешаны и заставлены самыми обычными вещами.

Тряпье, кувшины и несколько пустых бутылок. Это были небольшие нефритовые бутылки, которые когда-то были наполнены лекарствами от Цзюня Мосе. После аукциона эти маленькие бутылки все до одной были привезены сюда Тан Юанем …

Что касается остальных вещей — человек, который долго находился вместе с Цзюнем Мосе и Тан Юанем, заметил бы, что это их совместные вещи и воспоминания…

Тайная комната была чистая. Известный всем своей ленью Тан Юань лично там убрался!

Потому что здесь находилось самое ценное сокровище в его жизни!

Дружба и любовь!

Иногда Тан Юань сидел здесь в тишине, выпивая вино, которое Цзюнь Мосе оставил для него, а потом вздыхал: «В этой жизни достаточно иметь одного друга!»

Тан Юань осознавал, сколько Цзюнь Мосе сделал для него! И все знали, сколько Тан Юань сделал для Цзюнь Мосе!

Они так много сделали друг для друга, что навсегда стали братьями! И дали себе обещание!

На стене этой секретной комнаты висела надпись, сделанная собственноручно Тан Юанем: «Никто в этом мире не может одолеть моего брата!»

Никто, кажется, не знал, что это было предложение, которое однажды сказал Цзюнь Мосе, когда Тан Юань попал в яму. В то же время, это обязательство, которое Злой Монарх взял на себя перед своим братом.

И он действительно сделал это!

Тем не менее, это сделал не только Цзюнь Мосе!

Потому что эта фраза — также обязательство Тан Юаня перед своим братом Цзюнем Мосе!

Эта фраза кажется бессмысленной, но это не значит, что совсем!

Колесо судьбы крутится, всё меняется!

Время не пощадит никого!

Спустя более тысячи лет Цзюнь Мосе подвергся беспрецедентной опасности. В то время никто не думал, что бог богатства, Тан Юань, встанет на сторону Злого Монарха, но Тан Юань игнорировал уговоры своей семьи, и, припугнув своей силой, отослал все свои сбережения, поэтому Злой Монарх смог пережить тяжелый этап!

Все богатства, которые он копил всю жизнь!

Это огромная, просто астрономическая сумма!

Деньги, прокладывающие дорогу даже к божествам!

Всё ради брата!

«Никто в этом мире не может одолеть моего брата!»

Этот принцип никогда не изменится! Никогда!

Даже если они умрут, они останутся братьями!

В прошлом, настоящем и будущем!

Братья!

Глава 1142. Внезапно рухнула гора Тяньчжу.

Время летит быстро, в мгновение ока прошло ещё несколько дней!

До битвы за небеса остался один месяц и три дня!

Хотя осталось больше месяца, сейчас самое подходящее время подготовиться к официальному военному походу, ведь подготовка занимает немало времени.

Цзюнь Мосе никогда не думал о том, что сможет выиграть войну против племён чужаков! Это, определённо, затяжная война.

Планирование и организация занимает много времени. В том числе подбор солдат, разработка стратегии и тактики, сбор провианта, денег и расходных материалов… он готовился очень долго ради этой цели.

Но до сих пор нет уверенности, что они победят! В чем сила чужаков? Цзюнь Мосе ничего не знал о них!

В это время внезапно произошла катастрофа!

Этот инцидент застиг всех на континенте врасплох!

В этот день Цзюнь Мосе и Мей Сюэ Янь сидели в кабинете, готовясь официально определить воинов, которые будут участвовать в битве!

Это будет самый великий военный поход за всю историю!

Он войдёт в историю навсегда!

Потому что этот поход не только ради Войны за Небеса, которая проходит раз в пятьсот лет, но и для того, чтобы искоренить чужаков! Полностью уничтожить источник зла, угрожающего материку Суань!

Или это будет последний решающий бой!

Наконец закончится война, длящаяся почти десять тысяч лет, захватившая весь мир и миллионы людей!

Люди на материке Суань, независимо от того, насколько они противоречивы, должны жить на своей земле… Как говорится, «Если мясо гниёт, то пусть гниёт в котелке». Цзюнь Мосе об этом никогда не думал. Цзюнь Мосе прямо-таки ненавидел этих отвратительных чужаков, поэтому не позволит им пересечь горы Тяньчжу!

Он уже принял решение уничтожить их полностью!

Мэй Сюэ Янь пряталась от Цзюня Мосе несколько дней, на душе у неё было неспокойно. Но, после того, как она снова увидела Цзюня Мосе, он вопреки ожиданиям выглядел обычно и нисколько на неё не злился, поэтому постепенно она успокоилась.

Хотя она знала о мстительном характере Цзюня Мосе, но не приняла близко к сердцу его заявление, что «он будет мстить и никогда этого не забудет». Однако, если настало время… почему ей никто не мстит?

Убийство оплачивается жизнью, долг ― деньгами… Это непреложная истина.

К тому же, на этот раз она действительно оступилась…

В крайнем случае, если действительно наступил час её расплаты, но он не сможет найти её, то, вероятно, ей лучше самой найти его… вот о чём она думала.

В тот момент, когда они вдвоём начали обдумывать общую ситуацию, вдруг земля содрогнулась! Произошло сильное землетрясение, которое достигло определённого уровня!

Вся резиденция Злого Монарха начала трястись. Высокая резиденция качалась из стороны в сторону, как ива на ветру.

Если бы Цзюнь Мосе когда-то с помощью своей силы земли не укрепил основание резиденции, вероятно на этот раз случилась бы катастрофа!

Их лица изменились от страха!

Они посмотрели друг на друга и увидели одно и то же выражение в глазах: что случилось? Почему произошло такое землетрясение?

В следующее мгновение они подошли к окну, затем пронеслись и оказались прямо на самом высоком месте в лесу Тянь Фа.

Вдали ещё продолжала дрожать земля, с многочисленных гор с грохотом сыпались валуны, с некоторых довольно обрывистых гор сходили целые пласты.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь обменялись растерянными взглядами. Земля всё ещё дрожала, поэтому камни «подпрыгивали», качались деревья, всё напоминало конец света.

В то же время у них возникла мысль: «Произошло что-то плохое!»

Стоя на самой высокой точке, они видели, что горы вокруг рушатся. Однако происходило что-то, что они не могли увидеть!

Катастрофа случилась где-то далеко!

Хотя что-то случилось далеко от них, но оказало огромное влияние на их местность! Ситуация складывалась довольно тяжёлая, это не шло в сравнение с предыдущими их бедами!

Цзюнь Мосе закрыл глаза. Своим взором он осмотрел всё на несколько сотен километров… но ничего не нашёл!

Он открыл глаза, которые горели странным светом: — Пришла большая беда! Я надеюсь, что всё обойдётся… я надеюсь, что всё обойдётся…

Цзюнь Мосе повторил это два раза подряд, его лицо стало белым. Он не стал говорить дальше, так как подумал, что последствия могут быть слишком серьёзные. Обычно дерзкий Цзюнь Мосе сейчас боялся сказать лишнего!

Мэй Сюэ Янь растерянно смотрела на него, её прекрасное лицо медленно искажалось в гримасе.

Их предположения были примерно одинаковые.

«Поскольку это уже случалось более десяти тысяч лет назад. Только ситуация не была такой тяжелой. Тогда рухнула гора Тяньчжу. Сейчас ситуация складывалась намного серьезнее, чем тогда!»

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и наконец сказал: — Кажется, я догадался. В настоящий момент может произойти только одна ужасающая вещь! Это… обрушение горы Тяньчжу!

Мэй Сюэ Янь побледнела, но медленно кивнула!

На самом деле другого объяснения не было.

Тем не менее, Цзюнь Мосе беспокоился о другом: — Если это так… то три священных земли находятся возле горы Тяньчжу… Вероятно, развитие событий пошло по плохому сценарию.

В резиденции Злого Монарха все в панике выбегали из своих комнат, один за другим они взбирались на самые высокие места и осматривали местность. У каждого менялось выражение лица, на этот раз всё действительно серьёзно!

Однако… десять тысяч лет назад именно Мяо Цин Чен вызвал обвал горы Тяньчжу из-за небесной кары, но по какой причине произошло разрушение на этот раз?

Неужели существует человек, который обладает наиболее разрушительной силой, чем у Мяо Цин Чена? Это немыслимо и совершенно невероятно! Тогда наверняка случиться беда!

К тому же беда, которую никто не ждал.

Вполне вероятно, что это дело рук чужаков за горой Тяньчжу!

Потому что не только на материке Суань хотят навсегда уничтожить чужаков, но и чужаки хотят одолеть жителей материка Суань и завладеть такой прекрасной землёй.

— Нужно немедленно собирать людей и готовиться к военному походу! Сначала мы отправимся на гору Тяньшэн, чтобы посмотреть, что делают три священных земли. В течение двух часов все Почтенные мастера и священные животные должны собраться за пределами резиденции Злого Монарха. Если кто-то промедлит, то умрёт! — Цзюнь Мосе проявил инициативу и немедленно издал самый строгий приказ.

Если на горе Тяньчжу это странное явление вызвано чужаками, то им не избежать вторжения, тогда случится большая беда. Любая задержка даже на минуту может привести к бесчисленным потерям!

Когда Цзюнь Мосе встречался с людьми из трёх священных земель, он сказал, что ему безразличен мир на материке и простые люди, но в настоящий момент, он был действительно абсолютно равнодушным!

Защищать свою родину — это главная задача мужчины.

Неважно, в каком он месте!

Его приказ быстро распространился, несмотря на обширную территорию леса Тянь Фа. Хотя в кратчайшее время Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь собрали всех мастеров в резиденции Злого Монарха, но им нужно было больше двух часов, чтобы собрать оставшуюся боевую мощь!

Если гора Тяньчжу полностью разрушена из-за определённых факторов, материк Суань, который утратил свой естественный барьер, столкнётся с массовым вторжением чужаков… Цзюнь Мосе боялся представить, сколько погибнет людей!

Потому что эту катастрофу нельзя предвидеть!

Землетрясение не прекращалось в течение длительного времени, в некоторых местах небольшое дрожание стало сильнее.

В то же время постепенно повышалась температура, хотя это было не так очевидно, но, тем не менее, чувствовалось.

Лица Цзюня Мосе и Мэй Сюэ Янь всё больше искажались от ужаса, у них опять появилось одинаковое предположение о происходящем. Цзюнь Мосе схватил Мэй Сюэ Янь за талию, применил Побег Инь и Ян и взлетел прямо вверх!

Человек, достигший уровня Шэнцзуна, самое большее может подняться лишь на три сотни метров, но применяющий Побег Инь и Ян может вознестись буквально до небес!

Они поднялись прямо вверх, не зная, как высоко небо. Они пристально смотрели вдаль и вдруг заметили, что в юго-западном направлении поднялся небольшой дым…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул.

В следующий момент он вернул Мэй Сюэ Янь на землю.

— Я ожидал, что ситуация будет чуть лучше, а не настолько плохая! — Цзюнь Мосе стал мрачнее тучи.

— Что это, чёрт возьми? — Мэй Сюэ Янь никогда не видела Цзюня Мосе в таком состоянии, её голос слегка дрожал.

— На самом деле это извержение вулкана! И не одного. Очень вероятно, что произошло извержение группы вулканов вблизи горы Тяньчжу! Так или иначе, отсюда не видно! Землетрясение усилилось, потому что извержение одного вулкана привело к извержению остальных! — печально вздохнул Цзюнь Мосе.

— Вулкан? Что такое вулкан? — хотя знания Мэй Сюэ Янь были достаточно глубоки, но она впервые услышала это странное название.

Глава 1143. Кипела горячая кровь, душа наполнялась стремлением и смелостью

— Что такое вулкан? Как же тебе объяснить? Проще говоря, это такая гора, не сильно отличающаяся от обычной горы, только в определённых условиях, изнутри горы внезапно выбрасывается пламя и магма. Температура такая, что легко расплавит металл. Вулкану невозможно противостоять, даже маленький вулкан может накрыть лавой территорию в сотни километров. Сейчас изверглись все вулканы вблизи горы Тяньчжу. Боюсь, что катастрофа затронет территории по крайней мере на тысячи километров… Все живые существа погибнут! — шёпотом сказал Цзюнь Мосе.

— Так это дьявольский горный огонь! — Мэй Сюэ Янь задрожала от страха. — Что нам делать?

— Это стихийное бедствие, человек не может этому противостоять. Мы в безвыходном положении! — сказал Цзюнь Мосе. В этом мире вулкан называли «дьявольским горным огнём». Такое название тоже подходило.

— Дьявольский горный огонь… не возникал на материке Суань по крайней мере на протяжении тысячи лет. Почему на этот раз они изверглись все в раз? — Мэй Сюэ Янь нахмурила брови и взволнованно сказала: — Ты сказал, что один вулкан может убить много людей, но какая произойдёт катастрофа, если вспыхнуло множество вулканов!

— Неудивительно, что вулканы изверглись одновременно. Я лично ездил на гору Тяньчжу и осматривал местность. Если вершины горы Тяньчжу действительно рухнут, то это вызовет крупномасштабное извержение вулканов. Это было ожидаемо, — Цзюнь Мосе равнодушно сказал: — Глубоко под землей, там, где мы стоим, испокон веков находится зона высоких температур. Температура настолько высокая, что может расплавить всё что угодно! Это похоже на огромный подземный огненный океан, который движется и кипит. Большую часть времени поток не вырывается из земли, но при сильной вибрации, лава начинает пузыриться… увеличиваться в объёме и, в определённый момент, изливается на поверхность земли, что называется «вулканическое извержение», это же и приводит к землетрясению… Гора Тяньчжу очень высокая, с древних времён никто не поднимался на её вершину, независимо от уровня культивации Суань! Землетрясение, которое произойдёт из-за обвала этой огромной горы, окажет влияние на весь континент! Я уже упоминал, что это движение материка отразится и на движении под землёй. Особенно на территории горы Тяньчжу, где появятся огромные разломы! Магма в недрах земли будет двигаться по разломам, сначала медленно, но постепенно увеличивая свою скорость и, в конце концов, станет неуправляемым потоком! Что касается разломов: почва становится чрезвычайно мягкой из-за высокой температуры, а магма, продвигаясь со всех сторон, разламывает почву и изливается наверх! — Цзюнь Мосе нахмурился: — На этот раз дела плохи.

На самом деле, молодой мастер Цзюнь лишь немного знал об этом явлении, поэтому так поверхностно объяснял ей. Можно сказать, что Мэй Сюэ Янь осталась в недоумении, не зная истинного положения вещей. Но в этот момент оставалось мало времени, чтобы отвечать на её вопросы.

Из-за постоянного колебания земли в лес Тянь Фа быстро пронеслись со всех сторон бесчисленные мастера!

Конечно, они появились по приказу Цзюня Мосе.

В небе повсюду летали священные животные. Они летали по небу, заслоняя его, как тёмные тучи, потом со свистом приземлились, и небо снова стало ясным.

Перед резиденцией Злого Монарха собиралось всё больше людей, их стало так много, что яблоку негде упасть. Но все пришедшие стояли молча, не шумели и ничего не говорили.

Люди сильно отличались друг от друга, поэтому стояли группами. Хотя земля по-прежнему дрожала, но все стояли неподвижно!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вместе встали перед людьми. С помощью своей невероятной силы земли Цзюнь Мосе создал специальную платформу, на которой они поднимались.

Промелькнула чья-то тень. Это прибыли в полном составе семь Шэнцзунов с Шэнцзуном Лу и встали перед ними двумя.

— Что случилось? Почему произошло такое сильное землетрясение? — серьёзно спросили все восемь.

— Судя по всему, гора Тяньчжу полностью рухнула! — сказал спокойно Цзюнь Мосе. — Мы должны что-то предпринять! Иначе чужаки пересекут естественную преграду и прорвутся на материк. Нам будет не так-то просто снова изгнать их! Это будет в тысячи раз сложнее!

— Неужели Война за небеса уже началась?! — Шэнцзун Лу был шокирован и округлил глаза.

— На этот раз последствия будут, определённо, намного серьёзнее, чем в прошлой Войне, — Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал. — То, что вы предполагаете, может произойти! Но эта решающая битва, безусловно, будет чрезвычайно жестокой!

Они сразу же взволновались, затем одновременно отступили, не говоря ни слова.

Они остались вдвоём и отдавали приказы!

Восемь Шэнцзунов были людьми, которые когда-то видели Войну за небеса, естественно, они лучше обычных людей понимали злодейство чужаков. Сегодня рухнула естественная преграда — гора Тяньчжу и они лучше остальных осознавали всю серьёзность ситуации!

Поэтому они не хотели терять даже немного времени. Они не будут спрашивать, даже если у них есть вопросы, поскольку уйдёт много времени на пустую болтовню.

Кажется, что ответы на вопросы занимают немного времени, что это не заслуживает внимания, но на самом деле за это время чужаки могут убить сотни невинных людей!

Они решили, что всем лучше спрятаться, а лес Тянь Фа передать Цзюню Мосе, Мэй Сюэ Янь и Королям зверей. Однако их моральные принципы не позволяли отступить, поэтому в таком серьёзном сражении они встанут впереди всех!

Их задача — защитить людей!

Так как люди долго жили в мире и спокойствии, то забыли о них и их героических подвигах. Сейчас люди ни во что их не ставили, а некоторые даже не любили.

Солдаты смотрели друг на друга как волки, они думали о том, что разорвут врага на куски, сдерут кожу и выпьют кровь, чтобы удовлетворить свои презренные желания.

Но в этот момент смертельной опасности, они придерживались задачи, оставленной их предками тысячи лет назад!

Ради материка, ради народа! Держать оборону, не жалея себя и жизни! Они встали друг за другом, как стальная стена, внутри кипела кровь!

На данный момент собралась вся боевая мощь!

— Почтенные мастера, покиньте поле. Немедленно уходите! — Цзюнь Мосе сверкал глазами, совершенно не давая шанса противоречить ему.

Повинуясь его приказу, все Почтенные мастера незамедлительно переместились из центра поля на край, завистливо глядя на тех, кому было позволено остаться.

Они тоже хотели биться с врагом!

Но в этот момент они лишь безоговорочно подчинялись приказам!

Нельзя медлить ни минуты!

Цзюнь Мосе быстро метал взгляд, как молнии или острые мечи, посмотрев на лица оставшихся мастеров.

— Господа, на этот раз внезапно рухнула гора Тяньчжу! Можно сказать, что континент попал в крайне опасную ситуацию! Многие тысячелетия мы участвовали в Войне за небеса, чтобы защитить достоинство континента. Сегодня нас ждёт ещё более жестокое испытание! На этот раз это будет беспрецедентно жестокая битва! Я спрошу вас, что вы должны делать?

— Сражаться! Сражаться! Сражаться! — одновременно закричали все священные животные. Возгласы и рёв сотрясали воздух!

Цзюнь Мосе вытянулся в струнку и сказал: — На протяжении тысячелетий лес Тянь Фа делал всё ради людей. Бесчисленное количество предков проливали свою кровь на горе Тяньчжу, а их тела навечно остались на поле боя за небеса! Но народ не признаёт лес Тянь Фа, чем спокойнее они живут, тем больше презирают лес Тянь Фа! — Цзюнь Мосе громко продолжил: — Сегодня в этом спокойном и счастливом мире неожиданно случилась беда, и надвигается жуткая катастрофа! Я спрашиваю вас, что вы выберете, несмотря на враждебное отношение?

— Сражаться! Сражаться! Сражаться! — сотрясся воздух! Они нисколько не колебались и продолжали кричать о сражении!

Цзюнь Мосе опустил голову. Несмотря на то, что люди постоянно ущемляли и преследовали священных животных, в критический момент беды на континенте они встали за них. Защищать людей, которые этого не заслуживают!

Настоящая душевная чистота!

— Сражаться! За честь!

— Сражаться! За материк!

— Сражаться! За Тянь Фа!

— Сражаться! За себя!

— Сражаться! За пламя, которое никогда не погаснет! За кровь, кипящую вечность!

Цзюнь Мосе взмахнул рукой, выказывая поддержку решимости к борьбе, затем вихрем взлетел в небо, наполненный бесстрашием и мужеством!

В этот момент все уже были наполнены желанием сражаться!

— Король орлов! Король медведей! — закричал Цзюнь Мосе, в его глазах вспыхнул яростный свет.

— Здесь! — одновременно шагнули вперед Ин Суй Кун и Сюн Кайшань.

Они ступали твёрдым, уверенным шагом!

Видные фигуры отдали знак почтения!

Они поняли по выражению лица Цзюня Мосе, что он поручит им весьма сложное задание. И крайне опасное!

Два короля нисколько не медлили, их взгляд был острым и решительным!

Глава 1144. Тянь Фа атакует по приказу Цзюня Мосе.

— Клану орлов подчиняется три тысячи воинов, поднимайтесь в воздух! Клан медведей, немедленно отправляйтесь к горе Тяньчжу! В данной ситуации вам нужно поторопиться! Если действительно наше положение складывается так ужасно, прошу вас провести первую волну сопротивления, не жалея средств и жизней воинов! — холодно отдал приказ Цзюнь Мосе.

На войне главное — стремительность!

Орлы летают быстрее всех!

Медведи обладают самой высокой боеспособностью среди зверей!

Орлы взлетели изо всех сил. Когда они доберутся до места, то превратятся в более мелких птиц. Вероятно, они не обладают большой боевой способностью, поэтому единственный вариант — это пожертвовать собой, но эта жертва необходима.

Именно они привезут с собой три тысячи воинов медведей!

— Слушаюсь! — чёрное, как смоль, лицо короля орлов не выражало никаких эмоций, а голос был холоден, как металл!

— Восемь Шэнцзунов тоже должны отправиться в первой волне войск! — Шэнцзун Лу шагнул вперёд, а его братья встали рядом с Королём орлов и Королём медведей.

Короли зверей, которые когда-то были преданы людьми из трёх священных земель, решительно и непоколебимо стояли. Хотя они знали, что первое войско, скорее всего, погибнет, но они шли вперёд — на смерть!

Моральные принципы не позволяли им отступить!

— Хорошо! Давайте выпьем вина! — закричал Цзюнь Мосе так, что все вздрогнули: — Лучшее вино! Для наших героев! Удачи вам!

Служанки быстро вынесли из резиденции Злого Монарха бесчисленное количество гигантских чаш, наполненных вином. Шесть тысяч солдат хотели выпить.

Цзюнь Мосе первый поднял чашу и сказал: — Поднимаю эту чашу в честь героев, которые защищают континент! В этой битве погибнут многие! Сейчас я, Цзюнь Мосе, лично провожаю вас и желаю удачи!

Цзюнь Мосе сказал жестокую правду.

На этот раз беда произошла так внезапно, что он не успел разработать подробный план. Шесть тысяч воинов из первого войска не только должны были противостоять удару врага, но и стать «пушечным мясом»!

Надежды на выживание почти не было! В том числе и для восьми великих Шэнцзунов!

Им придётся жертвовать своими жизнями, чтобы выиграть время на разработку стратегии для следующих войск!

Это война, а война всегда была жестока и беспощадна!

Не существует войн, где бы никто не погиб, или погиб только враг!

— На этот раз вы действительно важны. Я объясню: благодаря вашим жизням, мы выиграем время для континента. У меня есть только одна просьба к вам! Независимо от того, как вы будете биться, если умрёте — заберите с собой как можно больше чужаков! Вот и всё! — прозвучал холодный и бесчувственный голос Цзюня Мосе, как острый меч, пронзающий пространство.

Все молчали, у шести тысяч воинов орлов и медведей огнём горели глаза!

На их лицах ни разу не появились негативные эмоции… будь то нерешительность, трусость или желание отступить!

— Выпьем до дна! Неважно, жизнь или смерть! Вы навсегда останетесь героями! Вы все — мои братья! — закричал Цзюнь Мосе: — Братья, пусть наша кровь прольётся на континенте! Пусть наша победа навсегда останется в истории! До дна!

— До дна!

— До дна!

— До дна!

Звуки ударов чашек друг о друга слились воедино, затем шесть тысяч воинов вместе выпили и разбили чаши о землю!

— Желаю вам удачи, братья и сёстры! Отправляйтесь в путь! — Мэй Сюэ Янь взмахнула рукой, и красный, как кровь, флаг полетел в руки Короля орлов.

— Братья, вперёд! Получим удовольствие от битвы! — закричал Король орлов, вытянул руку и рванул наверх. Кувыркнувшись в воздухе, он превратился в чёрного орла с острыми, как стрелы, крыльями!

Кроваво-красный флаг развевался на ветру, сверху на нем было написано: — Смертоносный отряд Тянь Фа!

Тёмно-красный флаг, как кровь! Развевался на ветру!

Сюн Кайшань громко рассмеялся, его крепкое тело вздымалось вверх. Он сложил руки на уровне груди и сказал: — Братья, я пойду вперёд! Я ждал этот день сотни лет! Ради могущества Тянь Фа!

Глаза Короля орлов блеснули злостью. Наполненный решимостью биться не на жизнь, а на смерть, он взмахнул своими огромными крыльями и вместе с медведем исчез в небе!

Орел быстрый, как ветер, летел по небосводу!

Нисколько не сомневаясь, не сожалея о своей жизни, он оставил небо своей родины!

Все орлы с земли быстро взмыли ввысь и превратились в чёрные «молнии», потом слились в один чёрный поток и вслед за Королем орлов направились на юго-запад!

Шесть тысяч храбрых воинов отправились в путь! Как одна большая чёрная стрела!

Стрела, несущая смерть!

Их жизни навсегда останутся в истории!

Всё войско превратилось в маленькое тёмное пятнышко на небе, никто из них не оглядывался на лес Тянь Фа, место, где они выросли, и которое любили!

Решительно и непоколебимо!

Великий воин, Король орлов! Великий воин, Король медведей! Сильные шесть тысяч воинов!

Глаза Мэй Сюэ Янь наполнились слезами. Они лично послали шесть тысяч братьев и сестёр на смерть. Как она могла не скорбеть и не плакать?

Лицо Цзюня Мосе, столь же спокойное, как гора, не выражало никаких эмоций.

Он собирался отправить второе войско!

— Ин Бокун! Фэн Цзюань Юнь! Вы двое возглавите отряды «Небесные разрушители» и «Пожиратели душ» в триста бойцов. Триста воинов журавлей, сейчас же отправляйтесь в путь в качестве второго эшелона! Помогите Королю орлов и Королю медведей! Приложите все силы, чтобы противостоять удару врага!

— Повинуемся приказу! — Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь вышли вперёд и поклонились, приняв приказ.

Король журавлей, Хэ Чхунсяо, махнул рукой и триста мастеров, достигших уровня Достопочтенного мастера, выстроились в строй.

В этот момент люди и журавли объединились.

Вслед за Ин Бокуном и Фэн Цзюань Юнем в небо взлетели триста журавлей. Их белые перья сливались воедино и выглядели, как белое облако на небе!

Они вылетели через пол часа после Короля орлов.

Тем не менее, Цзюнь Мосе знал, что они достигнут места битвы по меньшей мере на пять часов позже, чем Король орлов!

Скорость журавлей и орлов совершенно несравнима. Даже, обладая силой Достопочтенного мастера, журавли не такие быстрые, как орлы.

Эти пять часов для отрядов Короля орлов и Короля медведей, безусловно, жестокое испытание! Смогут ли шесть тысяч воинов противостоять чужакам целых пять часов?

Никто не был в этом уверен!

Даже если войско Ин Бокуна доберётся до них, едва ли они смогут избежать смерти, ведь они столкнутся с врагом, который в несколько десятков раз превышает их по силе и количеству!

Конечно, если они смогут протянуть до прибытия войска Ин Бокуна, ситуация станет легче. Ведь это мастера среди мастеров!

Значимому человеку значимые и дела!

— Король тигров, Король журавлей! — сказал Цзюнь Мосе: — Третий эшелон будет сформирован из ваших кланов! Немедленно отправляйтесь им на помощь!

Король тигров, Ху Леди, и Король журавлей, Хэ Чхунсяо, в тот же момент вышли вперёд, выстроили свои войска, и ещё шесть тысяч воинов вплотную, друг за другом, начали подниматься вверх.

— Байли Лу Юн! Лэн Гао! — Цзюнь Мосе продолжал раздавать приказы: — Возьмите с собой тридцать шесть убийц и отправляйтесь с птицами Пэн в качестве четвёртого эшелона!

— Цзюнь Мосе добавил: — Не забывайте о вашей миссии! Вы — убийцы! Ваша задача — не помощь, а убийство! Убивайте самых сильных чужаков, поняли?

— Да! — Байли Лу Юн и Лэн Гао с гордостью шагнули вперёд.

— Вперёд!

Сильное войско тут же исчезло!

— Король львов, Король обезьян, Король птиц Пэн, Король беркутов, Король волков! Ваши пять кланов, в общей сложности двадцать пять тысяч воинов, выступят в качестве пятого эшелона! Все воины испытывают огромное давление! Возьмите с собой достаточно лекарств, еды и других необходимых материалов! — Цзюнь Мосе махнул рукой.

Это войско, состоящее из пяти больших кланов, на самом деле обладало относительно слабой боевой мощью.

Но нельзя недооценивать силу этих священных животных! В важный момент они тоже будут сражаться с врагом!

— Остальные, в том числе Королева змей и Король леопардов, переходят под командование Цзюнь Вуя. Начиная с юго-запада постепенно продвигайтесь и тщательно просматривайте территорию. Если на континенте уже появились чужаки, убейте их всех! Выполняйте это задание, пробиваясь к горе Тяньчжу! Нам не нужен ни один пленный!

Цзюнь Мосе никогда не забывал о таком отвратительном человеке, как Цзян Цзюнь Цзи. Если позволить чужакам попасть на континент… То нельзя предугадать все дурные последствия.

Вторжение чужаков вызовет самые печальные последствия!

Кроме Цзюнь Вуя, никто не обладал такими же способностями руководить и анализировать. Только генерал такого уровня мог взять на себя эту сложную задачу и выполнить её!

— Повинуемся! — Цзюнь Вуй и Королева змей сделали шаг вперёд, принимая приказ.

— Остальным, ожидать приказа в лесу Тянь Фа! Никому без моего приказа не выходить за пределы леса Тянь Фа! В противном случае, провинившийся понесёт жестокое наказание! Даже если появятся чужаки, всем ждать моего приказа! — строго сказал Цзюнь Мосе, делая акцент на серьёзности ситуации.

На горе Тяньчжу внезапно произошла беда, а причина гибели семьи Чжань всё ещё не была устранена. Если Чжань Лунь Хуэй воспользуется возможностью и атакует резиденцию Злого Монарха, то они находятся в опасности, так как вся боевая мощь направлена на главное сражение. Хотя в резиденции ещё остались кое-какие воины, но они такие слабые, что не смогут дать отпор!

Тем не менее, до тех пор, пока в этот период времени существует армия Цзюня Мосе, Чжань Лунь Хуэй не сможет прорваться!

Глава 1145. Сила ветра и облаков спасла небосвод.

Кроме Чжань Лунь Хуая таким уровнем культивации Суань обладал только Мяо Цин Чен, с помощью разрушительного громового удара он мог разбить войско. Но Цзюнь Мосе не верил, что Чжань Лунь Хуай может обладать таким уровнем культивации Суань! Ещё меньше он верил в то, что Чжань Лунь Хуай на это решится!

Даже если он использует громовой удар, чтобы разбить его армию, ему не избежать трагического исхода. Как он может пожертвовать лучшими потомками семьи ради спасения своей жалкой жизни?!

К этому моменту все приготовления были завершены.

Цзюнь Мосе посмотрел на пустынное поле, и, не оглядываясь, спокойно сказал: — Сюэ Янь, мы тоже должны отправиться в путь. К горе Тяньшен!

— Тяньшен? Почему не к горе Тяньчжу? — удивлённо сказала Мэй Сюэ Янь.

— Сюэ Янь, всё оказалось не так, как я изначально предполагал. Например, сегодня естественный барьер, гора Тяньчжу, полностью разрушилась. Армия чужаков, вероятно, вторгнется на континент Суань. После разрушения горы Тяньчжу три священные земли оказались совсем близко. Мы должны оценить, сколько у нас осталось боевой силы, — Цзюнь Мосе спокойно добавил: — А что меня больше всего беспокоит, так это то, что армия трёх священных земель будет полностью уничтожена в этой битве. Это очень скверно! Я боюсь, что будет очень трудно выиграть эту битву, полагаясь лишь на силу нашей семьи!

Мэй Сюэ Янь вдруг всё поняла.

Цзюнь Мосе отправил войска и почти все силы Тянь Фа только ради этого! Он рассчитал всё далеко наперёд!

Цзюнь Мосе медленно вздохнул. Его изначальный план состоял в том, чтобы после Войны за небеса взять своих людей, пересечь гору Тяньчжу и проникнуть на территорию чужаков, чтобы убить их.

В этом случае, независимо от войны и разрушений на горе Тяньчжу, это не окажет никакого влияния на материк Суань. Если у них не получится, то они просто отступят и нападут в более подходящий момент. Можно сказать, отступят и займут оборонительную позицию.

Однако, его планы рухнули, так как произошла катастрофа! Все стратегические планы Цзюнь Мосе развалились!

Тем более люди никак не ожидали надвигающейся опасности с горы Тяньчжу!

При таких обстоятельствах, ему оставалось только обороняться!

— Кроме того… Гора Тяньчжу внезапно рухнула, этому точно есть причина, — глаза Цзюня Мосе холодно блеснули: — Как гора могла так легко обвалиться, если Первый Шао из подземного мира лично наложил запрет? Значит, этому есть причина! Я уверен, что её знают люди из трёх священных земель!

Если в этом мире существует человек, которого боится Цзюнь Мосе, то это Первый Шао из подземного мира. Кроме него, он может одолеть любого, даже Четырнадцатого Шао, Мяо Цин Чена, Чжань Лунь Хуая, сила которых превосходит его. Только непостижимая сила великого Первого Шао из подземного мира пугала его, хотя молодой мастер Цзюнь самонадеян и самоуверен, но своих сил он не переоценивал.

Если кто-то смог нарушить запрет Первого Шао из подземного мира, то это должен быть сильный враг!

Ещё немного подумав, он отказался от стратегии дальнейшего нападения. Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь тут же отправились в путь, они направились к месту возникновения катастрофы — горе Тяньчжу!

Цзюнь Мосе не взял с собой никого из летающих священных животных, только махнул рукой, чтобы Мэй Сюэ Янь попала в башню Хунцзюнь, а потом мгновенно совершил Побег Инь и Ян. Он перемещался очень быстро, бесследно рассекая воздух!

В мгновение ока он преодолел пятьсот километров!

Цзюнь Мосе летел по небу в одиночку, за два часа он пролетел путь в две тысячи километров!

По мере приближения к месту катастрофы, температура повышалась, что, несомненно, не было нормальным. Однако, причина в том, что эта природная аномалия вызвана внезапным извержением вулкана.

Цзюнь Мосе, находящийся на очень большой высоте, пристально смотрел вдаль. Чёрный дым на краю земли, который изначально казался слабым, сейчас был чётко различим. Увидев это, он действительно ужаснулся.

С помощью своего мастерства он преодолел такой длинный путь!

В этом мире никто не мог превзойти его по скорости!

Прошёл целый день.

Место катастрофы становилось всё ближе и ближе.

Цзюнь Мосе уже отчётливо видел вдалеке густой дым, заслоняющий небо и солнце, покрывающий бескрайнюю землю! Окинув взглядом, он увидел около тридцати горных вершин, из которых клубился густой дым!

Целых три десятка вулканов вспыхнули одновременно!

И все вулканы очень большие!

Хотя Цзюнь Мосе — довольно смелый человек, но в данной ситуации он глубоко вздохнул от безнадёжности!

Он уже оценил серьёзность катастрофы, но не ожидал, что ситуация будет настолько плохой!

Цзюнь Мосе находился как минимум в километре от места горящих вулканов, но волоски на его теле закрутились от ударившей тепловой волны.

Из многочисленных кратеров вулканов ещё била бесконечным фонтаном ярко-красная магма, иногда вылетали огромные валуны и становились красными, как падающие метеориты.

Повсюду витал странный запах, который резко ударял в нос!

Дым извергающегося вулкана… ядовитая штука! Наверняка люди, разбирающиеся в химии, знают это. Хотя жители континента Суань не знали этого факта, но Цзюнь Мосе точно знал, при этом не понимая, как это устроено!

К счастью, на этой огромной территории находилось не так много поселений. Даже если есть одна или две маленькие деревни, они разбросаны по территории.

Однако масштаб бедствия на самом деле немаленький и постоянно растёт!

Самое главное, что этот ядовитый дым развевался по континенту, стремительно, как десять тысяч коней! Если он дойдёт до людей, то они все погибнут!

В этот момент поднялся юго-западный ветер, который разжигал огонь и развевал дым…

С ошеломительной скоростью!

— Чёрт! Почему я не воспользовался силой ветра до этого критического момента? Твою мать, почему так? — ругался Цзюнь Мосе, внимательно осматривая все с высоты. — Сила ветра! Навстречу! Сила облаков! Закручивайся!

Указал он пальцем на юго-запад!

Постепенно с севера начал дуть лёгкий ветерок, который становился всё сильнее, а потом сформировался в ужасный ураган. Ветер ревел, будто расчищал небосвод, и мчался навстречу ядовитому дыму!

В самый разгар юго-западный ветер стал сильнее, однако внезапно начался северо-восточный ветер, который дул яростно навстречу тому! Он был неуправляем!

Кажется, погода изменилась по его велению?!

Пылающие облака, образованные ядовитым дымом с юго-запада, яростно вздымались, а белоснежные облака, собравшиеся на северо-востоке, выглядели мощно, как ответный удар по ядовитому дыму!

Как будто два древних бога внезапно решили сразиться друг с другом на небе, прихватив с собой небесных воинов и генералов!

Почти осязаемые облака и дым внезапно обрушились друг на друга. Хотя не должно было быть никакого звука, но вдруг раздался оглушительный грохот, как будто одновременно закричали миллионы людей!

Затем облака и туман сплелись воедино без какого-либо движения. Они не уступали друг другу, как внезапно с гулом вырвались к небу!

После взрыва на небе сразу образовалось грибовидное облако, настолько большое, что сложно описать!

И оно поднималось наверх!

Самое странное, что грибовидное облако на самом деле было наполовину белое и наполовину чёрное, белое, как снег, и чёрное, как смоль!

Это действительно удивительное зрелище!

Цзюнь Мосе поднял брови и вздохнул: — Даже если одновременно взорвётся миллион атомных бомб, вероятно, не будет такого невероятного грибовидного облака. Чёрт возьми, почему у меня сейчас нет с собой камеры, я бы снял это зрелище…

Хлоп! Два совершенно разных ветра, северный холодный и южный горячий, несутся вместе с бушующими облаками навстречу друг другу. Тотчас вспыхнули молнии, раздался гром и с неба посыпался град величиной с кулак!

Град с грохотом разбивался о землю, густой туман продолжал подниматься наверх…

Как только сформировалась сила ветра и облаков, она, не останавливаясь, двигалась вперёд!

С обдувающим северо-восточным ветром эта сила становилась всё больше, юго-западный ветер окончательно был подавлен. Северо-восточный ветер постепенно давил юго-западный и тот, наконец, затих…

Ядовитый дым направился в другую сторону!

Цзюнь Мосе стиснул зубы: — Вы, чужаки хреновы, думаете, у меня не найдётся на вас управы? Я ещё посмотрю, как искривятся ваши долбаные рожи, когда вы почувствуете этот ядовитый дым!

Он взмахнул рукой, и сила ветра снова увеличилась! Перешла на новый уровень мощности!

Силы ветра шестого уровня недостаточно, седьмого уровня тоже, сила ветра восьмого уровня ломает ветки деревьев, а девятого сносит черепицы с крыш!

Сила ветра достигла девятого уровня, а это само по себе могло привести к ужасной катастрофе!

Но Цзюнь Мосе мог свободно контролировать направление ветра, он не мог позволить себе легкомысленно относиться к силе ветра девятого уровня!

Как только ураган достиг девятого уровня, тупиковая ситуация в мгновение изменилась, юго-западный ветер не выдержал напора и был разбит в пух и прах. Вслед за северным холодным ветром, клубы ядовитого дыма, которые закрывали небосвод, направились на юго-запад…

Точнее, в сторону поселения чужаков за горой Тяньчжу…

Глава 1146. Результат действий Чжань Лунь Хуая.

Вслед за непрерывным ревущим северным ветром, из кратеров вулканов навстречу потоку ветра вырывался густой дым.

Ветер поднялся, облака сгрудились, природная мощь столкнулась с клубящимся дымом. Цзюнь Мосе, наконец, отчётливо увидел огнедышащие вулканы.

Хотя ядовитый дым уже ослаб, но из кратеров многочисленных вулканов всё ещё непрерывно выплёскивалась магма на несколько сотен метров вверх, а затем с треском и шипением падала вниз.

Куда бы ни падала лава, она всё поджигала…

Очевидно, что энергия, с которой магма извергалась из вулканов, была огромной!

Кругом все было голо и пустынно.

По-другому и не скажешь!

При резком повышении температуры почти все водоёмы вокруг на глазах испарялись, в некоторых местах земля начала трескаться, и эта ситуация только продолжала ухудшаться… Людям оставалось только смотреть на бедствие, вызванное силой природы, как будто в мгновение ока все беды упали им на головы!

Эта очень странная, ужасная ситуация действительно производила впечатление на стороннего наблюдателя и приводила в невероятный ужас!

На этот раз трём священным землям не избежать великого бедствия!

Цзюнь Мосе молча думал о том, что катастрофа охватила почти все районы вблизи горы Тяньшен!

Три священных земли расположены прямо в самой центре группы вулканов!

Вероятно, что подножие горы Тяньшен уже залито лавой…

Неужели кому-то посчастливилось уцелеть?

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, и вдруг ему в голову пришла мысль: кажется, он слишком рано отправил свои войска! Раньше он не думал, что извержение вулкана будет таким жарким, а разрушительная сила настолько ужасной. Люди трёх священных земель очутятся под угрозой гибели, но пострадают ли чужаки?

Несправедливо, что извержение вулкана отразится только на жителях континента Суань. Он надеялся, что чужакам тоже досталось!

Масштабы извержения вулкана настолько велики, что люди там едва ли выживут.

Цзюнь Мосе вздохнул. Он предполагал, что на этот раз потери будут просто огромными. Он вместе с Мэй Сюэ Янь, отправляя войско великих героев, Короля орлов и Короля медведей, хотел избежать ненужных жертв!

Оценив ситуацию, он решил, что его армия не должна проиграть. Даже если ему придётся сражаться в одиночку, он сможет избежать трудностей, созданных тремя священными землями. Иногда друзья, которым ты не можешь доверять, намного опаснее сильного врага. Если в этой ситуации они потеряют войска трёх священных земель, то, конечно, станут слабее, но при этом уйдут опасения за свой тыл!

Цзюнь Мосе, который в душе как раз радовался, внезапно увидел колебания в облаке дыма. Небольшое чёрное пятно быстро вылетело из клубов дыма, полетело навстречу яростному северному ветру и издало странный пронзительный звук!

Зрачки Цзюнь Мосе сузились, он быстро понял, что это чёрное пятно — человек!

Человек!

В сегодняшнем мире, самым сильным человеком по уровню Суань является последователь Первого Шао из подземного мира — Мяо Цин Чен, но сейчас старик Мяо скрывается от небесной кары глубоко под землёй. Кто ещё может обладать такими способностями?

Это мог быть несравненный Четырнадцатый Шао из подземного мира, но было очевидно, что это не он. Но едва ли сила этого человека уступала силе Четырнадцатого Шао!

Он намного сильнее!

Поскольку он уже исключил двух людей, у Цзюнь Мосе остался только один вариант!

Это Чжань Лунь Хуай!

Сразу же вслед за его силуэтом один за другим вылетели десятки других людей, они летели сражаться, не щадя жизни!

Несмотря на то, что они всё ещё находились далеко друг от друга, он по-прежнему не мог разглядеть лица противника, но ясно ощущал напряжение!

Люди позади него давали понять, что будут использовать все методы, чтобы одолеть его, пока не умрут!

Это лютая вражда!

Когда силуэты приблизились, он смог разглядеть лицо первого человека. Он прищурился и стал внимательно вглядываться.

Чжань Лунь Хуай, это был действительно он!

Остальных Цзюнь Мосе тоже знал.

Это были выдающиеся мастера Священного дворца.

Первым был Владыка Священного дворца — Гу Хань, который прожил более трёх тысяч лет!

Господина Гу Ханя стали так называть последние три тысячи лет, до этого его называли «У Шань Юнь»

В этот момент лицо Гу Ханя выражало гнев, одежда была порвана. Кто бы мог подумать, что это был тот самый выдающийся человек, каким его видел когда-то Цзюнь Мосе. Его глаза горели огнём.

Он нисколько не замедлялся, а, чтобы развить максимальную скорость, использовал способ воспламенения энергии, который вредил его телу. Он хотел во что бы то ни стало как можно быстрее догнать спасающегося бегством Чжань Лунь Хуая!

Кроме этого, Гу Хань, похоже, не думал ни о чём, даже о своей жизни…

Цзюня Мосе осенило: вероятно, что Чжань Лунь Хуай имеет отношение к обрушению горы Тяньчжу! Иначе, такой человек, как Гу Хань, не разозлился бы до такой степени!

Чжань Лунь Хуай продолжал без оглядки быстро лететь вперёд.

Вдруг Гу Хань закричал, подтверждая догадки Мосе: — Чжань! Ты так бежишь, что только пятки сверкают! Разве ты не хочешь узнать, что с тобой будет? Ты, предок континента Суань, явно лишился рассудка, раз решил разрушить гору Тяньчжу — основу континента Суань! Ты заслуживаешь самой суровой кары!

Его голос звучал как гром среди ясного неба, а звук сотрясал пространство на сотни километров вокруг. Эхо от его голоса не прекращалось, казалось, что сам воздух дрожит, расходясь волнами и затухая.

Чжань Лунь Хуай игнорировал его слова, он летел на полной скорости, нисколько её не снижая, а даже увеличивая!

— Чжань Лунь Хуай! Тебе не убежать! Даже если тебе удастся уйти, куда денется твоя семья?! Ты совершил величайшее преступление против всего континента Суань! — продолжал гневно кричать Гу Хань: — Остановись! Принеси извинения самоубийством! Иначе из-за тебя погибнет вся семья Чжань!

Тем не менее, Чжань Лунь Хуай продолжал быстро передвигаться.

Цзюнь Мосе закатил глаза. Этот Гу Хань был слишком разговорчив, он просил того остановится, сдаться без сопротивления и… принести извинения самоубийством? Было бы странно, если бы человек, услышавший эти слова, не побежал быстрее!

Люди говорят, что чем старше человек, тем он мудрее и опытнее. Но как может этот старик, который прожил как минимум три тысячи лет, сказать такую глупость?!

Никто ахнуть не успел, как фигура Чжань Лунь Хуая оказалась в полутора километрах от Цзюня Мосе! Гу Хань и остальные находились на таком же расстоянии от него.

Сердце Цзюня Мосе ёкнуло, глаза блеснули. Он моментально принял решение, выпрямился и свистнул. У него в руках оказался меч «Кровь Яньди и Хуанди»!

Чжань Лунь Хуай бросился в сторону, его явно напугала сложившаяся ситуация.

На этот раз он восстановил силы, не жалея жизни более ста великих мастеров семьи Чжань, чтобы заполучить таинственный предмет из Священного дворца.

Этот предмет сохраняет создание чудесного вещества в Призрачном Дворце.

Его цель очень проста — не более, чем вернуть эту вещь, а затем использовать в качестве разменной монеты, полностью подавив семью Мяо в Призрачном Дворце, а затем занять там руководящее место.

Можно сказать, что его цель проста, даже очень проста.

Он уже принял решение, что после того, как получит эту вещь от Священного дворца, он направится в лес Тянь Фа, а заодно уничтожит этого безрассудного мальчишку! Он сам хотел лишь заполучить этот предмет, но не стать врагом трёх священных земель. Этот негодник лишь мишень, которую хотели уничтожить три священные земли. Если он убьёт его, то сможет наладить отношения с тремя священными землями!

«Кто такой Злой Монарх? Что он, Шэнцзун, из себя представляет? Он никто по сравнению со мной, Чжань Лунь Хуаем!»

Но он никогда не думал, что на этот раз он взял слишком много этого чудесного вещества, что привело к разрушению запрета, установленного Первым Шао из подземного мира, и поэтому гора Тяньчжу рухнула!

Чжань Лунь Хуай знал, что он устроил катастрофу, поэтому решил поскорее улизнуть. Так как его не поймали сразу на месте, он думал, что сможет выкрутиться.

Однако, он понимал, что Гу Хань и остальные из-за такого большого происшествия захотят наказать его. Разве они отпустят его просто так?

После многократных сражений Чжань Лунь Хуай, наконец, сбежал, но люди Священного дворца преследовали его без устали и не жалея своих жизней!

Тем не менее, Чжань Лунь Хуай оказался сильным стариком и обладал в истинном смысле необыкновенной мощью. Понимание, владение, контроль и развитие энергии несопоставимы с силами Гу Ханя и остальных. Даже если Гу Хань использует способ ускориться, который вредит ему, он всё равно его не догонит!

Видя, что расстояние между ними становится всё больше и больше и ему ничего не грозит, он понял, что всё закончится благополучно! «Вы называли меня безумным Чжанем? Я продержался до конца, а разве ты смог догнать меня?!»

Чжань Лунь Хуай знал, что сегодняшний инцидент — действительно серьёзное дело, и давно уже придумал план, чтобы выкрутиться.

Даже такой мастер, как Мяо Цин Чен, единственный оставшийся уважаемый человек на всём континенте Суань, совершенно не смог бы выдержать ответственности за эту катастрофу!

Тем не менее, местом, где произошла катастрофа, был континент Суань, это не имело никакого отношения к Призрачному Дворцу. Количество ценных предметов, которые он получил на этот раз, довольно значительно, и достаточно, чтобы покрыть расходы Призрачного Дворца на многие годы вперёд. Даже если континент Суань попадёт в руки врагу, им-то что?!

Скоро перед ним появится гора, как только он её минует, так сразу попадёт в Призрачный Дворец!

Даже если они обладают выдающимися способностями, они не смогут ему ничего сделать!

Только Чжань Лунь Хуай на мгновение расслабился, как внезапно перед ним в трёхстах метрах затрясся воздух, кажется, в этот момент его охватило отчаяние…

Глава 1147. Достоинство меча Яньди и Хуанди

Для несущегося на полной скорости Чжань Лунь Хуая преодолеть расстояние в триста метров было всё равно, что щёлкнуть пальцем. С этой мыслью он сделал ещё один рывок на четверть километра! Но в этот момент земля и небо переменились в цвете!

Бесподобный божественный меч с огромной силой ударил прямо по Чжань Лунь Хуаю!

В этот момент пространство в три сотни метров было буквально полностью заключено в ловушку! Блеск меча был похож на разряды молнии, заслонившие собой всё небо!

Казалось, что перед этим ослепительным светом меча даже палящее солнце утратило свой цвет!

Стало темно!

Этот внезапный свет меча был таким ярким, словно в ночном небе из неоткуда ударил огромный разряд молнии!

Бежавший Чжань Лунь Хуай был совершенно не готов к такому повороту. Этот меч заполонил всё видимое и невидимое пространство!

Так неожиданно, так необъяснимо! Никто не смог бы такое предугадать, а тем более предотвратить!

Ещё секунду назад Чжань Лунь Хуай не мог нарадоваться успешному побегу, а теперь в его будущем виднеется лишь яркий отблеск огромного меча! И он тут явно для того, чтобы отсечь голову Чжань Лунь Хуая!

Он на волоске от смерти!

Чжань Лунь Хуай поначалу действительно перепугался, однако благодаря его многолетнему жизненному опыту, он сумел быстро приспособиться к изменившейся обстановке. Громко зарычав, Чжань Лунь Хуай продолжил движение с прежней скоростью, однако его траектория слегка изменилась — мастер Чжань вдруг взлетел вверх на целых триста метров!

Расставив такую ловушку, Цзюнь Мосе надеялся ограничить пространство для передвижения Чжань Лунь Хуая, однако на него это не оказало ни малейшего влияния! В момент прорыва границы, он поднялся ещё на три десятка метров, по-прежнему не изменяя своей скорости!

Но Чжань Лунь Хуай — всё же не бог, так что такая ситуация определённо должна была хоть как-то на нём отразиться! В то момент, когда он изменил своё направление, меч тоже не остался на месте, его кончик слегка подпрыгнул и невидимой силой начал поднимать орудие вверх. И мощь этого меча вдруг возросла!

Чжань Лунь Хуай переменился в лице, и, наконец, остановился!

Если бы не возникло такое препятствие, то он бы однозначно смог избавиться от этого меча. Но теперь двигаться с прежней скоростью слишком опасно — можно быть атакованным! Как бы быстро он не бежал, этот клинок будет быстрее!

Несмотря на то, что в этот момент, впереди так и не возник ничей силуэт, Чжань Лунь Хуай прекрасно понимал, что имеет дело с достойным противником! Его уровень владения мечом достиг ужасающих масштабов, такого мастера можно назвать основоположником или же эрудитом своего учения!

Чжань Лунь Хуай дал Цзюню Мосе очень высокую оценку. Перед лицом такого противника, скорее всего в сердце у любого мастера зародится трусость и желание убежать, которое, в свою очередь, вызовет чувство неполноценности. Чжань Лунь Хуай, по-прежнему находящийся в небе, ударил в ладоши и устремился навстречу огромному мечу!

Яркий свет клинка изливался всеми цветами радуги! Положение меча не изменилось, и он дерзко ринулся вперёд!

Яростная атака!

Ладонь с громким «ба-бах», вдруг столкнулась с блестящим клинком!

Длинный меч внезапно издал странный звук и быстро начал вращаться в воздухе, словно сверло. В одно мгновение он прорвал защиту Чжань Лунь Хуая и оказался около его горла!

Лунь Хуай лишь ощутил внезапный холодок, а затем его кожа резко покрылась мурашками.

Он громко закричал, тут же отступил назад и сумел спастись. Эта атака была аж в сто пятьдесят метров в высоту! Уже после того, как Лунь Хуай ускользнул из-под смертельной угрозы на безопасное расстояние, он обнаружил, что с ног до головы покрылся потом!

К счастью, Чжань Лунь Хуай изначально оценил силы противника верно, скорее даже переоценил их, насколько это было возможно, поэтому при своей атаке он оставил немного силы про запас, дабы иметь возможность вовремя отступить! В противном случае, он бы уже лежал на земле, понемногу принимая температуру окружающего воздуха.

За всю свою жизнь Чжань Лунь Хуай впервые столкнулся с такой зловещей ситуацией!

И правда на волосок от смерти!

Меч снова двинулся вперёд, заполняя собой небеса и землю, а его атака была пропитана яростью. Очевидно, что на этот раз не стоит ждать никакой пощады.

Но Чжань Лунь Хуай в этот момент уже мобилизовал всю имеющуюся у него силу Суань и находился в полной готовности. Через предыдущий контакт он понял, что силы противника безусловно высоки, но он, всё же, несколько уступает ему в реальных действиях. В состязании лицом к лицу шансы на победу будут в руках Чжань Лунь Хуая!

Однако, к сожалению, дело не только в этом зловещем и дьявольском мече!

В этот момент раздался звук ветра, и впереди показался тонкий чёрный клинок, от которого веяло неописуемым скрытым злом! Словно это была обида и ненависть неприкаянной души мертвеца! Эта атака, это странное чувство… Чжань Лунь Хуаю оно показалось очень знакомым…

Только выходец из одного места может использовать такую атаку.…

— Четырнадцатый Шао? — Чжань Лунь Хуай не на шутку перепугался! Этот клинок, несомненно, убьёт его раньше, чем он что-то успеет предпринять, но… при предыдущем столкновении Чжань Лунь Хуай твёрдо удостоверился, что имеет достаточно сил, чтобы противостоять своему оппоненту. Теперешнее неожиданное вмешательство Четырнадцатого Шао напрочь лишило Лунь Хуая какой-либо веры!

Он повернул рукой, и в ней, наконец, появился длинный блестящий меч!

Даже столкнувшись со смертельной осадой сильнейших мастеров Священного дворца, Чжань Лунь Хуай не обнажал оружия, однако сейчас при виде клинка Четырнадцатого Шао, он немедленно вытащил свой меч!

Лучше не мешкать перед атакой такого противника!

Чжань Лунь Хуай прежде уже вступал в схватку с одним из представителей Шао, но в этот раз даже с его высоким уровнем совершенствования, проще сто раз умереть и переродиться, чем договориться с этим психом!

Раздался громкий звон стали, и Чжань Лунь Хуая отбросило на три метра от совместной тяжёлой атаки двух мечей!

Цзюнь Мосе, услышав крик Лунь Хуая «Четырнадцатый Шао?», вдруг опешил: «Что? Твою мать, это, вообще-то, я тебя атакую… Причём тут вообще этот Шао?»

Тем не менее, это «благоприятное» недоразумение молодому мастеру только на руку! Чем сильнее ошибочное понимание, тем лучше! «Если этот хрен сегодня не подохнет, то в следующий раз предоставим ему возможность сразиться с настоящим Четырнадцатым Шао. Всё равно он без дела сидит… Бездельничает и бездельничает, вообще ничего не делает ради защиты континента… Разве нельзя позаимствовать хоть немного его силы?! Ох, в какой это момент я стал таким гуманным и принципиальным…»

Цзюнь Мосе становился всё самодовольнее, но по-прежнему не забывал, продолжать свои скрытые атаки. Клинки Четырнадцатого Шао меняли свою форму, а иногда Мосе производил одновременно десяток атак, не способных убить Чжань Лунь Хуая, но заставлявших его издавать приглушенный рёв!

Плюс ко всему имелся ещё один меч — «Кровь Яньди и Хуанди», который самопроизвольно производил собственные атаки, так что Чжань Лунь Хуай находился в очень неблагоприятном положении. Он лишь мог отражать удары, но не отвечать на них, ведь для обратной атаки в первую очередь необходима цель, но где же она?!

Да и эти два способа атаки тоже довольно странные!

Даже прожжённый жизнью Чжань Лунь Хуай ломал над ними голову!

«Чёрт возьми, да что это за атаки? Обе атаки, очевидно, являются фехтовальным искусством, но как этот громадный меч может быть настолько подвижным и настолько точным? Он спокойно движется в любом направлении, словно живой, а эти изменения клинков Четырнадцатого Шао ещё более странные… Такое чувство, будто ими кто-то управляет, но вокруг нет ни души!»

С точки зрения происходящего, суждения и анализ Чжань Лунь Хуая были верными, всё действительно контролировалось на расстоянии.…

Клинки Четырнадцатого Шао управляются человеком извне, но Чжань Лунь Хуай не может его увидеть, поэтому отреагировать он тоже не может.

Что касается меча Яньди и Хуанди…

На этот раз Цзюнь Мосе позволил этому клинку действовать самостоятельно. С тех пор, как он поглотил в себя кровь нескольких Шэнцзунов, Мосе три или четыре раза закалил меч посредством силы металла.

Всё бы хорошо, меч превратился в непобедимое сверхъестественное оружие, однако он стал слишком необузданным, словно вся кровь внутри него начала кипеть.

Всё время со свистом летает по пространству башни Хунцзюнь.

Более того, для последнего закаливания Цзюнь Мосе использовал технику духовного очищения сердца, что хранилась в башне Хунцзюнь. Молодой мастер хотел внедрить в клинок мысли и память.

Человек познаёт меч или меч познаёт человека?

Цзюнь Мосе получил на этот вопрос полный и всеобъемлющий ответ!

В результате это привело к тому, что меч Яньди и Хуанди превзошёл молодого мастера Цзюнь! И эта тенденция лишь растёт. В конце концов, у молодого мастера слишком много внешних дел, а у Яньди и Хуанди нет ничего, кроме дел «меча»…

Каждый раз, когда Мосе видит это время от времени серьёзное и самодовольное, а затем через секунду играющее и везде летающее чудо, ради которого он приложил столько сил и труда, он хочет удариться головой о стену: неужели он собственноручно загнал себя в этот тупик?!

«Господи, меня презирает мой же меч, ну что за пиздец?»

В настоящее время интеллект меча развился до возраста четырнадцати-пятнадцати лет, но его понимание в фехтовании круче, чем даже у самых старых гуру, которые погружались в это искусство на протяжении десятилетий, сотен или даже тысяч лет!

Если бы Дугу Цюбай был бы сейчас здесь, он бы безусловно печально вздохнул и сказал: «Раз уж родился таким превосходным, то нужно показывать это! Тот, кто считает себя непревзойдённым мастером и ищет того, кто нанесёт ему поражение, это ни кто иной, как меч Яньди и хуанди!»

Глава 1148. А ты заслуживаешь этого?!

Реальная сила меча Яньди и Хуанди, действительно, впечатляюща, однако для Цзюня Мосе этот меч — кто-то вроде маленького ребёнка, который был наделён нечеловеческими силами. Зачастую, когда Мосе ничем не занят, меч появляется наружу и кружит вокруг него.

Просто задорно кружится, особенно в то время, когда Мосе совсем не обращает на него внимания… разве это не радость?

Меч чувствует себя весело, и ему очень радостно! Однако другим людям от этого становится только тоскливее, они даже испытывают панику и ужас… в конце концов, где это видано, чтобы волшебный меч разгуливал сам по себе?

В этих случаях Цзюнь Мосе использовал один трюк из разряда фехтовального искусства, чтобы загнать этого сорванца обратно внутрь. Эм, можно сказать этот трюк был чем-то похож на заклятие «крепко сожми», (прим. пер: которым Сюаньцзан сжимал железный обруч на голове царя обезьян Сунь Укуна, чтобы привести его к повиновению; по роману «Путешествие на Запад»), если бы не эта вещица, боюсь, Мосе бы вряд ли мог совладать со своим мечом… время от времени этот леденящий душу визг от движений меча страшно пугал своего владельца… даже будучи сильным и храбрым мужчиной, было очень тяжело выдержать нечто подобное!

Поэтому в этот раз, когда Цзюнь Мосе пустил в ход меч, он дал ему полную свободу. Лишь дав ему чёткое, пусть и своеобразное указание: «Тип, который сейчас находится напротив меня — редкостное хуйло! Как следует поработай над ним, и тогда тебя ждёт хорошая награда!»

Хорошая награда… эти два слова значили чрезвычайно много для меча Яньди и Хуанди.

К тому же было очевидно, что этот человек довольно силён, если поглотить всю принадлежащую ему Суань… это насколько же волшебный меч может преуспеть?

Поэтому меч чрезвычайно радостно рванул в бой, окружив Чжань Лунь Хуаэя, он даже срезал его пояс, и все стяжки на нём. Он тоже владел фехтовальным искусством и очень искусно владел, надо заметить. Однако уследить за траекторией движения этого меча… никто не знал, оставлял ли этот меч хоть какие-то следы, но глядя на Чжань Лунь Хуая, мастера, который обладал тысячелетним опытом сражений в самых различных боях, он был совершенно бессилен в поиске этих следов… Чжань Лунь Хуай торопился сконцентрировать всё своё внимание на «мече, который атаковал его со спины», не сводя глаз с этого так называемого могущественного «врага», однако, кто бы мог подумать, что все эти атаки меч разворачивал совершенно самостоятельно… Он был в полнейшем недоумении: каким образом Четырнадцатый Шао стал таким крутым? Атаки ледяных клинков из подземного мира — это ещё ладно, он и прежде очень искусно управлял подобными атаками мечей… Меч Чжань Лунь Хуая взлетел и в воздухе раздался звон. Чем дольше продолжалось сражение, тем заметнее было, что обстановка меняется очень стремительно… Оказывается есть человек, который в одно и то же время способен управлять двумя разными мечами, к тому же использовать приёмы, которые будут резко отличаться друг от друга. К тому же каждый приём был сложным и запутанным, прежде Чжань Лунь Хуай никогда не сталкивался ни с одним из них.

Если бы Чжань Лунь Хуай не сражался бы с этим человеком, и не чувствовал себя настолько униженным, он бы обязательно громко прокричал «браво»! Искусство фехтования этого человека было просто поразительным!

Разумеется, ледяные клинки из подземного мира тоже невероятно работают, однако, всё же, они оставляют пусть и крошечные, но следы, которые можно уловить, приёмы же этого меча настолько шикарны, что смогли ввести Чжань Лунь Хуая в настоящее замешательство!

Оказывается, есть человек, способный лишь щёлкнув пальцем, привести находившийся в покое меч в движение, и при этом не ограничится одним мечом, а задействовать несколько тысяч опасных мечей!

И каждый из них будет быстрым и безжалостным, точным и неуязвимым! К тому же все они будут двигаться совершенно разных направлениях!

Один будет целиться в темечко, а другой в ногу! Один — в грудь, другой — в спину! Атака одного меча дерзкая и взрывная, как раскаты грома; другого — нежная и спокойная, как весенний ветер ласкает плакучую иву.

Но это ещё цветочки, самым пугающим было то, что все удары мечей были необычайно одинаковыми, или даже лучше будет сказать, похожими как две капли воды, это же какой меткостью и точностью надо обладать?

Блин, да этот меч настоящий оборотень, не меньше?!

Чжань Лунь Хуай был не против хорошо выругаться! Уровень методов атаки настолько необычаен? Это просто выходит за пределы здравого смысла!

Чжань Лунь Хуай попытался поставить себя на место своего противника, но не мог понять, это ж какой мускульной силой и Суань надо обладать, чтобы вот так без остановки наносить удар за ударом, причём каждый раз меняя место? И плюс — чтобы все удары были разными, в корне отличаясь друг от друга по своей манере и характеру? Этот мастер шокировал Чжань Лунь Хуэя несколько раз подряд!

Эти удары не прекращались, волна за волной обрушиваясь на Чжань Лунь Хуая. Похоже, что этот мастер ничего не знал об утомлении, изнеможении, или… неужто духовная работа Четырнадцатого Шао достигла таких впечатляющих результатов?

Кто бы мог подумать, что за такой короткий промежуток времени, тело Чжань Лунь Хуая будет порезано мечом не менее нескольких сотен раз? Однако тело Чжань Лунь Хуаэя обладало особой неуязвимостью, даже Семь небесных ударов ему были нипочём. Можно сказать, плотность его тела в несколько тысяч раз превосходила сталь! Даже несмотря на всё своё могущество, меч Яньди и Хуанди не мог пронзить плоть Чжань Лунь Хуэя! На самом деле, если бы не его эта особенность, его тело уже давно бы превратилось в кровавое решето!

Однако это требовало огромных затрат энергии!

Сколько разных битв и сражений он бесстрашно преодолел за все эти годы? Так просто и не пересчитаешь, однако такой позор он никогда не испытывал! Он не мог обрушить свой гнев! Так как он не мог обнаружить объект своей ярости, он так и не знал, где находится его соперник!

Сколько раз он был совершенно уверен, что его враг находится сразу за мечом, однако, когда он обрушивал удар в это место, ничего, кроме пустоты он не находил!

А в то время, когда используешь Суань, как средство обороны, ты не можешь одновременно с этим увеличивать свою скорость и двигаться вперёд! В итоге он находился на одном и том же месте!

У него не было возможности не то, чтобы сделать крохотный шаг вперёд, но и посредством атак врага он был вынужден отступать!

Его одежда уже давно превратилась в лохмотья! То, что можно было открыть, и то, что нельзя было открывать, так или иначе виднелось!

Вполне логично, что волшебный меч любил пройтись по всем частям тела своего соперника. А в теле мужчины «эта» часть является одной из самых уязвимых, и требует наибольшего внимания и защиты. Следует отметить, что старый оборотень Чжань Лунь Хуай, в самом деле, выдающийся человек. Эту часть тела очень трудно совершенствовать с помощью Суань, однако старик как следует заботился о ней, даже волшебному мечу Яньди и Хуанди не удалось навредить этому месту! — Четырнадцатый Шао, ты зовёшь себя первым и несравненным мастером всей Поднебесной, так имей же смелость появиться передо мной лично, и сразиться в честном поединке! Бросай свои постыдные приёмы! Неужто все вы из подземного мира способны лишь пользоваться такими бесстыдными обманами? Не боишься своим поведением посрамить имя великого своего предка, Первого Шао? — длинные волосы Чжань Лунь Хуая разлетелись в разные стороны, и он громко прокричал.

При обычном раскладе Чжань Лунь Хуай, наверняка бы не испугался. Растраты энергии должны быть примерно одинаковыми. Он изо всех защищался и несомненно потратил на это достаточно Суань, и, учитывая высокую частоту ударов, его соперник тоже должен потратить не меньше, тем более с таким странным механизмом атак.

Чжань Лунь Хуай был уверен, что в мире нет человека, который был бы способен истощить его силы. Битвы он, разумеется, не боялся, но за спиной его ждали ещё более могущественные соперники, чтобы победить которых ему, несомненно, придётся рисковать своей жизнью, а значит, если он как можно быстрее не разберётся с данной ситуацией, высвободится потом уже будет очень и очень трудно!

Цзюнь Мосе находился в пустоте, он был расслаблен и спокоен. Сейчас он пытался изменить свой голос, чтобы тот стал максимально похожим на голос Четырнадцатого Шао, такой же коварный и опечаленный. Он что-то неразборчиво фыркнул.

Действительно, вышло очень похоже!

Словно из самой преисподней вырвался порыв ледяного ветра, и душа какого-то покойника тихо вздохнула.

Потом Цзюнь Мосе злобно произнёс: — С какой это стати? Думаешь, ты заслуживаешь такого? Я даже сам не помню, где находится моё истинное тело, так с какой такой стати я должен лично появляться перед тобой?

Если бы он не фыркнул, может Чжань Лунь Хуай и не рассердился бы так.

Однако Мосе специально так сделал, и Чжань Лунь Хуай убедился в том, кто находится перед ним!

Ярость его увеличилась геометрической прогрессии. Ещё ладно бы он просто фыркнул и всё, но нет, потом последовали слова, которые очень обидели его достоинство, как мастера. «С какой это стати? Думаешь, ты заслуживаешь этого?!»

Эта фраза заставила Чжань Лунь Хуая взбеситься! Каким положением он обладает?

Если взять в расчёт весь материк Суань, кроме Мяо Цин Чена, скрывающегося где-то под Призрачным Дворцом, в этом мире нет второго человека выше его по статусу!

Однако Мяо Цин Чен не имеет возможности вернуться в реальный мир, а значит Чжань Лунь Хуай — самый могущественный мастер этого мира!

Пусть Четырнадцатый Шао и мнит себя первым мастером всей Поднебесной, но только не в глазах Чжань Лунь Хуая!

И сказать такому человеку: «Думаешь, ты заслуживаешь этого?»

Чжань Лунь Хуай яростно вскрикнул, и его начало рвать кровью!

Меч его холодно сверкнул, и бросился в атаку!

Обстановка только усугублялась, однако этот процесс нельзя назвать продолжительным, потому что их скорость достигла запредельного уровня!

Но тем не менее, эта заминка стола очень дорого для Чжань Лунь Хуая, потому что мастера из Священного дворца уже прибыли!

Гу Хань и остальные в полном негодовании спешили сюда, внезапно обнаружив, что нашёлся человек, который смог преградить путь Чжань Лунь Хуаю, к тому же не просто преградить, а полностью заблокировать его здесь!

Они невольно испугались, и не могли поверить своим глазам!

Кто такой Чжань Лунь Хуай?

Он был хорошо знаком им всем. Конечно, как человека они презирали его, однако же всегда восхищались его невероятным уровнем совершенствования!

Ранее Гу Хань и остальные пытались остановить его, объединившись, это в общей сложности около тридцати Шенхуанов четвёртой ступени, более десяти Шэнцзунов, ещё плюс три-четыре мастера уровнем выше Шэнцзунов. Таким количеством они не то что не смогли разбить его, у них не вышло даже задержать его, не говоря уж о том, чтобы нанести ранение!

Но сейчас они столкнулись с человеком, который в одиночку смог задержать Чжань Лунь Хуаэя!

Глава 1149. Вековая вражда!

К тому же этот человек ввёл Чжань Лунь Хуая в такое состояние, что у него не было даже малейшей возможности ответить на удар, и одновременно с этим человек, совершивший всё это, даже не показал и намёка на свою тень. Насколько могущественной силой он располагает?

Когда Гу Хань и все остальные почувствовали ауру ледяных клинков из Подземного мира, и услышали яростный рёв, который издал Чжань Лунь Хуай, недоумение в их глазах только увеличилось. Оказывается, это дело рук этого безумца, Четырнадцатого Шао?

«Оказывается, его силы настолько увеличились… Но он никогда не враждовал с Чжань Лунь Хуаем, с чего бы вдруг ему останавливать такого могущественного и сильного мастера? Таким образом он делает подарок своим же врагам…»

Гу Хань пребывал в сильном недоумении, однако понимал, что сейчас не время для размышлений. Так или иначе, Чжань Лунь Хуай нарушил запрет, что привело к окончательному разрушению горы Тяньчжу, и, как следствие — массовому извержению вулканов. Тысячелетнее наследие трёх священных земель было уничтожено за одно мгновение.

Самым страшным последствием же было исчезновение природного рубежа, который служил защитной границей от вторжения чужаков на материк.

Своими бесчинствами Чжань Лунь Хуай привёл материк к такому плачевному положению.

Многолетний конфликт с Цзюнем Мосе унёс немало жизней мастеров из трёх священных земель, однако действия Чжань Лунь Хуая похоронили заживо больше половины подчинённых священных земель.

Первым оказался под ударом Неуловимый мир бессмертных, величественный дворец был бесследно смыт потоком жгучей магмы. Кроме Мо Вудао и возглавляемого им войска в четыреста мастеров, ни одна живая душа не уцелела.

Иллюзорному океану крови повезло ещё меньше — гора Тяньчжу, разрушившись, полностью уничтожила его своим весом. Ху Янь Аобо и несколько сильных мастеров, не щадя своих жизней, отчаянно боролись с этим бедствием, однако они всё же были вынуждены спасаться бегством. Удалось спастись всего менее пяти сотням мастеров, половина из которых получила ранения и травмы.

Домочадцев и слуг этих двух больших земель насчитывалось около десяти тысяч человек, и никто из них не смог уцелеть. Женщины и мужчины, старики и дети — все сравнялись с выжженной землёй. Среди них также было некоторое количество мастеров, которые отчаянно пытались спасти своих родных и близких.

Великий золотой город располагался немного дальше от эпицентра катастрофы. Можно сказать, что ему очень повезло, они получили немного урона. Разумеется, у них тоже было большое количество раненных и убитых, но при этом боевые силы понесли незначительные убытки, более 2 000 мастеров смогли спастись.

Тысячелетнее наследие было уничтожено в один миг, несколько тысяч мастеров погибло не своей смертью.

Даже в священном дворце из-за этого внезапного случившегося бедствия погибло двое Шенхуанов. Ни одно из их чудодейственных лекарств не уцелело, даже пруд с искусными лотосами был разрушен, превратившись в кучу пепла.

Это просто катастрофические потери!

Обычно говорят: «Люди живы — и слава богу», однако для священного дворца и трёх священных земель эти вещи были намного дороже людей!

Это ужасное бедствие случилось как раз за месяц до Войны за небеса, тем самым подписав смертный приговор всему материку Суань. Теперь все несколько миллиардов человек материка были полностью беспомощны перед безжалостным мечом чужаков.

Три священные земли, которые считались надёжной опорой, перед самой войной лишились более восьмидесяти процентов своих боевых ресурсов.

Высоко возвышавшийся естественный рубеж, разделявший два мира, в одночасье сравнялся с землей.

И всё это сотворил Чжань Лунь Хуай.

Ненависть к нему стала смертельной.

Этой кровавой вражде нет конца и края.

Она впиталась в кости всех представителей священных земель.

Пусть хоть небеса развернутся, а земля расколется, но Гу Хань ни за что не оставит безнаказанным Чжань Лунь Хуая.

Он — главный виновник этой катастрофы.

Гу Хань махнул рукой, и сильнейшие мастера священного дворца взяли Чжань Лунь Хуаэя в крепкое кольцо, глаза их были наполнены безумной ненавистью.

Но затем обстановка, установившаяся здесь полностью поглотила все их мысли и внимание. Один человек против трёх мечей.

Или даже можно сказать так, один человек с мечом в руках против двух висящих в воздухе мечей. Ой, нет, точнее будет сказать, против огромного множества мечей.

Практически голый, с взъерошенными волосами Чжань Лунь Хуай в одиночестве кружил в воздухе и громко кричал, его меч искрился, словно его прошибал электрический ток.

В самые разные места его тела тыкал огромный меч, то и дело один меч размножался в целый дождь из мечей, который дерзко атаковал Чжань Лунь Хуая. К тоже же был ещё один меч с чёрным ледяным лезвием из Подземного Мира, и, когда он появлялся, его атака была направлена на самые слабозащищённые части тела Чжань Лунь Хуая.

С самого начала было вполне очевидно, что этими мечами кто-то управляет.

К тому же управляет очень мастерски.

Словно это волшебство какое-то.

Гу Хань и все остальные мастера были глубоко поражены этой невероятной способностью так искусно и тонко контролировать меч, при этом постоянно меняя характер ударов.

К тому же, у каждого из ударов был свой возвышенный стиль, каждая новая атака, каждый новый оборот обладали некой завораживающей таинственностью.

Каждая новая волна ударов как бы наполняла этот мир новой истиной, и никто не в силах был сравниться с этим изменением, даже Чжань Лунь Хуай, считавшийся наивысшей силой этого мира.

Все, затаив дыхание и в полной тишине, наблюдали за тем, что же будет дальше. Если бы не исключительная обороноспособность Чжань Лунь Хуая, боюсь, его соперник уже бы давно истёр его тело в порошок.

Однако всё же ситуация была не такой уж простой, как могло показаться на первый взгляд. Человек, тайно управляющий этими мечами, Четырнадцатый Шао, несомненно, был очень силён, однако его недостатки были вполне очевидны. Его силы далеки от уровня сил Чжань Лунь Хуая, и это ни для кого не секрет. Вряд ли окончательным победителем этой войны на истощение окажется он, даже несмотря на то, что сейчас преимущество за ним.

Это схватка наполнена необычайным чувством личного превосходства, которое присуще каждой из противоборствующих сторон. И Чжань Лунь Хуай, и этот меч обладают огромным самомнением, и совершенно очевидно, что никто не должен вмешиваться в их схватку!

Тот, кто посмеет сделать это, автоматически станет врагов и для того, и для другого!

Фактически, в этой схватке даже и нет места для какого-либо вмешательства извне.

Чжань Лунь Хуай испытывал страх, и, в принципе, это вполне очевидно: он боялся, что его атакуют со всех сторон.

Но почему этот таинственный меч был так враждебно настроен по отношению к нему? Прямо-таки с нечеловеческой жестокостью?

Если бы сейчас они все вместе бросились атаковать Чжань Лунь Хуая, не только все бы остались довольны, но и к тому же это было бы самым лёгким способом решить эту проблему.

Однако никто не решался подступиться к этому дикому мечу. Любое намерение на вмешательство означало пренебрежение к могущественному мечу, а мастера священного дворца не решались в такой важный момент вызвать недовольство хозяина меча.

Так называемый «хозяин» могущественного меча — Цзюнь Мосе — был готов почти лопнуть от смеха.

Он никогда не относился серьёзно к законам Цзянху, самым главным для него всегда было остановить врага, и для этого он старался выбирать самые действенные методы. Поэтому неожиданное нападение с последующими подлыми приёмами, не оказывали на него никакого давления.

Если бы сейчас меч был у него в руках, боюсь, молодой мастер наверняка бы уже давно закричал: давайте все дружно прикончим этого старика!

Однако сейчас меч действовал самостоятельно, и, хотя его мощность намного выше, чем когда он в руках Цзюня Мосе, он чрезвычайно надменен и горделив, и, само собой, очень серьёзно относится к понятиям достоинства и благородства… а при возможности сразиться в честном и беспристрастном бою вообще входит в кураж.

Он даже решил оттолкнуть в сторону ледяные клинки, которые были у Мосе в руках.

Самым возмутительным было, что он собирался собственными силами закончить схватку с Чжань Лунь Хуаем, боясь, что кто-нибудь может ему помешать.

«Парень, это просто очередной бой, чего ради столько героизма? Ты можешь поглотить силы всех присутствующих здесь людей, хорошо?», — Цзюнь Мосе психанул и уставился на меч, если бы он не боялся раскрыться, он бы, наверняка, уже взревел как сумасшедший.

Про себя он решил, что после этого сражения, ему надо как следует проучить меч Яньди и Хуанди, разъяснить ему, что и к чему. Мосе тяжело вздохнул. На самом деле, такого поведения следовало ожидать, он сам распустил свой меч, в этом нельзя никого винить.

Ведь в башне всё так и было написано, этот меч — величайший из всех мечей, его чувство благородства достигает пика, с ним стоит быть осторожнее, и не надо забывать об этих его особенностях.

Чжань Лунь Хуэй вскричал как сумасшедший, и внезапно очень необычно рванул вперёд, совсем не обращая внимания на ужасающую атаку меча, словно он, несмотря ни на что, пытался высвободится из этой ловушки.

Меч в одночасье оставил семь открытых ран на его теле. Кровь ещё не успела хлынуть, как ледяные клинки Цзюня Мосе ударили по трём жизненно важным центрам мастера, один — в голову, второй — в грудь, и третий — в даньтянь.

Все три клинка вонзились в плоть, словно пули. Но затем кожа в пронзённых клинками местах восстановила прежнее состояние. Однако Чжань Лунь Хуай отлетел назад на тридцать метров, и яростно взревел, подняв свою голову к небу, потом он посмотрел на мечи, которые только что безжалостно атаковали его, и сказал: — Отлично, Четырнадцатый Шао, ты действительно меня очень сильно разозлил на это раз. За последние несколько тысяч лет ни один человек не мог так опозорить меня. Можешь гордиться собой… Пусть ты сегодня и умрёшь, однако ты прожил свою жизнь не зря. Ты, в самом деле, достоин звания первого мастера материка Суань…

Глава 1150. Небесный дракон Чжань!

Чёрные, как смоль, волосы Чжань Лунь Хуая клубились в воздухе, словно морские водоросли, подвергшиеся внезапному цунами. Глаза его излучали разряды молнии, однако лицо будто лишилось любой жестикуляции и мимики. Из всех клеточек тела Чжань Лунь Хуая внезапно начала просачиваться странная энергия!

На его теле практически не осталось ни куска одежды, однако даже в такой бедственной ситуации Чжань Лунь Хуай продолжал держаться величественно, словно божество, спустившееся на землю. Не прошло и десятой доли секунды между тем, как эта необычайная энергия появилась и тем, как она повсюду рассеялась!

Абсолютно всё вокруг было наполнено этой до крайности безумной аурой!

— Раз уж ты поставил меня в тупик, то мне следует показать тебе настоящий ужас, чтобы ты, наконец, понял, что всегда есть кто-то лучше тебя, и знанию нет предела… — Чжань Лунь Хуай холодно усмехнулся. Внезапно его тело закружилось, образуя тем самым целое торнадо. Будто огромный тиранозавр выскочил из-под земли и начал всасывать в себя всё вокруг!

Во время этого смерча, из тела мастера Чжань разлетелась сине-зелёная энергия, а затем в небе появилось огромное количество теней Лунь Хуая!

— Это «небесный дракон Чжаня»! Отступаем! — Гу Хань вдруг переменился в лице и поспешно закричал.

«Небесный дракон Чжаня» — это техника Лунь Хуая, получившая свою известность во времена «безумного Чжаня»!

Рассказывали, что сила этой техники не имеет себе равных, а Чжань Лунь Хуай когда-то с помощью неё одержал верх над одним из Шао, выходцев Подземного мира!

Самая большая сила этой техники заключается в том, что Чжань Лунь Хуай может двигать своими тенями в пространстве с бесчисленным количеством смертельных трещин. Как только противник попадает в одну из них — обратного пути нет! И финал битвы будет очевиден!

Даже более сильный противник может потерпеть неудачу, если внезапно столкнётся с такой техникой!

В те же годы данная техника Чжань Лунь Хуая была занесена в список табу!

Ведь с помощью неё он мог истребить всё и вся!

На данный момент противником был сам «Четырнадцатый Шао», и благодаря его вмешательству, мастера Священного дворца смогли успешно окружить Чжань Лунь Хуая. Так что, можно сказать, ребята из дворца теперь у него в долгу!

Поэтому Гу Хань безучастно наблюдал за происходящим и не вмешивался!

И тут от огромного торнадо Чжань Лунь Хуая внезапно произошёл мощный взрыв!

Бесчисленное количество световых пятен, появившихся в результате взрыва, распространились повсюду, а через секунду они уже превратились в чёрные пространственные трещины, от которых исходила аура смерти и истребления!

В то же время огромное количество теней Чжань Лунь Хуая огромным потоком буквально хлынули отовсюду и развернули бешеную атаку по всем направлениям!

Цель Чжань Лунь Хуая была довольна проста — люди, находящиеся в пределах действия этой техники, не смогут уклониться от его атак! Никто не сможет с лёгкостью управлять мечом на расстоянии триста метров!

Даже сам Мяо Цин Чен!

Если все же кому-то такое под силу, то он однозначно не человек, он — бог!

Нужно лишь разделить их всех, и тогда по одиночке им не удастся сбежать от череды атак Чжань Лунь Хуая!

Как только цель будет обнаружена, то, как бы она не пыталась скрыться, всё равно все удары будут сконцентрированы только на ней!

Ба-бах! Вдруг отовсюду посыпалось бесчисленное количество яростных атак.

Даже сформированное Гу Ханем и остальными людьми Священного дворца кольцо окружения было вмиг уничтожено мощью удара, и все мастера рассыпались в разных направлениях.

И два меча тоже исчезли из поля зрения в мгновение ока!

По-прежнему находящийся в крайнем смятении Чжань Лунь Хуай гордо стоял в самом центре. Он просканировал местность в радиусе трёх километров, и его рот невольно скривился в довольной улыбке. Это была довольная улыбка победителя!

Эта атака достигла желаемой цели, и, хотя она всё ещё не смогла полностью уничтожить Четырнадцатого Шао, но, в конце концов, Чжань Лунь Хуай смог временно отделаться от этих странных мечей. К тому же осада мастеров Священного дворца была полностью разрушена, так что шансы на спасение увеличились. Нужно лишь избавиться от этих препятствий, и остальное уже не проблема!

Бушевавшее в воздухе торнадо вдруг превратилось в бледно-серого дракона. Силуэт Чжань Лунь Хуая, стоявшего в пустоте, был все так же отчетливо виден. Его почти нагое тело нисколько не выглядело жалким, наоборот, весь его вид источал пренебрежение и уверенность в себе!

Его глаза безразлично и безжалостно пробежались по Гу Ханю и остальным людям Священного дворца.

Все чёрные пространственные трещины, созданные техникой небесного дракона, тихонько соединились воедино, восстановив белое солнце в синем небе после извержения вулкана!

Ещё недавно казавшийся страшной угрозой небесный дракон вдруг стал защитой для всего мира!

Действительно, как и говорилось в легендах, эта техника из разряда божественных!

Гу Хань и остальные мастера Священного дворца просто побелели от страха!

Каждый из них слышал о легендарной технике Небесного дракона Чжань, насколько она потрясающая и безжалостная, но они и подумать не могли, что она может быть настолько сильной! Сила Чжань Лунь Хуая поистине может заставить содрогнуться весь мир!

Если эта техника будет использована против этих мастеров, боюсь, что живыми удастся уйти лишь двум или трём, а все остальные будут навсегда затянуты в пространственный поток! Грубо говоря, весь отряд будет полностью разгромлен в один момент! И пусть Чжань Лунь Хуай не вымолвил ни слова, но его холодный взгляд говорил сам за себя. Очевидно, что он сделал первое и последнее предупреждение!

Столкнувшись с этим великим врагом, мастера Священного дворца были просто бессильны что-либо предпринять!

В настоящее время Чжань Лунь Хуай, по-видимому, всё ещё имел силы и с лёгкостью мог повторно использовать технику небесного дракона Чжань!

Даже Четырнадцатый Шао, который пытался всячески задержать Лунь Хуая, оказался бессилен и рассеялся как дым! И те два таинственных клинка превратились в ничто! Да кому вообще под силу такой враг?

И даже вступить в схватку не на жизнь, а на смерть, не имеет никакого смысла!

Вдалеке всё ещё были слышны взрывы извергающихся вулканов. Ужасные последствия действий Чжань Лунь Хуая лишь увеличивались, но все присутствующие ощущали лишь своё бессилие по отношению к такому ужасающему врагу!

Чжань Лунь Хуай холодно усмехнулся и, заложив руки за спину, медленно двинулся вперёд!

Гу Ханя затрясло! В его глазах вспыхнул огонь!

Он был готов пожертвовать собственной жизнью!

Холодная усмешка Чжань Лунь Хуая несомненно разожгла его кровь!

— Убить! Даже если мы сегодня найдём здесь общую смерть, нельзя вот так просто его отпустить! — взревел Гу Хань. Казалось, что его гневный взгляд вот-вот разорвёт всё вокруг!

— Убить! — раздался громкий крик, потрясший всю землю!

В общей сложности более пятидесяти высококлассных мастеров бросились на Чжань Лунь Хуая!

Его равнодушный смех не прекращался, он развёл руки, и между ним внезапно начал формироваться чёрный сверкающий шар. Его длинные волосы отлетели назад, а глаза наполнились яростью: — Поскольку вы не оставляете мне никакого выбора и так усердно ищете себе смерти, то я вам посодействую. Так или иначе, практически всё ваше молодое поколение сегодня вымерло! А я же добрый человек, поэтому помогу вам воссоединиться… на том свете! Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Он только собирался произвести атаку, как…

Случилось нечто, чего не ожидал никто из присутствующих!

Снова вспыхнуло сверкающее лезвие огромного, как гора, меча!

С неописуемым шиком и решимостью, словно метеор, этот меч точно пронзил грудную клетку Чжань Лунь Хуая! Наряду с этим меч полностью уничтожил почти сформированную фотосферу между ладонями Лунь Хуая!

Чжань Лунь Хуай издал громкий крик!

Но меч на этом не остановился и с мощной ударной силой продолжил движение вперёд!

В этот момент Чжань Лунь Хуай сосредоточил всю свою силу Суань в районе груди, длинный меч вошёл в тело мастера лишь на семь сантиметров и из-за бешеного сопротивления никак не мог продвинуться дальше! Однако от такого сильного удара, хребет Чжань Лунь Хуая вдруг выступил наружу!

Под этим яростным ударом меча, от которого было невозможно увернуться, Чжань Лунь Хуай, словно метеор, с бешеной скоростью отступил назад!

Переливающийся холодным блеском клинок смог заставить своего врага отступить!

Раздался громкий крик. Находившийся позади мастер Священного дворца ударил Чжань Лунь Хуая прямо в спину! Однако в следующий момент он уже превратился в кучу фарша, а длинный меч бесследно растворился в воздухе в виде железных опилок!

Неужели эти чёрные трещины могут использоваться в качестве эффективного оружия для уничтожения врагов?

Сила Чжань Лунь Хуая действительно достигла невообразимых пределов!

Чжань Лунь Хуай вдруг громко заревел! Он хотел овладеть своим быстро отдаляющимся назад телом, однако уже потратил все свои силы на то, чтобы остановить атаку огромного меча. Теперь он был неспособен противостоять яростным атакам своих противников!

Глаза Гу Ханя засверкали. Невзирая на трагическую смерть своего товарища, он схватил меч и, словно вспышка света, ринулся в атаку. Клинок Гу Ханя пронзил грудь Чжань Лунь Хуая!

Цель атаки была не в том, чтобы убить врага, а в том, чтобы оттолкнуть его назад!

В тот момент, Гу Хань понял смысл действий Четырнадцатого Шао: Чжань Лунь Хуай достиг невероятного уровня совершенствования, и в мире не существует силы, способной его убить! И если ты хочешь уничтожить такого врага, нужно включить изобретательность… И на данный момент есть лишь один способ осуществить задуманное!

Нужно сбросить этого подонка прямо в жерло вулкана!

Раз по вине Чжань Лунь Хуая произошло извержение, то пусть вулкан с ним и покончит!

Чжань Лунь Хуай постепенно приближался к кратеру. Его глаза, как будто извергали огонь, казалось, он пытался испепелить ими весь мир! Но в данной ситуации он лишился какой-либо инициативы. Небесный дракон сконцентрировал силу для повторного удара, однако возможности для его осуществления уже не было! Вот он — самый уязвимый момент!

Он даже не сможет произвести контратаку!

Глава 1151. Пылающий оборотень!

Складывалось ощущение, что внутри этих мечей был размещён ракетный двигатель самой максимальной мощности, они лихорадочно, из всех сил преследовали Чжань Лунь Хуая, заставив его полететь назад вверх ногами! Они неслись с такой невероятной скоростью, что даже скорость метеорита и не стояла рядом!

Расстояние до кратера вулкана стремительно уменьшалось! Гу Хань старался изо всех сил, нагрузив меч всей имеющейся у него Суань, что даже одежды на нём начали дымиться! Однако в его глазах по-прежнему не угасали непоколебимое упорство и уверенность в своих силах! И, конечно же, ненависть!

Гу Хань был готов без всяких сожалений погибнуть вместе с зачинщиком этой страшной катастрофы! Чжань Лунь Хуай отчётливо чувствовал своей спиной приближение к обжигающей поверхности камней. Температура становилась всё выше и выше. Он яростно вскрикнул, подняв глаза в небо, в нём кипела дикая ярость!

Но он никак не мог выпустить свою злость! Цзюнь Мосе, сжав зубы, продолжил удерживать меч!

Этот старый сукин сын уже подвергся безжалостной атаке по крайней мере нескольких тысяч мечей, но всё же Мосе не хватало сил, чтобы убить гада! Остаётся ударить лишь по его самому уязвимому месту, других вариантов нет!

Мей Сюэ Янь без остановки сновала туда-сюда в башне, затем она внезапно появлялась позади, жёстко била Цзюня Мосе по спине, и так снова и снова… Каждый раз, когда она ударяла его, скорость Мосе немного увеличивалась!

Раздался громкий свист, еще один Шэнцзун из священного дворца взлетел, словно артиллерийский снаряд, и ударил Гу Ханя в спину, чтобы ещё увеличить и без того непоколебимую скорость Гу Ханя! Хотя его поступок был очень похож с тем, что делала Мэй Сюэ Янь, фактически же их действия имели существенные различия. Можно сказать, Мэй Сюэ Янь сейчас очень тонко разбиралась в особенностях совершенствования Цзюня Мосе, а потому могла ударной силой своего тела увеличить его скорость передвижения, и при этом не нанести ему существенных травм.

К тому же Цзюнь Мосе неоднократно перестраивал башню, стойкость его тела была впечатляющей, тем более он в совершенстве владел таким искусством, как побеждать не силой, а умением. Он был очень ловок, и эти удары ничего не значили для него! С Гу Ханем же всё было по-другому: все свои силы он передал мечу, защита его собственного организма была снижена до самого минимума, а сила удара другого Шэнцзуна оказалась очень внушительной. Скорость Гу Ханя, конечно, прилично увеличилась, однако он получил серьёзную рану, и нагрузка на его тело становилась всё более непосильной!

Несмотря на это, сплюнув кровь, Гу Хань яростно прошипел: — Ещё!

Он смертельной ненавистью ненавидел Чжань Лунь Хуая, и уже решил, что во что бы то ни стало он должен уничтожить эту дрянь, даже если ему придется погибнуть вместе с ним. Так как он понимал всю серьёзность своего ранения, надо было ускориться!

От высокой температуры одежда на Гу Хане превратилась в пепел, волосы тоже постепенно обгорали и дымились, обращаясь в золу!

Чжань Лунь Хуай яростно взревел, изо рта у него полилась кровь. Очевидно он применил какой-то таинственный приём членовредительства, чтобы увеличить свои силы. Он изо всех сил сопротивлялся, пытаясь выпутаться из опасности, но расстояние до вулкана уменьшалось, а попытки сломить его приносили мало пользы!

Согласно развитию событий, вполне возможно, что в последний момент, находясь уже практически в кратере вулкана, Чжань Лунь Хуаю удастся сбежать! Пусть температура там достигает нескольких тысяч градусов, однако благодаря своей отточенной обороноспособности, он всё-таки сможет успеть спастись бегством!

Жерло вулкана становилось всё ближе и ближе!

На лице Цзюня Мосе был взволнованный вид! Гу Хань тоже был возмущён и опечален. Гу Хань, Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь, находившаяся в башне, старались из последних сил!

Сейчас они уже находились в запретной зоне! Теперь уже никто не сможет им помочь!

Если даже кто-нибудь и попытается, его ждёт лишь смерть! Потому что до жерла вулкана подать рукой!

Если безрассудно рвануть в бой, это не принесёт никакой пользы, этот храбрец лишь найдёт здесь себе погибель!

Еще три метра! Всего три метра, огненно-красная магма совсем рядом! Вулкан всё так же извергается, направляя свои огненные плевки высоко в небо, бесчисленное количество пылающих каменных обломков падают с высоты прямо на Гу Ханя и Чжань Лунь Хуая!

Кожа на теле Гу Ханя начала морщиться и дымиться. У Чжань Лунь Хуая уже не осталось сил отступать. Наплевав на опасность, он медленно поднял свою голову вверх, и уголки его рта растянулись в странной зловещей улыбке, несмотря на то, что его спина уже начала дымиться! Кажется, все мускулы его тела полностью иссохли под действием силы пылающей магмы! Но он, наконец, прекратил своё отступление назад! Их разделяли всего какие-то три метра. При обычных обстоятельствах любой мастер Небесной, или даже Земной Суань с лёгкостью бы преодолел это расстояние! Но сейчас это составляло огромную трудность!

Все время следовавшие по пятам мастера из священного дворца тоже поняли это. В тот же момент несколько человек подскочило с места в сильном воодушевлении. Все они, как и Гу Хань, мечтали прикончить Чжань Лунь Хуая! И ради этого они были готовы заплатить даже самую высокую цену!

Даже пожертвовать своей жизнью!

Кто-то закричал: — Нам ни к чему соперничать! Оставайтесь здесь, а я пойду! — не дождавшись ответа, этот мастер резко бросился вперёд, поднявшись высоко вверх, лишь закричав: — Быстрее!

У мастеров из священного дворца наворачивались на глаза слёзы, но сейчас было не до нежностей. По крайней мере каждый из присутствующих здесь мастеров обладал тысячелетним опытом прожитых жизней, разве они не понимали, насколько критическим и опасным был этот момент? Стоит только на секунду затормозиться — и всеё, ситуация может обернуться в совершенном ином направлении!

Нет времени горевать, все мастера с мокрыми от слёз глазами громко закричали. Объединив все свои силы воедино, они изо всех сил ударили этого матера по ногам!

Благодаря этому мощному объединённому удару, мастер взлетел, словно артиллерийский заряд! В полете из-за высокой скорости и не менее высокой температуры воздуха создалось воздушное трение, которое вызвало самовозгорание, и тело мастера загорелось!

Он превратился в живой огненный шар! Зловещая улыбка Чжань Лунь Хуая ещё не успела смениться на выражение испуга, как этот мастер, поглощённый огнём, заключил его в свои крепкие объятья!

Пылающий клубок из двух тел под надрывный крик Чжань Лунь Хуая со скоростью метеорита влетел прямо в жерло вулкана! — Четвёртый брат! — скорбно прокричал Гу Хань.

Цзюнь Мосе и Гу Хань до этого мгновения продолжали изо всех сил оказывать сопротивление Чжань Лунь Хуаю. Но когда он исчез из виду, напряжение тоже пропало, и они по инерции начали тоже падать прямо в жерло вулкана!

На лице Гу Ханя появилась смиренная улыбка.

Хотя умирать так немного жаль, но и этим вполне можно довольствоваться!

Все мастера, остававшиеся позади, одновременно вскрикнули, увидев это!

Кратер вулкана ярко пылал, его силуэт сверкнул, и тут же исчез из виду!

В тот же миг воцарилась полная тишина!

У всех сердце обливалось кровью!

Пусть Чжань Лунь Хуай мёртв, однако он забрал вместе с собой Гу Ханя, и, кажется… Четырнадцатого Шао, который так и не показал своего лица.

Вдруг раздался душераздирающий вопль, и из кратера вулкана вылетел человек, с ног до головы объятый пылающей магмой!

После этого надрывного крика, он повернулся, и исчез в совершенно другой части жерла вулкана!

Это был Чжань Лунь Хуай!

Очевидно, он был в самом жерле вулкана, но как-то нашёл силы, чтобы выбраться оттуда!

Находившись на волоске от смерти, он сжёг свою душу, активировав тысячелетнюю печать своей души, вмиг достигнув самой наивысшей точки совершенствования в своей жизни, и в конечном счёте выбрался наружу!

Однако его тело почти целиком обгорело!

Хотя его переродившаяся душа осталась целой, ему никогда уже не вернуть обличье прежнего Чжань Лунь Хуая!

Он установил печать на свою душу, потому что боялся, что его переродившаяся душа лишится всех внушительных достижений, которыми он обладал при жизни! Но сейчас выбирать не приходилось! У него просто не было другого выхода!

Поэтому он решил сорвать печать, и вернуться к первоначальной версии своей души! Преодолеть жестокий гнев вулкана!

Даже несмотря на это, он понёс огромные потери в этом сражении, его тело не только обгорело, но и его душа погибла наполовину. Неизвестно удастся ли ему сохранить свою жизнь!

Все испугались, увидев ещё один силуэт, вылетевший из жерла вулкана, он направлялся к ним. Чем ближе он был, тем было заметнее, это Гу Хань! Очевидно, он остался жив, и даже не так сильно пострадал!

Так как Цзюнь Мосе от начала и до конца был невидимым, столь жаркая температура почти не оказала никакого влияния на него, перед самым решающим моментом, он схватил Гу Ханя и закинул его в башню! Всё-таки он проникся к нему уважением и восхищением!

Гу Хань же уже смирился со своей участью, и покорно дожидался смерти, однако в одно мгновение весь жар пропал, и он оказался в каком-то очень необычном месте.

Сначала он испугался, но, не успев как следует оглядеться, его снова вышвырнули наружу.

Когда он снова открыл глаза, его уже окружали товарищи из священного дворца, а с вулканом его разделяло расстояние в полкилометра.

Он был на волосок от смерти!

На самом деле, когда Чжань Лунь Хуай вырвался из жерла вулкана, Мосе уже вернулся в состояние невидимости Инь-Ян!

На этот раз Цзюнь Мосе получил от Чжань Лунь Хуая мощное предупреждение!

Глава 1152. Выход Цзюнь Се

Оказывается, в этом мире действительно существуют мастера, которых нельзя ничем убить! Даже неоднократно увеличивший свои способности меч из крови Яньди и Хуанди не смог пробить его оборону! Хотя это даже не настоящее тело Чжань Лунь Хуая, а очередная оболочка, в которую он переселил свою душу!

Если бы его силы также продолжали расти, даже трудно представить, до какого невероятного уровня они бы могли возвыситься!

Из-за того, что он был главным виновником произошедшей катастрофы, он чувствовал себя неуверенно, стремился скрыться, и ещё по собственной вине попал врасплох, у него не было достаточно времени на меры предосторожности, и тем не менее, он добился такого результата, он смог победить даже тогда, когда весь священный дворец, не щадя своих сил, и рискуя жизнью, пытался убить его!

Добавляя к этому вспомогательные силы в лице Гу Ханя и остальных мастеров! И плюс помощь со стороны Цзюня Мосе и усилия Мэй Сюэ Янь, находящейся в башне!

А Чжань Лунь Хуай такой человек, который не пожалел обречь весь материк Суань на скорую погибель ради империалистских интересов семьи Чжань! Если оставить такого человека в живых, новых бед будет не избежать!

Если такой человек, как он, возненавидит дворец Злого Монарха, каким бы могущественным он не был, спастись сможет лишь один Цзюнь Мосе!

Если даже ненасытный вулкан не смог забрать его жизнь! И оттуда он смог выбраться! Это ж просто невероятный пиздец!

Тем более сейчас, когда дворец Злого Монарха окончательно разозлил семью Чжань, Чжань Лунь Хуай, со своим высоким статусом, наверняка, будет играть не последнюю роль в конфликте между сторонами! Увидев своими глазами на что способен Чжань Лунь Хуай, Цзюнь Мосе чётко понял одну вещь: он не сможет спать спокойно, пока Чжань Лунь Хуай не будет мёртв!

Сейчас он получил тяжёлое ранение, его душа почти уничтожена!

Это дарованный небесами шанс!

Нельзя упускать этот момент, чтобы разобраться с ним!

В том месте, откуда выбрался Чжань Лунь Хуай, внезапно раздался какой-то звук. Там внизу красовалось довольно впечатляющее огненное озеро! Здесь как раз была центральная часть шестого извергшегося вулкана! В данный момент углубление полностью было заполнено пузырящейся раскаленной лавой!

Цзюнь Мосе долгое время обыскивал со всех сторон этот вулкан, но все-таки смог найти останки тела Чжань Лунь Хуая!

Почему он был уверен, что этот труп принадлежал именно Чжань Лунь Хуаю, ведь внезапное извержение вулкана унесло жизни десятков тысяч людей? Ответ довольно прост — в пылающей лаве трудно было отыскать хоть какие-то останки, однако сейчас в пылающем озере виднелся лишь один скелет!

Только останки такого могущественного оборотня, даже после ухода астрального тела могли какое-то время сопротивляться уничтожающей силе кипящей магмы! По крайней мере оставаться в сохранности до того момента, как их отыскал Цзюнь Мосе…

Цзюнь Мосе даже не поленился вытащить меч Яньди и Хуанди, чтобы проверить труп. Кстати, меч был в очень удручённом настроении.

Цзюнь Мосе опечаленно вздохнул.

Это действительно было тело Чжань Лунь Хуая, только его астральное тело уже успело сбежать, а тело больше не представляло никакой ценности!

Чжань Лунь Хуай… Нет, астральное тело Чжань Кхуана уже скрылось.

Теперь найти его станет ещё труднее!

Никому неизвестно, в какое новое тело может вселиться этот старый хрен! После уничтожения тела Шенхуана остаётся его дух; после смерти Шэнцзуна, его душа перерождается в святого младенца. Ни Шенхуан, ни Шэнцзун не могут переселиться в тело живого человека, они могут лишь вселиться в тело новорожденного ребёнка.

Однако Чжань Лунь Хуай уже превзошел эти уровни совершенствования, и с лёгкостью может вселиться в тело абсолютно любого человека! К тому же его душа может сохранить свои прежние боевые способности, просто понадобится какое-то время, чтобы они увеличились в размерах! В искусстве совершенствования это называется «Саньсень» — неканонизированный святой, даже природные данные человека, в которого он вселится, не будут разительно отличаться, и спустя некоторое время, он с триумфом сможет вернуть своё былое величие!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. У него был такой шанс разобраться с ним раз и навсегда… Такая жалость, что ничего не выйдет. Останки тела Чжань Лунь Хуая тем временем уже потонули в кипящей лаве.

Группа чудом спасшихся мастеров из трёх священных земель обменялась растерянными взглядами. Они были обеспокоены и очень удивлены. Удивление их заключалось в том, что такой непобедимый и могущественный мастер, как Чжань Лунь Хуай погиб вот таким образом.

А обеспокоены они были тем, что три священные земли были практически разрушены, а Война за небеса была не за горами, и как они должны справиться с ней? Хотя в принципе Война за небеса уже почти не имела особого значения, поскольку горя Тяньчжу была разрушена, естественного рубежа уже не существовало, и чужаки в любой момент могут попасть на материк, а, учитывая их характер, они вряд ли станут соблюдать какие-то обещания и договорённости? Неужто нам суждено стать вечными грешниками?

Толпа, одержавшая победу над сильным врагом, в оцепенении разглядывала танцующие с разных сторон языки пламени бушующих вулканов, все находились в полном смятении.

Как раз в этот момент перед ними сверкнул чей-то силуэт. Молодой человек в белоснежном одеянии возник перед толпой.

Чу Вухуй машинально всмотрелся и произнёс: — Цзюнь Мосе?

Все сразу же узнали дерзкого юношу, который устроил драку с ними на священной горе.

— У вас прекрасная память, — с наглостью произнёс Цзюнь Мосе, после чего его лицо вмиг приняло серьёзный вид, и он сказал: — Есть ли здесь человек, который может сказать мне, что в конце концов здесь произошло? Почему гора Тяньчжу теперь имеет такой вид?

Сказав это, он показал рукой на творившийся вокруг хаос.

— Это всё этот чертов ублюдок, Чжань Лунь Хуай! — Чен Инсяо закатил глаза: — Вы прибыли как раз вовремя. Наша схватка с Чжань Лунь Хуаем как раз подошла к концу. Вы, наверняка, наблюдали за боем со стороны? Правда же, весьма впечатляющая битва?

Услышав слова Чена Инсяо, все тут же изменились в лице. Все, разумеется, понимали, насколько опасной была эта битва. Неожиданное появление Цзюня Мосе здесь, очевидно, было вовсе не случайным.

Эту битву можно назвать оглушительно невероятной. Даже если и Цзюнь Мосе спешил где-то в пути, глядя на эту пугающую мощь, доносящуюся из этого места, он ни за что не мог опоздать, если бы торопился на помощь!

Неужто этот негодник в самом деле на протяжении всей битвы отсиживался где-то поблизости? Выжидая, что обе стороны потерпят существенные потери, а он сможет поживиться на этом?

Цзюнь Мосе скривил рот, и фыркнул: — Я? Наблюдал со стороны? Впечатляющая битва, говорите? Да если бы не я, вы бы и половины вашей ахуенно впечатляющей битвы не продержались! Ваши трупы уже бы давно пузырились в жерле вулкана!

Договорив, Цзюнь Мосе усмехнулся, взмахнул запястьем, и в его руках появился сверкающий меч, извергающий холодное пламя. Как только появился меч, воздух наполнился надменностью и высокомерием.

Словно эти мастера были ничтожными насекомыми для этого меча!

Это был тот самый мистический меч-демон, управляемый из пустоты! Меч, который обрушил не одну наступательную атаку на Чжань Лунь Хуая!

Именно благодаря силе этого меча Чжань Лунь Хуая удалось приблизить к самому жерлу вулкана!

Вслед за этим, в другой руке Цзюня Мосе появились ледяные клинки из подземного мира, с присущей им аурой леденящего холода смерти…

— Неужто… неужто только что с Чжань Лунь Хуаем сражался вовсе не Четырнадцатый Шао, а ты, Цзюнь Мосе? — вся толпа вскрикнула от удивления и замешательства!

Оказывается, их противник стал ключевой фигурой в этой битве! И его они только что обвинили в том, что он отсиживался где-то в стороне… а это совсем не маленькая ошибка!

Им хотелось провалиться под землю от стыда, ведь они не Мо Вудао, которому чуждо чувство стыда…

— Ладно, это все ерунда, нам надо убраться отсюда и поговорить! — Цзюнь Мосе не стал придираться к этому, и спокойно сказал.

Они столько времени потратили на эту сумасшедшую погоню, какими бы сильными и могущественными они не были, всё же они, несомненно, очень вымотались, и самое главное — это не лучшее место, чтобы говорить об важных вопросах.

После предложения Цзюня Мосе, мастера оставили это место примерно на пятьдесят километров. Хотя там по-прежнему было удушающее пекло, уйти дальше они себе позволить не могли, усталость давала о себе знать.

Мастера из священного дворца до сих пор пребывали в очень затруднительном положении. Они не знали, что сказать и как сказать, ведь в одно мгновение ситуация очень сильно изменилась. Раздался тяжёлый вздох, и Гу Хань, преодолевая усталость, через силу встал, и, сделав ещё два коротких вздоха, наконец произнёс: — Господин Цзюнь, уверен, вы и сами прекрасно знаете, что здесь произошло. Ситуация была крайне опасной, я уж не буду говорить банальных слов благодарности. Просто скажите, что вас интересует.

Цзюнь Мосе кивнул, и снова сверкнул силуэт, перед толпой теперь появилась Мэй Сюэ Янь.

Все снова испугались. Они до сих пор не понимали, откуда здесь взялся Злой Монарх, как вдруг пред ними появилась Владыка леса Тянь Фа! При этом все прекрасно понимали — сейчас не время удивляться, нужно подавить это чувство, однако в их глазах по-прежнему застыло недоумение.

Мэй Сюэ Янь долгое время находилась в башне, однако была в курсе всех творивших в мире дел, но встретиться со всеми воочию было для неё несколько неожиданно и волнительно, тем не менее ей удалось совладать со своими эмоциями.

Позади стояла Цяо Ин. Только при виде Цзюня Мосе к её глазам вернулся прежний блеск, но потом её взгляд снова приобрел мрачный вид.

Более тысячи лет Цяо Ин заведовала садом чудодейственных лекарств священного дворца, особенно сильно она прикипела к цветкам искусного лотоса, и в один момент она лишилась своей самой драгоценной вещи в жизни, главная духовная опора была полностью уничтожена в одночасье.

Сейчас Цяо Ин чувствовала лишь отчаяние и безнадежность, она была разбита и опустошена.

Глава 1153. Иллюзия зыбучих песков

Видя, как все садятся, она почти машинально села вместе со всеми, но её глаза были пусты, и казалось, что ничего не выражали…

Гу Хань глубоко вздохнул, его тело светилось. Странный цвет Суань загорался чёрным, затем красным и зелёным, пока светло-зелёный цвет не стал выцветать и в конце заискрился десятком разных цветов. Наконец, с хлопком извергся густой чёрный кровяной сгусток.

Затем всё его тело, которое было покрыто ранами, стало медленно восстанавливаться, обожжённая кожа спала, а шрамы вылечились. Показалась новая и нежная кожа.

Обычный человек давно бы уже умер от таких серьёзных ран, но он действительно полностью выздоровел за такое короткое время. По крайней мере, внешне он выглядел здоровым.

Травма оказались не опасными, но, похоже, что …

Прежде чем вместе с Цзюнь Мосе заставить Чжань Лунь Хуая вернуться к кратеру вулкана, этот старик потратил все жизненные силы на силу удара. Можно сказать, что его защита ослабла. Вся его одежда, даже усы и брови сгорели, но только что иссиня-чёрное тело вдруг восстановилось. Новая розовая кожа выглядела неплохо, но кое-где виднелись мышцы…

Молодой мастер Цзюнь был счастлив, когда увидел этого старика, незаурядного человека с изящными манерами. В этот момент талантливейший и выдающийся старик не выглядел жалким, но ему передали халат, чтобы прикрыться.

Гу Хань вдруг почувствовал, что его лицо покраснело, он поспешно накинул на себя халат. Все его раны затянулись, но внешность была неприглядной и ничем не отличалась от Чжань Лунь Хуая. Хотя настоящий мужчина не обращает внимания на мелочи, но здесь присутствовали и женщины…

Люди в Священном дворце не ожидали такого, но они были неспособны, как молодой мастер Цзюнь, носить с собой всегда всю утварь и в любой момент доставать одежду. Если бы они хотели дать ему одежду, то пришлось бы снимать свою…

— Безумный Чжань! Главный виновник всех этих бедствий перед нами — это Безумный Чжань! — Гу Хань внезапно сплюнул и заскрежетал зубами: –Чжань Лунь Хуай — это предок одной из восьми владетельных семей Призрачного Дворца, а также единственный выживший из восьми последователей хозяина Призрачного Дворца, Мяо Цин Чена!«

Цзюнь Мосе кивнул и спросил: — В чём причина его поступка?

Гу Хань фыркнул, поморщился и сказал: — Всё из-за жадности. В течение тысячелетий Призрачный Дворец с самого основания был неразрывно связан с тремя священными землями! Ещё когда первый основатель рода наложил печать на гору Тяньчжу, разделив континент на две области. Для того, чтобы поддерживать печать в течение длительного времени, он создал в храме предков трёх священных земель место нирваны зыбучих песков, которое поглощало энергию мира и формировало иллюзию зыбучих песков. Затем с помощью иллюзии зыбучих песков поддерживалась стабильная ситуация и создание энергии для поддержания горы Тяньчжу. Издревле это было гарантией того, что Чужаки никогда не попадут на континент Суань!

— Иллюзия зыбучих песков… место нирваны зыбучих песков… — пробормотал Цзюнь Мосе: — Вот оно что!

— И причина, по которой сформировался Призрачный Дворец, — это жемчужина девяти иллюзий, которая досталась от первого предка. Это таинственный мир неба и земли, в котором движется энергия Инь и Ян! Это и создаёт Призрачный Дворец! Чтобы поддерживать существование Призрачного дворца, необходимо через каждую тысячу лет получать энергию зыбучих песков. Если пропустить хоть один раз, то произойдёт крушение всего Призрачного Дворца… — Гу Хань глубоко вздохнул: — И сегодняшняя катастрофа — лишь начало…

Цзюнь Мосе вдруг всё понял: — Значит, если Призрачный Дворец не сможет получить энергию зыбучих песков, то источник священных деревьев семи цветов скоро погибнет. Если погибнут священные деревья семи цветов, то все живое внутри дворца тоже исчезнет! Гу Хань тяжело сказал: — Когда-то Первый Шао из подземного мира опасался коварных замыслов трёх священных земель, и что они специально уничтожат внутреннею систему Призрачного Дворца. Хотя гора Тяньчжу находится в пределах территории трёх священных земель, но защищать иллюзию зыбучих песков должны люди Призрачного Дворца… — он поднял голову, посмотрел на Цзюня Мосе и понял, что следует разъяснить: — Когда Первый Шао из подземного мира решил передать особенную энергию, Суань, он изменил её и в результате разделил между четырьмя учениками. Однако способности, которые получил каждый из них, совершенно разные. В том числе магические силы главы Призрачного Дворца, Мяо Цин Чена, с помощью которых он может управлять местом нирваны зыбучих песков. К тому же, только мастер высочайшего уровня, Шэнцзун, тоже может управлять ею.

Цзюнь Мосе безмолвно кивнул головой: это лучший способ взаимного сотрудничества.

— Это место нирваны зыбучих песков обладает огромной силой помимо поддержания горы Тяньчжу, поэтому мастер уровнем ниже Шэнцзуна не сможет туда войти. Даже если мастер высочайшего уровня войдёт внутрь, какой бы поразительной силой и Суань он не обладал, в этот момент она исчезнет. Он станет обычным человеком! А обычному человеку потребуется не менее тысячи лет, чтобы получить иллюзию зыбучих песков. Или немного больше, чтобы попасть туда.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и внезапно испытал искреннее восхищение к Первому Шао из подземного мира. Этот старый безумец позаботился о своих учениках, он все рассчитал практически совершенно.

Это не только лишает три священных земли коварных замыслов, но и отсекает возможность Призрачного Дворца на единоличное властвование. Чтобы обе стороны могли мирно сосуществовать долгое время.

Неудивительно, что три священных земли на протяжении тысячелетий отстаивали свои позиции, главным образом из-за нирваны зыбучих песков.

— Каждую тысячу лет люди из Призрачного Дворца собирались отправиться в специальное путешествие, чтобы позаботиться о функционировании нирваны зыбучих песков и в то же время получить иллюзию зыбучих песков, с помощью которой „живёт“ Призрачный Дворец. Это никогда не менялось, и никогда не было никаких несчастных случаев. Три священных земли и Призрачный Дворец достигли устного соглашения. Люди из Призрачного Дворца во время своего прибытия должны привезти два вида плодов семицветного дерева, а три священные земли — цветки искусного лотоса. Можно сказать, что это своеобразный обмен любезностями, который на протяжении тысяч лет проходил спокойно… — Гу Хань продолжал: — Всего несколько дней назад этот сумасшедший Чжань Лунь Хуай вдруг прибыл в Тяньшен и попросил у меня приёма. Он начал говорить о том, что скоро Война за небеса, и три священные земли будут сосредоточены на войне, поэтому он специально прибыл, чтобы защитить место нирваны зыбучих песков. А заодно получить иллюзию зыбучих песков за это тысячелетие.

Цзюнь Мосе поднял брови, на лице появилось сомнение.

Гу Хань горько усмехнулся: — Вам не нужно об этом беспокоиться, это тысячелетие ещё не закончилось. На этот раз Чжань Лунь Хуай появился действительно неожиданно. Но с тех пор, как восемь тысяч лет назад обвалилась гора Тяньчжу, это оказало огромное влияние на место нирваны зыбучих песков. В последние годы время от времени появлялись некоторые признаки ослабления печати горы Тяньчжу. Скоро начнется Война за небеса, а три священных земли не обладают достаточной силой, поэтому не уверены в победе. Вполне может быть, что вся армия будет полностью разгромлена… Когда в этот момент появился Чжань Лунь Хуай, мне пришла в голову мысль: „Даже если мы все умрём в этой битве, место нирваны зыбучих песков продолжит своё существование, по крайней мере ещё несколько тысяч лет. На континент Суань смогут попасть только самые сильные из Чужаков. В то же время мы надеемся, что Призрачный Дворец не станет безучастно наблюдать, как Чужаки прибирают к рукам их важнейшую внутреннюю систему. Если три священных земли падут, то люди из Призрачного Дворца возьмут на себя инициативу защищать это место… После нашего обсуждения, я дал согласие на просьбу Чжань Лунь Хуая. В тот момент, я не знал, что он сошёл с ума! Я не обратил внимание, что он проявлял силу Шэнцзуна четвёртого уровня! — Гу Хань усмехнулся. — Наша сила не очень высокая, но более чем достаточна, чтобы справится с Шэнцзуном четвёртого уровня. Мы могли его остановить, если бы знали, что он задумал! Но никто не мог предположить, что он…

Говоря об этом, лицо Гу Ханя вспыхнуло, он вдруг надрывисто закашлял и гневно посмотрел: — Кто бы мог предвидеть, что… этот Чжань Лунь Хуай… основатель рода Чжань из Призрачного Дворца… Безумец Чжань уже давно превзошел уровень Шэнцзуна и почти достигнет уровня совершенного мудреца. Место нирваны зыбучих песков не оказало на него никакого влияния. Попав туда, он в большом количестве забрал иллюзию зыбучих песков! Он унёс с собой всё то, что накопилось за несколько десятков тысяч лет! Ничего не оставив!

Когда он говорил об этом, люди из священного дворца сжали кулаки в гневе.

Гу Хань замолчал, глаза заблестели: — Иллюзии зыбучих песков, которую унёс Чжань, достаточно для того, чтобы обеспечить Призрачный Дворец на несколько десятков тысяч лет! Чжань, действительно, самый достойный ученик Мяо, и в самом деле видит далеко вперёд… Ха-ха, один раз постарался, и теперь они не будут знать забот на долгие годы! Но после того, как он взял всю иллюзию зыбучих песков, место нирваны зыбучих песков перестало работать! — Гу Хань рассмеялся: — Если нет иллюзии зыбучих песков… то как можно называть это место нирваной зыбучих песков? Когда Чжань ушёл, гора Тяньчжу вдруг начала трещать. Я почуял неладное и спросил его: ‚Что ты там делал?‘.

Лицо Гу Ханя дёрнулось: — Он стал объяснять, что укрепил печать горы Тяньчжу, и после небольшого землетрясения, она станет ещё крепче, чем раньше!

Цзюнь Мосе закатил глаза. А этот Чжань действительно молодец, раз осмелился бессовестно прийти к ним и совершить такое…

Глава 1154. Вы меня за дурака держите?

— Я смутно почувствовал что-то неладное, но не понимал, что именно. Как назло, из-за ограниченных возможностей мастеров трёх священных земель при каждом нашем продвижении вперёд, мы должны израсходовать большое количество сил. Чтобы подтвердить обстановку, я решил рискнуть, а когда увидел, что Тяньчжу начала обваливаться, тут же бросился проверять свои опасения. И тогда я обнаружил, что зыбучих песков уже и не существует! Это место полностью умерло, а это означало разрыв печати горы Тяньчжу…

Когда Гу Хань сказал это, его глаза покраснели, он чуть было не заплакал.

Он прожил слишком много, чтобы помнить, как усмирять эмоции, но, очевидно, его чувства достигли своей крайней точки! Несомненно, его вера и убеждения были полностью разрушены!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул и про себя подумал: «Неудивительно, что в этот раз Гу Хань показал себя хуже, чем в прошлую их встречу. Вот оно что, он израсходовал слишком много сил из-за этих зыбучих песков…»

— Я тут же громко спросил у Чжань Лунь Хуая: куда делись девять зыбучих песков? — взгляд Гу Ханя вдруг стал устрашающим. — В тот момент этот ублюдок Чжань всё ещё находился на Священной горе и срезал для себя божественную траву! Жадность этого человека не знает предела!

Цзюнь Мосе не знал, что и сказать: «Ты совершил такой ужасный поступок, но даже не поспешил убежать, а ещё и решил поживиться? Это так… Самодовольно?»

Но молодой мастер и понятия не имел, что Чжань Лунь Хуай как раз-таки собирался уходить. Он, как никто другой, хотел поскорее свалить оттуда. Но именно в тот момент он обнаружил, что на Священной горе растет та самая божественная трава! А так как его астральная душа намного сильнее, чем его тело, то это привело к невозможности их полного слияния. Божественная трава — это именно то средство, которое может устранить такой изъян!

Чжань Лунь Хуаю просто нужно было принимать божественную траву непрерывно в течение месяца, про три корешка два раза в день. И тогда он смог бы восстановить свою бывалую мощь без каких-либо негативных последствий.

Так что в тот момент Чжань Лунь Хуай просто не мог с собой ничего поделать.

Если бы он сразу убежал, то не оставил бы после себя и следа, и его бы никто и не нашёл, а даже если бы и нашёл, то ничего не смог бы с ним сделать. Но из-за божественной травы всё сорвалось.

Однако мотивы Чжань Лунь Хуая были предельно очевидны. Гора Тяньчжу вот-вот рухнет, три священные земли вместе со Священным дворцом, можно сказать, в ближайшее время будут стёрты с лица земли, следовательно, и от божественной травы ничего не останется. Если Чжань Лунь Хуай упустит такую возможность, кто знает, когда он потом сумеет полностью восстановиться самостоятельно…

Так что ему и самому тяжело дался этот выбор.

В тот момент, когда он припадочно собирал божественную траву, откуда не возьмись вылез Гу Хань со своими обвинениями, но Лунь Хуай не хотел отдавать эссенцию зыбучих песков. На этом фоне как раз и возник раздор.

Как раз в это время рухнула гора Тяньчжу!

Гу Хань, естественно, пришёл в дичайшую ярость, а Чжань Лунь Хуай в свою очередь разозлился на Гу Ханя из-за того, что сумел собрать лишь половину из необходимого количества божественной травы!

Когда обе стороны вступили в битву, мастера Священного дворца один за другим выходили на поле боя, яростно сражаясь перед разрушающейся горой Тяньчжу.

Но тут внезапно начались извержения вулканов. Как говорится, беда не приходит одна!

Все участники битвы являлись высококлассными мастерами, поэтому преследование не прекращалось. Люди трёх священных земель были готовы пожертвовать своими жизнями, чтобы остановить Чжань Лунь Хуая и вернуть обратно эссенцию зыбучих песков. Чжань Лунь Хуай с самого начала не принял своих оппонентов за серьёзных противников, однако всё же опасался того, что среди них обнаружится пара-тройка дураков, которые не поскупятся на самодетонацию вблизи него. После такого Чжань Лунь Хуаю с его нынешним телом не удалось бы избежать получения травм.

Таким образом, он не смел полностью уничтожить ребят из Священного дворца. Вдобавок ко всему, непрекращающиеся извержения вулканов внушали нехилую дозу страха. Поэтому Чжань Лунь Хуай решил отвлечь противника и убежать, как только представится такая возможность. Однако тут-то и произошел «блестящий выход» Цзюня Мосе. Более того, он ещё и «подарочек» с собой прихватил. Это было начало финальной части сего представления!

Можно сказать, что обеим сторонам не повезло до крайности!

— Я так и не понимаю, почему Чжань Лунь Хуай повёл себя так ужасно! Взял и за один раз унёс всю эссенцию зыбучих песков! Люди Туманного Призрачного Дворца никогда не досаждали трём священным землям! Все их посыльные всегда были уважаемыми гостями дворца! Неужели им было недостаточно тысячелетнего спокойствия? Они с самого начала планировали этот злодейский план? — недоумённо промолвил один старик.

— Ответ довольно прост — Чжань Лунь Хуай хотел, чтобы семья Чжань господствовала в Туманном Призрачном Дворце, а если бы эссенция зыбучих песков по-прежнему оставалась на месте, то его монополии было бы невозможно существовать! Своими действиями Чжань Лунь Хуай уничтожил все надежды семьи Мяо и остальных влиятельных семьей Дворца. Если те захотят сохранить функционирование Туманного Призрачного Дворца, то им придётся склонить свои головы перед семьёй Чжань! — сказал Цзюнь Мосе. –Всё, чего хотел Чжань Лунь Хуай — это Туманный Призрачный Дворец! И больше ничего!

— Однако после исчезновения всей эссенции зыбучих песков рухнет гора Тяньчжу, и Чужаки смогут спокойно прорваться на континент! Чжань Лунь Хуай всё же является одним из самых просветлённых и уважаемых мастеров этого мира, неужели господство в Туманном Призрачном Дворце для него важнее, чем судьба всего человечества? — возмущённо закричал старик. — Неужели этот ублюдок настолько жесток?

— Как раз-таки из-за его просвещённости весь этот мир и кажется ему лишь скопищем маленьких ничтожеств! Думаешь, такому человеку есть дело до того, живы эти ничтожества или нет? Благополучие материка в глазах Чжань Лунь Хуая словно дерьмо собачье! — злобно зарычал Гу Хань.

Цзюнь Мосе, наконец, понял все обстоятельства этого дела и лишь тяжело вздохнул.

Лишь из-за этой эссенции зыбучих песков Чжань Лунь Хуай буквально отдал весь материк на растерзание чужакам! Чудовище!

Да чем он лучше обычного предателя?

В этот момент Цзюнь Мосе вспомнил ещё кое-что: — Вы сказали, что Чжань Лунь Хуай забрал себе эссенцию зыбучих песков, однако во время нашей битвы он, в конце концов, упал в жерло вулкана практически нагишом, разве кто-нибудь заметил при нем хоть тень от этой эссенции? Неужели это что-то настолько мелкое?

Гу Хань горько улыбнулся и сказал: — В этом и заключается особенность эссенции зыбучих песков: пока их не трогаешь, это обычный прозрачный песок, внутри которого содержатся начала Инь и Ян, а одна песчинка имеет неисчислимый вес. Но стоит их вытащить, они практически превращаются в воздух и, кроме того, перемещаются в душу своего обладателя. И если этот человек не умрёт, никто, кроме него самого, не сможет вынуть их наружу!

— Так вот оно что! — Цзюнь Мосе кивнул и добавил: — Стало быть, Чжань Лунь Хуай всё ещё жив! И эссенция зыбучих песков по-прежнему у него! Сколько же от него беспокойства!

— Чжань Лунь Хуай не умер?! — несмотря на то, что все присутствующие своими глазами видели, как тело их противника выпрыгнуло их жерла вулкана, они уповали на то, что его всё же уничтожило огнем. Да как он смог выжить?

Это врождённый человеческий инстинкт — обдумывание каждого дела лишь в позитивном ключе. То, что Чжань Лунь Хуаю удалось выжить оказалось для всех слишком неожиданной плохой вестью!

— Его тело было уничтожено, однако душа уцелела, — Цзюнь Мосе слегка кивнул головой.

— Разве это не является ещё большей проблемой? — все присутствующие были мастерами, так что сразу смекнули что к чему. Чжань Лунь Хуай перевоплотился в нечто неосязаемое, и если не придать этому должного значения и позволить ему вырасти, то мир накроет ветер, воняющий мясом, и кровавый дождь!

В мгновение ока сердца всех мастеров потяжелели, словно в них залили свинец.

— Давайте оставим пока этот вопрос, наша первоочередная задача — это битва с Чужаками. Я бы хотел знать, каковы силы трёх священных земель на данный момент? — серьёзно спросил Цзюнь Мосе. В этот момент даже он сам немного занервничал.

При таких обстоятельствах… Если три священные земли сумеют собрать армию в шесть тысяч человек — это уже будет хвала небесам!

— В живых осталось менее трёх тысяч человек… — Гу Хань закрыл глаза и поднял лицо к небу, но всё же не смог сдержать своих слёз. — Однако вступить в сражение сможет не больше тысячи! Дело наших предков… чудесные виды родной земли… Всё это в скором времени будет похоронено нашими руками! Я… я так виноват!

— Что?! Да ну нахер! — вдруг потрясённо завопил Цзюнь Мосе. Он уже рассчитал для себя ситуацию в самом наихудшем варианте, но никак не ожидал, что всё окажется настолько ужасно!

Боевая сила в тысячу человек… И какой с них толк?

Они даже не годятся для роли пушечного мяса!

Эта битва будет совершенно не похожа на предыдущие! В прошлом победа всегда казалась очевидной. Но теперь главная задача — выдержать натиск врага и оказать ему полное сопротивление!

Гу Хань закрыл глаза и мрачно произнёс: — Владыка Цзюнь, на этот раз… всё человечество полагается на Злого Монарха и лес Тянь Фа!

Цзюнь Мосе вдруг почувствовал некоторое напряжение во всём теле и слабо спросил: — В таком случае… по вашим оценкам, сколько воинов у Чужаков?

— На горе Тяньчжу суровые условия для нормального роста и выживания. Так что их количество не должно быть большим, — задумчиво сказал Гу Хань.

Цзюнь Мосе облегчённо вздохнул и сказал: — И сколько же?

«Если действительно немного — прекрасно, но если они хлынут на нас словно саранча, то с моими силами в десять тысяч человек, всё будет бесполезно…»

— Самое большее… несколько миллионов, — Гу Хань не мог заставить себя посмотреть в лицо Цзюня Мосе, поэтому стыдливо опустил голову.

— Твою… — рот Цзюня Мосе ненадолго растянулся в шикоком «о», прежде чем он закончил фразу: –… мать!

Он вдруг гневно вскочил и закричал: — Сука! И нахрена так обманывать? Если несколько миллионов — это немного, тогда сколько же, по-вашему, много? А?! Немного… Если это реально немного, то может вы, три священные земли, возьмёте и сами с ними разберётесь? Пустяки же?! Блять! Хотите, чтобы я с несколькими тысячами бойцов разгромил армию в несколько миллионов? Я чё, бог, что ли…? — Цзюнь Мосе действительно не на шутку встревожился: — Вы меня за дурака держите?!

Глава 1155. Волшебная таблетка исцеления!

Все молчали, глядя вокруг себя. Эти несколько безмолвных десятков человек — одни из самых сильнейших оставшихся в этом мире мастеров, и они — основные силы в борьбе с Чужаками! Именно эта крохотная горстка мастеров!

Цзюнь Мосе лихорадочно схватился за волосы на голове: — А давайте, господа, вы тоже меня так научите? Умоляю, научите меня, пожалуйста! Как пользоваться этим оружием? С помощью волшебства? Твою мать! Несколько миллионов! Это же просто пиздец! Несколько, сука, миллионов! Блядь, какой же я ахуенный! Я буду в одиночку сражаться с несколькими миллионами этих тварей! Бог ты мой, я реально супергерой какой-то! Я точно заслуживаю памятник! Я и никогда бы не подумал, что, оказывается, я настолько велик и всемогущ…

Гу Хань и остальные продолжали молчать, если все действительно было так, что им ещё было ответить на это?

— Несколько миллионов… — Цзюнь Мосе с горечью рассмеялся и, кажется, успокоился: — Когда я раньше слышал про Войну за небеса, я представлял, что с каждой из сторон выдвигается какое-то количество бойцов, и между ними проводится бой на мечах в стиле хуашань, победа или поражение, а потом все расходятся по домам и готово. Но, по моим представлениям, количество бойцов ограничивалось несколькими десятками тысяч и не более, но сейчас я узнал, что, оказывается, я прилично ошибался в цифрах, примерно на несколько миллионов человек… — Мосе был «несколько» удручён: — Существенная разница: что на самом деле, и тем, что я себе представлял.

Гу Хань тоже рассмеялся: — А кто тебе говорил, что в сражении участвуют лишь несколько десятков мастеров? Это война поэтому и зовется «войной» за небеса. Масштабность этой битвы слишком высока, это беспощадная схватка не на жизнь, а на смерть! В сражении принимает участие как минимум несколько тысяч человек, и все они — первоклассные мастера. Помимо этого, обе стороны берут с собой на поле боя самых одарённых и способных из своих молодых учеников, чтобы они собственными глазами смогли увидеть, что такое Война за небеса, и как она происходит. Каждый раз на поле боя насчитывается около нескольких десятков тысяч бойцов! Это тебе не мелкие стычки между двумя-тремя десятками мастеров…

Цзюнь Мосе с опечаленным видом смотрел куда-то в небесную даль.

— Что за такой бой на мечах в стиле хуашань? — Гу Хань почесал свою бороду, и с недоверием спросил Цзюнь Мосе.

— Это такой бой, где мастера состязаются между собой за звание лучшего в искусстве управления мечом… Хуашань, это название очень красивой горы… Эм, что-то вроде этого… — Цзюнь Мосе снова опечаленно вздохнул: — Но речь сейчас совсем не об этом, давайте лучше вернёмся к войне за небеса…

Мэй Сюэ Янь обеспокоенно вздохнула, и тихо сказала: — Разве здесь ещё есть что обсуждать? Мы просто должны выложиться по максимуму, хотя бы наша совесть будет чиста, и на том спасибо…

На лицах мастеров из священного дворца появился стыд. Разумеется, они все знали об конфликте трёх священных земель и леса Тянь Фа, однако при этом не приняли никаких мер.

Такое поведение было настоящим попустительством с их стороны!

Их бездействие привело к тому, что три священные земли совершенно открыто и с особой наглостью вершили свои злодейства. Сейчас же священные земли были в меньшинстве, они понесли большие потери, самостоятельно справиться с вторжением Чужаков им было уже не под силу. В такой напряжённый момент они больше всего нуждались в помощи леса Тянь Фа!

Каково сейчас было Тянь Фа? Гу Хань и остальные могли только догадываться. Они не знали куда деться от стыда и угрызений совести, они заикались и не находили слов, чтобы объясниться.

Слова Мэй Сюэ Янь про чистую совесть особенно задели их, ведь их совесть была далеко не чиста!

Долго обдумывавший это Гу Хань, наконец, произнёс: — Почтенная Мэй, мы, священные земли… очень виноваты перед вами! И не просто виноваты!

Его сердце разрывалось от боли.

Если бы священные земли не пытались навредить Мэй Сюэ Янь и всему Тянь Фа, разве они бы вызвали на себя гнев Цзюня Мосе? Они сами подписали себе такой приговор, разозлив собственными действиями Цзюня Мосе!

Этот мальчишка уничтожил священные земли почти на половину! Однако одного Гу Хань не знал. Если бы они не покушались на Мэй Сюэ Янь, маловероятно, что Цзюнь Мосе смог бы так стремительно достигнуть такой высоты! Можно сказать, что в прогрессе Цзюня Мосе есть большая заслуга трёх священных земель.

Каждый удар со стороны священных земель вызывал у Цзюня Мосе резкую необходимость совершить внушительный скачок в своем уровне совершенствования!

Если бы у Мосе не было особых успехов, наверняка, он бы даже и не подумал о том, чтобы завладеть цветками искусного лотоса и плодами священного лотоса. А значит он бы не попал в Туманный Призрачный Дворец, и не узнал о заговоре, который готовила семья Чжань, они бы свергли семьи Мяо, и стали править Призрачным Дворцом.

Следовательно, у Чжань Лунь Хуая не возникло бы цели разрушить девять зыбучих песков. Три священные земли бы не были разрушены!

Если анализировать ситуацию под таким углом, можно прийти к такому выводу: священные земли были разрушены из-за того, что хотели убить Мэй Сюэ Янь…

Пусть на первый взгляд это заявление кажется довольно абсурдным, однако это факт!

— Кто прошлое помянет, тому глаз вон… — Мэй Сюэ Янь равнодушно рассмеялась: — Если никто не выживет после этой битвы, значит, всё так и останется, но если нам удастся выжить, вы, священные земли, обязательно будете должны объясниться передо мной…

— Разумеется… — с серьёзным видом ответил Гу Хань, после чего расстроенно вздохнул: — Даже если нас ждёт поражение — ничего страшного, у меня всё равно нет совести оставаться жить в этом мире. Но если наша сторона всё-таки сможет одержать победу… — он усмехнулся, и тоскливо покачал головой: — Боюсь, мне всё равно не смириться с дурной славой самых главных преступников всех времён…

— Не обязательно! — спокойно сказала Мэй Сюэ Янь: — Мы не обязательно должны проиграть эту битву!

— М? Что вы имеете в виду, почтенная Мэй? — Гу Хань решил, что у Мэй Сюэ Янь есть какая-то хорошая идея, он восторженно взглянул на неё. В его глазах засверкала надежда. У всех остальных тоже заискрились глаза, и они с нетерпением ждали ответа Мэй Сюэ Янь.

— Потому что в этот раз Цзюнь Мосе участвует в сражении! — с гордостью сказала Мэй Сюэ Янь, глядя на Цзюня Мосе взглядом полным любви и восхищения.

Кажется, в этом мире нет человека, который бы верил в Цзюня Мосе больше, чем Мэй Сюэ Янь! Ведь Сюэ Янь была единственным человеком, которому была известна самая главная тайна Мосе! Хотя Королева Змей тоже бывала в пагоде, ей было известно, что это всего лишь какое-то очень мистическое место и не более.

А Мэй Сюэ Янь даже смогла освоить процесс совершенствования! Ей было известно, насколько это удивительное искусство! Ничто в этом мире не сможет сравниться с этой невероятной вещью!

Сейчас Сюэ Янь ещё не достигла даже третьего уровня совершенствования, но она уже обладала силой, в десятки раз превышавшей её прежний уровень сил! По словам Мосе, насчитывается около девяти уровней этой башни и, соответственно, девять уровней совершенствования! Каждый уровень в десятки раз мощнее и богаче предыдущего! Мэй Сюэ Янь даже представить трудно, какого уровня силы она добьётся, если пройдёт все девять вершин?

Мэй Сюэ Янь уже видела, какими «волшебными» способностями обладает Мосе, какие удивительные лекарства он умеет готовить, каких бойцов он может воспитать! Сейчас у него в руках был огромный козырь!

Особенно эта его волшебная таблетка, которая может в тот же миг исцелять любые ранения! Настоящее чудо! Шэнцзун и все, кто ниже уровнем, могут принять эту таблетку и тотчас же исцелиться!

Сейчас все подчинённые Тянь Фа и дворца Злого Монарха имели при себе по такой таблетке!

Вероятно, если два мастера с одинаковым уровнем совершенствования схлестнутся в жестоком бою, и оба одновременно получат тяжёлые ранения, но один из них всё-таки примет волшебную таблетку, его силы тотчас восстановятся на все сто процентов…

Поэтому Мэй Сюэ Янь считала, что, несмотря на то, что численность врага было намного выше, чем у них, вряд ли все они являлись настоящими мастерами! У них же в подчинении были только лучшие из лучших! К тому же каждый обладал двумя жизнями!

Это битву вряд ли можно было назвать абсолютно безнадёжной. Самое большее — она могла очень сильно затянуться. Но раз Цзюнь Мосе здесь, рано или поздно, но победа всё равно будет за материком. Так думала Мэй Сюэ Янь. И она была вполне уверена в своей точке зрения.

— Цзюнь Мосе? Он в одиночку сможет исправить ситуацию? — Гу Хань с разочарованным видом посмотрел на Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе слабо улыбнулся: — Время поджимает, нам следует поторопиться. Ни к чему попусту болтать.

Потом он взмахнул рукой, и у него в руках появилось две небольших бутылочки: — Это наши таблетки Хуай Тянь Дань. Вне зависимости от тяжести ранения, стоит только принять это средство, и рана в тот же миг заживёт! Я заметил, что многие из ваших людей получили ранения, так что выпейте для начала по таблетке… — немного помолчав, он продолжил: — В этих двух бутылочках около двухсот таблеток. То, что останется, вы можете разделить между собой, чтобы у каждого мастера при себе осталось по таблетке, и они смогли принять их при любой необходимости!

— Одна таблетка… может исцелить любую рану? И полностью восстановить силы? — Гу Хань взял у Мосе бутылочки с таблетками, и с недоверием стал рассматривать их содержимое. Он никогда бы не поверил, что в мире есть подобные волшебные вещи.

— Вы сможете узнать наверняка, только если попробуете, — Цзюнь Мосе покосился на Гу Ханя, и подал плечами: «Этот гад ещё смеет сомневаться в эффекте моих удивительных таблеток? Ты хоть знаешь, сколько мне сил пришлось потратить на них? Если бы не Война за небеса, вам бы вряд ли бы повезло испробовать такие волшебные лекарства!»

Гу Хань с недоверием осторожно открыл бутылку с таблетками, в нос ему сразу ударил сильный одурманивающий запах. Он положил таблетку себе в рот, и через мгновение она уже растворилась у него на языке, исчезнув где-то в его теле!

Ощущение максимального комфорта и спокойствия разнеслось по всему его телу, он даже легонько простонал, потому что во всех местах, где у него были ранения, возник странный зуд и жар, а потом Суань в его каналах взбудоражилась и пришла в движение…

Пребывая в этом странно опьяняющем и расслабленном настроении, Гу Хань наконец заметил, что с его тела исчезли все раны!

В схватке с Чжань Лунь Хуаем он получил достаточно тяжёлые ранения, и он никак не мог восстановить свои силы. Сейчас же, одна крохотная пилюля за один миг смогла исцелить все его многочисленные травмы, и также вернуть ему его былую форму!

Его переполнял восторг, и у него даже задрожали руки!

Он резко поднял голову, и взглянул на Мосе, его всего немного потряхивало: — Цзюнь Мосе, сколько у тебя ещё есть таких таблеток?

Глава 1156. Предупреждение Цзюня Мосе.

— Господа, а как вы сами думаете, сколько у меня таких таблеток? — Цзюнь Мосе пристально посмотрел на Гу Ханя и рассмеялся.

Гу Хань тотчас замолк, он был так поражён ошеломительным эффектом этой крохотной пилюли, не обратив внимание на то, что она в одно мгновение смогла подарить ему вторую жизнь! С другой стороны, глядя на эту таблетку, обладающую таким невероятным эффектом, стоит задуматься, насколько дороги материалы, из которых она сделана. Наверняка таких удивительных вещиц не должно быть очень много, а Цзюнь Мосе пожаловал им сразу двести штук, это уже и так огромнейшая любезность с его стороны!

— Эм… господин Цзюнь, прошу прощения за своё столь наглое поведение. Осмелюсь спросить, сколько у вас на руках ещё есть таких таблеток? Я не сразу осознал, насколько это редкое лекарство… Если у вас, действительно, имеются какие-то определённые запасы, возможно, у нас и правда получится справиться с надвигающей опасностью! — Гу Хань чувствовал себя очень неловко. Откуда он мог знать, что эти волшебные таблетки — фирменное лекарство Цзюня Мосе, и что они обладают настолько удивительным эффектом. Они бы запросто могли решить исход войны, а он повёл себя так нагло и грубо, спросив о таком.

Сейчас Гу Хань действительно поверил в слова Мэй Сюэ Янь, которая сказала, что раз в этот раз в войне участвует Цзюнь Мосе, у них есть все шансы не проиграть битву.

— Война совсем у нас на носу, и я, пожалуй, не буду ходить вокруг до около, и скажу прямо — таблетки у меня есть, и немало, — спокойно ответил Мосе.

Услышав ответ Цзюня Мосе, Гу Хань очень обрадовался, и уже было хотел что-то сказать, однако Мосе на этом не закончил, и продолжил говорить: — Однако вам ни к чему волноваться об этом! В конце концов, лишь немногие достойны их, или, по крайней мере, не у многих есть право потреблять их в большом количестве. То, что вы получили целых две сотни штук — уже недурно.

Гу Хань сразу же умолк, всё-таки у него за плечами большой опыт прожитых лет, как он мог не понимать того, что это уже очень большой жест со стороны Злого Монарха и Тянь Фа, которые вполне могли бы просто добить жалкие остатки священных земель и всё, учитывая их отношения к друг другу.

Но…

В такой напряжённый момент, в ожидании страшной битвы, получить ещё один шанс выжить… Разве можно остаться равнодушным к такому подарку судьбы? Сейчас и три священные земли, и весь священный дворец практически полностью пали духом. Чем больше есть таких таблеток, тем больше у них надежды, что ещё не всё потеряно! Особенно в такой критический момент, когда зло уже совсем у их порога!

Подумав немного, Гу Хань всё-таки произнёс: — Господин Цзюнь, всё это осталось в прошлом. Сейчас все мы находимся в смертельной опасности. Нам нужно обязательно объединить все наши силы, и дать мощный отпор врагу! Только в этом случае у нас появится шанс на хороший исход битвы! Я уже сказал… эм, ваши волшебные таблетки сыграют важную роль для нашей победы в этой войне! Так что я очень прошу вас, господин Цзюнь, постараться не вспоминать о старых грехах, сейчас это уже не так важно!

Если брать в расчёт высокий статус Гу Ханя, только что сказанные им слова были равносильны тому, как если бы он жалостно умолял Мосе! Если бы это касалось лишь его, Гу Хань наверняка бы предпочел умереть миллион тысяч раз, но не стал бы так упрашивать.

Но сейчас на его плечах лежала ответственность за будущее всего населения материка, и за дальнейшее существование трёх священных земель! Хотя он испытывал недовольство из-за этого, на кону были вещи поважнее, чем гордость и самолюбие!

Цзюнь Мосе сначала пристально посмотрел на Гу Ханя, а потом наконец сказал: — Так и быть. Люди трёх священных земель, действительно, не достойны этих таблеток, но вы старейшина, и вашими словами вы доказали, что определённо заслуживаете этого! — Цзюнь Мосе повернул запястье, и в его руках появилось три бутылочки с таблетками: — В таком случае вот вам ещё полторы сотни. На сей раз это максимум!

Мосе немного помолчал, а потом продолжил: — Старейшина… вы же понимающий человек, и знаете, что кроме как у меня в этом мире вряд ли найдутся такие таблетки? Как вы и сказали, перед лицом общей опасности мы должны сплотиться и приложить все свои силы, чтобы избавиться от врага. Однако несмотря на это, неужто вы думаете, что если на поле боя вам будет угрожать опасность, я буду долго думать, прежде чем вмешаться и спасти ваших людей?

Как говорится, «метод кнута и пряника» в действии. Не стоит ошибочно полагать, что молодой мастер рад раздавать свои прекрасные таблетки направо и налево, и для этого не нужно прикладывать никаких усилий! Цзюнь Мосе, всё-таки, мастер манипуляций и интриг, и не стоит никогда этого забывать!

Тем не менее, услышав слова Цзюня Мосе, Гу Хань был приятно удивлён. Учитывая немаленькую численность трёх священных земель, сто пятьдесят штук таблеток, действительно, совсем немного. Но слова Цзюня Мосе он понял вполне доходчиво, пусть таблетки и есть… однако сколько же их должно быть?

Даже если их и предостаточно, самое главное сначала обеспечить таблетками своих людей, они уже получили триста пятьдесят волшебных таблеток исцеления, и это довольно немало! Если рассматривать это количество, учитывая их ценность, это просто астрономическая цифра!

Не говоря уже о том, что основные силы трех священных земель сейчас уже уничтожены, если продолжить требовать ещё, можно вообще остаться ни с чем! Тем более, что Мосе подчеркнул — если три священные земли не проявят себя, как предатели, он окажет им помощь во время битвы, если они будут нуждаться в ней. А этого уже вполне достаточно!

— И мы, и три священные земли должны сделать всё возможное, чтобы выиграть эту войну! Нам даже придётся подготовиться и к самому худшему, только так у нас появятся шансы на успех. Если мы не будем психологически подготовлены к такому сценарию событий, все наши усилия окажутся напрасными, и даже первоклассная расстановка сил здесь ничем нам не поможет! — Цзюнь Мосе серьёзно посмотрел на Гу Ханя, и продолжил: — Старейшина, раньше позиции обеих сторон по этому вопросу сильно отличались, я не хотел этого говорить, но, хорошо подумав, всё-таки решил: принимая во внимание ваши слова об беспокойстве за будущее всего народа, стоит вам напомнить, что эти слова несколько неприятно слушать. Тем не менее, это ваш личный выбор.

Гу Хань испугался, и внезапно почувствовал ледяной холод, который застыл в воздухе. Сейчас было очень напряжённое время, и каждая минута, каждая секунда были драгоценными, однако Мосе всё же подчеркнул, что он бы хотел кое о чём напомнить Гу Ханю.

Можно представить, насколько важно это было.

Подумав об этом, Гу Хань вмиг насторожился: — Господин Цзюнь, если у вас есть, что сказать, прошу. У меня достаточно уверенности в своём решении.

— Это будет чрезвычайно опасная битва. В любой момент может случиться, что угодно. Даже мастерам уровней Шэнцзуна и выше, боюсь, вряд ли получится не пострадать. Поэтому это будет долгая война.

— Верно. В ваших словах есть доля правды. — хотя Гу Хань не знал, на чём основывались слова Мосе, он поспешил согласиться с ним.

— Поэтому не надо бояться свирепых, как волков, врагов… а надо бояться мерзких, как свиньи, союзников! — в глазах Мосе внезапно появился ледяной холод: — Не стоит бояться зверства и жестокости со стороны врага своего. Главное — чтобы не остаться с ножом предателя в своей спине.

У Гу Ханя по телу пробежал мороз, он понял на что намекает Цзюнь Мосе.

— Я уверен, что вы, старейшина, уже давно поняли, что я пытаюсь сказать, но всё же я поясню: между священными землями и Тянь Фа уже давно глубокая обида. Во всех владыках, даже включая Мо Вудао, я очень даже уверен; стоит им только убедиться в том, что нет и намёка на улучшение обстановки, они будут не прочь подлых заговоров и интриг. Но относительно всех людей трёх священных земель, у меня нет такой уверенности… — Цзюнь Мосе спокойно сказал: — Вы прекрасно понимаете, что даже маленький муравей может прорвать тысячелетнюю плотину! Если хотя бы один человек из трёх священных земель пойдёт на предательство, я уничтожу все священные земли! Полностью! Мне не понадобятся какие-то мотив, причины или объяснения, так будет и точка! Это — лишь предупреждение. Если ничего такого не произойдёт — отлично, если же наоборот… Прошу, не удивляйтесь потом, — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся: — Сначала я хотел спустить это на тормозах, и ждать, что произойдёт потом. Но увидев вас, мне пришлось поменять своё решение.

Гу Хань, стиснув зубы, кивнул головой: — Я понял! Сейчас материк в опасности, и в это трудное время мы должны объединить свои силы, чтобы предотвратить катастрофу. Если кто-то, в самом деле, совершит подобную подлость, в таком случае вам не нужно будет хвататься за оружие. У трёх священных земель не будет смысла существовать дальше!

— Надеюсь, ваши слова искренни, — в глазах Мосе сверкнула издёвка, а потом его взгляд снова стал равнодушным.

Он сказал это не для того, чтобы заблаговременно подготовиться, или потому что у него было такое предположение; просто заживший второй жизнью Цзюнь Мосе уж очень разбирался в человеческой сущности! Если преимущество будет не на стороне сил материка, священные земли, очевидно, не будут пытаться уничтожить силы Тянь Фа, но в том случае, если победа будет не за Чужаками, земли, без сомнений могут прибегнуть к своим старым добрым махинациям и уловкам, чтобы уничтожить Тянь Фа.

И это не из-за того, что все они подлецы, просто всё это их подлая натура!

Из-за своей злости и жестокости они на протяжении десяти тысяч лет пытались сжить со свету Тянь Фа!

Особенно сейчас, когда они потеряли восемьдесят процентов своих сил, разве они поверят, что Злой Монарх и Тянь Фа не воспользуются этим моментом, чтобы установить господство над всем материком!

Цзюнь Мосе никогда не верил, что они могут измениться. И глядя на сложное выражение лица Гу Ханя… он, судя по всему, тоже верил в это с трудом. Поэтому в этот момент он действительно очень сильно встревожился.

Глава 1157. The War Begins, Eagle-Bear Army (без перевода)

В оригинале — Chapter 1155: The War Begins, Eagle-Bear Army

По какой-то причине этой главы не существует в русском переводе.

Because Gu Han already deeply understood how unfathomable Jun Mo Xie was, rashly making an enemy of an existence like this, who was impossible to predict, was only courting a disaster. But there were too few people who understood this!

Jun Mo Xie narrowed his eyes and straightened his back, glancing over at the erupting volcanoes in the south. He said slowly, “We should make our move now. The few of us shall split into a few teams and go and check the situation separately. Those from the three Holy Lands, you can make your own arrangements for the teams. As to contact between us, we shall…”

Then Jun Mo Xie began to draw a rough map of the surrounding geographical situation, and suggested a general plan as well as a way for both of them to keep in contact. Gu Han and the rest paid close attention, nodding their heads.

Jun Mo Xie’s tone was ordinary, but was full of confidence. He commanded casually and gave orders. Everything was just that natural.

Unknowingly, by a stroke of fate, all the higher ups of the three Holy and one Ferocious Lands had already acknowledged Jun Mo Xie as the leader in this war…

“Alright, we shall go with this for now. Let’s move separately.”Jun Mo Xie tossed the stone in his hand away as he stood up, the killing intent obvious in his eyes. “If the strange races do not come, forget it. But if they come, in this war, we absolutely must not let a single one of them back! If they have the guts to enter the Xuan Xuan Continent, then they shall bear the consequences of defeat and death!”

“Go!”

With this order, the experts from Heaven Saint Palace silently bolted away towards different directions.

“What should we do now?” Mei Xue Yan asked.

“We… should find out the whereabouts of Eagle King and Bear King first.” Jun Mo Xie furrowed his brows. “Under this sort of violent volcanic eruption, the strange races should not have come over yet. I don’t know why, but I have a bad feeling. Could it be that there are still more unexpected changes?”

Both of them exchanged glances and flew into the air at the same time. With a whoosh, two flashes of white cut across the skies and vanished quickly.

At the same time, on the other side of the Pillar of Heavens Mountains, the Eagle-Bear Army had met with an unprecedented, enormous crisis!

Right now, the towering Pillar of Heavens Mountains had already collapsed into a pile of rubble. The ground was still shaking from this sudden disaster. Fire was spreading, smoke was choking the air. Almost thirty volcanoes erupted at the same time with tremendous might, as if it truly to rip the skies apart!

Even the toughest stones and metal would not be able to get past this deadly scene unscatched!

But there were no absolutes in the world! There would always be accidents!

The volcanic eruption was undoubtedly disastrous and covered a vast area. But… the Pillar of Heavens Mountains stretches for ten thousand li . There must be a portion that the volcano eruption was unable to cover. And although the temperature of these places had been brought up to a shocking degree due to the disaster, a temperature high enough to melt metal, but… to experts that had cultivations of Saint Emperors and above, it was still manageable.

And the bigger issue was that the strange races had always been segregated from the other sides of the Xuan Xuan Continent by the Pillar of Heavens Mountains! They were filled with urgency and the thirst to dominate this Continent!

The moment this natural stronghold was gone…

They immediately forced their way through from the spots they could come out from!

And the Eagle-Bear Kings had rushed all the way to Pillar of Heavens Mountains. Seeing this catastrophic sight, they were appalled. But at the same time, they understood that the situation was very dire.

They did not dare to make any delays. The Eagles carefully navigated through erupting volcanoes, dodging the threat from nature; the Bears carefully scoured the place for sight of the enemy. They instantly discovered the strange races that were surging in large numbers!

With no hesitation, both Kings gave the order to intercept them!

In the skies and on the ground, both teams discovered each other at the same time!

Like a bolt of thunder coming into contact with the fire on the ground!

Or like an adulterous couple, both parties hitting it off, displaying their most flirtatious behaviour at the same time! Using their greatest passion to unravel the most intense battle in their lives!

The moment the battle began, both Bear King and Eagle King b*tched incessantly! The battle against the strange races this time was unexpectedly tough!

Jun Mo Xie had not truly been to the southern territory of the Pillar of Heavens Mountains. His understanding of the strange races had already been from hearsay, so he was not clear of how tough the living conditions were on the side of the strange races.

The south of the Pillar of Heavens Mountains only has two seasons in an entire year: summer and winter.

When it was winter, the weather was freezing harsh. The temperature was usually at negative forty-five degrees. At its lowest temperatures, it could go down to negative eighty degrees. And when the temperatures were higher in the summer, it was the same as being being engulfed in flames…

The strange races that had managed to survive under such harsh climate all had extremely strong bodies. And every single one of the strange races had to cultivate. The reason was simple: when living in such a harsh living environment, not cultivating meant they were forsaking the chance to survive!

And on the other hand, cultivating with the mentality for survival, every single one of them was even more extreme! And strong!

And one more thing: the strange races were all conjoined hermaphrodites, which means every one of them had two sets of meridians in their bodies, which provided Yin and Yang to complement each other. In this way, they already had the advantage in physique. The physique that caused those from the Xuan Xuan Continent to look down upon had a great benefit. Cultivating in this mutually complementing manner, they advanced a lot faster than those from the Xuan Xuan Continent.

And most importantly, this thing… they could do double cultivation anytime, anywhere ah…

This was undoubtedly a great advantage ah…

Like a huge tidal wave, the strange races that came surging over were merely the few tribes that were near the Pillar of Heavens Mountains.

The sudden collapse of the Pillar of Heavens Mountains, that led to the eruption of volcanoes, had dealt a significant damage to the Xuan Xuan Continent, but it also greatly harmed the strange races. The eruption of the volcano had killed and injured many of the strange races. But there were still some that managed to get away, especially those that were stronger. This level of natural disaster was still not enough to be a threat to those who were truly powerful. And those tribes that were further away from the Pillar of Heavens Mountains did not suffer much losses, only merely being spooked.

And in their shock, there was also a thick sense of joy…

With the sudden collapse of the Pillar of Heavens Mountains, the stream of air that had been blocked since ancient times went surging into the south of the Pillar of Heavens Mountains. This had let these strange races felt an indescribable, refreshing sensation!

This sensation motivated the strange races to charge through the Pillar of Heavens Mountains and invade the Xuan Xuan Continent! This was the greatest dream of generations of strange races!

The other side of the Pillar of Heavens Mountains had an abundance of water, plants, fertile soil, enchanting sceneries. What a beautiful place it was, ah.

In the Xuan Xuan Continent, the place that was most unsuitable for living, the harshest place, was the equivalent to Heaven to the strange races!

So when they saw the Pillar of Heavens Mountains collapse, the strange races from these few tribes gathered into teams and went charging in from this opening! With not the smallest bit of hesitation! Unafraid of death!

The volcano continued to erupt and there were countless obstacles, but none of it could hinder the strange races’ path to a better future!

And there were plenty of such openings that were not obstructed by the volcanoes along the Pillar of Heavens Mountains that stretched across a great span. There were a bunch of scoundrels that popped out of them, each of them bearing two heads and two bodies. In great numbers and in a frenzy.

If there was someone watching from the air, they would realize that it looked as if Pandora’s box had suddenly been opened! And the entire world was covered in monsters!

And this was not the most scary part. Because the most terrifying part was that these monsters were still popping out consecutively and endlessly!

Within these few tribes, the strongest was the Hell Enduring Ghosts’s Shangchuan Po Ku. Amongst all the strange races in the nearby territory, Shangchuan Po Ku’s strength was comparable to a demonic lord figure!

He had plenty of experts under him, ten thousands of Ninth Level Endurers, and the Hell Enduring Ghosts of the lowest and middle tiers amounted to about eighty.

Shangchuan Po Ku, with his lieutenant, Xiachuan Po Ku, were both madmen for war. Seeing the sudden collapse of the Pillar of Heavens Mountains, both of them made the same decision at the same time: this was a heaven bestowed opportunity! It is the best opportunity for our race to break past the Pillar of Heavens Mountains and take over the Xuan Xuan Continent!

Thus, they did not care about the volcanoes or toxic fumes or the high temperatures, instantly gathering all their subordinates and charging right into Xuan Xuan Continent!

They were thinking, with this sort of treacherous weather, even if they were practically unable to endure it, then what more, those Xuan Xuan citizens who had been living in excellent condition? This entire journey would be unobstructed! As long as they were able to charge into the area where humans resided, everything would be easy!

But they had never expected that the moment they just charged through the Pillar of Heavens Mountains, a huge sea of enemies greeted them!

The Xuan Beasts of Tian Fa!

And there was a considerable number of them! And any one of them was an experts with significant cultivation!

If not for the huge disparity in the numbers, they would be easily slaughtered!

Under Shangchuan Po Ku’s command, they all began to attack with no hesitation of death! As long as they entered this piece of land, then, even if they had to die, they must die on this piece of land!

They absolutely must not retreat back to that torturous south of the Pillar of Heavens Mountains!

That terrifying, nightmarish hometown!

Eagle King whistled, Bear King roared, and they both gave the order to attack.

Six thousand of them landed at the same time, and all the members of the Eagle clan transformed into human form and backed off. At the same time, the fighters from the Bear clan took a huge step forward!

The warriors from the Bear clan formed an impregnable line of defense for their comrades! Providing some time for the Eagles to get some rest and regain their energy. After all, they had flown a great distance all at one go! Practically all the Eagle fighters were already completely exhausted.

Глава 1158. Дьявол из преисподней.

Когда Сюн Кайшань спустился на землю, первым делом он встал впереди всего отряда. Его могучее тело выглядело, как крепкая башня, а из-за тяжёлых шагов слышался грохот!

Он холодно посмотрел на странных Чужаков, которые кричали и бежали вперёд, и вдруг засмеялся.

— Эй! Что ты смеешься? — яростно спросил Шанчуань Поку, указывая на него пальцем. В то же время его сиамская сестра закричала: — Идиот! Над чем ты смеёшься?

— Ха-ха-ха! — Сюн Кайшань держался за живот, похлопывал себя по бедру, и сказал: — Я слышал о так называемом «уродстве» Чужаков, но считал, что предки всё выдумывали или преувеличили. Сейчас с первого взгляда я понял, что в мире действительно есть вещи, которые вызывают отвращение! В самом деле, каких только чудес нет в нашем огромном мире! Предки не обманули меня, за это я преклоняюсь перед ними. Но сегодня я увидел что-то совершенно новое.

Две головы Шанчуань Поку одновременно взревели: — Наглец! Как ты смеешь!

Два их голоса, которые слились воедино, звучали грубо и резали слух.

Сюн Кайшань закатил глаза, сплюнул и презрительно сказал: — Действительно мерзко то, что существуют такие уродливые люди, как вы. Мы, священные животные леса Тянь Фа, всегда считали, что уродливы по сравнению с людьми. Кто бы мог подумать, что я встречу вас! Я вдруг понял, до чего же я молод и прекрасен по сравнению с вами. Спасибо, я впервые почувствовал своё превосходство! Как вы, такие уроды, ещё не нашли ветку, чтобы на ней повеситься? О, чёрт, простите, я оговорился! Вам же нужно две ветки!

Сюн Кайшань был действительно острым на язык. Секунду назад он мог благодарить, а секундой позже начать побуждать людей к самоубийству!

Шанчуань Поку разозлился и протяжно закричал: — Он тянет время, чтобы его пернатые друзья восстановили силы! Вперёд, порубите их на котлеты!

Этот Чужак тщательно всё обдумал и понял скрытый замысел медведя, поэтому немедленно отдал приказ о наступлении.

Сюн Кайшань разозлился: — Фу! Вы считаете, что я тяну время из-за вас, уродцев, наполовину мужчин и наполовину женщин? Я — Король медведей леса Тянь Фа, Сюн Кайшань! Назови себя, чтобы я знал, с кем сражаюсь! Хотя, женщин бить нельзя… Если я только одну твою морду набью — это будет считаться, что я ударил женщину?

— Я — Шанчуань Поку! — он ехидно улыбнулся: — Король медведей леса Тянь Фа? Неплохо, неплохо! Только вошёл на континент, а мне уже приносят в жертву Короля медведей… Оно того стоило! Я слышал, что энергия зверей леса Тянь Фа очень питательна, а короля зверей — ещё лучше. Какая удача, что мне достался такой шанс! Хахаха…

— Брат, зачем ты разговариваешь с этими зверями? Просто отруби ему голову, и дело с концом! Зачем делать большие усилия для пустякового дела? Я одолею его и преподнесу тебе энергию короля зверей! — заместитель Шанчуань Поку вышел вперёд и холодно посмотрел на Сюн Кайшаня: — Сюн Кайшань, ты не достоин того, чтобы мой брат лично бился с тобой! Я, Сячуань Погуа, вызываю тебя на бой!

Сюн Кайшань несколько раз поморгал в недоумении, а потом разразился смехом. Он смеялся так, что не мог вздохнуть, а потом сказал: — Как? Как тебя зовут? Сычуаньский попугай? Какие странные у вас имена, если бы не моя смекалка, я бы и не понял! Твою мать, какое у тебя имя… смешное!

Король орлов, который пытался в это время восстановить силы, закатил глаза и подпрыгнул, когда медведь топнул ногой. Кто бы мог подумать, что он осмелится хвастаться своей смекалкой? Медведя эти странные имена удивили, а орла просто рассмешили.

— Эй! — одновременно взревели обе головы Сячуань Погуа, он ринулся вперёд, взмахнув в воздухе мечом!

Сюн Кайшань, по-прежнему громко смеясь, стремительно двинулся ему навстречу и со звоном обнажил меч. Это был волшебный меч, который ему подарил когда-то Цзюнь Мосе, он поднял его вверх!

Сячуань Погуа злобно улыбнулся. Длинный меч в его руке был сделан из специального металла с юга горы Тяньчжу, который крепче обычного меча. В этот момент он невольно обрадовался, когда увидел у Сюн Кайшаня обычный меч.

Он был почти уверен, что его меч просто перерубит оружие противника пополам! По слухам, внутренняя энергия священных животных леса Тянь Фа имеет волшебное действие, и, если Сячуань Погуа удастся её получить, то он станет намного сильнее и перехватит инициативу в этом бою. Эти мысли придали ему сил! Неудивительно, что он хотел получить энергию священного животного и стать великолепным командующим!

В действительности всё происходило немного не так, как представлял себе Сячуань Погуа!

Послышался звон мечей, во все стороны полетели искры!

Добродетельный Сюн Кайшань стоял как гора! Сячуань Погуа сделал кувырок и приземлился на ноги!

Они одновременно опустили головы и посмотрели на свое оружие.

Сюн Кайшань круглыми глазами посмотрел на холодный, как лёд, меч в своих руках. Он сразу же успокоился, потому что его меч остался цел. Этот меч, который подарил ему зять, оказался действительно волшебным и очень крепким!

— Ааа… — Сячуань Погуа громко закричал от досады. Он не смог разломить меч Короля медведей, в этом он просчитался. В этот момент он проверил свой длинный меч, и внезапно обнаружил, что на длинном лезвии его меча из уникального металла вдруг появилась трещина размером с зёрнышко риса!

Меч, который он использовал, был создан для того, чтобы разрубать противника, к тому же это совершенный и особенно острый меч! Он сражался с противником, у которого обычный меч, но сломался именно его!

Сячуань Погуа просто не мог принять этот факт и исход битвы! Он действительно не мог в это поверить, и в то, что на материке Суань есть воины, оружие которых может быть лучше, чем у него! Ведь это клинок дьявола!

По уголкам рта Сячуань Погуа медленно текла кровь. Хотя он считался сильным мастером среди Чужаков, но достиг только уровня Шенхуана. Однако, он не мог сравниться с Сюн Кайшанем, который от природы был сильным Шенхуаном! В этом честном сражении, он получил серьёзную травму всего от одного удара!

Капающая на горячую землю кровь шипела и испарялась, оставляя неприятный запах.

— Ха-ха! — прозвучал грубый смех Сюн Кайшаня: — Двуглавый ублюдок, если у тебя ещё остались силы, подходи, я врежу тебе ещё раз! Только ты только что хвалился, что заберёшь у меня энергию. Твою мать, ты же не такой сильный, как ты собирался это сделать? Тебе даже две головы не помогут!

Сячуань Погуа остолбенел, посмотрел на Сюн Кайшаня, заревел и бросился на него.

Сюн Кайшань засмеялся и бросился навстречу, но потом вдруг остановился!

В момент, когда приближалась огромная фигура Сячуань Погуа и два меча должны были встретиться, внезапно раздался грохот. В воздухе появился густой дым, который закрыл всем обзор, а Сячуань Погуа будто в нем растворился.

— Старший брат, будь осторожен! Это легендарное искусство Чужаков становиться невидимым! — закричал Король орлов.

— Будь осторожен? Ха-ха, разве это ему поможет? Жди смерти. Сейчас ты сдохнешь, чёртов медведь! — довольно рассмеялся Сячуань Погуа.

Сюн Кайшань фыркнул. В этот момент он вспомнил слова Цзюня Мосе: — Нужно сохранять спокойствие, чтобы сражаться с Чужаками! У них есть искусство становиться невидимым, и нам действительно сложно их разглядеть. Поэтому, если враг стал невидимым, ни в коем случае не полагайся только на свои глаза! Когда враг стал невидимым, закрой глаза, отчисть свой разум и душу, чтобы чувствовать всё вокруг! Используйте свои уши, чтобы уловить любые шорохи, сконцентрируйся и нападай!

«Используй своё чутье, чтобы найти его. Используй свой слух, чтобы услышать его. Используй всю свою силу, чтобы нанести ему удар!», — пробормотал Сюн Кайшань, и вдруг понял, что закрыл глаза.

Он медленно опустил свой меч и полностью расслабился.

В ушах был слышен грохот вокруг, земля под ногами всё ещё дрожала, но Сюн Кайшань, похоже, не обращал на это внимания.

Все его органы чувств были настроены на то, чтобы уловить надвигающуюся смертельную опасность!

Слева внезапно раздался едва различимый звук.

Сюн Кайшань стоял неподвижно.

В этот смертельный момент жизни он продемонстрировал превосходную боевую мощь Короля!

Он придерживался своей тактики.

Как вдруг…

Из совершенной пустоты, как будто из ниоткуда, появился блестящий меч, направленный на шею Сюн Кайшаня!

В тот момент, когда появился блеск меча, он был всего в тридцати сантиметрах от шеи Сюн Кайшаня!

Сюн Кайшань фыркнул. Держа меч одной рукой, он мгновенно нанёс кулаком удар сопернику и тот выронил меч!

Из пустоты раздался удивлённый возглас. Меч, не долетев до земли, снова исчез. Сячуань Погуа успел схватить его.

Вокруг слышался шум. Сячуань Погуа быстро передвигался. Он использовал энергии Суань и все доступные силы, и даже камни, которые подпрыгивали на земле, чтобы создать различные звуки, которые помешают Сюн Кайшаню найти его и атаковать.

Иногда с разных мест появлялся блеск меча, он не хотел упустить возможность напасть на Сюн Кайшаня!

Мастерство Сюн Кайшана намного превосходило Сячуань Погуа, однако, в такой странной ситуации, у него не было возможности атаковать, поэтому он попал в зависимое положение!

Глава 1159. Техника скрытого убийства, война с армией медведей!

Эта техника боя была самой победоносной из всех, которыми владели Чужаки!

Именно благодаря искусству становиться невидимыми они раз за разом побеждали самых могущественных бойцов материка. Обладая малыми силами, они с лёгкостью побеждали своего влиятельного врага.

На материке такая способность носила название «Искусство невидимости!»

Сами же Чужаки называли это «Техникой тайного убийства».

Увидев сражение собственными глазами, Король орлов выглядел крайне обеспокоенным, взгляд его помрачнел.

Если сравнивать по состоянию реальной силы и Суань, Король медведей будет существенно сильнее этого тошнотворного создания, эти двое точно относятся к разным уровням. Даже если допустить вероятность прямого столкновения, Король орлов убеждён, что Король медведей смог бы размазать в кровавую лепешку этих омерзительных сиамских близнецов за долю секунды!

Но если противник воспользуется своей удивительной техникой невидимости, вне зависимости, какими бы высокими реальными силами не обладал Король медведей, у него не получится применить свои способности в полной мере! Он будет не в силах отыскать своего соперника, в тоже время став для него неприкрытой мишенью. И спрашивается, каким образом можно совладать с таким оружием?

Наступление является лучшей защитой. Находясь в состоянии атаки Чужакам можно не переживать о том, что их раскроют!

Хотя Король медведей действовал согласно указаниям Цзюня Мосе, изо всех сил сдерживая наступление Чужаков, однако долго держать оборону было непосильной задачей. Оборона уже была в проигрыше, и с минимальными шансами на успех!

В эту минуту Король орлов наконец, понял, почему материк всегда нёс такие большие потери своих людей в Войне за небеса!

Потому что единственным моментом, когда они могли ответить на удар Чужаков, была та секунда, когда враг, раскрыв себя, втыкал оружие в их несчастные тела! Только в этот миг они могли увидеть, где на самом деле скрывается их соперник, и нанести ему смертельный удар!

Однако к тому времени, как правило, боец уже находится почти при смерти, если у него не получится дать отпор сопернику, сам он непременно погибнет! В такой ситуации лучшим исходом будет погибнуть вместе с врагом!

Либо во время вражеской атаки взять и самоликвидироваться!

Всего существует лишь два этих способа нанести поражение противнику!

Способы, разумеется, имеют свои различия, однако итог один — вне зависимости, получится ли нанести ранение врагу, в любом случае придётся пожертвовать собственной жизнью ради этого!

Множество мастеров старшего поколения материка Суань ушли из жизни именно таким образом.

Они упорно тренировались на протяжении всей своей жизни, чтобы вот так ярко и храбро погибнуть на поле сражения!

Насколько это должно быть печально и больно…

Однако у них не было другого выбора.

Неудивительно, что священный дворец так дорожит Цяо Ин, которая обладает даром провидения.

Потому что только Цяо Ин способна разглядеть, где скрываются Чужаки, она — их единственная надежда на победу!

Сейчас, в этот момент очередь дошла до Короля орлов и Короля медведей принять удар на себя! У них за спиной — несколько миллиардов жителей материка Суань, и они вдвоём возглавляют войско в шесть тысяч бойцов!

Как, в конце концов, выиграть эту войну?

Возможно ли такое, что Король медведей из-за своего взрывного характера возьмёт и психанёт, погибнув вместе с врагом?

Король орлов очень разволновался, и усиленно пытался стабилизировать темп своего дыхания.

Обстановка на поле боя очевидно достигла накала.

Повсюду сверкали тысячи мечей, словно фрагменты одной громадной металлической сети, и где-то в пучине этого хаоса виднелся Сюн Кайшань!

Сюн Кайшань с закрытыми глазами стоял посреди этой россыпи сверкающих вспышек, и пытался обороняться. Всегда грубый и неотёсанный Король медведей сейчас был необычайно сдержанным и невозмутимым. Казалось, ничего в этот момент не могло выбить его из состояния равновесия, его взгляд был ясным и спокойным. «Без разницы, насколько неожиданной и пугающей будет атака врага, я буду продолжать стоять непоколебимо, как утёс, неподвижно и бесстрашно, как скала! Стоит только нашим клинкам соприкоснуться, и мой контрудар будет обрушен незамедлительно!»

Но, к сожалению, после бесчисленных попыток атаковать соперника, Сюн Кайшань обнаружил, что в технике невидимости, которую применяют Чужаки, их оружие, то есть меч, был практически полностью разделён с туловищем. Тело само по себе, меч — тоже сам по себе, и между ними никакой связи. Если меч в эту секунду был в таком-то месте, то тело Чужака было совершенно в другой стороне. И их местоположение постоянно менялось, без какой-либо закономерности движения!

Учитывая такой метод ведения боя, отыскать настоящее местоположение врага можно, опираясь лишь на удачу!

Подобная ситуация не могла не расстраивать Сюн Кайшаня!

Сохранять спокойствие — это одно, а чувствовать себя подавленным — это совершенно другое!

Что же будет тогда, когда он полностью утратит всякое терпение?!

Вдруг появился вихрь из кровавого глянца!

Действительно, как и предполагал Король орлов, держать оборону так долго было невозможно, меч чужака Сячуань Погуа, наконец, смог прорвать оборону Короля медведей. Он угодил ему в левое плечо, и в эту же самую секунду, яростно взревев, Сюн Кайшань, удерживая меч врага силой свой мышц, подряд три раза пронзил пустоту своим мечом! Из пустоты раздался пронзительный стон, и внезапно полилась кровь.

Сюн Кайшань бросился снова атаковать пространство, где показалась кровь, однако было поздно, там уже было пусто. Однако сверкающий блеск мечей тоже внезапно куда-то исчез.

Король медведей, после продолжительных атак своего противника, не смог выдержать свалившегося на него давления, и последовал по пути старейшин!

Он хотел воспользоваться вариантом, где врагу можно нанести ранение, лишь когда пострадают обе стороны, но передумал!

У него за спиной было три тысячи товарищей во главе с Королём орлов, которым требовалось восстановить дыхание и силы… и поэтому он решил уничтожить врага даже ценой собственной жизни!

Кто ещё мог вызвать недовольство у великого Короля медведей?

После появления двух алых потоков крови, обстановка на поле боя незамедлительно ужесточилась!

Словно вот-вот со всех сторон вспыхнет настоящий пожар…

В южной стороне горы Тяньчжу, за спиной у Чужаков, непрерывно продолжали появляться их сородичи. Заметив эту пробоину, они сразу поняли, что ситуация становится очень дурной!

Ещё каких-то несколько секунд, и бойцы Короля орлов смогут восстановить свои силы и снова броситься в бой! А сейчас толпившихся уже было больше двадцати тысяч!

Сюн Кайшань тяжело дышал, его глаза постепенно становились кроваво-красными!

В пустоте снова сверкнул блеск меча, сильного похожего на меч Сячуань Погуа.

Сюн Кайшань яростно закричал и резко повернулся, меч в его руках атаковал всё пространство, находившееся вокруг него! Это была всесторонняя атака!

Несомненно, это было ещё одним способом прорвать невидимую технику Чужаков, однако такой манёвр требовал больших расходов энергии, и был крайне небезопасным!

Тем не менее, снова раздался жалобный крик!

Король медведей отчётливо почувствовал: кризис миновал.

В стороне, Шанчуань Поку яростно прокричал: — Сячуань, что ты творишь, в конце концов? Твой соперник — всего лишь какой-то бестолковый медведь, сколько можно тянуть с ним?

Сячуань был готов лопнуть от злости после его слов! «Бестолковый медведь, говоришь, блядь? Он, как минимум, настоящий медвежий Король! К тому же Шенхуан четвёртой ступени! А мои силы не более чем уровня Шенхуана третьей ступени, думаешь, почему я так долго вожусь с ним? Преимущество постоянно было на его стороне, такой результат, как сейчас, уже очень неплохо! Если рискнуть и попытаться убить его, можно лишиться жизни! Сто процентов, так и будет! Даже сомневаться не приходится! Сам, небось, испугался ввязываться в это, так какого орёшь там? Думаешь, я сам не хочу побыстрее закончить с этим?»

После разъяренного выкрика Шанчуань Поку повернулся. Увидев толпы непрерывно пребывающих сородичей, во главе был род Деку, с которым он был не в ладах, и они вечно соперничали друг с другом!

Похоже, что они тоже хотели урвать этот лакомый кусочек! Шанчуань Поку, резко стиснув зубы, закричал: — Это первый бой в завоевании материка Суань, и мой род удостоится почётного права быть первым! Такого шанса я не упущу! И никто не сможет отнять у меня такую возможность!

Внезапно прогремел его ожесточенный крик: — Бойцы рода Шанчуань, в атаку! Порвите в клочья этих медведей! Пусть наш род первым начнёт завоевание материка Суань!

После его приказа тысячи двухголовых монстров одновременно заверещали, и непроглядной темной тучей рванули в атаку.

Где-то позади них, было ещё одно племя, чьи тела были лишь обмотаны несколькими кусками ткани. Все их взгляды были устремлены на одного крепкого двухголового бойца, который, по всему видимому, был их вожаком: — Господин Деку, как мы поступим?

Он был главным соперником для рода Шанчуань. Глава рода Деку, Деку Бу Шан; голова от его мужской части тела устремила свой взгляд вперёд и, холодно усмехнувшись, сказала: — Приказываю всем прекратить движение, нам ни к чему действовать опрометчиво.

— Неужто мы не будем вместе с родом Шанчуань пытаться прорвать линию обороны материка?! — кто-то недоуменно спросил его.

— Прорвать оборону? Думаешь, это так легко сделать? — Деку Бу Шан недовольно фыркнул, и сказал: — Против нас — армия Короля медведей из леса Тянь Фа. Стоит отметить, что эти бойцы самые отважные и искусные в бою из всех стай животных Тянь Фа! Особенно в плане обороны! Если бы мы все прорвались до уровня Гуй Жэн, тогда бы мы смогли использовать технику скрытого убийства Гуй Жэн, и нам бы вполне удалось справиться с ними. Однако сейчас в нашем роду всего около сотни бойцов обладают уровнем Гуй Жэн! Остальные же не смогут противостоять в бою с армией медведей. Всё, что их ждёт — так это смерть! Тебе правда хочется этого? — он со злорадством во взгляде посмотрел вперёд: — Пусть сначала эти жалкие болваны из рода Шанчуань отведают горьких страданий на вкус, а когда медведи поумерят свой пыл, мы уж не заставим себя ждать. Как любят говорить на материке Суань — выгода рыбака!

— Господин, вы очень мудры и дальновидны…

Деку Бу Шан радостно произнёс: — Если мои подсчёты окажутся верными, из рода Шанчуань смогут выжить максимум две сотни бойцов!

— Максимум две сотни бойцов… — стоящие рядом сородичи удивились до крайности: — Неужто армия медведей настолько непобедима? Всё-таки они — всего-навсего мастера девятого уровня, и их численность не превышает восьми тысяч особей. Чтобы справится с такой армией потребуется где-то две-три тысячи бойцов… мы ведь в преимуществе, не так ли?

— Мы не только будем не в преимуществе, но и вообще можем остаться наглухо разбитыми! Я даже убеждён, что наши соперники понесут не столь большие потери, — в глазах Деку Бу Шана появилась необычайная жестокость: — Если не верите мне, просто подождите, и вы увидите всё собственными глазами!

Взгляды всех бойцов устремились на поле боя. Затаив дыхание, они наблюдали за обстановкой.

В это время…

Король медведей протяжно прокричал: «Братья, величие и авторитет Тянь Фа ни за что не должны потерпеть оскорбления! Величие нашего Тянь Фа несокрушимо! Помогите мне расправиться с ними! Уничтожьте этих мерзких ублюдков! Всех, до единого!

— Аууууу! Убить их! Ни одного не оставить в живых! — три тысячи медведей, взревев, одновременно бросились в бой! Всё пространство поглотил свет от бесконечных вспышек и блеска мечей!

Глава 1160. Лёгкая победа!

Три тысячи медведей стремительно бросились в бой! Шэнцзун Лу и остальные семеро братьев в ожидании застыли позади основного войска!

Они не будут вступать в бой, пока Чужаки не отправят в бой своих мастеров высшего порядка! Они ввосьмером являются главной вспомогательной силой для трёхтысячного войска Короля орлов!

Когда бойцы Короля орлов восстанавливали свои силы, они ни на секунду не теряли бдительности. И на данный момент они были убеждены, что сейчас нет необходимости для вмешательства с их стороны!

Сюн Кайшань и его бойцы вполне могут справится с надвигающейся угрозой! Им остаётся только ждать, ждать той минуты, когда враг не вытерпит, и отправит на поле боя «элитных» бойцов!

Три тысячи славных воинов медвежьей армии стремительно двигались вперёд, топот их шагов сливался в один тягучий железный гул!

Три тысячи пар глаз были наполнены откровенной и безумной волей к борьбе; всё было пропитано небывалой атмосферой войны!

Хотя у каждого из Чужаков было по две головы, тем не менее, они были не такими крепкими и плотными, как бойцы медвежьей армии!

Два безумных и бурлящих потока с дикой скоростью двигались друг другу навстречу с характерным грохотом и рёвом!

В эту минуту земля стала дрожать ещё сильнее!

Между ними оставалось чуть больше трёхсот метров. Ещё несколько каких-то шагов и они столкнутся друг с другом! Их столкновение повергнет в кровавую тьму всё вокруг!

Оба потока двигались вперёд несмотря ни на что. Те, кто падал по дороге, в тот же миг превращались в кровавую кашицу.

С поля боя доносились крики ужаса, грохот оружия, мучительные стоны, земля и всё вокруг дрожало, но больше всего дрожал род Деку, который наблюдал за сражением из тыла!

Оказывается, Король медведей Тянь Фа был страшно силён!

Обстановка на поле боя менялась с бешеной скоростью, как и сами результаты сражения.

Это был один из самых жестоких и кровавых боев, который только можно было себе представить!

Предположения Деку Бу Шана оправдались. Бойцы Шанчуань, действительно, серьёзно уступали по силам армии медведей. Их способности намного превосходили Чужаков, особенно хороши в бою были те, у кого в руках было по волшебному мечу Цзюня Мосе. Эти мечи были невероятным оружием, они были необычайно острыми, достаточно широкими и около двух метров в длину! От одного удара такого меча из глаз полетят искры!

Если бы даже этот меч был лишён острого лезвия, опираясь бы только на свой вполне впечатляющий вес и мастерское умение медведей управляться с оружием, после кого угодно останется лишь мокрое место!

Несомненно, Чужаки довольно живучие, и даже если воткнуть им меч в самое сердце, вторая часть их тела по-прежнему продолжит сопротивление. Но… даже их неуязвимое тело окажется не таким уж «неуязвимым», встретившись с таким крутым мечом, как этот!

Один удар меча — и его добыча распадётся на четыре части. Какой бы живучестью не обладал организм Чужаков, на этот меч это не распространяется!

В конце концов, не все Чужаки дьявольски сильны!

Пусть численность их довольно высока, однако умеющих по-настоящему скрываться всего около семи-восьми десятков бойцов. Хотя в такой крупномасштабной войне эти ресурсы могут принести вполне хорошую пользу, и ранить огромное множество медведей, всё же из-за сложившегося беспорядка большинство из них, скорее, могут пострадать сами! Три тысячи огромных двухметровых мечей мелькают то там, то тут, пусть ты умеешь становиться невидимым, но всё-таки твое тело не превратилось в пустоту!

Если не повезёт и меч медведя заденет скрывающегося Чужака, пятно крови, расползающееся в воздухе, выдаст его местоположение. По крайней мере, около двух-трёх десятков Чужаков уже погибли именно из-за этого!

Тёмные Чужаки (которые становятся невидимыми), разумеется, обладают определённой силой на поле боя! Для одиночного боя или мелкой битвы они особенно хороши, их вклад просто неоценим! Но для крупномасштабного сражения, куда вовлечено несколько десятков тысяч участников, которые беспорядочно двигаются и пытаются зарубить друг друга, техника скрытого убийства имеет ряд недостатков!

Потому что как бы умело они не скрывались, они ни за что не смогут уклониться от столкновения с кем-то из бойцов соперника, которые без остановки снуют туда-сюда!

Без ранений и даже смертельных исходов точно не обойдётся!

В конце концов, и Шанчуань Поку понял свою ошибку. Он немедленно распорядился отозвать всех тёмных Чужаков с поле боя. Через пару минут он едва не свалился в обморок от увиденного; из семидесяти шести бойцов смогли вернуться живыми лишь не более пятидесяти, к тому же около трети из них получили ранения!

Это большой удар для рода Шанчуань! После того, как все тёмные были отозваны, на поле боя развернулась сумасшедшая резня!

Медведи больше всего боялись именно скрывающихся Чужаков. Они опасались их внезапной атаки, или то, что они решат атаковать братьев-орлов, которые восстанавливали свои силы.

Поэтому все бойцы испытывали эмоциональное напряжение, и были максимально осмотрительны. После того, как все скрывающиеся Чужаки покинули поле боя, медведи словно вздохнули полной грудью, и как дикие быки, прорвавшие клетку, бросились в бой!

Несколько сотен сверкающих и клацающих мечей дерзко и ожесточённо преследовали своих жертв!

Бесчисленное количество отрубленных голов разлеталось во все стороны, как арбузные косточки. Кровь мощными фонтанами подлетала к небу, превращаясь в кровавую радугу, а потом падала на землю лёгкой дымкой.

— Убить всех! Никого не оставить в живых! — Сюн Кайшань, со злобным лицом, раскатисто кричал.

— Умрите! — откликались ему в ответ его братья. Вся их звериная натура, жажда убийства и крови, которые накапливалась в них столь долгие годы, бурным потоком хлынули наружу, благодаря этой кровопролитной и жестокой битве!

Насколько они страшны в гневе, эти удалые храбрецы! Могущественные бойцы леса Тянь Фа!

Шанчуань Поку, с бледным, как смерть, лицом, наблюдал за развернувшейся на поле боя ситуацией, его тело уже стало дрожать от страха.

Хотя бойцы Шанчуаня с героическим упорством продолжали наступление, Шанчуань Поку уже знал: всё кончено! Вне зависимости каким будет конечный исход, он знал, эту войну они проиграли!

Несмотря на их дерзкую и темпераментную натуру, разница в силе была слишком чувствительной! Помимо нескольких десятков уже отозванных тёмных, силы остальных бойцов были где-то на девятом уровне. Что приравнивалось по человеческим меркам максимум к уровню Великого мастера!

И они бились с бойцами уровней Шенхуана и Достопочтенного мастера! У каждого их которых, к тому же, имелось по волшебному мечу! Такая разница, несомненно, была очень существенной, как между небом и землёй! Сколько пойдут в бой, столько же и погибнут!

А эти свирепые медведи не вспомнят об милосердии! Кровавых луж на земле становилось всё больше и больше. Изначально из-за высокой температуры этой местности кровь быстро испарялась, оставляя лишь пятна бурого цвета на земле. Сейчас же потоки крови не успевали испаряться!

Медведи с ног до головы были вымазаны свежей кровью! Однако эта кровь принадлежала их врагам, а не им самим, потому что полученных ранений было ничтожно мало, тем более от таких слабых противников.

Помимо тяжёлых ранений, полученных ещё в начале от скрывающихся Чужаков, они не получили никаких повреждений. Хотя число Чужаков намного превосходило их армию, они обошлись без погибших!

Хотя такие результаты, по сути, были более чем просто невероятными, всё действительно было так!

Все три тысячи храбрых бойцов медвежьей армии, ни один из них не отступил! Даже те, кого ранили в самом начале, не были исключением, все они энергично размахивали мечами, двигаясь, как одна неразделимая гора мечей, ни на секунду не останавливаясь на своем пути, а за ними был шлейф из порезанных на части трупов! Не было ни одного целого тела!

А всё потому, что они размахивали своими мечами очень слаженно и синхронно! На одного чужака приходилось десять ударов мечей, их несчастные тела разрезало не на четыре части, а на все сорок…

Столкнувшись с тремя тысячами бойцов Тяньфа, от подчинённых рода Шанчуань остались лишь кровавые лужи да бесформенные трупы, больше похожие на кучи фарша!

Три тысячи бойцов надменно и уверенно продвигались по этой кровавой каше вперёд, под началом величественного Сюн Кайшаня.

Три тысячи пар глаз, наполненных ледяной жаждой убийства! Они не могли насытится этим моментом, им было всё мало и мало!

Не сговариваясь, они устремили свои взгляды куда-то вдаль, откуда всё пребывали новые партии Чужаков! В их глазах не утихал огонь! Они снова жаждали крови!

Очевидно, это сражение было недостаточно кровавым для них, недостаточно будоражащим душу!

Они не насытились убийствами!

Три тысячи мечей застыли в ожидании, пока с них капала ещё не остывшая кровь!

Даже те, кто получил тяжёлые ранения в начале боя, стояли ровно и неподвижно! На их лицах не было ни грамма страданий или боли. Словно на их телах вовсе не существовало не единого ранения, и они не истекали кровью!

Глава 1161. Невидимость – это слабость!

Перед путешествием Цзюнь Мосе дал каждому из них по волшебной таблетке, чтобы помочь. Ведь в этот момент они едва терпели боль от ран, но каждый из них думал: «Это чудодейственное лекарство не для таких маленьких ран! Мы всё ещё можем держаться на ногах и держать оружие, так что оставим это волшебное лекарство на другой случай!

С другой стороны, Чужаки, которые всегда были известны своей свирепостью, изменились в лицах от страха. В том числе и Деку Бу Шан, который всё время лишь наблюдал со стороны!

Деку Бу Шан высоко оценивал боевую мощь воинов-медведей, но он не ожидал, что его оценка на самом деле окажется слишком низкой!

Когда птицы раскрыли свои крылья, небо тут же потемнело. Король орлов, летевший впереди всех, уже перевёл дыхание и приземлился прямо перед Сюн Кайшанем, подмигнув ему. Суань у Короля орлов очень сильная и намного превосходит Суань обычных орлов, поэтому он был первым, кто восстановил силы.

Сюн Кайшань всё понял и громко спросил: — Что ты делаешь?

— Ты слишком вспыльчивый! — холодно сказал Король орлов. — Задача, которую нам дали сестрица и зять — обороняться как можно дольше, чтобы максимально задержать наступление Чужаков! Перед странным боевым расположением Чужаков ты перестаёшь думать о своей безопасности и жизни. У тебя разве несколько жизней? Мы можем умереть, но если мы действительно этого хотим, то нам прежде нужно дождаться следующего подкрепления! Мы не можем умереть, пока не появятся вспомогательные войска! Что нам сейчас нужно сделать, так это остаться в живых как можно дольше! Только живыми мы сможем помешать Чужакам попасть на континент Суань.

Сюн Кайшань открыл рот, опустил голову и удручённо сказал: — Ты прав, я потерял голову…

Это было первое в жизни признание своей неправоты Королём медведей.

— Поскольку мы хотим вести затяжную войну, то не должны давать волю чувствам, — глаза Короля орлов сверкнули. — У нас за спиной восемь великих Шэнцзунов, кроме нас об этом никто не знает. Они — наши самые сильные воины и тайные козыри. Хотя Чужаков много, но у них нет настоящих сильных мастеров. Если мы не будем поддаваться панике, то безусловно, сможем сохранить свои силы.

— Да! — охотно согласился Сюн Кайшань и открыл рот в большой улыбке. — Как скажешь, ха-ха! Нечего и говорить, ты очень хитёр, мой друг. Раньше я этого не замечал.

— Почему ты говоришь, что я хитрый? Это ты хитрый! А вот я умный! –закатил глаза Король орлов и посмотрел на него, как на дурака. — Ты заметил? Эта битва выявила большую слабость Чужаков, и мы можем использовать этот недостаток.

— Слабость? Недостаток? Говори конкретнее! — воодушевился Сюн Кайшань.

— С Чужаками сражаются медведи, результат битвы зависит именно от вас! Ты, Король медведей, ещё не понял? Неужели у медведей вместо мозгов действительно мышцы? — Король орлов ударил себя по лбу. — Слабое место Чужаков — это их мастера, применяющие технику невидимости, которая неуместна для беспорядочного боя.

— Что? Их техника не подходит для беспорядочного боя? Как такое может быть? Разве они так не поранили наших воинов? Хотя… главная причина односторонней бойни в том, что она образовалась после их отступления… — изумлённо сказал Сюн Кайшань, думая, как он раньше этого не заметил.

Орёл вздохнул и сказал со спокойным лицом: — Это вовсе не значит, что их мастера не могут участвовать в бою, я лишь хочу сказать, что их техника для этого не годится, — подумав, он добавил: — Точнее, в такой крупномасштабной схватке искусство становиться невидимым только мешает им!

— С чего ты взял? — Сюн Кайшань прищурился и понял, что Король орлов заставил его чувствовать себя глупым: — Мы можем бороться в одиночку и в беспорядочном бою. Но я не слышал, что есть мастера, которые сильны в одиночном бою, но совершенно бесполезны в масштабном сражении. Об это ты говоришь?

— Ты глупый медведь! Бестолковый медведь! Пораскинь мозгами! Или у тебя в голове каша? — Король орлов разозлился так, что подпрыгнул на месте. Ему придётся сильно постараться, чтобы объяснить всё этому тупоголовому. Подумав об этом, он ещё больше проникся уважением к Цзюню Мосе. Почему, когда с медведем разговаривает Цзюнь Мосе, то тот всё понимает? Они с орлом знакомы сотни лет, но он бы не назвал медведя понятливым. Он сделал круг, стиснул зубы и сказал: — Я же только что сказал… их искусство становиться невидимыми! Ты понял?

— Ах ты умник! Откуда мне знать, что ты говорил про искусство становиться невидимым? Но как это связано? — Сюн Кайшань был крайне недоволен: — Ты всё рассказал так хаотично, никакой логики вообще! Я никогда не слышал, чтобы искусство становиться невидимым мешало в бою… Битва на носу, противников становится всё больше, а ты несёшь какую-то околесицу! Если мы упустим удобный для боя момент, разве это хорошо? Брат орёл, не мог бы ты что-нибудь придумать? Если это не сработает, просто вернись назад и смотри, как я буду убивать врагов.

— Ты, сукин сын, смеешь говорить, что я упускаю шанс?! Чёрт возьми! — Король орлов так разозлился, что стал ругаться: — Ты, чёрт побери, тоже Король зверей. У тебя в голове ничего нет? Ты не заметил, что почти тридцать этих «призраков» погибли от ваших рук? Ты знаешь, что это значит?

— Конечно, я знаю! — с гордостью сказал Сюн Кайшань. — Это, естественно, означает, что мои парни совершили большой подвиг. Как я могу этого не знать!

— Чушь! Кто говорит о подвиге? Ну, раз ты всё видишь, то как ты не заметил одну странность? — Король орлов покосился: — Брат… ты же действительно мой брат…

— Дерьмо! — Сюн Кайшань закатил свои большие глаза: — Мы близки, как родные братья. Неужели ты не относишься ко мне, как к брату в мирное время? Если это так, то ты негодяй!

— Я честен с тобой, прошу, не злись на меня.

Сюн Кайшань изумился.

— Я хочу прояснить. По-твоему, тридцать убитых дьяволов из ада были низшего уровня. А малая часть, примерно четыре-пять, были среднего уровня. По моим наблюдениям, уровень культивации у этих тёмных Чужаков находится примерно на уровне Почтенного мастера. Я бы и не заметил… однако, уровень Почтенного мастера на материке Суань — довольно низкий, но не до такой степени, чтобы их мог убить любой. Поэтому смерть этих чужаков неразумна… — Король орлов быстро и взволнованно заговорил: — И чужак Сячуань Погуа, с которым ты сражался, был среднего уровня. Если бы он был уровнем выше, то не пришёл бы сюда. Во время боя он давал тебе двигаться вперёд и отходить, поэтому не было возможности нанести удар, разве это умная тактика?

— Эм, я понял… — округлил глаза Король медведей.

— Ты понял? Я ещё не закончил! — Король орлов немного удивился. Неужели брат вдруг поумнел?

— Ты, паршивец, целый день надо мной издеваешься! Это ты решил так посмеяться надо мной? Ты сам не знаешь ничего об их искусстве становиться невидимым. Легко сказать, сложно сделать! — резко говорил Сюн Кайшань.

— Что? Что ты понял, брат? Не ругайся, а сначала дай мне договорить. Ты можешь поверить в то, что твои парни без труда убили почти три десятка сильных воинов? А из нашего войска никто не погиб и не получил ран. Ты же знаешь, что у тебя в подчинении не Шенхуаны?!

— Верно! Теперь мне это действительно кажется странным… — Сюн Кайшань наконец понял, что случилось, нахмурился и подумал: «Что, чёрт возьми, происходит?»

— О, мой брат, ты всё ещё не понял. Когда ты додумаешься, начнётся уже следующая битва! — Король орлов посмотрел на хмурый взгляд Сюн Кайшаня и ухмыльнулся: — Я всё тебе рассказал.

— Я могу смело предположить, что даже тем сильным Чужакам, которые использовали искусство становиться невидимым, пришлось заплатить за это! — на этот раз король орлов выговаривал каждое слово: — И цена этому — их собственные жизни. Другими словами, как только они начинают использовать искусство становиться невидимым, их защита падает, как и силы! Хотя они могут полностью скрыться и запутать врага, но также должны приложить все силы, чтобы атаковать противника. Как только они подвергнутся нападению врага, даже если произойдёт контратака, то они получат сильные ранения. Они получат более сильные раны, особенно в битве с более сильным мастером, чем они сами. Если это не так, то этому нет никакого объяснения, — фыркнул Король орлов: — Они невидимы в рядах нападающих, даже если они время от времени подвергаются атакам. Так что они, по крайней мере, достигли уровня Почтенного мастера. Им удаётся избежать травм, даже если их застали врасплох. Если возникнут непредвиденные обстоятельства, нам даже не придётся за раз убивать более двадцати или тридцати воинов!

Глава 1162. Господин готов убивать!

— Ну, это действительно неправильно. С их уровнем, они, в самом деле, не должны были так просто умереть… — Сюн Кайшань коснулся подбородка и сказал: — У Почтенных мастеров нет шансов победить Достопочтенного мастера и Шенхуана, но они вовсе не слабые и не могут так быстро умереть. Если бы это было не так, я бы давно убил того уродца, с которым сражался.

— Не говоря уже о том, что большинство из них были убиты случайно… — добавил Король орлов.

— Судя по всему, их техника действительно не подходит для групповых сражений! По крайней мере, им не стоит её использовать, если они хотят выжить! — сверкнул глазами Сюн Кайшань.

Во время сражения с Сячуань Погуа он прилагал огромные усилия, но всё время находился в безвыходном положении. Хотя он хорошо помнил предостережение Цзюня Мосе не думать о победе, а думать о проигрыше, но он боролся из последних сил, так что едва ли мог выйти из неприятной ситуации в целости и сохранности.

Если эти невидимки действительно непригодны для групповых сражений, или они не могут использовать это чёртово искусство становиться невидимым в ближнем бою, то их тактика затягивания времени увенчается большим успехом.

— Тем не менее, мы не можем слепо надеяться на удачу. Раз они не могут сражаться группами, то мы в битве можем убить или ранить их, полностью полагаясь на наше чутьё. Однако, чем меньше их будет становиться, тем ниже наши шансы на успех. В конце концов, мы не сможем определить где они прячутся, — Король орлов серьёзно сказал: — И, хотя я заметил это, но всё ещё не придумал конкретный способ, как использовать этот недостаток против них. Хорошо, если бы с нами здесь были зять или сестрица, никто лучше них не придумает что делать…

— Ты хочешь, чтобы они лично здесь появились и разобрались с ними? — с презрением сказал Сюн Кайшань. — Если эти мерзкие чудища будут видимы, то я в одиночку убью десятерых!

Король орлов скривил рот, поднял голову к небу и заложил руки за спину. Он считал, что Сюн Кайшань говорит какую-то глупость. Если кто-то владеет такой уникальной сверхъестественной способностью, разве он не воспользуется ею во время боя? А как бы поступил он, будь у него такая способность?

Король орлов чувствовал, что на фоне Сюн Кайшаня он выглядел умнее… не сдержавшись, он начал тихонько уходить от этого тупицы. Если у него в голове лишь камни, мышцы, каша или ещё что, то его точно убьют…

Они тайно договаривались и думали о том, как использовать это открытие, в то время как противники также шептались.

Соперники хищно смотрели друг на друга, но сражение на мгновение прекратилось!

Неоспорим тот факт, что боевая мощь клана медведей леса Тянь Фа, а также их сила и жестокость потрясли всех Чужаков, которые впервые стали свидетелями такой бойни!

Целых десять тысяч человек!

Если разрезать их пополам, то это двадцать тысяч человек, с целыми руками, ногами и головами.

Их уничтожили в порошок!

Более того, каждый видел весь бой своими глазами!

Какое это должно быть ужасное зрелище?

У некоторых сиамских близнецов вырвало их женскую половину…

Шанчуань Поку, остолбенев, смотрел на трясину, которая состояла из плоти и крови его убитых соплеменников, и его лицо постепенно становилось мертвенно бледным. А в глазах появилась неописуемая ненависть и… страх!

Во время извержения вулкана потери их племени были объективны, мастера их племени заботились только о себе и перед лицом опасности спасались бегством. Большинство стариков, слабых и инвалидов погибли в результате внезапного камнепада!

А эти десять тысяч человек были последней силой семьи Шанчуань, а также хорошо обученными воинами, иначе откуда у них силы мастеров девятого уровня? Однако, лишь пятьдесят человек с такой силой выжили, остальные все погибли!

Можно сказать, что с этого момента клан Шанчуань уничтожен!

Единственное, что им осталось — это стать вассалом другого клана!

Три тысячи величественных воинов-медведей, стоящих перед Шанчуань Поку, стали для него неразрушимой и непреодолимой стальной стеной.

Шанчуань Поку был абсолютно убеждён, что им придётся заплатить невообразимую цену, если он сможет собрать всех лучших воинов с десяти ближайших племен и совершить прорыв фронта!

Пересохшие губы Деку Бу Шана немного дрожали, он почувствовал сильную жажду. Он глубоко вздохнул и медленно пришёл в себя.

Наблюдать со стороны, несомненно, прекрасно, но кто из сторон победит? Кто кошка, а кто тигр?

Или кто кошки, а кто тигры?

Рядом с ним находились те мастера, которые пытались убедить его присоединиться к семье Шанчуаня. Они тоже широко открыли рты, удивлённо глядя вперёд. Их глаза были наполнены страхом и счастьем, что им повезло.

Просто… хорошо, что они не были там!

«Всё-таки господин — очень дальновидный и мудрый человек!»

Внезапно несколько десятков глаз, выражающих уважение, уставились на Деку Бу Шана. Из-за этих взглядов он очень воодушевился, но по телу бежали мурашки.

Клан Шанчуаня был обречён, что само по себе хорошо, но …

Следующим, с кем столкнутся эти свирепые воины-медведи, станет клан Деку.

Сможет ли он выдержать? Сможет ли он победить их, первым открыть «дверь» на континент Суань и пройти этот «светлый путь»?

Богомол хватает цикаду, не замечая позади себя воробья. Воробей, несомненно, останется победителем, несмотря на то, что богомол обладает удивительной силой. Что будет с воробьём?!

Деку Бу Шан впервые почувствовал сожаление, когда увидел строптивый и жестокий взгляд Сюн Кайшаня, наполненный желанием убивать.

В это время Сюн Кайшань и Король орлов уже договорились и неожиданно сделали несколько шагов, смотря со злобой и крича: — Кто ещё осмелится сразиться с нами? Я ещё готов убивать!

Они кричали так, что камни раскалывались и небеса содрогались. Казалось, вулкан неподалеку начал дрожать ещё сильнее и неистово извергаться.

Один воин может задержать тысячу солдат противника!

Один человек может удержать целую заставу!

В этот момент, как раз подтверждая два выражения выше, появилась величественная фигура Сюн Кайшаня!

Видя, какой могущественный, безудержный и смелый их король, и вдохновившись его волей к борьбе, три тысячи воинов-медведей внезапно почувствовали закипающую кровь в груди! Они все, как один, одновременно сделали шаг вперёд!

Раздался громкий удар, три тысячи солдат одновременно сделали шаг вперёд, так, что вокруг них поднялась пыль!

Три тысячи человек одновременно закричали: — Кто ещё осмелится воевать с нами? Мы готовы убивать!

Эти три тысячи воинов достигли первого уровня Почтенного мастера! В то же время от их громкого крика небо содрогнулось и земля заколебалась, а солнце и луна потускнели. Как будто древнейший бог войны появился из-под земли, раскрыл свой огромный рот и показал свирепую улыбку!

В результате этого взрыва Шанчуань Поку и Деку Бу Шан только почувствовали, как пыль и песок устремились им в лицо, а нос и рот заложило. Они невольно начали отступать!

«Боже мой, после такой кровавой бойни, они все ещё не удовлетворены? Что же они за существа?»

Не только главы кланов, но и все несколько десятков тысяч Чужаков одновременно отступили!

Какое величие!

Кто бы на это осмелился?!

В этот момент внезапно послышался звук ветра, который становился всё сильнее и сильнее. Все удивлённо задрали головы и увидели свистящий яростный юго-западный ветер.

Вдруг из ниоткуда появился северо-восточный ветер!

Юго-западный ветер всё ещё дул, но северо-восточный ветер становился всё более и более сильным. На небе два огромных облака, одно южное и одно северное, столкнулись из-за двух ветров!

Вслед за ударом грома с неба обрушился град размером с кулак!

Войны орлов уже успели к этому времени передохнуть. Они выстроились в ряд позади медведей и спокойно стояли. Этот град, хоть и выпал неожиданно, но для них с такой силой совершенно ничего не значил. Выпал и выпал.

Но Деку Бу Шану и Чужакам это не нравилось. Хотя их воины постоянно шумели, это сражение уже собрало не менее четырёх или пяти тысяч человек. Среди них было много мастеров, но подавляющее большинство — люди с обычными способностями!

Столкнувшись с неожиданным стихийным бедствием, из-за большого количества людей сложно было уклоняться от града. Они испугались удара грома и получили градом по голове, некоторые из них оказались ещё более неудачливы и разбили головы в кровь.

Но никто из них не заметил этого, все одновременно смотрели на небо.

Потому что этот град появился действительно неожиданно.

Это слишком странно.

Однако эта странность произошла у всех на глазах!

Никто не слышал и не видел, чтобы выпадал град из-за столкновения юго-западного и северо-восточного ветра!

Что, чёрт возьми, происходит?

Град выпал и внезапно прекратился.

Как будто владыка неба разгневался и перевернул большую чашу со льдом.

Хотя сверкающий град размером с гальку выпадал короткое время, но успел покрыть землю толстым слоем. Так как в этом месте земля была прогрета из-за высокой температуры, поэтому град очень быстро таял и непрерывно превращался в видимый невооружённым глазом туман, поднимаясь наверх и образуя густое дождевое облако!

Юго-западный ветер всё ещё непрерывно ревел, но каждый отчётливо почувствовал, что северо-восточный ветер, который не должен был появиться, ещё больше усилился и яростно свистел!

Глава 1163. Меч, разбивающий небеса.

Дым странного цвета, который изначально летел, как быстрые облака, на север, вдруг поменял направление и направился на юго-запад после разгрома армии!

Через некоторое время, пока северо-восточный ветер становился всё сильнее, невыносимо жаркая погода постепенно становилась прохладнее…

Позже все удивились, когда увидели, что над их головами, словно облако в тумане, пролетали бесчисленные камни и большие ветки. Неужели этот северо-восточный ветер настолько сильный?!

Густой дым, который поднимался вверх на несколько десятков метров из многочисленных вулканов вокруг, вдруг начал двигаться юго-западным ветром на север. Но, опустившись на высоту нескольких метров, направление изменилось, и теперь этот цветной ядовитый дым стекался на юг горы Тяньчжу и накрывал вершину тёмными облаками!

Все чужаки, которые стали свидетелями этой сцены, были ошеломлены!

Все знали, что этот дым очень ядовитый, поэтому вдыхать его не следует. Бесконечный ядовитый дым непрерывным потоком шёл на территорию Чужаков!

Какой ущерб это нанесёт?

Все понимали, какие будут последствия!

— Хахахаха… — Сюн Кайшань глубоко вздохнул и засмеялся от радости: — Вы видите этих двуглавых? Наш зять часто говорит: «Человек предполагает, а Бог располагает»! Сегодня вы не угодили владыке неба, нарушили законы природы, поэтому он, чёрт возьми, вытравит вас, сукины дети!

Вдали вдруг раздался длинный крик, и в воздухе появилась чья-то фигура: необыкновенно высокий и крепкий двуглавый Чужак, светящийся серебряным светом.

Он внезапно закричал: — Чёрный медведь, больше ты не посмеешь сказать ни слова! Иначе я снесу тебе голову!

Не успел он закончить фразу, как меч, словно молния, полетел на Сюн Кайшаня!

Он хаотично размахивал мечом!

Чужаки жестоки и безрассудны из-за их мечей. Они всю жизнь обучаются владению мечом. И каждый из них становится мастером меча.

Более того, человек перед ним — мужчина и женщина в одном теле, который достиг уровня мастера безумного меча, равен двум мастерам такого же уровня, начал самую смертоносную атаку на Сюн Кайшаня!

Такой мастер находится всего в одном шаге от возможности стать Почтенным мастером меча!

Среди Чужаков он достиг довольно могущественного уровня!

Деку Бу Шан и Шанчуан Поку посмотрели с уважением на этого человека.

Этот захвативший инициативу Чужак был первым мастером безумного меча, Цяншан Нуцзю.

У большинства Чужаков мужская половина главенствующая, а женская вспомогательная, лишь у некоторых женская половина намного сильнее мужской, поэтому она занимает доминирующее положение в теле!

Так обстоит дело и с Цяншан Нуцзю. Его сестра любит хризантемы, особенно жёлтые, поэтому они взяли себе такое имя (Цзюй означает хризантема).

— Чёрт! Твоё рвение действительно пугает! Но ты бы на моём месте испугался? Это не значит, что ты смелый, если у тебя две головы. Зачем ты так орёшь? — величественный и внушительный Сюн Кайшань вдруг подскочил и блеснул мечом. Он со злобой, постоянно ругаясь, двинулся вперёд.

Меч Короля Медведей мгновенно начал светиться. Это техника магического меча Цзюня Мосе: «Меч, разбивающий небеса!»

Этот трюк произвел абсолютно неожиданный эффект на врага, который приготовился нанести удар!

Позади воинов-орлов началось какое-то шевеление. Хуан Шэнцзун вдруг двинулся вперёд, схватил за руку Сюн Шэнцзуна и слегка покачал головой:

— Хотя сейчас мы в выигрышном положении, но этот мастер безумного меча достаточно силён. Думаю, сейчас не время для сражения. Боюсь, что, если будут мастера сильнее, а мы устанем… из шести тысяч воинов никто не сможет вернуться назад.

— Но медвежонок… медвежонок не сможет справиться с чужаком»! — с тревогой сказал Шэнцзун Хуан: — Нас что, стоять и смотреть, как он умрёт? Если он умрёт, удар по клану медведей будет абсолютно разрушительным! Три тысячи солдат тут же сойдут с ума! Даже если мы все выступим, вероятно, не сможем их сдержать!

— Думаешь, я не понимаю последствий? Разве я не один из клана медведей, но… даже если эти три тысячи солдат действительно пойдут туда, мы не можем действовать рискованно! — Сюн Шэнцзунь фыркнул и сказал: — На войне не обойтись без жертв! Не иди на поводу у эмоций. Если мы не сможем первым делом нанести удар по Почтенным мастерам врага, то биться станет ещё сложнее! Это только начало. Если на нас нападут, то придется пускать в ход тайные козыри! В данный момент все, что мы можем сейчас сделать — это поверить в медвежонка! Если ему повезёт, то он выживет, если нет — то такова судьба! Жизнь и смерть — всё в руках богов! — холодно сказал Сюн Шэнцзун: –Неважно ради кого, мы не должны действовать необдуманно!

— Но… — Шэнцзюн Хуан, наконец, смягчился, но в его глазах застыли слёзы: — Лао Сюн… Ведь медвежонок — твой внук! Единственный кровный наследник твоего клана медведей!

Сюн Шенцзунь фыркнул, наклонил свое старое лицо в сторону и сказал:

— Сюн Кайшань — мой внук, но разве среди солдат леса Тянь Фа нет и ваших внуков? О каком родстве мы можем говорить во время войны? Неужели родословная нашего королевского клана медведей настолько благородна, что ею нельзя пожертвовать?

Хуан Шэнцзунь грустно вздохнул, его лицо залило слезами, больше он ничего не мог сказать.

Вздохнув, Шэнцзун Лу равнодушно сказал: — Выбор Лао Сюна верен. В такой войне всё, что нам нужно сделать — это убить Почтенных мастеров. Лучше всего, чтобы на каждого убитого сородича приходилось двое убитых врагов. Если нет, то хотя бы захватить с собой Почтенного мастера! Разве кто-то ещё надеется выжить? В этот момент кровное родство больше не важно! Единственное, что имеет значение — это Тянь Фа и вечная слава! Вечная сила! Да, он идёт на смерть! И, если Сюн Кайшань погибнет здесь, я лишь назову его героем! Кроме этого, мне нечего сказать!

Шенцзун Сюн застыл, как молчаливая скульптура, его седые волосы развевались на суровом северном ветру! Но его свисающие руки уже инстинктивно сжались в кулаки.

Его глаза уже давно пристально наблюдали за смертельной битвой Сюн Кайшаня в воздухе!

Хотя он говорил, что спокоен и его действия были вполне обычны, однако, на самом деле, в душе он переживал.

«Медвежонок! Не умирай, мой внук! Живи! Ты должен выжить!»

***

Меч Сюн Кайшаня постоянно светился!

Цяншан Нуцзю дико засмеялась: смех был иногда мужской, а иногда женский, иногда грубый и взволнованный, иногда резкий и строгий. Два сверкающих, как молнии, меча, постоянно вращались, образуя блестящую световую завесу, которая сметала воздух!

Их цели были очевидны: быстрая война с быстрым исходом, довести борьбу до конца, чтобы решить, кто сильнее.

— Умри! — яростно закричал и гневно посмотрел Сюн Кайшань в тот момент, когда их мечи скрестились.

Вся Суань в теле Шенхуана была вложена в меч!

Бам!

После того, как их мечи впервые соприкоснулись, пространство вдруг залило светом. Люди внизу одновременно почувствовали покалывание в глазах, словно они ходили по улице, и вдруг кто-то перед ними начал сварку…

Беспрерывно слышались удары. Звук был такой протяжный и громкий, будто ветер шевелил листья и барабанил дождь.

Со свирепой улыбкой мужская часть Цяншан Нуцзю в первый раз ударила по длинному мечу Сюн Кайшаня, а затем длинный меч женской половины развернулся и сильно ударил Короля медведей.

В одно мгновение два длинных меча как минимум сто раз ударяли по мечу Сюн Кайшаня!

С помощью своего чутья Цяншан Нуцзю могла отчётливо почувствовать коварство Сюн Кайшаня и его сильный настрой убить врага ценою своей жизни! Даже если в этот момент отрубить голову Сюн Кайшаню, это не остановит его меч, который испускает сияние!

Это никак не изменить!

Ради этого меча он наверняка будет ранен или даже убит!

Причина, по которой Цяншан Нуцзю осмелилась встретиться с Сюн Кайшанем, не используя технику становиться невидимым, заключается в том, что он и Сюн Кайшань сейчас находятся на одном уровне совершенствования. Сюн Кайшань один, а Цяншан Нуцзю на самом деле равна по силе двум людям!

Разве два человека с одним намерением не могут победить одного?

Что более важно, так это то, что бойцы-медведи побеждали, и у врагов упал боевой дух! Только победив и убив Сюн Кайшаня, они могли восстановить ситуацию!

Тем не менее, очевидно, что Цяншан Нуцзю не думала, что в этом мире есть такой мощный меч, который на самом деле превышает её силу в несколько раз. Вероятно, она почувствовала приближение смерти!

Поэтому теперь Цяншан Нуцзю просто яростно била по этому мечу! Только полностью разрушив его, она сможет по-настоящему избавиться от страха смерти, и только разломав его, она сможет убить Сюн Кайшаня!

Стиль меча Сюн Кайшаня всегда оставался неизменным. Длинный меч немного дрожал, из его рта уже сочилась кровь. Во время сильной атаки противника, чтобы одному выстоять против двоих мастеров третьего уровня Шенхуана, Сюн Кайшань прилагал все усилия, поэтому он получил довольно тяжёлые травмы!

Но он всё ещё удерживал меч! Он изо всех сил старался удержать «Меч, разбивающий небеса», стиснув зубы, уставившись во все глаза и ревя, как гром!

Независимо от того, сколько ему осталось, самое главное это «Меч, разбивающий небеса»!

Хотя свет меча Сюн Кайшаня постепенно рассеивался, он, наконец, выдержал яростное наступление Цяншан Нуцзю, заставив настоящую силу меча раскрыться, как павлин распускает перья!

Глава 1164. У меня это есть, а у тебя?

Враги сражались в воздухе, на расстоянии в сотню метров от земли!

— Вперёд! — яростно взревел Сюн Кайшань, и вслед за этим криком появился длинный кровавый меч!

Этот легендарный клинок, наконец, вспыхнул!

Огромное количество световых бликов распространились по всему небу!

Как будто в одно мгновение десять тысяч разноцветных радуг одновременно пронзили солнце и луну!

Но у этих ярких лучей есть лишь одна цель!

Столкнувшись с таким удивительным приёмом, Цяншан Нуцзю во весь голос закричал, его тело завращалось ещё быстрее. Он надеялся, что такой вихрь сможет защитить его от атаки!

Однако перед лицом всепроникающих и массивных атак Цяншан Нуцзю то и дело лишь беспрерывно яростно рычал и истошно вопил!

Ещё совсем недавно он искусно демонстрировал свои яростные удары, а теперь же сам примерил на себе роль атакуемой мишени!

Сожаление!

Это единственная мысль, присутствующая в голове Цяншан Нуцзю на данный момент! «Почему я вступила с ним в схватку? Почему я просто не использовала технику скрытого убийства?! Ненавижу!»

Лицо Сюн Кайшаня было суровым, и пусть из его рта по-прежнему текла кровь, мысли и намерения медведя оставались неизменными. Он продолжал держать в руке длинный меч, решившись развернуть свою технику на самом высшем уровне!

Внезапно раздался ужасный крик, не похожий на человеческий голос, и никто из присутствующих не смог сразу определить, кто же всё-таки его издал!

Вслед за этим, в воздухе во всех направлениях зафонтанировала кровь! Это было похоже на одного гигантского ежа! Толпа с замиранием наблюдала за ожесточённой схваткой! Никто даже не решался сделать малюсенький вздох!

Победитель и проигравший будут объявлены в ближайшее время!

Наконец, прозвучал геройский смех Сюн Кайшаня, и его тело начало падать на землю.

Нет, это не то, что вы подумали. Он упал от бессилия!

Очевидно, что силы Сюн Кайшаня были полностью израсходованы!

— Я убью тебя! Обязательно убью! Проклятый медведь! — на этот раз одновременно прозвучало уже два пронзительных крика. Изначально мужественный голос вдруг стал неотличим от женского писка. А теперь это уже были умирающие стоны!

Тело Цяншан Нуцзю развалилось на два куска.

Неизвестно в какой момент, но Сюн Кайшань успел разрубить его пополам!

И после этого финального удара медведь как раз-таки полностью лишился своих сил!

Такое ранение смертельно даже для Великого мастера! Тело Чужака развалилось на части, и потоки свежей крови хлынули повсюду!

Но через секунду две фигуры, словно метеор, ринулись в сторону Сюн Кайшаня. Сверкнуло холодное лезвие меча!

Король орлов вдруг закричал и скорее поспешил на помощь Сюн Кайшаню, однако было слишком поздно!

Расстояние между медведем и Цяншан Нуцзю было ничтожно мало!

Мужская половина Цяншан Нуцзю свирепо улыбнулась, а затем резко вонзила клинок в левую часть груди Сюн Кайшаня. В то же время, его женская половина, словно ударом молнии, воткнула свой меч в правое плечо медведя! Затем одним резким движением вниз Цяншан Нуцзю вспорол живот Сюн Кайшаня.

Это был последний, ответный удар Цяншан Нуцзю!

На самом деле, в тот момент, когда он был разрублен напополам, его судьба уже была предрешена!

После своей атаки обе половины его тела с противным шлепком грохнулись на землю.

И все присутствующие собственными глазами узрели крах этого безумного Чужака.

Однако и у его противника в лице Короля медведей также не осталось ни единой надежды на спасение.

В конце концов, этот бой окончился двумя поражениями!

Вдалеке, тело Шэнцзуна Сюн задрожало, он вдруг побледнел, а затем, широко раскрыв рот, раскинул свои руки, словно пытаясь за что-то ухватиться… спустя мгновение, он, наконец, упал… — Король! — послышался вопль трёх тысяч воинов из клана медведей. Их лица были наполнены бесконечной скорбью. Шесть тысяч глаз одновременно залились кровью!

Да начнется кровавая резня! Месть за Короля!

Величественное тело Сюн Кайшаня было практически разрублено пополам! В момент своего падения с высоты он использовал последние силы для того, чтобы приземлиться на обе ноги и стоял в неизменном положении.

Медведь вдруг пошатнулся.

Алая кровь продолжала течь из его рта, но он продолжал крепко держаться на ногах!

Казалось, будто свет в его глазах начал потихоньку угасать, однако взгляд медведя был по-прежнему своевольным и гордым!

Две пары глаз Чужака так и продолжали злобно смотреть на своего противника.

— Ха-ха… — захлёбываясь кровью, засмеялся Сюн Кайшань. — Сучьи потроха! Решил вот так сдохнуть прямо передо мной? Ни стыда, ни совести! Сначала прёшь два на одного, а теперь ещё и не от моей руки подохнуть вздумал! Мда уж, две головёнки, две тушки… ну не пиздец ли? Обычно от расчленения немного другой эффект…

— Заткнись! Ещё посмотрим, кто из нас первым сдохнет! — еле дыша, захрипел Цяншан Нуцзю. Две изувеченные половины валялись в кровавой грязи и продолжали с ухмылкой смотреть на Сюн Кайшаня. — Король медведей… Я не отправлюсь на тот свет, пока не увижу, как ты подохнешь!

— Хочешь посмотреть, как я умру? — Сюн Кайшань вдруг поперхнулся кровью, словно услышал очень смешную шутку. Все его внутренности продолжали вываливаться наружу, казалось, будто верхняя половина его тела вот-вот в любой момент просто отвалится.

Стиснув зубы, Сюн Кайшань вытащил длинный меч из своего тела и бросил его на землю. Он пошатнулся, сделал более-менее ровный вдох и соединил две практически разрубленные части своего тела воедино. А затем с мертвенно-бледным лицом и жутковатой улыбкой сказал: — Ну, тогда тебя ждет лишь разочарование!

Сказав эти слова, медведь поднял единственную руку, которая ещё хоть как-то могла двигаться, запрокинул голову и проглотил лекарство.

— Решил принять таблетку? Ха-ха-ха… реально думаешь, что тебе сейчас сможет что-то помочь? И насколько она отложит твою смерть? Идиот, тут поможет лишь чудо! — с насмешкой сказал Цяншан Нуцзю.

Но в следующий миг его глаза расширились так широко, будто он увидел приведение!

Начали происходить невероятные вещи!

После того, как Сюн Кайшань принял эту удивительную таблетку, всё его тело внезапно окутал пурпурный туман! Внутри него виднелись сплетения нитей изумрудного цвета — это была сила жизни! Цвет жизни! Сияние жизни!

Тело Сюн Кайшаня продолжало источать пурпурную ауру, а спустя некоторое время Цяншан Нуцзю с отчаянием обнаружили, что изрубленное тело его противника вдруг заново соединилось в единое целое, а бешеное кровотечение остановилось… Медведь действительно исцелялся, пусть медленно, но это было видно даже невооружённым глазом…

Огромная кровоточащая рана на животе Короля медведей постепенно уменьшалась в размере, а через некоторое время и вовсе исчезла…

Сюн Кайшань рассмеялся — его тело действительно исцелилось!

Если это не чудо, тогда что?

Король Медведей потянулся, пошевелил руками и ногами, словно только что отошёл ото сна. Пристально посмотрев на Цяншан Нуцзю, он пренебрежительно скривил рот в улыбке, подмигнул и сказал: — Чморила! Хотел увидеть, как я первым на тот свет отправлюсь? Ну прости, не хотел тебя так разочаровывать! Вздумал со мной состязаться?! У меня вот есть таблеточка! А у тебя есть, сукин сын? Злишься? Разочарован? Бесишься? Ха-ха-ха-ха-ха! Понимаю… Понимаю…

Цяншан Нуцзю бешено взревел, две половины его тела вдруг, словно рыбки на суше, подпрыгнули вверх! Обе руки Чужака одновременно указали на медведя.

Дыхания у этой твари уже не было! Но четыре глаза так и продолжали гневно смотреть вперёд, по-видимому, его душа так и не найдёт упокоения…

Медведь расхохотался и подсознательно повернул свой взгляд на север. Он сказал про себя: «Спасибо, зять! Ты подарил мне вторую жизнь!»

Если говорить с точки зрения первоначальной силы Цяншан Нуцзю, то он определённо был выше медведя. Его совершенствование — это результат упорного труда, в то время как сила Сюн Кайшаня — производная от приёма волшебных таблеток. Более того, у Чужака имеется две составляющие — мужская и женская, что удваивает его мощь аж в два раза! Так что даже без своей техники скрытого убийства ему было бы легко уделать Короля медведей! Надежда на победу Сюн Кайшаня была крайне мала, даже если бы тот объединился с Королём орлов!

Фехтование чужаков безжалостно и свирепо до чёртиков, разве этого было бы мало?

Однако Цяншан Нуцзю слишком сильно просчитался в этой битве! Во-первых, он и понятия не имел, что в руках у медведя может оказаться столь сильный меч! Цзюнь Мосе закалил этот клинок с помощью своей силы металла, сделав тем самым из него абсолютное оружие!

Сила металла — это нечто запредельное для обычного мира, это, поистине, магия бессмертных. Цзюнь Мосе подарил своему шурину не какую-то игрушечную подделку!

Но неважно, насколько бы острым и прочным не был меч Короля медведей, ему всё ещё было далековато до уровня клинков Цяншан Нуцзю!

Под натиском атак клинков Цяншан Нуцзю обычное оружие попросту превратилось бы в железные опилки! Однако меч Сюн Кайшаня сумел выдержать такую мощь!

Король медведей все время находился в невыгодном положении. Если бы их силы были равны, то в контрнаступлении с волшебным мечом медведь уже давно бы закончил эту битву в свою пользу!

Второй просчёт заключался в том, что он не принял во внимание тот факт, что Чужаки уже не раз встречались с воинами клана медведей на полях сражений. У этого клана имеется огромное количество навыков и тактик, а к запретным техникам медведей Чужаки всегда относились с ещё большей осторожностью!

Силу Тянь Фа всегда было сложнее всего одолеть! Можно даже сказать, что невозможно! А всё потому, что у всех зверей Тянь Фа имеется одна общая черта — живучесть и отсутствие страха смерти! Даже если они будут знать, что не смогут одолеть врага, они попытаются найти с ним общую смерть! Отчаянные головорезы!

Глава 1165. Иди сюда! Я зарежу тебя и как следует наслажусь процессом!

Поэтому все мастера Чужаков глубоко проанализировали и тщательно изучили каждый клан леса Тянь Фа, выяснили их определённые недостатки в разных областях и подготовились к битве.

Это довольно умный ход, «будешь подготовлен — не потерпишь убытков»! Но никто никогда не думал сколько они потратили усилий, чтобы изучить приёмы против священных животных. Даже многие предки Чужаков тысячелетиями придумывали тактические приёмы, однако в этом сражении они всё-таки попались в ловушку!

Смертельную ловушку!

Только эта смертельная ловушка не была специально придумана священными животными. Они даже не заметили, когда устроили Чужакам ловушку.

Ответ на самом деле очень прост: когда Цзюнь Мосе вошёл в Тянь Фа и познакомился с Королями зверей, у него было только одно ощущение по поводу их тактики — она слишком простая! Они полностью полагались на свои способности и врождённые инстинкты! Куда это годится?

Все движения тигра резкие и сильные, но, если их повторять многократно, противнику будет легче заметить недостатки. Пока они сосредоточены на тактике, священных животных всех поубивают в сражении!

Естественно, молодой мастер Цзюнь не хотел, чтобы его шурины воевали без какой-либо тактики. Раньше в этом не было необходимости, но теперь… молодой мастер Цзюнь спасся от верной смерти и запомнил немало древних боевых искусств, также он получил недостающие знания, будь то приёмы или теория, в башне Хунцзюнь и во время процесса совершенствования.

В результате, благодаря огромной поддержке Цзюня Мосе, боевые искусства и навыки всех кланов леса Тянь Фа полностью обновились! По сравнению с прежней простой тактикой это было совершенно другое дело!

И эта «другая» тактика и приёмы стали для Чужаков, которые годами изучали приёмы животных леса Тянь Фа, смертельной ловушкой!

Например, тигры убивают свою жертву довольно жестоким способом — перекусывая зубами горло. Противник заметил это и собирался использовать соответствующий прием.

Но, когда он уже встал в боевую стойку, то неожиданно заметил, что только снаружи его противник выглядит жестоким, а на самом деле это тонкое искусство боя.

Владыка неба свидетель! Цзюнь Мосе не думал наперёд, когда учил зверей новым приёмам и техникам. Чужакам «повезло» столкнуться с этим!

Молодой мастер Цзюнь действительно сделал это не специально!

Потому что эти необычные приемы были подготовлены Цзюнем Мосе для мастеров трёх священных земель.

Но не повезло именно Чужакам…

Судьба играет человеком, на всё воля небес!

Таким образом, в основе приёмов Сюн Кайшаня лежало искусство фехтования клана медведей «небесное искусство владения королевским мечом». Но всё изменилось после того, как вмешался Цзюнь Мосе.

Когда Цяншан Нуцзю увидел, как взлетает Сюн Кайшань, он сразу же подумал об этом мощном «небесном искусстве владения королевским мечом», который является «фирменным» приёмом клана медведей! Однако на протяжении многих лет Чужаки изучали это искусство и знали, как лучше этому противостоять.

Поэтому Цяншан Нуцзю имел готовый план в голове, и просто ждал, когда Сюн Кайшань попадёт «в ловушку», чтобы нанести ему смертельный удар и всё закончить!

Однако, он не думал, что изучить «небесное искусство владения королевским мечом» недостаточно, и, что медведь использует «Меч разбивающий небеса»! Все его замыслы кончились неудачей!

В тот момент, вероятно, никто не мог понять какие противоречивые чувства испытывал Цяншан Нуцзю.

Определённо никто.

Сила удара противника была в два раза больше. Когда их мечи столкнулись, Цяншан Нуцзю кое-что заметил: «Я попалась на удочку! Это не „небесное искусство владения королевским мечом“!».

Поэтому Цяншан Нуцзю охватила паника.

Разве кто-то не запаникует, когда его жизнь в опасности?

На самом деле, Цяншан Нуцзю с его уровнем культивации, который попал в сложное положение, не погиб бы, но получил серьёзные ранения.

Очевидно, что он не успел спрятаться, так как постоянно возникали разные мысли, а сил уже не осталось. Огромная сила «Меча, разбивающего небеса», ослабила его. Если бы в этот момент он воспользовался искусством становиться невидимым, то его защита спала и он, несомненно, погиб быстрее! Поэтому, чтобы как можно скорее получить шанс на выживание, Цяншан Нуцзю принял решение начать контратаку.

Жаль, что он так поздно принял это решение!

Маленькая оплошность вначале может привести к непоправимой ошибке!

«Мечу, разбивающему небеса» Цзюнь Мосе обучил шурина специально, с помощью него сила атаки Сюн Кайшаня увеличилась в несколько раз!

Острый меч Короля медведей в сочетании с огромной силой этого приёма, и Суань Шенхуана разрубили Цяншан Нуцзю пополам.

Но, в конце концов, был ещё один, третий просчёт, который изменил результаты войны — Король Медведей использовал воскрешающий эликсир бессмертия! Это больше всего разозлило Цяншан Нуцзю.

Его общая сила, очевидно, намного превышала силу соперника, почти в несколько раз. На самом деле, он уже смог ослабить уверенность Цяншан Нуцзю, мастера безумного меча, но в мгновение ока медведь выпил эликсир и преисполнился жизненных сил.

Можно сказать, что Цяншан Нуцзю вышел из себя от гнева!

С его уровнем культивации он будет бороться до последнего вздоха. Но после серии поражений… ему пришлось распрощаться с жизнью.

Такая унизительная смерть для мастера совершенно несправедлива!

Сюн Кайшань, который полностью восстановил свои силы, воинственно стоял, уперев руки в бока. Он громко смеялся и тряс своим толстым, как редис, пальцем, указывая на ряды Чужаков напротив него: — Ты, ты и вооот ты, идите сюда! Я вас разрублю на сотню кусков, и как следует наслажусь процессом!

«Что это за ерунда? Для него это весело?»

Раньше эта фраза Короля медведей вызвала бы реакцию более десяти тысяч «человек». Но сейчас никто не издал и звука! Все Чужаки запаниковали и одновременно начали отступать назад, их глаза были наполнены страхом.

Даже Сячуань Погуа, с которым только что сражался Сюн Кайшань, чуть не упал в обморок от страха.

«Чёрт побери… у этого медведя столько секретных приёмов! Хорошо, что я понял это раньше и убрался восвояси, иначе…»

Посмотрев на труп Цяншан Нуцзю, у Сячуань Погуа побежали мурашки по коже. Два лица тут же побледнели: «Иначе я лежал бы тут, разрубленный напополам».

Это нормально, что на поле битвы всегда случаются несчастные случаи. Дело не в том, что слабый победил сильного… но в том, что чёрный медведь знал о двух смертельных травмах в теле и смог восстановиться с помощью эликсира! Он выглядел очень оживлённым! Это слишком странно. Так как у этого медведя есть эликсир, с помощью которого он не может умереть, какой смысл с ним биться? Разве это не самоубийство?

— Наш Король силён! Наш Король непобедим! — прогремели три тысячи воинов клана медведей.

В этот волнительный и в тоже время радостный момент, Король орлов, нахмурившись, смотрел на небо.

Они всё ещё тянули время, с момента высадки войска орлов и медведей было три сражения, но прошло менее часа! Пройдёт ещё как минимум три часа до прибытия второй группы подкрепления!

Однако, менее чем за час у противника появилось почти двести этих тёмных Чужаков и превосходный мастер безумного меча. К счастью, медведь обезглавил одного из самых сильных мастеров, поэтому они ещё немного могли потянуть время.

Но кто знает, сколько ещё врагов прибудет за три часа? В этой ситуации обе стороны находились в равном положении. Если у противника действительно есть мастера, которые смогут понять их реальное положение дел и начнут яростную атаку, то он и Сюн Кайшань наверняка не смогут выстоять!

Король Орлов вздохнул и повернул голову, чтобы посмотреть на отряд из восьми воинов позади себя. Он сомневался, что восемь Шэнцзунов смогут продержаться три часа.

Но в этот момент вдалеке вдруг послышался внезапный грохот, который был очень громким, и даже на некоторое время заглушил рёв извержения вулкана…

В то же время со всех сторон послышался странный и долгий звук, как будто выли злые духи, и в мгновение всё наполнилось мрачной атмосферой.

Эта жуткая атмосфера очень отличалась от холода, который появлялся вместе с Четырнадцатым Шао из подземного мира, сейчас же пространство было наполнено страхом…

Глава 1166. Нескончаемые убийства!

Грохотание становилось всё ближе и ближе, и испуганные лица Чужаков вдруг резко приняли восторженный вид.

Король орлов застыл в воздухе и присмотрелся вдаль — его дыхание тут же перехватило!

Вдалеке виднелось бесчисленное количество двуглавых монстров, которые безжалостно хлестали своих странных лошадей, дабы те поскорее гнали на поле битвы!

В воздухе, впереди этого фрик-сборища виднелась сотня маленьких чёрных пятен, приближающаяся на поле боя буквально со скоростью света!

Очевидно, что это были высококлассные мастера Чужаков! Судя по скорости их движения, должно быть, эти ребята такие же крутые, как Цяншан Нуцзю!

А это уже большая проблема!

Увидев, насколько хреновая ситуация сложилась на данный момент, Король орлов пришёл в дикий ужас! Его голову буквально заполонило чувство крайней опасности.

— Основная сила и главные мастера Чужаков с огромной скоростью приближаются сюда! Всем занять свои позиции! Приготовиться к бою! — Король орлов взмахнул крыльями и громко отдал команду. Три тысячи бойцов из клана орлов тут же сосредоточились по местам, как их учили на тренировках. Боевой строй в группы по десять человек!

С громким «цзинь» все бойцы в один момент обнажили свои длинные мечи!

Люди клана медведей медленно отступили назад, встав в одну линию с людьми из клана орлов в соответствующие группы по десять бойцов. По приказу Короля медведей люди из обоих кланов сформировали новый боевой строй.

Теперь группа состояла из двадцати человек, люди из клана медведей и клана орлов поровну. Все бойцы как один держали перед собой длинный сверкающий меч!

В этот момент, все вспомнили наставления Цзюня Мосе: «Пока перед вами находится ваш товарищ, вы обязаны выложиться по полной, чтобы прикрыть его спину! До тех пор, пока перед вами есть враг, и вы все ещё дышите, ваша единственная цель — уничтожение врага! Вам не нужно думать о собственной безопасности, ведь ваши спины защитят ваши товарищи!»

Атмосфера на поле боя начала всё сильнее сгущаться!

Словно там находилась огромная пороховая бочка, которая готова взорваться к чертям от любого малюсенького прикосновения!

Сила Шэнцуна Лу и остальных семерых мастеров была, несомненно, выше, чем у Короля орлов, поэтому они заметили приближение врага намного раньше. Они переглянулись — их взгляды были серьёзными как никогда раньше. Все потому что обстановка была слишком дерьмовой, и никто не мог заручиться, что они смогут выдержать оборону после прибытия новой волны этих омерзительных двухголовых тварей!

— Ещё тринадцать бойцов уровня Тянь Жен! Триста бойцов уровня Ди Жен! И почти три тысячи бойцов уровня Гуй Жен! Остальные же обладают как минимум девятой ступенью уровня Жен, количество которых превышает ста тысяч особей! Такая сила… — Шэнцзун Лу посмотрел вдаль, и, хотя он не был членом орлиного клана, его взгляд казался резким и жестоким, как у них: — Братья, день, который мы с нетерпение ждали всю нашу жизнь… наконец настал!

— Три часа, осталось три часа! — Шэнцзюн Сюн с любовью посмотрел на бойцов из медвежьего клана и спокойно добавил: — Мы должны использовать всю нашу силу… Нет! Наши жизни, чтобы удержать этих тварей ещё, как минимум, на три часа! Даже если нас разнесут в клочья — нельзя позволить им перейти эту границу! Мы должны продержаться, пока не придёт подкрепление! Ни в коем случае не позволяйте бойцам уровня Тянь Жен применять скрытую технику убийства. Если мы решились на серьёзный бой, тогда во время первой волны атак нам необходимо использовать крайние методы, дабы ликвидировать хотя бы восемь чужаков уровня Тянь Жен. А затем при помощи волшебных исцеляющих таблеток штурмом взять остальных. И если нам повезёт… и мы сможем уцелеть, то постараемся уничтожить как можно больше тварей уровня Ди Жен! — голос Шэнцзуна Лу был чётким и ясным. Даже перед таким страшным боем он оставался сосредоточенным и собранным!

— Хорошо! Давайте позволим нашим жизням выгореть до конца! — восемь Шэнцзунов закрыли глаза, настраиваясь на будущее сражение.

— Тянь Фа! Это наша слава! Лучше умереть, чем опозорить славное имя святой земли Тянь Фа! — Шэнцзун Лу серьёзно продолжал: — Что касается наших потомков, нам не обязательно о них думать, точнее, даже нельзя! Необходимо помнить, что в тот момент, когда ваш разум уходит с поля боя, пусть даже на маленькую секундочку… вы наносите огромный урон своим же детям и внукам. Отвлекаясь, вы не только не заботитесь, а наоборот, ещё и губите их! Запомните, гарантия на счастливое будущее Тянь Фа заключается в том, как вы выложитесь в бою и сколько двухголовых тварей прикончите! Чем больше мы убиваем, тем безопаснее становится мир для наших потомков! Эту истину мы все понимаем! — голос Шэнцзуна Лу стал жёстче! Его глаза слегка загорелись кроваво-красным цветом. Похоже, что он уже сосредоточил все имеющиеся в его теле силы для предстоящего боя.

Теперь осталось лишь дождаться громового раската!

Раздался протяжный звук… Удар!

Сразу после этого одновременно прозвучали сотни резких криков, и землю сотряс страшный залп смертельной ауры! От воздушного удара, исходящего с северной стороны, бесчисленное количество каменных глыб горы Тяньчжу были обращены в пыль.

Вдалеке раздался чей-то грубый голос: — Кто тут из рода Шеньжи? Почему не атакуете? Только и знаете, что заднюю включать!

Казалось, будто этот резкий крик носил какую-то магическую силу, которая заставляла всех трепетать от страха. Стоявшие напротив союзной армий медведя и орла Шанчуань Поку и Сячуань Погуа, а также выжидавший позади Деку Бу Шан внезапно громко взревели!

Глаза всех бойцов покраснели, казалось, будто они полностью лишились рассудка. Однако, если присмотреться повнимательнее, можно обнаружить, что глубоко-глубоко, в их глазах скрывается дикий страх! Словно этот громкий рёв может в любое время отправить их в Преисподнюю!

Казалось, что они предпочтут пасть на поле боя, чем услышать этот страшный крик ещё раз!

Вслед за этим раздался ещё один невнятный рык, после которого несколько десятков тысяч Чужаков то ли в страхе, то ли в панике, словно наводнение, бурлящим потоком ринулись вперёд!

Не боясь смерти!

В одно мгновение, успокоившаяся обстановка на поле боя вдруг резко достигла крайней точки накаливания! Степень безумия Чужаков в этот момент была не меньше, чем у воинов медвежьего клана Тянь Фа!

К счастью, боевая воля и дух союзного войск медведя и орла нисколько им не уступал!

В этот момент, Король орлов и Король медведей, не сговариваясь, одновременно повернули головы и устремили свой взор вдаль. Их взгляды были величественными и пылающими!

Они смотрели в сторону леса Тянь Фа!

Просто взгляд!

Один взгляд!

При теперешних обстоятельствах, скорее всего, им больше не удастся ступить на свою родную землю!

«Далёкая родина, позволь мне… ещё разок глянуть на тебя!»

Затем оба быстро повернули головы назад. Видя, что Чужаки становятся всё ближе и ближе, они разразились дикой яростью!

В следующую секунду…

— Уничтожить! За нашу святую землю Тянь Фа! За её величие! Истребим эти потроха! — громко закричал Король медведей. Его тело вдруг покрылось пеленой тумана, а когда он рассеялся, то Король Медведей уже внезапно перевоплотился в свою изначальную форму — гигантского бурого медведя высотой в четыре метра!

Рука гигантского черного медведя была толщиной с два человеческих бедра, он протянул её и вытащил огромный клинок! Толщина лезвия — терть метра, ширина — приблизительно полтора метра, а в длину аж пять! Этот меч напоминал огромную дверную створку. После этого Король медведей убрал своё оружие в металлическую стойку и защёлкнул её.

Эта металлическая стойка была длиной в шесть с четвертью метров. Обычному человеку с трудом хватило бы рук, чтобы полностью обхватить её. После звука щелчка, огромный, словно дверь, меч был погружён в металлическую стойку. В одно мгновение, у Короля медведей появилось невообразимое для обычного человека смертоносное оружие!

Такое оружие, даже в лесу Тянь Фа, могут использовать лишь двое! Король медведей — Сюн Кайшань и прежний Король медведей — Сюн Шэнцзун! Больше ни у кого, даже у Цзюня Мосе, на это силёнок не хватит!

Потому что эта штуковина слишком велика! И нереально тяжела!

Соединившись воедино, меч и стойка уже стали длиной в двенадцать метров, а их вес составил восемьсот килограммов! Если бы не врождённая нечеловеческая сила, медведю не удалось бы поднять его, независимо от своего уровня совершенствования!

Сюн Кайшань просил у Цзюня Мосе этот меч в течение трёх дней! Молодому мастеру с трудом удалось сотворить для него такое уникальное оружие! Этот меч действительно можно использовать лишь при перевоплощении в первоначальную медвежью форму!

Это абсолютное смертельное оружие!

Одним ударом можно сокрушить любого! Как легко косить пшеницу, так легко и сечь головы врага!

Положив руку на металлическую стойку, Король медведей, сурово окинул взглядом приближающихся Чужаков… Его взгляд наполнился ещё большей кровожадностью!

В этот момент Сюн Кайшань был похож на гигантского Бога Войны, взиравшего на всех с высоты!

Ближе!

Ещё ближе…

Сюн Кайшань вмиг обнажил огромный меч и закричал: — Вперёд! Давайте разберёмся с этими ублюдками, мать вашу!

Король медведей рассмеялся и уверенно шагнул вперёд, сотрясая тем самым всё вокруг, словно ураган!

Всего лишь три шага, и гигантское тело Сюн Кайшаня ворвалось в огромное море Чужаков. Он громко взревел, и длинный меч, словно удар молнии, начал сметать всё на своем пути!

Он уверенно шел вперёд, казалось, будто его мощь не имеет границ!

Бесконечные удары!

Глава 1167. Почему ты не держишь своё слово?

Около сорока Чужаков разом окружили Короля медведей, однако под свирепым ударом меча все они мигом превратились в восемьдесят аккуратных кусков мяса! Алая кровь фонтанировала повсюду!

Сюн Кайшань не остановился, он сделал ещё один шаг и взмахнул своим мечом в противоположном направлении.

Результат оказался точно таким же!

В этот момент Король медведей не использовал никаких особенных техник или приёмов, он просто размахивал дичайше огромным мечом, влево-вправо, кругом… Он вертелся и подпрыгивал как сказочная фея. Огромная, волосатая фея с двуручным мечом…

Вокруг лишь раздавались оглушающие истошные вопли!

Остальные шесть тысяч воинов так же держали в руках смертоносные клинки, однако не такие огромные, как у Короля медведей. Меч этого громилы был длиннее обычного оружия аж в три раза! Разумеется, когда он ворвался в строй противника, размахивая этой хреновиной во все стороны, вокруг него разливались водопады кровищи, отрубленные головы и конечности!

Сюн Кайшань двигался превосходно. Сначала он опускал меч в горизонтальном направлении, по шее противника, а затем, сделав круговое вращение телом, разрезал его поперёк!

— Братья! Ну как, наслаждаетесь сегодняшней битвой?! — громко рассмеялся Сюн Кайшань.

— Да! Наслаждаемся вдоволь! — шесть тысяч бойцов один за другим захохотали, все их лица были в крови, но их вид оставался таким же хладнокровным.

— Вам достаточно крови? — прозвучал ещё один громовой рёв.

— Недостаточно! Совсем не достаточно! — послышались крики воинов.

— Хотите кайфануть посильнее? — снова рассмеялся Сюн Кайшань, лезвие его меча переливалось на свету. Вокруг всё так же летали головёшки Чужаков, и кровавые фонтаны брызгали всё энергичнее и ярче!

— Да!

— Если хотите, то продолжайте убивать этих паскуд! А потом посмотрим, будем ли мы удовлетворены, когда истребим всех этих тварей! — в этот момент Король медведей уже полностью потерял рассудок.

В сердце Сюн Кайшаня не было ничего, кроме желания убивать!

— Уничтожить эти сучьи потроха! Истребить начисто! Р-р-ра… Р-р-р-ра…! — боевой настрой воинов увеличился, и все отчаянно бросились в атаку!

В общей сложности несколько тысяч огромных клинков устроили настоящую кровавую баню! Чужаки один за другим издавали истошные вопли, убитых с их стороны уже было больше тысячи!

Но, похоже, что эта банда двухголовых монстров полностью лишилась всякого рассудка! С красными глазами и очень громкими криками, заведомо зная о своем провале, они продолжали наступать на противника, используя тактику «пушечного мяса»!

Сюн Кайшань шёл впереди, его мощное тело было похоже на крепкую железную башню, быстро двигающуюся в толпе. Сравнительно слабые Чужаки частенько попадали под гигантские лапы медведя, и с громким шлепком превращались в аккуратненькие куски фарша!

Раздался громкий удар. Мощное тело Сюн Кайшаня затряслось, и он недоумённо посмотрел вперёд. Там оказался чей-то отступающий назад силуэт.

Деку Бу Шан!

Это единственное препятствие, с которым Сюн Кайшань столкнулся с начала своего безумного движения! Более того, это единственный Чужак, способный собственными силами остановить такое огромное торнадо, в лице Короля медведей!

— Слышь, ублюдок, назовись! — громко крикнул Сюн Кайшань. Казалось, будто от его рыка затрясся воздух. Огромный столб крови внезапно взвыл вверх, и прежде чем упал, нарисовал собой кривую линию, похожую на извивающуюся змею.

— Проклятая зверушка, закрой свою пасть! Я — Деку Бу Шан! — Деку Бу Шан решил идти на прямое столкновение, и при первом же ударе медведь разбил его меч вдребезги. Руки Чужака были в крови, и из уголков его рта виднелась алая кровь!

Пусть его совершенствование было и неплохим, однако между ним и вернувшимся в свою первоначальную форму Королём медведей существовал слишком огромный разрыв!

— Не можешь, ничего сделать, потому что в штаны насрал? (по звучанию фраза похожа на имя «Деку Бу Шан», просто другие иероглифы) Что ещё за ублюдское имя? Ваши имена такие уродские, потому что вы и есть уроды! — Сюн Кайшань выкатил глаза: — Чёрт побери! Ты чё, голый всё время двигаешься? Да ты ещё омерзительней, чем те двое, на которых хотя бы истрепанные шмотки надеты! Чего ты ждёшь, давай уже, попрощайся со своей жизнью и иди ко мне! Зачем так утомляешь меня?

Услышав такие слова, Деку Бу Шан пришёл в ярость, его глаза залились кровью, и он взревел: — Заткни свою пасть!

— Что там не в масть? Что за хрень? Хотя у тебя да, масть не пошла, а вот у меня есть один нехилый козырь! — Сюн Кайшань потряс мечом: — Давай, давай, давай… иди сюда! Дай мне отрубить твою головёнку и отправить тебя на тот свет! — вслед за этим он взмахнул своим длинным мечом и с грохотом ударил по земле!

В этот момент ветер, поднявшийся от размаха меча, оказался сильнее и звонче обычного северо-восточного ветра!

Деку Бу Шан почувствовал, будто в мире всё угасло, и не осталось ничего, кроме этого смертоносного меча!

В душе он понимал, что дело дрянь. И хотя его совершенствование было примерно одинаковым с силами противника, однако в данный момент Медведь разбушевался не на шутку.

Столкнувшись с таким мастером, ни в коем случае нельзя терять силу духа — это практически равносильно половине поражения!

Деку Бу Шан вдруг резко закричал, и всё вокруг в радиусе тридцати метров покрылось густым серым туманом. Он свирепо завопил: — Король Медведей! Ты, один из Королей леса Тянь Фа, но хватит ли тебе смелости вступить со мной в одиночный поединок?!

Скрытая техника убийства!

Сюн Кайшань тут же вспомнил слова Короля орлов: скрытая техника убийства не подходит для беспорядочного и массового боя.

Он невольно рассмеялся: — Хорошо! Может ли быть, чтобы Король медведей испугался какую-то иноплеменную тварь?!

Деку Бу Шан обрадовался, быстро сменил оружие и, ухмыльнувшись, сказал: — Король медведей, раз уж у тебя хватает смелости, значит у тебя есть яйца! Следуй за мной! — сказав это, он первым взвыл ввысь, дабы направить за собой оппонента. Он намеренно отодвинул кусок густого тумана, тем самым говоря: «Давай же, скорее догоняй меня, сразимся один на один… Даже с малыми силами я смогу отсечь тебе голову, медвежонок!»

Техника скрытого убийства действительно не подходит для беспорядочного боя, особенно в крупномасштабных войнах. Так что, как только Деку Бу Шан получил согласие противника, тут же покинул поле битвы! В мгновение ока его тело поднялось аж на полторы сотни метров!

Он был полностью уверен, что с помощью техники скрытого убийства ему удастся уничтожить Короля медведей!

Сюн Кайшань презрительно посмотрел на него, а затем его глаза коварно вспыхнули, и он громко закричал: — Я уже иду!

Деку Бу Шан не мог нарадоваться такой удаче!

Сказав эту фразу, Сюн Кайшань вдруг резко бросился в противоположном направлении, густо заполненном Чужаками. Его длинный сверкающий меч то взымался, то опускался, сметая всё на своем пути. По крайней мере ещё сотня Чужаков завопила от ужаса, их головёнки так и летели в разные стороны!

Вслед за этим Король медведей, словно метеор, грохнулся в самую наполненную врагами точку. Его тело словно бы сжалось и, как волчок, закрутилось по земле, двигаясь вперёд. Длинный меч образовал сверкающий ореол вокруг его тела, и в таком положении Медведь непрерывно пробивал себе путь, оставляя после себя струящуюся реку крови!

Бесконечная кровавая дорога!

Бесчисленные отрубленные конечности взлетали в небо под истошные вопли Чужаков.

Как только Деку Бу Шан поднялся на высоту трёхсот метров, он учуял что-то неладное. Оглянувшись назад, Бу Шан пришёл в такой дичайший шок, что в его глазах тут же потемнело.

— Этот медвежий Король! Да как ему не стыдно! Ублюдок! Сказал… сказал, что будет бороться со мной в одиночку, а сам… Он же пообещал! И это слово мужика?! — в ярости закричал Деку Бу Шан.

Если бы он всё ещё блокировал Сюн Кайшаня, остались бы его бойцы в живых?

— Это ублюдок! Лишь бросает слова на ветер! И где же его дух воина?

Медведь пропустил всю эту болтовню мимо ушей и продолжил энергично размахивать мечом, прикрикивая: — Сдохните, мать вашу!

Убивал он весело и с удовольствием!

Губы Деку Бу Шана задрожали от гнева, он ринулся назад, указывая рукой на Сюн Кайшаня и попутно крича: — Король Медведей! И где же твои превосходные манеры? Бессовестный! И ты считаешь себя мужчиной?

В этот момент, он всё еще находился в состоянии скрытности, так что в воздухе был слышен только его ругающийся голос!

Однако ему не следовало говорить эти слова перед Сюн Кайшанем!

Сюн Кайшань покосился, и без лишних слов ударил своим огромным мечом по воздуху в горизонтальном направлении!

Деку Бу Шан в ужасе закричал. Он едва не попал под удар медведя: — Король Медведей, какой же ты подлый ублюдок!.. А-а-а…

Договорив лишь наполовину, Деку Бу Шан вдруг резко закричал. А всё от того, что огромный меч Сюн Кайшаня завертелся и превратился в сетку из острых клинков. Раздался громкий крик: — Эй, кто-нибудь, помогите!

Услышав приказ, несколько бойцов из клана Медведей немедленно бросились к Королю, и образовали вокруг кольцо из сверкающей стали диаметром в тридцать метров!

Деку Бу Шан трагично завыл, и воздух окрасился в сочный кровавый оттенок!

— Выкуси, тварина! Это война. Никто не станет вступать в одиночный бой с таким ублюдком, как ты! Раз в Тянь Фа говорят, что я чёрствый и недалёкий болван, решил, что сможешь меня одурачить? Тьфу! Я — настоящий мужик, и об этом знают все наложницы моего гарема, так что закройся, сказочный ты долбодятел! — горделиво закричал Сюн Кайшань. Он услышал это оскорбление от Цзюня Мосе, и оно ему очень понравилось.

На кончике его меча висело тело. Это был Деку Бу Шан!

Глава клана Деку был нанизан на меч, словно тряпка! В его груди виднелась большая дыра. Несколько воинов из клана медведей полностью заблокировали Чужаков, и в конце концов, Сюн Кайшань насадил его на свой крутецкий меч, как засахаренный цукат на палочку!

В этот момент все четыре глаза Деку Бу Шана горели пламенем негодования, он свирепо повернул голову в сторону Сюн Кайшаня и выдавил из себя лишь один вопрос: — Ты… Почему ты не держишь своё слово?

— Серьёзно? У тебя в пузе дыра размером с мою голову, а тебя всё еще волнует этот вопрос?! Походу, ты даже тупее, чем я! — радостно заорал Сюн Кайшань.

Глава 1168. Настоящие идиоты таким образом появляются на свет?

Деку Бу Шан уже был на последнем издыхании, однако по-прежнему не сводил взгляд с Сюн Кайшаня, с трудом выплёвывая слова: — Почему… ты не сдержал своё слово?

Сюн Кайшань некоторое время также не сводил с него глаз, после чего вдруг резко воткнул свой меч в землю, и мощным броском размазал израненное тело Деку Бу Шана об огромный каменный валун. Кровь и куски плоти разлетелись во все стороны. Медведь лишь схватил свой меч, и тыльной стороной лезвия начал изрубать остатки тела Деку. Он нанёс несколько десятков ударов, при этом возмущаясь: — Я, блядь, своё слово не сдержал, говоришь? С чего ты так решил? Разве это не тот самый «бой один на один»? Сдержать слово, твою мать! Сдержать слово, идиота кусок!..

После нескольких десятков ударов тело Чужака превратилось в кровавое месиво, Сюн Кайшань сплюнул, а потом злобно рявкнул: — Ты думаешь, у меня совсем с головой не всё в порядке? Обещать что-то такому ублюдку, как ты? Да пошёл ты к чёрту! Вздумал меня за дурака держать, чтоб тебя…

— Наш король могущественен и велик! — бойцы с восхищением смотрели на своего гордого правителя.

— А вы чего раскудахтались мне тут? Занимайтесь своей работой! Какое ещё доверие, мать вашу! Это поле боя, в конце концов, здесь только враги, откуда здесь взяться доверию, эти двухголовые ублюдки совсем тупые… — Сюн Кайшань закатил глаза, и продолжал возмущаться: — Я просто уверен, что его мать в детстве роняла его головой на пол. Или даже обеими сразу. И, наверняка, не один раз… Просто другого объяснения их слабоумию я не знаю! Но это точно врождённое! По уебанскому виду понятно!

После гневного рыка Сюн Кайшаня бойцы быстро устремились на другую половину поля. А он довольно рассмеялся, после чего внезапно открыл рот от удивления.

Потому что он отчётливо услышал, как с другой стороны доносились гневные ругательства каких-то бойцов: — Тебя, наверное, мать в детстве роняла головой об пол? Или обеими сразу?

И даже какой-то бестолковый Чужак не поленился переспросить: — Что?

— Иди нахер со своим «что»! Судя по твоему уебанскому виду, тебя точно роняли! — через секунду раздался ужасающий крик…

Лицо Сюн Кайшаня помрачнело…

Кажется, не прошло и нескольких минут, как всё поле боя превратилось в театр одного актера. Отовсюду доносились громогласные возгласы, но, к сожалению, у всех «актеров» были одни и те же слова: «Тебя в детстве головой не роняли?»

И каждый вопрос сопровождался яростным и жестоким ударом меча, а после пронзительным и полным страданий криком.

Везде было слышно лишь:

— Тебя в детстве роняли?

— Роняли?

— Тебя?

— В детстве?

Таким образом бойцы вымещали свою злобу, а их энтузиазм и воля к победе только удваивались. Вот так Король, одной своей фразой (и то украденной из «арсенала» Мосе) смог в два счёта повысить «работоспособность» и результативность своей армии!

Как весело!

И как приятно!

Один взмах крыльев, и король орлов уже оказался рядом с Сюн Кайшанем. Размахивая мечом и отбиваясь от Чужаков, он одновременно с любопытством спросил: — Четвёртый брат, а что ты только что сказал? «Роняли в детстве», да? Что это означает? Кого роняли? Я думал-думал, но до сих понять не могу!

— Голову твою бестолковую роняли в детстве, мать твою! Уйди с глаз моих! — Сюн Кайшань не испытывал абсолютно никакой гордости или радости. Его бойцы скорее опозорили его своим таким поведением. Вот узнать бы, у кого такой длинный язык, что это его фраза ушла «в народ» через мгновение! Если бы это были какие-то добрые слова, а тут несусветная чушь, которая наносит неслабый урон его образу могущественного и талантливого полководца!

Это так бьёт по его авторитету, как Короля! После войны надо будет обязательно как следует наказать виновных! К слову сказать, кажется, стоит поучиться ругаться у зятя… он особенно хорош в этом…

Сюн Кайшань так сильно расстроился, что не смог ответить на вопрос Короля орлов, а просто сурово рявкнул, и отправился дальше убивать Чужаков.

— А?! А я-то чем тебя разозлил? Зачем и меня посылать? Как обычно, все шишки мне достались! — Король орлов удивлённо произнес, но тоже продолжил убивать Чужаков.

Численность врага и правда была не маленькой, примерно тридцать-сорок тысяч бойцов, однако мастера леса Тянь Фа, действительно, были намного сильнее и опытнее в военном искусстве, чем все они вместе взятые! Объединённые армии Короля медведей и Короля орлов были особенно жестоки и беспощадны. Число Чужаков уменьшалось с катастрофической скоростью!

Как тает снег под палящим солнцем!

Однако прошло не так много времени с начала сражения, как в рядах союзных войск Тянь Фа стали появления ранения и травмы, многие из которых были довольно серьёзными, в следствии чего пострадавшие были вынуждены принять волшебные таблетки, чтобы восстановить свои силы!

А потом снова отправляться в бой!

Волшебные исцеляющие таблетки обладали просто невероятным эффектом, они могли справиться с любыми ранениями и травмами. Главное — таблетку надо принять, пока сердце ещё бьется, у неё не было никаких побочных эффектов, и только один недостаток.

В месяц можно было принять только одну таблетку, если в течении этого времени принять ещё одну таблетку, её эффективность значительно сократится, или вообще не будет никакого эффекта! Только через месяц организм окончательно очистится от лекарства, и таблетки снова начнут на него действовать.

Это было единственным недостатком этого лекарства, которым Цзюнь Мосе был всегда недоволен. А иначе бы он вручил каждому воину по сотне таких таблеток, ведь тогда они бы смогли убивать вечно, не прерываясь на отдых, не так ли?

Стоило бы тогда вообще тревожиться из-за этой Войны за небо? Были бы какие-то сложности, которые нельзя было бы решить?!

На самом деле, такое просто невозможно! Каким бы удивительным не было лекарство, у него всегда есть какие-то ограничения!

Оставшиеся в живых несколько тысяч Чужаков продолжали оказывать отчаянное сопротивление. Около девяноста процентов от их общего числа уже пали от мечей бойцов армии Тяньфа, став кровавым фаршем.

— Убейте их! Цель этой божественной войны — захватить Небеса! Материк Суань, в конце концов, всё равно будет принадлежать нации Шень-жи! — мощный и внушающий страх голос внезапно раздался над местом сражения, как порыв сильного ветра, чей-то силуэт резко появился и завис в воздухе!

Этот голос звучал очень мрачно и пугающе, его тембр содержал в себе очень специфические ноты, прямо как у Чужака уровня Тянь Жэн, который говорил недавно!

Внезапно появившийся некто был главным вождем всех Чужаков!

Он обладал наивысшим авторитетом среди всех остальных!

После произнесённых им слов, он устремился вниз! Ещё не опустившись на землю, в воздухе неожиданно показался огромный сияющий меч, и, словно радуга, спикировал вниз по небосводу. Несколько медведей жалобно вскрикнули, однако меч уже сделал своё дело!

На расстоянии более трёх десятков метров, одним только своим могущественным дыханием, меч нанёс серьёзные ранения Почтенным мастерам!

Такой уровень совершенствования, очевидно, превосходил уровень Шэнцзуна!

Вслед за этим в небе появились двенадцать силуэтов. Их тела сверкнули, и с ехидными, как у чертей, улыбками они быстро спикировали вниз!

Их руки светились холодным, пробирающим до костей блеском! Это были мечи Тянь Жэн, они, словно клыки злобных демонов, раскрывших свои страшные пасти в диком броске!

Эти мечи символизировали только смерть! И разрушение!

Если действительно дать им опуститься на землю, все воины союзных армий Тянь Фа подвергнутся сокрушительному удару! Силы одного человека вряд ли достаточно, чтобы повернуть ситуацию вспять, однако совместной атаке более десяти бойцов с уровнем Достопочтенных мастеров, несомненно, достаточно, чтобы обратить преимущество в свою сторону!

Более того, если даже не учитывать этих сверхсильных новоприбывших, позади есть ещё несколько сотен бойцов Ди Жэн со своими безумными мечами!

При таком раскладе Тянь Фа становится слабее стороны Чужаков!

До прибытия второй волны подкреплений ещё по крайней мере шесть часов! И самое печальное, что всё это время подкрепления Чужаков будут неустанно продолжать прибывать!

Если долго не думать, а говорить начистоту — жизнь подчинённых Короля медведей и Короля орлов висела на волоске!

— Тянь Фа во веки веков! — в этот момент внезапно один из уже принявших таблетку исцеления медведь-боец яростно закричал, и, состроив очень злобную гримасу, собрав всю свою силу, бросившись с мечом на опускавшегося вниз Чужака!

Тот лишь усмехнулся, и женским голосом сказал: — Даже крохотные камни блестят! — он не торопливо выпустил свой меч, и ударил по мечу медведя, после чего тот превратился в железные опилки!

Однако этот медведь-боец уже был готов принести свою жизнь в жертву. Хотя он потерял свой меч, как оружие, он по-прежнему бежал вперёд! С распростёртыми объятьями он летел прямо на этого злобного Чужака. Три вспышки, три удара мечом, и медведь-боец лишился руки и ноги. На землю хлынула алая кровь.

Его крик не прекращался, но он по-прежнему приближался к этому Тянь Жэн!

После чего, прокричав из последних сил «За Тянь Фа!», одной рукой он воткнул себе в грудь меч, и его тело взорвалось!

Это взрыв был настолько сильным, что многие Чужаки, находившиеся в радиусе тридцати метров, получили тяжёлые ранения, а Тянь Жэн, находившийся в эпицентре взрыва даже возмущённо фыркнул. Ударная волна оказалась настолько мощной, что ему даже было трудно удержать своё тело на весу, и он отлетел назад!

А этот Тянь Жэн уже достиг уровня Шэнцзуна! Хотя самоликвидация Достопочтенного мастера не может убить его, всё же в этом мало приятного!

Этот взрыв задержит его на небольшой промежуток времени, но с тем, что будет дальше на поле боя уже и так всё понятно, разве нет?

Глава 1169. Воздушные оковы!

Медведь-боец, совершивший самоликвидацию, разумеется, понимал про большую разницу в силах со своим соперником, и даже не рассчитывал, что его удар может привести не только к его смерти, но и смерти Чужака.

Главной причиной, по которой он предпринял такой отчаянный шаг, было то, что он хотел выиграть немного времени, чтобы его братья смогли подготовится к новой ожесточённой битве, чтобы они смогли истребить как можно больше этих тварей!

Он пожертвовал своей жизнью и своей душой, чтобы как можно больше Чужаков было поражено взрывной волной! Если даже он смог выиграть секунду времени, это уже стоило того!

Возможно если бы он выиграл эту секунду времени, его боевые товарищи смогли получить время на подготовку к новому броску!

Потому что, если бы такой могущественный мастер уровня Шэнцзуна приземлился в толпу медведей, это привело бы к настоящей катастрофе, разрушительный характер которой был бы невероятно высок! Возможно, многие бы из его товарищей не успели принять волшебные исцеляющие таблетки, и были сейчас уже грудой костей!

К тому же он уже принял свою волшебную таблетку! Он уже умирал! Использовать эту жизнь с максимальной пользой и дать лучик надежды для своих братьев — о большем и мечтать нельзя!

Увидев, как один из братьев мужественно бросился на встречу смерти, рискнув своей жизнью только чтобы помочь своим товарищам, Сюн Кайшань пронзительно закричал, его глаза налились кровью! Он схватил свой меч, и, забыв обо всём на свете, с бешенными глазами помчался туда, где произошёл взрыв.

— Построиться! Всем занять свои позиции! Никому не покидать строй! Давайте уничтожим этих ублюдков! Отомстим за наших погибших братьев! — громко прокричал Король орлов, его голос звучал резко и сурово, сразу было понятно, насколько зол он был!

— Отомстим! За братьев! — послышались воодушевлённые возгласы медведей!

Король орлов быстро и чётко отдал приказ!

«Занять позиции!»

Боевой порядок «облава со всех сторон», которому учил Цзюнь Мосе! Все делятся на самостоятельные отряды по десять солдат!

Им удалось построиться в этот боевой порядок именно благодаря времени, которое они получили из-за самоликвидации их храброго товарища! Пусть это были всего лишь какие-то секунды, но если бы их не было, у них ничего бы не вышло!

Для любой дислокации войск самое важное — это построение!

Воздух снова наполнился пронзительным свистом. Острый сверкающий меч, разрезав небосвод, летел прямо к великому Тянь Жэн!

Самоликвидация медведя очень сильно разозлила Тянь Жэна! Перед тем, как прибыть сюда, он отдал приказ разбить союзные армии врага, окружить их и разбить расстановку их сил!

Он пожертвовал на это около тридцати-сорока тысяч своих солдат, только чтобы одним ударом добить врага, прорвать его линию обороны, и со своей многочисленной армией вторгнуться на материк Суань! Тем самым основав свой первый опорный пункт на материке, у которого больше не будет угрозы в качестве вулкана!

А потом дождаться передислокации войск, и можно осуществлять всесторонний захват материка Суань!

Он был совершенно убеждён, что четыре-пять тысяч его людей смогут справиться с воинами Тянь Фа, даже несмотря на боевые заслуги бойцов армий врага. Учитывая такой впечатляющий численный перевес, они наверняка смогут внести хаос в расположение войск врага!

Это всё, чего он хотел! Но даже у его бойцов не было способностей разбить такую безукоризненную расстановку сил врага!

Но, если бы всё же получилось, он бы сам нашёл лазейку, чтобы проникнуть во вражеский центр силы. Воспользовавшись хаосом на поле битвы, он смог добиться неплохих результатов!

Сейчас же те «четыре-пять» тысяч бойцов на его глазах стали пушечным мясом!

Пусть они погибли, но у каждой смерти должна быть своя цена, а тут получается, что все эти тысячи бойцов погибли совершенно напрасно, не добившись никаких результатов!

Но он никак не ожидал, что его подсчёты, которые почти оправдались, снова будут разрушены каким-то ничтожным бешеным медведем с всего лишь уровнем Достопочтенного мастера!

Это тупой медведь своей ликвидацией всё испортил!

Как такому могущественному воину Тянь Жэн, занимающему такой высокий статус, смириться с подобным исходом?

Ну да ладно! Если так посмотреть — несмотря на то, что бойцы Тянь Фа довольно сильны, никто из мастеров более высоких уровней не принял личное командование! Стоит только всем великим Тянь Жэнам объединиться, и разбить их войско не будет трудной задачей!

Подумав об этом, великий Тянь Жэн немного успокоился.

Этот отвратительный медведь, возможно, и пытался схитрить, но всё, что у него получилось — это выиграть секунду времени. Несчастный тупица и не более!

Как раз в тот момент, когда он думал о том, чтобы вернуться к остальным Тянь Жэнам, и всем вместе атаковать медведей, внезапно налетел страшный неистовый ветер!

Ветер был настолько сильным, что он не мог пошевелиться! Тянь Жэн сильно испугался!

— Воздушные оковы! — он произнёс эти два слова, а его уже всего трясло от страха! На такое способны только мастера уровня Шэнцзуна!

Это очень сильный и страшный приём заключения под стражу! Он весьма эффективен, особенно если использовать его внезапный удар из засады!

Если противник примет меры предосторожности, этот приём окажется бесполезным!

Потому что мастера одного и того же уровня вряд ли не будут принимать никаких мер, дожидаясь пока противник заблокирует его движение!

Но сейчас, как назло, этот Тянь Жэн был полностью застигнут врасплох!

Великий Тянь Жэн тщательно просканировал всю местность, и не обнаружил ни одного мастера уровня Шэнцзуна! Как в такой неподходящий момент мог внезапно появиться Шэнцзун?

— Дао Чуань, сколько лет, сколько зим! — раздался чей-то голос, наполненный пронизывающим до дрожи холодом, а потом появился человеческий силуэт со сверкающим мечом в руках. Это был Шэнцзун Лу!

Он говорил, и ни на секунду не останавливаясь, работал своим мечом! Он не дал великому Тянь Жэн времени хоть на какую-нибудь реакцию:

— Дао Чуань, как ты думаешь, сможет ли твоё астральное тело сбежать из моих воздушных оков?

Чужака с уровнем Тянь Жэн звали Дао Чуань Цань Цзю. В прошлой Войне за небо эти двое уже встречались, и поэтому были знакомы друг с другом.

— Оказывается, это ты, чёрт старый, Лу! Ты воспользовался чужой бедой, и подло напал на меня, когда я был не начеку! — Дао Чуань, конечно, помнил своего старинного соперника, однако у него не было времени обижаться, он быстро сориентировался и прокричал: — Великий закон Тянь Жэн!

Раздался грохот, из его рта вылетел столб крови, а волосы на голове резко встали дыбом. Лицо приобрело мертвенно-бледный цвет, однако его бешенная энергия в разы увеличилась! А уровень его Суань поднялся, по крайней мере, в три раза. С таким безумным скачком силы, кажется, ему удастся прорвать воздушные оковы Шэнцзуна Лу!

Великий закон Тянь Жэн — это один из особых приёмов у Чужаков, который позволяет за одно мгновение увеличить свои силы втрое, чтобы одолеть своего противника! Однако этот приём очень опасен, так как за собой он влечёт поражение всех внутренних органов, или даже их полный отказ! Такие повреждения можно излечить лишь собственной энергией, собранной из года в год на протяжении всей жизни!

Но сейчас Дао Чуань применил этот приём не для того, чтобы одолеть своего врага, а чтобы выбраться из воздушных оков! Помимо этого способа он не смог придумать другого варианта прорвать воздушные оковы, который развернул мастер такого же уровня, что и он!

У него не оставалось другого выбора!

Но меч Шэнцзуна Лу был беспощаден! Дао Чуань изо всех сил пытался сопротивляться, и болтал головой, но меч угодил ему прямо в бровь!

Два тела были одновременно пробиты на сквозь! Спина к спине, плечо к плечу! Силы тела Дао Чуань временно увеличились, и были намного выше, чем у Шэнцзюна Лу. Плотность тела тоже увеличилась в целых три раза!

Меч, который изначально должен был за мгновение превратить его в труп, сейчас же был недостаточно успешен! Тем не менее, он тоже постарался на славу — через отверстие в плече он добрался до его грудной клетки!

А потом и спустился до пупка! Внутренности тела Дао Чуань за мгновение превратились в настоящие лохмотья!

А эти лохмотья начали выпирать наружу, выпуская горячий пар! Куски разных органов без остановки вываливались из него наружу.

Из его обоих ртов раздался пронзительный крик, один голос был мужским, другой женским! Мучительный вопль не утихал ещё долго! Горячая кровь хлынула ручьём!

Все четыре глаза были наполнены страшной злостью, кажется, он был в настоящем безумии! И, хотя ему были нанесены смертельные травмы, из-за приёма «Великий закон Тянь Жэн», он всё ещё дышал.

Раздался звонкий грохот, словно какая-то огромная невидимая вещь взорвалась в воздухе!

Шэнцзун Лу вдруг печально вскрикнул, у него изо рта хлынула кровь, а лицо мгновенно побледнело!

Всё было очевидно — его воздушные оковы, для сооружения которых он пожертвовал всю свою жизненную энергию, всё же были разбиты его врагом!

Глава 1170. Жизнь и смерть.

Получив такой сильный удар, жизненная и душевная сила Лу Шэнцзуна ослабла!

Но он всё ещё не отступал. В последний момент Дао Чуань вырвался из оков и высоко поднял свой меч. На этот раз клинок меча испускал ярко белый свет!

Это, в самом деле, загадочный меч! Эта странная сила может появиться только тогда, когда на континенте Суань искусство владения мечом достигнет предела! И этой силы достаточно, чтобы полностью уничтожить переродившуюся душу!

Шэнцзун Лу использовал такой способ удара, жертвуя своей жизнью! Потому что он знал, если он хоть на секунду замешкается, Почтенный мастер воспользуется момент и сбежит!

Он его серьёзно ранил, а также уничтожил внутренние органы своим мощным мечом, однако для Почтенного мастера с таким уровнем культивации это ранение оказалось хоть и серьёзным, но не смертельным!

Если дать ему время перевести дыхание, то он полностью восстановит свои силы!

Сила восстановления энергии Шэнцзуна давно стала легендарной. На это способен только необычный человек. Если голова ещё на месте, а тело уже мертво, то у него всё равно есть шанс восстановиться. Это удивительная способность сильных мастеров похожа на бессмертие!

Поэтому нельзя упустить шанс!

Остаётся только уничтожить врага. Теперь, можно сказать, что он взял инициативу в свои руки. Это лучшая возможность уничтожить врага одним ударом!

Дао Чуань взревел и слегка задрожал, почти все его внутренние органы выпали наружу. Все четыре глаза налились кровью!

Он уже понял, что Лу Шэнцзун решил убить его любой ценой, даже ценой своей жизни!

Однако в текущей ситуации, благодаря успешному неожиданному удару, меч уничтожил внутренние органы соперника. У него не было сил, чтобы воспользоваться искусством становиться невидимым.

Даже у этого Чужака не было выхода, поскольку враг всё время преследовал его! Не говоря уже о том, что он был серьёзно ранен. Он всё равно не сможет сбежать, так как противник намного быстрее его!

Осознав всё это Дао Чуань пришёл в ярость!

«Если мне суждено умереть, ты присоединишься ко мне!»

Закричав, он нанёс Лу Шэнцзуну удары двумя мечами!

Острие меча светилось белой энергией!

В данный момент они бились с одной целью: уничтожить тело и душу врага! Никакой пощады!

Пока они сражались на мечах, их лица постепенно становились всё белее! У обоих сгорала жизненная и душевная сила!

Лу Шэнцзун громко рассмеялся, внезапно отскочил в сторону и появился у Дао Чуаня сбоку. Он замахнулся мечом и со всей силы ударил его.

Дао Чуань холодно усмехнулся и одновременно ударил двумя мечами! Одним он попал Лу Шэнцзуну в сердце, вторым в даньтянь! Эта атака должна была его убить!

Поскольку он — сиамский близнец, поэтому его сила удара вдвое превышала силу Лу Шэнцзуна! Дао Чуань был уверен, что Лу Шэнцзун не пойдёт на прямое столкновение, потому что получил сильные ранения. Хотя Лу Шэнцзун потратил много жизненной энергии на то, чтобы применить оковы жизненного пространства, ситуация определённо складывалась лучше, чем он предполагал, поэтому он уже не считал нужным погибать вместе с Дао Чуанем!

Хотя у Лу Шэнцзуна в самом начале были мысли о том, что ему придётся погибнуть вместе с ним, но сейчас это было не обязательно! Потому что он обладал абсолютным преимуществом!

Что касается состязания между Шэнцзунами, пока одна сторона отступает, у другой определённо есть шанс победить!

Но он ошибся!

Из-за одной ошибки он мог провалить всё дело!

Лу Шэнцзун не только не увернулся от двух мечей, но с громким возгласом выставил свою грудь вперёд! В результате удар меча оказался ещё сильнее! В этот момент он сконцентрировал в мече всю энергию, которую культивировал всю жизнь!

Энергия меча почти сияла!

Дао Чуань закричал в панике: он собирался ударить Лу Шэнцзуна мечом, но вдруг понял, что его суждение было неверным! Противник дал понять, что хочет умереть вместе, значит, попытка заставить его сдаться была бессмысленной?

Он думал, что сможет атаковать врага, но внезапно почувствовал, что нужно спасаться бегством!

Лу Шэнцзун стремительно и безостановочно продвигался вперёд!

Раздался громкий смех! Острый меч в руках женской половины Дао Чуаня пронзил Лу Шэнцзуна прямо в грудь! Затем второй меч вонзился прямо в его даньтянь!

Два меча пронзили его почти одновременно, они вошли так легко, как нож в масло.

Энергия Суань взорвалась в теле Лу Шэнцзуна! И в тоже время с треском из пор его тела постепенно начал выходить кровавый туман!

Лу Шэнцзун не оставил сил для своей защиты, абсолютно всю энергию он направил в меч!

Лу Шэнцзун с мечом в руках упал на Дао Чуань и разрубил своим светящимся мечом его напополам!

Бам!

Тело разделилось надвое!

Три тела почти одновременно упали на землю!

Они погибли вместе!

Две половины Дао Чуаня наконец-то увидели друг друга, когда падали на землю. Это выглядело печально. Жестокая борьба, которая существовала ещё несколько минут назад, вдруг исчезла.

«Оказывается, так приятно видеть твои глаза», — печально улыбнулась женская половина Дао Чуаня. В её глазах больше не было жестокости, взгляд стал мягкий и нежный, как у настоящей женщины.

На лице мужской половины Дао Чуаня неожиданно появилась тёплая улыбка. Медленно падая на землю, он смотрел на лицо женской половины. Его глаза будто говорили: «Если в следующем перерождении мы будем людьми, я хочу провести с тобой всю жизнь!»

Женская половина покраснела и стеснительно вытянула руку. Дао Чуань засмеялся и крепко схватил её за руку.

Они одновременно закрыли глаза и перестали дышать! Из-за могущественного меча Лу Шэнцзуна, душа Дао Чуаня не смогла собраться для перерождения, поэтому просто исчезла в небытие!

Хотя в последний момент своей жизни они надеялись встретиться в следующем перерождении, но на самом деле хорошо понимали, что их души будут уничтожены мечом Лу Шэнцзуна!

Им не суждено переродиться!

Однако, они были довольны тем, что смогли держать друг друга за руки перед смертью! И больше ни о чем не сожалели!

Этот момент вечен. Имеет ли значение, есть загробная жизнь или нет?

У них были отношения и брата с сестрой, и жены с мужем, их чувства были очень глубокие, несмотря на то, что это считалось неправильным!

Пока они умирали, они даже не взглянули на Лу Шэнцзуна!

Им не было дела до него, потому что они знали, что сейчас умрут, и даже их души исчезнут! Что касается ненависти, идеалов, надежд… и так далее, всё ли это важно для тех, у кого нет будущего, нет надежды?

Это действительно не имеет значения!

Лу Шэнцзун выпил волшебную таблетку исцеления, когда меч Чужака пронзил его. Он тоже больше не смотрел на Дао Чуаня. Теперь, когда противник мёртв, какой смысл смотреть на его труп? Лучше пойти и убить ещё врагов!

Поэтому, как только Лу Шэнцзун восстановил силы, он сразу же вскочил и полетел к месту, где находились другие Почтенные мастера, даже не оглядываясь назад.

Лишь выдохнув!

Он пришёл сюда, чтобы добиться победы ценою своей жизни! На этот раз он совсем не надеялся, что сможет выжить и вернуться в Тянь Фа! В конце концов, что такое жизнь и смерть?

Это не важно! Это действительно не важно!

Его единственное желание — ни что иное, как убить как можно больше Чужаков! Разве важно, хорошие они или плохие?

Кто плохие? А кто хорошие?

Это война!

Война за континент!

На войне никто никогда не рассуждает о «плохом» и «хорошем», всем важны только их солдаты и защита!

Дело их жизни — уничтожить врага!

Всё очень просто, остается лишь жить или умереть.

Вот и всё!

На другой стороне семь Почтенных мастеров Чужаков вдруг перехватили семь Шэнцзунов леса Тянь Фа!

Началась битва не на жизнь, а на смерть!

Решающее сражение великих мастеров!

Среди них три пары уже закончили битву, кто-то проиграл и погиб, а кто-то выиграл и остался жив.

Среди Шэнцзунов леса Тянь Фа двое получили серьёзные ранения, но после того, как выпили волшебные таблетка исцеления, снова вступили в ожесточённое сражение!

Однако, был один Шэнцзун, который не успел выпить волшебную таблетку исцеления и погиб вместе с врагом. Он нанёс врагу неожиданный удар, который не принёс успеха. Поэтому ему пришлось биться один на один, и в критический момент он оказался в ловушке. Этот Шэнцзун выбрал погибнуть самому и убить врага.

В конце концов, он потащил за собой Чужака, и они вместе ушли на тот свет. Хотя они от этого ничего не выиграли, но хотя бы он не погиб напрасно!

На поле боя непрерывно раздавались сильные взрывы.

Глава 1171. Братья, ждите меня!

Множество мастеров уже были готовы пожертвовать своей жизненной силой, чтобы хоть как-то одолеть врага!

Среди них большинство были солдатами Тянь Фа, однако было и немало представителей совершенно разных родов.

Такое сочетание можно очень редко встретить в обычное время, но сегодня такое совсем не выглядело, как что-то удивительное или из ряда вон выходящее.

Казалось, что для всех участников этой битвы их жизни больше не представляли никакой ценности…

Уровень жестокости этой битвы просто зашкаливал. Это была смертельная схватка, даже самые никчёмные и трусливые солдаты в этот момент превратились в бесстрашных храбрецов!

Сейчас воины Тянь Фа окончательно обезумели!

Большая часть солдат из объединённых армий Короля орлов и Короля медведей уже приняли волшебные исцеляющие таблетки!

И их звериная натура, какая присуща священным животным, была разгорячена до предела. Самоотверженность и неугомонный пыл, всегда скрываемые ими где-то далеко в глубине души, сейчас были обнажены по максимуму!

Возбуждение достигло такого уровня, что, казалось, будто солдаты Тянь Фа лишись ясного рассудка!

Перед глазами у них стоял лишь враг! Враг, которого они должны были во чтобы не стало уничтожить! И отомстить за своих погибших братьев!

Десятки тысяч новоприбывших Чужаков, скакавших на странного вида конях, бушующим потоком врывались на поле боя. Их численность в десятки сотен раз превосходила численность сил Тянь Фа, из-за чего бойцы армий

Короля орлов и Короля медведей едва выглядывали из-под дикого потока Чужаков!

Схватка великих Тянь Жэнов по-прежнему ожесточённо продолжалась в воздухе! Между пятью Тянь Жэнами и пятью Шэнцзунами из Тянь Фа развернулась смертельная битва!

Триста безумных Ди Жэнов с пронзительным свистом тоже подключились к битве!

Как раз из-за вмешательства Ди Жэнов, которые по своим силам уступали лишь только великим Тянь Жэнам, армию Тянь Фа ждали огромные потери! Разница в силах между двумя сторонами стала размером с громадную бездонную пропасть!

После вмешательства Ди Жэнов случаи самоликвидации воинов Тянь Фа увеличились с бешенной скоростью! Сейчас в живых оставались лишь шесть тысяч бойцов, и примерно столько же погибло!

Воздух снова наполнился громоподобным гулом, взрывы были настолько мощными, что даже разбудили вулкан, находящийся на расстоянии более трёх километров!

На лице Шэнцзуна Лу появилось печаль. Едва заслышав этот сумасшедший грохот, он понимал: ещё один его брат ушёл в мир иной!

И сегодня, в любую секунду, он сам мог отправиться за ними! Этот бой может оказаться их последним боем!

Однако он был убежден, что если сегодня всех сынов великого Тянь Фа на самом деле ждёт такая участь, никто из них не станет сожалеть об этом!

Потому что это их долг!

Сражаться за величественный Тянь Фа!

А вовсе не за материк.

— Телом умрём, но духом будем живы: и никогда ни о чём не пожалеем! — Король орлов ожесточённо кричал сверху. Он то кружил в воздухе, пытаясь дать отпор надвигающимся толпам врагов, то опускался ближе к земле, и вовсю работал своим мечом! Хотя его меч тоже был искусной работой Цзюня Мосе, но даже он не смог на протяжении такого длительного времени не терять своей высокой прочности, и скоро превратился в железный порошок. Сейчас он уже сменил уже третий или четвёртый меч, и даже не помнил о том, у кого он отобрал его!

Король орлов тоже уже принял свою исцеляющую таблетку. На его теле уже снова красовалось не менее нескольких десятков шрамов и царапин, некоторые из них били довольно глубокими, и задевали кости. Но он ничего не чувствовал, и как прежде, с безумными глазами, мчался навстречу врагу, сверкая туда и обратно, как настоящий метеор!

Сюн Кайшань по-прежнему продолжал размахивать своим восьмисоткилограммовым мечом! Только меч теперь уже стал похож на громадную пилу: лезвие пестрело пробоинами и вмятинами!

Не зная усталости, Сюн Кайшань продолжал разрубать всё и всех, его внушительных размеров тело гордо возвышалось среди нескончаемых потоков отвратительных Чужаков. Глядя на него, ни у кого не было сомнений на счёт легендарной супермощной обороноспособности медведей Тянь Фа!

Своими неугомонным рвением и нескончаемой энергией, он наглядно показал всем своим подчинённым, каким должен быть настоящий боец Тянь Фа. Каждый раз, когда медведи чувствовали усталость, и у них не оставалось сил, чтобы продолжать сражаться, им требовалось лишь взглянуть на своего самоотверженного Короля, который по-прежнему возвышался как непоколебимый утес, и с прежним остервенением продолжал убивать врагов, не показывая и намёка на усталость. Тогда они понимали, что просто не могут сдаться!

Воодушевившись, с новыми силами они снова брались за свои мечи, и продолжали убивать жалких Чужаков!

Такая способность была присуща только Королю медведей, другие Короли животных так не могли!

Потому что Король медведей был прирождённым бойцом! Он обладал титаническим телосложением, как настоящий бог войны!

Прибывшие в этот раз темные Гуй Жэны и безумные Ди Жэны не решались применять в бою искусство становиться невидимыми. Сложившаяся обстановка ни разу не походила на одиночный бой. Если стать невидимым, разумеется, враг не сможет увидеть их, однако в свою очередь и они сами не смогут увидеть друг друга.

На поле битвы чёрт ногу сломит, у всех уже глаза опухли от крови и убитых тел, каждый думает: «Если не я, значит враг!». Если становиться невидимым, это ни к чему хорошему не приведёт. Равносильно тому, чтобы шутить собственной жизнью.

Поэтому они сразу отбросили возможность такого боя, и просто перешли на междоусобный и беспорядочный тип борьбы!

Шэнцзун Лу громко рассмеялся, и резко рванул на одного из Тянь Жэнов.

Его правая нога улетела в неизвестном направлении! Что касается того, кто её отрубил и когда это произошло — всё это было уже неважно для Шэнцзуна Лу.

Тянь Жэн яростно взревел, и с глазами, полными безумного отчаяния, тоже бросился на Шэнцзуна Лу, обрушив на него контрудар.

Всё тринадцать Тянь Жэнов появились в одно время с мощной атакой!

Целых тринадцать могущественных Тянь Жэнов, и каким-то необъяснимым образом они подверглись нападению из засады, к тому же на них напали Шэнцзуны из Тянь Фа!

Если бы это было нападение людей из трёх священных земель, они бы с лёгкостью отразили его. И хотя эти Шэнцзуны сражались с ними в человеческом обличии, в душе они по-прежнему оставались священными животными.

Короли священных животных достигли уровня Шэнцзуна. И в защите, и в атаке они в любом случае были намного сильнее людей из трёх священных земель.

В ходе ожесточенного боя из тринадцати братьев Тянь Жэнов в живых остались лишь двое!

К тому же с головы до ног в шрамах и ссадинах, и с большими потерями энергии! Хотя из восьми Шэнцзунов смогли уцелеть тоже только двое, и выглядели они даже намного хуже, однако это мало чем спасало этих несчастных Тянь Жэнов!

Тринадцать Тянь Жэнов против восьми Шэнцзунов. Каждый Тянь Жэн обладает силой, равноценной силе двух Шэнцзунов. Их совокупная сила превышала возможности врага как минимум в три раза, и при этом всём каким оказался конечный исход? Никто из них и представить себе не мог такого поворота событий!

Он свирепо набросился на Шэнцзуна Лу. Этот Тянь Жэн смог разглядеть, что старый Лу был предводителем этой группы Шэнцзунов, а, стало быть, это подлое и вероломное нападение было его идеей.

И как раз из-за плана этого отвратительного животного, одиннадцать его товарищей поплатились жизнью! Даже не удостоившись возможности переродиться заново!

«Убить! Пусть я пожертвую для этого свою жизнь, но я уничтожу этого мерзкого старика!»

Этот его отчаянный контрудар, тем не менее, пришёлся Шэнцзуну Лу очень по душе!

Если считать этого Тянь Жэна — Шэнцзунь Лу уже прикончил целых три Тянь Жэна, а этого вполне достаточно!

Можно умереть со спокойной душой!

Оба мастера приближались к друг другу, в глазах их обоих читалась яростная непоколебимость! У них в руках уже не было оружия. При

столкновении двух мастеров уровня Шэнцзун даже самое крепкое и прочное оружие неизбежно рассыплется в прах!

Они бросились на друг друга просто с голыми руками. Когда их тела соприкоснутся, они совершат одно и то же действие, и это будет самоликвидация!

Раздался страшный грохот, произошёл мощнейший взрыв. Останки их тел разлетелись в разные стороны!

Они одновременно совершили это, даже не рассматривая тот вариант, что их соперник попытается остаться в живых. Они израсходовали все свои жизненные силы, даже не оставив в живых свои астральные тела, в одно и то же время превратившись в красочный фейерверк из крови и плоти!

Взрыв оказался таким сильным и разрушительным, что пространство площадью почти в полкилометра полностью опустело от взрывной волны!

Около семи-восьми тысяч солдат, только что вступивших в ожесточённую схватку с врагом, разлетелись в разные стороны, словно резиновые мячики. Многим из них повезло ещё меньше, они приняли удар на себя, и в тот же миг превратились в мясной фарш!

— Старший брат! — Шэнцзун Сюн громко закричал, в его голосе была дикая боль и скорбь. Перед его глазами застыла белая пелена!

Восемь братьев, они провели вместе две тысячи лет. С самого рождения не разлей вода, они вместе учились ходить, вместе взрослели, вместе прорвались до уровня Великого мастера, вместе двигались только вперёд, сражались бок о бок в двух Войнах за небеса, вместе противостояли Четырнадцатому Шао, и охраняли печать в лесу Тянь Фа, не расставаясь ни на секунду…

Какими молодыми и горячими они были в своё время? Какая слава была у их легендарной восьмёрки? Никто не смел вставать у них на пути!

Обидеть одного из них значило обидеть всех!

Сейчас же из восьми братьев в этой страшной битве смог выжить только один Шэнцзун Сюн! Больше никого не осталось.

Они были неразлучны с раннего детства и до старости, как смириться с таким прощанием? Это невозможно перенести!

«Если у меня впереди только дорога на тот свет, я тоже пойду следом за моими братьями… Если кто-то посмеет обидеть их, я встану на их защиту! Даже ценой собственной жизни!»

Шэнцзун Сюн резко обернулся, и со злостью посмотрел на единственного уцелевшего Тянь Жэна! Его глаза налились кровью, а лицо скоробило от гнева!

— Давай! Иди сюда, ну же! Не стоит заставлять моих братьев долго ждать меня! — произнеся слово «братья», его взгляд стал туманным и отрешённым, у него перед глазами возникли все его семеро братьев, а потом резко исчезли.

Шэнцзун Сюн отчётливо почувствовал, что его братья уже далеко, мучительная боль сковала его сердце, и он взревел: «Ждите меня!», словно братья, подшучивая, убегали от него, а он просто крикнул им вслед!

«Ничего не изменилось! Братья, ждите меня! Как и прежде! Мы будем вместе! Неважно в жизни или в смерти! Главное — мы будем вместе!»

Глава 1172. Безумный король медведей!

На лице этого Тянь Жэна появилась какая-то странная улыбка, и он произнёс: — Медведь, могли бы вы не разделять нас?

Обычно разноголосый и беспорядочный звук его голоса в эту секунду стал необычайно чистым и понятным!

Женская часть его тела не проронила ни слова, только в её глазах появился пылающий огонь!

Глаза Шэнцзуна Сюн сверкнули, и он спокойно ответил: — Вы не будете разделены! А мы — тем более! Мои братья ждут меня! Я не могу заставить их долго ждать!

— В этом мы очень похожи. Мои братья тоже ждут меня! — Тянь Жэн грустно улыбнулся, и со скорбью во взгляде посмотрел на влажный кровавый налёт, застывший в воздухе: — Не надо думать, что только у тебя были братья… Медведь, ну же! Давай уже отправимся вместе на тот свет!

Не успев договорить слова, Тянь Жэн с бешеной скоростью бросился на Шэнцзуна Сюн.

— Тянь Фа навеки! — Шэнцзун Сюн яростно взревел. А потом его мужественное и израненное тело бросилось вперёд.

Шаг его был твёрдым и непоколебимым, никаких сомнений, никаких сожалений!

В душе он кричал: «Братья! Ждите меня! Неважно, что будет на моём пути, гора мечей или огненное пламя… я буду с вами!»

Бум!

— А-ааа-аа! — Король медведей, Сюн Кайшань, подняв лицо к небу, пронзительно закричал со слезами на лице! Эти слёзы были кровавыми!

В небе снова прогремел страшный взрыв, застелив всё небо потоком разноцветных сверкающий искр. Вулкан, находившийся очень далеко от

этого места, неожиданно извергся огненным столбом! От этого ужасающего внезапного взрыва земля пришла в движение!

Бойцы обеих сторон одновременно почувствовали себя очень неустойчиво, их ноги дрожали, как во время землетрясения!

Все устремили свои взгляды на север, где произошло извержение. Это было весьма впечатляющим зрелищем, потому как огненный столб был высотой в несколько километров!

Было очевидно, что вулкан находился на расстоянии почти сотни километров от поля битвы, тем не менее все абсолютно чётко смогли разглядеть это!

Как раз в это время Цзюнь Мосе и Гу Хан свалили Чжань Лунь Хуая в жерло вулкана, а потом он смог вырваться оттуда наружу! Падение Чжань Лунь Хуая и вызвало последующее бурное извержение!

— Аааааааа! — Сюн Кайшань бешено кричал, глядя в небо. Жертва Шэнцзуна Сюн окончательно лишила его рассудка!

— Вы, чёртовы ублюдки! Вы все должны сдохнуть! — глаза Сюн Кайшаня наполнились кровью. Злость и неудержимый гнев переполняли его славное тело, а потом он издал необычайно страшный рык. Все мышцы на его теле с новой силой набухли, вены стали крайне заметными, итак довольно крупное тело Сюн Кайшаня в этот момент словно увеличилось ещё в два раза!

Его окружил ореол тёмного тумана. Хотя он казался каким-то призрачным и нереальным, тем не менее он был чётко виден для всех, кто наблюдал за этим удивительным явлением.

Внезапно в воздухе раздался очень странный звук, похожий на звук, который возникает при разрыве астрального тела, он был почти не громким, но тем не менее, в этом рёве и хаосе, при грохоте извергающегося вулкана, абсолютно все присутствующие услышали его.

Этот звук ознаменовывал переход на новый жизненный уровень!

Этот звук превосходил все существующие звуки этого мира!

Тело Сюн Кайшаня теперь окружил туман золотистого цвета, и не успел он полностью исчезнуть, как его тело начало раздуваться, и за считанные мгновения достигло тринадцать метров в высоту!

Он стал настоящим великаном!

Даже вся его одежда в этот момент стала рваться прямо на нём, и расползаться по швам!

Казалось, одним своим вдохом он может поглотить весь воздух на этой планете!

Его взгляд был острым, словно копьё, лицо коробилось от судорог… Глядя в небо, он издал грозный рык!

В такой трудный момент, обуреваемый болью и скорбью, в ходе ожесточённого сражения, под сильным напряжением Король медведей, Сюн Кайшань, смог совершить невероятную вещь — он смог совершить прорыв с уровня Шенхуана четвёртой ступени до Шэнцзуна первой ступени!

Это был величайший прорыв, однако, несвоевременный!

Потому что сейчас, будем откровенными, было не лучшее время для противостояния небесным ударам! Со всех сторон его облепляли толпы Чужаков, которые жаждали нанести ему как можно более тяжёлое ранение, однако все их несчётные мечи отскакивали рикошетом от тела Короля медведей! Тыльной стороной лезвия они резким рывком возвращались прямо в лоб своим хозяевам! Кругом была полная неразбериха, кровь хлестала в разные стороны!

Из-за случившегося прорыва, защитная реакция Суань в теле Сюн Кайшаня автоматически приравнялась к уровню Суань Шэнцзуна. К тому же сейчас Суань была чрезвычайно бешеной, ведь ситуация была «специфической», и ей требовалось выйти наружу, но у неё не было такой возможности! Атаковать Короля медведей в такой момент было настоящим самоубийством.

Израненный и весь в крови Король орлов вытаращил глаза на Короля медведей, мысленно крича от боли!

«Мой брат, зачем же ты прорвался? Ну почему ты прорвался в такое нелегкое время? Уверен, сейчас не самое лучшее время для подобных сюрпризов! Потому что после прорыва всегда следует приближение бедственных ударов! Сейчас самое разгорячённое время битвы, каким образом справиться ещё и с этим? И самое ужасное, что бедственные удары не будут разбирать кто ты — друг или враг — все, кто будет рядом, окажутся в смертельной опасности. И насколько громадна площадь поражения этих ударов?»

Даже Король орлов, который за всю свою жизнь никогда ничего не боялся, был по-настоящему напуган возможным сценарием развития действий!

В небе начали собираться тучи. Тёмные облака с бешеной скоростью начали собираться воедино… высоко в небе медленно стало формироваться воздушное кольцо, и постепенно давить своей тёмной силой на всё живое… Король медведей даже не придал этому никакого значения, и яростно бросился в бой!

«Подумаешь, какие-то бедственные удары! Кара, блядь, небесная! Плевать на них я хотел!»

В этот момент Сюн Кайшань даже и не думал ни о каких бедственных ударах, он до сих пор не подозревал, что он действительно прорвался во время боя!

Сейчас он чувствовал только нестерпимый гнев и желание убивать!

«Всех! Без разбору! Отрубать всем головы!»

Кроме этих мыслей, в голове у него ничего не было!

Он пребывал в состоянии крайнего безумия, если бы даже сейчас перед ним появился Король орлов, он и его бы зарезал без всяких сомнений!

Сейчас он стремительно направлялся к месту самого большого скопления Чужаков. Со своим мечом он бешено ворвался в эту кучу, как нож вонзается в кусок сливочного масла!

Благодаря прорыву до Шэнцзуна, он испытывал большой подъём сил, сейчас он действительно был непобедим! На поле боя сегодня было всего двадцать один Шэнцзун, однако к этому времени все уже были мертвы, а значит Сюн Кайшань был единственным Шэнцзуном на поле боя в данный момент!

Он был сильнейшим из всех присутствующих, у него не было ни одного конкурента!

Его храбрый меч стремительно порхал в куче трупов и океане крови!

Это сражение имело ещё более внушительный и впечатляющий вид по сравнению со всеми предыдущими!

Король орлов закрыл глаза, больше не в силах продолжать смотреть на это!

Прожив бок о бок с Сюн Кайшанем несколько сотен лет, разве он мог не заметить этого? Сейчас его четвёртый брат, Сюн Кайшань, уже окончательно сошёл с ума, он уже никого не узнавал, ни его самого, ни остальных медведей-бойцов… Даже если бы Мэй Сюэ Янь сейчас появилась пред ним, это вряд ли бы вернуло ему здравый рассудок… Сюн Кайшань, силы которого очень сильно возросли, уже не считал своими соперниками жалких Чужаков… Однако, как окончательно помешавшийся человек сможет противостоять бедственным ударам?

Несколько десятков Ди Жэнов устремили свои взгляды к Сюн Кайшаню, который, как сумасшедший, разрубал их сородичей. Собравшись все вместе, они рванули туда. Хотя Сюн Кайшань прорвался до уровня Шэнцзуна, и его силы намного превосходили силы Ди Жэнов, всё же он прорвался посреди боя, его силы были не стабильными. Если они смогут объединиться, и сформировать чёткое кольцо захвата, они возобладают силами достаточными, чтобы убить Короля медведей!

— Убью! Убью! Убью!.. — Сюн Кайшань уже на автомате размахивал свои мечом, тыча им в пустоту!

Около пятидесяти Ди Жэнов окружили его в этот момент! Глазами, полными жестокости и ненависти, они смотрели на него.

«Пусть он и Шэнцзун, но мы во чтобы то ни стало должны прикончить его!»

После команды их предводителя, около сотни мечей одновременно полетели в Сюн Кайшаня!

Как раз в это время все «приготовления» в небе были завершены. Процесс бедственных ударов начался… Внезапно раздался удар грома, молния диаметром в чашку риса полетела вниз!

Самое страшное было то, что сейчас Сюн Кайшань уже ничего не осознавал.

Он даже не подозревал, что совершил прорыв. Какие, к чёрту, бедственные удары? Он лишь думал, его силы прилично возросли, и это здорово, значит, он наконец сможет перебить всех этих мерзких тварей!

«Отомстить за Шэнцзуна Сюн! И за всех остальных семерых великих Шэнцзунов!»

— Ааааааааааа! — раздался пронзительный крик, и Сюн Кайшань, как свирепый ураган, сломя голову побежал на войско Ди Жэнов! В его глазах пылал огонь, а меч в его руке превратился в безумного дракона!

Молния стремительно опускалась на землю, а так как Сюн Кайшань двигался очень быстро и хаотично, и скопление Ди Жэнов вокруг него было очень плотным, она угораздила прямо в спину одного из Ди Жэнов!

Глава 1173. Жестокая война и громовой удар!

Мастер безумного меча, который держал меч и кричал, не знал, повезло ему или нет.

Так или иначе, он, Шэнхуан второй ступени, лично испытал на себе первую молнию грозового удара!

Результат был очевиден…

Кажется, что он просто превратится в кучу пепла.

Виновник происшествия, Сюн Кайшань, совершенно не знал о произошедшем. Он по-прежнему яростно кричал, рычал и смеялся, его крепкое тело двигалось быстро, как вихрь! Единственное, о чём он думал — это о том, как ему с одним мечом прорваться через сто тысяч Чужаков, а затем оттуда прорваться обратно!

Пока не вырежет их всех!

Восхищаясь мастерством Цзюня Мосе, Сюн Кайшань считал, что этот меч — единственное оружие, которое до сих пор использовалось в войске орлов и медведей. Хотя лезвие немного сломалось из-за множества ударов, но сила этого меча с зазубринами во время сражения оставалась ужасающей!

Над головой непрерывно гремел гром, как будто взрывались петарды, но первый грозовой удар не имел никакого эффекта. Небеса как будто разозлились, и прогремело три удара!

В мгновение на небе вспыхнули молнии и ударили в землю!

Такая потрясающая скорость пугала людей!

Когда три молнии ударили в землю, Сюн Кайшань снова вырвался из места, где он находился, на несколько метров!

Он снова «случайно» уклонился от громового удара!

Хотя расстояние было небольшое, но он смог очень ловко уклониться от молний! Однако, за его спиной находились несколько бойцов Ди Жэн со своими безумными мечами… Они только начали атаковать, как Сюн Кайшань зарычал и бросился вперёд!

С красными глазами они обернулись и погнались за Сюн Кайшанем, наблюдая за тем, как он машет большим мечом, безумно забирая жизни их сородичей. Бойцы Ди Жэн почувствовали, как у них в жилах закипает кровь!

Обычно они не замечали чью-либо смерть, но сейчас это были их соплеменники, поэтому не могли позволить кому-то ущемлять их!

Но в этот момент прогремели три молнии, и попали прямо в их шайку с грохотом, похожим на взрыв бомбы. Трое самых невезучих Чужаков мгновенно застыли, затем у них изо рта вырвался чёрный дым, и они упали! Шестеро Чужаков, получивших удар молнией, остались парализованными, но их ноги и руки непроизвольно дрыгались.

Бегством не спастись от врагов.

Эти бойцы Ди Жэн со своими безумными мечами, которые потеряли свою силу, «к счастью» горели желанием догнать Короля орлов, который помогал Королю медведей, и пустить ему кровь!

На земле Сюн Кайшань вёл себя безумно, солдаты-медведи были безумными, солдаты-орлы были безумными, и даже Чужаки были безумны…

А на небе безумствовал громовой удар…

Все присутствующие, несмотря ни на что, бились как сумасшедшие!

Непрерывно сверкали три молнии, казалось, что вот-вот выпадет град. Но позже, молний становилось всё больше — шесть, а потом девять… которые непрерывно били в землю позади Сюн Кайшаня, который двигался быстро, как ураган.

Сотни молний не попали в инициатора грозового удара…

Такая странность не происходила бесконечное множество лет!

Если его парализует, то он не сможет с лёгкостью убежать от врага. Пусть ему удалось избежать удара несколько раз, но он не сможет делать это вечно. Разве это не нарушает закон природы?

Это внезапное и странное изменение увеличило убойную силу Сюн Кайшаня в десятки раз!

А может и в сотни раз!

Сам Король медведей убил в лучшем случае лишь несколько Чужаков, об остальных позаботился громовой удар… поскольку он двигался очень быстро!

Он уже превысил скорость перемещения, которую мог выдержать, а громовой удар раскалывал головы Чужаков позади него! Куда бы он ни направился, он инстинктивно выбирал места скопления Чужаков!

Поэтому грозовой удар убивал так много людей.

Обстановка действительно была напряжённая!

На их глазах величественный, огромный медведь с мечом в руках ломился вперёд. Он громко кричал и плевался, смело и бойко бежал вперёд!

Он на самом деле направлял молнии. Ппрямо позади него яростно с неба сыпались молнии. Такая удивительная сцена напоминала залповый огонь во время современных войн! Повсюду били молнии!

Крики ужаса сотрясали землю, бесчисленное количество Чужаков превращались в пепел в результате такой «катастрофы», всюду царил хаос. Многие Чужаки бессознательно превращались в «воздушных гимнастов», свободно паря в воздухе…

Король орлов, который позади готовился помогать, был ошеломлён!

Он неподвижно застыл, уставившись во все глаза, потом сплюнул и удивлённо сказал: — Они утратили контроль! Неужели это возможно? Твою мать, как этому дураку везёт! А я ещё беспокоился о нём?!

Поскольку Королю медведей, который неожиданно прорвался на уровень Шэнцзуна, враги неоднократно блокировали путь, он по-прежнему был полон энергии, силён, воодушевлён и смел, чтобы идти вперёд. Никто не мог остановить его, даже на мгновение…

Тем не менее, после такого длительного периода нагрузки, его физическая сила постепенно ослабевала, хотя настрой был боевой.

Способность Шэнцзуна к восстановлению, безусловно, удивительна, но он — всего лишь человек, у которого тоже есть свой предел. Особенно у такого, как Сюн Кайшань. Когда он впервые вошёл в состояние Шэнцзуна, он не жалел сил. Только, если постоянно расходовать силы на схватки с неприятелем, они постепенно исчерпаются… Однако, в этот момент Король медведей всё ещё находился в ловушке армии из ста тысяч Чужаков!

Благодаря стремительной атаке Сюн Кайшаня потери Чужаков, несомненно, были огромны, что очевидно и неоспоримо. Он внезапно ударил по целостному построению Чужаков… Можно сказать, что после этого они расформировались, даже появились дезертиры, которые бежали с поля боя, а несколько тысяч человек превратились в пепел из-за ударов молний…

Самые сильные бойцы Ди Жэн со своими безумными мечами либо погибли от рук Сюн Кайшаня, либо были убиты молнией.

Поэтому, хотя Сюн Кайшань немного устал, но ему в основном ничего не угрожало. Вокруг него не было ни одного бойца Ди Жэн со своими безумными мечами, они не дураки, чтобы бросаться на него…

Это смешно — разве кто-то готов, невзирая на громовой удар, напасть на Шэнцзуна, который намного сильнее их?

Это вовсе не храбрость, а самоубийство!

Те, кто умерли от громового удара, разве не облегчили работу Сюн Кайшаню?

Поэтому, хотя Сюн Кайшань стал немного медленнее, чем раньше, но враги, завидев его, просто кричали и разбегались …

Хотя он уже не атаковал, но громовой удар стал ещё сильнее! За раз ударяло почти по тысяче молний!

До сих пор Сюн Кайшань не мог понять, что происходит: он поднимал свои глаза и искал место скопления Чужаков. Внезапный удар молнии попал точно ему в голову!

Из-за сильной боли король медведей едва не рухнул на землю!

Но это лишь добавило ему ярости!

«Чёрт! Зачем бить снова, если меня нельзя уничтожить? Если я замедлился, то стал слабее, что ли?», — Сюн Кайшань был вне себя от возмущения. Он приободрился, потряс головой и снова замахал огромным мечом, с криком побежав прямо в толпу Чужаков…

Громовой удар двигался вслед за ним.

Чужаки, увидев причину их погибели, который вёл за собой громовой удар, от страха обмочили штаны!

Если он так «ослаб», то он самый пугающий слабый человек в мире!

Чёрт возьми, все они опытные воины, но никто никогда не видел такой войны… Они не боялись одного Шэнцзуна, потому что их было много, но они могли подавить его числом…однако, громовой удар позади него — не шутка, независимо от того, сколько у них людей…

Король медведей громко крикнул и в мгновение ока пробежал сотни метров!

За ним оставалась лишь выжженная земля. Жуткие разряды молний били вслед за ним, будто артиллерия!

Из-за этого на земле не осталось камня, который был бы больше кулака…

Но в этот момент с грохотом ударила последняя мощная и убойная молния громового удара, которая затронула огромную территорию.

Сотни мощных и ярких молний мелькнули, будто загорелось небо, и раздался удар!

Глава 1174. Трагическая смерть!

Всё вокруг в радиусе пятисот метров было заполнено безграничным залпом атак!

Возможно, удача не может сопутствовать вечно… Король медведей уже двигался на последних внутренних силах…

«Ба-бах!»

Вдруг раздался невиданно сильный взрыв!

Десятки тысяч людей, словно нарочно, одновременно подскочили на метр от земли!

В пределах трёхсот метров все живые существа, плевать то враг или друг, вмиг обратились в пепел!

Мерзкая вонь жареной человечины распространился за пределы полутора километров!

Король медведей, запрокинув голову к небу, яростно взревел. Будучи поражённым сильным ударом молнии, его тело затряслось в судорогах, а через мгновение из глотки медведя хлынул поток алой крови!

Вслед за этим, величественное тело Короля медведей, в конце концов, словно гора, рухнуло вниз!

Прямо в центре!

– Четвёртый брат! – Король орлов издал громкий скорбный крик, и, взмахнув крыльями, словно молния, отчаянно бросился в направлении, где находился его товарищ!

– Убить! – находившиеся неподалеку от Короля медведей шестеро бойцов уровня Ди Жэн, узрев такое несчастье, не могли не обрадоваться. Они не стали дожидаться рассеивания мощи небесной кары, тут же обнажили клинки и со всех сил бросились в атаку! Они не могли позволить этому медвежьему отрепью ещё раз восстановиться!

Если Король медведей ещё раз восстановится, тогда он определённо будет мастером уровня Шэнцзун! А это – большая проблема! Нужно сразить его, пока он ещё слаб после удара небесного грома!

Сверкнули холодные лезвия!

Для бойцов уровня Ди Жэн, расстояние в три сотни метров – это как моргнуть глазом!

Шестеро Чужаков устремились к цели, их глаза были наполнены бесконечной радостью! Этот медведь за полчаса уничтожил, по крайней мере, более ста пятидесяти бойцов уровня Ди Жэн, а также почти десять тысяч хорошо обученных Чужаков!

Он заслужил такой смерти!

– Четвёртый брат! – со слезами на глазах протяжно воскликнул Король орлов и рванул вперёд с ещё большей скоростью! В момент, когда шестеро бойцов Ди Жэн практически достигли тела медведя, вдруг раздалось курлыканье орла, и, превратившись в чёрный метеор, Король орлов навалился на тело Сюн Кайшаня!

Без малейшего колебания!

Шесть мечей одновременно вонзились в тело Короля орлов!

Алая кровь, смешавшись с орлиными перьями, брызнула во все стороны!

Можно сказать, будто шестеро Шенхуанов одновременно попали точно в цель! Тело Короля орлов едва не было разрублено на шесть частей! К счастью для него, четыре клинка попали в его железные крылья, но оставшиеся два меча яростно вонзились в его тело!

Король орлов пронзительно закричал, а затем резко вскочил!

Пара великолепных крыльев орла была изрезана в клочья! А в его теле виднелось четыре дыры, из которых фонтанами извергалась алая кровь.

Не надо быть специалистом, чтобы понять – эти раны смертельны! Более того, Король орлов уже использовал свою волшебную исцеляющую таблетку! Даже если бы Цзюнь Мосе или Четырнадцатый Шао пришли сюда в этот момент и наполнили тело Короля орлов наичистейшей силой Суань и чудодейственными лекарствами, они бы всё равно не смогли спасти его жизнь!

Однако Король орлов всё еще стоял на ногах! С такой же решимостью и величием! Он продолжал закрывать своим телом волны отчаянных атак противника ради названного брата, который лежал на земле без сознания!

– Четвёртый брат! Вставай! Очнись… – голос Короля орлов был похож и на крик, и на мольбу, а в его глазах слёзы уже давно смешались с его собственной кровью. Железные крылья орла, порезанные на куски, бессильно свисали вниз.

Но увидев, как другие Чужаки решили нанести внезапный удар по Сюн Кайшаню с другой стороны, он оторвал часть своего крыла, и, использовав его как оружие, дал отпор врагам!

В общей сложности семь Чужаков девятого уровня Жен Чже были разрублены крылом, которое бросил Король орлов! Раздался дикий вопль, и тела Чужаков упали прямо перед лежащим на земле Сюн Кайшанем. Ещё чуть-чуть, и их клинки вонзились бы прямо в тело медведя!

– Четвёртый брат, очнись... – осипшим голосом прокричал Король орлов, продолжая сдерживать атаки шести Чужаков уровня Ди Жэн! Сверкающие клинки беспрерывно вонзались в его тело, обнажая куски его плоти!

– Четвёртый брат... вставай уже, ну... – снова закричал Король орлов, но голос его был еле слышен, потому что его горло было переполнено кровью! Если он позволит ей извернуться наружу, его душа тут же отправится в загробный мир!

Так что Король орлов просто не смел выплюнуть эту кровь!

Он не мог умереть! Ведь его брат всё ещё находится позади него и нуждался в защите!

Король орлов в душе так и продолжал дико кричать: «Четвёртый брат... прошу тебя... очнись! Младший брат, я... я скоро не смогу их сдерживать... Я даже не смогу взорваться, потому что ты без сознания… Кто позаботится о тебе, если я самоликвидируюсь?»

Пролетел ещё один клинок, который пробил плечо орла. Он поднял голову к небу, громко взревел, а затем ударил своим железным клювом в грудь Чужака, зацепив при этом сразу двух тварей!

Затем он вырвал свой клюв и, не обращая внимания на три клинка в своем теле, снова ударил по ещё одному атакующему Чужаку уровня Ди Жэн!

Его руки были отрублены, а крылья искромсаны, так что осталось последнее и самое примитивное средство для атаки!

Тело орла буквально замерло на месте, словно огромная тысячелетняя гора, тщательно оберегающая лежащего на земле Сюн Кайшаня!

Никто не смеет нападать на его спящего брата!

На самом деле, обезумел не только Король орлов, но и оставшиеся пятеро Чужаков уровня Ди Жэн погрузились в полное умопомешательство! Это было равносильно объединённым атакам пяти Шенхуанов третьей ступени, однако они так и не могли убить этого проклятого Короля орлов! Разве он не должен был уже сдохнуть от всех этих ран?

Под безумным ливнем атак Король орлов дрожал, атаковал, прыгал… но он уже не чувствовал никакой боли, его орлиный взгляд был туманным и больше не мог отчётливо видеть своего врага!

Но в душе он продолжал кричать: «Четвёртый брат... четвёртый брат, очнись!»

Пять мечей одновременно вонзились в тело Короля орлов. Два клинка вонзились ему прямо в череп, ещё два попали в грудь – в самое сердце! А последний разбил даньтянь орла, прямо через спину!

Всё тело Короля орлов сотряслось.

Он вдруг застыл на месте, словно скульптура.

Сверкая золотыми орлиными глазами, он скосил глаза и посмотрел на два клинка в своей голове, а затем опустил взгляд на длинные сверкающие мечи, торчащие у него из груди…

После чего внезапно яростно взревел!

Две линии слёз и скопившаяся в глотке кровь одновременно вырвались наружу…

Король орлов плакал от бесконечного отчаяния!

Он не боялся смерти. Он плакал не из-за себя. Не из-за своих смертельных ран!

Умереть не страшно! Это не стоит и малюсенькой слезинки!

Король орлов плакал из-за своего брата, который останется совершенно беззащитным!

Он всё ещё продолжал бороться за своего товарища! Со всей решимостью и волей!

«Кто защитит тебя, когда меня не станет? Мой дорогой четвёртый брат?»

Из последних сил он внезапно издал хриплый рёв: – Я не могу умереть… Что же тогда будет с четвёртым братом… Брат, давай же, очнись… Хватит разыгрывать меня, вставай… Я… я больше не могу…

Рассудок Короля орлов помутнел, речь стала нечёткой и нелогичной, теперь он уже просто бормотал что-то лишь себе под нос. Казалось, будто он действительно надеялся, что Сюн Кайшань его разыграл и вот-вот вскочит…

Тело Короля орлов трясло, но он всё ещё стоял на ногах! Оба его глаза с яростью и ненавистью смотрели вперёд! Они были абсолютно неподвижны!

В этот момент он всё ещё держался, как настоящий правитель этого мира, беспощадно убивающий всех на своем пути!

И хотя у него не было его пары железных крыльев, а на теле не осталось живого места, пусть кости его тела были изломаны в пыль…

Но он всё ещё держал боевую позицию! В глазах любого человека он оставался тем самым Королём орлов, парящим высоко в небосводе!

Самый сильный Король! Абсолютный гегемон в воздушном бою!

Пусть сейчас он и находился на земле!

– Р-р-ра! – дрожа всем телом, зарычал Король орлов и внезапно сделал шаг вперёд! Непоколебимым взглядом он уставился на пятерых Чужаков!

Его взгляд как бы предупреждал: «Нельзя! Вы не посмеете ранить моего товарища!»

Пятеро Чужаков вдруг почувствовали, как в их сердцах вспыхнул страх!

Все пятеро одновременно сделали шаг назад!

Король орлов с тем же рёвом решительно сделал ещё один шаг! Его взгляд оставался таким же свирепым! Злость так и исходила из каждой клеточки его тела!

Пятеро Чужаков отступили ещё на шаг! Их ноги задрожали от страха! Эти твари прошли уже через тысячи сражений, но они никогда не встречали такого человека! Такого священного зверя!

В такой ситуации они не осмеливались шагнуть вперёд, все струсили перед непоколебимой волей Короля орлов!

Ради спасения брата его воля останется неизменной до самой смерти!

Чужаки прекрасно понимали, что стоит им ткнуть своего противника даже пальцем, он тут же рухнет и больше никогда не сможет подняться, однако никто из них, высококлассных мастеров, даже под страхом смерти не осмелился бы сделать шаг вперёд!

Из глотки Короля орлов снова вырвался фонтан алой крови, который залил всю землю перед его ногами!

Вслед за этим, Король орлов сделал ещё один – третий шаг!

Однако шагнув вперёд, он резко замер на месте. Казалось, будто он превратился в вечную статую!

Глава 1175. Брат! Брат!

Он из последних сил медленно повернул голову назад и в отчаянии посмотрел на лежавшего на земле четвёртого брата…

— Четвёртый брат… поскорее приходи в себя, я действительно больше не могу… а… — молил Король орлов. Его голос был настолько тих, что он и сам с трудом мог его услышать.

Затем его тело внезапно остановилось.

И больше не последовало ни единого звука.

Но его повернутая голова и взгляд по-прежнему излучали тревогу, отчаяние и бессилие!

«Четвёртый брат, я не смогу защитить тебя…»

Глаза Короля орлов полны горя, сожаления и беспокойства! В таком положении он и замер.

Король медведей всё ещё лежал там, совершенно не зная обо всём, что происходит вокруг него — он слишком устал! Все его силы были израсходованы, а после громового удара его просто «расплющило» от бессилия.

Его душа, казалось, бродила в пустоте, он ничего не помнил, не понимал и не видел… Сейчас он просто хотел немножко поспать, не думая и не обращая ни на что внимания!

Но в этот момент раздался крик: — Четвёртый брат… проснись!

«Кажется, это девятый брат зовёт меня… Король орлов!»

Короля Медведей вдруг внезапно осенило!

Сюн Кайшань изо всех сил попытался открыть глаза, но у него никак не выходило! Он продолжал стараться, однако его веки были такими тяжёлыми, словно две большие горы!

«Мой брат! Мой брат зовёт меня!», — Сюн Кайшань не находил себе места… Все попытки очнуться оказались тщетными, его тело было таким же мягким, как хлопок…

«Четвёртый брат… очнись… очнись… я больше не могу!», — снова раздался голос Короля орлов!

Душа Сюн Кайшаня гневно взревела, он продолжал безрезультатно бороться изо всех сил… «Девятый брат! Что, чёрт возьми, с ним случилось? Брат… Я уже иду… Я скоро приду…»

В этот момент в сознании Сюн Кайшаня появился образ Короля орлов, будто ему и вправду наконец удалось открыть глаза. Увидев окровавленный силуэт своего брата, он вдруг почувствовал сильную боль в сердце. Словно все его внутренние органы разорвало на мелкие кусочки!

В его сознании Король орлов в отчаянии посмотрел на него и едва слышным голосом, тяжело сказал: «Четвёртый брат… очнись…»

Затем фигура Короля орлов внезапно исчезла. Это было неожиданней, чем его появление!

Сюн Кайшань во весь голос зарычал, его тело затрясло!

Он, наконец, очнулся!

Пройдя через кровь, огонь и ужас битвы, а также удар грома ему чудеснейшим образом удалось очнуться!

Но, как только он открыл глаза, его взгляд тут же наполнился жутким гневом!

Неописуемая и необъяснимая горечь ворвалась в его сердце!

Мрачная величественная фигура спокойно стояла недалеко без единого движения!

Кап-кап, кап-кап…

Вязкая алая кровь непрерывно стекала вниз, падая на землю.

«Похоже, что мой рык заставил всех Чужаков, что находились вокруг, дрожать от страха… Но этот человек, что заслоняет меня… почему он даже не дёрнулся? Почему он не двигается? Почему он даже не оглянулся и не посмотрел на меня? Этот силуэт кажется довольно знакомым… Но это не похоже на моего братишку! Вроде бы и похож на Лао Цзю (Короля орлов), но у этого силуэта нет пары широченных крутых крыльев… точно, нет крыльев… а? Нет крыльев?!»

Ужасная мысль вдруг возникла в его голове, и Сюн Кайшань почувствовал, как его сердце неожиданно сжалось от неописуемой боли!

Он осторожно встал, шаг за шагом приблизился к фигуре и внимательно её осмотрел… А потом в его глазах потемнело! Казалось, будто бесчисленные гигантские молоты одновременно яростно били по ему по голове и сердцу, раздробив на осколки его тело и душу!

— Девятый брат? Девятый брат… — Сюн Кайшань продолжал тереть свои глаза, он никак не мог поверить в происходящее!

Перед его глазами действительно находился девятый брат — Король орлов!

Изуродованное тело Короля орлов всё ещё спокойно стояло на ногах, а его взгляд продолжал оставаться таким же свирепым и решительным. Тело орла было слегка наклонено вперёд, словно он был готов в любую минуту защитить своего брата и броситься в атаку…

— Девятый брат… — Сюн Кайшань весь дрожал. Он уже было протянул руки, чтобы обнять холодное тело своего товарища, но не посмел этого сделать, боясь нарушить его спокойный уход.

— Брат! Орёл! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а… — навзрыд закричал Сюн Кайшань. Его сердце было разбито вдребезги.

Медведь был старше Короля орлов на двадцать лет. Когда тот родился, он был маленьким медвежонком, который сидел перед гнездом и с интересом наблюдал за молочно-белым яйцом. Он прислушивался к каждому звуку, исходящему изнутри, а затем скорлупа внезапно треснула, и из яйца показался маленький острый клюв…

Затем появился мокрый жёлто-коричневатый орлёнок. Он был похож на цыпленка с робким и любопытным взглядом…

«Это был первый взгляд девятого брата… Моего вечного братишки!

Постепенно девятый братик рос, учился летать и совершенствовался… В конце концов он так же, как и я, достиг девятого уровня и научился видоизменяться… Так много лет прошло…»

Эти воспоминания мысленно унесли медведя в те времена…

«Среди всех братьев я лучше всего уживался с Королём тигров, потому что мы оба были не сдержанными на язык. А с девятым братом… до того момента, пока мы не научились видоизменяться, мы постоянно ссорились, ссорились и ссорились… И даже по сей день мы всё равно продолжали ругаться…»

Король медведей, словно в тумане, плавал в пелене своих мыслей…

Он вспомнил, как по дороге сюда они оба были очень взволнованы.

***

— Вонючий ты воробей, ты слишком медленно плетёшься! Когда мы, по-твоему, доберёмся до горы Тяньчжу такими темпами?

— Может, сам тогда полетишь? Мать твою, слезай давай! Без тебя я доберусь туда в два раза быстрее! Вместе со своей железной шпалой ты весишь тонну!

— Ну, я могу выбросить эту «шпалу» и взять с собой только свой обычный меч…

— Не неси чушь! Его необходимо доставить, ведь это абсолютное оружие! Что за хренотень ты говоришь перед началом войны? Вроде бы уже не ребёнок, но мозгов как было в полгода, так и осталось, да ещё и усохло!

— Вообще-то я твой четвёртый старший брат, а ты меня всю жизнь только и поносишь! Тебе не хватает сердца…

— А тебе мозгов!

***

У Сюн Кайшаня на глазах появились слёзы: «Братишка… я так хочу ещё раз поругаться с тобой…»

Его мысли витали в облаках. Казалось, будто он всё ещё сидит на спине Короля орлов. Голос орла вдруг стал серьёзнее: — Четвёртый брат, это война не на жизнь, а на смерть. Тебе ни в коем случае не стоит действовать импульсивно. Ты должен сдерживать свой пыл, даже если это не всегда получается!

Король медведей только рассмеялся: — Девятый братец, я всё понимаю. И ты тоже должен позаботиться о себе! Будь уверен, я отдам свою жизнь, лишь бы ты вернулся в Тянь Фа в целости и сохранности!

— Что за чушь! — возмущённо воскликнул Король орлов: — Да кому надо, чтобы ты тут жертву изображал? Такими словами можно и беду накликать!

Сказав это, Король орлов совсем тихо пробубнил ещё что-то себе под нос. Но из-за сильного ветра в облаках Сюн Кайшань так и не услышал, о чём он говорил.

Теперь же, оглядываясь назад, медведь вдруг ощутил тот самый туман под ногами, а те слова, которые он тогда не смог расслышать, резким грохотом зазвенели в его ушах.

«Четвёртый брат… даже если мне придётся пожертвовать своей жизнью, я не позволю тебе умереть!»

Теперь Король орлов и правда отдал свою жизнь, чтобы сдержать эту клятву! Любой бы, получив такие тяжёлые раны, умер бы на месте, но Король орлов… Этот гордый орел леса Тянь Фа использовал все свои силы, чтобы защищать Короля медведей до того, пока тот не очнулся!

«Даже если мне придётся умереть, я не позволю никому ранить моего брата!»

Братец! Братец! Братец!

Именно таким должен быть настоящий брат! Лучше умру я, чем позволю умереть тебе! Лучше уж я умру первым, чем позволю кому-то причинить тебе вред!

Вот это настоящий брат!

Сердце Сюн Кайшаня наполнилось скорбью.

«Девятый брат! Братишка! Это я навлёк на тебя беду! Я уже давно решил, что сделаю всё ради твоей безопасности, однако, в конце концов, это ты спас меня ценой собственной жизни! И как же я должен вынести всё это? Как?!»

Когда они были вместе, они всё время ссорились, но Король медведей никогда не испытывал к нему злости. Он знал, что это было глубокое проявление братских чувств.

«Король орлов никогда не любил много говорить. Он всё время молчал, но всегда смотрел на меня по-особому… это был требовательный взгляд! Все его ругательства в мой адрес… кто ещё, кроме настоящего брата, мог их сказать?

Были времена, когда я действительно был слишком наивен и глуп… А Король орлов всегда беспокоился о том, как бы я не заработал себе проблем…

Каждый раз, когда что-то случалось, он сначала немного ругал меня, а затем просто уходил вперед…

Что бы ни случилось!

Независимо от того, кто прав, а кто виноват!

Сегодня же братец ради моей защиты закрыл меня собой и непоколебимо стоял так, пока не пролил последнюю каплю своей крови! До самой последней капли!

Пусть он уже и умер, но его тело всё ещё так же защищает меня!»

Сюн Кайшань заметил что-то липкое у себя на груди — его рука окрасилась в ярко-алый цвет!

Это была кровь Девятого брата!

Кровь Короля орлов!

Взгляд Сюн Кайшаня вдруг стал крайне свирепым и яростным.

«Кровь девятого брата не может быть пролита понапрасну! Абсолютно не может! Девятый брат… девятый брат, прости меня! Если бы я мог очнуться чуть раньше! Чуть-чуть…»

Сюн Кайшань посмотрел на изувеченное тело Короля орлов. У него даже были отрублены крылья, которыми он больше всего дорожил! Землю вокруг покрывали перья…

Сюн Кайшань внезапно почувствовал, что не может дышать!

«Через что пришлось пройти девятому брату, чтобы защитить меня? Да эти раны выглядят ужасней, чем изуродованное тело после казни тысячи надрезов!»

— Девятый брат… — горько застонал Король медведей. Он смог вымолвить лишь два слова, но они были сказаны от всего сердца!

Тело Короля орлов всё ещё спокойно стояло на том же месте, а пара его глаз по-прежнему свирепо и безжалостно смотрела вперёд…

Сюн Кайшань, задыхаясь от кома слёз в горле, вдруг повернул голову и окинул оставшихся неподалеку пятерых Чужаков уровня Ди Жэн таким яростным взглядом, что те снова отступили. Выражение его лица вдруг стало чрезвычайно хладнокровным и необычайно устрашающим…

Глава 1176. Героическая преданность!

Он был, словно большой необъятный утёс, медленно крадущийся на цыпочках. Потому что если его шаги будут чересчур громкими, это может потревожить сон его любимого девятого братишки!

«Братишка трудился очень долго, охраняя мой покой, а теперь пришло время ему хорошенько выспаться, и никто не должен нарушить его покой.

Никто».

— Это вы обидели моего младшего братишку?! — голос Сюн Кайшаня был абсолютно безразличным, он словно был спящим вулканом, который в любой момент мог снова взорваться!

Именно «обидели»!

У пяти Ди Жэнов душа ушла в пятки. Небывалой силы страх медленно сковывал их сердца! Было ощущение, как будто бы какое-то огромное страшное животное зажало их в тиски! И нет ни единой возможности выбраться, только молчаливо ждать своей участи!

Их жизни с этой минуты не зависели от них!

— В смысле? — один из Ди Жэнов выдавил неуверенный смешок: — Мы, вообще-то, враги друг другу, неужто…

— Захлопни блядскую пасть! Тот, кто обидел моего братишку, должен умереть! — прорычал Сюн Кайшань, а потом резко повернулся, и невероятно быстро подлетел к этому Ди Жэну, схватил его, прижал к земле, и жёстко ударил его в даньтянь!

Кулак Короля медведей исчез в нижней части живота мужской половины Чужака, и через мгновение появился из женской половины! С ещё живой печенью в его ладони!

Сначала он уничтожил его даньтянь! А потом лишил возможности сбежать его душу!

При уничтожении даньтяня Суань превращается в ничто, однако человек остаётся в живых!

«Хочешь умереть? Не, не так всё просто! Смерть — слишком роскошно! Посмели обидеть моего братишку, и думаете сможете просто поплатиться за это своей жизнью? Это слишком просто!»

Сердце Сюн Кайшаня было наполнено неукротимым желанием убивать!

«Мой младший братишка! Я похороню всех этих мерзких Чужаков ради тебя!»

В эту минуту Сюн Кайшань хотел только мести! Отомстить как следует за своего брата!

Тело Сюн Кайшаня снова резко мелькнуло, и в его руках уже был следующий Ди Жэн. Оба меча этого Чужака вонзились в жизненно важные центры тела Короля медведей — сердце и печень — но он словно этого и не заметил!

Оба лезвия пронзили цель, однако они смогли войти в плоть Короля медведей лишь на пару миллиметров.

Сюн Кайшань уже прошёл через громовое крещение, и сейчас по праву считался настоящим Шэнцзуном. Он намного превосходил Чужаков с их уровнем силы, равным Шенхуану третьей ступени. Разница была слишком велика!

Пусть этому Чужаку и удалось вонзить свои мечи в тело Сюн Кайшаня, однако своей огромной ладонью Король медведей уже успел пережать его туловище, и, как он уже проделывал ранее, сломал его даньтянь, потом другой свободной рукой он переломил ему позвоночник и откинул в сторону.

После этого своими стеклянными глазами он уставился на оставшихся трёх Ди Жэнов! В его взгляде читалась только месть!

Эти трое Ди Жэнов были так сильно напуганы случившимся с их братьями, что одновременно резко подлетели в воздух, пытаясь сбежать! Однако для Короля медведей их скорость была смехотворно медленной.

Раздался грозный рык. Сюн Кайшань мелькнул несколько раз, прозвучало несколько звонких ударов… На теле Короля медведей появилось шесть новых царапин от ударов мечами, но все трое Чужаков уже лежали на земле с вырванными даньтянями!

Пять Ди Жэнов превратились в никчёмных инвалидов. Они даже были лишены возможности попросить, чтобы их добили!

Сюн Кайшань медленно выпрямился и повернулся кругом, печальными глазами взглянув на своего погибшего брата. Сначала он не решался повернуться, или не хотел этого делать, поэтому на этот поворот он потратил много времени.

В душе он надеялся, что брат просто подшучивает над ним. Стоит ему только обернуться, и Король орлов быстро подскочит на ноги, развернёт свои крылья, и назовёт его придурком…

Если бы всё было именно так, Король медведей обязательно бы грохнулся в обморок от счастья!

«Девятый братишка, только очнись, и я позволю тебе всю жизнь называть меня придурком! Четвёртый брат по-прежнему готов умереть за тебя… Уж лучше я умру за тебя! Сто тысяч раз умру! Только, прошу, очнись! Умоляю, приди в себя!»

Если бы Король медведей знал, что и Король орлов думал точно так же. «Брат, только приди в себя, и я умру за тебя, хоть сто тысяч раз умру!»

Однако, как бы он не оттягивал этот момент, повернуться ему всё-таки пришлось. Увидев Короля орлов, который по-прежнему стоял как вкопанный, Сюн Кайшань пронзительно закричал! Он зарыдал в голос, опустился на корточки и стал истерично бить своими огромными ручищами себя по голове!

— Чёртов медведь! Ну почему ты потерял сознание именно в этот момент? Почему ты не мог продержаться ещё хоть немного! Чтоб ты сдох! Ты обязательно должен сдохнуть! Паршивый медведь! — Сюн Кайшань душераздирающе рыдал и ругал себя. Его плач не оставил бы равнодушным даже самого завзятого циника.

Разодранная в клочья одежда беззвучно колыхалась на бездыханном теле Короля орлов. Он по-прежнему оцепенело стоял на ногах, и никак не реагировал на безудержные рыдания своего брата.

Король орлов леса Тянь Фа сейчас уже был в другом мире.

— Король! — раздался громкий крик, и воздух задрожал!

Небо в тот же миг помрачнело! Стальные крылья заполнили собой весь небосвод!

Сюн Кайшань, испугавшись, поднял голову вверх. Восемьсот оставшихся в живых воинов-орлов, несмотря на свои тяжёлые ранения, приняв своё истинное обличие, поднялись в небо!

Их глаза были спокойными и безразличными, как и у Короля орлов!

— Сорванцы, вы что там такое задумали? Быстро спускайтесь сюда! — Сюн Кайшань поднялся на ноги, и стал кричать: — Быстро спускайтесь! Кому сказал, спускайтесь!

Хотя он уже знал, что они собирались сделать.

Стая орлов никак не отреагировала на приказ Короля животных! Раньше это считалось чем-то невероятным!

Тёмные, как тучи, они медленно двигались по небу к довольно поредевшему войску Чужаков! Пусть медленно, но решительно!

«Наш король погиб, а значит и мы должны распрощаться с собственной жизнью! Орлы Тянь Фа всегда, везде и во всём сопровождают друг друга! Ты по-прежнему наш небесный Король! Мы будем всегда идти за тобой! Неразлучно в жизни и смерти!»

— Орлы, мать вашу! Какого чёрта вы творите? Хватит безобразничать! Немедленно летите сюда! Кому я сказал? — Сюн Кайшань неистово кричал, что есть мочи, почти раздирая собственную глотку до крови!

Чёрный орел, летевший впереди, нехотя опустил голову, посмотрел на него, а потом его взгляд застыл на теле их короля. Он произнёс: — Король Сюн, не влезайте! Это дело касается лишь нашей стаи. Наш король погиб. Погиб в одиночку! Мы нужны ему сейчас! Даже в подземном царстве нашего короля должна сопровождать роскошная свита, ведь он король! Наше достоинство не позволит нам бросить своего короля в гордом одиночестве. Мы должны сопровождать его. На земле или под землей, мы, как и прежде, будем сражаться плечом к плечу!

В его голосе не было скорби, не было печали, словно то, о чём он говорил, было сущим пустяком.

Крепкое тело Сюн Кайшаня обдала дрожь. Глядя на стаю решительно настроенных орлов, которые уносились от него всё дальше и дальше, его сердце обливалось кровью!

«Это всё случилось из-за меня! Если бы не я, братишка бы не погиб, и всем этим орлам не пришлось бы жертвовать своей жизнью, чтобы продолжить сопровождать его… В этом во всём виноват я…»

Глядя на улетающих орлов, у него по лицу текли горячие слёзы, он снова закричал, потом опустился на колени, и принялся кланяться: — Братья! Братья… я умоляю вас, останьтесь!

Орёл равнодушно посмотрел на него, после чего решительно сказал:

— Король Сюн, вы — Король леса Тянь Фа! Никто в мире не заслуживает того, чтобы вы кланялись! А сейчас, прошу, простите моё непослушание. Мой король ждёт меня! Я должен идти! Я не могу заставить его ждать так долго. В загробном мире у него полно давнишних врагов, как я могу позволить ему сражаться с ними в одиночку?

— Вздор! Здесь ещё столько Чужаков! Началась Война за небеса! К тому же… у вас ещё много обязанностей! Ты несёшь полную чушь! Ты, ты… Я прошу тебя… вас… спускайтесь! Иначе я убью тебя! Братья… прошу… спускайтесь ко мне… — Сюн Кайшань уже не знал, как убедить их вернуться. Он говорил несвязно и постоянно всхлипывал!

Король Тянь Фа никогда не льёт слёз, никогда не становится на колени!

Но, нарушив даже все правила, возвратить орлам былую силу духа было непосильной задачей!

Их Король всегда будет для них превыше всех, и никто не сможет заменить им его!

— Простите. Война за небеса уже не имеет никакого смысла для нас! Будущее всего народа — тоже. Мы прибыли сюда лишь ради великой славы Тянь Фа! Мы сопровождали нашего доблестного Короля в этом бурном сражении! Кроме этого, у нас нет других обязанностей. Сейчас король оставил нас, и мы теперь тоже должны покинуть вас. Благополучие всего мира не дороже нам нашего Короля! Они этого не стоят! Мы — гордый и высокомерный народ! Мы сражаемся только ради нашего народа, и за нашего Короля! Даже в загробном мире мы будем такими же гордыми и высокомерными, как и при жизни! — безразлично ответил орёл: — Король Сюн, господа медведи, славно сражайтесь в этой войне! Увидимся в следующей жизни! Пусть наш род орлов обязательно ещё блеснет, раскрыв в полной красе свою элегантность и изящество!

Король! Прошу вас, помедленнее, мы уже идём!

Глава 1177. Запрещённый приём!

Сказав эти слова, орёл больше не произнёс ни слова, и даже больше ни разу не взглянул вниз.

Все восемьсот священных орлов одновременно издали звонкий крик!

Долгий протяжный крик пронзил облака и пробил туман, возвышаясь всё выше и выше!

После этого священные орлы снова звонко свистнули, запрокинув свои головы высоко к небу!

Чёрный орёл, бывший во главе стаи, решительно и с присущим ему высокомерием высоко вспорхнул. За ним следом устремились все остальные орлы.

Затерявшись в небесной дали, они стали похожи на маленькие чёрные точки; достигнув определённой высоты, чёрный орёл прекратил набирать высоту!

После чего он, с пронзительным свистом рассекая своим телом воздух и весь светясь золотистым светом, камнем бросился вниз!

«Мой Король, я уже иду! Как ты мог уйти, не забрав меня с собой? Мы же договаривались, что я буду вечно следовать за тобой!»

Орлиный плач, пролитая кровь, испепеляющие душу доблестного и гордого орла!

Это особый табуированный приём, которым владеют только представители рода орлов!

Только прошедший все девять ступеней совершенствования священных животных орёл может использовать эту технику!

Он применяется, для того чтобы погибнуть вместе со своим врагом!

Это очень мощный приём, намного превосходящий по мощности технику самоликвидации священных животных!

Только личная охрана Короля знала об этом запрещённом приёме. За десять тысяч лет его применяли лишь один раз! И это было восемь тысяч лет назад.

— Не надо!!! — закричал Сюн Кайшань в отчаянии. Он дрожал всем телом.

В эту минуту он хотел умереть больше всех остальных! Он больше всех хотел сопровождать своего любимого брата в загробный мир!

Но он не мог умереть. Он ещё не до конца выполнил свой долг! За его спиной было около тысячи медведей, которые смотрели на него.

Сюн Кайшань был уверен, что если он погибнет, вся эта тысяча бойцов также, как и эти священные орлы, отправиться за ним на тот свет!

И их не обеспокоит ни Война за небеса, ни то, что станется с материком и людьми!

Это называется абсолютной преданностью, присущей стае!

Такой исключительной особенностью обладают только священные животные!

Слепо и бездумно следовать за своим вождём!

Поэтому Сюн Кайшань не мог позволить себе умереть! По крайней мере, сейчас не мог!

Но он был так зол на себя, что прокусил губы собственными зубами! Алая кровь капала вниз. Глаза были стеклянными и туманными, а сердце разбилось на мелкие кусочки.

Он стоял на коленях, обеими руками вцепившись в землю, дрожал, его прошибал холодный пот… Потом он резко склонился ниже, и вонзился зубами в пропитанную кровью землю, по его щекам не прекращали течь слёзы…

«Я могущественный Король! Тянь Фа навечно!»

Вслед за семнадцатым орлом последовали остальные. Светившись золотым светом, они падали вниз!

Их вид был, как и прежде, высокомерным и горделивым, они были невозмутимы и совершенно спокойны!

Строй был строгим и таким же дисциплинированным. Хотя их Король уже почил, они ни за что не должны опозорить его светлое имя!

Если и умирать, только также слаженно и безукоризненно. Чтобы, добравшись до загробного мира, тотчас же включиться в бой! Сражаться за Короля!

Строго соблюдая расстановку сил, который учредил их Король, они падали вниз отрядами по десять бойцов! Хотя они разлетались в различных направлениях, метили они всегда в места самого плотного скопления Чужаков!

От такого убийственного удара с высоты никому не скрыться!

Мощные взрывы без остановки раздавались то тут, то там. По мощности они превосходили все уже произошедшие самоликвидации. Такой жестокий способ атаки не мог не потрясать, даже земля лихорадочно содрогалась, золотистые силуэты неустанно падали с высоты в толпы Чужаков!

Род орлов первым применил такой специфический способ уничтожения врага, тем самым устроив прощальные проводы своему великому и неизменному Королю!

Они приносили в жертву свои собственные жизни, воспевая полную преданности прощальную оду своему вождю!

Несколько тысяч жизней Чужаков стали предметами для жертвоприношения!

Тело Короля орлов по-прежнему стояло в оцепенении, с бесстрастным и горделивым выражением лица. Хотя его глаза уже давно померкли, взгляд казался всё таким же острым и пронзительным! Словно, когда он смотрел в застывшую пустоту, он прокладывал просторную и светлую дорогу на тот свет для себя и своих братьев!

Звуки взрывов наконец закончились.

Они охватили расстояние площадью примерно в пять километров!

Там не осталось ни души! Только пустота!

Череда этих продолжительных ударов унесла жизни минимум пятидесяти тысяч Чужаков!

Сила этого запрещённого приёма была действительно страшной!

Да, восемьсот священных орлов, используя свои кровь и плоть, написали оду преданности!

Пусть они выбрали смерть, самоликвидацию, однако, чтобы не навредить своим товарищам-медведям, с которыми они боролись бок о бок, они выбирали сравнительно отдалённые места для взрывов! Их взрывы разделили поле боя на две части.

Над полем боя повис кровавый туман, а потом медленно превратился в огромного орла кроваво-красного цвета, который спокойно плыл по небу, пока не скрылся в гуще облаков.

После такой страшной атаки из армии Чужаков удалось уцелеть только десяти тысячам бойцов, причем они чувствовали себя очень подавленными, полностью потеряв боевой дух! У оставшихся в живых медведей ещё было достаточно сил для продолжения боя. Разгорячённая армия Чужаков, владевшая абсолютным количественным преимуществом, по всей вероятности, почти полностью сдала свои позиции!

Поэтому священные орлы покидали этот мир со спокойной душой! Без сожалений и сомнений, они отправились сопровождать своего Короля в загробный мир!

— Отомстим за наших товарищей орлов! За Короля орлов! За всех наших погибших братьев! В бой! — вдалеке медведи с залитыми слезами лицами бросились в атаку, убивать оставшихся Чужаков!

Главная часть большой битва была завершена.

Однако они не могли оставить хоть одного врага в живых!

Бойцы армии Тянь Фа выглядели очень страшно, словно помешавшиеся психи!

Оставшиеся десять тысяч Чужаков сильно перепугались и бросились врассыпную. Бойцы, занимавшие передние позиции, были полностью уничтожены медведями, никому не удалось спастись от страшного рока! Несколько тысяч Чужаков, находившихся по другую сторону поля битвы, смогли избежать смерти, и им посчастливилось сбежать обратно к себе на материк…

Это было так страшно! Словно кошмар наяву! Воины Тянь Фа намного страшнее, чем о них рассказывают…

Сюн Кайшань медленно поднялся на ноги и посмотрел на неподвижное тело Короля орлов. Его лицо снова покрылось слезами.

Неуверенной походкой он подошёл к израненному телу Короля орлов и очень осторожно попытался обнять его. Как будто он боялся сделать больно своему младшему братику. Несмотря на то, что Король орлов всё равно уже ничего не чувствовал.

— Братишка… потерпи немного, твой старший брат отвезёт тебя домой, на твою родину… в Тянь Фа… — Сюн Кайшань очень осторожно перевернул тело орла, и положил его горизонтально. Он легонько погладил его невозмутимое лицо, тихо сказав: — Братец… я изловил всех жалких Чужаков, которые обидели тебя. Как ты хочешь наказать их?

Он приложил свою голову к голове орла, словно и правда разговаривая с ним. Как будто услышав что-то, он кивнул головой: — Хорошо, я понял. Сделаем так, как у вас, у орлов, обычно принято. Разорвём их тела на части. Твой четвёртый брат отомстит за тебя!

Он грустно улыбнулся, а потом поднялся на ноги. Повернувшись к одному из Чужаков, его лицо уже ничего не выражало. Медведь схватил его уже искалеченное тело одной рукой, а другой спокойно взял его за палец, начал оттягивать в сторону, а потом резко дёрнул, оторвав его!

Ди Жэн завопил нечеловеческим голосом.

Он уже утратил свою Суань, и никак не мог противостоять силе Сюн Кайшаня. Сейчас смерть казалась ему подарком небес, но она была недоступна ему. Он даже не мог потерять сознание от боли, потому что, как только он начинал терять сознание, медведь вводил ему свою Суань, заставляя его мгновенно прийти в себя. Чтобы он отчётливо ощущал эту мучительную боль…

Пронзительные крики и страшные проклятия не утихали.

Сюн Кайшань оставался совершенно безразличным. Закончив с одним пальцем, он принялся выкручивать другой его палец, медленно сжимая его. При этом он постоянно бубнил себе под нос, будто что-то вспоминая: — Брат-орёл, как-то раз мы украли выпивку у Короля обезьян, помнишь? Ты ещё спросил меня, когда же мы достигнем пика?

Он улыбался. Крики Чужака не утихали, но медведь их словно бы и не слышал. Обращаясь к орлу, он говорил: — Я, помню, тогда сказал: «Когда-нибудь наступит тот день, когда мы сможем добиться этого!» И ты тоже рассмеялся… Ещё помню, тебе хорошенько влетело за нашу проделку…

Он продолжал весело смеяться, будто Король орлов жив не только в его воспоминаниях.

Вот так, предаваясь тёплым воспоминаниям, он разорвал всех пятерых Ди Жэнов, которые убили Короля орлов, просто на лоскуты. Потом он сел около тела орла, и хмуро сказал: — Младшенький, я уже отомстил за тебя, но почему ты до сих пор не очнулся? Я больше не буду тебя ругать! Ты быстрее поднимайся! Быстрее… младшенький… Братец, я говорю тебе, немедленно поднимайся! Я больше ничего не буду у тебя отбирать, даже вино Короля обезьян ты будешь пить первым; я даже подарю тебе вино, которое мне подарил наш зять, только вставай, прошу тебя…

Вдруг Сюн Кайшань рухнул на землю и, рыдая, завопил: — Что мне сделать, чтобы ты очнулся? Скажи мне! Скажи! Скажи! Я всё сделаю! Всё сделаю!

Несколько медведей с глазами, полными слёз, подошли ближе и печально сказали: — Король, прошу вас, умерьте свою печаль! Король орлов уже скончался… Прошу вас, постарайтесь принять это…

Сюн Кайшань внезапно взбесился, вскочил на ноги и опрокинул сказавшего это медведя на землю, истерично закричав: — Что за чушь ты несёшь! Что? Что ты сейчас сказал? Кто, мать твою, скончался?! Мой брат не умер! Он не умер! Он не умер!!! Мой братишка не может умереть!!! — вопил, не останавливаясь, Сюн Кайшань. Слёзы градом катились по его лицу

Он всё не унимался: — Он не может умереть!

Вдруг у него изо рта полилась алая кровь, и его крепкое тело резко свалилось на землю.

Глава 1178. Куда подевались мои братья?!

Далеко в небе виднелись два белоснежных силуэта, которые мчались вперёд, словно метеориты!

Мэй Сюэ Янь вдруг ни с того ни с сего стало тревожно на душе. Она никак не могла успокоиться.

На самом деле, с того момента, как передовые силы во главе Короля медведей, Короля орлов и восьми Шэнцзунов покинули лес, на сердце Сюэ Янь было неспокойно. Но как только Цзюнь Мосе поместил её в башню Хунцзюнь, изолировав от какой-либо информации извне, она смогла с полной отдачей сконцентрироваться на медитации, поддерживая себя в наилучшем состоянии, чтобы суметь справиться со всеми возможными последующими событиями.

Позднее, случайно столкнувшись с мастерами Священного дворца, которые окружили Чжань Лунь Хуая, эти двое волей-неволей тоже вмешались в битву. Мэй Сюэ Янь официально в бою так и не появилась, однако в качестве помощи для Мосе она нисколько не уступала Гу Хану. А всё потому, что все её мысли были сосредоточены, а на сердце царила гармония и спокойствие.

Однако по окончании битвы Сюэ Янь так и не ощутила ни малейшего намёка на радость от победы, вместо этого она почувствовала всплеск паники — плохое предчувствие становилось всё сильнее, сердце было не на месте, а мысли путались в клубке хаоса. Люди Священного дворца отправились на поиски оставшихся сил трёх священных земель, а Мэй Сюэ Янь сразу же поторопила Цзюня Мосе в сторону горы Тяньчжу.

Нисколько не мешкая, Цзюнь Мосе сразу же бросился в путь, даже не успев попить и перевести дыхание!

Огромные руины, которые когда-то были частью горы Тяньчжу, слабо виднелись издалека!

Чем ближе становилась гора, тем сильнее становилась тревога. Мэй Сюэ Янь почувствовала необъяснимое чувство скорби и печали, казалось, что у нее не хватит смелости вступить в эту область!

Это была очень тонкая психология, и даже сама Мэй Сюэ Янь не понимала, что происходит. Очевидно, что впереди находилось огромное количество её братьев и старейшин, которые ожидают их помощи, но она смутно почувствовала, что помимо этого там её ожидает огромное горе, готовое в любую минуту нанести по ней удар… Чем ближе они становились к месту назначения, тем слабее становилось тело Сюэ Янь. Казалось, ещё чуть-чуть, и она прекратит двигаться вперёд.

— Что случилось? — спросил Цзюнь Мосе, удивлённо посмотрев на неё.

Красивое лицо Мэй Сюэ Янь в этот момент ужасно побледнело, словно в нём не осталось ни капельки крови, а её губы слегка дрожали. Неужели во время битвы с Чжань Лунь Хуаем она перерасходовали свои силы? Такого не может быть!

— С телом всё в порядке, но на душе слишком тяжело. Не понимаю, в чём дело… — Мэй Сюэ Янь взяла себя в руки, встряхнула головой и нахмурилась: — У меня плохое предчувствие, но это ведь необоснованное беспокойство, да?..

Вечно спокойная и серьёзная Мэй Сюэ Янь неожиданно задала такой вопрос… Очевидно, она надеялась, что Цзюнь Мосе сможет оказать поддержку и дать на него положительный ответ!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и сказал: — Как можно быть уверенным в каком-то смутном предчувствии?

На самом деле, когда Цзюнь Мосе сказал эти слова, в его сердце тоже что-то ёкнуло. Войдя на территорию горы Тяньчжу, он также почувствовал некое зловещее предчувствие, но умолчал об этом, чтобы ещё больше не волновать Мэй Сюэ Янь.

Это своего рода телепатия — отточенная интуиция убийцы, срабатывающая при появлении опасных ситуаций!

Как только появляется это чувство, что-то непременно должно произойти!

Цзюнь Мосе был почти уверен, что с союзными войсками орла и медведя что-то произошло!

Сейчас молодой мастер и сам сильно волновался. Однако не смел показать этого при Мэй Сюэ Янь даже на миллисекунду.

Если бы он проявил тревогу… боюсь, что Мэй Сюэ Янь рухнула бы прямо тут, не дойдя до пункта назначения!

Король орлов, Король медведей, восемь Шэнцзунов! Что это за люди? Это самые дорогие люди для Мэй Сюэ Янь! В особенности Король медведей и Король орлов, дружбу с которыми невозможно обозначить ни годами, ни веками!

Это чувство сильнее того, что обычно испытывают к кровным братьям! Гораздо сильнее!

Если действительно что-то случилось, то такой удар попросту убъёт Мэй Сюэ Янь!

Как мужчина, на которого полагается его любимая женщина, Цзюнь Мосе, хотя и переживал, но продолжал вести себя как ни в чём не бывало. Более того, он должен был сделать всё возможное, чтобы успокоить Мэй Сюэ Янь.

Это тоже долг мужчины!

Но, услышав последний вопрос Мэй Сюэ Янь, молодой мастер понял, что ему не следует давать своей возлюбленной слишком много иллюзорной надежды, иначе это может аукнуться с большей силой. Лучше позволить ей убиваться один час, чем вечно жить с глухой болью внутри!

— Сюэ Янь, твоё состояние на данный момент оставляет желать лучшего. Может, ты пойдёшь в башню, помедитируешь и восстановишь силы? — осторожно предложил Цзюнь Мосе. Было бы прекрасно, если бы Мэй Сюэ Янь согласилась на это предложение. Башня Хунцзюнь изолировала бы её от любого внешнего воздействия. Если действительно произошло что-то нехорошее, то это ударит по ней в меньшей степени. Впоследствии при рассказе можно преуменьшить многое. На данный момент это будет лучшим решением…

— Нет! — Мэй Сюэ Янь категорически отказалась: — Я должна видеть своих братьев! Я хочу, чтобы они сперва увидели меня! Я их старшая сестра, и, что бы ни случилось, я разделю это вместе с ними! — после того, как она закончила говорить, она щёлкнула зубами и резко ускорилась. Она едва не превысила свой скоростной рекорд!

Цзюнь Мосе вздохнул и молча последовал за ней. И хотя молодой мастер знал, что таким образом Мэй Сюэ Янь ещё больше себе навредит, он не мог её остановить. Про себя он подумал: «Верно, что бы ни случилось, ты как старшая сестра, всегда разделишь с ними любое бремя. Но в этом мире есть вещи, которые невозможно ни с кем разделить, даже ты будешь не в силах помочь! От них невозможно убежать, с ними нужно столкнуться!»

Теперь Цзюню Мосе оставалось лишь молиться, чтобы этот удар был не слишком тяжёлым для неё! Возможно, всё не так уж и печально: может, из-за извержения вулкана прибыло не так много Чужаков!

Даже Злой Монарх — Цзюнь Мосе — в этот момент пытался себя утешить. Не сговариваясь, оба вдруг снова ускорились.

Очевидно, что до пункта назначения оставалось совсем немного — в воздухе стоял терпкий запах крови. Следует иметь в виду, что на тот момент порывы ветра достигли девяти баллов — это был настоящий ураган! Кроме того, оба двигались в попутном с ветром направлении! Но даже находясь далеко от поля боя они смогли учуять такой густой аромат крови!

Лицо Мэй Сюэ Янь стало ещё бледнее, и, стиснув зубы, она изо всех сил бросилась вперёд.

Внезапно её фигура остановилась, взгляд стал растерянным, и она пронзительно закричала: — Орёл!

Её глаза смотрели куда-то в небо.

Цзюнь Мосе оглянулся. Зрачки его глаз сузились, и он тут же переменился в лице.

Кровавый туман, медленно поднимавшийся ввысь в образе гигантского орла. При нём было всё: железный клюв и красивые крылья, а золотые глаза орла всё так же надменно и презрительно смотрели вниз. Без единого намека на тоску или грусть, он взмывал прямо в небосвод!

Мэй Сюэ Янь подняла голову и растерянно уставилась на кровавого орла, медленно исчезающего в небе. Внезапно раздался душераздирающий крик: дрожа всем телом, Мэй Сюэ Янь чуть было не рухнула вниз. Она сумела устоять и, словно стрела, отчаянно бросилась вперёд! Её скорость была за пределами разумного! Невероятно!

Цзюнь Мосе мгновенно побледнел! В его глазах вдруг вспыхнула кровь!

«Король орлов… пал?»

Он развернул свою технику скрытого передвижения Инь-Ян и быстро догнал Сюэ Янь!

Огромное поле битвы… кажется, ожесточённая битва уже закончилась!

Вокруг стояла мёртвая тишина!

Сигнальные огни не были видны из-за бесчисленных искромсанных трупов, а отрубленные головы катались на ветру с гневными открытыми глазами!

От густого запаха крови можно было задохнуться!

Это уже не было похоже на обычное поле битвы, скорее, тут произошёл бой между демонами, который вызвал разрушение мира!

Воины клана медведей в количестве меньше тысячи особей стояли в кругу, молча опустившись на колени. Их Король был практически ослеплён случившейся трагедией, но также, как и все, отдавал честь и уважение трагично павшему Королю орлов!

Никто не кричал и не плакал. Кровавый туман клубился по земле, а вокруг стояла гробовая тишина. Эта неописуемая тишина просто физически давила на всех. Казалось, будто угнетённая и мрачная атмосфера может разорвать людские тела на части!

Раздался протяжный свист!

Все воины клана медведей подняли головы вверх — их взгляды вдруг резко вспыхнули!

Это же свист старшей сестры! Старшая сестра здесь!:

В мгновение ока белая тень, словно метеорит, рухнула на землю. Камни на земле от такого мощного удара разлетелись в стороны, а сама Мэй Сюэ Янь пошатнулась.

Однако, без малейшего колебания, она сразу же бросилась в сторону круга, который образовали воины клана медведей!

Она бежала так быстро, что в какой-то момент с её волос сорвало заколку, и длинные красивые волосы разлетелись по ветру. Но она даже не заметила этого.

Она внезапно остановилась перед толпой медведей!

Не иначе как… Она испугалась!

Она боялась увидеть то, чего так не хотела видеть!

Воины клана медведей молча смотрели на неё. Они поняли, о чём думала Мэй Сюэ Янь, и попытались скрыть накопившиеся в глазах слёзы.

Сердце Мэй Сюэ Янь словно упало в бездонную пропасть, которой не было ни конца, ни края… оно продолжало падать, падать и падать…

— Разойдитесь! — голос Мэй Сюэ Янь дрожал: — Чёрт побери, скажите уже мне, что случилось? Как насчёт других братьев? Где орлы? И восемь старейшин?

Глава 1179. Душа и сердце разрываются на куски!

Все воины клана медведей спокойно стояли на коленях, они подняли головы и посмотрели на Мэй Сюэ Янь, однако ответа так и не последовало. Все снова опустили головы. Некоторые из них уже еле сдерживали комок слёз, скопившийся в их глотках…

— Вас было шесть тысяч, но почему тут осталось так мало людей? Где остальные? Они преследуют врага? — Мэй Сюэ Янь в замешательстве смотрела на грязных и израненных братьев и говорила о том, во что сама даже не верила. Снова не получив никакого ответа, она вдруг резко закричала: — Почему мне не отвечаете? Где остальные? Куда все подевались?! Где Король орлов? Король медведей? Вы, два бессовестных болвана, где вы? Отвечайте быстро!

В этот момент у Мэй Сюэ Янь осталась всего лишь малая часть от привычной сдержанности и изящества хозяйки Тянь Фа, она была практически на грани истерики…

Промелькнул чей-то силуэт, и бледный, как смерть, Цзюнь Мосе приземлился рядом с Мэй Сюэ Янь.

Воины по-прежнему молчали, но осторожно расступились в стороны.

Цзюнь Мосе снова двинулся и встал прямо напротив Мэй Сюэ Янь, тем самым преграждая ей путь. Посмотрев на неё, он дрожащим голосом сказал:

— С-сюэ… Янь…

— Посторонись! — Мэй Сюэ Янь подняла на него яростный взгляд, её нежные глаза в этот момент словно извергали пламя: — Цзюнь Мосе! Дай мне пройти!

Увидев, что Цзюнь Мосе по-прежнему смотрит на неё без всякого желания отойти, Сюэ Янь разозлилась ещё сильнее и свирепо закричала:

— С дороги! — её голос вдруг изменился.

Вечно добрая, сдержанная и великодушная Мэй Сюэ Янь в эту минуту была готова устроить ещё одно побоище!

«Я собираюсь увидеть моих братьев! И никто не смеет меня останавливать!»

Цзюнь Мосе печально вздохнул и опустил голову, но по-прежнему не двинулся с места.

«Уж лучше пусть Сюэ Янь выместит всю свою злобу на мне!»

Мэй Сюэ Янь вдруг замерла на месте, а затем резко перепрыгнула через Цзюня Мосе…

Из-за спины молодого мастера тут же раздался протяжный душераздирающий крик.

Все, кто мог услышать этот крик, поняли бы боль и скорбь её сердца. Даже не зная, что произошло, любой мог бы ясно ощутить, что её сердце разбито…

В центре круга аккуратно лежало искалеченное тело орла. А рядом с ним лежал окровавленный Король медведей… в уголках его рта виднелись пятна крови.

Единственное их различие заключается в том, что тело Короля орлов не подавало никаких признаков жизни.

У Короля медведей ощущалось слабое дыхание… Скорбный крик Мэй Сюэ Янь заставил медведя, находящегося в полубессознательном состоянии из-за глубокой печали, внезапно очнуться. Поток алой крови вдруг выплеснул из его горла, но он вскочил и начал безумно осматриваться по сторонам: — Старшая сестра! Ты здесь! Скорее! Скорее… спасите братишку орла! Спасите братишку орла-а-а…

Он говорил сумбурно, всё время яростно умоляя Мэй Сюэ Янь. Она стояла напротив него, но он как будто её совсем не видел.

— Орёл… — тело Мэй Сюэ Янь затрясло так сильно, словно в него ударило молнией. Сверкающие слёзы медленно потекли по её белоснежным щекам.

Сюэ Янь аккуратно подошла ближе. Все её движения были необычайно медленными, казалось, будто она боялась нарушить глубокий сон своего младшего брата.

Приложив немало усилий, Мэй Сюэ Янь, наконец, дошла до тела Короля орлов, медленно наклонилась и дрожащими пальцами погладила уже холодную щёку орла, пробормотав при этом: — Братик орел… старшая сестра тут, старшая сестра пришла к тебе… Не бойся, я рядом…

Мэй Сюэ Янь протянула руки и крепко обхватила ледяное тело Короля орлов в свои объятия: — Братик… почему ты всегда такой аскетичный? Земля такая холодная, такая грязная, разве тебе не тяжело так лежать? Вставай поскорее, я тебе помогу…

Её белоснежная одежда тут же испачкалась в крови. Она подняла тело Короля орлов, но его ноги продолжали волочиться по земле. Мэй Сюэ Янь была похожа на лунатика, которая в полудреме бродила вместе с орлом в руках: — Орлёнок… Старшая сестра отвезёт тебя обратно, отвезёт тебя домой… Не бойся, всё будет хорошо…

Её ноги внезапно пошатнулись, но Сюэ Янь продолжала упорно стоять прямо. Держа в руках тело Короля орлов, она вдруг покраснела, а затем мощный фонтан крови вдруг вырвался из её груди. Сюэ Янь только хотела двинуться в путь, но её ноги тут же подкосились, и она упала на колени. Закрыв глаза, красавица, наконец, потеряла сознание.

Но даже так её руки всё ещё крепко держали тело младшего брата! Она предпочла бы умереть, чем отпустить его!

Как говорится, нужно уважать жену старшего брата как собственную мать. Пусть в лесу Тянь Фа Мэй Сюэ Янь называли старшей сестрой, но она была для всех словно родная мать.

Эти братья были младше неё, и с самого детства находились под её опекой. Постепенно они становились старше и старше… Неизвестно, сколько сил и энергии они вытянули из Сюэ Янь за это время. Из беспомощных зверят они вырастали в настоящих Королей и гегемонов… Можно сказать, что Мэй Сюэ Янь была свидетелем всей их жизни!

При каждом их падении Мэй Сюэ Янь помогала им подняться. Каждый их успех она разделяла вместе с ними. Каждое их достижение скрывало в себе наставления Сюэ Янь.

Неважно, грустно или радостно было на душе этих братьев, но в первую очередь они хотели поделиться своими чувствами со старшей сестрой!

И теперь Король орлов, весь холодный, лежал в объятиях Мэй Сюэ Янь, но он больше не слышал зов любимой и уважаемой старшей сестры.

Мэй Сюэ Янь почувствовала, как её сердце разрывается на части! Кусок за куском, капля за каплей, оно разрывается!

Спустя некоторое время Мэй Сюэ Янь очнулась и обнаружила, что находится в объятиях Цзюня Мосе.

Молодой мастер смотрел на неё нежным, полным любви, взглядом, однако в нём также присутствовала боль и ярость!

— Старшая сестра! Старшая сестра! — снова закричал Сюн Кайшань и, плюхнувшись на колени перед Мэй Сюэ Янь, начал безумно кланяться ей в ноги: — Старшая сестра! Убей меня, я не хочу жить, не хочу… Братишка орёл отдал свою жизнь, чтобы спасти меня… Я не уберёг братишку и впутал его во всё, это я должен был умереть! Я заслуживаю смерти! Почему не я? — Сюн Кайшань вдруг поднял свою огромную ладонь и изо всех сил ударил себя по лицу: — Я убью тебя, убью! Ты, проклятый медведь, это ты убил девятого братишку… мой маленький братик… — он ударил себя всего лишь несколько раз, но уже успел разбить голову в кровь.

Пустые глаза Мэй Сюэ Янь были устремлены в небосвод. Затем она, наконец, опустила голову и попыталась заново сфокусировать свой взгляд. С огромной любовью она посмотрела на Короля орлов, лежавшего в её объятиях, и не смогла сдержать слёзы.

Затем Мэй Сюэ Янь подняла голову и посмотрела на Короля медведей и дрожащим, но в то же время необычайно твёрдым голосом сказала:

— Встань!

Медведь продолжал хныкать. Казалось, будто его тело вдруг лишилось всех костей и размякло…

— Мужчины проливают кровь, а не слёзы! Вставай! Поднимись, как настоящий мужчина! Сюн Кайшань, не заставляй меня презирать тебя! -слёзы на лице Мэй Сюэ Янь продолжали спокойно выкатываться из глаз, но её голос казался спокойнее: — Ты только что сказал, что девятый брат умер ради твоего спасения. А я не хочу, чтобы человек, которого так отчаянно защищал Король орлов, становился такой тряпкой! Орёл этого не заслужил! — Мэй Сюэ Янь резко подняла свой взгляд и сурово закричала: — Сюн Кайшань! Быстро поднялся на ноги!

Этот суровый приказ заставил вздрогнуть всех вокруг!

Сюн Кайшань вдруг, словно стрела, подпрыгнул вверх и выпрямился струной!

Глаза Мэй Сюэ Янь налились кровью. Она яростно посмотрела на него и сказала: — Девятый брат мёртв. Он отдал свою жизнь ряди тебя. А что ты сейчас делаешь? Скажи мне?!

Сюн Кайшань стиснул зубы, и, не задумываясь, произнёс: — Если в разгар этой войны я погибну, то обязательно воссоединюсь с девятым братишкой! Но даже если по счастливой случайности мне удастся выжить, то я отыщу своего брата после войны! Даже в загробном мире я по-прежнему буду его четвёртым братом! Братья навсегда!

Бац!

Мэй Сюэ Янь вдруг затрясло, и она со всей силы дала пощёчину Королю медведей. Того аж развернуло вокруг своей оси. Но на этом Сюэ Янь не успокоилась и свирепо пнула Сюн Кайшаня по его широкой груди!

Здоровое тело медведя отлетело назад и с грохотом упало на землю.

— Хорошо! Просто отлично! Какой ты молодец, Сюн Кайшань! Умничка, блядь! — голос Мэй Сюэ Янь снова задрожал, и она злобно добавила:

— Девятый брат пожертвовал жизнью лишь ради твоего спасения для того, чтобы ты потом покончил с собой и отправился к нему на тот свет! Ха-ха, Сюн Кайшань, всё верно, да-да! Молодец! И вправду, любовь между братьями очень глубока! Я восхищаюсь тобой!

Каждый раз, произнося одно слово, она жестоко пинала Сюн Кайшаня. Его тело волочилось по земле, а кровь из его рта постоянно изливалась наружу, но Мэй Сюэ Янь не останавливалась! Она била его без пощады!

Даже Цзюнь Мосе смотрел на происходящее с опаской. Казалось, он никогда не видел Мэй Сюэ Янь настолько яростной. Но в данный момент он не мог её остановить.

В конце концов, Мэй Сюэ Янь схватила медведя за шею и свирепо ударила его о землю. Затем она потащила его к телу Короля орлов, словно дохлую собаку, и бросила рядом. Её лицо побледнело, но голос оставался всё таким же суровым: — Спроси у орла! Спроси у девятого братишки! Почему он тебя спас?! Почему он не боролся за свою жизнь, а спасал тебя? Сюн Кайшань, он отдал свою жизнь в обмен на твою! Спроси у него, хочет ли он, чтобы ты умирал? Думаешь, твоя жизнь теперь принадлежит тебе? Думаешь, у тебя есть право что-либо решать?!

Сюн Кайшань посмотрел на лицо Короля орлов и внезапно горестно заревел.

— Если ты думаешь, что, умерев, ты окажешь честь девятому брату, тогда ты можешь сделать это прямо сейчас! — Мэй Сюэ Янь свирепо посмотрела на него: — Я не стану тебя останавливать!

Закончив говорить, она бросила длинный меч перед Королём медведей.

Сюн Кайшань резко поднял голову, посмотрел на сверкающее лезвие клинка, и в его глазах вспыхнул огонь.

Глава 1180. Брат всегда со мной!

— Ну давай! Умирай! Почему ты ещё жив? — Мэй Сюэ Янь холодно смотрела на него. Она дрожала, а по её лицу текли слёзы. Вдруг она крикнула: — Почему ты всё ещё жив? Неужели ты хочешь, чтобы я сама прикончила тебя? Без проблем, только скажи! Я не дорожу такими отвратительными братьями!

На этот раз Цзюнь Мосе, действительно, заволновался. Мэй Сюэ Янь перегнула палку. Сюн Кайшань слишком прямолинеен, если он сказал, что умрёт ради брата, то он это сделает и не отступит от своего решения.

— Я… я не умру! — Сюн Кайшань внезапно успокоился и медленно встал. Его взгляд стал спокойным.

— Не умрёшь? — Мэй Сюэ Янь продолжала истерить: — Ты не собираешься сейчас помирать? Ты всё ещё думаешь о том, что нужно сделать во время битвы? Да? Или собираешься умереть ради брата-журавля? А потом брат журавль умрёт, чтобы спасти Короля тигров. Король тигров умрёт, чтобы… спасти меня, а затем я совершу самоубийство! Отлично получается! Зато все воссоединимся в загробном мире! Ты этого хочешь?

Сюн Кайшань задрожал: — Сестра, пожалуйста… пожалуйста, не говори так… я… Мне грустно это слышать! Мне больно, не говори больше этого…

Да, слова Мэй Сюэ Янь зацепили Сюн Кайшаня. Конечно, он не хотел, чтобы все умирали, но сам был готов умереть!

В тот момент, когда Король орлов умер, чтобы спасти Короля медведей, Сюн Кайшань потерял смысл жизни! Можно сказать, что он больше не хотел жить! Но он всё ещё был жив!

Более того, Король медведей никак не мог смириться с потерей брата! Поэтому он решил, что в следующей битве он должен совсем не жалеть себя, изо всех сил стараться защитить своих братьев, чтобы они выжили любой ценой! Как Король орлов сделал для него…

Он готов был умереть, чтобы спасти любого из своих братьев!

Не зря Короли леса Тянь Фа были назваными братьями!

Однако, когда Мэй Сюэ Янь сказала ему такое, Сюн Кайшань почувствовал неподдельный ужас и панический страх. Действительно, сегодня Король орлов умер, чтобы спасти Сюн Кайшаня, и при мысли об этом ему становилось тоскливо. Если бы он умер ради других братьев, разве им не было бы также плохо, как ему сейчас?

Он поставил себя на их место!

Неужели сестрица права и они все в итоге умрут? И встретятся в загробном мире?

Нет, он этого совсем не хотел!

Но…

Если его брат попадёт в опасность, разве он сможет просто сидеть и смотреть?

Нет, точно не сможет! Разве так вообще можно?

В этот момент он сильно запутался и даже не смог ничего сказать.

— Братья ничего не должны друг другу, — тихо сказал Цзюнь Мосе: — Король Орлов пожертвовал собой ради тебя. Не удивительно, что ты хочешь отомстить. Но разве ты не должен помогать другим братьям?

— Должен! Это брат! Твой брат должен делать для тебя всё, что ты хочешь. Соответственно, всё, что ты делаешь для своего брата, само собой разумеющееся!

Цзюнь Мосе сказал: — Горевать необходимо. Но Король орлов спас тебя ценою своей жизни! Ты должен не умереть ради братьев, а наоборот, остаться живым и сделать для них как можно больше хорошего! Если однажды ты умрёшь, чтобы спасти своего брата… Хотя нам будет грустно, но мы порадуемся за тебя. Потому что ты уйдёшь героем! И со спокойной душой! Так же, как Король орлов! Конечно, мы хотим, чтобы наши братья жили счастливо и долго. Но если брат умер, то нужно жить так, чтобы он на том свете улыбался!

— Да, так и должно быть. Я готов сделать всё для своего брата! Я не боюсь смерти! Но я боюсь разочаровать его! — Сюн Кайшань грустно повернул голову и посмотрел на Короля орлов: — Но брат… умер…

— Девятый брат не умер, он навсегда останется в наших сердцах! — Цзюнь Мосе глубоко вздохнул: — До того дня, когда ты умрёшь, твои братья, будь то Король орлов, твоя старшая сестра и я будем вместе с тобой! Даже если человек умер, он живёт в нашем сердце. Он всегда рядом с тобой! Пока ты жив и помнишь его, память о брате тоже жива!

— Понятно… — Король медведей вытер слёзы и, задыхаясь, сказал: — Пока я жив и помню его, память о брате тоже жива! Король орлов жив!

— Да, так что ты должен жить хорошо ради Короля орлов… ради своего брата. Потому что его самое большое желание перед смертью -чтобы ты остался жив! Он просто хотел, чтобы ты был счастлив! — Цзюнь Мосе ответил: — Ты не должен разочаровать его! Потому что он -твой брат! Кроме того, преемник клана орлов нуждается в твоей поддержке! Ты не можешь умереть! Если ты действительно умрёшь, то окажешься недостойным девятого брата!

Сюн Кайшань молчал, но его тусклые глаза наконец-то загорелись огнём злости.

— И еще кое-что: кровь наших братьев не должна проливаться напрасно! Если кто-то ранит нас, то будет уничтожен! — свирепо сказал Цзюнь Мосе -Сюн, ты должен быть готов. Мы должны ответить им с лихвой, с ещё большей силой!

— Да! Кровь наших братьев не должна проливаться напрасно! Лучше и не скажешь! Пусть эти уродцы будут полностью уничтожены! — глаза Сюн Кайшаня резко вспыхнули, излучая глубокую ненависть.

Затем он внезапно повернулся, пошатнулся и пошёл тщательно осматривать землю вокруг, собирая плоть, кровь и перья, разбросанные Королем орлов. Он делал это осторожно и тщательно.

И Мэй Сюэ Янь делала тоже самое …

Воины медведи тоже молча искали вокруг.

Они хотели собрать все частички их брата, который умер… чтобы он в благородном образе ушёл в мир иной.

Наконец, они всё собрали. Мэй Сюэ Янь сорвала прядь своих волос, а затем попросила Цзюня Мосе с помощью силы золота создать золотую иглу. С помощью неё она аккуратно пришила все перья к плоти своего брата.

Она так сосредоточенно и мягко работала с иглой. Как в тот раз, когда Король орлов случайно порвал свою новую одежду, а она зашила её.

Она вспоминала, как орёл морщил лицо, когда ему было больно, а она ради смеха ударяла его по орлиному носу…

Сейчас ситуация была похожая, только она испытывала горечь…

Во время шитья Мэй Сюэ Янь хмуро спросила: — Когда на небе появилась кровь орла… Это был запрещённый приём клана орлов, верно?

Сюн Кайшань вдохнул через нос и закивал головой.

— А где… восемь предков?

Сюн Кайшань отвернулся, не проронив ни слова, но слёзы хлынули ручьём!

— А тела? — спросила его шёпотом Мэй Сюэ Янь, на душе ей стало тяжело.

— Разорвались… В клочья, — ответил Сюн Кайшань, упал на землю, схватился за голову руками и начал рыдать.

У Мэй Сюэ Янь задрожали руки. Она остановилась, посмотрела на него, потом молча опустила голову и продолжила зашивать. Хотя она ничего не сказала, по её щекам текли слёзы, капая на холодное тело Короля орлов.

Мэй Сюэ Янь застыла от боли! Да, застыла! Рука двигалась машинально, больше она ни о чём не могла думать, и не смела думать: длинные волосы болтались, закрывая её лицо и огромную, как горы, печаль.

Цзюнь Мосе вздохнул, встал и заложил руки за спину. Какой бы умный он ни был, он не знал, как утешить её в этот момент.

Ветер дул, одежда и волосы Цзюнь Мосе развевались, внутри он чувствовал неописуемую боль и пустоту.

Брат… В этом мире у него появилось так много братьев, и теперь один из них погиб в бою!

Возможно, это повторится…

Хотя Мэй Сюэ Янь успокоилась, Цзюнь Мосе очень хорошо знал, что её сердце разбито. Её мягкое сердце разбилось именно в этот момент! Но Мэй Сюэ Янь просто держала себя в руках.

Будучи императрицей Тянь Фа, она не имела права терять над собой контроль перед лицом своих подчинённых! Она всегда должна быть спокойна!

Только так она сможет дать своим подчинённым уверенность!

Её грусть, боль и слабость окажут на солдат психологическое давление!

Теперь Мэй Сюэ Янь не должна показывать своей слабости!

Если она хочет поплакать, то следует дождаться поздней ночи и поплакать в одиночку. Но на следующий день она должна гордо стоять перед лесом Тянь Фа, как императрица!

Пользоваться хитроумными приёмами, чтобы воодушевить солдат!

Сердце Цзюня Мосе тоже болело. Он едва мог дышать от боли в груди.

Он всегда дорожил каждым братом леса Тянь Фа. Цзюнь Мосе чувствовал более близкую связь, чем с людьми, не только с Королями леса Тянь Фа, но и с обычными священными животными! Искренние священные животные были более дружелюбны, чем люди.

Из-за смерти Короля орлов перед глазами у Цзюня Мосе потемнело!

Однако, Мэй Сюэ Янь только что чуть не упала в обморок, поэтому Цзюнь Мосе не мог позволить себе дать слабину. Если они оба погрузятся в скорбь, вероятно, солдаты медведи выйдут из-под контроля!

Если это случится, то ситуация будет действительно ужасной. Даже если они восстановят положение, армию уже будет не собрать. Находясь в разбитом состоянии, эти солдаты рискуют потерпеть поражение! Из-за слабости Короля они не увидят надежду на победу!

Глядя на поле боя, которое было завалено трупами, Цзюнь Мосе спросил сам себя: «А оно того стоит? Это того стоит?»

Это, несомненно, сложный вопрос.

Хотя он говорил, что ему нет дела до людей и континента Суань, что он не великий герой и прочее… но разве это соответствует действительности? В конце концов, на этом континенте его братья!

А ещё родственники, друзья и люди, которых он не может отпустить!

Разве ему в самом деле всё равно?

Даже если ему безразличны люди континента Суань, как он может позволить отвратительным Чужакам проникнуть на континент?

Вероятно, резиденции Злого Монарха и священным животным леса Тянь Фа придётся заплатить большую цену, чтобы не позволить им войти.

Особенно сегодня, когда сила трёх священных земель неожиданно исчерпалась! Цзюнь Мосе не мог этого допустить! Он не хотел ничем жертвовать!

Глава 1181. Безудержный гнев!

Цзюнь Мосе уже представлял себе, насколько может быть высока реальная сила армии Чужаков, но ему и в голову не приходило, что эта война окажется такой ожесточённой и печальной!

В самом начале Тянь Фа уже потеряли восемь шэнцзунов, Короля орлов и его трёхтысячное войско, а также две тысячи воинов-медведей!

Прошло всего чуть больше четырёх часов, а последствия уже были просто катастрофическими!

Если говорить о количественном соотношении — все солдаты имели при себе по одной волшебной таблетке, что, в принципе, приравнивалось к ещё одной запасной жизни, но в итоге уцелела лишь одна шестая от всей армии!

В таком случае, если весь лес Тянь Фа отправится на эту войну, в совершенстве владея всеми возможными военными навыками, сколько часов они смогут продержаться? Если войско Чужаков настолько непобедимо, как трём священным землям удавалось одерживать победу в предыдущих Войнах за небо?

Видите ли, Цзюнь Мосе уже навёл справки о предыдущих Войнах за небо. В войне могли участвовать Достопочтенные мастера; Шенхуаны были их главными силами; Шэнцзуны участвовали в сражениях самого опасного уровня.

Именно так всегда думал Цзюнь Мосе!

Однако увидев всё воочию, он понял, как ошибался!

Вот о чём, оказывается, говорили Гу Хань и все остальные.

— Сюэ Янь, в каком месте раньше проводилась Война за небо? — спросил Цзюнь Мосе.

— На юго-западе, примерно в пятистах километрах отсюда, — Сюэ Янь продолжала стоять в оцепенении, машинально ответив на вопрос Мосе.

Она уже зашила раны на теле Короля орлов, а его крылья были облечены в парадные одежды. Сейчас он выглядел также грозно, как и при жизни!

— Люди трёх священных земель охраняли это место? — нахмурившись, снова спросил Цзюнь Мосе.

— Разумеется, как же без охраны, — сказала Сюэ Янь: — До этого времени, священный дворец снаряжал самые сильные отряды, чтобы надёжно охранять эту территорию. На протяжении десяти тысяч лет, оборона ни разу не была прорвана!

— Там есть охрана?! — глаза Цзюня Мосе тотчас же сверкнули: — Раз там есть охрана, а тут творится такое, почему они до сих пор не прибыли сюда? Ведь здесь критическая ситуация, граница, разделяющая два материка разрушена! Где они сейчас, в конце концов, находятся? -Цзюнь Мосе устремил свой взгляд вдаль: — Произошло обрушение горы Тяньчжу! Тут не то что обычный человек, а даже мастер с Суань Духа, Великий мастер, да и даже Почтенный мастер, весьма вероятно, погибли где-то под завалами! Я уверен, что даже Достопочтенный мастер не сможет выбраться оттуда без единой раны, столкнувшись с таким ужасающим гневом небес! Конечно, Шенхуаны и Шэнцзуны смогут выбраться, но остальные… Раз это такое важное место, солдаты, отвечающие за его охрану, как минимум должны обладать уровнем Достопочтенного? Но если они там, разве они не должны были заметить, какого размаха достигла сила армии Чужаков в этот раз? Но почему? Почему их до сих пор нет здесь?

Хотя тон голоса Цзюня Мосе был равнодушным, и почти не выражал никаких эмоций, Мэй Сюэ Янь, так хорошо знающая его, и даже не совсем сообразительных в некоторых вещах Сюн Кайшань, почувствовали, как от сказанных им слов повеяло пронизывающим до костей холодом!

После того, как Цзюнь Мосе зажил своей второй жизнью, ему ещё не приходилось сталкиваться с такими катастрофическими последствиями. Эта битва уничтожила около восьмидесяти процентов от общей численности военных сил, среди которых были один из Королей Тянь Фа, восемь Шэнцзунов, и всё войско хорошо обученных орлов.

Тысяча медведей, которым всё-таки посчастливилось выжить, получили значительные ранения, вследствие чего их боевые способности сильно сократились. Разумеется, Цзюнь Мосе очень сильно горевал по этому поводу, ведь столько мастеров, которых он хорошо знал, теперь были мертвы.

Если сердце Мэй Сюэ Янь было разбито на мелкие кусочки, с сердцем Цзюня Мосе случилось то же самое. Возможно, ему даже пришлось намного тяжелее… по крайней мере, Мэй Сюэ Янь может скрыться ото всех и поплакать, при этом получив утешение со стороны Цзюня Мосе!

Цзюнь Мосе же вынужден зарывать всю свою боль и скорбь глубоко в своей душе, он даже не может никому поплакаться! Потому что он -мужчина! Лидер!

На самом деле, если рассуждать хладнокровно, сторона Тянь Фа, действительно, подверглась огромным потерям в этом бою, но, тем не менее, их достижения были просто невероятными: лишившись пяти тысяч своих людей, они смогли уничтожить силы врага, превосходившие их по численности в целых двадцать раз. Включая туда наивысший уровень бойцов Чужаков, они убили тринадцать великих Тянь Жэнов, больше сотни Ди Жэнов, и несколько десятков тысяч обычных солдат. Таких впечатляющих результатов материк Суань не добивался ни в одной из предыдущих битв за небо!

Хотя результаты сражения и в правду были потрясающими, это не входило в планы Цзюня Мосе. Даже такие блестящие достижения всё равно не смогут вернуть ему его близких товарищей!

Цзюнь Мосе такой человек — пусть хоть сто тысяч, хоть двести тысяч, хоть жизни всех Чужаков стояли бы на кону, его братья всё равно были бы важнее для него!

Он знал, что война всегда наполнена жертвами и потерями, если где-то идет сражение, обязательно будут и жертвы! Но он всё же надеялся, что это не коснётся его близких, поэтому и всеми силами пытался повысить их боевые способности, к тому же он раздал каждому по волшебной исцеляющей таблетке, однако без жертв всё же не обошлось!

Насколько сильно страдал Мосе, можно только представить! Он горевал, но у него не было возможности излить свою злость! Все Чужаки бежали, а три священные земли и священный дворец не имели к этому отношения…

И, когда в этот момент он случайно узнал, что были люди, ответственные за охрану этого места, к тому мастера с довольно высоким уровнем совершенствования, Цзюнь Мосе окончательно взбесился! Он был вне себя от злости!

После боя с Чжань Лунь Хуаем, узнав о состоянии сил священного дворца, он занимался размышлениями о силах врага, но в эту минуту он отбросил эти мысли! Ни к чему размышлять над силами врага, надо просто брать и уничтожать этих ублюдков. Рано или поздно ты всё равно всё сам узнаешь. Вне зависимости, силён враг или слаб, в любом случае от него не должно остаться и мокрого места!

Всё равно победитель будет только один!

К тому же узнав о том, что гору Тяньчжу должны были охранять мастера высшего класса, но они так и не появились на поле боя, Мосе пришёл в бешенство!

Армия Тянь Фа находилась в критической ситуации, почти столкнувшись с полным разгромом, но эти люди не оказали им никакого содействия!

Если бы они пришли на помощь, разве все восемь великих Шэнцзунов Тянь Фа были сейчас мертвы? А смерть Короля орлов и всего его войска?

После слов Мосе, в глазах Мэй Сюэ Янь вспыхнула лютая ненависть! До этого момента она была погружена в скорбь, и не могла думать ни о чём другом. Однако в этот момент, её словно шибануло разрядом тока, и в его сердце воспылал пожар!

«Почему? Чтобы помочь им справиться с наплывом Чужаков, наш Тянь Фа первым прибыл на место катастрофы… только ради материка! Ради всех них! Но… почему наши люди спешили сюда сломя голову, первым же делом развернули ожесточённый бой с Чужаками, в итоге потерпев почти полное поражение? А они, будучи совсем близко от места сражения, не оказали нашим солдатам никакой поддержки, даже до сих пор никто из них так и не показался! Почему?! Неужто в такой момент вы решили остаться безучастным посторонним наблюдателем? Занять выжидательную позицию?! Вы нас совсем кретинами считаете?!»

— Чёрт побери! — сквозь стиснутые зубы Мэй Сюэ Янь процедила эти два слова, она больше не могла сдерживать свой гнев!

«Хотя вы не участвовали в этом лично, но мои братья погибли именно по вашей вине! Да, вы даже отвратительнее, чем эти чёртовы захватчики! Ненавижу вас!»

Цзюнь Мосе тоже с недовольством и злостью фыркнул, и больше не произнёс ни слова. Он достал своё самое лучшее лекарство, и вручил чудом уцелевшим медведям.

Издалека донеслось звонкое клекотание!

Подоспела вторая вспомогательная армия. Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь, возглавляющие отряд Цаньтянь Шихунь и три сотни чёрных журавлей, наконец, прибыли! Они уложились даже на час быстрее, чем предполагалось!

Лицо Мосе выглядело непривычно перекошенным!

Наступила ночь. Союзные армии дворца Злого Монарха и леса Тянь Фа разбили палаточный лагерь в тридцати километрах от места сражения, однако никто из них не смог сомкнуть глаз этой ночью.

Однако никто даже не плакал. В лагере стояла пугающая тишина, атмосфера была настолько напряжённой, что людям было тяжело вздохнуть полной грудью.

Перед рассветом прибыли Король журавлей и Король тигров вместе с шеститысячным войском!

Посреди всего этого безмолвия внезапно раздался пронзительный крик Короля журавлей, Хэ Чхунсяо!

Мэй Сюэ Янь тоже не ложилась спать этой ночью, она даже не меняла своего положения, неподвижно просидев всю ночь около тела убитого Короля орлов.

По обычаям Тянь Фа после смерти одного из них, старший товарищ должен провести всю ночь вместе с покойным, как бы провожая своего близкого в последний путь. Мэй Сюэ Янь была человеком, которого больше всех уважал Король орлов, а, стало быть, она была главной кандидатурой, однако одновременно она являлась хозяйкой леса Тянь Фа, а законы Тянь Фа запрещали монарху находится у гроба его подчинённых, даже если для него они были очень близкими товарищами, даже Король орлов не был исключением.

Священные животные таким образом проявляли уважение своему хозяину!

Но Мэй Сюэ Янь решила нарушить правила! И в полном молчании провела последнюю ночь рядом со своим погибшим братом, проводив его в последний путь!

На памятных табличках были написаны имена всех восьми Шэнцзунов и всех орлов.

Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь, Король журавлей — Хэ Чхунсяо, король медведей — Сюн Кайшань и Король тигров — Ху Леди, впятером стояли неподвижно, словно каменные изваяния.

Губы Королей сводили судороги, но они не решались сказать ни слова, будто воды в рот набрали. Они боялись, что стоит им сказать хоть слово, слёзы градом посыплются из их глаз.

Глава 1182. Мои братья не могут умирать зазря!

Это ночь была наполнена болью и скорбью, но всхлипов не было слышно.

Постепенно стало расцветать, и палатки наполнились светом.

Мэй Сюэ Янь долгое время не решалась взглянуть на молочного цвета небосвод, словно она была не в силах проститься с ночью, но когда, наконец, она попыталась заговорить, её голос звучал хрипловато: — Восемь старейшин, братец-орёл и молодые орлиные бойцы… счастливого вам пути! Если у вас будет время, обязательно навещайте наш Тянь Фа… мы будем скучать… вы навсегда останетесь нашими близкими братьями и товарищами!

Она была не в силах подняться, поэтому с уважением поклонилась. Две сверкающие слезинки упали из её глаз, и она опустилась вниз.

Король медведей, Король журавлей и Король тигров одновременно рухнули на колени, без остановки всхлипывая.

— Ну, будет, хватит рыдать. Пусть наши братья со спокойным сердцем отправятся в свой последний путь, — глаза Цзюня Мосе заметно покраснели, и он сказал: — Это война. На войне никогда не обходится без жертв, без смертей! И эта война только началась. Трудно говорить… но каждый из нас когда-то составит им компанию. Уверен, если такой день всё-таки вдруг наступит, они бы не хотели видеть нас в таком отчаянии.

— Верно! — одновременно откликнулись все три Короля. Хотя им было очень горестно на душе, их лица по-прежнему сохраняли грозный и мужественный вид!

Цзюнь Мосе взмахнул рукой, и палатка, наполненная памятными дощечками и телами погибших, в тот же миг исчезла. Только в башне они будут в полной целости и сохранности!

Мэй Сюэ Янь и Короли с печальным видом несколько раз обошли всю палатку. Король медведей медленно опустился на корточки в месте, где лежало тело погибшего Короля орлов, плотно прижал свою руку к земле, и крепко закрыл глаза. Слёзы без остановки стекали по его лицу, однако он так и не проронил ни слова, только его тело продолжало вздрагивать…

Потом он вышел, и даже не обернулся.

— Никому не спускать глаз со своих отрядов, всём быть наготове и ждать приказа. Битва может начаться в любой момент! — Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, внезапно его лицо помрачнело, и он решительно сказал: — Если кто-нибудь осмелится броситься в атаку без моего приказа, или приказа Мэй Сюэ Янь, тот будет жестоко наказан. Я отрублю этому человеку голову на том же самом месте, где погибла войско доблестных орлов!

Все три оставшихся в палатке короля дрожали от страха.

Быть обезглавленным на месте гибели своего товарища являлось способом самого строго наказания в Тянь Фа! Человека, подвергшегося такому наказанию, ждет позор и всеобщее осуждение! Никто больше не будет считать его своим братом!

Цзюнь Мосе издал такой приказ не случайно: он опасался, что разгорячённые бойцы станут неуправляемыми, и бросятся в бой без приказа, чтобы отомстить за Короля орлов и остальных погибших боевых товарищей! Несмотря на безвыходность, он был вынужден поступить так. Он хотел хоть как-то обезопасить Короля медведей, неудержимая ненависть которого затмила его здравый рассудок!

Через мгновение все короли животных уже покинули палатку.

Виднеющийся вдалеке вулкан перестал извергаться, однако по-прежнему пускал клубы чёрного дыма.

Подчиненные Ин Бокуна и Фэн Цзюань Юня занимали самые передовые позиции. Насторожившись, они наблюдали за движением другой стороны горы Тяньчжу.

Они несли караул на протяжении всей этой ночи.

Потому что у Тянь Фа этой ночью был траур.

Хотя Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь не участвовали в траурной церемонии, устроенной в честь Короля орлов и восьми великих Шэнцзунов. Сейчас они оберегали покой всех солдат Тянь Фа, чтобы они спокойно могли проводить своих погибших товарищей в последний путь, чтобы никто не посмел потревожить их прощание.

— На данный моменту Чужаков в той стороне были замечены какие-то передвижения? — спросил Цзюнь Мосе.

— До этого момента не было замечено больших передвижений! — Фэн Цзюань Юнь, вытянувшись по стойке смирно, немедленно ответил на вопрос Цзюня Мосе.

— Почему вчера, за очень короткий срок времени сюда прибыло столько солдат врага? Если рассуждать логически, раз здесь вспыхнула такая широкомасштабная битва, сюда непрерывно должна спешить помощь. Но почему сейчас здесь так тихо, это же не нормально? -Цзюнь Мосе, нахмурившись, задумался.

Медленно оглядев все близлежащие горы, он внезапно вздрогнул.

К этому времени все сравнительно большие вулканы прекратили извергаться. И температура воздуха порядочно снизилась, не то, что вчера.

— Чужаки ждали, когда закончится извержение вулканов! — в глазах Мосе застыл суровый холод. Он переглянулся с Мэй Сюэ Янь, заметив в её глазах обеспокоенность.

Во вчерашнем бое Чужаки потеряли много своих. Наверняка они решили изменить тактику. Было заметно, насколько их солдаты сильны!

Ведь даже восемь великих Шэнцзунов Тянь Фа не смогли справиться с их атакой… Разумеется, Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь и всем священным животным Тянь Фа было трудно принять такие потери. Но Чужаки стали лишь беспощаднее! Тринадцать великихТянь Жэнов было убито, и погибло почти три сотни Ди Жэнов!

Цзюнь Мосе никогда бы не поверил, что это не смогло никак задеть Чужаков! Они лишились такого огромного количества своих солдат! Даже безжалостные Чужаки вряд ли бы остались равнодушными перед такой ошеломительной потерей!

Поэтому они были вынуждены изменить тактику боя. Куда лучше не спешить с началом битвы, а дождаться, когда извержение вулканов завершится, погода станет нормальной, и не будет создавать дополнительных трудностей, вот тогда можно вернуться в бой с новыми силами!

И это было очень хитро!

Потому гора Тяньчжу, служившая природным барьером, теперь была полностью разрушена! Если исключить угрозу извержения вулканов, эта была широкая просторная дорога! Стоит Чужакам напрячься посильнее, и они могут с лёгкостью прорваться в любом направлении!

Пусть на материке Суань много мастеров, но даже они не смогут ничего поделать с этим!

Причина довольна проста — линия фронта слишком длинная и растянутая… К тому же когда вулканы перестанут извергаться, охлаждение местности тоже требует определённого времени.

За это время Чужаки как раз могут завершить сосредоточение своей многочисленной армии у линии фронта!

Конечно, материк тоже может заняться переброской своих войск, но путь до этого места очень долог. А Чужаки уже могут начать активное наступление!

Они могут начать захват абсолютно по любому из возможных направлений, а материку Суань придётся лишь обороняться!

Разница здесь, как между небом и землей!

Как справиться с такой ужасной ситуацией?

Цзюнь Мосе медленно шагал, и ломал голову над этой загадкой. Мэй Сюэ Янь тоже, нахмурившись, раздумывала над этим вопросом. Спустя долгое время бессмысленных размышлений, они оба одновременно вздохнули.

— Только обороняться, разумеется, неприемлемо… однако самим начать наступление… — Цзюнь Мосе печально вздохнул: — Тоже не выход…

— Да, верно. Это всё-таки их территория, если бы бездумно перейдём в наступление, мы вряд ли сможем быстро отыскать их уязвимые места. К тому же для наступления нам потребуется многочисленное войско хорошо обученных бойцов, наша оборона тут будет очень слаба. Если Чужаки нападут на нас, наших сил будет недостаточно, чтобы справиться с ними. Здесь обратная зависимость — защищаться будет ещё труднее… — сказала Мэй Сюэ Янь.

Они одновременно устремили свои взоры вдаль.

К ним направлялись несколько силуэтов. Самый быстрый и самый близкий к ним оказался предводитель священного дворца, ГуХань!

Наконец-то прибыли люди священных земель.

Цзюнь Мосе помрачнел, взгляд его был очень серьёзным.

Мэй Сюэ Янь вмиг побледнела, ледяной холод в её теле снова стал сгущаться! Она попыталась умерить свой гнев.

Цзюнь Мосе невнятно что-то пробормотал, его взгляд просиял, и он медленно сказал: — Беспокойство за свой тыл на пределе, я весь как на иголках! Не исключено, что весь мир может поплатиться за это!

Он сказал это так уверено и так дерзко, что Мэй Сюэ Янь даже немного испугалась, и обернулась посмотреть на него!

— Мои братья не должны умирать зазря! — Цзюнь Мосе тихо произнёс: — Жалкие Чужаки, которые сотворили это, обязательно ответят, но мне больше интересно послушать мнение благородного свидетеля! Иначе мне будет казаться, что Король орлов сверлит меня взглядом из загробного мира! Этот взгляд… заставляет меня испытывать стыд, мне трудно спать из-за этого! А там под землей ещё восемь Шэнцзунов и трёхтысячное орлиное войско! Они все смотрят на меня! Они смотрят на меня с доверием, я не могу подвести своих братьев! Боюсь… материк тоже в ответе за это! Иначе такое может снова повториться! Но мы больше не можем позволить себе терять своих братьев! -сказав это, Мосе стремительно помчался навстречу к ним!

Все три короля животных долго не сводили глаз с его спины! А взгляд Мэй Сюэ Янь в тот же миг потускнел!

В палатке Цзюнь Мосе занимал срединное место, он сидел с величественным взглядом, и наблюдал за тем, как в палатку входили Гу Хань и остальные, его взгляд был острым и обжигающим!

Мэй Сюэ Янь сидела рядом с ним. После Мэй Сюэ Янь сидели Король тигров, Король журавлей, Король медведей, Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь. Все семеро были очень серьёзными.

На лице Гу Ханя изначально была лёгкая улыбка, но, почувствовав странную обстановку в палатке, она тут же исчезла. Он, недоумевая, сразу спросил: — Господин Цзюнь, осмелюсь спросить, что-то случилось? Почему… почему вы так смотрите на меня?

Стоявшие за ним Си Жо Чен, Мо Вудао и Ху Янь Аобо тоже были весьма удивлены. Почему Цзюнь Мосе вдруг ведёт себя так? Что он хочет сказать этим?

— Садитесь! — Цзюнь Мосе поднял руку. Взгляд его был ледяным, а лицо как кусок железа.

Глава 1183. Я жду объяснений.

— Подкрепление? Какое подкрепление? — Цзюнь Мосе усмехнулся: — Для кого это подкрепление? Мо Вудао, господин Мо, у тебя в голове что-нибудь есть? Прежде чем говорить, ты должен хорошо подумать. Не давай другим повод считать, что глава трёх священных земель может нести только чушь!

Хотя Мо Вудао сам не был Великим мастером, но сильные Шэнцзуны уважали его из-за статуса. Когда бывало, чтобы кто-то ругал его и говорил неприятные вещи прямо в лицо? Он залился краской и полностью потерял дар речи, но Гу Хань остановил его и предложил присесть.

Гу Хань знал, что Цзюнь Мосе — отнюдь не тот человек, который будет ругаться на горячую голову!

Наверняка есть причина, почему он сейчас так себя вёл!

В противном случае, вчера он не стал бы сотрудничать и плечом к плечу сражаться с врагом, тем более не стал бы щедро раздавать редкое волшебное лекарство, но сегодня он был холоден, как лёд.

— Господин Злой Монарх, если Священный дворец оскорбил вас чем-то, просто скажите. В настоящий момент, если мы перед лицом сильного врага не сможем решить наши противоречия, то сотрудничество не будет эффективным, — с улыбкой сказал Гу Хань, спокойно сев прямо.

— Хорошо, вы откровенный человек, который говорит откровенные слова! Раз уже на то пошло, я тоже скажу вам правду, — холодно улыбнулся Цзюнь Мосе и спросил: — Сколько осталось ваших воинов на поле битвы за небеса?

Гу Хань прищурился: «В самом деле, что-то произошло!» Однако он не знал, что конкретно. Кто мог так сильно разозлить Цзюня Мосе?

Но сейчас наступил решающий момент, когда им нужно объединиться, чтобы дать отпор Чужакам. Споры в данный момент на самом деле неуместны, тем более что он всё ещё оставался главной силой в этой решающей битве!

— На поле битвы осталось немало солдат, — подумал Гу Хань и честно сказал: — В конце концов, Чужаки могли не сдержать свои обещания. Может быть, они вторгнутся на нашу территорию раньше…

Цзюнь Мосе фыркнул и сказал: — Как вы думаете, могли ли они погибнуть из-за внезапного обвала горы Тяньчжу и последующего извержения вулкана?

— Это невозможно! — засмеялся Гу Хань. — Все эти люди — великие мастера, тщательно отобранные со всех трёх священных земель! Самый слабый из них достиг уровня Достопочтенного мастера! Хотя обрушение горы Тяньчжу произошло внезапно, но не могло погибнуть столько мастеров! Я в этом уверен!

— О? Это так?! Но я же не знаю, сколько там вообще было людей? И насколько были подготовлены ваши мастера! — Цзюнь Мосе наклонил голову.

Зная, что в вопросе Цзюня Мосе наверняка есть скрытый смысл, Гу Хань не стал лить воду и объяснил: — Стражей, которые защищают место битвы за небеса, никогда не было меньше трёхсот человек. К тому же, их число постоянно росло! Среди них два десятка Шэнцзунов и более ста Шенхуанов разного уровня! Достопочтенные мастера сменяются каждые сто лет! Все Достопочтенные мастера, которые остались охранять поле битвы за небеса, возвращались в Священный дворец, только чтобы подготовиться к прорыву на уровень Шенхуана! После прорыва, они снова вступали в смену и по возвращению делали шаг на ещё один уровень! Такой тип обучения солдат военному делу позаимствован у Чужаков, для повышения навыков моих мастеров. Это обеспечивает появление новых мастеров! На самом деле, после катастрофы со Священным дворцом и тремя священными землями, наша мощь сильно ослабла! Но они стали нашими самыми сильными войнами!

— Это хороший способ обучения солдат. Священный дворец действительно могуществен. Самые сильные воины, хе-хе… — Цзюнь Мосе саркастически улыбнулся: — Поскольку три священных земли всё ещё обладают такой мощью, они, наверняка не чувствуют Чужаков! Итак, эти ваши хорошо обученные войны… где они сейчас?

— Естественно, они охраняют поле битвы, это их обязанность. Даже если ситуация спокойная, они не могут самовольно оставлять своё место… — сказал Гу Хань и вдруг замер.

— На поле битвы? Но гора Тяньчжу рухнула, где они могут быть? Разве они не должны были присоединиться к битве? — холодно сказал Цзюнь Мосе. — Я не пойму, вы шутите?

— Я оговорился, вы верно заметили… неужели они не участвовали в битве? — лицо Гу Ханя на мгновение стало мрачным. Как только они пришли на поле боя, то сразу же поняли, что здесь только что произошла жестокая битва!

Настолько жестокое сражение редко увидишь!

Судя по всему, в этой битве приняло участие более двадцати Шэнцзунов, и большинство из них погибли, иначе аура не была бы столь несбалансированной!

Поэтому Гу Хань считал, что те, кто изначально находился на горе Тяньчжу, должно быть, участвовали в этой битве.

Кто знал, что Цзюнь Мосе вдруг задаст целую тьму вопросов. Для этого есть причина и ответ очевиден: эти мастера не участвовали в этой битве!

Если Гу Хань и сейчас этого не понял, то можно считать, что он прожил свои три тысячи лет напрасно!

Лица мастеров священного дворца и людей Mo By дао в момент изменились!

Некоторые даже разозлились!

Люди, которые присутствовали на поле боя, лично испытали всю жестокость войны на себе. Поскольку те мастера не участвовали в войне, то все полученные ранее потери, естественно, приходятся на лес Тянь Фа!

Для остальных это было невыносимо! Даже Мо Вудао разгневался! Теперь они поняли Цзюня Мосе. Когда они столкнулись с таким, то отреагировали даже жёстче, чем он!

Эти люди словно вонзили нож в спину своим товарищам!

Успех или провал этой битвы напрямую зависел ото всех! От всего континента! Такое поведение просто недопустимо!

Никто не думал, что они могут быть убиты горой Тяньчжу, потому что это невозможно. В других местах не было сражений, только здесь…

Вывод только один: Они не хотели участвовать! Поэтому и не участвовали!

— Во вчерашней битве участвовало около двухсот тысяч Чужаков! Многие из них — отличные мастера, включая несколько тысяч дьяволов из ада и более четырёхсот бойцов Ди Жэн со своими безумными мечами! И тринадцать Чужаков с уровнем Тянь Жэн. Наша армия братьев из леса Тянь Фа, преодолевших десятки километров, сражалась целых три часа! До самого конца мы так и не увидели никакой помощи!

Цзюнь Мосе вдруг встал, заложив руки за спину. Он внимательно осматривал лица каждого человека из трёх священных земель, но увидел только, что все они опустили головы, не зная, что сказать! Они не находили себе места от стыда!

Ведь когда-то они прибегали к уловкам и манипулировали другими, чтобы навредить им. В конце концов, им пришлось едва ли не умолять, чтобы Злой Монарх и лес Тянь Фа забыли былые обиды и бросили все силы на эту войну. Кто бы мог подумать, что пока они проливали кровь и ждали подкрепление, их товарищи спрятали головы в песок и безучастно смотрели на то, как они погибают?

Их лица горели, будто они получили пощёчину!

— Но ведь мастера знали о положении дел? — Цзюнь Мосе не мог скрыть своего разочарования. Все вокруг него были опечалены, но он старался держаться гордо!

Это гордость присуща жителям леса Тянь Фа!

В этот момент все из леса Тянь Фа чувствовали горечь и негодование!

Гу Хань всё осознал, его лицо залило румянцем, а на лбу выступили вены. Он проговорил сквозь зубы: — Хочу узнать подробности!

Его гнев был не из-за невежливости и давления Цзюня Мосе, а из-за бездействия стражей!

В этот момент Гу Хань просто подумал о том, что лучше бы он провалился сквозь землю! Это куда лучше, чем чувствовать себя виноватым.

Какое унижение ему обеспечили его подданные!

Он не мог сбежать, ему оставалось лишь слушать и нести ответственность за последствия!

— В этом сражении моя армия первая выступила с леса Тянь Фа. Мы преодолели большой путь и вступили в схватку! — Цзюнь Мосе вдруг повысил голос: — Король орлов возглавил три тысячи воинов клана орлов, а Король медведей возглавил три тысячи воинов клана медведей! А ещё восемь Шэнцзунов, в том числе Шэнцзун Лу. Мы отчаянно сражались с двухсоттысячной армией Чужаков! Братья повысили свою силу секретными методами. Слабейшие из них достигли четвёртого уровня Почтенного мастера! Всего один шаг отделял их от уровня Достопочтенного мастера! — голос Цзюня Мосе сотрясал толпу.

В этот момент Цзюнь Мосе замолчал, посмотрел на небо, глубоко вздохнул и равнодушно сказал: — Все те, кто говорил о безопасности континента и людей трёх священных земель, вы знаете чем закончилась битва?

Гу Хань чувствовал только то, что его лицо горело, но он должен был что-то сказать и, заикаясь, спросил: — Победой?

— Победа! Конечно! Разве вы сидели бы здесь так спокойно, если бы мы проиграли? Это не просто победа, а великая победа! — серьёзно сказал Цзюнь

Мосе. — Мы разбили почти всю армию Чужаков, лишь немногим из них удалось бежать! Что касается нескольких тысяч дьяволов из ада -большая часть из них погибла. Четыреста бойцов Ди Жэн превратились в пепел, были убиты так же тринадцать самых сильных Чужаков с уровнем великий Тянь Жэн!

Люди в шатре заволновались.

Если бы воины трех священных земель выступали одни, им пришлось бы заплатить огромную цену, чтобы победить сильных Чужаков! Сейчас лес Тянь Фа достиг такого блестящего результата! Как это возможно!

— Как это возможно? — воскликнул Мо Вудао с удивлением и радостью.

— Я только что сказал результат этой битвы и потери противника, но вы знаете, какую цену мы заплатили за победу в этой битве? — Цзюнь Мосе проигнорировал Мо Вудао и просто уставился на Гу Ханя: — Наш лес Тянь Фа… потерял восемь Шэнцзунов, Короля орлов, всё войско воинов-орлов и более двух тысяч медведей! Эта битва станет легендой.

Гу Хань вдруг поднял глаза! Его лицо было белым!

— Хотите знать, как они умерли? — Цзюнь Мосе почувствовал скорбь и гнев, он прошипел: — Не сохранилось ни одного тела наших погибших братьев! За исключением Короля орлов, который умер, чтобы защитить своих товарищей… Все остальные погибли, выпустив свою душу и энергию Суань! Таким образом мы и добились «славной победы», которую господин Мо считал невозможной!

Все дрожали и сидели, разинувши рот, вытаращив глаза!

Все уже поняли, что эта битва была жестокой, но они не думали, что настолько!

В общей сложности восемь Шэнцзунов и почти пять тысяч Достопочтенных мастеров погибли, чтобы остановить противника!

— В данный момент я просто хочу спросить: где были ваши люди, когда наши солдаты бились насмерть? Войско орлов и медведей преодолели

длинный путь! Где были ваши великие мастера, которые служили недалеко от места битвы?! — Цзюнь Мосе зло смотрел на Гу Ханя и остальных: — Даже если они не ожидали, что Чужаки вторгнутся так быстро, и не заметили как началась битва, но они наверняка заметили наших солдат, которые жертвовали собой! Ваши хорошо обученные мастера добрались бы до места битвы очень быстро. Где они были? Неужели они глухие? И слепые? Гу Хань! Все, кто был убит — мои братья! Мои братья!

Он всё время называл Гу Ханя старейшиной Гу, но теперь он звал его по имени! Хотя он говорил спокойно, но чувствовалась напряжённость!

Высокопоставленные люди трёх священных земель чувствовали себя беспомощными под взглядом Цзюня Мосе!

Позор!

Это абсолютный позор!

Они спокойно смотрели, как их товарищи умирали один за другим, и ни один из них не появился на поле боя!

Столкнувшись с отрешённым взглядом Цзюня Мосе и Мэй Сюэ Янь, Гу Хань внезапно потерял дар речи.

Не только Гу Хань, но и все люди трёх священных земель не могли произнести ни слова, даже Мо Вудао, который всегда умел извернуться!

Это абсолютно непростительная ошибка!

Цзюнь Мосе стиснул зубы и внезапно закричал: — Гу Хань, мои братья не должны умирать напрасно! Я хочу, чтобы вы объяснились передо мной! Вы, три священных земли, должны объяснить мне! — потом он медленно добавил: — Я не могу позволить, чтобы мои братья не нашли покоя после смерти! Поэтому я не остановлюсь ни перед чем!

Глава 1184. Я должен убить тебя, даже перед началом великой битвы!

Гу Хань ещё не успел начать говорить, как вдруг раздался чей-то голос, полный насмешки: — Объяснения? Что за объяснения? Как объясниться? Даже если они и не найдут упокоения после смерти, и что с того?

— Кто это? Убирайся вон! — Цзюнь Мосе вдруг переменился в лице.

Гу Хань яростно закричал: — Кто тут морочит всем голову? А ну, выходи! Кто тут несёт бред? Выйди! — раздался шелест, и около сотни человек одновременно приземлились рядом с палаткой.

Во главе было два человека, одетые в белоснежные одежды, их лица были худощавыми, а сверкающие глаза презрительно пробежались по людям внутри палатки. Этот взгляд стал ещё более провокационным, когда остановился на лице Цзюня Мосе!

В мгновение ока силуэт молодого мастера вылетел наружу.

Тело Цзюня Мосе излучало ауру тирании и ужаса, и он гневно посмотрел на прибывших «гостей». С тех пор, как Мосе появился в этом мире, он никогда не высвобождал такой огромной вспышки ледяной ярости!

В этот момент все присутствующие, будь то в палатке или за её пределами, людьми трёх священных земель или резиденции Злого Монарха, могли ясно почувствовать решимость молодого мастера истребить всё на этой земле!

В этот момент он был Богом смерти! Словно Владыка загробного мира лично спустился в этот мир! Каждое его движение, взгляд и даже колебание бровей было наполнено леденящим сердце духом мёртвых!

Гу Хань лишь почувствовал, как струя холодной Ци вырвалась прямо из его сердца. Он поспешил выйти из палатки и встал перед Цзюнем Мосе.

Теперешний Цзюнь Мосе заставил даже его, мастера уровня Шэнцзюн, почувствовать неописуемо огромную опасность! Нет, это была смертельная угроза!

Гу Хань знал: будучи в таком состоянии, стоит только не согласиться с его словами, Цзюнь Мосе тут же разнесёт всё к чёртовой матери! Ему будет совершенно наплевать на материк и мирскую суету!

Ему нужны только объяснения!

Сейчас Цзюнь Мосе совершенно не размышлял о своем первоочередном принципе «общая картина важнее всего»!

Тот, кто с ним не согласится, должен быть уничтожен! Истреблён к чёртовой матери!

— Кто это сейчас сказал? — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся и резко нахмурил брови, его глаза вспыхнули ярким светом и уставились на лица двух людей напротив. Затем он спокойно добавил: — …Объяснения? Что за объяснения? Как объясниться? Даже если они и не найдут упокоения после смерти, и что с того?

Гу Хань почти приплясывал от волнения!

Эти проклятые ублюдки… Когда они нужны, так их следов не найти, а когда им лучше бы не появляться, так они тут как тут! Ни раньше, ни позже — именно в этот момент, в самый неподходящий момент! Да ещё и с такими непростительными, бессовестными речами!

Эти двое были двумя другими сильнейшими Шенцзюнями Священного дворца!

Ся Чан Тянь — «Раскат грома» и Ли Бовень — «Грозовой разряд».

Оба охраняли границы Битвы за небеса уже в течении трёх тысячелетий!

Их уровень был лишь чуточку пониже, чем у Гу Ханя, Шенцзюня третьего разряда.

Они принадлежали истинному пику мастеров этого мира и материка Суань!

Однако характер этих двоих был крайне вспыльчивый: они не признавали своих ошибок, потому что всегда считали себя правыми. Эти ребята были некомпетентны ни в роли лидеров, ни в роли охраны Священного дворца, поэтому Гу Хань отправил их сюда, на границу Войны за небеса, чтобы закалять свой дух и совершенствовать навыки.

Нужно признать, что это было самым лучшим решением, потому что эти двое идеально дополняли друг друга в битвах. Неизвестно сколько раз за три тысячи лет Чужаки терпели поражение от рук этих двоих!

Для континента Суань они, безусловно, являлись настоящими великими героями — заслуженными героями!

Если говорить с точки зрения их совершенствования… Здесь случилось такое ожесточённое сражение, так как они могли не явиться? Услышав слова Цзюня Мосе, Гу Хань сразу же понял, что источник проблемы заключался именно в этих двум мастерах!

А ответ довольно прост: они ненавидели боевую силу леса Тянь Фа! Они считали большим позором то, что священные звери участвуют в Войне за небеса от лица материка Суань! Как безопасность всего человечества может опираться на защиту стада диких животных? Даже если они победят, всё равно это будет огромным позором… Под защитой диких зверушек… Тьфу, даже думать о таком — позор!

Поначалу, Гу Хань размышлял о том, что ничего страшного не случится, если они так и не появятся, просто в последующих сражениях воины трёх священных земель будут лучше заботиться о воинах леса Тянь Фа. И всё постепенно утихнет.

Но он и подумать не мог, что они вдруг появятся именно здесь!

Теперь между обеими сторонами чувствовалось лютое напряжение!

Не то время, не то место, не те слова были сказаны не тем человеком.

Единственный результат всего — это ошибочный результат! — Это был я! И что? — Шенцзюнь Ся Чан Тянь вышел вперёд и будто с забавой посмотрел на Цзюня Мосе: — Малец! Судя по своему внешнему виду, ты — человек! Или ты видоизмененный зверь?

Цзюнь Мосе посмотред на Ся Чан Тяня холодным взглядом и сказал: -Больше всего в своей жизни я ненавижу вовсе не своих врагов! Они могут быть подлыми, бессовестными и омерзительными ублюдками! Но я просто убью их, без всякой ненависти, — этими словами он ответил не по существу, далеко отойдя от темы разговора.

— Я знаю, что ты ненавидишь то, что мы не вышли на поле боя. Я знаю, что ты ненавидишь, — глаза Ся Чан Тяня вспыхнули, но он подавил свой нрав и добавил: — Ты хочешь сказать, что ненавидишь тот факт, что мы остались безучастными зрителями? Но знаешь ли ты, почему я так поступил? На всё есть свои причины!

Цзюнь Мосе усмехнулся и сказал: — Да мне насрать, что у вас там за причины такие!

— Чушь! — сурово прикрикнул Ся Чан Тянь: — Если бы не надвигающаяся битва, то за такие слова я бы уже давно раздавил голыми руками!

Цзюнь Мосе рассмеялся, а затем резко крикнул: — Даже невзирая на твою силу, я бы прикончил тебя раньше!

Зрачки Ся Чан Тяня резко сократились, а острый взгляд неподвижно сосредоточился на Цзюне Мосе: — Ты, вроде, человек, но у тебя совершенно отсутствует человеческое сознание! Знаешь, в чём разница между священным зверем и человеком?

Цзюнь Мосе медленно закрыл глаза, словно не услышал сказанных Ся Чан Тянем слов. Его внутренняя аура вдруг вспыхнула, приготавливаясь сосредоточить все силы мастера на 100%. Но сила его противника была непостижимой! Молодой мастер совершенно не дотягивал до его уровня. Но в любом случае, этот человек сегодня обречён на смерть!

Он должен умереть!

Ся Чантянь был в ярости! Если бы не подмигивания Гу Ханя, он бы уже точно вышел из себя. Этот молодой монарх совсем не видит границ! То, что он смирил свою гордыню и начал разговаривать с этим сопляком — уже невероятное проявление чести!

Он вдруг закрыл глаза!

Это просто возмутительно!

— С начала образования материка Священные звери были всего-навсего ездовым животным для человека! — серьёзно сказал Ся Чан Тянь: -Но прошло время, и спустя десятки тысячелетий, эти крохотные дикие зверьки вдруг научились принимать человеческий облик и со всем величием участвовать в Войне за небеса! Ну, прямо какой-то анекдот!

Цзюнь Мосе с закрытыми глазами регулировал дыхание и был совершенно неподвижен.

— Мы, человеческий род, являемся царями природы! Как крошечные дикие зверьки могут находиться с нами на одном уровне? А ты теперь в каждом слове повторяешь, что эти животные — твои братья! Неужели ты отказался от права носить гордое имя человека и стал одним из священных зверей? — медленно сказал Ся Чан Тянь: — В этой жизни ты ни в коем случае не должен забывать свои предков… а именно -людей!

Глаза Мэй Сюэ Янь буквально извергали пламя. Она была уже не в силах сдерживаться. Король тигров и Король медведей уже были готовы устроить побоище! Но их крепко удерживал Король журавлей!

«Всё зависит от зятя, посмотрим, что он скажет»

Цзюнь Мосе, наконец, медленно открыл глаза: — Ты закончил?

Ся Чан Тянь холодно ответил: — А чего ты ждёшь?

— Как только ты закончишь, я тут же тебя прикончу! — спокойно сказал Цзюнь Мосе. Его острый взгляд пронёсся сквозь три сотни воинов, стоявших впереди него: — Интересно, сколько ещё людей решили не идти на помощь? Если у вас есть хоть капля смелости, сделайте шаг вперёд! Позвольте мне взглянуть на вас!

— Что за самоуверенность! — яростно завопил Ся Чан Тянь: — Цзюнь Мосе, ты сам себе ищешь смерти!

Гу Хань поспешно встал посередине и замахал руками: — Враг уже близко, так что говорите поменьше. Неужели вы хотите истребить друг друга в такое критическое положение?

— Я не хочу никого истреблять! Но этот Злой Монарх не оставляет другого выбора! — сурово сказал Ся Чан Тянь: — Старина Гу, я требую объяснений!

— Объяснений? — у Гу Ханя аж перехватило дыхание: — А ты сам не хочешь объясниться, мать твою?! Что ты делал, когда союзная армия билась в ожесточенном сражении? Почему ты не оказал им поддержку? Сейчас, столкнувшись с осуждением и критикой, ты не только не признаёшь свою вину, но и смеешь требовать объяснений? Что ещё, нахрен, за объяснения?!

— Эти мелкие зверушки не заслуживали спасения! Это была бы напрасная трата боевой силы, — спокойно ответил Ся Чан Тянь: — Да мы и без них отлично справлялись с Чужаками в течение десятков тысяч лет! К тому же для сокращения численности Чужаков пушечное мясо было крайне необходимо!

— Ты! — Гу Ханя уже начало потряхивать: — Это критический момент для всего континента, а твои представления и мысли слишком ограниченны! Если эта битва будет проиграна, наступит массовое уничтожение всего живого! Ся Чан Тянь… Ты… Ты меня разочаровал! Восемь Шэнцзунов… Пять тысяч Достопочтенных воинов и Шенхуанов… Были вот так вот уничтожены… Ты… Ты…

— Эта битва не будет проиграна!» — пренебрежительно сказал Ся Чан Тянь: — Я сражаюсь с Чужаками уже более трёх тысяч лет, неужели я их не знаю? Разве был хоть один раз, когда им удалось пересечь гору Тяньчжу?

— Но теперь этой горы больше нет! — громко закричал Гу Хань: — Спустись с небес на землю! Вечно ведёшь себя самоуверенно, но есть ли в этом хоть какая-то польза?

— Замолчите! — раздался громкий крик, прервавший спор между двумя мастерами.

Гу Хань и Ся Чан Тянь вдруг оторопели! Они не ожидали, что кто-то осмелится их перебить.

Этот громкий крик вышел из уст Цзюня Мосе. В тот момент, пока два мастера удивлённо взглянули на него, молодой мастер холодно ухмыльнулся: — Мне не интересно слушать эти ваши препирания! Пусть выйдут те, кто тоже отсиживался в сторонке и не оказал помощь! Не хочу по ошибке убить неповинных людей!

Глава 1185. Запасные козыри! Меня ничем не остановить!

— Не хочешь по ошибке убить невиновных? — Ся Чан Тянь внезапно рассмеялся и с насмешкой добавил: — То есть ты собираешься убить нас всех?

— Что же такого странного в убийстве? — с такой же насмешкой ответил Цзюнь Мосе: — Я просто хочу посмотреть, раз уж у вас хватило смелости совершить такой ужасный поступок, хватит ли вам смелости выступить вперёд!

— Ха-ха, почему это не осмелимся? Я буду первым! — Ся Чан Тянь с озверевшим видом сделал шаг вперёд и покосился на Цзюня Мосе: — Я был инициатором! Здесь проходило жесточайшее сражение, но я не пришёл на помощь союзной армии и никому не позволил этого сделать! И что теперь? Как ты собираешься вернуть справедливость?!

Стоявший рядом Ли Бовень рассмеялся и тоже вышел вперёд: — Я тоже не одобрил пустую трату и без того ограниченной боевой силы на помощь шайке священных зверей! Союзники? Подкрепление? Да они этого не заслужили! Если господину Цзюнь так хочется объяснений, то меня тоже можно посчитать!

Оба одновременно уставились на Цзюнь Мосе, продолжая язвительно улыбаться!

— И нас! — вслед за двумя Шенцзюнями непрерывной колонной вышло ещё сорок или пятьдесят человек! Их лица также были полны холодных усмешек, напрямую дав понять молодому мастеру, что высмеивают его слова.

Наказание? Действительно смешно! Может ли кто-нибудь наказать двух Шенцзюней, пятерых Шэнцзуней, двадцать с лишним Шенхуанов и двадцать с лишним Достопочтенных мастеров за один раз?

Это половина имеющихся сил Священного дворца! Кто вообще посмеет говорить о том, что убьёт их всех?

«Массовые поступки остаются безнаказанными — в этом выражении действительно есть резонный смысл! Более того, что может сделать этот маленький монарх? Какой собирается нас наказывать? Может у него имеется для этого специальная способность? Мы охраняли континент на протяжении нескольких тысяч лет! Мы можем по праву считаться героями! А ты, сопляк, какой вклад ты внёс в процветание мира? А теперь ещё и хочешь „наказать“ нас за каких-то священных зверьков? Убить нас? Очень смешно!»

Увидев, как медленным потоком выходило всё больше и больше людей, Гу Хань всё сильнее мрачнел! Он лишь почувствовал, как в его глазах резко потемнело, а тело невольно качнулось в сторону!

Гу Хань понимал, что всё это сегодня явно добром не кончится! Абсолютно!

За небольшой период времени, что он наблюдал за Цзюнем Мосе, он тоже кое-что узнал о его характере. Этот парень никогда не подчиняется никаким угрозам! При сегодняшнем силовом соотношении любой другой человек, имеющий хоть какое-то представление об общей картине, был бы не в состоянии что-либо сделать! Даже под клеймом позора и унижения.

Но разве Цзюнь Мосе такой человек? Сталкиваясь с трудностями, этот парнишка только становится сильней. Он никогда не идет на компромисс! Используя такие методы угрозы можно как раз-таки получить обратный результат!

Гу Хань в отчаянии вздохнул. Если бы караульные Священного дворца сегодня действительно смогли предоставить хоть один аргумент в свою пользу и искренне признали свою вину, то он бы смог заступиться за них и, возможно, всё постепенно утихомирилось.

Несмотря на то, что Цзюнь Мосе требовал возмездия, это бы абсолютно не случилось бы здесь и сейчас.

Но теперь после того, как такое огромное количество людей сделали шаг вперёд, другого выхода просто не было!

Гу Хань ясно понимал причину, по которой Цзюнь Мосе пришёл на это поле битвы. И это не ради всего народа! И точно не ради трёх священных земель!

Этот парень определённо не остановится ни перед чем: пусть даже ему придется уничтожить весь континент, но он отомстит за своих братьев!

Против такого интригана лучше всего использовать мягкую силу. Но эта шайка тупиц испортила всё до такой степени, что тут уже просто нечем помочь!

Сорок семь человек стояли напротив и презрительно смотрели в лицо Цзюня Мосе.

«Ну, оскорбили мы тебя, и что? Не оказали поддержку, ну и подумаешь! Ты действительно осмелишься начать против нас войну? Последствия этой войны окажутся разрушительными для всего мира! Примешь ли ты на себя всю ответственность за это, Цзюнь Мосе? Во всех последствиях будешь виноват только ты! Рисуешься, чтобы завоевать популярность среди людей? Хочешь объяснений? Мальчишка, ты слишком юн!»

Гу Хань посмотрел на выражения лиц этих мастеров и мог ясно прочитать все их мысли. В данный момент все, включая Mo By дао, сделали тяжелый вздох! Все будто потеряли дар речи!

Идиоты! Идиоты! Серьёзно всё ещё думаете, что вы герои… Да когда Цзюню Мосе было не наплевать на весь этот мир? А на то, что он будет главным виновником всех последствий, ему наплевать ещё больше! Вы, ребята, играете с огнём!«

Это неудивительно, ведь Ся Чан Тянь и остальные не имели о Цзюне Мосе ни малейшего понятия. Если бы они знали о его прошлых деяниях, то вряд ли бы стали доводить ситуацию до такого состояния!

Если бы эти ребята знали, что однажды ради доброго имени Гуан Куинхан молодой мастер перерезал всех, кто распускал про неё дурные слухи, то не стали бы поступать таким образом.

Более того, Ся Чан Тянь не стал бы оказывать на Цзюня Мосе такое большое давление.

Цзюнь Мосе вёл себя, как и прежде!

Он ни капли не был обеспокоен происходящим!

— Это все? Или есть ещё? — спокойно спросил Цзюнь Мосе и странно улыбнулся.

Оставшиеся люди переглянулись, но никто больше так и не вышел. Достопочтенный Мо Тун стоял в строю с очень гневным выражением лица. Эту битву они, несомненно, слышали. Были даже и те, кто за ней наблюдали. Однако, когда они захотели оказать поддержку, два Шенцзюня безжалостно преградили им дорогу!

Немалое количество человек хотели прийти на помощь, но слишком сильно за это отхватили!

И сейчас, после всего произошедшего, их грызут муки совести, и они не могут найти себе места! Если действительно произойдёт междоусобица… Это ни к чему хорошему не приведет! Мир и благополучие всего материка будут разрушены к чёртовой матери!

Именно такой возможный исход был выдвинут Лэн Туном. Но оба Шенцзюня не проявили к этому никакого интереса!

— Какой большой состав! — Цзюнь Мосе рассмеялся и вдруг резкими шагами двинулся вперёд.

Внезапно раздался звук холодного клинка. Казалось, будто огромный меч появился прямо из пустоты. Острие меча переливалось сверкающим блеском, а на лезвии смутно виднелся слабый кровавый оттенок. Прозвучал смертоносный свист меча!

Вокруг так и продолжались вулканические извержения, так что температура воздуха достигла запредельно высокой отметки! Но как только появился этот сверкающий меч, всё будто мгновенно остыло! Пронизывающий холод медленно расходился повсюду!

Этот меч хоть и не сделал ни одного движения, но уже привлёк внимание всех присутствующих!

Гу Хань едва не вскрикнул. Это был дьявольский клинок Чжань Лунь Хуая! Силы этого меча страшился даже сам Гу Хань!

Как только появился этот дьявольский меч, Гу Хань тут же потерял всякую надежду!

Материку пришёл конец!

Цзюня Мосе уже не остановить! Этот дьявольский клинок — его оружие „палача“! Эта битва неизбежна!

Независимо от того, кто победит или проиграет в сражении, потери будут огромными! Никому и дела нет до боевой силы для борьбы с Чужаками!

Теперь это, несомненно, будет поражение!

— Какой хороший меч! — взгляд Ся Чан Тяня замер на лице Цзюня Мосе: — Кажется, ты всё же решил стоять на своём до последнего? Тебе совершенно наплевать на мир и благополучие всех людей, не так ли?

— Мир и благополучие всех людей? Ха-ха-ха-ха-ха! — Цзюнь Мосе мрачно рассмеялся: — Мои браться сражались за этот мир и благополучие всех людей! Но они погибли в сражении, так и не увидев помощи тех самых людей! Когда мои браться жертвовали своими жизнями, все эти люди просто стояли в сторонке и молча смотрели на это, как на представление! Ха-ха-ха-ха! — Цзюнь Мосе снова безумно рассмеялся, что аж слёзы выкатились из его глаз, и добавил: — Ты пришёл сюда, чтобы поговорить со мной о людском мире и благополучии? Ся Чан Тянь! А не слишком ли ты охренел?

Ся Чан Тянь и Ли Бовэнь переглянулись и тут же поняли друг друга.

Промашка!

Они, естественно, ни во что не ставят самого Цзюня Мосе, однако сражение с ним окажет на всё слишком огромное влияние! Здесь десять тясяч воинов леса Тянь Фа…

И все из них — обученные мастера. Если это сражение действительно начнётся, то это будет полный пиздец!

Там уже будет наплевать на Чужаков, ведь мир будет и без того уничтожен!

Изначально они предположили, что Цзюнь Мосе испугается такой огромной силы и не посмеет ничего сделать. Но теперь оба понимали, как сильно они просчитались.

— Господин Цзюнь! Позвольте мне кое-что сказать! — Гу Хань тяжело вздохнул, и, не дожидаясь ответа Цзюня Мосе, поспешно продолжил говорить: — Не стоит затевать междоусобную войну, когда наш общий враг уже так близко! Может, из уважения ко мне, отложим рассмотрение данного инцидента на потом? Ся Чан Тянь со своими людьми поступили неправильно, но они всё ещё нужны нам в великой битве! Как насчёт того, чтобы дать им возможность искупить свою вину боевыми заслугами? После окончания Войны за небеса, даже если мне придётся пожертвовать собственной жизнью, я обязательно предоставлю господину Цзюнь удовлетворительные объяснения!

— Нет! — Цзюнь Мосе медленно, но решительно покачал головой: — Мои братья пали именно здесь! Души этих героев всё ещё недалеко! Они смотрят на меня! Они ждут возмездия! Я не могу заставлять их ждать слишком долго.

— Господин Цзюнь, прошу вас, хорошенько обо всём подумайте! — Гу Хань взволнованно сделал шаг вперёд.

— Гу Хань, если ты не хочешь расставаться со своими товарищами, то можешь сражаться вместе с ними! Даже если все силы трёх священных земель и Священного дворца одновременно выступят против меня, я — Цзюнь Мосе — всё равно не отступлюсь! Об этом не может быть и речи! — молодой мастер с суровым видом добавил: — Если эти люди не умрут, моя совесть никогда не оставит меня в покое!

— Ты не можешь потерпеть даже ради всего мира?! — воскликнул Гу Хань.

—Я — Цзюнь Мосе, клянусь! — молодой мастер дико рассмеялся и мрачно продолжил: — Отныне, с этого момента, тот, кто посмеет хоть заикнуться передо мной обо всех людях, мире и благополучии, тут же будет убит от моей руки!

Гу Хань взволнованно покраснел и встал перед Цзюнем Мосе, преграждая тому путь. Даже под страхом смерти он не мог позволить ему пройти.

— Отойди! — равнодушно сказал Цзюнь Мосе: — Я досчитаю до трёх, и если ты не отойдёшь, я прикажу всем воинам Тянь Фа немедленно начать войну против трёх священных земель!

Гу Хань был потрясён, что аж потерял дар речи!

Он не верил в то, что Цзюнь Мосе может так поступить! Этот Злой Монарх уже лишился всякого здравого рассудка.

— Один! — спокойно сказал Цзюнь Мосе. Пылающая клинок Яньди и Хуанди издал радостный свист, и лезвие меча, длина которого была полтора метра, засияло ярким белым светом!

— Два! — ледяной взгляд Цзюня Мосе ни капельки не изменился. Направление меча Яньди и Хуанди вдруг изменилось, указывая прямо в межбровье Гу Ханя!

Лицо Гу Ханя выражало терзания, а на лбу просочились холодные капли пота. Цзюнь Мосе может и наплевать на всё, но вот он так не может!

— Три! — громко крикнул Цзюнь Мосе: — Все, слушать мой приказ!

— Есть! — Мэй Сюэ Янь, Короли медведей, тигров и журавлей, Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь одновременно выступили вперёд!

Цзюнь Мосе громко закричал и махнул рукой: — Всем обнажить мечи, наша цель — три священные земли! Слушайте…

— Подожди! — не дожидаясь последнего слова Цзюня Мосе, закричал Гу Хань, его тело бешено затрясло: — Я отступлю!»

Сказав это, он громко закричал: — Люди трёх священных земель не должны действовать опрометчиво! Всем отойти в сторону вместе со мной! Иначе будете уничтожены!

Услышав приказ мастера трёх священных земель, все тут же покинули поле боя. Когда они посмотрели на Цзюня Мосе, их сердца наполнились страхом! Этот парень действительно такой дерзкий…

На поле осталось только сорок семь человек! А напротив них стоял лишь один Цзюнь Мосе!

— Ся Чан Тянь, Ли Бовэнь! — громко закричал Цзюнь Мосе: — Ваши головы послужат расплатой! Братцы, наш Король орлов сейчас наблюдает за тем, как я возвращаю для вас справедливость!

Вслед за криком молодого мастера подул сильный ветер, принеся с собой холодное запустение!

— Самоуверенный мальчишка! Ещё увидим, кто чью голову заберёт! — Ся Чан Тянь язвительно закричал и добавил: — Всем отступить назад! Я хочу лично испытать на себе приёмы этого Злого Монарха!

— Никто не смеет уходить! Все, кто не оказал поддержку моим братьям, должны сегодня умереть! — не успев закончить фразу, Цзюнь Мосе взлетел в воздух, и вокруг него засверкало бесчисленное количество чёрных клинков!

Ледяные клинки из Подземного мира!

Раздался свист меча Яньди и Хуанди, озаряющего собой целый небосвод!

— Скрытое перемещение Инь-Ян! — прокричал Цзюнь Мосе, и его силуэт тут же бесследно исчез. Ся Чан Тянь хотел приступить к атаке, но вдруг потерял мишень.

— Сила пяти стихий! — раздался ещё один крик.

Внезапно появилось бесчисленное количество огненных драконов, которые кружили по всему полю боя, сотрясая своим пламенем всё воздушное пространство.

Нескончаемые потоки воды вдруг хлынули прямо с небес…

Раздался сильный грохот, и в земле образовалась огромная яма, глубиной в триста метров! Большинство людей Ся Чан Тяня были застигнуты врасплох, и тут же свалились вниз.

Стены ямы вдруг приняли металлический оттенок — это была стихия металла! Мастера были заключены в клетку!

Вслед за этим из пустоты снова раздался крик Цзюня Мосе, и всё вокруг вдруг резко потемнело. Бесконечное чёрное пламя, словно снег, медленно опускалось на землю!

Прямо на огромную яму!

Огонь Первозданного Хаоса!

Цзюнь Мосе в первый раз использовал все имеющиеся у него козыри для борьбы с противником!

Ради своих погибших братьев он решил бороться изо всех сил, несмотря ни на какие последствия!

Глава 1186. Потрясающая сила пяти стихий!

«Раз вы не желаете объясниться передо мной, тогда я сам, собственными руками…получу это объяснение! И пусть земля разверзнется, а небо рухнет вниз, даже пусть Инь и Ян разобьются вдребезги, даже пусть… весь народ будет уничтожен… Будет так, без всяких исключений! Мои братья не имеют никакого отношения к благополучию всего мира! Массовые смертоубийства? В этом нет моей вины! Пусть хоть неба и земля разрушаться, я все равно сделаю то, что должен сделать! А сейчас это именно то, что я должен сделать!»

Ся Чан Тянь, Гу Хань и остальные с трудом прятали свои стыдливые лица. Струсив в решающий момент, у них было неспокойно на душе, а ещё они испытывали возмущение и страх.

«Неужто мы, действительно, виноваты?»

Цзюнь Мосе продолжал упорствовать, стоя на своём.

Вчерашний бой унес жизни большого количества солдат армии Тянь Фа, к тому же все восемь великих Шэнцзунов были мертвы, сейчас в лагере Тянь Фа только Цзюнь Мосе с Мэй Сюэ Янь вдвоём обладали уровнем Шэнцзуна, ещё к ним добавился один новоиспечённый Шэнцзун, Король медведей Сюн Кайшань.

Остальные солдаты самое большое обладали уровнем Шенхуана, среди них же, хотя их было всего пятьдесят мастеров, самые слабые были Достопочтенными мастерами. Ся Чан Тянь и Ли Бовень же сейчас достигли уровня Шенцзюня. Силы обеих сторон не идут ни в какое сравнение друг с другом: даже если бы священные животные успешно взорвались полным составом, у них было бы всё под контролем!

Тянь Фа был бы уничтожен, и они бы уже вряд ли проиграли Чужакам! Было бы тогда у Гу Ханя право считаться первым мастером в Священном дворце?

Ся Чан Тянь и остальные мастера видели только то, что им хотелось видеть. Столкнувшись с дерзким ударом Цзюня Мосе, на удивление, они даже не испугались. В тот момент, когда они собирались ответить на удар, их окружил какой-то странные таинственный огонь!

Вездесущие бесчисленные огненные драконы в тот же миг преградили им путь, и этот огонь стал серьёзной помехой для них! Этот удивительный метод ведения боя они, кажется, видели впервые в своей жизни!

Этот приём был потрясающе эффективен!

Их солдаты обладали исключительным боевым опытом, и даже столкнувшись с таким удивительным явлением, они не теряли голову. На самом деле, этот огонь не мог навредить им, но, когда он внезапно появился, разумеется, они были очень удивлены!

Потом, не успели они хоть как-то отреагировать на из ниоткуда появившийся огонь, они вдруг почувствовали, как земля уходит у них из-под ног. Буквально уходит, плотная и твёрдая земля, будто бы превратилась в ничто, и все один за другим они начали падать.

Не стоит забывать, что почти все они обладали железными нервами, а потому больше половины из них, как неудивительно, сохранили спокойствие даже в этот момент. Падая, они изо всех сил пытались выбраться наружу, под действием своей Суань.

Однако в это время у них над головами раздался ошеломляющий грохот. Несметное количество водяных столбов направлялись прямо на них! Потоки воды, каждый толщиной в три метра, с мощной силой падали на них прямо с высоты!

Все, кто угодил в эту бездонную яму имели богатый военный опыт, но угодив в такую неразбериху, пусть даже и сохраняя свой рассудок ясным, не успели ничего предпринять, чтобы спастись. Они снова начали проваливаться в пустоту, под ударами воды.

В тот же миг им показалось, словно они попали в какой-то кошмар. Ведь всё то, что происходило с ними сейчас, было мало похоже на правду. Такого просто не бывает, это слишком невероятно, чтобы быть реальностью!

Ещё недавно они уверенно стояли своими двоими на твёрдой земле, откуда взялся этот странный пугающий огонь? Если есть огонь, следовательно, должна быть какая-то вещь, которая его разожгла?! Но очевидно такой вещи здесь не было. Если даже огонь был результатом какого-то волшебства или магии, разве в нашем мире существует такая «реальная» магия?

Что касается воды… облака на небе мчатся с такой дикой скоростью, что ни один мастер не угонится за ними, тогда откуда в этот момент внезапно появился дождь? А если это был вовсе не дождь, тогда откуда взялись эти потоки воды? К тому же, если это действительно был дождь, он, конечно, может быть таким большим, но не таким же плотным?!

Грянул очередной водный поток, и все солдаты провалились в яму! В отряде бойцов, сформированном для сражения в Войне за небо, было всего сорок семь мастеров, за исключением двух Шенцзюней, трёх Шэнцзунов и двух Шенхуанов четвёртой ступени, все остальные провалились вниз!

Необязательно говорить, что чем выше у мастера уровень силы, тем ему легче справиться с всевозможными неприятностями, например, такой, как эта. Фактически, все спасшиеся от этого бедствия обладали превосходными умственными и физическими данными, всегда сохраняющие самообладание, даже в минуты смертельной опасности. Если спасовать в самом начале, будет минимальная вероятность избежать последствий. Среди свалившихся в яму человек было немало мастеров наивысших уровней, даже два мастера, достигших уровня Шэнцзуна, тоже упали туда! Вода с характерным шумом продолжала наполнять яму, но больше всего мастеров, угодивших туда, удивило то, что из самого глубокого места ямы тоже бил мощный ключ. Кругом стоял оглушительный шум, словно на море неожиданно начинался сильный ураган…

Этот звук был очень громким!

Так как все бойцы были первоклассными мастерами, закалёнными в сотне тысяч боев, трудно было поверить, что они ни разу не попадали в такую отвратительную ситуацию? Пусть сейчас их застали врасплох, тем не менее это вовсе не означало, что все они станут покорно дожидаться своей смерти, не предпринимая никаких способов, чтобы выбраться их этой малоприятной тяжелой обстановки.

Некоторые из них пытались вырваться, изо всех сил противостоя мощному потоку воды, который без остановки падал на них, но насколько сильными и упорными они не были, у них ничего не выходило. Другие вступали в ожесточённую «схватку» со стенами этой ямы, в попытке проломить их, и таким образом проложить себе путь на волю, но к сожалению, обнаруживали, что, приложив даже все свои силы, смогли продвинуться лишь на три метра в толщину. Стены этой ямы, казалось, были прочнее даже самого твёрдого железа… Вроде бы ещё недавно реальность была совершенно обычной, почему всё так резко изменилось?

Ещё были те, кто пытался полностью игнорировать происходившее с ними: они считали, что все это — лишь магические проделки Цзюня Мосе, и на самом деле вовсе не реально. Если бы это действительно было результатами магии, их способ, возможно бы, и сработал, но проблема заключалось в том, что магия здесь была совсем ни при чём…

Когда на их теле стали появляться волдыри от ожогов, а вся одежда и волосы сгорели дотла, они были вынуждены признать: это не магия, и не волшебство… это всё происходило с ними по правде, они в буквальном смысле слова сгорали заживо…

Упав в эту яму, они вдруг заметили, что, хотя сила течения воды была немаленькой, а пожар довольно впечатляющим, для них это максимум секундный дискомфорт, ничем серьёзным это им не грозит. Там было глубоко, но не настолько, чтобы мастера не смогли выплыть оттуда.

Этот огонь, конечно, может сжечь дотла человека, но только если обыкновенного человека, для этих мастеров он не страшен. Максимум у них может сгореть одежда на теле или волосы…

После падения, большинство мастеров быстро всплыли наружу. Пусть яма была глубокой и стены почти непробиваемы, но разве она сможет удержать столько Шенхуанов и Шэнцзунов?

Это же просто смешно!

Поэтому мастера были совершенно спокойны.

Но, однако в этот момент вдруг прозвучал чей-то голос: — Это вода… почему она вдруг стала такой холодной?

Все тотчас же почувствовали, что температура воды со стремительной скоростью стала понижаться, в следующую минуту вода уже стала холодной, как лёд. Не прошло и считанных минут, как вдруг раздался звонкий треск: бурлящий поток воды теперь превратился в толстенный лед! А все мастера просто застыли в нём…

На этом изменения не прекратились: температура неустанно понижалась, а лёд становился всё крепче и всё плотнее! Казалось, этот мучительный процесс не закончится никогда.

Такой толстый и прочный лёд не может расплавиться даже под палящими лучами солнца, он крепче, чем сталь! Люди, понимающие физику, знают, что, когда вода превращается в лёд, её объем увеличивается. В ёмкостях небольшого размера это малозаметно, но с ямой такого размера произошли впечатляющие изменения. Сила давления в этой яме достигла просто невероятных масштабов. Мастера, стиснув зубы, прилагая максимум своих усилий, пытались противостоять этой страшной силе.

Проблема заключалась не в том, что они не могли воспользоваться Суань, чтобы разбить лёд, а в том, что если хоть один мастер всё-таки сломает этот лед, его ближайшего соседа разорвёт взрывной волной! Тяжёлых ранений не избежать.

В следующую минуту у мастеров уже началась настоящая паника. Потому что, если они все вместе попытаются разрушить этот лёд, кто-то из них непременно погибнет. К тому же, по всей вероятности, смогут выжить не больше десяти человек.

Они знакомы с друг другом больше нескольких тысяч лет, они все хорошие друзья, как они могут позволить страдать своим близким братьям, только чтобы спасти свою жизнь?

Поэтому никто из них не решался даже шелохнуться.

Глава 1187. Вода! Толстый лед! Ледяная квинтэссенция!

Все одновременно обменялись растерянными взглядами, сейчас каждого из них мучил только этот вопрос.

Самый низкий уровень совершенствования среди них принадлежал Достопочтенным мастерам, самый высокий — Шэнцзунам, однако угодив в ледяные оковы, все они были одинаково бессильны. Казалось бы, это какой-то розыгрыш, так не бывает!

Однако всё, что происходило с ними, было настоящей суровой действительностью!

Пока они в нерешительности обдумывали возможный план действий, со льдом снова произошли очередные изменения. Звонкое клацанье никак не утихало, теперь лёд был таким же сверкающим и прозрачным, как нефрит.

Изменения цвета льда означало, что он стал ещё толще, намного толще, чем был раньше! Вообще такой процесс занимает очень много времени, но сейчас ему потребовалось всего мгновение!

Никто даже глазом моргнуть не успел!

На этом их мучения не заканчивались: помимо качественных изменений льда, с самой ямой тоже творилось что-то неладное, давление на центр увеличивалось с бешеной скоростью!

Затвердевание льда не прекращалось, его сияние становилось всё ярче, а степень прозрачности — всё выше, объём при этом стремительно уменьшался. Сверху вообще казалось, что там вовсе и нет никакого льда, и тела сорока человек просто застыли в подвешенном состоянии!

Будто и вода, и лёд — всё это разом куда-то исчезло!

Однако мастера понимали: на самом деле, лёд, разумеется, никуда не исчез, он всего лишь превратился в нечто другое. Сами они слышали о таком только из старинных легенд и преданий, но никогда не видели этого явления собственными глазами. Это была ледяная квинтэссенция!

Ледяная квинтэссенция — это нечто большее, чем просто обычный толстый лёд. Даже на снежной вершине, покрытой многовековой ледяной коркой, вряд ли может образоваться хоть один кусок такой ледяной квинтэссенции. Цзюню Мосе же удалось в одно мгновение соорудить громадный, площадью примерно в полкилометра ледник, полный этой самой ледяной квинтэссенции!

Такие удивительные приёмы, можно сказать, достойны самого творца!

Ведь ледяная квинтэссенция — бесценное сокровище!

Если переплавить кусочек ледяной квинтэссенции размером с кулак вместе со сталью, а потом сделать из этой массы оружие — оно будет по-настоящему несокрушимым! Даже для обычного человека, не владеющего Суань, прочная сталь покажется всего лишь куском мягкого тофу вместе с таким оружием.

Меч, в составе которого будет ледяная квинтэссенция, будет обладать невероятной силой!

При каждом его ударе, всё живое будет сжигать лютый мороз!

Все были страшно очарованы, внезапно увидев прямо перед собой настоящую ледяную квинтэссенцию, да ещё и в таком огромном количестве. Может это сладкий сон? Или страшный кошмар?

После появления ледяной квинтэссенции, изменения, наконец, подошли к своему концу!

Для мастеров, застывших в этой квинтэссенции, наверняка, это было больше страшным кошмаром, нежели приятным удивлением!

Никто из них не мог пошевелиться!

Это невероятно драгоценная и редкая вещь, она острее всех существующих в мире оружий! Если хоть один из них дёрнется, остальные тридцать девять мастеров подвергнуться неимоверно мучительной боли, как будто десять тысяч острых мечей вонзятся в их тело!

Какими бы прочными и закаленными не были их тела, они все равно не смогут выдержать таких истязаний! Если бы они были заперты этой ледяной квинтэссенцией в каком-то большом просторном месте, эти сорок мастеров, возможно, попытались бы одновременно прорвать эти оковы, а потом всем вместе покинуть это место. Хотя чтобы у них получилось, им бы потребовалась определённая меткость, что для них в принципе не представляло особых проблем, возможно бы и даже удалось избежать жертв, и все сорок мастеров смогли бы выбраться живыми наружу.

Но самая огромная проблема заключалась в том, что этот огромный кусок ледяной квинтэссенции располагался в небольшой яме, и очень плотно прилегал к её стенкам, которые, в свою очередь, были ещё прочнее, чем сама эта квинтэссенция! Поэтому, если все они одновременно напрягутся, максимум, чего они могут добиться — что вся эта яма, вместе с застывшей в ней квинтэссенцией, землей, стенами перевернётся вверх тормашками!

Пусть все они были опытными мастерами, но у них не было стопроцентной уверенности в этом плане.

В случае неудачи каждый из них подвергнется совместному удару тридцати девяти мастеров!

Итог будет очень плачевным, все сорок человек мгновенно превратятся в кровавое месиво.

Под гнётом такого ужасного и лютого мороза, даже астральные тела мастеров уровня Шэнцзуна вряд ли смогут спастись бегством!

Всё, что им остаётся на данный момент — это мучительно наблюдать за изменением ситуации, и ждать помощи из вне!

Потому что у них больше нет других вариантов!

Только ждать, что Ся Чан Тянь и Ли Бовень как можно быстрее одержат победу, и найдут способ вызволить их снаружи.

В конце концов, пока же ещё никто из них не умер!

Они не могут выбраться, но это не значит, что они скоро умрут. Они могут провести здесь до двух недель, и с ними ничего не сделается. Ся Чан Тянь и Ли Бовень, всё-таки, мастера уровня Шенцзюня, и они наверняка с лёгкостью разобьют Цзюня Мосе и священных животных Тянь Фа, а потом заставят Мосе расплавить лёд, и вызволить их на свободу.

Мастера ничуть не сомневались в силах этих двух Шенцзюней, а потому немного успокоились и перестали паниковать. Они вовсе и не подозревали, что Цзюнь Мосе только разминается, и всё самое интересное начнется чуть позже.

По-настоящему страшные и убийственные приемы до этого момента Цзюнь Мосе пока не применял. Как раз сейчас пришло их время.

На самом деле, только пламя первозданного хаоса обладало способностью убивать. Толстый лёд, ледяная квинтэссенция, разумеется, тоже были очень мощным оружием, но сейчас они выполняли лишь одну функцию — не давали мастерам двигаться!

Площадь действия пламени первозданного хаоса была сравнительно небольшой, она покрывала лишь пространство площадью в три сотни метров, скорость возгорания тоже была довольно маленькой, и несмотря на все это, пламя медленно опускалось всё ниже и ниже.

Если учесть все эти особенности, любой мастер выше уровня Почтенного, с лёгкостью смог бы уклониться. Столкнувшись с таким огнём, угроза жизни мастера крайне мала!

Но сейчас эти мастера были полностью обездвижены, а зона действия огня как раз совпадала с размером ямы, в которой они находились!

Не было ни одного глухого места, которое бы обошёл всепоглощающий огонь!

Фактически, Цзюню Мосе потребовалось приложить максимум своих сил, чтобы уложиться в размер в триста метров.

Нет, она даже привёл в действие всю силу башни Хунцзюнь, чтобы добиться такого результата!

Ся Чан Тянь и Ли Бовень были крайне возмущены поведением Цзюня Мосе, и было уже собирались броситься на него, как вдруг всё небо заволокло ужасающее тёмное пламя, а потом резко грянуло дикое наводнение. Потом раздался какой-то грохот, и они окончательно лишились всякого контроля над ситуацией!

Твёрдая земля, на которой они стояли, вдруг исчезла, и под ними образовалась огромная яма! Все их братья с грохотом попадали туда.

Благодаря своему высокому уровню совершенствования, они не упали, как все остальные, а просто зависли в воздухе. Кроме них, ещё трём Шэнцзунам и двум Шенхуанам тоже удалось избежать плачевной участи: они не растерялись и вовремя отбежали в сторону. Если бы они не среагировали так быстро, этот сумасшедший поток воды несомненно тоже бы сбросил их в эту яму!

В один миг сорок мастеров пропало бесследно!

— Цзюнь Мосе! Какого чёрта тут происходит? — Ся Чан Тянь, парив в воздухе, вне себя от ярости злобно кричал: — Как тебе не стыдно пользоваться такими подлыми приёмчиками, и ты после этого смеешь назвать себя владыкой мира?

— Владыкой мира? Я никогда даже и не думал, чтобы стать владыкой мира! — откуда-то издалека раздался голос Цзюня Мосе: — Ся Чан Тянь, я всего лишь хочу справедливости. Хочу, чтобы мои братья спали спокойно у себя, в том мире, и ничего больше.

Ся Чан Тянь заговорил с Мосе лишь для того, чтобы как можно скорее схватить его, но этот мальчишка такой скользкий… Как только начался бой, он сразу же применил технику невидимости… А если его не видно то, как же биться с ним?

Несмотря на свои могущественные способности, Ся Чан Тянь всё-таки не Цяо Ин, и не может увидеть местоположение Цзюня Мосе. Хотя молодой мастер значительно преуспел в техники исчезновения, и сейчас даже Цяо Ин вряд ли сможет увидеть его!

Голос Мосе казался очень далёким и нереальным, даже такие выдающиеся мастера, как Ся Чан Тянь и Ли Бовень не могли определить, где он на самом деле находится в данный момент…

Это просто невероятно!

По воздуху медленно и грациозно скользило тёмное пламя. Ся Чан Тянь не обращал на это никакого внимания, а только настороженно озирался по сторонам, в надежде всё-таки вычислить местонахождение Цзюня Мосе!

Цзюнь Мосе не только был в состоянии невидимости, его тело ещё и находилось в башне Хунцзюнь. Он говорил, высунув лишь одну голову. У Ся Чан Тяня не было шансов найти его.

Но нельзя было сказать, что Мосе был в полнейшей безопасности, он испытывал серьёзные трудности! Во-первых, управление пятью стихиями требовало больших расходов энергии, которая сейчас была уже на пределе, и он был вынужден использовать свою силу, смешивая её с силой башни. Только таким образом он смог преобразовать воду в лёд, а потом в ледяную квинтэссенцию!

И ещё он должен был активировать пламя первозданного хаоса!

Даже при поддержке башни, он смог развернуть только такую площадь возгорания. Цзюню Мосе правда было нелегко! Всё, что он мог сделать сейчас — это только вызвать ответный удар Суань, и разрушение души!

Но и того, чего он уже добился к этому времени, было достаточно!

Вполне достаточно!

В лице Цзюня Мосе не было ни кровинки, с уголков рта показалась кровь. Беспощадным взглядом он прожигал яму, в которую были заключены мастера!

Думаете, это страшно?!

Дальше будет ещё страшнее!

Только подождите немного…

Глава 1188. Ужасный огонь хаоса.

В этот момент Ли Бовень внезапно издал громкий рёв: — Цзюнь Мосе, выходи! Выходи! Если ты мужчина, то выйдешь сюда! Ты, трусливая скотина, которая только и знает, как пользоваться низкими трюками!

Когд Ли Бовень, будучи Шенцзюнем, успел выйти из себя? Но теперь он не мог сдержаться, чтобы не высказать ему всё!

Когда он случайно опустил голову, то вдруг обнаружил что-то странное в глубокой яме. Изначально он и Ся Чан Тянь подумали об одном и том же: «Независимо от того, что он владеет различными приёмами, им ничего не угрожает. Потому что самый слабый из них достиг уровня Почтенного мастера, разве он сможет сжечь их заживо? Это просто смешно!»

Даже если он создаст ещё больше воды, что с того? Сможет ли он продержаться так долго? Как только ослабнет сила течения, они немедленно выпрыгнут! И это не принесет им ущерба! Разве Цзюнь Мосе один сможет одновременно справиться с сорока семью мастерами?

Даже старейшина Гу Хань не сможет справиться, не говоря уже о Цзюне Мосе!

Но в тот момент, когда он случайно опустил голову, он понял, что течение прекратилось, но ни один из них не появился. Он начал внимательно вглядываться и пришел в ужас!

Толстый лёд! Это был лёд!

Откуда здесь мог взяться лёд? Больше половины вулканов до сих пор продолжали извергаться, царила такая удушающая жара, что люди почти задыхались. Как здесь мог появиться лёд? Ли Бовень не мог поверить своим глазам. Он невольно вскрикнул, когда решил снова посмотреть вниз.

В мгновение ока лёд превратился в ледяные кристаллы!

Увидев такое чудо, Ли Бовень подумал только об одном!

Можно сказать, что эти сорок человек внизу уже мертвы! Если Цзюнь Мосе не передумает и не выпустит их, в лучшем случае выживут лишь несколько человек!

Это почти верная гибель, если вокруг них сформировалась квинтессенция льда! Из-за неё нельзя двигаться, ведь если кто-то осмелится двинуться, то острые грани пронзят его братьев и товарищей!

Однако, пока ледяные кристаллы были целы, они не представляли опасности. Пока кто-нибудь не двинется или не вмешается внешняя сила, которая приведет к расколу квинтессенции. А это равносильно острым мечам, которые пронзают со всех сторон!

Они использовали силу Суань, чтобы защитить себя, и, возможно, разбили кристаллы льда. А разбитая ледяная квинтессенция не исчезает, она превращается в маленькое, но более острое оружие с огромной убойной силой!

Ся Чан Тянь и Ли Бовень изменились в лице!

Они, наконец, поняли зловещие намерения Цзюня Мосе!

А также насколько хитроумная его месть!

В воздухе всё ещё висела тишина, а Цзюнь Мосе не отвечал.

В это время уже огонь хаоса утихал, хоть и медленно.

На самом деле, нет ничего хуже, чем медленные мучения.

В этот момент Ся Чан Тянь снова почувствовал что-то не так!

И он был прав!

Из-за чёрного пламени всего в нескольких метрах над ним, он ощутил неописуемое чувство смерти и угнетения! Будучи сильным Шенцзюнем, он уже давно не чувствовал себя на грани жизни и смерти!

Он со звоном обнажил свой меч. Ся Чан Тянь взмахнул мечом и выпустил из своего тела энергию Суань. Длинное остриё меча пронзило огонь хаоса!

Пламя первоначального хаоса в воздухе сохраняло свою первоначальную скорость и продолжало опускаться. Таким сильным мечом он пустил рябь и должен был расколоть пространство.

Но в этот момент он ничего не мог сделать с пламенем первоначального хаоса, которое никак не среагировало и продолжало опускаться.

Зрачки Ся Чан Тяня сузились, а волосы встали дыбом!

Что это такое?

Он считал, что своим великим мечом он бог разбить даже небольшую гору! Но почему странное чёрное пламя никак не отреагировало на его атаку?

Это… это очень плохо, верно?!

Пламя продолжало приближаться…

Ся Чан Тянь стиснул зубы, снова поднял свой меч и начал махать в воздухе, пытаясь задеть чёрный огонь.

Вдруг послышался громкий звон меча.

Если прислушаться, то можно было услышать, как этот звук смешался с чьим-то смехом.

Чтобы создать такой меч, необходимо использовать кровь Яньди и Хуанди. Он легко двигался в воздухе, показывая свою жизненную силу и энергию.

Что касается меча, то все очень просто: «Идиот, разве ты не видел, что даже мастер избегал огня? Аты безрассудно своим мечом машешь, как веником! Можешь теперь распрощаться с ним!»

Ся Чан Тянь без какого-либо беспокойства касался мечом огня хаоса и не почувствовал никакого сопротивления.

Ся Чан Тянь вздохнул с облегчением, а затем призвал силу Суань, намереваясь использовать меч, чтобы разогнать этот огонь!

Но огонь по-прежнему спокойно касался меча, постепенно его нагревая. Сам при этом никак не менялся.

Что действительно изменилось, так это меч …

Этот меч…

У Ся Чантяня внезапно волосы встали дыбом!

«Мой меч! Меч, который сопровождал меня почти четыре тысячи лет, вдруг стал… коротким! Что произошло, почему он укоротился?!»

Пламя первобытного хаоса всё ещё горело, медленно сжигая клинок меча. Но нигде не было следов дыма, признаков горения… ничего!

Единственное, что изменилось — так это меч длиною в метр, который укоротился наполовину!

Оказалось, что не исчез куда-то… а был сожжён! Он один раз коснулся огня мечом, а тот уже сплавился на половину?!

«Что это, чёрт возьми?», — Ся Чан Тянь на мгновение растерялся, всё его тело покрылось холодным потом, как вдруг он почувствовал, что странное пламя вот-вот дойдёт до рукояти меча. Его рука затряслась, и он бросил остатки меча на землю.

Ли Бовень тоже использовал тот же метод, чтобы попытаться предотвратить приближение пламени хаоса. Естественно, он столкнулся с той же ситуацией. Они посмотрели друг на друга, когда оба их меча сгорели, и увидели в глазах страх!

Сейчас их обоих обуздал страх. Несмотря на то, что они оба охраняли поле битвы в течение трёх тысяч лет, были похожи по возрасту и силе, и не боялись могущественных Чужаков!

Независимо от их страха, огонь приближался к ним!

Они закричали, упали на землю и быстро скрылись. В этот момент они показали максимальную силу и самую большую скорость Шенцзюня. В мгновение ока они преодолели расстояние в триста метров и упали за пределами сферы атаки огня!

Наблюдая за тем, как языки пламени спокойно опустились вниз, плотно закрывая яму, они оба побледнели!

Потому что они были уверены, что сорок братьев внизу находятся в серьёзной опасности. Они сами не могли ничего поделать, не говоря уже о других!

— Это называется «Пламя первобытного хаоса». Вероятно, раньше вы такое не видели? — очень тихо, почти что устало, прозвучал голос Цзюня Мосе. Прокашлявшись, он сказал: — Это пламя отличается от обычного огня. Его ничем нельзя уничтожить, но он может уничтожить всё, что угодно. Проще говоря, он сжигает воду, дерево и металл… В этом мире нет ничего, что пламя хаоса не могло бы сжечь, в том числе и человеческое тело. Даже такие вещи, как Суань и душа не являются исключением, если можно так выразиться. Потому что я до сих пор не встречал вещей, которые не мог бы уничтожить этот огонь! — терпеливо объяснял им Цзюнь Мосе.

Это здорово напугало оставшихся в живых семерых мастеров. Глядя на эту яму, они огорчились до смерти.

Гу Хань и Мо Вудао, которые наблюдали за боевой обстановкой на расстоянии, одновременно скорбно вздохнули: их глаза потускнели, а лица побелели!

— Цзюнь Мосе! Где ты, болван? Выходи! Иди ко мне! Быстро! — сердито взревел Ся Чан Тянь, его горделивый вид куда-то делся и остался только страх!

— Цзюнь Мосе, быстро обуздай этот чёртов огонь и выпусти наших братьев! — кричали Ся Чан Тянь и Ли Бовень одновременно. В их голосе слышалась паника!

В этот момент у них закипала кровь в жилах!

Внизу были люди, которых они знали не менее сотни лет!

Многие из них были товарищами, с которыми они сражались вместе тысячи лет подряд. Видя, как они попали в такое смертельное положение, они чувствовали сильную душевную боль.

— Это очень больно, да? Видеть, как твои братья, с которыми ты знаком тысячи лет, оказались в безвыходном положении, а тебе только остаётся смотреть на то, как они умирают? Ты только и можешь, что наблюдать со стороны… Как вам такое ощущение? Нравится на это смотреть? — вдруг появилась фигура Цзюня Мосе, и он безразлично сказал это, глядя на Ся Чан Тяня и Лии Бовеня.

Глава 1189. Ну, что, давайте повеселимся!

Лицо Цзюня Мосе теперь стало мертвенно-бледного цвета, с уголков рта то и дело сочилась алая кровь. Мэй Сюэ Янь вскрикнула, долгое время не отводя глаз от лица Цзюня Мосе, она чувствовала мучительную боль в своём сердце.

Другие, возможно, не понимали, но ей, как единственной, кто тоже испробовал на себе процесс совершенствования башни, было очевидно: настоящих сил Мосе на данный момент недостаточно, чтобы справиться с такой впечатляющей нагрузкой. Но если у него ничего не выйдет, он не сможет завершить начатое.

Цзюнь Мосе требовал справедливости ради своих братьев, чтобы они нашли успокоение в загробном мире, и ради этого он был готов на всё, даже подвергнуться страшному ответному удару.

Если он по-прежнему продолжит поддерживать единение с башней, тогда, возможно, всё ещё может обойтись. Но если он решит показаться, и покинет состояние невидимости, ему придется справляться с этими истязаниями, основываясь только на своих собственных силах.

Однако он не может не выйти наружу!

Потому что он должен выпустить свою злобу!

Потому что его братья не должны умирать зазря!

Он получит компенсацию, когда справедливость восторжествует! Виновным всегда воздается по заслугам!

Его братья погибли, как настоящие герои!

«Я вершу своё возмездие не только ради тех, кто уже погиб, а ещё ради тех, кто ещё жив! Все, кто был причастен к смерти моих братьев, прямо или косвенно, все должны будут искупить свою вину!»

В эту минуту пламя первозданного хаоса уже сравнялось с поверхностью земли. Даже тот огромный кусок ледяной квинтэссенции был полностью покрыт огнём. Огонь, парящий над ямой, всё также медленно опускался вниз.

Всё, что появлялось на пути у этого пламени, будь то каменные глыбы или толстый почвенный грунт, в мгновение ока обращалось в ничто…

Увидев, что пламя медленно опускалось в яму, и жизни сорока мастеров были в критическом состоянии, Ся Чан Тянь с гневным взглядом совершил мощный прыжок, и, расположившись прямо перед Цзюнем Мосе, громко закричал: — Цзюнь Мосе, немедленно отзови свой огонь! Быстро выпусти моих братьев наружу!

Его голос теперь не звучал также самонадеянно, как и прежде, сейчас он был слабым и будто осипшим, две небольшие струйки крови медленно вытекали из его глаз. Он был злой, как чёрт.

— Ха-ха-ха! Ся Чан Тянь… Господин великий Шенцзюнь Ся, неужели вы нервничаете? Не стоит так горячиться, лучше взгляните сюда… -Цзюнь Мосе слегка улыбнулся, и вытер кровь у рта, а потом запачканным в крови пальцем указал на то место, где медленно опускалось пламя первозданного хаоса, после чего заинтересованно спросил: — Посмотрите внимательнее, эта пустота очень сильно отличается от других существующих пустот, не так ли? Она очень чистая и прозрачная… хэ-хэ-хэ…

Ся Чан Тянь поднял голову, и невольно вздохнул. Территория, по которой уже прошёлся тёмный огонь, теперь превратилась в необъятную чёрную дыру, куда стремительно засасывало воздух.

Тёмный огонь пожирал абсолютно всё, даже воздух. Что будет, если он соприкоснется с человеческим телом…

Ся Чан Тянь сильно побледнел, его тело пробрало дрожью.

— Что тебе надо? Что ты хочешь за то, чтобы ты отпустил их? Скажи свои условия, я согласен на всё! — Ся Чан Тянь со злобным взглядом посмотрел на Цзюня Мосе.

— Условия? Если бы я прибыл немного раньше, и мне бы не пришлось заниматься разными бесполезными делами, я бы, наверняка, тоже взволновано спросил тебя о том же самом, — Цзюнь Мосе беспощадно взглянул на Ся ЧанТяня: — Что ты хочешь за то… чтобы пойти и помочь моим братьям?

Стоящие вдалеке люди священного дворца и всех трёх священных земель в тот же миг побледнели: «Если бы Цзюнь Мосе тогда не вмешался в поединок с Чжань Лунь Хуаем, с помощью своих внушительных сил он бы, наверняка, смог повлиять на то, что случилось с бойцами Тянь Фа. Значит мы, на самом деле, косвенно виноваты в произошедшем?»

Но если бы Цзюнь Мосе всё-таки не вмешался, сколько бы мастеров из отряда Гу Ханя были бы сейчас живы? Сейчас никто не в состоянии ответить на этот вопрос.

В сравнении с Гу Ханем и остальными, Ся Чан Тяню не повезло больше: ответ Цзюня Мосе прозвучал как приговор для него, словно его резко ударили под дых, на лице не было ни кровинки. Шатаясь в стороны, он сделал два шага назад.

— Но они мои братья… мои братья… — Ся Чан Тянь в истерике громко закричал: — Отпусти моих братьев! Немедленно! Отпусти их!

Белоснежное платье Цзюня Мосе развевалось по ветру, глаза его были холодными и бездушными, жажда убийства кипела в его жилах. Паря в воздухе, он резко посмотрел на Ся Чан Тяня, и спросил: — Я больше, чем уверен, что сейчас… эм, ты чувствуешь, как твоё сердце разбивается на куски? Хэ-хэ-хэ… знаешь, а мне знакомо это чувство! Даже очень хорошо знакомо… Когда я узнал о смерти Короля орлов, я чувствовал точно тоже самое, что и ты сейчас, — на лице Мосе появилась трагическая улыбка. Ему с трудом удавалось сдерживать боль в своём сердце. Он надрывно и пронзительно рассмеялся в голос: — Ся Чан Тянь, старина Ся, мы с тобой, можно сказать, товарищи по несчастью. Раз уж мы оба, лишились близких нам людей, может нам вместе пропустить по стаканчику?

Ли Бовень второпях поднялся вверх: — Брат Ся, у нас больше не осталось времени… — в его голосе была боль.

Ся Чан Тянь резко перекинул свой взгляд на яму. Услышав непрерывно доносящиеся оттуда крики о помощи, он почувствовал, как его сердце разрывается в клочья. Мастера, заточённые в этой яме, уже имели честь познакомиться лично с пламенем первозданного хаоса.

Его величие и страх, который он вселял в их души были невероятными, с ним нельзя было совладать.

Ся Чан Тянь уже сто раз пожалел о своем решении.

Если бы он только знал, чем это грозит!!!

Если бы он отдал соответствующий приказ, тогда бы восемь великих Шэнцзунов Тянь Фа остались в живых, Король орлов бы тоже не погиб, его отряд помог бы священным животными, и армия Тянь Фа не понесла бы таких катастрофических потерь…

Ничего бы этого не случилось!

Но он решил остаться сторонним наблюдателем, и не отдал приказ вмешаться в бой.

Он со злорадством наблюдал, как бойцы армии Тянь Фа безжалостно погибают.

Сейчас настало время расплаты.

Сейчас Цзюнь Мосе получает эстетическое удовольствие от происходящего.

— Цзюнь Мосе, просто скажи свои условия! — Ся Чан Тяня трясло: — Я сделаю всё, что ты попросишь, только отпусти моих…братьев!

— Условия? Какие такие условия? У таких прославленных героев, как вы, спасителей всего материка, требовать какие-то условия? Это не дело! Да кто осмелится просить о чём-то ВАС? Просто наблюдайте со стороны, и этого вполне достаточно, — Цзюнь Мосе с равнодушием в голосе произнёс: — Разве это не ваше любимое занятие в жизни? Не скромничайте, я знаю, что вы очень большие профессионалы по наблюдению за чем-то со стороны! От вас ничего больше и не требуется, просто делайте то, что, как раз, у вас получается лучше всего. Только спешу предупредить, это самое «наблюдение» в этот раз будет очень коротким, не то что в прошлый раз, конечно… Ещё несколько секунд, и всё закончится, — Цзюнь Мосе улыбнулся, обнажив зубы: — Давайте, давайте понаблюдаем все вместе, тем самым вы покажете, что раскаиваетесь в содеянном. Хе-хе, мы вместе понаблюдаем за тем, как ваши любимые братья будут заживо сгорать. Только косточки останутся… Ой, нет, это я оговорился чуток! Какие там косточки, косточек точно не останется… Да что там косточки, даже их души не уцелеют, и возможности переродиться у них точно не будет, это я вам гарантирую. Всё их тысячелетнее совершенствование в один миг превратится в ничто, даже пепла не останется. Это же намного веселее, не правда ли? Хе-хе, нам со всем священным лесом Тянь Фа уже один раз посчастливилось испытать нечто подобное, а теперь — ваша очередь. Как говорится, отблагодарим вас подарком за подарок. Мы же не можем ранить ваши чувства просто так отпустив вас, настоящих спасителей всего материка, живых героев нашего времени? Эм, давайте, давайте, не стесняйтесь, друзья… сейчас я вас повеселю так повеселю!

— Повеселю так повеселю… — Ся Чан Тянь печальными глазами уставился на Цзюня Мосе: — Цзюнь Мосе, у тебя нет не капли человечности! Ты сам настоящее животное! Всё, что ты умеешь — так это предаваться удовольствию и греху! Совсем неудивительно, что ты водишь компанию с дикими зверьми!

— Ай, так ты только сейчас, что ли, заметил? Однако я не считаю, что я много грешу… К тому жить вместе со священными животными, которые обладают удивительной душевной чистотой, является высочайшей радостью в моей жизни, — Цзюнь Мосе усмехнулся. — Если бы я хоть капельку был похож на вас, это было бы самым огромным разочарованием моей жизни…

— Цзюнь Мосе! — громко закричал Ли Бовень: — Эти люди посвятили всю свою жизнь служению материку, они несколько тысяч лет подряд охраняли гору Тяньчжу, и ни разу не покидали её на протяжении этого времени… А ты вот так просто хочешь убить их всех?

— Я никогда не отрицал и не опровергал, что они герои, но они уже выполнили свой долг перед материком, — Цзюнь Мосе мрачно произнёс: — Но даже героям приходится умирать. Герои, совершившие ошибку, должны ответить за содеянное. Не надо думать, что если ты герой, тебе всё позволено. Я скажу вам честно: многие в этом мире обязаны вам за это, я и мои братья — не исключение. Но вы убили моих братьев, и должны понести суровое наказание за это. Это моя правда, и я сделаю всё, чтобы справедливость всё-таки восторжествовала. Если небеса не дают мне справедливости — я сам заберу её, если земля не даёт мне честность — я сам завоюю её, если вы не даёте мне объяснений — я сам найду их, если в этом мире люди не отвечают за свои поступки — я уничтожу этот мир! Ха-ха-ха… — Цзюнь Мосе поднял голову вверх, и показал рукой в небо: — Я могу уничтожить даже этот райский уголок, и что с того? Сколько всего во вселенной таких миров, как этот? Кто прав, а кто нет? Кто знает, возможно, то, что здесь считается справедливостью, где-то в другом мире расценивается, как тяжкое нарушение закона, здешние нравственность и истина считаются подлостью и настоящей низостью в каком-то из миров, и только братская любовь вечна и неизменна в любом из миров… Например, как у нас, так и у вас, — Цзюнь Мосе вдруг стал очень серьёзен: — Мы с вами враги. Ваши братья погибнут, вы будете горевать. Погибнут наши братья, и нам будет нестерпимо больно. Вы заставили нас страдать, разве мы не должны точно так же заставить страдать вас? Око за око, зуб за зуб, и эта истина никогда не потеряет своего смысла.

Глава 1190. Нестерпимый гнев - битва Шенцзюней!

— На самом деле, мне не очень-то хочется так много болтать с вами… но если бы я не сказал это всё, мне было бы не так весело! Больше всего мне радостно от того, что вам, как раз, совсем не весело! Только так я могу быть спокоен, что моим братьям хорошо в том мире, и они нисколько не злятся на меня! — Цзюнь Мосе лихорадочно рассмеялся, а потом грозно рявкнул: -Возможно, когда карма вступает в свои права, становится не до веселья!

Ся Чан Тянь окончательно разозлился.

Нет никаких шансов! И надежды тоже нет!

Решение уже принято.

Злой Монарх никогда не идёт на компромисс.

Сколько душещипательных речей было сказано, а у него в сердце так ничего и не шевельнулось. Растрогать его невозможно!

«Он получает огромное удовольствие от мести. Видеть, как мы страдаем, как нам больно — действительно, самое приятное зрелище для него!»

Хотя яма была достаточно глубокой, а пламя первозданного хаоса опускалось очень медленно, всё же настала та страшная минуту, когда оно достигло конечного пункта назначения. Судьба мастеров была уже решена.

— Цзюнь Мосе, а ты не думал, что, если мои братья и правда погибнут, тебе придётся ответить за это? — лицо Ся Чан Тяня передёргивало от злости, взгляд был страшно испепеляющим. Кажется, сейчас он уже потерял всякий контроль над собой.

— Мне придётся ответить за это? Нет, я не думал об этом! — зрачки Цзюня Мосе медленно сузились: — Какой расплаты, вы считаете, сможете добиться от меня?

— Если все мои братья погибнут, тогда, я тебе гарантирую, расплатой станет вся армия Тянь Фа! — в голосе Ся Чан Тяня чувствовалась затаённая жажда убийства: — Никто из них не выживет!

Зрачки Мосе резко увеличились, и он злобно посмотрел на Ся Чан Тяня, а потом медленно и серьёзно сказал: — Если ты хотя бы пальцем шевельнёшь в их сторону, я буду биться до последнего.

Он медленно поднял свои веки, и пронзительно, с высокомерием посмотрел на него: — Ся Чан Тянь, если ты посмеешь убить хоть одного из моих людей, я прикончу сотню твоих! Если ты убьешь троих моих бойцов, я вырежу под чистую все три священные земли! Я жду твоих шагов, Ся Чан Тянь… Только попробуй что-нибудь сделать, и я, Цзюнь Мосе, не заставлю тебя долго ждать ответного удара! Ты уже видел, что я держу своё слово!

Два человека ожесточённо прожигали друг друга взглядами. Напряжение в воздухе неумолимо поднималось… Ещё немного — и в стороны полетят искры!

Взгляд Ся ЧанТяня был полон отчаяния и печали, ему уже нечего было терять!

Цзюнь Мосе страшно взбесился из-за последних слов, сказанных Ся Чан Тянем!

А ещё во взгляде Ся Чан Тяня был страх. Да, именно страх, он всё ещё до сих пор боялся Войны за небеса! Побаивался реакции всего материка!

Между ним и Цзюнем Мосе был просто принципиальный спор. Он не затрагивал ситуацию в целом.

Это как раз стало одной из главных причин, по которой Цзюнь Мосе настоял на том, что будет в одиночку противостоять этим сорока семи мастерам.

Если бы в этот конфликт были втянуты Мэй Сюэ Янь и все остальные, то отношениям между тремя священными землями, лесом Тянь Фа и дворцом Злого Монарха наступил бы полный конец.

Цзюнь Мосе бы не справился с таким бременем. Вообще он придерживался одной точки зрения: лучше погибнуть в войне с Чужаками, чем от рук трёх священных земель! Потому что они не достойны этого!

Опасения Ся ЧанТяня были не так просты. Он считал, что если он сегодня, действительно, вступит в схватку с Цзюнем Мосе, втянув туда три священные земли и лес Тянь Фа, тогда в войне с Чужаками просто некому будет сражаться! Это, считай, досрочное поражение!

И тогда он, Ся Чан Тянь, станет врагом народа!

Ся Чан Тянь оберегал материк от вторжения Чужаков ровно три тысячи лет, он сросся с этими обязательствами в одно целое! По его крови уже давно течёт слава! Для него нет ничего дороже славы, как он может собственными руками отказаться от своей славы, и стать врагом народа?

Ся Чан Тяня одолевали сомнения, а вот Цзюня Мосе нисколько!

«Материк будет разрушен? Ну, разрушен и разрушен, я в любом случае всегда хотел расквитаться с этими паршивыми священными землями! Пусть даже материк будет полностью уничтожен по нашей вине, я всё равно никогда не смирись с вашими преступлениями! Максимум мы все умрем, и что в этом такого страшного? Хочешь напугать меня? Давай, попробуй! Да, пошёл ты…»

— Ся Чан Тянь, кажется, ты пообещал мне что-то… Так почему ты до сих пор ещё не напал на меня? Что же ты, ну, я жду тебя! — Цзюнь Мосе с равнодушием посмотрел на него: — Не может же быть, что ты пообещал напасть на меня только на словах?! Может, ты поклянешься, что убьёшь меня и десять тысяч моих братьев? Ты кем себя возомнил, раз считаешь, что у тебя есть такое право?! Откуда у тебя смелость для этого?

Ся Чан Тянь окончательно обезумел. Он надрывно вскрикнул, а потом жёстко сказал: — Цзюнь Мосе! Ты сам вынудил меня!

Его взгляд резко переметнулся туда, где стояли Мэй Сюэ Янь, Сюн Кайшань и все остальные, он злобно посмотрел на них!

Очевидно, он в любой момент мог перейти в нападение!

Цзюнь Мосе свистнул, его тело резко куда-то исчезло, и через мгновение снова появилось!

Но за это мгновение с его энергетикой произошли невероятные изменения! Г розное величие и небывалый размах затмевали собой всё и всех!

Мосе сделал один шаг, и этот шаг поверг всех в полнейшее изумление!

В воздухе внезапно появилась какая-то неведомая рябь, и даже близлежащие горы как будто несколько покоробились, приобретя новый очень странный вид!

Деформация воздуха, произошедшая только что, вызвала настоящий шок у всех, кто присутствовал там. Людям казалось, что это — обман зрения!

Даже Гу Хань, Ся Чан Тянь и Ли Бовень не были исключением!

Гу Хань резко изменился в лице! Он испуганно поднял голову, наблюдая за тем, как Цзюнь Мосе приближается к Ся Чан Тяню!

Даже Шенцзюни Ся Чан Тянь и Ли Бовень выглядели напуганными. Они лишь чувствовали дикое безудержное давление, которое надвигалось на них, после того, как Цзюнь Мосе шагнул!

Они невольно одновременно отступили назад.

Чтобы справиться с внезапно обрушившимся на них давлением, они подключили всю Суань, которой обладали их тела. Они, не задумываясь, сделали шаг назад, после чего раздался грохот, и в земле появилась глубокая и пустая вмятина!

Цзюнь Мосе зловеще рассмеялся: — Ся Чан Тянь, я скажу тебе честно — твоя гроза совсем ни при чём. Я уже знал, что тебе сегодня не выжить! Ты —главный виновник в смерти моих братьев! Я столько болтал с тобой только для того, чтобы ты по достоинству смог оценить, каково это — видеть, когда твои близкие братья умирают! И не надо говорить, что это я их убил, настоящий убийца и виновник в их смерти

— это ты! И они сами! Принятое тогда ими решение привело к такому исходу! Сейчас, я думаю, ты достаточно насмотрелся, время и тебе отправляться на тот свет! Ну же, смелей, ты обязательно должен хорошо запомнить своё последнее путешествие!

Ответный удар, в самом деле, был очень пугающим! После слияния сил Цзюня Мосе с силами бащни, даже тёмный огонь стал неуправляемым!

По крайней мере, он знал заранее, что его тело и душа получат тяжёлое ранение.

Цзюнь Мосе был не так категоричен перед надвигающимся боем с Чужаками, как в данный момент. Он не мог простить себе, что он не смог защитить своих братьев. Ведь они погибли по его вине! Как Цзюнь Мосе мог не корить себя за это?

Угроза Ся Чан Тяня привела к тому, что Цзюнь Мосе потерял контроль над собой, и окончательно взбесился!

«Он посмел угрожать моим братьям?! Если не наказать его за это, моя совесть не будет чиста! Приступим!»

В его глазах искрилось настоящее безумство, он внезапно громко рявкнул:

— Я даже уничтожу весь этот мир вместе с тобой! Меч!

Меч Яньди и Хуанди со свистом появился, и тут же снова исчез!

В следующую секунду он появился уже перед Ли Бовенем!

Меч был как всегда своенравен и высокомерен. Своим резким появлением он оборвал атаку, которую планировал Ли Бовень!

Ся Чан Тянь холодно усмехнулся: — Цзюнь Мосе, против твоих дьявольских приёмчиков я бессилен, однако ты действительно считаешь, что ты в одиночку сможешь справится с нами двумя? Твоя самонадеянность просто смешна, не много ли ты берёшь на себя? Твои коварные уловки хороши только при внезапном нападении, о что насчёт открытого боя, лицом к лицу?

— Идиот! — Цзюнь Мосе не собирался отвечать, потому что в его руках уже красовались мрачные, как смерть, ледяные клинки из подземного мира! Они ярко засверкали, и их блеск необычайно завораживал!

Они были ослепительно мрачными!

— Ся Чан Тянь, я уже говорил, что ты — главный виновник в смерти моих братьев! Шутки закончились, пришло твоё время отвечать за содеянное. Сейчас я отправлю тебя на тот свет, и ты лично попросишь прощения у моих братьев! — когда Мосе закончил говорить, всё пространство заполнилось ярким блеском лезвий его ледяных клинков! Грозный штурм двух Шенцзюней успешно начат!

С другой стороны, с надрывным свистом меч Яньди и Хуанди уже летел на Ли Бовеня!

Если говорить по существу, между мечом Яньди и Хуанди и Цзюнем Мосе не существовало никакой связи. Каждый был сам по себе, они были как два отдельных участника этого поединка. Но для всех остальных, казалось, что один человек одновременно управлял двумя мечами, и вёл ожесточённый бой сразу с двумя Шенцзюнями!

У всех наблюдающих за этим боем людей перехватило дыхание от потрясения! И Тянь Фа не был исключением!

Цзюнь Мосе, в самом деле, до крайности наглый малый!

Глава 1191. Сугубая принципиальность.

И хотя мастера трёх священных земель трепетали от ужаса, но теперь они понимали, что Цзюню Мосе удалось добиться успеха в битве с Чжань Лунь Хуаем именно благодаря этим самым методам и уловкам.

Сила Чжань Лунь Хуая непостижима, лишь несколько человек достигали столь высоких пределов. Да и мастеров Священного дворца, по сути, просто невозможно наказать, однако Цзюнь Мосе в одиночку смог заблокировать их ещё в самом начале боя, взяв при этом преимущество. Такая сила действительно может шокировать любого!

Гу Хань принял сложное решение, руководствуясь именно этими рассуждениями!

Может, воины Тянь Фа и одержали победу в сражении, однако ущерб для них оказался катастрофический: восемь Шэнцзунов, Король орлов и пять тысяч элитных воинов храбро пали на боле битвы — боевая мощь Тянь Фа понесла огромный урон!

Мощь отряда, охранявшего границы поля битвы, слишком значительна, к тому же все они в подлинном смысле слова «свои люди». Но даже если бы до сего момента Цзюнь Мосе никогда прежде не демонстрировал столь невероятную силу, Гу Хань бы всё равно не встал на сторону Ся Чан Тяня и всё так же пытался найти компромисс!

Ся Чан Тянь и Ли Бовень, со скорбью и гневом на лицах, одновременно бросились в атаку! У обоих была лишь одна мысль: как можно скорее уничтожить Цзюня Мосе, чтобы освободить своих товарищей! Чем дольше они тянут, тем опаснее становится их положение!

Спасшиеся по счастливой случайности ещё три Шэнцзуна и два Шенхуана в полной растерянности стояли на исходной позиции.

Они бы и рады вступить в бой, но с кем?

Цзюнь Мосе в одиночку захватил всё в свои руки. Теперь он был представителем правосудия, который собирался излить весь свой гнев и совершить возмездие. От начала и до конца никто из леса Тянь Фа даже не посмел и рта открыть.

И хотя все пятеро прекрасно понимали первоначальные намерения Цзюня Мосе, они всё равно не осмеливались выступить против Мэй Сюэ Янь и её воинов.

Они попросту не выдержат того, что последует после их атаки! Эти пятеро не являются мастерами уровня Шенцзюня и не обладают превосходной квалификацией!

Даже Ся Чан Тянь с его взрывным характером не осмеливался нападать на воинов леса Тянь Фа. Не из-за угрозы в лице Цзюня Мосе, а из-за общего положения дел!

Причиной всему случившемуся — их безразличное отношение и отсутствие желания прийти на помощь, что привело к полному крушению союзной армии Короля медведей и Короля орлов. Цзюнь Мосе, как лидер, потребовал справедливости — это дело чести. Поэтому Гу Хань лишь мог искать компромисс, но ни в коем случае не освобождать их от ответственности. Даже если Ся Чан Тянь и остальные потерпят в этом бою поражение и погибнут — они получат по заслугам. И никто не станет этого отрицать.

Однако если оставшиеся мастера тоже ринутся атаковать Цзюня Мосе, то дело примет совершенно другой оборот. Даже Гу Хань был бы с этим не согласен!

— Брат Гу, даже если Ся Чан Тянь и не оказал никакой поддержки… нет никакой необходимости решать всё оружием. Вам не кажется, что такая реакция Цзюня Мосе уже чересчур? Это того не стоит! — один из воинов Трех священных земель с особой осторожностью обратился к Гу Ханю.

— Не стоит так говорить, — на этот раз слова возражения исходили из уст Мо Вудао. Он вздохнул и сказал: — Может то, что они не оказали поддержки — пустяковое дело, однако в действительности, оно имеет серьёзные последствия. Во-первых, на протяжении последних ста лет мы, три священные земли, рука об руку всеми силами всячески притесняли Тянь Фа, едва не сломив их. Если бы не Цзюнь Мосе, Тянь Фа был бы обречён на погибель! Можно сказать, что мы лично уничтожили наш статус побратимов и вечных союзников. Между нами даже уже сложилась непримиримая вражда! При таких обстоятельствах, никто бы даже ничего не сказал, если бы священные звери не явились на поле боя. В конце концов, Чужаки, даже если захватят континент, никогда не осмелятся войти в пределы леса Тянь Фа! Более того, они даже не имеют никакого отношения к человеческому роду, и никто их не может осуждать! Однако они всё же пришли! Ради всего народа, ради материка Суань они забыли все старые обиды! Это очень великодушный поступок.

Между Мо Вудао и Тянь Фа существовало немало противоречий, усложненных некоторой ненавистью. А с Цзюнем Мосе у него вообще кровная вражда, эти двое никогда не смогут ужиться под одним небом! Однако этот человек никогда не теряет своих превосходных манер настоящего лидера. Он говорил о случившемся без лишних комментариев и совершенно непредвзято. Его слова были чистой правдой.

А это заслуживало похвалы.

— Во-вторых… — подхватил Гу Хань: — Прибытие Тянь Фа — это результат наших уговоров! Слышать это, конечно, неприятно, но мы невзирая на унижение, наше высокое положение и достоинство, сами попросили их о помощи. Если говорить с этой точки зрения, неважно с какими намерениями пришли воины Тянь Фа, тогда они оказали нам великую милость! Они — наши боевые товарищи, при нынешних обстоятельствах у Священной земли практически отсутствуют шансы на успех, и угроза поражения уже совсем близко. Поэтому помощь со стороны Тянь Фа действительно равносильна спасению трёх священных земель! Ся Чан Тянь и его люди своим подлым поступком отплатили воинам Тянь Фа чёрной неблагодарностью! — Гу Хань тяжело вздохнул. Это была ещё одна причина, по которой он не желал лично урегулировать весь конфликт. Он и сам был вне себя от ярости на Ся Чан Тяня!

А самое отвратительное то, что если он через силу попытается влезть в это дело, то его репутация в глазах Цзюня Мосе больше никогда не будет такой же великой, как сейчас…

Если он решится открыть рот, то самое большее, что он может сделать — присоединиться к оставшимся мастерам. Эти дураки прекрасно осведомлены о мощи Цзюня Мосе, так неужели ему ничего не понятно?

Страшнее всего, что по сравнению с психом Чжань Лунь Хуаем, Цзюнь Мосе ещё опаснее… Его действительно просто невозможно убить!

— Если во время войны одна из союзных сил попадает в ловушку, а другая в этот момент просто остается безучастным зрителем, то это считается ужасным преступлением! Государственной изменой! — сказал Мо Вудао: -Это приравнивается к бунту! О помиловании не может быть и речи! Так что, с какой стороны ни посмотри, но поступок Ся Чан Тяня является ужасной ошибкой. Есть такое выражение: позабыть о добре и презреть долг, отплатив за всё чёрной неблагодарностью, — сказал Мо Вудао: — В общем говоря, независимо от того, кто является руководителем Тянь Фа, возможность разрыва между нашими сторонами уже превысила отметку в восемьдесят процентов! Поступок Ся Чан Тяня — это полное пренебрежение безопасностью всего мира! Судьба всего человечества — не детская забава! Они совсем невменяемые, если смогли совершить подобное преступление! Гу Хань тяжело вздохнул.

Шенхуан, изначально задавший вопрос, в недоумении промямлил:

— Господин Мо, вы… как вы…

Мо Вудао ответил на незаданный вопрос: — На самом деле, я никогда не испытывал симпатию к лесу Тянь Фа, правительству Злого Монарха и, в частности, к самому Цзюню Мосе. Я буду придерживаться этой позиции и после. Но в данный момент я, Мо Вудао, не позволю личным отношениям мешать мне в таком важном, принципиальном вопросе. Мы сражались с Тянь Фа, когда были уверены, что Чужаки не могут вторгнуться на наши земли, и у нас была полная уверенность в исходе Войны за Небеса. Даже если бы Тянь Фа был вырезан без остатка, это было бы внутренней проблемой материка. Однако я никогда не разверну междоусобную войну, если силы Чужаков будут превышать их привычное количество… — он тяжело вздохнул и добавил: — Если бы я заранее мог знать о сегодняшнем инциденте, то любой ценой попытался бы восстановить наши отношения с Тянь Фа. По крайней мере, я бы постарался обеспечить победу в случившемся сражении. И уж точно бы не стал безрассудно отдавать приказы на уничтожение Тянь Фа!

— Время идёт, мир меняется, ослепляя и приводя в замешательство всех людей! Кто бы мог подумать, что величественная гора Тяньчжу, простоявшая тут десять тысяч лет, вдруг рухнет в такой критический момент… — Си Жочен тяжело вздохнул и, стиснув зубы, сказал: -Чёртов Чжань Лунь Хуай! Чёртов псих!

— Получается, мы не станем вмешиваться в битву между Шенцзюнем Ся и Цзюнем Мосе? А что насчёт сорока наших товарищей, они нам тоже не нужны? — не отступая, снова спросил тот же Шенхуан.

— Это то, что хочет получить Цзюнь Мосе! И у него есть сила, чтобы это заполучить, так что мы можем просто наблюдать! Более того… в такой сложной ситуации, где важна каждая мелочь, нам лучше даже не двигаться с места! Необдуманное действие может привести к ещё большему несчастью! — в глазах Гу Ханя сверкнула печаль, и он сказал: — Причины сегодняшних результатов кроются во вчерашнем дне. Сам заварил кашу, сам и расхлёбывай! Разве мы должны искажать истину и вступать в битву с воинами Тянь Фа и правительством Злого Монарха? Позволим этим мерзким Чужакам получить от этого выгоду?

Стоявший позади Гу Ханя Чу By Хуэй не смог удержаться и тяжело вздохнул.

Внезапно зрачки Гу Ханя сузились, он побледнел и резко воскликнул:

— Твою мать! Кажется, я всё же недооценил истинную силу Цзюня Мосе… Возможно, не только сорок наших братьев… Но и Ся Чан Тянь вот-вот столкнётся со смертельным ударом…

Сказав это, даже сам Гу Хань от испуга вытаращил глаза и пристально уставился вперёд!

С самого начала Цзюнь Мосе обладал такой ужасающей и невероятной мощью?

Толпа в панике пыталась сосредоточить всё своё внимание.

Сначала этому никто не придал значения, но теперь все открыли рты и были не в состоянии сомкнуть их обратно.

Прежде все уже построили предположения о том, каким окажется бой, но никто и представить не мог, что всё окажется именно так!

Совершенствование Цзюня Мосе действительно незаурядно, прежде ему удалось одолеть самого Чжань Лунь Хуая. Его стремительный прогресс всегда удивлял всех вокруг, сейчас он уже на ступени Шенцзунь и кажется все еще не прорвался до Шенцзюня… А Ся Чан Тянь как раз-таки является истинным Шенцзюнем!

Третьей ступени!

Поэтому все предполагали, что преимущество в бою находится в руках Ся Чан Тяня. Даже Гу Хань так думал и выступил примирителем данном деле, но ничего не получилось…

Однако, как только начался бой, Ся Чан Тянь оказался в неблагоприятном положении! Безвозвратное падение!

Такое никому и во сне не могло присниться! Все вытаращили глаза от изумления!

Движения Цзюня Мосе были стремительны и быстры. Чёрные клинки заполонили все вокруг. Силы молодого мастера били непрекращающимися волнами — тонкие ледяные клинки из Подземного мира объединились в огромное чёрное облако!

Вдруг резко потемнело, будто один огромный ледяной клинок спустился на это ужасное поле боя, затмевая собой весь небосвод!

Глава 1192. Кровь за кровь!

Как только Ся Чан Тянь вступил в бой, он тут же застрял в оборонительной позиции. Пусть его техника не была беспорядочной, однако он не мог ответить контрударом!

Лицо Ся Чан Тяня побагровело. Огромное чувство унижения заполонило его сердце! Он и подумать не мог, что Цзюнь Мосе может обладать такой жёсткой силой! С самого начала он только отражает и отражает, и отражает его удары… но так ни разу и не атаковал!

Как говорится: первый барабанный бой поднял у противника дух, при втором он стал ослабевать, а при третьем и вовсе иссяк. Это непреложная истина войны, однако наступление Цзюня Мосе оставалось непоколебимым, и с каждым разом становилось всё сильнее, всё яростнее, всё быстрее!

Почему всё так переменилось? Не только Гу Хань, но даже участвующий в бое Ся Чан Тянь оказался в замешательстве: «Я ведь Шенцзюнь! Пусть Цзюнь Мосе тоже не слаб, но он всего лишь Шэнцзун, очевидно же, что его сила на порядок ниже моей, так почему же так случилось…»

В этот момент Ся Чан Тянь чувствовал, будто внезапно погряз в огромном болоте, и чем больше он сопротивлялся, тем быстрее опускался на дно… Он уже практически утонул!

Когда в самом начале, Цзюнь Мосе только начал атаковать, Ся Чан Тянь собирался произвести ответный удар, чтобы как можно скорее освободить своих товарищей из ловушки. Но его противник вдруг заполонил всё вокруг огромным облаком из клинков. Если Ся Чан Тянь отступит, то останется в полном порядке, однако что будет с его репутацией Шенцзюня, когда он спасует перед каким-то мальчишкой?

Поэтому Ся Чан Тянь решил не отступать и покориться обстоятельствам. Ему пришлось пропустить через себя все атаки чёрных клинков -и не с помощью сопротивления, а с помощью уклонения.

Не успел он отскочить от одного клинка, как другой уже вот-вот достигнет его горла. Ся Чан Тянь пришёл в ужас и сделал сальто назад, но следующее лезвие уже метило прямо ему в сердце! Ся Чан Тянь выпрямился, встал как кукла и резко подпрыгнул вверх! Но другой клинок уже почти добрался до его даньтаня!

Вот так, шаг за шагом, постоянно уклоняясь и отступая, Ся Чан Тянь успел сделать лишь два глотка воздуха! Цзюнь Мосе в общей сложности выпустил триста шестьдесят пять ударов! Каждый удар был стремительным и точным! Но Ся Чан Тянь смог уклонится все триста шестьдесят пять раз!

Но с каждым разом становилось всё труднее и труднее!

У него совершенно не было возможности для контрудара!

Раз за разом уклоняясь от клинков, Ся Чан Тянь вдруг обнаружил, что как бы он не старался, у него всё равно нет ни шанса на ответный УДар!

Если он хочет нанести урон своему противнику, то единственный способ — это самоликвидация!

Бывалого Ся Чан Тяня вдруг охватила дикая печаль: «И это конец? Да как так могло получиться, чтобы я, прошедший столько сражений и не видевший ни одного поражения, вдруг оказался загнанным в угол какой-то шмакадявкой? Может, это просто дурной сон?»

Но даже в самом ужасном кошмаре не бывает таких абсурдных вещей!

Лицо Цзюня Мосе оставалось суровым, а взгляд холодным, безжалостным и равнодушным. Он продолжал беспощадно наносить удар за ударом!

После полного слияния с башней боевая сила Цзюня Мосе достигла поразительного уровня Полубога, которой обладал только сам Чжань Лунь Хуай! У него имелась полная уверенность, что он сможет сразить Ся Чан Тяня — какого-то Шенцзюня третьей ступени!

Именно поэтому Ся Чан Тянь с самого начала оказался в неблагоприятном положении. Без единого шанса на передышку!

Чем больше Ся Чан Тянь бился, тем безумнее и печальнее он становился! Тем сильнее он чувствовал, что его репутации пришёл конец!

Одно неправильное решение отправило его и его братьев в непроглядную бездну! Сначала они были опозорены перед всей толпой, а затем призваны к ответу. А теперь Ся Чан Тянь должен спокойно наблюдать за тем, как его товарищи, с которыми он в течении долгих лет рука об руку рисковал своей жизнью, будут мучительно умирать! И он не в силах ничего сделать! Он просто загнан в угол!

Глядя в лицо Цзюня Мосе, наполненное ненавистью и радостью, Ся Чан Тянь, наконец, понял, что за месть избрал молодой мастер! Сначала он заставит его на собственной шкуре ощутить, что значит быть не в состоянии помочь своим собратьям, оказавшимся в опасности. Мосе играет с ним словно старый кот, который поймал крысу!

— Ты очень жестокий человек! — Ся Чан Тянь снова отскочил в сторону и закричал. В его глазах полопались капилляры, а лицо было свирепым, каку дьявола! Золотой обруч упал с его головы, и густые чёрные волосы рассыпались в разные стороны. Капельки алой крови катились по его лицу, капая прямо на землю!

— Ся Чан Тянь, из-за тебя мне пришлось потерять очень много моих братьев, поэтому я заставлю тебя смотреть, как умирают твои товарищи! Ты обязательно должен испытать это ощущение на вкус до того, как подохнешь! И не смей даже отказываться! — Цзюнь Мосе нисколько не расслаблялся: чёрное облако клинков огромным водопадом посыпались вниз! Их холод пронизывал до костей!

— Ну как, тебя ещё не мучают угрызения совести? Не ощущаешь себя бесполезным? Может, ты раскаиваешься о содеянном?! — Цзюнь Мосе громко закричал, а почти сотня ледяных клинков Подземного мира, смешавшись с чёрным туманом, заполонили собой всё поле битвы!

В этот же момент молодой мастер махнул левой рукой и громко закричал: — Пламя первозданного хаоса! Поднажми!

Пламя первозданного хаоса, которое уже преодолело большую часть расстояния до ямы, внезапно яростно ускорилось! Навстречу отчаянным взглядам мастеров, которые уже потеряли всякую надежду!

Тут же раздались истерические вопли ужаса! У всех присутствующих наблюдателей от этих криков волосы тут же встали дыбом!

Верно, Цзюнь Мосе всё держал под контролем! Он не позволит пламени так быстро завершить свою миссию! Потому что его месть ещё не закончилась!

Резать по мясу тупым ножом намного мучительней!

Как только опустится пламя первозданного хаоса, всё тут же превратится в пепел. Один удар клинка — и тело Ся Чан Тяня будет обезглавлено! Всё произойдёт мгновенно… Но доставит ли это удовольствие?

Возникнет ли потом чувство свершённого возмездия?

Нет! Смерть не страшна, страшнее осознавать её скорую неизбежность. Люди больше всего страшатся ожидания смерти!

Есть тип «стальных» людей, которые не боятся ничего, включая смерть. Самое ужасное для таких людей — наблюдать, как кто-то на их глазах мучает их собственную семью или друзей.

И Ся Чан Тянь вовсе не переживал за собственную жизнь! Уничтожение самого дорогого для человека может разрушить его сильнее, чем его собственная смерть…

В этом и заключалась месть Цзюня Мосе!

«Погубил всех моих братьев, а теперь решил, что своей смертью всё исправишь? Мечтай больше! А то ведь пламя первозданного хаоса может двигаться ещё медленнее, чем раньше!»

Смерть вряд ли можно назвать страшной вещью, но вот ожидание перед смертью — это, действительно, величайшая пытка! И именно сейчас Ся Чан Тянь наблюдал за приближением смерти своих товарищей, которые от всей души ожидали его помощи, но был абсолютно бессилен… А ведь он сам всё заварил…

Ся Чан Тянь подвергся самой мучительной пытке на земле!

Цзюнь Мосе позволил ему в полной мере насладиться самыми ужасными страданиями!

Услышав крики, которые уже не были похожи на человеческие, Ся Чан Тянь чуть ли не разрывался на части, его сердце горело огнем, а глаза были кроваво-красными от гнева! И вдруг ещё одна атака, но он не стал больше уклоняться и бешено взревел: — У каждого преступления есть преступник, у каждого долга есть должник, так вот в этом деле виноват только я! Цзюнь Мосе, вымести весь свой гнев на мне! Не мучай моих братьев! Остановись!

— Не можешь это терпеть? Ся Чан Тянь, это всё только из-за тебя! — Цзюнь Мосе свирепо выпустил ещё одну волну ледяных клинков. Тело Ся Чан Тяня вдруг окутал красноватый туман, и в следующий миг из него выстрелили небольшие фонтаны крови!

— Даже если это произошло из-за меня, мои братья ни в чём не виноваты! — окровавленный с ног до головы Ся Чан Тянь вдруг свирепо посмотрел на Цзюня Мосе и сказал: — Цзюнь Мосе! Отпусти моих товарищей! И тогда я не стану сопротивляться! Можешь делать со мной всё, что захочешь!

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Цзюнь Мосе: — Если бы ты сказал это до начала боя, я бы, возможно, восхитился твоей дерзостью и заботой о товарищах и согласился убить лишь тебя одного! Но на данный момент твои слова заставляют лишь ещё больше презирать тебя! Думаешь, у тебя сейчас есть право со мной торговаться? Раз ты не смог одолеть меня, то и я не смогу ничего с тобой сделать?

Услышав эти слова, Ся Чан Тянь пришёл в бешенство. В этот момент остатки его самоуважения были растоптаны противником до конца! В лепёшку!

— Цзюнь Мосе, раз уж ты такой агрессивный, то отправишься на тот свет вместе со мной! Даже если я и мои братья погибнем, я потяну тебя за собой! Прямиком в Ад!

Его дыхание застыло. Казалось, что всё пространство застыло в этот момент! А потом всё вокруг пришло в неистовство! Бесчисленное количество изначальной Ци со всех сторон огромными потоками хлынуло прямо в тело Ся Чан Тяня!

После самоликвидации огромного количества мастеров одухотворенная Ци на этом поле боя находилась в состоянии полного дисбаланса. Обычному мастеру здесь нужно было быть очень осторожным — если бы хоть часть этой разрозненной энергии попала в их тело, то внутри него тут же воцарился бы хаос.

Но Ся Чан Тянь в этот момент оказался отчаянным китом, пытавшимся проглотить море! Плевать, полезной или вредной была эта одухотворённая Ци, он все равно поглощал её всем своим телом, всеми своими каналами!

Игра только начинается! Нет пути назад!

Увидев изменившееся положение вещей, Гу Хань ясно осознал вытекающие из этого последствия. Он побледнел от страха и громко закричал: — Все назад!

После его приказа все люди трёх священных земель с серьёзным видом тут же убрались прочь и отступили на несколько сотен метров.

Хоть мастера леса Тянь Фа и переживали о Цзюне Мосе, однако под строгим приказом Мэй Сюэ Янь, все так же стремительно отступили. Они наблюдали за полем боя, в их глазах искрилась бесконечная радость, но в тоже время существовало и некоторое беспокойство. Противник молодого мастера, как-никак, является мастером уровня Шенцзюнь, если он решится биться до конца и использует приём самоликвидации, то даже Цзюнь Мосе со своей поразительной мощью не сможет выйти сухим из воды и остаться в целости и сохранности.

Только Мэй Сюэ Янь нисколько не беспокоилась о благополучии Цзюня Мосе. Ведь у него имеется башня Хунцзюнь, так что он останется невредимым, даже если весь мир взорвётся к чертям. Увидев спокойное выражение лица Мэй Сюэ Янь, Сюн Кайшань тут же смекнул, что у его зятя определённо есть какой-то хитроумный приём, который обеспечит ему самосохранение, поэтому он тоже сразу же успокоился.

Ся Чан Тянь ехидно улыбался, его взгляд был устремлен на Цзюня Мосе. Сила Суань в его теле продолжала безостановочно увеличиваться! Постепенно он продвинулся на вершину третьей ступени Шенцзюня…

И, дойдя до пика Шеннзюня четвёртой ступени, он, наконец, остановился!

Казалось, будто под напором такой мощи даже ветер прекратил своё движение!

Многочисленные раны Ся Чан Тяня вдруг перестали кровоточить, и его худощавое тело стало медленно расширяться!

Затем оно приняло сферическую форму и повисло в воздухе!

— Брат Ся! Не надо! Остановись! — закричал Ли Бовень, который в этот момент находился под атаками меча Яньди и Хуанди. Он так же был загнан в тупик и мог лишь обороняться без единой возможности на ответную атаку.

Мечу Яньди и Хуанди в сочетании с кровью Чжань Лунь Хуая было проще простого справиться с каким-то мастером уровня Шенцзюня второй ступени!

Тем не менее, Ли Бовень был высококлассным мастером, пусть его форма оставляла желать лучшего, но у него было достаточно сил для сопротивления. Конечно, одолеть меч Ли Бовень не мог, но и клинку было не так-то просто уничтожить его. Обе стороны оказались в тупиковой ситуации.

Но в этот момент Ся Чан Тянь решил пожертвовать всеми своими силами, чтобы уничтожить Цзюня Мосе. Его мощь уже практически достигла своего предела… Ли Бовень не мог оставаться в стороне, он свирепо посмотрел по сторонам и вдруг бешено взревел, что аж земля потрескалась! Наплевав на собственную безопасность, он тут же бросился в атаку, надеясь прорваться через меч Яньди и Хуанди, чтобы остановить Ся Чан Тяня от применения столь экстремального метода.

Но к сожалению, как бы он не волновался, какие бы мощные атаки не производил, он не мог прорваться через меч Яньди и Хуанди. Все его попытки оказались тщетными, и, в конце концов, клинок заставил его снова отступить.

Сила Ся Чан Тяня медленно приближалась к своему пику. В этот момент он уже совершенно обезумел, теперь ему было плевать на весь мир. Ужасные вопли его братьев буквально лишили его всякого рассудка!

В этот момент крики, исходящие из глубокой ямы, становились всё тише и слабее… Но каждый слабый стон или тихий звук всё равно яростно разрывал сердце Ся Чан Тяня!

Теперь он точно не хотел жить!

Разве можно отмыться от такого позора?

Лучше уж умереть!

Ся Чан Тянь безумно рассмеялся, словно у него случилась истерика. Из его глаз невольно покатились слёзы. За три тысячи лет своего существования этот мастер Шенцзюнь ни разу не пролил ни слезинки. Его мучили угрызения совести, с ним жестоко обошёлся враг, и теперь он совершенно отчаялся. На его сердце остался лишь потухший пепел…

— Цзюнь Мосе, ты отправишься со мной!

Молодой мастер спокойно поднял свой взгляд и внимательно изучил все изменения Ся Чан Тяня. Он стиснул зубы и сурово сказал:

— Ся Чан Тянь, подохнешь только ты! Из-за того, что ты не пришёл на помощь, бесчисленное количество моих братьев трагически погибли на поле боя, и сегодня лично уничтожу всех твоих товарищей! Ты заставил моих братьев самоликвидироваться, поэтому я заставлю тебя сделать тоже самое!

Кровь за кровь!

Таков был изначальный план мести Цзюня Мосе!

Он не собирался свершать возмездие слишком просто и прямо!

Ся Чан Тянь, наконец-то, всё понял!

Оказывается, даже его финальный ход с самоликвидацией изначально был рассчитан его противником! Это и была цель Цзюня Мосе —заставить его самоликвидироваться!

Его, словно марионетку, всё время только и дёргали за веревочки. Теперь Ся Чан Тяню хотелось лишь скорее умереть от такого чувства обиды!

Крики и стоны из ямы уже полностью прекратились.

Сердце Ся Чан Тяня было опустошено, он понял, что его братья окончательно исчезли из этого мира… Возможно, от них даже не осталось ни следа.

Ся Чан Тянь, наконец, лишился всякой надежды!

Точно так же как Сюн Кайшань, когда погиб Корль орлов. В его голове была такая же мысль — лучше умереть, чем жить!

Но тут есть существенное различие!

Брат Короля медведей погиб, защищая своего старшего товарища, он пал в битве, оставив после себя добрую славу!

Но братья Ся Чан Тяня умерли по его вине! Они навеки покрыли себя позором!

Так что между ними нет ничего общего!

Каждый раз, вспоминая своих братьев, Сюн Кайшань чувствует не только угрызения совести, но и гордость за своих товарищей!

Но Ся Чан Тянь ощущал лишь чувство вины и только! Даже на том свете у него не хватит совести, чтобы встретиться там со своими братьями!

Ся Чан Тянь потерпел полный крах!

— Цзюнь Мосе, я сожалею! Я сожалею о том, что не убил твоих братьев собственными руками! Я… Ненавижу… — завопил Ся Чан Тянь.

— Убить моих братьев своими руками? Да ты не заслуживаешь этого! Ся Чан Тянь, мои братья погибли, сражаясь за этот мир, но что будет значить твоя смерть? Даже если ты сдохнешь миллион раз, тебе всё равно никогда не сравниться с моими братьями! Ты — позор всего материка Суань! Ты — источник самоистребления! Ты — позор всего человеческого рода! Преступник и изменник! Самый настоящий мерзавец! Сучий потрох! Куча мусора!

— А-а-а-а! — яростно закричал Ся Чан Тянь: — За моей спиной тысячи грехов! Но на тот свет я отправлюсь только с тобой, Цзюнь Мосе! Давай отправимся в Ад!

Раздался грохот, и на поле боя вспыхнул очень яркий белый свет!

После этого резкого крика Шенцзюнь Ся Чан Тянь, в конце концов, использовал свой последний приём — самоликвидацию!

После такого сильного взрыва всё вокруг заполонил густой дым, словно произошло ещё одно извержение вулкана.

Огромное грибовидное облако тут же вознеслось вверх!

А на земле образовалась огромная бездонная яма, глубиной в шесть сотен метров!

Стоявшие вдали воины Тянь Фа и мастера трёх священных земель, чей уровень совершенствования был сравнительно низок, от такого удара вдруг потеряли сознание!

Несколько тысяч шатров и палаток были снесены сильным порывом ветра! На небе не осталось ни облачка!

Земля грохотала!

Глава 1193. Убить ещё одного

Произошёл взрыв!

Все вокруг заполонила пыль, летали камни, а в середине появилась огромная яма, поражающая своими размерами. Она была сравнима с той ямой, которую создал Цзюнь Мосе с помощью силы земли!

Тело Ся Чан Тяня превратилось в пепел, погибло всё его нутро, даже душа. Цзюнь Мосе, который был в центре взрыва, куда-то исчез!

Не может быть, чтобы этот парень погиб вместе с Ся Чан Тянем! Гу Хань и остальные не могли объяснить эту странность. Если эти два человека действительно погибли вместе, тогда это будет настоящая беда!

Люди трёх священных земель имеют странную психологию: никто не оплакивал смерть Ся Чан Тяня, но молились, чтобы с их древнейшим врагом, Цзюнем Мосе, ничего не случилось.

Даже Мо Вудао, который изначально хотел, чтобы Цзюнь Мосе умер, в этот момент искренне молился.

«Цзюнь Мосе, не умирай! Континент действительно не может позволить себе потерять такого сильного человека…»

И самое главное: если Цзюнь Мосе погиб из-за Ся Чан Тяня, то Тянь Фа не только перестанет противостоять Чужакам, но и священные животные сойдут с ума и любой ценой уничтожат три священные земли! Это их и беспокоило!

Мастера, присутствовавшие на месте происшествия, во все глаза смотрели на поле, словно поражённые громом.

Всего сорок мастеров и один сильный Шенцзюнь исчезли без следа за такое короткое время!

Всё это мог сделать… только один человек?

Если Цзюнь Мосе погиб вместе с ними, то ситуация действительно складывалась ужасно!

— Брат Ся… — Ли Бовень был потрясён, увидев, что от Ся Чан Тяня ничего не осталось. Когда Ся Чан Тянь взорвал себя, в последний момент Ли Бовень успел спрятаться. Кровь Яньди и Хуанди, естественно, не отпускала его, и ему пришлось ещё и защищаться.

Ли Бовень стал свидетелем смерти своего лучшего друга и был в панике. Но в этот момент он только всё время кричал, не обращая внимания на травмы.

Внезапно Ли Бовень, как стрела, вознёсся высоко в небо и мрачно рассмеялся!

Кровь Яньди и Хуанди тоже издала странный металлический звук и заискрилась светом, кровь брызнула в небо, как дождь, и после щелчка на землю упало острие меча!

— А-а-а-а-а-а! — внезапно закричал от боли Ли Бовень. Он выплюнул кровь, которая тут же превратилась в кровавый туман. Но его летящее тело всё ещё держалось прямо и двигалось на полной скорости!

Меч крови Яньди и Хуанди гудел и преследовал его.

Он отнёсся к происходящему очень настороженно, поэтому сбежал, но меч сильно разозлился.

Ли Бовень громко рассмеялся и внезапно яростно закричал: — Цзюнь Мосе, раз ты такой бесчеловечный, я заставлю тебя сожалеть об этом всю жизнь! Я закончу то, что не успел сделать мой брат!

Не успел он закончить фразу, как вдруг рядом появилась чья-то фигура!

Он резко по наклонной полетел вниз! Сильный, как ветер, быстрый, как молния!

В одно мгновение в воздухе появились сотни теней, и на землю быстро опустилась Мэй Сюэ Янь!

В своей ладони он сосредоточил жизненную силу Шенцзюня второй ступени. Когда он разжал ладонь, всё пространство вокруг мгновенно застыло! Как будто всё сковало цепями!

Даже ветер и воздух перестали циркулировать!

Волосы Мэй Сюэ Янь внезапно застыли. Сюн Кайшань только открыл рот и хотел гневно ругаться, как тут же замер. Кажется, что время и пространство всего мира в этот момент остановилось!

Ли Бовень страшно зашипел и оглушительно рассмеялся, наслаждаясь местью!

Он хотел отомстить, отомстить Цзюню Мосе, и лучший способ — убить его самого важного и любимого человека! Он даже принял решение, что как только убьет Мэй Сюэ Янь и увидит скорбное выражение лица Цзюня Мосе, то сразу уничтожит себя!

Он ничего не хотел, только увидеть душераздирающее выражение лица Цзюня Мосе!

Это того стоило!

«Ты будешь жить в боли, раз решил убить моих братьев! В раскаянии! Навсегда!»

Думая об этом, Ли Бовень радостно рассмеялся.

Да, жизнь только одна. Он не пожалеет ничего, лишь бы отомстить ему!

Он надеялся, что во время его саморазрушения, из-за близкого расстояния никто в Тянь Фа и резиденции Злого Монарха не выживет.

Он знал, что Цзюнь Мосе точно жив, потому что этот проклятый волшебный меч всё ещё отчаянно преследовал его. Этот меч, несомненно, контролировал Цзюнь Мосе, и, раз он летает за ним, значит Цзюнь Мосе жив!

Другими словами, саморазрушение Ся Чан Тяня никак не повлияло на Цзюня Мосе!

Этот факт разозлил Ли Бовеня.

«Цзюнь Мосе, как ты мог не погибнуть? Почему ты не умер? Ты заслуживаешь смерти! Чтоб ты сдох!»

Поэтому Ли Бовень выбрал путь мести! Решительно и непоколебимо решил ему отомстить.

Убить Мэй Сюэ Янь!

Если Цзюнь Мосе останется жить, а Мэй Сюэ Янь умрёт, то жизнь покажется ему длиной и мучительной!

Убить! Убить!

На расстоянии трёх сотен метров промелькнул Ли Бовень.

Взмахнув ладонью, пространство вдруг рухнуло и образовалось пустота.

Он продемонстрировал высшую силу Шенцзюня второй ступени и отчаянную атаку. Смертельный удар, не имеющий по силе препятствий!

Тем не менее, не имеющий по силе препятствий не означает абсолютно беспрепятственный.

В этот критический момент Мэй Сюэ Янь, которая была заблокирована в пространстве, издала сильный крик. Она собрала всю свою силу воедино, вырвалась, взлетела вверх, и махнула рукой, чтобы нанести ему ответный удар.

Люди трёх священных земель не могли поверить своим глазам!

Как Мэй Сюэ Янь смогла уничтожить заблокированное Шенцзюнем пространство? Да ещё и нанести контрудар! Какой потрясающей Суань обладает эта царица Тянь Фа? Разве раньше её не называли «Почтенная Мэй»? Почему произошло такое невероятное и непостижимое явление?

Но Мэй Сюэ Янь в итоге не сумела нанесла ответный удар.

Не потому что не успела, а потому что незачем!

Перед Мей Сюэ Янь неожиданно появилась фигура, преграждающая путь Ли Бовеню!

Когда он стоял перед Мей Сюэ Янь, она была уверена, что в мире не существует силы, которая способна прорваться через этого человека и навредить ей! Она глубоко в это верила!

С появлением этого человека, внезапно вспыхнули десятки чёрных острых мечей!

Он поднял обе руки, и пространство мгновенно наполнилось пурпурным туманом, который поднимался к небу! Гу Хань изменился в лице, когда увидел этот пурпурный туман!

В этом пурпурном тумане были скрыты неограниченные возможности!

Если вы хотите прорваться и пойти дальше, это, вероятно, важнейший ключ!

После этого Ли Бовень двумя ладонями отбил удар! Как будто перед бурлящим потоком внезапно появилась возвышающаяся гора!

Раздался оглушительный звук, будто столкнулись солнце и луна!

Единственным человеком, который внушал Мэй Сюэ Янь такую уверенность, был Цзюнь Мосе.

Лицо Цзюня Мосе оставалось равнодушным, но его глаза источали гнев! Когда его любимая попала в опасную ситуацию, он внезапно появился и пошёл на прямое столкновение с Шенцзюнем!

— А-а-а-а! — Ли Бовень снова издал ужасный крик. Хоть он и успел отлететь наверх, уворачиваясь от удара, но десятки смертоносных стрел были везде!

Предыдущие десятки чёрных острых мечей были сорока девятью ледяными клинками из Подземного мира, которые пронзали его тело. Затем Цзюнь Мосе наполнил ладони великим пурпурным туманом и со всей силы хлопнул!

Под воздействием такого сильного удара Ли Бовень был как трёхлетний ребенок, внезапно столкнувшийся с бежавшей испуганной коровой. Из его рта фонтаном полилась кровь!

Лицо Цзюня Мосе вдруг покраснело, а изо рта полилась кровь! Он, шатаясь, натолкнулся на Мэй Сюэ Янь, остановился и затем спокойно сел на землю.

Ли Бовень был сильным Шенцзюнем. Если Цзюнь Мосе сможет одержать победу, это не значит, что она дастся ему легко. На самом деле, он только что сражался с двумя сильными Шенцзюнями. Энергия, которую он черпал в башне Хунцзюнь, уже была на исходе! Энергия по каналам двигалась хаотично, внутренние и внешние ранения были серьёзными и он боялся, что не сможет выдержать этого боя!

Цзюнь Мосе всё ещё с ненавистью смотрел на Ли Бовеня. Если он в скором времени не погибнет, то чуть-чуть соберётся с силами и снова сольётся с Башней Хунцзюнь! Всё, лишь бы уничтожить его!

Меч Крови Яньди и Хуанди, идущая за Ли Бовенем, не замедлилась, а вошла прямо в сердце Ли Бовеня! И осталась там!

Кровь Яньди и Хуанди, летящая со скоростью стрелы, должна была на той же скорости пронзить тело Ли Бовеня.

Поскольку теперь тело Ли Бовеня не имело защиты, ледяные клинки из Подземного мира легко могли пронзить его насквозь, не говоря уже о крови Яньди и Хуанди, которая была острее клинков в несколько раз.

На самом деле это невероятно!

Кровь Яньди и Хуанди летела со сверхвысокой скоростью, но, попав в тело Ли Бовеня, она остановилась! Остановилась в его теле, завязла в его мышцах!

Глава 1194. Шанс, дарованный небесами!

Ли Бовень яростно взревел.

Он изо всех сил пытался дышать ртом, жадно хватая воздух.

Одухотворенная Ци, которая прежде хаотично двигалась в воздухе, теперь же стремительным и мощным потоком направлялась прямо к его рту!

После самоликвидации Ся Чан Тяня, ещё один Шенцзюнь вот-вот должен применить этот опасный приём, дабы избавится от мучений и одновременно сломить своего ненавистного врага!

На самом деле, астральное тело Ли Бовеня ещё вполне могло спастись от уничтожения, даже несмотря на то, что его внутренности серьёзно пострадали, когда Цзюнь Мосе нанёс ему сокрушающий удар небесного сияния первозданного хаоса! И даже несмотря на то, что после метких порезов сорока девятью ледяными клинками из подземного мира его тело превратилось в настоящее решето. И даже невзирая на то, что в его теле был меч Яньди и Хуанди, даже сейчас у него были все шансы для этого!

Потому что Шенцзюнь — это Шенцзюнь!

Если он будет намерен погибнуть посредством самоликвидации, даже кровь Яньди и Хуанди не сможет остановить его!

Единственный, кто может остановить его — это Цзюнь Мосе, однако сейчас молодой мастер получил слишком много ранений. Всё, на что он способен в данный момент, это попытаться воспрепятствовать побегу Ли Бовеня, что касается Мэй Сюэ Янь… хотя, в принципе, она — достойный соперник для него, всё же у неё недостаточно сил, чтобы предотвратить побез астрального тела Ли Бовеня.

Однако сейчас Ли Бовеню меньше всего хотелось убегать!

Можно сказать, что сейчас он уже не так уж и хотел продолжать жить! После того, как на его глазах сорок верных товарищей превратились в пепел, а близкий друг и брат, с которым он провёл бок о бок четыре тысячи лет совершил самоубийство, у него больше не осталось причин, чтобы жить.

Всё, чего он хотел — это мести!

«Цзюнь Мосе, ты говорил, что твои братья не должны были погибнуть зазря… так почему мои братья должны вот так просто умереть из-за тебя? Я не остановлюсь, пока ты не ответишь за всё, что ты совершил!»

Сейчас он как раз находился в самом центре лагеря армий Тянь Фа и дворца Злого Монарха. Стоит ему взорваться, и даже находившийся на последнем издыхании Цзюнь Мосе едва ли сможет спастись!

Так или иначе он уже не жилец, а заставить этих людей страдать — уже можно приравнять к своего рода возмездию!

«К чёрту нравственность и мораль, к чёрту будущее материка, к чёрту мир во всем мире, гори оно всё пропадом!»

Изначальная Ци безумно со всех сторон стала врываться в его тело!

Ощущая, как Ци наполняет его тело, Ли Бовень истерично рассмеялся, ему было очень радостно. Одним своим ударом он сразу мог избавиться от всех своих ненавистных врагов, отомстить за своих братьев, разве это может не радовать?

Ци с ещё большей скоростью врывалась в его тело. В воздухе по-прежнему мелькали потоки Ци светло-голубого цвета.

Ли Бовень дико захохотал: — Брат Ся, подожди ещё совсем немного, и я скоро присоединюсь к тебе! И не только я один, ещё я прихвачу с собой этого проклятого ублюдка Цзюня Мосе и его домашних питомцев! А потом делай с ними всё, что сам захочешь! Ха-ха-ха…

Вдруг Ли Бовень резко остановился, и куда-то уставился, испуганно закричав: — Почему? Что такое?

В его голосе чувствовались страх и смятение.

Потому что он вобрал в себя одухотворённой Ци, по крайне мере, в два раза больше, чем до этого Ся Чан Тянь, но в его организме до сих не произошло никаких изменений!

Никаких следов увеличения силы, даже каналы казались такими же полупустыми, как и до этого.

Из его ран по-прежнему сочилась кровь!

Абсолютно ничего не поменялось!

— Но почему так? В чём, в конце концов, дело? — Ли Бовень, как сумасшедший, проверял и осматривал своё тело, только ощущая, как его жизненная сила всё так же утекала из его организма, а в его каналах не было ни грамма посторонней Ци! Куда же подевалась вся эта энергия? Внезапно он снова взбесился: — Какого хрена? Что вообще происходит?

Ситуация снова вышла из-под контроля, даже когда он решил перевести дух, и набраться новой энергии, она оказалось совершенно непригодной для использования… В чём дело? Почему именно так?!

Меч Яньди и Хуанди, торчащий из тела Ли Бовеня светился светло-голубым светом, при этом двигаясь туда-обратно. Ли Бовень серьёзно считал, что у него получится совершить самоликвидацию, когда из его тела продолжал торчать этот дерзкий меч, блокировавший связь между каналами его организма? Он, в самом деле, хотел одним разом убить столько человек? Он попутал там, что ли?

За последние несколько дней меч Яньди и Хуанди хорошенько проголодался. У него вечно не хватало времени насытиться кровью мастеров. Конечно, в прошлый раз он имел возможность «познакомиться» с Чжань Лунь Хуаем… Это, можно сказать, было лакомством высшего качества, но к сожалению, вдоволь полакомиться так и не удалось. Благо, сейчас ему повстречался Шенцзюнь, тоже очень неплохой улов!

Меч был вне себя от восторга! Этот мастер, конечно, не тот, что был в прошлый раз, но, ничего, как компенсация вполне сойдёт!

Особенно ему по душе пришлось то, что этот мастер не собирался никуда бежать, он даже проникся к нему некой симпатией: «Какой, всё-таки, добрый человек. Довольно вкусный. Второго такого послушного Шенцзюня на всем белом свете не найти…»

Поэтому меч очень дорожил своим новым «другом». Он медленно и с особой осторожностью всасывал его энергию, боясь, что вдруг тот обнаружит это, и взорвётся… Тогда бедный меч снова останется без друга и голодным…

Сейчас его «сердце» было наполнено радостью, ведь он получил столько полезности для себя! Это же как деньги, свалившиеся с небес! Его восторг был просто неописуем!

«Твою же мать, какой я довольный! Мне чертовски повезло… Я, конечно, встречал разных бойцов, но чтоб таких обалденных, как ты, никогда! Бля, да я люблю тебя! Вот так повезло! Вкусняша!»

Он с жадностью пожирал врывавшуюся Ци.

Казалось, ещё немного, и меч начнёт урчать, как довольный кот, и причмокивать, поглощая энергию из тела Ли Бовеня!

«Красавчик! Он просто нереальный красавчик! Просто делай, что хочешь. Как будто мечта всей твоей жизни резко осуществилась! Будто бы ты хотел провести ночь со своей женой, а вместо неё пришли две полуголые цыпочки, да ещё к тому же согласные на всё!»

Вся Ци, которую Ли Бовень вводил в своё тело, без остатка была поглощена мечом Яньди и Хуанди.

Несчастный Ли Бовень докатился до того, что стал проводником между мечом Яньди и Хуанди и природной одухотворённой, и оттого очень вкусной Ци!

Сказать, что этой Ци было немерено — значит, ничего не сказать! В этом месте всё-таки погибло больше двухсот тысяч Чужаков, потом несколько тысяч воинов Тянь Фа взорвались тут, ещё несколько десятков мастеров покончили со своей жизнью, оставив после себя беспорядочно раскиданные энергетические волны… Эта цифра достигала просто астрономических размеров!

Мечу Яньди и Хуанди, действительно, невероятно повезло сегодня, такой шанс выпадает очень редко!

В этом мире, кроме Цзюня Мосе, никто и не подозревать не мог о существовании такого удивительного меча! Это меч может питаться человеческими кровью и энергией. Это дьявольский меч, который может убивать людей, и пожирать их души!

Все эти удивительные способности стали следствием неустанных экспериментов Цзюня Мосе, которые он постоянно проводил после того, как овладел стихией металла. В свободное время Цзюнь Мосе часто вытаскивал свой меч, проверял его прочность, снова и снова закалял его. Обычным мечам достаточно двух-трех закалок, однако Цзюнь Мосе же закалял свой меч сотни тысяч раз!

Благодаря неустанной работе, в итоге получился совершенно уникальный меч. Меч, не имеющий себе равных!

Вообще для мастеров, которые обладают способностью к самоликвидации, мечи ничего не значат, даже несмотря на то, какими бы они удивительными и невероятными они не были!

Поэтому Ли Бовень не обратил никакого внимания на меч, который торчал из его тела: «Всё равно умирать, пусть в моём теле застрял меч моего врага, и что с того. Если я смогу уничтожить вместе с собой оружие Цзюня Мосе, это тоже можно считать своего рода достижением!»

Однако вовсе не подозревал, что меч Яньди и Хуанди окажется весьма специфическим существом. Настоящий феномен, которого отродясь никогда и не было на материке Суань.

Когда Ли Бовень почувствовал, что что-то не так, меч смог впитать в себя одну треть всей существующей в этом месте природной Ци!

Ли Бовень пришел в настоящее отчаяние!

Даже обладая уровнем Шенцзюня, у него не было даже возможности взять и сдохнуть, захватив с собой побольше врагов!

Это какой-то заговор вселенной!

Ли Бовень был вне себя от ярости, его несколько раз вытошнило кровью. На самоликвидацию он был не в состоянии.

Хотя он до сих пор не понимал, что на самом деле произошло, но он решил во чтобы ни стало избавить своё тело от этого надоедливо торчащего меча, который, несомненно, и был главным виновником всего произошедшего! Своим решением, он лишил меч возможности и дальше одерживать над ним победу, однако он не думал, что тем самым нанесёт себе серьёзное ранение!

Меч тотчас же пришёл в бешенство!

Глава 1195. Достаточно? Нет! Я ещё не закончил!

«Стоило мне только тебя похвалить, как ты уже собираешься сворачивать лавочку? Думаешь, мне часто выпадает такой шанс? А ты решил взять и разом все порушить? Нет, ну это просто возмутительно!»

Такое не под силу вынести даже человеку, не то что мечу!

Меч пришёл в дикое бешенство — он больше не получал природную одухотворённую Ци, и бешено бросился высасывать жизненные силы Ли Бовеня, вместе с его душевной энергией!

«Да пошёл ты! Ты разрушил мои планы, а я разрушу твою душу!»

Ли Бовень понял, в чем подвох. Он был крайне потрясён, и долго не думая, громко закричал: — Распад…

В его голове была только одна мысль: он должен уберечь своё астральное тело, а потом переродиться и отомстить…

Но в следующее мгновение, он с грустью обнаружил, что его собственное тело больше не слушалось его! А зловещий меч опустился до места расположения даньтяня, и уже спокойненько поглощал его астральное тело, жадно высасывая его жизненные силы и душевную квинтэссенцию.

Астральное тело или, по-другому, «святой младенец» — это удивительное существо, которому вряд ли что-то может навредить, однако этот зловредный меч смог пронзить его… и ему некуда было деться!

У Ли Бовеня была возможность спасти своего святого младенца, посредством самоликвидации, однако он не смог воспользоваться ею.

Теперь же, когда он решился на это, этой возможности у него уже не было. Всё выглядело очень таинственно и непонятно!

Однако, на самом деле, причина была очень проста — после того, как меч вобрал в себя такое огромное количество природной одухотворённой Ци, его силы резко увеличились, и сейчас он был даже сильнее Ли Бовеня!

К тому же вся эта Ци уже была преобразована Ли Бовенем в чистую и однородную энергию, которая по своим свойствам почти полностью совпадала с простейшей элементарной Ци, которой обладал меч. Сейчас же Ли Бовень был полностью «обесточен», он даже был не в состоянии шевельнуться. Меч не оставил ему сил, чтобы сделать хоть шаг!

Поэтому прямо на глазах у всех произошло такое невероятное явление. Тело Ли Бовеня сначала медленно парило в воздухе, а потом оно стремительно стало увядать, его тело медленно превращалась в засушенную и сморщенную мумию. Оно продолжало сжиматься, пока в итоге полностью не исчезло из виду!

Движение природной одухотворённой Ци на этом прекратилось!

Только сверкающий меч продолжал парить в воздухе!

Все присутствующие были дико ошарашены тем, что только что произошло на их глазах!

В чем дело?!

Все ясно видели, что Ли Бовень собирался самоликвидироваться, или, по крайней мере, начинал этот процесс. В страхе все даже отошли на несколько сотен метров, но никто и не подозревал, что самоликвидация могущественного Шенцзюня закончиться… ничем…

«И что всё это значит?!»

Все просто вытаращили глаза от изумления, а застывший в воздухе меч вдруг издал звонкий писк, после чего у всех присутствующих возникло ощущение, что этот звук был очень похож на голос человека! На восторженный возглас, наполненный невероятным очарованием!

«Разве меч может выражать эмоции? И ещё, почему этот звук был похож на что-то вроде причмокивания после вкусного и сытного ужина?»

После этого меч резко взлетел очень высоко вверх. Блеск, который он излучал, был таким ослепительным и бесконечным, словно в воздухе внезапно повис огромный световой столб! Большой, как настоящий дом, высотой с полкилометра!

Вдалеке оставалась одна уцелевшая гора. Свет меча резко пронзил её, оставив после себя огромное круглое отверстие…

Потом он тихо опустился вниз. Подлетев к Цзюню Мосе и совершив в его руках несколько задорных кувырков, будто радостный ребёнок, меч исчез…

После такой трапезы надо немного отдохнуть, дать еде перевариться. У мечей всё, как и у людей…

Глаза Цзюня Мосе просияли, он и сам не подозревал, что в этот раз меч Яньди и Хуанди ждёт такой успех! Неудивительно, что он с таким нетерпением отправился на отдых в Башню Хунцзюнь… мальчишка объелся…

Конечно, объём одухотворённой Ци, который ему удалось выкачать из Ли Бовеня, был весьма впечатляющим, однородность — тоже вполне приличной, однако она всё равно значительно отличалась от той, которой обладал сам меч, не говоря уже об чистейшей одухотворённой Ци в Башне. Поэтому полученная Ци требовала соответствующей обработки, нужно было отобрать всё самое лучшее, а ненужный шлак отбросить, и этот процесс требовал времени! А удивительные свойства башни могли значительно укоротить этот процесс!

С того момента, когда меч обзавёлся собственной душой, это был первый раз, когда он по своей инициативе возвращался в башню. Каждый раз он вёл себя, как неуправляемый ребёнок, которого нельзя было загнать домой. Трое Шэнцзунов и два Шенхуана, которым удалось избежать гнева первозданного хаоса и обморожения ледяной квинтэссенцией, с растерянным видом стояли неподалеку. За всё время они ни разу не попытались присоединиться к битве!

Гу Хань с печальным выражением лица подошёл ближе. За ним двинулись остальные.

Цзюнь Мосе медленно поднялся. Его лицо по-прежнему было мертвенно-бледным, все его внутренности пронзала резкая боль, голова разрывалась на части от боли, словно кто-то маленьким острым ножичком без остановки тыкал в неё. Каналы в его теле в любой момент могли отказать, болезненные судороги никак не утихали.

Однако Цзюнь Мосе, несмотря на всё это, по-прежнему сохранял невозмутимое выражение лица, а его взгляд был, как и прежде, острым и холодным. Он попытался выпрямить спину.

— Старший Гу, кажется, у вас не совсем здоровый вид лица. Близится великая битва, вам следует хорошенько отдохнуть. Можно сказать, что вы самый сильный мастер всего материка Суань, и если вас внезапно свалит с ног болезнь, и вы не сможете участвовать в битве, шансы на победу материка Суань значительно сократятся… — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся.

«Что, простите? Нездоровый вид лица?!», — у Гу Ханя на глазах только что погибло сорок два человека, которых он считал своими близкими братьями, а он не мог ничего предпринять. Неудивительно, что у него сейчас такое лицо!

Самый сильный мастер всего материка… Что за чушь вообще? Если бы это было действительно так, ты бы, негодник, разве посмел себя так вести? Что касается фразы «вам следует хорошенько отдохнуть»… Разве сейчас до этого? Если бы даже Гу Хань был болен, он всё равно бы отправился сражаться с Чужаками!

На самом деле, Цзюнь Мосе искренне восхищался Гу Ханем. Разумеется, Гу Хань очень страдал из-за смерти своих братьев, по его измученному лицу, следам зубов на губах, небольшим кровоподтёкам в уголках его губ это было заметно. Как он мог не страдать? Конечно, ему было очень тяжело!

Но из-за сложившейся ситуации ему ничего не оставалось кроме как, просто наблюдать за всем этим со стороны!

Надо обладать исключительным мужеством и храбростью, чтобы быть в силах выдержать такой удар!

Гу Хань очень сильно мучился по этому поводу, ничуть не меньше, чем Ся Чан Тянь!

По крайней мере Ся Чан Тяню было доступно быть самим собой. Он поступал так, как ему хотелось, высказывал своё личное мнение, а Гу Хань был вынужден скрывать свои настоящие чувства, да ещё и с улыбкой на лице идти на компромисс!

Его братья совершили ошибку, а раз они совершили ошибку, они должны быть в ответе за это! Столкнувшись с могущественной силой Цзюня Мосе, Гу Хань пошёл ему навстречу, ради материка, ради благополучия всего народа!

Цзюнь Мосе принял решение ещё в самом начале: Если Гу Хань и люди трёх священных земель попытаются остановить его, защищая своих мастеров, он тотчас же отзовёт своих бойцов, и возвратится в лес Тянь Фа!

«Какой ещё, к чёрту, общественных долг перед материком и народом, плевать я хотел на ваш долг! Вы даже своих братьев защитить не в силах, и ждёте, что я буду защищать ваш грёбанный материк? Что за бред?! Я вам дурак, что ли, чтобы шутить с жизнями своих братьев? Лес Тянь Фа уже и так сделал достаточно для материка, почему люди постоянно наглеют?»

Но Гу Хань не разочаровал Цзюня Мосе!

— Господин Цзюнь! Хватит! Достаточно! Ваши методы слишком… — Гу Хань словно постарел на лет сто, лицо его заволокли морщины, волосы поседели. Он так сильно отличался от себя прежнего…

— Достаточно? Правда, достаточно?.. — Цзюнь Мосе удивлённо рассмеялся: — Нет! Я ещё пока не закончил.

Цзюнь Мосе указал на пятерых, оставшихся в живых мастеров: — Есть тут те, кто ещё не ответил за содеянное!

— Господин Цзюнь, неужто вы правда убьёте их всех? — Гу Хань пристально взглянул на Цзюня Мосе: — Цзюнь Мосе, подумай об предстоящей войне, человеческие ресурсы пригодятся нам…

Его слова перешли в мольбу!

Цзюнь Мосе снова разозлился: «Почему же Ся Чан Тянь не думал об сохранении боевых ресурсов стороны Суань? Если бы он тогда помог армии Тянь Фа, разве могли бы случится такие катастрофические потери состава армии?»

Но…

Цзюнь Мосе молча смотрел на Гу Ханя.

В глазах Гу Ханя застыли скорбь и надежда.

Цзюнь Мосе, наконец, немного успокоился и равнодушно произнёс:

— Главный виновник уже наказан, у меня самого нет больше интереса разбираться с этими шестерками. Я временно отпускаю их, но после битвы они всё равно будут должны ответить передо мной, — он медленно развернулся, и продолжилл: — Пусть живут… пока! Если они не погибнут во время войны, у них будет два варианта действий: первый — совершить самоубийство перед могилой моих братьев, тем самым принести свои извинения; второй — совершить земной поклон перед могилой! Пусть они сами выбирают! Конечно, вы можете попробовать сбежать, но не факт, что у вас получится…

Глава 1196. Настоящие преступники материка - это вы!

— Не стоит так беспокоиться! — один из Шенцзюней с негодованием уставился на Цзюня Мосе и сказал: — Наши братья, с которыми мы прошли через многое в течении тысяч лет, теперь мертвы. Но мы всё ещё живы лишь потому что хотим уничтожить в предстоящей битве как можно больше Чужаков! Вот и всё! Мы обязательно пожертвуем собой в этой войне, поэтому, Цзюнь Мосе, рассчитаемся по долгам в следующей жизни!

— Хорошо! Это ваш выбор, — холодно ответил Цзюнь Мосе. — Если у вас и вправду будет следующая жизнь, то я обязательно составлю вам компанию!

Петеро человек одновременно хмыкнули, развернулись и ушли. Поджав под себя ноги, они сели прямо перед ямой и закрыли глаза, чтобы урегулировать дыхание. Никто из пятерых не взглянул ни на Гу Ханя, ни на своих прежних товарищей.

Это всего лишь пятеро мастеров, не относящиеся ни к лесу Тянь Фа, ни к Священной земле.

Теперь они не принадлежат никакому миру, государству, людям и даже самим себе!

— Господин Цзюнь, ты решил отомстить за своих братьев. Но подумал ли ты о том, что после этой междоусобной схватки у нас будет недостаточно боевых сил для противостояния Чужакам! Как, чёрт возьми, нам теперь с ними бороться? — Гу Хань покачал головой и тяжело вздохнул. Чем больше он об этом думал, тем тяжелее становилось у него на душе.

— Как бороться? Как надо, так и будем, — Цзюнь Мосе безразлично добавил: — Но ни в коем случае нельзя подставлять свои шеи под нож.

— Т-ты… — со злобной усмешкой сказал Гу Хань, а затем вдруг топнул ногой. — Цзюнь Мосе, ты хоть понимаешь, что если Война за Небеса будет проиграна, то большая часть ответственности за это ляжет именно на твои плечи? А всё из-за твоих сегодняшних импульсивных поступков! Ты станешь преступником всего человечества… Неужели тебе всё равно?

Гу Хань действительно испытывал дикое сожаление.

Он знал, что это всё плохо закончится ещё до того, как все сделали шаг вперёд, и проиворечия между двумя сторонами обострились до предела. Но всегда имеется хоть какая-то надежда. Всех преступников ведь не переловишь.

Со своей нынешней силой Цзюнь Мосе не смог был уничтожить такое огромное количество высококлассных мастеров, даже если бы у него имелся запасной козырь в рукаве! Гу Хань надеялся, что Мосе может ещё раз всё обдумать и изменить своё первоначальное намерение.

Дождавшись, когда обе стороны выплеснули свой гнев, он сделал шаг вперёд и попытался всех переубедить в то время, когда Ся Чан Тянь и Ли Бовень уже ознакомились с силами Цзюня Мосе. Гу Хань был уверен, что обе стороны подумают о надвигающейся Войне и объявят временное перемирие, хотя бы в знак уважения к нему…

Но он и подумать не мог, что Цзюнь Мосе вдруг откроет столь сокрушительные атаки! Это были действительно ужасающие козыри в рукаве!

Практически в мгновение ока около пятидесяти человек оказались в западне! Их жизни были сосредоточены в руках Цзюня Мосе.

А Ся Чан Тянь, не успев сказать и трёх слов, тут же вступил с Цзюнем Мосе в смертельную схватку! И в итоге был вынужден самоликвидироваться… А затем и Ли Бовень, который хотел отомстить Мосе посредством атаки на Тянь Фа, тоже был превращён в пепел!

Глаза разбегались от таких диких сцен!

Всё это происходило слишком быстро! Гу Хань Даже не успел придумать повода, чтобы выступить против, как всё уже закончилось!

В конце концов, он просто увидел, как изрубленное тело Ли Бовеня взлетело в воздух и полностью исчезло…

Гу Хань был очень опечален!

Стиль и методы Цзюня Мосе были слишком насильственными, слишком решительными! Он даже не дал своим противникам и шанса на ответный удар.

Когда он пришёл в себя, всё уже закончилось…

— Даже если вся ответственность ляжет на мои плечи, и что с того? Даже если мы действительно проиграем эту битву, что тогда? Так называемый титул всеобщего преступника… Думаешь, мне не всё равно? — Цзюнь Мосе безразлично улыбнулся и добавил: — Даже если я… ошибся, и что? Мне всегда наплевать на то, что такое хорошо, а что такое плохо! Я всегда спрашиваю себя лишь одно: нужно мне это или нет! И будет ли мне стыдно за сделанное!

Борода и усы Гу Ханя задрожали, и он с досадой произнёс: — Ты… Ты совершенно не считаешься с общим положением дел!

— С общим положением дел? Если ставить общие интересы превыше всего, то обязательно испытаешь на себе всю несправедливость этого мира! Это слишком скучно и слишком глупо! Из-за этих ваших интересов после разрушения Тяньчжу армия воинов Тянь Фа и прибыла сюда, чтобы противостоять наплыву Чужаков, но что они получили в ответ? Как поклявшиеся в вечной дружбе союзники будут просто наблюдать за их крушением, как им будет совершенно наплевать на жертву священных зверей ради всего мира? Неужели Ся Чан Тянь ставил всеобщие интересы превыше всего? После сегодняшних событий я совсем отчаялся! — Цзюнь Мосе покачал головой и слегка вздохнул: — Я всегда был очень вспыльчивым человеком! И никогда не обращал внимания на все эти ваши «общие картины» и «великие принципы». Единственное, что я всегда знал: я могу вытерпеть обиду, но никогда не допущу того, чтобы моих братьев обижали из-за меня! Если моего брата кто-то обидел, то я должен свершить за него возмездие! Любо ценой! Если кто-то повредит мне палец, то я сломаю ему руку. Я — не успешный лидер и тем более не политикан. Я просто… распутный гуляка, который поступает, как ему вздумается, при этом всегда оставаясь с чистой совестью, — Цзюнь Мосе слабо улыбнулся. — Мои братья могли умереть при любом раскладе. Когда они шли на поле боя, они уже были готовы к смерти! Но это ни в коем случае не означает, что их можно было убивать! Я горжусь их мужественностью! Но сейчас вопрос заключается в том, что они могли и не умереть. Но из-за безучастности союзных войск им всё же пришлось пожертвовать своими жизнями, поэтому я должен был свершить возмездие и восстановить справедливость! Я никогда не мешкаю, если мне нужно что-то сделать. Я ведь мог и не приходить сюда вообще! Скажи я хоть одно слово, и люди Злого Монарха и леса Тянь Фа никогда бы больше не появились на этой земле. Но я всё равно здесь. Мне плевать на то, что тут можно погибнуть! Мы с моими братьями уже давно знали, что, придя сюда, живыми мы уже можем и не вернуться! — он поднял голову и посмотрел на Гу Ханя: — Даже если наша смерть окажется жестокой, мы не станем жаловаться. Но если она будет бессмысленной — так не пойдёт! Тянь Фа и Правительство Злого монарха не боятся встретиться с могущественным врагом, их больше страшит предательство их союзников! Раз уж люди Священной земли виновны в смерти моих братьев, я должен восстановить справедливость! И меня совершенно не колышет, к каким последствиям это может привести! Если слишком сильно загоняться, то так можно ни на что и не решишься! Слишком утомительно! — Цзюнь Мосе широко улыбнулся: — Разве это не прекрасно — жить так же просто, как я?!

Гу Хань ничего не сказал, он чувствовал полное бессилие!

Этому маленькому негоднику просто невозможно ничего объяснить! Как бы ты ни старался, у него всегда имеются собственные стандарты и принципы!

У вас есть тысяча истин, а у него она всего одна!

«Мне плевать на всё!»

Вот и всё!

Если его не беспокоит благополучие и безопасность всего мира, то на что тут вообще можно надеяться?

Что ещё может сказать парень, которого волнует только его семья и его непреложная истина?

— Если бы все люди были такими же, как ты, то что бы стало с этим миром? Если бы я, как и ты, защищал своих братьев, то какими бы были последствия? — Гу Хань был вне себя от злости: — Кто бы тогда защищал наш материк? Кто бы нёс за всё ответственность?

— А кто заставляет тебя нести эту ответственность? Кто-то просит тебя об этом? — Цзюнь Мосе закатил глаза: — Это очень смешно! Кто-то на этом материке стоял на коленях и умолял вас о защите? Не побоюсь даже сказать — вам, ребята, просто больше нечем заняться! Разве не вы сами приучили людей к этому? Люди ведь такие неблагодарные, ни разу даже не подумали о том, чтобы отплатить вам за всё! Наоборот, они создают ещё больше войн!

— Ты… Ты… Ты… — Гу Хань начал заикаться от злости.

Он впервые в жизни утратил самообладание!

— Я, что я? А что насчёт тех твоих слов… Если бы ты вёл себя как я, то каковы были бы последствия? — Цзюнь Мосе посмотрел на него и сказал: — Этого я не знаю. Кто может знать того, что ещё не произошло? Вот сразимся и сразу же узнаем.

Гу Ханя чуть было кровью не вырвало.

«Как этому мальцу такая хрень вообще в голову пришла? Сразимся и узнаем? Что за чушь? Конечно, давай устроим ещё один бой и собственноручно подарим наш материк Чужакам! Ну что за абсурд!»

Наблюдая за взбесившемся Гу Ханем, Цзюнь Мосе вдруг громко рассмеялся.

— Не нравятся мои слова? — с издёвкой сказал Цзюнь Мосе и рассмеялся: — Я серьёзно тебе говорю, если хочешь объединить людей против общего врага, заставь их сначала вкусить немного горечи! Люди ведь ни черта ни о чём не знают, на материке всё зашибись, а вам приходится защищать материк уже не одну тысячу лет… Но даже с вашим величием… Поверят ли вашим словам люди, которые никогда в жизни не видели Чужаков? Нет! Они сочтут вас за обманщиков! Люди начнут сопротивляться, только когда на них хорошенько надавить. Они объединят свои силы лишь тогда, когда подвергнутся тяжёлой агрессии, — сказал Цзюнь Мосе. — И вы, три священные земли, точно такие же! Так же, как эти людишки, думаете только о личных делах, зазнаётесь, в то время, как Чужаки начали наступать, вы лишь высмеивали ваших союзников и использовали их в качестве пушечного мяса… Ха-ха, Гу Хань, не надо обвинять меня за мои неприятные слова, но даже если в этой войне вас, три священные земли, не сломают, всё равно однажды настанет день, и вы навсегда исчезнете с лица земли! В течение долгого времени вы молча охраняли гору Тяньчжу в таком запустелом месте. Но вы делали это лишь ради развития сил трёх священных земель, в то время как люде на материке, не ощущая вообще никакого кризиса или опасности, вообще не испытали никакого прогресса. Подавляющее большинство населения попросту не знает о существовании так называемой «угрозы Чужаков. А что насчет самих Чужаков? — Цзюнь Мосе язвительно рассмеялся: — Помнишь, ты говорил, что вы постоянно совершенствуете свои силы, тем самым наращивая боевую мощь. Но вы когда-нибудь задумывались о том, что вы похожи на Чужаков: точно также обучаете войска, создаете великую армию солдат! Между вами, на самом деле, нет никакой разницы!

Гу Хань вдруг оторопел, как будто огромный разряд молнии ударил ему прямо в голову! Его сердцебиение участилось, и с него чуть ли не градом посыпался пот.

— Чужаки долгое время живут в бедных и холодных условиях, и независимо от того, взрослая это особь или ребёнок, они все вторгаются на материк в личных целях. Видел их трупы сегодня? — Цзюнь Мосе продолжал: — Подавляющее большинство из них были одеты в лохмотья, а некоторые так вообще были без одежды. Их лица изнурены голодом. Безусловно, они относятся к самым низшим боевым силам Чужаков. Но я скажу тебе вот что! У этих «низших сил» самый минимальный предел силы — высшая ступень Суань Земли! Большинство из них вообще обладали силами Суань Неба! Двести тысяч бойцов уровня Небесной Суань, что это вообще такое?

Гу Хань в растерянности стоял в стороне. Казалось, будто он совсем не слышал того, что говорил Цзюнь Мосе.

— В этот раз, действительно было убито двести тысяч особей! Это была блестящая битва, но этим тварям понадобилось совсем немного времени, чтобы собрать такое войско! — Цзюнь Мосе фыркнул: — Осмелюсь спросить, сколько воинов уровня Суань Неба имеется на материке? Сколько времени вам понадобится, чтобы собрать армию из мастеров Небесной Суань в двести тысяч человек? Не за полдня, конечно, как Чужаки, а, предположим за месяц?

Гу Хань вдруг покраснел, но затем резко побледнел.

— Высококлассных мастеров у обеих сторон примерно одинаковое количество! Но вот в низших и средних силах мы им значительно уступаем!

— В предыдущие Войны за Небеса были лишь мелкие сражения, но не крупномасштабные войны! А сейчас гора Тяньчжу разрушена! И силы Чужаков могут прорваться полностью!

— И все эти проблемы были вызваны именно тремя священными землями! — Цзюнь Мосе безжалостно добавил: — Так как люди на материке не подвержены никакому давлению или страданиям, им незачем совершенствовать свои силы. Материк Суань, безусловно, богат своими ресурсами, но сильные воины — это необыкновенная редкость в наше время. Даже если там каким-то чудом появляется хоть один сильный мастер, вы, три священные земли, тут же хватаете его в свои сети. Прикрываясь красивыми словами и благородными целями, вы приглашаете его влиться в свои ряды. Но сколько из них после присоединения превратились в рядовых бандитов? Сколько из них пали духом? И все эти люди из разных земель. Есть надежда, что они смогут воспитать достойных последователей и укрепить силы материка. Но вы отправляете их в какую-то глухомань или дикие горы! Одно уменьшается — другое растёт, у Чужаков весь их народ — это армия, а на нашем материке есть лишь стадо тупых баранов! Пусть Чужаков — всего несколько миллионов, но это несколько миллионов бойцов уровня Суань Земли! — резко сказал Цзюнь Мосе: — Спасибо трём священным землям за их помощь в обучении мастеров!

Все замолчали, тщательно обдумывая слова, сказанные молодым мастером.

— Вы, священные земли, сделали из Войны за Небеса вечный источник славы! Личной славы, которой никто обладать не может! Вы предпочтёте сидеть в глухом лесу и ждать следующего момента, когда можно будет рискнуть жизнью ради почёта и славы, а не сеять как можно больше семян на материке! Вы относитесь к этой войне, как к вашей личной славе. И не дай бог кто другой захочет посягнуть на неё! Вы пренебрегаете даже помощью из добрых побуждений, стараясь избавиться от неё как можно скорее! Лес Тянь Фа тут самый лучший пример! В результате этого материк Суань становится слабее, а Чужаки — лишь сильнее! — Цзюнь Мосе не умолкал: — Каждый раз, когда Тянь Фа ради великой истины помогали вам в Войне за Небеса, вы думали, что они отбирают у вас вашу славу! Вам было это не по нраву, ведь вы хотели вечно находиться на уровне небожителей. Именно поэтому вы собирались истребить без остатка всех своих союзников!

Глава 1197. Привет, красотка!

— В конце концов, все эти ваши слова… Разве это не смешно? — холодный взгляд Цзюня Мосе прошёлся по лицам всех высокопоставленных персон: — Сегодня ваши люди подставили своих союзников, в результате чего пять тысяч Достопочтенных мастеров и Шенхуанов были уничтожены врагом за шесть часов! А когда я потребовал справедливости, то вдруг превратился в преступника всего материка! Вы, три священные земли, могли бы уже хоть раз постыдиться за свои поступки, а не навешивать ярлыки на других?!

Все, на кого он посмотрел, стыдливо опустили головы.

Разве то, что сказал Цзюнь Мосе, не имеет смысла? Вовсе нет, все его слова были резонны!

Именно их самовозвышение довело три священные земли до такого состояния!

— Если в решающей битве мы в конечном итоге потерпим поражение, и человеческая цивилизация придёт в упадок, то кто же окажется самым главным виновником? — Цзюнь Мосе задал риторический вопрос: — Кто виноват в том, что Чужаки прорвались на материк? Кто тот злодей, что ухудшил общее положение дел? Я ли это? Тогда… если это не я, то кто же?!

— Не ты, это точно. Это мы! — выражение лица Гу Ханя вдруг стало опустошённым. Он глубоко вздохнул и сказал: — Мы и есть главные преступники материка!

Его острый взгляд внезапно потух, он поднял голову к небу и мрачно рассмеялся: — Вечно защищающая материк священная земля на самом деле оказалась главным преступником! Что за ирония!

Не только Гу Хань, но и Мо Вудао с остальными мастерами с растерянным видом стояли на одном месте. Их лица больше не излучали прежнего сияния.

Они всегда считали себя безымянными героями, охранявшими материк, но на самом деле у них имелся и другой статус — наставники Чужаков, обучающие их обращению с оружием.

Именно они позволили этим потрохам стать жёстче и сильнее, таким образов приводя в упадок мощь всего материка Суань!

— Неужели все эти десять тысяч лет мы всё делали неверно? — Гу Хань тяжело вздохнул. Неизвестно, к кому он обращался со своим вопросом — к себе или же к кому-то другому, но его голос был едва слышен даже ему самому.

Затем он повернулся и медленно пошёл в сторону, где не было ни души. Отойдя ещё немного дальше, Гу Хань сел на землю, поджав под себя ноги, закрыл глаза и буквально замер на месте.

Мэй Сюэ Янь нахмурилась, размышляя над словами Цзюня Мосе. Верны ли его суждения? Конечно же, верны, но не совсем. По крайней мере, они не совсем верны!

Десять тысяч лет три священные земли молча отдавали все свои силы, чтобы защитить человечество и материк Суань. Никто не может стереть их заслуги! Даже слепой не сможет отрицать этого!

Но из-за того, что три священные земли слишком увлеклись своими успехами, их последующие средства достижения новых заслуг в конечном итоге привели к ослаблению общего положения силы на материке!

Как только люди начинают слишком высоко себя оценивать, они перестают признавать кого-либо и что-либо!

Мастера трёх священных земель постоянно поддерживали свой превосходный статус и не желая делить с кем-либо славу и величие, не брезговали никакими средствами, чтобы уничтожить другие лагеря силы, включая своих союзников.

На самом деле, за пределами трёх священных земель и леса Тянь Фа на материке Суань никогда не существовало никакой другой могущественной силы, потому что три священные земли всегда препятствовали её появлению, уничтожая всех потенциальных конкурентов. Лесу Тянь Фа удалось уцелеть лишь потому, что они не являются представителями человеческого рода, и они были неспособны разделить славу трёх священных земель по части защиты человечества. И всё это длилось до сего момента, пока не появился Цзюнь Мосе!

— Не думай об этом слишком много. Лишний раз только себя накрутишь, — Цзюнь Мосе посмотрел на неё. — Разве можно легко судить о заслугах и провинностях? Никогда нельзя полагаться на слова одного человека, все эти заслуги и провинности — они мимолётны. Это лишь причины, по которым люди убеждают себя в том, что они что-то делают.

Привлекательное женское тело Мэй Сюэ Янь вздрогнуло, и она посмотрела на него.

— Похоже, что я перерасходовал слишком много сил в этом сражении, так что мне бы не помешало немного отдохнуть. На всякий случай… -сказал Цзюнь Мосе. — Возьми вот этот меч. Если вдруг начнётся новая волна вторжения Чужаков, тебе нужно будет просто выбросить его. Поверь, у него хватит сил, чтобы справиться подавляющим большинством врагов.

Рука Цзюня Мосе перевернулась, и в ней тут же появился меч Яньди и Хуанди. Внезапно раздался звон, и клинок автоматически влетел в руки Мэй Сюэ Янь. Лезвие меча приняло горизонтальное положение, этот клинок буквально демонстрировал свою неприступность и дерзость!

В этот момент Мэй Сюэ Янь была крайне удивлена происходящим. Ей показалось, будто меч поздоровался с ней, а в её голове даже всплыл некий голос: «Привет, красотка!»

Мэй Сюэ Янь была уверена, что в тот момент не прозвучало ни единого звука, однако этот голос ворвался прямиком в её сознание. И это были вовсе не галлюцинации!

Мэй Сюэ Янь с ужасом и удивлением посмотрела на меч — выражение её лица выражало полную обескураженность.

«Красотка, не смотри такими глазами, это действительно я», — длинный меч снова вспыхнул ярким сиянием. Мей Сюэ Янь вдруг показалось, словно ей подмигнул маленький озорной ребёнок.

Это напугало её ещё больше. Руки Сюэ Янь затряслись, и она чуть было не уронила меч.

Она поспешно повернулась к Цзюню Мосе, но оттого уже и след простыл.

После того, как меч, словно огромный китяра, проглотил такое количество природной одухотворённой Ци, а затем ещё плоть и астральное тело Шенцзюня, его сила уже полностью превзошла силу даже Цзюня Мосе. Но это не означает, что молодой мастер больше не мог использовать свои магические методы для подчинения меча.

Но эта способность имеется лишь у одного Мосе. С текущими силами Шэнцзуна третьего разряда этот меч вообще никого ни во что не ставит. Даже если Гу Хань решится сразиться с ним и приложит для этого все свои силы, то по чистой неосторожности он может легко лишиться собственной головы!

Цзюнь Мосе был спокоен, пока этот меч охранял Мэй Сюэ Янь и остальных.

Поэтому он немедленно отправился в башню, чтобы исцелить свои раны. Нужно как можно быстрее разобраться со своими травмами!

Мэй Сюэ Янь, как и Мосе, встречалась с мечом Яньди и Хуанди не один раз, и, можно сказать, он был ей очень хорошо знаком. Однако она и подумать не могла, что этот клинок станет настолько ужасающим!

Разве это всё ещё меч? Да это же какая-то нечисть! Бесовской, нет, дьявольский меч…

«Ай-я, красотка, пусть молодой… пусть я — сверкающий клинок, и прекрасен, и влюбляю в себя с первого взгляда… Города и империи готовы пасть передо мной на колени… Но, ласточка, тебе не стоит так возбуждаться…»

Меч Яньди и Хуанди поначалу хотел сказать «молодой господин», но тут же подумал, что это будет неподобающе, чтобы такая красавица обращалась к нему именно так. Его опрометчивость и заносчивость может привести к серьёзным последствиям в общении с красоткой, так что клинок тактично поменял свое прозвище.

— Ты действительно со мной разговариваешь?! В смысле, ты установил связь с моим сознанием?! — Мэй Сюэ Янь вытаращила её красивые глаза и неуверенно задала вопрос.

«Ох!», — тяжело вздохнул Яньди и Хуанди. — «Красотка-сестра, ну как ты можешь такое говорить, мы ведь старые знакомые… Мы ведь прежде как-то пару раз пересекались. Твоё отношение к молодому… сверкающему мечу, словно я для тебя совершенно незнакомый клинок! Слишком сильно разочаровывает, я так опечален…»

Сказав это, блестящий меч кувырком выпрыгнул из рук Мэй Сюэ Янь и сверкающими искрами нарисовал в воздухе красивый большой лотос, который постепенно продолжал раскрываться. Неописуемая красота!

Но этим поступком меч выразил свою подавленность и грусть.

Затем длинный меч прямо остриём ткнулся в ладонь Мэй Сюэ Янь, но она не ощутила ни капельки боли! Даже с таким отточенным острием Яньди и Хуанди умел контролировать себя на все 100%!

В глазах остальных присутствующих эта картина выглядела так, будто Мэй Сюэ Янь взяла меч Цзюня Мосе и исполнила с ним великолепное представление. Все вокруг восхищались: «Какое изящное фехтование! Просто бесподобно!»

«Красотка-сестра, так это ответ? Ха-ха-ха!», — меч Яньди и Хуанди торжествующе рассмеялся, имитируя голос Цзюня Мосе. Это неудивительно, ведь единственный человек, которого он знал, был именно он. Даже если бы меч захотел сымитировать голос кого-то другого, то вряд ли у него бы это получилось.

Мэй Сюэ Янь, наконец, убедилась. Даже если её разум согласился с происходящим, то на душе всё ещё была какая-то неясность, словно она находилась в каком-то сне. Сюэ Янь с восторгом сказала: — А ты отлично имитируешь голос Цзюня Мосе! Я даже подумала, что на самом деле это он надо мной издевается!

Естественно, она говорила на пониженном тоне. Почто шёпотом.

Иначе, если бы кто это услышал, то точно решил, что Хозяйка Тянь Фа совсем с катушек слетела…

«Конечно я научился подражать его голосу, ведь мне пришлось подвергнуться многократному жестокому обращению с его стороны! Ты даже не представляешь! Сначала…», — голос меча Яньди и Хуанди вдруг сменил интонацию, словно ему было невыносимо вспоминать о прошлом…

— А? Цзюнь Мосе издевался над тобой? — удивлённо спросила Мэй Сюэ Янь.

«Ах! Такие жуткие воспоминания, что хочется плакать кровавыми слезами…», — его слова могли буквально растрогать до слёз. — «Он бил меня молотком… Удар за ударом…»

Мэй Сюэ Янь закатила глаза. «Что? И это ты называешь издевательством? Ты же меч, в конце концов! Как тебя закалять, если не ударами молота? Как бы тогда он смог придать тебе такую форму?»

Но она всё же утешительно ответила: — Всё это он делал для твоего же блага…

«Хнык-хнык… Я знаю и всё прекрасно понимаю, но мне и правда очень больно…», — «громко» расплакался меч Яньди и Хуанди.

У Мэй Сюэ Янь просто не было слов.

Эмоциональные перемены меча были слишком резкими, вот только он ещё плакал, но как вдруг взволнованно воскликнул: «Красотка! А давай ты залезешь мне на спину, и мы прокатимся кружочек? Поймаем ветер!»

— Залезу тебе на спину? Поймаем ветер? — Мэй Сюэ Янь просто офигела: — Это как я тебе на спину залезть должна? Какой ещё ветер?

Как бы Яньди и Хуанди ни старался очеловечиться, он всё равно оставался обычным мечом… Как можно сесть на него верхом…

Глава 1198. Моральные качества!

«Кажется, я выразился не совсем понятно. Ты могла бы наступить на меня, и мы бы полетали вместе», — Яньди и Хуанди заважничал. — «Мы бы с тобой полетели вон на ту гору, прогулялись бы там, возможно, прикончили бы пару Чужаков, подкрепили бы организм полезной пищей. Как говориться, одним выстрелом двух зайцев! Было бы весело! И приятно!»

— Нет! Не за что!!! — испуганно вскрикнула Мэй Сюэ Янь.

Вот правду говорят, каков хозяин, таков и меч. Просто пророческие слова.

Этот меч был таким же наглым и самодовольным, как и сам Мосе… Нет, даже ещё сильнее! Что значит «ещё покрепим организм полезной пищей»? Это что вообще такое?

«Не волнуйся, проблем не возникнет! Я же буду с тобой! Я всё решу! Ты можешь положиться на меня, вернёмся домой с богатой добычей»,

— Яньди и Хуанди был хорош в искусстве уговоров.

Цзюнь Мосе так долго контролировал его. Вздохнув свободной грудью в отсутствии Мосе, меч явно не терял времени попусту… как тут не воспользоваться таким шансом?

— Нет! И это не обсуждается, — резко отказала Мэй Сюэ Янь.

Потом он взяла меч в руки, и направилась к расположению войск.

— Эх, ну сестрёнка, давай, ты ещё подумаешь! Ты знаешь, какой я крутой! Нет, ты не знаешь, какой я крутой, да во всём мире… — меч без остановки что-то разгорячённо говорил, но Мэй Сюэ Янь не слушала его.

Пусть хоть заговориться, я всё равно не соглашусь!

— Хэ Чхунсяо, отправь своих бойцов сформировать наблюдательное кольцо вокруг горы Тяньчжу, пусть они наблюдают за каждым движением Чужаков, и сразу докладывают о любом изменении, — Мэй Сюэ Янь снова и снова раздавала приказы.

— Есть! — Король журавлей тотчас отправился исполнять приказ Мэй Сюэ Янь.

— Подожди, отправь самого быстрого из своих бойцов, чтобы он поторопил Короля львов! Мы должны как можно скорее завершить слияние!

— Есть!

— Отправьте ещё одного журавля на материк, пусть он свяжется с семьями Дунфан, Сикон, Данму и Снежным городом, пусть они оповестят всех об вторжении Чужаков на материк Суань, пусть все мастера начиная с уровня Небесной Суань направляются сюда, чтобы держать оборону!

— И ещё добавьте, чтобы все священные животные с девятым уровнем тоже немедленно выдвигались к нам! — потом Мэй Сюэ Янь резко повысила голос, обращаясь к трём священным землям: — Mo By дао! Отправь несколько своих мастеров с моими бойцами, пусть они тоже оповестят три священные земле об надвигающейся угрозе, пусть все мастера с Небесной Суань и выше стекаются сюда!

— Я немедленно распоряжусь! — обычно в таких делах Мо Вудао никогда не ленился, и сразу же отправил своих подчинённых к бойцам Тянь Фа.

— Король медведей, Король тигров, подготовьте своих бойцов! Все должны быть в постоянной боевой готовности! Вне зависимости от хода ситуации, вы вдвоём будете возглавлять первые эшелоны!

— Есть! — их глаза загорелись кроваво-красным цветом.

— Ин Бокун, Фэн Цзюань Юнь, распорядитесь об слиянии подчинённых дворца Злого Монарха с отрядами Короля медведей и Короля тигров!

— Есть!

— Байли Лу Юнь, Лэн Ао, я не буду устанавливать чёткие границы и направления ваших действий. С этой минуты вы и ваши подчинённые в зоне свободного передвижения! Ваша первостепенная задача — уничтожение Чужаков!

Получив приказ, войско чёрных журавлей поднялось высоко в небеса, моментально исчезнув в толще облаков.

— Надеюсь… успеете! — глядя вслед улетающим журавлям, Мэй Сюэ Янь обеспокоенно пробормотала себе под нос.

После того, как Мэй Сюэ Янь раздала всем приказы, обстановка снова начала обостряться.

Что же всё-таки задумали эти мерзкие двухголовые монстры?

Очевидно было одно, они сейчас тоже заняты тем, что подготавливают свою армию к бою! Они также отдают приказы! Как только настанет то самое время, они одичало приступят к штурму!

К тому времени они уже не будут налетать беспорядочными кучками, они выступят ровным дисциплинированным фронтом!

И тогда настанет время сокрушительной и великой битвы!

Мэй Сюэ Янь с грустью посмотрела на своих братьев, на усердно трудящихся и занятых подготовкой славных воинов Тянь Фа. Скольким из них придётся уснуть вечным сном в этой земле?

Только подумав об этом, у неё сразу же закололо сердце.

Как бы всё-таки было хорошо, если бы этих мерзких Чужаков не существовало в этом мире?!

В другом месте…

Поджав ноги под себя, Цзюнь Мосе сидел в башне Хунцзюнь. Бесчисленные потоки энергии первозданного хаоса врывались в его тело, очищая его, промывая его каналы, залечивая его раны…

Как только Цзюнь Мосе вошёл в башню, он сразу же проглотил несколько плодов священного дерева, съел корень искусного лотоса; потом, когда его ранения немного затянулись, он с решимостью выпил божественный напиток долголетия.

Приближалась большая битва, а запасы его сил серьёзно пострадали, ему надо было как можно быстрее снова увеличить их! Иначе эта битва не будет предвещать ничего доброго!

Цзюнь Мосе решил, что когда покинет башню, возьмёт с собой обломок природной артерии, чтобы снова увеличить силы бойцов Тянь Фа.

Это необходимый шаг из-за предстоящей большой битвы!

Прошло три дня, а со стороны Чужаков так и не было никакого движения!

Люди трёх священных земель считали эту тишину очень подозрительной!

Почему на этот раз они до сих пор сохраняют спокойствие? От отряда разведки тоже не приходило информации.

По прошествии трёх дней вулканы полностью потухли, а температура воздуха пришла в норму.

Хотя погода была всё такой же жаркой и удушливой, её было не сравнить с тем невыносимым пеклом, которое стояло несколько дней назад.

Цзюнь Мосе уже вернулся прошлой ночью.

Эти дни даже люди священных земель сохраняли спокойствие, и не решались потревожить его.

Обе стороны держались своих, и не вмешивались в дела друг друга.

Было ощущение, что за эти несколько дней все как будто потеряли дар речи. Даже при появление каких-то вопросов, все кругом старались избегать встреч и выяснения неудобств.

Если не видеться, можно избежать появления ненужных хлопот!

И все молчали.

Словно ждали какого-то взрывного момента.

На самом деле, когда Мосе снова вернулся, с «проблемой» тишины не произошло никаких существенных изменений.

Но, когда он вернулся, его сопровождали многочисленные раскаты грома и вспышки молнии.

Ответ был прост — бедственные громовые удары снова вернулись!

После того, как Цзюнь Мосе принял все эти удивительные лекарства, его силы заметно возросли, теперь он достиг уровня Шенцзюня четвёртой ступени, это был пик уровня Шенцзюнь!

И это не из-за того, что Цзюнь Мосе такой крутой, просто его запасы волшебных средств действительно очень впечатляющи. Божественного напитка долголетия, которым воспользовался в этот раз Мосе, хватило бы, чтобы тысяча мастеров с Небесной Суань продвинулась бы до уровня Суань Духа!

Скачок сил знаменовал появление бедственных громовых ударов.

И это стало настоящим представлением. Даже находившийся без движения все эти три дня Гу Хань пришёл посмотреть на это.

Это так невероятно!

Переходит все границы дозволенного!

У публики, наблюдавшей за бедственными ударами, вызванными очередным прорывом Мосе, невольно появилось желание умереть!

Есть ли в мире ещё один такой человек, который бы проходил через процесс небесного гнева в состоянии сна?

Цзюнь Мосе крепко спал на непонятно откуда взявшейся кушетке. Небо застилало бессчётное множество вспышек молнии, грохот грома был оглушительным, и все удары были невероятно точными, целясь прямо в голову Мосе.

Попадая прямо в цель, удары таинственно исчезали.

До самого завершения, бамбук, из которого была сделана кушетка Цзюня Мосе, даже не потерял своего сочно-зелёного цвета, на нём напрочь отсутствовали малейшие следы гари. Чтобы это значило? А значило это то, что удары проходили в тело Мосе, и никак не распространялись на эту кушетку.

Разве такое возможно? Такого отродясь никогда не происходило!

Но, тем не менее, всё это было на глазах у множества свидетелей.

В то время, когда публика пребывала в жесточайшем шоке, храп Цзюня Мосе, наконец, пропал. Он потянулся, и встал со своей кушетки, ещё сонный он медленно зевнул, и потом, потерев глаза, сказал: — Поспишь немного, и сразу так легко становится… — затем он резко поднял голову, увидел чистое небо, и с недовольством произнёс: — Бедственные удары уже закончились? И на этом всё?

И на этом всё?

Все присутствующие чуть разом в обморок не грохнулись от его слов!

Он в своем уме вообще, нет? Что это ещё значит?!

Каждому из присутствующих не понаслышке было известно, какие страшные мучения приносят бедственные удары, справиться с ними успешно не у всех получается, Мосе же в это время сладко спал и похрапывал…

Это же большая разница! Как ему не стыдно говорить такое! Ещё Чужаков называют уродами! Настоящий урод, очевидно, как раз сам Цзюнь Мосе, он серьёзно какой-то ненормальный… трудно описать словами…

Когда все задались эти вопросом, Цзюнь Мосе вдруг с возмущением на лице важно сказал: — Все дело в моральных качествах человека! Вот, я — хороший человек, Господь проявил ко мне заботу и сочувствие! Моральные качества, понятно вам, и нечего тут завидовать!

Глава 1199. Ветер, появись!

«Что? Своими словами он непрозрачно намекает, что мы не совсем порядочные люди? Это неслабое заявление!»

Цзюнь Мосе вызвал волну общественного негодования… и через мгновение вся толпа оживилась, беспрерывно раздавались возмущенные возгласы.

— Это ты-то — хороших человек? Да, если бы таких людей, как ты, считали хорошими, значит мы — просто святые! — Гу Хань с неодобрением посмотрел на Цзюня Мосе, и, не сводя с него глаз, сквозь зубы произнёс: — Эй, ты, негодник, ты хоть знаешь, что значат эти два слова на самом деле?

— Моральные качества — это сложное и глубокое понятие, а мне не хочется болтать попусту с тобой, убивая время на долгие разъяснения, -Цзюнь Мосе отрицательно покачал головой, и всё также продолжая сидеть на своей кушетке, медленно упорхал в лагерь армии Тянь Фа.

— Я готов поспорить, ты ничего не знаешь о значении этих слов!» Гу Хань возмущенно прокричал ему вслед. Слюна разлетелась во все стороны от негодования. В сердитом настроении он вернулся к своей медитации!

Чтобы с уровня Шэнцзуна достигнуть уровня Шенцзюня третьей ступени ему понадобилось более тысячи лет, бесчисленное количество раз он подвергался смертельной опасности, неоднократно бывал на волосок от смерти!

А этот мелкий негодник ещё несколько дней назад был всего лишь мастером уровня Шэнцзун, а через несколько дней, когда он спал, с ним случился новый прорыв, и Гу Хань даже не смог определить его новый уровень сил. И это могло означать только одно: этот засранец теперь сильнее Гу Ханя!

Как можно овладеть таким лёгким и непринуждённым способом увеличения своих сил?

Гу Хань был чистосердечно потрясён, а ещё ему было очень обидно.

«Надо поспать, просто надо хорошенько отдохнуть, и тогда я обязательно успокоюсь… По крайней мере, как говорят, глаз не видит — душа не болит…»

Однако Шенцзюню Гу так и не удалось нормально выспаться!

Потому что ночь выдалась, как назло, неспокойной: сначала его одолевали колебания природной изначальной Ци, потом природная одухотворённая Ци пришла в настоящий хаос. Какой, к чёртовой матери, сон в таких условиях, не говоря уже об регулировки эмоционального состояния?

Но самым невероятным было то, что на рассвете, когда на небе только-только начала показываться утренняя молочная дымка, природное давления стало усиливаться с бешеной скоростью. Гу Хань, который был занят своей медитацией, даже подпрыгнул от неожиданности! Он испуганно посмотрел на небо, и его глаза чуть не лопнули.

Горя Тяньчжу была уничтожена, неужели теперь и небо рухнет на землю?

Откуда могло взяться такое неимоверное давление? Даже во время прорыва Шенцзюня не бывает такого ужасающего давления. Хотя вчера Мосе подвергся атаке бедственных ударов, навскидку он прорвался до четвёртой ступени, сейчас же амплитуда мощности этого давления превосходила бедственные удары почти в несколько десятков раз, что же, в конце концов, происходит?

«Почему в нашем мире творятся такие страшные вещи!»

Вдруг одна дикая мысль промелькнула в голове у Гу Ханя: «Неужто… к этому времени все люди трёх священных земель устремили свои испуганные взгляды на небо, которое постепенно заполоняли темные зловещие тучи…»

Бедственные облака!

Бессчётное множество бедственных облаков!

Всё небо было сплошь укутано чёрными облаками. Не было видно и маленького просвета чистого неба…

Громадные и кривые они без остановки громоздились друг на друга грозно, взирая на ничтожных людишек!

— Что происходит? — Гу Хань резко вскочил на ноги, и лихорадочно стал размахивать руками, громко крича: — Что, в конце концов, происходит?

То, чего он боялся большего всего в жизни, судя по всему, как раз и происходило в данный момент, так не вовремя! Старейшина Гу полностью утратил самообладание!

Однако это неудивительно! Ведь это просто нечто невероятное!

Чёрные тучи неустанно собирались воедино, их было настолько много, что, казалось, ещё немного, и они свалятся тебе на голову!

Даже Гу Хань, проживший три тысячи лет, видел нечто подобное впервые в своей жизни!

Бедственные удары… было заведено, что всегда это затрагивало лишь одного человека, до настоящего времени было очень мало случаев, когда бедственные удары одновременно истязали сразу двух людей, а, чтобы сразу большого количества людей, вообще практически никогда не встречалось!

А всё потому что несколько тысяч лет назад влиятельные люди прибегали к такому способу, чтобы обеспечить безопасное прохождение испытания бедственных ударов для своего ребёнка, они размещали в этом месте несколько мастеров, которые сдерживали напор от Ударов.

Но кто бы мог подумать, что бедственные удары даже всего лишь Почтенного мастера, при вмешательстве человека извне в этот процесс, станут только сильнее, а сдерживать их будет почти невозможно, и в итоге даже самый сильный могущественный мастер не сможет справиться с их неукротимой силой!

То, что творилось на небе в данный момент, очевидно, олицетворяло бедственные удары, принадлежащие как минимум нескольким сотням или даже тысячам человек…

Гу Хань был сильно потрясён, однако он не растерялся, и сразу же бросился присматривать более безопасное место, ведь удары были такими мощными и устрашающими, а значит зона их поражения должна быть немаленькой, если три священные земли ни за что подвергнутся этой опасности и пострадают, будет очень обидно.

Однако на высоте около пятнадцати метров от земли уже было тяжело дышать, небесный гнев не давал ступить и шагу!

Давление мощностью в несколько тысяч грозовых ударов, угнетало настолько, что даже мастер уровня Шенцзюнь не мог сделать прыжок!

Гу Хань был в настоящем ужасе!

Эти удары ещё не коснулись земли, а что будет тогда, когда они опустятся вниз? Не говоря уже о том, кто первым окажется под ударом, даже тем, кто будет в стороне едва ли удастся уцелеть!

Зрелище, действительно, не для слабонервных! А ведь в этом месте сосредоточены главные силы материка, лучшие из лучших, сильнейшие из сильнейших!

Если все они разом будут уничтожены этими кровожадными бедственными ударами, материк Суань ждет скорая гибель!

Гу Хань был в недоумении, он не знал, как ему действовать и что предпринять, он был не в состоянии проронить и слова, он тяжело вздыхал, а от аристократичной осанки не осталось и следа.

— Старейшина Гу, гляньте в ту сторону! — раздался голос Мо Вудао. Сидя на земле, он с трудом смог поднять свою руку, указывая туда, где располагался лагерь армии Тянь Фа.

Не стоит обращать внимание на то, что Гу Хань тяжело дышал и не мог держать спину ровной, ведь он был единственным человеком из всего состава трёх священных земель, кто хотя бы был в состоянии стоять на ногах под действием этого давления. Что до Мо Вудао, который был лишь Почтенным мастером, ни о какой осанке и речи быть не могло, он и так с большим трудом сидел! Если небесный гнев не свалил тебя с ног, значит ты обладаешь впечатляющим уровнем совершенствования!

Гу Хань повернулся, и увидел, что воины Тянь Фа расселись кругом, и с закрытыми глазами и серьёзными физиономиями сидят, словно в ожидании чего-то…

— Неужто всё это их рук дело? — Гу Хань замолчал в оцепенении. А потом яростно закричал: — Сволочи! Что вы устроили! Вам бы только шутить над людскими жизнями! Мы же тут, как на пороховой бочке, взлетим все вместе, вам неясно? Добиваетесь, чтобы кровавая драма, случившаяся несколько тысяч лет назад, снова повторилась?

— Эм, глядя на всё это, очевидно, все они сейчас прорываются! Но… как такое возможно? Ведь у кого-то высокий уровень сил, у кого-то низкий, как они могут прорываться одновременно? Неужто все они прорвались вчерашней ночью? — спросил Чнн Инсяо. Не сказать, чтобы он обладал высоким уровнем совершенствования, его лицо было почти приплюснуто к земле.

Небо внезапно потемнело, словно опять наступила ночь.

Небо бесновалось, тёмные тучи бродили туда-сюда, как дрожжи в бочке, вспышки молнии появлялись и исчезали одна за одной, стоял оглушительный грохот… У Гу Ханя волосы на голове встали дыбом, он был единственным, кто сохранил физическую активность, и обладал возможностью спастись бегством, но сейчас он был слишком шокирован. То, что он оберегал столь долгие годы, должно было вот-вот разрушиться, тому, во что он верил, несмотря ни на что, скоро придёт конец…

В это время в воздухе появился чей-то белый силуэт, он остановился на высоте тридцати метров над головами бойцов Тянь Фа, и неподвижно застыл в этом месте. Силуэт был абсолютно непоколебим.

В этот момент в воздухе не было ветра.

Картина была полностью статичной и молчаливой.

Кроме извивающихся зигзагов молнии, абсолютно отсутствовали какие-либо другие движения.

— Цзюнь Мосе! Он может двигаться? И даже летать? — Гу Хань попросту выпучил глаза, он ничего не понимал. Он, конечно, знал, что Мосе теперь сильнее его, но, чтобы настолько?

Неужто дальше будет какое-то продолжение?!

Цзюнь Мосе запрокинул голову, его тёмные волосы рассыпались в стороны, он без слов раскинул руки, словно обнимая воздух.

— Ветер, появись! — его голос прозвучал словно нараспев.

Уголки рта Гу Ханя растянулись.

Этот Цзюнь Мосе просто актёр… Настоящий актёр! «Ветер появись»? Серьёзно? Ты кем себя считаешь? Пророком? Скажешь «ветер появись», и тут же появится ветер? Ветер, твою мать! А потом может ты ещё скажешь «Дождь, появись»?

Однако в следующее мгновение, у Гу Ханя вылезли глаза на лоб. Потому что после того, как Мосе сказал эти слова, в небе среди туч действительно… появился ветер!

Настоящий ветер!

Небольшой ветерок, раздувавший волосы Цзюня Мосе, и подол его одежды.

Выражение лица Цзюня Мосе в этот миг можно описать только так: он был на седьмом небе от счастья.

— Ветер, на самом деле, появился… — Гу Хань полностью оцепенел.

Глава 1200. Громовой удар, который должны преодолеть все

В мозгу произошло короткое замыкание: «Он, действительно, появился… он призвал, и этот ветер… на самом деле повиновался его приказу?»

Гу Хань покачал головой, пытаясь избавиться от этой нереальной фантазии.

Или это совпадение? Ранним утром редко бывает ветер, это должно быть совпадение!

Но в следующий момент …

Цзюнь Мосе нахмурился и казался недовольным, затем он взмахнул рукой и сказал: — Ветер слишком слабый, пусть становится всё сильнее и сильнее!

Вдруг ветерок превратился в сильный ветер. Флаг поднялся и заколыхался на ветру.

— Сильнее…

— Сильнее!

— Ещё сильнее!

Наконец, как будто по настоянию Цзюнь Мосе, ветер постепенно усиливался, а позже стал ураганом! Ураганом как минимум девятого уровня! Он издавал резкий вой, как древнее животное, зверствующее на небе…

Гу Хань широко раскрыл рот и смотрел на Цзюня Мосе, который твёрдо и величественно стоял под сильным ветром. Он дважды крикнул и упал на землю.

«Это, конечно, не совпадение, но как всё это объяснить? А-а-а, я понял! Это, должно быть, сон. Раз это сон, тогда я продолжу спать… Всё это слишком нереально…»

Но в следующий момент громкий взрыв «разбудил» его.

Начался громовой удар!

Гу Хань, наконец, не выдержал и вскочил, чтобы посмотреть.

Но из-под облаков вырвалась первая молния и ударила в землю.

— Крошечная молния… — молодой мастер Цзюнь покачал головой с высокомерным видом и презрительно скривил рот.

Затем он указал правым пальцем и прошептал: — Молния!

С грохотом ударила молния и пропала.

Словно исчезла!

— Ух… — люди из трёх священных земель, которые стали свидетелями этой сцены, сглотнули слюну, а затем протерли глаза.

«Должно быть, нам показалось! Чёрт возьми, должно быть, из-за высоких нагрузок у нас начались галлюцинации… Однако, если в первый раз это были галлюцинации, то что насчёт второго и третьего раза?»

Гроза в небе казалась совершенно неистовой из-за развязности молодого мастера Цзюнь, молнии падали во все стороны, как сильный дождь. Все небо засияло.

Молодой мастер Цзюнь продолжал кричать и свободно кувыркаться в воздухе. Он делал какие-то жесты руками, и кричал лишь одно слово: — Ещё!

— Ещё молнии!

— Ещё!

— Хочу ещё!

— Сильнее!

— Ещё!

По небу взрывались молнии…

Глаза у людей внизу почти выпадали из орбит.

В конце концов, некоторые не смогли перенести такой удар и с грохотом упали на землю.

Слишком сильный удар!

Гу Ханя с мрачным лицом, глядя на сильного человека в воздухе, затошнило.

«Зачем так рисоваться, если ты знаешь, что талантлив и силен? Я устал смотреть на то, как ты подпрыгиваешь…»

На самом деле, молодой мастер Цзюнь тоже устал.

Но за притворство нужно платить.

Хотя молодой мастер Цзюнь наслаждался своим бахвальством, но… это не могло продолжаться бесконечно.

Но этот громовой удар казался бесконечным…

Конечно, были и преимущества продолжающегося громового удара.

Во время сильного громового удара Чужаки боялись действовать. Тем не менее, молодой мастер Цзюнь устал притворяться и рисоваться…

Изначально Цзюнь Мосе хотел заставить солдат двигаться вперёд и показать им «чудеса», которые, несомненно, поднимут боевой дух и уверенность в победе…

Эта оказалась хорошей идеей, которая принесла довольно неплохие результаты.

Приближалась великая битва, а Цзюнь Мосе показывал то, как он легко справляется с громовым ударом… Насколько он силён, что в одиночку даёт отпор громовому удару?

Разве с таким лидером они могут проиграть?

Эффект оказался действительно хорошим, даже превзошёл все его ожидания.

Теперь не только у воинов Тянь Фа, но и у мастеров трёх священных земель, которые уже пришли в отчаяние, вдруг появилась надежда!

Но…

Громовой удар длился слишком долго. У молодого мастера Цзюнь кончалось терпение…

Хотя от этой «игры» он получал удовольствие.

Но ещё чуть-чуть…и он станет посмешищем.

Это продолжалось в течение часа, молодой мастер Цзюнь решил немного отдохнуть.

Разве ему не надоело это притворство? Во всяком случае, это не его решение. По сути, башня Хунцзюнь сама собирала силу громового удара. При чем тут он?

На самом деле он — лишь декорация.

Фактически, после того, как солдаты приняли его чудодейственное лекарство и совершили прорыв, он остался без дела. После прорыва, как только улучшилось дыхание, башня Хунцзюнь была готова.

Убедившись, что все завершили развитие, башня Хунцзюнь развернула будто бы широкий экран у них над головами. Никто не мог это увидеть и почувствовать, кроме Цзюня Мосе. На самом деле, сам Цзюнь Мосе тоже его не видел, но отчётливо ощущал!

Вероятно, число людей, попадающих под громовой удар, слишком велико, и уровень каждого из них достаточно высок. Разве раньше кто-нибудь видел, чтобы башня Хунцзюнь делала такие подготовки?

Видя, как башня Хунцзюнь, словно голодная, впитывала силу громового удара, Цзюнь Мосе не мог понять, зачем этой волшебной башне так много сил, для получения энергии? Ведь в природе тоже много силы, но он никогда не видел, чтобы башня поглощала её.

Раньше всё ограничивалось тем, что она заграждала от молний, но теперь всё дошло до того, что она поглощала их. Это действительно странное явление.

Цзюнь Мосе был измотан, хвастовство забрало у него немало сил. Он спустился, потому что ему стало скучно в воздухе. Он беспомощно посмотрел на небо, потом на землю. Все его беды были из-за скуки.

Но в глазах людей трёх священных земель витала одна и та же мысль: неужели он набрался сил, поглощая энергию громового удара!

Иначе говоря, когда его силы на исходе, он просто поглощает её извне…

Через некоторое время он так устал сидеть, что просто лёг отдохнуть. Но вдруг послышался громкий храп…

У них глаза на лоб вылезли!

Уснул?

Опять уснул?

Как он мог уснуть под громкие раскаты грома и бесчисленное множество молний? Насколько крепкие у него нервы!

По правде говоря, дело вовсе не в нервах, а в том, что мастер Цзюнь смертельно устал. Прежде всего, он совершенствовал себя в течение трёх дней без отдыха, затем наступил громовой удар, и ему пришлось разбираться с тремя священными землями. Потом он без устали помогал Тянь Фа и занимался боеспособностью резиденции Злого Монарха. Когда все объединились и наступил громовой удар, молодой мастер решил «порисоваться». Было бы странно, если бы он не устал. Когда человек так сильно устает и хочет вздремнуть, ему нипочём гром и молнии!

Гром и молнии гремели три дня и три ночи!

Люди трёх священных земель почти сходили с ума.

Этот звук им был неприятен.

Звук громового удара.

Самый грозный, сильный и могущественный звук в мире!

Самое главное, что он проникал, даже если они закрывали уши.

Но на третий день всем стало спокойнее.

Это ничего, привычка — вторая натура, и она всё равно не исчезнет. Время громового удара медленно проходило, давление постепенно ослабло, а люди адаптировались!

Что касается молодого мастера Цзюнь, то за эти три ночи он как следует выспался. Ведь все могли передвигаться, кроме него.

Так почему же? Он уже поставил себя в центр, что ещё он мог сделать? Башня Хунцзюнь естественно последовала за ним. Но как только он добрался до этой позиции, он вообще не мог двигаться!

Никуда не мог пойти.

Он мог прыгать на месте, но не выше метра.

Если бы он оставил эту позицию, громовой удар не последовал бы за мастером Цзюнь, а опустился на головы людей…

Таким образом, жизнь Цзюня Мосе остановилась, при этом он не мог проникнуть в башню Хунцзюнь: он не мог войти, пока она поглощала энергию.

Поэтому ему оставалось лишь здесь прохлаждаться.

И это немного его расстраивало.

Он чувствовал себя как артист, который собирался выйти на сцену спеть песню и уйти. Но во время пения обнаружил, что не может покинуть сцену. И он единственный на сцене, который не может ни петь, ни уйти с неё…

Только остаться там наверху, чтобы наблюдать за людьми…

Как мог молодой мастер Цзюнь не запутаться в такой неловкой ситуации.

Но как бы он не запутался, выбора нет, кроме как ждать. Ждать, пока не исчезнет громовой удар.

Сам сотворил, сам и получай. К тому же тысячи людей попали под громовой удар…

Можно сказать, что он обуздал этот громовой удар! Не имеющий себе равных! Сила громового удара больше не была пугающей!

Глава 1201. Наступит новое правление и древнейшее мастерство зла!

Мастерство Цзюня Мосе было неоспоримо, он обладал способностями, чтобы провернуть это ещё раз, но сейчас чувствовал себя неважно. Что касается других людей даже с такими же способностями и ресурсами — они едва ли растрачивали их так же, как молодой мастер Цзюнь! Поэтому это великолепное зрелище было уникальным, и вряд ли кто-то его повторит!

Прошло три дня.

Этот могущественный и небывалый громовой удар, наконец, закончился. Цзюнь Мосе чувствовал тоску всей душой. В тот момент, когда объявили о прекращении громового удара, он проник в башню Хунцзюнь, вымылся, выспался и встретился с пятью прекрасными девушками.

Громовой удар ушёл, но люди ещё долго обсуждали его.

Он гремел три дня и три ночи, и это был вовсе не обычный гром, а громовой удар!

Хотя большинство уже к нему привыкло.

Мастерство Цзюня Мосе, естественно, вызвало обсуждения.

Не только три священных земли, но даже бойцы Тянь Фа, которые всегда восхищались удивительными способностями их зятя, всё ещё искренне не понимали, как они смогли так легко и безопасно преодолеть громовой удар. Они даже цокали языком от удивления.

Всё остальное, может быть, и было притворством, но не улучшение силы, вызванное громовым ударом. Каждый был доволен, чувствуя резкий подъём огромной силы в теле.

В этот момент у них возросло желание сражаться!

«Кто эти Чужаки? Если они осмелятся прийти, то мы разобьем их в пух и прах!»

Со стороны Чужаков после трёх дней ожидания наконец-то появилось движение. В конце концов, во время такого мощного громового удара не просто наблюдать за противником.

Увидев своими глазами и почувствовав на своей шкуре, насколько необычными способностями обладает Цзюнь Мосе, Гу Хань первый почувствовал стыд. Он сделал то, что непосильно обычному человеку!

На такое чудо способен лишь одарённый человек с удивительными способностями!

Жаль, что между Цзюнем Мосе и тремя священными землями давно установились неприязненные отношения. К тому же, их мастера, вместе с Ся Чан Тянем бросили воинов Тянь Фа умирать. Противоречия между ними были непримиримые.

В противном случае, какие потери могли бы возместить три священные земли с помощью Цзюня Мосе? Сколько людей могли бы избежать громового удара? Они действительно допустили промах…

В тот момент, когда Гу Хань искренне сетовал и чувствовал разочарование, воздух вдруг затрясся и все почувствовали приближение опасности.

Глаза Гу Ханя вспыхнули, и он сказал: — Кто это?

Прозвучал чей-то хриплый и странный голос: — Гу Хань и есть Гу Хань. Превосходная проницательность — это то, чего нет у других. Старый друг, прошло пятьсот лет, как ты поживаешь?

Зрачки Гу Ханя сузились, и он по словам проговорил: — Это ты?!

— Ха-ха-ха… Конечно, это я, кто же ещё! — пространство снова начало странно колебаться, чтобы никто не мог понять, где прячется этот человек.

— Кажется, гора Тяньчжу обвалилась. Наш клан долго ждал этого момента, целых десять тысяч лет! Обрушение горы Тяньчжу означает начало гибели трёх священных земель. Брат Гу Хань, мы с тобой давно знакомы, я не могу видеть, как погибает поколение таких удивительных людей. У вас на материке Суань говорят так «Мудр тот, кто учитывает ход событий». Неужели ты не видишь к чему всё идёт?

— Вздор! И к чему всё идёт?! — сердито сказал Гу Хань. — Если вы, Чужаки, осмелитесь прийти, можете даже не рассчитывать, что вернётесь домой живыми! Вот что действительно произойдёт!

— Ох… — голос, казалось, вздохнул очень растерянно и с сожалением сказал: — Брат Гу Хань, ты такой же, как когда мы впервые встретились три тысячи лет назад. Но, к сожалению, тебе не повезёт так, как раньше, — он глубоко вздохнул. — Гу Хань, ты помнишь каменную стелу до начала Войны за Небеса? Некоторые наверняка не знают или не помнят, что на ней было написано. Аты помнишь?

— Каменная стела? — сердце Гу Ханя забилось сильнее: — Каменная стела…

Время, которое упомянул этот таинственный голос, было действительно так давно, что мало кто знал о надписи на стеле, а если и знал, то забыл. Однако, об этом есть записи в самых древних тайных трактатах Священного дворца. Наверху старой горы Тяньчжу находилась каменная стела.

Эта стела была лично построена первым человеком континента Суань, Первым Шао из подземного мира. На стеле было написано его пророчество. Но так как гора Тяньчжу неожиданно разломилась пополам восемь тысяч лет назад, стела тоже исчезла.

Человек, который прятался в пространстве, тихо вздохнул и сказал: — Вы, люди, действительно забыли своё прошлое. Никто из вас не помнит об этом важном событии. Даже глава Священного дворца относится с пренебрежением к истории. Это очень печально!

— Ерунда! Как я мог об этом забыть? Конечно, я помню. Однако я не обязан рассказывать тебе! — разозлился Гу Хань. Он вдруг вспомнил что было написано на стеле и бессильно вздохнул.

Неужели это действительно воля неба? Все давно предрешено?!

— Ха-ха-ха! — воздух сотрясся, и голос таинственно произнёс: — Девять иллюзий пустоты, зыбучие пески на ветру. Когда Тяньчжу обрушится, враги вступят в бой. Три священных земли будут уничтожены, Призрачный дворец падёт. Все вдруг проснутся ото сна. Наступит новое правление и древнейшее мастерство зла!

Голос спокойно и уважительно прочитал надпись.

Гу Хань побелел от страха. Это была самая секретная запись священного дворца.

Он совершенно не думал, что этот Чужак в самом деле знает содержание записи.

— Гу Хань, не нужно так удивляться. Конечно, я давно знаю об этом, но всё ещё не до конца понимаю смысл вышесказанного, — он по-прежнему спокойно говорил: — Три тысячи лет назад я узнал об иллюзии зыбучих песков.

— Что? — Гу Хань выпучил глаза: — Ты знаешь? Откуда?

— Это не важно! Это не главное! Действительно важно то, можешь ли ты понять смысл этой записи? — голос усмехнулся и сказал: — Гу Хань, я уверен, что такой мудрый человек, как ты, должен понимать, о чём тут говорится!

Гу Хань обливался потом, вдруг его голос стал немного хриплым: — Чуаншан Бэйдао, ты не добьёшься цели! Едва ли всё будет так, как ты хочешь. Ещё ничего не кончено!

Человек, который скрывался в пространстве, был настоящим лидером и первым мастером Чужаков! Чуаншан Бэйдао и Гу Хань действительно были старыми «знакомыми». Войны за небеса за последние три тысячи лет велись под руководством Гу Ханя и Чуаншан Бэйдао.

На этот раз рассмеялись два голоса, один всё ещё мрачный и внушающий страх, а другой — звонкий.

— Девять иллюзий пустоты, зыбучие пески на ветру. Смысл, описанный в этих двух предложениях, очень простой. Иллюзия зыбучих песков, которая поддерживала гору Тяньчжу в течение миллионов лет, почему-то исчезла. Поэтому гора Тяньчжу рухнула, — терпеливо объяснял Чужак Чуаншан Бэйдао. — Когда Тяньчжу обрушится, враги вступят в бой. Думаю, это мне не нужно объяснять? Что касается фразы «три священных земли будут уничтожены, Призрачный дворец падёт», она значит, что ваши три священных земли погибнут. Что касается фразы «Все вдруг проснутся ото сна»… Насколько я понял, здесь говорится о том, что континент, охраняемый тремя священными землями, всё это время находился во сне. Поскольку это сон, то рано или поздно он проснется.

— Глупости! — внезапно заревел Гу Хань, вспыхнув, как молния, и бросился в пустоту.

Послышались звуки ударов. Казалось, что кто-то в пространстве несколько раз ударил Гу Ханя, вслед за этим воздух сильно колебался.

Гу Хань упал на землю. Своими глазами, как у хищника, он всё ещё внимательно всматривался в пространство.

— Неплохо! Кажется, ты понял где я. Однако этого недостаточно, — звук в воздухе изменился, и, казалось, доносился со всех сторон.

Гу Хань улыбнулся и сказал: — Да, этого, в самом деле, недостаточно.

Как только противник изменил присущий ему способ прятаться, Гу Хань больше не мог его найти. Гу Хань по уровню Суань, несомненно, был первым человеком в трёх священных землях, но у него не было прозорливости, как у Цяо Ин, он не разбирался искусстве Чужаков становиться невидимым.

— Затем последнее предложение, — Чуаншан Бэйдао ещё радостнее рассмеялся: — Гу Хань, я должен сказать, что это весело — издеваться над тобой вот так раз в пятьсот лет. Мне очень нравится это чувство!

Гу Хань фыркнул и сказал: — Но, к сожалению, в каждом сражении ты убегаешь быстрее всех. Если бы ты был таким же честным, как люди, я бы высоко ценил тебя.

— К сожалению, вы этого не заслуживаете, — рассмеялся Чуаншан Бэйдао. — В последнем предложении говорится: «Наступит новое правление династии». Ха-ха-ха, очевидно, что наш клан захватит материк навечно! Вы, люди, всегда считали нас отвратительными существами, а наши техники — гнусными. Ха-ха, это наши-то техники гнусные? Мы делаем то, что нужно. Неужели, вы, претендующие на «правильность», согласитесь, что ваши техники тоже гнусные?

Глава 1202. Волшебный меч демонстрирует свою силу!

С ним было трудно поспорить, но у Гу Ханя были свои предположения по этому поводу.

— Это все благодаря основателю учения Суань, вашему знаменитому предку, Первому Шао из Подземного мира! — на сей раз Чуаншан Бэйдао говорил женским голосом, в котором чувствовались пренебрежение и насмешка: — Я очень уважаю вашего великого прадеда, и всегда уважал; на самом деле, вся наша нация до сих пор почитает его. Мы всегда умели признавать достоинство своего противника, а он был невероятно выдающимся мастером! Однако вы, жители материка, позиционирующие себя цивилизованными и благородными людьми, кажется, так не считаете?

Гу Хань внезапно вздрогнул, и машинально отступил на шаг назад, он сильно побледнел.

— Вы развиваете искусство Суань, которое он создал, вы пользуетесь его методами совершенствования. Но вы никогда не признавали его, как своего родоначальника, не проявляли к нему уважения, как к своему учителю. В чём причина? Я никак не могу сам понять, — издалека звучал женский голос Чаншана Бэйдао: — У вас на материке есть одно выражение «Оскорблять наставников — позорить предков». Я вот не знаю, ваше такое поведение можно расценивать, как «оскорбление своего наставника»? Или, может быть, я не совсем правильно понимаю смысл этого выражения?!

Услышав эти слова, Гу Хань был в полной растерянности, и даже на некоторое время завис, его резко бросило в пот.

Действительно, Первый Шао подчинил себе весь материк Суань, и весь материк стал использовать методы совершенствования, которые создал он, в этом его самая большая и главная заслуга. Но разве сейчас на материке есть хоть несколько человек, кто искренне благодарен Первому Шао за это, кто до сих пор почитает его?

Выражение «оскорбление своего наставника» возможно, звучит и слишком, но тем не менее доля правды в этом есть.

Сейчас на материке нет ни одного храма, который был бы воздвигнут в честь Первого Шао.

Это, конечно, очень смешно, ведь Первый Шао оставил для жителей материке такое богатое наследие, однако не удостоился ни одного храма в свою честь.

А причиной этому было то, что несмотря на все свое могущество и недосягаемость, Первый Шао был чужаком, ведь он прибыл сюда из другого мира!

К тому же он был завоевателем, а материк стал объектом, который он жаждал подчинить себе.

Это стало вечным неразрешенным конфликтом. Поэтому, если бы в один прекрасный момент Первый Шао снова бы появился на материке, материк по-прежнему бы подчинялся ему, но Первый Шао бесследно исчез, а значит всё это считалось пережитками прошлого…

— Разве это не так? — женский голос ехидно произнёс: — У нас же, вне зависимости от всяких предрассудков, если ты — настоящий мастер, ты получишь всеобщее уважение! А вы пользуетесь методами совершенствования, созданными Первым Шао, чтобы уничтожить его ближайших сородичей. Мы бы никогда не совершили такое. А вы делаете, да ещё и с полным осознанием своей правоты… Я не знаю, или, возможно, не понимаю, вероятно это ваш так называемый способ отплатить за добро?

Гу Хань с мертвенно-бледным лицом закричал: — Что за вздор? Да что вы вообще знаете?

А сам подумал: «Чужаки никогда лично не бывали на материке, откуда им может быть известно о таких вещах? Пусть даже у нас есть предатели, но они бы не смогли передать такую информацию!»

— Мы знаем только то, что вы всегда отплачиваете чёрной неблагодарностью за добро, и позорите своих предков! И этого вполне достаточно! — Чуаншан Бэйдао расхохотался: — Мы здесь, чтобы уничтожить вас, чтобы справедливость восторжествовала!

— Иди к чёрту! — Гу Хань наконец не выдержал и взорвался: — Чуаншан Бэйдао! Выходи со мной на смертельный бой!

— Смертельный бой? Нет, нет, время ещё не пришло, — его голос теперь стал строгим мужским: — Сегодня мы прибыли сюда, чтобы просто осмотреться. Чисто из любопытства, без каких-либо намерений.

Он внезапно замолчал, а потом огляделся вокруг, на стоящих воинов армии Тянь Фа и людей трёх священных земель, а потом с пренебрежением в голосе спросил: — Гу Хань, за прошлые три дня установилась такая удушающая атмосфера природного давления… Что это, в конце концов, было?

Прошлые три дня не только на этой стороне мастера не могли пошевельнуться, но даже и Чужаки попали под действие этого страшного давления, и не могли приблизиться! Даже сам Чуаншан Бэйдао смог прийти сюда, только когда давление полностью исчезло. Это явление посеяло дикую панику в рядах армии Чужаков.

— Оказывается, ты здесь из-за этого! — Гу Хань рассмеялся, когда понял, почему на самом деле он прибыл сюда: — Ты, должно быть, сильно испугался? Был не в состоянии сопротивляться этой неведомой силе? Ведь так?

Кто бы мог подумать, что это отступление от темы может спасти переговоры.

— Да, небесный гнев был очень пугающим. Уверен, никто не станет отрицать этого. Поэтому я и прибыл сюда, чтобы спросить, что это такое было, в конце концов? — Чуаншан Бэйдао не стал отрицать, что испугался. В этот раз он прибыл исключительно ради этого.

Очевидно, что эта силы была вызвана прорывом ни одного человека, иначе бы это так не отразилось бы на них! Так как Чужаки привыкли ждать, они решили подождать более удачной возможности для решающего броска.

— Ты правда хочешь знать? — расхохотался Гу Хань.

— Аты как думаешь, иначе бы я стал переться в такую даль? Или ты подумал, что я действительно соскучился по тебе? — Чуаншан Бэйдао несколько разозлился, и с возмущением проговорил.

— Раз тебе, правда, так интересно… я лучше не буду рассказывать тебе! — Гу Хань расхохотался ещё пуще прежнего.

— Ублюдок! — Чуаншан Бэйдао окончательно разозлился. Ещё несколько минут назад он насмехался над Гу Ханем, теперь же все изменилось, и Гу Хань издевался над ним. Ну как тут не разозлиться? Он выругался женским голосом, прикрикнув так, словно вот-вот нападёт на него.

Однако неизвестно почему, всё же он не набросился на Гу Ханя, а лишь серьёзным тоном задал вопрос: — Наверняка, кто-то проходил через атаку бедственных ударов?

Гу Хань фыркнул, и уклонился от ответа: — Может да, а может нет… Разве ты сам не понял?

Воздух заметно отяжелел после затяжного молчания Чуаншана Бэйдао, а потом в воздухе резко появились колебания, словно летающий дракон энергично подпрыгивал вверх.

— Гу Хань, мы ещё увидимся! Встретимся на поле боя, один на один, я и ты! — Чуаншан Бэйдао холодно бросил фразу, и в воздухе закрутился страшный вихрь, в миг преодолевший расстояние в три сотни метров!

Когда он пролетал через лагерь армии Тянь Фа, не удержавшись, он удивлённо произнёс: — Какие славные воины! Уверен, те огромные убытки, что нам пришлось понести в прошлой битве, дело ваших рук? Просто кроме вас нет никого, кто был бы способен одержать блестящую победу над тридцатитысячным войском врага!

Потом он заметил Мэй Сюэ Янь, которая стояла в первых рядах, и внимательно смотрела в воздух: — Какая красавица!

Мэй Сюэ Янь фыркнула, и в её глазах сверкнул холодный блеск, она внезапно взмахнула рукой, и меч Яньди и Хуанди со свистом вылетел вперёд!

Меч сердито фыркнул, блеск его лезвия был настолько впечатляюще ослепительным, что вспышка на мгновение ослепила всех!

Все присутствующие смогли всем телом ощутить его ледяное дыхание!

— Какой меч! — и женский, и мужской голоса Чуаншана Бэйдао одновременно восхищённо вскрикнули. После этого вихрь закрутился с ещё большей скоростью, поднимаясь всё выше и выше, после чего вообще полностью исчез.

В воздухе только осталось: — Гу Хань! Через три дня ты увидишь, как мой величественный учитель прорвёт твою оборону! И лично разобьёт тебя! Тогда вы признаете свои ошибки!

Сколько экспрессии и воодушевления было в его словах!

Меч Яньди и Хуанди дрожал от злости, и уже было подпрыгнул в воздух, собираясь броситься ему вслед!

— Назад! — резко скомандовала Мэй Сюэ Янь.

Меч недовольно свистнул, и ещё долго не хотел опускаться назад. Но, наконец, всё же вернулся в руки Мэй Сюэ Янь.

Такой лакомый кусочек ускользнул от него прямо на глазах! Меч был крайне расстроен: «Почему она не дала мне полакомиться им? Если бы я поживился этим двухголовым чудовищем… Какой бы сильный я стал тогда?»

Меч не мог прекратить думать об этом, и его острие звонко бренчало. Мэй Сюэ Янь считала, что он так рвётся в бой, однако у него всего лишь текли слюнки…

Глядя вслед своему сильному врагу, Гу Хань невольно тяжело вздохнул.

У него в голове до сих пор звучали слова, сказанные Чуаншаном Бэйдао.

Неужто в этот раз материк Суань в самом деле ждёт поражение?

— «Прорвёт твою оборону! Лично разобьёт тебя!», — Гу Хань еле слышно пробормотал себе под нос эти слова, подумав про себя: «Это вызов или же обманный маневр?»

Однако, вне зависимости от этого, эта битва будет очень опасной!

Вспомнив фразу Чуаншана Бэйдао, сказанную про меч, Гу Хань тоже удивлённо повторил: — Какой меч!

Он посмотрел на Мэй Сюэ Янь, и наконец, в его голове сверкнула мысль: «Неужто этот меч двигается самостоятельно, и никто не управляет им?»

Если это было бы не так, тогда зачем Мэй Сюэ Янь попыталась преградить путь Чуаншану Бэйдао?

Если этот меч, действительно, смог воспрепятствовать Шенцзюню третьей ступени Чуаншану Бэйдао, значит он, в самом деле… волшебный меч…

Глава 1203. Приготовления к великой битве!

В эту минуту, Гу Хань стал думать об возвращении Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе как раз исчез в самый ответственный момент, и не мог поспособствовать установлению переговоров на высшем уровне между двумя сторонами, и, разумеется, у него не было возможности узнать об старинном пророчестве, про которое говорили Чужаки!

На самом деле оно и понятно, ведь молодой мастер очень устал за последние несколько дней! Он неустанно состязался с бедственными ударами, причем целых три дня и три ночи!

Даже несмотря на то, что у Мосе есть специальные методы, с помощью которых он справляется с этими ударами, этот процесс требует полной отдачи и стопроцентного внимания, ведь нельзя пропустить ни одного удара. Если упустишь — могут быть погибшие. Он работал на протяжении трёх дней, теперь ему, разумеется, требовался отдых!

Однако, если бы Цзюнь Мосе был на месте, когда появился Чуаншан Бэйдао, что бы он предпринял? Наверняка этот острый на язык мальчишка, по своему характеру очень мстительный и злопамятный, вряд ли бы вот так просто отпустил Чуаншана Бэйдао восвояси!

По крайней мере, он бы не дал ему уйти так легко.

Гу Хань был больше, чем уверен, что Цзюнь Мосе со своей непревзойдённой способностью к злословию, довёл бы Чужака до того, чтобы он убежал отсюда, задыхаясь собственной кровью!

Подумав об этом, Гу Хань слегка улыбнулся, и, кажется, его душевное состояние немного улучшилось.

Цзюнь Мосе был всегда тем, кто может сотворить любое чудо, а сейчас они в одной упряжке, и Гу Хань искренне надеялся, что Цзюнь Мосе сможет снова сделать что-то невозможное!

После ухода Чуаншана Бэйдао, Мэй Сюэ Янь поняла, что Чужаки теперь не заставят себя ждать, и скоро сделают ход, а значит, надо быть начеку и предпринять все возможные меры предосторожности!

Благодаря проделанной Цзюнем Мосе работе, силы союзных армий Тянь Фа и дворца Злого Монарха достигли нового качественного уровня! Теперь их уровень был не просто высоким, а охренеть каким высоким!

Из-за того, что для уровня Шэнцзуна надо было обладать соответствующими природными данными, смогли прорваться всего двадцать человек. Уровня Шенцзюня смогла добиться только одна Мэй Сюэ Янь, но она прорвалась сразу до второй ступени, и сейчас была почти на равных с Гу Ханем, который был Шензюнем третьей ступени, но самым впечатляющим и невероятным было то, что за десять тысяч лет она была единственным священным животным, которое смогло достигнуть этого уровня. Мэй Сюэ Янь, действительно, была выдающейся личностью!

Прогресс самых высоких уровней, конечно, был впечатляющим, но не настолько, чтобы упасть замертво от шока!

Самые невероятные изменения произошли в средних уровнях!

Труднее всего было поверить в то, что все бойцы армий Тянь Фа и дворца Злого Монарха теперь стали Шенхуанами!

Ни примерно, ни почти, а абсолютно, мать вашу, все! Без исключения!

Даже два маленьких мальчика-калеки тоже достигли уровня Шенхуана, и не просто Шенхуана, а, благодаря своей удивительной силе воли и упорству, они стали Шенхуанами третьей ступени!

Можно с уверенностью сказать, что это просто беспрецедентные показатели!

Разумеется, за это им пришлось заплатить высокую цену! Мэй Сюэ Янь не отходила от них ни на шаг, с помощью своих удивительных способностей процесса совершенствования она неустанно расширяла их каналы, снова и снова исцеляла их израненные тела. Они несколько раз были на волоске от смерти… Одно неловкое движение — и они могли получить травму несовместимую с жизнью!

Таким образом эти двое не только добились невероятных результатов, но и наряду с этим заработали серьёзные осложнения. После прорыва их каналы были настолько полными силой, что пришли в затвердение! Теперь у них больше не было возможности к следующему прорыву.

Это очень длительный и сложный процесс, для которого требуются соответствующие условия!

Однако и этот уровень Шенхуанов третьей ступени, для них двоих просто настоящий подарок небес, многие только могут мечтать об этом!

Но больше всего заслуживало похвалы то, что после того, как они достигли такого впечатляющего результата, и почувствовали реальную мощь мастера уровня Шенхуан, их лица по-прежнему не выражали никаких эмоций, только в глазах промелькнули смутные искорки радости.

Всё своё свободное время они по-прежнему тратили на оттачивание боевых навыков, усердно работая над расширением пределов своих возможностей, чтобы их знания и умения шли в ногу с их новым уровнем совершенствования.

Такая сила воли порой недоступна даже священным животным, прожившим не одно столетие.

Именно эту черту характера смог тогда разглядеть в них Цзюнь Мосе!

Они настоящие прирожденные убийцы! После ухода Чуаншана Бэйдао, новоиспеченные Шэнцзуны, Байли Ло Юнь и Лэн Ао по приказу Мэй Сюэ Янь на полдня пропали в бескрайней гуще леса.

Они были заняты поиском наиболее выгодного местоположения, чтобы быть максимально готовыми к предстоящей битве!

А Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь с согласия Мэй Сюэ Янь отправились на восемь километров вперёд с тремя сотнями воинов отряда Цаньтянь Шихунь, чтобы устроить засаду в обломках обрушившейся горы Тяньчжу. Стать запасным оружием, которое может выстрелить в любой момент!

Ещё они считали, что эта битва должна от начала и до конца вестись под управлением одного лишь Цзюня Мосе! Высокий авторитет Злого Монарха не должен пострадать из-за этих Чужаков!

Отряд Цаньтянь Шихунь был создан Цзюнем Мосе ещё в самом начале его пути, и он имеет прямую связь с семьёй Цзюнь, а, значит, именно воины Цаньтянь Шихунь должны отвечать за наиболее опасные участки! Если кому и суждено погибнуть, то пусть сначала погибнут свои люди! Они не могут позволить братьям Тянь Фа стать пушечным мясом!

И, хотя сейчас Цзюнь Мосе был не здесь, они оба были абсолютно уверены, что, если бы он был здесь, он бы наверняка одобрил их выбор!

На войне, к своим боевым товарищам нужно относится честно и искренне! Просто будь готов в любой момент подставить своё плечо ради товарища, и, когда с тобой случится беда, возможно, именно он придёт к тебе на помощь!

Если думать только о собственной шкуре, тем, кто погибнет раньше всех, несомненно, будешь именно ты!

Потому что все вокруг тебя будут думать, что ты не заслуживаешь того, чтобы ради тебя они жертвовали своей жизнью!

Боевая мощь есть лишь у того, кто готов рискнуть своей жизнью ради других!

А Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь на сей раз решили собрать всю свою боевую мощь воедино, выложиться по максимуму. Хотя Мей Сюэ Янь тоже переживала из-за их решения, всё же она не стала останавливать их.

Сейчас настал такой момент, что рано или поздно, но каждый столкнётся с этим сложным выбором.

Однако нужно обращать внимание на то, какая ценность и польза будет у твоей жертвы!

И ценность определяется не только количеством людей, который ты сможешь убить, но ещё и тем, как сильно ты сможешь воодушевить своих братьев этим поступком!

Здесь самые близкие люди Цзюня Мосе сделали наиболее подходящий выбор!

И после того, как Мэй Сюэ Янь согласилась на предложение Ин Бокуна и Фэн Цзюань Юня, Король тигров — Ху Леди — следом же попросился на фронт, чтобы стать вторым эшелоном авангарда вместе со своим трёхтысячным войском!

Мэй Сюэ Янь приняла его выбор. Её лицо было спокойным, как вода, но на душе было тревожно.

Как такой умный человек, как она, могла не понимать, что Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь ради Тянь Фа решили взять на себя самые опасные участки сражения? Причина, по которой Король тигров выразил желание идти вместе с ними на фронт, тоже была предельно простой — он знал, что, возможно, всё его трёхтысячное войско ждет самоликвидация, однако хотя так он попытается сделать так, чтобы как можно больше человек отряда Цаньтянь Шихунь вернулись живыми домой!

«Если ты рискнешь своей жизнью ради меня, то и я готов на любые жертвы! И пусть ты — воин дворца Злого Монарха, а я — боец армии Тянь Фа; ты — человек, я — священное животное, но сейчас мы настоящие братья, и нас разлучит только смерть!»

Другие Короли животных старались по максимуму использовать каждую свободную минуту, неустанно тренируя собственных бойцов, чтобы скорость их реакции четко соответствовала их новому уровню совершенствования.

Король журавлей с интервалом в доли секунды приказывал своим подчинённым то подниматься в воздух, то опускаться обратно на землю, при этом не сводив глаза с оборонительного рубежа. К тому же летающие животные могли долго удерживать себя в воздухе, держа на спине у себя по одну-двум увесистым бойцам Тянь Фа!

А подчинённые трёх священных земель под руководством Гу Ханя продолжали тренировать свою выдержку, запасаясь силами.

Гу Хань требовал одно: «Нельзя дать Тянь Фа смотреть свысока на мастеров священных земель! Пусть в этот раз погибнут хоть все мастера, но они должны изо всех сил оберегать авторитет священных земель. Возможно у нас в последний раз есть такая возможность!»

Обстановка накалялась!

Особенно после того, когда Сюн Кайшань рассказал об недостатке техники невидимости Чужаков, про который ему рассказал покойный Король орлов. Они не выносят беспорядочный бой! Когда они применяют технику невидимости, их обороноспособность снижается.

Эта информация привлекла большое внимание Мэй Сюэ Янь.

Глава 1204. Разработка стратегии.

Мэй Сюэ Янь, нахмурившись, расхаживала взад-вперёд и размышляла о том, как можно использовать эту «слабость».

Одно можно сказать наверняка: если правильно использовать это слабое место, то определённо может хорошенько и даже смертельно ударить по высококлассным бойцам Чужаков, владеющих техникой скрытого убийства!

Успешной тактики и идеальных результатов будет достаточно, чтобы в последующих сражениях Чужаки больше не осмелились применять технику скрытого убийства. А если они не будут использовать эту чёртову технику, тогда чего же нам ещё бояться?!

Самая большая головная боль всех предыдущих битв — это группа скотин, необъяснимо исчезающих чуть ли не на каждом шагу.

И причина, по которой материк постоянно нёс огромные потери боевой силы, заключается как раз в этих исчезающих тварях!

Она очень долго размышляла над этим вопросом. Пусть теперь она и знала об этой слабости, но она не могла придумать никаких эффективных методов и действий.

Когда Мэй Сюэ Янь погрузилась в свои глубокие размышления, как вдруг появился молодой мастер.

Казалось, будто Цзюнь Мосе был весь преисполненным то ли важности, то ли чванливости.

Но чего конкретно, Мэй Сюэ Янь так и не поняла. Такое сложно описать словами; она просто смутно почувствовала, что Цзюнь Мосе не похож на себя прежнего, даже очень не похож.

На самом деле, даже у самого Цзюня Мосе было такое же странное ощущение.

После поглощения жутких громовых ударов Цзюнь Мосе тут же вернулся обратно в башню, чтобы успокоиться, прокричаться… Так сказать, выплеснуть из себя накопившиеся чувства подавленности и стыда. Но он неожиданно обнаружил, будто и башня отличалась от себя прежней, словно это было совершенно другое место…

Это странное изменение очень сильно удивило молодого мастера и вселило в него огромное сомнение.

В тоже время Цзюнь Мосе чувствовал, что после поглощения громовых ударов границы его пределов сильно расшатались, и, похоже, это был знак перед надвигающимся прорывом.

Причина всего этого очень проста — просто башня Хунцзюнь поглотила в себя слишком много громовых ударов! Может, ощущения и странные, но всё развивается в довольно приятном направлении!

«Неужели поглощение огромного количества громовых ударов помогло мне ускорить прорыв и увеличить силу?»

Относительно этого вопроса Цзюнь Мосе и сам никак не мог до конца разобраться.

Именно поэтому он потратил много времени в башне, чтобы хорошенько всё исследовать.

Но он и подумать не мог, что он не только просрёт кучу времени в никуда и ещё больше запутается в своём вопросе, но ещё и пропустит визит главного мастера Чужаков! А также диалог между высшими силами трёх священных земель!

Цзюнь Мосе пришёл в ярость и чуть ли не рвал на себе волосы. Если бы он только что был здесь, то уже точно не позволил бы этому ублюдку так просто уйти. Он бы обязательно навешал бы ему хоть разок…

Молодой мастер опечаленно вздохнул, глубоко сожалея о том, что упустил дарованный небесами шанс.

«Этот хрен сам сюда пришёл, а я все пропустил…»

Конечно же, если бы молодой мастер действительно захотел навалять этому Чужаку, то использовал бы для этого меч Яньди и Хуанди…

Постоянные вздохи и разочарованные разговоры Мосе с самим собой буквально выбесили Мэй Сюэ Янь. Она было уже хотела убить его и кастрировать. Необязательно, в какой последовательности.

Каждая женщина, обучившаяся такой божественной технике самостоятельно, может считаться самой страшной болью любого мужчины!

Молодой мастер никак не мог успокоиться сокрушаться, но вдруг обнаружил, что Мэй Сюэ Янь чем-то обеспокоена и поспешно расспросил её.

Мэй Сюэ Янь снова нахмурила брови и рассказала Мосе обо всём. Молодой мастер тут же переменился в лице.

Если найти этому хорошее применение, то это, несомненно, может стать эффективнейшим оружием!

Пусть Король орлов и обнаружил слабое место противника, но, во-первых, их войска были на тот момент слишком слабыми, во-вторых, они действовали исходя из недостатка сил, и в-третьих, общее положение на тот момент было в полном хаосе. Там было трудно применить какие-либо конкретные и эффективные методы.

Что касается Короля медведя……

Ну, если бы Король Медведей придумал, что с этим можно сделать, то это был бы не Король Медведей…

— Это план уничтожения врага, который оставил нам Орёл перед своей смертью! Нам нельзя пренебрегать таким оружием против Чужаков! Возможно, в будущем этот план станет высококлассным средством борьбы против Чужаков! — стиснув зубы, решительно сказала Мэй Сюэ Янь.

За эту информацию её брат заплатил собственной жизнью, естественно, что Мэй Сюэ Янь отнеслась к этому очень серьёзно.

— Я знаю! Я понимаю, насколько важна эта информация! — Цзюнь Мосе задумался, пошагивая взад-вперёд. В его мыслях пронеслись примеры всех его сражений в прошлой жизни. Он сравнивал их друг с другом, вспоминая весь опыт, полученный им в прошлом, когда он сражался с ниндзя. Казалось, будто впереди есть путь, но он слишком неясный, и его невозможно рассмотреть, да и конкретную причину всему этому назвать никто не может.

— Хм, а при каких обстоятельствах Чужаки могут отправить на войну многочисленный отряд мастеров? — задумчиво спросил Цзюнь Мосе.

— Когда Чужаки могут направить большую армию мастеров уровня Гуй Жэн, Ди Жэн и Тянь Жэн?! В самый решающий момент, когда битва достигнет своей кульминации. Именно тогда они отправят все свои силы, чтобы добиться успеха! Вероятно, только в этот момент Чужаки могут выдвинуть огромную массу своих бойцов! — нахмурившись, сказала Мэй Сюэ Янь.

— Если это правда, то, боюсь, к тому времени наши боевые силы сократятся на 70-80%! Пусть силы наших людей значительно улучшились, но если сравнивать по количеству бойцов, мы всё ещё значительно уступаем Чужакам. Их больше как минимум в тридцать или пятьдесят, а то и вообще в сто раз! Если противники используют тактику атаки волнами пушечного мяса, мы точно выбьемся из сил, и кто же будет сражаться с ними потом? Человеческие ресурсы в конце концов обязательно иссякнут! — Цзюнь Мосе нахмурился ещё сильнее.

— Верно! В этом вопросе у нас нет никакой уверенности. Если всё пойдёт не по плану, и мы перемудрим, то это будет полная катастрофа! — Мэй Сюэ Янь была чернее тучи.

Прекрасно понимая, что у противника имеется уязвимое место, они никак не могут придумать для него конкретное применение.

Это чувство действительно сводит с ума!

— Думаю, что в самом начале войны наш противник едва ли направит большое количество своих бойцов. По крайней мере, мастеров уровня Ди Жэн и Тянь Жэн не должно быть слишком много, — Цзюнь Мосе слегка вздохнул: — Поэтому в самом начале схватки всем нужно быть предельно острожными, чтобы от техники скрытого убийства Чужаков не было слишком большого урона. В обычном бою мы никак не сможем использовать их слабость!

— Верно, — в глазах Мэй Сюэ Янь промелькнуло неподдельное чувство душевной боли.

Независимо от того, какая это будет битва, без жертв в ней все равно не обойтись!

— Что же касается решающего боя… то во время финальной битвы… — глаза Цзюня Мосе вдруг резко вспыхнули, и он хлопнул в ладоши: — Точняк! Мы можем сделать так!

— Как это так? — Мэй Сюэ Янь встрепенулась, но нисколько не удивилась сумбурности и нелогичности речи Цзюня Мосе.

— А вот как: мы сосредоточим всех имеющихся у нас мастеров уровня Шэнцзуна и в нужный момент выдвинем их прямо на передовую. Нужно, чтобы они как можно дольше блокировали неприятеля, но только не слишком сильно. По факту, нашим бойцам необходимо запомнить всего лишь по несколько лиц противников. Как только они заметят, что эти твари внезапно исчезли, значит, наш враг отправил свои основные силы, включая огромное количество мастеров, владеющих техникой скрытого убийства. Верно же? — улыбнулся Цзюнь Мосе.

— Это действительно так. Как только огромное количество вражеских мастеров одновременно исчезнут на поле боя, значит, наш враг перешёл в наступление. Но что это нам даёт? — озадаченно спросила Мэй Сюэ Янь.

— Попридержи коней и дослушай меня до конца. К тому времени наши силы разделятся на четыре группы. Первая волна будет изо всех сил держать оборону, вторая волна будет идти следом и атаковать врага в пределах десяти метров над головами первого потока. Третья волна следом за первыми двумя также будет атаковать по площади, в пределах двенадцати метров над головами второй волны. Заключительная, четвёртая волна будет покрывать площадь в тридцать метров и наносить плотные неизбирательные атаки во всех направлениях! — пока Мосе говорил, он попутно камушком обрисовывал всю стратегию на земле: — Вот так. После атаки третьей волны, все наши бойцы должны тут же вломиться в многочисленные войска Чужаков и смешаться с массами, чтобы эти твари не смогли применить эту чёртову технику скрытого убийства!

— Полагаю, что после третьей атакующей волны более половины спрятавшихся Чужаков будут уничтожены! — Цзюнь Мосе бросил камень и добавил: — У нас просто нет другого выхода. Пусть это будет и самый глупый метод реагирования. Но если согласовать всё должным образом, это будет самая эффективная и целесообразная стратегия!

Мэй Сюэ Янь присела на корточки и внимательно изучила всё, что нарисовал Цзюнь Мосе, а затем, немного пораздумав, сказала: — Верно, на данный момент это всё, что мы можем придумать, чтобы как можно эффективнее прикончить большое количество Чужаков, обладающих техникой скрытого убийства.

— Помните, что главное в этом плане — это… исцеляющая таблетка! — глаза Цзюня Мосе сверкнули: — Никто не должен использовать эту таблетку при обычном ранении! Нужно будет немного продержаться, чтобы враг подумал, что мы находимся в безвыходном положении, и выдвинул своё многочисленное войско. И уже тогда все смогут одновременно принять исцеляющую таблетку, чтобы в соответствии с моим планом, дать противнику самый суровый удар!

— Хорошо! — Мэй Сюэ Янь нахмурилась и добавила: — Но в таком случае, жертвы будут неизбежны!

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул: — Возможно. Но это цена, которую мы должны заплатить!

Мей Сюэ Янь тяжело вздохнула и почувствовала, будто в её груди повис какой-то груз, словно на неё положили что-то очень тяжелое.

— Только так! — Цзюнь Мосе поднял голову и обдумал свою стратегию ещё раз. Он сделал глубокий вдох и решительно сказал: — Сейчас вовсе не время для женского милосердия! Я и сам бы хотел, чтобы наши братья вернулись домой целыми и невредимыми, но… это явно невозможно!

— Возможно, есть ещё кое-что, чем мы можем воспользоваться… — в глазах Мэй Сюэ Янь промелькнула странная вспышка.

— Что же это? — поспешно спросил Цзюнь Мосе.

Глава 1205. Шарира…

— Это… провидица Ракшас — Цяо Ин! — Мэй Сюэ Янь указала на схему, нарисованную Цзюнем Мосе, и сказала: — Все эти наши атаки — лишь один огромный план. Но общее положение дел на фронте меняется с молниеносной скоростью, так что мы вряд ли сможем с лёгкостью провернуть продуманную стратегию. Но если с нами будет Цяо Ин — то это в корне изменит всё! Потому что она может чётко проследить все передвижения противника! Если Цяо Ин будет отдавать распоряжения, то коэффициент успеха нашего плана значительно увеличится!

— Точно! — Цзюнь Мосе хлопнул себя по колену: — Как же я мог забыть о провидице Ракшас?! Разве она не единственная, кто смог постигнуть технику видоизменения Чужаков? Первоначально, даже я… — Цзюнь Мосе предался воспоминаниям и невольно вспомнил тот день, когда Цяо Ин так же разоблачила его «непобедимую» технику скрытого перемещения Инь-Янь. Затем он вспомнил грациозную фигуру Цяо Ин, её холодное лицо и восхитительный взгляд. Молодой мастер так сильно замечтался, что ни с того ни с сего в его голове промелькнула такая мысль: «Ох, если бы я только смог её совратить… я бы, наверное, лопнул от счастья!»

Счастливая Мэй Сюэ Янь, которая наконец разрешила трудный вопрос, мучавший её последние несколько дней, вдруг подняла голову и обнаружила, что Цзюнь Мосе с головой погряз в своих похотливых мыслишках. Как только она упомянула Цяо Ин, эта скотина тут же проявил свой вечный недотрах! Все слишком очевидно, тут и добавить нечего!

Мэй Сюэ Янь внезапно ощутила приступ ревности и двумя пальцами схватила Мосе за очень важное стратегическое место. Затем она стала медленно поворачивать пальцы по часовой стрелке. Стиснув зубы, она спросила: — О чём это ты там думаешь?!

— Я думаю… Ай-ой! — мучительно вскрикнул Цзюнь Мосе. Сюэ Янь действительно использовала против него приличную силу! В этот момент молодой мастер испытал нереальную боль, которая пронизывала каждую клеточку его тела. Он жадно хватал глотки холодного воздуха и не мог ничего сказать.

Мэй Сюэ Янь, в конце концов, стало его жаль, и она слегка расслабила хватку, сказав: — Хм, я только упомянула о Цяо Ин, и ты тут же состроил свою похотливую рожу. В нашем доме столько красивых девушек, чего тебе ещё не хватает? У тебя снова возникла идея фикс? Планируешь построить ещё одну комнату?!

— Мэй Сюэ Янь, у всего есть разумное объяснение! — молодой мастер выглядел нехорошо, ему срочно требовалось принять ответные меры. Как говорится — «Беда ум родит», так что Мосе придумал прекраснейшую ответочку!

— Ой? Ну и что же у нас за разумное объяснение имеется? Я покорно слушаю все твои объяснения! — несмотря на то, что Мэй Сюэ Янь говорила в очень любезном тоне, она снова усилила свою хватку пальцами!

— Хм, естественно, ты должна покорно слушать мои слова, ведь кто тут главный виновник? Ты, конечно, можешь не позволять мне думать о таких вещах, — Цзюнь Мосе весь скривился от боли: — Но я ведь нормальный мужчина, как я могу о таком не думать? Разве это не будет ещё большей проблемой, если я перестану этого хотеть? А с таким отношением, как у тебя, когда в самый критический момент ты просто принимаешь первоначальную форму и сваливаешь, я точно скоро импотентом стану! Если такое повторится ещё несколько раз, боюсь, что мне можно просто уйти в императорский дворец и стать евнухом! Какой же я после этого буду мужчина?!

— Эм… Ты всё ещё злишься на меня… — робко сказала Мэй Сюэ Янь, и её глаза начали бегать из стороны в сторону: — Это было слишком внезапно, в тот раз… в тот раз я была не готова… Ты… ты вёл себя очень грубо… Я испугалась, что не смогу это вытерпеть…

— И когда же ты будешь готова? Может, сейчас готова? Не переживай, я буду очень нежным и ласковым, правда! — воодушевлённо спросил Цзюнь Мосе. Безумная боль теперь уже отошла на второй план и нисколько не волновала его.

Верно, молодой мастер намеренно поднял эту тему, не только для того, чтобы скрасить неловкую ситуацию, но и чтобы вынудить Мэй Сюэ Янь выразить свою точку зрения на этот вопрос. Так больше не могло продолжаться! Может, она поступила с ним таким образом всего пару раз, но это сильно ударило по мужскому самолюбию Цзюня Мосе.

Говорят, что член холостяка — это своего рода винтовка, которая может пробить три слоя сырой коровьей кожи. Кажется, в тот день, у Цзюня Мосе было примерно такое же состояние, раз он даже постель умудрился продырявить… Другие, может, остаются холостяками лишь одну жизнь, а молодой мастер — уже вторую!

— Да как подготовиться к такому? И что значит: ты будешь нежным и ласковым? — Мэй Сюэ Янь стало так неловко, что она раскраснелась.

— Пф… что ты имеешь в виду… ты снова не готова? — Цзюнь Мосе чуть ли не начал плеваться кровью.

— Пожалуйста, дай мне немного времени, — пропищала Мэй Сюэ Янь и прикрыла лицо ладонями.

Цзюнь Мосе хотел удариться головой о стену: — Дорогая, пожалей ты уже меня… Если я подавлю своё желание ещё раз, то точно превращусь в Шарира (один из учеников Будды).

— Что? Шарира? Что такое Шарира? Что это? — с любопытством спросила Мэй Сюэ Янь.

— Шарира — это… Короче, когда мужчина долгое время не высвобождает свою сущность, то «там» у него всё превращается в камень и становится непригодным к использованию, — Цзюнь Мосе начал болтать всякую ерунду и закатил глаза.

В этом мире не так-то просто объяснить значение этого слова, потому что тут… тут нет монахов…

— Превратится в камень? Неужели это так страшно? — недоумённо посмотрела Мэй Сюэ Янь.

— Да-да, а как иначе! Я вот сейчас про тот случай говорил, так там действительно был очень опасный момент! Я был «во всеоружии», но так и не «выстрелил»! — скорбно провопил Мосе.

— Хм, но разве у тебя нет Мяо Сяо Мяо или Гуан Куинхан? А не так давно еще и Сяо И появилась… Так чего тогда мучаешься? Ты ведь не превратишься в этого, ну как его… Шарира, не делай из меня дурочку! — Мэй Сюэ Янь надула губы и повернулась к нему спиной.

— Да как они могут сравниться с тобой? — поспешно сказал Мосе, от волнения он не мог связать ни слова: — Больше всего на свете я хочу сделать это… с тобой…

— Пфф… Да что ты такое говоришь! — Мэй Сюэ Янь засмущалась, топнула ногой, и, закрыв лицо руками, решила поскорее уйти. Напоследок она добавила: — Тебе разве не нужно идти за Цяо Ин? Молодой мастер печально вздохнул, словно потерял всякое присутствие духа.

Увидев, как Цзюнь Мосе с мрачным видом направляется в его сторону, Гу Хань поспешно поднялся.

Гу Хань ясно понимал, что при нынешних обстоятельствах, если они хотят остановить вторжение Чужаков на материк, то их единственная надежда — это Цзюнь Мосе! Что касается трёх священных земель, то их уже больше нет!

Шесть или семь тысяч воинов — это всё, что смогли собрать три священные земли. Пусть каждый из них был высококлассным мастером, но по сравнению с армией Злого Монарха и силами леса Тянь — Фа это ничто!

— Господин Цзюнь! — Гу Хань улыбнулся и сделал несколько шагов навстречу Мосе.

Молодой мастер был немногословен и сказал сразу начистоту: — Старейшина Гу, я бы хотел позаимствовать у вас одного человека.

Гу Хань встрепенулся, но не был удивлен просьбой: — Цяо Ин?

— Верно! Именно Цяо Ин, — ответил Цзюнь Мосе.

— Без проблем! — Гу Хань даже не моргнул и тут же согласился. Затем он позвал Цяо Ин.

Увидев озадаченное личико Цяо Ин, в глазах Гу Ханя промелькнула искорка любви, и он сказал: — Деточка, теперь ты будешь биться с Чужаками вместе с армией Злого Монарха.

— Это ещё почему? Зачем высылать меня в одиночку, да ещё и перед началом войны? — Цяо Ин явно не обрадовалась происходящему. Может Священная земля и пришла в упадок, однако она по-прежнему испытывала глубокие чувства к Священному дворцу.

— Цяо Ин, теперь ситуация очевидна. Только находясь на стороне Тянь Фа, ты сможешь использовать свои способности против Чужаков в лучшем виде! Нынешние священные земли не могу предоставить тебе возможности для полной реализации твоих способностей! Это факт, пусть и очень суровый! — Гу Хань поистине достоин называться первым мастером в Священном дворце. После просьбы Мосе он сразу же догадался, какой конкретный план он собирается реализовывать в битве.

В этот момент Цяо Ин как никогда раньше почувствовала себя одинокой и не знала, как ей следует поступить.

Пусть оба лагеря находились недалеко друг от друга, но Цяо Ин смутно почувствовала, что это будет их последнее прощание! Такое зловещее предчувствие заставило её окончательно запутаться и растеряться.

— Деточка, ты иди пока вперёд и найди Почтенную Мэй, — Гу Хань махнул рукой, но по его взгляду можно было сразу понять, что расставание и ему давалось нелегко: — Нам с господином Цзюнь нужно ещё кое-что обговорить.

Цяо Ин одобрительно кивнула, а затем посмотрела на всех своих товарищей, с которыми они прошли через огонь и воду. В её глазах появились слёзы. Она повернулась, прикрыла лицо руками и пошла прочь. Мэй Сюэ Янь уже двигалась к ней навстречу.

Люди Священного дворца, такие как Чен Инсяо и Чу Ву Хуэй, с улыбкой на лице смотрели вслед уходящему силуэту Цяо Ин. Их взгляды были наполнены теплотой. Они души не чаяли в своей маленькой сестрёнке, с которой прожили бок о бок уже более тысячи лет.

К сожалению, это была вечная разлука!

В лагере Тянь Фа, с её уникальным статусом, Цяо Ин наверняка будет в большей безопасности, чем с ними, и они знали это. Увидев, как Мэй Сюэ Янь лично встретила Цяо Ин и проводила в их лагерь, Гу Хань вздохнул с облегчением. Затем он повернулся к Мосе и сказал: — Господин Цзюнь, я бы хотел сказать ещё несколько слов.

— Я вас слушаю, старейшина Гу! — сказал Цзюнь Мосе.

Гу Хань взмахнул рукой, и мощная энергия Ци полностью окутала всё пространство вокруг них.

Даже воздух стал неподвижен!

Когда Гу Хань взмахнул рукой, непроницаемая для звука сфера с радиусом в тридцать метров окружила их. Таким образом, он обеспечил конфиденциальность его разговора с Цзюнь Мосе.

Выражение лица молодого мастера вдруг переменилось и стало более серьёзным. Он понял, что Гу Хань собирается поговорить с ним о чём-то чрезвычайно важном, иначе он бы не стал так сильно осторожничать!

Глава 1206. Если хочешь подняться на небеса, то нужно стать достойным человеком!

После того, как Гу Хань закончил, он повернулся и пристально посмотрел на Цзюня Мосе. Его лицо выражало разные эмоции — сильную надежду и призыв к помощи.

Именно это увидел Цзюнь Мосе, человек с железным сердцем, у которого невольно вздрогнуло сердце.

— Я прожил две жизни, в общей сложности это почти пять тысяч лет… — Гу Хань горько улыбнулся и сказал: — В прошлой жизни самосовершенствование остановилось на уровне Шэнцзуна. Я не смог преодолеть громовой удар и от безысходности наложил на себя руки. Потом, во время перерождения, я нашёл эту знатную семью, вошёл в тело зародыша и родился. На сегодняшний день я достиг третьего уровня Шэнцзюна! Родители меня очень любили, поэтому в этой жизни меня назвали Гу Хань! Так я стал Гу Ханем! — Гу Хань невольно вздохнул, вспоминая с любовью свое детство и родителей.

Цзюнь Мосе кивнул, затем нахмурился и спросил: — Честно говоря, старейшина Гу, мне кое-что непонятно.

— Пожалуйста, говори, — мягко сказал Гу Хань.

— Когда я впервые встретил тебя в Священном дворце, ты знал всё о природе и звёздном небе! Казалось, что тогда твой уровень совершенствования был намного выше, чем сейчас… — заметил Цзюнь Мосе: — Но я не знаю почему сейчас твой уровень так сильно упал?

Цзюнь Мосе хорошо помнил, когда он встретился с Гу Ханем в тот день, то был увлечен его знаниями. И в то время каждое движение рук и ног Гу Ханя сопровождалось каким-то волшебством.

Он почти что познал законы неба.

Он достиг совершенствования потрясающего уровня!

Хотя Гу Ханя по-прежнему очень ценят, но он потерял «волшебство», которое ему было присуще тогда. Его уровень совершенствования настолько изменился, будто это два разных человека.

— Оказывается, ты заметил, — Гу Хань грустно улыбнулся, а затем холодно сказал: — Я не скрываю от людей свой уровень, учитывая, что мы сейчас сотрудничаем! Я достиг вершины четвёртого уровня Шенцзюня, и всего в одном шаге от следующей ступени! Такого уровня достиг только… Чжань Куан! Поэтому в это время я был безразличен ко всему. Самое главное — прорваться как можно скорее. Я не хотел ставить тебя в затруднительное положение. Я даже ничего не сказал о том, что ты почти разграбил Священный дворец. Потому что мне нужно пройти на следующий уровень и ничего меня не остановит! Цзюнь Мосе, ты знаешь, как называется такой прорыв? — улыбнулся Гу Хань.

— Как? — с интересом спросил Цзюнь Мосе.

— Избавиться от внешнего, наносного и вернуться к естественному, природному состоянию. Если хочешь подняться на небеса, то нужно стать достойным человеком! Совершенным мудрецом! — Гу Хань посмотрел серьёзно, медленно выговаривая слова, выражение его лица было наполнено почтением.

— «Если хочешь подняться на небеса, то нужно стать достойным человеком!» — пробормотал Цзюнь Мосе, что-то поняв для себя.

— Да, это самое главное! — торжественно сказал Гу Хань. — Ты должен запомнить! Это даст тебе преимущество в развитии. Именно это я узнал за две жизни! Хорошо это или плохо, но ты должен помнить! Ты! Должен стать достойным человеком! Будь искренним… простодушным человеком!

«Правильно. В этом мире слишком мало тех, кого действительно можно назвать „людьми“!» — подумал Цзюнь Мосе, и вслух продолжил: — На самом деле, независимо от того, что ты хочешь сделать, делай это хорошо! Если ты не можешь стать достойным человеком, разве можно говорить о других вещах?

— Верно! В этом истина! — восхитился Гу Хань. Он был искренне рад, что Цзюнь Мосе так быстро всё понял. — За нашими поступками наблюдают небеса! Три священных земли действительно зашли слишком далеко! Я был занят лишь совершенствованием себя и своими проблемами. Когда я приготовился нанести удар, появился Чжань Лунь Хуай. То есть Чжань Куан пришел на гору Тяньшен, — сказал Гу Хань, скрипя зубами.

Цзюнь Мосе вдруг осознал, что регресс Гу Ханя связан с Чжань Лунь Хуаем!

— Он украл иллюзию зыбучих песков, после чего последовало полное разрушение горы Тяньчжу. Мой дух сильно пострадал в тот момент! — уголки глаз Гу Ханя затряслись, казалось, что он вот-вот заплачет. — Я с полной отдачей совершал рывок вперёд, в моих мыслях творился полный хаос, и я был не в силах это сдержать. В мгновение мой уровень совершенствования упал до Шэнцзюня третьей ступени, и я с трудом остановился на этом!

— Прекращение движения вперёд означает начало движения вспять. Ты был потрясён в этот критический момент, но не стал зацикливаться на том, что стал никчёмным человеком. Считай, что ты очень силён духом! — Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, и, наконец, понял в чём проблема.

Неудивительно, что ощущения от Гу Ханя в этот раз, совершенно отличается от того, что было в прошлый.

— Хватит о личном, Цзюнь Мосе, теперь я хочу поговорить с тобой о деле! — выражение лица Гу Ханя внезапно стало серьёзным. Глядя на лицо Цзюня Мосе, он медленно сказал: — У меня есть несколько просьб, на которые ты должен согласиться!

— Пожалуйста, говорите! — торжественно сказал Цзюнь Мосе: — Если я могу это сделать, долг не позволит мне отказаться!

— Больше всего в жизни я хотел стать Шенцзюнем, затем прорваться сквозь эти границы, путешествовать по небу и покинуть вселенную, — Гу Хань медленно сказал: — Но все эти желания стали нереальными и несущественными! Теперь единственное, о чём я думаю — это полностью изгнать Чужаков! Но три священные земли неспособны это сделать! Я вынужден просить тебя об этом. Я знаю, что не имею права говорить это, но ты должен пожалеть людей континента и резиденции Злого Монарха! — Тебе не кажется, что ты слишком пессимистичен? — равнодушно сказал Цзюнь Мосе.

— Нет! Как и ты, я ясно вижу ситуацию! Три священных земли уже обречены! — Гу Хань закрыл глаза: — После этой битвы три священных земли погибнут! Всех потомков, все… Я могу поручить только тебе, Цзюнь Мосе!

Цзюнь Мосе испуганно посмотрел на Гу Ханя.

На лице Гу Ханя появилась спокойная улыбка: — Вне зависимости от того, выиграем или проиграем мы в этой битве, славное имя трёх священных земель навсегда исчезнет из этого мира! Мы уже решили, что умрем, защищая людей континента Суань! — сказав это, он слегка улыбнулся: –Когда-то ты сказал мне, что тот, кто будет просить у тебя о народе, умрёт. Надеюсь, сегодня я попрошу тебя в последний раз.

Цзюнь Мосе почувствовал, как внутри всё перевернулось.

Человек всегда преследует какую-то цель.

Три священных земли испокон веков придерживались убеждений, что нужно защищать людей и континент!

Это действительно высшая слава!

Именно ради этой славы они совершили слишком много ошибок, некоторые из которых привели к непоправимым серьёзным последствиям. Но они передавали это из поколения в поколение без обид и сожалений!

Они принесли большую жертву!

Ради иллюзорной славы, которая не известна многим людям!

Сегодня эта слава была окончательно разрушена Цзюнем Мосе. Когда они столкнулись с более могущественными Чужаками, они всё равно решили бесстрашно выступить вперёд, готовые ценою жизни смыть ошибки прошлых лет!

Грустно, но заслуживает уважения!

— Мы уже решили, что в этой битве все люди трёх священных земель должны пожертвовать собой, — спокойно сказал Гу Хань, как будто это само собой разумеющееся. — Мы не сможем увидеть, что станет с континентом и народом. Всё остальное дальше зависит от тебя! Я не осмелюсь требовать, чтобы ты заботился обо всём народе, но я хочу попросить тебя об одном… если возможно, убей всех Чужаков!

Цзюнь Мосе горько улыбнулся, этот старик действительно уважал его!

— Если честно, я не знаю почему, но испытываю к Чужакам невероятную ненависть! — Гу Хань нахмурился и внезапно странно улыбнулся: — Иначе, после того, как ты убил Ся Чантяня и остальных, ты бы увёл свои войска. И тебя бы не волновало, что станет с континентом, и что его захватят Чужаки. Такой уж у тебя характер. Но, я уверен, что ты сделаешь это для меня! Ты всегда был здесь! И не ради народа или славы Тянь Фа. Тогда… Интересно, почему ты так ненавидишь Чужаков? Это действительно любопытно!

— Они отвратительны, не так ли? Такая причина сойдёт? — уклонился от ответа Цзюнь Мосе.

Почему он ненавидит Чужаков? Он ответил на вопрос, как типичный разгневанный юноша.

Но в этом мире это невозможно объяснить.

«Как можно это объяснить? Кажется, это невозможно! Неужели я злюсь, потому что эти отвратительные Чужаки напоминают мне одну подлую нацию? Нацию, ненависть к которой не исчезнет, даже если казнить их всех казнью тысячи порезов?

Могут ли они быть хуже, чем японцы, совершавшие ужасные преступления во время войны? Может быть, мне это напоминает нанкинскую резню, в которой были убиты триста тысяч человек?

Я не могу объяснить, я могу только убивать! Убийство, твою мать, перевернуло все с ног на голову!

Кто бы знал, как я сожалел, что родился 70 лет спустя?!»

Глава 1207. Об этом я не буду напоминать!

— Омерзительные?! — Гу Хань сначала впал в ступор, а потом одобрительно рассмеялся: — С этим не поспоришь! Все они, действительно, омерзительные существа! И согласно этому доводу мы должны обязательно уничтожить их!

Гу Хань смог достичь уровня Шенцзюнь, а значит глупым человеком он точно не был, учитывая мудрость, знания и пережитый опыт, которые он накопил несколько тысяч жизни, разве он не понял, что Цзюнь Мосе говорит не искренне на сей раз? Однако до конкретной причины ему не было дело, самое главное, что Мосе всей душой ненавидит Чужаков, и хочет поскорее перебить их всех!

— Отныне, если трёх священных земель больше не станет, и в живых останутся только дворец Злого Монарха или лес Тянь Фа, ты будешь обязан поступать осмотрительно, — слова Гу Ханя звучали, как наставление младшему поколению, он говорил проникновенно и серьёзно: — Цзюнь Мосе, прошу тебя, не думай, что только люди способны творить зло, и что в этом мире только плохие люди совершают плохие поступки! Когда хорошие люди поступают плохо, как правило, они совершают тяжкие преступления, намного превосходя в своём коварстве и жестокости обычных негодяев! Попомни мои слова…

— В этих словах есть смысл! Можно даже сказать, что так действительно и есть на самом деле! — Цзюнь Мосе искренне вздохнул.

Когда нехороший человек делает что-то плохое, обычно он понимает, что совершает преступление, поэтому его гложет много страхов и сомнений.

Но когда хороший человек делает зло под видом доброго дела, это уже совсем другое. Значение этого поступка будет уже другим, потому что этот человек искренне считает, что делает благое дело! Он даже может гордиться этим! С таким настроем у него не возникает никаких сомнений, никаких страхов, он готов отдать все свои духовные и физические силы, только чтобы усовершенствовать свой план и сделать всё возможное, чтобы задуманное им обязательно осуществилось!

И всё окружение этого «хорошего и добропорядочного» человека слепо доверяет ему, пытается всячески содействовать ему… в то время как степень разрушения достигает уже катастрофических размеров!

У нас перед глазами есть прекрасный пример — три священные земли!

Если бы Цзюнь Мосе внезапно не появился в этом мире, привнеся в него новый свет, наверняка всё бы сложилось именно так, как было описано в пророчестве!

Многотысячелетняя история канула в лету!

Гу Хань горько усмехнулся. Похоже, что сейчас он думал в том же направлении, что и Цзюнь Мосе.

Только он промолчал, а Мосе бы и не стал говорить о таком вслух. Раз этот почтенный старец решил принести извинения самоубийством, зачем вспоминать дела прошедшие?

Хотя совершённая им ошибка была незабываема, однако исходный путь хорошего человека и плохого человека серьёзно отличаются. Так зачем отбирать у хорошего человека уцелевшие остатки его достоинства? Особенно тогда, когда он признал свой промах, и готов любой ценой искупить его!

— Перед смертью люди обычно не врут, и говорят только правду! Последнее, что я бы хотел тебе напомнить… После всего, ты обязательно должен установить жёсткий контроль над священными животными! — Гу Хань продолжал: — Большая часть священных животных леса Тянь Фа очень наивны, они не способны мыслить как люди. Внешне они очень милые, и самое важное — они прирождённые воины! Многие из людей хотят держать их при себе! А сейчас ты уже заручился доверием со стороны священных животных Тянь Фа, они верны тебе, никто уже не сомневается в этом! Но, как раз эта их особенность и говорит о том, что священных животных очень легко приручить. В этом твой успех, и то, чего ты должен сторониться. Когда в будущем они лишаться контроля со стороны трех священных земель, рано или поздно случится то, что священные животные начнут входить в контакт с людьми. И какие последствия могут возникнуть у этого процесса, очень трудно предугадать… Надеюсь, господин Цзюнь, вы поймёте мои слова правильно, и не расцените это как запугивание…

Цзюнь Мосе некоторое время размышлял, опустив вниз голову, после чего сказал: — Я могу пообещать, до того момента, как я покину этот материк, они не совершат ничего, чтобы выходило бы за рамки дозволенного.

— Конечно! Я уверен, ты сможешь гарантировать это. Если ты не сделаешь, ты будешь просто не Цзюнь Мосе. Но, что насчёт того, когда тебя не будет здесь? — Гу Хань спросил: — Ты сейчас сказал, что скоро тебе понадобиться покинуть материк. Возможно, той же дорогой, что и Первый Шао. Твои планы на будущее пока туманны, но ты не сможешь долго оставаться здесь. Значит, через сто или через несколько тысяч, или несколько десятков тысяч лет, но ты всё равно покинешь материк! После твоего ухода, кто возьмёт на себя ответственность за лес Тянь Фа? — Гу Хань кивнул в сторону армии священных животных: — Из-за надвигающейся угрозы ты увеличил силы воинов Тянь Фа до ужасающе высокого уровня! После твоего исчезновения, служившего для них в качестве уравновешивающего механизма, кто сможет держать под контролем настолько сильный и могущественных воинов? А ты помог прорваться нескольким десяткам тысяч воинов! Благодаря тебе материк, возможно, не станет обителью Чужаков, но вполне возможно, что он превратится в райский островок священных животных!

По выражению лица Цзюнь Мосе было непонятно, о чем он думал.

— Если представить себе самый трагичный исход и всех возможных… люди материка Суань станут для священных животных предметами пропитания, или просто игрушками! — Гу Хань мрачно произнёс: — Священные животные очень похожи на людей, не стоит этого отрицать! Но в то же время бесспорным остается то, что в душе они, всё-таки, дикие звери. Их пристрастие к войне обусловлено их врождёнными инстинктами, и это совершенно очевидно!

Цзюню Мосе было неприятно слышать это.

— Я говорю всё это не для того, чтобы ты сделал что-то… я просто хочу, чтобы ты никогда не забывал об этом! — Гу Хань равнодушно продолжал: — Если такое время действительно настанет… Ой, во всяком случае, будущее уже не имеет никакого отношения ко мне! Цзюнь Мосе спокойно ответил: — Если ты уже сейчас смог разглядеть это, говорить такое сейчас — ещё более бессмысленно! Гу Хань, ты говорил вполне разумные вещи. Но это касается будущего! Никто не может его предсказать! Говорить об этом сейчас — слишком преждевременно!

Гу Хань горько усмехнулся. Со слов Мосе он понял, насколько ревностно он относится к священным животным!

«Боюсь, для Злого Монарха лес Тянь Фа и все его жители намного дороже, чем населения всего материка вместе взятое!»

Это очень сильно удивило Гу Ханя. Ведь Цзюнь Мосе в душе такой же человек, как и он, почему у нет ни грамма солидарности? Этого он и после смерти не поймёт.

— Хорошо, я больше не буду вспоминать об этом вопросе, чтобы между нами не возникло недопонимания, — печально вздохнул Гу Хань.

— Как тебе будет удобно. У тебя всё равно никогда не получится изменить моё уже сложившееся по этому поводу мнение, — Цзюнь Мосе рассмеялся: — Поэтому я бы посоветовал тебе не тратить своё время на это и лучше поскорее заканчивать со своими напутствиями.

Гу Хань презрительно закатил глаза. Разговаривая с этим негодником, надо быть всегда готовым к тому, что рано или поздно он всё равно доведет тебя до белого каления!

— Почему ты так смотришь на меня? — Цзюнь Мосе заметил, что Гу Хань смотрит на него в упор, и невольно удивился: — Ты не думай, что я сказал это лишь для того, чтобы ты поскорее уже отправился в мир иной — нет, я уважаю твою точку зрения, и не говорю ничего против, но тебе снова что-то не нравится… Это ты, вообще-то, меня сюда притащил, чтобы я слушал твоюю болтовню. Болтовня болтовнёй, конечно, но сейчас ты молчишь… И что это значит? Так раздражает!

«Так раздражает?», — последние слова Мосе особенно обидели Гу Ханя: «Я тебя ещё и раздражаю? Ну ладно, скоро всё закончится».

— Ладно, мне всё равно скоро умирать. Я не стану опускаться на твой уровень! — Гу Хань сплюнул, намереваясь на этом закончить их разговор.

— А я вообще-то не говорил, что тебе скоро умирать, это ты сам так сказал! — Цзюнь Мосе недовольно фыркнул: — Какие ещё там у тебя предсмертные наставления, выкладывай побыстрее! У меня и так много дел! Я спешу!

У Гу Ханя перехватило дыхание от злости: «Вот сукин сын! Если бы не моя сила воли, я бы давно тебя отметелил!»

— Цзюнь Мосе, ты совсем не дорожишь своей жизнью! Неужто ты правда не веришь, что мы, священные земли, совершив столько преступлений, сможем проявить себя во всей своей красе, доблестно сражаясь в этом решающем бою? — сказал, едва дыша, Гу Хань.

Гу Хань высказал последние намерения трёх священных земель, по-прежнему надеясь получить искреннюю похвалу и восхищение от Цзюня Мосе. По крайне мере, в этом мире будет один человек, способный понять их правду.

«Пусть никто в мире не будет знать о том, что мы ответили за содеянное, но останется хотя бы один свидетель — Злой Монарх».

Всё, чего он хотел в данный момент — лишь одобрение Цзюня Мосе, и не более!

Потому что сейчас Цзюнь Мосе уже по праву считался одной из самых влиятельных фигур этого времени!

Он никогда бы не подумал, что Мосе настолько скупой на слова! Даже слова сожаления!

— К чему эти слова?! Если даже ты, действительно, погибнешь в этом сражении, я не буду считать это великой трагедией, — Цзюнь Мосе недолго подумал, и продолжил: — Гу Хань, никто не заставлял тебя участвовать в этой войне, разве не так? Ты хочешь добиться славы и уважения, пожертвовав своей жизнью, и это нормально. Потому что даже у меня нет стопроцентной уверенности, что я могу вернуться отсюда живым, ну и что с того? Ведь мы просто должны делать то, что должны. Пусть наша совесть будет чиста, разве этого недостаточно?

Глава 1208. Ваша смерть не должна быть напрасной!

Гу Хань на мгновение оторопел, а потом слегка улыбнувшись, сказал:

— Верно, Цзюнь Мосе, ты словно читаешь мои мысли.

Цзюнь Мосе сразу же продолжил: — Ты уже говорил, что в том случае, сели ты погибнешь, будущее для тебя необозримо. Если уж на то пошло, тогда зачем ты печалишься о том, что будет, когда тебя уже не станет? Я отдам все свои силы, не пожалею собственной жизни ради счастливого будущего материка и всего народа! Но тогда зачем мне размышлять о проблемах, которые ждут мир уже после моей смерти?

Гу Хань замер, нещадно чесав собственную бороду. Стоило только согласится с этим негодником, и он тут же погнал совсем не в ту сторону. От его слов то хочется плакать, то хочется смеяться, ну что за человек такой!

— К тому же ты собираешься погибнуть, отстаивая своё величие, подтверждая свою величественную репутацию, разве не так? — Цзюнь Мосе болтал без остановки: — В этом мире люди каждый день погибают из-за этого. Жена гульнула на сторону, муж остался с рогами, и, чтобы отвоевать своё достоинство, он пойдёт и устроит кровавую стычку с любовником жены, и в итоге погибнет разве не по причине отстаивания своего авторитета? Какая разница между тобой и ним? Поскольку все борются за своё достоинство, ради своего величия, чтобы их интересы не были нарушены, неужто между ними и тобой есть какие-то серьёзные различия? Тогда почему из-за твоей гибели стоит так горевать? Неужели, если я буду сожалеть о твоей кончине, ты в тот же миг станешь бессмертным?

Гу Хань был в такой ярости, что у него дрожала борода, тряслись руки, а лицо вообще посинело от злости. Если бы не это время и не это место, Гу Хань, наверняка бы вызвал Цзюня Мосе на смертельный бой!

«Это просто возмутительно! Мы, доблестные герои, собирающиеся распрощаться с собственной жизнью ради материка, в его устах стали ничем не лучше мужа, которому жена наставила рога! Это так обижает! Просто невыносимо!»

— ЦЗЮНЬ МОСЕ! — остервенело прокричал Гу Хань.

— Старейшина, кажется, вы теряете самообладание, — вежливо заметил Цзюнь Мосе.

— Это я теряю самообладание? Да иди ты знаешь куда со своим самообладанием! — Гу Хань громко и злобно прорычал: — Ты, наглый негодяй, который только и может оскорблять других людей! Ты и меня смог вывести из себя!

Нельзя не заметить, что сквернословие не было сильной стороной главы священного дворца. Хотя он покраснел от злости, он не позволил себе материться в разговоре.

Цзюнь Мосе только было открыл рот, как Гу Хань резко вытянул руку, останавливая его: — Нет! Даже не смей ничего говорить, пока я не закончу!

Цзюнь Мосе даже удивился: «Это что ещё за фокусы, почему он вдруг обратился ко мне на «вы»?»

— Кроме предстоящей войны, есть ещё одна причина для беспокойства — Чжань Лунь Хуай! Он по-прежнему жив! — Гу Хань часто и тяжело дышал, пытаясь прийти в себя и немного успокоиться. За три тысячи лет, кажется, он впервые так вышел из себя.

— Вне зависимости от того, что станется со священными землями после войны, ты должен найти Чжань Лунь Хуая! — Гу Хань, наконец, восстановил дыхание: — Девять зыбучих песков обладают большой ценностью для души. К тому же Чжань Лунь Хуаю удалось забрать с собой их в громадном количестве. Если ты встретишься с ним, будь очень осторожен! Ни в коем случае… не надо недооценивать его способности! Ты сейчас и представить не сможешь, насколько он может быть силен!

Цзюнь Мосе немного помолчал и сказал: — Премного благодарен!

— Благодарность свою засунь себе в… — Гу Хань снова раздражённо произнёс: — Я уже и так потратил много жизненной энергии из-за того, что ты меня разозлил…

— Однако я не знаю почему ты так возбуждён сейчас? — спросил Мосе.

Гу Хань беспомощно рассмеялся: — Я знаю, чего ты добиваешься. Хочешь, чтобы мой гнев вылился наружу, и я мне было бы легче принять смерть? Однако ты зря стараешься, у тебя ничего не вышло, — он тяжело вздохнул, и подавлено сказал: — История трёх священных земель насчитывает несколько тысяч лет, и сейчас приближается конец стараниям бесчисленного количества людей. Я стоял на страже священных земель пять тысяч лет! И священный дворец стал главной целью моей жизни. Сейчас гора Тяньчжу разрушена, дворец почти уничтожен, мои силы на исходе… я знаю, что мой жизненный путь должен скоро завершиться! Тебе необязательно что-то говорить. — Не заблуждайся! Я и не собирался тебя отговаривать! — Цзюнь Мосе немного помолчал, а потом сказал: — Я просто хотел попросить тебя об одном деле.

— Попросить меня? Это большая редкость, ну, говори! — сказал Гу Хань.

— Настрой сил священных земель, скажем начистоту, не слишком радужный. Гу Хань, посмотри на своих подчинённых, они все дёрганные и не собранные, в любой момент готовы распрощаться со своей жизнью! — Цзюнь Мосе холодно фыркнул.

— Верно, это они полны рвением пожертвовать своей жизнью ради победы! А что в этом неправильного? — недоумевая, спросил Гу Хань.

— Я не ставлю вопрос про вашу решимость, и не прошу вас отказываться от принятого решения, но пусть даже если вы готовы погибнуть в этом сражении, ваша смерть должна принести хоть какуюто пользу! — Цзюнь Мосе протянул руку, указывая на Гу Ханя: — Гу Хань, все твои люди, включая тебя самого придерживаются одного мнения на этот счёт. Тогда я спрошу тебя, сколько человек из священных земель поспешат тотчас же самоликвидироваться в начале сражения?

Гу Хань замер.

— Один только мастер уровня Шенхуана может с лёгкостью убить несколько сотен обычных Чужаков, несколько десятков Гуй Жэнов, даже может попытаться порешать несколько Ди Жэнов! И в итоге самоликвидироваться, зацепив при этом немалое количество врагов. Если совершать самоликвидацию в самом начале сражения, разве тебе не кажется, что это слишком большое расточительство? — Цзюнь Мосе спокойно сказал: — Если уж погибать, так с максимальной пользой для всех! Чтобы твоя смерть не была напрасной! Если ты можешь покончить с жизнью, перебив до этого несколько десятков тысяч врагов, так зачем умирать, убив всего лишь сотню? Раз вы решили погибнуть, как герои, так почему не принести максимум пользы своей смертью?! Поэтому я прошу вас вступить в войну, при этом приведи в порядок свое душевное состояние! И совершать самоликвидацию лишь тогда, когда других шансов не останется!»

В глазах Мосе появился мрачный пронзительный свет: — Не надо считать меня злым и жестоким! Я говорю так не только тебе, я говорил то же самое своим братьям, и самому себе! Потому что это не только ваша война, это наша общая война! На войне может погибнуть кто угодно! Могут погибнуть все наши люди, и останемся только мы, и также мы можем оказаться убитыми, а все останутся в живых! Никто не может знать этого наверняка! Успех зависит от стараний человека, а как распорядится судьба — мы узнаем через несколько дней! Старейшина, ты прожил пять тысяч лет, и, я уверен, понимаешь это лучше меня! Война есть война, никто никогда не говорит: «В этом сражении нельзя погибнуть, а вот в этом можно и умереть», есть разница лишь в том, что можно погибнуть быстрее остальных, умереть первым! Поэтому не надо перепоручать на меня свои дальнейшие дела. Возможно, я даже не переживу этот бой, и ещё ты, старейшина, будешь хоронить моё тело. Эм, или, возможно, от моего тела вообще ничего не останется, потому что я перед своей смертью постараюсь зацепить как можно больше врагов! Чтобы облегчить твою и без того тяжёлую ношу! Я надеюсь, и ты поступишь для меня также. Или, по крайней мере, вы все не станете взрываться, как новогодние хлопушки, только чтобы показать грёбанное «величие трёх священных земель»! Если бы я хотел услышать грохот и увидеть дым, не пришёл бы сюда! — Цзюнь Мосе холодно посмотрел на Гу Ханя, и спокойно продолжил: — Поэтому я прошу тебя: не надо глупо и бессмысленно взрываться впустую! Потому что если вы изберёте именно такой способ прощания с жизнью, я никогда не буду уважать вас за это, ни одного из вас! Если после победы в этой войне ты покончишь с собой, чтобы принести свои извинения, я не буду останавливать тебя. Но шансы на победу в этой войне так туманны… Прошу вас всех — сражайтесь изо всех сил, не надо думать об немедленной самоликвидации! Ты понял?!

Гу Хань пришёл в окончательное оцепенение.

Да, его люди считали эту войну безнадёжной, поэтому и приняли решение героически пожертвовать своей жизнью.

Однако, как можно не согласиться со словами Цзюня Мосе? С какой стати они могут быть уверены в том, что Цзюнь Мосе, армия Тянь Фа и бойцы дворца Злого Монарха не погибнут в этом сражении?

Гу Хань словно очнулся после долгого сна!

Он был настолько пессимистично настроен, что начал передавать все свои полномочия Цзюню Мосе, чтобы просто спокойно умереть? Насколько это безответственно и эгоистично?

— Оказывается… оказывается, я заблуждался! И чуть было не совершил огромнейшую ошибку! — Гу Хань пристыженно ахнул.

«Я думал только о своей шкуре! И при этом чувствовал себя доблестным героем, как это глупо! Не разу не обратив внимание на своих людей!»

— Умереть, на самом деле, совсем не страшно и очень просто: лёг, закрыл глаза, и всё кончено! Однако в мире сейчас есть очень много вещей, которые намного страшнее смерти! — Цзюнь Мосе беззаботно сказал: — Ни в коем случае не думай, что смерть может одним махом решить все проблемы, так поступают только трусы! И сейчас вы именно такие трусы, которые бегут от проблем и ответственности, сгорая от нетерпения, чтобы побыстрее сдохнуть!

Гу Хань весь вымок от пота, чувствуя, как его сердце стало биться, как одуревшее.

— Если тебе больше нечего сказать, то, я думаю, наш разговор можно закончить на этом. Есть много дел, которые требуют моего вмешательства! И, старейшина Гу, я искренне надеюсь, что ты сможешь успокоиться, и умерить пыл твоих трусов, которые жаждут поскорее умереть. Приведи их в чувства!

Глава 1209. Последняя просьба Гу Ханя!

Цзюнь Мосе холодно добавил: — Гу Хань, старейшина Гу, я хочу попросить вас запомнить единственное: начиная с этого момента, я больше не хочу слышать такие слова, как «я хочу умереть»! Если же я всё-таки услышу такие слова, я немедленно удовлетворю желание этого человека! Ему не понадобиться ждать встречи с Чужаками, чтобы совершить самоликвидацию. Я сам прикончу его! Без всяких боли и мучений, и намного безболезненнее, чем при самоликвидации, даже оставлю целый и нетронутый труп! — Цзюнь Мосе медленно повернулся и произнёс, находившись спиной к Гу Ханю: — Возможно, вы ещё не осознали до конца, как сильно подрывают боевой дух солдат такие слова, и, возможно, вы считаете, что это очень по-геройски, и это трогает до слёз! Но для меня люди, которые говорят подобное — преступники без права на помилование! Муж, которому изменила жена, погибнет, но погибнет лишь он один! Ваше же решение может забрать в могилу множество моих братьев! Хэ-хэ, столько Шэнцзуней и Шенцзюней, окончательно потеряв надежду, покончили с собой, тогда что должны делать мы, обладающие ещё меньшими силами? Продолжать сопротивление ещё имеет смысл? Сам подумай, разве кто-нибудь будет раздумывать над этим? И сколько же будет таких людей?! — Цзюнь Мосе с насмешкой продолжил: — И не надо считать, что, говоря так, я оскорбляю кого-то из вас или обижаю ваши души! На самом деле, это ваша легкомысленная идея с самоликвидацией даже хуже смерти мужей, которым изменили их жёны. По крайней мере, я считаю, что у них хотя бы есть мужество и благородство, у вас же это попросту отсутствует! Вся эта ваша тысячелетняя слава и ваше величие, защищая которые вы хотите покончить с собой, на самом деле, такая чушь! — Цзюнь Мосе сделал два шага, и тихонько постучал по невидимой перегородке, которая блокировала пространство: — Старейшина Гу, мне что самому надо разрывать вашу пространственную блокировку, чтобы выйти отсюда?

— Пожалуйста, подожди немного! У меня есть последняя просьба, которую я бы хотел поручить тебе, господин Цзюнь, — когда Гу Хань обернулся, Цзюнь Мосе испугался. За этот короткий промежуток времени, все волосы на его голове полностью побелели!

Когда он увидел Гу Ханя в первый раз, у него были чёрные, как смоль, волосы, и он выглядел как человек средних лет. Во второй раз, встретившись на горе Тяньчжу, Гу Хань уже серьёзно подорвал свою жизнеспособность, и его голова стала наполовину седой, на лице появились морщинки, он выглядел значительно постаревшим.

Однако сейчас, по прошествии всего нескольких дней, все волосы на голове Гу Ханя приобрели чисто-белый цвет!

Этот старый Шенцзюнь менее чем за неделю подвергся такому внушительному стрессу! Сначала пал Священный дворец, оберегавший его на протяжении всех его многочисленных жизней, потом разрушилась гора Тяньчжу, служившая природным разделом между двумя материками. Его убеждения и вера в один миг ослабли, и почти полностью улетучились!

В одночасье он лишился самого дорогого в своей жизни!

Однако это было ещё не всё! Его Суань, которой он гордился всю свою жизнь, в решающий момент прорыва внезапно подвела его, значительно уменьшившись в своих размерах!

Если бы неудачи заканчивались на этом, возможно, он бы ещё смог справиться со всем этим!

Однако после этого он узнал о том, что пять тысяч лет, которые он потратил на Войну за Небеса, защиту священных земель, на самом деле всё это — одно большое заблуждение! Такой удар разбил его в пух и прах!

Его единственным желанием стало умереть, погибнуть вместе со своими заклятыми врагами, Чужаками.

Но сейчас он узнал, что такой способ умереть, не более, чем трусливая попытка побега! Ничем не лучше глупой смерти мужей, которым жены наставили рога!

Гу Хань был полностью сломлен!

Его Суань в этот момент трещала по швам, и больше не могла поддерживать моложавый облик, в одно мгновение он постарел на несколько тысяч лет!

Но Цзюнь Мосе считал, что есть и другие причины такого изменения!

Ни Гу Хань, ни легендарный У Шань Ю не должны быть настолько слабыми.

— Напоследок я хотел бы попросить тебя о личном, — Гу Хань очень долго молчал. Цзюнь Мосе уже почувствовал, что теряет терпение, как вдруг Гу Хань, дрожа всем телом, повернулся. Его глаза блестели от слез: — Умоляю тебя позаботься о Цяо Ин! Бедная Цяо Ин, из-за своего дара провидения она ещё маленькой девочкой попала в Священный дворец, и провела там несколько тысяч лет в одиночестве! Хотя сейчас она уже в почтенной возрасте, она навсегда застыла в возрасте маленькой неумелой девчушки… Обычные женщины обретают своё счастье, у них есть муж и дети… а у Цяо Ин же ничего нет! Она пожертвовала абсолютно всем ради Войны за Небеса, ради священных земель! Я хочу, чтобы ты взял её на попечение, — Гу Хань жалобно посмотрел на Цзюня Мосе, в его глазах застыла мольба: — Я надеюсь, ты сможешь позаботится о ней. Если… после Войны она останется в живых, надеюсь, она сможет найти себе пристанище, и она обязательно найдёт своё счастье… счастье, о котором мечтает каждая женщина! Цзюнь Мосе молчал, потому что думал, что Гу Хань ещё не закончил, и у него есть еще другие поручения, однако Гу Хань замолчал, на его лице был раздосадованный и горестный вид.

— Мне интересно, кроме близкого окружения Цяо Ин, кто-нибудь ещё знает о её даре провидения, и хоть вообще понимает, что это, на самом деле, такое… — Цзюнь Мосе равнодушно сказал: — Вообще это не такой уж и редкий дар. Среди народа часто ходят рассказы о маленьких детях, которые видят нечто странное… однако через какое-то время эта врождённая особенность постепенно исчезает! — он откашлялся: — Как вы заметили Цяо Ин? Совпадение?

Гу Хань задрожал, и очень долгое время ничего не говорил, он смотрел в пустоту, его безжизненные и тусклые глаза налились кровью. Он закрыл глаза, и, наконец, осмелился заговорить: — Потому что настоящий отец Цяо Ин не был обычным человеком, она… она… она — моя дочь!

Цзюнь Мосе предполагал такой исход, но всё равно вздрогнул от испуга!

Поэтому старик так переживал за Цяо Ин. Ещё когда она попала в лагерь армии Тянь Фа, Цзюнь Мосе заметил что-то странное, потому что тогда Гу Хань как бы выдохнул с облегчением.

Однако он и предположить не мог, что Цяо Ин окажется его дочерью! Потому что между ними слишком большая разница в возрасте!

— Испокон веков любовь была очень сложным чувством. Когда я попал в священный дворец, моя жена уже как двести лет была мертва, — Гу Хань горько произнёс: — В моей жизни был период, когда сутки напролёт я тосковал по ней, часто видел во сне, я жил в полном одиночестве на вершине горы, тихо вспоминая о былых временах… Тогда я и заметил, что благодаря упорной и самоотверженной любви к жене, мои силы прилично возросли, рубежи, которые в обычной жизни я не мог преодолеть, теперь же были успешно пройдены мной. Потому в то время в моем сердце не было ничего, кроме любви к покойной жене! Но моя душа была чиста, уровень моего совершенствования стремительно рос, сердце должно быть наполнено любовью…

Цзюнь Мосе тихо вздохнул, догадываясь о том, что будет сказано после.

— Через тысячу лет моё сердце превратилось в высохший колодец. Мои силы тоже перестали расти, очень долгое время, не подавая никаких признаков для прорыва. Я думал, терпение и труд всё перетрут, но прошло ещё несколько столетий, а моё состояние никак не поменялось. Я вспомнил о тех временах, когда я тосковал по жене, и моё совершенствование непрерывно крепчало. Но к тому времени прошло уже полторы тысячи лет с момента её смерти, воспоминания стали туманными и нечёткими… и уже больше не вызывали грусти и скорби… — печально сказал Гу Хань. — Поэтому тогда у меня возникла мысль, а что если снова вернуться в социум, снова попробовать что-то почувствовать?

Цзюнь Мосе вздохнул, не понимая, должен он осуждать или поддерживать Гу Ханя за это.

Такая ситуация совсем не редкость. Некоторые люди прорываются благодаря ненависти, некоторые с помощью женщины, некоторых мотивирует кровожадность и жестокость. Единственное остаётся неизменным — если ни какие-то внешние факторы или силы, мастер не сможет добиться особенных результатов в совершенствовании.

Хотя Гу Хань решил прорываться посредством чувств. Это не считается чем-то необычным или из ряда вон выходящим.

— Именно так! — Гу Хань кивнул головой: — К тому времени я уже жил свою вторую жизнь, и как Гу Хань прожил тысячу семьсот лет, но из-за впечатляющего уровня совершенствования я изменился до неузнаваемости. Вернувшись в мир людей, я очень быстро нашёл себе подходящую кандидатуру, — Гу Хань печально вздохнул: — Я рассчитывал найти чувство скорби и печали, поэтому нашёл обычную девушку с заурядными природными данными, которая даже не обладала силой к совершенствованию, её звали Цяо Циньи. Она была красивой и доброй девушкой. Но от рождения слабая здоровьем… Я… я… — Гу Ханю было очень трудно говорить: — Она искренне полюбила меня, отдавая мне все свои чувства, а я лишь спокойно ждал, когда она умрёт… Это чувство… не передать словами… Через несколько лет она родила мне дочь, такую же слабенькую и болезненную, а потом через два года она скончалась. Перед смертью она схватила мою руку, и сказала, чтобы я обязательно позаботился о нашей дочери… напоследок она сказала мне одну фразу, которую я помню до сих пор. Когда я вспоминаю её слова, у меня по-прежнему щемит сердце, и тягучая боль разрывает его на части… она сказала: «Я знаю, ты незаурядный человек… я ни в чём тебя не виню… Я была очень счастлива прожить с тобой вместе несколько лет, мне хватит этого на всю жизнь…»

Гу Хань вдруг заплакал, почти захлёбываясь слезами! Цзюнь Мосе тяжело вздохнул: «Ещё одна несчастная женщина!»

Красавицы всегда имеют несчастную судьбу. Гу Хань был так жесток. Хотя он сам поплатился за это, но это всё равно очень жестоко! Пусть он получил желаемое, но угрызения совести остались с ним навечно…

Глава 1210. Крайне противоречиво!

Удивительно, что несмотря на проницательную женскую интуицию, эта женщина не замечала ничего необычного в своём муже! Но больше всего поражает тот факт, что она никогда ничего не требовала от него, скрывая свои эмоции глубоко в своём сердце. Она боялась, что если скажет что-то, то может разрушить их крепкий и неразлучный союз!

Ей было вполне достаточно того, что она смогла провести несколько лет своей жизни с любимым человеком…

Единственное, что беспокоило её — их дочь…

Возможно, как раз её искренняя любовь и терпимость заставили Гу Ханя страдать из-за содеянного вплоть до сегодняшнего дня?

Чистота и искренность её чувств мучили Гу Ханя несколько тысяч лет, он никак не мог позабыть об этом! Тем более, когда у него осталось вечное напоминание об этом в виде Цяо Ин…

— Сначала я хотел отдать Ин родственникам, чтобы она жила как обычный человек, и ни в чём не нуждалась, однако вдруг я заметил, что она обладает даром провидения! — Гу Хань тяжело вздохнул. Он долго молчал, а затем продолжил: — В те времена благодаря своему искусству становится невидимыми, Чужаки нанесли нам невообразимый урон… и тогда я… тогда я…

— И тогда ты привёл свою дочь в Священный дворец, используя её как спасительно средство для всего народа. Ты заточил собственную дочь в настоящую тюрьму, тем самым лишив её простого человеческого счастья! Действительно, отличный отец, просто самый лучший! Десять из десяти! — невозмутимо и дерзко ответил Цзюнь Мосе.

На самом деле, молодой мастер мысленно печально вздохнул: «Три священные земли… Сколько они, в конце концов, принесли жертв ради этой грёбанной Войны за Небеса? И жертвы их не ограничиваются человеческими жизнями, ведь им пришлось пожертвовать своими родственными отношениями, любовью, и многим другим! Они дураки? Или благородные глупцы? Заслуживают ли они уважения? Или осуждения?»

В эту минуту Мосе чувствовал, как в голове, да и в сердце у него всё перемешалось. Как отца, он осуждал Гу Ханя за этот поступок, но кроме этой, других подходящих причин для порицания он не нашёл!

Он не знал, как правильно оценить эти чувства! Подвергнуть критике или же, наоборот, выразить поощрение…

Цзюнь Мосе совершенно не понимал, как он сейчас относится к Гу Ханю…

Гу Хань был, наверное, единственным человеком за обе жизни Цзюня Мосе, который вызвал у него такие противоречивые чувства!

Он ненавидел его? Да, он ненавидел. Он презирал его? Да, презирал. И наряду с этим где-то в глубине своей души он восхищался им, уважал его! Будучи на месте Гу Ханя, Цзюнь Мосе бы никогда не решился на подобную жертву!

Даже если бы от этой жертвы зависела безопасность всего мира, Цзюнь Мосе всё равно бы не согласился!

Он был не таким безжалостным, как Гу Хань, и не настолько трепетным, как Гу Хань. Ведь Гу Хань был безжалостен по отношению к своей семье, и трепетен в отношении вопросов, связанных с благополучием материка. Цзюнь Мосе был его полной противоположностью!

Гу Ханя нельзя было назвать бездушным или бессердечным, ведь он искренне переживал за благополучие материка и всего народа! Его также нельзя было назвать образцом морали и благородства, ведь он спокойно наблюдал за тем, как его жена умирает, и своими руками сделал из собственной дочери оружие для Войны за Небеса!

Он со всей искренностью и серьёзностью служил на благо мира и народа; но при этом был безжалостен к своей семье, променяв их на славу и карьеру!

Если бы вас попросили дать оценку такому человеку, что бы вы ответили?

— Я думаю… если у Цяо Ин фамилия её матери, значит, она до сих пор ничего не знает о своём настоящем происхождении, не так ли? И тем более не догадывается о том, насколько знаменит и влиятелен её настоящий отец? — строго спросил Цзюнь Мосе. Учитывая каким влиянием и возможностями обладает Гу Хань, выдумать другую биографию для Цяо Ин для него должно быть не составило большого труда!

— Разумеется, она ничего не знает…как я мог позволить ей узнать об этом… — полным боли и печали голосом сказал Гу Хань: — Я и так много задолжал ей и её матери… — Могу сказать Цяо Ин. Она бы гордилась таким отцом, как вы! — с иронией произнёс Мосе: — Ведь вы пожертвовали действительно всем, что у вас было, ради священных земель! Вы даже использовали любовь как двигающую силу для своего совершенствования, свою дочь превратили в военный инструмент, отдали на это всю свою жизнь… Ой, нет, даже обе свои жизни! Восхищён, я искренне восхищён!

Гу Хань до скрипа стиснул зубы, его лицо покоробилось от судорог. Кажется, сейчас ему было невыносимо тяжко на сердце. Внезапно он прошипел: — Думаешь за обе свои жизни мне никогда не хотелось, чтобы моя единственная кровиночка, моя дочь, нашла своё место в жизни? Чтобы она жила обычной спокойной жизнью, и никогда ни в чём не нуждалась? Думаешь, я не хотел, чтобы она была счастлива? Я хотел! Я очень хотел этого! Но… если бы я сделал так, что было бы с материком? Без помощи дара провидения Цяо Ин, мои братья так бы и продолжали умирать один за одним! Все они были бы вынуждены погибнуть, как герои, вместе со своими врагами-Чужаками? А потом мои братья бы кончились, а Чужакам нет числа! Они бы захватили весь материк, и что бы стало с моей дочерью? Да! Я поступил подло, я пожертвовал счастьем собственной дочери, но знаешь ли ты, сколько раз моя дочь спасала священные земли от полного разгрома? — Гу Хань сжал кулаки на обеих руках: — Они же мои братья! Они — мои руки и мои ноги! Неужто моя дочь могла спокойно наслаждаться жизнью, когда мои братья продолжали напрасно умирать?

— Да! В том, что вы сказали, нет ни единой ошибки! Однако единственное, чего я никогда не смогу принять, так это то, что вы повесили такое гнетущее и тяжёлое бремя на женщину! — серьёзно сказал Цзюнь Мосе: — Тогда для чего в вашем мире нужны мужчины?! Эти ваши «братья» спокойно наслаждались всеми благами жизни, у них были жёны-красавицы и кучи детей, партия за партией! Чего же вы не упоминаете об этом? Они получили такую жизнь, о которой обычные люди могли только мечтать! Если бы они и погибли в бою, в этом не было бы ничего противоестественного! Но нет, вы же заставляли свою дочь столетие за столетием вести однообразную, лишённую всяких красок жизнь! Насколько жестоки вы были? В конце концов, в этом мире царит мужское превосходство! Мужчины наряду со своими привилегиями, обладают ещё и соответствующими обязанностями, вы помните об этом? Если бы женщины взяли на себя все мужские обязанности, будь у ваших этих братьев хотя бы немного совести, они бы уже давно покончили с собой! А не наглым и циничным образом использовали бы особый дар одной женщины, чтобы более лёгким способом добиться победы, а потом овладеть ослепительной славой и величием! Такая победа на самом деле отвратительна! Грязная и подлая! — Цзюнь Мосе повысил голос: — Пусть вы сделали много для материка, но за некоторые поступки вам всё равно должно быть стыдно! Если у вас есть хоть немного мужества, вы должны чувствовать стыд за безопасность, полученную такой ценой! Война всегда была мужским занятием! То, что на поле боя каждый раз погибают тысячи, даже десятки тысяч мужчин — это совершенно нормально! Но вы отправили на войну женщину, возложив на неё такой тяжкий груз, при этом лишив её всех прелестей жизни! Ваша совесть ещё чиста после этого?

Цзюнь Мосе — ярый приверженец мужского шовинизма!

«Война — занятие для мужчин, с какой стати женщины должны приносить себя в жертву ради этого? Неужели могут вести спокойную и разгульную жизнь, прикрываясь подолом женской юбки? На такое согласны только никчёмные мерзавцы! Трусы и слюнтяи!»

Поэтому, услышав о том, что Гу Хань принёс жизнь своей дочери в жертву ради победы в войне, Мосе взорвался, как новогодняя хлопушка! Никакого снисхождения!

По мнению Гу Ханя, он ни в чём не виноват, и заслуживает похвалы за свой поступок. Однако Мосе никогда не примет этого!

Цзюнь Мосе очень вспыльчив! Но он всегда говорит то, что думает на самом деле!

Если бы кто-нибудь сказал Цзюню Мосе, что для мира во всём мире ему следует принести в жертву Мэй Сюэ Янь или какую-ту другую из его женщин, он бы немедленно прикончил этого человека!

Гу Хань растерянно слушал осуждение и упреки Цзюня Мосе, но так ничего не ответил ему.

Спустя довольно долгое время, он наконец вздохнул и произнёс:

— Сейчас уже неважно, было моё решение правильным или нет, это уже сделано! Сейчас Ин находится у тебя, и она в безопасности. Я доверяю её тебе! Судьба сама рассудит, кто выживет, а кто погибнет в этой войне! Но если она выживет, я надеюсь, ты сможешь позаботиться о ней!

Цзюнь Мосе усмехнулся: — Сейчас ты вдруг вспомнил, что она на самом деле твоя родная дочь? Через несколько тысяч лет у тебя вдруг проявилась отеческая любовь? Когда тебе осталось совсем немного до смерти, ты внезапно вспомнил о самом родном для тебя в этом мире человеке? Гу Хань, ты такой лицемер!

— Пусть лицемер! Пусть подлец! Без стыда и совести! Называй меня, как хочешь! — Гу Хань снова рассердился: — В конце концов, кровь гуще воды, и это факт!

— С этим не поспоришь! Но я, Цзюнь Мосе, с какой стати должен выполнять твой отеческий долг? Почему я должен заботится о твоей дочери? — Цзюнь Мосе строго сказал: — Это твои проблемы, вот и решай их сам!

— Я хочу, чтобы ты взял её в жёны! — Гу Хань резко повернулся, и ухватился за подол платья Цзюня Мосе. Стиснув зубы, он сказал: — Женись на ней! Позаботься о ней! Я видел, за все эти несколько тысяч лет, только с тобой она вела себя не как, со всеми остальными!

— Смеёшься? Она мне безразлична, зачем мне жениться на ней? — Цзюнь Мосе усмехнулся: — В этом мире каждая вторая небезразлична ко мне, и что? Мне на всех них жениться теперь?!

— Мне плевать на остальных! Ты должен позаботиться о моей дочери! — Гу Хань сделал два жадных вздоха, а потом с хитрой улыбкой произнёс: –Цзюнь Мосе, я всё сказал! Ты думаешь, я не знаю, что ты падок на женскую красоту? Чего стесняться, мы оба мужчины. Я понял это сразу, когда впервые увидел тебя в Священном дворце, я помню, как ты смотрел на неё! На всём белом свете ты единственный, кто подходит моей Ин!

— Конечно, я люблю женщин! А какой мужчина не любит? — Цзюнь Мосе не стал ничего отрицать, однако очень строго сказал: — Я хотел лишь позабавиться, я и не думал жениться на ней! Не буду говорить больше, она, всё-таки, ваша дочь, но я тоже всё сказал: не женюсь — значит, не женюсь!

Глава 1211. Прибытие подкрепления

Говоря, Цзюнь Мосе указал на руку Гу Ханя, которая схватила подол одежды, и сказал: — Отпусти!

— О чём ты говоришь? Ты шутишь? — Глаза Гу Ханя мгновенно стали блестеть опасностью. Он пристально уставился на Цзюня Мосе, а тот вызывающе посмотрел на него с усмешкой.

Но Гу Хань вдруг рассмеялся, отпустил руку и легко сказал: — Раз ты решил поиграть, давай играть! Что мне остаётся делать, если мне велит сам Злой Монарх!

Цзюнь Мосе был ошеломлён. На самом деле он не думал, что Гу Хань так ответит, поэтому он не сдержался и разразился бранью: — Чёрт тебя побери! О чем, твою мать, ты говоришь? Это твоя дочь! А ты играть собрался?

— Разве хозяин резиденции Злого Монарха не понял? — улыбнулся Гу Хань. — Мне сейчас нечего сказать, тем более я не буду продолжать злить тебя. И ещё кое-что: она не моя дочь. Пожалуйста, помни, она никогда не должна узнать об этом! Это моя последняя просьба к тебе!

После того, как Гу Хань закончил говорить, внезапно пространство разблокировалось. Между двумя мастерами трёх священных земель оставалось пару шагов. Хотя он был полностью седым, выражение его лица стало более расслабленным!

Его внешний вид постепенно менялся, и он вдруг стал совершенно другим человеком. Хотя он ещё полностью не восстановился до того состояния, в котором его увидел впервые Цзюнь Мосе, но он уже не был тем дряхлым стариком!

Прав он или нет, но он только что объяснил Цзюню Мосе достижения и промахи своей жизни. Если он ошибался — то он всё равно охранял континент на протяжении тысячелетий! Если он прав — то он уже сделал слишком много неправильных вещей!

Но сейчас всё это не имеет значения! Единственное, что имеет значение — это битва.

Гу Хань презрительно фыркнул, когда говорил с Цзюнем Мосе. Если Злой Монарх оказался таким безответственным человеком, Гу Ханю ничего не оставалось, кроме как признать, что он ошибся!

Как он сказал раньше: «Я не понимаю то, что ты делаешь!»

Цзюнь Мосе не знал, как себя вести с человеком, который в течение секунды переходит от крайней ответственности к крайней безответственности!

«Чёрт возьми, что он делает! Что он за человек!»

Но Цзюнь Мосе понимал, что все страдания, чувство вины и переживания Гу Ханя полностью исчезли, когда он освободился из заблокированного пространства!

Потому что он всё переложил на него! Гу Хань действительно не хотел больше жить!

Три священных земли обречены исчезнуть в этой войне и остаться лишь в анналах истории! Сейчас это их единственное стремление и самая большая мечта! Они не передумают даже если сам Цзюнь Мосе опуститься на колени и будет умолять их.

Они уже почти мертвы! Цзюнь Мосе не может помешать их гибели, не говоря уже о том, что и не хочет!

Как он сказал ранее, Чужаки должны успеть обломать о них зубы! Это единственное требование Цзюня Мосе. Для этого требуется либо хладнокровие, либо жажда выгоды, либо жестокость. Однако это единственное требование, которое он мог выдвинуть!

Только таким образом у него есть преимущество в этой битве! Только этим он ответственен за континент Суань!

Цзюнь Мосе оказался в сложном положении, зная, что эти мастера при встрече с врагом уничтожат себя и их! Мужчины во время войны живут свободно, а умирают героями! Они живут по совести и спокойно, осознавая свою правоту! Даже если они, в конце концов, превратятся в пепел, их героический подвиг не забудут!

Вот что значит мужчина!

Они достойны называться мужчинами!

Это требование Цзюня Мосе относилось не только к трём священным землям, но и к его подчинённым, всем воинам Тянь Фа и самому себе!

Где-то вдалеке вдруг раздался грохот.

Наконец, прибыло подкрепление Тянь Фа!

Все летающие священные животные седьмого уровня и выше послали войска. Хотя их силы были на исходе и им требовался отдых, но, в конце концов, в этот критический момент было переброшено большое количество воинов.

Когда прибыл Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь считала войска.

Цзюнь Мосе получил хорошие новости: помимо клана птиц Пэн и клана обезьян, которые не обладают большой мощью, на место прибыли кланы львов, леопардов, орлов и волков. В общей сложности двадцать тысяч солдат, по пять тысяч воинов из каждого клана уже были на месте! Это значительно увеличило их ослабшую боевую мощь!

На данный момент общая боевая мощь Тянь Фа достигла тридцати четырёх тысяч воинов, а трёх священных земель — семь тысяч. Общее количество бойцов достигло сорока одной тысячи. Самый низкий уровень, который был у мастеров, это Почтенный мастер. Все солдаты были полностью готовы к бою!

В полдень во главе с Гу Ханем и Мо Вудао солдаты трёх священных земель, разделённые на десять отрядов по семьсот человек, прибыли в лагерь Тянь Фа, выражая согласие на руководство Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе не стал отказываться и принял их войска.

Неважно, какие у них были недомолвки и вражда, в данный момент они — товарищи по оружию.

Единственным исключением стали пять человек, которые изначально следовали за Ся Чантянем, они не хотели объединяться с другими мастерами трёх священных земель и держались в стороне. Как бы Гу Хань не играл на эмоциях, обращался к здравому смыслу, осуждал их поступок, они не изменили свои намерения.

«Мы обязательно будем участвовать в этой разрушительной битве, но мы никогда не будем с вами! Не вмешивайтесь в нашу жизнь и смерть. Когда у нас был конфликт, вы стояли в стороне, почему сейчас я должен слушаться вас? Тем более мы не позволим, чтобы нами командовал враг…»

Хотя они не сказали об этом прямо, их выражения лиц и действия отчётливо это показали.

Цзюнь Мосе это просто проигнорировал, и даже остановил тех, кто собирался их уговаривать. Пусть делают что хотят, никто не станет их останавливать, даже если они захотят уничтожить себя. В любой момент может начаться широкомасштабная война с участием сотен тысяч людей. Несколько человек не играют большой роли!

«Вы думаете, кто-то будет справляться с вашими капризами? У меня нет на это времени!»

Владыка Дворца Бессмертных… или, следует сказать, бывший владыка — Мо Вудао — пришёл с мрачным лицом, но ничего не сказал. Он просто многозначительно посмотрел на Цзюня Мосе.

К сожалению, у Цзюня Мосе не было на него времени. Сейчас его многозначительные взгляды не имели значения!

Зато Цзюнь Мосе очень радушно говорил со стражем поля битвы:

— Старейшина Лэнтун, давно не виделись! Как ты с нашей последней встречи?

Лэнтун горько улыбнулся и взволнованно сказал: — Господин Злой Монарх, ты, действительно, быстрее всех. Я восхищаюсь тобой!

Конечно, он говорил не о скорости передвижения Цзюня Мосе, а о его развитии.

Цзюнь Мосе действительно развивался с удивительной скоростью. Даже Первый Шао из подземного мира не был способен на такое. А тут какой-то юноша, не достигший двадцати лет, достиг легендарного четвёртого уровня Шенцзюня. Не говоря уже о том, что три года назад он был обычным парнем!

Цзюнь Мосе улыбнулся и искренне сказал: — Старейшина Лэнтун, я хотел поблагодарить тебя. Я постоянно вспоминаю тот день.

Лэнтун улыбнулся и ответил: — За что? Я всего лишь действовал сообразно обстановке. Я уверен, если бы у меня не было такого выбора, ты успешно бы вышел из той ситуации сам и совсем бы не пострадал. Кроме того, в то время ты уже взял верх, ха-ха…

— И всё-таки я в долгу перед тобой, — Цзюнь Мосе улыбнулся, а затем серьёзно спросил: — Ты сейчас будешь действовать вместе с тремя священными землями?

На самом деле под этим вопросом он подразумевал, собирается ли Лэнтун умирать.

— Конечно, я горд пролить здесь кровь! Это моя самая заветная мечта! — торжественно сказал Лэнтун. — Я всю свою жизнь совершенствовался не иначе как для этой битвы!

— Хорошо! — Цзюнь Мосе медленно кивнул и вздохнул: — Лэнтун, ты достойный мужчина и славный воин! Я лучше тебя в находчивости, спасении своей жизни и развитии боевых искусств. Но ты лучше меня различаешь добро и зло, а также смелее, чем я!

Эта фраза растрогала до глубины души даже Гу Ханя.

Лэнтун в совершенствовании достиг лишь уровня Достопочтенного мастера, почему он получил такую похвалу от Злого Монарха?

В тоне Цзюня Мосе можно было услышать мудрость и опыт, накопленные за бесчисленные годы, он говорил абсолютно искренне, без лести.

Он не только похвалил и выразил уважение Лэнтуну, но и описал себя. Только он — тот, кто хорошо знает себя. Цзюнь Мосе чётко осознавал, что у него слишком много слабостей. По характеру он упрямый и своенравный, к тому же очень вспыльчивый. Если бы у него не было удивительной башни Хунцзюнь, то в этом мире, где уважают силу, он наверняка умер бы уже несколько раз!

Цзюнь Мосе был уверен, что без башни Хунцзюнь, но благодаря его твёрдой воле, он достиг бы высокого уровня совершенствования Суань. Что касается четвёртого уровня Шенцзюня, этого мастера невозможно так просто убить.

Даже если он не умрёт, высота, которую он может достичь в своей жизни, вероятно, в наибольшей степени связана с Ли Юраном из города Тяньсян.

Глава 1212. Дерзкий Чу Цихун!

Сам он действительно бунтовщик — уж очень любит ломать привычные правила и бросать вызов большой силе и авторитету. Чем сильнее его противник, тем острее ощущения, тем больше кайфа от борьбы с ним. Однако в мире, где почитается сильнейший, люди с таким типом характера, как правило, долго не живут. Сегодня ты странствуешь для удовольствия, а завтра тебя прикончит какой-нибудь более крутой мастер.

Его характер не различает ни добра, ни зла. Он просто стремится удовлетворить свои влечения.

Так называемые «общее положение», «благородный человек» и «служба во имя государства и народа» — такие понятия для него ничего не значат. Если бы его сила постепенно не становилась всё выше и выше, и ему, в конце концов, не удалось подняться на нынешний уровень совершенствования, то по скромным оценкам, он бы уже давно где-нибудь замёрз или превратился в пепел. Единственное, что ему бы удалось оставить после себя в истории — образец самого отрицательного персонажа!

Да, Цзюнь Мосе именно такой человек.

Он уже давно успел хорошенько изучить себя. На самом деле, Цзюнь Мосе был таким же обычным человеком, как и все остальные, и у него тоже было бесчисленное количество слабостей, будь то характер или привычки. Он вовсе не являлся примером совершенного человека, в некоторых аспектах он был испорченной и отвратительной личностью.

Однако он также и отличался от других людей. Мосе обладал чрезвычайно огромной силой, благодаря которой он мог с лёгкостью игнорировать все свои недостатки и слабости. Можно сказать, что ему безумно повезло: у него имелась могущественная башня Хунцзюнь, а также знания и мудрость двух жизней. А такими вещами не каждый может обладать.

А Цзюнь Мосе смог! Поэтому характер стал его индивидуальностью, а недостатки ушли на задний план. С башней Хунцзюнь его жизнь превратилась в удивительное приключение!

Но он по-прежнему оставался обычным человеком с кучами слабостей и с невероятным жизненным опытом!

Кто будет осуждать человека за украденную в детстве курицу, если теперь он стал Императором? За то, что он тайком подглядывал за девушками, принимающими ванну? За то, что когда-то он силой отбирал у кого-то чужие вещи?

Даже если это станет известно, то скорее станет примером для вдохновения, чем для осуждения!

В истории имеется бесчисленное количество бродяг, но среди них действительно смог прославиться лишь Лю Бан. Многие люди были подвержены позору, но до наших дней дошло лишь имя Хань Синь. Миллионы людей занимались торговлей пластика, но настоящего успеха добился только Ли Ка Шин!

В этом мире истина всегда исходила из достижений и промахов человека, а не наоборот. И это самое странное явление человеческого общества.

Все могут осуждать такие поступки и не любить огромное количество других вещей, но недостатками известных личностей мы воспитываем и мотивируем себя.

Мелкие хулиганы, укравшие курицу, будут преследоваться её хозяином или даже толпой ещё несколько улиц, а по итогу будут ещё и прокляты ими. Люди будут презирать это хулиганьё, но скажи им про то, что Император в своё время тоже воровал куриц, они в ответ только рассмеются.

Или вот ещё: обнищавший герой попал в затруднительное положение и тоже украл курицу. И тут все будут понятливыми и солидарными, ведь «У него не было другого выхода…»

Оба украли курицу, но первый получил от толпы лишь осуждение, а второй — сочувствие и… и даже одобрение!

И в чём же смысл?

Причина всему очень проста…

Всё потому что второй когда-то в своей жизни преуспел!

Успех — вот весь ответ! Как только вы добьётесь успеха, ваши недостатки тут же превратятся в ничто!

Не думайте, что я поощряю плохие поступки! Я говорю лишь правду! Даже если это кажется абсурдным, но это правда!

Снаружи засвистел ветер и прозвучал холодный, суровый голос:

— Битва с сучьими потрохами — Чужаками? Да как такое возможно без меня — Чу Цихуна?!

И белоснежный силуэт, словно стрела, тут же появился около шатра. Острый взгляд прибывшего гостя был направлен на Цзюня Мосе.

— Чу Цихун! Ты пришёл! — радостно воскликнул Цзюнь Мосе.

Да, это был не кто иной, как Король всех убийц! Первый убийца на материке Суань — величайший Чу Цихун!

Чу Цихун слегка улыбнулся и медленно вошёл внутрь.

Кстати говоря, нынешний уровень совершенствования Чу Цихуна — третья ступень Почтенного мастера. Все люди, находящиеся в этом шатре, были намного сильнее его, но даже перед лицами такого большого количества высококлассных мастеров, Чу Цихун ни капли не переменился в лице. Он по-прежнему выглядел как острый меч, который только что извлекли из ножен!

Острый меч можно сломать, но никак не согнуть!

— Как это ты сумел примчаться сюда так быстро? — удивлённо спросил Цзюнь Мосе. Новости о разрушении горы Тяньчжу и массовом вторжении Чужаков распространились не так давно, до сей поры сюда даже не прибыла ни одна из крупнейших семей материка. Так каким же чудом этот вечно непричастный к мирским делам Чу Цихун, который, несомненно, ещё и в последнюю очередь новости получил, пришёл сюда первым?

— У меня было дельце на триста тысяч серебряных. А по итогу парниша сбежал от меня в пустыню, которая как раз совсем недалеко отсюда, — Чу Цихун улыбнулся, но мышцы его лица остались совершенно неподвижны, как у каменной фигуры. И хотя в этот момент он смеялся от души, но в глазах окружающих выражение его лица нисколько не изменилось. Этот парень и вправду выглядел слишком сурово. — На эту погоню я потратил слишком много времени, и в какой-то момент меня чуть не заживо не погребло песком в этой пустыне. Но кто бы мог подумать, что всё это приведёт меня именно сюда? — Чу Цихун слегка улыбнулся: — Я не опоздал?

— Ты как раз вовремя, Чу Цихун! — Цзюнь Мосе рассмеялся и радушно поприветствовал старого приятеля.

— Величайший убийца? — один из Достопочненных мастеров трёх священных земель фыркнул и сказал: — Ты ведь всего лишь крошечный Почтенный мастер, так зачем мчаться сюда — не терпится умереть?

Чу Цихун пристально посмотрел на Достопочтенного, который только что открыл рот, и сказал: — По сравнению со всеми присутствующими, моя сила, несомненно, очень мала. Я вам и в подмётки не гожусь. Тем не менее, даже такой слабый мастер вроде меня должен был безотлагательно примчаться для борьбы с ублюдскими Чужаками! Умру я или нет — это моё личное дело. Мне на мою жизнь уже давно наплевать, а вот тебе до неё какое дело?

Лицо Достопочтенного мастера побагровело от злости, и он уже хотел подскочить с места.

— И ещё: я пришёл сюда явно не по твоему приглашению! — сурово фыркнул Чу Цихун: — Ты ведь из трёх священных земель? Ха-ха, если бы тут присутствовали только люди священных земель, мой меч уже давно прошёлся бы по всем вашим шеям! Может, я и Почтенный мастер, но мой меч вряд ли не сможет перерезать глотку Достопочтенному! Если есть сомнения, то можем попробовать! Хочешь?

Чу Цихун, может, и достиг только уровня Почтенного мастера, но он нисколько не трусил перед таким количеством Достопочтенных мастеров! И он действительно не соврал: с его техникой фехтования убить Достопочтенного мастера для него — раз плюнуть!

— Смелый до хрена?! — в ярости закричал Достопочтенный мастер. Как он мог спокойно терпеть такую провокацию, да ещё и от человека, который ему даже не ровня? И что с того, что у него репутация первого убийцы материка Суань?!

— Смелый до хрена?! — тут же рыкнул Цзюнь Мосе. Фраза получилась намного более жуткой, чем у нервного: — Ты — всего лишь мелкий Достопочтенный! Как ты смеешь вести себя так передо мной и моими гостями?!

Этот Достопочтенный использовал своё положение, чтобы упрекнуть Чу Цихуна, и теперь Цзюнь Мосе поступил точно так же в отношении него.

Никто не смеет издеваться над людьми, которые ему нравятся, даже если их сила и вправду не так уж и хороша. Раньше Мосе поступал так для Тан Юаня, а сейчас для Чу Цихуна.

Достопочтенный мастер просто кипел от злости. Казалось, будто его сейчас просто разорвёт на части. Но он продолжал стоять на месте, не говоря ни слова.

Несмотря на то, что он осмелился накричать на Чу Цихуна и даже собирался вступить с ним в перепалку, ему пришлось столкнуться с точно таким же давлением в ответ со стороны Мосе!

Чу Цихун осмелился дать отпор обидчику, но вот обидчик не осмелился пойти против Цзюня Мосе. Высокий авторитет говорит сам за себя.

— Сядь! — сурово крикнул Мо Вудао и с негодованием посмотрел на Достопочтенного мастера: — Как ты смеешь в такой ситуации вытеснять других мастеров? Хочешь, чтобы мы друг друга переубивали? Неважно, какая вражда существовала между тремя священными землями и Чу Цихуном — сегодня он пришёл сюда ради нашего материка! Он — герой! И наш друг!

Достопочтенный мастер пристыженно сел на место. Сначала на него накричал Цзюнь Мосе, теперь же — собственный товарищ. Лицо мастера буквально потемнело на глазах!

— Мо Вудао, ха-ха-ха, неплохо! Прежде мы с тобой уже не раз пересекались, но сегодня я действительно понимаю, почему люди Неуловимого мира бессмертных сделали тебя своим предводителем! — одобрительно сказал Цзюнь Мосе.

Мо Вудао горько улыбнулся, но ничего не ответил.

«Неуловимый мир бессмертных? Где же теперь Неуловимый мир бессмертных? От него остались лишь руины, покрытые щебнем… там же похоронено бесчисленное количество трупов, которые когда-то были его родственниками и друзьями…»

Подумав об этом, все мастера Неуловимого мира бессмертных были поражены скорбью! Как же жаль, что этому сучьему Чжань Лунь Хуэю по итогу удалось сбежать. Пусть это лишь его астральное тело, но оно уцелело…

Вот-вот наступит крах всего материка, и никто больше не может думать о своих личных обидах и вражде! Похоже, что теперь ни у кого не осталось возможности для возмездия или мести! И это самая большая досада для всех мастеров, принадлежащих трём священным землям!

Цзюнь Мосе схватил Чу Цихуна за руку и потащил за собой. Он холодно окинул взглядом всех присутствующих и сказал: — Господа! Скоро в большом количестве к нам будет приходить различная помощь! Возможно, это будут великие мастера, а может и мастера Суань Духа, Суань Неба или Суань Земли! Пусть для вас их сила ничего не стоит, и вы считаете их не больше обычного муравья… Однако все, кто прибудет сюда в ближайшее время, являются настоящими мужчинами материка Суань! Настоящие мужчины, закалённые железом и кровью! Их сердца краснее ваших, а кровь ещё горячее! Я не позволю никому оскорблять кого-либо ещё! Ни слова против! Если кто-то посмеет произнести подобные слова, тут же будет убит мной без всякой пощады!

Глава 1213. Битва Четырнадцатого Шао!

Говоря последние три слова, Цзюнь Мосе внезапно перевёл взгляд на Гу Ханя.

Гу Хань спокойно сказал: — Это именно то, что я и сам хотел сказать! Если с людьми священных земель повторится аналогичная ситуация, тогда я, не дожидаясь Цзюня Мосе, собственноручно прикончу зачинщика! Все те, кто согласился прийти сюда, являются героями всего материка! А те, кто собираются оскорблять наших героев, достойны лишь смерти!

После того, как оба закончили говорить, вокруг воцарилась гробовая тишина.

Как и сказали эти двое, мастера трёх священных земель готовились к этой битве уже в течении десяти тысяч лет, это уже вошло у них в привычку. Однако люди с материка идут сюда на верную смерть и прекрасно об этом знают. И всё это во имя мира на материке!

Такие люди заслуживают уважения!

Затем Цзюнь Мосе любезно улыбнулся и прошёл вместе с Чу Цихуном и несколькими Королями зверей в следующий шатёр. Он поставил Короля Журавлей и остальных в охрану Чу Цихуна, чтобы тот мог спокойно сконцентрироваться на совершенствовании своей силы.

Увидев, что Цзюнь Мосе вытащил кучу чудодейственных таблеток для него, Чу Цихун тут же переменился в лице и сказал: — Цзюнь Мосе, что ты этим хочешь сказать? Считаешь, что моей силы недостаточно? Я недостаточно силён, чтобы выйти на поле боя?

Цзюнь Мосе улыбнулся: — Если бы я был одним из тех людей, который использует величайшую истину для притеснения других, то я бы сказал, что даю тебе эти таблетки не ради Чу Цихуна, а ради того, чтобы мощь величайшего убийцы стала ещё выше, и он смог уничтожить ещё больше Чужаков! Но не знаю, понравились бы в таком случае тебе мои слова или нет. Тем не менее, Цзюнь Мосе всегда был, есть и будет Цзюнем Мосе, и я бы дал тебе эти таблетки, даже через миллион лет, так что не неси чепухи и жри их! — он взглянул на Чу Цихуна и сказал: — Неужели теперешний Чу Цихун уже не такой, как раньше?

Чу Цихун оторопел, а затем внезапно рассмеялся: — Верно! Цзюнь Мосе всегда останется Цзюнем Мосе, и действительно заслуживает того, чтобы быть признанным мной — Чу Цихуном! Твои слова греют мою душу! Раз уж Цзюнь Мосе остался прежним, то и я, естественно, останусь прежним Чу Цихуном! В любом случае, я тебе уже много задолжал. Я приму твои таблетки и улучшу свою силу, чтобы перерезать как можно больше Чужаков! — и, не говря больше ни слова, он тут же принял чудодейственные таблетки.

Через мгновение прогремели громовые удары…

***

После обеда небо вдруг помрачнело.

Цзюнь Мосе, Гу Хань, Мэй Сюэ Янь, Мо Вудао и ещё восемь ведущих мастеров сидели в одном из шатров и пили чай. Атмосфера, может, и была немного скучная, но в ней присутствовала некая доля гармонии.

В это же время вдалеке раздался резкий крик журавля.

Затем ещё десять журавлей одновременно испустили сигнал тревоги! Вслед за этим раздался протяжный сигнал ещё нескольких птиц, находящихся недалеко от лагеря!

Вражеские атаки?!

Крик журавлей всё ещё стоял у всех в ушах. Цзюнь Мосе и остальные мастера тут же выбежали наружу и посмотрели на юг.

Но в той стороне на удивление всё казалось спокойным — никаких странных явлений. Все были крайне удивлены происходящим. Неужели снова произошло что-то страшное?

Журавли Тянь Фа точно бы не стали так шутить с предупреждающими сигналами, но обстановка вокруг казалось довольно спокойной. Гу Хань, Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь одновременно нахмурили брови. Сила этих троих намного превосходила остальных мастеров, так что они сразу смогли уловить отдалённые грохочущие звуки со стороны севера. Временами оттуда доносились отголоски яростных взрывов.

— Кто-то сражается на северо-востоке в тысяче километров! И, судя по всему, эта битва довольно ожесточённая — в ней определённо участвуют сильнейшие мастера! — диапазон сканирования Цзюня Мосе намного выше обычного мастера, да и слух у него намного лучше, так что он первым услышал резкий грохот, исходящий с северо-восточной стороны.

— Северо-восток? Да как это возможно?! — воскликнули Гу Хань и Мэй Сюэ Янь.

Они, конечно же, не сомневались в суждениях Цзюня Мосе, но направление, о котором он говорил, относилось к внутренней части континента. В настоящее время все лучшие мастера всего материка сосредоточены здесь, либо как раз-таки направляются сюда. Все междоусобицы были временно прекращены из-за надвигающейся битвы с Чужаками. Так кто, мать вашу, может вызвать столько шума?

Пока все стояли в полном недоумении, издалека внезапно донеслось необъяснимое землетрясение. Все почувствовали, как земля под ногами слегка задрожала.

Мастера тут же переменились в лицах.

Пусть это землетрясение и было очень незначительным, но это ясно давало понять, что место происшествия находится в нескольких тысячах километров отсюда. Это насколько ужасная битва там происходит?!

— Кто из сильнейших мастеров ещё не явился сюда? — Гу Хань задумчиво посмотрел на северо-восток: — Если мы можем ощутить их отсюда, то насколько же ужасна их сила? Вероятно, эти люди относятся к разряду мастеров Шенжен? — все присутствующие прекрасно понимали, что обычный мастер, даже уровня Шенцзюня, не смог бы вызвать такой шум. В тысяче километров отсюда сражаются мастера, уровень которых намного превосходит трио Гу Ханя, Цзюня Мосе и Мэй Сюэ Янь! И вряд ли кто-то из этих двоих проиграет им в бою!

Скорее всего, ещё и разнесет в пух и прах!

Если бы сражающиеся мастера были бы такого же уровня, как Гу Хань, то звуки их боя не смогли бы долететь досюда!

Внезапно, Цзюнь Мосе переменился в лице и сказал: — Плохо дело! Они становятся всё ближе и ближе! Эти двое на огромной скорости движутся в нашу сторону!

Все присутствующие резко переменились в лицах!

Теперь, когда все воины находятся в опасности, и война может разразиться в любое время, эти двое со своей мощью, тем более, если они являются сильнейшими на всем материке Суань, могут оказать огромную поддержку союзной армии! Однако, если рассматривать их в качестве противников, то их появление неизбежно повлечёт за собой ужасающие последствия!

— Все понятно! Остаётся только надеяться, что эти двое присоединятся к нашему военному лагерю! — тихо сказал Мо Вудао, однако его голос был наполнен некоторой неуверенностью.

Разве возможно остановить бой между такими силами, сказав им что-то о морали и нравственности? Их бой не закончится, пока один из его участников не падёт от руки другого!

В это время раздался свист журавля, который тут же, прямо в воздухе, превратился в двухметрового мужлана и с грохотом рухнул на землю. Весь в поту, он тут же принялся громко докладывать собранные сведения: — Сестра! Зять! На северо-востоке два мастера вступили в ожесточённую битву и сейчас движутся в нашем направлении!

— Ясно, — ответила Мэй Сюэ Янь.

Огромный мужлан улыбнулся во весь рот, радуясь тому, что его донесение было выполнено, а затем он тут же перевоплотился в огромного белоснежного журавля и быстро исчез в небосводе. Никакой передышки! Он немедленно вернулся к исходной позиции и продолжил тщательное изучение вражеских позиций.

Звуки грохота постепенно становились всё громче и чётче. Сила сражающихся будто не только не слабела, а наоборот, становилась ещё более всесокрушающей, ещё яростнее, словно они собирались разнести вдребезги всё, что увидят на своём пути!

Два мастера продвигались всё ближе и ближе! Лица присутствующих становились всё мрачнее и серьёзнее. Судя по всему, мощь этих двоих намного превосходит любого из присутствующих!

— Старейшина Гу, по-вашему мнению, на материке действительно существует настолько могущественный мастер? Да ещё и не один? — спросила Мэй Сюэ Янь. В этот момент все присутствующие обратили свои взгляды на лицо Гу Ханя.

Есть ли в этом мире никому неизвестный, но настолько могущественный мастер? Не говоря уже о двух?! Никто так и не мог ответить на эти вопросы.

— Есть. Думаю, есть, — Гу Хань горько улыбнулся: — Но мне известен лишь один такой мастер!

— Один? Кто он такой? — одновременно спросили все.

В этот момент на северо-востоке вдруг раздался резкий свист, и несколько трепещущих в небе белых облачков тут же разорвались на мелкие кусочки, превратившись в ничто.

Все присутствующие испуганно вздохнули: неужели их сила насколько велика?!

Вслед за этим раздалось три удара, похожих на барабанный стук, и все почувствовали, словно по их сердцу трижды ударило гигантским молотом. Толпа была в ужасе!

Это, безусловно, звук музыкального инструмента! Но какой именно инструмент может иметь столь поразительный эффект?

Никто даже не успел прийти в себя, как раздалось ещё три странных звука, словно от струнного музыкального инструмента. Затем последовал чистый протяжный свист, похожий на игру флейты!

Казалось, будто бы вся земля в этот момент была разделена напополам от звука этой странной флейты!

Прозвучало еще несколько подобных звуков, и несколько человек тут же определили личность пришедшего мастера. Все они переменились в лице и закричали: — Четырнадцатый Шао! Это точно он!

Гу Хань вздохнул и сказал: — Верно. Тот единственный человек, о котором я упомянул — как раз-таки Четырнадцатый Шао.

Те мастера, в ужасе воскликнувшие его имя, несколько сотен лет назад принимали участие в осаде сумасброда, поэтому, когда они услышали эти странные звуки нескольких музыкальных инструментов, тут же вспомнили об этом ужасном демоне!

«Эта странная музыка… эта странная сила… Этот божественный инструмент, который может одновременно исполнять звуки нескольких музыкальных инструментов… Кроме инструмента Четырнадцатого Шао — Шенцу — в мире нет ничего, что могло бы повторить что-то подобное! Но разве Шенцу не находился под охраной в Туманном Призрачном Дворце? Когда этот демон успел вернуть его в свои руки?»

Все прекрасно понимали, что Четырнадцатый Шао без Шенцу и с ним — это абсолютно два разных человека!

Если Шенцу находится в руках Четырнадцатого Шао, то он абсолютно непобедим!

Глава 1214. Монстр?

Из-за шенцу в его руках, которые производят специальные звуковые удары, он может не беспокоится об синхронной атаке врагов по всем фронтам! В то же время он может сфокусироваться над ответной атакой, при этом ему не нужно как-то особенно стараться, достаточно одного взмаха руки или шевельнуть пальцем, и его соперника поразит внушительный звуковой удар, и у него не будет ни малейшего способа отразить его!

Тогдашняя операция против Четырнадцатого Шао закончилась бы полным провалом, если бы не отряд из Призрачного Туманного Дворца, который смог взять его в окружение! За исключением Первого Шао, никто из других его сородичей из подземного мира не может сравниться с ним по силам!

В этой операции принимали участие более десяти Шэнцзунов и около сотни Шенхуанов из Призрачного Дворца, ещё плюс несколько мастеров уровня Шенцзюнь, а кроме того — две сотни бойцов из трёх священных земель! Четырнадцатый Шао учинил настоящий ужас с этим внушительным количеством бойцов! Он двигался почти с победным маршем, не чувствуя ни намёка на сопротивление!

В итоге двое Шенцзюней из Призрачного Дворца, которые до этого момента скрывались в засаде, в решающий момент подключились к схватке, одним ударом отняв у Шао его шенцу, тем самым создав переломный момент в битве!

Когда шенцу в руках у Четырнадцатого Шао, он, действительно, непобедим, и ему нет равных в этом мире!

Управлять шенцу не так-то просто, только благодаря своей уникальной истинной Ци из подземного мира, Четырнадцатый Шао мог обладать невероятной силой, являясь самым сильным мастером во всём мире!

Он не «один из сильнейших мастеров», так как Мяо Цин Чен не в состоянии выйти наружу, значит, его можно не считать, а по-настоящему самый сильный мастер во всём мире, вне конкуренции!

А без своих шенцу, он — один из сильнейших мастеров!

Даже когда Четырнадцатый Шао лишился своих шенцу, он не перестал быть невероятно сильным мастером. Он, как бешеный ураган, прорвался сквозь окружение, заставив всех мастеров, участвовавших в захвате, заплатить высокую цену за это — они получили почти не совместимые с жизнью ранения! Жестокая погоня продолжалась на протяжении около десяти тысяч километров, он выдержал натиск более тысячи атак, около сотни кровопролитных столкновений, и только после всего этого, получив более сотни тяжёлых ранений, он приблизился к лесу Тянь Фа. Мастера, ждавшие его там в засаде, воспользовались этим моментом, и, благодаря таинственной расстановке сил, смогли запечатать Четырнадцатого Шао в лесу Тянь Фа!

После этого они поставили на круглые сутки караул из восьми великих Шэнцзунов Тянь Фа, из-за чего впоследствии все восемь ослабели настолько, что превратились в беспомощных инвалидов!

Следует отметить, что уже в то время эти восемь Королей священных животных обладали уровнем Шенхуанов четвёртой ступени, и до прорыва до Шэнцзуна им оставалось только рукой подать! Но из-за препятствия в виде печати, и постоянно рвущегося её сломать Четырнадцатого Шао, они так и не смогли продвинуться вперёд!

Самое страшное было то, что тогда Четырнадцатый Шао был ещё ранен, его силы порядком снизились, но, тем не менее, он обладал невероятной мощностью и живучестью, насколько же он может быть силён, когда он полностью здоров?

Следующие несколько сотен лет не только восемь великих Шэнцзунов растрачивали свои силы, но и Четырнадцатый Шао тоже не становился сильнее, и самое главное, что из-за внушительного истощения и влияния печати, его старые травмы восстанавливались очень медленно!

Даже тогда, когда он решился на побег, травмы ещё не исцелились полностью. К тому же ему пришлось потратить девяносто процентов всех своих сил, чтобы выбраться оттуда. Однако несмотря на это, оставшихся десяти процентов ему хватило для того, чтобы прикончить около половины мастеров, мешавших его побегу, после чего он спокойно удалился!

При этом у него не было при себе своих шенцу!

Сейчас же у Четырнадцатого Шао в руках были его шенцу, вероятнее всего, старые раны больше не беспокоили его, он был в своей самой лучшей форме, но при этом он вёл с кем-то на равных ожесточённый смертельный бой, да такой тяжёлый бой, что был вынужден пройти до этого места!

Кто его соперник? Настолько сильный, чтобы совершить такое! По звукам бой между этими двумя продолжается довольно долго.

Острый свист пронзил пространство. Хотя источник звука находился за пятьдесят километров отсюда, его гнетущая тёмная энергетика дошла и до этого места, что у всех присутствующих волосы встали дыбом!

— Что ты за монстр, в конце концов?! — крикнул Четырнадцатый Шао. В его голосе чувствовалось непонимание, и труднообъяснимое разочарование! Похоже случилось что-то невероятное, раз даже Четырнадцатый Шао в полном недоразумении!

Все были очень сильно удивлены!

Кто же этот таинственный человек, если даже самый сильный мастер этого мира, Четырнадцатый Шао, выразил такие сомнения?

Все очень напряглись, и раздался ещё один пугающий свист. Казалось он стал намного ближе к местоположению лагеря союзных войск, примерно тридцать-тридцать пять километров от них.

Какая потрясающая у них скорость передвижения, несколько секунд — и пятнадцать километров позади!

В это время Четырнадцатый Шао наконец заметив что-то, громко прокричал: — Внутри что, кто-то есть? Болваны, все немедленно в сторону! Нельзя дать твари, которую я преследую, соприкоснуться с людьми! Иначе пеняйте сами на себя!

По голосу он был чрезвычайно рассержен и даже напуган!

Все обомлели: «Почему Четырнадцатый Шао так сказал? Он даже не знает, какие люди здесь находятся, и каким уровнем совершенствования обладают, почему он был так категоричен? Почему?»

И только Цзюнь Мосе, нахмурив брови, строго прокричал: — Всем внимание! Если кто-нибудь из вас заметит чьё-либо приближение с северо-востока, всеми силами уклоняйтесь, и избегайте столкновения! И тем более не вступайте с ним в бой! Убегайте со всех ног! Приказ касается абсолютно всех!

Цзюнь Мосе мгновенно среагировал, и тотчас же отдал приказ!

Все Короли животных один за другим немедленно передали приказ своим подчинённым!

Мо Вудао нахмурился и спросил: — Господин Цзюнь, разве это не слишком опрометчиво — отдавать приказ всем подчинённым, руководствуясь лишь криком Четырнадцатого Шао, донёсшимся откуда-то издалека? Если в этот момент начнется атака Чужаков, а наши армии не наготове, как же мы встретим противника?

Цзюнь Мосе презренно рассмеялся, и злобно ответил: — Ты не слышал, сколько страха было в голосе Четырнадцатого Шао? Насколько серьёзен он был? Неужто ты не понимаешь, что это может значить?

Мо Вудао замер.

— Ты, правда, считаешь, что Четырнадцатый Шао говорит таким голосом, когда ему захочется, и для этого не никаких предпосылок? — Цзюнь Мосе усмехнулся и продолжил.

На лбу у Мо Вудао проступил пот. Он, наконец, понял, что дело серьёзное.

Четырнадцатый Шао такой человек… Который даже не пискнет, подвергшись тысяче смертельных ударов, а сейчас он кричал таким голосом, к тому же не пожалел сил, чтобы предупредить об опасности людей, находящихся вдалеке, в чём причина? Ответ предельно ясен!

— Четырнадцатый Шао сказал так, потому что человеческое тело оказывает большое влияние на эту тварь! Тогда я спрошу вас, владыка Мо, на что или кого оказывает большое влияние человеческое тело? — Цзюнь Мосе продолжал издеваться: — Если для этой твари человеческое тело приносит большую пользу — наверняка для самих людей это ничем хорошим не является! Ты даже этого не понимаешь, раз спрашиваешь меня? По какой причине ты откладываешь это? Если даже Четырнадцатый Шао опасается этой твари, ты серьёзно считаешь, что другие люди могут смогут совладать с ней? Хозяин Мо, вы точно уверены в этом?

Цзюнь Мосе вздохнул: — Почему ты упрямишься там, где это совершенно не требуется? Я хвалил твоё благоразумие, но кажется мне всего лишь показалось!

Мо Вудао весь покраснел, и не знал, что ему ответить на слова Мосе!

Вдруг оглушительный свист раздался вновь, и он был уже намного ближе, чем в прошлый раз!

Свист звучал крайне взволнованно!

Игра Четырнадцатого Шао на шенцу становилась более быстрой и напряжённой, это уже не было похоже на мелодию, скорее много долгих протяжных звуков, слитых вдоль и поперёк. Его голос тоже звучал ещё более взволнованно, словно порывистый сильный ветер изо всех сил пытался какого-то остановить.

Цзюнь Мосе и Гу Хань переглянулись, и тут же бросились прочь.

Мэй Сюэ Янь с убитым выражением лица смотрела вдаль. Заменив Мосе, она быстро отдала приказ для всех подчинённых укрываться от неизвестной надвигающейся беды.

Гу Хань и Мосе были превосходными Шенцзюнями с прекрасной скоростью передвижения. Через мгновение они уже преодолели расстояние в пятнадцать километров, добравшись до места ожесточённого боя!

Даже увидев место схватки двух громил собственными глазами, им было трудно поверить в увиденное!

То, что они увидели, выглядело необычайно странно!

На поле боя царил настоящий хаос — обломки земляных пород превратились каменную крошку, которая парила в воздухе, позади места сражения тянулась громадная, почти пятьдесят километров в длину череда драконов из земли и пыли, медленно спускающихся вниз!

Четырнадцатый Шао махал своими шенцу, которые издавали режущие уши звуки, от которых формировался чёрный смерч в воздухе…

Перед ним было нечто, имеющее человеческий облик.

Говоря «нечто», имеется в виду, что соперник Четырнадцатого Шао был внешне похож на человека, у него были руки, ноги, туловище и голова, однако полностью отсутствовали любые черты лица, у него не было ни глаз, ни ушей, ни рта…

Лицо, как плоская доска!

Какой-то монстр, у которого была голова, но на ней не было лица!

Глава 1215. Оказывается, его нельзя убить!

Тело этого монстра излучало тёмное сияние. Хотя у него не было ни глаз, ни ушей, он умело уворачивался от звуковых ударов Четырнадцатого Шао, и он не только был способен оказывать сопротивление, но и отвечать мощными ответными ударами! Он мог и обороняться, и вести атаку, а не только терпеть побои, как это всегда бывало со всеми соперниками Четырнадцатого Шао!

Сейчас обстановка уже не соответствовала словам Шао, что он «преследует эту тварь», сейчас Четырнадцатый Шао, скорее, изо всех сил пытался задержать эту тварь! С помощью своей удивительно быстрой техники передвижения, он всеми силами пытался удерживать этого монстра как можно дальше от людей союзных армий.

Мотив монстра тоже был предельно ясен — не щадя своей жизни он прорывался именно туда, ведь он жаждал найти людей!

Цзюнь Мосе напряг своё зрение. Хотя он не мог с лёгкостью следить за Четырнадцатым Шао, который двигался с бешеной скоростью, и не мог полностью рассмотреть выражение его лица, он заметил, что одежды на спине Четырнадцатого Шао насквозь мокрые от пота!

Они переглянулись с Гу Ханем, их охватила настоящая паника!

Этот монстр обладал нешуточной силой, ведь у него получилось измотать Четырнадцатого Шао до такой степени!

Четырнадцатый Шао двигался всё быстрее и быстрее. Внезапно раздался грохот, он резко ударил ладонью этого уродца в грудь, и тот, шатаясь, попятился назад. Четырнадцатый Шао внезапно взлетел, издав резкий звук, словно от череды хлопушек, которые взорвались!

За этот короткий миг обе ладони Четырнадцатого Шао стучали с такой скоростью, что полностью пропали из виду, издав такой высокий и долгий звук, что любой оперный певец бы позавидовал.

Цзюнь Мосе цокнул от удивления, предположив, что за это мгновение Четырнадцатый Шао сделал как минимум около тысячи ударов ладонями! И каждый удар был мощным и суровым, сделанный с максимальной отдачей, и все они пришлись на корпус этого монстра!

После череды мощных ударов монстр попятился назад, но Четырнадцатый Шао был по-прежнему напряжён и настойчив, продолжая бить его. Серия этих ударов вынудила отступить их на расстояние в пятнадцать-двадцать километров!

Финальный удар завершился взрывом. Тело монстра внезапно рассыпалось, оставив после себя лишь небесно-голубое сияние! Будто бы в воздухе появилось огромное множество порхающих светлячков.

«И всё? Это конец?», — Цзюнь Мосе нахмурился. Гу Ханя тоже одолевали серьёзные сомнения, они не сводили глаз с этого небесно-голубого сияния…

Четырнадцатый Шао с грохотом упал вниз, и на земле образовалась внушительного размера яма. Учитывая уровень силы, которым обладает Четырнадцатый Шао, пройдись он по воде, на ней даже не промелькнёт рябь, а тут сразу громадная ямина! Кажется, этот бой вымотал его настолько, что он был больше не в состоянии контролировать свою Суань!

Затем он быстро выпрямился, до сих пор ещё тяжело дыша. Он всматривался в пустоту, не сводя глаз с того небесно-голубого сияния, в глазах его застыл страх и ужас, а ещё чистосердечное изумление!

— Что, в конце концов, здесь происходит? — тихо спросил Цзюнь Мосе.

Четырнадцатый Шао, не оглядываясь и продолжая смотреть в пустоту, строго сказал: — Осторожнее, бой ещё не окончен!

Цзюнь Мосе опешил: — Так это ещё не всё?

Он снова посмотрел на небесно-голубое нечто, про себя подумав: «Всё уже превратилось в пыль, разве оно ещё до сих пор не мертво?!»

Светло-голубая дымка продолжала парить в воздухе, однако она не поднималась и не опускалась!

— Что это за хреновина вообще? Как вы пересеклись?! — Цзюнь Мосе, соблюдая меры предосторожности, подлетел к Четырнадцатому Шао, и встал рядом с ним.

Четырнадцатый Шао, кажется, и глазом не моргнул в сторону Мосе, продолжая по-прежнему следить за этой светло-голубой массой, затем он раздосадовано произнёс: — А кто знает, что это на самом деле! Я долгое время скучал и решил отправиться посмотреть на вашу Войну за Небеса. Гора Тяньчжу обрушилась, а значит, кто знает, может это последняя такая война, и ещё я хотел поглазеть на так называемых Чужаков, мне было интересно, насколько омерзительно они выглядят. Но, добравшись до одной из гор, лежавших на пути сюда, я внезапно почувствовал надвигающуюся опасность, — в его глазах появилась тоска: — Уже очень долгое время я не испытывал подобного чувства… Разумеется, мне стало любопытно, и я отправился посмотреть, кто это. Там-то я и встретил этого монстра, он обсасывал останки диких зверей.

— Обсасывал останки диких зверей?.. — Цзюнь Мосе задумался: «А, может, он зомби? Да, нет, он не похож… у зомби есть тело, и если они взрываются, то сразу умирают. К тому же все горы, ведущие сюда, были залиты раскалённой лавой от вулканов. Откуда там взяться диким зверям, разве там ещё не всё уничтожено?»

И что вообще это значит «обсасывал»? У него есть такая способность? — Эта чертовщина показалась мне гадкой и отвратительной, и я решил уничтожить её! Но откуда же я знал, что эту тварь нельзя убить! — подавленным голосом произнёс Четырнадцатый Шао. — За всё время, что я гнался за ним, он взрывался уже раз семь-восемь! Он постоянно превращался во что-то подобное, как сейчас, потом через мгновение он снова приобретал вид монстра, и мы снова начинали сражаться! И так круг за кругом два дня и две ночи! — Четырнадцатый Шао обессиленно вздохнул: — За эти двое суток я даже стакана воды не выпил, только бился и бился, но так и не достиг никакого результата! Ему хоть бы хны, а я смертельно устал!

У Цзюнь Мосе чуть глаза на лоб не вылезли от удивления: — В этом мире случаются такое?

— Да что тут, блядь, только не случается! Например, сегодня в первой половине дня нам повстречалась стая чёртовых волков… — Четырнадцатый Шао начал материться: — Всего их было около сорока-пятидесяти голов, я сначала даже не обратил на них внимания, но этот монстр быстро проскользнул сквозь волчью стаю, после чего все они попадали замертво! Сказать, что я… как ты там выражался — охуел? — значит, ничего не сказать. И когда мы снова приступили к бою, я заметил, что его силы прилично возвысились! Я уверен, что это произошло из-за той стаи волков, поэтому я и крикнул, чтобы вы убегали!

Цзюнь Мосе оцепенел от испуга!

Что это за чертовщина такая? Которая обладает такими ненормальными способностями?

Неудивительно, что Четырнадцатый Шао так строго закричал. Подумав об этом, Цзюня Мосе окатило холодным потом.

Если эта тварь сможет проникнуть в лагерь союзных армий? Сколько человек могут тогда лишиться жизни? И насколько в том случае возрастут его силы?

Начав думать об этом, Мосе так испугался, что не захотел больше думать о таком.

Это же настоящая катастрофа! Если всё действительно так произойдёт, этот монстр уничтожит армию материка Суань и без помощи Чужаков! Гу Хань резко изменился в лице!

Мосе понимал, о чём думает Гу Хань: вот-вот должна наступить решающая битва, и вдруг появляется какой-то неведомый монстр… в самом деле, неудивительно, что он себя плохо чувствует…

Пока они разговаривали, этот небесно-голубой туман внезапно начал яростно кружиться. Всё сильнее и сильнее, после чего в воздухе возник призрак, который потом стал постепенно формироваться в человеческий силуэт.

— Сука! И каждый раз вот так! — Четырнадцатый Шао гневно выругался: — Да как же, твою мать, в конце концов убить эту тварь?!

— А после того, как он рассыпается в эту голубую хрень, он в состоянии атаковать? Если нет, так почему ты не попробовал прикончить его? — спросил Цзюнь Мосе.

— Да, после взрыва он не может атаковать, но эта голубая хреновина сама по себе — просто воздух, бей что по ней, что хреном по дереву — навредить ей нереально! — Четырнадцатый Шао в раздражении повернулся, и посмотрел на Цзюня Мосе: — Умник хренов! Если бы после того, как он рассыпается, его можно было бы уничтожить, думаешь я бы его не уничтожил? Ты думаешь, я тупой, что ли?

Цзюнь Мосе потупил взгляд, и Четырнадцатый Шао снова продолжил:

— На него ничего не действует, я испробовал все методы: ни лютый холод, ни ужасная жара никак не влияют на него.

— Твою мать! Что эта за хреновина такая? — выругался Мосе.

— Это ты меня спрашиваешь? Я бы тоже хотел знать, — закатив глаза, ответил ему Четырнадцатый Шао.

В это время раздался резкий свист, и голубое сияние полностью исчезло из виду. Монстр с головой без лица снова появился перед ними. Потом он внезапно пронёсся мимо этих троих, направляясь к лагерю союзных армий!

На этот раз быстрее всех отреагировал Гу Хань. Он резко подлетел и преградил монстру дорогу, нанеся ему несколько ударов ладонью подряд. Монстр медленно отступил назад, а потом также медленно стал набирать высоту, и в следующее мгновение он уже был готов дать Гу Ханю мощный отпор!

Учитывая его неуязвимое тело и способность питаться энергией людских жизней, он был намного опаснее вторжения Чужаков!

Чем дольше Цзюнь Мосе смотрел на него, тебе больше вопросов возникало в его голове!

Глава 1216. Все очень опечалены!

Ты говоришь, что он человек, но разве человек может так выглядеть? Даже если нет, он отличается от людей тем, что не имеет пять органов чувств, хоть и двигается как мастер!

— Я займусь обстановкой, а ты отдыхай! — Цзюнь Мосе достал из башни Хунцзюнь большую чашу воды, вина, несколько больших кусков ароматного мяса и дюжину дымящихся пампушек: — Скорее ешь! Может быть, мне понадобится твоя помощь!

У Четырнадцатого Шао из подземного мира блеснули глаза: — Я не ожидал, что у тебя с собой так много хороших вещей. Что это за приём?

— В любом случае, это уникальный прием. Разве ты не понял кто я такой? — похвалился Цзюнь Мосе. Не услышав ответа Четырнадцатого Шао, он обернулся и увидел, как тот пьёт вино.

Были лишь слышны булькающие звуки. Бутылка с вином мгновенно опустела. Затем, не помыв руки, он схватил кусок мяса и начал громко чавкать.

Цзюнь Мосе от удивления выпучил глаза: он откусил за раз четверть кило! Потом немного пожевал и проглотил.

Кажется, Четырнадцатый Шао действительно устал и проголодался за двое суток! И очень вымотался!

Однако, размышляя о Шао из подземного мира, Цзюнь Мосе было не только не смешно, но даже страшно и грустно!

Что за человек этот Четырнадцатый Шао из подземного мира? Он ел и пил так, будто голодал целый год, поэтому был неспособен что-либо делать!

Более того, благодаря уровню совершенствования все его поры словно дышали и могли поглощать что-то извне. Если он вдруг захочет пить, ему достаточно сделать небольшое усилие, чтобы в воздухе собралось достаточно питьевой воды!

Даже если его закопают в земле, он сможет пить родниковую воду, при этом не прилагая никаких усилий!

Однако, сейчас он настолько хотел есть и пить…

Это доказывало, что Четырнадцатый Шао каждую секунду в течение двух суток был на пределе, пока не уничтожил врага. Он должен был беречь силы и ждать следующего нападения!

Хотя он в течение двух дней всегда занимал ведущую позицию, но, столкнувшись с противником, которого он не мог убить, брать инициативу на себя не имело смысла. Он лишь мог обеспечить себе защиту!

Другого варианта у него не было!

Это ужасающая вещь…

Никто не мог выдержать встречи с этим монстром, кроме Четырнадцатого Шао из подземного мира. К счастью, он с самого начала осознал это.

В этот момент Цзюнь Мосе был так потрясён, что потерял дар речи!

Раздался удар, смешанный с рёвом Гу Ханя, полного гнева и бесконечной ненависти: — Это ты! Преступник континента! Ублюдок! Я тебе сейчас…

Что именно он сейчас сделает, Цзюнь Мосе и Четырнадцатый Шао уже не расслышали, но одновременно повернулись посмотреть.

Неужели он знал этого монстра?

Чудовище по-прежнему не издавало ни малейшего звука и молча справлялось с безумными атаками Гу Ханя. Время от времени он находил лазейку, чтобы прорваться через блок Гу Ханя и ворваться в многочисленное войско.

Но в этот момент Гу Хань, казалось, внезапно сошёл с ума и атаковал его, не жалея сил, не думая о защите! Он яростно ревел, на лице выступили вены. Цзюнь Мосе видел, что глаза Гу Ханя стали кроваво-красными!

— Кто он? — спросил Цзюнь Мосе.

Как только Цзюнь Мосе произнёс этот вопрос, Четырнадцатый Шао прекратил жевать, и уставился в сторону Гу Ханя!

— Это иллюзия зыбучих песков! Иллюзия зыбучих песков, которую три священных земли накопили за десятки тысяч лет… — Гу Хань едва не плакал: — Этот подонок использовал эссенцию зыбучих песков для трансформации своего тела. Этот ублюдок… Сволочь!

— Это Чжань Куан! — Цзюнь Мосе даже подскочил от удивления и уставился на это чудовище без глаз, рта, ушей и носа. Неужели это Чжань Куан? То есть Чжань Лунь Хуай?

После того, как он сбежал из кратера вулкана, он понял, что его тело обгорело, и у него не было выбора, кроме как использовать иллюзию зыбучих песков, чтобы изменить своё тело?

Но это… как это возможно? — Чжань Куан? Разве Чжань Куан не является одним из восьми учеников Мяо Цин Чена из Призрачного дворца? — удивлённо спросил Четырнадцатый Шао, прожёвывая кусок мяса: — Значит, он не умер?

Не дождавшись ответа Цзюня Мосе, он вздохнул и сказал: — Не удивительно, что с ним так сложно, это ведь он…

Разгневанным был не только Гу Хань. Этот монстр не издал ни звука с тех пор, как сюда прибыли Цзюнь Мосе и Гу Хань. Однако, когда Гу Хань вдруг узнал его и впал в ярость, чудовище в этот же момент издало пронзительный рёв.

Как упоминалось ранее, у него не было пяти органов чувств, в том числе и рта, поэтому никто не понял, откуда раздался этот рёв… Однако он был наполнен неописуемым гневом и ненавистью!

Этот монстр — действительно Чжань Куан, то есть Чжань Лунь Хуай!

Главный виновник в разрушении горы Тяньчжу, единолично уничтоживший древний барьер! Тем не менее, в этот момент Чжань Куана наполняли гнев и горечь!

Он разрушил гору Тяньчжу, что привело к землетрясению и извержению на территории трёх священных земель, поэтому люди ненавидели его. Цзюнь Мосе и люди трёх священных земель столкнули его в кратер вулкана и всё его тело обгорело.

Будто живого человека насильно втолкнули в печь крематория. Хотя он остался жив, но в нём едва можно было разглядеть человека!

Чжань Куан тоже очень негодовал…

Он бы никогда не воспользовался эссенцией зыбучих песков для трансформации своего тела, если бы не был в полном отчаянии. Эссенция зыбучих песков, конечно же, является редчайшим сокровищем, но это не сравнится с человеческим телом. Да, она очень полезна, но он на самом деле потерял намного больше!

Более важно то, что это сокровище, которое он украл, было самой важной вещью для нескольких поколений семьи Чжань!

Эссенция зыбучих песков — незаменимая и необходимая вещь для поддержания функционирования Призрачного дворца! Тот, кто владеет этим сокровищем, может контролировать Призрачный дворец, поэтому она имеет огромное значение для семьи Чжань!

Если Чжань Куан не считается со своей семьёй, зачем им планировать этот заговор на протяжении почти восьми тысяч лет? Как мог Чжань Куан использовать такую ценную и незаменимую вещь для своего тела?

Это всё из-за того, что он страшно перепугался!

Спустя десять тысяч лет он, наконец, заполучил эссенцию зыбучих песков, лишь чтобы трансформировать своё тело… Как он мог не разгневаться? И не прийти в отчаяние?

Однако, использовав её, чтобы спасти свою жизнь, всё прошло не так уж хорошо! Из-за уникальных свойств этой эссенции, после их слияния он перестал быть человеком, хоть и сохранил свою душу!

У него пропали все признаки человека, в том числе и органы чувств. Даже если внешне он слегка напоминал человека, его сложно было им назвать!

Просто монстр!

Хотя Чжань Куан стал очень силён, но всё-таки остался импульсивным человеком. Пусть его сгоревшее тело преобразовалось, душа осталась такая же.

Да, у него пропали пять органов чувств, но единственное, что осталось — это воспоминания и чувства, которые он не мог выразить!

Нормальный человек, сталкивающийся с таким, скорее всего не выдержит этого. Более того, эссенция зыбучих песков обладает природным свойством — прозрачностью. Выпив несколько стаканов воды, можно увидеть, как вода плещется в его теле… Если бы он, конечно, мог выпить.

Весь человек похож на стеклянную бутылку. Нет, следует сказать, что Чжань Лунь Хуай сейчас походил на стеклянную бутылку в форме человека. Очень и очень крепкую стеклянную бутылку.

Поэтому, услышав обвинения Гу Ханя, Чжань Куан огорчился: «Думаете, я хотел использовать эту дьявольскую штуку? Я хотел быть человеком! Но именно вы, ребята, лишили меня возможности быть им! Самое отвратительное, что вы лишили меня статуса мужчины! Теперь вы возмущаетесь, что я использовал эссенцию зыбучих песков?»

Если бы он не разрушил гору Тяньчжу, так, что всё вокруг него было охвачено стихийным бедствием, то он мог бы найти поблизости человеческое тело для поддержки. А потом отыскал бы отличное тело для себя…

Тем не менее, он украл эссенцию зыбучих песков, что привело к обрушению горы Тяньчжу и вызвало извержение бесчисленных вулканов. Многие погибли, пытаясь противостоять стихии, кроме лишь нескольких сильных мастеров трёх священных земель!

После того, что он устроил, три священные земли перестали чего-либо бояться!

Остальные решили участвовать в войне!

Ведь у них даже нет «дома», куда они могли бы вернуться…

Глава 1217. Удивительные зыбучие пески!

Таким образом, после нескольких дней скитаний, астральное тело Чжань Лунь Хуая, наконец, больше не смогло поддерживать своё состояние. А всё потому, что основа его астрального тела довольно простая. Конечно, продержаться некоторое время, а потом вселиться в кого-нибудь другого для него было не проблемой.

Но вокруг были лишь извергающиеся вулканы, а температура воздуха была настолько бешеной, что можно было с лёгкостью жарить яйца на камнях.

Астральное же тело может выдержать лютый холод, да и ещё кучу всяких негативных состояний, но только не высокую температуру! Кроме того, эта жара была слишком токсичной, что могло вызвать полное увядание астрального тела…

Таким образом, Чжань Лунь Хуай понял, что оказался абсолютно неспособным поддерживать своё астральное тело, чтобы выйти за границы этой территории.

Оказавшись в безвыходном положении, он использовал все свои оставшиеся силы, чтобы войти в пространство собственной души, достать оттуда эссенцию зыбучих песков и сформировать из них нечто похожее на человеческую фигуру. Он потратил два дня и две ночи, чтобы загрузить туда собственное астральное тело и успешно соединить его с эссенцией.

Но слияние привело Чжань Лунь Хуая к полному краху!

Тело по-прежнему имело человеческие очертания, однако голова осталась абсолютно пустой безделушкой — без рта, носа, глаз или ушей. Короче говоря, всё, что должно быть на голове, полностью отсутствовало… И что это за фигня?

Что касается более подробных частей тела, таких как внутренние органы и меридианы, а также самой ценной мужской штуковиной — их тоже не было!

Разве это может считаться нормальным телом?

Разве он может считаться за человека?!

После кратковременного краха, Чжань Лунь Хуай быстренько придумал контрмеры, которые помогли бы ему компенсировать его недостающие органы. Конечно, такие вещи нуждаются в длительном зарождении, так что для их регенерации потребуется большое количество квинтэссенции и крови. Кроме того, для выплавки новых органов придётся прибегнуть к немного странным методам, иначе никак.

То, чего сейчас ему не хватает — это просто люди, большое количество людей! Но теперь, когда всё в пределах тысячи миль превратилось в чистилище, сколько живых существ он сможет поглотить?

Если к определённому времени эффект от эссенции полностью исчерпает себя, то он навсегда останется в таком полумёртвом состоянии! Разве надменный Чжань Лунь Хуай может себе такое позволить?

Оказавшись в безвыходном положении, Чжань Лунь Хуай, сдерживая сильную тошноту, был вынужден поглотить в себя несколько трупов на поле боя. Пусть его новое тело никак на это не реагировало, но как он мог легко изменить старые привычки, если прожил почти миллион лет в образе человека?

Да и эти трупы священных животных уже давно высохли из-за извержения вулкана и даже покрылись плесенью!

Как раз в тот момент, когда Чжань Лунь Хуай решился, сдержал своё отвращение и начал высасывать трупы священных животных, появился Четырнадцатый Шао.

Столкнувшись с таким зрелищем, Четырнадцатый Шао сначала перепугался, а затем вступил в схватку с этим отвратительным, по его мнению, монстром.

Увидев, как на него без разбора бросились в атаку, Чжань Лунь Хуай разозлился пуще прежнего, и, не проронив ни слова, эти двое развязали ожесточённый бой.

На самом деле они бились несколько дней и ночей, но в полной неразберихе. Основываясь на мастерстве своего противника, Чжань Лунь Хуай понял, что сражался с Четырнадцатым Шао, однако он никак не мог взять в толк, почему этот парень вдруг стал его атаковать.

«Пусть я сейчас и выгляжу омерзительно, но разве он может убить меня за это?! Я тебя ведь даже пальцем не тронул! Разве быть мерзким — это преступление?! Думаешь, мне самому это нравится?»

Ещё более удручающе то, что если бы Чжань Лунь Хуай был в отличной форме, то его сила была бы даже выше, чем у Четырнадцатого Шао! Если бы надо было биться, он бы бился до конца!

Однако сейчас Чжань Лунь Хуай никак не мог ответить на удары своего противника. Более того, время от времени от атак Четырнадцатого Шао ему приходилось взрываться! Если бы не удивительная особенность бессмертия зыбучих песков, он бы уже давно подох…

Что касается Четырнадцатого Шао, который взял преимущество в бою, то он был так же подавлен происходящим.

Подумав, что это пустяковое дело, Четырнадцатый Шао решил быстренько избавиться от этой омерзительной твари, а затем спокойненько отправиться на поле Войны за Небеса. А там уже, попивая винишко и напевая любимые мелодии, он бы смог насладиться боем между тремя священными землями и Чужаками. Ну, а если стало бы интересно, то можно было бы и вмешаться…

Ну что за боевая способность может быть у такого монстра, как этот? В конце концов, за всё время своей жизни он уже убил немало различных тварей…

Кто бы мог подумать, что этот монстр окажется таким ненормальным, да ещё и с высокой боевой мощью! Этого урода хрен убьёшь! Поэтому Четырнадцатому Шао стало очень паршиво, эта битва буквально выбила его из сил.

После раздробления на мелкие кусочки, эта тварь снова регенерировалась, сохраняя при всём при этом прежнюю мощь.

Чжань Лунь Хуай и сам изначально не знал, что эссенция зыбучих песков обладает удивительной способностью к регенерации. Когда Четырнадцатый Шао взорвал его в первый раз, Лунь Хуай уже было решил, что его жизнь на этом закончилась. Но кто бы знал, что он останется жив!

Так много печали, в конце концов, принесли Лунь Хуаю немного радости и утешения. Теперь он знал, что может быть бессмертным!

Тем не менее, в этой вечной форме всё ещё довольно неудобно — теперь у него нет привычных для любого мужчины причиндалов, а это немного странно!

***

Гу Хань вдруг взревел. Удары его ладоней становились всё быстрее и быстрее, и, наконец, после серии яростных атак, астральное тело Чжань Лунь Хуая взорвалось и вновь превратилось голубое сияние.

Во время ожесточённого боя старое лицо Гу Ханя покрылось капельками пота.

Сила Гу Ханя в настоящее время была хуже, чем у Четырнадцатого Шао. Намного хуже, чем кода-либо раньше.

— Старейшина Гу, позвольте мне попробовать. Возможно, у меня получится избавиться от этого проклятья, — глаза Цзюня Мосе засверкали холодным блеском.

Его рука перевернулась, и в ладони вспыхнуло чёрное пламя.

Пламя Первозданного Хаоса.

Огонь, пожирающий абсолютно всё!

По мнению Цзюня Мосе, это бы самый эффективный метод, чтобы справиться с текущей ситуацией. Это самый лучший способ избавиться от Чжань Лунь Хуая!

В тот момент его астральное тело разбросало вокруг себя голубое сияние и замерло в статичном состоянии! Прекрасный шанс! Когда ещё оно будет находиться в неподвижном состоянии?

Эта херовина не подыхает и восстанавливается в очень короткий срок с прежними силами. Огонь, вода и любое оружие её не берут! Более того, пожирая живую кровь и плоть, она превратится в ещё более страшного монстра, чем сейчас!

Кроме как Пламя Первозданного Хаоса, Цзюнь Мосе больше не мог придумать иного способа, чтобы избавиться от этой чёртовой твари! Вся надежда только на это пламя, которое ещё ни разу не подводило молодого мастера! Будет ли огонь Первозданного Хаоса столь же сокрушительным, как и прежде?!

Как только Гу Хань увидел тёмное пламя в руках Цзюня Мосе, он тут же переменился в лице, а в глазах промелькнуло сильное чувство страха. Гу Хань медленно отступил в сторону, хотя и знал, что огонь нацелен совсем не на него. В таком деле лучше перестраховаться!

Гу Хань уже видел силу этого пламени во всей её красе!

За несколько дней до того Цзюнь Мосе запечатал яму с мастерами таким же пламенем, и никакой толстый лёд не смог остановить даже малейшую его частичку. Никто из сорока мастеров так и не смог убежать от этого пламени, даже их астральные тела выгорели дотла!

На этот раз, каким бы бессмертным Чжань Лунь Хуай не был, он обязательно превратится в пепел!

Цзюнь Мосе медленно приблизился к голубому сиянию и взмахнул рукой. Пламя Первозданного Хаоса разорвалось на мелкие кусочки и медленно опустилось вниз.

Молодой мастер сразу же отступил назад.

Четырнадцатый Шао и Гухань с надеждой наблюдали за всем издалека.

Из-за такого монстра, как этот, все будут жить в постоянном страхе и тревоге. Несмотря на то, что с этим монстром не так уж и сложно справиться, однако тут проблема заключается в другом. В мире попросту не существует средства, способного его уничтожить! Даже самый сильный мастер лишь попусту тратит собственные силы, пытаясь прикончить эту тварь! Ведь она снова восстанавливается без каких-либо потерь!

Все трое наблюдали за происходящим, как вдруг выражение лица Цзюня Мосе резко изменилось! Ещё мгновение, и лица всех троих одновременно выразили крайнее удивление!

Четырнадцатый Шао и прежде сталкивался с Пламенем Первозданного Хаоса и прекрасно понимал всю его разрушающую мощь. По этой причине он ставил на него больше надежды, однако теперь его лицо выражало полное разочарование.

В этот момент…

Голубое сияние по-прежнему парило в воздухе, а огонь Первозданного Хаоса продолжил спокойно гореть вокруг этой светящейся штуковины.

Голубому свечению было абсолютно наплевать на него!

Пламя Первозданного Хаоса и голубое сияние оставались относительно неподвижными. Пусть чёрное пламя и продолжало охватывать голубое свечение, но оба будто бы зависли в тупиковом состоянии.

У Цзюнь Мосе от этой картины чуть не вывалились глаза: «Это ещё что за херь? Неужели Пламя Первозданного Хаоса не сумело? Это пламя сжирало абсолютно всё, даже астральное тело превратило в пепел, так почему же оно не смогло справиться с этим чёртовым голубым сиянием?!»

Цзюнь Мосе поднял голову и посмотрел на Гу Ханя: — Старейшина Гу, осмелюсь поинтересоваться: что вообще такое эта ваша эссенция зыбучих песков? Эта вещица может противостоять абсолютно всему… Так что же может разрушить эти пески?!

Глава 1218. Продвинутый посредник!

Гу Хань обессиленно посмотрел на чёрное пламя, и в его взгляде промелькнуло разочарование: — Эссенция зыбучих песков — это довольно удивительная вещица, о происхождении которой ничего неизвестно. О её конкретном применении даже я не в курсе, знаю только, что эти пески необходимы для поддержания всего пространства Туманного Призрачного Дворца. Пусть их требуется совсем немного, но они необходимы. Судя по всему, эти пески как-то связаны с пространственной энергией, но насчёт их несовместимости с чем-либо я правда ничего не знаю!

— Может быть, они как-то связаны с пространством? — нахмурился Цзюнь Мосе.

Да что, чёрт возьми, это такое?

Молодой мастер, конечно же, не знал, что Пламя Первозданного Хаоса является природным чудом, которое может сжечь всё сущее на этой земле. Но эссенция зыбучих песков по уровню нисколько не уступает чёрному пламени! Она тоже берёт своё начало из природной энергии. Конечно же, без вмешательства Первого Шао тут не обошлось. Именно он, нарушая все законы природы, создал такую вещицу. Так что, в целом, эти пески можно считать природным чудом, сделанным руками человека… Пусть Пламя Первозданного Хаоса может уничтожить и пространство, и даже человеческую душу, но эссенция зыбучих песков всё же сильно отличается от обычного природного чуда. По своим свойствам она не уступает пламени. Возможно, между ними существует лишь ма-а-а-люсенькая разница. Как сказал Гу Хань, эти пески относятся разряду пространства. Но это не совсем так. Потому что по факту, эссенция зыбучих песков является посредником для создания пространства!

У буддистов имеется интересная истина — «одна песчинка — это целый мир», так эссенция зыбучих песков чем-то с этим схожа. Пусть она немного не дотягивала до уровня буддийской истины, однако была такой же непостижимой!

Даже одна маленькая песчинка имела неисчерпаемое чудесное действие. Иначе как бы девять крошечных песчинок смогли бы поддерживать Туманный Призрачный Дворец столь долгое время?

А Чжань Лунь Хуай использовал для создания нового тела все девять песчинок, всю их эссенцию… Так что можно представить, какую скрытую силу сейчас он в себе таит!

И этот псих ведь даже десятую часть чудесных свойств зыбучих песков не исследовал! А всё уже настолько ужасно!

В то время как Цзюнь Мосе обдумывал происходящее, Пламя Первозданного Хаоса по-прежнему оставалось в неизменном положении. Однако голубое сияние начало медленно отступать назад из окружения чёрного пламени. Через мгновение в воздухе снова образовался голубой вихрь!

Раздался звук тяжёлого дыхания!

Судя по всему, Чжань Лунь Хуай снова вернулся!

Цзюнь Мосе нахмурился, взмахнул рукой, и Пламя Первозданного Хаоса тут же исчезло.

Поскольку это бесполезно, то и нет смысла его оставлять. Эта штуковина не различает ни друзей, ни врагов, так что если Гу Хань или Четырнадцатый Шао случайно на неё натолкнутся, то, если и не умрут, обязательно лишатся нескольких слоёв кожи!

В данный момент Цзюнь Мосе был чрезвычайно подавлен!

Сокрушающий всё и всегда огонь Первозданного Хаоса вдруг потерпел неудачу!

Это сильно задело молодого мастера!

Раз даже чёрное пламя оказалось бессильно, то каким ещё способом можно уничтожить эту мерзкую тварь?!

Дыхание становилось всё громче, а голубая дымка постепенно застывала на месте, вновь образуя очертания человеческого силуэта. Казалось, будто сам демон предстал перед тремя мастерами.

— В этот раз моя очередь! Я хочу лично прочувствовать на себе этого чёртового монстра! Вы двое — прикройте меня! — выражение лица Цзюня Мосе стало серьёзным и он, не дожидаясь ответа, тут же бросился вперёд!

Бах!

Ладонь Цзюня Мосе тут же ударила по только что сформировавшемуся телу Чжань Лунь Хуая.

На этот раз тело Чжань Лунь Хуая не успело увильнуть в сторону, и было свирепо пробито атакой молодого мастера прямо в грудь! С грохотом оно отлетело назад на пару метров и кувырком через голову упало на землю.

Цзюнь Мосе намеренно замедлил скорость удара, тем самым усиливая саму атаку.

«Конечно, этот урод слабее и уязвимее в момент окончания процесса регенерации. Будь то его реакция или скорость — на какое-то время они ослабевают», — подумал про себя Цзюнь Мосе, разворачивая более яростные атаки.

После десятков последовательных ударов, реакция Чжань Лунь Хуая стала острее, как и его контратаки, однако его тело в этот момент уже казалось каким-то иллюзорным.

Увидев эти изменения, Цзюнь Мосе снова ускорил частоту атак. Вокруг был слышен лишь звук его ударов, словно молодой мастер колотил в большой барабан.

Четырнадцатый Шао пристально наблюдал за ожесточённым боем. В его глазах мелькало удивление, смешанное с некоторым недоумением.

Когда он видел Цзюня Мосе за пределами города, то он был на уровне Достопочтенного. Но менее чем за полгода, этот пацан сформировал собственное правительство Злого Монарха и поднялся до уровня Шэнцзуна.

А сейчас он уже на пике мастера Шенцзюня!

Что это за скорость совершенствования? Даже Четырнадцатый Шао был крайне поражён и напуган такими темпами роста молодого мастера!

В первый раз, когда он увидел Цзюня Мосе, в его глазах он был не больше обычного муравьишки, но теперь у этого пацана и на него сил хватит!

Тогда что же будет ещё через некоторое время? Каковы будут силы этих двоих в сравнении?!

Четырнадцатый Шао посмотрел на силуэт Цзюня Мосе, и уголки его рта внезапно растянулись в слабой улыбке: «Возможно, в этом мире станет на одного достойного соперника больше, и мне будет не так одиноко…»

В этом бою Цзюнь Мосе обладал абсолютным преимуществом и продолжал наносить свирепые атаки, стараясь в кратчайшие сроки полностью сокрушить противника. Тело Чжань Лунь Хуая становилось всё более неустойчивым, приближаясь к своему скорому развалу. Цзюнь Мосе внезапно прекратил удары. Послышался звон извлекаемого из ножен меча, и тут же вспыхнуло яркое лезвие Яньди и Хуанди, которое быстрым резким движением было всажено в тело Чжань Лунь Хуая!

Вонзив меч в прямо в Даньтянь, Цзюнь Мосе отступил и принял выжидательную позицию. Теперь ему оставалось лишь наблюдать, сможет ли Яньди и Хуанди одолеть Чжань Лунь Хуая? Сможет ли он нанести урон этому монстру? По крайней мере, этот меч такой же странный, как псих Чжань… Яркий клинок издал громкий звон и резко завертелся в Даньтяне своего противника.

Под яростью острого лезвия Яньди и Хуанди в теле Чжань Лунь Хуая появилась огромная дыра. Этот клинок буквально просверлил бешеного Чжаня насквозь, а затем он ринулся вверх — прямо в область сердца; ещё чуть погодя меч был уже в голове Лунь Хуая. Короче говоря, клинок побывал практически во всех областях тела бешеного Чжаня!

Казалось, будто меч Яньди и Хуанди что-то искал внутри этого тела, но никак не мог найти… Чжань Лунь Хуай пронзительно закричал, и его тело стало снова медленно рассеиваться в воздухе. В этот момент засверкал яркий свет, и меч взорвался прямо внутри тела бешеного Чжаня!

Бабах!

Всё тело Чжань Лунь Хуая разлетелось на мелкие крупинки, оставив после себя обычную пелену голубого тумана!

Сверкающий Яньди и Хуанди, слегка подёргиваясь, тут же вернулся обратно в руки молодого мастера. В сознании Цзюня Мосе тут же прозвучал голос меча: «Что это ещё за хуёвина? Его душа настолько странная, что даже я не могу её поглотить!»

— Не можешь поглотить его душу?! — спросил Цзюнь Мосе: — А что насчёт его тела? Его поглотить сможешь?

Будь то душа Чжань Лунь Хуая или его тело, сформированное из эссенции зыбучих песков, что-то из них должно быть обязательно уничтожено. Как только исчезнет одно — можно будет разобраться с другим!

«Не могу! Что это, блин, ваще такое?!», — в голосе меча чувствовалось некоторое недовольство, он явно не на шутку психанул.

— Что случилось? — осторожно спросил молодой мастер.

«Эта херовина — одна сплошная подпитка!», — обиженно сказал меч: — «Сначала я был так воодушевлён новым противником, а затем вдруг обнаружил, что у меня нет никакой возможно поглотить его… Это слишком сильный удар для меня…»

— Подпитка? В смысле! — глаза Цзюня Мосе загорелись: — А как ей можно подпитаться?

«Даже если я расскажу во всех деталях, ты вряд ли поймёшь. Проще говоря — когда в следующий раз ты будешь меня закаливать, то можешь добавить чуточку этой вещицы. Совсем немножко. И тогда моя сила увеличится аж в два раза! И даже больше… Только вот, боюсь, сейчас это будет слишком трудно…», — сказав это, меч Яньди и Хуанди тяжело вздохнул, прямо как обычный человек… Словно на душе у него был тяжёлый камень… если, конечно, у него есть душа.

Цзюнь Мосе тоже тяжело вздохнул. Эта херня вообще неубиваемая… чем бы таким закалить меч Яньди и Хуанди?

Пусть душа Чжань Лунь Хуая и бессмертна, но Цзюнь Мосе не осмелится запихать её в свой меч. Насколько же аномальна эта душа… Если меч поглотит её, то это явно хорошо не закончится…

«Но эта штуковина имеет для тебя огромную пользу!», — следующие слова меча Яньди и Хуанди заставили Цзюня Мосе встрепенуться: — «По моим ощущениям, когда ты закаляешь меня, то используешь некую силу посредника для открытия пространства! И вот эта хуёвина как раз-таки имеет что-то схожее с твоей силой, вот только она является более продвинутым посредником…»

Продвинутым посредником?!

Цзюнь Мосе вдруг жадным взглядом уставился на тело Чжань Лунь Хуая. Его глаза засверкали! Словно мелкий хулиган увидел на улице симпатичную девицу и пустил на неё слюни!

Цзюнь Мосе прекрасно понимал, чего ему не хватает.

Совершенствование его силы, несомненно, происходило необычайно быстрыми темпами, однако процесс культивации так нисколько не продвинулся вперёд. Там есть лишь небо, земля и Хуньдунь, но даже нет небесных светил или звёзд.

Там абсолютно нет никаких изменений, а это означает, что и нет никакого прогресса в культивации башни! Даже если его одухотворённая Ци взорвётся, никакого подъёма за этим всё равно не последует!

Прогресс произойдёт лишь в силе Суань, но пределы культивации останутся неизменными!

Для достижения прогресса в области культивации нужен какой-то мощный толчок!

Теперь же, когда меч Яньди и Хуанди сказал про «продвинутого посредника», Цзюнь Мосе весь загорелся от воодушевления.

Глава 1219. Жри его!

Цзюнь Мосе сразу же задумался: «Неужто мне не хватает такого посредника?». Он посмотрел Чжань Лунь Хуаю туда, где у него должны быть глаза, словно Чжу Бацзе (персонаж романа «Путешествие на Запад», воплощение алчности и похотливости) на сладкий огурец. От его взгляда у Четырнадцатого Шао по коже побежали мурашки… настолько он был подозрительным и мрачным…

Но Цзюнь Мосе не собирался идти на риск.

Потому что здесь есть ещё астральное тело Чжань Лунь Хуая! Если затащить его в башню, то как потом снова вытащить наружу, было пока неизвестно. Этот псих — настоящий бес разрушения… надо быть с ним максимально осторожным.

Однако насколько же надо быть осторожным, чтобы разделить этих двоих? Цзюнь Мосе нахмурил брови, глядя на дымку в воздухе, он думал. Как же сделать так, чтобы вытащить астральное тело этого чудака наружу?

На глазах тело Чжань ЛуньХуэя стало снова приобретать человеческий образ; Цзюнь Мосе внезапно собрал всю волю в кулак, и резко исчез. Он пропал из виду с такой быстрой скоростью, что даже меч Яньди и Хуанди не успел угнаться за ним, оставшись так и летать снаружи.

Четырнадцатый Шао и Гу Хань не знали, что задумал молодой мастер. Они растерянно огляделись по сторонам: неужто этот негодник так испугался этой хреновины, что бросился наутёк?! Не может быть такого!

В следующую минуту в воздухе внезапно появилась водная пыль. Она занимала пространство площадью примерно в несколько кубических метров. Она медленно начала сгущаться, полностью покрыв собой то место, где был светло-голубой клубок дыма. После этого она превратилась в водяные капли, которые потом стремительно стали затвердевать, превращаясь в лёд.

Однако светло-голубой клубок дыма, как и прежде, продолжал плыть и увеличиваться внутри этого льда, словно это никак не мешало ему.

Цзюнь Мосе снова появился. Он вытянул руку, и из его пальцев повеяло морозным холодом. Четырнадцатый Шао и Гу Хань вытаращили глаза от изумления: в то время, как этот кусок льда за считанные секунды превратился в очень толстый лёд!

Четырнадцатый Шао впервые наблюдал такие удивительные метаморфозы, и даже невольно стал тереть глаза от удивления! Ему было трудно поверить в увиденное, но, когда он снова открыл глаза, он испытал настоящий шок.

Потому что толстый лёд теперь превратился в ледяную квинтэссенцию!

«Квинтэссенция льда, мать вашу?!», — Четырнадцатый Шао чуть не грохнулся в обморок.

Это невероятно драгоценное сокровище, которое так трудно отыскать, и оно образовалось за считанные секунды прямо у него на глазах?!

К тому же сформировалось не само по себе, а благодаря человеческой силе!

Четырнадцатый Шао, разумеется, не знал, что в этот момент Цзюнь Мосе использовал силу башни Хунцзюнь! Опираясь только на свои силы, он никогда бы не смог сделать изо льда квинтэссенцию!

Квинтэссенция льда была чистой и прозрачной. Было отчётливо видно этот сгусток голубого дыма, который едва двигался под слоем льда. Какая-то его часть даже очень активно плавала, однако невооруженным глазом было заметно, что под действием резкого понижения температуры скорость его передвижения довольно прилично замедлилась.

Цзюнь Мосе взмахнул рукой, и меч Яньди и Хуанди, ярко сверкнув, подлетел к нему. Мосе, не мешкая, сразу же перебросил всю свою силу в меч, и высоко подняв его, замахнулся!

Целью Цзюня Мосе был этот самый кусок квинтэссенции льда, в которой был заключён светло-голубой сгусток дыма. Он занимал примерно одну двенадцатую часть от всей площади куска!

Лезвие меча соприкоснулось со льдом. В воздухе тотчас же появились разноцветные удивительные блики, и кусок квинтэссенции льда беззвучно упал вниз.

Во время падения, небольшая часть голубого дыма издала пронзительное шипение, и белая тень вылетела наружу; оставшиеся позади остатки голубого дыма тоже изо всех сил пытались выбраться наружу.

Цзюнь Мосе махнул рукой, и меч пронзил эту белую тень, в то же самое время кусок квинтэссенции льда полностью исчез из виду — Мосе забросил его в башню.

Белая тень, соприкоснувшись с лезвием меча Яньди и Хуанди, внезапно издала странный звук, словно крик ужаса. Разделившись на три части, две первые части сразу же бросились в стороны, а когда меч соприкоснулся с последней частью, он озарился ярким мощным сиянием, полностью поглотив в себя этот белый свет!

Часть голубого дыма, заключённая под толстый слой квинтэссенции льда, и та часть, что осталась снаружи, начали одновременно клокотать и бурлить, после чего раздался дрожащий грохот, и квинтэссенция льда разбилась вдребезги. Голубой дым соединился воедино, и с надрывным визгом исчез в небе!

Всё произошло настолько быстро, что даже ни Четырнадцатый Шао, ни Цзюнь Мосе не смогли среагировать и задержать его!

Когда все трое обменивались растерянными взглядами, меч Яньди и Хуанди внезапно начал странно светиться. Блеск был настолько ярким, что всем троим было трудно смотреть на это свечение. Затем прозвучал наполненный болью и муками крик, и клинок внезапно задрожал! Хотя это световое пятно было крохотного размера, фактически же это была частичка души Чжань Лунь Хуая. Его астральное тело разделилось на частички и скрылось в зыбучих песках, а под действием заледенения она распыляется повсеместно.

Цзюнь Мосе рискнул и решил атаковать мечом, потому что скорость движения голубого дыма сильно замедлилась из-за резкого понижения температуры.

Благодаря этому моменту, Мосе удалось уничтожить одну из частей души Чжань Лунь Хуая!

Удар меча был невероятно мастерским! Он не просто сразу поглотил её, а сначала лишил её любой возможности спастись бегством!

Но душа Чжань Лунь Хуая оказалось тоже невероятно сообразительной. Почувствовав неладное, он тотчас же разделилась на три части. То, что две из трёх частей смогли сбежать от меча Яньди и Хуанди, в самом деле, просто поразительно!

То, что сейчас произошло с мечом, является следствием ответного удара от частички души Чжань Лунь Хуая.

Такого странного и сильного отклика не ожидал даже сам Мосе!

Ли Бовень был Шенцзюнем второй ступени, но меч в два счёта поглотил его душу, без малейших затруднений. Но ничтожно маленький фрагмент души Чжань Лунь Хуая, который был ранга Баньшен (полубог, полусвятой) вызвал такую страшную ответную реакцию у меча Яньди и Хуанди… Душе самого меча даже пришлось отстаивать право контроля!

Цзюнь Мосе фыркнул, взял меч в руку, и начал вводить в него чистую одухотворённую Ци.

Сияние меча становилась всё ярче и ярче, после чего он с рёвом взлетел в небо, и бесследно исчез из виду!

В голове Мосе раздался слабый голос меча: «Слава Богу, пронесло! Душа у этого парня такая дерзкая! Застиг меня врасплох, ещё немного — и беды не миновать!»

Цзюнь Мосе представил себе маленького темноволосого мальчишку лет семи-восьми, вытирающего рукой пот со лба, и невольно улыбнулся.

Сам Мосе тоже обрадовался: «К счастью, я не взял с собой в башню весь кусок этой ледяной квинтэссенции, иначе бы мне ещё пришлось бороться с ним за право управлять башней. Глядя на всё это… я так слаб по сравнению с ним… меч Яньди и Хуанди даже не смог покорить своими силами одну сотую часть его души… этот Чжань Лунь Хуай, в самом деле, очень силён!

Цзюнь Мосе немного подумал, и стал успокаивать сам себя: «В конце концов, он настоящий оборотень, проживший несколько десятков тысяч лет! Ещё бы душа, прожившая столько времени, не будет такой сильной и дерзкой! К тому же он в родстве с учениками самого Первого Шао. Если бы он не был таким сильным, это выглядело бы странно…»

Хотя Четырнадцатый Шао и Гу Хань присутствовали там, и видели всё своими глазами, они так и не поняли, что же в конце концов сейчас произошло. Они в недоумении уставились на Мосе!

«Что это вообще было? Этот голубой туман был обездвижен? Но почему потом он снова пришёл в движение? К тому же сразу же развив такую сумасшедшую скорость передвижения? Просто уму непостижимо!»

Они и не подозревали, что только что Чжань Лунь Хуай столкнулся со смертельной опасностью. Моментально среагировав, он предпринял решение воспламенить свою душу, а потом собрав последние остатки своих сил, сломал лёд и сбежал.

Хотя меч Яньди и Хуанди смог поглотить только одну сотую часть его души, для него сегодняшний бой навсегда останется в памяти! Несмотря на то, что ему удалось сбежать со скоростью молнии, стоит только этой разгорячённой энергии исчезнуть, он тотчас же упадёт, с большой потерей для своих сил!

— После его побега, теперь неизвестно, когда нам в следующий раз представится возможность поймать его! — Гу Хань опечаленно вздохнул: –Если он доберется до людей, и достаточно насытится людской энергией, его будет не отличить от нормального человека. Уровень его силы достиг невероятного размера! Тогда материк снова ждёт катастрофа, и, возможно, ситуация будет намного плачевнее, чем сейчас…

Четырнадцатый Шао непроизвольно кивнул.

Цзюнь Мосе серьёзным голосом произнёс: — Поживём-увидим. Приближающаяся битва сейчас для нас важнее, а там видно будет.

А сам подумал: «Сейчас его душа имеет пробоину. Разве он сможет достигнуть вершины силы?»

Гу Хань снова вздохнул.

Цзюнь Мосе закинул кусок квинтэссенции льда на шестой этаж башни, и тот уже начал медленно распадаться… Вся башня была наполнена небесным сиянием Первозданного Хаоса. Мосе надеялся, что лёд постепенно растает, а небесное сияние проникнет в этот голубой туман… Цзюнь Мосе хотел проверить, сможет ли башня вернуть этот голубой туман к первозданной форме, то есть превратить в эссенцию зыбучих песков!

Глава 1220. Битва начинается!

Если у него действительно получится это… какого удивительного эффекта можно добиться благодаря зыбучим пескам, даже представить сложно! Возможно процесс совершенствования тоже ждут новые перемены?

Однако, будет ли какой-нибудь эффект или нет, об этом говорить ещё пока рано. Глядя на сегодняшний вид башни, кажется, этот процесс займёт много времени и терпения… Какие последствия могут нас ожидать после бегства Чжань Лунь Хуая?

Этого никто не знает.

Все трое молчали. Погружённые в свои размышления, они двигались назад к лагерю.

Четырнадцатый Шао так сильно задумался, что сам не заметил, как добрался вместе с Цзюнем Мосе до расположения лагеря армии Тянь Фа… Цзюнь Мосе в душе порадовался: «Ещё один сильный мастер сам прибыл в нашу команду… Хэ-хэ-хэ… К тому же это сам Четырнадцатый Шао, сразу добавилось уверенности перед битвой…»

Внезапно в тысяче километров от них раздался предостерегающий журавлиный свист!

Со стороны Тяньнань послышался разноголосый гомон. Через мгновение он взорвался с новой силой, и земля начала дрожать!

Наступление Чужаков, наконец, началось!

Новый раунд!

Цзюнь Мосе, Гу Хань и Четырнадцатый Шао сохраняли хладнокровие перед наступлением врага, однако всё равно невольно изменились в лице!

Причиной было не иначе как-то, что все трое не имели понятия о состоянии надвигающегося войска Чужаков, не было проведено никаких разведывательных операций, и ни признака на боевую готовность армий!

Вдалеке внезапно раздался мощный крик, сотрясающий воздух!

Крик этот был наполнен яростью и злобой, от него веяло пронизывающим до костей холодом, и это ощущение сохранялось довольно долго. Даже непроглядные потёмки ночи, кажется, содрогались от этих колебаний, а звёзды на ночном небе без остановки мигали, как испуганные глаза!

— Братья! Эта война — не во имя славы! И не во имя спасения человечества! В этот раз мы сражаемся за наших братьев! Давайте, изорвём в клочья этих мерзких Чужаков! Ха-ха-ха… Долгие годы мы тренировались и работали разве не для этого дня?! Так давайте убьём мерзких тварей! Всех, до одного! — голос Ин Бокуна звучал дерзко, от него веяло безграничным духом героизма.

— Ха-ха-ха! — ему в ответ раздался отважный хохот.

Подчинённые отряда Цаньтянь Шихунь смело и дерзко смеялись.

— Верно! Давайте, сделаем это красиво! Пусть льются в стороны реки крови! — громко выкрикнул Фэн Цзюань Юнь, в его руках сиял величественный меч, а глаза были такими чистыми и благородными, что кажется, он мог видеть даже то, что происходило от него в нескольких сотнях километров!

— Убьём их! Убьём! Пусть льются во все стороны реки крови! — хором отозвались все три сотни бойцов.

В следующую минуту сияние длинного меча затмило весь небосвод — они яростно бросились в бой!

Ин Бокун резко ударил своим мечом, и четыре головы Чужаков отлетели в сторону с фонтаном крови. Ин Бокун расхохотался: — Я уже убил девятерых! А скольких вы убили? Я, как ваш командир, объявляю состязание между двумя отрядами! Будем соревноваться в том, кто убьёт больше этих жалких отрепий! Кто проиграет — всем отрядом целый день будут лаять, как собаки! Фэн Цзюань Юнь, как тебе? Не боишься, что я заставлю тебя лаять? Ха-ха-ха!

Меч Фэн Цзюань Юня яростно кружился в воздухе. Пятеро Чужаков лишились своих голов, и он прокричал: — Ин Бокун, по рукам! Только я думаю, что как раз твой отряд будет лаять в конце! Братья, ну что, научим старого Ина лаять по-собачьи?

— Научим, ха-ха-ха! — подчинённые отряда Фэн Цзюань Юня воодушевлённо отозвались.

— Тогда чего вы ждёте? Не слышали приказ? Марш убивать Чужаков! — Фэн Цзюань Юнь непринуждённо рассмеялся и вытянул руку: — В бой! Убейте их всех!

Бойцы, радостно смеясь, бросились в толпу Чужаков! Их глаза горели, а лица были наполнены неподдельным энтузиазмом!

— Твою мать! — громко выругался Ин Бокун: — Братья! Если отряд Шихунь, действительно нас обыграет, вам точно будет стыдно за это. Так что поторапливайтесь! Всем в бой! Налетай!

Воины отряда Цаньтянь весело рассмеялись, и бросились убивать!

Кровопролитную бойню подчинённые этих двух отрядов воспринимали, как состязание! Их уровень сил и боевые способности стремительно повысились, они с лёгкостью отрубали головы Чужакам!

Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь таким образом пытались подбодрить своих подчинённых, подняв их воинский дух, и это, действительно, сработало. Битва началась с визгом и хохотом, руки и ноги отлетали в разные стороны!

Чьи-то культи, и фонтаны крови заполнили всё вокруг! Почти с самого начала битва приняла чрезвычайно ожесточённую форму!

И в этот самый момент раздался резкий рёв тигра, словно внезапно настигший их порыв дикого ветра!

Крепкое мужественное тело Короля тигров — Ху Леди — возвышалось как утёс вдалеке, звук его голоса был намного быстрее него: — Кто сможет потягаться в сноровке убивать с моей стаей тигров Тянь Фа? Мы тоже в игре! Мальчишки, вы уверены, что убьёте больше всех этих мерзких тварей?

Трёхтысячное войско тигров позади него одновременно отвечало:

— Уверены! Мы принесём победу вам, наш Король! Уничтожим этих отвратительных уродцев дочиста!

В глазах Ху Леди воспылал кровожадный огонь: — Посмотрите, братья из отрядов Цаньтянь Шихунь, на величественное войско тигров! Выложитесь по максимуму, покажите своё величие и ярость!»

— Посмотрите на наше величие и ярость! — отозвались одновременно три тысячи тигров. Тигриное войско на этот раз было поистине внушительным и свирепым, как никогда раньше!

Это было действительно величественное зрелище!

Когда войско тигров присоединилось к битве, обстановка на поле боя стала в разы ожесточённее и кровавее!

Отряды Цаньтянь Шихунь и войско тигров не могли сравняться с силами врага по численности, но зато в качественном вопросе они намного превосходили Чужаков, к тому же Цзюнь Мосе для каждого из них создал индивидуальное оружие, спроектировал военные расстановки сил — всё, чтобы максимально увеличить их шансы на успех, чтобы союзные армии дворца Злого Монарха и леса Тянь Фа пользовались преимуществом перед своим противником!

Как раз в это время, какой причудливый и мрачный смех раздался откуда-то издали: — Гу Хань! Я говорил, что прорву твой оборонительный рубеж! Я, Чуаньшань Бейдао, лично нанесу тебе поражение! Сейчас самое время привести мое обещание в исполнение! Гу Хань! Если у тебя хватит смелости, выходи! И сразись со мной!

Это говорил Чуаньшань Бейдао! Самый сильный мастер армии Чужаков, и с самого начала боя он бросил вызов вождю трёх священных земель, Гу Ханю!

Очевидно, он уже понял, что преимущество не на их стороне, и решил повысить боевой дух своих бойцов, иначе как же им одержать победу!

Ничто так не подзадоривает бойцов, как неудача врага в первом же бою!

Затем Чуаньшань Бейдао громко закричал: — Сегодня мы покорим себе материк Суань! Райский уголок почти у наших ног! Мои воины, история нас не забудет! И сегодня мы положим фундамент нашей империи! Вы хотите вместе со мной прославиться во веки веков?!

— Да! — раздались громогласные возгласы. Многотысячное войско Чужаков тотчас же отозвалось!

Одной своей фразой, он смог разжечь безграничное стремление Чужаков к победе! Чуаньшань Бейдао был прирождённым лидером, и его бойцы восхищались им! Если Гу Хань примет бой и проиграет его, это станет огромным ударом по боевому духу союзных армий!

В это время Цзюнь Мосе, Четырнадцатый Шао и Гу Хань только вернулись в лагерь союзных армий. Мэй Сюэ Янь как раз занималась передислокацией войск и рассылкой военачальников. Бойцы Тянь Фа после получения приказов, тотчас же отправлялись на места. Под спокойным и собранным командованием Мэй Сюэ Янь, она переправила уже двадцать четыре мобильных отряда.

— Почтенная Мэй, я восхищён вашими способностями к управлению войсками! — Гу Хань тяжело вздохнул, и одобрительно высказался.

Сейчас была глубокая ночь, и это мало чем помогало для армии материка.

А Чужаки выбрали это время суток для наступления совсем неспроста — их искусство становиться невидимыми ночью выглядело ещё более устрашающе.

Если сейчас развернуть сомкнутый боевой порядок на поле боя, для Чужаков это равносильно бесчисленным ярким мишеням!

Поэтому Мэй Сюэ Янь приняла решение рассредоточить войска на небольшие отряды. По сто человек каждый, и все они будут спешить на помощь отрядам Цаньтянь Шихунь и войску тигров.

Отряды численностью в сотню человек для такой крупномасштабной битвы — словно капля в море. Отыскать их будет не так уж и легко. Для хорошо обученных бойцов Тянь Фа — это лучший способ показать себя во всей красе, проявить свои новые силы, и обезглавить как можно больше бойцов неприятеля!

Глава 1221. Чем он обидел тебя?

В общей сложности двадцать четыре отряда по сто человек были разделены Мэй Сюэ Янь на восемь направлений. По три отряда двинулись в каждом направлении в боевом порядке клином.

Если три маленьких отряда объединятся, то сформируют войско.

Приказ Мэй Сюэ Янь был таким: «Всегда вперёд, никому не позволено отступать или оглядываться. Убивать всех врагов, кто встречается на пути! Двигайтесь пока не встретитесь с товарищами по оружию. Затем снова идите по пути, по которому шли ваши товарищи, и убейте оставшихся в живых врагов. Возвращайтесь после того, как полностью осмотрите всю территорию!»

У каждого отряда одинаковая задача. Заодно нужно было проинформировать Ин Бокуна, Фэн Цзюань Юня и Короля тигров, что можно будет отступать после того, как эти две дюжины отрядов завершат боевую задачу!

Несмотря на то, что на этот раз всего выступило две тысячи четыреста солдат, но все они были хорошо обученными мастерами!

Тактика вмешательства неизбежно приведёт к ужасным потерям Чужаков! Ещё более вероятно, что расположение войск противника будет полностью разрушено.

Успех этой тактики гарантировало то, что три тысячи воинов-тигров и два отряда Цаньтянь Шихунь проникнут в центр расположения врага!

Точечные атаки двадцати четырёх небольших отрядов в сочетании с силами контратаки Ин Бокуна и Короля тигров в центре расположения врага приведёт к ужасным потерям среди Чужаков. К тому же облегчит давление на Ин Бокуна, Короля тигров и Фэн Цзюань Юня!

Что касается оставшихся десятков тысяч солдат, они вместе прошли триста миль и развернули несокрушимую оборону. Если враг захочет прорваться через оборонительный рубеж, эти солдаты смогут эффективно осуществить разрушительную контратаку!

Два клана леопардов и львов с мощной боеспособностью ждали приказа к наступлению. В случае, если какой-либо из отрядов будет схвачен противником, они направят свою всесокрушающую мощь!

Благодаря их скорости, они являются самыми лучшими кланами, чтобы совершить этот план спасения!

Цзюнь Мосе, Гу Хань и Четырнадцатый Шао из подземного мира одобрили эту тактику!

Этот план считался наиболее эффективной стратегией против Чужаков, которые владели искусством становиться невидимыми, в такой непроглядной тьме!

Почти идеальная стратегия и тактика!

Именно в этот момент издалека послышался громкий возглас Чуаншань Бэйдао.

Гу Хань изменился в лице. Он уже собирался что-то сказать, но сильно удивился, увидев испуганное лицо Цзюня Мосе.

Гнев, который только что был у него в глазах, куда-то исчез, и он вдруг почувствовал страх. Он поспешно посмотрел на свою одежду, огляделся вокруг и убедился, что всё в порядке, а затем поднял голову: — Почему господин Цзюнь посмотрел так на меня?

— Хм, неужели это кричал твой любовничек? — ехидно сказал Цзюнь Мосе.

Гу Хань внезапно покраснел от гнева, но униженно промолчал. Он не ожидал, что молодой мастер Цзюнь задаст ему такой вопрос! Что за чёрт?! Ведь рядом с ними находилось много людей, в том числе и Цяо Ин. Как он мог спросить его такую чушь?

Кроме того, он же Чужак, да еще и сиамский близнец…

Разве ему не мерзко спрашивать о таком?

— Что ты говоришь ерунду! — бледный, как смерть, сердито крикнул Гу Хань. — Ты просто позоришь меня!

— Хм, неужели? — равнодушно спросил Цзюнь Мосе: — Как жаль… почему бы не пошутить над тобой?

На лбу Гу Ханя выступили вены, в этот момент он полностью забыл свой гнев, вызванный Чуаншанем Бэйдао, и направил всю злость на Цзюня Мосе. Потом он стиснул зубы и сказал: — Ах ты… болван! О чём, чёрт возьми, ты думаешь?

— Неужели я ошибся? — невинно сказал Цзюнь Мосе: — Послушай, как все закричали, они уже буквально клянутся, что лично убьют тебя! Ай-яй, как говорится, от любви до ненависти… На самом деле, ты являешься примером похотливого мужчины. Посмотри, как все разозлились, когда узнали, что ты уже перешёл на Чужаков… бравый старейшина! Истинная любовь везде, повсюду, она не имеет границ… Ради неё развязывают войны. Я хочу спросить тебя: ты тогда как следует отпердолил мужскую половину или женскую? Надеюсь, только женскую?

— Что ты несёшь! Ты… — Гу Хань пришёл в ярость. Кто такой этот Цзюнь Мосе? Почему он смеет говорить такую ерунду? — Я говорю ерунду? Я ошибся? Значит, всё-таки мужскую? А, ну да, рожей-то ты не слишком вышел… Ну не переживай, один раз — не пид…

— Заткнись! Я… ты… глупости… Хватит пороть чушь! — бранился Гу Хань, разозлённый замечаниями Цзюнь Мосе!

Никто не знал, то ли плакать, то ли смеяться. Мэй Сюэ Янь и Цяо Ин скорчили лица, стараясь не рассмеяться. Мо Вудао и остальные громко «кашляли», прикрывая рот.

Только Четырнадцатый Шао из подземного мира, не стесняясь, громко ржал.

Гу Хань почти метал гром и молнии — сейчас он просто перегрызёт глотку Цзюню Мосе! А где-то вдалеке продолжал надрываться Чуаншань Бэйдао: — Гу Хань! Выходи и борись со мной! Гу Хань, ты трус! Гу Хань, выходи! Бейся со мной! Давай узнаем, кто кого!

Слова Чуаншаня Бэйдао раньше привели бы всех в ярость, но сейчас все громко смеялись после каждого его слова, будто смотрели комедийный спектакль.

— Ах, старейшина, ты смотри как ему не терпится сразиться с тобой… — Цзюнь Мосе вздохнул: — Ну? Видишь, как он хочет, чтобы ты его нагнул? Неужели я действительно ошибся? Тогда зачем он зовёт тебя? Почему ты так его ненавидишь?

Люди разразились смехом. Гу Хань вдруг посинел и громко закричал:

— Ты меня зовёшь? Ждёшь, когда я нагну тебя? Извращенец хренов!

Неожиданно Чуаншань Бэйдао замолчал.

Чуаншань Бэйдао и Гу Хань — давние противники, он очень хорошо знаком с характером Гу Ханя и был уверен, что на этот раз Гу Хань примет его приглашение на бой. Однако, благородный Гу Хань обругал его. Это произошло так неожиданно, что он не знал, что делать дальше!

Битва шла полным ходом, Ин Бокун громко смеялся, пролетая над врагами: — Кричите от боли, мерзкие уроды!

Солдаты одновременно рассмеялись и заревели: — Кричите от боли, мерзкие уродцы, ха-ха-ха…

Кажется, Гу Хань не ожидал, что его слова поднимут боевой дух его соратников! Это оказалось очень неожиданно и радостно.

В течение долгого времени раздавался яростный голос: — Гу Хань! Ты —трус! Благородный человек никогда не будет сквернословить! Если ты боишься сражаться со мной, так и быть! Но зачем оскорблять меня? Кто ты такой, чтобы позорить меня? Разве это достойно первого человека континента Суань?

Не успел он договорить, как послышался чей-то смеющийся голос: — Эй, ты кто? Как тебя зовут? Ты же Чуаншань Бэйдао, да? Мне интересно, что Гу Хань тебе сделал? Почему ты его так ненавидишь?

— А ты еще кто такой? — сразу насторожился Чуаншань Бейдао. Хотя голос человека, который говорил, казался молодым и полным жизненных сил, но, преодолев километры, казалось, что он разговаривает рядом.

Этот человек — определённо мастер! Возможно, он даже сильнее Гу Ханя!

Голос не ответил на вопрос Чуаншаня, но с интересом спросил: — Я спросил, чем Гу Хань обидел тебя? А? Неужели отымел тебя? Поматросил и бросил? Повесели нас своим рассказом, ха-ха, я люблю слушать такие истории. Расскажи, как есть, и я помогу тебе восстановить справедливость…

Чжуаншань Бейдао чуть не потерял сознание от этих слов и закричал:

— Кто ты? Назовись! Раз ты говоришь такие непристойные и бесстыдные слова, значит, станешь первым!

Голос ухмыльнулся и сказал: — Ты такой бесстыдный… Я хотел от чистого сердца помочь тебе, почему ты даже на меня бранишься? Ладно, вы, ублюдки, не понимаете, что такое этикет… Я не собираюсь представляться тебе. Если тебе хватит смелости, приходи, и я покажу тебе, кто я такой!

— Бесстыдник! — закричали одновременно два голоса Чуаншаня Бейдао! Странный и звонкий, как колокольчик, голоса смешались воедино. Он не ожидал, что среди мастеров найдётся такой наглый парень.

— Бесстыдник? Кто более бесстыжий? — внезапно холодно ответил ему голос: — Ты думаешь, мы здесь все такие дураки и не поймём, почему ты вызываешь его на бой в кромешной тьме? Если ты такой смелый — сразитесь лицом клицу в решающей битве! Какой же ты мерзкий, раз оскорбляешь других и хитришь?! Мы — благородные люди, и считаем ниже своего достоинства объясняться с тобой. Главное, что остальные всё понимают!

Всех внезапно осенило, когда они это услышали!

Глава 1222. Солдат на солдата, генерал на генерала!

Главная цель ночной атаки Чуаншаня Бэйдао — Гу Хань! Он точно рассчитал, что Гу Хань обязательно вступит в бой, так как от его появления зависит моральный дух всех бойцов священных земель!

Так что Гу Хань не позволит себе трусости и обязательно выйдет на поле боя.

Однако ночь была слишком тёмная, а с учётом техники скрытого убийства Чужаков Гу Хань подвергнет всех огромному риску -вероятность их поражения равна примерно процентам восьмидесяти! А это практически равносильно тому, чтобы идти на верную смерть!

Если Гу Хань умрёт или потерпит в этой битве поражение, то это окажется слишком сильным ударом для всей союзной армии материка!

Однако розовые мечты Чуаншаня Бэйдао были полностью разрушены Цзюнем Мосе.

Гу Хань и сам был не глуп, он прекрасно понимал планы Чуаншаня Бэйдао и знал, что если он выйдет на поле боя, то всё это добром не кончится — шанс остаться в живых слишком мал. Однако он не мог остаться в стороне — он должен сражаться! Как лидер! Ибо он олицетворяет славу и величие трёх священных земель.

Гу Хань может быть побеждён или даже убит, но слава трёх священных земель нив коем случае не может быть осквернена!

Раз уж мысли Чуаншаня Бэйдао были раскрыты, он улыбнулся и сказал: — Верно! Я действительно продумал всё так, чтобы Гу Ханю пришлось вступить в сражение. Кто бы мог подумать, что вы сможете разъяснить все мои планы лишь в двух словах! Похоже, что вы достойны моего внимания, однако неужто вы так скупы, что не хотите поделиться со мной своим именем?

Цзюнь Мосе усмехнулся и сказал: — Я признаю свои способности и довольно щедрый малый. И хотя моё имя не является огромной тайной, однако, к сожалению, я не могу им с тобой поделиться.

— Почему же? — слегка удручённо спросил Чуаншань Бэйдао.

Он никак не мог понять: если имя этого человека не было тайной, то почему он его не говорит?

— Причина довольно проста: ты слишком омерзителен, вот и всё, — медленно сказал Цзюнь Мосе: — Если моё имя будет тебе известно, то для меня это станет невыносимым позором… Так что чем позже ты его узнаешь, тем лучше…

После этих слов, будь то в палатке или лагере, или на поле битвы — везде раздался оглушительный хохот!

Эта шайка уже убила порядочно славных воинов, поэтому услышав слова Цзюня Мосе, все вдруг почувствовали некоторое облегчение и рассмеялись.

— Ублюдок! — Чуаншань Бэйдао пришёл в ярость и закричал: — Ты! А ну выйди сюда! Выходи и сразись со мной!

Цзюнь Мосе фыркнул и с презрением ответил: — А не пошёл бы ты на хуй?

Он произнёс это чётко, громко и о-о-очень доступно.

Неизвестно, с каким выражением лица стоял Чуаншань Бэйдао, но на стороне союзной армии бушевал океан радости. Даже на безжизненных лицах мастеров трёх священных земель появились улыбки.

Цзюнь Мосе посмотрел на всех в шатре и серьёзно сказал: — Чужаки по своей природе — очень жестокие бойцы. И сейчас со своим количеством они находятся в абсолютном преимуществе. Эта битва будет действительно очень опасной. Нам необходима точная стратегия!

— Господин Цзюнь, и какого рода планирование нам необходимо? — с серьёзным лицом спросил Гу Хань.

— На данный момент на нашей стороне четыре первоклассных мастера: ты, я, Мэй Сюэ Янь и Четырнадцатый Шао…

Цзюнь Мосе ещё не закончил говорить, как Четырнадцатый Шао тут же фыркнул и прервал его: — Не четверо, а трое! Я не могу быть на вашей стороне. Эта битва между материком и Чужаками, и меня она никак не касается!

— Да плевать, что ты там говоришь, делай, что хочешь! Всё равно на тебя нет никакой надежды. Трое так трое. У каждого из нас буду свои собственные функции, и мы ни в коем случае не должны покидать свой пост! Это очень важно, — Цзюнь Мосе отвернулся от Четырнадцатого Шао, закатил глаза и продолжил говорить: — Мэй Сюэ Янь, ты примешь на себя командование главными силами армии и займёшься их распределением. Это очень ответственная задача, тебе необходимо совмещать оборону основных позиций и отвечать за прибывающие подкрепления со стороны материка. Кроме того, в соответствии с изменениями на поле боя, ты должна незамедлительно отсылать новые войсковые отряды. Ни в коем случае нельзя расслабляться!

Мэй Сюэянь одобрительно хмыкнула, её взгляд наполнился решительностью. Несмотря на то, что Цзюнь Мосе определил её в самый безопасный тыл, на её плечи легла самая большая ответственность!

Успех и неудача этой битвы были в её руках! На душе у Мэй Сюэ Янь стало немного тяжело.

— Что касается Старейшины Гу, то вы отвечаете за боевую мощь трёх священных земель! — Цзюнь Мосе посмотрел в глаза Гу Ханю: -Возможно завтра или послезавтра великая битва наконец разразится. И в подходящий для того момент, вы, три священные земли, выступите в ней в качестве первой боевой волны. Всё давление противника скажется именно на вас! Не забывай о том, что я тебе сказал!

Гу Хань нахмурился и кивнул: — Само собой, разумеется!

— Что же касается самого меня, то я останусь на фронте и займусь конкретной переброской наших войск! — Цзюнь Мосе определил себя в самое опасное место. Он внушительно окинул взглядом всех присутствующих и сказал: — Не важно, откуда вы, но запомните мои слова! Вот-вот начнётся страшная, кровопролитная война. Забудьте все весь ваш опыт цзянху и сравнивайте себя с другими мастерами! От наших действий зависит мир и безопасность миллионов людей на материке! Солдат на солдата, генерал на генерала! Это элементарные познания необходимы нам на поле боя! Запомните: Шэнцзун сражается с Шэнцзуном, Шенхуан бьётся с Шенхуаном! Ни к чему тут ваша безрассудная храбрость, сосредоточьтесь на истреблении противника! Любые ваши ненужные усилия увеличивают шансы Чужаков на успех! У нас и так маловато бойцов, так что лишние потери нам ни к чему! Все мастера Шэнцзун! Даже если вы не убьёте ни одного врага, но умрёте от руки мастера Тянь Жен, запомните — вам нечего стыдится! Потому что вы умрёте в бою — там, где и должны умереть! Вы будете истреблять противников, так что естественно, кто-то из них сможет поймать и вас! Сражайтесь до того, пока ваша миссия в этой войне не будет окончена! В противном случае, если даже вы и уничтожите огромное количество боевой силы Чужаков, но это будут не равносильные вам мастера, тогда вы будете виновны в мучениях всех людей на материке Суань!

Все молча кивнули.

— Пожалуйста, помните, что даже если вы в конечном итоге убьёте десяток тысяч обычных воинов, это никак не компенсирует потерю одного из наших Шэнцзунов! Я не стану говорить никаких красивых речей, скажу лишь одно: даже если вы умрете, то умрите ради самого дорогого, что есть в вашей жизни!

Цзюнь Мосе закончил говорить. Сверкающими глазами он ещё раз оглянул каждого и добавил: — Может кто-то хочет что-то сказать?

Цзюнь Мосе прекрасно понимал, что все эти люди были бесшабашными и совершенно не подходили на роль бойцов в регулярных войсках! Если бы перед Мосе находились обычные рядовые солдаты, то он мог бы даже ничего им не говорить, но этим дебилам всё нужно напоминать и многократно повторять!

Все эти солдаты в душе были храбрыми воинами, может, организация и дисциплина для них ничего не значат, но из-за одного прилива крови эти ребята могут перерезать кого угодно, где угодно и когда угодно. Но в данный момент союзная армия не может позволить себе таких убытков.

Противников можно истреблять и даже нужно!

Но ни в коем случае нельзя допустить собственных потерь!

Даже потеря одного Шэнцзуна может сильно сказаться на успехе или неудаче всей битвы!

Даже если мастер Шэнцзун погибнет после того, как уничтожит двадцать тысяч противников, это всё равно будет огромной потерей. Потому что равносильный ему противник, которого он упустил, в конце концов, создаст союзным войскам ущерба в несколько тысяч бойцов!

Наши боевые силы не могут себе позволить ущерба даже в сотню мастеров!

А для армии Чужаков даже потери в десятки тысяч бойцов ничего не значат!

Так что надо быть осторожными!

Это, несомненно, очень жестокое решение!

Потому что, следуя этому плану, большое количество мастеров со сравнительно низким уровнем совершенствования неизбежно будут разорваны противником в клочья. А мастера с более высоким уровнем Суань не смогут прийти к ним на помощь из-за жестокого указа и будут просто наблюдать со стороны на то, как большинство их товарищей будут убиты!

Но эта кровавая и жестокая команда также является самым правильным решением!

Если союзные войска Правительства Злого Монарха, леса Тянь Фа и трёх священных земель станут упускать основное ради второстепенного, то они однозначно проиграют эту битву!

Действительно правильная стратегия — сначала полностью уничтожить высшие силы противника! Любой ценой, даже путем самоликвидации! Главная задача всей войны — полное уничтожение Чужаков!

Оставшиеся обычные Чужаки, даже войдя на материк, могут быть с лёгкостью уничтожены!

Таким образом, это, казалось бы, жестокое решение, является основой большого плана!

Если бы это была обычная мирская война, то две армии уже давно начали друг друга атаковать, а генералы как обычно оставались бы в стороне. Но в данном случае никто не будет двигаться первым, пока битва не закончится. Нельзя действовать опрометчиво, иначе противник может ударить своими главными силами! А это приведёт к полному разгрому союзных войск материка!

Пусть это было поле боя, но большинство участников этой войны были обычными воинами цзянху.

Эти бойцы всегда соблюдали своё золотое правило на поле боя!

Именно эта особенность была их главным недостатком — они всегда считали свою горячую кровь отличным импульсом для действия!

В цзянху никто бы никогда не стал осуждать пылкость и импульсивность воина, но на поле боя такие люди обычно расстаются со своими жизнями в первую очередь. И умирают они не от рук противника, обычно их просто казнят по военным законам…

Некоторое время атмосфера в главном шатре казалась немного странной.

Остаточная боевая мощь трёх священных земель в виде кучки мастеров из Священного дворца, люди Злого Монарха, несколько священных животных, а также Четырнадцатый Шао, который понятия не имел, что происходит… все эти люди собрались вместе, но их милость и ненависть теперь были слишком перепутаны.

Независимо от того, что в них скрывается глубокая непримиримая вражда друг с другом, однако теперь все они могут спокойно сидеть за одним столом и готовиться к битве с общим для них врагом!

От этой обстановки у каждого из присутствующих на душе клокотало слегка странное, сложное и необъяснимое ощущение.

Глава 1223. Умирать без сожаления

Через мгновение от силуэта Четырнадцатого Шао не осталось ни следа.

— Ну что за человек, мать вашу? Даже свалил без разрешения — никакой дисциплины! В этот раз главнокомандующий всеми войсками -мой дядя, так что он обязательно отсечёт этому придурку его голову! — Цзюнь Мосе нахмурился. Все присутствующие уставились в небо, словно ничего и не услышали.

«Неужели он действительно рассчитывал на дисциплину и организованность от сумасброда?! Да проще петуха заставить снести тебе яйцо. То, что этот псих смог прибыть сюда, не доставляя нам лишних хлопот — это уже хорошо! Даже если Цзюнь Вуй наш главнокомандующий, то как он сможет прикончить Четырнадцатого Шао? Какой меч способен отсечь голову этому психопату?!»

— Довольно. Прошу всех вернуться к себе и начать готовиться, — Цзюнь Мосе взмахнул рукой: — У меня есть лишь одна просьба: воины трёх священных земель должны обязательно атаковать в нужный момент! Как только вы услышите свист, тут же вступаете в бой!

Гу Хань кивнул и больше ничего не сказал. Он и ещё несколько мастеров Священных земель встали и направились к выходу.

Мо Вудао шёл в самом конце, но вдруг повернул голову и твёрдо посмотрел на Цзюня Мосе.

— Господин Цзюнь. Я бы хотел кое-что сказать, — тяжело произнес он.

— Я слушаю, — ответил Мосе.

Мо Вудао — это не Гу Хань, так что со своей нынешней силой Цзюнь Мосе совершенно не обращал на него никакого внимания. Что касается коварных стратегий и планов Мо Вудао, то в данной ситуации они не имели никакого значения, да и Мосе действительно на всё это насрать. Но так как оба мастера теперь находились в одной коалиции, молодому мастеру волей-неволей пришлось среагировать на слова Мо Вудао.

— Когда-то давно по твоей вине умер мой единственный младший брат, и я решил, что обязательно отомщу тебе за это! — глаза Мо Вудао буквально искрили молниями, а всё его лицо отражало сильную скорбь: — Однако, похоже, что в этой жизни у меня уже не будет шанса свершить своё возмездие. Даже если бы этот псих Чжань не уничтожил три священные земли, у меня бы всё равно не было возможности тебе отомстить! Теперь я даже вынужден молиться богам… — у Мо Вудао дёрнулся левый глаз: — …Я надеюсь, что небеса помогут тебе, и ты проживёшь долгую жизнь! Потому что если ты умрёшь, то у материка больше не останется никакой надежды! Это так иронично… Молиться о том, чтобы небеса защитили твоего самого большого врага, и он смог прожить долгую и мирную жизнь…

Интересно, что же Мо Вудао сейчас чувствовал?

Цзюнь Мосе никогда не обращал внимания на него, однако в данный момент от отчётливо увидел всю его боль и мучения!

— Я буду жить. Долго жить, — в этот момент пренебрежительный взгляд Цзюня Мосе стал немного мягче. Если у его врага действительно такой образ мыслей, то он по праву заслуживает искреннего уважения.

— Возможно, сейчас такие слова говорить уже поздно, однако я бы хотел принести свои глубочайшие извинения Почтенной Мэй и священным зверям леса Тянь Фа за причинённый им вред… — Мо Вудао горько рассмеялся, поднял голову и сказал: — Я нисколько не сожалею о содеянном! Если бы можно было вернуть время, и я бы не знал, что в итоге гора Тяньчжу рухнет и приведёт к таким ужасным последствиям… то я бы сделал бы всё то же самое! Я не раскаиваюсь! И ни о чём не сожалею! — сказал Мо Вудао.

— В данный момент тебе не нужно передо мной извиняться, потому что я не прощу тебя! Именно потому что ты нисколько не раскаиваешься! И ни о чём не сожалеешь! — сказала Мэй Сюэ Янь: — Как моему старому врагу и новому союзнику, я могу пожелать только одного — счастливого пути!

Естественно, путь, про который она сказала, вёл на тот свет. Несмотря на то, что Мэй Сюэ Янь никак об этом не упомянула, Мо Вудао всё и сам прекрасно понял.

— И напоследок! — Мо Вудао посмотрел Цзюню Мосе прямо в глаза и сказал: — Я знаю, что ты во многом недоволен поступками трёх священных земель, да и вообще не питаешь к ним симпатию! Ты считаешь нас зазнайками, гонящимися лишь за славой… Но я скажу тебе вот что: может мы и сделали много плохого и причинили много вреда, но всё это было ради защиты материка! Ради защиты всего мира! Даже если мы умрём, никто не сможет лишить Священную Землю её славы и величия!

Мо Вудао закончил говорить и с гордым видом вышел из шатра.

Мастера трёх священных земель наблюдали за ним с блеском в глазах!

«Даже если мы умрем, никто не сможет лишить Священную Землю её славы и величия!»

Все вдруг почувствовали, что исчезнувшая в их сердцах вера вдруг нахлынула обратно с новой силой!

Когда мастера трёх священных земель ушли уже достаточно далеко, Цзюнь Мосе вдруг сказал: — Пусть я всё ещё отношусь к Священным землям довольно предвзято, пусть я и убил очень много ваших воинов и стал врагом для большинства из вас, пусть вы и допустили слишком много ошибок, за который я никогда не смогу вас простить… Но сейчас я бы хотел попросить перед вами прощения за то, что когда-то сомневался в вашей добросовестности и чистых намерениях! Я прошу прощения!

Молодой мастер акцентировал особое внимание на слове «прощение».

Услышав эти три слова, все мастера трёх священных земель переменились в лицах: они не могли поверить, что Злой Монарх действительно извинился перед ними, да ещё и в таком серьёзном тоне!

Из-за этих трёх слов, на глазах у многих людей внезапно вспыхнули слёзы! А от некоторых доносились слабые всхлипывания!

И всё из-за извинений от Злого Монарха, Цзюня Мосе!

Несмотря на то, что Злой Монарх не раз говорил, что ему плевать на мирские дела, и они его никак не касаются, но в этот момент Цзюнь Мосе принёс свои извинения именно от лица всего материка!

Слова молодого мастера оказали огромную поддержку воинам священных земель! Ведь они имеют огромный вес!

Мо Вудао и остальные мастера внезапно повернулись и отдали своё почтение сложенными у груди руками!

— Если умирать, то без сожалений!

Это общий голос сердца всех мастеров, принадлежащих трём священным землям!

Пусть Мо Вудао сказал всего несколько слов, но те чувства, что он в них вложил, не сможет испытать никто другой даже через тысячи лет!

Вслед за этим все мастера повернулись и, больше не оглядываясь назад, быстро отправились к себе на позиции.

В воздухе всё ещё были слышны всхлипывания…

Через час Цзюнь Мосе приказал принести несколько тысяч обычных бумажных мешков.

Приказ был таков: сложить в мешок те вещи, которые не нужны и не представляют никакой ценности. Возможно, это будет клочок одежды или волос. Затем на мешке нужно написать своё имя и фразу, которую тот хочет больше всего сказать.

Цзюнь Мосе не уточнил конкретную роль этого бумажного мешка, но мастера трёх священных земель прекрасно понимали, для чего это всё было нужно. Может эти потрёпанные до крайности пакеты в обычной жизни ничего и не стоят, но в глазах воинов это — несомненно, самое дорогое, что у них имеется на данный момент!

Это своего рода доказательство их участия в этой великой войне! Их след в истории!

Пусть ценой их жизни, но этот мешок может дойти до их жён!

Поэтому каждый воин взял свой бумажный пакет и крепко прижал его к груди.

Весь лагерь священной земли наполнился тишиной и спокойствием!

В это время, боевая обстановка на фронте уже накалилась до предела.

Грязная чёрная одежда Ин Бокуна теперь стала полностью окровавленной. На правой стороне лица виднелся свежий порез от меча, а с головы время от времени слабо стекала свежая кровь. Ран на его теле уже было не сосчитать…

Однако его сильное тело, словно ветер, всё ещё неслось напролом!

В этот момент в руках у Ин Бокуна вместо его обычного меча было оружие одного из Чужаков.

Его волшебный меч уже давным-давно превратился в порошок, а сейчас он уже сменил шестой клинок своего противника!

Даже этот меч уже весь искривился, и, судя по всему, долго не протянет!

Ин Бокун низко зарычал, а затем одной левой раздробил десять черепушек иноплеменных тварей. Правая рука в этот момент уже перерезала глотки тринадцати чужеземцам! Невероятное кровавое зрелище! Он был словно цветок, который решил полностью раскрыться перед самой смертью!

Рядом с ним резко вспыхнула чья-то чёрная тень, и острый длинный клинок тут же вонзился прямо в его спину.

Ин Бокун дёрнулся и меч, который должен был ударить ему в спину, попал прямо в подмышку. Ин Бокун тут же отскочил вперёд и одним ударом вонзил два клинка прямо в женское и мужское горло Чужака. Через секунду обе головы уже с грохотом упали на землю!

Удар бьёт в цель, а атака бьёт наповал!

Это уже тринадцатый Чужак уровня Ди Жен, убитый Ин Бокуном…

Глава 1224. Ужасающие воины отрядов Цаньтянь Шихунь!

После длительной битвы силы Ин Бокуна, несомненно, сократились, а на теле появилось немало ранений, однако Ди Жэнам от этого не стало легче!

Пройдя через большое количество рукопашных боёв, они почувствовали, что этот небольшой отряд численностью всего в триста бойцов, несмотря на то, что они просто обычные люди, совершенствующие Суань, а не священные животные, физическое состояние их тела и уровень Суань намного превосходит рамки, дозволенные для людей! Они не только нисколько не уступали священным животным, которых так боялись все Чужаки, но и даже превосходили их на уровень! Самый низкий уровень совершенствования среди них принадлежал Шенхуанам третьей ступени, хотя их реальная сила была просто поразительной!

Один встречный удар кулаком даже тёмных Гуй Жэнов откидывал на полтора метра назад, не говоря уже о Ди Жэнах! Такой мощный удар вообще мог отправить неприятеля к праотцам…

Если удар приходился на кого-то, кто был ещё ниже уровнем, его сердце могло в туже секунду разорваться, не выдержав давления!

Такой потрясающей мощью среди священных животных обладали только воины стаи медведей, и то не каждый, а только медведи-бойцы такого же уровня! А солдаты этого небольшого отряда все поголовно обладали такой невероятной силищей!

Это внушало страх!

С самого начала битвы Чужаки не придали им большого значения, и даже не стали выпускать в бой отряды Ди Жэнов. Потому что они знали, что за этим отрядом следуют страшные воины Тянь Фа!

Они набирались сил перед кровавой схваткой со священными животными.

Чужаки не рассматривали отряды людей, как настоящую опасность, они были уверены, что одного плевка будет достаточно, чтобы перебить их.

Если даже они и окажутся не такими слабыми, тактика атаки «волнами» никогда не подводила их! Но, как только началась битва, Чужаки поняли, что их суждения и стратегия боя — всё было полнейшим заблуждением!

Каждый из этих трёхсот бойцов как несокрушимая крепость! Все они прирождённые машины для убийства!

И не потому что солдаты армии Чужаков такие слабые, а потому что эти мастера слишком сильные!

Сотне остервенелых крыс, возможно и удастся победить кота, но сотня муравьёв всё же будет бессильна перед лицом могущественного тигра!

Простые солдаты Чужаков не то что не могли убить их, они даже были не в состоянии преградить им путь, не говоря уже об настоящем наступлении! А тактика атаки «волнами» для них вообще смехота!

Взгляд их холодный, как лёд. Кажется, для них не существует разницы между трупом и живым существом. Несколько сотен жизней для них — ничто!

В глубине их бездонных зрачков теплится лишь пылающая жажда убивать!

Три сотни человек и многочисленная армия в несколько десятков тысяч солдат, насколько отличаются их пропорции!

Глубокой тёмной ночью эти три сотни человек резвым потоком уничтожили все расстановки сил, которые так тщательно готовили Чужаки!

Их мечи сверкали в ночи, как вспышки молнии.

Сталкиваясь с ними, оружие Чужаков гнулось, как мягкий тофу под лезвием ножа, а потом оно разламывалось пополам.

Вслед за тем, как их «пластмассовые» мечи отлетали в стороны, два свирепых глаза вонзались в тела несчастных Чужаков!

Застигнут врасплох!

Только эти слова могли точно описать выражение их лиц!

На поле боя, где две противоборствующие армии отчаянно пытаются убить друг друга, оказаться «застигнутым врасплох» звучит довольно смешно, ведь это война, но такие удивительные ситуации то и дело возникали в армии Чужаков!

Как только между сторонами началось столкновение, самые передние шеренги солдат Чужаков даже не успели опомниться, как их боевые товарищи, стоявшие чуть впереди них, все попадали замертво, а стальные мечи, ещё недавно принадлежавшие им, уже летели к ним в горло!

Так быстро!

И так жестоко!

Триста солдат отрядов Цаньтянь Шихунь, как трудолюбивые крестьяне, прошлись серпом по полю, засеянному Чужаками, и собрали дивный урожай!

Они махали своими мечами, не зная устали, радостно и задорно собирая свой «урожай», до тех пор, пока их ненастные мечи не раскололись, превращаясь в стальные щепки. Но на их руках уже было более десяти тысяч жизней неприятеля! Не стоит забывать, что это всё-таки Чужаки, и у каждого их них по два туловища! А значит эту громадную цифру стоит умножать на два!

Подчинённые Цаньтянь Шихунь продолжали сохранять невозмутимые выражения лиц. Они двигались вперёд, и даже несмотря на горячий бой, по-прежнему двигались чётким дисциплинированным строем. Быстро собирая урожай жизней Чужаков, уверенно ступая ногами по земле, откидывая конечности уже убитых врагов, шаг за шагом, хлюпая по лужам крови, доблестные воины Цаньтянь Шихунь невозмутимо двигались вперёд! Каждый их этих бойцов участвовал в сотнях военных походов под командованием Цзюня Мосе, они были воинами до кончиков пальцев, которые были выкованы из железа и крови. Для них война, убийство, смерть вошли в привычку.

После невыносимо тяжёлых тренировок Цзюня Мосе, они стали ещё более стойкими и непоколебимыми.

Убийства стали неотъемлимой часть их жизни, и они не думали останавливаться.

Особенно сейчас, когда перед ними были мерзкие и гнусные Чужаки, которые являлись самой главной угрозой для материка Суань. Они лишь стали ещё беспощаднее! Под предводительством двух своих командиров, этот бой стал для них весёлым соревнованием!

Да, именно соревнованием по убийству!

После их отряда оставались только трупы, не было раненых. Один удар — и сразу безоговорочная смерть! Цзюнь Мосе лично научил каждого из них искусству убивать, убивать легко, точно и наверняка!

Никакой пощады, никто не сможет уцелеть от их атаки!

Когда бойцы оказались в положении, когда силы противника значительно превышают их собственные, они чувствовали себя драконом, снова вернувшимся в глухую заводь!

На этот раз армией Чужаков руководил Цуаньян Гошен; помимо того, что он был сильным Ди Жэном, он еще был первоклассным командующим. У него было пятьсот тысяч солдат.

До начала сражения он распорядился, чтобы все воины уровней Гуй Жэн, и особенно Ди Жэн сосредоточились в одном месте. Кроме командующих отрядами, все остальные должны быть в одном месте, и ждать команды в любой момент присоединиться к бою. Чтобы в решающий момент окончательно прорвать оборону противника!

Что касается обычных солдат, хотя и количество достигло пятисот тысяч, они были всего лишь пушечным мясом! Он был убеждён, что, если ему удастся одержать победу в этом бою, пусть даже при условии, что все пятьсот тысяч солдат будут полностью уничтожены, он с лёгкостью сможет восполнить эти потери.

Поэтому он не обращал никакого внимания на жертвы обычных солдат!

Глядя на отряд Цаньтянь Шихунь, в эту минуту в его глазах воспылала лютая жестокость! Он ждал того времени, когда противник, наконец, вымотается. Когда наступит удобный момент, он сразу же отправит в бой своих лучших бойцов, и они разорвут в клочья этих триста человек!

Даже несгибаемые и самые стойкие солдаты не могут сражаться такое долгое время!

Человеческие силы имеют свойство заканчиваться, это непреложная истина!

Но по ходу сражения, командующий Гошен медленно терял уверенность в этом, его зоркий и мудрый взгляд теперь же был полон страха и неподдельного изумления, он был потрясён!

Потому что бой продолжался уже долгое время, а отряд в триста человек смог перебить около трети от общей численности врага, так и не проявив ни малейшего признака усталости! Их боевая мощь находилась, как и прежде в самом расцвете!

Как такое возможно?

Он не мог поверить собственным глазам. Ведь даже он, если бы боролся на протяжении такого времени и с подобной интенсивностью, уже давно бы почувствовал усталость, а эти солдаты были всё так же свежи и бодры!

Это просто не соответствует здравому смыслу!

Цюаньян Гошен и не подозревал, какие тяжёлые и мучительные тренировки пришлось пройти этим бойцам. Когда они были всего лишь обладателями серебряной Суань, они на протяжении всего дня поднимали брёвна весом более пятидесяти килограммов.

Вне зависимости, что они делали, им постоянно надо было поднимать и поднимать это бревно…

В начале своих тренировок, они каждый день открывали новые грани своего тела!

Постепенно планка поднималась, и сейчас они тягали огромные железные пласты весом в одну тонну! Они тягали их во время тренировок по фехтованию мечом! И даже во время еды железный пласт располагался у них на макушке…

Такие жестокие и мощные тренировки развили силы бойцов до пугающей отметки!

Их выносливость не может не шокировать! Без серьёзных ранений они могут сражаться без продыху круглые сутки!

А сейчас не прошло и часа…

Но главнокомандующий Цюаньян уже не мог спокойно смотреть на это.

И, наконец, в это мгновение он заметил полоску рассвета…

Глава 1225. Твою мать!

Вслед за тем, как у одного из воинов отряда Цаньтянь Шихунь сломался меч, такая же ситуация произошла с мечами ещё нескольких воинов. Со временем таких случаев становилось всё больше и больше.

Даже такие удивительные волшебные мечи не смогли выдержать давления от такой продолжительной битвы!

— Ха-ха, я понял какое у них слабое место! Их оружие вышло из строя! — Цюаньян хлопнул себя по ноге, и радостно произнёс. Однако эта его фраза вызвала презрительный взгляд у всех, кто стоял рядом с ним.

«Их оружие не годится?! Такое оружие, и не годится? Ты разве не видел, что случилось с мечами наших бойцов от их оружия? Их мечи сломались, пройдя несколько десятков сотен столкновений с врагом! Можно сказать, нам пришлось нанести несколько десятков ударов своим мечом, чтобы их меч, наконец, оказался непригодным для использования! К тому же пришлось пожертвовать немалым количеством саблей тёмных Гуй Жэнов и Ди Жэнов! У нас не найдется и нескольких штук подобных прекрасных мечей, а главнокомандующий заявляет, что вычислил их слабое место, оказывается, их оружие совсем не годится для боя?! Осмелюсь спросить, каким должно быть их оружие, чтобы вам оно показалось… пригодным? Они должны были нанизать трупы наших бойцов, как засахаренные плоды на палочку, и тогда вы бы признали, что их оружие вполне пригодно для боя? К счастью, оно у них совсем не годится, только непонятно, почему пятьдесят тысяч солдат валяются на земле без голов!»

Цюаньян стал главнокомандующим армии Чужаков не за красивые глаза, и сам вскоре понял, что ляпнул какую-то глупость. Женская его голова тотчас же покраснела, а мужская по-прежнему сохраняла невозмутимый вид. Очевидно, мужчины намного наглее женщин…

— Эм, я хотел сказать: они остались без оружия, а значит скоро им конец. Мы ещё сможем завоевать преимущество! — Цюаньян попытался реабилитироваться.

Хотя все прекрасно понимали, что произошло, но он главнокомандующий, с ним не поспоришь, к тому же силы врага не спешили пополняться новыми ресурсами!

Однако в следующую минуту глаза Цюаньяна снова округлились!

Он собственными глазами увидел, как один из бойцов, уже лишившихся своего меча, схватился голыми руками за лезвие сабли, с которой на него напал очередной Чужак. Он с лёгкостью отнял у него оружие, а потом отвесил мощную оплеуху по лицу несчастного Чужака!

Этот удар был невероятно сильным!

Мужская часть тела Чужака начала яростно крутится, она докрутилась до такой степени, что после этого с характерным грохотом отлетела в сторону, при этом продолжая лихорадочно крутится в воздухе.

Все произошло настолько быстро, что женская часть тела Чужака смогла отреагировать только через какое-то время. Издав резкий пронзительный крик, повернув голову на месте своего брата, она обнаружила окровавленное место, а от брата не осталось и следа…

Она снова громко вскрикнула, а потом упала на землю… Что касается бойца, совершившего это, он даже не обернулся посмотреть на это. Он был убеждён, что его удар не оставит Чужака в живых.

Никто из бойцов не сомневался в своих способностях, потому что их удары ладонью могли снести голову даже взрослому медведю, не говоря уже про обычного человека…

Цюаньян прошипел, словно его мучила зубная боль. Скривив рот от злости, он сказал: — Они дерутся изо всех сил на протяжении часа, и обычный удар ладонью может вызвать подобные последствия? Может, они используют какие-нибудь магические заклинания или приёмы? Или возможно такая их сила вызвана каким-нибудь приёмом, и это временное увеличение сил перед смертью?

Никто не отреагировал на его слова. Никто ничего не слышал ни про какие магические приёмы, к тому же воины неприятеля полны сил и энергии, откуда тут взяться временному улучшению «перед смертью»?!

И ситуация продолжает складываться не в сторону Чужаков!

Потому что вслед за этим послышался звонкий рёв — Король тигров, Ху Леди, со своим войском ворвался на поле боя!

Однако в этот момент Король тигров был немного подавлен, потому что, когда его войско появилось на поле боя, там было слишком чисто! На земле повсюду были склизкие останки Чужаков…

«Чёрт, издалека казалось, что все здесь заполнено живыми солдатами… Почему, когда мы пришли, всех уже поубивали? Почему они слишком быстро расправились с ними?»

Пробежавшись по полю, и так и не убив ни одного врага, его трёхтысячное войско было с головы до ног в крови!

Однако это было не важно, Король тигров взмахнул рукой, и закричал: — Твою мать! Тут никого! Братья, быстрее хватайте тех, кто остался!

Сейчас численное преимущество было на их стороне, однако Король тигров был не особо весел: «Блядь, я прибыл сюда на подмогу, а мне достались одни объедки! Если я проиграю пари, мне что это, придётся учиться лаять по-собачьи?! Мне тогда непременно станет нехорошо».

Король тигров не на шутку разозлился: «Если не поторопиться, можно даже и без этих объедков остаться! Ускоряемся!»

На самом деле, он сам был по-настоящему поражён скоростью, которой обладали воины отрядов Цаньтянь Шихунь!

«Церемонится они со мной не стали! Вот сука! А я ещё потешался над ними, как же сильно я заблуждался в их способностях! По жестокости и зверству они не только не уступают нам, но и сильно превосходят нас!»

Глядя, как его бойцы исчезают один за одним, как лёд под палящим солнцем, Цюаньян, наконец, запаниковал!

«Твою мать! Я надеялся прорвать оборонительный рубеж неприятеля, и ворваться в их генеральный штаб, кто бы мог подумать, что сейчас уже одна третья часть армии будет мертва! Как такое могло произойти?», — Цюаньян понял: «Больше ждать нет времени! Если протянуть ещё немного, боюсь можно остаться совсем без подчинённых!»

Его глаза наполнились кровью и, держа в руке меч, он прокричал:

— Уничтожьте этих триста мастеров! Любой ценой! — сказав эти слова, он внезапно застыл на месте. Что-то смущало его в словах, которые он только что произнёс…

Он долго думал, и, наконец, всё-таки понял!

«Я только что сказал: триста мастеров! Верно, именно так! Твою мать!»

Цюаньян, наконец, понял, что его так сильно смутило: с самого начала битвы и до сих пор, он не видел, чтобы хотя бы один из этих мастеров был убит…

Другими словами, он лишился пятьдесят тысяч своих воинов, а они не потеряли ни одного бойца!

Как такое возможно?!

Подумав немного, он пришёл в ужас от своих же слов!

Услышав его приказ, полторы тысячи бойцов, собравшихся возле него, Гуй Жэны и Ди Жэны, пришли в настоящее бешенство!

«Твою мать!», — одновременно подумали все полторы тысячи бойцов. — «Ты, сукин сын, на смерть нас отправляешь? Если вырезать весь этот отряд мастеров… По самым оптимистичным подсчётам, никто из нас не сможет вернуться живым обратно, а возможно и человек десять с их стороны останутся в живых… Если выбирать между этим отрядом в триста человек и войском священных животных, мы лучше выберем животных, там хотя бы есть небольшая вероятность избежать смерти…»

Однако приказ главнокомандующего не обсуждается! Приказ есть приказ.

Полторы тысячи бойцов официально вступили в бой.

После их присоединения, ситуация сразу начала меняться. Яростная атака бойцов отряда Цаньтянь Шихунь внезапно стала замедляться, сталкиваясь с помехами.

Теперь они уже не казались такими непобедимыми.

Однако это по-прежнему было всего лишь небольшой преградой.

Крепко сжимая свой кулак, Цюаньян наблюдал за обстановкой на поле боя издалека. Став главнокомандующим, он в первую очередь должен осуществлять контроль над своими подчинёнными, а не участвовать в сражении лично. Хотя он тоже был Ди Жэном, и следует отметить, лучшим среди лучших!

Он был сильно взволнован, и вступление в бой полутора тысяч Ди Жэнов не смогло уменьшить его волнение, потому что он понимал, что его последний козырь уже израсходован, и он вряд ли окажется действенным!

Он в напряжении наблюдал за боем, потом взмахнул рукой, и отдал приказ.

Знаменосец, находившийся около него, поднял большое знамя, сигнализируя послание.

Бойцы тотчас же рассредоточились в стороны, на смену им пришло свежее подкрепление, и еще четыре-пять новых отрядов солдат присоединились к штурму отряда Цаньтянь Шихунь.

Если даже нет возможности добиться желаемого, всё равно стоит продолжать стараться…

Когда Цюаньян дрожал от страха, никто не заметил, как во время ожесточённой схватки двух противоборствующих сторон, из самого центра кровавого месива проскользнула, словно душа умершего, чья-то тень.

Глава 1226. Тянь Цань и Ди Цюэ!

К тому же эта тень под покровом глубокой ночи выглядела очень похожей на силуэт Чужака!

Поэтому в тылу Чужаков никто не обратил внимание на это.

Более того, все были так увлечены тем, что происходило на поле боя, что даже забывали дышать. У всех по ладоням струился холодный пот!

Кому бы взбрело в голову следить за обстановкой в собственном лагере?

К тому же эта тень, прикрываясь стеной из сотен солдатских спин, двигалась очень плавно, но, если внимательно посмотреть, можно было заметить, что она передвигалась с феерической быстротой, сейчас она затаилась за спиной одного из Чужаков, в следующую минуту она уже была в нескольких десятков метров от него.

Тень всё быстрее и быстрее приближалась к небольшой возвышенности, на которой стоял Цюаньян Гоушэн.

Главнокомандующий Цюаньян по-прежнему сосредоточено следил за разворачивающейся ситуацией на поле боя. Он внимательно анализировал обстановку, думая над тем, что же ему предпринять, чтобы сделать наступление его войск более эффективным, а враг был повержен?

Если бы ему кто-нибудь рассказал о подобной ситуации, когда войско в три сотни человек смогло добиться таких внушительных результатов, он бы посмеялся этому человеку в лицо, сказав, что те, с кем они воюют, настоящие кретины и полные недотёпы!

Но сейчас, лично столкнувшись с таким положением, он лишь ощущал собственное бессилие!

Не выдержав, он отвернулся, посмотрев на свой хмурый тыл.

Чуаньшань Бейдао, убедившись, что врага нельзя обмануть, молчаливо вернулся в лагерь.

Поэтому этот бой имел пробный характер. С помощью войска в пятьдесят тысяч человек, он хотел разведать состояние сил врага!

Если бой завершится победой, все останутся довольными; если поражением, они хотя бы узнают насколько силён их враг!

И самое главное — сторона Чужаков была убеждена, что если даже им не удастся взять штурмом оборонительный рубеж, численные потери не будут настолько внушительными!

По крайней мере они не опростоволосятся, как тупица Шанчуань Поку, который меньше, чем за шесть часов потерял войско в двадцать миллионов солдат!

На этот раз дисциплина и организация для них на первом месте!

А не как в прошлый раз, неорганизованная бешеная толпа!

До этого момента у главнокомандующего Цюаньян не возникало сомнений по этому поводу, он был абсолютно уверен в этом!

Но сейчас все его мечты разрушились об суровую действительность.

Бой ещё не был завершён, а число раненых и убитых уже достигало астрономической цифры!

Повернувшись, Цюаньян внезапно почувствовал пульсирующую боль в сердце.

Он сам видел, как несколько десятков Ди Жэнов, развернули своё мистическое искусство становиться невидимыми, и исчезли из виду. Они как раз исчезли в том направлении, где был командир первой сотни бойцов.

Он изо всех сил надеялся, что отряд Ди Жэнов сможет довести дело до конца, и вся сотня бойцов падёт к их ногам! В таком случае можно будет провозгласить скорое уничтожение это злосчастного отряда мастеров!

Но, стоило ему моргнуть глазом, как он увидел ехидную улыбку на лице их командира в белых одеждах. Да, именно ехидную улыбку, после чего он громко гаркнул: — Почти! В бой!

Что это ещё значит?

Когда он обдумывал значение этих слов, он увидел то, что испугало его до смерти!

Это и есть ответ на этот вопрос?!

Вся сотня этих отвратительных душегубов одновременно скинула свои поломанные мечи, в небе появилось такое яркое сияние, словно промелькнул мощный разряд молнии.

Молния целилась в пустоту, располагающуюся прямо перед ними! Мечи выпустили сияние. Этот участок превратился в смертельную зону!

Из пустоты один за одним стали раздаваться крики ужаса, около трёх десятков Гуй Жэнов и примерно двадцать Ди Жэнов одновременно издали душераздирающие крики, внезапно их тела снова стали видимыми. На каждом из них виднелось более десяти сквозных отверстий!

— Твою мать! — главнокомандующий Цюаньян схватился за голову и начал рвать на себе волосы. Его глаза наполнились нестерпимой болью!

«Что происходит? Как они смогли распознать конкретное местоположение Ди Жэнов? И как у них получилось совершить атаку с прямым попаданием в цель?!»

Это было просто невероятно, но тем не менее это все произошло прямо на глазах у Цюаньян!

Откуда же ему было знать, что оба командира отрядов Цаньтянь Шихунь мастера уровня Шенцзунь! Тем более, что Фэн Цзюань Юнь обладал таким характером, что в любой ситуации он мог сохранять ледяное хладнокровие! Даже посреди ожесточённой битвы, он был спокоен и осторожен.

От его рук уже погибло семь-восемь Гуй Жэнов и Ди Жэнов. Когда он расправился с ними, он смог вычислить время, которое требуется им, чтобы достичь своей цели. Он смог определить, что в скором времени они нанесут атакующий удар!

Фэн Цзюань Юнь дождался этого момента! И смог подготовить всех к этому налёту, в ходе чего смог добиться небывалых результатов!

Все неприятели были уничтожены одним разом!

Главнокомандующий Цюаньян не подозревал об этом, и увидел только как его лучшие бойцы были раскрыты врагом, притом, что никто из бойцов вражеской стороны так и не пострадал. Он чувствовал, что скоро его настигнет нервный срыв!

Так и случилось!

И не из-за того, что Цюаньян был слишком слаб, просто кто-то помог ему в этом!

Повернувшись, он увидел странные колебания воздуха перед собой, внезапно напротив него возник Чужак. На лицо он выглядел, как маленький мальчик.

Цюаньян был сбит с толку, и тотчас же задумался: «Разве у меня в армии есть такой юный солдат?»

В следующую минуту его глаза округлись от удивления, потому что этот юный Чужак внезапно разделился пополам, превратившись в двух мальчишек с материка!

Его глаза округлились ещё больше: он не успел принять никаких мер!

Он лишь почувствовал странный холод: длинный меч пронзил его сердце!

Из другой части его тела также торчал острый меч!

Цуаньян Гоушэн успел издать лишь прощальный стон. Хотя он до сих пор не мог поверить, что люди его врага смогли пройти незамеченными через пятидесятитысячное войско, и убить его!

В следующее мгновение оба меча оставили его тело, после чего обе его головы отлетели в разные стороны!

Его головы летели в воздухе, но он продолжал думать.

«Почему мне показалось, что эти двое как-то странно и неловко ведут себя?», — перед тем как уже отойти в мир иной, его вдруг осенило: «Всё из-за того, что они держат меч не правой рукой, как обычно принято, а левой!»

Один удар и смерть!

Даже став главнокомандующим, лучшим из лучших Ди Жэнов среди Чужаков, Цюаньян так и не успел никак среагировать! Конечно, ему показалось это странным, ведь его убили два левши.

«Два левши пришли убивать меня… какое совпадение, и у них у обоих не было правой руки…»

Цюаньян, наконец, отключился окончательно…

К этому времени офицеры, находившиеся в штабе с Цюаньян, тоже почувствовали перемены, они успели лишь вскрикнуть, как их горла пронзило ледяное лезвие, и мысли оставили их навсегда. На вид двенадцати-тринадцатилетние мальчики с каменными лицами убили семь или восемь приближенных офицеров, а потом разделившись, один налево, другой — направо, они прикончили двенадцать знаменосцев и двенадцать трубачей!

В главном штабе Чужаков поднялся настоящий хаос. Но, когда прибыло подкрепление, там остались лишь трупы, а двое малолетних убийц бесследно исчезли, словно их там никогда и не было!

Увидев повсюду кучи трупов, прибывшие на подмогу солдаты застыли от страха!

«Что за душегубы сотворили подобное? Их не заметила ни одна душа, а они вырезали весь штаб! А в конце исчезли, как ни в чем не бывало! Так тихо, и без малейших следов! Они же люди, как они могли пройти незамеченными через громадную армию двухголовых монстров? Неужели эти убийцы владеют нашим искусством становиться невидимыми? Это просто… твою мать!»

Когда солдаты пришли в себя, и стали озираться по сторонам, они поняли, что почти все офицеры обладали хотя бы уровнем Гуй Жэн, но были сразу же убиты, у них даже не было времени, чтобы стать невидимыми…

Ужас наполнил их внутренности и ледяной холод сковал их шеи, словно ледяное лезвие мечей этих убийц было совсем недалеко от них…

Тянь Цань, Ди Цюэ!

Два юных убийцы, которых лично тренировал Цзюнь Мосе, наконец, впервые в этом бою проявили свои выдающиеся способности!

Никто не знал, что этот был их первый бой, так сказать, боевое крещение!

Первое убийство! Первая кровь!

Глава 1227. Мощь Злого Монарха в мгновение ока превращается в раскаты грома!

Бойцы Злого Монарха, появившиеся в тылу Чужаков — это не просто два маленьких пацана. В данный момент здесь также находились два мастера, входящие в тройку сильнейших убийц материка, а именно — Байли Ло Юнь и Лэн Ао.

В дополнении к Фэн Цзюань Юну и Ин Бокуну эти двое обладали самым прочным базисом и превосходными природными данными, по своему усердию они не уступали ни одному из других членов Правительства Злого Монарха, так что их достижения можно себе представить! Тем более, с помощью волшебных таблеток Цзюня Мосе они успешно продвинулись до мастера Шэнцзуна третьей ступени, так что сейчас в мире осталось мало людей, способных скрыться от их смертельных атак!

Даже у Ся Чантяня, относящегося к Шенцзюню высшей ступени, при встрече с этими ребятами шансы на выживание не превышали бы пятидесяти процентов! Ну, если бы он был жив, конечно…

Причина, по которой они пришли сюда — неутихающие переживания о двух пацанятах. Поэтому, когда они увидели, что дела плохи, тут же ринулись к ним на помощь. Ведь цель этих мальчуганов — командующий тыловым отрядом Чужаков, а с таким противником будет не так-то просто справиться!

Однако процесс и результат этой миссии заставил этих двоих буквально вытаращить глаза!

В мгновение ока, эти два маленьких паренька идеально, почти безупречно, завершили свою миссию. Это было не просто безукоризненное выполнение поставленной задачи, а даже её перевыполнение! Они полностью уничтожили головной штаб тыла Чужаков и не оставили после себя никаких следов! Тут бы восхитился даже самый отпетый наемник в мире!

Байли Ло Юнь восхищенно вздохнул и в некоторой панике повернулся к Лэн Ао: — Ты видел, куда они скрылись?

Лэн Ао подавленно покачал головой: — Я ничего не вижу. С их нынешними силами, эти пацанята обладают прекрасной способностью к самосохранению. Это неоспоримый факт.

Байли Ло Юнь кивнул головой в ответ: — Если даже мы не можем обнаружить после них никаких следов, то вряд ли кто-то сможет!

Оба мастера переглянулись. В их взглядах читалось огромное удивление.

По сравнению с мальчишками, оба мастера в некотором роде могли считаться их прародителями. Однако они не могут обнаружить, в каком направлении скрылись их ученики… это просто невероятно.

Два мастера беспомощно вздохнули и тихо исчезли в пелене ночи… Вероятно, в тройке сильнейших убийц материка произошли некоторые изменения!

Командующий был повержен!

После получения этой печальной новости, армия из пятидесяти тысяч Чужаков осталась в ужасном положении, без своего предводителя!

Это была блестящая демонстрация мощи холодного оружия!

Большая часть боевой силы Чужаков, успевшая получить распоряжения головного штаба, продолжила своё движение и отчаянное сражение, однако время от времени бойцы в полном недоумении оглядывались назад.

Ситуация на поле боя выглядела явно неблагоприятной, так почему же никто не даёт распоряжения о перестроении войск?

Они лишь продолжали бормотать об этом в мыслях, но никак не осмеливались озвучить это в реальной жизни.

Потому что сейчас поле боя является единым целым, если одна из его сил необдуманно примет новую тактику, не предупредив об этом остальные гарнизоны, то это неизбежно приведёт к хаосу… К тому же иерархия Чужаков намного суровее: там сильные воины могут свободно убивать ослушавшихся слабых товарищей.

Даже если в командовании была допущена ошибка, подчинённые части всё равно должны добросовестно исполнять все указания свыше. Пусть ослушание в конечном итоге приведёт к победе, командующий всё равно всех казнит. А в случае поражения ответственность ляжет только на плечи командующего!

Поэтому, несмотря на всю неловкость ситуации, они продолжали всячески поддерживать существующее положение, дожидаясь того, когда их враг полностью исчерпает свои силы.

Однако в этом случае они были обречены на разочарование!

Отряд Цаньтянь Шихунь в количестве трёхсот человек после длительного ожесточённого боя совсем нисколько не устали, а наоборот, стали отважнее и решительнее. И даже те части, которые уже были разбиты, снова объединились вместе.

В частности, Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь, стоявшие во главе отряда, со свистом собрали всех своих бойцов в одну кучу. Словно снежный ком, который становился всё больше и больше, и в конечном итоге превратился в сокрушительный ураган!

И этот ураган продолжил своё движение вперед!

Что же касается Короля тигров, Ху Леди, и его трёхтысячного войска, то они тоже устроили настоящий хаос!

Две тысячи четыреста воинов разделились на отряды по сто человек и пошли в наступление на врага!

Алые водопады крови тут же хлынули отовсюду! Эти двадцать четыре отряда и подумать не могли, что им будет настолько легко продвигаться вперёд! Сопротивление со стороны противника было настолько слабым, что казалось, будто его вовсе и не было!

Складывалось такое ощущение, будто их отряды бьются не с равносильным противником, а с каким-то сбродом идиотов!

Может, противник и превосходил их в числе, однако на данный момент их просто резали как свиней! Разве станут тигры трусить перед стадом овец? Пусть даже они и будут стократно превышать их в количестве.

Ответ очевиден: конечно же, нет. Тигры без колебаний сожрут это стадо, а овцы даже ничего не успеют предпринять! Да и какой в этом смысл?

Двадцать четыре небольших отряда быстрыми темпами мчались вперёд. Отряд Цаньтянь Шихунь со свистом прорубал в войсках жуткую кровавую дорогу. Три тысячи воинов клана Тигров, находясь в центровой позиции, двинулись в бой по всем четырём сторонам. Этой бой с неравным количеством участников, в конце концов, превратился в настоящую резню!

После потери какого-либо командования число Чужаков сократилось до двадцати тысяч особей, но никто так и не хотел отступать! Глаза иноплеменных тварей становились всё краснее, с длинным мечом в руке они продолжали рваться вперёд. Смерть их нисколько не страшила!

Партия за партией!

Никто не станет отступать!

В высоте ночного неба, заложив руки за спину, Цзюнь Мосе с серьёзным лицом наблюдал за ходом битвы!

В безграничной ночи виднелись холодные блики окровавленных мечей.

Цзюнь Мосе в своём белом одеянии медленно дрейфовал по небу. Казалось, будто своим острым взглядом он пронзал эту тёмную ночь насквозь, лишь бы не упустить ничего происходящего на поле боя!

На данный момент боевая обстановка находилась в его руках! Теперь единственное, о чем нужно было беспокоиться — это последняя, смертельная контратака Чужаков!

Оказавшись в безвыходном положении, эти твари прибегнут к крайним мерам — коллективный штурм или отдельные самоликвидации!

Опираясь на увиденное, Цзюнь Мосе был уверен, что его бойцы смогут получить какой-либо урон только в случае самоликвидации Чужаков! Другого варианта просто не существует!

Внезапно, Цзюнь Мосе увидел, как в непроглядной ночи появилось два сияющих метеора, которые упали прямо в тылу враждебной армии!

В этот момент, взгляд Цзюня Мосе стал более резким, словно небо рассекало два длинных меча!

Там, куда был устремлён его взгляд, виднелись чьи-то одежды!

Чуаншань Бэйдао и ещё десять Чужаков тоже наблюдали за ожесточённым боем с воздуха!

Оценив всю серьёзность ситуации, они решили лично прибыть на поле боя.

Молодой мастер своим ледяным взглядом буквально пронзал ночь!

Чуаншань Бэйдао мгновенно ощутил что-то неладное: по всему его телу пробежали мурашки! Он поднял свои глаза.

Взгляд двух могущественных мастеров яростно слился воедино, а в глазах обоих вспыхнули яркие молнии!

Это столкновение взглядов вдруг проявило осязаемый цвет!

Почти все на поле боя мгновенно почувствовали это удивительное изменение. И хотя подавляющее большинство людей не понимали, что же там произошло, они ясно ощутили приближающийся громовой удар!

В момент столкновения взглядов Чуаншань Бэйдао лишь почувствовал странное покалывание в глазах. Казалось, будто ещё немного, и его рассудок покинет его навечно. Он резко покрылся холодным потом и с резким щелчком повернул голову назад.

Голову Чуаншаня Бэйдао буквально разрывало от боли, словно его только что свирепо отмудохали огромной кувалдой! Такое чувство, будто его мозговое вещество превратилось в клейстер, а сердце хотело выпрыгнуть наружу. Чуаншань Бэйдао изо всех сил помотал головой. Это помогло ему восстановиться, однако он всё ещё чувствовал слабое головокружение и тошноту!

Он невольно испугался!

Это было духовное столкновение!

Тем не менее, первый мастер Чужаков оказался в проигрыше! Столкнувшись с громоподобным взглядом Цзюня Мосе, он не мог ничего предпринять в ответ!

В этот момент расстояние между ними было разделено целым полем битвы! А это — пространство больше чем в двадцать пять километров!

И даже на таком расстоянии, Чуаншань Бэйдао был ранен лишь одним взглядом Цзюня Мосе!

Глава 1228. Напуганный до смерти!

— Владыка Чуаншань, в чём дело? Что-то произошло? — стоящий радом Чужак, у которого всё лицо было покрыто бородой, как у шимпанзе, с беспокойством посмотрел на Чуаншаня Бэйдао.

— Среди наших противников имеется очень могущественный мастер! — серьёзно ответил Чуаншань Бэйдао.

— Могущественный мастер? Вы имеете в виду мастера Гу Ханя? Но разве он может сравниться с вами, владыка Чуаншань? Пусть Гу Хань и является первым мастером материка Суань, но он вам вовсе не соперник! — с любопытством и даже некоторой драмой спросил тот Чужак.

Фамилия говорящего была Гаоцяо, а звали его Гаоцяо Туйку. Он был мастером Тянь Жэн второго разряда, что соответствует Шэнцзуню третьей ступени. Ему оставалось совсем чуть-чуть до Шэнцзуна четвёртой ступени.

Этот человек считал Чуаншаня Бэйдао своим супер идолом, и верил в то, что на этой планете ему нет равных!

Поэтому он задал свой вопрос в очень непринуждённом тоне.

— Первый мастер? Гу Хань больше не является первым мастером материка Суань, по крайней мере сейчас это был вовсе не он! — когда Чуаншань Бэйдао говорила эти слова, его лицо практически окрасилось в чёрный цвет.

— А?! На-ни? — Гаоцяо Туйку уставился на него дебильным взглядом и скривил рот в странной улыбке. Он был похож на удивлённого бегемота. Что касается его крика, то он был издан женской половиной его тела. И это было скорее похоже на сломанный гонг — совсем неэстетично.

«На-ни» и «багэ» — это родной язык Чужаков. Первое слово означает «что?», а второе переводится как «болван, дурак или ублюдок» — в основном оно используется Чужаками как ругательство!

— В мире действительно существует такой человек? И где же он? — испуганно спросили остальные десять Чужаков.

Если даже первый мастер Чужаков, Чуаншань Бэйдао, считает себя хуже, то уровень того мастера, по-видимому, достиг невероятных пределов!

— Этот человек находится прямо перед нами, примерно в двадцати пяти километрах от нас! Я только что столкнулся с ним взглядом! -Чуаншань Бэйдао был чрезвычайно напряжён. Он до сих пор не осмеливался посмотреть в том направлении. То чувство покалывания произвело на него сильное впечатление, его душе чуть было не пришёл конец, и он почти полностью потерял всю свою волю к борьбе.

Однако Чуаншань Бэйдао отчётливо чувствовал, что тот мастер всё ещё гордо стоял на своём месте и продолжал смотреть на него брезгливым и презрительным взглядом! И наблюдал он не только за ним одним и за остальными десятью Чужаками тоже!

Взгляд его был острый и холодный!

Услышав слова Чуаншаня Бэйдао, около дюжины человек тут же сосредоточили всю остроту своего зрения и уставились в том направлении, о котором только что упомянул их владыка.

— Будьте осторожны, ни в коем случае не вступайте с ним в зрительный контакт! — Чуаншань Бэйдао вздрогнул от испуга. Если даже он не ровня этому мастеру, то неизвестно, что может случиться с остальными от такого давления.

Около дюжины мастеров тут же пришли в себя и повернули головы. Им показалось, что они увидели смутное очертание белого силуэта, надменно парящего в воздухе!

Однако Гаоцяо Туйку повернулся немного позже остальных. Ему хотелось получше разглядеть того, кто так сильно расстроил его любимого идола.

Он увидел лишь одинокую белую тень, блуждающую в ночном небе, а когда потытался сосредоточиться и рассмотреть лицо противника, раздался строгий голос Чуаншаня Бэйдао. Гаоцяо Туйку хотел было поспешно повернуть голову назад, но противник успел его раскрыть…

Он лишь слегка сдвинул свой взгляд и тут же поймал в него Гаоцяо Туйку! У того даже не было шансов уклониться!

Мощная духовная сила, словно молния, пронеслась через всё пространство!

Гаоцяо Туйку внезапно почувствовал, как его собственный разум начал мутнеть, во взгляде своего оппонента он ясно ощутил бесконечный привкус смерти, который холодным потоком резко ворвался в его голову!

Сначала Туйку пронзила неописуемая боль, а затем перед его глазами вспыхнули странные иллюзии, словно он увидел другой мир!

Перед глазами внезапно появилась груда костей. Бесчисленное количество черепов были уставлены на него и злобно усмехались. А белоснежные руки скелетов тянулись прямо к нему, пытаясь схватить его за горло и задушить!

Гаоцяо Туйку даже мог почувствовать их холодные прикосновения…

В огромном море крови виднелось неисчислимое количество свирепых и злобных лиц. С пронизывающим криком они поочередно выпрыгивали наружу, пытаясь утащить Туйку за собой!

Гаоцяо Туйку больше не мог сдерживать свой страх и громко закричал. Всё его тело сильно затрясло, и он остолбенело уставился в никуда. От манер превосходного мастера Тянь Жэн ни осталось ни следа, и тело Туйку потеряло равновесие.

Чуаншань Бэйдао быстро среагировал и подхватил падающего Гаоцяо Туйку, сурово спросив: — Что ты такого увидел? Что тебя так напугало?!

— Кровь! Море крови! Бесчисленное количество останков… Они хотели меня убить… — тело Гаоцяо Туйку сильно дрожало, а его глаза были пустыми. Он продолжал в ужасе что-то кричать и периодически от чего-то отмахиваться руками…

Десятка лучших Чужаков посмотрели в опустошённые глаза своего товарища, и по их телу пробежали мурашки!

Гаоцяо Туйку вовсе не был ограниченным болваном без каких-либо способностей. Он был одним из лучших мастеров и обладал силой, равной силе Шэнцзуня третьей ступени!

Третьей ступени! А это мастер Тяньжен второго ранга!

Такой сильный мастер был напуган одним лишь взглядом противника!

Насколько же ужасна сила этого противника?!

Чуаншань Бэйбао быстро сориентировался и ударил Гаоцяо Туйку по голове, а затем ввёл в него чистую духовную энергию. Его дух тут же встрепенулся, и он, наконец, пришёл в себя.

Однако Гаоцяо Туйку не хотел ничего говорить и старался больше не поворачиваться в направлении, в котором находился Цзюнь Мосе!

Один его взгляд уже до смерти перепугал мастера Тянь Жэн!

Что же это за мощь?!

— Сила этого человека непостижима. Мы не сможем справиться с ней без посторонней помощи, — Чуаншань Бэйдао с тревогой посмотрел белоснежный силуэт вдали и тяжело вздохнул.

На днях, когда Чуаншань Бэйдао встречался с Гу Ханем на передовой, он был полностью уверен в своих силах!

Потому что он не обнаружил на материке никаких других могущественных противников!

Сила его единственного противника, Гу Ханя, с последней их встречи не увеличилась и теперь была немного пониже, чем его собственная!

Если даже сила первого мастера материка Суань уже не была настолько велика, то чего ещё можно было опасаться!

Результат этой битвы был уже предопределён — у рода Шенжи были все шансы на победу!

На материке имелась ещё одна сила в лице прекрасной хозяйки леса Тянь Фа. Её мощь, безусловно, была высока, Мэй Сюэ Янь уже достигла уровня Шенцзюня первой ступени. Однако она была слабее Гу Ханя, а значит её силы было недостаточно, чтобы конкурировать со мной.

И ещё один важный успех: Ся Чантянь и Ли Бовень, два величайших Шенцзюня, долгое время охранявшие гору Тяньчжу вдруг бесследно исчезли…

Так называемое «исчезновение» вовсе не означало, что эти двое где-то по тихой спрятались, нет. Это что-то вроде интуиции между мастерами, которая сказала о том, что Ся Чантянь и Ли Бовень по какой-то особой причине исчезли навсегда!

Таким образом, если сравнивать два противоборствующих лагеря, можно сказать, что Чужаки захватили абсолютное преимущество по численности и боеспособности! Так какие тут могут быть ещё причины для поражения!

Подводя итог, можно сказать, что Чуаншаня Бэйдао был абсолютно уверен в своей победе!

Однако Чуаншаня Бэйдао и подумать не мог, что в один прекрасный момент на материке вдруг появится такой могущественный мастер! Появление этого человека ещё не перевернуло всю боевую обстановку вверх дном, однако он уже заставил эту битву двигаться в неизвестном направлении!

Существование этого человека полностью порушило все планы Чужаков. Если род Шенжи вместе с главными шестью Шенцзюнями, включая самого Чуаншаня Бэйдао, штурмом атакуют этого человека и используют самоликвидацию, то возможно в этом случае им удастся его уничтожить!

Но даже при таком раскладе, это лишь одна возможность на миллион, а не точный результат!

Сердце Чуаншань Бэйдао наполнилось горечью.

Он не знал, что ошибся в своих расчетах. В некоторых аспектах он переоценил Цзюня Мосе, а в некоторых — недооценил! Нынешняя сила Цзюня Мосе была примерно равна силе Чуаншаня Бэйдао, и даже чуточку ему уступал. Однако духовной силы у молодого мастера было хоть отбавляй!

Благодаря постоянной поддержке башни Хунцзюнь пределы духовной силы молодого мастера уже достигли уровня Чжань Лунь Хуая! И самое главное — Цзюнь Мосе принёс с собой всю свою ярость и злобу из прошлой жизни, а её достаточно, чтобы пронзить ею целый небосвод!

Может уровень боевых искусств в прошлой жизни молодого мастера был не так высок, как в этой, но не стоит забывать о том, что в том мире он был признанным Королём всех наёмников! Разве ярость и злоба этого человека может сравниться обычной яростью и злостью?

Ни один князь по своей силе не сможет сравниться с великими державами, но Мосе с его темпераментом может! Своё величие и сильный дух он принес с собой из другого мира!

Помимо всего прочего он захватил с собой и презрительное отношение ко всему живому, а также огромное эго и чувство собственного превосходства! Даже если бы у него не было ничего за спиной, он всё равно оставался бы королём этого мира!

Даже когда молодой мастер был на уровне Суань девятой ступени, он не терял собственного величия!

И всегда оставался тем самым тёмным Злым Монархом!

Глава 1229. Вы этого недостойны!

Таким образом, с точки зрения силы, Чуаншань Бэйдао очень даже переоценил Цзюня Мосе. Он просто был напуган удивительной и до ужаса могущественной духовной силой молодого мастера!

Но с другой стороны, он всё же недооценил Цзюня Мосе! Даже если молодого мастера одновременно атакует шестеро Шенженов, он всё равно сможет выйти из этой ситуации в целости и сохранности!

Произвести внезапное нападение на Цзюня Мосе… Да это практически невозможно!

Может, мысли Чуаншаня Бэйдао были и пессимистичными, однако всё, что он только что сказал, было правдой. Теперь его слова могут сильно пошатнуть боевой дух всей армии, поэтому Чуаншань Бэйдао решил сказать что-нибудь вдохновляющее. Однако в этот момент он заметил странное колебание духовной Ци со стороны противника, словно тот пытался привлечь его внимание.

Чуаншань Бэйдао больше не смел терять самообладание, поэтому сначала он осторожно сконцентрировал всю свою силу в глазах, а затем заблокировал врата своего сердца и полностью стабилизировал сознание. Лишь только после этого он медленно повернул голову и посмотрел вдаль.

Белая фигура по-прежнему дрейфовала в воздухе, словно гордое облако, и медленно передвигалась в пространстве. В этот момент Чуаншань Бэйдао очень сильно расстроился, ведь его противник даже не обращал на него ни малейшего внимания! Или даже так: его противнику было на него насрать, как и на весь мир в целом!

Пусть это и маленькое белое облачко, но оно блуждает на самой вершине всего небосвода!

С первого взгляда его просто невозможно разглядеть!

Эта изящность, внушительность и независимость абсолютно недоступна обычным мирским массам!

В этот момент у Чуаншань Бэйдао возникло такое чувство, будто он в любое время может быть полностью сломлен своим противником!

Взгляд его оппонента по-прежнему оставался холодным и яростным… Он смотрел на этот мир глазами полными ледяным холодом смерти!

Однако Чуаншань Бэйдао ясно ощущал, что его противник вовсе не собирается вступать с ним в сражение, по крайней мере, сейчас. Потому что взгляд этого человека был наполнен одним лишь презрением! Смысл этого взгляда очень прост: вы недостойны того, чтобы считаться моим врагом!

И как ни странно, Чуаншань Бэйдао был полностью с этим согласен.

С его нынешней силой он и вправду и в подметки этому человеку не годится!

Чужаки являются не совсем нормальной расой, однако они в состоянии принимать действительность. Признав могущество своего противника, они в итоге подчинятся силе, если не будет никакой возможности дать ей отпор. А всё потому что по своей природе Чужаки обладают рабской натурой. И даже первый мастер Чуаншань Бэйдао тут не исключение. Просто раньше не было никого, кто мог бы заставить его подчиниться, но теперь появился Цзюнь Мосе!

Когда Чуаншань Бэйдао хорошенько присмотрелся вдаль, то увидел, что на лице человека в белом появилась слабая улыбка, полная презрения. Затем этот человек протянул правую руку и вытянул большой палец вверх!

Чуаншань Бэйдао пришёл в некоторое недоумение, ведь на материке Суань такой жест выражает одобрение и похвалу. Что с этим парнем не так?..

Пока он размышлял над этим, рука его противника резко перевернулась, и большой палец оказался прямо перпендикулярен земле. Смысл был очевиден: «Вы все говно! Я собираюсь раздавить вас всех вот этим самым пальцем!»

Цзюнь Мосе слегка поднял голову и с гордым, презрительным, провокационным и снисходительным взглядом искоса посмотрел на Чуаншаня Бэйдао!

Полное пренебрежение!

Чуаншань Бэйдао лишь почувствовал, что его сердце вспыхнуло от гнева и практически обливалось кровью!

«Вот ублюдок! Нарочно обратил на себя моё внимание, для того чтобы унизить?!»

Чуаншань Бэйдао буквально разрывало на части…

Несмотря на свою могущественность, нельзя так унижать других!

Это прямо-таки откровенное, беззастенчивое унижение!

Его противник за это время не проронил ни слова, но сумел изложить все свои мысли самым простым и удобным способом!

Не только Чуаншань Бэйдао, но и все тринадцать лучших мастеров- Чужаков были крайне возмущены поведением Цзюня Мосе!

Чуаншань Бэйдао глубоко вздохнул, да с такой силой, что практически втянул в свои лёгкие воздух всего пространства, сформировав тем самым вокруг себя вакуумную зону! К счастью, находящиеся поблизости Чужаки были высококлассными мастерами, в противном случае от нехватки кислорода они бы, скорее всего, уже давно умерли от удушья…

Чуаншань Бэйдао был вынужден остановиться, так как боялся, что будет не в силах сдержать свой характер и необдуманно атакует противника. А это равносильно самоубийству!

Пусть он и находится под охраной десятка Шенцзюней, но противник может нанести удар по его сознанию!

Так что прежде чем Чуаншань Бэйдао захочет что-то сказать или сделать, он должен стабилизировать свои эмоции!

Но когда он подавил весь свой пыл и захотел что-то сказать, вдруг обнаружил, что его противник помахал рукой и тут же исчез!

«Так внезапно и так удивительно! Это что ещё такое? Как это понять?! Даже не дал мне возможности высказаться?! Это что вообще за презрение?! То есть он хочет сказать, что у меня нет даже права на равный диалог?! Я даже слова ему сказать не могу?! У меня недостаточно для этого квалификации?»

У Чуаншаня Бэйдао от злости аж искры из глаз посыпались, а грудь разрывало от яростного дыхания!

Он дышал так же резко, как дуют горелки для котла!

Как обидно!

Это просто издевательство какое-то!

Пусть его противник и не сказал ни слова, но результат получился намного лучше, чем от каких-либо пафосных речей.

Чуаншань Бэйдао с ног до головы покрылся чёрным туманом, все его четыре глаза окрасились в кровавый цвет. Очевидно, его гнев дошёл до предела. Остальные двенадцать мастеров оставались безмолвны и даже боялись сделать маленький вздох…

В такой ситуации тот, кто первым откроет рот, станет для Чуаншаня Бэйдао козлом отпущения… Так и будет, сто процентов. А кому хочется быть до смерти избитым?

В безмолвном ночном небе было слышно лишь яростное дыхание Чуаншаня Бэйдао. Спустя некоторое время он выдохнул огромный глоток воздуха и полностью успокоился.

Чуаншань Бэйдао вдруг сухо рассмеялся: — Ничего не поделаешь! Сила противника действительно слишком превосходит мою собственную, так что мне просто остаётся принять это унижение! Придется потерпеть! На самом деле, если бы моя сила была выше, чем у нашего оппонента или хотя бы могла дотягивать до его уровня, тогда униженным был бы только он! Ведь у кого больше кулак — за тем и правда!

Чтобы не говорил Чуаншань Бэйдао, но в его голосе ясно чувствовалось разочарование и печаль. За всё своё существование в качестве сильнейшего мастера Чужаков, когда ему вообще приходилось подвергаться такому презрению и оскорблениям?

— Мудрый и могущественный владыка, мы больше не можем ждать! — хором сказали двенадцать мастеров. Первоначально в этом подхалимстве имелась и другая часть: «которому нет равных». И звучало бы всё так: «О, мудрый и могущественный владыка Чужаков, которому нет равных, мы больше не можем ждать!»

Но если бы сейчас кто-то из них упомянул про эту часть фразы, то ему было бы явно несдобровать…

Чуаншань Бэйдао снова глубоко вздохнул и бросил взгляд на поле боя, долгое время ничего не отвечая. Удар, который нанёс ему Цзюнь Мосе, оказался для него слишком серьёзным.

— Кажется, что эти пятьдесят тысяч воинов уже обречены на смерть… — осторожно сказал один высокий и худощавый Чужак. Верно, он был сравнительно худым. С их двухглавым телосложением, все они, в любом случае, могут считаться высокими и худыми.

Однако говорящий мастер по сравнению со своими товарищами мог считаться не просто худым, но и даже стройным.

Но это не имеет никакой связи с женской стройностью.

— Быть истребленными… Это тоже часть их миссии! Для воина клана Шенжи, умереть на поле боя считается самым большим почетом! -лицо Чуаншаня Бэйдао немного покраснело: — Гу Хань так и не появился, и мы не можем использовать наши силы. Эти пятьдесят тысяч воинов теперь только и остаётся, что использовать в качестве пробного камня! Эта жертва для нас, конечно, ничего не значит, однако ущерб, нанесённый противнику, практически равен нулю! Может, мастера наших противников отважны и сильны, но всё равно, в такой результат слишком сложно поверить!

В ста километрах от тыла, где они находились, многочисленная армия Чужаков буквально затмила собой все вокруг, как как гигантский демон…

— Верно, боевая мощь этих подразделений противника действительно очень высока! — сказал худощавый и высокий мастер: — Особенно те

триста человек! За весь свой тысячелетний военный опыт я впервые вижу настолько сильный отряд бойцов!

Этого худощавого Чужака звали Шичуань Динмэн. Пусть внешне он выглядел чрезвычайно жалким, однако сила этого мастера была очень высока. Он являлся одним из шести сильнейших Шенцзюней среди Чужаков! Может, Шичуань Динмэн и занимал довольно низкое положение, однако его нельзя было недооценивать.

Ему повезло, что он ни разу не встречался с молодым мастером лично, иначе Мосе бы давно уже дал ему прозвище «пробитое камнем очко» (звучит так же, как «ши чуан дин мэн»)

— Действительно, сила этого отряда просто поразительна! Даже я с таким редко сталкивался! — серьёзно сказал Чуаншань Бэйдао: — Если я не ошибаюсь, эти люди находятся под руководством того неизвестного мастера! Только у него могут быть настолько сильные подчинённые!

Глава 1230. Размышления Четырнадцатого Шао

Чуаншань Бэйдао медленно повернулся и с серьёзным лицом сказал:

— Вы слегка не туда смотрите. Вы лишь обращаете внимание на индивидуальную силу каждого, но совсем не видите их тесную координацию! Взаимодействие между ними уже достигло уровня совершенства! Какой бы хаос не произошёл, до тех пор, пока двое из этого отряда всё ещё будут рядом, их боевая мощь будет просто удивительной! Двое, трое, четверо… даже согласованность сотни бойцов будет совершенна до предела!

Слушая эти слова, все поочерёдно обратили своё внимание на поле боя. Чем дольше они наблюдали, тем мрачнее становились их лица.

— Все удары, направленные против одного, будут искусно отбиты его товарищами, и даже смертельные удары нанесут им лишь лёгкие ранения. Как только в отряде появляется раненый, он тут же оказывается в группе из не менее шести человек, и этот пострадавший становится объектом их защиты. Но сила этой небольшой группы нисколько не уменьшается, — Чуаншань Бэйдао задумчиво сказал: — Вот даже сейчас, два мастера Ди Жэн поочередно самоликвидировались. Если бы эта атака была произведена в отношении нас, то этого было бы достаточно, чтобы нанести серьёзную травму мастеру Тянь Жэн. Однако эти ребята в мгновение ока сосредоточили силы шести бойцов и нейтрализовали этот взрыв! В конце концов, после такой смертельной атаки все шестеро получили лишь небольшие царапины! Если бы я не увидел эту искусную координацию своими глазами, то ни за что в такое не поверил!

— Верно, это действительно слишком удивительно! — остальные двенадцать мастеров одновременно кивнули. Они действительно обратили внимание лишь на потрясающую силу, жестокость и решительность трёхсот бойцов, но никак не заметили на их кооперацию. Но ещё раз внимательно всё изучив, все тут же переменились в лицах.

Кооперация между этими людьми действительно достигла ужасающих пределов! Они понимали друг друга без единого слова или жеста. А то, как эти бойцы ощущали приближающуюся опасность, приводило всех в полное изумление!

— Столкнувшись с такой мощью, даже два Шенцзюня со своими силами, если конечно они не используют самые крайние средства, обречены на смерть! Хотя им все же удастся нанести врагу некоторый урон.

Чуаншань Бэйдао внимательно посмотрел на них и сказал: — Так что вы должны быть внимательнее: пусть даже вы и мастера уровня Шенцзюнь, однако в одиночку на такой отряд идти не стоит! Лучше немедленно развернуться и отступить, но не отдать свою жизнь напрасно! Если же у вас нет возможности убежать, то вы должны в кратчайшие сроки использовать свой самый крайний метод, иначе и эта возможность в итоге может быть упущена!

Остальные двенадцать мастеров внезапно испугались. Они уже и сами поняли, что сила этого отряда крайне велика, но никто из них не ожидал, что эти мощь каких-то трёхсот бойцов окажется настолько ужасной!

Небольшая группа Шэнхуанов может повалить целого Шенцзюня?

Если бы кто-то сказал об этом немного раньше, все приняли бы эти слова за полную чепуху!

Однако теперь все вынуждены в это поверить!

Бой по-прежнему продолжался.

Несмотря на то, что фигура Цзюня Мосе исчезла из виду, на самом деле он никуда не ушёл, а просто стал невидимым. Наблюдая за ожесточённым боем отряда Цаньтянь Шихунь, молодой мастер несколько раз сдерживал себя, чтобы не вмешаться.

Он знал, что те тринадцать Чужаков тоже наблюдают за сражением.

Все они могли только молча наблюдать за схваткой своих подчиненных, но никак не вмешиваться в процесс.

Если молодой мастер вздумает вступить в битву, то те тринадцать мастеров обязательно кинутся следом за ним. А с мечом Яньди и Хуанди Мосе сможет заблокировать только трёх противников. А оставшиеся десять тварей, несомненно, нанесут огромный урон отряду Цаньтянь Шихунь!

Поэтому Цзюнь Мосе не смел вмешиваться.

Пока он ничего не предпримет, Чуаншань Бэйдао со своими людьми тоже не двинется с места.

Это сражение — не более чем прощупывание сил противника!

Реальная битва начнется немного позже!

Поэтому пусть подчинённые силы сами завершат свою битву.

Цзюнь Мосе нисколько не переживал, ведь его отряд завладел всем преимуществом в этом сражении! Безумные атаки противника наносят ему лишь незначительный урон. В частности, большинство главных сил противника были сосредоточены на Цаньтянь Шихунь, а это сильно уменьшило давление на армию Короля тигров и еще двадцать четыре мелких отряда и позволило им сражаться ещё успешнее.

Семь или восемь небольших отрядов находились в центральном положении и вслед за тиграми атаковали врага со всех сторон.

Изначально по плану Мэй Сюэ Янь их люди, пробив тыл врага, должны были немедленно вернуться назад. Но теперь, всё вдруг дошло до такой степени, и сражение превратилось в истребительную войну. Малой кровью полностью уничтожить армию врага, разве это не самый идеальный результат?!

Когда Мэй Сюэ Янь распределяла боевые позиции, она и подумать не могла, что финальный исход этой битвы окажется именно таким!

Столкнуться с врагом, который в десять раз превышает в количестве, а затем полностью его уничтожить? Более половины Чужаков уничтожили три сотни бойцов Цаньтянь Шихунь! Чудовищный результат!

Вслед за приближением конца боя, стали раздаваться неумолкающие взрывы. Это были мастера Гуй Жэн, которые в отчаянии пошли на крайние меры и стали самоликвидироваться, используя своё тело в качестве последнего орудия убийства.

Количество людей на поле боя становилось всё меньше.

Однако Чужаки так и не отступали!

Они продолжали атаковать!

Несмотря на то, что от пятидесятитысячной армии осталось всего лишь несколько тысяч воинов, они продолжали идти на штурм! Передние линии падали — задние тут же вставали им на смену!

К концу сражения небо постепенно становилось всё светлее и светлее!

Этот бой буквально пробил свет в непроглядной тьме!

Вдалеке слышался шум бунчуков и знамён…

Чужаки собрали миллионную армию, однако она оставалась на месте! Тринадцать Тянь Жэнов парили в воздухе, наблюдая, как их войско терпит поражение, и делали различные расчёты!

Сторона Тянь Фа также не делала никаких движений. Все ждали окончания этой битвы.

Наконец наступил рассвет!

Подул слабый утренний ветерок!

Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь вдруг засвистели, сосредоточив вокруг себя весь отряд.

В радиусе пяти километров всё покрылось кровавым туманом! Стояла отвратительная вонь!

Из пятидесяти тысяч Чужаков никого не осталось в живых!

Чуаншань Бэйдао и остальные двенадцать мастеров молча отступили.

Кроме Цзюня Мосе и чёртовой дюжины сильнейших Тянь Жэнов был ещё один супер-сильный мастер, который незаметно наблюдал за ходом всей битвы!

Во мраке полуночи скрывался признанный первым мастером материка — Четырнадцатый Шао из Подземного мира. Он тоже всё это время смотрел на происходящее со стороны.

Само собой, процесс столкновения духовных сил Цзюня Мосе и Чуаншаня Бэйдао он тоже не упустил из виду.

— Да как такое возможно? Кто вообще может похвастаться такими темпами совершенствования! — Четырнадцатый Шао слабо вздохнул и направил свой взгляд к обломкам, где когда-то возвышалась гора Тяньчжу. В его глаза вспыхнул необыкновенно яркий блеск!

Гора Тяньчжу — это не только разделительная линия двух материков, но и высшее достижение рода Шао!

Видите ли, изначально на земле не существовало горы Тяньчжу!

Эта несравненная вершина была возведена самим Первым Шао посредством сверхъестественной силы в качестве абсолютного барьера! Более того, она была ещё и запечатана! И эта высочайшая гора материка простояла тут больше десяти тысяч лет!

Если бы Чжань Лунь Хуай не украл эссенцию зыбучих песков, вероятно, гора Тяньчжу вечно стояла бы на этом самом месте! С помощью этих зыбучих песков гора Тяньчжу осталась бы невредимой, даже если бы весь мир был бы уничтожен!

Из-за одного движения руки непоколебимая вершина была полностью разрушена!

Борьба двух рас длится уже целых десять тысяч лет!

Это какими сверхъестественными силами можно было сотворить подобное чудо? Даже сейчас, несмотря на то, что гора Тяньчжу полностью рухнула, Четырнадцатый Шао всё ещё ощущал присутствие какой-то таинственной силы!

И эта сила таинственна, странна и необъяснима! Сурова и величественна!

Сердце Четырнадцатого Шао вдруг наполнилось некоторым восхищением.

«Первый Шао… это был настоящий пик всех мировых сил! До меня, конечно же, были и другие выходцы рода Шао, однако имеем ли мы право называть себя его последователями? Можем ли мы ставить себя в один ряд с таким легендарным мастером? Как, блять, вообще можно достичь пределов Первого Шао?»

Четырнадцатый Шао абсолютно неподвижно стоял в сумерках, его черная мантия трепетала на ветру. Он был похож на статую демона, стоящего посреди облаков. Казалось, что в тех обломках горы существовала неисчерпаемая тоска и надежда…

Возможно, границы его прорыва находятся внутри этих развалин?

В этот момент, бой, наконец, закончился!

Сражение между материковой союзной армией и Чужаками официально подошло к концу!

Фэн Цзюань Юнь вонзил меч в грудь Ди Жэна, который тут же пронзил обе половины его тела. Поток чистой Ци мгновенно ворвался в тело твари и разорвал её на куски. Фэн Цзюань Юнь резко отступил назад и увидел, что вокруг не осталось ни одного врага!

В радиусе десятков километров валялись груды трупов. В местах, где рельеф местности был сравнительно низким, от скопившейся крови успели образоваться небольшие озера, в которых спокойненько плавали тела Чужаков!

Даже для Ин Бокуна и Фэн Цзюань Юня с их боевым опытом эта битва показалась на редкость ожесточённой!

Чужаки сражались до последнего, не отступая ни на шаг!

Несмотря на то, что эти твари сами по себе внушали лишь одно отвращение, но их боевой дух и воля к борьбе были действительно потрясающими!

Глава 1231. Возвращение души!

Может, Чужаки и уроды, но их боевой дух достоин похвалы. Но уроды останутся уродами!

— Отряд Шихунь, в строй! Перекличка! — Фэн Цзюань Юнь выпрямился, но не мог скрыть усталость на своём лице. Все перекрытые во время боя раны стали снова кровоточить… Зрелище, конечно, не из приятных.

Ин Бокун почти в то же самое время отдал такую же команду отряду Цаньтянь.

Обоих мастеров интересовали потери в их отрядах.

В отряде Цаньтянь было трое убитых, семьдесят девять человек получили тяжёлые ранения, а остальные, включая командира Ин Бокуна, получили многочисленные, но не серьёзные травмы!

В отряде Шихунь также пало три воина, а один был на грани смерти. Тяжело раненых было шестьдесят восемь человек, остальные так же отделались мелкими ранами.

В битве с несколькими десятками тысяч противников в конечном итоге было убито семеро мастеров. Просто блестящий результат! Тем не менее, Ин Бокун и Фэн Цзюань Юнь испытывали душевную боль в своих сердцах.

И что с того, что было убито пятьдесят тысяч Чужаков? Даже если бы их было сто тысяч, что тогда? Плевать на них! Даже сто тысяч убитых врагов не стоят их одного бойца! А что говорить о семи?!

Пусть количество погибших было невелико, но Цзюнь Мосе в своей тактике допускал потери максимум в два Шэнцзуна! Такой просчёт был просто ужасным!

Семеро Шэнцзунов погибли в огромной массе Чужаков! На поле боя имеются не только тела их врагов, там лежат и их собственные товарищи. И они не использовали самоликвидацию!

Тело погибших воинов остались неповреждёнными!

Все были разбиты смертью своих товарищей. Стоявший напротив Король тигров тоже не говорил ни слова.

Под его командованием в отряде тигров число погибших достигло более ста воинов! Если говорить о пропорциях, то это лишь чуть-чуть больше, чем в отряде Цаньтяньшихунь. Однако никто не мог игнорировать боль утраты своих товарищей!

— Всем собраться! — Ин Бокун взмахнул рукой. Его лицо выглядело гнетущим, а глаза покраснели. Но из-за того, что он был покрыт кровью с ног до головы, это было практически незаметно.

Фэн Цзюань Юнь мчался на всех парах, держа в руках своего умирающего бойца и потихоньку вводя в него энергию Суань, поддерживая его последний шанс на выживание.

Он хотел спасти своего товарища… Этот воин был слишком слаб, чтобы что-либо говорить, но его глаза выражали беспокойство и сожаление. Он уже принял таблетку исцеления, но не получил никакого эффекта! По-видимому, этот воин уже был в безвыходном положении.

Он был атакован четырьмя мастерами Ди Жэн, двое из которых одновременно произвели самоликвидацию, поэтому он и получил такие травмы, что даже таблетка исцеления не смогла оказать никакого эффекта!

Фэн Цзюань Юнь прекрасно понимал, что если даже таблетка исцеления не смогла помочь его товарищу, то тут больше не на что надеяться. Единственный, кто сможет дать ему шанс на спасение — Цзюнь Мосе!

Пока Фэн Цзюань Юнь летел на полной скорости к Мосе, он внезапно почувствовал, что тело его товарища слегка задрожало.

Фэн Цзюань Юнь упал на колени. Похоже, что остатки силы разом покинули его тело!

Он ясно почувствовал, что энергия Суань, которую он передавал в тело своего товарища, больше не входила в него… перед глазами вспыхнула белая тень, это был Цзюнь Мосе: — Как он?

— Безнадёжно… — сказал Фэн Цзюань Юнь.

После такой битвы Фэн Цзюань Юнь был крайне изнурён, но продолжал вводить остатки своей Суань в тело умирающего товарища.

Поняв, что ему вряд ли уже что-либо поможет, Фэн Цзюнань Юнь больше не смог сдерживаться, и все его раны одновременно разошлись, вызвав сильное кровотечение.

— Как это может быть? Таблетку исцеления уже пробовали? Не работает? Дай, я посмотрю! — Цзюнь Мосе быстро поднял тело умирающего воина и в ужасе вздохнул.

Несмотря на то, что этот человек всё ещё был тёплым, все его внутренние органы превратились в порошок! Даже Даньтянь был полностью разрушен!

С такими травмами ему невозможно помочь!

Таблетка исцеления пусть и обладает волшебными действиями, но она работает лишь на живых людях, а не воскрешает мёртвых!

Из уголков рта Фэн Цзюань Юня безостановочно вытекала кровь. Он скорбно сказал: — Сун Янь… он даже не успел сказать свои последние слова. Он всё время пытался нам что-то сказать… Сун Янь… Брат Сун, он покинет нас с грузом сожаления… не прошло и года с его женитьбы…

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, его глаза вдруг загорелись, и он резко сказал: — Как мы можем отправить нашего брата с грузом сожаления!

После этих слов лицо Цзюня Мосе вдруг стало бледно-золотым! И не только лицо — всё тело молодого мастера тоже внезапно вспыхнуло ярким золотым светом!

— Возвращение души! — тихо сказал Цзюнь Мосе.

Золотое сияние внезапно расширилось, охватив всё в радиусе десяти метров!

Возвращение души — этот приём могут применять мастера, которые прорвали пределы уровня Шенцзюня. Если человек только что умер, а температура его тела осталась прежней, то мастер, использующий эту технику, может временно задержать душу умершего, чтобы тот успел сказать свои предсмертные слова. А если повезёт, то можно будет сохранить все его воспоминания прошлой жизни при повторном перерождении души.

Но это можно проделать лишь с только что умершим человеком!

Если со времени его смерти прошло больше десяти вдохов, то техника возвращения души будет бесполезной!

Более того, эта техника потребляет у использующего по крайней мере половину от всего его запаса сил, и эти силы не могут быть восстановлены быстро! Таким образом, мало кто готов пойти на использование этой техники. Ну, может, только самые близкие родственники…

Цена за неё была слишком велика!

Но в этот момент Цзюнь Мосе нисколько не колебался.

Он не успел спасти других своих товарищей, но может помочь этому парню сказать его последние слова!

Фэн Цзюань Юнь вытаращил глаза от восторга!

Он своими глазами увидел, как тело его умершего товарища внезапно задрожало, а на лице появился слабый румянец!

Это прилив жизни!

Цзюнь Мосе весь покрылся потом! Он, несомненно, использовал все свои силы!

Но самое страшное заключалось в том, что Даньтянь этого воина по имени Сун Янь был полностью разрушен! Даже самая огромная мощь вряд ли смогла бы заставить его функционировать. Цзюнь Мосе сконцентрировал всю имеющуюся у него силу Шенцзюня, но даже её было мало!

Наполненные золотистым сиянием глаза молодого мастера вдруг вспыхнули ярко-красным цветом! Он привёл в действие башню

Хун цзюнь!

Раздался слабый стон, и Сун Янь, наконец, снова открыл глаза. Увидев, залитое потом лицо молодого мастера перед собой, он вдруг сильно растрогался.

Сун Янь, понимал, что у него осталось не так много времени, и изо всех сил, зашевелил губами: — Брат… брат… пожалуйста, скажи моей… моей жене… пусть не упускает свою… юность… Пусть нормально проживёт свои молодые годы…

Он не успел закончить фразу, но больше не издал ни звука.

Здесь уже было нечем помочь!

Цзюнь Мосе использовал все свои силы по максимуму, чтобы позволить этому воину произнести лишь несколько слов.

Он так и не поблагодарил Цзюня Мосе, но в этом и не было никакой необходимости!

Пусть Сун Янь и не договорил свои слова, но они поняли, что тот имел в виду: он хотел, чтобы его жена не теряла свою юность и повторно вышла замуж… Кто бы мог подумать, что его последние слова окажутся именно такими! Фэн Цзюань Юнь слегка вздохнул и отвернул лицо в сторону.

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, золотое сияние на его лице вдруг окрасилось в белый цвет… через мгновение из тела воина по имени Сун Янь появилась небольшая человеческая тень, примерно размером с кулак. У неё были все конечности и органы чувств. Эта маленькая фигура была полностью сформирована из густого тумана!

Лицо маленького силуэта выглядело растерянным, было понятно, что он собирается убежать.

Цзюнь Мосе достал нефритовую шкатулку и протянул её маленькому человечку. После того, как тот запрыгнул внутрь, молодой мастер убрал шкатулку обратно.

Эта нефритовая шкатулка была полностью изготовлена из духовной артерии, и этого было достаточно, чтобы защитить душу воина от рассеяния! Если воин Сун Янь сумеет воспользоваться ситуацией и усовершенствуется внутри неё, то в следующей жизни его силы будут поистине безграничны!

Цзюнь Мосе делал всё для собственных подчиненных. Можно сказать, что в некоторых случаях он доходил до крайностей! В мире нет никого, кто мог сделать для своих товарищей ещё больше!

— После войны, когда всё успокоится, я лично отыщу для него лучший вариант для перерождения, — сказал Цзюнь Мосе: — Что касается его жены, мы о ней позаботимся. И если она захочет повторно выйти замуж, мы будем только рады. Я гарантирую, что никаких сплетен не будет…

Фэн Цзюань Юнь отдал честь умершему товарищу и изо всех сил, невзирая на собственные ранения, попытался подняться на ноги, чтобы как следует попрощаться с Сун Янь. Его глаза были полны горя и разочарования…

Даже если двадцать лет спустя из этой души вырастет прекрасный человек, его уже не будут звать Сун Янь, и он больше не будет частью отряда Цаньтяньшихунь…

Глава 1232. В поисках помощи!

Этот бой показал, на что способна армия Чужаков. Особенно всех впечатлил их решительный настрой, они сражались не на жизнь, а на смерть, сейчас все были напряжены.

Не стоит даже говорить о том, чтобы было бы, если бы армия Чужаков, действительно вторглась на сам материк. Армия ни одного из материковых государств не смогла бы дать им соответствующий отпор.

Если бы они сцепились с обычными солдатами материка Суань, наверняка, они бы сделали с ними что-то вроде того, что с ними сделал отряд Цаньтянь Шихунь, или того гляди, хуже!

Разница как между небом и землей!

Сейчас армия Чужаков насчитывает около миллиона человек, даже страшно представить какой невероятный урон они могли бы причинить материку!

Сейчас главное сделать всё, чтобы забаррикадировать их здесь, не дать им ступить ни шагу в сторону материка!

Но как сделать это?

Самый эффективный метод — это убить их, уничтожить всех до одного!

Всю ночь напролёт не унимался звук боевого рога, миллионная армия Чужаков начала своё наступление. В пятидесяти километрах от разрушенной горы Тяньчжу они остановились!

— У них абсолютное численное преимущество, боевой дух их солдат твёрд и непоколебим. Почему они не преступили к немедленному наступлению? — Гу Хань смотрел на бескрайнюю, как океан, армию Чужаков, и чувствовал, как кровь стынет в его жилах от страха.

Новые сомнения затаились в его сердце.

«У них многочисленная армия солдат, жаждущих убивать, но почему они остановились. Почему отложили нападение? Тогда какой смысл в этой расстановке сил?»

Все были в полном недоумении.

Цзюнь Мосе тоже терялся в догадках, и не понимал, чего Чужаки добиваются этим.

Он и не подозревал, что главной причиной этого странного поведения, как раз является он сам.

Из-за того, что Цзюнь Мосе в прошлый раз сильно испугал Чуаньшаня Бейдао, тот полностью утратил веру в победу. Сейчас он твёрдо верил лишь в одно: если он хочет покорить себе материк Суань, он должен как можно скорее убить этого могущественного мастера!

Если он не уничтожит этого человека, ему будет очень трудно подчинить себе весь материк! Хотя он был на сто процентов уверен в своём суждении, достигнуть этой цели было не так-то просто!

Если рассматривать уровень силы Чуаньшаня Бейдао, у него был шанс прикончить Цзюня Мосе, но, что более важно, он уже полностью лишился веры в свою победу, у него не было уверенности в том, что он сможет одолеть Цзюня Мосе.

Для мастера очень важно верить в свою победу, а Чуаньшань Бейдао лишился этой веры, и сейчас не понимал, что же ему предпринять!

Если владыка всех Чужаков уже не верил в то, что сможет одолеть Цзюня Мосе, что же говорить о других?

Ответ очевиден!

В эту минуту Чуаньшань Бейдао уже не было в главном штабе, он на всех парах мчался на юг в поисках подкрепления.

Он искал помощи, чтобы сразиться с этим «могущественным мастером»!

Благодаря своей изумительной скорости передвижения, меньше чем через четыре часа он находился у подножья одной горы, которая располагалась в нескольких тысячах километров от поля боя.

Это гора была окружена плотным туманом, и обладала великим значением для всей нации Шенжи (так Чужаки называли себя). Она была необычайно безмолвной и тихой, будто бы на ней никогда не было обитателей.

Чуаньшань Бейдао быстро поднимался вверх по извилистой тропинке. Когда он был на полпути к вершине горы, прозвучал чей-то голос: -Бейдао, я уже говорил тебе не раз, мы втроём не будем участвовать в Войне за Небеса, зачем ты пришел сюда снова?

Услышав голос, Бейдао сразу же упал в поклоне. Он не только обеими руками упирался о землю, но и даже приложил свой лоб к земле, после чего с почтением произнёс: — Если бы нашей нации не грозила ужасная катастрофа, разве я бы осмелился потревожить вас? Сейчас появился могущественный мастер, с которым я не в состоянии справиться. Я прибыл сюда, потому что у меня не осталось другого выхода. Надеюсь, вы сможете проявить снисхождение.

— Враг, с которым ты не в состоянии справиться? — равнодушно произнёс голос: — Насколько он силён? Так называемый «сильнейший» мастер материка Суань, Гу Хань прорвался до четвёртой ступени уровня Шенцзюнь?

Хотя его голос звучал равнодушно, в нём чувствовалась некая озабоченность. За исключением этих троих, Чуаньшань Бейдао являлся общепризнанным сильнейшим мастером всей нации Шенжи, и то, что он полностью лишился веры в свои силы, говорило лишь об одном: он встретил, действительно, очень серьёзного и могущественного соперника.

Этот человек, несомненно, должен обладать уровнем выше Шенцзюня. Хотя на материке Суань есть такие сильные мастера, их количество ограничено, сильнейший мастер всего Суань — Гу Хань. Ся Чан Тянь и Ли Бовень — Шенцзюни второй ступени.

Самый сильный из них — Гу Хань, и вполне логично, что за последние пять сотен лет он мог продвинуться на ступень выше. Что касается других мастеров, которые бы смогли прорваться до таких вершин, они бы вряд ли смогли испугать опытного и мудрого Чуаньшаня Бейдао!

— Нет, это не Гу Хань, и не Ся Чан Тянь или Ли Бовень… Эм… стыдно признаться, но я даже не знаю, как на самом деле зовут этого мастера. Недавно, находившись в двадцати пяти километрах друг от друга, мы решили провести битву духовной силы. Мы только посмотрели друг другу в глаза, и я был повержен. Мне стыдно это признавать, но это так… боюсь, теперь вы перестанете меня уважать… — сказал Чуаньшань Бейдао, заикаясь.

— Это не Гу Хань? Разве на материке существует такой сильный мастер? Вы только лишь посмотрели друг другу в глаза? — другой голос изумлённо спросил: — И вас ещё разделяло такое огромное расстояние? И ты потерпел полное фиаско?

— Это, действительно, был не Гу Хань. До этого я встречался с Гу Ханем, он так не продвинулся, сейчас его силы максимум Шенцзюня третьей ступени, если бы я состязался с ним, победить его было бы легче лёгкого, но… — Бейдао было стыдно, но он говорил: — Духовные силы этого человека достигли просто невероятных границ, после этого боя мне было не по себе, меня тошнило, я чувствовал, что разбит. Гаотяо после одного его взгляда, свалился без сил.

— После одного взгляда… только одного взгляда… — на сей раз одновременно прозвучало все три голоса.

Один взгляд этого человека заставил мастера уровня Шенцзюня моментально сдаться, а Шэнцзун едва ли не поразил насмерть… Такой невероятной духовной силе даже эти трое мудрецов могут позавидовать!

Неудивительно, что Чуаньшань Бейдао признался, что он ему не соперник. Если всё, что он сказал, действительно правда — то, что он смог остаться в живых, столкнувшись с таким сильным соперником, уже большая удача…

— Этот человек обладает невероятно ужасающей духовной силой. То, что ты проиграл ему, вполне нормально, — прозвучал туманный голос: — Неожиданно в мире появился такой впечатляющий мастер… Сразиться с ним было бы большим удовольствием. Жаль только, что такой мастер появился по ту сторону горы Тяньчжу…

Остальные двое в один голос печально вздохнули.

— Три мудреца, неужто из-за того, что этот сильный мастер появился на той стороне Тяньчжу, вы откажете в помощи? — однако Бэйдао очень сомневался на этот счёт. Почему же? Ведь когда есть реальная мощь, если ли разница в том, куда ты можешь позволить себе пойти? Неужели три мудреца не собираются никак подтверждать свою блестящую репутацию, наслаждаясь мирным небом лишь на земле Шенжи? И они не могут пойти на материк Суань, и показать на что они на самом деле способны? Что за странное суждение?

После вопроса Бейдао все трое замолчали, но потом один из них заговорил: — Наша позиция не означает, что мы отказываемся защищать нашу нацию Шенжи. Если враг вторгнется в наши владения, мы, разумеется, спустимся, чтобы наказать его, даже объединимся и втроём нанесём ему грозный удар. Но с другой стороны, если враг стоит по ту сторону горы Тяньчжу, мы никоим образом не станем сражаться с ним, такова наша позиция.

— Это ещё почему? — забывшись, громко крикнул Бэйдао: — Горы Тяньчжу больше нет!

— Гора Тяньчжу, действительно, сейчас разрушена, мы знаем об этом. Но невидимый барьер по-прежнему существует, и мы не будем воевать, и не потому что мы не хотим, а потому что не можем! — другой голос строго ответил. В голосе чувствовались скрытая обида и гнев, и ещё необъяснимая скорбь.

— Надеюсь, вы сможете вывести нас на правильный путь, — почтенно произнес Чуаньшань Бейдао.

— Поговорить об этом с тобой… вполне можно. Твои силы сейчас вот-вот должны достигнуть пика, если ты сможешь совершить прорыв, ты поймёшь, что нет ничего невозможного, — мрачный голос медленно ответил. — Десять тысяч лет назад величайший из мастеров, Первый Шао, подчинил себе материк Суань. Вся Поднебесная использовала его методы совершенствования. Но Первому Шао было этого мало, он хотел подчинить себе все земли этого мира, так он нечаянно и нашёл нас, и принялся истреблять.

— А? Оказывается, Первый Шао бывал у нас? А что было потом… — испуганно спросил Бейдао.

Почему в книгах нашего времени нет ни одной записи об этом? Нет ничего об преданиях и легендах Цзянху? Почему такие серьёзные события никак не зафиксированы документально?

— В то время наша нация была на первой стадии развития. Мы жили очень примитивно, почти дикой жизнью, носили лохмотья. Первый Шао изначально хотел присоединить нас к своей империи, но увидев, как мы выглядим, пришёл в бешенство, — старческий голос медленно говорил.

— Он пришёл в бешенство? Из-за чего? — недоумевая, спросил Бейдао.

— Потому что… когда Первый Шао увидел нас впервые, он сказал, что мы омерзительны… — в голосе появлялись нотки гнева: — Тогда он сказал, что такой омерзительный народ не может стать частью его империи! И этот ублюдок решил вырезать всю нашу нацию…

Глава 1233. Объединиться против общего врага!

— Вот же подлец, а я ещё так почитал его! -Чуаншань Бэйдао гневно выругался: — В каком месте мы омерзительны? Мы просто немного отличаемся от людей с материка Суань, вот и всё! Оказывается, величайший из мастеров был таким поверхностным человеком…

— Слова, сказанные уважаемым мастером, равносильны вечному клейму! Когда самый сильный мастер нашего народа, Ба Ци, достиг уровня Баньшен (полубог), он вызвал Первого Шао на бой, и потерпел поражение при первом же ударе… — все три голоса печально вздохнули, не в силах выразить это бессилие и стыд.

Да, уже обладая уровнем полубога, сильнейших из Чужаков пал от одного удара Первого Шао!

Столкнувшись с таким великим мастером, с такой огромной разницей в силе, о ком сопротивление может быть речь?

Пытаться оказать сопротивление всё равно бессмысленно.

— После этого боя… или нет, лучше сказать, после этого удара, Первый Шао наступил ногой на голову мудреца Ба Ци, и с необычайным презрением произнес одну фразу… — голос наполнился неописуемым унижением: — «Мне не хочется даже руки пачкать об таких тошнотворных уродцев, какими вы являетесь!»

Чуаншаня Бэйдао затрясло, он почувствовал, как горячая кровь прилила к его голове, и он грозно порычал: — Ублюдок!

— Потом Первый Шао с помощью какой-то таинственной и непостижимой силы сотворил величественную гору Тянь-чжу, которая служила разделительным барьером между материками! Помимо воздвижения этой горы, он установил там какой-то загадочный астральный запрет! Чтобы наш народ из поколения в поколение вечно мучился на этой стороне…

— Астральный запрет? Это и есть та самая причина, по которой вы не можете участвовать в войне? -Чуаншань Бейдао, наконец, стал понимать, что и к чему.

— Верно. Если кто-то из нас достигнет уровня полубога и вступит на поверхность горы Тянь-чжу, его астральное тело ждёт печать, которая вызовет страшный ответный удар его сил! Поэтому с тех пор, хотя среди нашего народа постоянно появлялись могущественные мастера, участвовать в Войне за Небеса разрешалось мастерам максимум уровня Шенцзюня! — печальный голос, вздыхая, продолжал: — Не то чтобы мы не хотели участвовать в войне… просто мы не в состоянии сломать печать Первого Шао! Эта печать обладает наивысшей силой в любом из миров. Нам остаётся лишь смириться с этим…

Бейдао хотелось кричать и ругаться от несправедливости, он в отчаянии произнес: -Неужто печать Первого Шао невозможно сломать?

— Конечно, её можно сломать… только для этого кто-нибудь из нас должен достигнуть уровня, который будет превосходить тот, что запрещён печатью! Если сделать это, тогда можно будет избавиться от печати! — голос наполнился нестерпимой горечью: — Но разве это возможно?!

Абсолютно невозможно! На протяжении этих лет никто не смог превзойти Первого Шао, даже никто не смог достигнуть уровня Шэнжэна (совершенный мудрец, святой). Ни один мастер не может стать достойным противником Первого Шао, за всё это время только три человека смогли добиться уровня выше Шэнжэна. Знаешь, кто они? Все трое

— ученики Первого Шао. Даже его ученики превзошли уровень Шэнжэна… насколько же тогда был силён сам великий Первый Шао? Никто не сможет превзойти его…

— Никто не сможет превзойти его… — Бэйдао чувствовал головокружение. Даже только подумав об этом, в жилах стынет кровь от страха.

— Если так можно выразиться, если вы и пойдёте туда, то только за своей погибелью… — с горечью произнёс БэйДао.

— Необязательно так. Ты сам сказал, что силы Гу Ханя по какой-то неизвестной причине сократились, теперь он не представляет для тебя серьёзной угрозы. Единственный, кто может подавить тебя — этот тот новый таинственный мастер, — голос продолжал: — Мы не можем пересечь границу горы Тяньчжу, но если… если бы ты смог заманить его на нашу территорию, мы бы помогли тебе разобраться с ним!

— Заманить его сюда… Верно… — глаза Чуаншаня засверкали, и он стал думать.

Это единственный из возможных вариантов… но вопрос в том, как сделать так, чтобы он пересёк разделительный рубеж?

Учитывая его силы, кто сможет заставить его ступить на материк Чужаков?!

Хотя план действий не был утверждён, направление мысли уже было известно. Чуаншань Бэйдао не стал задерживаться, и пулей поспешил вернуться на передовую.

Вернувшись, он первым же делом отдал приказ перейти всей миллионной армии в яростное наступление!

Вновь вспыхнула ожесточённая битва!

К тому же она стала ещё более жестокой, чем в прошлый раз!

Весь материк Суань в один миг забурлил, как бочка с дрожжами! Новости с горы Тяньчжу быстро облетели весь материк!

Мастера со всего материка стремительно двинулись на подмогу.

Новость о том, что союзные армии дворца Злого Монарха, леса Тянь Фа и трёх священных земель сражаются вместе против Чужаков вызвала огромный резонанс!

Вторжение Чужаков! Материк в опасности!

Обстановка на передовой была малообещающей, и даже критической…

В первую очередь об этом узнали семьи Дунфан, Данму и Сикон, они тотчас же всей толпой отправились на фронт…

Сикон Ан Е и Данму Чао Фан возглавили военные отряды своих кланов, и на всех парах спешили к месту решающего сражения.

Все силы семьи Дунфан, включаю слуг с Серебряной и Золотой Суань тоже последовали на фронт!

Войска Серебряного Города стягивались к горе Тяньчжу.

Старый начальник города, Хань Фэн Сюэ вместе с действующим начальником города Хань Чжань Мэном, его женой Сюэ Шуан Цин, а также супругой Му Сюэ Тон, мобилизовали все человеческие ресурсы Серебряного Города, и, используя все возможные способы, чтобы увеличить скорость передвижения, сломя голову спешили к горе Тяньчжу!

Все государства материка после получения этой новости, мобилизовали свое военные силы на войну.

Город Тяньсян среагировал быстрее всех остальных, после получения информации, первый министр Тяньсяна, Ли Юран, настоял на том, чтобы немедленно отправить всю военную силу в Тяньнань, чтобы оказать поддержку в военных действиях!

Всегда аристократичный и грациозный Ли Юран, отдавал приказы с пеной у рта, потому что он знал, на этот раз всё в самом деле серьёзно!

Будучи одним из приближенных к Цзюню Мосе людей, он понимал: сейчас ситуация достигла весьма опасного положения!

Потому что на этот раз запрос о помощи пришёл от самого Цзюня Мосе! Что за человек Цзюнь Мосе? Он всегда и везде уверен в своей победе, и он никогда не просит о помощи!

Однако, тем не менее, сейчас ему пришлось сделать это!

Значит, можно сделать только один вывод: ситуация достигла такой серьёзности, что вышла из-под контроля! Император Тяньсяна, Ян Хай Нун, не выразил никаких сомнений, и оказал безоговорочную поддержку.

Глава семьи Дугу, дедушка Дугу Цзун Хэн, вызвался лично вести войско. Глава семьи Мурон, Мурон Фэн Юнь, который уже год как ушёл в отставку, тоже отважно бросился на помощь. Оба ветерана целый день без остановки мчались в Тяньнань.

Не дождавшись полного сосредоточения всех войск, армия двинулась в путь, опоздавшие догоняли их по ходу.

Когда армия покидала город, в ней насчитывалось двадцать тысяч солдат. Пройдя около пятисот километров армия увеличилась в полтора раза. Она разрасталась, как снежный ком, двигаясь быстрым маршем.

Перед отправлением Мурон Фэн Юнь в одиночку посетил могильный курган. Он присел перед могилой своей дочери, печально вздохнул, и тихо произнёс: — Е Гухань, несмотря на различия между вами, я надеюсь, ты сможешь хорошо позаботиться о моей дочери…

Старик Мурон только в этот момент признал Е Гуханя, как избранника своей дочери. Хотя было уже слишком поздно… это было его, как отца, последним желанием! Потому что он знал, что уже не вернётся обратно живым. Многие странники Цзянху присоединились к армии, двигающейся на фронт.

Самый богатый человек, толстяк Тан Юань, без долгих колебаний выставил всё своё имущество на продажу, чтобы оплатить военное снабжение, чтобы никто из солдат, ушедших воевать, не беспокоился за свой тыл!

Вслед за этим все средства Аристократического Зала были пущены для закупки чудодейственных лекарств, провианта и других расходных материалов. Партия за партией они отправлялись к горе Тяньчжу… За исключением некоторого числа семей, почти все военные ресурсы материка были переброшены к горе Тяньчжу, одновременно с этим человеческие, финансовые и материальные ресурсы с неслыханной скоростью стекались в руки к Тан Юаня.

Глава 1234. Накал борьбы!

Все были убеждены, что только у «бога денег» материка Суань, Тан Юаня получится как можно быстрее достать все необходимые вещи для войны!

Если это дело поручить кому-нибудь другому, можно только потерять зря время, будет больше ущерба, чем пользы!

Тан Юань не отказывался от ответственности, и не скромничал. Он направил все свои силы на работу. Поток серебряных монет стекался в его одну руку, и тут же вытекал из другой…

Много лет спустя, кто-то подсчитал, что за это время Тан Юань потратил столько денег, сколько не снилось даже самым настоящим богачам…

Количество денег, которое Тан Юань потратил за несколько месяцев, хватило бы, чтобы содержать две сверхдержавы на протяжении десяти лет!

Материк кипел и бурлил!

Семьи, у которых раньше были какие-то конфликты друг с другом, в этот момент отбросили давнюю неприязнь, и стали сотрудничать, забывая о том, что когда-то кто-то увёл чью-то жену или убил чьего-то сына…

Сейчас на первом месте была защита материка от вражеского нападения, а всё остальное становилось неважным и несерьёзным!

Весь материк Суань сплотился вместе перед лицом страшной угрозы!

Все силы были направлены в одно место! Все действовали как один, дружно и сплочённо!

Все старались ради общей цели: Дать отпор отвратительным Чужакам!

Всё было так, как говорил Цзюнь Мосе: хотите добиться мира и спокойствия — заставьте людей почувствовать давление и страх! Враг извне -самое лучшее средство, чтобы объединить людей! Только в таких условиях, материк станет мирным и райским уголком!

Пройдя через этот опыт, без возникновения каких-то специфических случаев, материк может ещё очень долго жить в мире и согласии…

Родительская семья Гуан Куинхан тоже одновременно со всеми присоединилась к мобилизации!

Материк бурлил, и все двигались в одном направлении, будь то большие войска, маленькие отряды или одиночки-странники Цзянху, словно бессчётное количество маленьких ручейков и небольших притоков они стекались в большое море.

В это время гора Тяньчжу стала настоящим центром всего материка!

Она, словно огромный магнит, притягивала к себе сотни тысяч воинов!

Хотя быть частью этой великой паутины было недёшево, ценой была собственная жизнь… долг обязывает идти до конца!

Горный проход, ведущий к горе, превратился в кровавый океан!

Солдаты отрядов Цаньтянь Шихунь, которые несли караул по передней границе горы Тяньчжу, сменились уже три раза. Бойцы всех стай животных Тянь Фа и мастера трёх священных земель сражались так же, и каждый солдат уже успел трижды вступить в бой!

Сейчас каждый солдат союзных армий материка имел минимум по одному ранению! Однако наступление Чужаков по-прежнему не сбавляло своих оборотов!

Будь то рассвет или палящее полуденное солнце, время заката или вечерние сумерки, утренний иней перед рассветом — бой не прекращался ни на секунду!

С лицами, наполненными злобой и жестокостью, они переступали свежие трупы своих сородичей и продолжали драться!

В ход шло всё: острые сабли, удары руками и ногами, укусы зубами, собственное тело…

В воздухе стоял непроглядный кровавый туман, сам воздух был влажным и кровоточащим, и красная слизь оседала в глубине горла…

Весь театр военных действий словно погрузился в истеричное безумие, отрубленные головы катались по земле и падали с неба, словно здесь перевернулся грузовик с арбузами…

Оторванные конечности, куски плоти, кровавые фонтаны, а под ногами скользкое кровавое месиво — поле боя напоминало фильм ужасов, и, казалось, этому безумию не будет конца и края!

Звуки самоликвидации почти непрерывно доносились со всех сторон.

Словно новогодние хлопушки они взрывались кровавыми фейерверками. Каждую минуту, каждую секунду кто-то умирал!

Даже мастера с впечатляющим уровнем Суань не стремились что-то исправить, а применяли свой последний козырь, становясь одноразовыми бомбами.

Некоторым везло ещё меньше, они даже не успевали применить этот приём, так и умирая от мечей неприятеля, становясь кровавой кашей под ногами своих товарищей и непримиримы врагов… Столкнувшись с таким яростным нападением, ни бойцы Тянь Фа, ни солдаты отрядов Цаньтянь Шихунь не могли совершить контрудар, большую часть времени им приходилось обороняться…

Не важно какие это были войска, не важно насколько хорошо обученными они были: на передовой они могли продержаться максимум полчаса, а затем умирали.

Если новая смена не прибудет в течении этих тридцати минут, всю армию ждёт поражение, и ни мастера дворца Злого Монарха, ни бойцы отряда Цаньтянь Шихунь здесь не были исключением! Чужаки застали их врасплох, к тому же ожесточённость их нападения переходила все границы!

Мэй Сюэ Янь в белоснежных одеждах возвышалась в воздухе, она быстро и чётко отдавала всё новые и новые приказы, ровно три дня и три ночи она не двигалась с места, не закрывая рот ни на секунду! Сейчас она уже соображала не так ясно, даже её сил как мастера Шенцзюня и духовной выносливости было недостаточно, чтобы не чувствовать усталости. Её глаза были опухшими и покрасневшими, однако несмотря на это, она не собиралась взять хотя бы минуту для продыху!

Потому что стоит ей отвлечься хоть на миг, ей придётся заплатить за это несколькими десятками жизней своих бойцов, которые не смогут вовремя отреагировать без её помощи!

Мэй Сюэ Янь трудилась не покладая рук, а что же Цзюнь Мосе?

Молодой мастер сейчас находился в башне. Ни в коем случае не подумайте, что Мосе бессовестно отлынивал от работы, на самом деле, сейчас он трудился нисколько не меньше, чем Мэй Сюэ Янь, и даже возможно ещё больше и усерднее!

Ещё до битвы Цзюнь Мосе подготовил в башне неприлично огромное количество железной руды, и сейчас как раз занимался её распределением.

Используя стихию металла, он бешеными темпами закалял руду, получая высококачественное оружие, оно тут же исчезало, переправляясь к солдатам на поле боя!

Обычное оружие скоро превращалось в просто металлическую дубину, и постоянно требовались новые мечи!

Напротив, предводитель Чужаков, Чуаншань Бэйдао с глазами, залитыми кровью, жадно, словно голодный волк, смотрел на сторону врага, непрерывно раздавая приказы: — Вперёд! Вперёд! Пусть даже вы все сдохнете, но вы должны сдохнуть на той стороне! Идите и сдохните!

Сейчас его приказом не было «Вперёд, в бой!», он просто говорил «Идите и сдохните!»

Именно такой приказ! Да, я приказываю вам сдохнуть! Единственная ваша задача — сдохнуть на поле боя! Сдохнуть перед оборонительным рубежом союзных армий материка Суань! Вам даже необязательно думать, сможете ли вы прорвать их оборону или нет! Ваша задача -выжать максимум сил из себя, а потом умереть там! Вы не обязаны надеяться возвратиться оттуда живыми!

Но такой приказ не вызывал сомнений у солдат Чужаков, они со стеклянными преданными глазами шли и выполняли его!

С неистовым рёвом, прилагая все свои усилия, они сами кидались на мечи своих неприятелей.

Передние падают — задние встают им на смену!

Как только первый тысячный отряд был готов, ступая им на пятки, за ними следовал второй эшелон и так бесконечно!

За три дня и три ночи, по самым скромным подсчётам, на этой земле погибло около тридцати тысяч Чужаков! А потом все просто бились на костях и трупах погибших там солдат, а вовсе не на земле!

Земли почти не было видно!

Такая обстановка на поле боя раскрывала в людях их звериную сущность, которая всегда была глубоко запрятана! Даже самые большие трусы под таким серьёзным давлением становились дерзкими и отчаянными храбрецами!

Глава 1235. Отряд смельчаков

Те, кто видел сотни смертей за всю свою жизнь и даже можно сказать привык к ней, едва ли видели столько погибших за короткое время, как во время этой битвы!

Все оцепенели, когда началась резня! В такой ситуации не возникают никакие мысли кроме «убивать или быть убитым».

Их сердца постепенно становились всё более жестокими.

Сначала они все плакали от горя и предавались воспоминаниям, когда видели, как их товарищей убивали или они уничтожали себя, попав в безвыходную ситуацию. Но теперь, видя, как их родных разрубают на куски, их сердца ничего не задевало — это обычное дело!

«Возможно, следующим будет моя очередь! Превратят их в фарш или они самоуничтожатся — всё равно ни от кого не останется и следа! В конце концов, все мы будем на небесах! Зачем горько плакать из-за недолгой разлуки?»

Все те, кто стремился к личной силе, попав в эту атмосферу войны, сразу же одумывались! В этом случае любой храбрец — просто шутка, и вовсе не смешная!

Даже сильному мастеру уровня Шенцзюня, попавшему в такую военную ситуацию, придется потратить все силы, чтобы остаться в живых!

— Цаньтянь! Назад! Король тигров, выводи третий отряд! — изящный голос Мэй Сюэ Янь звучал теперь хрипло и зло.

Ин Бокун поднял меч и закричал: — Братья, рубите их мечами и уходите как можно скорее!

Одновременно с громким рёвом появились сотни мечей, а передние ряды Чужаков превратились в килограммы фарша. Острые мечи в руках Небесных Разрушителей яростно разрубали Чужаков на куски!

Отряд Цаньтянь после удара стал быстро отступать. Все происходило очень быстро: солдаты-тигры взревели, как гром, и мгновенно заняли оборонительный рубеж вместо Небесных Разрушителей.

Но Чужаки воспользовались этим моментом и подошли ближе! Скоро они прорвутся через линию обороны!

— Первый отряд медведей, назад! Пожиратели душ, вперёд! — хриплым голосом сказала Мэй Сюэянь, как будто истекая кровью.

С громким рёвом Сюн Кайшань взмахнул огромным мечом. Все солдаты-медведи одновременно закричали и отступили на три шага назад.

Позади них внезапно пронёсся острый луч света, словно внезапно поднимающийся поток в небе! Фэн Цзюань Юнь возглавил отряд Шихунь и быстро вклинился в место расположения клана медведей!

Чужаки совершенно не считали свои потери и жертвы, они надвигались, подобно бушующим волнам, несущимся одной волной над другой. Солдаты отряда Шихунь истекали кровью, но не собирались отступать!

Раздался протяжный крик. Цзюнь Мосе снова отправил оружие. Железная руда, накопленная в башне Хунцзюнь, была на исходе, а остальные металлы: золото, серебро и медь уже были закалены. Кажется, что не осталось даже железной стружки…

Цзюнь Мосе появился перед Мэй Сюэ Янь. Огромная энергия, которая превратилась в силу воды, окутала её тело, а потом медленно проникла в неё.

Мэй Сюэ Янь продолжала отдавать приказы на большие расстояния: она разделила все тридцать пять тысяч воинов Тянь Фа на тридцать пять отрядов. Они почти всё время менялись, в течение трёх суток у них не было времени, чтобы отдохнуть и поесть. Можно представить, насколько напряжённой была обстановка. На самом деле, только таким способом можно было её немного успокоить.

Из-за этой, секундной, задержки отряд клана журавлей не успел получить приказ об отступлении, и больше десяти солдат с мечами в руках «утонули» в толпе Чужаков. В этот же момент раздалось более десятка сильных взрывов и солдаты исчезли, но в мгновение ока это место наполнилось солдатами Чужаков!

— Журавли, назад! Пятый отряд волков, занять позиции! — поспешно приказала Мэй Сюэ Янь.

Оставались лишь четыре человека, которые ещё не вступили в битву: Мэй Сюэ Янь, Цзюнь Мосе, Гу Хань и Четырнадцатый Шао из подземного мира!

Мэй Сюэ Янь полностью владела ситуацией, но она не вступит в бой, даже если будет такая возможность. Остальные трое не пойдут биться, потому что нет Чужаков с уровнем Тянь Жэна!

Даже мастеров безумного меча было немного! За исключением генералов, которые должны командовать войсками, другие мастера Чужаков не появлялись! Наверняка некоторые из них устроили засаду! Или, возможно, они ждут, когда армия материка полностью выдохнется!

Никто из них троих не осмеливался действовать неосмотрительно! Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь просто общались друг с другом глазами, они не успели обменяться и парой фраз, как им пришлось разойтись. Цзюнь Мосе рывком вырвался наверх и застыл в пустоте. Четырнадцатый Шао из подземного мира посмотрел на Цзюня Мосе, занявшего его позицию, с лёгкой улыбкой.

Мысли Цзюня Мосе быстро распространились, в одно мгновение заполнили весь небосвод и накрыли пространство, по меньшей мере, на несколько десятков километров. Благодаря этому он очень быстро нашёл местоположение Чуаншаня Бэйдао. Он увидел его злое лицо и то, как он непрерывно раздавал приказы!

Его генералы продолжали принимать приказы, а затем раздавали их десяткам тысяч людей, которые как волки, разбегались по всей армии…

За Чуаншанем Бэйдао всё ещё неподвижно стояли войска! Они стояли молчаливо, как демоны в ночи, ожидая момента, когда и кого съесть.

— Должно быть, этот отряд из тысячи Чужаков собран из лучших мастеров! -сказал Цзюнь Мосе и вздохнул.

— Нет! Их не тысяча, а двадцать три с половиной тысячи хорошо обученных солдат, — Четырнадцатый Шао безразлично поправил: — Войско, которое стоит за ним — лишь одна треть от всей их армии. Что касается двух самых больших войск, они ждут приказа слева и справа от поля битвы.

Цзюнь Мосе внимательно проанализировал ситуацию. Но что действительно оказалось для Цзюня Мосе неожиданным, так это то, что Четырнадцатый Шао так чётко подсчитал количество мастеров противника.

— Что это за мастера? — беспристрастно спросил Цзюнь Мосе.

— Они очень сильные! — взгляд Четырнадцатого Шао стал серьёзным: -Шенцзюней не очень много, всего пятнадцать человек, по крайней мере десять из них — Шенцзюни первой ступени. Но Шэнцзунов довольно много, примерно несколько сотен. Остальные — Шенхуаны, причём выше второй ступени!

— Что?! — Цзюнь Мосе был поражён: — Ты не ошибаешься? Почему у них так много сильных мастеров? Если у них действительно такая военная мощь, зачем они устроили Войну за небеса? Три священных земли уже давно потеряли все силы.

— Да, я уверен. Хотя среди этих солдат немало мастеров второй ступени Шенхуана, но у большей части из них нестабильная циркуляция энергии. Кроме того, у некоторых ослаблена Суань. Во время сражения один Шенхуан второй ступени может победить по меньшей мере шесть или семь мастеров с нестабильной Суань… — Четырнадцатый Шао говорил так спокойно, будто заказывал завтрак в придорожной таверне: — Я считаю, что они — всего лишь пушечное мясо! Потому что они используют свою секретную технику, невзирая на ущерб, который приносят своему телу, и не заботясь о последствиях. Среди этого пушечного мяса примерно сорок мастеров уровня Шэнцзуна. Все остальные — Шенхуаны второй и третьей ступеней. -Четырнадцатый Шао из подземного мира взглянул на Цзюня Мосе: — И их двенадцать тысяч человек. В их глазах уже нет надежды, а в сердцах тяги к жизни. Очевидно, что их самое большое желание — это погибнуть здесь во время битвы. Их способ атаки — это самоуничтожение!

— В общей сложности двенадцать тысяч Шенхуанов в качестве живых бомб? -Цзюнь Мосе был шокирован!

«Если они уничтожат себя, то…», — холодный пот стекал по лбу Цзюня Мосе.

Суань этих мастеров нестабильна, но они всё ещё обладают силой Шенхуана второго уровня.

Такой удивительной мощи достаточно, чтобы погубить существующую боевую мощь всего Тянь Фа! Кажется, что эти Чужаки действительно сумасшедшие.

— Если ты столкнёшься с ними, что случится? — спросил Цзюнь Мосе.

— Я смогу убить три тысячи, прежде чем израсходую все силы и попытаюсь убежать! — взглянул на него Четырнадцатый Шао. — Конечно, если использую шенцу. С ними я продержусь дольше, а без них не убью и половины!

Цзюнь Мосе потёр виски и нахмурился, думая о том, что делать на этот раз.

— Если они действительно выберут тактику уничтожить всех до основания… Что ты думаешь, как мы должны реагировать? — искренне спросил Цзюнь Мосе.

Четырнадцатый Шао из подземного мира тщательно обдумал и сказал:

— Есть только один путь — отступление, и только таким образом мы можем сохранить нашу силу.

— Что если не отступим? — глаза Цзюня Мосе горели. Отступление было абсолютно невозможно!

— Если ты готов, есть другой способ, но это может привести к огромным потерям,

— Четырнадцатый Шао из подземного мира равнодушно смотрел на Цзюнья Мосе: — Однако это отличный шанс нам с тобой размяться!

Глава 1236. А ты посмеешь?

— О каком конкретно сотрудничестве ты говоришь? Выкладывай, только быстрее!

— Цзюнь Мосе вмиг оживился. Он уже отбросил несколько разных вариантов, ни один из них не показался ему по-настоящему действенным. Их, конечно, можно использовать, но с их помощью вряд ли получится одним махом справиться с мощным 20 тысячным войском.

— Основным элементом в этом приёме будет твой чёрный огонь, — загадочно произнёс Четырнадцатый Шао.

— Нет, это не подходит! Да, его невозможно ничем уничтожить, и ему нельзя преградить путь, однако у пламени очень медленная скорость передвижения. Даже если пламя будет опускаться с большой высоты, учитывая силу Чужаков, за это время они с лёгкостью смогут свалить, — Цзюнь Мосе быстро отверг предложение Четырнадцатого Шао.

Цзюнь Мосе и сам бы с радостью хотел уничтожить врагов с помощью своего удивительного чёрного пламени, в ситуации с Ся Чан Тянем огонь справился на ура, но сейчас им нельзя было воспользоваться.

Во-первых, стихия земли и пламя первозданного хаоса не смогут покрыть пространство такого размера. Даже при помощи башни этого не получиться сделать. Во-вторых, если снова позаимствовать силу башни, Цзюнь Мосе больше одного дня снова не сможет участвовать в сражении.

Если потерять один день драгоценного времени… страшно представить, что может случиться с подчинёнными Мосе без его помощи!

В-третьих, если даже применить силу башни, скорость движения огня всё равно не увеличится. Если Цзюнь Мосе израсходует такое количество сил, что не сможет драться, и при этом у него ничего не выйдет, это будет полный пиздец…

— Ты неправильно меня понял. Я предлагаю сделать так: ты с помощью своей силы достанешь чёрный огонь, а я сыграю на шенцу мелодию «Дальний путь победоносного меча», и с помощью духовной силы увеличу скорость распространения огня. Твой удивительный огонь стремительно поглотит плотные ряды солдат Чужаков. Урон, который он нанесёт их армии будет просто громадным, а если нам повезёт, возможно он вообще уничтожит полностью всё их двадцатитысячное войско, — равнодушно произнёс Четырнадцатый Шао. -Конечно, чтобы провернуть это дело, тебе придется сделать так, чтобы я временно получил признание чёрного пламени, — он прищурился: — Я заметил, что у огня есть своя душа; и, если не получить его одобрения, даже я буду совершенно бессилен здесь.

Цзюнь Мосе усмехнулся, про себя подумав: «Ты всё углядишь…»

— Твой план, действительно, самый осуществимый из всех предложенных, — Мосе быстро принял решение и утвердил план: — Можешь пока вводить свою уникальную истинную Ци подземного мира в мои каналы. Я расширю пространство, и достану для тебя признание чёрного огня.

Действительно, продолжать оттягивать время уже было нельзя. Если промедлить ещё, солдаты будут полностью изнурены, а когда противник заново начнёт наступление, что-то исправить уже будет слишком поздно.

Однако то, что Мосе безоговорочно согласился использовать этот вариант, очень сильно удивило Четырнадцатого Шао!

Что за человек, в конце концов, этот Злой Монарх?

Не задумался даже о мерах предосторожности, и тут же согласился?

Видите ли, на словах всё выглядит довольно просто. Но если Цзюнь Мосе, не приняв никаких мер предосторожности, позволит истинной Ци из подземного мира свободно разгуливать по его телу — это будет равносильно тому, как если бы Цзюнь Мосе сам вручил свою жизнь в руки Четырнадцатого Шао! Делай, что хочешь, мне совсем не жалко!

И тогда Четырнадцатому Шао даже не надо будет напрягаться. Стоит только захотеть, и он в два счёта сможет расправиться с Цзюнем Мосе, и несмотря на то, какими бы удивительными способностями Мосе не обладал, он ничего не сможет поделать с этим!

Однако ответная фраза Мосе всё изменила, чтобы переправить свою истинную Ци в каналы Цзюня Мосе, Четырнадцатый Шао остается отбросить все свои способы сопротивления, только при таких условиях посторонняя сила сможет усвоиться каналами Цзюня Мосе! Эти условия вынуждают Четырнадцатому Шао отказаться от всех мер предосторожности, и передать все свои силы, и даже свою жизнь в руки Цзюня Мосе!

При желании Цзюнь Мосе сможет уничтожить Четырнадцатого Шао!

И хотя это всего лишь обычный круговорот истинной Ци, фактически, от этого процесса зависит жизнь двух самых сильных мастеров этого мира!

Если во время этого процесса, хоть одна из сторон замыслит нечто плохое, другую ждет неминуемая смерть!

Разумеется, Цзюнь Мосе прекрасно понимал, чем ему это грозит, однако ничего не поделаешь, ситуация вынуждает, если чёрный огонь должен одобрить внедрение инородной Ци, значит придётся пойти на подобный опыт!

Хотя пламя первозданного хаоса не обладала такими расширенными способностями, как меч Яньди и Хуанди, оно не могло думать и разговаривать, но тем не менее, пламя тоже обладало душой, которая имела свою «разрешающую способность».

Получить управление над процессом культивации, это что-то вроде врождённой способности чёрного пламени, однако, когда управление над ним переходит к какой-то посторонней силе, это может вызвать яростный ответный удар, что тоже является одной из врождённых способностей чёрного пламени!

Даже если это всего лишь временный контроль — вероятность слишком высока! При малейшей неосторожности, истинная Ци Четырнадцатого Шао может быть уничтожена огнем без следа. В таком случае Четырнадцатого Шао точно ждёт конец, и даже его уникальная истинная Ци из подземного мира не сможет совладать с пламенем первозданного хаоса…

Цзюнь Мосе поднял голову, и его взгляд как раз встретился со взглядом Четырнадцатого Шао, тогда они словно всматривались в душу друг друга!

Что значит быть настоящим мастером?

Настоящий мастер обладает непоколебимой независимостью!

Это особенно касается его свободы и безопасности, и послаблений здесь быть не должно!

Потому что это является главной целью в жизни для настоящего мастера!

Ни один мастер никогда не передаст свою жизнь в руки другому человека!

Даже если этот человек — его родной отец или брат, он не может позволить этого даже самому близкому для него человеку!

Но сейчас, в эту минуту, обстановка в мире вынудила двух сильнейших мастеров прийти к такому решению.

И по иронии судьбы обоим мастерам, участвующим в этой затее, на самом деле, было всегда плевать на то, что будет с материков и вообще со всем миром!

Цзюнь Мосе никогда не считал, что чем-то обязан перед материком, и уж тем более не собирался приносить себя в жертву, чтобы спасти народ.

Что касается Четырнадцатого Шао — у него никогда не было симпатии к так называемому «народу». В его сердце вообще не существовало такого понятия, «весь народ, все люди мира»!

«Какое мне дело до вашего этого… народа?!»

Но сейчас, поставив на кон свою жизнь, они оба шли на риск!

И что немаловажно — они были вынуждены пойти на это, у них не было другого выбора!

Если бы кто-то раньше сказал им об этом, они бы одновременно с презрением фыркнули: «Народ? Безопасность материка? Какого хрена меня должны заботить эти вещи?!»

Даже сейчас Мосе не хотел делать этого, но он понимал, что если они не примут это решение, сторона Чужаков с помощью своего могучего отряда смертников прорвёт оборону союзных армий материка! И тогда переживать за обстановку на поле боя будет уже поздно!

Как бы Цзюнь Мосе не относился к Чужакам, ненавидел или ему было просто плевать на них, у него не было иного выбора!

Потому что у него за спиной шла кровопролитная битва, в которой сражались его братья, его любимая!

Он мог наплевать на весь народ, и не волноваться о безопасности материка, но он не мог бросить дорогих его сердцу людей погибать на поле битвы!

Поэтому сейчас он не мог отказаться!

С Мосе всё понятно, но разве у Четырнадцатого Шао была подобная серьёзная причина?

Они оба спокойно смотрели друг другу в глаза.

— Ты боишься?- на лице Цзюня Мосе появилась странная улыбка, и он медленно сказал: — Возможно сильнейший мастер всей Поднебесной, Четырнадцатый Шао боится, что я могу уничтожить его одной своей мыслью! За одну ночь имя Злого Монарха станет живой легендой, а имя Четырнадцатый Шао уйдет в историю! Твоя жизнь заложит фундамент моей долгой и блестящей славе!«

Четырнадцатый Шао загадочно улыбнулся, и мрачно произнес: „Верно, ты говоришь вполне разумные вещи, но ты не думал, что и моя мысль может в одночасье уничтожить молодого гения, который представляет немалую угрозу для меня! Скорость твоего продвижения, действительно, поражает! Вполне реально, что если дать тебе достаточно времени, ты очень скоро сможешь превзойти меня! И даже возможно в один прекрасный день я умру именно от твоей руки!

— Сейчас мне стоит только подумать, и я могу вмиг избавиться от своего могущественного врага в будущем! Ты скажи мне, осмелюсь ли я? — мрачным голосом произнёс Четырнадцатый Шао, и медленно двинулся вперёд, нажимая на Мосе: — Малец, а ты не боишься?

Они не сводили холодных, как лёд, глаз друг с друга. Но в следующую секунду они оба одновременно разразились смехом!

Четырнадцатый Шао очень редко смеялся от всей души. Цзюнь Мосе тоже давно так радостно не смеялся.

Слова Цзюня Мосе были искренними?

Нельзя отрицать, что в голове у Цзюня Мосе не промелькнули такие мысли! Если бы он мог так просто и легко избавиться от строптивого и вредного Четырнадцатого Шао, как это было бы хорошо? Тогда его бы ждали слава, почёт и могущество!

А Четырнадцатый Шао, он говорил правду?

Тоже нельзя отрицать этого, он в самом деле подумывал о таком! Ведь скорость продвижения Мосе по ‚карьерной лестнице‘, действительно, не может не поражать, меньше чем за два года он достиг уровня шенцзюня! Такими темпами не придётся долго ждать, как он превзойдёт уровень Четырнадцатого Шао!

Глава 1237. Самый высокий уровень доверия!

И жизнь Четырнадцатого Шао зависит от выбора Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе мечтал о том, чтобы убить его, однако неизвестно сколько лет точно ему понадобиться, что добиться этого.

Во всём мире только один Цзюнь Мосе представляет настоящую угрозу для Четырнадцатого Шао!

Что касается остальных людей — ему совершенно плевать на них!

Четырнадцатый Шао даже уверен, что может соперничать на равных с безумцем Чжань Лунь Хуаем!

Только Цзюнь Мосе вызывает опасения у самого сильного мастера этого мира!

С его скоростью совершенствования ему нужно не так много времени, чтобы обогнать Четырнадцатый Шао!

Он приблизительно даже подсчитал сколько времени для этого потребуется Цзюнь Мосе!

Разумеется, Четырнадцатый Шао всем сердцем желал избавиться от такого опасного соперника, было бы странно, если бы он не задумывался об этом!

Однако они одновременно обнажили перед друг другом свои самые подлые желания, они были откровенны друг с другом! В тот миг, когда они пристально смотрели друг другу в глаза, в их сердцах развернулась смертельная борьба!

«Сделать или не сделать?!»

К счастью, состязаясь со своей подлой натурой они оба одержали победу! Сказав вслух свои искренние желания, они почувствовали на сердце лёгкость!

Мосе ощутил, как врата, которые были накрепко запертыми, распахнулись. Как камень с души упал, ему стало легко дышаться, а мысли в голове стали ясными и чистыми.

В это мгновение он вдруг чётко осознал: возможно, новый прорыв уже не за горами! Он может произойти до войны, во время, или после.

Четырнадцатый Шао тоже почувствовал что-то похожее, словно печать в его голове немного ослабила свою силу! В сравнении с его прежним самочувствием, это очень большая разница!

Изначально неопределимая преграда, тяжёлая печать, сейчас же словно превратилась в белую, почти прозрачную ширму. Требуется только лишь немного терпения и усилий, и ширму эту можно будет с лёгкостью обойти!

Потому что они оба смогли одержать победу над своими внутренними демонами!

Сильнейшие мастера прошлых эпох побеждали всех и вся, единственное, что им было недоступно, это победить самих себя!

Победить самого себя — значит стать честным человеком, встать на праведный путь! Ведь самый страшный враг и одновременно самый сильный соперник для каждого мастера — это он сам!

В нашем мире не существует никого страшнее и сильнее нас самих! Пройти этот рубеж — значит преодолеть самое главное испытание в жизни!

Преодолев это испытание, и Цзюнь Мосе, и Четырнадцатый Шао в будущем будут добиваться огромных успехов в искусстве совершенствования, больше не будет препятствий на их пути!

— Оказывается, таким образом тоже можно совершить прорыв?! — они оба почти одновременно произнесли. Потом переглянулись, и обменялись радостными улыбками.

Это улыбка — хороший знак! У обоих проскользнула одна и та же мысль.

В следующее мгновение взгляд Цзюня Мосе застыл, потому что вдруг Четырнадцатый Шао убрал слой неясной дымки, которая постоянно скрывала то, как он выглядел по-настоящему.

Он был очень высоким и стройным, волосы были чёрными, как смоль, лицо его было худощавым, губы тонкие и чуть сжаты, выражая высокомерный характер своего хозяина. Но больше всего привлекали внимание его глаза, они были очень большими, бездонными и яркими!

Несмотря на то, что у его глаз были обычные чёрные зрачки, в них было что-то такое, что вынуждало смотрящего в них теряться. Словно они скрывали в себе проход в другой мир, далёкую и необозримую вселенную…

Лицо его также вызывало странные ощущения. Кто-то мог сказать, что ему на вид лет двадцать-тридцать, и ни у кого не возникало мыслей усомниться в этом. Даже люди, которые отродясь не занимались искусством совершенствования,

глядя на него, безоговорочно верили ему, возможно он даже прожил несколько тысяч лет, и никто не считал это чем-то удивительным и странным.

— Мальчонка, а ты хорош. Из-за тебя я впервые в своей жизни смог лично понять истинное значения слова «доверие», — Четырнадцатый Шао рассмеялся холодным смехом: — Оказывается, это очень приятное чувство; и к тому же благодаря этому можно избавиться от своего внутреннего демона!

Цзюнь Мосе тоже рассмеялся: — На самом деле, ты очень красив собой, зачем же ты постоянно скрываешь свое лицо?

— Издавна красавицы имеют несчастную судьбу. Женщины Поднебесной очень ласковые и любвеобильные! Как раз из-за того, что я очень красив собой, я и должен скрывать своё лицо, — немного подавленным голосом сказал Шао: — Я уже давно посвятил свою жизнь становлению на путь истинного мастера, откуда у меня взяться времени на любовные интрижки?

Цзюнь Мосе был несколько поражён. Сначала он хотел рассмеяться, но потом передумал. Смеяться здесь не над чем, ведь это всё действительно очень печально.

Эти слова были сказаны искренне, в них не было и грамма от нарциссизма. Цзюнь Мосе с уверенностью смог определить это.

Учитывая высокий уровень совершенствования Четырнадцатого Шао, его образованность и незаурядную внешность, он бы без сомнений завоевал сердца всех женщин материка! Это ещё не говоря об его славе самого сильного мастера всей Поднебесной!

С уверенность можно утверждать, что в мире не было бы ни одной женщины, которая смогла бы сопротивляться такому превосходному мужчине!

Даже несмотря на его репутацию очень опасного и злого человека, немало женщин всё равно бы ринулись завоевывать его расположение!

Цзюнь Мосе сразу подумал о том, как неугомонные девицы всех времен и народов всегда пылали безумной любовью к плохим парням.

Так что в словах Четырнадцатого Шао нет ничего удивительного! Возможно он знает об этом вовсе не понаслышке… Как раз потому что Четырнадцатый Шао говорил правду, Цзюнь Мосе чувствовал, что это очень странно.

— Неужто ты никогда в этой жизни не хотел обзавестись женой? — Цзюнь Мосе, отбросив всякие предосторожности, протянул свою руку Четырнадцатому Шао.

Четырнадцатый Шао также спокойно взял руку Мосе, и стал медленно вводить свою истинную Ци из подземного мира в каналы молодого мастера. Это выглядело так естественно и гармонично, словно эти двое работали вместе бесконечное количество раз.

Оба мастера в одно и то же время передали свои жизни друг другу!

Вне всякого сомнения, такое невероятное событие случилось впервые в истории! Небывалый высокий уровень доверия соединил этих двоих!

На вопрос Цзюня Мосе, Четырнадцатый Шао сквозь смех ответил: — Мы, выходцы из Подземного мира, обладаем большой продолжительностью жизни, намного больше, чем у жителей материка. Если кто-то из нас вознамерится найти себе жену, тогда это означает найти себе спутницу на всю жизнь. Если обрести настоящую привязанность до того, как уровень твоего совершенствования будет настолько высок, что ты сможешь противиться законам природы и менять жизнь обычных людей, ничем хорошим это не закончится. Ты лишь навредишь себе и измучишь другого человека!

Цзюнь Мосе слушал Четырнадцатого Шао, и медленно направлял истинную Ци из Подземного мира на третий уровень башни Хунцзюнь, постепенно подпуская её к пламени первозданного хаоса, при этом говоря:

— Нет, не может быть такого! Я точно знаю, что у Первого Шао было больше сотни жен, как тогда ты объяснишь это?

Четырнадцатый Шао фыркнул и ответил: — А чего тут объяснять? Каким человеком был Первый Шао? Будь у него даже миллион жен, он бы с лёгкостью смог сделать каждую из них бессмертной! Разве я уже этого не говорил? Нужно только обладать уровнем сил, при котором законы природы тебе не писаны, и тогда можно обойти это ограничение!

— Всё равно звучит нескладно. Это резко отличается от того, что ты сказал изначально про спутницу на всю жизнь; так называемые спутники на всю жизнь разве должны быть единственными друг у друга? — спросил Цзюнь Мосе.

Четырнадцатый Шао нахмурил брови, и изумлённо произнёс: — Что за логика у тебя?! Кто тебе сказал, что ты можешь ограничиться только одной спутницей? Если тебе позволяют способности, ты можешь взять себе в жёны хоть всех женщин мира, пожалуйста, это только твой выбор! Одна спутница или целая сотня, какая тут разница? Твоя логика просто невероятная чушь!»

Цзюнь Мосе выпучил глаза от удивления.

«Взять в жены всех женщин мира — это само собой разумеющиеся вещи?! И он мне ещё говорит, что это я несу чушь?! В конце концов, кто из нас ещё несёт здесь чушь? Просто нет слов…»

— Оказывается, у вас такой широкий взгляд на вещи! Я невероятно восхищён! -опешив на несколько минут, Цзюнь Мосе, наконец, со вздохом восхищённо произнёс: — Не говоря уже о другом, а относительно твоих физических возможностей, я преклоняюсь! Я правда испытываю величайшее восхищение!

— Это у тебя, мальчишка, кругозор слишком узкий. Какое отношение к этому имеют мои физические возможности? — Четырнадцатый Шао закатил глаза, и с пренебрежением произнёс: — Неподвижно получай удовольствие, что тут сложного…

У Мосе почти слёзы навернулись на глаза от переизбытка эмоций. Он полностью признал своё поражение перед Четырнадцатым Шао!

«Этот дядя, в самом деле, потрясающий человек!»

Пламя первозданного хаоса медленно двигалось в башне Хунцзюнь. Вдруг соприкоснувшись с истинной Ци из подземного мира, вводимой в каналы Мосе, как будто бы принюхиваясь к ней, оно сделало кружок около нее, резко дёрнулось, а потом вернулось на своё прежнее место. Также плавно опустившись вниз, продолжая гореть…

— Получилось? — осторожно спросил Цзюнь Мосе.

Глава 1238. Сегодня - это целая вечность!

— Да особо пофиг, — ответил Четырнадцатый Шао. Он по-прежнему незаметно и невозмутимо поглощал истинную Ци из Подземного мира.

Цзюнь Мосе был ошеломлён.

— Неужели ты ничего не заметил? Это чудесное пламя оставило небольшой отпечаток на моей Ци из Подземного мира, — Четырнадцатый Шао слабо улыбнулся: — Он совсем небольшой. Я всего один раз использовал его!

Цзюнь Мосе облегчённо вздохнул и с ухмылкой сказал: — Ты должен быть доволен тем, что смог контролировать его даже один раз. Ты хоть знаешь, что это за огонь?

— Раньше я всегда задавался вопросом, может ли это божественное пламя управлять человеком? Теперь я, наконец, уверен, что, пусть это пламя и находится внутри тебя, однако оно полностью отделено. По крайней мере, оно точно произошло не из тебя, не так ли?, — Четырнадцатый Шао с натянутой улыбкой посмотрел на молодого мастера: — Цзюнь Мосе, а ты и, правда, полон секретов.

— Разве это считается? Ты ещё самую жесть не видел! — Цзюнь Мосе фыркнул. Четырнадцатый Шао нисколько этому не удивился. Странность вызывало то, что он до сих пор не смог почувствовать никаких аномалий.

— Это ведь ты — тот самый Первый небесный владыка, который меня однажды спас? — Четырнадцатый Шао поднял глаза к небу, и, казалось, между делом задал свой вопрос.

— Ну… — улыбнулся Цзюнь Мосе: — Что ещё за вопрос? И с чего вдруг такие выводы?

— Да, нет никаких особых причин так думать! — Четырнадцатый Шао сделал паузу:

— Просто такое чувство. На самом деле это чувство уже давно преследует меня, но раньше ты был слабее, и я не мог быть в этом уверен на все 100%. А теперь твои силы возросли, и мои ощущения стали намного чётче!

— Верно! Это был я, — Цзюнь Мосе поднял брови: — Первый небесный владыка!

— А ты действительно очень самодовольный малый! А ты знаешь, что своим выдуманным прозвищем ты очень сильно задел имя моего клана Шао?! — сказал Четырнадцатый Шао: — Из-за этих трёх слов между нами обязательно будет бой!

Не на жизнь, а на смерть!

— После этой войны, если мы, конечно же, оба останемся живы, я обязательно сражусь с тобой! — глаза Цзюня Мосе вспыхнули: — Я уже давно хочу изведать так называемую непобедимую тайную технику клана Шао и посмотреть, насколько же она сильна в действии!

— В этой войне, кроме меня, шанс на выживание есть лишь у тебя, так что, будь уверен — тебе ещё представится возможность бросить мне вызов! — сказал Четырнадцатый Шао: — Честно говоря, я и сам хотел бы узнать, сколько ещё секретов есть у тебя за спиной, и насколько страшна твоя самая большая тайна! Цзюнь Мосе резко ответил: — Я тоже думаю, что тебе представится возможность узреть мою главную тайну, но даже Четырнадцатый Шао едва ли сможет вынести всю её тяжесть!

После этого ни один из них больше не проронил ни слова. Оба поднялись на ноги и посмотрели в сторону, где находились Чужаки.

Их последующая битва — это уже совсем другая история. Сейчас главное -выжить в этой войне и победить Чужаков.

Развернув духовное сканирование, оба мастера почувствовали, что их враг активизировался!

Кроваво-багровое знамя было воткнуто в землю прямо перед первой линией строя. Очевидно, они вот-вот начнут действовать!

В следующий миг, раздался странный и резкий звук горна! Все отряды Чужаков, которые всё это время стояли на месте, одновременно затрубили в специально подготовленные горны!

В общей сложности более десяти тысяч громких звуков в один момент разразили небеса! Более восьмисот тысяч солдат одновременно взревели:

— Могучая нация Шенжи, вперед!

Миллионное войско устроило себе торжественные проводы!

По легенде, души воинов, которые были отправлены на войну таким образом, даже если в итоге им суждено в ней умереть, не исчезнут, а вернутся в «Храм бога». Там они навечно останутся бессмертными и будут вечно принимать приношения от людей клана Шенжи!

Это также самый древний и грандиозный ритуал клана Шенжи перед выходом в бой! Теперь, эта церемония снова прозвучала для миллионного войска смертников!

После пронзительного звука горна сотни тысяч безумно атакующих Чужаков… осталось на месте. Все воинственные крики тут же прекратились, и наступила мёртвая тишина!

Эта тишина содержала в себе на редкость бешеное давление!

Вот-вот разразится страшная буря!

Все прекрасно понимали, что следующая атака Чужаков будет беспрецедентно мощной! Если… если они бросятся сейчас, то линия обороны союзной армии материка будет полностью разрушена!

Раздался чей-то крик!

Первый мастер священной земли — Гу Хань, вдруг громко закричал:

— Священная земля!

Мо Вудао, Си Жочень и Хуань Аобо в то же время яростно ступили вперёд. Кровь, накопленная под их ногами, яростно брызнула в стороны, и они в голос заорали:

— Священная земля!

— Блестящая слава! Это миг равен тысячелетию! Сегодня — это целая вечность! -лицо Гу Ханя было настолько свирепым, что казалось, будто он использовал все свои силы на этот крик!

— Блестящая слава! Это миг равен тысячелетию! Сегодня — это целая вечность! -одновременно подхватили семь тысяч воинов священных земель. Их лица в этот момент выражали торжественность, грозность и величие!

Все эти воины вовсе не были в превосходном состоянии, напротив, почти все из них были тяжело ранены, однако в данный момент все они приняли исцеляющую таблетку — подарок, преподнесённый им от Цзюня Мосе. В течение нескольких дней и ночей, молодой мастер работал в поте лица вовсе не для закалки меча или совершенствования собственной силы, его первоочередной потребностью было пополнение запасов исцеляющих таблеток!

И за это Цзюнь Мосе заслужил огромное уважение всех воинов священной земли!

Ведь эти таблетки дают потрясающий эффект!

Подарить семь тысяч чудодейственных таблеток своему старому врагу… Люди трёх священных земель прекрасно понимали, что будь они на месте Цзюня Мосе, то никогда не смогли бы сделать для него что-либо подобное… по крайней мере без подсказки или же приказа.

Все поняли, что сейчас наступил решающий момент!

Именно в этот момент они должны превратить свою жизнь в самый великолепный фейерверк, который защитит и сохранит мир на всем материке!

Безоговорочно! Блестящая слава! Это миг равен тысячелетию! Сегодня — это целая вечность!

Под руководством трёх владык священных земель, семь тысяч человек разделились на три отряда: Неуловимый мир бессмертных, Иллюзорный океан крови и Великий Золотой город! Все были четко организованы — никакого беспорядка!

Шаг за шагом они двигались вперёд, без каких-либо колебаний — их глаза были полны решимости!

Слава и достижения десяти тысяч лет!

В этот момент всё было совершенно неважно! Всё было в порядке на данный момент! Истина успеха или неудачи вмиг опустела!

Три людских потока тихонько двигались вперед. Спины воинов были прямыми, словно стрелы!

В эти последние минуты жизни их лица полны гордости!

Гордость Священной земли будет существовать вечно!

— Отдать дань уважения! — раздался громкий крик Мэй Сюэ Янь.

После этого, все воины леса Тянь Фа подняли свои руки, чтобы проявить наивысшее уважение к своему старому врагу!

-Три священные земли, эта кучка… людей всегда была самой ненавистной для меня! Они всегда считали лишь себя защитниками материка и устраняли тех, кто пытался этот титул у них отобрать. Все без исключения становились их врагами!

— Четырнадцатый Шао тяжело вздохнул: — Никогда бы не подумал, что настанет день, когда даже я стану ими восхищаться!

— Верно! Рад своей идеи эти люди вели себя очень низко и совершали бесчисленное количество ошибок ради того, что они называли собственной философией, — Цзюнь Мосе вздохнул и продолжил: — Но в этот момент они по-прежнему великолепны и блистательны! В этот момент эти ребята действительно заслуживают нашего искреннего уважения! Их сегодняшняя жертва перечеркнёт всю ту злобу, ненависть и вражду, что когда-то была между нами! Моё уважение к ним останется со мной до самой смерти!

Четырнадцатый Шао вздохнул.

— Настоящая крепость проявляется в самых сложных ситуациях, а герои появляются только в смутное время! — вдруг громко закричал Цзюнь Мосе: — Люди священных земель, наша вражда теперь полностью забыта! Я, Цзюнь Мосе, гарантирую вам, что лично обезглавлю Чжань Лунь Хуая! Я отомщу за вас!

На последних словах голос Цзюнь Мосе был необычайно взволнованным. Он знал, что сопротивление Чужакам — это всего лишь миссия трёх священных земель!

Чужаки хотя и являются их противниками, но они никогда не были их врагами. Поистине, величайший враг трёх священных земель — это Чжань Лунь Хуай и только он!

И самое огромное сожаление всех мастеров священной земли заключается в том, что у них больше никогда не будет возможности свершить своё возмездие и уничтожить этого психа Чжань!

И сегодня, в тот момент, когда они решительно двинулись на смерть, Цзюнь Мосе дал им такое обещание!

Этот психопат является практически бессмертным Баньшен (полубогом)! Разве можно его вот так легко убить?

Однако Цзюнь Мосе все же дал такое трудновыполнимое обещание! Разве он мог позволить этим солдатам встать на путь смерти с таким огромным сожалением в сердцах?!

Пусть даже они и идут на смерть по собственному желанию!

— Большое спасибо! — Мо Вудао поднял голову, взглянул в глаза Цзюню Мосе и молча поклонился.

Более семи тысяч человек одновременно поклонились молодому мастеру в знак уважения, а затем горделиво двинулись вперёд!

Цзюнь Мосе воодушевился, и внезапно взмахнул рукой. Три огромных боевых знамени тут же упали с небес, и разразился сильный ветер. На каждом из знамени имелась огромная сияющая надпись!

«Неуловимый мир бессмертных!»

«Иллюзорный океан крови!»

«Великий Золотой город!»

Глава 1239. Песнь Подземного мира, забирающая души!

Мо Вудао и другие два мастера вытянули руки и поймали упавшие с небес боевые знамена. Их глаза тут же заискрились! Словно жизнь в этот миг вдруг снова заиграла красками, а душа пустилась в пляс!

Казалось, будто слава десяти тысяч лет, в этот момент, наконец-то вернулась к ним!

Как будто это боевое знамя представляет собой признание и благодарность всего материка!

Эта жизнь прошла не зря!

— Герои Священных земель! В добрый путь! — воскликнул Цзюнь Мосе: — Я, Цзюнь Мосе, устроил для вас эти проводы! — сказал это, молодой мастер медленно поднял руку и отдал честь уходящему войску!

Воины священных земель вдруг закричали в один голос: — Злой Монарх! Неважно, будем ли мы друзьями или врагами в следующей жизни, но эти чувства мы навечно сохраним в наших сердцах!

Когда Цзюнь Мосе подарил им исцеляющие таблетки, они равнодушно приняли их. Когда он исцелил все их раны и подарил им божественные мечи, мастера священной земли ничего не сказали.

Но в этот момент они были тронуты до глубины души.

Они были благодарны Цзюню Мосе за его понимание! Ведь в этот момент молодой мастер представлял мнение всего материка!

Сказав эти слова, все семь тысяч мастеров ушли вперед без оглядки!

В конце концов, пятеро оставшихся в живых мастеров, которые до этого следовали за Ся Чан Тянем, без малейшего колебания присоединились к армии Священной земли. Их возвращению никто не удивился, и все приняли их в свои ряды!

Как бы то ни было, теперь они товарищи, вот и всё! Товарищи, бок о бок сражающиеся за мир во всем мире! И на тот свет у них будет одна дорога!

Мо Вудао, Си Жочен, Хуань Аобо, Лэн Тун, Чу By Хуай, Чэн Инсяо…

Их были спокойными и наполнены решимостью…

Находящийся на высоте Гу Хань вдруг закрыл глаза и больше не мог сдержать слёз…

Семитысячное войско детей и сыновей — последняя элита Священной земли! Отныне слава трёх священных земель уйдёт в историю!

Станет памятником!

Напротив, раздался странный голос Чуаншаня Бэйдао: — Воины клана Шенжи! Ваш самый славный час настал! Храм Бога распахнул свои объятия для вашей сегодняшней преданности! Ваши имена и подвиги будут увековечены! Ваши души обязательно вернутся в тёплые объятия великого бога! Вы станете бессмертными! Так что убейте всех ради нашего клана Шенжи! Ради бессмертия!

Чуаншань Бэйдао внезапно активировал свой даньтянь и изо всех сил закричал:

— Давайте перережем этих кур! Ха-ха-ха!

— Перережем кур! Ха-ха-ха! — одновременно заревели двадцать тысяч Чужаков —шенхуанов, а затем словно волной кинулись в атаку!

В тылу находилось около десяти тысяч главных сил войска!

Цзюнь Мосе и Четырнадцатый Шао одновременно нахмурили брови. Они прекрасно понимали, что оставшиеся десять тысяч воинов — это истинная мощь Чужаков!

— Готовься! Вот-вот всё начнётся! — прошептал Цзюнь Мосе.

Четырнадцатый Шао взял в руки шенцу и сказал: — Распредели диапазон атак как можно шире. Твоё чёрное пламя, даже если оно будет разделено на мелкие кусочки, не потеряет своей силы.

— Я знаю! — Цзюнь Мосе стиснул зубы: — С моей текущей силой я, в лучшем случае, смогу выпустить лишь одну волну. Для следующей атаки нужно будет подождать около часа, пока восстановятся мои силы. Можешь рассчитать, сколько противников ты сможешь уничтожить одна волна?

— Трудно сказать. Здесь нужно хорошенько постараться! — лицо Четырнадцатого Шао выглядело чрезвычайно серьёзным. Он прекрасно понимал вес слов Цзюня Мосе.

Три священные земли были готовы принести себя в жертву, однако они должны самоликвидироваться, атакуя главные десять тысяч сил Чужаков, а не эти двадцать тысяч тварей, бегущих на них, словно пушечное мясо!

Могут ли эти две сотни бойцов нанести разрушение, и насколько мощным оно окажется?

На поле битвы стремительно приближались две армии!

Люди священны земель шаг за шагом двигались вперёд, не говоря ни слова.

А напротив армия Чужаков бежала сломя голову с диким рёвом.

С одной стороны была тишина, с другой — оглушительные крики!

Какой контраст!

Со стороны Чужаков все мастера не ниже уровня Шенхуан. Скорость их передвижения просто потрясающая, буквально за долю секунды это многочисленное войско пересекло середину поля.

В этот момент, после громких криков небеса полностью потемнели!

А все из-за бесчисленного количества разбитого на мелкие куски чёрного пламени!

В то же время убийственная атмосфера мгновенно окутала собой всё вокруг!

Громкая мелодия наполнила своими звуками все воздушное пространство! Песнь подземного мира, забирающая души! У всех без исключения, даже у шенцзюней высшего разряда была на неё одинаковая реакция! Все почувствовали, будто небо мгновенно наполнилось холодными острыми клинками! Казалось, что сотни миллионов смертоносных длинных мечей собрались в одном месте!

Они были в полной боевой готовности!

В этот момент Четырнадцатый Шао раскрыл всю имеющуюся у него истинную Ци подземного мира, и в небе моментально образовалось огромное тёмное облако!

В начале своей игры звук шенцу был чрезвычайно резким и яростным! Когда сила звука достигла своего предела, вдруг раздался «Ба-бах!» — казалось, будто что-то взорвалось!

Вслед за этим в небе появилось бесчисленное количество чёрных сверкающих мечей! По меньшей мере несколько десятков тысяч!

Смешиваясь с пронзительным свистом, чёрные клинки резко нырнули вниз! Спокойно парившие в воздухе клочки огня первозданного хаоса прикрепились к тёмным лезвиям и с бешеной скоростью тоже полетели вниз!

Как будто медленно идущая улитка внезапно превратилась в свирепого орла, летящего вниз!

Это может показаться нудной болтовней, но на самом деле, от момента соединения чёрного пламени и чёрных клинков и их падения прошла десятая часть от доли секунды! Я даже моргнуть не успел!

В один миг!

Тем не менее, лица Чужаков остались неизменными!

С выпяченной грудью они рванули вперёд!

Масштаб этой неожиданной атаки, несомненно, был потрясным!

Если бы эта волна атаки была нацелена на десяток, сотню или даже несколько сотен человек, то она могла бы достичь желаемого и идеального результата.

Но…

Целью этой атаки является десятитысячное войско!

Независимо от того, кто посылает эту атаку, это всё ещё только один человек!

И насколько велика сила этого человека?

Даже если Шенжен или одновременная атака двадцати тысяч Шенхуанов, никто не сможет сотворить и малейшую часть от такого! Сила одного человека никогда не сможет достичь таких пределов!

Если же один мастер сможет нанести ущерб десятитысячному войску, то это не иначе как чудо! Миф! Легенда!

Человеческие ресурсы иссекаемы и абсолютно не могут сотворить такие чудеса! Поэтому армии Чужаков-Шенхуанов было совершенно пофиг на всё. Эта атака максимум может лишь напугать!

Во всяком случае, у них не было и мысли вернуться живыми. И что может эта пугающая атака? Даже если эти чёрные клинки атакуют их в грудь, им все равно не пробить защитную оболочку истинной Ци!

Тот, кто способен сотворить настолько мощную атаку, несомненно, является сильнейшим мастером! Но у него однозначно отсутствует мозг! Что это за сказочный идиот?!

В таком состоянии духа все иноплеменные силы продолжали движение вперёд. Их атаки были ограничены, и совершенно отсутствовала всякая оборона, главным оружием этих тварей было их собственное тело. Как только они соприкоснутся с армией противника, то тут же воспользуются техникой самоликвидации!

Всё было решено уже давно.

Однако в следующий момент жестокие обстоятельства безжалостно уничтожат все их расчеты!

Чёрные сверкающие клинки двигались со страшной скоростью! Они уже превзошли предельную скорость этого мира!

Войско Чужаков шло чрезвычайно плотным строем, и эта атака охватила как минимум четыре пятых от всего их количества!

Мощь атаки к этому моменту была практически израсходована, а сверкающие клинки полностью исчезли, но их миссия была выполнена просто превосходно. Огромное количество чёрных огней первозданного хаоса были прикреплены к телами Чужаков.

На некоторых из них застряло даже по несколько штук…

Финальная часть хорошего представления официально объявляется открытой!

— Стоять! — Мо Вудао с суровым лицом махнул рукой, и отряд священных земель тут же прекратил какое-либо движение.

Увидев чёрное пламя, все мастера испытали дикий ужас.

Картина того, как буквально за несколько дней до этого огонь первозданного хаоса сжёг несколько десятков лучших мастеров священной земли, тут же промелькнула у всех перед глазами.

От этой свирепости у всех по коже пробежали мурашки.

Можно было суверенностью сказать одно — в бой вступил сам Цзюнь Мосе!

В толпе смертников, которые с гордыми криками мчали вперёд, вдруг раздался дикий и истошный вопль!

Причиной этому стал огонь первозданного хаоса, попавший на тела этих несчастных.

Затем последовал ещё крик… И ещё, ещё… Тысячи людей почти в одно и то же время начали кататься по земле, продолжая кричать от боли. Некоторые из них били себя ладонями, чтобы потушить пламя, но все было бесполезно.

Глава 1240. Сломать десятки тысяч костей!

Однако каждый раз, когда они катались и корчились от боли, чёрный огонь становился лишь сильнее.

Потому что это хаотичный огонь! Основной источник огня во вселенной! Он может сжечь энергию, тело, душу, землю и даже воздух! Не существует материи, которую не смог бы сжечь этот огонь, включая сам мир!

Не говоря уже о сравнительно хрупком человеческом теле! Бороться против него бесполезно!

Этот огонь расплавит как кусок тофу даже сильное тело Шенхуана!

В общей сложности более пятнадцати тысяч Чужаков упали на землю, громко крича и корчась от боли. Некоторые из них мгновенно выхватывали мечи и отрубали загоревшиеся части тела, но вскоре поняли, что такие решительные меры оказались бесполезными.

Отрубленные конечности всё ещё горели, а место разреза пылало чёрным огнём!

Даже их мечи сгорали, потому что они коснулись пламени!

Некоторые из них не могли терпеть боль и хотели уничтожить себя, но обнаружили, что, поскольку странное пламя окутало их тела, они не могли свободно управлять своей силой! Значит, не могли даже убить себя!

Даже душа замерла!

Единственное, что они могли сделать сейчас, это наблюдать, как медленно сгорают!

Что касается Чужаков уровня Шенхуана, которым посчастливилось избежать этого, они внезапно замерли, столкнувшись с такой невообразимой бедой! У каждого расширялись глаза, и охватывала паника, когда они видели перед собой чёрное пламя!

В этот момент их сердца наполнялись страхом!

Они действительно не боялись смерти! Когда они приняли приказ, то уже знали, что не вернутся живыми! Но они боялись такой странной смерти! Ситуация выходила за пределы их понимания!

Вероятно, они не подозревали, что в мире существуют такие необычные вещи, которые могут бесшумно поглотить более шестнадцати тысяч Шенхуанов!

Они были настоящими сильными мастерами и до того, как кончился эффект волшебных лекарств, которые Шенхуаны приняли!

Вокруг раздавались истошные вопли!

Сколько займёт времени, чтобы уничтожить их всех? Любой Шенхуан устанет, если станет рубить голову одной за другой…

А теперь… эта невероятная вещь происходила перед его глазами!

Все эти люди — самые верные воины Чужаков!

Основное качество убийц — не бояться смерти! Даже если им раздробят кости, они не будут кричать! Не говоря уже о том, чтобы во весь голос кричать от ужаса!

Но этот священный, тёмный, таинственный огонь заставил их отказаться от своего сильного характера, потерять мужество, достоинство, и жалко всхлипывать перед смертью!

Казалось, что их ужасных криков достаточно, чтобы отпугнуть стаи волков!

Почему это происходит?

Остальные четыре тысячи человек остолбенели, как будто в миг превратились в многочисленные статуи!

Почти четыре тысячи настоящих Шенхуанов в этот момент боялись пошевелиться!

Чёрный таинственный огонь продолжал изящно гореть, постепенно соединяясь воедино, и, наконец, образуя огромное пламя! Распространяясь на десятки километров в длину и несколько километров в ширину, он отгородил солдат друг от друга!

Солдаты, которые обычно, не жалели своих жизней ради товарищей, сейчас вынуждены были просто смотреть друг на друга!

Они не могли пересечь его!

И не осмеливались!

Кажется, что чёрное пламя — это адский рубеж, который разделил мир пополам!

Три священные земли оставались в спокойствии, глядя на свою победу. Самое главное, что они когда-то уже видели великую силу этого пламени!

Но Чужаки находились в совершенно другом положении.

Чуаншань Бэйдао кричал с пеной у рта и приводил в боевую готовность свою армию, огромную, мощную и жестокую… но всё изменилось после появления чёрного огня!

Более шестнадцати тысяч сильных Шенхуанов всё ещё кричали от боли, катались, а их тела постепенно сгорали!

Их тела и души исчезали навечно!

А оставшиеся четыре тысячи человек просто смотрели на врага и дрожали от страха!

Ситуация выглядела смешной, если сравнивать только что готовых к атаке солдат и теперь дрожащих от страха!

Чуаншань Бэйдао чуть не лопнул от гнева, глядя на несчастье, которое происходило с его солдатами. Он не знал куда деться от этого чувства!

Позор, какой позор… Как будто его смешали с дерьмом.

Как это можно терпеть?

— Кто ты, чёрт возьми?! Выходи! Выходи, если смелый! — Чуаншань Бэйдао сошёл сума, размахивая кулаками в воздухе и выкрикивая ругательства с красным лицом.

Именно из-за этого человека солдаты их клана стали посмешищем!

Даже если они успешно штурмуют континент Суань, им никогда не отмыться от этого позора! Какое унижение!

Тем не менее, этот человек по-прежнему оставался сильным мастером, который успешно убил более шестнадцати тысяч Шенхуанов одним ударом!

Этот ужасный факт сводил Чуаншань Бэйдао с ума и разжигал в нём желание убить этого мастера!

Он никогда не успокоится, если не убьёт его!

Шенхуаны, которые стали пушечным мясом, применяли секретную технику, чтобы повысить жизнеспособность и получить удивительную силу.

После того, как они это сделали, хотя действительно обладали совершенствованием, скоростью и энергией Шенхуанов, но это длилось всего два дня.

К тому же, в течение двух дней их сила постоянно росла, пока не достигла наивысшего уровня. И этот пик силы длился лишь два часа, но этой силы было достаточно, чтобы совершить много вещей!

Мастера, которые использовали эту секретную технику, умирали из-за истощения своей жизненной силы после окончания этих двух дней, если не погибали раньше. Но за два дня, во время развития этой техники, они действительно обладали силой настоящих Шенхуанов наивысшего уровня!

Это было вне всяких сомнений!

Даже если этим псевдо-Шенхуанам в борьбе с сильным настоящим Шенхуанами не хватало опыта, по силе они им совсем не уступали! Вплоть до того, что их сила в критических ситуациях должна была продолжать расти из-за жизненных сил.

Можно сказать, что они — самое страшное оружие!

И этот удар уничтожил почти четыре пятых самого страшного оружия, но те, кто выжил, потеряли боевой дух. Чуаншань Бэйдао не мог представить, что будет такой исход битвы!

Цзюнь Мосе и Четырнадцатый Шао из подземного мира спрятались в облаках и творили свою магию. Чуаншань Бэйдао не знал, что всё это дело рук двух человек.

Кроме того, Чуаншань Бэйдао никогда не сталкивался с Четырнадцатым Шао из подземного мира, поэтому считал, что все заслуги за этот день, вероятно, принадлежат одному непревзойдённому мастеру, который так мешал ему…

Он действительно уважал молодого мастера Цзюнь!

Бессильно глядя на чёрное пламя, которое полностью разделило его войско на две части, Чуаншань Бейдао понимал, что ничего не может сделать.

Оба мастера наверху совершенно не обращали на него никакого внимания. Они не только игнорировали его, но и считали это бессмысленным!

Цзюнь Мосе внезапно выпустил огонь, накрыв обширную территорию. Можно сказать, что он приложил все свои силы, в том числе заимствую энергию из башни Хунцзюнь.

Даже с помощью башни Хунцзюнь ему придётся заплатить большую цену за победу в этой войне. После этого удара почти вся духовная сила в его теле была опустошена. Цзюнь Мосе уже был без сил, хотя ему ещё даже не наносили ответный удар, поэтому лучше всего ему сейчас скрываться в облаках. На этот раз он старался как можно быстрее восстановить дыхание, поэтому у него не было желания прислушиваться к ругательствам этого Чужака.

Что касается Четырнадцатого Шао из подземного мира, то его полностью вымотала эта погоня, он устал даже сильнее Цзюня Мосе. Сейчас он тоже старался восстановиться.

Они одновременно восстановили силу и приступили к действиям: энергия в небе, отчётливо видимая невооруженным глазом, постепенно образовала вихревые смерчи, которые, как бесчисленные питоны, дико бушующие в небе, разлетелись в разные стороны.

Вокруг поля битвы на сотни километров не было сверхъестественных сил!

Даже если оставалась какая-то энергия, её нельзя было использовать.

Все присутствующие вдруг почувствовали слабое удушье!

Духовная сила в небе сформировала бесчисленные огромные смерчи и сосредоточилась в их телах.

Со стороны Цзюня Мосе ослепительного пурпурного сияния, а со стороны Четырнадцатого Шао из подземного мира — иссиня-чёрного цвета, заслоняющего небо и землю. Наступил сумрак. Хотя они находились очень близко друг к другу, но казалось, будто один — ангел, а второй — демон.

Глава 1241. Крушение мира!

Одухотворённая Ци продолжала стремительно стекаться, плотно покрывая два человеческих тела. Никто не мог ясно разглядеть, что за хрень, в конце концов, происходила внутри этого шара яркого света.

Огонь первозданного хаоса всё ещё горел как и раньше. Казалось, что он никогда не погаснет.

Чудом уцелевшие Чужаки из отряда «смертников» до чёртиков перепугались. Никто больше не осмелился шагнуть на территорию, охваченную чёрным пламенем, а семь тысяч элитных сил священных земель просто спокойно смотрели на противника, огонь в их глазах был даже ярче пламени первозданного хаоса! Они стояли тихо и неподвижно; только их белые окровавленные одежды медленно дрейфовали по ветру.

На поле боя установилась долгая тишина!

Огонь первозданного хаоса горел ещё несколько часов. Всё поле битвы превратилось в ничто! Выжжено дотла!

Воздух, трупы, кровь, даже земля и та исчезла!

В местах, где некогда находился огонь первозданного хаоса, остались невероятно глубокие дыры!

Огромные чёрные дыры! Будто пространственные чёрные дыры!

Пока Цзюнь Мосе находился на высоте, одухотворённая Ци вокруг его тела становилась всё сильнее и сильнее, и, наконец, к тому времени, когда она постепенно успокоилась, молодой мастер медленно открыл глаза, в которых тут же вспыхнул яркий свет.

Находящийся неподалеку Четырнадцатый Шао, будто по молчаливой договорённости, открыл свои глаза практически в одно время с Мосе. Культивация молодого мастера была чудесной и несравненной, как и мощь Четырнадцатого Шао!

Оба переглянулись и слабо ухмыльнулись. В улыбке каждого существовал некий скрытый смысл.

После чрезмерного расхода силы и следующего за этим естественного регулирования дыхания, Цзюнь Мосе оставался лишь один рубеж до прорыва на седьмой уровень Башни Хунцзюнь. Четырнадцатый Шао же чувствовал, что ему осталось совсем чуть-чуть до прорыва печати!

Оба уже смутно догадывались: нужно ещё немного поднажать, чтобы завершить прорыв!

Однако они остановили процессы прорыва, даже не сговариваясь.

Ведь на стабилизацию собственного тела после прорыва потребуется немалое количество времени.

У Цзюня Мосе, даже с башней Хунцзюнь в качестве помощи, стабилизация займёт более половины вечера, в то время как Четырнадцатый Шао потратит на это не меньше двух суток!

А с нынешней суровой боевой обстановкой у этих двоих нет такого количества времени!

— Это твоё тёмное пламя — действительно охерительная штуковина! -Четырнадцатый Шао слегка вздохнул: — Пусть это лишь клеймо, однако от его кратковременного прикосновения я многому научился.

Он с почтением поклонился: — Цзюнь Мосе, в этот раз я поистине благодарен тебе! И это не пустые слова. Если бы не ты, я бы не смог сегодня совершенствовать свои силы до нового прорыва!

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся: — Не стоит лишних слов.

— Ха-ха, что ещё за лишние слов? — Четырнадцатый Шао громко рассмеялся.

Цзюнь Мосе посмотрел на землю, где огонь первозданного хаоса оставил после себя огромный след, его брови слегка нахмурились, и он слегка поднял правую руку.

В следующий момент чёрное пламя медленно вылетело из огромной дыры.

А пустота в земле мгновенно заполнилась толстым слоем земли! От прежней бездонной ямы не осталось ни следа!

Огонь первозданного хаоса тоже резко исчез из поля зрения!

Он оставил после себя лишь ровный участок земли.

По обе стороны далеко друг от друга стояли две армии!

Казалось, что пламя первозданного хаоса, которое только что поглотило шестнадцать тысяч живых существ, было просто иллюзией, которая не нанесла абсолютно никакого ущерба.

Чуаншань Бэйдао, прекрасно понимая, что даже он не сможет справиться с этим удивительным чёрным пламенем, размышлял о том, как бы ему разделить силы для атаки, чтобы обойти этот чёртов огонь. В конце концов, может возникнуть новая проблема. Атаковать с этой стороны будет слишком неразумно.

Но неожиданно только что выжженная к херам земля заново появилась. Чуаншань Бэйдао был в полном недоумении, однако времени на раздумья у него уже не было, так как уцелевших бойцов было слишком мало!

Чуаншань Бэйдао отнёсся к этой битве вдумчиво и детально: с помощью секретного метода, двадцать тысяч Чужаков из отряда смертников были совершенствованы до уровня Шенхуана. Он не позволил им сразу вступить в бой, чтобы их силы смогли повыситься до пика уровня Шенхуана. Пусть у этих бойцов оставалось в запасе всего пара часов, однако в этот короткий промежуток времени все они будут самыми, что ни на есть, настоящими мастерами уровня Шенхуан!

В течение этих двух часов никакая сила не сможет противостоять этому разрушительному отряду смертников. Даже Шенджень будет не в силах что-либо сделать! А за пару часов можно ой сколько дел наворотить! Однако мир непредсказуем. Цзюнь Мосе вместе с Четырнадцатым Шао одним ударом не только уничтожили восемьдесят процентов от Шенхуанов Чужаков, но и непрекращающееся горение пламени первозданного хаоса отложили начало битвы больше чем на час!

Теперь у отряда смертников осталось около двадцати минут времени! Если в течение четверти часа они не успеют самоликвидироваться в толпе противника, то просто умрут от истощения их жизненных сил!

Всё предрешено!

Теперь боевой дух оставшихся четырёх тысяч воинов находился в полном упадке. Расстояние до противника меньше ста ли: в обычной ситуации это даже не назовешь расстоянием, однако сейчас любая минута дорога!

Время — деньги! Нет, время — это победа или поражение!

В этот момент Чуаншань Бэйдао в полной мере осознал смысл этих слов!

Поэтому, увидев, что сожжённая дотла земля снова восстановилась, Чуаншань Бэйдао, ни о чём не думая, тут же махнул рукой и заорал: — Ради сияния клана Шенжи, в атаку! Перережьте этих куриц, ха-ха-ха! — Чуаншань Бэйдао всегда был первым мастером всех Чужаков, так что после его слов боевой дух отряда смертников тут же повысился. Четыре тысячи бойцов с громким волчьим воем самозабвенно бросились в атаку.

В этот момент Чуаншань Бэйдао внимательно смотрел на землю. Когда первый Чужак ступил на некогда выжженный участок, земля осталась неподвижной. В глубине души Бэйдао успокоился: земля не загорелась, и это странное чёрное пламя не появилось.

Видя, что четырёхтысячное войском изо всех сил бросилось вперёд и, наконец, смогут использовать технику самоликвидации и уничтожить оборонительный рубеж союзной армии материка, Чуаншань Бэйдао успокоился и снова взмахнул рукой. Армия Чужаков сотрясала воздух! Все их силы одновременно рванули вперёд подобно тигру!

Пусть их и осталось всего лишь четыре тысячи, но этого будет достаточно, чтобы взорвать собой весь путь!

Чуаншань Бэйдао в душе всё ещё продолжал успокаивать себя, а его острые, как у ястреба, глаза пристально следили за войском священных земель, которые заняли выжидательную позицию и были готовы во всеоружии встретить своего врага! Ему казалось, что все семь тысяч мастеров вот-вот превратятся в кучу фарша!

Но стал бы Цзюнь Мосе просто так застилать огромную яму землёй, чтобы его враги смогли спокойненько себе пойти на него в атаку?

Аномалия всегда слишком коварна!

Теперь же эта коварность покажет себя в действии!

Все это было сделано Цзюнем Мосе для отвода глаз. Земля действительно была засыпана, но всего лишь на полметра в толщину. Пока это находится под контролем силы земли — ничего не рухнет. Но, по сути, это просто огромный понтонный мост.

Но в тот момент, когда последняя пара ног четырёхтысячного войска смертников ступила на этот кусок земли…

Цзюнь Мосе ехидно улыбнулся, и под офигевающим взглядом Четырнадцатого

Шао тихо сказал: — Сила воды! Вперёд!

На этот раз поток был ещё свирепее, чем в прошлый!

В дополнение к силе воды молодой мастер выпустил всю воду из башни Хунцюнь. Теперь перед армией священных земель появилось огромное море с чудовищными волнами!

Бесчисленное количество Чужаков было застигнуто врасплох такими внезапными и бешеными волнами и с плеском грохнулось в воду!

Затем, когда Цзюнь Мосе убедился, что все Чужаки упали на землю, а их взор был затуманен водой, он мерзко ухмыльнулся и закричал:

— Отправляйтесь, суки, в ваш храм Бога! Сучьи потроха! Ваш храм ничем не отличается от обычного свинарника, ублюдки!

Раздался сильный грохот, и земля тут же обвалилась! Все четыре тысячи тварей отряда смертников упали в огромную яму шириной в несколько сотен миль!

Грохот не прекращался, а становился всё резче и громче. Это было похоже на взрыв петард в Новогоднюю ночь — оглушительный звук!

Кругом разбрызгивалась пена!

Этим тварям не оставалось ничего, кроме как самоликвидироваться. Шенхуаны Чужаков, независимо от того, есть рядом враг или нет, вмиг разрывались на куски, словно хлопушки! Вода затуманила им взор. Так что теперь им было пофигу, есть ли смысл в их самодетонации…

После самоликвидации их семьи будут жить счастливо, а души попадут в Храм Бога и останутся там навечно. А если они струсят, то всё коту под хвост…

Движимые этой мыслью, более четырёх тысяч Чужаков стиснули зубы и произвели самоликвидацию.

Мо Вудао и остальные мастера охренели от увиденного.

Они никак не ожидали увидеть бесплатное пиротехническое шоу! Один краше другого… Заебатое зрелище, ничего не скажешь! Просто шик!

Глава 1242. Один за другим!

В результате такого мощного землетрясения земля под ногами стала совсем неустойчивой, а после и вовсе рухнула. Наконец, воины священных земель пришли в полную боевую готовность, и один за другим взлетели вверх на несколько метров.

От земли, на которой только что стояли мастера, ничего не осталось.

На стороне союзной армии материка, за исключением незначительной волны, всё быстро стабилизировалось. Однако от противоположной стороны не осталось ни следа.

Как же Цзюнь Мосе с его-то характером мог позволить себе не остановить противника? Тем более, если те собирались произвести мощную атаку самоликвидации!

Именно благодаря беспрецедентной силе земли произошло полное крушение поля боя.

Молодой мастер лишь во сне мечтал о такой удаче, а когда всё произошло наяву, он не стал терять удобный случай. Если бы Мосе упустил такую возможность, он был бы не Цзюнем Мосе…

Чужаки под командованием Чуаншаня Бэйдао развернули свой мощный штурм! И этот отряд из оставшихся четырёх тысяч смертников должен был стать его отправной точкой!

С огромным воодушевлением в глазах Чужаки бросились в отчаянную атаку.

Да так быстро, что даже когда с передними отрядами случилось несчастье, прущие позади всё равно стремительно двигались к краю бездонной чёрной дыры. Было уже слишком поздно останавливаться.

Многие с громкими криками бросились вперёд, но с удивлением обнаружили, что под ногами не было ничего, и они с жалобными воплями летели вниз. Их эйфория в этот момент сменялась крайним ужасом… Чуть позже, задние линии фронта обнаружили, что с их товарищами приключилось что-то неладное и тут же сбавили шаг. Некоторые начали кричать товарищам, бегущим позади них…

Но кто сможет разобрать, что ему говорят, когда вокруг рушится земля и практически ни хрена не слышно? Задние ряды находились в боевом запале и всесокрушающе мчали вперед! Каким словом их вообще можно было остановить?!

Так что те, кто находился впереди, были просто раздавлены волной бегущих позади! И это невозможно остановить!

Пока они кричали остальным остановиться, то в этот же момент уже падали в чёрную пропасть, словно пельмени в кипяток.

Многие хотели удержаться на месте, однако любой ход был проигрышным. Бегущие позади практически мгновенно затаптывали смельчака насмерть, а затем, поскальзываясь на его внутренностях, тоже летели в яму.

Увидев, что ещё не все Чужаки самодетонировались, Цзюнь Мосе решил довести начатое до конца. Он повторно использовал силу земли, и чёрная дыра стала ещё больше! И не понимавшие в чём дело Чужаки с дикими криками «Перережем этих куриц!» толпами продолжали падать вниз.

Сначала с героическим, а затем уже дико испуганным видом…

Надо сказать, что сочетание огня первозданного хаоса и силы земли — это просто фантастика!

Поражающее действие, вызванное таким комбо, отнюдь не так просто, как один плюс один.

За час с лишним продолжительного горения пламя первозданного хаоса смогло выжечь дыру в земле глубиной почти в километр! Дополнительно к этому ещё и сила земли сработала в десять раз мощнее обычного! Плюс ко всему огромная взрывная волна от бесконечной самоликвидации четырёх тысяч Шенхуанов!

Если бы не столь длительное горение пламени первозданного хаоса, то со своими нынешними силами Цзюнь Мосе смог бы сотворить дыру глубиной лишь в несколько сотен метров. Да и площадь этой ямы не была бы столь обширной.

Если бы получилось так, то многие мастера наверняка бы не погибли, и им удалось выбраться наружу.

Однако сейчас эта дыра имела глубину в несколько тысяч метров… Кроме того, бегущие позади постоянно скидывали и затаптывали собственных товарищей. А валуны и грязь непрерывно заливали их сверху…

Так что коэффициент выживаемости…

Эм… Ну, со свечами в руках и молитвами на устах… Возможно, у десятка мастеров и была какая-то надежда.

Все остальные, должно быть, не оправдают последние надежды их матерей, жён и детей…

Чуаншань Бэйдао снова вытаращил глаза от потрясения. Ему казалось, что всё это просто сон! Сон… Да никакой кошмар с этим не сравнится!

Воины армии Чужаков в один момент превратились в кашу из трупов и грязи!

Цзюнь Мосе по-прежнему изо всех сил разворачивал свою силу земли, После в общей сложности четырёх тысяч самоликвидаций Шенхуанов, чёрная дыра становилась всё шире, а тыловые силы Чужаков продолжали падать вниз, как какие-то безумные самоубийцы.

Один за другим!

На душе у Цзюня Мосе стало настолько безмятежно, что он с удовольствием и размеренно начал слагать стихи: — Раз, два, три, четыре, пять, буду Чужаков пинать. Шесть, семь, восемь, девять, десять…

— Чёрная дыра готова съесть их! — Четырнадцатый Шао очень лирично добавил последнюю фразу.

Пока молодой мастер читал свою считалочку, от его силы земли практически ничего не осталось, да и самоликвидация четырёх тысяч Чужаков подошла к концу. Цзюнь Мосе повернулся к Четырнадцатому Шао, подмигнул и самодовольно сказал: — Братан, ну как тебе моя считалочка? Заебись же?

Четырнадцатый округлил глаза и посмотрел на Мосе, словно на монстра. Затем он снова взглянул на ад, который творился на поле боя, недолго помолчал, а затем, наконец, покачал головой и вздохнул: — Все говорят, что я проклятый дьявол, главный психопат этого мира. Но после сегодняшнего я чувствую, будто я — та самая лягушка на дне колодца, которая узрела величину Млечного пути. Я действительно чувствую себя в некоторой степени неполноценно и признаю твое превосходство! Да по сравнению с тобой… В каком месте я вообще проклятый дьявол или психопат?

— Слишком много чести! Брат Четырнадцатый Шао, ты действительно меня перехваливаешь! — с поклоном ответил Цзюнь Мосе: — На самом деле я думаю, что сделал… недостаточно.

Четырнадцатый Шао вытянул шею и повернулся. Он стиснул зубы и про себя подумал: «По сравнению с этим малым я действительно еще добрейшей души человек! Пиздец!»

Первый мастер Чужаков, Чуаншань Бэйдао вдруг громко взревел: «Ба-гэ! Ублюдок! Сука! Да я… я… я…

Задыхаясь от злости, этот мастер так и не смог произнести ничего внятного. Его руки и ноги продолжали яростно трястись, словно у него случился инсульт…

Неудивительно, что Чуаншань Бэйдао потерял самообладание, ведь потери его армии в этом бою оказались слишком велики. В один момент пропала целая сотня тысяч Чужаков… Пропала невозвратно.

Может силы этих тварей и многочисленны, но потеря в сотню тысяч бойцов, тем более когда противник не понес совершенно никакого урона, вносит слишком большой дисбаланс…

В этот момент Чуаншань Бэйдао дрожал, как роняющее листву дерево. Он даже больше напоминал жалкую девчушку, которую окружили сто рослых бандюганов…

— Ай-яй-яй… Неужто у этого придурка случилось кровоизлияние в мозг? — Цзюнь Мосе посмотрел на Чуаншаня Бэйдао с некоторой жалостью: — Тьфу! Жалкое создание!

У Четырнадцатого Шао вдруг возникло желание отвесить ему подзатыльник…

Он видел, как люди выражают притворное сочувствие, видел злорадство… Но этот малой.......

Он уничтожил войско в двадцать тысяч Шенхуанов и истребил, по меньшей мере, сотню тысяч других Чужаков за пару десятков минут! Со стороны же союзной армии не было никаких потерь… Да как он…может…вот так?

Четырнадцатый Шао вдруг понял истинный смысл фразы: «Когда приходит время использовать знания на практике, начинаешь жалеть, что мало читал!»

На данный момент он не мог найти подходящих слов, чтобы описать это…

Все говорят, что это он — настоящий дьявол, но за тысячу лет своей жизни он убил не больше, чем Цзюнь Мосе за сегодняшние пару часов… По сравнению с этим сопляком, Четырнадцатый Шао ощущал себя паинькой…

Сегодня он своими глазами узрел, что такое настоящая подлость, бессовестность и гнусность!

На поле боя стояла такая тишина, что можно было услышать звук падающей иголки!

Неважно, бойцы союзной армии или Чужаки — все затаили дыхание и уставились на середину поля, где находилась огромная дыра! Словно это был рот страшного демона, готового сожрать всё на свете…

— Сменить направление! Уничтожьте этих ублюдков, ха-ха-ха… — неуверенно рассмеялся Чуаншань Бэйдао. Его голос был больше похож на плач. Казалось, будто после каждого сказанного им слова он с трудом сдерживается от мата: -Оставшиеся бойцы, в бой! Убейте их всех! Убейте их всех! Убейте, убейте, убейте!

Оставшиеся десять тысяч Шенхуанов и Достопочтенных повернули свой взор и тут же ринулись в другую сторону. Пусть им и придется сделать крюк в несколько километров, но это лучше, чем тупо стоять на месте.

Смерть на поле боя будет намного значимее и ценнее, чем их страх…

Армия Чужаков, потеряв несколько десятков тысяч своих авангардных сил, вновь собрала свою волю в кулак и двинулась в атаку с другого направления…

Только, на этот раз их наступление было очень тихим, да и от прежнего воодушевление не осталось ни следа…

Что касается самого Чуаншаня Бэйдао, то вместе с другими шестью Шенцзюнями, он, словно ракета, вылетел вперёд! Туда, где находился Цзюнь Мосе и Четырнадцатый Шао!

Глава 1243. Ложное обвинение!

Скорость этих Шенцзюней была такой удивительной, что за одно мгновение эти семь человек уже добрались до молодого мастера!

— Багэ! Кто это сейчас был? — Чуаншань Бэйдао яростно посмотрел на Цзюня Мосе и Четырнадцатого Шао. Но в его глазах промелькнуло некоторое удивление: «Неужели их было двое? Разве не один? Да ну…»

Лицо Четырнадцатого Шао излучало сильный гнев.

«Что это ещё за хрен?»

И что с того, что он Шенцзюнь четвёртой ступени, никто не смеет так кричать перед Четырнадцатым Шао!

Разве достоинство первого мастера материка может подвергнуться такому пренебрежительному отношению со стороны отвратительного Чужака, да ещё и остаться безнаказанным?!

Цзюнь Мосе и сам разозлился, однако по непонятным причинам тихонько отступил назад.

Чуаншань Бэйдао прежде не видел лица молодого мастера. И хотя он почувствовал, что Мосе обладал незаурядной силой, приблизительно равной его собственной, однако, по его мнению, один мальчишка явно не смог бы сотворить нечто настолько ужасное.

Та чудовищная техника — это явно не то, что может в одиночку сотворить мастер Шенцзюнь четвёртой ступени.

Совершенствование этого юноши в белых одеждах и Чуаншаня Бэйдао приблизительно одинаково, так что он никак не может отказаться тем таинственным мастером. А вот силы человека в чёрном одеянии невозможно до конца разглядеть!

Несомненно, этот человек слишком опасен! Ещё один абсолютный мастер наивысшего разряда! Так что, если череда несчастий произошла не от этого человека… то от кого же ещё?

Чуаншань Бэйдао пристально уставился на Четырнадцатого Шао!

«Этот человек, безусловно, самый главный и самый мощный враг! Сотни тысяч воинов моего клана были похоронены этим тёмным мастером! Судя по его странному внешнему виду, нельзя сказать, что этот человек относится к разряду хороших людей, лишь он мог использовать столь ужасные приёмы… Мальчишка в белом с миловидным личиком явно не умеет стоить коварные козни… Этот человек должен заплатить кровью за сегодняшние потери клана Шенжи!»

Глаза Чуаншаня Бэйдао и остальных шестерых Шенцзюней мгновенно залились кровью!

Они безжалостно уставились на Четырнадцатого Шао и были готовы в любой момент разорвать его на куски собственными зубами!

— Негодяй! — гневно закричал Четырнадцатый Шао. Ему было безумно обидно, ведь на него повесили вину этого бессовестного засранца Мосе. Однако оправдываться слишком бессмысленно, поэтому Четырнадцатый Шао бросил едкий взгляд на Чуаншаня Бэйдао и сказал: — Смеете сомневаться в моей мощи? Да вам следовало сразу пасть на колени и молить меня о быстрой смерти!

Этот жуткий голос был словно из Преисподней, казалось, что он может заморозить душу любого, кто его услышит.

— Ты — ублюдок, заслуживающий самой жестокой смерти! Твои приёмы слишком злы и бесчеловечны! — после слов Четырнадцатого Шао Чуаншань Бэйдао буквально обезумел: — Ебал я твоих предков, сучара!

Лицо Четырнадцатого Шао, скрытое в чёрном тумане, мгновенно переменилось!

Атмосфера вмиг изменилась не в лучшую сторону. Чуаншань Бэйдао своими словами действительно подлил масла в огонь, превратив палящую летную погоду в адски ледяную зиму!

Этот холод, конечно же, исходил от Четырнадцатого Шао! Всё его тело окутал тёмный туман, а температура всего пространства резко упала!

Четырнадцатый Шао вот-вот взорвётся от злости!

«Этот Чужак совсем охренел! Даже не разобрался толком в ситуации и так опрометчиво разбрасывается обвинениями! Пусть мы и изначально находились в состоянии враждебности, однако… Это сделал не я, а этот хер смеет обвинять меня и даже моих предков приплёл! Мои предки как-то обидели тебя, козлина?»

Цзюнь Мосе в этот момент находился позади Четырнадцатого Шао. Он слегка вздохнул и серьёзно сказал: — И хотя мы находимся во враждебных отношениях, и смерть на поле боя для любого мужчины — это благородное дело… Однако такое массовое убийство, действительно, слегка чересчур…

Лицо Мосе отображало чистоту, скорбь и верх добродетели: — Даже муравьи -живые существа… Может, эти Чужаки и выглядят омерзительно, но… Коровы были рождены коровами, а люди — людьми. Несмотря на то, что их нельзя отнести ни к коровам, ни к людям, но, в конце концов, они тоже были рождены не просто так…

Да здравствует понимание!

Услышав слова Цзюнь Мосе, Чуаншань Бэйдао внезапно почувствовал несравненное облегчение и радость, он был тронут до слёз. Это уже похоже на слова настоящего человека… Разве этот красивый юнец похож на этого палача в тёмных одеждах? — Что ещё за «нельзя отнести ни к коровам, ни к людям, но, в конце концов, они тоже были рождены не просто так»? — Четырнадцатый Шао с удивлением повернул голову и посмотрел на Цзюня Мосе. Он и подумать не мог, что все обвинения свалятся на его голову.

То творит этот обормот? Врёт и не краснеет!

После слов молодого мастера «вина» Четырнадцатого Шао была неопровержимо «доказана»!

Есть ли теперь смысл отпираться?

Даже если Мосе выйдет вперёд, откажется от своих слов и скажет, что это он в одиночку всё сотворил, Чуаншань Бэйдао и остальные мастера ему не поверят. Более того, они рассмеются! Только прорвавшийся на четвёртую ступень Шенцзюня пацан не смог бы совершить нечто подобное! Нечего тут всякую чушь городить!

Что касается планов Цзюня Мосе, то всё довольно просто: нужно было чем-то занять Четырнадцатого Шао, чтобы он не бездельничал. А эти Шенцзюни —просто прекрасная работка. Если Четырнадцатый Шао начнёт действовать, то разберётся с этими тварями… А это здорово упростит всю битву! Даже если ему не удастся разобраться со всеми, несколько убитых Шенцзюня уже прекрасная работа!

Четырнадцатый Шао — очень ответственный высококлассный мастер, но если бы он взял в свои руки командование войсками, никто бы не стал его слушать… Так что пусть уж лучше разберётся с этими ублюдскими Шенцзюнями. Так сказать, разгребёт ненужный мусор…

— Ты, могущественный мастер материка Суань, посмеешь ли ты сразиться с силами моего клана? — слова Чуаншаня Бэйдао ошарашили Мосе и Четырнадцатого Шао: «Этот злостный тип не только не вступил бой, а просто бросил новый вызов? Разве главные персонажи решающего сражения не находятся прямо здесь?»

Неужели у них есть ещё кто-то более сильный? Возможно ли это? Со стороны трёх священных земель Гу Хань был самым сильным мастером, но всё же не дотягивал до уровня Четырнадцатого Шао.

Если Чуаншань Бэйдао осмелился бросить вызов этому психу из Подземного мира, получается, у Чужаков имеется более сильный мастер. Если судить по главным силам двух сторон, материк Суань находится в невыгодном положении — к такому выводу пришёл Цзюнь Мосе.

«Даже если эти семеро Шенцзюней объединят свои силы, они всё равно нам не ровня. Так что если они решили пойти против нас, значит, у них имеется хорошая поддержка», — подумал Цзюнь Мосе, и, используя секретный канал связи, сказал: «Я думаю, что у них есть дополнительная помощь, и этот мастер намного сильнее их самих. Если это действительно так, то, боюсь, мне с ним сейчас не справиться. Я хорош в беспорядочном бою, но на одиночный бой моих сил недостаточно. Извини за беспокойство, но раз уж ты здесь, будь добр, разберись с ними…»

Четырнадцатый Шао от такой наглости чуть в обморок не грохнулся.

«Что ты вообще за человек такой? Как это называется? Не хватит сил на одиночный бой? Тьфу! Что за чушь собачья… А на что у тебя вообще сил хватает?»

— Ты, могущественный человек материка Суань, хватит ли у тебя смелости сразиться с таким же могущественным мастером Чужаков? — стиснув зубы, сказал Чуаншань Бэйдао и посмотрел на Четырнадцатого Шао: — Ну так что, хватит смелости?

Фраза «хватит смелости?» была самым настоящим вызовом.

Четырнадцатый Шао закатил глаза и холодно произнёс: — Ваш могущественный мастер? И что это за хрень? Разве это не такая же омерзительная тварь, как ты? И такой мусор смеет бросать мне вызов? Думаешь, я вас боюсь? В мире нет места, куда я бы не осмелился пойти! Показывай дорогу!

Что за человек Четырнадцатый Шао? Это общепризнанный первый мастер материка, который никогда не пасовал перед какими-либо вызовами!

Четырнадцатый Шао прекрасно понимал стратегию молодого мастера, пусть и чувствовал некоторую обиду. Если он уйдёт с ними, то хорошенько поможет Цзюню Мосе. Почему бы не прогуляться и не разворошить логово Чужаков…

К тому же, могущественный мастер, о котором говорил Чуаншань Бэйдао, должно быть, выше мастера Шенцзюнь. А бой с таким противником — просто охренительная возможность… ведь Четырнадцатый Шао находится на грани прорыва… Как ни крути, одна сплошная выгода.

Подумав об этом, Четырнадцатый Шао ещё больше воодушевился.

Хочешь прорыва, прогресса? Тогда необходимо сразиться с достойным противником! Нужно использовать эту войну для повышения собственных пределов!

Четырнадцатый Шао уже долгое время не сталкивался с поистине сильным противником, такие хорошие вещи действительно трудно встретить. Цзюнь Мосе нахмурился и произнёс по секретному каналу: «Решающий бой сильнейших мастеров! Как же я завидую! Не хочешь меня поблагодарить? Ты снова обязан мне, не забывай!»

«Да как я могу забыть! Вот как вернусь, сполна за всё отплачу!», — спокойно ответил Четырнадцатый Шао. А затем сурово обратился к Чуаншаню Бэйдао: -Эй, кусок говна, показывай дорогу! Чего ждёшь?!

Чуаншань Бэйдао с недовольством ответил: — Раз уж ты не боишься смерти, тогда прошу за мной!

Но в душе он тайно ликовал.

Изначально семеро мастеров планировали окружить мастера и взять грубой силой. Но кто знал, что их окажется двое?!

Глава 1244. Счастье Яньди и Хуанди!

Столкнувшись с Четырнадцатым Шао, Чуаншань Бэйдао потерял всякую уверенность в своём плане. Не говоря уже о том, что там ещё находился ещё один мастер Шенцзюнь четвёртой ступени в лице Цзюня Мосе! Вдобавок ко всему Гу Хань был готов оказать содействие в любое время…

Как вести такой бой?

Чуаншань Бэйдао решил превратить ссору в вызов. Изначально он и не надеялся на удачный исход дела. Если бы его противники решили вступить с ним в бой, то ему бы определённо пришлось убегать.

Однако вопреки ожиданиям оппонент согласился принять его вызов…

Какой приятный сюрприз!

Четырнадцатый Шао и Цзюнь Мосе безумно жаждали уничтожить эту шайку мастеров, однако сейчас это казалось нерациональным решением.

Их расположение слишком близко к главному полю битвы, так что если они начнут сражение, пострадает много людей.

Кроме того, у противника имеется ещё более могущественный мастер…

А это большая рыбина!

Лучше позволить противнику проявить инициативу, чем позволить им скрыться и произвести внезапный удар!

Поэтому эти двое, не сговариваясь, приняли единую стратегию: обезглавить войско!

Ликвидировать так называемого могущественного мастера Чужаков!

План лидера чужаков — Чуаншань Бэйдао оказался точно таким же: обезглавить вражеского главаря!

Обе стороны понимали важность ликвидации главной силы противника.

Стратегия обоих абсолютно одинакова, как и предпринимаемые для её осуществления действия.

У всех были дьявольские намерения…

Но, в конце концов, кто-то будет радоваться, а кто-то будет горевать…

Выражение лица Чуаншаня Бэйдао было весьма негодующим, но в душе ликовал, ведь теперь все его беспокойства, наконец, будут уничтожены раз и навсегда. Он взлетел в воздух, а Четырнадцатый Шао, заложив руки за спину, неспешно последовал за ним.

Четырнадцатый Шао и Цзюнь Мосе также было воодушевлены, ведь им ужалось уничтожить огромное войско противника и достичь некоторых личных успехов! А теперь им ещё и удалось выманить главаря этих тварей…

Чуаншань Бэйдао не ожидал, что ему действительно удастся заманить сильнейшего мастера материка на землю Чужаков. Поначалу он ведь хотел заманить молодого мастера Цзюнь, но на наживу клюнул ещё более опасный противник…

Четырнадцатый Шао и подумать не мог, что могущественные силы Чужаков окажутся вовсе не одним человеком. Но кто же знал, что это будет целых три мастера, в подлинном смысле слова — могущественных мастера…

Что же касается этих трёх мастеров, они никак не ожидали, что тот, кто придёт к ним с материка, окажется одним из демонов Подземного мира!

Именно из-за такого бесчисленного количества неожиданностей боевая обстановка оказалась совсем неясной!

Но важность и значимость этой войны, безусловно, имели далеко идущие последствия.

После ухода Чуаншань Бэйдао остальные шестеро Шенцзюней тут же спустились вниз. Они ведь не идиоты, раз их командующий ушёл, значит, общее боевое положение сосредоточилось в их руках.

Да и этот милый юнец… Пусть он и выглядит улыбающимся и безобидным человеком, однако его силы равны Шенцзюню четвёртой ступени, и убить пару-тройку из их шайки для этого мальчугана не составит особого труда.

Цзюнь Мосе не прекращал смотреть на шестерых мастеров с радушной улыбкой: — Мы так редко собираемся вместе, может, еще немного поболтаем?

Услышав эти слова, все шестеро побежали ещё быстрее.

«Поболтаем? О чём нам с тобой болтать? Если тебе не понравятся сказанные нами слова… Мы ведь так и жизни свои „проболтать“ можем…»

Цзюнь Мосе, конечно же, безумно хотел поскорее и навсегда избавиться от этой шайки, однако сил было маловато. Хочется, но не можется. Он израсходовал слишком много духовной силы на контроль огня первозданного хаоса, а затем и на силу земли. Пусть Цзюнь Мосе и не пострадал, а его запасы духовных сил уже пополнились, однако внутреннюю энергию не восстановишь в кратчайшие сроки, до сих пор существовали некоторые колебания. Если молодой мастер решит вступить в схватку, то может с лёгкостью потерпеть поражение.

Планы Мосе были превосходными, он решил прикинуться хорошим мальчиком и заговорить эту компашку ещё на часок. За это время его силы смогли бы полностью восстановиться, и молодой мастер смог бы с жадностью перебить всех врагов. Но кто бы мог подумать, что эти твари окажутся не такими дебилами, и все радужные надежды Мосе потерпят крах…

Вот-вот произойдёт столкновение двух армий.

Силы Чужаков из десяти тысяч Шенхуанов, словно вихрь, сделали крюк в три сотни километров и оказались на другой стороне. На противоположной стороне в сотне километров также виднелось знамя Чужаков!

Они решили атаковать с обеих сторон! Семь тысяч боевых сил трёх священных земель во главе с тремя их Владыками, тоже летели вперёд с молниеносной скоростью. Можно сказать, что эти семь тысяч воинов были последней элитной силой священной земли!

На другой стороне находились основные силы Чужаков! Но кроме этого имелась союзная армия леса Тянь Фа и Злого Монарха.

Через пару минут начнётся великое столкновение!

А для мастеров высшего класса такое расстояние было всего лишь мгновением.

На этом расстоянии воины в передних рядах могли чётко увидеть сверкающее оружие своего противника. Всё прекрасно понимали, что в следующий момент это оружие может быть воткнуто в их тело или же отрубить им головы! Да и их собственные клинки тоже насытятся вражеской кровью!

Это будет самым мощным нападением Чужаков! И самой жестокой битвой!

Без поддержки Четырнадцатого Шао Цзюнь Мосе больше не мог использовать пламя первозданного хаоса против врага, у него не было прежнего запаса энергии и той страшной ударной силы, да и сила земли больше не даст такого удивительного эффекта! Теперь единственное, что остаётся — это использовать людскую силу!

Вдруг в небе раздался пронзительный свист, и вспыхнула огромная белая тень. Словно метеор, она упала прямо на Чужаков, и дюжина Шенхуанов покрылись алой кровью.

Эта потрясающая белая тень, словно вихрь, быстро проскальзывала мимо, а бесчисленное количество обезглавленных тел Чужаков, фонтанируя кровью, падали на землю.

Почти в мгновение ока, штурмовая группа Чужаков была полностью разбита!

Этой потрясающей белой тенью оказался не кто иной, как Гу Хань!

Силы этого мастера были просто поразительными, одним ударом ему удалось разрушить боевую расстановку врага.

Изначально Гу Хань собирался дождаться своего старого врага — Чуаншаня Бэйдао, и в идеале навсегда разобраться с ним. Тем не менее, он также понимал, что его соперник на данный момент уже достиг пика четвёртой ступени Шенцзюня, и со своими собственными силами он ему не ровня. Да и из-за Четырнадцатого Шао сразиться с Чуаншанем Бэйдао уже не получится.

Что касается оставшихся пиковых сил Чужаков, то Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь будут в состоянии с ними справиться. Поэтому Гу Хань решил действовать быстро и дерзко. Теперь его единственная задача — убить как можно больше Чужаков.

Нанести как можно больший урон армии Шенхуанов — это единственная миссия Гу Ханя!

Пусть даже если ради этого ему придётся пожертвовать своей жизнью!

Семитысячное войско трёх священных земель, словно огромный меч, пробились в толпу Чужаков, как раз в ту брешь, созданную Гу Ханем!

Оказавшись внутри, все воины застлали небеса кровавым дождём!

В этой битве контраст сил между двумя сторонами оказался крайне неравномерным. Священная земля находилась в совершенно невыгодном положении! И не только в численном разрыве. Более десяти тысяч Чужаков были мастерами Шэнцзунами, а около двух сотен — Тяньжэн. Остальные, по крайней мере, достигли уровня Шенхуана.

В то время как боевая мощь священной земли не была настолько высока, большинство из семи тысяч элитных бойцов всё ещё были Достопочтенными, а некоторые даже и Почтенными мастерами. Если бы священная земля не обладала сорока мастерами уровня Шэнцзуна и таким потрясающим и могущественным командующим, как Гу Хань, то она бы определённо не смогла бы сравниться с противником.

Именно из-за того, что среди Чужаков не было никого, кто бы мог соответствовать Гу Ханю, священной земле удалось изначально завладеть преимуществом, но со временем противнику не только удалось реабилитироваться, но и постепенно повернуть общее положение дел в свою сторону. Священная земля на данный момент была едва в устойчивом состоянии, их поражение — это лишь вопрос времени.

Цзюнь Мосе, полный ярости, ринулся вперёд. Его худощавое тело, словно призрак, прорвалось в толпу Чужаков!

По обе стороны, словно скошенная рисовая солома, падали трупы противников.

Цзюнь Мосе действовал быстро, чётко и безжалостно. Тела Чужаков разрывало на куски даже от малюсеньких царапин. Их даньтяни просто-напросто взрывались! Никакого шанса на выживание!

Даже их астральные тела и те были полностью уничтожены!

Вслед за звонким свистом на поле боя появился меч Яньди и Хуанди!

Цзинь!Яньди и Хуанди был необычайно воодушевлён, он радостно и слегка безумно рассмеялся.

Какое же это удовольствие! Клинок даже потряхивало от возбуждения.

Цзюнь Мосе отдал ему приказ: «Уничтожить двухголовых тварей! Сколько сможешь, столько и уничтожь! Как убивать? Да как душе угодно!»

Этот приказ был для вечно ненасытного Яньди и Хуанди в некотором роде приглашением к огромному пиршеству!

«Я сейчас просто умру от счастья, ха-ха-ха-ха-ха…»

Вот оно — счастье!

Глава 1245. Давайте не опозорим нашу землю!

Перед глазами более десяти тысяч сильнейших мастеров, готовых в любую секунду принести себя в жертву, если этот меч сможет поглотить их всех, то до каких же пределов он сможет подняться…

Яньди и Хуанди шатался в воздухе, словно пьяница, он был явно перевозбуждён и просто качался из стороны в сторону. Казалось, что клинок впал в сладкий сон и никак не хотел просыпаться…

Цзюнь Мосе продолжал забирать жизни и души Чужаков, но вдруг обнаружил, что его меч сегодня ведёт себя необычайно тихо. Неужели у этого куска железа взыграло милосердие, и он не хочет начинать кровавую резню?! Мосе поднял голову и увидел, что меч продолжал тупо парить в воздухе, как блаженный…

Молодой мастер лишь услышал воодушевлённые крики Яньди и Хуанди:

— Ва-ха-ха-ха! Вот это пруха! Вот я обожрусь! Как же тут много вкусностей… Ва-ха-ха-ха-ха! — на лбу Цзюня Мосе мгновенно проявилась пульсирующая жилка.

Он тут же заорал:

— Эй, сукин сын, что с тобой? Не хочешь поторопиться? Мне насрать на твоё воодушевление, если не поторопишься — твоя еда остынет!

В мгновение ока Яньди и Хуанди взмыл в небо и засвистел:

— Кто посмеет отобрать у меня еду?! — а затем, застилая всё вокруг своим ярким сиянием, огромный длинный меч полетел вниз!

В необычайно свирепой боевой обстановке вдруг промелькнуло яркое лезвие меча, оставляя после себя таинственный след. В следующий момент меч уже пронзил оба тела Чужака Тяньжэн и окрасился в великолепную кровавую дымку.

Тело Тяньжэна тут же превратилось в скелет. Его кости рассыпались по земле и уже не были похожи на человеческие останки, от них остался лишь пепел!

Что касается меча, то он с легкостью пронзил тела ещё двух мастеров Тяньжэн!

Пусть меч и не убивал всех на своём пути, но при каждом убитом противнике он останавливался, чтобы как следует насладиться вкусом победы!

Эффективность меча становилась всё более и более удивительной! Как только вспыхивало его лезвие, тела нескольких людей внезапно иссыхали, в бесконечном цикле меч убивал врагов!

Кто сумеет противиться такой мощи?!

Со стороны Чужаков демонический меч заметили многие и даже пытались блокировать его, но их действия ни к чему не привели.

Сила Яньди и Хуанди уже практически превзошла силу молодого мастера, на этом поле боя ему не было равных, да и скорость его передвижения уже ушла далеко за пределы реакции любого мастера!

Методы Цзюня Мосе были чрезвычайно жёсткими. Устроив после себя полный хаос, он быстро устремился в сторону Гу Ханя. Перед ним, да и позади него то и дело раздавались сильные взрывы — вражеские мастера шли на крайние меры и пытались зацепить врага, хотя бы взорвав себя вместе с ним!

Но для молодого мастера, обладающего невидимой пустотой, все эти крайние меры не имели никакого смысла, разве эти взрывы смогут уничтожить невидимую пустоту?!

По прошествии времени общее положение дел становилось более-менее ясным. И хотя священная земля с её сорока с лишним Шэнзунами могла создать в какой-то мере определённое равновесие сил, однако вскоре ситуация обернулась против них. Даже наличие таких сил как Гу Хань, Цзюнь Мосе и меч Яньди и Хуанди, это лишь небольшое преимущество, неспособное оказать огромного влияния на общую боевую обстановку!

Совершенствование Лэн Туна находилось на уровне Достопочтенного мастера, так что ему было довольно непросто сражаться с легионом Шенхуанов Чужаков! Бойцы священных земель, чья сила ещё не достигла пределов Шэнцзуна, оказавшись без какой-либо внешней поддержки, должны быть готовы в любой момент самоликвидироваться. И сейчас Лэн Тун как раз-таки попал в такое положение!

Три его боевых товарища уже самоликвидировались. Они, как и Лэн Тун, были Достопочтенными мастерами. Взрыв от их самодетонации нанёс противнику лишь небольшие ранения, но не принесло никаких больших результатов. На самом деле, то, что их смерть смогла ранить Шенхуанов — довольно необычное явление, однако душа Лэн Туна всё же была переполнена скорбью и негодованием…

Смерть сама по себе нисколько не страшна, действительно страшно — если она не имеет никакой ценности!

Взволнованный Лэн Тун уже неустойчиво стоял на ногах. Вдруг он получил сильный удар от вражеского Шенхуана, но разве такой противник ему по зубам? Лэн Тун ощутил сладкий металический привкус крови во рту, однако не успев выплюнуть её, он вдруг развернулся и свирепо набросился на врага. Он крепко обхватил того Шенхуана и резко вцепился зубами прямо в его глотку!

Алая кровь брызнула во все стороны — Лэн Тун сумел перегрызть ему шею!

Это было совершенно неожиданно. Шенхуан яростно взглянул в глаза Лэн Туна, однако его тело уже лишилось всякой силы. Его женская половина бешено взревела и нанесла Лэн Туну ещё три удара.

Кровь хлынула изо рта, носа, глаз и даже ушей, однако ехидная улыбка так и не сходила с лица Лэн Туна, и он по-прежнему крепко держал своего противника в объятиях. Внезапно он развернул все свои запасы силы Суань, и его тело начало распухать.

Мужская половина тела Чужака была уже мертва, так что его силы наполовину сократились. Женская половина никак не могла избавиться от объятий Лэн Туна. Она понимала, что тот собирается самоликвидироваться, поэтому продолжала колотить противника изо всех сил, надеясь, что ей всё же удастся вырваться.

Но Лэн Тун лишь оглушительно рассмеялся и закричал:

— Страшно?! Давай же, сучка, сопроводи меня на тот свет! Составь мне компанию!

— энергия Суань уже разбарабанила его тело дальше некуда и в следующую секунду разорвала на куски!

Яростная взрывная волна мгновенно разделила тело Тяньжэна на две половины, и они мелким фаршем разлетелись по воздуху!

Несколько человеческих фигур, с ног до головы покрытые каплями крови, следовали за Ся Чан Тянем. Это были мастера Шэнцзуны. Их лица выглядели чрезвычайно свирепо, а их тела были уже изрядно потрёпаны многочисленными ранами, из которых струилась алая кровь. Однако эти воины продолжали прорывать плотные ряды Чужаков!

Вслед за этим раздалось несколько ужасающих взрывов, которые мгновенно опустошили обширную территорию; более ста Чужаков произвели одновременную самоликвидацию. Место взрыва оказалось недалеко от Цзюня Мосе, поэтому ему удалось увидеть эту сцену собственными глазами. Молодой мастер тяжело переживал.

Неважно, каковы были их идеи и поступки, какими подлыми и ужасными людьми они не были, после этого взрыва все эти мастера превратились в ничто — просто бесследно исчезли!

Почтенный мастер Мо Вудао, находившийся под охраной нескольких воинов священных земель, отважно сражался и взволнованно кричал:

— Незачем меня охранять! Идите убивать врагов! Не обращайте на меня внимание и поспешите!

Увидев, что его охрана всё ещё топталась на месте, не желая уходить, Мо Вудао резко засвистел и, покинув свой отряд, словно молния вырвался вперёд: — Моя священная земля! Давайте не опозорим нашу землю! — голос его был унылым и даже скорбным.

В тот момент, когда Мо Вудао выкрикнул эту фразу, его охранники отчётливо увидели, как по лицу этого бесстрашного мастера тихонько струились слезы…

Затем промелькнула вспышка меча, и Мо Вудао бросился в толпу Чужаков! Смешиваясь с громкими криками и взрывами, владыка Неуловимого мира бессмертных превратился в красивую кровавую зарю!

По правде говоря, Мо Вудао был лишь Почтенным мастером, и его силы можно отнести к низшей категории. Даже его самоликвидация не сможет нанести урона вражеским мастерам! Однако сейчас он сражался просто потрясающе!

Около ста мастеров Неуловимого мира бессмертных, увидев эту сцену, в голос закричали и также бросились в атаку!

В этот момент все почувствовали, что кровь в их теле закипела! Все готовы были идти на смерть, точнее, кроме смерти на поле боя им ничего больше не было нужно!

— Моя священная земля! Давайте не опозорим нашу землю! — одновременно закричало около сотни мастеров!

Это было похоже на какую-то клятву или свидетельство! Этот крик был обращён всему миру!

После того, как их отряд ворвался в густую толпу Чужаков, их восторженные крики превратились в последнюю забытую мелодию Неуловимого мира бессмертных!

Брызги крови и куски плоти мгновенно заполонили собой всю землю, но дух доблестных героев становился ещё сильнее!

— Мо Вудао! Неуловимый мир бессмертных! Хе-хе-хе! — высокая фигура Си Жочена стояла, как непобедимый меч. Его лицо было совершенно спокойным, и он строгим голосом добавил: — Раз Неуловимый мир бессмертных не собирается опозорить их землю, то что же насчёт моего Золотого города?!

Глава 1246. Я жил без сожалений и умру без сожалений!

— Мы тоже не опозорим! Тоже не опозорим нашу землю! Не опозорим народ! -изо всех сил одновременно закричали две тысячи мастеров Золотого города: -Не опозорим наш материк!

— Ради этого мы готовы отдать наши жизни! Готовы принести в жертву наши души ради всего народа! — кричал Си Жочен, размахивая своим длинным мечом:

— Бой не на жизнь, а на смерть!

— Бой не на жизнь, а на смерть! — раздался безумный крик двухтысячного войска! Все эти люди прежде уже не раз атаковали врага, поэтому они были изнурены, изранены и не в состоянии вести войну. Однако все их предыдущие атаки были произведены с помощью силы Суань, а также отваги и горячей крови! Но на этот раз они отдадут свои жизни!

Непрекращающиеся взрывы самоликвидаций уже достигли вопиющих масштабов. Огромное количество мастеров с отважной улыбкой на лицах превращали свою плоть в настоящую бомбу из чистейшей, собранной путём упорных тренировок Суань Ци!

Без сожалений! Без какого-либо колебания!

Количество Чужаков снова резко сократилось!

Владыка Иллюзорного океана крови, Хуянь Аобо, резко взревел, а из уголков его глаз просочилось две капли крови: — Мо Вудао! Си Жочен! Старпёры, неужели хотите вот так вот уйти? Негодяи! Сукины дети! Это был фальстарт! Вот погодите, я ещё до вас доберусь!

Хуянь Аобо сделал паузу и добавил: — Неуловимый мир бессмертных и Золотой город уже отошли в вечность, неужели мой Иллюзорный океан крови хуже? Даже в загробном мире мы навсегда останемся неотъемлемой частью трёх священных земель!

Все его подчинённые тут же воспрянули духом и закричали: — Верно! Влыдка всё верно говорит, даже в загробном мире мы останемся частью трёх священных земель!

Хуянь Аобо громко рассмеялся: — Раз уже всё давно решено, тогда чего же мы ждём? Братья, вперёд, давайте догоним их!

— Ха-ха-ха! Догоним их! Встретимся на том свете! — раздались крики мастеров Иллюзорного океана крови. Их пурпурные одежды трепетали на ветру: — Дайте дорогу Иллюзорному океану крови!

Раздалась пурпурная вспышка, и один из Шенхуанов, словно метеор, пробил ряды Чужаков. С диким хохотом этот мастер самоликвидировался, а его плоть и кровь застлала собой весь небосвод!

Хуянь Аобо скорбно улыбнулся и сказал: — Брат, ты настоящий герой!

Сказав это, он взмахнул мечом и взревел: — Так чего же мы ждём? Бесчисленное количество наших братьев уже ждут нас в загробном мире! — раздался громкий свист, и отряд из трёх тысяч человек огромной волной двинулся в сторону Чужаков!

Шквал безумных взрывов наполнил своими звуками весь мир…

Воины трёх священных земель доказали своё существование своим бесстрашным духом и мужеством. Это свидетельство духа и мужества потрясло небеса, потрясло землю, и ещё больше потрясло остатки боевой силы противника!

Гу Хань яростно атаковал направо и налево, вокруг были слышны лишь бесчисленные крики и вопли, а изувеченные тела Чужаков лишь фантанировали алой кровью. Многие Чужаки хотели атаковать его путём самоликвидации, однако Гу Хань продолжал открыто идти напролом!

На самом деле, действия Гу Ханя можно назвать довольно неразумными. Пусть его Суань и была чрезвычайно высокой, однако самоликвидация вражеских Шенхуанов и Шэнцзунов первой ступени могла нанести ему пусть и незначительные, но всё-таки повреждения. Один или два взрыва Гу Хань, конечно, может проигнорировать, но что насчёт десяти? Или ещё больше? Даже более сильный мастер не сможет игнорировать такой поток атак!

Однако в этот момент Гу Хань игнорировал абсолютно всё, ведь его сознание было занято лишь одной мыслью.

Уничтожить!

Только уничтожить!

Наблюдая за боевыми силами, принадлежащими трём священным землям, которые постепенно превращались в историю, Гу Ханю стало не по себе. Его глаза наполнились слезами, теперь ему было плевать на все воодушевлённые речи, которые он говорил Цзюню Мосе или Мэй Сюэ Янь, ему было плевать на жизнь и смерть. То, что три священные земли в настоящий момент действительно исчезнут с лица земли, разбивало сердце Гу Ханя на мелкие кусочки!

Единственное, что осталось неизменным, так это резкие, быстрые и неудержимые атаки Гу Ханя!

Поток людей яростно бурлил, Цзюнь Мосе стремительно прорывался вперёд, сметая всё на своем пути, а меч Яньди и Хуанди продолжал парить в воздухе и беспощадно уничтожать врагов, наслаждаясь трапезой!

От десятитысячного войска Чужаков-Шенхуанов теперь осталось менее двух тысяч человек! Ели сравнить силы обеих сторон, то сражавшаяся изо всех сил семитысячная армия трёх священных земель пришла к практически такому же результату, что было просто блестящим исходом!

Гу Хань ещё раз бесстрашно ударил ладонью, и тело Чужака разорвало на куски. Он гневно воскликнул:

— Цзюнь Мосе! Иди туда! Там недостаточно сильных мастеров, способных держать оборону, здесь мы и сами управимся!

Глаза Цзюня Мосе были красными, но он спокойно ответил:

— Старейшина Гу! Герои трёх священных земель уже покинули нас. Но ты не можешь поступить также! Это поле боя, эта земля… Они всё ещё нуждаются в тебе!

Гу Хань продолжал атаковать врагов словно молния, попутно крича: — Цзюнь Мосе! Не заставляй меня ненавидеть тебя в эту последнюю минуту! Иди! Не медли!

С другой стороны, раздались громкие крики, по-видимому, Чужаки уже развернули там мощную атаку.

— Катись отсюда… Вали! Поспеши туда! — Гу Хань будто спятил и закричал: — Трёх священных земель больше нет! Неужели ты думаешь, что мне есть для чего жить? Зачем мне это? Цзюнь Мосе… Не заставляй меня сожалеть, не заставляй меня презирать тебя! Я — часть священной земли, и это истина, которую никому не изменить!

Цзюнь Мосе тут же замолчал, и лишь почувствовал резкую колику в своём сердце.

— Иди же! Иди туда! — снова воскликнул Гу Хань: — Цзюнь Мосе, оставь здесь всё на меня! Умоляю, иди… — голос Гу Ханя уже практически охрип: — Умоляю тебя!

Из глаз Цзюня Мосе пролились слёзы, и он сказал:

— Я всё понял, оставляю эту сторону на тебя! Я ухожу, так что береги себя! Надеюсь, что… мы ещё увидимся! — белая тень молодого мастера вспыхнула и мгновенно исчезла.

Гу Хань довольно рассмеялся: — Цзюнь Мосе! Большое спасибо! Не забудь, что ты должен убить Чжань Луньхуая! Ты пообещал! И не забудь о моей просьбе! Прошу, не забудь…

Сердце Цзюня Мосе наполнилось печалью, он понял, что Гу Хань собирается оставить здесь свою жизнь. Священные земли были уничтожены, так что у него не осталось никаких причин для дальнейшего существования!

В момент своего ухода, Цзюнь Мосе развернул всю накопленную одухотворенную Ци и мобилизовал силу земли. Он воздвиг вокруг Гу Ханя две скалы высотой в шесть сотен метров, и оставил лишь один проход посередине шириной в тридцать метров. Если Чужаки захотят пройти через этот барьер, то им придётся столкнуться с Гу Ханем!

В конце концов, Гу Хань уже решился на смертельный бой!

И, единственное, что мог сделать для него Цзюнь Мосе, — это создать для него неприступную обстановку!

Гу Хань решил героически погибнуть в битве, так что Цзюнь Мосе сочинит про него бессмертную легенду!

Сила одного человека смогла остановить десятитысячную армию иноплеменных тварей!

В тот момент, когда два горных пика взмыли ввысь, духовная сила Цзюня Мосе практически полностью истощилась. У него потемнело в глазах, и едва не случился коллапс.

Две величественные и крепкие вершины возвышались посреди поля боя…

Можно сказать, что Цзюнь Мосе сильно перерасходовал имеющуюся у него силу земли!

Гу Хань, ставший свидетелем этих перемен, был сильно потрясён, однако, нисколько не колеблясь, он быстро отступил на несколько шагов и твёрдо встал перед этим только что изготовленным проходом, излучая яростную ауру и жажду убийства!

Взгляд его был безразличным, а одежда медленно развевалась на ветру!

Стоявшие впереди Чужаки испугались дерзкой мощи и энергии Гу Ханя и были вынуждены остановиться. Все ясно почувствовали, что этот мастер — огромная непроходимая гора!

Пройти через неё можно лишь ценой собственной жизни!

Гу Хань молча посмотрел на них, сделал длинный вдох и сказал:

— Теперь из священной земли остался лишь я! Наследию миллионов лет пришёл конец, сегодняшняя битва станет легендой!

Голос Гу Ханя был необычайно тихим, однако бесконечное волнение тысяч воинов не могли заглушить его.

Несмотря на то, что его фразы казались бесцельными и не предназначенными для слушателей, однако воины леса Тянь Фа, стоявшие позади, прекрасно понимали, что Гу Хань обращался именно к ним.

Можно также сказать, что Гу Хань сделал своё последнее предсмертное заявление в качестве представителя трёх священных земель! Поэтому те, кто не участвовал в битве, с торжественными лицами спокойно слушали слова этого великого мастера.

Подул резкий ветер, и, казалось, он принёс с собой огромную печаль.

— Неуловимый мир бессмертных, перенесший многое за десять тысяч триста лет, вырастил более миллиона учеников! С момента основания, то есть после землетрясения, чтобы предотвратить вторжение Чужаков, они бросили своё дело и бежали в пустошь! С тех пор уже прошло восемь тысяч шестьсот тридцать три года!

Борода и усы Гу Ханя развевались на ветру, а его лицо выглядело грозным и внушительным:

— Золотой город с момента своего основания и по сей день прошли через то же самое! И Иллюзорный океан крови тоже! А теперь же всё это превратилось в ничто! В общей сложности восемь тысяч шестьсот лет работы были лишь большим проплывающим облаком! С незапамятных времен миллионы талантов блистали на весь мир, а их души были тесно привязаны к материку! В этом кровавом сражении из великих героев священной земли остался лишь я! — Гу Хань дико рассмеялся и вдруг суровым голосом добавил: — Я — Гу Хань, в качестве хранителя священных земель готов отдать за них свою жизнь и душу! Я готов противостоять Чужакам и дать отпор агрессору, дабы защитить материк и народ! Это мой священный долг, и я выполню его ценой собственной жизни! Пусть земля станет мне свидетелем: я жил без сожалений и умру без сожалений!

Глава 1247. Забытая мелодия!

После этого борода и волосы на голове у Гу Ханя задрожали, по всему телу постепенно стал разливаться дикий жар, а его меч медленно поднимался вверх. Больше он не произнёс ни слова.

Чувство беззаветной преданности вспыхнуло в воздухе!

У Мэй Сюэ Янь, стоявшей вдалеке, глаза наполнились слезами, а в её сердце разыгралась целая буря чувств. Цяо Ин чувствовала, как дрожит её душа, взгляд стал неясным от слёз, она дрожала всем телом. Лишь чувство, как что-то очень важное для неё медленно покидало её навсегда, её сердце разрывалось от горя и печали!

Гу Хань внезапно издал громкий свист, который был настолько оглушительным и нескончаемым, что кажется мог пронзить даже самый прочный металл.

Свист ещё не успел закончиться, как меч в руках Гу Ханя уже задрожал, ярко просияв, он мощно ворвался в толпу Чужаков! Не дожидаясь первого шага со стороны врага, он бойко и храбро бросился в атаку!

За свою жизнь его меч прошёл через бесчисленное количество войн и сражений! Он презирал вечность, и был всегда бесстрашен! Последний представитель величественных и могущественных трёх священных земель, Гу Хань!

Остался лишь он один!

Лезвие его меча ярко сияло, кровавый дождь обрушился на землю, отрубленные головы разлетались во все стороны, словно вся сила, которую он берег на протяжении восьми с лишним тысяч лет, дерзким потоком хлынула наружу!

В эту минуту боевые способности Гу Ханя невероятным образом снова вернулись к своей идеальной форме, он был крайне жесток и беспощаден, не встречая и малейшего сопротивления он дерзко прорывался сквозь толпы Чужаков, кровавый дождь и крики ужаса раздавались непрерывно, словно последние торжественно-печальные поминальные песнопения в честь храбрых трёх священных земель!

Решительное и бесповоротное наступление, и никакой обороны!

Трое из шести Чужаков уровня Шенцзюнь непонятно в какой момент окружили Гу Ханя, развернув против него ожесточённую атаку!

Гу Хань не испытывал ни страха, ни сомнений, вернувшись к своей идеальной форме, и слившись в одно целое со своим мечом, он умело и искусно справлялся с вражеской атакой, с лёгкостью маневрируя среди бесчисленного количества Чужаков!

Множество острых мечей втыкалось в его тело, некоторые из них в тот же миг раскалывались на мелкие части, даже заставляя своих хозяев падать замертво от пережитого тяжёлого потрясения, мечи тех иноплеменников, которые обладали более высоким уровнем совершенствования, могли оставаться в целости и сохранности, пронзая тело Гу Ханя, но, однако сталкиваясь с его мощной Суань, всё же не выдерживали напряжения. Пусть они оставляли кровавые отметины на теле Гу Ханя, тем не менее, в конце концов, они подвергались яростной контратаке!

Даже несмотря на то, что Гу Ханя плотно окружала хуева туча Чужаков, он совершенно не подавал вида. Взгляд его был всё так же хладнокровен и невозмутим, включившись в противостояние, он сменил направление, вернувшись на передовые позиции, продолжая держать оборону открытого пути. Как бы по-прежнему отстаивая величие трёх священных земель!

Затем он снова бросился в бой! Великая битва начата!

Он возвращался на своё место, а потом снова рвался в атаку! И так туда и обратно, без остановки!

В эту минуту Гу Хань превратился в настоящую машину для убийства, которая не знала усталости, он развернул максимум своих боевых способностей, умело маневрируя и отражая атаки врагов! Так продолжалось около часа. Каждая его атака сопровождалась огромной горой трупов, которые скапливались у его могучих ног!

Спасшись от верной смерти, Гу Хань оглушительно рассмеялся во весь голос. Никогда в своей жизни он ещё не давал так волю своим желаниям. Будучи на волосок от смерти, ему удалось вести себя, как ему хочется!

Его глаза наполнились приятным удовлетворением! Ему вспомнились моменты из его прошлой жизни, из его нынешней жизни, времена, когда он был У Шаньюнем, когда он был Гу Ханем…

Под воздействием этого нескончаемого смертоубийства весь окружающий его мир словно лишился красок, утратил звук, сейчас в его голове крутились лишь фрагменты из второй его жизни… этап за этапом. И все как один были такими чёткими и настоящими!

Вплоть до тех времен, когда он, будучи Величайшим мастером, присоединился к священным землям. И когда обрел настоящую славу, пробыв несколько тысяч лет в Неуловимом мире бессмертных, тогда он был так знаменит и величественен, высокомерен и заносчив, ведь тогда он был частью трёх священных земель…

Кто в праве судить достижения и промахи тех времён?

«Вся слава в прошлом? А как же наши доблесть и величие?»

Когда у Гу Ханя в голове пронеслись два этих вопроса, его сердце пронзила режущая боль, и он невольно произнёс: — Слава в прошлом? Величие в прошлом? Всё это осталось лишь в прошлом?! Есть ли ошибки, которые уже не исправить? А как же прошлые подвиги? Или теперь они больше ничего не значат?! Наши достижения не смогут скрыть промахи, но разве наши промахи в состоянии обесценить наши достижения? Да или нет?!

Он кричал, подняв свою голову в небо, снова укоряя молчаливые небеса!

— Священные земли унижены и оскорблены? Навечно?! — продолжал кричать Гу Хань, его усы и волосы разлетались в стороны!

Конечности Чужаков сновали перед его лицом, однако он всё не унимался:

— Ошибки! Промахи! Проступки! Можно ли всё исправить, принеся в жертву наши жизни?!

Внезапно, разгоряченная энергия охватила квадрат площадью в несколько метров. Гу Хань оставался в центре, а вокруг него разлетались в разные стороны трупы жалких Чужаков!

— Пусть мы совершали ошибки! Но мы не посрамим своё светлое имя! Мы не оставим народ материка! — Гу Хань кричал во всю глотку: — Нам не будет больше стыдно!!!

Битва продолжалась очень долго, из трупов Чужаков уже сформировался небольшой холм, который при этом неустанно увеличивался в своих размерах! Гу Хань, весь в крови, возвышался на вершине этого холма… его взгляд ничем не отличался от бездумных взглядов им убитых иноплеменников!

Своими руками он прикончил более тысячи Чужаков уровня Шенхуана! Итоги этого боя, безусловно, можно назвать блестящими, чего не скажешь о состоянии самого Гу Ханя. Хотя сейчас он не был в смертельной опасности, однако силы его всё же были на исходе, левая рука была отрублена почти до плеча, а из нижней части живота торчал сверкающий меч; это была заслуга шести Шенцзюней. Подкрепление бойцов из армии Тянь Фа уже было на месте. Они бы никогда не стали спокойно смотреть на то, как Гу Хань ведёт настолько ожесточённый бой в одиночку!

Они неоднократно пытались вмешаться, но Гу Хань каждый раз останавливал их!

Если бы воины Тянь Фа приняли участие в этом бою, Гу Хань сейчас был бы цел и невредим, не говоря уже о каких-то серьёзных травмах или ранениях. А если бы даже и получил ранение, с помощью таблетки исцеления он бы быстро вернулся в форму, и вполне даже смог бы добиться более высоких достижений!

Пусть даже если подкрепление вообще не прибыло, учитывая способности Гу Ханя, он бы с лёгкостью смог спастись бегством и покинуть это поле боя. Никто бы не смог задержать его!

Но у Гу Ханя не было и мыслей о побеге…

— Это битва только для людей трёх священных земель! Пока священные земли не падут, никто не имеет права вмешиваться! Я ещё здесь, и я ещё в состоянии сражаться! Священные земли пока не мертвы, священные земли пока не проиграли! Битва ещё не окончена! — необычайно резко и жёстко кричал Гу Хань:

— Если хоть один человек вмешается, я покончу с собой!

Сейчас Гу Хань сражался не ради себя, и не для того, чтобы победить врагов — а во славу священных земель!

Он понимал, что, если и он падёт, тогда священным землям, на самом деле, наступит конец. И они станут историей. Поэтому он изо всех сил сражался, борясь за то, чтобы священные земли остались живы ещё хоть немного дольше.

Пусть если даже на считанные минуты!

Он сражался за священные земли! И поэтому отвергал любую помощь! Эта битва принадлежит только священным землям! Это их последняя битва!

Гу Хань уже немного качался, а взгляд его становился туманным!

Человеческие силы имеют свойство истощаться. В конце концов то, что он в одиночку смог справиться с целой тысячей сильных солдат, уже само по себе настоящее чудо, и достойно бессмертной памяти!

Гу Хань чётко понимал, что дошёл до своего предела! И он вряд ли сможет выстоять после следующей атаки…

Перед ним было ещё чуть меньше четырёх сотен солдат Чужаков! К тому же, если им удалось дожить до этого момента, все они были довольно сильными, они, как стая свирепых волков, злобным взглядом пронзали его, в надежде, что вот-вот он упадёт.

Несмотря на то, что им было хорошо известно, что Гу Хань уже почти без сил, никто из них не осмеливался лично проверить, так ли это на самом деле.

— Я ещё в силах сражаться! — взревел Гу Хань, и, как и прежде, не оборачиваясь назад, он дерзко бросился в атаку!

Эти три с лишним сотни уцелевших Чужаков все были высококлассными мастерами, они в тот же миг почувствовали, что силы Гу Ханя на исходе. В конце концов, он всего лишь человек. Он не Бог! От его рук уже погибло около полутора тысяч Чужаков уровня шенхуан!

Прозвучал зазывающий выкрик, и все оставшиеся в живых иноплеменники, словно пчелиный рой, собрались воедино!

Их мечи одновременно засияли! Кто не желает прославиться тем, что убил самого сильного мастера трёх священных земель?

Во главе этого ужасающего роя были два Чужака-Шенцзюня. Они резко сверкнули и обе стороны столкнулись!

В этот миг пространство между ними словно застыло и сделалось неподвижным!

Лезвия их мечей беспрепятственно вошли в тело Гу Ханя, и пронзили его грудь, однако он держался мужественно, его взгляд был равнодушным и спокойным. Он из последних сил схватил этих двух Шензюней, и громко прокричал:

— Цзюнь Мосе, не забудь выполнить мою просьбу!

Его крик был настолько пронзительным, что казалось, будто он доходил до глубины каждого, кто его слышал. Он ещё долго отдавался эхом по всему полю сражения!

Раздался гулкий грохот взрыва!

Самый сильный мастер материка Суань, Гу Хань, совершил самоликвидацию!

Взрыв был очень мощным, словно взрыв от настоящей атомной бомбы! Из трёхсот солдат Чужаков две сотни погибли, даже не успев понять, отчего, а тех, кому посчастливилось уцелеть, отбросило ударной волной очень далеко.

Оба Шенцзюня, которых схватил Гу Хань, не смогли высвободиться, и погибли вместе с ним!

На всём поле боя внезапно установилась мёртвая тишина! Взоры всех устремились в том направлении, откуда раздался взрыв. Все сохраняли молчание и прониклись искренним уважением!

Сердце Цзюня Мосе сжалось от боли, и слёзы медленно скатились по его щекам.

Глава 1248. Решающий бой!

Предсмертный крик Гу Ханя ещё долго звучал в ушах Цзюня Мосе.

«Не забудь выполнить мою просьбу!»

Цзюнь Мосе смог почувствовать, насколько сильной и тёплой отцовской любовью были наполнены эти слова! В этот момент Гу Хань думал лишь о своей любимой дочери, Цяо Ин!

Единственным человеком, за которого он переживал и котором так сильно беспокоился, была его дочь, Цяо Ин! Однако до самой смерти он так и не произнес вслух слова «дочь», потому что если бы он сказал это, все окружающие бы поняли, что он имел в виду Цяо Ин!

Что он лишил собственную дочь счастливой и беззаботной жизни! Он решил: пусть уж лучше Цяо Ин никогда не узнает о том, что он — её отец, таким образом он попытается спасти её от лишних страданий! От лишних сожалений!

Уже перед самой смертью Гу Ханю удалось немного облегчить свою душу, он смог выпустить наружу свои самые глубокие переживания. Но он уже был не в силах исправить что-либо…

«Я обещаю тебе! Я буду хорошо заботиться о ней! Будь спокоен!», — Цзюнь Мосе мысленно произнёс: «Но знаешь ли ты, насколько трудную задачку ты подкинул мне в этот раз? Ты не хотел, чтобы твоя дочь страдала, так насколько жестоким должен быть я, чтобы подвести тебя? Как мне поступить?»

Но Гу Хань уже никогда не сможет ответить на его вопросы…

После произошедшего взрыва на поле боя на время установилась полная тишина!

Гу Хань не хотел поступать эгоистично, и совершил очень храбрый поступок. Не только воины Тянь Фа были потрясены его мужеством, но и оставшиеся в живых солдаты Чужаков пребывали в сильном шоке! Увидев собственными глазами поднявшееся в небо облако дыма от взрыва, все тут же замолчали!

Раздался резкий и надрывный плач, нарушивший тишину, и Цяо Ин, как сумасшедшая, бросилась туда. К счастью, Мэй Сюэ Янь вовремя смогла остановить её, за считанные минуты она оказалась почти в предобморочном состоянии, а из губ начала сочиться алая кровь…

Хотя Цяо Ин не догадывалась, что этот почтенный старейшина был её настоящим отцом, и самым родным человеком для неё в этом мире, но Гу

Хань всегда заботился о ней, и она прониклась к нему самой тёплой привязанностью. Она относилась к нему практически как к отцу, разумеется, её сердце разрывалось от боли, когда на её глазах он совершил самоликвидацию!

Мэй Сюэ Янь сжимала Цяо Ин в своих объятьях, слёзы падали из её глаз, внезапно она взмахнула своей белоснежной рукой, и из армии Тянь Фа раздался громкий звук барабанной дроби!

— Наши товарищи из священных земель героически сражались, они пожертвовали своими жизнями ради великого дела! Разве мы, воины Тянь Фа, будем жалеть свои жизни? — Мэй Сюэ Янь строго прокричала: — Король медведей! Король журавлей! Король волков! Король тигров! Приказываю вам четверым обрушить мощную атаку на врага, и оказать самое сильное сопротивление! Всем остальным находиться в боевой готовности! Мы не должны посрамить великое имя нашего леса Тянь Фа!

Король медведей и все остальные, собственными глазами увидев ожесточённое сражение, испытывали мощный душевный подъём, в их жилах бурлила кровь, и им не терпелось присоединиться к битве. Услышав приказ Мэй Сюэ Янь, все они дружно и дерзко бросились в бой!

Противоборствующие стороны снова приблизились к друг другу!

Отвага, теплящаяся в жилах воинов, в этот момент разгорелась с новой силой! Воины Тянь Фа и Чужаки в эти минуты отчётливо почувствовали, как вспыхнувшая кровь мучительно бурлит в их жилах! Этот пожар нельзя так просто усмирить!

Только кровь врагов сможешь потушить его!

Когда обе стороны пришли в столкновение, разгорелась ожесточённая битва!

Воины обеих сторон с клубами пыли и криками бросились друг на друга!

Развернулась война ни на жизнь, а на смерть!

Горы Тяньчжу больше не существовало, природный заслон, отделявший материк от Чужаков, пал. Только эта война могла окончательно поставить точку в противостоянии материка Суань и иноплеменников! Только так можно было раз и навсегда разобраться с этим!

Чужаки думали точно также! Райский уголок ещё никогда не был так близок для них. Если им не удастся завоевать материк Суань сейчас, возможно, у них больше никогда не будет подобного шанса! Доступен только один вариант! Победа или смерть!

Обе стороны находились в одинаковой ситуации!

Началась великая битва! Земля и воздух содрогались от оглушительных криков!

Отряды обеих сторон, словно два подземных пожара, уничтожали всё на своём пути!

Все преследовали лишь одну цель — они бросались в ожесточённую атаку, оставляя после себя лишь только трупы своих неприятелей…

Цзюнь Мосе свистнул, и меч Яньди и Хуанди резко выскочил их своих ножен, в один миг преодолев расстояние в несколько сотен километров, присоединившись к совершенно другой части поля боя! Здесь Цзюнь Мосе сам мог с лёгкостью выполнять функции самого бесподобного и могущественного меча!

Он был настоящей машиной для убийства! В том месте, где он проходил, оставались только трупы…

Бойцы Короля тигров и Короля медведей двигались за ним!

Прозвучал громкий грохот, и земля задрожала под ногами у Чужаков, после чего внезапно появилась огромная глубокая яма… Около сотни из них не успели вовремя среагировать, и попадали вниз, им на смену встали другие, они падали друг на друга, превращая яму в кровавое логово!

Снова раздался грохот!

И точно такая же яма появилась в совершенно другом месте.

В принципе земля по-прежнему могла разверзаться, только Мосе не стал продолжать так делать, он понимал: Чужаки — не полные дураки, чтобы никак не остерегаться новых обвалов.

Но вдруг Цзюнь Мосе обнаружил интересную вещь: если немного уменьшить масштаб углублений, удастся сэкономить на потреблении духовной силы для этого, тогда ему будет намного легче справляться с этим, а результат будет точно таким же потрясающим. Учитывая подобную скорость атаки, будет достаточно свалить Чужаков в яму, а там они сами затопчут друг друга!

Армия врага настолько огромна, а эти небольшие ямы станут отличным преимуществом! С промежутком в четыре-пять солдат они не будут догадываться, что происходит там впереди!

Единственное, что они должны делать, это атаковать! Несмотря ни на что! Атаковать!

Однако Цзюню Мосе такая стратегия боя только на руку!

В земле появлялись одна за одной небольшие ямы, которые жадно проглатывали несколько десятков и даже сотен Чужаков! Однако их было так много, что даже такой высокоэффективный способ атаки не смог сильно подкосить сторону иноплеменников!

Цзюнь Мосе взмахнул обеими руками, и всё его тело стало излучать фиолетовую благоухающую энергетику, после чего она резким потоком распространилась вовне, заполнив собой пространство площадью в несколько сотен квадратных метров, в пределах которого появилось несколько десятков небольших отверстий…

Цзюнь Мосе видел, что его стратегия работает, и поэтому он предпринял новый шаг: он взмахнул рукой, и из ниоткуда появился огонь, накрывший собой пространство в несколько десятков квадратных метров! Он снова взмахнул рукой, и теперь уже огненный дракон со свистом врывался в плотные ряды армии Чужаков!

Повсюду стали раздаваться крики ужаса.

И, хотя это был обычный огонь, а не пламя первозданного хаоса, для простых бойцов, обладающих лишь Суань Неба, он представлял смертельную опасность!

В миг над всем полем боя повис густой чёрный дым, запах обугленной плоти наполнил воздух!

Сюн Кайшань и Ху Леди со своими бойцами следовали по пятам за Цзюнем Мосе. Это не представляло особой трудности, ведь всё, что им надо было делать — это лишь отрубать головы мерзким Чужакам, которые были не в силах сопротивляться!

В другой стороне меч Яньди и Хуанди с оглушительным свистом пронзал насквозь отряды Чужаков…

Однако их было настолько много, что они всё равно смогли окружить бойцов армии Тянь Фа, продвигаясь всё ближе и ближе к генеральному штабу! Их замысел был довольно прост, они искренне верили, что если у них получится взять штурмом генеральный штаб, вторгнуться в сам материк Суань будет легче лёгкого!

Войско Чужаков, как ненасытная стая саранчи, непрерывно двигалась только вперёд!

Решающий бой, наконец, подходит к своей кульминации!

Утратив территориальное преимущество, но продолжая одерживать численный перевес, армия Чужаков, используя тактику атаки «людскими волнами», непрерывно поглощала отряды бойцов Тянь Фа, которые держали оборону.

Лицо Мэй Сюэ Янь сильно помрачнело. Армия Тянь Фа, разумеется, превосходила иноплеменников по качеству силы, и победа по-прежнему должна быть за ними, но, чтобы одержать эту победу, им требовалось время, чего нельзя было добиться, глядя на бесконечное войско Чужаков, и она понимала это.

Армия Тянь Фа насчитывала сорок тысяч бойцов, тридцать тысяч из которых сейчас уже были на поле боя!

Сейчас у неё за спиной остались самые неумелые и неопытные их всех бойцов, их способности были серьёзно ограничены, служба тыла!

Но, кажется, им не удастся избежать этой войны!

Мэй Сюэ Янь медленно подняла свою хрупкую руку… в которой сверкнул меч!

Императорский меч, который ей подарил Цзюнь Мосе!

Она громко закричала:

— Действовать по всей линии фронта, всем слушать мои приказы! Лес Тянь Фа не привык никому проигрывать! Не только три священные земли оберегали материк Суань, наш Тянь Фа тоже достоин этой славы! Во имя Тянь Фа! В бой!

Белый силуэт свободно плыл по ветру, Мэй Сюэ Янь двигалась вперёд! Блеск от её меча уже прошмыгнул через войско Чужаков! Бойцы Тянь Фа с дерзкими криками мчались вслед за ней!

Глава 1249. Подкрепление прибыло.

Боевая обстановка становилась только ожесточённее! Каждое мгновение кто-то умирал, среди убитых были и Чужаки, и бойцы армии Тянь Фа, и подчинённые дворца Злого Монарха… Поле боя сейчас напоминало настоящую мясорубку! Не щадя своей жизни, они убивали друг друга! Или ты, или тебя!

Хотя Чужаки превосходили своим количеством, воины Тянь Фа были более обученными!

Жертва трёх священных земель не прошла даром, и ослабила армию иноплеменников примерно на девяносто процентов!

Если эта битва в итоге будет выиграна стороной материка, можно с уверенностью утверждать, что три священные земли внесли неоценимый вклад в эту победу!

Цзюнь Мосе отважно сражался и одновременно размышлял, насколько надменными и твердолобыми оказались на самом деле три священные земли. Ещё в самом начале битвы Цзюнь Мосе предполагал, что они вступят в сражение все вместе!

Однако, когда дело дошло до решающего момента, он обнаружил, что это были лишь его мечты! Священные земли с самого начала не собирались объединяться с армией Тянь Фа!

Мо Вудао сказал чистую правду: пусть они в чём-то и ошиблись, но если повернуть время вспять, они поступили бы точно также и не стали ничего менять!

Героическая смерть людей трёх священных людей, разумеется, нанесла огромный удар по силам Чужаков, но среди них было много людей, которые ещё не должны были умирать! Тем не менее они предпочли всё бросить. Например, Гу Хань — если бы он только захотел, конечно, он бы мог жить дальше и продолжать заниматься совершенствованием… Но, вероятно, в тот момент, когда гора Тяньчжу обвалилась, члены трёх священных земель потеряли весь интерес к жизни. Возможно, эта битва стала для них настоящим спасением и избавлением от страданий!

Цзюнь Мосе с досадой вздохнул.

Битва никак не утихала, а масштабы её поражали! В таких условиях даже самые невероятные и удивительные приёмы Цзюня Мосе оказывались совершенно бесполезными!

Человеческие силы имеют свойство заканчиваться, и Цзюнь Мосе не был исключением! Единственное, что было ему под силу сейчас — это перебить как можно больше неприятных Чужаков, а значит спасти как можно больше жизней своих подчинённых!

Тактика атаки пушечным мясом приносила свои плоды, именно поэтому Чужаки в первую очередь выбрали эту стратегию!

Чужаки хорошо понимали: если им удастся как можно дольше осуществлять эту стратегию, очень скоро они смогут уничтожить всех воинов Тянь Фа, а если хотя была часть их армии вторгнется на материк, победа будет почти у них в руках!

Войско, которое за собой вела Мэй Сюэ Янь, насчитывало менее десяти тысяч солдат. Чужаки дерзко продвигались вперёд!

Если им действительно удастся прорвать оборону и продвинуться вглубь материка — беды не миновать!

Мэй Сюэ Янь, разумеется, понимала это, но ничего не могла поделать, ведь её войско включало в себя самых неопытных и слабых бойцов, они с трудом могли обеспечивать собственную безопасность, не говоря уже о прочной обороне!

Остальные отряды были слишком далеко, либо находились в плотном окружении Чужаков, у них не было возможности прийти на помощь Мэй Сюэ Янь!

Только Цзюнь Мосе и меч Яньди и Хуанди могли оказать достойное сопротивление надвигающейся армии Чужаков, но получится ли у них сдерживать такое количество солдат?

Материк Суань находился в смертельной опасности!

Как вдруг, именно в этот момент появился отряд из отважных мастеров с взволнованными лицами! Они так сильно боялись, что могут не поспеть, и прибыть на поле боя, когда будет уже совсем поздно!

— Мосе! Позаботься о своей безопасности! Я прибыла с подмогой!

Раздался звонкий свист, Цзюнь Мосе сначала сильно испугался, а потом обрадовавшись поднял голову, и увидел спасительный отряд! Кто как не госпожа Дунфан могла быть во главе этого отряда!

Всего было три отряда, которые возглавляли трое дядюшек Цзюня Мосе, они сразу ворвались на поле боя!

Первая часть подкрепления прибыла! Войско семьи Дунфан!

Позади колыхалось боевое знамя, и раздался ещё один громкий голос:

— Господин Цзюнь! Сикон Ан Е прибыл тоже!

Мастера семьи Сикон тоже подоспели в этот критический момент! Подкрепление с материка непрерывно прибывало!

— Будьте осторожны! Не стоит недооценивать силы этих мерзких ублюдочных тварей! — громко прокричал Цзюнь Мосе.

Хорошо обученные мастера дворца Злого Монарха и бойцы армии Тянь Фа не сумели разбить армию Чужаков. Что уж говорить о подкреплении, прибывшем с материка, которое было гораздо слабее их, тем более все они были близкими людьми для Мосе, разумеется, он поспешил предупредить их!

Прозвучал другой заикающийся голос: — Цзюнь… эээ… я… Данму… тоже здесь!

Оказывается, глава семьи Данму, Данму Чаофань тоже прибыл.

Наконец-то, подмога с материка тоже прибыла!

Ещё один яростный крик раздался в воздухе. Человек в белых одеждах и с поднятым мечом прокричал:

— Народ материка сражается с захватчиками! Как люди Серебряного города могли остаться в стороне и не прийти на помощь?

Начальник Серебряного города Фэнсюэ вместе с женой и войском в несколько сотен мастеров прибыли! Все они были одеты в кристально-белые одежды, в руках у них сверкали серебряные мечи. Они напоминали собой хлопья снега, внезапно слетевшие с вершины заснеженной горы…

Гулкий грохот привёл в движение частицы воздуха, и поднявшаяся с земли пыль разлетелась повсюду! Яростный крик прозвучал:

— Мосе! Пожалуйста, только не сдавайся! Твой дядя здесь!

Услышав эти слова, Мэй Сюэ Янь и Цзюнь Мосе сразу же оживились! Этот родной голос вдохновлял намного больше, чем все прозвучавшие ранее! Этот голос означал, что подкрепление, наконец-то, рядом!

Цзюнь Вуй подоспел в самый критический момент!

Кажется, это войско насчитывало около нескольких десятков тысяч мастеров! Хотя эти мастера не могут упоминаться в одном ряду с бойцами Тянь Фа, сражающимися в этом ожесточённом бою, по крайней мере каждый из них обладает около девятого уровня священных животных!

Они — вполне достойные соперники для обычных солдат Чужаков! Единственным минусом было то, что мастера не смогли перевести дыхание, и сразу были вынуждены присоединиться к сражению, прилагая все свои силы, чтобы расправится с врагом… Тем не менее, внезапно нагрянувшее подкрепление как раз ослабило чудовищное давление, которое было оказано силами иноплеменников на армию Тянь Фа!

Боевая обстановка стала постепенно меняться, знамя развевалось на ветру, Цзюнь Вуй храбро руководил спасательным войском.

Возможно, армия Чужаков обладала численным преимуществом перед армией священного леса, но, столкнувшись с упорядоченной обороной прибывшего подкрепления, им стало туго!

— Главной отряд, немедленно в бой! Центральные и тыловые части, стоять на месте! Переведите дыхание, отдохните. Через час центральный отряд вступит в сражение! Через два часа их сменит арьергард! — Кровавый главнокомандующий Цзюнь Вуй недаром заслужил своё звание. Он осматривался по сторонам. Он понимал, что если все прибывшие мастера разом присоединяться к сражению, разумеется, они смогут утихомирить Чужаков, но это не особо изменит ситуацию, это только принесёт большие потери среди личного состава!

На самом деле, несмотря на то, что войска, возглавляемые Цзюнем Мосе и Мэй Сюэ Янь сейчас находились в осаде, они не были полностью повержены, просто им требовалось немного времени, и тогда им удастся одержать победу над силами неприятеля!

Главным условием для этого было время, и только силы подкрепления могли выиграть для них это время. Иначе эти злостные преступники смогут проникнуть вглубь материка!

Чтобы выиграть время, нужна особая тактика. Цзюнь Вуй определил: подкрепление требовалось не для того, чтобы сражаться с врагом, а чтобы на время задержать врага, чтобы армия Тянь Фа смогла выйти из затруднительного положения!

Поэтому он быстро среагировал, и отдал приказ присоединиться к бою только авангарду, чтобы они попытались стабилизировать обстановку на поле боя. В то время, как остальные мастера смогут восстановить свои силы с дороги, и в нужный момент прийти на помощь.

К тому же он был уверен, что за это время обстановка изменится, а он сможет придумать отличный план, с помощью которого можно будет ударить врага по его самым слабым местам!

Мастера как следует отдохнут, и тогда они нанесут всесокрушающий удар по армии Чужаков!

Как только Цзюнь Вуй прибыл к месту битвы, ещё толком не оценив обстановку на поле боя, он уже смог придумать стратегию, которая решит исход сражения! Вот что значит быть настоящем мастером военного искусства!

Однако несмотря на свои выдающиеся командные способности, впервые оглядев ожесточённую обстановку, которая установилась на поле боя, даже Кровавый главнокомандующий Цзюнь Вуй слегка ахнул!

Глава 1250. Голову с плеч!

Третий дядя Цзюнь практически полжизни провел в сражениях и уже командовал таким большим войском, однако сегодня он впервые увидел столь жесткую битву! Это были вовсе не обычные воины!

Люди, сражающиеся здесь в качестве пушечного мяса, в обычном бою принадлежали бы к разряду высококлассных мастеров! Битва сотни тысяч таких мастеров, по сути, даёт такой же поразительный эффект, как война между обычными многомиллионными войсками!

Хорошенько исследовав всю ситуацию, Цзюнь Вуй пришёл к такому выводу: такая война ни в коем случае не должна случиться среди людей! Она будет не просто беспрецедентной, но и крайне разрушительной!

В этот момент на поле боя отряд Цаньтянь Шихунь под руководством Ин Бокуна от всей души наслаждался истреблением Чужаков. С другой стороны отряд Лэн Ао и Байли Лу Юня также бесстрашно уничтожал вражеские силы!

Неизвестно, в какое время, но великий убийца Чу Цихун уже успел присоединиться к ним. Пусть этот отряд убийц был немногочисленным, однако их атаки были резкими и точными!

Со стороны материка раздавались непрекращающиеся крики: огромный поток мастеров внезапно ринулся вперёд. Без какой-либо передышки они тут же присоединившись к битве!

Затратив кучу сил на такой долгий путь, многие воины, только вломившись на поле боя, тут же лишались своих жизней. Однако следующие позади них мастера нисколько не пугались и с громкими криками продолжали двигаться вперёд… И не для того, чтобы запечатлеть своё имя в истории и не ради славы, всё это исключительно ради материка Суань! Час прошёл как один миг, Цзюнь Вуй махнул рукой, и тридцать тысяч главной боевой силы яростно закричали, стремительно бросившись в бой. Под строгим командованием Цзюнь Вуй воины Тянь Фа за короткий промежуток времени сумели сформировать прототип обычного войска! Как только они ступили на поле боя, то тут же нанесли противнику огромный, разрушительный удар!

Крики на поле боя становились всё более интенсивными и отчётливыми!

Далеко в тылу виднелось огромное количество силуэтов, движущихся со стороны материка. За прошедший час к битве присоединилось ещё несколько тысяч человек. Это были родовые кланы, которые некогда принадлежали трём священным землям.

В этой войне непредумышленных ранений было довольно мало, потому что товарища и противника было слишком легко друг от друга отличить! Внешний вид иноплеменных тварей сильно разнился от внешности обычного жителя материка, поэтому их было отчётливо видно среди толпы… Ещё час прошёл в бесконечном потоке алой крови. Цзюнь Вуй собирался отдать приказ, чтобы войско восстановило свои силы для последующего генерального наступления, однако неожиданно услышал сотрясающий землю грохот, словно со стороны материка прибыло огромное, могучее войско!

Цзюнь Вуй временно отложил свой приказ.

С огромными знамёнами в руках несколько воинов верхом на лошадях выбежали вперёд. За их спинами действительно находилась многочисленная армия! Впереди находилось два седобородых старика, их взгляды были суровы. С одной стороны был довольно некрасивый бородатый мужчина по имени Дугу Цзун Хэн! Другим же стариком оказался Мурон Фэн Юнь!

Прибыло подкрепление из империи Тяньсян!

Увидев врага, все чрезвычайно возбудились, и, не успев обменяться со всеми приветствиями, они тут же запросили всю информацию о ходе военных действий.

По дороге сюда Дугу Цзун Хэн и Мурон Фэн Юнь присоединили к себе несметное количество армий, а также небольшие коалиции, собранные другими государствами. В общей сложности, это практически сто тысяч воинов!

Собрать столь сильную армию в столь жёстких условиях — задача не из простых!

Суровый, но справедливый Дугу Цзун Хэн всю дорогу шёл впереди всех. Огромное количество лошадей были измучены до смерти!

Впереди всех воинов ждала ожесточённая битва, так что никто не церемонился, все сразу же принялись за обсуждение главных вопросов!

— Первым пойдёт мой третий эшелон! — Цзюнь Вуй мгновенно принимал решения: — Прошу обоих старейшин приказать своим воинам отдохнуть и восстановить силы, пусть будут готовы к решающей битве через пару часов! Ни одна двухголовая тварь не должна выжить в этой войне! Давайте разберёмся с ними раз и навсегда!

— Хорошо! Так и сделаем! — Дугу Цзун Хэн и Мурон Фэн Юнь оба были ветеранами войны, и, естественно, понимали, что сейчас не время для фальшивой вежливости. Все согласились без каких-либо колебаний.

Цзюнь Вуй взмахнул знаменем под громкий бой барабанов. Последняя волна воинов Тянь Фа громко взревела и бросилась в атаку. Они уже передохнули и полностью восстановили свои силы, так что их можно было назвать свеженьким подкреплением!

И хотя у Чужаков было большое количество участвующих мастеров, однако за всё время у них не было ни малейшей возможности передохнуть.

Эта волна силы, присоединившейся к битве, была просто беспрецедентной. Первая дюжина отрядов Чужаков была полностью разгромлена, а знамя союзной армии материка уже оказалось где-то посередине!

В небе раздался резкий свист, и гигантская туша птицы дерзко опустилась вниз, выбросив на поле боя восемь великий мастеров во главе с Юнь Беченом!

Со стороны материка продолжали раздаваться громкие крики, отец Гуан Куинхан — Гуан Данлю вместе с бойцами своего клана тоже поспешил на помощь!

С материка прибывало всё больше и больше людей, в то время как Чужаки умирали один за другим… Пусть их исходное количество огромно, однако оно имеет свой предел. Боевая обстановка незаметно снова начала медленно меняться… Увидев, что все беспокойства были наконец решены, молодой мастер направился к трём оставшимся Шенцзюням иноплеменников! Он потратил немало сил, чтобы объединить этих трёх воедино и атаковать в один момент.

Весь процесс на самом деле довольно прост. Нужно было погнаться за одним из них и дождаться, пока тот позовёт на помощь, и другой Шенцзюнь к нему примчится. Затем Цзюнь Мосе намеренно снизил свою силу, чтобы противники подумали о его беспомощности. Естественно, третий Шенцзюнь тоже клюнул на такую заманчивую наживку.

Не то, чтобы молодой мастер не хотел прикончить этих ублюдков одним разом, просто у него всё ещё не хватало силы для такой серьёзной атаки. К тому же, если кто-то из этих Шенцзюней решится на самоликвидацию, даже с техникой Инь-ян Мосе всё равно серьёзно пострадает.

Если эта взрыв произойдёт вблизи армии Тянь Фа, то это приведёт к тяжёлым травмам и многочисленным потерям. Именно по этой причине Цзюнь Мосе не осмеливался слишком сильно давить на этих Шенцзюней. Пока у молодого мастера не будет точной уверенности в своей смертельной атаке, он не станет рисковать!

Битва между молодым мастером и тремя последними Шенцзюнями Чужаков продолжилась, но это не значило, что Цзюнь Мосе больше ничего не предпринимал. Там , где он проходил, всюду пылал огонь! Это пламя из ничего, натыкаясь на человеческие тела, становилось всё мощнее и ярче, словно свежие цветы, пересаженные на самую плодородную землю… Цзюнь Мосе и сам не знал, сколько раз он уже высвободил свою силу огня!

Сила земли и сила огня использовались попеременно, и, по самым скудным подсчётам, Цзюнь Мосе в одиночку уничтожил практически двадцать тысяч Чужаков!

Это, несомненно, чрезвычайно страшная цифра!

Теперь боевая обстановка становилась яснее, и молодой мастер начал яростное преследование трёх последних Шенцзюней!

Прежде, при первой встрече с Цзюнем Мосе все трое наивно полагали, что этот юноша — самый чистый образец благородного человека! Однако теперь они прекрасно понимали, что в нём нет и грамма благородства! Этот мальчишка был в сто раз страшнее любого демона!

Особенно, когда Цзюнь Мосе с помощью огня первозданного хаоса в мгновение ока превратил одного из Шенцзюней в горстку пепла, остальных тут же осенило!

Оказывается, их босс увел за собой не того мастера!

На самом деле, это был ни разу не безобидный и простодушный мальчишка!

Поняв глубину собственной ошибки, оставшиеся Шенцзюни были полностью раздавлены!

«Как же так? Это слишком подло!»

Именно этот мальчишка погубил своим чёрным пламенем более десяти тысяч Шенхуанов, а затем с миловидным личиком и благородными манерами подкупил Чуаншаня Бэйдао, и тот увёл за собой какого-то неудачника! А главный виновник остался здесь!

Ошибка клана Шенжи в конечном итоге привела к проигрышной ситуации армии иноплеменников!

Два оставшихся Шенцзюня были вне себя от злости.

Четыре головы одновременно возмущенно закричали:

— Это ты! Оказывается, это ты! С самого начала это был ты… Ты…

Цзюнь Мосе закатил глаза и гневно сказал:

— Ты, ты, что «Ты»? Что за чушь вы несёте? Дерьмо дерьмом, даже сказать ничего нормально не можете! — меж двух ладоней молодого мастера смутно виднелось чёрное пламя.

Увидев этот огонь, оба Шенцзюня попытались увернуться, однако Цзюнь Мосе успел ударить одного из них по плечу и пнул его что есть мочи.

Под такими ударами оба Шенцзюня уже не могли ничего сделать!

«Может, мы и не можем ответить тебе ударом… Но это не значит, что мы не утащим тебя за собой на тот свет!»

Подумав об этом, оба мастера, подобно Гу Ханю, самоотверженно бросились на Цзюня Мосе. Молодой мастер громко закричал и притворился, будто тоже изо всех сил кинулся в атаку.

Со стороны могло показаться, что все трое, стиснув зубы, решили найти общую смерть!

Всё ближе!

И ближе!

Расстояние между ними практически сократилось до нуля!

Глава 1251. Встреча старого друга на поле боя

Два Шенцзюня одновременно рассмеялись в четыре рта: — Цзюнь Мосе! Ты —проклятый лицемер, отправляйся на тот свет вместе с нами! — они не прекращали кричать, зная, что их противника звали «Цзюнь Мосе».

Они всегда высмеивали имена материковых мастеров, считая их слишком неприятными на слух. На их взгляд, имена Чужаков скрывали в себе очень глубокий смысл… Чуаншань Бэйдао, Гаоцяо Туйку и многие другие… Эти имена действительно прекрасны по своему звучанию…

Но сейчас они вдруг поняли истинное значение этого имени.

Оно символизировало собой полное уничтожение и разрушение.

«Пусть ты и дерзкий малый, но если мы, два Шенцзюня, произведём одновременную самодетонацию, ты определённо отправишься на тот свет вслед за нами. После такого взрыва даже босс, Чуаншань Бэйдао, не уцелеет. А твои силы примерно на одном уровне с боссом, так что тебе не удастся избежать смерти! Более того, ты уже целые сутки безостановочно сражаешься!»

Цзюнь Мосе громко рассмеялся: — Отлично, погодите, я вас обязательно провожу! — не отступая, с выпяченной грудью молодой мастер бежал только вперёд.

Оба мастера обрадовались, их тела начало раздувать. Может, Шенцзюням для самоликвидации и не требуется подготовки, однако, стремясь достичь наилучшего результата, эти двое решили немного «побеспокоиться».

В следующий момент, когда самодетонация была уже приведена в действие, эти двое с горечью обнаружили, что от их противника не осталось ни тени — он исчез прямо в воздухе…

А самое печальное было то, что они были так ослеплены своей ненавистью, что неосознанно, вслед за Мосе проскользнули в центр оставшейся армии собственных воинов…

И этот взрыв не только не прикончит врага, но и уничтожит большое количество их собственных товарищей!

Ужас…

Они уже никак не могли отменить самодетонацию, было слишком поздно.

Под испуганными взглядами Чужаков два Шенцзюня одновременно испустили ослепительные вспышки света, и в следующий момент землю потряс мощнейший взрыв.

Необходимо иметь в виду, что мощь самодетонации Шенцзюня просто колоссальна!

Посреди густой армии Чужаков вдруг образовалось две огромные чёрные дыры площадью в пять-шесть километров…

Около восьми тысяч Чужаков отправились следом за своими многоуважаемыми старейшинами.

Большое количество Чужаков погибло в полной неразберихе, они были убиты собственными товарищами… Собственными командующими, глубокоуважаемыми командующими…

Как же это печально…

Теперь, за исключением Чуаншаня Бэйдао, все шесть Шенцзюней были ликвидированы. Трое пали от руки Гу Ханя, а остальная часть погибла из-за Цзюня Мосе. Но самая обидная смерть всё же досталась тем двум последним Шенцзюням.

Цзюнь Мосе использовал своё духовное сканирование и подтвердил отсутствие каких-либо могущественных мастеров на территории Чужаков.

Можно сказать, что операция по ликвидации главных сил противника, прошла успешно.

В приподнятом настроении Цзюнь Мосе засвистел, и море огня вдруг снова вспыхнуло — бесчисленное количество Чужаков были тут же выжжены дотла, а густой столб дыма был виден за километр!

Затем последовала следующая волна: на этот раз это было девять огненных драконов, которые, словно феникс, горели сами и попутно сжигали всех вокруг, направляясь в другой конец поля битвы…

После такого зверства молодого мастера отряду Сюн Кайшаня, да и последующему подкреплению уже абсолютно ничего не мешало…

Более половины поля битвы просто превратилось в чистилище.

Цзюнь Мосе вдруг плюхнулся на землю, прямо перед госпожой Дунфан. В руках старой госпожи поблескивал длинный меч, она отсекала головы противникам с таким видом, будто равняла кусты на заднем дворе и была практически полностью в крови Чужаков. Она вдруг улыбнулась и обратилась к Мосе: — Как поживает твоя мать?

Цзюнь Мосе хлопнул в ладони, и несколько десятков Чужаков впереди него внезапно пронзительно завопили, а в следующий миг их тела развалились на части. Это были два огненных дракона. Молодой мастер улыбнулся и со смехом ответил: — В последнее время матушка чувствует себя хорошо. Кажется, она даже прибавила в весе.

Госпожа удовлетворённо улыбнулась, но всё же сделала предупреждение: — Твоя мать… Её состояние очень важно, пусть сейчас ей стало лучше, однако будь к ней внимательнее… Ни в коем случае нельзя… Не позволяй ей думать о том, что случилось в прошлом, — сказав эти слова, старая госпожа тяжело вздохнула.

— Знаю, — с серьёзным видом ответил молодой мастер. Увидев, что люди семьи Дунфан объединились с отрядом Короля журавлей, Цзюнь Мосе сказал: — Я пойду, посмотрю, как обстоят дела в другой стороне, — договорив, он тут же бросился вперёд, а на его пути лишь раздавались ужасные крики, и разлетались трупы врагов.

Неизвестно, что за чудесную технику применял Мосе, но после того, как он проносился мимо, головы Чужаков лопались, как арбузы.

Пожилая госпожа, наблюдая за стремительно отдаляющимся внуком, улыбнулась и сказала: — Похоже, что в этом мире более нет никого, кто бы мог воспротивиться мастерству Мосе… Услышав слова Дунфан Веньцин, все остальные мастера с полным согласием кивнули головами.

Под тщательным и строгим руководством Цзюнь Вуя ситуация на поле боя начала меняться. Видя, что Чужаки терпят поражение, двухголовые твари начали потихоньку отступать.

Исход сражения был очевиден.

Цзюнь Мосе тоже успокоился и окинул взглядом места остальных сражений. Его люди находились в преимущественном положении. Похоже, что после этой битвы можно будет смело двигаться и занимать столицу противника…

Но это требует тщательного подготовленного плана. Раздумывая об этом, молодой мастер повернул свой взгляд в другую сторону и вдруг оторопел. Он резко поспешил туда.

На той стороне глава семьи Гуан — Гуан Донлю вместе со своими подчинёнными оказался в ожесточённом бою. Несмотря на то, что они храбро пришли на помощь, их боевая мощь была значительно хуже, чем у других.

К этому моменту семья Гуан уже понесла большие потери. Ведь их самый сильный мастер — сам Гуан Донлю обладал лишь силой Суань Земли!

Столкнувшись с таким мощным потоком Чужаков даже сам Донлю оказался в большой опасности, так что же говорить об остальных воинах…

Гуан Донлю вместе со своими двумя сыновьями — Гуан Цин По и Гуан Цин Юэ и ещё несколькими десятками людей из семьи Гуан — изо всех сил оказывали противнику сопротивление. Среди них была и женщина в чёрной маске. Под осадой сотен Чужаков, они в любой момент могли потерпеть полное поражение.

Цзюнь Мосе, словно ветер, прилетел на помощь и бросился в окружение противника. Через мгновение снова вспыхнуло чёрное пламя.

Первоначально доминирующие Чужаки вдруг бешено завопили, и их силы стали сокращаться.

Цзюнь Мосе уже оказался перед Гуан Донлю и хотел было что-то сказать, но вдруг почувствовал себя немного неловко.

Гуан Куинхан теперь была его женщиной, так что этот старик был для него самым настоящим тестем. Но… как бы сейчас было не самое подходящее время, чтобы говорить об этом…

— Ты пришёл, — Гуан Донлю выглядел немного удручённо.

Он и сам не понимал, как ему обращаться к Мосе.

Назвать его «Мосе» было бы не очень хорошо… «Зять»? Нет, слишком рано… Может, «Молодой господин»? Да ну, хрень какая-то, какой он мне господин…

Уже весь мир знает, что его дочь спит с этим парнем в одной постели, однако они до сих пор официально не познакомились…

— Да, — откликнулся Цзюнь Мосе. Все Чужаки уже были уничтожены. Пока Гуан Донлю собирался что-то сказать, взгляд молодого мастера упал на женщину в чёрной маске. Его зрачки резко сократились.

— Так это ты! — глаза Цзюня Мосе превратились в два куска льда.

Это была Ю Эр — девушка, однажды пытавшаяся убить Цзюня Мосе, давний враг семьи Цзюнь.

Это была неожиданная встреча!

Люди семьи Гуан в настоящий момент оказывали друг другу помощь. Их тела были запятнаны кровью, очевидно, что все они получили немало травм.

Гуан Цин Юэ был безоглядно влюблён в эту женщину, и Мосе, естественно об этом знал, однако он и подумать не мог, что она появится именно здесь, да ещё и в такое время.

После того, как молодой мастер подвергся нападению, он планировал отомстить обидчице, однако всего за пару дней ей удалось бесследно покинуть Тяньсян. С тех пор о ней не было ничего слышно.

— Верно, это я! — Ю Эр медленно сняла со своего лица чёрную маску и посмотрела на Мосе: — Цзюнь Мосе… Господин Злой Монарх, похоже, что ты очень удивлён? Не ожидал вновь увидеть меня?

Гуан Цин Юэ нервно сделал шаг вперёд и, придерживая Ю Эр, поспешно сказал:

— Ю Эр, не волнуйся, я с тобой, и ничто не сможет нас разлучить!

Лицо девушки дёрнулось, и она про себя подумала: «Если Злой Монарх решит прикончить меня, что же ты сможешь сделать?» — однако она всё же была очень растрогана одержимостью Цин Юэ.

— Оказывается, всё это время ты находилась в семье Гуан, — сказал Цзюнь Мосе, заложив руки за спину. Затем он ненадолго замолчал и тихонько добавил: -Неудивительно, что даже я не смог отыскать тебя. Ты ведь знаешь, что я искал тебя довольно долгое время, а оказывается я тупо искал тень под ярким светом лампы.

Серьёзный тон молодого мастера напряг Цин Юэ и Ю Эр.

Цзюнь Мосе искал её… Почему? Явно не из дружеских чувств, он определенно хотел её убить!

Глава 1252. Понять воздаяние и помочь ближнему

А ведь это может отразиться на всей семье Гуан!

— Да? Тогда я хочу поздравить тебя, ведь ты, наконец, нашёл меня и можешь больше об этом не беспокоиться! — тело молодой девушки дрожало, но она продолжала упрямиться: — Когда-то Цзюнь Чжан Тиан уже перерезал всю мою семью, оставив в живых лишь меня. А сейчас ты, его внук, хочешь убить меня? Так сказать, избавиться от последующих жизненных осложнений?

— Нет! — громко закричал Гуан Цин Юэ и резко повернулся к Цзюню Мосе: -Господин Цзюнь… Умоляю! Пожалуйста, пощади её! Пощади Ю Эр! Она — мой самый любимый человек на земле! Если её не станет… Мне… Мне больше будет незачем жить!

Его тело дрожало, как и губы, а глаза излучали полное отчаяние. Он отчётливо увидел во взгляде Цзюня Мосе замысел убийства и закричал:

— Молодой господин Цзюнь, ты ведь возлюбленный моей старшей сестры! Неужели ты лишишь своего шурина счастья? Умоляю тебя…

Цзюнь Мосе был потрясён. Нужно отметить, что Гуан Цин Юэ сказал эти слова как раз вовремя.

Причина, по которой Цзюнь Мосе не мог смириться с Ю Эр, заключалась в том, что у этой девушки было слишком много отрицательных намерений в отношении семьи Цзюнь. Даже сейчас ненависть к семье Цзюнь в её взгляде нисколько не уменьшилась!

— Ю Эр, кто твой отец? Кто твой дедушка? Почему у тебя такая глубокая ненависть к семье Цзюнь? Я уверен, что мой дедушка не стал бы убивать невиновных. Если бы ты могла рассказать мне правду, то я бы помог тебе вернуть справедливость!

— медленно спросил Цзюнь Мосе и легонько вздохнул.

— Стала бы я понапрасну обвинять твоего деда? Мой дедушка — Чу Те Чен, был генералом империи Да Янь! Во время становления Таньсян твой дед, Цзюнь Чжан Тиан повёл свои войска против империи Да Янь, и мой дед, потерпев поражение, был жестоко убит его рукой! — Ю Эр посмотрела на Мосе глазами полными слёз: — Империя Да Янь пала, а мой отец — Чу Чан Фэн, взяв всю свою семью, посвятил себя службе Юй Тану. А в войне с Чжань By Хи все солдаты, воевавшие за империю Юй Тан, были убиты! Дедушка и отец погибли, и семья Чу осталась без какой-либо опоры. За одну ночь весь наш род был порабощён семьей Юй Тан. Я же бежала в Тяньсян ради мести! Во всех несчастьях моей семьи виновна лишь семья Цзюнь! Весь твой дом — это кровожадные палачи!

Цзюнь Мосе холодно усмехнулся: — Мой дед действительно потерял рассудок и сотворил такой ужас! Твоя так называемая ненависть — это смерть твоего отца и дедушки на поле боя, ты просто решила свалить все несчастья своей семьи на мою?! Ведь юная леди именно это имеет в виду, верно? Судя по твоим словам, если бы мой дед и отец в то время не одержали победу, то оказали бы твоей семье великую милость, не так ли? Разве семья Цзюнь не была бы уничтожена, потерпи мой дед поражение?!

Ю Эр вдруг оцепенела. Из-за поражения своей семьи ей с самого детства приходилось много скитаться и выносить немало трудностей. Она уже давно свалила все свои несчастья на семью Цзюнь, считая её главным виновником своей несчастной судьбы, и никогда не смотрела на всю ситуацию с другой стороны. Но услышав сегодняшние вопросы Мосе, Ю Эр просто не знала, как на них реагировать!

Цзюнь Мосе добавил: — Ха-ха… Твой ненавистный тон действительно очень мощный, но судя из твоих слов, получается, что у моей семьи Цзюнь куча врагов по всему миру? Наши предки поколениями сражались и умирали на поле боя! Если бы семьи всех погибших захотели отомстить… То у крошечной семьи Цзюнь просто бы не хватило голов, чтобы рассчитаться со всей этой местью! Как же смешно! После сегодняшней битвы на одну пару окровавленных рук станет больше — сегодня я убил невероятно огромное количество Чужаков, около сотни тысяч, не меньше! Наверняка, и они хотят мне отомстить, ведь я по сути разрушил их грандиозные планы по вторжению на материк Суань!

Цзюнь Мосе прежде и сам не знал, что скрывалось за так называемой лютой ненавистью Ю Эр. Может, для неё всё было действительно невыносимо, однако для Цзюня Мосе всё казалось довольно смехотворным.

Это действительно смешно!

Долг любого солдата — защищать свою родину, и смерть на поле боя должна быть последней и лучшей целью любого воина. Если бы семья каждого погибшего генерала отправлялась на поиски враждующих военачальников, то в мире начался бы дичайший хаос… Между воинами никогда не было никакой вражды!

У них просто на просто разные точки зрения!

Только и всего!

Гуан Цин Юэ крепко схватил Ю Эр за руку и начал нервно что-то объяснять: -Цзюнь Мосе… Зять, послушай меня, всё это время я уговаривал её… Ю Эр уже оставила часть своей ненависти! Зять, прошу, поверь мне, пока Ю Эр со мной, она никогда не навредит семье Цзюнь!

Гуан Цин Юэ очень нервничал и продолжал без умолку называть Мосе своим зятем.

Будучи схваченной за руку, Ю Эр всё ещё выглядела слегка недовольной, однако она больше не сопротивлялась. Цзюнь Мосе донёс до неё свои мысли довольно ясно.

— Ты обещаешь?Ты можешь мне это гарантировать?! Если я уж решился рубить под корень, то, как я могу не убить её? — с серьёзным видом спросил Мосе. Однако, когда он произносил эти слова, на его душе уже полностью отсутствовало намерение убийства. Ненависть Юэ Эр, казалось, была невыносимой, но на самом деле, это было просто сложенное мнение маленькой девочки.

Мысль о гибели семьи Чу до сих пор помогала ей оставаться в живых.

«Если рухнет эта вера маленькой девочки, боюсь, вместе с ней рухнет и Ю Эр».

Главная причина, по которой Цзюнь Мосе не стал её убивать, заключается вовсе не в том, что Ю Эр является женщиной его шурина… И не в том, что он хотел выразить ему своё уважение… На самом деле всё гораздо проще — Мосе не стал убивать Ю Эр, потому что она была слишком слаба… слишком…

На данный момент её силы даже не достигли уровня Золотой Суань. Даже если самый слабый член семьи Цзюнь будет неподвижно стоять напротив Ю Эр, то она скорее умрет от изнеможения, чем сможет срубить с него хотя бы один волосок.

Коварные хитросплетениями действительно можно одолеть мастера, однако и тут имеется свой предел. Против супер сильного мастера любая махинация выйдет не больше обычной шутки.

Цзюнь Мосе всегда был довольно реалистичным малым: в настоящее время семья Цзюнь обладает статусом могущественной силы, и девчонка вроде Ю Эр для молодого мастера не лучше мелкого муравьишки, он вообще не обращает на неё никакого внимания.

— Если ты действительно собираешься её убить, то лучше убей меня! — стиснув зубы, сказал Гуан Цин Юэ: — Если же не можешь убить меня вместо неё, тогда убей нас обоих, чтобы мы смогли отправиться в Загробный мир вместе!

Закончив говорить, Гуан Цин Юэ прикусил губу до крови. Однако он не стал её вытирать и, не сводя глаз с Цзюня Мосе, опустился на колени!

— Цин Юэ! — воскликнула Ю Эр, и опечаленно посмотрела на него. Она не могла произнести ни слова.

Именно этот человек преследовал её по пятам и никогда не менялся. Он не изменял своего первоначального намерения. Этот дурак делал всё возможное, чтобы угодить ей, хоть она и относилась к нему с полным пренебрежением.

Чтобы отомстить семье Цзюнь, Ю Эр намеренно сблизилась с Цин Юэ и использовала его, но тот даже ничего не подозревал. Получив необходимую для себя информацию, она молча покинула Тяньсян, но Цин Юэ ничего не сказал. Позже, снова увидев Ю Эр в Тяньсян, он был по-прежнему ослеплён любовью к этой девушке.

После того, как её замыслы были раскрыты Цзюнем Мосе, Ю Эр была вынуждена бежать из города Тяньсян, однако с такими могущественными силами семьи Цзюнь в мире не было места, где бы она смогла надёжно укрыться. Именно в этот момент в жизни Ю Эр снова появился Гуан Цин Юэ, который был готов противостоять собственному роду, чтобы защитить её. Впоследствии он не раз был избит собственным отцом, но все равно ни о чём не сожалел.

И сегодня, опять же ради неё, этот парнишка встал перед сильнейшим врагом с непреодолимой силой, отбросил в сторону собственное мужское достоинство, лишь бы заступиться за возлюбленную. Он был готов отдать свою жизнь в обмен на прощение Ю Эр. В противном случае Цин Юэ был готов умереть вслед за своей любовью!

Сколько мужчин на этом свете имеют настолько чистое сердце?

«Почему мне всё время чего-то не достаточно? Почему я раньше никогда не замечала такую искренность?! Неужели я действительно слепа?»

В этот момент, покрытое пылью сердце Ю Эр было разбужено одержимой страстью Цин Юэ.

Гуан Донл тяжело вздохнул, и, слегка заикаясь, сказал: — Молодой мастер

Цзюнь… Мы действительно виноваты перед семьей Цзюнь… Цин Юэ так одержим своей любовью… Я просто не мог ничего поделать… Сейчас лучше ненадолго отложить этот вопрос, мы всё-таки прибыли сюда, чтобы оказать поддержку союзной армии. Если нам удастся ещё раз встретиться, то мы хорошенько всё объясним, а если уж не увидимся, то, значит, все члены нашей семьи пали героями на поле боя…

Гуан Цин Бо бросил взгляд на своего отца, который так переживал за своего одержимого любовью сыночка — его взгляд был презрительным… Цзюнь Мосе слегка кивнул головой и сказал:

— Цин Юэ, ты действительно хочешь умереть за неё? Хорошо, раз уж ты сам открыл рот, то я пощажу её, взамен на твою жизнь. Мне будет достаточно одной жизни, неважно, её или же твоя — сойдёт любая!

В одно мгновение все вокруг переменились в лицах и стали про себя гневно ругать Мосе за такую бесчеловечность.

Но Гуан Цин Юэ вдруг вскочил и радостно воскликнул: — Это правда?

— Слова человека — это вера! Я, Цзюнь Мосе, никогда не шучу о таких вещах, -спокойно сказал Цзюнь Мосе. Посмотрев на Цин Юэ, можно суверенностью сказать, что любовь уже просочилась уже даже в его костный мозг…

Глава 1253. Оказывается, это любовь! Чувство, которое помогло ему прорваться!

Гуан Цин Юэ выглядел спокойным. Он улыбнулся, вздохнул с облегчением, вышел вперёд и сказал: — Спасибо за твою помощь. Я надеюсь, что ты не забудешь то, что я сказал тебе. Когда-то Ю Эр обидела тебя, прошу… будь снисходительнее!

В этот момент он беспокоился только о будущем Ю Эр.

— Не надо! — Ю Эр тяжело вздохнула, и внезапно по её щекам потекли слёзы. Она встала перед Гуан Цин Юэ и, безумно глядя на Цзюня Мосе, крикнула: — Цзюнь Мосе, если ты хочешь отомстить, мсти мне! Во всём виновата я, а Гуан Цин Юэ не имеет к этому никакого отношения. Я отдам тебе свою жизнь! Он невиновен! Между нами ничего нет… Я не имею к нему никакого отношения!

Ю Эр раскинула руки, защищая Гуан Цин Юэ, словно орёл, отчаянно защищающий своего раненого товарища. На её лице выражалась тревога, отчаяние и растерянность, она совершенно не знала, что делать!

В этот момент она почувствовала боль в сердце. Когда Гуан Цин Юэ сделала шаг вперёд, ей показалось, что весь мир померк! Тогда она поняла, что в этом мире есть лишь один человек, ради которого она готова на всё!

Но почему, она не поняла этого раньше?!

Она, наконец, поняла Гуан Цин Юэ!

Потому что сейчас находилась в такой же ситуации. Она была готова пожертвовать своей жизнью, лишь бы Гуан Цин Юэ остался жив!

Оказалось, что он всегда любил её так сильно, так отчаянно, а она… она не понимала этого до сих пор и не ценила его настоящую любовь. Однако, в момент, когда она всё это осознала, им предстояло расстаться навсегда…

«Почему я не поняла свои чувства раньше? Как бы я отомстила, если бы узнала об этом раньше? Что может быть важнее, чем бесконечная любовь друг к другу?»

Легко найти груду бесценных сокровищ, трудно найти мужчин, имеющих душу

Это выражение передаётся из уст в уста в течение десяти тысяч лет. Почему раньше она о нём не задумывалась? Более того, так называемая «вражда»… это просто война двух государств.

Почему люди всегда хотят вернуться в прошлое и что-то изменить?

В этот момент сердце Ю Эр обливалось кровью от сожалений…

Глядя на Гуан Цин Юэ с раскаянием, из её глаз покатились слёзы, словно жемчужины, но она по-прежнему смотрела на него… раньше она была ослеплена враждой, но в данный момент она будто прозрела…

«Пусть лучше я умру, чем он… Но все же я хотела бы провести с ним больше времени, нежно глядя ему в глаза. Тогда я не буду такой равнодушной, как раньше…»

Они какое-то время смотрели друг на друга…

— Ты же понимаешь, что я уже дал слово? Я должен убить его! А потом я от тебя отстану! Ты же этого хочешь?

— Не хочу, — одними губами выдохнула девушка.

Несколько томительных минут, кажущихся вечностью, она ждала удара мечом, но ничего не происходило.

— Кхэ-кхэ! — Гуан Донлю несколько раз кашлянул, а потом, притворяясь недовольным, сказал: — Ну и что вы встали, как столбы? Он уже ушёл…

Гуан Цин Бо тихо рассмеялся и сказал: — Что вы двое устроили? Занимайтесь этими вещами дома за закрытыми дверями…

Ю Эр и Гуан Цин Юэ подняли глаза и увидели, что Гуан Донлю и Гуан Цин Бо смотрят на них с улыбкой. Они обернулись и поняли: молодой мастер Цзюнь уже исчез.

Они лишь увидели где-то вдали его фигуру, которая как молния, приближалась к Чужакам. Лишь ветер, кажется, принёс его фразу: «Так и запишем: Ю Эр, отказалась»

— Почему он ушёл? Он не… он нас отпустил? — удивлённо закричал Гуан Цин Юе.

— Глупости! Неужели ты до сих пор думаешь, что он действительно хотел убить вас? — Гуан Донлю посмотрел на него, потерявшего дар речи. Хотя Цзюнь Мосе только что говорил очень серьёзно, но…

Это смешно…

— Правда? Хаха, как хорошо… Ю Эр, Ю Эр, тебе не нужно умирать! И мне тоже! Никто не должен умирать. Если бы я умер, то больше никогда тебя не увидел… ха-ха… — Гуан Цин Юе, как дурак громко кричал от радости. Он хотел крепко обнять и закружить Ю Эр от восторга, но не осмелился и лишь глупо хихикал, почесывая голову.

— Дурень… — Ю Эр посмотрела на него со слезами на глазах, внутри у неё всё дрожало, и она тихонько взяла его за руку… Всё это время он беспокоился не о том, что умрёт, а что больше не увидит её…

— Ю Эр… я… я… — он почувствовал её маленькую ладонь в своих руках. Гуан Цин Юе не знал, что делать. Он опустил голову, замер, а затем затряс её руку, чуть не оторвав. Заволновавшись, он вытянул руки и крепко сжал её маленькую руку. Он продолжал глупо улыбаться с красным лицом.

Его лицо налилось кровью не от стеснения, а от волнения…

— Какой же ты кретин, хаха! — разразился смехом Гуан Цин Бо. Ю Эр, которая прикоснулась к руке Гуан Цин Юэ, не сдержалась от улыбки из-за прилива нежности.

— Цин Юэ, честно говоря, мне не очень нравятся твои чувства… Но, как старший брат, я желаю тебе счастья, — серьёзно сказал Гуан Цин Бо. В этот момент, чувствуя атмосферу, он поделился своими мыслями: — Брат, у тебя есть такая прекрасная девушка, теперь ты не станешь оспаривать мою власть? Один из братьев одержим чувствами, а второй — стремлением к власти. Теперь они могли говорить об этом открыто, тем не менее, их отец Гуан Донлю даже не осмеливался думать о такой ситуации.

Потому что это означает, что два брата больше никогда не будут грызться между собой.

— Что ты такое говоришь, я никогда не оспаривал и не собирался оспаривать твою власть. Я не буду заниматься делами семьи, даже если ты этого захочешь… Разве место главы семьи важнее, чем моя любовь к Ю Эр? — пренебрежительно сказал Гуан Цин Юэ, крепко сжимая ладонь Ю Эр.

— Ты… малолетний долбодятел! Что за чушь ты несёшь! — сердито закричал Гуан Донлю.

Разве это не лучший исход событий?

Ю Эр опустила голову от стыда и внезапно почувствовала в своем сердце радость и спокойствие.

«Оказывается, это счастье, о котором я мечтала …»

Размышляя об этом, она подняла голову и закричала в сторону Цзюнь Мосе: -Цзюнь! Можешь быть спокоен, я не буду тебе мстить!

Издалека послышался смех Цзюня Мосе.

— Девчонка, ты такая глупая! Неужели ты думаешь, что можешь сводить счёты со Злым Монархом? Даже если он не будет тебе сопротивляться… Кому ты вообще можешь отомстить? — усмехнулся Гуан Донлю, и все засмеялись.

Ю Эр немного покраснела, но не смогла удержаться от смеха.

В это время во время сражения Цзюнь Мосе вдруг понял: «Оказывается, это любовь! Это чувство… Любовь может погубить человека или направить на праведный путь! Может сделать человека демоном или святым! Любовь… Вот что значит любовь!»

«С востока проглядывает солнце, на западе — дождь! На словах непогода — и всё же ясно!» (примечание переводчика: означает — на словах нет чувств, но они есть)

Цзюнь Мосе в этот момент вдруг всё осознал, многочисленные противоречия внезапно исчезли из его сердца и разума…

Он просто почувствовал полную гармонию в душе и словно оказался на седьмом небе от счастья!

Цзюнь Мосе страшно закричал, внезапно взлетел и взмахнул руками. Слева появился «огненный дракон», а справа нахлынул пронизывающий до костей туман, все Чужаки перед ним застыли в ледяные фигуры!

В этот критический момент он снова совершил прорыв!

Более того, это не только прорыв в культивировании природных сил, но и прорыв в настроении и состоянии!

Этому способствовали чувства, мучившие всех героев с древних времен до современности!

Прорыв этого уровня напрямую поднял душевное состояние Цзюня Мосе!

Не только Цзюнь Мосе был в восторге из-за ещё одного удивительного прорыва, но и Башня Хунцзюнь радовалась успеху хозяина. Кажется, что она ждала этот день очень долго!

В начале прорыва густой пурпурный дым, наполняющий Башню Хунцзюнь, внезапно взволновался, образовал пурпурный вихрь и влился в каналы Цзюня Мосе…

На этот раз пурпурный дым проник в него очень быстро.

По случайному совпадению, устойчивость меридианов Цзюня Мосе в этот момент увеличилась в тысячу раз. Дым двигался по каналам, как будто сотни рек, впадающие в океан, а он поглощал энергию, как кровожадный и прожорливый кашалот!

Во время процесса культивации в даньтянь зарождался мир, который расширялся в миллиарды раз в мгновение ока и становился необозримым!

В этот момент этот замкнутый мирок действительно становился миром! Хотя там всё ещё не было солнца, луны, звёзд, гор, рек, но это действительно был мир!

Сформировавшийся мир совершенно отличался от того, что было до этого! Любой мог увидеть ясное голубое небо над головой и тёмную, плотную землю под ногами!

Можно сказать, что мир был создан первозданным хаосом!

Благодаря развитию процесса культивации, самосовершенствование Цзюня Мосе достигло вершины седьмого уровня! Он делал огромные успехи с помощью своей личной силы!

Цзюнь Мосе пребывал в эйфории из-за своего удивительного прогресса. Он был очень взволнован, смеялся, парил в воздухе, как фея, а затем вдруг закричал: -Сплотитесь воедино, истребите этих Чужаков! Уничтожьте их решительно и бесповоротно, не щадите никого. Пусть в мире наступит спокойствие!

Союзные армии уже заняли выигрышное положение на континенте!

Цзюнь Вуи услышал зов своего племянника и отдал приказ Дугу Цзун Хэну и Мурон Фэн Юню, которые уже давно были готовы, выводить многочисленную армию на поле битвы! И сокрушить Чужаков!

Разбить их в пух и прах!

Глава 1254. Седьмой уровень! Сила грозы!

Хотя Чужаки сражались довольно отважно, и нисколько не боялись смерти, шесть из семи их предводителей были уже убиты. Можно сказать, что армия Чужаков осталась без руководства, и там творился настоящий хаос.

Со стороны материка непрерывно поступали новые подкрепления солдат, против которых уже не действовала тактика атаки «людскими потоками», воины Тянь Фа сильно превосходили Чужаков по силам, а их численное превосходство больше не имело особого преимущества… Сейчас армия Чужаков находилась в крайне невыгодном положении!

Несмотря на то, что какая-то часть Чужаков продолжала отчаянно сражаться, некоторые из них уже испуганно озирались по сторонам, готовясь к тому, чтобы при первой же способности быстро и ловко улизнуть.

Однако в целом говоря армия Чужаков ещё не была полностью разбита.

Боевая остановка по-прежнему оставалась крайне ожесточённой!

Число раненых и погибших у той и у другой стороны неустанно продолжало расти!

Мэй Сюэ Янь в своих белоснежных одеждах особенно привлекала к себе внимание. Её сверкающий меч, словно дикий ветер, ломающий стебли пшеницы, отрубал вражеские головы, при этом её платье оставалось кристально-чистым. Даже случайные капли крови отскакивали от подола её платья, не оставляя ни единого следа.

Мечи Чужаков без остановки ударяли её, но Мэй Сюэ Янь словно совершенно не чувствовала этого, на её платье даже не видно было складок от соприкосновения с лезвиями вражеских мечей, не говоря уже о травмах или ранениях! Даже удары великих Тянь Жэней абсолютно не действовали на неё!

Нефритовый шёлк!

Сейчас Мэй Сюэ Янь поняла, что её платье было изготовлено из одного из самых драгоценных материалов в мире!

Он не только был водонепроницаемым, огнеупорным и непробиваемым, но и даже оружие мастера уровня Шенцзюнь не могло оставить ни единого следа на нём!

Вспомнив тот момент, когда Цзюнь Мосе вручил ей это платье перед битвой, у Мэй Сюэ Янь стало тепло на душе. Хотя ожесточённая битва не утихала ни на секунду, её сердце было наполнено любовью и заботой её любимого человека.

Таким способом Мосе хотел показать Мэй Сюэ Янь свою заботу… Бесценное сокровище, которое сможет сохранить жизнь его драгоценной возлюбленной, которая для него дороже всех сокровищ в этом мире!

Сейчас на поле боя творился настоящий хаос. Цзюнь Мосе нахмурил брови. После своего прорыва процесс культивации тоже расширил свои возможности: вдруг с неба начали падать бесчисленные чёрные хлопья!

Чёрные хлопья, заставившие Чужаков страдать, были ничем иным, как пламенем первозданного хаоса!

После очередного прорыва, Мосе ещё не знал, насколько увеличилась его духовная сила, однако он восторженно обнаружил, что пламя первозданного хаоса всецело вернулось под его контроль, ему больше не требовалась помощь Башни! Цзюнь Мосе и мечтать не мог о подобном!

До этого он не рассчитывал, что сможет осуществить задуманное, но сейчас, благодаря своему точному управлению над тёмным пламенем, оно двигалось как раз на тошнотворные головы Чужаков, уже без малейшей погрешности.

Даже несмотря на медленную скорость движения огня, много ли Чужаков могло спастись в условиях такой беспорядочной и ожесточённой битвы?

Бесчисленные пронзительные крики о помощи наполнили воздух.

Цзюнь Мосе бесчувственно усмехнулся, и снова поддал огня, почувствовав некое головокружение. Врата седьмого этажа Башни громко распахнулись, и у него в голове пронеслись золочённые иероглифы.

«Мир едва раскрылся, тайна первозданного хаоса; все пять стихий слились воедино, объединив свои усилия; оборот инь и ян, круговорот перерождений; небесная высь грохочет и гремит, восемь сторон света отступили в испуге; душа достигла внутреннего просветления, воля неба, моя воля…»

Цзюнь Мосе невольно испугался. Он только вошёл в Башню, чтобы посмотреть, какую новую силу даровал ему седьмой этаж, как вдруг услышал страшный грохот, который раздался прямиком с седьмого этажа Башни, внезапно оттуда вылетела зигзагообразная вспышка молнии, и тотчас же прошмыгнула в самую глубь его души!

После того, как вспышка резко сверкнула, Цзюня Мосе осенило: в этот раз он овладел силой молнии, о которой он так давно мечтал!

Сила молнии — одна из самых опасных и жестоких природных сил, сила, заставляющая людей испытывать дикий ужас!

Башня Хунцзюнь накопила большое количество энергии от бедственных ударов во время прорывов, и сейчас перенесла всю эту энергию в маленький мирок Цзюня Мосе!

Цзюнь Мосе был рад: силам Чужаков грозило поражение, некоторая часть солдат постепенно выбирало спасение бегством, союзные армии материка с упорством преследовали их, ожесточённый бой так и не утихал. Несмотря на большие потери, сейчас их оставалось более ста тысяч, однако они уже полностью утратили желание сражаться. Стоит одному броситься в бегство, и за ним последуют все остальные, сейчас действительность была такова.

Армия врага была разбита, как рухнувшая гора!

Цзюнь Мосе решил опробовать свою новую силу молнии, его белоснежный силуэт вспорхнул в воздух, и поравнявшись с ними, он закричал: — Дайте-ка мне!

Он встряхнул обеими руками, его тело дрогнуло, внезапно послышался страшный раскат грома, и появилась ослепительно яркая вспышка молнии!

Это был всего лишь пробный удар, его мощность была ниже бедственного удара, приходящегося на прорыв Почтенного мастера! Не менее тысячи Чужаков превратились в кучу пепла от удара этой молнии! Ни один Чужак не в силах спастись от удара подобной мощности!

Свалившийся как снег на голову удар грома заставил всех присутствующих Чужаков по-настоящему дрожать от страха!

Все сто тысяч Чужаков подняли разом глаза к небу, никто из них и предположить не мог, что на этом безоблачном небе может вдруг разразится такая страшная гроза, и тем более, что из-за нее погибнет столько их сородичей!

Все испуганно оглядывались по сторонам, а Мосе яростно закричал: — Да разразятся небеса!

На землю с грохотом рухнул сверкающий шар из молниё. И вслед за этим Цзюнь Мосе произнёс непрерывную череду выкриков:

— Да раздастся раскат грома на всю Поднебесную!

— Гром, заставивший весь мир вздрогнуть!

— Безумный и яростный гром!

— Неистовый гром, уничтожающий все вокруг!

А дальше Цзюнь Мосе ловко метал электрические разряды, цвет которых уже становился сиреневым! Сила, которой они обладали, была по истине чудовищной! От первого и до последнего разряда прошли считанные минуты, тем не менее из ста тысяч Чужаков в живых остались жалкие двадцать тысяч!

Многочисленная армия Чужаков под действием чудовищных ударов молнии превратилась в пепел!

Оставшиеся солдаты были так сильно напуганы, чтобы были даже не в силах бросится наутёк. У всех них были мертвенно-бледные лица и дрожащие от страха губы. Они разбежались в разные стороны, что ни разряды молнии, ни пламя первозданного хаоса не могли достать их.

— С этими жалкими ублюдками уже все кончено, поднажмите и скорее добейте оставшихся в живых! Уничтожьте их всех, до одного! Раз и навсегда! — Цзюнь Мосе висел в пустоте, и отдал приказ.

— Есть! — ответили хором солдаты союзных армий.

В эту минуту Злой Монарх озарялся ярким светом, и напоминал собой настоящее божество!

Нет, не так! Цзюнь Мосе был полубогом!

«Оказывается, нам помогает сам настоящий полубог, он не только владеет удивительной магией огня, но и может контролировать гром и молнию!» Произошедшие чудеса оказали удивительное впечатление на силы союзных армий материка, бойцы заметно приободрились!

Теперь даже те, кто был ранен, стали подниматься со своих мест, их тела наполнились неописуемой силой и бодростью!

Исход битвы был очевиден!

И как раз в этот момент откуда-то издалека раздался необычайно громкий грохот!

После этого щебень и камни, лежащие на земле, стали шумно подпрыгивать вверх, на месте разрушенной горы Тяньчжу снова возникли какие-то колебания, обломки горной породы разлетались в разные стороны, из нескольких уже прекративших извержение вулканов, вновь показался чёрный дым!

Внезапно возникшая вибрация достигла таких пугающих размахов!

Хотя этот источник этого грохота находился по крайне мере в полутысяче километров от места сражения!

Расстояние было настолько велико, но почему же эффект был таким пугающим?!

Цзюнь Мосе нахмурил брови, и уставился вдаль, думаю про себя:

«В том самом направлении удалился Четырнадцатый Шао! Неужто что-то случилось? Этот безумец способен на нечто подобное…»

— Всем приступить к очистке поля боя, займитесь ранеными, а я пойду посмотрю, что там происходит, — сказал Цзюнь Мосе, и его силуэт исчез из поля зрения.

Цзюнь Мосе ускорился, и увидел вдалеке тёмный силуэт, который слился воедино с дьявольской ци из подземного мира, коротая стремительно застилала собой все вокруг!

Позади он увидел два силуэта, он неуклонно двигался за ними, но в двух сотнях километров от горы Тяньжчу он резко остановился.

— Шао из подземного мира! Раз у тебя хватает смелости убивать людей, так имей мужество сражаться до конца, а не трусливо отступать! — раздался чей-то негодующий голос: — Ты так наплевательски относишься к законам Цзянху? У тебя совсем нет никакой твёрдости характера, чтобы называться потомком Первого Шао, ты, жалкий трус!

Впереди колебалась дьявольская ци, а потом прозвучал холодный голос:

— Да срать я хотел на твои законы! Ты за дурака меня держишь? Что-то вы, три боевых пидараса, не вспоминали о законах Цзянху, когда нападали на меня? Если были бы соблюдены все нормы и правила, и мы бы сражались по одиночке, я бы с лёгкостью прикончил каждого из вас, дрочилы! Ублюдок, мать твою! Сейчас получил пиздюлей, и сразу же заговорил о законах? Если ты так уверен в себе, так давай, вперёд, я с радостью поговорю с тобой о законах!

Голос сильно ругался, и не думал останавливаться, наоборот ускоряясь.

По голосу было понятно, что Четырнадцатый Шао находился в ярости…

— Хорошо! Хорошо сказано! А ругательства просто прелесть! — Цзюнь Мосе появился перед Четырнадцатым Шао, с большим улыбающимся лицом: — Никогда бы не подумал, что брат Четырнадцатый Шао так мастерски умеет ругаться! Я прямо восхищён!

— Иди ты на х… к чёрту со своими восхищениями! — Четырнадцатый Шао, с взъерошенными волосами на голове, и полностью разодранной одеждой, выругался: — Эти сучьи шенцзюни! Они обманули меня, сказали, что там меня ждёт дуэль с каким-то мудрецом, а тут меня поджидали три Баньшэна! Эти три чёрта хотели убить меня… если бы не мои умения, я бы точно угодил в их ловушку!

Глава 1255. Злые подвиги, неужели это про него?

— Баньшэн? Все трое Баньшэны? — у Цзюня Мосе свело ноги от страха. Твою же мать, даже уровень совершенствования безумного Чжаня был равен силе одного Баньшэна, а тут сразу, если так можно выразиться, целых три безумных Чжаня!

В прошлый раз Чжань Лунь Хуай был не в форме, но несмотря на это был не так уж и сговорчив, а эти трое были в идеальном состоянии?!

— Сейчас уже нет, их осталось двое, — Четырнадцатый Шао часто дышал, а потом сплюнул: — Впервые за несколько тысяч лет мне пришлось из кожи вон лезть, чтобы спасти свою задницу, блядь! У меня правда не было другого выбора… Но я всё-таки смог прикончить одного из них. Этот подлец решился на самоликвидацию, я чуть почти не допустил невообразимую оплошность, задев его спиной…

На лбу у Мосе выступил холодный пот. Оказывается, источником этого ужасного грохота была самоликвидация Баньшэна! Если на таком далёком расстоянии грохот был настолько заметен, Четырнадцатый Шао, находившийся в эпицентре взрыва, наверняка, получил нешуточные ранения?

— Размышлять времени не было, и мне пришлось не сладко. Все внутренние органы смещены, — Четырнадцатый Шао, тяжело дыша, стал рассказывать Цзюню Мосе, испугавшись, что он может неверно оценить обстановку: — Сейчас я чувствую себя нормально, но справиться с Баньшэном, скорей всего, не смогу. Мальчонка, я понимаю, ты прорвался, твои силы увеличились, но подумай хорошенько: если поступишь импульсивно и необдуманно, эти два старых подлеца смастерят из тебя начинку для пельменей, и тогда уже думать будет совсем нечем.

Цзюнь Мосе закатил глаза, и с пренебрежением произнёс:

— Ты думаешь, я — как ты, что ли? Такой же тупой?

Одна фраза и, кажется, внутренние органы Четырнадцатого Шао сдвинулись повторно…

— На, выпей-ка, живо эту таблетку, — Цзюнь Мосе быстро протянул ему таблетку исцеления: — Посмотрим, насколько ты сможешь восстановиться. Давай, поторопись.

Четырнадцатый Шао обошёлся без долгих расспросов, и сразу же приступил к делу: он повернул шею, взмахнул рукой, и в воздухе тут же появилась чайная кружка, зажурчала вода, и чашка наполнилась. Таблетка ловко раскрошилась в его пальцах, и он быстро опрокинул чашку с водой.

«Вот это серьёзный настрой, даже про воду не забыл», — подумал про себя Цзюнь Мосе.

Вдруг Четырнадцатый Шао повернул голову, и его глаза просияли:

— Э, а какое это лекарство?

— Есть эффект? — спросил в ответ Цзюнь Мосе.

— Да, потрясающий! В один миг состояние моих внутренних органов заметно улучшилось, а истинная Ци восстановилась почти на шестьдесят процентов! Сказочная таблетка, откуда такой удивительный эффект?

Четырнадцатый Шао был очень сильно удивлён, у него не было привычки пользоваться чудодейственными лекарствами. Все полученные травмы он залечивал самостоятельно, либо же с помощью дьявольской Ци из подземного мира.

А сейчас стоило ему выпить крошечную таблетку, как он моментально смог восстановить свои силы, вот это чудеса.

— Если выпить ещё одну, то можно полностью восстановиться! — облизывая губы, добавил Четырнадцатый Шао.

Обнаружив, что исцеляющая таблетка сработала, Мосе с облегчением выдохнул, но услышав следующие слова Четырнадцатого Шао, невольно скривил рот в недовольной гримасе:

— Если выпить ещё одну, то, за исключением того, что в твоём желудке появиться ещё одна таблетка, никакого эффекта не произойдёт. Это лекарство обладает удивительным лечебным эффектом, и, разумеется, у него есть свои ограничения, в месяц можно употреблять только одну таблетку. Если выпить ещё — эффекта не будет. Ты ведь всё-таки старше меня, должен знать об этом, или у тебя совсем узкий кругозор!

— Ты, мальчишка… говоришь верно… — Четырнадцатый Шао не обиделся на замечание Цзюня Мосе, а наоборот прозрел: — Чудесные лекарства всегда имеют какие-то ограничения, я просто был очень впечатлён, и поэтому забыл об этом факте. Верно, мой кругозор узковат…

— Эм, а те два мудреца-Чужака… почему они ещё не здесь? Неужто они видели, что ты восстановился? Разве их зрительные способности настолько высоки? -надув губы, спросил Цзюнь Мосе, смотря на стоящих в пятидесяти метрах от них двух Чужаков.

— Какие к чёрту там зрительные способности? Ты правда считаешь, что они вдруг испугались? Я думаю, что здесь находится линия границы, которую установил ещё Первый Шао. При всём желании они не могут пересечь её, и поэтому не подходят, — Четырнадцатый и Первый Шао имели неразрывную связь, поэтому Четырнадцатый Шао смог заметить эту пограничную линию, и сразу понял, в чем тут дело.

— Вот оно что. Тогда противостояние можно вполне легко решить, — сказал Мосе.

Хотя Цзюнь Мосе совершил прорыв, он не знал, насколько он продвинулся, и какой уровень его силы в данный момент, а его соперники — мастера уровня Баньшэн, тем более их целых два. Если он не справится с ними, это серьёзная проблема… Но услышав, что они не могут попасть сюда, он сразу же расслабился.

Позади послышался вой ветра, предводитель Чужаков, Чуаньшан Бэйдао, тяжело дыша, только подоспел. Несмотря на то, что он был Шенцюнем четвёртой ступени, уровень его сил намного уступал Четырнадцатому Шао и двум мудрецам-Чужакам, поэтому он догнал их только сейчас.

Сразу же заметив Мосе, он невольно замер, и спросил: — Ты… а ты почему здесь?

На душе у него появилось плохое предчувствие. — Почему я здесь? Там твоя стотысячная армия немножко обосралась, а тут -парочка пока ещё живых Чужаков. Если там все Чужаки полностью уничтожены, где же я, по-твоему, ещё должен быть, как не здесь? — Цзюнь Мосе фыркнул, и с улыбкой на лице произнёс.

— Это невозможно! Ты обманываешь меня! — закричал Чуаньшан Бэйдао: — Моя армия сильна, а численность её колоссальна, как она так быстро могла потерпеть поражение? — намеренно или случайно, но Чуаньшан проигнорировал слова Цзюнь Мосе про «полностью уничтожена».

Потому что, по его мнению, так говорить было крайне безосновательно.

«Потерпеть поражение», хотя смысл этих выражений мало чем отличался, но всё же для него разница существовала.

«Полностью уничтожена… Кем ты себя вообразил вообще? Убить одного, двух, несколько десятков — это ещё допустимо, но, чтобы уничтожить всё многочисленное войско полностью, это, извините, сказки какие-то! Вы, считаете, что моя армия из папье-маше сделана что ли?»

— Я обманываю тебя? Ты думаешь, мне делать больше нехрен? Да, сижу и жду, когда же ты явишься, чтобы лапшу тебе на уши повесить! — Цзюнь Мосе фыркнул, и язвительно произнёс: — Ты что, мой сын, чтобы я так потешался над тобой? Пусть даже если бы ты отчаянно просил меня стать твоим крёстным отцом, я бы никогда не согласился на это! Уж лучше сразу умереть, чем быть крёстным такому уроду!

Сказав это, Цзюнь Мосе ещё так горестно вздохнул, словно всё было в самом деле.

— Ты… — Чуаньшан Бэйдао выпучил глаза, и долгое время не мог ничего сказать. Такого унижения он не испытывал ни разу за все годы мучительного противостояния с материком. Он посчитал эти оскорбления невыносимыми, и бросился в атаку.

Однако один из мудрецов успел остановить его, при этом сказав:

— Какой смысл в том, чтобы идти на поводу у своих эмоций?

Сказав это, он посмотрел на Цзюня Мосе, и ровным голосом произнёс:

— Молодой человек, кто вы такой?

Хотя Чуаньшань Бэйдао был Шенцзюнем четвёртой ступени, он был самым слабым из всех пяти присутствующих. Он знал, что силы Цзюня Мосе намного превышают уровень, который ему под силу вычислить, однако он и представить себе не мог, кто может за один день так повысить уровень своих сил.

Хотя он не мог сказать наверняка, но он был уверен, что никто не знает каким на самом деле уровнем обладает Мосе. В тот момент, когда Цзюнь Мосе появился, оба мудреца почувствовали опасность и изумление. Это чувство пробрало их до глубины души, однако причина настолько удивительной реакции им была неизвестна.

Хотя им не удавалось разглядеть точные границы его совершенствования, его способности не должны были превышать уровня, которым обладали они в настоящее время, что же в нем было такого, отчего у них волосы стали дыбом на голове?

— Кто я? Я — Цзюнь Мосе! — Мосе запрокинул голову: — Злой Монарх — это я.

— Злой Монарх? Ха-ха-ха-ха! Монарх… а ты точно достоин такого звания? К тому же «злой»… Ха-ха-ха… — Чуаншань до этого не слышал имени Мосе. Услышав, он сразу же начал смеяться, но потом резко остановился, будто бы что-то вспомнив, он выпучил глаза и уставился на Мосе, тотчас же заткнувшись.

Оба Баньшэна тоже одновременно изменились в лицах.

Злой Монарх, Цзюнь Мосе.

И имя, и прозвище содержали в себе иероглиф «Злой», и к тому же этот человек обладал потрясающей удивительной силой, которые остальные люди считали мистической магией.

Всем троим сразу же вспомнилось одна вещь.

Когда Первый Шао сооружал каменную стелу, его последними словами было «Тысячелетняя история правления, злые подвиги вечны». Чужаки до сих пор верили, что во фразе «Злые подвиги», иероглиф «злые» указывает на них, на нацию Шенжи.

И только нация Шенжи достойна этого «зла».

На протяжении многих лет, жители материка считали нацию Шенжи, то есть Чужаков, злыми и испорченными, к кому, как не к ним, относилась эта фраза?

Но услышав имя этого молодого человека, все трое Чужаков почувствовали что-то неладное.

Так называемые «злые подвиги» — разве они указывают не на этого Злого Монарха?

Цзюнь Мосе, не обращая внимание на их ступор, торжественно произнёс:

— Кстати… есть одна вещь, про которую я не могу тебе не сказать…

Глава 1256. Разве это честный бой?

— Что это? — с недоумением спросил Чуаншань Бейдао, потрясённый «древнейшим злом». Услышав, что Цзюнь Мосе говорил относительно серьёзно, он почти машинально задал этот вопрос.

— Ничего страшного, просто ты кое-что раньше неправильно понял, — Цзюнь Мосе щёлкнул пальцами, и внезапно в его ладони появилось чёрное пламя, спокойно горящее, но источающее атмосферу бесконечной мёртвой тишины. Цзюнь Мосе улыбнулся невинно, как ребёнок, и спокойно сказал: — На самом деле, ты действительно нашёл не того человека, которого следовало приводить на решающую битву… — Цзюнь Мосе вздохнул с сожалением и продолжил: — В тот день это сделал я. Извини! Но ты не должен винить меня, тебе совершенно запудрили мозги…

Чуаншань Бейдао в гневе выпучил глаза и уставился на Цзюня Мосе. Его лицо и шея покраснели, будто налились кровью!

«Не того человека? Не того! Я нашёл не того человека!»

Чуаншань Бейдао хотел покончить с собой в этот момент!

Он всегда думал, что такой магический приём может выполнить только очень могущественный человек, как Четырнадцатый Шао из подземного мира, поэтому он оставил свою армию. Боясь наступления врага, трое влиятельных мастеров объединили свои силы, чтобы уничтожить его. Кажется, он недооценил его силу, это был он — один из трёх мастеров, который громовым ударом уничтожил его клан!

«Теперь я понял, что на самом деле нашёл не того человека! В конце концов, какую цену мне придётся за это заплатить… Я ошибся!»

Это похоже на то, что убийцей изначально был один человек, но заставил другого признаться… будто он сумасшедший!

Чуаншань Бэйдао действительно не мог передать словами своё разочарование!

Внезапно он вспомнил, что ему сказал Цзюнь Мосе: «Сотни тысяч ваших людей были убиты мной!»

Внезапно его сердце задрожало: «Неужели это правда? Если то, что он сказал, правда, то армия, направляющаяся к горе Тяньчжу, может быть действительно опасной!»

Чужак на некоторое время замолчал, а затем сказал: — Не нужно больше думать о том, что миллионы солдат теперь погребены под горой Тяньчжу… нашему клану действительно пришёл конец!

Он уже почти стал совершенным мудрецом и достиг в культивации небывалых высот. Даже если он не сможет увидеть, что происходит за тысячи километров, то сможет почувствовать. Он уже знал, что произойдёт большое несчастье.

Вдруг Чуаншань Бэйдао почувствовал странный привкус во рту и сплюнул кровь! «Исходя из сложившейся ситуации, разве я не виноват в уничтожении нашего клана шенжи?»

— Ты… почему ты не объяснил это раньше? — Чуаншань Бейдао указал дрожащим пальцем на Четырнадцатого Шао и выпучил глаза.

— Тьфу, кем ты себя считаешь? Разве я должен тебе что-то объяснять? Нечего винить других, если ты сам дурак… — гордо вскинул голову Четырнадцатый Шао и на редкость грубо выразился: — Рот твой наоборот! Мать твою я в ресторан водил!

Он настолько его презирал, что стал обвинять в том, что сам не открыл ему глаза на ситуацию.

— Я, я… я убью вас! — Чуаншань Бейдао был поражён и внезапно взбесился! Два полу-мудреца хотели остановить его, но Чуаншань Бейдао уже преодолел запретный барьер, заложенный Первым Шао из подземного мира! Теперь его никто не мог остановить!

Цзюнь Мосе исчерпал силы. Ждать, пока он приблизится — разве не означало упустить шанс?

Внезапно он выпрыгнул вперёд и закричал: — А ну выходи, давай сразимся в честном бою! Один на один!

Когда он произнёс это, два сильных мастера из клана шенжи внезапно скривили рты. Даже Четырнадцатый Шао из подземного мира сделал презрительную гримасу и отвернулся, делая вид, что не знает этого болвана.

«Что ты несёшь? Сейчас ты почти достиг уровня совершенного мудреца, но как ты собрался „сражаться в честном бою“ с Шенцзюнем четвёртого уровня? В чём честность? Неужели он совсем потерял стыд и совесть, раз считает, что не имеет равных себе в мире?!»

Чуаншань Бэйдао в этот момент, можно сказать, совсем пал духом и больше не хотел жить.

Даже Цзюнь Мосе со своей силой нисколько не уступал этому Чужаку, а шансы на победу составляли более шестидесяти процентов. Теперь, когда его сила возросла, разве он может воспринимать Чуаншаня Бейдао всерьёз, готовиться к его атакам и защищаться? Тем не менее, внутри он был готов!

Никто ахнуть не успел, как двое один на один вступили в бой. Чуаншань Бейдао внезапно рванул вверх, как будто на мгновение превратился в тысячерукую и тысячеокую бодисатву Гуан-инь. Всё небо закрыла его тень!

Он в одно мгновение резко начал расти.

— Будь осторожен! Он хочет взорваться! — зрачки у Четырнадцатого Шао сузились от страха.

Однако, Чуаншань Бейдао, достигший четвёртого уровня Шенцзюня, очень быстро сосредоточил внутри всю энергию. Видя, что Цзюнь Мосе всё ещё не собирался убегать, он усмехнулся и заревел: — Давай, Злой Монарх, иди ко мне! Ты должен заплатить за пролитую кровь! Сдохни!

В этот момент, когда Чуаншань Бейдао вот-вот должен был взорваться, вдруг послышалось металлическое бряканье!

Мелькнул меч с кровью Яньди и Хуанди и вонзился точно в его даньтянь!

Чужак внезапно обнаружил, что он не может двигаться, и даже энергия внутри его тела не циркулировала! Этот губительный волшебный меч глубоко пронзил его даньтянь и жадно всасывал энергию из тела, не оставляя ни капли…

Он даже отчётливо чувствовал, что его тело, которое раздулось до предела из-за намерения взорвать себя, немного усыхало, и он постепенно превращался в мумию!

— Ха-ха-ха… — Чуаншань Бейдао внезапно рассмеялся, переполненный чувством обиды и отчаяния, и завопил изо всех сил: — Древнейшее зло! Это ты! О, небеса… ты действительно безжалостно играешь людьми!

Не успел он закончить фразу, как полностью превратился в мёртвое бездыханное тело.

В мгновение ока его останки развеялись на ветру…

Первый мастер Чужаков, Чуаншань Бейдао, умер!

Как его душа, так и тело полностью исчезли!

Он умер навечно, а его последние слова привели двух мастеров клана в полнейший ужас! Его предсмертные слова казались им проклятьем, от которого волосы вставали дыбом… Они смотрели друг на друга с перекосившимися от страха лицами!

— Осмелюсь спросить вас, господин Злой Монарх, что вы собираетесь делать дальше? — спросил один из них. — Наш клан не исчезнет, но, по крайней мере, будет подорван и погрузится в траур. Даже если после этого они встанут на ноги, им в столь суровых условиях для этого понадобится более нескольких тысяч лет, поэтому они не представляют угрозу для континента! Самое главное то, что мы не сможем пройти барьер, установленный когда-то Первым Шао. В связи с этим, я считаю, обеим сторонам нужно прекратить войну!

Чужак, который сказал это, чувствовал себя слабым, так что ему пришлось приспосабливаться ради сохранения благополучия. Можно было понять, что два мастера действовали согласно обстановке, встретившись с сильными Цзюнем Мосе и Четырнадцатым Шао. Даже если какая-то часть армии Чужаков выжила, они не смогут долго продержаться под руководством этих двоих мастеров.

Более того, они также почувствовали, что семь сильнейших Шенцзюней высшего уровня уже погибли и никого сильнее в армии не осталось! Теперь даже с коварными замыслами и высокими стремлениями они не смогут это воплотить.

В настоящее время единственное, что можно сделать — это сохранить силы, отказаться от борьбы и тщательно всё спланировать на будущее. Пока они живы, жива и надежда!

Но они оба вздохнули, они боялись, что не смогут увидеть, что станет через тысячи лет!

— Может, хватит? Ты видишь только то, что хочешь! — усмехнулся Цзюнь Мосе. -Вы, Чужаки, целую вечность пытаетесь на нас напасть и захватить. Теперь настала очередь континента Суань взять на себя инициативу! Вы ещё мечтаете выйти из неприятной ситуации в целости и сохранности, когда я здесь? Это просто смешно!

— Неужели господин Злой Монарх, оставит нас обоих здесь? Вы же знаете, что чем больше ты просишь, тем больше ты можешь потерять! — мастера изменились в лице. Хотя раньше они думали, что Цзюнь Мосе и двое других захотят их оставить, но с ними шутки плохи. Пусть и нет уверенности в победе, но всё же есть шанс сразиться вместе!

— Чем больше ты просишь, тем больше можешь потерять? Неплохо сказано! Гора Тяньчжу — это не только защита материка, но и защита вашего клана! Ха-ха, господа, если бы не было естественного рубежа в виде горы Тяньчжу… думаете, ваш дерьмовый клан Шенжи дожил бы до сегодняшнего дня?! Почему бы не уничтожить несколько ваших кланов, когда сила континента возрастёт? Когда гора пала, вы не задумались о своём спасении, а сразу замыслили захватить континент Суань. Разве вы не захотели слишком многого? Теперь вы должны заплатить цену за свои помыслы, но вы вдруг решили отступить, — холодно улыбнулся Цзюнь Мосе.

Они резко замолчали. Эти мастера тоже обладали соответствующим статусом, но почему-то слова Цзюня Мосе оказали на них сильное влияние.

Хотя клан Шенжи расположен в отдалённой местности и живёт в суровых условиях, они всегда развивались вне зависимости от внешних сил, а именно от горы Тяньчжу. Однако, если бы не было горы Тяньчжу, три священные земли уничтожили бы их клан ещё десять тысяч лет назад.

— Сегодня я хочу полностью истребить клан Шенжи! Никого не оставить в живых! — равнодушно сказал Цзюнь Мосе, глядя на них двоих: — А вы станете моими первыми жертвами!

Глава 1257. Задыхаясь от злости!

— Убить нас?! — двое всемогущих мастеров громко рассмеялись: — Злой Монарх… Мы, конечно, признаём, что у вас имеются силы, чтобы противостоять нам в одиночку, и даже одержать победу, однако убить нас… Злой Монарх, Четырнадцатый Шао, не думаете, что у вас слишком высокое самомнение?

— Серьёзно? Слишком высокое самомнение? — фыркнул Четырнадцатый Шао и добавил: — Ну тогда я даже не знаю… Что это был за мешок с мясом, который только что взорвался передо мной?

— Ты! Ублюдок! — в ярости закричал один из всемогущих Чужаков: — Раз уж решили атаковать, то не медли! Нам с братом уже не терпится изведать легендарные силы клана Шао из Подземного мира, а также суперспособности Злого Монарха!

Сказав это, оба мастера переглянулись; они были вместе в течение многих тысяч лет и никогда не расставались. Эти двое понимали друг друга без слов. Сейчас им уже отчётливо были понятны мотивы их противника.

Поскольку противник хочет сражаться, тогда будем сражаться!

Сила Четырнадцатого Шао безусловно была чрезвычайно высока, однако он уже получил несколько смертельных ранений.

Если бы его противник оказался обыкновенным мастером, то эти травмы не оказали бы на него большого влияния; однако идти в бой против равносильного противника — действительно, слишком самонадеянно. Мало того, что он вряд ли сможет перенести этот бой, так ему ещё и придётся всё время беспокоиться о своих смертельных ранах. Даже самодетонация окажется для него слишком сложной задачей!

Как только начнётся бой, два Чужака тут же разделятся. Один из них атакует Злого Монарха, а другой в кратчайшие сроки постарается расправиться с Четырнадцатым Шао. А затем в зависимости от ситуации, либо осадой, либо в одиночку они ликвидируют и Злого Монарха!

Таким образом, мастера Чужаков заняли значительное преимущество!

На самом деле, данная ситуация просто не позволяет этим двум Чужакам отступить, ведь Четырнадцатый Шао получил серьёзные ранения, и его силы находятся на самой низкой границе. Если упустить его сегодня и позволить ему восстановить свои силы, тогда им уже точно не представится такой шанс на победу!

Эти два всемогущих Чужака были очень опечалены, до боя с Четырнадцатым Шао их было трое, но противник оказался слишком силён. В то время, пока они говорили, сила Четырнадцатого Шао при помощи чудодейственных лекарств Цзюня Мосе восстанавливалась с бешеной скоростью.

Когда Мосе закончил пустословить и рассказывать о величайших истинах всего мира, травмы Четырнадцатого Шао успели восстановиться на восемьдесят процентов!

Но двое Чужаков даже ни о чём не подозревали!

Более того… Эти двое не знали ещё о куче вещей… А если узнают, то тут же окажутся в невыгодной позиции и лишаться всей своей храбрости.

Единственной их мыслью будет поскорее убежать и скрыться. Так что их незнание лишь на руку!

Цзюнь Мосе как бы невзначай с намёком посмотрел на Четырнадцатого Шао, тот в свою очередь, стиснув зубы, фыркнул: — Раз уж вы, сучьи потроха, всё ещё бредите лёгкой победой, то я разрушу ваши надежды! Знайте, меня не так-то просто одолеть!

Четырнадцатый Шао холодно усмехнулся и первым выступил вперёд!

Цзюнь Мосе поспешил следом и обеспокоенно закричал: — Брат Четырнадцатый Шао, твои травмы ещё толком не восстановились! Не опускайся до уровня этих тварей, они того не стоят! Лучше позволь мне выступить первым! -Четырнадцатый Шао фыркнул и с надменным видом продолжил наступление. Его актёрская игра всё-таки была на удивление превосходна.

Находившиеся напротив два всемогущих Чужака про себя лишь усмехнулись: «Чем больше будешь кичиться своей силой, тем быстрее на тот свет и отправишься!»

Может, сила клана Шао из подземного мира и чрезвычайно высока, и ни человеческая раса, ни клан Шенжи не смогут с ним сравниться, однако его выходцы, всё же, не бессмертные существа! Всё уже очевидно, что Четырнадцатый Шао был тяжело ранен, и теперь, вступив в смертельную схватку с равными себе по силе мастерами, он просто сам ищет погибели.

«Когда Первый Шао наложил на нас печать, запрещающую нам пересекать здешние границы, мы были бессильны. Теперь Четырнадцатый Шао расплатится за своего предка по полной!»

С такими мыслями один из Чужаков двинулся навстречу Четырнадцатому Шао и закричал: — Четырнадцатый Шао, я лично помогу отправиться тебе на тот свет! Запомни, меня зовут Гуйтянь Даньтэн!

(примечание переводчика: Имя «Гуйтянь Даньтэн» созвучно с «Боль в яйцах» и «Отправиться на небеса» в китайском языке)

— Гуйтянь Даньтэн? — повторил Четырнадцатый Шао и закатил глаза: -Ну, я щас тебе так скручу яйца, что ты сам захочешь поскорее отправиться на небеса!

— Ублюдок! — яростно закричал Гуйтянь Даньтэн, а его лицо окрасилось в пурпурный цвет.

Он всегда гордился своим необыкновенным именем, которое ему дали родители. По крайней мере, оно таило в себе глубокий смысл. Но кто бы знал, что сегодня противник настолько извратит его, назвав «болью в яйцах, от которой хочется отправиться на небеса»… Даже Цзюнь Мосе был слегка обескуражен произошедшим…

«Гуйтянь Даньтэн… какое же смешное имя. А эта тварь назвал его таким самодовольным тоном… Кто сказал вообще, что Четырнадцатый Шао может только с мрачным лицом ходить, вон ведь как шутит!»

— А ты что? Как же тебя зовут, сучара? — Цзюнь Мосе с интересом посмотрел на второго Чужака, стоящего перед ним. Если у него окажется такое же ущербное имечко, то молодой мастер будет смеяться так, что победа им и без боя достанется…

— Моя фамилия Мэйвэй, а зовут меня Лянцян! — орлиными глазами величественно посмотрел второй мастер на Цзюня Мосе и добавил: — Моё единственное оружие — мой меч!

Говоря эти слова, он протянул руку за спину, и в ней тут же промелькнуло яркое лезвие клинка, искрящегося алыми лучами крови.

— Мэй… Мэйвэй Лянцян… — Цзюнь Мосе оторопел.

Имя «Гуйтянь Даньтэн» было сверх всяких ожиданий, но кто бы мог подумать, что у этого парня имечко окажется ещё «круче»! А самое главное оно так соответствует ситуации… К счастью, молодой мастер обладал хорошими психологическими качествами, в противном случае он бы уже точно разразился истеричным хохотом, поставив противника в неудобное положение.

— Тебе смешно? — спросил Мэйвэй Лянцян. Он бы не стал обнажать своё оружие понапрасну. В этот момент Мосе всё-таки не смог сдержаться и, покраснев до ушей, разразился диким хохотом.

После припадочного смеха, он вытер слёзы и сказал: — Прошу прощения, я, и правда, был слегка потрясён. Но в то же время я восхищён вашими родителями. Это каким же культурным уровнем нужно обладать, чтобы дать своим детям такие прекрасные имена, затмевающие своим звучанием даже лунный свет! Я не на шутку удивлён…

Прозвучали злобные крики двух мастеров, которые смешались с громким смехом Четырнадцатого Шао. Через мгновение Гуйтянь Даньтэн и Подземный самодур уже начали свою битву.

Внезапно вспыхнуло серебристое лезвие меча — Мэйвэй Лянцян также потерял всякое терпение и ринулся в атаку!

Это был внезапный удар!

Но Цзюнь Мосе успел среагировать ещё быстрее.

Меч противника ещё не прошёл половины своего пути, а молодой мастер уже успел активировать технику громовых ударов!

Разве Цзюнь Мосе может быть кем-то внезапно атакован? Завладев преимуществом, он применил мастерство высочайшего уровня!

Раздался жуткий грохот, и показалась молния!

Более сотни огромных фиолетовых молний повисли над головой Мэйвэй Лянцяна! Цзюнь Мосе показал своё превосходное мастерство во всей красе!

Мэйвэй Лянцян тут же почухал что-то неладное и переменился в лице!

«Такой мощный громовой удар, такой масштабный! Но ведь ничего не предвещало его, он буквально как снег на голову свалился, и почему его целью вдруг я оказался? Что за чертовщина? Я ведь не совершил никакого прорыва, так с чего же тогда появился громовой удар? Кроме того… разве этот процесс не должен быть заранее предопределён по времени? Ведь перед таким бедствием обычно существует сильное давление, но в этот раз всё произошло слишком внезапно! Да и мощь этот громового разряда слишком ужасна, не так ли? Разве есть резонное объяснение появлению целой сотни фиолетовых молний?»

Но Мэйвэй Лянцян не успел поразмыслить над происхождением этого странного явления, как фиолетовые молнии уже ударили его по голове. Не сумев придумать способ для сопротивления такой внезапной опасности, он теперь только и мог отправиться в загробный мир, а там уже у него будет много времени, чтобы поразмыслить над волнующими его вопросами!

Мэйвэй Лянцян действительно достоин называться всемогущим мастером Чужаков: даже столкнувшись с такой неблагоприятной ситуацией, он нисколько не испугался, а лишь громко закричал. Оба его тела одновременно разбухли и испустили тошнотворный запах падали, который начал чрезвычайно быстро распространяться повсюду. Запах был настолько сильным и плотным, что в мгновение ока колпаком осел вокруг тела Чужака в виде омерзительного газа!

Цзюнь Мосе чуть было не стошнило от такого едкого и гадкого запаха прямо на месте! Казалось, будто кто-то сожрал целую кучу всяких лакомств, а потом случайно всем этим и перданул… Об этом чудовищном запашке лучше и не вспоминать… Цзюнь Мосе больше не смог это терпеть и разразился страшной руганью, попутно скидывая на противника ужасающие громовые разряды!

Ба-бах! Ба-бах!

На земле мгновенно образовалась огромная яма, площадью почти в две сотни метров!

Мэйвэй Лянцян находился прямо в центре этой ямы: весь в лохмотьях, растрёпанный, будто попрошайка. Его волосы стояли дыбом, а оба лица были чёрными как смоль. Четыре ярких глаза безостановочно вращались в своих орбитах, а из каждой клеточки его тела исходил чёрный дым. Оба рта также испускали тёмные полосы дыма, а после того, как они закрылись, дым начал выплескиваться из ноздрей…

— Мэйвэй, ты как? — взволнованно крикнул Гуйтянь Даньтэн и яростно добавил: -Как ты умудрился попасть в столь опасное для жизни положение? Почему ты ничего не предпринял?

Глава 1258. Превосходные манеры благородного человека

Как только Гуйтянь Даньтэн вступил в бой с Четырнадцатым Шао, он тут же обнаружил, что его противник, который должен был быть тяжело ранен, на данный момент цел и практически невредим, да и его силы нисколько не уменьшились. Такая ужасающая реальность сильно ударила по Гуйтянь Даньтэну, который считал, что находится в выигрышном положении.

Атаки Четырнадцатого Шао были действительно неудержимыми, Гуйтянь Даньтэн изо всех пытался сдержать своего противника, надеясь, что Мэйвэй Лянтян быстренько разберётся с Цзюнем Мосе и примчится к нему на помощь. Но кто бы мог подумать, что его сотоварищ в этот момент столкнется с мощными громовыми ударами…

«Это… Это не шутка? Перестань так шутить! Пусть мы и дружим уже несколько тысяч лет, но такой розыгрыш — уже чересчур…»

— Да откуда взялись эти громовые удары, чёрт побери… — в недоумении кричал Мэйвэй Лянтян, попутно выхаркивая чёрный дым. Он лишь чувствовал жуткую боль во всём теле. Подняв голову к небу, Лянтян про себя подумал: «Неужели я не заметил, как прорвал границы? Но на небе не было ни одного облачка… Что за фигня? Это ведь был настоящий громовой удар — не подделка!»

— Я говорю… Ты… Ты… — Цзюнь Мосе покачал головой и пренебрежительным тоном начал читать наставления: — Ты был неправ, назвав себя «Мэйвэй Лянтян», вот тебя и шарахнуло молнией… Тебе нужно срочно вернуться и сменить своё имя, а если не поменяешь, то ещё раз шарахнет…

— Придурок! Это совпадение! Просто совпадение!

Цзюнь Мосе, как бы насмехаясь, сказал:

— Совпадение?! А как насчёт этого? Или это тоже совпадение?

Мэйвэй Лянтян тут же почувствовал что-то неладное, поднял свои глаза и испугался: весь небосвод снова был заполнен фиолетовыми вспышками, каждая молния была размером с целый дом, а их общее количество увеличилось аж в десять раз!

В общей сложности более тысяч молний повисло над его головой!

А самое ужасно, что эти раскаты было не остановить, и они уже начали спускаться вниз!

Прямо на Мэйвэй Лянтяна!

Такой ужас заставил его вспомнить о том, как ему однажды после прорыва на уровень полубога пришлось пройти через громовой удар! Нынешние молнии куда страшнее! Однако в тот раз Лянтян уже было чуть кони не двинул… Что же будет сейчас…

Чужак в панике закричал, у него уже не осталось времени на раздумья. Он резко мобилизовал всю имеющуюся силу, чтобы противостоять надвигающемуся удару!

С другой стороны, Гуйтянь Даньтэн в ярости закричал:

— Т-ты… Ты! Мэйвэй Лянтян, и чё ты пиздишь, что не вызывал никакой громовой удар? А это что такое? Я… я… у меня нет слов! Неужели было так сложно подавить на время своё совершенствование? Что… что, чёрт побери, ты делаешь?!

Услышав гневный крик Гуйтянь Даньтэна, Мэйвэй Лянтян хотел было расплакаться: «Что, чёрт побери, я делаю? Ты меня спрашиваешь? Очевидно же, что я не совершал никакого прорыва, однако этот громовой удар появился из ниоткуда, и что мне делать прикажешь? Думаешь, я бы стал прорываться посреди решающей битвы? Я ведь тоже не идиот…»

Они были так подавлены, так подавлены происходящим…

Однако если бы им кто-нибудь рассказал, что все эти громовые удары на самом деле были устроены этим юным подлецом, они бы всё равно в это не поверили!

Это ведь громовой удар, разве человек способен такое контролировать?

Яростная пурпурная молния в очередной раз сорвалась вниз!

Сила более сотни резких громовых ударов, что прогремели в прошлый раз, была довольно ужасной и была равносильна ударам, которые происходя после прорыва на уровень полубога. Однако в этот раз мощь этих ударов была ещё выше и абсолютно несравнима с теми, что были прежде!

Даже сам Цзюнь Мосе не ожидал, что ему удастся получить настолько мощный громовой шквал! Необходимо иметь в виду, что башня Хунцзюнь всосала в себя огромное количество громовой энергии, однако подавляющее её большинство относилось к прорыву на уровень Почтенного и Достопочтенного мастера!

Чуть-чуть с прорыва на уровень Шенхуана, и лишь совсем немного относятся к прорыву на Шэнцзуна. Что касается более высокого уровня, то это лишь прорывы молодого мастера и Мэй Сюэ Янь на уровень Шенцзюня, но даже тогда их громовые удары не были настолько яростными.

Более того, исходя из анализа Мэйвэй Лянтян, сила этих молний, созданных Цзюнь Мосе, превысила мощь громовых ударов, которые он перенес после прорыва на уровень полубога. Для самого Мосе это стало большим сюрпризом!

Изначально этой новой техникой Цзюнь Мосе хотел создать фальшивый громовой удар и ударить им Мэйвэй Лянтяна. И пока Чужак бы суетился, Мосе атаковал бы его с помощью пламени первозданного хаоса или меча Яньди и Хуанди. Но кто бы знал, что его новая техника окажется настолько охренительной, что и не отличишь от настоящего громового удара! С её мощью можно напрямик разгромить Мэйвэй Лянтяна…

Неужели башня Хунцзюнь обладает сверхспособностью очищать силу грома и молнии?

Конечно, башня Хунцзюнь сама по себе является чудесной штуковиной, и такая способность для неё в порядке вещей. Но Цзюнь Мосе сейчас об этом совсем не думал, он сосредоточил все свои силы для контроля над точностью своих громовых ударов!

«Уничтожим этот Чужой мусор, и всё это сучье отрепье!»

Вслед за громовыми обстрелами Цзюнь Мосе с удивлением обнаружил такой занимательный факт: Мэйвэй Лянтян принял эти атаки за реальные громовые удары, и не только не противостоял им или уклонялся от них, а просто изо всех сил старался их перенести!

Всё это очень обрадовало молодого мастера.

Когда Мосе только начал использование этой техники, то намеренно оставил немного силы про запас, чтобы можно было защититься от контратаки Мэйвэй Лянтяна. Но теперь, судя по всему, это уже ни к чему!

На самом деле это не удивительно, что Мэйвэй Лянтян повёл себя именно так. Ведь во все времена любой мастер знал, что нет смысла уклоняться от громовых ударов. Даже если кому-то всё-таки удастся это сделать, то мощь последующих атак будет лишь удвоена. А что же касается ответных мер… Пф, что за чушь, какие ещё ответные меры? Дать отпор громовому разряду? Можно ли противостоять воде, которая течёт даже сквозь закрытые двери?!

Неизвестно, через сколько громовых ударов Мэйвэй Лянтяну пришлось пройти, прежде чем он достиг уровня всемогущего мастера, так что, естественно, он был хорошенько ознакомлен со всей этой «процедурой». Находясь в своём закреплённом стереотипном мышлении, он стиснул зубы и сосредоточил все свои силы на противостоянии этой внезапной природной атаке!

Украдкой оглянувшись по сторонам, Чужак увидел, что Цзюнь Мосе спокойно стоял в сторонке и не использовал такой прекрасный шанс, чтобы напасть на него. Он одновременно восхищался этим юнцом и презирал его.

По мнению Лянтяна, этот юный паренек действительно заслуживает того, чтобы называться сильнейшим мастером и благородным человеком с превосходными манерами, который не воспользовался чужой бедой для своей выгоды.

Это, безусловно, эталон мастера Сюань.

Но в то же время он считал его полным кретином, который не использует дарованный небесами шанс для атаки противника. Это лучшая возможность, чтобы уничтожить Лянтяна. Возможно, даже единственная. Но этот парень так спокойно упускает его… Если бы он был на месте молодого мастера, то уже давно атаковал своего врага. Неужели люди с материка Суань настолько глупы, что даже при таком смертельно опасном положении продолжают полагаться на свою гуманность и добродетель… Разве это разумно?

Но Ланцян не знал, что молодой мастер не атакует его не из-за какой-то там добродетели. Правда в том, что все силы молодого мастера были направлены на контроль громовых атак, и он просто не мог произвести какое-либо неожиданное нападение…

Цзюнь Мосе только освоил силу молнии, и точность его ударов ещё не совсем отработана. Может, мощь и величие этой техники и велики, но если Мэйвэй Лянтяну удастся ускользнуть от удара, то молния не соприкоснётся с его телом…

Даже если Мосе будет хоть чуточку невнимателен, то тут же допустит оплошность в атаке…

Поэтому он подошёл к делу со всей осторожностью и внимательностью, а не то, чтобы он не хотел атаковать противника…

Тем не менее, на самом деле, Цзюнь Мосе изо всех сил пытался разгромить Лянтяна, просто тот этого не понимал…

Волна атак тысячи пурпурных молний, наконец, закончилась.

Мэйвэй Лянтян был практически на последнем издыхании. Он лежал на дне огромной ямы шириной в полкилометра, дёргаясь в конвульсиях, в воздухе витал чёрный дым, наполненный ароматом палёного мяска…

Цзюнь Мосе взмыл ввысь, приблизился к Мэйвэй Лянтяну и сказал:

— Мэйвэй Лянтян, встаньте и сразитесь со мной в честном поединке!

Услышав это, Мэйвэй Лянтян закатил глаза, и его дыхание друг перехватило!

«Ты не воспользовался случаем, чтобы напасть на меня исподтишка, и я был признателен тебе, но теперь, когда я разбит и не могу даже пошевелиться, ты вдруг решил вызвать меня на честный бой? Ну, ты и бессовестный сукин сын…»

— Господин Цзюнь… — с трудом подняв голову, сказал Мэйвэй Лянтян: — Только что я прошёл через мощные громовые удары, но ты повёл себя как благородный человек и не воспользовался моей бедой. За это я тебе очень признателен. Теперь же прошу дать мне немного времени передохнуть, а затем мы сразимся в честном бою…

— Что? Благородный человек? Говоришь, что я благородный человек… — Цзюнь Мосе слегка нахмурился, а про себя сказал: «Да в каком месте я благородный? Не воспользовался чужой бедой? Что за брехня? Неужели этого придурка так сильно шарахнуло, что он стал дебилом?»

— Верно, ведь пока я был подвержен громовым атакам, ты держался своих превосходных манер, свойственных мастеру материка Суань, стоял в стороне и не пользовался шансом для атаки противника. Разве такие манеры свойственны обычному человеку? Несмотря на то, что мы враги, я буду помнить это вечно, — со всей искренностью сказал Мэйвэй Лянтян.

— Твою ж за ногу! Так вот в чём дело! — Цзюнь Мосе причудливо усмехнулся: — Так по-твоему, я должен и дальше придерживаться этих превосходных манер «благородного человека с материка Суань»?

Глава 1259. Подгоревший снаружи, но мягкий внутри!

Мэйвэй .Лянтян неторопливо кивнул головой и произнёс:

— Да, именно так! — при этом подумав про себя: «Стоит мне только восстановить свои силы, и я плюну на эти чёртовы „благородные манеры“, и раздавлю тебя пальцем одной руки. Ты самый большой идиот, который когда-либо пытался перевоспитать потомков нации шенжи!»

— Это вполне разумно. Я попробую ещё раз проявить свои «благородные манеры»! — Цзюнь Мосе расплылся в улыбке, взмахнул рукой, и прокричал: — Ещё раз!

Раздался грохот, и фиолетовая молния неожиданно появилась в воздухе, она прямиком ударила в Мэйвэй Лянтяна, который уже и так не мог шевелиться. Его тело подскочило и сделало несколько оборотов, после чего остановилось, он лежал лицом вверх, испуская лёгкий дым.

— Что это такое, неужто это сделал ты? — Мэйвэй Лянтян выдохнул струйку тёмного дыма, и взволнованно закричал.

— Ну что вы, вы оказываете мне слишком много чести, я всего лишь хотел продемонстрировать вам свои «благородные манеры», чтобы вы стали уважать меня, — Цзюнь Мосе рассмеялся: — Ну и что вы можете сказать про мои манеры, вам было приятно?

— Я… я… считал, что это всего лишь бедственные удары… а оказывается… — пробормотал Мэйвэй, его негодование не знало границ.

Если бы он знал, что его соперник обладает такими способностями, что он может управлять грозой и молнией, он бы попытался спрятаться от него или даже спасся бегством, а он наоборот, безрассудно и глупо вызывал его на бой, и как следствие, его состояние докатилось до столь критической отметки…

— Как я зол! Я так сильно зол! Шенжи… — Мэйвэю хотелось плакать и кричать от нестерпимой злости.

Ему было так обидно, что мастер такого уровня, как он, попался на эту удочку. Он повёл себя глупо, и от этого ему становилось ещё тяжелее…

— Ты зол? Да иди ты к чёрту со своей злостью! — Цзюнь Мосе вскрикнул, и раздался металлический звон, меч Яньди и Хуанди вылетел наружу. С радостным свистом он направился к Мэйвэй Лянтяну.

— Подожди! Цзюнь Мосе, ты — эталон мужественности и благородства материка Суань! Дай мне время восстановиться, и тогда мы сразимся с тобой в честном бою! — испуганно вскричал Мэйвэй.

— Что? Дать тебе возможность восстановить силы? Ты думаешь я такой же дурак, как и ты? — Мосе махнул рукой, и меч полетел ещё быстрее.

Меч воткнулся в нижнюю часть живота раненного Мэйвэй Лянтяна…

Он отчаянно вскрикнул, попытавшись произвести самоликвидацию, в надежде, что сможет забрать вместе с собой своего ненавистного врага, однако он обнаружил, что когда меч пронзил его даньтянь, у него не осталось сил даже чтобы самоликвидироваться. Он невольно вскрикнул, гневно взглянув на Мосе, при этом что-то бормоча себе под нос…

Хотя Цзюнь Мосе не понимал, что говорит этот Чужак, он знал, что, наверняка, он материт его на своем непонятном ему наречии. С недовольным видом, и не обращая никакого внимания на это, он направился к Четырнадцатому Шао, который вёл ожесточенный бой с Гуйтянь Даньтэн, в нескольких сотнях метров от него.

На этом месте осталась лишь огромная впалая яма, на дне которой лежал обуглившийся мудрец-Чужак, а из нижней части его живота торчал длинный меч, сияющий невероятно ярким блеском…

В другой стороне происходил жаркий бой между двумя другими мастерами!

Гуйтянь Даньтэн из-за своих ошибочных расчётов, и сильной разницы в силах с Четырнадцатым Шао находился в крайне печальном положении.

Он неоднократно оглядывался, в надежде, что Мэйвэй скоро придёт ему на помощь, но, однако его так и не было.

Из-за того, что он не мог сосредоточиться на одном, обстановка становилась всё более тревожной.

Он с трудом удерживал оборону. Увидев, что неподалеку раздался грохот, сначала его глаза наполнились радостью, у него появилась надежда, но потом его резко пронзил холодный пот!

Потому что спасшимся человеком оказался тот молоденький парнишка, Цзюнь Мосе!

Но, как это возможно? Почему это Цзюнь Мосе?

В этот миг несчастный Гуйтянь Даньтэн почувствовал, что конец его близок! Он почувствовал леденящий холод, который прожигал его промежность… Впервые за всю свою жизнь он ощутил на себе, что называется «боль в яйцах»…

Четырнадцатый Шао же по-прежнему был энергичен и агрессивен, всё его тело было окутано густой и насыщенной дьявольской Ци из подземного мира, он изо всех сил продолжал жёсткую атаку.

— За что? — горюющий голос Гуйтянь Даньтэна раздался сквозь глубокий туман: — Цзюнь Мосе! Почему вернулся сюда именно ты?! Господин Мэйвэй, господин, где вы? С вами всё нормально?

— Твой господин сейчас уже в другом мире! — рассмеялся и сказал Цзюнь Мосе: — Так что можешь не надрываться, он всё равно тебя уже не услышит, хоть ты глотку порви, он всё равно уже больше не вернётся!

— Нет! Нет! Такого быть не может! Господин! Господин Мэйвэй! Поклянись, что говоришь правду, быстро поклянись! — Гуйтянь Даньтэн прокричал убитым голосом: — Господин Мэйвэй, как вы могли умереть, как так получилось… а-а-а… а-а, мой любимый господин Мэйвэй… -услышав эти слова, всегда дерзкий Цзюнь Мосе и издавна неустрашимый Четырнадцатый Шао одновременно вздрогнули, на их лицах было одно и то же выражение, резкий рвотный позыв неистово вырывался наружу, было очень нелегко подавить его.

Гуйтянь по-прежнему лихорадочно вопил: — Господин Мэйвэй, мы клялись друг другу в вечной любви, что мы будем вместе навсегда! Вы обещали никогда не оставлять меня, вы говорили, что это никогда не изменится… мой муж, моя жена, мой господин Мэйвэй…

Звучали его оба голоса одновременно, и женский, и мужской, они были наполнены бесконечной печалью и дикой болью. Женский голос кричал «Мой муж», мужской — «Моя жена», и так непрерывно и оглушительно.

Цзюнь Мосе был так поражён этими нескончаемыми криками, что просто стоял в недоумении. Вдруг он обнаружил, что весь насквозь вспотел, словно тонны воды вылились ему на голову. Волосы стали влажными, холодный пот не прекращал сочиться из его пор…

«Блядь… оказывается, они — те самые… Гомодятлы…»

Четырнадцатый Шао яростно рявкнул, и резко отскочил в сторону, тёмный туман подскочил вместе с ним. Цзюнь Мосе, стоявший рядом, не успел и рта открыть, как Четырнадцатого Шао уже стошнило…

Это было впервые в его жизни!

Он прожил несколько тысячелетий, и у него никогда не возникало такого чувства. Кто бы знал, что сегодня несколько слов Гуйтяня доведут его до такого состояния…

Это действительно… так противно!

Если Гуйтянь смог сохранить активное наступление, он бы непременно достиг хороших результатов, даже если у него бы не получилось реабилитировать свое бедственное положение, по крайней мере у него бы появилась хоть какая-то надежда. Жаль, что он оказался «вот таким»…

Сгусток тёмного тумана начал двигаться, ударив по Гуйтяню, мужскую его часть рвало кровью, а женская остервенело кричала, как демон. Он подлетел к Мосе, с печальным голос прокричал: — Где господин Мэйвэй? Где мой любимый господин Мэйвэй?

Цзюнь Мосе сильно дрожал, и был весь в поту, а потом его сильно вырвало. Ему казалось у него в желудке трещина, которую никак не залатать, а с тошнотой никак не справиться…

— Пошёл прочь, ублюдок! — Четырнадцатый Шао разразился страшной бранью. Он матерился, но при этом отвернув свою голову, переживая, что его снова вырвет…

Вспоминая о том, что еще недавно он прикасался к этому отвратительному Чужаку собственными руками и ногами, ему хотелось отрезать и больше никогда их не видеть.

«Господи, как же так получилось, что я касался его своими руками этого?»

Омерзительность этого факта достигла своей наивысшей точки.А

— Так вы… типо пара? Ой… две пары… Ну ты понял… — губы Цзюня Мосе побледнели, но он всё-таки задал этот вопрос.

— Чушь! Ты убил моего любимого господина Мэйвэй, у меня больше нет причин жить! Я вызываю тебя на смертельную схватку! Я уничтожу тебя, я обязательно сделаю это! — у Гуйтянь Даньтэна слюни летели в разные стороны, и лихорадочно кричал.

— Но, но ваши тела соединены, как так получилось, что вы стали любовниками? Пусть существует универсальное «гнездо», но универсального «проводника» не существует? — Цзюнь Мосе сломал голову, думая над тем, как эти два Чужака могли стать полноценными любовниками.

— Идиот, ты так и не понял? — прокричал Гуйтянь: — О переднем и заднем положении не подумал?

Губы Мосе дрогнули, и он с остолбеневшим видом сказал:

— Оказывается, вот оно, что! Справедливое замечание!

— Цзюнь Мосе, ты должен мне свою жизнь! — все четыре глаза Гуйтяня налились кровью: — Я должен отмстить за моего любимого господина Мэйвэй!

Четырнадцатый Шао, наконец, сказал:

— Дружище Цзюнь, твои силы, несомненно, высоки, ты с лёгкостью справишься с нашим врагом, я смело передаю это в твои руки. Мне, действительно, требуется отдых…

Если Цзюнь Мосе был настроен вполне спокойно, то Четырнадцатый Шао был категорически против вступать в бой с Гуйтянем, он попытался скинуть его на Мосе, вдобавок сказав несколько льстивых слов. Даже просто видеть Гуйтяня уже было серьёзным ударом для Четырнадцатого Шао…

— Бросьте, я также здесь беспомощен, я вынужден просить вас похлопотать, — Цзюнь Мосе тоже попытался отказаться, но обнаружил, что Четырнадцатый Шао уже ускользнул на полкилометра от них.

Словно преступник, бежавший с места преступления, он невероятно быстро смылся.

— Четырнадцатый Шао, ты настоящий трус! Я презираю тебя! — негодуя, вскрикнул Цзюнь Мосе.

Глава 1260. У господина свой путь!

Перед самым сражением Четырнадцатый Шао бросил своего боевого товарища, а сам сбежал! В самый решающий момент он поступил так… подло!

Как бы Цзюнь Мосе не кричал, Четырнадцатый Шао не думал возвращаться.

Трус… самый настоящий трус… он сбежал перед самым сражением! Было бы намного лучше, если бы он остался.

Так или иначе, Мосе прибыл сюда из любопытства, что поглазеть на это удивительное зрелище… Посмотреть-то он посмотрел, но как только пришло время заключительного этапа, ему пришлось принять все полномочия на себя, и улаживать это дело теперь самому.

А это так отвратительно…

Это просто невыносимо! Четырнадцатый Шао убегал и одновременно делал так, чтобы воздух становился влажным, для того, чтобы вымыть руки. Он решил, что как только увидит какого-нибудь человека, тотчас заберёт его одежду, и переоденется в неё. План его был не нов, он собирался вымыть руки столько раз, сколько это было возможным, и во что бы то ни стало снять с себя свои тёмные одежды.

Вот так вот сбежать с поля боя, спасаясь от своего соперника… для Четырнадцатого Шао это было совсем не характерно, а точнее он поступал так впервые своей жизни! Гуйтянь Даньтэн и не подозревал, что ему удалось сделать невозможное, то, что не удавалось сделать ни одному из ныне живущих! Он действительно мог гордиться собой…

Такого успеха не видать даже Цзюню Мосе. Пусть когда-то в будущем он и станет во много раз сильнее Четырнадцатого Шао, но ему никогда не удастся заставить его бежать от себя в таком страхе!

Цзюнь Мосе был страшно рассержен, он бы так и продолжал ругать Четырнадцатого Шао, но Гуйтянь Даньтэн не заставил себя ждать, и приступил к атаке! Столкнувшись с контрударом Гуйтяня, Цзюнь Мосе не знал, как поступить, как ответить на его удар.

Ведь теперь Гуйтянь Даньтэн представлял для него один сплошной кусок чего-то отвратительного и тошнотворного, Мосе боялся, что если хоть на миг прикоснётся к нему, не сможет ничего есть несколько дней…

Рукопашный способ здесь точно не подойдёт…

Остаётся прибегнуть к дальней атаке. Цзюнь Мосе стремительно стал пятиться назад, при этом пуская грохочущие молнии прямо в своего противника. Гуйтяню было хоть бы что, и он продолжал жестоко атаковать Мосе.

Из-за того, что он двигался очень быстро, большинство молний пролетали мимо, а те, что всё-таки попадали в него, он с мужеством выдерживал, и не меняя скорости двигался на Цзюня Мосе. Каким решительным и непоколебимым было его желание убить Мосе!

— Меч, быстрее сюда! — Цзюнь Мосе начал кричать, призывая о помощи.

Заживший второй жизнью Се Цзюнь, кажется, впервые в своём новом воплощении пребывал в таком унизительном положении, однако сейчас у него не было другого выбора, и он кричал что есть мочи:

— Меч, быстрее сюда, я больше не могу! Здесь для тебя есть вкусное лакомство!

Меч Яньди и Хуанди как раз заканчивал с поглощением элементарной Ци Мэйвэй Лянтяна. Энергия постепенно начинала усваиваться в его организме, как вдруг он услышал крик Цзюня Мосе, он резко вздрогнул, а потом взлетел:

«Вкусное? Отдай мне всё!»

Его голос был радостным и взволнованным.

— Да-да, это всё только для тебя, делай с ним всё, что хочешь, — второпях сказал Цзюнь Мосе: — Даже, если оставишь мне лишь десятую часть, тоже не проблема!

— Ха-ха-ха… — меч возбуждённо рассмеялся, но потом подозрительно произнёс: -Ас какой стати ты такой щедрый?

— Торопись быстрей! Если упустишь эту возможность, не сможешь полакомиться, давай быстрей сюда! — Цзюнь Мосе поторопил его.

— Ва-ха-ха… Вкусняшка перед моим носом, как я могу упустить такой момент? — меч взлетел крайне грациозно, и полетел в сторону Гуйтянь Даньтэна. Блеск его лезвия покрывал собой всё окружающее, от возбуждения его даже немного покачивало из стороны в сторону.

«Сегодня небывалый урожай! Ха-ха-ха-ха…»

Гуйтянь безумно бросился вперёд, но увидел, как потрясающий ослепительный меч преградил ему путь. Он не подозревал, что меч абсолютно самостоятелен, ошибочно полагая, что это просто фехтовальное мастерство, которым обладает Мосе, управляя мечом на расстоянии. Он решил, что должен разорвать связь между ними, и тогда победа будет за ним. Удара ветряной ладони будет вполне достаточно для этого.

Внезапно меч тихонько вскрикнул, вспышка молнии отразила его удар, а сам меч нацелился на его Даньтянь и бросился вперёд. Гуйтянь очень сильно испугался, и поспешил уклониться, отпрянув в сторону, но с сожалением обнаружил, что меч по-прежнему решительно мчится к его Даньтяню.

Скорость его была невероятно быстрой, мощность удивительной, ориентир точным, несмотря на то, что Гуйтянь Даньтэн был выдающимся мудрецом среди Чужаков, он никогда в своей жизни не видел ничего подобного.

Он встречал разные волшебные мечи, но, чтобы такой, которым никто не управлял — впервые!

Словно этот меч имел свой рассудок!

Кто бы мог подумать, что этот молодой господин, Злой Монарх, обладает знаниями и способностями, равными Шенжену!

Разве он может быть достойным соперником такого сильного мастера?

«Неудивительно, что мой драгоценный господин Мэйвэй погиб от его рук… но, несмотря на то, какими выдающимися способностями он обладает, он — всё-таки убийца господина Мэйвэй! Я обязательно должен прикончить, чего бы это мне не стоило…» Подумав об этом, в душе у Гуйтянь Даньтэна разгорелась дикая ненависть и злоба, и он схлестнулся в ожесточённом сражении с мечом Яньди и Хуанди…

Меч Яньди и Хуанди — настоящий победитель, достижений, которых он добился за всё время битвы, невероятное количество. Количество новой энергии, которую ему удалось поглотить, достигло возмутительно огромной цифры!

Следует учитывать, что за время этих битв только одних мастеров уровня Шенхуан мечом Яньди и Хуанди было убито почти две тысячи, среди них было несколько десятков Шэнцзунов, и три-четыре Шенцзюня, и ещё он смог поживиться энергией одного Баньшена, Мэйвэй Лянтяна.

Такая страшная сила говорила о том, что меч Яньди и Хуанди сейчас уже является самым сильным во всей Поднебесной!

Единственное сожаление заключалось в том, что Цзюнь Мосе мог ограничивать его силы. Мосе был его хозяином, и так как он обладал уровнем Шенжена, меч мог использовать силы, равные этому уровню.

Однако с силами, которыми он сейчас располагал, Гуйтянь по-прежнему не мог справиться…

Бой подходил к своему логическому концу. Гуйтянь, находящийся при смерти, пребывал в бедственном состоянии, и у него не хватало времени реабилитироваться. На его теле появлялись глубокие кровавые порезы от меча, некоторая часть его сил уже исчезла бесследно.

Гуйтянь Даньтэн лихорадочно кричал, кровь сочилась по всему его телу, одна за одной кровавые радуги появлялись в небе!

Больше всего его злило то, что Цзюнь Мосе в этот момент находился на достаточно далёком расстоянии от него и наблюдал за боем. То есть у него даже не было цели, которую он бы мог поразить, если бы прибегнул к самоликвидации.

Этот факт невероятно расстраивал его…

Меч возбуждённо взлетел в небо, словно дикая молния. Он сновал туда и обратно, при этом ощущая сильный подъём своих сил.

Он не подозревал, что его соперник настолько отвратителен… Но, даже если бы он и знал об этом, наверняка вряд ли придал этому внимания.

Его интересовало лишь то, сколько лакомства ему удастся поглотить…

Что касается мужеложства… какая ему, мечу, разница…

Наконец, раздался оглушительный крик Гуйтянь Даньтэна, меч глубоко вонзился ему в Даньтянь, его силы совершенствования и душевная энергия были пробиты! А потом он начал поглощать его силы…

Гуйтянь издал протяжный мучительный вопль, его лицо скривилось, и он яростно взревел:

— Господин Мэйвэй! Я иду к вам! Мой муж, моя жена… умоляю, только дождитесь меня…

Меч взлетел и отрубил обе его головы!

Две головы одновременно улетели в сторону…

Меч с трудом снова вонзился в Даньтянь. Ему удалось выкачать половину, а потом он обнаружил, что силы на этом закончились. Он сразу же расстроился. В том случае, если человек умирает, его силы и оставшаяся энергия исчезают, кроме душевной энергии, ему нечем поживиться…

После этого Цзюнь Мосе отправился на север. Пролетев расстояние примерно в пять сотен километров, он возник перед укрытым глубоким туманом из дьявольской Ци. Четырнадцатый Шао, увидев его, испуганно сказал: — Этот ублюдок мёртв?

Цзюнь Мосе закатил глаза. Увидев Четырнадцатого Шао, он сразу пришёл в ярость, и злобно ответил ему:

— Никогда не видел тебя таким! Каку тебя ещё хватает наглости называться самым сильным мастером всей Поднебесной? Который сбежал перед самым боем! И бросил меня, столкнувшись с сильным соперником! Если бы я не обладал такими способностями, я бы просто был мёртв! И тебе не стыдно за это?

Четырнадцатый Шао пришёл в ярость:

— Ты думаешь я хотел сбежать? Я просто не мог вынести этого! Если бы я только знал, что столкнусь с такими ублюдками на горе Тяньчжу, я бы никогда не пошёл туда! Вот скажи мне честно, если бы у тебя была возможность сбежать, разве ты бы не воспользовался ею? Если бы я не рванул первым, разве ты бы сам остался там по своей воле? — договорив, он подтянул рукав своей одежды: — Ты посмотри, у меня до сих пор мурашки…

Мосе тоже задрал рукав своего платья, и ещё более злым голосом сказал:

— Блядь! Ты думаешь только у тебя кожа покрылась мурашками? У меня их даже ещё больше, чем у тебя!

Они долго смотрели друг на друга тяжело дыша, а потом одновременно громко рассмеялись. Цзюнь Мосе, театрально опустил рукав, сказал:

— Это ничего, нам надо возвращаться.

— Эм, ты возвращайся один… — Четырнадцатый Шао посмеялся, а потом несколько подавлено ответил.

Он закинул руки за спину, и глядя в безбрежные дали, сказал:

— С этого дня я поселюсь на горе Тяньчжу. До конца своей жизни, я ещё вряд ли когда-либо появлюсь на материке Суань. Возможно, сегодня мы расстаёмся с тобой навсегда.

Глава 1261. Дорожить, как зеницей ока

— Что ты имеешь в виду? — удивлённо спросил Цзюнь Мосе.

— Просто нахлынуло внезапное чувство, что именно здесь, благодаря Первому Шао, когда-то возвысилась ни с чем несравнимая гора! — указал пальцем себе под ноги Четырнадцатый Шао из Подземного Мира. — Он создал барьер огромной силы. Даже спустя десятки тысяч лет мастера Чужаков уровня Баньшен не могут преодолеть его. Какой же великой силой он обладал! Меня всегда называли сильным мастером… О, теперь я знаю, что это всегда было издёвкой и звонкой оплеухой по моему лицу! Разве я имею право называться самым сильным мастером? Я был недальновидным как лягушка на дне колодца! Баньшен… мне пришлось долго сражаться, чтобы заполучить победу. А Первому Шао из Подземного Мира нужно было лишь наложить печать, которая защищала нас многие года! И только сейчас барьер продолжает существовать…

Четырнадцатый Шао из Подземного Мира глубоко вздохнул и вдруг замолчал, однако выглядел он подавленным.

— Ты хочешь сказать, что остаёшься здесь, чтобы понять великий принцип? Замыслил достичь уровня Первого Шао?! — шёпотом спросил Цзюнь Мосе после долгого молчания.

— Именно, — Четырнадцатый Шао сделал два шага вперёд и спокойно сказал: — С нашим уровнем культивации, если мы отправимся на континент, то как будто на борьбу с простыми людьми… что бессмысленно и ещё более скучно! Только здесь есть результаты высочайших достижений моего клана из Подземного Мира!

Четырнадцатый Шао взволнованно посмотрел на землю под ногами и, некоторое время не поднимая головы, сказал:

— Только здесь я чувствую чем отличаюсь от предков! Это будет самым большим источником мотивации для меня двигаться вперёд… иначе мне придётся снова убивать.

— Тем не менее ты, кажется, игнорируешь одну вещь, — сказал Цзюнь Мосе. — Чтобы справиться с чудовищем, нам нужен ты! Гу Хань скончался, неужели ты хочешь, чтобы я сражался с ним в одиночку?

— Разве сражаться с чудовищами — не твоя лучшая способность? С твоим уровнем культивации и необычными приёмами… тебе не составит труда одолеть Чжань Куана! Я не думаю, что будут какие-то проблемы! — рассмеялся Четырнадцатый Шао и добавил: — Зачем я тебе нужен?

— Ладно, раз ты принял решение, я не стану давить, — Цзюнь Мосе опустил голову и сразу же поднял: — Однако, если ты вдруг решишь выйти прогуляться, обязательно иди на юг к резиденции Злого Монарха и тогда мы с тобой напьёмся как следует! Мы давно с тобой знакомы, но не было возможности выпить! Я с нетерпением жду этого дня.

Четырнадцатый Шао усмехнулся, но ничего не ответил. Судя по всему, он действительно не хотел никуда идти.

— Я не заставляю тебя, — сказал Цзюнь Мосе. — Однако после этой битвы я собираюсь отправить мастеров на юг горы Тяньчжу, чтобы полностью уничтожить оставшихся Чужаков. Если они не справятся, то обратятся к тебе за помощью, пожалуйста, не отказывай им.

Четырнадцатый Шао ответил ему:

— Разумеется. Даже если ты никого не отправишь, я постепенно уничтожу этот гнусный клан, чтобы в этом мире не существовали такие отвратительные твари.

— Отлично! Договорились! — спокойно улыбнулся Цзюнь Мосе.

— Ступай. Хотя их лидер уничтожен, но я боюсь, что осталось ещё немало Чужаков, — Четырнадцатый Шао отвернулся, застыл в воздухе и будто из его тела появились белые облака.

Цзюнь Мосе слегка улыбнулся и сказал:

— Конечно, мне стало немного грустно, когда я услышал то, что ты сказал… Ведь теперь неизвестно, когда мы снова увидимся. Я помню, раньше ты говорил, что хочешь сражаться со мной. Почему же не сражаешься? С нетерпением жду этого!

— Даже если ты не будешь использовать свои приёмы с водой, огнём, молниями и ветром, ты всё равно мне не соперник… — а потом он добавил: — Ты не будешь использовать свои необычные приёмы?! Тогда вывод очень прост, сражаться с тобой не имеет смысла! Поскольку не имеет смысла, то лучше не сражаться.

— Не имеет смысла сражаться! Вот оно что! — засмеялся Цзюнь Мосе и поклонился. — В таком случае вынужден попрощаться, брат Четырнадцатый Шао!

Четырнадцатый Шао слегка улыбнулся, махнул рукой и спустился стремительно на землю, словно метеорит. Он очень быстро исчез среди валунов, ничего не сказав на прощание.

Цзюнь Мосе вздохнул. Он знал, что сегодня они попрощались и долго теперь не встретятся. Хотя он радовался поиску пути Четырнадцатым Шао, но на душе чувствовал лёгкую грусть и тоску из-за их разлуки…

Бесконечно «танцуя», в воздухе появился меч Яньди и Хуанди.

Кровь Яньди и Хуанди стремительно, как молния, всё облетела и направилась к ногам Цзюнь Мосе, подняв его. Цзюнь Мосе напоследок поклонился у остатков горы Тяньчжу внизу и подумал:

«Гора — наше сокровище».

Со свистом кровь Яньди и Хуанди поднялась вверх над облаками.

После того, как он ушёл, из-за валунов появилась фигура в чёрном и поднялась в воздух. Он тихонько вздохнул, глядя на яркий свет меча, исчезающий вдалеке.

Он тихонько сказал:

— Да, наше сокровище!

И тут же скрылся в камнях и больше не появлялся.

Когда Цзюнь Мосе вернулся, сражение не только подошло к концу, но и на поле битвы никого не осталось. После этой войны миллионы Чужаков были убиты, а их армия потерпела полное поражение! Можно сказать, что континент одержал блестящую победу!

Но несколько десятков тысяч воинов, которые участвовали в войне, остались навсегда здесь погребены, а от некоторых ничего не осталось… Многие солдаты трёх священных земель героически пали во время этого сражения!

Даже среди вспомогательных войск, которые прибыли позже, были десятки тысяч жертв!

Потери для континента Суань оказались довольно серьёзными!

В частности, большое количество мастеров высокого уровня пало в этой битве, вероятно, на восстановление жизнеспособности всего континента уйдут десятилетия…

На поле битвы в нос ударял насыщенный запах крови.

Шелестел осенний ветер, уже наступила осень…

Цзюнь Мосе долгое время молчал, глядя на последствия войны.

Слишком многие герои уснули здесь вечным сном. Сколько же сирот и вдов осталось на континенте? Эти сироты и вдовы — члены семей героев, которые защищали будущее континента Суань, людей и мир. Сложится ли их жизнь благополучно? Будут ли их обижать? Достаточно ли это справедливо?

В этом сражении погибли многие представители знатных семей и кланов, приведет ли это к упадку или даже гибели семей, которыми они руководили?

В этот момент Цзюнь Мосе внезапно вспомнил стихотворение, которое Цзюнь Ву Хи прочитал ему в тот день и невольно произнёс:

— Горят сигнальные костры, прибыло могучее войско. Настоящий мужчина не сможет сдержать горе, когда видит поле боя после войны!

В этот момент Цзюнь Мосе вдруг понял чувства Цзюнь Ву Хи, когда он писал это стихотворение!

Великие войны в древних легендах, несомненно, чувствовали торжество по поводу победы и печаль по ушедшим братьям.

Горят сигнальные костры, прибыло могучее войско.

Это предложение может показаться сильным, но за ним скрыто множество невыносимых страданий. Кто ещё может понять это? Тысячи солдат ушли на войну, но сколько из них вернулось? Сколько человек благополучно вернулось домой?

Настоящий мужчина не сможет сдержать горе, когда видит поле боя после войны!

В этой фразе выражается искренняя ненависть к войне!

Цзюнь Мосе выиграл эту войну, ради континента Суань и горы Тяньчжу, но он не мог сдержать своего горя!

С этих пор Битв за Захват Небес больше не будет!

Они уничтожили врага раз и навсегда!

Цзюнь Мосе долгое время стоял, не говоря ни слова, глядя на кровавый туман, поднимающийся с поля битвы.

На данный момент такие командующие, как Цзюнь Вуй, Дугу Цзёнхэн, Муронг Фэн Юн, Мэй Сюэ Янь уже закончили перегруппировку войск. В настоящий момент идёт подсчёт погибших. Каждый, кто уцелел, испытывал печаль из-за погибших друзей.

Цзюнь Мосе вздохнул, махнул рукой и вернулся в большой шатёр.

Мэй Сюэ Янь с людьми сразу же вошли вслед за ним.

— Какие результаты? Сколько мы потеряли? — тяжело спросил Цзюнь Мосе. — Сколько братьев… пожертвовало собой в этой битве?

Цзюнь Мосе как хотел узнать, так и боялся услышать эту цифру, ведь сам он спасся от верной смерти. Он мало чего боялся в жизни, но в этот момент смелый Цзюнь Мосе был действительно напуган, боясь узнать ответ!

— Война закончилась, передовые части Тянь Фа уничтожены, восемь Шэнцзунов погибли, как и Король орлов. Из пяти тысяч воинов-орлов ни один не выжил. Из пяти тысяч воинов клана медведей погибли более трёх тысяч. Из пяти тысяч солдат клана журавлей погибло две тысячи, орлов — две тысячи, из пяти тысяч солдат клана птиц Пэн погибло четыре тысячи триста солдат. Полторы тысячи солдат клана тигров тоже были уничтожены… — растерянно говорила Мэй Сюэ Янь с печальным лицом. — В бою погиб… Король птиц Пэн! Как и лидер восьми великих мастеров Юнь Бэй Чэнь, «синий мастер» Мэн Хунчэн и «небесный мастер» Мо Вэньтянь!

— Кроме того, из всех людей трёх священных земель выжила только Цяо Ин!

Цзюнь Мосе глубоко вздохнул, чувствуя волнение.

Потери после битвы превзошли все его ожидания!

Глава 1262. Братья – это на всю жизнь!

Подкрепление со стороны леса Тянь Фа насчитывало в общей сложности около ста двадцати одной тысячи воинов, из них на поле боя погибло более тридцати тысяч солдат! — сказал Цзюнь Вуй и тяжело вздохнул.

— Из-за того, что подкрепление с материка прибыло относительно поздно, их ущерб оказался не слишком серьёзным, — сказал Дугу Цзёнхэн: — Однако их силы невелики, и они не смогут оказать Чужакам огромное сопротивление, из ста тридцати тысяч участвующих в сражении, обратно вернулось меньше сотни тысяч!

— Из отряда Разрушителей Душ в общей сложности погибло тринадцать человек, а остальная часть получила серьёзные ранения, — сурово отрапортовал Одинокий Сокол. Сказав эти слова, он отвернулся и тихонько вытер глаза. Все эти воины стали ему хорошими друзьями и братьями.

Цзюнь Мосе печально вздохнул и сказал:

— Необходимо выразить соболезнования и оказать любую помощь семьям погибших воинов. Отнеситесь к ним, как к членам своей семьи с подобающей заботой. Если у них будут какие-либо требования, мы должны сделать всё возможное, чтобы их удовлетворить! Кроме этого, мы обязаны помочь с продвижением в силе потомкам всех павших воинов! Нельзя, чтобы эти герои считали нас неблагодарными и бездушными! Это главный вопрос сознательности всех людей, а также путь, которому мы всегда придерживались! Таким ни в коем случае нельзя пренебрегать!

Все присутствующие одновременно кивнули головами, выражая своё полное согласие.

— Это, в частности, то, чем руководствуется Злой Монарх, ведя свои дела! Если кто-либо посмеет оскорбить вдову или потомка павшего героя, то независимо от его статуса или происхождения, он должен быть казнён без права на помилование! — сказал Цзюнь Мосе. Суровый тон молодого мастера показывал всю его непоколебимую решимость!

— Тогда я немедленно издам приказ, чтобы он распространился по всему миру как можно быстрее! — кивнула Мей Сюэ Янь. В её взгляде отражалась искренняя гордость.

Отношение к потомкам павших героев — извечная проблема всего материка Суань. Огромное количество семей павших героев были унижены, притеснены и перепроданы в рабство более влиятельным кланам. Участь некоторых прекрасных женщин настолько трагична, что её просто не описать словами.

Можно сказать, что этот железный приказ Цзюнь Мосе стал для них поистине великим спасением!

— Мы не можем позволить героям, пролившим свою кровь, проливать ещё и слёзы в загробном мире! — сказал Цзюнь Мосе, а затем через некоторое время тихонько добавил: — Справедливость находится в сердцах людей. Если член семьи павшего героя совершил злодеяние, то ему, безусловно, придётся за него ответить по всей строгости закона! Герой — это слово, безусловно, является частью славы и величия, но ими невозможно питаться вечно. Во всем нужно знать меру.

В глазах Дугу Цзёнхэна и Муронг Фэн Юня одновременно вспыхнуло восхищение. Приказ Цзюнь Мосе действительно очень справедлив. Таким образом, можно не только избежать возникновения многих трагедий, но и помочь павшим героям сохранить за собой и своей семьёй доброе имя.

Изначально все люди ничем не избалованы.

Эту истину оба старика хорошенько понимали.

Цзюнь Мосе на мгновение призадумался, а затем медленно спросил Мэй Сюэ Янь:

— Как обстоят дела у армии Священной земли?

Понимая, что он имел в виду, Мэй Сюэ Янь сказала:

— В той стороне нет никаких движений, всё так же, как было до войны. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Рано утром я отправлю туда огромные силы для оказания помощи и защиты.

Цзюнь Мосе выпрямился и сказал:

— Пойдёмте, посмотрим, что там.

Все тут же отправились следом за ним.

Палатки, в которых расположились воины трёх священных земель, располагались в своём первоначальном положении. Свистел сильный ветер, раздувая пустоту внутри каждого шатра.

Перед глазами прибывших предстал большой лагерь, разделённый между собой на три цвета, как и сами священные земли.

Это был последний след, который оставили после себя священные земли!

Цзюнь Мосе молча посмотрел на него и прошептал:

— Все вы сражались до конца… Мо Вудао, я надеюсь, что вы обретёте мир на небесах, и три священные земли больше не будут строить козни друг против друга…

Услышав эти слова, Мэй Сюэ Янь не смогла сдержать печаль в своём сердце.

Изначально три священные земли были созданы с очень простым намерением: лишь для того, чтобы противостоять внешней агрессии. Ради этого они ушли в эту богом забытую глухомань… Насколько же благородны и высоки их моральные устои и принципы?

Но именно их «обоюдные козни и интриги», в конце концов, разрушили это великолепное наследие! Наряду с этим лес Тянь Фа в течении долгого времени находился под сильным давлением и гнётом!

Если бы лидеры трёх священных земель имели чуть более широкую душу…

Мэй Сюэ Янь самоуничижительно покачала головой. Казалось, что это просто невозможно… Люди и священные звери — две непримиримые крайности…

Толпа людей один за другим войдя в палатку, увидела лишь безукоризненно разложенные каменные скрижали. Казалось, будто мастера священных земель по-прежнему безмолвно сидели там…

В центре шатра располагался стол, на котором виднелась стопка бумажных пакетов.

На самом верхнем было написано кровью лишь два иероглифа — Гу Хань.

Цзюнь Мосе тихо вздохнул и открыл бумажный пакет. Внутри него лежал кусок нефрита и лист бумаги.

На белоснежном листе каплями крови было написано всего несколько строк: «Мы превратились в ничто и рассчитались жизнью за свою вечную славу!»

Что касается происхождения куска нефрита или просьбе о его последующей передаче кому-либо, то в письме это даже не упоминалось.

Но Цзюнь Мосе отчётливо понимал, что этот кусок нефрита Гу Хань оставил на память для Цяо Ин. Нефрит был кристально чистым и гладким, казалось, что он излучал мягкие и спокойные лучи света, но от него исходил некоторый нежный холодок.

Несомненно, это один из редчайших драгоценных камней в мире!

Цзюнь Мосе молча завернул бумажный пакет и отдал кусок нефрита Мэй Сюэ Янь со словами:

— Немного погодя, передай этот камень Цяо Ин. Скажи, что Гу Хань оставил это для неё, — Мэй Сюэ Янь недоуменно посмотрела на него, но покладисто согласилась, приняв камень в руки.

Мэй Сюэ Янь не понимала, почему Цзюнь Мосе не мог сделать это лично.

Однако он не знала, какие противоречия разрывали молодого мастера: он понятия не имел, как он теперь сможет увидеться с Цяо Ин. А если всё-таки он её увидит, должен ли он сказать ей, что Гу Хань — это её биологический отец?!

Гу Хань использовал для письма собственную кровь вместо чернил. Его почерк был округленный и ровный. Бумажный мешок под древним холодом был также покрыт кровью и чернилами, с полным и округлым почерком. На следующем конверте виднелось имя Мо Вудао. В пакете был лишь один лист бумаги.

«Не говорите, что чистое небо беспощадно, оно просто любит свободу. Сяо Яо, старший брат уже идёт к тебе», — хозяин Неуловимого Мира Бессмертных накануне решающего боя уже прекрасно понимал, что его смерть близка, однако в своей последней записке он ни разу не упомянул Битву за Захват Небес, потерянную славу или почести. Он сказал лишь об одном.

Сяо Яо — именно так звали младшего брата Мо Вудао.

Цзюнь Мосе был потрясен: из этих слов было нетрудно понять, насколько глубоки были братские чувства между Мо Вудао и Мо Сяо Яо. Неудивительно, что он так люто ненавидел Цзюнь Мосе…

Подавляющее большинство воинов написали в своих последних письмах по два-три слова: о смерти без сожалений и Битве за Захват Небес.

Лица всех присутствующих становились всё тяжелее и тяжелее.

Последний бумажный мешок принадлежал Лэн Дуну.

Этот беспечный Достопочтенный написал так: «Плевал я на всё!»

И это было действительно шикарно.

Закончив осмотр шатра Неуловимого Мира Бессмертных, все направились к палатке Золотого города. Большинство последних слов составляли короткие фразы, лишь хозяин Золотого города — Си Жочен оказался не скуп на слова: «Если бы можно было начать всё заново…»

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь долго смотрели на эти слова и не могли вымолвить ни слова.

Если бы жизнь действительно можно было начать заново, неизвестно, сколько бы сожалений прошлого можно было бы избежать, и насколько прекрасной могла бы стать эта новая жизнь…

Если бы всё можно было начать заново — сказать эти слова легко, но вот претворить их в жизнь абсолютно невозможно!

Когда последний из всех шатров священных земель был осмотрен, начало смеркаться. Наступила ночь. Повсюду сидело или стояло бесчисленное людей, но никто из них не издавал ни звука…

Ночь прошла в полной тишине.

На следующее утро Цзюнь Мосе прогуливался по полю боя, но затем вдруг остановился в самом его центре.

После некоторых размышлений молодой мастер вытянул руку и прошептал:

— Сила земли, сооруди бессмертный памятник для наших павших героев!

Как только он закончил говорить, земля близ него начала потихоньку подниматься: всё выше и выше… И это продлилось аж до самого обеда! Высота памятника была три километра, а ширина — пятьдесят километров…

На вершине он медленно расширился, образуя форму гигантского орла с распростёртыми крыльями, который наблюдал свысока на весь материк Суань!

Это была первоначальная форма Короля орлов! Цзюнь Мосе снова взмахнул рукой и при помощи силы металла покрыл всю статую толстым слоем золота!

Это было чистейшее золото! Без каких-либо примесей!

Гигантская статуя золотого орла на фоне солнечного света имела невероятно величественный вид!

Увидев эту прекрасную статую, Мэй Сюэ Янь, Сюн Кайшань и остальные звери леса Тянь Фа не смогли сдержать слёз.

Цзюнь Мосе снова взмахнул рукой, и внезапно появилась огромная, необычайно ровная каменная стена, длиной километр! Затем раздался звон меча Яньди и Хуанди, и клинок мгновенно направился к каменной стене.

Вслед за яркими лучами меча повсюду посыпался щебень. Спустя некоторое время толпа увидела, что на каменной стене появилась целая поэма, написанная искусным почерком!

«Все старые дела сошли на нет, однако кто может быть спокоен?

Слезы льются по нашим героям, чьи истории так печально закончились.

Братья — это на всю жизнь! Это навсегда!

Бесценная кровь патриотов была пролита без сожалений! От рождения и до самой смерти они вели себя храбро!

В этой жизни мы все стали братьями, и даже смерть этому не помеха!

Душа Короля орлов всё так же независима, и теперь она заполняет собой целый небосвод!»

Глава 1263. Уничтожить всех до единого

«Король орлов пожертвовал собой, чтобы защитить жителей и будущее континента. Дух погибшего героя навсегда останется охранять континент!»

Снова резко поднялся вверх сияющий меч!

Кровь Яньди и Хуанди издала длинный гул и сразу же поднялась в небо, быстро закрутилась спиралью и упала вниз.

Мэй Сюэ Янь, Сюн Кайшань и Хэ Чунсяо задрали головы и уставились на огромную статую Короля орлов, они долго не могли отвести от неё взгляд…

«Сяо Ин, тебе там без нас одиноко? Ты вспоминаешь нас? Обязательно вспоминай! Ведь мы так по тебе скучаем…»

Во время мертвой тишины вдруг разрыдался Сюн Кайшань. Сидя на земле, он задыхался от рыданий:

— Брат… Брат, я скучаю по тебе… ты… ты возвращайся, скорее возвращайся…

Когда Король медведей начал плакать, Мэй Сюэ Янь, Хэ Чунсяо и другие в конце концов тоже не сдержались и заплакали…

Дул осенний ветер, распространяющий повсюду крик Короля медведей, казалось, что весь мир наполнился его печальным криком…

…

У подножия горы более ста тысяч человек начали копать могилы и хоронить солдат, которые уснули здесь вечным сном. От многих не осталось ничего, кроме имени, поэтому приходилось сгребать с земли грязь и хоронить её…

Надгробия были установлены очень плотно, одно за другим, кладбищу не было видно ни конца, ни края.

Резкий осенний ветер проносился между надгробий, создавая такой звук, будто десятки тысяч героев кричали и сражались в этой жестокой битве…

Надписи с именами были закопаны в могилы.

Люди, которые занимались погребением, делали всё очень осторожно и мягко, казалось, что они бояться разбудить спящих героев…

Цзюнь Мосе молча смотрел на каждое из надгробий. За весь день он не промолвил ни слова. Его спокойный взгляд был устремлён вдаль, будто в потусторонний мир, где он осматривал погибших героев…

«Могила главного человека трёх священных земель — Гу Ханя. Шенцзюнь Гу Хань в одиночку убил здесь три тысячи Шенхуанов Чужаков и в конце концов погиб! Выдающийся воин!»

«Могила Мо Вудао, Владыки Дворца Бессмертных!»

«Могила Си Жочэня, Владыки Дворца Бессмертных!»

«Могила Чэна Иньсяо, Шэнцзуна Священного дворца!»

«Могила Цюй Ухуэя, Шэнцзуна Священного дворца!»

Многие выдающиеся и влиятельные личности, которых при жизни уважал весь континент, теперь были здесь захоронены…

Вся слава, всё прошлое развеялось на ветру…

Небо молчаливо за всем наблюдало!

А горы спокойно стояли, словно охраняя могилы!

Цзюнь Мосе на мгновение ушёл в себя. В конце концов, он не мог сдерживать нахлынувшие эмоции. У подножия этой горы под многочисленными надгробиями была высечена фраза: «Здесь погребены сто тысяч героев. Они являются опорой континента Суань. Вот гора Тяньчжу, созданная душами и кровью сотен тысяч героев!»

Все долго стояли со слезами на глазах, глядя на могилы погибших героев.

— Этот блистательный подвиг должен остаться в истории! — волосы Цзюнь Мосе развевались на ветру, он торжественно сказал:

— Мы вечно будем помнить их героический поступок!

Он не давал конкретно никаких указаний, но за ним стояли Дугу Цзёнхэн, Муронг Фэн Юнь и другие мастера. Абсолютно никто, ни один монарх не посмеет нарушить требование Злого Монарха!

Вся армия была здесь, на комплектование войск ушло десять дней. Исцеление… чудодейственный эликсир Пагоды Хунцзюнь, несомненно, сыграл важную роль в это время. Многие, кто был смертельно ранен, быстро выздоравливали благодаря эликсиру Цзюнь Мосе…

Утром одиннадцатого дня под руководством Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь все бойцы собрались снова перед захоронением.

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь в общей сложности возглавляли более двухсот тысяч человек. Все солдаты стояли прямо, печально и безмолвно глядя на могилы, а потом поклонились три раза.

Осенний ветер внезапно усилился, он становился всё более и более сильным, поднимая бесчисленные листья, которые летали в воздухе.

Наверху возвышалось боевое знамя объединённых войск континента…

Настало время возвращаться домой с победой.

Настало время всем солдатам отдать последнюю дань памяти оставшимся здесь героям и распрощаться!

Наступила гробовая тишина, никто из двухсот тысяч человек ничего не говорил.

Через какое-то время первая армия взяла на себя инициативу и ушла, многие из них оборачивались, пока не ушли слишком далеко…

Затем начали уходить союзные войска…

После полудня место опустело, когда большая часть войск удалилась. Последними ушли войска из государства Тяньсян, остались лишь войска из Тянь Фа и резиденции Злого монарха.

Последние десять дней Сюн Кайшань сидел на земле, глядя на статую Короля орлов и о чём-то размышляя. За несколько дней он похудел в несколько раз.

Цзюнь Мосе долго молчал и, наконец, повернулся ко всем лицом.

— Все, кто достиг уровня Шенхуана, сделайте шаг вперёд!

Многие вышли вперёд. Окинув взглядом, он насчитал примерно несколько тысяч мастеров!

Цзюнь Мосе посмотрел на каждого из них и яростно рявкнул:

— Я вызвал вас, чтобы поручить одно задание! Оно чрезвычайно трудное, но должно быть выполнено! Если вы его не выполните, то будете лежать здесь вместе со своими братьями!

Голос Цзюнь Мосе был настолько сильным и необычным, что даже Мэй Сюэ Янь удивилась: она впервые слышала подобный голос.

Все смотрели на него светящимися глазами, по его тону они поняли, что он вызвал их ради чрезвычайно важного дела!

— Пять тысяч человек должны разделиться на пять отрядов и войти на территорию Чужаков во главе с Одиноким Соколом, Фэн Цзюань Юнем, Чу Цихуном, Сюн Кайшанем и Хэ Чунсяо! Всё тщательно обыщите и уничтожьте оставшихся в живых Чужаков! Убедитесь, что не выжил ни один!

— Так точно! — в голос крикнули мастера.

Цзюнь Мосе посмотрел на юг от горы Тяньчжу и сказал:

— У Чужаков не осталось сил сражаться, и единственная цель этой битвы — раз и навсегда уничтожить их клан. Я буду в Тянь Фа ждать новостей о ваших успехах! Я верю, что вы меня не подведёте!

— Слушаемся! — все Шенхуаны снова закричали в один голос.

Глаза Сюн Кайшаня, наполненные печалью, впервые заблестели, он кричал громче всех. Ненависть в его глазах горела, как вечное пламя.

Король медведей действительно хотел перебить их, чтобы выразить своё горе!

«Брат, я убью оставшихся Чужаков в твою честь! Я отомщу за тебя!»

Цзюнь Мосе и многочисленная армия возвращались в Тянь Фа. Всю дорогу Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь молчали.

Единственная сила на этом континенте, которая могла конкурировать с Тянь Фа и резиденцией Злого Монарха — три священных земли — исчезла навсегда. Однако они не чувствовали радости, а наоборот, были в замешательстве. К удивлению, они потеряли интерес и странное чувство незнания того, что делать дальше, очень расстраивало. Они оба ни о чём не думали, а просто продолжали идти вместе с солдатами…

Конечно, обратный путь оказался очень долгим, к тому же десятки тысяч солдат шли больше десяти дней, пока не увидели первую деревушку с людьми.

Они так долго сражались у подножия горы Тяньчжу, что, завидев деревушку и людей, их сердца наполнялись теплотой. Для людей, которые сражались не на жизнь, а на смерть, это были непередаваемые чувства.

— Мосе, ты заметил, что во время этой войны не было помощи от Призрачного дворца? Сложилась довольно странная ситуация из-за отношений между Призрачным дворцом и тремя священными землями… — Мэй Сюэ Янь, глядя на дымящийся вдалеке дым, глубоко вздохнула и сказала:

— Хотя Призрачный дворец никогда не участвовал в Битве за Захват Небес, но нам нужна была их помощь. На этот раз произошёл сильный обвал горы Тяньчжу, совершенно недопустимо, что от Призрачного дворца нет никаких новостей. Особенно, учитывая, твои отношения с семьёй Мяо.

— Да, это действительно странно, — выражая согласие, кивнул Цзюнь Мосе, и задумался, почему Призрачный дворец не оказал им помощь.

Неужели Чжань Куан вернулся в Призрачный дворец и семи владетельным семьям теперь не до чужих проблем?

Чжань Куан был ещё одной проблемой Цзюнь Мосе. Он сейчас находился в крайне странной ситуации. Цзюнь Мосе не мог победить его, даже Пламя Первозданного Хаоса, которое мог сжечь всё на свете, не могло уничтожить его!

Как же его убить?

Кроме того, после сражения прошло много времени. Если Чжань Куан продолжает высасывать человеческую кровь, чтобы восполнять свои силы, неизвестно сколько людей он погубил…

С ним и раньше было тяжело справиться, но насколько сильным он стал теперь?

Глава 1264. Он потерял здравый рассудок

В это время Гу Хань был уже мёртв, а Четырнадцатый Шао из Подземного Мира внезапно сошёл с ума и жил отшельником на горе Тяньчжу…

Разве это не значило, что Цзюнь Мосе придётся сражаться с Чжань Куаном в одиночку?

Они втроём не смогли его убить, сможет ли он справиться один?

Двигаясь вперёд, он увидел, что солдаты остановились у деревни. Вслед за этим к нему стремительно скакал на лошади человек. Казалось, что они на что-то натолкнулись или случилась беда…

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь посмотрели друг на друга с недоумением. Они много дней не встречали людей, поэтому очень радовались, когда видели какую-нибудь деревушку. Сейчас солдаты остановились явно из-за серьёзной проблемы. Неужели они, солдаты Тянь Фа и резиденции Злого Монарха, более ста тысяч Почтенных мастеров, столкнулись с грабителями?

Как же грабителям не повезло, если они решили на них напасть!

Или этот мир слишком сумасшедший? Неужели найдётся такой глупец, который осмелится грабить самую сильную армию континента? Даже Четырнадцатый Шао со своей силой не смог бы перехватить их армию, это доступно лишь Первому Шао из Подземного Мира!

Вскоре к нему прибыл этот солдат:

— Господин, в деревне впереди произошло что-то странное. Все жители деревни были убиты. Более того, они превратились в мумии! — рассказывал солдат, напуганный происшествием.

Мумии?

Цзюнь Мосе нахмурился, сразу подумав о Чжань Куане!

Чжань Куан, потерявший своё физическое тело, намного ниже уровня Четырнадцатого Шао и даже Гу Ханя, но его необыкновенная способность восстанавливать силы, а также высасывать жизненную силу из обычных людей оказала на него огромное влияние…

Подумав об этом, Цзюнь Мосе поднял руки и сразу же взлетел вверх. Мэй Сюэ Янь услышала это и тут же последовала за ним. Они полетели по небу, как метеоры, и в мгновение ока оказались в маленькой деревне. Их охватила ярость, когда они увидели, что там произошло!

Это, несомненно, была очень маленькая деревня, в которой проживало всего двадцать-тридцать семей.

Однако в данный момент в деревне не осталось никого в живых.

Во дворах и на тропинках лежали трупы…

Цзюнь Мосе, глядя на деревню сверху, опустился вниз и перевернул перед собой тело. Зрачки резко сузились: тело напоминало мумию, высохшее, без капли крови или влаги…

Благодаря опыту, полученному Цзюнь Мосе в прошлой жизни, он знал, что человеческое тело на семьдесят процентов состоит из воды, а труп перед ним был на две трети меньше тела живого человека. Оно выглядело точно как мумия! Действительно мумия!

Остальные тела были точно такими же.

Будь то пожилые люди, дети или молодые люди! Именно так погибли все они. Хотя мышцы на их лицах высохли, но можно было увидеть, что они очень спокойные. Кажется, что они вообще ничего не поняли, как будто просто заснули!

— Это жестокий способ убийства! Он не пощадил даже детей! — скрипя зубами, сказала Мэй Сюэ Янь, глядя на тело маленькой девочки на земле.

— Судя по признакам разложения тела, это трагедия произошла полмесяца назад или даже раньше. Поскольку тела чрезвычайно обезвожены, то превратились в мумии. В ином случае, они бы разложились, и мы не узнали, что произошло! — Цзюнь Мосе медленно выпрямился и с серьёзным видом сказал:

— Нет сомнений, это он! Только Чжань Куан может совершать такие безумные поступки!

Он полностью выпил кровь этих людей, но на их телах не было никаких шрамов. Цзюнь Мосе сразу же всё понял, когда вспомнил как Четырнадцатый Шао рассказывал о трупах животных, чью кровь выпил Чжань Куан!

— Чжань Куан? Это он? Почему он не… — глаза Мэй Сюэ Янь расширились, она не могла поверить, что это правда!

— Это действительно Чжань Лунь Хуай, которого мы столкнули в кратер вулкана! — Цзюнь Мосе глубоко вздохнул и встревожено на неё посмотрел.

— Он бессмертный, да ещё и высосал так много крови… думаю, что победить его будет сложнее, чем когда-либо…

— Да, с ним трудно справиться. Но, неважно, какой ценой, нельзя позволить ему существовать в этом мире. Это большая опасность для всех людей! — Мэй Сюэ Янь обиженно сказала: — Мы должны полностью уничтожить его!

— Естественно, — Цзюнь Мосе улыбнулся, махнул рукой и приказал своим людям надлежащим образом похоронить все трупы.

Когда армия возобновила движение, по пути они продолжали натыкаться на странности.

По пути было более пятидесяти деревень, где погибли все жители! Независимо от людей и животных, все становились мумиями! В общей сложности они насчитали погибших более семи тысяч человек! Это просто подсчёт людей, если бы они считали скот, то получилось бы двадцать тысяч тел!

Глаза Цзюнь Мосе все больше наливались гневом!

«Чжань Куан, ты совсем потерял человеческий облик и лишился рассудка?! Тебя можно было бы оправдать, если бы ты убивал мастеров, которые угрожают тебе. Но ты убил ни в чём не повинных, беззащитных людей!»

Единственная причина, по которой Чжань Куан убивал — это заполучить как можно больше жизненной энергии, чтобы восстановить свою силу и развить невероятные способности!

Однако такие ужасные преступления не могут быть прощены!

Чжань Куан, ты заслужил суровой кары!

Армия постепенно двигалась на юг, по пути располагалось все больше деревень, но все жители были зверски убиты! Более пяти тысяч мирных жителей погибли!

Цзюнь Мосе и другие всё больше и больше злились, в этот момент они почти закипали от гнева!

К счастью, дальше они такого не видели.

Сознание Цзюнь Мосе было полностью открыто: ночью он повсюду искал следы Чжань Куана, но так и не нашёл. Из-за этого Цзюнь Мосе очень переживал…

Чем раньше он его убьёт, тем больше спасёт людей. Если промедлить, то от него пострадает не меньше жителей, чем от Чужаков!

Со дня битвы с Чжань Куном прошло несколько десятков дней, но было убито более тридцати тысяч человек. Его жестокость невообразима!

Почти через месяц похода армия вернулась на перевалочный пункт на юге!

Дугу Сяо И, Гуан Квинхан и другие люди, естественно, уже их ждали. В этот момент, когда они увидели, что Цзюнь Мосе и другие возвращаются, они были очень рады и вышли, чтобы поприветствовать их.

Но когда все увидели напряжённое и злое лицо Цзюнь Мосе, не могли понять, что же так разозлило господина, ведь все Чужаки и три священные земли были уничтожены.

Услышав от Мэй Сюэ Янь про мумии, которые они увидели в деревнях по дороге на юг, все вздохнули с облегчением. Однако их охватил страх, когда они узнали подробности этих убийств.

Цзюнь Мосе с гневным лицом непрерывно раздавал приказы, чтобы летающие священные животные сообщили всем, что как только появятся соответствующие новости, они должны немедленно сообщить ему. Все государства были проинформированы о Чжань Куане, теперь им приходилось терпеливо ждать новостей.

Вместе с тем он увеличил время совершенствования. Цзюнь Мосе чувствовал, что борьба с Чжань Куаном, несомненно, будет жестокой! Он, скорее всего, потерпит неудачу, если как следует не подготовится!

Услышав об этом, Мяо Сяо Мяо, которая родилась в Призрачном дворце, опасалась, что Чжань Куан заявится к ним. Судя по словам Цзюнь Мосе, на данный момент в Призрачном дворце не было никого, кто мог бы ему противостоять!

Хотя Цзюнь Мосе думал по-своему, но он должен был успокоить Мяо Сяо Мяо: даже если Чжань Куан совсем обезумел и потерял совесть, он всё равно будет заботиться о своих потомках, а также не станет сражаться с Призрачным дворцом…

Мяо Сяо Мяо немного успокоилась, но время шло очень медленно.

Не смотрите на то, что молодой мастер уверенно успокоил Мяо Сяо Мяо, на самом деле настроение в этот момент у него было гнетущее.

Он даже решил, что Призрачный дворец не помог ему в Битве за Захват Небес из-за Чжань Куана! Наверняка, у них случилось что-то серьёзное!

Иначе Призрачный дворец обязательно бы ему помог, невзирая на дружбу с тремя священными землями!

Но в душе Цзюнь Мосе всё ещё сомневался.

Он знал то, чего не знали другие. Хотя на самом деле в Призрачном дворце не существовало мастера, который мог бы сравниться с Чжань Куаном, но в семье Мяо был один сверхсильный мастер, единственный оставшийся в живых последователь Первого Шао из Подземного Мира — Мяо Цин Чен!

Мяо Цин Чен, безусловно, более сильный мастер, чем Чжань Куан. Даже если по разным причинам он не так силён в данный момент, неужели он допустил бы бесчинства Чжань Куана? Однако, если это так, как это может объяснить бездействие Призрачного дворца?

Шёл день за днем, а новостей все не было…

В этот день Цяо Ин, которая всё ещё горевала, неожиданно пришла к Цзюнь Мосе.

С тех пор, как они вернулись с горы Тяньчжу, Цяо Ин почти всегда молчала. Хотя она не убивалась от горя и не рыдала, но её молчание наводило на всех тоску.

— Ищешь меня? Что случилось? — Цзюнь Мосе много времени проводил в Пагоде Хунцзюнь, оттачивая своё мастерство и готовясь прорваться на восьмой уровень Пагоды. Он вдруг услышал, что его ищет Цяо Ин, поэтому быстро закончил практику и вышел к ней.

Глава 1265. Мне неловко говорить…

— Гу Хань… — Цзюнь Мосе сразу же смолк. Он долго молчал, а потом произнёс: — Барышня Цяо, почему вы вдруг спрашиваете?

— Я надеялась услышать правду от тебя, потому что я знала, что в этом есть что-то странное! — голос Цяо Ин были тихим и спокойным: — Когда ты появился в лагере сил трёх священных земель, и попросил присоединиться сражаться с вами, первоначальным твоим намерением было то, что ты хотел использовать мою уникальную способность провидения, чтобы я смогла дать отпор великим и опасным Тянь Женам, не так ли?

Цзюнь Мосе беспомощно кивнул:

— Это правда…

— Но на протяжении всей битвы, я так ни разу и не сражалась! Не из-за того, что у меня не было подходящей возможности присоединиться к сражению… а потому что Мэй Сюэ Янь всегда специально меня останавливала, не позволяя мне воевать, я ни разу не воспользовалось своей способностью провидения, как «секретным оружием» трёх священных земель, я никак себя не проявила в этой битве! Наверняка, из-за того, что твои первоначальные намерения внезапно поменялись. Поэтому Почтенная Мэй не разрешала мне выдвинуться на фронт! Меня оставили в глубоком тылу, чтобы обеспечить мою безопасность! Ведь так?

— Это тоже правда, — кивнул головой Цзюнь Мосе.

— Но почему ты изменил своё изначальное решение? Я так долго думала над этим… Кто или что заставил тебя сделать это, я так и не смогла понять! — Цяо Ин вдруг резко подняла голову, и пристально взглянула на Мосе: — Единственным объяснением может быть то, что в тот день ты встречался с моим наставником, Гу Ханем, и у вас состоялся разговор. Наверняка, он что-то сказал тебе, после чего тебе пришлось изменить своё решение!

Цзюнь Мосе оглянулся назад. Цяо Ин смогла додуматься до этого; однако это очень сложный вопрос, и отвечать на него слишком трудно. Кажется, вне зависимости от того, каким будет ответ Мосе, ни к чему хорошему это всё равно не приведёт!

Цяо Ин вытащила яшмовую подвеску из-за пазухи, положила себе на ладонь, и молча погладила, а потом сказала:

— Поэтому, я хочу знать, что мой наставник… сказал тебе? Уверена, у него были какие-то планы на мой счёт. И я хочу знать, что он планировал для меня? Я понимаю, что не должна себя так вести и расспрашивать тебя, мои вопросы могут поставить тебя в затруднительное положение, но я правда хочу знать, ведь он был для меня не просто наставником, он был для меня практически отцом! Прошу тебя, расскажи мне о его наставлениях!

— Кхэ-кхэ… барышня Цяо, вам не хочется пить? Может, мы сначала выпьем чего-нибудь? Скажите, чтобы подали чай и кружки, — Цзюнь Мосе сделалось очень неловко, он не знал, как уйти от ответа, и распорядился подать чай.

Мысленно он ругал Гу Ханя:

«Ах ты, старый хрыч! Смылся, оставив после себя такую неразбериху! Как я, по-твоему, должен разбираться во всём этом? Возможно, ты должен был сам поговорить с Цяо Ин, а не рассказывать всё мне. И как мне теперь быть? Ты же был ей „как отец“, а? А ты и есть её настоящий отец, старый пердун!»

Но, глядя на печальный вид Цяо Ин, если ей в самом деле рассказать об этом, она может не выдержать такого удара! Но… если не говорить ей… значит, она всю жизнь проживёт, так и не узнав про своих настоящих родителей…

— Если даже наставник Гу рассказал вам о чём-то сокровенном и щекотливом, пожалуйста, говорите, я смогу это вынести, — Цяо Ин крепко сжимала яшмовую подвеску, бережно прижимая её к груди.

Цзюнь Мосе смотрел на дрожащее тело Цяо Ин, скривил рот от неловкости, и подумал про себя:

«Ты действительно сможешь справиться с этим? Если у тебя получится, тогда отлично. Но ты не сможешь принять ответ на этот вопрос».

Она всегда считала себя сиротой, и росла, как сирота. Прошло уже более тысячи лет, и вдруг получается человек, который говорит ей, что она вовсе не сирота, у неё были родители, а её родным отцом является её любимый наставник, который был всегда рядом с ней, помогал и обучал… Трудно сказать, насколько серьёзный удар может нанести ей такая новость?

Более того, её отец уже всё равно погиб… отец, которого у неё никогда не было, а когда она его обрела, его тут же не стало… Цзюнь Мосе, ставя себя на ее место, тоже бы сошёл с ума от такой несправедливости судьбы! Однако Цяо Ин продолжала всё также смотреть на Мосе.

Как же быть, что ответить ей?

— Господин Цзюнь, прошу, говорите прямо, — тихо сказала Цяо Ин: — Я была его ученицей, я должна обязательно выполнить его последнюю волю! Иначе как мне жить дальше?

Цяо Ин повернулась, на её лице был печальный вид, она грустно произнесла:

— Столь многих людей забрала у меня эта война, за исключением этого дела у меня нет других желаний. Боюсь, мне тоже скоро придётся отправить за ними… Цзюнь Мосе, ты знаешь, что силы трёх священных земель насчитывали около ста тысяч солдат? За один миг не осталось никого из них, ты хоть представляешь себе, что это за чувство? Тебе знакомо это?!

Не дожидаясь ответа Цзюнь Мосе, Цяо Ин мрачно рассмеялась, и сказала:

— Когда кто-то становится сиротой, он теряет своих близких, но у него есть люди, которые растят его, заботятся о нём… остаются друзья, соседи, приятели… Но я в один миг лишилась абсолютно всех! У меня никого не осталось! Что значит не иметь ни кола, ни двора, я, Цяо Ин, как никто другой знаю каково это… — её глаза наполнились слезами: — Я знаю, что значить быть один-одинёшенек, когда кругом все чужие…

Цзюнь Мосе молчал. Цяо Ин было очень горько и плохо, кажется, сейчас во всём мире нет ни одного настолько одинокого человека, как она!

— Если вы по-прежнему не хотите рассказывать мне о последней воле моего наставника, тогда у меня правда… больше нет никакого смысла продолжать это бренное существование… — опечаленно произнесла Цяо Ин.

— Кхэ-кхэ… не то, чтобы я не хотел, просто я не знаю, как это сказать, потому что это очень… — Цзюнь Мосе закашлял, пытаясь начать говорить.

«Ай, как стыдно… очень стыдно. Надо подождать несколько десятков лет, когда душевное состояние Цяо Ин вернётся в норму, и тогда я все ей объясню. Пусть время излечит её раны, и тогда она будет в состоянии принять правду…»

Цяо Ин крепко сжала кулаки, что даже костяшки побелели. Она старалась изо всех сил не нервничать сильно и просто успокоиться, чтобы голос её звучал спокойно, однако он всё же дрожал:

— Спасибо, господин Цзюнь. Прошу, говори. Я уверена, что смогу справиться, какой бы печальной и трагичной не была эта весть.

— Какая печальная весть? Нет никакой печальной вести! На самом деле… — Цзюнь Мосе состроил извиняющееся выражение лица и, немного заикаясь, произнёс:

— Эм, как же сказать? Ха-ха-хах… Старейшина Гу уже накануне великой битвы знал, что ему придётся проститься с жизнью. Но он никак не мог перестать переживать за тебя, и поэтому подозвал меня… хэ-хэ…

— Что он сказал? — Цяо Ин взволнованно спросила.

— Тогда старейшина Гу сказал: «Господин Цзюнь, у меня есть дело, которое меня сильно тревожит». Я сразу спросил: «Что за дело?» Тогда он сказал: «Эх, эта девчонка, Цяо Ин… Несмотря на то, что она обладает некоторым совершенствованием, по своему характеру она очень простодушная и наивная, у неё за душой нет никаких хитрых замыслов. Она — моя единственная печаль. Поэтому сегодня я хочу поручить ее тебе…»

— Что? — Цяо Ин вскрикнула.

— …тогда я ответил, что старейшина может быть спокоен, я смогу позаботиться о тебе и ему не о чем волноваться! — Цзюнь Мосе сильно вспотел: — Тогда он продолжил: «Твоё обещание несущественно! Если ты пообещаешь, что женишься на ней после войны, только тогда я буду спокоен. Пусть для тебя немного пользы, но я могу поручиться, что она станет хорошей женой тебе…»

Что называется, не стыда и совести?! Так это переходит всякие границы!

— А! — в ужасе вскрикнула Цяо Ин. Она строила много разных догадок и предположений, но и подумать не могла, что последняя воля её наставника будет такой. Она моментально покраснела, ей было так стыдно и неловко, что ей хотелось провалиться сквозь землю. Она так отчаянно донимала Мосе вопросами, но никак не ожидала, что новость, которую она услышит от него, станет настолько шокирующей!

Если её наставник просил действительно об этом, неудивительно, что Мосе долгое время ничего не говорил ей, это ведь такой щепетильный вопрос… Она так настоятельно просила его рассказать всё ей, словно безумно желала выйти за него замуж…

Сам Мосе не подозревал, что его слова, сказанные невзначай, вызовут такой эффект: печальная горькая обстановка в тот же миг превратилась в неловкую и застенчивую… Цзюнь Мосе сказал про себя: «Я, вообще-то, ни разу не соврал. Вы и так просили меня об этом, если бы в этом мире был диктофон, я бы обязательно предъявил доказательства…»

— Ты несёшь полный бред! — Цяо Ин сначала была смущена, а потом разозлилась.

— Почему это сразу должно быть бредом? Ты думаешь, я хотел говорить об этом? Ведь это ты вынудила меня! — Цзюнь Мосе громко крикнул, словно был несправедливо обижен: — Это чистая правда! Когда старейшина говорил о тебе, он испытывал серьёзные угрызения совести. Священные земли из-за Битвы за Захват Небес загубили твою молодость. Когда он говорил про это, он чувствовал свою вину. Поэтому в последний момент он попросил тебя покинуть священные земли, и попросил меня забрать тебя.

Цзюнь Мосе был достаточно наглым и толстокожим. Говоря о делах, касающихся замужества, он никогда не стеснялся и всегда говорил уверенно.

— Ты сама вынудила меня сказать тебе правду, так почему теперь идёшь на попятную? Разве не ты говорила, что готова к любому исходу, и со всем справишься?

Глава 1266. Идти на любые жертвы!

– Потом, когда битва закончилась, мне было как-то неудобно говорить об этом… хэ-хэ… — Цзюнь Мосе сделал вид, что смущён: — Я не могу сказать, что я толстокожий… Если бы ты не пришла ко мне сегодня с расспросами, я даже не знаю, когда бы сам заговорил с тобой об этом… Как бы сказать, я такой человек, меня просто очень легко смутить…

Цяо Ин в тот же миг почувствовала, как у неё в душе что-то перевернулось.

Ей было и радостно, и грустно, иными словами, чувство разочарования затаилось у неё в душе… Это крайне неоднозначное чувство нахлынуло так внезапно, что ей было сложно описать, что же она чувствует сейчас на самом деле…

Несмотря на это, она не выдержала, и одарила его пренебрежительным взглядом.

«И этот человек будет мне говорить, что очень стеснительный? Да кожа его толще, чем гора Тянь-чжу… Это же просто смехотворно! Кажется, во всём мире нет ни одного человека, который мог бы переплюнуть Мосе в его толстокожести! Даю голову на отсечение, такого человека просто не существует!»

— Поскольку говорить об этом так неловко, тогда уж лучше будет не говорить об этом вовсе! Считай, что сегодня ничего не произошло, я сама сумею найти способ защитить себя, тебе не к чему хлопотать по этому поводу! — Цяо Ин смущённо сказала, и словно душистый ветер вспорхнула и исчезла.

Уходя, она сильно покраснела, не зная, чего она испытывала больше, смущение или злость, и резко выругалась:

— Этот чёртов донжуан, как обычно!

Но больше всего её злило то, что у него было очень раздосадованное лицо… словно был нисколько не рад этому…

Однако благодаря этому драматичному признанию, тяжёлая печаль, разбивающая сердце Цяо Ин немного уменьшилась.

— Эй, барышня Цяо Ин, так не пойдёт… Я должен обязательно исполнить последнюю волю твоего наставника! Пусть даже если ситуация настолько щекотлива, ты не можешь оставить меня… то есть, я имею в виду… — позади раздался взволнованный голос Цзюнь Мосе.

Очевидно, он очень ответственно подошёл к этому делу:

— Барышня Цяо Ин… эм, Ин… подожди, не уходи, мы должны всё ещё раз хорошенько обсудить! Мы должны решить, как нам выполнить последнее желание старейшины Гу, утвердить способы, подготовить церемонию, выбрать позу…

Первая часть его оправданий была, что называется, верхом нравственности, а вот вторая, конечно, подкачала с целомудрием…

— Иди к чёрту со своими обсуждениями! Подлый и бесстыжий бабник, кому есть дело до твоих церемоний и поз… — откуда-то издалека донёсся голос Цяо Ин, постепенно став полностью неслышимым…

Очевидно, она уже была совсем далеко отсюда. Ругаясь по дороге, она пыталась хоть как-то дать выход своей ненависти к Цзюнь Мосе.

«Чтобы выполнить последнюю волю своего наставника, я должна идти на любые жертвы? Ты — бессовестный человек!»

Цзюнь Мосе снова сел на стул.

«Боже, неужели всё? Это было просто невыносимо!»

Подумав немного, он снова вспомнил последние слова Цяо Ин: «Кому есть дело до твоих церемоний и поз…».

Смысл этой фразы был довольно глубоким… Наверняка, она имела в виду способ изнасилования? Позы ведь там произвольные?

Поразмыслив над этим, Мосе сощурил глаза, обнажив хитрый волчий взгляд…

На самом деле, Цяо Ин и сама не подозревала, что ляпнула…

Следующие несколько дней беспорядки на материке Суань стали утихать.

Словно Безумный Чжань бесследно исчез, и никакого трагического события не случалось вовсе. Со стороны Призрачного Туманного Дворца по-прежнему была тишина, и никаких новостей.

Причиной было неожиданное обрушение горы Тянь-чжу. Вторжение Чужаков произошло так стремительно, на всё про всё ушло около двух месяцев. Материку Суань пришлось заплатить невиданно высокую цену из-за этого, весь материк постепенно начинал процесс восстановления. Раньше на каждом шагу можно было встретить бодрых и полных сил мастеров, а сейчас это было настоящей редкостью!

Что касается простого народа, они практически смогли избежать последствий этого страшного события. Когда боевые действия были прекращены, они смогли окончательно вернуться к своей обычной жизни.

В это время глава дворца Злого Монарха, Цзюнь Мосе, вёл себя довольно подозрительно.

Каждый вечер его можно было наблюдать то в окружении Гуан Квинхан, то Дугу Сяо И, то Мяо Сяо Мяо, или вообще во всеми вместе. Иногда он тренировался в одиночестве, но даже во время приёмов пищи он мимоходом приставал к женщинам…

Но днём он исчезал, постоянно пропадая в Пагоде, занятый изготовлением новых чудодейственных лекарств. Каждый день он тратил около двенадцати часов на работу.

Сейчас так жил не только он, но и Мэй Сюэ Янь вела такой же образ жизни. Каждый день она уходила с Мосе в Пагоду, усиленными темпами продвигая свой уровень совершенствования.

Сейчас они являлись самыми сильными мастерами среди всего материка Суань и леса Тянь Фа. Если Безумный Чжань объявится, они вдвоём будут главным оружием в битве с ним!

Хотя и сейчас эти двое уже крайне сильные соперники, Цзюнь Мосе вообще уже достиг уровня Баньшена, но по сравнению с Безумным Чжанем, этого ещё недостаточно. Особенно, если учитывать, что он практически бессмертный монстр, степень трудности поединка с ним увеличивается многократно.

Помимо того, что Цзюнь Мосе увеличил интенсивность своих тренировок, он, не щадя сил, изготавливал таблетки бессмертия, Пагода была под завязку наполнена многочисленными драгоценными богатствами.

«Мастерство приобретается с опытом»… Так это было или нет, но сейчас Мосе намного лучше справлялся с процессом изготовления таблеток…

Мэй Сюэ Янь была прилежна и целеустремлена. Всеми помыслами своего сердца она была отдана процессу совершенствования.

У Мосе же было по-другому: его душевное состояние находилось в состоянии полного покоя. Его чувства, силы, уровень совершенствования, Пагода… всё это прекрасно синхронизировалось друг с другом, составляя единое целое! Нужно лишь достигнуть идеального слияния всех этих элементов, и тогда он продвинется до восьмого уровня процесса совершенствования, а значит, сможет совершить новый прорыв!

Это можно считать некой особенностью Цзюнь Мосе, которой все остальные могут только завидовать!

К тому же он может контролировать пять природных стихий, даже стихии молнии и грома сейчас достигли своего идеального баланса. Сейчас ему только не хватает стихий Инь и Ян.

Сейчас Цзюнь Мосе находится в состоянии, когда его Ян (мужское) повышено, а Инь (женское) понижено.

В том случае, если ему удастся отрегулировать равновесие между ними, восьмой уровень Пагоды будет открыт, и он «официально» овладеет восьмым уровнем процесса совершенствования. Но Мосе смутно чувствовал, что всё равно не сможет остановиться на достигнутом. Если он ничего не добьётся и всё же продолжит слепо двигаться вперёд, это вряд ли приведёт к чему-то хорошему, ведь, если он нарушит равновесие между Инь и Ян, последствия могут быть самыми неприятными.

Поэтому сейчас Цзюнь Мосе любыми попытками пытался отточить свои навыки и чувства, плотно сжимая их друг к другу, чтобы потом, овладев ими в совершенстве, объединить их в единое целое.

Но последний шаг всегда наполнен неудовлетворительными местами, которые трудно исправить…

Цзюнь Мосе по-прежнему продолжал упорно бороться и работать…

Мэй Сюэ Янь пока сосредоточена на штурме процесса совершенствования. Её природные данные очень отличались от Мосе. Сейчас её душевное состояние и методы работы значительно превосходили её уровень совершенствования. После войны, вернувшись в Тянь Фа, она стала главным дегустатором всех многочисленных чудодейственных лекарств, изготавливаемых Цзюнь Мосе. Со стремительной скоростью она стала Шенцзюнем четвёртой ступени, в то время, как она едва-едва прорвалась до третьего уровня процесса совершенствования.

Несомненно, это представляло собой большой недостаток.

Поэтому она прилагала максимум усилий. Чтобы стать Шенцзюнем четвёртой ступени, надо хотя бы продвинуться до пятого уровня процесса совершенствования, а у неё нет помощника в виде Пагоды, как у Мосе. Это несоответствие она и должна была устранить своими силами.

Благодаря Пагоде Хунцзюнь, Мосе с лёгкостью может компенсировать свои недостатки, и поэтому сейчас он на вершине седьмого уровня, но фактически ему не хватало около половины реальных сил.

Подытоживая всё сказанное, и Цзюнь Мосе, и Мэй Сюэ Янь занимались беспорядочным совершенствованием своих реальных сил, чтобы как можно скорее найти им применение.

Одухотворенная Ци в Пагоде каждый день грохотала, как бурное море, словно две сильных реки сливались с ним, каждый раз увеличивая его всё больше и больше.

Пагода сформировала в воздухе над Тянь Фа огромную воронку, широкую сверху и узкую внизу, она засасывала в себя природную Ци со всего материка…

Глава 1267. Заветное желание!.

Эти двое тренировались очень усердно, поэтому быстро развивались. Кроме того, красавицу Мэй кое-что волновало.

Она переживала вовсе не из-за совершенствования. Что её действительно беспокоило, так это Чжань Куан. Цзюнь Мосе приходилось выходить каждый день, чтобы узнать, есть ли какие-нибудь новости. И когда он выходил, ему в голову ударяли гормоны…

Совсем некстати он мстил ей за то, что она тогда ему отказала. Перед тем как уйти, он снова к ней приставал, так что она даже покраснела. Каждый раз, когда он развлекался с Гуан Квинхан и Дугу Сяо… он специально оставлял Пагоду Хунцзюнь открытой, чтобы она могла чётко расслышать необычные звуки…

Скромница Мэй Сюэ Янь, естественно, смущалась от услышанных возгласов…

Тем не менее ей придется терпеть страдания, потому что она не могла призвать его к ответу!

Мэй Сюэ Янь даже могла представить себе лицо этого развратника, если она потребует объяснений.

«Что? Ты считаешь правильным то, что ты подслушивала чем я занимаюсь в своих покоях?»

Какое у неё будет выражение лица, если он действительно задаст ей встречный вопрос? Если он снова начнёт подхалимничать…

Так и хочется наказать его кнутом… Но она сейчас не могла этого сделать.

С виду казалось, что она и не хочет делать это сама, поэтому искала возможность объединиться с сёстрами и принять меры, иначе они подвергнутся соблазну этого прохвоста!

Однако первой женщиной, которая не смогла сдержать себя в руках, была вовсе не Мэй Сюэ Янь!

А Мяо Сяо Мяо!

Прошло три месяца, со стороны Призрачного дворца не было никаких действий. Даже Мяо Дао и Мяо Цзянь не появились и не передали никакой информации. Всё это выглядело странно.

Они не помогли во время Битвы за Захват Небес, а также не вмешались из-за размолвки Цзюнь Мосе с тремя священными землями, хотя это и не оправдание!

Но теперь, когда Чужаки полностью уничтожены, как и три священных земли, их поведение должно было давно измениться! Принцесса Мяо Сяо Мяо в статусе незамужней женщины живёт за пределами дворца, но и на это Призрачный дворец никак не реагировал! Это возмутительно, или, следует сказать — ненормально!

На самом деле, не только Мяо Сяо Мяо потеряла самообладание, но и Цзюнь Мосе.

Раньше он думал, что Чжань Куан вершит свои гнусные дела, не обращая внимания на Призрачный дворец. Но сейчас он стал немного волноваться, ничего ли у них не случилось?

Вспомнив о бесследном исчезновении Чжань Куана и тот факт, что он был родоначальником семьи Чжань Призрачного дворца, молодой мастер Цзюнь забеспокоился и принял решение просто войти в Призрачный дворец и узнать, что же произошло.

Если Чжань Куан действительно устроил хаос в Призрачном дворце, то, возможно, с помощью силы Мяо Цин Чена, они смогут с ним расправиться. В случае, если у них это не получится, они задействуют военную мощь Призрачного дворца!

То есть будут делать всё, чтобы его победить!

Именно эта поездка взбудоражила всю резиденцию Злого Монарха, так как Дугу Сяо И и Хань Янь Мэн должны были следовать за ним, даже всегда кроткая Гуан Квинхан надеялась, что её возьмут с собой…

До сих пор только Гуан Квинхан, Дугу Сяо И и Мяо Сяо Мяо были спокойны, остальные же находились в подвешенном состоянии. У них не было возможности провести вместе ночь, не говоря уже о милостях. Как можно сохранять спокойствие, когда Цзюнь Мосе уходит?

Молодой мастер Цзюнь потратил несколько дней на своих женщин, давая им различные обещания, лишь бы успокоить. На этот раз он почувствовал минусы большого количества жён и любовниц. Всё-таки не так просто иметь сразу несколько жен, и тем более выслушивать их крики…

Он с трудом успокоил свих женщин, но, оказывается, много кто хотел спокойствия!

После переезда в лес Тянь Фа жизнь господина Цзюнь, несомненно, стала спокойнее: он играл в шахматы и пил чай, а иногда ловил рыбу, занимался практикой и на досуге читал книги, что доставляло ему удовольствие. Он становился всё сильнее и здоровее. Если на счёт внука быстро появились сожаления, то вот правнук был не безнадёжен. «Маленький кролик» Мосе, который ещё не обрюхатил ни одну женщину, на самом деле оскорблял тем самым традиции семьи Цзюнь…

Дело вовсе не в высокомерии старика. У него самого трое сыновей, старший сын Цзюнь Ву Хи зачал троих сыновей в тридцать лет. Хотя считается, что Цзюнь Вуй немного «припозднился», но Хань Янь Яо уже была беременна. Что касается молодого мастера Цзюнь, он словно наплевал на устои семьи Цзюнь!

Цзюнь Вуй и Хань Янь Яо испытывали глубокую привязанность друг к другу. Большая часть их сил была направлена на созданную ими благотворительную деятельность. Можно сказать, что они жили в мире и согласии, почти каждый день казался им радостным. К тому же, Хань Янь Яо скоро должна была родить. Цзюнь Вуй заботился о своей жене, ожидая скорейшего рождения сына, как будто в их семье давно не рождались мальчики.

Только от старушки Донфанг Вэнь Синь не было никаких известий, она часто оставалась одна в комнате и размышляла о своём. Иногда даже отказывала Цзюнь Мосе в приёме. Благодаря чудодейственному лекарству господина Цзюнь, Донфанг Вэнь Синь не только не старела, но становилась моложе. Она выглядела как девушка лет двадцати восьми.

Но это лекарство укрепляло только тело, но не лечило душевные раны.

Цзюнь Мосе почувствовал тоску и разочарование матушки.

Угроза Чужаков миновала и теперь семья Цзюнь заняла высокое положение на континенте. Её сын был признан самым сильным человеком континента, а любая из предполагаемых невесток красива, нежна и уважительна по отношению к ней.

Единственное, о чём она грустила — то, что еще не видела его свадьбу и не обнимала внуков. К тому же, у него появился новый враг — Чжань Куан!

Но решить эти проблемы — только вопрос времени. Донфанг Вэнь Синь действительно верила в своего сына!

Поэтому ей казалось, что она уже никому не нужна.

Иногда она вспоминала мужа, который умер молодым, и двоих других сыновей, трагически погибших…

Это всегда было её болью.

Невосполнимая потеря!

В этот момент Донфанг Вэнь Синь всё ещё сидела в своей комнате, глядя на портрет мужа, который она сама нарисовала на стене. Она сидела, не шелохнувшись, погружённая в свои раздумья.

— Цзюнь Ву Хи… ты же знаешь, что Мосе действительно вырос, у него много жён и наложниц, поэтому наш род больше не в опасности. Более того, он теперь правит континентом, ты об этом даже никогда не думал! Ты лишь хотел, чтобы семья была в безопасности. Можешь не беспокоиться, сейчас семья Цзюнь занимает высокое положение на континенте. Мне больше не о чем беспокоиться, Мосе сможет справиться с любой проблемой! Скоро наступит день, когда мы встретимся! — бормотала про себя Донфанг Вэнь Синь.

На глаза медленно навернулись слёзы:

— Дождись меня. Как только Мосе женится, и я увижу внука, то сразу же отправлюсь к тебе… ты обижен на меня за то, что я так долго не ухожу? Я думаю, что ты тоже хочешь увидеть, как твой сын обзаведётся семьёй, как выглядит твой внук… Я изо всех сил стараюсь продержаться, чтобы принести тебе хорошие новости. Скоро, очень скоро… — печально улыбнулась Вэнь Синь. — Я надеюсь, что ты простишь меня и не станешь обвинять, укорять… но ты обязательно меня дождись!

В этот момент в дверь тихо постучали:

— Матушка, ты там?

А вот и Цзюнь Мосе.

— Да, Мосе, пожалуйста, подожди минутку, — взволнованно сказала Вэнь Синь, быстро вытерла глаза, закрыла портрет и посмотрела в зеркало, чтобы убедиться, что она выглядит нормально. Затем она подошла и открыла дверь.

Цзюнь Мосе вошёл в комнату и глубоко вздохнул, так как почувствовал тяжёлую атмосферу.

— Мосе, почему ты сегодня тренировался в такую рань? — как ни в чём небывало посмотрела на сына Донфанг Вэнь Синь, а затем слегка улыбнулась.

— Я ухожу на несколько дней, чтобы решить одно дельце. Я специально пришёл сказать тебе это, чтобы ты не беспокоилась.

— Что? Снова куда-то отправляешься? — слегка нахмурившись, спросила Вэнь Синь:

— Это опасно? — задавая этот вопрос, она почувствовала себя немного глупо. Даже если это опасно, разве сын скажет ей об этом честно? К тому же дела, которые решает сам Цзюнь Мосе, явно не были пустяками!

Он всегда говорил ей только хорошее и скрывал плохое.

— Кроме этого дела, никакой опасности больше не существует. На самом деле, я просто засиделся и хочу выйти прогуляться, — приврал Цзюнь Мосе.

— Ох, ты скажешь мне, если тебе будет грозить опасность? — косо посмотрела на сына Вэнь Синь и сказала: — Однако ты пришёл очень вовремя, я хотела с тобой поговорить.

— Что случилось? — удивился Цзюнь Мосе.

— Мосе, ты уже не молод. Ты взрослый молодой человек и рядом с тобой так много хороших девушек, — медленно начала Вэнь Синь: — Так больше не может продолжаться, лучше решить этот вопрос как можно раньше. Не говоря уже о том, как страдают девушки. Госпожа Мяо отдала тебе всё, ты обязан дать ей свое имя и статус. А еще Сюэ Янь… зачем ты её тащишь с собой? Так же Кэ Эр, Мэн Эр…

Донфанг Вэнь Синь игнорировала то, как у Цзюнь Мосе отвисала челюсть. Она всё говорила о девушках и в конце сказала решающее слово:

— Найди время и скорее женись.

Глава 1268. Крах иллюзий!.

— Жениться? — горько рассмеялся Цзюнь Мосе.

Его собственная свадьба, кажется, является не самым легким делом, а если говорить точнее, вообще не только личным его делом.

Бракосочетание Злого Монарха — это грандиозное событие общемирового значения!

Его планы сделать это событие менее громким вряд ли смогут осуществиться.

— Матушка, об этом ещё стоит хорошенько поговорить; то, что я сейчас пытаюсь уладить, имеет отношение к семье Сяо Мяо, — Цзюнь Мосе низким голосом сказал: — От Призрачного дворца до сих пор нет никаких новостей, вдруг действительно что-то случилось? Я хочу поехать и разведать, что там, в конце концов, происходит! — объяснил Цзюнь Мосе, про себя думая, что это не совсем нормально. Разумеется, Донфанг Вэнь Синь переживала из-за этого вопроса, но, однако, сегодня она была взволнована сильнее обычного. Все они уже давно живут вместе, неужели кто-нибудь может сбежать? Разве эта свадьба не просто формальность?!

Даже дедушка Цзюнь нисколько не беспокоился по этому поводу, тогда почему матушка так волновалась?

— Поторопись ради матери, чтобы я успела понянчиться с внуками! Если не хочешь ради меня, тогда ради своего дедушки! — недовольно сказала Донфанг Вэнь Синь: — Ты так тянешь, что я даже и не знаю, когда смогу увидеть внучат. Все мои ровесницы сейчас нянчат своих внуков, а потом хлопочут, чтобы найти им достойную пару, а у тебя здесь никакого прогресса, ты хоть посмотри на своего младшего дядюшку!

— Причем тут мой дядя? Они — неразлучная пара и счастливы в супружестве, чего у меня нет! Ты и повременить не можешь со своими внуками? — Мосе закатил глаза: — К тому же, как тебя можно сравнивать с твоими ровесницами? Они сейчас уже практически старухи, а ты по сравнению с ними молодая девчушка! Матушка, ведь когда мы с тобой вдвоём выходим на улицу, тебя принимают за мою младшую сестру, не больше… А когда я говорю, что мы с тобой — мать и сын, никто не верит.

— Ну и что с того? Пусть я выгляжу молодо, какая в этом польза? Материнское сердце стареет рано! — Донфанг Вэнь Синь обеспокоенно вздохнула: — Восхищённый взгляд твоего отца значил для меня всё… его сейчас нет в живых, а значит быть первой красавицей всей Поднебесной… не имеет никакого смысла! Мужчина отдаст жизнь за того, кто его ценит, женщина украшает себя для того, кому нравится. За всю жизнь красота женщины расцветает лишь для одного мужчины, и остается с ней навечно, — Донфанг Вэнь Синь отстраненно сказала: — Если такого человека нет рядом, даже самая пленительная красота рано или поздно обращается в прах, и не более того. Так происходит со всеми, без исключения!

Цзюнь Мосе вздохнул и ничего не ответил.

Разговаривая с матерью, он всегда больше всего старался избежать упоминания своего отца, Цзюнь Ву Хи, потому это причиняло ей мучительную боль. Против всяких ожиданий, Донфанг Вэнь Синь не могла не вспоминать его, или лучше сказать, она никогда и не думала забывать о нём, она лишь делала вид, в целях утешить своё израненное сердце и не заставлять волноваться всех окружающих.

В это же время Цзюнь Мосе понял, почему Донфанг Вэнь Синь была так расстроена. Вероятно, она торопила его с появлением внуков, потому что хотела осуществить своё последнее желание, она хотела таким образом порадовать своего усопшего мужа хорошей новостью…

Состариться вместе, не отпуская руки друг друга! Сначала муж ушёл в загробный мир, и жена должна последовать за ним незамедлительно!

Она чувствовала, что и так подвела мужа, тотчас же не последовав за ним, а сейчас семья Цзюнь была в полном достатке, сын вырос, дела все были завершены…

Цзюнь Мосе внезапно понял: его женитьба и продолжение рода — это единственные незавершённые дела Донфанг Вэнь Синь в этом мире. Если ей удастся довести это до конца, она сможет спокойно сложить с себя ответственность…

— Матушка, помните, я говорил вам про воскрешение? Это вовсе не бред, тогда мои силы были слабыми, и я не мог совершить это, но сейчас я уже значительно продвинулся, — сжав зубы, наконец, произнёс Цзюнь Мосе.

Вслед за увеличением своего совершенствования, Мосе стал понимать и знать намного больше, чем раньше. Он также понимал, что намного легче сказать «я могу оживить их», чем действительно сделать это!

Но, несмотря на это, Цзюнь Мосе должен попробовать изменить намерения своей матери. Как бы тяжело это не было, он должен использовать этот шанс, тем более, что это шанс не равен нулю!

Применив некоторые чудесные приёмы вместе с чудодейственными таблетками, действительно можно оживить недавно умершего человека! Нужно только заплатить необходимую плату!

Только в любом из миров мёртвые души имеют единое управление.

Власти загробного мира не могут позволить душам умерших людей возвращаться обратно в мир живых!

Несомненно, Цзюнь Мосе очень силён, ему подвластен высший уровень контакта Инь-Ян! Но при этом он не настолько всемогущ, чтобы заставить правителя загробного мира склонить голову перед ним! Наверное, когда он будет силён, как Первый Шао, он сможет возвращать души обратно.

Но в том, чтобы вернуть душу обратно, есть мало значения, так как если у души нет тела, это равносильно тому, что душа лишена своего привычного обиталища, не говоря уже о возможности оживить её!

Цзюнь Ву Хи погиб более десяти лет назад, его душа могла уже перейти в свое следующее воплощение, а остатков от его тела уже давно и не отыскать.

Пусть если даже попробовать вариант с переселением душ, для этого нужно, чтобы переносимая душа сама по себе обладала этой способностью, а это очень трудная задача.

На переселение души способен лишь человек, постигший просветление! А на такое Цзюнь Мосе не способен, используй он хоть какие волшебные и невероятные способы!

Тогда он высказался про возможность оживления погибшего отца, лишь чтобы утешить Донфанг Вэнь Синь, тем более в то время он был мало осведомлён в учении совершенствования, он только-только вступал на этот долгий и тернистый путь, и со стопроцентной уверенностью, будучи убеждённым в своих удивительных техниках, он решил, что у него обязательно получится сделать это!

Но сейчас, вспоминая это, он понимал, что повёл себя слишком легкомысленно.

Пусть даже если у него бы действительно была такая способность и все необходимые для этого условия, Цзюнь Ву Хи погиб более десяти лет назад. Кто знает, сохранилась ли ещё его душа? Или развеялась по ветру? Или нашла своё следующее перевоплощение?

Но кроме этого у него не было других вариантов. Только таким образом он мог бессрочно тянуть время. Пусть заставить мать жить иллюзорной надеждой всё лучше, чем видеть её подавленной и убитой.

Если у Донфанг Вэнь Синь не останется даже такой надежды, как она сможет продолжить жить дальше?

Услышав слова Мосе, она, горько усмехнувшись, покачала головой:

— Мосе, я же не маленький ребёнок, чтобы верить в это. Я ценю твою заботу. Я понимаю, что ты изо всех сил хочешь оттянуть время… Думаешь, что по истечению большого срока времени, твёрдость в моём решении уменьшится, и я смогу выбросить это из головы. Но ты не понимаешь, что твой отец был таким мужчиной, которого я никогда не смогу забыть, и тем более отпустить!

Мосе внезапно вздрогнул, и резко поднял голову, устремив взгляд на мать.

— Когда ты сказал, что сможешь оживить отца, я на секунду поверила в это, но сейчас этой веры больше не существует. Сейчас от твоего отца уже даже костей не осталось, о каком воскрешении можно говорить? Или тем более пытаться сделать?! — Донфанг Вэнь Синь улыбнулась: — Сейчас я больше верю в твою сыновью любовь к родителям, чем в то, что это возможно. Но не стоит больше говорить об этом. Столько храбрых воинов погибло вместе с твоим отцом… твой дядя, братья… неужто ты сможешь оживить и всех их тоже?

Она с заботой и любовью посмотрела на сына, нежно погладив его по лицу:

— В этой великой битве сторона Тянь Фа очень сильно пострадала, столько бравых воинов покинули нас. В каждой семье этих погибших ребят осталось по такому же страдающему человеку, как я, неужто ты оживишь и всех их тоже? Нет, не оживишь, если ты сможешь вернуть к жизни лишь своего отца… ты действительно думаешь, он захочет жить такой жизнью?

В глазах Донфанг Вэнь Синь сияли гордость и высокомерие!

Если удастся оживить Цзюнь Ву Хи, он не сможет смириться с этим! Этот гордый и независимый военный генерал не сможет влачить столь ничтожное существование!

Цзюнь Мосе отступил на два шага назад, он весь промок от пота. Слова Донфанг Вэнь Синь задели его за живое. Как ответить, если у него нет ответа? Он просто оцепенел от слов, сказанных матерью!

На самом деле, Мосе знал заранее, что сделать это очень трудно, но определив, что, если отца не оживить, у матери больше не будет смысла жить дальше, он понял, что должен хотя бы попробовать и, глядя на удивительные способности, которые для него открывали процесс совершенствования и Пагода, у него оставалась надежда.

Особенно после появления Безумного Чжаня, который смог возродиться вновь благодаря волшебным зыбучим пескам, у него появился план: после того, как он уничтожит Безумного Чжаня, он хорошенько изучит этот песок, а потом попробует с его помощью вернуть к жизни Цзюнь Ву Хи. Разумеется, это будет очень сложно, но вполне вероятно!

Однако слова, сказанные Донфанг Вэнь Синь в эту минуту, уничтожили его последнюю надежду!

Глава 1269. Вход в Туманный Призрачный Дворец опечатан

В словах Донфанг Вэнь Синь не было ошибок, потому что она была человеком, который лучше всех знал покойного Цзюнь Ву Хи!

А зная его необъятную гордость и высокую нравственность, разве он бы согласился на такое предложение?

Столько его братьев погибло из-за него, а Цзюнь Ву Хи возьмет и воскреснет?

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул.

— Мосе, давай закончим на этом разговор. Ты можешь идти, иди занимайся своими делами! — Донфанг Вэнь Синь тихонько сидела, устремив свой взгляд на Цзюнь Мосе, на её лице появилась улыбка:

— Прошу будь там осторожен, береги себя.

Цзюнь Мосе кивнул, ощутив заботу любящего материнского сердца.

— Когда ты вернёшься, я сама лично возглавлю церемонию в честь твоего бракосочетания! — лицо матери озарилось счастьем, и она с улыбкой сказала: — Но больше не оттягивай время, я и так очень долго ждала этого дня, мне было очень нелегко!

Сердце Мосе резко сжалось, он едва не пустил слезу.

— И ещё, что касается людей, оставшихся в ущелье Тяньгуан. В прошлый раз я отправлял туда людей, чтобы помочь им вернуться обратно, но они наотрез отказались возвращаться. Я уже отправил туда все необходимое для жизни, и предупредил об этом все государства материка. Никто не потревожит их там. Матушка, как ты считаешь, они довольны такой жизнью? — со всей осторожностью спросил её Мосе.

— Те бравые воины были очень близки с твоим отцом. Они ни за что не покинут то место… они тоже ждут того самого дня, — Донфанг Вэнь Синь равнодушно рассмеялась: — То, что ты сделал для них, этого вполне достаточно, это хорошо…

Покинув дом Донфанг Вэнь Синь, Цзюнь Мосе вдруг почувствовал себя таким потерянным, всё и вся казалось ему таким нереальным и выдуманным…

Во второй половине дня Цзюнь Мосе, Мэй Сюэ Янь, Мяо Сяо Мяо и Цяо Ин без лишнего шума, налегке покинули дворец Злого Монарха, отправившись к Призрачному дворцу!

Чтобы отыскать вход в Призрачный дворец, несомненно, требовалась помощь Мяо Сяо Мяо; Мэй Сюэ Янь была главным помощником Цзюнь Мосе; а что касается Цяо Ин — её взяли лишь для того, чтобы она развеялась и отвлеклась. В конце концов, сейчас она была самой несчастной из всех обитателей дворца Злого Монарха.

Цяо Ин была свидетелем ожесточённого сражения между Чужаками и материком, она видела всё воочию… разумеется, эти сцены нанесли тяжёлый удар по её психике.

Цзюнь Мосе попал в этот мир из нового времени, и больше остальных разбирался в человеческой психике, он понимал, что Цяо Ин сейчас очень тяжело на душе и нужно незамедлительно принять меры для её скорейшего выздоровления, пока она не впала в глубокую депрессию, а тогда помочь ей будет практически невозможно.

Нет необходимости говорить о уровне совершенствования Цяо Ин. Изначально она обладала уровнем Шэнцзуна начальной ступени, после попадания во дворец Злого Монарха, Мосе непрерывно и очень щедро подкармливал её всевозможными чудодейственными лекарствами, и сейчас она уже стала Шэнцзуном четвёртой заключительной ступени, от уровня Шенцзюня её отделял всего один шаг.

Мяо Сяо Мяо тоже прилично продвинулась за это время, раньше она была Почтенной третьей ступени, а сейчас стала Шенхуаном третьей ступени! За такой короткий промежуток времени она смогла перепрыгнуть через десять ступеней. Такая невероятная скорость прогресса могла ей только сниться во сне, хотя даже и для сна, это уже слишком.

Оказывается, в этом мире существует такой способ тренировок?

Глазом не успел моргнуть… и ты уже Шенхуан?

Это просто уму непостижимо!

Эти женщины всё-таки нашли себе отличного муженька!

Благодаря своему впечатляющему совершенствованию, все четверо двигались со страшно высокой скоростью.

С максимальной срочностью они направлялись к дворцу, даже попадавшиеся у них на дороге путники были не в состоянии разглядеть их лиц. Всё, что им удавалось заметить — это как молодой полубог проносился мимо них в окружении трёх прекрасных нимф, и они тут же бесследно исчезали в пространстве…

Им потребовалось около четырёх дней, чтобы добраться до безлюдных гор, места, где пересекаются два транзитных пути.

Как раз в этом месте Цао Гофэн впервые перенёс Цзюнь Мосе в Призрачный дворец. Увидев этот блестящий лысый утес, Мосе сразу же перенёсся в то время.

Мяо Сяо Мяо действовала, как настоящий профессионал, она быстро подошла к утёсу и притронулась к нему своей ладонью, посылая в него свою силу, после чего появился некий светящийся объект. Свет его был прозрачным и тёплым, он словно проникал прямо внутрь скалы.

Вслед за этим он стал расти и увеличиваться, в тот же миг весь воздух наполнился лёгкой рябью, будто бы мелкие камешки забросили в тихий водоём, рябь медленно расширялась.

Откуда-то из глубины начали смутно показываться врата.

На лбу и щеках Сяо Мяо начали появляться капли пота, а в глазах изумление.

Похоже, раньше ей не приходилось так напрягаться!

Почему на этот раз процесс оказался таким трудоёмким?

До этого она была всего-навсего Почтенным мастером, сейчас же её силы значительно продвинулись, она должна была открыть вход с лёгкостью, но почему так?!

Вдруг раздался глухой хлопок. Мяо Сяо Мяо вскрикнула, и от удара большой мощности её хрупкое тело отлетело назад. Цзюнь Мосе быстро среагировал, и пулей рванул к Сяо Мяо, поймав её в свои объятья, после чего тут же стал посылать свою жизненную Ци в её тело, чтобы она не получила тяжёлых ран. Иллюзорные врата в этот миг заискрились, и внезапно вообще исчезли из виду.

— Что это было? — Мэй Сюэ Янь и Цяо Ин одновременно окружили их. Они не почувствовали никакой подоплёки, ошибочно полагая, что у Сяо Мяо не хватило сил, чтобы открыть врата, или процедура открытия врат имела ошибки, и поэтому они не открылись!

Цзюнь Мосе видел эти врата уже не первый раз в своей жизни, и помнил, что в прошлый раз Цао Гофэну потребовалось немного усилий, чтобы открыть врата и попасть внутрь. Учитывая то, что Сяо Мяо сейчас превосходила Цао Гофэна по уровню совершенствования, он не понимал, что послужило причиной такого мощного скачка энергии, однако предчувствие было у него не самым радужным!

В уголках рта Сяо Мяо появилась кровь, но благодаря Ци Цзюнь Мосе, она отделалась лишь лёгким испугом, но была очень взволнованна:

— Врата в Призрачный мир не отворяются!

— Не отворяются? — все трое одновременно оцепенели от удивления.

— Раньше, даже будучи лишь Великим мастером, мне удавалось ускользнуть наружу, чтобы погулять немного. Чтобы открыть эти врата, необходимо знать секретный код, в этом нет никакой трудности! — Мяо Сяо Мяо, недоумевая, продолжила: — Сейчас мои силы на уровне Шенхуана, но я никак не могу открыть их! Я боюсь, что там внутри случилось нечто ужасное! Чтобы выйти, как и попасть внутрь, используется один и тот же способ. Если мои догадки верны, если я не могу открыть врата снаружи, значит изнутри открыть их тоже невозможно, — на лице Сяо Мяо появилась тревога: — Другими словами, если сейчас нельзя войти в Призрачный дворец, значит оттуда и нельзя выйти! Он полностью отрезан от материка Суань!

Все трое онемели.

Они, наконец, поняли, почему от Призрачного дворца на протяжении столь долгого времени не было никаких новостей! Оказывается, по какой-то неизвестной причине связь с дворцом и материком была прервана!

Другим словами, как бы они не хотели попасть туда, он не смогут сделать этого!

— Что же теперь делать? — Сяо Мяо беспомощно посмотрела на Цзюнь Мосе. В её глазах был страх. Только Мосе мог знать ответ на этот вопрос.

Цзюнь Мосе почесал голову, несмотря на свой широкий кругозор, он ничего не мог сказать про эту ситуацию.

— Эм, в скольких местах налажено сообщение между материком и Призрачным дворцом? — спросил Цзюнь Мосе.

— Кажется, насчитывается всего шесть таких мест. Здесь одно из них, в степи на севере Тяньсян есть ещё одно, все остальные распределены по континентальной границе, — объясняла Сяо Мяо: — Из-за того, что люди из дворца появляются очень внезапно и неожиданно, чтобы не пугать остальных, для порталов всегда выбирались безлюдные места.

Цзюнь Мосе помрачнел:

— То есть, чтобы проверить все остальные порталы, мы должны прочесать весь материк?

Мяо Сяо Мяо погладила подол своего платья, и слабым голосом произнесла:

— Практически… именно так.

Цзюнь Мосе пошатнулся, и чуть не падая, сказал:

— Деточка, ты хоть представляешь, насколько огромен этот материк?

Мэй Сюэ Янь и Цяо Ин усмехнулись, ведь даже если бы Мосе применил свою технику Инь-Ян, ему понадобиться около пары месяцев, чтобы облететь весь материк!

Это ещё не учитывая время на отдых и еду…

— Эм… детка, как ты считаешь, то, что портал не открылся, это просто случайность или это сделано намеренно? — Цзюнь Мосе крутил головой, так как, услышав эту новость, его голова, не переставая чесалась.

— Разумеется, кто-то сделал это намеренно! — уверенно сказала Мяо Сяо Мяо: — Призрачный дворец существует целую вечность, и думаешь, такое хоть раз случалось за всю его историю? Ни разу такого не было!

— Если в этом замешан человек, тогда ты можешь постараться и попробовать открыть врата ещё раз, — Цзюнь Мосе печально вздохнул: — Может, нам повезёт. Если здесь имеет место быть человеческий фактор, значит, разумеется, должны быть какие-то недочёты или изъяны. Надо выяснить какой их порталов закрыт непрочно. Однако, это тоже маловероятно. Если это правда дело рук человека — тогда здесь сто процентов замешен Безумный Чжань! Только обладая зыбучими песками, можно запечатать проход в Призрачный дворец! Чжань работает на совесть, недостатки вряд ли существуют. Поэтому не питай больших надежд на этот счет.

Озарившееся надеждой лицо Мяо Сяо Мяо тотчас же потускнело…

— Тогда сейчас первым делом мы отправимся в Тяньсян, тем более это не так далеко отсюда, — сказал Мосе: — Но не стоит гнать, что есть мочи. Будем двигаться медленнее, и осматриваться по сторонам. Если и в Тяньсян не удастся открыть портал, нет смысла лететь проверять остальные, лучше остаться там и немного подождать.

Все трое, словно по звонку, согласно кивнули, и вчетвером они отправились в Тяньсян.

Глава 1270. Странная просьба!

Цзюнь Мосе и Мэй Сюэ Янь вдруг вспомнили, что именно на этом пути они когда-то повстречали великого убийцу — Чу Цихуна.

В то время всё заволокло снегом, и был лютый мороз, а сейчас слышен свист осеннего ветра, который срывает с деревьев золотистую листву. Огромные горные цепи окрасились в насыщенно красное соцветие — такие живописные картины похожи на сон, но никак не на реальность.

Взгляды этих двух практически весь путь были преисполнены тайными заботами, однако увидев такие красоты, они невольно пришли в восторг…

По дороге они частенько останавливались, словно это была обычная прогулка, хотя скорость их движения превышала скорость обычного человека в несколько раз.

Несколько дней спустя вдали уже показались очертания города Тяньсян.

Увидев этот величественный город, Цзюнь Мосе вдруг почувствовал себя слегка потрясённым.

Он ещё долго стоял на одном месте и смотрел вдаль.

Мэй Сюэ Янь и другие люди понимали чувства молодого мастера и просто спокойно стояли рядом с ним.

Цзюнь Мосе вздохнул и сказал:

— Отправляйтесь к Танг Юаню. А мы пока пройдемся по городу.

Четверо человек тут же вошли в Тяньсян.

Пейзажи родного города совершенно не изменились, вокруг всё те же лица, единственное отличие — это только настроение и чувства!

У трёх вошедших в родной город Злого Монарха имелся огромный интерес. Мяо Сяо Мяо хотела узнать побольше о родном доме своего возлюбленного, Цяо Ин также было интересно узнать о прошлом Злого Монарха, а Мэй Сюэ Янь, хоть и жила в Тяньсян в течение некоторого времени, однако она постоянно находилась в старой резиденции семьи Цзюнь и особо не видела города. После им пришлось поспешно покинуть эти земли, так что сейчас может исполниться её давнее желание!

Молодой мастер Цзюнь также впервые вкусил горечь прогулок в сопровождении женщин!

Даже будучи таким мужественным и крутым, Цзюнь Мосе пришлось бродить по улицам города в сопровождении этих трёх красавиц в течение целого дня. Обе его ноги уже потряхивало от усталости, а в душе молодой мастер без конца жаловался на свою судьбу. Однако это путешествие помогло подавить душевную печаль Цяо Ин, да большинство забот Мяо Сяо Мяо развеялось, так что эта усталость того стоила!

Врождённая способность женщин к ходьбе по магазинам действительно невероятна, в конце концов, они смогли уделать одного из сильнейших мастеров современности! Увидев дрожащие ноги и жалкое лицо молодого мастера, Мэй Сюэ Янь, которая по своей природе была очень жалостливым человеком, тут же собрала остальных девочек и завершила их долгую прогулку по Тяньсян!

В эту ночь все четверо незаметно прибыли в самое секретное место Тяньсян — Аристократический Зал.

Нужно отметить, что защита Аристократического Зала была одной из лучших на всём материке. Но все четверо из них были, как минимум, на пике уровня Шенхуан, так что так называемая «лучшая защита на материке» не показалась им каким-либо большим препятствием.

Все четверо беззвучно обошли оборонительную линию, которая находилась под руководством Хай Чен Фена и Сонг Шаня, и направились прямиком в кабинет Танг Юаня. Их присутствие так и осталось незамеченным.

Ничего не поделаешь, иногда человеческие ресурсы слишком бедны. Позволить обычному мастеру принимать меры предосторожности против сильнейшего мастера — это как позволить компьютерному чайнику самостоятельно защищаться против лучшего хакера!

Они ещё не придумали, как войдут в кабинет толстяка, но вдруг почувствовали запах жареного мяса.

На одной из книжных полок виднелся горшок с мясом, который ещё не был съеден до конца… Он был накрыт платком, видимо Танг Юань хотел его ещё доесть…

Все четверо переглянулись и еле сдержали смех.

Мяо Сяо Мяо и Цяо Ин знали о толстяке относительно немного, а Мэй Сюэ Янь знала о нём немного больше. Молодой мастер мало кого признавал своим другом, а Танг Юань как раз был первым из людей, кого признал Мосе, так что он был хорошо знаком с некоторыми привычками толстяка.

И хотя Танг Юаню удалось похудеть, однако он по-прежнему зависим от еды. Лишь в своем кабинете толстяк может поесть жирного мяска. Такая картина может показаться слишком унизительной для образованного класса, однако Танг Юаню всегда было плевать на культуру и воспитанность. В этот момент Цзюнь Мосе внезапно услышал звук приближающихся шагов.

Молодой мастер подмигнул, и четыре фигуры быстро и беззвучно спрятались за большим книжным шкафом. Не стоит говорить, что эти гости были обыкновенными людьми, которые со своим совершенствованием не могли учуять их присутствие.

Книжные полки были заполнены большим количеством литературы, некоторые из которых относились к разряду редких экземпляров. С виду могло показаться, что этот кабинет принадлежит очень образованному человеку, но кто бы знал, что толстяк Танг не прочёл ни строчки из этой библиотеки…

— …Я что-то не понял, ты с какой целью пришёл ко мне? — прозвучал голос Танг Юаня, в котором чувствовалось некоторое презрение. По-видимому, пришедшие гости не заслуживали его внимания. На данный момент в мире имелось всего несколько человек, которых ценил бог богатства, Танг Юань!

— Я пришёл к господину Танг, чтобы попроситься к нему на службу, честно. Прошу вас, господин, дайте мне шанс! — казалось, что этот внезапный голос принадлежит офицеру, его тон был довольно грубым, пусть и скромным.

Цзюнь Мосе вдруг оторопел: этот парень пришел к толстяку с просьбой, но какого хрена он такой борзый?

Даже услышав этот голос, можно подумать, что говорящий не из тех, кто станет подлизываться… хм, посмотрим, как толстяк с ним справится…

— А?! Говоришь, что хочешь посвятить себя службе на мой двор? Хе-хе-хе, интересно… Мне интересно, на кой-чёрт главе военного и гражданского учреждения столицы вдруг понадобилось поступать ко мне на службу? Ты меня и впрямь озадачил! — раздался скрип кресла, и Танг Юань удобно в нём расположился…

— Господин Танг действительно не относится к чиновничьей службе или к Императорскому двору, но на данный момент господин Танг является самым могущественным человеком на всем материке! — в голосе говорящего чувствовалась некоторая обида, но он уверенно продолжал: — Всем известно, что лучше оскорбить владык восьми государств, чем бога богатства. Потому что те, кто нарвутся на гнев восьми владык, умрут простой смертью, но обидев бога богатства, тебе самому захочется поскорее умереть! И это не только моё мнение! Это истина и общеизвестный факт!

Цзюнь Мосе становилось всё интереснее. Говорящий отнюдь не был тем, кто станет пресмыкаться или заискивать перед кем-либо, однако он собирается добровольно отдать себя службе Танг Юаню… По какой же причине?

И, по словам Танг Юаня, этот человек являлся высокопоставленным начальником Тяньсян!

Это делает всё ещё более странным.

— О? — Танг Юань приподнял веки, хмыкнул и сказал: — Продолжай, мне нравится слушать такие речи, на душе так радостно становится! — толстяк вдруг рассмеялся: — Самая приятная вещь в мире — это сидеть в удобном кресле и слушать, как тебе вылизывают зад!

Человек напротив Танг Юаня начал тяжело дышать. Слова толстяка его сильно зацепили.

«Думаешь, я не мечтал сидеть в удобном кресле и слушать подхалимничество?! Тебе может и весело, но мне ой как тяжело…»

С громким скрипом Танг Юань вдруг выпрямился в кресле и уже серьёзным тоном сказал:

— Те Хуай Ли, я знаю тебя. Ты — честный чиновник и широко известен во всём Тяньсян. Слухи о тебе верны, и среди обычного населения у тебя необычайно высокий авторитет! И причина, по которой я действительно принимаю тебя, заключается в том, что ты честный и неподкупный человек, заслуживающий моего уважения!

Оказывается, пришедший был Те Хуай Ли.

Цзюнь Мосе вздрогнул. Те Хуай Ли был главным генералом при Муронг Фэн Юне и считался одним из самых твёрдых и несгибаемых мужчин. Затем по некоторым причинам он отошёл от военной службы и пошёл по чиновничьей карьере. Однако то ли после отставки Муронг Фэн Юня, то ли по ещё какой-то причине, этот человек лишился своего влияния и упал в ранге. Говорят, что, в конце концов, он стал мелким чиновником без каких-либо прав. А сегодня и вовсе пришёл с просьбой к толстяку.

Но то, что о нём сказал Танг Юань, было чистой правдой.

И этот несгибаемый человек буквально потряс сегодня своим поведением.

Те Хуай Ли вздохнул, от похвальных слов Танг Юаня он ещё больше опечалился и не мог вымолвить ни слова.

— Те Хуай Ли, я уважаю сильных и твёрдых людей, но твоя сегодняшняя просьба вызвала во мне жуткое негодование! Разве в Тяньсян не найдётся местечка для хорошего чиновника? Разве обязательно обивать чужие пороги и так пресмыкаться? — Танг Юань несколько раздражённо спросил: — Я — Танг Юань, бизнесмен! Проще говоря, откровенный спекулянт, и знаю лишь, как зарабатывать деньги. Ты и я — совершенно разные люди. Нам лучше жить в согласии, так зачем ты себя так ведёшь?

— Господин Танг, вы правы, мы с вами совершенно разные люди. Если бы был другой способ, стал бы я обращаться к такому спекулянту, как вы! Я пришёл с просьбой к помешанному на деньгах человеку, которого всей душой презираю! — голос Те Хуай Ли был переполнен горечью.

— Объясни же причину этому! — спокойно сказал Танг Юань: — Своей сегодняшней просьбой ты разочаровал меня. Если твои причины покажутся мне необоснованными, я заставлю тебя пожалеть об этом! Я сделаю так, что ты исчезнешь из Тяньсян!

Глава 1271. Бессилие чиновника

— Господин Танг — бог богатства, а также представитель Злого Монарха на материке! Пока существует правительство Злого Монарха, и он доминирует в этом мире, статус господина Танга будет нерушим — никто не сможет его пошатнуть! Даже владыки всех государств при виде господина Танга ведут себя с особой осторожностью, — Те Хуай Ли с горечью добавил: — Именно по этой причине я хочу посвятить себя службе на господина Танг!

— Разве это можно считать за причину? — Танг Юань был полон подавленного гнева: — Мы хорошо ладим с молодым мастером Цзюнь и по сей день. Но это наша дружба, какое отношение это имеет к остальным людям? И что с того, что он сейчас имеет статус Злого Монарха? Даже когда три священные земли и весь материк презирали и ненавидели его, я всегда оставался на его стороне. И мне плевать на его способности или положение, я уважаю Цзюнь Мосе как человека! Даже если Мосе больше не будет Злым Монархом и превратится в нищего попрошайку или калеку, он всё равно останется мои братом! Это неизменно! И это никак не касается твоей чиновничьей карьеры! Серьезно, я — Танг Юань, простой спекулянт и, где бы я ни находился — в Таньсян или в любом другом месте материка — я никогда не принадлежал ни к какой фракции. Особенно переполненной «праведных чиновников»! Такие люди, как вы, не можете использовать репутацию Злого Монарха в качестве эмблемы мужества для своих «высоких целей»! Это не запрет молодого мастера, а мой личный запрет Танг Юаня! — серьёзно сказал Танг Юань.

Те Хуай Ли нисколько не обиделся и тяжело сказал:

— Господин Танг, вы ведёте себя так, потому что находитесь на вершине этого мира, но огромное количество людей живёт в мирской суете. Я провёл в армии половину жизни, семьи многих моих погибших братьев подвергались постоянным притеснениям, однако им даже некуда было пожаловаться. Поэтому я решительно отказался от своей воинской карьеры и вернулся в Тяньсян с единственной мыслью — сделать хоть что-либо для семей моих павших братьев!

Танг Юань искоса посмотрел на него и язвительно сказал:

— Занимательно, однако, нынешние твои действия пропитаны алчностью и желанием наживы, раз пришёл проситься на службу ко мне. Ты ещё помнишь свои первоначальные намерения?!

— Да как же не помню! Я никогда об этом не забывал! — Те Хуай Ли взволнованно сказал: — По возвращении в Тяньсян Муронг Фэн Ю лично помогал мне с продвижением по карьерной лестнице. Сначала я был архивариусом, затем придворным цензором, советником Императора и, наконец, после многих хлопот, стал начальником целого округа. Однако после отставки господина Муронга я снова упал на три ступени и стал начальником отдела по контролю преступности. Может, моё положение и было относительно невысоким, да и служебные полномочия небольшие, но эта должность оказалось именно тем, о чём я всегда мечтал! Долг отдела по контролю преступности — надзор за обычными людьми. Этот отдел относится к министерству наказаний, можно сказать, что там сосредоточена реальная власть. Однако больше всего я ценил то, что обычные граждане могли обращаться ко мне со своими жалобами на притеснение и прочим! И среди них было много потомков павших воинов и генералов, а также их вдов! — Те Хуай Ли горестно улыбнулся и сказал:

— Господин Танг с детства рос в богатстве и роскоши и, естественно, не знает горькой жизни вдов убитых солдат! Им приходится выживать даже в нищете! Выживать — сказать это слово очень легко, но вот сколько тягот на самом деле скрывается за этими буквами?! Особенно те семьи, в которых имелись очаровательные дочери… Их красота стала источником разрушения их семей! Разве это не печально, что красота детей в конечном итоге привела к краху целого семейства? И такие трагедии на самом деле бесконечны!

Чем больше Те Хуай Ли говорил, тем взволнованнее становился. Затем он вдруг резко выпрямился, словно к нему вернулось былое мужество, которое когда-то сопровождало его на поле боя.

Танг Юань тихо слушал и не перебивал.

— С тех пор, как я занял должность в отделе по контролю преступности, я стал придавать ей огромное значение! Но после того как я фактически сел на это место, я понял, что не всё так просто на самом деле. Поначалу я наивно полагал, что, пока я занимаю эту должность, я смогу дать семьям моих погибших товарищей защиту и сохранность! Но кто бы знал, что до моих желаний никому нет и дела! Другими словами, я смог бы оказать этим семьям помощь, если бы другие люди позволили мне это сделать. А если они бы мне это не позволили, то, увы и ах, ничего не поделаешь! Те, кто позволял себе такой беспредел, были молодыми господами влиятельных семейств! И я был просто не в состоянии проводить против них какое-либо расследование! Несколько раз я навлекал на свою голову позор, портя им их блистательные репутации, однако это привело к плохому результату! Самое ужасное, что эти семьи мстили не мне, а отыгрывались на тех бесчисленных жертвах, которые обращались ко мне за помощью! А я мог только смотреть на всё со стороны! — голос Те Хуай Ли наполнился горечью:

— Много раз обиженные и притеснённые люди находили меня, чтобы я, так называемый неподкупный чиновник, помог им. Я действительно брал на себя инициативу, однако, в конце концов, страдания этих людей лишь увеличивались! Я отправлял письма Императору, начальнику министерства наказаний, но не получил от них ни ответа ни привета. Без покровительства Императорского двора, я, Те Хуай Ли — мелкий начальнишка и сын торговца зерном, по сути не имел никакой власти и полномочий! В глазах столичных чиновников из влиятельных семей я, Те Хуай Ли, со своей суматохой был не лучше циркового клоуна! Дошло до того, что люди стали притеснять семьи павших воинов лишь для того, чтобы посмотреть на мои хлопоты и позабавиться! Они брали в руки фужеры и наслаждались любимым фильмом! — Те Хуай Ли сделал паузу и печально добавил:

— Я никого не убивал, но стал виновен! Я не рассчитал свои силы, навлёк позор на свою голову и опустился до всеобщей забавы! Я стал игрушкой для моего начальства и всей империи…

— Но… в чём же виноваты семьи моих братьев?! Мои товарищи круглый год охраняли границу, проливали в войнах кровь ради нашего государства, а после их несчастной смерти их семьи получили материальную помощь в пятьдесят две серебряных монеты! И после этого оставленные вдовы и сироты подверглись притеснениям каких-то придурков, ради благополучия которых мои товарищи когда-то отдали свои жизни! А им бы только посмеяться! Позор! Нет никакого смысла сдерживать обиду и преклонять голову! Они хотят увидеть, как ты будешь суматошно бегать по всем инстанциям, а затем окажешься в полном тупике и сдашься! Они будут удовлетворены лишь тогда, когда эти люди отдадут им своих дочерей в служение, а точнее на растерзание! И те, кто не хотят принимать такую судьбу, неспособны ничего изменить, они сталкиваются лишь с беспомощностью и отчаянием и, в конце концов, безмолвно исчезают из этого мира! Честные чиновники? Да когда в этом мире имелись честные чиновники?! Неужели среди элиты Тяньсян ни у кого нет ни капли человечности? Они не знают ничего о благодарности? — голос Те Хуайли уже осип, а его самого просто разрывало от гнева! Танг Юань был ошеломлён.

Он не ожидал, что его случайный вопрос приведет к рассказу о столь суровых вещах.

— Господин Танг, вы ведь раньше были частым гостем в публичных домах и вели довольно разгульную жизнь! — Те Хуай Ли тяжело вздохнул и печально продолжил: — Но знаете ли вы, сколько из этих проституток, по которым «проехалась» не одна тысяча мужиков, являются потомками павших героев Тяньсян?! Сколько влиятельных ублюдков, насытившись молодой плотью, перепродали красавиц в публичные дома?! Большинство из этих девчонок когда-то принадлежали к хорошим семьям, к семьям павших героев, и относились к обществу с высокими моральными качествами! И мы их заботливо оберегали! — Те Хуайли с трудом дышал и бешено смотрел на Танг Юаня. Затем он внезапно закричал:

— Танг Юань, бог богатства всей поднебесной, тебя не волнуют мирские дела, но знаешь ли ты, как в загробном мире тихо плачут души павших героев?! А я знаю! Каждую грёбаную ночь, во сне, мне снятся мои боевые товарищи и просят меня позаботиться об их семьях! Но я не могу! Я ничего, сука, не могу! Я так виноват! Так виноват…

Танг Юань печально вздохнул, встал и сказал:

— Господин Те, я прошу прощения за мои пренебрежительные слова, прошу вас, сядьте и расскажите обо всём спокойно.

Услышав весь этот рассказ, Цзюнь Мосе помрачнел.

Вещи, о которых говорил Те Хуай Ли, несомненно, действительно имели место быть.

Некоторые высокопоставленные чиновники Тяньсян наслаждались этими грязными делишками.

Во всей нынешней империи Тяньсян за десятки и даже сотни лет в отношениях старших и младших произошел хаос, потянешь за волосок и всё тело придёт в движение! Даже если затронуть небольшой клан и не предпринять никаких последующих мер, то он быстро отыщет себе покровителя, который тихо сгладит все его проблемы!

Если не искоренить таких ублюдков, то они отыщут кучу возможностей для жополизства вышестоящему начальству, используют все средства, чтобы углубиться внутрь всей сети и сформировать в ней еще более массивную преступную систему!

У правосудия длинные руки, но вот что-то оно их не показывает! И где же искать справедливое возмездие?!

Если так пойдёт и дальше, то эту проблему будет всё труднее решить, связи элиты и богачей уплотнятся, а их поступки станут ещё разнузданней. Мир погрязнет в беззаконии, а жизнь обычного народа станет ещё тяжелее! В конце концов, это приведет к тому, что сотни семей будут не в состоянии продолжать такую жизнь, и когда это противоречие достигнет предела, страна столкнется с так называемым бунтом… Те Хуай Ли присел, его состояние было чрезвычайно возбуждённым, его больше не волновала его изначальная просьба, с которой он пришёл к Танг Юаню, ведь все карты были раскрыты. С красными от злости глазами он сказал:

— Вот так вот, простые граждане называют меня честным чиновником Те, который берёт ответственность за обычный люд. Но на самом деле… Какой же я честный чиновник, я ведь даже ничего не могу сделать! Однако люди всё больше и больше полагаются на меня, и моя репутация чиновника растёт с каждым днем…

Глава 1272. Могущественный покровитель!

— Но никто не подозревает, что каждый раз, когда кто-нибудь пытается похвалить меня, моё лицо начинает пылать от стыда, и мне хочется провалиться сквозь землю! В ту же секунду мне хочется найти верёвку, чтобы поскорей закончить всё это! После этого могу ли я называться честным человеком? Я ничего не могу, я даже не могу защитить родных моих друзей! Всё, на что я способен, — это спокойно наблюдать за тем, как их оскорбляют и унижают! Что-то исправить выше моих сил, я лишь могу каждый вечер напиваться и бить себя по щекам…

Те Хуай Ли сел на стул, и внезапно закрыл лицо руками, горько зарыдав. Этот сильный и крепкий мужчина расплакался как мальчишка!

— Эм, это все я понимаю, но ты пришел сюда с просьбой взять тебя ко мне на службу, как это может помочь делу? Иначе говоря, может, я могу помочь тебе в чём-то другом? Говори смело, не стесняйся! — Танг Юань хлопнул в ладоши, позволив Хай Чен Фену, который всё это время ждал за дверью, войти.

— Я всего лишь хочу стать одним из твоих людей! — Те Хуай Ли печально сказал: — Уважаемый господин Танг, возможно, вы не понимаете, какой ценностью обладает ваше покровительство! Сегодняшняя моя просьба вызвана не простой случайностью, я очень долго размышлял над этим. И, наконец, смог заметить это обстоятельство! И понять причину его появления!

— Если человек по-настоящему желает сделать что-то хорошее для народа, но у него за спиной нет могущественного покровителя, у него ничего не выйдет! — Те Хуай Ли мрачно рассмеялся: — Ещё я понял то, что, так называемый честный и неподкупный чиновник, на самом деле не может сделать и шага в этом жестоком мире! Он ровным счетом не может сделать ничего! Потому что никто не стоит за его спиной, у него нет влиятельной поддержки, благодаря которой он бы смог поменять хоть что-нибудь!

— Мне нужен покровитель! А ты как раз являешься таким человеком! Покровитель, которого никто и пальцем не посмеет тронуть! — проговорил Те Хуай Ли: — По этой причине я и пришёл к тебе сегодня!

Танг Юань встал и медленно зашагал по кабинету. Изучив выражение лица своего собеседника, толстяк понимал — Те Хуай Ли говорит откровенно и без прикрас. Но из-за своей крайней осторожности, он пригласил сюда Хай Чен Фена, чтобы тот оценил ситуацию.

Сейчас он размышлял над тем, стоит ли ему дать согласие на просьбу Те Хуай Ли.

Если согласится, то будет вовлечен в политические игры!

А это, несомненно, огромный и непредсказуемый водоворот! Ему придётся столкнуться с бесконечным множеством новых врагов, пройти сквозь массу подводных камней.

Разумеется, подобные неприятности абсолютно не страшны для Танг Юаня. Даже без помощи Цзюнь Мосе, обладая лишь своим влиянием мирового богача он сможет справиться с подавляющим большинством вызовов, брошенных ему, но Танг Юань осознавал и ещё одну немаловажную деталь: его согласие продемонстрирует его позицию по отношение ко всему этому, и, хотя это всего лишь его позиция, но в глазах понимающих людей, это равнозначно позиции его друга Цзюнь Мосе, такую трактовку его поступка едва ли удастся избежать…

Глаза Те Хуай Ли неуклонно двигались за Танг Юанем. Надежда, которой они были наполнены, только крепчала.

— Кого ты ещё просил об этом, кроме меня? — спросил Танг Юань.

— Во всей империи Тяньсян есть лишь два человека, способные на это. Один из них — это вы, уважаемый господин Танг, а другой — первый министр Ли, Ли Юран, — сказал Те Хуай Ли: — Перед тем, как прийти к вам, я много думал. Поскольку вы не являетесь членом Императорского двора, а обладаете уникальным положением, поэтому я решил сначала нанести визит министру Ли.

— Что сказал Ли Юран? — мрачно спросил Танг Юань.

— Министр Ли сказал… во всей империи Тяньсян, и на всём материке Суань единственный человек, обладающий таким влиянием, и способный оказать мне подобную поддержку — это вы! Только вы — великий бог денег всей Поднебесной, господин Танг Юань!

Те Хуай Ли усмехнулся, и начал пересказывать слова, сказанные тогда Ли Юраном:

«Я одобряю твою позицию. Если бы это зависело только от меня, я бы сделал это. Но во всём есть свои нюансы, и в случае развития каких-то огромных событий, всегда должен быть человек, который исправит положение и устранит лишний беспорядок. Мой нынешний статус вызывает массу вопросов… положение первого министра Тяньсян имеет громадное влияние. Если говорить более конкретно — если такой гигант, как я, вызовет некий разлад, Цзюнь Мосе вряд ли удастся успешно ликвидировать последствия сего события. Но ты можешь просить поддержки в этом деле у Танг Юаня, пусть толстяк Танг не так чист душой, как хотелось бы, но Цзюнь Мосе может с лёгкостью прийти к нему на помощь».

— Фактически вам, господин Танг, не нужно ничего делать, и даже ничего не надо говорить, вам лишь надо принять меня, как вашего ученика, и тогда я смогу заниматься тем, чем хочу заниматься, и никто не сможет остановить меня, все вопросы и проблемы решатся одним разом! Поэтому министр Ли направил меня к вам.

— Вот чёрт! Я, что, похож на человека, который притягивает к себе неприятности? — разразился гневом Танг Юань: — Ли Юран, вот же подлец, как с малолетства стал прибегать к уловкам, так всю жизнь и будет скользким пронырой!

Хотя он разозлился, так же Танг Юань понимал — Ли Юран сказал правду. Что бы не делал Танг Юань, он всегда оставался безнаказанным!

Разумеется, его нынешняя сила была весомым аргументом, но самой главной причиной этого явления было покровительство Цзюнь Мосе. Что бы не случилось с ним, хоть взять его душевные бреши, Мосе никогда бы не остался безучастным зрителем.

Ли Юран сильно отличался в этом смысле от него! Потому что отношения между ним и Цзюнь Мосе значительно не дотягивали до тех, что связывали толстяка с Мосе! Их просто нельзя было сравнивать!

— Так дословно сказал министр Ли, — с облегчением сказал Те Хуай Ли, наконец сказав всё, что хотел. — Это же настоящее осиное гнездо, пусть у меня есть способности для этого, но это же сплошные хлопоты и беспокойства, огромные беспокойства!

Позади книжного шкафа Мэй Сюэ Янь, с взглядом, полным сомнения, посмотрела на Цзюнь Мосе. Очевидно спрашивая его, почему он до сих пор не показался.

Цзюнь Мосе вскинул брови, но ничего не ответил. В эту минуту он решил, что хочет посмотреть, как толстяк справится с этим делом. Но зная характер толстяка, он уже примерно знал, что тот ответит.

Этот товарищ не знал страха, стоит Хай Чен Фену подтвердить слова, сказанные Те Хуай Ли, и тогда Танг Юань без колебаний согласится оказать ему поддержку!

«Нет проблем, которые нельзя было бы решить с помощью денег», — вот золотое правило Танг Юаня! Даже без помощи Цзюнь Мосе, своими силами он сможет с легкостью разобраться с этим дельцем!

— Раз Ли Юран позволил себе говорить так, значит он поддерживает тебя, — Танг Юань нахмурил брови: — Я уверен, что если я прибегну к активным действиям, Ли Юран тайно поспособствует ускорению процесса, и при удобном моменте проведет большую чистку в Тяньсян, разумеется, преследуя свои интересы… Ли Юран хочет использовать меня в качестве инструмента достижения своих целей, а вся слава и выгода достанется ему… вот ублюдок! — Танг Юань заскрежетал зубами от переполнявшей его злости:

— В следующий раз, когда он напьется, сука, я точно его кастрирую! Он считает, что он самый умный на всем белом свете…

Прятавшийся за книжным шкафом Цзюнь Мосе выпучил глаза:

«Бля, когда это толстяк стал так хорошо соображать?»

Согласно умозаключению, к которому пришел Танг Юань… Ли Юран действительно может так сделать. С помощью богача Танга и славы Цзюнь Мосе, он осуществит то, о чем он так давно мечтал и что сделать всегда побаивался.

Опираться на чьё-то влияние — это часто используемый Ли Юраном способ достижения своих целей!

Послышался свист ветра, и Хай Чен Фен молчаливо влетел в комнату, кивнув Танг Юаню!

Этот жест означал, что слова, сказанные Те Хуай Ли, соответствуют действительности!

Бам!

Танг Юань, гневно скривившись, грозно ударил рукой по столу.

Те Хуай Ли вопросительно посмотрел на него, ещё не понимая, что этот разъяренный вид толстяка означает согласие.

Он услышал, как Танг Юань сквозь зубы процедил:

— Те Хуай Ли, скажи мне честно, насколько ты решительно настроен?

Те Хуай Ли в душе обрадовался и сказал:

— Если вы согласитесь поддержать меня, господин Танг, я непременно доведу это дело до конца! Ни о чём не сожалея!

— Хорошо! — громко рявкнул Танг Юань: — Я сделаю это для тебя, в качестве исключения!

Из-за своего дурного характера, даже решаясь на добрый поступок, он вёл себя как настоящий хулиган!

У Те Хуай Ли перехватило дыхание от радости.

Глаза его сияли, как острие меча! Он знал, что эти слова Танг Юаня символизировали очень много, в скором времени бесчисленное количество верхов и низов Тяньсян поплатятся головой за содеянное!

Сейчас кроме дворца Злого Монарха и чудом уцелевших после битвы семей Донфанг, Дуанму, Сиконг и Серебряного города, на всём материке только Танг Юань обладал такой силой.

К тому же после того, как Цзюнь Мосе покинул столицу, все подпольные бандиты перешли под руководство Танг Юаня. Сейчас Аристократический Зал в самом деле мог держать в страхе весь материк!

К счастью, у толстяка не было амбиций, а Сонг Шань и Хай Чен Фен строго следили за нижестоящими во избежание появления дурной обстановки, где материк Суань и Императорский двор соперничали друг с другом!

— Завтра я официально сообщу Ли Юрану, что ты — мой человек! Ты сможешь смело действовать, никого не боясь! — грозно сказал Танг Юань: –Даже если то, что ты найдёшь, будет касаться семьи Ли, наказывай как следует! Я всё равно поддержу тебя! С этих пор тебе не нужно никого бояться! Теперь я несу ответственность!

После этой тирады Танг Юань едва слышно пробормотал:

— Чен Фен…

Хай Чен Фен тут же появился.

— Скажи Сонг Шаню, чтобы он подобрал несколько хороших мастеров в помощь Те Хуай Ли. Этот товарищ каждый день опрокидывает по несколько винных кувшинов, ему надо как следует размять мышцы, иначе этот дурень растолстеет так же, как я когда-то… — сказал Танг Юань: — Попутно сообщи в столицу, что мы всеми силами, всеми законными и незаконными способами будем поддерживать действия господина Те! Если будут какие-то помехи — немедленно устрани! Истребляй любое препятствие, и людей, связанных с этим, без права на помилование!

Глава 1273. Без малейшего снисхождения!

— Да, я понял. Не лучше ли послать Сонг Шаня охранять тебя, а бы сам лично занялся твоим поручением? Я боюсь, что этот пьяница может провалить дело, — с неподдельным желанием сказал Хай Чен Фен. Ему было особенно тягостно проводить время с толстяком, и он был готов заняться любым другим делом, кроме этого.

— Нет, так не пойдёт, — решительно отверг его предложение Танг Юань:

— Я должен отправить его туда… — он недобро рассмеялся: — Молодой господин Цзюнь разве не говорил, что ты выполняешь обязанности моего личного охранника…

Хай Чен Фен с досадой закрыл рукой лицо и, еле держась на ногах, подумал про себя: он становится сообразительнее с каждой секундой…

— Те Хуай Ли! Ступай! Поступай, как надо! — Танг Юань добавил: — Пока я в Тяньсян, я покажу этим ничтожным ублюдкам, где раки зимуют!

Те Хуай Ли выразил благодарность Танг Юаню, и незамедлительно откланялся.

Но перед самым его уходом, Танг Юань дал ему еще один наказ:

— Поработай там как следует, не жалей сил! Разберись со всеми долгами, даже самыми старыми! Никого не пропусти, семья Ли Юрана тоже не должна стать исключением! Особенно постарайся провести самое тщательное расследование, никому не позволено остаться в сторонке…

Когда Те Хуай Ли выходил за дверь, на его лбу показались капли холодного пота…

«У этого всемирного богача, в самом деле, мелкая душонка…»

Танг Юань, оставшись один в библиотеке, хихикнул несколько раз, а потом обращаясь к самому себе, сказал:

— Ли Юран, подлец ты этакий, раз ты не оставил меня в покое, я тоже не дам тебе спокойной жизни!

В это время послышался какой-то голос:

— В каком таком месте ты не дашь ему спокойной жизни? Ты наоборот оказываешь ему большую услугу своим поступком… Эх, толстяк, а я уж было подумал, что ты, в самом деле поумнел, однако сейчас я вижу — всё осталось без изменений, тупость твоя неизлечима!

Только услышав голос, Толстяк подпрыгнул, и радостно заверещал:

— Молодой господин! Ты правда здесь!

У него за спиной появился белый силуэт. Кто это мог быть, как не Цзюнь Мосе?

Однако его восторг был мимолётен, через секунду он сменился на изумление. Он, не двигаясь, смотрел на трех красавиц, что стояли около Цзюнь Мосе, изо рта у него на землю закапала слюна, словно он страдал слабоумием, и не мог контролировать своё тело. Спустя некоторое время он, наконец, печально произнёс:

— Мать моя женщина! Оказывается, в нашем мире существуют такие обворожительные красавицы… и кто бы мог подумать, что все они будут жёнами моего лучшего друга… что может быть печальнее этого…

Цзюнь Мосе стукнул его кулаком по пузу, и рассмеялся над ним:

— Ты бы не глазел на моих жён… Знаешь они какие? За словом в карман не полезут, отметелят тебя так, что даже я тебе ничем помочь не смогу…

— Что за вздор! — Танг Юань спросил: — Кстати, о чем это ты говорил только, что? Что значит, я не поумнел?

— Ты ещё не понял? Я говорил о том, что ты собираешься сразиться с семьей Ли, а Ли Юран как раз на это и надеется, — Цзюнь Мосе расхохотался: — Ты действительно считаешь, что Ли Юран сам не хочет ликвидировать этих ублюдков? Единственным препятствием для этого ему представляются семейные узы, которые связывают их. Он не может действовать в открытую. Я уверен, ты окажешь ему большую услугу, сделав это за него. Как только ты прикончишь этих паршивцев, Ли Юран в тот же вечер пригласит тебя отметить это вместе с ним!

— А? — Танг Юань глупо выпучил глаза: — Почему это я должен идти у него на поводу? Может, мне взять и наоборот отпустить их?

— Отпустить? Твоя совесть позволит тебе отпустить таких людей? — Цзюнь Мосе нахмурил брови: — Для чего оставлять в живых таких людей? Лучше покончить со всеми одним разом! Ты сделаешь доброе дело для Ли Юрана, а когда он позовёт тебя отмечать — пей самый дорогой алкоголь, и напои его до чёртиков.

Услышав хитроумный расчёт Цзюнь Мосе, Танг Юань пришёл в восторг, и закивал головой.

— И ещё: всё сказанное Те Хуай Ли имеет большое значение для грядущих поколений, поэтому отнесись к этому вопросу как можно серьёзнее. Не думай о последствиях. Если кто спросит, смело отвечай, что это моя воля, — брови Мосе подскочили: — Не переживай, что можешь создать этим мне неприятности, эти подонки обязательно должны умереть! Если бы мы ни о чём не знали, это другое дело, но поскольку нам всё известно, мы должны принять меры! Проявлять жалость здесь ни к чему! Надо действовать решительно!

— Тогда отлично! — обрадовался Танг Юань.

Если, как говорится, уничтожать зло без остатка, среди этих людей есть немало тех, кто имеет непосредственное отношение к Императорской семье, если можно так выразиться, Императорская родня. Если задеть этих лиц, у Императорского дворца это непременно вызовет интерес.

Если император Ян Хуай Нун и наследный принц Ян Мо попросят снисхождения к ним, Танг Юань должен будет проявить уважение к ним. В конце концов, никто не имеет права топтать престиж Императорского дома. Но Танг Юань очень похож с Цзюнь Мосе, он привык каждое дело доводить до конца.

Если не искоренить зло полностью, как можно спать спокойно?

Поэтому Танг Юань беспокоился только об этом.

Однако сейчас Цзюнь Мосе своими словами успокоил его.

Когда Императорский дом заинтересуется произошедшим, Толстяку надо лишь сказать: «У меня не было другого выбора, это Цзюнь Мосе сказал сделать мне так, вы можете обратиться к Мосе и спросить его об этом…» Однако забота о своей тактичности для них превыше всего, так что они вряд ли осмелятся пойти на это.

Есть на материке хоть один человек, кто способен препятствовать тому, что делает Злой Монарх? Преграждать ему путь равносильно нарываться на неприятности.

Все вчетвером остались в Тяньсян на три дня, и все эти три дня в городе творился настоящий ужас!

Получив ответное сообщение от Танг Юаня, Ли Юран не мог поверить своей радости — так удачно все складывалось, и как раз Цзюнь Мосе пожаловал в Тяньсян.

После этого он немедленно доложил обо всём Императору, Ян Хуай Нуну. Далее один за другим последовали строгие императорские указы, и столица Тяньсян стала решительно и быстро принимать меры по наведению порядка в империи.

Ярким примером стало дело о столкновении лошадиных повозок двух Аристократических Залов, в котором пострадали простые люди, которое, в свою очередь, было организовано Танг Юанем, все причастные к этому были казнены на городской площади в назидание другим… Что касается пособников этого дела, им пришлось не сладко… Танг Юань понял слова Цзюнь Мосе буквально, и за эти три дня около десяти тысяч людей лишились своих голов…

Мероприятия по наведению порядка в стране продолжались, становясь с каждым днем только ожесточённее. Представители элиты, которые никогда не обращали внимание на страдания простого народа, непрерывно лишь набивая свои карманы, теперь по-настоящему бедствовали… В погоне за удовольствиями, они использовали простой народ и власть, чтобы разбогатеть, кто бы мог подумать, что им придётся ответить за свои злодеяния смертью своих близких?

Цзюнь Мосе, глядя на площадь отрубленных голов, сказал:

— Как аукнется, так и откликнется. Вся нечисть была наказана… весь процесс прошел очень успешно…

Все, просившие пощады, по приказу Танг Юаня были объединены в отряды, после чего каждый из них подвергся тщательному расследованию… говоря откровенно, каждый из этих чиновников наложил в штаны, никто не остался чистеньким и невредимым. Всем им пришлось взойти на эшафот… глядя на громадное количество осужденных чиновников, даже сам Танг Юань был потрясён! Он честно признался:

— Боже ты мой… Вот, что я заметил. Все чиновники порядком выше уезда построились в ряды, после чего все они за раз были казнены, почти десять тысяч человек. Если бы казнили каждого по отдельности, боюсь, меньше половины все равно бы сбежало…

Цзюнь Мосе поддерживал его, и снова распорядился: действовать со всей строгостью, без малейшего снисхождения… во время волнений в Тяньсян, Мосе распрощался с Танг Юанем, и они все вчетвером покинули город. Перед разлукой Толстяк даже расплакался… они также посетили курган Вечной любви. Взглянув на огромную надгробную плиту, Цзюнь Мосе печально вздохнул.

У него перед глазами снова появилась та снежная ночь… трагическая смерть Муронг Сю Сю, и самоубийство Йе Гуханя, совершенное им во имя любви.

Цзюнь Мосе тихонько сказал:

— Ей Гухань, Муронг Сю Сю, надеюсь… вы спокойны там в загробном мире! Лин Мэн сейчас во дворце Злого Монарха, с ней всё хорошо, можете не печалиться.

Сосна и кипарис шатались от ветра, легонько поскрипывая.

Цзюнь Мосе поклонился до земли в дань памяти погибшим Йе Гуханю и Муронг Сю Сю.

Хотя Йе Гухань не обладал внушительным уровнем Суань, его слепая любовь потрясла весь мир! Только из-за его чистых неподдельных чувств, он заслуживал этот поклон!

Работники памятника сновали туда-сюда. Людей, желающих почтить память погибших, было огромное количество. Это место стало настоящим символом Тяньсян.

Потому что эту гробницу смастерил сам Злой Монарх за один день без единого молотка и гвоздя! Это было настоящим чудом!

Немало людей тайком рассматривали молодого юношу и трёх прекрасных красавиц, сопровождавших его, по ним было заметно, что они совсем не похожи на обычных людей. Из-за их возвышенной манеры держаться, никто и подумать не мог, чтобы как-то потревожить их.

Многим людям Мосе казался очень знакомым, но они не осмеливались задать вопрос, и убедиться в этом… только, когда Мосе уже покинул памятник, кто-то закричал:

— Злой Монарх! Этот молодой человек — тот самый Злой Монарх! Цзюнь Мосе!

Вмиг вся толпа загалдела!

Все были страшно потрясены этой новостью, ведь такой выдающийся великий деятель современности вдруг посетил Тяньсян.

Новость о том, что Злой Монарх лично посетил Тяньсян быстро разлетелась по городу, после чего интенсивность проводимой там большой чистки увеличилась в несколько раз…

Глава 1274. Призрачный дворец пал!.

Теперь никто не будет сомневаться в том, что кто-то действует от имени Злого Монарха. Небольшое сопротивление, которое было изначально, вдруг исчезло…

После того, как Танг Юань занялся этим вопросом, а Те Хуай Ли делал всё возможное, Ли Юран также воспользовался возможностью, чтобы провести большую чистку среди высших чинов. Обстановка быстро установилась, когда Те Хуай Ли замыслил «очистить верхушку».

В этот момент все голоса внутренней оппозиции государства Тяньсян исчезли, как и более восьмидесяти процентов всех «паразитов», а оставшиеся не смели и слова вымолвить. Государство Тяньсян, наконец, встало на путь развития и процветания…

Когда кровопролитная бойня шла в самом разгаре, Цзюнь Мосе прибыл на равнину к северу от государства Тяньсян.

Здесь находились другие ворота Призрачного дворца.

Мяо Сяо Мяо пыталась открыть ворота, но ничего не получалось. Ничего не происходило, сколько бы усилий она не прилагала. Лишь увеличивалась ответная сила в противовес её, действующей при открытии врат. К счастью, на этот раз Мяо Сяо Мяо приняла меры предосторожности и не пострадала от ответного удара защиты ворот.

Все их старания были напрасны, они вчетвером смотрели на бескрайние равнины и чувствовали себя беспомощными.

В эту ночь им пришлось остаться здесь, потому что они не знали, что делать. На следующий день они хотели испробовать другой метод и узнать смогут ли они открыть вход в Призрачный дворец.

В полночь вдруг изменилась погода, сильные мастера, которые всегда были настороже, почувствовали приближение опасности.

Они все посмотрели наверх и увидели небо, плотно затянутое тучами, со всех сторон собирались бесчисленные тучи, становясь всё гуще!

Вскоре всё небо стало чёрным!

Тёмные тучи на небе собрались настолько плотно, что, казалось, будто до них можно дотянуться рукой и потрогать.

Однако, внезапно посреди облаков появилось нечто, похожее на вихрь, медленно вращающийся и сопровождаемый фиолетовым свечением и молниями…

Они никогда не видели подобного явления!

Не говоря уже об облаках, которые накрыли небо на сотни километров вокруг!

Так называемый громовой удар Шенцзюня или даже Баньшэна не идёт ни в какое сравнение с тем, что происходило у них на глазах!

Затем облака внезапно задрожали, и появился огромный пурпурный столб света! Это только первый удар молнии, но такой сильный и мощный!

На небе вдруг вспыхнула пурпурная молния, которая осветила небо и землю. Если бы такая мощная молния ударила в землю, то наверняка вызвала бы оползень…

Но почему-то молнии просто исчезали в небе…

Цзюнь Мосе и остальные увидели внезапное исчезновение молнии и явно почувствовали колебание земли, но ничего не услышали…

Что происходит?!

Если здесь такой мощный громовой удар, то где же сильный мастер? Если его нет, то почему происходит такой громовой удар? В тот момент всё здесь казалось странным и противоречило здравому смыслу!

Удивление Цзюнь Мосе росло, а громовой удар продолжал усиливаться. После первого удара непрерывно начал раздаваться грохот, небо было полностью покрыто молниями, сначала один удар… потом десять, пятьдесят… сто…

Каждая молния с новым ударом становилась всё мощнее и больше, и каждая молния увеличивалась, как столб света. Росла мощь удара, а ситуация становилась всё серьёзнее…

Земля всего континента Суань дрожала от внезапно нагрянувшего грома.

Стены небольшого города вдалеке постепенно разрушались…

Страшные крики из-за наступившей беды непрерывно раздавались по всему континенту.

Лицо Цзюнь Мосе было серьёзным и даже немного уродливым. Он сосредоточенно смотрел на эту безумную и мощную грозу!

Эти пурпурные гром и молния, казалось, били в пустоту и не попадали в землю, но, несмотря на это, континент уже не выдерживал этого явления!

— Похоже, что кто-то пересекает громовой удар? — испуганно сказала Мэй Сюэ Янь. — Насколько же силён этот человек, раз вызвал такую ужасную грозу? Континент Суань до сих пор ещё не сталкивался с таким громовым ударом. Континент не выдержит таких мощных землетрясений, но выдержит ли такие нагрузки человек, вызвавший громовой удар?! О, нет, боюсь, что континент Суань не сможет выдержать его слишком долго…

Цзюнь Мосе глубоко выдохнул и медленно сказал:

— Нелегко пройти такую грозу, даже если это обычная гроза на уровне совершенного мудреца. Тогда единственное объяснение состоит в том, что это Мяо Цин Чен, который начал борьбу с Чжань Куаном в Призрачном дворце! В мире нет человека, кроме Мяо Цин Чена, который может вызвать такой мощный громовой удар! Даже Четырнадцатый Шао не сможет!

— Мяо Цин Чен? Предок Призрачного дворца? Неужели это он? — воскликнула Мэй Сюэ Янь, а затем прикрыла рот.

Мяо Сяо Мяо сделала шаг вперёд и громко спросила:

— Мосе, о чём ты говоришь?

Хотя Мяо Сяо Мяо приходится дочерью семьи Мяо, но она не знала, жив ли её предок. Когда в этот момент она услышала от Цзюнь Мосе, что её предок жив, она вдруг заволновалась.

— Это он! Это может быть только он. Никто не может сделать такое кроме него! — посмотрел на молнии Цзюнь Мосе, в его глазах не было страха, только бесконечное рвение!

«Когда-нибудь я достигну этого, я испытаю это, и превзойду это Я хочу, чтобы это огромное звёздное небо, необъятные равнины, огромный мир лежали у моих ног!»

После ещё одного удара молнии Цзюнь Мосе почувствовал сильнейшее землетрясение, будто одновременно взорвалось несметное количество ядерных бомб…

— Беда! — прорычал Цзюнь Мосе, взмахнул рукой и три женщины — Цяо Ин, Мэй Сюэ Янь и Мяо Сяо Мяо — попали в Пагоду Хунцзюнь, вслед за ними вошёл и он…

Как только он вошёл, мир внезапно взорвался!

Пространство просто взорвалось!

Этот взрыв должен остаться в истории!

Великая равнина, которая находилась в двух тысячах километров к северу от Тяньсян, полностью исчезла!

На месте прерии появилось большое и бездонное озеро!

Шесть необитаемых мест на континенте Суань превратились в бездонные глубокие озера!

К счастью, вход в Призрачный дворец был выбран в совершенно безлюдных местах!

Однако исчезла не только эта равнина, которая находилась в двух тысячах километров, но и другие пять мест. Иначе говоря, это огромная территория, несравнимая с другими.

Призрачный дворец пал, а пространство, где находился Призрачный дворец, полностью разрушилось взрывом…

С этого момент Призрачного дворца не существует!

Этот внезапный взрыв полностью уничтожил Призрачный дворец с множеством людей…

Однако гроза на небе не прекратилась с обрушением Призрачного дворца, громовой удар становился всё более мощным и жестоким!

Недалеко от нового озера к северу от Тяньсян произошло что-то странное.

С громким свистом одновременно появились два силуэта, которые яростно сражались!

Это были Мяо Цин Чен и Чжань Куан!

Как только Мяо Цин Чен взмахнул рукой, из ниоткуда появились десятки людей. Силой Мяо Цин Чена эти люди были немедленно вытеснены из пространства за десятки километров и упали на поверхность большого озера.

— Скорее! Бегите из этого места. Сохраните последние силы Призрачного дворца! — громко крикнул Мяо Цин Чен. Над его головой появились фиолетовые молнии, снова наступил громовой удар! На этот раз он настиг его здесь!

Как и предполагал Цзюнь Мосе, единственный человек, который может вызвать такую мощную и разрушительную грозу — это Мяо Цин Чен!

Мяо Цин Чен вдруг свирепо закричал, а его тело будто раздулось и стало высотой в сотни метров! Он бил по громовому удару!

Мяо Цин Чен вдруг остановился перед лицом такой громовой «бомбардировки», и сотни ударов молнии, которые он отбил, ударили обратно в облака!

С его силой он смог отразить громовой удар! Подвиг, способный всколыхнуть предков и прославить современников!

Очевидно, что Мяо Цин Чен очень разозлился!

Он никогда не думал, что его младший ученик лишится рассудка! На самом деле, несмотря на то, что Призрачный дворец закрыли от внешнего мира, существовал риск убийства семи владетельных семей!

Видя жестокое убийство членов семи великих семей, Мяо Цин Чен, наконец, появился, намереваясь убить этого ублюдка и успокоить беспорядки. Как только он уничтожит его, порядок восстановится, даже если это вызовет громовой удар, то не приведёт к большим потерям.

Однако неожиданно для Мяо Цин Чена убить Чжань Куана оказалось невообразимо сложно. Да, Мяо Цин Чен мог бы легко убить Чжань Куана, если бы он не был бессмертным! Вслед за битвой возник этот невиданной мощи громовой удар!

Глава 1275. Неистощимая небесная кара!

Под яростным ужасом громовых ударов Туманный Призрачный Дворец, в конце концов, был полностью разрушен. Миллионы жизней вмиг оборвались, и ни одна из восьми влиятельных семей не смогла избежать мучительного конца — всё обратилось в пепел!

От всего Туманного Призрачного Дворца осталась всего лишь горстка людей, в последний момент Мяо Цин Чену удалось спрятать около тридцати человек! В этой суматохе он даже не успел посмотреть, кого, в конце концов, ему удалось спасти…

— Безумный Чжань! Чёрт тебя побери! — Мяо Цин Чен наплевал на своё высокое положение и разразился громкой руганью.

Этот крик полностью заглушил собой грохотание громовых ударов и распространился по всему небосводу!

Безумный Чжань висел в воздузе напротив него. После поглощения бесчисленного количества энергии погибших людей ему удалось полностью восстановить пик своей силы, а также прежний облик.

Когда Мяо Цин Чен вошёл в Туманный Призрачный Дворец, ему пришлось наложить блок на безумного Чжаня. Сам же Луньхуай остался практически без сил, так как Мяо Цин Чен уже сотню раз убивал его! Но даже так, Мяо Цин Чен не мог уничтожить эту сволочь до конца!

Девять зыбучих песков действительно были редким чудесным явлением этого мира!

Бессмертные, неуязвимые, не имеющие себе равных во всей Поднебесной!

— Мастер… Я называю вас своим мастером в последний раз! — в глазах Чжань Луньхуая всё ещё виднелся отпечаток нескрываемого страха, но его состояние уже успело нормализоваться, и он вдруг истерически закричал: — Ты помогал мне, был моим наставником! А теперь ты собственноручно уничтожил всю мою семью, став моим кровным врагом! — безумный Чжань посмотрел в небо и горестно взревел: — Потомки восьми тысяч лет! Дело восьми тысяч лет!

Мяо Цин Чен разразился гневом, а его глаза залились кровью:

— Если бы не ты, сукин сын, ничего бы с Туманным Призрачным Дворцом не случилось! Думаешь, что только твой род был уничтожен? Безумный Чжань, ты ограничен и туп! Ты совершенно лишился нормального рассудка, и сегодня я лично избавлюсь от всей нечисти! Тебе не уйти от смерти!

Чжань Луньхуй мрачно рассмеялся и резко воскликнул:

— Я виноват в разрушении Туманного Призрачного Дворца? Да если бы не твое внезапное появление, никакого громового удара не случилось! Если бы ты вообще не появился, в Туманном Призрачном Дворце в лучшем случае была бы только одна великая семья Чжань, а остальные семь семей зависели от общего положения! Но Туманный Призрачный Дворец навсегда останется Туманным Призрачным Дворцом, как же могло случиться, что теперь он полностью уничтожен? Мяо Цинчен! Твоя сила в самом деле потрясающая и не имеет себе равных, даже я, твой последователь, не смог бы с тобой сравниться! Однако сейчас моё тело состоит из девяти зыбучих песков — я бессмертен, ты всё ещё наивно полагаешь, что сможешь убить меня? Громовые удары произошли по твоей вине, но сможешь ли ты их выдержать? — он больше не называл его своим мастером, а обращался только на «ты»!

Мяо Цин Чен был в ярости, но в отношении этой неподыхающей скотины даже его великая сила была абсолютно бесполезна!

Всё безнадежно!

Фиолетовые молнии в течение некоторого времени побродили по небу, а затем вдруг раздался громкий удар, и десятки тысяч фиолетовых лучей одновременно обрушились на землю! Ещё одна волна громовых ударов!

Мяо Цин Чен вдруг оцепенел:

«Неужели эти громовые удары уничтожат не только Туманный Призрачный Дворец, но и всё остальное? Неужели они прекратятся только после моей смерти… но… кто же тогда будет сдерживать эту скотину?!»

Пока Мяо Цин Чен колебался с решением, в воздухе вдруг промелькнул белый силуэт, который направился прямо навстречу фиолетовым молниям!

Это был не кто иной, как Цзюнь Мосе!

Мяо Цин Чен сильно удивился и поспешно закричал:

— Осторожно! Не… — не успел он закончить фразу, как молодой мастер уже столкнулся с громовым ударом!

Мяо Цин Чен закрыл глаза, не захотев наблюдать за мучениями юноши…

Ведь даже он изо всех сил сопротивлялся этим ударам, так что в мире вряд ли найдётся кто-то, способный их ликвидировать!

Однако Мяо Цин Чен так и не услышал неожиданного удара молнии и с удивлением открыл глаза. Он увидел, что громовые удары были заблокированы безумными атаками молодого юноши!

Что происходит?

Неужели ни одна из молний не ранила его?

Как это возможно?!

Под изумлённым и трепещущим взглядом Мяо Цин Чена Цзюнь Мосе громко закричал, взмахнул руками, и от бесконечных фиолетовых разрядов молний не осталось ни следа!

В этот момент молодой мастер изо всех сил поглощал громовую энергию, транспортируя её в Пагоду Хунцзюнь.

На этот раз сила громовых ударов была просто невероятной, в тысячу раз больше всей той энергии, что когда-либо была поглощена Пагодой! И даже больше! Кроме того, поток молний никак не прекращался…

Даже Чжань Луньхуай, будучи в бессмертной оболочке, боялся действовать опрометчиво. Если бы молния вдруг сменила цель и ударила ему в голову, то это было слишком несправедливо!

Спустя некоторое время ужасные громовые удары, наконец, прекратились. Тёмные тучи тут же рассеялись, и показались яркие солнечные лучи!

Цзюнь Мосе ясно почувствовал, что Пагода Хунцзюнь впитала в себя силу молнии практически до отвала!

Небесная кара Мяо Цин Чен и впрямь оказалась слишком яростной, раз даже Пагода успела вдоволь насытиться её энергией…

Ещё никогда Пагода Хунцзюнь не насыщалась духовной и природной энергией! Такое произошло впервые!

К счастью, громовые удары уже полностью закончились, иначе молодой мастер бы точно не сдобровал!

— Старейшина Мяо, что, чёрт возьми, происходит? Какова нынешняя ситуация в Туманном Призрачном Дворце?! — Цзюнь Мосе опустился вниз.

— Тут такое дело… Ох! В двух словах не расскажешь! Мне пришлось принять меры против мятежников, но дворец был полностью разрушен.

Мяо Цин Чен выглядел спокойно, однако его глаза излучали бесконечную печаль.

Несмотря на то, что он находился на пике уровня Шенжень, такой кошмар сильно ударил по его душевному состоянию!

Туманный Призрачный Дворец вдруг полностью рухнул, и Мяо Цин Чен почувствовал, что его связь с учителем, Первым Шао, а также с тремя старшими соучениками тоже разорвалась.

После тысячелетнего существования гора Тяньчжу рухнула, и три священные земли канули в небытие, а теперь и Туманный Призрачный Дворец… В этом мире больше не осталось ни следа от Первого Шао!

Неужели это конец?

Оказывается, безумный Чжань после беспорядочных массовых убийств поглотил огромное количество энергии и смог разорвать пространство, чтобы вернуться в Туманный Призрачный Дворец. А затем, в течение очень короткого периода времени, используя чудесные особенности девяти зыбучих песков, он наглухо запечатал все двери во дворце!

Спустя некоторое время безумный Чжань со всем своим величием и могуществом официально вышел «на сцену». Семья Чжань торжествовала.

Основатель их рода вернулся к ним в новом образе, да ещё и так дерзко — вы хоть представляете, что это за прекрасное событие?

Семья Чжань ликовала день и ночь напролёт. Безумный Чжань же в этот момент убежал. По какой-то причине, с тех пор, как он поглотил девять зыбучих песков, его характер стал ещё более раздражительным!

На этот раз он прямо заявил семи влиятельным семьям Туманного Призрачного Дворца:

— Весь дворец должен почитать меня! Кто со мной — тот процветает, кто против меня — тот погибает!

Безумный Чжань напрямую дал понять: я очищу весь дворец, позволив семье Чжань занять тут доминирующее положение!

Могущество безумного Чжаня вызвало панику среди всех влиятельных семей, однако они не сильно испугались. Когда суета притихла, семь влиятельных семей объединили свои силы и выступили против общего врага.

Все прекрасно понимали, что если семья Чжань возьмёт правление в свои руки, то их дни во дворце сочтены. Просто посмотрев на физиономии этого психопата и его приспешников, можно отчётливо увидеть в них убитые перспективы всего Туманного Призрачного Дворца.

Безумный Чжань пришёл в ярость и у всех на виду прикончил семнадцать высокоуважаемых Шэнцзунов из влиятельных семей. Но это ещё не всё: затем он просто сожрал их!

Такое поведение вызвало ещё больший общественный гнев.

Все предпочли умереть, но не покориться.

Затем еще около сотни Шенхуанов погибли от рук Безумного Чжаня.

Владыка Туманного Призрачного Дворца, Мяо Цзин Юнь, оказался в безвыходном положении и, несмотря на наставления предков, покинул тайную комнату, чтобы обо всем доложить Мяо Цин Чену. Но безумный Чжань кинулся за ним в погоню. Мяо Дао и Мяо Цзянь трагически погибли, защищая своего господина!

Мяо Цзин Юнь кое-как добрался до тайной комнаты и доложил о происходящем Мяо Цин Чену, после чего тот пришёл в дичайшую ярость!

Осознавая серьёзность всего положения и, невзирая на угрозу небесной кары, Мяо Цин Чен немедленно покинул свою комнату, намереваясь уничтожить безумного Чжаня и подавить мятеж.

Как только Мяо Цин Чен вышел наружу, безумный Чжань оцепенел.

Причина, по которой он вёл себя так разнузданно и смело, заключалась в том, что в Туманном Призрачном Дворце не было ни одного достойного противника — он был сильнейшим мастером в мире!

Однако Безумный Чжань и подумать не мог, что его учитель на самом деле жив!

Будучи учеником Мяо Цин Чена, мог ли он не знать, насколько охренительны его силы?

Поэтому, поначалу, увидев Мяо Цин Чена, безумный Чжань вдруг притих.

Однако после появления Мяо Цин Чена, как и ожидалось, прибыла и небесная кара.

Безумный Чжань тут же всё осознал.

Этот старый козёл на протяжении многих лет скрывался ото всех и боялся выйти наружу только из-за страха перед небесной карой… Разгадав слабое место Мяо Цин Чена, безумный Чжань возобновил свои бесчинства с прежней разнузданностью.

Однако Мяо Цин Чен яростно ударил по этому психопату. Одним ударом он рассеял его по всему небу, а затем приступил к сопротивлению громовым ударам. После первой волны Мяо Цин Чен снова спрятался, а небесная кара тут же исчезла.

Однако он тут же с удивлением обнаружил, что безумный Чжань снова появился, причем совершенно целый и невредимый!

Мяо Цин Чен сопротивлялся небесной каре и в то же время нещадно атаковал этого психа. За всё время Мяо Цин Чен уничтожил безумного Чжаня две с половиной сотни раз!

Но этот сукин сын снова и снова появлялся перед ним, как ни в чём не бывало…

Мяо Цин Чен не мог понять, что происходит: когда это его негодный ученик смог заполучить бессмертную оболочку?

Вслед за этим боем с переменным успехом сила громовых ударов стала постепенно увеличиваться. В конце концов, она достигла ужасающих пределов, и одним ударом разрушила Туманный Призрачный Дворец…

Глава 1276. Удивительные изменения!

На самом деле, если бы не Цзюнь Мосе, небесная кара не прекратилась бы до тех пор, пока не уничтожила Мяо Цин Чена, а весь материк неизбежно отправился по той же дорожке, что и Туманный Призрачный Дворец!

После развала тысячелетнего наследия Мяо Цин Чен был вне себя от гнева и скорби…

Однако и самому Безумному Чжаню было не по себе. Всю свою жизнь он желал лишь одного — чтобы его род Чжань встал во главе Туманного Призрачного Дворца! А сейчас, когда он был в шаге от цели — все его потомки уничтожены!

И в какой-то степени именно из-за него и был разрушен Туманный Призрачный Дворец!

Печаль в сердце безумного Чжаня в этот момент было невозможно описать словами.

Глаза учителя и его ученика покраснели от злости.

Теперь они превратились в двух самых страшных и непримиримых врагов!

Мяо Цин Чен намного превосходил Безумного Чжаня по силе и не обращал никакого внимания на его тактику войны на истощение. Сам же безумный Чжань чувствовал себя уверенно из-за своего бессмертия.

«Может, я и недостаточно силён, чтобы сразиться с тобой на равных, однако и ты со своим супермогуществом никак не сможешь уничтожить меня. Ну один день, три дня ты будешь меня убивать и что? Через три сотни или тысячи лет ты просто сдохнешь от того, что устанешь сражаться со мной, вот и всё…»

Никто из них не собирался отступать, оба хотели покончить друг с другом прямо сейчас!

Цзюнь Мосе, наконец, понял всю историю вопроса. В его сердце вдруг поднялось сильное негодование. Он вспомнил, с какой заботой к нему отнесся Цао Гофэн и остальные люди, когда он пришёл в Туманный Призрачный Дворец. Они ведь действительно приняли его за своего ученика и обеспечивали ему безопасность даже ценой собственной жизни…

Подумав об этом, Цзюню Мосе стало немного стыдно, ведь в этот раз он хотел вернуться во дворец и чистосердечно во всём признаться, а затем забрать Цао Гофэна и остальных Шенхуанов в резиденцию Злого Монарха…

Но он и подумать не мог, что случится нечто подобное!

После такого мощного взрыва даже мастера уровня Шэнцзуна не смогли уцелеть, так что же говорить о Цао Гофэне и остальных Шенхуанах?

Те двадцать человек, которых Мяо Цин Чену всё же удалось спасти, совершенно не слушали никаких приказов, а с разгневанными лицами бросились вперёд!

Их родина была уничтожена, а все родные погибли в огне. Какой же теперь смысл в их жизни, без роду, без племени…? Единственное последнее желание этих людей — найти общую смерть с виновником всех их бед!

Цзюнь Мосе пробежался взглядом, и его тело закостенело от холода:

«Неужели из всего Туманного Призрачного Дворца уцелели так мало людей?»

Мяо Цин Чен тяжело вздохнул, а его лицо помрачнело ещё сильнее.

Сердце Цзюня Мосе словно провалилось в ледяную бездну!

Люди, которых он хотел увидеть, о которых переживал… Похоже из их числа остался лишь один Мяо Цзин Юнь!

Ни Цао Гофэна со своим отрядом, ни родителей Мяо Сяо Мяо в числе спасённых не было видно!

Такие новости, не то что для Сяо Мяо, даже для самого Цзюня Мосе стали огромным ударом!

Цзюнь Мосе никогда не считал себя хорошим человеком и заботился лишь о тех, кого признавал близкими для себя людьми, однако сегодня, после разрушения Туманного Призрачного Дворца практически всем близким ему людям не удалось уцелеть!

Молодой мастер поднял голову и посмотрел на Безумного Чжаня, яростно закричав:

— Ты, психованная тварь! Да тебя разорвать на куски мало! Невменяемый сукин сын! Из-за тебя погибло столько ни в чём не повинных людей! Да как тебя ублюдка земля ещё носит?!

— Тьфу! Это я виноват? Разве это не из-за Мяо Цин Чена? Если бы этот старикашка не вылез, ничего бы не случилось! Ведь по факту в крахе Туманного Призрачного Дворца виноваты громовые удары, которые возникли из-за старика Мяо! Во дворце находились потомки моего собственного рода, думаешь я не расстроен? — яростно закричал безумный Чжань.

— Да ты и весь твой род — куски говна! — Цзюнь Мосе вдруг начал ругаться. Однако, к счастью, он быстро пришёл в себя и заблокировал башню Хунцзюнь.

Мяо Сяо Мяо и остальные ещё не знают о том, что произошло снаружи!

Если Сяо Мяо узнает, что весь её род полностью погиб, боюсь, с её характером она испытает слишком большой стресс, и даже утешения Цзюня Мосе не принесут большой пользы…

Из «маленькой принцессы» она внезапно превратилась в круглую сироту без отца и матери!

Раздалось несколько громких криков, и двадцать восемь мастеров, включая трех Шенцюней и двадцать пять Шэнцзунов разного разряда, одновременно бросились окружать Безумного Чжаня! Никто из них даже не обратил внимания на приказы Мяо Цин Чена.

Их сердца были уничтожены тем ужасным взрывом! Однако их души всё ещё горели!

Они уже ничего не ищут, кроме смерти!

Цзюнь мосе уже было собрался броситься вперед, однако Мяо Цин Чен остановил его.

Молодой мастер вопросительно посмотрел на старика, но тот лишь печально покачал головой и сказал:

— …Их сердца уже погасли, а живая энергия направлена лишь на смерть, им больше незачем жить! Сейчас они хотят лишь отправить эту сволочь на тот свет…

Цзюнь Мосе был потрясён и просто застыл на месте!

— Раз уж так, позволим им уйти и дадим исполнить их последнюю волю, — Мяо Цин Чен поднял голову и тяжело вздохнул. Горькие слёзы старика вдруг полились как из ведра: — Возможно, они действительно желают себе такой смерти… И хотя им не удастся уничтожить врага, однако так они смогут высвободить всю свою энергию!

Цзюнь Мосе застыл на месте, наблюдая, как один за другим силуэты мастеров распадаются перед Безумным Чжанем прямо на куски. Но он ничего не мог с этим сделать.

Вслед за громкими звуками взрывов, тело Безумного Чжаня превращалось в облако пыли. В этот момент, Мяо Цзин Юнь тоже бросился вперед — его плоть и кровь разлетелись вокруг…

Цзюнь Мосе яростно закричал!

Приступ сильной злости мгновенно заполонил разум Цзюня Мосе, и его тело вдруг парализовало.

После того, как такой сильный импульс гнева ворвался в мозг молодого мастера, пространство башни Хунцзюнь вдруг резко всколыхнулось, и спрятанная в пустоте дверь с грохотом открылась настежь.

Внезапно разноцветное чудесное сияние накрыло пространство башни Хунцзюнь, а затем пробилось в реальный мир. Радуга становилась всё толще — даже горный хребет с ней не мог сравниться!

Мяо Цин Чен и Безумный Чжан больше не могли сдерживать свой гнев. Оба мастера уже собрались вступить в заключительную схватку, но неожиданно обнаружили такие странности.

Будучи самыми опытными мастерами этого мира, почувствовав эти странные изменения, оба вдруг в панике переменились в лицах. Просветлевшее после громовых ударов небо вдруг снова заволокло чёрной пеленой!

Кромешная чёрная ночь, нарушая законы природы, вдруг навязчиво опустилась на землю!

Нет, этот мрак был намного чернее обычной ночи!

Однако продлился он всего лишь мгновение!

В следующий миг небо заволокло бесчисленными звёздами.

Затем все эти яркие звёзды превратились в один световой поток из десятка миллионов разноцветных радуг…

Всё это начало опускаться на землю!

Их целью оказалось погрязшее в хаосе тело Цзюня Мосе!

Виновник и источник, вызвавший эти удивительные изменения!

Мяо Цин Чен и Безумный Чжань ошарашенно наблюдали за происходящим. Они лишь видели, как бесчисленное количество потоков звёздного света, смешанные с аномальной энергией, вливались в тело Цзюня Мосе, а затем бесследно исчезали из поля зрения…

И эта странное зрелище всё ещё продолжалось…

«Боже, я… что я только что увидел? Разве от такого количество мощной энергии звёзд этот парнишка не должен был попросту разлететься на куски? Как такое вообще возможно? Смог бы я вынести такое количество энергии? Этот парнишка от начала до конца сумел выдержать всю эту силу! Это же какая сила! Какое прекрасное тело!»

Цзюнь Мосе, поглощенный приступом гнева, почувствовал, как его злость превратилась в бушующий огненный поток энергии и ворвалась прямо в башню Хунцзюнь!

Раздался громкий взрыв, и первый уровень башни внезапно засиял ярким светом. Второй же уровень окутала полная тьма — это произошло из-за горения пламени Первозданного Хаоса… Третий и четвёртый уровни переливались божественным светом силы пяти элементов!

В этот момент находящиеся в башне Мэй Сюэ Янь и ещё две девушки совершенно ничего не понимали, что происходит. Они стояли рядом с прудом Чудесных Лотосов и удивленно оглядывались по сторонам. Мяо Сяо Мяо аж разинула свой маленький рот, глядя на это странное зрелище.

Лишь Мэй Сюэ Янь знала о том, что Цзюнь Мосе обладает таким чудесным пространством, более того, она и сама здесь совершенствовалась, но всё равно была потрясена не меньше остальных…

Четыре уровня башни переливались разноцветными лучами света, которые сливались в один красочный воздушный поток и двигались прямиком на пятый уровень!

На пятом уровне искрилась фиолетовая Ци Хунмэн, которая с огромным импульсом направилась ещё выше!

На шестом уровне — уровне силы ветра, бушевал ураган, который смешавшись с красочным и ярким воздушным потоком, резким толчком бросился на седьмой уровень башни Хунцзюнь!

Глава 1277. Секрет башни Хунцзюнь.

В этот момент напряжённая обстановка стала спокойнее, а ярость и бурлящая энергия Цзюня Мосе постепенно затихли!

Однако, внезапно появилось множество сверкающих и светящихся фиолетовым энергетических лучей. Он не знал, откуда взялась эта сила, поэтому быстро ворвался в мир башни Хунцзюнь и сразу двинулся на седьмой уровень…

В следующее мгновение вся башня Хунцзюнь сильно задрожала. На седьмом уровне начали разрываться электрические разряды молнии, превращаясь в мощную силу сопротивления и объединяясь с энергией первого уровня.

Вся сила, собранная в первых семи уровнях башни Хунцзюнь, стремительно направилась на восьмой уровень!

Границы преодолены! Барьер сломан!

Барьер восьмого уровня был ослаблен мощной энергией извне…

В следующий момент ослепительная вспышка света спустилась с восьмого уровня. Мэй Сюэ Янь и остальные вдруг почувствовали гул в голове, их сердца быстро забились и они упали в обморок. Даже Мэй Сюэ Янь, которая почти имела уровень Баньшэня, не смогла выдержать!

В этот момент в башне Хунцзюнь наступила странная тишина…

Микромир в даньтяне Цзюня Мосе, который появился благодаря процессу культивации, внезапно затрясся, а тёмный цвет пространства стал меняться…

С грохотом сила пяти стихий, ветра и грома внезапно ворвалась внутрь, а затем устремилась ввысь.

Маленький мир расширился за это мгновение в десять миллионов раз и всё продолжал расширяться!

Свистел сильный ветер, белые облака неслись по ветру, как внезапно появился яркий звёздный свет, а затем снова исчез. Потом все небо покрылось яркими звёздами, но через мгновение они снова пропали, так как высоко на небе появилось красное солнце! Звезды пропадают, когда выходит солнце и наступает день!

На земле поднимались одна за другой горы и появлялись реки.

Вёе на небе и на земле зарождалось, преображалось и перерождалось. Наконец, гигантский Цзюнь Мосе поднял руки и подтолкнул наверх чистое голубое небо!

Появилось изобильное и широкое пространство!

Тогда этот маленький мир установился, как обычный мир.

Голубое небо, широкая земля, высокие горы и бурлящие реки.

Все здесь было прекрасно!

За исключением того, что ещё не было цветов, деревьев, птиц, зверей и людей, он ничем не отличался от любого места, подходящего для жизни!

Цзюнь Мосе почувствовал это изменение. В тот момент, когда барьер восьмого уровня был сломлен, Цзюнь Мосе вдруг почувствовал что-то странное, как будто вся сила его тела больше не принадлежала ему. Но он ясно чувствовал, что все силы этого мира безоговорочно подчиняются его приказам!

Энергия, наполнявшая его тело, устремилась в мир даньтянь и, смешанная с энергиями этого мира, быстро вернулась к нему обратно!

Столкнувшись с этой мощной силой, Цзюнь Мосе понял, что сила Баньшэня, которой он обладает сейчас, ничего не стоит! Цзюнь Мосе думал, что он не сможет вынести напор такой мощной силы.

Но каким-то образом, в этот момент его каналы превратились во всемогущую и всеприемлющую бездонную пропасть и с лёгкостью впитали эту неописуемо мощную энергиию!

Во время всего процесса он не ощутил никакого дискомфорта! Более того, Цзюнь Мосе чувствовал, будто его каналы не полностью наполнены, казалось, что он мог легко поглотить в сотни раз больше энергии!

Он не мог во всё это поверить …

Когда сердце Цзюня Мосе дрогнуло, он кое-что осознал: эта сила, которую он приобрел с помощью культивации! Во время процесса культивации он получал сверхъестественные силы каждого уровня в несколько раз больше, чем у него было!

Башня Хунцзюнь оставила только свою основную силу для защиты, все другие силы поглотил он. Теперь, когда он постепенно совершенствовался до восьмого уровня, накопленная сила, несомненно, привела к его небывалому развитию!

И башня Хунцзюнь, очевидно, ожидала такого важного момента!

Тогда в момент прорыва на восьмом уровне сформировались небо и земля!

В следующий момент Цзюнь Мосе почувствовал, что медленно идёт по звёздному небу, а перед ним башня Хунцзюнь в лучах света, спокойно ожидающая его прибытия.

Цзюнь Мосе зашёл на первый этаж башни Хунцзюнь и медленно поднялся наверх.

Второй уровень, третий уровень …

Седьмой уровень!

На седьмом уровне неожиданно появились сотни лучей, которые быстро собрались в какую-то субстанцию и превратились в великолепную лестницу под ногами Цзюня Мосе.

Цзюнь Мосе удивился и, не почувствовав ничего плохого, спокойно шагнул вперёд.

Один шаг, два шага… После восьми шагов Цзюнь Мосе встал перед дверьми.

На самом деле, как таковых дверей перед ним не было, просто он почувствовал, как перед ним будто медленно открывались ворота.

Две невидимые двери, наконец, открылись, Цзюнь Мосе поднял голову и посмотрел вперёд.

На первый взгляд казалось, что там ничего нет, но Цзюнь Мосе уже всё понял.

Зайдя внутрь, он спокойно встал.

Внезапно на стенах башни со всех сторон появились бесчисленные картины.

Если бы там был ещё один человек, то он бы не увидел ничего, тем более никаких картин, только пустоту!

Но для него это не было иллюзией, он видел все картины.

Многочисленные причудливые картины, кажется, показывали путь человека с детства до взрослого возраста. На картине была изображена какая-то форма жизни, необычного вида, по крайней мере, не похожего на обычного человека.

Цзюнь Мосе не знал, что это было за существо или к какой расе принадлежало, но как только появились эти картины, он понял, что этот человек, несомненно, был первым мастером Башни Хунцзюнь!

Он впервые создал первый мир!

Когда Цзюнь Мосе увидел последнюю картину, остальные исчезли, а затем появилась другая цепочка картин…

— Это, должно быть, история второго мастера башни Хунцзюнь… — тихо сказал Цзюнь Мосе: — Да, так оно и есть.

«Оказывается, так называемый мир — не единственный. Как и вселенная!», — тихо подумал Цзюнь Мосе: «То, что мы думаем о небе и земле — это просто глупости».

На пятом мастере Башни Хунцзюнь Цзюнь Мосе наконец увидел относительно привычного человека. Он был роскошно одет, красивое лицо и впечатляющий жизненный опыт…

В конце концов, этот человек тоже создал свой собственный мир, вселенную.

На последней картине молодой человек смотрел на созданный мир и говорил:

— Меня зовут Суань, моя жизнь наполнена магией. Этот мир я назову «мир Суань».

Цзюнь Мосе увидел, что на одной из планет в этом мире Суань есть точно такой же континент Суань.

Цзюнь Мосе непринуждённо улыбнулся: «Оказывается, я просто живу в мире, который кто-то создал…»

Он был переполнен эмоциями, но увидел, что картины снова изменились, появился ещё один странный человек — шестой мастер Башни Хунцзюнь.

Наконец Цзюнь Мосе увидел знакомую картину: здоровенный мужчина, который создал мир. После того, как он закончил, Цзюнь Мосе внезапно прослезился…

Река Янцзы и Хуанхэ — это его слёзы…

Гиганта звали Паньгу.

После того, как он увидел жизнь Паньгу, очередь перешла к нему. Цзюня Мосе охватили эмоции, когда он увидел, как его душа перепрыгнула через тысячи времен и пространств и попала на континент Суань. Он не ожидал, что всё зайдёт так далеко…

Цзюнь Мосе был девятым мастером башни Хунцзюнь!

«Но почему я не видел Хунцзюня? Первый мастер, кажется, тоже не был Хунцзюнь?!»

В его голове всплыл вопрос и тут же нашёлся на него ответ. Этот ответ пришел ему в голову сам: «Хотя Хунцзюнь получил эту башню, но к этому моменту он уже постиг великий принцип, поэтому он не занимался совершенствованием».

Башня Хунцзюнь, изначально называлась башня Кайтянь (башня совершенствования). Он не занимался совершенствованием до тех пор, пока не получил башню, а она стала называться башней Хунцзюнь тогда, когда соединилась с его сознанием.

Затем началась жизнь Цзюня Мосе… Наблюдая со стороны каждый этап своей жизни, Цзюнь Мосе не мог удержаться от улыбки…

Пока Призрачный Дворец не рухнул, а он не оказался в башне…

На этом картины погасли.

Глава 1278. Затмить небеса!

Цзюнь Мосе вдруг заметил, что пробыл здесь уже довольно много времени…

И на протяжении этого времени он не открывал глаза, но, несмотря на это, увидел очень много интересного…

Он с горечью усмехнулся.

Когда Цзюнь Мосе всё-таки открыл глаза и осмотрелся, он вздрогнул от страха. Его окружало восемь похожих на призраки человек. Мосе присмотрелся и ужаснулся!

Все эти восемь человек были прежними владельцами башни Хунцзюнь.

— Разреши поздравить тебя, младший братец-наставник, с успешным сотворением мира! — произнесли они все одновременно на разных языках. Некоторые из них Мосе никогда не слышал до этого момента, но тем не менее смог понять.

— Младший братец-наставник? Это я-то? — недоумевая, произнёс Цзюнь Мосе: — Раз уж есть старшие и младшие братья-наставники, тогда кем будет отец-наставник?

— Ты узнаешь об этом немного позже, — все восемь человек одновременно доброжелательно улыбнулись и сказали: — Младшему братцу-наставнику понадобилось всего два года, чтобы успешно завершить процесс сотворения мира, он достиг восьмого уровня процесса совершенствования. Твоя невероятная скорость прогресса не может не впечатлять, мы, действительно, очень сильно уступаем тебе. Твои природные таланты поразительны, удача благоволит тебе. Мы уверены, что твои будущие достижения намного превзойдут наши, ты лучший кандидат на роль преемника уважаемого Учителя, я, в свою очередь, хочу заранее поздравить тебя с этим.

Хотя говорящий крайне высоко оценивал Цзюня Мосе, тем не менее всё, сказанное им, полностью соответствовало действительности. Цзюнь Мосе припоминал, что несмотря на то, что все эти восемь человек тоже успешно создали вселенную Тянь-ди, для этого им потребовалось намного больше времени, чем Мосе. Самый длительный срок составлял более десяти тысяч лет, а самый короткий — девяносто девять лет, без года целый век!

Цзюнь Мосе же потребовалось чуть меньше двух лет, и, хотя до подлинного сотворения мира оставалось вполне приличное расстояние, в конечном счёте, заложить основы Тянь-ди за столь короткий срок ещё никому не удавалось, и потому сомневаться в словах, произнесённых старшим наставником, не приходилось.

Цзюнь Мосе вежливо кивнул головой, и сказал:

— Мне не более, чем просто немного повезло, и я даже получил поддержку своих старших наставников.

Все восемь человек громко рассмеялись. Мальчишка, действительно, порядочно самонадеян, даже перед нами показал свой характер, однако человек, сотворивший настоящее чудо, обязательно должен обладать сильным характером, по-другому и быть не может!

Цзюнь Мосе понял, что все эти восемь человек не более, чем их остаточные проекции, бог знает в каких мирах и временных отрезках находятся их настоящие тела!

— Сегодняшняя наша встреча подходит к концу, но мы ещё встретимся, младший наставник. Береги себя, рано или поздно наступит день, когда мы все снова увидимся в небесном дворце Лин нашего уважаемого Учителя, — все восемь человек одновременно поклонились.

— Небесном дворце Лин? Что это за место? — крайне недоумевая, спросил Цзюнь Мосе.

Все восемь человек расхохотались, и нараспев проговорили:

— Знаменитый Лин Тянь, желанный Лин Тянь, сердечный Лин Тянь, неизменный лин Тянь!

Договорив, все они исчезли из поля зрения.

Цзюнь Мосе прищурился, совершенно не понимая смысл этих слов. Обуреваемый сомнениями Цзюнь Мосе стал размышлять, внезапно почувствовав лёгкое головокружение, внезапно у него в голове появилось несколько строк иероглифов.

То было рифмованное правило восьмого уровня башни.

«Как ни крути, всё равно придёшь к тому же; силы бури и гроз; не забывай о цянь и кун (две противоположные гексаграммы „Ицзина“), небо и земля, Инь и Ян, мужское и женское начало, свой дань. Создавай Тянь-ди; Инь и Ян приказывает, шесть кругов перевоплощений ждут открытия; я буду творить добро во имя Тянь-ди; девять перерождений души из поколения в поколение…»

Цзюнь Мосе был умён и сообразителен, и за секунду всё понял. Вселенная Хунь-дунь это вовсе не лёгкие облака и ветерок, это нечто, выходящее за пределы здравого смысла…

Очень плавно он вылетел наружу.

Почувствовав то, что теперь он совсем не такой, как раньше.

Хотя Цзюнь Мосе официально продвинулся на восьмой уровень процесса совершенствования, новой реальной силой он так и не обзавёлся, потому что в Тянь-ди уже больше не было энергии, которой он мог бы овладеть!

Сейчас он уже мог контролировать все природные силы Тянь-ди!

Ему были подвластны абсолютно все силы, без исключения!

Цзюнь Мосе медленно открыл глаза.

Мяо Цинчхэн и Безумный Чжань, которые изначально находились перед ним, исчезли в неизвестном направлении.

Цзюнь Мосе с благоговением усмехнулся, и неторопливо врубил свой «сканер»! В тот же момент он обнаружил местоположение искомых объектов, между Мяо Цин Ченом и Безумным Чжанем завязалась ожесточённая схватка в безлюдном месте около горы Тянь-чжу!

Мосе фыркнул, и в тот же миг пересёк труднодоступные заросли, оказавшись прямо перед полем боя двух могущественных верзил!

Когда Цзюнь Мосе прибыл туда, Мяо Цин Чен как раз нанёс сокрушительный удар кулаком по Безумному Чжаню!

С того момента, как Мосе погрузился на восьмой уровень башни, в этом мире прошло уже три года! Целых три года времени!

Сначала Мяо Цин Чен пытался присматривать за Мосе, однако убедившись, что с ним ничего не случится, а его тело окутано мощной таинственной атмосферой, и он погружен в какую-ту непроникновенную духовную практику, он понял, что ни один человек в этом мире не сможет навредить ему, тогда он со спокойной душой полностью отдался ожесточённому сражению с Безумным Чжанем!

За эти три года Безумный Чжань погибал несметное множество раз от мощных атак Мяо Цин Чена. Их ожесточённый бой не утихал до сих пор ведь они были настоящими монстрами, которым не требовался ни сон, ни еда…

Хотя Чжань обладал неуязвимым телом, после бесконечного множества сокрушительных атак Мяо Цин Чена, чувствовал он себя крайне неважно. Освободившись от источник своих бед, а точнее кары небесной в виде громовых ударов, силы Мяо Цин Чена порядочно возросли, но несмотря на нескрываемое преимущество, он тоже испытывал некоторые трудности.

Столкнувшись с тараканом, которого прихлопываешь тапком, а он шевелит усом и снова прёт своей дорогой, любой бы на его месте испытывал то же самое.

Из-за этого обстоятельства, он никак не мог расслабиться!

Потому что стоит ему отвернуться хоть на мгновение, у Безумного Чжаня сразу же может появиться возможность сбежать и кого-нибудь убить, повысив свою силу. Если он повысит свои силы до определённой точки, в сочетании с его неуязвимым телом он будет представлять смертельную опасность для Мяо Цин Чена!

Поэтому каким образом Мяо Цин Чен мог позволить себе быть неосторожным?

Их сражение продолжалось на протяжении трёх лет, без единой паузы. Эта затяжная война до смерти их утомила.

В начале первого года сражения у Безумного Чжаня ещё были надежды победить Мяо Цин Чена, но сейчас же все они улетучились. Мяо Цин Чен был очень силён, силён до невероятной степени! Чжань понимал, что, если даже он высосет жизнь из всех людей, населяющих материк Суань, у него всё равно не получится одолеть своего могущественного учителя. Сейчас Безумный Чжань желал лишь одного, чтобы этот дико затянутый бой, наконец-то, закончился. И ему было уже плевать, погибнет он или Мяо Цин Чен…

Оказывается, неуязвимое тело тоже имеет свои недостатки!

Мяо Цин Чен был подавлен, но не сильнее, чем Безумный Чжань…

И как раз в этот момент появился Цзюнь Мосе…

Молодой мастер Цзюнь снова вернулся!

Воздух задрожал, и прямо между ними возник беззаботный Мосе. Равнодушным взглядом он посмотрел на Безумного Чжаня, что заставило его ненавистного соперника чувствовать себя очень слабым и немощным!

— Цзюнь Мосе! Ты прорвался? — вскрикнул Мяо Цин Чен.

— Верно, старейшина Мяо. За эти пару дней, что меня не было, вы хорошо потрудились! — сказал Цзюнь Мосе: — А теперь предоставьте этого ублюдка мне!

Даже Безумный Чжань вылупился на мальчишку, как баран на новые ворота. Мяо Цин Чен долгое время не сводил глаз с Мосе, а потом рассмеялся, сказав:

— Несколько дней? С момента твоего погружения прошло уже три года! Мы сражаемся без остановки целых три года!

— Три года? — Цзюнь Мосе вздрогнул.

Он думал, что отсутствовал максимум три дня. Оказывается, прошло целых три года?!

Не… быстро ли?!

— Цзюнь Мосе, да, три года, и что с того? — Безумный Чжань уставился на Мосе, а потом дико расхохотался: — Пусть скорость твоего прогресса и велика, и пусть уровень твоего совершенствования равен трём годам упорной работы, ты всё равно мне не соперник!

— Соперник или нет, это мы сейчас проверим! — усмехнулся Цзюнь Мосе, и его тело опустилось сквозь густую кучу облаков!

Чжань только успел моргнуть, как кулак Цзюня Мосе пролетел мимо его лица, и с грохотом со всей силы ударил по его даньтяню!

Безумный Чжань истошно вскрикнул, и его тело, словно метеор, отлетело назад. Он летел, со свистом разрезая воздух, напоминая собой артиллерийский снаряд!

Цзюнь Мосе тут же рванул за ним, со всего маха ударив его ногой по подбородку, что тот сделал мощное сальто назад!

Чжань пытался сопротивляться, но никак не поспевал за своим быстрым соперником. Он начал прикрывать то нижнюю часть тела, то верхнюю, как потом его вдруг осенило: «Зачем я уклоняюсь? Для чего отмахиваюсь? Моё тело неуязвимо, и причём тут его необычайная скорость?»

Вспомнив об этом, он обрушил мощный контрудар на Мосе.

Цзюнь Мосе мрачно улыбнулся, и прозвучал звонкий отзвук от удара пощёчины. Мосе отвесил жёсткую пощёчину Безумному Чжаню, что у последнего потемнело в глазах:

— Ты думаешь, что сейчас я не смогу убить тебя? Я сейчас лишь должен стребовать претензии! Считаешь, умереть — это так просто?

Цзюнь Мосе очень мощно пнул Чжаня, и закричал что есть мочи:

— Безумный Чжань, сегодня ты узнаешь, что называется бесконечно трудной смертью!

Голова Чжаня, из которой уже начал выходить дым, приобрела первоначальную форму, и он, ехидно улыбаясь, произнёс:

— Цзюнь Мосе, если бы ты в самом деле располагал такими способностями, я бы даже сам не отказался испробовать вкус смерти! Однако тебе вряд ли это под силу. Если ты не сможешь убить меня — я перебью всех жителей дворца Злого Монарха! Пусть они испробуют вкус смерти за меня!

Цзюнь Мосе свистнул и закричал:

— Смотри!

Он резко выбросил руку вперёд, и из его пальцев начала сочиться густая энергия фиолетового цвета. Вскоре цветом она стала похожа на камень аметист. Добравшись до плеча Безумного Чжаня, она превратилась в пурпурную зарю!

Фиолетовая энергия засияла, и душа Безумного Чжаня содрогнулась, ощущение смерти проскользнуло у него в голове.

Этот насыщенный фиолетовый свет словно был его заклятым врагом.

Он машинально хотел броситься бежать!

Но было поздно!

Цзюнь Мосе усмехнулся, и резко отсек руку Безумного Чжаня. Не прошло и мгновения, как Мосе привёл в движение силу восьмого уровня процесса совершенствования!

Глава 1279.1. Конец

Бац, и где-то далеко послышались истошные вопли Безумного Чжаня! Он почувствовал, что его душа ещё раз раскололась!

Он больше не превратился в облако пыли, из него вдруг посыпался кристально чистый песок, излучавший туманный блеск!

— Девять зыбучих песков! — Мяо Цин Чен не смог удержаться и громко закричал.

Цзюнь Мосе действительно смог вывести Девять зыбучих песков из тела безумного Чжаня и восстановить их в первоначальный вид!

— Совершенно верно, это они! — Цзюнь Мосе медленно разжал ладонь и посмотрел на Девять зыбучих песков. Лишь ощутив их удивительную пространственную силу и способность к регенерации, молодой мастер тут же понял, почему их называют главным чудом мира!

Цзюнь Мосе медленно поднял глаза и посмотрел на Безумного Чжаня:

— Безумный Чжань, ты натворил слишком много бед! И теперь настало время расплаты! — его рука даже не двинулась, но Девять зыбучих песков вдруг необъяснимо исчезли из виду.

Между его пальцами виднелся серый туман, который изо всех сил пытался вырваться наружу, но Цзюнь Мосе сжал его так крепко, что тот ничего не мог поделать!

Тело Безумного Чжаня затрясло.

Нет, не из-за боли. Безумный Чжань уже не чувствовал боли. Он дрожал от страха!

Этот маленький туман в руках Цзюня Мосе был частью его души!

Молодой мастер раздавил её, а затем вытащил и остальные куски души Безумного Чжаня из девяти зыбучих песков. Каждый раз, когда он давил на них своими пальцами, осколки души Чжаня бились в мучительных судорогах, а тело этого психопата резко вздрагивало!

Безумный Чжань громко закричал:

— Верни это мне! — а затем неожиданно бросился вперёд.

Цзюнь Мосе лишь холодно рассмеялся и сказал:

— Вернуть тебе? — а затем вдруг сурово закричал: — А как же десятки миллионов потерянных жизней, кто вернёт их?

Молодой мастер вытянул левую руку и схватил бежавшего на него Безумного Чжаня.

Его рука внезапно расширилась размером с огромную гору.

По сравнению с ладонью Мосе, тело Безумного Чжаня было выглядело как маленький комар.

Сложиы пять пальцев вместе, Цзюнь Мосе активировал восьмой уровень башни Хунцзюнь!

Раздался оглушительный крик!

Увидев такую картину, Мяо Цин Чен невольно вытаращил глаза! Он никогда прежде не видывал той необычной силы, что проявил Цзюнь Мосе!

Он сражался с Безумным Чжанем в течение трёх лет, а Цзюню Мосе понадобился лишь один удар, чтобы мгновенно разобраться с этим ублюдком!

В этот момент Девять зыбучих песков до конца отслоились от туманного сияния души Чжаня и упали на ладонь молодого мастера. Затем он отправил их в башню Хунцзюнь. Теперь в его ладони осталась лишь разбитая душа Безумного Чжаня!

И ни один из осколков души больше не мог ускользнуть!

Цзюнь Мосе держал его в правой руке, в то время как в левой вдруг появилось Пламя Первозданного Хаоса:

— Безумный Чжань, теперь, когда ты остался без своей бессмертной оболочки, сколько твоя душа сможет вынести мощь моего чёрного огня?

Как только Пламя Первозданного Хаоса начало приближаться, душа Безумного Чжаня пронзительно завопила.

Мяо Цин Чен не смог больше на это смотреть и отвернул голову.

Цзюнь Мосе беспощадно улыбнулся и по чуть-чуть начал уничтожать врага своим огнём…

Душа Безумного Чжаня, наконец, превратилась в ничто…

— Старейшина Мяо, и куда вы теперь? — спросил Цзюнь Мосе.

Мяо Цин Чен вдруг замер, он понял, что хоть мир и огромен, но теперь ему совершенно некуда идти.

Старик невольно вздохнул и сказал:

— Я… А куда я могу теперь податься? — сказав эти слова, он лишь почувствовал дикое одиночество и огорчение…

— Как насчёт того, чтобы вернуться со мной в резиденцию Злого Монарха? — предложил Цзюнь Мосе.

— Почему бы и нет? — Мяо Цин Чен ненадолго задумался, но согласился.

Два силуэта тотчас отправились в направлении леса Тянь Фа.

***

Прошёл ещё один год. Цзюнь Мосе достиг пика восьмого уровня совершенствования башни. Так как в этом году должны были вернуться карательные войска с земель Чужаков, то молодым мастером было решено осенью провести собственное бракосочетание!

Это будет грандиозная свадьба с девятью невестами — Мэй Сюэ Янь, Гуан Куинхан, Дугу Сяо И, Мяо Сяо Мяо, Цяо Ин, малышка Ке, Хань Янь Мэн, Лин Мэн и Тянь Сюнь.

Свадьба Злого Монарха может заслуженно считаться грандиозным событием всей Поднебесной! Как только эта новость начала распространяться, весь материк Суань забурлил от восторга! На юг со всех концов материка тут же направилось бесчисленное количество поздравителей…

***

Тем временем в резиденции Злого Монарха.

Дунфан Веньсинь со слезами на глазах радостно хлопотала различными делами, да и весь Тянь Фа находился в бурном движении.

Ведь в этот день выходит замуж их старшая сестра, так что шурины никак не могли позволить себе опозориться.

В ночь перед свадьбой Цзюнь Мосе завершил все дела и отправился в подаренные ему и невестам покои для новобрачных. В резиденции Злого Монарха начался пышный и громкий банкет. Весь юг материка заполонили поздравители и гости. Пир Злого Монарха насчитывал больше ста тысяч столов! Здесь были сосредоточены почти все шеф-повара материка, в том числе повара Императорских дворцов, а также кухарки всех влиятельных семей…

В ту ночь Дунфан Веньсинь, улыбаясь, сидела в комнате с вином и закусками, а перед ней стоял портрет Цзюнь Ву Хи.

Она с глубоким чувством смотрел на портрет своего любимого целую ночь. Казалось, будто муж и жена, даже находясь по разные стороны мира, подняли свои бокалы за счастье молодожёнов, за счастье их сына…

Дунфан Веньсинь казалось, будто Цзюнь Ву Хи и правда сидел напротив неё, как и прежде — со всей своей интеллигентностью и спокойствием. Словно он, как и раньше, смотрел на неё и нежно улыбался, шепча ей ласковые комплименты…

Она вдруг улыбнулась и в приподнятом настроении начала расставлять угощения, которые так любил её муж. С нежными чувствами она наливала прекрасное вино, бокал за бокалом…

«Ву Хи… Я ни капли не сожалею о том, что однажды встретила и полюбила тебя… Ни капли не сожалею о том, что стала твоей женой, слышишь, ни капли… Я скучаю по тебе, я так по тебе скучаю…»

Дунфан Веньсинь тихонько улыбнулась и заплакала…

«И всё-таки эта ночь получилась очень уютной. Как было бы прекрасно, если бы такие ночи существовали всегда! Если перерождение всё-таки существует… Ву Хи, жди меня! Я верю, что в следующей жизни мы обязательно встретимся!»

……

Цзюнь Мосе проснулся рано утром в кровати с Мэй Сюэ Янь — какой кайф! Его самое больше желание прошлой ночью, наконец, осуществилось…

Молодой мастер собрался хорошенько потянуться, как вдруг обнаружил что-то неладное… В башне и его совершенствовании произошли какие-то изменения!

Похоже… ещё один прорыв?

Цзюнь Мосе был в шоке.

Он тут же вошёл в башню Хунцзюнь. Всё верно, девятый уровень открыт! Без каких-либо помех!

На девятом уровне не было никаких новых секретов, а лишь пустое пространство комнаты башни… Сосредоточившись и заглянув себе в сознание, молодой мастер вдруг обнаружил, что его собственный внутренний мир в даньтяне, наконец-то, полностью сформировался.

Цветы и деревья, которых прежде никогда не было, теперь имелись там в огромных количествах…

Всё было заполнено ароматом «жизни»…

А затем в этом мире, откуда не возьмись, появилось бесчисленное количество людей — и дети, и взрослые!

Затем, как по волшебству, со стороны горного леса внезапно показались звери и птицы.

Цзюнь Мосе с удивлением наблюдал за всем, не понимая, что происходит…

И только увидев благоуханный туман, молодой мастер всё осознал. Это энергия Инь-Ян!

Прошлой ночью произошло слияние неба и земли, поэтому в теле Цзюня Мосе случилась полная гармония энергии Инь-ян. А из полной гармонии начинает проистекать всё живое…

— Хе-хе! — рассмеялся Цзюнь Мосе и тут же вернулся в реальный мир. Обняв прелестное тело Мэй Сюэ Янь, молодой мастер ощутил чистейший кайф…

Мэй Сюэ Янь лениво замурлыкала, перевернулась на другой бок и снова заснула… похоже, что прошлая ночка далась ей нелегко…

Цзюнь Мосе и подумать не мог, что порог чувствительности Мэй Сюэ Янь окажется выше, чем у Дугу Сяо И и остальных девушек. Прошлой ночью она буквально молила о пощаде, а по окончании даже не могла пошевелить и пальцем…

Молодой мастер как-то попросил Мэй Сюэ Янь перевоплотиться в первоначальную форму, дабы пожамкать и поиграться с её пушистой задницей, но получил суровый отказ. Более того она выдвинула собственное условие: если он ещё хоть раз упомянет о таком, то никогда больше не ляжет с ней в одну кровать…

Цзюнь Мосе беспомощно почесал нос и подписался под этим вынужденным и унизительным миром… Увидеть такое во сне — ещё ладно, но чтобы в реальности…

***

Ещё один год спустя Гуан Куинхан сообщила радостную весть о своей беременности. А вслед за ней о таком большом счастье одновременно сообщили Мэй Сюэ Янь, Дугу Сяо И и Мяо Сяо Мяо…

Для такой немногочисленной семьи Цзюнь это стало великим событием.

Старик Цзюнь ликовал, а Дунфан Веньсинь день и ночь работала в ускоренном режиме, дабы сшить одежду для своих будущих внуков. В резиденции Злого Монарха имелось бесчисленное множество портних, однако матушка решила сделать всё собственными руками…

Девять месяцев спустя появление нескольких маленьких жизней заполонило счастьем весь дом!

Глава 1279.2. Конец

Спустя ещё три месяца одним ранним утром Дунфан Веньсинь долго не открывала двери, и горничная тут же поспешила к Цзюню Мосе. Молодой мастер печально вздохнул — пусть он и заранее готовился к этому, однако в те минуты его сердце буквально разрывало на куски от горя…

Дунфан Веньсинь спокойно лежала на кровати, держа в руках портрет Цзюнь Ву Хи. Она уже не дышала. Она спокойно отправилась на тот свет, намеренно остановив биение сердца.

— Матушка, как ты могла… — слёзы сыпались из глаз Цзюня Мосе словно дождь.

Он уже знал, что его мать хочет воссоединиться с его отцом в следующей жизни, но для этого ей обязательно необходимо умереть. В противном случае, если разница их перевоплощений будет больше тридцати лет, то они уже никогда не смогут встретиться…

И сегодня этот день, наконец, настал.

Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, и аккуратно собрал душу своей матери, а затем отправился обыскивать весь материк, чтобы отыскать все реликвии и остатки прошлого, принадлежавшие Цзюнь Ву Хи…

После этого молодой мастер отправился в Подземный мир!

Цзюнь Ву Хи уже был мёртв в течение пятнадцати лет, и его душа за это время сильно потрепалась. Но для Цзюня Мосе это не было большой проблемой. До тех пор, пока дух его отца жив, пусть даже он уже успел перевоплотиться, не важно, молодой мастер что-нибудь придумает.

Пройдя через различные сложности, он, наконец, нашёл кусок искалеченной души.

Цзюнь Мосе с осторожностью поместил его в башню Хунцзюнь рядом с душой своей матери, покрыв их пеленой фиолетовой Ци Хунмэн. После того, как душа отца полностью восстановится, Цзюнь Мосе подберёт подходящий момент для последующей реинкарнации своих родителей…

Пусть это и сотрёт все их воспоминания о прошлой жизни, но чувства этих двоих бессмертны…

Три священных земли полностью вымерли, Туманный Призрачный Дворец также превратился в ничто. Из пяти великих сил остался лишь лес Тянь Фа, который теперь вошёл в состав правительства Злого Монарха.

Однако появление правительства Злого Монарха серьёзно повлияло на баланс сил всего материка.

Потому что каждый его выходец имеет огромнейший потенциал!

Таким сверхдержавам не место в этом мире!

Цзюнь Мосе понял значение слов Гу Ханя, когда тот говорил, что однажды в Тянь Фа произойдут сильные изменения. Нельзя позволить герою превратиться в преступника!

Да и сам молодой мастер не мог здесь больше оставаться.

Обсудив всё вместе с Мэй Сюэ Янь и остальными и выслушав их точки зрения, Цзюнь Мосе решил переместить лес Тянь Фа в созданный им новый мир.

Тот мир намного больше, и ему требуется управленец.

Отряд Цаньтяньшихунь во главе с Ин Бокуном также попросился в новый мир, и Цзюнь Мосе дал своё согласие.

Лишь Цзюнь Вуй и его жена отказались уходить. По мнению Цзюнь Вуя, в этом мире осталось слишком много забот, с которыми будет трудно расстаться. Кроме того, правительство Злого Монарха также нуждается в чьём-то надзоре и грамотном управлении.

После долгих раздумий Цзюнь Мосе, наконец, одобрил их желание.

Так или иначе, переместиться из одного мира в другой для Мосе не составит особого труда. Да и Цзюнь Вуй после ухода молодого мастера с его нынешними силами останется абсолютным пиком этого мира. Так что беспокоиться о чём-либо нет нужды…

Приняв окончательное решение, Цзюнь Мосе разделил всех на две группы и начал их постепенную миграцию…

Через какое-то время Цзюнь Мосе почувствовал, что его сила его сознания становится шире, и он медленно прорывается на девятый уровень башни Хунцзюнь…

Однажды настанет день, когда после очередного прорыва Цзюня Мосе башня вдруг распадется на световые лучи, а затем просто исчезнет в огромной вселенной. Или же она будет где-то спокойненько ждать своего следующего владельца…

И миллионы чудодейственных эликсиров и сокровищ также исчезнут в мире, созданном Цзюнем Мосе… И станут чьей-то заветной мечтой…

Те, кто смогут заполучить их, определённо смогут стать абсолютными мастерами… И создадут поколение величайших легенд.

Мир всегда нуждается в легендах. И Цзюнь Мосе твёрдо верил в это.

Только бессмертные легенды могут стать стимулом для молодого поколения в преследовании их заветных мечтаний…

Когда-нибудь легенды станут мифом, а поколение за поколением будут рождать новых героев…

Цзюнь Мосе уже ушёл за пределы реальности. В этот день к нему вдруг прильнули душевные силы, и, взяв своих жён, молодой мастер отправился в странствие. Пройдя через бесчисленное количество измерений, перед его глазами возникла тёмно-зелёное небесное светило.

В этот момент на Мосе нахлынули глубокие чувства.

«Вот она — моя Родина!»

Извилистая Великая китайская стена, величественный хребет Куньлунь, бурлящая река Янцзы и свистящая Хуанхэ!

— Даже став наивысшим божеством во всей Вселенной, я навсегда останусь… — Цзюнь Мосе сделал небольшую паузу и добавил: — Сыном китайского народа!

— До свидания, моя любимая родина! — сказал про себя Цзюнь Мосе. Помахав рукой, он вместе со своими жёнами продолжили своё путешествие в пространстве.

Неизвестно, сколько лет длилось их путешествие, но в скором времени некоторые из прекрасных жен молодого мастера заскучали по родному дому. Затем все решили вернуться на материк Суань и посмотреть, как там обстоят дела. Через мгновение на улице города Тяньсян появилось несколько человеческих силуэтов.

Теперешний Тяньсян, пройдя через годы, уже никогда не вернёт себе былой вид. Лишь внушительный вид могильного кургана всё ещё возвышался внутри городской стены. Теперь он стал священным местом для всех влюблённых пар!

Все любящие мужчины и женщины приходили на этого курган с поклонениями. Для каждого из них любимый человек являлся целым миром.

Лучше уж быть должным небесам, чем одному господину! Насколько же сильна была эта любовь? Кто не хочет познать такие глубокие чувства?

Цзюнь Мосе медленно прошелся по улице до самого могильного кургана, и, увидев величавую гравировку «Лучше уж быть должным небесам, чем одному господину!», он испытал целый хаос душевных переживаний.

Прошлое, одно за другим вдруг всплыло перед глазами. Словно это был длинный сон, который заставлял всех вокруг вздыхать и восторгаться…

Лин Мэн вышла вперёд и искренне, с почтением поклонилась…

Неподалеку гуляла молодая парочка. Юноша выглядел очень привлекательно и мужественно. Сразу было видно всю его интеллигентность и независимый темперамент.

Прильнув к нему, шла необычайно красивая девушка. Она смотрела в глаза юноши с искренней любовью, и он отвечал ей такими же сильными чувствами.

Они видели лишь друг друга и никого более на целом свете.

Увидев эту парочку, Цзюнь Мосе вдруг содрогнулся, а в его глазах вспыхнуло некоторое волнение. За прошедшие кучу лет подобное выражение лица у молодого мастера возникало крайне редко, что аж по пальцам пересчитать можно…

Молодая пара также заметила Цзюня Мосе и его спутниц, а затем переглянулась. Невозможно было устоять перед изяществом этой группы людей. Молодой мастер с его невыразимой харизмой мог пленить кого угодно с одного лишь взгляда.

Более того, все его спутницы были словно небесный свет — исключительные красавицы! Неизвестно, где ему удалось отыскать такое количество прекрасных созданий.

Вслед за этим, юноша и его спутница нахмурились: этот мужчина выглядел недурно, но слегка легкомысленно. В конце концов, зачем ему столько жён…

— Я тебе такого не позволю! — молодая девушка схватила юношу за руку и забубнила: — Если ты… так сделаешь… я… я буду плакать…

Юноша рассмеялся и сказал:

— Дорогая, зачем ты так говоришь? Разве моё сердце может быть занято ещё кем-то, кроме тебя?

Девушка ухмыльнулась и покраснела, а затем вдруг воскликнула:

— Какой же ты болтун! Бесишь!

Однако выглядела она очень довольной.

Юноша мило улыбнулся, и в этот момент в его глазах не было ничего, кроме этой девушки.

«Я отдам всю свою жизнь ради твоего счастья… Любимая!»

Юная дама бросила взгляд на Цзюнь Мосе, и на душе у неё вдруг возникло странное чувство. Казалось, будто она уже встречала этого парня… однако была абсолютно уверена в обратном. Но откуда же тогда это ощущение дежавю?

Что ещё более странно, так это то, что, увидев имеющееся количество жен этого паренька, она не испытала к нему ни капли презрения, а наоборот была очень рада и спокойна… Что за фигня?

Предавшись пустым мечтам, Цзюнь Мосе улыбнулся и сделал шаг вперёд:

— Вот уж не думал, что встречу в Тяньсян такую прекрасную пару! Глаза нарадоваться не могут!

Юноша подтянул свою девушку поближе и непринуждённо сказал:

— Осмелюсь спросить, а вы вообще кто?

— Нам было суждено встретиться, — Цзюнь Мосе улыбнулся: — Я видел много непередаваемых красот. Но глубоко влюблённая пара юного героя и непревзойдённой красавицы заслуживает отдельного восхищения! — он улыбнулся и добавил: — У меня с собой есть лишь два маленьких кусочка нефрита, и я бы хотел подарить их вам в знак моего уважения, — тон его голоса, как и его взгляд, были наполнены лишь искренностью намерения.

Молодая пара уже было хотела отказаться, но вдруг в их сердцах возникло странное чувство, будто этот подарок пришёл к ним абсолютно заслуженно, и в этом нет ничего удивительного. Они не могли не принять его…

Юноша протянул руку и почувствовал, как нечто тёплое упало ему на ладонь — это был редчайший драгоценный камень. Оба нефритовых камня — один в форме извивающегося дракона, а другой в виде летящего феникса, были абсолютно совершенны в своём исполнении.

Молодая девушка, получив свой кусочек нефрита, не могла оторвать от него глаз, поворачивая его из стороны в сторону.

Эти двое были очень удивлены тем, что не смогли отказаться от подарка незнакомца, но больше были удивлены тем фактом, что они не чувствовали в этом ничего плохого… Наоборот, их сердца заполонило очень приятное чувство теплоты…

— Меня зовут Дунфан Ву Хи, я выходец из семьи Дунфан. А это, кхм… это моя невеста — Цзюнь Веньсинь, — Дунфан Ву Хи поднял брови и добавил: — Спасибо вам за такой прекрасный подарок! Если у вас есть время, может, пропустим по стаканчику?

— Конечно! Хорошая мысль! — Цзюнь Мосе радостно согласился, и вся компания отправилась в небольшой трактир, усевшись в отдельную ложу. Все были необъяснимо счастливы.

В тот момент, когда молодая пара регистрировалась, до Мэй Сюэ Янь наконец дошло, что эти влюблённые — та самая реинкарнация Цзюнь Ву Хи и Дунфан Веньсинь. Неудивительно, что Цзюнь Мосе так взволнован!

Эти двое наконец-то воссоединились с прежней глубокой любовью!

Ну разве это не прекрасно? Под тайным влиянием Цзюня Мосе эти двое, несомненно, смогут пронести свою любовь через поколения, и останутся вместе навсегда!

И больше никакой трагедии!

Выйдя из трактира, Цзюнь Мосе с тяжёлым сердцем помахал рукой и попрощался с влюблённой парой.

Дунфан Ву Хи и Цзюнь Веньсинь стояли около трактира, наблюдая за медленно уходящими силуэтами Цзюня Мосе и его жён. На душе обоих вдруг возникло едкое чувство печали, смешанное с болью.

Это ведь случайная встреча с незнакомцем, так отчего бы взяться такому странному чувству?

Оба пребывали в полном недоумении.

— Ву Хи, ты заметил? Этот паренёк и его девять спутниц… Все они являются непревзойдёнными мастерами! — Цзюнь Веньсинь посмотрела на уже опустевшую улицу и добавила: — Но почему они отнеслись к нам с таким почтением?

Дунфан Ву Хи покачал головой и ответил:

— Я тоже не понимаю.

Хорошенько промотав всё в голове, он еще раз убедился, что вся эта компания отнеслась к ним с большим уважением, в особенности к Цзюнь Веньсинь. Девять спутниц Мосе окружили её всесторонней заботой, внимательно подбирая в своих речах каждое слово…

«Но мы ведь не какие-то влиятельные персоны этого города, с чего бы вдруг такое особое отношение? "

Во время трапезы все девять девушек одаривали Цзюнь Веньсинь бесчисленными подарками, и все они являлись несметными сокровищами этого мира! Некоторые из них были настольно уникальны, что их появление могло привести к кровопролитным войнам! Но это нисколько не волновало юных красавиц…

— У них абсолютно не имелось никаких дурных намерений против нас! — утвердительно сказала Цзюнь Веньсинь.

Дунфан Ву Хи кивнул головой:

— Именно поэтому я и чувствую себя слегка странно, — он улыбнулся и добавил: — Если нам суждено, то мы ещё увидимся. А все эти вещи лучше никому не показывать, иначе они принесут нам большие проблемы.

Цзюнь Веньсинь кивнула головой и сказала: — Конечно.

Возлюбленные покинули трактир и отправились домой. По пути Цзюнь Веньсинь постоянно оглядывалась назад, надеясь ещё раз увидеть этого незнакомого юношу… Его взгляд пробуждал в ней странное чувство — ей хотелось обнять этого паренька и оберегать его до конца своих дней…

Идя по дороге, парочка чувствовала постоянный приток тепла и энергии от подаренных им кусочков нефрита…

Цзюнь Мосе и его спутницы скрытно последовали за Дунфан Ву Хи и Цзюнь Веньсинь, доведя их до входа в поместье семьи Дунфан, а затем спокойно отправились своей дорогой.

Однако на душе каждого остался едкий осадок тоски…

Глава 1279.3. Конец

Вдруг им навстречу вышла ещё одна парочка, сила любви которой нисколько не уступала крепким узам Дунфан Ву Хи и Цзюнь Веньсинь…

Цзюнь Мосе улыбнулся, ведь он узнал в этих двоих Е Гуханя и Мурон Сю Сю…

Принцесса Лин Мэн легонько вскрикнула…

Е Гухань и Мурон Сю Сю, в конце концов, тоже воссоединились. В этой жизни Е Гуханя звали Хань Е, а Мурон Сю Сю стала величаться Жун Сю Эр…

После долгих прощаний с Хань Е и Жун Сю Эр, Цзюнь Мосе взял почти расплакавшуюся Лин Мэн и остальных жён, улыбнулся и отправился дальше.

С обочины дороги вдруг послышался чей-то голос:

— Твою мать! Не веришь, что я смогу раздавить тебя одним лишь куском золота? Если нет ни гроша за спиной, нехрен передо мной выпендриваться! Кем ты себя возомнил?

Компания оглянулась на звуки и увидела лишь молодого жирдяя, кое-как волочащего своё сало. Он тыкал пальцем на богато одетого юношу и продолжал гневно орать:

— Что такое? Ты не согласен? Давай скажи, что у меня, господина Тан, кроме золота и серебра больше ничего и нет! Да бля, с моими деньгами я смогу раздавить всю семью Мэн целиком! Так что нехер передо мной важничать!

Пусть ругань толстяка и была грубоватой, но она заставила Цзюня Мосе улыбнуться. На душе молодого мастера возникло нечто тёплое… Казалось, это было давно позабытое чувство, будто перед ним стоял его старый, верный друг…

Толстяк продолжал материться всю дорогу, периодически плюя из стороны в сторону:

— Тьфу, припЁрся играть с сотней золотых! Терпеть не могу таких мелочных придурков!

Увидев Цзюнь Мосе, глаза толстяка внезапно заискрились:

— Вау, братишка, даже с одного взгляда можно сказать, насколько ты крутой… Ну, богач, может, сыграем партейку?

***

Долго ли, коротко ли, из игорного дома вывалилось полуобнажённая туша толстяка. Он остался в одних трусах, даже одежда и обувь были проиграны Цзюню Мосе. Толстяк даже хотел последние неприглядные плавки поставить, яростно крича:

— Эти трусы сшиты из чистейшего шёлка! Они стоят тысячу золотых…

По пути домой он вдруг заорал:

— Никуда не уходи! Я схожу за деньгами, и мы снова сыграем!

Цзюнь Мосе рассмеялся и тайком последовал за толстяком в его поместье, которое когда-то принадлежало семье Тан. Сейчас толстяка звали Тан Го (дикий фрукт).

Но этот парень сменил это имя на другое, «Тан Го» (империя Тан).

Это была реинкарнация толстяка Тана.

Толстяк величественно и гордо топал по улице практически в чём мать родила. Но, добравшись до дверей своего дома, он заскочил вовнутрь, словно молодая замужняя девчонка.

— Толстяк Тан! Ты снова за старое? Опять азартные игры? Даже одежду и штаны проиграл… Неужели ты и меня готов на кон поставить?! — вслед за этими словами послышался шквал ударов палкой…

Толстяк прикрывал голову и во весь голос просил пощады…

Цзюнь Мосе сдержал смех, а затем вдруг появился и вывалил перед толстяком всё выигранное серебро, золото, а также документы на дом и землю. Толстяк обомлел и в непонятках заморгал своими поросячьими глазками.

— Ещё раз вздумаешь играть, я приду и конфискую у тебя абсолютно всё! — угрожающе сказал Цзюнь Мосе.

— Я больше не посмею… Больше не буду… — лицо толстяка покрылось потом, а в глазах появились слёзы.

Цзюнь Мосе рассмеялся и похлопал толстяка по плечу со словами:

— Я пошёл. Береги себя! — вместе со своими похлопываниями молодой мастер передал старому другу огромное количество благословления и удачи!

«Толстяк, живи хорошо. Ты навсегда останешься моим братом!»

Попрощавшись с толстяком, Цзюнь Мосе взял своих жён и направился на запад. Постепенно начало смеркаться, и улицы почти опустели. Посмотрев на огорчённую Лин Мэн, Цзюнь Мосе тяжело вздохнул и внезапно тихонько запел:

«Не знаю, как начать,

И тем более не знаю, как всё, в конце концов, закончится.

Все говорят, что чувства приносят больше страданий, чем бесчувствие,

Так почему ты всё ещё смотришь на меня этим влюблённым взглядом?

Ты слишком небрежна?

Или просто очень глупа?

Любовь никогда не возвратится к своему началу,

Так почему же ты так настойчива?

Если следующее перерождение повторит наши судьбы…?

Если чувства и, правда, приносят больше страданий, чем бесчувствие…?

Если следующее перерождение повторит наши судьбы…?

Плюнешь ли ты на всё ещё раз?»

……

— Что ещё за «если следующее перерождение повторит наши судьбы…»? — раздался чей-то голос: — Недурно! Недурно!

Цзюнь Мосе удивлённо поднял глаза. В десяти метрах от него буквально из-под земли появилась чья-то фигура.

Это был высокий молодой человек, одетый во всё чёрное. Края его одежд красиво развевались по ветру.

Этот юноша был довольно хорош собой, однако от него исходило сильное высокомерие! Казалось, что в этом мире не было никого и ничего, достойного его взгляда!

Он смотрел свысока абсолютно на всё!

Одним словом — безумец!

Затем взгляд злого и горделивого юноши вдруг переместился на Мэй Сюэ Янь и остальных девушек. Он цокнул языком от восхищения и сказал:

— Прелесть! Цзюнь Мосе, мне даже немного жаль оставлять всех этих красавиц опечаленными вдовами!

Цзюнь Мосе улыбнулся и сказал:

— Могу сказать то же самое о сотне твоих жён! Вот мы и встретились, Первый Шао.

«Юноша напротив — Первый Шао?»

Услышав это имя, Мэй Сюэ Янь и остальные девушки вдруг воскликнули от удивления. Такая новость была для всех как гром среди ясного неба!

«Это гордый безумец… Да он же общепризнанный психопат всех времён! И сейчас он появился прямо перед нами!»

Первый Шао рассмеялся. Его надменный и оглушительный хохот разлетелся повсюду. Из ближайших дворов послышались шквалы ругательств, по-видимому, смех этого безумца побеспокоил сон простого люда.

Но Первому Шао было на это абсолютно наплевать. Он сделал вид, что ничего не услышал и сказал:

— Цзюнь Мосе, как насчёт боя один на один?

— Это всегда было моим самым большим желанием, — Цзюнь Мосе посмотрел на него серьёзным взглядом, но его рот вдруг скривился в злобную ухмылку: — Находясь в Серебряном городе, я поклялся себе, что если мне когда-нибудь удастся встретиться с тобой, то я должен обязательно отрезать твою головёнку. Иначе я не достоин носить имя Цзюня Мосе.

Первый Шао снова припадочно рассмеялся, а затем заложил руки за спину и воспарил в сумеречном ночном небе.

В этот момент поднялся сильный ветер, небеса затянуло пеленой туч, всё загремело и засверкало яркими вспышками. Чёрная мантия Первого Шао рассеялась сквозь облака, а его длинные волосы беспорядочно развевал сильный шквалистый ветер. Он вдруг громко рассмеялся и закричал:

— Ещё увидим, кто из нас без головы останется!

— Давай же!

Цзюнь Мосе оглушительно рассмеялся. Стоит отметить, что смех его был не менее слабым, чем у Первого Шао. Когда белая фигура молодого мастера взмыла ввысь, Мэй Сюэ Янь вместе с остальными девушками были отправлены в их маленький мир.

Итак, белоснежная фигура Цзюнь Мосе теперь находилась прямо напротив Первого Шао.

Оба мастера бросили друг на друга свирепые взгляды, и когда они соприкоснулись, раздался оглушительный раскат грома, потрясший своей мощью всё вокруг!

Чёрная и белая тень устремились в высоту — далеко за облака!

— А-ха-ха-ха… Давай! Повеселимся от души!

— Давай же! Ты п***еть будешь или драться?

Оба мастера одновременно смеялись и атаковали друг друга!

Первый Шао взмахнул правой рукой, и в воздухе появилось несколько иероглифов, обозначающих его имя, затем взмахнул рукой и иероглифы, словно мощные горы, начали давить на Цзюня Мосе!

Молодой мастер громко рассмеялся:

— Неплохо! — а затем так же взмахнул правой рукой и вычертил по воздуху «Злой Монарх», активировав силу Инь-Ян!

Взмахом левой руки молодой мастер написал ещё несколько иероглифов.

Эти иероглифы несли в себе скрытый смысл:

«Даже если Вселенная стоит впереди всего сущего, я все равно смогу её раздавить!»

Первый Шао тут же поднял свой свирепый взгляд!

— Злой Монарх иной Вселенной!

Первый Шао сначала нахмурился, а затем вдруг дико рассмеялся. Цзюнь Мосе также от всей души расхохотался!

Оба мастера даже позабыли о своей битве.

— «Злой монарх иной Вселенной», ха-ха-ха, недурно-недурно! — сказал Первый Шао и снова засмеялся: — А ведь и правда, ты — Злой Монарх, но совершенно иной Вселенной. Со мной сражаются силы двух миров, хе-хе… разве это справедливо?

Цзюнь Мосе нахмурился:

— Это ведь и тебя касается. Кто знает, силой скольких миров ты, старый хрыч, обладаешь? К тому же… разве ты заслуживаешь справедливого отношения?

Первый Шао снова рассмеялся. И под звонкие звуки смеха оба мастера бросились в атаку!

— Давай же! Сразимся, мать твою!

Table of Contents

Том 1

Глава 1. Злой Монарх Цзюнь Се.

Глава 2. Цзюнь Мосе.

Глава 3. Цзюнь Вуй.

Глава 4. Второе поколение, третье поколение.

Глава 5. Луч надежды.

Глава 6. Суань Ци.

Глава 7. Изысканная пагода Хонцзюнь.

Глава 8. Искусство разблокировки Небесной Удачи.

Глава 9. Раздирающий внутренности очиститель меридиан.

Глава 10. Дедушка Цзюнь поднимает бурю.

Глава 11. Трансформация "Сброса".

Глава 12. Молодой Господин Танг.

Глава 13. Кто строит заговор против меня?

Глава 14. Дугу Сяо И.

Глава 15. Внутри Дома Тысячи Золотых.

Глава 16. Ли Юран.

Глава 17. Очень большая удача.

Глава 18. Выигрывая деньги.

Глава 19. Перчатки сняты.

Глава 20. Да ты настоящий Бог Игр!

Глава 21. Возвращаясь с победой.

Глава 22. Убедительный Соблазн.

Глава 23. Реакция семьи Танг.

Глава 24. Дилемма Дедушки Цзюня.

Глава 25. Операция.

Глава 26. Пять Ингредиентов.

Глава 27. Покажи мне свою настоящую силу.

Глава 28. Разве вы не мусор?

Глава 29. Максимальная провокация.

Глава 30. Строгость.

Глава 31. Всё новые унижения.

Глава 32. Тоска по дому.

Глава 33. Маленький магазинчик под проливным дождём.

Глава 34. Неприятные слова.

Глава 35. Встреча под дождём.

Глава 36. Эксперт.

Глава 37. Убийство и Грабёж.

Глава 38. Чистое совпадение.

Глава 39. Гуан Куинхан.

Глава 40. Суань Ядро.

Глава 41. Абсолютный переворот.

Глава 42. Ад.

Глава 43. Должен быть силён, чтобы ковать металл.

Глава 44. Ещё один шаг.

Глава 45. Снова встречая Танг Юаня.

Глава 46. Ходить вокруг да около.

Глава 47. Кровавые сопли.

Глава 48. Прямое попадание!

Глава 49. Вымогательство.

Глава 50. Я - плохой парень.

Глава 51. Может, ты хочешь...?

Глава 52. Тайный доклад Танг Юаня.